Зал совета великих родов.

В этот день зал совета кардинально отличался от себя обычного. Стены и обстановка остались те же, но люди, собравшиеся за круглым столом, были предельно напряжены. И это сказывалось на всём.

Когда в одном месте собирается несколько сильных рунников, кристаллическое поле и так дрожит. Поэтому посторонним было тяжело находиться рядом во время заседаний самых влиятельных аристократов столицы. А сегодня каждый из членов совета не поленился и взял с собой артефакты на все случаи жизни. Учитывая, что в одном помещении собрались главы семи великих родов, некоторые сотрудники здания даже подойти близко не могли.

Каждый делал вид, что всё совершенно обыденно и эта встреча ничем не отличается от десятков других. Но при этом все пришли заранее. Если бы речь шла о любых других людях, то кто-нибудь мог сказать, что члены совета прибыли неприлично рано.

— Может быть уже начнём, господа? — лениво произнёс граф Овчинников. У него на груди напоказ был выставлен древний амулет, созданный ещё до Сопряжения. На истинном металле переплелись в жестокой схватке люди и какие-то неизвестные растянутые сущности, а идущие по внешней стороне кристаллы подсвечивали это сражение голубым светом избыточной энергии. — У меня сегодня ещё две встречи назначено.

— С каких это пор совет глав великих родов стал всего лишь формальностью для вас Фёдор Григорьевич? — насмешливо поинтересовался князь Горюнов. — Или, по-вашему, у других нет дел?

— С тех самых пор, как совет стали собирать ради пустых формальностей и попытки задеть одного из членов совета, Пётр Сергеевич, — невозмутимо ответил граф. — Я не сомневаюсь, что у всех глав великих родов есть масса неотложных дел. Мы уже встречались ровно неделю назад и с тех пор, насколько мне известно, ничего действительно важного не случилось.

— Внеочередной совет был назначен общим голосованием, ваше сиятельство, — дипломатично произнёс граф Покровский, но все тут же ощутили особое напряжение в его словах. Впервые Сергей Алексеевич так открыто выступал против Овчинниковых, да ещё с самых первых минут встречи. — Вы также принимали в нём участие. И я бы не сказал, что причина этой встречи совсем уж мелкая. Всё же, речь идёт об обвинении одного из нас в довольно неприятных вещах. Как высшие аристократы, мы обязаны убедиться в ошибке или принять меры.

— Много слов, Сергей Алексеевич, — улыбнулся в ответ Овчинников и отсалютовал графу бокалом. — И мало смысла. Но я его уловил.

— Давайте не будем нагнетать обстановку раньше времени, господа! — попытался погасить назревающий конфликт граф Боровской и миролюбиво улыбнулся. — Всё же, пока речь идёт только о голословных обвинениях.

Его привычка всегда находиться за пределами конфликта привела род к полному вырождению и сейчас он находился в совете только благодаря воле Фёдора Григорьевича. Правда, даже понимая это, прямо своего покровителя он поддержать не решился.

— Похоже, барон Орлов задерживается, — посмотрев на часы, хмуро произнёс князь Космачёв. — Довольно странно…

Договорить Степан Яковлевич не успел. Защищённые мощным заклинаниями стёкла зала изменили цвет, сигнализируя о серьёзной угрозе. Следом до членов совета долетело эхо далёких взрывов.

— Это не в Белом городе, — уверенно заявил Покровский. — Похоже, что-то случилось в вашем секторе, Степан Яковлевич.

Несмотря на прямую угрозу, никто за столом даже не пошевелился. Каждый из членов совета имел достаточное количество исполнителей, которым можно было доверить текущие вопросы. Болотов демонстративно достал из кармана телефон и положил его на стол. Это был очень хорошо выверенный жест доверия, который многие оценили.

— Думаю, его светлость нам сейчас всё объяснит, — слегка улыбнулся Александр Игоревич.

— В секторе Космачёвых идёт бой, — демонстрируя полное пренебрежение правилами хорошего тона, сообщил граф Овчинников. Он уже смотрел в экран своего телефона, читая сообщения своих людей. — Не знал, что у великого княжеского рода такие проблемы с контролем своей территории.

— А я не знал, что род Космачёвых может полностью перекрыть все каналы связи в своём секторе, — озадаченно произнёс Покровский. Повторить действия Фёдора Григорьевича он не решился и только мельком мазнул по экрану своего устройства связи взглядом. — Насколько я помню, два года назад мы совместно приняли решение о запрете подобных действий. Это мешает быстрому реагированию на имеющуюся проблему со стороны других великих родов.

— Это обычные меры предосторожности, — невозмутимо ответил Степан Яковлевич. — К тому же, речь в нашем соглашении шла только о Чёрном городе и внешней части сектора. Моё распоряжение касается только Серого города.

— И это вдвойне странно, потому что я думал, что силы правопорядка вашего рода полностью контролируют ситуацию, — пристально посмотрел на князя Овчинников. — Думаю…

В этот момент произошли сразу три вещи. Далеко за пределами здания прозвучало ещё несколько взрывов, а потом начали бить сигнальные колокола на башнях Белого города, как и каждый час до этого. И с первым ударом, ознаменовавшим официальное начало совета глав великих родов, распахнулись двери в зал совета.

— Как это понимать, Святослав Иванович? — не удосужившись поприветствовать того, кого так ждали все собравшиеся, поднял брови князь Горюнов.

За дверями обнаружилась странная компания. Бледного вида девушка в довольно скромном платье, очень сильно похожий на неё юноша и, собственно, барон Орлов, который в этот раз прибыл на совет в приличном костюме. Вот только внимание глав великих родов было приковано не к одежде дикого барона, а к чуть покосившейся металлической тележке, на которой вповалку лежало несколько тел.

— Добрый день, господа, — в последний раз толкнув свой груз, поздоровался барон. Телега, с душераздирающим скрипом, проехала ещё пару метров и остановилась недалеко от стола. — Прошу простить за этот транспорт, но мы договаривались, что я предоставлю доказательства вины главы великого рода Овчинниковых и это был единственный способ выполнить данное слово. Как вы все прекрасно понимаете, подобные вещи нельзя оставлять без присмотра. В столице сейчас неспокойно.

— Вполне можно было просто вызвать конвой из стражи здания совета и передать груз им, — тем не менее, без малейшего недовольства в голосе, произнёс князь Болотов. Когда всё встало на свои места, все присутствующие смотрели на груз барона с большим интересом. Все, кроме графа Овчинникова. — И кого вы нам привезли, Святослав Иванович?

Барон при этом неотрывно смотрел только на Фёдора Григорьевича, будто всем своим видом говоря, что только ради этой одной минуты он тащил телегу с четырьмя взрослыми мужиками по коридорам здания. Вот только барон смотрел не на лицо графа, а на амулет у него на груди.

— Об этом я расскажу немного позже, господа, — светски улыбнулся Орлов, будто речь шла о какой-то любопытной безделушке. — Если вы позволите, я хотел вернуться к тому, с чего всё началось.

— Будьте так любезны, господин барон, — тонко улыбнулся князь Космачёв. Он сумел выдержать первый удар, но полностью игнорировать продолжающиеся взрывы в своей зоне ответственности просто не мог. — А то некоторые из членов совета уже извелись в ожидании.

— Прошу вас, Елизавета Дмитриевна, — слегка поклонившись и взяв за руку девушку, произнёс барон. — Ваше слово, баронесса Строгина.

Многие в этот миг заметили, как вокруг Орлова всколыхнулось поле кристаллической связи. Невероятно быстро и мощно, что свидетельствовало о высочайшем контроле дара. Однако, все члены совета помнили, что в прошлый раз ничего подобного не было и некоторые даже считали, что молодой дикий барон вовсе лишён способностей к магии.

— Меня зовут Елизавета Дмитриевна Строгина, — после неуловимого воздействия Орлова, девушке явно стало легче. Смертельная бледность прошла, и князь Болотов с удивлением понял, что барон сумел закрыть своего вассала от влияния глав великих родов. Без рун и полноценных заклинаний, а просто одной своей силой!

— Это мы уже поняли, Елизавета Дмитриевна, — тонко улыбнулся Покровский. — Переходите к сути.

Это будто послужило толчком. Тем последним камнем, который срывает лавину. Девушка гордо вскинула голову, превратившись из перепуганной девчонки в потомственную дворянку.

— Мой отец двадцать лет владел собственным наделом и честно служил Императору, — сухо и без тени эмоций, произнесла она. — В тот день, когда пал родовой кристалл, он с моими братьями отправился на поиски нового. И нашёл. Но это шло наперекор интересам великих родов.

— Поосторожнее со словами, баронесса, — недовольно произнёс Горюнов. — Подобные обвинения могут… повлиять на многое.

— Вы хотите возразить, что члены совета устроили настоящую гонку за этот трофей, ваша светлость? — любезно поинтересовался барон, и князь недовольно поджал губы. Подобное хамство могло очень дорого обойтись Орлову. Но не сейчас. Сейчас у всех собравшихся была другая цель.

— Когда основатель моего рода был казнён, его предали те, кому он вверил свою жизнь, — глядя в глаза Горюнову, отчеканила Елизавета и Пётр Сергеевич, удивительное дело, отвёл взгляд. — И тогда на сцене появился виконт Овчинников. Этот мерзавец силой заставил нас покинуть дом нашей родни в Сером городе и привёз в бывшее владение моего рода. У Виктора Сергеевича была одна конкретная цель — получить артефакты моей семьи, на которые отец потратил большую часть своего состояния. Я не могу передать весь тот ужас, что охватил меня в тот момент, когда виконт угрожал мне убийством моего брата, чтобы заставить меня принять вассалитет Овчинниковых, но я с радостью повторю всё, что он говорил. Дословно.

— Мне жаль, что вам приходится это всё вспоминать, Елизавета Дмитриевна, — негромко произнёс князь Болотов. — Не стоит вдаваться в такие подробности. Продолжайте.

— Та часть капитала, что ещё оставалась на счетах моего рода, была нагло украдена главой рода Овчинниковых, — произнесла баронесса, прожигая взглядом графа, который сидел с каменной маской вместо лица. — Я готова предоставить доступ к своему особняку, где отец хранил все свои бумаги и контракты, чтобы вы убедились в этом. А также согласна на любые проверки со стороны служб совета и Императора.

— Что ж… — протянул Космачёв и быстро окинул взглядом членов совета. — Это… Довольно серьёзный проступок. Если это всё, то мы не станем вас больше задерживать, Елизавета Дмитриевна. Совет обсудит эту ситуацию и примет решение о компенсации.

Совершенно естественно, голос князя стал будто главным в зале. Пока все остальные думали, Степан Яковлевич уверенно брал ситуацию в свои руки.

— Что ещё вы хотите нам рассказать, Святослав Иванович? — так и не дождавшись ни от кого возражений, задал следующий вопрос Космачёв.

— Последние две недели выдались у меня довольно насыщенными, ваша светлость, — улыбнулся в ответ барон. — Нет смысла перечислять все происшествия. Каждый из вас наверняка знаком с особенностями становления нового баронства. Я хотел бы остановиться на двух эпизодах последних дней.

— Мы слушаем, Святослав Иванович, — улыбнулся Болотов.

— Первый из них связан с небольшим отрядом Вольных, который пытался проникнуть на мою территорию и вскрыть блуждающую грань, — указав на помощника Пескаря, произнёс барон. — Я привёз для полноценного допроса человека, который, по его словам, выполнял волю графа Овчинникова.

— Вторжение на территорию молодого баронства, — покачал головой князь Космачёв. Эти двое будто наслаждались спектаклем, стараясь при этом не выходить из роли, а граф всё больше мрачнел. — Это серьёзный проступок.

— Второй эпизод касается наёмного отряда под названием Западный Ветер, — продолжил тем временем Орлов. — Это подразделение, по приказу графа Овчинникова, атаковало купол моего владения магическими снарядами из миномётов и устроило полноценный штурм. Для допроса я привёз командира отряда и его первого заместителя. Ещё часть членов отряда находятся в плену у меня во владении.

— Насколько я знаю, были ещё попытки нападения на ваши владения, ваше благородие, — обратился к Орлову Болотов. — В них вы тоже подозреваете Фёдора Григорьевича?

— К моему глубокому сожалению, никто из участников тех нападений не выжил и мои подозрения остаются лишь подозрениями, — слегка улыбнулся в ответ барон. — Их, с вашего позволения, я оставлю при себе.

В зале совета наступила тишина. Все взгляды были направлены на графа Овчинникова, но тот молчал и смотрел в стол. Обсуждение ещё не началось. При посторонних о мерах наказания великого рода говорить точно не стоило, но все уже просчитывали варианты. От размышлений членов совета отвлёк шум в коридоре и вскоре все увидели новых участников этой удивительной встречи.

В зал вошёл наследный княжич Космачёв, который тащил за собой бессознательное тело какого-то мужчины, сплошь покрытого татуировками. Сам Александр Степанович был в полном боевом доспехе, местами закопчённом и помятом попаданиями пуль.

— Прошу простить за вторжение, господа совет, — поклонился на входе княжич, а потом, к всеобщему удивлению, коротко кивнул Орлову. — Святослав Иванович, рад новой встрече.

— Видимо, сегодня зал совета превратится в темницу, — усмехнулся Покровский. — Что вас привело к нам, Александр Степанович?

— Сегодня в Сером городе нашего сектора была устроена попытка вооружённого мятежа, — жёстко произнёс княжич и граф Овчинников, не выдержав, резко поднялся из своего кресла.

— Боюсь, сегодня у нас другая причина встречи совета, Александр, — негромко произнёс князь Космачёв. Глава рода, по всей вероятности, хотел лично разобраться в ситуации, прежде чем выносить её в общее поле.

— Нет, Степан Яковлевич, — твёрдо возразил наследный княжич. — Это как раз имеет прямое отношение к теме вашей встречи. Дело в том, что главный организатор мятежа утверждает, что действовал по приказу графа Овчинникова.

— Ложь! — не выдержав, воскликнул Фёдор Григорьевич.

— Что ж, значит, не зря я обратился с запросом в канцелярию летающего острова, — в наступившей тишине, прозвучал голос князя Болотова. — На днях в Московский полис прибудет один из членов верховного собраний судей Империи, чтобы тщательно разобраться в этом вопросе.

Глава великого рода Овчинниковых резко побледнел и очень медленно сел обратно в своё кресло, едва не промахнувшись. Ситуация в зале совета в точности напоминала первый визит барона Орлова на встречу глав великих родов. С тем небольшим отличием, что сейчас Овчинниковым не просто хотели пустить кровь. Их решили уничтожить.

Когда я вышел из здания совета, то обнаружил рядом со своими машина несколько бмп Космачёвых. Люди княжича заняли позиции неподалёку, оперативно перекрыв любые пути нападения на мою колонну.

— Как Елизавета Дмитриевна? — первым делом спросил я Мастера.

— Сказала, что надо было вообще на них всё накопившееся выплеснуть, — весело ответил командир Святых. — Как прошло?

— Лучше ожидаемого, — честно ответил я. — Поехали. Дома дел полно. Стоит убраться как можно дальше, пока идёт совет. Потом могут быть проблемы.

Мы быстро загрузились в машины и двинулись к выезду из Белого города. Все жадно смотрели на меня в ожидании подробного рассказа, а я думал о том, что увидел.

— А почему совет прошёл лучше, чем ожидалось? — наконец нарушил тишину Мастер. По статусу командира он имел больше прав, но этот вопрос буквально висел в воздухе.

— Наследный княжич Космачёв притащил с собой пленника и заявил, что тот хотел устроить мятеж по приказу графа Овчинникова, — ответил я. — На днях в столицу пребывает кто-то из верховных судей.

— Ох, ё! — прогудел Бугурт. — Как только представлю, какая мясорубка после этого начнётся… Хорошо, что мы уже ушли из Управления!

— Но многие ещё там, — возразил Мастер и, посмотрев на меня, добавил. — Скорее всего, вам предложат большие отступные, есть мысли, что потребовать с Овчинниковых в качестве возмещения ущерба, Святослав Иванович? Деньги, производства?

— Мысли есть, — ответил я, вспомнив об амулете, который никак не ожидал увидеть в новой жизни. — Но вряд ли граф пойдёт на такое даже в сложившейся ситуации.

— Что будем делать? — поинтересовался командир Святых.

— Пока едем домой и будем заниматься обычными делами, — просто ответил я.

— Это понятно, — улыбнулся в ответ бывший гвардеец. — Я имею в виду, что в целом.

— В целом? — рассеянно ответил я. Разум постепенно погружался в странное оцепенение, связанное со скрытыми пластами памяти, которые пробудил образ амулета. — В целом, я разжёг большой костёр, Мастер. И теперь буду смотреть, как высоко взлетят искры.

Темнота, подсвеченная отвратительным изумрудным светом. Он сочится из разломов в земле, пропитывает воздух и светится в трещинах неба. Будто хрустальный шар здорового мира бросили и разбили в ведре с заражёнными скверной отходами.

Я стою посреди этого поля и вокруг десятки и сотни тел. Трупы тех, кто знал истинную цену обещаниям возвысившихся чудовищ и своими глазами видел их суть. На моём пути были десятки подобных миров. До некоторых я добрался слишком поздно, а в других меня встретили их обманутые обитатели.

Ослеплённые ложным могуществом, они стояли до конца за тех, кто считал их топливом для своей вечной жизни. На горизонте ещё виднелись уродливые вытянутые тени до самых небес, но они уже уходили. Эти ублюдки взяли своё и бежали от прямого боя. Я опоздал.

— Это была славная битва… — прошелестел рядом со мной бесплотный голос. Эстариан — величайший мастер проклятой грани Смерти, решил немного задержаться перед тем, как уйти навсегда. — Жаль, ты этого не видел, старый друг. Мы забрали троих.

— Но какой ценой… — зло выдавил я. — И что мне теперь делать, когда я остался один?

— Ты не один, — возразил Эстариан. — И никогда не был один. Есть те, кто живёт только ради тебя и твоей цели.

— Они слабы, — покачал головой я. Хотелось немедленно броситься в погоню и уничтожить отступающих врагов, но я точно знал, что из этого ничего не выйдет. Сотни ловушек, обманных переходов и запасных нор ждали меня впереди, едва я сдвинусь с места. Даже я не сумею быстро найти правильный путь. — И отдали уже слишком много. Чем я буду отличаться от своих врагов, если заберу всё?

— Ничем, — просто ответил сильнейший архимаг Смерти десяти планов мироздания. Особенно меня удивляло, что подобную грань кристаллической связи освоил представитель воздушного племени. — Но ты и не должен, старый друг. Чтобы уничтожить врага, ты должен быть сильнее его. Иначе всё это потеряет смысл. Не беспокойся за прошлое. Твоя единственная задача — спасти будущее и не дать им завершить возвышение. Всё остальное лишь путь. И ты свой путь выбрал давным-давно… господин барон…

Тьма начала трескаться, проклятие гибели миров пришло в действие и нужно было уходить. Но я никак не мог открыть переход и просто бросить тела близких в пучине гибнущего мира.

— Тебе пора. А о нас не беспокойся. Я присмотрю за погибшими, — напоследок произнёс Эстариан и вдруг снова настойчиво добавил. — Господин барон!

— Что? — удивлённо переспросил я.

— Господин барон! — резко изменившимся голосом, произнёс мой погибший боевой товарищ. Мир вокруг начал стремительно меняться, меня тряхнуло, появились шумы и странный гул. — Просыпайтесь, Святослав Иванович! Мы приехали!

Я с трудом разлепил глаза и увидел над собой встревоженное лицо Мастера. Сон? Когда я успел уснуть? Вокруг ощущалось плотное облако кристаллической связи. Кристалл пытался достучаться до меня с того момента, как мы пересекли границу баронства, но я этого вообще не ощущал. Куда я провалился и что это было? Воспоминание? Тогда почему такое смутное, будто я наблюдал за этим всем издалека?

— Да, спасибо, что разбудил, Алексей Александрович, — рассеянно ответил я. Остатки сна стремительно исчезали, а я пытался уловить их, как обрывки тумана по утру. И так же безуспешно. — Дорога прошла нормально?

— Без происшествий, — коротко ответил командир Святых.

Я поднялся с сиденья так, будто провёл в нём несколько лет. Это было неправильно. Не настолько неудобно я сидел. Мышцы ломило, а в голове пульсировала будто бы чужая ярость. Складывалось стойкое ощущение, что мой разум живёт отдельной жизнью и мне это не нравилось.

— Мне нужно отдохнуть, — признал очевидное я. — Строгиных доставили в имение?

— Михалыч их повёз домой сразу же, как пересекли границу купола, — кивнул Мастер. — Вас проводить, Святослав Иванович?

— Плохо выгляжу? — криво усмехнулся я.

— Краше в гроб кладут, — хмуро ответил бывший гвардеец. — Выглядите так, будто у вас глубокое магическое истощение. Это так совет на вас сказался?

И в этот момент меня осенило. Амулет Овчинникова не просто так привлёк моё внимание. Вероятно, сам граф не знал всех тонкостей работы с этим артефактом и просто влил в него предельное количество кристаллической связи.

Возможно, на других членов совета эта штука такого эффекта не произвела, потому что они находились на совершенно другом уровне владения своим даром. А я не только был слабее, но ещё и на защиту баронессы потратился очень сильно. Сохранить внешнее спокойствие получилось, но откат оказался гораздо сильнее, чем я предполагал.

— Наверное, — не желая вдаваться в подробности, ответил я. — Скажи Михалычу, чтобы попросил Варвару хорошенько согреть Елизавету Дмитриевну. Она поймёт.

— Передам, — произнёс Мастер. — А вы?

— А я как-нибудь сам, — вздохнул я и поковылял к своему жилищу.

По пути встретил Дылду, который распекал одного из своих парней. Рядом стояло несколько душанов. Судя по всему, была тренировочная схватка и теперь шёл разбор.

— Если будешь так держать руки, то твоя дурная голова быстро расстанется с туловищем, Федька, — зло выговаривал подчинённому Аркадий. — Ну и что, что их трое было? Тебя спрашивать кто-то будет, когда за нож возьмёшься? Если дело дошло до ножей, то ты уже обосрался, Федя. Никто, слышишь меня? Никто не должен подойти к тебе ближе, чем на расстояние выстрела! Здравствуйте, Святослав Иванович. Отдыхать?

— Ага, — коротко кивнул я. Похоже, выглядел я совсем неважно, потому что все бойцы проводили меня сочувствующими взглядами. Даже получающий выговор Фёдор.

Чувствовал я себя тоже под стать внешнему виду и это состояние становилось хуже с каждой минутой. К себе в жилище я ввалился уже едва переставляя ноги и все символы на стенах моментально полыхнули в полную силу. Я тяжело сполз по стене на пол и принялся ждать, пока станет легче. Но напрасно.

— Да что за пакость… — поняв, что кристалл сам не может справиться, проворчал я и принялся помогать.

Поверхностной медитации обычно было достаточно при истощении. Кристаллическая сеть в теле одарённого истончалась при запредельных нагрузках, но это служило триггером роста. Я так уже делал недавно, но подобных ощущений не испытывал. И вскоре понял почему.

Причиной странного самочувствия оказались мелкие зелёные искры чужеродной энергии, проникшие прямо в моё тело и сейчас пытавшиеся заразить энергетические каналы организма. Что-то вроде магического вируса, который поражал и подчинял себе всех вокруг источника заразы. Всех, кто был хотя бы на самую малость слабее.

— Этого только не хватало! — недовольно произнёс я и принялся за очистку собственного тела.

Шаг за шагом, направляя энергию кристалла к самым тяжёлым участками, я выжигал отраву. У себя дома я был сильнее многих архимагов и мог позволить себе не скупиться. Собственно, это касалось всех владельцев крупных кристаллов. Поэтому захватить чужое владение часто не могли даже многократно превосходящие силы противника.

Вот только я далеко не всегда находился в баронстве. Если подобное случилось в зале совета глав великих родов, то в городе вообще может произойти что угодно. Нужно было подготовиться к возможным проблемам заранее и способ для этого тоже имелся. Но сам я провернуть подобное не мог даже с помощью своего кристалла. Обвешиваться кучей артефактов тоже посчитал неподходящим вариантом. К тому же, кроме меня, было ещё множество людей, которые могли попасть под удар. Обычных разумных эта дрянь тоже не щадила. Там просто всё развивалось немного иначе. Поэтому пришлось подниматься и идти к тому, кто, теоретически, мог мне помочь.

Буквально за час я сделал всё необходимое и теперь мне вслед уже не смотрели с сочувствием и тревогой. Добравшись до нужного места, постучал и принялся ждать ответа. Послышался грохот, а потом дверь распахнулась и на пороге появилась растрёпанная Ульяна. По своей привычке, не стал следить за подчинёнными у них дома, иначе бы знал, что девушка занята.

— З-здравствуйте, Святослав Иванович… — произнесла полукровка. — Эм-м… Командир дал нам пять часов свободного времени. Я не знала, что могу вам понадобиться. Вы что-то хотели.

На втором этаже послышались тяжёлые шаги, которые могли принадлежать только одному человеку. Похоже, не зря после пары слов девушки Бугурт восстал из мёртвых в пустоте. Значит, одной проблемой для меня стало меньше.

— Прости, что помешал, — извинился я. — Где-то через час ты мне понадобишься. Подходи к складскому комплексу.

— С собой что брать? — тут же спросил полукровка. — Кого звать?

— Одна приходи, — разворачиваясь на месте, ответил я. — Никого не надо. Пришло время, Ульяна. И так слишком долго тянули.

— Хорошо, ваше благородие… — моментально поняв, о чём я говорю, кивнула Ульяна. — У складского комплекса. Буду через час.

Я сразу направился в заклинательный покой, чтобы подготовить всё необходимое. Мысль о том, что я так долго тянул с выполнением своего обещания грызла меня при каждом взгляде на девушку. Каждый раз находились какие-то неотложные дела, которые мешали или требовали моего или её участия. Вырвать из плотного графика почти восемь часов чистого времени не выходило, и я решил, что займусь этим вопросом сразу же по возвращении после совета. При любых раскладах. Но даже этого не смог сделать, целый час провалявшись у себя в жилище.

Народ Воздуха поколениями развивал свои природные способности. У себя дома эти существа умели не просто летать — они жили в небесах. Высшая каста создавала целые воздушные города, чтобы никто не мог навредить их сородичам. Но Ассашары не заметили более страшную угрозу, чем примитивные народы, населявшие их мир.

Несколько правителей воздушного племени не хотели ограничиваться своим статусом хранителей порядка и мира. Они жаждали власти и нашлись те, кто сумел им её предложить. С тех пор началось падение мирного в целом народа в пучину войн и раздоров.

Сначала были уничтожены все иные расы плана Воздуха, а потом началась экспансия в другие миры. Силы стало не хватать, а самые слабые воздушники массово гибли. В войнах и от неизвестной болезни, которая пожирала их дар без остатка. Такова была плата за ту власть, что когда-то получил от чужаков высший Ассашар Луумар.

Что сейчас творилось в мире Воздуха я не представлял, но он точно не был прежним. Судя по тому, что нападения воздушников всё ещё иногда случались, там кто-то продолжал жить. Или выживать. Жертвой именно такого нападения стала когда-то мать Ульяны и мне даже страшно было подумать, что могло случиться с гордым и возвышенным Ассашаром, чтобы он опустился до изнасилования обычной человеческой женщины.

За этими размышлениями я добрался до входа в подземный складской комплекс и увидел там полноценную работу целой команды дронов. Десятка два механоидов сортировали добычу из нашего рейда, перетаскивая всё согласно приказаниям Клопа. Первый помощник Михалыча обзавёлся угловатой надстройкой на спине и парой более мощных манипуляторов. Сразу было видно, как вырос его статус.

— Клоп, есть среди добычи заряды воздуха? — проходя мимо, спросил я.

— Зона четыре, хранилище один-один-три, — немедленно ответил механоид. — Шестьдесят восемь штук на остатках, но разбор ещё идёт. С вероятностью восемьдесят шесть процентов, будет обнаружено ещё до тридцати единиц.

— Хватит и этого, — ответил я. — Принесите всё в заклинательный покой.

Несколько дронов тут же бросились выполнять мой приказ, а я потянулся к кристаллу и одновременно активировал дверь в святая-святых моего баронства. Основа защиты моих владений встретила меня тёплым светом. Снизу шёл едва ощутимый гул работающего производства Железяки, но к нему у меня сейчас не было времени зайти, а после ритуала я уже не смогу. Сил точно не останется, и я решил отложить это на следующий день. Всё равно не планировал покидать баронство пока всё не уляжется в полисе.

— Так-с… Приступим… — с удовольствием рассматривая постоянно изменяющиеся рисунки на заклинательной плите, улыбнулся я. Что ни говори, а работать в этом месте мне очень нравилось. Почему-то, силовые линии на плите напоминали мне мириады дорог. И каждое действие каждого живого существа постоянно меняло этот рисунок.

Если бы речь шла об обычном человеке, то всё предельно просто. Насытить кристаллическую сеть в теле, дать достаточно энергии для конструирования новой руны и запечатать результат. Вот только с воздушным народом подобное не работало. Может поэтому у Ульяны ничего и не получилось. Если первые две руны можно было заполучить по более или менее классическому пути, то дальше пути развития отличались кардинально.

Цокоча манипуляторами, в зал прибежали три дрона, доверху нагруженные разным металлоломом. В отличие от всех остальных рас, механоиды не могли использовать кристаллическую связь напрямую, потому что просто не обладали нужными органами. Но эта раса удивительно хорошо приспосабливалась к любым типам энергии и просто создавала подходящие элементы. Где-то это были вентиляторы охлаждения, где-то пневматические ружья с бесконечным ресурсом, а где-то мощные гранаты.

Я тут же создал первоначальные зоны воздействия и указал дронам место разгрузки. Нужно было подготовить кристаллическую связь нужного типа, иначе у нас ничего не выйдет. После открытия второй руны, у юных Ассашаров открывались те самые воздушные карманы, которые неосознанно использовала Ульяна. Только их становилось настолько много, что представитель высшей касты мог запросто поглотить почти любое количество свободной энергии из окружающего мира, а потом использовать её для своих целей. Другое дело, что в их родном мире никогда не было столько свободной кристаллической связи.

Подготовка заняла около сорока минут, и я как раз успел встретить девушку. Вернее, когда я вышел из складского комплекса, полукровка уже переминалась с ноги на ногу неподалёку. Скорее всего, пришла сильно раньше, но не решилась меня искать и просто ждала.

— Ты дашь мне клятву Ветра, — первым делом сказал я. — Ты умрёшь за мгновение до того, как подумаешь нарушить её. Воздух твоя суть. Он знает все твои мысли.

— Нет! — возмущённо ответила Ульяна. — Почему я должна давать смертельную для любого воздушника клятву? Мало ли что может случиться у вас во владении, Святослав Иванович! Может нас завтра на допрос мозголомы Императора заберут. Разве я буду виновата в том, что они достанут мои воспоминания?

— Эта клятва касается только того, что ты увидишь внизу, — подняв руку, остановил я девушку. — Это моё единственное условие. Если ты отказываешься, то просто оставим всё, как есть.

— А если провести ритуал в другом месте? — исподлобья глядя на меня, спросила Ульяна. — На поверхности или вообще у чужого кристалла?

— В другом месте мне не хватит сил, — честно признался я. — Разве что в каком-нибудь воздушном замке, если хоть один из них уцелел.

— Не смешно, — хмуро ответила девушка и, закусив губу, надолго задумалась. А потом, резко тряхнув головой, решительно произнесла. — Хорошо. Идём.

— Я же говорил, что ты высшая! — когда вокруг нас взвыл ветер, рассмеялся я. Обычному человеку или даже полукровке воздушников из младшей касты, требовалось бы провести целый ритуал, чтобы ветер хотя бы их услышал. — Даже базовый призыв делать не пришлось.

Мы спустились в комплекс, и я обратил внимание, что Ульяна совершенно спокойно прошла мимо механоидов. Видимо, Михалыч столько рассказывал о своих помощниках, что все успели привыкнуть.

— Нам сюда, — приглашающе указав на запертую дверь заклинательного покоя, произнёс я.

— В тупи… — начала девушка и тут же замерла, будто парализованная. Мощь кристаллического поля внутри зала зашкаливала и не шла ни в какое сравнение с тем, что ощущалось от защитного артефакта на поверхности. Сила волнами била от кристалла и практически сбивала с ног своим напором.

— Вон туда становись, — указал я на трехслойный круг из танцующих рун воздушной стихии. — Готова?

— Нет! — резко ответила Ульяна. — Разве можно быть готовой… к такому! Что это вообще? Как?

— Тогда начали! — активируя ритуал, и одновременно запирая дверь, буднично произнёс я, и всё пространство зала заполнилось бушующим рёвом ветра.

Ульяна испуганно вскрикнула, но не посмела пошевелиться. Девушка только с ужасом смотрела на меня, но мне некогда было её успокаивать. Я в это время принял на себя почти десятую часть энергии своего кристалла и тело рвало на части от подобной перегрузки. Но это был единственный путь создать настолько серьёзную угрозу для Ассашара, что на неё отреагировала сама кристаллическая грань Воздуха.

Воздух был очень непостоянной силой, но при этом был до удивления привязан к своим истинным детям. Это противоречие, когда-то использовали враги сородичей Ульяны, чтобы подчинить себе своевольную стихию. В пределах Московского полиса, а может и всей Российской Империи, не было других представителей высшей касты воздушного племени и стихия обязана была сделать всё возможное, чтобы защитить своё старшее дитя.

— Умри! — зловеще оскалившись, произнёс я и направил луч сырой кристаллической связи прямо в лицо полукровке.

— Мама… — только и успела выдохнуть девушка, будто разом растеряв весь свой опыт и мастерство. Ничего удивительно в этом не было. Если бы я ударил подобным арканом по куполу Московского полиса, то мог запросто перегрузить на пару минут кристалл любого великого рода.

Ульяна в принципе не могла остановить эту атаку, но за неё всё сделал Воздух. Разложенный в узловых точках металлолом механоидов разлетелся на тысячи мелких осколков. Вокруг меня возник силовой купол, в котором завязли сотни острейших осколков, а в сторону девушки даже малейшая крошка не полетела.

Шесть десятков зарядов Воздуха одновременно пришли в движение, за секунду сложившись в поглощающий щит. Поток убийственной сырой кристаллической связи бесследно исчез в препятствии, и Ульяна рухнула на пол.

Девушку корчило от невыносимой боли, но сейчас я ничем не мог ей помочь. Оставалось только ждать и продолжать качать энергию в её воздушные карманы. В какой-то момент я уже подумал, что напрасно затеял такой опасный ритуал и хотел даже активировать систему защиты вокруг Ульяны, которую готовил всё время до её прихода, но остановился в последнее мгновение.

Тело девушки начало стремительно терять плотность и становиться прозрачным. Я оборвал атаку и моментально запечатал Ульяну непробиваемым куполом. Через него ни одна грань кристаллической связи не могла пробиться мгновенно, но Воздух не торопился уходить.

Тело полукровки воспарило над полом. Хотя… Теперь назвать её полукровкой не посмел бы даже самый закоренелый ненавистник иномирцев. Кровь Ассашара полностью раскрылась и Ульяна приняла свой истинный вид.

Ревущий под куполом ветер сорвал с девушки одежду и разметал в клочья, будто злился, что его высшее дитя таскает на себе какие-то тряпки. Место обычного кожаного снаряжения заняли колышущиеся лоскуты воздуха. Их становилось всё больше и больше, пока всё тело молодой Ассашары не скрылось под туманным покрывалом. Легендарная броня высшей касты воздушного племени, которая могла принимать любой вид и была отражением силы своего носителя.

Девушка ещё секунд десять неподвижно лежала на затихающем под ней урагане, а потом вдруг развернулась вертикально. На меня уставились залитые серой мглой глаза на почти прозрачном лице. Ульяна подняла руку для атаки, а потом всё внезапно закончилось.

— Спокойно, спокойно… — рванувшись вперёд и подхватив рухнувшую вниз девушку в сантиметрах над полом, начал твердить я. — Тебе сейчас нельзя нервничать и использовать дар. Расслабься. Всё хорошо. Всё получилось…

— Какого хрена, барон? — не открывая глаза и даже не пытаясь подняться, прохрипела в ответ Ульяна. — Что это было вообще? Почему так пусто внутри?

— Много вопросов, Уля! — ответил я. Поднял девушку на руки и понёс к своему месту отдыха. — Ты действительно готова сейчас об этом говорить?

— Ты не знаешь, да? — уже чуть более уверенно произнесла девушка. — И как на самом деле возвышать Ассашаров ты тоже не знаешь.

— Я не знаю, как их инициировали в мирное время, — коротко ответил я. Теперь можно было не опасаться, что Ульяна кому-то расскажет. Её связь с Воздухом стала прочнее любых цепей, а клятва никуда не делась. — В бою всё происходило именно так.

— Тогда понятно, — неожиданно успокоилась Ульяна и наконец открыла глаза. Голубая радужка сменилась на насыщенно серую, с редкими синими прожилками. — Кто ты такой, Святослав? И где тебе доводилось убивать Ассашаров?

— Это было давно, — проигнорировав первый вопрос, ответил я.

— Я летала? — вдруг совершенно по-детски спросила Ульяна.

— Как истинное дитя воздуха, — улыбнулся я и положил девушку на каменную лавку. Вещей у меня в заклинательном покое не было, поэтому снял с себя пиджак и накинул его на плечи юной Ассашаре. — И полетишь снова.

— Я каждую ночь видела сны о небе, барон, — закутавшись в мой пиджак, тихо ответила Ульяна. — Это было моё проклятие и моё спасение. Иногда я ненавидела своего отца, а иногда хотела оказаться рядом с ним в небесах.

— Не думаю, что он жив, Ульяна, — серьёзно ответил я. Ни одно живое существо не могло выдержать два десятилетия заражения изумрудной энергией. Механоиды изначально не были живыми, поэтому их это не касалось.

— А жаль… — даже не подумала спорить девушка. Воздух вокруг нас был плотным и почти неподвижным. Я даже почувствовал, как мой кристалл увеличил давление энергии, чтобы отодвинуть от меня чужую силу. Вот только это не требовалось.

Несмотря на довольно жестокий метод возвышения, стихия была благодарна мне за возвращение своего ребёнка. Возможно, Ульяна была вообще последним Ассашаром, не заражённым отравой падших. И я чувствовал, как меня со всех сторон мягко поддерживает невидимая опора, хотя в другое время Воздух легко мог быть опасным, запросто разрезая даже толстую стальную броню.

— Когда я смогу полететь снова, Святослав Иванович? — не глядя на меня, спросила Ульяна.

— В долгий полёт ты сможешь отправиться только когда откроешь пятую руну, — немного подумав, ответил я. — На четырёх рунах сможешь удерживаться в истинном облике достаточно долго. А пока он доступен для тебя лишь в минуты максимальных нагрузок или смертельной опасности. Воздух благоволит тебе, Ассашара. Он сам готов питать твой облик, только бы ты оставалась живой.

— Я чувствую это… — проведя рукой перед собой, улыбнулась девушка. Её ладонь слегка потеряла прозрачность и тут же окуталась белёсой дымкой непробиваемой брони. Силы стремительно возвращались к девушке, но до полного восстановления было ещё далеко.

Я тщательно регулировал поступление новых объёмов кристаллической связи, чтобы она успевала впитываться в воздушные карманы Ульяны. Это был долгий и довольно мучительный процесс, который занял почти шесть часов. Сама высшая довольно быстро уснула, а я так и дежурил рядом, чтобы не потерять контроль над процессом. В итоге, смог ненадолго уснуть только под утро, да и то проснулся от тревожного сигнала кристалла.

— Что ты делаешь? — разлепив один глаз и увидев, как Ульяна висит в пяти сантиметрах над полом, спросил я. Всё пространство было заполнено кристаллической связью грани Воздуха, которая старательно помогала своей юной хозяйке. И моему кристаллу это не нравилось.

— Пытаюсь изучить тут всё, ваше благородие, — весело ответила девушка и ловко приземлилась. Вся свободная энергия разом исчезла и мне оставалось только позавидовать мощи молодой высшей. В отличие от меня, она сумеет использовать свою силу и за пределами баронства. — Я ведь больше сюда никогда не попаду. А вы сотворили поистине величайший шедевр. Факел удавится от зависти, если узнает о существовании подобного места у себя под носом.

