Алексей Шишов, военный историк и писатель

Первый известный в истории военный мыслитель (благодаря письменным источникам), который прославил себя созданием «стреляющего войска». Завоеватель Шумера, Элама, Кедрового леса и Серебряных Гор.

Вне всякого сомнения, великие военные мыслители для своих эпох появились до наскальной письменности, которая увековечила в нашей исторической памяти Саргона I Древнего (Саргона Аккадского). Действительно, создание «стреляющего войска» стало для далекой древности настоящим переворотом в военном деле. Свои завоевания он начал с Шумера.

Эта страна не была единым царством: его составляли независимые города-государства — Киш, Умма, Ларса, Ур, Лагаш, Вавилон, Борсиппа и др. Наиболее сильные из них, Умма и Лагаш, стремились вооруженной рукой к гегемонии среди соседей. Особенностью Шумера было то, что власть жрецов была намного сильнее власти светских правителей. Но и в среде жречества не было единства.

Раздробленность Шумера привела к тому, что его объединителем стал завоеватель, первый известный нам великий полководец-венценосец из третьего тысячелетия до нашей эры. Это был Саргон I Аккадский, «перекроивший» политическую карту той давно ушедшей в прошлое эпохи.

Саргон не был шумером. О его личности «достоверно известно» по наскальным надписям, что богиня Иштар полюбила Саргона и сделала его царем Аккада. Во всяком случае, тот в самом начале завоевательных походов объявил себя ставленником этой богини на земле и называл себя Шаррун-кеном, что означало «царь истинен».

Саргон Древний. Около 2300 г. до н. э.

Аккад был северным соседом Шумера, живя с ним в мире. Однако междоусобица шумерских лугалей (военных вождей городов-государств) привела к тому, что аккадский военачальник Саргон вознамерился создать собственное царство. Для начала он захватил сильнейший город в Аккаде — Киш, и стал именовать себя «царем Киша» и «царем Аккада».

Укрепившись на севере Шумера, Саргон Аккадский проявляет недюжинные способности военного вождя. Через несколько лет он имел под своим командованием сильную армию в 5400 воинов, которые всецело зависели от него. Они содержались за счет царской казны. По словам Саргона I Древнего, его войско ежедневно «бывало у него за столом».

Особенностью действий аккадских воинов в бою было то, что главным оружием для них при Саргоне стали дальнобойные луки со стрелами, имевшими медные наконечники. Это позволяло поражать врагов за несколько сот шагов. Шумерские же воины могли в лучшем случае бросить на десятка два шагов метательное копье.

Либо Саргон имел доступ к зарослям тиса (или лещины) в предгорьях Малой Азии или современного Ирана (боевые луки изготовлялись их древесины тиса), либо в его время был уже изобретен составной, или клееный, лук из рога, дерева и жил. Хороший лук был грозным оружием, он прицельно бил на 200 метров и более, из него можно было делать пять-шесть выстрелов в минуту при запасе стрел в колчане от 30 до 50; на близком расстоянии стрела пробивала толстую доску.

«Стреляющее войско» Саргона Древнего нанесло поражение всем дружинам шумерских городов-государств. По всей видимости, шумерские воины терпели разгром еще до того, как успевали схватиться с врагом врукопашную.

За непродолжительное время аккадцы завоевали весь юг Шумера. Они захватили и опустошили такие большие города-государства, как Урук, Ур, Лагаш и Умму. Воины победоносного Саргона I «омыли свое оружие в море» — то есть в водах Персидского залива.

Самой крупной победой полководца Саргона Аккадского стал разгром войска лугаля города Умма — Заггиси (Лугальзаггиси), который отказался породниться с ним путем династического брака. Самоуверенный лугаль был взят в плен и в медных оковах проведен в торжественной процессии победителей-аккадцев через «ворота бога Эндиля» в городе Ниппуре. Затем его не без известного победного торжества казнили.

Позже «стреляющее войско» аккадцев совершило ряд новых завоевательных походов — в Малую Азию (в «Серебряные Горы») и Элам. Эламские войска были побеждены воинственным Шаррун-кеном, захватившим силой много городов. По всей видимости, эти походы носили грабительский характер и осуществлялись ради получения военной добычи — ценностей, имущества и пленников, которые становились рабами.

Одна из расшифрованных наскальных надписей свидетельствует, что царь-полководец Саргон I Древний совершил смелые походы на запад, где находилась страна Амуру. Победным результатом их стало следующее: «Эндиль дал ему Верхнюю Страну Маер (или Мари), Ярмути и Ибду вплоть до Кедровых Лесов и Серебряных Гор».

Страна Маер (Мари) находилась к западу от реки Евфрат, Ярмути была расположена в северной части Палестины. «Кедровым Лесом» в древности называли горы Ливана, а «Серебряными Горами» — горы Тавра. Это позволяет утверждать, что царь Саргон I совершил вторжения на земли Палестины и Сирии. В других надписях говорится, что он на какое-то время утвердился (или пытался это сделать) на берегах сирийского Средиземноморья.

Одна из наскальных надписей гласит, что царь Саргон «прошел море запада, был три года на западе, покорил и объединил страны, поставив на запад свои статуи, перевел по морю и по суше своих пленных».

Саргон Древний, завоевав Шумер, не избрал своей столицей ни один из его многочисленных городов и не принял ни один из почетных шумерских титулов. Он именовал себя царем Шумера и Аккада, построив для себя на берегу Среднего Евфрата собственную столицу, назвав ее Аккадом. Вскоре этот новый город Месопотамии стал процветающим. К его речной пристани приставали корабли из Мелахи (Индия), привозившие такие диковинные товары, как обезьян и слонов.

Завоеватель Шумера распустил ненадежные городские дружины воинов-землевладельцев. Свое постоянное «стреляющее войско» он поставил (поселил) вокруг столицы, чтобы его можно было быстро собрать. В случае больших походов создавалось ополчение из лично свободных граждан страны шумеров.

Управляя Шумером, Саргон I Древний неустанно заботился о своем «стреляющем войске». По тому времени соперников среди соседей у него не было, и потому торговые колонии семитов в Малой Азии, нуждавшиеся в вооруженной защите, часто обращались к нему за военной помощью. Естественно, за хорошую плату. В этих просьбах практичный царь Шумера и Аккада малоазиатскому купечеству не отказывал, хорошо зная выгоды от такого сотрудничества.

Конец царствования Саргона Древнего прошел в подавлении восстаний в шумерских городах, которые поддерживали священнослужители местных храмов. После его смерти Аккадское государство стало распадаться.

Царь-полководец из Двуречья, сотворивший величие Вавилонии. Создавший армию профессионалов и уникальный «Судебник Хаммурапи», в котором изложил права и обязанности царского воина.

К началу XVIII столетия до н. э. на территории Двуречья — Месопотамии существовали, по сути дела, только три сильных государства: Мари, Ларса и Вавилония. Они вели между собой частые войны в борьбе за главенство. Десятилетия войн пагубно влияли на их хозяйственную жизнь и торговлю.

Царь Хаммурапи (слева) и солнечный бог Шамаш. Рельеф стелы. Между 1793 и 1751 гг. до н. э.

Военную междоусобицу в Двуречье могла прекратить только сильная личность, которая утвердила бы себя во главе всей страны. И тогда Месопотамия могла бы жить мирной жизнью. Таким человеком стал Хаммурапи, сын Синмубаллита, шестой царь вавилонской династии.

Хаммурапи сразу же после восшествия на престол заявил о себе как умелый военачальник и искусный дипломат. Перед тем как начать войну на юге, он решил обезопасить себя от возможного удара с севера. Там, в Ашшуре, власть захватили аморейские вожди. Один из них, Шамшиадад I (Шамши-Адад I), подчинил себе обширные области до берегов Евфрата и покорил город-государство Мари.

Хитрый Хаммурапи первое время признавал его власть над Вавилоном. И поэтому аморейский царь не помышлял о военном походе в Среднее Двуречье, которое само «подчинилось» ему.

Тем временем Хаммурапи усиливал вавилонское войско. Основу его первоначально составляло ополчение свободных землевладельцев, которое созывалось на случай войны. Новый царь стал создавать армию профессионалов, значительную числом.

Знаменитый в истории человеческой цивилизации правитель Вавилона законодательно высоко поднял права и гражданское значение воина в своем государстве. Об этом гласят статьи известного в истории Древнего мира «Судебника Хаммурапи».

В этом уникальном документе древности, в статьях 26–41, излагаются права и обязанности царского воина. А в статьях 133–135 говорится о правах воинов, попавших в плен. В «Судебнике Хаммурапи» указывается, что рядовые вавилонские воины делятся на две категории — «реду» и «баиру», а военачальники — на «деку» и «лабутту». К сожалению, время не донесло до нас что-либо об их различиях. Но, с другой стороны, это есть прямые свидетельства существования определенной иерархии в армии Хаммурапи.

Закон был весьма строг к воинскому сословию. Уклонение воина от похода и даже попытка выставить вместо себя вооруженного, как положено, наемника законодательно каралось смертной казнью. Война была для профессионального вавилонского воинства прямой обязанностью перед государем.

Интересно и такое положение «Судебника». Попавший в плен воин выкупался за счет государственной казны. Присвоение кем-либо собственности царского воина каралось смертной казнью.

Царь Хаммурапи создал сильное постоянное войско, которое в большой войне усиливалось ополчением. За примерную службу воин получал от царя дом, землю, скот. Все это они не могли продавать. Не могли передавать по наследству сыну, но только в том случае, если тот сам становился воином.

