— Я, Грегос, сын Уоллеса, староста селения Приболотное, добровольно передаю права на владение имуществом, рабыней по имени Дана, — староста коснулся рабского ошейника, девушка стояла смирно, глаза смотрели в пол.

Теперь была моя очередь, кто бы мог подумать, что я, домашний задрот по имени Антон, стану владельцем раба, точнее, рабыни. Очень даже симпатичной девушкой, если она перестанет брить наголо голову, то глаз будет не отвести и рабский балахон тому не помеха. Пора было подбирать слюни и заканчивать ритуал.

— Я, Антуан, сын Николая, добровольно принимаю права на владение имуществом, рабыней Даной, — я тоже коснулся ошейника.

Палец прожгла резкая, быстрая боль, я не одёрнул руку, вытерпел. Убрал её после того, как это сделал староста, и ничуть не удивился, когда обнаружил на указательном пальце каплю крови.

— Всё Антуан, она твоя! — сказал староста с некоторым облегчением. — Теперь рабыня не сможет причинить тебе вреда и будет покорно исполнять все приказы! — последние слова староста выделил особо. Но здесь можно было поспорить, ему она подчинилась только в бытовом плане. Как ей удалось избежать, скажу без прикрас, насилия, мне ещё предстоит узнать. Я уж точно принуждать её ни к чему не буду.

Я посмотрел на Дану, девушка подняла на меня взгляд.

— Ты пока останешься в доме Грегоса, на правах прислуги! Об остальном распоряжусь позднее, — нужно было показать себя как хозяина. Этот мир таков, есть рабы и господа.

— Да, господин! — рабыня поклонилась. — Спасибо, господин! — она подняла на меня взгляд, в глазах читалась благодарность.

— Приступай к своим обязанностям! — девушка снова поклонилась и убежала.

— Не знаю, что ты задумал, Антуан, и не моё это дело, но раб должен быть при хозяине. Я тебе доверяю, потому и разрешил рабыне остаться.

— Я тебе тоже доверяю, Грегос, потому и оставил своё имущество в твоём доме.

Ещё бы он мне не доверял, я ему пятнадцать килограмм люмия под реализацию оставил, тысячу шестьсот золотых, просто уйма денег. Староста наладил торговлю с Вольным полем, и, скорее всего, с Ягодным. Кузнецы, мастера по артефактам… Жаль, такого мастера в Приболотном нет, давно бы к нему заглянул. Зато есть травница, к ней я зайду после старосты.

— Это хорошо, Антуан, лучше честно торговать, чем обманывать и грабить простых людей. Знаешь, сколько бед ловцы рабов приносят? В Ягодном дети пропали, в Вольном поле недосчитались троих лесорубов. Нам повезло, Тернис миловал. И предупреждение Гордо сработало, наши защитники усилили бдительность, обошлось одной стычкой, обломали зубы и ушли куда-то на север.

Я уже в курсе, с Дарко повстречался. К тому же я сам принимал участие в выбивании зубов, проредил их состав, убив одного ловца. Повезло, что они поодиночке ходят, видимо, друг дружке не особо доверяют.

— Потеря кормильца или ребёнка — это беда для семьи. Селение тоже от этого теряет, — продолжал говорить староста.

Но рабов вы всё равно покупаете, потому что это не беда, а торговля — простая мораль Этерниса.

— Я слышал, ты с Мирной дела ведёшь? — сменил тему Грегос.

— Да, она мне вещи шьёт, — я постучал рукой по куртке. — А что, это запрещено?

— Нет, что ты, Антуан! Я тоже у неё вещи заказываю. Мирна добрая селянка и хорошая портниха, её благосостояние влияет на процветание селения. К нам будут чаще приезжать люди из других деревень и даже городов, торговые караваны те же станут частыми гостями. Глядишь, и население начнёт добавляться, так что дело это хорошее.

Я немного знал старосту, так что, примерно, представлял о чём может пойти речь.

— Я о другом хотел поговорить, — Грегос потёр ладонью брюхо. — Эта твоя мягкая проволока из люмия, просто чудо. Я бы тоже купил несколько мотков, в следующий раз, — добавил он. — Племянница в Дувгороде, держит торговую лавку, для неё стараюсь.

Так и вышло. Товар проходит мимо кассы, старосте это не нравится, а мне, собственно, какая разница, со старостой даже удобнее, но и про Мирну забывать тоже нельзя. Она, между прочим, за двадцать катушек сразу рассчиталась. Кто бы мог подумать, простой деревенский дом, коровы, куры, и столько золота. Не зря говорят, не суди по первому впечатлению.

— Хорошо, Грегос, тридцать золотых за катушку, в следующий раз принесу, ты же к тому времени реализуешь люмий?

Староста уверил меня, что продаст если не всё, то большую часть, и обязательно со мной рассчитается. Затем был обед, из скромной деревенской пищи: варёное мясо, картофель и соления, особо мне понравился ягодный морс, намного вкуснее лимонада. На стол накрывали две рабыни, одна из них моя. Поведение Даны изменилось, она всё ещё была в рабском ошейнике, но движения стали более плавными и раскованными, что ли. Девушка поставила на стол три блюда, за это время умудрилась несколько раз коснуться меня бедром, наверное, случайно.

Ушлый староста тоже заметил изменения, как и странную неуклюжесть своей бывшей рабыни. В его глазах поселилось веселье, разве что не подмигивал мне. Типа, я же говорил, всё будет выполнять.

Я вышел на улицу, напялил шапку-шлем. Мой рюкзак изрядно полегчал после посещения Мирны и Грегоса, двигаться стало намного проще. Мне предстояло зайти ещё к одной селянке.

Сальма встретила меня в доме, я какое-то время стучался в калитку, а старуха выглянула в окно и сказала, чтобы я открывал сам. В общем-то, и не встречала, возилась со своими зельями, лишь покосилась на меня, чтоб поздороваться.

— Здравствуй, мальчик, — травница игнорировала моё имя. Но я был не в обиде, попробуй-ка столько прожить и в уме остаться. — Зелье моё пригодилось?

— Здравствуй, Сальма! Не довелось мне с теневиками встретиться, — старуха закаркала смехом.

— Эх, молодёжь! Не довелось ему… радуйся! Если бы довелось, не болтал сейчас со мной… О-о, ты погляди-ка, штаны с кожаными вставками, за стручок свой переживаешь⁈ — я непроизвольно прикрыл пах руками. — Ха-ха-ха!.. Правильно делаешь, вернуть его потом, ох как непросто. Такие руны с кого попало не падают. А если повезёт, жить тебе во дворце императора.

Старуха отвлеклась от работы, обошла меня шаркающей походкой, а потом вдруг кинула руну. Серый шарик безвредно рассеялся, едва коснувшись куртки.

— Эй, Сальма! Так не делается, предупреждать нужно! — я не стал говорить о том, что за такие дела и в рабство можно загреметь, она сама прекрасно знает.

— Не бойся, мальчик, я не пытаюсь тебя охмурить, ты вообще не в моём вкусе. Я только руну внутреннего огня на тебе использовала, а она не сработала!

Я от одного названия похолодел, что эта руна могла со мной сделать не будь защиты, мне оставалось лишь молча возмущаться.

Похоже, она из ума выжила… или прекрасно знала, что не сработает! Неизвестно ещё какую руну она кинула, — на слово верить не хотелось.

Когда старуха на секунду отвернулась, я бросил на себя Нули́го, рассудив здраво, что хуже не будет, мало ли какую порчу могла кинуть, в этом деле лучше перебдеть.

— Я смотрю, ты у нас мальчик не бедный, раз сплошную защиту можешь себе позволить! Это хорошо! — она вернулась на рабочее место.

Возможно, с памятью у бабули не совсем в порядке, забыла уже о своей просьбе, — я снял рюкзак, достал оттуда пакет с тремя комплектами клыков плетуна.

— Что это там шуршит? — старуха поспешила ко мне. — Что за тряпка такая, интересная? Забегала вокруг меня в полусогнутом виде, смотрелось это смешно.

Я развернул обычный пакет из супермаркета, на котором была изображена потребительская корзина. Колбаса, сыр, куриные яйца. Сальму не интересовало содержимое, на клыки даже не посмотрела, узловатые пальцы потянулись к пакету. Принялась им шуршать и разглядывать, даже понюхала зачем-то.

— Это… э-э… одноразовая сумка, — сумел я подобрать сравнение. — Потом можно под мусор использовать.

— Ха! Ты гляди, какие мы богатые! Дорогую вещь, под мусор? Так, в ней же мясо можно хранить, продукты, чтобы мухи не липли. Отдай сумку мне, всё равно же клыки в ней принёс, — на меня уставился требовательный старческий взгляд.

— Да, пожалуйста, для хорошей травницы одной сумки не жалко. Я и флаконы принёс, для зелий, стеклянные.

Старуха перестала шуршать пакетом.

— Ну-ка показывай, чего там за флаконы?

Я и показал, для этого опять забрался в рюкзак и на радость Сальме, достал новый пакет. На этом была изображена женская голова, длинные чёрные волосы, губы накрашены чёрной помадой. Рита в маркетплейсе заказала, это была фирменная упаковка. Старуха аж подвисла, разглядывая картинку, а мне подумалось, что зря я так легкомысленно отношусь к конспирации. Как бы не заинтересовался кто-нибудь серьёзный.

— Интересные у тебя вещи, мальчик, редкие, дорогие… Грегос говорит ты с юга, а я вот думаю откуда-то из другого места… Но это не моё дело, я травами занимаюсь. Так, где там флаконы?

Я достал упаковку с сотней цилиндрических пузырьков, ёмкость совсем небольшая, всего-то десять миллилитров, зато с крышкой из настоящего пробкового дерева, они просто затыкали горлышко.

Рита на идею натолкнула, разглядывая товары в маркетплейсе. «Тебе для настоев в самый раз, сам же говорил, один глоток всего нужен», — вот я и купил на пробу, пару упаковок.

— Ох, Антуан! — Сальма вспомнила моё имя. — Это ж только аристократам в такой посуде можно продавать, где-нибудь в Дувгороде. А у меня зелья простые, большинство дешевле этого пузырька стоит.

— Так, ты и держи для аристократов, простым охотникам и глиняные пойдут…

— Ишь какой хитрый! Хочешь мне дорогущие стекляшки втюхать⁈

Я вздохнул. Как же непросто бывает, какая пропасть между нашими мирами. Алюминий стоит немногим дешевле золота, посуда из стекла, тоже в цене, да здесь много на чём можно нажиться. С другой стороны, на Этернисе всё завязано на магии рун, по мне так, это перевешивает все земные плюсы. Со многие согласятся, тот же Мезенцев, вылеченные мною люди, и чиновник, что не даёт мне покоя.

— Мне не нужно твоё золото, Сальма, мне нужны знания. Научи меня варить зелья.

Старуха какое-то время смотрела на меня молча.

— Ох и хитрец! Решил со мной простыми стекляшками расплатиться?

Мне хотелось заржать, прямо так, конём. Только что стекляшки были дорогущими и вдруг стали простыми. Сдержал порыв, нельзя смеяться над старым человеком, тем более магом.

— У меня и покрупнее стекляшки есть, могу в следующий раз привезти. И набор инструмента, — я вновь забрался в рюкзак и начал доставать свои козыри, пока купленные для пробы.

Ножи, скальпели, пластиковая разделочная доска, колбы, мензурки, я не запомнил всех названий, некоторые из них труднопроизносимый. По мере того как стол хозяйки заполнялся инструментом, её глаза становились всё шире и шире. Я не стал тащить на Этернис электронные весы, Сальма просто не поймёт, как ими пользоваться, да и без надобности они ей, привыкла мерить на глаз. В качестве вишенки на торте я достал таганок и упаковку сухого горючего.

А когда запалил таблетку зажигалкой и поставил на таганок стальную кружку с простой водой, понял, эта старая ведьма теперь моя, на какое-то время. Я ещё в прошлый раз заметил, на чём она кипятит жидкости, обычная дровяная печка, выложенная камнем. Сверху лежал металлический лист с круглым отверстием. Я просто прикинул, какое количество времени и сил она сможет сэкономить.

— А сколько будет гореть, этот белый камушек? И чем ты его разжёг?

Писец, она меня мысленным усилием может убить, а задаёт такие вопросы.

— Одного камня, хватит на две такие кружки, — я потыкал пальцем в предмет, купленный по инициативе Риты, и показал простую газовую зажигалку.

— Убедил, мальчишка, научу тебя паре рецептов, — я выдохнул с облегчением.

Кто бы мне сказал год назад, что я стану учеником настоящей травницы, я бы долго смеялся, но всё течёт, всё меняется.

Клыки плетунов нужны для защиты от насекомых и вредителей. Чем старше и мощнее тварь, тем дольше держится защита, бывает, даже на год хватает, но потом всё равно нужно обновлять. Либо собирай букашек вручную. Есть и руны, прогоняющие вредителей, но выпадают они чрезвычайно редко, и в основном из лесных птиц.

Готовится это средство просто, но не очень быстро, именно этим я и занимался первый день. Ведьма, так я начал называть травницу про себя, дала мне шершавую железяку размером с ладонь и объяснила, что нужно делать.

— Три, мальчик, три, а порошок — вот сюда, — она выдала мне выдолбленный из дерева ящичек.

Короче, всё как у нас, ты платишь за обучение, а тебя ещё и работать заставляют. Я злился, но работал, потому что деваться некуда. Первый день так и прошёл, я тёр и тёр, но не сточил первый клык даже наполовину. Ведьма развлекала меня пояснениями, когда нужно собирать ту, или иную траву, что нужно брать. Здесь тоже не всё просто, допустим, тот же сильник, только листвой полезен.

— Собирать его можно, пока он зелёный, а как пожелтеет пользы нет. Листья сначала сушатся прямо со стеблями, когда начнут хрустеть, срезаешь и измельчаешь в ступе.

Просвещая меня, ведьма занималась своими делами, мелко крошила зелёные побеги, кипятила какие-то подозрительно выглядящие жидкости, аромат стоял соответствующий.

Я уже повесил сушиться одну партию сильника, ещё до похода на Альтерру, натянул несколько рядов толстой лески и потратил на собранную в лесу траву какое-то время. Но этого было мало, я уже прикинул по объёму, благодаря инструкциям Сальмы и тому, что сам увидел, хватит литра на три зелья. Если брать в масштабах Приболотного, огромный запас, потому что нужен всего один глоток, десять миллилитров. Но я-то считаю другими масштабами.

Как бы мне не пришлось готовить это зелье постоянно, — работа не мешала размышлениям. — Все ингредиенты с Этерниса, возможно, земное козье молоко не подойдёт… Ладно, чего сейчас переживать, вот отдам рецепт Мезенцеву, там и посмотрим.

А ведьма между тем, раскрывать его полностью не торопилась, я натёр половину клыка, потратив на это часов шесть. Затем старуха изъявила желание отдохнуть, и, скорее всего, до утра. Я собрался и пошёл до дома.

Дорогу выбрал лесную, через самую чащу, так получалось короче, но вовсе не быстрее. Я останавливался на каждой поляне, зелёной травки хватало, но я пока не знал, что собирать, а сильник, как назло, не попадался. Так и дошёл до мембраны, собрав лишь пучок дикого лука, узнал его по внешнему виду и вкусу.

Приготовленная еда у меня была, потому я занялся полезным для тела делом, тренировка рук. Да, они болели после однообразной работы, но я себя не жалел, всё повторял и повторял просмотренные в интернете движения. Старался работать обеими руками, не в два меча, разумеется, до такого мастерства мне бесконечно далеко, скорее отрублю себе что-нибудь, чем чему-то научусь. Тренировался с одним, регулярно меняя руки.

Когда мышцы рук забились окончательно, я накинул на спину рюкзак, набитый камнями, и побежал в другой конец коридора. Мне нужен был баланс тела и магии, нельзя всегда полагаться на руны, иногда нужно постоять за себя с мечом, ударом кулака, или тупо сбежать. Есть масса вариантов победить противника без применения рун.

Самый лучший способ добиться баланса — это изнурительные тренировки. Каждый день по несколько часов, повторять одни и те же движения, пока не перестанешь чувствовать конечности. Да, для полноценного обучения не хватало спарринг-партнёра, но тут уже ничего не поделаешь, придётся получать знания в реальном бою, что, в принципе, я уже проделывал не раз.

После получасовой пробежки с грузом я взялся за шипы, руки уже не слушались, но я всё равно их метал и попадал всё чаще. Запас шипов для тренировки, у меня был большой, спасибо последней охоте и безымянному ловцу рабов. Помимо клыков и шипов, я собрал и эфирные камни с полутора десятков тварей, десять зелёных, два белых и один оранжевый. Два плетуна оказались пустыми, такое тоже бывает, даже с матёрыми тварями.

Силы окончательно покинули меня после пары сотен бросков, я съел немного каши с мясом, запил её отваром и завалился спать.

На пять малых склянок зелья нужно: восемь таких же склянок козьего молока, половина пригоршни молотого в порошок сильника и малая щепотка красной паприки. Кипятить молоко до выпаривания третьей части, затем добавляешь сильник, перемешать ложкой, вырезанной из яблони. Поставить студиться, паприку добавлять, когда указательный палец сможет вытерпеть температуру зелья. Перемешать той же ложкой, остудить окончательно, зелье готово к применению.

Этим рецептом поделилась со мной ведьма, к концу второго дня. К тому времени я уже приловчился и стачивал второй клык. Ничего сложного, всё можно отмерить на весах, а студить по часам, значит, мне будет чем заняться в ближайшее время. На этом обучение не закончилось, ведьма показала мне знакомый корень.

— Вижу, знаешь, что это и уже пробовал зелье, — я кивнул. — На воде, наверное, готовил⁈

— А что, его тоже на козьем молоке готовят? — спросил и понял, что ляпнул глупость.

Ведьма, по совместительству травница Сальма, фанат козьего молока, думаю она не только зелья, но и все блюда на нём готовит, вплоть до супов.

— Да будет тебе известно, мальчик Антуан, самые ценные зелья готовятся на козьем молоке, если его нет, то можно на коровьем, но ни в коем случае не на воде! — я слушал молча, как самый прилежный ученик. — Зелье теряет две трети своей силы, — вот тут я заинтересовался, это касалось моего бизнеса на Альтерре.

— А разве зелье из корня лунолики не помогает от всех болезней?

— О-о, наконец-то ты стал задавать вопросы! Я уже начала думать, что бездарь мне достался.

Сальма оставила рабочий стол и принялась ходить вокруг меня, объясняя прописные, в её понятии, истины.

— Помогает, но не от всех. Есть родовые болезни, насланные недоброжелателями. Даже зелье, сваренное на молоке матери не всегда помогает… Ты, наверное, думаешь, что выпил разок зелье из лунолики и избавился от болезни навсегда? — видимо, мой взгляд был красноречивее слов, потому что ведьма принялась каркать смехом.

Реальный сюрприз, но не для меня, клиенты будут в шоке, когда болячки повылазят заново. А с другой стороны, ничто не вечно, что им помешает принять лекарство заново? Для кого-то это зелье станет неиссякаемой золотой жилой.

— Ха-ха-ха, рассмешил мальчишка! Твоя глупость не знает границ! Зелье, сваренное на мёртвой воде, поможет на какое-то время, здесь от болезни зависит, полгода может на год. А на козьем молоке, не меньше трёх лет помогает, какую-то болячку может и совсем излечить. Думаю, про молоко матери можно не говорить, сам догадаешься? — я кивнул.

Вот это уже полезная информация, особенно о материнском молоке. Осталось только узнать, о чьей матери идёт речь. Если о своей, то возможности сильно падают, по сути, женщина только своему младенцу может помочь, ну и детям постарше. Другое дело, когда подойдёт всем, может, не каждый сможет пить это зелье, но им не обязательно знать, из чего оно приготовлено. Это же лекарство!

— Если хочешь знать полный рецепт зелья лунолики, приходи завтра, — ведьма вернулась к рабочему столу.

— Мне завтра на охоту, давай я через три дня приду, вдруг удастся поймать теневика, — старуха опять расхохоталась.

— Эх, молодость — глупость! Так уж и быть, если не сгинешь, жду тебя через три дня.

Я уже был у двери, когда вспомнился важный вопрос.

— Не продашь мне пару корней лунолики? И у кого можно купить хорошее козье молоко?

Получилось так, что я ходил по Приболотному, по одним и тем же дорогам. Сальма отправила меня к Мирне. Как выяснилось, у её коз, молоко высшего качества. Потому что она кормит их не на общем пастбище, территория которого растянута вокруг селения, а собственноручно собранной травой, без примесей ненужного животному сорняка, травинка к травинке. А если говорить точнее, её муж Гайко с сыном этим занимаются.

Мирна была вся в работе, но для меня минутку нашла. Поскольку дойка уже давно прошла, она выделила мне глиняный кувшинчик, примерно на пол-литра, холодненькое из своих запасов. И денег она с меня не взяла, отмахнулась, типа, потом сочтёмся.

Всё остальное, у меня было в наличии, в том числе и ступка, купленная по настоянию Риты. Правда, небольшая и фарфоровая, для моих нужд пока что хватит. Для помешивания я сорвал ветку с дикой яблони, таких было множество по обочине дороги.

Вернувшись домой, я взялся за дело.

Сильник за эти дни, успел просохнуть, я надёргал хрустящих листьев травы и принялся толочь её в ступке.

Рита у меня молодец, обо всём подумала, будто это она травница, а я так, корешки иногда собираю. Догадалась с инструментом, хотя его Сальме отдал, по остальным мелочам тоже её заслуга, — мне стало неудобно, за своё к ней отношение, даже захотелось прогуляться на Альтерру, чтобы позвонить.

А затем вернулся трезвый, расчётливый Антуан, я по крайней мере надеялся, что таким стал. Подтёр сопли и расставил всё по местам. Мы друг другу, ничем не обязаны, просто провели хорошо время, и вспомнить приятно. Я пообещал ей, что позвоню, как вернусь из «леса», и обманывать не собирался. Даже заходить иногда буду, но без всяких надежд на дальнейшее будущее.

Порошок из сильника был готов, настал черёд молока, пришлось помучиться, черпая его мелким пузырьком. Я не собирался готовить зелье малыми порциями, если варить, то варить, сразу в пять раз больше. В следующий раз, буду пользоваться весами. Что касаемо срока годности готового продукта, ведьма уверила меня, что ничего с молоком не случится и не молоко это уже, а зелье. Хоть год его в шкафу держи, главное, чтобы на солнце долго не стояло.

Разложил таганок, запалил сухое горючее, пока молоко кипело, взялся за тренировку с мечом. Долго заниматься не получилось, таблетка прогорела. Пока менял решил больше не отвлекаться от готовки зелья. Не хотелось напортачить с первой же партией, дело осложнялось отсутствием подопытного. Не на себе же испытывать, у меня с половой функцией полный порядок.

Дождавшись, когда кипячёное молоко хоть немного остынет, сунул туда палец и едва не заорав, выдернул обратно.

— Чёртова ведьма, придётся и термометр покупать.

Покупать нужно было много чего, я постоянно записывал в блокнот, весы, термометр, походная газовая плита, это на будущее, когда придётся варить больше зелий. Я не собирался делать это в лесу, у меня есть защищённая территория. И необязательно таскать тяжеленные газовые баллоны, есть маленькие размером с флакон дезодоранта. Инструмент, посуда, я писал и писал, постепенно приходя к мысли, что нужна полноценная мастерская. Дом, и желательно здесь, на Этернисе.

А дальше что? Осяду в Приболотном, заведу собственное хозяйство и начну отращивать брюхо как у Гайко? — представленная картина мне не понравилась. — Нет, я так не хочу, на фиг эти списки, буду брать самое необходимое, по надобности, и таскать ингредиенты для зелий на ту сторону.

Я сюда за магией пришёл, за ней завтра и пойду, заодно и травок пособираю.

Лопатку я всё-таки вырезал, кривую, косую, но здесь скорее состав древесины важен, или ведьмин бзик. Тщательно перемешал, дождался, пока остынет и доделал зелье. Сорок семь пузырьков, ёмкостью по десять миллилитров — моё первое настоящее зелье.

Прибравшись, я взялся за полноценную тренировку, меч, бег с тяжестями и метание дротиков. У меня стало входить в привычку доводить себя до физического истощения, так, чтобы сил хватило на небольшой перекус и добраться до спального мешка.

Чёрное болото встретило меня, можно сказать, дружелюбно. Никаких тебе преждевременных нападений, солнышко из-за тучек выглядывает, тишь, можно сказать, благодать. Если бы не следы недавней бойни, мимо которых я прошёл примерно полчаса назад, можно было подумать, что я на прогулке, в странном тёмном лесу. После этого зрелища я всё-таки додумался кинуть на себя пару рун, защитную и бдительность.

Там не было никаких тел, и даже фрагментов, зато часть поляны в несколько десятков метров конкретно вытоптана и хорошо полита кровью, и вовсе не тварей. Я хорошо запомнил, как воняет тёмная жидкость, что у них вместо крови, каким-то тухляком. И трава была не в тёмных пятнах испачкана, алых.

Не имею понятия, кого там убили, стадо оленей, или людей, но с убийцами мне встречаться не хотелось. Однако я всё равно шёл вперёд, ведь это только начало чёрного болота. Мне хотелось устроить лёжку немного дальше, там, где водятся твари посерьёзнее.

Первым звоночком для остановки послужил клёкот крикуна. Я тут же принялся искать кусты погуще, и чтобы сверху прикрывало. Укрытие нашлось не сразу, я изрядно побегал среди деревьев, пока не забурился в кустарник. Второпях покидал за спиной руны чистоты и окружил своё укрытие Барило.

Крикун появился спустя несколько минут, не сказал бы, что тварь развита, раненый доходяга со слишком громким голосом. Уродец пробежал мимо, но очень скоро вернулся, получилось, что по моим следам, долго глазел на траву, обходя кусты и деревья, попыток сорваться в мою сторону пока что не было.

И понятно почему, я хоть и не достиг третьего круга, но сила-то всё равно возросла, второй круг заполнен на пятую часть. Однако полагаться на мнимую мощь не стоило, уже имелся некоторый опыт, который подсказывал, сидеть тихо и не высовываться. Я прислушался и оказалось не зря, крикуны — шумные твари, оповещают о своём прибытии всех, кого надо и нет.

Я заметил движение в ветвях, будто ветерок дунул. Вот только откуда ему взяться, если остальные ветви не шевелятся? Это был плетун и, похоже, не один. Крикун не успел подать голос, как и понять, откуда на него напали. Умер быстро, атакованный сразу с двух сторон. Плетуны не были партнёрами по охоте, просто получилось, что одновременно засекли одну жертву, твари начали драку за обладание сомнительным трофеем.

Двигались пауки быстро, за некоторыми движениями мой глаз не успевал, не прошло и десяти секунд, один из плетунов был убит, второй конкретно так ранен. Тварь еле доползла до крикуна и затихла.

Круто! Вот всегда бы так, пришёл, увидел, собрал, — весело подумал я.

Выждав с десяток минут, я решился на вылазку, начал с уродливой утки, взял с неё белую эфирку, один из плетунов оказался пустым, а второй порадовал зелёным камушком. Клыки решил не брать, у меня их и без того достаточно, а вот шипы посрезал, можно продать либо использовать как оружие, не говоря уже о тренировках, одни плюсы, короче.

Помнится Драко рекомендовал мне способ охоты с приманкой, мне теперь с ней заморачиваться не нужно, тройка тварей воняют так, что глаза слезятся. Почистив за собой следы, я вернулся в лёжку и принялся ждать. Много времени не прошло, сначала послышался клёкот, затем появился крикун, довольно матёрая тварь, таких я ещё не видел. Долго он не думал, видимо, наличие еды воодушевляло, накинулся на труп своего несчастного собрата, и давай отрывать куски вонючего мяса.

Я ждал ещё гостей, но те почему-то задерживались, пришлось начинать без них. Кинул руну холода и попал туда, куда целился, в затылок твари. Та заклекотала, резко подскочив на месте, принялась носиться по кругу. Магические твари намного крепче людей, особенно землян, но и у них есть предел прочности. Однако ждать мне было не с руки, больно уж громко орёт, того и гляди все твари чёрного болота соберутся.

Выбравшись из укрытия, я швырнул в тварь шипом, первый пролетел мимо, как и второй. Крикун сохранил какие-то частички разума, кинулся на меня поймал шип грудью, и упал мордой в пожухлую траву. Я обрадовался, что смог попасть метров с шести и едва не поплатился за самонадеянность. Атака произошла сверху, успел отпрыгнуть в последний момент, на ходу выхватывая меч. В морду плетуна полетела руна холода, в брюхо, тепла. Если уж брать реальное положение вещей — Лёд и Пламя. Я изрядно поднаторел в скорости не только с мечом, но и в использовании рун, потому успевал несколько дел сразу.

Тварь закрутилась на месте, не давая возможности к ней подойти, тогда я вспомнил про Скурджо, руна плётка. Серый шарик саданул плетуна по одной из лап, видимого эффекта это не принесло, полетел следующий шарик руны, а потом ещё. Наконец, тварь начала замедляться, я не стал ждать, подскочив к противнику, ткнул мечом в голову.

Плетуну этого хватило, оставив дёргающуюся тварь на потом, поспешил к издохшему крикуну, ситуация усугублялась страхом получить подарок сверху, постоянно приходилось оглядываться по сторонам и ближайшим ветвям. Получив с крикуна белую эфирку, тут же скормил её рунному кругу и бросился назад к плетуну. Покончив с трофеями, я собрал метательное оружие и поспешил в укрытие.

Две белых, одна зелёная, за короткий бой, для меня неплохо, — в прошлый раз было намного лучше, но то не моя заслуга, по сути, я собрал чужие трофеи.

Почистив следы вокруг убежища, я обновил на всякий случай руну Барило, про тело тоже не забыл. Пурецо, Сано, то есть чистота и здоровье, не хотелось подцепить какую-нибудь заразу.

Только я обновил щит на теле, как прибыли новые гости. Плетунов было трое, крупные, сразу видно, что матёрые.

Во мне начал просыпаться первобытный страх.

Как я с ними справлюсь? А если они меня найдут? Зря я сюда сунулся… Так, хорош бояться! Что-нибудь придумаю.

Твари ловко спрыгнули с ветвей, каждая выбрала себе по блюду, мяса пока хватало, потому драки не возникло. Я не вмешивался, дожидаясь окончания трапезы. Понятно, что плетуны и остальные твари, индивидуалисты, каждый за себя. Драться за еду для них естественный процесс, выживет сильнейший.

Один из пауков закончил поглощать крикуна, сожрал его без остатка и перекинулся на тушу своего собрата. Развязка близилась, я ждал. Существовала вероятность того, что плетуны набьют брюхо и разойдутся, но я в это не верил. К тому же твари не только жрали, но ещё испражнялись, не отходя от места трапезы. Зрелище отталкивающее, но я всё равно смотрел не отрываясь, не хотелось упустить момента. Но всё оказалось не так просто.

Я не понял, что произошло, твари вдруг побросали еду и выстроились в подобие шеренги, выбрав для этого открытое пространство. Солнце освещало их отвратительные тела, дымка чёрных эманаций сгустилась, плетуны выставили перед собой передние лапы, и тут до меня дошло — они готовятся к бою.

Сначала послышалось тихое шипение, я напрягся — это был новый для меня звук. Одни твари клекотали, другие издавали стрекот жвалами, шипенья я ещё не слышал.

Змея, что ли? — мне резко захотелось домой.

Тут мне показалось какое-то движение в тени дерева, плетуны застрекотали, принявшись махать передними лапами, потому я пропустил следующее действие. Что-то стремительное метнулось к ближайшему пауку, я успел рассмотреть длинные руки и маленькое, тщедушное тело. Плетун отшатнулся назад, и, прижав лапы к телу, улёгся на брюхо, тем самым уменьшившись раза в три. А пришелец между тем метнулся назад.

Вот теперь я его рассмотрел, антрацитово-чёрный коротышка, издалека можно спутать с ребёнком, но стоит присмотреться внимательнее, то увидишь жуткого вурдалака. Спасибо кузнецу Демосу за выставку чучел. Это был теневик, и теперь понятно, почему эта тварь так зовётся, нападает из тени, или не любит солнце.

Не зря же плетуны стоят под его лучами, — догадался я, стараясь окинуть взглядом всё доступное и не очень пространство. Мне не улыбалось пропустить атаку с третьей стороны.

Я уже приготовил пистолет, кинув на него руну тишины, направил на поле боя. Теневик, размахивая руками, кинулся в новую атаку, а плетунам надоело стоять безучастными жертвами, бросились навстречу. Стрёкот, шипение, мелькание лап, все три твари сплелись в один клубок и катались по поляне, скрашивая картинку чёрной эманацией.

Я решил воспользоваться случаем, другого раза могло и не представится. Направил пистолет на клубок тел и принялся выпускать пулю за пулей, одновременно швыряя руны холода. На седьмом выстреле пистолет грохнул по-настоящему, руна отработала, а я, получается, засветился. Не спуская глаз с развалившегося клубка, я отщёлкнул пустую обойму, воткнул новую, на ствол полетела руна тишины, передёрнул ствол, направляя оружие на тело теневика.

Тварь вскидывала и опускала руки, пытаясь подняться, со стороны обоих плетунов тоже наблюдались вялые движения. Я осмотрелся, и, не заметив опасности, покинул убежище, на ходу перекидывая пистолет в левую руку, меч в правой. Размахнувшись, подбежал к месту схватки. Теневик больше не показывал признаков жизни, потому я поспешил добить пауков.

Первый пытался перевернуться на брюхо и умер прямо так, я проткнул его насквозь, со вторым оказалось проще, почти издох, но я всё равно проткнул башку. Едва я расслабился, прикидывая свои дальнейшие действия, как за спиной послышалось шуршание. Уже начиная понимать, что это, я начал разворачиваться. Показалось так медленно, что захотелось заорать от бессилия.

Меч, блеснув на солнце, пошёл по дуге, за спиной зашипело, будто здоровенный сердитый кот решил напасть. Проклиная себя за беспечность, я развернулся резко, с хрустом костей, но всё равно не успел. Мелькнула когтистая лапа, лицо обожгла быстрая боль, но это ничто в сравнении с резкой, жгучей болью, что прострелила мне руку. Тварь умудрилась вцепиться пастью в моё предплечье, прокусив клыками толстую кожу, ткань и мясо казалось прямо до кости. Чёрные глаза взирали на меня с чуждой ненавистью.

— А-а, тварь, сука! На, лови, — приподняв правую руку, я заставил теневика подняться на цыпочки, а левой выпустил три пули в щуплую грудь.

Уродец издал хлюпающий звук и отцепился от руки, по ней потекло что-то горячее, я кое-что понял сразу. Мне повезло, что тварь была серьёзно, можно сказать, смертельно ранена, это видно пулевым отверстиям в шее и спине, так бы мне точно конец.

Сонора крио

Вспыхнули буквы перед глазами, в левое предплечье влетела награда за убийство, не было времени разбираться.

Я едва не упал, снимая с себя куртку, кровь не хлестала ручьём, но текла довольно обильно. Хорошо, что я ношу с собой эластичный бинт, после занятий с мечом перевязываю запястья, ломит их не по-детски. Быстро кинул руну чистоты на рану, замечая, что края начали чернеть. Туго замотал руку, бинт всё равно пропитался кровью, следом полетела руна Сано, тут меня качнуло.

Я что-то упускал, но не мог ухватить сути, бежать отсюда однозначно, не забыть голову твари. Но это не то, в голове стоял странный туман, рана на руке пульсировала болью, лицо тоже было повреждено.

Перед глазами всплыло лицо Сальмы.

«– Отрубишь ему ногу, будет за тобой на одной прыгать, даже когда руки и ноги пообрубаешь, всё равно на задних культях станет догонять, не чувствуют они боли! Арбалетный болт тоже не поможет, даже если голову насквозь пробьёшь… на охоте держи зелье под рукой. После укуса теневика, проживёшь не больше ста двадцати ударов сердца… Пей всю склянку сразу после укуса!»

Блин, зелье! Какой же я тормоз! Почему я ещё жив, время уже вышло⁈ Сто двадцать ударов, это меньше двух минут, — забравшись во внутренний карман куртки, схватил глиняный пузырёк и вылил его содержимое в рот.

Зелье было горьким, гадким на вкус, я с трудом его проглотил и продолжил сборы. Ухватив покрепче меч, отрубил голову теневику, и шатающейся походкой побежал к убежищу за рюкзаком, всего-то несколько шагов, а я уже устал. Когда упаковывал трофей в пакет, руну сохранения кинул на автомате.

Послышался клёкот, матеря себя за медлительность, кое-как закинул рюкзак за спину и побежал прочь. Ноги заплетались, так что я не бежал, а плёлся со скоростью беременной черепахи, в затуманенном сознании возникла здравая мысль, и я использовал руну лёгкой ноги. Дело пошло в два раза веселее.

Снова клёкот, но уже ближе, я обернулся на ходу и едва не упал, нога запнулась о траву, и получилось, что зря оборачивался, полянка уже скрылась за густыми зарослями.

Если преследование ограничится одним или парочкой крикунов, то ничего страшного, отобьюсь, главное, чтобы плетуны не увязались, о теневиках я даже не думал. Если уж смертельно раненный бодро в бой бросается, то на что рассчитывать со здоровым.

Я надеялся, что твари задержаться на полянке, там всё-таки достаточно еды, за это время смогу уйти подальше, а то и покинуть чёрное болото.

Но судьба распорядилась по-другому, несмотря на воздействие усиливающих рун, моё тело слабело с каждой минутой. В голове не то что туман, уже мрак поселился. Я понимал, что это яд теневика так действует, но всё равно было тоскливо.

Вспомнив о безопасности, я принялся кидать на свои следы руны чистоты, клёкот продолжался, но я не слышал его приближения, мешал туман в голове, а может, и перед глазами. Я не знаю, сколько так шёл, деревья вдруг стали отдаляться, на их месте появились люди, первого я узнал сразу — Карло, с горящими, как у кота глазами, он смотрел на меня с осуждением. Второй, тот самый безымянный ловец рабов, этот тип, хитро так улыбался, мне даже показалось, что подмигнул. А остальных я не знал, они просто провожали меня печальными взглядами, кто-то даже плакал, по щекам текли слёзы. А я всё шёл и шёл, до тех пор, пока не увидел знакомое лицо.

Дана, красавица рабыня, в синем сарафане, у неё были волосы на голове, шикарная чёрная грива. Девушка улыбалась, маня к себе руками.

— Иди сюда, Антон, приляг, отдохни, а я тебе спою, — певучий голосок рабыни завораживал, мне хотелось услышать, как она будет петь, но больше всего, мне хотелось отдохнуть.

Я улёгся, рядом со стоящей девушкой прямо на траву, подул лёгкий ветерок. Он слегка задрал сарафан, и я без стеснения рассмотрел её ровные ножки. Я поднял на неё взгляд, Дана улыбнулась и запела, её голосок очаровывал и нагонял сон.

— Спи моя радость усни, в небе погасли огни, месяц на небе блестит…

— Класс… продолжай, — я провалился во тьму.

Холодно и сухо, я бы, может, и задумался над этим странным сочетанием, но мешал холод и странный стук. Частый, монотонный и отдающий в зубы. В этот момент, словно маякнув мне, правое предплечье прострелило болью. Я открыл глаза и увидел какую-то муть с яркими точками в тумане. Постарался проморгаться, как ни странно, это простое действие помогло.

Я увидел звёзды, миллионы, миллиарды низко висящих огоньков, они были разными по размеру, некоторые отличались и цветом. Одни холодные, словно осколки Антарктиды, другие тёплые, можно сказать, ласковые, глядя на них, я перестал стучать зубами. На самом деле, холод атаковал не только сверху, но и со спины, я лежал на чём-то ледяном и мокром. Но во рту было сухо.

Разум, наконец, выполз из дрёмы, и я осознал себя лежащим рядом с раскидистым деревом, часть веток закрывала небесный обзор.

Ох, а что так холодно-то? — тело отреагировало болью, я принял сидячее положение, стараясь всмотреться во тьму.

Толку с того было мало, всё, что я разглядел, это кустарник с частично опавшей листвой, в этот момент мозг подключил память. Укус, боль, побег.

***! Я же на чёрном болоте! — в подтверждение моих мыслей, послышался далёкий клёкот.

Организм начал собираться в кучу, глаза подмечали новые детали. Рюкзак был рядом, я использовал его в качестве подушки. Вспомнив, что внутри, я содрогнулся. В образе возникла оскаленная пасть, чужие, чёрные глаза.

Нет-нет, эта тварь сдохла, я отрубил ей башку… Но какого хера, я тут валяюсь и до сих пор живой? — я принялся прокручивать в голове возможные варианты.

Взгляд подметил едва заметный контур Барило, я не помнил, как тут оказался, но о защите всё-таки побеспокоился. Затем я начал кидать на себя нужные и полезные руны, просушить, согреть, восстановить здоровье, с наслаждением присосался к бутылке с родниковой водой.

Ноктовидо

Вспомнил про ночую руну, и окружающий мир стал ярче, темнота не такая непроглядная, лес не очень страшным. Холодно было из-за росы на траве, к тому же по календарю сейчас конец сентября, или даже начало октября. Климат наших миров в этом отношении мало чем отличался.

На мне была сшитая Мирной куртка с драным рукавом, берцы почему-то сняты, потому ноги сильно задубели. Я решил исправить эту ошибку, принялся натягивать обувь, правое предплечье прострелило болью. Терпеливо закончив начатое, я снял куртку и размотал бинт, рана выглядела плохо, но не ужасно. Чёткое очертание прикуса твари, с обоих сторон. Края не были чёрными, как вчера, сильное воспаление, припухлость, мои движения привели к раскрытию раны, но потекла не кровь, а красноватая жидкость. По некоторому опыту я знал, что это нормальное явление, рана заживает, просто какое-то время нельзя беспокоить.

Хорошо, что сухожилья остались целыми, — я без особой надобности пошевелил пальцами.

Пришлось повозиться с эластичным бинтом, он пропитался кровью, я принялся поливать его водой из бутылки и выжимать. Затем смотал его в рулончик и кинул руну чистоты на него и рану, мои манипуляции с жидкостью вновь вызвали жажду, опять приложился к бутылке.

Интересно, сколько я провалялся в этот раз? Думаю, недолго, — бинт не успел высохнуть и прилипнуть. — Остаток дня и часть ночи.

Между тем руны стали оказывать положительный эффект, я чувствовал лёгкое недомогание, в остальном, сухо и тепло. Далёкий клёкот и шуршание в кустах действовали на нервы, хотелось отсюда свалить, понятно, что это нервы, я стойко терпел. Грела мысль о возвращении домой, там-то отдохну основательно.

Бинт очистился, я кинул на него следующую руну, чтобы высушить. Прислушался к себе. До бодрого состояния было далеко, а вот рассвет, похоже, не за горами. Я не собирался тут рассиживаться, везению может прийти конец в любой момент. Тем более в темноте я видел вполне прилично, не как днём, но опасность в нескольких метрах от себя, точно разгляжу.

Замотав рану сухим бинтом, провёл инвентаризацию, воды оставалось две с лишним бутылки, еды тоже хватало. Увидев бутерброды с беконом, приготовленные ещё на Альтерре, я почувствовал приступ голода. Развернул пакет, в нос ударил аромат мяса со специями, руна сохранения, не дала продуктам испортиться, накинулся на закуску и не успокоился, пока не съел три больших бутерброда.

По телу пошло расслабление, захотелось прилечь, я взял себя в руки, собрал своё барахло. Меч в левой, готовый к стрельбе пистолет в левой, я покинул ночное убежище. Я всё ещё находился на территории чёрного болота, но уже был близок к нормальному лесу. Получается, вчера, находясь в полуобморочном состоянии, я проделал немалый путь. Вспомнилось ночное ведение, покойники, по крайней мере, двое из них, ещё какие-то люди и Дана.

Она что-то пела мне, жаль, слов не помню, но голосок у рабыни приятный, надеюсь, она жива и в здравии.

Небеса над лесом начали светлеть, неприятные для восприятия клёкот остался далеко позади, я присмотрелся к деревьям, траве под ногами, признаков тёмных оттенков не наблюдалось. Болото осталось позади, это обстоятельство добавило оптимизма, решил пойти по длинному пути, никаких хоженых дорог, по лесу.

Спустя примерно пару часов пути, я напоролся на волков, три крупных хищника меня заметили, тут же бросившись в атаку. Пришлось оперативно скидывать рюкзак, меч тоже бросил, нет у меня сил им махать. В голову первого волка влетела руна холода, он принялся громко выть и метнулся в сторону. Второй покатился по траве, схлопотав пулю в раззявленную пасть. А третий успел до меня добежать и получил пулю в глаз.

Что бы я без огнестрела делал? — я выдохнул, чувствуя холодную испарину на лице.

Примороженный волк скрылся в зарослях, было слышно, как он подвывает, быстро удаляясь. Я уже научен опытом, нельзя долго стоять на месте, особенно когда нашумел. Достав нож, быстро нащупал уплотнения на первом черепе, волк одарил меня простой серой эфиркой, второй хищник оказался пустым.

Подхватив рюкзак с мечом, я поспешил убраться с места битвы. Двигался в быстром темпе не меньше часа, лес начал густеть, идти было всё труднее, я хотел устроить привал, прямо там, где остановился. В глаза бросилось дерево, на стволе росли грибы, шляпки были крупными, я видел такие у ведьмы, висели на верёвочке с потолка, видимо, недавно собрала, потому что шляпки были сырыми.

Жаль, не спросил, что она с ними делает, — мысленно посетовал я. — По-любому для зелья, так что надо брать.

Я срезал три грозди, больше просто некуда было сложить, упаковал каждую гроздь в отдельный пакет, не забыв кинуть руну сохранения, и засунул в рюкзак. Теперь можно было немного отдохнуть. После укуса теневика прошло не так много времени, и несмотря на оздоровительные руны и антидот от ведьмы, чувствовал я себя отвратно, как после болезни.

Кинув руну тепла прямо на землю, я уселся в пожухлую траву под дерево. Долго греть не будет, разойдётся по грунту и получаса не пройдёт. Мне этого времени вполне достаточно, передохнуть и в путь. Съел последний бутер, запил водичкой. Под пятой точкой приятно грело, я расслабился и всё-таки решил немного вздремнуть, но перед этим не забыл отгородить себя руной отвода глаз.

А мне же какая-то руна прилетела, с теневика, вдруг что-то по-настоящему крутое выпало, — коснулся пальцами обоих рунных кругов, и перед глазами всплыл список из двух столбцов.

Я иногда задумывался. Как видят руны, местные? Тоже список? Мы же из разных миров, и восприятие должно отличаться. Я привык воспринимать информацию в текстовом виде, или картинки, нас в школе этому учат. А здесь, в Приболотном школы нет, как и детского сада и общественной библиотеки я тоже не видел. И вообще сомневаюсь, что все умеют читать и писать, это привилегия состоятельных людей. Скорее всего, письменность на Этернисе не в почёте, и большинству населения, просто нет дела до закорючек на бумаге.

Тогда как они запоминают такое количество рун? Их же тысячи, если не десятки! И ведь спросить не у кого, боюсь, подозрение вызвать. Может, у Сальмы и спрошу, всё равно меня за недалёкого принимает.

Я быстро нашёл в списке новое приобретение, состоящее из двух слов и задумавшись, произнёс их вслух.

— Сонора крио, — в паре метров от меня зародился серый шарик руны. В следующую секунду я едва не обделался.

— ИО-О-О…

Я схватился за уши, сверху посыпалась листва и ветки, что-то больно ударило по голове. Этого хватило, сграбастав рюкзак с мечом, ломанулся сквозь заросли, не разбирая пути, а с деревьев всё ещё что-то падало.

Что это было? — страх добавил сил, потому бежал я быстро. — Этот рёв, наверное, в Дувгороде услышали, а в Приболотном подавно. Но главное, зверьё! Как они отреагируют на такой звук? Хищники, скорее всего, с агрессией… А если твари бросятся догонять? Вдруг это руна призыва? — эта мысль мне не понравилась, я не так далеко от чёрного болота ушёл.

Если долго и бездумно бежать по дикому лесу, обязательно на кого-нибудь нарвёшься, так и произошло. Я выскочил на поляну, а мне навстречу неслось стадо оленей во главе с очень рогатым вожаком. Местные олени, вовсе не миролюбивые зверушки, которые травку зелёную щипают, им мяса подавай. Видел уже, на что они способны.

— Рапидо! — выкрикнул я, и в следующую секунду понёсся с учетверённой скоростью, обходя стадо стороной.

Вожак издал трубный рёв. Я не видел, что происходило за спиной, но догадывался.

За мной бегут, олени долбаные!

Руна ускорения отработала слишком быстро, чувствуя, как ноги наливаются свинцом, а тело деревенеет, я кинул на себя Сано, и ещё раз Рапидо. Благодаря руне здоровья, боль отступила на задний план. Но я всё равно далеко не ушёл, до конца поляны оставалось с полусотни метров, когда моя скорость упала до обычной.

Превозмогая боль, я развернулся, и сердце упало куда-то в пятки, оленей было много, для меня одного, очень много. Что я могу сделать с мечом и пистолетом, это даже не смешно, с рунами тоже не поспеть.

О чём человек думает перед неминуемой смертью? Кто-то, наверное, жалеет себя, начинает хныкать и причитать, другой вспоминает родителей или детей, жалея уже их. А я перебирал список рун, делал это быстро, потому что стадо приближалось, вожак уже склонил голову, выставляя вперёд рога.

Да что я могу сделать, заморозить их насмерть? Или напугать голым задом? Здесь нужен удар по площади, так чтобы отсечь головную часть… Напугать! Точно, у меня же есть руна пугач!

— Сонора крио!!! — крикнул я во всю мощь своих лёгких.

Появился рунный шарик. Помня о громкости, я тут же отправил его в цель и, бросив оружие на землю, заткнул уши.

— ИО-О-О-О-о-о!..

У меня аж в глазах потемнело от оттока энергии, я едва удержался на ногах. Шарик мгновенно превратился в звуковой ураган, я увидел мутную волну воздуха, а может, и звука, она устремилась к вожаку, расходясь под углом, захватывая собой, всё большее пространство.

Красавца, рогатого вожака буквально снесло, волна сорвала с него часть шкуры, та клочками полетела к стаду со скоростью звука, а за ней уже туша. Нечастных зверей ломало, калечило, уносило, снося их телами позади бегущих.

Звук ушёл вдаль, оставляя за собой широкую просеку из десятков изломанных туш, и целого озера крови. Деревья, что росли по ту сторону поляны, качнуло с такой силой, что несколько стволов не выдержали и с хрустом попадали на своих собратьев. И, наконец, эхо затихло. Я очень надеялся, что не оглох.

— Охренеть! — собственный голос словно через толстый слой ваты пробился, глухой и чужой. — Это я, что ли, сделал?

На поляне хватало живых оленей, но опасности они не представляли. Копытные ходили кругами или глазели в одну точку, об агрессии речи вообще не шло. Да и мне уже ничего не хотелось, свалить бы отсюда подальше, а лучше домой, и завалиться спать, вид поля бойни, вызывал рвотные спазмы.

Похватав свои вещи, я побрёл в сторону Приболотного, постепенно наращивая скорость. Я пришёл в себя только через несколько километров, и первой мыслью было вернуться к месту бойни и собрать трофеи. Но здравое мышление победило, если бы я остался собирать эфирные камни, то рисковал нарваться на разборки с волчьей стаей, или кабанами, а может, и со всеми вместе.

Мою руну на многие десятки километров было слышно, прийти мог кто угодно, да уже пришёл. Там сейчас, наверное, от хищников не протолкнуться, оленьему стаду конец, я правильно сделал, сбежав оттуда.

Размышляя над правильностью своего поступка, я посматривал по сторонам и был за это вознаграждён. Заметил знакомые соцветия, я нашёл поляну сильника.

Это мне награда за сообразительность и ловкость в использовании рун, — решил я.

Скинув рюкзак, достал из кармашков пару пакетов и приступил к сбору.

По-хорошему, мне бы только листву собирать, но не факт, что полезные свойства сохраняться, Сальма вроде говорила, нужно со стеблями сушить.

Моя жаба никак не могла насытиться, я всё собирал и собирал, пока не набил оба пакета полностью, а потом вспомнил, что мне это тащить и, наконец, успокоился. Эта поляна, скорее всего, последний сбор, потом трава начнёт желтеть, и можно забыть о лечебных травах до следующего года. Вот о чём я думал, делая запасы.

Мне придётся растягивать их большую часть года… А если зелье не сработает? Ну тогда и думать не о чем, но я всё равно засушу.

До Приболотного я добрался, когда начало темнеть, прошёл по крайней улице, решив не заходить сегодня к ведьме. У граничного столба, меня окликнули.

— Антуан! — я кинул на себя руну понимания Компрено.

Это был Драко, он, как всегда, появился из ниоткуда, я уже знал, что так руна Барило смотрится со стороны. Хотя мог и ошибаться, в этом мире тысячи и тысячи рун, одна могла дублировать другую.

— Здравствуй, Драко! Я с охоты, думал завтра с утра, к Сальме зайти, — охотник кивнул.

— Я уже понял, по лицу видно. Ты с чёрного болота идёшь? Рёв слышал? Аристократы видать охотятся.

Интересные дела.

