Глава 1 Лютый враг

— Стой! Стой, я тебе говорю! — кричу белобрысой макушке, покусившейся на самое ценное, что у меня было.

Ну, что за напасть такая⁈ Впервые в жизни я, сирота без имени и права голоса, решила пойти против правил, впервые в жизни решила сделать что-то для себя, и вот во что вляпалась!

Теперь моя жизнь зависит от мальчишки, который украл мой узелок и побежал через всю городскую площадь.

Тьма меня дернула остановится возле барда. Каждый и так знает о страшной войне между магами и ненавистными мерзавцами-драконами. Но нет, я остановилась послушать, а теперь бегу через всю площадь за юрким мальчишкой, шмыгающим меж сиреневых и оранжевых пышных юбок.

Я обязана его поймать. Должна! Иначе… Никто не знает, что я существую, и никто не узнает, если исчезну. Ведь я — Зеркало. А точнее точная копия принцессы, сирота без имени и права голоса, тайно запертая в секретном крыле замка, и если моя сегодняшняя вылазка раскроется… надзиратель убьет и глазом не моргнет. А я жить хочу! Жить! По-настоящему!

— А ну верни, воришка! — выкрикиваю еще раз, едва ушлый мальчишка сворачивает за угол старого здания.

Бросаюсь со всех ног следом, но тут же больно бьюсь головой в какой-то твердый упругий предмет. Меня откидывает назад так, что не могу устоять на ногах, но мощная рука ловит меня за талию и притягивает к мощному торсу.

Вздрагиваю я, когда понимаю, на что… то есть, на кого налетела.

Незнакомец. Мужчина. Такой высокий, что мне приходится запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо.

О, Иная, умеешь ты творить свои создания.

Молод. Красив. Серые, будто серебряные волосы, обжигающие пристальным взглядом глаза, острый подбородок. Кажется, у меня отвисает челюсть, при виде него.

О, стыд! Да я совсем с ума сошла так его разглядывать, когда у меня жизнь на кону?Мне мальчишку нужно догнать!

— Пусти! — тут же рыпаюсь.

Но незнакомец и не думает отпускать.

— Твое? — спрашивает он, и я перевожу взгляд с его нагловатой, самодовольной ухмылки на скромный зеленый мешочек, которым он машет свободной рукой у моего лица.

Мой узелок!

Незнакомец забрал его у воришки?

— Спасибо! — спешно беру пропажу, и тут же спешу отстраниться, но юбка цепляется за металлические выступы на темно-синих брюках незнакомца.

Золотая вышивка? Что за фасон? Я конечно мало что знаю о внешнем мире, но из рассказов, да и по тому что видела, пока избрражала принцессу на выходах, отлично помню, что в Инзании такое не носят. Он иностранец?

— Простите! — смущенно мямлю я, пытаюсь отцепить юбку, но пальцы дрожат от волнения.

— Инзаинийске барышни все такие впечатлительные? — заполняет ушные перепонки его низкий, пробирающийся прямо под кожу голос.

Незнакомец касается моих пальцев, чтобы высвободить из них платье, которое я практически разодрала в отчаянных попытках отцепить, и я вздрагиваю. По телу пробегает странная волна, вызывающая целый ряд мурашек, и я спешу выдернуть руку и прижать её к груди.

Кидаю на незнакомца испуганный взгляд и спешу посторониться, но он одним движением ловит меня за запястье и возвращает к себе.

Вот это наглость! Неслыханно!

Зрачки серых, будто светящихся темно-серых глаз вдруг превращаются в две тонкие вертикальные полоски, и я чуть ли не подпрыгиваю.

Он — дракон⁈

Здесь⁈ В Инзании⁈ Наш лютый враг!

Инея спаси!

— Тихо! — приказывает он мне, прикладывая палец к моим губам…

И я столбенею.

Еще никогда не видела драконов так близко! Тем более такого красивого….

Да о чем это я⁈

Они же опасны! Они же враги!

Хочу закричать, но тут же морщусь, когда запястье, то самое, что не отпускает незнакомец, начинает гореть, будто по нему прошлись раскаленным углем.

— Ай! — корчусь я, выхватывая руку и тут же получаю от дракона подозрительный взгляд.

Пячусь так быстро, как только могу. А этот… чешуйчатый решительно ступает ко мне, вынуждая упереться спиной в кирпичную неровную стену.

— Ваше Высочество! — раздается со стороны громкий голос. Это к кому?

Чужеземец на секунду отвлекается, и этого мне достаточно, чтобы проскользнуть между ним и стеной, и я, что есть сил, бегу прочь. Даже не оглядываюсь, чтобы не потерять драгоценные секунды.

Останавливаюсь, лишь когда дохожу до площади, и теряюсь среди людей. Хочу перевести дух, но в голове будто бубен стучит. Дракон! В наших землях настоящий дракон! Это же уму непостижимо!

И что делать? Страже доложить? Но если узнают, что я сбежала из своей клетки….

Эдэрх меня за ногу! Волосы! Мои рыжие локоны начинают расправляться и светлеть прямо на глазах, а это значит, что у меня не больше десяти минут, чтобы вернуться, иначе… конец!

Я пробегаю площадь и спешу во дворец, моля, чтобы иллюзия, задержалась хоть на минутку больше. Обгоняю очередь слуг, кидая невнятные извинения и бросаюсь к стражам.

Даю им именную табличку, ту самую, что хотел присвоить мальчишка, и дрожу, когда стражники с ног до головы осматривают меня. Да, табличка не моя, и портрет на ней не мой. Хотя своего истинного лица я почти и не помню… Я ведь просто копия…

— Проходи, — кивает высоченный истукан, и я влетаю внутрь.

Теперь бы до запретного сада добежать, а лучше — до своей кельи, но иллюзия тает прямо на ходу, а впереди толпа слуг.

Сворачиваю за угол и влетаю в спасительную дверь кухни. К счастью, тут пусто. Здесь ведь готовят не для господ, а для слуг, коей я и являюсь.

Точнее живой щит.

Разумеется, я не выбрала себе такую судьбу. Но кто меня спрашивал?

Оглядываю котелки, из которых валит густой пар, и тихо опускаясь на скамью. Вижу в отражении стекла себя. Точнее, не себя. Эти платиновые волосы, серые глаза и слегка вздернутый нос — вовсе не мои.

Так выглядит принцесса София, а свое настоящее лицо, я почти не помню с тех пор, как его раз и навсегда изменили восемь лет назад.

Забрали внешность, забрали свободу, отняли право на собственную жизнь.

Я тихонько вздыхаю. А в голове все еще стучит после всех этих приключений. Чуть не попалась. Да еще и дракон!

Мне ведь не показалось? Я точно видела, как его зрачки обратились в нити! Если так, то что враг-чужеземец делает в наших краях?

От одной лишь мысли о нем по телу снова мурашки, а запястье опять печет. Да что же это такое?

Опускаю взгляд на руку и тут же закрываю рот, чтобы не вскрикнуть. Это еще что такое? Что за серебряный завиток на запястье?

Этот дракон, что, меня проклял? А разве они так умеют?

Тогда пометил? Чтобы найти?

Какой в этом смысл⁈

Так, соберись, Бэль, нужно сообразить, как это свести. Если надзиратель увидит, если поймет, что я ходила в город…. Ой, мамочки. Даже думать об этом не хочу!

— Бездна! — раздается вопль и я тут же оборачиваюсь.

К счастью это Ситра, кухарка и моя единственная здесь подруга. Хотя, тут больше никого и нет. Только Зеркала, да пара доверенных слуг в запретном закутке дворца.

Ситра рыженькая с острым личиком и зелеными глазами. Именно ее внешность и я взяла (с ее согласия, конечно) чтобы впервые увидеть, что такое жизнь вне клетки.

Надо же, ингредиенты на этот эликсир я собирала целый год, а как все закончилось….

— Спасибо, — тяну ей именную табличку левой рукой, а правую руку прячу за спину. На всякий случай.

Стоит ли рассказать ей о драконе?

— Ну, как все прошло? — горят любопытством глаза Ситры, и только я решаю рассказать ей о том, кого встретила на наших землях, как в кухню влетает Серж, разнорабочий нашего тайного крыла.

— Дракон! — орет он так, что мы с кухаркой подскакиваем.

— Что?

— Во дворце дракон!

Как дракон? Тот дракон? Он, что, пошёл за мной прямо сюда?

Глава 2 Путь в Эдэрх

— С ума сошел? Какой дракон? — рычит Ситра, первой придя в себя, и хватает со стола тряпку, чтобы отхлестать помощника. — Не неси ерунды!

— Да правда это! Не веришь, сама пойди глянь! Там целая делегация из Эдэрха! — выпаливает Серж, уворачиваясь от побоев.

Так не один дракон, а много?

— Говорят, за принцессой пришли! — продолжает он, и Ситра, наконец, останавливается.

— За принцессой? — переспрашивает она и бросает на меня испуганный взгляд.

А что я?

Я тоже ничего не понимаю, и мне не менее страшно.

— Зачем им принцесса? — напрягаюсь я.

— Сам не понял. То ли в академию драконов ее забирают, то ли замуж за дракона выдают, — говорит он, и с каждым словом мне становится все хуже и хуже.

Разве королева отдаст свою ненаглядную доченьку драконам? Да София даже на балкон сама не выходит, все делаем мы, Зеркала!

Да, нет. Глупость!

Ее Высочество королева никогда не осмелился подсовывать драконам фальшивку. Это ведь международный скандал!

Так что, дыши, Бэль, дыши. Тебя никто никуда не отправит. А если отправят, то не тебя, а Ламею. Она ведь Зеркало номер один, а я — номер два.

— Зеркало! — раздается грозный хорошо знакомый голос, и я тут же вскакиваю и прячу руку с меткой за спину.

— Да, господин, — склоняю голову, а друзья и вовсе белеют в цвет стен при виде грозного мужины со шрамом на правой щеке.

Мой надзиратель. Тьюдо.

На вид ему лет тридцать пять, а взгляд такой, будто прожил тысячу лет и закостенел: безжизненный, пугающий, равнодушный.

— За мной, — сухо командует он.

Я бросаю испуганный взгляд на друзей и силой заставляю себя идти за надзирателем.

Тихо. Беспрекословно. В двух метрах от него. Как и положено.

С каждым шагом внутри все больше тревог. Ой, не к добру он сейчас явился.

— Зеркало, — обращается ко мне Тьюдо, будто у меня нет имени.

Хотя, о чем я говорю?

Мне не положено имя, мне не положено чувствовать себя человеком. Мое предназначение — умереть за принцессу.

По крайне мере, эту мысль вбивали мне в голову целых восемь лет.

Но вышло у них не очень. Я все еще хочу жить. Тайно. Тихо. Свободно. Как Бэль, а не как Зеркало!

— Готовься, — темнеют глаза надзирателя, и сжимаюсь в предчувствие чего-то плохого. — Ты отправляешься в Эдерх вместо принцессы.

Что? Я?

— В страну врагов?– тихо выдавливаю из себя, но Тьюдо злит даже это.

Зеркалам не положено сомневаться, протестовать и, кажется, вообще что-либо чувствовать. Либо в моем обучение были прорехи, либо со мной что-то не так, но я чувствую. И сейчас мне дико страшно!

— Ты, — давит он взглядом, я хочу спросить, а как же Ламея, она ведь лучше меня, но прикусываю язык, прекрасно помня правила.

— Вместе с тобой отправятся тридцать пять адептов и двенадцать сопровождающих. Они не будут знать о подмене. Никто не будет, — говорит Тьюдо.

Значит, дело только в обучении? А что же такое говорил Серж о замужестве с драконом? Он что-то перепутал? Но как мне спросить?

— Помни, один твой неверный шаг, одно неверное слово или даже жест может свести на нет все старания. Ты не просто София, ты воплощение всей Инзании в единственном лице. И если подведешь, то подставишь весь народ. Лучше умри. — требует Тьюдо, прожигая меня мрачным взглядом…

Нужно ответить, но как заставить себя говорить, когда внутри все дрожит?

— Умру за Инзанию, умру за принцессу, — отзываюсь я, и куратор скупо кивает и оставляет меня у дверей моей комнаты.

Толкаю ручку и вваливаюсь внутрь. Точно в тумане гляжу на свою клетку, где едва помещаются шкаф и кровать, а на узком крохотном окне решетка.

Я всегда хотела отсюда сбежать, но… не к драконам.

В голове всплывают десятки историй, которые я слушала от Ситры о том, что творили драконы в былые времена. Вряд ли они стали хоть на грамм цивилизованнее.

Зачем все это? Зачем Ее Высочеству понадобилось отдавать единственную дочь врагам? Это какой-то обмен?

Кто мне скажет? Кто я такая, чтобы задавать вопросы?

Тихо опускаюсь на кровать, матрас которой промялся настолько, будто сижу прямо на перекладинах. В груди больно. Мне страшно, но самое ужасное, что я понимаю — выбора нет.

Мне не сбежать из дворца. А даже если и удастся, меня найдут в два счета, и тогда точно конец.

А может, драконы не все плохие? Тот, за штаны которого зацепилось мое платье, выглядел вполне цивилизованным. Испугал меня конечно, но, вроде бы, зла не хотел. Так ведь?

Дракон…. Интересно, я его там встречу? Он ведь молод. Что, если тоже будет в этой академии?

Нет. Нельзя. Он ведь может узнать меня! Хотя, как? Я ведь под чужой личиной была. А если найдет по отметке?

Тут же смотрю на свое запястье и охаю от удивления.

Куда делся этот узор? Исчез? Сам по себе?

Что ж, хоть в этом мне повезло.

Откидываюсь на подушку, колющую кончиками перьев в шею, и гляжу в пожелтевший потолок, мучаясь одним вопросом: что меня ждет?

Неделя жутких тренировок и наказов. Неделя отчаяния и напрасных ожиданий, что королева передумает, и вот настало то самое страшное утро.

Я поправляю нежно-розовое платье, убираю за ухо светлый локон и покидаю комнату переодеваний. Отныне и на весь этот год я — София Ав-Ройре, и другой меня нет.

Никто не должен обнаружить подмену, иначе всему конец…

— А драконы то видные, — слышу разговоры слуг, пока жду Тьюдо.

Кажется, они меня не замечают.

— Тот, что в синем камзоле был такой красавчик, что взгляд не отвести, — хихикают они.

— Говорят, он королевских кровей, — добавляет первая и тут же хмурится. — Вот только странно, что служанку искал.

— Служанку? — переспрашивает вторая, и я замираю.

Уж не обо мне ли речь? Ведь я в город ходила как раз в одежде Ситры. А это одежда дворцовой служанки….

Да нет. Он бы не стал. Так ведь?

— Зеркало! — зовет меня Тьюдо, и я тут же вздрагиваю, а служанки тут же разбегаются. — Отправляемся.

Сегодня его темно-серую форму сменил прекрасный небесно-голубой костюм, присущий педагогам местной Академии Магии. Таковым господин Тьюдо и будет выглядеть в глазах драконов, которые уже наверняка ждут нас, выплевывая дым из ноздрей.

Я понимаю, зачем дипломатия и обмен нужны Инзании, но вопрос зачем это драконам — не даёт мне покоя. Что ж я иду не в разведку. Ей займутся другие, как я могу полагать, такие, как Тьюдо, а мне нужно просто играть свою роль до конца.

Надеюсь, этот конец настанет лет так в восемьдесят и уже на родине. Но что-то мне подсказывает, что все может закончиться раньше и очень печально.

Так, прочь такие мысли. Толку от них нет. Нужно собраться с духом.

У ворот нас уже ждет две дюжины самоходных повозок, который доставляют прямо на вокзал, где грузчики заклинаниями левитации уже грузят чемоданы. Вскользь бросаю взгляд в сторону остальных тридцати пяти адептов, но от силы вижу лишь несколько магов, включая рыженькую Дейру, и еще пару знакомых лиц из привилегированных семей, котоых мне представили до отправления.

Поймав на себе тяжелый взгляд своего фальшивого учителя, я тут же выпрямляю спину и смело иду в вагон. Ну как смело? Со стороны разве что. А внутри все так и трясется.

Мы ведь к драконам путь держим.

Да и Тьюдо называть фальшивым учителем было не совсем правильно. Какой-то период времени именно этот темноволосый, загорелый мужчина занимался воспитанием Зеркал, а потом его сменил другой уже седовласый господин — Жиро.

Ни к одному, ни к другому я не испытывала теплых чувств, в отличие от девчонок, желающих элементарной заботы и внимания, которых лишила их несправедливая жизнь, сделав сиротами.

Я, кстати, тоже не была в любимчиках.

А временами Тьюдо смотрел так, будто видел все мои мысли и знал, что они далеки от тех, что должны быть в пустой и преданной голове Зеркала. Но если он догадывался (в чем я почти не сомневаюсь) то опять появляется вопрос: почему я все еще на своем месте и почему именно мне позволили стать Софией?

Поезд останавливается на закате. Уходящее солнце окрашивает все вокруг в кроваво-алый цвет. Величественные деревья, вагоны, люди — все в момент становится единого тревожного оттенка.

В немой тишине мы толпой двигаемся по густой дикой траве к черте Холодного леса. Тропы здесь нет и быть не может, ибо ни один идиот не станет пересекать границу с землями драконов.

Даже ветер стихает, будто разделяя мои немые печали. И не только мои….

Никто… никто из нас не знает, чего ждать. Никто не грезит теплым приемом и красной дорожкой. Все идут будто на убой. Перед которым ждет мучительная пытка страхом.

Уши кутает тишина, разбавляемая топотом ног, тяжелым нервным дыханием и хлюпаньем носа. Последнее доносится от девчонки в черном чепчике — Дейры. И где-то в душе мне тоже хочется погоревать о своей судьбе, но нельзя…. Я ведь — София Ав-Ройре.

От мыслей отвлекает темнота, сгущающаяся отовсюду, ползущая туманом между стволов покрытых мхом деревьев и цепляющаяся за ноги. В пору бы включить люминесценцию, но кураторы продолжают вести нас во мраке, пока не редеет лес.

А после открывается вид на голый склон горы, выходящий прямо к обрыву, у которого висит в воздухе огромный черный корабль с кроваво-алыми парусами. Их яркий цвет заметен даже во тьме сгущающейся ночи.

А перед судном нас ждет дюжина… драконов. Дюжина наших всесильных врагов.

Глава 3 Тот дракон

Отдав нам команду ждать, делегация сопроводителей во главе с Тьюдо и Эльбо направляется к драконам.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть врагов во тьме, но едва ли различаю лица. Однако их стать и мощь за версту чувствую каждой клеточкой тела.

— На борт! — командует Эльбо, один из наших сопровождающих, и запускает в небо несколько светящихся серебристых шаров. Давно пора!

Один за другим мы смиренно шагам к трапу, и когда приходит моя очередь, пальцы начинают дрожать так, что приходится вцепиться в юбку. Что ж, думаю, Софию трясло бы куда больше, окажись она в метре от настоящего дракона.

Однако, подходя все ближе, я понимаю, что внешне, по крайней мере в этой человеческой форме, господа чешуйчатые не сильно отличаются от нас. Разве что их глаза переливаются, как перламутровая жидкость, подсвеченная заклятием люминесценции изнутри.

Нас собирают на палубе, проводят инструктаж, уделяя особое внимание нахождению в непосредственной близости от борта, и распределяют по каютам. Я, как и ожидается, оказываюсь в одной каюте с блондиночкой в черном чепчике. Дэйрой.

Фрейлины в академии драконов не положены, но ко мнее ее все равно приставили под видом соседки, которой я могу давать поручения. Она это знает и ждет, а я…

Сегодня не тот день, чтобы выполнять работу. Мне страшно, и потому пускаю взгляд в небо через крохотное оконце. Так и провожу целую ночь, сначала глядя на облака за пузырем, объявившими корабль, а затем засыпаю.

Первое, что ощущаю по пробуждению — жуткую тошноту. Она карабкается из связавшись в тугой узел внутренностей прямо к горлу. Мой же соседке по каюте, куда хуже. Она вся позеленела.

— На палубу! Прибываем! — раздается громкий голос надзирателя, говорящего в магический рупор, а затем возня в коридоре.

Дейра помогает одеться, а затем мы выходим на палубу. Прохлада раннего утра проползает даже сквозь магический купол и кусает кожу. Но изнутри греет пылающий страх.

Адепты сбиваются в стайки, и будучи ещё вчера незнакомцами, сегодня чувствуют себя братьями и сестрами. А мне даже этого нельзя. Так и остаюсь стоять в стороне под пристальным взглядом Тьюдо.

— Иль-Тарз! — кричит кто-то из толпы, и все бегут к борту, чтобы разглядеть великолепие, воистину великолепие столицы. Все, кроме Софии, ведь ей нельзя так себя вести.

Тьюдо доволен. А я, тихо сгорая от любопытства и ругаюсь про себя.

Если полюбоваться столицей земель драконов не получается, то потерять дар речи от огромного возвышающегося восемью башнями замка мне удается полностью.

Даже дворец королевской семьи в Каде не идет в сравнение с этой величественной каменной громадиной — той самой Академией Драконов!

Ни ворот, ни заборов нет. Замок обнимает густой хвойный лес с двух сторон, с третьей — глубокое синее море, и лишь часть владений Академии соприкасается с каменной дорогой, идущей в город.

Что ж, если я умру здесь, то пусть мой пепел развеют со скалы над этим морем.

Нет. Так быстро не получится. Сначала пытки страхом!

И они вот-вот начнутся. Ведь у импровизированного порта, куда, пошатнувшись так сильно, что некоторые из адептов посыпались на дощатый пол, пристал наш корабль, уже ждет целая делегация, во главе с высоким, я бы сказала даже слишком высоким, и, судя по всему, самым важным мужчиной в темно-зеленом, почти чёрном, но переливающемся, точно чешуя, камзоле.

Ровное практически белое лицо не выдает никаких признаков эмоций, и от этого становится не по себе.

— Добро пожаловать в Иль-Тарз, люди! — гремит главный дракон в сверкающем фраке, и некоторые из нас едва заметно кривятся от непростительного обращения, но виду стараются не падать — не дома же.

Это в землях Инзании можно оскорбиться, если мага назовут обычным человеком, но для драконов что одни, что другие — пшик.

Меня же больше поражает не то, как к нам обратились, а то, что дракон использует инзанийское наречие, причем говорит совершенно без акцента.

— Я Рап Эль Диргар, ректор этой Академии, — от звука его баса по телу строевым шагом маршируют мурашки.

— С этого дня вы — мои подопечные. И за вашу безопасность на время пребывания на территории наших земель отвечаю я, — хорошо, что он начал с безопасности, а то большая часть прибывших, включая меня, уже надумала писать завещание. Хотя что мне завещать? Расческу? — Потому требую неукоснительного соблюдения правил. С ними и с последствиями их нарушений вас ознакомит профессор Резоль Ала-Сер.

Глаза, цвет которых я не могу определить даже сейчас, скользят к красной дамочке. Именно красной. Ее строгое давящее на объемные бока платье, пышная, собранная на затылке прическа и даже радужки темного красного оттенка.

— Чуть позже, а пока, — добавляет драконий ректор, возвращая внимание растерянных адептов к себе и поднимает вверх руки, а мы едва не пятимся, испугавшись, что сейчас они обратятся в крылья, и затем это существо нас всех зажарит на месте, но нет.

Вместо этого в воздух взлетают мелкие блестящие монеты. Значки! Они вертятся и переливаются в воздухе, завораживая взгляды. Медленно плывут к нам и цепляются тыльной стороной на одежду на груди каждого гостя.

Но восхищает не только блистательное шоу, а то, что ректор воспользовался магией даже не произнеся заклинание, словно прочел его в уме. Я слышала, что драконы так могут, но впервые вижу такое своими глазами. Воистину сила!

— Мы позаботились о том, чтобы языковой барьер не препятствовал вашему обучению и нахождению в стенах нашей Академии, и создали для вас магические переводчики. Вы сможете пользоваться ими сколько пожелаете, но все же взываю вас учить наш язык, — вовсе не «взывает», а обычным образом приказывает местный чешуйчатый и, надо сказать, пугающий до дрожи ректор.

Хотя, слова все-таки обнадеживают. Тех, кого собираются запечь до хрустящей корочки драконьим огнем, не станут просить учить новое наречие. Или станут?

— А сейчас следуйте за мной, — велит Рап Эль Диргар.

Что ж. Начало весьма неплохое. Без ковровой дорожки, но и вилок и ножей в руках-аля-лапах голодных драконов я не увидела. Остаётся надеяться, что и дальше все будет мирно.

Мы покорно следуем за статными, разодетыми в самые разные костюмы, а не как у нас единую светло-синюю униформу, профессорами и стараемся не споткнуться. А это не так просто, когда глаза то и дело цепляются, то за идеально ровный газон, то за цветные огромные клумбы, то за сад искусно подстриженных кустов, то за каменные статуи.

Да, в любви драконов к истинной форме сомневаться не стоит. Куда ни глянь — все воспевает их суть. Крылатые гиганты повсюду: и на той же цветной лужайке, и статуи в их форме и кусты. Много и… невероятно красиво, чего лукавить.

Умеют аборигены шиковать. Этому точно у них стоит поучиться.

Прекрасный, воистину огромный двор приводит нас к высоким дверям замка, и от одного щелчка господина Диргара они отворяются, открывая вид на огромный зал. Я бы с радостью разглядела интерьер этого места, если бы не сотни сверкающих разными цветами драконьих глаз.

Этот зал, даже залище, до отказа наполнен молодыми чешуйчатыми. То есть самой чешуи на них нет. Обычная человеческая кожа, но все же… это драконы, пусть в безобидной форме.

Сколько их здесь? Сто? Двести? Триста? Больше?

Я с трудом отрываю сердце от пятки, а пятку от пола, заставляя себя переступить порог. Кажется, я сейчас упаду либо от подскочившего давления, либо от того, что не могу заставить себя сделать вдох.

Вот так номер выдаст принцесса София. Умрет от страха в первый же день. Конец истории.

Нет. Нужно взять себя в руки. Хотя бы мне, раз уж оставшиеся 35 адептов побледнели до бела и дрожат как осиновые листья. Как бы не рванули отсюда с визгами.

Я человек, нет, я маг, пусть и не развивший силу по достоинству, и я не склоню голову перед теми, кто считает меня ошибкой эволюции. Даже если храбриться осталось недолго.

Крепко сжимая трясущиеся точно от блуждающего электричества пальцы в кулаки и расправив дрожащие плечи, я смелой поступью двигаюсь с процессией.

Проплываю под мерцающими взорами чешуйчатых адептов, я упорно стараюсь на них не смотреть. Опасаюсь, что какой-нибудь из взглядов выбьет меня из колеи, но так или иначе в поле зрения попадают лица.

Самые разные: бледные и загорелые, любопытные и скучающие, добрые и злые. И если бы не светящиеся радужки их глаз, то можно было представить себя новенькой, случайно попавшей в нашу Академию Магии в разгар семестра. Но, увы….

Есть еще кое-что интересное в драконах. Их волосы. Среди привычных мне русых, темных и блондинистых голов я замечаю самые разные оттенки.

Это мода и магия или естественный цвет? В конце концов, о драконах знаем мы не так уж много.

Решив, что налюбовалась чешуйчатыми сполна для первых минут пребывания, и только хочу отвести взгляд, как застываю, заметив пылающие темно-серые глаза в толпе….

Это Он! Тот драконий парень, на которого я наткнулась еще в Инзании!

Гоблины, почему запястье снова начинает печь? И почему он так смотрит, будто я у него козла украла? Он не мог узнать меня. Не мог же?

Глава 4 Странная соседка

По телу проходит волна мурашек от этого пронзающего взгляда. Незнакомец будто смотрит сквозь меня и видит мою маленькую, но смертельно опасную тайну.

Нет. Не может быть! Он ни за что не узнает меня. Я ведь была под иллюзией.

Я, конечно, слышала, что некоторые одаренные маги способны видеть сквозь нее, но он даже не окончил академию. Нужно выбросить эти опасные мысли из головы, пока сама не сдала себя нервным видом.

Что есть сил заставляю себя отвернуться от незнкомца и иду дальше, но спинной все еще ощущаю этот пристальный взгляд. А запястье, чтоб его, все еще жжет.

Наша процессия останавливается во втором просторном зале, где нас уже ждет две-три дюжины молоденьких драконов.

В отличие от тех, что глазели на нас пару минут назад, эти товарищи, кажется, при деле.

— Дорогие инзанийцы, — обращается к нам красная дама. Госпожа Резоль, если я не ошибаюсь. Резоль Ала-Сер.

Она улыбается, вот только ни в ее улыбке, ни в слове «дорогие» нет тепла. Точное оно есть, но слишком слащавое, чтобы принять за правду.

— Ваши занятия начнутся завтра, — голос звенит колокольчиком, высоким и тонким «ля», непривычно режущим слух. Но лучше так, чем холодный, почти ледяной бас ректора, прорезающийся прямо под кожу.

— Мы изучили программу обучения вашей Академии, взяли в расчет ваши физические особенности, чтобы создать наиболее приемлемую учебную программу, — началось. Маги — слабые, драконы — сильные. До сих пор не пойму, почему нас не истребили, когда была возможность, раз дело обстоит так?

— С расписанием занятий сможете ознакомиться уже в общежитии. Ваши комнаты подготовлены. Все необходимое для учебы найдете в своих сундуках. Сегодня вы можете отдохнуть, набраться сил или осмотреть Академию, — и полагающейся к ней чешуйчатых? Нет уж, спасибо. В комнате посижу.

— Наши адепты покажут вам все, что нужно, — заверяет женщина, указав рукой на тех самых юных драконов «при деле».

Незнакомцы смело шагают вперед, да так синхронно, словно стражи, и склоняют головы. Эдэрхское приветствие нравится мне больше, чем утомительные реверансы в Инзании.

— София, — зовет меня Тьюдо.

— Да, учитель.

— До ужина ты сама за себя. У драконов другие законы, которым мы должны следовать, ты помнишь, — предупреждает он, но я уже давно поняла, что сама за себя. Лет так… с рождения.

— Помню. Я буду осмотрительна, — обещаю ему, но требовательный, проникающий прямо в душу, куда никого не хотелось впускать, взгляд карих, благо человеческих, глаз выискивал в ответе подвох.

Марш никогда не верил мне. Или не верил никому. Но сейчас его недоверие вызывает лишь ответную зеркальную реакцию. А ведь нам стоило бы сплотиться на вражеской территории.

— Хорошо, — кивает он, окончив свои изыскания моих темных мыслей, и, кивнув, уходит в сторону скучковшихся возле драконов коллег.

— София Ав-Ройрэ? — звучит женский дружелюбный голосок.

На вид этой драконше столько же лет, сколько и мне — восемнадцать. Светлые, отливающие розовинкой волосы собраны в пышный пучок, а ровное круглое личико обрамляют две кудрявые, точно спиральки, пряди волос.

— Меня зовут Селена, — улыбается девушка. И, надо отметить, улыбка вроде настоящая. — Я сопровожу вас в общежитие и все покажу.

Слушая ее по дороге, я заглядываюсь то на огромные полотнища картин в громоздких золотых багетах, то на пол, выложенный из цветного камня мозаикой. То на огромные высокие с застроенной кверху аркой и подоконниками такой глубины как стол в моей каморке.

Интересно, в этом замке все стены такие толстые? Почему? Зимы здесь, вроде, не лютые. Тогда, все сделано в целях безопасности, чтобы какой-нибудь случайно вспыхнувший дракон не разнес тут все?

Кстати, о драконах и их размерах…. Судя по ширине и высоте коридоров, дверей и проемов, вспыльчивость местных обитателей точно учитывали при проектировании данной Академии. Нужно отдать должное, драконы весьма предусмотрительны.

А вот мы — нет, раз отправили 36 адептов и 12 сопроводителей к тем, кто может испепелить, случайно выйдя из себя. Нужно очень постараться, чтобы никого тут не взбесить.

А любопытных светящихся глаз, обращенных сейчас в нашу сторону, так много, что сложно сосчитать. Бедная Дейра, идущая с нами, сжимается в ком.

На лестнице, расходящейся книзу в две стороны, как змеиный язык, крылатых было поменьше, а когда, мы доходим на нужный этаж их и вовсе не видно.

— Этот этаж полупустой. По распоряжению рипт Ала-Сер маги будут проживать в некотором отдалении первое время, — объясняет Селена, прочитав вопросы по нашим все еще испуганным, но уже и уставшим лицам.

— Можно еще вопрос? — спрашиваю я, и блондинка отзывчиво кивает. — Ты назвала госпожу Ала-Сер «рипт», что это значит?

— Ох, ваш переводчик не улавливает некоторые термины. Это почти как «госпожа», но более уважительно. Так мы обращаемся к профессорам и знати. — сообщает Селена, доведя нас до огромных двустворчатых дверей.

Все внимание переключается на комнату: большую, просторную с такими же красивыми арочными окнами, одно из которых доходило прямо до пола, и, кажется, вело на… балкон?

От этой мысли перехватывает дыхание. Я столько раз смотрела снизу вверх на эти выступы, позволяющие выйти из комнаты прямо в невесомость, но испытать этого так и не довелось. Теперь шанс будет.

Отложив идею лететь сломя голову на балкон, что не подобает Софии, я учтиво благодарю Селену.

— Обращайтесь. Я одна из немногих, кто живет на этом этаже. Последняя дверь в другом конце коридора, — сообщает она свои координаты и уходит.

Только я шагнула, чтобы прикрыть за ней дверь, как девушка, не оборачиваясь, щелкает пальцами, и створка сама потянулась на положенное место.

Подумаешь. Маги так тоже умеют. Но не щелчком пальцев!

Хотя щелканье тут не при чем. Она мысленно произносит заклинания, а жестом только дает об этом знать. Чтобы неожиданности не было. Так ведь?

— Ну? — так и хочется спросить мне, глядя на новоиспеченную соседку, глазеющую то на меня, то на кровати, и не смеющую сделать выбор первой. — Какая нравится?

— Ч-что? — теряется Дэйра.

— Какую кровать выбираешь?

Юная Фиро с опаской смотрит на меня, затем на шикарные, таки царские ложи и робко указывает на одно из них.

— Отлично.

Решив не донимать ее, я концентрируюсь на разборе своих вещей, точнее вещей Софии. Развесив несколько платьев в просторный шкаф, изучаю расписание занятий, затем иду в душ.

Но вернувшись, вновь ощущаю это чувство неловкости от нахождения с напряженной Дэйрой в одной комнате. На балкон что ли выйти?

Не открывается. Странно.

— Мне сбегать и спросить у Селены? — предлагает соседка, но я решаю размяться сама.

В просторном каменном коридоре пусто. Миновав около десятка дверей, дохожу до последней комнаты и стучу.

— Да-да! — вылетает девушка, но вовсе не та розововолосая, которая нас сюда привела.

Это красивая, если не сказать прекрасная, драконша с темными, отливающими сливой волосами и сиреневыми искрящимися глазами. Она видит меня, и тут же хмурится, а ее взгляд обращается в обжигающий лед.

Глава 5 Замуж?

— Я искала Селену, — спокойно сообщаю под напористым взглядом незнакомки.

— София Ав-Ройрэ? — вместо ответа звучит вопрос, а затем девушка, еще раз изучив меня от макушки до пят и обратно, вдруг растворяется в улыбке.

Вполне натурально, однако я не спешу ей не верить.

— Это честь, Ваше Высочество, прошу, проходите, — щебечет драконица, открыв передо мной дверь настежь, а сама пробегает вглубь комнаты. Такой же большой и богатой, как наша.

— Я Листьера, — представляется она, закружившись у круглого стола с высоким хрустальным графином. — Листьера Ала-Сер.

Знакомая фамилия. Родственница кровавой дамы?

— Все верно, ритп Резоль моя двоюродная тетя, — добавляет драконша, заметив вопрос на моем лице.

Она наливает бледно-розовую жидкость в высокие стаканы так грациозно и легко, что даже София позавидовала бы ее изысканным манерам.

— Розовый отвар, — с такой же искусной обманчивой улыбкой протягивает мне напиток.

Беру исключительно из вежливости и любопытства. Не могу отделаться от чувства, что она что-то затеяла.

— Теплым он намного вкуснее, — добавляет брюнетка и тут же шепчет знакомое мне заклинание «Лиэто Жарис».

Стакан мигом теплеет в моей руке.

Выходит, не все драконы колдуют в уме? Или это специально, чтобы у меня челюсть не отвалилась, когда напиток вдруг ни с того, ни с сего нагреется?

— Спасибо, — отзываюсь я, но отпивать не планирую. Вряд ли кто-то рискнет убивать принцессу ядом, учитывая, каким скандалом это грозит, но все же…. Что-то с этой девушкой не так. — Подскажешь, где я могу найти Селену?

— Зачем она вам, Ваше Высочество?

— Дверь на балкон в нашей комнате запечатана. Хочу узнать, в чем дело.

— Не только в вашей. Все балконы заперты в первые недели обучения.

— Почему?

— Чтобы неповадно было летать, конечно же, — говорит она так, будто это очевидная вещь. Ну да, люди и маги только и сигают с балконов при первой возможности.

— И когда их откроют?

— После Церемонии Приобщения, — сообщает девушка, и немного изменившись в лице, шепотом добавляет. — Вы уже видели Его Высочество?

— Кого? — хмурюсь я, но разговор прерывает появление Селены в дверях комнаты.

Ее безмятежное лицо резко искажается страхом при виде меня и племянницы кровавой госпожи в одном помещении. Ого! В чем подвох?

— Что такое, Селена? — обращается брюнетка с натянутой улыбкой и прожигающим, предупреждающим взглядом.

Пить розовый, уже начинающий обжигать пальцы огнем отвар совсем расхотелось. Боже, почему напиток продолжает до сих пор набирать температуру? Вот-вот ошпарит пальцы. Заклинание ведь всего раз сказали.

Или еще несколько раз повторили про себя?

— Ай! — вскрикиваю, выронив стакан на прекрасный яркий ковер. Как же жаль такую тонкую работу, но мои пальцы…. Больно!

— Что? Обожглась? — беспокоится брюнетка, стараясь выглядеть искренне искренней. Однако мне кажется, что именно этого она и добивалась. Интересно, зачем? — Вы не остановили заклятие прогрева, Ваше Высочество?

— Я должна была его остановить?

То есть меня чуть не обварили, но виновата я сама?

— Конечно. Я ведь не знаю, какую температуру вы предпочитаете, — выкручивается брюнетка.

— Листьера, — едва слышно шипит на соседку Селена, но тут же сникает от одного короткого взгляда.

Точно так же, как сникают перед Софией ее подданные. Выходит, родственница рипт Резоль имеет тут какую-то власть?

— Прошу прощения, я не хотела, честно, — выдает брюнетка, и ее попытка казаться искренней портится из-за вырывающейся из-под контроля неприязни к моей персоне.

— Ничего. В следующий раз буду знать, что от вас можно ждать сюрпризы, — выдаю с такой же натянутой улыбкой, как и она, киваю Селене, и гордо держа осанку покидаю эту комнату.

А за спиной хлопает дверь. Громко. Слишком громко!

Вот так соседушка. Не зря она показалась мне подозрительной. Я ей не нравлюсь, и дело вовсе не в том, что я инзанийка. У нее ко мне совсем иная, пока еще непонятная мне претензия.

— Ваше Высочество! — раздается взволнованный голос Тьюдо. А говорил, что до ужина я его не увижу. Зря обнадежил.

— Что с твоим платьем? — соизмеряет взглядом подол, окропленный брызгами, и понижает голос. Ничего не ускользнет от острых темных глаз.

— Уронила розовый отвар.

— Уже заводишь знакомства с драконами?

Это хорошо или плохо?

— Вы ведь велели быть вежливой и учтивой.

— Но не нужно особо сближаться, — предупреждает «наставник».

— Поняла. Буду предельно осторожна.

— Отлично. А теперь давай отойдем. Есть разговор.

Плохое начало. Если Марш хочет уединенной беседы, значит новость может застать врасплох даже ту, кому не положено переживать эмоции….

— Сегодня за ужином тебя представят наследникам королевской семьи, — начинает он, отведя меня в закуток коридора. От его пронзительного взгляда и тихого, туманного голоса становится еще более тревожно.

— Хорошо. Я знаю, как себя вести, — уверяю я в очевидном.

— Хочу убедиться, что ты не отступишь от правил, что бы ни случилось.

Ох, не нравится мне все это.

— Разумеется, нет. — отвечаю я, а в голове прокручиваю, что при таком раскладе мне крышка.

А Тьюдо нервирует все больше своим молчанием. Косится на магический переводчик, прикрепленный на моей груди.

Думает, что у этой волшебной штучки вовсе не одно предназначение?

Поняв ход его мыслей, я киваю. Буду думать, что говорить, пока на мне эта вещица.

— А теперь главная новость. Мы хотели придержать ее до определенного времени, но слухи уже мало-помалу разошлись.

— Что за слухи? — напрягаюсь я.

— О вашей помолвке с Его Высочеством.

Что, простите?

Глава 6 Тот самый принц?

Так и знала, что эта поездка вовсе не ради обмена опытом, а прикрытие для каких-то более мерзких планов. И боюсь, помолвка Софии с драконом еще не конец.

Софии ведь? Не меня?

Интересно, а самой принцессе сказали бы об уготованной участи заранее или тоже же окатили бы ведром ледяной воды, когда бежать уже некуда?

— Ваше Высочество, — возвращает меня в реальность Тьюдо, и я смиренно киваю.

Надеюсь, он не прочел всех этих мыслей по моему лицу, как делал это обычно. Его дурацкая привычка хозяйничать в чужой голове (не в прямом смысле, а образно) дико раздражает.

Ой. Что это я? Зеркалам ведь не положено раздражаться.

— Ваш наказ принят, учитель, — слегка склоняю голову, стараясь выглядеть невозмутимой, а внутри зарождался нешуточный страх.

Еще бы, стать невестой дракона! Да это худший кошмар!

Я слышала тысячу историй тех времен, когда драконы брали в дань инзаниек, и что происходило с нашими женщинами, в случае если те доводили чешуйчатых мужчин до обращения в гневе.

Кто-то таял, как уголь, а кто-то выживал и оставался калекой на всю оставшуюся жизнь. Или до следующего приступа бешенства дракона. Слава Инее, в дань больше не отдают.

Хотя, Софию как раз таки отдали……

— Прекрасно, — сухо заявляет надзиратель, развернувшись на каблуке, идет прочь, а меня пробирает дрожью до кончиков пальцев.

Так трясет, что даже сжать кулаки толком не получается. Я с трудом отрываю налившиеся свинцом ноги и иду в комнату.

Дэйра наряжается, будто на выдан собралась, а мне, напротив, хочется завернуться одеяло или сигануть с того самого балкона, который запечатан.

