«Свой день рождения электромонтер Павел Абашин начал праздновать накануне.

Проснувшись рано утром, Абашин вспомнил: завтра ему исполнится 28 лет. По этому поводу он выпил пол-литра водки и отправился к месту работы — на стройку дома по 2-му Красногвардейскому проезду.

Дисциплина на стройке, видимо, сильно хромала. Абашин застал других членов бригады — электромонтеров Илью Сяткина, Владимира Алехина, Андрея Бурлакова — навеселе. Настроение у всех было приподнятое. Шутили и смеялись.

— По случаю дня рождения хочу отпроситься с работы! — оказал Абашин. Но бригадира на месте не оказалось. Раздосадованный Абашин схватил нож для зачистки проводов и с силой ткнул его в лист сухой штукатурки.

— Ты что, зарезать кого хочешь? — спросил, смеясь, Сяткин.

— Давай попробую! — ответил пьяный Абашин и ударил товарища ножом в грудь. Рана оказалась тяжелой. Сяткин продолжительное время пробыл в больнице…

— Ссор с Абашиным у нас не было. Всему виной водка, — показал на суде пострадавший Илья Сяткин.

— Вину свою сознаю, но теперь уже поздно, — сказал в своем последнем слове Абашин.

Обвинение на суде поддерживала помощник прокурора Краснопресненского района Э. Л. Савинская.

— Преступление Абашина, — сказала она, — является наглядным примером того, к чему приводит пьянство.

Народный суд 5-го участка Краснопресненского района приговорил П. В. Абашина к пяти годам лишения свободы. Приговор оставлен городским судом в силе».

Об этом случае рассказала газета «Вечерняя Москва».

Так тяжело и бесславно — за решеткой тюрьмы — начался у молодого электромонтера двадцать девятый год его жизни.

А кто виноват? Водка? Можно, конечно, сказать, что водка. Но такой ответ не исчерпывает сути дела. Ведь водка — лишь последнее звено в длинной цепи других обстоятельств. Водку здесь можно сравнить со спусковым крючком ружья, нажав на который, производят выстрел. Но ведь как ни нажимай собачку, выстрел не прогремит, если ружье окажется незаряженным.

Так и в данном случае. Чтобы преступление совершилось, нужно было, чтобы водка парализовала сдерживающие силы у такого человека, который не усвоил или забыл мораль и законы человеческого общества. И за какое-то мгновение случилось непоправимое: один из парней очутился на грани смерти, а другой — который еще совсем недавно был в полном смысле этого слова свободным человеком, жил среди людей, как равный с равными, работал — стал преступникам и угодил в тюрьму. Вдуматься только: не стихийное бедствие, не болезнь и не печальное стечение обстоятельств, а какие-то пол-литра горькой жидкости сумели так грубо изменить жизнь молодых рабочих.

Но ведь не каждый выпивший становится преступником. Следовательно, есть и другие причины. И надо сказать прямо, что большая доля ответственности лежит на тех людях, которые жили и работали вместе с Абашиным. И старшие, и сверстники сквозь пальцы смотрели на образ жизни своего товарища, — ведь только уверенность в полной безнаказанности позволила Абашину прийти на работу в пьяном виде, только из-за исключительно низкой дисциплины его товарищи в этот день тоже почему-то оказались навеселе. А как можно отнестись к столь дикому способу празднования дня рождения, который устроил Абашин? Вместо того чтобы собраться с товарищами и интересно отметить торжественный день, он с утра, в одиночку, выпил пол-литра водки и пошел пьяным на работу, видите ли, отпрашиваться!

Только чрезвычайно низкой культурой, полным отсутствием понятия о том, что такое дружба, красота в человеческих отношениях, можно объяснить поведение Абашина. И, конечно, большую ответственность за случившееся, за плохую производственную дисциплину несут окружавшие его люди.

Таким образом, водка становится соучастницей преступления там, где подготовлена почва, где нет культуры, где воспитание коммунистической морали непозволительно запущено.

Разве посмел бы кто-нибудь появиться в пьяном виде, если бы знал, что встретит со стороны окружающих единодушное суровое осуждение? Конечно, нет! Так что главным виновником надо признать снисходительное и глубоко неправильное отношение к пьянству и пьяницам, которое, к сожалению, все еще не искоренено в нашем обществе. Но об этом речь впереди.

Во всяком случае, как бы там ни было, а «курок спустил» алкоголь…

Человек выпил. Неважно что — водку, пиво или вино. В любом спиртном напитке — где меньше, а где больше — содержится алкоголь. Поэтому независимо от того, в каком обличье проникает он в организм — замаскированный в большой кружке пенистого пива или укрывшись в изящном бокале с шампанским, — потом в клетках нашего тела всегда происходит своеобразный отбор, в результате которого чистый алкоголь отделяется от примесей и от жидкости, где он был растворен. В таком обновленном виде он и начинает свои разрушающие дела. Вот почему для мозга в общем безразлично, что было выпито — 100 граммов водки, или две кружки пива, или стакан портвейна — и там, и там содержится в среднем около 40 граммов чистого алкоголя. А если кто чувствует себя по-разному от таких доз столь непохожих напитков, то это объясняется степенью концентрации алкоголя и характером различных примесей.

Итак, человек выпил. Проходит минута, другая, и во всем теле появляются особые ощущения. Сначала они, как правило, приятные. Это алкоголь, всосавшись через стенки желудка в проходящие здесь кровеносные сосуды, начал вместе с током крови быстро распространяться по всему организму.

Но на этом пути есть препятствия. Самый большой барьер — печень. Ее клетки вступают в борьбу с молекулами алкоголя и некоторую часть их разрушают, а оставшаяся движется дальше — в сердце, в его правую половину. Оно, подхлестнутое алкоголем, начинает биться чаще — и выпившему становится теплее. Из правой половины сердца кровь, несущая алкоголь, поступает в легкие. Вот почему по запаху выдыхаемого воздуха можно судить, пил или не пил человек. Частично разрушившись в легких, алкоголь вместе с кровью, насыщенной кислородом, снова поступает в сердце. На этот раз в левую половину, еще подхлестывает его, а затем, вытолкнутый левым желудочком в аорту, уж беспрепятственно разносится вместе с кровью по всему организму. Вот тут-то он «с разбегу» и врезается в нежный головной мозг, почти беззащитный перед стремительной атакой алкоголя. С того момента, как яд (а алкоголь — яд) проник в мозг, человек начинает пьянеть. И все ощущения, которые вначале были приятными, постепенно начинают менять свой характер. Таким образом, спустя всего лишь несколько минут состояние человека — и физическое и психическое — становится принципиально иным.

Пожалуй, каждый знает, как выглядит пьяный человек. Но каков механизм опьянения с медицинской, с физиологической точки зрения, в быту известно гораздо меньше. Знать же об этом необходимо хотя бы для того, чтобы иметь представление, на что идешь, что делаешь с собой, когда вливаешь в себя алкогольные напитки.

Из всех органов нашего тела мозг больше других поддается воздействию алкоголя. Например, если условно принять, что на каком-то отрезке времени в крови содержится 100 единиц алкоголя, то в печени его окажется 150 единиц, а в мозгу — 175. Это объясняется тем, что клетки мозга богаты особыми веществами — липоидами. Эти вещества легко соединяются с алкоголем и частично после этого растворяются.

Но это не проходит для клеток мозга даром. Они сразу же начинают отравляться и, спасая себя, выключаются из работы. Происходит то, что на языке физиологии называется охранительным торможением. Однако не все области мозга затормаживаются одинаково. В первую очередь сдает позиции кора головного мозга, то есть та его часть, от состояния которой в первую очередь зависит наше сознание, способность мыслить и определять свое поведение. А так называемые подкорковые области, где зарождаются основы различных чувств, затормаживаются слабее.

В норме кора держит под контролем подкорковые области и мы, в зависимости от ситуации, можем так или иначе подавлять, регулировать свои чувства и желания, продиктованные ими. А когда человек пьянеет, когда его кора затормаживается и выпускает из-под своего контроля подкорковые области, возникают условия для многих неправильностей в поведении, которые так характерны для состояния опьянения. Нет надобности перечислять их все — они и так достаточно известны. Но основное, о чем нельзя забывать, сводится к тому, что пьяный человек перестает думать над последствиями своих поступков и любое, даже самое дикое желание способен реализовать сразу и без какой-либо задержки.

Вот почему пьяный Абашин, как только в его отравленном мозгу мелькнула мысль, что он может ударить ножом своего товарища — не почему-либо, не по злобе, а так, вообще, — в ту же секунду выполнил возникшее желание, совершив дикий, ничем не оправданный поступок. Таков механизм действия на мозг различных алкогольных напитков, толкающих людей на самые неожиданные, нелепые и страшные дела.

Действительно, почему, несмотря на болезни, увечья, катастрофы, преступления и другие всевозможные несчастья, которые несет с собой пьянство, люди до сих пор не отказались от алкогольных напитков? Прежде чем ответить на этот вопрос, посмотрим, как человечество познакомилось с опьяняющим действием вина.

Произошло это давным-давно, когда люди, переходя от кочевого образа жизни к оседлому, начали заниматься земледелием. В то время они уже немало знали об окружающей их природе и многое умели использовать для своих повседневных нужд. Был им известен и виноград, родиной которого считается побережье Средиземного и Черного морей. Надо полагать, что именно жители этих областей первыми обнаружили, что перебродивший сок виноградных ягод обладает особым, пьянящим действием. Действие же это оказалось столь привлекательным, что молва о нем быстро распространилась среди других народов.

Что же так понравилось людям?

Дело в том, что каждому человеку всегда свойственно стремление к лучшему. Поэтому все то, что позволяет чувствовать себя радостней, счастливей, сильней, умней, что уменьшает боль, страдания, что делает жизнь совершеннее и лучше, являлось и является предметом постоянного желания.

Средств, которые могут доставлять людям удовольствие, очень много. Это красота природы, радость достигнутого успеха, чувства дружбы, верности, любви, музыка, песни, благоустроенная жизнь и т. п. Но вот среди этого многообразия появилось новое и необычное средство — вино.

Правда, удовольствие удовольствию — рознь. Для одних это — творческий труд, овладение новыми знаниями, отдых на лоне природы, интересная книга. А другим все эти действительные, настоящие радости ни к чему — их заменяет вино.

Каждому известно, что, напившись вина, человек не становится умнее, богаче или сильнее. Но, опьянев, он начинает чувствовать себя лучше, чем обычно. Вино повышает настроение и, что особенно важно, затуманивая сознание, позволяет легче переносить различные невзгоды. Именно за это качество в первую очередь оно и стало самым распространенным средством, при помощи которого люди, не знавшие радости или не умевшие находить ее в повседневной трезвой жизни, начали создавать себе иллюзию благополучия, иллюзию удовольствий.

И хотя, протрезвившись, человек осознавал, что положение его никак не улучшилось, ему казалось, что вино помогло ему легче пережить трудный момент в жизни.

А разнузданное пьянство, которому предавались и предаются представители эксплуататорских классов, говорит лишь об отсутствии у них истинной культуры, хотя они и претендуют на роль ее единственных носителей.

Со временем вино и другие опьяняющие напитки прочно вошли в повседневный быт людей, потом шагнули за порог дома и стали предметом купли-продажи, что во все времена приносило большие выгоды. В своем трактате «О сельском хозяйстве», написанном в середине II века до нашей эры, римский государственный деятель Катон Старший отметил, что доходность от виноградарства была в Италии выше, чем от любой другой сельскохозяйственной культуры.

Вино стало играть важную роль и в извечной борьбе между богатыми и бедными. Господствующие классы, заняв ключевые позиции в производстве и торговле хмельными напитками, использовали их как союзника в укреплении власти, в утверждении своего влияния. И тем немало способствовали распространению пьянства: ведь пьяный человек гораздо легче шел на разные уступки, а подчас отдавал в кабалу и себя и своих близких.

За свою способность ослаблять бдительность хмельная влага уже давно стала своеобразным помощником в дипломатических и государственных делах. Ее посылали вперед как разведчицу, к ней прибегали во многих случаях, когда нужно было умилостивить, обмануть того или иного человека — от власть имущего до бедняка. А если требовалось убрать кого-либо с дороги, именно в вино чаще всего подсыпали яд. Немало событий, имевших историческое значение, отклонялось в своем развитии от первоначально намеченного пути из-за того, что вино ударяло в головы вершителям людских судеб.

Особо зловещую роль сыграло вино в деле закабаления народов зависимых и колониальных стран. В средние века, когда началась пора великих географических открытий, завоеватели буквально действовали мечом и вином. Причем вино нередко было более выгодным, так как сохраняло в живых покоренную рабочую силу. Если первую порцию «огненной воды» туземец выпивал, будучи еще свободным, то, покончив с последней, он становился рабом. Интересный факт: один из островов, на котором расположен Нью-Йорк, называется Манхаттан, что в переводе с языка коренных жителей Америки — индейцев означает: «Земля, на которой мы все опьянели».

Русские купцы, «осваивая» новые земли на востоке и севере страны, тоже не стеснялись. Местное население не знало до этого крепких спиртных напитков, поэтому водка делала их совершенно неспособными постоять за свои интересы. Запасы драгоценной пушнины, добытые за трудный зимний сезон, пьяные охотники отдавали буквально за бесценок. Продавая, например, ружье, русский купец поступал так: ставил его вертикально, а рядом начинал складывать одну на другую шкурки пушных зверьков до тех пор, пока такая горка не вырастала до конца дула. Да еще придавливал, приминал эту бесценную пирамиду, чтобы в нее побольше вошло.

Среди темного, одурманенного шаманами населения дальних окраин Российской империи пьянство принимало подчас неслыханные размеры. Вот что видел один путешественник, побывавший среди самоедов в 1846 году: «Меня поместили в верхнем этаже обыкновенного кабака. Здесь в продолжение всей разгульной недели я ни днем, ни ночью не имел покоя от шумливых пьяниц. Молчановка — небольшая деревня, окрестная страна бедна и редко заселена самоедами, но, несмотря на то, продажа вина производилась в таких огромных размерах, что кабак в один день выручал почти 1800 рублей. Поэтому можно составить себе понятие о пьянстве в Сибири».

Торговцы вином всегда были тесно связаны с государственным аппаратом. Эта связь продолжается и в нашем столетии. Так, например, когда маленькая страна Исландия приняла в 1912 году закон о полном запрещении ввоза и продажи спиртных напитков, Франция, угрожая прекратить закупки рыбы у этой страны, вынудила Исландию снять запрет с французских вин.

Глава французского правительства Пуанкаре на банкетах, посвященных «неделе виноделия», всегда заверял богачей-виноделов, что во всех международных договорах Франция будет защищать их интересы. Вот почему, когда финляндский сейм в 1907 году захотел провести закон о полном запрещении спиртных напитков, Пуанкаре дал понять царскому правительству, что Франция откажет ему в кредитах, если оно допустит проведение такого закона в Финляндии, которая, как известно, входила в то время в состав Российской империи. И Николай II должен был принять эти условия.

Чтобы народ верил в бога или богов, боялся нечистой силы и надеялся на счастье в загробном мире, служители религий всех времен должны были одурманивать людей, отвлекать их от многих явлений и фактов действительной жизни. Вот почему вскоре после того как вино вошло в быт, жрецы и священнослужители самых разных мастей сделали его своим помощником. Ведь вино тоже одурманивает!

Официальная религия — верная служанка эксплуататорских классов — во многих странах утвердила культ бога вина и виноделия. В древней Греции это был Дионис, в Риме — Вакх, в немецких и фламандских государствах — Гамбринус, у славян обрядовые массовые пьянства приурочивались к чествованию бога Ярилы.

Народ не мог не видеть этой дружбы между вином и богами, и относился к ней иронически. Вот что, например, рассказывает одна из древних легенд.

Вакх — бог виноделия и вина — скитаясь по лесам и полям, нашел маленькую виноградную лозу и решил пересадить ее поближе к своему дому. Для этого он вложил ее в кость птицы, но по дороге к дому лоза стала расти так быстро, что ее пришлось пересадить сначала в львиную, а затем в еще более крупную — ослиную кость. Придя домой, Вакх посадил лозу вместе со всеми тремя костями. И поэтому, говорит легенда, люди, пьющие вино, сначала поют, как птицы, затем становятся львами и, наконец, орут, как ослы.

Христианская религия учила, что виноградную лозу создал сатана. Однако потом эта «точка зрения» была изменена. Стали считать, что после всемирного потопа, когда спасшийся на своем ковчеге праведник Ной вновь посадил лозу, он имел на это благословение божие, что якобы к этому времени проклятие с лозы было уже снято.

Двойственное отношение христианской религии к вину проявляется также в том, что она не запрещает опьяняющих напитков и считает пьянство грехом не особенно тяжелым, хотя и напоминает, что в память своего первоначального происхождения от сатаны вино превращает в животных всех, кто пьет его без меры.

Вино используется, правда, в малых дозах во время такого важного, с точки зрения религии, обряда, как причащение. Но там, где разрешается малое количество, нетрудно перейти и к большому. Тем более, что в Библии можно прочесть такой совет: «Дайте… вино огорченному душою; пусть он выпьет, и забудет бедность свою и не вспомнит больше о своем страдании».

Ислам — религия мусульман и брахманизм — религия большой части населения Индии и Юго-Восточной Азии запрещают употреблять спиртные напитки. Но этот запрет нередко нарушают сами священнослужители. Особенно прославилось своими возлияниями русское духовенство. Не зря ведь появилось такое выражение — «напился до положения риз». То есть до такого состояния, когда уже надо снимать верхнюю церковную одежду — ризу, чтобы не упасть в ней на землю. Кто видел картину замечательного русского художника В. Г. Перова «Сельский крестный ход на пасхе», тот, вероятно, помнит, с каким омерзительно-бессмысленным выражением лица изображен на ней вылезший на крыльцо священник.

Многие служители религиозного культа сами наживались на торговле вином. Почти до XIX века монастыри брали с народа дань медом и другими продуктами, а затем спаивали верующих.

Специальные люди следили, чтобы население не готовило вина дома, а покупало его в официальных питейных заведениях. Крестьянин не смел сварить вина или меда даже для праздника, свадьбы или поминок. Священнослужители ревностно оберегали свои интересы. Так, настоятель Троицко-Ипацкого монастыря наказывал своему старцу-приказчику: «Если кто учнет вино или квас продавать, на то пени по пять рублей на человека, а кто беден и нечего из него взять, того бить батогами».

Монастырский устав разрешал и разрешает монахам пить вино. Но с «ограничением» — ежедневно «не более, чем красоулю». А знаете, сколько в этой красоуле? Ни мало, ни много — 800 граммов! Вот так ограничение!