— Слышал, конечно, его, наверное, и глухой услышал, сначала слабый, а потом громкий, — на всякий случай уточнил. — Я думал, это тварь болотная орёт и бежать оттуда.

Дарко рассмеялся, тыча куда-то за спину, из пустоты появился Никлас и ещё один вооружённый селянин, рослый парень с жидкой бородёнкой, его я по имени не знал.

— Я же говорил, два раза рёв прозвучал. А ты, Никлас… показалось, — последнее слово Драко произнёс нарочито комично, Никлас с незнакомцем посмеялись. — Антуан-то до сих пор с круглыми глазами и серой мордой… Правильно, что убежал. Разные охотники бывают, завалили бы как обычную тварь и, всё.

— А что у тебя с рукавом, с медведем повстречался? — спросил подошедший Никлас.

— Нет, это был теневик, — беспечно сказал я. Охотники переглянулись.

— Ты что, до пепла чёрного дошёл? Туда даже мы с Драко не ходим, а уж Виро… — он кивнул на незнакомого охотника. — Тем более, у него только третий круг.

— Я не самоубийца, шёл по чёрному лесу, пока крикуна не услышал. Сам в шоке был, когда теневик выскочил, повезло, что сильно раненный был, — я начал выкручиваться.

Рассказал им краткую версию боя, огнестрел не упоминал, заменил его рунами и мечом. Охотники внимательно слушали, ни разу не перебив, только когда я закончил, Драко уточнил для остальных.

— У Антуана много сил, он может убить волка руной холода, Тернис ему благоволит, — подвёл итог охотник.

— Я бы посмотрел, как ты убиваешь волка простой руной, — завистливо и с сомнением сказал Виро, я пожал плечами.

— Волков тут нет, но я могу показать на тебе. Вытяни руку, — я изобразил жест волшебника или дирижёра, типа, сейчас как палочкой жахну.

Виро под смех обоих охотников убрал обе руки за спину, в итоге и сам рассмеялся. Но этом дело не закончилось. Драко не устроил рассказ про бой с теневиком, не хватало подробностей. Я показал перевязанную руку и дополнил историю руной тепла, типа, две разные руны, что я кинул на теневика, вызвали бурную реакцию, холод и тепло. Тварь буквально рвало изнутри, пока теневик пытался прийти в себя, я отрубил ему голову. Вроде как удовлетворил любопытство, и чтобы отбить следующие вопросы, задал свой.

— А что значит рёв? — охотники уже не в первый раз за разговор переглянулись.

— Ты как будто не от мира сего, — упрекнул меня Драко. — Простых вещей не знаешь, — парочка его коллег со знанием дела покивала. — Аристократы вроде нашего герцога, иногда гуляют по болоту, заходят дальше, чем простые охотники, с седьмым или восьмым кругом, теневики не страшны.

— Да, — поддержал его Никлас. — Я тут в позапрошлом году охотился, как раз снег первый лёг. Только лёжку себе в начале болота устроил с полной защитой, ни один плетун не заметит. А тут вдруг крикуны хором заголосили. Я арбалет приготовил и спрятался. Через двадцать ударов сердца со стороны болота появился человек с луком за спиной и мечом в руке. Молодой, одежда на нём дорогая, я сразу подумал из знати кто-то, он пробежал мимо, но меня в лёжке заметил и крикнул…

— Ты в прошлый раз по-другому рассказывал, — предъявил Никласу Виро. — Аристократ у тебя в сторону болота бежал! — Драко на это хохотнул, а Никлас нисколько не смутился.

— Ты, мальчишка, другой случай вспомнил, у меня их много, давно я по болоту брожу! Знаешь, сколько народу там встретил, столько даже в Вольном поле не живёт… Ты слушаешь, или так и будешь перебивать старших?

— Слушаю-слушаю, извини, Никлас, — Виро смутился.

Мне тоже было интересно, даже если соврёт, какая-то часть правды в его рассказе будет.

— Ну, так вот, — рассказчик посмотрел на меня. — Пробежал мимо и кричит, беги, мол, если жить хочешь, я не дурак с первого раза понимаю, вот и побежал. А за спиной крикуны надрываются, ветки он веса плетунов хрустят.

Виро слушал с открытым ртом, а я вот не помню, чтобы под пауками ветки хрустели, они всегда тихо бегают. Никлас между тем продолжал.

— Далеко тот аристократ не убежал. Остановился, на меня с ухмылкой смотрит. А сам молодой, как наш Антуан. Гляди, говорит, что сейчас будет, только уши береги. Я-то сначала не понял, а тот дождался первой твари, и руну бросил. А та, как заорёт на весь лес! Я за уши схватился, крикунов как ветром снесло, а за ними и деревья. Широкая просека докуда глаз достаёт осталась, а поверху плетуны разорванные лежат, не меньше сотни!

— Это рёв и был, — вставил Драко. — И помощь позвать, и отбиться поможет. Только она больше, как пугач работает, нужно не меньше пятого круга, чтобы для атаки использовать.

— Тот мальчишка сильнее был, не меньше седьмого, посмеялся и убежал, мне тоже убегать пришлось, потому что теневики появились.

— Мы потому и собрались. Услышали рёв, мало ли кого в селение принесёт. Значит, не видел людей, Антуан? — спросил Драко.

— Нет, людей точно не видел, олени, волки и твари болотные. Пойду я, дела ещё есть.

— Доброй дороги, Антуан, — пожелал Драко, остальные охотники его поддержали.

Что интересно, местные никогда не спрашивали, куда я всё время ухожу, не верилось мне, что им не любопытно. Может, и догадываются о чём. Но я им не враг, потому никаких действий не предпринимают, люди они простые и мыслят так же.

Размышляя, я добрался до своего убежища, когда уже совсем стемнело. Но меня темнота не пугала. Благодаря руне ночного зрения, я прекрасно видел окрестности.

Оказавшись в межмировом коридоре, взялся за натягивание лески, урожай я собрал большой, и времени пришлось потратить много. В какой-то момент боролся с желанием бросить, но всё же доделал начатое. Грибы тоже повесил на леске, как и ведьма типа люстры.

Сегодня никаких занятий с мечом. Покончив с работой, завалился спать.

Сальма встретила меня, пребывая в отличном настроении.

— Здравствуй, мальчик, вижу, нарвался на кого-то, или просто веткой поцарапало? Каврило не забывай использовать… А что у тебя с рукавом? И бледный ты какой-то, будто яду желудочного попробовал!

— Здравствуй, Сальма! Я тебе обещанную голову теневика принёс…

— А-а, вот почему ты подранный такой. А ну-ка, показывай руку!

Повязку я почистил и поменял, рана заживала тяжело. Оставалась припухшей до сих пор сочилась сукровица. Ведьма посмотрела на отпечаток жуткой челюсти, затем глянула мне в глаза.

— Почему ты живой, мальчишка⁈ Здесь моё зелье не помощник, и опоздал ты поди, до сих пор бледный ходишь, а ране-то пара дней уже!

— Тварь вцепилась, я её убил. Про зелье не сразу вспомнил…

— Вот-вот. Я потому и говорила, сразу после укуса надо, яд мозги расслабляет, даже если капля в рану попадёт. А здесь? Теневик тебе руку почти откусил, показывай голову.

Я подчинился, она была завёрнута в любимый ведьмой шуршащий пакет, но в этот раз она не обратила на него внимания. Безобразная чёрная морда с оскаленной пастью, уставилась на нас мёртвыми глазами.

— Ага, молодой и голодный… Ты же до пепла не ходил? — я отрицательно покачал головой. — Жрать всем хочется, мальчик, вот он и покинул обжитые места…

Сальма взяла со стола нож и ловко срезала нижнюю часть морды, вместе с нижней челюстью и вооружившись чем-то типа шила, принялась возиться с клыками.

— Дай-ка мне пустую баночку, маленькую, — я нашёл её на столе, сам же принёс целую партию несколько дней назад. Откупорил крышку, протянул ведьме.

А та, каким-то образом проткнула клык, и оттуда закапала густая желтоватая жидкость.

— Яд хорош, злая тварь тебе попалась, много зелья получится.

Ведьма радовалась, о деле не забывала, она проделала ту же операцию с четырьмя клыками. Из них накапало две трети флакончика, Сальма выжала последние капли и, закупорив ёмкость, убрала её в карман.

— Уважил Антуан, чем возьмёшь, золотом? — на меня уставилась хитрая физиономия ведьмы.

Золота у меня до хрена, а скоро будет ещё больше, это не та плата, что берут с травницы.

— Знания, Сальма, золото оставь себе, — та улыбнулась.

— Молодец, Антуан, что тебе эти три золотых, когда с моим рецептом три тысячи можешь заработать… Знать бы ещё кому ты продавать собираешься или продаёшь уже? Я у людей поспрашивала, никто тебя в Ягодном не видел, в Вольном поле тоже, — я пожал плечами.

— Кому-нибудь в Дувгороде продам, — на что ведьма расхохоталась.

— Как только начнёшь продавать, так и закончишь. Минерва конкурентов не терпит. Говорят, она чучела из них делает. Целая коллекция травниц и травников по всему дому расставлены. Я сама не видела, но люди зря говорить не будут. Не стану лезть в твои дела, Антуан, своих хватает.

Начался процесс обучения, мне выдали новый клык, я стачивал, стараясь пользоваться только левой рукой, а ведьма готовила зелье из лунолики, комментируя свои действия. Оказалось корень нужно измельчать, а перед этим замочить на сутки в крови убитого хищника. Сальма уточнила, именного убитого, а не умершего, и чем опаснее хищник был при жизни, тем сильнее получается зелье.

— Не в крови твари из проклятых мест, мальчик, от такого зелья ничего хорошего не жди. Волк, олень, медведь, даже кроличья подойдёт, корень должен отмокать от рассвета до рассвета.

Ведьма учила, я впитывал знания как сухая губка воду, если бы в школе был предмет зельеварения, я стал бы самым прилежным учеником.

У Сальмы была тёрка, что-то вроде наших, для овощей, а корень она замочила заранее. Мне пришлось отвлечься от клыка и натирать корень самому. Не знаю, чью кровь использовала ведьма, да и без разницы мне, такая мелочь не может вызвать во мне приступ брезгливости. Подумаешь, руки красным окрасились, и специфический запах стоит. После того поля с разорванными оленями, сущая ерунда.

Помнится, меня учила Велеслава, мёртвой воды должно быть немного, чтобы зелье получилось гуще, по её рецепту я и работал. У Сальмы был другой подход, можешь хоть в чане десятилитровом сварить. Зелье будет работать, но слабо и недолго, ведьма же, варила в небольшой кастрюльке примерно на пару литров и не на воде, а как обычно козье молоко.

Треть жидкости должна выкипеть, потом бросаешь натёртый корень и перемешиваешь лопаткой из яблони. Вообще, одной лопаткой можно и даже нужно помешивать всё зелья, после мытья, разумеется. Со временем этот инструмент набирает свою силу, что влияет на приготовленные с её помощью зелья.

— Пользуйся только одной лопаткой, мальчик, и со временем она сделает из тебя великого травника, если не сгинешь.

Я уже обращал внимание на деревянный инструмент Сальмы, старая, потёртая лопатка выглядела примерно как её хозяйка, но она выполняла свою функцию и приносила пользу.

Когда зелье было готово и остыло, травница процедила его сетчатую ткань, то, что задержалось, было тщательно выжато в кастрюльку и хорошенько перемешано. Получилось чуть больше литра густоватой жидкости молочно-зелёного цвета.

— Корень отдал силу без остатка, — сказала ведьма и высыпала выжимки прямо на пол, он был не особо чистым, так что общая картина не изменилась.

Несмотря на то что работал я в основном левой рукой, правую уже ломило от усталости. Сальма, похоже, заметила, как я иногда кривлюсь, хотя старался этого не показывать.

— На-ка, мальчик, попробуй настоящего зелья, — она зачерпнула на глоток деревянной ложкой и протянула мне.

Я, разумеется, выпил, на вкус гадость, будто ветку полыни разжевал, но лекарство не должно быть вкусным.

— Завтра с утра действие почувствуешь, как проснёшься. Если есть в тебе злые болячки, а одна после укуса теневика точно есть, три года тебя беспокоить не будут, — заверила меня с серьёзным лицом. — А теперь оставь меня, приходи завтра или послезавтра, мне отдохнуть надо, старая я уже, устала.

— Спасибо Сальма, я зайду через пару дней.

Распрощавшись с ведьмой, я направился к Мирне, портниха как всегда в работе, но меня приняла.

— Рукав, говоришь? Дай-ка посмотрю, — я снял куртку.

Мирна вывернула, осмотрела место прокуса.

— А давай я заплатку сюда пришью, крепче будет, — предложение мне понравилось, я согласился.

Работа заняла не больше часа, заплаток получилось две, изнутри и снаружи. Рассчитался за работу, купил ещё молока и отправился домой.

Альтерра встретила меня тёплой осенней погодкой, никакого ветра, пригревает солнышко, намного теплее, чем сейчас на Этернисе. Порадовавшись прекрасной погоде, я осмотрелся, бедолага Малыш так и стоял прикрытый ветками, даже думать не хочется, сколько за эти дни воды с неба пролилось.

Но я задумался о другом. А что, если попробовать протащить его через мембрану не разбирая? Там хорошо, сухо… Ветки передо мной расступаются, а если я буду толкать квадроцикл за руль, мембрана примет его за продолжения тела? Это не просто густо поросший ветвями участок леса, вообще сомневаюсь, что это деревья. Скорее визуализация для посторонних глаз, магический портал таким образом себя защищает. Осталось попробовать.

Очистив технику от веток, проверил резину, все колёса были туго накачаны. Протёр его сухой тряпкой, что лежала в багажном отделении, и сдёрнул с места. Густо стоящие, с виду крепкие ветки, легко прогибались по мере того, как квадроцикл закатывался всё глубже, а мне лишь оставалось материть себя за тугодумие.

Вот же тормоз, что тебе непонятно в слове магия? Какие на фиг кусты?

И минуты не прошло, квадроцикл оказался в межмировом коридоре, смотрелся он здесь немного не к месту. Это, наверное, потому, что коридор ассоциировался со средневековым Этернисом. Я уселся за руль, покрутил его немного туда-сюда, но завести не решился. Известно, как твари за живой изгородью на посторонний шум реагируют.

А вот по Этернису прокатиться смогу, но недалеко, бензина, может, километров на сорок хватит, а потом придётся бросать, заправок в этом мире нет. А ещё раньше, меня срисуют местные, а мне этого не нужно, не дай Бог на аристократов нарвусь, это будет полный провал.

Ладно, помечтали, а теперь можно и делами заняться, — одно то, что я загнал технику в «гараж» уже грело душу.

Груза с собой, было не очень много, готовое зелье и источённый в мелкий порошок сильник, золото в этот раз решил не брать, так что шёл я легко и, как обычно, по лесу.

Ведьма оказалась права, я почувствовал действие зелья на следующее утро, бодрость пёрла наружу на зависть самому раннему жаворонку. Тело отзывалось прекрасно, никакой боли, хотя рана на предплечье ещё не зажила. Но я всё равно сделал усиленную разминку, а потом ещё полтора дня, с перерывом на сон, занимался другими делами, охота, зельеварение. Про разницу во времени суток тоже нельзя забывать, когда на Этернисе утро, на Альтерре ночь.

На грунтовке хватало следов от протекторов, значит, всё ещё патрулируют.

Если честно, я не понимал, как они планировали меня найти. Это же не тайга, да лес большой и густой, ну, обложи ты его со всех сторон и ищи, человек же не иголка. Нет, они патрулируют по лесным дорогам.

Хотя, возможно, и обложили, просто мне повезло в прошлый раз, может, окошко какое образовалось, или не ждали меня с той стороны. И, вообще, пора прекращать бояться. Наглеть, конечно, не стоит, родители под ударом, а ходить тихо, не высовываться.

Я добрался до завода, так и не услышав шума двигателя. В тайнике нашлась канитель, всякая нужная мелочёвка и портативная зарядная станция на солнечных батареях. Заказал её на всякий случай, телефон зарядить, мало ли насколько могу здесь застрять. Порадовала довольно увесистая пачка наличных.

Я опять богат, вот только в банк положить не смогу, сразу вычислят, нужно как-то передать родителям.

Была у меня мысль отправлять деньги сразу родителям, Мезенцеву без разницы, а вот мама воспротивится.

Я буквально услышал её возможный ответ: «Он же бандит, Антон! Нельзя брать его деньги, они грязные!»

Говорить с ней об этом не стоит. Можно, конечно, придумать хитрую схему, тот же Максим и предложит что-нибудь, ему не привыкать. Но мне не хотелось, пусть приезжают в деревню, буду оставлять дяде Паше, или прятать где-то в доме.

Сложив груз в тайник, закрыл его и раскидал вокруг руны чистоты. По-хорошему мне бы сейчас в обратную сторону отправится, но я хотел прогуляться до деревни. Зайти к соседу, проверить бабушкин дом. Возможно, что-то из задуманного не удастся, но ничего страшного, вернусь.

Задумано, сделано. До Дегтярёвки я добрался за час с небольшим. Дальше пошёл как обычно, в обход, намереваясь дойти до дома задами, как назло стали попадаться люди. Женщина, что когда-то ругала меня у курятника, кобелём называла, увидев меня, недобро покосилась и пошла себе дальше. По дороге проехала иномарка, да так тихо, что я стал сомневаться в наличии двигателя. Оказался электромобиль, белокурая девушка за рулём в мою сторону даже не посмотрела.

А что мне стоит кинуть руну тишины на движок Малыша? Вопрос, сколько она проработает, тридцать секунд, минуту? С пистолетом хватило на шесть выстрелов, — но на вооружение идею я всё же взял, хотя бы потому, что могу регулировать свою силу.

Весь сорняк был выкошен, либо вытоптан, так что до задней калитки я добирался у всех на виду, можно сказать, по голому полю.

— Антон, — позвали негромко, но я расслышал. Это был дядя Паша, махал мне рукой со своего огорода.

Я поспешил к соседу, его дом находился через два от моего, старик впустил меня через калитку.

— Я гляжу фигура знакомая, а потом признал. Чего это ты решил заявиться? — я заметил, что дядя Паша перестал кхекать, видимо, совсем выздоровел, и выглядел он бодро, даже пузо уменьшилось в размерах.

— По дому соскучился. А что, машина сыскарей в проулке ещё стоит? — старик двинулся в сторону дома, я пошёл за ним.

— Стояла бы, да мы с соседями возмутились, проход загораживает. А там парни серьёзные да крепкие вышли. Спецоперация у нас, мол, ловим опасного преступника, не мешайте работать! — представив свою физиономию на стенде «их разыскивает полиция», я усмехнулся.

— А вы чего?

— А я возьми, да скажи, что в администрацию пожалуюсь. А если надо будет, письмо президенту накалякаю, не поленюсь, и почерк у меня разборчивый. Так, они в машине закрылись, а через час и вовсе уехали. Теперь на дороге стоят, проулок караулят, — старик кивнул в нужную сторону.

— Это потому что права не имеют. Нет у них приказа от властей! — соврал я. Тот, кто объявил на меня охоту, и есть власть. Но не верхняя инстанция, потому и ведут себя, можно сказать, скромно.

Мы вошли в дом, я почувствовал аромат яичницы, в животе забурлило, да громко так, даже старик обернулся.

— Айда-ка за стол! Ты в своём лесу поди ничего нормального не ешь? А у меня щи есть, суточные. Сейчас подогрею да со сметанкой и чёрным хлебушком, ех!

У меня потекла слюна, кто бы мог подумать, что начну скучать по домашней еде, мама была бы в восторге.

Щи уже почти согрелись. Мы сидели за столом, сосед предложил достать бутылку беленькой, я отрицательно покачал головой. Мой опыт употребления этого напитка сводился к одному-единственному случаю, когда у Колька сидели с его друзьями. Не зашло, если можно мягко выразиться. Так не зашло, что по пути домой пришлось орошать кусты у подъезда. Так что воздержусь.

— Какой-то ты совсем суровый стал, Антон, — заметил сосед. — Морда в шрамах, взгляд как у прокурора, будто не в лесу обитаешь, а в лагере каком, среди убийц.

В зеркало я себя давно не видел, но взгляд соседа тоже неплохо отражал. Смотрел на меня с небольшой опаской. А в остальном с юмором, ведь он помнил меня как Антошку.

— Да с лешим опять сцепился, прохода не даёт, пенёк гадский, — дядя Паша захохотал.

Щи удались выше всяких похвал. Казалось, ничего вкуснее я в жизни не пробовал, съел две больших тарелки с шестью кусками хлеба и отвалился на спинку стула.

— Как здоровье, дядь Паш? Печень не беспокоит, — вспомнил свою недавнюю практику.

Казалось, так давно это было, будто в прошлой жизни, я тогда был маленьким и слабым.

— Да что здоровье, сегодня есть, завтра нет, я ж не унывающий какой! Каждый день в огороде вожусь, работу себе нахожу. Ноги ходят, значит, грех жаловаться.

— Выпей-ка вот это, — я достал из внутреннего кармана куртки пузырёк с зеленоватой жидкостью. — Года на три о болезнях забудешь.

То самое зелье из лунолики, рецепт которого я получил от Сальмы. Я всё-таки его сварил, главная проблема была в отсутствии тёрки. Заменил её ножом, пришлось мелко-мелко накрошить. В остальном всё получилось быстро, если не считать суток подготовки, корень отмачивался в волчьей крови. Зелье готовил на Этернисе.

— Верю, — старик откупорил пробку и залил зелье в рот, словно беленькую, быстро и скривился. — Ох, и гадость редкая… Спасибо, Антон! Я уж не знаю, чем тебя отблагодарить.

Я махнул рукой, но не пренебрежительно, потому что только для меня это мелочь, а для моих земляков зелье измерялось годами здоровой жизни, или просто жизни. Я на себе почувствовал эту силу, до сих пор бодрый, аж звон слышно.

— Что в деревне говорят? — вместо ответа спросил я. — А то тут птичницу встретил, как её… Нинка, э-э… тётя Нина. Посмотрела на меня, как на врага государства.

— Ты на эту припадочную не смотри, своего мужика со свету сжила, неудовлетворённой осталась и на других теперь срывается, скудоумная она. Плохого о тебе в деревне не говорят, — старик достал сигаретку, закурил. — Добра ты людям сделал, тот же Васька Борькин за тебя горой, да-да, — старик отреагировал на недоумённый взгляд. — В первых рядах ту машину из проулка выгонял. Ленка тоже, что напротив тебя живёт, пообещала воякам транспорт коровьим навозом измазать.

Меня гордость за соседей взяла, я в деревне и месяца толком не прожил, в свинарнике всего неделю отработал, а здесь такая поддержка. На душе тепло и приятно.

— В деревне всё в порядке. Ты о другом думай, как от этих репьёв избавляться будешь. Не бандиты простые, не отстанут они, ещё и к семье прицепятся.

— Как-нибудь избавлюсь, дядь Паш. Вот, презент тебе из дикого леса, — я протянул ему клык плетуна.

— Ох, какой длинный и острый, — старик одёрнул палец. — Волчий, что ли?

Видел бы ты этого волка, — но сказал я другое.

— Типа того, натрёшь напильником, раскидай порошок по углам огорода маленькими щепотками, и год вредителей не увидишь, — я не стал говорить, что соседи тоже не увидят, всё-таки участки на земле поменьше, чем на Этернисе.

— О-о, чудо какое! Спасибо, Антон!

Я оставил ему пачку денег для родителей. На предложение оплатить его услуги по присмотру за домом, он ожидаемо ответил отказом. Пожал старику руку и отправился в бабушкин дом, тем же маршрутом что и пришёл. Трава во дворе скошена, на крыльце чистота, вход в сарай расчищен, всё аккуратно и красиво, будто дом не брошен вовсе.

Старик следит за домом, то, что огород весь зарос, меня не волновало, я всё-таки недеревенский житель. А вот внутрь он особо не заходит. Пол покрылся тонким слоем пыли, видны чьи-то следы, не уверен, что соседа, возможно, мои новые друзья заходили.

Скинув рюкзак, принялся наводить порядок и чистоту, много времени это не заняло, несколько десятков рун по всему дому. Отключил наконец холодильник, в морозилке оставалось мясо, сунув его в пакет, упаковал в рюкзак. Чтобы техника не завоняла, кинул руны в обе камеры и оставил дверцы нараспашку.

Оглядев убранство дома, я отправился в баню. Как бы удобно ни было пользоваться рунами, а удовольствие от купания в горячей воде никто не отменял. Я бы сказал, наслаждение, натереться докрасна мочалкой, а потом долго смывать пену. Долго нежится не получилось, согретая вода закончилась, котёл вновь заработал.

Вернувшись в дом, включил свой телефон, зашёл в мессенджер.

Антуан:

*Привет, мам! Как дела?

Ответ пришёл через пару минут, за это время я сбросил вызов с незнакомого номера.

Я тут Хозяйка:

*Привет! А почему не звонишь? У нас всё хорошо!

Антуан :

*Так удобнее, мам.

Я не стал напрягать обстановку, напоминая, что, скорее всего, переписку не отслеживают, мессенджер всё-таки не отечественный.

Я тут Хозяйка:

*У нас вовсю ремонт, кухня, ванна, надумали полы во всей квартире перестелить, жутко неудобно. За то, когда всё закончится, будет красота! Как приедешь, оценишь. Ты когда, кстати, собираешься?

Антуан:

*Через месяц, наверное, у Колька свадьба, я обещал быть. Я тут немного денег оставил, сама знаешь где, используй по своему усмотрению.

Большая часть пойдёт на банковский вклад, я в этом уверен, такова мама.

Я тут Хозяйка:

*Знаю я твои немного, заваливаешь нас деньгами.

Антуан:

*Сыновий долг содержать родителей, я так это воспринимаю! Дашке на универ, пусть учится.

Я вообще о даче для них подумывал, поближе к городу, но это так, на будущее за зиму, скорее всего, что-нибудь скопится. Я не видел себя на Земле-Альтерре, мой дом в другом месте. А там, на Этернисе я уже вполне состоятельный охотник, другого статуса у меня нет, не путником же называться. Осталось только до четвёртого круга подняться, это минимум, и тогда можно будет отправляться в путешествие, в компании с рабыней. Возможно, к этому моменту я её освобожу. Хотя не неуверен, будет зависеть от обстоятельств.

Я тут Хозяйка:

*Мы ещё не престарелые, но всё равно приятно. Не думала, что мой сын сможет хорошо зарабатывать, уж извини за правду. Но звёзд с неба ты до сих пор не хватаешь))

Я улыбнулся. Это чистая правда, меня ждала карьера рядового работника в домоуправляющей компании. Всё изменила поездка к бабушке и целый ряд удачно сложившихся обстоятельств.

Антуан:

*Всё мам, твоему недалёкому сыну пора закругляться. Привет папе. Целую. Как будет время, напишу.

Я тут Хозяйка :

*Пока, сын! Береги себя!

Распрощавшись с мамой, я написал Кольку. Тот ответил довольно быстро, айтишник же. Обложился гаджетами и типа работает. Со свадьбой всё оставалось в силе, будущие молодожёны ещё не разругались. Я пообещал, что точно буду и даже с подарком. Не помешало бы пообщаться с Мезенцевым, но я не хотел светить звонок из бабушкиного дома. Вполне возможно, здесь установлены жучки, или просто запеленгуют звонок.

С улицы послышался резкий звук тормозов, скрипнула калитка и через пару секунд раздался требовательный стук в дверь.

Так и есть, в доме установлены жучки, — я накинул куртку, рюкзак и отправился открывать дверь.

Дёрнул щеколду и быстро отошёл в сторону. Дверь резко распахнулась. Заскочила парочка мужчин в помятых костюмах. У одного в руках была толстая кожаная папка. За спиной маячил полицейский в форме, у него в руках был автомат.

— Майор Истомов, следственный комитет, вы…

Майор выглядел не очень, мешки под глазами, щетина, возраст которой не один день, красные глаза. А теперь он ещё и рот раскрыл, потому что в сенях никого не было, за такое короткое время в дом никак не заскочить. Его коллега зачем-то открыл кладовку, она была на щеколде и закрывалась снаружи. Полюбовавшись на красный газовый баллон, он посмотрел на майора. А тот повернулся к полицейскому в форме.

— Карпов, обойди дом, следи за окнами, — тот убежал исполнять приказ. — Гражданин Лосев, мы знаем, что вы дома, не отягощайте своего положения!

Его коллега достал пистолет и двинулся к двери, ведущей в дом, а мне оставалось только стоять в углу сеней и наблюдать. Оба вошли в дом, всё обыскали, послышались их голоса.

— Чертовщина какая-то, кто дверь открыл?

— Видно, в доме кто-то был, холодильник отключён и разморожен, — послышался звук створки окна. — Карпов, что у тебя?

— Тишина, товарищ майор, никого нет, следов в траве тоже…

— Понял, возвращайся к двери… Что дела будем, Семёныч?

— Что-что, нету тела нету дела. Холодильник мог и сосед отключить, а щеколда…

— Вот-вот и я о том же, я дверь дёргал перед тем, как постучаться, она закрыта была, кто-то её открыл.

Оба вернулись в сени и принялись изучать простой механизм. Пока они ковырялись, обсуждая события, я кинул на обоих руну Сано, немного здоровья им точно не помешает. Они обычные работяги, даже не знают, что вместо поиска настоящих преступников, выполняют приказ зажравшейся верхушки.

В дверь заглянул любопытствующий Карпов, он тоже получил свою дозу.

— Никаких электроприводов нет и не было, — сделал вывод майор. — Значит, открыл нам святой дух!

Мне оставалось только смотреть на них и улыбаться. Полицейские между тем проверили дом ещё раз и вышли на улицу. Карпов отправился к машине, а парочка оперов к сараю, я следил за ними из-за оконной шторки. Когда они вошли в дворовое строение, я покинул дом, закрыл дверь на ключ и поспешил в огород. Полицейские вышли из сарая, когда я уже был за калиткой.

Пришлось снова кидать руну Барило и пережидать, когда они удаляться к машине. Быстро не получилось, оперов смутила закрытая дверь, принялись стучаться, что-то говорить, Карпов отправился в новое путешествие вокруг дома. Я ушёл по-тихому, вдоль заборов. Отдалившись на некоторое расстояние, пошёл уже без опаски.

Получается, телефон пеленгуют, либо жучки в доме или датчики какие. В любом случае своим телефоном уже пользоваться нельзя. Не страшно, у меня есть ещё два, надо с Мезенцевым посоветоваться, по поводу мессенджеров.

Размышляя, я добрался до леса, усевшись на поваленное дерево, достал другой смартфон. Все три гаджета, были завёрнуты в отдельную фольгу, видел в каком-то фильме. Металлизированная оболочка не даёт их отследить, как мне было известно, даже в выключенном состоянии телефон издаёт какой-то сигнал, может, и зря, но я всё же перестраховывался. Мезенцев, как обычно, перезвонил сам.

— Алло!

— Здравствуй, Максим, это я! Пока на свободе.

— Приятно слышать. Надеюсь, так и будет дальше. Есть какие-нибудь новости?

Вообще, я должен был задать этот вопрос, но раз спросил Мезенцев, значит, для меня новостей нет, ни плохих, ни хороших.

— Кое-что есть. По поводу настоя лунного корня… Действует не более года, лечит далеко не всё, информация проверена.

Мезенцев какое-то время молчал, переваривая мои слова.

— Что сказать, новость не очень хорошая, для многих она станет сюрпризом. Но, ничто не вечно под луной. У тебя же и хорошие новости есть?

— Да, я приготовил по новому рецепту, это уже не настой, а настоящее зелье. Вылечит большинство болячек, действует не менее трёх лет, достаточно порции в один глоток. Я оставил пятьдесят флакончиков в почтовом ящике. Почти столько же порций зелья от импотенции. Последнее не проверенное, не на ком было, но должно получиться лекарство длительного действия.

Можно подумать, два зелья будут лечить одно и то же, но нет. Лунолика даёт общий качественный эффект, может, и вылечит импотенцию. Полной уверенности у меня не было, здесь нужно анализировать, с больными разговаривать. Я вообще не врач, одно дело про больное горло спросить, другое про член.

А сильник узконаправленного действия, Сальме я в этом отношении доверяю, вылечит, если есть что лечить. К тому же ценник будет сильно отличаться, раза в два, а то и три дешевле, здесь уже зависит от Мезенцева, или того человека, который за него продаёт.

— Это уже хорошая новость, целых пятьдесят порций здоровья… Что по цене?

Я уже обдумывал этот вопрос и рассчитал просто.

— Лунный корень по сотке за флакончик, порций с одного корня получается больше, сильник по тридцать тысяч, используйте пару флакончиков на пробу, в лунном корне я уверен.

— Вполне приемлемо. Но партия лунного корня разойдётся быстро, очередь на него большая, можно ли рассчитывать на новые поставки?

Вполне закономерный вопрос, сам же ему говорил, что корень будет не раньше следующего лета, а тут раз и партию зелья подогнал. Вместе с ведьминым у меня осталось два корня, с каждого поучается примерно по семьдесят флакончиков, то есть где-то семьсот миллилитров. Это потому, что я молока вдвое меньше использую, по идее зелье должно быть настоящей бомбой. Когда сварю, вместе с остатками из прошлой партии, получится сто шестьдесят порций, примерно.

— Да, можешь рассчитывать минимум на сотню порций, тара бы не помешала.

— Вообще отлично! Тарой, конечно же, обеспечу… А как насчёт металла? Со сбытом у меня полный порядок!

С золотом я решил повременить, пусть немного скопится, либо вообще не мараться. С зелий выхлоп должен быть намного больше. Я не стал оставлять рецепт зелья от импотенции, как и истолчённую траву, решил варить сам.

— С металлом пока глухо, Максим, особо на него не рассчитывай. Как появится, я сам позвоню.

— Добро, Антон! Посылка будет доставлена уже сегодня вечером. Если что звони в любое время.

Распрощавшись с Мезенцевым, я задумался чем бы заняться до назначенного времени.

Ехать к Рите? Приятно, конечно, оказаться в домашней обстановке и быть залюбленным во всех смыслах этого слова. Но я не сделаю этого по нескольким причинам: во-первых, это трата времени на дорогу, несколько часов пешком, туда, а потом ещё назад, нужно ловить машину. Во-вторых, не хочется давать девушке лишнюю надежду. А ещё я могу засветиться и подставить девушку — это уже, в-третьих.

Не придумав ничего стоящего, я отправился в обратный путь, звонить ей тоже не стал, может, в следующий раз.

Машина и в этот раз не попалась, вполне возможно, что они перестали патрулировать. По идее, это логично, полиция, военные и все остальные не могут знать, что в лесу есть портал в другой мир, тогда, что им тут делать? Землянку мою искать? Так вроде с собаками прочёсывали. Тем более, я уже засветился в деревне, Нинка видела, полицейские тоже что-то скажут, типа, приходил и незаметно ушёл. Хотя, может, и промолчат, надо же что-то в отчёте писать. Как там сказал опер? Нету тела, нету дела.

Оказавшись в убежище, подогрел на сухом горючем кашу с мясом. Стал замечать за собой, что слишком много ем, особенно после зелья Сальмы. А дядя Паша заметил внешние изменения, но, похоже, не понял, что дрищ Антон стал набирать вес. Руки уже не выглядели костлявыми, появились бицепсы, а на животе кубики. Кроме этого, появилась уверенность в себе, точно не тот Антошка, что не особо любил конфликтовать. Образ жизни и ежедневные тренировки приносили результат.

Заварив чая, я достал чистую тряпку, расстелил её на столе и взялся за чистку пистолета. Множество раз видел в кино, да и сам до этого дошёл, научился разбирать и собирать по видео, оружие должно быть в сухости и чистоте.

Казалось бы, с последним приобретённым навыком, надобность в огнестрельном оружии пропала. Но учитывая навыки и экипировку противника, приходило понимание, что это далеко не так.

Человек успеет закрыться руной, Сонора крио может отскочить от брони из люмия. Скорее всего, вариантов обороны больше, я плохо знаком с этим миром. Но бесшумный огнестрел может стать сюрпризом даже для восьмого круга.

Вот тебе ещё одна идея для вооружения, надо посоветоваться с Мезенцевым, что он предложит. Огнестрел, не винтовка, не автомат, я здесь войны устраивать не собираюсь, оружие громоздкое требующее бережного отношения. Мне нужно что-то компактное, пусть даже немного больше Макарова, есть же пистолеты помощнее.

Покончив с чисткой оружия, взялся за силовые упражнения, никакие гантели со штангой не смогут заменить в упражнении меч. Я помню, как первые дни ломило суставы рук от нагрузки, вес холодного оружия и разнонаправленные движения, задействовали практически все мышцы. Я теперь знал, что они у меня есть, потому что к вечеру нещадно болели.

Истязания продолжались пару часов, что стало уже привычной практикой. Затем я облился водой, принесённой с родника, обтёрся полотенцем и кинул на себя руну чистоты, такое омовение мне нравилось больше.

Теперь можно и прогуляться, надеюсь, подручные Мезенцева успели обернуться.

На Альтерре вечерело, что нисколько не сказалось на погоде, она всё ещё была прекрасной. Я проделал путь до старого завода, за рекордно короткое время. До него оставалось пара сотен метров, я не стал спешить. Применил на себя Атентеко, повышенная бдительность не повредит, как и варма спуро, обнаружением следов я занимаюсь нечасто, будет мне тренировка.

Я уже проделывал сегодня этот путь, руна помогла рассмотреть произошедшие изменения. Поначалу я не придал этому особого значения, подумаешь, сухая ветка сместилась на несколько сантиметров, может, ветром сдуло, или зверь потревожил. Потом до меня стало доходить, с какого перепуга я подумал о звере? Присмотрелся к опавшей листве, та была сдвинута под определённым углом, здесь не зверь прошёл, это отпечаток человеческой стопы.

Каблук, ровная подошва, на прошлогодней листве отпечатались следы обувных гвоздиков, возможно, таков рисунок протектора подошвы. Это не мои следы, я здесь в кроссовках ходил, да и сейчас в них. Я присмотрелся к грунтовке и по мелким деталям разглядел направление движения человека. Для меня это было в новинку, видимо, переборщил с энергией.

Он шёл к заводу, но сначала пересёк грунтовку, появился, значит, из леса.

Я пошёл по следам, человек перемещался по самому краю грунтовки, практически касаясь деревьев, осмотр веток ничего не дал. Впереди раздался хруст ветки, я остановился, превратившись во внимание. Руна бдительности заработала на полную, фиксируя, как ветви движутся от слабого ветра, в оконном проёме мелькнул силуэт. Листва прикрыла основную его часть, но понятно, что это человек.

Я не пробовал применять руну тишины на себе, рискнул кинуть на кроссовки, сделал несколько шагов, наступив при этом на мелкую ветку. Стопа почувствовала, как та сломалась, не издав при этом никакого звука, словно его подавили. Я двинулся дальше, добравшись до стен завода, осторожно заглянул в дверной проём.

У тайника никого не было, зато чуть в стороне крутился невысокий, щуплый мужичок в ветровке, потёртые джинсы, на ногах кирзачи. Он откинул капюшон, предоставив возможность себя рассмотреть. Лет, может, под сорок, небрежная короткая стрижка — он сощурил глаза, поворачиваясь в мою сторону. Я использовал Барило, как и следовало ожидать, гость просто скользнул взглядом и, не обнаружив ничего подозрительного, продолжил осмотр стен.

Нехороший у него взгляд. В соседнем подъезде родительского дома живёт Петрик, не знаю, за какие заслуги он получил погоняло, может, просто от фамилии. Зато в курсе, что он дома живёт не больше месяца, раз в три пять лет. Всё остальное время проводит на зоне, как в одном из любимых отцовских фильмов, «украл, выпил, в тюрьму». У этого типка точно такой же взгляд, недобрый.

Он шарил им по стенам, иногда прикасаясь к старому кирпичу, постукивая, поглаживая, в итоге почти добрался до тайника, коснулся соседнего с ним кирпича и одёрнул руку. Всё, верно, неожиданно он оказался горячим, руна тепла в моём исполнении, быстро нагревает твёрдый и плотный предмет.

Воришка, я уже не сомневался в намерениях этого человека, какое-то время стоял, недоумённо поглядывая на стену и поглаживая кончики пальцев. А я всё ждал разумных действий, вдруг чуйка сработает и решит убраться, всё-таки горячий кирпич на холодной стене, вряд ли он с таким сталкивался. Прошло не больше минуты, и он решился на вторую попытку.

Не внял, значит⁈ Ну, лови тогда!

Серый шарик метнулся к заднице воришки. Раздался громкий хлопок, мужичок упал набок, принялся материться и орать во всю глотку.

Да, руна плётка — вещь неприятная.

— А-а, сука ***, твою мать! — он бодро пополз прочь, оставляя за собой кровавый след.

Попытался встать, но опять упал и заорал громче прежнего, но двигаться не переставал, в итоге выполз в оконный проём и скрылся где-то в кустах. Я достал телефон Мезенцева, включил его, дал дозвон.

— Алло?

— Это Антон, я очень надеюсь, что не почтальона нашего поранил, маленький, щуплый мужичок в кирзачах, тёрся у почтового ящика, почти открыл.

— Так-так, интересно… Коротко стриженный брюнет?

— Да, по морде видно, часто сидит…

— Я понял, кто это. Нет, не почтальон, мне час назад о посылке отзвонились. Тара и аванс уже доставлены, ребята недалеко…

— Он в лес уползает, встанет на ноги или нет не знаю, но ползёт бодро, ранен в задницу, истекает кровью.

— Мы им займёмся, Антон, — мне сразу полегчало, не хотелось убивать воришку. — Почтовый ящик придётся менять, скину координаты в мессенджере, на телефоне он установлен.

Мезенцев отключился, а я приступил к уборке территории, когда я добрался до окна, бедолага всё ещё покрикивал где-то в лесу. Крови было много, видимо, что-то серьёзное повредил, возможно, артерию. Но вины и какого-то раскаянья я не ощущал, вор знал, на что идёт, должен был понимать, какие могут быть последствия.

Покончив с уборкой, добрался, наконец, до тайника. Тара оказалась похожей на мою, с такой же пробкой, только стекло было тёмным, триста пузырьков. Я так понял, Мезенцев надеется, что я всё заполню.

Так и будет, но не в ближайшие дни. А что у нас с авансом?

Я достал из тайника пакет, внутри оказалось десять банковских упаковок с пятитысячными купюрами. Так и сел на пятую точку, почёсывая затылок.

А не многовато ли? Здесь же пять миллионов! — таких денег в руках я ещё не держал.

Закрыв тайник, кинул руну чистоты и отправился в обратный путь. По дороге решил ещё раз позвонить Мезенцеву, мало ли, может ошибка какая.

— Алло! Да, Антон, ждал твоего звонка…

— С деньгами, это не ошибка?

— Нет, не ошибка. Я давно в бизнесе, Антон, начинал ещё при союзе, когда на груди висел комсомольский значок. Уже тогда, я понял одну простую истину: если хочешь хорошо зарабатывать, нужно делиться! Вот и делюсь. Взял на себя смелость поднять лунный корень до двухсот, а сильник… ты вроде так его назвал, до ста. Ты ещё молод, не знаешь, что такое для мужика стоячий член. Поверь моему опыту, Антон, если предложить на выбор, здоровую печень или стоячий член, девяносто девять процентов мужиков, выберут стояк!

Об этом я даже не задумывался.

— Те средства в почтовом ящике, это лишь треть от суммы. У нас простой бизнес, ты снабжаешь меня товаром, я за него хорошо плачу. А почём его продаю, это уже моё дело!

Такой расклад меня вполне устраивал, как и показная честность Мезенцева.

— Хорошо, пусть так и будет, — завершив разговор, я окинул взглядом старые кирпичные стены.

Пятнадцать миллионов! — я был в шоке. — Что делать с таким количеством денег? Как что? Дача для родителей, новая машина отцу, Дашкина учёба в универе и много чего другого!

Признаться, дальнейшая перспектива меня немного пугала. По сути, это первый серьёзный заработок, следующая партия зелья принесёт вдвое больше.

Нет, я не собирался варить зелье в промышленных масштабах. Если Мезенцев на это рассчитывает, то жестоко обломается. Когда приготовлю, тогда и позвоню, следующую партию, так уж и быть, доставлю в ближайшие и дни, потому что пообещал. С остальными подождёт.

До убежища я добрался, когда уже стемнело. Продолжил тренировку, теперь взялся за ноги. У меня имелся набитый камнями рюкзак, надо сказать, предмет двойного назначения, бегал с ним на плечах по коридору, до полного изнеможения, а на ночь заряжал руной Варма. Когда складываешь камень вместе, на деревянную прокладку, тепло держится намного дольше.

Измотав себя как следует, я взялся за метательные шипы, руки не слушались, делать ничего не хотелось, но я терпел, результат моих стараний уже видно. Из десяти брошенных снарядов, в цель попадало четыре, с шести метров, между прочим. Глядишь, через месяц-другой, будет восемь из десяти, и расстояние побольше.

Эх, мне бы спарринг-партнёра… Так, может, с Дарко поговорить? Да, он поймёт, что я ничего из себя не представляю на первой же тренировке. Ну и что? Надо же с чего-то начинать.

На этой мысли я закончил тренировку, устал до того, что даже есть не хотелось, кинул на камни нагревательные руны и завалился спать.

— Ты серьёзно, Антуан? Хочешь, чтобы я научил тебя бою на мечах? — Дарко смотрел на меня с недоумением.

— Конечно, серьёзно! А чего здесь такого? — охотник пожал плечами.

— Так я же не мастер-мечник, и плохой из меня учитель…

— А если я предложу зелёный эфирный камень, за пять уроков?

— С этого и нужно было начинать, — Дарко улыбнулся в бороду. — Четыре урока, каждый день перед закатом.

— Хорошо! Значит, сегодня вечером, — я думал, он до трёх собьёт.

Довольный собой, я отправился к ведьме, та была в дурном настроении, но в дом пустила.

— Что за подмастерье такой? Когда захочет, тогда и приходит!

— Так я же только клыки плетунов стачиваю, какой из меня подмастерье? — для меня такая претензия была сюрпризом.

— Что, хочешь по-настоящему поработать? — я неуверенно кивнул. — Значит, будешь выдавливать слизь из пиявок.

Ведьма забралась под стол, достала оттуда небольшой таз, заполненный мутной жидкостью, поставила его на стол и посмотрела на меня.

— Сунь руку в воду, мальчик… Да не бойся ты так, в этом тазу не змеи ядовитые, а озёрные пиявки!

Мне не хотелось, но пришлось подчиниться, вода дурно пахла, словно не один месяц в ней ноги мыли. Засучил рукав и сунул ладонь в мерзкую жидкость.

— Глубже суй, до дна, — скомандовала Сальма. — Пиявки должны почувствовать твоё тепло.

Я подчинился, а ведьма почему-то озадачилась и, склонившись над тазом, взялась принюхиваться.

— Сдохли, что ли, я же их подкармливала⁈ А-а, дура я старая, вообще памяти не осталось, я ж в прошлом месяце для Имры зелье варила!

В этот момент я почувствовал резкую боль в указательном пальце и резко выдернул руку. А на пальце сидела бесформенная зелёная мерзость, размером с пятирублёвую монету.

— Ах, есть всё-таки! Да не кривись ты так, это же просто пиявка, подкормишь её опять же. Так, постой немного, сейчас тарелку дойную принесу.

Мне пришлось ждать, терпя на пальце кровопийцу, а ведьма, скорее всего, специально долго ходила в соседнюю комнату, чтобы пиявку накормить. Наконец, она пришла и, поставив на стол шершавое блюдце, скомандовала.

— Дай-ка мне свободную руку, — она взялась за кинжал.

Я предполагал, что может произойти после, но всё равно подчинился. Ведьма схватила меня за запястье, на удивление хватка оказалась крепкой, в следующую секунду она полоснула по ладони кинжалом. Я стерпел резкую боль, даже руку не одёрнул.

— Сожми кулак, пусть кровь стекает в посуду, — скомандовала Сальма.

Кровь потекла тонкой струйкой, ведьма принялась водить моей рукой над блюдцем, поливая его по кругу. А я терпел и смотрел на это действие как заворожённый, словно таинство какое, или обряд.

— Хватит, — старуха отпустила мою руку. — Теперь давай сюда пиявку.

Я протянул ей конечность с пассажиром, ведьма, кряхтя, принялась отдирать от пальца зелёную гадость. Надо сказать, присосалась она хорошо, отлипнуть предпочла с куском кожи. Сальма положила её на край блюдца.

— Ну-ка испей из блюдца. Эх, молодая кровь, знатное зелье от морщин получится! — а пиявка между тем, неспешно поползла по кругу, поглощая кровь и оставляя за собой зеленоватый след.

— Кровь только человеческая подходит? — задал закономерный вопрос.

— Нет, человеческую использовать нельзя. Если прокураторы узнают, проведёшь оставшуюся жизнь в рабстве. Так что держи язык за зубами, мальчик! — старуха хитро подмигнула. — За зелье из человеческой крови и четвертовать могут, это я тебе так, для примера показала, потому что другой крови нет, не свою же использовать, — её взгляд сделался возмущённым.

— А почему нельзя человеческую? И какую можно? А если я кровь беременной козы использую, или рыбью⁈

— А-а, откуда ты взялся, мальчик? — психанула травница и даже выпрямилась немного, от злости, отчего раздался хруст позвонков. — Простых вещей не знаешь, — она схватилась за спину, состроив страдальческое выражение лица, а затем отправилась к полкам с зельями.

Вернулась она быстро, прихватив пузырёк с жидкостью молочного цвета и небольшую баночку, похоже с мазью, что-то подобное я в Дашкиных сериалах видел.

— Помажь-ка палец, а то весь дом мне кровью зальёшь, — старуха поставила банку на стол.

Чувствуя непорядок, я поднял руку, с пальца капнула капля крови, и почти сразу ещё одна, а потом третья. На не особо чистом полу уже образовалась небольшая лужа.

— Оу! — я взялся за баночку, пока откупорил, весь в крови измазался. Внутри оказалась серо-зелёная мазь, типа вазелин.

— Вот тебе и оу — это же пиявка! Даже с этими тварями ни разу не связывался! Немного мази бери, от количества толку не будет.

Я так и сделал, самую капельку, признаться никакого эффекта не ожидал.

— Когда пиявка всю кровь доест, её можно в печку бросить, толку от неё больше не будет. Запомни мальчик, одна пиявка — одно блюдце! — старуха вновь коснулась рукой спины, в этот раз без гримасы боли.

Кровотечение остановилось незаметно, раз, и капельки больше не образуются, а рана на ладони и без того не кровоточила. Мне осталось только руну чистоты на себе использовать, ну и здоровья, разумеется. Пиявка так и ползла по кругу, а я уже предвкушал новое знание.

Средство от морщин — это, конечно, не зелье от импотенции, но всё равно будет востребовано. Скорее всего, эффект будет временным, но мощным. Я уже знаком с местной медициной, так почему бы средству по уходу не быть таким же эффективным.

— Человеческая кровь, как и всё остальное с человека — это табу, Антуан! — серьёзно, раз моё имя вспомнила. — Я простая травница, знаю секреты долголетия, для зелья хватает травок и крови животных.

Сальма какое-то время смотрела на меня, словно решая продолжать, или нет.

— Но есть и перешедшие черту — чёрные люди, таких уже травниками не назовёшь, они больше с кровью и плотью работают. Бойся таких людей, Антуан, и смотри, сам таким не стань!

— Некроманты? — всё, что пришло мне на ум.

— Тсс… даже слова этого не произноси! Нет его, забудь! Четвертуют и сожгут твою душу, не будет у тебя посмертия, — ведьма перешла на шёпот.

— Понял, — меня аж подёргивало от новых знаний. — Так кровь животных использовать можно?

— Только кровь животных, мальчик, и то с осторожностью. И не вздумай использовать кровь тварей, эффект будет необратимым. За это тоже строго наказывают! Ну вот, ты чему-то научился, — подвела она итог. — Теперь бери ведро и ступай на озеро за пиявками и побольше принеси!

Я посмотрел на блюдце. Зелёная мерзость проползла половину круга по блюдцу, ведьма достала ведро.

— И не задерживайся! Я не собираюсь тебя до ночи учить.

Старуха объяснила мне, где находится озеро, вернее, ткнула пальцем в нужном направлении, «туда иди, мальчик». Я и пошёл с ведром в руках.

Дом ведьмы был крайним в селении и вообще стоял на отшибе. Мне пришлось миновать вспаханное поле, затем дикую лесопосадку, где заметил следы кроликов и только потом вышел к озеру. А оттого только название; мелко, заросли камыша, может, дальше и глубина, проверять я не собирался.

Осматривая окрестности, я задумался над действиями ведьмы. Несмотря на запрет под страхом рабства, она всё-таки взялась за зелье из человеческой крови.

Для чего? И ведь меня привлекла! Она сказала молодая кровь, хорошее зелье получится, вот тебе и причина, возможно, заказ, а клиенту пофигу из чего сделано… А если кто-нибудь узнает? Она свалит всё на меня… Вот же сука старая! Получается она меня подставила, точнее, сделала подельником! А я как лох, стоял с открытым ртом. Что теперь делать?

А ничего не делать, Сальма привязала меня к себе, со страховкой. Теперь она может позволить себе больше, в отношении меня и обучения… По сути, это и есть процесс обучения. Я должен знать и уметь, а уж как применю эти знания — дело моё. Вот я уже и оправдание ей придумал.