Стук в дверь не позволяет фантазии разбушеваться. Стоявшие на пороге женщины из числа инзанийских кураторов входят в комнату, а следом за ними проплывают по воздуху огромные чемоданы.

— Ваше Высочество, нам приказано подготовить вас к выходу.

Приготовления к ужину занимают не больше полутора часа. Обычно меня это не утомляет, но сейчас измотало так, что хочется просто рухнуть и отключиться. Желательно, на целый год.

Но нет, спать нельзя и показывать усталость тоже. Эдэрх возьми, как тяжело быть особой королевской крови.

Ровно в половине седьмого у дверей, как и обещала, появляется Селена, а вместе с ней и Эльбо. Тьюдо не видно. Такой дружной драконо-магической делегацией мы шествуем по коридорам общежития.

Дорога к залу, где должен проходить приветственный ужин, лежит через двор. На улице уже темнеет, и потому дорожки освещают клубящиеся туманом огненные желтые шары, медленно блуждающие из стороны в сторону и прибивающиеся к тем, кто ближе, чтобы осветить их путь.

У самого входа в помещение, за которым по словам Селены, находится нужный нам обеденный зал (самый большой, на минуточку), стоит «красная дамочка». Однако теперь этот цвет отражают лишь сверкающие глаза и волосы, похожие на сушеную солому. А объемные бока скрадывает черное строгое платье с бордовыми вставками на рукавах и высоким до самого подбородка закрытым воротником.

— Прекрасно выглядите, Ваше Высочество, — выдает она, помня, что одна из адептов Инзании все же королевской крови.

— Благодарю госпожа… рипт Ала-Сер, — склоняю голову в легком кивке, как подобает местным традициям, и женщина из дипломатических соображений, но никак не по желанию, следует моему примеру.

Затем щелкает пальцами, и огромные двери распахиваются, открывая перед нами мраморный подиум с белыми балюстрадами на границе.

Подойдя к перилам, можно увидеть огромный светлый зал, заполненный ярко волосыми драконами, обращающими свои взгляды в нашу сторону.

— Идемте, принцесса, — шепчет Резоль, и я тут же, засунув испуг куда положено, выпрямляю и без того ровную спину и ступаю к лестнице.

Минуя одну ступень за другой и глядя вперед, думаю лишь о том, чтобы не упасть, хотя никогда не грешила неловкостью. Но мерцающие взгляды так нервируют, что ноги обращаются в вату.

Наконец, мы спускаемся в зал, где нас уже ждет ректор Диргар в безупречном на этот раз темно-синем фраке и Тьюдо по правую руку от него.

— Минуту внимания! — обращается Рап Эль к адептам, и все стихают в ту же секунду.

Толпа, с которой на первый взгляд не совладать и сотне профессоров, тут же послушно выпрямляется и обращает все внимание к ректору.

Что-что, а дисциплина у драконов на уровне.

— Дорогие адепты, позвольте представить вам новых учеников нашей Академии, приехавших из Инзании, — его длинная, точно крыло, рука указывает на ряды магов, выстроившихся у подножья огромной лестницы.

К ним же в последнюю секунду прибивается и Дэйра. А мне положено все это время стоять по другую сторону от своих «сородичей».

— А также Ее Высочество принцессу Софию Ав-Ройрэ.

Внимание моей королевской персоне и до этого было выше крыши, а теперь просто хочется сгинуть на месте. Но я учтиво склоняю голову. Стоило бы немного улыбнуться, но, кажется, вышел нервный оскал. Тьюдо шкуру сдерет живьем.

Яркая вспышка режет глаза, но испугаться я не успеваю. Драконьи фотографы не сильно отличаются от наших. Разве что их магия ослепляет куда сильнее. Но придется терпеть, ведь такое событие нельзя не пустить в прессу.

— Прошу вас показать нашим гостям радушие и гостеприимство, так как от их пребывания здесь зависит мир на землях Инзании и Великого Эдэрха, — продолжает как ни в чем не бывало ректор, пока мои глаза предательски слезятся после вспышки. — Вы здесь не только для того, чтобы постигнуть свою природную суть и обуздать магию, но, чтобы научиться отличать добро от зла, чтобы понять, что за каждым даже незначительным поступком наступает ответственность. В стенах нашей академии собрались лучшие из вас. Позвольте мне гордиться своими адептами!

— Да, рипт Диргар, — сказанный в унисон ответ не хуже клича стражей по строгой команде.

Будучи довольным дисциплиной, ректор взмахивает рукой позволяя всем занять места за длинными столами, до треска заваленными самыми разными блюдами. Один щелчок длинными острыми пальцами, сказанное в уме заклинание, и от блюд идет пар, нагревая еду изнутри. Надеюсь, Рап Эль остановит прогрев сам, не дожидаясь, когда кто-нибудь из драконов или инзанийцев опалит рот.

— Нам сюда, — подсказывает Ала-Сер и мы идем в сторону отдельно стоящего стола ректора.

Стульев я вижу восемь, но все они пустовали. А рядом стояли как на подбор три молодых сверкающих газами дракона.

— Позвольте представить, — обращает Диргар вовсе не ко мне, а к Тьюдо, выполняющего роль попечителя и представителя принцессы. — Его высочество принц Дар Эн и… — он обводит непонятного цвета глазами адептов, но видимо, не находит того, кого искал.

Зато я, кажется, разобралась, что не так с его радужкой. Она попросту меняет цвет, как хамелеон, от золотистого до серебристо-синего и обратно. Хотя не стоит вот так разглядывать глаза того, от кого мурашки по всему телу куда более рьяные, чем от недовольства Марша.

Уведя взгляд от ректора, я смотрю на представленного принца. Дарко.

Темные, как смоль волосы, кожа с бронзовым отливом и глаза — яркие, насыщенные бардовые как то вино.

И эти острые, но вовсе не злые глаза встречают меня весьма учтиво, вопреки ожиданиям встретить здесь зазнавшегося драконопринца, которому навязали в невесты букашку. Или не ему?

— Эмбер! — раздается голос ректора, и я понимаю, что он, наконец-то, обнаружил второго пропавшего наследника империи, и обнаруживаю в дверях сверкающее нечто.

Кипенно-белый костюм с золотым драконом поверх скрытого кармана на груди, черная рубашка, слегка приоткрытая на груди, намекающая на некоторое своеволие и отхождение от правил. К слову, Дарко застегнут на все пуговицы. Платиновые волосы, и темно-серые с блуждающим серебром светящиеся глаза, которые я отлично помню….

Тот самый второй принц?

Глава 7 Маленький взрыв

— Рипт Диргар, — кивает ректору тот самый дракон.

Он ведь принц? Странно, что они совершенно не похожи с Дар Эном.

— Ваши Высочества Эмбер, Дар Эн, позвольте представить: принцесса Инзании, Ее Высочество София Ав-Ройрэ, — услышав, как звучит «мое» имя, я делаю легкий реверанс, и Дар Эн согласно этикету учтиво кивает.

А вот сероглазый, как стоял с ледяным неприступным видом, так и стоит. Только прожигает взглядом так, что все внутри переворачивается.

Чего он так смотрит?

— Прошу, — щелкает пальцами ректор, и тяжелые стулья тут же отъезжают от стола.

Обивка выглядит мягкой, но мне кажется, что я села на иголки. Смотрю на лица присутствующих и не понимаю, кто нервирует больше.

Рап Эль Диргар — громадный, безусловно, могущественный дракон, в способностях и наблюдательности которого нет повода сомневаться. Если кто и раскроет обман с подменой — то он.

Тьюдо, с которым мы, по идее, на одной стороне, но это лишь до тех пор, пока я нужна его нанимателям. А господин Марш видит меня насквозь, по крайней мере, заставляет думать именно так.

Эмбер. Тут и говорить не нужно, что я раздраконила этого дракона, сама не знаю, чем. Надеюсь, не ему София предназначена в жены.

В самом деле, кому из этих двоих?

— София, Дар Эн, — обращается ректор, и его холодный тихий голос заползает под кожу. — Дата вашей помолвки еще не определена, но в середине месяца нужно будет предстать во дворце Его Величества для официального знакомства. А поскольку слухи уже расползлись, король приказал оповестить все печатные издания о своих намерениях уже на следующей неделе.

Взгляд невольно смещает к брюнету.

Значит, жених он? Не Эмбер?

Тогда почему второй злиться куда больше, чем сам заложник обстоятельств? Да-да, темное серебро становится еще чернее. Лучше не смотреть.

Буду смотреть в тарелку на искушающую ароматами еду. Аппетит мне даже предстоящая помолвка с крылатым не испортит.

Стараясь не выдать недюжинный голод, я отщипываю ножом кусочек чего-то отдаленно напоминающего креветку, по крайней мере, мне казалось, что эти морские гады выглядят именно так. Натыкаю это что-то на острые зубцы вилки и кладу на язык. Вкусно!

Без восторга, Бэль, без восторга. Ты — София.

Думаю, я держусь достойно. По крайней мере, Тьюдо доволен.

— Вы владеете магией, рипт София? — обращается ко мне ректор, и последний кусочек ужина так и застыл в горле.

— Разумеется. Иначе меня бы здесь не было, — учтиво улыбаюсь, когда внутри пробирает дрожь.

Я сижу за одним столом с драконами, говорю с ними, глядя в глаза. В нечеловеческие глаза, напоминающие своим завораживающим и одновременно жутким мерцанием, что за привычной оболочкой скрываются огнедышащие твари, способные растерзать меня, если что-то пойдет не так.

А еще этот сероглазый дракон. Почему он смотрит так пристально? Что я успела ему сделать?

А может не я, а настоящая София? Он ведь был в Инзании….

Но если они встречались, разные не нужно было меня предупредить о таком? Святая Инея, я сейчас рехнусь!

— Как вы можете догадаться, мы наводили справки. О вашей магии ходят противоречивые слухи, — говорит он, глядя на меня так, словно хвостом чует, что со мной дело нечисто.

Хотя причин сомневаться в себе я не давала, разве что драконьи шпионы что-нибудь выведали и доложили. Однако и им неоткуда взять информацию. Ведь кроме самой королевской семьи, Зеркала, то есть меня, и Тьюдо, никто не знает о подмене. По крайней мере, не должен знать. Это не та тайна, которой можно делиться.

— Одни говорят, что вы под стать самой Инее, другие, напротив, поговаривают, что магия не самая сильная ваша сторона.

В этот самым момент мне очень хочется глянуть на Тьюдо, чтобы понять, что ответить, но это будет слишком подозрительно.

— Думаю, по вашим меркам — второе, а по нашим — первое, — выкручиваюсь я. — Более точный ответ будет очевиден после посещения пары занятий Академии.

— Зачем же ждать? Покажете нам что-нибудь сейчас? — ректор откладывает вилку и пристально смотрит на меня.

В этот раз цвет не меняется, он застыл на переходе от голубого к синему. К его выжидающему взгляду подключаются и другие мерцающие глаза, включая моего нареченного жениха. Кажется, он единственный, что испытывает искренний интерес, а не попытку ко мне прицениться или в чем-то уличить.

— Что бы вы хотели увидеть? — спрашиваю я.

— Заклятие исчезновения, — неожиданно выдает Эмбер с равнодушным, нет! с опаляющим холодом взглядом.

— Эмбер, — осекают его сразу два дракона: ректор и Дарко.

Но принцу, кажется, плевать на их недовольство. И это неподчинение пугает. Я смотрю на Тьюдо, а тот в свою очередь с претензией на ректора.

— Тогда с вашего позволения, его продемонстрирую я. — выдает Эмбер, однако никакого заклинания не произносит. Просто преспокойно встает из-за стола и покидает нас, невзирая на чужое мнение.

Ого. Всегда хотела так сделать…. Даже завидую этому пугающему типу.

— Прости грубость моего брата, он не в себе в последние дни, — просит меня Дар Эн.

И нужно отметить, что говорит искренне.

— Все в порядке, — заверяю я, потому что накалять обстановку ни к чему.

— К слову, лучше зовите меня Дарко, как все. Так привычнее. Так что за магию вы покажете? — улыбается принц, оголяя идеально ровную полосу белоснежных зубов.

— Ваше Высочество, — вмешивается Тьюдо. — Думаю самым верным будет демонстрация света.

— Верно. Мое любимое, — лукавлю и тут же шепчу заветные слова, выученные как молитвы Инее.

«Люмикус» срабатывает моментально, и над нашим столом возникает светящееся всеми цветами радуги облако на нити, которую я держу.

— Ух ты! А нас такому не учили. Можно? — хвалит Дарко, и я едва я хочу передать ему эту самую нить, едва касаюсь случайно его пальцев, как облако вдруг ослепляет, а затем взрывается.

Что это? Так не должно быть!

Я бросаю испуганные глаза к Тьюдо, а Дарко к ректору.

— Что это было? — охает принц.

И все до одного взгляды, устремлены на мою дрожащую персону. А я… Я понятия не имею.

Стою в полном шоке.

Пусть в магии я не особо сильна, но абсолютно уверена что «Люмикус Перфекто» просто так не взрывается от случайного прикосновения, а при утрате концентрации должен сникнуть, как огонь резко задутой свечи.

Беспомощно перевожу взгляд на Тьюдо, потому что к такому повороту никак не была готова. Он ведь мой учитель.

— Думаю, Ее Высочество просто переволновалась, — выдавливает он улыбку, однако не только он меня изучил, но и я его.

Врет! Он сам не знает, что произошло. И пусть выглядит сейчас, как айсберг, но занервничал не меньше, а то и больше моего.

— Что ж, хорошо, что вы поступили к нам. Мы научим вас управлять своими силами даже в самых волнительных обстоятельствах, — заверяет ректор, выдавливая такую же натянутую улыбку, как у Тьюдо.

Он не поверил. Он в чем-то заподозрил меня.

До конца ужина сижу как на иголках. Даже кусок в горло не лезет. Ловлю на себя раз от раза пристальные взгляды. И только Дарко выглядит сейчас наименее пугающим.

Хочется залезть под стол или убежать, но мне можно лишь уйти, ровно держа спинку и голову. Что я и делаю. А затем, уже оказавшись в комнате, схожу с ума от мыслей в голове.

Думаю, не нужно ли было спросить Тьюдо, и тут же гоню эту идею прочь. Будь он мне другом — стоило бы, но он тот, кто избавиться от меня, если из полезной фальшивки я превращусь в проблемную и потенциально опасную.

Тогда как мне разобраться? Это ведь был не пустяк, судя по лицам драконов.

Что-то перенасытило мое заклинание, будто я впитала чужую мощь прикосновением и от этого моя собственная магия вышла из-под контроля. Но такого не бывает. Так ведь?

По крайней мере, я об этом никогда не слышала.

— Спишь? — шепчу я соседке, и Дэйра тут же принимает позицию сидя из позиции лежа.

— Нет, Ваше Высочество! — чуть ли не подпрыгивает в попытке выслужиться, а я ощущаю себя каким-то тираном, не позволяющей несчастной соседке даже отдохнуть ночью.

— Давай без этого, пожалуйста. Мы сейчас адепты, а значит, в большей степени равны, — хочу чтобы она прислушалась, иначе разговора у нас не получится.

— Как скажете, Ваше Высочество! — чуть ли не салютует.

Как об стенку горохом.

Вздыхаю. Дэйра немного притихает.

— Вы что-то хотели?

— Ты когда-нибудь слышала, чтобы один маг забирал магию другого?

— Опустошал⁈ — пугается она.

— Нет. Скорее немного подпитывался, — объясняю я, а затем, поглядев на значок магического переводчика на тумбочке, прячу его под подушку.

На всякий случай.

— Нет. Ничего подобного никогда не слышала, — заверяет Дэйра, а я раздосадованная ложусь обратно в кровать.

Да уж. Нашла у кого спрашивать. У первокурсницы-адепта. Она знает не больше меня. Тогда кто знает?

Тьюдо.

Но стоит ли идти на этот шаг?

Утро встречает ясной солнечной погодой. Спросонья даже забываю, что некоторых пор я живу в землях врагов. А вспомнив, тут же пытаюсь бодриться: нет худа без добра.

Это я к тому, что пусть я на чужом месте, на вражеской земле, зато у меня есть шанс, которого никто не предоставил бы в Инзании — шанс учится в Академии. Умывшись и приведя себя в порядок, выхожу в коридор.

Столкнувшись с парой драконов, прошипевших мне что-то похожее на «Рышив», понимаю, что забыла магический переводчик в комнате. Возвращаюсь за ним. Дэйра как раз окончила сборы, и на этот раз выходим мы вместе.

Внизу в холле собралась уже половина прибывших с нами адептов, и все они, уткнувшись в магические карты, обсуждают, куда идти.

«Первый учебный день. Все будет в порядке!» — Уверяю себя, но даже не подозреваю, насколько сильно я сейчас ошибаюсь….

Глава 8 Треугольник?

— Занятия у всех разные? — обращается к нашим Дэйра. Оказывается, она умеет говорить без дрожи в голосе.

— Угу, — кивает шатен, но увидев меня, тут же смолкает. Я кого-нибудь здесь не напрягаю? Чужие — враги, и свои — не близки.

— Суть обмена ведь в том, чтобы приспособиться, вот нас и разбивают, — тянет Сильвия, и заметив меня, тут же делает реверанс. — Доброе утро, Ваше Высочество.

— Доброе. Можете обращаться ко мне без лишних реверансов? Это сильно облегчит мне жизнь.

— Хорошо, если вам, в самом деле, этого хочется, — неуверенно тянет Стефан. Стефан Ло-сент, насколько я помню.

— Хочется, — заверяю я, и шатен улыбается.

Мы обсуждаем у кого какие занятия и дружным инзанийским коллективом выдвигаемся во двор, традиционно собирая сверкающие взгляды. По мере продвижения от нас отщепляются некоторые адепты, и до нужных дверей на втором этаже третьей башни нас доходит только семеро.

Я, Стефан и еще пять ребят, имен которых мне не полагается запоминать с первого раза. Кажется, одну из девушек зовут Люси, а парня Барак. Но я могу путать.

— Доброе утро, адепты! — влетает в кабинет коротенький, чересчур подвижный, будто заведенный, мужичок. — Меня зовут Астер Руг. Я восемнадцать лет преподаю историю в стенах нашей Академии. И сегодня впервые моими слушателями будут… люди! — он делает на этом слове такой акцент, что даже мне хочется подать голос и исправить на «маги».

— Все мы знаем, что каждое государство дает своим поданным ту историю, что удобна для него самого. Потому позвольте узнать, что вы знаете о нашем мироустройстве! — его глаза блеснули тысячей огоньков и замерли на девчонке в самом центре нашего ряда. — Назови свое имя, адепт!

— Люси…

— И так, Люсси! Расскажи нам о том, как образовались ныне существующие государства. Наши. Вкратце.

— Инзания была создана Святой Инеей, — робко мямлит Люси.

— А кто такая Инея? Ну же, остальные, подключайтесь!

— Получеловек-полудракон, — помогает Стефан.

Профессор кривится, и вместе с ним все остальные.

— Полудраконов не бывает, — заверяет профессор. — Но суть я понял. Да, Инея была дочерью дракона, Великого Эдэрха, и человеческой женщины Треи, она не ипостась, но получила нашу искру нашей магии, которой люди от природы никогда не имели. Кто такой Великий Эдэрх все знают?

Адепты охотно кивают, но рипт Руг все же решает рассказать подробнее.

— Испокон веков люди и драконы были врагами. Тогда в Кьяшьяре, так раньше назывался Эдэрх, главенствовали черные драконы, берущие свою силу у самой Тьмы, и потому несокрушимые. Пока, согласно легенде, один из золотых драконов, наш Великий Эдэрх, не сверг черную масть. Более того, он, вооружившись светом фениксов, запечатал рождение черночешуйчатых, тем самым даровав свободу не только своим сородичам, угнетенным тиранией, но и всему миру.

Эту часть истории я хорошо знаю. Именно черных драконов боялись все люди (магов тогда еще не было). Как сейчас выяснилось, и драконы тоже. Именно из-за черно чешуйчатых и случались все самые страшные вещи в мире. Они истребили многих.

Про Эдэрха нам тоже рассказывали. Для драконов он был героем, избавившим их земли от зла. Но для людей тогда не сильно все изменилось.

В какой-то период времени нас оставили в покое, пока сын Света наводил новые порядки в своей империи, однако через пару десятилетий сильнейшие мира сего стали требовать дань.

И не только нужные им ископаемые, но и юных дев, которых отправляли сюда кучами и никогда больше не видели и не слышали о них. Не сложно представить, что с ними тут происходило.

Потому Великий для всех драконов Эдэрх для нас таковым не являлся. И его имя, если уж говорить совсем открыто, даже использовалось как ругательство.

— В Эдэрхе устанавливались новые порядки и шли гонения приверженцев зла. Лишь спустя два века черная масть была уничтожена, а темная магия попала под запрет, — продолжает профессор. — По крайней мере, все так думали. Но Тьма не дремлет….

Он опять затаивает дыхание, а в глазах вспыхивает тот же опасный огонь.

— Так отвлеклись! Инея, не желая жить среди драконов, бежала к людям. Вместе с последователями скрылась у Мертвого моря, которое ныне зовется Вечным. Там и зародилась Инзания, которую населяли уже не только люди, но и маги. Знаете, что было дальше?

— Дальше драконам зачем-то понадобилась возрожденная магами земля, и они истребили половину Инзании, — выдает Стефан.

Последние слова звучат как вызов, и все в зале затихают и напрягаются. А профессор уж как-то слишком хитро улыбается.

— Верно, — кивает он. — К тому времени власть в Эдэрхе перешла к черной масти. Имя Рихессар вам о чем-нибудь говорит?

Драконы моментом вжимаются в спинки стульев. Почти не дышат.

— Понятно, — кивает профессор. — Пока все наивно считали Тьму поверженной, она нашла способ обойти печать Великого Эдерха. И Рихессар стал самым страшным носителем черной чешуи, тираном и настоящим безумцем, каких еще не видывал мир. Весь Эдэрх был в пепле, потому возникла необходимость в новых плодородных землях.

— В пропитанных кровью плодородных землях, — выдает Стефан.

Он что с ума сошел? Зачем он их злит?

Святая Инея, напомни Стефану про дипломатию и мировое соглашение! Тоже мне провокатор в панталонах!

— Не только вашей кровью, маг. — осаживает профессор. — К тому времени инзанийцы научились делать дальнострельное оружие, которое, будучи пропитанным магией, становилось смертоносным для драконов. Какой итог был у войны?

— Наше море и часть земель отошли во владения Эдэрха.

— Могло бы отойти больше, если бы не Сюрриш Золотой. Но об этом позже. А теперь разберем подробнее. С датами и именами с самого начала! — велит профессор, и с этого моменты начинается перечисление дат и имен.

Когда лекция заканчивается не чувствую ни рук ни ног, а живот прилипает к позвоночнику от голода.

Нашей небольшой делегацией решаем вместе отобедать, вот только мне не дает покоя чувство, будто кто-то сверлит меня взглядом.

Красивое острое лицо, черные со сливовым отливом волосы, сиреневые глаза. Листьера Ала-Сер. А рядом парочка подружек.

О чем они шепчутся и почему так на меня косятся?

Нет. Уже не только они, а все драконы, что стоят поблизости, замирают и начинают наблюдать. Будто чего-то выжидают. Чего?

— Дарко! — вдруг раздается в толпе, и я тут же оборачиваюсь.

Драконопринц? Точно он, идет сюда, замечает меня, замечает Листьеру, и на секунду замедляется, а напряжение теперь можно резать ножом.

Что здесь происходит⁈

Все будто ждут битвы, и Дарко все же решает подойти. Ко мне? К ней?

Глава 9 Провокации

Никто не дышит, наблюдая, как драконопринц медленно приближается ко мне.

— Доброго утра, Ваше Высочество, — его голос звучит мягко, на серьезном лице появляется легкая очаровательная улыбка.

— И вам, принц Эдерха, — отвечаю мягко, но все еще чувствую напряжение каждой клеточкой тела.

На нас все пялятся, а Листьера и вовсе испускает звук, похожий на фырканье. Едва перевожу на нее взгляд, чтобы в очередной раз наткнуться на надменность в ее лице, как Дарко вновь приковывает внимание к себе.

— Как вам первый день в Академии? — осведомляется он.

Учтив, воспитан, красив. Если бы еще не дракон, и не эта странная атмосфера, то я бы сейчас позавидовала Софии с таким-то женихом.

— Все хорошо. Спас…. — не успеваю окончить речь, как меня прерывает другой мужской голос.

— Дарко, — звучит из конца коридора, а внутри все дрожит, будто отзываясь на этот голос.

Голос, который я слышала лишь раз, но он словно ввинтился в память.

Эмбер!

И каждым шагом, что делает этот принц в нашу сторону, толпа не просто стихает, а будто желает слиться со стенами. Они его бояться? Или в чем тут дело?

Хотя вон так кучка девиц, что стоит с сердечками в глазах и беззвучно вдыхает, явно, выбивается из общества. Ого, такая кучка тут не одна….

— Эмбер, — отзывается Дарко с улыбкой.

А братец, кажется, понятия не имеет, что нужно сделать, чтобы кончики губ обрели менее пугающую и более располагающую к общению форму — улыбку.

— Мне тебя вечность ждать? Что ты тут возишься? — отчитывает пугающий принц.

Мда, небо и земля. Сколько претензии сколько нетерпения в голосе. И кажется, ему совсем плевать, что подумают о таком поведении остальные. А ведь наследникам пристало задавать тон, а не разрушать дисциплину. Одного воспитали, на второго нервов не хватило?

— Хотел поздороваться с Софией.

Серебряные холодные глаза следят за взглядом Дарко, и тут же вспыхивают, наткнувшись на меня.

Ну вот что я ему сделала-то? Откуда лед и пламя в одном взгляде?

— Адепты? Чего стоим⁈ — разрушает тишину звонкий голос рипт Ала-Сер, и волна драконов, и смешавшихся в их потоке инзанийцам, вливается в аудиторию, утягивая меня за собой.

Я и сама не прочь сбежать от пугающего ледяного принца, но даже когда сажусь за стол, а двери закрываются, все равно чувствую на себе тот пронзающий взгляд серых пасмурных глаз.

Что с ним не так?

— И так, адепты, что такое ментальная магия? — возвращает меня в реальность голос профессора. — Молчите? — заключает она, проводя по головам тяжелым взглядом, от которого хочется нырнуть под стол.

— Листьера, — обращается женщина, и я тут же оборачиваюсь назад.

Эта драконша села как раз с той стороны, где у меня раскалывался затылок. А вот когда встала, боль унялась.

— Магия бывает материальной и ментальной. Если первая направлена на воздействие на внешний осязаемый мир, то вторая работает на неосязаемом, духовном уровне, — выдает племянница рипт Ала-Сер.

— Верно. Ментальная магия направлена на то, чтобы сохранять баланс внутри нас. Особенно, вас, — Резоль стреляет взглядом в нашу иностранную шайку-лейку. — При использовании магии для воздействия на внешнюю среду мы используем энергию собственного тела. И если у нас, драконов, ее запас достаточно велик и восстанавливается за минуты, то людям… магам на восстановление требуется намного больше времени.

Вот так поистине ценные знания.

— Однако и мы с вами, друзья, — обращается уже к драконам. — Порой не рассчитываем силы и пользуемся ими безответственно. Кто-то пренебрегает концентрацией, растрачивая больше энергии, чем следует, а кто-то ленив настолько, что совершенно все делает магией. Пока вы молоды, вы не чувствуете, как энергия течет внутри. Вам кажется, что ее много и она бесконечна. Но нет. Не заботясь о ментальном состоянии сейчас, вы рискуете стать слабыми завтра.

— Просите, — раздается робкий голос из зала. — Разве с возрастом драконы не становятся сильнее?

— Становятся, как раз потому, что умеют правильно пользоваться энергией, накапливать и приумножать ее мощь. Только так можно стать воистину могущественным драконом и сильным магом. — сообщает она.

— Любое существо, в жилах которого течет магия, может найти способ ее пополнять. Самый мощный источник энергии — природа. И вам предстоит найти то, что будет напитывать вас, как губку, наполнять как сосуд до краев. Это может быть лес или одно единственное дерево в нем. Может быть камень или даже лучи солнца при конкретной погоде. Я знаю тех, кто берет свою силу у бури, а такие случаются редко. Потому мы с вами будем искать ваши места силы, пока не найдем. Я покажу, как их обнаружить, а потом научу взаимодействовать, — обещает Ала-Сер, и каждое ее слово отзывается во мне страстью и нетерпением.

Кажется, я забываю о страхах, о драконах, обо всем на свете и теперь жажду лишь одного — найти свое место силы, познать себя. Себя, а не Софию, да простит меня Тьюдо.

Кстати, что будет, когда нас поменяют обратно, и окажется, что наша с принцессой магия разниться в своем проявлении? Об этом лучше не думать, чтобы не огорчать момент прекрасных открытий.

Без огорчений все же не обходится. Едва лекция подходит к концу, как ко мне опять липнут взгляды свиты Листьеры.

Может, они с Эмбер в одной упряжке, раз оба косятся, как на врага народа? А ведь я тут как раз для примирения.

Одна из девах, та рыжая, что вздыхала по холодному блондину, едва не цепляет плечом в дверях, где между нами могла протиснуться еще пара адептов. Даже не подумав извиниться, она хихикает и смотрит на предводительницу, которая великодушно одобряет ее шалость довольным кивком.

Терпи, Бэль, терпи! Не начинай скандал первой! И вообще инзанийской принцессе не пристало опускать до подобных склоков! Терпи!

Поднимаю голову, отпускаю легкую усмешку, и зля их своим безразличием, удаляюсь вглубь коридора. Смакуя момент, не сразу примечаю девушку в дверях дамской комнаты, что резко выпрыгнув, тянет меня в дверной проем.

— Рипт София, — смотрит на меня во все глаза знакомая розоволосая драконша. Селена, вроде бы, ее зовут.

Что за выпады и тайные встречи в неприглядном антураже?

— Простите! Я просто хочу вас предупредить! — шепчет она.

Ого!

— О чем? — напрягаюсь я.

Дракон, предостерегающий инзанийку. Интересно. Надо отметить день в календаре.

— О Листьере. Держись от нее подальше, — шепчет Селена, испуганно оглядываясь по сторонам.

Я и сама подумывала, особенно учитывая то, как брюнетка пялится.

— Она недолюбливает магов? — решаю осторожно разузнать, раз Селена сама пошла на контакт.

— Вас!

— А за что знаешь?

— Все знают. Они с Дарко были парочкой, пока не пошли слухи о его помолвке с инзанийской принцессой, — выдает не девушка.

Вот так сюрприз! Так мы соперницы за сердце чешуйчатого красавчика! Можно я прямо сейчас выну белый флаг?

Хотя, будь Дарко магом, а не драконом, я бы, наверное, зубами в него вцепилась.

Хотя, погодите…. Выходит, это не она претендует на мое, а я на ее? Теперь понятно, откуда эта ненависть. Но можно подумать, я сама жажду этот брак! Точнее София, но суть та же!

Инзанийскую принцессу никто не спрашивал о том, чего хочет она! Просто считай продали за дипломатию драконам! Которые вовсе не зайчики безобидные, между прочим!

— Ректор велел никому вас не трогать, но ревность толкает на глупости. Будьте осторожнее, — просит Селена и спешит уйти, но перед этим просит меня подождать пару минут, чтобы нас не увидели вместе.

Так и поступаю. Жду. А вывалившись из уборной через несколько минут, обнаруживаю, что коридоры уже пусты.

Как-то быстро. Должно быть кормят тут вкусно, раз не нашлось желающих пропустить присест.

Примерно помня в какой стороне обеденный зал, я решаю, что обойдусь без карты. Но через пять минут уже раскаиваться в собственном решении.

Коридор заводит меня в совершенно незнакомое место — темный каменный холл, на стенах которого вместо картин вездесущих драконов висят кроваво-алые полотна с вышитым золотым драконом — знамя Эдэрха.

Подумав, что идти дальше наугад бессмысленно, открываю карту, но увы, она по какой-то причине не показывает, где я нахожусь, хотя еще утром моя скромная персона была отмечена тремя буквами С. А. Р — София Ав-Ройрэ. Сейчас же — ничего.

Увидев вблизи одну единственную дверь, я решаю, что стоит прочитать название, чтобы сориентироваться в своем местоположении.

— Эмбер, твое поведение за ужином было ни к месту. Это как минимум неучтиво, — раздается голос, и я замечаю, что огромная дверь приоткрыта.

Настолько, что можно даже подглядеть.

Но я этого делать точно не стану. Ведь недовольный голос принадлежит рипт Диргару. А встречи с ним лучше избегать. Да и его гость в списке тех, от кого мне нужно держаться подальше.

— Неучтиво⁈ Неучтиво навязывать брату магичку невесту! — гремит в ответ Эмбер.

Теперь понятно, чего его опасаются другие адепты. Тот еще безумец. Я бы не посмела отвечать Рап Элю в подобном дерзком ключе. Даже будучи драконом. Даже будучи королевским.

— Жаль брата? Нужно было думать до того, как ты от нее отказался.

— Вы знаете, почему я это сделал!

— Знаю. Но это ничего не меняет. Есть невеста, должен быть жених. И Дарко согласился. — звучит в ответ.

Сильно, с напором, но все тем же низким тоном, не переходя на рык. И если от его вполне спокойного голоса уже трясутся мои колени, то страшно представить, что станет, если ректор потеряет самообладание.

— Будто у него есть выбор!

— Твой брат знает, что такое долг и ответственность, в отличие от тебя! Ты отмахнулся, прикрывшись меткой, которую никто, кроме тебя не видел! Признайся, что она попросту тебя раздражает!

— А за что мне ее любить? Она избалованная ходячая катастрофа. Если бы ты поехал в Инзанию со мной, то сам бы в этом убедился! — рычит Эмбер, и мои колени уже не просто трясутся, а ходуном ходят.

Теперь даже не знаю, кто из этих двоих страшнее. Надо бы отсюда уходить, пока не поймали за подслушиванием.

Только думаю об этом, как все вдруг стихает, будто полог тишины наложили. Сейчас? Зачем? Почему не раньше?

Не успеваю сообразить, как дверь перед моим носом отворяется настежь, чуть не оторвав тот самый нос.

Пытаясь отклониться, теряю равновесие и падаю. Пытаюсь ухватиться хоть за что-то. И это что-то оказывается штанами злого драконопринца…. Упс!

Глава 10 Гримуар

Эмбер вспыхивает, хватая собственные штаны за ремень в тот самый момент, когда они норовят сползти вниз вместе со мной, и я повисаю в нелепой позе.

Тьма! Какой стыд!

— Ну, что я говорил? — кидает драконопринц ректору с кривой усмешкой, а затем переводит свой ледяной взгляд на меня. — Ходячая катастрофа.

— Кто? Я? Я, может, и грохнулась с перепугу, но честное слово, такое мне не свойственно! — хочу выпалить в свою защиту на эмоциях, но прикусываю язык, когда серебро в его глазах, прожигающих меня взглядом, начинает светиться все сильнее и сильнее.

Кажется оно вот-вот вспыхнет. Это вообще нормально?

Судя по реакции самого принца, вовсе нет. Он будто застывает на секунду, смотрит на меня, как на феникса, которых, на минутку, уже сотню лет, как нет (их тоже истребили драконы). И тут же отшатывается, будучи несколько ошарашенным.

А я падаю на пол. Позор в квадрате.

— Кхм. Оставляю Это на вас, — выдает Эмбер ректору, только его голос звучит, хоть и гневно, но с хрипотцой, будто в горле пересохло.

Не медля ни секунду более, он уходит прочь, а поднимаюсь с пола. Запястье побаливает. Нет. Горит. Как же я так его вывихнула?

— Ваша Светлость, — зовет меня ректор, и я вздрагиваю.

Совсем забыла о нем из-за козлодракона! И это стало моей ошибкой.

— Все в порядке? — Рипт Диргар оказался рядом так быстро, что я даже не заметила, когда он подошел. А протянутая перед моим носом огромная белая ладонь окончательно отбила способность мыслить.

Почему я так боюсь его касаться? И почему мне кажется, что сейчас случится очень плохой разговор.

— Благодарю, рипт Диргар, — киваю, избегая прикосновения и поднимаясь на ноги собственными силами. — Мои ладони испачканы.

— Дело в пыли, которой вы практически не коснулись, или в том, что боитесь дотронуться до меня? — выдает мне в лоб провокационный вопрос.

Вот же! Драконий этикет ему в зубы!

— С чего бы мне бояться?

— С того, что уже дважды, касаясь драконов, из вас вылетают подозрительные искры, рипт София. — давит меня взглядом.

Погодите! В первый раз это произошло в обеденном зале, когда Дарко перенял мою вязь. А второй когда? Сейчас? Я ничего не заметила!

Зато почувствовала….

— Не понимаю, о чем вы.

— В самом деле? — опасно щурятся его хамелионьи глаза. — Вам самой не показалось странным, что ваша магия словно мутирует в эти моменты? Вы не пытались найти этому объяснение?

— Я ничего такого не заметила. Боюсь, вам показалось. — лгу, когда внутри все просто бесится от страха и волненья.

— Правда? Тогда может проверим?

Да чего он пристал с этими тестами на магию? Смотрит на меня как свихнувшийся ученый маг на подопытного кролика. Что такого он знает или что видит, о чем не подозреваю я?

— Дайте мне руку, — велит мне голосом, не терпящим возращений, и сжимаю дрожащие пальцы в кулаки.

Нет. Я не дам. Мало ли что произойдет. А вдруг он что-то выяснит? Или поймет, что мое лицо еще давным-давно было выточено магией, а я фальшивка.

Это, конечно, вряд ли. Ни один маг так не может, но он то дракон. Магистр!

— Ну же, смелее, Ваше Высочество. Или вы что-то скрываете? — торопит он, а я уже не знаю куда себя деть.

В обморок что ли упасть?

— Не думаю, что это уместно, рипт Диргар. Я не знакома с нравами Эдерха, но в Инзании девушке не пристало касаться лиц противоположного пола без необходимости. Ее я тут не наблюдаю, — выдаю ему ровным голосом, когда сердце колотится так, что меня всю трясет.

Диргар едва заметно усмехается уголком рта. Он же не думал, что я сдамся так просто? Или у него еще припрятан ход в рукаве?

Кажется, да.

О нет! Святая Инея, спасай!

— Ваша Светлость! Вот вы где, — появляется в дверях сопроводитель.

Не Тьюдо, а Эльбо, но я сейчас рада кому угодно. Даже той грымзе, что выдрала мне половину волос, делая прическу для ужина в честь прибытия.

— За вами всегда следят, — едва слышно шепчет мне ректор так, словно он друг, а не враг, а затем смещает равнодушный взгляд на гостя.

— Господин Эльбо, вы чем-то взволнованы?

— Я не мог найти принцессу и забеспокоился, — выдает сопроводитель.

Ректор бросает в меня насмешливый взгляд, словно говоря: «Смотри, я прав», а затем вновь смотрит на гостя.

— В стенах моей Академии никто и никогда не посмеет навредить принцессе, — заверяет Диргар, но я то знаю, что это вовсе не из заботы обо мне, а потому что разразится настоящий скандал, пострадай София тут по вине драконов.

— Я ни в коем случае не высказываю недоверия к вашей системе безопасности, но случайности тоже нельзя исключать, — изощряется Эльбо, а затем напоминает мне о занятиях.

Я рада этому шансу сбежать от Диргара подальше. Киваю в знак прощания и спешу ретироваться отсюда поскорее.

Хочу наконец-то вдохнуть спокойно, вот только Эльбо уже несколько минут идет за мной.

Что не так? К чему это сопровождение сейчас?

— Позвольте спросить, Ваша Светлость. — вежливо, считая меня настоящей принцессой, наконец, обращается Эльбо. Только вот в глазах его нечто подозрительное. — Что Рап Эль Диргар хотел от вас?

Вот это очень опасный момент.

Что ему сейчас ответить? Что лжепринцесса мечет искры от прикосновения к драконам?

Не знаю, что именно это значит, но всеми фибрами души чувствую, что ничего хорошего. Одна единственная мысль, что возникает в голове — что у меня есть какая-то связь с этими существами.

У меня. У сироты, род которой неизвестен. С Софией такого бы не произошло. И потому это вдвойне опасно!

— Пустяки, — отвечаю и, не дав ему возможности вставить слово, забираю инициативу себе. — Не знаете, где Тьюдо?

— Его сейчас нет в академии, Ваше Высочество. — отчитывается он. Не больно мне был нужен надзиратель, сколько тему хотела сменить. — Ему что-нибудь передать по возвращению?

— Не стоит. Всего лишь хотела уточнить. Что ж, мне пора, — говорю ему, кивая в сторону толпы адептов, просачивающихся в двери следующей аудитории и тут же ускользаю.

Вот Эдэрх, осталась без обеда!

Ой! Нельзя так думать, а то ляпну невзначай при драконах. Интересно, они знают, что основатель их государства и само его название у нас используется как ругательство?

Забудь, Бэль, просто забудь! Хватит осечек.

— Ваше Высочество, мы вас по всюду искали, — подпрыгивает Стефан, когда я хочу занять соседнее место.

— Эм… заблудилась немного, — признаюсь, а он сначала недоверчиво косится, затем с трудом сдерживает смешок и тут же становится серьезнее.

— Простите! — выпаливает, хмуря брови.

— Ничего, — отвечаю я, слегка улыбнувшись. — Мне даже понравился этот забавный момент.

Тут я не лукавлю. Чувство, будто на секунду я снова стала собой. Не Зеркалом, не Софией, а Бэль, которая общается не с подданным, не с «надзирателем», а с другом.

Это ценно.

— Адепты, тишина! — входит в аудиторию седовласый дракон, которому в на вид лет под сто по меркам магов и людей.

— Меня зовут Фароил Тез Комо, — говорит он так же медленно, как и передвигается. Путь от дверей до трибуны занимает у него где-то минуту, хотя любой другой прошел бы его за десять секунд.

Не подумайте, я уважаю старость. И сейчас мое сердце сжимается, ведь ему в пору сидеть в саду в заботе близких и внуках, а не учить порою несносных адептов.

— Сегодня мы с вами поговорим о растениях. Многие недооценивают силу растений, полагая, что знания в этой сфере нужны лишь магам, у которых вечно не хватает сил. Но они ошибаются. В живой силе флоры заключена великая мощь. На ваших столах две книги. Одна пустая — в нее вы сами будете записывать полученные знания. Страницы запечатаны и сохранят ваши очерки до конца семестра, а потом они исчезнут. Так что учитесь прилежно.

— А вторая? — спрашивает кто-то из адептов.

— Вторая — это гримуар, — отвечает профессор таким таинственным тоном, что внутри меня зарождаются любопытство и страсть.