Свои завоевательные походы Хаммурапи начал уже в первые годы правления. Сперва он покорил города-государства Исин и Урук и нанес поражение войску эламской области Ямутбалу. Эти военные успехи возвеличили царя Вавилона.

Однако это сильно обеспокоило соседей. Город Ашшур, в котором правил царь Ишмедаган, попытался было составить венный антивавилонский союз с Зимрилимом — царем города Мари. Но последний стал искать поддержку у Вавилона.

Тогда царь Хаммурапи, усилившись на юге завоеванием Исина и Урука, заключив союз с Мари, мог более уверенно воевать против своих многочисленных врагов. И он стал совершать на соседей один поход за другим, которые, по всей видимости, не всегда давали желанную и полную победу.

Только на тридцатом году своего царствования Хаммурапи покорил Субарту — большую область Северного Двуречья. Вполне вероятно, что для этого потребовалась война не в один год, упорная, с большими людскими потерями. После этого был завоеван город-государство Ашнуннак, который не смог защитить себя от вражеского нашествия. В том и другом случае вавилоняне захватили богатую добычу и много пленников.

Только теперь царь-полководец Хаммурапи решил повести вавилонскую, окрыленную многими победами армию на своего главного врага в Месопотамии — царя Рим-Сина. Думается, что на него он обрушился с возможной внезапностью, штурмом взяв рим-синовскую столицу город Ларса.

История не донесла до нас подробных сведений о войне Вавилона против Рим-Сина. Но, по всей вероятности, победа в ней решалась в полевом сражении, поскольку оба государства обладали многочисленным войском профессионалов, подкрепленным ополчением.

Более чем убедительные победы Хаммурапи всерьез встревожили царя Мари. Он решил позаботиться о собственной безопасности. Зимрилим стал стягивать в столицу войска, которые, как союзники, воевали в составе вавилонской армии. Узнав об измене правителя Мари, царь Хаммурапи выступает в большой поход против него и на тридцать третьем году своего властвования подчиняет себе бывшего союзника силой.

Однако царь Зимрилим не желал быть подданным Вавилона. Через два года Хаммурапи во главе своей испытанной армии вновь вторгается в его владения и осаждает столицу Мари. По всей вероятности, горожане оказали врагу самое яростное сопротивление. Город Мари был взят приступом, разграблен и разрушен, а царский дворец сожжен. Царь Рим-Сина или бежал, или погиб при защите своей столицы.

Остаток своей жизни Хаммурапи прожил в постоянных войнах. Он подчинил себе такие большие города-государства, как долго не покорявшийся Ашнуннак и, наконец, Ашшур. Только после этого Вавилония завоевала себе силой оружия главенство среди других народов Передней Азии.

Память о воинственном вавилонском царе Хаммурапи жила долгие столетия. Свидетельством его правления стали найденные французскими археологами во время раскопок в Сузах в 1901 и 1902 годах три части большого черного базальтового столба, на котором были высечены статьи «Судебника Хаммурапи». Статей насчитывалось 247!

Царь Хаммурапи так определил назначение своего «Судебника»: «Для того, чтобы сильный не обижал слабого, чтобы сироте и вдове оказывалась справедливость, я начертал в Вавилоне свои драгоценные слова на моем памятнике».

Благодаря своим завоевательным походам Хаммурапи создал обширное государство. Он объединил не только юг Месопотамии, но и ее север. Он властвовал на территории Ассирии, подчинив себе Сирию (или большую ее половину) и захватил какую-то часть Элама. После его смерти начался медленный распад Вавилонии.

Фараон, изменивший лицо древнеегипетской армии тем, что разбил ее на две касты, вооружил медными мечами, увеличил число боевых колесниц, опередил греков в создании фаланги.

Первым фараоном Нового царства стал Яхмес I. Он был действительно выдающийся правитель в истории Древнего Египта, победитель гиксосов-завоевателей, сумевший обеспечить внутреннее спокойствием в стране, сумев сильно урезать автономию провинциальной знати.

Фараон Яхмес I проявил себя как талантливый военный реформатор Древнего Египта. Он прекрасно понимал, что без сильной, хорошо организованной и устроенной армии Египет не может устоять против нового вторжения азиатских народов и границы Нового царства не будут надежно защищены. Кроме того, твердой рукой приходилось часто подавлять народные восстания и мятежи знати.

Яхмос I. Около 1550–1525 гг. до н. э.

Первая в истории Древнего Египта постоянная армия была создана при Яхмесе I. Он и последующие фараоны создали для своей эпохи мощную и грозную военную машину, позаимствовав при этом многое у гиксосов. Египетское войско в Новом царстве представляло собой не что иное, как сформировавшуюся военную касту.

Сведения о ней оставил для нас знаменитый древнегреческий историк Геродот, прозванный «отцом истории». По его данным, египетское войско делилось на две группы: по возрасту и продолжительности воинской службы. Первая группа насчитывала до 160 тысяч человек, вторая — до 250 тысяч человек. Группы различались между собой по одежде, которую носили.

Поскольку в Древнем Египте никак не могло быть армии такой численности, то надо полагать, что Геродот включил в численность этих групп воинской касты и семьи воинов. В данном случае Яхмес I и последующие фараоны Нового царства могли отправить в поход армию в несколько десятков тысяч человек, включая вспомогательные отряды.

Главной силой своей армии фараон Яхмес I сделал сравнительно хорошо обученные, дисциплинированные отряды лучников. К тому времени лук стал более сильным и дальнобойным. Повысилась точность стрельбы из него. Оперенные стрелы длиной от 55 сантиметров до одного метра имели медный листовидный наконечник.

Теперь большая часть египетской армии была вооружена бронзовыми мечами. Чаще стали применяться метательные копья (дротики). Заметно улучшилось защитное вооружение воинов: кроме деревянного щита они теперь имели кожаный шлем и панцирь из кожи, к которому крепились бронзовые пластины.

Яхмес I добился того, что в его армии боевые колесницы гиксосов получили самое широкое распространение. Они представляли собой площадку (1 метр на 0,5 метра) на двух высоких колесах, к которым наглухо прикреплялось дышло. В колесницу впрягались две лошади. Экипаж состоял из двух человек — возницы и воина. Колесница с бортов и спереди обшивалась кожей, что отчасти защищало людей от вражеских стрел и камней пращников.

Изменилось и построение египтян для боя. Линия фронта становилась все более длинной, а ее глубина — меньше. Сомкнутый строй тяжелой египетской пехоты (копейщиков и воинов с мечами) достигал десяти и более шеренг. Именно такой строй в более позднее время будет введен в армиях Древней Греции и получит название фаланги.

Менялась и тактика боя. Как правило, теперь первый удар наносили боевые колесницы, главной задачей которых являлось расстройство вражеских рядов. Колесницы служили и для преследования бегущего неприятеля.

Пехота на поле боя старалась взаимодействовать с колесницами. В походе египетское войско двигалось плотными колоннами, что исключало большие потери в людях при внезапном нападении. Обязательно велась разведка сил врага. На стоянках египтяне устраивали укрепленный лагерь из приставленных один к другому щитов.

Совершенствовалось искусство ведения осад крепостей и их штурмов. Все чаще стал использоваться таран. При ведении осадных работ воины защищались от стрел, дротиков и камней невысоким навесом, сплетенным из виноградных лоз и покрытых дерном. Отряды египтян врывались в проломы в городских стенах в боевом построении, которое впоследствии получило название черепахи, то есть под защитой навеса, устроенного из щитов.

Снабжение египетской армии было централизованным и велось со специально устроенных складов. Продовольствие выдавалось по определенным нормам. Оружие собственностью воина, как правило, не являлось. Его изготовление и ремонт производились в специальных мастерских, что стало прообразом военной промышленности.

В эпоху Нового царства иным стал и египетский флот. Корабли строили более внушительные, число гребных и рулевых весел на них увеличилось. Больше стала площадь парусов. Есть все основания предполагать, что носовая часть военных судов усиливалась для нанесения таранного удара по вражеским кораблям.

Устроив действительно сильную для той эпохи армию, фараон Яхмес I пошел войной на соседнюю Нубию. О том большом военном походе сохранились самые скудные сведения. Причиной войны стало то, что Нубия во время правления Египтом гиксосами вышла из-под его власти. Теперь фараону предстояло снова завоевать ее.

Реконструкция похода египетской армии на юг позволяет утверждать, что военные действия могли растянуться на несколько лет. Вне всякого сомнения, большой поход готовился долго и тщательно хотя бы потому, что для переброски многих тысяч воинов и различных походных припасов требовалось построить огромный по числу судов речной флот.

Нубийцы при своей многочисленности никак не могли соперничать с египтянами в вооружении и организованности. Те, благодаря своей выучке и боевому построению, легко наносили поражения толпам воинов-нубийцев, обращая их в бегство. В верховьях Нила суда египтян свободно проникали в самую глубинку Нубии, разоряя прибрежные селения.

История не сохранила нам временных рамок тех военных событий. Но точно известно одно: к концу правления фараона Яхмеса I огромная Нубия вновь была завоевана египтянами, стала платить большую дань и поставлять вспомогательные отряды легковооруженных пеших воинов в армию фараона.

