«Договор. Проклятие ведьмы» Таши Воин рассказывает о мире, в котором древний договор ограничил свободу оборотней и магов, значительно ослабив их способности. Главная героиня, Ксения, является Верховной ведьмой. Она сталкивается с последствиями этого договора и пытается найти выход из сложившегося положения. Ксения обладает значительной магической силой, но ее способности подвержены ограничениям и внутренним конфликтам. Важным фактором становится ее семья: отношения с отцом Глебом, волками-племенем и другими персонажами, связанными с магией и оборотнями.
Сюжет начинается с того, что Ксения обнаруживает наличие магических проблем в своем окружении и осознает, что вековые соглашения мешают развитию и свободе ее народа. В ходе повествования она узнает о прошлом своей семьи, о древних проклятиях и ограничениях, которые влияют на судьбы не только ее, но и окружающих. Основным вызовом для героини становится необходимость противостоять угрозам как со стороны оборотней, так и магов, сохраняя при этом баланс и искать способы ослабить или снять проклятие.
Одним из ключевых событий становится вызов, брошенный в личном поединке между Ксенией и вожаком стаи оборотней, Максом, который стремится освободить свой народ от давних обязательств. Эта схватка служит символом конфликта между двумя мирами и проверкой силы и решения главной героини. Параллельно развивается линия о семейных связях, тайнах прошлого и влиянии древних сил на настоящее. Ксения пытается разобраться с отношениями между магами и оборотнями, а также с изменениями, происходящими внутри стаи.
В процессе развития сюжета Ксения сталкивается с выбором, касающимся доверия, власти и поддержки близких. Ей приходится принимать решения, которые влияют на судьбу не только её самой, но и других группировок и персонажей. Вызов заключается в том, чтобы найти способ ослабить договор и проклятие, восстановить силы и установить новые отношения между магами и оборотнями. При этом она должна справляться с внутренними переживаниями и проявлениями своей магии.
Книга фокусируется на процессе преодоления ограничений и противостояния вековым традициям и обязанностям. Геройствующее решение Ксении связано с необходимостью изменить существующие правила, чтобы добиться свободы для себя и своего окружения. В конечном итоге, сюжет раскрывает тему противостояния между личной волей и обязанностями перед родом, а также вопросы свободы и контроля в магическом сообществе.
Молодая женщина в плаще с глубоким капюшоном кралась в темноте замка, прикрывая раскрытой ладонью пламя свечи, трепещущее от сквозняков. Тени прыгали по каменной кладке стен, кое-где прикрытой гобеленами, и пугали до дрожи, принимая вид неведомых чудовищ. До дверей, открывающих путь на свободу, оставалось совсем немного, когда в холле вспыхнули сами по себе тысячи свечей, заставив женщину зажмуриться от яркого света.
— И куда это ты собралась на ночь глядя? — пророкотал высокий широкоплечий мужчина.
— Я ухожу от тебя! — женщина гордо вскинула голову.
— Да ладно? — усмехнулся мужчина. — Или, точнее сказать, сбегаешь?
— Даже если и так!
— Я не позволю тебе сбежать вместе с моим ребенком!
Женщина непроизвольно опустила руку к животу и испуганно посмотрела на мужчину яркими зелеными глазами.
— Ты не посмеешь! — она решительно переборола себя, подошла к мужчине, посмотрела ему в глаза и прошептала. — Прости, моя любовь к тебе была ошибкой…
Она коснулась ладонью груди мужчины, и он, внезапно ослабев, начал оседать на пол. Из последних сил пытаясь сохранить меркнущее сознание, мужчина сложил пальцы в замысловатую фигуру и бросил заклятье в женщину:
— Ты еще сама приползешь, умоляя спасти тебя!
Женщина, охнув от неожиданной боли, скорчилась, придержала едва не выпавший из-под плаща древний фолиант и метнулась к выходу:
— Не бывать этому! — просипела она и, распахнув двери, скрылась во тьме.
— Я найду тебя!.. — поклялся мужчина и отключился.
Порыв ветра ворвался в открытое окно, взметнул занавески и пронесся по кабинету, обставленному темной массивной мебелью. За столом, частично освещенным старинным настольным светильником, сидела моложавая женщина. Она обхватила голову и задумчиво перебирала тонкими пальцами каштановые прядки волос. Из некогда идеально сделанной строгой прически уже выпало несколько шпилек. Женщина склонилась над ветхой книгой и уставилась невидящим взором сквозь строчки, едва видимые на пожелтевших страницах.
Она вздохнула, поправила модные очки на тонком носу и посмотрела на большие песочные часы, спрятанные за стеклом одного из шкафов. Мерцающее содержимое часов переливалось перламутровыми искрами и медленно стекало из верхнего сектора в нижний. До полного опустошения верхней колбы оставалось совсем немного. Во взгляде женщины мелькнуло безумие. Она одернула манжеты стильного делового костюма, захлопнула книгу и прошептала:
— Столько веков, столько поисков и усилий, и все зря! Что ж… Если не получается по-хорошему, придется перейти к радикальным мерам!
Гримаса отчаяния на миг исказила тонкие черты лица, но женщина усилием воли заглушила любые проявления сильных эмоций. Никто не должен обнаружить ее по эманациям силы, когда она так близка к решению проблемы! Плавно встав, она бережно взяла книгу и закрыла ее в сейфе. Некоторое время взгляд ее блуждал по кабинету, останавливаясь на мгновение то на часах, то на окне, за которым хмурилось небо, то опять возвращаясь к сейфу. Наконец, будто смирившись с принятым решением, она подошла к столу, включила селектор и хрипло бросила:
— Зайдите ко мне, оба! Кажется, для вас появилось задание.
Спустя несколько минут в помещение зашли два молодых человека. Один из них выделялся копной каштановых волос с отчетливым рыжим отливом. Россыпь мелких веснушек на лице придавала беззаботный вид. Теплые золотисто-карие глаза с лучиками морщинок в уголках как будто вечно смеялись над чем-то. Стройный и гибкий, он проскользнул в дверь с хищной грацией. Другой вошел стремительным шагом, привлекая взгляд армейской выправкой. Русые волосы с проседью. Волевое лицо, нос со следами давнего перелома. Холодные серые глаза зорко уставились на женщину из-под густых бровей, одну из которых пересекал тонкий шрам.
Женщина, уже придавшая себе безмятежный вид, сидела в кожаном кресле за столом. Она поставила локти на стол, сплела пальцы рук перед собой и сказала, бросив взгляд на песочные часы:
— У нас осталось совсем мало времени. Либо мы осуществляем последний план, либо она умрет.
Оба молодых человека тоже посмотрели на песочные часы.
— Когда нам отправляться? — спросил сероглазый.
— Чем быстрее, тем лучше, ты же сам это понимаешь!
— Будет интересно, — довольно протянул рыжий.
— Ты когда-нибудь станешь серьезнее? Жизнь твоей сестры на кону! — прошипела женщина.
— Ма, не обращай на него внимание. Мы все сделаем. Начинай подготовку к ритуалу.
— Надеюсь на твое благоразумие. Ты знаешь, кого искать. А где, я тебе пришлю ориентиры. И присмотри за братом!
Рыжий парень в это время раскачивался на стуле, сцепив в замок руки на одном из колен и насвистывая веселый мотивчик. Сероглазый незлобиво отвесил рыжему подзатыльник и пробурчал:
— Уж присмотрю, не сомневайся.
Снова в кабинет ворвался ветер. Захлопнулось открытое окно. От неожиданности все оцепенели. На мгновение воцарилась тишина. И будто мороз прошелся по коже каждого, кто находился в кабинете. Женщина первой очнулась от наваждения. Легким взмахом руки она отправила братьев выполнять возложенную на них миссию. После того как кабинет опустел, из нее как будто выдернули стержень, и она на мгновение стала выглядеть очень и очень старой. В глазах заблестели слезы, и она прошептала:
— Я спасу тебя, чего бы мне это ни стоило!
Сладкую негу сна прервал настойчивый звонок в дверь. Белоснежная пушистая кошка с укоризной посмотрела своими оранжевыми глазами на хозяйку, отправила ей мыслеобраз о мягкой постели и ночи за окном и, прикрыв нос хвостом, сделала вид, что спит.
— Кого там нелегкая принесла в такую рань, — проворчала Ксения и, закутавшись в одеяло, поплелась посмотреть на нарушителя своего покоя. В глазке отразилась пышущая энтузиазмом и энергией Настя, лучшая подруга Ксении.
«Капец», — подумала Ксения и открыла дверь. Вихрем из мелких светлых кудряшек, сияющих голубых глазищ и звонкого голоса Настя влетела в квартиру и с порога затараторила:
— Ты еще в кровати? Ну, ты даешь! Давай, приводи себя в порядок! Мне мама нагадала, что именно сегодня я наконец встречу свою судьбу! И как раз сегодня открывается новый клуб. Вот, кстати, пригласительные. Мне пришлось включить все свое обаяние, чтобы их заполучить! Наверняка там будет много новых интересных лиц!
Ксения закатила глаза и прошлепала босыми ногами обратно в спальню. Она обреченно рухнула на кровать, обхватила подушку, попыталась с головой зарыться под одеяло и невнятно пробурчала:
— Ну-ну, в прошлый раз твоя мама говорила то же самое, и в позапрошлый раз тоже, и в поза-поза…
— Да послушай же! — прервала ее Настя, — в этот раз — ну просто стопудово!
— Конееечно! Твоя мама же ну просто суперская ворожея и никогда, никогда не ошибается! — засмеялась Ксения и выглянула из-под одеяла.
— Ну, даже если это и не так! Отличный повод сходить в новый клуб и разведать обстановку! — задвигала бровями Настя и, коварно улыбаясь, потянулась накрашенными ноготками к торчащей из-под одеяла пятке Ксении. — Тебе самой уже пора бы определиться в жизни!
— Ни за что! — смеясь, воскликнула Ксения и ловко бросила подушкой в отвлекшуюся на мгновение подругу.
Завязалась дружеская потасовка, в ходе которой обе девушки запутались в одеяле и рухнули на пол. Раздался возмущенный мяв, и из общей кучи пушечным ядром вылетела взъерошенная Монро, по пути сделав попытку зацепить хоть одним коготком кого-нибудь из девушек. Ксения выплюнула попавшую в рот тонкую косичку, сдула упавшую на глаза длинную челку цвета воронова крыла и выпуталась, наконец, из одеяла. Схватив со стула халатик, она отправилась в ванную приводить себя в порядок. Настя тем временем принялась хозяйничать на кухне: варить кофе и готовить завтрак. Позднее, наслаждаясь ароматным кофе и хрустя горячими бутербродами, обе девушки обговорили, в какое время встретятся у нового клуба.
— И не забудь надеть то изумрудное платье, что ты купила на прошлой неделе! — многозначительно произнесла Настя.
— Не слишком ли это… как бы сказать… откровенно? — протянула Ксения, задумчиво теребя висящий на тонкой цепочке невзрачный кулон с небольшим серым с прожилками камнем.
— Ой, а то ты не знаешь, как одевается современная молодежь! Мы не должны от них отличаться!
— Ну, то молодежь…
— А ты прям старушка! — засмеялась Настя, — все, я тебя жду на парковке у клуба в семь вечера, не опаздывай!
— Когда это я опаздывала? — возмущенно вскинула голову Ксения и посмотрела черными, как ночь, глазами на свою подругу.
— Ну, это я так, к слову, — стушевалась Настя и, улыбнувшись, продолжила, — всегда хотела сказать эти слова, да никогда не было случая. А сегодня, увидев, что ты в послеобеденное время нагло дрыхнешь, пока я летела к тебе с горячими, как свежие пирожки, новостями, подумала, что ты сама на себя не похожа.
— Не похожа, говоришь, — Ксения задумчиво поводила ложечкой в полупустой чашке с кофе, — просто знаешь, как-то навалилось все в последнее время… Отец со своими требованиями и прочее…
— Тем более тебе нужно развеяться и отвлечься! Все, я полетела!
— Метлу не забудь!
— А мне на пылесосе удобнее!
Шутливо подтрунивая друг над другом, подруги распрощались до вечера.
— Что ж, может быть она и права. Нужно немного расслабиться. А то я совсем погрязла в делах. И почему бы и правда не надеть то платье? — хмыкнула Ксения, ласково почесывая за ушком кошку, приведенную лакомством в благостное состояние.
Монро утвердительно муркнула и поудобнее устроилась на коленях у девушки, пока та готовилась к нанесению макияжа, сидя у резного дамского столика. Интуиция девушки просто неприлично вопила, что в ее жизни скоро произойдет крутой поворот, и Ксения решила последовать ее голосу. Возможно, это случится даже сегодня.
Ксения оплатила такси и вышла из машины. В вечерних сумерках ярко светилась алым цветом неоновая вывеска нового ночного клуба «Сладость граната». «Какое странное название», — подумала Ксения, подходя к клубу и высматривая подругу. Настя нашлась у самого входа. Девушка нервно покусывала губы и смотрела на экран смартфона. Вот она оторвала взгляд от гаджета и увидела Ксению.
— Ну, наконец-то! — Настя подбежала к Ксении, цапнула ее за руку и быстро потащила в сторону входа в клуб.
— Да я вроде не опоздала, — сказала Ксения, пытаясь посмотреть на время, но бороться с ураганом по имени Настя было проблематично.
— Ты не поверишь! — Настя, пританцовывая от нетерпения, спешила предъявить пригласительные вышибале, который выглядел как натуральный шкаф, — сегодня здесь будет выступать наша любимая группа!
— А то ты не видела их логотип на пригласительном, — Ксения закатила глаза, все еще пытаясь вырваться из цепкого захвата хрупкой на вид подруги.
— Ну, ты же знаешь этих рекламщиков! Чего только не придумают, лишь бы устроить солд-аут.
— За это могут прилететь нехилые штрафы…
— Да брось ты! Народ как всегда повозмущается, напьется в хлам и думать забудет о возврате билетов или другой компенсации, — беспечно махнула рукой Настя.
Наконец, получив заветные флуоресцентные печати на тыльной стороне руки, девушки зашли в клуб и направились в гардероб. Хоть конец весны и радовал днем солнечным теплом, вечером становилось весьма прохладно, и девушки были одеты в легкие плащи. Получив номерки, они подошли к зеркалу прихорошиться.
— Я же говорила, что платье просто улет! Ну-ка, покрутись!
Ксения, медленно переступая стройными ножками, обутыми в лодочки на высоких каблуках, сделала пару оборотов. Волосы, заплетенные во множество тонких косичек, тихонько звякнули миниатюрными заколками. Изумрудное с легкими искрами платье плотно облегало тонкий стан девушки. Скроенное спереди как американка с высоким воротом без рукавов, сзади платье оставляло обнаженную спину, если не считать нескольких рядов тонких цепочек, что переплетались в глубоком вырезе. Длина платья просто не оставляла места для фантазии, настолько оно было коротким. Настя присвистнула:
— Подруга, ты неотразима!
— Да ладно тебе! А то ты не видела его на мне в примерочной! — отмахнулась Ксения, хотя было видно, что комплимент ей приятен, о чем свидетельствовал легкий румянец, появившийся на щеках.
Настя покрутилась у зеркала, посмотрев очередной раз, как взлетает и опадает пышная юбка ярко-лазурного легкомысленного, как сама девушка, платья. Пройдя блеском по губам и сложив их в игривом поцелуе, Настя подмигнула своему отражению и, схватив подругу под руку, ринулась в сторону танцевального зала, откуда доносились рокочущие звуки мощных басов.
— Подогреемся для начала? — крикнула Настя в ухо Ксении, оглушенной громкой музыкой.
— Ты же знаешь, я не люблю искусственный кураж! — крикнула в ответ подруга.
— Как знаешь! Выбери себе тогда какой-нибудь безалкогольный коктейль!
Удобно устроившись на высоких стульях у барной стойки, девушки заказали себе напитки и принялись разглядывать зал и пришедших туда людей. Ксения со скучающим видом потягивала через трубочку экзотический напиток с плавающими в нем кубиками льда и фруктами, а Настя уже вовсю стреляла глазками в сторону понравившихся ей парней, периодически поднося к губам бокал с содержимым янтарного цвета.
Внезапно все звуки как будто стали глуше, воздух сгустился. Девушки замерли. Настя поставила бокал на стойку и, улыбнувшись, потерла ручки:
— На ловца и зверь бежит!
Ксения вздрогнула и посмотрела в ту же сторону, что и Настя. Ее взгляд встретился с холодными глазами, на мгновение блеснувшими желтизной, и тут же сменившими цвет на серый с расширившимися, как будто от узнавания, темными зрачками.
— Очередная рыгаловка, — проворчал Макс, глуша мотор автомобиля и откидываясь на спинку кожаного сиденья.
— Да погоди ты! Может тут нам повезет! — Демьян успокаивающе похлопал его по плечу.
— Меня уже мутит от количества забегаловок, которые мы за последнее время посетили! Такое ощущение, что те, кого мы ищем, либо вымерли, либо хорошо спрятались!
— Расслабься и получай удовольствие! Где еще ты насмотришься на такое количество цыпочек! — заржал Демьян.
— Век не видел и дальше бы не смотрел! — мученически выдохнул Макс и потянулся.
— Фу ты, забудь уже о своей ссылке и превращайся обратно в того шалопая, которым ты был раньше!
— Я просто повзрослел! А вот у тебя до сих пор детство в энном месте играет! — без злобы отмахнулся Макс, — может тебя тоже стоит отправить на стажировку?
— Надеюсь, ты несерьезно? — шутливо захлопав ресницами, Демьян прижал ладони к лицу в деланом испуге.
— А что? Хорошая идея, кстати! Надо предложить ее матери!
— Запомни этот миг, когда ты перестал быть моим братом, предатель! — Демьян надул губы в шутливой обиде, — ладно, шутки шутками, пора идти.
— Пора так пора, — вздохнул Макс и вылез из машины. — И почему поиски должны проходить именно в таких местах? Нет бы, это была библиотека, ну или зоопарк! И мест меньше, и шанс выше!
— Это не от нас зависит! — серьезно посмотрел на брата Демьян, — мать сказала, что именно в таком месте мы сможем найти тех, кто нужен.
— А какая гарантия, что в тот день, когда мы идем в одно место, искомые персонажи не появляются в другом?
— Да перестань ты! Тебе же мать скинула ориентиры и инструкции! Вот и следуй им! — вспылил Демьян.
Макс в сердцах хлопнул дверью авто, пикнула сигнализация, и он уверенно направился к входу в клуб, мигающему белой неоновой вывеской. При входе их встретила знакомая толчея из кучи малолеток и не прошедших фэйс-контроль желающих попасть внутрь, которые пытались качать права, умолять и даже угрожать папами, мамами и прочими родственниками, пытаясь прорваться через накачанного охранника. Несколько девиц облегченного поведения, увидев транспорт, на котором приехали братья, наигранно заулыбались и походкой от бедра пошли в их сторону в надежде на халявный вход в клуб, выпивку и возможное продолжение банкета. На полпути замедлили шаг, испуганно округлили глаза и отправились восвояси.
— А чего это они? — обескураженно спросил Демьян.
— Да, так, — неопределенно ответил Макс.
Демьян подозрительно посмотрел на брата:
— Шуганул их, что ли?
— А тебе нужны эти профуры?
— Нет!
— Вот и мне — нет!
Показав нужные флаеры вышибале, они легко прошли в клуб и двинулись в сторону доносящихся до них басов. Танцевальный зал встретил их разрывающим перепонки грохотом хитовой музыки. Множество извивающихся в такт безумному ритму тел, хаотичное и дезориентирующее мерцание неоновых огней и вспышки стробоскопов, причудливо перемешавшиеся ароматы парфюма, пота, алкоголя и сигаретного дыма — все это заставляло морщиться и причиняло крайние мучения людям с острым восприятием.
Минута тянулась за минутой. Грохот басов стал совсем невыносимым. Макс уже совершенно осатанел от ощущения, что он что-то делает не так. Чутье еще никогда его не подводило. И сейчас оно твердило, что здесь точно ловить нечего. Беспокойство появилось на грани сознания, как мелкая песчинка, попавшая в ботинок. Он отпихнул очередного любителя «пойдем, выйдем, поговорим», дышащего недельным перегаром, и махнул Демьяну двигаться на выход.
— Ты что творишь? — прошипел Демьян и тут же ослепительно улыбнулся проходящей мимо девице с вытравленными до белизны волосами. Та споткнулась на тонких шпильках, удивленно взглянула на Демьяна и тут же надула накачанные губы уточкой и стрельнула глазами с густо накрашенными ресницами. Макс развернул брата к себе, состроил страшную мину, и девица, презрительно фыркнув, продефилировала дальше.
— К черту ориентиры и инструкции! Здесь нам точно ничего не светит! Но я почувствовал что-то странное. Меня словно тянет куда-то.
— Слишком много неопределенности! — скрестил руки на груди Демьян, — как в той сказке — иди туда, не знаю куда!
— Поехали!
— Куда?
— Туда!
— Очень информативно! — закатил глаза Демьян, — ладно, хорошо! Но если мы провалим задание из-за твоей, так сказать, чуйки, мать нас прибьет!
Братья вышли из клуба и сели в машину, окруженную молодежью, что делала селфи на ее фоне. Макс завел мотор, газанул, распугивая любителей фотографий, и выехал с парковки. Он мчался по вечернему городу, боясь не успеть. Несколько раз ему просемафорили сотрудники дорожной полиции за превышение скорости, но, увидев знакомые номера, быстро свернули свои требования. Вскоре он подъехал к стоящему почти на отшибе ночному заведению, алая вывеска которого ярко выделялась на фоне стремительно темнеющего неба. Он остановился, чувствуя, что это именно то место, куда его тянуло с неимоверной силой. Демьян покосился на брата и спросил:
— Выходить будем или как?
— А? Да… Идем туда! — Макс заглушил мотор и вышел из машины.
Их встречала все та же картина, что и у каждого предыдущего клуба. Все те же малолетки, халявщики и прочие. Видя, что брат сам не свой и как будто оглушенный, Демьян вздохнул и прошел первым к входу в помещение. Вышибала смерил их невозмутимым взглядом. Демьян достал из внутреннего кармана куртки пачку флаеров, выбрал нужный, с названием данного заведения, и протянул его вышибале. Тот кивнул и пропустил братьев в клуб, где им поставили светящиеся штампы на руки. Макс шел в сторону грохота музыки, погрузившись в себя и не замечая ничего вокруг. Демьян, страдальчески вздыхая, тащился за братом. Снова разрывающий перепонки рев музыки, снова изломанные мерцающим светом танцующие фигуры людей и неистребимая какофония запахов.
Внезапно, как будто тонкая нить протянулась через зал и заставила втянуть воздух всем объемом легких. Макс замер, прислушиваясь к своим чувствам, вгляделся в танцующих людей и встретился взглядом с девушкой, сидящей на высоком стуле у барной стойки в экстремально коротком изумрудном платье с глазами удивительно черного, как глубокий космос, цвета. Она смотрела на него, удивленно вскинув тонкие брови. Лучи лазеров танцевали на ней, бросая блики на маленькие заколки косичек, свесившихся на грудь девушки. Казалось, игра огней продолжалась в глубине ее глаз.
Девушки услышали, как группа, ради которой, по сути, они и пришли, вышла на сцену и стала подключать инструменты. Настя отставила бокал и потянула подругу на танцпол:
— Пошли, пока лучшие места у сцены не заняли.
Ксения допила напиток и последовала за Настей. Ее не покидали мысли о пронзительном взгляде сероглазого парня. Она даже не сразу поняла, что группа уже начала выступление. Из ступора Ксению вывел и заставил поморщиться неожиданно обрушившийся на неё гвалт и визг столпившихся вокруг фанатов группы. Поймав ритм, она начала пританцовывать в такт знакомым песням. И вдруг вздрогнула, ощутив чьи-то теплые ладони на талии.
Словно путеводная нить Ариадны, Макса вел протянувшийся через клуб тонкий, ни с чем несравнимый, аромат. Он легко нашел девушек, перешедших от бара к сцене и двигающихся в такт музыке. Твердыми ладонями Макс привлек к себе Ксению и втянул воздух. Это она. Та, которую он искал так долго. Пусть она окажется не той, чья помощь нужна. Но его мольбы были тщетны. Все признаки указывали на то, что его выбор в этом отношении правильный. Да и чутьё ещё никогда его не подводило. Чувство горечи стало всеобъемлющим. Демьян вопросительно поднял брови. Макс обречённо кивнул. Ксения, почувствовав чужие руки, касающиеся ее сквозь тонкий материал платья, повернулась к Максу с искренним возмущением, написанным на красивом лице, и спросила.
— Вы что себе позволяете? — Ксения попыталась отстраниться от Макса.
— Простите, — смущённо проговорил Макс, — кажется, я вас спутал со своей знакомой.
А Ксения, подняв глаза, узнала тот самый серый взгляд, что не покидал ее мыслей.
— Кажется, вы лжёте, — Макс прочитал по губам шепот Ксении.
— Признаюсь, да, — улыбнулся Макс, — продолжим знакомство где-нибудь, где потише?
Ксения задумалась на мгновение, заглянула Максу в глаза и, что-то разглядев, кивнула:
— Ответ положительный.
Спрашивать мнение Насти не было смысла, она уже вовсю шебетала о чем-то с Демьяном, который вслушивался в голос девушки, едва пробивавшийся сквозь грохот музыки. Молодые люди удалились в небольшую VIP-комнату, где плотная дверь отсекала большую часть звуков ночного клуба, и заказали кофе. Макс, скрестив руки на груди, с нечитаемым выражением лица разглядывал девушек.
— Вы как-то напряжены, — пригубив кофе, отметила Ксения.
Макс потянулся было взъерошить короткие с проседью волосы, но на полпути передумал, наклонился к столику и взял руку Ксении в свои:
— Наверное, это будет банальностью, но я просто ошеломлен вашей красотой… И давайте перейдем на «ты»?
— Хорошо! — легко согласилась Ксения и пошевелила пальчиками, чувствуя мозолистую ладонь Макса, другой рукой она вертела невзрачную подвеску. Ксения чувствовала какую-то неправильность в этом симпатичном мужественном парне, какую-то затаенную грусть, и ей захотелось разгадать эту загадку.
— Ты воевал? — вдруг спросила она, — где?
Макс изумленно посмотрел на нее:
— Да. Но дальнейшая информация засекречена, — чуть смутившись, продолжил он.
— О! Братец у нас — сама таинственность! — засмеялся Демьян и приобнял Настю, которая казалась совсем не против такой фамилярности.
Несколько раз, пока компания общалась на отвлеченные темы, кто-то колотил в дверь, пытаясь войти. Пока, наконец, Макс не выдержал такого вмешательства и не бросил раздраженно:
— Может, уже покинем это пренеприятное местечко?
Демьян захохотал в голос:
— А кто же меня чуть ли не силком сюда тащил?!
Макс, поглаживая ручку Ксении, пробормотал:
— Ну, кто ж знал, что сюда приходят такие нимфы, которых не захочется мучить дискомфортом.
Настя согласно закивала, мелкие кудряшки задорно подпрыгнули в такт. Ксения хлопнула в ладоши:
— Я только «за»! Устала уже от этого, — она очередной раз покосилась на дверь, в которую опять кто-то ломился.
Макс поднялся со своего места и резко открыл дверь. Внутрь ввалился ничего не соображающий тип и обдал компанию винными парами:
— Ик, я эта… кажется, ашипся! — и, уютно примостившись у ножки стола, захрапел.
Ксения прыснула от смеха, легонько попинала нежданного гостя носочком туфельки, пожала плечами и вышла из комнаты со словами:
— Нашел последнее пристанище!
Макс попытался прикрыть дверь за выходящими из комнаты Демьяном и Настей, но модная остроносая обувь спящего этого не позволила. Макс махнул рукой:
— Да и черт с ним! — засмеялся и двинулся за всеми в гардероб и далее к выходу.
Ночь встретила их прохладным свежим воздухом. У входа толпились редкие страждущие, не теряющие надежду попасть все-таки внутрь. Девушки зябко поежились. При дыхании вырывались клубочки пара.
— Предлагаю покататься, а то гулять как-то прохладно! — Макс посмотрел на явно замерзающих девушек и крутнул ключи на пальце. Ксения, немного подумав, согласилась. Макс нажал кнопку на брелоке, и невдалеке послышался писк сигнализации припаркованной Porsche Panamera. Ксения присвистнула:
— Неплохо! — и направилась к машине, цокая каблучками. Молодые люди загрузились в авто. Макс завел довольно заурчавший мотор, и машина, взвизгнув шинами, резко тронулась с парковки у клуба.
Приятное тепло салона согревало. Ненавязчивая мелодия тихо лилась из колонок. Быстро мелькали огни ночного города, ровная дорога стелилась под колеса пожирающего километры мощного автомобиля. Получающий истинное удовольствие от вождения, Макс уверенно вел машину, искоса поглядывая на Ксению, расслабленно сидящую на пассажирском сиденье по правую руку от него. Девушка прикрыла глаза, и, казалось, незаметно разглядывала его сквозь опущенные ресницы, хотя на ее умиротворенном лице не отразилось ни одной эмоции. Демьян что-то шептал на ушко зардевшейся Насте. Глаза девушки горели предвкушением. Она застенчиво улыбнулась и кивнула в ответ на очередной вопрос. Макс нахмурился:
— Эй, молодежь! О чем это интересном вы там уже успели договориться?
Настя засмеялась и высунула язык:
— А вот и не скажем!
У Ксении дрогнули уголки губ в легкой улыбке:
— Мне кажется, что стоит немного придержать коней, мальчики и девочки.
Настя состроила серьезную мину и отсела от Демьяна, чопорно сложив руки на коленках. Ксения фыркнула. Макс глянул в зеркало заднего вида и улыбнулся глазами:
— Не хотите посмотреть на город сверху?
— А давай! — хлопнул по спинке водительского кресла Демьян.
Спустя некоторое время быстрой езды и непродолжительного подъема в гору компания замерла у парапета, любуясь открывшимся перед ними видом ночного города почти с высоты птичьего полета.
— Хочу стать птицей! — Ксения распахнула руки, словно крылья. Ветер трепал косички, девушка прикрыла глаза, подставив лицо ночной прохладе. Увидев, что она начала ежится от холода, Макс положил руки на поручень по обе стороны от Ксении, согревая ее теплом своего тела, и смотрел на город поверх ее плеча.
Настя о чем-то довольно хихикала, опять шепчась с Демьяном. Ксения запрокинула голову и прижалась к Максу:
— Не пойму… Ты близкий и далекий. Я как будто знаю тебя всю жизнь и не знаю тебя совсем. Что это?
Макс уткнулся носом в макушку девушки и прошептал, вдохнув тонкий аромат шампуня, исходящий от черных волос:
— Если бы я только знал…
— Смотри-ка, сами-то! — Настя обличительным жестом ткнула в них пальцем и рассмеялась. Демьян шутливо подхватил ее на руки, и девушка неискренне завизжала от страха.
— Может, узнаем друг друга получше? У меня появилась идея, — проговорил Макс, — через пару недель у меня отпуск, и я бы хотел провести его в твоей компании. У нас есть загородный дом. Можно поехать туда, шашлыки и прочее… Что думаешь?
— Я настроена положительно! Мне уже все, кому не лень, все уши прожужжали, что я давно не отдыхала, — ответила Ксения.
— А отдых на природе — это то, что доктор прописал! — назидательно подняла палец к небу Настя, прислушивающаяся к их негромкой беседе.
Демьян довольно прищурился:
— Тогда давайте по домам и на созвоне, заметано?
— Ок! — Ксения округлила пальцы в понятном всем жесте.
Ласковое майское солнышко пригревало людей, решивших в выходной день посвятить время общению с семьей и отдыху. Многочисленная ребятня с визгами носилась по стриженой траве. Молодой отец что-то объяснял малышу, который с горящими от восторга глазами тянул руки к воздушному змею. Вот он вложил сыну в ладошку конец веревки, несколько раз обмотал его вокруг детской ручки и попросил крепче сжать кулачок. Подсадил сына себе на шею и, придерживая его за свесившиеся ножки, побежал. Набережную огласил счастливый смех ребенка, который увидел, как воздушный змей, подхваченный порывом ветра, взмыл ввысь, натянув веревку, и затрепетал в синем небе, играя многочисленными цветными хвостами. Несколько подростков занимались спортом на воркаут-площадке под музыку, доносившуюся из портативной колонки. Влюбленные парочки, расстелив покрывала, сидели на них в обнимку. Маленькая девочка плаксиво упрашивала родителей дать ей еще кружок покататься на пони. Ее мать изо всех сил пыталась отвлечь ребенка, обещая что-то купить. А владелец пони с обреченным спокойствием взирал на череду детишек, которые тоже хотели прокатиться на маленьком лохматом коньке, флегматично жующем свежую травку.
Ксения и Настя наблюдали за безмятежной синевой неба и лениво переговаривались, сидя на песке, нагретом солнцем. Легкий ветерок приятно холодил кожу, от реки доносился едва слышный плеск воды. Белые лепестки, сорванные ветерком, разлетались с яблонь, растущих неподалеку. В этом году цветение было особенно обильным. Все деревья были настолько густо покрыты ароматными белыми цветами, что даже не было видно зеленой листвы. И теперь, когда деревья стали отцветать, легкие порывы ветерка разносили белые лепестки по всей набережной. Казалось, что летят хлопья снега. Пара лепестков приземлилась на раскрытую ладонь Насти, и она легонько подула на них, отправляя в дальнейший полет.
— Ксю, а Ксю? — капризно надула губы блондинка.
— Ну, чего тебе? — прикрыв глаза, нежилась на солнышке Ксения.
— Ты же сама согласилась на эту поездку. А теперь? Передумала? Ну что тебе в них не нравится? Успешные, симпатичные.
— Да не знаю я! Нась, такое ощущение, как будто они какие-то ненастоящие, дымкой подернутые. Вот прям свербит где-то внутри беспокойство.
— Да ну! Брось! Природа, чистый воздух, тишина, шашлычки! Что тут может произойти? Тем более нам уже давно нужно было хоть ненадолго покинуть город. Давит, знаешь ли… А тут прям очень вовремя!
— Это-то и настораживает… Слишком уж все гладко.
Ксения посмотрела на легкие облака, начавшие свой бег по бескрайнему небу. Казалось, они отражали внутреннее смятение девушки. Мимо пронесся на самокате мальчишка дошкольного возраста, преследуемый матерью, встревоженной набранной им скоростью.
— А ты папочку предупреди, куда и с кем поедешь! — засмеялась Настя.
— А ты — мамочку! — отзеркалила Ксения.
— Дожили, будем еще предков предупреждать, в нашем-то возрасте!
— Ага, смешно! — с сарказмом сказала Ксения. — Ладно, черт с тобой, съездим, отдохнем, может, и правда я настолько устала, что мне все везде мерещится.
— Отец лютует?
— Не то слово! Врагу не пожелаешь такой работы! Уж лучше на дядю работать!
— Ну не скажи — дядя у тебя тот еще монстр!
— Да я в переносном смысле! — захохотала Ксения.
— Да поняла уж! — хихикнула Настя. Кудряшки смешно подпрыгнули в такт подрагивающим от смеха плечам.
— Кстати, хотела тебя спросить, — Ксения с подозрением уставилась на подругу. — Уже несколько вечеров подряд не могу до тебя дозвониться. Не хочешь поделиться?
Настя порозовела и отвела взгляд:
— Да так, — она погладила ладошкой нагретый на солнце песок и пробормотала. — То спать рано лягу и отключу, то батарейка сядет…
— Врать ты не умеешь, — Ксения вздохнула. — Ладно, дело твое, захочешь — расскажешь…
Повисла неловкая пауза. Ксения задумалась о Максе, чьи серые глаза почти не покидали ее мыслей с той самой встречи в клубе. Ей было немного непривычно, что между ней и Настей в кои-то веки возникли какие-то недомолвки и секреты. Ксении было неловко признаться, что она почувствовала сильное притяжение к Максу, ведь она всегда высмеивала подругу за ее ветреность и стремительную влюбчивость в каждого симпатичного парня.
— Ты права, — Ксения, наконец, нарушила молчание. — Я слишком долго держала себя в рамках, отказывая себе во многих шалостях. Может, пора отпустить вожжи? — и она с хитринкой посмотрела на Настю.
— Во-о-от! — Настя довольно улыбнулась. — Я давно тебе об этом говорю! А ты вся в делах! Нашу природу не обманешь, нам просто необходимо иногда выйти за рамки приличий!
Ксения рассмеялась, а Настя прикусила нижнюю губку и игриво подмигнула проходящему мимо парнишке, который загляделся на ее стройные ножки и мило покраснел до самых ушей. Ксения шутливо пихнула подругу в бок, и та прекратила строить глазки студенту. Тот, поняв, что белокурая бестия всего лишь играет, грустно улыбнулся и отправился восвояси.
Небо снова сияло бескрайней чистой синевой. Ксения задумчиво крутила в пальцах подвеску, вглядываясь в блеск речной ряби. Посреди реки тренировалась сборная по гребле на байдарках. Сильные, ритмичные взмахи весел и блеск сорвавшихся с них капель завораживали. Настя откинулась назад, уперев руки в нагретый солнцем песок. Каждая мечтала о чем-то своем, сокровенном.
Раннее утро выходного дня выпало на начало июня. Влажная свежесть воздуха после ночного дождя проникала сквозь тонкие шторы и приятно холодила кожу. Солнце лишь недавно выглянуло из-за горизонта и начало пригревать просыпающуюся природу. Девушки перед поездкой решили ночевать вместе, чтобы их можно было забрать одновременно. И сейчас они, шлепнув надрывающийся будильник по кнопке, зевали и пытались собрать мысли в кучку, вспоминая, зачем им понадобилось вставать в такую рань. Вечерние посиделки затянулись почти до утра, и шальная мысль завалиться и досмотреть сон периодически возникала то у одной, то у другой девушки. Решив, что они могут подремать в машине по дороге за город, подруги собрали волю в кулак и стали готовиться к поездке, перепроверяя спортивные сумки, в которые они еще с вечера уложили необходимые вещи. Монро, задрав пушистый белоснежный хвост, царственно прошествовала на кухню, чтобы получить порцию вкусняшек на завтрак.
— А кто присмотрит за Монро? — невнятно спросила Настя с зубной щеткой во рту.
— Соседку уже попросила, — отмахнулась Ксения.
— А она не?.. — многозначительно спросила Настя.
— Она не! — Ксения со смехом передразнила подругу, — Монро еще ни разу не дала повода подозревать ее хоть в чем-то. Она у меня редкостная умница!
— Ага, и такая же редкостная, противная, наглая, шерстяная… — продолжить Настя не успела, так как обсуждаемый объект с настойчивостью и непрошибаемостью танка потерлась о тонкий трикотаж пижамных штанишек Насти, оставив белоснежные клочья шерсти на них.
— Ксю! Ну, скажи ты ей! — Настя потрясла в гневе зубной щеткой, — это она специально!
— А ты не хами ей! Да, моя прелесть? — подняв на руки увесистую тушку пушистой кошки, Ксения легонько чмокнула ее в нос. Монро довольно мурлыкнула, потерлась головой о подбородок хозяйки и презрительно посмотрела оранжевыми прищуренными глазищами на ее подругу.
— Сговорились, да? Я ж ее шерсть теперь ничем не уберу! Теперь только на выброс… — плаксиво протянула Настя.
— Попроси у Монро прощения, — подмигнув, ответила Ксения.
— Ладно, пушистая э… царица! Прости великодушно, никоим образом не хотела оскорбить ваше великолепие! — Настя шутливо сложила ручки. Монро высокомерно глянула на девушку и фыркнула, видимо даруя свое прощение.
— На! Горе ты мое, — Ксения сунула ей ролик для одежды и пошла на кухню готовить легкий завтрак. Наслаждаясь ароматным горячим кофе со сливками, девушки слушали музыкальный канал, как вдруг клип популярной певицы прервался, и на экране возник взволнованный диктор местного новостного канала: «Экстренный выпуск новостей! В роще близ города Н-ск были найдены мумифицированные останки пропавших одиннадцать лет назад Снежаны Р. и Дианы В. Полиция пока воздерживается от разглашения деталей. Оставайтесь с нами. Вскоре мы сообщим официальную информацию!»
Настя сузила глаза:
— Нашлись-таки...
— Ты представляешь, что сейчас чувствуют родные? — Ксения вздохнула.
Настя удрученно покачала головой:
— Нужно будет отправить соболезнования. До последнего ведь надеялись, что девчонки живы...
Подруги молча переглянулись.
— Как думаешь, твой отец уже в курсе? — отставив остывающий кофе, спросила Настя.
— Думаю, он уже там и руководит всем, — ответила Ксения.
— Значит, узнаем подробности, как говорится, из первых рук, — Настя допила кофе и пошла ополоснуть кружку. — А пока мы будем наслаждаться законным отдыхом!
У дома Ксении остановился огромный черный внедорожник, похожий на монстра на колесах. Одновременно с этим тихонько тренькнул мобильник Насти, и, подхватив небольшие спортивные сумки, девушки вышли из квартиры.
У машины, прислонившись к двери, стоял Демьян. Отливающие золотом в лучах утреннего солнца волосы были небрежно собраны в низкий хвост. Он одобрительно кивнул, оценив одетых по-походному девушек и их компактный багаж, явно укомплектованный только самыми необходимыми вещами.
— Привет, девчонки! А чего это вы такие сонные с утра пораньше? — лучезарно улыбнулся он.
— Тебя бы так, и ты бы так, — пробурчала Настя. — И кто придумал такие ранние подъемы? Можешь не отвечать: это был риторический вопрос.
— Путь неблизкий, не хотелось бы приехать и жарить шашлыки в темноте, — ответил Макс, сидящий за рулем четырехколесного чудовища, — загружайтесь, давайте.
— Настолько неблизкий? — Ксения удивленно вскинула брови, разглядывая джип на огромных колесах, оснащенный дополнительными приборами освещения, — вы вроде говорили про поездку на дачу?
— Ну да, на дачу, только она малость далековато, — хмыкнул Демьян.
— А сеть-то там хоть ловит? — капризно протянула Настя.
— Там есть куда больше интересных вещей, чем втыкаться в экран телефона, — вклинился в разговор Макс. — Девчонки, правда, все нормально, садитесь быстрее! Если вы не выспались, то спокойно можете подремать в дороге, там сзади как раз есть пледы, укроетесь.
— Какой заботливый, — Настя шутливо толкнула кулачком в бок подруге и подмигнула, — бери, пока дают!
Ксения закатила глаза, поудобнее перехватила ремешок спортивной сумки и подошла к предусмотрительно открытой Демьяном задней двери джипа.
— Давай, я помогу, — легонько тронул ее за руку Демьян, снял с плеча сумку и помог забраться на высокую подножку, следом подсадил Настю, чуть дольше задержав маленькую ладошку девушки в своей руке и подмигнув.
— Будем заезжать на заправку? — спросила Ксения.
— Нет, мы уже заправились. Есть запасные канистры на всякий случай, купили все необходимое, а если чего-то не хватит — поищем на даче, — ответил Макс и завел мотор.
Двигатель взревел рассерженным буйволом, и джип плавно тронулся в путь.
Ранний подъем и хорошая ровная дорога сделали свое дело. Невыспавшиеся девушки вскоре утомились, разглядывая однообразный пейзаж из серых высоток, сменившихся частным сектором. За городом вид стал более приятным — деревья, покрытые свежей листвой, еще не успевшей выгореть под палящим летним солнцем. Подруги удобно устроились на широком заднем сиденье, укрылись тонким пледом, сонно переговаривались и вскоре задремали под ненавязчивый мягкий звук электронной музыки, доносящейся из динамиков.
— Пока все идет по плану, — скосив глаза на спящих девушек, прошептал Демьян.
— Молчи, пожалуйста! Не хватало еще, чтобы они хоть что-то заподозрили раньше времени, — глянув в зеркало заднего вида, пробормотал Макс.
— Пожалуй, я тоже покемарю.
— Лучшее предложение для твоего болтливого языка! Уж лучше спи, — ответил Макс и прибавил газу, выехав на скоростную магистраль. Управляемый уверенной рукой отличного водителя, джип довольно урчал, пожирая километр за километром.
Спустя несколько часов джип съехал с шоссе на грунтовую дорогу. Машину ощутимо тряхнуло, и спящие пассажиры проснулись, пытаясь понять, где они и что происходит. Невдалеке замаячила небольшая роща, и блеснул быстрый ручей. Макс уверенно повернул руль в сторону рощи и, проехав несколько сотен метров по небольшим кочкам, остановился в тени деревьев. Заглушил мотор, открыл форточку, и в салон затянуло упоительный запах свежей травы.
— Предлагаю немного размяться и перекусить, проехать осталось не слишком много, но не хочется торопиться с жаркой шашлыков из-за бурчащего от голода желудка, — сказал Макс, выпрыгнул из джипа, потянулся всем телом и пошел к багажнику.
— Я «за»! — крикнула Настя и поспешила вылезти из машины. Демьян подхватил ее и помог спуститься, следом помог Ксении.
Девушки, довольно зажмурившись, стояли и вслушивались в шелест листвы и щебет птиц. Хотелось кружиться, раскинув руки, и впитывать в себя лучи солнца и ароматы трав. Ксения зыркнула в сторону парней, организовывающих небольшой пикник, и, потянув Настю за собой, крикнула:
— Мальчики направо, девочки налево!
— Ок! — Макс смешливо сложил пальцы в жесте и широко улыбнулся, — в ручье вода чистая, можете даже пить!
— Хорошо! — девушки уже торопились в сторонку.
Умывшись в холодной кристальной воде ручейка, подруги почувствовали себя заново родившимися.
— Хорошо-то как! — буквально простонала Ксения.
— И не говори! — невнятно проговорила Настя, попробовав ледяную воду ручья на вкус. Зубы заломило от холода. — Как будто с горного ледника!