— Не удавится, — проворчал я в ответ. Вставать не хотелось категорически. — Сам он пока работу с таким артефактом не потянет. Да и сделал я ему уже подходящий инструмент. Теперь из подвала своего не вылезает.

— Вы в своём тоже часто пропадаете, — рассмеялась девушка. Настроение у неё было просто прекрасное и она этого не скрывала. — Теперь понятно почему. Только я не пойму, что за шум идёт снизу. Это ведь там, где мы нашли те железки?

— Да, — не стал отрицать очевидное я. — Там у меня цех по производству механоидов.

— Цех… — растерянно уставилась на меня Ульяна. Мои слова явно не укладывались у неё в голове, поэтому речь Ассашары сильно замедлилась. На подобное могли пойти только безумцы, но меня она к таким точно не относила. — По производству…

— Именно так, — кивнул я. — Или ты забыла про дронов в складском комплексе? Откуда, по-твоему, они взялись?

— А… Ну конечно… — явно не до конца мне поверив, ответила девушка.

— Мне нужна твоя помощь, — серьёзно произнёс я.

— После всего этого, — обвела девушка рукой заклинательный зал, — я вообще слабо представляю, чем я могу вам помочь, Святослав Иванович. Но я готова. Что нужно делать?

Вместо ответа, я изменил рисунок силовых линий на заклинательной плите, создав из них три сложных руны. Ульяна тут же нахмурилась и напряженно посмотрела на меня.

— Мне нужно, чтобы ты сотворила это заклинание, — произнёс я. — Последовательность активации…

— Я знаю последовательность активации рун языка Смерти, Святослав Иванович, — удивила меня девушка. — Но это слишком сильное заклинание. О нём моментально узнают. В полисе масса артефактов заточена на обнаружение последователей культа Смерти.

— Здесь не заметят, — уверенно ответил я и, чтобы у девушки не было сомнений, создал защитное поле на стенах и потолке заклинательного покоя. Оно было такой плотности, что даже верхний слой мог запросто поспорить с защитой столицы. — За это можешь не переживать, Ульяна. Ты мне лучше скажи, откуда тебе известны высокие руны кристаллической грани Смерти?

— Доводилось использовать всякое во время службы, — уклончиво ответила Ассашара.

— Понятно… — хмыкнул я. А я ещё сомневался, что стоит пробовать подобное в исполнении Ульяны. Всё же, Воздух сильно недолюбливал слишком стабильную силу Смерти. Вернее, у этих двух сил была очень своеобразная сочетаемость. Ассашар мог запросто потеряться и умереть, если брал слишком много. — Странный выбор для полукровки воздушного племени.

— Когда в отряде всего один полноценный рунник-недоучка, выбора особо и нет, — хмуро ответила девушка. — Я сделаю, но последствия полностью ваши.

— Разумеется, — кивнул я. — Подожди немного.

Я думал, что придётся долго объяснять Ульяне, что и как надо делать, но она действительно сумела меня удивить. Дело не в том, что во время вылазок ей пришлось использовать кристаллическую грань Смерти. Такое бывает сплошь и рядом. Вот только Смерть всегда оставляет свой след, забирая частичку рунника с собой, в обмен на свою силу. Но я у девушки за эту ночь ни малейшего следа серых секторов в кристаллической сети не заметил.

Быстро сходив до зоны отдыха, взял пару килограммов чернокамня, который хранил постоянно прямо в заклинательном покое, как раз на такой случай. Делать сложные артефакты не было смысла, потому что они будут жрать просто невероятное количество энергии. Поэтому решил поступить по-другому.

Пыль перетёртого минерала рассыпалась по полу, но её тут же переместили в нужные точки силовые барьеры. В итоге, у меня получилось несколько сотен крохотных кучек, которые тут же начали плавиться и оплывать.

— Начинай, — приказал я, и Ульяна уверенно создала первую руну.

Повеяло холодом и безнадёжностью. Свет будто стал серым, а краски померкли. Кристаллическая грань Смерти всегда превращала всё вокруг в часть себя. Такова была природа этой силы, которой были покорны все миры и все живые существа.

После второй руны стало трудно дышать. Сердце дало сбой и тут же усилил своё присутствие мой кристалл. Вокруг девушки появились активные струи воздуха. Стихия пыталась защитить её, но не мешала, что наталкивало на определённые мысли.

— Ссахаг-н-шарисс! — завершая третью руну, произнесла Ульяна и каждая из сотни крохотных расплавленных заготовок полыхнула серым светом, вбирая в себя энергию Смерти. Пришло моё время.

Вербальные формы рун мне произносить было не нужно. Кристалл позволял работать напрямую, но времени было критически мало. От изначальной идеи обойтись продолжительным общим заклинанием я решил отойти ещё ночью, потому что его требовалось обновлять. Насколько это будет реально в текущей ситуации неизвестно, и я решил не рисковать.

За двадцать секунд я успел создать шесть рун, последней из которых закрепил всю связку и обеспечил маскировку силы Смерти. Иначе любого из моих людей очень быстро отправили бы на плаху. Эта кристаллическая грань была под строжайшим запретом во многих мирах.

— Это невозможно! — наблюдая за моей работой, воскликнула Ульяна. — Ты не человек. Ни один рунник не может работать с такой скоростью и с таким количеством объектов!

— Ты много видела рунников в их местах силы? — вытирая со лба честный трудовой пот, задал встречный вопрос я. — Скажи это кому-нибудь из глав великих родов, и они рассмеются над подобной шуткой.

— Но ты не глава великого рода! — резонно возразила девушка. — И никогда им не был. Ты просто дикий барон, который творит какие-то невозможные трюки! Я бы никогда не поверила в подобное, если бы не видела собственными глазами! Проклятье, да я и в Ассашаров не верила до вчерашнего дня!

— И зря, — подняв с пола небольшой чёрный значок в виде переплетения десятков линий, ответил я. Энергия кристалла сама придала конечную форму заготовкам, и я не имел ничего против. Герба у меня до сих пор не было, а этот рисунок очень сильно откликался у меня внутри. Чем-то он мне напоминал вечно живой контур силовых линий в моём заклинательном покое. — Давай собирать результаты наших трудов. А то желудок уже рёбра грызёт. Наверху, поди, завтрак уже закончился давно.

— И то правда, — улыбнулась Ульяна. Ветер подхватил с пола готовые артефакты и потащил к своей хозяйке. Ассашара даже заклинания никакие не использовала, чтобы добиться такого удивительного эффекта.

А когда мы вышли из складского комплекса, то сразу же напоролись на Бугурта. Игорь стоял прямо у входа и будто ждал именно нас.

— Вас не было всю ночь, — пожирая глазами пиджах на плечах девушки, прогудел он. — Мастер беспокоится.

— Мы работали, — коротко ответила Ульяна и, в качестве доказательства, показала большую коробку со значками.

— И что это? — подозрительно глядя на сотни одинаковых артефактов, спросил Бугурт.

— Эм-м… — растерянно промычала девушка. Недовольство гиганта было вполне мне понятно. Учитывая, что мы с Ульяной пропали из общего поля зрения и как она выглядела сейчас, надумать здоровяк мог много всего.

— Это защита для тебя и остальных, Игорь, — невозмутимо ответил я. — Найди Мастера и передай ему, чтобы организовал общий сбор. У меня есть что сказать.

— Как прикажете, ваше благородие, — слегка поклонился Игорь и ушёл искать командира. Ульяна тяжело вздохнула, но так ничего и не сказала. Возможно, её ждал тяжёлый разговор, но это были не мои проблемы.

Пока созывали всех бойцов моей родовой дружины, я воспользовался случаем и совершил наглый налёт на полевую кухню. Оказалось, что Мастер неплохо меня знает и грабить никого не пришлось. Меня ждала тройная порция омлета и здоровенный кусок ветчины.

— Все собрались, господин барон, — подоспев как раз к концу моего завтрака, сообщил Мастер. — Отдельные отряды и душаны. Я ещё позвал Пирата. Подумал, что ему тоже стоит знать.

— Правильно сделал, — поднявшись и кивком поблагодарив повара, ответил я. Место общего сбора я уже давно определил и сразу направился к нему.

Ульяну с Бугуртом заметил издалека. Судя по довольному лицу Игоря, недоразумение удалось уладить довольно быстро, а сама Ассашара успела переодеться в более приличный наряд. Я нашёл какой-то ящик и, забравшись на него, обратился к бойцам своего баронства.

— У меня для вас новость, парни, — громко произнёс я. — Не вдаваясь в подробности, есть серьёзная вероятность больших проблем в Московском полисе. Не только из-за совета и дела с Овчинниковыми, о которых вы знаете. Есть вещи похуже. В общем, пока это просто предосторожность, но я не хочу, чтобы кто-то из вас выбыл из обоймы в самый неподходящий момент. С этого момента все, кто покидает пределы баронства, должны носить вот такие брошки. Желательно, не на виду. Это понятно?

В ответ раздался слитный гул. Люди кивали головами. Многие переглядывались, будто прикидывая, насколько могут быть серьёзными проблемы. И только Мастер, стоявший позади всех с телефоном у уха, не слышал ни слова из того, о чём я говорил. Лицо бывшего гвардейца стремительно темнело, а потом он двинулся ко мне, раздвигая остальных бойцов, как ледокол.

— Беда, господин барон, — подойдя ко мне, выдохнул командир Святых. — Столица горит.

Я ощутил, как на мне скрестились десятки взглядов. Люди начали перешёптываться и сопоставлять мои недавние слова с тем, что сказал командир Святых. И у многих мысли сходились. Поэтому во взглядах людей вокруг меня читалось не только удивление, но и ещё какой-то странный восторг.

— Это не ваша проблема, Святослав Иванович, — тут же произнёс Аслан. — В Москве достаточно подготовленных рунников, которые запросто смогут справиться с любым пожаром.

— Там не просто пожар, — резко ответил Мастер, зло посмотрев на предводителя душанов. Он тоже прекрасно понимал, что у меня нет причин бросать всё и нестись спасать высшую аристократию вместе с их амбициями и сокровищами. По крайней мере, командир Святых так думал. — Что-то случилось в секторе Овчинниковых. Там половина их сектора Серого города уже в огне. И никто не знает почему. Остальные великие рода увеличили количество патрулей у границ своих секторов.

— Овчинников в панике устроил какую-то подставу, — предположил Тень. — Вполне в духе графа так заметать следы. Может и сам из столицы свалит подальше, пока всё не уляжется.

— Чушь не пори, Илья! — осёк капитана Мастер. — Куда он свалит? Он глава рода и привязка к кристаллу не даст ему никуда уйти. Хозяева магических камней вообще неохотно покидают свою территорию, а уж уехать надолго — это вообще за гранью!

— Фёдор Григорьевич не станет бежать, — согласился я. — Даже родичам вряд ли позволит покинуть полис. Кому принадлежат ближайшие сектора?

— Космачёвы и Горюновы, — тут же ответил бывший гвардеец. — Белый город условно нейтральный для всех, но это только на словах. Башня графа Овчинникова стоит в основании его сектора. Так же как и поместья остальных глав великих родов. Поэтому они все практически на одной площади.

— Понятно, — хмуро произнёс я и, достав телефон, набрал номер наследного княжича Космачёва. Гудки шли один за другим, но трубку так никто и не взял. Я попробовал ещё раз с тем же результатом и посмотрел на Мастера. — Кто из твоих хороших знакомых в городе?

— Есть три отряда, — немедленно ответил командир Святых.

— Звони их командирам и скажи, чтобы на пушечный выстрел не подходили к границе сектора Овчинниковых, — начал выдавать инструкции я. — Даже если их приговорят к казни за нарушение приказов. Если сможешь, договорись, чтобы Управление вообще запечатали на ближайшие сутки. Ульяна!!!

— Здесь, — коротко отозвалась Ассашара, которая за это время действительно сумела подойти почти вплотную, чем удивила даже Мастера.

— Дуй к Михалычу, — глядя в глаза девушке, приказал я. — Скажи Клопу, чтобы он отдал тебе все заряды Воздуха, что они нашли за это время. И Огонь. Огонь тоже пусть весь отдаёт.

— Да что там происходит, ваше благородие⁈ — не выдержал бывший гвардеец. — Вы знаете?

— Нет, — честно ответил я. — Но исходить будем из самого худшего варианта. И я очень надеюсь, что я ошибаюсь. Чего встали? Бегом, бегом, бегом!!! Значки где? Без них никто за пределы купола не выйдет.

— А нам что делать, господин барон? — спросил Пират.

— Сидеть под куполом и молиться, — угрюмо ответил я. — Если кто-то из твоих за пределами баронства, то сейчас же возвращай всех назад. Собирайтесь и двигайте в посёлок на территории баронессы Строгиной. Я сейчас сделаю корректировку купола. Если кристалл погибнет, то разрушение будет направленным и вас заденет в последнюю очередь.

Как только я это произнёс, лица людей вокруг меня моментально напряглись. Кристалл мог взорваться только в двух случаях. Если его атаковали напрямую, что случалось крайне редко. Или если погиб его владелец.

— Может и правда не стоит, Святослав Иванович? — осторожно спросил Илья. — Сами они там разберутся как-нибудь…

— Может и сами разберутся, — согласно кивнул я. — А может завтра будут полыхать уже три сектора, а не один. Я действительно могу подождать, но тогда с последствиями придётся разбираться не за счёт великих родов, а своими силами. За работу!

Вокруг тут же началось чётко организованное движение. Не суета, не паника, а именно качественно отлаженная работа. Аслан встал на раздачу защитных артефактов, но при этом постоянно поглядывал в мою сторону, будто хотел что-то спросить. У меня вопросов тоже было выше крыше, но отвечать на них никто не собирался. Первыми в очереди, как ни странно, были не душаны, а Бобёр и Струна с остальными Вольными.

— Что тебе сказали скауты? — когда в моё поле зрения попал Мастер, спросил я и быстрым шагом направился к пирамиде над вершиной кристалла. Корректировка требовала времени и не стоило её откладывать на последний момент.

— Все передал, ваше благородие, — отчитался командир Святых. — Жду ответ. Марфа обещала, что постарается сделать всё возможное. Это одна из тех, кого я хотел рекомендовать вам в дружину. Из совета капитанов…

— Не время сейчас для резюме, Мастер, — остановил я бывшего гвардейца и, заходя в пирамиду, добавил, — Подожди снаружи. Я вернусь скоро.

Кристалл немного тревожно мерцал, ощущая моё напряжение. И не зря, потому что я был на грани того, чтобы запечатать баронство и просто ждать, чем завершится ситуация в столице. Дома я мог выдержать практически любое нападение. В крайнем случае, можно уменьшить диаметр купола в несколько раз и нарастить плотность. Вот только сейчас был худший момент для того, чтобы отсиживаться в стороне.

Пока ещё это были только мои предположения, но иных причин для подобного происшествия я просто не видел. Если граф Овчинниковых потерял контроль над амулетом, то население его сектора уже можно хоронить. А это десятки тысяч людей. Самое неприятное, что Фёдор Григорьевич мог и сейчас думать, что полностью контролирует ситуацию. Самый опасный вариант заблуждающихся безумцев.

Полностью обезопасить территорию внутри купола я не мог. Да и никто не мог. Такова была природа любого кристалла. Магический камень мог ставить барьер ровно на то расстояние, которое покрывала его зона уничтожения. Проблема была в том, что мой купол был в несколько раз меньше, чем мог создать мой кристалл из-за того, что я изначально поставил такое ограничение. А значит и взрыв будет во много раз мощнее.

Единственным вариантом в этом случае я видел конкретно направление подрыва. И у меня даже имелась подходящая точка на территории владения. Я нашёл мысленным взглядом вход в блуждающую грань и приказал кристаллу расположить фокус своей энергии ровно на переходе. Ещё несколько более сложных манипуляций, отложенный переход в грань, срабатывающий при определённых условиях, и мой резервный план готов.

Скорее всего, механоиды безумно обрадуются тому, что кто-то запустил в их пространство такое количество сырой кристаллической связи. Может даже не всю её сумеют переварить, и волна снесёт часть их конструкций. Но, по моим расчётам, девяносто процентов энергии кристалла будут поглощены ненасытными иномирцами ещё до того, как разрушение доберётся до баронства Строгиных. Это всё, что я сейчас мог сделать для жителей своего владения.

— Марфа сообщает, что в Управлении шквал заказов. Больше половины из них от Овчинниковых, — едва заметив меня, начал докладывать Мастер. Что происходит он не понимал, поэтому принял решение просто выполнять приказы и не задавать лишних вопросов. Идеальный выбор. — Вознаграждение запредельное. Льготы, деньги, снаряжение, закрытие пенсионных контрактов… Весь список перечислять замучаешься. Цель у всех контрактов одна — обеспечить порядок в Сером городе. По имеющейся информации, сорвало кого-то из сыновей графа и он устроил судилище прямо в полисе. То ли раскол там внутри семьи, то ли ифр пойми что.

— Она отказалась? — тут же спросил я.

— Да где там! — поморщился Мастер. — Почти за каждым контрактом особый код идёт, которые только великим родам доступны. Что-то вроде долговых чеков Управления. И у Овчинникова их ой как много, ваше благородие.

— Пусть тогда тянет с выполнением, — немного подумав, приказал я. — Собирается, готовится, тренируется — всё равно. Мне нужны надёжные глаза в городе. Если есть возможность, пусть кого-то из своих отправит на ближайшую к сектору Овчинниковых высотку. И ещё пусть кого-то отправит искать княжича…

В этот момент у меня сработал в кармане мобильник. Княжич, будто почуяв мои мысли, позвонил в самое подходящее время.

— Должен признать, вы заварили знатную кашу, Святослав Иванович, — вместо приветствия произнёс Александр Степанович. — У нас тут пол города полыхает…

— Я как раз по этому поводу звонил, Александр Степанович, — быстро ответил я. — Вы ещё не были в бою с силами Овчинниковых?

— Как бы, причины пока не было для этого, — немного удивлённо ответил княжич. — Пока просто выставили кордоны на границе секторов и помогаем эвакуировать жителей Серого города.

— Проклятье! — остановившись, выдохнул я. О таком варианте я просто не подумал. Как просто!

— Это обязанность всех великих родов, ваше благородие, — с тенью неодобрения в голосе, ответил Александр Степанович. — Жители столицы полагаются на совет, и мы делаем всё возможное, чтобы урегулировать ситуацию как можно быстрее.

— Это не поможет, — уверенно произнёс я и стоявший рядом со мной Мастер удивлённо округлил глаза.

— Безусловно, ранее подобных ситуаций не возникало по внутренним причинам, но процедура отработана, — озадаченно ответил княжич. — А почему вы думаете, что ничего не получится, Святослав Иванович.

— Дайте угадаю, с момента начала пожара, никто из рода Овчинниковых так и не дал комментариев по ситуации, — произнёс я. — Вооружённые силы великого рода, преимущественно, находятся за пределами Серого города, а силы правопорядка разбираются с последствиями пожара.

— У вас хорошие источники, ваше благородие, — хмыкнул Космачёв. — Настолько подробная информация есть только у меня и у других сотрудников оперативного штаба.

— У меня нет источников в столице, ваша светлость, — тяжело вздохнул я. — Понимаю, что это может звучать бредово, но вам нужно переместить всех беженцев в карантин. Если я ошибаюсь, то это просто небольшое неудобство, на которое сейчас никто не обратит внимания.

— Ошибаетесь в чём? — тут же уловил суть моей фразы княжич.

— Вы знаете связку рун Сир-Асаран-Коэр, ваша светлость? — вместо ответа, задал встречный вопрос я.

— Допустим… — ещё более напряжённо спросил Александр Степанович.

— Вы единственный рунник достаточной силы в столице, к которому я могу обратиться напрямую, — честно признался я. — Если это возможно, я хотел бы просить вас об одолжении, ваша светлость.

— Если это не противоречит интересам моего рода, — тут же очертил границу дозволенного Космачёв.

— Поднимитесь на какое-нибудь высокое здание и создайте эту связку, — произнёс я. — Фокус заклинания должен быть над самыми активными зонами пожара. Это возможно?

— Минутку, ваше благородие, — ответил мой собеседник и я услышал, как он куда-то шагает. — Мы расположили штаб как раз в одном из таких зданий. У меня есть панорамный вид на интересующую вас зону. Что должно произойти?

— Для вас зона над очагом пожара сменит цвет энергии. Обычно это кристаллическая связь голубого цвета, — максимально подробно ответил я и, чуть убрав трубку от лица, прошептал. — Только бы не зелёный, только бы не зелёный…

— Хм-м… — спустя несколько мгновений, задумчиво протянул Космачёв. — Вообще-то, я знаю эту связку рун и пользовался ей не раз. Но сейчас пространство над сектором Овчинниковых, почему-то, изумрудного цвета.

— А над вашим? — срываясь с места в сторону нашего броневика, задал, наверное, самый важный за последнее время вопрос я.

— Над нашим всё в норме, — спустя пару мгновений, ответил княжич. — Разве что марево какое-то над лагерем беженцев на площади.

— Нужен карантин, ваша светлость, — запрыгивая в машину, произнёс я. Из основного лагеря моего баронства уже выезжали машины скаутов и Вольных. Только душаны ждали меня, чтобы обеспечить максимальную безопасность в пути. — Для беженцев и для всех тех, кто с ними общался.

— Что ещё? — полностью сменив отношение к моим словам, уточнил Александр Степанович.

— Соберите всех рунников, что у вас есть. Пусть они выстроят средний барьер вдоль всей границы. То же самое надо сделать со стороны Горюновых, — начал на ходу давать указания я. — Перенесите основной фокус кристалла на границу с Овчинниковыми для создания дополнительного поля. Договоритесь с другими родами, чтобы они прикрыли ваш сектор на это время. Каждого, кто хочет покинуть территорию Овчинниковых, сразу направляйте в карантин. Постарайтесь выбить у своего отца и других глав великих родов все артефакты кристаллической грани Воздуха, что у них есть.

— Проклятье, Святослав Иванович! — возмутился наследный княжич. — Я же не Император, чтобы такое требовать! Столько всего согласовать в короткие сроки не сможет даже мой отец! Да и причин для этого нет. Поймите правильно, но ваших слов для подобных действий будет слишком мало. Что это вообще за свет такой?

— Это отрава, — жёстко ответил я. — Отрава, которая уничтожает дар рунников и тела простых людей. Если вы сейчас ничего не сделаете, то уже завтра будет полыхать ваш сектор. А через пять дней от Москвы не останется ничего.

— Да с чего вы взяли⁈ — резко и довольно агрессивно спросил княжич. — Из-за чего это вообще могло произойти? Пока граф Овчинников молчит, но у всего этого должна быть причина!

— Причина в амулете, который был на Фёдоре Григорьевиче во время совета, — ответил я. — Если не верите мне, то прикажите найти информацию об этом артефакте. Поговорите с отцом. Может он сможет дать вам нужную информацию.

— Мне понадобится больше информации, Святослав Иванович, — немного помолчав, вздохнул наконец Александр Степанович. — Всё это слишком бредово, чтобы быть правдой. Мне одному будет очень сложно доказать, что это имеет хоть какое-то отношение к реальности.

— Понимаю, ваша светлость, — искренне ответил я. — Я уже выехал в сторону полиса. Не теряйте времени и начните хотя бы с артефакта. И с карантина.

— Хорошо, — тяжело вздохнул княжич. — Наберите мне, когда доберётесь до границы купола Московского полиса.

Космачёв отключил связь. В салоне броневика царила напряжённая тишина. Эта давящая атмосфера кардинально отличалась от того веселья, которое ощущалось здесь во время вчерашнего путешествия из полиса. Я настолько устал уже мотаться по этому маршруту, что всерьёз задумался о том, чтобы купить себе какую-нибудь резиденцию в Сером городе. Если завтра ещё будет существовать Серый город и сама столица.

— А у нас какая задача будет, ваша светлость? — хмуро спросил у меня Мастер. — Если великие рода не планируют защищать свой город, то мы одни точно не потянем. Сражаться против дружины целого великого рода — с нашими силами это невозможно.

— Вам и не придётся, — спокойно ответил я и кивнул на Ульяну. — Сражаться будет она.

Пятеро сидевших в салоне броневика членов отряда Святых, включая Ассашару, одновренно открыли рты, чтобы задать один и тот же вопрос, но никто из них не успел. У меня снова зазвонил телефон, но на этот раз номер был незнакомый.

— Орлов, — сняв трубку, коротко произнёс я.

— Здравствуйте, Святослав Иванович, — прозвучал из динамика знакомый голос. — Это князь Болотов. Расскажите, пожалуйста, голубчик, что происходит? Мы тут с Петром Сергеевичем в некоторой растерянности от тех требований, которые выставил нам сын князя Космачёва. При этом сказал, что сам толком ничего не знает…

— Вы представляете себе, как выглядит энергия в ядре механоидов, Александр Игоревич? — бесцеремонно перебил я главу великого рода. — Та, что лежит в основе крупных тварей?

— Разумеется, юноша, — явно улыбнулся в ответ князь. — Я немало их вскрыл в своё время.

— Теперь представьте себе, что граф Овчинников нашёл самое большое в мире ядро иномирцев, зарядил его до предела своей личной силой и взорвал над городом. Понимаете масштаб последствий?

— Но за родом Овчинниковых не было замечено ничего подобного, ваше благородие, — явно задумался над известной ему информацией Болотов. — Если бы они привезли в город что-то подобное, то мои люди непременно об этому узнали бы.

— Амулет, который был на шее графа во время встречи и есть это ядро, — жестко произнёс я.

— Так… — разом изменившимся до неузнаваемости голосом, ответил Александр Игоревич. — Это совершенно меняет дело. Пожалуй, мы приступим к выполнению ваших рекомендаций немедленно, Святослав Иванович.

— Это отличная новость, ваша светлость, — ответил я, отключил связь и тяжело посмотрел на Ульяну, игнорируя всех остальных в салоне броневика. — Пришло время тебе кое-чему научиться.

Московский полис.

Сектор великого рода Горюновых.

Ставка штаба урегулирования чрезвычайной ситуации князя Горюнова.

— Надо сказать, что я решительно ничего не понимаю, Петя, — убирая в карман телефон, вздохнул князь Болотов. Наедине главы великих родов могли себе позволить некоторые вольности. В особо доверительных отношениях, они даже могли общаться, как обычные люди. — В последний раз подобное было во время первого появления на политической арене столицы этого выскочки Овчинникова. Помнишь, какую кашу он тогда заварил, чтобы избавиться от графа Понтюхова?

— Что сказал Орлов, Саша? — не отрывая взгляд от десятков мониторов на стене, спросил князь Горюнов. Для главы великого рода обустроили полноценный командный пункт прямо на месте. Его люди расставили мощные камеры на всех прилегающих к границе зданиях и почти все экраны показывали одно и то же. Город горел. А такого не бывало уже пару десятилетий. — Нам действительно нужно выполнять эти бредовые требования Космачёвых?

— Это не Космачёвых требования, Пётр Сергеевич, — улыбнулся в ответ Болотов. — Это наш удивительный дикий барон так надавил на наследного княжича, что тот понёсся впереди отца с нами договариваться. Как бы не прилетело ему от старика за самоуправство.

— Саша! — развернувшись к гостю, грубо произнёс князь. — Не время сейчас фигуры рассматривать на доске. Этим и позже можно заняться! Насколько велика угроза? Что он знает?

— Да ничего он не знает, Петя, — безмятежно улыбнулся в ответ Александр Игоревич. — Только страшилки всякие рассказывает про артефакт Овчинникова. Помнишь ту висюльку у него на шее во время совета. Мальчик убеждает всех, что это и есть корень наших бед.

— Тогда зачем ты ему так серьёзно ответил, что будешь делать всё возможное? — нахмурился Горюнов. — Опять эти твои игры? Зачем тебе этот пацан, Саша? Одни проблемы от него!

— А вот не скажи, Пётр Сергеевич, — покачал головой князь Болотов. — Не скажи! Парень не просто талантливый, а настоящий самородок. Честно говоря, я ещё ни разу не видел, чтобы кто-то сырой кристаллической связью так лихо управлял, чтобы не только себя от всего совета закрыть, но ещё и спутницу свою с мальчишкой.

— И мальчишку тоже? — чуть приподнял в удивлении брови Горюнов.

— А ты думаешь, почему он не отрубился ещё на пороге зала совета? — вместо ответа, задал встречный вопрос Александр Игоревич. — В баронете силёнок и не видно почти. Но он стоял и хлопал глазами, а не лежал без сознания. Ты знаешь, я уже давно такого интересного юношу не встречал.

— И уже начал работу по нему? — хмыкнул в ответ Горюнов и вернулся к наблюдению за экранами.

— Не без этого, — скромно ответил его гость. — Но парень настолько скрытный и настолько верных людей вокруг себя собирает, что даже у меня не вдруг подобраться получится.

— Видишь? — вдруг произнёс Пётр Сергеевич и тут же вывел заинтересовавшее его изображение на основной экран. — Это ещё что за фокусы?

На затянутой дымом картинке действительно происходило нечто странное. Почти сотня людей, которые чудом выжили неподалёку от главного источника пожара, сидели на земле и раскачивались из стороны в сторону, будто пьяные. После отравления дымом ничего странного в этом не было, но князя удивило не это.

Стоявшие на границе площади лекари его рода даже не пытались помочь пострадавшим. Напротив, они медленно отходили за спины дружинников великого рода и выглядели крайне испуганными.

— Демидов! — рыкнул в рацию князь Горюнов. — Что происходит на площади Бельского⁈ Вы совсем охренели⁈

— Что-то странное, ваша светлость, — протрещал из динамика мужской голос. — Медики говорят, что никаких отклонений у беженцев нет, но они… Они все кричат, Пётр Сергеевич. Будто от дикой боли. И лечебные руны на них не работают. Я приказал лекарям отступить.

— Оцепить площадь! Никому к ним не подходить. Всех медиков тоже осмотреть. — немедленно приказал князь и зло посмотрел на Болотова. — Ничего не понимает Орлов, говоришь? Почему тогда сын Степана первым делом просил устроить карантинные зоны?

Болотов молчал. Вместо этого он медленно поднял руку и указал на другое изображение. В нижнем правом углу происходило то же самое, но гораздо быстрее. Там местный командир не успел отреагировать вовремя, и лекари ещё ходили среди пострадавших. Пока несколько мужчин вдруг не вскочили на ноги.

— Твою мать… — глядя, как его людей рвут на части голыми руками, зло прорычал Горюнов. — И кого я слушаю? Общая тревога!

Последний приказ князь уже произнёс в рацию. Следом посыпались команды и пояснения. Всего десяток упущенных за беседой минут превратился в кровавый кошмар. Как по команде, беженцы из сектора рода Овчинникова срывались с места и бросались на вооружённых дружинников. Без смысла и шанса на победу, а будто бы просто стремясь залить врагов собственной кровью.

— Да быть того не может… — растерянно произнёс Болотов. — Неужели правда?

— Правда-неправда… — проворчал в ответ Пётр Сергеевич. — Это мы потом будем разбираться. Если слова Орлова хоть на сотую часть правдивы, то стоит к ним прислушаться. Мне нужна твоя помощь, Саша. Ещё час и в моём секторе будут десятки тысяч таких вот безумцев. Даже если я приведу в город боевые части, вряд ли сумею их остановить. Всё население погибнет. Мне нужно, чтобы ты перекрыл мой сектор своим куполом.

— Сделаю, — коротко ответил Болотов. Его территория была следующей, но род Болотовых даже близко не располагал таким количеством бойцов, как Горюновы. Выстоять против подобного натиска он бы просто не смог. А дальше шли владения Покровских, у которых вообще за душой ничего не было. — Что ещё?

— Подключай своих архивариусов, — опёршись руками о стол, произнёс Пётр Сергеевич. — Пусть все полки носом перероют, но найдут информацию об этой проклятой безделушке. Я приму удар на себя, но это лишь временная мера. Мы не сможем до бесконечности удерживать всё население сектора Овчинниковых в горящем капкане. Ты представляешь, что о нас скажет Императору после этого?

— О вас с Космачёвым? — деликатно уточнил Болотов.

— Всегда знал, что ты скользкий старикан, — вздохнул князь. — Если хочешь, я создам коридор к твоей площади Основания. Тогда будем на равных.

— Мы и так на равных, Петя, — усмехнулся Александр Игоревич. — Шучу я. Нервное это. Сейчас, сыну наберу, чтобы он всё сделал.

— Сыну? — удивлённо посмотрел на старого друга Горюнов. — А что, теперь Антон глава рода?

— Стар я уже для таких нагрузок, — с кряхтением доставая мобильник, проворчал Болотов и исподлобья зыркнул на своего собеседника. — А ты не болтай лишнего, Петя. Не приветствуется такое у нас.

— Знаю, — хмыкнул в ответ Горюнов. Он хотел сказать ещё что-то весёлое, чтобы разрядить обстановку, но язык примёрз к нёбу. Со стороны сектора великого рода Овчинниковых вдруг взлетели в воздух сотни снарядов, который секундой позже обрушились на приграничный квартал Горюновых.

Дальше события понеслись с какой-то запредельной скоростью. Приграничная зона между секторами всего за час превратилась из места спасения беженцев в арену смертельной битвы. Пока Горюнов удалённо управлял своей дружиной, его гость пытался решить не менее важную проблему и добыть так необходимую в текущей ситуации информацию.

— У Космачёвых что? — когда выдалась минута затишья, быстро спросил Пётр Сергеевич.

— То же самое, — так же быстро ответил Болотов. — Только Стёпа договорился с соседом немного раньше тебя и сейчас они держат барьер. Космачёв в деталях выполняет рекомендации Орлова. Проклятье! Никогда бы не подумал, что пять великих родов будут плясать под дудку какого-то дикого барона!

— Да плевать кто он, Саша, — неожиданно ответил Горюнов. — Если поможет, то я расплачусь сторицей. Есть что-то про артефакт?

— Сейчас… — бегая глазами по тексту на экране своего мобильника и стремительно мрачнея, отозвался Болотов. — Сейчас…

— Поздно уже, — внезапно произнёс Пётр Сергеевич. — Орлов прибыл.

— Что? — растерянно посмотрел на него Александр Игоревич. — Куда прибыл?

Вместо ответа, хозяин кабинета вывел на главный экран картинку с одной из камер на внешней стене Серого города. К полису на полном ходу неслась длинная колонна машин. В передней части автомобили шли в четыре ряда, формируя что-то на подобии навершия грандиозной булавы, которая на всём ходу врезалась в ворота сектора Овчинникова.

— Какого хрена он творит⁈ — резко поднявшись со своего месте, воскликнул Болотов. — Они же умрут все сразу!

За последний час, на собственном горьком опыте, глава великого рода Горюновых узнал о чудовищной силе странной заразы, бушевавшей в секторе его соседа, а теперь и в его собственном. Обычные люди сходили с ума настолько быстро, что ничего нельзя было сделать. Лекари просто не успевали ничем помочь, а потом сами начали массово умирать.

После этого князь дал приказ стрелять на поражение и молча наблюдал за развернувшейся в Сером городе бойней. Он был в своём праве, но легче от этого не становилось. А потом Петру Сергеевичу пришлось отдать приказ начать отстрел своих подданных и членов дружины, потому что иного выбора у него просто не было.

— Не знаю, Саша, — нахмурившись и пристально вглядываясь в экран, ответил Горюнов. — Кажется, этот парень знает, что делает. И знает, кого брать с собой.

На этих словах, князь взял в руки пуль управления визуальной панелью и сильно увеличил головную машину колонны. Тот самый смешной броневик, на котором дикий барон разъезжал по столице. И на крыше этого броневика, совершенно не обращая внимания на тряску и встречный ветер, стояло с раскинутыми руками удивительное создание.

— Ты тоже это видишь? — спросил Пётр Сергеевич и в голосе старого знакомого, впервые за много лет, послышалась откровенная растерянность.

— Вижу, — отчётливо понимая, что его голос звучит точно так же, ответил Болотов. — Но я готов выколоть себе глаза, если это правда.

Стремительно приближающаяся колонна увеличивалась в изображении с камеры и вскоре князья отчётливо видели полыхающие гневом серые глаза высшего дитя кристаллической грани Воздуха. А ещё они увидели барона Орлова, который вылез из люка и начал что-то сердито выговаривать Ассашаре. Но удивительно было не это.

Высшая, предки которой убивали разумных за один косой взгляд, покорно выслушала недовольство безвестного барона и тот принялся доставать из машины всевозможный металлический мусор, который моментально лопался в его руках, как мыльные пузыри у весёлого ребёнка.

— Другую! — когда машины пронеслись мимо и всё заволокло пылью, враз охрипшим голосом, произнёс князь Болотов. — Другую включай, Петя! Что у тебя ещё там рядом есть⁈

В этот момент всю столицу тряхнуло от невероятного по силе взрыва, а когда включилась следующая камера, здоровенный кусок стены вокруг Чёрного города, вместе с основными воротами сектора Овчинниковых, просто перестал существовать.

Колонна барона Орлова даже не замедлилась. Он всё так же подавал странные железки Ассашаре, а та гнала перед дружиной Святослава Ивановича невероятной силы ураган, который просто сносил все встречные машины, вместе с кусками асфальта. Впереди уже показались стены Серого города, но их дикий барон пощадил.

Может потому, что ворота были открыта, а вся стража давно разбежалась. Колонна пронеслась не снижая скорости и ей навстречу хлынули потоки огня. Оказалось, что пожар в сердце Серого города обладал разумом и он отчётливо ощутил угрозу.

— Безумцы… — с каким-то странным восторгом, прошептал Болотов. Молодой барон творил то, на что никто из князей так и не решился. Он прорывался с боем к сердцу проблемы и намерения его были понятны любому стороннему наблюдателю. — Но как идут! Как идут!

Из машин сопровождения вокруг броневика начали сыпаться во все стороны такие же железки. Правда, уже спустя несколько секунд стало понятно, что у этих странных снарядов другой заряд. Пламя встретилось с пламенем, и колонна продолжила двигаться в огненном тоннеле. На некоторое время она полностью пропала из вида наблюдателей, но бой продолжался под покровом огня с не меньшей яростью.

Минута, вторая… Два князя, которые повидали за свою жизнь множество сражений, сидели затаив дыхание и не смели оторвать взгляд от экрана. Разрывались оба мобильных телефона, пытались достучаться до Горюнова его подчинённые через рацию, но пожилые главы великих родов на это не реагировали. Дым стал настолько густым, что за его облаками скрылся весь сектор Серого города графа Овчинникова. Неестественно густым.

— Он не хочет, чтобы мы видели, — сделал вывод Болотов. — Когда тебе служит высшая Ассашара, это вполне возможно.

— Да, плевать, чего он там хочет! — резко ответил Пётр Сергеевич и, пощёлкав пультом управления, сменил спектр видеоизображения.

Князья увидели замершую на границе обширной площади колонну дружины Орлова. Завязался скоротечный бой, в котором собранные по окрестным сёлам силы барона на голову разгромили элитных гвардейцев графа Овчинникова. Сам Орлов не отходил от Ассашары и вскоре стало ясно почему.

Высшая дитя Воздуха взмыла над площадью и огонь вокруг начал задыхаться. Он бился, как раненый зверь, но сила Ассашары была непреклонна. Огонь не может дышать без воздуха. Таковы законы мира, которыми часто пользовались все рунники. Но здесь… Здесь речь шла о каких-то запредельных масштабах силы.

Всё закончилось в один миг. Будто случился объёмный взрыв, источником которого стала Ассашара. Все очаги огня по периметру площади разом погасли, а высшая превратилась в обычную девчонку, которая тихо осела на руки барона. Орлов осторожно передал девушку на руки какому-то громиле в стальных доспехах и целенаправленно пошёл к центру площади.

Вокруг барона тут же выстроилась настоящая крепость из бойцов сопровождения, которые отстреливали всё живое, что хотя бы теоретически могло представлять угрозу для их лидера.

— Куда он идёт? Ты видишь куда он идёт? — нервно произнёс Болотов.

Площадь была пуста, но это оказалась только видимость. Разъярённые Орлов, как какую-то нелепую тряпку, одним жестом сбил высшую иллюзию, за которой скрывалась ставка Овчинникова.

По отряду барона ударил шквал выстрелов, но ни один не попал в цель. Будто само пространство ломалось от ярости молодого аристократа. Он прошёл насквозь через цепь защитников графа и, пока его охрана, как несмышлённых малышей, вырезала гвардию великого рода, Орлов взял за шкирку Фёдора Григорьевича, поставил на колени и хладнокровно пристрелил в затылок.