Завоевание Нубии фараоном Яхмесом I можно считать его главным деянием. Но он совершил еще и большой поход в Палестину против изгнанных туда гиксосов, чтобы избавить Египет от их нового вторжения. Сведений о том походе почти нет. Но сохранилась наскальная надпись, в которой говорится, что крепость Шарухен на юге Палестины была взята египетскими войсками лишь после того, как фараон и его воины «осаждали Шарухен в течение шести лет».

Фараон, при котором Древний Египет достиг вершин своего могущества. Лично водивший войска в атаку, прекрасно видевший поле битвы и умевший на нем хитрить.

Вне всякого авторского сомнения, Тутмоса III можно назвать первым среди воинственных фараонов Древнего Египта. Он был правителем (живым божеством) далекой человеческой цивилизации, который в сражениях первым направлял свою боевую колесницу на врага. Делал он это с большим мужеством, на виду всей египетской армии, воодушевляя ее на победное дело личным примером. Можно утверждать, что первая такая лихая атака сделала его в устах воинов героем.

Древнеегипетским героем фараон Тутмос III стал в войне против царя гиксосов Кадеша. О том свидетельствуют дошедшие до нас сведения. Тогда подвластный Тутмосу III гиксосский монарх поднял против него мятеж. Как показали последующие события, восстание было хорошо и заранее подготовлено. Гарнизоны египтян оказались частью изгнанными, частью истребленными, а частью взяты в плен и проданы в рабство.

Но хитроумный царь гиксосов сильно ошибся в полководческих дарованиях молодого фараона. Тутмос III со всей решительностью начал войну против мятежников (ок. 1489–1450 годов до н. э.), показав завидные качества мыслящего военного вождя. Быстро собрав воедино армию (примерно в 20 тысяч человек), он совершил скорый и неожиданный для врага марш от берегов Нила и появился в центре земель Палестины.

Тутмос III, разведавший силы и замыслы неприятеля, не распыляя своих сил, как царь Кадеш, смело прорвался через перевал в Кармельских горах и оказался в долине Мегиддо. Защитники перевала были рассеяны. Известно, что фараон геройски лично возглавил своих атакующих воинов. На берегах реки Кина египтяне устроили укрепленный походный лагерь. Гиксосы не решились напасть на него.

Тутмос III. 1504–1452 гг. до н. э.

Царь Кадеш привел свои войска к городу Мегиддо и разместил их на возвышенности, удобной для сражения. За спиной мятежников возвышались крепостные стены. О стройности рядов гиксосов и их союзников говорить не приходилось, хотя настроены они были весьма воинственно. Тутмос III при полном бездействии врага выстроил свою армию вогнутым в сторону крепости фронтом, который делился на центр и два крыла — правое и левое.

Правое (южное) крыло начало отвлекающее маневрирование на поле битвы. Мятежники попались на эту военную хитрость, словно забыв о главных силах египетской армии. Удостоверившись в том, что его задумка удалась, фараон Тутмос III лично повел в атаку северный «рог» (левое крыло). Хорошо продуманный удар наносился между крепостью и флангом неприятеля.

Мятежники, стоявшие здесь, были смяты сомкнутым строем боевых колесниц, за которыми двигалась в плотных рядах пехота — копьеносцы и воины с мечами. Вражеский фланг оказался окруженным. Началось истребление стоявших здесь отрядов царя Кадеша. Наскальная надпись сообщает: «Они (азиаты) бежали сломя голову, в страхе в Мегиддо, бросая своих лошадей и свои колесницы из золота и серебра, и жители втаскивали их наверх, таща их (воинов) за их одежду в город (то есть на крепостные стены»).

Сражение при Мегиддо было непродолжительным и закончилось полной победой египтян, сокрушивших мятежные племена. Их преследуемые остатки бежали из долины Мегиддо, рассеявшись в окрестных горах. Царь Кадеш сумел укрыться в крепости.

Фараон Тутмос III начал осаду важного на театре войны города-крепости Мегиддо. В его наскальном рассказе о том говорилось так: «Они (египтяне) измерили город, окружив его оградой, возведенной из зеленых стволов всех излюбленных ими деревьев…»

Тутмос III лично руководил осадными работами. Он находился со своим «штабом» в укреплении, выстроенном к востоку от осажденной крепости. Фараон лично «осматривал все, что было сделано». После нескольких дней осады защитники Мегиддо (царь Кадеш сумел ночью бежать) сдались на милость победителей.

Фараон Тутмос III, оценивая падение Мегиддо в войне против мятежных племен, говорил для истории своего владычества: «Амон (бог египтян) отдал мне все союзные области Джахи, заключенные в одном городе. Я словил в одном городе их, я окружил их толстой стеной».

Известны военные трофеи египтян в том Палестинском походе. Они огромны: 924 боевые колесницы гиксосов, 2238 лошадей, 200 комплектов воинского вооружения, урожай зерновых в долине Ездрелона, снятый войском победителей, 2 тысячи голов крупного и 22 500 голов мелкого скота — овец и коз. Перечень трофеев свидетельствует о том, что египетская армия в походах «кормилась» за счет местных ресурсов, насильно изымаемых у населения.

Битва у Мегиддо оказалась лишь началом длительной войны Египта против мятежных гиксосов и других племен Палестины. В первом походе фараон Тутмос III овладел еще тремя восставшими против его власти городами. Чтобы утвердиться на палестинской земле, он построил крепость, название которой в переводе звучало как «Тутмос — связывающий варваров». В крепости был поставлен сильный гарнизон.

В последующие годы фараон-полководец совершает еще немало походов против мятежников. Только в ходе шестого похода берется крепость Кадеш. Война закончилась победно: границы Нового Царства раздвинулись до пределов Хеттского государства и северо-западной окраины Месопотамии. Египетский флот господствовал в восточной части Средиземноморья, поскольку достойных противников у него не находилось.

Фараон Тутмос III известен как победитель в трех крупных полевых сражениях — при Мегиддо, Кадеше и Кархемише. В 1492–1491 годах до н. э. он нанес поражение царю Митании Шаушатару и захватил его владения к западу от реки Евфрат. При нем границы Египта были доведены до четвертого порога Нила. Ему платила дань Ливия. Тутмос III получал богатые дары от царей Ассирии, Вавилонии и Хеттского государства, а также с острова Крит.

При фараоне Тутмосе III Древний Египет достиг вершины своего исторического могущества. Древнеегипетский венценосный полководец, «мыслящий на войне», который при жизни славился и как герой, стал первым известным в истории властелином, который вел расширение границ своих владений планомерно. В чем действительно и преуспел.

Последний великий фараон Древнего Египта, защитивший дельту Нила от «народов моря», блестяще применявший тактику сражений на суше в действиях своего флота.

Фараон-полководец и флотоводец Рамзес III был одним из самых ярких представителей двадцатой династии правителей Древнего Египта. Его царствование полно военных событий, хотя о том документальные источники той эпохи донесли до нас самую скупую информацию.

Египетская держава Древнего мира со временем растеряла свою историческую мощь. Когда Рамзес III взошел на отцовский трон, его государство подверглось нападению сразу с трех сторон. Укрепившиеся на побережье современного Ливана филистимляне вторгались в слабеющий Египет со стороны Палестины. Пиратские флотилии «народов моря» стали тревожить берега дельты Нила. Еще одна опасность исходила с запада, из Ливийской пустыни.

Рамзес III стал фараоном, будучи уже в зрелом возрасте, обладавшим немалым военным опытом. Чтобы отразить вражеские нашествия на свое царство, он решил реорганизовать египетскую армию и вновь усилить флот в Средиземном море. С этой целью он упорядочил службу воинов-египтян в пехоте и в отрядах боевых кораблей. При нем армия фараона пополнилась значительными силами наемников, и не только нубийцами, но и ливийцами, и «азиатами».

Одной из примечательных реформ Рамзеса III стала отмена в армии телесных наказаний. Теперь за воинские проступки человека «лишали чести», вернуть которую он мог только личной храбростью на поле брани. Это укрепило воинскую дисциплину. С другой стороны, армейское начальство стало проявлять больше требовательности к подчиненным, прежде всего в вопросах боевой выучки. Собственно говоря, это было то, чего, по всей вероятности, добивался Рамзес III.

Египетский флот на Средиземном море вновь стал многочисленным, но о его былой мощи говорить уже не приходилось. Новые корабли получали названия «Дикий бык» и тому подобные. На их носах вырезали голову льва, пожирающего врага. Самому сильному и проворному члену экипажа ставилась задача во время боя лучников перескочить на вражеское судно и бронзовым топором срубить его мачту.

Теперь, когда к берегам Нижнего Египта подходили пиратские флотилии «народов моря», из нильской Дельты навстречу им бесстрашно выходили египетские корабли. Они стремились навязать морским разбойникам баталии, смело идя на таран и абордажный бой. При поражении пиратов в лучшем случае ожидали продажа в рабство и каторжный труд на рудниках.

Опасность вторжения в Дельту «народов моря» крылась еще в том, что это было настоящее переселение народов. Вместе с воинами в Египет прибывали их семьи со своим скарбом с полной решимостью обосноваться на самых благодатных землях египетского побережья.

Известно описание первого в истории Древнего Египта большого сражения на воде. Неприятельский флот, войдя в устье Нила, увидел перед собой сплошной заслон из египетских кораблей. Завязалось морское сражение, которое закончилось полной победой египтян, смело шедших на абордаж.

Рамзес III, прогоняющий врагов Египта. 1185–1153 гг. до н. э.