Различные религиозные празднества, как правило, сопровождались и, к сожалению, сопровождаются обильными возлияниями пастырей и паствы. Особенно большой ущерб народному хозяйству причиняют такие праздники, когда они совпадают с ответственными сельскохозяйственными работами.

Поставив себе цель — держать народ в повиновении, церковь не могла пройти мимо такого отвлекающего и одурманивающего средства, как вино. Вот почему бог и вино — союзники. Недаром В. И. Ленин назвал религию духовной сивухой.

В далекие времена хмельные напитки не обладали столь сокрушающей силой, какую они обрели позже. И в том, что вино впоследствии стало более крепким, виноваты алхимики.

Когда в начале средних веков люди буквально помешались на золоте, появились «ученые», решившие особым путем получать столь желанный металл. В кельях монастырей, в замках влиятельных вельмож, в различных потаенных местах тысячи людей занялись изготовлением золота. Они нагревали, кипятил и, плавили, смешивали, охлаждали, разъединяли и производили еще много разных действий с самыми различными веществами.

На вооружении у этих «ученых», которых называли алхимиками, были весьма «скромные» знания и примитивные приборы, по сравнению с которыми химический кабинет в нашей средней школе — храм науки. Самым «ценным», чем располагали алхимики, была популярная в то время теория о так называемом философском камне. Люди почему-то верили, что есть такой «философский камень», с помощью которого якобы можно любой неблагородный металл, например свинец или медь, превращать в благородное золото. Все усилия и были направлены на изготовление этого «философского камня».

Естественно, что такие попытки ни к чему не привели. Но в процессе поисков «философского камня» алхимики сделали ряд интересных открытий. Среди них был способ, получивший известность под названием «перегонки». Суть его в следующем: напревая, в частности, вино до температуры кипения, а затем охлаждая его пары в специальном змеевике, алхимики обнаружили, что пьянящее действие вновь образовавшейся жидкости значительно усиливается. Таким образом, занявшись поисками золота, алхимики создали спирт.

Новую жидкость, вызывающую столь сильный опьяняющий эффект, стали наделять целебными и другими могущественными свойствами. Это отразилось в ее названии: слово «спирт» произошло от латинского слова «спиро», что значит — «дышу». А водку, приготовленную из воды и спирта, стали называть «аква вита», то есть «водой жизни».

Такое важное открытие не могло остаться незамеченным. Вслед за ним начались новые поиски и исследования. Арабский алхимик Рагез, родившийся в 860 году, первый нашел способ получения абсолютно чистого спирта, который был назван алкоголем. В переводе с арабского «аль ка голь» означает такое своеобразное понятие — «самая тонкая, чистая сущность вещи».

Позже был найден сравнительно несложный и весьма дешевый способ получения алкоголя из зерна и картофеля. Наиболее предприимчивые люди скоро поняли, что водка и спирт вполне могут заменить неуловимый «философский камень». Ведь торгуя ими, можно было заработать немало золота. И крепкие алкогольные напитки с быстротой чумы стали распространяться по всему свету.

Алкоголь в руках господствующих классов давно уж стал важным средством повышения доходов. Бюджеты многих стран строились с учетом прибылей, которые давала продажа вина. Поэтому государство брало под свой контроль производство алкогольных напитков и торговлю ими. Правители были заинтересованы в том, чтобы подданные пили как можно больше — ведь это было выгодно казне.

И в этом случае государство меньше всего думало о народе. Так, на Руси уже при Иване Грозном никто не имел права без особого разрешения заниматься виноделием и открывать питейные заведения. В виде особой милости это разрешалось делать только боярам, дворянам, опричникам и духовенству. А насчет крестьян был издан такой указ: «Буде крестьяне учнут вино курить и продавать, у тех крестьян отсекать руки и ссылать в Сибирь».

В кабаки для торговли вином назначались особые доверенные люди — целовальники, которые давали клятву (целовали крест), обещая верой и правдой служить государю. Целовальники стали проводниками государственной политики по выкачиванию денег из карманов населения. В одном приказе было прямо сказано, что целовальник должен «действовать бесстрашно, за прибыль ожидать государевой милости и в том никакого себе опасения не держать, а питухов (то есть пьяниц) не отгонять».

Правительство заранее определяло, сколько денег должно быть собрано от продажи вина с каждого округа. Если почему-либо получался недобор, то жители по специальной разверстке обязаны были пополнить его. Тех, кто не платил своей доли, ставили «на правеж», то есть выводили на площадь и палач бил их батогами. Поэтому народ предпочитал расставаться с деньгами в кабаках, чем отдавать их даром. Так правительство обрекало своих подданных на пьянство.

Торговля вином стала одной из самых выгодных. Ее благословляло государство, а под защитой властей можно было творить всевозможные беззакония. Так было и в России. Люди, пристроившиеся к производству и сбыту спиртных напитков, становились обладателями огромных капиталов, оборот которых приобретал значение в бюджете всего государства.

Ю. Н. Тынянов в своем полном изящной иронии рассказе «Малолетный Витушишников» с тонким сарказмом поведал о том, как «пал» министр финансов Вронченко и заколебалось финансовое благополучие империи Николая I, когда винный откупщик Родоканаки решил отказаться от откупа. Если Родоканаки действительно осуществил бы свою угрозу, казна недополучила бы ни много, ни мало — 20 миллионов рублей. Вот какую солидную прибыль приносила государству торговля вином.

Во второй половине XIX столетия в России усилилось массовое обнищание крестьян, и стали складываться капиталистические отношения, принесшие еще более жестокий гнет эксплуатируемым. Все это привело к тому, что пьянство приняло угрожающий характер. В погоне за прибылями дельцы, сосредоточившие в своих руках производство и продажу алкогольных напитков, шли на любые злоупотребления. Население спаивали столь рьяно, что в результате не только отдельные семьи, но и целые деревни шли по миру.

Наживаясь на бедствиях народа, виноторговцы взвинтили цены на алкогольные напитки, кабатчики изощрялись в различных махинациях, сбывая под видом водки всевозможные суррогаты. Среди пьющих участились случаи тяжелых отравлений, увечий, душевных болезней и смерти.

В те годы в сознании трудящихся постепенно стало складываться мнение, что их преднамеренно, бесстыдно спаивают, а правительство лишь потакает этому безобразию. Надо было принимать какие-то меры самим, иначе их ждало полное разорение и смерть.

И вот в 1858 году в Литовском крае цех сапожников и цех столяров договорились, что никто из работников не будет больше пьянствовать. Такое решение было своеобразным протестом против бесчинств откупщиков и кабатчиков.

Сила этого примера оказалась столь впечатляющей, что в скором времени жители многих губерний центральной России — Курской, Саратовской, Тульской, Пензенской, Тверской и других — тоже объявили о своем намерении прекратить пьянство. Без какого-либо указания свыше, вопреки политике царского правительства народ по своей инициативе перестал пить водку и вино.

Люди давали зарок — где индивидуально, а где общинами, когда устно, а когда расписывались в специальных бумагах. Давшие зарок строго следили за тем, чтобы все его соблюдали. Провинившихся мирские суды приговаривали к штрафу и даже к телесным наказаниям. Когда, например, в селе Лукниках Шивеньского уезда один крестьянин напился пьяным, другие схватили его и с барабанным боем дважды обвели вокруг села. Во многих местах сельские сходы постановляли закрыть винные лавки. Известен, к примеру, такой факт: один житель Олонецкой губернии стал просить сельский сход разрешить ему открыть питейное заведение и за это давал «на пользу обществу» 20 рублей. Тогда другой крестьянин сказал, что даст 40 рублей, если сход не разрешит открывать кабак.

Знаменитый критик и публицист Н. А. Добролюбов с восторгом отозвался об этом могучем движении, которым русский народ показал, что жива еще в нем нравственная сила, властно зовущая к трезвой жизни.

Начальство всполошилось — казна стала нести убытки. Были предприняты различные меры — от уговоров до штрафов и других наказаний. Но люди, давшие зарок, ни за что не соглашались пить водку.

Вот свидетельство одного из очевидцев. Начальство собрало крестьян при управляющем питейными сборами и спрашивает, почему это они не пьют вина.

— Так, не желаем, — отвечают крестьяне.

— Отчего же не желаете?

— Очувствовались. Это вино — один раззор хозяйству.

А когда начальство выставило для соблазна даровую бочку водки, жители села вылили ее в реку.

Так много горя видел народ от пьянства, что даже малограмотные, забитые крестьяне царской России поняли его вред и еще долго сопротивлялись винной политике правительства.

Царское правительство поняло, что может оказаться без денег: водка давала около трети всего дохода. А с другой стороны, организованные выступления против алкогольных напитков тоже были опасны. Народ мог перейти от вина к политике. Недаром еще императрица Екатерина II с прямотой, достойной лучшего применения, изрекла: «Пьяным народом легче управлять».

Поэтому было решено принять срочные меры.

Лучшие умы государства бились над разрешением поставленной задачи. Наиболее удачным был признан проект министра финансов С. Ю. Витте. Он предложил все производство алкогольных напитков и продажу их изъять у частных лиц и сосредоточить в руках правительства. Таким образом, начиная с 1895 года государство присвоило себе это монопольное право. Чтобы уменьшить недовольство народа, правительство объявило, что теперь вина будут продаваться только хорошего качества, по доступной цене и только в специальных заведениях.

Для борьбы с пьянством были учреждены так называемые «попечительства о народной трезвости». Но это была уловка. Частные общества трезвости, которые действительно боролись в меру своих сил с алкоголизмом, теперь должны были свернуть свою деятельность: ведь существование частных обществ могло рассматриваться как недоверие политике правительства. А в государственных «попечительствах» засели новые жулики, всегда готовые погреть руки за казенный счет. Их стараниями различные общественные столовые, где не продавали спиртных напитков, были превращены в такие скучные места, что туда редко кто заходил. Но зато в питейных заведениях, которые, как правило, располагались рядом, было создано все для соблазна. Теперь там и музыка играла, и половые, заботясь о выгоде заведения, были предупредительны, и каждый за свои деньги мог хотя бы на минуту почувствовать себя независимым. А так хотелось побыть свободным человеком хотя бы в кабаке, хотя бы оглушив себя водкой… Вот поэтому народ и шел в кабаки, а не к правительственным поборникам трезвости.

Да и какие это были «поборники»? Каждый хотел урвать кусок пожирнее. А кто действительно думал принести пользу на этом поприще, тоже мало что мог сделать. Ведь на борьбу с пьянством правительство отпускало всего лишь полторы копейки с каждых двух рублей, вырученных за водку.

В результате такой политики «борьбы за народную трезвость» доходы государства резко возросли. Если раньше народ пил в среднем на 300 миллионов рублей в год, то после введения монополии он стал тратить на вино около 600 миллионов. Вот почему государственный бюджет стали называть «пьяным бюджетом».

Несколько позже, в 1913 году, в статье «Свободная наличность» В. И. Ленин ярко показал хищнический характер экономики царской России, для которой водка была одним из средств получения «свободной наличности». В. И. Ленин писал: «Всего продала казна за 5 лет (1908–1912 гг.) — 440 1/2 миллионов ведер сорокаградусной сивухи. Увеличение прибыли по 42 копейки с ведра дало 185 миллионов рублей».

Можно сказать, что алкоголизм стал социальным бедствием именно в эпоху развития капиталистических отношений. Беззастенчивая эксплуатация, стремление низвести рабочего на положение живой машины привели к тому, что пьянство стало принимать массовый характер. Рабочему нечего было терять: не сегодня, так завтра он мог за ненадобностью оказаться на улице. И заглушая тоску, он начинал пить. В своей работе «Положение рабочего класса в Англии» Ф. Энгельс писал:

«Рабочий приходит с работы домой усталый и измученный; он попадает в неуютное, сырое, неприветливое и грязное жилище; ему настоятельно необходимо развлечься, ему нужно что-нибудь, ради чего стоило бы работать, что смягчало бы для него перспективу завтрашнего тяжелого дня… Но помимо этих скорее физических причин, толкающих рабочего к пьянству, оказывают свое действие и сотни других обстоятельств: пример большинства, недостаточное воспитание, невозможность оградить молодых людей от искушения, во многих случаях прямое влияние пьяниц — родителей, которые сами угощают детей вином, уверенность, что под влиянием спиртных паров забудешь хоть на несколько часов нужду и гнет жизни… Пьянство перестало здесь быть пороком, за который можно осуждать того, кто им заражен; оно становится необходимым явлением, неизбежным следствием определенных условий, которые воздействуют на объект, — в этом отношении во всяком случае, — утративший собственную волю. Пусть за это несут ответственность те, кто превратил рабочего в такой объект».

Большую роль, способствующую и ныне развитию алкоголизма в капиталистических странах, играют объединения, производящие алкогольные напитки и торгующие ими. Получая большие прибыли, виноторговцы идут на самую беззастенчивую рекламу, прославляющую «живительное» действие спиртных напитков.

Империалисты не стесняются насильственным образом распространять спиртные напитки и в странах со слаборазвитой экономикой. Например, созданный в 1901 году трест виноделов, наводнив французскими винами Индокитай, увеличил за 20 лет доходы в 5,5 раза. Стараниями этого треста сложилось такое положение, что в Индокитае на одну школу стало приходиться 100 заведений, продающих спиртные напитки.

В еще большей степени используются сейчас алкогольные напитки для подавления сознательной, политической активности масс. Культ разнузданных оргий, убийств, порнографии, садизма и различных наркоманий, среди которых алкоголь стоит на первом месте, приобрел грандиозный размах в странах, где господствует дух наживы. Все направлено на то, чтобы отвлечь трудящихся от борьбы за свои права, чтобы закрыть им глаза на многие беззакония. Прославляется только то, что помогает монополистам утверждать свою власть. Все иное подавляется. Эксплуататоры не хотят, чтобы люди трезво могли заглянуть в будущее, они предпочитают, чтобы на все трудящиеся смотрели сквозь туманную завесу винных паров. За этой завесой финансовым тузам удобнее обделывать различные махинации, легче толкать народы навстречу новым войнам. Поэтому алкоголизм в странах капитала растет из года в год. Например, в Соединенных Штатах Америки только за восемь лет — с 1940 по 1948 год — количество алкоголиков увеличилось на 31 процент.

Действительно, что и кто поддерживает этот порок у нас? Ведь в нашей стране скоро уже полвека, как ликвидированы классы капиталистов и помещиков, следовательно, исчезли основные причины, которые толкали людей к пьянству.

В чем же дело? Обида на проклятое прошлое? Но так могли бы говорить люди, которые сами испытали гнет эксплуатации. А среди них как раз очень мало пьющих. Как же объяснят свое пристрастие к вину те, кто родились после 1917 года? А что могут сказать в свое оправдание молодые люди, которым сейчас по 20–25 лет?

Получается как будто бы нелепое положение: причин нет, а следствие налицо. Но следствия без причин не бывает. Поэтому надо хорошо разобраться в том, что позволяет у нас некоторым людям предаваться пьянству. А разобравшись, решительно пресечь это позорное явление.

Известно, что образ мыслей зависит от условий жизни, в которых мы живем. Наше сознание следует за изменениями, которые происходят вокруг нас, осмысливает, оценивает их. А когда это необходимо, человек преобразует окружающий мир согласно своим потребностям. Таким образом, сознание людей, с одной стороны, является следствием условий, в которых они живут, а с другой — помогает им изменять эти условия, улучшая их.

Однако в сознании людей рождаются не только интересные идеи. Память сохраняет также много нехорошего, что отравляло существование поколениям, жившим раньше. В тех случаях, когда с этим плохим наследием не ведется должной борьбы, оно довольно долго, несмотря на явное улучшение условий быта и труда, мешает нормальному образу жизни. При этом у людей ленивых, косных здравый смысл подчас отступает на задний план, и они, допуская большую ошибку, продолжают жить по старинке, сохраняя в быту весь мусор, накопившийся за прошедшие годы.

Такие ненужные, но сохранившиеся в повседневной жизни обычаи называются пережитками. Одним из подобных пережитков, причем весьма злостным, является пьянство. Но ведь на то человек и сознательное существо, чтобы не следовать слепо за тем, что сохранилось в его памяти, а вести себя так, как подсказывают новые условия жизни. Мало ли что известно о прошлом! Неужели все без разбора переносить в наши дни?

Что мы сказали бы про тракториста, который, случайно увидев завалявшуюся соху, сошел бы с трактора и начал пахать прадедовским способом? Глупый, дикий человек, — пожали бы мы плечами. Так почему же до сих пор некоторые, вместо того чтобы почитать книгу, послушать радио, сходить на стадион или в кино, позволяют себе предаваться пьянству?

История с Абашиным, которой мы начали наш разговор, уже привела нас к определенному выводу: только ленью и низкой культурой можно объяснить поведение тех, кто держится за привычки, протянувшие свои щупальца из далекого прошлого. Такие люди не дают себе труда использовать богатейшие возможности, которые государство им предоставляет. Ублажая себя самым примитивным образом, отравляя свой организм алкоголем, пьяницы этим самым отвергают заботу, которой окружены люди в нашей стране, бросают вызов обществу, строящему коммунизм.

Что же представляет из себя это вещество, занявшее столь заметное место в жизни людей? Алкоголи, или, как их еще называют, спирты, есть разные. В данном случае речь пойдет о той разновидности, что содержится в любом опьяняющем напитке. Химическое строение этого алкоголя, который известен еще под именами этилового или винного спирта, довольно простое. Каждая его молекула состоит из двух атомов углерода, шести атомов водорода и одного атома кислорода — C₂H₅OH.

Получают этиловый алкоголь разными способами — извлекают из зерна, свеклы, картофеля, из дерева (1 кубический метр абсолютно сухой древесины дает 158 литров винного спирта), а также из некоторых побочных сельскохозяйственных продуктов — таких, как, например, хлопковая шелуха; выделяют из сульфитных щелоков — отходов при производстве целлюлозы; и значительное количество готовят синтетическим путем, используя главным образом газ этилен, который получаю при переработке нефти и коксовании углей.

Эта прозрачная, с особым запахом и вкусом жидкость обладает не только опьяняющим действием. Если смочить алкоголем кусочек ваты и приложить ее к коже, то в этом месте расширятся кровеносные сосуды и кожа покраснеет. Эту способность «притягивать» кровь и повышать местную температуру используют, когда накладывают спиртовой или полуспиртовой согревающий компресс. После того как алкоголь проникнет к расположенным в коже окончаниям нервных волокон, возникает чувство легкого жжения, а потом наступает некоторая потеря чувствительности. Кроме того, в месте соприкосновения алкоголя с клетками тела погибают многие болезнетворные микробы и происходит уплотнение, «дубление» поверхностного слоя тканей. Вот почему алкоголь широко применяют в качестве дезинфицирующего и дубящего вещества.