Хоть я и наслышана о гримуарах, но никогда не видела их близко. Как же тянет прикоснуться.

— Не торопитесь, юная леди! — эту фразу профессор выпаливает достаточно быстро, чтобы остановить мои пальцы в сантиметре от обложки.

— Гримуары хранят в себе уже написанные знания. В нашем случае — о растениях, мягких ядах и лекарствах, активируемых магией, — яды для адептов первого курса? Не слишком ли круто?

— Но гримуары не открываются тем, в чьей силе не уверены. Они знают вас лучше, чем вы сами себя. Потому многие из выданных мной гримуаров так и останутся неоткрытыми. Пока. Пока вы не станете достойными их знаний, — играет на струнах моей нетерпеливой души профессор.

Я готова внимать каждому его слову с открытым ртом. Но господин Тез Комо то ли задремал, то ли опять взял паузу, погружая всех в нетерпеливую тишину.

— Да! — вдруг дергается он. — Забыл представиться. Меня зовут Фароил Тез Комо.

Так, теперь мне становится грустно.

Дальше профессор начинает рассказывать о классификации растений, и фитология медленно перетекает в то, что в Инзании называют банальной ботаникой. Заскучав на двадцатой минуте, я вновь ползу пальцами к темно-красной обложке. Шершавая. Приятная.

Стефан давит усмешку.

— Думаешь, не открою? — шепчу ему в шутку.

В зале уже многие не слушают рипта, и мой вопрос теряется в легком гуле.

— Драконы бессильны, — кивает в сторону стайки сидящих поодаль адептов, бессовестно издевающихся над гримуаром. Да они его сейчас порвут!

— А ты пробовал? — спрашиваю я, и Стефан, даже без малейшей мысли, что может получиться, распахивает обложку.

— Чего⁈ — подскакивает дракон, случайно заметивший успех Ло-Сента. И тут же трубит во весь голос. — Человек открыл гримуар!

Маг! Маг открыл гримуар! Хотя, плевать. Человек, так человек. Не дракон же! Ха!

— Давай ты! — Предлагает мне Стефан, на секунды забыв обо всем, включая статусы.

Жму плечами и тянусь к книге.

Она начинает брыкаться как живая. Хочет уползти от меня. Это вообще нормально?

Приходится схватить обеими руками, чтобы гримуар не упал с края стола и… он открывается.

— Два человека! — выпаливает уже не один дракон, а целый хор, и остальные инзанийцы спешат попытать свое счастье, но тщетно.

— Рипт Тез Комо! У них какие-то неправильные гримуары! — жалуются драконы, но профессор лишь смеется. Губами. А его глаза, еще секунду назад казавшиеся рассеянными и почти слепыми, внимательно впиваются в меня и в Ло-Сента.

— Обидно, что руки людей смогли открыть то, что не поддалось лапам драконов? — смеясь, кряхтит он. — Гримуары подчиняются либо великой магии, с коей спорить бесполезно, либо глубокому сознанию. Раз гримуары открылись у магов, то поздравляю, на нашем потоке удивительно светлые головы!

Он хвалит. А меня трясет. Ведь, если в Стефане я наблюдаю что-то напоминающее глубокое сознание, то в себе совершенно нет. Да и откуда оно у меня, когда я лишена элементарного образования? Точнее я образована ровно настолько, настолько должно быть Зеркало.

До одиннадцати лет был приют, где всем было плевать, потом побег и скитание по улицам, потом еще кое-какие волнительные события, давшие мне шанс на нормальную жизнь, то тут же оборвавшиеся все на орню! И точка! В двенадцать лет мою судьбу определили за меня.

Великой мощи во моих жилах быть не может, иначе ее бы обнаружили уже давно, а сознание…. Ну, спасибо, конечно, за комплимент, но теперь у меня еще больше вопросов без ответов.

Оставшуюся часть занятий мы со Стефаном уже вдвоем собираем взгляды, и первыми убегаем из кабинета, когда рипт заканчивает занятие. Решив, что не выдержу дополнительные занятия без перекуса, решаю наведаться в обеденный зал вместе с Ло-Сентом.

Адептов здесь немного, и мы живо припали к раздаточному столу. Готова поклясться, что съем быка. Набираю такой поднос, за который точно бы получила нагоняй от Тьюдо, но плевать. Сейчас я хочу есть и пока не поем, весь мир подождет.

— Вот это у вас аппетит! — Вспомнив о классах, Стефан возвращается к обращению на «вы»

— А ты не голоден?

— Мне как-то не подходит местная пища, — кривится шатен.

В самом деле, специй здесь столько, что настоящего вкуса продуктов почти не осталось. Кажется, я тоже скоро начну скучать по привычной еде, но не сейчас.

Закончив с чем-то похожим на отбивную, тянусь к салату, но аппетит пропадает, когда до слуха доносится гул.

— Гримуары? Так это правда? Маги открыли гримуар? — идет шепот по залу, и недоумевающие взгляды обращаются в нашу сторону.

Быстро слухи разошлись. Ну, Бэль, ну молодец, не даешь местным драконам заскучать ни на минуту! Теперь еще и Стефан в связке. А что будет, когда Тьюдо узнает?

Тьма меня дернула шутить с этой книгой!

— Пойдемте? — предлагает Стефан, видя, как тучи сгущаются. Точно светлая голова.

Киваю, подхватываю сумку и спешу к дверям, но выйти не успеваю. Путь загораживает очень приметная компания девиц.

Глава 11 Магический переводчик

К счастью, стайка Листьеры не собирается в этот раз чинить нам препятствия. Однако мой спутник успел на них покоситься так, что и дракон поджал бы хвост.

Но со Стефаном пришлось расстаться и идти самой на драконий язык, где из прибывших из Инзании адептов сидела только половина.

Интересно, почему? Язык нужен ведь всем 36.

— Сегодня мы пообщаемся с вами через переводчик, но со следующего занятия, я попрошу оставить вас свои значки у входа, — быстро начал педагог и так же быстро и окончил.

Что ж, вводный урок всего на сорок минут — это подарок.

Я устала. Честно.

Мозг трещит от переизбытка информации и дико хочется спать. Просто упасть и отключиться. Но вернувшись в комнату вместе с Дэйрой, ловлю себя на мысли, что лучше бы погуляла с драконами.

Соседка косится похлеще юной племянницы госпожи Ала-Сер, и при этом все время напряжена так, словно я могу ее съесть.

Решив, что до заката можно погулять, а драконам пора начинать ко мне привыкать (и мне, в свою очередь, к ним), я выхожу во двор. Хочу найти укромное местечко, так, чтобы поменьше сверкающих глаз, и почитать, но натыкаюсь на Стефана за ближайшим столиком.

— Вы уже читали гримуар, Ваше Высочество? — подпрыгивает парень и подмигивает в сторону местных обитателей, поглядывающих издалека, но не решающихся подойти ближе. Как он успел их так построить?

— Не желаете присоединиться? — тут целый реверанс.

— Утереть огнедышащие носы? С радостью, — решаю я и плюхаюсь рядом.

Заниматься со Стефаном оказывается куда интересней, чем я ожидала. Мы вместе разбираем писания и отмечаем про себя, что каждый из нас видит разные записи. Точнее я не вижу букв на тех страницах, где видит он, и наоборот: где мне прекрасно все читается, он видит пустоту.

Найдя доступные для нас обоих главы, мы уходим в изучение с головой настолько, что почти не замечаем драконов, бродящих вокруг. А они, кажется, перестают обращать внимание на нас. Каждый увлечен своим до тех пор, пока слух не тревожит одно из имен принцев.

Толпа шепчется, и я отвлекаюсь от гримура, и натыкаюсь взглядом на Эмбера, который явился с запада под лучами заходящего кровавого солнца.

Идет один, как всегда, без свиты и смотрит пустым взглядом по сторонам, ничего не выискивая, так от скуки, пока в поле зрение не падаем мы.

Глаза, напоминающие светящуюся ртуть, моментом вспыхивают, а затем и вовсе превращаются в лаву, когда принц замечает Стефана.

Это что еще за реакция?

— Эмбер! — звучит звонкий голосок, и моя «любимая» соседка по этажу летит к принцу на цыпочках.

Святая Инея! Они близки? Похоже на то, ведь другие даже не рискнут к нему подходить, а с Листерой он даже как-то слишком приветлив. И дело ведь не в том, что она бывшая девушка брата.

Что здесь не так?

Тем временем парочка занимает соседний стол, и воздуха во дворе становится значительно меньше.

— Пойдем? — на этот раз мысль сбежать приходит мне в голову первой. Стефан поддерживает. Мы прощаемся в холле и расходимся в разные стороны.

Вот теперь точно усну сладким и крепким сном.

Но до кровати я так и не успеваю попасть.

— Ваше Высочество, вы меня искали? — у дверей стоит Тьюдо, указывает мне на магический переводчик, взглядом веля мне кинуть переводчик в сумку и следовать за ним.

Так и делаю. Однако, как только значок отрывается от груди, по перепонкам дает такое странное рыканье и шипение, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закрыть уши.

Вот она, драконья речь, в истинном звучании. Как они умудряются произносить эти шипящие и рычащие, имея такой же с анатомической точки зрения рот, что у людей? Язык же можно сломать. В прямом смысле. И мне придется это учить?

Мы выходим обратно во двор. Эмбера уже нет. А вот Листьера на месте, теперь окруженная подругами.

По пути Тьюдо жестом велит мне оставить сумку, в которой лежит переводчик, на скамье, и последние метров десять я иду налегке.

— Что произошло в кабинете Диргара? — спрашивает он, остановившись и обернувшись так резко, что я чудом в него не влетаю.

Вот и настал судный час.

— Он хотел проверить мою магию, — вынуждена сказать правду, когда хочу смолчать.

Тьюдо мне не друг. Он надзиратель и, если сочтет, что от Зеркала больше проблем, чем пользы, найдет способ избавиться. Хотя как? Теперь это сделать будет не просто. Или же просто?

Допустим, яд, затем отправление на родину, а затем чудесное исцеление, точнее подмена на истинную Софию. А мне летать пеплом и, увы, не над Вечным морем.

Так. Не нужно таких мыслей!

— Проверил?

— Не успел. Господин Эльбо вмешался.

— Догадываешься, почему у ректора такой интерес к твоей магии?

Я догадываюсь, и учитель, кажется, тоже имеет какие-то соображения на этот счет. Но ведь не скажет. И я ему тоже.

— Нет. Он с первого дня странно смотрит.

— Потому что ты не только наследница королевской крови, но и невеста одного из принцев Эдэрха. Это только начало. Пройдет время, и тебя будут изучать вдоль и поперек, — предупреждает он.

А у меня назревает вопрос, который опасно задавать.

Что будет делать настоящая София, ведь теперь я не следую пройденному ею пути, а открываю свой под ее именем. Как соответствовать друг другу?

— Если у вас все, могу я вернуться? — задаю совсем другой вопрос, желая сбежать поскорее, но у Тьюдо еще есть о чем спросить.

— Про гримуар. Это правда?

Тьма. Еще одна головная боль.

— Он не сразу открылся, — спешу заверить, хотя не должна чувствовать себя виноватой.

На этом мы с Тьюдо прощаемся, и я возвращаюсь туда, где оставила сумку. Но на скамье пусто. А это абсолютно точно та самая скамья!

Как же мои вещи? Гримуар! Мой переводчик!

Ускоренный курс драконьего, привет⁈

А если без шуток, что за чешуйчатый гад это сделал? Или гадина?

По приподнятому настроению Листьеры, не сложно догадаться, чья чешуйчатая мордашка за всем этим стоит.

Но в лобовую атаку идти нельзя. У меня нет доказательств. Требовать ответов на инзанийской тоже глупо, в ответ лишь будет «ршщршищщ» или как-то так. Тогда как поступить?

Найти Дэйру, и взяв ее вместо утерянного переводчика, обратиться за помощью к старшим. Только не к Диргару. Рипт Ала-Сер старшая вполне подойдет. Так и сделаю.

Едва я беру разгон, как опять вписываюсь. В этот раз в крепкую грудь темного принца Дарко.

И что за невнимательность, Бэль? Нервы в край доконали?

— Риап пшут иль щ?

Вот что он сейчас спросил⁈

Глава 12 Вылазка

Святая Инея, я сейчас от стыда сгорю. Как мне объяснится?

Хотя, с другой стороны, это драконам должно быть стыдно, что на территории их исключительного государства у гостьи могут украсть переводчик.

— Привет. Прости. Я не понимаю, — объясняюсь, сопровождая слова жестами, и Дарко улыбается своей теплой улыбкой ответ.

— Потеряла переводчик? — спрашивает он на идеальном инзанийском!

— Ты знаешь наш язык⁈

— Знаю заклинание перевода, — улыбается принц.

Точно! Зачем драконам тратить время на изучение инзанийской речи? Какая непростительная глупость с моей стороны.

— А со мной заклинанием поделишься?

— Оно не вербальное, — с сожалением сообщает он.

Невербальное, значит, не произносимое вслух. Магам такое не под силу.

— Но, думаю, я могу вернуть тебе твой переводчик, — обнадеживает принц, глядя в ту сторону, где сидели мои подозреваемые.

Быстро догадался. Хотя на кого еще тут можно подумать?

— И гримуар? — обнадеживаюсь я. Это, наверное, наглость, но все же стоит попытать счастье.

— И гримуар, — улыбаться принц. — Встретимся ночью в восточном саду?

Это тот, что под моими окнами?

— А как же комендантский час? Двери будут заперты, — моментом нахожу причину избежать тайной встречи. Это, ведь, как минимум, неприемлемо!

А принц улыбается, словно я ребенок, умиляющий его своими глупеньким наивным поведением.

— «Ачрис топла», — шепчет он. — Открывает почти любую дверь в этом замке.

Вот так подарочек! Спасибо. А с балконом сработает?

— Ты ведь никогда не видела восточный сад под луной? — спрашивает принц.

— Исходя из твоих слов, это что-то очень красивое?

— Лучше увидеть однажды, чем услышать десять раз, — заверяет он и, видя недоверие в моих глазах, добавляет. — Не беспокойся, со мной тебе нечего бояться. Даже старших, если поймают. Но лучше, чтобы они все-таки остались в неведении.

В самом деле?

— У меня есть к тебе пару важных вопросов. Как раз и поговорим спокойно, без всех этих глаз, — добавляет Дарко, косясь на любопытных обитателей местного двора.

Да, при них только и делаешь, что следишь за каждым жестом, мимикой и словом.

— До встречи? — подмигивает он и, не дождавшись ответа, ответа.

До встречи ли? Тайные свидания под луной — это, конечно, мило. Но как-то подло флиртовать с женихом Софии, будучи фальшивкой.

Да и Тьюдо велел ни с кем не сближаться. Хотя я плюю на это правило в отношении Стефана. Но друг-то нужен.

Что ж до полуночи у меня есть время подумать. И нужно подумать о-о-чень хорошо, ибо есть все шансы попасть в передрягу.

«Не пойду», — решаю я, разлегшись на кровати.

По идее, я могу забрать эти вещи завтра утром. Зачем вообще назначать встречу ночью?Не думаю, что Дарко, в самом деле, хочет показать мне прекрасный сад под луной.

Не может же человек, то есть дракон, так быстро переключиться с бывшей возлюбленной на новую невесту. Скорее всего и не переключался вовсе. Но, вполне возможно, пытается построить хорошие отношения, раз уж судьбы не миновать.

К тому же, он сказал, что есть вопросы. Интересно, какие? Голос его звучал позитивно, потому думать о плохом не хочется.

И так, посмотрим.

На одной стороне: гримуар, переводчик, драконопринц, пытающийся наладить отношения с навязанной ему невестой, на другой — комендантский час. Выбор очевиден.

А если поставить вопрос немного иначе: не испочу ли я жизнь настоящей Софии тем, что откажу сейчас драконопринцу в его маленькой, пусть и непростой, просьбе?

Святая Инея, да за что он так со мной? Не мог назначить встречу в положенном месте в положенный час?

Ах, да, он и это объяснил — меньше глаз.

Что ж, кажется, придется рискнуть, хотя не уверена, что это правильная мысль. Видимо, это тот случай, когда ответ можно узнать только опытным путем. Надеюсь, он не будет печальным.

Дэйра тихо посапывает, а я, прихватив с собой удобное платье и обувь, спешу в ванную, а после, переодевшись, на выход.

Дверь не скрипит — уже хорошо. Шагаю вдоль каменных стен к лестнице в полной тишине, нарушаемой лишь моими едва слышными шагами. Стараюсь ступать на носок и дышать как можно тише, и вот оказываюсь у дверей.

«Ачрис топла» работает превосходно. Просочившись в узкую щель между высоким деревянным полотном и косяком двери, выскальзываю наружу и спешу в густую зелень. Пара минут, и я в саду.

Дарко не обманывал, говоря, что в полночь это место выглядит волшебно. Серебристый цвет луны ласкает каждый лепесток, создавая такой эффект, будто тот светится изнутри.

Вопреки законам природы, цветы не прячут бутоны, а напротив, каждый тянуться пестиками к луне. И повсюду парят маленькие огоньки.

Я наклоняюсь, чтобы разглядеть, светлячки ли это, а они взлетев неожиданно резко, вынуждают попятиться так, что попой упираюсь в стену. В очень горячую стену.

Стоп. Откуда здесь стена?

Оборачиваюсь и напрягаюсь каждой клеточкой тела. Потому что передо мной вовсе не добрый принц, а злой.

Святая Инея, Эмбер что тут забыл?

— Пщират рэпиш, — искажаются злой ухмылкой его темные губы, а глаза, кажущиеся уже не серебряными, а отражением черного звездного неба, хищно щурятся.

— Что⁈ — испуганно пячусь.

Темные брови дракона изгибаются, а хищный оскал превращается в нахальную ухмылку.

— Ночная вылазка, еще и без магического переводчика. Весьма любопытно, — говори уже на инзанийском. Прочитал мысленно то самое заклинание, что и братец сегодня днем?

— Это прям подарок судьбы. Только гляньте. Инзанийская принцесса нарушает правила Академии Эдэрха в первые дни своего визита. Пахнет скандалом, тебе не кажется?

— У меня есть на то причины, — заверяю я, стараясь говорить уверенно.

Хотя перед кем я собираюсь тут распинаться? Он же сам себе на уме!

— И какие же? — вовсе не из любопытства, а скорее с издевкой спрашивает драконопринц. — Тайное свидание?

— Вынужденное свидание, вообще-то. Твоя подруга украла мой переводчик и гримуар, а я пришла, чтобы его вернуть.

— Тот гримуар, которым ты мелочно хвасталась сегодня во дворе? — хмурится он.

Ага, а воровство его, значит, не заинтересовало? Или проделки Листьеры совсем никого не заботят?

— Мда, кое-кому будет очень интересно узнать и про ночную вылазку, и про гримуар. А про тайные уединения с магом — особенно, — холодно выдает дракон.

Стоп. Что?

— Тайные уединения с магом?

— Инзаниец, с которым у тебя было свидание сегодня в саду. Ты, ведь, его ждешь? Но, кажется, он немного перепутал сады. Гуляет во-о-он там.

— Ах. Вот оно что. Боюсь, мало оснований, чтобы приписать мне тайный роман.

— Разве?

— Тогда, следуя этой логике, у тебя днем тоже было свидание с юной Ала-Сэр, а сейчас, стало быть, и со мной? — выдаю ему и тут же жалею о сказанном.

Его глаза вспыхивают так, что становится страшно.

— С тобой? Успаси Эдерх!

— Ого! Да у вас на меня зуб, Ваше Высочество. Может, расскажете уже, чем и когда я успела так насолить?

— А вы не помните, принцесса? Ах да, вы ведь, не заметили меня в тот день в саду, когда говорили много интересных вещей о драконах, а затем чуть не раздавили руку свой же фрейлине за то, что она пролила чай, не так ли⁈ — выдает он, и я ловлю нешуточный шок.

Что сделала София? Руку фрейлине едва не растоптала? За чай?

— Я не знаю, какие у вас в Инзании порядки, но здесь никто не позволит тебе так обращаться с подданными. Хотя, нет. Пожалуй, до воспитания даже не дойдет. Ты вылетишь отсюда раньше. Опозоренной!

— Стой! — пугаюсь я, потому что понимаю, что он с превеликим удовольствием обеспечит мне то, что сейчас наобещал. — Не надо никому говорить, что я была здесь, пожалуйста!

— И с чего мне тебя слушать?

— А с того, что я пришла сюда не к Стефану, а к Дарко! Если решишь кому-то разболтать, то подставишь и его!

Кажется, дракон несколько опешил. Зато звать стражу передумал. Если он вообще планировал.

— Не стоит пытаться водить меня за нос, — предупреждает Эмбер. Не верит.

— А зачем мне врать⁈

— Вся ваша суть — двуличие.

— Можно подумать, вы тут все кристально честные. И дураку понятно, что за вашими улыбочками скрывается ненависть к нам!

— Раз ты в курсе, что тебе не рады, почему бы не уехать в отчий дом⁈

— Ты серьезно? Думаешь, я по доброй воле сюда приехала? Чтобы что? Чтобы выйти замуж за незнакомого дракона, который в порыве злости может меня растрепать на лоскутки⁈ У меня точно так же не было выбора!

Вот сейчас до него, кажется, дошло. А до меня дошел тот факт, что говорила я слишком громко, и наш скандал привлек лишнее внимание.

— Щопурт щя⁈ — раздается грозный драконий голос, но и без переводчика можно догадаться, что он спросил: «Кто здесь?».

Повсюду тут же плывут огненные шары, а по двору носятся стажи. Дракон тебя за ногу, Эмбер! Довел до греха!

— Ну, готовься, — предупреждает принц.

— Рипт Диргар⁈ — доносятся голоса, и принц тут же сделал шаг назад. Не меня одну напрягает златовласый великан-ректор?

— Куда ты⁈ — пугаюсь, видя, как Эмбер собирается рвать когти в одиночку. — Не поможешь мне вернуться незамеченной в комнату, я и тебя потяну за собой! Скажу, что ты силой вытащил меня сюда!

— Ты сумасшедшая⁈

— Ага, как все отчаянные инзанийки. Хочешь проверить⁈

— Инея с тобой! — шпит Эмбер. Он сейчас, что, использовал имя нашей Святой в качестве ругательства⁈ Вот же Эдэрх!

Но он ведь не оставит меня? Кажется, оставит. По глазам вижу, что собрался уходить, но вдруг медлит, приглядываясь к моей руке. Что там?

Разглядеть не успеваю, так как шары света подлетают слишком близко. Эмбер хватает меня за руку и тащит за собой вдоль каменной стены. Стражи, как ищейки, шныряют повсюду, отрезая нам один путь за другим и вынуждая отступать все дальше от Академии.

— Ты должен вернуть меня в комнату, а не в Инзанию, — напоминаю условия, но дракон даже не думает обратить внимание на смысл сказанных мною слов.

Прикладывает длинный горячий палец к моим губам и приказывает: «Тсс».

Странно, но эта команда срабатывает. Даже слишком хорошо. Еще секунду назад, я напоминала строптивую, шипящую кошку, а теперь вот села на пятую точку и не дышу, точно меня загипнотизировали. Но драконы ведь так не умеют, да?

— Скорее, — велит принц и потянул меня куда-то вверх по склону.

Тьма такая, что глаз можно выколоть. Он хоть понимает куда идет?

Инстинкт самосохранения, уснувший на несколько минут после «тсс», вновь, наконец, пробуждается и велит мне немедленно бежать. Хоть к стражам, хоть к ректору, но подальше от невменяемого, своенравного принца, тащащего меня… к обрыву⁈

Спаси Инея!

Глава 13 Берег

Я не успеваю вырваться, не успеваю даже закричать, как Эмбер запечатывает мне рот магией, а затем скидывает со скалы….

Святая Инея, вот так похороны на всю Инзанию будут…

Еще секунда и тело, находящееся в свободном полете, хватают цепкие лапы, медленно сбавляют скорость падения практически до нуля, а затем мы взмываем вверх.

Огромные стальные крылья разрезают черное небо, унося меня все дальше от башен академии. Сердце бьется в истерике. Из глаз летят слезы. Я молюсь. Молюсь, чтобы не отпустил, не уронил в это бескрайнее Вечное море.

Дракон выпускает меня из лап в метре над берегом, и я качусь кубарем по прохладному песку, который залетает и в нос, и в уши, и в глаза.

Крылатое чудовище опускается где-то позади, поднимая в воздух облака пыли, а когда я оборачиваюсь в гневе за такой аттракцион, то теряю все ругательства, что только что вертелись на языке.

Потому что Эмбер голый! Весь! Целиком!

— Святая Инея! — вспыхиваю я, отворачиваясь. В ответ слышу лишь усмешку.

— Все успела разглядеть?

Да он издевается? К собственному стыду, несмотря на шок и тошноту, эти кубики пресса, мышцы гуди и все остальное не просто бросились в глаза, а врезались в память! Тьма!

— Можешь обернуться, — великодушно позволяет Его Высочество.

Вот только чтобы что? Еще раз покраснеть до кончиков ушей?

— Нет уж. Спасибо. Я лучше глаза себе выколю. — бурчу себе под нос. — Вы всегда так пренебрегаете рамками приличия, Ваше высочество?

— И это вы мне говорите, Ваше Высочество? Удивлен.

— А что вас удивляет? Не я стою тут обнаженной, а вы!

— Забавно. А я слышал, что Инзанийская принцесса любит мужские компании, — раздается в ответ.

— Не знаю, что ты там слышал, а вот я сейчас слышу незаслуженные обвинения! Ты вообще нормальный⁈ — вспыхиваю я. Странно, однако ругаться, с ним, глядя не в глаза, а в песок.

— Эй, принцесса, — доносится его голос прямо у уха.

Святая Инея, он что сейчас во всей своей великолепной наготе прямо за спиной у меня стоит? Хуже, он делает шаг в сторону, и я опять могу увидеть…. все!

Тут же жмурю глаза. Слышу очередную усмешку. А затем мою руку опаляет его прикосновение. Он поднимает ее вверх, будто бы это его собственность! Что за выходки вообще?

Только хочу вырваться, но он не дает. Хуже. Рывком тянет к себе, заставляя впечатать в него чуть ли не всем телом, а затем касается моего подбородка, хочет чтобы я посмотрела в глаза. Да что он себе позволяет⁈ Извращенец!

Это я и спрашиваю, решив, что стыдно должно быть не мне, а ему. Открываю веки, скидываю его руки, и замираю, наткнувшись на очередную усмешку.

Только в этот раз она какая-то добрая, а он… он уже одет! Как? Когда?

— Похоже, некоторым слухам о тебе, не стоило верить, — выдает Эмбер с умным видом, снова кидает взгляд на мою руку и отпускает ее наконец.

И что он там хотел увидеть? Кожа вроде чистая и гладкая. Печет правда немного, но не мудрено после такой-то хватки.

Так, погодите. О каких там слухах он говорил? Надо бы его расспросить! Хотя нет… это подождет….

Застываю, когда, наконец-то соображаю, что я Тьма знает где нахожусь!

— Мы вообще где? — шепчу я в ужасе оглядывая бесконечное побережье и море, уходящее прямо в горизонт. Мамочки….

— На берегу. — преспокойно выдает чешуйчатый гад.

— Это я вижу. Зачем ты меня сюда притащил?

— Ты просила спасти. Я спас. — опять эта усмешка.

В самом деле? Весело ему?

— Кстати, почему ты так боишься ректора?

— Что⁈

— Чем тебя пугает Рап Эль Диргар? — уточнил свой вопрос дракон.

— С чего ты взял, что он меня пугает⁈ Я просто не хочу проблем! И лучше бы нам вернуться, пока не хватились.

— Вернемся. Через пару часов суета стихнет, и зайдем спокойно, — заверяет дракон.

Пару часов? С ним? Наедине⁈ Что за наказание?

— Или не терпится опять полетать? — подкалывает Эмбер.

Ого! Он, оказывается, умеет шутить!

— Сомнительное удовольствие!

— Что, не понравилось? — хмурится он. — Да брось, что может быть приятнее полета⁈

— Твёрдая почва под ногами!

— Эх, человек, — смеется Эмбер.

Мне кажется, или из его голоса исчезли ядовитые ноты? Верно, теперь он будто веселится, хотя еще недавно готов был откусить мне голову.

— Что? — ведет бровью, замечая мой пристальный взгляд.

— Ты ведь знаешь, что если ты оставишь меня тут умирать, конец дипломатии? — на всякий случай спрашиваю я.

— Если бы я хотел твоей смерти, то позволил бы разбиться о скалы.

— Но ты ведь хотел!

— Не совсем так. Я просто предпочел бы, чтобы ты не появлялась. Но убивать… я не люблю насилия.

Вот не скажешь по нему.

— Дело ведь не в том, что у тебя аллергия на магов? Причина во мне. Точнее в тех слухах. Не знаю, что именно тебе донесли, но уверяю, что поведении принцессы Инзании, то есть мое поведение, соответствует всем нормам. Ну, за исключения сегодняшней ночи, пожалуй. Так что вместо того, чтобы слушать все подряд, лучше верить своим глазам, — заверяю я и тут же вспоминаю еще один нюанс. — А что касается, той фрейлины с чаем…. Мне очень жаль. Обещаю, что подобного не повториться.

Заканчиваю пылкую речь, ожидая, что разногласий между нами станет поменьше. Хотя бы до того момента, пока сюда не явится настоящая София и не наведет шороху. Но там она сама пусть разбирается.

— Кто ты? — вдруг выдает Эмбер ни с того, а я не понимаю….

— В смысле?

Вместо ответа, он наклоняется так быстро, что я вздрагиваю. Близко! Он слишком близко!

Вглядывается в мои глаза так, что все внутри замирает. Его дыхание опаляет губы. А запястье опять начинает печь.

— Кто ты? — повторяет он вопрос, и от его взгляда внутри все застывает и начинает медленно плавиться, будто кто заклинание прошептал.

— Странный вопрос! — тут же вскакиваю на ноги, потому что его близость выбивает из колеи. — У вас, принц, амнезия после полета?

Усмехается. Нет. Смеется.

В самом деле?

Ледяной принц способен вот так вот улыбаться без колкости и холода в глазах? Может, это уже меня после полета зрение подводит?

И чего это он все смотрит на мое запястье? Нет же там ничего уже давно!

Меня словно молнией прошибает от одного опасного воспоминания. Тот самый день, когда я выбралась из замка под иллюзией. В тот самый день на этом самом месте зажглась какая-то метка. А после исчезла сама по себе….

Это что-то значило?

Становится как-то не по себе. Тревожно. Завожу руку за спину и прочищаю горло.

— Кхм! Ты в моей руке дуру хочешь прожечь?

— Ну что ты. — усмехается принц.

— Чего тогда так смотришь.

— Так. Показалось кое-что. — поднимается на ноги Эмбер. — Пора возвращаться.

— Да уж, не знаю, насколько у драконов горячая кровь, но я порядком замерзла, — соглашаюсь я, и принц опять усмехается.

— А наколдовать что-нибудь теплое не судьба была? — спрашивает дракон, и я смущаюсь. Кто бы моим образованием в магической сфере занимался. Вот как надо ходить и говорить, я знаю. — Чего бездействуешь, раз подкинул идею? Перенести сюда что-нибудь из гардероба.

— Не знаю как. Раньше все делали слуги, — приходится использовать самый простой, но неприятный аргумент.

— Хм. А нас, наоборот, гоняли так, что мозг от заклятий трещал.

— Завидую, — вздыхаю я.

— Тебе что не давали учиться магии? Странные у вас в Инзании нравы. Уж как обеспечить себя жизненно необходимым принцессу должны были научить.

— Будто они знали, что однажды ночью я окажусь с драконом на пустом холодном берегу, — язвлю я, и Эмбер опять усмехается.

Я что ему клоун какой-то? Может пора плату за веселье брать?

— Ладно. Считай это знаком примирения, — выдает дракон, и тут же на мои плечи ложиться грубая, но теплая ткань камзола, появляющаяся прямо из воздуха.

— Прости, женской одежды нет. На что в шкафу заклятие наложено, то и переместилось. А теперь закрой глаза. — велит дракон.

— Это еще зачем?

— Не хочу оставить тебя заикой после зрелища обращения. Вы же, маги, к такому не привыкшие.

Это точно. Спасибо за заботу.

Я не только закрываю глаза, но и отступаю на всякий случай пару шагов назад. Порыв жаркого ветра ударяет в тело, вынуждая сжиматься и натягивать камзол, пытающийся сорваться с плеч, но через миг все стихает.

Закончилось?

Я робко разлепляю ресницы и тут же жмурюсь. И так дважды, пока мой мозг не соглашается принять тот факт, что впереди стоит самый настоящий дракон.

Он метра четыре высотой, с длинной шеей и еще более длинным острым хвостом, напоминающим наконечник стрелы. Его кожа, нет, чешуя отливает настоящим серебром под светом белоликой луны, завораживает взгляд.

Ночное звёздное небо, черные волны моря с зеркальными гребнями и дракон, настоящий живой дракон!

Понятия не имею, что заставляет мое сердце ломиться из груди так, словно там жарко, как в жерле пробудившегося вулкана. На удивление, я совсем не чувствую страх, глядя на древнее, могущественное существо.

Я невольно восхищаюсь статью и красотой величественного дракона.

Святая Инея, что это со мной?

— Ыггхх, — облако дыма, вылетевшее из огромной, клыкастой пасти, приводит меня в чувства.

Сначала я пячусь, а потом понимаю, что никто никому тут не угрожает.

Напротив, глаза, которые я с легкостью узнаю даже в новой форме, велят мне подойти. Светящееся еще больше, чем раньше, серебро радужки заполняет собой весь белок, а зрачки вытянулись в две узкие, заострённые сверху и снизу, полоски.

Это глаза дракона, чудища, зверя, но я вижу в них то же сознание, что прежде. Я вижу Эмбера. И почему-то больше не боюсь.

Не страшат даже клыки дышащей дымом и искрами пасти, не страшат острые будто каменные шипы на узкой морде. Уверена, что и на ощупь они холодные и твердые. Как скалы….

Ноги сами делают шаг вперед. Когтистые передние лапы, размером с треть меня, осторожно раскрываются, позволяя встать между ними и поднять руки на уровне плеч, чтобы их не зажало, как в прошлый раз.

Лапы смыкаются на моем стане. Миг, и меня отрывает от земли.

Не нежно и мягко, а быстро, с рывком такой силы, что я даже взвизгнула. Все вокруг размывается в первые секунды, а затем под нами рябит морская гладь.

Эмбер поднимется выше, и в сумраке ночи я различаю черные выступы скал. Такое не забудешь, не сотрешь из памяти. Вот бы увидеть все это все при свете дня!

Воистину волшебно!

Увы, с приземлением у Эмбера явные проблемы, так как я опять покатилась кубарем в этот раз по траве. А дракон, сделав еще небольшой круг, уже плавно и величественно опускается на газон.

То есть с самой посадкой проблем нет, а вот с высадкой пассажиров — однозначно. Хотя, не удивительно. Вряд ли драконы катают других драконов в форме человека. Так что и опыту взяться неоткуда.

А раз так, то мне еще повезло, что в полете не оторвало голову, а при посадке не сломало ноги.

— Дальше пешком. Ближе подлетать нельзя. На территории академии контроль за несогласованными обращениями, — объясняет мне Эмбер, обретя человеческое обличие и магией вернув себе одежду.

Но я уже туго воспринимаю его слова после головокружительного полета. Однако рельефы тела, к своему стыду, подметить опять успеваю. Вот же тьма!

До комнаты добираюсь как в тумане, позабыв вернуть камзол. Отключаюсь за секунду от усталости, даже не подозревая, какие виражи поджидают меня уже этим утром.

Так как вылетая из комнаты на занятия, я натыкаюсь прямо на Дарко…. Да, в женском крыле общежития!

Глава 14 Боевая магия

Полет настолько врезается в память, что я летаю даже во сне, и несколько расстраиваюсь, когда открыв глаза обнаруживаю себя в комнате в компании взволнованной Дэйры.

Оказывается, она вся извелась от того, что долго не могла разбудить мое крепко спящее Высочество. Я же ловлю себя сначала на том, что обычно сплю чутко, и подобное мне не несвойственно, а затем беспокоюсь, что могу опоздать на занятие.

С помощью соседки успеваю и умыться и в свежее платье запрыгнуть, но вот дальше двери уйти не удается, так как на пороге стоит Дарко, в чью грудь я по обыкновению с разгона влетаю так, что должна отлететь назад, но крепкая мужская рука ловит.

— Ваше Высочество, — узнаю принца, тут же аккуратно отстраняюсь и хочу вернуть привычную дистанцию, но принц отчего-то решает меня придержать в объятиях пару лишних секунд, чем весьма озадачивает.

— Это становится традицией, — улыбается он, глядя на то, как я краснею и потираю ушибленный лоб. У него невидимая кольчуга что ли под рубашкой?

Продолжу так в него врезаться, помру до свадьбы.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, не ожидала наткнуться на вас здесь.

— Ну что вы. Это даже забавно. Честно сказать, я опасался, что с невестой будет скучновато, — выдает он, а затем так резко тянется к моим волосам, что я даже вздрагиваю. Чего это он задумал?

— Что это? — хмурится дракон, достав из моей заколки травинку.

Ту самую, что я по приземлению в награду получила?

Не знаю почему, но мне сейчас не кажется хорошей идея рассказывать о том, что произошло прошлой ночью. Тем более Дэйра рядом. Кто знает, кому и что она доносит.

Вовремя вспоминаю про то, что опаздываю на занятия и хочу уже сбежать, как Дарко протягивает приметную книгу и значок.

— Потому и пришел. Подумал, что без переводчика вам будет сложно, — выдает он, и я ощущаю смесь стыда и радости одновременно.

— Спасибо! — вырывается у меня чуть ли не слезно, и принц ловит легкий шок.

Да и я сама не ожидала от себя такого всплеска эмоций. Это после полета я до сих пор не в себе?

— Кхм… Благодарю вас, Ваше Высочество, — моментом исправляюсь я, но, кажется, Дарко больше по вкусу была первая реакция.

— Не спросишь меня о вчерашнем? — резко склонившись к уху, спрашивает он. — Я немного опоздал, но не нашел тебя. Ты не пришла?

Вот так вопрос! А брат, что, ему еще не доложил?

— Там были ректор и стражи, пришлось уйти, — шепчу ему так же тихо, чтобы соседка не слышала. Святая Инея, мне дико не нравится такой формат разговора.

— Я не хотел подвергать риску, и я ведь сказал, что ответственность, если что-то пойдет не так, на мне….

— Я помню, Ваше Высочество и ценю вашу заботу. Но думаю, это даже к лучшему, — прочистив горло, отстраняюсь. — В конце концов, разве не мы с вами должны подавать пример, соблюдая правила и законы?

Еще раз благодарю его за помощь и спешу уйти, ловя себя на странное чувстве, что с этим драконом что-то не так. Не кажется мне он уже таким добродушным и теплым, как прежде. Есть в нем что-то скользкое.

Ну да ладно, с этим пусть настоящая София разбирается, а мне сейчас нужно пережить первый урок по боевой магии в академии драконов!

В этот раз нас на занятиях по боевой магии почти поровну с драконами. Дюжина клыкастых, дюжина магов.

К собственному удивлению, ловлю себя на мысли, что меня больше не волнуют мерцающие нечеловеческие глаза. Хотя после увиденного вчера, я, наоборот, должна еще бояться тех, кто может обратиться огненную крылатую громадную ящерицу. Но нет ни дрожи, ни напряжения, ни неприязни.

Они все (все чешуйчатые) стали для меня такими же как маги.

— Доброе утро, адепты! — бурчит, ворвавшийся в аудиторию профессор. — Яр Рапсор, ваш профессор по материальной магии. Здесь мы будем изучать, как воздействовать на окружающую среду с помощью наших сил.

Дальше идет всем известная информация о том, что магия берет свое начало либо от Света, либо от Тьмы.

— Темная магия невероятно сильна и разрушительна, она запретна на территориях всех империй, так как может забрать душу и захватить разум, — рассказывает он. — Мы будем учиться светлой магии, что требует больше сил и концентрации. Сразу скажу, что мне плевать на то, какой у вас резерв, и все ваши физические ограничения. Либо вы будете лезть из кожи и учиться прилежно, либо попросту провалите экзамен. Таков закон жизни. Начнем!

Это была самая отрезвляющая и пугающая лекция в моей жизни. Чувствую, сегодня появился предмет, который я могу не сдать. Если драконы испугались, то нам можно просто выключить свет.

Хотя погодите, может, принцессе полагается скидка? Да уж, ни тебе свиты тут, ни даже настоящей фрейлины. Не понять мне законов Эдэрха.

Хотя, с другой стороны так намного удобнее и нет постоянного чувства, что за тобой следят. Можно лечь когда устал или перестать улыбаться, если грустно.

Хотя, совсем расслабляться тоже нельзя, ведь мы с Дэйрой уже подходим к столовой, где пялится будет каждый второй.

— Ваше Высочество! — тут же подлетает к нам Силия Ло-Сент, сестра Стефана. Отвешивает реверанс, задает вопросы из приличия, а затем переходит к самому интересному.

— Это правда? — спрашивает меня с огнем в глазах.

Обожаю, когда вопросы начинают именно так!

— Что правда? — мозг судорожно начинает перебирать варианты.

— Драконы говорят о вашей помолвке с принцем Дарко, — шепчет она, но все, кто был рядом, услышали и во все внимание уставились на меня. Особенно Стефан.

Понимаю его негодование. У меня были такие же глаза, когда подумала, что разъяренный дракончик может сделать с магичкой.

Вот только после обращения, как оказалось, чешуйчатые вовсе не теряют человечности, как напевают инзанийские барды, а остаются вполне адекватными.

Хотя нет. Там говорилось, что если дракон воистину рассвирепеет и не будет контролировать свое обращение, то может, в самом деле превратиться в зверя, порой даже бесповоротно. Интересно, как часто такое случалось?

— Ваше Высочество?

— А? Да, помолвка будет, — отвечаю я, вернувшись из мыслей.

А что еще тут можно сказать?

По их лицам сложно понять, что они думают. Скорее всего, в этот самый момент — ничего. Просто шок.

Не дожидаясь, пока товарищи очухаются и начнут узнавать мое мнение на этот счет, тороплю всех на следующий урок.

Занятие будет проходить во дворе на огромной зеленой площадке, рассечённой магическими линиями на несколько полей. И путь к этому месту лежал через комнаты переодеваний, где располагались достаточно просторные шкафы и стулья, предназначенные для обычной одежды, взамен которой полагалась форма, чем-то напоминающая мужскую военную униформу, только скучной серой расцветки.