Где-то за озером заголосила птица, удары крыльев по воде, звуки борьбы. Закончилось всё быстро, и никто не взлетел.

Берцы позволили мне пройти несколько метров, дальше стало глубже, по-хорошему их надо бы снять, но тогда я рискую скончаться от потери крови. Я это видел на примере одной-единственной пиявки.

Нет уж, проще потом обувку просушить, тем более усилий для этого не нужно, кинул пару рун и занимайся своими делами, — я принялся возиться в воде руками.

Почти сразу подрезанную ведьмой руку поразила резкая боль. Поймал на живца сразу две пиявки, обе присосались к ещё не затянувшейся ране. Кое-как отодрал их, скинув в ведро, затем зачерпнул в него воду.

Нет, так не пойдёт, с такой охотой я быстро кровью истеку, — отправился на берег, возникла идея. Поставив ведро на землю, присмотрелся к ладони, та кровила. Не так, как палец совсем недавно, но всё-таки. — Мазь я не взял, не догадался, а ведьма не подсказала.

Кинув на руку руну чистоты, замотал ладонь эластичным бинтом, уже не в первый раз он меня выручал. Затем отправился в посадку. Выбрав глухое место там, где побольше деревьев и кустарника, поднял с земли толстую ветку и принялся стучать толстым концом по дереву. Звук получался глухой, но достаточно громкий. Так продолжалось несколько минут. Поначалу я считал удары, потом сбился и уже начал терять надежду.

Нападение произошло неожиданно, но не настолько, чтобы я не успел среагировать. Это был жирный кролик, самец, зверушка вцепилась в ботинок, едва не прокусив верхнюю часть. Я двинул палкой по ушастой башке. Неказистое оружие сломалось, а кролик отпрыгнул в сторону и тут же атаковал вновь. Одновременно с этим, я почувствовал дикую боль в ягодице.

— Ах ты падла! — выдернул кинжал из ножен. Жирный самец получил остриём в глаз, а потом мне пришлось отдирать второго кролика от задницы.

Самка с самцом всегда охотятся в паре, я просто не успел среагировать, вот и поплатился за нерасторопность постыдным ранением. Крольчихе я проткнул голову и кинул тушку к издохшему самцу. Хотел было заняться раной, но вовремя себя одёрнул, кролей может быть больше, бывает и стаями охотятся.

Выждал пару минут, чувствуя, как по ноге стекает кровь, и только после расстегнул пояс, оголяя раненый зад. Надо сказать, самка постаралась, прокусила толстую кожу, ткань и оставила глубокие следы в моей плоти. Но тут я сам виноват, недоглядел, а потом слишком резко дёрнул, зверушка сумела выдрать из меня кусок.

Рана кровила, пришлось доставать из рюкзака вату и пластырь, залеплять сверху, и плевать, что течёт, всё точно не вытечет.

Спасибо Рите, что настояла на пластыре, — я усмехнулся, кто бы мог подумать, что он пригодится в таком неожиданном месте. — Она же и обнаружит шрам, когда я загляну к ней в следующий раз. Придётся выдумывать героическую историю. Не говорить же, что кролик цапнул? Это ж надо было так расслабиться, от каких-то кролей пострадал!

Залепив рану, подобрал трофеи. Самец под руной сохранения отправился в пакет, а затем в рюкзак, а для самки я приготовил другую участь. Будет приманкой для пиявок. А вот нефиг честных людей за задницу кусать!

Охота на пиявок превратилась в расслабуху, всё, что мне нужно было делать, макать тушку крольчихи в воду, держа её за уши. Озёрные обитатели липли на ура, после третьего применения, я срезал их ножом, скидывая в ведро, количество желающих полакомиться кроличьей кровью стало уменьшаться. Видимо, потеряла гастрономический вид, или вкус уже был не тот. Но этого количества было достаточно, Сальма просила много. Мне казалось, что три с половиной, четыре десятка вполне приличное количество.

Ведьма пребывала в рабочем состоянии и даже обрадовалась моему появлению, так мне показалось.

— Ах, явился, наконец? А я думала, сгинул уже! Показывай, сколько принёс, — она заглянула в ведро. — Маловато, конечно, но чего ожидать от нерасторопного ученика.

Я подавил в себе возмущение. Она тут хозяйка имеет право. Положил потрёпанную тушку кролика на полку и посмотрел на стол. Пиявки уже не было, внутренняя часть имела зеленоватый оттенок.

— Догадался, значит, на приманку ловить. Молодец, не совсем пропащий… И за кролика спасибо. Супчик жиденький сварю, желудок старый, кишки старые, сколько зельями ни поддерживай, всё равно изнашиваются, — ведьма зависла, видимо, вспоминая, на чём мы остановились, а может и рецепт жидкого супчика.

— Зелье от морщин, — на всякий случай напомнил.

— Ах да, зелье… Не совсем зелье, мальчик. Его не внутрь принимают, надо в кожу втирать. Морщины пропадут через день, вернуться опять через месяц или три, пиявка должна быть молодой и кровь тоже. Лучше всего подходит от домашних животных, с молодой тёлочки, или козочки, овечья тоже подходит. Я в последний раз у Грегоса кровь покупала, специально для меня барашка молоденького зарезал.

— А человеческой, значит, на дольше хватит?

— Да, этого сбора, — старуха ткнула пальцем в блюдце. — Хватит на три старые морщинистые рожи. Выпрямит кожу, убавив лет двадцать, и продержится не меньше полугода. Я тебя предупреждала, мальчик, — проскрипела ведьма. — В эти дела лучше не соваться, затянет и появится ещё одна тёмная душонка. Работай только с животными, и слуги Терниса тебя не тронут.

— Что делать с зелёным налётом? — отклонилась она, заговорила на неудобную для меня тему, хотелось знать о запретном больше, но задавать вопросы дальше, постеснялся. — Козье молоко?

— Начал соображать, мальчишка… Запомни, все хорошие зелья, варятся на козьем молоке! — мне оставалось только кивать. — Слизь уже подсохла, отдирается легко, попробуй сам.

Я попробовал, дёрнул за верхний краешек, и подсохшая слизь сошла, повторяя форму блюдца.

— Посуду нужно воском натирать, тогда и проще получается, — я слушал и впитывал. — Брось слизь сюда, — Ведьма подвинула пустую железную кастрюльку.

Я подчинился, старуха залила её кувшином молока, я знал примерный его размер, ноль пять, может ноль шесть литра. Она поставила посуду на печь, подбросила дров.

— Кипятить медленно, пока молоко не выкипит, нельзя, чтобы подгорело, как тонкая плёнка на дне останется, опускаешь посуду в холодную воду, смотри, чтобы она внутрь не попала. Остынет, можно собирать налёт…

— Лопаткой из яблони, — закончил я.

— Может, и зря я тебя ругаю, что-то всё-таки запомнил, — похвальба таковой вообще не выглядела, опять почувствовал себя как в школе.

Старуха продолжила заниматься травничеством, а мне пришлось смотреть за молоком. Занятие было довольно скучным. Я взялся за клык плетуна и принялся его тереть, что хоть как-то скрасило время ожидания. Для прежнего Антона такое поведение сравни подвигу, чтобы двумя делами сразу заниматься. Даже взгляд ведьмы показался мне одобрительным.

Когда молоко, наконец, выкипело, я поступил точно по инструкции, остудил и под присмотром Сальмы принялся собирать налёт. Получилось не очень много, даже не верилось, что хватит на три лица.

А ведь женщина ещё и руки захочет намазать, шею, и вообще всё тело… плюс к тому выпить зелье из лунолики и вот тебе минус двадцать пять лет. Это зелье точно пойдёт, или скорее полетит, — я уже начал сомневаться, стоит ли отдавать его Мезенцеву. — Да он же будет писаться горячим кипятком, от наплыва желающих приобрести омолаживающее кожу зелье!

Сегодняшний урок был закончен, я шёл по деревенской улице, обдумывая ситуацию с мазью. То, что я собрал, в маленькую баночку, больше всего напоминало сливочное масло, я даже потрогал его пальцем, а затем помазал тем, что налипло небольшой шрам на правой кисти. Масло, оно и было масло. В голову пришла неожиданная мысль.

Это зелье — концентрат. А если его разбавить? Вот только чем, сливочным маслом, сметаной? Нет, не пойдёт, нужно что-то нейтральное, наверное, есть какие-то косметические масла, — единственная, с кем я мог посоветоваться, это Рита. — Можно, конечно, и с сестрёнкой поговорить, но не хочется её в это втягивать. Она же захочет распространять, а, значит, попадёт на поляну Мезенцева. Опять же шишка из верхов заинтересуется… и незаконно это.

Ладно, сам разберусь и Риту нефиг втягивать…

Что у нас по плану? К старосте ещё рано, Мирна пока в работе, через несколько дней ей понадобится люмий. А он у меня есть, так что здесь волноваться не о чем. Никлас просил алюминиевую пудру, заодно и Дарко можно продать, вернее, обменять на белые эфирки. Точно, мне нужно к Дарко, у меня сегодня первый урок боя на мечах! — ноги понесли в сторону его поста.

— Рановато ты пришёл, — Дарко как и всегда появился из ниоткуда, осмотрел меня, затем глянул на близкий лес. — Ну чего уж теперь, начнём урок, но не здесь, вон, в лесу неподалёку. А ты не спи, Виро!

— Да когда я спал-то? — голос выдал местоположение младшего стражника, я на короткое время увидел очертание человеческой фигуры с мечом на плече.

Дарко не стал отвечать, мы отправились в лес. Охотник далеко не ушёл, остановился на небольшой полянке, вытянул меч из ножен.

— Снимай куртку, чтобы не попортить, — скомандовал Дарко. А я на него уставился, не зная, что думать. Охотник усмехнулся. — Мы будем тренироваться настоящим оружием, я использую на тебе Каменную кожу, она только тело защищает, от средних силы ударов. Куртка дорогая, быстро превратиться в лохмотья.

— Понял, — учёл. С магической начинкой мира, деревянные мечи не нужны.

Я быстро скинул рюкзак и куртку, остался в одной толстовке, встал в стойку, готовый к атаке, мне так казалось.

— Ты, похоже, вообще не мечник, Антуан! Стоишь как увалень с дубиной. Ладно, будем учить то, что есть, — в меня прилетела руна, изменений не почувствовал. — Отрази удар!

Дарко метнулся ко мне, его скорость не уступала давешнему теневику. Я выставил перед собой меч, подняв его выше головы. Оружие Дарко врезалось в него, высекая искры, я не смог удержать, и мой же меч треснул меня по лбу. Тут уже из глаз искры посыпались. Было больно, но я не упал, только отшатнулся, вновь задрав меч. Охотник сделал шаг назад.

Я потрогал лоб и, удивительное дело, никакой крови, даже шишки не было, боль быстро сошла на нет.

Хорошая руна, Каврило даже рядом не стоит. Мне такая не помешает, я же мечом по башке получил.

— Ты ни разу не бился с мечом?

— Нет! Но хочу научиться, я прилежный ученик! — Дарко кивнул.

— Я не знаю, как ты дожил до своих лет, Антуан, тебе придётся многому научиться! Атакуй, только рубящие удары! Бей, не бойся поранить.

Второй раз мне повторять не нужно, я кинулся в атаку, нанеся удар сверху, охотник лениво его отразил, а я почувствовал неприятную отдачу в руку. Но останавливаться на этом не стал, перехватив меч двумя руками, благо рукоять позволяла и принялся бить Дарко со всех сторон. Тот легко отбивался, водя меня по кругу, то отдалялся, то приближался, а мои руки уже чувствовали усталость.

— Не останавливайся, бейся, пока не упадёшь!

Я вновь ринулся в атаку. Охотник изменил тактику, всё так же отражая удары, умудрялся наносить ответные. Плечо, левый бок, правый бок, голова, бил он не сильно, но понятно, каждый удар в реальном бою станет смертельным.

Так продолжалось до наступления темноты, я бил, уже не чувствуя рук, а Дарко так ни разу не пропустил ни одного удара. Тычки получал только я. Несмотря на Каменную кожу, у меня болело всё тело, я упал в траву с чувством, что меня избили палками. Сил не осталось от слова совсем.

— Сила с упорством в тебе есть, — охотник присел рядом со мной на корточки. — При должном старании обязательно научишься, — поднявшись на ноги, он достал точильный камень и принялся править меч.

У меня даже на кивок сил не осталось, благо есть руна Сано, специально её не использовал. Хотел проверить, насколько меня хватит, не больше двух часов продержался. Спасибо ежедневным тренировкам, так бы и пятнадцати минут не прошло, как свалился.

— Антуан, ты как? Дарко тебя не покалечил? — это уже Никлас подошёл. Он и Виро появились посреди занятий.

Чувствуя некоторое улучшение, я уселся на пятую точку.

— Нормально всё! — соврал я, судя по насмешливому взгляду, Никлас это понял.

— Ты правильно сделал, что не использовал Сано в бою, — вновь заговорил Дарко. — Так тело быстрее закалится. И возьми за привычку не пользоваться рунами без надобности. На тебя никто не нападает, тело само должно восстанавливаться.

Скажи он это прежнему Антону, тот бы просто отмахнулся. Зачем терпеть боль, когда можно выпить таблетку обезбола? Но сейчас я понимал о чём он, тело молодое, очухается быстро. Я бы добрался до убежища без помощи рун и просто завалился спать, как делал обычно после тренировки. Наутро, без Сано тело продолжало бы болеть, до следующей тренировки, и так каждый день, неделя за неделей, месяц за месяцем, пока не привыкну к боли, пока она не станет частью меня.

— Понял Дарко, спасибо, — я поднялся на ноги.

Подошёл и Виро. Теперь все трое на меня смотрели, кто в доброй усмешке, а кто и с сочувствием.

— Я пудру из люмия обещал, — достал две банки, охотники сразу оживились.

Никлас полез за кошелём, Дарко тоже дёрнулся, а затем предложил другой вариант.

— Антуан, мы можем сделать проще. Я её покупал у тебя за десять белых камней. Зелёный камень, что ты должен заплатить за обучение, как раз столько и стоит…

— Я тоже готов стать твоим учителем, — подсуетился Никлас.

— И я, и я, — молодой охотник Виро не остался в стороне.

Как же быть? То ни одного учителя, то сразу трое! Так это же хорошо! — решение нашлось быстро.

— Мне нужно всё сразу и камни, и обучение! — я достал из рюкзака ещё четыре банки с пудрой, больше у меня не осталось.

У Виро не хватало трёх камней, он занял у Никласа, в итоге я получил три десятка белых эфирок и задумался на перспективой кача.

Может мне Мезенцеву ещё пудры заказать, или предложить охотникам канитель? И будет у меня третий круг. С этим вопросом я и обратился к Дарко.

— Не получится, Антуан, у меня всего пара камней осталась, — он посмотрел на Никласа.

— Один. Это мы на днях удачно на стаю крикунов нарвались. Повезло, что плетуны позднее подоспели, мы к тому времени тварей почистили и бежать…

— Да! А плетунам было чем заняться, падали осталось полно, — самодовольно добавил Виро.

Я не знал, что утки мутанты собираются в стаи, мне даже спрашивать не пришлось, всё было написано на лице.

— Такое бывает, — сказал Дарко. — Когда жрать нечего, вся семья на охоту выходит. А это плохо. Если на болоте голод, значит, твари в лес попрут.

Мы ещё какое-то время поговорили, я узнал кое-какие мелкие подробности охоты, затем обсудили график моих занятий с мечом. Здесь всё было просто, следующим моим тренером будет Виро. Молодой охотник очень гордился званием учителя, старшие охотники беззлобно над ним посмеивались.

— Пора расходиться, Антуан, — сказал Дарко. — Ночь уже на дворе, тебе идти туда не знаю куда, — охотник хохотнул, друзья его поддержали. — А нам нужно поделить посты.

Мы распрощались, и я двинулся домой. Я не знаю, сколько охотники выбивают камней, об этом разговора не было, только по цветам. Белых эфирок, разумеется, больше всего выпадает, затем идут зелёные, потом уже самые редкие гости оранжевые. Таким образом, я смог составить список из пяти кругов.

Серые — эти мне уже не требуются, хотя в наличие есть, постоянно со зверей выпадают.

Белые — круг проглотил сорок девять камней, я постеснялся спросить у охотников, сколько нужно, сто или двести? Если кач идёт в прогрессии, то засада.

Зелёные — до этого круга я пока не добрался, но у меня уже есть двадцать камней, в них дико нуждается Виро, никак не может закончить третий круг.

Оранжевые — эти камушки нужны Дарко и Никласу, у меня их шесть штук, наследие Карло и безымянного ловца рабов, но продавать я не собираюсь. Выпадают с матёрых теневиков, а их только толпой завалить можно, как минимум втроём, двое с холодным оружием, третий, самый меткий и выдержанный бомбит рунами.

Бирюзовые — о них охотники могут только мечтать и копить, это пятый круг, в приболотном нет никого выше четвёртого. Это потому, что на чёрном болоте нет тварей, с которых выпадают камни такого цвета. Они даже копить пока не могут, потому как одна бирюзовая эфирка, продаётся за десять оранжевых, а ведь ещё нужно четвёртый круг докачать. Пока они только мечтают и договариваются с торгашами в Вольном поле, им же обычно и сдают белые эфирки, а все зелёные уходят к Виро.

Примерно такой расклад я нарисовал после разговора с охотниками. Про изумрудные камни, коих у меня имелось четыре штуки, спрашивать постеснялся. Получается, я не знал для какого они круга, шестой, седьмой, а может, вообще восьмой, об этом я узнаю как-нибудь потом.

До дома добрался без приключений, даже кролики не напали. Видать всех ближайших извёл, а другие пока не суются. Очень хотелось спать, я готов был рухнуть прямо на землю, но организму требуются стройматериалы. Потому я вскрыл банку тушёнки, подогрел её на сухом горючем и только после употребления пищи, забылся сладким сном.

На следующее утро, после всех обязательных процедур и завтрака, занялся метательным оружием, это так, для разминки. Надо сказать, чувствовал я себя прекрасно. Дело, скорее всего, в белых эфирных камнях, что вчера употребил, аж три десятка. Этернис — магический мир, а магия влияет и на физическое состояние.

Затем вспомнил про меч, у меня тоже имелось точило, осталось от ловца рабов. На рубящих гранях появились мелкие зазубрины, пришлось потратить пару часов на правку оружия. После обеда, состоящего из ляжки жирного кроля, я её поджарил на костре, вернулся на Этернис.

Мне нужен был волк, здоровый, матёрый самец, потому я отправился в противоположную от Приболотного сторону, в те места, в которых ещё не бывал. Времени до вечерней тренировки было достаточно, я мог выследить хищника, взять с него всё, что мне нужно и вернуться в убежище.

Стоило мне пересечь границу разведанных земель, стали попадаться кролики, звери они агрессивные, поэтому с поисками нужного хищника произошла задержка. Я старался не вступать в конфликт, да толку от этого, если меня замечали, обязательно атаковали. Свободное время быстро сходило на нет, рюкзак наполнялся кроличьими тушками, и мне пришлось поворачивать обратно.

Чёртовы ушастые, — ругаясь, я двигался по лесу.

От дерева к дереву, от поляны к поляне и, наконец, наткнулся на следы серого хищника, естественно, я по ним пошёл — руны в помощь. Потратил не меньше часа на преследование, следы были свежими.

Хотел было плюнуть, но тут донёсся волчий рык. Зверь меня услышал и атаковал сам. Всё произошло быстро, налетел из-за деревьев, намереваясь порвать глупого охотника.

Но я оказался быстрее, Мальварма попала в морду, волк с разбега полетел кубарем. Не учёл я свою подросшую силу, руна убила зверя, можно сказать, не ходу. Мне пришлось спешно доставать ёмкость и собирать кровь, получилось не больше литра.

И то прибыль, — решил я, вырезая эфирный камень, попался серый, что вполне ожидаемо.

Покончив с задуманным, я поспешил домой, что стало дополнительной тренировкой, четыре кроличьи тушки каждая не меньше пяти килограмм.

Для чего нужна кровь? Так корни замочить, обещал же Мезенцеву крупную партию. Опять же пиявки, уверенности с последними не было всё-таки кровь должна быть свежей. Но я надеялся на руну сохранения, вдруг прокатит, молоко же не киснет.

Замочив корни, съел подогретую банку тушёнки и отправился в Приболотное. Кроме тренировки хватало и других дел. Сначала заглянул к Мирне, купил у неё козьего молока, портниха начала интересоваться следующей партией канители, пообещал доставить в ближайшие шесть-семь дней.

С такими запросами мне скоро придётся грузовик заказывать. Нужно их придержать, пусть экономнее люмий используют, но партию заказать всё же придётся.

Следующим я посетил старосту, на пороге меня встретила Дана.

— Господин! — девушка склонила голову, я заметил, что она перестала выскабливать волосы, уже немного отросли.

— Всё ли в порядке, Дана?

— Всё хорошо, господин! — рабыня подняла на меня взгляд, на симпатичном личике проскользнула мимолётная улыбка, девушка успела меня рассмотреть и оценить. — Я жду вас каждый день. Вижу, что вы стали сильнее.

Я чувствовал, что она хочет приблизиться, нужно лишь моё слово или движение.

— Дана! Кто там? — голос Грегос разрушил момент, рабыня присмирела.

— Это господин, Антуан!

— Так пригласи его в дом, он всегда желанный гость!

Рабыня освободила проход, но не полностью, проходя мимо, я коснулся плечом её грудей, девушка выдохнула, я почувствовал теплоту её дыхания. Мне пришлось брать себя в руки, мужское естество пёрло наружу.

Зачем она это делает? — я посмотрел на рабыню, а та невинно опустила глазки в пол. — Чертовка!

Я вошёл в дом, Грегос сидел за столом, перед ним лежал раскрытый гроссбух, старик поднялся поприветствовать меня.

— Здравствуй, Антуан, я тебя уже жду! Дела складываются, всё, что взято — распродано. Я готов купить ещё столько же, — староста поставил на стол довольно объёмный кошель из чёрной бархатистой ткани, содержимое приятно звякнуло.

— Здравствуй, Грегос! Приятно слышать. С новой поставкой придётся немного подождать, но я принёс, то что обещал, — я принялся выгружать канитель из рюкзака.

Пятнадцать катушек, почти всё, что у меня было, ещё пять осталось дома. Как и задумал, нужно попридержать коней, грузовика с грузчиками у меня нет.

— Отрадно, отрадно.

Староста принялся перебирать драгоценную нить, а я развязал кошель, заглянул внутрь. Как и ожидалось — куча золота. Я не интересовался, сколько стоит дом в Приболотном, но думаю на парочку таких, как у Грегоса со всем хозяйством, хватит, без рабов, разумеется.

Остальные дома выглядели победнее. У той же Мирны, наружная картинка жилища совпадала с внутренней, то есть она не парилась, обходясь без особых удобств. Стены с крышей есть, да и ладно. У Сальмы была примерно таже картина. Единственное, что их объединяло — это рабочие места. В этом отношении дамочки средств не жалели.

Но я не собирался покупать домик в деревне, один у меня есть, хоть и бабушкин, мне его достаточно.

— Приятно с тобой работать, Антуан! Сказал и сделал… А что ждать придётся, то ничего, мы люди простые, терпеливые, — Грегос сгрёб со стола катушки с канителью, достал ещё один кошель поменьше прежнего и высыпав золотые кругляши на стол, принялся считать.

Староста прав, мне тоже было приятно слышать звон монет. Я уже решил, на Альтерру золото не уйдёт, нерентабельно это, я получаю всего половину от стоимости. В то же время капитал может пригодиться здесь, да точно пригодиться. Того же коня купить, двух, Дана тоже должна на чём-то ехать. Недвижимость в Дувгороде, тут я, правда не был уверен, но, возможно, придётся приобретать. В общем, много на что нужно.

— Эх, Антуан! Жаль, у меня дочки на выданье нет, а то построили бы здесь дом, детишек нарожали.

Такая идея мне не понравилась. Какие детишки? Я сам ещё не вырос! Нафиг, нафиг.

— Торговцы в Вольном поле говорят, спрос на люмий поднялся, — староста подвинул ко мне следующий кошель. — Не к добру это, такое перед войной обычно бывает. Наши соседи, Степное Королевство — люди неспокойные, всё бы им повоевать, пограбить. Дольфрик, их король, давно смотрит на наши леса, у самого-то голая степь…

— Ничего не выращивают? — поинтересовался я между делом.

— Как же, выращивают. Кони степных пород считаются лучшими, любой аристократ мечтает о таком скакуне. Не совсем конь — боевой товарищ! Несёт быстрее ветра, не знает усталости, во время переходов спит на ходу, и боя не боится, сам в атаку лезет. Удар копытом, это тебе не оглоблей по спине, сразу дух вышибет. Степняки им зубы затачивают…

— А это зачем, лошадки и без того зубастые! — это не земные кони, похлеще волков будут.

— За раз руку откусит, тогда и поймёшь зачем, — староста хохотнул. — Я к чему про войну сказал, цена на рунную защиту сильно подрастёт, сам хочу тебе другую предложить. Со следующей партии, — вовремя поправил себя староста. — А то ещё другим захочешь продать, если цену повыше предложат.

Кто я такой, чтобы от золота отказываться?

— Хорошо, Грегос! Следующая партия точно будет твоей, постараюсь побольше привезти, — староста одобрительно кивнул, а затем сменил тему.

— У меня гостевой домик есть. Когда племянница гостить приезжает, там живёт, она теперь только летом появится, если нужно остаться в селении, милости прошу. Опять же рабыня постель согреет, — Грегос подмигнул.

— Спасибо, я учту и доброту твою не забуду.

— Хорошему человеку всегда за радость помочь!

Мы распрощались, я вышел на улицу, направляясь к посту деревенской стражи.

Заманчивое предложение от старого проныры, он умнее и опытнее меня, знает, как и чем можно заманить. А ведь моей первой мыслью было согласиться, хорошо хоть голова иногда соображает. Сомневаюсь, что староста задумал какую-то пакость, здесь другое, не зря же про дочку на выданье заговорил.

Таких у него нет, недоросли ещё. Но лет через пять, о то и меньше, одна созреет, видел девчушку, вырастет настоящей красавицей. Меня к тому моменту здесь быть не должно, а если поселюсь в гостевом доме, то варианты могут быть разными. Потихоньку, помаленьку к семье приблизит, и оглянуться не успею, как запишет дочурку в будущие невесты, а я, значит, жених! Хрен вам!

Топот копыт за спиной отвлёк меня от умных мыслей, отходя к обочине, обернулся. Тройка всадников неслась по деревенской грунтовке, передний в стальной кольчуге и шлеме, двое задних в кожаной броне и таких шлемах с полосками люмия, лица скрыты, видно только глаза.

— С дороги! — властно крикнул стальной, ближайший ко мне всадник взмахнул хлыстом, я успел отпрыгнуть в сторону, просвистело совсем рядышком.

Вот же суки! Крикнуть бы, чтобы до леса сдуло.

Всадники проскакали мимо, я не собирался вступать в конфликт, явно аристократ, а значит, круг сильно выше моего. Тут они вдруг начали притормаживать, один из кожаных развернул коня и поскакал назад, ко мне, то есть, мне оставалось только мысленно материться.

Блин, нарвался на какую-то местную шишку, хожу, ворон считаю, — кинул на себя Каврило.

Всадник остановил коня напротив меня, забрало поднимать не стал.

— Кто такой? — грубо, властно, привык на простых селян голос повышать.

— Сам представься! Или манерам не обучен?

— Да я тебя! — всадник взмахнул хлыстом, я выставил меч.

— Погоди, Броно! Хочешь нарваться на войну родов? — вмешался подоспевший железный.

— Простите, господин, он одет как простолюдин, даже рунной защиты нет, — меня окружила троица всадников.

— С чего ты взял, что нет защиты? — стальной легко спешился и отдал поводья другому всаднику и вовремя коняшка хотела меня цапнуть. — Круг у него невысок, но я вижу силу и породу! Меня зовут Барон Астамак, я поверенный графа Орина, — он изобразил поклон.

— Антуан, странник с юга, моего отца зовут Николай, я родом из Багдада, — вспомнил название одного из восточных городов.

Ситуация из серии тупее не бывает. Я попался на глаза местной знати, которая образованнее простого люда, так мне думалось. А что уважает знать, точнее, аристократы? Вспоминаем Дашкины сериалы, охота и вино рекой, это из другой серии, хотя тоже возможно. Они уважают силу, а она для них в роде. К его значимости на Этернисе добавляется магия, что можно и нужно приравнивать к силе.

По сути, я для этого барона вообще никто, какой-то там странник с юга. Стражник сказал правду, я простолюдин, здесь вмешалось одно «но».

— Должно быть, твой род очень богат и знатен, Антуан, раз имеет руну Трансиджо, — барон пристально посмотрел мне в глаза.

Хорошо, что я иногда в разговорник эсперанто заглядываю, припомнил словечко — движение, перемещение, переезд, что-то типа. А в голову пришло перемещение в пространстве.

— Не бедствует, — ответил нейтрально. — Дворец в центре, со всеми удобствами, балконы на две стороны, до метро рукой подать, — Астамак всё-таки снял шлем, и теперь я наблюдал удивлённо вздёрнутую бровь, что в сочетании с козлиной бородкой и длинными усами делало его похожим на древнего испанца. — У отца самоходная карета на девяносто пятом бензине, моя мать — любимая жена, так что он мне ни в чём не отказывает, — ни в чём не соврал, ну, может, с дворцом немного приукрасил.

Пока мы говорили, стражники барона отошли в сторону. К моему облегчению, вместе с лошадьми, парочка из них поглядывала на меня с плотоядным интересом.

— Странные слова ты говоришь, южанин Антуан! Я не всё понимаю, но одно ясно, отец тебя любит, раз может отпустить одного в дальние края. Я убедился в твоей силе, — он приложил руку к груди, раздался металлически стук. — А значит, мой вассал не прав, но ты не назвал своего титула, я не знаю, как поступить, — барон развёл руками.

Вот здесь засада, у меня нет и не было титула… хотя.

— Я гражданин! — вспомнить бы что-нибудь из конституции. — Императорская власть обязана защитить меня по первому требованию, а я обязан защищать интересы империи везде и всегда!

— Истина! Слова истинного воина! Я не слышал о таком титуле, но твои слова об обязанностях мне по душе! — барон говорил страстно, словно реально верил в то что говорит, значит, импровизация вышла на славу.

— Я не держу зла на тебя и твоего вассала. Я и правда одет неподобающим образом, слишком много времени провожу в дороге, надо мир посмотреть, себя показать, — чуть башку не сломал, пока этот текст сочинял и произносил.

— Великодушие — привилегия сильного! — Астамак изобразил поклон. — Я бы пригласил тебя в свои владения, но они отсюда далеко, за Дувгородом. Но имей в виду, ты в моём доме всегда желанный гость, — как сладко поёт.

— А что ты делаешь здесь, в неделе пути от дома? — решил спросить, почувствовав себя ровней.

— О-о, прошу простить меня, гражданин Антуан, но здесь замешаны дела моего сюзерена, — я понимающе кивнул, а барон посмотрел на меня немного другим взглядом, чем напомнил участкового. — Я не подчиняюсь владельцу местных земель, герцогу Русако, государственная служба даёт мне такую привилегию, — тон тоже изменился, стал казённым. — Ты, гражданин Антуан, находишься в Лесной империи и насколько я знаю, торгуешь дорогостоящим металлом, в обход императорской казны!

— Объёмы моей торговли ничтожны, всё тратится на дорожные расходы, в Лесной империи, — название государства я подчеркнул, барон слушал молча. — Всё золото, что я получил, от мелкой торговли, уходит в карманы местным крестьянам, — здесь я немного приврал. — А те, в свою очередь, тратят его на улучшение своего хозяйства, что даёт уверенность в завтрашнем дне, делает Лесную империю крепче! Уверенные в себе, а значит, в империи солдаты, никогда не отступят, потому что им есть чего терять!

— Красиво изъясняешься, гражданин Антуан, не будь я госслужащим, проникся бы уважением. Но я обязан блюсти интересы казны, как и ты, интересы своей империи, — барон хитро улыбнулся.

Ну вот, сейчас взятку будет требовать, или мзду, не знаю, как правильно говорится.

— Та проволока из люмия, — мягко, почти по-кошачьи произнёс Астамак. — Моего сюзерена, старшего прокуратора из Дувгорода интересует её происхождение.

— Её изготавливают в Багдаде, императорский завод, а где добывают люмий, я не знаю, думаю, этим секретом мало кто владеет, — барон кивнул, соглашаясь.

— Империя, в лице моего сюзерена графа Орина, желает приобрести партию мягкой проволоки из люмия, для нужд армии! Желательно в кратчайшие сроки!

О, как он загнул, теперь выходит, я не могу отказать? Непонятно для кого старается, для сюзерена? Вряд ли. О себе печётся, говнюк усатый! Хочет взять торговлю металлом в свои руки. Как говорят экономисты по телику, перенаправить денежные потоки, в данном случае мимо казны. Но если барон заплатит, то какая мне разница, единственное неудобство, придётся увеличивать объёмы.

— Скажи, барон, ты знаешь, как выглядит катушка канители? Так называется мягкая проволока.

— Конечно, гражданин! — я уже начал жалеть о выбранном титуле, а Астамак достал откуда-то из-под железной брони катушку моей канители.

Ошибки быть не могло, я удалил с изделия лейблы, но катушка вполне узнаваема, барон где-то нашёл, а скорее купил канитель. Продавал я только Мирне и Грегосу, староста просто не успел бы, остаётся портниха. Ну не ругаться же с ней из-за этого, мало ли как дело обстояло. Она простая селянка, а он барон, шантаж, угрозы, я это прекрасно понимал.

— Значит, знаешь, сколько стоит?

— Тридцать золотых за катушку…

— Цена поднялась, — перебил я, глядя в глаза барону. — Но поскольку люмий требуется Лесной империи, я оставлю её прежней, на какое-то время. Если хочешь со мной торговать, сделай так, чтобы об источнике люмия больше никто не узнал.

Я намеренно навязал свои условия. Может, Астамак и хотел получать металл бесплатно, то теперь это сделать сложнее. Барон переваривал мои слова, я решил предложить другой вариант оплаты, вернее, навязать. У меня в рюкзаке две с лишним тысячи золотых, огромные по местным меркам деньги, так что могу себе позволить.

— Через четыре дня, в это же время я принесу тебе двадцать таких катушек, в качестве оплаты приму пятьдесят белых эфирных камней, остальное зелёными, — я кивнул, обозначая конец разговора, а барон вдруг заторопился.

— Да, хорошие условия, вот только по поводу партии в двадцать катушек, нельзя ли увеличить вдвое?

— Нет, барон, мои возможности не безграничны. Я не могу прыгнуть через голову, в этот раз только двадцать, а дальше пока не знаю.

— Прыгнуть через голову, — задумчиво произнёс Астамак. — Хорошее выражение, мне нравится, значит, через четыре дня у пограничного столба, — я кивнул. — Я не собираюсь болтать и хорошо, что мы друг друга поняли, — хитро улыбнувшись добавил барон напоследок, и мы расстались, почти, ко мне подошёл давешний грубый вассал.

— Извините, гражданин Антуан, день был долгим и тяжёлым, я не признал в вас знатного господина, — он поклонился.

— Я не держу на тебя зла, Броно! Как и сказал, меня легко спутать с бродягой.

— Спасибо, господин!

Всадники ускакали в сторону чёрного болота, а я поспешил на очередное занятие.

По пути попался Никлас.

— Я видел Астамака с вассалами. Что от тебя хотел этот мозголом? — он заглядывал мне в глаза, словно выискивая признаки взлома.

— Всё в порядке, Никлас, я от этого защищён, — потыкал пальцем себе в голову. — Отец постарался, он не мог отпустить меня без защиты.

— Слава Тернису! Я уже боялся, потеряли мы тебя, — он и правда переживал. Этим мне и нравились простые люди, ты к ним с добром, они ответят тем же.

Успокоившись, охотник отправился по своим делам, а я задумался.

Вот что означали его слова, «я убедился в твоей силе!» Барон не смог на меня повлиять, дело в защите из люмия, не зря же вся одежда изнутри канителью прошита. Но не только в металле дело.

Помнится, при первой нашей встрече, скорее всего, Астамак был в той карете, либо кто-то другой, того же круга, не важно. Ментальная руна каким-то образом работает пассивно, в механике нужно разбираться, они смогли повлиять практически на всех. Тот же Карло превратился в овощ, я же, не почувствовал никакого влияния, на мне тогда не было защиты из люмия. Что бы это могло значить? Кто бы мне ответил!

В этот раз меня ждал только Виро и начали мы с отработки ударов. Он бил, я старался уклониться и наоборот. Надо сказать, такой вид занятий ничуть не легче прежнего. Молодой охотник не давал мне продыху, бил, колол, пинал, благо Каменная кожа защищала от большей части урона. Под конец занятий он дал мне совет.

— Найди в лесу сухостой, усиль его, брось руну тишины и отрабатывай удары, я так с самого детства делаю, мне тогда ещё отец помогал.

Поблагодарив Виро, я поплёлся домой, руну здоровья не использовал намеренно, прав Драко, так сила придёт быстрее. После ужина я позанимался немного с метательным оружием и завалился спать.

Я должен проснуться через три часа… я должен проснуться через три часа, — повторял эту мысль как мантру, пока не провалился в сладкую негу.

Времени я не засекал, но судя по состоянию организма, проспал недолго, может, три часа и вышло. Не выспался, от слова совсем, тело болело, хотелось завалиться вновь и проспать эдак часов надцать. Но я себя пересилил, сделал лёгкую разминку с отжиманиями, препод по физкультуре гордился бы мной. Позавтракал лапшой быстрого приготовления с половиной банки тушёнки и взялся за работу.

Для начала натёр корень лунолики, подготовил всё что мог, затем отправился в родной мир, там в отличие от Этерниса было утро. Мне пришлось поискать место для костра, а затем уже отгораживаться отводом глаз. Если кто-то почувствует запах дыма, на этом всё и закончится, найти меня не смогут.

Развёл огонь, что в осенней прохладе леса казалось великим благом, и взялся за готовку. Примерно через три часа, когда солнце подходило к зениту, у меня было триста с лишним флакончиков зелья. Сто шестьдесят лунолики и примерно столько же сильника.

Импотенты будут довольны, — беззлобно подумал я и принялся тушить костёр.

За всё время работы, если не считать кукушку, меня никто не побеспокоил и в коридор вернулся без проблем. Тут уж надо было подготовиться к длительной прогулке. После того как место тайника перестало быть тайным, Мезенцев пообещал, что разберётся. Он должен был скинуть мне координаты в мессенджере, так что тайник может быть где угодно. Оставалось надеяться, что за сегодня я до него доберусь.

Собрав в рюкзак немного провианта, уложил в него всё зелье из сильника и большую часть лунолики. Болезни разные бывают, какую-то можно приобрести, гуляя по чёрному болоту, так что запас зелья не помешает.

Оказавшись на Альтерре, отошёл от мембраны несколько сотен метров и включил телефон Мезенцева. Деловой партнёр не подвёл, в мессенджере имелось одно-единственное сообщение от неизвестного адресата, всего лишь набор цифр. Включив приложение «Карта», дождался полной загрузки и, воспользовавшись сервисом, ввёл присланные координаты.

По меркам горожанина, имеющего доступ к общественному транспорту, точка на карте находилась недалеко, всего-то около пяти километров. А мне приходилось учитывать лес, порой непролазные чащи, но делать нечего, идти всё равно нужно. Удалив на всякий случай сообщение, я отправился в путь. Примерно на полпути решил набрать Рите, мало ли какие новости, может, её уже спалили.

Девушка взяла трубку сразу, будто ждала звонка.

— Ну наконец-то, я так соскучилась! Ты где-то рядом? — приятно было слышать счастливый голос.

— Привет, нет, я всё ещё в лесу. Просто звоню узнать, как дела.

— Да всё хорошо, Антон! А если бы ты был рядом, то я считала бы себя самым счастливым человеком на свете! Когда вернёшься? Я хоть подготовлюсь, вкусностей наготовлю!

Значит, порядок, Рита не стала бы помалкивать.

— Может быть, на следующей неделе, точно не скажу, звякну заранее. Грузчики больше не доставали?

— Нет, — Рита хихикнула. — Он сейчас на больничном. Видела в конторе один раз, как меня заметил, сразу убежал, так смешно было. Жаль девчонкам рассказать нельзя.

Мы ещё немного поболтали, Рита рассказала про серые неинтересные будни, намекая на одиночество. Я вёл себя нейтрально, не хотелось давать ей надежду. Общение с девушкой скрасило часть моей прогулки по лесу, даже отключаться не хотелось. Пришлось проявлять твёрдость характера и в то же время пообещал пробыть у неё не меньше трёх дней, тряпка в общем.

И вот, спустя несколько часов, я был на месте. Приблизиться к точке возможного тайника оказалось непросто, тот, кто выбирал место, решил устроить его в самом непролазном буреломе, который только можно было представить. Пока пробрался через кусты и поваленные деревья, порвал куртку в двух местах, чуть не остался без глаза, в кровь расцарапав щёку. Я ожидал ещё какой-нибудь подставы, типа волчьего логова или медвежьей берлоги, но повезло, фантазия устроителя тайника так далеко не зашла.

И что, и где? — я чуть ли не прополз под стволом завалившегося дерева. — Я прямо на точке! Может позвонить Мезенцеву? — решив немного повременить, кинул на себя Варма Спуро и присмотрелся к павшей листве.

А картинка оказалась не такой однородной, добавил руну бдительности и увидел прямоугольное очертание у себя под ногами, получается, я стоял на присыпанном листвой небольшом люке. Отошёл на шаг, принялся разгребать. Крышка была сколочена из толстых грубых досок и оказалась довольно тяжёлой, поднял её с трудом.

Хрена-се! Полноценный погреб, да тут пара человек спокойно поместится!

Даже деревянная лестница имелась, я спустился внутрь. Пахло свежей землёй и пиленым деревом, под ногами настил из досок, по краям погребка — брусья опоры. Я присмотрелся к содержимому нового тайника, для этого пришлось зажечь руну Лумо, обнаружил несколько больших сумок, какие-то свёртки.

Это всё мне, что ли, или здесь склад контрабандистов?

Отрыл молнию первой сумки, там оказалась канитель, много и разная. В следующей было то же самое, третья наполнена банками с алюминиевой пудрой.

Ну Мезенцев, ну угодил!.. Нет, он давно в бизнесе, просто предугадал дальнейшее развитие событий. Это нетрудно, я постоянно увеличиваю партию, это барахло стоит относительно недорого, вот и решил меня затарить, молодец! А это что? — я открыл четвёртую по счёту сумку, она была набита мотками металлического цвета. — Так это алюминиевый скотч! Тоже неплохо.

Кроме пяти сумок, буквально набитых изделиями из алюминия. Нашлось двадцать рулонов фольги из того же металла, каждый по десять квадратных метров, большой свёрток со стержнями, по метру в длину и толщиной с мизинец. Стопка алюминиевых пластин, явно заготовки только непонятно для чего, и чан с крышкой литров на тридцать, набитый ложками из того же металла. Это вызвало у меня нервный смешок.

Да я даже за четыре раза не смогу это унести!… А, в общем-то, торопиться не нужно, буду носить потихоньку, по мере необходимости.

Самое ценное, нашлось в сумке с пудрой, плотный пакет с двадцатью упаковками пятитысячных купюр — снова куча бабла.

На Этернисе гора золота, а здесь бумаги… надо придумать, как легализовать деньги. Можно ли просто купить двухэтажный коттедж, и чтобы за это не спросили? — этого я не знал.

Перекусив припасённой пищей, я вскипятил чаёк на сухом горючем, попил горячего, не выбираясь из погреба, немного отдохнул. А затем принялся набивать рюкзак. В последнее время я сильно окреп и решил, что рюкзак и две сумки точно унесу. Вытащил груз наружу, за пределы бурелома, вернулся, закрыл крышку и засыпал её листвой.

Началось моё путешествие в обратную сторону. Далеко я не отошёл, причиной тому человеческие следы, они пересекались с моими. Виду подавать не стал, зашёл за деревья и отгородился со всех сторон руной Барило. Если кто-то сейчас меня видит, то это ненадолго. Стоит отвести взгляд и всё, я пропал из вида.

Скинул груз и принялся ждать и десяти минут не прошло, как появился невысокий, крепкий тип в камуфляже осенней расцветки, голову покрывал капюшон. Он неспешно двигался в моём направлении и, казалось, смотрел прямо на меня. Когда он проходил мимо, в нескольких метрах, я заговорил.

— Если пойдёшь за мной, домой уже не вернёшься! — мужик дёрнулся, отпрыгнул в сторону, но не убежал, стал пялится, выискивая источник голоса, судя по растерянному лицу особо не преуспел.

Я воспользовался руной плёткой, прицелился в толстую ветку слева от него, активировал. Хлопнуло, треснуло, ветка повалилась прямо на него, и мужик не выдержал, побежал, ломясь через кусты.

Мезенцев, сука! Всё-таки хочет выследить!

Сначала меня взбесила жадность делового партнёра, захотелось как-то наказать. А затем я вспомнил свои же рассуждения и слова Мезенцева. Про бизнес, как давно он в нём, о гибкости тоже не забыл.

Кто он? Бандит выше средней руки, а спустил мне убийство своего человека, почувствовал прибыль и не прогадал. С запасом ресурса опять же подсуетился. Мезенцеву нужна страховка, его можно понять. Сегодня Антон Лосев здесь, а завтра хрен знает где. Вроде как ничего плохого, а Максим остаётся не у дел, прибыль терять не хочется и сверхприбыль тоже.

Ладно, просто предупрежу, — дав себе обещание, я набрал Мезенцева.

— Алло, это Антон!

— Приветствую! Слушай, хорошая новость, этот твой сильник, просто бомба! Я провёл опыт, начинает действовать через несколько часов, у клиента просыпаются желания, а равно с ними и возможности. Я уже на пятерых испытал у всех в плюсе, радуют своих баб и довольны жизнью! Я уже говорил, стояк для мужика самый важный фактор!

— Рад, что получилось… В смысле, правильно приготовил зелье. Как я предупреждал, это лечебное зелье, должно быть, с долгим эффектом, но проверка всё равно требуется. Я оставил на почте лунный корень и сильник, примерно в равных долях, как и обещал партия побольше.

— Отлично, что насчёт лунного корня, я так понял, тебе удалось отыскать новый источник?

— Да, но он уже иссяк. Я в постоянном поиске, многого не жди, если найду, обязательно оповещу. С сильником пока проблем нет, следующая партия будет через несколько дней, точно не скажу.

— Хорошо, средство для стояка рулит не хуже. Я там запасы небольшие сделал, решил, что лишним не будет. Хотя понятия не имею, что ты делаешь с алюминием, может, нашёл затерянное в лесах племя и торгуешь с ними за секреты здоровья⁈ — Мезенцев рассмеялся, я его поддержал.

— Сделаем так, если ты продолжишь за мной следить, наши дела закончатся. У меня был выбор, убить твоего человека или отпустить, я не кровожадный, отпустил, в следующий раз жалеть не буду, ты услышал меня Максим?

— Да, Антон, обещаю такого больше не повторится. Я точно таких приказов отдавать не буду! — Мезенцев в очередной раз доказал свою гибкость.

— Да, кстати, спасибо за металл и с почтовым ящиком хорошо придумал. Я даже знать не хочу, сколько сил было потрачено на его установку.

Хотелось сгладить ситуацию, ничего не смог с собой поделать, само вырвалось вот и похвалил.

— Я же говорил, давно в бизнесе, ловлю тему на лету. Если нужен металл доставлю в любой форме, кроме жидкой, — он хохотнул, получилось немного нервно. — А по почтовому ящику есть специалист, что могилу выкопать, что погреб, без разницы, — прозвучало угрожающе, я не стал придавать значения.

— Хорошо, думаю, у тебя и других специалистов хватает. Нужен огнестрел, мощный, но компактный, как пистолет. По цене, сам понимаешь, особых ограничений нет, можешь что-нибудь навскидку предложить? Пусть будет громким, это не проблема, дальнобойность важна, но не для снайперского боя, удар пули должен быть сокрушительным.

— Вопрос интересный, если у тебя есть минут пятнадцать — двадцать времени, я поинтересуюсь и перезвоню, или в следующий раз сообщу.

— Сам позвоню, через тридцать минут, — я сбросил вызов, выключив телефон, убрал его в пакет из фольги.

За всё время разговора, тот мужик так и не проявил признаков активности, но это ни о чём не говорило. Он вполне мог залечь в кустах и ждать моего появления, потому я не спешил. То, что не успел осмотреть во время разговора с Мезенцевым, разглядывал сейчас. Каждый кустик, дерево даже наверх посматривал, мало ли какие у Мезенцева есть специалисты. Нашёл ёжика, мышиное гнездо, птичьи на дереве, человека не заметил. Скорее всего, он ушёл, и быстро. Эта братия уже наслышана о моих возможностях, специалист решил не рисковать, а я просто перестраховывался.

Десять минут спустя, так никого и не обнаружив, я решил сменить место. Собрал сумки и рюкзак, двинулся в сторону мембраны, не забывая кидать на свои следы руну чистоты. Отошёл метров на триста — четыреста, забирая немного в сторону от маршрута.

Что там за руна с перемещением связана, как её назвал барон Астамак? Трансиджо⁈ Я бы от неё точно не отказался, как бы она не работала, но судя по лицу барона, перемещает она не на сто метров, а намного дальше. И расход энергии, наверное, нехилый, побольше, чем у Сонора крио. Где бы эту руну достать?.. А ведь барон говорил о состоятельности моей семьи, смогла позволить себе такую дорогую руну!

О чём это говорит? Да о том, что их можно покупать, непонятна механика, как это делается? Но если это возможно, то ценник и правда должен быть космический. Однако оно того стоит, ждать великого рандома, или купить то, что нужно сразу? Конечно, сразу! Ладно, помечтали, теперь пора браться за дела.

— Алло⁈

— Да, Максим, я слушаю!

— Значит, так… если нужен мощный, мои спецы предлагают два варианта, Гюрза, или Грач, оба предназначены для поражения целей в бронежилетах, Гюрза в этом отношении подходит лучше. Калибр девять на двадцать один, с расстояния в пятьдесят метров пробивает стальной лист толщиной в пять миллиметров. Прицельная дальность сто метров, для пистолета это нормально, магазин на восемнадцать патронов. Весит девятьсот грамм, против Грача…

— Гюрза подходит, можешь дальше не перечислять, достать сможешь?

— Сложно, но можно, оружие создавалось для спецподразделений. Достану, Антон. Я так понимаю, боеприпасы должны быть бронебойными?

— Верно, запасные обоймы и пару коробок патронов.

— Понял, Антон, до связи!

— Погоди, Максим, вопрос по лечебным мазям, у меня есть рецепт средства по уходу за кожей. Эффект будет не как в рекламе, а реальный, кожа молодеет лет на двадцать, двадцать пять. Эффект продержится до одного года, стоит ли мне тратить время на варку зелья?

— Я уже представил молодых женщин за семьдесят. Конечно, стоит Антон, не только женщины захотят омолодиться внешне. У меня хватает следящих за собой клиентов, но женщины, это будет основная статья доходов. Даже не сомневаясь, готовь мазь килограммами, всё уйдёт!

— Нет, килограммами не получится, есть определённые сложности в изготовлении, так что средство будет недешёвым.

Распрощавшись с Мезенцевым, я какое-то время выждал, всматриваясь в заросли, и отправился в обратный путь. Примерно на полпути до мембраны, до меня стало доходить, что с грузом я малость переусердствовал. Руки тянуло вниз, спину и ноги стало ломить от боли. Всё усложнялось труднопроходимой местностью и тем, что мне приходилось мониторить округу и кидать вслед руну чистоты, а иногда и отвода глаз.

Надо ли говорить, что обратный путь занял у меня больше времени. Но всё рано или поздно заканчивается, я, наконец, добрался до межмирового коридора. Времени у меня оставалось немного, приготовить еду и пару часов поспать. Здесь имелся риск, что не проснусь вовремя, потому хоть и уставший, я решил потратить оставшееся время с пользой. Достал ступку и принялся толочь сильник, работа не сложная, но отличается монотонностью.

Я вышел на Этернис ближе к вечеру, перед тренировкой нужно было попасть ещё в пару мест. Оказавшись в селении, первым делом отправился к Сальме, ведьма изволила отдыхать, потому как вечер уже. Обругала меня за то, что не явился с утра, нерадивый ученик то бишь. Мою просьбу удовлетворила лишь частично.

— Ты же не думаешь, мальчик, что у меня амбар корнем лунолики забит? Что, именно так и думаешь? Вот же молодёжь наивная пошла! — разумеется, я так не думал, это ведьма, прочитала моё выражение лица на свой манер.

Я всё-таки купил у неё три корня, за сто пятьдесят золотых, дороговато, но, если перевести на рубли, где-то в районе миллиона. По земным расценкам — копейки, здесь нужно учитывать магическую начинку Этерниса. В этом мире любой может сварить зелье, даже лишённый способностей раб. Нужен лишь рецепт и немного старания. Я не раб и кое-какие способности имею, а корешки прикупил на будущее. Впереди была зима, мне же нужно чем-то Мезенцева подкармливать, буду варить раз в месяц по корешку, что только прибавит цены зелью.