— Твою мать! — выдохнул Горюнов. — Это даже без разбирательства тянет на смертную казнь! Что он натворил⁈

— Это и была казнь, Петя, — тихо ответил Болотов.

Но это оказался ещё не конец. Барон сорвал с тела мёртвого графа сияющий изумрудным светом амулет и с непонятной яростью растёр его в крошево голыми руками. Глядя при этом прямо в объектив камеры, через которую следили за событиями главы великих родов.

— Это конец, — выключив камеру, чтобы не видеть дикой и непонятной ярости Орлова, произнёс Горюнов. — Малец покойник. Что будем делать, Саша?

— Молиться, — неожиданно ответил князь Болотов и бледно улыбнулся. — Страннику или кому угодно. Император нам точно не поможет, Петя.

— Мы сделали всё необходимое, чтобы предотвратить кризис, — возразил Пётр Сергеевич. — Мы не виноваты, что пацан убил главу высшего рода.

— А если бы он не убил? — резонно ответил Александр Игоревич и в кабинете повисла гнетущая тишина.

Оба понимали, что без помощи Орлова вся столица могла погибнуть в считанные дни. Первым нарушил тишину князь Болотов. Он посмотрел на своего старого приятеля и негромко произнёс:

— А знаешь что, Петя? Удали-ка ты все записи. Оригиналы, копии и копии копий. Вообще все. А я через пару часов отправлю за трупом Фёдора Григорьевича отряд своих людей в лучшей защите, что у меня есть. Завтра в город пребывает судья и нам остаётся только надеяться на то, что у него нет полномочий допрашивать глав великих родов, кроме покойного Овчинникова. И что судья не станет задавать нам вопросы о диком бароне, из-за которого это всё началось.

Московский полис.

Сектор рода Овчинниковых.

Дикая ослепляющая ярость вела меня вперёд. Была только цель и никаких преград между нами. Я прокладывал путь и мир откликался на мою волю. Когда стало понятно, что Овчинников стал рабом своего артефакта, любые мысли о переговорах или компромиссе бесследно испарились.

— Нет! Ваше благородие! Барон, не надо! — где-то на периферии моего сознания слышались знакомые голоса, но никто из спутников не успевал меня остановить, да и не пытался этого сделать.

Я прошёл сквозь охрану предателя одним шагом. Никто из бойцов не успел ничего понять, а потом на них обрушились душаны и Вольные. Мастер двигался параллельным курсом, но даже его скорости не хватало, чтобы за мной угнаться.

Источник творившегося в столице безумия сидел в золотом кресле и глупо улыбался, глядя мне в глаза. Разума в этом существе не осталось. Ещё немного, и физическая оболочка разлетится на части под давлением изумрудной отравы. Но это «немного» могло стоить жизней ещё десяткам тысяч людей.

— Нет! Так нельзя, барон! — снова попытался меня вразумить Мастер, но я уже выдернул марионетку с её трона и потянул спусковой крючок. Командир Святых потрясённо уставился на тело графа Овчинникова и неверяще выдохнул: — Твою ж мать…

Артефакт на груди графа тут же активизировался и попытался подчинить ближайших людей, но я не дал ему этого сделать. Как мерзкую отравленную змею, схватил амулет и, использовав треть всего своего резерва, раскрошил его в пыль. Я приду за вами. Приду за каждым и никакие ловушки меня не остановят!

Неприятное чувство чужого взгляда кольнуло сознание. Я уставился на верхушки ближайших домов в поисках цели, но ощущение так же быстро пропало.

— Уходим! — с отвращением отряхивая ладони, приказал я. — Здесь мы закончили.

— Закончили… — тяжело вздохнул Мастер и удручённо покачал головой. Не лучше него выглядел предводитель душанов. Аслан хмуро смотрел на меня, пока его люди оперативно добивали последних врагов.

Я, не обращая внимания ни на что вокруг, шагал к нашему броневику. Внутри поселилась сосущая пустота. Почему так? Почему амбиции заставляют разумных предавать всё и всех? Зачем власть, если ты на пути к ней уничтожишь весь свой мир?

— По машинам, по машинам!!! — надрывался позади меня Мастер.

— Я с вами, — услышал я голос Аслана, но вопрос был адресован не мне и отвечать я не стал.

Мы эвакуировались так же быстро, как прибыли в полис. Задерживаться вообще не было никакого смысла. Я не мог себе представить ни одного вопроса от других глав великих родов, на который я сейчас мог бы им правдиво ответить.

Я не надеялся на то, что моё появление останется незамеченным. Это была бы полнейшая глупость. Найдутся свидетели, найдутся желающие выслужиться и просто те, кто хочет «помочь». Мой расчёт был в другом.

Сектор рода Овчинниковых был критически повреждён. Во всех смыслах. А значит начнётся передел зон влияния, а может и целых секторов. На этом фоне кто-то наверняка захочет присвоить себе лавры ликвидатора. Кризиса или его источника — для меня не суть важно. Главное, что у меня появлялось время на подготовку. Правда, к чему именно готовиться я пока не решил.

К войне? Это глупо и невозможно. Никто не может воевать против целой Империи. К обороне? Тоже не вариант. При желании, мой купол сравняют с землёй довольно быстро. Не настолько, как думают главы великих родов, но сидеть в обороне вечность я точно не сумею. А ещё ведь остаётся немаловажный фактор вмешательства самого Императора и его ближайших вассалов.

— Не нужно было так, Святослав Иванович, — вырвал меня из тяжёлых размышлений голос бывшего гвардейца. — Овчинников тварь редкостная и все скажут вам спасибо за его казнь. Все, кроме глав великих родов и Императора, для которых нет хуже преступления.

— Мастер прав, ваше благородие, — кивнул Аслан. — Тварь надо было прикончить, но мараться не стоило. Любой из нас мог это сделать. А потом достаточно было провести показательный суд и отдать голову виновника совету. И все были бы довольны.

— Что ты сказал? — повернулся я к Аслану и видавший виды барс вдруг вздрогнул и отвёл взгляд. Сидевший рядом с ним Мастер слегка побледнел, но потом решительно сжал челюсти и подался вперёд.

— Так и надо было сделать, Святослав Иванович, — резко произнёс командир Святых. — Вы единственный представитель своего рода. Проклятье, да вы вообще единственный аристократ, которому я готов служить! Зачем было так глупо подставляться? Как теперь решать вопросы с советом глав великих родов и судьёй?

— Вы бы не смогли к нему подойти даже на пять шагов, — откидываясь на сиденье, спокойно произнёс я. — Вы и на площади смогли находиться только благодаря ей.

В этот момент я кивнул на лежащую без сознания Ульяну. Бугурт от девушки не отходил и даже получил разрешение от Мастера не участвовать в бою и оберегать её. Ассашара и так сделала больше для этой вылазки, чем можно было ожидать. Я бы при всё желании не смог развеять такое мощное облако изумрудной дряни вдали от своего кристалла. А Ульяна не просто справилась — у нас даже несколько зарядов ветра ещё осталось.

— Кстати об этом, ваше благородие. Мы ваши воины, но всё же… — хмуро произнёс Факел. — Я понимаю, что Улька сама согласилась на эту авантюру, но такие нагрузки — это перебор. Человек и умереть может под таким давлением.

— Она не человек, — неожиданно произнёс Мастер. — Поэтому можешь не переживать, Олег.

— Ты знал, — понимающе улыбнувшись, посмотрел я на командира Святых.

— Когда я её нашёл, она уже зарубила троих дружинников великого рода Пескарёвых лезвиями ветра, — коротко ответил Мастер. — В девять лет. Без малейшего обучения или использования каких-либо рун. А это заклинание даже не первого порядка. Вокруг почти ураган поднялся, когда её попытались изнасиловать. У меня было право на трофей, и я его использовал.

— Так она из иного мира? — удивлённо прогудел Бугурт. На громилу эта новость никак не повлияла. Он только сильнее прижал к себе своё сокровище.

— Да из нашего она! — досадливо поморщился командир Святых. — Просто кровь Ассашаров невозможно смешать с другой. Я думал, что у нас получится её инициировать…

— Я помню, — кивнул Олег. — Два месяца потом отрабатывали эти твои мысли, командир.

— Не переломились же! — фыркнул в ответ бывший гвардеец и снова серьёзно посмотрел на меня. — Почему мы не могли подойти, господин барон. Я был не так далеко от вас и ничего не почувствовал. Плюс ваши защитные артефакты. Они работают и это мы проверили в первую очередь.

Вместо ответа, я показал ему свою ладонь, на которой виднелся ожог в виде изображения медальона. Можно было даже угадать очертания сражающихся людей.

— Что ты видишь, Мастер? — подвинув руку ближе к собеседнику, задал вопрос я.

Аслан тут же подался вперёд следом за своим соседом. Глаз барса затянуло кристаллической связью, как в тот день, когда я его впервые увидел. Так душаны обходили сложный аркам магического зрения. Мастер тоже нахмурился и вскоре я увидел, как лица обоих вытягиваются в удивлении.

— Как это возможно? — следя за медленно передвигающимися зелёными огоньками у меня под обожжённой кожей, осторожно спросил Аслан.

— Это печать, — встряхнув ладонью, чтобы унять жгучую боль, ответил я. — Когда любое разумное существо попадает в область действия этой силы, у него нет возможности защититься. От этой энергии вообще нет защиты. В этом её сила и в этом же её слабость.

— Почему? — с каким-то суеверным страхом глядя на меня, спросил Аслан.

— Потому что ей всегда нужен сосуд, — просто ответил я. — Чем больше силы, тем больше ёмкость должна быть у этого сосуда. Но есть одна проблема, которую граф Овчинников не учёл. Или просто не знал о ней. С ростом количества энергии растёт и её власть над сосудом. А ещё одной особенностью этой силы, является то, что…

— Её всегда мало… — выдохнул душан и сделал странный жест рукой, будто что-то отгонял от себя. — Странник защити и укажи путь! Так это правда! Проклятая сила существует!

— Существует, — кивнул я. — И ты даже не представляешь, насколько ты прав, называя её «проклятой», Аслан. Если вам когда-нибудь доведётся столкнуться с подобной энергией, то вот вам мой совет — отдайте ей часть себя, но ни в коем случае не пускайте её к своему дару. Лучше отрубить себе руку, чем стать игрушкой в руках этой дряни.

— А как же тогда Ульяна? — спросил Факел. — Она хрен знает сколько поглотила этой гадости. А вы ещё говорите, что она в безопасности.

— Я говорил о людях, Олег, — устало улыбнулся я. Горячка боя давно прошла и волнами накатывала усталость. Да ещё большая часть моих сил уходила на постоянную борьбу с отравой, которая не прекращала попытки захватить моё тело. — У высших детей Воздуха иные отношения с этой энергией. Думаю, Ульяне будет даже полезна такая встряска.

— А как же механоиды? — быстро спросил Аслан. — У них почти все высшие твари светятся этой зеленью. Мы всегда были уверены, что они служат великому злу и поэтому уничтожают всё на своём пути.

— Механоиды… Это сложный вопрос, Аслан, — чувствуя, как слипаются глаза, замедленно ответил я. Больше всего я не хотел сейчас засыпать, потому что тогда не избежать нового кошмара. Я уже чувствовал, как что-то колышется на дне памяти и эти тени мне очень не нравились. — У них нет иного выбора. Если не вдаваться в детали, то эта раса спроектирована так, чтобы использовать все доступные ей ресурсы. Не их вина, что изумрудная отрава наиболее могущественная сила во всех десяти планах. Некоторые пути весьма витиеваты и никогда не знаешь, у какого порога они закончатся.

— Не дайте ему уснуть, — вдруг прозвучал в салоне удивительно спокойный и уверенный голос. Мне казалось, что секунду назад Ассашара мирно спала на руках у Бугурта, а сейчас я вдруг обнаружил над собой пару серых глаз с искристыми голубыми прожилками. — Факел! Дай кишкодёр! Быстрее!

— Ты отлично справилась, дитя, — погладив девушку по щеке, улыбнулся я. — Я счастлив, что наши пути пересеклись. Воздух благоволит тебе.

— Быстрее!!! — откуда-то издалека донёсся до меня злой крик и по коже хлестнуло холодным ветром. Я падал в темноту, наполненную хищными зелёными тенями. Они кричали от восторга. Они готовы были порвать на части мою суть, но не знали, с кем именно имеют дело.

А потом с небес хлынул огонь. Ощущение было такое, будто мои внутренности вытащили из тела и окунули в котёл с кипящим маслом. Мутные образы тут же растворились в тумане боли, а из глаз хлынули слёзы.

— Держи! — прозвучал прямо у меня над ухом голос Мастера. — Бугурт, помогай! Ну и здоровый, зараза!

— Я двойную порцию ему дал! — испуганно выкрикнул Олег. — Перепутал банки!

— Идиот! — с натугой прорычал командир Святых и я наконец ощутил руки, которые удерживали бойцы моего рода вчетвером.

— Всё! — хрипло произнёс я. В голове кружились ошмётки дурмана, но главный удар был уже позади. Изумрудной погани не удалось затянуть меня на свою территорию, и это уже была почти победа. — Можно отпускать. Я здесь.

— Точно? — навис надо мной Мастер и по его лбу скатилось несколько крупных капель пота. Он некоторое время всматривался в моё лицо, а потом коротко кивнул остальным. — Ну и напугали вы нас, Святослав Иванович!

— Что было? — разминая помятые предплечья, спросил я.

— Да ничего вроде, — пожал плечами бывший гвардеец. — Сначала говорить перестали и по слову в пять минут выдавали. А потом вовсе завалились. Ульяна, как почуяла, подорвалась и к вам. На силу удержали. Думали вы этой печатью себе всё лицо изуродуете или в груди дыру пробьёте.

— Спасибо, — искренне произнёс я. — Без вашей помощи мне было бы гораздо хуже.

— Без нашей помощи… — начал было Олег, но тут же осёкся под тяжёлыми взглядами Ульяны и Мастера. Наверное, только они и Аслан могли увидеть, что именно происходило со мной. И поэтому так резко отреагировали на слова соратника.

— Может и так, — не стал спорить я. Бой на чужой территории всегда сложно предсказать. Этого сражения удалось избежать, но награду свою я уже получил. И теперь точно знал, что нужно будет делать, когда я вернусь в баронство. — Ещё раз спасибо. Всем вам.

Дальше ехали молча. Каждый думал о чём-то своём, но все обрадовались одинаково, когда увидели впереди мерцание купола моего кристалла. Когда колонна пересекла границу, мне показалось, что внутри даже воздух другой. Более чистый и приятный. Бугурт и Олег неосознанно расправили плечи, Ульяна прикрыла глаза и мечтательно улыбнулась, а Мастер с Асланом облегчённо выдохнули.

— Не думал, что когда-нибудь такое скажу про владение имперского аристократа, но я рад, что мы сюда вернулись, — произнёс душан. — Как восстановитесь, я хотел бы с вами поговорить об этой скверне, ваше благородие. Может быть, мой народ сможет вам чем-то помочь в борьбе против этой заразы. Я уверен, что это не последний ваш бой.

— Мы обязательно это обсудим, но не сегодня, — спокойно ответил я. У меня сомнений в том, что эта история будет иметь продолжение, тоже не было. — А сейчас нужно успокоить людей и отменить общую тревогу. Думаю, в ближайшие дни жителям полиса и великим родам будет не до нас.

Мастер нахмурился и отвернулся к окну. Вездеход остановился посреди основного лагеря, и я вышел из него первым. Снова утомительная процедура восстановления, которая на этот раз заняла весь остаток дня. В себя я пришёл только ближе к ночи и с удивлением обнаружил у входа в своё жилище несколько крупных емкостей с едой.

При свете магических символов на стенах, расправился с поздним ужином и сразу направился в заклинательный покой. На этот раз я знал с чем имею дело и тщательно подготовился, поэтому кристалл сумел очистить меня самостоятельно. Правда, пользоваться левой рукой ближайшую пару дней я точно не смогу, а оттиск амулета останется со мной навсегда, но это небольшая цена за уничтоженный источник изумрудной энергии.

В ближайшие часы использовать кристаллическую связь точно не стоило и поэтому я решил заняться тем, что давно откладывал — посещением Железяки. За время моего отсутствия, главный мозг моей личной колонии механоидов успел не только выполнить все поставленный задачи, но и самодеятельность проявил значительную.

Вокруг источника питания вырос неприступный механический лес из нескольких десятков спящих стаутов. На первый взгляд решение было бессмысленным, но это только если не знать особенности накопления энергии этим видом иномирцев. Каждый из дронов-защитников после пробуждения будет нести заряд в несколько раз выше обычного и эта стая могла выдать такую атаку, что мало не покажется даже целой армии.

— Как успехи, Железяка? — подойдя к флегматично щёлкающей окулярами голове металлического червя, спросил я.

— Производственный цикл идёт согласно распорядку, — ответил Железяка. — Ячейки обслуживающих дронов заполнены. Завод стаутов запущен и первые звенья размещены на границах зоны защиты. Возможен запуск дополнительной линии в случае тревоги. Учёт имеющихся ресурсов произведён. Идёт расширение зоны защиты.

— В каком направлении? — тут же уточнил я. Не хватало ещё, чтобы вокруг моего кристалла на поверхности вырос муравейник механоидов. Это я даже своим людям объяснить не смогу.

— В направлении ядра планеты, — охотно пояснил главный механоид. — Есть гипотетическая возможность использования тепла для увеличения энергоэффективности колонии.

— Тебе мало энергии от источника питания? — удивился я.

— Энергию основного источника питания можно будет перенаправить на более ценные задачи, — лаконично ответил червь.

— А с этим что? — кивнул я на оплётку кристалла, которая так и не изменилась со времени моего последнего визита.

— Идёт подготовка деталей, — отозвался Железяка. — Начало ремонтных работ назначено через восемь часов. Предполагаемая продолжительность работ — одиннадцать часов.

— Хорошо, — одобрительно произнёс я и приказал кристаллу создать посреди зала объёмную иллюзию. Сам я этого сделать не мог, но образ из моей памяти передать магическому камню было не сложно. — Сможешь такое сделать?

Главный механоид повернул окуляры в сторону иллюзии и лениво прошёлся по ней лазерным лучом. Потом ещё раз, и ещё, и ещё, пока лучи не слились в один сплошной поток света. Металлические детали на голове Железяки начали издавать какой-то зубодробительный скрежет, на который отреагировали все ближайшие мехи и вскоре к нам уже неслись стауты и складские дроны со всех концов пещеры.

Императорская резиденция «Небесный город»

Баронство Орлова.

Под заклинательным залом.

— Тише-тише! — жестом останавливая несущихся в мою сторону механоидов. Для них я был основой и источником их силы, поэтому напасть на меня или причинить какой-то вред они в принципе не могли. Если только их полностью захватит инородная сила или какой-то запредельной мощи сородич. Но и тогда они скорее всего просто погибнут, а не станут нападать на меня. — Чего ты так разволновался, Железяка?

— Многоцелевой конструкт! — проскрипел-прорычал главный механоид. — Утерянная технология высших цехов. Одна из приоритетных целей восстановления популяции сложных механоидов и экспансии в насыщенные энергией планы. Необходим боковой разрез с деталями. Необходим продольный разрез. Необходим послойный план восстановления.

Последние фразы уже предназначались не мне. Металлический червь стремительно приступил к работе, а его многочисленные подчинённые принялись строить вокруг иллюзии вполне себе реальные стальные леса. Ударили по глазам первый искры сварки, и я решил отойти в сторону, чтобы меня ненароком не придавило какой-нибудь деталью.

Возбуждённо галдящая на своём трещащем наречии толпа мехов возбуждённо носилась вокруг моего воспоминания, стремительно облепляя его стальной плотью. Этот образ пришёл ко мне как раз во время уничтожения накопленного заряда изумрудной энергии. Вернее, не конкретный образ даже, а просто картинка, где на почти бесконечном поле десятки подобных механоидов строят нечто настолько большое, что облака проплывали далеко внизу.

Я уже достаточно давно мучался над проблемой быстрой постройки достаточно крупных объектов, которые были мне жизненно необходимы. Будь у меня в распоряжении полноценный концентратор, я бы мог нанести точечный удар прямо по источнику заразы в Московском полисе, а не лететь туда сломя голову, рискуя своим людьми и собственной шеей.

Одной из самых сильных сторон расы механоидов была их способность за считанные дни создавать неприступные бастионы, в которых даже опытные противники вообще не могли ориентироваться и быстро становились топливом для стремительно растущей колонии иномирцев. А это уже была вторая черта.

Если механоидам удавалось где-то закрепиться, то вскоре их в этом месте становилось настолько много, что игнорировать вторжение было попросту невозможно. Примерно это произошло в Кристальных горах. Вольные долго пытались решить вопрос самостоятельно, но потерпели сокрушительное поражение. Следующим шагом мехов был бы полный захват плацдарма и создание канала передачи собранных ресурсов домой. Туда, где им нужнее всего была любая крошка энергии.

— Недостаточно информации, — в какой-то момент почти агрессивно набросилась на меня голова механического червя. — Нужен другой ракурс. Срочно!

К этому времени я уже разобрался в том, что делали мехи. Чтобы создать полноценную рабочую копию существа из моей памяти, требовался полноразмерный макет. Само собой, что обычная иллюзия не имела схем отдельных эллементов и отдельных узлов. Но именно в этом крылась гениальность структуры всей расы иномирцев.

Каждый узел можно было собрать вообще из любых доступных деталей. Все части были взаимозаменяемы, и каждая имела сразу по десять-двадцать маркеров, которые визуально мог обнаружить другой механоид. Таким образом иномирцы легко чинили самые ценные особи своего вида за счёт менее ценных сородичей или имеющихся в запасах деталей погибших собратьев. Однако, чтобы собрать целую единицу, нужно иметь визуальный образ хотя бы с трёх разных ракурсов. Именно этого требовал Железяка, и я не стал его разочаровывать.

Повинуясь моему приказу, уже отработанная иллюзия сменилась другим образом. Почти десяток однотипных существ на гребне титанического размера стены. Они латали брешь такого размера, будто в стену ударила падающая комета размером с дом.

Железяка замер в экстазе, а его менее мозговитые подчинённые начала активно обмерять образы давно погибших сородичей, чтобы составить единую картинку их восстановления в новой жизни и новом мире. Я был уверен, что обойтись имеющимся запасом запасных частей точно не выйдет, но главный инженер моего маленького завода по производству убийственных машин сумел меня удивить.

— Предварительный обмер закончен, — будто выполнив своё предназначение в этой жизни, торжественно сообщил мне Железяка. — Серийное производство древних машин невозможно. Для этого необходимы мощности высшего цеха.

— Это я и так знал! — недовольно произнёс я. — Ещё до того, как показал тебе этот образ!

— НО!!! — сердито щёлкнув чешуёй, продолжил механоид. — Согласно собранным данным о маркировке деталей, есть возможность создать уникальный образец, который сумеет при необходимости построить высший цех. Или вообще всё, что угодно!

Последняя фраза была произнесена с запредельным механическим восторгом. Будто Железяка говорил о древнем божестве, которое он вот-вот призовёт на землю своими молитвами и трудами. И уж это высшее существо сумеет решить вообще все проблемы, которые имеются в этом бренном мире.

— Это хорошо, — одобрительно произнёс я. Высший цех был хорошей целью, но для начала я бы не отказался от пары десятков таких универсальных строителей, которые могли превратить моё баронство в непреступную крепость всего за месяц. — Приступай.

— Для создания ключевой матрицы сознания необходимо пятьдесят шесть килограммов кристаллической пыли с высоким зарядом положительной направленности, — повернув ко мне все свои окуляры, жалобно произнёс Железяка. — Я могу с текущими запасами деталей воссоздать тело, но оно будет обычной грудой металла без ключевой матрицы. Основная защитная единица этой территории неразделима, но в блоках памяти со склада есть данные о больших месторождениях кристаллической пыли. Эта отработка будет необходима на финальном этапе работ и запуске высшей единицы…

— Да понял я, — доставая из кармана телефон, проворчал я. — Понял! На одну единицу нужно пятьдесят шесть килограммов кристаллической пыли. Так?

— Верно, — совершенно по-человечески, дёрнул окулярами вниз Железяка. Будто кивнул. Или моргнул, что будет более верным.

— Сейчас узнаю… — набрав номер старосты Кристальных гор, вздохнул я. Этот ресурс имел огромную ценность для суперов, но я не сомневался, что предводитель Вольных сможет найти нужное мне количество отработки.

Я на миг замер, катая в голове это новое слово. Именно так, почему-то, хотелось называть тот особенный порошок, которые считали основой будущего кристалла. Легенды на этот счёт ходили самые разные. Кто-то утверждал, что большие и средние кристаллы появляются из такой вот пыли под громадным давлением магических сил. Кто-то доказывал, что истинные средоточия магии рухнули с небес и часть из них раскололась, как защитный панцирь, образовав целые россыпи кристаллической пыли. Но это всё были только домыслы, которые не имели ничего общего с реальностью.

На самом деле, для создания одного единственного кристалла приходилось потратить в сто раз больше магической энергии, чем этот кристалл выработает за всё свою жизнь. Работа шла одновременно в нескольких планах, и энергия собиралась сразу с нескольких миров. Кристаллизация магических потоков в физическую форму блокировала доступ к силе на других планах.

По сути, каждый кристалл был странным гибридом насоса и гвоздя. Он одновременно удерживал пробитые своим энергетическим телом слои реальности от схлопывания, но на это тратил собранную со всех этих планов кристаллическую связь. Излишки выходили в мире людей, который был основной целью сопряжения в далёком прошлом.

Возле каждого кристалла в Российской Империи возникал повышенный магический фон, в то время как в других планах рядом с кристаллами буквально умирало всё живое. Что для одних было великим благом и защитой, для других несло смерть. И эта смерть превращался в мелкое кристаллическое крошево, которые проникало через границу реальности, оседая во всех мирах сразу. Для некоторых иномирцев этот минерал был единственным способом использовать магию.

— Слушаю, — наконец прозвучал из динамика усталый голос старосты Кристальных гор.

— Это барон Орлов, — произнёс я.

— Что нужно, ваше благородие? — не меняя тона, уточнил мой собеседник. Наверное, именно этим мне так нравились Вольные. По сути, им было плевать на мой статус, звание или регалии. Они формировали своё мнение о человеке по совершенно другим критериям, и я этот отбор прошёл по всем статьям.

— Пол тонны кристаллической пыли, — не тратя времени на долгие обсуждения и объяснения, ответил я. Потом прикрыл динамик ладонью и повернулся к главному механоиду. — Железяка, когда ты закончишь сборку опытного образца?

— Через сутки, — ответил механоид. — Сначала в очереди по работам стоит восстановление рабочей оплётки кристалла. Без неё не получится выстроить нужную структуру основы сознания высшей единицы.

— Завтра сможешь прислать? — вернувшись к разговору по телефону, уточнил я.

— Пол тонны точно не смогу, — без колебаний ответил Бугор. — Даже если всех суперов прямо сейчас отправлю на поиски, хорошо если центнер насобирают. У меня в основном посёлке ещё сотня есть. Остальное только из породы выбивать, а это хлопотно и долго. Раза по три перезаряжать ваши амулеты придётся, Святослав Иванович.

— Завтра утром пришли что есть, — принял решение я. — Остальное можно частями. А я вам отправлю ещё десяток артефактных комплексов, чтобы остальных суперов перекрыть. Как в работе они себя показали?

— Это лучшее приобретение нашей общины за всё время её существования, ваше благородие, — честно признался староста. — Ярый даже во сне песни поёт от радости, а не храпит. Да и остальные не лучше. Проблема в том, что врага сейчас нету толком никакого и парни чудить начинают. К работе бы их пристроить, Ярослав Иванович. Слышал, в столице неспокойно сейчас…

— Большие уши у твоих гор, Бугор, — хмыкнул я. — И на такое расстояние слышат, что только удивляться остаётся. Есть определённые сложности у великих родов. Может и на мне это скажется тоже. Если кого-то из своих ребят на повышение квалификации ко мне отправишь, то я против точно не буду. Только смотри, чтобы не в ущерб посёлкам в горах. До вас вряд ли дело у полисных дойдёт в ближайшее время, но совсем исключать возможность атаки тоже не стоит. Многие думают, что вы сейчас ослабли сильно после моего рейда.

— Пусть приходят тогда, кто наживы хочет, — хмыкнул в ответ староста. — Найдём чем встретить и угостить дорогих гостей. Спасибо конечно, но за нас не переживайте, ваше благородие. Мы к такому привычные. Завтра с рассветом ждите гостей на северной границе.

— Договорились, — коротко ответил я и, не прощаясь, прервал звонок. — Слышал?

— Завтра к рассвету опытный образец будет готов, — быстро ответил Железяка. — Провожу ревизию основных блоков и необходимых деталей. Сборочная площадка на стадии подготовки.

Разобравшись с основной задачей этого визита, отправился обратно в заклинательный покой, где трудился до самого рассвета, собирая обещанные старосте артефактные комплексы. Если я хоть что-то понимал в людях, то Бугор пришлёт ко мне своих лучших людей. А лучшие суперы кристальных гор уже снаряжены моими артефактными комплексами. Значит в посёлках останутся простые парни, очищенные их друзьями от изумрудной пакости, но способные запросто потерять контроль в случае критической ситуации. А этого мне бы хотелось вообще в последнюю очередь.

Отчасти, взятый ритм был мне нужен для того, чтобы забить голову текущими задачами и не думать о том, что произойдёт в полисе буквально в ближайшие дни. Визит судьи сам по себе был очень серьёзным событием даже для столицы империи. А убийство обвиняемого, ради которого с летающего острова прибыла важная шишка, могло превратить обычный суд в очень неудобное и глубокое расследование. К которому я был совершенно не готов.

Утро, абсолютно бодрый и сосредоточенный, я встретил на северной границе своего владения. Одного меня Мастер отпускать отказался категорически, навязав мне в спутницы Ульяну. Девушка уже полностью пришла в себя и изучала собственные возможности всем доступными ей способами. Я не мешал, просто иногда подсказывая новые варианты применения кристаллической грани Воздуха.

Ассашара балансировала на стопке из десятка мелких камешков, а я сидел неподалёку и бросал в шаткую опору девушки крупную гальку, выбивая из стопки самые нижние. При этом запретил Ульяне использовать руны для собственной поддержки. За этим странным занятием нас и застали Вольные из Кристальных гор.

Со свойственной им простотой, десять суперов прибыли пешком. Просто в какой-то момент из-за дальнего холма появилась группа парней в обносках, которые бежали к моему куполу на скорости хорошего гоночного автомобиля.

— Ярый, — кивнув уже знакомому предводителю лучших воинов Кристальных гор, поздоровался я. — Кто из вас пойдёт обратно?

— Здравствуйте, ваше благородие. Косой и Бык назад двинут, — кивнув на пару суперов слева, ответил Ярослав. Парни во все глаза смотрели на упражнения Ульяны, но не смели комментировать. Вокруг Ассашары поднялся довольно сильный ветер, который любого другого уже опрокинул бы. — Пыль мы притащили. Говорите, что передать старосте, если надо.

— На словах спасибо передайте, — с улыбкой ответил я, и протянул посыльным простой холщёвый мешок, с упакованными в отдельные свёртки артефактными комплексами. — И вот это ещё отдайте. Бугор знает зачем.

— Хорошо, ваше благородие, — слегка поклонился Косой. С нашей последней встречи, он очень сильно изменился и сейчас выглядел предельно спокойным и собранным. — Всё сделаем.

— И ещё, Святослав Иванович, — привлёк моё внимание Ярый. — Там посёлок по пути видели. Местные снялись с места и к вам идут. Мы там десятка два машин с чернокамнем заметили. Наверное, под купол решили проситься.

— Хорошая новость, — улыбнулся я. В том направлении находилось всего одно достаточно большое поселение, чей глава знал о моей постоянной нужде в минерале. Раз решился поднять людей, значит скоро и другие потянутся. — Спасибо, что предупредил. Отправлю Пирата их встретить.

— Он у вас уже в таком доверии, что других встречать может? — поинтересовался Ярослав.

— Он первый, кто поверил, что под моим куполом можно жить, — просто ответил я. — А первым всегда позволено чуть больше, чем другим. К тому же, кто ещё лучше сможет встретить другого старосту Вольных, чем его старый друг и товарищ.

— И то верно, — кивнул супер. — Бугор сказал, что мы пока у вас на службе будем. Но что делать не сказал. Бой какой-то планируется, ваше благородие?

— Пока сложно сказать, — неопределённо пожал плечами я и, ощутив волну кристаллической энергии со стороны Ульяны, резко обернулся и недовольно произнёс. — Без рун я сказал!

— Да поняла я! — пропыхтела в ответ девушка.

В этот момент мы стояли почти на границе моего купола. В отдалении появилось облако пыли, которое довольно быстро превратилось в пару машин. Сначала я подумал, что это прибыл авангард Вольных, но вскоре стало ясно, что это гораздо менее приятные и долгожданные гости.

Заметив на капоте головной машины знакомый герб, я удивлённо вскинул брови, и жестом приказал суперам разойтись в стороны. Ульяна завершила тренировку, но осталась стоять на большом валуне, контролируя прилегающую территорию.

Машины резко остановились и из передней почти вывалился виконт Овчинников. В руке наследник рода Овчинниковых держал позолоченный пистолет, от которого мощно фонило кристаллической связью. Следом за своим господином неохотно выбрались из машин гвардейцы сопровождения.

— Пошли прочь, оборванцы! — повелительно махнув рукой суперам, процедил виконт, но те даже не пошевелились. Наследник великого рода направился прямиком ко мне. Руки парня добела сжались на рукояти оружия. — Ты, безродный ублюдок! Ответишь мне за всё! Из-за тебя у моего рода начались эти проблемы, и я решу их так, как подобает решать проблемы от бездомных псов.

С этими словами виконт поднял оружие и направил мне его в лоб, а я удивлённо посмотрел сначала на него, а потом на предводителя суперов Кристальных гор, стоявшего в паре шагов от меня.

— Должно быть, это какая-то шутка, господин барон, — предположил Ярый.

Сердце Гор

Кавказский мегаполис

Зал Совета старейшин

Все вокруг меня испуганно замерли. Странно было подобное говорить про суперов, которые всю свою жизнь ходили под руку со смертью и вообще считались безумцами, но это было именно так. Тот ужас, которые внушал жителям империи летающий остров, невозможно было истребить никакой силой. И он отражался в глазах и жестах тех, кто меня окружал и кто считался неподвластным аристократии.

Гвардейцы Овчинникова остановились, будто ожидая моего ответа или того, что я тоже запрыгну в машину и полечу в Московский полис на встречу с неизвестным мне судьёй. Новоявленный глава великого рода обвис у них на руках и перестал дёргаться, а тень возле его дара стала будто слабее.

— Поезжайте-поезжайте, — помахав рукой в воздухе в сторону машин графа, произнёс я. — Не нужно заставлять судью ждать. Великому роду Овчинниковых и так несладко придётся.

— Так это… ваше благородие… — предельно деликатно кашлянул командир гвардии. — Вы своим ходом тогда?

— А меня не звали, — улыбнулся я в ответ и лица суперов вокруг меня закаменели. — Полуобморочные слова молодого графа не в счёт. Если будет официальное приглашение, то может и посещу полис снова. Хотя, если честно, я от столицы уже порядком устал. Лёгкого пути, парни. И виконта не потеряйте. Вернее, уже графа.

— И вам всего хорошего, господин барон, — быстро ответил гвардеец и потащил своего господина к машине. Остальные только ждали команды возвращаться, которую немедленно отдал командир охраны главы великого рода. Позади меня звонко рассмеялась Ульяна.

— Ветер принёс тебе шутку? — хмуро спросил я и девушка тут же смутилась, рассеянно пожав плечами. Вот только это длилось недолго и уже секунду спустя она с вызовом посмотрела на меня.

— Ветер принёс мне правду, — насмешливо ответила Ассашара. — Сказал, что некоторые враги считают, что у одного дикого барона яйца с кулак, чтобы личное приглашение от имперского судьи требовать. А главы великих родов при этом даже сопли самостоятельно вытереть не могут.

— Ехать в полис без прямого вызова — самоубийство, — пропустив основную часть «весёлой» новости, покачал головой я. Откуда Воздух притащил её своей любимой дочери гадать не приходилось. Я отчётливо видел лицо командира охраны графа, который неотрывно смотрел на меня, пока его машина не развернулась. — Как бы не пришлось просить знакомых замолвить за меня словечко, чтобы не встречаться с посланцем летающего острова. По сути, его вызвали не для того, чтобы он разбирался в мелкой суете вокруг полиса.

Я говорил это, но поверить в собственные слова не получалось. Что-то внутри буквально кричало, что времени остаётся всё меньше и меньше, а я даже не тронулся с места. При таком раскладе, дальнейшая судьба баронства была незавидной. А ещё меня беспокоил один важнейший момент, который я просто не мог игнорировать.

— Но в качестве свидетеля он вас обязан вызвать, — озвучила тревожившую меня мысль Ульяна.

— Если других доказательств вины графа будет недостаточно, — вздохнул я и махнул рукой в сторону далёкой базы вооружённых сил моего рода. — Возвращаемся. Работы стало ещё больше, а времени ещё меньше. Ярослав, у вас есть контакты с главами окрестных поселений Вольных?

— А как же, — улыбнулся в ответ предводитель суперов Кристальных гор. После того, как он освоил мой артефактный комплекс, оказалось, что Ярый не такой уж молчун и вообще довольно весёлый парень. — Только они вряд ли станут общаться с имперским аристократом.

— А я не планирую с ними общаться, — сосредоточенно обдумывая возникшую мысль, ответил я. — Я хочу предложить им сделку. Через кого вы держите связь? Мне с Бугром это обсуждать?

— Могу и я всё организовать. Что нужно? — пожав плечами, посмотрел на меня супер. Остальные его подчинённые спокойно шагали следом за нами. Я уже повесил на каждого метку своего кристалла и магический камень гостеприимно встретил новых людей. Вернее, он сделал то, чего суперы никак не ожидали.

Волна чистейшей кристаллической связи вымыла из хранилищ артефактных комплексов всю накопленную энергию с плохим зарядом и заменила её своей. Суперы замерли с блаженными улыбками на лицах и так стояли почти минуту. Я никого не торопил. Иногда было важно насладиться моментом, а для воинов Кристальных гор подобная очистка была сродни тому, как человек двое суток находившийся с крошечной камере, наконец смог выпрямиться в полный рост. С хрустом и сладким стоном.

— Мне нужен чернокамень, — дождавшись, когда на лице Ярого появится осмысленное выражение, произнёс я. — Весь, который они сумеют найти за пару ближайших дней.

— Вряд ли кто-то возьмётся, господин барон, — тут же огорчил меня супер. — Жизнь в пустошах далеко не сахар. Свободных рук всегда не хватает и отправлять кого-то на поиски по доброте душевной никто не станет.

— А кто говорит о доброте? — удивлённо взглянул я на Ярослава. — Я предлагаю сделку и готов платить золотом по весу за каждый килограмм минерала. По рублю за кило.

— По рублю… — растерянно пробормотал кто-то из суперов. — Ярый, мы же только по пути сюда разлом видели. Там тонн двадцать выбрать можно было. Не меньше. А сколько надо чернокамня, Святослав Иванович?

— Весь, что получится найти, — твёрдо ответил я, и на лицах воинов Кристальных гор появилось выражение глубокой задумчивости. — Скажи мне координаты этого разлома и получишь полную оплату за каждый килограмм чернокамня, который там найдут люди Пирата.

— Да не надо нам ничего, Святослав Иванович, — зло зыркнув на подчинённого, произнёс Ярый. — Двадцать километров севернее, под красным холмом. Там когда-то грань была, а теперь только минерал остался. Я скажу Пирату, где именно искать. Но вы подумайте хорошо. Если новость о такой награде прокатится по окрестным землям, вам припрут столько этого барахла, что мало не покажется. А платить придётся за каждый килограмм. Если не вам, то Кристальным горам. Раз я озвучу предложение, то и ответственность на мне.

— Это как раз тот вариант, на который я очень рассчитываю, Ярослав, — честно признался я. — А за оплату не переживай. Продуктами, оружием или деньгами рассчитаюсь сразу после доставки. Только условие старостам озвучь моё сразу. Они должны будут чернокамень внутри купола выгрузить. И каждый грамм пустой породы сгорит при переходе через барьер. Если пустой породы будет много, то огонь превратится во взрыв.