Мне стало несколько неловко при виде своих ног не под пышной юбкой, а в штанах, но драконш такой вид совсем не смущал. Более того среди толпы мелькнула рыжая голова, которая обычно хвостиком всюду плетется за Листьерой, но самой возлюбленной моего жениха пока что не видно.

И хорошо, наверное.

— Стройся в две шеренги! — велит нам женщина, едва мы выходим во двор.

Суровая драконша с коротким даже по мужским меркам, русыми волосами с оливковым оттенком.

Мы попытались разбиться на два лагеря и поравняться, но явно недостаточно хорошо, чтобы заслужить одобрение учителя.

— Добро пожаловать на самооборону, адепты. Меня зовут Аравия Рушэ. Не путайте умение себя защищать с обычной дракой! Мы не учим нападению. Но дадим все необходимые знания, чтобы вы могли себя защитить. Начнем с дисциплины! Шаг вперед.

Две кривые шеренги волной шагают навстречу друг другу, создавая между собой узкий извилистый проход.

— Шаг назад! Хорошо. А теперь начнем тренировку.

— Все вместе⁈ — охает кто-то из адептов.

Мне вот тоже интересно, кто додумался поставить магов и драконов под одну гребенку? При том на боевых занятиях!

— А что вас смущает?

— Ну, как бы… — мямлит девчонка под пристальным взглядом рипт Рушэ.

— Драконы и маги ведь в разной весовой категории, — подает голос рыженькая, та самая, что под каблуком Листьеры. — Разве они смогут нам противостоять?

Среди чешуйчатых адептов раздаются смешки. Но кто-то один все же не разделяет этого глупого юмора.

И этот кое-кто Эмбер.

Как я сразу его тут не заметила? Только пришел или стоял где-то позади?

От одного взгляда на него кровь сначала застыла, а затем вскипела, как вулканическая лава. В голове всплыл серебряный дракон, полет, и тело попросилось в невесомость. И не только тело. Но и душа требовала немедленно оторваться от земли, взмыть к облакам и парить там, на расправленных крыльях.

Надо же, еще вчера я призирала драконов, а сегодня завидую их умению летать.

Так. Стоп. Хватит! Только беру себя в руки и хочу отвести взгляд, как Эмбер ловит с поличным. И я предательски краснею в этот самый момент, а он… он усмехнулся там что ли?

— Отставить смех! — возвращает меня в реальность голос профессора и я тут же отвожу взгляд от холодного принца.

По телу идет какая-то странная дрожь. Будто меня чуть в бездну не засосало. Еле спаслась. Брр….

— Жизнь очень подлая штука, и чаще всего сильный нападает на слабого. Но именно страх и отчаяние заставляют проявить истинную мощь. А самое главное — смекалку. Потому часть занятий будет проводиться смешанным составом с участием старших адептов, как наблюдателей и помощников, а часть согласно вашему уровню. — толкает пылкую речь рипт Рушэ, а затем посмотрев куда-то поверх наших голов, недовольно добавляет:

— Теперь даже в полном составе.

Листьера Ала-Сер все-таки объявилась. Непривычно растрепанная и рассеянная, будто только что выбралась или выпала из постели.

— Извините, — бубнит через губу брюнетка и втискивается рядом с подругой. А затем находит меня взглядом и усмехается.

Вот чувство, будто где-то успела нагадить, и меня ждет этот самый сюрприз. Я ведь себе это не придумываю?

Судя по внимательному взгляду Эмбера, нет. У него тоже есть похожие мысли. И кажется, его предположения опаснее моих.

— Приступим! — хлопает в ладоши профессор, и из соломенной корзинки, что стоит у ее ног, вырывается дюжина пугающих мелких шаров.

Глава 15 Шель ше касис

— Знакомьтесь. Это рипоны. Они будут охотиться на вас весь этот год и всегда по-разному. Сегодня мы разучим самое простое. Защиту от прямого предсказуемого нападения. Иными словами, рипоны полетят в вас с расстояния в двадцать шагов. У вас будет пять секунд, чтобы найти способ от них защититься.

— Найти способ⁈ — тревожится толпа.

— Конечно, я научу вас заклинанию, — хлопает в ладоши рипт Рушэ. — Но сначала хочу услышать ваши идеи. И так, адепты, что бы вы применили в случае прямой атаки рипонов?

В ответ тишина. Ну про себя мне понятно — я-то не самая грамотная в части боевой магии. Но остальные-то должны знать. Нет?

— Ну что? Никто? — ведет бровью Аравия и останавливает строгий взор на Стефане. — Вы, молодой маг, что скажете?

Ло-Сент напрягается до кончиков пальцев и нервничает. Не знает.

— Рипт Эмбер, подскажете им? — вздыхает женщина, и драконопринц тут же на ровном дыхании выдает ответ.

— Шель шэ касис, — песней звучит заклинание из его уст, и на секунду я будто впадаю в транс.

Это что еще такое?

Тут же трясу головой, смахивая странное наваждение. Да что со мной происходит.

Ай! Запястье опять печет! Все невзгоды в кучу?

— Верно. «Шель шэ касис» одно из самых простых, но весьма эффективных заклинаний. Оно преобразует материю, в данном случае воздух, меняя его плотность, и создает своеобразный щит. Этим вы сейчас и займетесь. — сообщает рипт Рушэ, а Стефан сам на себя не похож.

Пилит взглядом драконопринца, словно между ними шло соревнование, которое он только что с треском провалил.

— Не дуйся, лопнешь, — толкнула я его в плечо.

— Что?

— Говорю не расстраивайся из-за глупого заклинания. Он учится дольше нас, но ты все равно крут, — подбадриваю Ло-Сента, опасаясь за его уязвленное самолюбие, и он неловко улыбаясь, кивает.

— Я дам вам тридцать минут, чтобы подготовиться и потренироваться, а затем ваши способности испытают рипоны. — инструктирует профессор. — Маги, вам разрешено произносить заклинание вслух. Драконы, даже думать об этом не смейте! Помним про технику безопасности. Держим дистанцию щита не менее двух метров от ближайших предметов. Управляем потоками энергии. Начали!

Начали, так начали!

Драконы первые начинают хвастаться весьма внушительными щитами. У магов тоже получается не плохо, но их «Шель шэ касис» зачастую набирает диаметр не больше метра. За таким вполне можно было спрятаться, если присесть, а вот с плотностью нужно поработать. Хотя, кого я критикую?

Из моей руки вообще вырвалось облачко, в прямом смысле этого слова — рыхлое, маленькое, жалкое. Хотя я честно старалась.

Драконы хихикают, а Листьера еще выше задирает свой длинный нос.

— Что это с ней? — даже Силия замечает за моей соседкой по этажу неладное. — Чего эта драконша так смотрит на вас, Ваше Высочество?

— Думает, как от меня избавиться, — шепчу я в ответ, и тут же получаю от Стефана недоумевающий взгляд.

— Я не шучу. Это бывшая девушка Дарко, — приходится приоткрыть занавес жутчайшей тайны.

— Чего⁈ — охает Силия, но тут же сбавляет тон. — А смотрит так, будто она настоящая….

Вот что есть, то есть.

— Сили! — отдергивает сестру Стефан, видимо полагая, что меня задевают эти слова. — Не обращайте на это внимание, Ваше Высочество. Она порой не думает, что говорит.

А я уж было решила, что Ло-Сента так покорежило от мысли, что магичка вступит в брак с драконом, что он поставил на мне крест. По крайне мере до этого момента он упорно не разговаривал со мной. Видно, наконец, отпустило.

— Тишина! — требует профессор. — Построение! Начинаем!

Один за другим адепты выходят под летящий на них десяток шаров. Драконы отражают почти все, магам везет меньше. Всем, кроме Стефана.

Его «Шель шэ касис» выходит настолько хорошим, что профессор аплодирует, а драконы кривятся. Случайно наткнувшись взглядом на Эмбера, хоть упорно избегала подобного, замечаю, что он единственный, кто остается равнодушным ко всему этому состязанию.

Зато пристально наблюдает за мной. Слишком пристально. От чего я начинаю нервничать еще сильнее.

Я что, платье наизнанку в спешке надела? Дэйра бы в таком виде не выпустила….

— Рипт София, — зовет меня профессор, и я занимаю позицию.

Стараюсь не думать о странном внимании принца или насмешках Листьеры. Хочу сосредоточится на шарах.

— Готовы? Начали! — звучат команда, и рипоны летят в меня, а несчастное облако совершенно не спасает от ударов. Я падаю на землю, корчась от боли.

— София! — первым подлетает Стефан, а сразу за ним учитель.

— На сколько оцениваешь степень повреждений? — бледнеет Аравия, никак не ожидав, что адепт окажется настолько слаб.

— И как гримуар открылся такой неумехе? — слышу смешки в толпе.

Вот же гадины чешуйчатые! Выучу оттуда пару интересных трав, будете знать! Неделю с дырявого трона не слезете!

— В порядке. Могу продолжать, — заверяю я, стараясь концентрироваться на инструкторе, а не на тех, кого хочется сейчас прибить.

— Продолжать? — переспрашивает рипт Рушэ. Мне что так круто влетело, что она побаивается, второго раза я не переживу? Или переживает, что за синяки принцессы по головке не погладят? — Хорошо. Занимайте позицию.

Наша женщина! Я в ней не ошиблась. Суровая. Справедливая. Таких люблю.

Я поднимаюсь и занимаю позицию. Умру тут, но трусости вы моей не увидите. Особенно ты, Листьера! Эдэрх тебя подери!

— Готовьсь! Начали! — звучит команда, и в этот раз я готова.

Даже слишком. Ярость так и пылает внутри! Шары летят прямо на меня.

— Шель шэ касис! — шепчу я, и с уверенностью жду, что в этот раз уж точно получится.

И в самом деле, передо мной возникает уже не облако, а настоящий щит, но радоваться рано. Первый шар отлетает, нарушив и без того никудышную концентрацию, и два последующих прорываются сквозь него, как сквозь дымку. Один пролетает мимо головы, второй попадает в плечо. Больно!

И ведь это не конец!

— Позор! — доносится из уст драконихи, решившей, что мне сейчас очень нужна эта оценка.

А, может, в самом деле, нужна? Злость и боль вместе взятые срабатывают отлично. Я чувствую, как внутри меня растет пламя: неистовое, жадное, беспощадное и, кажется, неуправляемое.

Я хочу ухватить эту энергию, обуздать и направить в щит, но вместо этого он начинает терять форму и вилять из стороны в сторону.

— Рипт София! София Ав—Ройрэ! — слышу испуганный вопль Рушэ и пытаюсь разрушить заклинание, но теперь не я управляю магией.

Это она бесцеремонно вырывается из меня. Не волной, а рывками разного импульса, которые колеблют неустойчивый барьер.

Рипоны, к счастью, отскакивают от него, как от стены, но сам щит уводит в сторону…. Прямо на адептов!

— София, немедленно прекрати! — возникла перед испуганными драконами Аравия, пытаясь остановить мое «шель шэ касис» своим куполом, но чем закончилось дело, я не успеваю увидеть.

Зато отчетливо л=вижу перед собой горящие глаза Эмбера. Чувствую щелчок в лоб и все вокруг моментом темнеет, а я падаю.

Не на землю, а в его руки.

Темнота отнимает последний свет. Звуки медленно исчезают….

— Рипт Эмбер, скорее отнесите ее в лазарет! — Рипт Рушэ.

— Я отнесу! — голос Стефана….

— Я сам!

Глава 16 Опасно близко

Какое мерзкое жужжание. Откуда здесь насекомое, которое мешает спать?

Отмахиваюсь сквозь сон, но звук не стихает. Да и вообще он постоянный, монотонный, будто не снаружи, а внутри!

— Ты и во сне дерешься? — слышу усмешку в голосе… Эмбера?

— Какого Эдэрха⁈ — вскакиваю с перепугу и во все глаза смотрю на дракона. Что он делает у моей постели?

Ой, нет. Постель тут не моя. И комната не моя. Я вообще далеко не в общежитии. Белые стены, ряд коек, стеллажи со склянками. Это лазарет.

Точно, я же устроила бурю на занятии по самообороне. А этот… чешуйчатый гад щелкнул меня по лбу, как мелкого шкодника!

— Ты сейчас использовала имя Великого Эдэрха как ругательство⁈ — ведет бровью Эмбер, и я, моментально растеряв свои претензии, бледнею в цвет стен.

Это же надо так оконфузиться! Еще и не абы кому из инзанийцев, а мне. Тьма….

Но ледяной принц не спешит отчитывать, а как-то странно улыбается, точно взрослый наблюдающий за забавным ребенком. И что это его так умиляет?

А мне становится несколько не по себе. Холод на его лице куда привычнее, чем это. Даже мурашки идут по коже.

Кхм. Ну что ж, раз он решил, что я персональный увеселитель для этой глыбы льда, то первый чек выписан: пять занов* (Прим.: зан — денежная единица Инзании).

— Тебе послышалось! — спешу заверить я и хочу вернуться, к тому к тому состоянию, когда Эмбер был для меня чешуйчатым гадом, давшим мне самый настоящий щелбан, а не вот это все. — Это ты меня сюда принес?

— Меня попросили, — говорит так снисходительно он так, будто сделал одолжение.

Но я помню несколько другое. «Я сам», например.

— И вырубил меня тоже ты?

— Ага.

Вот просто «ага»⁈ Типа: подумаешь, отправил принцессу в «обморок». Что в этом такого?

— Какого?!. — «Эдэрха» говорить нельзя. И как теперь ругаться? Смотрю пристально я в серые мерцающие глаза.

Вот не пугают они меня больше. Ни капли! Сам бойся рассерженных инзанийских женщин.

— Зачем ты это сделал⁈

— Ты чуть всех адептов не раскромсала своим щитом. Так что считай, что я тебя спас. Опять, — он вроде как дразнится, но в то же время очень доволен собой.

— Как благородно! Выходит, надо поблагодарить⁈ — съязвила я, потирая ушибленный лоб. Там, наверное, синяк.

Хотя, поблагодарить, правда, надо. Кто знает, какие обороты набрал бы «шель ше касис», не вмешайся Эмбер вовремя?

Ректор и так всюду сует свой длинный драконий нос, называя мою магию мутированной. Даже я, будучи неучем в этой сфере, понимаю, что со мной что-то не так. Ведь мощь, которая пронзала мое тело в тот миг, была поистине пугающей. И я не смогла с ней совладать. Дома такого не происходило. Вообще никогда не происходило.

— Выходит, ты не шутила, когда говорила, что толком ничего не умеешь, — возвращает меня из мыслей Эмбер.

— В магии не умею, — поправляю я, а он опять усмехается. Я что, в самом деле, забавный зверек для него?

Пять занов. Итого десять.

— Забавно! — тянет Эмбер. — Неужели в Инзании не нашлось нормальной принцессы? Зачем они отправили такую неумеху⁈

Да вы только гляньте! Он дразнится! Самым настоящим образом!

— За такие шутки в Инзании можно и щелбан отхватить! — предупреждаю я.

— Щелбан⁈

— Драконий принц не знает, что это такое? Давай покажу! — сверкаю глазами. Заодно поквитаюсь за пришибленный лоб!

— Эй! Инзанийка, ты чего⁈ — спохватывается Эмбер, когда мои пальцы стремительно подлетают к его голове, но щелкнуть не успеваю — руку он перехватывает мою руку в паре сантиметров до цели.

Вот досада! Но у меня есть и вторая рука.

— В самом деле⁈ — реагирует Эмбер, опять оставляя меня с носом.

«Ну, держись, драконопринц!» — подумала я, а уже через пару секунд нужно сказать: «Ну, драконопринц, слезай с меня!».

В самом деле, безобидная игра, ну или обидная (ведь я искренне желала возмездия) перетекает в настоящую схватку, в результате которой Эмбер ловко скручивает обе мои руки и валит обратно в кровать, при этом нависая сверху.

Слишком близко. Серые, мерцающие глаза, прямой острый нос, серебряные волосы, ставшие отчасти занавесом наших лиц от всего мира. Кажется, я слышу, как грохочет сердце — слишком быстро. Громко.

Это мое? Или его?

Ощущаю горячие, уже начинающие немного обжигать пальцы на своей коже. Надо бы вырваться, но не решаюсь. Не из-за страха, а потому что теряюсь под взглядом серых глаз, лишившиеся в миг своего задора и вообще каких-либо мыслей.

Они пусты. Словно заброшенные клетки, из которых вырвались стаи птиц. А теперь там зарождаются новые мысли.

Странные мысли, мне совсем не понятные. Точнее не подвластные разуму. Но на них почему-то реагирует сердце. Оно бьется быстрее и теперь я понимаю, что первый пульс принадлежал не мне. Мое молчало, а вот теперь бросилось в нервный пляс.

Еще секунду назад я ощущала жар пальцев Эмбера, но теперь внутри меня разгорается такое пламя, что и сама могу его опалить. Первым пылает запястье, а потом огонь раходится по каждой жилке. Что это со мной?

Нет. Это что-то неправильное. Это опасно!

Святая Инея, вели ему отойти, ибо мой рассудок ускользает от меня. Его застилает пелена, внушая мне самые разные, неправильные желания, которых никогда прежде не было в моем уме.

Например, такие, как поддаться вверх и коснуться этих темных губ, опаляющих горячим дыханием мою кожу. Его взгляд решителен, в то время как я превращаюсь в трусишку. Он склоняется ниже, и сердце уходит в пятки.

Нет. Так нельзя!

— Эмбер⁈

— София⁈

Два имени. Два голоса, которые мы оба слышим не сразу. Но все оборачиваемся.

На пороге трое: пугающий ректор Диргар, мой надзиратель Тьюдо и… нареченный в женихи Дарко.

Тушите свет…

Глава 17 Вопросы — ко мне

Дарко:

Это что за… выколи глаз⁈

Когда мне сказали, что инзаийская принцесса попала в лазарет, я ожидал увидеть тут что угодно, но не эту дикую сцену!

София и… Эмбер⁈ Мой кровный брат⁈

Чем эти двое тут занимались, твою ж за хвост? И до чего бы дошли, не объявись тут мы⁈ Это какая-то дебильная шутка?

Но братец объясняться не спешит. Едва Диргар зовет его, как тот рыча, поднимается на ноги и кидает в нас такой взгляд, будто это мы еще и виноваты.

— С вашей скоростью, принцесса Инзании могла тут умереть и воскреснуть несколько раз, — отчитывает он Тьюдо.

— Эмбер, — осекает Диргар, но Эмбера эта особо не заботит.

— Она не в себе после случившегося, проявите внимание и заботу. Не приставайте к ней. Все вопросы ко мне. Потом. — добавляет брат в тоже духе, а затем прочь.

Но вот уж нет. Меня вот этими вот словами с порывом благородства не проймешь. Да и вообще я его таким тысячу лет не видел.

Шипящий, нервный, напряженный. И дело ведь вовсе не в тревоге за инзаницсткую принцессц, а в том, что между ними было… или могло быть.

Твою ж за хвост!

— Эмбер! Стой!

Эмбер:

— Не сейчас!

Я слишком резко отмахнулся от Дарко. Но как иначе? Я знаю, о чем бы он спросил. И знаю, что не смог бы ответить. Я понятия не имею, что сейчас было в лазарете.

А то, что им нужно было услышать, я и так сказал — претензии могут адресовать мне.

Да и то, что они там увидели, можно трактовать по-разному. Я и сам, тьма! не знаю, как это назвать!

Минутным помешательством или банальным мужским началом? Но что-то не так.

Не так, как всегда. Пусть я не столь падок на женщин, как Дарко, пусть избирателен и даже придирчив, как подкалывает брат, но что такое похоть и страсть, я отлично знаю. Глупо отрицать, что этого не случилось со мной мгновенье назад. Но помимо хорошо знакомых инстинктов, сработало ещё кое-что….

Голубые человеческие глаза просто врезались в сознание, заставляя желать не только тело инзаниийки, но и… душу? Я хотел забрать всю Софию себе целиком: с её мыслями, с её чувствами. Всю! Целиком и полностью…

Присвоить! Я умирал и рождался заново, слушая, как грохочет её сердце… по мне.

Это не симпатия, не любовь, не влечение. С первого или какого-то там взгляда? Нет. Это я проходил. Тут что-то другое. Что-то на что реагирую не только я, но и мой зверь. Что-то, что ранее происходило лишь раз.

Там, в Инзании, когда на меня налетела маленькая рыжая человека.

Готов был поклясться, на ее руке вспыхнула метка, которую я не успел разглядеть. И найти эту ушлую беглянку не сумел.

А раз истинная моего дракона — та рыжая незнакомка, то это что?

Бэль:

Меня трясет. Трясет так, что пальцы дрожат. Я смотрю в глаза ректора, меняющие цвет каждые несколько секунд, и вижу в них бесчисленные вопросы. Но взгляд хуже, куда более пугающей.

Что мне им сказать?

К счастью, не приходится.

— Она не в себе после случившегося, проявите внимание и заботу. Не приставайте к ней. Все вопросы ко мне. Потом. — выдает господам Эмбер, отводя весь удар на себя.

Тут же спохватывается и Тьюдо, прося господ покинуть лазарет, раз уж такое дело.

Вот только вся его забота — сплошная ложь. И в этом я убеждаюсь, когда мы остаемся одни.

Поддельные эмоции в миг слетают с лица сопроводителя, точнее надзирателя. И он же станет моим палачом, если я совершу непростительную ошибку.

Я сейчас была на грани.

— Стоит ли спрашивать, что сейчас было? — ведет бровью Тьюдо. И шевелится только она. Остальное лицо как камень.

— Щелбан, — отвечаю я, и ползет вторая бровь Тьюдо.

— Мне выпрашивать объяснения? — лязгает, как металл, его голос.

— Это было недоразумение. Не более того, — говорю твердо и убедительно.

Тьюдо не любит, когда мямлят. Особенно в такие моменты.

— Охотно верю твоим словам. В этот раз. И уверен, что подобное больше не повторится, принцесса София! — режет он голосом, взглядом касаясь моего значка переводчика. — А сейчас, позвольте я сопровожу вас в комнату.

Это вовсе не просьба, а приказ, сказанный мягким голосом и сопровожденным суровым взглядом. Наверное, не будь на мне шпионского устройства, Марш говорил бы иначе.

У меня получается нормально дышать, лишь когда дверь моей комнаты плотно закрывается за спиной. Облегчение волнами идет по телу, а затем я ощутила неимоверную усталость.

Не выспалась после щелбана? Или израсходовала слишком много магии для щита?

Резоль ведь говорила о балансе и восстановлении.

Надеюсь, все обойдется. А если нет, пойду на море. Оно манит своим черным мерцанием, напоминает те глаза, что немногим ранее заставляли меня позабыть все на свете.

О, святая Инея, да что же я творю⁈ Совсем из ума выжила?

Почему в моей голове вновь этот чешуйчатый? Я что, умом тронулась?

Может, тот щелбан меня так хорошо меня приложил, что мозги сместились? Нет, серое вещество тут не причем.

Другой орган дает сбой — сердце. Оно колотится слишком быстро от одной мысли о ледяном принце. Не таком уж и ледяном, как оказалось в полчаса назад.

Эта улыбка, мерцание серебряных глаз. Где же там лед⁈ Там тепло. Нет там опаляющее пламя, готовое испепелить меня целим!

Тьма! Опять я за свое⁈ Да что ж это такое⁈

Бэль, вспомни! Он брат твоего жениха. И то, что сейчас происходит — неправильно.

Хотя… поправочка. Он брат жениха Софии, а не мой.

Эдэрх возьми! И что это меняет? Ничего!

Я откидываюсь на кровать и закрываю глаза. Нужно просто как следует выспаться, и все встанет на свои места. Нельзя думать об Эмбере, не стоит думать и о Дарко. Хотя с последним придется объясняться.

А может и нет. Чего ему злиться? Он ведь любит не Софию, а Листьеру. Может быть, он даже рад? На это и буду уповать.

— Ваше Высочество! Ваше Высочество!

— Ваше Высочество! Ваше Высочество! — Дэйра, в самом деле, решила стать моим личным будильником. При чем с самым неприятным поскрипывающим спросонья голосом.

— Встаю, — протянула я и поплелась в душ.

Сегодня времени хватило, чтобы как следует привести себя в порядок, собраться, и даже выпить чай с бутербродом перед выходом.

А после мы направились на занятия профессора истории.

— Быстрее! Быстрее! Чего вы тянитесь как смола⁈ — выдал он вместо приветствия, едва мы вошли в кабинет. — Я приготовил для нас интересный материал!

Тут я внесу поправку в это заявление: «интересный, по его мнению, материл», ибо пришлось записывать одну дату за другой и разные сложные имена с регалиями.

Стоит отметить, что в древности драконьи имена звучали так же, как ныне звучит их язык — шипяще и рычаще. Например, был такой король — Фершш, его сына звали Шэрро, да и само название ныне существующего государства получилось от имени некогда жившего могущественного дракона — Эдэрха. А вот потом уже пошли всякие Резоли, Селены, Астеры, Аравии, Дарко и Эмберы…. Так, о последнем не вспоминать!

Встряхиваю головой и сосредотачиваюсь на лекции профессора с бесконечными ссылками на даты. Когда кто чихнул, когда проснулся, во сколько поел. Не до такой степени, конечно, но зачем нам знать, сколько драконш было в гареме Фершша, если к политике они не имели отношения?

Кстати, об этом. Можно считать везением, что сейчас в Эдэрхе одноженство?

— А теперь переходим к самой страшной части нашей истории, — предупреждает профессор, и унылые адепты тут же навостряют уши. — К временам восстания Рихессара!

Едва звучит это имя, как адепты вздрагивают и бледнеют.

— Рихессар был братом-близнецом короля Тарза I, и при этом черным драконом, — говорит профессор. — Да-да, черным. Столетиями все считали, что Эдэрх Великий и его последователи запечатали появление этой масти, тем самым остановив Тьму. Но она нашла лазейку. Долгие годы никто не догадывался, что Рихессар может обращаться к силам Тьмы. Думаю, он и сам не сразу обнаружил эту связь, так как изначально родился с белой чешуей, как и Тарз I. Зная о легендах и гонениях, Рихессар долго скрывал свою суть, и открылся лишь тогда, когда впитал себя столько Тьмы, что его уже было невозможно остановить. Он убил своего брата, и земля вновь застонала от боли и зла.

В зале стоит мертвая тишина, нарушаемая лишь шагами профессора Астера. По коже идут мурашки.

— Мир погрузился в огонию, обещавшую скорый конец света, если бы не Сюрриш Золотой, он же Сюрриш Диргар, — сообщает профессор и собирается снова завалить нас датами и событиями, но замечает перешептывания в толпе.

— Да-да, вы верно подметили. Сюрриш был предком нашего многоуважаемого ректора. Дедушкой, если быть точнее. И последним золотым драконом. Так. А теперь о Рихессаре.

И пошли страсти о том, как черный дракон кромсал и убивал своих же. Полный псих! А это только начало истории. Страшно представить, сколько еще придется услышать.

После информативного занятия было бы неплохо освежить голову и что-нибудь перекусить. Люси, Барак и Стефан поддержали эту идею, по дороге мы встретили Силию и отправились все вместе в обеденный зал, где по пришествию сразу вызвали волну внимания.

Теперь дракончиков интересовало не столько появление принцессы, нареченной невестой драконопринца, а сколько адептки, открывшей гримуар, но не справившейся с простым «шель шэ касис». Смешки так и понеслись по залу.

— Не обращайте внимание, — шепчет мне Стефан, и я с удовольствием слушаю совет.

Мы подходим к раздаточному столику и занимаем места в длинной очереди. Я пробегаюсь глазами по залу, помня наказ Тьюдо касательно объяснений с Дарко.

Перспективы этого разговора не радуют, но избежать его не удастся.

— Кого-то высматриваете Ваше Высочество? — раздается голос за спиной.

Позади нас в очередь встали три драконши, одну из которых я уже хорошо запомнила, только имени до сих пор не знаю. Буду просто называть ее Стерва, хотя из—за цвета волос можно было бы придумать что-то в стиле Искорка или Лава, но это слишком красиво для такой мегеры.

— Тебе какое дело? — делает выпал Силия вместо меня. Надо запомнить, как ставить наглецов на место.

— Никакого. Просто хотела сказать, что Дарко вы сейчас здесь не увидите. Он занят кое-чем более важным! — хихикает девушка, и гиены, стоявшие по бокам от нее, трясутся от беззвучного смеха.

— Не припомню, чтобы нанимала вас в лазутчики, но спасибо, — выдаю я, беру свой поднос и гордо следую с друзьями к столу.

Дарко, в самом деле, не нет в обеденном зале. Как и Эмбера. Но их может тут не быть по тысяче причин. Либо же они решили отобедать в любой другой из башен. Замок—то большой. Однако насмешки прихвостней Листьеры отчего-то не дают мне покоя.

Откинув мысли, заканчиваю присест, и вместе с дружной компанией выходу в коридор. Сейчас должны начаться занятия рипт Ала-Сер, но до кабинета мы не доходим.

— Его Высочество, Дарко, — шепчет мне Силия, завидев прямо по курсу одного из принцев. Хватает своего двоюродного, не особо хотевшего подчиняться, братца и тащит в сторону.

Остальные ретируются сами. Мне тоже очень хочется последовать за ними, но, увы…. Этот разговор не избежать.

— София? — замечает меня Дарко.

Глава 18 Кто еще нечестен?

Он будто бы не ожидал случайной встречи. Ну да, мы же не в одной Академии учимся. Я замечаю, что сегодня драконопринц выглядит немного по-другому. Одежда по-прежнему дорогая, но несколько помятая. Да и волосы уложил на скорую руку.

— Доброго дня, — отзываюсь я, стараясь делать вид, что не замечаю ничего лишнего. — Я бы хотела с вами поговорить.

— Конечно, Ваше Высочество, — улыбается Дарко своей обворожительной, и с некоторых пор опасной улыбкой.

Мы отходим в сторону от прохода, чтобы сделать предстоящий диалог более приватным.

— Мне стоит прояснить ситуацию в лазарете, — набравшись смелости, начинаю я, и Дарко заметно напрягается. — Полагаю, что Эмбер уже рассказал. Это была случайность. Глупое недоразумение из-за щелбан.

— Щелбана? — он произносит это в точности, как Тьюдо.

— Что-то вроде щелкнуть в шутку по лбу, — попыталась объясниться я. — Детская игра. Шутка.

— Шутка? — кажется мои объяснения нравятся ему все меньше. — И давно вы так шутите?

Взгляд Дарко становится каким-то непривычно тяжелым.

— Это просто была просто ответка за то, что Эмбер отключил меня на занятиях по самообороне, — заверяю я, пытаясь уже выправить ситуацию, а не усугубить.

— Эмбер тебя отключил? — подозрительно прищуривается пинц.

Я думала, он в курсе. Он не случайно же пришел тогда в лазарет с господами хорошими?

— Мне сказали, что с тобой приключилось происшествие на занятиях. Но не знал, что Эмбер в этом участвовал.

В его голосе скользит что-то неподвластное моему анализу. А имя брата звучит слишком остро.

— Ему пришлось. Мой щит чуть не покромсал других адептов, — выдаю я, сама не понимая, зачем сейчас защищаю ледяного дракона. Или не его, а себя? От лишних подозрений.

— Не знал, — выдает Дарко, что-то прокручивая в уме.

На секунду его лицо становится пугающе холодным, но затем он вновь накидывает дипломатичную улыбку.

— Спасибо, что все прояснили, Ваше Высочество. Надеюсь, больше вы не заставишь меня волноваться, — вновь возвращаясь к «вы» говорит он.

Слова звучат, вроде, мягко, но под маской снисходительности я отчетливо чувствую колючее предупреждение. Что рождает в голове пару-тройку вопросов.

Я ведь знаю, что Дарко не рад этой свадьбе, так что мои проступки могут даровать ему свободу. Почему бы не радоваться в таком случае? Тем более….

Едва я вспоминаю о Листьере, и тут же замечаю ее. Лохматую, взбудораженную, в передернутой юбке и помятой блузке. Она стреляет в меня надменным взглядом, и ухмыляется, задрав нос. Поправляет пуговицы в зоне декольте, будто давая мне какой-то сигнал, и уходит.

А я…. Я смотрю на одежду Дарко, в этот раз зная, что искать. И нахожу очень быстро.

Потерянный волосок силового оттенка прямо на его плече.

Вы только посмотрите, благонравный принц вовсе не такой благонравный, каким хочет казаться? А раз он так увлечен бывшей девушкой, что до сих пор продолжает с ней встречаться тайком и обманывать невесту то, к чему этот предупредительный тон, так и заявляющий: «не забывай, ты моя»?

Что-то в этой истории не сходится. Или же Дарко решил, что одной пассии ему мало, и намеревался заполучить сразу обеих? Вот откуда нарисовался хищный огонь в его глазах?

Не такого мнения я о нем была. Что ж, первое впечатление обманчиво.

— София? — голос Дарко отрывает от размышлений, и я перевожу на него, наверное, слишком острый взгляд, что вызвало у парня недоумение.

Ну ничего, потерпит. София тоже не обрадуется, когда обнаружит, что ее будущий муж изменщик!

— Разумеется, — отвечаю я с дипломатической улыбкой, но уже не так ласково, как щебетала секунду назад. С долькой льда в голосе. — Будьте уверены, я не поставлю вас в неудобное положение. Надеюсь, и вы не допустите скандалов.

Последняя фраза явно вызывает у Дарко недоумение, но прежде, чем он сообразит, спешу сделать реверанс и уйти.

Пусть он теперь понервничает.

Распрощавшись с Дарко, я последовала на занятия рипт Ала-Сер.

— Хорошенько подумайте, к чему вас тянет, что вас манит и зовет. Куда вы хотите идти, и где чувствуете, что наполняетесь? Есть мысли? — спрашивает она с порога.

Затем разводит руками по воздуху, и перед каждым из нас появляется компас.

— Он заряжен магией, которая поможет вам найти путь. Но она не сработает без вашего участия. Вы должны сплести свою магию с компасом и стремиться найти место силы, должны хотеть этого всей душой. Тогда стрелка приведет куда надо. На этом все, адепты. Не теряйте времени напрасно. Ищите.

Мы толпой хлынули из кабинета и разбрелись по разным сторонам. Кто-то в сад, кого-то повело к башне, а меня же… подальше от академии.

Забавно.

В прочем, я не против прогуляться подальше от вездесущих подружек Листьеры и их ухмылок.

Откинув ненужные мысли, я сосредотачиваюсь на компасе и шагаю… к морю. Насколько я помню, берег и ближайшие пятьсот метров воды считаются территорией академии, а значит, мне туда можно.

Путь идет через один из стадионов у шестой башни. Он намного больше того, где я оконфузилась со щитом, но адептов тут штук пять от силы. Намного больше толпится у линии ограничения и взбудоражено чего-то ждут.

Чего?

— Сейчас будут обращаться! — шепчутся они.

Что? В драконов? Прямо тут?

Если я не ошибаюсь, при первых обращениях, молодые неопытные драконы весьма неустойчивы и могут наломать дров. А тут, на минуточку, 36 вкусных магов бегает по замку. И я сейчас ближе всех.

Испугавшись за свою несчастную шкурку, я отхожу подальше и только сейчас замечаю, что стадион под магическим куполом-барьером.

Ну, разумеется. Ректор все предусмотрел.

А раз так, то можно задержаться и понаблюдать. Интересно ведь. Но вспомнив слова Эмбера о том, что нужно беречь не закаленную драконьим огнем психику, я решаю засунуть любопытство куда подальше, и иду на зов компаса.

Вот и море. Берег с мелким белым песком, в который проваливаются туфли. Вот уже и линия воды, а компас не унимается. И куда мне? В само море?

Были бы у меня крылья, как у драконов, может и полетела бы, но увы, рожденные топать летать не могут. И как теперь быть?

Судя по всему, никак. Ну, раз я уже здесь, то можно хотя бы насладиться видом и немного перевести дух. Убедившись, что берег пуст, снимаю туфельки, уже наполнившиеся песком, немного приподнимаю подол платья и ступаю в воду. Прохладная, но убегать не хочу.

Кожа быстро привыкает к температуре, я делаю еще шаг, и теперь вода выше щиколоток. Опять волна дрожи по телу. Приятно. Я словно заново рождаюсь. Еще шаг и закрываю глаза.

— Ты пытаешься сбежать или утопиться?

Этот голос!

Мигом вылетаю из состояния медитации, и обернувшись, натыкаюсь на усмешку на лице Эмбера.

Стоит тут в белоснежной рубашке, как всегда, распахнутой на рельефной груди, и смотрит на меня как на дуреху.

— С дедукцией у тебя проблемы, — отзываюсь я. — Хотя, что в чем-то ты прав. Сбежать неплохая идея. Были бы крылья.

— Свои одолжить?

Вроде говорит в шутку, а вроде и нет.

Его улыбка становится еще более лукавой и притягательной, и это заставляет что-то во мне дрогнуть. Словно отозваться в ответ.

Это что еще такое? Так быть не должно.

Нужно держаться от этого парня подальше.

Эмбер, судя по всему его виду сейчас абсолютно противоположного мнения. Даже не проверив, есть ли кто рядом, он снимает припорошенные песочной пылью туфли, и… идет ко мне в воду!

Вот теперь, правда, в пору топиться!

— Ну так что? Полетаем? — спрашивает он, а я ловлю очередной шок.

Так он это серьезно?

— Не боишься, что влетит за несанкционированные полеты? — парирую я.

— Ты плохо меня знаешь, Софи.

Даже спорить не буду. Я вообще его не знаю.

— Как ты только что меня назвал? Софи? — хмурюсь я.

Мы как-то слишком резко сошли с «Ваших Высочеств» до неформальных обращений, но сокращение от имени это что-то новенькое.

Хотя, чему я удивляюсь? Это же Эмбер!

Ни один другой нормальный драконопринц не стал бы даже приближаться к невесте собственного брата после того, что случилось в лазарете. И уж тем более не пошел бы к ней в воду.

Кстати, об этом. Нужно выходить, пока никто не увидел.

— Не нравится? — внимательно прищуривается Эмбер, когда я уже беру путь на сушу.

Омоченные ноги обдувает прохладный воздух, и я вздрагиваю. Зато это отлично помогает держать голову холодно.

— У меня есть нормальное имя.

— Не хочу называть тебя как все, — преспокойно заявляет Эмбер.

А с какой стати он должен называть как-то особенно⁈

Вопрос задать не успеваю, он вновь забирает всю инициативу себе.

— Так зачем ты здесь?

Игривая улыбка сходит с его лица, и теперь он выглядит непривычно серьезно. Даже расстёгнутая на его груди рубашка, треплющаяся от порывов ветра, теперь обретает другой смысл.

Он кажется не просто своенравным наглым принцем, пренебрегающим правилами просто по прихоти, а мужчиной, идущим к тому чего хочет, невзирая на эти правила.

— Ищу место своей силы.

— Судя по виду, не нашла, — решает он, и в уголках губ вновь появляется улыбка. Но уже не игривая, а мягкая, как у Дарко. Хотя, у того, она, по всей видимости, всегда была фальшивой. А здесь, вроде, настоящая.

— Ага, — вздыхаю я. — Компас и привел меня к морю, но велит идти дальше.

— В воду? Странное для магички место силы, — подытоживает Эмбер.

И здесь я с ним согласна. Хотя, с тех пор как я в Эдэрхе, вообще все странное.

— Хм, — задумывается на секунду принц, а потом выдает. — Есть только один способ, узнать, где же оно. Попроситься на спину дракона и подержишь над морем свой компас.

— Попроситься?

— Ну, да, — усмехается он.

— И сколько же стоит драконий полет? — спрашиваю из праздного любопытства…

— Для тебя сделаю скидку. 100 эдов*.

— Это сколько по-нашему? — прикидываю я в голове. — 400 занов⁈ Что за грабительские цены?

— Так перевозчик-то один, — усмехнулся Эмбер. — Или есть другие варианты?

Вариантов нет. Но и этот не подходит. По целому ряду причин, начиная с того, что летать с братом моего, то есть жениха Софии не самая лучшая идея, заканчивая тем, что у меня сердце даже от взгляда на него колотится, как бешеное. А этого быть не должно.

Надо рвать когти! Точнее уносить ноги. Я ж не дракон.

— Спасибо, воздержусь, — отказываюсь

— У инзанийской принцессы не найдется 400 занов? — подкалывает он меня, даже не представляя, насколько близок к правде. Таких денег я отродясь не видела.

— Ну, тогда могу взять иную плату, — выдает мне с задумчивым видом, а мне почему-то кажется, что он изначально к этому и вел. И этот блеск в его глазах тому прямое подтверждение.

— Даже спрашивать не стану, какую!

— Интересно, о чем ты подумала, что так смутилась? — щурится Эмбер.

— Я не смутилась!

— А цвет твоего лица говорит об обратном, — делает шаг ближе, и вот теперь я точно готова вспыхнуть маковым цветом.

— Оно красное от возмущения, а не от смущения! Не знаете, как подобает себя вести, Ваше Высочество⁈ — беру себя в руки я, когда внутри все предательски дрожит.

— Мы опять перешли на «вы»?

— Нам не стоит забывать о дистанции! — делаю голос тверже.

— Из-за предстоящей помолвки? — в миг он становиться таким серьезным, что я даже пугаюсь. В глазах ни намека на шутку или игру.

— Тебе нравится мой брат, Софи? — спрашивает прямо в лоб, и на секунду я теряюсь.

Кто же так делает? Ему нравится сбивать меня с толку?

— Наши чувства никого не интересуют, вам ли не знать? — лучший ответ на неудобный вопрос — уклончивый. Ни да, ни нет. Этим приемом и пользуюсь. — Есть договоренности.

— Меня интересуют. А вот договоренности — не особо.

Эдэрх тебя возьми! Ты что издеваешься, что ли? Лезет прямо в душу, которую я не хочу ему отрывать.

Чувствуя, что краснею еще больше, а сердце вот-вот проломит ребра, я решаю незамедлительно уйти, но провалившись пяткой в песок, едва ли не падаю.

Эмбер в момент оказывается рядом и ловит меня, прихватив за талию. И от его прикосновения все внутри вспыхивает против моей воли.

Мы близко.

Мы слишком близко!

Так нельзя. Нужно поскорее бежать, но не могу освободиться. Он не отпускает. Поднимаю взгляд и на секунду застыла, увидев нечто нечитаемое в опасных глазах Эмбера. Нечто, от чего сердце неистово скачет.

Не понимаю его, не понимаю себя. Но знаю одно: мне надо бежать. И не только с берега, а из Академии, из Иль-Тарза, из Эдэрха, в конце концов. Как можно дальше от него!

— Эмбер? — касается моего слуха худший из голосов, что сейчас можно было услышать.