Вернувшись к джипу, они увидели импровизированный пикник — небольшой туристический комплект мебели, одноразовый набор посуды и легкий перекус в виде бутербродов. Особенно радовал взгляд термос, из которого доносился аромат кофе.
— Я вас обожаю! — Настя вцепилась зубами в первый попавшийся бутерброд, который оказался с ветчиной.
— Лучшая похвала для шеф-повара! — Демьян шутливо изобразил поклон.
Ксения грела ладони, замерзшие в воде ручья, о картонный стаканчик с горячим кофе и довольно щурилась на солнышке. Перекусив, девушки удалились в сторону поляны, где со смехом принялись собирать одуванчики для венков. Братья развалились прямо на примятой траве и с ухмылками наблюдали за ребячеством девушек. Стояла умиротворяющая тишина, прерываемая только жужжанием насекомых, шелестом листьев и травы на легком ветерке да хихиканьем девушек, украшающих себя цветами. Вскоре Макс выплюнул травинку и крикнул подругам:
— Закругляемся! Пора выдвигаться!
С легким сожалением девушки покинули гостеприимную полянку и вернулись к парням, которые уже убрали все следы пикника. Все снова загрузились в машину.
— Сейчас будет немного трясти! — предупредил Макс.
— Ну, уж не немного! — заржал Демьян, — сейчас будет самый поганый кусок дороги, хоть бы обед не попросился наружу!
— Специально для тебя припас пакеты, они в бардачке, — хмыкнул Макс.
— Какой ты добрый! — Демьян захлопал глазами и открыл бардачок. — Реально? Пакеты?
— Любой каприз! — Макс со смехом повернул ключ зажигания, и мотор довольно взрыкнул, просыпаясь.
Дальнейшая дорога попыталась вытрясти душу из людей. Джип то натужно ревел, пытаясь заехать на пригорок, то мчал, подпрыгивая на ухабах, давая людям ощутить все прелести американских горок.
— Теперь я понимаю, на фига мы едем на таком монстре! — просипела изрядно позеленевшая Настя.
— Потерпите еще немного. Скоро будет участок получше, — сказал Макс, внимательно следя за дорогой.
— Такое ощущение, что по этой дороге никто, кроме нас, ни разу не проезжал! — изо всех сил держась за ручку над дверью, воскликнула Ксения.
— Ты недалека от истины, — поймав ее взгляд в зеркале заднего вида, ответил Макс, — это, можно сказать, старое родовое гнездо. Мы часто отдыхаем там семьей. Посторонние очень редко имеют возможность его посетить.
Спустя несколько мучительных километров джип свернул на укатанную грунтовку и, поднимая клубы пыли, помчал, как по стиральной доске, к чернеющему вдали лесу. Несколько минут по этой зубодробительной дороге — и джип въехал в темную прохладу деревьев. Сбавив скорость и открыв форточки, Макс сказал:
— Ну вот, мы почти приехали.
Попетляв по узкой, изрытой корнями деревьев, дороге в лесу, показавшемся мрачным и неуютным после залитого солнцем поля, он выехал на дорожку, посыпанную каменной крошкой.
Проехав еще несколько сот метров, джип остановился у ступеней дома, зашуршав гравием. Макс заглушил мотор и сказал:
— Выгружаемся, господа!
В наступившей тишине пощелкивал остывающий двигатель. А девушки, выйдя из машины, замерли перед открывшимся их взору строением.
— Вот это дача, — хрипло произнесла Ксения, незаметно сжимая камень в своей подвеске.
— Ага, — ошеломленно ответила Настя.
Их глазам предстал огромный двухэтажный особняк с мансардой, больше похожий на старинную усадьбу. От центрального входа расходились в стороны два крыла. Заросший плющом по самую крышу, дом как будто срастался с окружающими его многовековыми деревьями. Они шелестели листвой и тихо нашептывали что-то. Узкие высокие окна осуждающе смотрели темными провалами на посетивших его людей. Старинное здание словно замерло в ожидании. В воздухе чувствовалось едва заметное напряжение, атмосфера сгустилась, как перед грозой. Глухо каркнул ворон, заставив девушек синхронно вздрогнуть и оглянуться по сторонам. Хлопнула дверь автомобиля, захрустел под тяжелыми шагами гравий.
— Нравится? — тихонько спросил Макс, наклонившись к уху Ксении.
— Ужасно, — сглотнув, ответила она.
— Чего встали? Привидение, что ли, увидели? — крикнул Демьян и, подхватив несколько сумок, легко взбежал на ступени. Ввел код к домофону, дисплей вспыхнул и потух. Не дождавшись ответа от электроники, он принялся искать ключ.
— Да где же он? — он шарил рукой то с одной, то с другой стороны двери. — Нашел! — достал он вполне современный ключ и, немного попыхтев, открыл замок. Дверь, тихонько скрипнув, отворилась, впуская тепло первого месяца лета в темный холл. Демьян несколько раз щелкнул выключателем, пробурчав:
— Опять система глючит, или кто-то генераторы не заправил. И дверь не смазал. И замок…
— Спокойно! Так, девчонки, подождите минутку, сейчас все наладим, — сказал Макс и, также подхватив несколько сумок, отправился вслед за братом.
Оба парня скрылись в темноте помещения, и только гулкое эхо их голосов говорило о том, что в доме кто-то есть.
Ксения обхватила себя руками и посмотрела на Настю:
— Прям мороз по коже!
— Ну! — удивила своей немногословностью Настя.
Томительное ожидание вскоре было прервано приглушенным ворчанием генератора, тихо пискнул домофон и выдал: «Добро пожаловать домой!» Окна дома оживились огнями, и сам он перестал так давить своей мрачностью. Подруги улыбнулись и поднялись по ступеням к двери. Их встретил лучащийся удовольствием Демьян и провел в огромный, залитый ярким светом холл с несколькими дверями. От боковых стен помещения, полукругом вверх, вели две лестницы, чтобы встретиться на втором этаже, где соединялись в небольшую площадку с ограждением в виде резных перил. С площадки ответвлялись коридоры, ведущие в комнаты. Высокий потолок с лепниной, пол с темным паркетом соседствовали с ультрасовременной мебелью в стиле хай-тек и висящим у двери блоком управления системой «Умный дом».
— Добро пожаловать! — разведя руки в стороны, произнес Демьян.
— Сначала заселимся, потом будет небольшая экскурсия, а уже потом будем заниматься шашлыками! — Демьян повел девушек показывать комнаты. Макс в это время вернулся к джипу и, заведя мотор, отогнал машину куда-то за дом, который ошеломлял своим величием. Он не поражал чересчур огромными размерами, но в то же время оставался достаточно вместительным. Из холла вели двери в правое и левое крыло, а также, видимо, на задний двор. В левом крыле находились гостевые спальни и небольшая уютная гостиная, выполненная в теплых древесных, с зелеными элементами, тонах. На стене висел огромный современный телевизор, оснащенный мощным саундбаром. Прямо напротив экрана расположился большой и очень удобный даже на вид подковообразный диван. Сбоку от телевизора был узкий шкаф, в котором за стеклянными дверцами обнаружилось множество дисков с кинолентами и разнообразной музыкой, звучание одной из которых сейчас лилось из колонок. Система позволяла передавать звук, как в каждое общее помещение дома, так и наружу. Радовал взгляд мини-бар с различными напитками, среди которых в холодильном секторе были соки и минеральная вода. Дышал уютом уголок с настоящим камином и парой глубоких кресел, стоящих на ковре с длинным ворсом.
Девушки выбрали себе одну из комнат в кремовых с белым оттенках. Окна спальни выходили на внутренний двор. В комнате было достаточно лаконично и обезличено, как в гостинице: двуспальная кровать, шкаф-пенал и комод, небольшой стоящий у окна столик с парой мягких стульев и дверь, ведущая в ванную комнату с сияющей белизной сантехникой. В шкафу висели несколько банных халатов, а на полочках аккуратно разложены комплекты пушистых полотенец.
Подруги распаковали вещи и разложили их по местам. Освежившись в душе после изнурительной поездки, они переоделись. Оглядели друг друга и рассмеялись, так как, не договариваясь, выбрали похожие футболки с героями мультфильма «Ледниковый период». Затем девушки вышли, ведомые любопытством, изучать временное жилище. Проследовав через центральный холл, подруги пошли на звуки, доносящиеся из правого крыла. Там на огромной кухне, напичканной по последнему слову техники, они обнаружили братьев, которые загружали холодильник и морозильную камеру свежими продуктами и заморозками.
— А почему вода ни разу не теплая? — поежилась Настя, скрестив руки на груди, поверх изображения вмерзшего в льдину Скрата.
— Из-за сбоя генератора пропало электричество. Результаты сейчас перед нами — вода в бойлере остыла, а самое грустное — пришлось выкинуть много испорченного, — с сожалением сказал Макс, — хорошо, что мы, как предчувствуя, закупили все необходимое в супермаркете. Иначе бы пришлось ехать в ближайший город, чтобы пополнить запасы продуктов. Все-таки нужно почаще наведываться сюда и проверять работоспособность систем. Вот и доверяй современным технологиям. Даже сообщение не пришло о том, что произошло аварийное отключение электричества.
— Можно накатать жалобу! — посоветовала Ксения, удобно усевшись на высокий стул у барной стойки, — могу помочь!
— Позже, обязательно! — поднял большой палец вверх Макс, — сейчас не хочу портить отдых приездом специалистов и весь отпуск провести в спорах с ними.
— Что верно, то верно! — откликнулась Настя, — а что еще интересненького у вас тут имеется?
— О, кстати, об этом! — зажимая пальцы на руке, принялся перечислять Демьян, — левое крыло, как вы уже заметили, отдано под гостевые спальни и гостиную, а в правом вот эта кухня, еще есть сауна с бассейном. В доме есть подвал с котельной, генератором и другими хозяйственными помещениями. На втором этаже мы практически не бываем, мама любит тишину и определила свою спальню и рабочий кабинет как раз там. Изредка, если собирается совсем большое количество гостей, мы открываем остальные комнаты на втором этаже. Но это бывает крайне редко и только по особым случаям.
— О! Она тут постоянно проживает? Одна? — удивилась Ксения.
— Ну, ты скажешь тоже! Нет, конечно! В смысле, не одна! Здесь постоянно кто-то гостит, говорю же, родовое гнездо. Сейчас выдался тот редкий момент, когда мама улетела в отпуск, предупредив всех. Остальные тоже разъехались, кто куда. А мы можем здесь отдохнуть, совершенно не боясь, что нас кто-то побеспокоит.
— А, теперь понятно! — улыбнулась Настя, — хата на отвязе!
— Типа того! — засмеялись братья.
— А еще у нас есть чердак! — понизив голос, попытался напугать девушек Демьян.
— Да ну? — вступила в игру Настя.
— Ага! Там хранится много старинного барахла и пыли! — присоединился к разговору Макс, — как-нибудь поднимемся, посмотрим, что там еще не растащили на память родственники. Все, я закончил, — он закрыл дверцу холодильника и шутливо смахнул несуществующий пот со лба, — можем приступать к самому главному — отдыху!
— Ура! — отсалютовали все присутствующие.
— Предлагаю сейчас пойти на задний двор и подготовить все для пикника, чтоб осталось только пожарить шашлык и предаться ничегонеделанию! — продолжил Макс и направился в холл.
Все проследовали за ним.
Макс отворил дверь, ведущую на просторную, залитую ярким солнцем веранду на заднем дворе. Молодые люди замерли, с удовольствием греясь в его лучах. Вкусно пахло нагретой древесиной и цветами, которые росли в небольших кашпо на перилах. На дощатом полу стояла плетеная мебель, маня удобно в ней расположиться. Всюду чувствовалась рука женщины. Было видно, что это место любят и берегут. Первое мрачное впечатление улетучилось, оставив лишь легкое беспокойство на краю сознания. От веранды расстилалась небольшая лужайка, окруженная густым смешанным лесом. Посреди нее была деревянная беседка, украшенная вьющимися растениями. Рядом с беседкой стоял мангал на высоких ножках. Чуть в отдалении, почти на границе с лесом, мерцал зеркальной гладью небольшой пруд. Часть одного крыла здания сзади была отдана под гаражи с автоматическими воротами. От них вела усыпанная каменной крошкой узкая дорожка к фасаду дома.
— Так, — Макс потер руки, — Демьян, тащи шезлонги, а я пока схожу за дровами. Девчонки, вы пока можете пойти к пруду, вода наверняка еще холодновата, но он неглубокий, поэтому, скорее всего, в нем скоро можно будет купаться.
Согласно кивнув, подруги отправились в сторону блестящей на солнце глади.
— Я прям оживаю! — мечтательно проговорила Ксения.
— Я — тоже! А ты ехать не хотела! — Настя шутливо подначила ее.
— Вот, девчонки, шезлонги, располагайтесь! — проговорил чуть запыхавшийся Демьян и, разложив пляжную мебель, удалился.
— Спасибо! — девушки крикнули ему вслед и воспользовались предложением.
— Ты заметила, что периметр почти весь напичкан камерами и разнообразными датчиками? — тихонько поинтересовалась Ксения, млея под солнцем на шезлонге.
— Может, у них тут древние драгоценности в сейфе хранятся! — попробовала пошутить Настя, — вон, судя по имеющимся у них тачкам и прочему, они более чем богаты.
— Может быть… — задумчиво протянула Ксения, — тогда тем более странно, что они полагаются на несовершенную систему охраны, которая вырубается от любого сбоя.
— Ну, может, это разовое?
— Да нет, ключ, которым открыли дверь, достаточно часто используется. Значит, сбои происходят регулярно.
— Все-то ты замечаешь, расслабься, отключи уже свою паранойю и займись более полезным делом — отдыхом! Ради которого мы сюда и приехали! — фыркнула Настя.
— Пожалуй, последую твоему совету, — Ксения прикрыла глаза, перед этим метнув взгляд в сторону замаскированной камеры наблюдения, сверкнувшей объективом при очередном повороте. — Просто посуди сама. Их мама улетела в отпуск, однако цветы выглядят ухоженными, как будто хозяйка и не отлучалась.
— Возможно, она только недавно улетела? Или домработница приходит.
— Ага, по такому бездорожью? А мать улетела так недавно, что даже продукты успели в морозилке испортиться?
— Мало ли, — развела руками Настя, — перестань уже, Ксю! Все нормально! Ведь сказано же, здесь постоянно кто-то тусит! Просто сейчас выдался тот редкий момент, когда, наконец, никого кроме нас нет!
— Какая ты доверчивая! — укоризненно произнесла Ксения.
— А ты — сама Мисс Подозрительность! Все! Хватит! — Настя натянула на нос пляжную шляпку и притворилась спящей. Ксения покачала головой и посмотрела в сторону парней, суетящихся у беседки с мангалом.
— Все хорошо? — спросил Макс у подошедшего Демьяна, аккуратной стопкой укладывая березовые дрова в мангале.
— Все ок! — заверил его Демьян, — девчонки на полном расслабоне.
— Будь аккуратнее! — предостерегающе буркнул Макс.
— Да расслабься ты, наконец! Ты ж меня знаешь!
— Вот потому и предупреждаю!
По небу тихонько ползли редкие облака, наплывая на солнце и продолжая свой путь.
— Отнеси пляжный зонт к пруду, не хватало нам еще обгоревших на солнце гостей, — кивнул в сторону подруг Макс.
— Точно! Забыл совсем! — Демьян хлопнул себя по лбу и побежал выполнять поручение.
Вечерело. От воды потянуло прохладой. В тени зонта стало зябко. Разомлевшие после дороги, подруги поежились и решительно покинули шезлонги.
— Что-то стало холодать! — Настя весело подмигнула Ксении, — не пора ли нам?..
— Пора! — подхватила шутку Ксения. Весело рассмеявшись, девушки пошли в дом искать парней.
Особняк их встретил теплом и звуком какой-то компьютерной стрелялки, доносившимся из гостиной.
— Мальчишки! — закатила глаза Ксения.
— Да ладно тебе! Давно ли ты сама резалась в любимую игру?! — возмутилась Настя.
Ксения слегка покраснела:
— Я ее уже давно не запускала! Мне некогда!
— Ну канеееешна! Некогда ей! Это в клуб выбраться тебе некогда, а в игру поиграть, пока никто не видит, это аж бегом! Думала, я не догадываюсь? — засмеялась Настя.
— Ладно, ладно! Не кипятись! — выставила ладонь Ксения, — твоя правда!
— Вооот! Так что не фыркай! — Настя назидательно подняла указательный палец вверх.
Толкнув дверь гостиной, они зашли и увидели умилительную картину: два великовозрастных парня, сжимая игровые джойстики в руках и периодически переругиваясь, гоняли своих бойцов с автоматами по пересеченной местности на огромном экране. Увлеченные игрой, они даже не сразу заметили, что их уединение было нарушено девушками.
Первым подруг заметил Макс и, быстро кивнув в знак приветствия, вернул взгляд на экран и проговорил:
— Сейчас последний тур, я победю… нет, побежу… короче, выиграю у этого мазилы, и мы составим вам компанию!
— Не торопитесь! — примирительно вскинула ладони Ксения, азартно глядя на экран, — мы подождем.
Настя тем временем залезла в мини-бар, достала по бутылочке охлажденной минералки и присоединилась к подруге, уже сидящей на диване и болеющей за только одной ей известного персонажа.
— Ты победил! Опять! — обиженно воскликнул Демьян и в сердцах бросил джойстик на ковер.
Макс устало размял напряженные плечи и пробурчал:
— Зато ты в гонки выигрываешь, хотя в действительности водить не умеешь!
Демьян повеселел, кивнул своим мыслям и воскликнул:
— Требую реванша!
— Позже, у нас как бы гости, — Макс повел головой в сторону подруг, — и, кажется, пора жарить шашлык, не одной же водой кормить девочек!
Подруги прыснули от смеха, согласившись с ним, и компания двинула на кухню. Макс достал из холодильника большой контейнер с предварительно замаринованным мясом. Приоткрыл крышку, принюхался, и его лицо растянулось в блаженной улыбке.
— Чье мясо-то? — нарезая овощи, спросила Настя.
Демьян, отпивающий в этот момент воду из бутылки, поперхнулся и возмущенно спросил:
— А что? Есть разница? По мне — лишь бы его было много, остальное не важно!
— Ну как? Если птица или рыба, то нужно белое вино, если говядина или свинина — то красное.
— Тьфу ты! Заморочки эти… А какой напиток универсальный?
— Пиво! А лучше сок или вода! — отсалютовала бутылочкой с водой Ксения.
— Скучные вы! Уйду я от вас! — надула губы Настя, — им о высоком, а они — пиво! Я за! — она со смехом продолжила резать овощи и раскладывать их аккуратным рисунком на большом блюде.
— Дичь, — коротко ответил Макс, захлопнув крышку контейнера.
— Ого! Еще скажи, что собственноручно убиенная! — округлила глаза Настя.
Демьян кашлянул и многозначительно посмотрел на брата:
— Да не, наш родственник занимается разведением оленей.
— Понятно, — вернулась к нарезке овощей Настя, не заметившая переглядывания парней.
— Так какое, белое или красное? — шутливо продолжил разговор Макс.
— Это — крепкое! — закончила Ксения, потянувшись носом за остатками аромата маринада.
— Серьезно? — округлил глаза Демьян, — а по тебе и не скажешь!
— Если совсем капельку, но качественного и вкусного, то я очень даже за! — стрельнула глазами Ксения.
— Пойду, перетрясу закрома. Может, есть что-нибудь качественное и вкусное, — Демьян передразнил Ксению и направился к двери, ведущей в подвал. Вскоре он вернулся с пузатой пыльной бутылкой.
— Во! Качественное, вкусное, еще и старинное! — он продемонстрировал ее всем, — коньяк 16… не вижу, какого года, — покрутил он ее перед глазами.
— Попробуем! — согласились присутствующие, а Макс потянулся за бокалами.
Нагрузившись посудой и едой, компания отправилась в беседку на заднем дворе. Солнце медленно клонилось к закату. Несмотря на наступившее лето, стало еще прохладнее, и подруги вернулись в дом, чтобы одеться потеплее. Братья остались разжигать мангал и нанизывать мясо на шампуры.
Упоительный аромат жареного мяса распространился по поляне и заставил парней сглатывать голодную слюну и перекусывать нарезанными овощами. Вскоре девушки вернулись, принеся пледы, которыми сразу застелили деревянные сиденья. Перекусывая свежими огурчиками, компания нетерпеливо ждала готовности шашлыка. Наконец, перевернув в очередной раз шампуры, Макс торжествующе провозгласил:
— Готово! — и, подхватив несколько палочек, водрузил их на большое блюдо, накрытое тонким лавашом. Во второй заход переправил оставшиеся шампуры, добавил несколько полешек в мангал, выложив их в виде пирамидки. Подул, раздувая пламя, и огонь, жадно облизывая сухое дерево и довольно потрескивая, ринулся к вершине пирамидки.
Легкий ветерок, который весь день играл с листвой, стих. Тишину нарушали постукивание приборов, треск углей в мангале и редкий щебет уставших за день птиц, доносившийся из сгустившейся темноты леса. Наконец, первый голод был утолен, и компания, довольно щурясь, отвалилась на спинки сидений, тоже укрытые пледами. Ксения разглядывала импровизированный костер сквозь янтарную жидкость, плескавшуюся на дне бокала. Девушка больше вдыхала аромат и любовалась благородным напитком, нежели пила его. Братья тоже не слишком налегали на спиртное. Настя немного пригубила коньяк, посмаковала его, мурлыкнула от блаженства и прижалась спиной к теплому боку Демьяна. Он, недолго думая, приобнял ее за плечи, согревая девушку.
Смеркалось. Тень от дома постепенно удлинялась, пока не заполонила всю поляну, слившись с чернотой леса. Оттуда доносились шорохи вылезших из укрытия ночных зверьков. От гаснущего костра приятно тянуло дымом и теплом. Редкие звезды стали появляться на потемневшем небосводе. Две молодые пары сидели, молча обнявшись в беседке, делясь друг с другом теплом и боясь нарушить хрупкую идиллию завершившегося долгого дня.
В чаще ухнула сова, и тихо пискнула мышь, ставшая добычей пернатого хищника. Там начала кипеть ночная жизнь. Тихо прозвенели москиты, нарушив очарование наступающей ночи. Ксения мечтательно вздохнула, вытащила руки из кармана сиреневого худи и предложила:
— Может, пойдем уже в дом? Посмотрим кино, я видела много дисков.
— Согласен, — с видимым сожалением выпуская ее из объятий, сказал Макс. Встал, потянулся, залил остатки костра водой из ведерка, что стояло рядом, и прикрыл мангал металлическим листом. Под светом фонарей, автоматически включившихся на веранде, молодые люди собрали остатки еды и посуду и направились в дом. Девушки разложили еду по контейнерам и отправили их в холодильник, а грязную посуду сгрузили в посудомойку. Соорудив легкие закуски и прихватив пару пачек снеков, все пошли в гостиную, где, уютно устроившись на мягком диване, включили комедию и, переговариваясь на отвлеченные темы, стали ее смотреть. Почти целый день на свежем воздухе и сытный вкусный ужин с каплей спиртного сделали свое дело. Подруги стали то и дело зевать и вскоре сдались на милость Морфея. Братья шепотом посмеялись, выключили телевизор и осторожно, стараясь не разбудить, отнесли девушек в их комнату, где уложили на кровать и прикрыли легким одеялом.
— Осталось совсем мало времени…
— Я знаю…
Ночь на новом месте прошла в целом спокойно. Только однажды, внезапно проснувшись, Ксения на мгновение явственно ощутила, что кто-то, едва слышно ступая большими мягкими лапами, подошел к двери их спальни и шумно втянул ноздрями воздух. Девушка затаила дыхание, прислушиваясь, но больше ничего не услышала. А подойдя на цыпочках к окну и отодвинув штору, она увидела, как через лужайку скользнула большая, размазанная от скорости движения, тень. И сколько потом Ксения ни вглядывалась в темноту, больше ничего не напоминало об увиденном. «Наверное, показалось», — решительно подумала девушка и легла досматривать сон.
Утро встретило их пением птиц и пробивающимся сквозь щель между штор солнечным светом. Девушки чувствовали себя необычайно выспавшимися и отдохнувшими, несмотря на то, что уснули в одежде. Весело переговариваясь, они предались водным процедурам, привели себя в порядок и отправились на кухню за вожделенной порцией свежесваренного кофе, аромат которого доносился даже сквозь прикрытые двери.
— Какие на сегодня планы? — поинтересовалась Настя и, зажмурившись от удовольствия, отпила из кружки.
— Можно погулять по лесу. Для ягод и грибов, конечно, рановато, но можно просто насладиться природой, — ответил Макс.
— Отличная идея! — согласилась Ксения, уже забыв о ночном визитере.
— Тогда завтракаем и выдвигаемся! — закончил разговор Демьян, выглядевший немного усталым, но чрезвычайно довольным. Сам он только пил кофе, совсем не притронувшись к еде.
Сборы на прогулку по лесу не заняли много времени, все оделись как можно удобнее и безопаснее: плотные джинсы, кроссовки, футболки с длинным рукавом и бейсболки. У Насти в прорези сзади головного убора смешно топорщились светлые кудряшки, а у Ксении, слегка позвякивая заколочками, свешивались многочисленные косички.
Вдыхая запах свежей листвы и влажной почвы под ногами, компания бродила среди деревьев, перебрасываясь фразами. Лес поражал своей первобытностью. По некоторым тропинкам было невозможно пройти из-за густо разросшегося кустарника. Любопытные зверушки следовали за людьми и совершенно их не боялись, как будто тут был безопасный заповедник. Громко стучал дятел, вытаскивая из-под коры деревьев личинки насекомых. Белки, мелькая рыжими сполохами, скакали по веткам и возмущенно цокали. Ксения протянула руку к ближайшей белке, и та спустилась по стволу дерева, принюхалась и нагло ощупала пальцы девушки когтистыми лапками. Из-под куста озорно выглянула полосатая мордочка енота. Он поводил мокрым носом, понял, что угощения не будет, и обиженно ушуршал обратно в кусты. Вдруг Настя встала, как вкопанная, и ткнула дрожащим пальцем куда-то в сторону низины, которая была за деревьями:
— Это что за гадость? — воскликнула она.
— У вас здесь водятся крупные хищники? — заинтересованно спросила Ксения, вспомнив ночное происшествие и разглядывая оставленные каким-то зверем отметины на коре ближайшего дерева. Она провела кончиками пальцев по ним:
— Совсем свежие, как, впрочем, и наша находка, — махнула она в сторону растерзанной туши косули, чья откинутая голова слепо уставилась остекленевшими глазами в никуда.
— Наверное, медведь приблудился, — проговорил Макс, многообещающе посмотрев на Демьяна, — пойдемте-ка отсюда подальше, вдруг он вернется?
Девушки с готовностью кивнули и стали быстро удаляться от низины в сторону дома. Смотря, как они то и дело подходят и поглаживают то одно дерево, то другое, Макс подошел к Демьяну и отвесил ему смачный подзатыльник:
— Болван! Я же просил быть осторожнее! — прошипел он от ярости.
— Ну не смог сдержаться! Ты же знаешь, как тяжело находиться долгое время в городе, далеко от леса. А тут — прям сам Волх велел!
— Несдержанный мальчишка! Убери за собой! — сморщился Макс и отправился вслед за подругами.
— Хорошо… — виновато опустив глаза, пробурчал Демьян.
Макс догнал девушек почти у дома. Ксения, заметив, что он вышел на опушку леса в одиночестве, обеспокоенно спросила:
— А где Демьян?
— Он проверяет следы. Как только он вернется, мы сходим ненадолго в лес и развешаем отпугиватели от диких зверей. Не дело это, когда они бродят так близко к дому. Мало ли… — ответил Макс.
— Ой, конечно! — с облегчением выдохнула Настя. — Шутки ли, дикое животное устроило охоту прямо у нас под носом.
Резкие порывы ветра стали налетать на компанию. Стало заметно прохладнее и ощутимо запахло озоном.
— Похоже, сегодня с нахождением на свежем воздухе закончено, — Макс, хмуря брови, посмотрел на быстро темнеющий горизонт. — Надвигается гроза.
Разочарованно застонав, девушки прошли в дом и принялись ждать возвращения Демьяна.
— Предлагаю чуть позднее подняться на чердак, может, и вас что-нибудь старинное заинтересует, возьмете на память? — Макс вопросительно посмотрел на девушек.
— С удовольствием! — загорелись азартом глаза у Ксении.
Макс удовлетворенно кивнул и продолжил:
— Вы пока подождите тут, я схожу за отпугивателями.
Спустя некоторое время девушки выглянули в окно и увидели обоих братьев, которые, что-то обсудив, удалились в сторону леса и скрылись за плотно растущими деревьями.
Хлопнула входная дверь, оповестив, что братья вернулись. Девушки, настроенные на получение новых впечатлений, оживились. Компания отправилась на второй этаж, встретивший их оглушающей тишиной. Настя немного постояла на импровизированном балкончике, на стыке двух лестниц, ведущих с первого этажа, и мечтательно проговорила:
— Как будто в кино!
Со второго этажа на мансарду вела крутая деревянная лестница. Тихо скрипнули ступени под ногами поднимающихся людей. Чердачное помещение встретило молодежь пляшущими в тонких лучах солнца пылинками и неистребимым запахом старины. Настя чихнула и огляделась.
— Ого… А тут много всего… — она потерла ручки и, оставляя легкие следы на пыльных половицах, пошла исследовать территорию. Ксения крутила подвеску в пальцах и рассматривала окружающее пространство. Почти весь периметр помещения был заставлен мебелью, укрытой плотной старой тканью, под которой угадывались лишь силуэты. Свист усиливающегося ветра в щелях заставил ее чувствовать себя немного неуютно. Она медленно брела вдоль одной из стен, проводя рукой по пыльному ветхому полотну.
— Похоже, все, что можно было унести в руках, уже растащили родственники! — виновато развел руками Макс, — может, где-нибудь в ящиках или на полках что-нибудь завалялось, посмотрите.
— Ага, — ответила Настя, — гляньте, что я нашла! — она подошла к картинам в тяжелых старинных рамах, которые стояли прислоненными лицевой стороной к стене.
Кряхтя, она попыталась повернуть к себе изображением хотя бы одну из них, но картина оказалась слишком тяжелой для хрупкой девушки.
— Погоди! Сейчас я помогу тебе! — подхватился Демьян и без труда повернул картину. На ней была изображена ошеломительно красивая молодая женщина в фиолетовой амазонке прошлой эпохи. Зеленые глаза задорно смотрели из-под залихватски надвинутой на лоб шляпки. Из плотного узла прически выбивались несколько каштановых прядей. В руках она держала тонкий хлыст. Губы растянулись в многообещающей улыбке.
— Кто это? — в благоговении спросила Настя.
— Это родоначальница нашей семьи, — ответил Макс, — наша пра-пра… в общем, много раз пра-бабушка.
— Какая красавица! — с ноткой зависти прошептала Ксения и шутливо продолжила, — так вот в кого вы такие красавцы!
— А то! Знай наших! — подбоченился Демьян и сверкнул золотисто-карими глазищами.
Тем временем Настя ухватилась за следующую картину, размером поменьше, и не без труда повернула лицом к себе.
— Вот это да! — с неподдельным удивлением она разглядывала следующее произведение искусства.
На картине была написана очаровательная девочка лет восьми на вид. Черные кудри в художественном беспорядке обрамляли круглое личико, выбившись из-под небольшой шляпки, удерживаемой синими лентами. Вздернутый носик и наивная улыбка оттеняли мрачность абсолютно черных, как омуты, глаз.
— Невероятно! Вы просто одно лицо! Посмотри же! — затараторила Настя, подтащив Ксению за руку к картине. А Ксения в ошеломлении разглядывала столь знакомый взгляд черных глаз, который она с детства привыкла видеть в зеркале.
— Действительно невероятно! — откликнулся Макс, с неподдельным удивлением переводя взгляд с картины на Ксению и обратно. Сверкнула молния, чуть погодя в отдалении глухо пророкотал гром. На чердаке стало стремительно темнеть. Ксения потянулась к изображению и легонько провела кончиками пальцев по шероховатым мазкам на холсте.
— Кто эта девочка? — она требовательно уставилась на Макса.
— Это наша сестра, — вместо брата ответил Демьян, — портрет написан и оформлен под старину в последний год ее жизни.
— Мне так жаль! — с искренним сожалением прошептала Ксения.
Очередной разряд молнии с треском разорвался над домом, и все погрузилось во тьму. Крупные капли дождя заколотили по крыше. Снова недовольно проворчал гром.
— Черт! — воскликнул Макс, — я сейчас, подождите! — достал он, наконец, мобильник и включил фонарик.
— Кажется, генератор все-таки сдох! — с раздражением сказал Демьян, — давайте выбираться отсюда.
Держась за руки и освещая путь фонариками, компания осторожно спустилась с чердака и отправилась на первый этаж.
— Девчонки, вы пока посидите в гостиной, а мы сходим, проверим, что там опять со светом, — сказал Макс, и на миг его глаза сверкнули желтизной.
— Да, конечно! Идите! — согласились подруги.
Братья ушли в подвал, а Настя тихонько спросила:
— Тебе не кажется все это очень странным?
— Ага! В тебе тоже заговорила паранойя? — вредничая, прошептала Ксения.
Не прошло и получаса, как парни вернулись, явно раздраженные.
— Автомат сгорел, видимо, из-за разряда молнии. Это был последний запасной. Придется ехать в город за новыми. Подождете нас тут? — спросил Макс.
— Езжайте! Мы найдем, чем себя занять! — ответила Ксения.
— Мы скоро! — уходя, крикнул Демьян.
— Можете не торопиться, — пробурчала себе под нос Ксения. Настя удивленно глянула на нее, но решила промолчать.
Братья выбежали из дома, растянув куртки над головой. Макс приоткрыл дверь гаража, и оба брата юркнули внутрь, стряхнув дождевую воду с кожанок. Медленно поползли вверх автоматические ворота, открываемые вручную. Загорелся свет фар, осветив косые линии усиливающегося дождя. Взревев, джип выехал из гаража. Демьян опустил ворота обратно, выскочил из гаража в приоткрытую дверь и почти на ходу, отряхнувшись, запрыгнул в салон внедорожника. Четырехколесный монстр взрыкнул и, разбрасывая мокрый гравий, повернул за дом. Не успел стихнуть рев мощного двигателя отъезжающего джипа, как Ксения соскочила с дивана и потянула за собой Настю. За окном бушевал ливень, тарабаня каплями по стеклам. Раскачивались деревья, рисуя тенями фантастические картины на задернутых шторах.
— Здесь явно что-то нечисто! — нервно проговорила она, — пошли в подвал!
— По темноте? — попыталась возмутиться Настя.
— У меня еще полный заряд в телефоне, а у тебя?
— Тоже, я только с утра зарядила и толком не пользовалась.
— Супер! — глаза Ксении горели азартом, щеки покрывал лихорадочный румянец.
— Что ты хочешь найти? — Настя бежала вприпрыжку за подругой.
— Да хоть что-нибудь! — Ксения подошла к двери, ведущей в подвал, и осторожно отворила ее.
Освещая себе путь фонариками мобильных телефонов, девушки спустились в подвал. Стояла гробовая тишина. Ксения повела фонариком из стороны в сторону. В первом помещении оказался генератор и подключенные к нему электрощит, стабилизатор и АКБ. На стене под потолком темнело большое отверстие со встроенным вентилятором-вытяжкой. Обшарив периметр фонариками, девушки ничего интересного не обнаружили и отправились в следующее помещение. Так они обследовали прачечную, котельную с бойлерной, но так ничего и не нашли. Настя даже попыталась простукивать стены. Ксения устало привалилась к перилам лестницы, ведущей из подвала:
— Неужели ничего?.. — простонала она, потирая лицо руками.
Внезапно Настя замерла, как гончая, взявшая след. Ей показалось, что на стене, противоположной лестнице, есть контур дверного проема. Присмотревшись, она разглядела скважину дверного замка на ровной поверхности. Воровато оглянувшись, она легонько прикоснулась пальцем к замку, сверкнула искра, и он тихонько щелкнул. До этого почти незаметная дверь тихонько открылась.
— Смотри, что я нашла! — она позвала Ксению.
Ксения подскочила, как ужаленная, подбежала к подруге и отворила дверь пошире. Из темноты открывшегося проема дыхнуло могильным холодом и сыростью. Девушки переглянулись.
— Нужно дверь чем-нибудь подпереть, — предложила Настя.
— Давай подтащим вон тот ящик, — Ксения указала на ящик с инструментами.
Подперев открытую дверь, девушки осветили узкую винтовую лестницу, спускавшуюся ниже уровня подвала. Стены из крупного серого камня были покрыты каплями воды.
— Пошли? — дрогнувшим голосом спросила Настя.
— Ага… — уже без былого энтузиазма ответила Ксения.
Осторожно ступая, они начали спускаться. Свет фонаря скользил по ступеням, на которых местами были темные пятна неизвестного происхождения. Пройдя около тридцати ступеней, девушки увидели арочный проем, которым заканчивалась лестница. Остановившись у подножия, подруги направили лучи фонариков на круглое небольшое помещение. Из него вели два выхода.
— Разделяться не будем! — прошептала Настя.
— Угу, — Ксения посмотрела на нее расширившимися от инстинктивного страха глазами.
— Как будто здесь раньше был колодец, тебе так не кажется? — задумчиво проговорила Настя, осмотревшись.
— Судя по сырости — вполне возможно! Вообще, этому месту гораздо больше лет, чем самому дому, — Ксения провела пальцем по каплям на стене.
— Возможно, он построен на месте какого-нибудь старинного замка или чего-то подобного… — мечтательно сказала Настя. — Интересно, а Макс с Демьяном знают про это место?
— Сама задаюсь этим же вопросом, — Ксения прошептала себе под нос.
Взявшись за руки, подруги вошли сначала в один проход и почти сразу уткнулись в тупик. Обшарив фонариком вокруг, они вынуждены были признать, что здесь точно нет никакого потайного хода. А может быть, тут когда-то и был проход, но со временем его заложили. Либо он сам обрушился и люди, которые жили здесь в то время, сделали аккуратную кладку на этом месте. Вернувшись в круглое помещение, они отправились во второй проход с извилистым коридором. Потолок был низким, с него свисали клочья старой паутины, и немилосердно капало за шиворот ледяной водой. Пару раз девушки взвизгивали от страха, когда по ногам пробегала крыса, и со стены свалился мохнатый черный паук. Пройдя весь коридор и заглянув в ответвляющиеся из него небольшие закутки, напоминающие камеры для заключенных, девушки вздохнули и решили, что больше ничего обнаружить не смогут, а если останутся тут дольше, то или окончательно промокнут и замерзнут, или проморгают возвращение парней и окажутся в некрасивой ситуации. Ксения была явно раздражена.
— Ну, а что ты хотела тут обнаружить? — устало спросила Настя, — горы трупов? Старинные сокровища? Что?
— Мне показалось… Ай… Неважно… — проговорила Ксения, — постой, ты чувствуешь?
— Что я уже промокла до последней нитки? О да! Я это прекрасно чувствую! — с сарказмом фыркнула Настя.
— Да нет же! Как будто сквозняк!
— Да ты просто замерзла донельзя! Все, пошли отсюда, пока у нас не выросли жабры от этой сырости!
Но Ксения уверенно тащила подругу к первому, изученному ими проходу, который заканчивался тупиком. Еще раз тщательно обшарив, постучав и осветив каждый камешек в тупике, Ксения рассерженно топнула ногой:
— Здесь что-то есть! Я чувствую!
— Насморк ты чувствуешь! Все, с меня хватит! Хочешь, хоть живи тут! Я замерзла и хочу в туалет! Да и парни скоро вернутся!
Ксения бессильно обвела все взглядом и согласно кивнула:
— Пошли.
Поднявшись в подвальное помещение по крутой лестнице, девушки отодвинули ящик с инструментами, держащий дверь открытой, и та с тихим щелчком закрылась, практически слившись со стеной. Только хорошо присмотревшись, можно было заметить щель толщиной с волос, выдававшую контур двери.
— Что-то долго их нет, — обеспокоенно сказала Настя, посмотрев на дверь, и приоткрыла ее. До девушек донеслись звуки ожесточенного спора между парнями. Подруги осторожно заглянули в холл и, незамеченные увлеченными братьями, стали прислушиваться к их рассерженным голосам. Напряженные позы, сверкающие от злости глаза, яростно раздувающиеся ноздри, сжатые кулаки, желваки, вздувающиеся под кожей на скулах — все это говорило о ссоре, по какой-то причине возникшей между ними. Настя вопросительно подняла брови:
— Увидели следы наших похождений в подвале? — едва шевельнув губами, она спросила подругу. Ксения пожала плечами:
— Вроде все оставалось, как было.
— Оставляю сомнительную честь сообщить об этом девушкам — тебе! — долетел обрывок фразы, которую выкрикнул на эмоциях Демьян. Макс гневно сузил потемневшие серые глаза.
— О чем таком вы хотите нам поведать? — Ксения выдала этим вопросом свое присутствие.
Братья вздрогнули от неожиданности, их глаза блеснули желтизной, как будто поймав отражение ламп. Макс обреченно опустил плечи:
— Это будет долгий разговор. Предлагаю подняться в кабинет на втором этаже.
— А ваша мама не будет против? — спросила Настя.
— Не будет, — ответил Демьян и, резко повернувшись, первым начал подниматься по лестнице.
Демьян повернул ручку двери в кабинет, щелкнул выключателем. Свет озарил массивную темную мебель. Помещение встретило компанию тишиной и прохладой. Кожаное кресло застыло вполоборота от стола, как будто хозяйка только-только покинула его. Макс прошел к столу и прислонился к нему. Девушки разместились на мягких стульях напротив него, а Демьян замер у закрытой двери.
Ксения задумчиво крутила подвеску, все сохраняли гнетущую тишину.
— Ну? — закинув ногу на ногу, требовательно спросила Ксения, — мы слушаем! Что же такого произошло за плюс-минус пять минут, проведенных вами в подвале?
Макс взъерошил волосы и, приняв для себя какое-то решение, спросил:
— Верите ли вы в сверхъестественное?
— Чего? — Настя вытаращила на него голубые глазищи. — Серьезно?
— Серьезней не бывает! Ну вот, например… Если я вам скажу, что вы ведьмы!
Девушки переглянулись и захохотали.
— Каждая женщина немного ведьма! — шутливо сказала Ксения, показав пальцами кавычки и стрельнув глазами в Настю.
— Я говорю правду, — Макс серьезно отреагировал на ее шутку. — И нам нужна ваша помощь.
Настя хихикнула:
— Погадать? Ну или… точно! Приворожить?! Опять нет? Порчу наслать? Вам самим не смешно?
— Как раз наоборот, совсем не смешно… А вот проклятье необходимо снять, — вклинился в разговор Демьян.
— И кого же, простите, — кашлянула Ксения. — Прокляли? Вас?
— Нет. Нашу сестру, — ответил Макс.
Ксения вздернула брови в удивлении:
— Вы же сказали, что ее уже давно нет с вами? Разве нет? Я поняла, что она умерла…
Макс посмотрел в окно, за которым снова начали собираться темные тучи.
— Нет, она не умерла. Но ее состояние близко к этому.
— Кома?
— Магического происхождения, — глядя прямо в глаза Ксении, ответил Макс.
— А как вы можете доказать, что мы гипотетические ведьмы? А? — спросила Настя.
— Никак. Но мы можем показать, что магия в принципе существует, и мы сами часть сверхъестественного мира, — сказав это, Макс вдруг стал выше, раздался в плечах, из-за чего его одежда опасно затрещала, лицо стало вытягиваться в волчью морду, блеснули желтые глаза, кончики пальцев увенчали острые когти.
— Этого не может быть! Я не верю! Я не хочу в это верить! Я не хочу это видеть! Я не хочу! — завизжала Настя, вжимаясь в спинку стула.
— Тебе придется поверить! — прорычал Макс.
Ксения застыла каменным изваянием, прикипев к стулу. Неверящими глазами она смотрела на Макса, застывшего в форме получеловека-полуволка, и сжимала подвеску.
— Это были вы! Кто задрал несчастное животное в лесу, так ведь? — прошептала она.
Макс мотнул оскаленной мордой в сторону Демьяна и рыкнул:
— Это тот дурень! Не смог, видите ли, сдержаться!
— Не, ну а че? — смешливо проворчал Демьян. — Было вкусно! — блеснул он круглыми желтыми глазами и облизнулся.
Обхватив себя руками и раскачиваясь на стуле, Настя тихонько выла, бесконечно повторяя:
— Оборотни! Этого просто не может быть!
— Тихо! — шикнула на нее Ксения. Девушка оставалась на удивление хладнокровной. Настя затравленно глянула на нее и постаралась взять себя в руки. Демьян попытался приблизиться к ней и подать воды, но Настя с отвращением отшатнулась от него. Парень с виноватой улыбкой поставил бутылочку воды на стол и опять вернулся к своему месту у двери. Ксении показалось, что таким образом он перекрывает пути к бегству.
— Допустим, я поверю, что мы ведьмы, — задумчиво разглядывая Макса, проговорила Ксения. — Как необученная ведьма может помочь снять проклятье?
— Ваши знания не имеют значения, главное — искра силы, что растворена в ваших жилах. Все, что нужно, сделает наша мать, — становясь вновь человеком, ответил Макс. — Ты невероятно спокойна, — поразился он.
— А нужно бегать по кабинету, рвать волосы на голове и биться в истерике? — надменно изогнула бровь Ксения. — Зачем попусту тратить энергию, когда можно узнать что-то интересное!
— Любопытство сгубило не одну кошку, — полюбовался отросшими когтями Демьян.
— Ну, а я и не кошка, а по вашим словам ведьма. Так что мне не грозит, — хохотнула в ответ Ксения.