— Вполне разумно, — усмехнулся супер. — Дайте мне десять минут, ваше благородие. Обзвоню знакомых и Бугру сообщу. Может он тоже захочет принять участие в вашем щедром аттракционе.

— Все почему-то думают, что чернокамень это просто безделица, — усаживаясь за руль нашей машины, улыбнулась Ульяна. — Никто ведь даже не подозревает, какая силища за ним скрывается.

— А ты давно такой проницательной стала? — хмыкнул я и девушка весело фыркнула в ответ. Буквально пару недель назад все Святые хором убеждали меня, что я полный псих с этим обменом на чернокамень.

Обратно добрались без происшествий. Суперы спокойно бежали параллельным курсом, хотя мы ехали со скоростью около шестидесяти километров. К моменту нашего прибытия в лагерь, никто из подчинённых Ярого даже не запыхался.

— Уля, где Аслан? — первым делом спросил я. Можно было и самому определить местоположение барса. Но мне очень хотелось узнать, на что способна Ассашара после полного восстановления. Несмотря на насыщенность прошлого дня, за ночь Ульяна, по моим ощущениям, стала даже немного сильнее. А ещё она тоже очень хотела узнать, на что способна.

Рунники Кавказского мегаполиса отличались особым следом в кристаллическом поле. Будто живой кусок настоящего магического камня, который обзавёлся собственной волей и бродил вдали от основного тела. А предводитель этой братии вообще ощущался настоящей глыбой.

Кристалл показал мне, как струи энергии Воздуха несутся по всему лагерю, сталкиваются боками, будто торопящиеся по приказу своего хозяина псы. Ассашара сидела рядом со мной с закрытыми глазами и только иногда шевелила пальцами, будто направляя своих невидимых посланников.

— Главный дом душанов, Святослав Иванович, — открыв глаза, произнесла девушка. — Но вы это и так знаете. Я предупредила его, что вы скоро приведёте к нему учеников.

— Всё настолько очевидно? — усмехнулся я.

— Вовсе нет, — покачала головой Ульяна. — Не думаю, что кто-то вообще задумается о том, что у гордых душанов и дикарей из Кристальных гор один и тот же источник силы. Просто… те люди, что живут у вас во владении достаточно долго, начинают пытаться заглянуть дальше, чем может обычный смертный. И, надо сказать, у некоторых это получается.

— Например? — нахмурился я. Фраза получилась непонятной. То ли намёк, то ли предостережение, а мне не нравились недосказанности.

— Игорь начал стремительно прогрессировать, господин барон, — с небольшой паузой, ответила Ассашара. — Он стремится за мной, и я боюсь, что он разрушит себя.

— Я поговорю с Мастером, чтобы он временно перевёл его к Аслану, — поняв, что именно заботит дитя воздуха, кивнул я. — Думаю, татуировки, как у барсов, пойдут Бугурту к лицу.

— Спасибо, ваше благородие, — совершенно искренне улыбнулась Ульяна.

Я кивнул, вышел из машины и жестом позвал за собой суперов. Их появление на базе не осталось незамеченным. Некоторые душаны уже с интересом рассматривали новичков, но пока до знакомства дело не дошло.

У жителей Кавказского мегаполиса личная сила играла огромное значение в обществе. А после моего похода в Кристальные горы, суперы встали наравне с барсами, что было значительно выше, чем любые графы и князья Российской Империи.

Аслана нашёл точно в указанном месте. За последние дни обитатели базы построили уже небольшой квартал одинаковых щитовых домиков, в одном из которых обосновался предводитель душанов. Ещё один занимал Мастер, к которому я планировал зайти чуть позже.

— Входите, ваше благородие, — едва я постучал, ответил хозяин жилища. Скрываться у себя дома я не собирался, да и чувствительность у Аслана была такая, что он меня заметил ещё на краю базы. — Чем могу помочь?

— Нужно обучить вот этих ребят контролю сырой кристаллической связи, — кивнув на стоящих позади меня суперов, произнёс я.

— Без рун это нереально, — тут же ответил Аслан. — А руны могут наложить только хранители сердца гор. Боюсь, это невозможно, ваше благородие. Учить этих людей без возможности дальнейшей постановки первых рун — пустая трата времени.

— Мы и так неплохо справляемся, Святослав Иванович, — ничуть не обиделся на слова душана Ярослав. — А с вашими артефактами вообще загляденье!

— За руны не волнуйся, — глядя в глаза барсу, твёрдо произнёс я. — Мне нужно, чтобы они научились основам. Если они справятся, то я сам выбью на их коже первую руну истинной речи.

— Как прикажете, господин барон, — чуть поспешно опустил взгляд Аслан, но я успел увидеть в его глазах недоверие и какой-то мистический страх. Возможно, я своими словами нарушил какую-то тайну душанов, но я действительно понимал, как можно совместить силу кристаллической связи с живой плотью. Просто плоть эта должна быть готовой принять такую нагрузку.

— У тебя будет ещё один ученик, — добавил я. — Он подойдёт чуть позже. Мастера видел?

— Он на совете капитанов, — коротко ответил Аслан. Он с новым интересом рассматривал суперов, а те спокойно смотрели в ответ. Возможно, и душан, и суперы считали, что они уже повидали всё на своём веку. И все они ошибались.

— В полисе? — удивился я. Насколько я помнил, бывший гвардеец не планировал покидать пределы владения. Да и в любом случае предупредил бы меня перед этим.

— Нет, рядом с той ямой, где пленных держали, — улыбнулся в ответ Аслан. — Просто у вас на службе уже скоро будет больше капитанов, чем осталось в совете Управления. Я особо не вникал, но во время недавних событий пара капитанов слишком быстро откликнулась на призывы графа Овчинникова. Какой-то богатей или торгаш и старик. В итоге, их отряды погибли полностью. Сейчас в совете осталось всего двое. Если хотите, я уточню у своих людей в полисе.

— Не нужно, — покачал головой я. На самом деле, если я всё правильно помнил, то один из этих двоих вот-вот должен был тоже попроситься ко мне на службу. Итого получалось четверо против одного в Управлении. — Спасибо, Аслан. Если возникнут проблемы — дай мне знать. Для первого этапа высвобождения можете использовать пирамиду над вершиной моего кристалла. Там как раз подходящий фон.

Душан озадаченно уставился на меня, будто пытался понять, кто мне открыл все эти хитрости тайного ритуала, который берегли от всего мира жители гор, но я уже переключился на другую задачу и направился к дому Мастера.

Оказалось, что на собрание не позвали только предводителя душанов. Тень и Дылда занимали места напротив командира Святых, а новички моей дружины сидели сбоку. Бобёр и Струна немного нервничали, но внешне это было почти незаметно. А вот ещё один гость собрания вообще меня крайне удивил. И я даже проверил всю территорию баронства на предмет посторонних.

— Тебе здесь не место, Костя, — угрюмо произнёс Мастер. Я остановился на пороге, с поднятой для стука рукой, но решил задержаться в ожидании колкого ответа.

— Это не тебе решать, Мастер, — неожиданно спокойно ответил Сиятельный и я невольно хмыкнул. Установленная метка и корректировка кристалла сработали просто отлично. — Если барон прикажет, то я просто уйду. Таков наш уговор.

— Что с ним? — чуть подавшись вперёд, озадаченно спросил Илья. — Может это другой человек какой-то? Где грёбаный лысый псих, которого я знал?

— У нас договор с бароном, — сухо ответил Сиятельный. — Я принял условия и, надо сказать, это довольно странно.

— Может, Святослав Иванович нам пояснит, что это значит, — хмыкнул в ответ Мастер. — Входите, господин барон. Не стойте на пороге!

— Поймал, — зайдя в дом, где было всего две комнаты и ванная, улыбнулся я. — Всем привет.

— Что вы с ним сделали, господин барон? — кивнув на бывшего бандита, прямо спросил Тень. — Его не могли заткнуть в Управлении даже ногами. А тут он, как девица из высшего света изъясняется.

— Это временный эффект, — усаживаясь за общий стол, ответил я. — На территории моего баронства и рядом с ним у Сиятельного будет работать своеобразный фильтр восприятия. Он будет видеть мир таким, каким его вижу я. Морально и этически. Та же история с его бойцами. Где они, кстати, Константин?

— Ждут в километре от границы, ваше благородие, — ответил бывший бандит. — Если сигнала не будет в течение часа, то они уйдут.

— Будет сигнал, — спокойно произнёс я. — Только им тоже печать придётся принять.

— Думаю, это будет лучший день в их жизни, — хмыкнул Сиятельный. — Знатно прочищает мозги, надо сказать.

— Это потом, — остановил я Сиятельного и повернулся к командиру Святых. — Нужно, чтобы ты отпустил Бугурта на обучение к Аслану. Возможно, Игорь открыл в себе новые силы. Хочу помочь ему быстрее прогрессировать.

— Без проблем, ваше благородие, — легко согласился Мастер. — Людей сейчас достаточно.

— А почему Аслана не позвали на совет? — вдруг спросил я.

— Позвали, — возразил Тень. — Просто он сказал, что финальное слово всё равно за Мастером будет, а их мнение совпадает.

— О как! — удивлённо воскликнул я. — Неужели смогли договориться?

— Нашли ряд точек соприкосновения, — неохотно ответил командир Святых. — А у вас что нового за сегодня, господин барон?

— Приезжал новый глава рода Овчинниковых, — буднично ответил я и за столом повисла гробовая тишина. — Поговорили о недавних событиях, но потом молодого графа схватили корчи, и он сказал, что его вызывает в столицу имперский судья.

— Прибыл, значит… — помрачнел бывший гвардеец. Он, наверное, лучше всех был знаком с методами работы этих сотрудников служб летающего острова.

— Прибыл, — подтвердил я. — И, судя по словам графа, меня этот господин тоже очень хочет видеть в Московском полисе.

В этот момент Тень закрыл глаза и взялся пальцами за переносицу. Дылда просто заковыристо выругался, а Мастер медленно поднялся и, опёршись руками о стол, злым шёпотом спросил:

— И вы говорите об этом только сейчас? Вы хоть понимаете, что подобный вызов может привести вас на плаху, Святослав Иванович? Что судья может карать любого на своё усмотрение, даже если изначально прибыл для другой цели? Что от его призыва невозможно скрыться в этом мире и вы просто обязаны явиться, если его услышите!

— Так это полностью меняет дело! — светски улыбнулся я и все в помещение посмотрели на меня, как на полного безумца. — Я как раз хотел с вами обсудить одно дело.

— Такое ощущение, что вы поставили Сиятельному свои мозги, а себе забрали тот мусор, что был в его черепушке, Святослав Иванович, — первым нарушил тишину командир Полуночников. — Я первый раз в своей жизни вижу человека, который радуется тому, что его вызвал к себе имперский судья.

— Радоваться подобному никто не станет, Илья, — хмыкнул я в ответ. — Люди радуются возможностям, на которые другие иногда просто не обращают внимание. Мастер, ты мне лучше расскажи, почему нового главу великого рода Овчинниковых разбили корчи, как припадочного проповедника, как только он услышал глас судьи?

— А вы что? — озадаченно посмотрел на меня командир Святых. — Разве ничего не почувствовали?

— А должен был? — задал я встречный вопрос, и мы дружно задумались над сложностью текущей ситуации. Если вдуматься, то я должен был лежать рядом с графом и напряжённо пускать слюни из-за прямого контакта с судьёй. А раз этого не произошло, то вопросов со стороны представителя официальных властей становилось сильно больше, чем к несчастному существу, которое сменило на посту главы рода Фёдора Григорьевича.

— Обязан, — уверенно ответил бывший гвардеец Императора. — Фамилию же вам присвоили. И кристалл в реестр внесён по всем правилам. Значит связь с летающим островом тоже должна была образоваться. Может не окрепла просто ещё…

— Понял, — кивнул я. — Можешь не продолжать.

Если всё действительно так, то у меня могли быть большие проблемы. Не хотелось верить, что Императора имеет какое-то отношение к проклятой изумрудной силе и падшим, но это был самый логичный вариант из всех возможных. К моему огромному сожалению, правители и носители большой силы чаще других становились жертвами грандиозного обмана, который когда-то придумал один безумец.

— Так что за возможности, господин барон? — неожиданно вернулся к прошлой теме Илья. — Просто, когда речь идёт о судье, обычно имеются в виду возможности положить голову на плаху, или немного пострадать перед этим в застенках палача.

— Другой мир, — неожиданно произнёс Сиятельный. — Всё ведь очевидно, Илья. Это единственный вариант, при котором вызов судьи не сможет добраться до Святослава Ивановича. Вопрос в том, как можно попасть в иное измерение не покидая баронство.

— А ты с каких пор такой умный стал? — недовольно нахмурился Тень. — Вообще-то, это моя обязанность приходить на подобные встречи и лениво делиться ценными мыслями или тайной информацией.

— Блуждающая грань? — не обратив внимания на слова Ильи, посмотрел на меня Мастер.

— Блуждающая грань, — кивнул я. — На данный момент купол будет блокировать любые попытки подобного удалённого контроля, но это просто способ оттянуть время. Если прямо сейчас судья пытается добраться до меня, то может и пробьётся. Поэтому готовьте людей. Предупредите Аслана, что скоро мне понадобятся артефакты его народа.

Говорить о том, что ещё в первые дни выжег раскалённой кристаллической связью из своего тела любой намёк на изумрудную погань, я не стал. Для обычных скаутов эта информация была не нужна, а у Мастера могла только вызвать дополнительные вопросы. Если Мастер провёл на летающем острове не один год, то должен знать наверняка, что от этой заразы крайне сложно избавиться. Наверное, это была ещё одна причина того, почему бунты происходили крайне редко. Их просто некому было возглавить.

Но при этом я точно знал, что иногда подобные инциденты всё же случались. Что это было тогда? Показательная казнь? Почему Тень рассказывал недавно о том, что кто-то выкрал из купола дикого барона и казнил без уничтожения кристалла? К чему такие сложности, если можно просто за десятки километров заставить мятежного владетеля беспомощно биться на земле?

— Маловато людей, Святослав Иванович, — хмуро произнёс командир Святых. — Даже с учётом душанов и их игрушек, могут возникнуть проблемы и будут трупы.

— С нами ещё дюжина суперов будет, — возразил я. — И про Ульяну не забывай.

— Стоит ли такого риска, ваше благородие? — упрямо набычился Мастер. — Вы ведь не просто денёк за порогом решили постоять. Мы на штурм пойдём?

— Мне нужны новые детали, — невозмутимо ответил я. — Много деталей.

— А старые что? — удивлённо спросил Аркадий. — Мы же из Кристальных гор целый караван притащили!

— А старые уже использовали по большей части, — не особенно вдаваясь в подробности, ответил я. — Да и там много однообразного было. Я согласен что риск высокий. Поэтому людьми рисковать не будем. Впереди пойдут механоиды.

Уже в третий раз с момента моего появления на собрании люди замолчали. Кто-то просто ждал продолжения, кто-то уже строил теории, а кто-то считал, что знает больше других. Мастер чуть прищурился и замедленно кивнул. Остальные тоже спорить не стали.

— Ну вот и замечательно, — довольно улыбнулся я. — Сбор через два часа на стоянке. Потом бросок до блуждающей грани, а дальше, как пойдёт.

— Отличный план, — тяжело вздохнул Тень. — Надёжный, как…

— Как всегда у барона, — хлопнув командира Полуночников по спине, хохотнул Дылда. — Всё, я погнал собираться. А то ещё в карауле оставят!

— В карауле остаются Бобёр и Струна, — взглянув на Вольных, произнёс Мастер. — На вас патруль основной базы и дозоры вдоль границ. Ждите гонца из полиса.

— Мне за своими парнями надо сходить, Мастер, — напомнил Сиятельный. — Мы в полном снаряжении, если барон успеет печати поставить, то хотели бы с вами идти.

— Я бы вас впереди погнал, даже если бы вы не хотели, — проворчал в ответ командир Святых. — Илья, подбрось нашего нового соратника до границы владения. Заодно оценишь состав и снаряжение Близких. Час у тебя есть.

— Понял, — поднимаясь, коротко ответил командир Полуночников. — Если откажутся принимать метки, убить?

— Да, — без колебаний ответил Мастер.

— Со мной пришли только те, кто готов менять жизнь, — сухо произнёс Сиятельный. — Проблем не будет.

— Это ты потом поселковым рассказывай, когда их девок со вскрытыми глотками находить в полях начнут, — неожиданно зло ответил командир Святых.

— Не было такого! — жестко ответил Сиятельный и тоже поднялся из-за стола. — Странником клянусь, не было за моим отрядом ничего такого. Не мы их порезали. Да, перегнули тогда парни, но живы все остались. И насилия даже не было.

— Вы про что? — нейтрально поинтересовался я, и спор моментально затих.

— Ситуация, из-за которой мой отряд из Управления попёрли, — угрюмо ответил Сиятельный. — На нас тогда пять трупов повесили и всех собак. А мы ни сном, ни духом.

— Он не врёт, — спокойно произнёс я, и на лицах скаутов одновременно появилось недоверчивое выражение. — Печать не даст ему соврать в моём присутствии. Либо он просто не знает о том, что случилось на самом деле.

— Я там был, ваше благородие, — развернулся ко мне Сиятельный. — И девки те ушли к себе в деревню. С деньгами и подарками.

— По пути обсудите, — посмотрев на Илью, произнёс я, и тот понятливо кивнул. — Пойду-ка я тоже, а то ещё готовиться надо к вылазке.

Что именно я буду готовить уточнять не стал, но меня провожали очень любопытными взглядами. Думаю, Железяка будет рад расширению списка своих задач. Я быстро посмотрел на часы на экране телефона и чуть прибавил шаг. Неизвестно насколько мы уйдём и стоило подготовиться к варианту длительной вылазки.

— Олег!!! — оглушительно тарабаня кулаком в дверь дома артефактора, выкрикнул я. — Открывай! Дело есть!

Мне пришлось повторить этот призыв трижды, прежде чем на пороге появился растрёпанный Факел. Он, как и почти всё своё свободное время, работал за артефактным столом и явно сейчас был не рад моему визиту.

— Будешь главным на стройке во время моего отсутствия, — не тратя времени на долгие предисловия, обрадовал я Олега.

Лицо парня вытянулось, он даже жалостливо обернулся на лестницу в подвал, но потом всё же взял себя в руки и мужественно произнёс:

— Что надо будет строить, Святослав Иванович?

— Тебе понравится, — бодро ответил я. — Скоро люди Пирата начну привозить чернокамень. Будешь следить за выгрузкой. Отсыпать второй и третий слой на кольце вокруг кристалла.

— Как я буду отсыпать третий, если там даже второго ещё нет? — не понял Олег. Он уже морально был готов плавить минерал своими силами, но всё же решил уточнить детали.

— У тебя будет помощник, — улыбнулся я. — Подготовь самое мощное зелье иллюзии, что у тебя есть. Я постараюсь закрыть стройку дополнительными визуальными щитами, но лучше иметь запасной план. Контроль у тебя будет через артефакт механоидов, поэтому сможешь поэкспериментировать. Но в структуру постройки не лезь. Понял?

— Всё понял, ваше благородие! — вытянулся передо мной Факел. Куда только делось его недовольство от прерванной работы. — Всё услышал! Куда идти? Где принимать стройотряд?

— К кристаллу иди, — хлопнул я по плечу артефактора. — Туда твоего напарника приведу. И зелье иллюзии не забудь. Пара литров точно понадобится.

— А-ха-ха!!! — рассмеялся Олег. — Пара литров! Ну вы скажете тоже, господин барон! Это же шутка? Святослав Иванович! Шутка же, да⁈

Я уже двигался дальше. В последнее время у меня складывалось стойкое впечатление, что я всё время куда-то бегу. Только вчера вернулись из полиса и уже снова куда-то несусь. Где заслуженный отдых? Где всё то, что представляют себе обычные жители Империи, когда с завистью говорят об аристократах?

Мысль додумывал, уже бегом спускаясь в складской комплекс. По пути выдал ряд указаний Михалычу и велел ему начинать тотальную распродажу. Подводить Ярослава я не собирался, но при этом понимал, что живых денег у меня не так и много. Вряд ли обитателей пустошей заинтересует редкое иномирное барахло. Вольные были народом более прагматичным.

— Суперы заходили? — напоследок уточнил я. — Где пыль?

— Мешки у тупика стоят, ваше благородие, — ответил завхоз. — Клоп пытался их куда-то спереть, но я запретил. Потому что он толком не смог объяснить, куда именно хочет разместить мешки.

— Правильно сделал, — кивнул я. — Сам отнесу. Спасибо!

Шестьдесят килограммов кристаллического крошева не такой большой груз, но я отчётливо ощущал, что мешки с каждым шагом становятся тяжелее. Я не мог использовать этот объём для усиления своего кристалла, но магический камень всё равно тянулся к родственным структурам и пытался наполнить их своей энергией. Пришлось изолировать, иначе бы я до Железяки свою ношу не дотащил.

— Принимай недостающий материал! — войдя в подземный зал, громко произнёс я, да так и замер.

Посреди зала стоял здоровенный механоид, со странным плоским днищем и массой самых разных манипуляторов. Каждый служил для конкретной цели и именно это разнообразие делало этих мехов настолько универсальными.

Ко мне тут же подскочили малые обслуживающие дроны, которые принялись осматривать пыль в мешках и сортировать её для разных задач. Что-то нужно было нанести в качестве напыления, а что-то использоваться как абразив. Более крупные частицу шли на сложные энергетические цепи, а совсем невидимая пыль оседала на стенках элементов питания для увеличения их ёмкости.

В эту работу вмешиваться точно не стоило, поэтому я сразу пошёл смотреть на другой завершённый труд колонии мехов. Раз Железяка приступил к сборке строительного меха высшего порядка, то с оплёткой уже должен был закончить. И это был как раз тот случай, когда приоритеты были расставлены правильно.

— Остался последний блок, — когда я оказался рядом с почти восстановленной оплёткой вокруг нижней части моего кристалла, сообщил Железяка. — Вторая и третья очередь перенаправлены на выполнение следующих задач. Текущий список первоочередных задач реализован на тридцать процентов быстрее за счёт оптимизации процессов и логистики малых единиц.

— Так и скажи, что просто хотел побыстрее собрать высшего строителя и заставил всех носиться сломя голову! — фыркнул я.

— Последний элемент готов, — выждав примерно минуту, но так и не прокомментировав мои слова, сообщил Железяка. — Активация контура…

— Погоди-погоди! — выхватив из манипуляторов проносящегося мимо дрона длинный металлический стержень последнего блока, произнёс я. — Ты вот просто решил это всё активировать и всё?

— Иных вариантов не предусмотрено, — немного подумав, ответил стальной червь. — Система поддержки высокой мощности работает или не работает. Вариант ошибки при сборке исключён. До установки допускаются только полностью исправные комплексы поддержки.

— Ну ладно, — с сомнением ответил я. — Тогда сам попробую.

С делом мои слова разошлись не сильно и уже через пару секунд я установил в гнёзда решётки последний стержень. Вся конструкция тут же загудела, и по узлам пробежало голубое пламя. На этом все видимые эффекты прекратились, но зато пришла мощная волна информации от моего кристалла.

Теперь он мог выдерживать нагрузку на тридцать процентов выше без риска перегрева или деформации отдельных кристаллических ячеек. Разовый импульс и без того был мощным, а теперь увеличился в полтора раза и мог работать по малой площади с минимальными потерями.

Механоиды создали что-то вроде мощной системы отвода тепла у современной техники. Только здесь отводилась магическая энергия и ещё десяток других излучений. Жаль, что проверить работу этой штуки на полной мощности я всё равно не смогу до того, как будет собран базовый концентратор.

— Отличная работа, — тем не менее, одобрительно произнёс я. — Строительный модуль уже готов принять инструкции?

— Сборка ядра будет завершена через полтора стандартных часа, — отозвался Железяка. — необходимые инструкции можно разместить в блоке управления и контроля. Его мы уже собрали.

Мне в руки ткнулось что-то холодное. Миниатюрный дрон притащил здоровенную панель управления с двумя десятками тумблеров, кнопок и рычагов. На внешней стороне имелась специальная конструкция для работы с кристаллической связью, и я внёс все необходимые инструкции прямо в устройство.

— Сколько у тебя стаутов дальнего действия? — предварительно велев передать блок управления Олегу, спросил я у главного меха.

— Дроны класса стаут не приспособлены для дальних маршей, — ответил Железяка.

— А сколько пауков могут работать автономно больше суток? — вздохнув, уточнил я.

— Сто восемьдесят три единицы, — немедленно ответил механоид.

— Готовь их всех к погрузке, — приказал я. — До точки активации повезём обычным транспортом, а там мне нужен для них блок управления.

В итоге, подготовка к рейду заняла чуть больше времени, чем я планировал изначально, но в этот раз мой отряд действительно был готов практически к любой неожиданности. Фура с артефактами душанов, полный состав горцев, четыре отряда скаутов, суперы Кристальных гор, ассашара воздушного племени и три полных грузовика со спящими боевыми дронами.

Со стороны подобное подразделение выглядело крайне внушительно и могло вызвать вопросы у любого, кто его видел. В обычной ситуации столько сил привлекали только для защиты владения от прямого нападения.

— Разгружаемся! — когда мы добрались до врат в блуждающую грань, приказал я. Второй визит на территорию механоидов решил провести по всем правилам. Тот фокус моего кристалла, что установил перед поездкой в полис, чуть изменил и превратил в оружие, которое можно использовать в случае крайней необходимости.

Когда перед вратами выложили всех стаутов, я активировал механоидов и те начали исчезать в переходе волна за волной. Следом пошёл я со Святыми, а потом уже все остальные. Но на другой стороне оказались почти одновременно. Вернее, скауты и душаны пришли позже, а мы всё это время стояли на месте и пытались понять, что происходит.

— Я не понял… — произнёс наконец Аслан. — А это что вообще такое?

Этот вопрос от вечно спокойного и всезнающего душана был фактическим отражением общего состояния нашего отряда. Каждый из бойцов под моим руководством был полностью заряжен на серьёзный бой и теперь мы просто не знали, что нам делать.

В прошлый наш визит едва получилось спастись от разбушевавшегося механического червя. Общее количество охраны в блуждающей грани не шло в сравнение с Зерном в Кристальных горах. Рядом с суперами всего лишь созрел невероятно мощный источник питания, который позволил мехам перейти к следующему этапу экспансии. Вот только механоиды в пространственной складке на территории моего баронства миновали этот этап давным-давно. И пошли дальше.

Однако, куда они пошли, пока оставалось загадкой. Стауты производства Железяки деловито разбредались по совершенно пустой пещере, пол и стены которой всё ещё носили следы недавнего пребывания здесь огромного количества иномирцев.

Пятна смазки, вскрытые норы механических червей и тёмные фигуры на камнях в тех местах, где долгое время стояли мобильные цеха механоидов. Однако, ни их самих, ни многочисленной защиты, которая в прошлый раз почти добралась до незваных гостей, мы не увидели. Зато отчётливо был виден очень большой ожог по центру бесконечного зала. Ровно в том месте, где не так давно стоял местный элемент питания. Скорее всего, именно эта подпалина и стала причиной вопроса главного барса.

— Боя не было, — внимательно осмотрев ту часть пещеры, что была прямо перед нами, уверенно произнёс Мастер. — Но я ни разу не видел, чтобы мехи просто снялись и ушли куда-то. В этой пещере даже кристаллический фон не обнулён до конца, а значит эти скупердяи не могли уйти все до последнего.

— Если только им не приказали уйти, — глядя почти в противоположную сторону, произнёс я. — У механоидов есть конкретные задачи в каждой точке их местонахождения. Чаще всего это действительно сбор ресурсов, но есть и другие. Если они достигли поставленной цели в этой зоне, то вполне могли перейти к следующей.

— Иногда мне кажется, что в прошлой жизни вы были механоидом, Святослав Иванович, — вздохнул Мастер, а на лицах остальных капитанов появились понимающие улыбки. — У вас даже голос и манера говорить меняется, когда речь заходит об этой расе.

— Не так давно ты говорил, что я был ифром, — хмыкнул я в ответ. Наверное, подобное сравнение с иномирцами кто-то мог принять за оскорбление, но только не я.

— А я считаю, что его благородие был воздушником, — вставила своё слово Ульяна. — Тут у каждого своё мнение.

— В любом случае, они просто не могли покинуть это место, — уверенно произнёс душан. — Грани тем и отличаются от полноценных переходов, что из них нет выхода на другие планы. Максимум — мехи могли найти слабую зону у перехода в другую грань и расширить свою территорию. Но с таким даже на Урале сталкивались всего пару раз. Здесь никого…

Конец фразы Аслана потонул в стальном грохоте. С потолка пещеры обрушился град обломков, в котором часто мелькали стальные искры. Стауты Железяки тут же прыснули в разные стороны и почти в ту же секунду открыли шквальный огонь. В полутьме грандиозной пещеры сверкнули красные, синие и зеленые сполохи энергии.

Я инстинктивно закрылся бронёй кристаллической связи и бросил в сторону камнепада три простейших руны. Раасар — максимальное ускорение всех объектов в зоне действия руны. Пур — увеличение температуры до предельных значений каменной породы. И Азат — притяжение подобного к подобному.

На деле всё выглядело довольно просто, но энергии подобная связка жрала просто невероятно много. Добиться подобного эффекта можно было всего одним арканом из трёх рун, и затраты были бы меньше вдвое. Но так мог сделать только рунник третьего ранга. Это знание причиняло мне боль, но сейчас сражаться эффективнее я просто не мог.

Искуственная лавина моментально превратилась в смертельную ловушку для тех, кто воспользовался ею, как лифтом. Примерно на середине расстояния между полом и потолком, поток камней, щебня и боевых дронов ускорялся в несколько раз. Невидимая линза превращала камень в расплавленную массу, а руна подобия тянула в эту массу вражеских механоидов.

В итоге, на полу пещеры быстро образовалась смертельная ловушка. Вместо того, чтобы быстро разбежаться в разные стороны, мехи вязли в лаве, а тех, кто использовал для работы кристаллическую грань Огня, расстреливали мои стауты.

— Как это? — растерянно произнесла Ульяна и опустила руку, в которой уже разгоралась структура воздушных лезвий. — Это же невозможно для рунника первого ранга!

— Как видишь, это неправда, — чуть улыбнулся я.

— Вы вообще не показатель, Святослав Иванович, — невозмутимо произнёс Мастер. — Я знаю всего пару рунников выше третьего ранга, которые могут создавать структуры с такой же скоростью и плотностью, как вы. А с таким объёмом вообще мало кто способен работать на земле.

Последняя оговорка была сделала бывшим гвардейцем специально. Судя по всему, разница в уровне силы между обычными аристократами и жителями летающего острова была настолько большой, что её невозможно было представить обычному смертному. Ещё один повод не встречаться с подобными существами в прямом бою.

Как бы мне не хотелось представлять себя сильным и могучим воином, но я трезво оценивал свои силы. В схватке с опытным рунником третьего ранга у меня шансов было не так много, если не прибегать к таким вот хитростям.

— Это не основная колония, — сообщила Ульяна. Вокруг девушки кружились потоки воздуха, которые несли ей информацию не только от горящих мехов, но и со всех концов необъятной пещеры. — Что-то вроде засадного полка на случай появления незваных гостей. Эта мелкота должна была собрать энергию и догнать основные силы. Или спать здесь вечно.

— Попробуй найти след, Ульяна, — уже не обращая внимания на затихающий камнепад, попросил я и направился вниз по знакомой тропе. — Что-то объёмное. Возможно, в неожиданном месте.

В прошлый раз это место было до предела наполнено спящими мехами. Здесь шла непрерывная работа, по известному только иномирцам плану. Они точно знали, что мы вернёмся. Может погибший червь успел что-то передать, а может просто аналитический центр этой колонии принял решение обезопасить основные силы от повторного удара.

В любом случае, плакали мои расчёты на дармовые запчасти и кратное увеличение высших строительных дронов. Механоиды сделали свой ход, и он оказался до того неожиданным, что я немного растерялся. Все ухищрения, вроде блокираторов душанов и полностью снаряжённых суперов, просто не имели смысла. Потому что враг испарился в неизвестном направлении и теперь ещё надо было его найти, чтобы превратить враждебных иномирцев в полезные запчасти.

Наверняка можно было сказать только две вещи. Мехи не пойдут через Пустоту, потому что там потеряет бесценную энергию большая часть младших особей из сопровождения. Вторая же вещь была более очевидной — обитатели блуждающей грани могли отправиться куда-угодно, кроме плана морерождённых. Ещё в прошлый раз я обратил внимание, что ни одной пригодной для подобных условий модификации на охранных дронах не было.

— Нашла! — спустя бесконечные десять минут, неуверенно сообщила Ульяна. Учитывая, что Воздух приносил ей данные почти мгновенно, мне трудно было представить, в какие дебри пришлось забраться Ассашаре, чтобы выполнить мой приказ. — Только не знаю, как мы туда будем забираться. Переход не вижу, но там что-то вроде сети тоннелей начинается.

Девушка смотрела на потолок. В том месте, откуда началось разрушение, виднелся ничем не отличающийся от других кусок скалы с неровно раскиданными дырами. Но я не верил, что дитя Воздуха ошиблась. Слишком это было похоже на удивительную способность мехов использовать даже самые заурядные вещи против своих врагов.

Поэтому решил действовать наверняка. Подошёл к ближайшей паре стаутов, поставив их между собой и остальным отрядом.

— Минуту внимания! — громко произнёс я. — У нас возникла проблема. Преследовать противника в текущих условиях может быть крайне сложно. Мы можем подняться десятком разных способов, но там нас могут ждать десятки километров тоннелей, идущих в самых неожиданных направлениях. Аслан, выдели охрану для артефактов. Возьмём с собой три самых мощных. Остальные надо вернуть на территорию моего баронства.

— Какой направленности артефакты оставить, Святослав Иванович? — уточнил душан.

— Два атакующих и один блок, — не задумываясь, ответил я.

— У нас есть снасти для восхождения, ваше благородие, — предложил Сиятельный. — Мы с парнями можем возглавить подъём.

— Вы и так возглавите, — невозмутимо ответил я. — Но ждать час, пока мы залезем наверх по верёвкам — это слишком. Нас девяносто человек. Десять остаётся на охране артефактов душанов. Остальные ловят стаутов.

— Зачем? — озадаченно спросил Аркадий. — Они будут убегать?

— Не будут, — улыбнулся я. — Но какую-то мотивацию я вам должен был придумать? Как только у вас рядом два дрона, нажимаете здесь и вот здесь на корпусе. В открывшиеся слоты нужно поставить ведущую пару манипуляторов второго меха. На них обычно навесное оружие. Ну и вот…

Проделав все необходимые манипуляции, я услышал громкий щелчок два стальных паука превратились в одно целое. Лишние конечности двух иномирцев поднялись вверх, создав что-то вроде спинки седла над задним дроном и пары рукоятей над передним.

Все члены моего отряда следили за моими манипуляциями с такими лицами, будто я прямо у них на глазах предавал Империю, Императора и всё человечество вместе взятое. И всё ради какой-то ерунды вроде бесплатного завтрака. Правда, всё это выглядело так только до того момента, как я сел на своего стального коня.

Два шестидесяти килограммовых механоида превратились в довольно странное транспортное средство, способное нести на себе человека в полном снаряжении без особых усилий и практически по любой поверхности.

Качнув «рукояти управления» вперёд, двинул стаута к ближайшей стене и легко поднялся метров на пять по вертикали. Секунду внизу стояла удивлённая тишина, а потом началась такая суматоха, что мне оставалось только удивляться.

Святые, Полуночники и душаны разбегались в попытке как можно быстрее поймать пару дронов и повторить все мои действия. Всего отряду потребовалось минут пятнадцать, после чего мы дружно рванули вверх по стене к замеченным Ульяной тоннелям под потолком.

— Кавалерия! — донёсся до меня весёлый голос Ассашары. Он прозвучал прямо возле моего уха, будто Ульяна почти касалась его губами. Вот только это было не так.

Я быстро обернулся, но девушка ехала одной из последних. Специально. Она нарезала круги по пустым стенам, иногда даже повисая вниз головой и явно наслаждаясь ситуацией.

— Уж не знаю, как вы себе это представляете, Святослав Иванович, но со стороны ваши скакуны просто прекрасны, — легко используя воздушные волны для связи, сообщила Ульяна и следом передо мной развернулся образ ползущей по стене сотни механических существ с вооружёнными всадниками на спинах. И в то же мгновение я ощутил, как начинаю проваливаться в омут воспоминаний.

Связь с реальностью оказалась настолько зыбкой, что ухватиться за неё не вышло. Мир вокруг потускнел, а многочисленные каменные норы впереди начали размываться, как ямки в пребрежном песке после отлива.

— Нет… — пытаясь удержаться и вернуться в реальность, сжал зубы я. — Только не сейчас! Только…

Темнота. Тысяча путей, которые ведут к одной цели. Бесконечный стальной шелест за спиной. Я не знаю, сколько существ издают эти звуки. Их настолько много, что привычные цифры теряют смысл.

Пустота. Неприятная, сосущая боль в груди от осознания цены, которую пришлось заплатить за призрачный шанс. Разницы между мной и падшими не осталось. Я сделал свой выбор и количество путей вокруг меня резко уменьшилось. Но цель осталась прежней.

Боль. От старых шрамов привычная и тягучая, как давний и неприятный разговор. И новая боль — яркая и всеобъемлющая. Она заставляла меня кричать по ночам и пытаться вернуться к своему привычному телу. К тому, чего больше не было и не будет уже никогда.

Повороты в темноте сменяли друг друга. Где-то впереди ощущалось биение силы врага. На этот раз всё было иначе. На этот раз я подготовил ловушку и ждал, когда добыча клюнет на приманку. За это время погибло столько разумных на разных планах, что полотно дорог оскудело вдвое, но я сделал свой выбор и просто смотрел, как гибнут целые цивилизации.

Грандиозное подводное царство Ассетиридов. Величайшая культура морерождённых, скатившаяся до племен каннибалов и охотников на иномирное мясо. Пепелища на месте огненных садов цивилизации ифров. Рассыпающиеся воздушные замки Ассашаров…

Шествие падших уничтожало всё самое удивительное в любом из миров, где они оказывались. И я ничего не мог сделать. Все попытки догнать заканчивались одинаково. И тогда я просто перестал бежать. Вместо бессмысленной гонки я создал нечто, что неизбежно привлечёт внимание моих врагов. Если не сейчас, то через десять или сто лет, но они не сумеют пройти мимо.

Мой расчёт оказался верным. Сотканное из энергии целого мира ядро показалось падшим достойной добычей, и они явились за ним.

Поворот, поворот, поворот… Впереди виднеется гнилостно-зелёное свечение. Стало лучше видно стальные стены искусственной структуры, по внешним каналам которой сейчас двигались сотни тысяч одинаковых существ с одинаковой целью.

— Твоя глупость не знает границ! — раскатился по бесконечным коридорам хохот десятка голосов. — Только ты мог попытаться остановить нас таким нелепым способом. Сопряжение уже идёт, глупец! И ты только ускорил приближение великого момента нашего торжества! Ты стал одной из причин, почему это вообще стало возможно!

Нет смысла отвечать. Всё давно решено. Бесконечный извилистый коридор вдруг заканчивается пропастью, заполненной изумрудным сиянием. Девять теней размером с целый мир каждая. Они стоят над громадным шаром нейтральной энергии и этот шар тает прямо на глазах.

Я падаю в облаке стальных искр. Как из пор фантастического фрукта, из каждой норы вылетели десятки стальных существ. Их ведёт одна воля и одна цель. Боль в груди нарастает, но сдержать её я уже не пытаюсь. Мой дар захватывает власть над телом и мне остаётся лишь помочь ему раскрыться.

Пафосная речь обрывается ровно в тот момент, как я объединяю всё облако стальных существ в одно целое. Каждый из них несёт частичку моей силы. Я разбил свой дар на сотни тысяч осколков только ради этого момента. Мгновения, когда наполненные мощью угасшего мира падшие пропитаются этой силой и окажутся внутри моего дара. Внутри структуры, где имеет значение только моя воля и мой закон.

— Нет! Что ты делаешь, безумец⁈ — завопили одновременно голоса, но было уже поздно.