Прежде чем сделать какой-нибудь укол, соответствующее место обязательно протирают спиртом. Тридцатитрехпроцентный раствор его вводят даже внутривенно при некоторых заболеваниях легких. Входит алкоголь и в состав противошоковых жидкостей.

Один работник химической лаборатории как-то рассказывал, что получил сильный ожог кисти и сразу же, не думая, не зная почему, очевидно, чтобы унять нестерпимую боль, инстинктивно сунул руку в стоявшую рядом широкую стеклянную банку со спиртом. К его удивлению, после такого «самолечения» последствий от ожога почти не было. В этом случае проявилось сильное дубящее и охлаждающее воздействие алкоголя, что и воспрепятствовало развитию воспалительного процесса в месте ожога.

Алкоголь — прекрасный растворитель. Многие лекарства — их называют тинктурами — приготовляются на винном спирте. Так как он хорошо горит, его чистое, голубоватое пламя нередко используют, когда необходимо быстро продезинфицировать медицинский инструментарий. Таким образом, на сегодняшний день алкоголь во всех его видах — и 88-процентный сырец, и 95,5-процентный ректификат, и 96,5-процентный спирт высшей очистки, и в более слабых разведениях — занимает важное место в арсенале медицинских работников.

Но алкоголь не всегда помогает сохранять жизнь. С некоторого момента, когда его концентрация становится чрезмерной, спирт начинает ослаблять защитные силы, причем не только у человека, но и у животных, и у растений. Известно, что если зерна, например, фасоли или гороха поместить в чистую воду, и в воду, содержащую разное количество алкоголя, то проращивание будет тем хуже, чем больше спирта в стакане.

Был сделан и такой эксперимент: взяли немного крови у алкоголика и у здорового человека и обе эти порции смешали в разных чашках с питательным бульоном, в котором находились тифозные бактерии. Через два часа проверили количество колоний, образуемых этими микробами. И оказалось, что в той чашке, в которую примешали кровь алкоголика, их было 337, а там, где влили кровь здорового человека, — всего лишь 208. О чем говорят эти подсчеты? О том, что защитные силы в крови у пьяниц значительно снижены.

А вот результаты еще одного, совсем неожиданного опыта. В сарае путем перегонки очищали спирт, а на чердаке лежали 160 яиц для искусственного выведения цыплят. Никто не мог предположить, что незначительное количество паров выделяющегося при перегонке спирта сможет повлиять на яйца. Но вывелось всего лишь 78 цыплят, причем 40 из них погибли в первые два-три дня, а 25 родились с различными уродствами.

То, что алкоголь избирательно поражает зародышевые клетки, показали исследования половых желез у пьяниц и у непьющих. У первых они оказались пораженными в 86 случаях из 100, а у трезвенников — всего лишь в 29. Так по-разному, в зависимости от концентрации и частоты воздействия, то помогая, а то вредя, влияет алкоголь на живые ткани.

Однако сфера применения винного спирта не ограничивается медициной и биологией. Широко используют его и в разных отраслях промышленности. Он — обязательный компонент в производстве синтетического каучука, искусственных волокон, всевозможных лаков, красок, парфюмерных изделий, фото- и кинопленок; он — составная часть в антифризе — жидкости, которую используют в борьбе с «замерзанием» моторов. В общем, очень многие предметы, окружающие нас в повседневной жизни, имеют в своем составе молекулы винного спирта.

Но, пожалуй, мало кто знает, что алкоголь постоянно содержится и в нашем организме. Если исследовать кровь у совершенно здорового человека, который за всю свою жизнь не взял в рот ни капли спиртного, то и в ней можно обнаружить винный спирт. Правда, очень мало, всего лишь 0,03 процента. Есть мнение, что он появляется в результате обмена углеводов, поступающих в организм вместе с пищей. Но как бы там ни было, алкоголь в теле человека содержится на том же основании, на каком имеются микроскопические количества таких элементов, как железо, медь, марганец и ряд других.

Однако у некоторых людей эта капля полезного химического соединения вдруг начинает как бы притягивать к себе целые литры родственной жидкости. Причем делает это подчас с такой силой, что в возникающем алкогольном наваждении человек теряет не только здоровье, но и жизнь.

Международная статистика говорит, что из всего количества вырабатываемого спирта приблизительно половина оказывается в желудках людей.

Если кто-то иногда напивается до беспамятства и ведет себя при этом безобразно, то он просто некультурный человек, нарушитель общественного порядка. Но только на этом основании алкоголиком называть его неправильно.

А вот есть люди, которые в пьяном состоянии и ведут себя довольно тихо, и всячески избегают привлекать внимание работников милиции. Но тем не менее они — настоящие алкоголики.

В чем же дело?

Представим себе молодого человека, предположим, на свадьбе у друга. Поддавшись пьяному угару, под крики «горько» он начал терять счет выпитым стопкам. Сначала с кем-то целовался, потом дрался, потом снова обнимался, что-то «пел», а вернее кричал, напрягаясь так, что, кажется, глаза вылезут на лоб, а сосуды на шее лопнут, затем, ощутив зуд в ногах, начал, качаясь, выделывать ими весьма замысловатые кренделя, упал, встал, снова упал и в конце концов под утро где-то заснул совсем не богатырским сном. Как он будет чувствовать себя, проснувшись? Отвратительно!

В голове трещит, она такая, что больно шевельнуть шеей, кажется, череп вот-вот расколется на несколько кусков. Сосет под ложечкой, тошнит, а то и вовсе «выворачивет наизнанку». Все тело будто побитое, нет никаких сил и хочется тишины, покоя и какой-то, даже неизвестно какой, помощи. Одна лишь мысль о водке пронизывает все тело противной дрожью. В общем, налицо все признаки острого и довольно тяжелого отравления. Организм восстал против такого насилия над ним, и каждая его отравленная клетка ведет в это время яростную борьбу с проникшим в нее ядом — алкоголем. И пока идет эта борьба, пока яд не побежден, человек находится в отравленном состоянии. Только после того как организм сумеет восстановить нормальный обмен веществ, к нему вернется удовлетворительное самочувствие.

Вот почему, даже хвастаясь перед знакомыми — как, мол, здорово выпили на свадьбе, — человек про себя еще длительное время будет помнить перенесенные муки и его не скоро соблазнишь возможностью подобной попойки. Поэтому его алкоголиком назвать нельзя.

Но не всегда между организмом и водкой возникают столь бурные и «конфликтные» отношения. Всем, вероятно, приходилось видеть людей, которые пьют и как будто бы не пьянеют. По крайней мере, глядя на них, не скажешь, что они отравлены.

Вспоминается один цветовод, который ходил по домам и лечил декоративные растения. Это был довольно крупный, полный мужчина лет пятидесяти. Никто не видал его пьяным, но когда бы он ни появлялся — утром, в обед или вечером — всегда, прежде чем приступить к работе, он просил стакан холодной воды, вынимал из внутреннего кармана пиджака металлическую плоскую фляжку, отвертывал пробку-стаканчик, наливал в него какую-то зеленоватую, пряно пахнущую жидкость — «по собственному рецепту» — и мгновенно опрокидывал в рот. Быстро повторив такую манипуляцию, выпивал стакан холодной воды, аккуратно завинчивал фляжку и, спрятав ее в карман, начинал работать. Через некоторое время этот человек как бы изнутри разогревался — он розовел и тихо, почти неслышно начинал напевать какую-то детскую песенку.

Дело он свое знал превосходно, всегда был спокоен, вежлив, держался с чувством собственного достоинства. И тем не менее это был настоящий, причем тяжелый алкоголик. Почему? А потому, что его организм вступил в тесную дружбу с этим ядом.

Правда, далеко не все алкоголики такие тихие. Большинство из них, опьянев, что называется, теряют свое лицо — становятся назойливыми, циничными, противными, нередко при этом звереют, нагоняя ужас на окружающих. Но всех их объединяет одно — их организм от частого употребления спиртных напитков настолько «проспиртовался», что они уже не могут обходиться без регулярного потребления алкоголя. И становятся его рабами — алкоголиками.

Трудно, а подчас невозможно установить тот момент, с которого человек, пивший, «как все», вдруг начинает превращаться в настоящего алкоголика. Трудно потому, что наш организм не имеет таких «контрольно-анализирующих» приборов, с помощью которых он мог бы автоматически определять эту роковую грань.

На хроническое отравление спиртными напитками клетки организма отвечают лишь тем, что теряют возможность правильно усваивать питательные вещества и выделять отработанные. Нормальный обмен веществ постепенно заменяется ненормальным, болезненным. Сущность этого, если можно так оказать, «алкогольного» обмена веществ состоит в том, что клетки привыкают к постоянному наличию в них большого количества яда и им потом уже трудно обходиться без него.

То, что происходит при этом с организмом, можно в какой-то степени сравнить с состоянием человека, который длительное время ел острую, пряную пищу, с большим количеством перца, уксуса, горчицы и других специй. Естественно, что любая иная, даже нормально посоленная еда кажется ему пресной и невкусной. Почему? Потому, что привык к пряной пище. Но «привык» — это слово, определяющее субъективное отношение. А физиологической основой подобных привычек является особо изменившийся обмен веществ в организме, требующий постоянного притока соли, перца и других острых приправ. Возвратить такой обмен на нормальные рельсы подчас очень трудно, даже если это требуется, чтобы вылечиться, например, от гипертонии и некоторых других болезней. Ибо, помимо всего, в возникновении различных привычек важную роль играет головной мозг, в котором образуются нездоровые условно-рефлекторные связи, препятствующие возвращению к норме.

Так что характер обмена веществ в организме имеет огромное значение. Иногда же его особенности проявляются совершенно неожиданно. Опыты, проведенные на крысах, показали, что стремление к некоторым пищевым продуктам может сохраняться, несмотря на явный вред этих продуктов для жизни. Одну группу животных кормили только сырыми яйцами, другую — крутыми. Те крысы, которые питались только сваренными вкрутую яйцами, через некоторое время погибали, а питавшиеся сырыми — продолжали жить. Тогда крысам стали давать одновременно и вареные и сырые яйца. Что же оказалось? Животные стали есть только крутые яйца, хотя такое питание вело их к гибели. Нечто подобное происходит и с организмом алкоголиков, которых, как железо к магниту, тянет к вину, хотя каждый шаг приближает их к болезням и смерти.

Но человек, в отличие от всех других существ, обладает способностью мыслить, анализировать свои поступки, свое состояние, и на этом основании он должен делать логические выводы на будущее. Вот почему, говоря о людях, нельзя придавать обмену веществ роковое, определяющее значение. Человек всегда способен и обязан следить за собой и принимать меры для собственной безопасности при первых же признаках грозящей беды.

Что же это за признаки?

Первый из них — усиление тяги к спиртным напиткам. С некоторого времени человек, выпивавший от случая к случаю, вдруг начинает чувствовать, что мысли о водке посещают его все чаще и чаще. Вот тут-то и нужно сразу остановиться, а то потребность к выпивке перейдет в такое настоятельное влечение, с которым самому бороться уже не хватит сил.

Второй признак, говорящий о том, что водка начинает становиться сильнее человека, проявляется в следующем: начав пить, человек уже не хочет и не может перестать, пока не выпьет все, что было, или не опьянеет окончательно. Дело в том, что на каком-то этапе злоупотребления алкоголем повышается выносливость к нему. А это притупляет бдительность пьющего, которому начинает казаться, что он — несокрушим!

Третий признак — потребность опохмелиться. Что такое похмелье? Это очень мучительное состояние: дрожат руки и все тело, выступает обильный пот, учащается пульс, иногда повышается кровяное давление, все время тошнит, болит в области желудка, голова гудит. Человек в это время угнетен, тревожен, пуглив, ему кажется, что все говорят именно о нем, его гнетет чувство вины. Особенно плохо становится к вечеру — страшно остаться одному в комнате, страшно спать без света, так как человеком сразу же овладевают кошмарные сновидения с погонями, убийствами, чудовищами. И все время хочется выпить. Так хочется, что за рюмку водки в этот момент алкоголик готов пойти на что угодно!

И если человек со здоровым обменом веществ после пьянки вспоминает о водке с содроганием, то те, чей организм начинает привыкать к алкоголю, ощущают потребность ввести в себя добавочную, хотя бы небольшую порцию этого яда. Лишь так они начинают себя чувствовать более или менее удовлетворительно.

Между прочим, с точки зрения физиологии, желание опохмелиться — вполне «законная» потребность. Ученица академика И. П. Павлова — профессор М. К. Петрова провела такие эксперименты. Она исследовала характер высшей нервной деятельности у собак, затем приучала их к алкоголю и регистрировала все те нарушения и отклонения от нормы, которые возникали в связи с привычкой к нему. А потом установила, что если после большой дозы алкоголя спустя некоторое время ввести в организм животного небольшую порцию спирта, то его нервная деятельность в известной степени улучшается.

Но пусть не обольщают себя любители выпить — такое улучшение после опохмеления наступает только у тех, кто уже привык или начинает привыкать к алкоголю. А у нормальных людей даже столь малая доза, как 20–30 граммов спирта, всегда вызывает явные нарушения и в нервной системе, и в других органах.

Однако неверно было бы думать, что раз нет налицо всех трех признаков или порядок их возникновения иной, значит, до алкоголизма далеко. Это, увы, не так. Появление самых начальных деталей любого из них — грозное предупреждение о том, что сдача здоровых позиций уже началась, что враг приступил к разрушительным действиям на завоеванной территории. Спастись от полного поражения можно лишь одним способом — полностью, минимум на несколько месяцев, прекратить употребление любых налитков, содержащих алкоголь. Даже кружка пива недопустима в этот период.

Весь ужас положения, в котором оказывается человек, пристрастившийся к водке, состоит в том, что каждый раз, когда он почему-либо не имеет возможности приложиться к рюмке, в его привыкшем к алкоголю организме начинается своеобразный бунт, который проявляется в исключительно плохом самочувствии, подавленном и раздраженном настроении. Такое состояние, все усиливаясь, держится до тех пор, пока не поступит очередная порция водки. Тогда алкоголику на время становится легче, и он может с грехом пополам приступить к своим обязанностям.

Таким образом, если здоровый человек, сев за праздничный стол, выпивает бокал вина с целью несколько поднять свое настроение, то алкоголик ищет водку только ради того, чтобы хоть как-нибудь выкарабкаться из глубины отвратительного состояния до более или менее терпимого самочувствия.

Величайшее коварство алкоголя состоит в том, что он исподтишка, совсем незаметно для самого пьющего может превратить его в своего раба.

Скрутив самого себя по рукам и ногам пристрастием к водке, алкоголик этим самым ставит в зависимость многих людей, вносит в их жизнь всевозможные неприятности, страдания, а подчас подвергает их опасности.

Цепи, опутавшие алкоголика, давят тяжелым бременем на семью, родственников, знакомых, членов рабочего коллектива — на всех, с кем он так или иначе связан. Что же это за цепи?

Прежде всего на алкоголиков почти никогда и ни в чем нельзя положиться. Их мозг, постоянно отравляемый спиртными напитками, теряет целый ряд способностей. Поэтому сколько бы ни давал алкоголик и устных и даже письменных обязательств, нельзя быть уверенным, что он сдержит свое слово. Очень часто, давая обещание, он искренне верит, что не подведет, но стоит подвернуться какому-нибудь поводу выпить, как все забывается. Такой человек может идти в аптеку за лекарством для собственного ребенка, но если ему встретятся настойчивые «друзья», он пропьет все деньги и оставит больного без помощи.

Выпрашивая деньги в долг, алкоголик так убедительно, с таким честным выражением на лице обещает их вернуть в срок, что трудно подчас ему отказать. Но знайте, что в этот момент он обманывает и себя и вас. Ибо потом у него находятся тысячи причин, оправдывающих в его глазах невозможность возвратить занятые деньги. Откладывая свой долг со дня на день, алкоголик постепенно свыкается с мыслью, что все равно он уже опоздал, и человек, одолживший ему деньги, обошелся без них. И в конце концов находится какой-то повод, позволяющий алкоголику забыть о своем обещании. И не только в денежных, но и в любых других делах алкоголик, как правило, не держит данного им слова, очень легко идет на обман и другие нехорошие дела — плохо работает, нарушает общественный порядок, совершает различные преступления.

Таким образом, исключительная моральная неустойчивость делает многих пьяниц чуждыми обществу. Но ведь они продолжают жить среди людей! Поэтому семью или коллектив, где появился хотя бы один алкоголик, можно сравнить с деревянным домом, в котором завелся червь: на первый взгляд как будто бы все благополучно, а прочности уже нет. Под внешней отделкой вместо древесины — труха. Как паразиты разъедают дерево, так и алкоголики подтачивают благополучие общества.

Одним из краеугольных камней, скрепляющих фундамент человеческого общества, является здоровье людей. Алкоголики еще и потому висят обузой на шее государства, что все они так или иначе больны. Досужие разговоры о том, что водка улучшает пищеварение, «проспиртовывает» тело и тем самым якобы защищает от разных болезней, не стоят выеденного яйца. Любой орган, как только в него попадает алкоголь, всегда ухудшает свою деятельность.

Возьмем хотя бы желудок. Действительно, после рюмки водки аппетит повышается — об этом знают все. А что такое хороший аппетит? Субъективный комплекс ощущений, вызывающий желание побольше съесть. Но как справляется желудок с перевариванием этой пищи после того, как в него попал алкоголь, — об этом, пожалуй, известно немногим. А между тем слизистая оболочка желудка, обожженная спиртом, начинает выделять пищеварительные соки совсем не в той пропорции, в какой полагается. Много выделяется соляной кислоты, которая в свою очередь раздражает внутреннюю стенку желудка. В ответ на это из желез, находящихся здесь же, поступает большое количество защитной слизи, мешающей нормальному пищеварению. А самое главное — после воздействия алкоголя почти перестает выделяться пепсин — основной фермент, с помощью которого переваривается пища.

Вот почему частые выпивки настолько дезорганизуют нормальную деятельность желудка, что приводят в конце концов к катаррам и гастритам, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Но самое страшное впереди. Систематически отравляемая слизистая оболочка желудка начинает атрофироваться, гибнет и перестает принимать участие в пищеварении. Наверное, многие замечали, что большинство пьяниц, выпив, ничем не закусывают? Это объясняется тем, что в их желудке из-за атрофии слизистой оболочки уже не выделяются пищеварительные соки, следовательно, не возникает чувство аппетита. И одновременно создается почва для развития полипов и рака желудка.

В таком же плане развиваются нарушения в тонком и толстом кишечнике. Изменившаяся слизистая оболочка кишечника перестает справляться с перевариванием пищи — здесь тоже не хватает ферментов для полного раздробления съеденных продуктов. Поэтому в кровь попадает много вредных, до конца непереработанных веществ.