— Да просто у нее папа следователь! — сдала подругу Настя.
— Это правда? — Макс пытливо уставился на Ксению.
— Да, — неохотно призналась Ксения, — я помогаю ему иногда.
— Точнее выполняю за него почти всю работу, — пропела Настя, ставшая вдруг вновь разговорчивой.
Ксения бросила на нее предупреждающий взгляд, и Настя стушевалась.
— Думаю, мы должны приоткрыть вам правду. Рассказать, с чего все началось, — задумчиво протянул Макс.
— С чего бы начать… — растерялся Макс и уселся прямо на полированную столешницу письменного стола, отодвинув светильник в сторону. Настя покосилась на вервольфа и осталась в той же напряженной позе, готовая в любой миг сорваться с места.
— С самого начала, — Ксения блеснула зубами в улыбке и уселась на стул, подтянув колено к подбородку и обхватив его руками. Косички тихо звякнули, скользнув по обеим сторонам лица девушки. Она внимательно уставилась на Макса. Подвеска на шее слабо, почти незаметно, светилась холодным светом. Казалось, что это отблески лампы играют на невзрачном сером камне.
Демьян сел на корточки у двери, свесив руки между колен.
— В общем, несколько столетий назад… — не успел он начать, как Настя перебила его, воскликнув:
— Да ладно! — девушка смешно округлила и без того огромные голубые глаза в искреннем удивлении. Ксения шикнула на нее и кивнула Максу продолжать.
— Несколько столетий назад, — повторил он, настраиваясь на повествование, — наша мать познакомилась с сильным магом.
Его низкий голос обволакивал присутствующих, перенося их в то время и разворачивая картину прошлых лет перед глазами.
— Это была настоящая любовь с первого взгляда. Все прочили им крепкую семью и множество детей. Но молодая пара была настолько погружена в поиски старых легенд, что и не пыталась думать о чем-либо другом. Ведь именно общий интерес сплотил их, как ничто другое. Они и познакомились друг с другом в архиве, где девушка помогала своему престарелому отцу-архивариусу. Она была покорена пытливым умом мага, занявшего место Верховного после смерти своего отца, сильнейшего мага того времени. А уж в сочетании с более чем привлекательной внешностью, он был поистине неотразим для молоденькой девушки.
— Постой, дай-ка я угадаю, это не ваша пра-пра на том портрете, так? Это ваша мать? — Ксения внезапно перебила Макса.
— Да, ты умеешь быстро делать правильные выводы, — ухмыльнулся вервольф, — я продолжу?
— Да, конечно! — Ксения с интересом уставилась на него, все остальные молча вслушивались в повествование.
— Нашу мать давно привлекало одно предание, что хранилось в закрытой секции, и куда ее не допускал отец ни под какими уговорами. Тот маг узнал об общей с девушкой страсти к тайным знаниям и часто брал ее с собой, говоря, что свежим взглядом можно найти много ранее незамеченного и непонятого. Так дни за днями, вечера за вечерами они проводили, обложившись древними манускриптами, становясь все более близкими друг для друга. Они понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда. Вскоре маг предложил нашей матери переехать к нему.
Увидев вопрос в глазах девушек, Макс прервался в очередной раз:
— Да, маги скрепляли союз только в полной уверенности в своем выборе, поэтому никаких пересудов данное решение молодых ни у кого не вызвало, хотя времена были давние, как вы понимаете.
Ксения кивнула каким-то своим мыслям и стала слушать продолжение.
— Совместная жизнь дала свои плоды, молодые изучили колоссальное количество тайн и легенд, обнаружили давно потерянные летописи. Как оказалось, ранее существовали не только стихийные магические силы, такие как молния, огонь и прочее. Были известны также некромантия, целительство, проклятья. Эти знания были давно утеряны, а обладающие ими маги и ведьмы давно не появлялись на свет. Сами ведьмы всегда были ближе к природе — травничество, заговоры. Это давало новую пищу для размышления. Вскоре наша мать забеременела Светланой, нашей сестрой. Ее счастью не было предела. А вот маг становился все более озлобленным, горделивым и жаждущим господства, которое он сможет получить, изучив старинные свитки и записанные в них заклинания. Это все пугало нашу мать, и однажды она решилась на побег. Вот только она не знала, что маг был сильным проклятийником, и изучал он старинные свитки не просто так, а чтобы преумножить свою и без того огромную магическую силу. Увидев, что наша мать решила покинуть его, он проклял ее и сказал, что она еще сама приползет к нему за помощью.
Но наша мать была умна. Она прихватила при побеге свои записи, и там была информация о проклятьях. Она попыталась сама снять проклятье, и ей показалось, что она справилась.… Пока не родилась Светлана… Ничего не предвещало беды. Мать скрылась у оборотней, которые оказались более человечными, чем маги. Родила меня от Вожака стаи, ставшего ее защитником в то время. Чуть позже появился Демьян. А потом случилась беда — проклятье, спящее до поры до времени, проявилось на нашей сестре! Она стала увядать на глазах. Мать бросила все силы на то, чтобы избавиться от проклятья, но ничего не выходило. Тогда она отправилась на поиски старинного артефакта, который может оттянуть исполнение любого колдовства, введя пострадавшего в так называемую кому.
При этих словах Макс махнул рукой в сторону шкафа, за стеклом которого стояли песочные часы со странным мерцающим содержимым. Единичные искры блестели и переливались перламутром в верхней колбе часов, медленно утекая вниз через узкий желоб.
— Этот артефакт действует по принципу натянутой тетивы лука. Да, он останавливает все процессы. И мать воспользовалась этой возможностью, чтобы столетиями искать решение. Но как только последние искры старинного колдовства иссякнут, проклятье просто сожрет нашу сестру, — Макс говорил, и всепоглощающая тоска отражалась в его глазах, — мало того, эманации артефакта последнее время стали губительны для электроприборов. Налицо тот факт, что времени осталось совсем мало.
— А обратиться за помощью к тому магу не вариант? — задумчиво спросила Настя, — ведь на кону жизнь… Разве не стоит этого?
— Чего не знаю, того не знаю, — Макс развел руками, — может, этого мага уже и нет на свете, и мать не успела к нему обратиться, наплевав на страх и гордость. А может, еще какие причины, ничего не могу сказать по этому поводу.
Ксения глубокомысленно постучала кончиком ногтя по губе:
— И что же в итоге решила сделать ваша мать? Ведь ради этого мы здесь, не так ли?
Компания спустилась в подвал. Демьян шел впереди, Макс завершал шествие. Девушки чувствовали себя как под конвоем, впрочем, почему как? Демьян подошел к неприметной двери, обнаруженной ранее подругами, достал из заднего кармана джинсов шестигранный, размером с мизинец, брелок и прикоснулся им к замочной скважине. Замок тихо щелкнул, дверь отворилась, открыв темный, сырой зев и винтовую лестницу, ведущую вниз.
— Как будто спуск в глотку чудовища, — прокомментировала Настя, поежившись.
Все включили фонарики и спустились по лестнице в круглое помещение. Затем Демьян повел их к проходу, который, как знали подруги, заканчивался тупиком. Незаметно Ксения пихнула Настю в бок и сделала страшные глаза, как бы говоря: «Я же говорила, что там что-то есть!» В это время Демьян опять достал брелок и начертил какой-то символ на каменной кладке. Тот вспыхнул на мгновение, и на пустой стене образовался проем, куда приглашающе махнул рукой Демьян.
Немного пройдя по узкому коридору с низким потолком, молодые люди вышли в большое помещение, по виду напоминающее то ли лабораторию, то ли хижину Бабы Яги. Вдоль стен стояли шкафы, наполненные ветхими даже на вид свитками и книгами. Чуть дальше — лабораторный стол с кучей колбочек, реторт, штативов. Рядом с ним соседствовали дистиллятор, центрифуга, морозильник со стеклянными дверцами, на полках которого стояли контейнеры и колбочки с разноцветным содержимым. Рядом с современными приборами соседствовали пучки сушеных трав и баночки с неизвестным порошкообразным содержимым. По обеим сторонам лабораторного стола были стеллажи с различными химическими веществами. И тут же находился деревянный шкаф с развешанными в нем сухими веничками и холщовыми мешочками. В центре комнаты была то ли кровать, то ли кушетка, в изголовье которой размещались знакомые уже песочные часы с переливающимся содержимым. Ксения вопросительно ткнула в них пальцем и подняла брови. Макс ответил:
— Наверху лишь их отражение, чтобы мы не забывали о течении времени.
Тогда девушки сосредоточились на том, кто лежал на этом ложементе. Девочка, вживую еще более прекрасная, сладко спала, подоткнув кулачок под щеку. Лишь отвратительная черная клякса портила ее личико, расползшись на пол-лица. Казалось, что девочка вот-вот засопит, нахмурится и перевернется на другой бочок, но она оставалась недвижимой. Не было заметно ни толики дыхания, ни биения жилки на шее, ни дрожания длинных черных ресниц, отбрасывающих густые тени под глаза девочки. Она замерла в стазисе под действием древнего артефакта.
Хоть сон и был наведенным, все равно не хотелось говорить вслух в присутствии спящего ребенка, и Ксения прошептала, указав глазами на пятно:
— Это проклятье, да?
Макс кивнул:
— Хоть артефакт и действует, за все время пятно стало больше.
Скрипнула дверь, донеслись стремительные шаги, и прозвучал торжествующий голос с легкой хрипотцой:
— Вы привели их, наконец-то!
Девушки обернулись и увидели женщину, знакомую им по портрету, найденному на чердаке. Правда, вид ее был не слишком цветущим. Под глазами залегли тени, губы плотно сжаты, лицо покрыто множеством мимических морщин, хорошо видимых на тонкой сухой коже. Только горящие легким безумием зеленые глаза выделялись яркими пятнами на изможденном лице.
— Я хочу попытаться вам помочь, — Ксения выставила ладони в примирительном жесте.
— Ты что творишь? — прошипела Настя, хватая подругу за руку. — Она же сумасшедшая!
Ксения стряхнула руку Насти и снова повторила:
— Позвольте попытаться вам помочь!
— Да чем ты можешь помочь, девочка? — спросила женщина и устало опустила плечи. — Я столько лет искала… Остался только один способ! — прокаркала она и крикнула сыновьям. — Держите их!
Братья шагнули к подругам, но Ксения стремительно отскочила в сторону и рванула с шеи кулон. Воздух внезапно сгустился, раздались потрескивание и гул, как будто рядом заработал трансформатор, тонко задребезжали стеклянные емкости, стоящие на столе, и в комнату из появившегося портала шагнул высокий мужчина с гривой седых волос, сопровождаемый несколькими бойцами, одетыми в незнакомую форму. Рявкнув несколько приказов, он резко вскинул руки и шевельнул пальцами. Женщина и ее сыновья застыли на месте, как мухи, попавшие в сладкий сироп. Он обернулся к подругам, быстро просканировал их черными, как бездна, глазами и выдохнул:
— Целы! — потом обернулся к женщине и сказал. — Ну, здравствуй, Мия! Я все-таки тебя нашел!
— Не может этого быть! Глеб? — женщина в ошеломлении распахнула глаза.
— Отец, я выполнила задание, — отчиталась Ксения.
— То-то мне твои глаза показались такими знакомыми! — Мия простонала и зашлась в дребезжащем смехе. Утирая слезы, она проговорила, — столько лет! Да какой там! Столько столетий скрываться ото всех, чтобы именно твоя дочь нашла меня! Первый раз, используя жертв, снять проклятье не получилось. Я догадывалась, что нужна определенная кровь. Поэтому создала амулет поиска, основанный на родстве, используя кровь Светланы! Но я и думать не могла, что амулет приведет моих сыновей к самой дочери Главы Ковена!
Она отцепила брошь от ворота кофты и отбросила ее:
— Как же хорошо-о-о!
Ее сила, сдерживаемая столетиями, мягко окутала женщину. Уходили следы усталости, заблестели волосы, порозовели щеки. Перед всеми предстала красивая, как на портрете, ведьма с глазами зелеными, словно майская листва.
— Мам? — непонимающе спросил Макс.
— Ну, что мам? Ты прекрасно знаешь, что я ведьма. Иначе как бы я могла воспользоваться всеми этими знаниями, — она обвела рукой книги в шкафах.
Бойцы стояли по сторонам семейки и зорко следили за ними. Мужчина подошел к спящей девочке и легонько погладил ее по голове.
— Что ж ты не обратилась ко мне? Разве мог я позволить нашей дочери умереть? — с печальной укоризной спросил он ведьму и проводил взглядом очередную искру древнего артефакта. — Совсем мало времени осталось…
— Это моя сестра? — обескураженно спросила Ксения.
— Прям Санта-Барбара! — пустив искры по волосам, которые снова запрыгали смешными пружинками, пропела Настя.
— Так ты ведьма! — проревел Макс.
— А ты оборотень! — парировала Ксения.
У вервольфа перехватило горло от гнева. Мало того, что эта девчонка заморочила ему голову, оказавшись настоящей, знающей свою силу, ведьмой! И ведь как сыграла! Так еще и оказалась дочерью заклятого врага его матери! Ирония судьбы, что амулет поиска, зачарованный матерью, указал именно на нее. А самое страшное, что волк внутри него бесновался, рвался к ведьме, признавая ее своей Истинной. Его охватили корчи оборота, и он попытался напасть на Ксению, но бойцы скрутили его и поставили на колени.
Ксения подошла к нему:
— Ай-ай-ай, серый волчок! Каково оказаться на месте добычи, а? — она прошипела, приподнимая его лицо, вцепившись острыми ногтями в подбородок. — Одиннадцать лет я искала следы девчонок, пока мы с отцом не пришли к выводу, что их исчезновение и его давняя история имеют что-то общее!
Макс рванулся, зарычав, но силовики снова вывернули ему руки в плечевых суставах, прижимая его к полу.
— Лживая ведьма! — выплюнул он.
— Это я-то лживая??? — возмутилась Ксения. — Да вы сами приволокли нас, как овец на заклание! В стопроцентной уверенности, что мы погибнем из-за ритуала вашей мамаши! Очень благородно с твоей стороны!
Демьян виновато опустил глаза, не смея смотреть на Настю. На лице девушки была написана смертельная обида.
— Я думал, что вы сможете выжить! Ведь у матери был новый план, какие-то поправки! Я бы смог все объяснить! Что ты стала дорога мне!
— О-о-о! — протянула Ксения. — Так дорога, что хотел пустить в расход? А? Ты! Жалкий смесок! Приплод ведьмы и оборотня! Неужели ты думал, что чистокровная ведьма потерпит тебя рядом с собой! — захохотала она, чувствуя, как внутри разрастается черная дыра отчаяния и боли из-за разбитой вдребезги зарождающейся любви.
Она никогда не верила в любовь с первого взгляда. Не хотела признаться самой себе, что Макс это ее половинка. Она тоскливо проклинала закон, который запрещал романтические отношения между оборотнями и представителями магического общества. Она ненавидела и благодарила обстоятельства, из-за которых их с Максом пути пересеклись. Она ненавидела себя за те слова, которые ему только что наговорила, и мысленно молила о прощении. И благодарила те часы, что провела рядом с возлюбленным. Но ведьма, тем более дочь Главы Ковена, не имеет право на слабость! Она старалась скрыть свои чувства, чтобы ни одна душа не догадалась, что она чувствует хоть капельку симпатии к оборотню, даже сам Макс! Она вырвет любовь из сердца! Она забудет оборотня, с которым ее свела судьба, и с которым ей было так спокойно, несмотря на то, что она лишь выполняла свой долг перед Ковеном!
Макс очередной раз попытался вырваться из захвата, гневно сверкая желтыми глазами. Он взвыл в бессилии, не заметив слез, блеснувших в уголках глаз Ксении.
Глеб остановил перепалку взмахом руки:
— Довольно! Сейчас наша задача спасти девочку!
Все проследили за очередной искрой, которая, переливаясь, спустилась по желобу из верхней колбы в нижнюю.
— Настя! Контролируй! — он бросил девушке, и та встала у песочных часов, опустив руки по обе стороны от них.
— Ты спасешь ее? Несмотря ни на что? — с надеждой спросила Мия.
— Ну, я же не тот монстр, каким ты привыкла меня представлять и говорить обо мне, — усмехнулся Глеб.
— Ксения! Готовься передать часть сил, они наиболее подойдут ей, как твоей сестре.
Ксения кивнула и села рядом с девочкой, взяв ее ручки в свои. Сам Глеб, напряженно следивший за последними искрами, скользящими на дно песочных часов, застыл, вытянув руку в сторону черной кляксы проклятья. Капелька пота скатилась по виску мужчины. Последняя искра сверкнула и скатилась вниз, раздался звук бьющегося стекла, и древний артефакт рассыпался на мелкие осколки. Глеб побледнел от напряжения и ухватил нить, протянувшуюся от темного пятна на лице девочки к нему. Сама девочка вздохнула, ее ресницы затрепетали и черные, как ночь, глаза недоумевающее оглядели все вокруг. Ксения почувствовала, как ее сила широким потоком рванула к девочке, и застонала от внезапной боли:
— Моих сил не хватит, отец!
Глеб в отчаянии боролся с проклятьем, набравшим за несколько столетий огромное количество силы. Мия рванулась к дочери. Бойцы, отвлеченные увиденным, не успели удержать ее. Женщина упала на колени перед кроватью, отпихнула Ксению, обхватила руками ручки девочки и захрипела. Ксения, упавшая от неожиданности на пол, с ужасом смотрела на стремительное старение женщины. Глеб что-то резко выкрикнул и, наконец, проклятье сдалось и стало медленно исчезать с лица ребенка. Руки мага мелко подрагивали. Обессиленный, он привалился к кровати девочки. Бойцы подскочили к нему и вложили в руки несколько артефактов. Настя безмолвно застыла среди осколков, которым она не дала разлететься во все стороны, закрыв часы прозрачным куполом, и смотрела расширившимися глазами, как еще минуту назад молодая пышущая здоровьем ослепительно красивая женщина превращалась в дряхлую старуху. Вот поседели и стали редкими волосы, выпали зубы, ввалились глаза, сгорбилась спина, и стали похожи на птичьи лапки руки.
— Хватит! — Глеб, подпитанный артефактами, оттащил Мию от дочери. Мия тихонько заплакала и прошамкала беззубым ртом:
— У нас получилось?
— Да! — счастливо улыбнулся Глеб и обнял Мию.
Лишенная огромной части магических сил, вмиг постаревшая, Мия прижималась к Глебу, и слезы радости катились по ее морщинистому лицу. Ее дочь, наконец, была жива и абсолютно здорова! А Светлана соскочила с кровати, пошатнулась от долгой неподвижности и опустилась рядом с матерью, обняла ее и тихонько шептала:
— Мама, я верила, я всегда верила и ждала, мама, мамочка!
Шикарные автомобили подъезжали к лестнице, ведущей в большой особняк. Мужчины в строгих костюмах и их дамы в вечерних платьях выходили из машин и шествовали к открытым створкам высоких дверей, пока лакей отгонял транспорт на стоянку. Виновники торжества, Глеб и его дочь Ксения, встречали гостей. Официанты сновали туда-сюда, предлагая присутствующим легкие закуски и напитки. Ксения проводила взглядом очередную пару, подошедшую выразить свое почтение, и ослепительно улыбнулась следующим гостям. Наконец, все приглашенные прибыли. Глеб подал знак музыкантам, и они отложили свои инструменты.
— Приветствую всех собравшихся в этот чудесный вечер! — он отсалютовал гостям бокалом. — Как вы уже знаете, наши поиски, наконец, завершены. Древние книги вернулись на свое законное место! Виновные понесли наказание. И все это благодаря острому уму и хладнокровию моей дочери Ксении!
Раздались аплодисменты. Маги и ведьмы искренне радовались разрешению многовековой проблемы, хотя их радость была омрачена известием о том, что пропавшие одиннадцать лет назад девочки-ведьмы с едва заметной искрой дара пали жертвой незаконных действий искомой ведьмы.
Вскоре Ксения незаметно удалилась в комнату, которая принадлежала ей в особняке отца, и, обхватив колени руками, расположилась на широком подоконнике. С потаенной грустью она наблюдала за гуляющими по саду гостями, которые весело смеялись и обсуждали самые последние новости магического мира. В вечернем небе стали собираться темнеющие облака.
Вдруг в дверь кто-то тихо поскребся, и спустя мгновение в комнату заглянула Настя:
— Так и знала, что найду тебя здесь!
Она оглянулась в коридор, убедилась, что никто ее не видит, и просочилась в комнату. Вслед за девушкой скользнула маленькая ласка и сразу же вскарабкалась на диван.
— Будешь? — она искушающее качнула бутылку шампанского в руках и улыбнулась.
— А давай! — Ксения спрыгнула с подоконника и достала пару фужеров из шкафа.
Легонько чокнувшись, девушки пригубили пузырящийся напиток и задумались каждая о своем. Настя вдруг вздохнула, поставила фужер на столик и легла на мягкий ковер, заложив руки за голову.
— Ты знаешь, я скучаю по нему, — мечтательная улыбка скользнула по ее губам. Даже и не скажешь, что под легкомысленной внешностью и поведением скрыта хладнокровная убийца.
— По кому? — откликнулась Ксения.
— По волчонку, Демьяну… Все-таки он классный… Мы ведь несколько раз встретились до этой поездки, — Настя лукаво посмотрела на подругу.
— Ну, ты!.. Партизанка! Даже ничего мне не рассказала! — возмущенно воскликнула Ксения и добавила. — Так вот, где ты была по вечерам перед поездкой! А мне сказала, что спать рано ложишься!
— Нуууу, прости… — Настя потупила взгляд и отпила шампанское. — Я же знаю тебя, ты не слишком одобряешь легкомысленность…
Ксения укоризненно покачала головой, покрутила тонкую ножку фужера и посмотрела на мрачнеющее на глазах небо, озаряемое зарницами. Одинокая слеза скатилась по щеке, и Ксения раздраженно смахнула ее.
Настя заметила это и вскинулась:
— Да ладно?! Твое сердечко все-таки тронули? Неужели Макс?
— Молчи! — шикнула на нее Ксения и тревожно глянула на закрытую дверь. Шевельнула пальцами, шепнула заклинание, и вокруг девушек образовался мерцающий купол. Настя понятливо кивнула — никто не должен знать.
— Что ты будешь делать? Ты же дочь Главы Ковена!
— Ничего! После того, что я ему наговорила! Думаешь, он поверит, что все это было ради его спасения?? Что я могу сделать? Ты знаешь закон!
— Знаю, — печально поникла Настя. — Ненавижу правила!
— Подай шоколадку. Она в ящичке лежит, в столе, — попросила Ксения, а когда Настя отвернулась и приподнялась с пола к столу, быстро капнула в ее фужер пару капель из маленького флакона, который мгновенно спрятала под подушечку дивана.
— Сладенького захотелось? — хихикнула Настя, доставая шоколад и рассматривая его. — Блин, опять горький!
— А чтобы жизнь медом не казалась, — Ксения показала ей язык. — Давай сюда, бери шампанское, выпьем за нашу несчастную любовь!
Настя отломила кусочек шоколадки, с готовностью взяла фужер и полюбовалась на взлетающие пузырьки. Девушки легонько стукнулись и выпили остатки шампанского, заев его шоколадом. Спустя пару минут Настя осела на ковер и засопела.
— Прости! — с сожалением произнесла Ксения. — Где знают двое, знают все! Лучше ты не будешь помнить этот разговор! Это слишком опасно для нас обеих!
Ласка, только что лежавшая на диване, свернувшись тугим клубком, подскочила к Ксении с горящими от возмущения глазками-бусинками и гневно расчирикалась. Ксения шикнула на нее:
— Цара! Ничего страшного с твоей хозяйкой не случилось! И тебе лучше вообще молчать об увиденном! Поняла меня?
Царапка выдала еще одну возмущенную трель и свернулась клубочком под боком у Насти. Ксения накрыла Настю пледом и прошла в маленький кабинетик, пристроенный к комнате. Там она подошла к окну и уставилась на черное небо, пересекаемое молниями. Злобно рокотал гром. Снаружи развернулось буйство стихий, отражая внутреннее состояние девушки. Сердце пронзила нестерпимая боль. Ксения схватилась за грудь и простонала. Магическая сила бурным потоком хлынула в Ксению, чуть не разрывая ее на части. Слезы бессилия и обиды лились из глаз, размазывая остатки макияжа. Верховная ведьма, про которую писали в пророчестве — родилась. Родилась от любви и разбитого вдребезги сердца.
Глеб тихонько прикрыл дверь кабинета, где выла от боли и отчаяния его дочь:
— Прости, дочка! Надеюсь, ты когда-нибудь все поймешь… — с горечью произнес он, вслушиваясь в рев бури, что ярилась за окном, изредка прерываемая тоскливым волчьим воем.
-
— Она появилась! Как же не вовремя! Что же делать? Что же делать? Этот сопляк совершенно ни на что не способен! — в темном помещении глубоко под землей раздавался яростный шепот. — А может, все-таки он хоть на что-то сгодится? А потом можно будет обоих уничтожить! Главное, заполучить ее в нашу семью! — мерзкий хихикающий голос оборвался на этой фразе.
Взбудораженные и испуганные необычной силой бури, что прервала званый вечер у Главы Ковена, гости быстро распрощались и разъехались по домам. Было совершенно очевидно, что она имеет больше магическое, нежели природное происхождение. Вдобавок все были обеспокоены сообщением, что стая оборотней подошла непозволительно близко к особняку Глеба. Что их привело, осталось неизвестным. Также осталось неизвестным, куда они все ушли. И не затаились ли они поблизости?
Ксения обнаружила себя лежащей на полу. Тело затекло от неудобной позы, в которой она потеряла сознание. Застонав от головной боли и ощущая страшную сухость во рту, она попыталась подняться, дивясь непривычной, распирающей изнутри магической силе, которая пыталась уместиться в ведьме. Она пошатнулась, схватилась за приоткрытую створку двери и вошла в комнату, где на полу спокойно сопела Настя. Ее фамильяр Царапка недовольно завозилась под пледом и выглянула посмотреть, кто это идет на негнущихся ногах. Ксения дошла до стола, на котором стояло шампанское, и выпила пару глотков прямо из горла бутылки, поморщившись от выдохшегося вкуса.
Ощущая бесконечную слабость, она опустилась на пол и привалилась спиной к дивану. Настя шевельнулась, открыла глаза и проворчала:
— Мы что, наклюкались с двух фужеров вина? — охнув, она села, поправляя плед, сползающий с плеч. Царапка гневно сверкала глазами на Ксению и шныряла по хозяйке, что-то стрекоча.
Ксения отмахнулась:
— Наверное, усталость сказалась, я сама незаметно отключилась, пока любовалась, как наши гости с визгами разбегаются от грозы!
— Я что, даже не слышала гром? — удивилась Настя.
— Тебя и пушкой невозможно было разбудить, — Ксения пожала плечами и поморщилась от разбегающихся по телу мурашек.
— Блин! А я ведь боевой танец готовила… Перед кем теперь выступать? — расстроилась Настя.
— Когда у нас ближайший праздник?
— Летняя ночь? Через пару недель, — Настя задумалась.
— Ну вот, чем не повод разбавить традиционное веселье боевым танцем? — успокоила подругу Ксения.
— Так и поступим! — согласилась Настя и приласкала льнущую к ней Царапку. — Кстати, а о чем мы говорили, когда я к тебе пришла?
— О наказании Мии, не помнишь что ли? — Ксения подтолкнула создание ложных воспоминаний.
— А, точно! — Настя поморщилась, пытаясь вспомнить разговор. Вскоре она оставила эти бесполезные попытки. Ксения внимательно наблюдала за ней, но использованное ею зелье еще ни разу не давало сбоев. Только вызывало дезориентацию, сонливость и снижение четкости восприятия магических потоков.
— На сколько, говоришь, ее заблокировали?
— На веки вечные! — дурашливым голосом пропела Ксения.
— Ну-ну, поверим на слово, особенно зная привязанность и полномочия твоего отца! — рассмеялась Настя. — Если мне не показалось, он испытывает к Мие определенную симпатию!
Ксения удивленно глянула на подругу, но промолчала.
Далее разговор свернул на несущественные темы. Настя отметила, что у Ксении не слишком здоровый вид, посоветовала ей передохнуть и вскоре удалилась в гостевую комнату, прихватив недовольно фыркающую ласку с собой:
— Да что с тобой сегодня? — озадаченно спросила она у своего питомца. — Испугалась грозы?
Но Цара лишь прострекотала пару ругательств и, наконец, затихла, укоризненно поглядывая блестящими глазками на Ксению, которая пригрозила ей взглядом.
Едва дождавшись ухода подруги, Ксения сжала кулон и спросила:
— Отец, ты не занят? Мне нужно с тобой поговорить. Если можешь, зайди ко мне, пожалуйста.
Через несколько томительных минут в комнату зашел Глеб, увидел сидящую на полу дочь и поспешил помочь ей перебраться на диван.
— Ничего не замечаешь? — Ксения пытливо уставилась на него черными глазами.
— Что ты словно разорвешься сейчас? Замечаю, конечно! Постарайся успокоиться и взять магию под контроль, — нахмурился Глеб.
— Ты знал! — Ксения обличительно ткнула в его сторону пальцем.
— Предполагал, — парировал Глеб, — рано или поздно это должно было случиться, не с тобой, так с другой ведьмой! Я рад, что сила выбрала именно тебя!
— Пророчество?
— Когда-нибудь я расскажу тебе о нем, но не сейчас, — Глеб строго посмотрел на дочь.
— Почему?
— Ты еще не готова! Повторяю, научись владеть и управлять. Потом вернемся к этому разговору, — отрезал Глеб, и Ксения поняла, что спорить с отцом бесполезно.
— Как Светлана?
— Обижена на меня из-за матери, — говоря эти слова, Глеб посветлел лицом и улыбнулся. — Такая же упрямая!
— Блокирование магии — это даже слишком мягкое наказание! Девчонка могла бы быть благодарнее! Ты позволишь им жить вместе?
— А почему нет? Мия больше не может колдовать, — он хитро глянул на Ксению, испытывающую ревность к новоявленной сестре.
— Ну, конечно, папочка! Зачем ей колдовать самой, если она будет жить с начинающей ведьмой, своей доченькой! — саркастично пропела Ксения.
— Ты же знаешь, что обучением девочки никто не захотел заниматься, ведь из-за нее погибли Снежана и Диана.
— О, да! Скажи спасибо, что ее на месте не растерзали. И только то, что она и твоя дочь тоже, спасло ее от расправы!
— Вот именно! А необученная ведьма — это стихийное бедствие, пусть уж лучше Мия занимается с ней, нежели мы будем разгребать ворох проблем.
— Ты как всегда прав, отец!
— Потому я и Глава Ковена! — Глеб шутливо щелкнул дочь по носу и озабоченно продолжил. — Пригляди за Настей.
— Что с ней? — Ксения изумленно вскинула глаза на отца.
— Пока ничего, но что-то свербит, — поморщился Глеб.
— Хорошо! — согласно кивнула Ксения. — Она хотела впихнуть в Летнюю ночь свой танец, можно?
— Да, конечно! Разбавим традиции!
— Я тоже так подумала!
Глеб погладил дочь по голове и сказал:
— Думаю, тебе стоит отдохнуть. Попрошу принести тебе отвар для стабилизации просыпающегося дара, лишним не будет.
Ксения согласно прикрыла глаза и свернулась клубочком на диване:
— Попроси, чтобы Монро пришла, мне с ней спокойнее.
— Обязательно! Отдыхай! — сказал Глеб и вышел, тихонько закрыв дверь.
Через несколько минут дверь в комнату приоткрылась, и Монро появилась белым облачком на пороге. Распахнула и без того огромные оранжевые глазищи и одним прыжком оказалась на диване рядом с Ксенией.
— Удивлена?
— Муррр, — утвердительно мурлыкнула кошка.
— И я удивлена, — устало произнесла Ксения и почесала подставленную пушистую шейку. — Ты ведь все знаешь! И ты одна меня понимаешь и поддерживаешь, а главное, никому, кроме меня, не скажешь.
Ксения без сил отвалилась на подушку и подтянула легкий плед. Монро потрогала его лапкой, убедилась в достаточной для нее мягкости, лизнула руку хозяйки и свернулась клубочком у нее под боком. Некоторое время тишина нарушалась мелодичным мурлыканьем, которое мало-помалу становилось все тише, пока не умолкло совсем. Ведьма и ее фамильяр забылись общим тревожным сном, где было множество оборотней с оскаленными пастями. Монро утробно урчала и пыталась защитить свою хозяйку от них. Чуть погодя угнездившаяся, наконец, магия принесла успокоение и восстанавливающий сон без сновидений.
Утром Ксения проснулась под мурчание Монро, которая легонько трогала мягкой лапкой лицо хозяйки. Ксения почувствовала себя невероятно отдохнувшей. В крови пузырилось веселье, хотелось петь в голос и танцевать. Она ощущала себя всесильной и готовой к новым начинаниям. Она как будто вернулась в детство, когда ее магия только-только проснулась. Полученная сила, успокоенная отваром, удобно устроилась внутри девушки и, казалось, снисходительно посмеивалась над ней. Во время завтрака Глеб заметил разительные перемены в дочери и тихонько ухмылялся.
— Раз ты пришла в себя, советую начать знакомиться с новыми возможностями.
— Как скажешь, — с набитым ртом ответила Ксения. Она чувствовала зверский голод и сметала все, что стояло на столе, — где будем заниматься?
— Я думаю, что подальше от населенных пунктов, мало ли! — решил Глеб.
— Когда? — Ксения, горя нетерпением, с предвкушением посмотрела на отца.
— Да хоть сейчас, — Глеб посмотрел на наручные часы, — возьми с собой Монро, она, если что, поможет поглотить излишки.
— Хорошо! — быстро выпив кофе, Ксения метнулась в свою комнату собираться.
Спустя несколько минут они спустились в подземный гараж, выбрали одну из многочисленных машин и отправились за город в заброшенную давным-давно деревню, коих было немало. Не прошло и получаса, как они свернули с шоссе на грунтовку и через несколько минут остановились посреди маленькой деревеньки, состоящей буквально из десятка разрушенных домов. Окна без ставен. В некоторых еще сохранились остатки стекол, острыми осколками торчащих из рассохшихся рам. Покосившиеся двери, зияющие темные проемы, где они отсутствовали. Щербатые заборы, почерневшее от старости дерево. Скрип незакрытых калиток и ставен. Ксения вышла из машины и стояла, обхватив плечи руками:
— Помнишь? Тут ведь была такая процветающая деревня! Ста лет не прошло, как люди покинули ее ради городской жизни…
Глеб вышел из машины вслед за дочерью и грустно улыбнулся:
— Дааа, было время! Все течет, все меняется. Когда-нибудь не только деревни, но и города исчезнут с лица земли. Ладно, что о грустном — постарайся почувствовать магию! Мы ради этого сюда приехали, а не ради того, чтобы предаваться печальным воспоминаниям, — сказал Глеб и стал наблюдать за дочерью, — давай начнем с малого, например, создай разряд небольшой молнии.
Сила заинтересованно подняла голову. Глеб что-то почувствовал, тревожно посмотрел на Ксению, покосился на замершую у ног девушки кошку, создал защитную сферу, еще раз глянул на дочь, растянул сферу на свой Мерседес и кивнул.
Сначала ничего не происходило, потом стало чувствоваться напряжение, и спустя мгновение раздался взрыв! Глеб замер, взмахом руки убрал защиту, разогнал медленно опускающуюся на землю пыль, и у него начал дергаться глаз. Спустя еще мгновение он разразился громогласным хохотом. Заброшенных домов вблизи, как, в принципе, и всей деревеньки, больше не существовало. На пятачке запекшейся земли стояли кашляющие фигуры. Ксения вытирала слезящиеся глаза, ее джинсы и свободная рубашка дымились и были в прорехах. Искры проскакивали по заколочкам на ее многочисленных косах. Рядом раздувшимся шариком застыла Монро. Прежде белоснежная, ее шерстка стала серой, стояла дыбом, дымилась и потрескивала. Кошка гневно шипела и отплевывалась от пыли. Оранжевые глазищи ошалело смотрели на смеющегося Глеба. Наконец, она фыркнула, задрала дымящийся хвост и важно прошествовала в сторону машины, по пути что-то недовольно проурчав и прижав уши. Ксения осмотрела себя и обалдело уставилась на отца. Тот утер слезы смеха и, прерываясь на смешки, проговорил:
— Круто! Забили микроскопом гвоздь! Не, неправильно! Ты ядерным взрывом убила комара! — и он снова согнулся в приступе смеха, хлопая себя по коленям.
Ксения раздраженно сдула с носа упавшую челку и прошипела, не хуже Монро:
— Мне как теперь колдовать?
Глеб попытался успокоиться, задержал дыхание и снова зашелся в хохоте. Ксения оглядела дымящуюся и потрескивающую себя и присоединилась к отцу. «Люди!» — закатила глаза Монро.
— Так! Я понял! Придется тебя учить, как в детстве — с самого начала. Представь, что ты только-только обрела магию, что, по сути, и так является верным. А поможет нам в этом Мия! — вынес решение Глеб.
Ксения возмущенно уставилась на отца:
— Почему именно она?!
— Потому что она заинтересованное лицо, и она точно никому ничего не сможет рассказать хотя бы потому, что с ней никто не хочет общаться! Это окончательное решение и обжалованию не подлежит! — Глеб строго посмотрел на дочь.
Ксения надрывно вздохнула и махнула рукой:
— Ладно!
— Занятия начнутся с завтрашнего дня, а пока, — Глеб снова засмеялся, — поехали домой, вас обеих нужно хорошо помыть! И, надеюсь, ты понимаешь, что никто, совершенно никто, не должен об этом знать? Даже Настя, точнее — тем более она!
— Естественно! — закатила глаза Ксения и села в машину. Монро залезла в переноску и, сморщив нос, начала вылизывать шерстку. Глеб завел мотор и скривился:
— Придется гнать в химчистку… Открой окна, пусть запах гари хоть немного выветрится.
На следующий день Глеб с дочерью отправились к Мие. Дверь в дом открыла Светлана, которая, узрев рядом с отцом Ксению, фыркнула и, не поздоровавшись, крикнула:
— Мам! Папа пришел!
Ксения гневно раздула ноздри и исподлобья глянула на отца, тот виновато пожал плечами:
— Надеюсь, со временем вы все-таки подружитесь. Она старше по факту, но младше по сути, прими это, как бы сложно ни было.
Шаркающей походкой Мия показалась из комнаты и продребезжала:
— А, явился! — и зорко оглядела пришедших. На мгновение зрачки ее глаз расширились от удивления.
— Свершилось?
— Да! — Глеб лучился собственным светом.
— Разве она может видеть? — подозрительно уставилась на них Ксения.
Отец покраснел и ответил:
— Я не мог иначе, — и, обращаясь к Мие, попросил, — сними кулон.
Мия недовольно повела плечом и сняла подвеску. Спустя мгновение перед их глазами предстала сияющая молодостью и здоровьем красивая женщина. Она приглашающе махнула в сторону кухни и бодрой походкой отправилась туда первой, соблазнительно покачивая бедрами.
— И как это понимать? — Ксения прошипела разъяренной кошкой, а Светлана, услышав ее, презрительно хмыкнула и пошла вслед за матерью. Глеб, виновато пряча глаза, проследовал за ними. — А если кто-нибудь узнает? — бесновалась Ксения. — Вы хоть понимаете, что творите?
— Все будет хорошо! — Глеб поднял ладони в примирительном жесте.
— Хорошо?
— Ты многого не знаешь, девочка, — вмешалась Мия.
— А тебя я не спрашивала! — запальчиво вскинулась Ксения.
— Не смей орать на мою мать! — взорвалась Светлана.
Воздух на кухне сгустился, и вокруг все стало потрескивать от напряжения. Юные ведьмы стояли друг напротив друга и свирепо сверкали глазами.
— Успокоились! Обе! — рявкнул Глеб, и на всех бетонной плитой навалилась мощь Главы Ковена. Застонав от напряжения, ведьмочки, дрожа, сели на стулья и вцепились в кружки с напитками.
— Так, на чем я остановился? — как ни в чем не бывало, Глеб отхлебнул чаю и насмешливо посмотрел на пыхтящих, как ежики, дочерей.
— А ты еще ничего и не говорил, — стреляя глазками, ответила Мия.
— Точно! Мия, ты просто обязана мне помочь! Как видишь, Ксения стала обладательницей огромной магической силы, и пока не в силах, прости за тавтологию, ею совладать.
— Да уж вижу, она прям сияет! Уже опробовали? И как эффект?
Ксения покраснела и спрятала лицо за кружкой, а Глеб, смеясь, в лицах рассказал про вчерашнее происшествие. Светлана неприкрыто хохотала, а Мия усмехнулась:
— А как вы хотели? Овладеть и сразу уметь управлять?
— Мия, — удерживая ее руки в своих, проговорил Глеб, — мы столько книг перелопатили в свое время, ты же знаешь! Твои знания помогут Ксении сродниться с новой для нее силой.
— А почему бы тебе самому не заняться этим? — стервозно спросила Мия.
— Ты же знаешь, как Глава Ковена, я не могу постоянно отлучаться по надуманным причинам. Я не смогу долго скрывать состояние дочери, а вот ты сможешь прекрасно справиться с этой задачей!
— И что мне за это будет? — лукаво спросила Мия.
— Лучше спроси, что тебе за это не будет! — разозлившись, вклинилась в разговор Ксения. — Отец! Ты и так, я смотрю, сделал слишком много для этих двоих! Пусть хоть немного будут благодарными!
Мия глянула пронзительными глазами на Ксению:
— Вижу, ее уже распирает от этой мощи! Она стала несдержанной!
И Ксения вдруг поняла, что, действительно, стала меняться. Куда делись ее хладнокровие и рассудительность?
— Решено! — Мия со стуком отставила кружку, — я берусь помочь!
— Ма! — возмущенно воскликнула Светлана.
— Что, ма? Если я не помогу, то от нашего милого городка не останется и пепла, — серьезно ответила Мия, — Ксения, собери вещи, тебе придется немного пожить с нами. Негоже светить новыми способностями, не имея возможности ими управлять.
— Кстати да, Мия, ты абсолютно права. Я как-то даже и не подумал об этом, — проговорил Глеб и обратился к Ксении, — постарайтесь не уничтожить этот дом, он мне дорог, как память!
Ксения и Светлана пронзили друг друга взглядами и отвернулись, сложив руки на груди. Мия вдруг вкрадчиво сказала:
— Либо вы, девочки, мирно сосуществуете, пока Ксения обуздывает магию, либо… — она многозначительно промолчала, а у ведьмочек мороз прошел по коже. Они согласно закивали головами, а Глеб усмехнулся:
— Ты всегда была очень убедительной, даже когда была совсем молоденькой девчушкой!
Довольный быстрым решением проблемы, он ретировался, сказав, что в ближайшее время пришлет вещи Ксении, которые Настя соберет для ее «экстренной командировки». Мия проводила Глеба жадным взглядом. Пролетевшие века и благородная седина только прибавили ему мужественности и привлекательности. Мия невольно облизала губы, вспомнив годы, прожитые с этим мощным магом. Да, она тогда жаждала новых знаний и власти, но не могла отрицать того, что Глеб был очень завидным женихом на тот момент. Красивый, богатый, полный магии. Она почувствовала триумф, когда он, наконец, обратил на нее внимание в архиве. Какими взглядами провожали ее все знакомые и незнакомые ведьмы! О, это чувство превосходства! Мия зажмурилась от удовольствия, вновь переживая сладкие моменты.
Чувство соперничества и легкая влюбленность мало-помалу превратились в собственничество, граничащее с привязанностью. Ей было бесконечно жаль покидать уютные объятия мага, но эгоизм все же пересилил. Немаловажную роль сыграла и неумирающая любовь Глеба к Анечке. Мия не прекращала дико ревновать мага к его юношеской привязанности. Ее это ужасно бесило, пока, наконец, не переросло в смертельную обиду, подогреваемую желанием власти. Мия закурила тонкую сигаретку и задумалась, можно ли расценивать его внимание и визиты как намек на возобновление отношений? Угасла ли его любовь к оборотнице за столько столетий? Мог ли он простить предательство Мии? Или это всего лишь игра ее воображения и его изощренная месть?
Приближалась Летняя ночь. У Ксении были огромные успехи в управлении новыми силами. Вместе с Мией они объехали почти всю область. Находили самые заброшенные и забытые места для тренировок. Монро старательно помогала ей, поглощая выбросы сырой магии, чтобы никто не обнаружил их раньше времени. Мия обучала достаточно жестко, говорила, что у них совсем мало времени, чтобы разводить политесы и растягивать обучение на годы. Ксения приползала в дом Мии еле живой после выбросов магии, которых становилось все меньше из-за растущего контроля над силой. Даже отношения со Светланой перешли от взаимной антипатии к холодной дружбе. Светлана видела, сколько труда вкладывает ее мать в Ксению. И даже в какой-то степени жалела сводную сестру. Мия посмеивалась над попытками ведьмочек перетянуть к себе внимание отца. Глеб, бывало, наведывался в гости и радовался успехам дочери. Настя готовилась к выступлению, она рассказывала о своих задумках Ксении при редких телефонных разговорах. Наконец, Ксения обуздала магическую мощь. Точнее, смогла с ней договориться. Конечно, она еще не научилась ей полноценно управлять, но хотя бы теперь можно было избежать разрушений. Убедившись, что дочь больше не представляет опасности, Глеб позволил ей вернуться из «командировки».