Следующим этапом, я отправился на озеро за пиявками, с ловлей кролика заморачиваться не стал, времени не так много. Поступил проще, освободил кошель, он хоть и прочный, но изготовлен изо льна, то есть хорошо пропускает жидкости. Хорошенько его смочив в озере, набрал внутрь воды, затем резанул указательный палец на левой руке.

Хватило нескольких капель крови, к кошелю начали прилипать пиявки. Не так много, как на тушку кролика, но мне такой объём пока не нужен, я собрал пяток штук в пол-литровую пластиковую бутылку с озёрной водой.

На обратном пути заскочил к Мирне за молоком и пообещал ей, что в ближайшие дни принесу канитель. Виро ждал меня в условленном месте, перед занятиями я всё-таки кинул на себя руно Сано, боялся недоживу до конца тренировки. Сильно мне это не помогло, да, по началу я был бодрячком, но скопившаяся усталость быстро дала о себе знать. Когда стемнело, и молодой охотник решил закончить занятие, я упал в траву, не желая больше подниматься.

— А теперь возьми себя в руки, — громко сказал Виро. — Встань! Ты не должен падать после каждого занятия! Будь мужчиной! Или ты тряпка, об которую можно вытирать ноги?

Его слова взбесили настолько, что я вскочил и схватился за меч, а Виро усмехнулся.

— Меня так отец учил, знаешь, как бесило? — он состроил серьёзную физиономию. — Тебе ещё повезло, если я падал без сил, то на другой день чистил выгребную яму. Если наша была ещё не полной, отец отправлял меня к соседу, — Виро покивал для убедительности, а я скривился.

В общем-то, я без всяких угроз почувствовал себя относительно бодрым. Поблагодарив молодого охотника, отправился домой. На следующее утро, после усиленной разминки и завтрака, я решил заняться зельеварением. Для начала взялся за «крем» от морщин, боялся, что волчья кровь залежится и станет негодной, либо пиявки в бутылке подохнут.

Блюдца, как у ведьмы, у меня не было, зато имелось множество плоских камней, а они пошершавее посуды будут. Натёр один прихваченным в доме старухи куском воска, полил волчьей кровью. Потом мне пришлось повозиться, доставая пиявку, бросил её на камень, а та зараза двигаться не хочет.

— Ну ты чего, заболела, что ли? — от досады я заговорил вслух.

Угу, или старая кровь не привлекает… и что делать?

Я приготовил новый камень и взялся за нож.

Что там Сальма говорила? Чёрная душонка? Но ведь я свою кровь использую! — с этой не самой ободряющей мыслью, я окропил камень алой кровью.

Пиявка, так и сохранявшая неподвижность на соседнем камне, вдруг ожила, забеспокоилась и даже начала двигаться в нужном направлении. Чтобы не растягивать время, я её пересадил, вот тут зелёная мерзость начала двигаться по кругу. Медленно, но верно, оставляя за собой зеленоватый след.

Вот что кровь животворящая делает! — я приготовил ещё четыре камня, и, чувствуя себя мазохистом, резанул ладонь ещё раз.

Через несколько минут все пять пиявок занялись делом. Полюбовавшись на их движения, я взялся за сильник. Предстояло приготовить много зелья, чтобы в другие дни можно было заниматься охотой, или подсобничать у ведьмы.

Если с зельем от импотенции всё получалось относительно быстро, то с «кремом» дело обстояло наоборот. Нужно ждать, пока не выкипит окончательно, и не дай Бог подгорит, тогда все труды насмарку. Хорошо, что я запасливый, три таганка и куча сухого горючего, но даже так, я провозился до вечера.

Неожиданно встала проблема с тарой, у меня не было подходящей ёмкости. Пришлось изгаляться и собирать лечебный крем в пузырьки для зелий, получилось немного пять полных, шестой всего на треть.

И сколько же такой пузырёк будет стоить? — ведьма показала, какое количество «крема» нужно использовать на одну морщинистую морду. — Всего-то с полноготка мизинца.

Тщательно втирать, эффект проявится через несколько часов, я уже в этом убедился, шрамик на руке рассосался. Если верить ведьме, то эффект омоложения пропадёт не раньше чем через год.

Такого пузырька хватит на одно не очень большое тело, а если учесть, что мазать надо только морщинистые места, то и на два растянуть можно. Значит, сколько, миллион за пузырёк?

Мезенцев сам научил ценить свой труд, тем более приготовлено с применением собственной крови, и поэтому казалось, что миллиона мало.

Кто ещё на Альтерре способен приготовить такое зелье? Возможно, умельцы есть, только сидят они тихо. Не буду сильно наглеть, пусть миллион, тем более по трудозатратам выходит всего один неполный день, а треть пузырька пойдёт на пробу, пусть тестирует.

Удовлетворившись своим решением, я побежал на занятие с мечом, их оставалось ещё двенадцать.

— Запомни, мальчик, все хорошие зелья варятся на козьем молоке, — ведьма говорила эти слова уже раз в сотый, но я всё равно прилежно кивал, как и сейчас.

Знания есть знания, и неважно от кого я их получаю, старой маразматички или мудреца, — главное, чтобы информация была полезной, а если она ещё и деньги немалые приносит, то вообще красота.

А информация очень полезная. В данный момент Сальма рассказывала мне о рецепте удобрения, оказалось, и такие есть. Мёртвую почву оживит, чем бы она ни была загажена, рост деревьев ускорит в несколько раз, во сколько именно, ведьма не уточняла.

А готовится оно из грибов лутовиков, они растут на границах аномальных зон, типа чёрного болота. В своё время я собрал их целый рюкзак, до сих пор в коридоре на верёвочках висят.

— Шляпку засушенного лутовика, хорошенько измельчить, истолочь, — я как раз этим и занимался, в небольшом деревянном корытце, деревянной же ступкой.

Разумеется, дерево непростое, ни какая-нибудь берёза или осина, а самая настоящая яблоня, Сальма не забыла мне об этом сказать. Другую древесину в своём деле, она не признавала, у ведьмы есть две основы, два столпа — яблоня и козье молоко, это я уже сам вывод сделал.

— Полученный порошок, прокалить на сковороде, пока не почернеет… И не вздумай его нюхать, потом всякое может привидится, — я благоразумно отодвинул от себя ступку. — Сам Тернис, пока не был низвергнут, благословил лутовики на хороший урожай. Поливай свои поля настоем из лутовика, и они будут плодить даже в засуху.

После обжарки порошка, его требовалось залить козьим молоком, кувшин я определил как двухлитровый, выстаивать сутки в тепле пока молоко не закиснет. А уже потом ставить на огонь.

— Довести до кипения, перемешать деревянной ложкой, остудить и готово… Ты запоминаешь, мальчик? — старуха устремила на меня вопросительный взгляд.

— Да, Сальма, я всё запомнил! Ложка должна быть вырезана из яблони! А она, ложка, после листву не пустит?

— Ну надо же, какой мне умный ученик попался, — ведьма хлопнула в ладоши. — Или тебе кто-то подсказал? — взгляд сделался подозрительным.

— Да кто мне подскажет? Ты единственная ве… травница, которую я знаю! Сам догадался, если Тернис благословил, то, скорее всего, и сухая палка прорастёт.

— Нет, мальчик, ложка не прорастёт, но сил наберётся, если на сутки её в настое оставишь. Всегда держи эту ложку при себе, только ей зелья помешивай, все твои настои и зелья особой силы наберутся — дар Терниса!

Вот это уже похоже на правду, каков мир, таковы и силы.

Я задал закономерный вопрос, как использовать удобрение, прямо так из кастрюли вывалил на землю и готово, я тот ещё агроном. Оказалось, что это концентрат, достаточно большой ложки удобрения на ведро тёплой воды и поливай себе саженцы, деревья или злаки, короче всё, что растёт из земли. Готовое удобрение держат в прохладном погребе, но воняет оно, будь здоров, так что хранить его лучше под землёй и в отдельной пристройке.

И этот день прошёл с пользой, получил новое знание.

В назначенный день, я стоял у пограничного столба, ожидая барона Астамака. Был определённый риск, что мелкий аристократ решит присвоить люмий бесплатно. Потому я озаботился защитой в виде руны Каврило, бдительность тоже повесил.

Возможно, с последней руной поторопился, перестало нравиться место ожидания, со всех сторон открыт, хотелось куда-нибудь спрятаться, хотя бы под дерево. Пришлось брать себя в руки, благо послышался топот копыт, это был барон с вассалами, узнал его по кольчуге.

— Здравствуй, гражданин Антуан, рад нашей новой встрече! — Астамак спрыгнул с коня, и, должно быть, в знак особого доверия оголил голову, сняв шлем. Вассалы тоже спешились, изобразив приветственные поклоны, разошлись с лошадьми на поводу в разные стороны дороги, скакуна барона тоже забрали.

— Здравствуй, барон, тоже рад видеть тебя в добром здравии! Я принёс то, что обещал.

Я достал небольшую сумку на тесёмках, если уменьшить её раз десять, получится кисет. Скорее всего, аристократ не привык проводить сделки вот так, под открытым небом, чувствовал себя неуютно. Развязал тесёмки, заглянул внутрь.

— Какое же всё-таки чудо, эта ваша ка-ни-тель, никогда ничего подобного не видел, — он подцепил пальцами кончик металлической нити и раскрутил катушку на размах своих рук, звякнула кольчуга.

Вдоволь налюбовавшись, барон замотал нить обратно, проверил количество катушек и потянулся за кошелём.

— Твоя цена устроила моего сюзерена. Здесь пятьдесят белых камней и сорок пять зелёных. Ты честен с нами, мы честны с тобой, — непонятно, это он слова графа передал, или от лица обоих? Я кивнул, принимая кошель, заглянул, но пересчитывать не стал, раз уж рассчитался, значит, мелочиться не будет.

Я примерно понимал, в каком русле пойдёт разговор, потому поспешил заинтересовать его другой продукцией.

— Кроме канители, я принёс рулон тонкой плёнки из люмия, — заранее приготовил небольшой кусок алюминиевого скотча, отделив ногтями бумажную подкладку, освободил клейкую ленту. — Позволишь? — я кивнул на его правый наруч. — Я приклею люмий.

Барон заинтересованно уставился на скотч, затем удивлённо хмыкнул и протянул мне руку.

— Всемогущий Тернис! Что это? — барон попытался отодрать скотч, у него не получалось. — Ты не применял скрепляющей руны, я бы это заметил.

— Это клей, отодрать люмий можно, но небыстро, — ответил я и подцепил скотч ногтем, отодрав его, смял в шарик и протянул барону.

— Занятный ты южанин, гражданин Антуан! — он покатал шарик и сунул его в сумку с канителью.

Я протянул ему рулон скотча, барон быстро оценил объём и готов был ахнуть, но титул не позволял, принял его, плотно сжав губы, аккуратно, прямо как великую драгоценность.

Видели бы его физиономию в магазине стройматериалов, — мелькнула мысль, я быстро погасил эмоции.

Я не был знаком с местными мерами длины, потому сказал просто.

— В этом мотке пятьдесят шагов длинноногого мужчины, стоит один оранжевый камень. Можно использовать для защиты карет, зданий, замков, любого движимого и недвижимого имущества, — барон поднял на меня взгляд. — На доспехи нежелательно, даже с внутренней стороны, сотрётся и подведёт в самый неподходящий момент.

— Я понял тебя, Антуан, это защита под защитой и тревожить её нельзя, — Астамак всё теребил рулон скотча, забавно шевеля усами. — Ни один кузнец не сможет изготовить такую плёнку, поистине чудо… Я куплю всё, что у тебя есть!

Примерно на такой результат я и рассчитывал, и теперь придётся барона малость обломать.

— Пока только пять рулонов, барон, — тот посмотрел на меня жадным взглядом.

Этот аристократ мог легко отнять всё то, что у меня есть. Какой у него круг? Шестой, седьмой, я со своим вторым просто мелкий червь, даже с изначально завышенной силой. Я видел в его глазах борьбу, и разум всё же победил, лучше получать прибыль медленно, но постоянно, нежели быстро и неизвестно с каким результатом.

— Пять, тоже хорошо, — Астамак улыбнулся, что было больше похоже на оскал, но он быстро взял себя в руки. — Куплю всё!

Я достал из рюкзака весь скотч, который был с собой, а барон засунул руку в кошель. В его ладони оказалась целая горсть оранжевых, бирюзовых и даже изумрудных эфирных камней. Я мог обмануться с цветом, показалось, что там были и другие — алые. Глянул мельком, ожидая, пока барон отсчитает. А тот не спешил, демонстрируя мне богатство, пытался заглянуть в глаза.

— Я могу отдать тебе эти камни прямо сейчас, а ты принесёшь мне люмий потом, через три или пять дней, когда сможешь, — произнёс Астамак, всё-таки поймав мой взгляд.

Очень заманчиво, — я постарался сохранить хладнокровие. — Но в кредит я не хочу, это уже будет долгом, барон начнёт ставить мне условия. Нет!

— Нет, барон, так не получится. Я не уверен, что смогу удовлетворить твои запросы… я уже говорил, что не могу…

— Прыгнуть через голову, — перебил Астамак. — Хорошо, гражданин Антуан, я надеюсь, что в следующий раз, ты принесёшь мне столько же люмия, — он отсчитал мне пять оранжевых камней.

— Через шесть дней, — обозначил я сроки, тот кивнул.

Понаблюдав, как удаляются всадники, я отправился на занятия, по пути скормил рунному кругу пятьдесят белых камней. Меня аж в пот бросило, когда исчез последний камень. Дело в том, что я немного сбился со счёта, не помню какой, девяносто девятый или всё-таки сотый. Ничего не произошло, то есть третий круг не зародился.

А это значит, нужен ещё один белый камушек, либо сто один, надеюсь, на первый вариант, иначе качаться придётся очень долго: двести, четыреста, восемьсот. Это просто жопа! Даже с моими возможностями, не один грузовик люмия перетащить придётся, чтобы качнуть хотя бы шестой уровень.

Сегодня была очередь Никласа. Я, как обычно, скинул куртку, чувствуя, что осенняя прохлада не доставляет мне особых неудобств. Охотник кинул на меня Каменную кожу.

— Нападай! — скомандовал Никлас.

Я бросился в атаку, но уже не как холоп с оглоблей, те времена прошли. Мои движения стали более выверенные, техничные, я старался предвидеть действия противника. До совершенства ещё бесконечно далеко, но в этот раз я смог удивить Никласа. Сделал обманное движение и чиркнул мечом по правому боку, охотник тут же ответил контратакой, мне пришлось несладко.

Нарвался на праведный гнев, он то думал, всё будет как обычно, навтыкает Антошке и отправится отдыхать. А тут самому прилетело, не будь рунной защиты, дело бы закончилось серьёзным ранением. Мне казалось, что Никлас бьёт со всех сторон и сразу, надо ли говорить, что большую часть ударов, я пропускал. Приходилось крутиться, терпеть болезненные тычки, но я не сдавался, и когда стемнело, не рухнул на землю обессиленный.

— Ты стал сильнее, Антуан! Добрался наконец до третьего круга? — охотник усмехнулся в бороду и сунул меч в ножны.

— Ещё нет, но очень скоро, — это навело меня на мысль.

Почему бы не прогуляться сегодня на чёрное болото? Сделаю сразу два дела, скину возможный хвост, я не был уверен, что барон не приставил ко мне какого-нибудь умельца. А второе, выбью себе недостающий белый камень, это, конечно, в идеале, но мне и зелёные не помешают.

— Спасибо, Никлас! Возможно, завтра меня не будет, — охотник кивнул и отправился по своим делам.

А я пошёл к Мирне, единственная женщина в Приболотном, с которой я общался, кроме ведьмы. Но к ней со своей просьбой я обращаться не хотел.

— Еда? — удивилась портниха. — Да, я могу продать тебе готовую еду, — это я типа в кафе пришёл и сказал повару «с собой».

Почему нет? Могу себе позволить!

— А ты принёс мне люмий? — Мирна посмотрела на меня так, словно не продаст еды, пока я не продам ей канитель, а затем улыбнулась.

— Да, конечно, двадцать катушек, — я достал канитель из рюкзака. — Повышай цену за свою работу, Мирна, в следующий раз люмий будет стоить дороже!

— Насколько? — в глазах был только коммерческий интерес.

— Сорок золотых за катушку, сегодня по старой цене, — портниха отнеслась к новости спокойно.

— Сорок так сорок, спасибо за предупреждение, — достала из складок платья кошель и тут же рассчиталась. — Что тебе из еды нужно? — она сменила тему. — Есть готовая овсяная каша, жареное мясо, солёные овощи, варёный картофель, козий сыр, свиной окорок, — у меня слюноотделение повысилось.

Я купил всего по немного, чтобы хватило на четыре приёма пищи, удовольствие обошлось в десять серебрушек. Пообещал на днях зайти за молоком и отправился в лес.

Темнота меня давно не пугает, но я не псих, не собирался идти к чёрному болоту ночью. Отошёл от селения на пару километров, кролики по ночам не промышляли, волков с лисами регулярно охотники вычищают, так что попадались только ночные птицы и мелкие грызуны.

Устроил себе лёжку в зарослях рядом с поваленным деревом, оно же должно было послужить мне ночной грелкой. Обложился отводом глаз, перекусил варёной картошкой с мясом и улёгся рядом с таганком, дожидаясь кипятка, хотелось горячего чая.

Спустя несколько минут, я наслаждался напитком, прислушиваясь к звукам ночного леса.

У меня скоро будет третий круг, не пора ли двигаться дальше? Для начала прогуляться до Вольного Поля, всего-то сутки пути. Что меня там ждёт? Известно что, большая деревня, скорее всего, есть двух, трёхэтажные дома, лавки, мастерские. Где-то там охотники меняют эфирные камни. Есть даже свой полицейский участок, здесь они называются прокураторами, но суть та же.

Что мне понадобилось в Вольном Поле? Прежде всего артефакты, пассивные усиления тела, видел такие у Иосифа. Сейчас я понимаю, что он торговал жалкими поделками, а раз есть такой мусор, то и серьёзные артефакты существуют. Сколько бы они ни стоили, если защитят от удара мечом или арбалетного болта, никакого золота не жалко.

Эх, мне бы руну Каменной кожи. Вот только проблема, она по заказу не выпадает, это нужно поглубже в чёрное болото забираться, почти к самому пеплу, тамошние твари поматёрее будут. Виро как-то обмолвился, с летунов они выпадают, по крайней мере он свою с подобной твари получил.

Мне придётся туда сходить, может быть, в этот раз получится, посмотрю по обстоятельствам, — древесный ствол приятно грел спину, глаза слипались, я так и уснул, размышляя о будущем.

Не помню такого случая, чтобы меня кто-нибудь не разбудил. Когда ночую, в лесу это происходит постоянно, в этот раз всё было спокойно и почти тихо. Но я почему-то проснулся. Где-то вдалеке слышался волчий вой, чирикали ночные птахи. Я открыл глаза, тут же использовал на себе Ноктовидо, сумерки стали светлее. Варма давно отработала, меня пробил озноб, организму стало некомфортно, скорее всего, поэтому и выполз из сна.

Усевшись на пятую точку, кинул на бревно руну тепла, собрался было подняться и размять тело, где-то за моими зарослями раздался хруст ветки. Я уже не беззаботный турист, мгновенно собрался, сна будто небывало, возможно, тому способствовала руна бдительности. Приготовив пистолет, я встал на присядки, готовый сорваться с места в любой момент.

Донёсся новый звук, левее того места, кто-то чем-то шаркнул, воображение начало рисовать картинку. Дикий зверь, пусть будет заплутавший олень, упёрся в мой барьер из отвода глаз и пытается его обойти. Объяснение мне понравилось, но в прогале между ветками кустарника мелькнула человеческая фигура, я едва не выматерился в голос.

Опять меня кто-то выследил! Я же только последние несколько метров перед лёжкой «почистил». Теперь этот сыщик ходит кругами!

Кинув на ноги руны тишины, я двинулся в сторону прогала, медленно и на корточках. Протиснулся меж веток, стараясь их не потревожить, и принялся ждать на самом краю дымки отвода глаз. Много времени не прошло, человек решил пойти в обратном направлении. Невысоки, поджарый, одет в броню из толстой кожи, в боковом креплении болтался короткий меч в ножнах. Двигался он не хуже лесного кота, плавно в то же время быстро, но видно, забыл про руну тишины, потому что звуки до меня доносились.

Помня особенности прямого наблюдения, я старался смотреть чуть в сторону, фиксируя движения незнакомца боковым зрением. Но этого оказалось мало, «сыщик» сначала замедлился, начал озираться по сторонам, затем вдруг совершил резкий разворот. Я едва не проворонил, в его рука уже был арбалет.

Щёлкнула тетива, я плюхнулся лицом в пожухлую траву, над головой просвистел болт. Я вытянул руки с пистолетом перед собой и нажал на спусковой крючок.

БАХ БАХ…

«Сыщик» отпрыгнуть в сторону, наплевав на грохот, я выстрелил ещё раз. В этот раз попал. Он вскрикнул и, согнувшись пополам, припустил, стараясь убраться с глаз. Я выпустил вслед ещё две пули, но, похоже, промахнулся.

И что теперь?

Тело действовало само, я вскочил с земли и ринулся за ним, на ходу кидая на себя несколько рун. Быстро взяв след, поменял обойму, в этот раз не забыл про руну тишины. Замедлив шаг, проследил за цепочкой окровавленных следов.

Дела не очень, да? Серьёзно я тебя зацепил! — миновав высокие кусты с красными каплями на сухих листьях, я остановился.

«Сыщик» далеко не ушёл, завалился набок под деревом, движения выдавали жизнь, он стал переворачиваться на спину. Я направил пистолет, палец сжал спусковой крючок, готовый выжать последние миллиметры. Но арбалет оказался незаряженным, бородатый мужичок уставился злобным взглядом. Метнувшаяся с его стороны руна, ударилась в левую сторону груди и бесполезно развеялась.

— Защищён, да? — прохрипел мужик. — Мои братья отомстят за меня… лови!

Пф…

Я оказался быстрее, пуля попала в глаз, пробила череп и кожаный шлем, древесная кора окрасилась красным.

Братья… Что ещё за братья? — я приблизился к телу, пнул в ногу, желая убедиться, что это труп. — О чём я думал, когда подходил близко? Это же не земля, руна может быть быстрее пули!

Обругав себя, активировал Нулиго, хуже от руны точно не будет, а если на мне порча или проклятие, снимет негативный эффект. Убедившись в безопасности, приступил к обыску трупа. Я стал владельцем ещё одного арбалета, меч с ножнами уже третий по счёту, имелся небольшой запас болтов. Кроме того, у убийцы-неудачника была специальная кобура с метательными ножами, это ещё один камень в огород моей беспечности. Нашёл и кошель, он лежал в наплечной сумке, из которой пахло съестным, на содержимое решил посмотреть позднее.

И кто это был, что за братья? — опомнившись, я задрал левый рукав, точнее, попытался, пришлось браться за нож.

Едва не присвистнул, увидев количество кругов. Четыре полных, пятый блёклый.

Это я пятиуровневого мага завалил⁈ — прислушавшись к себе, почувствовал только гордость.

Внимание привлекли молнии под четырьмя полными кругами, присмотревшись, понял, что это обычные татуировки, хоть и искусно выполненные.

Во что я вляпался? Какое-то братство меча и ножа… Может, просто убийцы? А зачем я им нужен? Ну, если убил, значит, можно и ограбить, или наоборот… Значит, обычные грабители, лихие люди. Возникает вопрос, какого хрена, он тут делал? Здесь тебе не полуоживлённый торговый тракт, зажиточный народ толпами не ходит! Неужели специально за мной пришёл?

В кустах зарычали, я приготовился кинуть замораживающую руну. Это оказались волки, три крупных хищника нападать не спешили. Выйдя из зарослей, продолжили угрожающе рычать, я посмотрел на труп неудачника.

Вроде как неправильно оставлять его вот так, на съедение диким зверям. А с другой стороны, кто он мне? И вообще, убить меня хотел, прежде ограбив, не хоронить же его теперь?

Я двинулся спиной назад, освобождая дорогу санитарам леса, те и не думали преследовать, жратвы на троих хватало. Вернулся к своей лёжке, соблюдая меры предосторожности, толку от таковых мало. Те же деревенские охотники не раз мне это доказывали, в метре от тебя будет стоять, не заметишь.

Но нападать на меня никто не спешил, я обошёл убежище и убедился в своих рассуждениях. Этот «брат» сделал как минимум пару кругов, отвод глаз не давал ему возможности меня заметить. Что говорило о силе, мои руны изначально сильнее, нежели чем у местных. Я уже не раз это слышал и убеждался.

Ладно, хватит здесь тусить, а то ещё братьев дождусь, — прихватив рюкзак, я поспешил в сторону чёрного болота. О безопасности не забыл, старался кидать руну чистоты почаще.

Светало, а я всё шёл по лесу, не устраивали меня последние события. Кто-то уже на меня охотиться.

А может, это конкуренты? — я аж остановился от новой догадки. — Нет, мужик, скорее всего, местный, обычный наёмник. А нанять его мог, или могли люди из моего мира. Пришёл тут, понимаешь ли, чужую поляну топчет, не своих коров доит… Этого мне только не хватало.

Чёрное болото встретило меня буднично. Говоря точнее, я не заметил, когда деревья начали темнеть. Я уже находился на территории аномалии и останавливаться не собирался.

Охотники говорят, что болото не расширяется, прадед Дарко как-то оставил на чистых деревьях несколько зарубок. Не поленился мужик, прошёл по примерному периметру болота, так и засекли. Никлас говорит, до него тоже сомневались, охотники часто находят зарубки на старых деревьях. Я вот ни одной не видел, потому что тупо пропускаю границу.

Я всё-таки решил сделать короткий привал, напасть могут в любой момент, а поесть что-то нужно. После пробуждения и боя, я так и не подкрепился. Выбрав кусты погуще, забрался внутрь, оказавшись под раскидистым деревом.

Было прохладно, изо рта уже шёл пар.

Меня это не особо парило. А если задуматься, температура моего тела больше тридцати шести градусов, а на улице не больше десяти, значит, ночью опускается ещё ниже, плюс четыре, плюс пять. Я не мёрзну, спал при такой температуре, ещё и вставать не хотел, вынудили.

О чём это говорит? Магия! Я почти добрался до третьего круга, меня греет сила рун!

Немного подумав, решил не греть еду, перекусил куском окорока и солёными овощами. С голодухи немного перебрал, чтобы усвоилось, уселся под деревом, и принялся разжигать сухое горючее на таганке, горячий чай точно не повредит.

После чая разомлел, захотелось прилечь и полежать часиков несколько. Помог донёсшийся клёкот, мигом в себя пришёл. Собрав таганок с кружкой, закинул рюкзак и двинулся дальше. Осень помогала отсутствием листвы, видно было гораздо дальше, но и твари получили преимущество.

Я засёк крикуна метров за пятьдесят, дождался, пока приблизится на двадцать шагов. Тварь была голодной, так что особо с атакой не мудрила. На последних метрах скорость прибавилась, что только приблизило её встречу с морозной руной.

Дарко дал мне дельный совет: «раз сил у тебя больше, попробуй заморозить сердце, видел я, как Моргус из Вольного Поля охотиться, у него пятый круг, крикуна с одной руны валит». Я его слова запомнил.

Руна попала в центр грудной клетки. Утка-мутант, крякнув в последний раз, полетела кувырком. Я не спешил радоваться, тут и сверху может прилететь. Крикуны — бестолковые создания, орут по любому поводу, а плетуны этим пользуются, возможно, умеют читать интонацию.

Опасения оказались напрасными, вдалеке слышались крики соплеменников, нападать пока никто не спешил. Я приблизился к твари, приготовив нож, по-быстрому вырезал камень и отошёл в сторону.

Серенький⁈ Да вы прикалываетесь? Мне белый нужен, всего один! Ладно, не будем привередничать, — кинул трофей в кошель и двинулся дальше.

С точки зрения здравомыслящего человека, решение неправильное. Нужно идти в другую сторону, там же безопасно! Но, где охотники на тварей, а где здравомыслие. Посмотрел я на деревенских добытчиков, Никлас тренировал меня по пояс обнажённым, на торсе живого места нет, всё в ранах и глубоких царапинах. В этом мире другие ценности, главное, что жив остался, остальное можно подлатать.

Вот и я, надеялся остаться в живых и пёр вперёд. Следующий крикун напал из-за дерева, зря я их тупыми считал. Этот долго терпел, ожидая свежего мясца в моём лице, если бы я не остановился на пару секунд, неизвестно чем бы моя охота закончилась.

С этого крикуна вообще ничего не выпало, словно сам Тернис издевался надо мной, находясь в чертогах. Следующие полчаса обошлись без нападений, я постарался воспользоваться этим, углубился на территорию болота.

А ведь я мог поступить проще, купить белую эфирку у одного из охотников, у Дарко точно есть. И был бы сейчас на третьем круге, так нет же, сам захотел!

Лес, несмотря на осенний в меру солнечный день всё больше темнел, до пепла ещё было далеко, я и дальше этих мест заходил. Если нарисовать мои маршруты на карте, то можно убедиться, что я хожу примерно одной и той же дорогой, плюс-минус метров триста. Даже иногда, казалось, что вижу знакомые деревья.

Руна бдительности показала движение, когда я увидел готовящегося к нападению плетуна, почему-то вспомнил убитого «сыщика».

У него кошель в сумке с едой, я её ту самую сумку в рюкзак закинул, вместе с остальными трофеями. Там сто процентов есть белые камни… Я всё ещё лузер!

Дальше мне стало не до рассуждений, паук атаковал. Одновременно с ним в атаку бросилось ещё две многоногих твари. Меч я доставать не стал, куда мне против таких скоростей, старался работать дистанционно.

Самая резвая тварь получила руну холода в брюхо, проделать это было несложно, плетун прыгнул с дерева. Тварь покатилась по траве, я потерял к ней интерес, занявшись остальными, с перепугу кинул целых четыре руны, все попали в цель.

Я не стал ждать, кинулся с мечом к корчащимся в агонии тварям, добил всех троих, прилетела очередная руна в мою коллекцию. В данный момент было не до разглядываний, успел достать камушек из одной, он оказался зелёным, и опять зашуршали ветки, приближался клёкот крикунов.

Руна плётка, не раз доказывала свою эффективность, а сейчас она усилилась, раздался хлёсткий щелчок и метнувшегося ко мне плетуна отшвырнуло в сторону. Стараясь охватить вниманием максимальное пространство, я сделал несколько шагов назад.

Пауков пока не видно, впереди мелькнул крикун. Удар плётки был силён, буквально перебил шею твари. Остальной противник пока что был в недосягаемости, как и я для него. Метнулся к ближайшему пауку, резанул ножом в нужном месте.

Ну надо же, наконец-то! — белый эфирный камень надолго не задержался, тут же был отправлен в рунный круг.

Секунда ожидания, за это время боковое зрение засекло мелькнувшего в ветвях плетуна. Второй рунный круг подёрнулся, набрался полного цвета и в тот же момент зародился третий круг. Я почувствовал реальный подъём сил, словно жилы были ослабленными, мышцы под спущенными, а сейчас начали наливаться силой.

Ох! — третий круг сформировался. — Значит, всё-таки сто! Замечательно! — рунный круг принял первый зелёный камень, в этот раз никаких ощущений не было, но я знал, что стал сильнее.

Хлопнула плётка, плетун, который считал себя самым хитрым, грохнулся на спину, паучья туша получила критические повреждения. Пока не появился следующий противник, я успел вскрыть две туши. Пауки в отношении трофеев пощедрее, белый и зелёный камни, второй был тут же скормлен рунному кругу — силы много не бывает.

Твари то ли из-за прохлады, то ли их мало в этом районе, давали мне небольшие передышки, я успевал бить, собирать трофеи и не только эфирные камни. Брал с плетунов клыки и шипы, сколько успевал, всё кроме камней летело в кучу рядом с рюкзаком.

Крикуны не успевали до меня добежать, снимал их плёткой на расстоянии, а вот пауки атаковали строго сверху. Набив больше десятка тварей, я решил сменить тактику. Похватав то, что набил и рюкзак, отошёл на десяток метров назад под прикрытие зарослей. Руна Барило окружила меня со всех сторон, я принялся ждать, такая гора жратвы надолго без внимания не останется.

Первым появился крикун, огласив окрестности клёкотом, тварь накинулась на своего соплеменника. Дурная привычка звать всех к столу, мне не нравилась, избавился от прожорливого уродца с помощью руны холода. Появилась ещё парочка, а уже за ними пришли плетуны. Вот тут уже началось настоящее пиршество, твари не стали искать виновника бойни, самый матёрый паук прошёлся по моим следам, растерялся перед стеной отвода глаз и на этом всё закончилось. Я его пока не трогал, а рядом полно жратвы, так что решение плетун принял быстро.

Воспользовавшись паузой, я принялся скармливать рунному кругу скопленные за всё время зелёные эфирные камни. Шесть скормил во время боя, как говорится, не отходя от кассы, в итоге получилось шестьдесят шесть.

Очень даже неплохо, — порадовался сам за себя, наблюдая за трапезой тварей. — До четвёртого круга осталось всего тридцать четыре камня. Откуда их взять? Так вот же они, рядом бегают! — я собрался было щёлкнуть плёткой самого матёрого, но вовремя вспомнил про кошель сыщика.

Забравшись в рюкзак, достал трофейную сумку, из еды там было, завёрнутый в тряпицу кусок вяленого мяса, подсохшая лепёшка и половинка луковицы, кроме того, глиняная бутылка с неизвестным содержимым.

Небогато, зато практично, — добрался наконец до кошеля. — Так-так, — высыпав содержимое в ладонь, принялся перебирать.

Золото, серебро, медь, всё как обычно. Камушки тоже имелись, не так много, как хотелось бы, но всё же. Пяток белых, это камень в огород моей памяти, двенадцать зелёных, их я тут же использовал. Семь оранжевых, столько же изумрудных, нашёлся и новый вид эфирок, красные, или скорее алые, всего две штуки. Бирюзовых не было, что понятно, они идут на пятый круг, неудачник так и не успел его заполнить.

Изумрудные и алые… Какие на какой круг идут? Думаю, узнаю после четвёртого, если, конечно, кто-то из охотников не обмолвится, — спрашивать я не хотел, меня и без того не от мира сего считают. — Ладно, осталось двадцать два зелёных набить! Погнали…

Первым, как и планировал, атаковал самого матёрого, плётка хлопнула по паучьему брюху с такой силой, что оно лопнуло, полилась требуха и другие выделения. Тварь со стрекотом подпрыгнула, приземлилась на своего собрата, началась драка, я подстрелил ещё парочку плетунов, и драка переросла в свалку.

Твари бились друг с другом, получая от меня смертельные ранения. Прибегало пополнение, я уже начал подумывать, что зря затеял бойню, они не дадут мне подобраться к трофеям. Но неожиданно приток тварей иссяк, видимо семья, или стая исчерпала свои ресурсы, лишь крикуны тёрлись где-то между деревьями, не решаясь приближаться к матёрым тварям. Я успел набраться кое-какого опыта и потому принял решение быстро.

Когда с плетунами было покончено, покинул временное убежище, оказавшись на поле боя, огородил его со всех сторон Барило. На какое-то время это должно было остановить тварей. И тут же приступил к сбору трофеев, некоторых пришлось добивать, прилетела пара рун, в общем, операция заняла минут пятнадцать-двадцать.

За это время у незаметного барьера собралось с пяток крикунов. Утки-мутанты клекотали, ходили кругами, не понимая, что происходит. Скорее всего, так долго продолжаться не будет, появится очередная матёрая тварь, а там уже могут возникнуть разные варианты. Потому я вырезал последний камень и поспешил убраться под прикрытием Барило, больно уж они орали, точно кто-то придёт.

Я мог бы остаться здесь, место уже прикормлено, что хорошо и плохо одновременно. Слишком много падали, привлечёт внимание огромного количества тварей. А где одна семья плетунов, может быть и две, или больше.

Не дай Тернис ещё и теневики появятся, — мысленно высказался на манер местных. С таким количеством тварей я тупо не справлюсь.

Лучше немного передохну, подкреплюсь и начну заново уже в другом месте.

Я точно помню, что получил как минимум три новых руны, потому после перекуса занялся их изучением, вернее, ознакомился с информацией. После той руны с громким, можно сказать убийственным сигналом, я не рисковал проверять с ходу.

Коснулся третьего круга на предплечье и перед глазами всплыл список моих рун, новые нашлись быстро.

Акута

Ретро

Флексо

Из знакомых слов, только Ретро… насколько помню, означает назад или возврат. Что бы это могло быть? А вдруг это откат во времени? — захотелось испытать, но я поостерёгся. — Откатит куда-нибудь на год, и что потом делать? Думаю, о таких вещах можно спросить у охотников, должны знать.

Акута… погоди-ка, я же знаю это слово! Помню, там картинка была, копьё, или наконечник, что-то острое… точно, острый! Думаю, можно проверить, только осторожно.

Я достал кинжал, покрутил его в руках и передумал использовать. Вместо него откопал в листве обломок ветки, зажал в руке в полуметре от лица.

Акута… серый шарик руны словно изо рта вылетел, чиркнул по обломанному краю ветки и испарился.

Круто! — деревяшка заострилась не хуже пики, я потрогал кончик пальцем и едва не порезался. — А если это будет железка? Тоже заострится, временно. Всё равно класс, теперь я из любой палки копьё за секунду сделаю. Даже из камня, — тут же попробовал с найденным под ногами булыжником, эффект оказался неизменным.

Вдоволь наигравшись с новой руной, я прислушался к лесу. Последнее место охоты было не так далеко, может, метров триста, крикунов я прекрасно слышал. Клёкот казался возмущённым, возможно, уродцев согнали твари посерьёзнее.

Мне тоже пора убираться, точнее, на новый заход охоты, — накинув на спину рюкзак, я двинулся по лесу, совершая крюк вокруг места пиршества.

Жизнь в лесу научила ориентироваться. Это раньше я мог в трёх соснах заплутать, а сейчас знал, в какой стороне находится Приболотное, а уже от него мог определить и остальные направления. Я шёл параллельно грунтовке, что вела в сторону Дувгорода, примерно час, а затем свернул к чёрному болоту. Без нападений не обошлось, дважды меня атаковали крикуны, третьего я заметил первым, удалось прибить бесшумно.

Когда его вскрыл, задумался, стоит ли вообще с ними мараться? Из трёх только один с эфиркой оказался, да и та серая, с теми, что были раньше, тоже не особо везло.

Через пару часов начало темнеть, за это время я столкнулся с десятком плетунов, зелёных камней попалось всего три, остальные белые. Один из пауков вообще оказался пустым, в целом я был доволен. Новая тактика не вступать в затяжные конфликты — себя оправдывала. Прибил, вырезал, сбежал, звучало как девиз.

И без того чёрные деревья, в сумерках казались угольными. Мне стоило труда найти подходящее для ночлега место, растительность попадалась невысокая и жидкая.

А ведь должны быть такие руны, которые имитируют кусты и даже деревья, — размышляя, я устраивал себе лагерь. Отгородившись отводом глаз, сгрёб кучу листвы в место, которое казалось открытым. А под ней открылась пепельно-чёрная земля. — Или что-то покруче, абсолютно непроницаемый для взгляда барьер, и в то же время прозрачный. Чтобы ни одна тварь и тем более люди, не смогли понять, что это убежище.

Я как-то уже привык рисковать, потому к ночёвке на чёрном болоте относился спокойно, но ведь можно и нарваться. К Барило добавил Дефендо, теперь я не только от нежелательного прикрыт, но и от неприятностей, так гласило название руны. Раньше я относился к последней руне скептически, не понимал, что значит «уберечь от неприятностей». Как это вообще происходит? Всё-таки жизнь в обычном обществе без магии к такому не готовит. Мне нужно привыкнуть к мысли, всем в этом мире движут руны. А если не движут, значит, эта руна ещё никому не выпадала.

Еды осталось всего на два раза, это если не считать трофейных припасов, но я не брезгливый, так что на три. Ужин, завтрак, если дадут, а потом уже на обратную дорогу.

Перекусив, выпил кружку чая и завалился на собранную древесную кору. Уснуть сразу не удалось, мимо постоянно кто-то пробегал, то крикун, то семейка плетунов. Тяжело к такому трафику привыкнуть, любая из этих тварей легко меня порвёт.

Сон пришёл незаметно и как это часто бывает, не сразу понимаешь, что видишь сон. Это был дядя Паша, он почему-то опять кхекал, рассказывая мне, как с его огорода пропали все насекомые и птицы. Даже божьи коровки улетели, и червя на рыбалку не накопать. О последнем он особенно сокрушался. И почему-то клял лешего, дескать, он уже приходил, скоро опять придёт.

Я не знал, как его успокоить, но пообещал устроить взбучку одной брехливой ведьме. А старик всё про лешего, он идёт Антон, близко старый пенёк. Сосед принялся трясти меня за грудки: ЛЕШИЙ, АНТОН!!!

Проснулся я резко, но даже не дёрнулся, лишь глаза открыл. Тьма, ни зги не видно, кинул на себя Ноктовидо, картинка прояснилась. Я смотрел на кучу чёрной листвы, а вокруг тишина, словно в яме глубокой лежу.

Что за сон такой дурацкий? — я принял сидячее положение и осмотрелся.

Ночное зрение было не абсолютным, видел я максимум метров на пятнадцать, а дальше, за деревьями начиналась непроглядная тьма. Послышался шелест справа от меня, на пределе видимости с дерева спрыгнул плетун, за ним что-то тянулось. Я понял, что это, когда тварь приблизилась. Чёрная нить, она ложилась на листву, тут же под неё проваливаясь. Тварь, перебирая многочисленными лапами, двинулась в обратную сторону и потом опять ко мне. Нить так и продолжала за ней тянуться.

Паутину плетёшь, падла? — я собрался кинуть руну холода, но плетун вдруг остановился, поза была напряжённой.

Поняв, что паук кого-то почуял, я повернул голову.

Как-то болтая с Ритой, а мы с ней много говорили, потому что заняться особо было нечем, кроме секса, мы затронули тему снов. До недавних пор относился к ним просто, все видят, и я вижу, не всегда. Иногда снились кошмары, обычно такое бывало после ужастиков. Я даже статейку по теме почитал, не поленился и узнал что-то новое.

Когда смотришь такое перед сном, мозг продолжает находиться в возбуждённом состоянии, а во время сна продолжает перерабатывать и тут уже всякое может привидится. Рита думала примерно так же, но, со свойственной женщинам разницей. Сон мог показать будущее, правда, его нужно расшифровывать. А это дело непростое, любое движение или слово, может означать ни то, что видишь, иногда даже наоборот. Для меня это объяснение казалось очень сложным.

То, что я видел перед пробуждением, не подходило ни под одно вышеуказанное толкование. Меня предупреждали прямо и можно сказать грубо — дядя Паша встряхнул не по-детски. И подобное происходило уже не в первый раз, была ещё Дана, она тоже предупреждала.

Когда я увидел причину, по которой напрягся плетун, то сначала не понял, это был человек, только странный, худой как щепка длинные руки, движения дёрганые, будто болеет чем. Но стоило ему ускориться, как всё внутри похолодело, человек не может так двигаться. Дело не только в скорости, но и в самой манере перемещения. Тварь, я уже не сомневался в этом, сорвалась с места, что не было похоже на бег. Скорее на рывок чужого, тело изогнулось неестественно, будто суставы вывернулись в другую сторону, а ноги оттолкнулись от земли с такой силой, что чёрный пепел вперемешку с травой, взлетели на несколько метров вверх.

У плетуна не было ни единого шанса. Тварь, широко раскинув верхние конечности, тупо в него врезалась, с треском полетели паучьи лапы. А оставшееся тело… меня чуть не стошнило, когда увидел продолжение. Человекоподобная тварь разинула пасть, тем самым увеличив её раза в три, и вцепилась в паучье брюхо. Раздался хруст, словно крокодил оттяпал половину антилопы, подыхающий плетун дёрнулся в последней конвульсии.

Да это же теневик, только матёрый… совсем матёрый, — на душе стало тоскливо.

Стоило мне об этом подумать, как существо замерло, повернув голову под углом, который живой человек просто не смог бы выдержать. Оно посмотрело прямо на меня, и плевать на смешные отводы глаз. Казалось, теневик заглянул мне в глаза, а потом пренебрежительно отвернулся и вновь разинул пасть, чтобы отхватить новый кусок паучьей плоти.

Я, значит, следующий, — постаравшись отогнать страх, что оказалось непросто, я достал из-за пазухи пистолет.

Руки тряслись, словно я дважды подряд использовал руну ускорения. Кинул на ствол Силенто, не уверен, что сейчас нужна тишина, сделал это на автомате, передёрнул ствол. Тварь не особо спешила, медленно пережёвывала пищу, в её понимании я уже никуда не денусь. Что было чистой правдой, я никуда не собирался, хотя в душе хотел оказаться где угодно, пусть даже в руках нечистоплотного чиновника, лишь бы подальше отсюда.

Надо, Антон, надо! Здесь или ты, или тебя!

Теневик так и продолжал наслаждаться едой, когда в него полетела первая руна холода, я не спешил и не тормозил, кинул сразу вторую, третью, четвёртую. Первая достигла цели, не показав видимого результата, возможно, слишком далеко, тварь лишь чуть дёрнулась, остальные руны вообще ни к чему не привели. Тогда я перешёл на Варма, бывало тепло с холодом, приводило к неожиданным результатам, теневик даже не почесался.

Ну сука, держи тогда! — постаравшись вложить в плётку, как можно больше силы, я щёлкнул твари по шее.

Звук был неприятным — влажно, с противным хрустом. А вот это уже привело к результату. Теневик взвыл, остатки паучьей туши полетели на землю, а сам он растворился в воздухе.

Где ты, урод? — я лихорадочно водил глазами по чёрным стволам деревьев. Опомнившись, кинул на себя руну бдительности, следом лёгкой ноги.

Движение слева, я вскочил с места, чтобы иметь место для манёвра.

Пф… пф…

Тень сместилась вправо, я выстрелил ещё дважды, снова щёлкнул плёткой, в тот же момент на меня налетело что-то быстрое, жёсткое, с острыми когтями. Падая под напором твари, я разрядил обойму полностью, заорав от страха во всю глотку, сумел вырваться из смертельных объятий и откатиться в сторону. В руках уже был меч, а я на ногах, раненая тварь ползла ко мне, издавая шипящие звуки, голова задрана, чужие глаза словно окна в мёртвый космос, из открытой пасти стекает кровавая слюна.

— Ах ты падла! Лови! — я шагнул в сторону и рубанул мечом что есть силы.

Лезвие врезалось в землю, отсекая голову, теневик какое-то время постоял на четвереньках, а затем завалился набок. Кровь била в виски. Меня дёргало, опомнившись, я осмотрелся и, судорожно двигая потяжелевшими руками, принялся искать ведьмино противоядие.

Проглотив весь пузырёк, бросился к рюкзаку, прежде чем закинуть его на плечи, достал пакет и сунул в него голову теневика.

Рано мне сюда соваться, — решил я, двигаясь в примерную сторону Приболотного.

Вся куртка изодрана, это несмотря на толстую кожу и руну щита, грудь и руки саднило, под одеждой было влажно и мерзко. Но я всё равно двигался на максимально возможной скорости, что было чревато, и очень скоро я в этом убедился. Сразу три плетуна привлечённые шумом, неслись по чёрным ветвям, быстро меня срисовали.

Первый прыгнул, намереваясь вцепиться в меня когтями, поймав руну холода тут же потерял ко всему интерес. Метнулся в сторону, всё же пришлось задействовать меч, я просто не успевал реагировать с рунами. Вот где пригодились занятия, одним быстрым движением срубил две лапы, повредил жвала. Третья тварь получила в морду руну Варма и застрекотав закувыркалась по траве.

Хорошо хоть рюкзак был лёгким, справился с плетунами за несколько секунд, добил их и по-быстрому вырезал эфирки. С остальными трофеями возиться не стал, жизнь дороже. Начала сказываться слабость, я понимал в чём дело, тому виной раны, может, и не глубокие, но какое-то количество крови потеряно и продолжает теряться, хоть и медленно.

Пробежав пару сотен метров, я решил сделать короткий привал, почистил следы на несколько десятков метров за спиной, забурился в жидкие заросли и отгородил себя отводом глаз. Аккуратно сняв куртку, оценил повреждения, толстовка в хлам, когти теневика разодрали кожу и мясо с жилами. Видимо, не критично, потому что спокойно двигал руками, больно, но терпеть можно. Раны хорошо кровили, вроде как шло к улучшению, всё-таки руна Сано помогает.

Кинул на тело руну чистоты, взялся за пластырь, лепить пришлось много, на месте последнего боя, шуршало и стрекотало. Если учесть отдаление, то тварей там должно быть много.

Главное, чтобы теневики за мной не пошли, второй стычки я могу не пережить, — вспомнив важный момент, поменял обойму в пистолете. — Кто бы мог подумать, что твари настолько сильны, плевать им на отвод глаз и остальные руны… А вот плётка всё-таки хороша.

Я тронулся в путь, продолжая рассуждать.

Можно было использовать руну Санора Крио, она бы точно выручила, заодно расчистив дорогу на сотню метров. Но у неё один большой минус, слишком шумная, минуты бы не прошло, окрестности кишели бы тварями. Трофеи опять же, где мне потом голову теневика искать?

Над головой зашуршало, я метнулся в сторону, меч из рук не выпускал, потому он был наготове. Плетун получил руну в морду и, засучив лапами, скукожился на земле, новый шорох, уже в другом месте, пауки обычно стаями охотятся, так что ничего удивительного.

Я отскочил назад, в метнувшуюся тварь полетела руна, затем опять. Пришлось отпрыгивать, тварей оказалось больше, чем в последний раз, и атаковали они со всех сторон. Я крутился, как умел, угощая пауков магией и мечом, как получалось, что на данный момент было удобнее. И наконец противники закончились, я устал и чувствовал боль в правой икре.

Убедившись, что никто не спешит нападать, я приступил к сбору трофеев, все камни летели в карман, некогда было разбираться. Управившись за несколько минут, продолжил путь. А нога болела всё сильнее, в берце хлюпала кровь. Кое-как преодолев несколько сотен шагов, я решил засесть в кустах под деревом, благо они были густыми.

Нет, дальше я идти не смогу, — высунувшись из зарослей, принялся кидать руны чистоты на свои следы, насколько мог видеть в темноте.

Обезопасив убежище, насколько это возможно, взялся за осмотр очередной раны. Я тупо её не заметил во время последнего боя, из икры торчал шип плетуна. Скрипнув зубами, выдернул его, пришлось быстро задирать штанину и опять лепить пластырь. Из-под него кровило, конечность начала отниматься от боли, о дальнейшем передвижении можно было забыть.

Я не унывал, боль — это временно. Ногу я потерять не должен, просто какую-то мышцу зацепило, нужно просто отлежаться, в остальном помогут руны. От места стычки с теневиком я хорошенько отдалился, оставалось надеяться, что такие «лешие» здесь гости нечастые. А от плетунов меня отвод глаз прикроет.

Вспомнив о серьёзном противнике, я достал голову твари и вырезал камень, он был оранжевым, что не удивительно, тварь-то матёрая.

Голова вновь оказалась в рюкзаке, я уже решил, что с ней делать. Отдам ведьме, за это возьму с неё новые знания. Куда используется яд? Что за зелье из него готовятся? Глядишь, и новое подспорье в охоте получу… Кстати, о подспорье!

Я забрался в карман, выгреб трофейные камни, в основном белые, но и зелёных хватало, их оказалось семь штук. Тут же скормил их рунному кругу, остальные, в том числе и оранжевый, скинул в кошель. Таким образом, третий круг получил восемьдесят восемь камней. Осталась самая малость, всего двенадцать.

Если бы не нога, я набил бы их за несколько часов. Это осторожно, а нахрапом так и побыстрее можно… и нарваться можно, — охладил сам себя.

Где-то наверху в ветвях прошуршал плетун, ещё один пробежал чуть в стороне.

Я уже попробовал нахрапом и чуть не убился, лучше буду действовать осторожно, круга до пятого, а там уже посмотрим.

Перекусив остатками припасов от Мирны, попил простой воды. В трофейной бутылке оказалась какая-то сивуха, не рискнул её пробовать. Устроившись поудобнее, закрыл глаза.

С оранжевыми эфирными камнями будет намного сложнее, остаётся надеяться, что по завершении третьего круга я получу много сил. Иначе качаться придётся долго. Есть, конечно, и другой вариант — Барон Астамак. Брать с него плату нужными камнями, можно попытать счастье в Вольном Поле, только боюсь, там дороже выйдет.

Уже начало светать, когда я провалился в сон, в этот раз без сновидений.

Пробуждение было не очень приятным, холодно, жёстко и сыро — осенний лес гостей не особо жаловал. Плюсы тоже были, из-за туч светило тусклое солнце, организм, несмотря на холод, чувствовал себя прекрасно, даже вчерашние раны не особо беспокоили.

Прежде чем подняться с «кровати», я кинул на себя руну бдительности, осмотрелся. Тварей рядом не оказалось, но это ненадолго стоит выйти из укрытия и малость пошуметь — быстро набегут. Я пока не собирался шуметь, а вот перекусить не помешало бы.