Вполне вероятно, что в той битве флоту фараона Рамзеса III удалось совершить по одному из нильских рукавов обходной маневр и напасть на врага с тыла или взять его в кольцо. Это была давняя тактика египетской армии на суше, примененная имя на обширной нильской Дельте, хорошо знакомой им, что позволяло применить военную хитрость.

После одержанной на водах блистательной победы фараон Рамзес III мог гордо заявить: «Что до тех, кто достиг моих границ, их племя не существует более». Эти слова древнеегипетского властелина были высечены на скале. Они же косвенно свидетельствуют о том, что вражеский флот, совершивший набег на берега Египта, был не только разгромлен, но и уничтожен.

Армия Рамзеса III нанесла решительные поражения и войскам филистимлян, и ливийцев. Ни тем, ни другим в своих завоевательских (или грабительских) походах не удалось прорваться в долину реки Нил. Египтяне разбивали неприятеля на линии пограничных крепостей, в ряде случаев умело нанося упреждающие удары.

Ливийское войско, скорее всего, было разгромлено в сражении на пути к Мемфису. Тогда военный вождь ливийцев Капер попал в плен вместе со многими своими воинами. Они стали военной добычей армии фараона. Пленники стали у египтян пастухами или выполняли черновую работу.

Самым великим полководческим деянием фараона Рамзеса III стало отвоевание для Египта большей части Палестины. Египетская армия совершила в ее земли несколько удачных походов, противостоять которым местные израильские народы и филистимляне не смогли.

Рамзес III стал последним великим фараоном Древнего Египта, будучи к тому же одаренным полководческими способностями и даром военного реформатора и стратегического мышления. Но своим правлением он лишь отсрочил неизбежный упадок Египетского царства, которое все чаще стало подвергаться набегам чужеземных завоевателей.

Царь-реформатор из Древнего мира, который, поняв все преимущество железа над бронзой, сделал войну главным делом ассирийского народа, а страну — «военизированной машиной».

В середине VIII века до н. э. Ассирия переживала тяжелые времена. В 748 году до н. э. в ее столице вспыхнуло восстание против царской династии, и на престол взошел «организатор» будущей великой военной державы Ассирии Тиглатпаласар III.

Новый царь знал, что надо делать. И он сразу же начал с проведения военных реформ, с реорганизации ассирийской армии. Раньше она состояла из воинов, имевших собственные земельные наделы, то есть имела форму территориального ополчения, вооружавшегося за свой счет. Теперь же царские войска формировались из обедневших землевладельцев, которых вооружали за счет царской казны. Остальное мужское население Ассирии, способное носить оружие, составляло ополчение.

Тиглатпаласар III создал уникальное для истории Древнего мира государство, в котором сердцем военной, финансовой и административной системы являлась армия. При нем Ассирийское государство, как таковое, строилось и развивалось вокруг армии. Все было поставлено на службу только ей. Главным делом ассирийского народа стала война. Богатство и процветание страны поддерживались постоянной военной добычей и надзором за торговлей и финансами.

Тиглатпаласар III. Около 728 г. до н. э.

Можно утверждать: Ассирия при Тиглатпаласаре III имела подлинно милитаристское общество, которого Древний мир еще не знал. Страна и ее воинственный народ не жалели никаких усилий для повышения боеспособности своей армии.

Более того, именно ассирийцы в ту эпоху поняли все преимущество железа перед бронзой. Естественно, что речь шла о железном оружии и защитных доспехах. Боевые колесницы, сделанные из кованого железа, были на поле брани для своего времени не менее страшны для врага, чем первые танки на Французском фронте в годы Первой мировой войны.

Военный реформатор древности, прежде всего, ввел единообразие вооружения и разделил войска по роду носимого оружия. Главной ударной силой ассирийской армии (и самой привилегированной службой) стали боевые колесницы. Колесничими могли стать только довольно состоятельные люди. Колесницы наносили в начале сражения таранный удар по строю вражеской пехоты.

В колесницу запрягали для боя одну-две пары лошадей. Запасная была привязана сбоку. Упряжку обычно защищали «броней» из войлока и толстой кожи. Они защищали лошадей от стрел и камней. Икры ног коней защищали тростниковые поножи.

Тиглатпаласар III ввел удивительное для современников новшество в тактику массированного использования боевых колесниц. Первыми начинали атаку не они, а пешие легковооруженные воины, которые стремились расстроить ряды вражеской пехоты. И только после этого следовала атака боевых колесниц.

Воинов в экипажах боевых колесниц было два. Возница вооружался копьем и щитом, его напарник — дальнобойным луком с большим запасом стрел. Колчан с ними крепился к кузову колесницы. Известны случаи, когда лучника и возницу в бою прикрывали два щитоносца. Колесница на ровной местности могла развивать бешеную скорость.

Главную массу армии Ассирии продолжала составлять пехота тяжеловооруженных копейщиков и легковооруженных лучников. Копейщики имели длинные тяжелые копья, мечи и большие щиты, сильное защитное вооружение — панцири и шлемы. Большие отряды копейщиков были хорошо маневренными, что достигалось учениями. Стрелки из лука стреляли стрелами не с бронзовыми или костяными наконечниками, а с железными, которые пробивали любые защитные доспехи своего времени.

Лучников в бою прикрывали щитоносцы, конных лучников — конные шитоносцы. Строй щитоносцев прикрывал строй лучников. Конница в составе царской армии была немногочисленной, тяжеловооруженной, действовавшей в сомкнутом строю. В ней служило много наемников-скифов.

Введение единообразия воинского вооружения повлекло за собой поразительную для той древней эпохи четкость структуры армии Ассирии. На 200 пехотинцев приходилось в среднем 10 конных воинов и одна боевая колесница. Или иначе — на одного колесничего приходилось 2 всадника, 4 тяжеловооруженных пеших воина и 8 лучников.

Основной организационной единицей ассирийской армии являлся отряд — кисир. Он мог насчитывать от 500 и более воинов. Сам кисир делился на пятидесятки, а те — на десятки. На случай войны несколько кисиров сводились в эмуку (силу) и имели единого военачальника. Такая организационная структура царского войска была довольно сложной для той эпохи.

Боевые порядки ассирийской армии Тиглатпаласара III четко делились на лучников, копейщиков, всадников и боевые колесницы. Последние составляли основу боевого порядка. Конница, как правило, в сражении ставилась за боевыми колесницами. Пешее войско копейщиков обычно строилось в три шеренги. Лучники под прикрытием щитоносцев сражались впереди или же в задней шеренге. В таком случае копейщики, чтобы не мешать прицельно стрелять лучникам, двумя шеренгами нагибались или становились на одно колено.

Ассирийцам чаще всего приходилось иметь дело с противником, в войсках которого преобладала конница. Ее беспорядочные атаки успешно отражались хорошо защищенными плотными шеренгами копейщиков и тучами стрел с железными наконечниками и камнями пращников.

Излюбленной тактикой войны ассирийских военачальников были ночные нападения. Они отличались результативностью, когда противник проявлял непростительную на войне беспечность и в походах на ночь не строил полевых укрепленных лагерей.

При царе Тиглатпаласаре III и после него ассирийцы демонстрировали высокий уровень ведения военных инженерных работ. В войсках имелись бронзовые кирки и железные топоры. Они применялись для прокладки дорог в горах, устройства полевых укреплений, рубки леса при наведении мостов через водные преграды, устройства палисадов и разрушения захваченных крепостей. Такие крепости разрушались до основания с использованием труда военнопленных.

Ассирийцы через реки строили мосты, сравнимые с понтонными переправами наших дней. Роль понтонов выполняли надутые воздухом большие бурдюки. Конница переправлялась вплавь, а легковооруженные воины — на бурдюках, обхватив их руками. Через большие реки переправа шла на судах.

При осаде крепостей рылись подкопы под стены, делались к ним насыпи, применялись подвижные деревянные башни и тараны для разрушения стен. Известен случай, когда при осаде одной из горных крепостей ассирийцы одновременно примени семь таранов. В крепости (с расстояния до 500 метров) метались с помощью катапульт стрелы, камни и глиняные кувшины с горящей нефтью.

Исследователи склонны считать, что не все инженерные новшества для ведения войны, которые применялись ассирийцами, были их изобретениями. Скорее всего, они были позаимствованы у других народов древности и умело использовались.

Венценосный полководец Тиглатпаласар III, проведя военные реформы, смог создать хорошо вооруженную и организованную армию, численность которой доходила до 100 тысяч человек и которая делилась на тысячи, а те на сотни, полусотни и десятки. Имелись царские арсеналы для хранения запасов оружия.

Из столицы во все концы страны к ее границам вели хорошо устроенные дороги для связи и переброски войск. Благодаря им ассирийцы в походах добивались главного — внезапности. Для разведки широко использовались различного рода «бродячие люди». Для психологического давления на противника применялись массовый террор против мирного населения, разрушение крепостей, городов и селений.

При Тиглатпаласаре III Ассирия успешно вела завоевательные походы против своих соседей — Урарту, Мидии (будущего могильщика державы ассирийцев), Северной Сирии. После нескольких походов был взят город-крепость Дамаск. После смерти вавилонского монарх Набонасара Тиглатпаласар III одержал еще одну «блистательную победу» — он стал царем Вавилонии, объединив ее с Ассирией персональной унией.

Создатель огромной Персидской державы, побеждавший умелым ударом во фланг массой конницы и сумевший взять Вавилон, используя воды Евфрата.