Сотни тысяч искр объединились в общее поле. Я в последний раз посмотрел на сияние граней своей силы и полностью перешёл в состояние кристаллической связи. Одновременно активировались сотни кристаллов по всем десяти планам, которые, как гвозди в руках опытного плотника, начали крепить расползающуюся ткань реальности, на живую прибивая один слой к другому.

И чем больше становилось таких гвоздей, чем быстрее сходила на нет разрушительная мощь Сопряжения, тем плотнее становилась клетка из моей силы вокруг падших. До тех пор, пока вместо громадных фигур величиной с горы не остался только гнилостно зелёный кристалл. И сотни тысяч умерших от жестокой перегрузки механоидов на поле битвы, о котором никто никогда не узнает.

Баронство Орлова. За внешней границей купола.

— Мне нужно время, — не обращая никакого внимания на несущуюся к нам смерть, произнёс я.

— Максимум две минуты, — коротко ответил Ярый, который решил лично возглавить отряд суперов. — На большее время не хватит даже ваших артефактных комплексов.

— Это самоубийство! — грустно вздохнула Ульяна, но вокруг девушки тут же поднялся видимый обычным зрением поток кристаллической связи аспекта Воздуха. Сдаваться без боя Ассашара не собиралась и на её запястьях проявились первый признаки высшей брони её расы.

— Мне хватит и одной, — направившись в центр магического рисунка, уверенно ответил я.

— Проклятье! И зачем я его послушал⁈ — зло проворчал Мастер. — Аслан, давай в связке, пока парни Ярого будут держать этих уродов подальше от барона. Ульяна — ты на поддержке. Мы вас подстрахуем, парни.

Мастер говорил что-то ещё, но я его практически не слышал. В спину будто толкали десятки ладоней. Невидимых и невесомых, но очень настойчивых. По полу тащились за мной крохотные барханы. Их становилось больше с каждым шагом и в какой-то момент пыль полностью скрыла под собой рисунок. Правда, мне он был не нужен, потому что я досконально знал каждый изгиб своего лучшего творения.

Не только пол, но и весь этот зал представлял собой один гигантский заклинательный покой. Именно здесь было остановлено шествие падших. Именно здесь погибла основная часть популяции механоидов, которых уже давно переработали на запчасти их новорожденные собратья. И здесь же я оставил свой шанс вернуть утраченное. Далеко не всё, но хотя бы его часть.

Заряженные изумрудной энергией механоиды неслись вперёд. Им оставалось преодолеть не больше пятидесяти метров. Я точно знал, что ни одного выстрела не произойдёт. С нашей стороны стрелкового оружия ни у кого не было, а у мехов стояло программное отключение возможности стрельбы в этом месте.

Ещё секунда, и должен был начаться ближний бой. Взвыл ветер, а суперы Кристальных гор приготовились к рывку. Но я успел раньше.

В центральной части рисунка находилось переплетение сотен энергетических линий всего комплекса. Я нашёл взглядом знакомый контур, опустился на одно колено и проложил ладонь к почти незаметному углублению в чернокамне. Не в центре, а с приличным смещением в сторону. Не там, где глаз искал центр, а в том месте, где пересекались действительно важные пути.

Мир вокруг замер. Тысяча лет непрерывного труда. Большая часть моего дара так и осталась за пределами моей досягаемости. Мне ещё предстояло вернуть утраченное, но первый шаг к этому уже был сделан. В месте последнего боя всё это время шла непрерывная работа по сбору мельчайших следов моей силы.

Аслан ошибся, когда сказал, что мехи тащили сюда энергию со всех планов. Здесь была только та часть, что я истратил в время последней схватки. Крошево моего дара из этого мира, который когда-то звался Истарэль. Крупицы моей сути, которые волнами набегали на меня и бесследно исчезали внутри тела.

— Левый фланг!!! — донёсся до меня напряжённый голос Мастера. — Дай воздушный молот, Уля!

Я ощутил боль. Схватка моих спутников с местными обитателями уже началась. Крупицы моего дара рвались к ослабленному ядру, снося всё на своём пути. Рухнув на колени, прижал руки к груди. Боль пожирала разум, но я заставлял её собираться в пальцах рук. Потом в ладонях… Когда я перестал ощущать руки ниже плеч, запас пыли закончился.

Волна механоидов самых разных форм и модификаций почти захлестнула моих спутников. Беснующихся иномирцев с трудом сдерживал воздушный барьер, через который то и дело прорывались всё новые и новые мехи. Их уничтожали суперы.

Вроде бы всё шло неплохо, но я видел, как быстро слабеет Ассашара. Удерживать защиту на такой большой площади ей было крайне сложно. Ещё немного, и Ульяна потеряет контроль. А ведь на барьер давили только первые ряды мехов, за которыми теснились десятки других.

— Нет! — громко и отчётливо произнёс я. Двигаться получалось с трудом, но я добрался до узла в паре метров от меня и положил на магический рисунок обе ладони.

От превратившихся в чистейшую кристаллическую связь ладоней во все стороны хлынуло голубое пламя. Чуть угасший после исчезновения пыли моего дара рисунок потух окончательно, а потом из центральной точки поднялся до самого потолка монолитный столб света. Секунду он стоял без движения и вдруг зал утонул в чудовищной вспышке.

Волна кристаллической связи ударила во все стороны от центра пещеры. Не заметивших изменения суперов швырнуло прямиком в смертельные объятия механоидов, но никто из подчинённых Ярого не пострадал. Механоиды просто не отреагировали на пролетающих мимо людей. Потому что у них начался свой бой.

Едва мехов касалась расширяющаяся волна энергии, они опускались на пол и замирали без движения. Полыхающие изумрудным светом визоры и руны на корпусах иномирцев начинали сбоить. Будто из глубины их тел поднималась другая сила. Что-то более мощное, чем отвратительная энергия падших, которую они вынуждены были использовать. Что-то, что было вписано в сам их язык, который служил главной причиной того, что куски металла без реальных подвижных механизмов внутри, могли двигаться и мыслить. Истинный закон этой расы.

— Что происходит? — растерянно произнёс Ярый. Сильнейший супер Кристальных гор пронёсся вдоль барьера и даже успел оторвать манипулятор крупному монстру, похожему на землеройную машину, но тот даже не пошевелился. — Нам атаковать?

— Все ко мне, — негромко произнёс я, но Ульяна меня услышала и первой побежала к центру рисунка. Остальные рванули следом, а я тем временем активировал второй контур печати, которая была поставлена в этом зале больше тысячи лет назад.

Мастер бежал следом за Асланом и не сразу увидел мои руки. А когда заметил, его взгляд так и прикипел к ладоням, которые сейчас больше напоминали статую из чистой кристаллической связи.

— Не может быть! — с какой-то смесью отвращения, страха и недоверия, прошептал бывший гвардеец. — Зачем было врать? Зачем это всё Императору⁈

— Второй порог, — не обратив внимания на слова командира Святых, произнёс я и рокочущий звук моего голоса волнами разбежался по громадному залу. — Ирриас Ахор Эл…

Руны рвались в реальность откуда-то из глубины моего разума. Три, пять, восемь! Вряд ли кто-то из тех, кто пришёл со мной ко второму порогу, вообще представлял себе, что можно творить магические структуры из восьми рун. Учитывая, что даже главы великих родов могли подняться всего до пятого ранга, для обычных людей это было за гранью возможно. Почти для всех.

Мастер не отрывал напряжённого взгляда от танцующих надо мной структур, и я почти физически ощущал его гнев, обиду и смятение. Он видел подобные арканы раньше и знал тех, кто мог их использовать в современном мире. И эти его знакомые достаточно хорошо умели обращаться с кристаллической связью, чтобы суметь насытить своё тело и начать переход к новой форме существования.

Второй порог представлял собой переход. Буферную зону между пустотой и ещё наполненными жизнью планами. Это место находилось вне обычных миров, но сюда вели свои тропы с каждого плана. И сейчас я привязывал это место к той точке, через которую я попал в этот карман реальности, созданный из куска мёртвого мира. Потому что в Пустоту падшие ни за что бы не пошли даже за самой лакомой для себя добычей.

— Они очнулись… — напряжённо произнёс Аслан. Механоиды по всему залу начали подниматься с пола. На нас смотрели тысячи голубых визоров. Смотрели секунд десять, а потом их обладатели просто развернулись и пошли прочь. — Почему они не напали? Куда они уходят?

— У них много работы, — с грустью глядя вслед удаляющимся силуэтам разной формы, негромко ответил я. К сожалению, эта раса была создана таким образом, что личных эмоций и чувств у рядовых её представителей практически не было. А старшие особи почти все погибли или превратились в чудовищ под влиянием изумрудной энергии падших. — И у нас тоже. Пора возвращаться и искать путь домой.

— Что за работа? — осторожно поинтересовался Ярый. Супер выглядел спокойным, но я чувствовал по вибрации его артефактного комплекса, что Ярослав на грани того, чтобы сорваться. Для них подобная встреча могла стать фатальной и требовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. — Чем они тут вообще занимались?

— Им нужно завершить одно старое дело, — чуть улыбнулся я. — А вместо этого они всё это время собирали крошки, которые когда-то растерял один самонадеянный оболтус.

— Хм-м… — язвительно промычала Ульяна. Как ей вообще удалось передать подобный тон таким звуком я не представлял, но уловил его очень чётко.

Мастер молчал, а движение кристаллической связи вокруг него выглядело так, будто он готов немедленно начать бой. Я задал общее направление движения к тому коридору, через который мы вошли в зал, и, чуть придержав командира Святых, негромко произнёс:

— Сколько рун ты видел в одном аркане, Алексей Александрович?

— Мастер! — неожиданно резко ответил бывший гвардеец. — Не знаю, как вы это провернули и в чём смысл, но я клялся, что больше никогда не стану помогать высшим в их делах!

— И ты сдержал своё слово, — пожал плечами я.

— А это вы как объясните⁈ — кивнул на мои ладони Мастер, а я вдруг понял, что мы остались одни. Остальные чуть ускорили шаг, чтобы не мешать нашему разговору.

— Это последствия… избыточного насыщения плоти кристаллической связью, — спокойно ответил я. — Если правильно распределять энергию, то она не отравляет и не убивает носителя, а делает его многократно сильные.

— А ещё методиками подобного насыщения владеют только светлейшие князья — высшая аристократия Российской Империи и те, кого считают ближайшими сподвижниками Императора! — на одном духу выдал бывший гвардеец. — Только они могут создавать заклинания из восьми рун. Больше может только сам правитель Империи. Его предел девять рун, но это наивысший показатель во всём мире!

— Нет, — невозмутимо возразил я. — Это не предел.

Командир Святых несколько секунд мерял меня полыхающим взором, а потом тяжело выдохнул и будто бы даже стал немного ниже ростом.

— Простите, Святослав Иванович, — опустил голову Мастер. — Нашло просто что-то на меня. Как увидел эти сияющие руки ваши, так и вспомнилось… всякое. Как светлейшие пробивали себе путь к силе и что делали ради этого. Но я и правда глупость сморозил. Если бы кто-то с летающего острова мог так с механоидами обращаться, то Российская Империя уже бы уничтожила все остальные страны.

— Зачем? — озадаченно спросил я. — Мир и так не восстановился до конца после Сопряжения. Людей на так много, а ресурсов вполне достаточно для нормальной жизни всех.

— Кристаллы, — криво усмехнулся бывший гвардеец. — Всё дело в проклятых кристаллах, ваше благородие. Каждая война, каждая стычка с аристократами или мятеж, имеют одну общую черту. Всегда есть тот, кто хочет заполучить кристалл. Во время последней компании против Европейского Агломерата были полностью уничтожены два полиса. Это двадцать четыре кристалла класса А. Огромная ценность!

— Тут не поспоришь, — кивнул я. Суперы уже исчезли в тоннеле к основному лагерю. Ульяна ненадолго остановилась, мазнув по нам взглядом и я тут же дал жёсткую волну кристаллической связи. Ассашара поморщилась, но понятливо кивнула и убежала вслед за предводителем душанов. — Если можно создать пару новых полисов на своей территории…

В этот момент я понял, что командир Святых смотрит на меня с какой-то смесью жалости и восхищения. Так бывает, когда человек говорит удивительно правильные и разумные вещи, которые никогда не станут реальностью.

— Один великий род на Урале получил в качестве награды за свою работу один кристалл из добычи с похода, — угрюмо произнёс бывший гвардеец. — Ещё два отдали за большие заслуги светлейшему князю Меньшикову для его возвышения в ранге силы. Он руководил походом и особо отличился при захвате второго полиса.

— А остальные? — заинтересованно спросил я.

— Остальные скормили… темноте… — с явным усилием, будто перебарывая внутренний ужас, ответил Мастер.

— Есть ли смысл просить тебя пояснить? — уточнил я. На прямой и полноценный ответ я даже не рассчитывал. На бывшем гвардейце с летающего острова могло быть столько клятв и непреложных обетов, что он и сейчас рисковал жизнью.

— Я видел её всего один раз, — удивил меня откровенным ответом Мастер. — Незадолго до похода на Кавказский мегаполис. Случайно получилось, что нас разместили в особом охранном взводе при Белом дворце. Там что-то случилось и нас бросили на усиление стандартного патруля. Вот тогда я и увидел, как один из последних кристаллов из Агломерата опускают в голодную темноту под Белым дворцом. Она была до того голодной, что сожрала нескольких стражей из-за их медлительности. Вот тогда-то я впервые задумался о том, чтобы покинуть летающий остров.

— Голодная зелёная темнота… — уставившись рассеянным взглядом перед собой, пробормотал я. Это объясняло многие вещи. Хотя, я бы много отдал, чтобы подобное объяснение оказалось полнейшим бредом.

— Откуда вы знаете, господин барон? — снова напрягся командир Святых. — Я не говорил о том, что вся эта темнота была пронизана изумрудными искрами!

— Знаешь, Алексей Александрович, — хлопнув собеседника по плечу, произнёс я. — В нашем мире есть только одна настолько поганая энергия, которая стремится сожрать все до единого кристаллы.

— Вы предполагаете, что та дрянь, сожравшая мозг Овчинникова, и тьма под Белым дворцом — одно и то же? — прямо спросил бывший гвардеец.

— Я не предполагаю, Мастер, — твёрдо ответил я. — Я точно это знаю. Вопрос в том, насколько эта гадость успела сожрать мозг правителя Российской Империи и всех его ближайших сподвижников.

— Императора я не видел никогда, — честно признался командир Святых. — Он общается только с ближайшим кругом своих помощников и светлейшими князьями. Но последние не были никогда замечены за использованием изумрудной кристаллической связи. Я лично сражался рядом с Меньшиковым и видел в деле Потёмкина. Они действовали… как вы сегодня.

— Хоть одна хорошая новость, — улыбнулся я. Если это действительно правда и за те годы, что Мастера не было на летающем острове, всё осталось без изменений, то ближайший круг правителя страны продолжал оставаться людьми. А значит был шанс, что они заметят неладное. — Пошли уже догонять остальных, а то у Ульяны уши в противоположную сторону почти развернулись.

Мы немного ускорились, но догнали остальных только неподалёку от лагеря. За время нашего отсутствия, бывшие капитаны Управления дальнего поиска создали полноценную крепость. Вместо того, чтобы строить укрепления посреди коридора, Дылда и Тень закопали весь отряд в ближайшую стену. Вырытый камень пошёл на постройку защитного вала, а все основные силы были скрыты за толстым слоем скальной породы.

— Отдохнули? — первым делом спросил я.

— Мы думали, что вы все погибли! — возмущённо произнёс Дылда. — Мимо такая орда мехов пронеслась, что мы думали и нам конец настал.

— Ничего мы не думали, ваше благородие, — проворчал Илья. — Не слушайте его. Мы даже испугаться не успели, как иномирцы исчезли. На нас внимания не обратили, поэтому проблем не было. У меня для вас хорошая новость. Пойдёмте покажу!

Командир Полуночников быстро направился к укрытию душанов, где остановился возле артефакта, который мог блокировать мехов на расстоянии до пятидесяти метров.

— Надеюсь, уважаемый Аслан не обидится за такое варварство, — с намёком посмотрев на меня, будто ожидал защиты, произнёс Илья и, быстро переставив несколько частей оплётки артефакта, отскочил назад. Раздался противный треск, во все стороны полетели искры.

— А это ты здорово придумал, Илья! — восхищённо покрутил головой я. — Хвалю!

Несколько искр протянулись в мою сторону, и я тут же отступил на несколько шагов, спрятав при этом руки в карманы. Энергия артефакта тянулась к вполне конкретной цели, и я не хотел смущать подчинённых видом своих изменившихся рук.

Частичное возвращение утраченного в прошлом дара позволило мне избежать мучительного восхождения с одной ступени на другую и сразу прыгнуть через целый пролёт по лестнице силы. Благодаря многократно увеличившейся ёмкости резерва, я мог использовать гораздо более мощные магические структуры. Количество полноценных энергетических конструкций выросло с одной до четырёх и теперь я мог не сдерживать себя в бою, используя более привычные арканы. Правда, это был не совсем обычный переход, который имел свои минусы.

Одним из таких минусов была жёсткая реакция свободной кристаллической связи на моё присутствие. Где-то этот эффект можно было игнорировать, но большинство сигнальных артефактов будут сходить с ума, как только я окажусь поблизости. Таскать на себе полностью блокирующий барьер удовольствие сильно ниже среднего. Мало того, что разум превращается в лишённую эмоций глыбу, так ещё и все окружающие видят в тебе натуральную дыру в реальности. Правда, заметить это могли только рунники выше третьего ранга, но я имел дело с такими чаще всего.

В случае с артефактом душанов, сработал схожий эффект, но в нём энергия просто тянулась к более мощному источнику. В этом и была суть гениального изобретения Тени. По сути, сломав блокирующую оплётку артефакта, которую сделали барсы Кавказского мегаполиса, Илья создал в контуре массу лишнего напряжения. В подобной ситуации кристаллическая связь стремится любой ценой добраться до подобного себе источника. Получилось что-то вроде магического компаса, но пока он работать не мог, потому что я сбивал все настройки.

— Мастер, найди мне две пары крепких перчаток, — негромко попросил я, а потом для всех остальных произнёс. — Мне нужно немного времени на подготовку, а потом ещё раз проверим изобретение Ильи. Собирайте лагерь.

Пока шли сборы, я прошёл немного назад по коридору, сел на пол и создал последовательно три рунные структуры. Одну для постоянного сбора излишков кристаллической связи, которые я не мог удержать на коже изменившихся рук, вторую для того самого блока, а третью для визуальной маскировки изменившихся ладоней. Мастер принёс мне пару тонких кожаных перчаток белого цвета. Мне даже стало любопытно, кто из членов отряда был таким пижоном, что таскал с собой подобие парадной формы, но спрашивать не стал. Сейчас были более важные задачи.

— Скажи, чтобы Илья ещё раз пнул артефакт, — приказал я. — Если истечение кристаллической связи будет выше трёх метров, то двигаемся в этом направлении.

— Аслан будет недоволен, — вздохнул бывший гвардеец. — Всё-таки, это реликвия его народа. Я бы за такое голову оторвал.

— Если это поможет нам выбраться отсюда, то он не станет убивать Илью, — улыбнулся я в ответ.

— А почему вы снова не можете нырнуть в этот свой транс и протащить нас в обратном направлении? — вдруг спросил Мастер.

— Ты уверен, что действительно этого хочешь? — вместо ответа, задал я встречный вопрос.

— Разумеется нет! — тут же потемнел лицом командир Святых. — Это я так просто… Ради интереса спросил. А то кто знает, куда вы нас затащите в этот раз.

— Вот и я того же мнения — весело ответил я. — Тогда займу место в конце колонны. Артефакт ставьте на передовых стаутов.

Спустя тридцать минут, мы выдвинулись к той норе, через которую попали в основной коридор. Импровизированный магический компас тянулся куда-то к потолку, но сейчас это не имело особого значения. Ходы переплетались и меняли направление настолько, что мы всё равно могли ориентироваться только примерно.

Помимо прочего, члены отряда могли вспомнить те места, где они уже побывали или мы могли найти следы их прорыва. Главное, что артефакт душанов зацепился за своего собрата, находившегося у выхода из блуждающей грани в моё баронство. Оставалось надеяться, что у охраны артефактов ничего не случится и они не догадаются вытащить их за пределы грани ради безопасности. В таком случае, найти обратную дорогу будет значительно сложнее.

— Спрашивай, — негромко произнёс я. Рядом никого не было, но я постоянно ощущал осторожные касания воздуха. Ветра в тоннелях никогда не было, и это мог быть только интерес Ассашары.

— Что это за защита, ваше благородие? — тут же прозвучал возле моего уха голос девушки. Ульяна стремительно привыкала к своим новым способностям и уже не могла обходиться без постоянного потока информации. Именно благодаря этой природной особенности, представителей высшей касты её племени практически невозможно было застать врасплох. — Я не чувствую вас и не вижу. Воздух говорит, что в этом месте только стауты и страшная дыра, к которой лучше не приближаться.

— Никто не любит пустоту, Ульяна, — слегка улыбнулся я. — Этот барьер позволяет мне удерживать все эманации собственной силы внутри и не привлекать лишнего внимания. Возможно, когда я немного восстановлюсь и улучшу контроль, он станет не нужен. Но для этого мне нужно попасть домой.

— Выглядит очень страшно, если честно, — призналась Ассашара. — Будто вас нет вообще. Спросила у душанов и Мастера, но они ничего такого не заметили.

— Они сильно слабее тебя, — невозмутимо ответил я. — Менее чувствительны и не могут так воспринимать окружающий мир.

— Так и знала! — самодовольно ответила дитя Воздуха.

— Но любой из них запросто убьёт тебя при необходимости, — добавил я и услышал возмущённый возглас. — Не обольщайся и перенимай опыт. Тогда станешь самой сильной в этом мире.

На этом разговор затих, и я сосредоточился на планировании своих дальнейших действий. Теперь некоторые аспекты, которые ранее представлялись совершенно невозможными, перешли в разряд просто затратных. По времени, ресурсам или энергии. Но вполне реальными. И чем дальше я уходил в своих планах, тем тяжелее становилось на душе. Из-за людей, поверивших мне. Из-за баронства, которое только начало подниматься с колен. И ещё из-за сотни причин, которые я при всём желании не мог изменить.

Обратная дорога заняла гораздо больше времени, чем наш рывок к древнему заклинательному залу. Несколько раз приходилось возвращаться и менять маршрут, но мы всё же сумели выйти к знакомым переходам и найти спуск в пещеру, где нас ждал десяток душанов Аслана.

Весь поход занял больше трёх суток. Мы вернулись без потерь, но и без какой-либо добычи. Однако, я при всём этом был полностью доволен. Усилиями мехов я сэкономил себе несколько месяцев напряжённой работы. Несколько месяцев, которых у меня попросту не было.

Недалеко от перехода нас встретил Факел. Олег от нетерпения приплясывал на месте и всё смотрел на выходящих из портала бойцов, будто чего-то ждал.

— Ну, как сходили, ваше благородие? — почти не глядя на меня, спросил артефактор. — Что добыли? Есть новые источники большие?

— А тебе зачем? — удивлённо спросил Дылда. — Тоже, это… как его благородие, заклинателем железяк стал?

— Нет, куда мне до Святослав Ивановича⁈ — быстро ответил Факел. — Просто… Это… У меня там стройка идёт. Думал, что ускориться получится. Ну и вот…

— Как успехи? — поняв, что неугомонный артефактор уже полностью погрузился в новую задачу и буквально сгорает от нетерпения получить в своё распоряжение новых строительных дронов, с улыбкой спросил я.

— Это невероятно! — честно признался Олег. — Вам надо это увидеть лично. Я даже не представлял, что подобное возможно! Просто фантастика! Что насчёт источников питания?

— У нас нет добычи в этом походе, — огорчил я Факела.

— За три дня и вообще ничего? — недоверчиво уставился на меня парень.

— Угомонись, — негромко произнёс Мастер и его подчинённый тут же умерил свой энтузиазм. — Барон тебе уже ответил. Если непонятно, то могу ответить я.

— Да я понял уже, командир! — поднял руки и виновато улыбнулся Факел. — Понял, принял, осознал!

Уставшие и вымотанные длинным маршем люди перегружались в машины и отправлялись в основной лагерь. Я чувствовал, что силы ещё остались. Дома я восстанавливался в несколько раз быстрее и решил ответить на приглашение Олега. Он приехал на отдельной машине и на базу я поехал с ним. За бойцов сводного отряда можно было не волноваться — там командиров было больше, чем в ином подразделении дворянских дружин из полиса.

По сути, Олег мне рассказал практически всё интересное ещё по пути. Где-то на подъезде к лагерю он начал активно повторяться, но я продолжал кивать. И в какой-то момент понял, что всё же переоценил своё состояние, потому что часть важнейшей информации просто прошла мимо меня.

— Не понял, сколько уровней ты поднял? — повернувшись к Факелу, переспросил я.

— Так я же вам говорил, Святослав Иванович! — возбуждённо тряхнул рыжей головой Олег. — Уже пять отработал всего один дрон! И шестой отсыпаю! Даже пришлось подъездные мостки делать. Правда, там Михалыч ещё вчера орать начал, что вы его по миру пустите. Вольные разохотились до ужаса с вашим щедрым предложением, конечно.

Последние слова артефактора я уже не слушал. Мы стояли на границе зоны искажения, которую я поставил вокруг стройки. Внутри кипела работа. Я ощущал высшего строительного дрона почти на самой границе маскировочного барьера, а он до защитного купола не доставал всего пятьдесят метров!

Шагнув на территорию строительной площадки, остановился перед монолитной чёрной стеной, которая покато уходила вверх. Там, на бешеной скорости носился механоид. Часть его манипуляторов быстро разогревали минерал, а нижние плоскости придавали материалу нужную форму.

Мы с Олегом с большим трудом создали кольцо основания. Там материала требовалось в десятки раз больше просто из-за особенностей конструкции. Но высший строительный дрон работал на совершенно другом уровне и для него подобные строение были базовыми формами. Если бы мехов было больше двух, то они бы уже давно закончили. А в одиночку ему придётся потратить ещё целую ночь, чтобы завершить базовый слой концентратора.

— Ты прав, Олег, — рассматривая работу механоида, произнёс я. — Это действительно удивительно!

Чернокамень не был самым прочным материалом в мире. Он не обладал каким-то особыми защитными свойствами. Каменный купол над моим кристаллом запросто мог пробить обычный артиллерийский снаряд. Сила этого минерала была в другом.

Сейчас механоид создал идеальную заготовку, которую мне предстояло ещё сильно доработать. Несмотря на скорость работы, мех чётко следовал вложенной мной программе, создавая каналы для будущих рунных структур. При таком подходе можно было так напитать стенки концентратора кристаллической связью, что их даже падение летающего острова не повредит. Но это требовало времени и сил.

— А я что говорил! — гордо, будто это он лично всего за три дня выстроил сложнейшую структуру из чернокамня, воскликнул Олег. — Только эту громадину нельзя никому показывать, ваше благородие. Маскировочный купол отлично работает, но я бы ещё чего-то добавил. Может даже базу нашу перенести подальше. Очень уж удивительная вещь. Я такого в жизни никогда не видел. И не слышал про такое. И не читал даже!

— За это не переживай, — успокоил я парня. — Приходи завтра на рассвете. Покажу тебе кое-что интересное. Заодно перенаправим твоего помощника на другие задачи. Первичный блок он успеет закончит, а дальше пока рано продолжать. Надо сил подкопить и ресурсов. Теперь одним чернокамнем уже не обойдёшься. А кристаллов у нас нет.

— А какие задачи, Святослав Иванович? — полностью проигнорировав все остальные мои слова, жадно спросил Факел. — У меня тут просто пара идей появилась… Может… Как-то получится реализовать?

— Получится, — усмехнулся я в ответ. — Обязательно получится, Олег. Пора уже баронство в надлежащий вид приводить. А то что у нас все в палатках да хибарах каких-то ютятся?

— Так что тогда? До утра? — делано безразлично поинтересовался Факел. — Может я тогда…

— Нет, — улыбнулся я. — Дрону нужно закончить конструкцию, а потом он мне ещё понадобится. Михалыч ничего не говорил насчёт поставок из Кристальных гор?

— Что-то там привозили вроде… — наморщил лоб артефактор. — Мешки какие-то люди Бугра точно выгружали. Но я не спрашивал, что это было.

— Других заказов у меня не было, — ответил я. — Кто у вольных чернокамень принимает?

— Я, — лаконично сообщил Олег.

— Грузите минерал теперь в яму, где пленных держали, — приказал я. — Тут пока хватит. И ещё, Олег — завтра с собой принеси схемы своих лучших защитных и атакующих артефактов.

Озадаченный Олег ушёл домой, а я на полевую кухню. После трёх дней напряженного рейда хотелось вкусной горячей еды, и парни Струны не подвели. Почти час я с удовольствием пробовал всё, что осталось к этому времени на кухне, а потом, тяжело поднявшись из-за стола, направился в свой заклинательный покой.

Плиту я готовил сразу с огромным запасом возможностей. Для меня важно было создать такой инструмент, который будет усиливать меня всегда, а не только на самых ранних этапах развития. Это стоило в разы больше, но и отдача получалась достойная.

Ждать полной постройки концентратора я не видел смысла. Наполнение и подготовку артефактного комплекса можно было начать сразу, чем я и занялся.

Уже в первый час по стенам концентратора поползли первые цепочки рун. И среди них не было ни одной, короче десятка символов. Хорошо, что этого никто не видел. Ближе к вершине конструкции, отдельные арканы сливались в единое полотно кристаллической вязи, превращая заготовку в полноценный артефакт.

Высший строительный дрон закончил свою работу около двух часов ночи, и я сразу же отправил его к Железяке. Пол тонны кристаллической пыли позволяли создать ещё десяток строительных единиц. Это был как раз тот момент, когда в деле можно было увидеть истинную мощь расы механоидов.

Первую свою копию строительный дрон собрал за два часа. Вторую собрали за час. Сборка десятого строителя заняла всего восемь минут. Я всё это время трудился над функционалом концентратора, который был готов только ближе к утру.

Оказалось, что новость о каком-то интересном событии уже разлетелась по всему лагерю. Ближе к семи утра вокруг зоны маскировочного барьера начали собираться вольные и душаны. Факел и все остальные Святые разместились на одном из броневиков, чтобы лучше видеть кристалл и пирамиду над ним. Судя по хитрому лицу Олега, никому из сослуживцев он так и не рассказал, какое именно представление ждало их сегодня.

— Вижу, любопытных оказалось больше, чем я предполагал, — громко произнёс я. Люди начали оборачиваться, но никто не уходил. На лицах многих матёрых воинов я видел странное выражение ожидания. То ли чуда, то ли просто чего-то удивительного и невозможного. Видимо, разбаловал я своих людей подобными фокусами. — Близко к барьеру не подходить. Оружие не доставать. Орать можно, но прилично.

Бойцы начали улыбаться. Кто-то всё же сделал несколько шагов назад, а я подошёл вплотную к маскировочному полю и, жестом опытного фокусника, сорвал его, как занавес с волшебной шляпы. На лице сама собой появилась улыбка. Иногда всё же можно было себе позволить небольшую шалость. Правда, мои эмоции бойцы рода Орловых не разделили.

Все озадаченно смотрели на уродливый чёрный пузырь, вздувшийся на пол сотни метров над землёй. Кто-то растерянно посмотрел в мою сторону, а потом стоявший неподалёку Аслан осторожно спросил:

— Простите, ваше благородие. А что… О-о-о…

Московский полис.

Белый город.

Зал совета великих родов.

— Тогда я прикажу собрать боевую группу, — тяжело вздохнул бывший гвардеец и, опустив плечи, буквально поплёлся к в сторону остальных командиров.

— И что, даже не будешь меня отговаривать? — немного удивлённо спросил я в спину Мастера. Не то чтобы я на это надеялся, но попытки негласного главы вооружённых сил моего рода остановить меня перед каждым следующим шагом стали практически нашим ритуалом.

— Зачем? — обернувшись, спросил командир Святых. — Вы знаете, что я на это скажу. Я знаю, что вы всё равно не передумаете. Лучше собрать достойный отряд поддержки для вашего последнего выхода.

— Ты опять собираешься меня хоронить раньше времени? — улыбнулся я. — Вроде бы пока не было никаких причин для этого…

— Сейчас речь идёт о судье, Святослав Иванович, — спокойно и очень серьёзно ответил бывший гвардеец, а потом кивнул на белые перчатки у меня на руках. — И даже это далеко не гарант того, что вы сумеете пережить встречу с этим человеком.

— Собери отряд и возвращайся, — приказал я. — Расскажешь мне о судьях и о том, чем они так страшны.

Мастер молча кивнул и пошёл собирать людей. Он однозначно возьмёт с собой лучших из лучших. Может даже попытается прорваться на мою встречу с судьёй, если почувствует что-то неладное. И умрёт с этими лучшими, пытаясь меня вытащить.

А я направился в другую сторону. С чётким пониманием, что лучшие мне сегодня не нужны. Мне были жизненно необходимы специалисты совсем другого рода. Те, кто мог находиться везде и при этом оставаться невидимым. Те, кого все презирали и боялись одновременно.

— Кто вам жильё выбирал? — зайдя в щелястый барак, неприязненно спросил я. До этого момента мне казалось, что на территории базы вообще не было настолько плохих жилых зданий. Казалось, что его специально строили со всеми возможными ошибками. — Мастер?

— Нет, ваше благородие, — со спокойной улыбкой ответил Сиятельный. — Мы сами решили на отшибе поселиться. Не хотелось создавать лишние конфликты внутри дружины. Нас и так не особенно жалуют. А так поводов меньше.

— Если я принял вас в свою родовую дружину, то остальные не станут устраивать травлю, — уверенно произнёс я. — Вам нет смысла скрываться. Взаимодействие с другими подразделениями — важнейшая часть эффективности любой армии. Как вернётесь, вас поселят в отдельное здание рядом со Святыми и Полуночниками.

— Есть задание для нас? — уловив главное для себя, чуть оживился Сиятельный.

— Есть, Костя, — кивнул я. — Мне нужно, чтобы ты вернулся в полис и достучался до городского дна.

— У меня есть выбор? — спросил бывший главарь бандитов. Несмотря на все блоки и серьёзное изменение поведения, было сразу заметно, что возвращаться к прежней жизни он мучительно не хочет.

— Нет, — спокойно ответил я. — Больше мне доверить подобную задачу некому. Если справитесь, можете уйти из дружины и просто поселиться на моей земле.

— Что нам нужно сделать, Святослав Иванович? — пробежавшись глазами по лицам своих людей, спросил Сиятельный.

— Если коротко, то я хочу, чтобы ты взял под контроль остатки банд в секторе Овчинникова, — невозмутимо произнёс я, и на лице бывшего бандита появилась широкая и искренняя улыбка, а его подчинённые негромко рассмеялись.

— Это невозможно, ваше благородие, — не особенно раздумывая над моими словами, ответил Константин. — Если кто-то и выжил, то там такой мусор, что с ним нет смысла вести переговоры. Чистка у Космачёвых выбила всех нормальных лидеров и хороших бойцов. Овчинников убит. Когда начнётся передел в его секторе, всего один нормально организованный отряд, который хоть немного разбирается в ситуации… Хм-м…

— Собирайтесь, — увидев, как на лицах остальных парней Сиятельного появляется одна и та же мысль, усмехнулся я. — Не стоит терять время. Всем необходимым я вас обеспечу, включая артефакты, оружие и деньги. Единственное ограничение — клятва, данная мне, продолжит действовать и в полисе. Если вы её нарушите, то вернуться не сможете. При пересечении границы моего баронства, кристалл вас убьёт. Вопросы?

— Зачем вам это, Святослав Иванович? — прямо спросил Ситятельный. — Дело ведь не в кровавых деньгах, которые можно собрать сейчас с Черного и Серого города? Мне даже самому противно от мысли, чем придётся заниматься, чтобы установить свой авторитет в новой зоне. Для чего вам осадок со дна Московского полиса?

— Знаешь, иногда мир замирает, когда слышит чей-то крик, — честно ответил я. — Но чаще всего, один голос ничего не значит. А мне нужно, чтобы по моему приказу весь сектор Овчинникова зашёлся криком настолько громким, что его услышат даже в зале совета великих родов.

— Это потребует времени, — немного подумав, ответил Константин. — И будет много крови.

— Будь умнее, — пожал плечами я. — У тебя есть реальный союзник, который может помочь с магическими предметами очень высокого качества. Только для тех, кто даст тебе клятву верности. Защита, атака, скрытность — потом просто скажешь, что именно нужно.

— Это может сработать, — кивнул Сиятельный. — Я свяжусь с вами, когда доберусь до полиса. Мы своим ходом пойдём.

— Договорились, — ответил я. — Мой номер ты знаешь.

За пределами барака уже потихоньку поднималась паника. Если бы не Ассашара, которая выдала моё точное местоположение, командир Святых уже бы поднял тревогу.

— Это не я их там поселил, господин барон! — заметив меня выходящим из барака бывших бандитов, первым делом произнёс Мастер. — Я пытался отговорить Костю от использования временного склада в качестве жилья отряда, но он меня даже слушать не стал.

— Знаю, — коротко ответил я. — Сопровождение собрал?

— Три машины, — отозвался командир Святых. — Больше брать с собой смысла нет. Поедем через южные ворота. Оттуда ближе всего до нормальной дороги к полису.

— А кому принадлежат южные ворота Московского полиса? — наморщил лоб я. — Времени прилично потеряем на такой крюк. Может, как и до этого — через Космачёвых зайдём?

— Южные ворота ваших владений, Святослав Иванович, — широко улыбнулся Мастер. — Честно говоря, я в диком восторге от этих ваших питомцев новых. Нам бы артиллерии пару взводов, и вообще бы никто к куполу не подошёл! Я Олегу первым делом приказал после дорог заняться выездами из баронства. По первоначальному плану там семнадцать ворот и вроде как уже штук десять построили даже. Чудеса да и только!

— Пока в этом толку не так много, как хотелось бы, — хмыкнул я в ответ. — За купол зайти никто и так не сможет, а стены внутри барьера больше для устрашения врагов.

— Ну, не скажите, ваше благородие, — пока мы шагали к машинам, возразил мне командир Святых. — Во время нападения Западного Ветра, у противника почти получилось проникнуть через барьер. Это сейчас я понимаю, что вы им просто разрешили. Но так бы они даже не пытались пробиться там, где стоят монолитные стены, а искали бы более простой путь. Так-то, мехи там бастион на тридцать метров подняли. Такую махину даже в столице городить не стали. Жаль, что людей нет всё это защитить нормально.

— Стой! — резко приказал я. Кристалл удивлённо пульсировал на границе моего сознания. Он будто не мог понять, с чем столкнулся, но при этом точно знал, что видел это раньше. Проблема была в том, что странное ощущение шло практически сверху. — Едем на север. Быстро!

Для поездки в столицу выбрали машины отряда Полуночников. Как-то так повелось, что Тень сопровождал нас почти во всех поездках. На этот раз броневик оставили в гараже на ремонте. За рулём главной машины сидел сам Илья, который немедленно вдавил педаль газа в пол. Следом уже нас вдавило в спинки сидений, а за окнами замелькал край каменной дорожной полосы.

Не дожидаясь пока в поле зрения появится цель, я откинул крышку люка и выбрался на крышу машины.

— Уля, давай со мной, тебе понравится, — подавая руку девушке, произнёс я.

— Ещё бы! — весело ответила Ассашара. — Уже забыла, когда мне не нравилось…

— Ульяна! — одёрнул подчинённую Мастер, но та только насмешливо фыркнула в ответ. Характер девушки стремительно менялся, перестраиваясь следом за её силой.

— Быстрее-быстрее! — поторопил я дитя воздуха и одним рывком вытащил её к себе. Тут же начал собирать нужное заклинание, попутно объясняя задачу Ассашаре. — Я дам тебе точки, где мне понадобится опора. Сделай там обратные молоты воздуха. Сможешь?

— А когда? — только и спросила в ответ девушка.

— Сейчас, — ответил я и активировал сложный четырёхрунный аркан, который швырнул моё тело вверх.

Тут же зажёг в нужной точке небольшого светляка и начал падать. Под ногами полыхнула вспышка кристаллической связи и я снова полетел вверх после удара воздушного молота Ассашары. Ещё один удар, и я пронёсся через небольшое окошко в защитном барьере, на полной скорости врезавшись во что-то невидимое.

— Что за херня!!! — услышал я испуганный голос и тут же ударил на звук.