Из еды осталось вяленое мясо и сухая лепёшка, трофейная пища пошла на ура, мне пришлось себя останавливать, мало ли как обратная дорога сложится, небольшой запас не помешает. Догнался горячим чаем, как раз то, что было нужно, и отправился в путь. Я планировал добраться до Приболотного засветло.

Как иногда говорит мой отец, «чисто было на бумаге, да забыли про овраги». Погода резко испортилась, поднялся ураганный ветер, что ломал и сносил ветки. А тварям такое словно в радость, пока прошёл несколько километров, нарвался трижды. Здесь, конечно, и плюс имелся, восемь белых и две зелёных эфирных камня. Но какого труда мне стоило биться с тварями в такую погоду. Казалось, плетуны прилетали вместе с ветками, только успевай отбиваться, хорошо хоть без ранений обошлось.

На грунтовку, ведущую к Приболотному, я вышел, когда уже стемнело, руны помогли просохнуть и очиститься от грязи, только куртка была подранной. Но мне в любом случае завтра к Сальме, так что я особо не расстраивался.

— Антуан, — я узнал тихий голос Дарко. — Ты чего по ночам шарахаешься?

— Здравствуй, Дарко, — поприветствовал появившегося из пустоты охотника. — С чёрного болота возвращаюсь, задержался немного, а в лесу ночевать не хочется. Дарко осмотрел мой прикид и усмехнулся.

— Вижу теперь, нелегко тебе пришлось, зато подрос! — мне всегда было интересно, как они определяют круг. — Опять теневик?

— Он самый, на него не подействовали Варма и Мальварма, зато Скурджо помогло, — сказал и понял, что выдал свой небольшой секрет, но кусать локти уже поздно.

— У тебя есть плётка? — Дарко удивился. — Повезло, значит, я вот до сих пор её не получил.

— Зато у тебя есть Каменная кожа, я бы от такой руны не отказался, — постучав себя по груди, я скривился от боли, раны только начали подживать. Охотник на это грустно улыбнулся.

— Какие твои годы, Антуан! Получишь, эта руна не такая редкая, и не спасает от когтей теневика, если только совсем хилый попадётся. Есть руны куда крепче, начнут попадаться на четвёртом, пятом круге, мне пока не везёт.

Раз уж я раскрыл один секрет, который оказался не таким уж и важным, то почему бы не получить полезную информацию?

— Мне тут руна выпала, Ретро называется. Случайно, не знаешь, что она делает?

— О-о, хорошее приобретение, — порадовался за меня охотник. — Очень помогает в бою, примени на себя, и я покажу!

Я подчинился, шарик руны появился из воздуха и влетел мне в грудь. А Дарко подошёл ко мне и толкнул с такой силой, что я не удержался на ногах, пробежав несколько метров задом, плюхнулся на пятую точку. Пришлось давить в себе гнев.

— А теперь поднимись!

Мозг дал команду телу, и я оказался на ногах, да так быстро и неожиданно, будто меня кто-то поднял. Мне понравилось, что вызвало улыбку у Дарко.

— Я же говорю, полезная в бою, уронили, а ты легко поднялся, работает правда недолго, от двух падений, дальше от силы зависит. — Не стесняйся, спрашивай, — разрешил он.

— Флексо? — почему бы не воспользоваться.

— Тоже хорошая руна, — Дарко кивнул. — По-другому — руна мечника, будешь быстрее уклоняться без риска повредить жилы.

— О-о, смотри что у меня есть, — я глянул под ноги, найдя булыжник размером с пол кулака, поднял его, держа в руке в полуметре от глаз, Дарко с интересом наблюдал.

Акута…

Верхушку булыжника заострилась не хуже копейного, — охотник хохотнул.

— Я что-то слышал об этой руне, заострит любой предмет, даже живой, ты теперь всегда при оружии, Антуан! А смотри, что у меня есть, не убирай этот камень, на нём и покажу.

Через секунду на острие камня горел ровный красный огонь.

— Здорово! Мне такая руна нужна, как называется?

— Файро, — Дарко рассмеялся. — Ладно, хватит причиндалами мериться… Завтра тебя на занятия ждать?

Я уверил охотника, что завтра вечером, обязательно буду и отправился домой. Добрался без приключений, видно, Тернис решил, что с меня на сегодня хватит.

Из домашних запасов у меня было несколько кроличьих тушек, что лежали в пакетах под руной сохранения, сухие крупы и корнеплоды. Но я выбрал тушёнку, не хотелось возиться с готовкой. Подогрел на сухом горючем и с удовольствием съел всё до последней жирной капли, помогая себе корочкой чёрного хлеба.

Как же хорошо дома, — я осмотрел стены живого коридора. — Что это?

Взгляд остановился на плотно растущих ветвях изгороди в нескольких метрах от меня, они как будто цветом отличались. Поднявшись, я подошёл к заинтересовавшему участку, с близкого расстояния разница в цвете сильно в глаза не бросалась. Если присмотреться, видно, что другой оттенок, небольшой участок примерно метровой ширины.

Да это же мембрана! Переход в… куда?

Я коснулся изгороди, ожидая, что она расступится, пропуская руку — этого не произошло. Но кисть я всё же просунул, с той стороны донеслось глухое рычание, и я поспешил её убрать. К счастью, продолжения не последовало. На этом мои опыты не закончились, принялся протискивать ладонь на другом участке и потерпел неудачу, даже палец не просунешь.

Забыв об усталости, я пошёл по коридору, присматриваясь к живой изгороди. Иногда пытаясь просунуть руку, или просто потолкать. Так и добрался до стоянки Малыша, не добившись никакого результата. Перебрался на другую сторону стены, прошёлся несколько метров, постоянно тыкаясь в изгородь и неожиданно, ладонь провалилась, снова рык, я отошёл назад и задумался.

У выхода на Этернис по левую сторону, и та же самая картина рядом с выходом на Альтерру! Не удивлюсь, если до сантиметра совпадает. И что это значит?

Новое открытие заставило меня крепко задуматься. Я ходил этим порталом десятки раз и ничего не замечал.

Прошёлся свежим взглядом по стенам рядом с лагерем, мало ли вчера недоглядел.

Участок слева выделялся чётко. Возникал вопрос. Почему я раньше не замечал? Я перебрал все возможные варианты и невнимательность в первую очередь.

Но ведь я здесь всегда ужинаю, завтракаю или обедаю, когда не в походе. Всегда смотрю в одну и ту же сторону и не увидел⁈ Здесь напрашивался только один ответ. Я стал больше и лучше видеть. И раньше слепым не был, но теперь у меня третий круг, третий уровень!

Это самое разумное объяснение: Антошка стал сильнее и получил небольшой бонус. Вчера я не поленился, прошёл по всем стенам ещё раз, только два неполноценных портала.

Почему неполноценных? Да потому что пройти в них нельзя, я пробовал. Позлил немного потусторонних тварей, пролезают только ладони, причём по одной. Третий круг не позволяет, и не факт, что на четвёртом смогу пройти. Вот только куда? Один потенциальный портал находится рядом с выходом на землю, второй с противоположной стороны.

Вариантов, конечно же было множество, примерно столько же, сколько миров во вселенной, я буквально терялся в догадках. И, в конце концов, решил не ломать голову, когда качнусь уровня до пятого, может, тогда и узнаю.

После завтрака я сходил на ручей, набрал несколько бутылок воды про запас. Утренняя прохлада напомнила о скорой проблеме, начнутся холода, мне придётся топить снег. Кроме того, на снегу остаются следы, надо будет решать вопрос с конспирацией.

Сегодня я решил не ходить на Альтерру, тем более там сейчас ночь. А вечером, когда в родном мире утро, мне нужно быть на занятиях с мечом. На данный момент это важнее любых денег, Мезенцев может и подождать.

Основную часть дня, я посвятил тренировке. Нашёл по совету Виро сухостой, отойти пришлось подальше от мембраны, кинул на дерево руны тишины и защитного поля, и приступил к отработке ударов мечом. Бил дерево до тех пор, пока руки не стали отваливаться. Старался себя не жалеть, только поджившие раны нещадно ныли, некоторые начали кровоточить. Я знал, что это не проблема, потому особо не парился. Если напрягать себя каждый день, обязательно станешь сильнее.

Обед, заодно и ужин приготовил недалеко от места тренировки, отварил несколько пакетиков каши, затем зажарил тушку кролика на огне, должно было остаться и на завтрак.

Перед занятием успел заскочить на Ведьмино озеро. День был погожим, к вечеру потеплело, так что я собрал неплохой урожай пиявок, возможно, последний в этом году.

Как там говорила Сальма? Одна пиявка — это одна морщинистая морда! — посмеявшись, я отправился к портнихе. К ведьме зайти тоже бы не помешало, однако я уже распределил график посещений, на обучение травничеству выбрал завтрашний день, тем более голова теневика осталась дома.

На тренировку я явился с полным рюкзаком, основной объём которого занимала озёрная вода в сдвоенном полиэтиленовом пакете. Пиявки любят воду, тут уже ничего не поделаешь. А остальное пространство занимало козье молоко, основной ингредиент для зелий.

Поздоровавшись с Виро, я скинул груз и простую джинсовую куртку, драную боевую оставил у Мирны, портниха обещала её подлатать на досуге. Остался в одной майке, молодой охотник оценил мой внешний вид.

— Раны ещё свежие, Антуан, вон у тебя кровь на груди, может не стоит сегодня заниматься?

— Как это не стоит? Уже забыл, чему тебя учил отец? Я не хочу чужие нужники чистить, да и свой не желаю, лучше какого-нибудь соседского лентяя нанять! — Виро оценил мою шутку скупой улыбкой и вынул меч из ножен.

Молодой охотник напал первым, резко без какого-либо предупреждения, я отбил выпад, атаковал в ответ. Выставленный Виро меч отбило в сторону, охотник ушёл с линии атаки, его глаза сверкнули злобой. Налетел на меня как бешеный ураган, удары сыпались со всех сторон, я хоть и с трудом, но отбивал. Если чувствовал, что не справляюсь, отскакивал назад, уходил в сторону короткими перебежками. А тот всё наступал и наступал, стараясь хоть как-то меня зацепить, мне казалось, Виро бесился, потому что у него ничего не получалось. Надо ли говорить, что я в основном отбивался.

С наступлением темноты пришёл Никлас, смотрел какое-то время на наши танцы.

— Хватит уже, Виро! Ты не можешь его пробить! — молодой охотник, наконец, угомонился.

Опустив меч, он устало уселся на корточки, а Никлас одобрительно мне покивал. Я бы тоже присел, или даже прилёг, чтобы поспать часиков несколько. Но во мне поселилась упрямая жилка и не позволяла этого сделать. Если нужно, я продержусь ещё столько же, или пока меня не уложат.

— Ты стал сильнее, Антуан! Теперь видишь, в чём разница между вторым и третьим кругом? — Никлас вопросительно на меня посмотрел.

Я кивнул, но мне почему-то казалось, что это чисто моя заслуга, я сам этого добился без всякой магии. Разумеется, это была ошибка, местная сила втекала в меня, мои жилы и суставы, вместе с каждым поглощённым эфирным камнем. Теперь я чуточку, но сильнее Виро и молодой охотник об этом знает.

— А сейчас представь себе бой с мечником восьмого круга! Тому же Астамаку, или его вассалам никто из нас в подмётки не годится!

— Значит, нужно расти дальше, — я улыбнулся, а Никлас посмеялся.

Я проследил, как Виро поднялся на ноги и убрал меч в ножны, в его взгляде уже не было злости.

— Прости, Антуан, я малость разозлился, — в ответ я махнул рукой, типа забей, меня это не парит.

— Иди домой, Антуан, тебе нужно отдохнуть, — произнёс Никлас. — Завтра моя очередь, уж поверь, спуску я тебе не дам, — он говорил и ухмылялся, а Виро кивал, сочувственно глядя на меня.

До дома я добрался кое-как, что уже стало входить в привычку. Успокаивала мысль, что я стал хоть чуточку, но сильнее. Никлас немного приукрасил реальность, что свойственно некоторым учителям, но сделал это исходя из лучших побуждений. Астамак с вассалами не могут быть настолько хороши, всегда есть предел, потолок. Даже я со своим минимальным жизненным опытом это понимал. Я видел руки барона, они не знали тяжкого труда, и речь здесь вовсе не о сохе, понятно, что аристократ чурается крестьянского труда.

Однако бой с мечом, это тоже труд, да ещё какой, мне ли об этом не знать, каждый вечер едва до дома доползаю. И руки, кисти, ладони покрываются мозолями, ссадинами, которые заживают и превращаются в рубцы, нарастают новые мозоли, одна на другую. Примерно как у Никласа и Дарко. Виро тоже в их списке, у меня же пока что первый слой нарос, так что знаю, о чём говорю.

Астамак однозначно сильнее меня, но если я продолжу заниматься с мечом, догоню его и обгоню, в кругах тоже, вопрос только во времени.

Оказавшись в родимом коридоре, снял тяжёлый рюкзак и занялся пиявками. Поступил как ведьма, слил воду из мешка в ведро вместе новыми жильцами, жидкости оказалось маловато, пришлось добавить немного воды из ручья. Ими решил заняться завтра.

Разделся догола, осмотрел своё тело. Этернис активно адаптировал меня под себя, я здесь всего-то несколько месяцев, а шрамов на теле словно прожил тут добрую половину жизни, в постоянной борьбе прожил. Парочка шрамов на груди немного кровили, это следствие последнего занятия, уже завтра к вечеру они должны затянуться. Стараясь их не касаться, обтёрся мокрым полотенцем, затем кинул на себя и одежду руны чистоты.

Кашу и мясо предпочёл есть холодными, лень было выходить наружу, чтобы развести огонь. После позднего ужина улёгся в спальник. Дав себе установку встать через три часа, провалился в сон без сновидений.

Удивительное время года — осень, в одно время приморозит, а в другое тепло словно летом. Сегодня была именно такая погода. Я наслаждался солнечными лучами, пока добирался до Дегтярёвки. До бабушкиного дома я дошёт также, задами. Оказавшись в огороде, осмотрел всё бдительным взглядом, трава скошена, во дворе тихо.

Открыв дверь, вошёл в дом, следов взлома не обнаружил, но это ни о чём не говорило, здесь профессионалы работают. Им не то, что в доме нужно, а его временный жилец, который появляется настолько редко, что они пост наблюдения сняли. Я не собирался здесь задерживаться, спрятал кое-что в кухонном шкафу, раскидал руны чистоты и быстро покинул дом.

К соседу я заходить не собирался, потому быстрым шагом направился обратно в лес.

Мне удалось немного облегчить путь до тайника, прошёл вдоль леса и свернул в заросли в нужном месте. Спустя полтора — два часа, я оказался у тайника и какое-то время присматривался к следам. Имелись звериные, четыре лапы с подушечками и когтями, скорее всего, волк, а шёл он по человеческим следам. Они уже не фонили теплом, значит, старые.

Удостоверившись, что всё в порядке, добрался до тайника и начал его откапывать. Внутри меня ждало пополнение запасов люмия, Мезенцев сдержал слово. Самое ценное, находилось в сумке с канителью, аккуратная стопка пятитысячных купюр. Денег было много, с одной стороны — радость, а с другой, я не знал, что с ними делать.

Не став пока об этом задумываться, собрал несколько сумок, закинул часть груза в рюкзак, предварительно его освободив от зелий, и отправился в обратный путь.

Что интересно, в этот раз я устал намного меньше, рост в один круг дал мне много сил. Дело не только в магии, регулярные истязания организма тоже давали свои результаты.

Не добравшись до мембраны несколько сотен метров, сделал остановку и отзвонился Мезенцеву. Того вроде всё устраивало, всем доволен, но, когда будет следующая партия всё равно спросил.

— Максим, я только что её доставил, в этот раз только сильник и новинка, средство от морщин, как и обещал. Средство действенное, одной спичечной головки этого крема хватает на обработку лица. Действует около года, может, и больше, проверять нужно. В изготовлении средства есть некоторые сложности, потому его немного.

Не говорить же ему, что один из ингредиентов — моя собственная кровь⁈ Может не понять.

— Так сколько всего средства от морщин, Антон? — голос почему-то был взволнованным.

— Три полных флакончика, один заполнен наполовину, его можешь использовать на пробу, а за полные по миллиону. Как я уже говорил, непростое в изготовлении, попробовал нанести на шрам, через пару часов от него и следов не осталось. Так что вот тебе ещё одно применение, послеоперационные шрамы, следы травм на коже.

— Это хорошая новость. Жаль, мало, но ничего, будем ждать следующей партии, — по голосу я понял, что Мезенцев уже продал всё зелье, даже то, что ещё лежит в тайнике, как минимум раз в пять дороже.

Распрощавшись с деловым партнёром, я решил не тратить время зря, запалил сухое горючее на таганке, поставил на него кружку с водой и написал родительнице.

Антуан:

*Привет, мам! У меня всё замечательно! Как у вас дела?

Она уже должна была вернуться с работы, готовить ужин, телефон на кухонном столе.

Я тут Хозяйка:

*Привет, блудный сын! У нас как обычно, часть ремонта закончена, папа решил заняться балконом. Ты бы видел нашу ванну, я тебе фотки потом вышлю, красота, жаль места мало.

Антуан:

*Насчёт места, дачу не хотите прикупить? Где-нибудь у озера, рядом с лесом, рыбалка, грибы!

Я тут Хозяйка:

*С ума сошёл? Ты знаешь, сколько такая красота стоит?

Антуан:

*Нет, не знаю! Но думаю, того, что я оставил в кухонном шкафчике, за крупами должно хватить.

Я оставил там пятнадцать миллионов, когда мама найдёт эти деньги, скорее всего, покроется морщинами. Потому я оставил там пузырёк средства от них и не только его.

Я тут Хозяйка:

*Так-так и сколько же там?

Антуан:

*Сама увидишь, мам! Но знай, единственное моё преступление — это долг государству. Я не плачу налоги, так что вам с папой придётся придумать, как легализовать эти средства. Можете тратить на своё усмотрение, но дача с террасой и мансардой на берегу озера, разве не красота? Грядки с клубникой, розы, тюльпаны под окном, а на берёзках птички поют.

Я тут Хозяйка:

*Хватит, Антон, это же моя мечта!

Антуан:

*Считай, что она осуществилась, если не хватит пришлю ещё… Кстати, я там кое-какие народные средства оставил. Те, что беленькие, каждому по пузырьку, чтобы выпили обязательно. Если есть какие болячки, года на три можно будет забыть. А серенький пузырёк наружного применения, от морщин и шрамов, средство действенное!

Я нарочно перевёл тему на медицину, знаю, что для мамы она одна из самых важных. Забудет про деньги, но будет думать о даче и здоровье, и сыне травнике, небольшая манипуляция сознанием.

Так и вышло, в дальнейшей переписке о средствах на дачу не было ни слова. Зато родительница вспомнила о шраме после операции на аппендицит. Я узнал, что такое брыли, оказывается, они есть у обоих родителей, небольшие, но уже растут, по-простому бульдожьи щёчки. И ещё куча разных мелочей, мама уверила меня, что лекарство обязательно употребят на этом мы и распрощались.

Добравшись до дома, я по-быстрому перекусил остатками каши с кроличьим мясом и взялся за зелья. Для начала сильник, готовка средства от импотенции занимала меньше времени. Сварив одну большую партию, взялся за «крем» для кожи. Здесь уже разгуляться не получилось, изготовил несколько небольших порций и побежал в деревню.

— Ох, матёрый! — восхитилась Сальма, разглядывая оскаленную пасть теневика. — Повезло тебе, м… Антуан, — в голосе послышалась нотка уважения. — Такую тварь свалить не просто! Сам справился? — на меня уставился хитрый прищуренный взгляд.

— С трудом, — честно признался я. — Хорошо хоть один пришёл.

— Ха! Теневики не любят конкурентов, почти всегда в одиночку охотятся, а матёрые подавно… Золотом возьмёшь? — опять этот хитрый взгляд.

— Знаниями! — ведьма одобрительно кивнула.

— Что такое золото? Сегодня есть, завтра нет, а знания на всю жизнь останутся!

Я помог травнице слить яд, в этот раз было больше. Наверное, потому что не успел меня цапнуть, и цвет яда был более насыщенным, словно изнутри светился. С каждого клыка получилось по десятимиллилитровому пузырьку, почти полному, ведьма была довольна, даже какой-то мотивчик начала напевать.

— Если ждёшь в оплату противоядие от теневика, то зря, не продам! — предупредила ведьма. — Все местные охотники у меня покупают, из Ягодного тоже приходят, для меня это хлеб, Антуан, — я кивнул.

Всё-таки сильно наши миры отличаются, здесь ценится сила и противодействие силе. А в нашем мире здоровье и стояк без морщин. Ведьма легко расстаётся с рецептами здоровья, а что что касается силы, прижимистая.

— Я не собираюсь торговать зельями на твоей территории, мне больше для себя нужно — знания!

Ведьма постояла немного у рабочего стола, о чём-то там раздумывая.

— У меня есть другой рецепт, но пообещай, что никому о нём не расскажешь, — она пристально на меня посмотрела.

— Обещаю, буду готовить только сам, рецепт никому не отдам и не продам! — Сальме этого хватило.

— Письму обучен? — я кивнул. — Тогда записывай, у меня сейчас не всё есть, приготовить не смогу.

В кармашке рюкзака у меня лежал блокнот и простой карандаш, я достал их и принял вид прилежного ученика, — ведьма оценила и по-старчески хохотнула.

— Это что у тебя за стило такое, пишущая палочка? — она сконцентрировала взгляд на карандаше.

— Да, вроде того, затачивать надо.

— Ну, пиши тогда, мне потом такую подаришь!

Могу и упаковку подарить, мне не жалко, Рита много заказала.

— Помнишь, я говорила, что хорошее зелье варится на козьем молоке?

— Конечно, я твои слова на всю жизнь запомнил, а плохое, значит, на…

— Нет, Антуан, на крови нельзя, я тебе уже говорила, — однако глаза говорили совсем другое.

— Я понял, это запретное знание, прокураторы меня за это четвертуют, — Сальма покивала и продолжила.

— Так вот, плохое нужно готовить на эле!

Что-то новенькое, очень интересно!

— Крепкий эль, малая кружка, — она потыкала узловатым пальцем в глиняную кружку размером с большую рюмку. — Чем крепче, тем лучше, если он горит, то вообще хорошо…

Я и спирт могу достать, медицинский…

— Одна капля яда теневика, — я всё записывал. — Три капли волчьей крови, нет у меня крови, — посетовала ведьма. — Если принесёшь куплю.

— Я бесплатно принесу, в следующий раз.

— Ох, хитрец! — улыбнувшись, Сальма погрозила пальцем. — Пиши дальше, зелье простое, я от своей бабки рецепт вызнала. Малая щепотка толчёного сильника… Да-да, не смотри так, здесь травка тоже силу даёт, только другую, — она сжала старые кулаки. — Всё в одну посуду, перемешивать не нужно, травка сама осесть должна. Накроешь крышкой, поставишь в тёмный угол, простоит три полных дня, потом надо процедить и снова в тёмный угол на три дня. У тебя будет две порции зелья хищника!

— А что оно даёт? — название интригующее.

— Сила, скорость, выносливость потусторонней твари, вот что даёт. Долгого эффекта не жди. Если нужно быстро справиться с двумя — тремя десятками тварей, или даже не самыми сильными мечниками, это зелье тебе поможет.

Классное зелье, надеюсь, без побочек!

Сальма меня всё же осадила, часто применять нельзя, даже одна капля яда теневика может бед натворить. Как уверила ведьма, после первого раза я и сам не захочу, потому что отходняк такой, что легче похмелье после бочонка эля пережить. Но когда нужно отбиться от толпы, поможет жизнь сохранить.

Она предупредила, лучше принимать зелье, находясь в окружении друзей, чтобы потом прикрыли, либо после боя бежать со всех ног и прятаться, пережидать отходняк.

— А как насчёт быстрого заживления ран? Я знаю, что пережёванная ботва лунолики хорошо помогает. Может, такое зелье есть?

— Ха, пережёванная не пережёванная, это смотря кто жевать её для тебя будет! Если я, то без толку, — ведьма закаркала смехом. — Даже лучший друг тебе в этом не помощник, а вот если это будет девственница, тогда раны сразу схватываться начнут, а через несколько дней и следов не останется… Чего ты на грудь свою смотришь? Вспомнил девственницу, которая жевала для тебя лунолику? Ха-ха-ха… Хорошо, когда такая под рукой есть!

— Ну так бывает такое зелье? — образ Даны вызвал ненужные движения в теле.

— Конечно, бывает! Где же столько девственниц сыскать? Несколько видов, из разных ингредиентов готовится, кто-то даже кровь плетунов использует, но я бы не стала с такой дрянью связываться. Я уже говорила, кровь, особенно потусторонних тварей, это плохо, — ведьма сузила глаза.

— Хорошо, я понял. А яд теневика в таком зелье используется?

— Конечно, Антуан, и ты такое зелье пробовал, может, и не раз! Но только оно больше от укуса твари помогает, противоядие, а заживление ран не очень быстрое.

Сальма напомнила мне, что пора прикупить у неё несколько пузырьков с противоядием, сделал зарубку в памяти, продолжая слушать ведьму.

— Расскажу и покажу после того, как принесёшь мне волчьей крови и пару голов теневиков, — старуха улыбнулась, демонстрируя мне жёлтые зубы.

Чего и требовалось ожидать, нужные знания на халяву не даются. Я кивнул, прикупив несколько пузырьков с противоядием, покинул ведьмин дом.

Следующей, я посетил Мирну. У неё во дворе, на лавке, сидело несколько человек лихого вида. На родной Альтерре я бы прошёл мимо, приняв за обычную гопоту, но на Этернисе приходилось считаться с местной культурой. Никакие это не гопники, а, скорее всего, охотники из других мест. Мирна говорила, что к ней из Ягодного приезжают и с Вольного Поля люди появляются, даже Дувгородские бывают.

— Здравствуйте! Меня зовут Антуан, я с юга! — я остановился у лавки.

Троица практически синхронно поднялась с мест, лихие физиономии скрасились приветливыми улыбками.

— Здравствуй, Антуан, путник с юга, наслышаны о тебе! Я Даго, — представился самый рослый из них. — Мы охотники из Ягодного, это мои братья, Маго и Ваго, — крепыши кивнули мне, я ответил тем же.

— А правда, что ты можешь прибить теневика холодной руной? — по-моему, это был Маго, не уверен.

— В последний раз не получилось, — честно признался я. — Пришлось старым добрым мечом поработать, — все трое дружно рассмеялись, будто я шутку какую сказал.

Этим и отличался простой народ, бесхитростные. Но, если что не так, быстренько отоварят.

— А покажи на Ваго, он не обидится, правда, Ваго, — поинтересовался Маго, кажется, я начал запоминать, все трое опять расхохотались, я поддержал простую шутку. В этот момент из дома вышла Мирна.

— А ты чего не заходишь? Твоя вещь давно готова!

Я кивнул охотникам и вошёл в дом. Аромат готовой пищи вызвал бурное слюноотделение, в животе забурлило, да так громко, что портниха посмотрела на меня весёлым взглядом.

— Это барашек Антуан. Рилла приготовила кашу с овощами и мясом, она знатная мастерица. Мы с Гайко не нарадуемся. Ох и жена кому-то попадётся, закормит, будет такой же добрый, как мой муж, — я вспомнил, как выглядит Гайко и мысленно скривился. Не дай Тернис так раздобреть.

На ужин напрашиваться не хотелось, тем более Рилла неровно ко мне дышит. Начнёт строить коровьи глазки, от этой картины пропадал аппетит. Но домашней каши с мясом страсть как хотелось. Там же овощи и злаки, всё сбалансировано, в голове это прозвучало голосом мамы.

— Я бы купил у тебя каши, Мирна, если продашь.

— Продам, а чего не продать? Рилла большой казан приготовила, могу и половину тебе отсыпать, за пару золотых, — я кивнул, соглашаясь. Местная домашняя еда не чета моей, к тому же сэкономлю время. А золото, это всего лишь золото, у меня его до хрена.

Для начала мы разобрались с моей курткой.

— Я пришила усиления из двойного слоя кожи, она лёгкая просушена рунами, но всё равно твоя куртка стала немного тяжелее.

Я взвесил её в руках, особой разницы не ощутил. Было два слоя кожи, теперь четыре, не везде только в самых проблемных местах. Заплатки смотрелись гармонично, одинаковые, что слева, что справа. Куртка стала похожа на старую винтажную вещь, но мне нравилось. Рассчитавшись с портнихой за всё сразу, я хотел было покинуть её дом, Мирна меня задержала.

— Антуан, хочу тебя попросить, не продавать больше люмий Бонире, портнихе из Вольного Поля. Лучше мне продай всё, что она попросит.

— Мирна, я не знаю никакую Бониру, и не был в Вольном Поле, тем более, мне пока нечем торговать, — я соврал, люмия у меня много, но не хотелось их баловать частыми и обильными поставками. Нисколько не сомневаюсь, что портниха может купить много.

— Да, значит, она ещё до тебя не добралась и, как обычно, соврала…

— Она могла купить у кого-то другого, — на ум пришёл один скользкий барон. — Ты ведь общалась с Астамаком?

Мирна опустила глаза, и я понял, что попал в точку. Барон — прокуратор, по роду профессии мотается по всем ближайшим селениям. Но я сомневался, что он будет мараться с какой-то сотней золотых, тут дело в другом.

— Вот и я общался. Как думаешь, могу я отказать барону прокуратору в продаже люмия?

— Нет, Антуан, не можешь, — Мирна немного погрустнела. — Я тебя поняла… А Бонира та ещё потаскуха. Тернис одарил её красивым лицом и большой задницей, все мужчины на неё засматриваются. Значит, барон к ней заходит!

Ну вот, родилась новая сплетня, барон Астамак поё… иногда заходит к Бонире, или она к нему, в общем-то, без разницы. Мне тоже стало интересно, что там за задница такая, но говорить об этом с Мирной не стал. Тем более меня уже ждут на занятиях.

Охотники с Ягодного всё ещё были во дворе, я кивнул, прощаясь, отремонтированная куртка уже была на мне, и она заинтересовала Даго. Сам он был в кожаной кольчуге, по мне так вариант получше. А мне было привычнее в подобии земной одежды с карманами.

— Антуан! Такая защита на юге, твоя кольчуга? — я пожал плечами.

— И такая тоже есть, в основном кольчуги в ходу, — кивнул на его защиту. — Просто мне так удобнее, карманы внутренние есть, — я расстегнул куртку показывая.

— А мы простые кольчуги заказываем! — Маго посмотрел на Ваго, а тот кивнул. — Я себе потом такую закажу, — пообещал охотник.

— Будешь в Ягодном, заходи в гости, Антуан! Мой дом крайний от пограничного столба, — пригласил Даго.

Распрощавшись с охотниками, я поспешил на занятия.

Никлас ждал меня на нашей полянке за селением, сегодня он был один. Увидев меня, кивнул, затем кинул на обоих руну Каменной кожи. Как и в случае с Виро, он не стал предупреждать, налетел резко, как дикий кабан. Я еле успел подставить меч, отразив удар, отскочил в сторону, типа отступаю, а сам бросился в контратаку. Никлас легко отбил меч и попытался ударить меня рукоятью. Я был начеку, уклонение, уход влево, удар мечом наотмашь. Охотник парировал удар, тут же ткнув меня остриём вбок, больно, но не смертельно, я намотал знание на ус.

Сегодняшнее занятие отличалось, Никлас атаковал жёстче, чем обычно, но и я не тормозил. Да, я получал удары и уколы, несмотря на скорость атак их было меньше, чем в предыдущие занятия. Антон подрос, стал немного сильнее, и Никлас вновь это признал.

— Молодец, Антуан! Твоё бы рвение мне в своё время, давно бы пятый круг получил, я слишком ленив, — охотник усмехнулся. — Но тебе ещё очень далеко до настоящего мечника, любой стражник аристократа легко тебя зарубит!

Я кивнул. Понятно, что уровень охотников чуть выше обычного мужика с оглоблей, они привыкли биться с тварями, а не с людьми.

— Знаю. Спасибо тебе, Никлас, я хотя бы от плетуна теперь могу отбиться. Занятия с вами уже не раз выручали.

Вернувшись домой, я нашёл в себе силы продолжить занятия. Накинул на плечи рюкзак с камнями, побежал в противоположную сторону коридора, нужно было догнать себя до нужного состояния, иначе не чувствовал удовлетворения.

Практически весь следующий день, я занимался зельеварением, делал перерывы на тренировку и перекус. Еда мне требовалась, потому что крови потерял столько, что в какой-то момент начала кружиться голова. Слегка переусердствовал с размером посуды, использовал плоские камни раза в полтора больше предыдущих. А пиявкам хоть бы хны, сжирали всё, что было, оставляя за собой зеленоватый налёт.

Таким образом, я увеличил количество полезного ингредиента. Оставалось надеется, что это не скажется на качестве.

На Альтерре выпал первый снег, тонкий слой поверх листвы. Скорее всего, он скоро растает, но в данный момент, для меня это стало проблемой. Дело в следах, они приведут к мембране, а давать заднюю нельзя, я пообещал Кольку, что буду на свадьбе.

Постояв немного в зарослях перехода, я пробрался в дальний край, решив пройти меж деревьев. Листва со снегом под ногами проваливалась, оставались чёткие отпечатки ног.

Что делать? Руна чистоты здесь не помощница… А если Ордо использовать? Как руна наводящая порядок отреагирует на снег?

Кинув руну на следы, я принялся ждать. Примерное представление у меня имелось, это не квартира и даже не гараж с ровным полом. Руна воспринимала листву как естественный фон, или полы, я уже не раз проверял. Много времени не прошло, примятая листва выпрямилась, принимая прежнее положение, а вот снежный покров восстановился лишь частично, но следы от обуви не читались.

Слишком мало снега, а вот зимой должно сработать, — решил я, отходя ещё на несколько шагов.

Со стороны не очень-то и заметно, я не стал париться, через часок-другой задует ветер, или снова выпадет снег, может, даже с дождём. Руны Ордо, должно быть, достаточно, на первые несколько сотен метров, а потом следы можно не заметать.

Я пошёл по лесу вначале по привычке вдоль грунтовки, а потом уже решил не стесняться, вышел на дорогу. По ней давно никто не ездил, опавшая листва не потревожена.

Может, про меня забыли? — даже самому стало смешно. — Как обо мне забудут, если рынок регулярно пополняется зельями. Скорее всего, депутату, или кто он там, пока не до меня, Мезенцев об этом говорил.

В последнее время я не светился со связью, не наглел с выходом город, даже в деревню не особо совался. Раз в неделю ходил до тайника, остальное время посвящал совершенствованию навыков, бой с мечом, зельеварение. На охоте бывал редко, в последний раз неделю назад, набил десяток белых эфирок, и парочку зелёных.

Так что до четвёртого круга я так и не добрался. Это местные посоветовали, Дарко и староста язык подложил, дескать, нельзя так быстро расти, нужно дать энергии усвоится. У некоторых на этот процесс годы уходят, а ты за пару месяцев решил до четвёртого добраться.

Выбравшись из леса чуть в стороне от грунтовки, я достал телефон и позвонил Рите. Девушка взяла трубку моментально.

— Алло, Антон?

— Ну да, кто же ещё? Решил сегодня вернуться в цивилизацию, на несколько дней.

— Ну наконец-то, я так соскучилась, сейчас с работы отпрошусь… Только у меня в холодильнике мышь повесилась, надо что-то закупить…

— Не парься, закажем что-нибудь готовое, а борщ вечером сваришь.

— Хорошо, жду тебя, милый! — последнее слово было приятным, но всё равно резануло слух. Я отключил вызов.

Девушка всё ещё меня ждала, когда я нажимал вызов, ожидал разных вариантов. Она молода и красива, вокруг полно парней, Рита могла не дождаться. Это, конечно, нечестно с моей стороны, я не планировал пока заводить семью, но мне льстила её привязанность.

Добравшись до трассы за пару часов, я остановил рейсовый автобус. Он был полупустым, с комфортом устроился на мягком сидении и даже подремал немного после контраста с прохладой на улице.

Райцентр встретил меня обилием людей, они были везде, на улице, в магазинах, куда ни кинь глаз. Я за последнее время отвык от общества, люди есть и не Этернисе, но не в таких количествах.

Натянув простую вязаную шапку практически на самые глаза, я зашёл в супермаркет. Мне нужен был борщевой набор, потому отправился к полке с овощами, по пути, прихватив колбасы с майонезом. Я не знал, из какого мяса вкуснее получится, потому прихватил всякого: курица, говядина, свинина. В общем, набрал всего, часть из которого, скорее всего, не пригодится, и отправился на кассу.

Мне «повезло», опять попалась бдительная кассирша, она быстро пробила весь товар, а потом долго разглядывала мою купюру, сверяя её номер с длинным списком, иногда поглядывая на меня.

— Долго любоваться будешь? — спросила стоящая за мной бабуля.

— Сколько надо, столько и буду, не мешайте работать, женщина! — отшила её кассирша.

— Сынок, а ты дай ей другую бумажку.

— Так она и её будет проверять, — нашёлся я, доставая из кармана охапку крупных купюр. — Пусть сама выберет, — я протянул ей деньги.

Бабуля развеселилась, а кассирша, наоборот, начала беситься.

— Молодой человек, не суйте мне свои бумажки! — повернула голову, увидев количество купюр, покраснела и, наконец, отсчитала сдачу.

Детская выходка и меня развеселила, я вышел из магазина в прекрасном настроении. На обочине остановился полицейский уазик, водитель и пассажир в форме почему-то пристально меня разглядывали.

Начинается, блин, что-то я совсем расслабился! — раздался щелчок и переднее водительское колесо хлопнуло, разлетевшись кусками резины.

Завизжала какая-то женщина, в страхе расплакался ребёнок, полицейские пропали из вида, спрятавшись за панелью.

Оценив быстрым взглядом, что сотворила руна, я двинулся по тротуару, направляясь к пешеходному переходу. За спиной послышались взволнованные голоса.

— Что случилось?

— Да колесо лопнуло, наехали на что-то…

— Ни хрена себе наехали, я думал, это мина…

Как и следовало ожидать, полицейские на какое-то время обо мне забыли. Я снял шапку и слегка прибавил шаг, очень скоро оказавшись за углом, там свернул во двор.

Неужто мои приметы у них есть? А может, вид смутил? — я помял в руке вязаную шапку и сунул её в пакет. — Кассирше я тоже не понравился, так и косилась на меня, как на какой-то уголовный элемент.

Добравшись до нужного дома, я подошёл к подъезду и нажал вызов. Рита, похоже, в окно меня высмотрела, дверь открылась после первого гудка. Поднялся на этаж, дверь в квартиру уже была открыта.

— Привет! — стоило войти, девушка повисла у меня на шее. — Ты такой жилистый стал, как стальной прут, она тискала меня в объятиях, не желая отпускать.

Я тоже наслаждался, чувствуя на себе вес красивой девушки и не только вес, приятные мягкие выпуклости тоже, я подхватил её за попку, прижимая к себе.

Рита, наконец, дала мне раздеться и осмотрела со стороны.

— Ну взгляд у тебя, Антон, будто зверь дикий! Посмотрись в зеркало.

Я посмотрел и не сразу себя узнал, лицо стало крупнее, жёстче, пушок под носом и на подбородке нисколько его не смягчал. Наверное, всё из-за глаз, холодные, хищные, будто внутри меня поселилось второе сознание и теперь исподволь выглядывало наружу. Вспомнились лица охотников из Ягодного, они выглядели также — лихие люди. В общем-то, и Дарко с Никласом не похожи на добрых самаритян, просто я к ним уже привык.

— А я-то думаю, чего это полицейские на меня так смотрят? — на мои слова Рита захихикала. — Я же всего лишь из лесу вышел! — девушка продолжала укатываться со смеху.

Я был чистым, можно сказать стерильным, руна чистоты творит настоящие чудеса, но Рита всё равно затащила меня в душевую кабину. Девушка побледнела, когда увидела мои шрамы.

— Это как же ты выжил? Прямо под сердцем и на печени, а с руками-то что? Тебе жевали, что ли?

— Давай по-быстрому помоемся, и я тебе фокус покажу! — лицо я от шрамов избавил, а про остальное тело забыл.

— Люблю фокусы, только по-быстрому не получится. Я, знаешь, как соскучилась?

Кабинку мы покинули нескоро, Рита вела себя как ненасытная львица, начала успокаиваться, когда моё брюхо стало подвывать от голода.

— Что, этот жуткий шрам исчезнет? — уже находясь в постели, девушка водила пальцем с мазью у меня под сердцем.

— Не нужно так много мази, это тебе не вазелин, одной спичечной головки средства, хватает, чтобы обработать лицо… Да, рассосётся навсегда, а вот морщины вернуться где-то через год и опять мазать придётся.

— Так это тогда крутая мазь! Из любой старухи молодуху сделает! Я себе тоже помажу…

— Где помажешь? У тебя всё в идеале, — Рита зарделась, опустила глазки. — Если только вот здесь разок мазнуть!

— Ай, нет! Пупок мне нравится!

Я задержался у Риты на пару дней, за это время ни разу, не выйдя из дома. Да, в общем-то, не обязательно было выходить, всё, что необходимо можно заказать и привезёт курьер. Мне нужно было сменить гардероб, это решилось за счёт маркетплейсов, я заказал несколько комплектов одежды. Разные цвета, фасоны — это Рита настояла, также она хотела, чтобы я сходил на примерку, отказался и заказал ещё больше, чтобы уж наверняка что-то подобрать.

К первому ужину Рита приготовила борщ, это я настоял, очень уж хотелось настоящей домашней еды. Густой, из трёх видов мяса, да с ложкой сметаны, просто объедение. Я практически сам и съел всю кастрюлю за эти двое суток, девушка блюла идеальную фигуру.

Мы не только ели, спали и занимались сексом, Рите не нравился мой взгляд. На следующее утро она поставила меня перед зеркалом и попросила расслабить лицо.

— Нет, не так, ты просто уголки губ опустил, теперь ты похож на грустного убийцу!

— А как? — я понятия не имел, как нужно расслаблять, и зачем.

— Представь, что у тебя всё хорошо, — Рита поиграла бёдрами.

— У меня и так всё хорошо, — я схватил девушку за ягодицу, она взвизгнула, типа испугалась.

— Нет, — Рита задумалась. — Я помню тебя, твой взгляд, когда вокруг было три девушки, одна краше другой, — она приосанилась, приподняла подбородок, давая себя оценить. — Ты был растерян и в то же время доволен…

— Я понял, — попытался вспомнить своё тогдашнее состояние.

Странно, но я не помню, чтобы был доволен, наоборот, я же тогда Машу боялся потерять. Каким же я ребёнком тогда был, тормоз и инфантил.

— Вот! Теперь намного лучше, — воскликнула Рита. — Если будешь смотреть на людей также, чуть свысока, к тебе только гопники цепляться будут, потому что ты похож на аристократа, — я рассмеялся.

Посмотрелся в зеркало, запомнил выражение лица и своё состояние, а потом пошёл благодарить девушку, долго и упорно.

Наутро перед отъездом Рита накормила меня вкуснейшей глазуньей, а сама съела пару ложек творога со сметаной. Сходив в комнату за своей сумкой, поставил на стол пузырёк с зельем из лунолики.

— Выпей, до последней капли, — я говорил с ведьмой, она меня уверила, если организм здоров, зелье никакого вреда не принесёт. И будет спасать организм от болячек ближайшие несколько лет, так что никакие болезни ей пока не страшны.

Рита мне доверяла, так что выпила зелье без единого вопроса, пришлось пояснять, посматривая на округлившиеся глаза.

— Ты реально крутой травник?

— А ты думала, я от дурости по лесам шарахаюсь? — она улыбнулась. — Я хорошо зарабатываю, — положил на стол несколько пачек с крупными купюрами, чуть подумав, добавил ещё парочку, — у девушки забавно отвисла челюсть.

— Это что? Сколько здесь, три миллиона, что ли? — она малость охрипла.

— Я же говорю, хорошо зарабатываю. Ты можешь использовать эти деньги на своё усмотрение, положи в банк, или купи что-нибудь…

— Я не могу, Антон, здесь слишком много! — как мне нравилась её неподкупная простота.

Хотелось сказать, что это немного, и ещё каких-нибудь глупостей, но сказал я другое.

— Не спорь и потрать с умом, или не трать, дело твоё. Обратно я деньги не возьму…

— А если я квартиру поменяю? Тётя её мне оставила, — Рита улыбнулась.

— Умница! Я же говорю, потрать с умом.

А давно я таким умным стал? Когда деньги появились⁈

Девушка не хотела меня отпускать, это было видно по грустному личику и движениям, но нашла в себе силы смириться, даже вполне искренне улыбалась, когда провожала.

Нет, я всё-таки эгоист, хочу, чтобы она была только моей, — размышляя о будущем, я сел в такси, помахал ей на прощание в открытое окно. — Как бы не обернулось, Рита будет только моей!

Молчаливый таксист, лысоватый мужик лет сорока, прилежно крутил баранку. Путь был не сказать, что близким, двести с лишним километров. Меня вполне устраивала тихая музыка и мелькание осенних пейзажей за окном, можно глазеть и размышлять.

На гуляниях могли возникнуть проблемы, меня же всё ещё ищут. Вопрос в том, насколько всё серьёзно? Решат ли меня арестовать или просто поговорить? С Мезенцевым в этом отношении было проще. Про Волыну, конечно, такого не скажешь, — отогнав неприятные мысли, я посмотрел вперёд, там ждал пост дорожной инспекции.

Разогнавшийся водитель начал сбавлять скорость, я малость напрягся, останавливали всех подряд.

— Мошенников каких-то ловят, толи террористов, — пояснил водила, глядя на меня в зеркало заднего вида. Я кивнул.

— Пусть ловят, мне бы на свадьбу не опоздать!

— Особо никого не проверяют, вон как быстро человека отпустили, — водитель кивнул куда-то вперёд. — Успеем!

Глядя на инспектора, который уже нацелился на нашу машину, я не был в этом уверен. Посмотрел на номера, на водилу, попытался разглядеть пассажира, но я был на заднем сидении. Полицейский принял решения остановить машину, как раз в этот момент в нескольких метрах над нашими головами раздался такой ор, что все побросали свои дела и постарались заткнуть уши.

Я выпустил руну в небеса, направляя активацию под углом вверх, немного зацепило верхушки деревьев в лесополосе. Но и этого было достаточно, те, кто находился на улице, попрятались за машины, кто за что мог, полицейские так вообще на грязный асфальт попадали и закрыли головы руками. Меньше досталось тем, кто находился в машинах, но стёкла всё равно дребезжали, вызывая животный ужас.

Не обошлось без небольших ДТП, у кого-то не выдержали нервы, нажал на педаль газа, тараня впереди стоящие машины.

— Что ещё за ***? — ранее спокойный водила спрятался за баранкой.

— Хз, может, поехали отсюда, вдруг что-нибудь прилетит? — я постарался придать себе испуганный вид, получилось ли, нет, не знаю, но водитель прислушался.

Наша машина неспешно проехала мимо инспектора. Тот уже встал на коленки, в руках был пистолет. Водила не спешил, по трассе то и дело проскакивали испуганные автомобилисты. Он осторожничал ровно до тех пор, пока не удостоверился, что дорога открыта, и вдавил педаль газа.

— Ракета, что ли, пролетела? — я усмехнулся, глядя в заднее стекло.

На самом деле мне было не до смеха, я вложил не больше четверти обычной силы в руну, но всё равно получилось слишком громко. Не рассчитал возросшую за последнее время мощь. Впредь нужно быть аккуратным, так и до жертв недалеко, есть же руна Хармонио, уверен, полицейского бы проняло, сил-то у меня прибавилось!

— А может НЛО! Я читал в одном паблике, инопланетяне активизировались в нашем районе! Людей воруют, а власти замалчивают! — предположил таксюк.

Я посмотрел на водилу другими глазами. Вот почему он тихий, мусора начитался и теперь об этом думает, а тот между тем продолжал.

— НЛО — это плазма. Эти летающие объекты вообще не корабли, а живые существа из плазмы, они не видны человеческому глазу и фиксируются только инфракрасными камерами! Вот, похоже, один из них пролетел над нами, произошла какая-то гиперядерная реакция, может, даже с выбросом изотопов гелия, теперь вся местность заражена! — машина прибавила скорость.

— Здесь ограничение скорости, — на всякий случай предупредил я.

Водила меня не услышал, более того, принялся играть в пятнашки. Обгонял, уходил от прямого столкновения, встречные машины гневно сигналили. Я кинул на себя руну щита, а на извозчика Хармонио. Не было уверенности, что подействует правильно, она всё-таки предназначена для сглаживания конфликта. Я какое-то время за ним наблюдал в зеркало заднего вида. Напряжённый взгляд приобрёл ясность, морщинки вокруг глаз разгладились.

— А чего это я разогнался? — к моему облегчению, он начал снижать скорость, не хватало мне в больницу с переломами загреметь. — Блин, и штрафов, наверное, нахватался! А-а, чего уж теперь, сам дурак… О чём я до этого говорил? — водила посмотрел на меня в зеркало.

— Про изотопы гелия вроде⁈

— Херня это всё, не может быть, такая реакция выбросом белого пепла должна сопровождаться, — я слушал и кивал. — А инопланетяне существуют! Читал я в одном паблике про противоземлю, она по другую сторону солнца находится. То есть мы не видим, нас не видят, но та цивилизация более развита! На их планете прошло три термоядерной войны. Те люди мутировали настолько, что перестали верить в силу оружия. Верят только в мир, строят гармоничное общество без насилия…

Вот это его понесло, значит, руна подействовала.

— Они и среди нас есть, помогают землянам преодолеть трудности, а чтобы их не вычислили, там, — водитель потыкал пальцем в потолок, — затирают память. Пришелец не знает, что он пришелец, таких среди нас много, может ты пришелец, или я, — он улыбнулся мне в зеркало.

Он всё говорил и говорил, да так убедительно, что иногда хотелось поверить. В основном же, это был чистой воды бред, от которого сворачивались уши. К концу поездки я начал жалеть, что использовал Хармонио, иногда она всё же во вред. Водила долго прощался, жал мне руку, желая всех благ и гармоничного развития.

До начала празднества, после которого мой друг станет женатым человеком, оставалось не более часа. То есть официальная часть в ЗАГСе уже подходила к концу. Я решил туда не ходить, если вдруг меня захотят взять, то и испортят торжество. Я приехал к ресторану, он находился в нашем районе, до родительской квартиры всего несколько домов. На улице было свежо и многолюдно. Отписавшись Кольку, если он, конечно, прочтёт, я решил прогуляться по ближайшему торговому центру.

Три этажа удовольствия для шопоголика, начал с отдела всё для рыбалки. Особо здесь ничего не нужно, купил пару катушек прочной лески, долго смотрел на ножи, но купить не решился. В отделе электроники купил планшет, и ещё два пауэрбанка — лишними точно не будут. Заряжаю их с помощью зарядной станции на солнечных батареях, процесс не быстрый, потому нужно иметь запас.

Прогулялся по верхним этажам, прикупил всякой мелочёвки в виде нижнего белья и носков. Когда вышел на улицу, свадебная процессия уже парковалась у ресторана. Машин прибыло много, большая часть из них, были настолько дорогими, что мои доходы, казались не такими уж и фантастическими. Порше, гелики, ВМВ, попадались и раритетные модели.

Родители Колька небогаты, значит, друзья, либо родственники невесты. Из свадебного лимузина появился мой друг, он подал руку счастливой невесте в белоснежном платье. Девушка была красива, Колька можно понять, я бы тоже на неё запал.

Взгляд выхватывал знакомые лица, одноклассники жениха, парни, девушки, одна из них была моей мечтой, до недавнего времени. Блондинка — стройняшка, со слегка высокомерным личиком, наверное, имела право, потому что личико симпатичное. Жанка, девушка из соседнего подъезда, не совсем понятно, что она тут делает. Девушка подошла к невесте и что-то сказала на ушко, и та рассмеялась, значит, подруга невесты.

Народ начал фотографироваться, девушки приняли томный с надутыми губками вид, парни приняли прикольные позы. Жених — айтишник смог поднять невесту на руки, послышались первые пожелания. Гости из тех, что постарше, предпочли зайти в ресторан, а я метнулся за цветами.

Надо было об этом раньше подумать, это хорошо, что цветочный магазин под боком.

Девчонки цветочницы встретили меня с улыбками, профессиональный взгляд заметил потенциального клиента, мне теперь предстояло сделать выбор, какие именно нужны цветы.

А почему бы не довериться профессионалам?

— Девушки, красавицы, мне бы букетик на свадьбу другу собрать, вот такой, — я расставил руки, типа дерево метрового диаметра обнимаю.

Ко мне подошла шатенка, я постарался сделать доброжелательное лицо, всё как Рита учила.

— Розы, белые, красные? Сколько штук? — улыбнувшись поинтересовалась она.

— Да, штучек сто плюс одна… Вон, в той корзинке! — показал рукой на подходящую тару. — И да, если соберёте быстро, плачу двойную цену!

Это оказались волшебные слова, наблюдающая за нашим разговором блондинка быстро сползла со стула, шатенка подхватила пустую корзину, и работа закипела. Я в это время искал на витрине подходящий конверт, таковых не нашлось, перешёл на коробочки для подарков, ассортимент был богатым, но уверенности, что туда поместится подарок, я не испытывал.