Лето, наконец, вспомнило про свои обязанности. Воцарилась сильная жара, едва уменьшающая свой пыл под вечер. Листва скручивалась под палящим солнцем. Трава пожелтела в ожидании хоть капли влаги с бесконечного синего неба. И только вокруг особняка Главы Ковена царила прохлада, дарованная артефактами. Маги пользовались данными им возможностями и делали свою жизнь максимально комфортной. В очередной раз в доме Главы Ковена собирались гости. Музыканты, занимавшие центральное место на сцене, в этот раз были расположены в стороне. Взволнованная Настя в ожидании своего выхода поправляла складочки одеяния для боевого танца — черной туники с широкими рукавами и свободных штанов. Туника была расшита красными геометрическими узорами. На ногах красовались черные сандалии без каблука, обхватывающие стопу широкими черными лентами. Глеб объявил начало празднования Летней ночи и сказал:
— Немного отходя от традиций, хочу, чтобы вы насладились танцем подруги моей дочери — Насти! Давайте поприветствуем ее!
Гости сдержанно зааплодировали, свет погас, чтобы через мгновение зажечься на сцене, осветив замершую фигурку с закрытыми глазами. Под плавное вступление музыкальных инструментов Настя открыла блеснувшие небесной синевой глаза, ярким пятном выделяющиеся на лице с нанесенным на него узором из черных линий. Тихо щелкнули и зашелестели, расправляясь, веера, которые девушка держала закрытыми у пояса. Прокручивая их в руках, Настя изгибалась на сцене в ритме ускоряющейся и становящейся яростной мелодии, которую отбивали музыканты на высоких барабанах. Сверкали наконечники полых игл, скрытых в полотнах вееров и наполненных сильнодействующим ядом. Стремительно складывая и расправляя, вращая веера в руках, двигаясь гибко и четко, Настя имитировала бой с невидимым противником. Вот она в очередной раз отпрыгнула, крутнулась на месте и присела, вытянув ногу в сторону. Игриво прикрыла нижнюю часть лица раскрытым веером, сверкнула глазами над ним и внезапно побледнела. Приступ жесточайшей рвоты сотряс тело девушки. Ксения сорвалась со зрительского места и мгновенно оказалась около подруги, провела быстрое сканирование организма и потрясенно выдохнула:
— Ты беременна! — в широко раскрытых глазах девушек плескались ужас и понимание.
Статная блондинка с родинкой над пухлой губой плавно поднялась со своего места и холодно произнесла:
— Жаль, что первенца нельзя вытравить! Дочь! Ты опозорила меня! Дождемся родов, и я лично настою на уничтожении этой мерзости! — сказав эти страшные слова, она резко развернулась и покинула зал.
Настя разрыдалась, прикрыв рот ладонью. Ксения обняла ее, поглаживая по спине и шепча что-то успокаивающее. Глеб откашлялся и произнес:
— Думаю, девушкам стоит удалиться и не мешать празднованию.
Ксения понятливо кивнула и помогла Насте уйти со сцены. Тихие перешептывания среди гостей превратились в бурные выкрики возмущения и отвращения. И только присутствие Главы Ковена сдержало ярящуюся толпу от мгновенной расправы над ведьмой, носившей ребенка от оборотня.
Ксения отвела Настю в комнату, помогла умыться и переодеться, налила успокаивающий отвар и спросила:
— Когда успели-то? — ей было невыносимо страшно за подругу.
Настя грустно качнула кудрявой головой:
— Дурное дело не хитрое, — и снова расплакалась.
— Похотливый пес! — гневно сжала руки в кулаки Ксения.
— Не говори так! Я люблю его! — выкрикнула Настя.
— И что теперь делать с последствиями твоей любви? — горестно спросила Ксения.
— Я что-нибудь обязательно придумаю! — запальчиво пообещала себе Настя. — Время еще есть, до родов никто не посмеет причинить мне вреда!
— Да, тут стоит поблагодарить нашу особенность… Нельзя избавляться от первенца, если не хочешь потерять магию… — задумчиво проговорила Ксения.
Пролетело время. На смену жаркому сухому лету пришла дождливая холодная осень, а затем наступила морозная снежная зима. Ксения все лучше управляла мощью новой магии и продолжала носить скрывающий силу амулет, чтобы никто не заметил изменений в ней. От отца она узнала, что мать Насти, одна из советников Ковена, настаивает на показательном уничтожении младенца после его появления на свет. И большинство голосов в Совете встало на ее сторону. Нужно показать, что ведьмы никогда не будут иметь ничего общего с этими животными. А собрать всех представителей возможно только на один из предстоящих праздников — День Бригитты. Если Настя до этого дня сама не разрешится от бремени, то ей помогут. Разум магов застилала ненависть к оборотням. Настя была под постоянным присмотром, и у нее никак не получалось уговорить мать оставить ребенка в живых. Оставив попытки решить проблему самостоятельно, она понадеялась, что ее подруга сможет ей помочь.
Девушки прогуливались по заснеженному парку около дома Ксении. Крепчал мороз, и раскрасневшиеся от пощипывающего щеки и нос холода девушки решили пойти домой. Отогревая замерзшие руки о чашки с горячими напитками: Ксения с любимым кофе, а Настя с травяным отваром, подруги вспоминали беззаботное детство и смешные истории, что с ними происходили.
— А помнишь, как ты заслужила звание самой невозмутимой и непрошибаемой ведьмы? — хихикнула Настя.
— Ой, не напоминай! Как вспомню мерзкий вкус того таракана, аж подкатывает! — передернулась от отвращения Ксения.
— Надо было видеть лицо Лары, когда она думала, что подставит тебя, а в итоге сама стала посмешищем!
— Да-да, подложить мне вместо засушенного вполне себе живого таракана на уроке зельеварения, притом, что наша преподша очень педантично относится к готовности своих подопытных студентов к занятиям!
— А как ты невозмутимо его слопала, смачно похрустев, чтобы скрыть некондицию ингредиента! Еще и заявила, прожевав, что бедный таракан был сыроват и недосолен, видимо, из-за криворукости Лары в роли повара!
— Даааа, это было что-то! — согнулась от хохота Ксения.
— Ну вот! Узнаю тебя настоящую… А то последнее время ты стала какой-то скрытной, — грустно улыбнулась Настя и болезненно поморщилась, поглаживая ставший уже совсем огромным живот. Царапка вилась вокруг хозяйки, что-то ласково стрекоча.
— Пинается? — участливо спросила Ксения.
— Кажется, что у меня уже просто фарш из внутренностей. Этот волчонок готов хоть сейчас выпустить клыки, — попробовала пошутить Настя.
— Скоро срок…
— Это ты во всем виновата! Ты знала! Ты использовала меня! — вдруг выкрикнула Настя.
— О чем ты говоришь? Я не знала, что они оборотни! Да! Я виновата перед тобой, но лишь в том, что я, зная твою легкомысленность, скрыла основную правду от тебя! Что я не прекращала работу на отца и продолжала поиски по его приказу! И не ты ли настаивала на нашем общении с ними? Какие они успешные, красивые! — Ксения передразнила Настю, пылая от гнева.
— Спаси его! — Настя вдруг кинулась на колени перед Ксенией и схватила ее за руки. — Всем сердцем тебя молю! Ты же дочь Главы Ковена! Он может прислушаться к твоим просьбам!
— Ты что! Встань сейчас же! — испугавшись за подругу, переменилась в лице Ксения. — Ты же знаешь, большая часть Совета встала на сторону твоей матери!
Настя разрыдалась, скорчившись у ног Ксении. Цара металась от одной ведьмы к другой, лихорадочно сверкая глазками-бусинками. Решимость отразилась на лице Ксении:
— Я постараюсь что-нибудь придумать!
Настя всхлипнула, шмыгнула покрасневшим носом и прошептала:
— Я верю тебе.
Еле успокоив Настю, Ксения отправила ее домой, а сама поехала к отцу. Постучав, заглянула в его кабинет:
— Ты не занят? Мне необходимо с тобой поговорить.
Глеб как раз изучал какой-то документ, лежащий перед ним на письменном столе. Он оторвал взгляд от бумаги и кивком пригласил дочь войти. Ведьма в нерешительности замерла перед отцом, не зная, с чего начать. Глеб, видя ее взбудораженное состояние, дописал строчку в документе, отложил ручку, покрутил затекшей шеей и сложил руки домиком перед собой:
— Я слушаю!
Ксения уселась напротив него и нервно сжала руки. Она упрямо посмотрела на отца и выпалила:
— Отмени казнь!
— Ты же знаешь, это невозможно! — начал сердиться Глеб, снова взял ручку и стал бездумно крутить ее в пальцах.
— Ты же Глава! У тебя есть полномочия!
— Нельзя взять и отменить многовековой закон! — Глеб в сердцах бросил ручку на стол.
— Придумай что-нибудь! — со слезами в голосе воскликнула Ксения.
— Союз между оборотнями и магами невозможен! Так же, как и существование совместных отпрысков!
— А как же тогда Макс и Демьян?
— Это исключение — в них нет ни капли магии. Да и никто уже не будет связываться со взрослыми оборотнями.
— Значит, и для ребенка Насти сделай исключение! Или это работает только для Мии? — язвительно выплюнула слова Ксения.
— Мало кого заботит их существование! А Настя — дочь советницы! Это просто так не скроешь!
— Какой же ты эгоистичный монстр! — в эмоциях прошептала Ксения. — Для тебя важнее всего власть и могущество, которые совершенно затмили твой разум! Это отвратительно!
— Замолчи! — Глеб сверкнул глазами в гневе, — помни, с кем ты разговариваешь!
— Я пришла за помощью к отцу, но, видимо, его сейчас нет! Есть только жестокий Глава Ковена!
В кабинете начала скапливаться тьма, повеяло жутким холодом. За спиной Глеба выросла огромная безобразная тень с горящими алым светом глазами. Он грохнул по столу кулаком и процедил:
— Я все сказал!
Ксения в ужасе всхлипнула и вихрем вылетела из его кабинета. Нервно проведя пальцами по гриве поседевших от времени волос, Глеб встал, налил себе в бокал виски и опрокинул в себя, почти не почувствовав вкуса. Водоворот воспоминаний, сдерживаемый силой воли, бурным потоком хлынул в сознание, закрутил и выбросил мага в тот самый день на поляне посреди леса, когда он впервые, будучи мелким мальчишкой, встретил Анечку, свою первую любовь, оказавшуюся оборотницей-волчицей.
Глеб в очередной раз сбежал из деревни в лес. Ему не нравилось играть с деревенскими мальчишками. Гораздо большее удовольствие ему доставляло проводить время в лесу с диким зверьем. Одетый в домотканую одежду, подпоясанный обрывком веревки с висевшей на нем небольшой холщовой сумкой, он бродил по лесу и изучал жизнь птиц и животных. Особенно ему полюбилась небольшая полянка с поваленным во время бури деревом, спрятанная глубоко в лесу. Местное зверье быстро привыкло к частому нахождению человека и почти безбоязненно шныряло кругом. Глеб, как обычно, уселся верхом на поваленный ствол, разложил тряпицу и выложил на нее кусок копченого окорока и горбушку хлеба. Внезапно в растущих рядом кустах раздался шорох. Глеб, привыкший к тому, что его уединение часто нарушается зверушками, обернулся посмотреть, кто пришел в этот раз. Из-под куста настороженно выглядывал серый волчонок.
Глеб аккуратно срезал ножом небольшой кусочек мяса и медленно протянул руку с лакомством в сторону волчонка. Тот испуганно заворчал, попятился и скрылся в густом кустарнике. Глеб улыбнулся, слез с дерева и положил кусочек мяса под куст. Вернулся на свое место и стал искоса наблюдать за кустарником. Ветки снова зашевелились, показался принюхивающийся черный нос, следом озадаченная мордашка. Вытянув морду, волчонок молниеносно схватил зубами мясо и скрылся в кустах. Раздалось довольное чавканье, и спустя мгновение волчонок с хитрецой в глазах стал подкрадываться к Глебу. Мальчик отрезал еще небольшой ломтик и кинул, не особо осторожничая, волчонку. Тот ухватил лакомство на лету и, мгновенно проглотив, облизнулся.
— Эдак ты меня обеда лишишь, — рассмеялся Глеб и продолжил есть, поглядывая на волчонка.
Волчонок разочарованно заскулил и состроил умильную мордашку. Подошел еще ближе к Глебу и уселся на мохнатый зад. Глеб протянул последний кусочек мяса, и волчонок осторожно взял пищу из рук. Мальчик попытался погладить зверя, но тот, взглянув на приближающуюся руку, недовольно зарычал, поджал хвост и скрылся в кустах. Глеб вздохнул:
— В следующий раз обязательно возьму побольше мяса и поглажу тебя! — погрозил он кустам кулачком и увидел сверкающие сквозь листву глаза.
Так потянулись дни. Глеб периодически сбегал на свою любимую полянку и занимался приручением волчонка, рассказывая о себе разные истории, чтобы тот привык к звуку его голоса. Вскоре волчонок уже вовсю позволял трепать себя за уши, играючи прихватывая зубами руки мальчика. А Глеб, едва касаясь шерстинок, гладил, дивясь мягкости и шелковистости шерсти дикого зверя. Однажды волчонок позволил перевернуть себя мохнатым пузом кверху и клацнул челюстями, размахивая оказавшимися без опоры неуклюжими лапами. Глеб присмотрелся к зверю и удивленно протянул:
— Так ты у нас девочка!
Волчонок изловчился, вскочил на широко расставленные лапы, поджав в смущении хвост и уши, и ускакал в кусты.
— Ну, вот… — обескураженно прошептал Глеб. В этот день и несколько последующих волчонок больше не приходил. Глеб уже начал переживать за своего мохнатого друга, как, наконец, увидел блестящий черный нос, торчащий из листвы. Волчонок, точнее юная волчица, обрадованно выскочила из кустов и облизала лицо Глеба. Тот счастливо прижал к себе вновь обретенного друга.
А потом Глеб заболел. Лихорадка сжигала его изнутри, и, казалось, что мальчик не выживет, пока в один из долгих дней жар не отступил. Вскоре Глеб очнулся с необычными ощущениями. Казалось, что он все видит ярче, четче. Его распирало от энергии, хотелось куда-то бежать, а сил было столько, что можно было свернуть горы. Эдуард, отец Глеба, довольно похлопал мальчика по плечу и сказал:
— Наконец, сынок! Ты обрел силу!
Так Глеб стал магом, и потянулись долгие дни обучения, как управлять новыми возможностями. Он страшно скучал по волчице, за короткий период дружбы с которой он почувствовал, что кому-то нужен. Но магия не позволяла быть легкомысленным. Глеб боялся, что он может навредить своей подружке, поэтому приложил все силы, чтобы закончить обучение как можно быстрее. Наконец, он вырвался на свою поляну и стал звать волчицу. Выслушав от отца информацию о фамильярах, Глеб лелеял надежду, что волчица станет им для него. Долго никто не приходил, и Глеб испугался, что она или забыла его, или что-то с ней случилось. Наконец, почти под вечер, когда мальчик уже совершенно продрог от томительного ожидания, кусты зашевелились, и на поляну вышла волчица. Настороженно принюхиваясь, она медленно приближалась к мальчику. Глеб смотрел на нее и не мог понять, что происходит. Зверь как будто раздваивался у него в глазах. Он протер глаза очередной раз и четко увидел, как образ зверя размывается, а из него выплывает образ девочки, чуть младше самого мальчика. Рыжие волосы, заплетенные в две смешные косички, прозрачные светло-голубые глаза. Он все понял:
— Так ты оборотень! — с тоской проговорил он.
Волчица виновато прижала уши и кивнула. Глеб почувствовал жгучую обиду, разрастающуюся внутри.
— Ну почему??? — кричал он в голос, и слезы лились по мальчишескому лицу. Единственный друг оказался на самом деле представителем ненавидимой магами расы. Волчица расстроенно глянула на него и одним прыжком исчезла с поляны. Никогда еще Глеб не ощущал себя таким одиноким.
Несколько дней Глеб не мог найти себе места. Его разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, он ненавидел, с другой — тосковал по волчице. Наконец, он принял для себя какое-то решение и снова пришел на поляну.
— Где ты? Выйди, пожалуйста! Я не причиню тебе вреда! — кричал он в глубину леса, звал волчицу.
Наконец, когда он обреченно решил возвращаться домой, на поляну вышла его волчица. Вопросительно посмотрела на мальчика, наклонив голову набок.
— Превратись, пожалуйста, — попросил Глеб. Волчица задумчиво кивнула и удалилась в кусты. Послышалась возня, и на поляну вышла рыжая девочка, в волнении теребящая косички. — Так вот ты какая, настоящая, — прошептал Глеб, подошел к девочке и обнял ее. — Как тебя зовут?
— Аня, — потупила взгляд девочка.
— А меня — Глеб.
— Я знаю, — хихикнула она, и Глеб внезапно покраснел, вспоминая, что еще из сокровенного он успел ей рассказать за долгие дни дружбы. Вскоре они уже хохотали вместе, шутливо подтрунивая друг над другом.
— А почему ты сразу не обернулась человеком? — вдруг спросил Глеб.
— Я думала, ты и так знал, что я оборотень! — пожала плечами Аня. — Неужели ты мог подумать, что обычный лесной зверь будет таким сообразительным?
— Я еще не обладал силой, она приходит к магам не с самого рождения, а позднее, — признался Глеб.
— А я подумала, ты просто другой, не злой, как все маги! — Аня распахнула глаза.
— А я и есть другой! — рассмеялся Глеб, дернул Аню за косичку и побежал, приглашая играть в догонялки.
Шли годы. Дети росли и дружили, невзирая на разницу в происхождении. Спустя время тайная дружба между Глебом и лесной девой, как иногда в шутку он называл Аню, переросла в робкую юношескую любовь.
Была середина осени, когда уединение возлюбленных было нарушено проревевшими звуками охотничьего рога и топотом лошадиных копыт. На поляну выскочили хрипящие от продолжительного бега лошади с пеной, повисшей на удилах. Резко затормозив, чуть не порвав рот бедному скакуну, возле Глеба и Ани остановился всадник. Глеб с ужасом узнал в нем своего отца. Красивые черты лица были обезображены ненавистью и отвращением. Стая борзых собак окружила поляну, яростно заливаясь лаем из-за почуянного ими зверя, которым, по сути, являлась Аня.
— Пошел домой! — гневно проревел Эдуард сыну.
— Нет! — раскинув в защитном жесте руки, вскрикнул Глеб, чувствуя панический, рвущий душу на части, страх за любимую.
Эдуард замахнулся плетью, но, передумав, приказал своим сопровождающим:
— Держите его! Сейчас нам предстоит славная охота на мерзкого оборотня!
— Глебушка, сердце мое! — шептала Аня, обнимая своего любимого. Но ее уже отрывали от юноши грубые руки помощников его отца.
— Беги, Анечка! Душа моя! Беги! Спасайся! Они уничтожат тебя! — со слезами в голосе прощался со своей любимой Глеб, пытаясь вырваться из захвата.
Эдуард с отвращением сплюнул на землю и крикнул:
— Гони ее! Ату!
— Не-е-ет! — прокричал, срывая голос, Глеб.
Аня, бросив последний, полный сожаления взгляд, бросилась в лес, на ходу превращаясь в сильного быстрого зверя, и исчезла среди густых деревьев. Звонко взвыли борзые и ринулись в погоню. Протрубил рог, и всадники пришпорили скакунов, встающих на дыбы и закатывающих глаза в ужасе перед оборотнем. Шум погони постепенно стих, заглушенный вплотную растущими деревьями. Глеб сбросил с себя удерживающие его руки и в отчаянии вслушивался вдаль. Вскоре раздался пронзительный вой, тут же резко оборвавшись. Глеб в бессилии опустился на землю и зарыдал.
Следующее его воспоминание было о том, как Аня, его любимая волчица, выла, скребла отрастающими и втягивающимися тут же когтями каменный пол, сгорала и замерзала, корчилась от боли, прикованная посреди ритуального зала, под звуки визгливого смеха ведьм и хохот магов, что обрушивали на нее заклятья. Застыв в полуобороте, обезображенная мучительной смертью, Аня замерла на поцарапанном в агонии полу. Эдуард, Глава Ковена в то время, подошел к ней, пнул носком сапога, повернул полулицо-полуморду с застывшими глазами и сплюнул:
— Собаке — собачья смерть! Уберите эту падаль!
Глеб стоял с замершим от боли сердцем и смотрел, как прислужники небрежно собирают останки, чтобы выбросить их на поруганье воронам. Казалось, что он умер вместе с Анечкой. И ничто не могло его вернуть к жажде жизни. В тот день он поклялся отомстить отцу за свою несчастную любовь. А через несколько дней после гибели Ани он почувствовал, что его магическая сила изменилась. Страшные страдания увеличили его мощь и одарили даром проклятийника.
Он замкнулся в себе, погрузился в старинные свитки и искал источники знаний, которые помогут ему совладать с новым даром. Втайне от всех, особенно от своего отца, он освоил древние заклинания и стал выжидать удобного момента. Прошло несколько лет. Глеб прослыл нелюдимым и жестоким магом, обещавшим переплюнуть своего отца. И, наконец, его жажда мщения была утолена. Тайно от всех он наложил проклятье на отца, и тот стал медленно увядать, испытывая ни с чем несравнимые боли. Эдуард торопился передать полномочия Главы Ковена сыну и не подозревал, что тот наслаждается его агонией.
Перед самой кончиной Глеб признался отцу, что это он — причина его затяжной болезни и мучений. Эдуард, обезображенный проклятьем, в ярости попытался встать с постели, но его силы были уже на исходе. С холодным удовлетворением Глеб наблюдал за смертью отца, и внутри у него все застыло ледяным комом. Месть свершилась, но это не вернет Глебу Аню. Глеб занял пост Главы Ковена и стал руководить обществом магов и ведьм железной рукой. Его мощь ужасала и заставляла беспрекословно считаться с любым его решением. Ничто не могло заставить его холодное сердце дрогнуть от нежности. Пока он не повстречал Мию, дочь местного архивариуса.
Вместе с Мией они изучали легенды, перерывали все архивы. Казалось, она поддерживала его стремление к равенству существ. Но вели ее только гордыня и тщеславие. И, преследуя свои цели, она сбежала, унеся с собой самое ценное — первую дочь Глеба. Предала, решив, что именно так она запустит механизм свершения древнего волшебства. Она хотела получить господство, но не понимала всей глубины смысла древнего пророчества…
Ксения, разочарованная ответом отца, приехала к Насте. Та с порога поняла по возмущенному выражению лица подруги, что ничего не вышло.
— Он не прислушался? — тоскливо спросила Настя, чувствуя, что все ее надежды идут прахом.
— Нет! — Ксения гневно сверкнула глазами. Магия взметнулась вокруг нее, едва сдерживаемая амулетом.
— Что с тобой? — Настя прижала ладонь к губам, увидев завихрения вокруг подруги.
— Позже! — Ксения остановила ее расспросы и тихо произнесла. — У меня есть идея!
Настя понятливо кивнула и быстро, насколько ей позволял живот, прошла в свою комнату и зажгла короткую толстую свечу:
— Это от прабабки. Никто ничего не услышит и не увидит, пока она горит.
— Наша последняя надежда — это обратиться к Мие! — прошептала, несмотря на артефакт, Ксения.
— Чего? — Настя вытаращила голубые глазищи.
— Того! — передразнила ее Ксения. — Не все то, чем кажется, — многозначительно добавила она.
— Ей можно будет довериться? После всего? — скептически спросила Настя.
— Либо она, либо смерть, я думаю, лучше выбрать меньшее из зол!
— Я согласна! — твердо произнесла Настя, поглаживая живот.
Через несколько минут подруги уже ехали к своей старой знакомой. Ксения постучала, и дверь открыла как всегда чем-то недовольная Светлана:
— А! Ты! — она закатила глаза и махнула им проходить в дом. — Недолог был покой!
Ксения фыркнула и взлохматила черные кудри девочки. Та, смеясь, щелкнула пальцами, вызвав сноп искр, заставивших заколочки на косах Ксении потрескивать. Настя недоуменно наблюдала за ними и не заметила, как у них появился еще один зритель. Мия, в облике древней старухи, стояла, опираясь на трость:
— Явились! — она прошаркала в гостиную.
Удивление Насти стало совсем безмерным, и она, едва не забыв скинуть сапоги, проследовала за молодыми ведьмами, которые сыпали друг на друга безобидные заклинания. И вишенкой на торте стало то, что вместо древней старухи на диване восседала шикарная ухоженная ведьма.
— Чаю? Или может быть чего покрепче? — насмешливо спросила она.
— Это к-к-как так? — заикаясь, спросила Настя.
— А вот так, — развела руки Ксения. — Для кое-кого есть исключения в решениях моего отца! — она гневно раздула ноздри.
— Вот будешь на его месте, тогда я на тебя посмотрю! — Мия резко обрубила Ксению.
Ксения зыркнула на нее, но не стала продолжать. Мия достала из портсигара тонкую сигаретку, зажгла ее щелчком пальцев и откинулась на спинку дивана, тихонько попыхивая и выпуская носом тоненькие струйки дыма.
— Ничего не понимаю! — Настя зачарованно следила за колечками дыма. — Тебе же заблокировали магию!
— Ха! Главное, что все в это поверили! — Мия самодовольно хмыкнула и стряхнула пепел в пепельницу. — Я вас слушаю, девочки!
— Настя… — начала было Ксения.
— Беременна, вижу, — продолжила за нее Мия. — А я тут причем?
— Глава Ковена и Совет хотят казнить младенца во время празднования Дня Бригитты!
— Совсем сдурели? — закашлялась Мия и затушила сигаретку. — С чего они это решили сделать? — злобно прошипела она.
Настя начала шмыгать покрасневшим носом.
— А ну! Утрись! — гаркнула на нее Мия.
— Потому что, — ответила Настя, — это ваш внук!
Мия остро глянула на нее:
— Демьян постарался?
Настя зарделась и кивнула, а Ксения выкрикнула:
— А отец! Он — монстр!
— Когда-то и я так думала о нем… Ты многого не знаешь, девочка!
— Например?
— Не мне тебе рассказывать! Настанет время, он сам все тебе расскажет! А пока… Я так полагаю, что вы пришли ко мне за помощью?
— Да, — Ксения неприязненно глянула на нее. — Ты — наша последняя надежда.
Мия надолго задумалась, уставившись пустым взглядом на Настю. Светлана сидела тихо, как мышка, и переводила взгляд с матери на девушек и обратно. Настя замерла, с надеждой ожидая ответа, что же скажет ведьма. Наконец, та очнулась от раздумий, снова потянулась к портсигару, но на полпути передумала, покосившись на Настю.
— Ты ей говорила о себе? — она вдруг спросила у Ксении.
— Нет, отец запретил, — покачала головой Ксения.
— Покажи ей!
Ксения сняла кулон с шеи, и высвободившаяся сила мгновенно распространилась по гостиной и обволокла присутствующих.
— Вот это да! — шокированно выдохнула Настя. — Как такое возможно? Такая мощь!
— Я бы не хотела тебе такой судьбы, — криво улыбнулась Ксения и снова надела кулон. Нехотя сворачиваясь, магия оставляла легкое послевкусие дождя.
— Ты наверняка стала сильнее отца! — загорелись глаза у Насти. — Ты сможешь его продавить!
— Не сейчас и не здесь! — отмахнулась Мия. — Но настанет час!.. А пока, я думаю, нам стоит обратиться к оборотням!
— Как? — Ксения изумленно вскинула брови.
— А ты думала, что я сама возьмусь вам помогать? — закаркала, смеясь, Мия. — Ну вы даете! Меня не допускают на мероприятия, забыли что ли?
Ксения досадливо поморщилась, соглашаясь.
— Светлана, деточка! Кажется, ты давно не гостила у брата? — лукаво спросила Мия у дочери.
— Как скажешь, мамочка! — лучезарно улыбнулась маленькая ведьма.
— Зайди ко мне сейчас же! — прорычал Макс в селектор и в бешенстве стал метаться по кабинету матери в загородном доме. Светлана насмешливо наблюдала за его мельтешением.
— Звал? — в дверь протиснулась лохматая рыжая голова.
— Скажи-ка мне, братец! — прошипел Макс. — Это когда ж ты успел с Настей покувыркаться?
— Дурное дело — нехитрое, — осклабился Демьян, развалившись на стуле.
— Да? А будешь ли ты так улыбаться, когда узнаешь, что твоего ребенка казнили? — проревел Макс, в ярости готовый убить собственного брата. Светлана в испуге вжалась в кресло. Макс выдохнул и взглядом попросил у сестры прощения за свою вспышку.
— ЧТО?! — в бешенстве вскинулся Демьян, полоснув острыми отросшими когтями обшивку стула. — Когда???
— Пока еще нет! Успокойся! Но на ближайшем шабаше…
— Не позволю! — прорычал Демьян, сверкая пожелтевшими глазами.
— Это я и хотел услышать, — довольно сказал Макс. — Светлана сказала, что Настя обратилась к нашей матери за помощью, — и он болезненно поморщился, вспомнив Ксению. Тряхнул головой, прогоняя воспоминания, и продолжил:
— Как мы уже знаем, ведьмы нас не могут распознать, так как мы нечистокровные оборотни. Плюс у нас есть скрывающие амулеты. Нужно каким-то образом попасть на шабаш. Мать сказала, что идеальный вариант — это выкрасть ребенка прямо с казни. Значит, кому-то из нас нужно будет заменить палача.
— Я думаю, это будет несложно, жаль, что времени маловато, чтобы устроить все более тонко.
— Значит, устроим шоу, — хищно оскалился Макс.
Глаза у троицы горели в предвкушении, пока они разрабатывали план спасения ребенка из логова магов, точнее, из особняка Главы Ковена. Время неумолимо рвалось вперед.
Мия, узнав, что у оборотней возникли сложности с проникновением в особняк Главы Ковена, намекнула Ксении сделать шабаш-маскарад. Немного подумав, Глеб с внутренним одобрением согласился с предложением дочери.
Незадолго до Дня Бригитты Настя родила прелестного рыжего мальчишку, уже на следующий день сверкнувшего желтыми звериными глазами. До празднования оставались считанные дни. Молодая мать была в ужасе от ожидания и неведения, так как оборотни для сохранения секретности решили не посвящать её в детали. Подумав, что ничего не вышло, она каждую минутку посвящала новорожденному сыну, страшась, что она может быть последней. Ксения, как могла, поддерживала ее. С отцом поговорить больше не получилось. Да и вообще создалось такое впечатление, что он ее избегает, передавая поручения через своих бойцов.
И вот настал день празднования. С ночи за окном разыгралась непогода. Порывистый ветер завывал и гнул ветви растущих вблизи особняка деревьев, создавая круговерть из колючих снежинок. Стекла тонко дребезжали от нападений снежных вихрей. Дороги заметало, но алчущие зрелища гости стали понемногу стекаться в особняк, в безумном предвкушении сверкая глазами и чуть ли не облизываясь.
Мать Насти самолично забрала мальчика, невзирая на слезные мольбы дочери. А Настя твердо решила для себя, успокоившись, что ее мать эту ночь не переживет. Недаром молодая ведьма прослыла хладнокровной убийцей. И лишь постоянно присутствующая вокруг ее матери охрана и тревога за сына не давали Насте учинить мгновенную расправу. Хищная, безумная улыбка нет-нет да искажала кукольные черты лица девушки.
Ксения с отцом встречали приезжающих и сухо приветствовали их. Ксению мутило от отвращения к этому безумству. Горящие глаза на изуродованных карнавальными масками лицах, оскаленные в ожидании кровавого шоу улыбки. Все это отдавало какой-то нереальностью. Внутренне девушка страшно переживала, что их план может сорваться, внешне же она была достойна снежной королевы.
Макс и Демьян, заранее изучив предоставленный им план дома, осторожно оглушили охрану у черного входа в особняк, незамеченные проникли в здание и стали ждать, надев карнавальные маски, чтобы смешаться с толпой. Вервольфов потряхивало от близости такого количества магов и ведьм, и лишь мысли о спасении сына Демьяна сдерживали их от оборота. Вскоре, увидев подготовительную суету, они проникли за сцену, и увидели, как по коридору прошел грузный мужчина в балахоне палача. Демьян подкрался к нему сзади и обрушил мощный удар тяжелой когтистой лапы на затылок идущего, не беспокоясь, выживет ли он. Братья оттащили палача в одно из хозяйственных помещений, и Демьян стал быстро срывать балахон с тела и напяливать его на себя.
— У тебя лишь одна попытка! — напутствовал Макс.
— Я знаю, — нервно огрызнулся Демьян. — Да будет шоу! — он злобно оскалил острые клыки.
— Удачи! — Макс вернулся в зал и незаметно смешался с толпой в ожидании начала представления.
Толпа безумствовала и требовала зрелищ. Настя стояла немного в стороне, бледная как смерть, со сжатыми от нервного напряжения кулаками и ненавидящим взглядом. Ксения осуждающе покачала головой и подумала: «Бедная девочка! Зря мы скрыли от нее наши планы». Но ничего уже нельзя было изменить. Шабаш набирал обороты. Рекой лились горячительные напитки. Наконец, самые несдержанные стали выкрикивать:
— Начинайте же уже!
Собрание магов грозило стать совсем неуправляемым в своей бесноватости. Глеб решительно дал отмашку:
— Начинаем! — и с тоской в душе стал наблюдать за дальнейшим действом. Казалось, что он провалился в тот день, когда умирала его возлюбленная Анечка. Боль полоснула по сердцу, заставив болезненно сморщиться. Ксения заметила состояние отца и недоуменно посмотрела ему в глаза. Он мрачно отмахнулся, продолжая следить за сценой, на которой был установлен постамент, похожий на алтарь.
Вот прислужники принесли хнычущего рыжего мальчугана, замотанного в белые пеленки, и положили его на постамент. Настя громко всхлипнула, и толпа презрительно отшатнулась от нее. Ее мать стояла с надменным видом и следила, чтобы все прошло, как надо. Наконец, на сцену, тяжело шагая, вышел палач. Его лицо было скрыто колпаком, и в прорези внезапно блеснули желтые глаза. Ксения, внимательно вглядывающаяся в него, незаметно расслабилась — все шло по плану. Она стала бочком продвигаться к сцене и Насте, стоящей около нее. Обрушилась тишина. Громогласно прозвучал голос матери Насти, зачитывающей «прегрешения» младенца. Настя дернулась в сторону матери, зашипев, как рассерженная кошка. Ксения еле сдержала подругу и покачала головой, сделав огромные глаза. У Насти забрезжила надежда, она вопросительно подняла брови. Ксения едва заметно кивнула, и Настя облегченно выдохнула, искоса бросив взгляд на палача. Наконец, советница Главы закончила читать приговор и высокомерно приказала начинать. Толпа в предвкушении качнулась к сцене, чтобы не пропустить зрелище. Блеснуло в свете ламп лезвие кинжала и… Балахон палача расползся из-за распирающей его огромной туши рыжего в черных подпалинах вервольфа! Раздался громогласный рык, сверкнули острые лезвия когтей, щелкнули в опасной близи от младенца длинные белые клыки.
Толпа отшатнулась в ужасе. Спотыкаясь и сбивая друг друга с ног, ведьмы ринулись во все стороны, визжа, пытаясь бросать заклинания, промахиваясь и попадая друг в друга. Вервольф довольно ощерил пасть, полоснул когтями стоящих рядом с постаментом прислужников и аккуратно подцепил зубами пеленки заходящегося в крике младенца. Огромным прыжком, распихав не успевших убраться с его дороги магов, он пролетел к выходу особняка, проломил двери и исчез, скрытый воющей пургой. Макс, увидев, что все пошло по плану, выскочил вслед за Демьяном в человеческом обличии и тут же, разорвав в клочки карнавальное облачение, обратился в волка. Вдвоем они понеслись с быстротой молнии от особняка, небезосновательно опасаясь погони и переохлаждения ревущего в голос малыша. Горечь отравляла сознание серого вервольфа, увидевшего холодное безразличное лицо своей Истинной, безучастно наблюдающей за зрелищем, развернувшимся на сцене. Буран, ворвавшийся в особняк, погасил зажженные свечи, редкие снежинки залетали и тут же таяли на пороге особняка. Бросив последний, полный тоски взгляд назад, Макс увидел Ксению, что-то говорившую своему отцу. Глаза тлеющими черными углями выделялись на бледном, застывшем восковой маской, лице девушки. Протуберанцы силы кружили вокруг ведьмы, смешиваясь со снежными завихрениями.
— Смотри-ка, ни царапинки! — проворковала Мия, разглядывая своего рыжего внука. Тот, сморщив нос, приготовился в очередной раз заплакать, видя вокруг незнакомые лица.
— Ну что я, зря яйца в пасти таскал? — возмутился Демьян. — На что только не пойдешь ради спасения кровиночки, — просюсюкал он.
А малыш покраснел и зашелся в горестном плаче. Испуганно переглядываясь, Мия и сыновья простонали, схватившись за голову.
— Как спасти мы придумали, а что дальше? — взвыл Макс, морщась от пронзительного крика младенца.
В загородном доме все подготовили к появлению маленького жителя. Одна из гостевых спален превратилась в детскую комнату. Но ни красивая кроватка, ни игрушки-погремушки, ни руки спасших ребенка братьев, ничто не успокаивало истерики малыша. Даже на руках у Мии ребенок не успокаивался и извивался, пытаясь вырваться из объятий.
Послышался шум резко затормозившей у дома машины, пискнул домофон, хлопнула входная дверь. Как ураган, состоящий из мелких светлых кудряшек, в комнату, внеся уличный холод, ворвалась Настя. Она схватила сына и тут же прижала его к себе, что-то тихо напевая. Одетая в боевое облачение, обвешанная оружием, она смотрелась крайне сюрреалистично с младенцем на руках. Наконец, она подняла голову, гарпией взглянула на присутствующих и тихонько прошипела:
— Все, вон!
Понимая состояние молодой матери, Мия с сыновьями быстро покинула комнату, и все они отправились в гостиную. Прислушиваясь к затихающему плачу младенца, переходящему в тихое хныканье, троица облегченно вздохнула и рассмеялась. Вскоре к ним присоединилась Светлана, убежавшая в кабинет матери, не вынеся воплей младенца. Братья уже успели в красках рассказать о спасении ребенка, когда в гостиную проскользнула Настя, лучащаяся счастьем. Она немного помолчала, переводя взгляд с одного на другого, и вдруг разревелась. Икая от рыданий, молодая мать стала благодарить присутствующих.
Демьян обнял ее за плечи и усадил на диван, шепча разные нежности. Постепенно поток слез иссяк, и Настя, шмыгая носом, рассказала, что происходило после побега оборотней из особняка. Как Ксения стала Верховной, как Настя убила свою мать.
— Молодец, девочка! — похвалила ее Мия.
Настя выдавила слабую улыбку и кивнула:
— Я бы жить не смогла с мыслью, что убийца моего сына гуляет живехонькой по свету, — она сузила сверкающие от ярости глаза и продолжила. — Сдохла бы! Но за собой утянула всех, до кого смогла бы дотянуться.
Макс задумчиво сплел пальцы перед собой:
— Чем нам грозит смена власти у магов?
Мия прищурилась и глубокомысленно произнесла:
— Пока ничем, но мой тебе совет — собирай силы!
Макс кивнул, придя к таким же выводам.
— Можно я пока у вас поживу? — застенчиво спросила Настя.
— Какой вопрос? Двери нашего дома всегда открыты для тебя! — довольно улыбнулся Демьян.
Настя сердито пихнула его в бок и прислушалась, не хнычет ли ребенок.
— Как сына назвала-то? — спросила Мия.
— Михаил, — довольно зажмурилась Настя.
— Волк по имени Мишка, — заржал Демьян и охнул от очередного болезненного тычка от ведьмы и укуса Царапки, имеющей хоть мелкие, но очень острые зубки. Потерев место укуса, он состроил заискивающие глазки, но Настя, сложив руки на груди, отодвинулась от него на край дивана. Царапка, выгнув спинку, возмущенно стрекотала, бегая по плечам ведьмы.
— Понял, осознал, больше не буду! — отчитался Демьян и снова попытался обнять Настю. Она рассвирепела, щелкнула пальцами, и длинная шевелюра Демьяна полыхнула ярким пламенем. Быстро сбив пламя, он огорченно посмотрел на остатки роскошных рыжих волос и обиженно глянул на Настю, которая в крайнем замешательстве сидела на диване и прислушивалась к себе. Мия изумленно всмотрелась в Настю, охнула и застыла с таким же выражением лица, как и молодая мать. Через мгновение ее рот смешно округлился от бесконечного удивления. Мия всегда носила скрывающий магию амулет. И сейчас она пораженно рассматривала источник магии, тлеющий внутри нее самой, который, если ей не изменяла память, должен был быть гораздо слабее.
— Как это возможно?! — прошептала Мия.
Макс перевел взгляд с одного на другого и произнес:
— А тебе идет короткая стрижка!
Все посмотрели на Демьяна и рассмеялись над ним. А Демьян развел руками и проговорил:
— Добро пожаловать домой!
Гостиную наполняло редкое чувство умиротворения — впервые за долгое время казалось, что они все сделали правильно. Только Макса глодала тоска одиночества и неопределенности будущего.
На следующий день Мия позвала Макса в свой кабинет. Пригласила его сесть и стала рассматривать его, словно он был музейным экспонатом. Вскоре Максу это надоело, он кашлянул и спросил:
— Зачем звала?
Мать достала сигаретку, закурила и, пустив струйку дыма в потолок, сказала:
— Ты повзрослел. Стал матерым.
— Да ладно? — усмехнулся Макс.
— Не ёрничай. Лучше расскажи мне, что у тебя с Ксенией?
— Ничего! — Макс в ярости вскочил со стула.
— Сядь! — Мия рявкнула на сына. — Распрыгался тут!..
Сверкая глазами, Макс выполнил требование матери и застыл в напряженной позе.
— Это хорошо, что ничего, — ведьма стряхнула пепел в пепельницу. — Для тебя есть очередное поручение.
— Что? Опять? — вытаращил глаза Макс.
— Не опять, а снова, — невозмутимо продолжила Мия. — Тебе необходимо объединить силы ближайших стай оборотней! А также дать толчок их развитию в современном мире, — она ткнула сигареткой по направлению к сыну.
— И зачем мне это счастье? — вспылил Макс. — Вечно эти тайны?
— Узнаешь в свое время! — отрезала Мия. — А пока иди и выполняй! Используй историю Миши! Она наверняка заставит их о многом задуматься. Пора утереть нос волшебному обществу!
Макс в бешенстве выскочил из кабинета матери, его глаза стали совершенно звериными. В коридоре он столкнулся с братом.
— На тебе лица нет! Одна морда! — заржал Демьян, увидев злющего Макса. — Что случилось?
— Матери приспичило объединить стаи!
— На фига? — округлил глаза Демьян.
— Вот иди и спроси!
— Судя по твоему выражению лица, спрашивать бесполезно? — сложил руки на груди Демьян.
— Как видишь! — уже немного выпустив пар, ответил Макс. — Слушай, поехали со мной? Как живое свидетельство жестокости магического общества.
— А давай! — с энтузиазмом согласился Демьян. — А то младенец в доме — это…
— Оооо, д-а-а-а! — понимающе протянул Макс. — А Насте и мать со Светланой пока могут помочь.
Мия стояла у окна кабинета и смотрела, как братья загрузились в своего четырехколесного монстра и, взметнув снег из-под колес, рванули прочь от особняка.
— Удачи! Сделайте все правильно! — прошептала она вслед сыновьям. Она чувствовала, что осталось совсем немного, и перемены настигнут каждого из них.
Макс и Демьян уже несколько дней были в пути. Они объехали все ближайшие поселения оборотней, отмеченные на карте. Часть деревень была заброшена, другие — заселены людьми, которые даже и не подозревали, что живут в бывшем месте обитания оборотней. Но когда они встречали собратьев, то рассказывали о страшном случае с сыном Демьяна, делясь гневом из-за вопиющей наглости и жестокости магического общества. Огоньки ярости разгорались в глазах у оборотней, их голоса срывались в рык, но, управляемые старостами, которые, в свою очередь, подчинялись главному — Вожаку, они не смели без приказа следовать за братьями и действовать под их руководством. Старосты были согласны с утверждением, что маги перешли все мыслимые и немыслимые границы, но страшились кардинальных перемен и ничем не могли помочь без указки Вожака.
— Где нам найти Вожака? — в бессилии спросил Макс, видя упертость очередного старосты.
— Сынок, он редко покидает свой дом. В основном присылает своих помощников решать текущие дела, — развел руками староста Димитр.
— А он вообще существует? — с подозрением в голосе спросил Демьян.
— Конечно! На День Леса все собираются в одном месте, которое укажет Вожак, и празднуют! И он выходит ко всем! — с благоговением произнес Димитр. — Это давняя традиция!
— Чуть не полгода ждать! Не, так дело не пойдет, объясни, как до него проехать? — потребовал Макс.
— Хорошо! Коли не шутишь! — принял решение Димитр. — Смотри сюда! — и он подробно объяснил, как добраться до Вожака, попутно отмечая особые места на карте.
Получив инструкции, Макс и Демьян сели в машину и задумались. Макс завел мотор, откинулся на спинку кожаного сиденья и сказал:
— Хорошо, что у нас внедорожник… Как раз для таких целей…
— Хорошо! Если мы не застрянем в снегу и не утонем в болоте, — скривился Демьян, с отвращением разглядывая карту, где был отмечен путь.
— Главное, чтобы это были точные данные, а не выдумка, — скрипнул отросшими клыками Макс.
— Считаю, что они все-таки задумываются о последствиях и не будут врать, — с ноткой недоверия протянул Демьян.
— Надеюсь! — Макс крутнул руль и направил джип в сторону от поселения оборотней.
Проехав несколько выматывающих часов по едва заметным под слоем наметенного снега проселочным дорогам, Макс в который раз забуксовал и с психом заглушил мотор. Начиналась метель, стало смеркаться, ледяное крошево билось в стекла автомобиля. Вдали чернела полоса леса.