Однако организм до поры до времени справляется с такими нарушениями. Ведь на пути крови, отходящей от желудочно-кишечного тракта, стоит верный страж, главная химическая лаборатория нашего тела — печень. Ее клетки способны обеззараживать ядовитые соединения, но не беспредельно. Если ядовитых соединений поступает слишком много, клетки печени отравляются и умирают, а их место занимает бездеятельная соединительная ткань. Происходит нечто подобное тому, как после глубокого повреждения кожи на месте раны, замещая нормальные живые клетки, появляется безжизненный рубец.

В связи с гибелью большого количества активно действующих клеток размеры печени уменьшаются. Она сморщивается, и организм теряет свою самую сильную защитницу. Так возникает тяжелое заболевание — атрофический или алкогольный цирроз печени. «Цирроз» — по древне-гречески означает «рыжий». Такого цвета становится печень у людей, злоупотреблявших спиртными напитками.

Через сморщенную циррозную печень, в которой сдавлены кровеносные сосуды, кровь с трудом продвигается к сердцу. Поэтому ей приходится искать окольные пути — она начинает течь через вены пищевода и брюшной стенки. Но эти сосуды, помимо того, что кровь в них не обеззараживается, менее прочны. И жидкая часть крови — ее плазма — просачивается через тонкие стенки сосудов в брюшную полость. Вот почему у пьяниц нередко развивается водянка живота. Вот почему у них нередко возникают разрывы этих сосудов.

Цирроз печени — болезнь неизлечимая, ибо погибшие клетки больше не восстанавливаются. Единственное средство, предотвращающее дальнейшее умирание клеток, — полный отказ от алкогольных напитков. И не только при циррозе — при любом заболевании печени алкоголь становится для нее необычайно опасным. Известны случаи, когда люди, поправляясь от инфекционной желтухи, выпивали немного водки, и деятельность печени настолько ухудшалась, что через несколько дней наступала смерть.

Сильно страдает от вина и сердце. Мышца его слабеет, прорастает жиром и увеличивается в размерах. Все это резко ухудшает кровообращение. Хотя алкоголь в какой-то степени понижает кровяное давление и уменьшает в крови количество холестерина — вещества, способствующего развитию атеросклероза, — это не дает права применять спиртные напитки для борьбы с сосудистыми нарушениями. Ибо, поражая нервную систему, изменяя ее регулирующее влияние на все остальные органы, алкоголь этим самым резко снижает способность сосудов приспосабливаться к изменяющимся условиям. Именно поэтому так нередки у алкоголиков инфаркты миокарда и кровоизлияния в мозг.

Из организма алкоголь выделяется главным образом через почки — с мочой и через легкие — в моменты выдоха. Вот почему эти органы тоже страдают при частом употреблении спиртных напитков. Так, например, любое заболевание почек и мочевыводящих путей всегда обостряется после очередной выпивки. А выделяясь через легкие, алкоголь способствует развитию бронхитов, эмфиземы и других заболеваний. В частности, отмечено, что туберкулез легких у алкоголиков встречается в десять раз чаще, чем у непьющих.

Страдает от алкоголя и усвоение витаминов — этих жизненно необходимых веществ. Особенно ухудшается обмен витаминов «С» и группы «В». Этим в значительной степени объясняется повышенная кровоточивость сосудов у алкоголиков и развитие у них различных поражений центральной и периферической нервной системы.

Необходимо еще сказать и о том, что алкоголь очень вредно действует на эндокринные железы, в частности — на половые, способствуя развитию импотенции и бесплодия. В общем, нет ни одного органа в нашем теле, который бы в той или иной степени не страдал от воздействия крепких спиртных напитков.

Об этом говорит и внешний вид пьяниц: лицо у них одутловатое, в преждевременных морщинах, под глазами мешки, нос из-за хронического расширения кровеносных сосудов сине-багровый. У алкоголиков мало сил, они быстро устают, задыхаются, кашляют, ходят согнувшись.

Но особенно сильно изменяется у пьяниц деятельность головного мозга — анатомо-физиологической базы умственных процессов.

Когда мы лучше всего себя чувствуем, когда голова наша предельно ясна и свежа? По утрам. Это потому, что мозг отдохнул за ночь. А два процесса, лежащих в основе психической деятельности, — возбуждение и торможение — в эти часы обладают наибольшей силой, они хорошо уравновешены и оптимально подвижны.

Человек, у которого нервная система обладает всеми этими качествами, всегда точно мыслит, быстро принимает четкие решения, отличается завидной силой воли, нужной выдержкой. Он может хорошо распоряжаться обилием чувств, подавляя, тормозя одни и давая возможность проявляться другим. В общем, такой человек — хозяин и самого себя, и ситуации, в которой он находится.

А что происходит с психикой людей, отравленных алкоголем? Она всегда пребывает в состоянии своеобразного наркоза, отупения, полусна, когда ни о какой ясности мышления не может быть даже речи. Ослабление тормозного процесса резко нарушает гармонию в деятельности головного мозга, лишает человека способности контролировать свои мысли и чувства, определять свое поведение.

Сейчас наш народ организует свою жизнь, свои взаимоотношения, основываясь на моральном кодексе строителей коммунизма, Однако попробуйте подойти к забулдыгам, которые спеша опохмелиться, толпятся по утрам около пивных ларьков (а почему бы и не подойти, раз они тоже граждане СССР?) и прочитать им любой принцип этого кодекса — они просто не поймут, о чем идет речь. Для них все это — слишком высокая материя. Весь уклад их жизни приходит в вопиющее противоречие с нашими представлениями о морали.

Например:

— Добросовестный труд на благо общества: кто не работает, тот не ест…

О первой половине этого принципа алкоголики предпочитают не вспоминать. А вот вторая им гораздо ближе, ибо она существует для них в другой редакции — кто не работает, тот не пьет. Бесплатно водки нигде не получишь, и поэтому пьяницы смотрят на свою работу только с позиции «калыма». Они всегда готовы подхалтурить, даже стащить, что плохо лежит, и легко меняют одно место работы на другое, если там больше платят. А те из них, которые долгое время сохраняют высокую квалификацию, работают главным образом ради водки.

— Забота каждого о сохранении и умножении общественного достояния;

— Высокое сознание общественного долга; нетерпимость к нарушениям общественных интересов…

Для пьяниц эти положения — как ладан для черта! Ведь они сами первые нарушители интересов нашего общества.

— Коллективизм и товарищеская взаимопомощь: каждый за всех, все за одного…

Алкоголики понимают это только в одном плане: «Как сложимся? На двоих? На троих?»

— Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку — друг, товарищ и брат;

— Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни;

— Взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей;

— Непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству…

Есть ли тут хоть одно слово, которое пришлось бы по душе алкоголику? Ни одного!

Взаимное уважение в семье? О каком уважении может идти речь, когда пьяница на каждом шагу оскорбляет всех, кто делит с ним стол и крышу?

Воспитание детей? Да пьяница способен пропить последнюю рубашку своего ребенка!

Непримиримость к тунеядству, нечестности, стяжательству? Какая может быть непримиримость, если алкоголиков с тунеядцами и стяжателями водой не разольешь? Ведь они братья по духу.

В общем, все наоборот. Причем многие пьяницы не просто уклоняются от соблюдения принципов коммунистической морали, а активно, злобно и изобретательно извращают их. Вот почему их психика античеловечна по своей сути. Вот почему их мораль, а вернее — аморальность, делает алкоголиков врагами общества.

Как уже было сказано, основное действие, которое алкоголь производит на мозг, состоит в «торможении тормозов». А это приводит к тому, что ослабевает способность к оценке, контролю и задержке своих желаний, страдает умение предвидеть последствия своего поведения. Вот почему опьяневшие люди гораздо легче, чем трезвые, допускают различные нарушения общественного порядка.

Если, например, говорить о хулиганских поступках, то статистика показывает, что 90–95 процентов их совершается в состоянии опьянения.

А что такое хулиганство с точки зрения физиологии? Последствия ослабления тормозного процесса, в результате чего человек теряет сдерживающие начала. Таким образом алкоголь становится подстрекателем и сообщником во всевозможных преступлениях.

Особенно легко нарушают законы хронические алкоголики, чей мозг не может восстановить прежней силы тормозного процесса. Этих людей можно заставить сделать что угодно, если посулить им деньги. И если они почему-либо оказываются на должности, связанной с материальной ответственностью, то через некоторое время ими, как правило, начинают интересоваться сотрудники ОБХСС.

Так, по американским данным, от 50 до 70 процентов преступников, сидящих в тюрьмах, оказываются там из-за того, что на каком-то этапе их жизненного пути они повстречались и подружились с вином. А по сводкам ГАИ — нашей государственной автоинспекции — около половины всех нарушений правил уличного движения — от игнорирования запретительных знаков до наезда на прохожих — совершается водителями транспорта в состоянии опьянения.

Каких только преступлений не совершают люди, находясь под воздействием спиртных напитков! Причем преступлений необычных, подчас неоправданно жестоких, а иногда и совершенно нелепых.

Однажды два друга, успешно закончив общую и важную для них работу, решили отметить это событие в ресторане. После того как было уничтожено изрядное количество разных горячительных напитков, они решили, что надо направиться ночевать к одному из них. Сказало — сделано. Но пьяный мозг в припадке великодушия забыл, что условий для этого нет. И действительно, жене хозяина дома пришлось уложить пьяных друзей на один диван. Спать было очень неудобно, долгое время они ворочались и толкались, мешая друг другу. И неожиданно раздался выстрел — это хозяин дома уложил насмерть своего товарища: не мешай, мол, спать! Разве что-нибудь подобное могло случиться, если бы он был трезв?

Другой пример. Придя домой, «чадолюбивый» папаша, уже давно завзятый алкоголик, увидел, что его четырехлетний сын сидит за столам и ест. Отцу не понравилось, как кушает ребенок, и он решил вмешаться. Отнял у него вилку и, насаживая на нее кусочки мяса, стал буквально впихивать сыну в рот. Ребенок заплакал, стал отворачиваться, сжал зубы. Тогда «папа» в припадке ярости начал тыкать вилкой с таким остервенением, что порвал ребенку губы. И потом еще с озлоблением отстаивал свое право заниматься воспитанием так, как он, видите ли, считает нужным.

А что бы сказали сослуживцы одного весьма уважаемого инженера, если бы увидели, как он глубокой ночью тащит на себе диван, а матрац с него волочит прямо по асфальту? Наверняка решили бы, что инженер сошел с ума, и были бы близки к истине. Хотя речь должна была бы идти не о какой-нибудь душевной болезни, а о кратковременном затемнении сознания, вызванном сильным опьянением.

Дело было так. Этот инженер принимал участие в организации строительной выставки. После окончания трудной работы компания сослуживцев зашла в ресторан и, конечно, выпила. Ну, а затем каждый побрел, кто куда. На инженера же вино в этот злополучный вечер подействовало таким образом, что он решил унести домой понравившийся ему экспонат — красивый диван. И вот почтенный человек лезет через забор на территорию выставки, проникает в павильон мебели, выволакивает диван, с трудом, кое-как, не заботясь о его сохранности, перебрасывает через ограду на улицу, а потом тащит поздней ночью по проезжей части дороги. Что ни шаг во всем этом происшествии — то очередная нелепость. А кто виноват? Только выпитое вино.

Причем никогда заранее нельзя предугадать, как оно может подействовать на человека в том или ином случае — развеселит его, свалит на пол или толкнет на какое-нибудь преступление. Было бы очень хорошо, если бы каждый, кто садится за стол с бутылками, не забывал о коварстве алкоголя. Ведь в любой день вместо ожидаемого веселья может наступить весьма печальный исход.

И пусть потом, каясь, преступники не говорят: «Пьян был, ничего не помню…» В уголовном кодексе есть статья 12 — «Ответственность за преступления, совершенные в состоянии опьянения». Она гласит: «Лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, не освобождается от уголовной ответственности». Коротко и ясно!

А в некоторых случаях опьянение даже усугубляет степень виновности. Так относится суд, например, к работникам транспорта, совершившим преступление в пьяном состоянии. И тут уже им не помогут уверения, что «даже капли во рту не было!» Экспертиза сейчас располагает целым рядом методов, с помощью которых можно доказать наличие алкоголя в организме даже спустя длительное время после того, как было совершено последнее возлияние. Ведь спирт разрушается в организме медленно — всего лишь по 12 граммов за час.

Тракторист выключил мотор и сел ужинать. Только принялся за еду, как подъехал бригадир.

— Здорово!

— Здорово!

— А ведь сухая корка рот дерет, — заметил подъехавший.

— Вестимо! — согласился тракторист.

Бригадир улыбнулся, вытащил из кармана пол-литра водки и сел рядом. Вылили, закусили. В голове, конечно, зашумело.

— Как с бензином? Хватит? — поинтересовался бригадир, хрустя луковицей.

— Должно хватить, — неуверенно отозвался тракторист. Потом поднялся и пошел к трактору. Открыл бак, заглянул, но так как уже стемнело, ничего не увидел.

Как бы поступил трезвый человек в таком случае? Достал бы какой-нибудь прутик или кусок проволоки и с его помощью измерил бы уровень бензина в баке. А что делает пьяный, у которого от мысли, даже самой нелепой, до ее исполнения очень часто не бывает задержки? Пьяный берет коробок, зажигает спичку и, поднеся ее к отверстию бака, пытается заглянуть внутрь: раздается взрыв, и обожженного тракториста, с трудом сбившего огонь, доставляют в больницу. Итог — трактор вышел из строя, а человек остался на всю жизнь инвалидом с обезображенным лицом и изуродованными руками…

Другой гражданин, горожанин, пришел поздно вечером домой после основательной выпивки. Неожиданно погас свет. Гражданину, который ничего не смыслил в электричестве, лечь бы спать, а утром, протрезвившись, вызвать электромонтера. Но ведь пьяному всегда кажется, что он умный, сильный, ловкий, что он все может. И он лезет в распределительный щиток, а в следующее мгновение, отброшенный сильным ударом тока, падает замертво…

Пьяный пассажир сидит, покачиваясь, на задней скамейке полупустого троллейбуса. Но как только двери автоматически закрылись и троллейбус отошел от остановки, пьяный вскакивает, молча, с силой растягивает створки задних дверей, протискивается между ними и прыгает на ходу. В последний момент одна нога оказывается зажатой дверью и, попав в такой капкан, пьяный падает, разбивая лицо о тротуар. Хорошо, что водитель сразу же остановил машину, а то ведь такой прыжок мог привести прямо в морг…

Подобных примеров, как в быту, так и на производстве, можно привести, к сожалению, множество.

В наше время, когда техника широко входит в быт, когда на предприятиях с каждым днем совершенствуется оборудование, вступают в строй новые механизмы, автоматы, от людей требуется пристальное внимание, высокая точность движений, быстрая реакция. Такими способностями обладают лишь трезвые работники. А те, кто приходят на работу в состоянии утреннего похмелья, а тем более пьяные, рано или поздно становятся жертвами своей неосторожности. Даже элементарные основы техники безопасности улетучиваются из пьяной головы! В результате людей увозят в больницы с оторванными пальцами, изувеченными руками, выбитыми глазами и другими всевозможными травмами.

Кто же виноват? Сами!

По данным Центрального института травматологии и ортопедии Министерства здравоохранения СССР в среднем около 25 процентов самых различных травм — бытовых, производственных, уличных — получено после употребления спиртных напитков. А статистика Московского института имени Склифосовского говорит о том, что в некоторые, особенно предпраздничные и праздничные дни травматизм, обусловленный опьянением, достигает 50 процентов!

Комментарии, как говорится, излишни.

То, что алкоголь оказывает столь сильное и своеобразное действие на состояние людей, не могло не привлечь внимания науки. В разное время ученые многих стран провели ряд исследований, после которых стал ясен механизм как алкогольного опьянения, так и его последствий.

Исследования преследовали разнообразные цели и поэтому носили различный характер. Одни ученые занимались сугубо научными экспериментами, привлекая на помощь такие науки, как химия, физиология, биохимия, патологическая анатомия, судебная медицина, психиатрия. Так, например, отец русской физиологии И. М. Сеченов в своей докторской диссертации — «Материалы для будущей физиологии алкогольного опьянения» — доказал, в частности, что спирт понижает количество кислорода в крови и этим самым затрудняет дыхание тканей.

А были ученые, которые ставили свои опыты, чтобы принести в первую очередь пользу популярной противоалкогольной агитации. Вот, например, какой эксперимент был проведен в одной из немецких гимназий по инициативе крупнейшего психиатра Э. Крепелина. Учеников старшего класса перед контрольной работой по алгебре разделили на две равные по успеваемости половины. Когда педагог объявил, что половина из них, перед тем как приступит к заданию, получит по стакану пива, гимназисты, которые попали в эту группу, заулыбались и уверенно заявили, что теперь они покажут, как надо решать задачи. Другая же половина приуныла, ибо давно считалось, что пиво всегда и во всем полезно. Каково же было удивление класса, когда оказалось, что выпившие пиво написали контрольную работу намного хуже, чем остальные.

Но на этом эксперимент не кончился. Через несколько дней было решено организовать экскурсию в горы. И тут тоже одна половина гимназистов получила перед походом по стакану пива, а другая — нет. Через несколько минут, как только пиво оказало свое действие, почти все, получившие его, самоуверенно заявили: это, мол, не задачи решать; сейчас всё убедятся, как быстро они взойдут на намеченную вершину. Но не тут-то было! Начали они резво, но скоро устали и через некоторое время увидели впереди себя спины меливших товарищей.

Другой наглядный эксперимент. В 1908 году, в Баварии было отобрано 30 лучших стрелков. Перед тем как поразить из винтовки мишень, находившуюся на расстоянии 200 метров, все они получили немного алкоголя — по 40 граммов. И у стрелков был подъем настроения, но результаты стрельбы оказались на 10–12 процентов хуже обычных.

Подобному испытанию подверглись наборщики в типографии. Выпив по кружке пива, они были уверены, что стали работать быстрее и лучше. А проверка показала, что их продуктивность снизилась в среднем от 10 до 18 процентов.

Интересное наблюдение принадлежит немецкому исследователю Гейльброннеру, которое он сам в 1905 году описал так: «Я в течение четверти часа стенографировал разговор, который велся в обществе, бывшем слегка навеселе. Когда я на следующий день прочел мою запись участникам вечера, то ни один из них не хотел признать полностью своих слов, каждый из них считал, что я хоть что-нибудь прибавил. Однако я-то их записывал буквально».