Решил дождаться продавщиц, благо работа надолго не задержалась и получаса не прошло, как корзина была заполнена белыми, красными розами и красиво оформлена. Девчонки работали как метеоры, это ведь нужно каждый цветок обработать и красиво поставить.

— Фух! — выдохнула блондинка. — Я никогда так быстро не работала! — девушка застенчиво улыбнулась.

— Красиво! — я нисколько не кривил душой, вроде ничего сложного корзину цветами набить, а ты попробуй! Я бы даже пытаться не стал. — Так, сколько с меня?

Блондинка взялась за калькулятор, и через минуту сообщила.

— Сто одна роза, корзина, оформление, сорок две семьсот…

— Сотка, короче, — я достал банковскую упаковку и отсчитал двадцать банкнот.

— О-о! Глянь-ка, это ж Лосик! — за спиной раздался до противного знакомый голос.

Я обернулся, так и есть, в проходе стояли Сява и Вовандер, два сапога всегда вместе. С последней нашей встречи они нисколько не изменились, только одёжка теперь осенняя.

— Точняк он! — Сява мерзко ухмыльнулся.

— Вы ещё на свободе, что ли, утырки? — глянул на них своим фирменным взглядом, без стеснений. И надо же, как их проняло, ухмылки превратились в гримасы. Я повернулся к цветочницам. — Девушки, мне бы коробочку под подарок, — не забыл улыбнуться, слушая, как утырки за спиной что-то бухтят.

— А размер подарка? — спросила шатенка, с опаской поглядывая мне за спину.

— Секунду… Вот такой! — я достал из сумки две полных банковских упаковки.

Глаза обеих девушек округлились, за спиной послышался тихий свист. Да, я нарывался, теперь они точно решатся напасть.

Через пару минут, я покинул счастливых цветочниц, Вовандера с Сявой в коридоре не оказалось, закинув сумку на плечо, взял корзину в левую руку и направился на выход. Парочка особо не мудрила, ждали меня на тротуаре.

— Ты кого утырками назвал, чертило⁈ — это был Вовандер, морда серьёзная, желваки так и гуляют, готовится к драке, Сява обошёл меня слева.

— Давно в зеркало смотрелись? Вы два обосранных обсосса и двух слов связать не можете. Да не утырки, не хочу их оскорблять, вы козлы опущенные…

Сява атаковал первым — прямой правый. Даже с корзиной цветов, я легко ушёл от удара, сместился в его сторону и ответил тем же. Только в отличие от медленного соперника, я попал по морде, да смачно так, с хрустом. Сява полетел на грязный асфальт, я сделал ещё шаг назад, завизжала проходящая мимо женщина, на меня налетел Вовандер.

— Сука! Кто *** опущенный, я *** сук…

Последние слова он проглотил вместе с передними зубами, в прямом смысле. Что мне эти два балбеса, после спаррингов с настоящими охотниками? Никакого напряжения не испытал, зато удовлетворение какое! Наконец-то навалял двум уродам, что доставали меня половину школьных лет. Да ещё как, Сява в отключке, второй сапог сидит на заднице, держась за окровавленную морду.

Выскочила охрана торгового центра, крепкий мужик в форме ЧОП постарался оценить ситуацию.

— Что здесь произошло? — обратился он ко мне.

— Да, букет им, похоже, понравился, пришлось отбиваться, — тот кивнул.

— Надо записи посмотреть, — предложил второй охранник, склонившись над бесчувственным Сявой.

— Эти двое напали на парня с букетом, матом орали на всю улицу! — вмешалась женщина лет сорока. — Это беспредел какой-то, средь бела дня нападают! На улицу страшно выходить!

Начала собираться толпа. Здесь же шоу с мордобоем на свежем воздухе, всем интересно, кто-то достал смартфоны очень скоро фото и видео появится в соцсетях.

Нда, не рассчитал малость с ударами, это же не маги. Надеюсь, не убил, тогда мне на родную Альтерру путь заказан.

Мне светиться не желательно, потому тихо отошёл в сторону, пересёк пешеходный переход и направился к ресторану.

Некрасиво получилось, — заходя в распахнутую дверь, оглянулся.

Народу собралось много, Вовандер уже поднялся на ноги, но стоял, неуверенно объясняя что-то крепкому охраннику. К моему облегчению второй утырок тоже пришёл в себя.

Ну слава Тернису! — довольный собой, я вошёл внутрь. Играла музыка, пахло всякими вкусностями.

— Поздравляем! Николай и Анет! От ваших имён так и исходит аура богатства и благополучия! Словно сама судьба заранее позаботилась о том, чтобы у вас всё складывалось легко! Николай — имя твёрдое, надёжное, как мощный фундамент, на котором можно строить целый город. А Анет — лёгкое, нежное, будто утренний ветерок, который наполняет дом уютом, светом и желанием.

Говорят, что имя задаёт тон судьбе, а у вас этот тон мажорный, праздничный! Пусть и дальше всё в вашей жизни звучит именно так, громко, уверенно, но при этом очень гармонично, как звук органа. Пусть богатство будет не только в кошельке, но и в чувствах, чтобы каждый день вы находили друг в друге что-то новое, что радует сердце. А благополучие пусть живёт не только в стенах вашего дома, но и в ваших сердцах, в том, как вы смотрите друг на друга, как держитесь за руки даже в самые обычные, будничные минуты.

Сегодня вы стали не просто парой, теперь вы семья. И пусть эта семья будет такой же красивой, как этот праздник, такой же тёплой, как объятия, и прочной, как клятвы, которые вы сегодня дали друг другу. Поднимем бокалы за Николая и Анет, за их любовь, счастье и общее будущее, да сбудется всё, о чём они мечтают!

— Горько! — крикнул Лёва из параллельного класса, так резко, словно выжидал, когда тамада закончит свою длинную помпезную речь.

Мы подняли бокалы, пока жених с невестой целовались, я пригубил немного шампанского и наколол на вилку кусочек рыбного деликатеса. Названия я не знал, но выглядело вкусно, поднял глаза и столкнулся взглядом с Жанкой. Та смотрела на меня, силясь вспомнить, и, похоже, не особо преуспевала.

Разжевав деликатес, отметил вкус, такое можно есть изредка. Тамада между тем скомандовал тихую музыку, послышались голоса гостей. Я посмотрел в сторону стола жениха с невестой, родителей Колька я знал, тётя Маша, вечно меня пирожками с картошкой подкармливала. Дядя Лёша — жуткий ненавистник всего нового, компьютеров, интернета, соцсетей, у него до сих пор нет сотового телефона. Кольку повезло, что мама умеет держать папу в узде, а то бы мой дружок пошёл работать бухгалтером на завод, где работает папа.

Этих двоих я узнал сразу, хоть и разоделись как никогда в жизни, как и старшую сестру приятеля, полноватая брюнетка с вечно отрешённым взглядом. По другую сторону сидели родители Анет, у меня возникла ассоциация с Дашкиными сериалами. Анет — лучница, Анет — воительница, а эта, похоже, только любовные стрелы умела раскидывать, подкачанный губки тому свидетельство, но смотрелись они вполне гармонично.

Её папа — представительный мужчина во фраке, волос чёрный, ни капли седины лицо человека, привыкшего отдавать распоряжения, но не дочери, она явно избалована. Возможно, Кольку достанется в ближайшие годы, мне почему-то так подумалось.

Мама, блистательная блондинка, выглядящая моложе мужа, я бы подумал, что это мачеха Анет, но выдавали родственные черты. Дамочка следила за собой, фитнес, диета и другие процедуры, признаться, я больше запал на неё, чем на дочку.

— Скажите, а мы ведь знакомы? — Жанна всё же решилась на вопрос, я кивнул.

— Да, я живу в соседнем подъезде, — сделал глоток шампанского, в глазах моей бывшей мечты, появилось узнавание.

— Лосик? Ой, прости, Антон?

Музыка стихла, снова заговорил тамада, колоритный персонаж с аккуратненькой бородкой, недостаток роста компенсировал своим обаянием.

— Дамы и господа, я хочу дать слово гостям! — привлёк он внимание гостей. — Ведь кто лучше родных и близких знает эту пару, кто видел, как зарождалось их чувство?

Пусть каждый, кто хочет сказать пару тёплых слов, сейчас поднимется, и пусть эти слова станут для Николая и Анет самым дорогим подарком. Не нужно долгих речей, хватит и нескольких искренних фраз. Вспомните забавную историю, скажите простое «мы вас любим» или пожелайте того, что идёт от самого сердца.

Давайте создадим огромную волну добра и счастья, пусть она накроет наших молодожёнов и согревает их долгие-долгие годы! Кто первый?

Пока слушал тамаду упустил из вида Жанну, вот вроде только сидела на месте, примерно напротив, а сейчас её нет. Между тем появилась первая желающая поделиться своими впечатлениями. Девушка в определённой мере выдающаяся, но, скорее всего, не умственно. Что компенсировалось ярко-зелёным цветом причёски и татуировках на предплечьях, остальное тело она благоразумно прикрыла непонятной курткой толи блузкой в стиле милитари.

— Итак, кто же хочет рассказать нам историю о Николае и Анет? Представьтесь, юная особа! – тамада приблизился к странной девушке, невыгодно показывая свой рост, он был ей по плечо.

— Машундра я. Короче, так было! Закатили мы с Анкой в чайханку, пепсика с мясом захотелось, а тут Колямба с шушерой очколупой подкатывает… Не, ну в смысле мы ещё не знали, что он Колямба, это уже утром, когда на моей хате проснулись он представился, а очколупых…

— Какая интересная, а главное, познавательная история, — перебил Машундру тамада, он, как и я, заметил, позеленевшее лицо отца невесты. Анет же сидела с загадочным выражением, изучая потолок. — Спасибо вам, — массовик-затейник изобразил поклон. — Хочу предложить тост, за людей, которые всегда с нами, за настоящих друзей!

Вновь звякнули бокалы.

— Горько, — вновь выделился Лёва. Он в отличие от меня пил водку большими рюмками и уже изрядно окосел.

— Я-то думаю, что за парень такой букетище принёс! — Жанна уже сидела справа от меня, похоже, кого-то выгнала. — Корзинка такого размера тысяч семьдесят стоит! Не жалко столько денег на цветы тратить?

Девушка придвинулась настолько близко, что я смог разглядеть не только белоснежную кожу лица, но и текстуру помады, и даже пломбы на нижних зубах.

— Так, друг же, единственный, для него не жалко, — на мои слова она томно повела глазками.

— А чем ты занимаешься, Антон, как зарабатываешь?

Тамада дал слово, отцу невесты, звали его Иван Тимофеевич, папаша решил обелить имя дочки. Рассказывал, насколько она послушная, отличница и вообще, будущая мама.

— Медициной в основном. Доставка ингредиентов для медпрепаратов, — не соврал и правды не сказал.

Я уже понял, что Жанка та ещё липучка, почувствовала аромат денег, и теперь вряд ли отвяжется.

— Вижу, у тебя проблема с прыщами, — кожа у неё идеальна, но я помню Жанку прыщавой, в одном доме всё-таки живём.

Девушка отпрянула, тут же, достав зеркальце, принялась осматривать личико, а я в это время нашёл поблизости блюдо с фаршированными грибами, очень даже ничего. Когда повернулся к Жанне, её уже не было, я заметил её стройный силуэт по дороге к уборным.

Празднество между тем продолжалось, тамада решил сделать музыкальную паузу, кто-то вышел потанцевать.

Я решил прогуляться до стола с женихом и невестой, народу вокруг хватало, друзья, родственники. Одни пытались привлечь внимание Ивана Тимофеевича, другие матери невесты, её имя я не запомнил. Я подошёл к Кольку, удостоился одобрительного взгляда невесты, наверное, тоже букет оценила.

— Как семейная жизнь, друг, на работу ещё не тянет? — я знал, что тянет, Колёк тот ещё задрот, помимо работы на работе, умудряется в парочке игрушек зависать. Друг нервно усмехнулся.

— Да норм вообще, у нас на послезавтра билет в Китай…

— Там деловые партнёры моего папы, — похвасталась Анет, как выяснилось полное имя, Анна Ивановна.

— Вы молодцы, вот вам на мелкие расходы, — я положил на стол коробочку с подарком.

— О-о, да ладно, ботан поднялся? — я лишь усмехнулся на беззлобный выпад приятеля. — А сколько там? — невесте тоже было интересно, как и её родителям, аж уши навострили.

— Так открой и посмотри, — Колёк открыл и вытряхнул содержимое на стол, он тоже заметил внимание родителей. — О-о фига-се! Здесь лям, что ли? Да ты реально поднялся, Анька твой букет оценила!

— Молодой человек, ну кто же так подарки дарит? Нужно же официально, чтобы все видели и слышали! — отец невесты чем-то напомнил Мезенцева, возможно, одного поля ягоды.

— Прошу прощения, меня в любой момент могут на работу вызвать, так что спешу, тороплюсь, — никто меня на работу не выдернет, а за остальное гарантий давать нельзя.

— Ты не рассказывал мне про друга, — Анет с укором посмотрела на Колька.

— Да… задрот, мелкий неудачник, что ещё рассказывать? — я рассмеялся на беззлобную шутку, которая таковой стала недавно, ведь я реально таким был.

— Коля! — тётя Маша посмотрела на сына с упрёком.

— Зато я порнушку на работе не смотрю! — не остался я без ответа, приятель оценил по-своему, задрал глаза к потолку.

— А-а, ты смотришь порнушку без меня? — поняв, что именно сказала, Анет закрыла рот ладошкой, глазки забегали, послышались смешки друзей.

Папа лишь головой помотал, а мама типа вообще не слышала, поглядывала то в сторону служебного коридора, то на меня. На симпатичном личике блуждала улыбка, второго смысла здесь не подразумевалось. Я хоть и не особо искушён, но понял сразу, ответил ей намёком на улыбку.

Отойдя от стола, вернулся к своему и выпил бокал сока, алкоголь — это не моё.

А что там за помещения? — я направился в ту сторону.

Свернул за угол, заиграла танцевальная музыка, тамада организовал какие-то игры, стало шумно. Я шёл по коридору мимо закрытых дверей, за спиной послышался цокот каблуков. Обернулся, поймал взгляд женщины, она кивнула на одну из дверей, я вошёл перед ней, оказавшись в малом банкетном зале, дверь закрылась.

— Какой интересный молодой человек, — мама невесты подошла ко мне вплотную, провела руками по моей груди и опустилась ниже. Кончик языка прошёлся по губам. Я немного ошалел от такого напора. — Как стальная пружина.

Несмотря на возраст, как минимум вдвое старше меня, она была хороша собой. Я видел возрастные признаки, на шее, следы морщинок на лице, но эта женщина следила за собой. Я не стал долго пялиться, схватил её за талию и притянул к себе. Прижав к груди, почувствовал податливость женского тела, мои руки легли на мягкие ягодицы, она тихонько застонала.

— Да, так, сними одежду, оголи торс, — я быстро скинул толстовку с футболкой. — Ух, какие мышцы, металл, такое в спортзале не накачаешь… Возьми, только не спеши в начале. Женщина повернулась ко мне шикарным задом.

В ресторане громко играла музыка, тамада подгонял гостей, в какой-то игре, я всё двигался и двигался, из определённой сытости к сексу, побивая свои же рекорды.

— Ох, как давно у меня такого не было, — она развернулась и повисла у меня на шее. — Меня Аллой зовут.

— Я Антон.

— Знаю, дурачок, — Алла рассмеялась, я улыбнулся.

— Тебя муж не потеряет? — я мягко освободился от объятий и, ловя восхищённый взгляд, натянул футболку.

— Нет, и даже искать не будет, потому что я сама найдусь, — Алла хитро улыбнулась. — Если не секрет, каким видом спорта занимаешься?

— Бой на мечах, — не видел смысла скрывать.

— Вот откуда застарелые шрамы, ты их чем-то вылечил, но контуры видны, глаз у меня опытный… Опасный вид спорта. Наверное, не всех в твой клуб принимают! — Алла утверждала, а не спрашивала.

— Никого не берут, клуб закрыт, — пресёк сразу, мало ли какие у неё идеи возникнут.

— Жаль, — она поправила платье, достала зеркальце и оценила состояние причёски. — Сохрани мой номер и, если нетрудно, дай дозвон.

— Я редко бываю в городе, стоит ли меняться?

— Знаешь, Антон, ради хорошего секса, я куда угодно приеду. В средствах я не стеснена, как и ты, этот уверенный в себе взгляд ни с чем не спутаешь. А ещё, у тебя сегодня уже был секс, сытость самца я чувствую, — она плотоядно улыбнулась.

Алла дала мне визитку, я забил цифры и написал ей в мессенджере слово «привет».

— Только так, пожалуйста. Звонить не стоит!

— Даже так, — она выглядела заинтригованной, а я понял, что пошёл на поводу у красивой женщины.

Вот зачем я поменялся с ней номерами? Наверное, потому, что она опытная, знает, на что мягко надавить, — я улыбнулся.

— Всё, кобель, мне пора нарисоваться на публике. Через пару часиков можем повторить, — Алла облизала губы и направилась к двери. — Выжди несколько минут!

Она ушла, а я расселся на стуле в счастливой прострации. Долго это не продлилось. Буквально через минуту в ту же дверь вошёл седой, полноваты мужчина лет шестидесяти. Усталый взгляд умных глаз уставился на меня.

— Неплохо проводите время, Антон Николаевич, — он ухмыльнулся.

— Вы мимо проходили? Если нет, то хотя бы представьтесь!

— Молодой, наглый, вежливый, прямо как по характеристике, — произнёс он, подходя и усаживаясь на диванчик, походка тоже была усталой, шаркающей. — Я следователь СК майор Пластов Юрий Григорьевич, пришёл по вашу душу, пока по-доброму. Вы, молодой человек, просто неуловимы, потому доброта надолго не растянется.

— Какой же я неуловимый? Вы меня нашли, знали же, что буду на свадьбе? — майор не ответил. — Дождались, пока я останусь один, значит, арестовывать меня никто не собирается! Верно?

— Верно, вас требуется сопроводить для проведения следственных мероприятий, добровольно, потому я здесь. Дело связано с экономическим преступлением…

— Я даже знать не хочу, что там за дело, потому что оно сфабриковано, сляпали на скорую руку, лишь бы меня заполучить… Хотите знать настоящую причину?

— Просветите, пожалуйста, — майор смотрел на меня со снисхождением.

— Я травник, умею варить снадобья продляющие жизнь, улучшающие здоровье, есть у меня и другие таланты, сейчас покажу… — я приподнял руку. Взгляд, который выражал скорей насмешку, мол, что ты мелишь мальчик, быстро улетучился.

— Только без резких движений, пожалуйста, — предупредил Пластов, он заметно напрягся, правая рука дёрнулась.

— Нет, что вы, я уже показал, вы должны почувствовать, — руна Сано влетела в грудь майора за секунду до его слов.

Следователь выпрямил спину, зачем-то покрутил левую кисть. В его глазах поселилось недоверия, непонимание, вот вроде хочет поверить, но служебный опыт не позволяет.

— Я сам скажу, слишком долго вы решаетесь. Спина больше не болит, что с рукой не знаю, но она тоже не беспокоит, как и остальное тело. Я дал вам два, может, четыре дня здоровья… И взгляд прояснился, значит, усталость тоже ушла.

— Что вы сделали, как? — голос был взволнованным. Майор поднялся с диванчика и прошёлся по помещению, никакого шарканья, походка едва ли не пружинила.

— Я уже сказал, обладаю талантами, некто наверху хочет меня заполучить, бесплатно, в личное пользование. Вот и появилось дело, связанное с экономическим преступлением. Ведь так проще всего безнаказанно повязать любого. Этот человек сидит высоко, если не в правительстве, то очень близко. Я не знаю кто это, но он не так давно выздоровел, возможно, от смертельной болезни. Хочет меня заполучить, но развернуться по полной не рискует, потому что верховный главнокомандующий устроил чистку ждунов. Не хочет попасть под горячую руку, а может, есть чего бояться.

Следователь выслушал меня внимательно, я и сам не знал, насколько легенда о депутате правдива, но мало ли вдруг это мне поможет в будущем.

— Фантастика, у меня вообще ничего не болит, а я уже не помню себя без боли… Но ведь вы даже не коснулись меня! — майор постарался взять себя в руки и вернулся на диванчик. Казалось, что он проигнорировал то, что я сказал.

— Это временно, Юрий Григорьевич, четыре дня максимум, и вы вернётесь к прежнему состоянию. Но есть и другие средства, — я достал из кармана толстовки маленький пузырёк с матовым содержимым, протянул его майору, тот принял, покрутил немного в руке, уставился на меня.

— Я уже видел такие, не буду говорить где и когда. Лекарство от всех болезней, стоит бешеных денег, раз принял и излечился от рака или другой злой болячки. Не знаю, насколько это правда… Так это ваших рук дело? — я кивнул.

— Насчёт всех болезней не уверен, проверять нужно, действует не более трёх лет, какая-то болячка может и не вернуться.

Майор протянул мне пузырёк.

— Нет, оставьте, оно ваше. Можете выпить сами, или отдать на экспертизу, мне без разницы… А бешеных денег, это сколько? Думаю, это не секрет.

— Нет, не секрет, — майор немного подумал и убрал пузырёк во внутренний карман пиджака. — Я слышал о пяти миллионах, иногда дороже, источник пока не выявлен, — следователь усмехнулся, глядя на меня. — Значит, вы просто изготовитель, с ценами продавца незнакомы?

— Нет, незнаком, так проще работать. Я изготовил, отдал за определённую сумму и забыл, а как распространяется уже не моё дело.

Свадьба гуляла, а майор думал. Я понял, что сейчас решается моя судьба, не зря же я использовал руну Сано, а потом отдал следователю пузырёк со здоровьем. Как он это воспринял, как взятку или сотрудничество, я не имел понятия. Мне важен результат, моя семья, легализация моей деятельности. Даже для меня не секрет, что госструктуры между собой конкурируют. А вдруг мои слова дойдут до верховного? Тогда я буду либо на коне, либо поселюсь навечно на Этернисе, и тогда придётся что-то решать с семьёй.

«Опыт, сын ошибок трудных», — не, знаю кто это сказал или написал, точно не отец, но он часто произносил эту фразу. Раньше она казалась мне бессмысленной, а теперь начал понимать. Мне этого трудного опыта, ещё набираться и набираться, но что-то можно делать и по наитию.

Я поделился с майором информацией, в этом есть определённый риск. Если он работает на подчинённого того политика и захочет выслужиться, то я, выходит, зря старался. А дай-ка я на него Хармонио кину, создам баланс в отношениях, может, что полезное узнаю. Надеюсь, не получится как с тем таксистом?

Руна влетела в грудь майора, и тот, наконец, решил начать разговор.

— Скажите, Антон Николаевич, вы только лечить способны? Как на счёт навредить?

— Могу, — в памяти мелькнула физиономия Волыны. — Но зачем мне это? Мне проблемы с законом не нужны! — майор смотрел на меня скептически. Где-то в уголках глаз зарождалась улыбка, гармония начала разгоняться.

Я понимал, с чего взялось недоверие, если могу так легко оздоровить человека, даже не прикоснувшись, то и вред не труднее нанести.

— Я не злодей, если меня не трогают, хожу смирно и тихо.

— Большое лихо ходит тихо, — задумчиво произнёс следователь, только короткого смешка не хватало. — То есть вы легко можете от меня избавиться?

Странный вопрос он задал, будто проверить что-то хочет.

— Зачем мне это делать? Вы похожи на адекватного дядю, и ведёте себя адекватно. Я мог просто уйти, вы бы не смогли меня остановить… Я хочу спокойно жить, чтобы не трогали меня и мою семью.

— Боюсь, спокойно уже не получится, — улыбнувшись, произнёс майор. — Знаете, сколько проживает людей на земле?

Ух ты! Что-то изменилось? А где майор из следственного комитета, когда подменили?

— Миллиардов семь-восемь… Вы к тому, что все хотят жить?

— Да, представляете? — он усмехнулся. — Но большинство, больше девяноста процентов людей мирятся с болезнями и смертью. Потому что так было всегда, люди болели и умирали, и так будет всегда. Но, думаю, для вас не секрет, что есть такая прослойка людей, которая может много себе позволить. И жить, разумеется, они хотят дольше, у них много денег, что даёт массу возможностей… Что-то я разговорился…

Я и раньше понимал, что в покое меня не оставят, но, слушая майора, начал понимать масштаб, а он между тем продолжал.

— Вы своими мизерными поставками, даже тысячной доли от желающих не удовлетворите, я имею в виду тех, кто имеет власть! А мы, между прочим, живём в сытое время, на дворе не девяностые прошлого века, будь они неладны. Сейчас даже простой работяга, способен накопить несколько миллионов, или взять кредит… Это к вопросу о желающих излечиться. Вам не о них нужно переживать, у этих людей возможности ограничены, — майор замолчал и зачем-то пощупал пульс на руке, что-то при этом пробормотав.

На фоне тамада объявил белый танец, заиграла красивая музыка.

— Я говорю не только о российской элите, есть западная, восточная, ближневосточная. Твоими настойками уже заинтересовались в других странах, а там есть свои спецслужбы… Ты, скорее всего, мало что о них знаешь, возрастом маловат. Методы тех спецслужб, мягко говоря, грубоваты, похитить ребёнка или целую семью, для них плёвое дело. Эти люди работают по-крупному, воруют или убивают лидеров целых государств, что для них какая-то среднестатистическая семья из России⁈

Я почувствовал, как просыпается злость, пришлось её гасить. Не на майоре же её вымещать, тем более сам его на откровения подтолкнул.

— И самое неприятное, когда ты согласишься на них работать, семья уже не вернётся домой, — взгляд следователя сделался грустным. — Из тебя всеми правдами и неправдами будут тянуть рецепты настоек, или как ты их называешь? Зелий! Всем плевать на твои сверхъестественные силы, в госструктурах люди рациональны. Раз смог изготовить один, значит, можно построить целую фабрику и зарабатывать миллиарды! Когда все секреты будут раскрыты, ты станешь не нужен, как и твоя семья…

— Вы ведь не майор из следственного комитета!

— Нет, СК тут ни при чём, я майор Федеральной Службы Безопасности России… Да что со мной, болтаю как бабка у подъезда, — он поднял на меня взгляд, глаза сузились, затем опять вернулись на место. Хармонио победила профессионализм.

— А вы неплохо сыграли удивление. С самого начала же знали, кто я!

— Да, знал… вас распознала камера в торговом центре, бодро вы с теми двумя разобрались, профессионалы оценили на четвёрку. А зная нашего Шуйского, можно сказать, высший бал, лучше только случайная смерть, но это уже к высшим силам, — майор опять замолчал, переживая новый приступ борьбы.

— Зачем вы здесь? — задав простой вопрос, я ожидал честного ответа.

— Вы гражданин России, обладающий знаниями стратегического характера… Тот чиновник, ждун, — майор сделал над собой усилие. — Взят под стражу… Не знаю, откуда у вас эта информация, — он всё чаще стал делать паузы. — Даже для руководства он действовал незаметно… Это один из ваших талантов? — на меня уставился твёрдый взгляд, Хармонио своё отработала.

— Я могу применить ещё раз…

— Не нужно, я и так рассказал больше положенного, — его заметно бесило нынешнее положение вещей, я не стал наглеть. — Какое же решение вы приняли?

Я задумался. Если он и правда офицер ФСБ, деваться особо некуда, я не могу забить на семью. Но и на шею сесть не дам, — я успел привыкнуть к свободе.

— Зависит от того, что вам от меня нужно. Если на службу, то сразу нет. От меня вольного больше пользы.

— Это уже не вам решать!

— Правда? Хотите меня заставить? — я подозревал, мой взгляд давно стал охотничьим, но вряд ли майора таким пробьёшь.

— Не нужно пороть горячку, вы молоды и неопытны, под руководством наставников от вас будет больше пользы, — он позволил себе отеческую улыбку.

Такой расклад в мои планы не входил. Наставники? Нет уж. Мне придётся проходить обучение, находиться под постоянным контролем. Тогда про Этернис придётся забыть… Кстати, а они могут знать про параллельный мир? Вполне, это же ФСБ, им положено знать всё!

— Пообщайтесь с руководством, Юрий Григорьевич, наставники мне не нужны. По остальному можем поговорить… В знак доброй воли я передам вам все снадобья, что у меня с собой. Затем отправлюсь домой, погощу у родителей сутки и уйду, на связь выйду через неделю.

Я принялся выкладывать на стол пузырьки, их было не очень много, брал с собой по десять штучек каждого вида. На всякий случай, как выяснилось, не зря, я не собирался отдавать их бесплатно.

— Это, настойка из лунного корня, характеристики вы знаете без меня, сдаю крупным оптом по пятьсот тысяч за пузырёк, — я сдвинул девять флакончиков в сторону майора, тот выглядел заинтересованным.

— А имя делового партнёра, не сообщите? — я промолчал, посмотрев на него с улыбкой.

— Это, настойка сильника, вы должны знать, на что она способна, — вдруг какого-нибудь американского шпиона перевербуют, пообещав стояк до конца дней. — Продавал по триста.

Фсбэшник грустно усмехнулся, глядя на то, как я двигаю к нему последние десять пузырьков.

— Крем от морщин, я полагаю⁈

— Верно, стоит дороже остальных, миллион за пузырёк, это мои цены, как сами видите, не такие высокие.

— А как насчёт боевых? — вопрос был закономерным, Мезенцев не раз уже интересовался.

— Работаю над хищником, можно назвать берсерком. На несколько минут рефлексы выходят на максимальную мощность, сила, выносливость, ловкость возрастают до предельных значений. После окончания действия придёт жёсткий отходняк, потому принимать лучше здоровому человеку… Сейчас пока в теории, как изготовлю, проверю на себе и скажу уже точнее.

— Рисковый вы человек, Антон Николаевич! Остальные настойки тоже на себе проверяли?

— Всё кроме сильника, — про удобрения и средства от садовых паразитов, я говорить не стал. — С ним без меня испытания провели, если вы в курсе о моей деятельности, то должны знать о результатах, — майор кивнул.

— Стоит чуть дешевле эликсира здоровья, а для кого-то и жизни, — я вспомнил Василису и мысленно согласился, болячка может и не вернуться.

— А как насчёт мгновенного заживления ран? Это средство пока что в планах, но изготовить его я смогу, опять же потребуется личная проверка, — ведьма обещала мне рецепт, в обмен на волчью кровь и головы теневиков. Первый ингредиент я ей доставил, со вторым, ждал личного роста до четвёртого круга.

Майора это заинтересовало, я даже без руны бдительности видел, как загорелись его глаза. Он задумался, но ненадолго.

— Отправляйтесь домой, Антон Николаевич, родные будут рады вас видеть… И включите уже телефон, я позвоню вам сам, когда будет принято решение, — добавил он напоследок.

Я кивнул и вышел в коридор, направляясь в зал. Громко играла музыка, уже подвыпившие люди танцевали. Я попытался пройти краем, но был схвачен цепкими женскими руками. Это была Жанка, девушка раскраснелась от танцев и алкоголя, пришлось рядом с ней немного подрыгаться.

— Заказала новое средство для очистки кожи, — сообщила она мне на ухо.

— О-о, ты молодец, заодно с кариесом проблему реши, — Жанна тут же захлопнула рот и, пожевав губами, убежала, должно быть, в уборную.

Я продолжил путь к столу, беспрепятственно подобрал свою сумку и двинулся на выход из ресторана. Навстречу попались жених с невестой, пожелав им всяческого счастья, покинул наконец заведение.

Дом, милый дом, я подходил к родному подъезду в смешанных чувствах. Тут прошло моё детство и юность, я проходил через эти двери каждый день, уходя и возвращаясь из школы. Навалилось чувство ностальгии, из подъезда выскочил мальчишка лет восьми, куртка нараспашку, в руках шапка. Окинув меня быстрым взглядом, он побежал на площадку к своим сверстникам.

А мне пора сдаваться родителям. Мама была в курсе, когда у Колька свадьба, наверное, поэтому даже из-за закрытой двери доносился аромат жареных котлет и чего-то ещё. Я открыл дверь своим ключом и оказался прав, котлеты с пюрешкой, примешивался запах варёных овощей. Значит, винегрет или оливье, мои любимые салаты.

— О-о, ты глянь-ка, кто явился⁈ — меня встретил папа, протянув руку для пожатия, не помню, чтобы мы так здоровались, но всё происходит в первый раз.

Отец выглядел помолодевшим, лёгкая седина пропала, никаких морщин на лице, уверенный взгляд.

— Да ты возмужал-то как! Чуть руку мне не сломал.

С визгом прибежала Дашка.

— Брат Антоний! Ты, наконец, нагулялся? — сестрёнка повисла у меня на шее.

— Нет, на денёк погостить…

— Ну-ка покажите моего сына! — с кухни появилась мама.

Она тоже изменилась в лучшую сторону, насколько я мог судить как сын. Скорее всего, мужская часть на работе засматривается. Я её обнял, чувствуя родительскую теплоту.

— Наконец-то ты дома! Надеюсь, надолго⁈

Я не стал отвечать, отделался улыбкой. Родители показали мне ремонт, новые полы, кухня, ванная блистала новым кафелем, осталось доделать балкон. Дашка похвасталась новеньким компьютером и телефоном, электросамокат, стоя прямо в её комнате за дверью.

Затем было застолье, отец достал бутылочку вина.

— Я думал, ты на свадьбе гуляешь, а от тебя только духами пахнет…

— Дорогими, — вставила мама, испытующе меня разглядывая.

— Мама, брат Антоний уже большой! Каждый день может девчонок менять!

Вспомнив свою последнюю «девчонку», я улыбнулся.

— Нет, неправильно, должна быть одна-единственная и неповторимая, так ведь, Коля?

Папа, конечно же, кивнул, и мы стукнулись бокалами, Дашке достался вишнёвый сок. Котлеты просто объеденье, я съел три штуки вместе с пюре и тарелкой винегрета, попросил добавки.

— Дом мы присмотрели, рядом с озером, — мама на меня хитро посмотрела. — Учли твои возросшие запросы, — Дашка хихикнула. — Там есть подвал, этаж и мансарда…

— Мансардные окна тоже есть, там круто! Сзади лес, впереди озеро, — вмешалась Сестрёнка.

— А почему ещё не купили? Если нравится, значит, надо покупать!

— Завтра Антон, нетерпеливый какой, — осадил отец. — Вместе съездим, договорённость уже заключена.

На том и порешили, я был рад, что у моей семьи появится отдельный дом. Но себя я в нём видел редким гостем, мой дом в другом месте, для всех остальных оно останется неизвестным.

Я проснулся рано утром, от громкой музыки за окном, даже для дня было бы шумно, а тут рассвет еле обозначился. Наверное, я отвык от города. Поворочался немного, поднялся и подошёл к окну. Играла дикая попса, или её смесь, я в жанрах особо не разбирался. И вроде не молодёжь рядом тусит, судя по помятым физиономиям постарше меня и помладше родителей.

Сидят на дворовой скамейке, два мужика, распевают из горла, рядом усталая бэха с дверями нараспашку, на заднем сидении развалилась взлохмаченная бабища.

Решили, значит, расслабиться, и приобщить весь двор? — я посмотрел на соседнюю многоэтажку, в некоторых окнах начал загораться свет.

Родители, скорее всего, не слышат, как и Дашка, их окна выходят на другую сторону, но мне оттого не легче. Кто-то уже начал кричать с балконов, а любители громкой музыки не обращали на них внимания, скорее всего, даже не слышали.

Минут через десять — двадцать подъедет полицейский уазик и гуляк утихомирят, такое уже бывало. Я отодвинул занавеску, присмотрелся к капоту, бабища, другого слова тут не подберёшь, выбралась из салона и, оголив жирные ляжки, начала пританцовывать.

Вообще красота, — руна Варма влетела в центр капота.

Сначала ничего не происходило, а затем раздался громкий хлопок, капот сорвало с места, ударило о лобовое стекло. С мотора вырвалось дымное пламя. Вот тут гуляки забегали, быбища наутёк, а поддатые мужики принялись поливать пламя пивом, толку с того было немного. Музыка заглохла, уступая место матам и смеху, что раздавался с разных окон и балконов. С полицией я ошибся, они приехали позднее, сначала прилетела пожарная машина и скорая, к тому времени от машины мало что осталось, а горе гуляки скрылись в неизвестном направлении.

Нда, пакостник я! А не фиг было будить!

Через несколько минут я был на кухне, приготовил растворимого кофе с парочкой бутербродов, первой, как ни странно, проснулась Дашка. Через пару минут я понял почему, ей не терпелось отправиться к новому дому. Сестрёнка уже представляла себя загорающей под ярким солнышком, на озёрном песочке. И ничего что на дворе поздняя осень, это же мечта. А в доме у неё самая лучшая комната, окно на потолке и в стене — настоящее юношеское счастье.

Проснулись родители, мама была спокойна, а вот папа напоминал Дашку, такой же возбуждённый в предвкушении. Оказалось, к дому пристоен гараж с мастерской, так её отец назвал, потому что решил отгородить часть гаража под свои нужды, идея показалась мне здравой.

Разговорились с мамой, она всерьёз подумывала перейти на удалёнку, её работа такое позволяла, а в освободившееся время заниматься домом. Я так понял, они туда переезжать собираются, всего-то двадцать километров от города. Пока непонятно как решится с отцовской работой и Дашкиной учёбой, спрашивать не стал — это мамина кухня.

На улице меня ждал ещё один сюрприз, отец купил новую машину, давно мечтал о рамном внедорожнике, высокий клиренс, куча места в салоне. Теперь я понимал, почему отец ходит таким счастливым, он сегодня поставит новенькую машину в новый же гараж.

Машина тронулась с места, мне прилетело сообщение в мессенджер от неизвестного адресата.

«Это Пластов, приставил к вам две машины, так что не пугайтесь!»

Зашибись! — я осмотрелся, стараясь особо не крутить шеей, и никого подозрительного, не обнаружил. — А с другой стороны, чего в этом плохого? Пусть присматривают за родителями, мне будет спокойнее.

Дашка с родителями бурно обсуждали новую обстановку, что следует купить, шкафы, столы, кухонная мебель, а я размышлял о своём, не забывая иногда поддакивать развеселившейся семье.

Получится ли у меня прогнуть свою линию? Здесь зависит от чиновника, который будет руководить моим проектом. Звучит, конечно, так себе, но я уже представил, как говорят между собой ФСБэшники.

«– Как там проект Лось?.. — Как-как, молодой, наглый, вежливый, учиться не хочет, на погоны смотрит криво, волю любит!.. — Так, может, пугануть разок?.. — Этот сам кого хочешь пуганёт, меня в пять секунд разговорил, а я и не понял!»

Как-то так. Может, всё-таки удастся остаться свободным, а на благо государства я поработать не против, за определённую плату.

Блямкнуло новое сообщение, оказалось из банка, я уже забыл, что у меня дебетовая карта есть. Там был вечный ноль, за редким исключением, когда мама переводила мне на дорогу или обеды.

…Прочие поступления 18.000.000 рублей…

Чего это? — сумме я не особо удивился, у меня в убежище целый рюкзак с деньгами припрятан. — В лотерею я не играю, зарплату не получаю, от Мезенцева тоже быть не может… Майор⁈ Я же ему вчера в качестве доброй воли тридцать пузырьков отдал и цену оптовую озвучил… да, и сумма сходится! Это получается, государство купило, или структура ему подконтрольная! Значит, я легализован? А как же налоги?

Я не знал, радоваться, или писать майору? Позднее решу.

Наша поездка подходила к концу, я уже видел озеро. Возможно, не наше, со слов мамы, здесь целая сеть озёр, а по берегам дома и коттеджи. Выдерживался примерно один стиль в строительстве, несмотря на позднюю осень смотрелось красиво, прямо как пряничная деревня.

— Вот-вот наш дом, — завопила Дашка, когда спустя несколько минут мы подъехали к забору из фигурного кирпича.

Там уже стоял синий минивэн агента по недвижимости. Это была улыбчивая девушка в деловом костюме, после приветствия мы прошли во двор. Всё пространство, кроме подъезда к гаражу и дорожек, было засажено газонной травой. Дом из коричневого кирпича, большие фасадные окна, считай витражи, отец тут же кинулся к гаражу. Девушка агент протянула ему пульт, гаражные ворота покатились наверх, гараж был длинным, с чистовой отделкой.

Я так понял, экскурсия проводилась для меня одного, родители здесь уже два раза были. Когда поднялись на мансарду, агент задала вопрос.

— Если всё устраивает, готовы ли вы ехать в банк для оформления собственности?

Мама с отцом почему-то посмотрели на меня, а Дашка кивала, едва не подпрыгивая от нетерпения, я тоже кивнул.

— Всё устраивает, берём!

— Так, ну тогда мне нужен собственник, — снова взгляды на меня, и тут наконец дошло.

— Оформляйте на себя, — мама судя по взгляду, была против. — Поверь мне, мам, так будет лучше!

Это решило дело, родители уехали с агентом, мы с сестрёнкой остались.

— Я смотрю, ты боевую раскраску волос сменила, парень повлиял? — Дашка рассмеялась.

— Нет, брат Антоний, если бы ты видел моего Петрушку, таких вопросов не задавал.

— Он у тебя что, виртуальный?

— Нет, живой, с длинными зелёными волосами, в прошлом месяце были синие…

— В следующем будут пурпурными, а ты, как самая адекватная, решила вернуться в классический стиль!

— Он тоже адекватный, я бы не связалась с придурком, брат Антоний… Помнишь, ты хотел серьгу повесить? А папа был против, значит, ты тоже неадекватный!

— Ладно, я просто повзрослел, — и теперь не понимаю, чего прикольного в серьге.

— Мама говорит, слишком рано повзрослел, но всё равно рада, и боится за тебя. Связался с большими деньгами, можно ждать больших неприятностей.

Здесь мама права, неприятности можно ждать с любой стороны. Майор вчера напугал, теперь ещё и с налоговой проблема возникнет. А ведь я так и не спросил у мамы, как они легализовали средства на дом. Мне бы сообразить вовремя карту свою отдать, или самому с ними поехать. Остаётся надеяться, что всё пройдёт хорошо.

Дашка убежала на второй этаж, планировать обстановку, тут зазвонил телефон. Это оказался майор.

— Алло!

— Здравствуйте, Антон Николаевич! Я пообщался с руководством, думаю, вы уже это поняли, к вам должны были прийти средства!

— Да, Юрий Григорьевич, деньги пришли. Не думал, что это произойдёт так быстро, значит, меня не трогают? — принялся ждать ответа.

— Не совсем так. Да, у вас будет определённая свобода действий в сопровождении старших офицеров…

— Вы меня не поняли, Юрий Григорьевич, я согласился сотрудничать, но няньки мне не нужны, — мне пришлось выйти на улицу, чтобы не напугать Дашку. — Я буду поставлять свою продукцию, сроки и количество, мы обговорим позднее, но не более того!

— Антон Николаевич, похоже, это вы не понимаете, что имеете дело с государством. Есть определённые законы и правила, нельзя воротить, всё что захочешь. И потом, кто даст гарантию, что вас завтра не похитят?

— На счёт похитить, вы погорячились, это не так просто сделать, — я даже понимал, что во мне взыграла гордость, мальчишеская, но ничего не мог с собой поделать. — Давайте встретимся через пару часов, вы отвезёте меня в спортзал, или на какой-нибудь полигон, и я дам вам несколько попыток меня похитить!

— Антон Николаевич, это бахвальство, поверьте, есть такие специалисты… Хотя, давайте попробуем, — поменял он позицию. — Позвоните, как будете готовы.

Отключив вызов, я вернулся в дом, там меня ждала Дашка, судя по хитрому личику сестрёнки, стало понятно, она что-то слышала.

— У тебя неприятности?

— Нет, вопрос уже решён! — похоже, мой лихой взгляд её убедил, почти.

— Я слышала про похищение, слух резануло, — она не спускала с меня взгляда, прямо как мама.

— Я сказал, что дам несколько попыток меня похитить, это будет тренировка, а я много тренируюсь, — сестрёнка поверила или сделала вид.

Сменив тему, мы отправились в подвал. Дашка рассказала о папиной мечте. Он собрался соорудить винный погреб, из чего отец собрался ставить вино, сестрёнка не сказала, а я не стал спрашивать, здесь главное воплощение мечты в жизнь.

Мы ещё какое-то время обследовали дом, прошлись по участку, обсуждая мамины предпочтения, а потом приехали родители.

— Поздравляю вас, дети мои, у нас теперь есть собственный отдельный дом! — объявила мама, а Дашка поддержала её довольным визгом.

Отец предложил отметить событие домашним застольем, мама схватилась за голову, сколько же ей готовить. Я предложил выход, заказать мяса и салатов, никто против не был.

Отец почувствовал себя хозяином дома, нам пришлось ждать, пока он проверит все окна, заднюю дверь, а затем закроет переднюю. Только после того, как отец несколько раз проверил, закрыта ли калитка, мы отправились в обратный путь. Семейный обед получился отличным, всё дело в скорости, мама заказала еду сразу, а доставили минут через двадцать после нашего приезда. Плюс к тому, ненужно было ничего готовить, а потом ещё мыть целую гору посуды. Мясо обалденное, буквально таяло во рту, несколько салатов на любой вкус, родители выпили по пол бокала вина, я от алкоголя отказался.

Пришло время уходить, я всё-таки с человеком договорился, мама стала настаивать остаться хотя бы до утра.

— Ты же сам себе хозяин, Антон! Возьми выходной, или отпуск! По КЗОТу положено!

— Нужно, мам, я людям обещал. Приеду, когда дом обставите… Мне, пожалуйста, широкий диван и кресло, телек необязательно, отвык я от него. Ах да, надо же на что-то мебель покупать! — я полез в карман за телефоном.

— У нас ещё остались деньги Антон, если что накопим, купим, не надо нас заваливать.

— Я не собираюсь заваливать, — собрался было перевести миллиона четыре-пять, чтобы родителей не сильно травмировать, а затем вспомнил про лимиты.

Девушка в банке подробно всё объяснила, я могу перевести не больше миллиона, если сдать и подтвердить биометрию, два. Помню, тогда мне в лом было что-то сдавать, к тому же на тот момент речи о деньгах вообще не было, только то, что мама переведёт.

А давай-ка попробую два! — ввёл цифры, нашёл адресата, отправил.

После подтверждения операции, средства ушли на мамин счёт.

Ха! Вот же засранцы, всё без меня подтвердили! И сама сумма в восемнадцать миллионов… тоже должны быть какие-то ограничения!

Я бы всё перевёл, уверен, что такая возможность есть, привык уже как-то обходиться наличными, но не хотелось привлекать к себе лишнего внимания и без того уже на виду.

Мама, разумеется, всплеснула руками, спорить не стала. Дашка показала большой палец, типа всё круто, брат Антоний. Отцу оставалось лишь авторитетно хмыкнуть, я не собирался перенимать на себя семейное лидерство, тогда мне опять придётся подчиняться маме. Пожал ему руку, обнял женскую половину и покинул отчий дом.

Позвонил Пластову, когда отошёл от дома, и находящийся рядом парк остался позади. Майор подъехал за мной лично, на машине неизвестной мне марки, на решётке радиатора красовалась оскаленная медвежья морда.

— У вас прекрасная семья, Антон Николаевич, любящие родители, умница — младшая сестра, — Пластов находился на заднем сидении, так что я к нему присоединился, впереди находились водитель и пассажир, с виду обычные мужчины, каких миллионы. Только взгляды выдавали, излишне строгие, пассажир смотрел с лёгким снисхождением.

— Вы к чему это сказали? Я и сам знаю, какая у меня семья, ради их безопасности сделаю всё…

— Это хорошо, Антон Николаевич, человек без семьи отрубленная ветка, а у кого-то государство за семью, — майор посмотрел на пассажира с переднего сиденья, тот еле слышно усмехнулся. — Семья обязана защищать своих членов, а те её беречь.

Это меня вербовать начинают, или просто по-дружески болтаем? — спрашивать, разумеется, не стал, к чему накалять обстановку.

— Я могу говорить свободно?

— Не углубляясь в детали, — предупредил Пластов.

— Хорошо, — я попытался подобрать подходящие слова. — Род моей деятельности, подразумевает полную свободу. Я нахожусь в постоянном поиске, сами знаете, чего, и няньки мне будут мешаться. Я сам могу за себя постоять. Единственная моя слабость — это семья, невозможно при моей работе находиться рядом. В то же время от меня больше пользы, когда я при работе и никто не мешает. Я готов поставлять нужные ресурсы, и даже ингредиенты к ним.

— Складно говоришь, Антон, — пассажир с переднего сидения, сел в пол-оборота, в меня упёрся добрый по-отечески взгляд. Человек, судя по виду и возрасту опытный. — Помнишь, ты дал нам несколько попыток себя похитить? Первая попытка удалась! Урок номер один, похищать можно по-разному, в данном случае ты сел в машину по своей воле.

Я подумал, прикинул и всё-таки признал правоту незнакомца.

— Хорошо, один ноль в пользу похитителей. И что они будут делать дальше?

Вместо ответа пассажир выхватил пистолет и направил его на меня, вернее, хотел, но я оказался быстрее. Перехватил его кисть на излом, направив ствол в потолок, через секунду пистолет оказался в моих руках.

— Таких я ещё не видел, для спецслужб, наверное? — покрутил компактное оружие в руках и положил на сиденье, между собой и майором.

Спец выглядел обескураженным, а водитель хохотал, не сводя глаз с дороги.

— Один-один! — весело сказал я.

— Это ПСС-2, пистолет под бесшумный патрон, — просветил меня майор, взяв оружие в руки. — Для каждой операции свой тип оружия, — он вернул пистолет пассажиру, тот уже не выглядел обескураженным, поглядывал на меня с ухмылкой. — А вот это Удав, — майор достал своё оружие из наплечной кобуры, его ствол был длиннее и толще, выглядел хищно, реальный удав. — Предназначен для работы с бронежилетами и легко бронированными целями, магазин на восемнадцать патронов.

— А можно мне такой? — это оружие выглядит покруче моей гюрзы.

— Нет! — твёрдо ответил майор. — Вы же не хотите учиться!

Дорога заняла не меньше часа, мы выехали загород, водитель с удовольствием вдавил педаль газа. Я не знаю, куда меня привезли, под конец путешествия машина свернула с трассы, какое-то время двигались второстепенной дороге. Затем ещё один поворот, под колёсами уже были бетонные плиты. Ворота выглядели серьёзно, как и охрана на КПП, автоматчики, за воротами дежурила какая-то бронетехника.

Майор показал удостоверение на посту, нас быстро пропустили на территорию. За административными зданиями потянулась полоса препятствий, я заметил тренирующихся бойцов. Машина остановилась у высокого одноэтажного здания, прямо перед нами в двери бодро заскочила группа крепких парней в камуфляже.

Водитель остался в машине, мы втроём вошли внутрь, в нос ударил хорошо знакомы аромат спортзала, да и звуки доносились соответствующие. Кто-то играл в мяч, слышались зычные голоса команд. На мне были кроссовки и штаны типа треников, оставалось только скинуть осеннюю куртку и шапку, что я сразу и сделал, оставшись в толстовке.

Пассажир, который так и не представился, направился в угол огромного зала, здесь было многолюдно, все спецы занимались своими делами. Кто-то работал в спарринге, другие, под руководством инструкторов, отрабатывали приёмы в группе, третьи вообще гоняли в мяч.

— Надо бы переодеться, — обратился ко мне майор.

— Нет, я уже готов, — бросил рюкзак и вещи на скамейку, снял толстовку, оставшись в одной футболке, демонстративно размял плечи.

— Я капитан Твердохлебов, — представился наконец пассажир. — Покажи, на что ты способен!

Я кинул на себя три руны, щит, бдительность и лёгкая нога, затем развёл руками, типа нападайте, — капитан усмехнулся и перевёл взгляд бойцов, что бились в спарринге.

— Соколов, Дароев, ко мне! — бойцы подчинились. — Скрутите этого пацана, если сможете.

На меня кинулись с двух сторон, резко, без какой-либо подготовки, я представил вместо парней плетунов и метнулся к левому. Блондин попытался провести болевой захват, я схватил его за левое предплечье и толкнул ладонью в плечо, тот с оханьем полетел в сторону брюнета. Второй оказался шустрее, ушёл от столкновения и метнулся ко мне, выставив перед собой руки.

Борец, блин!

Я приблизился, используя обманное движение, Дароев попытался провести подсечку, но в итоге сам полетел на пятую точку, схлопотав ладонью в лоб, но сумел уцепиться, сорвав с меня футболку.

Соколова я из вида не выпускал, всё происходило настолько быстро, что он просто не успел атаковать, тем более с правой рукой проблемы. Парень явно злился, поспешил и подставился, словив удар в челюсть. После скоростей тварей, эти двое для меня двигались немногим быстрее черепах.

И десяти секунд не прошло, Соколов с Дароевым выбыли из боя, я даже не запыхался — магия рулит! Второй уже пришёл в сознание и резким рывком оказался на ногах, намереваясь броситься в бой.

— Отставить, Дароев, помоги Соколову! — капитан смотрел на меня со смесью чувств, в основном непонимание.

Вокруг скопились бойцы, с интересом посматривая на меня и пострадавших спарринг-партнёров.