Дотянуться не получилось. Волна кристаллической связи прошла мимо. Но я на этом не остановился и использовал Рибан — одну из рун высшего языка Света, которая гарантированно снимала большую часть простейших иллюзий.

Чуть выше меня возникла перепуганная физиономия какого-то мужика в странной меховой шапке и древних очках на кожаной верёвке.

— Ты кто, нахрен, такой⁈ — в лицо мне выкрикнул этот тип. Мы камнем падали вниз и до земли оставалось не больше двадцати метров, а я всё не мог понять, с кем мне довелось встретиться. Потому что на представителя Императора он точно не походил.

На данный момент в Российской Империи только ближайшие слуги правителя страны могли подниматься в воздух. Остальным о подобном оставалось только мечтать. Это была одна из главных привилегий правящего рода и каждый летающий корабль служил демонстрацией превосходства Императора. Прятать суда за такой примитивной иллюзией точно никто не стал бы.

— Скоро узнаешь, — ощутив, как нас почти у земли подхватывает мощный порыв ветра, ответил я. — Не стоило тебе лезть в мои владения.

— Барон Орлов? — удивлённо спросил мужик и его глаза приняли идеально круглую форму. — Так это… Я же к вам и летел, ваше благородие. Просто, ну… Посмотреть должен был и вернуться.

— Куда? — резко спросил я.

— Так это… На север… — неопределённо дёрнув головой, ответил мужик. — Но вы на моего зимняка так накинулись, что мы чуть с землёй в последний раз не поцеловались. Если бы не этот ветер…

В этот момент мужик замолчал, потому что до него наконец дошло, что вокруг что-то не так. По-прежнему свистел вокруг ветер, но мы не двигались, а просто висели на месте. Впереди и по бокам стояли машины Полуночников, возле которых выстроились бойцы моего сопровождения. Мастер с традиционно недовольным лицом, а Илья с задумчивым.

Я спрыгнул на землю со странного агрегата, собранного из каких-то шкур и кусков меха. Бело-серое крыло даже на вид было очень гладким, а висевший под ним мужик в толстом мохнатом мешке больше напоминал гусеницу переростка. Но при этом эта штуковина не просто летала — она ещё и оставалась совершенно незаметной!!!

— Вылезай, — приказал я.

— Не могу, — подняв очки на меховую шапку, неожиданно ответил мужик. — Зимняк сгорит, как только я из мешка вылезу. Мохноногие без летунов не живут. Честно говоря, я уже седьмой год по земле не ходил. Боюсь, что и не смогу уже.

— Что за ерунду он несёт? — немного растерянно посмотрела на меня Ульяна. — Как можно было на этом летать целых семь лет без перерыва? А есть и спать как? А туалет?

— Чем-то приходится жертвовать, милая, — подмигнул девушке летун. — Зимняки далеко не всем покоряются. А кому покорился, тот рождён для неба, как дети воздуха. Знаешь про таких?

— Первый раз слышу, — на полном серьёзе ответила Ульяна, и все вокруг начали улыбаться.

— Вылезай, — повторил я. — Ничего не случится.

К этому времени я уже досконально изучил удивительный летательный аппарат и сделал для себя целый ряд открытий. Во-первых, этот человек точно не имел никакого отношения к властям империи. Хотя бы потому, что вся рунная структура защиты, маскировки и ускорения этого агрегата была до ужаса примитивной. Будто его собирал по кускам шаман дикого племени по рассказам соплеменника, который видел что-то подобное в прошлой жизни.

Во-вторых, эта штука реально могла передвигаться очень быстро. Несмотря на первый пункт и кучу проблем с ним связанную.

И в-третьих — летун не врал. Почти все рунные структуры были завязаны на его меховой мешок, и он просто не мог его покинуть без активации нескольких арканов разрушения всей конструкции.

Их заблокировать оказалось совсем не сложно, вот только пилот этой штуковины действительно не мог пройтись по земле своими ногами. Потому что они практически атрофировались. Тем не менее, мы вытащили его из мешка и положили на землю неподалёку от его летательного аппарата.

— Канюка моего мохноногого повредили… — с грустью глядя на чуть подломанное крыло, вздохнул летун. — Так тут и останусь значит… Права была видящая.

— Как тебя зовут? — спросил я. — И почему ты пытался вскрыть купол над моим баронством?

— Я не пытался! — даже подался вперёд от возмущения незнакомец. — Просто надо было как-то дать о себе знать. У вас-то посадочных троп нету. А просто на землю я бы ни за что сесть не сумел. Вернее, сел бы, но только один раз. Вот и решил проверить… Пять шаров только кинуть успел. А тут вы…

— Имя! — неожиданно рыкнул стоявший рядом со мной Тень.

— Айтал! — испуганно ответил летун. — В воздухе он действительно смотрелся в разы более уверенным и сильным. А сейчас я видел перед собой окружённого злыми бойцами калеку.

— Цель прибытия? — тем же тоном задал следующий вопрос Илья.

— Встреча с бароном Орловым! — торопливо ответил Айтал.

— Имя у тебя интересное, Айтал, — задумчиво произнёс я. — Кто тебя послал ко мне и зачем?

В том, что летун не собирался садиться и встречаться со мной лично я к этому моменту уже не сомневался. Это стало понятно ещё в воздухе, а сейчас только подтвердилось. Никто в здравом уме не станет отправлять на переговоры человека, которые сразу после личной встречи превращается в беспомощного заложника.

— Так это… Ну… С севера я, ваше благородие, — туманно ответил Айтал. — Слухи о великом бароне Орлове уже до крайних земель докатились. Вот и решили наши правители изъявить своё уважение великому барону Орлову.

— Какая нелепая ложь! — восхищённо покачала головой Ульяна. — Ваше благородие, а можно…

— Да, — не отрывая взгляда от лица Айтала, кивнул я. — Мне потом полный отчёт нужен.

Ассашара тут же взялась руками за место слома и резко выпрямила крыло. На месте повреждения осталась крохотная латка из кристаллической связи энергии Воздуха, а сама девушка уже с интересом изучала довольно примитивные органы управления Зимняком.

— Ты лучше не рискуй, милая, — с тревогой наблюдая за действиями Ульяны, посоветовал ей летун. — Мохноногие чужаков не любят. С земли-то на них не подняться. Да и без опыта…

Ассашара задорно вскрикнула и выпрямила ноги. Под крыло хлынул поток воздуха, и девушка стрелой унеслась вверх. Несколько пируэтов, пара сложных трюков, и я пришёл к выводу, что с этой игрушкой Ульяна не расстанется до тех пор, пока не возьмёт четвёртую руну и не сможет летать без посторонней помощи. Правда, я бы сделал конструкцию иначе.

Пока Ульяна кружила под куполом, я обдумывал новые возможности для своей родовой дружины, а Илья продолжал тянуть из летуна сведения, по всему барьеру пронеслась волна болезненных искажений, а потом в совершенно хаотичных местах начали вспухать пузыри, как от попадания тяжёлых осколков.

— Вот видишь, Мастер, — глядя на дрожащий защитный купол. — А ты говорил, что не надо ехать.

— Атака! — моментально теряя интерес к пленному летуну, воскликнул Илья.

— Что делать, барон? — принёс ветер голос Ассашары.

— Садись, — невозмутимо ответил я. То, что для другого дикого баронства могло закончиться моментальной гибелью, на моём куполе вызвало только болезненную рябь. Однако, судя по масштабу воздействия, игнорировать вызов подобного масштаба точно не стоило. — Поедешь со мной в город.

— Что? — переспросил Мастер.

— Не обращай внимания, — усмехнулся я и ткнул пальцем в пикирующую к земле Ассашару. — Зову нашу крылатую спутницу.

— А с этим что? — кивнул на летуна Тень. Айтал всё это время следил за парящей под куполом девушкой. Его пальцы иногда подёргивались, будто он пытался сам управлять крылом, но Ассашара обладала возможностями совершенно другого уровня и обычному человеку оставалось только восхищаться мастерством её первого полёта.

— Надо отвезти в основной лагерь, — ответил я. — Без своей летучки он не опасен. Приставь к нему человека. Если надумает рассказать правду, то я его с радостью выслушаю. Если нет — то просто выгоним за пределы баронства, вместе с его крылом.

— Отпустим? — пока все рассаживались по машинам, недоверчиво спросил у меня Тень. — Он же летает, ваше благородие! Тут без Императора точно не обошлось.

— Он не враг, — спокойно и уверенно ответил я. После ситуации с Сиятельным, спорить со мной никто не решался на такие темы. Однако, я не любил недосказанность и всё же пояснил. — Те шары, что он сбрасывал на купол — не боевые артефакты. Что-то вроде зондов, но только для того, чтобы определить плотность и качество барьера.

— Так это подготовка просто перед атакой! — воскликнул Илья. — Чтобы потом ударить наверняка!

— Ты сам себя слышишь? — проворчал в ответ Мастер, который о подобных вещах знал значительно больше всех остальных. — Чтобы имперский воздушный флот проводил предварительную разведку перед тем, как атаковать какого-то дикого барона?

— Ну да… — почесав затылок, усмехнулся командир Полуночников. — Занесло меня что-то. Это из-за барона всё! Мне уже кажется, что против него весь мир ополчился!

— Не весь, — покачал головой я. — Но есть те, кто сильно недоволен текущим положением вещей. Ты был удивительно прав насчёт южных ворот, Мастер. Едем туда. Похоже, до полиса будем двигаться с почётным караулом.

— Неужели судья… — резко развернулся ко мне бывший гвардеец.

— Я для него слишком мелкая добыча, чтобы покидать полис, — улыбнулся я в ответ. — Но свой интерес он выразил довольно открыто. Значит, не я один думаю о встрече с представителем Императора.

Неподалёку от купола стояли машины сразу трёх великих родов. Впереди находились Болотовы и Горюновы. Они стояли буквально в десятке метров от границы защитного барьера, и именно бойцы этих двух родов удерживали артефакты, заставлявшие мой кристалл нервничать. Третий род демонстративно держался на приличном удалении в пол сотни метров. И это, разумеется, были Космачёвы. Самого наследного княжича в этой группе гостей не было, но он дал качественные инструкции своим подчинённым.

Интересно, что наше появление сначала осталось незамеченным. Все чужаки так внимательно рассматривали свеже выстроенные укрепления, что почти не обращали внимания ни на что вокруг. И я их понимал.

Высшие строительные дроны умели создавать настоящие произведения искусства в своём ремесле. Чёткое следование заданным инструкциям и чертежам не мешало им вносить какие-то свои дополнения, которые часто полностью меняли внешний вид конечного строения.

Южные ворота были одними из основных в баронстве и их изначально делали более мощными и защищёнными. Больше артефактов, толще стены — всё в рамках обычного. За исключением исполнителей.

Механоиды добавили массу совершенно необязательных украшений, превратив унылую стену в пугающую конструкцию из переплетённых в жестокой схватке тел представителей всех возможных рас. Самое удивительное, что увидеть этот рисунок можно было только оказавшись достаточно близко и уловив некий ритм в хаотичных на первый взгляд линиях.

Когда до купола осталось не больше двадцати метров, Илья остановил машину и дальше я шёл пешком. Бойцы сопровождения высадились следом за мной и сразу рассредоточились вдоль границы владения. Выглядело это всё так, будто отряд из десятка человек собирается напасть не несколько сотен дружинников великих родов.

Самое интересное, что гости понимали реальность подобного варианта и серьёзно напряглись при нашем приближении. Правда, отойти не посмели.

— Думаю, вам стоит прекратить, — спокойно выйдя за пределы купола, произнёс я. Трое дружинников с разными гербами на груди испуганно косились в мою сторону, но продолжали удерживать небольшие голубые кинжалы у самой границы защитного поля моего баронства. — Ваш сигнал получен. Если вы продолжите, то я вынужден буду защищаться.

— Вы не имеете права, Святослав Иванович, — не особенно уверенно произнёс офицер гвардии рода Горюновых. — Мы выполняем приказ членов совета великих родов, которые, в свою очередь, выполняют приказ Императорского Судьи. Он лично приказал принять все необходимые меры, для вашей доставки в зал совета. Мы имеем право применить силу, если это потребуется. Вы обязаны…

— Вам лично я ничем не обязан, — устало произнёс я и одобрительно посмотрел на гвардейца рода Космачёвых. Парень просто положил явно не его артефакт на землю и спокойно отошёл метров на двадцать, где его ждал старший офицер. — У вас пять секунд.

— Это нарушение законов Империи! — возмутился слишком исполнительный военный. — Мы будем…

Яркая вспышка кристаллической связи отбросила особо настойчивых дружинников, а следом кристалл не стал сдерживаться и просто сжёг беспокоившие его занозы. Три золотых безделушки с гербом Российской Империи просто сгорели за долю мгновения. Временные хозяева артефактов ещё не успели приземлиться, а их игрушки уже превратились в невесомый пепел.

Я же прошёл мимо растерянно моргающего собеседника прямиком к офицеру из бригады наследного княжича Космачёва.

— Причина вашего визита? — поинтересовался я.

Как только давление на купол прекратилось, мне даже думать стало легче. Возможно, меня должны были доставить в полис под конвоем, после того как уйдёт в спячку мой кристалл. Главы великих родов понимали, что ничего из этого не выйдет и поэтому послали на задание тех, кого не жалко. Кроме Космачёва, который сделал всё возможное, чтобы его люди остались в живых. Даже странно было понимать, что целых три высших аристократа столицы так тщательно продумывали выполнение довольно простого приказа заезжего судьи.

— Совету приказали доставить вас в полис в кратчайшие сроки, ваше благородие, — ответил офицер. — Его светлость просил передать, что встреча будет довольно неприятной и лучше вам не ней не появляться. Наследник рода Овчинниковых после беседы с судьёй отправлен на пожизненное лечение в одно из специальных учреждений столицы.

Представители двух других делегаций некоторое время следили за нашим разговором издалека, а потом одновременно направились к своим машинам. Судя по реакциям и поведению, не зря их хозяева отправили на убой.

— Насколько тяжёлые последствия будут для великих родов, если они не сумеют выполнить приказ судьи? — поинтересовался я.

— Его светлость допускает, что великих родов станет ещё меньше, — пожал плечами офицер.

— Кто-то ещё будет на этой встрече? — задал следующий вопрос я. Судя по всему, князь Космачёв приказал своему человеку быть максимально откровенным и это был тот самый случай, когда подобное решение было важнее любых обещаний.

— Только вы и судья. Итоги вашей приватной встречи потом будут обсуждать на совете, — чётко ответил гвардеец. — Представитель Императора будет ждать вас в здании совета. Для него там подготовлены апартаменты.

— Благодарю, — кивнул я. — Передайте его светлости мою искреннюю благодарность. И приглашение в гости. Через три-четыре дня. Думаю, к этому времени ситуация немного стабилизируется. Что же по поводу вашего задания, можете сказать князю, что вы успешно справились. Барон Орлов прибудет в столицу уже сегодня вечером.

— Всё передам в точности, Святослав Иванович, — слегка поклонился офицер. — Боюсь, никто из рода Космачёвых не сможет с вами встретиться в столице. Глава рода слишком занят перераспределением сил над опустевшими землями графа Овчинникова, а его наследник покинул пределы столицы несколько часов назад с важнейшим поручением. Личная бригада наследного княжича ушла на восток и просто не успеет вернуться в ближайшие дни.

На этом беседа закончилась, и я остался один на один со своими мыслями. Космачёвы свой выбор сделали. Очень рисковый и дерзкий. Мне сложно было представить, чем руководствовался глава одного из сильнейших родов Московского полиса, когда делал ставку на чёрного барона.

— Это действительно настолько важная информация была? — спросила Ульяна. Ассашара стояла метрах в сорока от меня, но это ей совершенно не мешало. В такие моменты мне начинало казаться, что я схожу с ума и этот голос мне просто привиделся. — Зачем вам знать о том, где находится княжич и его отец? Тем более, если они не хотят с вами встречаться!

— Ты очень сильная, Ульяна, — вздохнул я. — Но если не начнёшь включать голову, то очень быстро погибнешь. Князь Космачёв пошёл на смертельный риск, пытаясь меня предупредить о том, что сейчас творится в городе. Что сам он точно не станет мешать мне, что бы я не задумал в столице. И что его лучшее подразделение с лучшим рунником во главе покинуло город по очень важным делам. Я уверен, что этот гвардеец даже глазом бы не моргнул, если бы мы начали убивать остальных. Или ты думаешь он просто так стоял ровно на том же расстоянии, что и наследный княжич в прошлый раз?

— Не обратила на это внимания, — честно призналась Ульяна.

— А я обратил, — возвращаясь к машине, произнёс я. — А ещё я обратил внимание на то, что не только князь Космачёв благоволит одному чёрному барону, но и пара других не менее важных людей.

— Они же готовы были вас тащить в полис силой! — воскликнула в ответ Ассашара.

— Болотов и Горюнов видели нас в бою против сил Овчинниковых. Они просто не могли отправить за мной этот сброд, — сосредоточенно обдумывая короткую встречу, возразил я. — Ты знаешь какой главный принцип управления использует Император?

— Какой? — вместо девушки, спросил Илья.

— Разделяй и властвуй, — угрюмо ответил вместо меня Мастер.

— В точку, — кивнул я. — И среди великих родов конкуренция всегда была на таком уровне, что они готовы были на всё, чтобы обойти других в гонке и взять пару лишних очков в глазах Императора или его ближайших слуг. А здесь что?

— А здесь три сильнейших рода столицы прислали отряды одновременно, — хмуро произнёс Мастер. — Барьер лихорадило именно потому, что были использованы сразу три ключа. Насколько велик шанс, что эти три отряда просто встретились по пути к баронству

— Да нет такой вероятности, — пожала плечами Ульяна. — Получается, что все великие рода в сомнениях?

— Получается, что всё очень сложно, — вздохнул я. — А ещё я думаю, что три сильнейших рода Московского полиса устали от присутствия судьи и хотят перемен. Вот только сделать они ничего не могут.

Тень гнал машину на предельной скорости. Позади давно остались отряды великих родов, а далеко впереди показался купол Московского полиса. Там сейчас всё ещё царила неразбериха после недавнего сражения, и имперский судья успешно эту неразбериху усиливал. Только пока неясно зачем.

— И не смогут, — уверенно заявил командир Святых. — Это не первая попытка такого рода. Не стоит обольщаться и думать, что кто-то из высших родов на вашей стороне, Святослав Иванович. Они просто посмотрят на вашу казнь и разойдутся по своим делам. Что бы они не обещали, этому не стоит верить.

— Знаешь, в чём разница между мной и теми, о ком ты говоришь, Мастер? — посмотрел я на бывшего гвардейца.

— В том, что все другие мятежники уже давно мертвы, — резко ответил Мастер.

— В том, что я не нуждаюсь в помощи великих родов или чьей бы то ни было ещё, — улыбнувшись горячности бывшего гвардейца, произнёс я. — Мне не нужно их одобрение и их ресурсы, я не собираюсь выслуживаться перед ними или пытаться угадать их интересы. Довольно скоро станет понятно, чего стоят их слова. Не мне и не вам, а им самим.

Некоторое время в салоне царила тишина. Каждый обдумывал мои слова и никому они не нравились. Каждая моя поездка в полис становилась испытанием для множества людей. Первый совет, за ним второй, предательство Овчинникова и вот теперь мы снова ехали в столицу. Только теперь цель стала ещё более безумной, и никто толком не понимал, почему я сам сую голову в пасть волку.

Градус риска и величина проблем постоянно росли. Может поэтому многие считали носителей чёрных фамилий смертниками. Это не имена вели людей к смерти, а люди определённого склада раз за разом получали одни и те же имена. Хотя я до сих пор так и не понял причины того, почему текущее общество так отчаянно цеплялось за древние фамилии давно выродившихся магов.

На этот раз я не собирался ничего выдумывать и кого-то предупреждать. По сути, все попытки решить вопрос цивилизованно завершились после сегодняшнего появления сил сразу трёх великих родов возле защитного купола моего владения.

Мне прямо дали понять, что общаться со мной никто не станет. Что воспринимают меня просто в качестве источника какой-то информации и как главную причину нестабильности к северо-западу от столицы Российской Империи. Судья прибыл для того, чтобы устранить все текущие проблемы Москвы и вернуть её в нормальное состояние. Пыль может разговаривать с хозяином дома? Разумеется нет. Может ли сделать что-то для защиты пыли метла, в роли которой выступили великие рода? Тоже нет.

Ворота в сектор Овчинниковых были закрыты. Десятки тысяч людей, которые годами трудились на благо этого великого рода в одночасье оказались заложниками своей части города. В другие сектора пройти они не могли, а единственные ворота за пределы полиса были запечатаны до появления замены Овчинниковых.

— Давай к Горюновым, — приказал я. Существенной разницы для нас не было, но я решил проверить свои недавние предположения.

Останавливать нас не стали. Я бы даже сказал, что ворота были открыты в тот же момент, как наблюдатели опознали машины Полуночников. Чего-то подобного я ожидал на внешнем периметре полиса или даже в Чёрном городе, но в Сером городе такой подход князя Горюнова стал сюрпризом даже для меня.

— Мы сегодня точно все умрём, — когда мы беспрепятственно проехали ворота в Белый город, флегматично произнёс Илья. — Ставлю своё годовое жалованье, что нас просто расстреляют прямо в зале совета великих родов.

— Сплюнь, — недовольно посмотрел на него Мастер. — Всё будет отлично. Который раз едем, и каждый раз к смерти готовимся. Сколько можно⁈

— Правильный подход, — усмехнулся я. Сознание привычно ловило изменения кристаллического поля поблизости от здания совета и здесь сегодня всё было так пропитано магией, будто кто-то включил насос и заливал всё вокруг сырой кристаллической связью. — Может вы пока в каком-нибудь ресторане неподалёку столик займёте? Я быстро.

— Очень смешно, ваше благородие, — поморщился бывший гвардеец. — С вами нас точно не пустят, но мы будем ждать.

— Вообще-то, доверять надо своему господину, — наставительно подняла палец Ульяна. — Я вот верю Святославу Ивановичу. А ещё знаю один отличный ресторан неподалёку.

— Мы будем тут, — проигнорировав слова Ассашары, посмотрел мне в глаза командир Святых. — Пока вы не вернётесь.

— Договорились, — коротко ответил я и вышел из машины.

По пути я не встретил ни одного человека. Ни служителей, ни аристократов или стражей здания. Вообще никого. Но куда идти ощущал очень чётко. Судья умел создавать нужное впечатление даже на расстоянии.

— Добрый день, — зайдя в зал совета великих родов, поздоровался я. В помещении находился всего один человек. Высокий мужчина во всём чёрном. На общем фоне одеяния судьи выделялись только его бледное лицо и перевитые нитями кристаллической связи кисти рук. — Вы меня искали?

— А кто вы, собственно такой? — неохотно оторвавшись от какого-то документа, посмотрел на меня судья. Посмотрел с некоторым удивлением, потому что обычно к нему подходить никто не стремился, а я уже был в метре от него.

— Ах да, где же мои манеры? — снимая перчатки и протягивая судье руку, слегка улыбнулся я. — Барон Святослав Иванович Орлов. К вашим услугам.

— Довольно интересный подход, молодой человек, — едва заметно улыбнулся судья. Глаза у этого человека были абсолютно мёртвые, будто его разум уже давно потерял интерес ко всему, кроме собственного возвышения. — Неожиданный и очень смелый. Петров Иван Афанасьевич — Имперский судья первого ранга.

В этот момент наши ладони соприкоснулись, и я ощутил, как Иван Афанасьевич направил мощную волну кристаллической связи в моё тело. Грань кристаллической связи Разума встречалась крайне редко и люди, способные управлять этой силой почти всегда добивались невероятных высот в любом деле.

Противостоять этой энергии было крайне сложно и подобные попытки сразу становились заметны обладателю силы Разума. Сопротивляться судье верные подданные Императора не имели права, и Петров это прекрасно знал. Это была пробная атака, необходимая судье чтобы понять, с кем он имеет дело.

И вот тут Ивана Афанасьевича ждала неожиданность. Я не стал сопротивляться, вместо этого позволив занять чужой силе как можно больше места. Петров качал и качал в меня энергию, которая будто бы исчезала в бездне. На самом деле, кристаллическая связь уходила на подпитку моей защиты из купола пустоты и маскировки ладоней.

Получилась довольно забавная ситуация. Судья изо всех сил старался рассмотреть все малейшие детали структуры энергоканалов моего тела и тратил для этого массу сил. Но, чем больше он тратил энергии, тем сложнее было пробиться через защиту.

На словах всё заняло очень много времени, но в реальности прошло всего несколько мгновений. Иван Афанасьевич создал стремительный нарастающий импульс и почти сразу прекратил воздействие. Убрав руку, Петров смерил меня задумчивым взглядом и сел обратно на свой стул.

— Весьма интересно… — потирая ладонь с чуть пульсирующими линиями кристаллической связи, произнёс судья. Ощущение было такое, будто руку его жгло или саднило, но на лице слуги Императора никаких эмоций по поводу этого не появилось. — Весьма. Почему же вы решили явиться ко мне лично, Святослав Иванович?

— Мне сообщили, что вы хотели встретиться, Иван Афанасьевич, — подхватив манеру общения собеседника, ответил я. Мне требовалось время, чтобы изучить судью и понять, насколько далеко зашёл Император, чтобы определиться с дальнейшими своими действиями. — И вот я здесь.

— Похвальная расторопность, господин барон, — без малейшей тени улыбки, произнёс судья. — Редко в наше время можно встретить носителя чёрной фамилии, который стремится выполнять взятые на себя обязанности и соблюдать законы Российской Империи. Как дела у вас в баронстве?

— Всё хорошо, господин судья, — улыбнулся я. — Соблюдая восьмидесятый эдикт об освоении диких земель, я привлекаю к работам жителей свободных поселений. Также на моей территории находится часть владений баронессы Строгиной, но в будущем она планирует выделиться под отдельный купол.

— Лелеете мысли о собственном полисе, юноша? — чуть приподнял одну бровь Петров.

— Каждый может мечтать о чём-то великом, Иван Афанасьевич, — пожал плечами я. — Чем больше полисов будет на территории Империи, тем безопаснее и свободнее будет жителям страны. Содержать подобные образования непросто, но безопасность людей значительно важнее денег.

— Кстати об этом, ваше благородие, — будто вспомнив что-то важное, произнёс судья. Игра была довольно примитивной. Одного взгляда на моего собеседника было достаточно, чтобы понять, что он никогда и ничего не забывал. Адепт грани Разума сейчас видел перед собой моё личное дело в мельчайших подробностях и это всегда надо было держать в голове. — По какой причине вы расторгли договор с Имперским банком?

— Это решение далось мне очень трудно, господин Судья, — честно признался я. — Всё дело в махинациях покойного графа Овчинникова. Если вы соблаговолите пообщаться с сотрудниками банка, то они дадут вам более полный ответ о тех преступлениях, что они совершили по приказу Фёдора Григорьевича. Мне пришлось искать альтернативные варианты оплаты в рамках законов страны, разумеется.

— Понятно, — нейтрально кивнул Петров. — Всё верно, Святослав Иванович. Рад, что вы так ответственно подходите к соблюдению законов. В главном отделении банка я был вчера по другим делам и вашим вопросом тоже интересовался. Вина Овчинникова доказана и не вызывает сомнений. За это вы убили главу великого рода и члена правящего совета Московского полиса?

В этот момент я понял, что с момента прибытия в столицу Ивана Афанасьевича, в особых клиниках для душевно больных людей сильно прибавилось самых разных пациентов. Вокруг меня постепенно сплеталась сложная сеть кристаллической связи. Будто я оказался внутри заклинания, которое прямо в процессе разговора создавал судья.

Каждый мой ответ добавлял к этом заклинанию дополнительные линии и сопряжения. А теперь появился целый блок. Значит, мы наконец добрались до действительно важных вопросов и стоило быть вдвойне внимательным.

— Граф Овчинников был мёртв к тому моменту, как я его увидел, — глядя в глаза имперскому судье, твёрдо произнёс я.

— У меня другие сведения, Святослав Иванович, — ответил Иван Афанасьевич, и я впервые увидел на его лице тень реальных эмоций. Судья радовался тому, что сумел зацепиться за мою ошибку и подтвердить свои выводы. Вот только никакой ошибки не было. — Есть свидетельства того, что вы выстрелили в голову Фёдору Григорьевичу. До этого момент он вполне себе неплохо двигался и соображал.

— Это вовсе не означает, что он был жив, Иван Афанасьевич, — слегка улыбнулся я, чем вызвал заинтересованность собеседника. Судя по всему, судье не так часто удавалось найти сложную задачу для расследования и этот случай его определённо радовал. — Если вы полностью ознакомились со всеми материалами по ситуации в секоторе Овчинниковых, то понимаете о чём я говорю.

— Есть вещи, которые знают все, господин барон, — поднимаясь со своего стула, невозмутимо произнёс судья. — Есть вещи, которые знают лишь избранные, а есть те вещи, которые о которых не знает никто. И здесь у меня возникает вопрос…

Голос судьи будто стал объёмным и занял всё пространство в зале совета. Мир вокруг меня поплыл, но это было ожидаемо. Магия Разума была одной из самых медленных во всех мирах. Только поэтому её адепты не захватили вообще всю власть повсеместно. Подготовка Ивана Афанасьевича завершилась, и он наконец перешёл к тому, из-за чего людей его профессии так боялись по всей Империи.

— Откуда вам известны особенности работы с изумрудной энергией? — задал первый вопрос Петров. Мир вокруг меня неприятно сжался, будто выдавливая из меня правду. Если бы не чёткая структура собственного сознания, я бы вполне мог потерять ориентацию.

Судья приблизился ко мне вплотную и положил руки мне на голову. Я не сопротивлялся. Физический контакт имел большое значение для того, что я собирался сделать. Соревноваться с адептом Разума в его ремесле было сложно, но не сомневался в своих силах. Из того, что я увидел за это время, у меня сложилось чёткое понимание предела Ивана Афанасьевича.

Я сидел с закрытыми глазами, накапливая кристаллическую связь, а потом резко открыл их, поймав взгляд судьи. На лице Петрова появились голубые отсветы, будто на него направили два магических фонаря. Мужчина оцепенел. Магия Разума требовала жёсткой последовательности действий, которую я жёстко нарушил. И собирался вообще уничтожить.

— Скажем так, — тем же гудящим голосом, что судья секундой ранее, ответил я. В этот момент я потянулся к ключевому узлу чужого заклинания и просто выдрал его с корнем, ломая всю структуру. — Меня больше интересует, откуда об этом знаете вы, Иван Афанасьевич.

Судья был жёстко привязан к собственной силе. Создать сложный аркана на основе рун грани Разума можно было лишь вкладывая в работу свою собственную энергосистему. Руны Петрова использовали большую часть его тела для собственной работы, и я использовал это против него.

Тщательно выстроенная структура схлопнулась, разом уничтожив защиту противника и открыв мне прямой путь к его воспоминаниям. Я начал искать то, что мне было нужно. Сначала осторожно и бережно, чтобы ничего не повредить. Но, чем глубже я погружался в память существа с летающего острова, тем более жёстко действовал.

Если изначально я собирался сохранить этому человеку разум и жизнь, то уже после минуты в его памяти, это решение изменилось. Подобные твари не заслуживали жизни. Ни в одном из миров не было таких законов, которые бы позволили такому подонку остаться в живых.

За лоском звания судьи и строгой чёрной одеждой скрывалась настоящая тварь, способная уничтожить всё на своём пути. Не ради справедливости или по приказу Императора. Каратели были во все времена, но далеко не все из них так наслаждались своей работой. А только из желания возвыситься и взобраться поближе к трону.

Путь для этого был только один — накопление кристаллической связи и собственное развитие. Петров делал всё возможное, чтобы добиться своего. Он забирал малые кристаллы у баронов, до которых никому не было дела. Осуждал на смерть целые семьи и рода, если в этом была хоть капля выгоды. После двадцатого эпизода казни ради собственной выгоды, я начал жёстко искать то, что мне было нужно.

Иван Афанасьевич задёргался передо мной, будто в припадке. Судя по его воспоминаниям, он множество раз видел подобную реакцию и даже вёл учёт особо стойким к его воздействиям и тех, кто реагировал особенно остро. Когда адепт грани Разума не обладал нужными навыками и терпением, его цель почти всегда превращалась в пускающий слюни овощ. Беда была в том, что у Петрова с его опытом хватало и того, и другого. Но результат оставался прежним.

Огромный пласт воспоминаний о летающем острове и внутренних делах Белого дворца находился под жёстким блоком. При любой попытке его вскрыть, судья гарантированно умирал. Я бы не сумел сделать этого даже у себя в заклинательном покое, что говорило об очень высоком уровне того, к устанавливал эту конструкцию. Но важно было не это.

Основой блока служила та самая ненавистная изумрудная сила, которую использовал недавно Овчинников. Форма у неё была иной, но источник тот же самый. Она пропитывала всю сущность Ивана Афанасьевича. Была его основой и главной целью всей жизни, заставлявшей судью идти по головам и заливать кровью целые города.

На летающем острове не просто лежали в пыльных архивах времён Сопряжения данные о падших и их отравленной силе. Ближний круг Имеператора использовал эту энергию и всячески стремился её освоить. Может просто не понимая последствий, а может вовсе не обращая на них внимания.

Судья прибыл в столицу не для того, чтобы покарать Овчинникова за мятеж. Он прибыл наказать того, кто воспользовался запретной энергией без разрешения. И уничтожить того, кто развеял крупицы мощи падших, доставшиеся тайными путями Фёдору Григорьевичу.

Всей картины Петров не знал, но и того, что я увидел в его памяти, хватало с избытком. В столицу скоро должен был прибыть летающий остров. Он уже двигался к Московскому полису и в запасе у меня оставалось не больше пары недель. Смехотворный срок, учитывая масштаб возможных проблем.

Всего одно судно воздушного флота Императора с судьёй на борту буквально перевернуло привычную жизнь огромного города. А сейчас велик был шанс того, что глава рода Романовых не просто прилетит в столицу, но и лично ступит на землю. Впервые за последние две сотни лет.

Вариантов у меня оставалось не так много, как хотелось бы. Противостоять все мощи летающего острова в одиночку будет крайне сложно. Рассчитывать при этом на каких союзников тоже не стоило. Во-первых, у меня их попросту не было. А во-вторых — нельзя было забывать о словам Мастера, который очень точно описал все особенности отношений в среде имперской аристократии.

Иван Афанасьевич стоял на месте, чуть покачиваясь из стороны в сторону. Изо рта слуги Императора текла тонкая струйка слюны, а взгляд блуждал в неведомых далях собственных кошмаров. Ментальный блок остался на месте, но сознание судьи представляло из себя жуткую кашу, где дико смешались воспоминания, навыки, желания и поступки. Выбраться из этого кошмара было сложно даже архимагу грани Разума. Но до этого уровня Петрову было бесконечно далеко.

— Прошу прощения за беспокойство… — услышал я позади себя неуверенный голос. Обернувшись, увидел у дверей в зал служителя здания совета. Я стоял так, что судью сотрудник не видел, но именно его взгляд он искал. — Иван Афанасьевич?

— Что вы хотели? — потирая виски, спросил я. Клерк обжёг меня пренебрежительным взглядом и чуть сдвинулся, пытаясь увидеть судью. И увидел, после чего резко побледнел и испуганно уставился на меня.

Иван Афанасьевич никак не отреагировал и уже никогда не сможет отреагировать. Полный ужаса взгляд клерка скакал с моего лица на бессмысленное лицо судьи.

— Иван Афанасьевич не сможет вам ответить, — безразлично произнёс я.

— Но… Господин судья велел собрать экстренный совет глав великих родов, — заикаясь от ужаса, ответил служитель. — Они вот-вот прибудут! Что… Как…

На этом речь клерка окончательно утратила осмысленность, а я только устало кивнул. Приняв это за разрешение, мужчина стремительно сбежал и вряд ли остановится пока не доберётся до своего кабинета. Почему-то подобные люди всегда считали, что это самое безопасное место в мире. Как дети, которые прячутся под одеялом от самых страшных ужасов. А я прятаться больше не мог.

Ещё немного постояв на месте, медленно двинулся в сторону выхода из зала. Коридоры здания совета наполнились какой-то лихорадочной жизнью, которая моментально замирала, как только я оказывался рядом. Меня провожали опасливыми взглядами. Молчать сбежавший клерк точно не стал и о состоянии судьи теперь знала чуть ли не половина Белого города.

К тому моменту, как я вышел на крыльцо здания совета, вся площадь перед ним уже была занята машинами. Главы шести великих родов прибыли с большой свитой из лучших своих бойцов. В последнее время они постоянно находились в постоянное готовности к бою и это ощущалось даже во внешнем виде обычно вальяжных князей и графов.

При этом я отчётливо видел, что многие из них откровенно нервничают, а кое-кто и боится. Меня и происходящего в целом. Влиятельные аристократы не понимали, что происходит, а это всегда признак очень большой опасности.

Как удивительная противоположность нервных гвардейцев великих родов и их хозяев, моя группа сопровождения выстроилась у первых ступеней крыльца, будто перекрывая доступ в здание тем, для кого оно было построено. Сомнений или страха у своих людей я не видел и это радовало. Потому что вскоре нам придётся сразиться против всех тех, кто сейчас стоял на площади.

— Вы все сейчас задаётесь одним и тем же вопросом, — усилив свой голос кристаллической связью, чётко произнёс я и поочерёдно нашёл взглядом глав великих родов. — Что происходит и как поступить? Каждый будет решать эти вопросы сам, но пути к ответам у всех будут разные. Я в курсе, что у вас назначено срочное заседание, поэтому не смею мешать совету приступить к его непосредственным обязанностям. У меня возник конфликт с представителем Императора, но это только мой конфликт, и я призываю вас в него не вмешиваться. Потому что Император далеко, а вы рядом.

— Не кажется ли вам, что вы много на себя берёте, барон? — исподлобья глядя на меня, спросил граф Покровский. — Ваша недавняя помощь не даёт вам права говорить совету, что и как ему делать.

— Я не говорю вам, что надо делать, — слегка улыбнувшись, ответил я. — Просто прошу вас не делать того же в отношении меня. Считайте, что я поднял мятеж, который должен подавить летящий сюда остров Императора.

— Прежде острова, здесь будет воздушный флот его величества, которые камня на камне не оставит от вашего владения, Святослав Иванович, — крайне серьёзно произнёс князь Космачёв. — Одумайтесь.

— Обратного пути уже нет, ваша светлость. Я не хочу, чтобы на территории всей империи повторилась та же история, что недавно случилась в секторе графа Овчинникова, — спокойно ответил я и, посмотрев на висящий над городом корабль судьи, добавил. — А насчёт воздушного флота не стоит так беспокоиться.

Конец моей фразы перекрыл звук далёкого взрыва. Висевшее над городом воздушное судно резко потеряло высоту и разбилось о защитный купол столицы. Пока все смотрели, как рушится непобедимое величие Империи, я спустился по лестнице к ближайшей из своих машин и приказал Мастреру:

— Едем домой. Пора готовиться к войне.

Московский полис

Белый город

Ассашара секунду непонимающе смотрела на меня, а потом выдала подробнейший доклад о таких нюансах использования летучки нашего случайного гостя с севера, что остальные только рты открыли. Иногда девушка сбивалась на очень странные понятия, которые подсказывала ей грань Воздуха, но я только кивал, не особенно заостряя на этом внимание. До самого баронства я слушал Ульяну, а когда мы прибыли, сразу отправился к Факелу.

По удивительной случайности, артефактор в этот момент находился в центральной части моего владения. Теперь назвать это место лагерем или базой даже у меня просто не поворачивался язык.

Высшие строительные дроны снесли всё лишнее, кроме тех домов, которые мы с Олегом поднимали в самом начале. Их я ставил в тех точках, которые находились за пределами энергетических и транспортных линий вокруг кристалла, поэтому тотальная перестройка главной базы не коснулась домов Ульяны и Факела. Зато все остальные…

Трёхнедельный труд душанов и вольных был переработан механоидами меньше чем за сутки. На месте щитовых домиков появились крепкие дома из литого камня. Всё было выполнено в строгих тонах и формах, но при этом двух одинаковых зданий я найти так и не сумел.

— Для тебя есть работа, Олег, — отыскав спорящего с кем-то артефактора, прервал я чужой разговор. — Закончишь потом.