В истории Древнего мира личность Кира II, одного из самых выдающихся полководцев-завоевателей, примечательна тем, что о нем сохранились пусть и небольшие, но вполне достоверные сведения. Поэтому среди исследователей больших споров о нем не возникает.

Считается, что он родился между 600 и 585 годами до н. э. Происходил из знатного рода Ахеменидов. В 558 году до н. э. стал правителем одной из областей Персии — Аншана. Стал создавать военный союз персидских племен. Свое войско создал из конных ополчений. Широко применял боевые колесницы, верблюжью кавалерию и различные метательные машины.

Через несколько лет своего правления в Аншане Кир II поднял восстание персов против правящей мидийской династии. В 553 году до н. э. началась трехлетняя упорная война против Мидии, и в итоге она была завоевана персами. Это дало возможность Киру стать обладателем обширных пастбищ и огромных табунов лошадей. Кир II в короткий срок пополнил свое войско умелыми всадниками, и теперь его основой стали тяжелая персидская кавалерия и конные лучники.

Появление «на свет» сильного в военном отношении Персидского государства встретило противодействие его соседей. Три страны — Лидия, Вавилония (Халдея) и Египет — в 547 году до н. э. образовали антиперсидский союз. Главенствовал в нем лидийский царь Крез. Союзники решили совместными силами противодействовать завоевательным устремлениям царя Кира. К ним присоединилась Спарта.

В 546 году до н. э. лидийский царь вторгся на персидскую территорию, переправившись через реку Халис в Каппадокию. Однако победного похода у лидийцев не получилось — персы не только изгнали их из пределов своей страны, но и сами вторглись в земли соседей. Крез собрал в столичных Сардах огромную союзную армию. Кир во главе персидской армии вынудил его пойти на решительное сражение на равнине Тимбра.

Персидское войско численно уступало войску Креза. (В своей «Киропедии» древнегреческий ученый Ксенофонт упоминает о 200-тысячной армии персов, но эта цифра явно завышена в несколько раз.) Сражение на равнине Тимбра считается одним из самых ярких событий в военной истории Древнего мира.

Царь Кир построил персидскую армию на поле битвы в большое «каре» для того, чтобы его многочисленные лучники из первых рядов могли эффективно мешать лидийцам прорвать их фронт. Или, иначе говоря, полководец Кир загнул свои сильные фланги назад, отчего получился огромный квадрат. Хорошо защищенной лучниками оказалась и персидская кавалерия, в том числе верблюжья. Такое построение персидского войска для лидийцев и их военных вождей оказалось полной неожиданностью.

Сражение на равнине Тимбра началось с того, что ливийцы первыми атаковали необычное боевое построение противника и окружили его. Но при этом на углах огромного квадрата в рядах ливийского войска образовались разрывы. Лидийцы уже в самом начале битвы стали нести большие потери от вражеских стрел и дротиков. Затем Кир послал в контратаку свою конницу, которая массированным ударом разбила вражеское войско на несколько частей. Лишенные единого командования, они были уничтожены персами по отдельности.

Поражение лидийской армии было полным. Царь Крез с небольшими ее остатками бежал в свою столицу г. Сарды. Персидский царь преследовал разгромленного противника до полной победы. Сардами персы овладели только после 15-дневной осады города-крепости.

Вслед за Лидией персы подчинили себе один за другим многочисленные греческие города-государства в Малой Азии, расположенные на побережье Эгейского моря, — Фокею, Милет, Галикарнас и др. Многие из них по собственной воле признавали власть персидского царя. Это было особенно важно Киру II для будущей войны его державы против собственно Греции на противоположном берегу моря.

В 545–539 годах до н. э. персы завоевывают обширные среднеазиатские земли — Согдиану и Бактрию. Победы добывались во многом благодаря сильным ударам масс конницы во фланг и тыл противнику, что позволяло окружать его войска.

После этого основатель династии Ахеменидов обратил свой взор на богатое Вавилонское царство (Халдею), предварительно изолировав его от внешнего мира. Завоевательный поход начался в 539 году до н. э. В том же году Кир разбил под стенами столичного Вавилона войска царя Набонида, в которых не оказалось способных полководцев. Осада многолюдного города-крепости продолжалась около двух лет. Халдеи успешно отбили первый вражеский штурм.

В конце концов, по приказу Кира от города были отведены воды Евфрата: были открыты шлюзы, и тем самым понизился уровень реки под городскими стенами. По обмелевшему руслу реки персидские войска устремились на штурм той части крепостной стены, где их не ждали. Военная хитрость персидского царя застала защитников Вавилона врасплох.

Кир II Великий. Рельеф в Пасаргадах. Около 530 г. до н. э.

Так описывает взятие города-крепости Вавилона древнегреческий историк Геродот. Он утверждает, что часть описываемых событий он видел сам, а часть узнал из достоверных источников или слышал от других. Найденный же в конце XIX века летописный цилиндр сообщает, что персидская армия вступила в Вавилон без боя.

После всех этих завоеваний Персидская держава стала простираться от Индии, вдоль Аральского и Каспийского морей, черноморского побережья Малой Азии, до Восточного Средиземноморья. Изменился и сам Кир II: теперь его именовали только как Кир Великий. Среди прочих своих титулов он больше всего предпочитал такой: «царь Вавилона, Шумера, Аккада и всех четырех сторон света».

Завоевательные планы персидского царя-полководца были огромны. Перед походом в Египет он решил покорить многочисленные и воинственные племена массагетов, кочевавших в Приаралье. Состоялся большой поход. Персидская армия дошла до реки Яксарт. Массагеты заманили армию Кира II Великого (Куруша) в бескрайние степи и там, в большом сражении разгромили ее. В бою погиб и он сам. Схватки велись с такой яростью, что его телохранители не смогли отбить убитого царя у степняков. От персидской армии в несколько десятков тысяч человек в том походе мало кто уцелел.

По преданию, царица массагетов Томирис приказала отрубить голову у персидского царя и бросить ее в наполненный кровью кожаный мех.

Персидская держава после гибели Кира Великого не распалась. Его сын-полководец Камбиз II продолжит отцовские завоевания: разгромит кочевников-массагетов и завоюет Египет.

Мастер речных походов и заманивания в засаду, благодаря чему царство Вэй победило царство Чу. Автор «Книги из тринадцати глав» («Искусство войны»).

Предыстория разгрома царством Вэй царства Чу такова. После окончательного распада государства Чжоу его удельные правители повели борьбу между собой, и за столетие соперничество сузилось до трех царств: Цзинь, Чу и Вэй. Ведение войн окончательно потеряло ритуальный характер и стало более яростным.

Кульминацией военного противоборства между царствами Вэй и Чу стала продолжительная и на редкость упорная война, начавшаяся в 519 году до н. э. Это был финал почти полувекового конфликта между двумя большими государствами Древнего Китая.

Война началась с нападения вэйского войска на город Чолай (современный Фенглай в провинции Аньхой), принадлежавший царству Чу. Город был взят штурмом и подвергнут разорению. Вэйские воины увели с собой часть его населения.

После нападения на Чолай последовало десятилетие непрерывных военных действий на суше и на реке Янцзы. На речных водах не раз сходились лодочные флотилии, и победу обычно одерживали вэйцы, поскольку в рядах их армии сражалось немало выходцев из приморских рыбачьих деревень.

Ход войны изменился, когда новым царем Вэй стал Хи Лу, правивший царством до 484 года до н. э. Это был талантливый военный реформатор Древнего Китая. К концу войны между Вэй и Чу он пошел на создание первой в истории Востока армии из крестьян, призванных на военную службу. До него такого не делал ни один китайский правитель, поскольку они в своем большинстве не испытывали в силу известных причин большого доверия к угнетенным подданным.

Вэйско-чуйская война разрешилась в пользу одной из сторон только в последнюю кампанию 506 года до н. э. Царь Хи Лу сумел переманить к себе на службу талантливого военачальника из царства Цинь Сунь У (другое имя — Сунь Цзы, что означает «достопочтенный Сунь») и поручил ему ведение войны против Чу. По всей видимости, Сунь У при всех своих способностях не сразу стал главнокомандующим вэйской армии.

Поставленный царем на этот высший военный пост Сунь У решил, в отличие от прежних кампаний, нанести удар почти в самое сердце государства Чу. Вэйская армия, посаженная на суда, под его командованием спустилась по течению реки Хуанхэ на 300 километров. Там вэйцы высадились на берег и начали наступление по суше на город Инт, столицу Чу. Военачальники Чу поздно поняли опасность для царства такой глубокой речной экспедиции неприятеля. Войска Чу были разделены на две самостоятельные армии, которые попытались взять походную колонну вэйцев в клещи, нанести по ним сильный удар с двух сторон и разгромить. Однако полководец Сунь У умело воспользовался сведениями лазутчиков и сумел разгадать вражеский план, хотя тактически и хитрый, но сложный в исполнении.

Сунь У. Китайская классическая живопись

Главнокомандующий царства Вэй решился на генеральное сражение, которое произошло при Бай Джу (современный Ма Джанг в провинции Хубэй). По всей видимости, армия царства Чу имела численное превосходство, поскольку их вожди отказались от первоначального плана взять вэйцев в клещи во время их походного движения.