Физиологическая школа академика И. П. Павлова, установив основные закономерности в деятельности головного мозга, тем самым сказала решающее слово и о сущности действия спиртных напитков на психическую жизнь человека. Именно благодаря исследованиям этой школы мы сейчас точно знаем, что алкоголь не возбуждает центральную нервную систему, а ослабляет тормозной процесс в ней.

Сам же И. П. Павлов, будучи студентом Петербургского университета, проделал над собой такой эксперимент: у себя дома, когда никого не было, он сел перед зеркалом, поставил перед собой бутылку рома, стакан, положил часы, приготовил карандаш и бумагу. Затем сосчитал свой пульс, частоту дыхания и начал пить, все время сверяя свое самочувствие с тем, что видел в зеркале. И все наблюдения тщательно записывал. Но опыт продолжался недолго, так как экспериментатор почувствовал себя плохо и прекратил его. С тех пор И. П. Павлов стал убежденным противником алкогольных напитков. Он считал, что самое страшное в их воздействии на психику заключается в потере «ясновидения действительности».

Таким образом общий вывод, который можно сделать из многочисленных исследований, состоит в том, что пока на мозг действуют даже небольшие дозы алкоголя, течение всех психических функций в той или иной степени ухудшается.

Широко известна предельно точная, исчерпывающая формулировка Ф. Энгельса — «труд создал самого человека». А создав человека, труд и по сегодняшний день является обязательным условием в жизни каждого из нас. Только производя ценности, необходимые всем членам общества, человек получает право называться человеком в полном смысле этого слова. Те же, кто работают спустя рукава, а то и вовсе отлынивают от дела, всегда в той или иной степени становятся паразитами, живущими за счет других.

Среди различных причин, мешающих людям плодотворно трудиться, алкоголь занимает одно из первых мест. Как мы только что выяснили, он создает лишь обманчивую иллюзию повышенной работоспособности. Только в первые 15–20 минут у выпившего может наступить прилив энергии, но использует он ее непроизводительно, так как одновременно у него падает способность к разумному руководству своими действиями.

У людей, в чьем организме имеется хотя бы небольшое количество алкоголя, дело всегда страдает. И чем тоньше работа, которую надо произвести, тем больше допускается ошибок. Например, часовщики или картографы просто не должны приступать к работе, пока не пройдет даже столь легкое опьянение, какое вызывает стакан пива.

Алкоголь всегда замедляет ход производства. Вывод, сделанный после неоднократных проверок, был сформулирован так: если выпить с утра около 100 граммов водки, то на работу, на которую раньше затрачивалось 8 часов, потребуется теперь 9.

Беспристрастные цифры статистики говорят о том, что наибольший процент брака и различных несчастных случаев на производстве, независимо от его профиля, падает на первый день недели. Почему? Да потому, что если даже многие непьющие люди не считают за грех выпить немного в воскресенье, то все пьяницы уж обязательно отметят его «серьезной» выпивкой. А так как последствия сильного опьянения держатся в течение суток и дольше, то на следующий день, то есть в понедельник, на работе начинается расплата. Для одних она выразится в запоротых деталях, для других — в порче оборудования, а третьи становятся жертвой своей невнимательности. Таким образом, алкоголю всегда приходится платить потом печальную дань.

А те люди, которые пьют почти ежедневно, как правило, находятся в глубоком конфликте со своим делом и, конечно, с коллективом, где они трудятся. Ибо если кто-нибудь на производстве отстает, он этим самым и всех тянет назад. И пусть не обещают пьяницы, что поднажмут, наверстают упущенное. Обещаниям их верить нельзя, тем более, что отравленный организм не в состоянии работать интенсивно.

Люди, злоупотребляющие спиртными напитками, постепенно теряют способность к планомерным усилиям, а затем и вовсе начинают пренебрегать своими обязанностями. У пьяниц вырабатывается специфическая нелюбовь к труду, они теряют потребность трудиться, которая свойственна каждому здоровому человеку. Да и о каком труде можно говорить, когда болит голова, в руках нет уверенности, а организм требует водки?

Часто, конфликтуя на работе, переходя с места на место и нигде долго не задерживаясь, пьяница неуклонно дисквалифицируется и, если не остановить его, превращается в злостного дезорганизатора производства, а затем и в нахлебника, сидящего на шее общества.

Попробуйте потребовать у алкоголика хорошей производительности труда, добиться от него, чтобы он за каждый час вырабатывал, предположим, не 20, а 22 детали. Куда там! Он и с 20 не всегда справляется, да и вообще равнодушен к своей работе.

На одном из заводов в Англии было решено учесть число кирпичей, вырабатываемых в течение года рабочими-трезвенниками и рабочими, умеренно (подчеркиваю — «умеренно») пьющими, причем не виски, не джин, а только пиво. И оказалось, что в среднем на каждого рабочего-трезвенника в год пришлось на 35 тысяч кирпичей больше, чем на пьющего. Аналогичную картину можно увидеть и на любом предприятии.

В наши дни, когда идет напряженное соревнование с капиталистическим миром, соревнование, в котором так многое решают успехи народного хозяйства, нельзя больше ни от кого терпеть пренебрежительного отношения к борьбе за высокую производительность труда. Ведь «производительность труда, — как сказал В. И. Ленин, — это, в последнем счете, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя».

Пьяницы не хотят понять этого. Своим отношением к трудовому долгу они тормозят развитие народного хозяйства и тем самым — сознательно или неосознанно — вредят интересам нашего общества.

Вряд ли еще нужно доказывать, что вино всегда в той или иной степени изменяет психическое состояние. Но, пожалуй, лишь немногие имеют представление о том, как далеко могут зайти эти отклонения после длительного воздействия на мозг спиртных напитков. А между тем существует целая группа психических заболеваний, причина которых — отравление алкоголем. Они так и называются — алкогольные психозы.

Самым ярким и довольно известным психозом является белая горячка.

Начинается она не сразу. За несколько дней до развития полной картины этой болезни человек ведет себя беспокойно, пугливо, легко раздражается. Настроение у него чаще всего тоскливое. Особенно сильно нарушается сон, который становится коротким, поверхностным, беспокойным, а сновидения принимают кошмарный, устрашающий характер. Аппетит падает, появляется тяжесть в голове, и больным овладевает предчувствие откуда-то надвигающейся неотвратимой беды. Отравленный организм больше не может переносить алкоголь, и человек перестает пить. Но это уже не помогает. Все симптомы резко нарастают, и пьяница вдруг оказывается в ужасном, порожденном изменившейся психикой мире. От прежних умственных способностей остается только одна — возможность назвать себя, понимание, что он — это он, а не кто-нибудь. Все же остальное в сознании больного белой горячкой изменяется кардинальным образом. То ему кажется, что он находится в тюрьме, то в ресторане, то еще где-нибудь. Персонал больницы может принять и за собутыльников, и за шпионов, и за любовников жены.

Особенно ярки при белой горячке зрительные галлюцинации. Галлюцинаторные образы небольших размеров, очень подвижные и устрашающие. Больной видит вокруг себя стаи мышей или крыс, множество пауков или других насекомых, бегающих по нему. Очень часто он оказывается в окружении маленьких чертей, которые дразнят его, корчат ему рожи, щекочат, издеваются, то исчезая, то появляясь вновь. Отсюда и пошло выражение «допился до чертиков». Стены, пол и потолок смещаются, из щелей вылезают огненные змеи, которые извиваются, жалят его. Нередко среди галлюцинаторных образов, кроме чертей, фигурируют и другие представители «нечистой силы» — ведьмы, лешие, разные чудовища. Все они движутся, обращаются к больному, втягивают его в свои козни, угрожают расправой. Так как больной принимает видения за подлинную реальность, он и ведет себя соответствующим образом. Поэтому человек в состоянии белой горячки все время с кем-то разговаривает, что-то ищет, мечется по палате, обороняется, нападает, причем может нанести тяжелые, вплоть до смертельных, повреждения и себе и окружающим.

Вот почему один такой больной, увидев перед своим окном на дереве черта, который предлагал ему распить поллитровку, шагнул к нему прямо с подоконника второго этажа и оказался, конечно, на земле с переломанной ногой. Другой, уже находясь в больнице, от страха забился под кровать и опустил одеяло до пола, так как решил спрятаться от постоянно сыпавшихся с потолка десантников-парашютистов.

— Они, — потом рассказывал он, — были как куклы, но живые, вооруженные и одеты в форму солдат японской армии.

Больной так и называл свои галлюцинаторные образы «япончиками».

Нередко доведенные страхом до отчаяния больные убегают куда глаза глядят, бросаются в реку, под транспорт или убивают себя каким-нибудь другим способом. А в среднем каждый десятый белогорячечный пациент, несмотря на новейшие методы терапии, погибает от алкогольного отравления.

Температура тела при этом заболевании может повыситься до 40 градусов, пульс учащен, губы сухи, глаза воспалены, больной как бы «горит». Все это и определило название болезни — горячка. А белой она называется потому, что возникает у людей, употреблявших главным образом водку и самогон. Такое состояние у тех, кто выживает не лечась, длится от двух до пяти-семи дней и потом, после глубокого сна, прекращается само по себе. Если же белая горячка затягивается более чем на десять суток — это грозный симптом; значит, она переходит в другое, еще более тяжелое психическое заболевание.

Одним из таких поражений мозга является корсаковский психоз, названный так по имени известного русского психиатра, впервые описавшего эту болезнь, С. С. Корсакова. У алкоголиков в разных частях тела нарушается проводимость по нервным путям, в результате чего развиваются тяжелые параличи ног, рук, мышц лица. Одновременно резко ухудшается память. Причем ее расстройства, как правило, принимают катастрофический характер. Если, например, такой больной встанет из-за стола и перейдет в другую комнату, то через минуту он уже не может с уверенностью ответить — обедал он или нет.

Больные начинают заполнять провалы в памяти всякими выдумками и обычно пребывают в мире своих необычных фантазий. Постепенно большинство психических функций разрушается и наступает тяжелое слабоумие. Раньше это заболевание очень часто заканчивалось смертью.

Примером еще одного очень опасного психоза служит так называемый алкогольный бред. Он может развиться внезапно, но иногда формируется исподволь. Основным симптомом этого заболевания являются бредовые идеи ревности или преследования.

Движимый патологической ревностью алкоголик не оставляет без внимания ни одного поступка своей жены. Ему постоянно кажется, что она изменяет или готовится изменить ему. Подтверждения своим бредовым идеям он находит в любых мелочах — не так посмотрела, не так оделась, зачем-то выглянула в окно, чему-то улыбнулась… Поджидает ее у выхода с работы, следит за ней на улице, а потом начинает мучать ничем не обоснованными упреками. Подозрительность подчас возрастает до такой степени, что охваченный ревностью больной калечит или убивает свою жену.

При другом варианте алкогольного бреда — бредовых идеях преследования — больному начинает казаться, что его обвиняют в тяжелом преступлении, следят за ним, готовятся арестовать, судить, отправить в тюрьму. Буквально на каждом шагу он убеждается в том, что окружен сетью недоброжелателей. Почему, например, этот гражданин в автобусе именно у него спросил, который час? Конечно, это был агент уголовного розыска. А те граждане, которые, смеясь, прошли мимо него, конечно, знают, что он живет в вечном страхе, и издеваются над ним. Из-за опасения быть отравленным больной перестает есть и пить или делает это со специальными предосторожностями. А нередко, чтобы прекратить страдания, кончает жизнь самоубийством или переходит к активному нападению на предполагаемых преследователей.

Вот какой случай алкогольного бреда преследования описал профессор И. В. Стрельчук: «У больного С. после 15-летнего злоупотребления алкоголем развился бред преследования. Ему казалось, что его и его семью должны подвергнуть жестоким пыткам, поэтому он предложил жене взять сына, пойти на железнодорожную линию и всем троим броситься под поезд. Никаким уговорам и разубеждениям жены больной не поддавался. Однажды он взобрался на подоконник в своей комнате (шестой этаж) и не слезал оттуда, несмотря на уговоры жены. Был вызван врач, которому больной в страхе заявил, что он с минуты на минуту „ждет над собой и своей семьей расправы“. Врачу удалось снять больного с подоконника. Была вызвана машина для перевозки больного в психиатрическую больницу. Однако вскоре после ухода врача больной, улучив момент, схватил своего любимого двухлетнего сына и выбросил его из окна, а затем выбросился сам».

В общем, нет ни одного алкогольного психоза, который бы прошел без каких-либо последствий. Всегда после таких заболеваний в нервной системе остаются необратимые патологические изменения, снижающие психические возможности человека. У алкоголиков не только изменяются физиологические процессы в головном мозгу, но и погибает само вещество мозга.

Пока не удалось установить, почему у одних пьющих людей развивается, например, белая горячка, а у других — корсаковский психоз. Но одно несомненно: ни один человек, злоупотребляющий спиртными напитками, не гарантирован от того или иного психического заболевания.

Различные меры для борьбы с пьянством начали принимать задолго до нашего времени, с тех пор, как только стало ясно, что вино приносит больше несчастий, чем радости. И хотя большинство из тех санкций сейчас уже неприемлемо, тем не менее небезынтересно с ними познакомиться.

Одним из древнейших законов, направленных против пьяниц, был эдикт китайского императора By Вонга, изданный в 1220 году до нашей эры. По этому эдикту все люди, задержанные во время попойки, подвергались смертной казни.

В древней Индии, согласно господствовавшей в те времена религии — брахманизму, никто не должен был пить вино. Если же этот закон нарушал представитель высшей религиозной касты — жрец-брахман, его приговаривали к смерти и казнили так: заставляли пить из раскаленного сосуда кипящее вино, воду, мочу или молоко до тех пор, пока душа не расставалась с телом. Жену брахмана, уличенную в пьянстве, выгоняли из дома, предварительно поставив ей каленым железом на лоб клеймо с изображением сосуда для вина.

Основатель мусульманской религии Магомет тоже запрещал употреблять вино и предписывал наказания за пьянство: 40 палок — свободному человеку и 80 — рабу.

В древней Греции, в Афинах, когда в 621 году до нашей эры во главе государства стал Дракон, прославившийся своими жестокими законами, пьяных убивали, ибо относились к ним как к взбесившимся животным. При более гуманном Солоне, известном своей мудростью, пьяниц не казнили, но окружали презрением. Состояние опьянения считалось постыдным и недостойным свободного человека.

Глава Франкского государства император Карл Великий, живший в 8 веке уже нашего летоисчисления, приказывал соблюдать постепенность в мерах воздействия на пьяниц. Сначала их наказывали кнутами в закрытом помещении. Если это не помогало, били публично. И лишь наиболее закоренелых обрекали на смертную казнь.

В средние века в Англии существовал такой обычай: на пьяницу надевали ярмо и под улюлюканье толпы водили по главным улицам города. Или одевали алкоголика в грязную одежду, вешали на грудь плакат — «пьяница» и заставляли выполнять черную работу. А ближе к нашему времени, в прошлом столетии, власти города Ливерпуля решили публиковать в газетах имена и адреса алкоголиков, чтобы каждый, как хотел, мог бы выразить им свое презрение.

В России, где долгое время, вплоть до XVI столетия, не знали крепких напитков, а пили лишь брагу, мед, квас, пьянство не имело широкого распространения. Поэтому каких-либо жестоких законов против пьяниц не существовало. И когда появились крепкие напитки, власти в первое время даже старались привлекать народ в кабаки, ибо доход от продажи вина, как уже было сказано, всегда пополнял казну.

Известно, что чем коварнее враг, тем труднее с ним бороться, тем чаще приходится изыскивать новые средства защиты и наступления. Какими только способами не пытались раздавить алкоголизм уже в нашем столетии!

Вот, например, префект полиции в столице Мексики решил использовать кино. Были выделены специальные кинооператоры, и полиция получила приказ каждого пьяницу, валяющегося на улице, а также весь процесс доставки его в вытрезвитель запечатлевать на пленку.

Если человек попадал в вытрезвитель впервые, ему потом демонстрировали озвученный фильм, в котором он играл главную, но довольно жалкую роль. Некоторых такое самосозерцание отрезвляло надолго. Если же пьяница попадался вторично, то вновь созданный фильм показывали не только ему самому, а на — «премьеру» в обязательном порядке приглашали родственников и знакомых.

В тех же случаях, когда и это не помогало, документальный, а точнее — скандальный фильм начинали демонстрировать во всех кинотеатрах столицы к вящему позору и пьяницы и его близких. Такой «кинобальзам» оказывал отрезвляющее действие в известной степени еще и тем, что все расходы по съемке подобных фильмов затем взыскивались с самого исполнителя «главной» роли.

Среди многочисленных мер, предпринятых в борьбе с алкоголизмом, заслуживает внимания принципиально новый подход к пьяницам. Сущность его состоит в следующем — не наказывать людей, злоупотребляющих спиртными напитками, а создать им такие условия, в которых они не имели бы возможности напиваться. Самым полным выражением этого стал сухой закон, введенный в 1919 году на всей территории Соединенных Штатов Америки.

Дал ли он ожидаемые результаты? Лишь в самом начале, когда были ликвидированы привычные пути приобретения спиртных напитков, пьянство заметно сократилось. Но в скором времени кривая алкоголизма снова поползла вверх. Ведь люди, стремящиеся к опьянению, остались, значит, сохранился и спрос на алкогольные напитки. А раз так, то появилась почва для расцвета самых различных спекулятивных махинаций.

Одни группы дельцов стали изготовлять спиртные напитки в подполье, другие ввозили их контрабандой из-за границы. Вскоре в стране появилась тайная сеть по производству винных изделий и целая хорошо организованная армия так называемых бутлегеров, занимавшаяся сбытом вина. Причем подделка его, замена самыми различными суррогатами, стала обычным явлением. Вот почему если до введения сухого закона смертность в Нью-Йорке составляла не больше 13 человек на тысячу жителей, то в годы запрета спиртных напитков она достигла 86.

Полиция ничего не могла поделать. Часть ее была подкуплена, а другая просто не успевала за быстрыми действиями бутлегеров. Как все это происходило, хорошо показано в американском фильме «Судьба солдата в Америке», шедшем и на наших экранах. Почти тринадцать лет, породив огромную преступность, держался сухой закон, сильно подмоченный изнутри. Поэтому демократическая партия, возглавляемая Франклином Делано Рузвельтом, придя к власти в 1932 году, была вынуждена отменить его.

В нашей стране вскоре после окончания гражданской войны и иностранной интервенции, когда появились возможности для активного строительства нового, социалистического быта, были приняты запретительные меры, направленные на борьбу с изготовлением водки. Но жизнь показала, что административно-репрессивный подход к этому делу не дает положительных результатов. В деревнях, где только и сохранились запасы зерна и картофеля, но не было промышленных товаров, начало развиваться самогоноварение. Крестьяне меняли самогон на металлические изделия, спички, керосин, ситец. Торговать самогоном было выгодно, так как он стоил гораздо дороже и за него можно было получить намного больше товаров, чем за то количество хлеба, из которого он был изготовлен.