— Дальше пешком. — Макс с силой сдавил жалобно скрипнувший руль, едва не сломав его. — Лес в пределах видимости. Обернемся и быстро домчим.
— Уверен, что это тот самый лес? — скептически спросил Демьян.
— Ты штурман, вот и ответь мне, тот это лес или нет! — рыкнул Макс.
— Ладно-ладно! Это тот лес! — примиряюще засмеялся Демьян. — Пошли, что ли, разомнемся!
И первым выпрыгнул из машины навстречу завывающему бурану. Выгнулся в трансформации, увеличился в размере, разорвав одежду, и оскалил длинные клыки в предвкушении стремительного свободного бега. Макс укоризненно покачал головой: «Столько лет — ума нет! Интересно, запасную одежду додумался взять? Или опять у меня попрошайничать будет?» С этими мыслями он скинул верхнюю одежду и обувь, достал второй комплект и положил его на сиденье джипа. Немного поразмыслив, вытащил из сумки второй комплект запасной одежды и положил его на соседнее сиденье для бестолкового брата. После этого, наконец, покинул теплый салон автомобиля. Знакомая дрожь пробежала по телу, томительная боль выгнула его, вывернулись суставы, вытянулась волчья морда, и перед Демьяном оказался огромный серый с проседью волк. Рыжая морда Демьяна вытянулась от удивления, и он прорычал:
— Ты никак витаминов роста переел?
Макс взглянул на свой след от лапы, который отличался от следа брата чуть ли не в два раза, и проворчал:
— Не помню такого! Подумаю об этом позже! Пошли уже!
Задорно приподняв хвост, Демьян припал к земле, оскалился и фыркнул:
— Наперегонки? Как раньше?
— Давай! — Макс азартно рыкнул, поддаваясь задору молодости и ощущению мощи, переполнявшей его волчье тело. Два огромных лохматых волка длинными скачками, взрывая снег, стремительно понеслись в сторону темнеющего на горизонте густого леса.
— Я первый! Я первый! Я первый! — приплясывал рыжий волк, вывалив розовый язык и тяжело поводя боками.
— Ты просто мелкий, легкий, поэтому и быстрый! — профырчал, посмеиваясь Макс, радуясь победе брата в их шутливом забеге.
Рыжий волк восстановил дыхание и игриво скакал вокруг серого, прижимая уши и скалясь. Вдруг Макс насторожил уши. Пушистый хвост повис напряженным поленом. Чуткий нос шевельнулся, пытаясь уловить нити запахов в ледяном ветре, несущем тысячи снежинок. Он предупреждающе куснул Демьяна, и тот тоже замер, прислушиваясь. В их сторону шли крупные хищные звери. Вскоре из густого ельника показался крупный серый волк. Он оскалил острые клыки и требовательно уставился на братьев. Демьян сдвинулся за спину брата и кидал настороженные взгляды на вышедшего из леса зверя. От волка почти не пахло человеком. Значит, оборотень больше времени проводит в зверином обличье. Это было плохо. Разум хищника плохо подходит для серьезных разговоров. Макс тоже это понял и прорычал:
— Я прибыл с вестями! Отведи меня к Вожаку!
Встречающий потянул носом, заворчал и мотнул головой, как бы приглашая следовать за ним. Братья переглянулись и последовали за ним в темноту леса. Спустя некоторое время они почувствовали, как их взяли в подкову другие оборотни, как будто загоняя добычу. Макс недовольно рыкнул, но пока ничего не стал предпринимать.
Проваливаясь в глубокий снег, перебираясь через буреломы, стая волков-оборотней шла в самую глушь леса. Разлапистые ели оберегали от бурана, что ярился на опушке. Становилось все темнее, и, наконец, вдали блеснул огонек костра. Макс уловил теплый аромат дыма и попытался прибавить ходу, но бегущий впереди серый волк развернулся с быстротой молнии и встретил собрата оскаленной пастью. Макс отскочил и виновато вильнул хвостом. Стая продолжила путь в сторону огня. Наконец, один за другим они вышли на большую поляну посреди леса. К ее краям жались небольшие деревянные срубы. В центре горел жаркий костер, вокруг которого сидели на корточках суровые мужчины и огромные волки. На широком пне восседал седой, как будто припорошенный золой, старец с яркими желтыми глазами оборотня на испещренном морщинами и шрамами лице.
— Кто вы? И что привело вас к нам? — зорко глянув на прибывших, на удивление сильным низким голосом спросил старец.
— Я — Макс, сын Станислава Черного, а это мой брат Демьян, — обернувшись человеком и накинув предложенный меховой плащ, ответил Макс.
— А! Сыновья бывшего Вожака и ведьмы! Надо же! — удивленно пророкотал старец. — Вы заметно выросли с тех пор!
— Да! — гордо вскинул голову Демьян и тут же был остановлен рукой брата и его предупреждающим взглядом.
— Да! — повторил Вожак и блеснул пожелтевшими от времени зубами. — Так что привело вас в нашу скромную обитель?
— Мы пришли за помощью! — ответил Макс. — Магическое общество совсем обезумело!
— И решили покарать невинное дитя, так? — блеснул своей осведомленностью Вожак.
Макс вздрогнул.
— Вы думали, мы тут совсем оторваны от цивилизации, так? — хрипло засмеялся Вожак и резко замолчал, чтобы спустя мгновение нарушить установившуюся тишину. — Древний закон непреложен! Оборотни никогда не пойдут против магов и ведьм, запомни, мальчишка! Что бы ни творилось! Никогда! — зычно прорычал Вожак, и окружающие его оборотни согласно взвыли.
— Это бесполезно, — прошептал Демьян, обернувшись, как и брат, в человека. — Они закостенели в своем раболепии!
Макс согласно кивнул, немного подумал и выступил вперед, упрямо смотря на Вожака.
— Я не хочу более пресмыкаться перед магами! Скрываться и бояться показывать свое благосостояние! Я! Сын Станислава Черного! Здесь и сейчас! Бросаю тебе вызов, Вожак!
— Ты что творишь? — схватился за голову Демьян.
— Ты? Мне? — закашлялся от смеха старец. — Что ж, я принимаю твой вызов! — отсмеявшись, ответил Вожак и скинул наброшенный на него меховой плащ. Макс пораженно смотрел на перевитое мышцами крепкое тело, исполосованное огромным количеством шрамов, и думал: «Кажется, я дурак».
Судорога оборота прошла по телу старца, и вскоре перед алчущими взглядами стаи стоял огромный белый волк. Ощерившись желтыми клыками, он широко расставил лапы и зарычал, прижав уши. Максу ничего не оставалось, как скинуть меховую накидку и обернуться серым волком, застыв напротив белого гиганта. Другие оборотни, ведомые оборотом Вожака, приняли звериный облик и окружили стоящих друг против друга огромных волков. Демьян полными ужаса глазами наблюдал за развернувшимся перед ним представлением.
Огромные звери стали кружить внутри символического круга. Оборотни, стоящие вокруг, ощетинились и щелкали клыками, следя за движениями противников. Вожак шел тяжелой поступью, прижав уши и клацая огромными клыками. Макс кружил, настороженно поставив уши торчком и следя за каждым шагом Вожака. Наконец, Макс и Вожак замерли, глухо рыча и подрагивая натянутыми в оскале губами. Громогласно взревев, белый волк ринулся навстречу серому, распахнув оскаленную пасть. Сцепившись раскрытыми челюстями, они покатились по утоптанному снегу яростным клубком. Вожак сжал шею Макса острыми зубами, как тисками. Макс захрипел и, вытаращив в панике глаза и задыхаясь, попытался вырваться из захвата. Оборотни сжали круг, в предвкушении подвывая и скалясь. Рванувшись всем телом, Макс вывернулся из смертельной хватки, поморщился от боли в располосованной клыками шкуре на горле и тут же ринулся в атаку. Толкнув его широкой лохматой грудью, он резко рванул зубами белую шкуру, которая тут же окрасилась кровью. Вожак разъяренно зарычал, покосился на повисшую лоскутами шкуру на плече и снова ринулся в бой.
Пригнувшись и скользнув под брюхом прыгнувшего Вожака, Макс извернулся и полоснул белого волка по незащищенному брюху когтями задних лап. И снова снег окрасился брызгами крови, яркими пятнами, выделяющимися на светлом фоне. Вожак в бешенстве взвыл, развернулся к противнику и всей тушей попытался сбить Макса с ног. Серый волк, едва удержав равновесие, клацнул зубами буквально в волоске от горла Вожака. Тот отпрянул, пробороздив когтями снег, и оба противника снова пошли по кругу, рыча и примеряясь к лучшему удару. Макс снова пошел в атаку, оступился, но это оказалось спасением для него, так как его страшные челюсти при падении сомкнулись на передней лапе Вожака, и та опасно хрустнула. Вожак страшно взвыл, вырвался и, припадая от боли в сломанной лапе, снова пошел по кругу. Его глаза налились бешенством, но в их глубине уже читалось понимание, что это, возможно, последняя его схватка. Макс, заметив, что его атака не прошла бесследно, прижал уши, оскалил клыки и глухо заворчал.
Оборотни сжали круг еще больше, капая слюной и переступая лапами в нетерпении. Желтые глаза горели азартом боя. Оба противника понимали, что это последний и решающий бой для одного из них. Макс шел свободной стелящейся поступью, не обращая внимания на свои кровоточащие раны. Вожак все больше хромал и шел все медленнее. Кровавая полоса тянулась за ним по белому снегу. Его белая от седины шкура была в кровавых разводах. Словно насмехаясь над молодым и еще полным сил серым волком, Вожак оскалил желтые клыки и снова пошел в атаку. Желтые глаза светились пониманием. В голове у Макса прозвучал усталый низкий бас: «Я верю в тебя! Сделай все, что от тебя зависит! Подари нам свободу!» Услышав загадочные слова, Макс едва не пропустил атаку старого оборотня, но вовремя спохватился и впился длинными клыками в как будто специально подставленное горло Вожака. Огромное сожаление охватило его, когда он почувствовал, как дух старого волка покинул покрытое белой шерстью тело.
Конвульсивно дернувшись последний раз, старый гигант вытянулся на окровавленном снегу. Его челюсти были раскрыты, давая зрителям в последний раз обозреть огромные острые зубы. Взгляд замер и потускнел. Старого Вожака не стало. Макс глянул на огромного бездыханного волка, задрал морду ввысь, увидев яркую луну и россыпь звезд на черном небе, и торжествующе завыл. Он победил, но не ощущал себя победителем. Стая оборотней присоединилась к нему, и над лесом пронесся пронзительный волчий вой, извещающий, что у оборотней новый Вожак.
Когда стихло последнее эхо волчьего воя, Макс обернулся в человека, закутался в меховую накидку и сказал:
— Братья! Пора нам заявить о себе! Хватит довольствоваться малым и пресмыкаться перед магическим обществом! Я дам вам знания и возможности обеспечить себя и свои семьи современными благами! И помните! Неволить вас никто не будет! Но и предательства я не потерплю! — предупреждающе сверкнув звериными глазами, он продолжил. — Будьте наготове! Нам предстоит много дел!
Демьян попытался в шутливой манере зааплодировать, но передумал, поймав многообещающий взгляд Макса. Оборотни согласно взвыли, они были совсем не против перемен к лучшему и только и ждали этого. Братья тепло распрощались с лесным поселением после церемониального сожжения тела бывшего Вожака и, превратившись в волков, скачками понеслись к своему транспорту, надеясь, что его не слишком сильно замело.
Добравшись до припорошенного снегом джипа, Демьян смахнул снежное крошево со стекла, увидел подготовленную для него одежду и сказал:
— Я люблю тебя, братик! А еще — ты весь седой, это нормально?
Макс, превратившись в человека и мигом забравшись в остывший салон машины, завел мотор, довольно заурчавший, и начал одеваться. Демьян забрался в салон следом, оделся и требовательно уставился на брата. От печки, наконец, пахнуло теплом прогретого двигателя. Макс повернул к себе зеркало заднего вида и вздохнул:
— Ты помнишь отца?
— Помню, к чему вопрос?
— Ну, так вспомни, какого цвета у него были волосы.
— Эмммм…. Седые, кажется…
— Тебе не кажется! Видимо, это отличительная черта Вожаков. Статус, так сказать. Черт, — прошипел Макс от боли, задев одеждой раны.
— Надо бы обработать, — обеспокоенно проговорил Демьян. — Глубоко деранул, до сих пор кровят, несмотря на нашу регенерацию.
— Давай, — согласился Макс, доставая аптечку из-под сиденья.
После обработки ран братья поехали в сторону занимавшегося рассвета. Наступал новый день. Предстояло очень много работы. Управляемые волей нового Вожака, оборотни больше не будут упираться и встанут плечом к плечу на свою защиту.
— С каких это пор оборотни стали участвовать в торгах? — с недоумением спросил один из магов во время очередного собрания Совета.
— Тебя интересует биржа? А вот меня интересует, каким это образом они стали руководить некоторыми сетями магазинов? — Взбешенная ведьма с разноцветными волосами хлопнула по столу распечатанными сводками. — Я там свою продукцию продавала! А теперь мне заявили, что договор поставок расторгнут, и они даже готовы выплатить неустойку! Видите ли, они переориентировались на натуральные составы! А чем, спрашивается, мои косметические средства им не угодили? Сплошные травки! Ну, подумаешь, с парочкой заклятий, усиливающих эффект и вызывающих легкое привыкание! Так это же из лучших побуждений! И для большего спроса, — она чуть слышно закончила свою речь и потупила взгляд.
— Они что? Из леса выходить начали? — засмеялся пузатенький маг. — Не поверю! Мне кажется, за этим кто-то стоит из наших и использует оборотней, как ширму.
— Да ладно! У нас поделены сферы деятельности. Испокон веков так было! Никто не мог вот так, внаглую, проводить захват! Причем почти во всех секторах одновременно!
Ксения слушала перепалку магов и думала: «А ведь это происходило уже очень давно. Просто менее заметно. Вон, и мы с Настей даже не подумали, что преуспевающие молодые люди, пригласившие нас на отдых, являются на самом деле оборотнями. Все привыкли считать, что дальше сельского хозяйства, а то и вовсе дикого существования оборотни не ушли за столько столетий. Видимо, мы ошибались. Все течет, все меняется. И какую же игру затеяли отец и Мия. Не так просто же ведьма посоветовала мне занять пост отца, да и сам он на удивление быстро сдался, а я на эмоциях от удачно проведенного «похищения» даже не приняла это во внимание». Ксения отвлеклась от своих мыслей и постучала кончиком карандаша, призывая Совет к спокойствию:
— Ваши предложения, господа?
— Ты можешь им просто приказать, — вкрадчиво промолвила седая ведьма, сверля взглядом Ксению.
— Что ты имеешь в виду? — удивленно вскинула бровь Верховная.
— Что это — твое право! Разве отец ничего тебе не рассказал? — продолжила седая.
— Ничего, — озадаченно ответила Ксения.
— Ну, так спроси! — язвительно сказала седая. — Думаю, я могу удалиться. — С этими словами она важно поднялась со своего места и покинула кабинет.
— Верховная! Ведь ты сама заняла этот пост! Это не просто красивое слово и большая сила, но и огромная ответственность и навыки руководства! И, похоже, у тебя не слишком хорошо получается! — с вызовом заметила, тряхнув разноцветной шевелюрой, ведьма.
— А что я могу сделать? Запретить рыночные отношения? Может, вам стоит рассматривать более гибкие условия сотрудничества? А? Или, заметив достойных конкурентов, вы решили спрятаться по кустам? Боритесь! Не буду же я бегать и вытирать вам сопливые носы или решать за вас проблемы в вашем бизнесе? Что касается участия оборотней во всем этом, предлагаю быть хитрее и дальновиднее и попытаться повернуть все дела к нашей общей выгоде. Видимо, прошли те времена, когда, по вашим словам, оборотни сидели в лесах! Вы привыкли относиться к ним, как к бессловесным животным. Думаю, в свете последних событий, стоит пересмотреть мнение о них.
— Это омерзительно! Как у тебя язык поворачивается говорить такие вещи! — скривился толстяк. — Их необходимо выгнать с нашей территории!
— Это тебе не средневековье! — Ксения повысила голос в искреннем возмущении. — Я не могу объявить поход с топорами и вилами на бизнесменов, кем бы они ни являлись! Решайте все в законном порядке!
Члены Совета переглянулись между собой, как будто знали что-то важное.
— Тьфу! — сплюнул пузан и вылетел из кабинета, где проводилось собрание.
Остальные поспешно последовали за ним, явно недовольные решением Верховной.
— Что ты задумал, Макс, черт тебя подери! — простонала Ксения и швырнула карандаш. — И что еще ты скрыл от меня, отец?
Демьян с сыном на руках зашел в кабинет к брату. Макс сидел, безумным взглядом уставившись в кипу документов перед собой.
— Не-на-ви-жу! — прорычал Макс и с остервенением подписал очередную бумажку, перед этим пробежавшись по ней глазами. — Как они могли владеть таким огромным богатством и совершенно им не пользоваться? Хотя, что это я, ведь старый Вожак не позволял им развиваться.
— Ууууу! Мишанька, посмотри! Твой дядя, серый волк, злится на ни в чем не повинную бумагу!
Миша, радостно пуская слюнявые пузыри, согласно гукнул и дернул своего отца за прядь чуть отросших волос.
— А где Настя? — Макс вскинул глаза на брата.
— Тренируется, — пожал плечами Демьян и поудобнее перехватил сына.
— Надо же, никогда б не подумал, что этот ангелочек — наемница, — потер переносицу Макс и устало прикрыл глаза.
— Это точно! Внешность обманчива, — откликнулся Демьян, поморщившись от того, как сынок ухватил его за нос и радостно запрыгал на руках.
— Полгода прошло, а маги подозрительно молчат. Никаких новостей нет?
— Абсолютно, — серьезно ответил Демьян. — Настя у них первая в очереди, чтобы понести наказание. Мия под подозрением, и только артефакты отца Ксении спасают ее от более пристального внимания.
Макс вздрогнул при звуке имени его Истинной и судорожно сжал ручку, которая тут же отозвалась тихим хрустом и рассыпалась на кусочки.
— Да блин! А, ладно! Достало все! — он встал с кресла и подошел к мини-бару. Взял оттуда пузатую бутылку и налил немного в бокал, отхлебнул и поморщился.
— И с каких это пор ты стал пить? — Демьян вытаращил глаза на брата.
— С таких, как выяснилось, что эта ледяная королева является моей Истинной! — Макс в бессильной ярости запустил бокал в стену. Бокал с громким дребезгом разлетелся на осколки.
Миша вздрогнул от неожиданности и разревелся. Макс виновато опустил глаза, взял с полки новый бокал, машинально налил себе еще и вернулся к рабочему столу.
— Тьфу на тебя! — пытаясь успокоить сына, расфырчался Демьян.
На вопли сына, как фурия, прилетела Настя с бегающей по ее плечам взволнованной лаской. Молча перехватила сына у Демьяна и удалилась, смерив братьев презрительным взглядом.
— У вас никак? — спросил Макс.
— Никак пока, как видишь, — раздраженно ответил Демьян. — Она все еще не может простить то, что мы подвергли ее такому стрессу, ничего не сказав о плане спасения. А теперь расскажи-ка мне, что ты там про Истинную говорил?
Демьян подошел к стулу, уселся напротив брата и положил подбородок на сложенные домиком руки. Макс взъерошил ежик седых волос, что-то проворчал и откинулся на спинку кресла.
— Ну? — Демьян вопросительно вскинул брови.
— Что, ну? Волк мой с ума сходит! И ему наплевать, что эта холодная стерва ненавидит нас, наше племя, и вообще она теперь самая главная! — прорычал Макс. — Стоит ей подергать за ниточки договора, и мы, как щенки, будем вилять хвостами перед магами и ведьмами.
— Но она же не дергает! — глубокомысленно протянул Демьян.
— Ага, до поры до времени! Может, она только-только изучает свои возможности, как Главы. Глеб себе лишнего не позволял, но никто не знает, что на уме у этой девчонки.
— Этой, как ты говоришь, девчонке не одна сотня лет. И она была правой рукой Глеба. Вполне возможно, что он успел передать ей нужные знания.
— Я сделал все, как советовала мать. Объединил все ближайшие стаи оборотней. Наших сил вполне может хватить, чтобы разорить гнездо магов. Но мать говорит, что нужно еще подождать. Она явно что-то знает! Но не делится информацией! — психанул Макс.
— Значит, жди! Мать плохого не посоветует! — назидательно сказал Демьян.
— Я и жду! А волк готов хоть сейчас бежать к ведьме и лечь к ее ногам! — прорычал Макс.
— А ты?
— Что я?
— Не готов? — рассмеялся Демьян.
— Болван! — свирепо посмотрел на брата Макс. — Я ненавижу ее! Ты бы видел ее лицо на казни!
— Ну-ну… — Демьян едва увернулся от летящего в него органайзера, попавшего первым под руку Максу. — Эй! Успокойся! Я думаю, волк не может ошибаться! Ты просто чего-то не понимаешь! Или что-то упускаешь из виду!
— Вспомни, что она сказала тогда, когда спасли Светлану… — с горечью произнес Макс.
— Ну, мало ли! Все мы играли свою роль! Подумай на досуге! — с этими словами Демьян вышел из кабинета, закрыл дверь и услышал, как что-то со звоном ударилось о дверь с той стороны.
Демьян покачал головой и пошел на зов Насти, чтобы помочь ей с Мишей. В кабинет тихонько просочилась Мия, покосилась на осколки бокалов и сказала:
— Сынок, нам нужно поговорить.
Ксения сидела в кабинете отца и изучала очередной документ, который ей принесли на подпись. В дверь осторожно постучали. Ксения вскинула голову, устало потерла глаза и откликнулась:
— Войдите!
— Дочка? — в кабинет зашел Глеб.
— А! — холодно прищурилась Ксения. — Чего тебе?
— Разве не могу я просто прийти проведать дочь? — грустно ответил бывший Глава Ковена.
— Ну, проходи, раз пришел, присаживайся! — едко проговорила Верховная. Вихри силы всколыхнулись и улеглись, послушные ее воле.
— Ты стала жесткой, — отметил Глеб.
— Ты был не мягче, — оскалилась Ксения. Она до сих пор не простила отца за то, что он отказался помочь ей спасти сына Насти.
— Тебе нужна моя помощь?
— Если ты горишь желанием, можешь просмотреть эти документы, — Ксения протянула пачку листов.
— Хм, — быстро пробежав глазами по первому листу, Глеб удивленно поднял брови. — Когда тебе принесли это донесение?
— Буквально с полчаса назад, — Ксения откинулась на спинку кресла и стала бездумно вертеть ручку в пальцах. — Что скажешь?
Глеб нахмурился и продолжил читать дальше:
— Или я по причине старости чего-то не понимаю, или вервольфы наращивают мощь и выходят из подполья.
Ксения бросила ручку на стол и закрыла глаза, жалуясь:
— Как ты справлялся все эти годы…
— Как, как… С твоей помощью, а то ты не помнишь, — Глеб пожевал губу.
— Как часто тебе приходилось давить на Совет силой?
— Да постоянно! — огрызнулся Глеб. — Некоторым нужно неоднократно получить магическим прессом, чтобы понять, что они не в силах продавить меня!
— Они не воспринимают меня всерьез, несмотря на бесконечные демонстрации! — вспылила Ксения, и сила взметнулась вокруг, вымораживая пространство.
— Успокойся! Не все сразу! Помни — большая сила — большая ответственность! Ты приняла решение стать Верховной, и теперь только тебе нести это бремя и разгребать последствия твоего решения! — едко ухмыльнулся Глеб.
— На последнем собрании старая Гелла сказала, что у меня есть какие-то рычаги давления на оборотней. Что я могу им приказывать? Это так? — Ксения пронзительно посмотрела на отца.
— Не думаю, что ты захочешь воспользоваться данной тебе властью, — со вздохом ответил Глеб. — Я и не рассказал тебе всего, когда ты стала Верховной.
— Не много ли тайн? — окрысилась Ксения.
— Ты хочешь все знать? Что есть древний договор, заставляющий оборотней повиноваться воле Главы Ковена? Ты хочешь приказывать и упиваться властью? Смотреть, как гордого зверя корежит из-за выполнения твоей воли? Ты этого хочешь?! — невольно повысил голос Глеб, а Ксения новым взглядом посмотрела на отца.
— Ты так не смог?!
— Да, я смог создать лишь видимость жестокого отношения, но я никогда не пользовался этим правом, чтобы изъявлять свою волю. Мы спокойно договаривались обо всем с Вожаками.
— Они часто менялись?
— Звериная натура рано или поздно берет верх, и на трон всходит самый сильный и авторитетный лидер, убивая старого Вожака.
— Так было всегда?
— И так будет! Вон и твой Макс стал Вожаком, победив старого в честной схватке, как пишут в донесениях, — читал дальше Глеб.
— Он не мой! — вспылила Ксения, и ее сила снова взметнулась вокруг ведьмы.
— Не твой, хорошо, — ухмыльнулся Глеб, хитро поглядывая на дочь. — А ведь старик правил оборотнями больше века! На моей памяти это один из самых долгих сроков! Интересно, когда-нибудь исчезнет эта убийственная традиция? Пусть бы на пенсию отправляли, что ли! — хохотнул он.
— А что Мия говорит о планах своего сына? — серьезно посмотрела на отца Ксения.
— Да ничего! После шокирующего похищения ребенка ее сыновья скрылись и никак о себе не заявляют. Также исчезла и Настя. Подозреваю, это именно она убила свою мать, хотя доказать это невозможно, — потер переносицу Глеб. — Мне кажется, что результаты действий стай под новым руководством мы увидим намного быстрее, чем хотелось бы.
Ксения задумчиво посмотрела в окно, где наступала душная августовская ночь. Монро, привстав на задние лапки, вопросительно потрогала колено ведьмы и мурлыкнула. Ксения потрепала мягкие ушки кошки и продолжила смотреть на темнеющий мир за окном. Ей казалось, что ее мягко и неумолимо тащит куда-то. Что все вокруг знают что-то важное, но не собираются делиться с ней этим знанием.
Наступила осень. Солнце уже не радовало своим теплом, все чаще скрываясь за хмурыми тучами. Деревья стали менять летнее зеленое одеяние на играющее огненными красками убранство. Желтые, багряные, оранжевые листья, срываемые порывами прохладного ветра, кружились и падали на сырую землю. Ксения сидела на широком подоконнике, обняв колени, и грустно смотрела в окно. Она отчаянно скучала по своей подруге. Не с кем больше было шутить, делиться впечатлениями, выпить бокальчик-другой вина. Разумеется, они переписывались в мессенджере. Но редкие короткие сообщения никак не могли заменить тепло живого общения. Настя молчала о том, где она, и с ней ли ее сын. Лишь давала знать, что она жива, раз пишет. Неизвестность раздражала и пугала. Но Ксения не могла давить на подругу, боясь навредить.
Мия была под неусыпным контролем, и у нее также невозможно было выведать, где схоронились братья-оборотни, и все ли в порядке с Мишей. Конечно, она подозревала, что все находятся в загородном доме, где ранее спала зачарованная Светлана, да и сама Мия под прикрытием сильных амулетов периодически выбиралась туда, маскируя отлучки под длительный поход по магазинам в соседнем городке. Но возможности съездить туда самой и проверить не было. Да и не стоило привлекать лишнее внимание к этому дому.
Ксения вздохнула и бездумно проследила полет очередного желтого листочка. Власть оказалась тяжелым бременем. Вечное одиночество. Косые взгляды членов Совета, несогласных с ее решениями. Единственное, что радовало, это улучшившиеся отношения с отцом, но и он умалчивал о многих вещах. Старался переключить разговоры на другую тему, в общем, любыми способами обходил стороной интересующие ее моменты.
Монро запрыгнула к хозяйке на подоконник и боднула ее головой. Ксения погладила пушистую спинку кошки.
— Мы совсем одни, — печально произнесла она.
— Мурм? — Монро вопросительно уставилась на Ксению оранжевыми плошками глаз.
— Хочу свободы! Чтобы вздохнуть полной грудью! Кружиться среди душистых трав! Впитывать лучи солнца или холодное сияние луны! А не это все! — она махнула в сторону стола, загроможденного папками документов. На селекторе перемигивались огоньки, сигнализируя о входящих звонках, которые Верховная предусмотрительно перевела в беззвучный режим. — Достали!
Аппарат мигнул и задымился. Ксения чертыхнулась, потом расслабилась, и довольная улыбка заиграла на ее усталом лице.
— Мя? — потрогала ногу Ксении кошка и попыталась втиснуться между животом и коленями девушки.
— Толстушка! — выпрямив ноги во всю длину подоконника, Ксения помогла своей любимице удобно устроиться на коленях. Монро благодарно замурлыкала, согревая пушистой шерсткой свою хозяйку. В дверь осторожно постучали, вызвав недовольный стон у Верховной. Не получив ответа, визитер открыл дверь, и в кабинет заглянул отец Ксении.
— Так тоже можно, и даже нужно! — поднял он большой палец вверх и хмыкнул. — Я тоже прятался от рутинных дел. Отключал средства связи и уезжал куда подальше. Раньше было проще! Вести могли доставить либо почтовым дилижансом, либо гонцом на коне, ну, на крайний случай птицей. Письма шли, бывало, годами! А то и вовсе терялись. А сейчас! — Глеб болезненно сморщился. — Я рад, что передал тебе этот пост! Хоть отдохну от бесконечных факсов, звонков, сообщений и прочего!
— Так вот почему ты так легко поддался мне? — рассмеялась Ксения.
— Одна из причин, — загадочно ответил отец.
— А еще? — напряглась Ксения.
— Всему свое время, — назидательно ответил Глеб и перевел разговор на другую тему. — Как Верховная, не могла бы ты скостить срок наказания Мие? В моем нынешнем положении стало трудновато обеспечивать ее артефактами сокрытия.
— А ты поделишься нужной мне информацией? — прищурилась Ксения.
— Понял, — подняв ладони, рассмеялся Глеб. — Ведьма!
— На том и стоим! — Ксения показала язык и рассмеялась.
Незадолго до Дня Всех Святых в комнату к Ксении пришел отец и, пряча взгляд, сказал, что уезжает.
— И ты, Брут! — устало пошутила Верховная. — Остался бы на праздник, а потом ехал. Куда ты, кстати, собрался?
— Мы решили с Мией попытаться снова пожить вместе. Контроль над ней со временем ослаб. Подозреваю, что не без твоей помощи, — Глеб с благодарностью посмотрел на дочь и увидел ее мимолетную улыбку. — Магическое общество потеряло надежду выманить у нее местонахождение ее сыновей. Кремень, а не женщина! — с гордостью произнес Глеб.
— Я остаюсь совсем одна, — Ксения печально посмотрела на отца.
— Ну почему же! Вокруг тебя вон сколько вьется…
— Всякой нечисти? — Ксения с улыбкой продолжила его фразу. — Ты понял, о чем я. Мне не хватает близких рядом. Тем более сейчас, когда Совет стал давить на меня с требованием продолжить род и передать магическую силу наследнику! — при этих словах она мученически скривилась.
— Я проходил через это. Ничего страшного. Результат стоит прямо передо мной! — тепло улыбнулся Глеб.
— Закон, да?
— Закон… Пока ты полна такой мощи, ты можешь ее передать следующим поколениям. Совет тешит себя надеждой, что у наследника будет хотя бы малая часть твоей силы, выделяя его на фоне других семей, у которых магия почти иссякла. Давление со стороны Совета будет только увеличиваться, тем более они не слишком довольны твоим правлением, сама знаешь. Они будут добиваться любыми способами получения от тебя наследника, который сможет заменить тебя.
— Стервятники! — выплюнула Верховная.
— А как ты хотела! Твой пост подразумевает кучу правил, — Глеб пожал плечами и обнял дочь. — Помни, мы всегда будем на твоей стороне! Но пока нам нужно уехать.
Ксения подняла на отца глаза полные слез:
— Я понимаю… У каждого свой путь…
— Совершенно верно, дочка! — легонько щелкнул ее по носу Глеб. — Все будет хорошо! И запомни! Все должно быть максимально достоверно!
Бросив прощальный взгляд на удивленную его последними словами дочь и больше ничего не добавив, Глеб вышел из комнаты, а Ксения рухнула на постель и разрыдалась. Чувство одиночества стало совсем невыносимым.
Глеб отправился к Мие, которая в спешке собирала чемоданы, нервно покрикивая на Светлану и поторапливая ее. Светлана шипела гадюкой, но была послушна воле матери и старалась собрать вещи как можно быстрее.
— Собрались? — окинув взглядом дом, спросил Глеб.
— Почти! Сейчас дочка соберется и можно выезжать. Давай быстрее! — очередной раз Мия подстегнула Светлану.
— Да все я, все! — пыхтя ежиком, Светлана притащила последний чемодан и села на него.
— Чего расселась! Быстро помогай грузить все в машину!
— Иду! — тряхнув упрямыми кудряшками, Светлана закатила глаза и потащила чемодан к выходу из дома.
— Успеваем? — шепотом спросил Глеб у Мии, хватая первые попавшие под руку сумки.
— Если еще ускоримся, то как раз будем вовремя! — так же тихо откликнулась Мия, подхватила чемодан и быстро проследовала за дочкой.
Загрузив последние вещи в минивэн, на который в этот раз пал выбор Глеба, они бросили прощальный взгляд на дом и отправились в путь, который вел к загородному дому, где прятались оборотни и Настя с сыном.
С огромным трудом преодолев дорогу к особняку, чертыхаясь и несколько раз завязнув на раскисших под осенними дождями проселочных дорогах, они, наконец, остановились перед домом и с облегчением выдохнули.
— Обратно не поеду! — положив голову на руки, лежащие на руле, простонал Глеб.
— И не надо! Пока! — хихикнула Мия. — Здравствуйте, мои дорогие! — поприветствовала она оборотней, вышедших встречать их приезд.
— Добро пожаловать! — сказал Демьян и начал помогать выгружать багаж. — Вы насовсем, что ли? — удивился он, обозрев огромное количество вещей.
— Посмотрим! — ответила Мия и проворковала. — А где мой внучок?
— С Настей пирамидку собирает!
— А не рано?
— Он у нас очень развитый! — ответил Демьян, полный отцовской гордости.
— Сейчас посмотрим! — с этими словами Мия, прихватив сумочку, прошествовала в дом. Обернулась и спросила у Макса:
— Надеюсь, комнаты для нас готовы?
— Естественно, мам! — возмутился Макс.
— Ну-ну, не ворчи! Может, ты совсем зарылся в бумажки и уже не помнишь, какое сегодня число! — сделав страшные глаза, загадочно произнесла Мия.
— Забудешь тут! — пробурчал Макс и бросил в сердцах. — Ну зачем это надо? Ведь все вроде бы налажено! Уровень жизни оборотней растет! Все довольны и счастливы!
— Вот именно, что вроде! Не забывай, для чего все это! Мы не для того столько лет готовились! — прошипела она, рассердившись.
— Да понял я уже! Все сделаю!
— Смотри мне! — и Мия зашла в дом, с порога засюсюкав. — Привет, мой сладкий!
Макс закатил глаза, что-то проворчал, взял несколько сумок и пошел в дом.
— Как у тебя с Настей? — спросил Глеб у Демьяна.
— Стало налаживаться! — довольно зажмурился Демьян, сплюнул через плечо и ойкнул, когда Светлана проехала тяжелым чемоданом по его ноге. — Мелкая! Ты чего не в духе?
— Ничего! — фыркнула девочка и пошла к дверям.
— Наверное, переходный возраст! — пожал плечами Глеб. — Нынешняя молодежь так быстро зреет!
— Я все слышу! — крикнула Светлана и хлопнула дверью.
— Ей тяжело… — проговорил Глеб. — Ведь ей по факту много лет, а по сути она ребенок, застывшая на годы из-за артефакта, и сейчас ее развитие несется вскачь. Вполне возможно, она станет взрослеть все быстрее и быстрее, догоняя свой настоящий возраст. На этот период ей стоит пожить в отдалении от людей. Нельзя, чтобы это заметили, сам понимаешь.
— Еще бы! — сочувствующе ответил Демьян. — Пойдем в дом!
Взяв оставшиеся вещи, они прошли в дом, а Макс пошел отгонять минивэн в гараж.
— Ты должен выполнить свой долг! — яростно шипел безликий голос.
— Да она мне даже не нравится! Холодная, как Снежная королева! — ответил возмущенный мужской голос.
— Не для того я столько лет терпел этих вонючих животных, чтобы ты мне сейчас заявлял, что она не в твоем вкусе! — в темноте сверкнули два желтых глаза, перечеркнутых узким, как у змеи, зрачком.
— Это был лишь твой выбор! — запальчиво воскликнул мужчина.
— Смотри-ка, как заговорил! Если бы не я, у тебя бы не было ни капли магии! Как у большинства магов и ведьм в современном мире!
— Мне сказать, по чьей вине?! — обвинительно фыркнул мужчина.
— Не дерзи мне, мальчишка! Жаль, что твоего папаши нет в живых! Вот уж кто точно справился бы с этой задачей! Хитрый, изворотливый, алчный! Такой многообещающий экземпляр! Но его погубила животная страсть к мясу! Проклятое наследие крови оборотней! Он подавился и умер на званом вечере! Такие надежды и такая глупая смерть! — с сожалением протянул голос.
— Как будто он мог ее предотвратить!
— Ну да, ну да… — прошелестел голос. — Я все сказал! Ты должен!
— Я все сделаю! Отпусти! — раздался в ответ сиплый, как будто придушенный, голос.
Тяжелое тело повалилось на каменный пол. Мужчина оглушительно кашлял и пытался отдышаться. Наконец, он, пошатываясь и держась за стену, покинул темное помещение и стал медленно подниматься по лестнице.
-
Она стояла в гордом одиночестве и встречала прибывающих гостей. Шикарное алое вечернее платье шлейфом стелилось за ней. Сверкали бриллианты в украшениях. Мраморная бледность лица граничила с едва заметным румянцем на скулах. Черные глаза темнели углями под хищно изогнутыми тонкими бровями. Магическая мощь, как манто, укутывала Верховную, ластилась к ней и настороженно принюхивалась к каждому, кто подходил выразить почтение Главе Ковена. Ксения впервые устраивала торжество без поддержки и руководства отца. В душе бурлили эмоции, она видела насквозь лживые душонки проходящих в особняк магов и ведьм. Помнила, как они алчно жаждали гибели сына Насти. Они вызывали лишь отвращение у Верховной. Но внешне она была сама ледяная любезность и гостеприимность. Только едва заметно дрожащие кончики похолодевших пальцев выдавали легкую нервозность Ксении.
Гости праздновали День Всех Святых, смеялись, пробовали угощение, представленное разнообразными закусками и напитками. Играла музыка. Несколько пар скользили в танце. Ксения сидела с напряженной спиной в кресле, установленном на возвышении, и наблюдала за гостями. Она замечала и косые взгляды, и перешептывания, и тихий смех. Что ж, каждый имеет право бросить ей вызов, если хочет смены власти. Но желающих не находилось. Легкое давление силы, послушной воле Верховной, смиряло любой буйный нрав, но не могло остановить пересуды.
Вот из группы магов, что-то до этого момента бурно обсуждавших, отделился высокий тонкокостный светловолосый молодой мужчина с высокомерным и немного брезгливым выражением холеного аристократичного лица и направился в сторону Ксении. Она отставила фужер шампанского и приготовилась выслушать просителя, которого она не могла припомнить с прошлых мероприятий. Она не сомневалась, что сейчас он будет что-то требовать. Только не подозревала, что требуемым предметом окажется она сама.
— Мои глаза ослеплены вашей красотой, Ксения! — потянулся хлыщ к руке девушки, чтобы запечатлеть на ней поцелуй.
— Видимо, вы не совсем ослепли, раз нашли дорогу ко мне среди гостей, — усмехнулась Ксения, подала ему руку и передернулась от омерзения, чувствуя ледяные влажные руки гостя.
— Вы проницательны, — попытался сделать комплимент мужчина. — Меня зовут Рихард Шульц, — он горделиво приосанился и отбросил назад прядь волос.
— Ваше имя мне должно о чем-то сказать? — Ксения изогнула бровь.
— Ну как же, — смутился Рихард. — Я один из претендентов, выбранных Советом, чтобы подарить вам наследника!
Ксения вытаращила глаза, немного помолчала, разглядывая хлыща, и расхохоталась. Всхлипывая и аккуратно вытирая выступившие от смеха слезы кончиком кружевного платка, она спросила у сконфуженного молодого человека:
— Это ж за какие такие заслуги вас решили так наказать?
— Наш род очень древний, — снова горделиво выпрямился хлыщ. — И именно в нашей семье неоднократно появлялись очень сильные маги!
— Да что вы говорите? — округлила глаза Ксения. — Это прекрасно! А кроме древнего рода? Заводы, пароходы? Ведь приумножить нужно не только магию, но и состояние, понимаете, о чем я?
— Мне нравится ход ваших мыслей!.. — начал было говорить Рихард, но был прерван запыхавшимся начальником охраны. Тот немного отдышался, вытер выступившую на лбу испарину и сообщил:
— К особняку приближаются стаи оборотней!
Гости заволновались, загалдели. Кто-то бросился к выходу, кто-то направился в сторону Верховной.
— Спокойствие! — глубокий сильный голос девушки долетел до каждого, кто был на празднике. Ее магическая сила обволокла каждого и пообещала защиту, даря умиротворение. — Мы еще не знаем, зачем они идут. Не нужно паники!
— С чем еще могут идти эти твари, как не с желанием нами пообедать? — крикнул кто-то из толпы.
— Не припоминаю, чтобы оборотни жрали магов, — задумчиво протянула Верховная. — Но если у кого-то есть желание удалиться с торжества, я не буду препятствовать.
Несколько магов и ведьм быстро исчезли, выйдя из особняка. Но многие, ведомые любопытством, остались. Ксения вернулась на свое место. До полуночи оставались считаные минуты. Воцарившуюся тишину, казалось, можно было резать ножом. Гости затаили дыхание и ждали. Ждала и Ксения, статуей застыв в кресле. Осенний ветер ворвался в приоткрытую дверь, принеся запах дождя и несколько упавших листьев. Наконец, послышались быстрые звуки поступи тяжелых лап, и хриплое дыхание огромных зверей. Охранник, посмотрев в экран смартфона, отчитался, что особняк окружен со всех сторон оборотнями в зверином облике. Спустя несколько минут томительного ожидания, когда, казалось, от волнения сердце выскочит из груди, в особняк вошел Макс в человеческом обличии в сопровождении нескольких суровых на вид мужчин и огромных волков разной масти.
Ксения почувствовала, как ее сердце ухнуло куда-то вниз и затрепыхалось пойманной птицей. Как же она, оказывается, скучала по нему! Тоска тяжелой плитой навалилась на плечи девушки. Невозможность быть вместе, быть рядом, терзала душу Верховной. Смертельная бледность выдавала волнение. Тлели углями черные глаза. Руки Ксении против ее воли сжимали подлокотники кресла, впиваясь длинными ногтями в обшивку. Как он изменился! Ксения прикусила губу и продолжила разглядывать идущего в ее сторону Макса. Маги и ведьмы отошли в стороны, образовав ровный коридор от дверей до Верховной. По импровизированному коридору шли, бросая хмурые взгляды, оборотни в человеческом облике, шли волки, прижимая уши, глухо взрыкивая и скаля острые клыки. Шел Макс, не отводя серых холодных глаз от черных глаз такой далекой и недоступной ведьмы. Ксения заметила, что он стал совсем седым, это полоснуло болью по ее сердцу. Что же такое произошло, что он стал совершенно седым? А эти шрамы в районе горла? Остались после схватки за место Вожака? Она вперила взгляд в Макса, не обращая внимания на переглядывания окружающих ее магов, на перешептывания ведьм.
Макс смотрел на нее и пытался внушить себе, что она была и осталась ледяной стервой, которая, не моргнув и глазом, выполнила приказ отца и не воспрепятствовала казни ребенка. Что это она же, кто говорил гадости после пробуждения Светланы. Те слова были, словно огнем, выжжены в разуме оборотня и причиняли нестерпимую боль. Это она, заполучив неимоверную магическую мощь, сместила отца и заняла место Главы Ковена. Он шел и внушал себе, что это не та Ксения, с которой он познакомился. Что маловероятно, что она испытывает хоть малейшую симпатию к нему, что уж говорить о любви, о которой ему сказала мать. А волк внутри него жалобно выл и требовал схватить ведьму и тащить в логово. Присваивать ее сердце и душу себе. Любить ее, боготворить ее, растить вместе с ней детей! Макс мотнул головой, сбрасывая наваждение и загоняя внутреннего зверя в клетку. Волк яростно пытался прорваться, но был подавлен волей Вожака. Только глаза, менявшие цвет с серого на желтый и обратно, говорили о внутренней борьбе оборотня.