Сунь У начал сражение следующим образом. После привычного обстрела друг друга из тысяч луков вэйские воины провели атаку и стали поспешно отступать, преследуемые боевыми колесницами и пехотой Чу. Противник не догадывался, что таким образом Сунь У заманивал его в хорошо скрытую от чужих глаз засаду, в которой находилась, по всей видимости, немалая часть вэйской армии.

Такая военная хитрость удалась на славу. Когда преследователи оказались перед засадой, их ряды уже смешались, и чуйским военачальникам стало трудно командовать своими воинами. Последние теперь думали не столько о продолжении битвы, сколько о возможности захватить богатые трофеи у бежавших от них без оглядки вэйцев.

Внезапный удар засадных войск оказался настолько силен, что он в одночасье решил исход сражений при Бай Джу. Полководец Сунь У не остался на поле битвы, а повел безостановочное преследование разгромленных войск чуйского царя Шао до самой его столицы города Инг. При этом были взяты многие тысячи военнопленных и огромное количество трофейного оружия.

Чуйцы попытались было защитить свою столицу, но на организацию ее обороны требовалось время, которого им вэйцы не дали. По всей видимости, многолюдный город был взят атакой с ходу (или после короткой предварительной подготовки). В ходе приступа разгромленная ранее армия Чу окончательно потеряла свою организованность и в своем большинстве рассеялась в дальних окрестностях Инга.

После захвата столица царства Чу была разграблена и частью разрушена. Полководец Сунь У не стал долго задерживаться в ней, и скоро вэйская армия с богатейшей добычей, взятой из дворцов и храмов, отступила обратно на свою территорию. В царство Вэй его армия вернулась на судах речной флотилии.

Войска царя Чу на своих судах, а их они имели достаточное количество, не решились преследовать уходящего по реке противника. Чуйцы дали ему возможность беспрепятственно возвратиться домой, хотя случай для нанесения ответного удара казался удобным.

Последующие события показали, насколько предусмотрительным оказался полководец Сунь У, принявший решение как можно скорее покинуть разграбленную столицу Чу. Ее царь Шао обратился за помощью к правителю Цзинь, и тот откликнулся на просьбу соседа, преследуя, естественно, собственные цели.

Когда многочисленная цзиньская армия прибыла на место главных событий, то она увидела только развалины столичного города Инга. Полководец царя Цзинь решил не продолжать только что начавшуюся войну против Вэй, не идти походом в ее земли и возвратился назад.

Победитель Чу в той большой войне вошел в мировую военную историю не только своими деяниями на поле брани. Китайские ученые считают Сунь У (или Сунь Цзы) автором классического военно-исторического труда «Искусство войны». Но поскольку в Древнем Китае было несколько трудов с подобным названием, то, чтобы отличить работу вэйского полководца Сунь У от других подобных, ее в современном Китае обычно называют «Книгой из тринадцати глав».

Афинский стратег, по-новому посмотревший на войну Эллады с Персидской державой и сумевший защитить родной город деревянными бортами трехпалубных триер.

Правитель Персии Ксеркс к новой войне с Грецией стал готовиться заранее, понимая, что легкой она не будет. Он вознамерился собрать в столичных Сардах армию в 200 тысяч человек, из которых персами могла быть только десятая часть.

В Афинах хорошо понимали, что Марафонское сражение не поколебало военное могущество Персии. О ее подготовке к новой войне с государствами Эллады было известно доподлинно. Исходя из реалий соотношения сил, требовалось решить, как защититься на этот раз от персидских полчищ. Большинство граждан Афин поддержали предложение стратега (полководца) Фемистокла: от огромного сухопутного войска Ксеркса, которое должно было появиться из Азии, защищаться надо… деревянными бортами боевых кораблей.

Так решило народное собрание Афин. Стратег Фемистокл в 483 году до н. э. начал строить боевые корабли. На их строительство ушло все серебро, добытое за несколько лет на знаменитых в Древней Греции Лаврийских рудниках, принадлежавших Афинам.

За два года афинский военный флот увеличился на сто трехпалубных кораблей — триер, а всего их стало 300. Для них готовились экипажи, морская выучка которых была высокой. Одновременно шло укрепление гавани афинского порта-пригорода Пирея. Но к началу войны с Персией эти работы завершить не успели.

Когда в Афинах, в правительственном органе — Совете Пятисот обсуждался стратегический план на войну с Персией, стратег Фемистокл смог утвердить в сознании афинских граждан мысль, что защитить свой родной город от персидских полчищ они смогут только деревянными бортами кораблей.

Персидская армия во главе с Ксерксом выступила в поход весной 480 года до н. э. Царь собрал войска со всех сатрапий своей державы — от берегов Инда до Египта. «Отец истории» Геродот приводит поистине фантастические цифры: 1 700 000 пеших воинов (!), 80 тысяч всадников на конях и 20 тысяч — на верблюдах. Всего 100 тысяч конных воинов!

Однако исследователи определяют численность войск Ксеркса, выступивших в поход против балканской части Эллады, в 100–150 тысяч человек (вместе с флотом) и даже меньше. Для того времени это была огромнейшая военная сила.

Фемистокл. Античный бюст

Царь Ксеркс позаботился и о сборе со всего подвластного ему средиземноморского побережья кораблей. Их набиралось до 500–600 единиц. Вероятно, что какая-то часть этих кораблей строилась специально для морского вторжения в материковую Грецию.

Персидская армия медленным походным маршем двинулась от Сард к проливу Геллеспонт (Дарданеллы). Там был построен большой наплавной мост, и войска перешли на европейский берег. Греки оставили персам свои северные земли без боя: защищать они стали горный проход у Фермопил.

В это время афинский флот (вместе с союзниками) в числе 300–400 триер занимал позицию у мыса Артемисия на северной оконечности острова Эвбея. Морской бой у противника здесь греки выиграли, но после захвата персами Фермопильского прохода греческий флот отошел на юг, к острову Саламин.

В августе-сентябре персидская армия предприняла наступление от Фермопил на Афины. Большая часть жителей Аттики укрылась за укреплениями на Коринфском перешейке. Стратег Фемистокл, оставшись во главе афинского флота, добился того, чтобы горожан перевезли на остров Саламин. Персы вошли в совершенно безлюдный город, который был разграблен.

Флот Персии, примерно 700–800 боевых кораблей, подошел к Афинам. Часть его (египетская эскадра) блокировала западный проход из залива, заняв позицию южнее острова Саламин. Большая же часть флота царя Ксеркса в количестве примерно 500 кораблей выстроилась в боевую линию перед восточным проходом.

Объединенный греческий флот в составе 380 триер стоял в бухте между островом Саламин и берегом. Командовал им теперь спартанский флотоводец Энтрибад, действовавший по плану афинского стратега: тот по своей воле передал командование флотом Афин спартанцу.

Часть греческих триер встала на защиту западного прохода. Большая же часть перекрыла самое узкое место между островом и берегом. Фемистокл предвидел, что именно здесь разыграются главные события сражения на море. И он не ошибся в своих ожиданиях.

Для того чтобы заманить неприятеля в узкий пролив между материком и островом Саламин, стратег Фемистокл пошел на военную хитрость. Он написал персидскому царю письмо, в котором утверждал, будто греческий флот готов перед ним капитулировать. Ксеркс же, со своей стороны, достоверно знал, что стан греков раздирают самые острые разногласия, и единства в нем нет.

Перед рассветом 23 (или 28) сентября 480 года до н. э. персы высадились на остров Пситаллею, расположенный у входа в пролив. На берегу, на вершине холма, возвышавшегося над проливом, восседал на походном троне царь Ксеркс в окружении многочисленной свиты. Он пожелал лично наблюдать за ходом предстоящего морского сражения, которое должно было прославить его имя на века.

Персидский флот в самом тесном строю двинулся в атаку через восточный проход. Но тот постепенно сужался, и корабли неизбежно скучивались, теряя свою маневренность и мешая друг другу в движении. Начались столкновения судов, при этом ломались весла.

Греки, видя двукратное превосходство вражеского флота, какое-то время колебались в принятии решения на морскую битву. И тут из их строя вырвалась вперед триера под командованием бесстрашного морехода Аминия и первой атаковала неприятеля. За ней ринулись в бой и другие корабли греков. Так началось знаменитое в истории Древнего мира Саламинское морское сражение.

В проливе и на ближайших подходах к нему началась сумятица. Корабли не могли маневрировать в страшной тесноте и при столкновении друг с другом ломали сотни весел. Численное превосходство персидского флота сводилось на нет. Постепенно стало выясняться, что преимущество оказалось на стороне более тяжелых, основательно построенных греческих триер, которые несли на своих бортах почти всю афинскую армию — примерно 6 тысяч тяжеловооруженных гоплитов. К тому же афиняне прекрасно знали местный фарватер, изобиловавший подводными камнями, чего не знали чужие мореходы.

Противники стремились взять друг друга на абордаж, но здесь полное превосходство оказалось на стороне греческих гоплитов, к тому же горевших желанием победить врага. Царь Ксеркс с ужасом смотрел, как его огромный военный флот, собранный с большими трудами, терпел поражение от греков.

В известной исторической драме Эсхила «Персы» до нас дошла картина морской битвы у острова Саламин: «Сперва стояло твердо войско персов, когда же скучились суда в проливе, дать помощи друг другу не могли и медными носами поражали своих же — все они тогда погибли, а эллины искусно поражали кругом их…

И тонули корабли. И под обломками судов разбитых, под кровью мертвых скрылась гладь морская. Покрылись трупами убитых скалы и берега. И варварское войско в нестройном бегстве все отплыть спешило».