Таким образом, самогоноварение привело не только к развитию пьянства, но и к переводу столь ценного в те годы зерна. Например, в 1923 году на изготовление самогона было израсходовано около 808 тысяч тонн хлеба, в то время как для производства такого же количества водки в заводских условиях понадобилось бы 120 тысяч тонн. Следовательно, более 680 тысяч тонн хлеба ушло на ветер! Такого разбазаривания зерна нельзя было допустить. Поэтому решили перейти к открытой продаже винно-водочных изделий, изготовленных на государственных заводах.

И в наше время запретить продажу винно-водочных изделий — значит, дать толчок самогоноварению, тайному производству еще более вредных напитков, губительно действующих на здоровье.

Необходимо отметить, что, вводя водочную монополию, наше государство позаботилось о соответствующей антиалкогольной пропаганде. В конце двадцатых — начале тридцатых годов антиалкогольная кампания велась весьма активно, что дало отчетливые положительные результаты. По данным Международного бюро по борьбе с алкоголизмом, в 1928–1932 годах у нас на душу населения приходилось самое меньшее количество потребляемого спирта. Ослабление этой пропаганды в последующие годы было несомненной ошибкой. Пьянство, это одно из злейших пережитков прошлого, вновь стало поднимать свою ядовитую голову.

Неблаговидную роль в таком недосмотре со стороны общества сыграла парадность, которой во времена культа личности Сталина любили прикрывать различные недостатки в нашей жизни. Сейчас, когда честный, реалистический подход к фактам стал нормой во взаимоотношениях между людьми, мы больше не боимся называть вещи своими именами. Ибо знаем, что это идет на пользу общему делу. Образцом партийно-принципиальной оценки жизненных явлений могут служить выступления Н. С. Хрущева, не один раз осудившего пьянство. Обращаясь к трудящимся Кировского завода в Ленинграде, Никита Сергеевич, в частности, сказал:

«Надо поднять на активную борьбу против пьянства комсомол, больше работать с молодежью, воспитывать у нее высокие моральные качества, силу воли, непримиримость к явлениям пьянства, хулиганству, всякого рода аморальным проступкам. Надо улучшить воспитательную работу среди населения, разъяснять, какой вред наносит пьянство. В наше время рабочим и всем трудящимся созданы все условия для того, чтобы они могли культурно проводить свободное время, хорошо отдыхать, укреплять свое здоровье. И спрашивается, зачем же отравлять организм человека алкоголем?»

Надо оказать, что партия всегда поддерживала и поддерживает любые начинания, направленные на ликвидацию алкоголизма. А несколько лет назад четко определила главнее задачи, стоящие перед партийными, советскими, комсомольскими организациями и всем народом в деле борьбы с пьянством.

Вспомните какой-нибудь праздничный вечер, когда гости уже уселись за стол, а хозяин дома, провозглашая тост, поднял первую рюмку. У всех в этот момент настроение приподнятое; собравшиеся чокаются, улыбаются, зная, что впереди их ждет масса удовольствий.

Но вот выпита первая рюмка, потом вторая, третья… И уже можно заметить, что гости ведут себя по-разному. Один покраснел, разгорячился, начал что-то громко рассказывать, не заботясь о том, интересно это или нет. Другой, дьявольски улыбаясь, прильнул к уху соседки и шепчет ей что-то такое, от чего она смущенно пунцовеет. Третья дама начала смеяться, да так, что никак не может остановиться, даже слезы выступили из глаз. Четвертый побледнел и, замкнувшись в себе, смотрит в стену отчужденным взглядом. Пятая пересела из-за стола в кресло и, облокотившись, положила голову на ладошку, как бы собираясь вздремнуть. Кто-то уже хочет танцевать, кто-то начинает затягивать песню. В общем, почти не встретишь людей с одинаковым поведением. А ведь все выпили, можно оказать, поровну. В чем же дело? Почему у разных людей от одной и той же дозы вина наступает столь различная реакция?

Точного ответа на этот вопрос наука пока еще дать не может. В настоящее время нет таких методов анализа, с помощью которых можно было бы исследовать человека и по полученным данным оказать заранее, как он будет вести себя, предположим, после 200 граммов водки.

Наукой лишь установлено, что имеется определенная связь между количеством алкоголя в крови и тяжестью опьянения. На основании проведенных экспериментов принято считать, что если в 1 литре крови находится 1–2 миллилитра алкоголя, то такая его концентрация обусловливает легкую степень опьянения. Наличие 2–4 миллилитров дает среднюю степень, а если количество алкоголя достигает 5–7 миллилитров в 1 литре крови, то это приводит к столь тяжелому состоянию, которое может закончиться даже смертью.

Все эти расчеты имеют, несомненно, важное научное и практическое значение, но, к сожалению, с их помощью нельзя определить индивидуальную реакцию того или иного человека на выпитое вино. Наблюдения позволяют вывести лишь некоторые, самые общие закономерности, на основании которых допустимо сделать такой вывод: чем здоровее человек, чем крепче у него нервная система, тем лучше переносится выпитый алкоголь, тем меньше выражено опьянение. Вот почему спиртные напитки так губительно действуют на детей, чей мозг еще не окреп, на подростков, у которых в переходном периоде идет своеобразная перестройка организма, временно ослабляющая его защитные возможности, на стариков, чьи силы постепенно унесли прожитые годы, и на людей, перенесших ту или иную болезнь. И даже не больные, а просто некрепкие люди тоже плохо переносят спиртные напитки.

Но тут часто складывается такое, полное коварства положение: никто, особенно в молодые годы и тем более в компании, не хочет признавать себя слабым. И неумные люди, желая показать свою «силу», начинают пить, следуя принципу — кто больше выпьет, тот и герой! Вредное, очень вредное и многих погубившее заблуждение!

Ведь что происходит при таких «соревнованиях»? Первая порция алкоголя, вызвав иллюзию прилива сил, позволяет захмелевшему человеку пить дальше. Затем наступает затемнение сознания, в результате чего он продолжает пить, уже буквально ничего не соображая, не чувствуя, что с каждой очередной стопкой приближается тяжелое, глубокое отравление организма. Недаром ведь говорится — пьяному и море по колено.

Есть у И. А. Бунина печальный рассказ — «Захар Воробьев», полный обиды за доброго, хорошего человека, крепкого хозяина. Этот Захар был «настолько выше, крупнее обыкновенных людей, что его можно было показывать». Но вот в случайной компании пьяница Алешка затеял спор: может ли Захар выпить за час четверть водки? А четверть, если перевести на принятые сейчас меры, — это три литра. Согласился Захар доказать свою силу, ибо здоров был на редкость — однажды на ярмарке поднял за передние ноги битюга-жеребца. Но тот, у кого были часы, видя, что проигрывает, перевел стрелки и сократил час почти наполовину. Захар заторопился, выпил всю четверть за полчаса и выиграл этот глупый спор.

Но так ударил ему хмель в голову, что потом, оставшись один, он купил еще бутылку водки и ее тоже выпил. А потом, опьянев на жарком августовском солнце, заспорил по дороге домой с хромым мещанином из винной лавки, что сможет выпить еще две бутылки. И их тоже выпил. Но тут уж не выдержал его богатырский организм. И Захар, «собрав последние силы, не дав сердцу разорваться прежде, чем он окажет, твердо договорил:

— Слухай. Я помираю. Шабаш. Не хочу тебя под беду подводить. Я отойду. Отойду.

И твердо пошел на середину большой дороги. И, дойдя до середины, согнул колени и тяжело, как бык, рухнул на спину, раскинув руки».

Увы, и сейчас еще не перевелись «молодцы», думающие создать себе «славу» столь нелепым способом. Вдуматься только: ведь никто не начнет соревнования, например, в расколачивании лбом орехов — каждый знает, к чему это может привести. А вот поспорить, кто выпьет больше — на такую глупость идут охотно. Кто же виноват в этом? Конечно, во-первых, сами любители выпить, не дающие себе труда подумать о последствиях. А во-вторых, алкоголь, способный обманывать людей, создавая у них ложное впечатление о якобы возросших силах. Вот почему каждый человек должен знать возможности своего организма. Это необходимо, чтобы алкоголь не сумел обойти бдительность стражей, охраняющих здоровье, чтобы опьянение не оказалось сильнее способности оценивать и себя и окружающую ситуацию. В общем, если уж кто-то решил выпить, то делать это надо только под неослабным контролем самочувствия. И не пить следующей рюмки, пока не пройдет действие от предыдущей. Лишь при этом условии можно будет избежать всяких нежелательных осложнений — от ссор и драк до плохого самочувствия на следующее утро.

И нечего стесняться, если не удается много выпить. Оказаться безобразно пьяным — вот чего надо стыдиться как одного из самых позорных состояний.

— Ну, чего ты? Ну, выпей еще! Друг ты мне или не друг? — уговаривает один пьяный другого, которого уже, что называется, с души воротит. Но поддавшись уговорам, он пьет, морщась и вздрагивая от отвращения. Такую картину можно увидеть нередко. Почему-то считается, что чем больше кто-то за кого-то выпьет, тем больше выскажет ему уважения.

Но ведь это абсурд! Что общего может быть между количеством выпитой водки и взаимоотношением пьющих? Если уж и существует какая-то связь, то как раз обратная: чем больше один человек пьет в присутствии другого, тем меньше уважения он ему оказывает. Почему? Да потому, что, напиваясь, начинает показывать себя в неподобающем виде. Разве, демонстрируя себя в больном, ненормальном состоянии, можно доставить кому-нибудь удовольствие? Только в отравленном сознании способно родиться такое извращенное представление об уважении!

По этой же причине тот, кто уговаривает товарища пить, не имеет никакого представления о дружбе. Причем тут дружба, если один толкает другого в объятия болезни, на путь, чреватый самыми неожиданными и, как правило, тяжелыми последствиями? Гораздо логичнее спаивать врага, а не друга!

Надо было бы усвоить такую простую истину: если кто-то уговаривает вас пить, пусть даже прикрываясь при этом высокими словами о дружбе и уважении, этот человек — враг. А тот, кто удерживает вас от выпивки, а тем более от опьянения — вот такой человек друг, даже если он с вами и не знаком.

Остановить и остановиться вовремя! Сколько судеб и жизней было бы спасено, если бы люди придерживались этого правила!

Только делать это надо вежливо, с улыбкой, не обижая, делать так, чтобы основным стимулом было доброе и искреннее желание помочь заблуждающемуся человеку. Время, затраченное на уговоры, не будет потеряно. Если и не сразу, то где-то потом слова убеждения наверняка окажут свое действие. И лишь увидев, что человек игнорирует доброе отношение к нему, надо переходить к строгим мерам.

Почему бы нам в корне не изменить характер тех встреч, праздников и торжеств, на которых пока принято пить сколько хочется? Тот, кому приходилось опаздывать в гуляющую компанию, знает, насколько неожиданно дикими выглядят на трезвый взгляд опьяневшие товарищи.

А ведь можно такие вечера проводить и по-другому. Если гости заранее знают, что в этом доме все будет в меру, что к их услугам приготовлен не только стол. Причем без излишнего изобилия, но и другие возможности интересно и весело провести время, то в такой атмосфере приятных бесед, музыки, танцев просто не захочется напиваться. Тем более, если хозяева шутливо и мило будут «дирижировать» собравшимся обществом. Не пора ли нам менять стиль наших встреч? Ведь насколько будет полезнее и приятней, если на смену «утробническому» характеру, который они так часто носят, придут душевность, красота ума и чувств!

И вот если в такой атмосфере придется кого-то удержать от увлечения спиртными напитками, то это будет воспринято всеми как вполне уместное желание. А раз всеми, то и самим удержанным. Поэтому если кто захочет по-новому организовать вечера встреч, то надо будет первый тост произнести приблизительно так, как это сделала одна хозяйка дома.

— Дорогие гости! — сказала она, поднявшись со своего места с бокалом в руке. — Мы собрались здесь, чтобы отметить известное всем нам событие. Думаю, что каждому из нас хочется провести время весело и интересно. Ну и, конечно, высказать внимание и уважение к человеку, в честь которого мы решили провести сегодняшний вечер все вместе. Так пусть поэтому наши головы будут ясными, наши мысли тонкими и изящными, наши чувства красивыми и отношение друг к другу доброжелательным. Пусть все сегодня будет красиво! Ведь и виновник торжества — человек красивый.

Вот почему, дорогие гости, я поднимаю этот первый бокал за то, чтобы дух уважения и красоты не покинул нас до того момента, когда придет время прощаться. А для этого мы выделим тамаду, чьим указаниям будем беспрекословно подчиняться. Сегодня его слово — закон для каждого, даже для любителей выпить. А теперь за здоровье и успехи нашего уважаемого товарища!

Конечно, одного такого обращения, при всем уважении к виновнику торжества, было бы, пожалуй, недостаточно, чтобы создать нужную атмосферу.

Но кроме со вкусом накрытого стола, к услугам гостей были различные игры, музыка и даже домашний кинотеатр. Все вместе взятое создало обстановку хорошего, почти трезвого веселья, и, уходя домой, каждый был доволен и собой и другими.

Тост, произнесенный хозяйкой дома, можно составить по-разному. Но в нем всегда должно быть доброжелательное, сказанное с улыбкой, вежливое напоминание о том, что красота и опьянение — вещи несовместимые. А на всякий случай, для «дирижирования» выбирается определенный, конечно, самый уважаемый и не любящий пить человек. Вот тогда наши вечера станут действительно вечерами культурного отдыха.

Но все же не совсем хорошо получается: взрослые люди, а оказывается, им тоже нужна нянька, которая бы следила за их поведением, вовремя останавливала, в общем, что называется, стояла бы над душой. А нельзя ли без няньки? Можно ли самому руководить собой, обходиться, так сказать, только собственными силами? Конечно, можно!

Наверное, каждый по своему опыту знает, что когда ему что-нибудь не удается или удается с трудом, он начинает прибегать к такому способу: назначает сам себе определенные, более сжатые сроки исполнения или дает кому-нибудь из уважаемых людей твердое обещание. Например, говорит так: если не закончу работу к пятнице, то в субботу не пойду в театр. В общем связывает плохо идущее дело с каким-нибудь необычным обстоятельством и, пользуясь, им как стимулятором, скорее приближается к поставленной цели. Надо оказать, что в подобных способах нет ничего плохого — они в известной степени дисциплинируют, заставляют бережнее относиться к словам и времени.

Аналогичный подход к самому себе можно с успехом использовать и в отношении к спиртным напиткам. Так, например, в одном кругу хороших знакомых установилось такое правило: когда они собираются вместе за праздничным столом, никто не пьет больше трех рюмок водки или трех бокалов с вином. Меньше — пожалуйста, а больше — ни в коем случае.

Как тут не вспомнить жизнелюбивых, задорных стихов А. С. Пушкина!

Это правило — не больше трех — так понравилось, что стало очень прочным. И даже в других ситуациях, например, в далеких командировках, где искушения в лице настойчивых спутников подстерегали моих знакомых довольно часто, ни один из них не нарушил этой, ставшей милой сердцу, традиции.

Есть и другие способы психологического самоограничения. Один из них издавна известен под названием «зарока». Человек дает себе и другим твердое обещание, что не будет больше пить. Некоторые зарекаются на всю жизнь, другие, что послабее, оговаривают определенные условия, например, что не будут прикладываться к рюмке чаще одного раза в месяц. В общем каждый, кому требуется, может придумать себе личный вариант зарока.

Один довольно сильно выпивавший человек, уже имевший двух дочерей, дал семье зарок, что если третьим ребенком будет сын, то в течение пяти лет он не выпьет ни грамма. Родился, к общей радости, мальчик. И счастливый отец сдержал слово.

Надо сказать, что любой способ, основанный на самоограничении, в большинстве случаев надежней и прочнее, чем запретительные воздействия, идущие со стороны окружающих. Люди лучше одерживают себя по собственной инициативе, чем по принуждению. Именно в силу этого обстоятельства мы легче переносим, например, боль, если, скажем, сами вынимаем у себя занозу. Этот своеобразный психологический момент играет свою положительную роль и в том случае, когда кто-нибудь начинает бороться с пристрастием к водке.

Правда, речь идет о серьезных людях, умеющих держать свое обещание, а не блудословах, швыряющих посулы налево и направо. Так уж устроен человек, что если он серьезно решил чего-либо добиться, он осуществит это скорее сам, чем если он будет что-либо делать из-под палки, без внутренней убежденности в необходимости поставленной задачи. Вот почему каждый, кто сумеет выработать для себя свой внутренний шлагбаум, закрывающий дорогу алкоголю в организм и мозг, тот сделает очень полезное и доброе дело. И для себя и для всех, с кем он связан.

Большое значение имеет выбор вин.

В своем первоначальном виде вино — это перебродивший сок, полученный из винограда. Благодаря жизнедеятельности особых микроорганизмов в виноградном соке начинается процесс брожения, и сахар, содержащийся в ягодах, превращается в спирт.

Путем полного сбраживания виноградного сахара получают некрепкие натуральные вина (их еще называют столовыми). Содержат они не больше 12–14 процентов спирта. Столовые вина, имеющие около 1 процента сахара, носят название сухих. Лучшие сорта столовых вин — рислинг, сильванер, ркацители, кабернэ, саперави, матраса.

Когда же сахару виноградного сока не дают сбраживаться полностью, вина становятся слаще. К ним добавляют для крепости спирт и получают десертные вина. Примерами крепких десертных вин, содержащих от 3 до 12 процентов сахара и 17–20 процентов спирта, могут служить портвейн, мадера, херес. Сладкие десертные вина имеют крепость не больше 16 процентов, а сахара до 30 процентов — это мускат, токай, кагор.

Есть еще игристые вина. Наиболее известно из них шампанское. Оно готовится из столового вина путем добавления сахара и насыщения углекислотой. Крепость шампанского — 11–12 градусов, а в зависимости от того, насколько оно сладко, его подразделяют на разные сорта: от «очень сухого», содержащего 1,5 процента сахара, до «сладкого», в котором его 10 процентов.

А вот если путем перегонки столового вина выделить из него максимум спирта и определенную часть его выдержать несколько лет в дубовых бочках, то получится коньяк — напиток с крепостью не ниже 40 градусов.