Он должен! Нет. ОН ДОЛЖЕН! Слова матери набатом повторялись у него в мозгу: «Сынок! Пожалуйста! Выслушай меня! Несколько веков назад мы с Глебом искали возможность освобождения оборотней от гнета магического общества. Ты не знаешь истории Глеба, это страшно! Я не хочу никому такой судьбы! Как ты знаешь, Глава Ковена имеет власть над оборотнями. Это управляется древним договором. Но есть пророчество! И мы с Глебом пытались выполнить его условия. Пусть не у нас, но у вас должно все получиться! Ксения ничего не знает, иначе условия не будут соблюдены! Слушай! Когда на свет из великой любви и разбитого сердца родится первая в мире ведьма с небывалой магической силой и в скором времени станет Верховной, все оборотни избавятся от гнета магов и ведьм и сравняются с ними по статусу! Я в свое время неправильно поняла эти слова, и это вылилось в пойманное мной проклятье, которое потом перешло на Светлану. Постой! Ты не знаешь всей правды! Я была молода, глупа, тщеславна! Мне казалось, если я обманом приручу самого сильного мага и забеременею от него, а потом предам его, разобью ему сердце, то моя дочь станет Верховной! Что с ее помощью я получу огромную власть, как над магами, так и над оборотнями! Я думала, речь идет о Светлане! Но нет! Я ошиблась, и эта ошибка очень дорого мне стоила! Да, ты имеешь право сомневаться! Я все понимаю! Но сейчас, увидев, что Ксения любит тебя и понимает, что вам из-за закона не быть вместе, ее сердце разбито! Понимаешь? Она любит тебя! Именно поэтому она получила эту силу! Да, ты имеешь право злиться и кричать! Но пойми! У нас есть только один шанс подарить свободу оборотням! Прекратить многовековое кровопролитное издевательство! Но тебе придется для этого вызвать ее на поединок! И победить! Понимаешь? Только тогда договор будет расторгнут! Только тогда оборотни обретут свободу! Я не пацифистка! Просто страх за дочь и за вас заставил меня многое понять… То, что вы с братом полукровки оборотня и ведьмы дало свои плоды. Вас не только не могут почуять как оборотней, но и есть еще пара козырей в рукаве. Ты еще узнаешь о них. Прости меня, сынок!»
Наконец, он дошел до возвышения и остановился в молчании. Ксения поднялась с кресла и произнесла:
— Добро пожаловать на праздник! Что привело вас к нам?
Макс нахмурился, опустил взгляд и тут же упрямо посмотрел в черные омуты глаз Верховной.
— Я пришел, — его голос сорвался на хрип и снова обрел силу. — Я пришел, ведомый давним правом!
— И требование какого права собрало вас всех здесь? — Верховная обвела рукой Макса и его сопровождающих.
— Право на свободу! — Макс гордо вскинул голову, а волки согласно заворчали.
— Что, прости? — изумленно переспросила Ксения.
— Ты не знаешь? — вопросом на вопрос ответил Макс. — Ну так спроси у членов Совета! — он обличительно ткнул в них пальцем.
Ксения сдвинула брови, едва слышно чертыхнулась и спросила у Геллы:
— Он говорит правду?
Гелла сморщилась, как будто съела лимон, и ответила:
— Да, к нашему великому сожалению! Мы оберегали это знание испокон веков! Но твой отец и эта хитрая ведьма докопались до правды!
Лицо старой ведьмы исказила ненависть. Верховная почувствовала волну обиды и злости, что поднимались в душе. Сколько еще от нее скрывали? Магия всколыхнулась, заставив всех отшатнуться в страхе, но Ксения взяла себя в руки и спросила:
— И что же для этого нужно сделать? — она чуть наклонила голову к плечу.
— Немного… — тихо пробурчал Макс и заявил во всеуслышание. — Я бросаю тебе вызов, Верховная! За свободу моего племени!
— Да ладно! Серьезно? — Ксения покосилась на Геллу, и та презрительно кивнула. — Что ж, я принимаю твой вызов, волк! Когда и где?
— Здесь и сейчас! — обреченно ответил Макс, до последнего надеявшийся, что Ксения откажется, или что мать была не права.
Прошло не более получаса. Народ стекался в огромный зал в подвальных помещениях дома. Все бурно обсуждали новости. Предвкушали победу Верховной. С презрением разглядывали собравшихся в углу зала оборотней. Наконец, Верховная почтила всех своим присутствием. Ее шаги гулко прозвучали во внезапно наступившей тишине. Ксения была одета в удобный спортивный костюм темно-зеленого цвета, не стесняющий движения. Было заметно, что к поединку она подготовилась основательно: на теле явно было припрятано холодное оружие. Многочисленные косички были собраны в высокий хвост, на их кончиках блестели небольшие лезвия. Макс шел ей навстречу. Высокий, мощный, одетый в черные кожаные свободные штаны и такую же жилетку, открывающую бугрящиеся мышцы рук, он давил своим величием и дикой силой свободолюбивого зверя.
Одновременно они вошли в огромный очерченный круг. Едва заметно замерцал купол над ними, оповещающий, что теперь круг разомкнется только тогда, когда кто-то из них двоих выйдет победителем в этой схватке. Церемониально поклонившись друг другу, противники замерли с изучающими взглядами. Ксения легонько шевельнула пальцами, на кончиках которых заиграли искры. Макс стал увеличиваться в размере, оборачиваясь в волка. Он опасался, что может потерять контроль над своим зверем в полном обращении, и остановил превращение в полуобороте. Кожаная одежда затрещала и кое-где лопнула, не выдержав давления увеличившегося тела. Длинные, загнутые серпами, острые, как бритва, когти венчали пальцы огромных лапищ. Лицо исказилось в оскале волчьей морды, обнажив клыки, достойные саблезубого тигра. Желтые глаза смотрели с усмешкой. Волк внутри него бесновался и пытался перехватить контроль над телом, чтобы не дать нанести малейшие повреждения Истинной.
— Дамы вперед, — прорычал он и приглашающе повел лапой.
Ксения хмыкнула и резким движением руки отправила несколько заклятий в Макса. Они тихонько затрещали и осыпались искрами, едва коснувшись шерсти. Расширившимися от ужаса черными глазами она смотрела, как огромный полуволк-получеловек торжествующе оскалился, клацнул зубами и, зарычав, бросился на нее.
— Что ж, придется по старинке, грубой силой, — прошипела она, изогнувшись кошкой и пропустив массивную тушу противника мимо. Мотнув косами, она по касательной нанесла Максу несколько небольших царапин, тут же начавших обильно кровоточить. Стало ясно, что на лезвия нанесен какой-то яд. Ксения поймала одну из косичек, провела по кончику лезвия пальцем, смазывая капли крови и прошептала заклинание. Кровь вспыхнула. Ксения довольно ухмыльнулась — власть над кровью не была потеряна. Дразняще облизав палец с кровью врага, еще сильнее растравливая в нем ярость, она достала пару стилетов, которые были в ножнах на предплечьях.
— Ну, потанцуем! — она встала в боевую стойку, чуть отведя ногу назад. Лезвия стилетов также были покрыты каким-то составом, который оставил разводы на блестящем металле. С полной ясностью она поняла, что имел в виду отец, посоветовав при прощании быть достоверной.
Издав громогласный рев, Макс, чуя запах собственной крови, развернулся и длинными прыжками помчался к ведьме. Она ринулась ему навстречу и, пропустив растянувшегося в прыжке полузверя над собой, полосонула обоими кинжалами по его брюху. Лезвия кинжалов окрасились кровью. Макс раздраженно зарычал и, резко развернувшись, достал Ксению длинными когтями. Довольно втянув запах крови ведьмы, полуволк попытался подмять Ксению под себя. Но она прошептала какое-то заклинание, и кровь зверя, только начавшая успокаивать свой стремительный бег, вновь обильно потекла из нанесенных оружием узких ран. Макс взвыл и отшатнулся от Ксении.
— Что? Не нравится? — язвительно пропела она и картинно поиграла стилетами в руках. Ее ноздри хищно раздулись, вдыхая запах зверя и крови.
Перед глазами Макса встала пелена ярости, он бросился на ведьму, уже не сдерживаясь. Но ярость плохой помощник в битве, и Макс начал допускать ошибки, стоящие ему все новых и новых кровоточащих ран. Стилеты Ксении мелькали то тут, то там с такой скоростью, что оборотень не успевал среагировать и отвести удары. Легкая, гибкая и быстрая, как дикая кошка, Верховная сновала вокруг Вожака и наносила новые царапины и порезы, которые тут же начинали обильно кровоточить под действием заклинания. У Макса от потери крови стало двоиться в глазах, он мотнул огромной зубастой башкой, пытаясь собрать силуэты Ксении воедино, пошатнулся от головокружения и опустился на передние лапы.
Ксения начала подходить к получеловеку-полуволку, чтобы нанести решающий удар. Но Макс собрал остатки сил для последнего рывка и бросился на ведьму, боднув ее башкой и отправив в полет через весь зал. Ксения, не ожидавшая такого коварного приема, не успела сгруппироваться и рухнула плашмя на спину на каменный пол. Что-то предательски хрустнуло внутри тела девушки, на алых губах выступили пузырьки крови. Она попыталась подняться, но ее руки подломились, и она со стоном опустилась снова на пол. Макс, экономя силы и не поднимаясь во весь рост, продолжил идти на четвереньках к упавшей Верховной. По пути он несколько раз останавливал полный оборот, борясь с внутренним волком, который вновь и вновь пытался перехватить контроль и не допустить самого страшного. Подойдя к ней, он, покачиваясь, встал на задние лапы и примерился нанести сокрушающий удар.
Буквально в шаге от того, чтобы размозжить голову Ксении огромной лапой, Макс вдруг замер, недовольно заворчал и, вонзив когти ей под ключицу с такой силой, что кончики когтей выступили со спины девушки, поднял над собой.
— Признаешь себя побежденной, ведьма? — прорычал он.
— Признаю! — харкая кровью, прохрипела Ксения. Лопнул и, осыпавшись тысячью мелких осколков, исчез купол над местом схватки. Макс задрал волчью морду вверх и торжествующе завыл. Ему вторили воем тысячи глоток освобожденных от древнего заклятья оборотней. Затем он принял облик человека. Ксения рухнула на пол сломанной куклой, освобожденная из хватки длинных когтей. А Макс прошептал:
— Свершилось! — торжествующе прошептал Глеб, ощущая, как спадают оковы древнего договора. Он сидел на диване, обнимая Мию и наблюдая, как Настя и Демьян, хохоча, играют с сыном. Мишка резво ползал от одного родителя к другому, поочередно отращивая то мокрый черный нос, то волчьи ушки.
— Старый интриган, — прошептала Мия, млея от вновь приобретенного счастья.
— Я просто умею ждать, — хмыкнул Глеб и легонько поцеловал волосы у виска ведьмы. — Надеюсь, что наши дети не слишком покалечили друг друга.
— Ты бы почувствовал, если бы случилось что-то непоправимое. А уж залечить телесные раны — это мы всегда сумеем. Главное, чтобы затянулись раны душевные, — горько произнесла Мия. — Твоя Аня отомщена… Ее собратья обрели свободу… Главное, чтобы они воспользовались ей с умом…
— Думаю, наши дети и не с таким справятся, — ответил Глеб.
— Ты слишком самоуверен! — возмутилась Мия.
— Я слишком хорошо знаю свою дочь! — хохотнул Глеб.
-
— Нет-нет-нет-нет-нет!!!!! Этого не может быть! — шипел в бешенстве голос. — Не успел! Слизняк! Случайно ли это? Неужели кто-то пронюхал? Нет-нет! Невозможно! Я ведь все-все подправил! Никто не должен был догадаться!
Ксения помутневшим от страшной боли взглядом наблюдала, как Макс, сгорбившись, отходил от нее все дальше и дальше. Показалось ли ей, что напоследок он попросил у нее прощения? Наверное, да… Эхом в голове отдавался торжествующий вой оборотней, получивших, наконец, долгожданную свободу. В какой-то степени она была рада за них. Но и понимала, что основные трудности ждут их всех впереди. Она распласталась на холодном каменном полу и чувствовала, как толчками вместе с кровью из ее ран вытекает жизнь. Никто из магов и ведьм не соизволил помочь поверженной Верховной. Они злорадно кривили губы, и, казалось, ее агония будет длиться целую вечность. Ксения закрыла глаза. Хотя бы одно хорошее дело свершилось… Вдруг она почувствовала, что ее осторожно приподнимают с пола сильные руки. Она попыталась посмотреть, кто это, но была остановлена грубым незнакомым голосом:
— Не трепыхайся! Еще больше переломаешься! На, выпей!
В губы ей ткнулся стакан с неизвестным содержимым, но она подумала, что хуже уже точно не станет и храбро отхлебнула предложенный напиток. Внутренности скрутило жгучим узлом. Казалось, что она расплавится или сгорит заживо. Постепенно боль сходила на нет, бетонной плитой навалилась усталость, и Ксения провалилась в забытье. Она не почувствовала, как оборотень, а это был именно он, из свиты Макса, кивнув своему Вожаку, понес бесчувственное тело прочь из особняка Главы Ковена и аккуратно положил ведьму на заднее сиденье принадлежащего Вожаку джипа. Макс хмуро оглядел толпу магов и ведьм и хрипло произнес:
— Шоу закончено! Думаю, вам здесь больше делать нечего!
Испуганные его напором, представители магического общества быстро удалились из особняка. Макс кивнул охранникам, те понятливо закрыли двери, чтобы открыть жилище только его законному владельцу. А Макс, прихрамывая и морщась от слабости, поплелся к машине. Подошел к водительской двери, немного помедлил и направился к задней:
— Кто-нибудь! Сядьте за руль моего авто! Не хочу угробить транспорт!
Из стаи волков отделился небольшой волк, при ближайшем рассмотрении оказавшийся рыжей волчицей. Она на ходу обратилась в человека, схватила брошенное другим оборотнем покрывало и накинула его на себя.
— Давай ключики! А если еще и одеждой обеспечишь, то цены тебе не будет! — заулыбалась девчонка и протянула Максу ладошку.
Макс подозрительно покосился на нее, кивнул своему сопровождающему, который помог Ксении, и кинул ключи от джипа волчице. Хмурый вервольф достал из багажника комплект мужской одежды, передал его волчице и та, не стесняясь, быстро облачилась в предложенное. Макс поморщился, он никак не мог привыкнуть к беспардонности и отсутствию стеснительности у оборотней. Все-таки мать, ведьма, вложила определенные нормы в их с братом воспитание. Волчица понятливо ухмыльнулась и скользнула за руль джипа. Макс осторожно сел на заднее сиденье и положил голову Ксении себе на колени.
Вервольф сел на пассажирское сиденье, оглянулся, чтобы удостовериться, что с Вожаком все в порядке, и кивнул волчице ехать. Те оборотни, которые еще были в человеческом облике, начали превращаться в волков. Вскоре у особняка собралась огромная стая, которая, рыча и подвывая, последовала за удаляющимся от особняка джипом. Макс с печалью разглядывал заострившиеся черты лица Ксении. Ее магия рваными протуберанцами вспыхивала вокруг девушки.
— Рули максимально аккуратно! — приказал он волчице.
— Есть, босс! — отрапортовала она и снизила скорость.
Макс устало отвалился головой на спинку сиденья и провалился в восстанавливающий сон.
Ксения очнулась от тряски. Полежала с закрытыми глазами, пытаясь понять на слух, где она. Судя по всему, она находилась в салоне автомобиля, и он куда-то ехал по очень плохой дороге. Накатило ощущение дежавю, которое вызвало непроизвольные слезы.
— Больно? — участливо спросил знакомый голос.
Ксения распахнула глаза и увидела Макса, который нежно придерживал ее от падения с сиденья.
— Ты? — от удивления она почти потеряла дар речи.
— Я, — ответил Макс. — А кого еще ты думала увидеть? Этих напыщенных уродов?
— Нет, я… — начала было Ксения, но ее прервал надсадный кашель.
— Помолчи, кажется, у тебя ребра сломаны. Возможно, одно из них повредило легкое. Потерпи, скоро приедем домой. Мать поможет тебе.
Ксения согласно опустила ресницы и затихла. Сначала калечит, потом лечит? Так что ли? К чему все это? Что это за игра такая? Мысли разлетелись, как птицы. Но ни к какому окончательному выводу ведьма так и не смогла прийти. Открыв глаза, она изучала своих попутчиков. За рулем сидела сосредоточенная шатенка с короткой стрижкой, одетая в мужскую одежду огромного размера. Рядом на пассажирском сиденье сидел хмурый мужик непонятного возраста. Густая борода с проседью могла принадлежать и старику, и мужчине средних лет. От мужика и девчонки веяло звериным духом. Ксения поняла, что перед ней оборотни, и тихонько втянула запах Макса. От него оборотнем совсем не пахло. Шатенка поймала взгляд ведьмы в зеркале заднего вида и подмигнула. Ксения нахмурилась, ревность острыми коготками впилась в и без того истерзанное сердце ведьмы. Макс безучастно смотрел на проносившийся за окном джипа пейзаж и не замечал переглядывания девушек.
Наконец, проехав по серпантину среди леса, джип прошуршал шинами по каменной крошке и затормозил. Макс осторожно освободил колени от головы Ксении и вышел из машины. Оборотни последовали за ним. Ксения прислушивалась к тихой беседе, но не смогла разобрать ни слова. Вскоре послышались шаги, дверь джипа открылась, и в салон заглянул встревоженный Глеб.
— Эк тебя он отделал! — страдальчески сморщился отец Ксении и аккуратно взял дочь на руки. Ксения, очутившись в родных руках, больше не сдерживалась и начала плакать. Сначала слезы единичными теплыми каплями покатились из-под плотно сомкнутых ресниц, скользя по бледному лицу с засохшими разводами крови, а потом вдруг рванули полноводным потоком. Не стесняясь отца, Ксения рыдала навзрыд от боли, обиды и ревности.
— Ну что же ты, — сконфуженно прошептал Глеб, ускоряя шаг и занося покалеченную дочь в дом. На пороге его уже ожидала Мия, которая укоризненно покачала головой и сказала:
— Неси ее в подвал, в мою лабораторию. Предстоит много работы.
Мимо мелькнул полный беспокойства взгляд Насти. Ксении становилось все хуже и хуже, пока она, наконец, не потеряла снова сознание.
— Ты чего натворил? — Мия набросилась на сына.
— Чего-чего! — передразнил ее Макс. — Сама же сказала, чтобы все было достоверно! Она так сражалась, что сам чуть не сдох! Советнички! Интриганы! — голос Макса понизился, превращаясь в рычание.
— Ладно-ладно! Иди, умойся! — сморщилась Мия. — Кровью и псиной воняет за версту! Еще Мишку напугаешь своим видом!
— Да иду уже! — фыркнул Макс и проводил взглядом Глеба, несущего свою дочь в подвал. Мия заторопилась следом. Дверь за ними захлопнулась, отрезав Макса от его Истинной. Демьян хлопнул брата по плечу:
— Ну, ты, брат, даешь!
Макс зашипел от боли и бросил на Демьяна гневный взгляд:
— Я даю? Да она меня ядовитыми лезвиями располосовала, как будто готовилась нарезать мясные чипсы! Еще и магией шарахнула! Хорошо, что наша видовая принадлежность не дала ей полноценно причинить вред магией. Но и физически она меня отделала, будь здоров! — с ноткой восхищения произнес Макс и закрылся от дальнейших расспросов в ванной. Зеркало отразило исполосованное лицо и торс оборотня. Действие магии закончилось, и раны, наконец, стали медленно затягиваться, превращаясь в тонкие белесые шрамы. «Как тигр, блин», — подумал Макс и залез под душ.
Настя в волнении заламывала руки и ждала, когда Макс выйдет и расскажет, что произошло на Дне Всех Святых. В подвал никого не пускали. Мия занималась лечением Ксении. Светлана играла с Мишей и старалась всеми силами скрыть интерес к происходящему. Демьян бесцельно щелкал пультом от телевизора, пока Настя не шикнула на него. Посвежевший Макс вышел из ванной с полотенцем на плечах и столкнулся с полными ожидания взглядами. Вздохнул:
— Отдохнуть мне не дадите?
Все отрицательно замотали головами.
— Ладно! Притащите мне перекусить, а то регенерация все ресурсы сожрала!
Настя метнулась в сторону кухни и зазвенела там тарелками. Вскоре она вернулась с подносом, полным мясных нарезок и запотевшим кувшином компота. Макс приступил к еде и в перерывах между жеванием рассказал:
— Вы представляете? Эти твари просто стояли вокруг и смотрели, как она умирает! Никто! Повторюсь, никто даже пальцем не пошевелил, чтобы ей помочь! Даже этот хлыщ, что увивался возле нее до моего прихода, и то не проявил участия!
— Им только и нужно, что хлеба и зрелищ! — Настя гневно сузила глаза, вспоминая тот день, когда чуть не лишилась своего сына. Магия заискрила вокруг нее. Демьян подошел к Насте и успокаивающе обнял ее. Она благодарно кивнула ему.
— Пришлось одного из помощников просить забрать ее с собой. Сам бы я никак не смог поднять ее, не опозорившись перед стаей. Настолько она меня вымотала боем! Почти всю кровь из жил выпустила! Опасный противник! Хорошо еще, что мать с собой дала восстанавливающий эликсир, иначе мы бы даже довезти ее сюда не смогли…
— И успели вы как раз вовремя! Еще чуть-чуть, и спасать было бы некого! — устало произнес Глеб, зайдя в гостиную. Он сел на диван, по пути прихватив кусочек нарезки. — Я не уверен, что она сможет быстро восстановиться. Повреждения слишком серьезные, — он укоризненно посмотрел на Макса.
Следующие несколько дней были посвящены восстановлению Ксении. Мия использовала одно из своих экспериментальных снадобий, чтобы Верховная как можно быстрее вернулась в строй. Члены Совета роптали, оставшись без прямого руководства. Назревали конфликты, и все очень остро нуждались в присутствии Главы Ковена. Наконец, когда на холодную влажную из-за частых дождей землю упали первые снежинки приближающейся зимы, Ксения пришла в сознание. Ее уже пару дней как перенесли из лаборатории в одну из гостевых комнат. Поочередно все дежурили рядом с ней и отслеживали состояние. Физически ведьма была полностью здорова, но из-за того, что ее магия использовала почти все свои ресурсы, поддерживая жизнь до начала лечения, резерв крайне неохотно восполнялся, что в свою очередь мешало Ксении прийти в сознание. В этот раз дежурил Глеб. Он сразу же заметил дрогнувшие ресницы у дочери и метнулся к ее кровати.
— Дочка? — он взял Ксению за руку.
— Пап? — слабым голосом откликнулась Ксения.
— Пить?
Ксения согласно прикрыла глаза, под которыми чернели круги. Глеб осторожно приподнял голову девушки и поднес чашу с водой к ее пересохшим губам. Ксения жадно напилась и отвалилась на подушку. Глеб дернулся было, чтобы оповестить всех о том, что Ксения пришла в себя, но ведьма удержала его жестом.
— Пап, я хотела поговорить с тобой, пока мы наедине.
— Хорошо, — чуть насторожился Глеб.
— Оборотни свободны? Окончательно? Расскажи мне все! — Ксения подпихнула подушку под спину, подтянула одеяло, чтобы прикрыть торчащие ключицы, под одной из которых белели шрамы от когтей, и требовательно уставилась на отца. Силы начали стремительно возвращаться к ней.
— Хорошо, что именно ты хочешь узнать? — Глеб присел на краешек кровати.
— Почему существовал этот договор? И как долго?
— Эм, — Глеб даже растерялся от этого вопроса. — Ты знаешь, я родился в бытность, когда оборотней не то чтобы ненавидели, их преследовали и уничтожали. И если честно, я даже не задавался этим вопросом, пока… — Глеб глянул на дочь и решил рассказать ей о своей первой любви.
— А потом я встретил Мию, и мы искали хоть какие-то документы об этом договоре, пока не наткнулись на пророчество с условиями его расторжения, — закончил повествование бывший Глава Ковена.
— Пророчество? Для исполнения которого пришлось потрудиться мне?
— Да… Прости меня, дочка, — Глеб виновато посмотрел на Ксению.
— Проехали. Все, что было нужно, свершилось, — отмахнулась Верховная. — Дальше?
— А дальше… Мия сбежала, и я переключился с поисков истоков данного пророчества и договора на поиски ее и моей не рожденной на тот момент дочери.
— Расскажи про старые свитки, которые вы изучали, действительно ли ранее многие маги и ведьмы обладали куда более широкими возможностями?
— После того, как я получил дар проклятийника, я начал искать хоть какие-то упоминания о нем, чтобы научиться им управлять. И нашел много интересного. Ты никогда не задумывалась, почему с каждым поколением наша магия все больше хиреет? Что все чаще наша магическая сила ограничена балаганными фокусами, артефактами и заговорами? Тогда как в давние времена существовали и сильные целители, и проклятийники, и даже некроманты!
— Да ладно? — глаза Ксении разгорелись нешуточным интересом. Она вспомнила, что Макс упоминал об этом, когда рассказывал о проклятии, наложенном на Светлану. Ведьма пожурила себя за то, что во время учебы мало внимания уделяла истории, прослушав курс, но не вдаваясь в подробности. Ну и скрытность отца сыграла не последнюю роль в этом.
— Да-да! Я так понимаю, что именно после появления этого договора, который давал Главам Ковена рычаги управления оборотнями, магия стала деградировать и даже исчезать. Как будто договор сработал в обе стороны — ограничилась свобода оборотням, уменьшилась магия у магов и ведьм. Что звериная сущность оборотней крепко связана с нашей магией. Вот и представь, а что если раньше союзы между магами и оборотнями были не только не запрещены, но и наоборот приветствовались? Чтобы хотя бы иногда вливать новую кровь, усиливая магический потенциал? Ты заметила, например, что Настя после рождения Мишки стала значительно сильнее?
— Когда бы!? До казни нам толком не давали видеться, потом она уехала, как оказалось, сюда. А потом… Ты же помнишь, в каком состоянии меня сюда привезли! Следуя твоим мыслям, мы можем предположить, что капля крови оборотней есть во всех магических семьях?
— А! Ну да! Извини! — покаялся Глеб и продолжил. — Так вот, сын Насти чистокровный оборотень, возможно с некоторыми бонусами, как у его отца и дяди. Частичная невосприимчивость к нашей магии, а также немаловажен тот факт, что магическое общество не может распознать, что у них есть вторая ипостась! Они выглядят совершенно обычными людьми в человеческом облике, и обычными волками в зверином, может с небольшим флером, который мы воспринимаем просто каплей сверхъестественного, но никак не то, что перед нами оборотень. А представь, если бы было наоборот! Отец маг, а мать оборотень! Какой результат получился бы от этого союза? Вполне возможно, это был бы маг или ведьма с мощной магической силой! Ведь даже нахождение маленького оборотня под сердцем у матери привело к тому, что она усилила свой магический потенциал! А в следующих поколениях такие яркие признаки растворяются, проявляя себя лишь в сильной магии у нас, а у оборотней большим контролем звериной сущности.
— Возможно… — глубокомысленно произнесла Ксения и поморщилась при воспоминании о Рихарде. — Тогда под эту теорию хорошо подходит тот факт, что некоторые древние фамилии сохранили достаточно сильную магию!
— Не удивлюсь, если в их родословной затесались оборотни! Причем в самом близком родстве. Не исключено, что и против их воли! В общем, магия сохранила былую мощь у тех, кто находился достаточно близко к архивам и имел доступ к засекреченным данным, благодаря которым успешно воспользовался открывшимися возможностями! А это семейка Рихарда, которого тебе так усиленно сватали. В давнюю пору, насколько мне не изменяет память, семья Шульц и наша были весьма дружны. Там, правда, произошла какая-то мутная история, после которой наши пути разошлись. Но это было так давно… Вполне возможно, что у кого-то из них до сих пор сохранился оригинал договора. Что он не был утерян, а лишь скрыт!
Приведя себя в порядок, Ксения вышла из комнаты и практически нос к носу столкнулась со своей подругой Настей. Завизжав от радости, Настя обняла ее, чуть отстранилась и сказала:
— Тебе срочно нужно отъедаться! Кожа да кости!
— Последую твоему совету! — шутливо ответила Ксения, и подруги отправились в сторону кухни, откуда доносились вкусные ароматы готовящейся еды.
Мия, а это именно она хозяйничала за плитой, кивнула в знак приветствия и поставила кружку с куриным бульоном перед Ксенией, севшей к столу.
— Твой желудок с чем-то более существенным пока не справится. Ты несколько дней принимала только настойки. Так что — наслаждайся!
Ксения грустно покосилась на стопку блинчиков и отхлебнула теплый бульон, заев его небольшим сухариком. Настя сидела напротив подруги и в нетерпении постукивала носком домашней тапочки по полу. Ксения допила бульон, чувствуя себя невероятно сытой:
— Спрашивай!
— Тебя действительно сватал Рихард Шульц?
Ксения вытаращила глаза:
— Быстро новости летят!
— Я так и думала, что Совет будет продавливать свои интересы. Все-таки моя мать была в нем не на последнем месте, и я немного в курсе их, так сказать, кухни! — отмахнулась Настя и продолжила. — Ну и?
— Что «и»? Я ничего не успела ему ответить конкретного, ведь пришел Вожак и вызвал меня на поединок. — Ксения пожала плечами и покосилась на Мию. Та одобрительно кивнула, и Ксения поняла, что выбранное ей поведение на данный момент является самым верным. — Нужно быстрее возвращаться к своим обязанностям, да и возникшие новые вопросы не терпят отлагательств.
— Я могу тебе чем-то помочь? — Настя серьезно посмотрела на подругу.
— Скорее да, чем нет, — задумалась Верховная. — Я позову тебя!
— Я приду! — пообещала Настя. — Ты столько для нас сделала! Спасибо!
— Спасибо не булькает! — рассмеялась Ксения.
— Оклемайся для начала! — хохотнула Настя и протянула руки к Мише, сидевшему на руках у Демьяна, который только что пришел на кухню.
— Какой он уже большой! — умилилась Ксения.
— И уже может частично оборачиваться! — похвалился Демьян.
— Серьезно?
— Более чем! — довольно заявила Настя.
Ксения задумалась, отрешенно глядя перед собой. Она вспоминала недавний разговор с отцом и планировала дальнейшие действия. Наконец, она отмерла, обвела всех взглядом и хихикнула:
— У вас такие лица, как будто что-то произошло!
— Пока нет, но наблюдая за тобой, подумала, что что-то обязательно произойдет! — протянула Настя, угощая сидящего у нее на руках малыша блинчиком. — Если что — я в первых рядах!
— Неисправимая! — закатила глаза Ксения.
— Мишка уже достаточно большой, чтобы некоторое время мог обойтись без матери, так что моя готовность номер один!
— Заметано! — кивнула Ксения, а Демьян обреченно вздохнул.
После этого разговора Ксения пробыла в загородном особняке оборотней буквально пару дней. Окончательно восстановившись, она рвалась в дом Главы Ковена, чтобы запустить руки в старинные свитки и посмотреть, не пропустили ли ее отец с Мией что-то значимое. Все эти дни Макс практически не сталкивался с ней, за исключением общих трапез, во время которых обе стороны вели себя показательно учтиво и отстраненно. Наконец, Ксения отбыла к себе, и Макс почувствовал, как будто половинка души оторвалась и отправилась вместе с Верховной. Зверь внутри бесновался и пытался заставить Вожака бежать за своей Истинной. Но Макс решил принять условия неведомой ему игры, которую начала Верховная, и сдерживал своего волка от опрометчивых поступков. Только постоянно желтые глаза на его лице свидетельствовали о внутренней нескончаемой борьбе с самим собой.
Уже которую неделю Ксения пропадала в архиве. Управившись с накопившимися во время ее отсутствия делами, она решила, что пора заняться поисками истины. Полку за полкой, стеллаж за стеллажом она методично пересматривала на предмет документов, относящихся к давним временам. Кое-где на полях она находила отметки, сделанные явно ее отцом или Мией. Иногда она находила записи, сделанные незнакомым почерком. У нее возникла мысль, что отец был не единственным, кого заботила эта проблема. Переписав заинтересовавшие ее данные, она аккуратно свернула ветхий на вид свиток и отнесла его на место. Архивариус проводил ее взглядом и снова уткнулся длинным носом в толстый талмуд. Ксения неоднократно пыталась выведать у него хоть какую-то информацию, но старый желчный книжный червь молча тыкал в сторону нужного стеллажа костлявым пальцем и возвращался к своим делам, ворча что-то про неугомонных ведьм, которые вместо того чтобы колдовать и предаваться утехам, роются в пыльных залежах книг.
Ксения мрачно посмотрела на Архивариуса, перевела взгляд на единственный оставшийся неисследованным стеллаж и вздохнула. Нос нещадно зачесался от пыли. «Отец и Мия были правы, когда смеялись над моими словами о том, что они, возможно, что-то упустили в древних документах. Я просто потеряла кучу времени, перелопачивая уже тысячи раз изученные тексты!» Верховная еще раз посмотрела на последний стеллаж и упрямо пошла к нему за новой порцией старинных историй. Раз уж взялась, нужно доделать, чтобы не корить себя. Архивариус посмотрел на ведьму поверх очков, сползших на кончик носа, и одобрительно хмыкнул. Хоть он и ворчал на нее за трату бесценного времени, он видел, что эта девочка действительно хочет добраться до правды, но это только ее задача. Он одернул себя за порыв помочь ей, снова нацепил желчное выражение лица и опустил взгляд в книгу.
Несколько дней спустя Ксения отложила в сторону последний изученный томик со сказками, опустила лицо в ладони и простонала. Все было зря. Она абсолютно ничего не смогла обнаружить. Единственное, что немного царапнуло сознание, это найденный текст пророчества. Было ощущение, что текст был переписан откуда-то и подправлен. Кому это понадобилось и зачем, осталось открытым вопросом. Она сняла копию с ветхого листа, сделала запись у себя в блокноте и решила поговорить на эту тему с отцом. Приближался Новый год — отличный повод, чтобы встретиться с семьей и заодно обсудить важную для них тему.
За пару дней до Нового года Ксения, взяв с собой Монро в утепленной переноске, выгнала из гаража паркетник и поехала в сторону лесного особняка, где жили ее близкие. Дорога была хорошо очищена от снега. Видимо, жизнь Вожака была достаточно активной, и его часто посещали по разным вопросам. Ксения въехала в тень густого леса, проехала несколько метров, и вдруг машина начала дергаться. Еще через мгновение, пару раз взревев мотором, машина заглохла. Ксения несколько раз повернула ключ в замке зажигания. Машина молчала. И тут у ведьмы забрезжило в сознании, что она перед поездкой не проверила уровень топлива. Ксения уронила голову на сложенные на руле руки, стукнулась пару раз несильно лбом и тихонько хихикнула. Как она не заметила раздражающе мигающий значок на приборной панели, это отдельный разговор. Видимо, она настолько погрузилась в мысли о договоре, что перестала замечать все вокруг. Чуть позже она расхохоталась, и, вытирая слезы смеха, проговорила:
— Да что ж это за день такой? Ну, я и ду-у-ра…
Успокоившись, ведьма достала мобильник и очередной раз хихикнула, увидев пустой индикатор сети. — Зашибись!
Монро укоризненно мявкнула и мысленно послала хозяйке свой образ с голодными глазами, припорошенный снегом.
— Посиди в машине, киса, я осмотрюсь, — сказала Ксения и вышла из паркетника. Под ногами захрустел снег. Она пару раз обошла вокруг машины, попинала от безысходности колесо и попыталась вспомнить, сколько еще нужно было ехать до особняка. Чертыхнулась, залезла в салон и взяла сумочку.
— Монро! Если я возьму тебя с собой, то ты замерзнешь. Подожди меня, пожалуйста, в машине! Я постараюсь вернуться как можно быстрее! — с этими словами она закрыла транспорт на ключ и пошла по накатанной дороге в надежде, что идти осталось немного.
Снег скрипел под легкими шагами девушки. Ксения поблагодарила небеса, что не было трескучего мороза, и достала телефон посмотреть, не появилась ли сеть. Индикатор равнодушно рисовал крестик. От главной тропы иногда были ответвления, протоптанные диким зверьем. Ксения, насколько возможно, ускорила шаг, но чувствовала, что уже начинает выбиваться из сил. Лес все так же темнел по сторонам. Не было видно ни одного просвета, сигнализирующего, что скоро опушка. Ведьма остановилась, потерла щеки руками в пушистых варежках и увидела узкую тропинку, уходящую в сторону и вверх от главной дороги. «Может, если забраться повыше, появится сеть?» — запоздало подумала Ксения и пошла в сторону тропинки. Путь извивался между деревьев и вел все выше и выше. Ведьма раскраснелась, клубы пара вырывались с тяжелым дыханием. Наконец, впереди мелькнул просвет, и она ускорила шаг, на ходу вынимая телефон. Слабый сигнал сети появился на экране смартфона, Ксения облегченно выдохнула и вышла на свободный от деревьев участок, покрытый глубоким снегом.
Как огромный высунутый язык, от горы отходила ровная площадка, открывающая вид на ошеломительную красоту природы. От восхищения у Ксении перехватило дыхание. Взгляд стремился вдаль, куда простирался дремучий лес. Вековые ели, растущие на склонах гор, были украшены розовеющим в лучах заходящего солнца снегом. Ксения замерла на самом краю обрыва, не в силах отвести взгляд от линии горизонта, где встречалось вечернее небо и заснеженные вершины гор. Внезапно молчаливое торжество было прервано скрипом снега под тяжелыми шагами. Ксения обернулась и встретилась лицом к лицу с огромным серым волком, выходившим из леса на облюбованный ею выступ. Она замерла, прижав руки к груди. Тихо пискнул смартфон, сигнализируя о входящем сообщении. Волк прижал уши и тихо заворчал, не сводя желтых глаз с девушки. Ксения медленно двинулась в сторону от обрыва, волк неторопливо поворачивал морду ей вслед.
— Тихо, малыш, тихо, — прошептала чуть подрагивающим голосом ведьма. Волк насторожил уши и сделал шаг в ее сторону. Взгляд Ксении метнулся в сторону едва заметной тропинки, что привела ее на уступ. Волк, как будто угадав ее мысли, сместился в сторону и загородил тропинку. Ксения вздохнула и повторила, — да что ж за день сегодня такой?
Она сняла рукавички, положила их в карман вместе с телефоном. Искры магии заплясали на кончиках ее пальцев. Волк угрожающе зарычал. Густая шерсть на загривке встала дыбом. Ксения погасила искры и опустилась на снег, коря себя за короткую шубку. Волк перестал рычать и с интересом наблюдал за действиями ведьмы. Видя, что от нее больше не веет угрозой, зверь начал неторопливо подходить к сидящей на снегу девушке.
Наконец, он остановился на расстоянии вытянутой руки от ведьмы и втянул воздух ноздрями. Его зрачки расширились, он приветливо махнул хвостом и вывалил язык, шумно дыша и сверкая огромными клыками. Волк припал на передние лапы, как бы приглашая поиграть. Ксения с удивлением наблюдала за странным поведением дикого зверя. Видя, что ведьма не откликается на приглашение, волк подошел к ней и положил огромную лобастую голову ей на колени. Ксения забыла, как дышать. Дрожащей рукой она легонько тронула густую шерсть на голове волка. Зверь умиротворенно прикрыл глаза и шумно вздохнул. Ведьма чуть смелее начала гладить зверя, а он так и продолжал лежать у ее ног, прижав их тяжелой головой. Чувство единения охватило Ксению. Она бездумно гладила, почесывала волка, а он тихо урчал от удовольствия.
Когда солнечный диск почти скрылся за вершинами гор, Ксения очнулась. Легкие снежинки срывались с заснеженных еловых лап. Они припорошили девушку и волка. Зверь, почуяв движение, заинтересованно поднял голову и посмотрел в лицо Ксении.
— Ну, что, дружок? Ты-то в теплой шубе, а я уже ног не чую. И совершенно забыла про свою кошку! Она, наверное, с ума сходит в машине! Если сеть есть, то мне нужно дозвониться до отца, — с этими словами она залезла в карман шубки и вытащила телефон. На экране был слабый сигнал сети. Ксения набрала нужный номер и услышала прерывающиеся помехами гудки. Через несколько томительных секунд отец ответил на звонок.
— Ксения? Дочка! Ты где?
— Пап, я сдурила… Забыла заправиться. Машина встала посреди леса. Я нашла место на возвышенности, чтобы поймать сеть и позвонила тебе!
— Оставайся на месте, чтобы мы могли отследить сигнал! Скоро будем! — и отец сбросил звонок.
Волк, заинтересованно прислушивающийся к разговору, заворчал и снова опустил голову на колени девушки, как бы прося продолжить ласку. Ксения хохотнула и погрузила пальцы в теплую густую шерсть. Не прошло и получаса, как зверь заволновался, начал стричь ушами, принюхиваться. А потом и вовсе сорвался с нагретого места и скрылся в густом ельнике. Ксения вгляделась в темноту, но ничего не увидела. Ночь стремительно вступала в свои владения. Еще через пару минут между деревьев мелькнули огни фонарей, раздались голоса, зовущие Ксению. Она встала, отряхнулась от снега и откликнулась:
— Я здесь!
На выступ вышли Глеб и Демьян. Сердце царапнула обида, что Макса с ними не было. Ксения отмахнулась от не вовремя всколыхнувшихся чувств и, не чуя ног, пошла в сторону мужчин. Глеб накинул на плечи дочери меховую накидку и достал термос с горячим кофе:
— На, согрейся!
— О! Спасибо огромное! — Ксения отхлебнула обжигающий напиток и почувствовала, как тепло стало расходиться волнами по замерзшему телу.
Демьян подошел к краю обрыва и посмотрел на снег. Его лицо приняло такое выражение, как будто он принюхивался.
— Что-то не так? — спросила Ксения.
— Да нет, — откликнулся Демьян. — Наверное, показалось!
На снегу четкими пятнами выделялись следы огромного волка. Они и заинтересовали Демьяна, а следом и Глеба, который обратил на них внимание чуть позднее.
— Ты в порядке? Хотя, что это я, конечно в порядке, ты же ведьма! Тебя животные не тронут! — с облегчением выдохнул Глеб и продолжил. — Стало уже совсем темно, пошли к машине!
Все вместе, освещая тропинку фонарями, они спустились к подножию горы и вышли на главную дорогу. Демьян шел с хитрой ухмылкой, что-то тихонько бурча про себя. Но сколько Ксения не прислушивалась, она так и не разобрала, о чем он говорил сам с собой. Через несколько минут Ксения отогревалась в машине отца, пока он ехал в сторону оставленной машины ведьмы. Паркетник нашелся стоящим посреди заснеженной дороги. Демьян, взяв канистру с бензином из багажника, подошел к машине и открыл лючок. Ксения сразу заглянула в салон машины и увидела крайне недовольную Монро, которая сердито урчала на девушку, забившись поглубже в переноску.
— Милая моя, ну прости! Я виновата! Признаюсь! — Ксения жалобно просила прощения у своего фамильяра. А Монро яростно сверкала оранжевыми глазищами и даже шипела на ведьму. Ксению вдруг осенило, что кошка чует запах дикого зверя, поэтому злится. Вздохнув, она взяла переноску с явно агрессивно настроенной кошкой и пошла к машине отца. Оказавшись в тепле, Монро стала немного благосклоннее, но, хоть и без энтузиазма, продолжала тихонько шипеть на Ксению. Демьян завел паркетник и осторожно подъехал к машине Глеба. Ксения, припоминая, что он хорошо водит машины только в играх, попыталась покинуть салон отцовского авто, но он ее остановил со словами:
— Мы нашли нашу потеряшку! — с порога крикнул Демьян.
— О! Как раз вовремя! Я только что достала пирог из духовки! — разрумяненная Мия выглянула из кухни и кивком поздоровалась с Ксенией.
Ксения поставила переноску с Монро на пол и открыла дверцу. Кошка, настороженно принюхиваясь, выглянула из своего укрытия. Увидела Демьяна, надулась, как шарик, и зашипела. С веселой трескотней к Монро подскочила Царапка и сходу запрыгнула на спину кошки, зарывшись в густую белую шерсть. Монро, увидев знакомых, немного расслабилась. В холл вышла Настя с Мишей на руках. Монро хмуро глянула на Ксению и побежала к Насте. Потерлась об ее ноги и замурчала. Настя удивленно спросила:
— Привет, Ксю! А что это с Монро? Она ж меня не шибко любит!
— Обиделась она, — снимая шубку и вешая ее на вешалку, ответила Ксения. — Я накосячила по полной. И заправиться забыла, и оставила ее надолго одну в машине, еще и запах дикого волка на себе принесла. Вот она и разозлилась.
— Аааа, понятно! Ничего, отойдет скоро!
— Я тоже так думаю, — Ксения прихватила сумочку и прошла в гостевую комнату, приготовленную для нее.
Монро прошипела что-то обидное вслед своей хозяйке и побежала обследовать дом. Вскоре все собрались за столом. Ароматно пахло свежей выпечкой. Ксения рассказывала о своих приключениях. Монро решила долго не обижаться. Она уже нагло восседала рядом с хозяйкой и клянчила вкусняшки, кидая их изображения по мыслесвязи. Присутствующие мягко пожурили ведьму за неосмотрительность. Макса так и не было.
— А где Вожак? — не выдержала Ксения.
— Гуляет где-то, — неопределенно отмахнулась Мия. — Устал, бедный, от рутины.
— Как я его понимаю! — с чувством отметила Ксения, вспомнив, сколько работы навалилось на нее вместе с новой должностью. В этот момент раздался звук открывающейся двери, и через некоторое время к общей трапезе, поздоровавшись, присоединился Макс, надолго задержав взгляд на Верховной. Ксения холодно посмотрела на него и опустила глаза в тарелку, с аппетитом продолжая есть мясной пирог, хотя чувствовала себя уже достаточно сытой.
— Где пропадал? — спросил Глеб.
— Бродил по лесу, думал… — ответил Макс.
— И много надумал? — хитро сверкнув глазами, спросил Демьян.
— Не помню, — раздраженно огрызнулся Макс. — Мой волк перехватил контроль в какой-то момент. Не знаю, куда он бегал, но отпустил он меня только возле дома.
— Ты должен крепче держать его в узде! — проворчала Мия.
— А то я не знаю! — ответил Макс и яростно вгрызся в пирог.
— Ладно, ладно! Будет тебе! — успокоил брата Демьян. — Ты просто приехала или с какой-то проблемой? — спросил он у Ксении.
— Я пересмотрела все старые документы. Нашла кое-какие моменты, хотела бы с вами их обсудить. Ну и заодно встретить Новый год и отдохнуть от должностных обязанностей, — Ксения со смешком закончила фразу, чувствуя себя немного лишней в их компании.