— Что надо делать, Святослав Иванович, — жестом показав собеседнику, что они продолжат позже, поинтересовался Олег.

— Позвони Фёдору и договорись с Михалычем, чтобы они доставили тебе несколько тонн качественной плотной ткани, — начал перечислять я. — Её нужно будет обработать укрепляющими составами и нанести базовые цепочки рун. Работы много, поэтому поищи себе помощников на простые операции.

— Понял… — озадаченно кивнул Факел. — А какие рунные цепочки надо будет ставить?

— Это уточнишь у Ульяны, — ответил я. — Она в курсе и будет помогать. Всё, работай! Остальное я сам сделаю.

Основы для летающих артефактов действительно решил сделать сам. В моём заклинательном покое это было не так сложно. Множество однообразных деталей требовали минимум внимания. Ещё проще было передать эту работу Железяке, но тот наверняка заточит все изделия под свою расу.

Эта мысль неожиданно заставила меня задуматься и быстро переросла в полноценный план, но реализовать её я не сумел. У меня на пути появился Пират, которого я чуть не сшиб в задумчивости.

— Ваше благородие, разрешите обратиться, — явно терзаясь тяжёлыми сомнениями, произнёс предводитель вольных.

— Если быстро только, Костя, — неохотно остановившись, ответил я. — Работы много очень. У тебя что-то серьёзное случилось?

— Не у меня, — виновато ответил Пират. — Тут… В общем…

— С каких пор ты стал разговаривать, как поселенец на внешнем контуре Московского полиса, Пират? — устало спросил я. — Или ты больше не вожак Вольных, а простой крестьянин?

Константин за секунду побагровел, будто готов был взорваться. Рыжая борода воинственно встопорщилась, а плечи поднялись, как перед дракой. Я с интересом наблюдал за этой трансформацией. Пират будто бы даже стал выше ростом и шире в плечах. Секунда, другая…

— Пф-ф… — с шумом выдохнул вожак Вольных и я снова увидел перед собой того самого злого и подозрительного мужика, который чуть не пристрелил Мастера в деревне Горелой. — Простите, господин барон. Что-то я забываться начал. Хорошо, что напомнили, кто я есть. У вас в яме вольный сидит. Калека с севера.

— Знаю такого, — кивнул я. — Летал над куполом.

— Его прислали посмотреть и провести оценку плотности вашего купола, — продолжил Пират.

— А ты откуда знаешь? — заинтересованно произнёс я.

— Недавно встреча вожаков разных поселений была, ваше благородие, — спокойно пояснил Константин. — Мы с Захаром, Безухим и Гонзой решили про вас рассказать, а то слухи по пустошам ходят один другого бредовее. И туда северный пришёл. Кремнём звать.

— Северный? — озадаченно переспросил я. Возможно, мне показалось, что Константин вложил в это слово слишком уж много смысла и эмоций.

Пират некоторое время смотрел на меня, будто решая, стоит ли пояснять. Видимо, информация была важная и для имперских аристократов не предназначалась.

— Север живёт по своим законам, ваше благородие, — наконец ответил Пират. — Там нет полисов и власти Императора. Только законы Вольных.

— Раз нет полисов, то нет и безопасных зон, — резонно предположил я.

— Если у тебя достаточно сил, то безопасные зоны тебе не нужны, — глядя мне в глаза, ответил Пират. — Никто не знает точно, но многие считают, что если север поднимется, то никто не сможет его остановить.

— И человек с севера пришёл к тебе на встречу, чтобы узнать что-то обо мне? — задумчиво уточнил я.

Почему-то, до этого я ни разу не слышал об этих таинственных Вольных с края мира. Казалось, что вся жизнь сосредоточена вокруг полисов и интересов летающего острова. Маловероятно, что Император просто игнорировал места, где можно было установить свою власть. Либо там не было ничего интересного, либо правитель огромной страны просто не мог подчинить себе население далёкого севера.

— Он узнал что хотел и прислал летуна, — кивнул Пират. — И теперь связался со мной, чтобы я передал его просьбу не убивать наблюдателя. Кремень хочет встретиться с вами, но успеет к вашим границам только завтра утром.

— Я и не планировал убивать летуна, — спокойно ответил я. — Передай Кремню, что я готов к встрече в любое время, но сейчас не лучший момент для того, чтобы показывать свой интерес к моему баронству.

— Почему? — озадаченно спросил Константин и в его голосе я услышал тревогу.

— К сожалению, в ближайшее время в моих землях будет очень неспокойно, Костя, — честно ответил я. — Мне жаль это говорить, но вам, скорее всего, придётся искать новый дом.

— Всё настолько плохо? — нахмурился Пират.

— Через пару недель над столицей появится летающий остров, — ответил я и вожак Вольных неосознанно сделал жест, отгоняющий злые силы. — Он идёт к Московскому полису за мной. Честно говоря, у меня просто не будет свободных людей, чтобы вас защитить. Поговори со знакомыми из окрестных посёлков, чтобы приютили ваших женщин и детей, пока вы будете искать новое место. Я предоставлю вам деньги и ресурсы на первое время.

— Мы никуда не пойдём, Святослав Иванович, — твёрдо и без малейших колебаний ответил Пират. — Здесь теперь наш дом и каждый, кто попытается его отобрать, станет нашим врагом. Несколько десятков опытных мужиков вам точно не помешают в такое время. За остальных говорить не буду. Захар ещё толком не обосновался, а Безухий всё ещё думает. Их предупрежу. Остальным тоже передам. Что насчёт Кремня?

— Как встретишь его завтра, приводи ко мне, — ответил я и создал небольшого светляка, к которому привязал массовую метку. Такой своеобразный временный ключ передал Константину, который уставился на клубок кристаллических нитей, как на какую-то святыню. — Он укажет путь ко мне и позволит тебе провести гостей, если ты посчитаешь их достойными. Мне пора, Костя. До завтра. Лёгкого пути.

— Лёгкого пути, ваше благородие, — не отрывая благоговейного взгляда от маяка, отозвался вожак Вольных.

Не особенно представляя, чем я буду занят в ближайшее время, решил не откладывать простую задачу надолго и сразу направился в заклинательный покой. Ещё в момент изучения летучки северянина, я обратил внимание на ряд слабых мест этой конструкции и решил сразу их обойти.

Иногда бывает так, что гениальные идеи лежат на поверхности и на них просто не обращают внимания. В силу привычки или каких-то заблуждений, которые подпитывают те, кому это выгодно.

Так было и с любыми попытками подняться в воздух на территории Российской Империи. Монополия на полёты принадлежала Императору и его слуги делали всё возможное, чтобы так оно и оставалось. При этом мощь Воздушного Флота складывалась из образов громадных летающих судов, которые накрывали целые поселения своим тенями и несли на бортах десятки тонн взрывных артефактов. Эти корабли двигались на такой высоте, где их попросту не могли достать никакие заклинания, что превращало их в жутких предвестников поражения всех врагов правящей династии.

Но нашлись те, кто просто не знал, что в воздух подниматься нельзя. При этом я отчётливо понимал, что на далёком севере, где повсюду подстерегали опасности, передвигаться по воздуху было удобнее всего. Так появилась странная каста летунов, которые жертвовали возможностью ходить по земле, чтобы подняться в небо. Однако, создатели их летучек были ограничены в своих возможностях. А я нет.

Делать ставку на то, что на крыло я смогу поставить всю свою дружину, не было никакого смысла. Количество отдельных бойцов в таких сражениях не играло особой роли. Залогом победы являлось качество, и я решил делать ставку на него. По предварительным подсчётам, я мог рассчитывать примерно на пол сотни отлично подготовленных воинов. Именно с такого количества заготовок под летучки я решил начать.

Для этого пришлось выгрести остатки металлолома механоидов. Почти тонну металлического мусора рассыпал по всему залу и принялся за дело. В центре заклинательного покоя создал чёткий образ будущего артефакта. Девять рун языка кристаллической грани Воздуха отлично легли на речь механоидов.

За несколько часов я переплавил заготовки и заново отлили из них каркасы будущих артефактов. Антрацитово-чёрные скелеты летучек заняли почти всё свободное пространство. Я подошёл к ближайшему и легко поднял его с пола, взяв двумя пальцами.

— Отлично, — улыбнулся я.

Каркас практически ничего не весил, но при этом мог без проблем выдержать прямое попадание мощного заклинания. Я добавил накопители, как в артефактных комплексах суперов, которые позволяли переводить в подпитку сферического воздушного щита две трети энергии атакующих заклинаний врага.

Работала эта схема недолго, но на некоторое время делала пилота моего изделия почти неуязвимым. А ещё у меня была Ассашара, которая могла держать в воздухе весь мой маленький отряд, даже если против нас будет весь мир.

Удовлетворившись осмотром, сложил один из образцов и направился к Железяке. Главный механоид продолжал расширять свои владения и преобразовывать свободное пространство в полезную площадь для своей расы. На этот раз он занимался модернизацией складских дронов для придания им части характеристик высших строительных собратьев.

— Вижу, ты тут скучаешь, — осмотрев основной зал, произнёс я.

— Колония развивается быстрее плана на восемьдесят шесть процентов, — будто бы с некоторой грустью, ответил механоид. — Благодаря использованию высших строительных дронов все текущие задачи закрыты, а цели на дальнюю перспективу недоступны.

— Смотри, что я тебе принёс! — установив перед окулярами механического червя готовый скелет летучки, торжественно произнёс я.

— Облегчённый материал, — тут же активировав массу сканеров, начал анализ Железяка. — Высокая плотность. Встроенная система защиты высокого порядка. Накопители кристаллической связи. Есть возможность разобрать и использовать материал более рационально. Могу предложить переработку в стаутов грани Воздуха.

— Ты безнадёжен, — покачал головой. — Вот скажи мне, как ты можешь одновременно страдать от того, что нет возможности сделать что-то новое, и при это не замечать очевидные возможности?

— Данная конструкция не несёт в себе новые возможности, — немного подумав и ещё раз пробежавшись по заготовке сканерами, ответил Железяка. — Могу…

— Не продолжай, — остановил я механоида и сам подошёл к заготовке, накладывая на неё ряд иллюзий, чтобы придать законченную форму.

Проблемы изобретательного главы колонии механоидов мне были понятны. Удивительным образом, эта раса существовала бесконечно далеко от неба. Подземные, наземные, подводные и жаропрочные особи мехов могли действовать практически в любой среде, но летать они не умели никогда. Отчасти поэтому мир детей грани Воздуха для них оказался не интересен. Вернее, до владений высших Ассашаров механоиды так добраться и не сумели.

— А теперь что скажешь? — с улыбкой глядя на замершего в ступоре Железяку, спросил я. — Смогут высшие строительные дроны создать достаточное количество каркасов для такой задачи?

— Нам понадобится много базового сырья, — ожил механический червь. — Ориентация на облегчённые конструкции. Максимальное использование грани Воздуха. Создание управляющего контура дальнего действия. Необходимы испытания образцов нового вида в реальных условиях.

Железяка продолжал и продолжал говорить, но его речь уже была адресована не мне. Я неспешно направился к выходу из подземелья механоидов, но меня догнал луч главы колонии.

— Для полноценного начала работ необходима предварительная переподготовка высших строительных дронов, — произнёс он. — Гнёзда базовой линии производства будут готовы в течение двадцати шести часов. Когда можно будет начать производство?

— Как только будут завершены строительные работы на поверхности, — ответил я и тут же потянулся к кристаллу, чтобы получить более точную информацию. К текущему моменту, стены по периметру моего владения были завершены уже на шестьдесят процентов. Время суток для механоидов не играло никакой роли, и они продолжали свою работу даже сейчас. — Думаю, завтра к вечеру они уже будут у тебя.

— Я ускорю подготовку, — отозвался Железяка и волны его подчинённых ринулись в пустующую часть подземелья. Если из этой затеи что-то выгорит, то я решу очень серьёзную проблему малыми жертвами. Главное, чтобы придуманный мной вид мехов сумел справиться с поставленной задачей.

Остаток ночи решил провести в комфорте и вернулся в своё жилище, где меня ждал своеобразный сюрприз. Высшие строительные дроны не посмели нарушить конструкцию моей каменной конуры, но оставить дом без изменений не захотели.

В итоге, каменный мешок стал чем-то вроде зала для медитаций, вокруг которого был построен полноценный двухэтажный дом. Почти особняк. Видимо, именно ради него возвращался на базу Олег. Потому что в здании уже были установлены окна, двери и все необходимые дополнения для нормальной жизни. Даже туалет, душ и полноценная ванна имелись! Цивилизация!

Я осмотрел всё это богатство, нашёл свой старый спальник и лёг на полу в зале для медитаций. Завтра мне потребуются все мои силы, поэтому решил не пренебрегать возможностями для полноценного восстановления. До утра оставалось ещё несколько часов, а это почти вечность, если у тебя имеется всё необходимое для качественного отдыха.

Это был один из немногих дней в последнее время, когда я лёг спать не вымотанный до предела. А потому восстановление прошло значительно легче, и я проснулся на рассвете удивительно бодрым и свежим.

Приняв душ, осмотрел свою одежду и пришёл к выводу, что её пора полностью менять. В таком виде меня не то что за аристократа, а даже за командира бедного отряда Вольных не примут. Обычный бродяга в обносках.

Усмехнувшись своим мыслям, использовал великий аркан очищения на основе четырёх рун высших языков Воздуха и Воды, чтобы убрать грязь и привести одежду в относительный порядок. Если бы кто-то увидел подобное, то меня могли счесть сумасшедшим. Правда, меня чужое мнение интересовало значительно меньше собственного комфорта. А ещё меня в это утро занимали очень приземлённые темы, которые довольно быстро испортили мне настроение.

А именно — меня беспокоили финансы. Чернокамень продолжал исправно поступать со всех окрестных территорий и за него надо было платить. Судя по информации от кристалла, границу купола пересекло больше сотни тонн минерала и мне нужно было заплатить за него круглую сумму. Счетов у моего рода не было, а наличности осталось совсем немного. А ещё надо было платить жалование бывшим скаутам и вольным. Где брать на это всё деньги я пока не решил. И в момент решения этой глобальной задачи меня отвлекло деликатное покашливание где-то сбоку.

— Доброе утро, ваше благородие, — когда я повернулся на звук, произнёс Аслан. — Рад, что вы уже проснулись. Не могли бы вы уделить мне минутку?

— Конечно, Аслан, — ответил я. — Что случилось?

— Всё в порядке, господин барон, — улыбнулся в ответ душан. — Даже более чем. Пришли вести с моей родины. Совет старейшин готов поддержать вас в любых вопросах. Кавказский мегаполис выступит союзником барона Орлова во всех делах мира и войны. Также мой народ готов поддерживать вас ресурсами, морально и финансово в любых необходимых объёмах. Военная поддержка будет выражена…

— Подожди, — жестом остановив воодушевлённого барса, произнёс я. Тот явно готовил речь заранее и не сразу сумел замолчать. — Ты знаешь, что сейчас происходит, Аслан?

— Вы насчёт конфликта с Императором и прибытия летающего острова? — уточнил душан. — Конечно знаю. Это первый случай в истории Российской Империи, когда ради одного дикого барона сдвинулась с места резиденция правителя страны. И это только подтверждает…

— Ничего это не подтверждает, Аслан, — серьёзно произнёс я. — Прежде, чем мы продолжим этот разговор, ты мне должен честно и прямо ответить на один простой вопрос. Когда мы только встретились, речь шла о том, чтобы я помог тебе и твоим сородичам воплотить их мечту. Поднять в небо пару летающих кораблей, обломки которых вы храните в своих горах. Это уже был риск. Шансы на успех минимальны, а вероятность того, что вы увидите у себя на пороге летающий остров увеличивалась в разы.

— Всё верно, ваше благородие, — кивнул барс. На его лице сияла улыбка, будто у него сегодня был самый настоящий праздник.

— Так скажи мне, что так сильно изменилось, что осторожные барсы решили пожертвовать своей автономией, потерять своих лучших бойцов и лишиться сердца гор? — глядя в глаза собеседнику, отчеканил я на тайном наречии горного народа. Соврать мне на этом языке душан попросту не мог, и мы оба это знали. — Ты ведь понимаешь, что стоит кому-то из людей Императора заподозрить вас в помощи моему владению, и это станет концом Кавказского мегаполиса? Они придут за вами ещё до того, как остынет пепел на месте моего кристалла.

— Я это понимаю, Святослав Иванович, — спокойно выдержав мой взгляд, ответил Аслан. — И совет старейшин это понимает. И мы все верим, что пришло время перемен. Император не сумеет ничего сделать против вас.

— За что же вы мне все достались? — подняв глаза к защитному куполу, вздохнул я.

Сначала Пират с его самоубийственным желанием положить всех своих людей на защите моего владения. Теперь Аслан и его совет старейшин… Про Святых и Полуночников вообще не было смысла думать. Они точно никуда не пойдут.

При этом я отчётливо понимал, что полноценный бой мы выдержать не сумеем. Император поднимет великие рода Московского полиса, а может и ещё каких-то ближайших. Бросит на мой купол их силы и будет смотреть со своего острова, как мы захлёбываемся в чужой крови. И только когда у меня не останется сил, он нанесёт основной удар.

Сколько при этом погибнет людей правителя страны не интересовало. Если сила падших овладела его разумом, то любые жертвы среди людей не имели для него значения. Главное результат. И минимальный риск для самих падших. Всё остальное вторично.

— Мы верим, что у вас всё получится, Святослав Иванович, — эмоционально произнёс душан. — Вы не один. Мой народ готов встать рядом с вами в этом бою.

— Вера — прекрасное чувству, Аслан, — хмуро ответил я. — Просто, бывают моменты, когда она превращается в пепел несбывшихся надежд и тогда все пути кажутся ошибочными. Я услышал тебя. Мне нужна та фура, на которой вы привезли артефакты. Это возможно?

— Она всё ещё на территории вашего владения, господин барон, — озадаченно ответил Аслан.

После всего, что он предложил, мой запрос был крайне странным. На моём месте, большинство опальных баронов требовали бы войска и деньги, чтобы максимально быстро подготовиться к грядущему сражению. Вот только мало кто представлял всю сложность моего положения. А ещё я очень не любил долги.

— Тебе нужно будет сделать так, чтобы она беспрепятственно добралась до Кавказского мегаполиса, — произнёс я. — Это критически важно, Аслан. Груз не должен увидеть никто посторонний. Он обойдётся твоему народу в десять миллионов рублей. На этом наши взаимные обязательства будут полностью выполнены. Это реально?

— Деньги будут в течение пары дней, Святослав Иванович, — задумчиво глядя на меня, ответил барс. — С безопасностью груза тоже проблем не будет. Есть отработанные каналы. Я лично прослежу. Просто…

— Это не то, чего ты ожидал, верно? — хмыкнул я и хлопнув душана по плечу, пошёл в сторону полевой кухни, которую механоиды превратили во что-то вроде огромного ресторана. Только отделка внутри ещё не была завершена и поэтому ели люди точно так же, только под крышей. — Просто сделай всё необходимое, Аслан. Это будет отличная сделка для всего твоего народа. С грузом пойдёт письмо от меня лично совету старейшин. В нём я дам все пояснения.

Предводитель душанов кивнул и, не прощаясь, ушёл готовить всё необходимое для выполнения моего приказа. На данный момент, я не видел причин для того, чтобы доставка сорвалась. Душанов видели на моей территории, но это не означало, что их мегаполис блокируют или атакуют. Условная автономия небольшого горного народа позволяла ему вести свои дела на территории Российской Империи и этим многие пользовались. Серьёзных причин для беспокойства я не видел.

— Доброе утро, ваше благородие! — весело поздоровался со мной уже знакомый повар из отряда Полуночников. — Вам как обычно?

— Ага, — усаживаясь за стол с вольными из отряда Струны, ответил я.

Парни немного суетливо начали переставлять тарелки, чтобы освободить мне место, но не успели. Помощники повара принесли два здоровенных подносах со всем, что сегодня было в меню и заняли ими почти весь стол. Я с удовольствием подвинул к себе тарелку с омлетом, взялся за вилку и… разочарованно вздохнул.

По старой привычке, сел лицом к выходу из столовой и именно это меня подвело. Потому что я сразу заметил чуть взволнованного Пирата, который забежал в помещение и начал рыскать по сторонам глазами. Кого ищет предводитель Вольных я прекрасно понимал. Мелькнула даже подлая мыслишка скрыться от него за простым пологом и спокойно поесть, но я взял себя в руки и неохотно помахал Константину.

— Вот вы где, Святослав Иванович! — быстро подойдя к столу, произнёс Пират. — А я уже вас обыскался. И домой к вам зашёл, и у Мастера спрашивал… Хорошо Ульяна рядом оказалась.

— Приехали? — грустным взглядом окинув нетронутые блюда на тарелках, вздохнул я.

— Приехали! — взволнованно ответил Константин. — Да ещё как приехали! Мне сказали, что будут снаружи ждать, чтобы законы гостеприимства не нарушать.

— Ваше благородие… — услышал я со стороны кухни голос главного повара, а когда обернулся, на глазах чуть не выступили слёзы. Рядом с парнем стояла стопка термоконтейнеров и термос с каким-то напитком.

— Знаешь, как только у меня в баронстве появится какой-то орден, ты будешь первым, кто его получит, — осторожно забирая завтрак пообещал я и в ответ получил весёлую улыбку.

— Честно говоря, у нас всегда праздник, когда вы просто покушать заходите, Святослав Иванович, — сообщил повар. — Парни потом специально требуют всё, что барон лично пробовал.

Нагруженный тёплыми контейнерами с едой, я отправился следом за Пиратом к его машине. С собой никого из дружины брать не стал. По сути, встреча предстояла дипломатическая и показывать военную мощь не было никакого смысла. На территории баронства я мог в одиночку справиться с большинством угроз, а выходить за пределы купола сегодня не планировал. Правда, Мастер всё равно умудрился меня заметить и уточнить, где я буду и когда вернусь.

— Сейчас нельзя рисковать, ваше благородие, — пояснил он причину своей тревоги. — Ситуация сложная и в ход могут пойти самые разные инструменты. Я не исключаю, что будут попытки вас устранить ещё до прибытия летающего острова.

— Обязательно будут, — согласился я. — Мы все это понимаем, и потому опасаться примитивных подстав с ложными союзниками точно не стоит.

Когда мы наконец выехали за пределы центра владения, я полностью сосредоточился на еде. Пират меня особо не отвлекал и только посматривал иногда с таким видом, будто ему не терпелось рассказать нечто невероятное, но он опасался меня прерывать.

— Ну, давай уже, — убрав в сторону последний контейнер и открыв термос с крепким чаем, благодушно разрешил я. Мы пронеслись мимо большой площадки с десятком зданий, вплотную примыкавшей к дороге. Что-то вроде транспортного узла, которые механоиды разместили по всему моему владению. — Вижу, что тебе не терпится уже рассказать. Неужели северяне тебя так впечатлили?

— Впечатлили, — не стал скрывать предводитель Вольных. — Но с ними вы сами разговаривать будете. Моё дело маленькое.

— Что тогда? — уже предчувствуя новую порцию новостей, прямо спросил я.

— Весть о том, что вы уничтожили летающий корабль и убили судью Императора уже разлетелась по пустошам, — быстро взглянув на меня, сообщил Константин. — Для многих это стало сигналом с вами не связываться. Но есть и те, кто понимает, к чему всё идёт. Я со многими старостами общаюсь и почти всех знаю лично. Если разрешите, могу начать сбор ополчения. Добровольцев будет много. С тысячу точно наберём. Народ битый и с какой стороны за оружие браться знает.

— Они умрут, Костя, — спокойно и без тени эмоций ответил я. — Ты это понимаешь?

— Все когда-то умрут, Святослав Иванович, — пожал плечами Пират.

— Нет, — покачал головой я. — Ты не понял. Все, кого ты сейчас поднимаешь на защиту моего баронства, гарантированно умрут уже в первый день. Я не знаю, как вы себе представляете эту благородную войну. Может видите, как гоните на джипах с обрезами в руках против имперских пехотных частей, или хитро обманываете их в пустошах. Я не знаю, что себе представляют эти добровольцы, но реальность будет совсем иной.

— Какой? — неожиданно спросил Пират.

— Не знаю, — глядя на приближающуюся тридцатиметровую оборонительную стену, пожал плечами я. — Возможно, пол сотни машин ополчения просто накроют залпом с одного воздушного судна и на этом ваша война закончится. А может вы попадёте под массовое заклинание, которое убьёт всех значительно хуже, чем обычный взрыв. Я не знаю. Но длинной и красивой войны не будет. Поэтому я заклинаю тебя, Костя, не создавай для молодёжи никакой романтики. Каждый, кто придёт к тебе, должен чётко понимать, что впереди его ждут только боль, кровь и смерть.

— Я понял, Святослав Иванович, — очень серьёзно ответил Константин. — Буду брать только тех, кто действительно готов к такому.

Я коротко кивнул и сосредоточился на воротах, возле которых мы оказались. На основные выходы с территории баронства Мастер отправил дежурные группы бойцов. Высшие строительные дроны уже завершили все работы на этом участке и в обе стороны от ворот уходили высоченные стены толщиной в десяток метров.

Для защиты подобного сооружения требовалось огромное количество людей, которых у меня попросту не было. Зато у меня был свой завод по производству охранных дронов и других механоидов, способных заменить живых защитников баронства. Правда, на их производство тоже требовались ресурсы, но эту проблему решить было значительно проще.

Северные ворота представляли собой целый комплекс защитных конструкций. Казарма охраны, базовые оборонительные комплексы и вполне обычные гнёзда для артиллерийских орудий были встроены прямо в стену. Сами ворота были высотой всего около шести метров. В длинном, заполненном бойницами тоннеле на другую сторону стены, ворот и решёток было целых шесть штук. Старая и проверенная веками конструкция изолированных ловушек, которая могла остановить прорыв целой армии, будь она даже на половину из рунников.

Почти на границе купола я увидел пару монструозных машин, чем-то напоминавших крепость на колёсах, в которой передвигался наследный княжич рода Космачёвых. Каждый транспорт тянула пара тягачей и у меня сразу же возник очевидный вопрос — где северяне брали столько топлива, чтобы кормить этих монстров.

Безусловно, подобный вид транспорта был в разы надёжнее любых джипов и бмп, но в гости на таком не поедешь. Дешевле и проще добираться пешком. Тут нужен целый завод по производству топлива. Если конечно северяне и здесь не придумали что-то интересное.

Перед машинами стояли несколько человек, одетых в меховые накидки. Несмотря на жару, снимать привычную одежду гости не спешили. Мы с Пиратом выехали за пределы стены и остановились у границы купола. Привычный манёвр, который повторялся из раза в раз при подобных переговорах.

— Приветствуем барона Орлова на его земле и просим о честном разговоре, — когда я дошёл до границы купола, зычно выкрикнул громадный мужик, на фоне которого даже Бугурт казался просто крупным мальчишкой.

— И я приветствую гостей с севера, — пересекая границу купола, ответил я. Орать через поле у меня никакого желания не было, но подобный подход явно озадачил моих гостей. — Мне сказали, что вы хотели говорить со мной.

— Меня зовут Кремень. Я говорю за семь племён. У тебя в плену наш летун, барон, — сообщил главный северянин. — Мы хотели бы его вернуть. Что ты за это хочешь? За самого летуна и нашу тайну?

Он стоял чуть впереди остальных, но при этом не казалось, что он важнее других. Все остальные тоже были вождями. Мощные, спокойные и уверенные в себе. Я будто смотрел на выжимку того, что делали с человеком непригодные для жизни земли на краю мира.

Дело было даже не во внешних размерах. Пара вождей были просто высокими и жилистыми. Но у меня складывалось стойкое ощущение, что любой из них сможет выйти не только против иномирного монстра, но и против целого отряда людей.

— Летуна я верну вам сегодня же, — невозмутимо ответил я. — И его транспорт тоже. За это ничего не нужно. А насчёт вашей тайны… Боюсь, что ничего сделать не смогу. Единственное, что могу обещать — никто не узнает, что на севере есть способ летать. Вашего человека видели только мои ближайшие соратники и они не скажут об этом никому.

— Нас устраивает такой вариант, — переглянувшись с остальными, ответил Кремень. В этот момент я ощутил тонкий всплеск кристаллической связи, пробежавшийся по вождям и неожиданно вильнувший куда-то за их монструозные машины.

— О чём вы хотели говорить? — прямо спросил я. Если эти люди пришли издалека, то вряд ли хотели тратить время на вежливое обсуждение погоды.

— По пустошам ходит много слухов о тебе, барон, — всматриваясь в меня, будто желая просверлить взглядом насквозь, произнёс Кремень. — Что из них правда, а что ложь — понять непросто. Те, кто близок к тебе, говорят доброе. Те, кто боится тебя — говорят злое. Что из этого правда?

— Всё правда и всё ложь, Кремень, — улыбнулся я. Подобный подход к переговорам казался мне очень странным. Рассказывать собственную биографию я не собирался и не особенно понимал, чего от меня хочет северянин. — Любой путь верный, если смотришь с порога родного дома. И любой ошибочный, если обернёшься, добравшись до цели. Есть вещи, которые можно трактовать так, как хочется.

— Но есть факты, которые нельзя толковать по-разному, — чуть усмехнувшись, ответил северянин и я снова ощутил странную волну энергии от него. На этот раз попытался отследить её, но она будто исчезла в сотне метров за грузовиками гостей. — Правда ли, что ты сбил корабль над столицей, барон.

— Правда, — кивнул я.

— А правда ли то, что ты лишил разума судью? — задал следующий вопрос Кремень.

— Правда, — снова кивнул я, немного удивившись осведомлённости северян. Насчёт судьи информацию мог дать только кто-то из великих родов или сотрудников здания совета. Вряд ли это широко разошлось по городу.

— А правда ли то, что к столице идёт летающий остров за твоей головой, барон? — задал третий вопрос северянин.

— Правда, — слегка улыбнулся я и вдруг увидел на лицах вождей довольные улыбки.

— Что ж, значит, мы шли сюда не зря, — довольно ответил Кремень и от него разошлась третья волна кристаллической связи. Только на этот раз я увидел, куда именно она идёт, потому что мир позади северных вождей начал трескаться на части, как громадное зеркало.

Императорская резиденция «Небесный город»

Следом за рассыпающейся реальностью пришёл мощный гул. Будто могучий прилив бил в высокие скалы, раз за разом пытаясь проложить себе дорогу. С этой силой невозможно было сражаться. Можно было только принять её мощь и отступить. И когда я увидел источник этого звука, то не поверил своим глазам.

За грандиозной иллюзией, накрывавшей пространство позади грузовиков северян, скрывалась целая армия. Вернее, целый народ из десятков разномастных племён. На первый взгляд, к моему куполу прибыло не меньше тысячи автомобилей. Многие из них были раскрашены в характерные цвета своих племён и можно было чётко различить разные группы.

На капотах, крышах и вокруг машин стояли тысячи людей, издававших мощный первобытный рёв, от которого по всему телу бежали мурашки. Я потрясённо смотрел на эту дикую орду, пытаясь понять, как эти люди сумели добраться до моего владения через половину страны и вскоре нашёл ответ.

На каждые десять машин было минимум две со странными рельсами на крышах. Сейчас они все были пусты, но их назначение для меня было очевидным. Северяне везли с собой пусковые установки для летучек, а значит над нами сейчас кружили в небе несколько сотен их наблюдателей. При такой поддержке с воздуха можно не опасаться случайного нападения. Да и вряд ли кто-то решится связываться с подобной силой.

— Должен признать, вы сумели меня удивить, — наконец произнёс я. — Вижу, женщин и детей вы с собой брать не стали.

— Им не место на поле боя, барон, — ухмыльнулся в ответ Кремень. Стоявший сбоку от меня Пират напоминал соляной столп. Вожак Вольных даже моргать забывал. И здесь он был не одинок. — Со мной пришли только те, кто готов умирать. Если у тебя ничего не выйдет, то на севере вырастет новое поколение воинов, которые будут ждать дальше.

Судя по реакции наблюдателей у ворот, мощь северян вызывала оторопь у всех. Скорее всего, Мастеру уже доложили о ходе моей встречи, и он уже летел к северным воротам. Может даже не один, а с полной группой лучших бойцов. Правда, вся сила людей с края мира теряла смысл при столкновении с моим куполом.

Стоило мне сделать несколько шагов назад, и войску северян останется только потрясать мускулами. Воинская сила и наличие летучек делали их очень опасными в пустошах, но штурмовать защитные купола никто из них не умел. Может именно поэтому они остановились так близко к моей границы, что я мог накрыть их несколькими атаками или одним мощным импульсом своего кристалла.

— Чего они будут ждать? — поинтересовался я.

— Когда-то давно в один посёлок на далёком севере забрёл умирающий от голода бродяга, — внимательно наблюдая за моей реакцией, ответил Кремень. — Тогда ещё не было никакого Сопряжения и люди жили повсюду. Бродягу накормили и согрели, а тот в благодарность рассказал о грядущей беде для всего мира. Он сказал, что однажды появится тот, кто направит силу севера в правильное русло.

— Потому что сила ничто без верного пути, — невольно вырвалось у меня, и стоявшие позади Кремня вожди тут же начали переглядываться, но я уже не обращал на это внимания. — Вы сильны, но ничего не сумеете сделать против воздушного флота империи и её правителя.

— Мы это понимаем, — неожиданно произнёс один из вождей. — Поэтому пришли к тебе, барон. Ты поможешь нам научиться, и мы вместе нанесём удар древнему злу, от которого оно уже не оправится.

— Вам придётся выполнять все мои приказы, — твёрдо произнёс я. — Каждый, кто пересечёт границу моих владений, станет воином моей дружины. Те, кто не готов подчинятся, могут сразу возвращаться домой.

Я отступил на несколько шагов, вернувшись под купол, и создал на поверхности поля светящийся контур для прохода северян. Кремень уверенно пошёл вперёд, а следом за ним двинулись все остальные жители севера. Никто не задумался и не повернул назад.

— Что у вас с припасами и снаряжением? — когда Кремень остановился рядом со мной, спросил я.

— Еды хватит на три недели похода, барон, — спокойно ответил вождь. — Патронов и артефактов на несколько больших сражений, но мы не откажемся от дополнительного снабжения. Оружия много не бывает.

— В трёх километрах по дороге от ворот есть подходящее место, — указав рукой направление, сообщил я. — Поставите лагерь там. Вам привезут всё необходимое в ближайшие дни. Как только будет готово снаряжение, я приеду сам, чтобы провести инструктаж.

— Добро, — кивнул Кремень.

Мы попрощались, и я направился к машине Пирата. Рядом с ней увидел броневик отряда Святых и Мастера с Ульяной и Бугуртом. Успокаивающе помахав бывшим скаутам, подошёл ближе, чтобы прояснить ситуацию. Командир Святых удивлённо смотрел на колонну северян, двигающуюся через ворота.

— Глазам своим не верю, — наконец произнёс бывший гвардеец. — Получается, они действительно существуют.

— И это явно не все, — добавил я. — Нужно будет организовать снабжение и проверить их боевой потенциал. Займёшься?

— С потенциалом проблем точно нет, — бодро сообщила Ассашара. — От них кристаллической связью несёт так, будто они с детства её ложками на завтрак лопают! А я ещё думала, что от суперов Ярого фонит магией!

У меня ощущения были схожими, но дополнительное мнение и практическая проверка тоже лишними не будут. Распределив задачи, направился обратно на главную базу и занялся насущными делами.

Точное время прибытия летающего острова никому не было известно, поэтому решили максимально ускорить всю подготовку. Первым делом я написал письмо старейшинам Кавказского мегаполиса. Писал на языке гор, чтобы избежать двойного толкования.

Вместе с письмом в грузовик упаковали одного из высших строительных дронов, приложив к нему подробную инструкцию и пульт для передачи команд. После выполнения основных задач, механоид должен был самоуничтожиться. Оставлять подобное существо без присмотра точно не стоило. Тем более на чужой территории.

А потом началась изматывающая подготовка к будущему сражению. За неделю я всего пару раз выходил из своего заклинательного покоя. Производства Железяки пахали на пределе своих возможностей, но этого всё равно не хватало. За несколько дней нам удалось переоснастить всех летунов северян и собрать собственное звено из пятидесяти летучек.

На стенах по всему периметру баронства с каждым днём появлялось всё больше и больше защитных механоидов, но каждый в моих владениях всё более чётко понимал, что мы категорически не успеваем. Будто какая-то тяжесть давила на плечи. Ещё не было объявлено о войне, удивительно тихо всё было на границе и даже в Московском полисе, но чувство неотвратимой катастрофы становилось с каждой минутой всё сильнее, пока не ударило во всю мощь.

В этот момент я занимался регулировкой мощности излучения кристалла для управления защитным полем над баронством. В момент осады подобный подход позволял быстро концентрировать кристаллическую связь в месте наиболее мощных атак врага, чтобы экономить энергию. Для работы мне требовалось плотное слияние с магическим камнем и глубокое погружение в его энергию. И вот там меня и накрыло волной запредельной злобы и жуткой боли, прокатившейся по всему миру.

Я упал на пол заклинательного покоя, задыхаясь от липкого отвращения и ужаса. Будто нечто отвратительное разом заняло огромный кусок реальности. А уже секундой позже до меня докатилось эхо гибели десятков тысяч разумных.

— Они вернулись… — хрипло произнёс я и тут же поднялся, возвращаясь к работе. Спутать мерзкую сущность падших с чем-то другим было невозможно. Я помнил это чувство в десятке разных обличий. Каждый раз всё повторялось одинаково, но теперь у меня оставался шанс на победу.

Полностью сбросить поводок, накинутый мной много веков назад, падшие не сумели. Пока существует хотя бы один кристалл, их темница будет удерживать их естество внутри себя. Только поэтому я так полно ощутил возвращение древних врагов и их первую трапезу.

Среди жителей баронства только Ульяна ощутила неладное. Ассашара не находила себе места, пока не встретилась со мной поздно вечером. Пришлось объяснить ей, почему она так себя чувствует, но легче от этого девушке не стало. Может даже наоборот. Спать ложился с полным ощущением того, что время утекает сквозь пальцы, но уснуть мне не дал телефон.

— Орлов, — приняв звонок, почти сквозь сон произнёс я.

— Нужно встретиться, барон, — услышал я из динамика предельно напряжённый голос князя Космачёва. — Мы через час будем у границы вашего владения.

— Юг? — уточнил я. Это было то направление, с которого чаще всего приезжали гости из столицы.

— Нет, Восток, — удивил меня собеседник. — Через час, Святослав Иванович. Но мы постараемся прибыть раньше.

Задавать какие-то вопросы я не видел смысла. Если один из правителей Московского полиса решил лично наведаться ко мне в гости, то причина для этого должна была иметься очень весомая. Маловероятно, что его светлость вдруг нашёл свободное время и воспылал желанием провести выходной в диком баронстве. Особенно учитывая текущую обстановку вокруг моих владений.

— Подъём, вы мне нужны, — создав несколько сигнальных точек возле ближайших своих соратников, на ходу произнёс я. До парковки было не больше пяти минут ходьбы, но там меня уже ждали.

Весь отряд Святых в полном составе, Тень, Дылда и Аслан. Как-то так вышло, что к текущему моменту почти все подчинённые Мастера занимали важные должности в моём баронстве. Те, с кем я начинал свой путь, стали опорой в управлении ресурсами и войсками. Учитывая, что встреча предстояла серьёзная, я решил взять с собой всех ответственных за важные направления, чтобы можно было принимать любые решения прямо на месте.

— Что случилось, ваше благородие? — первым делом спросил бывший гвардеец.

— Пока не знаю, — честно ответил я. — У нас важные гости. Думаю, они расскажут в чём дело.

Восточный край моего владения находился чуть дальше остальных. Всё же, база моих войск располагалась возле кристалла, а тот был смещён относительно центра. Доехали за двадцать минут по прямой, как стрела, дороге.

В темноте, прямо у границы купола, стояло несколько автомобилей. В полукруге света от фар я увидел пять фигур. Они стояли настолько близко к моему барьеру, что я отчётливо ощущал их силу. Никто не скрывался, хотя каждый из гостей понимал, что я могу легко их уничтожить на таком расстоянии.

— Доброй ночи, господа, — поздоровался я. — Что могло случиться, чтобы главы сразу трёх великих родов прибыли посреди ночи?

— Казань уничтожена, — сухо произнёс князь Болотов. — У меня племянник там управлял филиалом торгового дома моего рода. Город пал всего за один час.