Дарко….

Глава 19 Стычка

— Дарко, — отзывается Эмбер, а я, кажется, слышу, как скрипнули его зубы.

Он поражает брата таким взглядом, будто навалять сейчас готов. И Дарко, судя по всему, сам не прочь размять чешую.

Святая Инея, да что тут твориться?

Дергаюсь, пытаясь освободиться от хватки Эмбера, потому что он все еще держит мой локоть. А он даже глазом не ведет. Лишь когда я дергаюсь сильнее, чем против собственной воли, привлекаю внимание Дарко к нашим рукам, Эмбер меня отпускает.

Недовольный. Очень недовольный Эмбер. И Дарко не лучше.

Сейчас тут будет искрить похлеще, чем с моей магией бывает.

— Как занятно, — цедит Дарко.

На его губах улыбка. Вовсе не добрая, а устрашающая. В винных глазах — дымящийся яд.

— Прогуливаетесь?

— Как видишь, — сухо отсекает Эмбер железным голосом. — Софи ищет место силы.

— Софи? — изгибается бровь Дарко, а затем он кидает в меня претензионный взгляд. — Вы стали настолько близки?

— Ей так больше нравится.

— Даже так?

— Вообще-то нет, — не выдерживаю я. — Вы простите, господа, но мне уже пора возвращаться в академию. Рипт Ала-Сер ждет нас по завершению занятий для отчета.

— И что ты ей скажешь? — забывая о брате, Эмбер вновь концентрируется на мне.

— Скажу, что пока крылья не вырастут, точный ответ дать не смогу, — сообщаю и хочу поскорее сбежать, но Эмбер лишь подливает масла в огонь.

— Если передумаешь, можешь воспользоваться моими, — с полной уверенностью выдает он мне.

Прямо тут. Прямо при Дарко. Убить бы его!

— Эмбер-р, — слетает с губ Дарко нечто похожее на пугающий рык. Мне даже показалось, что зрачки Дарко на секунду превратились в вертикальные полоски, а затем обратно в круги.

Так ведь?

— Что такое, брат? — ледяного дракона шоу со зрачками, видимо, не впечатлило.

— Не стоит забывать о нормах приличия, Эмбер. Вас могут увидеть и неправильно понять.

— Я не делаю ничего непристойного. Даже напротив. Ты мог бы поблагодарить меня за участие. Раз у самого нет времени на невесту, —

Что это? Отсылка с Листьере? Вот так прям в лоб? Зачем Эмбер это делает? Вступается за инзанийскую принцессу, которую сам по началу хотел сослать? В чем подвох?

— Хотя, наверное, я это я должен сказать тебе спасибо, — добавляет Эмбер, и воздух начинает искриться от напряжения.

— Эмбер, — хрустит кулаками Дарко и, кажется, вот-вот потеряет контроль, я даже отшатываюсь от испугу.

Он смотрит на меня.

— Ты, кажется, спешила. Иди, — командует он мне, а я ловлю шок от такого тона. — А мы с тобой с глазу на глаз поговорим, брат.

— Поговорим. Но сначала я ее провожу, — выдает Эмбер, и я уже не знаю, куда себя девать.

Что тут вообще твориться? Почему они делят меня как куклу, хотя еще вчера оба с радостью выкинули бы подальше и не вспомнили бы наутро!

— Ваше Высочество! — раздаются голоса за спиной. Мы оборачиваемся и видим, как сюда спешит группа инзанийских адептов во главе с Силией и Стефаном.

— Полагаю, ее проводят без тебя, — со злостью выплевывает Дарко, глядя на толпу. — Отойдем, Эмбер. Сейчас же.

Эмбер кидает на меня нечитаемый взгляд, а затем слегка улыбается, будто говоря, что так, пожалуй, будет лучше.

А вот мне кажется совсем наоборот. Эти двое выглядят так, будто вцепятся друг другу в глотки, как только останутся наедине.

Но что я могу сделать? Встать посреди двух драконов?

— Ваше Высочество! — голоса инзанийцев раздаются все ближе.

— Я найду тебя позже, Софи, — обещает мне Эмбер, ставя в еще более неудобную ситуацию.

Наверное, он прав. Вклиниваться между двух королевских драконов, будучи принцессой другого государства, глупость.

Сжимаю кулаки, киваю вместо прощания и спешу уйти, надеясь, что без меня эти двое поговорят уже спокойнее. Все-таки они ведь братья. Вспыхивают и мирятся. А вот крайней могу остаться я.

Прибиваюсь к толпе адептов. Они что-то говорят, а мои мысли все еще там, на берегу.

Я гадаю, что там происходит. И почему происходит именно так.

С первого дня в Эдэрхе я была уверена, что принцы, хоть и разные, как огонь и пламя, но дружны. Однако это столкновение показало, что между ними все далеко не гладко. И чего они так взбеленились?

Еще пару дней назад ни одному из них не было до меня дела, а теперь оба вцепились когтями. Льстит ли это? Скорее, осложняет жизнь. Мне бы выдержать пристальное внимание Диргара, а тут еще огнедышащие принцы.

Хотя, чего лукавить? От одного из них мое сердечко екает. И чувствую, будет болеть, когда придет время отдать свое место настоящей Софии и исчезнуть.

Об этом и думаю весь день вплоть до самой ночи. Эмбер сказал, что найдет меня. Но я его так и не видела. Хорошо ли это?

Утро встречает розовыми облаками и ярким солнцем уходящего лета. Сегодня я встаю раньше обычного, привожу себя в порядок и, когда час настает, решаю разбудить Дэйру.

Пока соседка собирается, я заканчиваю с домашним заданием по фитологии, затем мы вместе добираемся до остальных адептов.

К собственному удивлению, замечаю, что вместе с инзанийцами стоят и несколько драконов, о чем-то мирно беседуя. Пошло вливание в среду?

Пережив одну из лекций по числовым и пространственным формам, где ни слова не было о магии, а шла одна лишь арифметика, мы идем на рыночные отношения, выяснять, кто и что у кого покупает, и что продает.

Оказывается, необходимость перемирия между Эдэрхом и Инзанией обоснована не только «гонкой вооружений», но и тем, что оба государства нуждаются в ископаемых и уже готовых товарах друг друга.

На восточной окраине моей родины добывается особый минерал, а земли драконов богаты небывалым плодородием, и часть их урожая просто-напросто погибает за ненужностью. Теперь же наладятся торговые пути.

И первая и вторая лекция оказались изначально несправедливо мною недооцененными, а по итогу очень даже полезными. После перекуса мы уже хорошо знакомой компанией идем на историю. А я все это время высматриваю принцев, но не вижу ни одного из них.

Будто под землю провалились. Ничего ведь вчера не произошло?

От мыслей о драконопринцах отвлекает обещание Астера поведать о битве Рихессара и Сюрриша.

Он вновь начинает с бесчисленных злодеяний безумного черного дракона.

— Рихессар, прекрасно зная историю и зная, кого нужно опасаться, в первую очередь уничтожил всех фениксов и золотых драконов. По крайней мере, он так считал.

Рихессар был уверен, что Сюрриш пал, но ему удалось уцелеть. Золотой дракон долгие годы собирал вокруг себя союзников. Это было опасно, ведь империя погрузилась в такой мрак и отчаяние, что те, кого считался друзьями, запросто могли предать из страха перед темными. Царил истинный хаос.

Никто уже не верил в спасенье, и даже слухи о выжившем золотом драконе не смогли поднять дух светлых, угнетенных сородичей. Они лишь лелеяли хлипкую надежду и боялись сделать лишний вздох. И все же нашлись смельчаки, примкнувшие к Сюрришу. Они знали, что идут на верную смерть, — шептал профессор, а по нашим телам бродил леденящий душу холод.

— И боялись не меньше тех, кто трясся по закоулкам опаленного Эдэрха, но не отступили. Многие погибли только на подступах, оставшиеся делали все, чтобы дать Сюрришу добраться до Рихессара, и он его настиг. Завязался страшный бой, сначала на земле, а потом и в небе. Сюрриш получил смертельные ранения, но все-таки перегрыз Рихессару глотку. Его черная кровь пропитала землю. Кстати, ту самую, на которой мы с вами стоим, — добавил Астер, и мы вздрогнули.

— Бой был здесь, на окраине Иль-Тарза, в этой самой Академии, — добавляет в завершение профессор. — Рихессар был повергнут. И не только он. Сюрриш Золотой тоже скончался от полученных ранений, оставив на этом свете сына — Рап Шэра Диргара, но, увы, он не был носителем чистой золотой чешуи. Никто не был. Последний золотой дракон упокоился столетие назад, а новый так и не родился.

Астер заканчивает речь, и аудитория погружается в полную тишину, нарушаемую лишь хлопаньем ресниц. Да, только его я слышу, ведь адепты даже не дышат первых несколько секунд. Не дышу и я, крепко сжимая в кулачки взмокшие от нервов ладони. Вот так историю хранят стены этой Академии.

— А черные тоже больше не появлялись? — отважился спросить кто-то из наших. То ли от долгого молчания, то ли от переживаний его голос прозвучал тихо, надрывисто и хрипло.

— Нет, — медленно покачивает головой рипт Руг. — Хотя были последователи, верившие в то, что Рихессар перед самой смертью заключил с Тьмой какой-то договор и сплел заклятие, способное вернуть его к жизни при правильном ритуале. Драконы, вроде не идиоты, но нашлись те, кто возжелал вернуть темную магию в этот мир. Сорок лет назад стены этой Академии снова опалило огнем, а землю пропитало кровью. Но заговор был раскрыт, а ритуал остановлен. Кстати, ректор Рап Эль вместе со своим отцом Рап Шэром Диргаром и младшей сестрой Леей были в числе тех, кто помешал восстанию Тьмы. Однако выжил лишь наш ректор.

Никогда бы не подумала, что за спиной Рап Эль Диргара кроется такая ужасная история. Теперь понятно, откуда в нем столько холода и подозрений.

— А что, если кто-то вновь попытается воспроизвести ритуал? — в этот раз озадачился кто-то драконов. Даже их бросало в дрожь от этой истории.

— Вряд ли это возможно. Его Величество лично провел все необходимые мероприятия. Земля заговорена так, что только черная масть сможет сорвать эти печати.

— Значит, бояться больше нечего?

Астер не по-доброму улыбается. Мне даже кажется, что в его глазах блеснуло безумие.

— Тьма никогда не исчезает полностью, господа, — шепчет он так, что по телу идут мурашки. — Она лишь затаивается и ищет новую лазейку.

Вот он это специально, да? Чтобы мы ночами не спали, думая обо всех этих ужасах?

— Профессор! — подает голос Стефан. — Вы сказали, что Эдэрх Великий запечатал черную масть. Так как получилось, что Рихессар все же обрел черную чешую?

— Отличный вопрос, адепт! Вы верно сказали, он обрел ее, но родился былым. По этому поводу ходит много слухов. Чаще склоняются к тому, что, среди предков затесались черные драконы. У кого нет такой родословной, скажите мне? Сосудов чистого света почти вообще не осталось в этом мире, — вздыхает он. — Бытовало мнение, что дело в близнецах. Как вы знаете, у драконов это редкое, я бы сказал аномальное явление. Ходил даже слух, что Рехиссар был рожден без сердца.

— Вы в это верите?

— Кто я, чтобы спорить с наукой? — усмехнулся он, однако что-то в зелено-карих глазах меня насторожило. — Я вижу вас всех заинтересовала эта история. Давайте поступим так. К следующему занятию, не я, а вы, — он ткнул пальцем в сторону драконов, — будете рассказывать мне подробности битвы с Рихессаром, а вы, — теперь фаланга метнулась в нашу сторону, — о последнем заговоре в Академии. Посмотрим, как хорошо вы умеете работать с книгами. Где библиотека мне рассказывать не надо?

Вот так счастье привалило. Я едва не поседела, слушая все эти страсти, а теперь еще и копаться самой в заговорах и обрядах возрождения древнего зла? Да кто вообще задает такое детям? Рипт Диргар сам-то в курсе, кого берет в преподаватели?

Из аудитории мы выходим взмокшими. Решив, что разговоров о мировом зле на сегодня хватит, откладываем поход в библиотеку на другой день, и расходимся по комнатам.

А я опять глазами ищу принцев. Куда же они подевались?

Чтобы не мучаться, нужно занять голову чем-то полезным. Гримуаром, например. Этим и решаю заняться.

Поскольку мы со Стефаном сделали маленькое открытие, что книга выдает далеко не все писания, что в ней есть, я хочу проанализировать, какие именно она показывает мне и почему.

Ядов, упомянутых Тез Комо, я не вижу. Значит, гримуар не считает, что мне нужно кого-то травить? Зато он показывает мне антидот отвару из магонии.

Это что еще за зверь? То есть, трава. Ну вот, полслова есть, полслова нет. Что за издевательство? Зато про зелье, укрепляющее кости и тело написано все, включая и рецепт приготовления, и завершающее заклинание.

Так, дорогой гримуар, ты начинаешь пугать. Кто-то намеревается сделать из меня отбивную?

Решив, что тревог на сегодня хватит, я убираю книгу, и только кладу голову на подушку, в глаза тут же бьет вспышка.

Глава 20 Прядь

Академия, алтарь на том самом месте, где сейчас стоит огромная статуя дракона, и толпа незнакомцев в мантиях, покрывающих голову и скрывающих тенью лицо.

Я смотрю на них с крыши третьей башни, словно из засады. Оборачиваюсь и проверяю на месте ли мой напарник. Молодой мужчина, облаченный во все черное. Даже волосы и половина лица сокрыты маской.

Я вижу только глаза, драконьи глаза, горящие желто-серебряным цветом. Они кажутся мне знакомыми, но я никак не могу сообразить, кто это.

— На крыше! — раздается вопль одного из драконов внизу, и в нашу сторону летят огненные шары.

Я вскакиваю в поту, не понимая, что я, кто я, где я. Глаза судорожно ищут привычные предметы, пытаясь убедить мозг, что я своей комнате, в безопасности, и когда это, наконец, случается, выдыхаю.

Святая Инея. Эдэрх бы побрал этого Астера с его страшными сказками! Мне и своих кошмаров о разоблачении хватает, теперь еще буду думать о мировом зле!

Я вздохнула, переворачиваясь на другой бок, но сон не шел. Умывшись, я начала готовиться к занятиям вместе с Дэйрой, пока нас не прервал стук в дверь.

На пороге стояли те самые женщины из Инзании, что выряжали меня в первый прием в этой академии. И сегодня у они принесли не менее «приятную новость».

— Нам поручено подготовить вас к фотосессии, Ваше Высочество, — выдают дамы, а я хочу полезть на стену, так как понимаю, что фотографировать будут меня не одну.

Эти кадры пойдут в стаи о помолвке, когда главы государств дадут добро. Это все еще раз напоминило мне, зачем и для чего я здесь. Играть Софию, невесту драконопринца Дарко, с которым мне очень не хочется пересекаться.

Но выбора нет. Вздохнув, я отпустила ситуацию и позволила женщинам выряжать меня три часа,

Они обсуждали образ так, словно готовили икону стиля. Затем наколдовали нежную объёмную прическу с распущенными локонами, и я заметила, что то ли от магии, то ли от чего-то еще маленькая прядь русых волос Софии посветлела и набралась теплого золотистого оттенка.

Помнится в детстве до того, как из меня сотворили Зеркало, я бегала как раз с такими пшеничными волосами. За то и получила в приюте прозвище Колосок.

Из воспоминаний вернул Тьюдо, вошедший в комнату по завершению приготовлений и оценивший мой вид. Кажется, заметивший ту самую посветлевшую прядь. Нахмурился, но комментировать не стал, просил принцессу к выходу, так как время уже поджимало.

Такой «веселой» делегацией мы направились в сторону подготовленного зала, где посреди прекрасных декораций нас ожидали несколько драконов во главе с «любимым» ректором.

Меняющие цвет глаза тут же скользнули в мою сторону, оценивая с ног до головы. Но пяткой клянусь, Диргара интересуют вовсе не платье и прическа.

— Принцесса София, — зовет меня Резоль Ала-Сер, не изменяющая любви к красному.

В этот раз она нацепила даже шляпку. Тоже красную и с красным пером. У меня скоро начнется аллергия на этот цвет. Зато рипт Ала-Сер в отличие от ректора, интересовалась исключительно моим внешним видом.

— Прекрасный выбор! Элегантно! Сдержанно! Стильно! — оценила она мое нежно лиловое платье с парящим розовым шелком, прикрывающим плечи и руки.

Можно подумать, я выбирала. Там такие споры были, что слово не вставить. Но вообще забавно получать комплимент о стиле от человека, который ходит в одном, при том кричащем цвете, точно флажок.

— Природа даровала вам прекрасное лицо, — улыбается женщина, а я киваю.

Да, даровала, но не мне, а Софии. Хотя, кто знает, может и мое прекрасно? Но я его уже почти не помню. Точнее смутно представляю, каким бы оно было, если бы не вечная магия, годами меняющая истинные черты, вторя лику принцессы.

— Спасибо, рипт Ала-Сер, — сдержанно улыбаюсь я, и женщина, посчитав, что ее роль выполнена, оставляет меня одну любоваться декорациями.

Судя по всему, фотографы решили выделить три зоны.

Первая на фоне стеллажей, заставленных книгами с золотистыми корешками. Отличная идея, чтобы подчеркнуть принадлежность к Академии и прибавить «ума» в глазах юных адептов.

Вторая представляла из себя небольшой диван на фоне каменной стены, кичащейся своей принадлежностью к древности, и огромным полотном с пейзажем Академии Драконов в массивном рельефном золотом багете.

Отсылка к роскоши и богатству?

И последняя более романтичная — арка из бутонов белых и нежно-розовых роз ждет нас в саду. Такие большие цветы в Инзании не растут, так что, без драконьей магии не обошлось.

— Рипт София, — раздается за спиной леденящий голос.

Ректор все-таки решил не упускать возможность испытать мои нервы на прочность своим приближением.

— Рипт Диргар, — киваю я, окончательно перейдя от инзанийского этикета к Эдэрхскому. Долой реверансы.

— Ваша магия больше не выдавала сюрпризов? — интересуется он. А я краем глаза я смотрю на Тьюдо, но он слишком занят, чтобы заметить опасное сближение.

— Вы бы узнали первым, — заверяю я, пытаясь удержать на губах улыбку, отчаянно стремящуюся к побегу.

— В самом деле?

— Разве что-то скроется от внимательных глаз главы Академии?

Диргар улыбается на столько, на сколько мог своим каменным лицом. Однако смотрит так, будто уже не просто подозревает, а знает наверняка, что со мной твориться неладное.

Не нравится мне это.

— Вы выглядите иначе, — отмечает он, имея в виду вовсе не грим на лице.

Цепляется взглядом за светлую прядь моих волос так, будто она в этот самый момент вещает ему историю всей моей жизни и всех моих преступлений.

Мне дико хочется сбежать отсюда. Жаль, нельзя.

— Ох, Эмбер, и ты здесь! — обращается ректор, глядя мне за спину, и я тут же застываю.

Эмбер….

Глава 21 Ревность

Уверенные шаги звучат все ближе и ближе. Все тело застывает, и мне требуются силы, чтобы обернуться.

Это правда Эмбер. Во всем своем великолепии. В белоснежном камзоле, который так ему идет. Что странно, выглядит он совсем не так как обычно. Более строго, более серьезно.

Но пугает вовсе не это, а его взгляд. Такой решительный и цепкий, что хочется под землю провалиться.

Спросить о том, чем закончился его разговор с Дарко на берегу, я так и не решаюсь. Тем более при Диргаре.

Только и киваю в знак приветствия и велю себе оставаться спокойно, когда внутри все начинает дрожать от одного лишь взгляда на Эмбера.

— Ты прекрасна, — выдает он мне, заставляя ощущать еще одну волну смущения. Берет мою руку, чтобы поцеловать, будто мы на балу, и по телу пробегает дрожь.

Дрожь, которой быть не должно!

И Эмбера тут быть не должно! Зачем он только пришел?

— Добрый день, — раздается низкий напряженный голос. Он принадлежит Дарко, что стремительно настигает нас.

А я, чувствуя себя чуть ли не преступницей, скорее хочу вернуть себе свою руку.

Святая Иная, это какой-то капкан!

— Здравствуй, Дарко, — отзывается ректор, а вот Эмбер не спешит приветствовать брата.

Напротив, между ними вновь возникает такое напряжение, что вот-вот полетят искры. И это замечаю не только я, но и Диргар.

— Все готово. Начнем? — разрезает напряженную тишину чей-то голос, и Дарко, отпустив опасную ухмылку Эмберу, предлагает мне свой локоть, а я…. Я опять чувствую себя преступницей.

Не хочу соглашаться, но вовремя вспоминаю, что сейчас я не Бель, и мои чувства и мысли не имеют значения. Я София, а София должна пойти с нареченным и делать то, что должна.

О, Святая Инея, я сойду с ума!

Молча взяв предложенный локоть, дохожу с Дарко до организаторов. Чувствую каждой клеточкой тела недовольство жениха, но ловко делаю вид, что не замечаю. Сосредотачиваюсь на деле, которое нам предстоит.

Мы начинаем со стеллажей. Сначала стоим прямо, затем нас разворачивают спинами друг к другу и дают книги. Я еще никогда не слышала столько «выше», «ниже», «левее», «правее» и все это через раздражающее «Ваше Высочество, будьте любезны».

— Встаньте поближе, пожалуйста, — просит драконий фотограф, когда мы и так стоим плечом к плечу. Ну ладно. — Посмотрите друг на друга.

Знала, что рано или поздно попросят. Но все равно не готова встретиться с Дарко лицом к лицу. Тем более, что вся его суть сейчас источает претензии, которые разве что слепой не увидит.

Смотреть в глаза драконопинцу настолько сложно, что я отворачиваюсь, как бы невзначай, как только делают кадры. Дарко злится еще сильнее. А я начинаю испытывать странное чувство, будто надо мной нависает властный хозяин, чью волю я исполняю неправильно.

Вот уж нет. Он сам пришел сюда недовольным и с претензией во взгляде в то время как я, максимально пыталась сгладить обстановку. Да и вообще, что я сделала, чтобы чувствовать себя сейчас провинившейся? Ничего!

И я не буду пресмыкаться только потому, что так хочется Дарко!

— Ладно, — вздыхает фотограф, принимая, что легкого романтичного кадра не получится. — Давайте перейдем к другим декорациям?

Эта фраза меня так радует, что я рывком отхожу от принца. Ох, зря. Явно, задела самолюбие Дарко. А что он хотел? Чтобы я улыбалась и терлась как котик, умиляя рассерженного хозяина?

Прыганья на задних лапках перед Тьюдо мне хватает с головой. Кстати, о нем.

Недовольство Дарко не пугало так сильно, как реакция моего надзирателя, если он заметил мою выходку. К счастью, он смотрит в другую сторону. А вот Эмбер.

От одного взгляда на него, внутри все вновь сжимается в ком, и я который раз негодую, зачем он вообще сюда пришел⁈ Полюбоваться?

Вот только не таким взглядом, будто сейчас всех в клочья порвет. Хотя, меня-то как раз рвать не собираются. А вот Дарко….

Эдэрх возьми, я просто хочу поскорее это закончить!

— Куда ты смотришь, Софи? — вырывает меня из мыслей голос Дарко, и я лишь сейчас понимаю, что он заметил тот мимолетный взгляд, который я бросила на его брата.

Ответить не успеваю, нас просят принять позы и приготовится. Вновь начинается пытка. Нас сажают, поднимают, то одного, то другого, и, наконец, просят перейти к последней инстанции — цветам.

К этому времени ноги дрожат от неудобных туфель, тело просится на свободу из тесного платья, а глаза слезятся от слишком ярких вспышек драконьей магии фотографа.

Но это не самое страшное.

Взгляд Эмбера, не отрывающийся от меня, замечаю уже не только я, а почти все присутствующие, что нервирует и вгоняет в краску. Хорошо, что на улице прохладно, и это хоть немного приводит в чувства.

— Поближе! — на секунду забывается и приказывает драконофотограф, но тут же исправляется. — Ваши Высочества, пожалуйста!

Мы вынуждены встать плотнее.

— Нет-нет, не так, — старается быть осторожным фотограф, но его творческая натура берет верх. — Позволите?

Он подходит к принцу и просит его меня приобнять. Говорит это так напряженно, будто боится огрести. И судя по уставшему и уже в край раздраженному виду Дарко, опасается не зря.

Но принц решает не возмущаться, а, странно улыбнувшись, идет на поводу у фотографа. Кладет мне на талию руку.

Горячую руку. Слишком!

Ее температура проходит даже сквозь плотный корсет и опаляет так, что я вздрагиваю.

Все чешуйчатые такие горячие или это с принцами что-то не так? Как вообще его можно касаться?

Рефлекторно отстраняюсь от принца, но Дарко прижимает меня крепче, заставляя впечататься целиком в его тело, которое, к моему удивлению, тут же обретает сносную температуру. Оно остыло, а вот глаза, наоборот, начинают прожигать пламенем. И это пламя хочет объять меня целиком.

— Эмбер! — звучит достаточно резкий голос Диргара, и какая-то суета.

Хочу обернуться, но вспышка так бьет в глаза, что приходится зажмурится.

Только и слышу какое-то рычание и суету.

— Помни о…., — лишь доносится до моего слуха, а затем рык и тишина.

Справившись со слезами, оглядываю округу, но не вижу ни Эмбера, ни Диргара.

Зато взгляд Дарко сейчас невозможно игнорировать. Да он меня сейчас испепелит! Хуже, он прижимает к себе все крепче, что начинает пугать.

— Ваше Высочество, может, уже отпустите меня⁈ — спрашиваю у него, но он будто не слышит.

Вместо того чтобы расслабить хватку, Дарко наклоняется ниже, и я уже не понимаю отчего у меня спирает дыхание: от давки или из-за его бесцеремонно наглого даже для жениха поведения.

— Мне нечем дышать! — сообщаю я, надеясь, что Дарко хотя бы сейчас образумится, и, слава Инее, это случается. Едва он расслабляет хватку, как я отстраняюсь от него.

— Отлично! Успел! — довольно восклицает фотограф, но я его почти не слышу.

— На этом все, — объявляет Резоль и прежде, чем отпустить фотографа, велит перед печатью предоставить Диргару все снимки для согласования с королевской семьей.

Серьезный и абсолютно правильный подход. Хвалю! Правда, лучше бы их вообще сожгли.

Все начинают медленно собираться, вот и я хочу поскорее сбежать, но едва делаю шаг, меня останавливают.

— Софи, — принц уже второй раз зовет меня сокращенным именем.

— Да, — оборачиваюсь я в полной готовности к бою.

— Тебя пугает моя близость? — выбивает землю из-под моих ног своим вопросом.

Хотя нет вопрос не столь пугает, как выражение лица драконопринца.

Святая Инея, да он сейчас прожжет во мне дыру своими винными, нет, уже почти черными глазами! Может, и чешуя у него черная? Чем Эдэрх не шутит!

— С чего вы это взяли, Ваше Высочество?

— Почему тогда такая реакция?

У меня другой вопрос. Почему он говорит со мной тоном инспектора, допрашивающего преступника?

— Что не так с моей реакцией? Она вполне логична, когда без спроса нарушают личное пространство, — парирую я, стараясь придать голосу мягкий и в то же время сильный тон.

Не стоит грубить. Не стоит и мямлить.

— От Эмбера ты так не бежала, — предъявляет принц, а в его глазах что… ревность?

Быть того не может! Ревнуют тех, кто дорог. А это… скорее чувство собственничества. Но разве мне от этого лучше?

— Почему вы говорите со мной в таком тоне, Ваше Высочество? — хмурюсь я, пытаясь защитить свои границы.

— По-твоему, у меня нет причин? — с холодом отсекает он.

— Абсолютно точно, нет. Я отлично знаю правила поведения Эдэрха, и полностью им соответствую, — точно так же жестко отсекаю я, продолжая противостояние взглядом, которое лишь больше его злит.

Ну, прости, чешуйчатый хвост, мне нужно отстоять для Софии будущее равноправных супругов, а не услужницы дракона. К тому же еще и изменника!

— То есть полет с моим братом ночью тайком это нормально? — выдает он.

Опаньки!

— Раз известно о полете, то и о его причинах должны знать. Из-за кого, по вашему, я оказалась в той ситуации, Ваше Высочество⁈ — выдаю я, и махнув копной кудрей, которые даже не дернулись из-за магии, зацементировали прическу, и собираюсь уйти, но Дарко хватает за руку и нагло и бесцеремонно тянет меня обратно, как какую-то вещь!

Вот тебе и благочестивый добрый принц!

— Ты моя невеста, Софи, — рычит он, впиваясь в меня бесящимися глазами. — И возле тебя не будут виться другие мужчины! Ты все поняла⁈ — выдает он мне, и я ловлю легкий шок.

Так, стоп! С этим нужно что-то делать!

— Раз уж заговорили об этом, то для начала сам попроси Листьеру хотя бы причесываться перед тем, как покинуть твои покои! — выдаю в ответ, даже не успев подумать.

Сама от себя не ожидала. И Дарко тоже. И пока он растерян, надо бить дальше.

— Это о вас ходят слухи, а не обо мне! А я знаю свои права, и прошу их не ущемлять. Я сама буду выбирать круг общения. И не потерплю претензий на ровном месте!

Я вырвала руку. В прямом смысле вырвала, потому что она горела так, будто на пальцах дракона осталась моя кожа.

— Доброго дня, рипт Дарко! — только и выпалила я, сверкнув глазами. И цокнув каблуками, ухожу прочь.

Меня так трясет, что даже прохладный воздух не может успокоить. Забредаю в куда-то и тут же торможу, увидев ректора и Эмбера в конце коридора.

— Не вмешивайтесь, рипт Диргар! — рычит на ректора Эмбер так, что у меня от его голоса мурашки по всему телу. — Я сам буду решать, что, как и когда мне делать.

— Может быть мне напомнить, что ты сам отказался от помолвки? — заявляет в свою очередь Диргар. — И не просто отказался, а заявил, что встретил истинную! А раз так, не вмешивайся, ради всего святого!

— Диргар! — рычит Эмбер.

— Ничего хорошего из этого не выйдет! Ты сам знаешь! — взывает ректор, и Эмбер до хруста сжимает кулаки, хочет сказать что-то еще, но замечает меня, а я тот час прячусь за углом. Сердце стучит как бешеное.

О чем они сейчас говорили? Обо мне?

— Софи? — слышу голос и приближающиеся шаги, но понимаю, что не готова к разговору. Я сейчас вообще ни к чему не готова.

Подхватываю подол платья и скорее спешу уйти отсюда подальше. Бегу по ступеням в комнату, запираю за собой дверь и припадаю спиной к стене.

Святая Инея, как я же я устала. Мне бы хоть день покоя. Хоть час пустоты в голове, чтобы не думать ни о Дарко с его нападками, ни об Эмбере.

У него есть истинная.

Я слышала о такой связи, но думала, что это лишь сказки. Выходит, нет. А раз так, то чего он ко мне прицепился? Долой из моих мыслей!

Долой все это. Мне нужно сосредоточится на миссии и не попасться. Вот, что от меня требуется.

Умываюсь холодной водой лицо и хочу немного отдохнуть, как в двери доносится стук.

Тьюдо. Только его для полного счастья мне и не хватало.

— Что-то случилось? — спрашиваю у него, но вместо ответа он передает мне конверт с оттиском королевской печати.

Только не это….

Глава 22 Испытание крови

Этой ночью я еще долго не могла уснуть, и сон пришел лишь под утро, но спустя пару часов его бесцеремонно прервали. Вовсе не Дэйра, которой уже не было в комнате, а все те же мои любимые творцы моды и красоты, соизмерявшие меня таким взглядом, будто в полнолуние я обратилась в чудище и до сих пор не отошла.

Или они по выражению моего лица поняли, как сильно я ненавижу этот день?

День, когда Его Высочество Тарз II ждет принцессу Софию для знакомства во дворец. Вот уж великая радость созерцать Дарко в компании остальных власть имеющих чешуйчатых!

Можно я просто неудачно грохнусь с кровати и выбью себе пальчик?

Нет, пальчик жалко. Обойдется собственник.

Выбравшись из постели под озадаченные взгляды гостей, я иду в ванную. Что ж, глянув в зеркало, понимаю, что так напугало кудесников красоты. От недосыпа под глазами пролегли такие синяки, будто меня побили. Да и на голове творилось непонятно что.

— Не волнуйтесь, мы это исправим, — заверили гостьи. Магия вам в помощь. При чем самая термоядерная, драконья.

Немедля ни секунды, дамы принялись издеваться над моими волосами и лицом. Затем явился Тьюдо, чтобы повторно зачитать мне нормы поведения при дворе. Но, благо, когда пришла очередь платья, ему пришлось выйти за дверь. Мои уши, наконец-то, обрели покой, а вот талию снова сдавил корсет.

Наряд был безумно красив. Темно-синее пышное платье с переливающейся серебряными нитями юбкой напоминало мерцание звезд. Плотный корсет подчеркнул и без того тонкую талию, а лямки, предназначенные скорее для красоты, едва прикрывали плечи. Волосы, которым Тьюдо еще вчера вернул магией нормальный цвет, были собраны в высокую прическу, что подчеркивало тонкую длинную шею и красивые линии ключиц. Мне нравилось. Очень, но….

— Пожалуйста, можно немного свободнее? — обратилась я. И женщины в унисон замахали головами, вторя «нет». — Останусь без воздуха, упаду в обморок прямо на приеме.

Этот аргумент подействовал. Дышать стало проще. Но перспектива обморока по-прежнему осталась актуальной. Грохнуться я могу уже не от нехватки кислорода, а от волнения.

Обманщица под видом принцессы едет в замок короля драконов. Это не ручкой из фаэтона толпе помахать. Интересно, можно ли сделать макияж устойчивым к слезам в случае, если нервы все же сдадут?

Нет. Если это случится, макияж мне уже не понадобиться. Тьюдо прибьет.

Ближе к десяти часам утра меня погрузили в самоходную повозку. Именно погрузили, так как сама я не могла ни протиснуться в достаточно широкие двери, ни присесть толком на сиденье из-за неудобной пышной юбки. Зато красивой. Синенькой.

Экипаж в сопровождении охраны Академии тронулся, за оконцем показалась сначала густая листва прилегающего к дороге густого леса, а затем завораживающая архитектура Иль-Тазра.

В отличие от Академии, жилища местных драконов не пугали своими огромными размерами, но все равно были большими и богатыми. В основном это были белые высокие здания с красивыми рельефными фасадами, чуть дальше пошли и цветные уже двух и трехэтажные дома, на балконах которых часто встречались красные флаги с золотым драконом — знамя Эдэрха.

По всей видимости, с нашего пути разогнали зевак, но мне удавалось разглядеть местных жителей в каком-нибудь закоулке. В основном они были в привычной человеческом обличье, но где-то далеко над крышами я заметила тройку пролетевших в истинной ипостаси драконов.

Трудно было делать вид, что я разглядываю лишь от скуки, когда внутри пылало любопытство. Но Тьюдо ведь пялится….

Каменистая дорога увела влево, и я нутром ощутила, что мы уже совсем близко. Вот и показались стражники и лязгнули, отворившись ворота, а спустя еще несколько минут, мы остановились.

Волнение перед страшным знакомством отступило на не несколько секунд, которые я позволила себе восхищаться великолепием королевского двора, а затем уже и самого дворца. Это был белый высокий замок с огромными окнами и невероятно красивой лепниной на стенах.

Лестница, колонны, размеры проходов, высота потолков все это было сделано точно для гигантов или для драконов, вздумавших обратиться прямо на месте. Однако последнее, я уверена, тут никогда не происходило. А если и случалось, то с печальными последствиями для обратившегося.

Сердце замирало, пока глаза облизывали многочисленные гобелены и фрески, воспевающие величие обитавших тут некогда королей. Кстати, ни одного представителя черной масти я, разумеется, не нашла.

Белая мраморная лестница, укрытая красной ковровой дорожкой, упиралась в огромную нишу, где висел флаг Эдэрха, на котором золотой дракон был вовсе не вышит, а горел настоящим магическим пламенем.

— Рипт София, — раздался хорошо знакомый голос, и я тут же обернулась и обнаружила перед собой ректора Диргара вместо моего сопроводителя, завозившегося с каким-то важным драконом в нескольких метрах от входа. — Удивлены моему появлению?

— Немного, — отозвалась я, стараясь не выдать напряжения. — Я думала, это семейный ужин.

— О безопасности адептов на территории Эдэрха забочусь я. Караван, доставивший вас сегодня, шел под моим надзором, рипт София, — объяснился он.

И все же это не объясняло, почему он будет присутствовать на ужине. Хотя, по его отношению с принцами видно, что он не последний человек для королевской семьи. А если вспомнить лекции Астера, то не просто не последний, а даже важный.

Его дед остановил Рихессара, а отец — фанатиков, пытавшихся возродить зло. Вот так родословная.

Кстати, сколько же Диргару лет, если он сам принимал участие в битве сорок лет назад. Ну, минимум, наверное, шестьдесят. А выглядит не старше сорока. Хотя, чего удивляться что драконы живут вдвое, а то и втрое дольше магов и людей.

— Надеюсь, вы хорошо подготовились, рипт София? — дрогнули узкие губы и тут же плотно сжались.

Да уж, надеется он. Тут на лице написано, что ждет моего провала. Точнее прокола. Но магией я пользоваться сегодня точно не буду! Не дождется.

— Разумеется, рипт Диргар. Сопроводитель Тьюдо неоднократно донес до меня все тонкости этикета при дворе, — заверила я.

— И к испытанию крови готовы?

Чего⁈ Какое еще испытание крови⁈

Не так эмоционально, Бэль! С ума сошла⁈

— Не понимаю, что вы имеете в виду. Можете пояснить? — попросила я, взяв чувства под контроль. Рипт, вроде как, улыбнулся. Сложно разбирать эмоции, когда лицо как каменная глыба.

— Ваш сопроводитель об этом умолчал? — кажется, его это позабавило. А вот меня нервировало и пугало. Говори уже, хватит тянуть! Что меня ждет⁈ Будут резать? Кровь пускать? Что?

— Это стандартная процедура на проверку принадлежности вас к королевскому роду, не более, — его взгляд стал еще куда более цепким, пронзал насквозь. И теперь мне казалось, что ректор имеет претензии не только к моей магии, а словно догадывается, что перед ним фальшивка.

— Чего вы так испугались, рипт София?

Испугалась мягко сказано! Да я волосы сейчас буду на себе рвать. Но ему этого знать не нужно.

— Я скорее шокирована, чем испугана, рипт Диргар. Не думала, что мне придется что-то доказывать. Это даже несколько ранит чувства. Мне не доверяют? — выкрутилась я вполне неплохо, и ректор был вынужден это принять.

— Нет, что вы, Ваше Высочество. Как можно? Но это давняя традиция, — смягчил углы Рап Эль.

Вот так традиция. Прямо сказать, убийственная! Где Тьюдо⁈ Мне срочно нужно его найти и обо всем рассказать! А вот и он!

— Ваше Высочество, — притормозил возле нас мой тюремщик. Отлично! Теперь нужно как-то отвязаться от Диргара.

— Уважаемые рипты, пройдемте, Вас уже ждут, — некстати нарисовался важный дракон в черном фраке, с зеленоватыми, стянутыми в гладкий хвост волосами и неприятно поблескивающими точно змеиными глазами.

Эдэрх возьми! Что теперь делать⁈ Мне точно конец!

Глава 23 В логове драконов

Важный рипт представился нам советником Его Величества во время короткого пути по лестнице, от которого у меня немного закружилась голова.

Хотя нет, она закружилась после того, как Диргар сообщил об испытании крови, и чем ближе мы подходили к огромным белым дверям, тем хуже становилось. Может обморок разыграть, пока не свалилась в него в самом деле?

Едва я повернулась к Тьюдо, желая ему хоть как-то намекнуть на назревающую катастрофу, как советник провозгласил:

— Ваше Величество король Тарз II Лассер, Ее Высочество принцесса Инзании София Ав-Ройрэ прибыла ко двору, — объявил он, распахивая перед нами проклятые двери.

Надеюсь, эта красота белоснежного с золотыми элементами огромного зала, с его величественными круглыми колоннами, массивными капителями, и расписными потолками не станет последним, что я увижу. Или сам король.

Серебристые волосы пышны как грива льва. Острые черты лица, ловко вводящие в заблуждение тех, кто не знает истинный возраст правителя, и пронзительные, серого цвета глаза со зрачком больше похожим на вытянутый сглаженный ромб, нежели круг.

— Принцесса София, — из-за взбесившихся нервов мне показалось, что голос Тарза II прозвучал отовсюду одновременно. Надо взять себя в руки. Нельзя давать сейчас слабину. — Рад вас лицезреть в стенах нашего дворца. Надеюсь, вам по душе пребывании в Эдэрхе?

— Все прекрасно, Ваше Величество. Благодарю за радушный прием, — склонила я голову, согласно этикету. Но ровно через пару секунд обязана была вернуть взгляд к драконокоролю.

В отличие от Инзании, в Эдэрхе не любят слабости и пресмыкайся. Потому нужно держать спину прямо.

На удивление, это далось мне легко. Испытывающий взгляд стальных глаз поутих по истечению нескольких безмолвных секунд, и король достаточно снисходительно для дракона его высокого положения улыбнулся.

— Что ж, позвольте представить семью, в которую вы войдете к концу этого года, — он указал на нескольких драконов, которых я сначала даже не заметила от волненья.

Первым представили Эзэра, старшего сына короля и наследного принца, вместе с его супругой Раей, статной рыжей барышней.

Следом шли девчонки помладше. Одна светленькая и худая — Эмбея, вторая уже округлей, пониже ростом, с темными, как у Дарко, волосами — Рошта.

Дальше взгляд скользнул к Дарко, облаченного в черный фрак, оттеняющий его вишневые глаза. Дальше я смотреть боялась, потому что знала, кто там будет.

Эмбер с непривычно отстраненным выражением лица, и нечитаемым взглядом.

Что это с ним? Я успела сделать что-то не так?

Однако, стоило ему взглянуть на меня, как что-то вспыхнуло, выбивая меня из колеи.

К счастью, он отвел взгляд первым, вернув себе напускной холод. К счастью для всех, но не для меня. Ибо в этот самый момент сердце болезненно сжалось.

Глупое. Оно совсем меня не слушает. Живет своей жизнью, и жаждет внимания того, кто навсегда запретен для меня.

Я лишь Зеркало, играющее роль принцессы, которое выйдет замуж за его брата, а у самого Эмбера есть… истинная. И зачем мы только встретились?

— Прошу к столу, — вырвал меня из мыслей голос советника, и все последовали за драконокоролем в соседнюю залу, где уже был накрыт огромный стол.