— Разделяю твое желание! — мученически произнес Макс и улыбнулся.
— Да будут каникулы! — со смехом сказала Настя, и все поддержали ее.
— Может, на лыжах покатаемся? — с азартом спросила Светлана. Ксения посмотрела на нее и отметила, что девочка стала выглядеть еще старше, уже лет на четырнадцать, и похвалила отца за предусмотрительность.
— С превеликим удовольствием! — ответила Ксения. — А пока я бы хотела пойти спать, нагулялась на свежем воздухе.
— Да, конечно! — Глеб кивнул дочери, и та, извинившись, отправилась в свою комнату, прихватив сытую и сонно моргающую Монро.
Ксения зашла в спальню, закрыла дверь, спустила с рук Монро и, не включая свет, направилась к окну. За окном тихо падал снег, переливаясь в свете фонарей. Была безлунная ночь. Ксения забралась с ногами на подоконник и бездумно стала наблюдать за полетом снежинок. Монро с умиротворенным и довольным видом запрыгнула на кровать и свернулась уютным белым клубочком. Она пару раз, прищурившись, посмотрела на хозяйку и, наконец, уснула, укрывшись пушистым хвостом. Ксения запоздало подумала: «Наверное, это была плохая мысль приехать сюда, еще и на праздники… Гораздо проще было бы вызвать отца и Мию к себе и обсудить найденные моменты в документах… Как бы я ни старалась заглушить свои чувства на корню, увидев Макса, все мои старания сошли на нет… Смогу ли я скрывать свое настоящее отношение к нему?.. Что ж, пути назад нет. Придется собрать всю свою волю в кулак!»
Решительно и грустно улыбнувшись, она продолжила наблюдать за неторопливым порханием снежинок. Едва слышно, заглушенная закрытым окном, стукнула дверь на веранде. Ксения увидела Макса, который вышел на свежий воздух и облокотился на засыпанные снегом перила. Как и девушка, он смотрел на падающий снег и о чем-то думал. Вдруг, будто почувствовав ее взгляд, он уставился в темное окно, на подоконнике которого удобно устроилась Ксения. Она мгновенно спрыгнула с подоконника. Сердце отчаянно колотилось, больно ударяясь о ребра. Не решаясь снова подойти к окну, Ксения крадучись подошла к кровати, разделась и залезла под одеяло. Монро тут же присоединилась к хозяйке, скрутившись клубком у нее под боком. Полночи Ксения не могла сомкнуть глаз и постоянно ворочалась, вызывая тихое возмущение кошки. Лишь под утро она забылась тяжелым сном без сновидений.
Утром Ксения, едва проснувшись, решила, что ее вопросы могут и подождать. Столько лет ждали и еще немного могут потерпеть. Поэтому она позволила себе предаться зимним весельям. Настя снабдила подругу лыжным костюмом, и вся компания вместе с Мишей отправилась на прогулку почти сразу после легкого завтрака. День выдался солнечным. Горы, куда они доехали на машинах, так и манили прокатиться на лыжах и плюшках. Выбрав наиболее чистый от деревьев и не слишком крутой заснеженный склон, все с радостным смехом принялись с него скатываться. Макс незаметно, как ему казалось, наблюдал за раскрасневшейся от легкого мороза и активности Ксенией. Она в очередной раз скатилась на плюшке и по инерции слетела с нее прямо в глубокий сугроб. Вынырнула из него, смахнула шапку снега с головы и счастливо рассмеялась.
— Даже и не скажешь, что эта беззаботная девчонка — Верховная ведьма! — Демьян со смехом пихнул в бок Макса.
— Ага, — наслаждаясь картиной общего веселья, ответил довольный Макс.
Спустя пару часов активного отдыха Настя подхватила закряхтевшего Мишу и, принюхавшись, скривилась:
— Ребят! Мише подгузник менять надо! Поехали домой! Да и покушать не мешало бы!
Все дружной гурьбой двинулись в сторону оставленного у дороги транспорта и вскоре прибыли в особняк. Мия заторопилась на кухню накрывать на стол. Ксения вызвалась ей помогать, пока Настя занималась Мишкой.
— Так что такого интересного ты обнаружила, что даже приехала сюда? — прозорливо спросила Мия, разогревая остатки вчерашнего пирога с мясом.
— Я нашла текст пророчества, который вы в свое время обнаружили и изучили, и вот, что меня насторожило. Я много лет работаю с документацией, и тут налицо переписанный и, возможно, переиначенный текст. Вам так не показалось?
— Хм, — задумчиво протянула Мия. — Возможно ты права… Текст и правда выглядит каким-то косноязычным. Даже несмотря на то что он писался в стародавние времена. Давай пообедаем и попробуем взглянуть новым взглядом.
— Давай! — с энтузиазмом согласилась Ксения, чувствуя определенное облегчение, что будет занята и не будет мучиться мыслями о Максе.
Пообедав, вся компания разошлась кто куда. Настя пошла укладывать Мишку, Демьян решил тоже прикорнуть рядом с сыном. Макс решил почистить двор от снега, что навалил с вечера. А Глеб, Мия, Ксения и Светлана поднялись в кабинет и обложились копиями документов и свежими заметками к ним. Глеб внимательно перечитал текст и задумался.
— Но ведь в итоге договор расторгнут? Все почувствовали это! Значит, в какой-то степени мы поняли смысл пророчества правильно!
— Но в свое время я-то поняла неправильно! — заметила Мия. — Значит, есть что-то еще, что более конкретно описывает условия расторжения!
— В том-то и дело! Мне тоже так показалось. Что текст не полный! — Ксения постучала по своим заметкам ноготком. — Вот, смотри! На полях другого документа вы отметили, что после заключения договора стала слабеть магическая сила! Мы об этом и говорили, когда я очнулась после поединка, отец! Нужно найти взаимосвязь!
— Мы не можем вот так взять и отправить рейд с проверкой по всем родам, которые в той или иной степени сохранили магию, — отрезал Глеб. — Нужны веские основания!
— А что, если… А что, если у оборотней тоже сохранились летописи того времени? — спросила Ксения.
— Тогда нужно привлечь Макса, он, как Вожак, вполне возможно что-то об этом знает, — подсказала Мия.
Ксения нахмурилась, но делать было нечего. На данный вопрос действительно может ответить только Вожак. Мия попросила Светлану сбегать вниз и позвать Макса. Вскоре Вожак присоединился к ним и спросил:
— Нашли что-то интересное?
— Да, вот, посмотри! — Ксения пододвинула к нему свои заметки и стала ждать, пока он их изучит.
— Это возможно? — пытливо спросил Макс.
— Чтобы подтвердить наши подозрения, нам нужно посмотреть, есть ли у оборотней хоть какие-то записи, касающиеся тех времен.
— Ты знаешь, а я ведь даже понятия не имею, — Макс смущенно взлохматил седую шевелюру. — Я так озадачился современным развитием нашего племени, что упустил из виду архив. Я даже не представляю, существует ли он. Более того, я не знаю, кого можно было бы об этом спросить.
— Да ладно? — в изумлении вытаращилась на него Ксения.
— Сынок, включи мозги, — насмешливо произнесла Мия. — Где жил старый Вожак?
— В отдаленном лесу, — пожал плечами Макс.
— Ну? — требовательно посмотрела на него Мия.
— А, ну да! Можно туда съездить! Там остались некоторые представители, которые не захотели приближаться к цивилизации. Ты хочешь ехать прямо сейчас? — Макс печально посмотрел на Ксению.
— Нет! Давайте спокойно встретим Новый год, а уж потом поедем разбираться с архивами!
— Я только «за»! — с облегчением в голосе сказал Макс, а Глеб с Мией его поддержали довольными улыбками.
— Ну, вот и порешали! — Глеб потер руки и, обняв Мию, сказал. — Это будет настоящий семейный праздник!
— Есть идеи, что будем готовить? — загорелись глаза у Мии.
— Оставляем вас планировать и готовиться, — со смехом сказал Глеб и, поманив за собой Макса, покинул кабинет.
Канун Нового года прошел в подготовительных хлопотах. Все суетились, украшали дом гирляндами и мишурой. Украсили одну из елок, растущих на заднем дворе у веранды. В особняке витали ароматы готовящихся блюд. Периодически приезжали старосты поселений оборотней. Видя, как те водят носами, принюхиваются и сглатывают голодную слюну, хозяева неизменно приглашали их к столу. Оборотни привозили отчеты за прошедший год, поздравляли Вожака и его семью и, вкусно покушав, уезжали в свои поселения. Макс только и качал головой, видя, что их ведет не столько ответственность, сколько неистребимое любопытство. Всем хотелось хоть глазком взглянуть на Верховную, что освободила их народ от уз древнего договора. Ксения посмеивалась, с удовольствием принимала поздравления и дары, что ей преподносили. Ей нравилось радушие и простота представителей ранее ненавидимых оборотней. С нежностью она накидывала на себя мягкие, как пух, шали, связанные так тонко, что казались невесомыми. А уж домашних заготовок было видимо-невидимо. Мия посмеивалась и говорила, что на сам праздник можно не готовить, столько еды привезли оборотни.
Наконец, поток посетителей иссяк — все торопились к своим семьям. Ксения выдохнула. Все-таки она немного устала от такого количества внимания. Монро носилась с Царапкой по дому, цепляя мишуру и раскидывая ее где попало. Настя ворчала, но видя, как Мишка хохочет, наблюдая за догонялками фамильяров, махнула рукой и пошла помогать на кухне, наказав Демьяну присматривать за сыном.
Вскоре все приготовления были завершены. До полуночи оставался какой-то час. Все члены семьи, нарядно одетые, расселись вокруг большого богато накрытого стола и принялись провожать Новый год. Не успели они пригубить свои любимые напитки, как раздался звонок домофона. Удивленно переглянувшись, все пожали плечами, так как никого не ждали. Макс вызвался посмотреть, кого там принесло. Он подошел к двери, распахнул ее, и нос к носу столкнулся с огромным знакомым на вид волком. Макс напряг память. Это был тот самый волк, который вышел встречать его с Демьяном на опушке леса, когда Макс ехал разговаривать с предыдущим Вожаком. Видя нерешительность зверя, Макс понятливо кивнул и подал тому меховую накидку, которая висела в гардеробе на всякий случай. Волк аккуратно подцепил ее клыками и отошел в сторону. Через пару минут в холл зашел диковатого вида мужчина, набросивший на плечи предложенную накидку. Макс попытался пригласить его к столу, но тот нетерпеливо мотнул головой, отказываясь. Оборотень принюхивался и нервно подрагивал. А когда ведомая любопытством Ксения вышла в холл, чтобы посмотреть на нежданного гостя, он подскочил к ней, схватил за руку и потащил к выходу.
Ксения возмущенно уперлась ногами и попыталась выдернуть руку. Макс оторопело наблюдал за этой картиной, потом очнулся и рявкнул:
— Ты кто и зачем сюда явился?
Оборотень сердито зыркнул на Вожака и прерывающимся на вой голосом ответил:
— Ее ждет! САМ!
— Кто? Скажи ты нормально!
— Ей нужно! Со мной! Я проведу!
— Куда? И почему именно сейчас?
— Время! Нужно спешить! — произнеся эти слова, оборотень опять потащил Ксению к выходу.
— Видимо, спокойно нам пожить не дадут! Да отпусти ты! Дай хотя бы одеться нормально! — Ксения вырвала руку из крепкого захвата и отскочила от оборотня.
Оборотень присел на пуфик у входа, всем своим видом выражая крайнее нетерпение.
— Ну и? Что предлагаешь? — спросила Ксения у Макса. Остальные члены семьи присоединились к ним в холле и прислушивались к беседе.
— Видимо, не суждено вам отдохнуть! Езжайте! Не просто так прибежал этот зверь! — махнула им Мия, а оборотень сердито посмотрел на нее исподлобья.
Ксения отправилась в комнату, надела лыжный костюм, подумав, что придется пробираться по дремучему зимнему лесу по уши в снегу. Недолго подумав, она вытащила большую коробку в праздничной упаковке и вышла с ней в холл со словами:
— Я уверена, что Новый год мы не сможем встретить вместе! — и со смехом продолжила. — Поэтому, как часы пробьют двенадцать, можете распаковать коробку! В ней подарки для всех! Подписанные! С Наступающим!
— С Наступающим! — ей ответили почти хором смеющиеся родственники и близкие. — Спокойной дороги!
Оборотень вскочил на ноги, вырвался за дверь и помчался, обернувшись крупным волком, к джипу, который Макс к этому времени успел подогнать к входу. Ксения махнула всем на прощанье и забралась в машину. Волк, нетерпеливо оглядываясь, уже бежал по дороге, ведущей от дома. Джип, разбрасывая снег из-под колес, рванул за оборотнем.
— Интересно, что им хотят сообщить? Да еще так срочно, — покачал головой Глеб и продолжил, взглянув на часы. — До полуночи пятнадцать минут! А мы еще не успели проводить Старый год!
Все загалдели и пошли усаживаться за стол. Разные мысли посещали их головы. Но в итоге, праздничное настроение пересилило любопытство. Пусть в неполном составе, но семья отлично проводила Старый год, встретила Новый, с удовольствием обменялась подарками, пока Вожак и Верховная мчались на джипе по зимним дорогам за оборотнем.
Ксения, откинув голову на подголовник, дремала. Макс как можно более аккуратно вел машину, периодически с нежностью поглядывая на спящую девушку. Тонкая морщинка пролегла между нахмуренных бровей Верховной, как будто даже во сне она о чем-то думала или переживала. Потом ее лицо разгладилось, стало безмятежным. Макс в очередной раз поразился юному облику сильнейшей ведьмы. Ему стало невыносимо горько, что обстоятельства не позволяют дать волю чувствам. Огромный волк без устали бежал впереди, показывая дорогу. Наконец, когда горизонт начал окрашиваться в розовые тона занимающегося рассвета, оборотень остановился и требовательно посмотрел на Макса. Вожак затормозил, и Ксения проснулась. Она посмотрела вокруг чуть затуманенным после сна взглядом, зевнула, прикрыв ладошкой рот, и спросила:
— Мы на месте?
— Нет. Остановка вынужденная. Дальше дороги нет. Придется идти пешком через поле до вон того леса, — Макс махнул рукой в сторону темнеющей полосы деревьев и поздравил Ксению. — С Новым годом!
— И тебя с Новым годом! — улыбнулась ведьма и потянулась. — Что ж, будем выбираться, иначе наш сопровождающий выдернет нас из машины за шкирку!
— Это уж точно! — Макс посмотрел на явно встревоженного оборотня. Тот нетерпеливо переступал лапами и настойчиво подвывал, как бы поторапливая молодых людей.
Ксения выпила горячий кофе, предложенный Максом из термоса, и стала натягивать куртку лыжного костюма. Макс последовал ее примеру. Через несколько минут молодые люди покинули теплый салон джипа и вышли к оборотню. Тот тут же огромными скачками полетел в сторону леса.
— Эй! Не так быстро! — Ксения крикнула ему вслед. Оборотень обернулся, оскалился и осуждающе покачал головой. — Не, ну нормально, да? Тут такие сугробы, что я сто лет буду добираться до леса и дальше! — возмущенно произнесла Верховная.
— Ты ничего не забыла? — со смехом спросил Макс и продолжил. — Ты ж ведьма!
— Блин! — Ксения хлопнула себя рукой, одетой в теплую варежку, по лбу и смущенно посмотрела на Макса. — Прости!
Она сосредоточилась, чуть прикрыла глаза, и глубокий рыхлый снег мгновенно схватился плотным настом, проложив ровный путь до самого леса. Ведьма топнула ногой, обутой в теплый ботинок, и утрамбованный магией снег выдержал ее вес. Вожак и Верховная встали на твердую дорожку и быстро пошли вслед за волком. Буквально через полчаса они дошли до дремучего леса и проследовали за оборотнем, знавшим все удобные пути. Утрамбованный снег позволял выдерживать темп, навязанный зверем. Периодически на тропах возникали завалы из бурелома. Макс помогал Ксении перебраться через них, каждый раз тихо радуясь, что может хотя бы так дотронуться до своей Истинной.
Наконец, они прибыли в маленькое поселение старого Вожака. Оборотни, живущие там, уже встречали гостей. Немного перекусив и отдохнув, Макс и Ксения отправились дальше за своим лохматым проводником. Они шли все дальше и дальше в густой первобытный лес. Снег то тут, то там был пересечен следами дикого зверья. Пару раз они натыкались на лосей, которые прогоняли людей со своего пути, грозно наклонив рогатые головы. Оборотень азартно щелкал зубами, но у него была миссия куда более важная, чем охота на копытных. Он аккуратно обходил крупных животных и вел Макса и Ксению все глубже в лес. Молодые люди раскраснелись от движения на морозном воздухе. Ксения уже стала понемногу отставать, несмотря на уплотняющийся по ее воле снег под ногами.
— Все! Я больше не могу! — Ксения села на ствол поваленного дерева, чтобы отдышаться. Оборотень заскулил и ткнулся носом ей в бедро, заглядывая в глаза. — Ну, что уставился? Я ж не вы! Я вообще кабинетный человек! Не привыкла столько ходить! Еще и по лесу!
— Давайте немного передохнем, — предложил Макс и спросил у оборотня. — Далеко еще идти?
Оборотень недовольно проворчал, вздохнул и помотал головой, как бы говоря, что осталось немного.
— Вот и прекрасно! Немного посидим и дальше продолжим путь! — сказала Ксения.
Волк обреченно улегся у ее ног и положил огромную голову на лапы, прикрыв глаза.
— Сам-то устал! — Макс потрепал зверя по ушам и устроился рядом с ведьмой.
Позволив себе отдохнуть не более двадцати минут, путники поняли, что начинают подмерзать, и встали размяться. Оборотень с энтузиазмом вскочил на лапы и вильнул хвостом.
— Веди уж! — Ксения хохотнула и пошла вслед за зверем, который с упорством танка ломился через дебри леса.
Вскоре они вышли на небольшую поляну у склона невысокой горы. Оборотень смущенно потоптался на снегу и мотнул головой в сторону темнеющего зева узкой расщелины в горе. Видимо, это был вход в пещеру с нависшей над ним огромной шапкой снега. Макс и Ксения переглянулись и спросили у волка:
— Нам что, туда?
Волк кивнул и улегся на снег, как бы говоря, что он подождет их тут. Макс осторожно двинулся к пещере. Когда до нее оставалось буквально несколько шагов, из пещеры вылетел огромный рычащий седой волк. Его губы подрагивали, обнажая стертые от времени желтые клыки. Слепые глаза мутными бельмами уставились на посетителей. Его ноздри задрожали, втягивая аромат, рычание стихло. Шевельнув ушами, оборотень сел у входа в пещеру и наклонил голову на бок, как будто чего-то ожидая.
— Ты звал, и мы пришли! — Макс тихо ответил на невысказанный вопрос. Но оборотень не обратил на него внимания, принюхиваясь и переступая передними лапами.
— Я пришла! — вдруг ответила Ксения, а оборотень вскочил и завертелся на месте. Он подскочил к ведьме и прижался к ее ногам, запрокинув слепую морду вверх. Потом резво рванул к пещере, приостановился у входа, обернулся и нырнул в темноту.
— Это понимать, как приглашение? — спросила Ксения у Макса, а тот в ответ пожал плечами и направился к расщелине. Ксения последовала за ним.
Осторожно протиснувшись, они немного прошли по узкому ходу и вышли в небольшое, выбитое в скале, помещение. В центре пещеры горел очаг. У него, скрестив ноги, сидел древний старик с длинными нечесаными седыми волосами. Он повернул к гостям незрячее лицо и хрипло сказал:
— Я полагаю, ты задаешься вопросом, зачем я позвал тебя? — старик спросил Ксению чуть дрожащим голосом и протянул руки к огню.
— Да, — коротко ответила Ксения и села на шкуры, наваленные у очага. Макс остался стоять за спиной девушки.
— Вы так с ней похожи! — старик повернулся лицом к ведьме. — Такая же сила! Неугомонная, яркая, мощная! Только ее сила была горяча, как пламя! А твоя — холодна, как лед!
— Вы можете видеть? — Ксения удивленно вскинула брови.
— Нет, конечно! — хрипло рассмеялся старик. — Я просто чую, вот и все! Я так давно ослеп, что уже давно привык полагаться на другие чувства…
Он поворошил костер веткой и застыл, задумавшись. Ксения и Макс боялись потревожить его. Ксения разглядывала нехитрое убранство пещеры. Было видно, что старый оборотень живет здесь очень давно. Стены были увешаны шкурами. Пахло мехом и травами.
— Ты, наверное, ищешь ответы на свои вопросы, не так ли? — нарушил молчание слепец. — Отчего разошлись наши народы?
— Да! Как вы узнали об этом? — Ксения вскинула голову и пытливо уставилась на старика.
— Нетрудно было об этом догадаться, — хмыкнул старец. — Вопрос в другом! Что намерена ты делать с этими знаниями?
— Я хочу знать правду! — горячо воскликнула Ксения. — Свобода — это одно! Но я хочу понимания и мира между нами! Донести до всех! И наказать виновных, если это возможно!
— Это хорошо, — кивнул своим мыслям старый оборотень. — Что ж, пришло время рассказать все, что я хранил все эти годы! Слушай меня, дитя! Надеюсь, ты правильно воспользуешься этими знаниями! Это случилось так давно, что никто из ныне живущих уже и не вспомнит, почему это произошло. Никто, кроме меня! — зловеще выкрикнул старик и замолк. Чуть погодя он продолжил:
— Какая она была красивая! Твоя прапрапра, уж и не вспомню, сколько раз, прабабка по линии отца. Глаз не отвести! Черные, как вороново крыло, волосы! Черные глаза, что казалось, смотрели прямо в душу! Дочь Главы Ковена. И такая же гордая и неприступная! Уж сколько женихов оббили ее порог, да всем она отвечала отказом. Ни разу ее сердечко не дрогнуло. Пока не повстречала она во время прогулки по лесу Вожака. И вспыхнула между ними такая любовь! Что впору было писать легенды! Ее сила, ранее тлеющая пламенем свечи, разгорелась ярым костром! И сказала она отцу, чтобы более не присылал он женихов, она сделала свой выбор! Согласился Глава с выбором дочери, да и хорош Вожак был во всем! Стали готовиться они к великому празднеству. И только одно черное от зависти сердце не ликовало вместе со всеми! То был друг вашей семьи. Правая рука Главы Ковена. Советник, что также был отвергнут гордой красавицей. Зло затаил. Фамилия его была… уж и не вспомнить… Шпуль или…
— Шульц, может быть? — подсказала Ксения, внимательно слушающая дребезжащий голос старого оборотня.
— Точно! Шульц! Ох, и гнилой человечишко был! Мамашка его не шибко сильная ведьма была, но жуть какая пронырливая! Окрутила заезжего иностранного магёнка, да и понесла от него. Тот фамилию свою отпрыску дал, а вот союз с ведьмой заключать отказался и уехал. Видать, чуял гнильцу, уберегся сам, а вот остальным досталось… Ведьма, как сынок малость подрос, определила его к детям Главы Ковена. Чтоб с младых ногтей сын общался с кем надо, да и протоптал дорожку к власти. Так со временем и произошло. Стал он правой рукой своего друга, который занял место отца. Завистливый и властолюбивый был человек. И как не заметили это? Вот из-за него-то, точнее из-за его любви к дочери Главы и приключилась беда с обоими нашими видами. Подточила его зависть лютая, что отдала красавица свое сердце зверю дикому. Наполнилась его душа слепой ненавистью к ведьме и ее избраннику! Собственничество взыграло! И он предал! Предал своего друга и его дочь! Предал наш народ! Подставил! Поработил! — голос слепого оборотня снизился до зловещего шепота. Он замолчал ненадолго, как будто заново переживая прошлое. Ксения и Макс затаили дыхание и ждали продолжения древней истории.
— Когда Вожак собрался подписать союзный договор, Шульц на правах члена Совета подсунул ему договор рабства. А Вожак, ослепленный любовью к черноглазой красавице, не изучил бумаги и подписал! Ох, дурак! Какой же дурак! — горько произнес старец и продолжил. — Обратной силы договор не имел. Все оборотни одним росчерком пера глупца попали в рабство к магам и ведьмам. Глава Ковена, прознав про это, отменил свадьбу дочери, так как не мог позволить ей создать союз с рабом. Произошел громкий скандал. Маги и оборотни разошлись в разные стороны. Оборотни возненавидели магов и ведьм за подлог и предательство. А Шульц божился, что не заметил, что подписывал Вожак. Надеялся он, что Глава Ковена отдаст-таки свою дочь ему в жены. Так и вышло. Убитая горем из-за Вожака, она дала согласие на союз с Шульцем. А получив ее в жены, Шульц решил потешиться и поведал ей о своем деянии! Ведьма была так ослеплена яростью и ненавистью к новоявленному супругу, что пообещала тому, что понесет он жестокое наказание за содеянное. Да токмо посмеялся он над ее словами. А зря. Вскорости оборотни осерчали на своего Вожака. И один из самых сильных представителей вызвал его на бой и победил! Вожак, сломленный горем и предательством, не сопротивлялся и поддался в бою. Но это привело к еще большим проблемам… Ведьма, услышав вести, что ее любимого нет на свете, сошла с ума от горя и прокляла всех магов и ведьм. И ее посмертное проклятье оказалось сильнее скреп договора…
Старый оборотень надолго замолчал, направив слепые глаза в пламя костра. Ксения и Макс также молчали, погрузившись в свои мысли. Они словно побывали вместе со старцем в то время и пережили все вместе с ним. Горько было осознавать, что именно привело к существовавшим проблемам. Спустя некоторое время старец, кряхтя, поднялся со своего места и направился к куче шкур, наваленных у стены. Немного покопавшись, он достал из-под них неприметный ящичек и вернулся к очагу. Макс уставился на едва заметную гравировку на крышке ящика и прошептал:
Обратный путь проходил в тягостном молчании. Ксения держала на коленях ящичек и была погружена в мысли. Макс искоса глянул на нее, тихо кашлянул и спросил:
— Ты как?
— А как ты думаешь? — грустно ответила Верховная. — Оказалось, что любовь ведьмы из моего рода стала причиной разлада между нашими видами.
— Ну, не сама же она стала виной, так сложились обстоятельства, — Макс посмотрел на Ксению и вернул взгляд к дороге.
— Много веков нам внушали, что оборотни не ровня магическому обществу. Члены Совета знали намного больше, чем остальные. Горько осознавать, что кому-то из моего вида пришло в голову расколоть мир между нами. Мало того. Еще и скрыть первопричины этого.
— Значит, нужно искать того, кому это было выгодно, — ответил Макс.
— Ты прав! — Ксения распахнула глаза. — В любой сложившейся ситуации нужно искать того, кому это выгодно! Нужно поговорить с отцом! Наверняка, у него есть хоть капля информации! Хотя… При последнем нашем разговоре он отметил, что в его бытность оборотней вообще подвергали гонениям… Ладно, приедем и посмотрим, что есть интересного в этом ящичке.
Спустя несколько часов, когда солнце уже давно скрылось за горизонтом, Макс припарковался у особняка оборотней. Ксения не успела подняться по ступеням, как дверь распахнулась, и ей навстречу вышел отец.
— Вернулись!
— А ты сомневался? — Ксения посмотрела на отца с подозрением. Тот смутился:
— Разве не могу я переживать за дочь? Зачем вас позвали?
— Дай, мы хоть отойдем с дороги, да и поесть бы не мешало, — Ксения поставила ящичек на тумбу и сняла куртку.
— Это то, о чем я думаю? — спросил Глеб.
— Здесь, как нам сказали, документы о давно минувшем времени.
— Гравировка знакомая, — Глеб задумчиво впился взглядом в крышку ящика.
— Вожак, кажется, знает, кому принадлежит этот символ, но он не поделился информацией, — раздраженно ответила Ксения и пошла переодеваться.
Наскоро поужинав, все отправились в гостиную. Уютно потрескивал огонь в камине. Причудливые тени плясали по стенам. Ксения бездумно поглаживала крышку ящика, скользя пальцами по гравировке. Все замерли в ожидании. Наконец, Светлана не выдержала:
— Ну?
— Нас привели к древнему оборотню, — начала Ксения, не отрывая взгляд от пламени. — Это было действительно древнее существо, продолжавшее жить ради одной цели — передать знания!
Ксения посмотрела на ящичек на коленях, осторожно щелкнула задвижкой на крышке и открыла ее. Под крышкой на лоскуте кружевной ткани лежал перстень. Вычурный и тяжелый. Из потемневшего от времени золота. Ксения осторожно взяла его в руки. На плоской поверхности перстня был выгравирован тот же знак, который был на крышке ящика. Лоскут оказался кружевным платком. Женским. Под ним лежал свернутый в трубочку пергамент. От него слегка фонило магией. Ксения отложила перстень и платок на журнальный стол и достала свиток, перевязанный тонкой шелковой лентой. Развязала слабый узелок, и ее глазам предстал Договор. Все собрались около Ксении, которая, чуть шевеля губами, вчитывалась в написанное в документе. Вот она дошла до конца документа, где широким росчерком была поставлена подпись, и посмотрела на отца.
— Непосвященный человек прочитал бы один вариант текста! Но вот! Посмотри! — она развернула свиток на журнальном столике и обратилась к каждому. — Читайте! Что вы видите?
— Это договор добровольного рабства! — Макс пробежал глазами по строчкам. Остальные сказали, что тоже ясно видят, что документ гласит о рабстве.
— А теперь ты! — Ксения пододвинула документ к отцу, и тот, нахмурившись, прочитал написанное. Потом прочитал еще раз и еще и, наконец, взорвался от ярости. — Вот тварь!
— Увидел? — Ксения взволнованно спросила у отца.
Глеб вскочил на ноги, его магия начала собираться вокруг него, окутывая кромешной тьмой. Все испуганно отпрянули от разозленного мага. Боль острыми когтями впилась в сердце Глеба, ведь именно по вине предка Шульца он лишился своей Анечки. Маг раздраженно взял магию под контроль, и жуткое давление силы пошло на спад. Он потер грудину слева и поморщился. Ксения встревоженно подскочила к отцу:
— Что с тобой? Сердце?
Глеб прикрыл глаза и хмуро кивнул, с благодарностью принимая из рук Мии маленький флакон с эликсиром. Отпил глоток, осторожно выдохнул, ожидая, когда сердце перестанет отстукивать рваный ритм, и сел в глубокое кресло. Ксения погладила отца по плечу. Глеб положил ладонь поверх руки дочери и сказал:
— Мне уже лучше. Барахлить что-то начало. Возраст! — он криво усмехнулся и указал взглядом на документ. Ксения понятливо кивнула и вернулась к столику.
— Что вы там такое увидели? — Мия вертела пергамент то так, то эдак, и не могла понять, что привело Глеба и его дочь в ярость.
— А вот, что вижу я и отец! — Ксения развернула к себе документ и зачитала договор, гласящий, что заключается союз между Вожаком и дочерью Главы Ковена.
На всех, словно приливная волна, обрушилось понимание.
— Это не ослепленный любовью Вожак подписал документ, не читая, полностью доверяя правой руке Главы Ковена. Он думал, что подписывает договор о союзе, потому что он видел договор о союзе своими собственными глазами! — сила Ксении взметнулась, вымораживая пространство. Тонко мяукнула Монро, и Верховная постаралась взять себя в руки. — Никому и в голову не пришло проверять договор на достоверность! Все, абсолютно все, кроме Вожака, видели договор рабства!
— Все дороги ведут к Шульцу. Именно его предок составлял в то время документы и во всем помогал Главе. Видимо, именно он в дальнейшем пустил слух, что оборотни виноваты в том, что магия стала покидать наш народ. И, как следствие — маги и ведьмы ополчились на оборотней, в конце концов, забыв первопричины своей ненависти!
— Я припоминаю, что отец как-то обмолвился, что из-за этих животных все проблемы… — задумчиво произнес Глеб, немного придя в себя и остыв после вспышки гнева. — Но я, будучи молодым, на тот момент не придал особого значения этим словам. Да и сам отец, скорее всего, был ребенком, когда случилась вся эта история, и мог не знать всех деталей.
Утром следующего дня Ксения отправилась в дом Главы Ковена, куда она переехала после того, как заняла место отца. Нужно было основательно подготовиться к визиту «жениха». Было решено пригласить Рихарда сразу после Рождества. Настя, оставив Мишу заботливым рукам Мии и Светланы, знакомилась с бойцами Глеба и обсуждала детали проникновения в дом семейства Шульц. Демьян решил не рисковать безопасностью своей половинки и решительно потребовал, чтобы Настя взяла его с собой. Немного подумав, Настя согласилась. Поддержка оборотня явно не будет лишней. Нужно быть готовыми ко всему. Хорошо, что Рихард, как и его предки, прослыл затворником. Он никогда не приглашал гостей. Жил один в своем загородном доме после смерти родителей. Поэтому план был максимально прост в исполнении.
Ксения подписала пригласительную карточку, вложила ее в конверт и передала секретарю со словами:
— Отправь это Рихарду Шульцу.
— Будет сделано, — улыбнулась молоденькая ведьмочка. — Что-нибудь еще?
— Сразу же принеси мне его ответ!
— Хорошо!
— Остается ждать, клюнет ли рыбка на нашу наживку, — тихо сказала Ксения после ухода секретаря и постучала ноготками по столу.
-
— Я смотрю, ты не безнадежен! — костлявая рука ощупывала плотную бумагу пригласительного.
Издалека донесся звон цепи. Раздалось тихое подвывание.
— Смотри-ка! Какая гордая! — одновременно с восхищением и презрением произнес голос. — Всего-то стоит обернуться человеком, и всем мучениям конец!
— Может, стоит прекратить все это? — устало произнес Рихард и тут же замолчал, почувствовав ненавидящий взгляд.
— Не вынуждай меня! — угрожающе прошипел голос.
— Ладно-ладно! Я пойду! — зачастил Рихард, испуганно сжавшись.
— То-то же! Иди! — тихо заскрипели колеса. Рихард сглотнул и ринулся из темного помещения прочь.
-
Рихард прибыл точно к назначенному времени. Ксения удивилась его слегка нездоровому бледному виду.
— Добрый вечер! Вам нехорошо?
— Добрый вечер! Нет, что вы! Все прекрасно! — отмахнулся Рихард и вручил ведьме огромный букет красных роз. Ксения вдохнула тонкий аромат цветов, искоса посмотрела на мужчину и заметила тень страха в его глазах. «Странно. Не меня ли боится маг?» — подумала ведьма.
— Пройдемте в малую гостиную! Я не стала устраивать торжественный прием. Мне захотелось пообщаться с вами в более уютной обстановке, не против?
— Нет-нет! Конечно же, нет! Вы абсолютно правы! Так будет намного удобнее! — неуверенно улыбнулся Рихард, и Ксении показалось, что от былой наглости блондина мало что осталось.
Верховная аккуратно поставила цветы в тяжелую вазу, наполненную водой, и тронула пару цветков.
— Чаю? Или, может быть, чего-нибудь покрепче? — Ксения вопросительно посмотрела на гостя.
— Чаю, благодарю! — аристократичные пальцы мужчины тут же стиснули предложенную чашечку.
— Вы как-то нервозны, — Ксения отпила чай и с тоской подумала, что официоз — это абсолютно не ее страсть.
— Я абсолютно спокоен! — Рихард поставил чашечку на блюдечко, и она тонко зазвенела. — Простите!
— Рихард! И мне, и вам явно некомфортно строить из себя высоких аристократов! — начала было Ксения и наткнулась на изумленный взгляд мужчины. — Что?
— Кхм, я буду не против оставить официоз, насколько это будет уместно и возможно.
— Вот и чудненько! — просияла Ксения. — Я вот о чем хотела поговорить… Помнится, мы не закончили наш разговор… Нас, к сожалению, прервали…
— Да, вас вызвали на поединок, и вы его проиграли, — прищурился Рихард, откидываясь на спинку кресла.
— Оцениваете мою стоимость на данный момент? — Ксения вскинула тонкую бровь.
— Как вы могли о таком подумать? — возмущенно ответил мужчина и рассмеялся.
Ксении внезапно понравилось открытое выражение его лица. Она улыбнулась в ответ и чуть наклонила голову набок. Тонкие косички тихо звякнули маленькими заколками.
— Продолжим?
— С удовольствием! — Рихард заметно расслабился, как будто разговор свернул в нужное ему русло.
— Что вы хотели мне предложить?
— А меня лично вам недостаточно? — попытался флиртовать Рихард и стушевался под острым взглядом Ксении. — Я помню, вы хотели знать мое финансовое состояние?
— Да, вы абсолютно правы! Должен же брак по расчету иметь под собой веские основания, кроме продолжения рода!
— И передачи магии?
— И ее, родимой… Заинтересуйте меня, Рихард! Ну же!
— Как я уже сказал ранее, на празднике, наш род очень древний и магически сильный!
— Удивительно, правда?
— Что вас удивляет? — насторожился мужчина и отпил глоток чая.
— Ну как же? Почти все семейства довольствуются крохами магии, а у вас сохранился весьма неплохой потенциал!
— У вас тоже, не так ли? — парировал Рихард, не сводя пытливого взгляда с лица Ксении.
— В нашем роду тоже были сильные маги и ведьмы, — якобы смутилась Ксения и стрельнула глазами в экран смартфона.
— Вы ждете чьего-то звонка? — прозорливо поинтересовался мужчина.
— Нет! Простите! Вру, — Ксения слегка покраснела. — Должны привезти мои любимые пирожные, но доставка почему-то задерживается.
— Вы так любите сладкое? — удивился Рихард. — Нужно было к цветам приложить конфеты, простите мой конфуз!
— Ну, что вы! Не переживайте так! — Ксения игриво улыбнулась. — Что еще вы можете добавить в наш возможный союз?
— За долгие столетия наша семья смогла сколотить неплохое состояние, а так как прямых наследников, кроме меня, больше нет, то я представляю собой весьма выгодную партию в финансовом эквиваленте!
— Почему же вы до сих пор не женаты? — Ксения наигранно распахнула черные глаза.
— Может, потому что я еще не был никем так покорен, как вами? — Рихард коснулся руки Ксении. Она вздрогнула от ледяного прикосновения, попыталась справиться с эмоциями, но по выражению лица мужчины поняла, что ее усилия бесполезны.
Наконец, раздался долгожданный телефонный звонок. Ксения тут же отложила изучаемый документ и схватила трубку.
— Алло? Ага! Выезжаю! — она положила трубку и быстро стала собираться в дорогу.
Вскоре ее автомобиль мчался по дороге к особняку Вожака. Несколько раз в зеркале заднего вида Ксения замечала черный автомобиль, словно преследовавший ее, но вскоре она влилась в транспортный поток, несколько раз сделала резкие повороты и спокойно поехала дальше.
-
— Ты понимаешь, чем это нам грозит? — разгневанно шипел голос в темноте.
— Как будто я мог догадаться, что она меня просто выманивала из дома! — воскликнул Рихард.
— Щенок! Глупый щенок!
— Я делал все, как ты приказывал! — взорвался мужчина.
— Пока она не рассказала об этом Совету, ее необходимо устранить!
— Я на такое не подписывался! Ты с ума сошел? — прошипел Рихард.
— За то, что натворила наша семья за все эти годы, по головке не погладят! Выбор за тобой! — мерзко захихикал голос.
— Это все из-за тебя! Твоей жажды власти! — голос Рихарда сорвался на придушенный хрип.
— Ты тоже пользовался всеми благами! Невзирая на то, что ты знал, как они достаются!
— Я звонил ей… Кх-х-х… — прерываемый кашлем, Рихард попытался ответить, но опять согнулся, схватившись за горло.
— И?
— Секретарша ответила, что она пока дома, никому не звонила.
— Ну, так чего же ты ждешь! Езжай к ней! Убей ее! — взревел неведомый голос.
-
Ксения остановилась у особняка оборотней, закрыла машину и быстро взбежала по ступеням. Ее на пороге уже встречала обеспокоенная Мия.
— Все живы? Все в порядке? — торопясь скинуть верхнюю одежду, спросила Ксения.
— Тебе просто нужно это увидеть, — мрачно произнесла Мия. — С нашими все в порядке!
— Куда идти?
— В подвал.
Спустившись в подвал, Ксения и Мия прошли в подземную лабораторию, где обнаружились Настя с бойцами Глеба, сам Глеб и сыновья Мии. Светлана, по-видимому, оставалась наверху с Мишей. Ксения поздоровалась. Настя передала ей небольшую книжицу в кожаном переплете. Обложка, как и сами страницы, была немного повреждена сыростью. Но это не помешало понять, что в руки Ксении попал древний дневник. На первой, пожелтевшей от времени, кое-где покрытой пятнами, странице были аккуратно выведенные слова: «Собственность Агаты Тумановой».
— Фамилия нашего рода! — Ксения изумленно вскинула глаза на отца. Тот кивнул.
— Почитаешь чуть позже. Это не все, что мы обнаружили, — скривилась Настя.
— Рассказывай! — требовательно уставилась на подругу Ксения.
Настя устало откинулась на спинку стула и потерла лицо руками. Бойцы стояли хмурые.
— Я, конечно, многое могла представить, но только не такое! — Настя в отвращении передернула плечами. — В общем, проникнуть в сам особняк было не так уж и трудно. Мы сразу стирали следы на снегу амулетами. Шульцы слишком полагаются на технику, а она, как мы уже знаем, реагирует на прямое магическое воздействие. Конечно, сразу афишировать свои силы мы не стали. Технарь, который был с нами, обесточил все системы. Ну, а дальше мы полагались на себя и на нюх Демьяна. Особняк у Рихарда, кстати, небольшой. Даже не верится, что это одна из богатейших семей. Никого из обслуживающего персонала мы не обнаружили. Вообще дом очень мрачный, пустой. Как будто нежилой. Больше похожий на склеп! Я подумала, что важные документы должны храниться в сейфе, вот мы и отправились в кабинет. Точнее, я и Демьян. Бойцы твоего отца рассредоточились по дому. Они тоже участвовали в активных поисках. Естественно, сейф был в кабинете, и среди бумаг, которые там хранились, мы нашли этот дневник. Тут Демьян что-то услышал. Мы свернули поиски, замели следы и отправились в сторону источника звука.
Тут Настя замолчала, прикрыла глаза, как будто воспроизводя картину увиденного.
— То, что особняк небольшой, это одно! — подал голос Демьян. — Как вершина айсберга! Вот под ним! Как будто еще один дом! Гораздо большего размера! Мы обнаружили несколько комнат, в которых явно когда-то кто-то жил. Мы еще посмеялись, что у каждого свои заморочки. Может, любят люди жить под землей или еще какие причины. А дальше…
— Дальше, после комнат, мы прошли на уровень ниже. Там просто жуть жуткая! Вообще, мне постоянно казалось, что за нами кто-то наблюдает! Меня то и дело пробивала дрожь! — Настя продолжила рассказ. — Там были камеры. Не слежения, нет. Для заключенных. В камерах мы нашли старые кости, обрывки одежды, ржавые цепи. Как в старом триллере! Только привидений не хватало! И вот, в одной из камер мы нашли ее!
С этими словами Настя тяжело поднялась со стула и подошла к двери в небольшую комнату, примыкающую к лаборатории. Ксения последовала за ней. Настя открыла дверь и показала находку Ксении. В комнате спала белоснежная волчица со следами ошейника на густой шерсти.
— Пришлось ее усыпить дротиком, — прошептала Настя. — Она была очень сильно напугана, кидалась на нас и абсолютно не слушала, что мы ей говорили.
Ксения обратила внимание на крайнее истощение зверя. Бока тяжело вздымались, дыхание было хриплое. Волчица подрагивала во сне, и иногда сквозь сжатые челюсти раздавалось тихое поскуливание.
— Когда примерно она должна очнуться? — тихо прошептала Ксения.
— По моим прикидкам, где-то через час, — Настя посмотрела на экран смартфона.
— Это было у нее на шее! — перед Ксенией, которая вернулась за стол и потянулась к дневнику, с легким позвякиванием легло красивое ожерелье. Демьян стянул с рук перчатки и поморщился.
— Красивое! Погоди! Какое интересное плетение! — Ксения прищурилась и пододвинула ожерелье к себе с помощью карандаша. — Оно позволяет совершить оборот в человека, но не дает вернуть облик зверя!
— Угу! На волчице эта побрякушка была ошейником. Видимо, они ждали, когда она обессилит и все-таки превратится в человека. Зачем? — возмущенно спросил Демьян.
Ксения осторожно подцепила ногтем обложку и снова открыла дневник. Пролистнула первую страницу и погрузилась в чтение.
«…этот мерзкий слизняк опять приходил к отцу свататься! Все, абсолютно все, приняли мой отказ! Только не он! Вот настырный! Да он старше моего отца! Я понимаю, что мы живем очень долго, и возраст не помеха в создании союза, но мне противно, что такой, как он, будет рядом со мной!..»
«…сегодня я опять ходила в лес. Природа просыпается, такая красота! Слышу, как зреют почки на деревьях, как сок течет внутри стволов и веток… кто-то ходит вслед за мной… смешно… как будто можно незамеченным бродить вокруг дочери Главы Ковена!..»
«…это он! Моя судьба! Моя любовь! Мой! Как долго он наворачивал круги по лесу! Боялся, что и ему светит отказ! Но все-таки пересилил свой страх и появился передо мной! Какой мужественный! Сильный! Зверь! Мой зверь! Его глаза преследуют меня во сне! Он сказал, что скоро будет просить моей руки у отца… я жду! Я с нетерпением жду!..»
«… отцу выгоден наш союз, я и не сомневалась, что он ответит согласием! Ярый сказал, что завтра подпишет союзный договор, и он будет со мной, навсегда!..»