Саламинское морское сражение длилось двенадцать часов. Половина персидского флота (или даже более) была потоплена или пленена (около 200 судов). Греки-победители потеряли всего 40 триер. Уцелевшие персидские корабли бежали прочь от места битвы.

Потерпев при Саламине полное поражение, царь Ксеркс приказал остаткам своего флота идти на север к проливу Геллеспонт для защиты наведенного там наплавного моста. Сам он с половиной армии двинулся обратно в Малую Азию, оставив в Северной Греции другую ее часть.

Победа в морском сражении при Саламине, подлинным творцом которой стал афинский стратег Фемистокл, привела к сплочению городов-государств Эллады в противостоянии с Персидской державой.

Древнегреческий военный историк, посвятивший свой незаконченный труд противостоянию эллинского мира Востоку, который античными учеными был назван «Историей».

О личности Геродота время сохранило немного сведений. Считается, что он родился в Галикарнасе на малоазиатском берегу Эгейского моря. Получил для своего времени хорошее образование. В молодости принимал участие против тиранической власти и потому был вынужден покинуть родные места. Сегодня Геродота называют «представителем рабовладельческой демократии».

Какое-то время он жил на острове Самос. По всей видимости, состояние позволяло Геродоту много путешествовать по городам древнегреческого мира и Востока, в том числе в Северную Африку. Достоверно то, что он посетил Малую Азию, Вавилон, Финикию, Египет, Киренаику, Балканскую Грецию. Побывал на побережье Черного моря, где в греческих колониях собирал сведения о скифах. В своих путешествиях Геродот, образно говоря, «проделал путь от Скифии до Элефонтины».

Всюду Геродот собирал сведения о военной истории, государственном строе, верованиях, народах и о многом другом. Он особо интересовался о войнах прошлого и нынешнего времени, военной организации греческих городов-государств и соседних стран. О том был знаком и по преданиям «минувшей старины».

После всех этих «творческих» путешествий Геродот, по всей вероятности, уже в зрелом возрасте осел в Афинах, которые считались центром эллинского мира. Здесь он стал заниматься написанием своих знаменитых военно-исторических трудов, которые содержали в себе описание не только войн и военного дела.

В итоге его кропотливой работы на свет появился (незаконченный) труд, который античные ученые назвали «Историей». Он был разделен автором на девять книг (по числу муз). Главное содержание геродотовской «Истории» — вооруженная борьба древнегреческого мира с Востоком. Описываемые события хронологически доводятся до 478 года до н. э.

В первых четырех книгах описываются отдельные походы воинственных персидских царей: Кира (Куруша) — в Мидию (550 год до н. э.) и Вавилон (539 год до н. э.), Камбиса — в Египет (525 год до н. э.), Дария I — в Скифию (512 год до н. э.). При этом автор не претендует на полное описание военной составляющей царствований данных правителей Персии, известных своими завоевательными походами. Геродотом дается много ценной военно-исторической информации, не известной нам из других источников.

Геродот. Античный бюст

Геродот одновременно излагает историю таких государств Древнего мира, как Египет, Ассирия, Вавилония, Лидия, Мидия, Персия. Многое из описываемого он видел своими глазами и слышал своими ушами. Геродот дает первое в античной литературе систематизированное описание жизни (в том числе ее военной составляющей) и быта скифов (в четвертой книге «Истории»).

Начиная с пятой книги, Геродотом ведется рассказ о постоянных Греко-персидских войнах, начиная с 500 до 449 года до н. э. Исследователи обращают внимание на то, что историческое описание этих больших для той эпохи войн сочетается с авторским художественным вымыслом. Однако от это ценность геродотовской «Истории» не умаляется.

Военно-исторический труд Геродота основан на личных наблюдениях, рассказах очевидцев, преданиях и легендах, официальных записях и на источниках, которые не сохранились. В любом случае им была проделана огромная исследовательская работа, систематизирован огромный объем фактического материала.

Собранные древнегреческим историком многочисленные исторические факты делают его «Историю», состоящую из девяти книг, ценнейшим источником для изучения не только военных вопросов, прежде всего многих войн, но и других сторон жизни Древнего мира, его государств и народов. По всей вероятности, сохранились далеко не все его работы, о которых время умалчивает.

Но, с другой стороны, исследователи считают, что воззрения Геродота не отличаются целостностью и научной определенностью, так как многие события объясняются волей богов и стечением разного рода обстоятельств. Объяснить такое можно тем, что историк Геродот все же был человеком своего времени, а не наших дней.

Неоконченный труд Геродота «История», его отдельные книги были переведены на русский язык и увидели свет. Причем сочинения древнегреческого историка не раз переиздавались, неизменно вызывая интерес к ним. Среди них: «Скифия и поход Дария на скифов» (2-е издание, дополненное, издано в Санкт-Петербурге в 1893 году); «Греко-персидские войны» (4-е издание, вышло в Петрограде в двух частях в начале Первой мировой войны, 1914 год); История в девяти книгах (издавалась в Ленинграде в 1972 году).

Военный историк Древней Греции, одним из первых применивший критический анализ при рассмотрении воевавших в ходе Пелопоннесской войны армий, их тактики и стратегии.

Фукидида, как военного историка Древней Греции, исследователя длительной Пелопоннесской войны 431–404 годов до н. э. (участником которой он действительно был), считают одним из родоначальников исторической науки. Считают потому, что до наших дней сохранились его военно-исторические труды.

О происхождении и юношеских годах Фукидида достоверных сведений нет. Известно, что он родом из Афин. Но уже одна его образованность и тяга к написанию исторических трудов о Пелопонесской войне свидетельствуют о том, что это был афинянин не из числа простых граждан.

Античная мозаика с изображением Фукидида. Начало III в. н. э.

Достоверно известно, что в 424 году до н. э. Фукидид был избран Народным собранием граждан Афин стратегом, то есть военачальником, точнее, флотоводцем. Ему была вверена афинская эскадра, отличавшаяся своей многочисленностью и способностью действовать в любых частях Эгейского моря. Эскадра эта действовала у берегов Фракии. Однако флотоводец из стратега Фукидида получился неважный: в боевых действиях против спартанского флота афинский флотоводец действовал неудачно. Более того, он не сумел помешать спартанцам овладеть городом-государством Амфиполем в Елонии, бывшим союзником Афин в идущей Пелопоннесской войне.

Неудача афинского флота под командованием стратега Фукидида была столь серьезной и болезненной для Афин, что сограждане обвинили его в государственной измене, подвергли опале, и ему пришлось долгих 20 лет находиться в изгнании из родного города. В Афины Фукидид смог вернуться только в 404 году до н. э., то есть в год окончания Пелопоннесской войны.

Находясь в изгнании, Фукидид продолжал проявлять интерес к идущей Пелопоннесской войне. И он стал описывать ее историю. Исследователя интересовало в ней все: состояние армий и военное искусство сторон, сражения на суше и на море, личности командующих (стратегов), вооружение, тактика и стратегия враждующих между собой Афин и Спарты, их союзников. Его интересовали даже малые подробности хода этой большой для Эллады войны.

Ученик Сократа, афинянин, поклонник аристократической Спарты, воевавший на стороне Персии, популярный автор древности, «вписавший» свое имя в теорию военного искусства.

Известный своими военно-теоретическими работами древнегреческий историк и писатель имел сложную судьбу с ее неожиданными поворотами. Афинянин, ученик Сократа был ярым противником афинской демократии и убежденным поклонником аристократической Спарты. Около 403 года до н. э., после падения олигархического правительства Тридцати тиранов, Ксенофонту пришлось покинуть родной город.

Большой знаток военного дела оказался в рядах армии Кира Младшего и принял участие в его походе против брата — персидского царя Артаксерса II. В том же 401 году до н. э. в сражении при Кунаксе Кир погиб, его армия была разгромлена, а военачальники греков-наемников оказались в плену. В тех событиях Ксенофонт с его способностями командовать оказался одним из тех военачальников, которые возглавили знаменитый в истории Древнего мира поход-отступление 10 тысяч греческих наемников от Вавилона через всю Малую Азию к берегу Черного моря.

Возвратившись в Элладу, Ксенофонт стал служить царю Фракии, затем сошелся со спартанским царем Агесилаем. Он принял деятельное участие в долгой Коринфской войне 398–387 годов до н. э. на стороне Спарты. За это афинское Народное собрание приговорило своего соотечественника к смертной казни.

Ксенофонт за свои деяния получил от Спарты имение в Эдили, поселился там и стал заниматься написанием своих военно-исторических трудов, получивших в Древней Греции известность еще при жизни автора. Но когда случилась война Спарты с Беотией и спартанцы в 371 году до н. э. понесли поражение в битве при Левктрах, ему пришлось переселиться в Коринф, где он продолжил заниматься военной историей. Около 369 года до н. э. афиняне амнистировали Ксенофонта, но возвращаться в родной город он не стал, оставаясь в Коринфе до конца жизни.

Ксенофонт. IV в. до н. э.

Ксенофонт был популярен еще при жизни, а многие его труды сохранились до наших дней. Его образ — это образ мыслящего военного теоретика, да еще с хорошей военной биографией. Слава к нему пришла после того, как он создал свой знаменитый «Анабасис» — историческое повествование о том, как 10 тысяч греков-наемников вырвались из «объятий» Малой Азии и возвратились в отечество.