Едва уместившись на довольно большом, но все-таки недостаточно подходящем для моей пышной юбки стуле, я едва слышно вздохнула и поймала на себе соболезнующий взгляд Райи.

Завидую, ее не заставили носить на себе купол. Как и других принцесс. Легкие, но при этом красивые наряды Эмбеи и Рошты позволяли им свободно передвигаться и поглощать всевозможные блюда.

— Принцесса София, — обратился ко мне король, а затем принялся задавать стандартные вопросы о том, как дела в Каде, как поживает моя семья.

Говорил так, словно спрашивал о хороших знакомых, хотя, насколько мне известно, правители Инзании пока не готовы были к очной встрече с Тарзом II и потому общались через дипломатов.

— Надеюсь, однажды они навестят вас в наших землях, — сказал он, а я всем телом ощущала уверенный взгляд Дарко и колючие шипы Эмбер, решившего вообще не смотреть в мою сторону.

Глупая, не о том нужно думать, а об испытании, упомянутом ректором. Может быть, он пошутил? Поиздевался? А если нет?

Как бы выманить отсюда Тьюдо, пока не стало поздно?

— Принцесса София, — вновь обратился король и поднял свой золотой кубок, предлагая мне и всем остальным повторить его примеру и отпить наилучшего Эдэрхского традиционного напитка — дрея.

Но перед этим он произнес целую речь, рассказывая о том, что это особенный сорт растущей в какой-то провинции, наименование которой я даже не пыталась запомнить. Нервы.

— За Великий Эдэрх! — закончил речь Его Величество.

— За Великий Эдэрх! — отозвались все, и я вдогонку.

Отпила достаточно горький дрей, пробирающий до костей. Так пробрало, что немного поморщилась, за что поймала на себе разом все драконьи глаза.

— Вам понравилось, София? — осведомился король.

— Весьма интересный вкус, Ваше Величество, — заверила я, опуская кубок.

— Замечательно. Давайте обсудим детали помолвки, — предлагает король и что-то щелкает. Обернувшись, вижу, что тарелка Эмбера под натиском зубчиков вилки раскололась надвое.

— Прошу прощения. Не отошел от оборота, — сообщает Эмбер невероятно ровным голосом, поднимаясь из-за стола. — Я скоро вернусь.

Не дожидаясь разрешения короля, он уходит под пристальные взгляды семейства, а Дарко опять кидает в меня подозрительный взгляд.

Мне бы тоже не помешало выйти. Но будет очень подозрительно выкидывать такой финт сразу после ухода Эмбера.

Выждав для приличия минут десять, я все же сообщила, что вынуждена припудрить носик, и ко мне приставили слугу для сопровождения.

— Благодарю, — скрывая раздражение за навязанную няньку, кивнула я, и бросила короткий взгляд на Тьюдо. К счастью, тот все быстро понял.

Прислуга довела меня до дамской комнаты, но поняв, что сюда Марш никак не посмеет заявиться, я попросилась на балкон, на воздух. Оперлась руками на белые холодные перила и вздохнула.

Какая же тут красота…. Теперь понятно, почему ходят слух, что если бы у миа была одна столица, то ею бы стал Иль-Тарз.

Но полюбоваться дивным двором вдоволь мне не удалось. Объявился Тьюдо. Нервный, взвинченный.

— Что такого срочного, что нужно прибегать к таким методам? — прошипел он сразу после того, как попросил прислугу оставить нас наедине. Ну, сейчас я его так ошарашу так, что челюсть лязгнет о пол.

— Испытание крови, — едва слышно шепнула я.

Но челюсть не лязгнула.

Не удивлен⁈ Точнее удивлен вовсе не самим фактом испытания, а тем, что я в курсе. Он все знал и все равно привел меня сюда? Какого Эдэрха, Тьюдо⁈

— Господин Марш, рипт София, — у Диргара талант появляться в самое неподходящее время. — Я вынужден откланяться, потому решил с вами попрощаться.

Да уходи уже скорее! У меня тут вопрос жизни и смерти!

— Кстати, Ваше Величество, поздравляю, — улыбнулся он.

— С чем?

— Ну как с чем? Вы успешно прошли испытание, — сказал он, но в переменчивых глазах сверкнуло разочарование. Будто он был уверен, что я его не пойду. А тут вдруг — сюрприз, прошла.

И правда, сюрприз! Для меня уж точно. А вот для Тьюдо, видимо, нет.

— Спасибо, рипт Диргар, иначе и быть не могло, — ответил Марш, будучи спокойным как удав. Но ему не нравилось, что в хамелеоньих глазах ректора все еще остались сомнения. Они уже тлели угольками, но пока еще не обратились в пепел.

— Доброго вечера, — кивнул ректор. Его шаги еще полминуты раздавались удаляющимся эхом по коридору, а потом стихли.

— Господин Марш! — обратилась я в ужасе.

— Поговорим позже, сейчас нужно вернуться, — сообщил мне надзиратель.

Зуб даю, что его беспокоило вовсе не ожидание королевской семьи, а то, что я могла спросить. И спрошу. Даже зная, что он будет недоволен и будет отчитывать. Я спрошу. Потому что это уже не жизнь Софии, а моя жизнь!

— Позже, так позже, — кивнула я, но взглядом дала понять, что эту тему не зажую, как все остальные, и Марш недовольно нахмурился. Еще бы! Зеркало голос подало. Да, Зеркало! Которое он привел во дворец короля, зная о проверке, которую оно не пройдет.

Но я прошла. Каким чудом⁈ И когда? Тот напиток⁈

Глава 24 Не приближаться

— Сопроводитель Тьюдо! Вы обещали мне разговор! — обратилась я, как только мы вернулись в академию.

Марш остановился и соизмерял меня взглядом. На лице отпечаталось недоумение, словно с ним только что заговорила мебель.

— Я помню, — отрезал он и, убедившись, что я уже сняла магический переводчик, продолжил, — ты хотела знать, почему прошла испытание крови?

Почему вообще меня отправили в пасть дракона, зная, что она может захлопнуться в любой момент⁈ И не только со мной, кстати. Тьюдо тоже голову бы оторвали за обман!

— Вы знали, что испытание будет? — я постаралась успокоиться и задавать правильные, последовательные вопросы.

— Да.

— Но мне не сказали.

— Я и не должен перед тобой отчитываться. Я тщательно все подготовил, и был уверен, что все пройдет гладко. Так и получилось, — донес он, пытаясь поставить меня на место твердым властным взглядом.

Только вот я не помню, чтобы Тьюдо где-то рядом колдовал. Разве что перекрасил мне пожелтевшую прядку волос. Но он не успел бы сделать что-то серьезное за это время. Даже если бы времени было и больше, то сомневаюсь, что у мага хватит сил одурачить древнюю традицию драконов.

Значит, правды мне не узнать.

— Не веришь мне? — прищурился Марш.

— Разве не все равно, во что верит Зеркало? — выдохнула я.

— Хорошо, что помнишь свое место. Я уже было подумал, что игра в Софию помутила твой разум.

Его помутил ты, когда сломал мне жизнь в двенадцать лет! А я, наивная, свято верила, что быть двойником принцессы это что-то хорошее и великое.

— София? — повел он бровью.

— Я слышу вас, господин Тьюдо. Достаточно четко. Прекрасно помню свое место, и знаю, что меня ждет за неподчинение. Жить я хочу, в этом не сомневайтесь, — твердо заверила я, и Марша немного покосило.

Много слов для Зеркала? Или тон не совсем тот, что надо? Ну простите. С такой жизнью не только говорить, но и ругаться научишься.

Тьюдо резко развернулся и ушел, не прояснив для меня ровным счетом ничего.

И на что я только надеялась?

Сегодня я выжила, хотя была на волосок от смерти.

Я устала настолько, что должна была уснуть, едва голова коснулась подушки. Но вместо этого боролась с собственными мыслями, вновь и вновь вспоминая холод на лице Эмбера и огонь в его глазах.

Ворочаюсь полночи, и с головной болью просыпаюсь на утро. Сонная иду на занятия, но стоит увидеть впереди антрацитового принца, как мигом просыпаюсь, и тут же меняю маршрут, пока он не увидел меня.

Лишь потом соображаю, как глупо, должно быть то выглядит. Но, что сделано, то сделано. Нам обоим лучше не пересекаться.

Профессор фитологии рассказывает нам про полеус эддийский.

Именно этот кустик я видела в гримуаре, намекающем мне, что не плохо бы укрепить тело и кости зельем. Надеюсь, умная книга предостерегает меня от следующей тренировки с рипонами, а не чьего-то недоброго плана.

Над «шэль шэ касис», однозначно, стоит поработать.

— Как вы знаете из некоторых растений можно сделать отличный отвар или мазь без применения магии. А скрытые свойства активируются заклинанием. Так и с полеусом, — дополнил профессор, а затем двинулся дальше. А я кустик на всякий случай заприметила.

Далее мы изучили еще несколько трав, и даже поколдовали с последней, вызывающей, по словам профессора, аппетит. Слишком зверский, я бы сказала. Ибо потом толпа адептов рванула в обеденный зал, сметать все, что есть у поваров.

Я тоже не отказала себе в шансе подкрепиться, но едва увидела в дверях столовой Эмбера, чуть не поперхнулась.

— Ваше Высочество, вы в порядке? — забеспокоились друзья, но я, ляпнув им что-то невнятное, поспешила скорее ретироваться из зала.

Знаю, что это глупо, но не хочу лишний раз с ним пересекаться. Не хочу мучаться. От него нужно держаться подальше.

Шла гуськом до толпы адептов, время от времени поглядывая на Эмбера, который вдруг исчез из поля зрения. Решив не испытывать судьбу, я все же подалась к выходу, пока самым ужасным образом не была загнана в ловушку.

Представьте себе сцену, инзанийская принцесса пятиться, немного пригнувшись, пока не натыкается пятой точкой на кого? На Эмбера, конечно!

Поймав шок, я отпрыгнла так, что едва не свалилась с лестницы. Точнее свалилась бы, если бы Эмбер вовремя меня не схватил. А точнее не обжег своим прикосновением.

Инстинктивно я глянула в глаза своему спасителю и тут же прокляла все на свете.

Зря! Зря я это сделала! Ибо маленькие молнии пробежали по каждой клеточке тела, впились в сердце. А затем так защипало запястье, что я ойкнула. Но боль тут же стихла.

Выбравшись из непозволительных объятий, и буркнув невнятное спасибо, решила оглядеть запястье, но Эмбер без спроса взял ту самую руку, что горела секунду назад.

— Что вы делаете, Ваше Высочество? — испугалась я, но Эмбер не спешил отпускать мою руку, вглядываясь с идеально чистую кожу.

Ни царапинки, ни красноты. Странно. Почему тогда запястье горит?

Эмбер:

Это какая-то пытка.

Все мысли заняла девчонка, которую я и видеть не хотел в землях Эдэрха. Я отказался от нее, прикрывшись истинной. Истиной, которую не смог отыскать, перевернув каждый камень в Каде.

София — нареченная Дарко, и Диргар прав, мне не стоит вмешиваться. Тем более когда дракон уже признал в другой свою истинную.

Тогда какого черта меня тянет к ней так, что я начинаю сходит с ума? Расколол тарелку на глазах у всей четы, стоило отцу упомянуть о ее свадьбе.

Свадьбе с Дарко.

Откидываюсь на спинку стула и закрываю глаза, вспоминая тот разговор на берегу.

— Что с тобой происходит, Эмбер? — прорычал тогда Дарко. — Женщины табунами вьются вокруг тебя а ты решил поиграть с изнанийской принцессой?

Поиграть. Вот как он считает.

— Уж кто из нас играет, так это ты, — выдал я ему, но Дарко понял не сразу. — Я нашел в твоей комнате следы магонии (прим.: трава). Ты делал отваживающий отвар? Собирался напоить ее, когда позвал в сад той ночью?

Дарко злится, но правду говорить пока не намерен.

— С чего ты это взял?

— С того, что после употребления отвара из магонии, тело покрывает голубая дымка еще два часа. Глаза магов не увидят ее, но наши глаза — другое дело. Ты придумал весь этот план, чтобы принцесса отказалась от брака с тобой. Тогда, в чем причина твоей злости сейчас?

— Еще спрашиваешь? Она моя невеста, Эмбер!

— Невеста, от которой ты хотел избавиться, — напоминаю ему, и злость Дарко крепнет.

А вместе с ней и моя злость. Все не так просто, как я хотел думать.

— Хотел, но передумал! — выдает брат, подтверждая мои сомнения. Тьма!

— И с чего вдруг? Умения Листьеры уже не впечатляют. Что? Думал, я не знаю о том, что она продолжает согревать твою постель? Хочешь обладать и женой и любовницей, Дарко?

— А тебе-то что с этого, Эмбер? Тебе никогда и не до кого не было дела, а теперь решил отчитывать меня. Почему ты так впрягаешься за инзанийскую принцессу? — испытывает меня взглядом, полным гнева.

Но за эти самым гневом я вижу то, чего не хотел бы видеть.

Она нравится ему, Тьма возьми!

— Она нравится мне, — выдаю ему прямо в глаза, и взгляд брата наполняется гневом.

Я всегда и во всем был прямолинеен. И этот случай, несмотря на всю гадкость ситуации, не станет исключением.

— Что⁈ А как же твоя истинная, Эмбер⁈ — рычит он, сжимая кулаки.

Надо же. Сколько его помню, сколько помню нас, я всегда был тем, кто плюет на правила и приличия, и готов ринуться в бой. Дарко куда аккуратнее, куда благоразумнее, как говорит отец.

И этого его состояние отзывается болью в сердце.

Истинная, непутевый брат, который, кажется, впервые готов за кого-то сражаться. Этого более, чем достаточно, для того чтобы в сотый раз сказать себе: успокойся Эмбер.

Не трогай Софию…

Легко сказать. Но как это сделать, когда к ней тянет, как магнитом?

Но что с того? Дарко прав. Что я смогу ей дать, если дракон уже признал другую. И рано или поздно она найдется.

Это все какое-то безумие. Я должен ее отпустить.

Так я думал, до этой втречи в столовой зале.

Едва завидев меня, она как моменькая девчока попыталась скрыться. Это и позабавило, и отдалось горечью в горле. Она бежит, она знает, что правильно. И я не должен портить ей жизнь, — напоминаю себе в который раз и собираю уйти, как сталкиваюсь с ней.

От испуга она отскакивает, норовя сорваться с лестницы и покатиться по ступеням вниз.

Только не при мне, принцесса!

Одно движение, и она в моих руках. В моих объятьях. Пальцы пронзает тепло ее тела, легкие заполняет ее аромат.

Она пахнет чайной розой и медом. Почти как та девушка на площади. На секунду, мне вновь кажется, что мы в Инзании, я смотрю в ее глаза, и сердце пронзает игла. В точности, как в тот самый раз.

И такое происходит постоянно. Она словно магнит для дракона, и вновь рычит, тянется ней. А я не пойму, почему.

Они совершенно разные. Та была рыжей и зеленоглазей. А у Софии глаза как бескрайние синие моря. Как океаны, в ледяных водах которого я иду ко дну.

Как такое может быть?

Разве что….

Глава 25 Попалась?

Бэль:

— Ты боишься меня, Софи? — вдруг спросил Эмбер, заглянув мне прямо в душу своими серыми, как небо перед грозой, глазами.

Я не тебя боюсь. А себя…

Но такого не скажешь.

— С чего вы взяли, Ваше Высочество? — прочистив горло, сказала я, но голос предательски просел.

Я вообще не понимаю, как можно говорить нормально, когда смотрят… ТАК!

Недозволительно, вообще-то!

— С того, что ты избегаешь меня, — его голос прозвучал спокойно, но совсем не соответствовал тому мучительному взгляду, что пробирал меня до глубины души.

— Вовсе нет, — отмахнулась я, но краска, предательски вспыхнувшая на лице, сдала правду с потрохами.

— Разве?

— Мы ведь оба знаем, что так будет лучше, Ваше Высочество. Спасибо, что не дали мне оконфузится. Я пойду, — спешно прощаюсь и хочу сбежать, но Эмбер ловит за руку, вызывая вновь строи мурашек по коже и странное чувство внутри.

— Что вы делаете? Пустите, — шиплю ему в панике, боясь, что кто-то это увидит. Но ему будто все равно.

— Не могу, — отвечает он, сбивая меня с мыслей.

— С чего вдруг? Немногим ранее вам с легкостью удавалось меня не замечать.

— Не говори того, чего не знаешь, — заявляет он, и я путаюсь еще больше.

В большей степени от того, как он смотрит на меня, нежели от его слов.

— Ваше Высочество…

— Ты когда-нибудь выходила из своего дворца в Инзании? — спрашивает меня Эмбер. Что за странный вопрос? Он сейчас воистину похож на дознавателя.

— Разумеется, выходила. С процессией, — нервно отвечаю я.

— А сама? Допустим, под иллюзией, — щурится Эмбер и мое сердце падает в пятки.

— Разумеется, нет. К чему этот вопрос? — делаю вид, что сержусь, когда попросту сбита с толку и напугана.

Он догадался? Он все понял⁈

— Софи. Мы ведь уже встречались, — выдает Эмбер с такой уверенностью, что у меня ноги обращаются в вату. — Той девушкой на площади, что гналась за воришкой, была ты, ведь так?

Сердце пропускает удар. Мне не хватает воздуха.

Как?

Как он понял⁈

От шока не могу даже дышать. Сердце начинает стучать как бешеное.

Нет. Нельзя поддаваться чувствам.

Я не Бэль, я София. По крайней мере для всех, кто здесь есть.

— Я не понимаю, о чем вы, — чудом придя в себя, выпалила я. Вот-вот и меня начнет колотить.

— Отпустите меня. Окружающие могут не так все это понять, — выдаю ему, и хочу уйти, но Эмбер не отпускает, хватает меня за руку.

И от одно этого невинного прикосновения, все внутри вспыхивает диким пламенем.

Святая Инея, что со мной? Откуда у этого дракона такая власть над моим телом?

— Это была ты, Софи, — выдает он мне, глядя прямо в глаза.

Мучает этим пронзительным взглядом. Внутри что-то надрывается, пытается вырваться наружу.

— Я никогда не покидала дворец без процессии и никогда не встречалась с вами в Инзании. Вы меня с кем-то спутали, Ваше Высочество, — выдавливаю из себя, а голос предательски проседает.

Выдергиваю руку и со всех ног спешу прочь из зала, забыв обо всем. Двери остаются за спиной, а перед глазами все еще стоит этот взгляд. Взгляд, застилающий собой целый мир. Нет.

В этих антрацитовых глазах — и есть весь мир. И чего он прицепился? А главное, как вообще догадался? Я ведь и повода не давала.

Но он не сможет меня уличить! Он сможет разоблачить, так ведь?

От всего творящегося я вокруг, хотелось просто сползти по стеночке и зареветь. Но нет, Бэль плакать не станет. Не дождетесь.

Я расправила плечи и смело двинулась к библиотеке, где была обусловлена встреча с друзьями. Прошлую я пропустила из-за посещения королевского двора, потому испытывала перед друзьями неловкость.

Барак во всю перебирал книги по истории Эдерха, распределяя их в стопки по степени важности. А Стефан и Люси уже перелистывали некоторые из них.

— С чего начать? — спросила я. Ой зря. Мне выдали целую стопку литературы, которую и за неделю не перечитать.

И мы искали, вплоть до самого вечера. В какой-то момент даже решили, что Астер просто хотел над нами поиздеваться, но рисковать оценками не хотели. Барак и Люси решили дочитать выделенную им часть в другой раз, и я не могла их критиковать, так как вообще не принесла никакой пользы.

Стефан проголодался и решил сбегать за перекусом, а я осталась одна среди зарослей книг. На минутку закрыла глаза и втянула в легкие аромат старых страниц.

Никогда бы не подумала, что смогу вот так вот просто оказаться в обители знаний. Здесь ведь не только история, здесь тысячи фолиантов с заклинаниями и подсказками, как себя познать. Интересно, тут найдется объяснение тому, почему моя магия мутирует на ровном месте?

Искушенная новой идеей, я подалась к стеллажам, но искать нужный отдел не спешила. Прошла медленно вдоль десятковкниг, касаясь пальцами их корешков. В этот момент мне так захотелось, чтобы эта жизнь навсегда стала моей, чтобы возможность учиться и развиваться осталась со мной навсегда, что я едва не всплакнула. И книга, видимо, работающая на Тьюдо, быстро привела меня в чувства, хорошенько шмякнув по голове.

— Вот же криворукие адепты, — прошипела я, склоняясь над слетевшем с полки писанием. — Нельзя было, что ли, поставить нормально, чтобы никого случайно не прибило?

Я глянула на полки, пытаясь понять откуда выпала книга, но не найдя свободного места, положила просто поверх других книг, но поглубже. Поплелась дальше, и опять услышала «шмяк».

Та же книга на полу.

Это что чья-то шутка?

Огляделась по сторонам — никого нет. Ну ладно. Повертела в руках книгу.

Да бросьте! «Рецепты яблочного джема»? Вы серьезно? Все же я ее пролистала. Сама не знаю почему. Ничего интересного не нашла, вернула на место, а она опять упала. Заговоренная, что ли?

Оппа! Вот теперь я обнаружила кое-что интересное. Пожелтевшую карточку из плотной бумаги, что вылетела из страниц. Повернув увидела снимок на фоне тусклого греба, который я где-то видела прежде. Точно. Диргары!

Высокий и златовласый, судя по всему, сам Рап Шэр Диргар, рядом его жена синяя дракониха. Дальше ректор, тут ему было от силы лет двадцать, и потому я даже хихикнула. Не такой уж и страшный. Рядом стояла девушка помладше, примерно, как я, наверное, та самая Лея, которая погибла в схватке с заговорщиками. Кто ее вообще пустил туда, когда сама была еще ребёнком?

Мысль о том, что я смотрю на лица тех, кого уже нет в живых, кто отдал себя во блага мира, кольнула в сердце. Я не смогла бы поступить также самоотверженно, как эта златовласая девчонка. Мне стало ее настолько жаль, что заболело сердце.

— Рипт София! — голос ректора раздался прямо над ухом, и я подскочила.

Не от неожиданности, а от того, сколько возмущения скользнуло в интонации. Острые глаза ректора, с трудом оторвались от снимка его покойной семьи и переместились на меня.

— Какой интерес у вас к моей родословной⁈

В нем пылала такая претензия, что даже каменное лицо затрещало.

— Рипт Руг дал нам задание изучить подавление заговора последователей Рихессара Безумного, — выпалила я на одном дыхании. Кажется, Диргар ожидал от меня какой-то другой ответ.

Думал, я копаюсь в его белье? Выискиваю слабости?

— Кхм. Понятно, — сказал он, обретая свой обычный облик каменного великана и собирался вроде ретироваться, как заметил в моей руке карточку, которую я тут же спрятала за спину.

— Рипт София, — поднялись на меня вопросительные глаза, и пришлось протянуть свою находку ректору.

Пока он ошарашенно смотрел на герб своей семьи, я внимательно считывала его реакцию, стараясь не упустить ни толики эмоций на его ровном лице. И готова поклясться, этот клочок бумаги его взбудоражил, хоть он пытался это скрыть.

— Где ты это взяла? — спросил он вроде бы равнодушным тоном.

— В книге рецептов джема.

Кажется, он решил, что я издеваюсь.

— Правда. Она выпала с той полки, а в ней была эта фотография.

— Выпала, говоришь? — переспросил Диргар. Трижды, но он об этом умолчу. И дураку понятно, что просто так книги не валятся на ровном месте. Тем более в магической Академии.

— Да, — кивнула я.

— Кто-нибудь был рядом с тобой?

— Нет, — покачала я головой, пытаясь рассмотреть в лице ректора еще хоть что—то, но он полностью вернул контроль над эмоциями и мыслями.

— Что ж, поздравляю. Не знаю почему, но это послание выбрало тебя, — вернул он мне открытку.

— Послание? И что значит «выбрало»?

— Значит, оно видит в тебе то, чего пока не вижу я. Но скоро это исправлю, — сказал рипт, и все желание изучать его тут же пропало. Мы вернулись к игре в подозрительного ректора и адептку со смертельно опасными тайнами.

— Если текст откроется тебе, дай мне знать, — попросил ректор, начиная прожигать меня взглядом. — Думаю, не нужно объяснять почему.

Дайте прикинуть. Потому что, на нем ваш герб?

— Непременно, — солгала я.

Почему солгала? Потому что, если верить словам ректора, это послание само выбрало меня. Меня, а не его. И поэтому, чтобы я там не увидела, Диргар будет последним, кому я об этом скажу.

Я же не идиотка давать ему еще один повод наблюдать за мной повнимательней.

— Не засиживаетесь допоздна. Вам следует отдохнуть перед завтрашним днем.

А что у нас завтра, раз о нем так важно сейчас упоминать?

— Вы же помните про Церемонию Приобщения?

Дракон меня за ногу!

Глава 26 Лабиринт

Диргар сказал, что текст мне откроется, но, увы, сколько бы я не колдовала, бумага осталась чистой.

Я провозилась еще час, а потом убрала фотографию в гримуар. Мне показалось, что книга, открывающаяся только мне — самое лучшее место для того, чтобы что-то там спрятать.

Перевернулась на другой бок и выдохнула. В день проведения Церемонии Приобщения, что была сродни инзанийскому обряду Посвящения, занятия не вели, чтобы дать адептам, как следует отдохнуть перед насыщенным вечером.

А насыщенным он должен был быть потому, что помимо вечерних гуляний, шестёрку адептов-новичков ждало испытание.

Выбирались для его прохождения те, кто сумел себя проявить за пару недель обучения. Учитывая, что мне открылся гримуар, я вполне могла оказаться в их числе.

Но позор с «шель шэ касис» вставал на другую чашу весов.

В любом случае, мне не нужно больше привлекать к себе внимание. Если испытание крови избавило ректора от подозрений насчет того, что я не та, за кого себя выдаю, то вопрос с фокусами магии остался открытым.

Я бы предпочла вообще провести этот вечер в комнате, но ведь нельзя?

Вселенная, словно услышав мой вопрос, дала ответ стуком в дверь. После чего в комнату вошел Тьюдо. Он глянул на значок магического переводчика, небрежно валяющийся на прикроватной тумбе, и расположил с ним рядом светло-серый камень в серебряной оправе.

Артефакт-блокатор?

— Сегодня на Церемонии Приобщения будет испытание. Не принимай в нем участие, — Тьюдо обошелся без приветствия. Славно.

Я бы хотела просветить его о том, что там участников выбирают вовсе не по желанию, но не стала надрываться.

— Поняла.

— А если так случится, что отвертеться не получится, будь осторожна, — велел он Зеркалу не убить случайно Софию. — Диргар что-то подозревает.

И не только он вообще-то. Эмбер куда ближе к правде. Но об том лучше не говорить.

— Разве испытание крови не развеяло подозрения ректора? — спросила я.

— Это убедило его только в том, что ты не поддельная наследница. Но твоя странная магия по-прежнему создает много проблем, — выдал он совсем не то, на что я рассчитывала. Погодите….

— Вы знали…? — выпалила я, опять позабыв, что у Зеркала не должно быть всплеска эмоций. Но Тьюдо не разозлился и вроде как даже хотел услышать вопрос до конца. Да и я не готова была уступать, хотя стоило было бы. — Вы знали, что моя магия дает сбои?

— Думала, сможешь это утаить? Лучше бы мы это поняли до того, как ты оказалась в Эдэрхе.

— В Инзании ничего подобного не происходило. Мутация началась здесь, — заверила я.

— Мутация? — одна бровь вверх, как всегда.

— Так рипт Диргар выразился, — пришлось объяснить.

— О чем еще вы говорили? — это звучало не как вопрос, а как упрек в утаивании информации.

— Вы и так все знаете.

Тьюдо не поверил.

— Сначала он полагал, что это происходит из-за касания к драконам. Так было с Дарко и Эмбером, — при упоминании последнего по телу пошла дрожь. Сердце предательски сжалось. — Но лишь раз. Больше это не происходило.

— Стоило сказать раньше, — выразил недовольство Тьюдо.

— У вас есть предположение, в чем может быть причина? — спросила я, и Марш посмотрел на меня так, словно я должна была немедленно заткнуться.

И почему всем вокруг так хочется утвердиться за мой счет? Уже начинает порядком раздражать.

— Я это выясню, — обещал он, — И еще. На счет Эмбера. Держись от принца подальше. Помни, что ты София и не мешай работу с чувствами, пока мы оба не оказались на виселице, — велел Тьюдо перед тем, как покинуть меня.

Спасибо. Вот об этом, правда, нужно было напомнить, ибо когда дело касается Эмбер личина Софии сползает с меня, как старая кожи со змеи.

С ним сложно играть. С ним хочется быть настоящей.

И от этого ровно столько же радости, сколько и боли. Потому что настоящей быть я никогда не смогу. По крайней мере не в Эдэрхе. А в Инзании не будет Эмбера.

Старясь не утонуть в нахлынувших печальных чувствах, я поспешила собраться. Благо, посвящение не такое строгое мероприятие, где требовалось надевать переламывающий ребра корсет и юбку, в которой проще сломать шею, чем сесть.

Я отыскала красивую белую блузку, затем подумав, что в светлом буду достаточно заметна, сменила ее на темно-синюю. С юбкой тоже долго не мучилась, взяла самую удобную, на случай если придется бежать.

Нет. Просто на случай.

Покосилась на туфли и подумала, что пора бы уже найти заклинание, чтобы их как-то модернизировать в лодочки. Но пока придется походить так.

Большой стадион медленно заполнялся адептами. Взрослые присутствовали в роли наблюдателей и вырядились так, что мне мой простенький образ стал казаться уж через чур простецким.

Прихорошилась даже Дэйра. Вот чего она не вылазила из ванной два часа. Такая прическа, что голова едва держит, а платье настолько узкое, что сложно сделать большой шаг.

Весело же ей будет, если вызовут на испытание.

— Вы видели? — сбились в стайку маги, и проследив за их взглядом я заметила у края стадиона туман. Такой густой, что хоть ножом режь.

Он клубился, но с места не двигался, точно заговоренная стена. Чувствую там-то всех и ждет убийственный сюрприз.

Нет, мое испытание куда ближе. Стоит у колонны в белоснежной рубашке, обтягивающей груду мышц, и прожигает меня своим пристальным взглядом, который уже по ночам мне сниться. Эмбер.

— Софи, — пронзает саму душу его низкий обволакивающий голос. Тьма!

— Мы ведь с вами договорились держаться друг от друга подальше, Ваше Высочество, — с трудом беря себя в руки, строго цежу я.

— Не помню, чтобы я на это соглашался. Зато помню, что мы не договорили.

— О чем?

— Девушка на площади Кады, — напоминает он, и мои мучения начинаются снова.

— Я ведь уже сказала, что не встречалась с вами в Инзании!

— Ты солгала.

— Откуда только такая уверенность?

— С того, что дракон признал тебя, — выдает Эмбер, испепеляя меня взглядом.

Дракон?

— Ваше Высочество! — раздается спасительный голос Дэйры. Однако в таком платье добежит она сюда не быстро.

— Что ж, раз вы считаете меня лгуньей, то это еще один повод держаться от вас подальше, — вместо прощания выдаю Эмберу и хочу уйти.

— Ты, действительно, этого хочешь? — раздается мне в след, и сердце пронзают иголки. Застываю на месте и тут же сожалею, что не убежала.

Спиной чувствую тепло приблизившегося дракона.

— Я тебя чувствую. И ты меня тоже. Не лги, — говорит он, и моя душа обрывается.

Разворачиваюсь и в гневе смотрю на Эмбера. Только гневаюсь не на него, а на себя. Потому что, как последняя дура, хочу сказать правду. Но не скажу.

— Чувствуете? — переспрашиваю его, борясь с собственной агонией. — Я не знаю, что вы там чувствуете, но перестаньте преследовать меня. Иначе… иначе мне придется пожаловаться ректору. Это переходит все границы. Если вы забыли, Ваше Высочество, то я нареченная вашего брата!

— Наречена против воли! И это легко исправить, — выдает он, и сердце сжимается в ком. — Просто признайся.

Святая Инея, зачем он так мучает меня?

— Не нужно ничего исправлять. Меня все устраивает, Ваше Высочество. Прошу, держитесь от меня подальше, — выпаливаю я и, пока из глаз не полились слезы, спешу уйти от него подальше.

Бегу сквозь толпу, хочу спрятаться от глаз, но натыкаюсь на другую беду. Дарко.

Пожалуйста, только не иди сюда!

Дракон тебя за ногу! Шагнул!

Листьера? Никогда не думала, что буду рада, если она вцепится в Дарко. Но сейчас низкий ей поклон. Глянь, как вцепилась. Что-то шипит. Или уже умоляет? Плевала я на их разборки!

— Ваше Высочество, сюда идет ваш нареченный, — шепнула мне Дйэра, едва я только отвернулась. Значит, он отвязался от нее?

— Пойдем, — сказала я соседке, и взяв ее под локоть потащила к толпе, собравшейся у импровизированного подиума. Подумав, что этого может быть недостаточно, втиснулась на три ряда глубже, наплевав на возмущение драконов.

Я сбежала от Дарко, от Эмбера, зато теперь была доступна властному взгляду Диргара, собирающемуся вещать о начале церемонии.

— Дорогие адепты! В этом году шестерых новеньких ждет интересное испытание. Лабиринт! Кто пройдет его первым — получит победу и мое уважение, — грозный голос ректора, усиленный магией, прокатился по стадиону. — Вы можете взять с собой только одну вещь. Хорошенько подумайте, что вы выберете. Ибо от этого может зависеть ваша победа. На испытание у вас ровно час и ни минутой более. Но если вы потеряетесь, устанете, испугаетесь и захотите выйти раньше, отправьте сигнальный огонь в небо, и мы вас найдем, — вещал он.

— Но помните, что в последний раз наши адепты сдавались… никогда. Однако, из соображений безопасности, я обязан вас проинструктировать. А вы — продемонстрировать мне, что владеете нужным заклинанием. Все понятно? — спросил он, глядя в упор на меня.

— Репт Ала-Сер! — подозвал он, и Красный Флажок тут же появился на сцене вместе с небольшим деревянным бочонком, который не только парил в воздухе, но и вращался вокруг своей оси.

— Начнем отбор! — объявила рипт Резоль, хлопнула в ладоши, и бочка тут же выплюнула несколько дымящихся бумажек.

— Идья Режох! — торжественно прозвучало первое имя. — Селена Дорф! Стефан Ло-Сент! И… София Ав-Ройрэ!

Скажите, что мне сейчас послышалось.

Глава 27 Ловушка…

Это заговор небес? Или хитрый план ректора?

Какая разница, что? Главное теперь не проколоться.

Нас выстроили в ряд, позволив остальным полюбоваться, а затем спросили, что мы хотим взять с собой. Первая девчонка попросила карту Академии.

Не думаю, что она ей поможет, хотя, кто знает?

Селена поступила умнее и вспомнила про какой-то магический клубок. Стефан и еще один парень последовали ее примеру.

Третий попросил разрешить ему взять с собой личный артефакт. Покрутив мелкий продолговатый предмет в руке, Резоль дала добро и перевела взгляд на меня.

А что я?

Наверное, клубок, как все. Хотя, что я буду с ним делать, если не знаю правильного заклинания?

Так, дайте подумать. Начало лабиринта за туманной стеной, значит, его конец выходит к морю.

— Можно мой магический компас? — спросила я, и рипт Резоль немного удивилась.

— Он ведь ведет к месту силы, а не указывает выход, — напомнила она.

— Знаю, — кивнула я. Все равно других идей нет.

Спустя пару минут увесистый холодный предмет лег в мою руку. Нас выстроили перед туманной стеной и велели повторить слова: «Авас Тельоне».

Когда у каждого, причем с первого раза, получилось пустить в небо сигнальный огонь, профессора успокоились.

Огромные песочные часы, заправленные вовсе не обычным песком, а какой-то светящейся жидкостью, перевернулись, туманная стена открыла шесть входов, и нам велели: «Вперед».

— Время идет, адепты! — напомнила нам Резоль, и я нехотя ступила в лабиринт.

Плотный туман тут же сомкнулся, погружая все вокруг во мрак. В нос ударил сильный запах срезанной зелени и сырости. Прохлада, ползущая по земле, липла к коже.

Я несмело ступила вперед, пытаясь разглядеть стрелку компаса, но было слишком темно.

«Люмикус Перфекто» пришел в голову весьма кстати. Яркая вспышка саднила глаза, и я силой мысли (спасибо зверским урокам рипт Яра) уменьшила поток энергии, приглушив свет до минимума.

Его хватало, чтобы разглядеть указания компаса, но было недостаточно, чтобы кто-нибудь из участников случайно заметил издалека. Не знаю, каким способом, разве что в двухметровом прыжке над живыми изгородями, но все же.

Кто знает, какие они хорошенькие и к каким методам готовы прибегнуть ради победы в этом жалком забеге.

Шла по туннелю до развилки, оттуда взяла курс налево, еще раз налево, и потом направо. Кажется, к цели я совсем не приблизилась. Но сдаваться нельзя.

Стыдно, если в конце меня обнаружат заплутавшей у самого входа.

Двинулась дальше. Поняла, что вообще не представляю, сколько времени тут нахожусь. Мне казалось, что час уже прошел. Но раз меня все еще не вытащили, значит, это обманчивое чувство.

А вот нарастающее отчаяние, грозящее истерикой — вполне настоящее. Так, что это со мной? Буду печалиться из-за лабиринта?

Пфф! Не выйду — так не выйду.

Просто плелась дальше без особой охоты, уповая на удачу и подсказки компаса, стрелка которого слишком часто меняла направления, подсказывая, что выбранный коридор уводит не туда.

Вернулась и пошла другим путем еще шагов двадцать метров, и к запаху зелени прибавился знакомый носу другой аромат.

Чуть позже появился привкус соли на губах. Неужели?

Давай, дорогой, немного осталось! Крутись, стрелочка, крутись!

Едва я прибавила шаг, свет над компасом потух. И его затушила не я. Кто-то рядом. И этот кто-то потоком своей магии перебил мою. Кто?

Увидеть своего врага я не успела. В меня ударила такая сильная волна, что я не удержала равновесие. Компас улетел в одну сторону, а в другую. Думать о боли было некогда, и я просто поползла в сторону, опасаясь очередной атаки. А она уже была наготове.

В кромешной тьме мелкие светящиеся шарики. Рипоны! Они летели прямо на меня.

— Шель шэ касис! — выкрикнула я. Точнее я открыла рот, а звука не было. Совсем! Словно меня начисто лишили голоса!

Эдэрх возьми!

Вот, что за волна меня снесла! Какой-то коварный маг, а, скорее всего, дракон запечатал мой голос?

А значит, запечатал магию, лишив меня способности защищаться. Ведь маги не умеют мысленно управлять энергией. Нам нужны слова!

Какая подлость! И отменная тактика.

Некогда сейчас давать оценку чужому уму. Нужно ноги уносить!

Но далеко я их не унесла. Первый же рипон впечатался в спину и повалил на землю. Остальные забили по телу так, что я едва могла дышать.

Был бы голос, и я бы не закричала, а взвыла бы от боли.

Рипоны, точно озверевшие, отлетали от меня, чтобы набрать разбег, и вновь долбили плоть и кости. Я не знала, какую часть тела защищать, и уже через несколько секунд не чувствовала рук, словно их разбили в дребезги.

Где же ты сейчас Тьюдо? Когда Софию, которой ты предан до корочки мозга, обрекают на вечную жизнь в тени через мою неминуемую смерть.

Больно! Адски больно!

Кричи! Кричи! Кричи! Авас Тельоне!

Кричи! Авас Тельоне! Авас Те….

Больно! Но уже не от рипонов, сделавших из меня отбивную. А от яркой вспышки, опалившей глаза и кожу и взметнувшейся в небо. Сработало! Сработало!

Но радоваться рано! Рипонам плевать, что я вызвала помощь. И пока меня найдут, у этих мелких круглых засранцев есть все шансы проломить мне череп!

Шель шэ касис! Шель шэ касис! Шель шэ касис!

Не выходит!

Шель шэ касис!

Вжуух!

Нет. Это вовсе не щит. Это порыв ветра от крыльев, пролетевшего надо мной дракона.

Эмбер?

Рипоны! Они опять мчатся в мою сторону, но тают в метре от меня.

Щит?

Нет! Целый купол и он не мой! Дракон спускается с неба, меняя чешую на кожу прямо в полете. Я с трудом различаю это перевоплощение.

Боль туманит разум, отбирает зрение.

Сквозь закрывающиеся, мокрые то ли от слез, то ли от крови ресницы я едва собираю в темноте силуэт, бегущий ко мне со всех ног.

— Софи!!!

Эмбер! Я уже не вижу его. Но чувствую сквозь тупую боль тепло и нежность его рук, отрывающих меня от земли и прижимающих к обнаженной горячей груди. Его запах….

На ощупь касаюсь его шеи, его лица, его губ. И боюсь, что больше никогда их не увижу.

— Прости, — шепчу я ему, а затем, словно во сне, касаюсь его губ своими….

Если я умру, то теперь ни о чем не буду сожалеть.

Глава 28 Мерзавец

3‑е лицо:

— Я немедленно забираю Софию и увожу ее в Каду! — голос Тьюдо звучал более чем угрожающе. Для полноты картины стоило стукнуть по столу, но мужчина сдержался.

— Не кипятитесь, господин Марш. Ваша вспыльчивость может сказаться самым печальным образом на перемирии, — отрезал Дергар, не подавшись на провокацию.

Хотя остальные присутствующие в ректорате существа, вздрогнули что в первый раз, что во второй.

— О каком перемирии вы говорите, рипт⁈ Принцессу Инзании едва не убили ваши драконы!

— Вы не можете это утверждать. За нападением может стоять как дракон, так и маг. Для управления рипонами много ума не надо, — стоял на своем ректор. — Мы во всем разберемся, господин Марш. А вас я попрошу не принимать поспешных решений. Принцесса жива, более того, ее спас именно дракон. Не стоит пороть горячку.

Бэль:

Солнце нежно согревало кожу и пропитывало душу теплом. Я сидела на лужайке, вытянув ноги и смотрела на небо. Рядом резвились дети. Мои ровесники, нам всем было лет по десять.

— Колосок! Колосок! — звали они меня, я обернулась, но увидела, увы, не их, а Тьюдо. И уже не на той, залитой теплым солнцем поляне, а на фоне белых стен, стеллажей со склянками и ряда кроватей.

Опять лазарет?

Хотя, это лучшее, что могло меня ждать, после того, что случилось. Я ведь думала, что мне, в самом деле, конец.