«…я не могу в это поверить! Да и кто в здравом уме поверит, что Ярый добровольно подписал договор рабства! Но отец! Он даже не хочет меня слушать! Не хочет проверить договор! … это все Шульц! Я уверена, что это он сделал подлог! Это он готовит все документы для отца! Друг, называется! Как еще отец терпит рядом с собой этого змея! Ярый, любимый! Не быть нам вместе…»
«… отец словно сошел с ума! Требует, чтобы я перестала отказываться от союза и заключила его с первым же, кто его предложит!..»
«… договор подписан… ненавижу! Теперь я — Шульц! Меня тошнит от одного его вида! Самодовольный урод! Это он виноват! Это он подставил Ярого! Уничтожу!..»
«…Ярый! Прости меня, любимый! Помни! Мое сердце будет всегда принадлежать только тебе!..»
«… этот урод пришел и сообщил мне, что это он действительно совершил подлог, и Вожак подписал не тот договор! Ненавижу! Тварь!..»
«…Шульц принес весть о смерти моего любимого! Ярый! Сердце мое! Ну как же так? Сказал, что оборотни возненавидели своего Вожака и выступили против него… как будто это повернет время вспять…»
«… он думает, что я все стерплю? Думает, что сможет меня сломать? Не бывать этому! Моя смерть будет ему проклятьем!..»
«… я готова… я уйду… но перед этим! Я знаю! О, я знаю! Как отомстить за моего любимого! Ха! Это будет страшная месть!..»
«… я умираю… мои снадобья никогда не дают сбоя. Все усилия Шульца идут прахом. Ни ему, ни моему отцу не под силу приготовить антидот… пусть их! Моя месть свернулась змеей под сердцем и только и ждет моего приказа, чтобы развернуться и вонзить свои ядовитые зубы в обидчиков!..»
«… тому, кто найдет мой дневник! Прошу! Прочитай и спаси наши народы! Я сотворила страшное по силе проклятье, которое обрушится на головы всех, кто имеет магию! За то, что магия помогла моему врагу обмануть моего любимого! С каждым поколением сила будет покидать магов и ведьм! Пока не иссякнет окончательно! Но есть условие! Магия вернется к тем волшебным существам, которые смирят свою гордыню и станут заключать союзы с оборотнями! Дети в таком союзе будут пробуждать уходящую магию! И не рухнут скрепы договора, и продлится действие проклятья, пока не появится на белый свет ведьма, которая полюбит оборотня всем своим сердцем и примет огромную магическую силу! Станет Верховной и волей своей отменит действие договора рабства!..»
Ксения закончила чтение и посмотрела на Макса:
— Значит, битва была не нужна? Можно было просто захотеть и дать свободу оборотням? — она истерически захохотала, закрыв лицо руками.
— Ну почему же… Если бы ты просто захотела и дала свободу оборотням, то тебя бы уничтожили члены Совета. А так… Получилось как нельзя лучше! — пожал плечами Глеб и покосился на Макса, который неверяще смотрел на Ксению и прокручивал в голове последние прочитанные ею слова. Те, что говорили о любви.
— Ну да, ну да… — Ксения прекратила смеяться и вытерла выступившие слезы. — Что будем делать дальше?
— Нужно созвать Совет и представить им доказательства, что вины оборотней нет в том, что магия стала уходить. Нет нужды в ненависти. Что необходимо подписать мирный договор, пресекающий попытки преследования и притеснения оборотней со стороны магов и ведьм.
— Согласна! Вожак! Чуть позднее обговорим все детали, согласуем действия и прочее, хорошо?
— Конечно! — ответил Макс и насторожился, недовольно проглотив готовый сорваться с губ вопрос, адресованный Верховной. Из комнатки, где спала волчица, раздался тихий стон.
Макс подошел к двери и осторожно ее приоткрыл. Вдруг дверь сотряс страшный удар, как будто что-то тяжелое врезалось в нее с той стороны. Макс с усилием удержал дверь и начал перевоплощаться. Не меняя полностью ипостась, он прорычал:
— Успокойся! Мы не причиним тебе вреда! — с этими словами он открыл полностью дверь, загородив проход, чтобы волчица не проскочила мимо него.
Прижавшись к противоположной входу стене, стояла ощерившаяся волчица. Даже сейчас, в истощенном виде, озлобленная, со вставшей дыбом шерстью на загривке, она была чудо как хороша! Глаза необычного синего цвета, розовая мочка носа, сморщившегося из-за оскала.
— Тихо, тихо, девочка! Я такой же, как ты! Видишь? — тихо рычал Макс и медленно, не сводя с нее глаз, шел к волчице.
Ее рычание становилось все тише и тише, пока не затихло совсем. Шерсть улеглась. Волчица села и жарко задышала. Потом прислушалась к себе, наклонив голову. И вдруг совсем по-девчоночьи всхлипнула. Макс отвернулся и крикнул:
— Дай покрывало!
Мия быстро схватила большое тонкое покрывало с кушетки, которая стояла в лаборатории, и бросила его Максу. Тот, так же отвернув в сторону морду, прошел в комнату и набросил его на волчицу, скрывая ее наготу.
— Накройся! И выходи! Не бойся! Ты спасена! Я Вожак! — с этими словами Макс вернул себе человеческий облик и прошел в лабораторию. — Мам, там, на кухне, кажется, бульон оставался…
— Да-да! Уже бегу! — откликнулась Мия и быстро вышла из помещения. Девчонка настороженно стояла в дверях, разглядывая собравшихся в подвале людей. Вскоре Мия вернулась с термокружкой в руках. От нее вкусно пахло куриным бульоном. Молоденькая девчонка, лет двадцати на вид, стояла, укутавшись в покрывало, и застенчиво выглядывала из-под нечесаных грязных волос.
— На! Пей понемногу! — Мия дала ей термокружку, и девчонка опять всхлипнула. — Ну-ну, не надо больше слез! Все будет хорошо! — заворковала Мия и спросила: — Как тебя зовут?
— Алиса! — девчонка вцепилась в кружку и едва сдержалась, чтобы не выпить все одним глотком. Ее глаза блеснули синевой.
— Ты прости, Алиса… Я знаю, тебе страшно, и ты хочешь отдохнуть и, как минимум, привести себя в порядок. Но нам необходима информация! — произнесла Ксения, чувствуя горечь на языке.
— Я… Я потерплю! Я сильная! — Алиса отпила глоток бульона и сгорбилась на кушетке, до которой ей заботливо помогла дойти Мия.
— Откуда ты? — спросила Ксения.
— Из лесной деревни. Мы не жили в зарегистрированных поселениях, — откликнулась Алиса.
— Твои родители? Можно им как-то позвонить?
— Да, у нас есть спутниковая связь для экстренных звонков, вот, — Алиса продиктовала номер, Макс понятливо кивнул, набрал номер на мобильнике и вышел из комнаты. Через несколько минут он вернулся и довольно произнес:
— Алису искали. Уже думали, что она погибла в лесу. Ее родители уже в пути. Скоро прибудут своим ходом, сказали, что так будет быстрее.
— Отлично! — Ксения улыбнулась, посмотрев на повеселевшую девчонку. — Пока твои родители мчатся сюда, ответь, пожалуйста, на несколько вопросов.
— Ага, — ответила Алиса и с жадностью допила бульон, с сожалением посмотрев на пустое донышко термокружки.
— Тебе пока нельзя много… Прости… — развела руками Мия. — Но я добавила туда укрепляющие травы, так что скоро ты поправишься!
Алиса сонно моргнула и зевнула.
— Погоди спать! Ты нам еще нужна! — со смехом позвала ее Ксения. — Потерпи немного! Как ты оказалась в особняке? Ты знаешь, чей он?
Алиса вздрогнула и ощерилась волчьими клыками.
— Его зовут Рихард! Это он меня туда привез! Он сказал, что такой красивой волчице нечего делать в лесу! Он обещал, что подарит мне много разных вещей! Что покажет мне прелести современного мира! — Алиса зарычала, длинные когти впились в покрывало. — Вот только единственным его подарком стал этот ошейник! Я успела обернуться волчицей, почуяв, что он какой-то лживый! А он сказал, что лучше бы мне стать снова человеком! Иначе, он меня убьет! Я попыталась на него броситься, но он очень сильный маг! Я не знаю как, он даже не трогал меня, но мне стало так страшно, что это парализовало меня! А он воспользовался моей слабостью и бросил меня в камеру! Посадил на цепь, как собаку! Оставил без еды и воды! — Алиса выкрикивала слова, и слезы злости чертили полоски на чумазом лице, которое стало вытягиваться в трансформации.
— Помни! Ты уже в безопасности! Но нам нужны доказательства, чтобы наказать Рихарда! Ты сможешь свидетельствовать против него?
— Да! — рявкнула Алиса, обнажив острые клыки. — Могла бы, сама загрызла!
— Кто-нибудь был в доме, кроме него?
— Я не уверена… Но он часто был на первом уровне под домом, разговаривал с кем-то. Было очень страшно! Повсюду наступали тьма и холод. Вокруг меня были шорохи, но я никогда никого не видела… Рихард и сам боялся своего собеседника! Я по запаху чуяла это! Он сильно боялся! И он что-то не хотел делать… а потом… он приходил и уговаривал меня обернуться человеком. Обещал, что моим мучениям придет конец. Но я держалась! Изо всех сил держалась! А потом… ко мне приходили кошмары… Эти глаза! Эти страшные змеиные глаза! — Алиса не выдержала, коротко взвыла и разревелась.
Ксения обняла девушку и шептала что-то успокаивающее. Вскоре Алиса затихла, согретая объятьями ведьмы. Волчьи черты медленно сползали с миловидного лица девушки.
— Он говорил, что ему от тебя нужно? — осторожно спросила Настя.
— Угу… Он говорил что-то про магию, которую нужно сохранить и преумножить. И что я должна быть благодарна, что меня выбрали с этой целью.
— Хорошо, что ты оставалась в облике волчицы, — зло выплюнул Демьян, а Макс скривился в отвращении.
— Вот как они сохранили свою магию! Твари! — Глеб не выдержал, вскочил со стула и гневно закружил по комнате, старательно скрывая жгучую боль, впившуюся ржавыми крючьями ему в сердце. — Наши догадки были верны! Так же, как и догадки о том, как выполнить условия. Пусть не без ошибок, но мы смогли это сделать!
Ксения мчалась на своем паркетнике, продумывая дальнейшие действия. За очередным поворотом она увидела черный автомобиль, стоящий на обочине. Присмотревшись, она узнала тот самый "Форд", преследовавший ее в городе. Ксения притормозила у машины, заглянула в салон, но там никого не было. «Случилось что-то», — подумала она и, не глуша мотор, вышла из машины. Почувствовала за спиной движение, обернулась и очутилась лицом к лицу с Рихардом.
— Ты? — Ксения отступила на шаг.
— Я! — ухмыльнулся Рихард. В его глазах было легкое безумие. Лицо белое. Капельки пота бисеринками выступили на лбу, несмотря на мороз.
— Что тебе нужно? — осторожно поинтересовалась Ксения, ища пути отступления.
— Твоя смерть! — Рихард оскалился и бросился к ведьме.
Ксения бросила ему под ноги заклятье, блондин поскользнулся на образовавшемся льду и упал на мгновенно ставший рыхлым снег. Он сразу же попытался подняться, загораживая путь к паркетнику Ксении, и она, недолго думая, рванула вверх по знакомой уже тропинке, ведущей к обрыву. За спиной раздалось хриплое дыхание бросившегося в погоню мага.
— Стой, ведьма! — распалялся он, преследуя ее.
— Ага! Щас! — ответила Ксения, бросила в него заклинание, увидела, что он уклонился, и прибавила ходу. Ей во что бы то ни было нужно было сохранить его живым для доказательства вины этой семейки. Будь ее воля, она бы его заморозила насмерть прямо сейчас.
Почти одновременно они вылетели на заснеженный уступ. Ксения остановилась почти на краю и обернулась. Рихард медленно шел к ней, видя, что ей деваться некуда, кроме как лететь вниз с обрыва.
— Постой! Не делай того, о чем пожалеешь! — выставила руку Ксения. — Давай поговорим!
— О чем? О том, что любое твое слово о том, что ты узнала, уничтожит мою семью? Меня?
— Кто-то еще жив, кроме тебя? Ты же говорил, что ты единственный наследник!
— Еще есть дед, — продолжая идти к ведьме, ответил Рихард. — И он намного! Повторюсь, намного опаснее тебя!
Ксения оглянулась через плечо, за спиной маячил самый край обрыва. Отступать было больше некуда.
— Смотри, как прелестно! — обвел рукой Рихард. — Мне даже не нужно прилагать ни капли усилий! Всего один шаг назад, и тебя нет! И никто! Никто не сможет обвинить меня хоть в чем-либо! Ты сама поднялась сюда! Ты сама сбросилась с обрыва! Ай-ай-ай! — притворно просюсюкал мужчина. — Бедная Верховная! Сорвалась с обрыва!.. Ну же! Давай!
Рихард захохотал безумным смехом, эхо его голоса отразилось от камней. Маг замолчал и уставился немигающим змеиным взглядом на Ксению. Она почувствовала, что необъяснимый ужас начинает сковывать ее тело. Желая выпутаться из липкой сети наваждения, она сделала крошечный шажок назад и покачнулась, чувствуя, как глубокая пропасть начинает тянуть ее к себе. Внезапно густые ветки елей расступились, и на снег шагнул огромный волк. Он угрожающе зарычал, оскалив белоснежные клыки. Шерсть вздыбилась на загривке. Рихард повернулся к новой цели, а Ксения, переборов жуткий навеянный страх, быстро переместилась в сторону от края обрыва. Волк, убедившись, что она в безопасности, напрягся всем телом и бросился на мага, лязгнув челюстями в попытке схватить его за горло. Ксения узнала в мохнатом звере того волка, что ластился к ней на этом самом обрыве не так давно.
— Не убивай его! Он нужен живым! — крикнула она волку, как будто дикий зверь может понять речь человека.
Рихард оскалился, подражая дикому зверю, и достал длинный кинжал, опасно блеснувший красным лезвием в лучах заходящего солнца. Волк с быстротой, едва уловимой человеческому взгляду, бросился на мага, зажал в тисках огромных челюстей левое плечо мужчины и вдруг пронзительно взвыл от боли. Клинок Рихарда погрузился в бок зверю по самую рукоять. Волк вздрогнул, его очертания поплыли, и на Рихарде повис всем телом Макс. Ксения вскрикнула, метнула в мага заклятье, тот снова поскользнулся и повалился на снег, выдернув кинжал из тела оборотня. Ксения запоздало сорвала кулон с шеи, и рядом с ней заревом вспыхнул переход, из которого тут же выскочили бойцы Глеба.
— Взять его! — крикнула она бойцам, указывая на Рихарда, и бросилась к лежащему на снегу Вожаку.
Макс посмотрел на Ксению замутненным взглядом, закрыл глаза и обмяк.
— МАКС! Макс! Посмотри на меня! Очнись! Ну, пожалуйста! Я же люблю тебя! Макс! Нет! Макс! — Ксения чуть не сорвала голос, тормошила оборотня, но он никак не реагировал.
Ксения резко повернулась к Рихарду, удерживаемому бойцами. И даже видавшие все на свете бойцы вздрогнули при виде бескровного лица Верховной, ее черных пустых глаз. Рихард презрительно скривился, и сплюнул кровь с разбитой губы:
— Так вот в кого влюбилась наша Верховная! А мы-то гадали! Кого из оборотней она почтила своим вниманием! Браво!
— Благодари судьбу, что пока ты должен жить! — глаза Ксении заволокло белой пеленой, и тело Рихарда начало покрываться инеем. Он стал синеть на глазах. Ужас отразился на его лице.
— Нет! Не надо! Я все расскажу! Не надо! Не надо! Это не я! Это все он! Это он виноват! Я все расскажу! — вдруг разрыдался маг, и Ксения с презрением отозвала свою силу. Та неохотно подчинилась.
— Уведите его! Заблокируйте магию! Посадите под замок! Лишнего не ломать! Он нужен мне живым! Его состояние здоровья меня мало волнует, — выдохнула она и с болью посмотрела на вытянувшееся тело Вожака. Бойцы кивнули, активировали амулет перехода и растворились в открывшемся портале.
Ксения скинула с себя шубку, рыдание вырвалось из груди ведьмы. Она подошла к Максу, накрыла его шубкой, села рядом и разревелась.
— Это стоило того, чтобы услышать от тебя правду, — донесся до нее слабый голос Вожака.
Ксения с недоверием уставилась на Макса, который лежал на снегу со счастливой улыбкой. Глаза ведьмы снова стало заливать белой пеленой.
— Ты! Как ты посмел! — она бросилась с кулачками на оборотня и стала бить его по груди.
— Ох! Ну и тяжелая у тебя рука! Ну, прекрати! Ксения! Хватит! — Макс засмеялся, тут же застонал от боли и попытался перехватить ее руку. — Я тоже тебя люблю, дурочка!
Ксения окинула взглядом зал, расположенный под особняком Главы Ковена. Сегодня он выглядел, как зал суда. Многочисленные стулья. Кафедра, ожидающая своего оратора. Огороженный участок, где за переливающейся пеленой защитного купола сидел свесивший голову Рихард. На его руках красовались широкие браслеты, по которым периодически пробегали искры. Одну половину зала занимали места члены Совета магов и другие представители магов и ведьм. На другой половине, косясь в сторону магов, рассаживались старосты поселений оборотней и представители их племени. Широкий коридор пустых мест образовался между представителями разных видов, и Ксения мрачно подумала, что будет очень сложно наладить отношения между ними. Сама она расположилась за столом чуть в стороне от кафедры. Рядом с ней на соседний стул опустился Вожак. Наконец, когда все заняли свои места, Ксения прошла к кафедре и начала говорить:
— Доброго всем дня, уважаемые гости! Сегодня мы здесь собрались ради того, чтобы пролить свет на некоторые тайны, которые тянулись из глубины веков. Представляю вашему вниманию рассказ очевидца тех событий! — она виновато взглянула на Макса и включила видео на проекторе. С ракурса, как будто снимали на маленькую камеру на уровне груди, была видна часть пещеры и старый слепой оборотень, который вещал историю.
Все, затаив дыхание, внимательно смотрели на экран. Наконец, после хаотичной съемки, которая получилась во время бегства из пещеры, запись прервалась.
— У нас с отцом давно зрели подозрения, что все не так просто с нашими отношениями с оборотнями и с нашей магией. Отец нашел в свое время древние свитки с обрывками информации, по кусочкам собирал разрозненные фрагменты, но вследствие обстоятельств, глубоко не изучал этот вопрос, сконцентрировавшись на условиях расторжения Договора, то есть на тексте пророчества. На экране представлены копии документов, взятых в нашем архиве. Вы сможете ознакомиться с ними лично после окончания нашей встречи. Подлинность и правдивость всех фактов, записей, речи и документов будет свидетельствовать наш уважаемый Архивариус. — Она кивнула в сторону древнего сухонького старичка, который заведовал архивом у магов и сидел сейчас неподалеку от кафедры.
Старичок глянул прищуренным взглядом поверх очков на длинном носе, важно кивнул и сложил костлявые руки на животе. Зрители молча кивнули, соглашаясь с Верховной. Этот старец мог дать фору любому находящемуся в зале магу. Он специализировался на истинности в любом ее проявлении. Но в силу вредного характера, не занимался этим по собственному желанию, чаще подталкивая искателей в нужном направлении. Но здесь и сейчас он был гарантом того, что все, что будет показано и рассказано в этом зале, будет проходить проверку на подлинность.
Ксения подошла к своему столу, взяла ящичек, отнесла его к кафедре, где была установлена камера, транслирующая происходящее на большой экран. Ведьма открыла ящичек. Начала выкладывать из него все предметы, попутно кратко рассказывая о них. Последним она вытащила свиток Договора, развернула его, показала его на камеру и отнесла на проверку Архивариусу. Тот хищно схватил переданный ему свиток и чуть ли не принюхался к нему. Поправил очки, развернул документ и вчитался. Понемногу его взгляд становился все более серьезным. Он несколько раз приподнимал очки, потом смотрел сквозь них и, наконец, вынес вердикт дребезжащим от старости голосом:
— Заявляю, что этот Договор является подлинным! Здесь действительно содержится два текста. Один из них — это договор союза, и виден он лишь ограниченному количеству существ. Тому, для кого он составлен, и тем, у кого хватает магии прочитать сокрытое. Другой документ гласит о том, что Вожак добровольно отдает себя и своих соплеменников в рабство магам и ведьмам на неопределенный срок. Говоря по существу, эти договоры оба истинные! Подписав их, Вожак вступил в союз со своей возлюбленной. И одновременно с этим продался в рабство. Поэтому данный договор не имел подлинной силы, рассчитанной на бесконечное количество времени, и был расторгнут после того, как условия расторжения были соблюдены! — торжествующе закончил он свою речь. — Ваша прапра и так далее бабушка проявила недюжинные знания в юриспруденции, хочу я вам сказать! — обратился он к Ксении. — Только благодаря этому, ну, и вашим, конечно же, с Вожаком усилиям, все случилось так, как должно было!
Ксения благодарно кивнула Архивариусу, который откинулся на спинку удобного кресла и сонно поглядывал на собравшихся участников. В зале пронеслись тихие шепотки. Оборотни с чувством превосходства поглядывали на испытывающих смущение магов и ведьм, которые столько лет ни во что не ставили вервольфов, считая их чуть ли не животными. Один из старост оскалился, но был тут же осажен гневным окриком Вожака. С видом прижавшего уши зверя, староста вжался в занимаемое им место и опустил голову в смирении. Верховная подождала, пока волнение в зале стихнет, и продолжила:
— Следуя полученным фактам, мы с Вожаком решили продолжить наши изыскания. И раз пути вели к семейству Шульц, представитель которого сейчас также присутствует здесь, с него мы и начали, отправив команду для получения любых сведений и доказательств в его особняк. Где и нашли много чего интересного, относящегося к этой истории.
Из зала раздались несколько недовольных голосов, которые говорили о несанкционированном проникновении в частную собственность мага. Ксения гневно раздула ноздри и возразила на эти слова:
— Если бы мы с самого начала собрали Совет, ушло бы много времени на изучение документов и выписки ордера на обыск! Да, мы поступили противозаконно, воспользовавшись своим положением, но! Благодаря нашим действиям были получены неопровержимые доказательства того, что именно Шульцы были замешаны во всей этой грязной истории! Благодаря нашим превентивным действиям, он не успел ничего скрыть. Более того, они были источником бед и скрывали настоящее положение вещей, не дав магии угаснуть только в своей семье! Жутким методом, хочу я сказать! И, чтобы не быть голословной, я хочу пригласить в зал свидетельницу их деяний! Алиса, детка, иди сюда!
Рихард немного помолчал, было видно, что ему трудно подобрать слова. Капельки пота заблестели на его лбу, он раздраженно их смахнул, попробовал открыть рот и начал задыхаться.
— Не могу!.. — выдохнул он со стоном. Его глаза расширились от ужаса.
— Что не можешь? — с подозрением спросила Верховная.
— Рассказать не могу, сразу горло удавкой сдавливает! — он удрученно опустил голову.
— Ну-ка, дай посмотрю! — она подошла к нему и тихонько присвистнула. — Ничего себе! Обезопасили себя! Действительно, стоит ограничение. Сейчас будет немного больно!
Рихард подобрался, бойцы придержали его за локти, а Ксения прижала руки к его голове. Маленькие искорки появились на кончиках ее пальцев и запутались в светлых волосах мага. Он стиснул зубы и глухо простонал. Ксения пошатнулась, отпустила его голову, а Рихард безвольно свалился на лавку. В наступившей тишине были слышны шепотки в зале. Через несколько минут Рихард открыл глаза, выпрямился, прислушался к себе, и на его лице заиграла слабая улыбка. Он отпил немного воды из предложенного стакана, скрестил руки на груди и начал говорить:
— Как вы уже знаете, история эта началась очень и очень давно… Рассказ о ней передавался в моей семье из поколения в поколение. Моя прапра и так далее бабка действительно была очень хитрой, изворотливой ведьмой, которая всеми возможными способами стремилась к власти, — подтвердил он слова древнего оборотня. — Однажды в гости к Главе Ковена того времени приехал иностранный гость, то ли налаживать международные связи, то ли обменяться опытом. Чего не знаю, того не знаю. И он был совершенно очарован нашей прапра, которая втайне от всех хранила свой самый главный секрет. У нее был слабенький дар внушения. Но даже его хватало для того, чтобы человек почувствовал симпатию и помогал ей в небольших просьбах. Правда, то ли узнав о ее стремлениях и гордыне, то ли еще по какой причине, иностранец отказался вступать с ней в союз, оставив напоминанием о себе лишь нашего прапра и так далее деда, дав ему свою фамилию и передав дар. А дар у него был очень интересный — иллюзии, совершенно новое для нашей глубинки. Наша прапра… бабка сразу же придумала ему применение, как только убедилась, что сын действительно унаследовал этот дар от отца-иностранца вдобавок к дару внушения, который достался от матери. Она всячески способствовала тому, чтобы ее сын и дети Главы Ковена стали проводить как можно больше времени друг с другом. Конечно, брак с дочерью Главы, на который она возлагала надежды, у ее сына не случился, видимо дар внушения был не слишком сильным на тот момент. Но зато впоследствии Шульц стал лучшим другом, а позднее Советником сына Главы, когда тот заступил на место отца. Подозреваю, что смена власти прошла не без помощи прабабки. Так потянулись годы. У Главы Ковена родилась дочь, которая выросла первой красавицей, к которой выстроилась очередь из женихов, когда пришло время. Шульц, воспитанный своей матерью таким же жадным до власти и хитрым магом, неоднократно предлагал Агате союз, но она высокомерно отказывала ему. И он затаил на нее зло, которое и вылилось в случившееся…
Рихард ненадолго замолчал. В зале стояла полнейшая тишина. Все ждали продолжения истории. А Ксению вдруг осенило — так вот почему она почувствовала легкую симпатию к Рихарду, когда он пришел к ней на приватную беседу! Внушение! Ну, конечно же! Обладая таким даром, можно спокойно продвигаться вверх по карьерной лестнице! Усиленный за многие столетия, этот дар действительно становился страшным оружием в руках враждебно настроенного мага! Именно этим даром в связке с иллюзиями он надеялся заставить Ксению шагнуть с обрыва! В это время Шульц продолжил повествование:
— Как ни пыталась Агата скрыть свой дневник, Шульц все-таки обнаружил его после ее смерти. Тогда еще никто не понял, что произошло. Но через несколько десятилетий стали рождаться дети, у которых не было магического дара, либо он был настолько слабым, что можно было забыть о его полноценном использовании. Маги и ведьмы запаниковали и связали данное событие с Договором, подумав, что это сработало триггером. Они озлобились на оборотней, вменяя им в вину происходящее. Так наши виды разошлись еще дальше, а позднее началась война. Оборотней изгоняли, уничтожали, пока они не скрылись глубоко в лесах. Периодически Глава Ковена показывал свою власть над ними, призывая их нитями Договора и устраивая показательные казни. Это было страшное время. Маги и ведьмы будто обезумели в своей ненависти, — при этих словах присутствующие в зале оборотни злобно зарычали, снова получив тягостные воспоминания о безумных в своей жестокости временах. Рихард вздрогнул, Архивариус хмуро качал головой, подтверждая, что все сказанное магом — правда.
— А потом наш прапрадед, видя, что маги начинают роптать и догадываться, что с Договором дело не чисто, и тут вмешалось какое-то проклятье, испугался, что правда может всплыть наружу, и сделал вид, что он нашел записки Агаты и передал их Главе Ковена. Естественно, текст был близок к истинному, но не давал полной информации, чтобы ей можно было воспользоваться для снятия проклятья. Но эта была зацепка. Многие маги и ведьмы пытались разгадать правильные условия, да-да, вы были не первые, кто захотел вернуть все к истокам. Но прапра был предусмотрителен. Он решил воспользоваться ситуацией и усилить свой род, чтобы завоевать главенство. Имея на руках инструкции, оставленные Агатой, он стал тайно вылавливать молодых оборотниц и заставлять их принять человеческий облик. Так он получал сильное магическое потомство, которое воспитывал в правильном ключе. К сожалению, чаще всего рождались либо оборотни, либо ведьмы, которых он сразу же уничтожал. В живых оставались только мальчики-маги, которых было очень мало. Да и они часто умирали по разным причинам, как бы он ни пытался сохранить им жизнь.
Ксения в отвращении слушала повествование. Макс все больше хмурился и волны оборота нет-нет да пробегали по его телу. Некоторые оборотни в зале перекинулись в звериный облик, вздыбили шерсть, и только стоящие вокруг Рихарда бойцы останавливали их от нападения. Маги и ведьмы злобно смотрели на Шульца, тихонько шевеля пальцами, как будто вот-вот бросят в него какое-то заклятье. Рихард втянул голову в плечи и испуганно выглядывал из-за спин бойцов. Верховная с Вожаком в очередной раз усмирили волнение, и Рихард продолжил повествование.
Через два часа самые сильные представители оборотней и магического сообщества собрались у ворот особняка Главы Ковена. Все излучали решительность и понимали, что, возможно, кто-то не сможет вернуться из этой поездки. Ксения окинула взглядом собравшихся, удовлетворенно кивнула и скомандовала рассаживаться по автомобилям. Кортеж из нескольких машин выехал за ворота и отправился к дому Рихарда. Сам Рихард ехал в машине Ксении, сжатый с обеих сторон бойцами Глеба. Отец Ксении, несмотря на уговоры дочери, в категорической форме заявил, что он поедет с ней, хочет она этого или нет. С ними напросились Мия и Светлана, у которых была достаточно сильная магия. Настя осталась с Мишей, открестившись, что ей хватило страшных ощущений, которые она испытала, пока искала доказательства причастности Шульцев в их доме. Макс приказал Демьяну остаться с Настей на всякий непредвиденный случай. Тот нехотя согласился, посадил Мишу в автомобиль, за рулем которого уже сидела встревоженная Настя, и они уехали в особняк оборотней.
Кортеж доехал до дома Шульцев и остановился полукругом на площадке перед ним. Небо было затянуто серой пеленой, тихо падал снег крупными хлопьями. Стояла гробовая тишина, и дом, как никогда, давил мрачностью и затаенной злобой. От него веяло склепом. Рихард с безнадежным взглядом взирал на свое родовое гнездо. Он понимал, что живым оттуда он уже не выйдет. Дед не стерпит предательства. Наверняка он уже почувствовал, что его поводок сорван с внука, и все получили доступ к скрываемой информации. Вздохнув, младший Шульц подошел к двери, открыл ее и махнул рукой, приглашая спутников пройти в дом. Одни оборотни и маги рассредоточились вокруг дома, другие столпились в холле. Закрылась дверь, отрезав их от внешнего мира, мигнул свет, и как будто какая-то тень пронеслась мимо незваных гостей. Все поежились от страха, переглянулись. Рихард, гулко сглотнув, повел их на первый уровень под домом. Некоторые оборотни не выдержали напряжения и перекинулись в волков, раскидав по пути разорванную оборотом одежду. Они навострили уши, принюхались и угрожающе заворчали, поглядывая на Вожака.
— Будьте начеку! — предупредил он, и настороженные люди рассредоточились по комнатам первого уровня. Рихард неуверенно подошел к одной из последних комнат, рядом с дверью которой был проход, ведущий вниз, в подвальное помещение, где, по словам Насти, она и обнаружила плененную Алису. Он набрал воздух, как будто перед погружением под воду, и опасливо приоткрыл дверь. За ней царила тьма. Такая густая, что ее можно было резать ножом.
— Предатель! — раздалось яростное шипение. — Как был слизняком, так и остался! Бесполезный кусок мяса!
Тьма вырвалась из комнаты, поглотила вскрикнувшего от боли Рихарда и затопила все окружающее пространство. Взвизгнули от страха оборотни, чертыхнулись маги, засветились алым огнем глаза Глеба. Он что-то прошептал, и тьма нехотя отступила, скрывшись в подвале. На полу с искаженным от смертельного ужаса лицом, вмиг поседевший, лежал Рихард. Ксения подошла к нему, тронула кончиком пальца и покачала головой.
— Он мертв.
— Он знал, на что шел. И знал, что в любом случае его ждет расплата, — жестко проговорил Глеб, напомнив всем, что не за красивые глаза он столько лет пробыл Главой Ковена.
Макс осторожно подошел к двери и заглянул внутрь. Там была анфилада из нескольких небольших комнат, в первой из которых прямо посередине стояло инвалидное кресло. Макс прошел внутрь, но никого не обнаружил. Вернулся к рядом расположенному проходу в подвал и начал спуск. Все проследовали за ним. Спустившись по лестнице, они оказались в большом помещении, в котором было несколько забранных решеткой небольших каменных мешков. В одном из них решетка была вырвана из пазов, и внутри клубилась тьма. Глеб растянул защитную сферу на всех присутствующих, а Ксения с Мией начали теснить зашипевшую от ярости тьму. Клочок за клочком она растворялась внутри камеры, пока перед общим взором не появился опирающийся на трость древний старик, одетый в мягкий пушистый домашний халат. Костлявые руки сжитмали рукоять трости. Тонкая кожа, покрытая пигментными пятнами, обтягивала череп с ввалившимися глазницами. Он стоял, чуть прищурив глаза от яркого света.
— Кажется, он слишком древний для того, чтобы быть просто дедом Рихарду, — прошептала Верховная отцу.
Старик при звуке ее голоса резко распахнул глаза, и все отшатнулись в ужасе. На них смотрел абсолютно бесчеловечный холодный немигающий взгляд огромной змеи. Старик шипяще рассмеялся и прислонился к каменной кладке стены.
— Неужели я собственными глазами вижу ту, что сломала все мои многовековые планы? — прошипел он и сделал крохотный шажок в сторону Ксении.
— Насколько многовековые? — ведьма стала осторожно выводить его на откровенный разговор.
— Ха-ха-ха! Это трусливое существо, по недоразумению бывшее моим внуком, не знало всей правды! — старик согнулся в злорадном хохоте и с тихим оханьем снова выпрямился, опираясь на трость обеими руками.
— Даже того, что он нам рассказал, хватает для того, чтобы уничтожить окончательно весь ваш род! — разозлилась Ксения, и ее магия стала подкрадываться к старику, инеем скользнув по каменному полу.
— А ты хочешь знать все? — старик уставился на Ксению гипнотизирующим взглядом.
— А ты хочешь мне поведать? — саркастично вскинула бровь Верховная.
— Почему бы и нет! Это же закон жанра! — мерзко хихикнул старик.
— Мы слушаем! — ответил вместо ведьмы Вожак.
Старик отсмеялся, поплотнее запахнул халат и переступил ногами в меховых тапочках.
— Ну, что ж… Внемлите мне! Ущербные! — он снова мерзко хихикнул и продолжил. — Моя мать была эталоном хитрости и жестокости! Да, вы не ослышались! Та ведьма, что окрутила иностранного мага, была моя мать! Хе-хе! Ее дара внушения оказалось достаточно для того, чтобы он поддался ее чарам. Она убила Шульца, как только удостоверилась, что понесла от него, так как он был против ее планов. А она испугалась, что он может раскрыть ее. Она обставила все, как будто иностранец ее бросил, и стала жалеемой всеми «жертвой»! Год за годом наша семья лелеяла надежду, что Глава Ковена лишится магии. Год за годом я оставался тенью за плечом Главы! Терпел его глупость! Направлял к нужным мне решениям! Его сестра отказала мне! Мне! Но я был терпелив! Я дождался, когда у Главы родится дочь и попытался заключить союз с ней! Но какая же она была гордячка! И такая же красавица! — глаза старика вспыхнули вожделением. — Но и она, вслед за своей теткой, посмела отказать мне! Да еще и спуталась со зверем! Но я был хитер! Я обманом добился заключения Договора рабства! И добился-таки своего! Она стала моей! Да только тот огонь, что горел в ней ради Вожака, потух рядом со мной, и мне достался лишь пепел! — он яростно застучал тростью по каменному полу. — Тогда я соврал ей, что Вожак сдох в бою! Думал, что это заставит ее забыть о нем и принадлежать мне! Но она оказалась изворотливее меня! Выкрала Договор, изучила его и передала оборотням! И на его основании сплела проклятье такой силы, что оно, подпитанное ее смертью, пересилило действие Договора! Нужно было только соблюсти ряд условий… Она пыталась скрыть свой дневник от меня! Ха! Не вышло! А позже я подкинул пару ничего не значащих записок в архив и долго наблюдал, как маги и ведьмы бьются над решением проблемы!!! — старик зашелся в хохоте, эхо которого отразилось от каменных стен.
— Зачем тебе все это было нужно? — спросил Вожак.
— Как это зачем? — в изумлении уставился на него старик. — Я хотел безграничной власти! Власти над магами и ведьмами, власти над оборотнями! Год за годом мы усиливали свою мощь! За счет этих животных! — он с омерзением выплюнул эти слова. — Вы! Жалкие лишенцы! Вы должны были стать рабами нашей семьи!
Насупившись, все слушали его полную безумия речь. Глеб смотрел, не мигая, на старика и, казалось, что тень узнавания мелькнула в его глазах. Старик заметил пытливый взгляд Глеба и захихикал:
— И, конечно же, я не мог позволить, чтобы хоть кто-то догадался о малейшей возможности, как обойти действие проклятья! Тебе не кажется, Глеб, что ты знаешь меня! Я был незаметной тенью в Совете Ковена во время правления твоего отца. И это именно я проследил за тобой, заметив частые отлучки в лес. И это именно я сообщил о твоих шашнях с волчицей твоему отцу! — он упивался удовольствием, которое принесли ему эти слова.
— Так это был ты! — взревел Глеб, тень его магии выросла за спиной, сверкая алыми всполохами глаз, готовая в любой момент покарать обидчика. Глеб почувствовал жгучую боль в области сердца, которая распалилась в груди, как костер.
— Да! Это был я! Все это время это был я! Я! Я! — старик запрокинул голову и зашелся в безумном хохоте.
Глеб, потеряв голову от ненависти, вышел за пределы защитной сферы и вскинул руки, на кончиках пальцев сверкнули искрами заклинания. Слепая ярость затмила разум бывшего Главы Ковена. Старик прекратил смеяться и с нереальной для его дряхлого тела скоростью скользнул к Глебу. Из тела старика мгновенно вышла непроглядная тьма и полностью поглотила Глеба.
— Отец! Нет! — вскрикнула в безумном страхе Ксения.
— Анечка! Любимая! — послышался счастливый возглас Глеба, и тьма сыто отползла от его тела, лежащего на каменном полу. На лице Глеба застыла счастливая улыбка. Сердце старого мага не выдержало видения любви всей его жизни и, наконец, неровно стукнув пару раз, остановилось…
— Глеб! — Мия бросилась было к нему, но ее с трудом удержали бойцы. Злые слезы потоком ринулись из ее глаз.
— ПАПА! — страшно закричала Светлана, и ее глаза затопила тьма. Старик, вдруг что-то почуяв, метнулся в одну из камер. Ксения бросила в него заклятье, и его ноги намертво примерзли к полу. Он зашипел от ярости. Тьма стала щупальцами выползать из него. Светлана замерла, к чему-то прислушалась, хищно ухмыльнулась и тихо, но веско сказала одно короткое слово:
— Фас!
Из глубины подвала дыхнуло непереносимым смрадом гниющей плоти. В некоторых камерах зашевелилась каменная кладка, вспучилась, и из-под нее стали выползать старые кости и двигаться в сторону старика. В одной из камер шевельнулась слежавшаяся солома, и из-под нее вылез полуразложившийся скелет оборотня в форме полузверя-получеловека. Его, точнее ее, глаза светились болотными огнями. Скелет повел головой с остатками шкуры черного цвета и ощерился страшными зубами. Старик тонко завизжал и попытался сдвинуться с места, но сила Верховной надёжно приморозила его к полу. Останки оборотницы медленно и неумолимо приближались к старику, распространяя волны непереносимой вони и ужаса. Наконец, она дошла до старика, обдала его зловонным дыханием, немного постояла, как будто примеряясь. Старик замер, как кролик перед очами змеи и тонко, на одной ноте визжал. Страшные челюсти скелета вонзились в лысый череп старика. Непрекращающийся визг оборвался. Особо впечатлительные представители оборотней и магов отвернулись от мерзкого зрелища, кого-то стошнило. Оборотница все сжимала челюсти, пока они полностью не сомкнулись.
Светлана стояла с отрешенным видом, только тьма плескалась у нее в глазах. Вдруг она пошатнулась, чернота в глазах стала бледнеть, пока не сконцентрировалась тонким ободком вокруг темной радужки, и девушка начала медленно падать. Ее подхватил на руки рядом стоящий оборотень. Светлана что-то неразборчиво прошептала и потеряла сознание. Призванные ей существа стали разваливаться с лёгким костяным перестуком. Последним развалился скелет оборотницы, так и не разжавший могучих челюстей. Вместе со стариком они свалились одной неопрятной кучей. Через мгновение тело старика почернело и осыпалось крупными хлопьями.
9 лет спустя.
Ксения поправила копну смоляных волос, которые с недавнего времени перестала заплетать в тонкие косички. Подмигнула своему изображению и погладила обтянутый тканью делового костюма аккуратный животик. В дверь спальни постучали.
— Да?
— Это я! — в комнату прошла молодая ведьма с такой же копной кудрявых черных волос и такими же черными глазами.
— О! Светик! Привет-привет! Ты уже приехала? Я так рада! — Ксения обняла сестру. — Ну, рассказывай!
— Да что рассказывать-то? — Светлана развела руками и уселась в глубокое кресло.
— Как Мия? Мы столько лет не виделись… — печально ответила Ксения и пристроилась обратно на пуфик у дамского столика.
— О! Мама просто зверствует! После бэби-бума появилось очень много магически одаренных детей. Почти одновременно! Представляешь, сколько они уже успели натворить? — засмеялась Светлана. — У мамы и других ведьм, у которых с тех времен сохранилась магия, просто рук не хватает, чтобы обучить и направить в нужное русло молодое поколение!
— Представляю! — хихикнула Верховная. — Как Настя с Демьяном?
— Эта парочка тоже не дает никому покоя! Лучшая пара боевиков! Столько конфликтов за все годы смогли разрешить между оборотнями и магическим обществом! Да ты и сама об этом знаешь! Это ведь вы вместе создали новое подразделение, чтобы разнести вести о случившемся, следить и разгребать последствия!
— Ну да, ну да! Их сынок недалеко отошел от шебутных родителей! Наводит шороху у меня в особняке вместе с моими сыновьями, когда его родители отправляются в очередную командировку! Я о другом! — Ксения игриво подмигнула. — Настя же в последнее время не слишком мобильна!
— А! Ты об этом? Она тебе еще не сообщила? Настя сегодня ночью родила! Двойню! Причем сын — оборотень, а дочка — ведьма! Представляешь! Представляешь?
— Невероятно! — в удивлении распахнула глаза Ксения и тут же обиделась. — Вот так подруга! Даже смс не написала!
— А ты телефон проверь! — Светлана кивнула на смартфон.
Ксения повертела гаджет в руках, покраснела, отключила режим самолета и принялась быстро просматривать сообщения.
— Моя вина! Я так хотела спать, что наплевала на все и отключила телефон! А у тебя как дела? — Ксения поставила напоминание позвонить подруге и отложила смартфон.
— Да как… — Светлана криво улыбнулась. — После той вспышки у меня произошло выгорание источника, ты же знаешь… Он с недавних пор начал восстанавливаться. Возможно, помогла моя жизнь вдали от цивилизации. Сама же знаешь, как природа стимулирует нашу магию. Но пока я могу призвать существо не больше жука по размеру… Зато детям весело! Когда засохший таракан вдруг начинает бегать по столу матери во время занятий! — на этих словах она расхохоталась.
— Ну и ладно! Не столь прекрасен этот дар, — Верховная непритворно поежилась.
— И не говори! Как вспомню… Это было то еще зрелище…
Девушки ненадолго замолчали, погрузившись в воспоминания, на их глазах заблестели слезы.
— Он до конца любил ее… Представляешь? — шмыгнула покрасневшим носом Верховная.
— Да…
— Что за потоп? — раздался голос входящего в комнату Макса. Он подошел к Верховной и поцеловал ее в макушку.
— Воспоминания одолели, — с любовью в глазах ответила Ксения.
— Понимаю… Сегодня девять лет, как все это случилось…
— Где мои племяши? — утерев слезы, спросила Светлана.
— Ждут любимую тетушку, точнее подарки, которыми она их балует! — хохотнул Макс. — Они в саду, позвать?
— Нет! Я сама их найду! Кого ждете на этот раз? Еще пушистых хвостиков? — она подмигнула сестре.
— Нет, — Ксения опять погладила животик. — На этот раз это ведьма!
— Ну, наконец-то! Все, не скучайте! Когда прибытие гостей?
— Я думаю, где-то через пару часов, — глянул на часы Макс. — Можем пока дышать свободно!
— Отлично! — Светлана соскочила с кресла и быстро прошла к двери. — Увидимся через пару часов!
Вожак нежно обнял прижавшуюся к нему Верховную. Они были вместе. Счастливы. Несмотря на то горе, что длилось веками. Жизнь налаживалась. Все больше появлялось на свет одаренных детей, и все больше было смешанных браков. Желание Агаты, Глеба, Анечки, Мии и всех, кто пострадал от действий семейки Шульц, исполнилось.
Конец.
Вот и закончилась история Макса и Ксении. А, может быть, это была история Агаты и Ярого? Или Глеба и Мии? Безумно грустно расставаться с героями моего романа. Это моя первая книга, и эмоции как никогда сильные… Было такое ощущение, что я подглядывала за их жизнью и приключениями сквозь небольшое окно, открывшееся ненадолго… Спасибо вам, что были с героями до конца! Переживали за них! Надеюсь, роман вам понравился, и буду рада видеть вас в числе читателей моих будущих произведений. На страничке «ВКонтакте» вы можете посмотреть визуалы к истории, узнать актуальные новости и просто поболтать!