— Значит, летающий остров в неделе пути от столицы, — тяжело вздохнул я. — Что ж, мне жаль вашего племянника и всех жителей Казани, ваша светлость. Боюсь, в ближайшее время я не смогу ничем помочь беженцам, господа. На моей земле не безопасно.

— Мы пришли не для того, чтобы ты помог беженцам, барон, — хмуро ответил князь Горюнов. — Мы пришли спросить, чем тебе можем помочь мы в твоём грядущем бою. Потому что…

— Потому что мы больше не знаем, кто правит Империей и кому мы служим, — жёстко закончил за своего спутника князь Космачёв. — Остров главы рода Романовых пожрал один из крупнейших полисов страны всего за час. От Казанского полиса не осталось вообще ничего, кроме выжженной земли. И всё это сделала та изумрудная энергия, от которой ты недавно защитил сектор Овчинникова и половину всей столицы.

— То, что пробудилось в недрах летающего острова, придёт в столицу за вашими кристаллами, — глядя на высших аристократов, годами игравших в свои игры и только сейчас осознавших жуткие реалии своего мира. — Люди для них всего лишь закуска. Цель этих существ в том, чтобы пожрать всех разумных десяти планов, до которых они сумеют дотянуться. Отдельный город — слишком мелкая цель. Но ваши кристаллы сильны. За ними обязательно придут. Если вы отдадите их мне, есть шанс, что город не заинтересует пробудившихся.

— Отдать кристаллы? Основу нашей силы⁈ — возмущённо воскликнул князь Горюнов. — Даже если бы мы могли их извлечь из родовых гнёзд, как можно оставить столицу без защиты? Что на это скажут главы остальных великих родов?

— А вас интересует их мнение? — задал я встречный вопрос. — Почему их нет здесь? Если весь совет так интересует судьба Московского полиса, почему только вы приехали ко мне посреди ночи?

— Это сложный вопрос, Святослав Иванович, — нахмурился Космачёв.

— Нет, ваша светлость, — покачал головой я. — Вопрос очень простой. И ответ на него тоже. Вы им не верите. Вы считаете, что они попытаются сообщить о вашем решении на летающий остров, чтобы выслужить себе жизнь. И занять ваши места.

— С ними даже нет смысла разговаривать, — сокрушённо покачал головой князь Болотов. — Покровский начал писать доклады в высшую канцелярию сразу же после новости о Казани. Прямо в зале совета!

— У вас достаточно сил, чтобы защитить город от иномирных тварей в течении месяца без всякого купола, — произнёс я. — Как только волна кристаллической связи докатится до ближайших слоев реальности, в наш мир хлынут все разумные, отравленные изумрудной энергией. Они станут вашей основной проблемой. Обычные иномирцы будут прятаться до тех пор, пока всё не утихнет.

— Я бы хотел спросить, откуда ты всё это знаешь, но не стану, — вздохнул князь Горюнов. — В любом случае, даже если бы мы решились отдать тебе кристаллы, мы просто не сможем их вытащить и переместить. Ты уверен, что три кристалла смогут чем-то помочь? В Казанском полисе их было семь и только два были слабее столичных.

— Четыре кристалла лучше, чем один, — улыбнулся я. — А восемь лучше четырёх. За перемещение кристаллов вы можете не переживать. Это моя забота. Вопрос в трёх оставшихся великих родах.

— Это уже наша забота, — переглянувшись с остальными князьями, ответил за всех Космачёв. Его сын, всё это время молча стоявший за правым плечом отца, молча кивнул и пошёл к своей машине, по пути доставая из кармана какой-то амулет.

Судя по всему, более сильные и опытные князья уже всё продумали и им нужен был только повод, чтобы начать переворот в своём городе. Покровские, считавшиеся сильнейшими из трёх верных императору родов, были в разы слабее даже Болотовых. А Космачёвы могли уничтожить их вообще без особых усилий.

— Как вы планируете забирать кристаллы, ваше благородие? — поинтересовался князь Горюнов и вдруг сокрушённо покачал головой. — Никогда бы не поверил, что мы отдадим основу своей власти какому-то проходимцу! Своими руками!

— Дам вам небольшой совет, ваша светлость, — улыбнувшись, ответил я. — Если этот мир переживёт следующую неделю, то вам, как и всем другим владельцам кристаллов, придётся искать новую основу своего могущества.

— Это… довольно дерзкое заявление, — хмыкнул в ответ Болотов. — Мы подумаем над вашими словами. Как вы планируете обороняться, Святослав Иванович?

— А я не планирую обороняться, — невозмутимо ответил я и трое глав великих родов одновременно уставились на меня, как на полного безумца.

— Что ж, это многое объясняет, — наконец нарушил тишину тихим смехом князь Космачев. — Тогда не смеем больше вас отвлекать, Святослав Иванович. Думаю, завтра к вечеру вы уже можете приезжать за кристаллами.

— Доброй ночи, господа, — попрощался я и гости направились к своим машинам. Через несколько минут они исчезли в ночи, и мы остались одни.

— И вы им поверите? — прямо спросил Мастер.

— Поверю ли я им? — посмотрел я на командира Святых. — Они настолько напуганы, что готовы убивать своих вчерашних союзников и отдать основу своей силы непонятному чужаку. Поэтому, да. Я думаю, что я им поверю. Но прав ли я, мы узнаем только завтра вечером.

Весь следующий день мысли крутились только вокруг Московского полиса. О том, что князья начали действовать, говорила полностью отрубившаяся связь. Я не рискнул отправлять на разведку свои воздушные силы, чтобы избежать нелепой ошибки, способной сломать на корню все мои грядущие планы. Поэтому весь день мучался неизвестностью. Однако, работать это мне не мешало.

Одни артефакты сменяли в заклинательном покое другие. Заготовки превращались в полноценные боевые амулеты, а складские дроны неустанно таскали готовые изделия по выделенным для них секциям. На какое-то время я превратился в часть производственной цепочки механоидов, полностью отключившись от реальности и сосредоточившись исключительно на своих задачах.

В какой-то момент мне даже показалось, что я действительно стал частью этой странной расы, подчинявшейся общим ритмам и следовавшей тому пути, что был заложен в неё изначально. Это ощущение тянулось к блуждающей грани, и я чувствовал, что на другой её стороне также кипит непрерывная работа. Всё, что было собрано и подготовлено с момента остановки Сопряжения, мехи пустили в ход ради последнего рывка.

— Барон… — прошелестел в заклинательном покое голос Ульяны. Только она могла до меня достучаться, и мы заранее договорились с Мастером, что девушка будет связной на случай экстренной ситуации. — Северяне просят о встрече. Говорят, что вы обещали им инструктаж.

— А всё снаряжение уже поставлено? — неохотно выныривая из своеобразного производственного транса, спросил я. Едва сознание стабилизировалось, сразу же навалились десятки вопросов по поводу ситуации в баронстве и за его пределами. Готовы ли мои люди? Что в столице? Где летающий остров и каким будет его следующий ход?

— По тем спискам, что вы подготовили — да, — дала исчерпывающий ответ Ассашара. А я между тем даже не заметил, сколько всего сделал за последние дни.

— Через тридцать минут буду наверху, — прикинув объём оставшейся работы на текущем этапе, сообщил я. — Ты едешь со мной. Можете собрать нашу лётную бригаду. Им тоже будет полезно.

— Они и так не вылезают из лагеря северян, — хмыкнула в ответ дитя грани Воздуха. — Как бы переучивать потом не пришлось.

— Основы будут те же, — ответил я. — Всё! Не отвлекай, а то я тут до вечера провожусь.

Ровно через тридцать минут я вышел из ворот складского комплекса и сел в стоявший неподалёку броневик. За рулём сидела сама Ульяна, а в салоне я увидел только Мастера и Аслана.

— Выглядишь измученным, — слегка улыбнулся я бывшему гвардейцу и кивнул душану.

— Все жители баронства должны соответствовать своему господину, — усмехнулся в ответ Мастер. За последние дни тревога и нервозность немного отступили. Мы делали всё возможное для подготовки к будущему бою и это помогало сохранять спокойствие. — Я готов отчитаться по текущей ситуации с северянами и вольными.

— Как раз выдалось свободное время для этого, — вздохнул я и, закрыв за собой дверь, уселся напротив командира Святых, приготовившись слушать. Ульяна тронула броневик с места. За окнами поплыл заполненный деловитой суетой десятков людей центральный посёлок моего владения.

— Пират продолжает отбор добровольцев в ополчение баронства, — начал свой доклад Мастер. — критерии очень жёсткие, но людей меньше не становится. На данный момент идут уже из дальних посёлков, которым раньше даже дела не было до Московского полиса.

— И сколько уже набралось? — поинтересовался я. Вопрос был не только в том, чтобы увеличить численность сил самообороны, но и обеспечить новых бойцов всем необходимым. Своих запасов у меня не было, поэтому я опасался проблем на этом направлении.

— Почти две тысячи, — будто не веря собственным словам, ответил Мастер. — Если так пойдёт дальше, то к концу недели будет больше трёх. Честно говоря, вообще не думал, что жители пустошей сумеют столько людей выставить. Их сейчас размещаем в долине Вольных. Мне удалось убедить Пирата перевезти женщин и детей к Безухому на время боевых действий. Думал, Юлька его порвёт на части, когда он ей об этом сообщил.

— Она бы и порвала, если бы не сражение на носу, — весело сообщила Ульяна. — Все понимают, что на счету будет каждый боец. Особенно если Юг успеет.

— Это ещё кто? — посмотрел я на командира Святых.

— Объединённые силы южных полисов, — поморщившись, как от зубной боли, ответил Мастер. — До них то ли не дошла информация о событиях в Казани, то ли они ей не поверили. В общем, великие рода трёх основных полисов южной части Империи отправили почти все свои силы к столице по приказу Императора. Они даже не стали спрашивать зачем там столько бойцов и рунников.

— Там приличных размеров и опыта дружины, ваше благородие, — добавил Аслан. — Эти полисы полукольцом перекрывают земли моего народа. Мы там хорошо ориентируемся. Можно создать столько проблем, что великие рода очень быстро отзовут все свои силы.

— Неплохой вариант, — кивнул я. — Это уже подтверждённые данные?

— Был доклад водителя фуры, который видел дружины южан на марше, — ответил барс. — Потом связь оборвалась и все подробности получить не удалось. Я отправил несколько машин в том направлении. Сегодня вечером вернутся.

— Хорошо, — укладывая очередной кирпичик в мозаику ситуации, ответил я. — Продолжай, Мастер.

— Теперь что касается наших… — на мгновение задумавшись, ответил бывший гвардеец. — Общая численность дружины составляет двести восемьдесят шесть человек, включая людей Сиятельного и его самого. По снаряжению и снабжению всё отлично. С ребятами Струны и Бобра постоянно занимаются мои люди и парни Аслана. Уровень растёт быстро, но в текущих условиях это может не особенно сказываться.

— Люди заняты — это уже отлично, — спокойно ответил я. — В обороне это точно скажется положительно.

— Кстати, по поводу обороны, Святослав Иванович, — спохватился Мастер. — Мы не можем защитить весь периметр баронства. Неизбежно получим слабые зоны. Людей не хватит чтобы выставить на стену. Есть ещё механоиды, но мы не знаем сколько их.

— Две тысячи пятьсот сорок шесть стаутов разных граней кристаллической связи, — на мгновение прикрыв глаза, чтобы собрать нужную информацию, ответил я. — Тридцать шесть точек Роя и восемьдесят три стационарных защитных установки типа Гарпия. В пропорциях этот состав будет увеличен ещё на тридцать процентов за ближайшие дни.

Аслан негромко присвистнул. С таким количеством мехов будет тяжело справиться не только регулярной армии, но и личной гвардии Императора. В целом, для одного небольшого баронства, которому меньше месяца от роду, сил у нас получилось собрать очень приличное количество.

— Это немного меняет дело, — произнёс командир Святых. — Теперь о северянах… Тут вам, наверное, лучше лично на всё посмотреть. Эти парни… Я многое повидал в жизни, но они даже суперам большую фору дадут. Разве что Ярый смог выдержать спарринг с бойцами Кремня. Но суперов в Кристальных горах едва ли два десятка наберётся, а этих монстров с края мира почти пять тысяч к нам пришло. Фёдор деньгами весь Серый город завалил, чтобы броню на них выкупить. Хорошо ещё, что оружие вы сами решили делать. Проверить я их проверил, но как в бою использовать вообще не представляю. Они не знакомы с тактикой и строем. Ничего не знают об обороне и манёврах. Одна сплошная дикая мощь в скорлупе из кевлара.

— Это моя забота, — ответил я. — Как раз этим и займёмся сейчас.

К этому времени мы как раз добрались до обширного лагеря северян. Над ним кружили десятки новейших летучек моего производства. Насколько я понял, люди Кремня пришли в полный восторг, когда им привезли первые образцы модернизированных летательных аппаратов.

— Привет, барон, — издалека заметив нашу машину и заранее выйдя навстречу, поздоровался предводитель северян. — Мы уже заждались.

Я обратил внимание, что на поясе вождя висели сразу два чёрных кинжала. То самое оружие, которое я готовил для всех северян. Минимум сложных элементов и максимум эффективности. Учитывая, на каких скоростях сражались эти люди, и какую силу прикладывали к ударам, моей главной задачей было создать такой клинок, который просто выдержит эти нагрузки. И, судя по тому, что Кремень сразу же сменил своё привычное оружие на мои изделия, у меня всё получилось.

— Когда вы пришли к моему куполу, ты сказал, что с тобой только те, кто готов умереть в бою, — глядя в глаза северянину, возвышавшемуся надо мной на добрых полторы головы, спокойно произнёс я. — Ты сказал, что вы готовы нанести удар древнему злу и положить на это свои жизни.

— Всё верно, — кивнул Кремень и нежно провёл ладонью по клинку на поясе. — Ты уже дал нам то, что поможет в этом бою. Теперь укажи путь и цель. Дальше сила Севера сделает всё сама.

— Ульяна, — посмотрел я на Ассашару, — Грузовые блоки уже доставили?

— Да, Святослав Иванович, — быстро ответил девушка и уверенно направилась к возвышавшимся в отдалении штабелям ящиков. Оттуда она вернулась с парой плоских чёрных блинов в одной руке и сложенной летучкой в другой.

— Вашей задачей будет связать боем человеческие силы летающего острова, — забирая у Ассашары части сборного артефакта, произнёс я. — Вряд ли кто-то из вас сумеет вернуться, но, если такие останутся, у каждого из твоих людей будет с собой вот такая штука. Когда всё станет совсем плохо, нужно будет спрыгнуть с острова. Дальше артефакт всё сделает сам.

— Его нужно носить с собой постоянно? — с интересом рассматривая артефакт, спросил Кремень. — Как это работает?

Я молча вручил северянину магический предмет, при этом демонстративно коснувшись прозрачного участка в центральной части. Кремень принял артефакт и принялся крутить его в руках, будто пытаясь разобраться в принципах работы.

— Сколько у тебя летунов? — спросил я.

— Триста, — твёрдо ответил вождь.

— Ульяна… — произнёс я.

Уточнять приказ не потребовалось. Ассашара немедленно развернула летучку, легко запустила её в небо и по пути зацепила Кремня. Здоровенный мужик, весом под две сотни килограммов, выпучил глаза, подготовившись к резкому рывку, но ничего не произошло. Вождя потянуло следом за летучкой, как тонкий бумажный листик.

— Каждый летун сможет поднять около пяти твоих бойцов, — когда Кремня вернули на землю, сообщил я. — Больше просто не влезет под маскировочный купол. Отбери полторы тысячи лучших, кто сможет удержать зону высадки до прибытия второй и третьей волны. Вам нужно будет сделать так, чтобы обитатели летающего острова на какое-то время вообще забыли, зачем они прибыли к моему владению.

— Это мы хорошо умеем, барон, — кровожадно усмехнулся Кремень и кивнул в сторону Ульяны. — Её нам оставишь? Хочу, чтобы натаскала моих летунов. Мужики говорят, что из них никто с твоей воздушницей никогда не сравнится.

— Ульяна, пол сотни грузовых блоков можете использовать на тренировках, — приказал я. — Манёвры, высадка и взлёт-посадка. Чтобы всё могли без тебя сделать. По защите летучек тоже дай подробную информацию.

— Будет сделано, ваше благородие, — кивнула Ассашара.

— Пора в столицу? — посмотрел на меня Мастер.

— Нужно семь крытых грузовиков найти, — ответил я. — И подогнать их к складскому комплексу. Захватим инструменты для перемещения кристаллов.

— Утром ещё приказал пригнать транспорт, — ответил командир Святых. — Кого с собой брать, Святослав Иванович?

— Никого не надо, — рассеянно произнёс я. — Все, кто нужен, и так с нами будут.

Командир Святых нахмурился, но спорить со мной не стал. В последнее время, он вообще редко возмущался и всё больше старался максимально точно выполнить мои приказы. Сборы заняли около часы. Именно столько времени мне понадобилось, чтобы упаковать в каждый из семи грузовиков всё необходимое.

По пути к Московскому полису мы не встретили вообще никого. Вольные давно ушли, скауты сидели в городе, а дикие монстры, будто ощущая надвигающуюся катастрофу, попрятались в самые глубокие норы.

Мы ехали не особенно торопясь, но скорость пришлось увеличить, когда в поле зрения показались стены полиса. И первое, что мы увидели — горящие кварталы столицы. Московский полис полыхал и дымы пожарищ свободно поднимались в небо. Не было больше единого защитного купола и это сразу бросалось в глаза. А ещё было понятно, что три великих рода, сохранившие верность правящей династии, не стали сдаваться без боя. Более того, судя по количеству пожаров, сейчас Космачёв и Горюнов сидели в глухой обороне.

— Похоже, они переоценили свои силы, — осматривая город в бинокль, сообщил Мастер. — Князья потеряли ворота. Вижу там знамёна Покровских. Не думал, что у графа столько опытных воинов.

— У него их и нет, — ответил я. — Это люди Императора. Те, кто следит за поведением великих родов.

— Так что тогда делать, Святослав Иванович? — посмотрел на меня командир Святых. — Прорываться?

— Нет, — спокойно ответил я и достал из внутреннего кармана куртки небольшой амулет. Пару секунд смотрел на герб своего небольшого баронства, а потом уверенно сломал магическую печать, отправив сигнал, который нельзя пропустить. — Едем прямо. Нас встретят.

За пару километров до столицы неожиданно началось оживление у забытых всеми ворот сектора Овчинникова. Люди в неприметных серых накидках быстро разбежались по стенам, а ворота минуту спустя просто рухнули в облаках каменной пыли.

— Притормози, — когда мы оказались почти у ворот, приказал Я. Мастер сбросил скорость и на крышу машины тут же кто-то упал. Командир Святых дёрнулся за оружием, но я его остановил, а в следующий момент в салон через люк спрыгнул Сиятельный.

— Добрейшего дня, ваше благородие, — шутовски поклонился бывший главарь бандитов. — Рад приветствовать вас в стенах столицы.

— Мы ещё не в столице, — с улыбкой ответил я. — Показывай дорогу.

— На воротах Чёрного города очень многолюдно, поэтому я рекомендую вам осмотреть восточную часть стены.

— Налево! — приказал я Мастеру.

Следующие двадцать минут мы следовали указаниям Сиятельного, который вёл наш конвой через глухие переулки и полноценные дыры в оборонительных сооружениях столицы.

— Белый город был сегодня не особенно гостеприимным, поэтому дальше мы не ходили, ваше благородие, — когда мы оказались неподалёку от ворот к центру столицы, сообщил Сиятельный.

— Дальше и не нужно, — хлопнув бывшего бандита по плечу, улыбнулся я и, высунувшись в люк, изо всех сил закричал. — Выгружаемся!!!

Семь грузовиков разом остановились. Ударили о землю борта и во все стороны хлынули потоки механоидов. Стауты и модификации строительных дронов смешивались с грузчиками, тащившими особые стальные фермы. Механоиды разбежались в разные стороны, моментально исчезнув из вида.

— Теперь ждём, — коротко приказал я. Мехов я ощущал довольно чётко. Каждое звено двигалось исключительно к своей цели максимально коротким путём.

Определить эту цель было не сложно. Кристаллы великих родов пульсировали, как громадные маяки в пустоте. Вероятно, именно этот пульс привлекал летающий остров и позволял ему точно наводиться на реальный мир из того пространства, в котором он обычно путешествовал.

Сиятельный унёсся куда-то в Серый город к своим людям. Свою задачу он выполнил на двести процентов и мог в любое время прийти ко мне за наградой. Если посчитает нужным и если я всё ещё буду жив к этому моменту.

Спустя бесконечный час нервов и напряжения, со стороны Белого города послышался множественный шелест, и мы увидели первое из вернувшихся звеньев. Механоиды тащили кристалл рода Покровских, как муравьи тащат найденную в полях гусеницу. Не прошло и пары минут, как драгоценность великого рода упаковали в кузов грузовика, а дроны начали превращаться в стационарные турели на крыше и бортах.

— Давай, давай, давай… — пробормотал я, когда в отдалении началась активная перестрелка, но всё обошлось.

Вскоре все звенья вернулись и мы рванули в обратный путь. Присутствие семи мощных кристаллов очень давило на окружающий мир, но ещё больше на него давила надвигающаяся угроза чуждого этой реальности внимания.

Оно становилось всё гуще и неприятнее с каждой секундой. Последние километры до баронства мы уже выжимали всё возможное из грузовиков и своего броневика. Я уже видел впереди купол своего владения, когда небо над нами треснуло и из дыры в пространстве, освещённом светом трёх солнц, выдвинулся край летающего острова. В то же мгновение с него поднялся первый корабль Воздушного флота, а к земле устремились десантные модули пехотных гвардейских частей.

— Началось… — наблюдая за высадкой врага, произнёс я, а потом посмотрел на Мастера и добавил. — Надеюсь ты всё запомнил, что я тебе говорил по дороге?

— Конечно, ваше благородие, — угрюмо ответил бывший гвардеец. — Но я всё же прошу вас одуматься.

— Хорошо, что запомнил, Алексей Александрович, — улыбнулся я, а потом совершенно серьёзно добавил. — Если хоть на шаг отойдёшь от плана, то умру не только я, но и вообще все в этом мире.

Неподалёку от владений барона Орлова.

Человек, которого уже пару десятилетий все знали исключительно под прозвищем «Мастер» коротко кивнул и вернулся к управлению броневиком. Подавить тяжёлый вздох у него получилось с большим трудом, но пытаться переубедить упрямого аристократа не было никакого смысла.

Именно аристократа, а не просто мальчишку или много надумавшего себе счастливчика, которому повезло завладеть своим собственным кристаллом.

Алексей так много времени провёл на летающем острове, что первое время на земле ему было всё непривычно. С детства его воспитывали в стенах гвардейского корпуса, и он регулярно видел высших аристократов. Вот на одного из светлейших князей и был больше всего похож молодой парень по имени Святослав. Особенно после того, как вернулся из грани с наполненными кристаллической связью руками.

В салоне поднялся ветер. Мастер бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида и увидел там барона у распахнутой настежь двери. Вокруг Орлова поднялся такой вихрь кристаллической связи, будто он собирался в одиночку атаковать резиденцию императора.

Самое странное, что бывший гвардеец вполне мог себе представить подобный вариант. Иногда молодой барон творил настолько удивительные вещи, что в памяти невольно всплывали разные легенды о Страннике. Другую фигуру подобной мощи Алексей просто не мог вспомнить.

— Я пошёл, — коротко сообщил Орлов и просто вывалился в открытую дверь.

— Твою мать… — выдохнул Мастер, но в зеркалах увидел, как Святослава подхватили в воздухе уродливые механоиды с турбинами вместо крыльев. Подхватили и понесли на фантастической скорости в сторону купола. Терять время на обычные средства передвижения в такой момент барон не хотел.

Едва Орлов оказался внутри своего владения, как магический барьер над ним преобразился. Он моментально стал в десятки раз плотнее. Будто над отдельно взятой территорией возникло сразу две бронированных стеклянных полусферы. Одна большая над всем баронством, а вторая маленькая — над владениями Строгиных. И Мастер точно знал, что оттуда никто не сумеет выйти или зайти внутрь, пока не закончится осада. А вот как Святослав сумел разделить неразделимую силу своего кристалла, Алексей даже представить себе не мог.

— Где барон? — едва машина командира Святых остановилась посреди главной базы, заглянул в окно Дылда.

— А ты не видишь? — резко ответил Мастер, кивнув на купол. — Уже сражается, в отличие от нас.

Будто в подтверждение этих слов, ожило каменное кольцо вокруг защитного кристалла баронства. Жидкий камень хлынул вверх, создав нечто похожее на капюшон с одним единственным отверстием. Точно так же, как было в день уничтожения летающего корабля судьи над столицей.

Отверстие вильнуло из стороны в сторону, будто выискивая подходящую цель, а потом всех вокруг на мгновение ослепила ярчайшая вспышка. Ожидая чего-то подобного, Мастер успел заранее подготовиться и поэтому только он один увидел невозможное.

Флагман Воздушного флота Российской Империи, крупнейший корабль страны и предводитель Теней Императора в беззвучном пламени падал к земле. Грозы целых стран, на котором летал лучший военачальник Императора, больше не существовало.

— Быть того не может… — глядя за медленно падающими на землю обломками гиганта, прошептал Мастер. Флагман, будто ещё не веря в собственную смерть, цеплялся за воздух арками кристаллической связи. Это было похоже на судороги уже мёртвого тела, потому что центральную часть судна напрочь выжег единственный выстрел со стороны крохотного дикого баронства.

Сотни тонн обломков обрушились на разворачивающиеся внизу гвардейский части. Сколько погибло при этом людей даже представить было невозможно. Никто не ожидал от молодого барона такой невероятной жестокости. И такой чудовищной эффективности.

Среди судов Воздушного флота началась откровенная паника. Кто-то из капитанов попытался уйти в сторону и протаранил соседний корабль. Представители элиты военных сил огромной империи и ужас всех стран мира не привыкли быть беспомощной целью в тире. А в том, что это действительно так, всех окончательно убедил второй выстрел барона Орлова.

К тому моменту, как до защитного купола докатился грохот падения первого летающего корабля, а на стенах баронства поднялся шквал ликующих криков, Орлов нанёс второй удар. Отверстие над кристаллом изменилось в узкую щель. Новый импульс накрыл сразу несколько судов, но ничего произошло.

— Это было бы слишком просто, — неожиданно произнёс стоявший неподалёку Дылда. — Так бы один барон всех перестрелял и нам даже работы не осталось. А теперь…

Договорить командир Серых не успел. Сразу четыре судна, попавшие под атаку барона, взорвались громадными облаками цветного пламени. Взрыв оказался настолько сильным, что даже продвижение летающего острова из разрыва реальности чуть замедлилось.

— Детонация артефактов! — недоверчиво покачал головой бывший гвардеец. — Проклятье, да кто он такой вообще⁈

— Где барон? — возник в пространстве перед Мастером голос Ульяны.

— Уже сражается, — сухо ответил бывший гвардеец. — Что у тебя?

— Первая волна северян уже в воздухе, — доложила Ассашара. — Наш основной отряд готов к старту. Ждём Святослава Ивановича.

— Он не придёт, — быстро взглянув в сторону Дылды, ответил Мастер. — План меняется.

— Как меняется⁈ — тут же возмутилась Ульяна.

— В смысле, план меняется? — нахмурился Дылда.

— В прямом, — проворчал в ответ Мастер, которому это всё тоже не особенно нравилось. — Наша задача — удерживать наземные силы врага. Любой ценой нельзя дать им пробиться внутрь владений. Как видите, с воздуха нас утюжить не будут. Об этом барон уже позаботился.

В подтверждение этих слов, большая часть судов над летающим островом начала возвращаться к своим причальным башням. Над каждой тут же загоралось непробиваемое кристаллическое поле, способное отразить любую атаку. Однако, Мастер прекрасно знал, что расположены эти поля так, что к судам можно легко подойти с поверхности острова. Оттуда, где сейчас уже высаживались первые северяне.

— Движение на юге! — доложил один из бойцов Тени. Его машина остановилась в паре метров от бывшего гвардейца, а парень даже из-за руля вылезать не стал. — Очень большие силы идут. Нужна поддержка. Мехи уходят с южных стен куда-то к центру баронства.

— Гони к Пирату, — немедленно приказал Мастер. — Пусть берёт своих Вольных и двигает на юг. Мы попробуем отстоять восток. Давайте к стенам парни. Пусть Странник укажет нам всем путь сегодня.

— Кажется, тебя услышали, командир, — звонко рассмеялась Ассашара. Где она находится некто не знал, но дитя грани Воздуха прекрасно видела и слышала всё, что происходило неподалёку от базы.

Мастер моментально взлетел на ближайшее здание и увидел, как рядом со складским комплексом вспучивается земля. Из нор и прямо из ворот комплекса хлынули потоки уродливых механоидов. Многие из них были слеплены из какого-то мусора, но при этом у каждого на спине были установлены или крылья, или турбины.

В какой-то момент командиру Святых даже показалось, что сражение с правителем Российской Империи будет вовсе не таким страшным и смертоносным, как все считали. Что вся власть рода Романовых не более чем бутафория, построенная на страхе и превосходстве летающего флота. Без всего этого…

Оказалось, что без всего этого сильнейший рунник Российской Империи, а может и всего мира, чувствует себя очень хорошо. И что главное оружие правящей династии ещё только появилось в обычном мире.

Как только остров завершил переход, с его нижней части, усеянной тысячами линз и антенн, к вершине купола барона Орлова протянулась искрящаяся изумрудная нить и вся непробиваемая защита маленького баронства просто исчезла.

Чудовищный удар тряхнул всё баронство. Фокусирующая линза вокруг кристалла разлетелась тысячами острейших осколков. Каменная шрапнель пробивала дома насквозь, а людей и машины не замечала вовсе. Находившиеся в охранении барсы успели выставить щиты и прикрыть основные казармы, но вся база моментально превратилась из безопасного места в поле боя. Император умел напоминать о том, почему его считали самой серьёзной силой в мире.

— Пора… — раздав все необходимые указания, прошептал Мастер и, на всей доступной ему скорости, понёсся к грузовикам с кристаллами великих родов из столицы.

То, что приказал ему сделать барон, больше походило на преступление. Никто в здравом уме не посмел бы посягнуть на магические камни такого размера. Да к ним бы просто подойти постороннему не дали! Но теперь, когда баронство оказалось совершенно голым перед магическими атаками, подобный ход казался единственным выходом.

Мастер прекрасно знал, что последует дальше. Не меньше десяти тысяч гвардейцев, которые в разы превосходили обычных людей, атакуют стену баронства по земле с основного направления. По сути, уже сейчас владения Орлова находились в полукольце вражеских армий. Из десяти тысяч защитников, половину самых боеспособных Орлов отправил с самоубийственной миссией на летающий остров. Остальных сомнут в течение часа даже на стенах. Если не случится какое-то чудо.

Если бы в бывшем гвардейце имелась хоть капля веры, он бы уже молился Страннику за души всех, кто сейчас стоял на стенах. Но в высшие силы Алексей не верил. А вот барону хотел верить всей душой. Настолько, что он готов был рискнуть не только своей жизнью, но и жизнями тех, кого берёг все эти годы.

— Ульяна, собери всех наших, — на бегу доставая странный тонкий стилет из антрацитово-чёрного камня, приказал Мастер. Он точно знал, что Ассашара следит за каждым его шагом, чтобы обеспечивать нормальную связь хотя бы на маленькой дистанции.

— Близнецы к южным воротам едут, — ответила девушка. — Остальных веду к тебе.

— Возвращай обоих, — приказал командир Святых. В отдалении уже слышался грохот далёкого боя. Нужно было продержаться. Иначе всё зря. — Барон сказал, чтобы каждый из Святых был.

— Поняла… — отозвалась Ульяна.

К этому моменту Мастер уже добежал до расставленных по периметру бывшего кольца концентратора кристаллов. У первого он ненадолго остановился, собираясь с силами, а потом решительно полоснул здоровенный камень прямо по одной из сияющих энергией граней.

Удивительным образом, чёрный клинок беспрепятственно рассёк неразрушимый материал, открыв взгляду внутренности кристалла. Внутри, в глубине разреза, пульсировало сердце магического камня. Сердце, которое бывший гвардеец должен был вырвать с корнем.

— Командир! — услышал он позади удивлённый возглас Факела, но это не помешало ему решительно засунуть руку внутрь кристалла и выдрать из него основу.

— Держи! И стой здесь! — бросив артефактору свою добычу, резко произнёс Мастер и бросился к следующему кристаллу. — Бугурт, за мной!

Пока остальные члены отряда собирались, Алексей успел выпотрошить все семь кристаллов и сердце последнего оставил себе. Как только рядом с каждым камнем встал член отряда Святых, кристаллы начали рассыпаться, превращаясь в чистую энергию.

— С юга идут летающие корабли! — с нескрываемой паникой в голосе, сообщила Ульяна. Она прижимала к груди странной формы гладкий магический камень. — Я могу поднять в воздух своё звено. Мы задержим их. Стена беззащитна. Если они доберутся…

— Стой на месте! — рыкнул в ответ Мастер. — Это не твоя забота.

Сам он косился на появившиеся в отдалении силуэты с нескрываемой тревогой, но не смел прервать выполнение приказа барона. А потом вдруг услышал первобытный рёв душанов. Все до единого подчинённые Аслана смотрели на юг.

Там, над многочисленным войском южных полисов, зависли три летающих корабля. Три части одной мечты горного народа, которую исполнил один дикий барон. С борта каждого из летающих кораблей развернулись многометровые знамёна Кавказского мегаполиса, а потом на армию великих родов обрушился смертоносный град взрывных артефактов.

Из земли в этот момент начал подниматься кристалл баронства. Когда этот камень, в удивительной оправе из сияющих стальных стержней, полностью поднялся над поверхностью, оказалось, что он больше всех, что когда-либо видел бывший гвардеец.

Будто в ответ на эти приготовления, окутался изумрудным пламенем летающий остров. На его поверхности шла ожесточённая схватка, в которой северяне постепенно одерживали верх над элитными стражами Императора.

— Ну, теперь нам остаётся только ждать, — глядя на разворачивающееся сражение двух титанических сил, прошептал Мастер. — И молиться.

Баронство Орлова.

Заклинательный покой.

Множественность сознания давила на разум и даже моих способностей не хватало, чтобы уследить за всем. Плита из чернокамня подо мной плавилась от перегрузки, как и энергетическая сеть моего тела. Экономить сейчас не было смысла. Я использовал всё, что мог, но этого всё равно не хватало.

Всего один удар падших не оставил от моей защиты и следа. Заклинательная плита подо мной пошла трещинами, но всё ещё способна была создавать достаточно сильные рунные структуры. Невидимая другим борьба шла между мной и истинными хозяевами летающего острова всё это время.

Десятки и сотни всевозможных воздействий рвали кристаллическое поле на части. Выиграть в этой схватке я не мог, но не в этом была моя цель. Когда на поле боя появились летающие суда Кавказского мегаполиса, я ощутил тень сомнения в действиях противника и тут же усилил напор.

Отступать падшим в этот раз было некуда. Я для этого сделал всё возможное. Они всё ещё были привязаны к своей кристаллической тюрьме, на поверхности летающего острова активно действовали северяне, способные при удачном раскладе уничтожить физические оболочки падших, а путь в спасительный мир трёх солнц перекрывала наша дуэль, от которой противник не мог отвлечься. Оставалось завершить начатое, но для этого нужен был подходящий момент.

— Ты всё так же глуп, Странник, — неожиданно прозвучал в заклинательном покое шипящий хор голосов падших. — И всё так же одинок. Прошедшие века ничему не научили тебя.

При их силе, достаточно было одного желания, чтобы говорить через кристаллическую связь. Я же ощущал, как крошится подо мной заклинательная плита. Как только она разрушится полностью — падшие уничтожат меня, вместе с моим кристаллом.

— Вы тоже не стали умнее, — оскалившись, ответил я. На зубах ощущалась кровь. Организм шёл вразнос из-за мощи используемых рунных структур.

— Когда-то ты указал нам путь, и мы пошли по нему! — зло ответил единый разум падших. — Ты испугался и попытался нам помешать. Глупец! Нас невозможно остановить! Не было ничего глупее, чем заточить нас в своём даре. В своей сути. Мы и есть кристаллическая связь! И теперь мы знаем тебя и твою силу!

Я вдруг ощутил, что больше не могу управлять энергией. Она просто не слушалась меня. Где-то надо мной, мой кристалл и тот сосуд, что удерживал часть моего сознания все эти века, начал наливаться изумрудной поганью. Дальше ждать я не мог.

— Но вы не знаете меня, — выдохнул я.

Десятки тысяч стальных ног сделали шаг. Я видел мир с тысяч разных ракурсов. Сотни тел устремились вперёд, и я стал всего лишь одним из многих. Винтиком в грандиозной машине, что почти тысячу лет не давала миру упасть в пропасть.

— Ты не ускользнёшь от нас! — радостно захохотали падшие, но я уже не слышал их. Просто потому, что теперь у меня не было ушей и даже тела в привычном понимании не было. Я стал множеством и стал ничем.

Тысячи механоидов поднялись в воздух. Я видел замерших на стенах людей. Видел спасающуюся бегством армию южных полисов. Видел странного человека, с лицом из чистейшей кристаллической связи, который пытался в одиночку остановить движение гвардейских частей на границе моего владения и погиб в неравной борьбе. Видел, как раскрывается блуждающая грань по всей своей длине, выпуская ту армию, что готовили механоиды все эти годы. Часть меня, скрытую на внутренней стороне реальности до этого момента.

Будто чудовищный хобот, мириады мехов протянулись от земли к летающему острову. Лишь крохотная часть из них умела летать, но это не стало проблемой. Механоиды использовали себя самих, как части громадного моста, который протянулся прямиком ко дну убежища падших

По этому тоннелю понеслись к цели высшие строительные дроны. Для них не было разницы, чем зачарован камень резиденции Императора. Всего за несколько минут высшие мехи прогрызли дыру к изумрудному кристаллу и потянули его по тоннелю к земле, но в ответ я услышал только издевательский смех падших.

— Твоё невежество не знает границ, Странник! Всё, что ты сделал, мы используем себе на пользу. Всё! Каждый кристалл в этом мире станет нашим. Каждый гвоздь, которым ты держал Сопряжение, станет нами. Потому что мы и есть энергия! Мы и есть кристаллическая связь!

Боль от того, что все до единого кристаллы, кроме тех, что спас Мастер, начали стремительно наливаться зеленью, чуть не выбила меня из состояния контроля. Когда-то я создал единую систему и теперь этой системой завладели враги. Десятки и сотни кристаллов становились частью силы падших, и я никак не мог этому помешать. Да и не собирался.

Тысячи моих лап, рук и манипуляторов упрямо тащили главный якорь моих врагов к блуждающей грани. Падшие продолжали глумиться, но я их не слышал. У механоидов нет эмоций. У них есть только цель.

— Это не поможет тебе, — когда мы оказались в древнем заклинательном зале, у второго порога, с ненавистью прошипели из своей темницы падшие. — Здесь лишь малая наша часть. Наши тела остались за порогом! Там вся наша сила и наше естество!

— Вся кристаллическая связь принадлежит миру, — десятками тысяч механических ртов, ответил я. Колышущееся полотно механоидов полностью занимало все стены, пол и потолок зала. Свободной оставалась только полыхающая структура гигантской печати. — И она к нему вернётся.

В ответ я услышал наполненный ужасом вой. Где-то за пределами блуждающей грани активировался скрытый механизм моей сети кристаллов.

Падшие использовали магические камни, как запасные сосуды для своих сущностей. Жадность заставила их проглотить доступную силу и заменить её своей суть. Они действительно стали энергией, а я просто отпустил скрепы своего дара, державшие силу мира в жёсткой форме. Сознания падших и вся накопленная ими мощь в этот миг просто растворились без следа, будто их никогда не существовало. Воля, толкавшая из мира трёх солнц всё сущее к гибели, перестала быть. Остались только механоиды, я и зелёный кристалл.

— Это ещё не конец, Странник!!! — испуганно взвыли падшие.

— Вы правы, — ответил я и в этот миг активировался так долго ждавший своего часа переход в Пустоту, куда неудержимо потянуло кристалл и всех собравшихся в зале мехов. — Это лишь начало пути.

Московский полис.

Белый город.

Десять дней спустя.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.