Тьюдо на меня не смотрел. Сидел на стуле, откинув голову назад.

Дремал?

Он выглядел очень изнуренным и уставшим. Если бы не знала его, то сказала бы, что отходящим от тревог.

Но Марш не будет беспокоиться о Зеркале. Но об участи настоящей Софии будет.

За окном уже светло. Значит, я здесь, как минимум половину суток. Но на руках нет синяков и ссадин. Да о чем речь — нет переломов, которые точно должны быть.

Чтобы вылечить такое, магам нужно минимум несколько дней, а порой и недель в зависимости от тяжести повреждений. Драконам, видимо, меньше.

— Очнулась? — Тьюдо проснулся.

Его все еще туманные глаза прошлись по мне с непривычным волнением. Еще бы, я ж Софию чуть не угробила.

Хотя… почему-то сейчас мне казалось, что дело вовсе не в ней.

Я жива, и этого куратору должно быть достаточно, но он не на шутку печется о моих повреждениях. Даже спросил, болит ли что.

— Нет, — к собственному удивлению, выдала я, и лицо Тьюдо стало лицом Тьюдо.

Имею в виду, что оно стало таким же чопорным и неприступным, как и всегда. Разве что, брови сердито нахмурились. Но это тоже разновидность нормы.

— Что произошло в лабиринте, Софи⁈ — я уже не знаю, какой он по счету, кто начал называть меня сокращенным именем. Что ж, как ему будет удобно.

— На меня напали рипоны.

— Об этом я в курсе. Кто их натравил?

— Я не видела. Было темно. К тому же перед этим меня сбило с ног какой-то волной.

— Почему не отправила сигнал? Почему не пыталась защитится? — он ругался. В прямом смысле, ругался. Раньше максимум от Тьюдо можно было дождаться сурового выговора, но не подобного эмоционального выплеска.

— Я не могла… — я хотела объяснить, но прикусила язык, осознав, что подлинная история зародит у Марша лишние подозрения.

Как я объясню, что мысленно отправила сигнальный огонь, если маги так не умеют? То есть умеют некоторые. Сильнейшие. Инея могла. Но не я, первокурсница криворукая. Однако молчанием я себя не спасу.

— Что не смогла⁈ — торопил меня Тьюдо.

— Не могла говорить. Меня лишили голоса каким-то заклинанием. Потому не смогла защититься, — призналась я наполовину. А вот дальше нужно врать. — Наверное, кто-то из адептов это увидел или услышал шум и вызвал на помощь.

Я не поняла, верит ли мне Тьюдо. Его лицо стало нечитаемым на миг, а затем он посмотрел на меня с некой опаской.

— Сигнальный огонь был твоим, Софи, — сказал он так, будто был на тысячу процентов в этом уверен.

— Откуда вам знать?

— Никто из участников не видел тебя и не слышал… шума. Их уже допросили.

— Тогда я не знаю чей он, но не мой. Говорю же, у меня забрали голос, — стояла я на своем, и Тьюдо сдался.

Сделал вид, что сдался. Но он еще подумает об этом и не раз.

— Очень плохо, Софи. Чем ты все это время занималась в Академии, что позволила себе оказаться в такой опасной ситуации? Да еще и была такой беспомощной? — зашипел он, а я на секунду лишилась дара речи.

— Вы сейчас отчитываете меня за то, что на меня напали? — искренне не понимала я.

Тьюдо не ответил. Сердито отвернулся и пробубнил:

— Собирайся с силами и возвращайся в комнату, — велел он, не глядя на меня, и ушел в ту же секунду.

Что ж. Я тоже здесь задерживаться не хочу. Но немного подожду, чтобы след Марша простыл.

Неужели было так сложно не отчитывать адепта, который в ящик едва не сыграл? Ни капли милосердия или сочувствия в этом маге нет!

Бессердечный истукан! Хотя, чего я от него жду?

Выдохнула.

Вот. Теперь можно выбираться. Дойду до комнаты, найду гримуар и потравлю здесь всех!

Однако едва я сворачиваю за угол, как вижу Эмбера, и сердце подпрыгивает в груди и начинает бешено колотиться где-то в горле.

В памяти вспышками пронеслось все то, что я натворила, думая, что умру. Но не умерла. И как мне теперь быть?

Щеки вспыхивают краской и я спешу спрятаться, пока он меня не увидел.

А затем и вовсе ухожу в другую сторону, но слышу позади, как он, открыв дверь в лазарет, спрашивает:

— Принцесса пришла в себя?

— Вы каждый час проверяете, — отвечает кокетливый голосок, но больше я уже ничего не слышу.

Ухожу слишком далеко, но все еще боюсь быть пойманной. Вдруг он пойдет за мной?

Тьма! Я понятия не имею, как мне себя с ним вести после всего, что я сделала. Нет способа все это объяснить.

А хуже всего, что я даже в глаза ему не смогу посмотреть. Меня разорвет от эмоций. Нужно сбежать. Нужно спрятаться!

Залетаю в первый попавшийся кабинет для индивидуальных занятий, обычно они пусты в это время. Но не сейчас.

Сейчас здесь сидит Дарко. И он явно не в себе.

— А вот и ты, женушка…. — выдает дракон.

— Что ты здесь делаешь? — теряюсь на секунду то ли от неожиданности, то ли от ярости в его глазах.

— А ты? Разве не проводишь время с моим братом? — спрашивает он с ядовитой ухмылкой, а в его глазах пугающая злость с искорками безумия.

— Что? — с леденеющим сердцем пячусь я.

— Я видел вас в лабиринте, Софи. Я видел все! — вычит Дарко, поднимаясь на ноги, и, глядя на пылающую ярость в его глазах, понимаю, что нужно бежать. Но не успеваю.

Миг и он оказывается рядом, захлопывая дверь, прямо перед моим носом. Нависает надо мной точно зверь.

— Чего ты хочешь от меня? — в ужасе спрашиваю я, не зная, чего ожидать этого дракона. Одно я знаю точно: ничего хорошего.

Каждой чешуйкой… тьфу ты, каждой клеточкой тела чувствую, что он способен на все.

— А чего я могу хотеть? — касается слуха низкий голос Дарко. — Ты — моя, Софи!

— Я своя собственная.

— Нет. Уже давно нет. Ты только моя, и чтобы Эмбер тебе не предложил, он не сможет тебя забрать. У него есть истинная, Софи, — рычит мне Дарко. — Ты знаешь, что такое истинная для дракона? Он не сможет сопротивляться этому притяжению. Не обманывайся на его счет.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Чтобы ты раз и навсегда поняла, что это тело, что эти губы будут принадлежать мне! Я прощу тебя лишь в первый и последний раз! — выпаливает он, а меня будто огнем прошибает изнутри.

— Я не буду твоей! — не сдержав эмоций, выкрикиваю я, и со всей силы толкаю его в грудь, забыв, что я не Бэль, а София забыв обо всем.

Зря я это сделала.

Один миг, и безумие полностью охватило Дарко. Одним толчком он прижал меня своим телом к стене. Жаркие пальцы раскаленной лавой пошли по телу, не оставляя ни клеточки без своего прикосновения.

— Прекрати! Остановись! — выкрикнула я, отчаянно пытаясь отбиться, но Дарко стал лишь жестче.

Он резко потянул воротник моей блузы, и пуговицы россыпью слетели на пол, и припал губами к шее.

Нет! Только не это!

— Ненавижу тебя!

Стоп.

В прямом смысле слова — стоп.

Дарко замер. Правая рука остановилась на талии, которую он все еще держала так крепко, что не продохнуть. Левая расплавляла кожу на внешней стороне обнаженного бедра. Губы застыли в области ключицы, отдающей легким покалыванием.

Я оттолкнула его.

Так сильно, как только могла. А ярости во мне сейчас было много. И Дарко отлетел, даже не попытавшись сопротивляться.

Попятившись, он остановился где-то у двери, ведущей на балкон. Жаль, что не получилось оттолкнуть его подальше, чтобы вывалился и разбился насмерть!

Черные глаза, смотрящие куда-то в пустоту и напрочь лишенные мыслей, моргнули раз. Затем второй. И сознание медленно начало возвращаться.

Дарко собрался глянуть на меня своим яростным взглядом, но вместо этого отвернулся, так, словно я причиняла ему боль.

Кто еще кому!

— Ты — чудовище! — выпалила я, нет! Выкрикнула, как серена, и молнией вылетела из кабинета.

Глава 29 Безумие

Дарко:

Это какое-то безумие. Эта девчонка… она…

Просто нет слов. Хочется все крушить, но стол уже валяется и больше походит на обломки. А бить по стенам надо прекращать.

Я сам себя не узнаю. Я сам себя боюсь.

Это и есть Тьма? Она во мне? Не в Эмбере, как считал отец?

Нет. Ее зов я ни разу не слышал. Это просто помешательство рассудка. То самое драконье притяжение, о котором все без устали твердят. Вот только метки истиной ни у меня, ни у Софии нет.

Тогда что же это за проклятие?

Я так больше не могу. Меня заклинило на этой инзанийке. И я даже не понимаю, когда это произошло.

Пытаюсь выстроить цепочку событий и без толку.

Сначала хотел избавиться, потом решил, что покорная магичка лучше строптивой драконессы. Увы, покорной София не оказалась покорной от слова совсем.

И что это за упрямство? Что это за бесстрашие?

Смотрела так, будто это я маг, а она — дракон. Была ведь неправа, и все равно не уступала.

Помню, как бесился, как хотел сломать и подчинить. И в какой же момент, твою ж за хвост, все изменилось?

В какой момент мне стало важно заполучить ее любой ценой? Ревность к Эмберу сыграла свою роль? Вовсе нет. Я даже думал уступить ему, но стоило Софии вновь восстать против меня, как все внутри перевернулось.

И хуже всего, что не могу это прекратить. К ней тянет так, что я теряю контроль от гнева. Теряю настолько, что сегодня….

Нет. Об этом лучше забыть. Но как, если до сих пор чувствую тепло ее чувственного тела на кончиках пальцев? Тела, которым я был готов обладать.

И если бы не Эмбер…

Твою ж за хвост! Твою ж……

Я идиот!

Сажусь на пол, посреди ошмётков раскуроченной мебели. Голова гудит. Сердце — в агонии. Сердце… которого я не чувствовал так осто до этого дня.

Жил одним умом, помня, какое проклятие висит над нашими с Эмбером головами. Всего лишь догадка безумца, но нельзя было рисковать. Нельзя было поддаваться соблазнам. И их не было.

Только мимолетные увлечения и то, что меня устраивало. А теперь перед глазами все время стоит ее лицо, полное ненависти и отвращения… ко мне. А еще ее слезы, виной которым тоже послужил я.

А я ведь даже не успел ее спасти. Зато Эмбер успел.

Твою ж…

Что еще можно сломать в этой комнате⁈

— Дарко, — голос Листьеры в дверях спасает от моего гнева, последнее, что здесь уцелело, кровать…

Не вовремя она. Совсем не вовремя.

Даже смотреть не хочу. А вот она разглядывает и не только меня, а тот хаос, что творится повсюду.

— Что тут произошло? — спрашивает взволнованно. Переживает, а мне совсем нет дела.

Мама была права, я бессердечный. А теперь и держать на лице маску не хочу.

— Ты зачем пришла?

— Я хотела обсудить с тобой то, что произошло на Церемонии Приобщения, но нигде не могла тебя найти, — потому что я не хотел, поэтому и не могла. — Что с тобой происходит, Дарко?

Кто бы мне самому рассказал? Чокнулся? Сыночек Тьмы….

Отвечать мне лень, поэтому просто смотрю так, чтобы до нее, наконец-то, дошло. То, что произошло на Церемонии, то и произошло. Не надо искать там скрытого смысла.

Но она словно не понимает. Или не хочет понимать.

— Ты бросил меня при всех! Пошел к ней! — ах, вот она о чем. Я думал про запрет на обращение.

Да, в первом случае я понимал, что делаю, а во втором, как сигнальный свет Ав-Ройрэ вылетел в небо, просто сошел с катушек и бросился за ней.

Диргар припомнит мне неподчинение. Мне и Эмберу, который оказался быстрее.

— Ты и подходить при всех не должна была, — напомнил я ей.

— А что мне оставалось еще делать? Ты меня избегал! Не общался! — полились упреки в мою сторону.

Что ж, в этом она права. Мог бы все сделать красиво, как в книгах, которыми я восполнял отсутствие сердечности, а не вот так.

— Я подошла к тебе, чтобы все прояснить, а ты оттолкнул и пошел за ней! — ноты истерики в голосе. Больная голова от этого начинает болеть еще сильнее. — Ты сказал, что все это игра! Я верила тебе! А ты! Ты это специально, да? Чтобы меня позлить! Чтобы я ревновала тебя к ней⁈

— Листьера, остановись! — рыкнул я. Сил держать эту маску благонравия больше не осталось. — Ты прекрасно понимаешь, что происходит.

— Нет, Дарко, не понимаю! — выпучила она глаза на меня.

Трясется. Дрожит. Ждет, когда я скажу ей в лицо и дураку понятную вещь.

— Это давно не игра, Листьера.

Круглые глаза гостьи становятся еще круглее. Вспышка гнева. Теперь уже она ищет то, что можно поломать.

Увы, я был первым. Ничего не осталось кроме кровати, но она далеко, и она тяжелая.

— Обманщик! Предатель!

Кидает в меня ножку стула, даже не глядя. Лениво уклоняюсь и слышу, как та влетела в окно.

Прекрасно. Еще и стекло чинить.

— Ненавижу тебя! — я сегодня это уже слышал. И голос Листьеры вовсе не впивается так, как слова Софии.

Они обе плачут. Слезы Ала-Сер мне неприятны и заставляют чувствовать подобие вины. Но слезы Ав-Ройрэ прожигали душу.

— Прости, — это все, что я могу сказать.

Стараюсь предать голосу нужную интонацию, чтобы унять ее боль. Я, действительно, сейчас хочу ей помочь. Но это злит еще больше.

Наверное, потому, что раньше она его никогда не слышала. Я никогда не извинялся. И сейчас это слово — пустышка.

Я не чувствую того сожаления, что должен ощущать. Я говорю это лишь потому, что так надо. Им, тем кто чувствует, а не мне.

— Это все из-за нее! Из-за проклятой инзанийской принцессы, будь она неладна! — истерика медленно переходит к сумасшествию. — Жаль, рипоны ее добили ее тогда! Но я это исправлю!

Секунда, и Листьера уже выбегавшая в двери, оказалась обратно затащенной в комнату. Я не хотел делать это резко, но мысль, что эта бестия навредит Софии, заставила действовать на рефлексах.

— Рипоны? — повторил я, глядя на гневное, но уже испуганное лицо. — Твоих рук дело?

— Что, если так⁈ — прорычала она.

Точно сумасшедшая. И я сейчас я сойду с ума, ибо злость, просыпающаяся внутри, начинает туманить разум.

Эта глупая, недалекая девчонка едва не убила Софию из ревности⁈ Я ж ее сейчас на ошметки тут разорву!

Тихо!

Тихо.

Еще вздох. Открываю глаза и вижу Листьеру, вжавшуюся в стену.

Правильно все поняла.

— Еще хоть пальцем прикоснешься…., — договаривать мне не надо. Листьера боязливо кивает. Страх перекрывает все претензии и даже ненависть ко мне.

Она дрожит, глядя мне в глаза с таким ужасом, что я невольно задаюсь вопросом: что она в них видит? Неужели, они стали красными?

— Это была не я, Дарко, — пытается лепетать она. — Это, правда, не я. Меня даже в лабиринте не было…. Я просто так сказала, чтобы тебя позлить….

— Позлила. Теперь пошла вон!

Глава 30 Гость

Бэль:

Мне не хотелось просыпаться этим утром. Во сне было спокойно. Не было никакого Дарко, злость на которого разъедала душу. Не было и постыдных чувств к Эмберу.

Выползая из постели, я молю Инею, чтобы она вела меня любимы тропами, и не важно, как они опасны, лишь бы от этих двоих.

Одного нужно избегать, потому что он гад и безумец, а второго… по целому ряду причин.

Выпиваю целый стакан воды, а горечь во рту не проходит. Слова Дарко об истинной Эмбера, о притяжении, которому никто не в силах противостоять, отзываются болью в сердце. Болью, которой не должно быть.

Но как бы я не гнала из своих мыслей антрацитового дракона, как бы не убеждала себя, я знаю, что стоит мне лишь увидеть его, как в сердце вновь проникнут шипы.

Нет. Мне лучше не попадаться ему на глаза, тем более, после того, что я выкинула в лабиринте. Я должна об этом горько жалеть и стыдиться, но вместо этого храню этот короткий непозволительный поцелуй в памяти, как сокровище, которое я заберу с собой, когда покину земли Эдэрха.

Скорее бы это день настал.

Все утро мне приходится ходить окольными путями и прятаться в толпе, стоит только увидеть кого-то похожего на одного из принцев. И если я ошибаюсь лишь в первый раз, обознавшись, то в следующие разы, я уверена, что вижу именно Эмбера, который будто караулит меня.

Избегать становится все сложнее. Но это правильно.

Отсидев лекцию по деловым отношением и сдав домашнее задание, направляюсь в столовую. Желудок уже крутит от голода. Но встетив Силию, понимаю, что поесть не получится.

— Ваше Высочество, принц Эмбер искал вас в столовой, —, столкнувшись со мной у дверей в обеденную залу, сообщает мне с такой радостью, будто это что-то хорошее.

Увы, нет.

И почему он не сдается? Далось ему меня преследовать!

Отказавшись от обеда, прячусь за толпой адептов, дожидаясь когда начнет урок по зельеварению, но Эмбер приходит и к этим дверям.

Он решил меня поймать во что бы о ни стало? Но ради чего?

Нет. Так не пойдет. Мое сердце сейчас разорвется!

Солгав, что разболелся живот, спешу уйти в лазарет. Надеюсь мне поверят и позволят один день провести в комнате. А там, вдруг принц оставит свою решимость со мной поговорить.

Отставит же? Или нет?

Гонимая собственным мыслями и чувствами, я ускоряю шаг, хотя за мной никто не гонится. И побежав, но тут же едва ли не влетаю в дракона, что резко вывернул из-за угла.

Святая Инея, за что ты так со мной?

Дарко. Глаза б мои его не видели!

Попала из огня да в полымя.

— Софи? — шепчет он, растеряно глядя мне в глаза, будто видит в первый раз.

Секунда, и между нами метр. Я чуть не выломала себе спину, вырываясь из вынужденных объятий.

Лоб тоже болит, но тереть я его не буду. Не покажу ни толики боли или слабости этому засранцу.

— Я не хочу сейчас с тобой говорить! — выпалила я прежде, чем из противного рта выльется еще хоть слово.

— Софи…

— И видеть тебя тоже не хочу! — отворачиваюсь я.

Тишина. Но уходить он не собирается.

— Ты, в самом деле, меня так ненавидишь⁈ — его голос доносится надрывисто, болезненно.

— А чего ты ожидал⁈ — поднимаю полные презрения глаза, чтобы взглянуть в его самодовольное лицо, и замираю, натыкаясь на кровоточащие раны.

Нет, Дарко цел, на нем нет ни одного физического повреждения, но я вижу десятки внутренних. Ему больно, и я хочу сделать больнее.

— Да, я тебя ненавижу. Каждой клеточкой своей души. Меня бросает в дрожь даже от звука твоего голоса, даже от взгляда на тебя, даже от мыслей. Потому прошу, до помолвки держись от меня подальше. Дай успокоиться или я наложу на себя руки ещё до брачной ночи!

Каждое слово прожигает в нем новую дыру. Она сочится алой густой кровью, щиплет, саднит, но он терпит.

Жду, когда лопнет последняя струна.

Что сделает? Наорет? Ударит?

Меня? Стену?

Просто отступает назад. Пятится, не спуская с меня разбитого вдребезги взгляда. Глаза сухи, как пустыня, но мне и не надо слез. Я и так знаю, что ломаю ему кости.

Отчего-то в этот самый момент понимаю все, что он чувствует, каждую его мысль. И мне должно растеряться, сокрушиться от осознания, что драконопринц в меня по уши влюблён, но все чего я сейчас желаю — это наказать его. Жестче.

Может, это у меня чешуя чёрная?

Тьфу ты, я же не дракон!

Дарко уходит, не оборачиваясь, и лишь тогда я начинаю приходить в себя. Да так, что приходится опереться руками на колени, а спиной припасть к сиене, ибо ноги уже не держат.

Всю трясёт. Я не могу нормально дышать и попросту заглатываю воздух. Жадно. Нервно.

Стою так, Инея знает, сколько времени, пока на виду не появляется Тьюдо.

— Что ты здесь делаешь, София? Разве у тебя нет занятий?

— Есть, — отзываюсь я, отлепляясь от стены.

Мне нужно еще пару секунд, чтобы собраться и окончательно прийти в себя. Твердый взгляд Марша требует незамедлительных дальнейших объяснений.

Я лгу про заболевший живот, но и не надеюсь, что он поверит. Отправит меня обратно, отчитав.

— Зайди к лекарю, — выдает он вопреки моим ожиданиям, и я, как только шок отпускает, тут же благодарю и спешу уйти, пока не передумал.

Женщина в лазарете, чей голос я сразу узнаю (именно она кокетничала с Эмбером) соизмеряет меня взглядом, а затем в уме плетет заклинание и ее пальцы покрываются светящейся дымкой.

Она проводит руками возле живота, а затем и вокруг всего тела, но не найдя недуга жмет плечами.

— Не вижу никаких отклонений. Но учитывая, что на вас недавно напали, думаю, вам лучше отдохнуть, — решает дама, и я убедившись, что отметка в журнал об освобождении поставлена, благодарю и направляюсь в комнату.

Теперь-то я спрячусь. От мира. Но не от себя. Не от своих мыслей.

Вздыхаю, подойдя к комнате, толкаю дверь и вхожу, не ожидая увидеть здесь гостя.

Я не вижу лица — он стоит ко мне спиной у окна, пустив взгляд в горизонт. Но я прекрасно знаю, кто передо мной. Тот, при виде кого, сердце перестает слушаться. Тот к кому оно тянется против моей воли.

Эмбер!

Как он сюда вошел?

Чудом соображаю, что лучше не спрашивать. Надо уйти, пока не заметил, но…. Поздно.

— Софи, — зовет меня вовсе не моим именем, но сердце все равно отзывается.

Он не оборачивается, но знает, что я здесь. Теперь убегать глупо.

Глава 31 Запретное и невозможное

Он не оборачивается, но знает, что я здесь. Теперь убегать глупо.

— Ваше Высочество, зачем вы здесь? — заставляя голос звучать как можно спокойнее, спрашиваю я.

— Ты и сама знаешь, — Эмбер оборачивается и бросив в меня такой взгляд, что сердце уже готово проломить грудную клетку и поскакать к нему. Да что же это со мной?

— Прости, что вошел вот так. Иначе тебя не поймать. Но бегство не выход, Софи, то, что произошло между нами в лабиринте…

— Не понимаю, о чем ты! — не дав ему договорить, выпаливаю я. Возможно, слишком нервно, но по-другому у меня бы и не получилось.

— Не помнишь? — хмурится он. Еще бы. Я бы реагировала точно так же.

— Я не помню ничего с того момента, как на меня напали, — лгу напропалую, но это единственный способ спастись.

Другого пути я не вижу. Так будет лучше для всех!

— Не помнишь? — одна бровь вверх. Вторая. Искорки в глазах, от которых невозможно оторвать взгляд.

— Мне сказали, что ты меня спас. Спасибо тебе большое. Но я, правда, ничего не помню. Болевой шок, — заверяю его, но Эмбер и не думает верить моим словам.

Он будто спрашивает взглядом: «Зачем ты мне врешь?». И я бы ответила: «Затем, что сделанное, лучше забыть. Это ничего не изменит. Это принесет лишь боль». Но молчу, надеясь, что он попросту сдаться и уйдет.

Но он ведь не тот, кто сдается.

— Тогда позволь я верну тебе память, — Эмбер ступает вперед всего полшага, а меня уже кидает в жар.

Сердце колотится как бешеное, но я велю себе стоять на месте. Нельзя показывать слабость.

Но как это вынести, когда он все ближе и ближе. Настолько, что в памяти всплывает все то, что между нами было. Жар его дыхания, запах кожи, вкус его губ.

Стоп!

— Ты ведь все помнишь, Софи, — его леденящий шепот касается уха и шеи, и все тело покрывается мурашками.

Нужно немедленно велеть ему отойти. Но Эмбер вновь смотрит в упор, сбивая меня с толку. Теперь в его глазах нет ни злости, ни надменности.

— Я не знаю, чего ты хочешь этим добиться, но… — пытаюсь выкрутиться, но голос проседает, когда дыхание Эмбера опаляет мои дрожащие губы.

Я словно впадаю в гипноз. Я должна сопротивляться, а не могу. Не хочу, но ведь должна!

Должна, Эдэрх возьми!

Секунды моей растерянности играют против меня. Эмбер тянет меня к себе, и я ощущаю жар его тела каждой клеточкой тела, которое тут же вспыхивает само. Он накрывает мои губы рот поцелуем, и в миг все вокруг исчезает.

Все запреты, все правила, все «нельзя».

Этот совсем не тот невинный поцелуй, который я подарила легким касанием. Этот поцелуй полон страсти и чувственности, кружащей голову настолько, что я забываю, кто я и где я. Внутри что-то щелкает, словно освобождается. Оно рвется наружу, и я боюсь, что уже не смогу это остановить.

— Прекрати! — мозг включается вовремя, и тут же отскакиваю от дракона.

Сердце колотится, как бешеное, в глазах мешаются день с ночью. А губы все еще горят, хотят продолжение того, что мне запретно. Того, что не возможно!

— Так нельзя. Я невеста твоего…

— Не произноси! Ты больше не его, — выдает мне Эмбер.

— Что?

— Будь моей невестой, Софи, — выдает он, и мой мир разлетается на части.

Быть его невестой… И я мечтать об этом не смела, но…

— Ты сейчас издеваешься надо мной? У тебя есть истинная! — рычу я, маскируя невыносимую боль и отчаяние за напускной злостью. Ему ни к чему знать о моих чувствах, потому что что между нами ничего не может быть.

— Неужели до сих пор не поняла? Моя истинная — ты! — выдает и сердце застывает.

Что? Мне… мне ведь сейчас не послышалось?

— Я не знаю, как и зачем ты в тот день выбралась из замка под иллюзией на площадь, но это была ты. Не отрицай. Дракона тянет к тебе в любом обличье. Он тебя чувствует, Софи. Особенно после того, что было в лабиринте.

Тьма! Тьма! Тьма!

Сердце разрывается на части. Мне все еще кажется, что я ослышась.

Его истинная — я⁈ Я!

О Святая Инея, я сейчас заплачу.

— Я давно должен был сказать отцу, но сомневался. До вчерашнего дня. Теперь не вижу смысла откладывать. Не беги от меня. Я тебе не враг. И ты это знаешь. Ты тоже это чувствуешь, я вижу! — говорит он, словно читая меня, как открытую книгу, хочет вновь заключить в объятия, и я готова в них утонуть, но…

— Нет. Стой! — выпаливаю я в панике и отскакиваю от него.

В ужасе осознаю, что мое счастье вот-вот обернется еще большей болью.

Он потребует себе в невесты не меня, а Софию! Она станет его женой, а я исчезну… Я не могу с ним так поступить!

— Что такое? — не понимает Эмбер, а я не знаю, как ему объяснить.

— Ты все перепутал! Я никогда не выходила из дворца. Никогда не ходила под иллюзией. Твоя истинная — не я. Услышь меня наконец! — выпаливаю, срывающимся на хрип голосом, но он не верит.

Тьма! Что мне нужно сделать?

— Я тебе не вещь, которую можно присвоить по приходи! Я живая! И я не хочу за тебя замуж! — выкрикиваю сквозь слезы те слова, за которые сама себя ненавижу, и убегаю прочь из своей же комнаты, пока он не успел преградить мне путь, но не успеваю.

— Я тебе не верю! — выпаливает он, разворачивая меня к себе. — Зачем ты мне лжешь? Что за тайну ты скрываешь? Я на твоей стороне!

Святая Инеая, за что ты меня так мучаешь?

Слезы срываются с глаз и опаляют щеки. Эмбер вдруг застывает, глядя на них, точно на кровь.

— Софи…

— Ты мне не нравишься! Слышишь⁈ У меня есть нареченный и я выйду за него! Прекрати меня мучить! Отпусти меня, молю, — выдавливаю из себя с болью, вырываюсь и бегу со всех ног, проклиная саму себя.

Пролетаю мимо Дайры в коридоре, и чуть ли не слетаю с лестницы.

Тьма, как же больно!

— Ваше Высочество! — слышу крик соседки, что решила бежать за мной.

Ускоряю шаг, но она догоняет.

— Ваше Высочество! Что случилось? — спешит разузнать она и тут же замирает в ужасе глядя на меня.

Что такое? Не видела плачущих принцесс?

— В-ваши волосы, — говорит она, но я не понимаю.

Да и не хочу понимать. Я только что разбила сердце дракону, которого сама люблю!

— Ваше Высочество, почему ваши волосы меняют цвет! — выдает Дайра его большим ужасом в глазах, и я застываю.

Что⁈

Глава 32 План

— Бэль! — влетает в мою комнату Тьюдо.

Долго Дэйра его искала. Я просидела в уборной полчаса, ожидая, когда Дэйра проверит, ушел ли Эмбер и принесет мне платок, а затем отправиться за Тьюдо.

Прошел час. Час, который я в упор смотрю на свое отражение в зеркале и не верю глазам.

— Бэль! — вновь зовет меня Тьюдо, пока я нахожусь в ванной. А раз называет настоящим именем, значит пришел один.

Нервничает, дергает ручку ванной. Ну сейчас я и вовсе заставлю его вообще поседеть.

Петли не скрипнули, когда приоткрылась дверь ванной. Зато скрипнула челюсть Тьюдо, когда он увидел пшеничные, отливающие золотом волосы, и вовсе отвалилась, когда заметил метаморфозы лица.

А как бы он удивился, если бы увидел тот рисунок на моем запястье, который то появлялся, то исчезал все это время. Сейчас его не было.

— Как это произошло? — и тут же заклинанием задвинул шторы на окнах и зажег в комнате свет. Еще раз проверил, заперта ли входная дверь и вернулся ко мне.

— Не знаю. Все просто изменилось на глазах, — лукавлю, не желая рассказывать про Эмбера, даже мысли о котором отдаются болью в сердце. А затем задаю не менее пугающий вопрос. — Тьюдо, это мое настоящее лицо?

— А чье же оно еще может быть⁈

Но не до конца мое. Слишком похоже на Софию. Настолько похоже, что издалека можно даже перепутать.

— Вы можете это исправить?

— Это не простая магия, Бэль. В этом деле нужно разбираться очень тонко. Я могу лишь наложить иллюзию. Но ее срок не вечен, а такие сильные драконы, как рипт Диргар, быстро ее обнаружат.

— И что же делать?

Тьюдо не знал. Опустился на край моей кровати, и впервые я видела его в полном смятении. Теперь мы оказались в одной лодке, дно которой неожиданно пробило.

Если утонем — вместе.

— Мы не можем вернуться в Каду? — мне показалось это единственным выходом.

Симулировать болезнь или отравление и сбежать, пока не раскусили. Но Тьюдо идея не понравилась.

Сначала он забегал глазами, думая, как мне отказать, а потом выдохнул, уставился на меня и произнес:

— В Каде тебя ждет смерть, Бэль.

— Что⁈ — это неожиданное признание было подобно раскату грома средь ясного дня. — Почему? Это ведь не моя вина, что лицо изменилось. Я ничего не делала для этого!

Тьюдо молчал. Наверное, подбирал слова или решал, стоит ли ему вообще откровенничать со мной. И эта пауза била прямо по нервам.

— Тьюдо!

— Живая ты им не нужна. Ты свидетель опасного обмана. Они не станут так рисковать из милосердия к тебе, — признался он.

Признался!

С чего вдруг? Ему ведь наоборот стоит меня сейчас обмануть и везти в эту самую Каду, пока еще есть шанс избежать разоблачения.

— Если ты вернешься, не важно сейчас или через год — это конец, Бэль.

— Вы знали это с самого начала? — голос предательски дрогнул. — Знали, что это последний год моей жизни? Знали….

Обида и злость не дали мне договорить, голос сорвался на хрип.

Дракон меня за ногу!

Мне с самого начала уготована смерть! Не от драконов, так от своих же? Нет, я знала, что не несу особой ценности. Но не так же бесчеловечно со мной поступать!

— Ты не должна была вернуться, — вздохнул Тьюдо, уводя от меня взгляд. — Ты должна была остаться Софией, выйти замуж и родить ребенка, который объединит наши империи.

— И тогда бы меня устранили? — быстро сообразила я. — Чтобы не проболталась или не сменила сторону?

— Твоей смерти я бы я не допустил, — заверил Тьюдо, переводя теплые человеческие глаза на меня.

— Да бросьте! — хотела возмутиться я, но вместо этого спросила другое:

— Почему? — искренне не понимала я, глядя в глаза, которые сейчас не могли мне лгать.

Отвечать Марш не хотел. Опять принялся хмуриться и уводить взгляд, однако, что-то обмозговав, все же решился.

— Я дал клятву твоему отцу, — выдал он то, что я никак не ожидала услышать. — Не всегда удавалось ее сдерживать. Но смерти я бы не допустил.

Да плевать на «удавалось», «не удавалось», тут важно другое….

— Вы знали моего отца⁈ — опешила я.

— Бэль, не спрашивай, — попросил он так, словно я лезла под кожу. — Я не могу тебе всего рассказать.

Да конечно! Я всю жизнь считала себя сиротой, тут мне говорят, что знают моего отца, и рассчитывают, что я просто это отпущу⁈

— Тьюдо! Кто мой отец⁈ — я посмотрела на него так, как он всегда смотрел на меня — вынуждая к ответам.

Он усмехнулся, наблюдая за тем, как сильно изменилось Зеркало. Хотя, думаю, Зеркалом он больше меня не считает. Даже по имени с некоторых пор зовет. Он признает под этой оболочкой меня?

— Хороший человек, который, действительно, любил твою мать, но в силу обстоятельств не мог с ней быть, — выдохнул Марш. — О тебе он не знал. Когда я только поступил в его распоряжение, будучи лазутчиком, он отправил меня разыскать эту женщину. Но оказалось, что она умерла при родах. А ее ребенок выжил и уже одиннадцать лет жил в приюте. Этим ребенком была ты, Бэль.

Дракон меня за ногу! Дайте сесть или я сейчас упаду!

Это что же такое получается? Все это время со мной рядом был человек с целым сундуком тайн, касающихся моей жизни, а я и знать не знала.

У меня был отец. У меня была мать! И Тьюдо знает их!

— Это все, что я могу сказать. А остального тебе знать не нужно, — отрезал Марш, видя, что у меня накопились новые вопросы.

— Как это не нужно⁈ У меня есть отец! Я хочу о нем знать.

— Он давно умер. Если бы он был жив, ты бы никогда не стала Зеркалом.

— В этой истории слишком много темных пятен, Тьюдо! Скажи, как звали мою мать!

— Белея Лост.

— Лост? Значит, она была такой же сиротой, как и я? А отца?

— Бэлс, ты сейчас думаешь не о том. Мы можем обсудить это после. Я никуда не денусь, обещаю, — заверил Тьюдо, видя, как мне сейчас нелегко. — Тебе нужно думать о настоящем. Нам нужно придумать план. И думать быстро, так как вечно сидеть в комнате ты не сможешь.

— Я не знаю, что тут можно придумать, — вздохнула я. — Вернуться я не могу. И остаться тоже. Если обман раскроется — всему конец, а не только нам.

— Значит, тебе придется умереть, — выдал Тьюдо. Он сейчас не серьезно ведь, да? — Не по-настоящему, но так, чтобы другие поверили.

— И как это сделать?

— Я думаю, Бэль, — он принялся расхаживать по комнате. — Нам нужно, чтобы в этот момент была куча свидетелей, но при этом твоего тела не нашли.

Звучит, пугающе.

— Если оно попадет в руки Диргару, он запросто вычислит обман, будь то замедляющее сердцебиение зелье или что-то еще. Тогда всем не сносить головы, — рассуждал он вслух. — Плюс ко всему, смерть должна быть случайной, чтобы ни одна из сторон не могла потом обвинить другую, иначе международного скандала не миновать.

Задача усложняется. Да так, что скоро станет невыполнимой.

— Идеи есть? — спросил он у меня. А я с непривычки вылупила на него глаза.

Эм… ну Тьюдо раньше как-то не нуждался в моих советах, а отдавал приказы. Придется привыкать.

— Одна есть, — призналась я, припомнив кое-что из гримуара. Сомнительная, конечно, мысль, но других вариантов я пока не нахожу.

Глава 33 Сорванная маска

От нашего плана голова шла кругом. Вещи, на которые я сама же подписалась, казались безумными.

Сославшись на недомогание я просидела два дня в комнате, дожидаясь, пока Тьюдо приготовит зелье из того самого полеуса эддиского.

Кто бы мог подумать, что гримуар показал мне его именно для этого случая. Зелье, что укрепит кожу и кости, и защитит даже от драконьего огня. Но ровно на десять минут.

Оставалось только ждать, и верить, что Тьюдо не ошибется и не обманет меня.

Признаться, он сильно изменился за последнее время. А может быть, просто снял маску бездушного стража.

В любом случае, впервые за целую жизнь, за исключением того времени, когда мне было двенадцать, я снова начала ему доверять. Ну не могли меня обманывать его глаза. Не могли они готовить для меня ловушку.

Хотя, с Тьюдо станется.

Но какой смысл ему все это проворачивать, когда есть тысячи других возможностей от меня избавиться? Решено, Тьюдо точно верю.

Тем более он в точности описал мне план, кто и где меня будет ждать после того, как я «разобьюсь», и куда отвезут. Там я должна буду пробыть какое-то время, ожидая друга Тьюдо, а сам надзиратель появится не раньше, чем через месяц, чтобы не вызвать подозрения своим скорым исчезновением.

План был очень рискованным, начиная с того, что зелье могло не сработать, но другого шанса не было.

Несмотря на то, что куратор вернул мне иллюзией внешность Софии, соседка все равно с опаской поглядывала на мои волосы, после чего я долго не могла унять желание броситься к зеркалу.

Кроме нее ко мне никого не пускали, поэтому я не знаю, нарисовывался ли Эмбер или Дарко за дверью. Сердце сжималось от мысли о том, что скоро я не увижу серебряного принца.

Я не знала, что будет дальше. Просто ждала судного дня.

Мы с Тьюдо решили, что бал в честь начала осени будет отличной декорацией нашего пугающего плана. К тому же на празднике предполагалось носить маску, что облегчало мой выход в свет.

И этот день сегодня.

«У меня будет десять минут», — напомнила я себе, пряча склянку в декольте ярко желтого платья. Я выбрала его из всех возможных по двум причинам.

Первая — она должно быть заметными издалека. И вторая — достаточно удобным, чтобы я смогла быстро проплыть к шлюпке, которая должна успеть скрыться заклинанием невидимости до того, как начнутся поиски.

А учитывая, что драконы товарищи с крыльями, это дело могло начаться незамедлительно.

Из трех предоставленных Дэйрой масок я выбрала черную, лучше всего отражающую то, то происходит внутри меня сейчас, но выходить не спешила. Попросила соседку не ждать, и оставшись одна, решила еще раз оглядеть комнату прощальным взглядом.

Мне казалось, что жизнь в Академии была сущим кошмаром, но теперь, когда я знаю, что больше сюда не вернусь, все видится совсем иначе. Я понимаю, что какой-то частью души прикипела к этому месту. Ведь до этого еще нигде не жила столь насыщенной и интересной жизнью.

Здесь были слезы, здесь была и радость. Первые друзья и первые враги. Первая любовь.

Я не хочу уходить, но другого выхода нет. Если бы лицо Софии не подвело, я бы с удовольствием осталась, ведь Тьюдо сказал, что регент не собиралась меня возвращать или менять на настоящую дочь. Я могла бы принять предложение Эмбера и стать самой счастливой.

Я бы все это могла, если бы не лицо…. И, наверное, совесть.

Смогла бы я когда-нибудь сказать Эмберу правду о том, кто я? Как бы он это воспринял?

Жаль, что я не могу с ним даже попрощаться. Ни к чему попадаться ему на глаза перед собственной «смертью».

Утерев слезы, я схватила маску, и ринулась к двери, но она распахнулась до того, как я потянулась к ручке.

— Рипт Диргар? — опешила я, и тут же попятилась. Вот не везет, так не везет.

Стоп. Маска на лице, паниковать не нужно.

— Вижу вам уже лучше, раз собрались на бал? — осведомился он, глядя на меня сверху вниз.

— Голова еще немного кружится, но уже невыносимо сидеть в четырех стенах, — отозвалась я, думая, что байка про недомогание, как раз сыграет на руку, когда слечу со скалы.

— Позвольте полюбопытствовать, что же за недуг у вас был, что даже от помощи наших лекарей отказались, рипт София? — спросил Диргар, и его глаза вдруг прищурились.

Эдэрх возьми, что, если он все же заметит иллюзию? Нет! Нет! Нет!

— Рипт София? — позвал он, когда я резко отвернулась. Но, кажется, поздно. В отражении окна я видела, как его взгляд становится еще подозрительнее. — Повернись.

Дракон меня за ногу! Он догадался! Что теперь делать? Куда бежать⁈

Резкое грубое движение развернуло меня в пол оси. Светящиеся радужки Диргара застыли в темно-синем оттенке.

Я видела. Я видела каждую эмоцию, отразившуюся на каменном лице, свидетельствовавшую о том, что мой обман раскрыт. Фиаско! КА-ТА-СТРО-ФА!

— Кто. Ты. Такая⁈ — процедил ректор, срывая с моего лица маску.

Глава 34 Последний бал

Черный ажурный аксессуар упал у моих ног, и ректор застыл.

В его взгляде мелькнуло что-то непонятное, недоступное мне. Суровое лицо, вдруг исполнилось боли.

Что? Что происходит⁈

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — вдруг выдал ректор, поднимая с пола маску и подавая мне.

Это еще что⁈ Такой Диргар пугает меня куда больше, чем тот, что вечно пытал меня взглядом похлеще дознавателя.

— Рипт Диргар, — дрожащим голосом зову его, потому что вообще не понимаю, что сейчас происходит, и почему в его глазах блестит влага.

— Рипт София, мне показалось, что кто-то притворяется вами. Прошу прощения, что напугал. Вы шли на бал?

— На бал, — оторопело повторяю я, все еще путаясь в мыслях.

Это все странно.

— Ну так поспешите, — вдруг улыбается он. Еще страннее.