Специальные исследования показали, что натуральные столовые вина имеют не только диетические, но и некоторые лечебные свойства. В них есть ряд нужных химических соединений, в частности фосфорных, витамины B1, В2, С; кроме того, они обладают небольшой — в пределах полезного — радиоактивностью. Сухие вина хранят известный энергетический потенциал, так как в 1 литре содержится около 600 больших калорий. Помимо всего, в таких винах погибает ряд болезнетворных микробов — кишечная палочка и даже столь грозные враги, как тифозные бактерии и холерные вибрионы. Конечно, столовые вина ни в коем случае не предлагаются в качестве основного метода лечения. Но как средство, несколько улучшающие самочувствие, могут применяться при различных заболеваниях. Этого, однако, нельзя сказать про более крепкие напитки — ни коньяк, ни водка, вопреки распространенному мнению, лечебными свойствами не обладают. Поэтому тот, кто вздумает поправить с их помощью свое здоровье, только потеряет его.

Особенно вреден для организма самогон в любых его вариантах и количествах. Изготовленная кустарным способом, плохо очищенная от всевозможных ядовитых примесей, эта жидкость обладает не столько опьяняющим, сколько оглушающим действием. Находящиеся в самогоне сивушные масла очень плохо перерабатываются в организме и вызывают тяжелое отравление. После самогона сильно болит голова, желудок, возникает состояние разбитости, угара. Частое употребление самогона ведет к тяжелым заболеваниям сердца, печени, головного мозга.

Как-то на одной конференции, посвященной проблеме алкоголизма, когда зашел разговор о действии спиртных напитков на организм человека, слово взял известный специалист-винодел профессор М. А. Герасимов. Высмеяв огульное охаивание всех вин, он рассказал о том, как еще в дореволюционное время заболел туберкулезом. Его возили на кумыс, лечили потом в Швейцарии, но ничего не помогало. Тогда кто-то посоветовал ему уехать под Новороссийск, где были хорошие виноградники, и пить в день по одному стакану кабернэ. Он так и сделал.

— И с тех пор, — рассказывал Михаил Александрович, — я здоров. Как, по-вашему, — обратился он к присутствующим, — сколько мне лет?

— Шестьдесят… Шестьдесят пять… — нерешительно прозвучали ответы. Никому не хотелось обидеть пожилого человека и дать ему больше, чем есть на самом деле.

— Восемьдесят три! — победно ответил профессор. — А я ведь давно пью, правда понемногу, столовое вино. Но никогда не брал в рот водки.

Все с удивлением посмотрели на этого еще крепкого человека. И, пожалуй, многие после столь убедительного примера задумались: а стоит ли употреблять крепкие напитки? Зачем они? Ведь вина есть разные.

Но как бы там ни было, все же и стакан сухого вина, выпитый с лечебной целью, на некоторое время, правда, несильно, снижает психические и физические возможности человека. Попробуйте хотя бы раз пять вдеть нитку в иголку до бокала, предположим, рислинга и после него — сами увидите, насколько труднее это будет сделать во втором случае. Так что если уж захотели выпить столового вина, то делать это лучше вечером или в обед, чтобы некоторое время после этого не нужно было приниматься за работу.

Средств и методов для борьбы с алкоголизмом в руках врачей немало, но помочь они могут при одном, совершенно обязательном условии — человек, погрязший в пьянстве, должен ежедневно помогать врачам в борьбе за свое выздоровление, причем искренне, не за страх, а за совесть. Те же, кто решают лечиться, стоя на позициях «посмотрим, что выйдет у этих медиков»… только зря потеряют время.

Врачи, приступая к лечению алкоголика, ставят такую задачу: вернуть обмен веществ, болезненно измененный длительным употреблением спиртных напитков, на нормальные рельсы и закрепить эту норму путем выработки в сознании человека отрицательного отношения к любым напиткам, содержащим алкоголь. Поэтому начинают с того, что запрещают употребление любых, даже очень слабых напитков и сразу же оказывают помощь организму, оставшемуся без привычного яда. Для этого, в зависимости от индивидуальных особенностей каждого больного, используют целый арсенал средств — внутривенные вливания глюкозы с витаминами, водные процедуры, лечебное питание, введение разных гормонов — инсулина, АКТГ, кортизона, различные успокаивающие и сердечные препараты, сон. А затем с помощью различных методов начинают вырабатывать отвращение к алкоголю.

Один из этих способов основан на учении И. П. Павлова об условных рефлексах. Суть его состоит в том, что если сочетать на небольшом отрезке времени, с одной стороны, запах и вкус алкоголя, а с другой — рвотную реакцию, то по законам выработки условных рефлексов запах и вкус алкоголя вскоре начинают вызывать тошноту.

Практически это делается так. Подбирается наиболее подходящая доза препарата, вызывающего тошноту, — предположим, что она составляет 0,3 миллилитра 1-процентного раствора апоморфина. Такая доза вводится под кожу. Через несколько минут начинается тошнота, она все усиливается, усиливается и в тот момент, когда приближается реакция, больному дают понюхать, а затем и выпить граммов 30–50 водки или того алкогольного напитка, который он преимущественно употреблял. В центральной нервной системе, в коре головного мозга — физиологической базе нашего сознания — образуется условно-рефлекторная связь между видом, запахом и вкусом водки, с одной стороны, и рвотной реакцией — с другой. После проведения таких процедур приблизительно в течение двух-четырех недель производят контрольную пробу — вводят под кожу вместо апоморфина какое-нибудь индифферентное вещество, например, физиологический раствор, не вызывающий тошноты. И если у больного все равно наступает рвотная реакция от одного вида водки, лечение заканчивают.

Отвращение к алкоголю у разных людей сохраняется на разные сроки — у одних на всю жизнь, у других на несколько месяцев. Это зависит от особенностей организма и нервной системы. Поэтому не у всех можно добиться полного выздоровления.

В поисках иных методов лечения врачи обнаружили химическое соединение, которое после введения в организм изменяет характер сгорания винного спирта. Если обычно он распадается на углекислый газ и воду, то в присутствии этого химического вещества распад алкоголя задерживается на стадии образования так называемого ацетальдегида.

Такая неспособность алкоголя распадаться дальше фазы ацетальдегида настолько повышает чувствительность организма, что даже после одной выпитой рюмки возникает очень бурная и субъективно тяжело переносимая реакция. Человек чувствует себя глубоко отравленным, состояние его резко ухудшается, и одна лишь мысль о водке вызывает острое отвращение к ней.

Вещество, обладающее столь своеобразным действием, известно под названием антабуса или дисульфирама. Правда, оно небезопасно, может вызвать различные осложнения, вплоть до смерти.

Поэтому его нельзя давать людям с целым рядом заболеваний, как, например, коронарная недостаточность, гипертоническая болезнь, бронхиальная астма, туберкулез, поражение почек, печени и т. д. Но в руках опытного врача антабус на сегодняшний день является, пожалуй, самым эффективным средством лечения хронического алкоголизма. Антабус удобен еще тем, что его можно принимать в небольших дозах — по полграмма и меньше — ежедневно в течение нескольких лет. И те, кто аккуратно пользуются этим препаратом, полностью застраховывают себя от каких-либо возвратов к прошлому. У таких людей просто не возникает желания возобновлять знакомства с алкоголем.

Перед началом лечения антабусом выясняют характер чувствительности организма к этому препарату, а затем подбирают индивидуальную схему лечения для каждого больного. Алкоголик находится под специальным наблюдением приблизительно в течение двух месяцев. Если после этого вырабатывается отрицательное отношение к спиртным напиткам, лечение заканчивается. В противном случае антабус назначают ежедневно в течение длительного времени. Большинство людей при этом работают как обычно, сами принимают препарат и время от времени посещают психоневрологический диспансер, где контролируют состояние их здоровья.

Большое значение в деле борьбы с хроническим алкоголизмом имеет психотерапия во всех ее видах. Немало пьяниц расстаются со своим пороком после проведения одного лишь курса лечения гипнозом как в индивидуальном порядке, так и коллективным методом. Психотерапию можно и полезно сочетать со всеми другими видами лечения, даже при назначении антабуса. Ибо точное, авторитетное слово врача способно оказать весьма мощное воздействие на психику и организм больного.

В общем, в наше время, если человек по-настоящему хочет избавиться от влечения к алкоголю, медицина может хорошо помочь ему. Но как быть с теми, кто не желает лечиться? А ведь таких, к сожалению, немало. Повисая тяжким грузом на шее общества, они мешают жить многим людям. Вот почему все чаще и все настойчивей ставится вопрос о необходимости принудительного лечения пьяниц в специальных закрытых учреждениях.

Противники этой меры защищают свои позиции такой мотивировкой: трудно, мол, а нередко и невозможно определить, какой человек, употребляющий спиртные напитки, уже стал алкоголиком, а какой пока еще нет. Поэтому в решении этого сложного вопроса можно ошибиться и «просто выпивающий» гражданин вдруг окажется незаслуженно изолированным от общества. А допустить такую несправедливость нельзя ни в коем случае — вот каковы соображения противников принудительного лечения. И надо сказать, что, к сожалению, и у нас встречаются поборники столь сомнительного гуманизма.

То, что все эти возражения несостоятельны, доказали на своем опыте польские медики. Опираясь на общественность, они создали стройную и эффективную систему принудительного лечения пьяниц, которая вот уже несколько лет полностью оправдывает себя.

Одно из больших достоинств их системы состоит в том, что на алкоголиков воздействуют постепенно. Это исключает возможность каких-либо ошибок.

Для учета и наблюдения за всеми, кто злоупотребляет спиртными напитками, при каждом психоневрологическом диспансере создана так называемая административная комиссия. В нее входят врач-психиатр, представитель местных властей и представитель общественности данного района. Чаще всего эту нужную и ответственную общественную нагрузку берут на себя опытные юристы, вышедшие на пенсию.

Получив сигнал о неправильном поведении того или иного гражданина, административная комиссия знакомится с ним и, если устанавливает, что причиной асоциальных поступков является пьянство, предлагает начать противоалкогольное лечение. Такого гражданина обязывают каждый день являться в диспансер, где он в присутствии медицинского персонала глотает подобранную дозу антабуса.

Чтобы осуществить более полный контроль за поведением пациента, административная комиссия связывается с руководством учреждения, где он работает. Если там есть своя медсанчасть, ей передается запас антабуса, и ежедневный прием этого лекарства начинают обеспечивать медицинские работники на месте. Является человек на работу, заходит в медицинский кабинет, глотает таблетку и приступает к своим обязанностям. Просто, удобно и полезно! Так, под защитой антабуса, живет он длительное время, даже несколько лет, не употребляя вина. А за этот срок патологическое влечение к алкоголю исчезает.

Но не все алкоголики ведут себя аккуратно. И если кто-нибудь из них начинает уклоняться от такого вежливого лечения, то то решению административной комиссии его направляют в специальное отделение обычной психиатрической больницы. Здесь в течение одного-двух месяцев проводят наиболее подходящий комплекс антиалкогольного лечения, а затем снова обязывают пациента ежедневно принимать антабус: или в районном психоневрологическом диспансере, или по месту работы, или выдают препарат членам семьи, чаще всего жене, которая обычно больше, чем кто-либо, заинтересована, чтобы ее супруг не пил.

Однако встречаются такие несознательные граждане, которые и после пребывания в больнице начинают манкировать лечением. Вот только тогда административная комиссия обращается в суд, и суд выносит постановление о том, что данный гражданин подлежит направлению в специальную колонию для лечения хронических алкоголиков. Такие учреждения находятся в ведении министерства здравоохранения.

В колонии алкоголик лечится и обязательно работает. Там есть разные мастерские — слесарные, электромеханические, столярные, есть и подсобное хозяйство. За каждый рабочий день и примерное поведение он получает один «пункт», или, иначе говоря, один балл. Чтобы получить право на выход из колонии, надо набрать 360 пунктов. Таким образом, средний срок пребывания здесь составляет около года. За хорошую работу и поведение количество пунктов прибавляют, а за плохое — отнимают. Так что сам алкоголик определяет длительность своего пребывания в колонии.

За проделанную работу выплачивают деньги по существующим общим расценкам. Заработанная сумма распределяется следующим образом: 30 процентов изымаются на содержание в колонии, 40 — отсылаются семье, а остальные 30 переводятся в сберегательную кассу на имя колониста.

После того как он набирает 360 пунктов, ему разрешается вернуться домой, а медицинскую документацию о его пребывании в колонии и сберегательную книжку передают в психоневрологический диспансер по месту жительства. Вернувшись домой и приступив к работе, человек продолжает ежедневно в течение двух-трех лет получать антабус амбулаторным путем. И лишь после этого, если за все время не было допущено никаких нарушений, его снимают с лечения и вручают сберегательную книжку. Но предупреждают, что пить больше совсем нельзя, даже немного.

Дисциплина в колониях строгая, но колонисты не охраняются. Так что если захочешь бежать, никто задерживать не будет. Но самостоятельный уход из такой колонии расценивается как побег из места заключения. И тогда уж — просим прощения, пан: раз вы не оценили доброжелательного отношения к вам, раз решили плюнуть на заботу общества о вашей судьбе — пожалуйте в тюрьму, ибо с этого момента относиться к вам будут не как к больному, а как к обыкновенному преступнику, попытавшемуся освободить себя досрочно.

Нужно сказать, что вся эта последовательная и неукоснительно проводимая система борьбы с злостными пьяницами уже дала очень хорошие результаты.

Может возникнуть вопрос: а откуда министерство здравоохранения берет деньги на организацию таких колоний? Ведь в статьях расходов, как, окажем, и в наших министерствах здравоохранения, такой графы нет? Поляки нашли простой выход. Они добились разрешения, по которому местные власти, на чьем бюджете находятся и органы здравоохранения, получили право накладывать дополнительный налог на винно-водочные изделия. Налог этот мизерный, в переводе на наши деньги что-то около копейки на бутылку. Но в целом складывается сумма, позволяющая держать на должном уровне все, что обеспечивает нормальный ход принудительного лечения хронических пьяниц.

У нас тоже, например на Украине, уже несколько лет как организована принудительная терапия алкоголиков. Но у польской системы есть свои преимущества, и их решено перенести в нашу страну. Первый опыт в этом направлении поручено осуществить Латвийскому министерству здравоохранения.

Любой человек, кем бы он ни был и чем бы ни занимался, не может жить сам по себе. Ибо все люди связаны между собой определенными общественными отношениями. Поэтому все, что происходит с одним, всегда так или иначе отражается на других членах общества. Вот почему, когда кто-нибудь напивается, а тем более начинает пить часто, это не может считаться личным делом пьющего. Ведь он, если даже пьет один, приходит домой, а следовательно, приносит страдания членам семьи, соседям; последствия пьянства всегда отражаются и на ходе работы.

Но пьяницы очень редко предаются своему пороку в одиночку. Их наоборот, как правило, тянет к людям, туда, где, как им кажется, они могут «достойным образом» показать себя. Однако никто и никогда не видел, чтобы опьяневший человек делал что-нибудь полезное. Опьянение неумолимо обедняет все возможности человека. Вот почему пьянство — такое большое общественное зло. А раз так, то борьбу с ним должны вести в первую очередь люди, среди которых все еще водятся алкоголики. И вести эту борьбу, опираясь главным образом на силу общественного мнения. Мы же очень часто относимся к алкоголикам неправильно.

Вероятно, каждый видел, как пьяный, оказавшись в магазине, автобусе или в любом другом общественном месте, начинает нарушать порядок. То он громко, не обращая ни на кого внимания, говорит сам с собой или с находящимся рядом человеком, которому совершенно неинтересно слушать его. То пристает к женщинам, а нередко поднимает драку.

В это время многие из присутствующих стремятся отойти подальше от хулигана, чтобы «чего-нибудь не вышло», некоторые уступают ему место, начинают уговаривать, поддакивают его пьяным глупостям, то есть делают все, лишь бы ублажить пьяного буяна. И получается, что хозяином положения оказывается не группа трезвых людей, а пьяный субъект.

Или другая картина: пьяный, качаясь и что-то бормоча, идет по улице. Он не шумит, никого не задевает, и все равнодушно смотрят на него. А почему бы не сделать так, чтобы появление пьяного в любом общественном месте стало бы, что называется, чрезвычайным происшествием? Ведь мы спокойно смотрим на человека, который находится в ненормальном состоянии, ведь он отравлен и подчас не в силах понять, что с ним происходит.

Нужно самым решительным образом вмешиваться в судьбу таких людей. Да, именно в судьбу! Потому что если человек напивается допьяна и после этого еще появляется на улице, то это значит, что в его сознании произошел опасный сдвиг, который ставит под угрозу не только его жизнь, но и благополучие всех людей, связанных с ним. Сейчас он как будто тихо бредет по улице, а через полчаса может совершить преступление или попасть под транспорт.

Ведь если на улице появится потерявшийся ребенок, никто не пройдет равнодушно мимо. Подобным же образом следует поступать и в отношении пьяного — про него тоже можно сказать, что он «потерялся». И только с помощью других людей его можно вернуть к нормальной жизни.

Вот почему, отбросив всякую нерешительность, необходимо действовать так, чтобы у пьяных загорелась земля под ногами. Появился кто-либо в нетрезвом состоянии в общественном месте — долг видящих это не оставить его безнаказанным, а водворить в ближайшее отделение милиции. Это сторицей оплатится тем, что наше общество распростится с язвой, все еще разъедающей его. Большую помощь в этом полезном деле могут оказать дружинники, которые уже ведут успешную борьбу с нарушителями общественного порядка.

Интересный исторический факт. В Спарте, славившейся суровостью нравов, так воспитывали правильное отношение к пьянству: напаивали рабов и показывали их юношам привилегированных сословий, чтобы они — будущие воины и оплот государства — увидели, насколько гнусны и отвратительны люди, когда они пьяны.

Пока же, к сожалению, у нас не выработалось такого отношения к пьяным, какого они заслуживают. Более того, нередко можно увидеть, что нетрезвый человек становится объектом увеселения для некоторых, конечно, недалеких, некультурных людей. Они начинают заигрывать с пьяным, заводят с ним глупые разговоры, подбивают его на разные нелепые выходки и при этом смотрят молодцами и во все горло смеются — вот, мол, какие мы умные, как можем заставить другого плясать под свою дудку!

Ну, а что тут смешного? Разве хорошо смеяться над человеком, попавшим в беду? А ведь пьяный находится в бедственном положении (другое дело, что он сам виноват в своем состоянии — он знал, на что идет, когда начинал пить). А раз так, то надо не смеяться над ним, а окружить презрением! Да таким сплошным и таким общим презрением, чтобы он сразу протрезвел от него, чтобы ему стало стыдно вновь появиться на людях в столь непотребном виде.