— А что за техника? — спросил коренастый парень.

— Да нет никакой техники, пацан за счёт силы и скорости берёт, — ответил здоровяк со шрамом на лбу. — Ты погляди на него, одни жилы, будто из канатов сплели.

— Отставить базар, продолжайте тренироваться, — подошедший инструктор разогнал любопытных.

Остались я, Соколов, который пришёл в себя стараниями Дароева, майор и капитан, последний поинтересовался.

— У тебя застарелые шрамы на теле, кто оставил?

— Хищники в основном, — уклончиво ответил я и подошёл к пострадавшим бойцам. — Без обид, парни, я старался легонько, честно.

— Да нет, какие обиды, классно было, вот только в башке туман, — хохотнув, признался Соколов. Я коснулся его лба указательным пальцем, отправляя руну Сано.

— Мужчины не обижаются, — бодро выдал Дароев. — Где так драться круто научился? Я даже не понял, как на жопе оказался!

— Пришлось научиться, иначе бы сожрали, — я посмеялся, типа шутка, а сам повторил процедуру оздоровления.

— Что ты делаешь? — боец не успел отдёрнуть голову, мой палец коснулся лба.

— Скоро поймёшь, — ответил, поднимаясь с корточек. — Ещё раз извиняюсь, парни.

— Да хватит уже извиняться, а то ещё привыкнут, — рыкнул капитан. — Познакомился с бойцами, сдерживать себя умеешь, молодец. Ну что, продолжим похищение?

Я кивнул, а что мне ещё оставалось делать?

— Бойцы⁉ — зычный голос разнёсся по залу. — Тому, кто скрутит этого пацана, гарантирую трёхдневный отпуск!

— ДА-А-А, — зал взорвался единым криком.

— Проходи в центр, боец. Тебя сейчас будут немного бить!

Вот же подстава, — двигался между спецов, прикидывая их количество. — Да их не меньше трёх десятков! Всё-таки капитан обидчивым оказался.

— Сильно их не бей, парень! — услышал голос Соколова.

Обернулся, махнул рукой он уже выглядел бодрячком. Добравшись до центра, похрустел шеей и улыбнулся.

— Поехали!

На меня налетели сразу со всех сторон, подсечки, удары руками, ногами, болевые захваты. От первой волны легко ушёл, сдвинувшись на несколько метров в сторону, по пути успел стукнуть по трём затылкам, исключая бойцов из драки. Прилетел удар в бок, атаковавший меня боец отскочил, затерявшись за спинами спецов, оставалось надеяться, что он не сломал ногу. Я не забыл как щит действует на простых людей.

Мне было не до размышлений, приходилось уворачиваться, бить, прыгать, крутиться. В один момент я подумал, что справлюсь, но тут какой-то ловкач влетел мне под коленки, я полетел на спину, ко мне кинулось сразу с десяток рук. Две из них я использовал в качестве опоры, подпрыгнул, снося попавшегося на пути бойца, ещё одного шлёпнул по затылку.

Я почти приземлился, когда мне прилетело в спину, затем удар под колени, уже падая вырубил подставившегося бойца. Кто-то навалился мне на ноги, схватили за руки, скрутили, не давая возможности пошевелиться. Я так и лежал мордой в пол, вдыхая «аромат» пота. Бойцы, наконец, заговорили.

— Ты чего такой твёрдый, братка? Ногу отбил, а тебе хоть бы хны…

— Сдаётся мне, парень не в полную силу нас бил, иначе хана нам…

— Ага, вон несколько уже с ногами лежат, корчатся, кто-то вообще в отрубе…

— Сдаюсь, парни, победили! Нет уже мочи потом вашим дышать!

— Так не было же команды…

— Отпускайте, задушите ещё, — капитан, судя по голосу, стоял неподалёку.

— Задушишь его, как же, твёрдый как скала…

— Ага, и скользкий!

Меня, наконец, отпустили и даже удосужились поднять на ноги, кто-то похлопал по плечу, взмыленные мужики разошлись в стороны, пропуская капитана.

— Ну что, бойцы, урок учли?

— Да, не всех можно бить, иногда лучше к силе слова прибегнуть, или пистолета, — поднялся дружный смех. Сказавший речь боец сидел на полу, баюкая поломанную ногу.

— Молодец, Савушкин, три дня отпуска! — снова дружный смех, Савушкин не отставал.

— Наш герой тоже урок получил! Какой? — на меня уставился вопросительный взгляд капитана.

Нельзя отнимать оружие у капитана ФСБ! — я этого говорить не собирался, а то ещё какую-нибудь каверзу придумает.

— Скрутить можно любого! — сказал то, что он хотел услышать, гомон бойцов меня поддержал.

Появились люди с носилками, спортзал начал потихоньку пустеть, оказалось, я не меньше десятка вырубил, пятеро с переломами конечностей, ещё больше с отбитыми, это они уже сами постарались. Жёстко здесь учат, заодно показали, на что способны отдельно взятые единицы.

Тот боец прав, я боялся применять силу, убийство ФСБэшников, или кого-либо из силовиков в мои планы не входило.

Спортзалом моё знакомство со спецслужбами не закончилось. Как я и предполагал, меня взяли в оборот по другим моим талантам.

— Вы хорошо подготовлены физически, Антон Николаевич! Капитан лишь указал на слабые моменты. Но нас интересуют другие ваши таланты, в частности, медицина, ваше травничество. Вы можете научить наших специалистов своему мастерству?

Мы общались в отдельном кабинете, похоже, в нём иногда сутками живут. Потому что имелся диван, электрический чайник и микроволновка. Перед разговором майор заварил по пакетику чая, поставил на стол блюдце с сушками, я с удовольствием угощался.

— Могу, почему нет? Предоставьте необходимые ингредиенты, начну урок прямо сейчас, — хозяин кабинета улыбнулся, оценив мою шутку.

В итоге я встал перед выбором, сдавать свои рецепты, или идти в отказ? Они не смогут готовить зелья, без моих ингредиентов! А пускать спецслужбы на Этернис, не вариант. Может начаться настоящая экспансия, не знаю как насчёт завоевания другого мира, но экспедиции точно повалят. А если есть поток в одну сторону, то обязательно появится и в другую. То, что найдут способ противостоять фильтру из растений и тварей я не был уверен, но всё же. И тогда неизвестно чья возьмёт. Я ставил на Этернийцев, всё-таки маги, а с другой стороны, наука. Начнётся война, и всё будет плохо. Такой вариант меня не устраивал.

— Есть другой вариант, — продолжил майор. — Вы поговорите с нашим специалистом по науке, а уже потом дадите ответ.

Я согласился, особого выбора у меня не было, не посылать же родное государство, тем более мне пошли навстречу, по сути, купили.

По этому поводу я и начал разговор, зачисления налоги, легализация средств, коих у меня целый рюкзак, скоро второй начну набивать. Мой куратор был подготовлен, успел пообщаться с другими специалистами. Всего-то нужно открыть ИП (индивидуальный предприниматель) и платить налоги как все. С этим мне пообещали помочь, делается всё через банковское приложение.

Пока я дожидался «научника», майор привёл девушку из бухгалтерии, мы управились за двадцать минут. Теперь я стал ИП Лосев А. Н. Глянул в сети, что интересно часть информации находилась в открытом виде, ИП Лосевых в России, около двух десятков, даже одного тёзку нашёл, по буквам.

Девушка, бухгалтер, пояснила следующее. Мне придётся получить в банке другую карту, она будет привязана к моему расчётному счёту. И все денежные операции приход/расход, будут проходить через неё. Также я могу прийти в банк, и положить на расчётный счёт наличные, там тоже были какие-то лимиты и ограничения. При больших суммах мне придётся объясняться с налоговой по поводу происхождения средств.

Пришёл научный работник, мужчина в возрасте, примерно как майор, под шестьдесят, может, больше. Но в отличие от куратора выглядел он бодрячком, заинтересованный взгляд из-под очков в золотой праве, неровный ёжик седых волос и брови как у филина.

— Здравствуйте, Антон… — он проводил взглядом покидающую нас девушку. — А давайте просто Антон, я старше вас раза в три, думаю мне простительно⁈ Меня зовут Виталий Савельевич Расторгуев, думаю, моя должность вам не особо интересна.

— Я буду называть вас профессором!

— У вас есть чувство юмора, отлично! И да, прозвище меня устраивает, — профессор улыбнулся. — Знаете, мне очень интересно, из чего вы готовите свои зелья… Вы же свои творения так называете? Кровь девственницы, вытяжка из печени тридцатитрёхлетней жабы?..

— Вы правы, профессор, кровь там есть, а с жабами я ещё не работал. Не подскажите, как определить их возраст? — тот расхохотался.

— Вы интересный молодой человек, Антон… Скажите, наших молодцов вы тоже с помощью зелья победили? Я смотрел запись тренировки, — профессор смотрел так, словно просвечивал меня насквозь, но не забывал улыбаться.

— Нет, это умение. Приходиться много тренироваться, я в лесу, в основном, нахожусь, а там хищники попадаются и не все они на четырёх лапах ходят.

— Мне кажется, вы многого не договариваете, Антон! Такие умения в драке с гопниками не выучишь!

— А мне кажется, что вы не на свою поляну полезли, — майор, что слушал нас молча, едва слышно хмыкнул.

— Вы правы, моё дело лекарства… Насколько я понял, база у ваших зелий одна?

— Да! Это козье молоко, — профессор хекнул. — Всё хорошее готовится на козьем молоке, — на автомате повторил наущения ведьмы.

— Оно, безусловно, полезно, не только как детское питание, — профессор принялся прохаживаться по кабинету, заложив руки за спину. — Например, диетотерапия. У пациентов, страдающих ревматоидным артритом, а ещё есть исследования в области антибактериальных и заживляющих средств, к сожалению, такие исследования имеют минимальное финансирование, — он остановился, уставившись на меня. — Думаю, несправедливое распределение государственных средств, скоро останется позади!

— Ваши слова верховному в уши, — сухо сказал майор.

Я пока помалкивал, размышляя о своём. Что я потеряю, раскрыв все ингредиенты зелий? Да ничего, я и так собирался это сделать, без заработка я точно не останусь, я и так уже прилично заработал. А дальше, на что тратить деньги? Путешествовать в другие страны, покупать там недвижимость, яхты? Да на хрен они мне сдались? У меня целый мир не исследован, добрался только до третьего рунного круга. Вот где мой интерес, главное, родню обезопасить, а заработки… что-нибудь придумаю.

— Вы говорили про кровь, Антон, неужели девственницы? — глаза за очками округлились.

— Нет, кровь хищника, я использую волчью, для мази от морщин и шрамов.

— Очень интересно, знаете, я бы очень хотел побывать в лаборатории, уверен, у вас она точно есть, — профессор вдруг сделался серьёзным. — Боюсь, вы меня в неё не допустите, — я кивнул. — Мне важно знать, какие ингредиенты вы используете, простая схема… допустим, крапива, куриная грудка, соль, картошка, вода. И желательно иметь эти ингредиенты в наличии, — на меня уставились профессор и майор, я пожал плечами.

— Да, но не сегодня, через неделю я предоставлю вам все ингредиенты, из которых готовлю зелья, вот только кровь нужна свежая, из холодильника не подойдёт, настоящий свежак, — я изобразил, как выдавливаю из пальца. — Так что не все.

— Думаю, это не проблема, мне нужен состав вашего зелья.

Объявляя сроки, я следил за реакцией майора, внешне тот не изменился. Я надеялся, что они уже составили мой портрет и не будут препятствовать. Иначе придётся меры принимать, какие, я пока не знал, наверное, что-то бескровное, побег под отводом глаз. А затем, через неделю, новый контакт, чтобы приучить нового «партнёра» к тонкостям ведения дел. Если хотят что-то с меня получить, дадут полную свободу.

Спустя примерно час, тот же водитель отвёз меня в город, высадил у ближайшего торгового центра, это уже по моей просьбе, и, не сказав ни слова, уехал. Я посетил супермаркет, чтобы пополнить некоторые запасы.

На цокольном этаже торгового центра, имелся магазин автозапчастей и всякой мелочовки из инструмента, я хотел купить плоскогубцы, взгляд наткнулся на монтажку которая стоила пять тысяч, показалось дороговато. Продавец пояснил, инструмент из титана, у меня тут же зародилась идея, купил всё-таки плоскогубцы, и шесть монтажек разного размера, затем вызвал такси.

В этот раз мне попался общительный кавказец, болтал всю дорогу, умудряясь держаться на максимально разрешённой скорости.

Я узнал множество историй, анекдотов и слухов, самый интересный из них — о взрыве самопроизвольно скопившихся газов. Не знал, что такое бывает на открытом воздухе.

— Вот это место, брат, — таксист кивнул в сторону стационарного поста дорожной полиции. — Смотри, как верхушки деревьев снесло!

— Да тут ракета стартовала⁈ — поддержал беседу.

— Нет, брат, не было ракеты. Сарик говорит, пламя прямо до облаков взорвалось, мамой клянётся. Он тут как раз был, пассажирка, девчонка молодая завизжала, Сарик по газам ударил, задницу мазды помял сильно, а у него страховки нет! — темпераментный водитель отпустил руль и воздел руки к небесам.

Как обычно, слухи обрастают невероятными подробностями, всего лишь небольшая демонстрация возможностей рунного мага. А если в наш мир заявятся настоящие маги? Восьмой, десятый круг! Нет, тогда наш мир обречён!

Таксист оставил меня на трассе, здесь начинался мой лес. Оказавшись под защитой деревьев, отключил свой телефон и, упаковав его в фольгу, принялся ждать. Очень скоро на дороге появилось два мощных внедорожника, за ними подкатил микроавтобус, стали выгружаться люди, имелись и кинологи с собаками.

Почему я не удивлён? Да потому что это предсказуемо, будут преследовать, если, конечно, следы найдут.

Снег за эти дни успел растаять, так что уйти от преследователей будет проще. Я двинулся по лесной чаще, кидая за спину руны чистоты и порядка. Эти места были мне знакомы, так что скорость держал приличную. Сомневаюсь, что спецы будут перемещаться с такой же, сначала нужно взять след.

Моя первоначальная задача, оторваться настолько, чтобы можно было заглянуть в тайник, прихватить максимальное количество люмия и быстро топать дальше.

Спустя несколько часов окончательно стемнело, но я продолжал двигаться и, наконец, достиг тайника. Очень скоро появится проблема с доставкой, обычные люди не способны прятать свои следы, если только подгадывать под буран. Думаю, такое будет нечасто, потому я торопился сделать запас, а Мезенцев регулярно пополнял тайник изделиями из алюминия.

Распечатав второй телефон, вошёл в приложение мессенджера.

Антуан:

*Привет! У тебя появился конкурент, вынужденная мера, зато теперь моя семья под защитой, а я легализован. О тебе они знают, но ничего конкретного, я информацией не делился. На меня открыто ИП, есть расчётный счёт, за которым, скорее всего, будут следить, но, возможно, есть какая-то схема, думай.

Мне пришлось подождать какое-то время, видимо, Мезенцев не слышал звука мессенджера. Запалил сухое горючее, вскипятил воду в алюминиевой кружке, горячий чай без сахара пошёл тему.

Максим:

*Привет! Печально, конечно, но примерно такого расклада я ждал, от государства нельзя прятаться вечно. Насколько я понял, наш маленький бизнес ещё не загнулся, это радует. По поводу расчётного счёта, всё очень сложно, провернуть можно, но придётся объясняться с налоговой, думаю, тебе это не нужно. Есть другой вариант, раз уж ты легализован, инвестируй в госпроекты. Доход с них не быстрый и небольшой, зато всё законно, тем более средств у тебя немало, в скорой прибыли не нуждаешься. Можешь попробовать с другими валютами, я могу рассчитываться с тобой долларами или евриками. Но опять же валюта будет копиться, открыть счёт в иностранном банке легко, но также легко их там потерять. Я с этими пидарасами не работаю и тебе не советую!

Мы ещё какое-то время пообщались, обсудили будущие поставки, и новые возможные рецепты. Про боевые зелья я не заикался, они пойдут на нужды спецслужб. К тому же Мезенцева больше интересовала бытовая сторона. Облысение, ожирение, это тоже довольно перспективное направление, меня он тоже заинтересовал.

Я представил толстую бабищу, сумевшую сбросить вес за пару недель, пусть даже месяц, всё равно очень быстро. Та завела блог в соцсетях, под названием «Я ем и худею!» — разве не мечта миллионов?

А что у нас с лысыми? Тоже очень плохо, если бы имелось средство для выращивания волос, наши политики и бизнесмены не ходили бы лысыми! Значит, нужно теребить ведьму на предмет этих зелий. В голову пришла ещё одна мысль, кто-то ведь и поправиться хочет. Допустим, бодибилдер не может нарастить мышечную массу, а тут средство есть, без всякой химии.

Я понял, что меня понесло слишком далеко, но в блокнотик всё-таки записал. Затем набил рюкзак изделиями из алюминия, прихватил ещё пару больших сумок и продолжил поход уже в качестве челнока.

Тёмное время суток меня нисколько не смущало, я жутко устал и добрался до межмирового коридора за несколько часов. Сил не осталось вообще ни на что, так мне показалось, но стоило скинуть груз и взять в руки меч, как во мне проснулось упрямство. Спасибо деревенским охотникам за науку. Если будешь себя жалеть, то толку из тебя не выйдет.

С этой мыслью я взялся за отработку ударов, махал мечом до тех пор, пока рука сама не разжалась, меч полетел на землю, а я обессиленно упал на колени. Но всё же нашёл в себе упрямство, чтобы подняться и лечь нормально, в спальный мешок. С четырёх сторон меня грели рюкзаки, набитые камнями, а я сладко храпел, не видя снов.

Следующий день оказался потерянным, в плане похода на Этернис. Всё дело в разнице во времени, я проснулся, когда там была глубокая ночь. От безделья меня отучила нужда, потому я занялся своими обычными делами. Сначала быстрая разминка, позавтракал банкой разогретой тушёнки и большим куском хлеба, а затем взялся толочь траву. Подготовка сильника занимала немало времени, потому я взял за привычку, толочь сушёную траву каждый день, упаковывал в пластиковый контейнер для последующего использования.

В качестве отвлечения от работы тренировался с мечом, метательным оружием, про бег с грузом тоже не забывал. У меня осталось некоторое количество пиявок в ведре, козье молоко тоже имелось, под руной сохранения это не проблема. Так что вечером после готовки ужина, я взялся за крем от морщин.

В то время как нормальные люди после рабочего дня ложатся спать, я отправился на Этернис.

На второй моей родной планете было позднее утро, холодно, ветер, но о снеге пока речи не шло. Всё-таки климат здесь немного отличался от земного, в тёплую сторону, на Альтерре сейчас попрохладнее.

Жизнь в лесу замедлилась, но не замерла, то и дело попадались следы кроликов и других хищников. Пока шёл к Приболотному, крутил головой во все стороны, но всё равно едва не прозевал атаку. Семейка кроликов, самка и самец атаковали меня сбоку, одного хищника заморозил, а второму проткнул голову мечом.

Пришлось задержаться, не бросать же мясо, сначала проверил на наличие эфирок, оказались пустыми. Отрубив головы, выпотрошил и, упаковав в пакет, сунул в рюкзак, тот стал немного тяжелее.

У пограничного столба меня встретил Виро, видимо, сегодня было его дежурство.

— Здравствуй, Антуан! Куда запропастился, на охоте был?

— Здравствуй, Виро! Вроде того. Вся наша жизнь — сплошная охота, — молодой охотник улыбнулся и закивал в знак согласия. — Мне кто-то искал?

— Да, господин Астамак, какое-то срочное дело, вчера тебя искал!

Насколько я помнил, следующая встреча у нас через два дня, новый обмен ресурсами, я ему канитель, он мне камушки. Я пока не решил какие, но напрашивалось несколько зелёных, чтобы добить, наконец, третий круг, ну и, наверное, оранжевые, если есть в наличии. Я скоро доберусь до четвёртого круга!

Распрощавшись с Виро, я отправился к Мирне, обещал портнихе новую партию канители, а ещё она просила алюминиевый скотч. Уж не знаю, для каких целей, но платила она золотом и сразу, потому я не спрашивал.

В дом меня впустила её дочь Рилла, окинув меня коровьими глазками, пригласила в дом, я шёл за ней, оценивая вид сзади. Надо сказать, выглядела она эффектно, и это несмотря на рабочее платье, узкая талия, широкие бёдра.

Видимо, во вкус вхожу, — подумал я, вспоминая Аллу. Я уже начал жалеть, что не остался на повторный сеанс.

Выкинув из головы лишние мысли, вошёл в мастерскую Мирны. Портниха в последнее время набрала немало заказов, всюду мотки, тюки, кожа, заготовки. Даже стены приспособила, всё было завешано комплектами кожаной брони или просто одежды. Хозяйка дома была очень занята, поздоровалась со мной, едва подняв голову, я принялся выгружать на заваленный тряпьём стол, катушки канители и скотча.

— Спасибо, Антуан, ты вовремя, мне как раз нужно стражников из Вольного Поля обшивать! — Мирна устало улыбнулась.

— А что, там своих портных нет?

— Таких как я, точно нет. Надеюсь, в ближайшее время не появится, — она вопросительно на меня посмотрела, я покачал головой, типа делов не знаю.

Получив мешочек золота, я отправился в сопровождении Риллы за козьим молоком.

По пути к старосте, навстречу, попался конный воин, я не сразу его узнал. Когда он поднял забрало, на меня уставился строгий взгляд Гордо — прокуратор с Вольного поля.

И чего он тут катается, своих владений не хватает? Ещё в металл переоделся.

— Здравствуй, Антуан, путник с юга!

— Здравствуй, Гордо! — он ловко спешился, оказавшись рядом со мной одним прыжком, а доспехи, судя по лязгу металла совсем не лёгкие. Боевой конь остался за его спиной, так что за укусы можно было не переживать.

— Непростая у тебя жизнь, Антуан! Всегда в пути, наверное, людей разных часто встречаешь, и не все они добрые!

Интересное начало, опять ловцы рабов нарисовались, потому он здесь? Надеюсь, меня за их шпиона не держит⁉

— Не все, Гордо, потому стараюсь по дорогам не ходить, по лесу в основном.

— Мудро, — он снял шлем, передо мной предстал мужчина лет сорока, короткая стрижка, твёрдый взгляд, но с интересом. — Но ведь они и там встречаются⁈ — Гордо показал мне серый кошель с хорошо знакомым знаком, зигзаг молнии.

Человек не всегда и не везде владеет своим телом и чувствами, а я так вообще, недавно научился, но недостаточно хорошо, — прокуратор прочёл меня одним взглядом.

— Вижу, что воровской знак встречаешь не впервые… Гильдия воров и убийц, сборище лихих людей, промышляющих разбоем. За голову любого из них назначена награда, — он всё ещё смотрел на меня, ожидая реакции.

— Как жаль, что у меня нет с собой ни одной головы, — прокуратор ухмыльнулся. — И что же им тут делать? В деревне! Коров воровать?

— Не скажи, — прокуратор вновь сделался серьёзным. — Селенье селеньем, а золото здесь водится, у тебя, допустим. Хоть и не местный, но частенько здесь бываешь и по гостям ты к богатым ходишь! Староста, портниха, травница, все они не последние люди в Приболотном. Воры знают, они золото нутром чуют, но в мелкие селения редко суются, всё на виду, люди друг друга знают. Могут прийти под видом бродячих торговцев, предложат что-нибудь по низкой цене, люди впускают в дом…

— И что дальше? Пользуются ловкостью рук? — Гордо кивнул.

— И такие воры есть, не заметишь, как ценного имущества лишился. А торговец всего лишь в предбаннике постоял, своим товаром тряся и хозяйку нахваливая. Но такие воры — редкость, это высшая каста, руны у них сплошь на незаметность и бесшумность. В основном просто убивают и выносят всё ценное.

— Ну тогда просто не пускать незнакомцев в дом, — прокуратор усмехнулся.

— Не у всех Антуан есть хорошая защита от внушения, — Гордо постучал пальцем по своему виску. — Воры хитры, изворотливы. Бывает, целыми караванами приходят. Торговый, вроде как проездом, староста, если ещё не попадался ни разу, пропускает. Но неожиданно у караванщиков появляется повод остановиться, кобыла ногу подвернула, колесо у телеги отвалилось. Караванщики своих не бросают, пообещают решить всё по-быстрому, а вас пока артисты развлекут.

Неожиданно прокуратор оказался хорошим рассказчиком, я уже начал представлять картину, а Гордо, между тем, продолжал.

— Артисты станут фокусы показывать, всякие представления из жизни аристократов, простой люд страсть как любит на такие сценки посмотреть. Детишки веселятся, а тут ещё добрая тётя по рядам ходит, сладкие леденцы раздаёт. Кто-то из торгашей потихоньку открывает лотки, заинтересовывает всякой мелочёвкой по низким ценам, собирается вся деревня! Тут уже не до запретов, староста со стражей ничего не смогут поделать. А в это время воры уже чистят дома, тихо, но уверенно, выносят всё самое ценное.

— Опять внушение? Староста мог и догадаться!

— Когда смотришь на дело со стороны, Антуан, всегда кажется просто. Это их работа, воры своё ремесло из поколения в поколение передают. А ещё они не любят, когда убивают их братьев, мстят, чего бы это им ни стоило, — он смотрел на меня не мигая.

— Похвальная преданность, я запомню, Гордо.

— Ты, похоже, в городах ещё не бывал, много чему придётся научиться и запомнить. Удачи, Антуан! — прокуратор надел шлем, забрался на коня и ускакал.

А ведь он знает, что я встречался с кем-то из братства. Я чувствовал, что прокололся, хотя старался держаться уверенно, типа, делов не знаю. — Опытный прокуратор, как тот же майор из ФСБ, я для них всё ещё открытая книга.

Я вспомнил о доспехах и пока шёл к старосте, прикидывал варианты.

Возможно ли сделать их из титана? Этот металл почти вдвое легче стали, но прочнее, — я не силён в металловедении, но выгода казалась очевидной. — А наконечники для стрел и болтов? Легче и крепче. Придётся поговорить с Демосом, думаю, кузнец даст дельный совет.

Во дворе дома старосты играла мелкая ребятня. Гремос, сын главы поселения, возился со своим, выдал ему палку, учил азам фехтования. Малыш, которому не было и трёх лет, пыжился, отбивал отцовские атаки, а тот его наставлял, подсказывал, как правильно отразить выпад.

Всё-таки разные у нас миры. На Этернисе родители учат владению холодным оружием, а у нас, как больше зарабатывать. Не стоит нам сталкиваться, боюсь, что победит сила.

Гремос был рад меня видеть, хотел проводить в дом, на пороге нас встретила Дана. Бывшая рабыня смутила сына старосты, впрочем, как и меня. Молодая девушка перестала брить голову, когда я выкупил её у Грегоса. Никакой гривы с косой пока не наблюдалось, причёска под мальчика, но и из этого минимума, Дана умудрилась сделать конфетку. Плюс к тому сотворила что-то с глазами, наверное, какая-то косметика и пахло от девушки чем-то цветочным.

— Здравствуйте, господин! — Дана поклонилась, озорно блеснув глазками.

— Здравствуй, Дана! Всё ли у тебя хорошо, хозяева дома на тебя не жалуются? — я посмотрел на Гремоса, тот, пряча улыбку, вернулся к сыну.

— Всё хорошо, господин, я исполняю свои обязанности! Староста Грегос доволен моей работой! — я посмотрел по сторонам и отвёл рабыню за сарайчик, нужно было поговорить наедине.

— Нам скоро предстоит путешествие, я хочу знать, какого круга ты достигла!

— Третьего, господин, — девушка покорно подняла рукав, показывая мне три круга. Крестовый ошейник превратил их в пустые ёмкости. — Нужно всего лишь десять зелёных эфирных камней, и я достигну четвёртого, — я усмехнулся.

Мне самому примерно столько же осталось, получается, мы с ней и здесь ровесники.

— Хорошо, Дана, я это учту, — в глазах девушки поселилось беспокойство.

— Мой господин быстро достиг третьего круга, это хорошо, но вам нужно поберечься. Нельзя, чтобы сила Терниса росла слишком быстро, вы можете себя выжечь.

— Как мага? — я уже слышал об этом, но не в такой форме, рабыня реально беспокоилась.

— Да, господин! И потом неизвестно, можно ли будет вернуть благословение Терниса.

— Хорошо, Дана, я и это учту, — постарался снисходительно улыбнуться. По сути, я сейчас прокололся, разве может местный житель не знать элементарных вещей? — Ты всегда ходишь в одном и том же наряде, я попрошу старосту выдать тебе другую одежду, — я постарался перевести тему, Дана опустила глазки и покраснела.

Вот же блин, я просто переодеть её решил, а она уже ведёт себя как Рита! Ну и пофиг, пусть у неё будет выбор.

— Твой дом в Дувгороде? — спросил я.

— Да, господин, мой дом был там. Правда, я не знаю, принадлежит ли он по-прежнему нашей семье, — её взгляд сделался грустным.

— Разберёмся, — постарался её успокоить.

Если честно, я не знал, что делать в случае отсутствия у девушки дома, купить новый? Я могу себе это позволить. Не дворец, конечно, а вполне приличный дом на пару этажей с небольшим земельным наделом. Я уже общался со старостой по поводу цен в Дувгороде, так что знаю.

Вот только что мне это даст? Я не могу поселить в отдельном доме бывшую рабыню, быстро найдутся желающие присвоить имущество. Законным или каким-либо другим путём, но, моё «разберёмся» прозвучало жизнеутверждающе. Успокоив девушку, я отправился к старосте, у меня с ним была взаимовыгодная торговля.

У меня в наличии были вилки, ложки и даже посуда из алюминия, это добро хранилось в моём убежище, остатки из старых запасов. Сейчас я предпочитал работать с алюминиевыми прутками или пластинами. Не имею понятия, где Мезенцев покупает необходимую мне продукцию. Может, они даже подготавливают для удобства транспортировки, меня это полностью устраивало, как и Грегоса.

Он тоже предпочитал прутки и пластины, исправно рассчитываясь за товар золотом. Я бы предпочёл часть платы получать эфирными камнями, но в этом отношении возможности старосты ограничены. Только серые камни, те, что можно добыть даже со своей скотины, очень редко белые, меня это не устраивало.

— Та плёнка из люмия, которая сама клеится, ты мог бы привести её побольше? — спросил Грегос.

В последнее время, скотч и алюминиевые листы для сауны пользуются повышенным спросом, что Астамак, что староста заказывают постоянно. Я искусственно сдерживаю поставки, приношу половину из того, что могу, вторая копится на будущее.

— В следующий раз, Грегос… Могу вместо прутков привести плёнку!

— Нет-нет, Антуан, пусть всё так и остаётся, — староста повернул голову в сторону кухни. — Лима, дочка, принеси нам, пожалуйста, чаю!

Я мысленно хмыкнул. С какого перепуга чай носит младшая дочь? Есть же рабыни!

Когда в проходе появилась Лима, я понял почему. Пятнадцатилетняя красавица, насколько я помнил, девчонке столько лет, выглядела старше. Скорее всего, с косметикой что-то придумали и одели соответствующе. Лима вышагивала так, словно говоря, «смотри, Антуан, всё это может быть твоим, нужно лишь несколько лет подождать».

Я оценил старания старосты, но внешне это никак не отразилось, Лима напомнила мне младшую сестрёнку, так что мысли о возможной близости отсутствовали напрочь. Зато чай был вкусным, девушка принесла варенье и мёд, я закусывал сладкими плюшками и радовался жизни.

— Я смотрю, на окраине строятся какие-то дома, — нужно было перевести тему.

— Да, несколько семей из Ягодного решили переехать к нам, — не без гордости поделился Грегос. — Охотник Ваго с семьёй жены и её друзья, тоже с семьями, — я кивнул.

— Я знаю Ваго, у него есть два брата тоже охотники.

— Верно, надеюсь, они тоже скоро переедут, а после и остальные потянуться.

Я знал, что охотники выполняют несколько функций, как, допустим, Дарко. Он не только охотится, но и стражником служит. А оплачивает его труд всё поселение, не сказать, что деньги большие, на этом точно не разбогатеешь, но охотников это устраивает. Тем более они и свои семьи охраняют, а в свободное время занимаются охотой.

Если из селения уйдут охотники, тогда жди беды. Жители, конечно, организуют охрану собственными силами, но это не идёт ни в какое сравнение с настоящей защитой, когда тебя охраняют привычные к конфликтам люди.

Если Ягодное покинет ещё один охотник, тогда простые люди начнут переезжать в другие селения, никому не хочется попадать в рабство. Кто-то в Вольное Поле подастся, там есть свой прокуратор. Большинство же осядет в Приболотном, хотя бы потому, что оно ближе, и привыкли они жить рядом со злачными местами. Считается, что лихой люд не любит к чёрному болоту соваться.

— Ещё два десятка домов, Антуан и я могу подать прошение герцогу, чтобы он прислал к нам прокуратора на службу, — староста мне подмигнул. — А когда появится свой прокуратор, тогда и торговый люд потянется, заживём не хуже, чем в Вольном Поле!

А староста молодец, для собственного селения старается прямо как для семьи, что собственно так и есть, у Грегоса есть свои выгоды. Я в этих схемах активно участвую, а он хочет большего, затянуть меня в свою семью.

Хрен ему, у меня другие планы, — я улыбнулся.

— Спасибо, Грегос, чай просто волшебный, пора и честь знать! — намерено, не говоря ничего о Лиме, я покинул дом старосты.

Дана проводила меня до калитки, я оценил новый наряд. Староста выполнил мою просьбу сразу, приказал ей переодеться в другое платье, я так понял что-то из праздничного варианта. Вряд ли Дана будет носить его постоянно, скорее всего, для меня постаралась.

— Я буду ждать вас, господин, столько, сколько потребуется, — пообещала она.

Коснувшись её руки, я кивнул, но если признаться честно, хотелось намного большего. Девушка выглядела желанной, гормоны требовали выхода, пришлось брать себя в руки.

К ведьме я заходить не планировал, не сегодня. Для начала нужно выполнить её просьбу, две головы теневиков, чем я займусь, скорее всего, завтра. А сегодня надо заглянуть к кузнецу.

Весёлый перезвон мастера и подмастерья разносился на всю округу. Для меня это хорошая новость, значит, Демос с Тотасом на месте.

— Хозяин! — крикнул я, подходя к двери кузницы.

Перестук прекратился.

— Заходи, если по делу! — услышал я голос Демоса.

— Здравия желаю кузнецам! Смотрю, от безделья не маетесь⁈

— Здравствуй, Антуан! — его сын тоже поздоровался. — Простому труженику некогда бездельничать, работа всегда найдётся… Так с чем пришёл? — кузнец быстро перешёл к делу, видимо, и правда некогда болтать.

Я скинул рюкзак, достал из него малую монтировку.

— Глянь на этот металл, — протянул инструмент Демосу.

Тот с интересом принял, взвесил в руке и начал разглядывать.

— Лёгкая какая железка. Что это? Вижу, что инструмент, поддеть, что-то, заправить, — кузнец сопровождал слова действия, изображая, как поддевает.

— Это титан, примерно в два раза легче обычного металла, но намного прочнее, — Демос заинтересовался ещё больше. — Вот только этот металл тугоплавкий, не знаю, сможет ли обычный кузнец с ним работать?

— А это мы сейчас проверим! Ну-ка, сынок, попробуй руну Термо, — Демос захватил монтажку клещами и положил на наковальню.

Татос кинул руну, я проследил за полётом, та коснулась желобка инструмента и рассеялась.

— Промазал, что ли? — немного резковато спросил Демос.

— Нет, отец, я попал. Вот смотри, ещё раз, — получилось с тем же результатом. — Металл отражает руну.

— Не может такого быть, дай-ка попробую Крио, — ещё одна руна отразилась от монтажки. — Тернис всемогущий! Что это за металл? Для люмия слишком прочный!

Отец с сыном посмотрели на меня в недоумении.

— Это титан… Значит, интересный металл? Как насчёт доспехов из титана? Прочнее обычного металла, вдвое легче, и нельзя пробить магией! — последнее и для меня стало сюрпризом. — Так как?

Они посмотрели друг на друга и одновременно кивнули.

— Идея хорошая, — сказал Демос. — Осталось разобраться с ковкой.

Я принялся выгружать титановый инструмент, шесть монтировок разного размера, всё, что купил в магазине запчастей. Оба кузнеца тут же оказались рядом со мной, вновь принялись оценивать инструмент.

— Вот с этого можно выковать меч, — младший покрутил в руках самую длинную монтировку. — Лёгкий, смертоносный, как молния в ясную ночь, — выдохнул Тотас, проводя мозолистым пальцем по матовой поверхности металла. — Ни одна сталь так не ляжет в руку. Да и враг не ждёт удара, который почти не чувствуется в замахе.

Мне понравилось сравнение, что захотелось иметь такой меч и кинжал. А насчёт доспехов, скорее всего, нет, непривычный я к этому железу. Мне бы руну на крепость тела, а ловкости сам научусь, ежедневным, упорным трудом. А местным аристократам доспехи придутся по вкусу, и стоить они будут недёшево.

— Ты продашь нам титан, Антуан? — поинтересовался Демос, по глазам видно, купит он всё и задорого, потому что сам потом вдвое дороже продаст с плюсом за работу.

Если он хочет купить, то, значит, знает способ ковки, мало ли хитростей в непростом кузнечном деле, — я стал прикидывать по цене. — И опять в золоте получается, у меня его уже столько, всё Приболотное могу скупить с окрестными лугами, ещё и останется.

Не о том думаю. Итак, титан дороже люмия, этот металл превосходен практически по всем показателям. Канители в мотке пятьдесят грамм, продаю я за пятьдесят золотых, но это изделие. А титан, хоть и в виде монтировок можно считать за лом, — о том, что я скоро превращусь во вьючного мула, думать не хотелось. — Пусть будет двести золотых за килограмм, а потом посмотрим.

— Мне нужен меч из этого металла, не такой тонкий, как показал Тотас, нормальной толщины, — я достал свой меч из ножен.

— На такой уйдёт три твоих прутка, Антуан, — поделился Демос, я кивнул, соглашаясь.

— За оставшееся триста золотых, — зарядил чуть больше, чем задумал, можно сказать, округлил.

Тотас посмотрел на отца, и тот выдал свой вердикт.

— Тогда с тебя ещё двести золотых, а за мечом можешь приходить дней через пять-семь, не знаю, успеем или нет, металл в обработке не простой.

Хорошее оружие стоит хороших денег. Я согласно кивнул и полез в рюкзак за кошелём.

Конечно же, не обошлось без вопросов о том, смогу ли я принести ещё. Я пообещал, но конкретных сроков называть поостерёгся.

— А ты можешь рассчитаться оранжевыми камнями?

— Нет, Антуан, — Демос развёл руками. — Сам в Вольное Поле езжу, покупаю втридорога, мне ещё зелёные для сына нужны, — он вопросительно на меня посмотрел, я помотал головой. — Дам тебе совет, Антуан, если решишь закупаться в Вольном Поле, обращайся к Оридусу, он на Крайнем рынке, самый честный торговец, но ухо держи востро! Почует слабину, уйдёшь с рынка без штанов, ещё и должен останешься.

— Спасибо, Демос, я учту! Как появится металл, я про тебя не забуду.

Кузнецы вернулись к работе, а я отправился к пограничному столбу. Там собралась вся троица охотников, и новичок присутствовал. Уж не знаю, почему они были на виду, может быть, смены делили, или участки.

— О-о, Антуан, здравствуй! — обрадовался встрече Дарко. — Мы вот думаем на большую охоту сходить, двое остаются в селении, а нам бы третий с мечом не помешал!

Я привык охотиться один, но здесь такая возможность, опыта набраться, и они, скорее всего, поглубже в болото забираются, а мне как раз головы теневиков нужны.

— Я в деле!

— Ха, нравится мне этот парень, сразу чёткий ответ даёт. — Я Ваго, помнишь меня?

— Конечно, ты с Ягодного.

— Был с Ягодного, теперь с Приболотного, — влез Никлас. — Скоро и братьев перетянет!

— Да, Климо слишком жаден, урезал нам жалование почти вдвое и хочет, чтобы сутками в страже сидели, и поближе к его дому! — поделился наболевшим Ваго. — Отец у него был, всем старостам староста, мудрый, золотом никогда не обижал. Эх, вечная ему память!

— Ваго с Виро, останутся на страже, а мы с Никласом и тобой, Антуан, идём вглубь болота, — распределил места Дарко.

— Хорошо, когда выходим?

— Завтра, когда солнце будет в зените, — Никлас посмотрел на Дарко, тот согласно кивнул.

Всё складывалось наилучшим образом, я везде успевал.

— Может, разомнёмся малость? — я скинул рюкзак и достал меч, охотники расхохотались.

Меня назвали жадным до меча учеником. Хлебом не корми, дай железкой помахать, — это со смехом подтвердили все три оппонента.

— Да бой со мной тебе ничего не даст, — заявил Виро.

С молодым охотником именно так и обстояло, он уже не мог меня пробить, значит, мы примерно на равных. А старшие охотники были сильны, но побеждали уже не с такой лёгкостью, как раньше.

— Зато тебе даст! — парировал я. — А для меня это станет хорошей тренировкой.

— Верно, говоришь, — поддержал Никлас. — Хорошая тренировка ещё никому не мешала, плохо, когда её нет.

В итоге охотники решили меня проучить, устроили спарринги со всеми по очереди, новичок Ваго тоже участвовал. Это хорошо, что мы до первого укола бились, иначе мне пришлось бы туго.

До дома я еле добрался, всё-таки переусердствовал и не малость, руки буквально отваливались. Напади на меня кто-нибудь по дороге, одержали бы лёгкую победу.

Но несмотря на отвратительное самочувствие, результатами я был доволен. Хоть на чуточку всё же стал сильнее, значит, в следующий раз, усталость скажется немного позднее.

Я понимал, что маниакальное стремление к силе, своего рода ловушка: один лишний подход, ещё один раунд, ещё капля напряжения, так можно совершенствоваться бесконечно. Но мне нужно нагонять свои годы. Живущие здесь воины, с мечом в руках едва ли не с ясельных лет. А что умею я? Если что, даже сбежать толком не сумею, догонят. Вот и напрягаю себя, как могу, пока выдерживаю.

Место отдыха, в виде спального мешка, за последние месяцы стало для меня роднее и ближе любимого дивана. Я буквально упал на него, предварительно зарядив стоящие вокруг рюкзаки рунами тепла. Через несколько секунд уже дрых без задних ног.

Я проснулся через три часа, и бессонница здесь ни при чём. Дал себе мысленную установку, и она прекрасно сработала. Тело всё ещё болело, будто меня били ногами, а затем, засунув в мешок, отлупили палками. Так что разминка пошла во благо, сначала со скрипом, да с натяжным стоном, затем втянулся, чувствуя, как отходит боль. Я бы с удовольствием поспал ещё, но мне нужно пополнять запасы алюминия, пока есть такая возможность. И по поводу титана с Мезенцевым не мешало бы поговорить.

Наскоро перекусив, я отправился в путь. На родной земле стоял поздний, прохладный вечер, практически ночь и, слава Тернису, о снеге пока речи не шло. Покинув заросли мембраны, я направился в сторону тайника, на ходу достав телефон Мезенцева. По-быстрому накатал ему сообщение, о титане качества монтировки. Я не догадался посмотреть на маркировку металла, уверен, качество играет немалую роль, даже на магическом Этернисе.

Деловой партнёр не спал.

Максим:

*Привет! С титаном проблем не будет, могу брать напрямую с завода, по цене я уже списался с человечком, будет примерно в десять раз дороже алюминия, это, если речь не об изделиях, там всё гораздо сложнее.

В общем-то, я и сам понимал, что титан сильно дороже. Но если этот металл так хорош, как показалось изначально, то я смогу монетизировать его на Этернисе. Кузнецы про него не слыхали, не видали, скорее всего, дёшево продал. Но то не проблема, мизерная, пробная партия. Я легко могу поднять цену вдвое. И тогда расчёты с Мезенцевым будут проходить в металле, я получаю золото и на что его трачу?

Это интересный вопрос, как сказал бы торговец Иосиф, «золото, это золото!». Казалось бы, в чём прикол? Так любой балбес может сказать! А в том, что на него можно купить что угодно. Это тебе не бумажки с Альтерры, на Этернисе за золото можно приобрести земли, титул, эфирные камни, пусть даже втридорога и, наконец, руны! Да-да, оказалось есть такая возможность, это со мной Никлас поделился. Мастер рун — это, видимо, одна из ступеней развития, может передать тебе руну, которая есть у него. Мы тогда про Каменную Кожу говорили, Никлас сказал, что руну можно купить у мастера, но стоить это будет недёшево. Проще пару лет на охоту ходить травмы получая, глядишь, Тернис оценит усилия и тебе, наконец, выпадет эта руна.

Так её получили все охотники, включая Ваго и его братьев. Но они, можно сказать, с юности к болоту ходят, должно было выпасть хотя бы случайно. А мне что делать? До седых волос по болоту шариться? Нет, конечно, утрирую, через год-другой может повезти. Но я не хочу столько ждать, мне сейчас надо, надоело уже раны получать.

К тому же на Каменной Коже свет клином не сошёлся, хватает и других замечательных рун, допустим, Трансиджо — перемещение в пространстве. Пусть даже перемещение будет сильно ограничено, я всё равно получаю огромный плюс, в обоих мирах. Вот для чего мне нужно золото, а для расчётов на Земле, мне хватит доходов с ИП.

Вот, тоже проблема, мне же сейчас нужно вдвое больше ресурсов, Мезенцеву и государству. Лунолики у меня всего два корня, придётся опять ведьму теребить, а пиявки замёрзли до следующего года. Остаётся только сильник, у меня этой травы до хрена — импотенция землянам точно не грозит!

Хорошо, сконцентрируемся на ближайших целях… Изделия мне точно не нужны, важно качество.

Антуан:

*Закупи пока килограмм двести-триста, в изделиях, удобных для транспортировки, сам понимаешь, я на себе ношу. Посмотри, есть ли проволока разного диаметра, частично ей закупись. И надо будет продумать логистику.

Я понимал, что Мезенцев давно задаётся вопросом, на кой хрен этому пацану в лесу металл? Тем более титан! Не просто же так выследить пытался. Он тупо не понимает, что можно из него делать, но догадки-то, наверное, есть⁈ Одно дело, когда пацан просто его требует, а взамен ничего не даёт, но ведь он, то есть я, приношу реальные бабки, причём РЕАЛЬНЫЕ, можно прокапсить. Майор просветил меня по его ценникам, как минимум в десять раз дороже закупочных.

С инопланетянами торгует? Или с каким-то потерянным пещерным племенем, те из титана наконечники для стрел делают, а из алюминия украшения. Примерно так. Но если я у товарища майора триста кг титана попрошу, то он точно рыть начнёт, да уже роет, потому мне придётся что-то придумывать с логистикой. Рано или поздно, я спалю место портала, а что произойдёт дальше, мне не нравится даже в теории.

Максим:

*С логистикой ты прав, мне куда проще бумагой с тобой рассчитываться, или драгоценными металлами. Когда объёмы увеличатся, станет очень сложно!

Да, я понимал, это проблема. Но, с другой стороны, он сотни миллионов имеет! Неплохой такой повод пораскинуть мозгами. Вот пусть и размышляет, времени у него до хрена. Драгоценные металлы — это интересно, допустим, тоже золото пойдёт в другую сторону. Чем это грозит? Если в поддельных монетах, уверен, что Мезенцев сумеет подобное устроить, и даже состарить монеты сможет, я как-то читал про эту технологию, ничего сложного.

Так чем мне это грозит? Рано или поздно, на меня выйдут прокураторы. Даже такой неуч, как я, понимает, что переизбыток золотых денег тоже нехорошо, драгоценный металл начнёт обесцениваться. Это, разумеется, от объёма поставок зависит, думаю, тоненький ручеёк в виде небольших слитков, заметят не сразу. И реализовывать металл, придётся в другом месте, желательно в большом городе, там, где меня никто не знает.

Позднее об этом подумаю.

Назад я вернулся через четыре с лишним часа, загруженный алюминием и бодрый, до звона во всём теле. О вчерашней тренировке даже не вспоминал, организм пришёл в норму. У меня ещё оставалось какое-то время, плотно перекусив жареным кроликом, занялся зельями. Пока только сильник, для остатков лунного корня не хватало волчьей крови. Этим можно будет заняться после большой охоты.

Охотники ждали меня рядом с пограничным столбом, с собой у них были мечи и арбалеты. Последнее оружие я так и не освоил, при наличии руны плётки считал ненужным занятием. Кроме оружия, кожаные сумки через плечо, в данный момент там продукты, а на обратном пути их место займут ресурсы.

Поздоровавшись, мы перекинулись несколькими словами и отправились в путь. Шли быстро, я пока не понял, куда так спешим, но решил не спрашивать, сами потом пояснят. Через несколько часов быстрой прогулки, в ходе которой пришлось обходить крупное стадо хищных оленей, мы вышли на окраины каких-то развалин. Лес в этих местах только начал темнеть, обозначая границы чёрного болота.

— Это старый пост, Антуан, — пояснил Дарко. — Вижу, ты здесь не бывал, место настолько старое, что никто не помнит названия. Дед моему отцу не рассказывал, потому и я не знаю.

Старый пост обозначился несколькими остовами каменных зданий, имелась и защитная стена, но от неё уже ничего не осталось. Лес давно заявил права на эту территорию, посреди бывшего поста росли вековые деревья, покрытые тёмным налётом.

Дарко с Никласом, направлялись к одному из уцелевших зданий, почти уцелевших, скорее всего, это была какая-то башня. Верхняя часть отсутствовала, остатки стен высились на несколько метров, вокруг усыпано остатками здания, поросшее кустарником, местами и деревьями.

— Мы на месте, здесь и заночуем, — оповестил Дарко.

Никлас тем временем недоверчиво присматривался к развалинам, а затем вынес свой вердикт.

— Вроде никого, заселяемся, — я в недоумении посмотрел на развалины.

Первым вошёл Дарко, именно вошёл, потому что стоило пересечь невидимую границу, с мечом наготове, как он исчез. Я схватился за меч, Никлас успокоил.

— Это древняя защитная руна, говорят, её поставил герцог, тогдашний правитель этих земель, у него было тринадцать кругов, — охотник посмотрел на меня, подтверждая свои слова кивками. — Его сила была такова, что руны держались веками, если герцог сам этого хотел. Пойдём, Антуан, тебе там понравится.

Никлас исчез за невидимым барьером, я последовал за ним. Мир перевернулся в одно мгновение, только что был лес с развалинами, картина упадка, и вот, я уже посреди чистого, выложенного камнем двора. В полутора десятках метров от меня высится целёхонькая башня с пустыми оконными проёмами, верхняя часть украшена каменными зубцами, за каждым из которых мог спрятаться человек.

Никлас скрылся в башне, как должно быть, и Дарко, я решил обследовать территорию. Прошёлся вдоль башни, осмотрев её с другой стороны и неожиданно для себя, упёрся в невидимую стену, за ней виделся обычный лес, вроде мягкая, а дальше не пропускает. Я двинулся вдоль неё, ощупывая границы руками, посмотрел на башню, в бойнице второго этажа появился Никлас, улыбнувшись, охотник махнул мне рукой.

Я добрался до выхода, именно через него мы и попали на защищённую территорию. Выбрался наружу, полюбовался древними развалинами и вошёл обратно, продолжив обследовать невидимую стену. В итоге завершил круг за башней.

Значит, здесь всего один вход⁈ Башня по центру, от неё метров двадцать в каждую сторону и начинается стена. Классная нычка, непонятно пока как защищается сверху, но напрашивается та же защитная стена.

Завершив обследование территории, я вошёл в башню, относительно чисто, видно, что здесь бывают люди. Ступени лестницы уходят вверх по кругу вдоль стены. Выше, потолок, означающий начало второго этажа. Аккуратная стопка хвороста справа от входа, по центру кострище, Дарко как раз разводил огонь.

Я так понял, сюда они и спешили дотемна, переночевать в безопасном месте и наутро со свежими силами, на охоту.

— А твари сюда войти могут, — я заметил, на защищённой территории отсутствует чёрный налёт.

— Нет, Антуан, — ответил Дарко. — Только двуногие, которые умеют думать, — он постучал пальцем по виску и подкинул дров в костёр.

— С прошлого раза здесь никого не было, — поделился наблюдением, спустившийся по ступеням Никлас.

— Да, и хворост не тронут, а мы были тут ранней осенью, — добавил Дарко. — Надо бы ещё подсобрать…

— Мы с Антуаном соберём, а ты начинай готовить запасы, — Никлас достал из сумки потрошённую птичью тушку и положил её рядом с костром, посмотрел на меня. — Это у нас правила такие, готовим всё, что есть, чтобы потом не задерживаться.

Это хорошо, что я прихватил с собой свежего кроля и остатки готового. Кроме того, имелось несколько банок качественной тушёнки, две лепёшки лаваша и две полуторалитровой бутылки воды из ручья, третья уже была начата. Я выложил потрошёную освежёванную тушка кролика, поставил рюкзак к стене и отправился за Никласом.

— Далеко не отходи, Антуан, — приказным тоном попросил охотник, когда мы оказались снаружи. — Мы должны видеть друг друга, пока собираем хворост, не забывай посматривать наверх, плетуны любят нападать с деревьев, — я просто кивнул в ответ.