— Спасибо, — шепчу я, и пока он не передумал, спешу проскользнуть в коридор.

Убегаю, оставив его позади.

Осенний бал проходил в одном из обеденных залов. В тот самом, где нас приветствовали в самом начале.

Однако, несмотря на прохладу, многие адепты гуляли по двору. Где-то парочками, где-то кучками.

Мне всего лишь было нужно привлечь к себе немного внимания, чтобы заметили, а затем спешить к обрыву. Но перед этим я хотела лишь одного — хоть краем глаза увидеть напоследок Эмбера.

Но его все не было, отчего сердце разрывалось от боли.

Смирившись с тем, что своего принца я уже не увижу, пришлось переходить к необходимым действиям.

Рассчитав время на дорогу до обрыва, обменявшись парой приветствий и покружившись у всех на виду, я решила, что час настал. Вынула заветную склянку и осушила ее моментально.

— София! — раздался голос за спиной, и обернувшись, я увидела Дарко.

И принесла же тебя нелегкая в такой момент.

— Прости, не сейчас.

— Стой. Я всего лишь хочу поговорить.

— Это не может подождать?

— Эмбер говорил с тобой?

Святая Инея, он никак не отстанет!

— Говорил. И не только он. Но еще и толпа адептов, — отвечаю я, напрягаясь до кончиков пальцев. К чему он сейчас ведет.

— Эта толпа тоже считает тебя своей истинной?

Что?

— Это, правда, Софи? Той девушкой, которую признал его дракон в Инзании, была ты? — хмурится он, а я все еще не отошла от шока. Эмбер ему рассказал? — Не молчи.

— Какое это вообще имеет значение, Дарко? Если той девушкой была я, ты откажешься от свадьбы? — не веря, с вызовом и злостью спрашиваю я.

— Я, может, и мерзавец, но я не братоубийца, — выдает мне Дарко, и на секунду я теряюсь.

— При чем тут это?

— Я уже говорил тебе, что истинность значит для драконов. Это не просто связь, это нерушимая нить судьбы, которую ничто не разорвет. Это святое, Софи. Поэтому скажи мне правду, — говорит мне Дарко, а я не верю своим ушам.

Вот как? Надеюсь, он ошибается. А если нет, то мне тем более нужно исчезнуть, пока эта ловушка не захлопнулась вместе со мной.

Я скорее яд для Эмбера, недели желанная награда.

Эмбер… одна лишь мысль о нем отзывается болью.

— Я — не она, — отвечаю я, решив оставить все как есть, ведь мне все равно умирать, а этот дракон, что обычно не видит дальше своего носа, неожиданно проявляет чудеса наблюдательсности.

— Ты лжешь, — выдает он осевшим голос, будто смертный приговор.

Спорить еще и с ним у меня нет сил. Бросив что-то невнятное, спешу уйти, пока Дарко перебывает в подобии шока. Но его взгляд западает в душу.

Я будто слышу, как внутри его что-то ломается и распадается на куски. Но времени, подумать об этом попросту нет.

Оглядываюсь, чтобы убедиться, что он не пошел за мной. Нет. Никто не преследует. Иду все выше по склону, подмечаю, что редкие гуляющие здесь парочки заняты собой и на меня не смотрят, и только тогда достаю из декольте склянку.

Только хочу открыть, как меня толкают прямо в спину.

— О чем ты с ним говорила? — рычит Листьера, появившаяся так неожиданно, будто выросла из-под земли. — Обоих принцев решила захомутать, изнанийская гадина?

Вот бы ей сейчас влепить! Но лишний скандал мне не нужен. Еще слухов о самоубийстве не хватало. Смерть должна быть случайной.

— Ничего подобного, — приходится наступить себе на горло, чтобы отвязаться от нее по-тихому.

Хочу ее обойти, но она, точно бешеная хватает меня за волосы и потянула обратно.

— Спятила⁈ — заорала я на нее, выкрутившись из хватки.

Глупый был вопрос. Судя по зарёванному лицу и дикому блеску в глазах — чокнулась окончательно.

! — прошипела она, надвигаясь, как фурия.

В руках брюнетки вспыхнул огонь, и я попятилась. Не только я, но и адепты, никак не ожидавшие пламенного шоу на милом мероприятии.

— Листьера, успокойся. Это нападение не даст тебе ничего, кроме проблем, — попросила я, отходя все дальше назад. А ведь мне надо к обрыву. Может бочком отступить?

— А мне плевать! Ты все у меня отняла! — прошипела она и пульнула в меня огнем.

— Шель ше касис! — выпалила я моментально, и пламя, отскочив от щита опалило землю.

— Немедленно прекрати! — подбежал к нам Барак, но ненормальная и в него пульнула огнем, да так, что тот, не ожидав, едва не угорел. Лишь частично успел защититься, откатился и скорчился от боли.

Другие адепты, не желающие испытывать на себе его судьбу, с криками бросились к замку. Сейчас тут окажутся все, и мне уже не сбежать.

— Листьера, пожалуйста, успокойся, — попросила я, помня, что смерть Софии не должна быть насильственной, но с драконшей было без толку говорить.

Новое пламя метнулось в меня, но я защитилась тем же щитом. Зелье выпало из рук и укатилось.

Нет! Едва я хотела за ним потянуться, как Листьера накрыла меня новым свирепым пламенем, и щита не хватило, а раскрытый следом за ним купол, затрещал.

— Живучая как таракан! Ни рипоны, ни пламя тебя не берет! — плюнула она, и меня обдало жаром с головы до ног.

Не ее жаром, а своим собственным. Рипоны⁈ Она сказала рипоны⁈

— Так и знала, что это была ты! — зашипела я, и Листьера самодовольно ухмыльнулась.

— Не смогла тогда убить тебя, зато добью сейчас! — зашипела она, кидаясь на меня.

Волна неукротимой силы прошла по телу, и я выплюнула в Листьеру такой огонь, что ей пришлось попятиться вместе с расплавленным щитом. Она взбесилась еще больше, ее тело задрожало, тая и превращаясь на моих глазах в пепел, из-под которого рванул настоящий дракон.

Твою ж за ногу!

Рык, подобный раскату грома, разразил небеса, и яркая вспышка неистового пламени обрушилась на меня, на мой жалкий купол, не способный его сдержать.

Огонь не только жарил, но и отталкивал меня на самый край обрыва, к которому я так стремилась. Но теперь у меня не было зелья.

Еще миг, и пламя, льющееся непрерывным потоком, расплавило щит, и, опалив, скинуло меня в бездну.

Я летела навстречу смерти, и с глаз катилась слеза. Мне было страшно.

Но боялась я почему-то не смерти. А того, что уже никогда не увижу Эмбера. Сбежать и наблюдать за ним, это одно. Исчезнуть бесследно, совершенно другое.

Он так и не узнает правды….

— Эмбер, прости, — шепнула я, закрыв глаза, и мое тело разразила боль.

Глава 35 Золотой дракон

— Бэль, — было так непривычно слышать свое настоящее имя.

Кто меня позвал? Тьюдо? Что ему делать в моем послесмертии? Сопроводителя поймали и казнили? Убили, как и меня?

В том, что я нашла свой конец, сомнений не было. Помню то пламя, что почти испепелило меня. Помню, как сгорая от боли расплавленной плоти, летела со скалы.

Помню, как разбилась, а затем душа отлетела от искалеченного тела. Взмыла ввысь как дракон.

Помню силу своих крыльев, помню их золотое мерцание во тьме, и весь тот бред, которому уже не могу найти объяснение. Помню, что спасалась от Листьеры даже после смерти.

Нет. Не было смерти!

Я обратилась в последнюю секунду.

Невозможно! Я же не дракон. Или все-таки дракон⁈

Ведь я летела. Неловко, криво, но на инстинктах. Пока эта сумасшедшая не решила, что меня нужно добить! И ведь почти добила, если бы не… Эмбер.

Я точно помню, как он обернулся, прямо на глазах и подхватил меня. А следом явились и другие, чтобы угомонить Листьеру.

Но как такое может быть?

Мне это привиделось во сне?

— Бэль, — голос раздался вновь, и пришлось открыть глаза.

— Тьюдо⁈ — я попыталась встать, но не смогла.

Тело не послушалось меня. Неужели, все-таки разбилась⁈ Нет! Магические путы привязали меня к кровати, не давая даже шелохнуться.

За что? Почему это на мне?

И почему в лазарете стражи? Сколько их тут? Двое, трое… четверо у дверей. А рядом со мной Тьюдо и Диргар.

— Как ты себя чувствуешь, Бэль? — голос ректора прозвучал непривычно обеспокоено и мягко.

— Скованно, — честно призналась я, не понимая, к чему это чрезмерная предосторожность.

— Ты помнишь, что произошло?

Если расскажу про дракона, решат, что я спятила?

— Упала со скалы.

— А потом?

— А потом не помню, — солгала я, решив, что золотые крылишки лишь плод моего воображения, но зря.

— Ты обратилась, Бэлс, — выдал мне Тьюдо, путая мои мысли еще больше.

— Вы шутите надо мной? — вспыхнула я, хотела вскочить, но проклятые путы не давали даже нормально дышать.

— Тише, не покалечь себя, — попросил Диргар. — За дверью ждут люди короля. Будет допрос. Но мне дали возможность первым с тобой поговорить.

— О чем⁈

— Как я понял, — он покосился на Тьюдо. — Ты не знала, что являешься драконом?

— Нет! — наотмашь замотала я головой. — Как такое возможно? — спросила я, раз уж отпирания все равно не изменят реальности.

— Думаю, дело в матери, — шепнул Тьюдо, а затем взглянул на Диргара.

— Что?

— Белея Лост была чистокровным драконом. Точнее Лея Диргар была чистокровным драконом, — выдал ректор, а затем протянул мне ту самую карточку, что я оставила в ящике вместе с гримуаром, когда уходила.

— А при чем тут я?

— Думаю, теперь ты поймешь, почему оно выбрало тебя, — шепнул он, и перевернул снимок обратной стороной.

Что я должна здесь увидеть? Стоп…

Я ахнула, когда на бумаге стали проступать буквы.

'Дорогой брат, я надеюсь ты найдешь это письмо. Ибо я не смогу сказать тебе в лицо, что жива.

Преследуя врагов, я оказалась на земле магов. Повергнув последних предателей, едва не пала сама.

Меня спас человек. Маг, которому я обязана жизнью. Он же и стал для меня жизнью. Моим дыханием.

Прости, Диргар, я нарушила закон, и я не смогу вернуться. Но знай, что я жива. И я счастлива, а у тебя скоро появится племянник или племянница.

Твоя неразумная сестра, Лея,

ныне Белея Лост'.

Что… Что все это значит⁈

— Лея взяла новое имя, когда решила остаться в Инзании. Твой отец был тем, кто ее спас, — поведал дракон. Говорил он уверенно, словно уже тысячу раз все перепроверил прежде, чем кидаться такими заявлениями. — Ты так похожа на нее.

Поэтому он меня отпустил тогда в комнате? Он точно все видел под иллюзией. Хотел убедиться, и вот⁈

Но при стражниках такого не спросишь!

— Раз мой отец маг, а мать дракон, то я полудракон? — пытаясь ничего не напутать, спросила я.

— Ты дракон, Бэль. Эта сущность в тебе взяла верх. — говорит он, а я словно утопаю в бездне. — Понимаю, что тебе нужно время, чтобы это принять, но нам его никто не даст. Как только лекари разрешат, я буду вынужден отправить тебя ко двору. На суд короля.

— Они все знают про обман? Что со мной будет? Казнят?

— Золотых драконов не убивают по закону, — успокоил Диргар. Еще бы сказал, что не сажают на цепь, и я бы вообще выдохнула.

— Но убивают мошенников, посмевших обманывать корону! — на пороге нарисовался незнакомый дядечка в строгой темно-зеленой форме с золотой эмблемой на груди.

— Вы прикинулись принцессой и это не простительно! Я сделаю все, чтобы с вас сняли чешую за обман! — выдал он.

— Обман наполовину, — исправил его Тьюдо, и все, включая меня, уставились на него со всем вниманием, что только было. Все, кроме Диргара, который, видимо, уже и так все знал.

— Что вы имеете в виду⁈ — недовольно брякнул аншеф.

— Я рассказал о матери Бэль. Но не об ее отце, — отрезал ему Тьюдо, а затем перевел взгляд на меня. — Ты спрашивала почему отправили тебя, а не Ламею.

— Да, — кивнула я.

— Потому что опасались, что драконы не обнаружат в ней королевской крови, если захотят проверить. И не ошиблись, выбрав тебя.

— Все равно не понимаю, — покачала я головой. Всем нутром чувствовала, что сейчас рванет еще одна бомба, и не дышала.

— Твой отец, Бэль, покойный король — Иви Ав-Ройрэ. Ему я дал клятву, — выдал Тьюдо, и мои глаза едва не вывалились из орбит.

Что, простите? Так я не только чешуйчатая, при чем золотая чешуйчатая, не только Диргар но еще и бастард⁈ Не слишком ли это⁈

— Думаете, вам поверят на слово⁈ — встал на дыбы аншеф, но ректор его тут же осадил.

— Ее уже проверяли испытанием крови! Если нужно, проверьте еще!

— Будьте уверены, проверю вдоль и поперек! Да так, что до суда, она полумертвой дойдет! А там уж ей отрубят голову!

— Рубить ей голову или нет, решать Его Величеству и только ему! — зарычал Диргар. — А не вам. А сейчас умерьте пыл, аншеф и выйдете. Бэль рекомендован отдых.

— Не забывайте с кем говорите, рипт Диргар! Я не ваш подчиненный! — вспыхнул рьяный служитель закона.

— А вы не забывайте, где находитесь! На территории Академии я представляю всю власть! А единственной кто надо мной — сам король. И пока лекари не доложат мне, что Бэль может идти, она отсюда не уйдет! — ректор прорычал так, что стены задрожали, что уж говорить обо мне.

Аншеф с досадой фыркнул, схватил Тьюдо под руку и поволок за собой.

— Тьюдо! — только и успела выпалить я, пытаясь броситься за ним, но проклятые путы…. Эдэрх бы их побрал!

— Тише, Бэль. Чем сильнее сопротивляешься, тем крепче они сжимаются, — предупредил ректор.

— Он забрал Тьюдо!

— Тьюдо не мой ученик. Я не могу вмешаться, — объяснился ректор.

Я об этом и просить не смела. Была более чем благодарна за все, что ректор уже сделал для меня. Только подумать, что было бы, схвати меня этот высокопоставленный страж.

— Бэль, — позвал меня рипт, возвращая из пугающих мыслей. — Ничего не бойся. Диргары своих в обиду не дают.

— А вы точно уверены, что я… Диргар?

— С самого начала, как ты появилась, я понял, что с тобой что-то не так. Почуял знакомую мощь, но она была настолько подавлена твоей человеческой сущностью, что я не смог этого сразу понять. Это не давало мне покоя. Но о том, что ты дочь Леи, я не мог даже подумать, до тех пор пока не увидел тебя под иллюзией. А еще письмо. Я все думал, почему оно выбрало именно тебя.

— И почему? — с придыханием прошептала я.

— Ты самая близкая Лее по крови, иного объяснения нет. Сейчас, когда все маски сброшены, я чувствую в тебе кровь нашего рода. Я сделаю все, чтобы тебе помочь. И не только я. Все Диграры. Ведь в тебе наша кровь, продолжение Леи. Мы не отступим просто так.

— Что будет Тьюдо? Пожалуйста, не говорите мне, что его ждет казнь, — взмолилась я, хотя и понимала, что это глупо.

Один короткий взмах головы, означающий, что спасения нет, лишил последней надежды.

— Тьюдо — взрослый маг и знал, на что шел. Всех не спасти. А сейчас отдохни. Завтра тебе понадобится много сил, когда окажешься во дворце короля.

Глава 36 Бэль

Диргар ушел, а я погрузилась в отчаяние. Пыталась переварить все, что мне сейчас открылось. Сколько раз, я мечтала, что однажды найду свою семью. Что окажусь не брошенным ненужным ребенком, а случайно утерянным.

Но о таком и подумать не могла.

Голова шла кругом. Я все еще пыталась зачем-то отрицать, но в какой-то момент, просто сдалась. Поскольку ректор вынудил аншефа снять лишние путы, угрожая чуть ли не личной местью после пункта о превышении полномочий и тирады за кем в Академии стоит власть, я теперь могла передвигаться.

Светящиеся полупрозрачные веревки уже не приковывали меня к кровати, но ими были опутаны руки и ноги. Одни, чтобы не могла пользоваться магией, вторые — чтобы не вздумала бежать.

Я мелкими шажочками прошлась по пустому лазарету, поглядывая на наглухо запертую дверь, за которой стояли выдворенные из помещения стражи, и вздохнула. Уже темнеет, а на рассвете велено вести преступницу, то есть меня, во дворец на суд.

Страшно ли мне? Конечно, страшно.

Я боюсь даже представить, какие ужасы могут там меня ждать, что бы не говорил ректор касательно ценности моей…кхм… чешуи и того, что Диргары своих не бросают. Что уж говорить о Тьюдо, у которого нет даже соломинки, за которую можно ухватиться.

Нет. О нем сейчас думать нельзя иначе зареву так, что потопа не миновать.

О чем тогда думать?

Об Эмбере. Он знает правду обо мне? Не ту, что я оказалась чешуйчатой, а ту, где я вовсе не София, а Зеркало? Наверняка, да.

Злится ли? Чувствует себя обманутым и преданным? Понимает ли, почему я все усложняла? Он ненавидит меня?

Стоило о нем подумать, как запястье вновь засветилось красивым тонким рисунком. Это еще что?

Я потрясла головой, выкидывая из нее мысли об Эмбере, и рисунок тут же спрятался. Странно.

Может, мне это чудится?

Я подошла к окну, за которым уж ползла ночь. Из-за яркого света в комнате, оно превратилось из стекла в зеркало, в котором я видела златовласую девушку.

Свое истинное лицо я видела лишь раз за последние годы, когда сбежала от Эмбера, но потом Тьюдо быстро скрыл его иллюзией. Слишком быстро. Потому сейчас рассматривала вновь и вновь, как в первый раз, касаясь кончиками пальцев острого аккуратного носа, непривычно припухлых выразительных губ, густых темных бровей.

Да, они были темными, несмотря на то, что волосы струились золотом. Именно золотом, а не просто цветом пшеницы. А ореховые глаза теперь светились, как у драконов.

Я не знала подлинных историй о том, что полукровка становился драконом, но слышала всякие басни об этом. Потому мне хотелось понять, почему же драконья суть во мне перевесила.

Так гены сплелись? У отца была предрасположенность, а мама и вовсе дракон? Но почему эта искра так долго спала? Потому что я мало пользовалась магией, потому что меня не учили или потому, что я не была среди своих — среди драконов?

Если вспомнить, именно после первых касаний сородичей во мне что-то пробуждалось, выплевывая искры и бахая мощными импульсами. Эта земля напитывала меня и призывала. Возможно, если бы осталась в Инзании, то никогда бы не узнала, кто я.

Не узнала, кто мои родители.

Я коснулась фотографии, учтиво оставленной ректором, и глянула на девушку. Очень юную, как я сейчас, Лею Диргар. Маму.

Почему-то было так просто называть ее этим словом из четырех букв. Может потому, что в глубине души я почувствовала с ней связь еще тогда в библиотеке, когда впервые увидела ее лицо на фамильной фотографии.

Тогда я даже не поняла почему сжалось сердце и хотелось плакать. Нашла в другом оправдание собственной слабости. Выходит, чувствовала?

Но как же это обидно, что едва я ее нашла, и тут же потеряла. Ведь Тьюдо сказал, что она умерла, когда я родилась.

Эти мысли сводят с ума….

Рассвет медленно карабкался по небу, когда двери лазарета распахнулись. Злой, как и прежде, аншеф скомандовал вести меня конвоем к повозкам. Академия еще спала. Точнее адепты. А вот профессора выстроились в ряд вдали от черных экипажей и безмолвно провожали меня взглядами.

Но мне не было до них дела. Я лишь хотела увидеть Его…

Еще бы миг… Еще секунда, но нет. Грубый страж склонил мою голову, запихивая в повозку. Дверь закрылась, и я чувствовала, как слабею, как стены самоходной кареты пропитываются сильной магией, делая ее настоящей непреступной темницей. Стало тяжело дышать, глаза не хотели привыкать ко мраку, и я откинула черный занавес с решетчатого окна.

Тусклый туманный свет заполз внутрь, выделяя на противоположном сидении знакомый силуэт.

Глава 37 Плачь!

— Тьюдо! — охнула я и едва не расплакалась. Надзиратель устало улыбнулся, приветствуя меня. Он был изнеможден внутренне, но цел и невредим физически.

По крайней мере, я не нашли признаков пыток или ссадин, и потому на душе стало немного спокойнее. Пока. Пока что пыток не было. Но они будут?

— Ничего не бойся, Бэлс. Дирарг дал мне слово, — заверил он.

Вы гляньте! Печется обо мне, когда сам…!

— А что на счет тебя, Тьюдо⁈ — разозлилась я. — Как ты позволил им себя поймать! Ведь мог бежать!

Он вновь улыбнулся, игнорируя мою злость, мою боль, мои тревоги. Но в этот раз вовсе не весело, а так, словно пытался утешить, заверить, что все будет хорошо.

— Свой суд я заслужил, — шепнул он.

Нет! Он еще и провоцирует! Откуда это смирение⁈ Зачем оно сейчас⁈

— Не говори ерунды! — вспыхнула я и хотела было его отчитать, но повозка покачнулась, начиная путь.

Пришлось потрудиться, чтобы не упасть, и покрепче вжаться в сидение. Это, наверное, смешно, беречь себя от синяков в последние минуты жизни. Но такова уж наша суть.

— Мне жаль, что сам не могу тебя защитить,— выдал Тьюдо, выводя меня из себя еще больше.

— Тьюдо! — зарычала я, а ему хоть бы что.

Так и смотрит на меня, как на глупую девчонку. Девчонку, которая, на минуточку, оказалась драконом. И у нее теперь светятся ореховые глаза. И он это видит, но вовсе не пугается.

Восхищается что ли?

В нем нет больше того наставника, нет того взрослого пугающего мужчины, он такой же, как и я, немногим старше, несчастный страж, сумевший по глупости дать клятву покойному королю.

Сколько раз ты пожалел о ней, Тьюдо? Мог ведь жить нормально, не таскаться со мной.

— Не надо мокрых глаз, — попросил он тихим шёпотом.

— А то в первый раз видишь!

— И всякий раз чувствую за это вину,— объяснился Тьюдо. — Прости, что не смог дать тебе лучшей жизни. Я бы хотел, но Када….

— Плевать на нее, — отвернулась я. — Она не только мою жизнь испортила, но и твою, заставив нянькаться со мной.

— Да, я считал это проклятием, — усмехнулся Тьюдо. — Смотреть, как ты растешь безмолвным Зеркалом было непросто. Особенно если знать, что твориться в твоей голове.

— И что там творилось?

— То, что даже Жако не смог исправить. А ты хорошо его провела. Вся в своего отца, — усмехнулся Тьюдо.

Он сейчас себя так странно непринуждённо вел. Должно быть, это приближение скорой смерти выветрило из него всю напускную строгость и деловитость, оставив простого мага. Думаю, если бы мы встретились где-то на улице вот так, то смогли бы стать друзьями, даже несмотря на то, что Тьюдо лет на семь, а то и больше, старше меня.

— Если бы я мог все исправить, то предпочел бы стать тебе другом, а не надзирателем, — вдруг признался он, будто опять мои мысли прочел.

— Ты и так им стал, — заверила я, прекрасно помня, как этот каменный страж ломался по кускам, отрекаясь от правил, и вставая на мою сторону. Это много стоит, нужно признать. — Я и не знала, что в твоей груди живет настоящее сердце.

— И много ты так и не узнаешь, — заверил он, и этот взгляд, точно прощальный, сорвал последние замки, сдерживающие мои слезы.

Я зарыдала. Да так, что не могла даже дышать. Боль трепала душу, выворачивая ее наизнанку.

— Не плачь, — шептал Тьюдо, и мне хотелось его за это стукнуть. Как тут не плакать?

Но стукнуть я так и не смогла, припала к нему, как к старшему брату и заревела на груди, цеплялась дрожащими пальцами в сырую мятую рубашку. Слышала грохот сердца и изнемогала от мысли, что совсем скоро оно остановится. Навсегда.

— Плачь, — шепнул он, приложив щетинистую щеку к моей голове, и погладил отягощенной путами крепкой рукой по волосам, как маленькую девочку. — Плачь, пока не станет легче.

Глава 38 Суд

С тех пор как мы прибыли в королевский замок, я больше не видела Тьюдо.

Небесное светило уже озарило небо. Я узнала стены, колонны, картины, ступени, а затем и те белые двери, порог которых когда-то переступала, прикидываясь инзанийской принцессой.

Теперь же шла преступницей.

Парадокс, но сегодня я не испытывала того страха, что терзал меня прежде. Может быть, уже смирилась с участью или же просто всегда знала, что рано или поздно судный час настанет.

Аншеф лично перехватил меня у стражей, оставшихся у дверей, ввел в зал, заполненный десятком драконов, и резким нажимом на плечи, вынудил встать на колени.

— Полегче, аншеф! — раздался голос ректора. Не удивительно, что я не заметила его среди десятков лиц. Хотя, я на них даже не смотрела, боясь увидеть среди них Эмбера.

Боясь увидеть обвинение во лжи и презрение в его глазах. Глазах, по которым так тоскует мое сердце.

— Его Величество король Эдэрха Тарз II! — объявил другой дракон, и подданные тут же склонили голову.

Меня же аншеф едва не ткнул носом в мраморный пол. Холодный. Но это меньшая из моих проблем.

— К чему эта чрезмерная жестокость, аншеф? — обратился король, и аншеф, ожидавший скорее похвалу за свою службу, нежели замечание, захлопал крохотными глазками и посторонился на полшага от меня.

Святая Инея, если еще когда-нибудь я обращусь в дракона, то это чучело первым зажарю!

— Поднимись с колен, дитя, — велел мне король, и послушно повиновалась его приказу. — Посмотри на меня.

И с этим у меня не было проблем. Я знала, как нужно смотреть на тех, от кого зависит моя жизнь. Покорно, смиренно, учтиво и… смело. Ведь мы на драконьей земле, где трусость и слабость не в почете.

Король едва заметно усмехнулся уголками тонких губ, виднеющимися из-под густых усов.

— Так вот как выглядит наш золотой дракон, — протянул он, что-то прокручивая в голове, а затем велел. — Снимите путы.

— Что⁈ — едва слышно захлебнулся возмущеньем аншеф и кинул взгляд в зеленоглазого советника.

— Ваше Величество! К чему такой риск? — залепетал тот.

— Ангус, — одним взглядом Его Величество заткнул за пояс советника, а затем повторил. — Снимите путы.

И они слетели, а вместе с ними развеялась усталость, окутывавшая мое тело все это время. Я едва не запорхала на месте, втянула в себя воздух свободы, ощутила вернувшись магию. Исцелилась духовно!

— Обратись, — прозвучала следующая воля короля.

— Здесь? — едва не выпалила я по глупости. Но вовремя себя одернула. Конечно, здесь, однако….

— Прошу прощения у Вашего Величества, я не знаю, как это работает, — призналась я, стараясь заставить голос звучать ровно, покладисто, но не робко.

— А еще она не умеет контролировать себя! — поспешил вставить пять занов советник. Что б его.

— Ты думаешь, я боюсь кого-то в своем же замке? — король посмотрел на Ангуса так, что мне даже стало его жалко. Хотя нет. Ни капли. Вторым будет в списке тех, кого зажарю.

— Обратись, дитя, — вновь велел мне король. Про то, что я не знаю как, он мимо ушей пропустил? — Рап Эль, помоги ей, — все-таки, не пропустил.

Ректор учтиво склонил голову и сделал несколько шагов ко мне. Остановился, гордо держа спину, и пряча за ней обе руки.

— Вспомни то, что чувствовала, когда обратилась на скале, — подсказал он. — Что тебя вело тогда? Выпусти это. Позови дракона.

Что вело⁈ Страх⁈ Злость⁈ Отчаяние⁈ Желание избежать смерти⁈ Что⁈

Я закрыла глаза, пытаясь перебрать все это. Что заставило меня обратиться? Знаю! Желание жить. Желание еще раз увидеть Эмбера.

Волна жара прошла по телу, прожигая кожу так, что мне казалось, что она тлеет, в прямом смысле. Это приносило такую боль, что хотелось кричать, но вместо вопля, я услышала собственный рык. А когда открыла глаза, поняла, что смотрю на правителя сверху вниз.

По залу пронеслись охи. Даже у советника, которые еще минуту назад смотрел на меня как на мерзкую ящерку, отвалилась челюсти.

Неприятно должно быть, когда какая-то преступница оказывается носителем священной чешуи!

— Золотой, — отметил король, восхищенно разглядывая меня, а затем тут же холодно отсек.— Достаточно, — и жестом велел обращаться обратно.

— Представь свое человеческое тело, словно одежду, надень ее мысленно, — поспешил подсказать ректор, и я вновь закрыла глаза, но вместо жара в этот раз ощутила холод, и рефлекторно обняв плечи, ощутила под пальцами уже человеческую кожу, которая в момент обросла одеждой.

Спасибо, Рап Эль, если выживу, обязательно потренирую этот прием. Или это был Эмбер?

Едва я подумала о нем, но увы, в зале его не было.

Он не пришел на мой суд. Ни он, ни Дарко.

— И что мне с тобой делать? — вернул мое внимание в нужное русло король. — обманщица, бастард и в то же время… золотой дракон.

— Я приму любую уготовленную участь, — без тени сомнения выпалила я, — только прошу об одном.

По залу прокатился гул возмущения. Еще бы, преступница смеет просить.

— О чем? — было интересно королю.

— Не казните Тьюдо, — попросила я, глядя в огненные глаза правителя. Только бы не дрогнуть!

— Хм, — протянул он, отмеряя шагом зал. — Твоего дрессировщика?

— Моего учителя и друга.

— Об этом не может быть и речи. Он маг, посмевший лгать королевской семье! — выскочил Ангус, но король жестом заткнул ему рот. И вовсе не магией, а своим статусом.

— Почему ты просишь за того, по чьей вине здесь оказалась? — спросил Тарз, прожигая меня насквозь светящимся взглядом.

— Он лишь выполнял приказ. Мы оба действовали против воли.

— Ты — будучи обманутым ребёнком, — поспешил вставить свое слово ректор, пытаясь оттянуть меня от края пропасти, к которому я стремительно приближалась, играя с милостью драконьего короля.

— Но Тьюдо взрослый мужчина и сам в состоянии принимать решения, — закончил за него советник. Эдэрх бы его побрал!

— Он предатель! Дважды, как я понимаю. Ведь покрывал вас перед короной, которой должен был служить, — сказал он мне, а потом обратился к королю. — Предал одних, предаст и других, Ваше Величество. Таких нельзя прощать. Голову с плеч.

— Тогда и мою голову рубите! — выпалила я. Вовсе не с дури и не от великой храбрости.

Я просто устала от несправедливости это мира. Нет. Не от нее. А от собственного бессилия в борьбе с теми, в руках кого власть.

— София! — выпалил ректор.

— Софии тут нет, рипты, — напомнил Ангус.

— Верно. Бэль Диргар Ав-Ройрэ, — сказал король вовсе не то, на что рассчитывал проклятый сноб.

Кажется, Его Величеству даже нравилось мое появление. Или то, что я оказалась именно золотым, а не каким-нибудь другим драконом.

— За обман ты должна быть казнена, но твоя чешуя спасет тебя от смерти. Ты навсегда останешься в Эрдэхе, но в качестве кого, я еще не решил. А что касается инзанийцев, прибывших с ней, — обратился король уже к подданным. — Выставить всех прочь.

— А как же перемирие, Ваше Величество? — испугался кто-то из высокопоставленных драконов.

— Какое перемирие, когда нам плюют в лицо! Они прислали фальшивку! — залепетал Ангус.

— Которую дважды чуть не убили, Ваше Величество, — сказала я, и пока мне не захлопнули рот, поспешила продолжить. — У моих правителей был повод сомневаться, и если бы я не оказалась драконом, то настоящая принцесса была бы мертва по вине Листьеры Ала-Сер.

Королю не понравилось мое возражение, хоть и сказано оно было весьма деликатно и мягко. Вот уж чего точно нельзя допустить, так это войны.

— Ты об этом не думала, когда решила бежать, — король и об этом знает?

— Выбора не было, Ваше Величество. Лицо менялось, а я была малодушна и слепа, — согласилась я. — Гневалась на тех, кто обрек меня на эту участь. На настоящую смерть не решилась и лишь хотела ее обыграть.

— Зельем из полеуса, знаю, — протянул король.

— Если бы мне нужно было умереть ради мира, то я не задумываясь бы наложила руки, — выпалила я и поняла, что так оно есть.

Это не просто брошенные в воздух слова. Если мне сейчас дадут клинок и велят отнять собственную жизнь, обозначив ей цену миром на землях двух государств, я и глазом не моргну, сделаю!

— Хм, — протянул король, соизмеряя мою скромную персону острым взглядом. — Только что говорила, что гневаешься на своих правителей, а теперь заверяешь, что готова отдать за них жизнь?

— Не за них. А за мир, — смиренно выдала я. Раз уж поставила на карту все, нужно идти до конца. — Война случиться не должна. Обе стороны прольют кровь. Драконы могущественны, но у магов есть оружие, способное вас убивать. Но вы и так это знаете, раз впустили инзанийцев на свою землю. А еще торговые пути…

— Ты слишком много знаешь для фальшивки! — перебил меня Ангус, и королю опять пришлось заткнуть его взглядом.

— Продолжай, — велел он мне, а я не знала, что еще сказать. Все, что вертелось на уме, уже слетело с языка. — Раз открыла рот, значит, имеешь что предложить.

Эдэрх возьми, не имею! Ни грамма! Все, что хотела сказать, я уже казала….

— У меня есть предложение! — прозвучал за спиной знакомый до боли голос, и все тело застыло, а сердце сжалось в ком.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто только что распахнул двери и вошел в этот зал. Но я все же делаю это. Потому что, хочу увидеть его еще хотя бы раз.

Я хочу увидеть Эмбера.

Но он не один. С ним Дарко. И они оба пылают уверенностью и готовностью иди в бой. Они примирились?

— Слушаю тебя, сын мой, — во все внимании выжидает король.

— Поскольку в Соф… в Бэль поскольку течет кровь покойного Иви Ав-Ройрэ, королевская семья может принять ее в родословную, наделив настоящим статусом принцессы.

— Что? — охнул зал.

— Закон этого не запрещает. Вот! — заявляет Эмбер, демонстрируя какие-то древние писания. Неужели, он все это время решал этот вопрос? — Все по правилам! У нас не будет Софии, но будет другая инзанийская наследница. Бель Ав-Ройре Диргар!

— Ваше Высочество, как же так⁈ — взбеленился Ангус. Можно его припечатать тем же заклинанием, что и меня в лабиринте⁈ — Хотите, чтобы мы простили Инзании обман и приняли эту девчонку? А как же свадьба⁈ И речи не может быть о браке с бастардом!

— С золотым драконом и наследницей крови Диргаров. И к тому же моей истинной! — выпалил Эмбер, и пока зал погружается в немую тишину переводит взгляд на меня.

Взгляд, заверяющий, что все будет хорошо. Что он вырвет меня даже из лап смерти. И, как ни странно, я верю ему.

— Что? — нахмурился король.

— Девушка, которую признал дракон Эмбера в Инзанией, это была Бэль, отец, — выдает Дарко, и я ловлю еще один шок.

Шок, потому что, весьма непривычно видеть этих двоих на одной стороне.

Выходит, Дарко, в ту ночь не шутил? Не испытывал меня. Он отступил?

— Эмбер, Дарко, вы оба опять затеяли какую-то игру? — хмурится правитель.

— Никак нет, отец, — отвечает принц, а затем переводит взгляд на меня. — Дай мне свою руку, Бэль, — говорит он, и я глянув на раскрытую широкую ладонь, кладу в нее свои пальцы.

Тепло этого прикосновения проникает в плоть, а затем несется по венам и бьет в самом сердце. Кожа на запястье начинает гореть, а затем на ней проявляется та самая метка-беглянка.

И точно такая же прорисовывается на руке Эмбера.

— Вязь истинности! — охают господа, и я вместе с ними.

Глава 39 Вместе мы выдержим все

Я оглядываю шикарные убранства комнаты, а затем перевожу взгляд к окну. Яркое солнце согревает своими лучами огромный сад дворца. Птички поют, мир живет дальше, как будто ничего и не было, а мне все еще не верится.

Не верится, что я жива. Не верится, что я золотой дракон, не верится, что Эмбер и Дарко вроде как на одной стороне. Что Тьюдо дадут шанс.

Все это будто бы сон, но ущипнув себя, понимаю, что вовсе не сплю.

Чай на столике давно остыл, а я так и не прикоснулась к еде после ухода слуг, что выделили мне эти покои по приказу короля. Диргар навестил меня и заверил, что все будет в порядке, ему я верю. Мне не спокойно от другого.

— Тук-тук, — раздается в дверь, и я тут же спешу обернуться.

Увы, на пороге не Эмбер.

— Ты не меня хотела здесь увидеть, — догадывается Дарко.

И если бы пару дней назад я съязвила бы ему на зло, то теперь не хочу. Он помог Эмберу спасти меня. Отказался. И судя по тому, что я сейчас вижу в его глазах, это далось ему нелегко.

— Он скоро придет. Отец его задержал, — сообщает незванный гость. — Я пришел попрощаться.

— Попрощаться? — не понимаю я. — Мне же разрешили остаться.

— Уходишь не ты, Бэль. А я.

— Куда? — не понимаю я, и в этот момент ловлю на губах Дарко едва заметную улыбку. А в глазах с напускным спокойствием — горечь.

— Буду обучаться военному делу в северных пределах.

— Там же твари! — пугаюсь я, помня выдержки из учебников.

Зачем он это делает? Неужели из-за меня?

— Не такие уж они и страшные, — усмехается Дарко, отступает к двери и вдруг останавливается. Но не оборачивается.

— Будь счастлива, Бэль. Не дай мне повода сомневаться в моем выборе, — говорит Дарко, и от этих слов меня пронизывает грусть.

Мерзавец, у которого все-таки есть сердце?

— Береги себя, — отвечаю ему, и Дарко, не говоря больше ни слова, открывает дверь.

На пороге стоит Эмбер, от одного взгляда на которого все внутри подпрыгивает и начинает ликовать. Не видела его всего лишь несколько часов, а кажется, что прошла целая вечность.

Мужчины прощаются безмолвно, хлопнув друг другу по плечу. Эмбер проходит в комнату, а Дарко исчезает за закрытыми дверями.

Теперь мы одни, и ничто не мешает мне смотреть на Эмбера так, как я хочу, не скрывая чувств и мыслей, без нужды притворяться кем-то и лгать.

Но я боюсь. Боюсь только одного…

— Ты сердишься на меня? — тихо спрашиваю я, едва он подходит ко мне.

Между нами метр, а мне кажется, что он так близко, что даже голова начинает кружиться.

— А ты на меня? — ведет он бровью. Вовсе не строгий, но серьезный. Однако в глазах, как мне хочется верить, я вижу тепло.

— За что мне сердится? Это ведь я лгала.

— За то, что не спросив, назначил тебя своей невестой, — говорит Эмбер. — То, что я сделал там, я сделал только для того, чтобы защитить. Я не стану принуждать тебя к браку со мной, если ты этого не хочешь, Бель. Быть с кем-то нельзя по принуждению. Это должен быть твой выбор. И если ты еще не готова…

— Не ужели ты так и не понял? — не выдерживаю я. Все, что я так упорно прятала, фонтаном рвется наружу. — Я бежала от тебя лишь потому что не могла признаться, кто я есть.

— Я хотел услышать это от тебя, — говорит Эмбер, делает шаг ближе, беет меня за руку, и тело пробивает дрожь. — И все же я хочу спросить. Официально. Бель Ав-Ройрэ Диргар примешь ли ты мою любовь и отдашь ли мне руку и сердце?

— А ты угадай, — шутливо шепчу я ему, за что тут же оказываюсь скована его объятиями.

Но я вовсе не против. Хотя, как я могу быть против, когда даже думать не могу, когда Эмбер настолько близко, что я чувствую его горячее дыхание на своих губах.

Секунда, вторая. Его взгляд мутнеет, а мое сердце подпрыгивает и трепещет, когда он накрывает мои губы поцелуем. Сладким, чувственным, огненным.

— Это было «да», — шепчет мне Эмбер, и я утыкаюсь носом в его грудь. — Больше тебя никто не тронет. Ты со мной, Бэль. Ты в безопасности, моя истинная, — говорит он, и я верю. Я чувствую это каждой клеточкой тела.

Вместе мы выдержим все.

— Судя по твоему лицу, Диргар, ты пожаловал сюда, не просто так? — вздыхает король, завидев на пороге своего кабинета нежданного гостя.

— Все верно, Ваше Величество. Меня кое-что беспокоит. И полагаю, вас тоже. Раз пробудился носитель золотой чешуи, то Тьма уже близко.

— На что ты намекаешь, мой друг? Хочешь разбудить старые нелепые слухи, что один из моих сыновей ей подчиниться⁈ Они не близнецы!

— Они двойняшки, и если верить писаниям….

— Бред это, а не писания, Диргар!

— Бред, в который даже ваша покойная супруга верила настолько, что пыталась убить собственного ребенка. Вы и сами знаете, что он не такой, как все. И те испытания, через которые он сейчас проходит, могут стать лазейкой для Тьмы!

— Диргар! — рычит король. — Слава Эдэрху, мой сын не помнит того, что сделала его мать. И от девчонки он отказался сам! Его разум чист, а дух силен, Диргар! Не забывайся!

— Что ж, если верите в это, то я не смею перечить. Я продолжу приглядывать за ним в академии.

— Этого больше не потребуется, — сообщает король, и Рап Эль непонимающе хмурится. — Дар Эн решил покинуть Иль-Тарз. Я считаю это верным решением.

— Ваше Величество….

— Он — мой сын, Диргар! Довольно того, что родная мать вонзила в его сердце нож, но я так не поступлю. Я не пролью ни капли крови своих детей из-за нелепых бредней какого-то безумца!

— А если это все же случиться, Ваше Величество⁈ Что вы будете делать тогда?

— У нас есть золотой дракон.

— Но нет феникса. Вы ведь знаете, как именно мой дед тогда победил Рехиссара.

— Довольно, Диргар! Если в моем сыне появится хоть намек на Тьму, я сам отберу его жизнь!

Конец