Побольше антиалкогольных плакатов, стендов и витрин, получивших распространение под шапкой «Не проходите мимо!». Эти средства тоже хороши в привлечении к пьяницам осуждающего общественного мнения, в мобилизации контроля за ними. Необходимо усилить голос народных масс, ни на минуту не забывать о его возможностях. Ибо сила общественного мнения может творить чудеса. Эта сила огромна. Перед ней не устоит никто.

Все перечисленные меры пресечения алкоголизма можно разделить на две большие группы.

Одна из них — то, что необходимо применять, когда факт злоупотребления спиртными напитками уже налицо. Тут основную тяжесть берут на себя медицина и юриспруденция. Чем чаще приходится прибегать к таким, уже выправляющим воздействиям, тем, значит, хуже обстоят дела.

В другую группу входят мероприятия, цель которых — не допустить распространения алкоголизма, удержать человека, не дать ему спиться. Вот здесь решающее слово принадлежит людям, живущим и работающим рядом. От того, как здравомыслящие люди выскажут свое единогласное мнение нарушителю общественного порядка, зависит и его судьба, и жизнь коллектива, членом которого он состоит. Именно эту группу мер нужно считать решающей, главной, наиболее эффективной в борьбе с алкоголизмом. В медицине есть такое правило — болезнь легче предупредить, чем лечить. Эти слова должны стать девизом и в ликвидации пьянства.

Что же можно сделать в профилактическом плане? Во-первых, сразу же, не ожидая печального развития событий, сурово осудить того, кто позволил себе появиться в пьяном состоянии среди людей на улице, дома или на работе. Пьяный человек должен стать мишенью, в которую необходимо тотчас пустить стрелы всех видов морального воздействия — поговорить с ним с глазу на глаз, выяснить причину, побудившую напиться, обсудить поведение в узком кругу товарищей, привлечь, если надо, стенную печать, местный радиоузел. И конечно, если человек попал в эту беду, думая спастись от другой, надо помочь ему выйти из создавшейся ситуации. И после всего этого держать его под неослабным контролем, особенно в дни выдачи заработной платы. Держать под контролем так, чтобы он почувствовал — еще одну пьянку товарищи ему не простят.

Именно так и действуют члены бригад коммунистического труда, записавшие в своих заповедях, что объявляют беспощадную борьбу всем пережиткам прошлого, в том числе и пьянству. Вот что рассказывает один из рабочих 1-го часового завода, который на собственном опыте убедился в силе морального влияния чутких и сознательных товарищей: «Благодаря коллективу я поднялся на ноги, стал полноценным его членом. Со мной много возились: беседовали, уговаривали, обсуждали на собраниях. Порой мне казалось, что меня выгонят. Но коллектив не оставил меня в беде. Я понял, что мне хотят хорошего. Меня так загрузили общественной работой, что не осталось времени на выпивку. Сейчас, когда я вспоминаю о прошлом, мне совестно. Теперь у меня много дел. У меня хорошая семья — двое детей, жена работает здесь же на заводе». В результате этот товарищ стал лучшим наладчиком завода.

Плохо, когда приходится бороться с уже занявшимся пожаром алкоголизма. А ведь можно поставить дело так, чтобы не удалось вспыхнуть ни одной искре. Вот для этого необходимо прежде всего организовать культурный досуг людей. Руководители учреждений, партийные, профсоюзные и комсомольские организации заводов, фабрик, совхозов, колхозов, домоуправления — вот от чьей инициативы зависит, будут у нас пьяницы или нет.

Видел ли кто-нибудь людей, выпивающих «на троих» в Третьяковской галерее, на станции метро или на Красной площади? Нет, не видели. Почему? Да потому, что выработано такое общественное мнение, что даже пьяницы не позволят себе там кощунствовать. Ибо чистота, красота, традиции подобных мест не допускают ничего грязного, оскорбительного. Вот почему всюду, где культура утвердилась как полноправная хозяйка, даже мысль о том, что можно напиться, не приходит в голову. Следовательно, лучшим средством борьбы с алкоголизмом является культура общественных отношений. Культура во всем, на каждом шагу — от чистоты рабочего места до специального выбора слов во время той или иной беседы.

Очень дельные мысли о значении культурного отдыха в жизни людей высказал житель Ярославля тов. Б. А. Рославлев:

«Что толкает у нас к алкоголю? — спрашивает он и отвечает: — Только неудовлетворение, пустота в часы досуга, ничего больше. Вот что тянет к спиртному, если иметь в виду большинство наших пьяниц. И я говорю: раз каждому человеку насущно необходима умственная пища, надобно шире, разнообразнее (ибо мы далеко не сходны по влечению) предоставлять массе все виды культурного отдыха.

Без этого глубокого подхода — подхода, ставящего целью всех занять, всем пойти навстречу, всех увлечь, — с пьянством скоро не расстаться, его не изжить. В наших городах среднего значения — три-четыре, а иногда и больше ресторанов. Одного-двух достаточно, остальные надо обратить в чайные, ведь пока их почти нет. А они очень нужны, и вклад свой в борьбу с пьянством, несомненно, внесут. Чай в чайниках, сахарок, пирожки, бутерброды. Газеты, иллюстрированные журналы на столе… радио, где можно — телевизор… Такую же чайную (и столовую вместе) — во всех районных домах культуры, пусть потребкооперация сделает пристройку.

Ни одного дня отдыха в библиотеке без лекции на литературную тему с широким обменом мнений слушателей по окончании. Ни одной научной лекции (там же или в клубе) без проекционного фонаря с красочными диапозитивами или пленками.

Во всех сельских клубах надо наладить обмен спектаклями или концертами художественной самодеятельности. Ни одного дня отдыха без такой вечерней программы! Днем спортивные состязания (борьба, футбол, бег и т. д.) с широким привлечением зрителей. Шахматно-шашечные турниры — и не только в клубе (занят, далеко от деревни), но и дома.

Нужен и особый общественный актив — в него охотно войдут многие из пенсионеров, родители старших школьников. Актив принял бы на себя в контакте с отделом культуры исполкома заботу о мерах по борьбе с пьянством и т. п. Хорошо бы организовать такое общество — „Трезвость и культура“.

В летние месяцы — ни одного большого городского сада, парка, бульвара без оркестра или выступлений художественной самодеятельности. Сюда же, на эстраду — местных поэтов, писателей. Никакой продажи во всех таких местах хмельного! Прохладительные напитки, закуска, чай. В дневные часы сюда — мастеров-шахматистов для сеансов одновременной игры. Перед всеми летними эстрадами — места за доступную плату с навесом (крыша от дождя); вход в сад или парк — бесплатно. Танцы под баян и т. п. в дни отдыха в садах и на городских площадях. Два-три летних маскарада. В сады и парки — отделения библиотеки-читальни. Обзорные лекции по новой художественной и научно-популярной литературе. Аттракционы, киоски. Цветной электрический свет на главной аллее.

Все это нужно, вся эта широкая и разнообразная работа клубов, библиотек на эстрадах, на площадях — все послужит отвлечению от дурного или пагубного. Дело за инициативой и энергией руководства местными органами культуры.

Желательно также видеть в кино и театрах разоблачение пьянства. Можно среди старых пьес поискать, а то и специальный конкурс на новые сценарии и пьесы организовать. Тема стоит того».

Да, алкоголизм стоит того, чтобы бросить против него в качестве профилактических мер все средства культурного воздействия. На такую борьбу зовет и новая Программа КПСС. В ней, в разделе «Задачи партии в области идеологии, воспитания, образования, науки и культуры» сказано: «Но и после победы социалистического строя в сознании и поведении людей сохраняются пережитки капитализма, которые тормозят движение общества вперед… Партия считает главным в идеологической работе на современном этапе — воспитание всех трудящихся в духе высокой идейности и преданности коммунизму, коммунистического отношения к труду и общественному хозяйству, полное преодоление пережитков буржуазных взглядов и нравов, всестороннее, гармоническое развитие личности, создание подлинного богатства духовной культуры. Особое значение партия придает воспитанию подрастающего поколения».

В. И. Ленин в беседе с Кларой Цеткин говорил: «Пролетариат — восходящий класс. Он не нуждается в опьянении, которое оглушало бы его или возбуждало… Ему нужны ясность, ясность и еще раз — ясность». Тем более нужна ясность нам, строителям коммунизма, авангарду социалистического лагеря, творцам новых отношений, чьим умом и руками совершаются и уже совершены великие дела.

На кого в первую очередь падают все беды, порождаемые водкой? На женщин. Именно они, в силу своей духовной и физической организации, наряду с детьми, больше, чем кто-либо, страдают от пьяниц. Они первые из окружающих принимают на себя грубость, дикие выходки, оскорбления и наиболее остро переживают весь гнет от совместного существования с алкоголиком — мужем, сыном, отцом.

Но почему женщины должны только мучиться? Такая пассивная позиция должна смениться активными наступательными действиями. Ведь женщины могут внести весьма существенный вклад в борьбу с пьянством. И не только могут — они просто призваны возглавить эту борьбу. Во-первых, из-за своих страданий, а во-вторых, потому, что женщинам, как правило, органически чуждо влечение к пьянству. То, что женщине неприлично быть пьяной, внедряется в сознание с малых лет и дает несомненные результаты. Вот если воспитать такое же отношение к пьянству у мужчин — насколько бы жить стало легче.

Но, к сожалению, на сегодняшний день дело обстоит не так. А ряды потенциально могучей армии женщин все еще расстроены. Некоторые ее представительницы смотрят на пьянство сквозь пальцы — плетью обуха, мол, не перешибешь. А некоторые даже потворствуют ему. Но ведь давно известно, что «когда в друзьях согласья нет, на лад их дело не пойдет».

Что же могут сделать женщины для отрезвления жизни? Прежде всего необходимо принять все меры, чтобы алкоголь не оказывал своего разрушительного действия на детей. Даже тогда, когда они еще не родились. Ведь в период беременности кровь матери и кровь будущего младенца все время смешиваются. И поэтому даже капли алкоголя, попавшие в организм беременной, всегда переходят на ее будущего ребенка. А существо это очень слабенькое, его и такая мизерная доза тяжело отравляет. Вот почему во время беременности алкоголь в любом виде и количестве абсолютно противопоказан.

Пришло время, и ребенок родился. Счастливая мать кормит его грудью. И в этот период ей нельзя употреблять спиртные напитки, ибо алкоголь проникает в грудные железы и ребенок вместо питательного материнского молока начнет получать весьма своеобразный и, конечно, вредный «коктейль».

Грубую ошибку совершает мать, когда пытается улучшить аппетит ребенка с помощью вина или пива. Детский мозг во много раз ранимее, и любое количество алкоголя вызывает в нем серьезные нарушения. Достаточно оказать, что обычная для взрослых доза водки в 100–150 граммов может отравить насмерть ребенка 5–6 лет. Вот почему, нагоняя аппетит, всегда ослабляют психику детей. Так и случилось с двенадцатилетним сыном одной работницы пивного ларька, которая, чтобы мальчик не был худым, стала давать ему перед каждой едой по стакану пива. Через год такого «лечения» он стал настоящим алкоголиком, бросил школу, связался с компанией уголовников и попал в колонию.

Женщины, которым сама природа вложила в руки начала новых человеческих жизней, могут и обязаны принять все меры, чтобы алкоголь не коснулся детских душ. Каждая мать, воспитывая ребенка, должна с малых лет внушать ему, доказывать на доступных примерах, что алкоголь — яд, что пьяным быть и вредно и стыдно. А много ли матерей помнят об этой стороне воспитания? Если же их усилиями дети, входящие в сознательную жизнь, будут морально иммунизированы против пьянства так, как они физически иммунизированы против дифтерии или оспы, то количество пьяниц начнет падать из года в год — ведь новому пополнению неоткуда будет взяться.

Но женщины стоят не только у истоков детских жизней. Они в подавляющем большинстве случаев являются самыми первыми свидетельницами начинающегося пристрастия к водке и у взрослых. Кто прежде всего замечает, что молодой (или зрелый) мужчина стал приходить домой под хмельком? Мать или жена, а то и обе вместе. Вот тут-то и надо бить в набат, чтобы не дать разгореться пожару, в котором могут сгореть все — и сам виновник его и те, кто живут вместе с ним. Никакой снисходительности с самого начала! Ведь тушить легче, когда пламя еще слабое.

Именно на этом — самом раннем — этапе борьбы с начинающимся пьянством женщины могут сделать очень многое. Где лаской, где строгостью, а где и гневной отповедью женщина может остановить мужа, сына, брата, ставшего на скользкий путь. А если это не поможет, есть еще более действенное средство — общественное осуждение.

У нас с каждым днем все больший авторитет завоевывают товарищеские суды. Основаны они на очень важном факторе — на силе общественного мнения. Даже самые, что называется, отпетые и те начинают поеживаться, когда люди, с которыми они рядом живут или работают, прямо в лицо, без обиняков высказывают им свое мнение об их безобразном поведении. Думается, что специально отведенные дни в таких судах должны быть посвящены борьбе с алкоголизмом. Причем не разговорам о беспорядках, учиненных давно уже известным дебоширом, а главным образом — обсуждению мер, направленных на ликвидацию начинающегося пьянства.

Заметила, предположим, жена, что муж начал попивать, поговорила с ним, посовестила — не помогло. Что обычно делают дальше? Замыкаются в своем горе и живут в невыносимой атмосфере семейных склок. А почему бы не вынести начинающуюся болезнь на суд общественности? Ведь это всем пойдет на пользу! Некоторые женщины стесняются — не полагается, мол, выносить сор из избы. Неверно это! Нужно выносить такой сор, когда сама с ним не оправляешься, ибо если за него возьмется сразу много людей, грязи не будет места.

Пусть ни одна девушка не отвечает на заигрывания подвыпившего молодца, который сам себе кажется в этот момент особенно умным и интересным. Именно девушки могут сделать очень много для развенчания мнимого романтизма, которым овеяно состояние опьянения в глазах некоторых молодых людей. Пришел, например, парень на танцевальную площадку в этаком разухабистом виде, вот тут-то самый момент сорвать с него ореол ложно понимаемого героизма, создать вокруг атмосферу осуждения и презрения! Кто, как не девушки, тем более с помощью трезвых товарищей, смогут лучше всех оправиться с такой задачей? Ведь отношение девушки очень важно и дорого молодому человеку, если, конечно, он испытывает к ней чувство уважения, а тем более — любви.

Пусть ни одна женщина не позволит появиться около себя пьяному мужчине! А если он и окажется рядом, пусть его поведение станет в ее глазах признаком глубокого невежества.

В общем, если женщины объединятся в борьбе с пьянством, они сами найдут наиболее эффективные меры, исходя из сложившейся ситуации. С полным основанием можно утверждать, что именно в их руках самые богатые возможности в борьбе с этой общественной заразой.

Каждые родители хотят, чтобы их дети были лучше и жили счастливее, чем они сами. Отцы и матери всячески следят за тем, чтобы сыновья и дочери стали грамотными, культурными, здоровыми. В этом помогают им школа, пионерская и комсомольская организации, различные дома культуры, спортивные секции, кружки самодеятельности.

Молодая поросль нашей страны окружена исключительным вниманием. Однако среди столь разнообразных средств почти нет ничего такого, что бы говорило о вреде алкоголя, о недопустимости у нас пьянства, о том, что понятие «советский человек» и «опьянение» никогда не должны стоять рядом. Почему-то считается, что наша молодежь как бы застрахована от ошибок старших. И, к сожалению, весьма часто взрослые, не видя в этом ничего плохого, сажают за стол подростков и наливают им тоже. К этому, неизвестно почему, относятся, как к пустяку, никому и ничем не грозящему. Между тем если мы хотим искоренить пьянство, нам всем необходимо хорошо запомнить, что борьба за здоровье поколений начинается уже в тот момент, когда вступившая в брак пара собирается дать жизнь новому существу.

Давно уже отмечено, что у людей, злоупотребляющих алкогольными напитками, дети рождаются слабыми, часто болеющими. Это объясняется тем, что алкоголь отравляет все клетки в организме, в том числе и половые. Даже те люди, которые редко и мало пьют, подвергают известной опасности свое потомство, если зачинают в момент опьянения. Недаром еще Ликург — один из законодателей древней Спарты — категорически запрещал вино в дни свадеб. А у нас, к сожалению, многие кладут начало жизни своим детям, находясь в состоянии праздничного угара. Жизнь дает немало примеров, показывающих, как катастрофически может отразиться на детях опьянение родителей.

Однажды на прием в детскую психиатрическую больницу мать привела двух детей — четырехлетнего мальчика и шестилетнюю девочку. И брат и сестра страдали эпилептическими припадками, отставали в умственном развитии. В беседе с матерью выяснилось, что отец детей — хронический алкоголик, что оба ребенка были зачаты, когда он находился в состоянии сильного опьянения. Детей положили на лечение, а через некоторое время в больницу явился их отец. Он был слегка пьян, держался вызывающе и потребовал доложить ему, как лечат его детей. Затем заявил, что врачи, которые считают его виновником болезни ребят, ничего не понимают, что врачам надо лечить, а не вмешиваться в личную жизнь людей, что он еще будет иметь ребенка и докажет, кто прав. Его предупредили, что у него не будет здоровых детей, если он совсем не перестанет пить. Но мужчина иронически усмехнулся и заявил, что ему плевать на медицину. Через три года его жена пришла в больницу с двухлетним сыном, у которого тоже начались эпилептические припадки. Вот как может жестоко покарать ни в чем неповинных детей алкоголизм родителей.

Спиртные напитки надо прятать от детей так, как, например, прячут бензин, керосин, спички или огнестрельное оружие. Мало того, что мозг ребенка почти беззащитен перед действием алкоголя. Дети, как и взрослые, могут привыкнуть к спиртному, стать настоящими алкоголиками. Причем здесь играет роль не «роковая» наследственность, которой некие умники склонны объяснить столь раннее пристрастие к вину, а исключительно дурной пример старших, пьющих на глазах у детей, а нередко и вместе с ними.

Нет никакого оправдания родителям, которые разрешают детям знакомиться с действием спиртных напитков. Нужно со всей ответственностью предупреждать их, что, поступая таким образом, они собственными руками калечат ребенка, задерживают его умственное и физическое развитие, толкают на страшный путь привычки к алкоголю.

Борьбу за ликвидацию пьянства надо начинать с ограждения молодого поколения от алкогольных напитков как дома, так и в школе. Всеми средствами воздействия необходимо уже с малых лет прививать равнодушие к вину и презрение к пьяницам. Всеми силами надо воспитывать нашу смену трезвой. Только тогда перестанет получать горючий материал зловещий огонь алкоголизма. А без горючего, как известно, огонь слабеет. Наша насущная задача — совсем загасить его.

Издательство просит отзывы об этой книге и пожелания присылать по адресу: Москва, центр, проезд Сапунова, д. № 13/15, издательство «Советская Россия»