Вот такие меры предосторожности, при охоте в группе, а я обычно не особо заморачиваюсь. Но не говорить же сейчас об этом, они уже много лет тут охотятся и до сих пор живы, а мне пока просто везёт. Вот откусит какой-нибудь плетун кисть и приклеится ко мне прозвище безрукий.

От такой перспективы по спине пробежал холодок, руна бдительности ещё работала и от меня не укрылось подозрительное шевеление веток на ближайшем дереве. Я перевёл взгляд на Никласа, тот как раз посмотрел на меня, я показал ему направление одними глазами.

Охотник оставил собранную кучку хвороста, и как бы невзначай направился в обход. Я следил за подозрительным местом боковым зрением и, как только из ветвей показалась лапа с шипом, швырнул туда руну холода. Плетун вывалился с недовольным стрекотом, одновременно с этим, слева метнулась фигура Никласа, взметнулся меч. Мне показалось, он собрался рубить воздух, но нет, из ветвей выскочила вторая тварь. Удар был столь силён, плетуна разрубило пополам.

Я отскочил на пару метров назад, чтобы было больше пространства для манёвра, примороженная тварь тихонько подыхала. Я не упускал её из вида, стараясь охватить взором как можно больше пространства.

— Небо! — голос Дарко. Я увернулся.

На это место тут же приземлилась отдающая чёрной эманацией тварь, ей занялся Никлас, мне тоже скучать не пришлось. Это оказалась небольшая семейка из восьми тварей, мы управились за пару минут. Я уже знал, что нужно делать, потому быстро взялся за вырезание камней. Двух убил, столько же и вырезал таковы правила, получив в награду две белых эфирки, старшие охотники поделили оставшихся поровну.

— Нужно оттащить туши в овражек, — скомандовал Дарко.

Никто не спорил, камни были вырезаны, мы с Никласом поволокли туши в указанном направлении, Дарко сопровождал нас с арбалетом наготове. Это заняло несколько минут, затем похватав заготовленный хворост, мы поспешили в убежище.

— Антуан молодец, глазастый, я не увидел, а он как-то рассмотрел, — похвалил меня Никлас.

— Руна бдительности, — поделился я, усаживаясь у костра. Своего кролика решил приготовить сам.

— У тебя есть взгляд Терниса? — спросил Дарко, выглядел он малость ошеломлённым.

— Нет, Атентеко, повышенное внимание, бдительность, — охотники закивали.

— Хорошая руна, у нас её нет, — поделился Дарко, глядя на Никласа, тот тихонько хохотнул. — Если станешь одаривать нас хотя бы раз в день, будем благодарны.

Я не медля кинул на обоих охотников по руне, Никлас тут же прислушался.

— Кто-то уже взялся за плетунов, — сказал он, насаживая птицу наподобие трезубца.

— Их же собратья, — ответил второй охотник.

Мы какое-то время готовили каждый своё блюдо, иногда подкидывая дров, мне пришлось поделить кролика пополам, иначе рисковал провозиться с ним полночи. Что интересно, дым от костра не покидал пределов убежища, я заметил это, находясь снаружи.

Очень полезная в походах руна, и не только в походах. Убежище можно поставить где угодно, хоть в степи, и никто тебя не увидят. А охотники уже давно знают о существовании этого, наверное, их прадеды им пользовались, лично я снаружи ничего не заметил, развалины как развалины. А вот твари почему-то стороной обходят, что ни говори, очень удобно.

Этот мир с каждым днём становился всё привлекательнее, и это несмотря на явные опасности и не только от тварей, встреч с которыми можно легко избежать, просто не ходи на охоту. Опасность исходит от людей, лихих ли или просто потерявших голову от могущества, без разницы. Это место несёт в себе бесконечный потенциал для развития. Никлас рассказал о могучем герцоге, тринадцатый круг! Это же имба над имбой! Как вообще можно до такой силы дорасти? Здесь не один век понадобится. Вот чем привлекал этот мир, здесь и жизнь длиннее, если, конечно, не сожрут на очередной охоте.

Приготовив курицу, Дарко разложил её на чистой тряпке и принялся делить на куски. Я к этому времени поджарил только половинку кролика и взялся за вторую. Никлас умудрялся делать несколько дел за раз, жарил птицу, правил меч, зажав его между ног, и травил байки из жизни охотников, дошёл до родственников.

— Дед мой, пятьдесят с лишним лет на чёрное болото ходил, но так выше четвёртого круга и не поднялся. Всё из-за торговцев жадных…

— Да он экономный просто был, я же помню твоего деда, всё копил и копил, на себя лишнего не потратит. Зато отец твой как быстро до четвёртого круга влетел, с его-то дедовым накоплением, — Никлас довольно закивал, а потом вдруг сник. Я так понял, нет уже ни деда, ни отца, как и у Дарко, всех чёрное болото прибрало.

Дальше разговор как-то не клеился, мы перекусили курицей с хлебом, выпили по стакану травяного отвара, остальные продукты под руной сохранения были убраны в сумки.

Настало время делить ночные смены, опытные охотники, решили поставить меня на первую, а сами поделили между собой оставшиеся две. Дарко досталась самая ранняя, собачья, как он сам её назвал.

Они улеглись спать на плетёных ковриках, я какое-то время поддерживал огонь, затем вышел на свежий воздух. Стало реально прохладно, так и до зимних холодов недалеко, уже и пар изо рта трубой. В башне-то мы натопили, и не только в костре дело, точнее, вообще не в нём, пламя только атмосферу тепла поддерживало, остальное делали раскиданные по каменным стенам руны тепла.

Но я как-то особо не мёрз, подогревала внутренняя энергия, а вышел, чтобы сменить обстановку. Уже окончательно стемнело, теперь можно было полюбоваться не совсем чужими звёздами, спасибо деду, я на четверть местный.

Нужно было больше внимания астрономии отдавать, — подумал я, глядя на овал далёкой галактики. Звёзд на фоне тоже хватало, но целое их скопление притягивало взгляд. — Может, и знал бы, где сейчас нахожусь, вдруг, я смотрю как раз на свою галактику? Кто бы подсказал… если, конечно, я не в другом измерении.

Эти мысли будоражили кровь, хотелось с кем-нибудь поделиться. Меня отвлёк клёкот крикуна, давно не слышал и вдруг так близко. Кинул на себя ночное зрение, затем обновил бдительность. Крик повторился, но резко замолк, будто твари пасть заткнули. Я стоял без движения, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь через кустарники и руины, и был вознаграждён.

Меж деревьев мелькнула фигура в балахоне с глубоким капюшоном. Появилась слева, со стороны, где мы устроили кладбище плетунов. Пропала за деревьями и вновь появилась, чтобы застыть на месте. Теперь я видел, что это человек. Он не мог меня засечь, хоть и смотрел примерно в мою сторону, для него здесь продолжение старых развалин, но мне всё равно было как-то не по себе.

Постояв так какое-то время, пришелец двинулся в обход нашего убежища и быстро скрылся за развалинами. Я поспешил в башню, сунулся будить Дарко, тот проснулся за мгновение до моего прикосновения. Взгляд быстро сделался осмысленным.

— Кто? — боковым зрением заметил, как подрывается Никлас.

— Человек вокруг ходит. Пока только одного видел, ушёл вправо, — я указал рукой направление.

Охотники уже были на ногах, быстрая подготовка с рунами, в меня прилетела парочка, я почувствовал себя бодрее и сильнее. Я тоже накинул на них бдительность.

Оказавшись на улице, охотники разделились и пошли вокруг башни навстречу друг другу, а я принялся всматриваться в развалины, не поленился достать пистолет и кинуть на ствол руну тишины.

Вернулись оба скоро, с левой стороны, подошедший первым Дарко ткнул пальцем, указывая меж деревьев. Там появилась фигура в капюшоне, человек завершал круг.

— Он знает, что здесь кто-то есть, — прошептал Никлас. — Ищет, как пробраться.

— Значит, не охотник, не местный? — спросил я.

— Точно не местный. Я всех знаю и по движениям различу, — ответил Дарко, второй охотник, кивнув в знак согласия.

— Он одет как убийца, или кто-то из гильдии воров, — поделился соображениями Никлас. — Они в кожаной броне ходят.

— Необязательно. Одежда может быть похожей, а под плащом железная кольчуга, — не согласился Дарко.

— Он, кажется, вход нашёл, — констатировал я, наблюдая за пришельцем.

Тот приближался к невидимому проёму, выставив перед собой короткий меч.

— У меня полная защита от рун, — я знал, что охотники не могут похвастаться тем же самым. — Занимайте позиции по обе стороны, — взрослые мужики неожиданно приняли моё лидерство, возможно, потому что не осталось времени на распределение обязанностей.

Я уже догадывался, кто это может быть, потому особых иллюзий не питал. Возможно, у него пятый круг и большой опыт в умерщвлении себе подобных. Приготовился бить сразу и наверняка, но опоздал.

Последние пару метров пришелец преодолел в одно мгновение и оказавшись внутри убежища, буквально размазался в пространстве. В сумраке ночного зрения это смотрелось сюрреалистично, всё, что я успел сделать, выставил перед собой меч. В меня прилетела руна, звякнула сталь, удар был довольно сильным, но всё-таки сдержал и расслышал спаренное щёлканье арбалетов.

Развернулся, чувствуя себя героем замедленного кино, срисовал Дарко, он бросил арбалет, выхватывая меч. Пришелец далеко не убежал, встал всего в пяти шагах от меня, в левой руке зажат арбалетный болт, в правой — меч.

— Крестьяне, — презрительно выдавил он, его лица так и не было видно. — Отдайте мне всё золото и камни, я вас не трону! Пожалейте своих жён и детей, — каждое его слово сочилось превосходством. — А ты, — пришелец кивнул в мою сторону. — Отдашь мне свою куртку!

Он явно сильнее, и знает об этом, мы все об этом знаем, его не пробьёшь рунами, если только честной сталью. Однако, куда нам до него, умеет двигаться так, что глаз не успевает, но Дарко не согласился.

— Мне нравится твой плащ, оставь его и можешь уходить, — он приближался справа от меня, Никлас слева.

Надо ли говорить, что наши телодвижения вызвали смех у пришельца.

— Я предложил вам разойтись с миром, вы отказались, теперь я чист перед Тернисом, — игнорируя меня, он метнулся к Дарко.

Пф… пф… вспышки никак не скроешь.

— Ак-х, — пришелец полетел мордой вперёд, Дарко рубанул мечом, рассекая ему голову.

Зря ты меня игнорировал, — я спрятал гюрзу во внутренний карман, руки заметно дрожали.

Подскочил Никлас и с разбегу всадил меч в спину пришельца, я подошёл к ним с другой стороны, стараясь рассмотреть тело. Дарко, похоже, не верил, что всё уже закончилось, посмотрел на меня, Никласа, затем на труп.

— Как всё быстро получилось, — потерянно выдал он. — А я уже умирать собрался.

Охотник посмотрел на меня, долгим испытующим взглядом.

— Хороший у тебя артефакт, Антуан! Если бы не сверкал, я бы ничего не заметил…

— Так это Антуан сверкал? — вытирая меч тряпицей, Никлас посмотрел на меня.

— Да, он как-то остановил убийцу, потому я смог добраться до головы… Это просто чудо какое-то.

— Бросьте… скажете, чудо, — я присел рядом с трупом, откинул порубленный капюшон. На меня смотрело изуродованное, бородатое лицо.

Одна из пуль попала в висок и вышла с другой стороны, под углом выбив кость вместе с глазом, тот висел на кровоточащих тканях. Дарко своим ударом рассёк макушку, куски черепа вперемешку с мозгами выглядели тошнотворно.

— Надо его наружу вытащить, в овражек, пусть твари разбираются, — предложил более рациональный Никлас.

Я нашёл меч убийцы, небольшой, лёгкий, немногим больше кинжала, отложил его на видное место. Туда же пошёл маленький арбалет, пара ножей и кошель, это Никлас с Дарко подсуетились. Кроме того, имелся перстень, браслет из тёмного металла и небольшая сумка с припасами.

— Его вещи брать нельзя, вдруг какое проклятие висит, — предположил Никлас.

— Зверьё не сожрёт, — рассуждая, Дарко рассматривал меч. — Разденем до исподнего, вещи сожжём, — он посмотрел на нас, мы согласно закивали.

Сказано — сделано. Мы его раздели, то есть сняли побитый мечами и пулями плащ, затем кожаную кольчугу и сапоги со штанами, исподнего не нашлось.

— Глянь-ка, — Дарко указал на левое предплечье бандита. — У него пять кругов! Никлас, мы с ним справились… Значит, можно всё-таки?

— С помощью Антуана, — охладил его Никлас. — Это же он чем-то там сверкнул? Пятый он не успел добить.

А я обратил внимание на другое, пять полных кругов, и под каждым зигзаг молнии.

— Прокуратор только вчера показывал мне этот рисунок, — я ткнул пальцем в молнию.

— Это обычный разбойник, Антуан, которому повезло добраться до пятого круга, — пояснил Дарко. — Но если в его братстве узнают, что это мы его убили, придут мстить, потому нам надо помалкивать и радоваться тому, что одним лихим человеком стало меньше.

— Никого не видели, ничего не знаем, — сказал я, глядя на охотников. — Вот ты Никлас, видел когда-нибудь молнию?

— Да, на небе, но это летом бывает! А к чему ты спросил, Антуан? — теперь оба охотника смотрели на меня в реальном недоумении.

— Вот и я, видел только летом, на небе, — мы втроём дружно закивали.

Мы с Никласом поволокли тело наружу, а Дарко потащил вещи в башню к костру.

Через несколько минут труп находился в овраге, от плетунов уже ничего не осталось, значит, и нашего неудачника по косточкам разберут. Перед тем как вернуться в убежище, я кинул перед входом руну Барило, чтобы уж точно никто вход не нашёл, или долго ходил кругами, пока мы не заметим.

Подкинув хвороста, мы устроились у костра, Дарко принялся бросать в огонь вещи покойника.

— Убийца был один, они делиться не очень любят, — сказал Никлас, крутя в руке трофейный кинжал.

— Крестьяне! — Дарко очень похоже изобразил интонацию убийцы, что вызвало наши смешки. — Кто возьмёт меч?

— Мне не нужен, сами решайте, и вообще из оружия ничего не нужно… А что это за кольцо?

— Непонятно, к оценщику нужно вести, — сказал Дарко. — Видишь, тут камушек был, да весь разрядился, — он ткнул в навершие перстня. — Может, как раз за счёт него и ускорялся, или руны вражеские отражает… Вряд ли защита от удара, мы бы тогда так легко не пробили.

— Браслет тоже артефактный? — я покрутил его руках, и нашёл слот для эфирного камня.

— Да, похоже, из дорогих, — ответил Никлас. — Опять нужен оценщик, неизвестно что он делает, защита или атака, так можно себе и окружающим навредить.

Я поднял кошель, развязал тесёмки и высыпал содержимое на чистую тряпку. Всё как обычно, золото, серебро, медь и эфирные камни. Белых было больше всего, с десяток зелёных, парочка оранжевых и один изумрудный. Охотники посмотрели друг на друга и на меня, я прекрасно их понял. Оранжевые нужны всем, но, похоже, больше их привлекал изумрудный камень.

— Это на шестой круг, — Дарко поднял тот самый камушек. — У торговцев можно обменять на восемь бирюзовых, или восемьдесят — восемьдесят пять оранжевых…

— Я из Оридуса девяносто выдавлю, — пообещал Никлас. — Он у меня по всем торговцам будет оранжевые камни собирать.

А у меня их одиннадцать штук и даже две алые есть, если всё обменять дотяну до пятого круга. Но я не буду этого делать, где мне потом искать такие камни? К тому же могут возникнуть вопросы. Откуда у мальчишки такие богатства? Одиннадцать — это не один, тем более, когда увидят алые. С черепов каких тварей ты их вырезал, Антуан⁈

Рассмотрев миниатюрный арбалет, я взялся за наплечную сумку, небольшая сделана из кожи, горловина завязана тесёмками. Если поменять на молнию, то будет похожа на обычную, ученическую и ничего, что немного потёрта, так даже симпатичнее смотрится, типа раритетная. Когда я развязал тесёмки, не поверил своим глазам, внутри находилась глиняная бутылка и большой свёрток, пахнущий мясом и луком.

Я достал бутылку, та весила килограмма три, тряпичный свёрток с мясом чуть поболее, а сумка со всем содержимым весила не более двух килограмм.

— Что, Антуан, в первый раз видишь суму Махуса? — спросил Никлас.

— Я не знал, что такие бывают, — сказал и едва не захлопнул себе рот, снова спалился. Да как тут не удивляться, если в руках настоящая сумка путешественника⁈ У меня похожая в игре была, только более вместительная с отдельными слотами, под зелье, оружие и еду.

— Ты ещё многого не знаешь, Антуан, странник с юга! — оба охотника смотрели на меня с улыбками, понимали, что я мутный тип, но вроде как адекватный и свой. — Думаю, мы отдадим её тебе и артефакты тоже, — Никлас посмотрел на Дарко, тот согласно кивнул.

— Я доплачу золотом, — не хотелось ходить в долгах.

— Нет, Антуан, если бы не ты, на этом месте сидел бы тот упырь и рассматривал уже наши вещи, — сказал Дарко. — Мы свои жизни ценим и добро помним!

— А остальное делим поровну, — вставил слово Никлас. — Что там в бутыли?

Я протянул её охотнику, а сам размотал свёрток с едой. Как и предполагалось, вяленое мясо, пара чищеных луковиц и лепёшки. Никлас тем временем открыл бутылку и принюхался.

— О-о, парни, это крепкий эль, — Дарко тоже обрадовался, что вызвало у меня улыбку. Они больше бухлу рады, нежели трофеям.

— Обмоем трофеи, — предложил Никлас. — Мы заработали больше чем за десять выходов вглубь болота!

— Конечно, обмоем, — поддержал второй. — Мы заслужили!

— Я не буду, лучше отвара попью, — отказался сразу.

— А никто и не настаивает, нам больше достанется, — охотники рассмеялись.

Они начали обмывать, распивая эль прямо из горла, заодно занялись дележом содержимого кошеля. Все белые эфирки разделили на три части, в эти же кучки пошло золото с серебром, дело дошло до зелёных эфирок, я предложил простой вариант.

— Мне как раз не хватает до четвёртого круга, их десять штук, я забираю себе, а вам по оранжевой⁈

— Идёт, — согласился Дарко, второй охотник поддержал кивком. — Насчёт изумрудной договорились? Меняем в Вольном поле, а потом уже делим! — оба посмотрели на меня, я кивнул.

Делёжка между тремя закончилась, теперь охотники пили и разбирались с оружием. А я скормил третьему кругу восемь зелёных камней, именно столько не хватало.

Зародился следующий круг, и тут меня настиг приход силы, казалось, жилы стали наполняться чем-то горячим, что должно было вызвать неприятные ощущения, но этого не происходило. Наоборот, я почувствовал нечто вроде эйфории, сознание прояснилось, зрение стало чётче, и я будто в весе потерял. Захотелось бегать, прыгать и орать от радости. Я всё-таки поднялся с насиженного места, сделал несколько шагов и рухнул, провалившись в темноту.

Абсолютная тьма вокруг пугала, я знал, что глаза мои открыты, но не мог поймать ориентира, хоть какого-нибудь пятнышка иного цвета.

Что происходит? Где я? — мысли отразились болью в голове, она перешла на всё тело.

Ломило руки, ноги, особая, щемящая боль поселилась в груди, я заорал, не слыша своего крика, и сознание вновь отключилось.

Тихонько потрескивал горящий хворост, я ощутил аромат костра и чего мясного, и моё брюхо отозвалось громкими руладами.

— Очнулся⁈ — голос Дарко.

Я попытался повернуть голову и застонал от боли в мышцах, даже пошевелиться невозможно, чтобы не вызвать дикий приступ боли.

— Оч-нул-ся, — собственный голос показался чужим, а ещё хотелось пить.

К счастью, охотник сам догадался, чуть приподнял мою голову и поднёс ко рту глиняную кружку с холодной водой. Та оказалась вкусной, как никогда в жизни, хотелось пить, не останавливаясь.

— Это… что было? Отравился, что ли? — силы возвращались с каждой секундой.

— Сначала мы тоже так подумали, Антуан. Но нет, — Дарко уселся, попав зону моей видимости. — Это благословение Терниса тебя чуть не убило. Рунные круги при этом становятся красными. Я о таком эффекте от отца слышал, а тот от деда, так бывает, когда слишком быстро растёшь в силе. Поздравляю с четвёртым кругом, Антуан, — Дарко невесело усмехнулся.

Как выяснилось, провалялся я так больше суток, охотники за это время успели сходить в короткую вылазку, побили крикунов, столкнулись с небольшой стаей плетунов. К счастью, обошлось без травм, всё остальное время они наблюдали за мной. И вот, наконец, рунные круги стабилизировались, до обычного серого цвета, и я пришёл в себя.

Я не собирался устраивать себе отпуск, начал шевелиться практически после пробуждения. Да, было больно, но терпеть возможно, и чем больше я двигался, тем быстрее возвращался в норму. К вечеру я мог сносно перемещаться, но ни о какой охоте, разумеется, речи не шло, нужны ещё как минимум сутки.

Охотники тоже изнывали от вынужденного безделья, но теперь, когда я пришёл в себя, могли отдалиться от убежища, что, собственно, и сделали на следующее же утро. Я тоже на месте особо не сидел, пока парни пропадали на охоте, осторожно обошёл убежище вокруг и собрал весь хворост, что попался на глаза. В башне собрался приличный запас, на пару дней точно должно было хватить.

Спать не хотелось, от долгого лежания боль потихоньку возвращалась, решил заняться упражнениями с мечом. Так, меня и застали вернувшиеся охотники.

— Эх, Антуан, неспокойная ты душа, и хвороста натаскал и с мечом уже тренируешься, — пожурил меня Никлас.

— К завтрашней охоте готовится, молодец парень, — поддержал Дарко.

Парни рассказали про свою вылазку, решили пройтись вдоль границы болота, да чуть не нарвались на парочку теневиков. Те оказались матёрыми, повезло, что они тоже охотились на плетунов, удалось справиться без ранений. Так что в их сумках, уже было по одной голове твари. Оказалось, они в Вольное поле их носят, тот же Оридус покупает трофеи по тридцать золотых.

Помнится, я ведьме за три золотых продал и нисколько об этом не жалел, знания стоят дороже. Потому всё остальное отдавал ей бесплатно.

На следующее утро мы покинули уютное убежище и отправились вглубь болота. Охотники никогда не заходили слишком глубоко, максимум сутки пути, только появлялся пепел под ногами, они уже разворачивались. Потому что не по их кругу приближаться к центру болота. В пепле легко нарваться на паутину, а та магическая прилипнешь и пока будешь отдирать набегут плетуны.

Охотники много чего рассказывали. Как-то нарвались на теневика, это была всем тварям тварь, двигалась побыстрее недавнего убийцы, и ничего её не берёт. Болты отскакивают, мечи будто по мешку с камнями бьют. Кое-как удалось попасть в глаз, только после этого тварь чуть замедлилась и удалось справиться.

Самой большой неприятностью, Никлас считал прыгающих червей. Вот уж бестии, невидимы до поры, а как окажешься рядом, прямо из-под ног выпрыгивают. Лишь бы зацепиться, а потом начинают вгрызаться, через ткань и в плоть. С кожей возятся дольше, потому местные охотники предпочитают носить штаны из самой толстой, желательно двойного слоя кожи.

От таких рассказов по телу бегали слоновьи мурашки, я обновил руну бдительности себе и охотникам.

Первый раз мы вступили в бой примерно через час, крикуны всегда предупреждают о своём приближении, потому мы успели занять позиции. Бой прошёл быстро, это и боем-то не назовёшь, рубилово с известным концом, утки-мутанты лишились голов. Плетуны набежать не успели, так удалось беспрепятственно проделать ещё несколько километров по лесу.

Вот здесь уже произошёл бой посерьёзнее, семья плетунов из четырнадцати особей. Дарко порвали щёку, аж до зубов, Никлас повредил левую руку, мне повезло. Вырезав трофеи, по-быстрому перевязались.

— Ты как? Идём глубже или здесь поохотимся? — спросил Дарко у Никласа.

В общем-то, можно было никуда не идти, твари сами набегут на падаль, я уже сам не раз такой фокус проделывал. Вот только теневиков мы так нескоро дождёмся, так и будут плетуны с крикунами переть, а с них только зелёные эфирки попадаются, да и то паук должен быть матёрым.

— Нормально всё, жилы целые, — ответил Никлас. — Идём дальше.

С этого боя получилось всего два зелёных камня, для обмена на оранжевый нужно двенадцать, а то и тринадцать штук, зависит от спроса. Потому никто не хотел задерживаться, всем троим нужны оранжевые камни, самый дешёвый вариант, рискуя жизнью добыть их в бою.

Дальше мы двигались осторожно, осматривая каждый куст и ветку, втроём проще, можно охватить взглядом больше пространства. Как ни странно, удалось пройти без приключений несколько километров. Миновали небольшую поляну со следами бойни, и через сотню метров нарвались по-взрослому.

Плетуны налетели сразу со всех сторон, я только и успевал метать руны — тепло, холод, плётка. У Дарко имелась убойная руна, названия которой я не знал, она создавала серую сетку, примерно метр на метр, попадая на жертву, она стягивала её, ломая все конечности. Охотник нечасто её использовал, всё дело в трофеях, не всегда после применения этой руны удавалось их найти. Так, в этот раз он не стеснялся, сетки так и отлетали.

— Фух, большая семейка попалась, — выдохнул Никлас стряхивая с меча вонючую чёрную дрянь, заменяющую тварям кровь. — Опять той же руке досталось, ну что за невезенье?

В отличие от нас с Дарко, он предпочитал ближний бой и у него хорошо получалось.

— Собираем трофеи и прячемся, нужно передохнуть, — отдал команду Дарко, и мы взялись резать черепа.

Я частенько так поступал, прятался в зарослях и окружал себя руной отвода глаз, охотники поступили так же. Только размер убежища был больше. Мы отошли на несколько сотен метров, нашлась небольшая полянка, там и обустроились. В лагере можно было гулять, даже ходить в туалет и не под носом. Но больше всего меня удивил разведённый Дарко костёр.

— Барило не самая сильная руна, Антуан, — просветил меня Дарко, подбрасывая дров. — От матёрых тварей не прикроет. А вот Бона муро, отгородит невидимой стеной и спрячет практически от любых глаз.

— Добрая стена, — перевёл я с местного. — А тот убийца смог бы нас найти?

— Скорее всего, да, Антуан, у него пятый круг, много полезных рун. Но если бы он шёл не по следам, а мимо, в сторонке, то мог бы и не заметить. Так что не ленись прятать свои следы.

Я слушал и мотал на ус. На охоте я особо следы не прячу, только по необходимости, чаще это делал на Альтерре, чтобы ни одна собака не нашла.

— А как насчёт тварей? Бона муро от всех прикрывает? — Дарко покивал.

— Крикунов с плетунами можно не бояться, и большая часть теневиков мимо пройдёт, только если совсем матёрый попадётся, но такого сразу видно он как хозяин ходит, — вспомнив свою последнюю стычку, я кивнул. — Да неужто сталкивался? — во взгляде сквозило недоверие.

— Я из него оранжевый камень вырезал, клянусь своей жизнью!

— Серьёзная клятва, верю… А голову, наверно, не успел срубить?

— Про яд я знаю, срубил, Сальме отнёс…

— Травница? Да она больше пяти золотых за голову не даёт, продешевил, — я тихо посмеялся.

— За первую голову она дала три золотых, а вторую я отдал бесплатно, — Дарко какое-то время смотрел на меня, а потом закивал.

— Гайко, муж Мирны говорил, что ты покупаешь много козьего молока, если решил её ремесло перенять дело хорошее. Добрый травник подороже пары охотников будет, а Сальма хоть и ведьма с виду, но травница добрая. Никласа раз с того света, считай вытащила…

— Ты про ту стычку? — подключился виновник рассказа, Дарко кивнул. — Ох и досталось мне тогда от лихих людей, думал не дойду, так сильно кровью исходил. Сальма мне малую склянку дала испить, я провалился во тьму, а когда в себя пришёл, она и говорит. Пять золотых с тебя Никлас, а будь ты пришлый, взяла бы пятьдесят.

— Вот такие они, добрые травники, — сказал Дарко, и мы посмеялись.

Костёр давал уют и немного тепла, мы отдохнули, подкрепились и пошли дальше, до примерной, конечной точки, мы пока не добрались. По моим прикидкам, ещё часов четырнадцать ходу.

Через несколько часов, короткие стычки с плетунами никто уже не считал. Их было столько, что стирались из памяти между крупными столкновениями, ранены были все. Дарко заметно прихрамывал, левая рука Никласа уже не работала, я пока что отделался небольшими рваными ранами. К тому же начало темнеть, а значит, прошли мы уже достаточно.

Дарко установил добрые стены, и мы залегли на длительный отдых, то есть примерно до утра, а там как обстановка покажет. Я невольно проникся уважением к этим простым, по сути, людям. На них живого места нет, портниха заработает пару десятков золотых, с каждого штопая прорехи, оставленные тварями, а те всё прут вперёд. Мы же ещё ни одного оранжевого камня честно не заработали.

Обработали раны, плотно перекусили, я как самый здоровый вызвался охранять сон старших товарищей, а те настолько устали, что не спорили. Меня удивляло, почему они не пользуются рунами бодрости, или чем-то типа Сано. Были, конечно, подозрения, эти руны, скорее всего, жрут ресурсы организма, или по привычке не хотели расслабляться. Я не стал спрашивать, надо будет, сами расскажут.

Охотники уснули, я отсел подальше от костра, чтобы не сбивать зрение. Долго смотрел на звёзды, размышляя о предстоящей зиме. Мимо проходили твари, которые нисколько не мешали, я успел привыкнуть к тому, что они не замечают костра за доброй стеной.

Что мне делать, когда выпадет настоящий снег? Ладно, здесь на Этернисе, я найду чем заняться. К болоту можно пробраться с другой стороны, это, если обойти Приболотное справа и сделать большой крюк. А стараться придётся только ради того, чтобы никто не обнаружил моих следов со стороны мембраны.

Имелся и другой вариант, построить домик в деревне, в общем-то, ничего плохого, у меня уже есть опыт жизни на селе. Проблема в моём семейном положении. Антуан, добрый, небедный путник с юга, совсем не женат! Есть рабыня, ну и что? Нужны серьёзные отношения, допустим, с Риллой, дочерью портнихи, или с любой другой молодой девкой.

Я не всех в селении знаю, но с пяток невест точно наберётся, строй на Этернисе ближе к феодальному, многое решают родители. Начнут заявляться ко мне с предложениями: «чего это ты всё один да один, Антуан! Непорядок это, в доме хозяйка должна быть, домашний очаг поддержать, детей нарожать». Одним откажу, других выгоню, а третьи начнут поговаривать, что никакой я не добрый южанин. Сволочь и гад последний, хорошим людям отказывает!

И придётся мне из деревни валить, ну, это я немного утрирую, наихудший вариант развития событий. Даже если не так трагично, оно мне надо? Эх, жаль, я не крутой маг тринадцатого круга, поставил себе невидимый дом где угодно и живи как хочешь.

За размышлениями я не заметил, как пролетело несколько часов, стояла глубокая ночь, проснулся Дарко и велел мне укладываться спать.

На следующий день мы никуда не пошли. Рука Никласа всё ещё плохо слушалась, второй охотник тоже прихрамывал, даже в обратный путь отправлять опасно, не то что вглубь чёрного болота. Решили выждать ещё денёк, Никлас отлёживался и следил за костром, мы с Дарко устраивали спарринги на мечах, по моей просьбе, а охотник и рад размяться.

Наконец, пришло время для продолжения охоты, полностью затушив костёр, мы отправились в путь. Я начал задумался о поставках люмия. Все сроки уже прошли, а мы даже не достигли конечной точки, потом ещё обратно идти. Хорошо, что я не ставлю конкретных сроков, всегда беру пару дней в запас. С бароном только накладка выйдет, я должен был встретиться с ним ещё позавчера.

Охота на чёрном болоте, особенно в глубине, не способствует частым размышлениям, тут бы лишнюю рану не получить, пока отбиваешься от нескольких матёрых плетунов. А потом уже доходишь до такого состояния, хрен с ними, с ранами, главное, живым остаться, как-то доползти до убежища.

Я давно сбился со счёта, сколько собрал зелёных, и тем более белых эфирных камней. Прилетали какие-то руны, с ними я решил разобраться позднее, в спокойной обстановке. Повезло Никласу, вырезал с плетуна оранжевый камень, это большая редкость, не со всех теневиков такие выпадают.

Как-то на небольшом отдыхе, я решил испытать трофейный перстень. В нормальном состоянии я бы прислушался к советам бывалых охотников и сходил прежде к оценщику. Но наступил момент, когда стало пофиг.

Я отошёл подальше от предупреждённых Никлоса и Дарко, засунул в слот белый камень и напялил перстень. Ничего не происходило до тех пор, пока я не сдвинулся с места. Движение получилось настолько быстрым, что я малость струхнул, затем стало доходить, что произошло, и я пробежался по убежищу, получилось с диким ветром в ушах, и никакой боли в суставах.

— Ускоряющий артефакт, — констатировал Дарко. — Ты тратишь не свою силу, а благословенную, Терниса. Хороший артефакт.

— Только, наверное, прожорливый, — вмешался Никлас.

Я снял перстень и присмотрелся к камню, тот уже не выглядел таким белоснежным, появились серые вкрапления.

— Бесплатной силы не бывает, — сказал я, убирая артефакт в карман.

Взялся за браслет, уже успел воткнуть белый камень, как последовали предупреждения охотников.

— Осторожно, Антуан! Я понимаю, молодость, беспечность, но ты можешь убиться или поранить остальных, — предупреждал Никлас, Дарко тоже напрягся.

Я, конечно, прислушался и отошёл к самой границе убежища, только после этого напялил браслет. Никакого грома с молниями, ни извержения вулкана под ногами не было. Я всё ждал, секунда, другая, третья. Попробовал пройтись, тоже без изменений, а затем обратил внимание на рану, плетун разодрал мне кисть, та уже не кровила, а сейчас начала затягиваться, прямо на глазах.

— Ух ты! — не удержался от возгласа.

— Что там, Антуан⁈ — нетерпеливо спросил Никлас, а Дарко уже спешил ко мне.

— Заживляющий артефакт, — подсказал Дарко. — Очень хорошая и дорогая вещь, заживляет быстро, тратит много, — он показал на слот, камня уже не было.

В моём животе забурлило от голода, вдруг возникло чувство, что я пару дней ничего не ел, даже желудок начал болеть, я непроизвольно погладил живот.

— Бесплатно ничего не делается, — Никлас хохотнул. — Иди чего-нибудь съешь, желательно мяса, да побольше!

— Браслет сожрал белый камень за несколько ударов сердца! — я поспешил к костру, там как раз оставался кусок крольчатины.

— Зато все твои раны наполовину затянулись… Ты позволишь воспользоваться артефактом? — спросил Никлас.

Я даже отвечать ничего не стал, просто протянул браслет охотнику, а сам впился зубами в кусок мяса. Это было сочно и вкусно, никогда такого чувства не испытывал. Никлас поступил умнее, съел куриную ножку с куском лаваша, запил это травяным отваром. Затем надел браслет на руку и принялся скармливать ему самые дешёвые эфирные камни, те, что серого цвета. Это именно так и выглядело, потому что камни исчезали практически мгновенно.

Охотник успокоился, когда потратил не меньше двух десятков, снял браслет, передав его Дарко, а сам взялся за вторую куриную ножку. В итоге, артефакт вернулся ко мне через несколько минут, мы все были почти здоровы, а запасы провианта уменьшились вдвое.

Всё верно, бесплатно не бывает, зато это круто, главное, иметь запас камней и еды.

— Браслет не сумел восстановить тело убийцы, камень быстро потратился, — сказал Дарко, доедая лепёшку. — Я снял браслет с его руки.

— Да, не повезло ему, а нечего было на крестьян нападать, мы не только коровам хвосты крутить умеем, — вставил своё слово Никлас, мы поддержали его дружным смехом.

Отдыхать, конечно, хорошо, но нужно было двигаться дальше. Посвежевшие, подлеченные, мы тронулись в путь. Перемещение заметно замедлилось, под ногами появился пепел, ландшафт тоже начал меняться, причём кардинально. Деревья стали меньше и росли реже, появились скалы, в конце концов, мы добрались до невысокого, но длинного ущелья, поросшего чахлым, чёрным кустарником.

— Всё парни, дальше ходить не стоит, можем на такое напороться, и никто уже домой не вернётся, — заключил Дарко.

Мы поставили урезанную версию убежища, раскидали вокруг руны тепла и принялись ждать.

Было уже достаточно холодно, и меня удивляло отсутствие снега, дело вроде как к зиме, ситуацию пояснил Никлас.

— На болоте редко лежит снег, Антуан. Если что-то выпадает, быстро смешивается с местной чернотой, а та впитывает воду как губка.

— Кажется, вижу первого теневика, — сообщил Дарко.

Удивительное дело, пока я гулял по болоту в одиночестве, умудрился нарваться на них дважды. А за эту охоту нам попался первый теневик, это, если не считать поход без меня, несправедливость какая-то.

— Тоже вижу, — подтвердил второй охотник. — За плетуном крадётся.

Я присмотрелся и заметил человекоподобную тварь за кустами в доброй сотне метров от нас. Плетун, что был чуть ближе, беззаботно растягивал паутину по пеплу, долго ему возиться не дали. Теневик атаковал, как всегда, стремительно, раз и уже обездвижил. В следующую секунду он впился пастью в бок паука и принялся насыщаться.

Наблюдать со стороны атаку потусторонней твари, было интересно и в то же время жутко. Меня до сих пор напрягала исходящая от тварей чёрная эманация, словно бесы из культового ужастика. Я уже дрался с ними и всякий раз получал какие-то травмы. Но, когда сам принимаешь участие, действия происходят немного по-другому, так мне казалось.

Между тем на сцене появился ещё один теневик, тварь не устраивало, что его соплеменник питается в одиночестве, решил присоединиться. И сделал это нагло, просто вцепился в паука с другого бока, что интересно никакой драки не произошло, может владелец и порычал для порядка, нам этого не расслышать.

— Плёткой дотянешься, Антуан? — Дарко спросил, не отвлекаясь от наблюдения.

— На такое расстояние не пробовал, наверное, слабый удар получится, — я вообще сомневался, что достану.

— У тебя четвёртый круг, и сил поболее, чем у большинства, — вмешался Никлас. — Хлестани-ка одного, заодно и проверим.

Я прицелился в шею, надеясь её повредить, и отправил руну в полёт, теневик за это время сместился и удар пришёл по затылку. К моей радости, тварь воткнулась мордой в полусъеденную тушу.

— О-о, а ты говоришь слабый! — обрадовался Никлас. — Даже дым чёрный сбился…

— Смотри, что будет дальше, — посоветовал Дарко.

В следующую секунду тварь подскочила и развернулась с такой скоростью, что мы втроём ухнули.

— Значит, правду говорят, чувствуют они, того, кто плёткой стеганёт, — похоже, Дарко нравилось, как развиваются события.

Мне показалось, теневик смотрит прямо на меня, видит насквозь и уже знает, что я съедобный. Наверное, поэтому монстр тут же сорвался в нашу сторону.

Так это же агр-тянучка! — мысленно воскликнул я и стеганул ещё раз.

Тварь находилась сильно ближе, потому эффект получился совсем другим, теневик полетел кубарем. Это потому, что я целился в одну из конечностей и попал.

— Не, ты гляди, как красиво кувыркнулся, гы-гы-гы, — тихо посмеялся Никлас, но обрадовались оба.

Теневики известны своей живучестью, я уже не раз в этом убеждался, сейчас получилось то же самое. Тварь подскочила, попытавшись встать на обе ноги, но правая была повреждена, так что теневик упал на колени и шустро пополз в нашу сторону.

— Добивай его, Антуан! Это мелочь, ты легко справишься, — подбодрил Дарко и я шарахнул снова.

Точнее, стеганул, тварь завалилась набок, тут же попытавшись подняться на корячки. Получилось откровенно плохо, тянуло в левую сторону из-за вывернутой под неестественным углом шеей. Между тем, нашей игрой заинтересовалась вторая тварь, и как это обычно бывает, события стали развиваться стремительно. Первый теневик всё ещё пытался подняться, а второй в это время пронёсся мимо, Дарко не сплоховал. Серая сеть стянула грудь твари вместе с руками, раздался тошнотворный хруст.

Теневик взвыл и повторил судьбу первого, полетел кубарем, вот только он оказался гораздо ближе, чем и воспользовался Никлас. Выскочил из убежища и пока монстр не успел опомниться, срубил ему башку и вернулся с ней обратно. Она ещё какое-то время клацала зубами за спиной.

Первая жертва всё-таки встала на коряки и продолжила двигаться в нашем направлении, видимо, наглость Никласа не давала покоя. Я хлестнул ещё раз, целясь в горло, и тоже выскочил наружу, приготовив меч для удара. Тварь под конец умудрилась выкинуть фокус, ничего сверхъестественного, просто прыгнула вперёд, опережая удар, и он пришёлся по лапе. Отсечь голову удалось только с третьего удара.

За нашими спинами красовалось уже две головы, что сильно повышало градус настроения.

— Ну парни, теперь у нас есть приманка, — произнёс довольный Никлас.

— Надо бы её подальше оттащить, — озаботился Дарко. — Слишком близко лежит.

— Сейчас сделаю, — вызвался я.

— Под ноги смотри, в паутину вляпаешься, со всех сторон набегут, — предупредил Дарко.

Добравшись до первого безголового, подхватил его за заднюю лапу и пошёл ко второму. Твари не тяжёлые, ничего сложного. Но стоило мне сделать пять шагов, нога прилипла, казалось, к самому пеплу, мне стоило труда её оторвать. Не сразу дошло, что это и есть паутина. Как только понял, поторопился зашвырнуть туши на несколько метров вперёд и поспешил назад. Перешагнул паутину, теперь её было видно и вляпался в другую.

Да чтоб вас! — кое-как отодравшись, поспешил к убежищу.

— Я же говорил, вляпается! Молодой, под ноги не смотрит, — констатировал Дарко.

— Да нормально получилось, зато смотри, сколько приманки, больше ничего делать не надо, — парировал Николас.

Я не стал влезать в разговор, устроился на передней линии вместе со всеми, и было на что посмотреть. Плетуны, непонятно где они там прятались, бежали с трёх сторон.

— Пусть они их сожрут, не трогаем пока, не нужно так много приманки, — сказал Дарко, подготавливая арбалет.

Никто против не был, я так вообще впервые учувствую в масштабной охоте на теневиков. К тому же, судя по тенденции, долго ждать не придётся, на горизонте уже появилась человекоподобная тварь и приближалась она довольно быстро. Мельтешение тварей на переднем плане отвлекало, так что видели мы не всё.

— Трое бегут, ох чую, жарко будет, парни, — Никлас потёр в предвкушении руки.

Заметив теневиков, плетуны принялись метаться, и еду оставлять не хочется, и одновременно страшно. Долго так не продлилось, монстры быстро сократили расстояние и начался бой, больше похожий на бойню.

— Не вмешиваемся, — прошептал Дарко. — Пусть между собой решат.

Шестеро плетунов, пали под натиском троицы теневиков и стали едой.

— Антуан, бей быстро, в шею, — скомандовал Дарко.

Он не пояснил, какую именно тварь нужно бить, значит, всех. Ну я и постарался, быстро, но не во всех случаях метко, когда твари сагрились, пришлось дублировать удары. Тут уже подключились старшие товарищи. Дарко принялся кидать сетки, Никлас выскочил из убежища и взялся рубить головы.

— Удачно получилось, — чуть запыхавшийся охотник, скинул ещё три головы в трофейный угол.

Я решил проявить инициативу, покинув убежище, взялся откидывать туши подальше, подмывало повырезать камни с плетунов, но здравомыслие всё же победило, жадничать не стоит. Вернулся вовремя, на горизонте появились плетуны и теневики и началась очередная жатва. Мы дожидались очередной волны тварей, рубили головы, и всё начиналось сначала.

Через пару часов накопилась довольно приличная гора туш, причём теневиков из них где-то с треть, было нарублено пятнадцать голов. Пока мы решали, стоит ли отойти подальше, или вообще закончить охоту пришла новая волна, теперь только теневики. Пятеро, один другого матёрее, двигались, как обычно, быстро.

— Это, похоже, семья, — поделился соображениями Дарко. — Вон того худосочного видите, самый опасный… Антуан, как дам команду, бей прямо в горло, старайся порвать. Никлас, бери на себя левого, болт в глаз на какое-то время успокоит, я беру правых, начали.

Целился я старательно, но как это иногда бывает промахнулся, тварь дёрнулась, намерено или случайно, неважно. Плётка хлестанула по ключице, удар был силён, по-любому с переломами, но теневик чрезвычайно живучая тварь только разозлилась и прибавила скорости.

Второй, третий удар, замечаю, как Никлас разряжает два арбалета один за другим, летят сетки, три противника временно небоеспособны. А мой всё приближается, я уже начинаю паниковать, а затем вспомнил про руну, которую почти не использую.

Акута! — серый шарик в грудь твари, когда она почти забралась в убежище.

Фонтан чёрной, вонючей жидкости, заменяющей тварям кровь, ударил мне в лицо, я отпрыгнул в сторону и рубанул мечом, отсекая твари левую верхнюю конечность. Теневик завалился мордой вперёд, я отсёк ему голову. Никлас с Дарко уже орудовали за пределами убежища, добивая последних тварей, всецело заняты боем, только я мог видеть, что твориться в ущелье. Множество худых и длинных тварей, они быстро приближались.

— Уходим, парни, быстро! — команда подействовала. Дарко в отличие от Никласа даже голову твари рубить не стал.

Второй охотник задержался лишь на пару секунд, мы за это время успели собрать сумки, я закинул на плечи рюкзак, набитый трофейными головами. Руна быстрой ноги и бегом из ущелья.

Оказалось, не всё так просто. С другой стороны тоже приближались твари, нам пришлось пробиваться мечами и рунами, хорошо хоть теневиков не было.

Послышался болезненный крик Никласа, охотник упал, я с ужасом увидел причину: мелкая тварь, напоминающая уродливого ребёнка, вцепилась ему в спину когтями и клыками. Охотник вскрикнул в последний раз и замолчал, не было времени разбираться, погиб он или потерял сознание от боли. Я рванул к нему раньше Дарко, тварь, заметив угрозу, сама на меня прыгнула и была разрублена на две половины.

— Поляжем здесь все! — крикнул Дарко, подбегая к другу.

Я достал браслет, охотник вставил в него оранжевый камень и одел Никласу на руку.

— Хорошо погуляли, Антуан! — Дарко, несмотря на приближающихся теневиков, влил другу в рот противоядие и поволок прочь из ущелья.

— Не спеши нас хоронить! — я посмотрел на ущелье. Тварей было очень много, нам двоим ни за что не справиться, оставалось всего с десяток метров до ближайшего теневика.

— Сонора крио! — маленький, но могучий шарик руны прыгнул вперёд.

И-И-О-О-О-о-о…

Рёв, как и всегда, ударил по ушам, оглушая, приводя в замешательство, хотя вся сила была направлена в противоположную сторону. А что творилось там, казалось, сама земля встала на нашу защиту. Пепел вперемешку с грунтом и даже валунами, всё это устремилось в ущелье с дикой скоростью. Какие там твари? Я вложил слишком много силы, даже почувствовал её отток.

Океанское цунами, всемирный потоп, состоящий из многих десятков тонн грунта, словно гигантским бульдозером поволокло прочь. На этом не закончилось, природа или равновесие решили взять своё. Слишком быстро освобождалось место впереди, что вызвало перепад давления и, как следствие, бурные потоки ветра, с мусором и даже обломками деревьев, буквально сносящие с ног.

Дарко так и не поднялся, что пошло только на пользу, охотник вцепился в валун, буквально обняв его, а второй рукой держал Никласа. Мне повезло меньше, ветер сбил с ног и проволок так несколько метров, раздирая пальцы в кровь и теряя ногти, мне всё же удалось удержаться, перед глазами замелькали слова, означающие выпавшие мне руны.

— Тернис всемогущий! Что это? — ветер начал стихать, до меня донёсся хриплый голос Дарко.

Наплевав на раны и боль, я поспешил к нему, непонятно что со вторым охотником, жив, мёртв, но оставлять его здесь нельзя.

— Уходим, Дарко! Хватай Никласа за руки, я возьму за ноги. Бегом!

Охотник безропотно подчинился, мы даже прошли так с десяток метров.

— Нет, давай по-другому, я закину его на плечи, а ты возьмёшь наши сумки.

Так и поступили, Дарко кинул на каждого по несколько рун, и мы побежали прочь. Передвижение усложнялось тучами поднятой пыли и поваленными деревьями, но мы всё-таки двигались вперёд. Стали попадаться твари, к счастью, только плетуны, я нещадно бил их плёткой и морозной руной.

Не знаю, сколько прошло времени, больше часа точно, пепельная земля осталась позади, под ногами была трава чёрного цвета и тонкий слой снега. Дарко начал уставать, и мы решили сделать остановку на неопределённое время. Охотник возвёл добрые стены, я занялся костром, когда хворост начал разгораться, мы уселись рядом с Никласом. Он был жив, грудь медленно вздымалась и опускалась.

— Оранжевый камень ушёл без остатка, — поделился Дарко. — Я не стал заряжать ещё один, думаю, и так нормально, как придёт в себя, так и решим.

— Наверное, скоро очнётся и будет голоден, как стадо… оленей.

— Ты прав, Антуан, а с едой у нас не очень, — он проводил взглядом пробегающих мимо плетунов, судя по направлению, спешили они в ущелье.

— У меня осталось несколько банок тушёного мяса, так что легко продержимся, главное, Никласа накормить, — Дарко на мои слова хохотнул, а затем посмотрел мне в глаза.

— Ты аристократ, Антуан?

Врать не хотелось, но и правду говорить нельзя, он ведь не поверит. Руны типа Сонара крио большая редкость, проще купить за большие деньги у мастера рун, нежели выбить из твари. Решил выбрать середину.

— Не говори никому. Мне нельзя раскрывать своего истинного происхождения.

— Об этом даже речи не идёт, я не из болтливых, Антуан… Ты спасаешь нам жизнь не в первый раз. Спасибо за то, что не оставил наших детей сиротами.

— Я и свою жизнь спасаю, думаю, вы сделали бы для меня то же самое, — Дарко кивнул.

— Не сомневайся, Антуан! Тебе нужно только позвать, и наши с Никласом мечи станут твоими мечами, — я и не сомневался, думаю, охотники помогли бы в любом случае, как и я им, у нас уже что-то типа боевого братства. — Только неправильный ты какой-то аристократ, дорогие руны есть, а дешёвых кот наплакал, похоже, родители тебя сильно берегли⁈

Я рассмеялся и закивал, ответить мне было нечего.

— Сколько же там трофеев осталось, представляешь, Антуан⁈ — сокрушался охотник.

— Главное, что мы живы, а твари никуда не денутся, в следующий раз своё заберём.

— Твоя правда. Хорошо, что ноги унесли.

Никлас очнулся ближе к темноте. Дарко к тому времени проверил его раны, они полностью затянулись, оставалось надеяться, что позвоночник цел.

— Что случилось, где мы? — прозвучали первые вопросы, он со стоном повернул голову.

— Насчёт этого не беспокойся, мы в безопасном месте. Ты лучше скажи, как спина, ногами можешь шевелить? — поинтересовался Дарко.

Никлас принялся шевелить ногами, и мы с Дарко облегчённо выдохнули. Этот браслет — просто чудо, нужно припрятать его подальше и помалкивать.

Я разогрел на костре две банки тушёнки, одну отдали исцелённому, вторую мы поделили на двоих, оставалось ещё пол лепёшки, большую часть получил Никлас. Никто не наелся, но голод немного приглушили. Примерно через час, Никлас встал на ноги и принялся прохаживаться, разминая суставы.

— Предлагаю выдвигаться прямо сейчас, — твёрдо сказал Дарко. — Ночью не все твари активны, думаю, такого наплыва как в ущелье не будет, а утром мы опять захотим есть. Антуан пойдёт первым, за ним Никлас, я замыкающий, идём без остановок. Тернис не любит жадных.

— Я могу за себя постоять, — начал было раненый.

— Да, можешь, но так будет лучше, — осадил его Дарко.

Сказано — сделано. Через минуту мы уже были в пути, у всех были руны ночного видения, так что проблем с передвижением не возникло. Первая засада попалась примерно через полчаса пути, ничего особо выдающегося, небольшая семейка плетунов. Мы разобрались с ними не останавливаясь, а выжившие твари кинулись пожирать павших.

Шаг за шагом, километр за километром мы шли через ночной лес, стычек было не так много, как на пути сюда. Видимо, твари среагировали на зов, большинство сейчас находилось ближе к центру болота. Уже утром, Никлас начал сдавать, охотник старался не показывать слабости, но шедший следом Дарко скомандовал привал. Пару часов отдохнули, последняя банка тушёнки была поделена на три части и снова в путь.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.