«Анабасис» исследователями военного искусства далекого прошлого считается первым древнегреческим военно-теоретическим трактатом. Да еще написанным человеком, участвовавшим в ряде войн той эпохи и бывшим заинтересованным свидетелем других.

В другом широко известном своем труде «Киропедия» Ксенофонт с большим знанием дела изложил принципиальные основы комплектования, организации, вооружения, воспитания и обучения войск и основы тактики в войнах своей эпохи. Это дало ему признательность в истории Древней Греции как военного теоретика, хотя это были только авторские взгляды на данные вопросы, порой полемические.

В другой своей работе «Гелленика» («Греческая история») Ксенофонт дает описание нового боевого порядка, введенного победным фиванским полководцем Эпаминондом (так называемый «косой порядок»). Работа свидетельствовала о том, как автор проницательно следил за развитием военного дела в Древней Греции, делая разбор больших сражений при Левктрах и Мантинее.

В «Воспоминаниях о Сократе», посвященных своему учителю, Ксенофонтт рассуждает о тактике и стратегии, пытаясь установить различия между ними и утвердить свои взгляды на эти две военные дисциплины.

Древнегреческий военный теоретик оставил после себя еще два труда, посвященных коннице: «Советы для начальника конницы» и «Советы для всадников».

Имя Ксенофонта и его труды были хорошо известны в старой России. Полное собрание его сочинений в пяти частях (4-е изд., испр. и доп.) было издано в Санкт-Петербурге в 1887 году. Затем его «Сочинения» увидели свет в 1935 году. После отдельными книгами были изданы «Киропедия» и «Греческая история».

Царь-реформатор, превративший Македонию в воинственное государство Древней Греции, блестяще выигравший две Священные войны благодаря редкой мощи македонской фаланги.

Македония находилась на северной окраине Эллады и долгое время находилась в стороне от ее внутренних дел. Но в середине IV века до н. э., пока между городами-государствами шли одна за другой войны, в Македонии началось образование сильного царства. В 359 году до н. э. на его престол вступил Филипп II, которому предстояло открыть новую главу истории эллинского мира.

При Филиппе II Македония окончательно превратилась в крупнейшее государство на Балканах. Он подчинил себе аристократический совет геттеров («товарищей») и Народное собрание. Среди проведенных им государственных реформ важнейшей стала военная. Основу армии Македонии продолжали составлять тяжеловооруженные пешие (из свободных крестьян) и конные (гетайры) воины.

Пехота македонян делилась на легкую, среднюю и тяжеловооруженную. Легкую составляли воины из числа беднейшего крестьянства и покоренных народов. Особенно много было в ней фракийцев и иллирийцев. Средняя пехота — гипасписты — были похожи на пелтастов, детище афинского стратега (полководца) Ификрата, но не имели дротиков.

Монета Филиппа II Македонского

Конница тоже делилась на тяжелую, среднюю и легкую, что и определяло ее задачи в бою и в походной жизни. Каждый конный боец в строю имел свое определенное место, которое не мог покинуть без разрешения начальника. Принципиально новым для армий Древней Греции в македонском войске было то, что кавалерия имела равное значение с пехотой. Македонская конница, а не легкая пехота пращников и лучников, метателей дротиков, часто начинала битву.

Царь Филипп II усовершенствовал вооружение македонских воинов. Тяжеловооруженные пехотинцы имели сариссу (пику) длиной до семи метров. Сариссами были вооружены первые шесть шеренг фаланги, которая двигалась на врага как лес выставленных вперед пик. Небольшой легкий греческий щит со временем был заменен большим прямоугольным щитом. Воины носили шлемы и имели мечи.

Македонская фаланга вбирала в свои ряды до 16–18 тысяч тяжеловооруженных воинов. Ее глубина при Филиппе II колебалась от 8 до 24 шеренг. Каждая шеренга состояла из одной-двух тысяч бойцов.

Вся страна была разделена на шесть округов для комплектования армейской пехоты и на 16 — для комплектования конницы. Каждый округ выставлял пехотную часть — «малую фалангу»; конная называлась «илой». То, что в такой части служили люди из одной местности, усиливало сплоченность всего македонского войска. Теперь государство в случае войны или ее угрозы могло собрать воедино большую армию в самое короткое время.

Македония имела и собственный, многочисленный для Древней Греции флот. При царе Филиппе II он достигал численности в 160 триер и полностью был укомплектован наемными экипажами. Команды гребцов составлялись из физически крепких рабов, в которых недостатка не было.

Македонский правитель строил новые и улучшал старые дороги, возводил крепости. Он создал большой (и потому редкий) арсенал осадных и метательных машин.

Проба сил обновленной македонской армии Филиппа II прошла на полях соседней Иллирии и в местах обитания варварских племен между Македонией и Дунаем. Государственная граница царства во всех этих случаях заметно раздвинулась. Затем монарх-полководец удачно воспользовался очередной «смутой» в самой Греции и захватил ряд афинских колоний во Фракии. Афины им на помощь не пришли.

После этого македонский царь вмешался в Третью Священную войну. Ее причиной стало то, что Фокион Афинский осквернил особо почитаемый древними греками храм в Дельфах. Союз греческих общин, проживавших вокруг этого святилища и объединившихся для его защиты, объявил при поддержке города Фивы Священную войну Афинам и ее союзникам.

Ограбление Дельфийского храма повлекло за собой большую войну в эллинском мире. Филипп II предложил свою помощь Дельфийскому союзу, преследуя собственные интересы. Македонская армия стала действовать против фессалийцев, фокейцев и афинян. В упорной битве при Воло было разгромлено войско фокейцев, а их предводитель Ономарх убит.

В ходе Третьей Священной войны Македония захватывает своего южного соседа Фессалию. Однако когда путь царской армии в Фермопилах преградило объединенное войско фокейцев, спартанцев, афинян и ахейцев, Филипп II не стал испытывать судьбу и увел свою армию на север. Там он стал захватывать одну за другой афинские колонии во Фракии и Халхидике.

Фермопилы македонская армия все-таки преодолела, но несколько позднее — благодаря подкупу начальников греческих войск, прикрывавших горный проход. Македонцы обрушились на Фокиду и еще раз разбили ее войско. После этой победы царь Филипп II был избран главой Дельфийского союза.

Войдя в Дельфийский союз, македонская армия, организованная на новой тактической основе, прошла хороший курс обучения. Теперь Филипп II мог начать более серьезные завоевательные походы, но не в землях Греции. Македонцы один за другим совершили несколько победоносных походов на запад и север от своей территории, сокрушая всех противников.

За два военных года, 344-й и 343-й до н. э., покоряется обширный, но малонаселенный Эпир, подавляется последнее противодействие в Южной Иллирии и Фессалии. Войска этих противников македонского царя уже в самом начале битв не выдерживали таранного удара тяжелой фаланги. Многие города этих областей сами открывали свои крепостные ворота перед завоевателями.

После этого Филипп II начал завоевание Фракии, то есть земель до берега Дуная. Ополчения местных племен варваров бесстрашно бросались толпами на атакующую мерным шагом грозную македонскую фалангу и, так и не сумев прорвать ее или остановить, тысячами гибли на поле брани. К 339 году до н. э. Македония раздвинула свои границы до берегов Черного моря. В завоеванных областях царь набирал людей для легкой пехоты, открывавшей сражения.

Однако Филипп II имел и неудачу. Когда македонцы завоевали берег Пропонтиды, против них восстали города-крепости Перинф и Византий, на сторону которых встали Афины. Македонцы силой оружия не смогли взять эти два портовых города, потеряв при бесплодных штурмах много воинов. И им пришлось отступить.

У монарха-полководца в эти годы вызрел план похода в Азию против Персидской державы. Однако ему было не суждено осуществить задуманное — это за него сделал сын, Александр Великий (Александр Македонский).

В греческих городах-государствах скоро поняли, какую угрозу для их суверенитета представляет Македония с ее военной мощью. Великий оратор и афинский политик Демосфен стал инициатором создания союза Афин и Фив против Филиппа II и возглавляемого им Дельфийского союза.

Эта война в древнегреческой истории получила название Четвертой Священной, хотя ее причиной не было осквернение какого-то святилища. Корни войны крылись в другом. Крупнейшие греческие города с оружием в руках выступили против угнетавшей их Македонии.

Война не была долгой и завершилась сражением при Херонее в 338 году до н. э. Объединенные войска Афин и Фив имели в своем составе около 50 тысяч человек (или их было меньше, чем у противника). Филипп II вывел на поле битвы 30 тысяч пеших воинов и 2 тысячи конных. Его кавалерией, вставшей на левом крыле фаланги, командовал 18-летний сын Александр.

Македонская тяжелая конница в первой же атаке расстроила ряды фиванцев, а затем нанесла стремительный удар во фланг и тыл афинянам. Это и решило исход Херонейского сражения. Победу довершила «железная» македонская фаланга, которая смела все на своем пути. Потери союзников были огромны — около 20 тысяч человек. Фиванцы были почти полностью истреблены. Афиняне потеряли 6 тысяч убитыми и 2 тысячи пленными, остальные спаслись бегством.

После битвы при Херонее Филипп II стал фактически некоронованным правителем Греции. Им был создан Коринфский союз греческих городов-государств, в который не вошла только Спарта. Царь Македонии был объявлен гегемоном Греции. По его предложению союз объявил войну Персии. Одновременно запрещалось грекам-наемникам служить у врагов Македонии. Однако возглавить поход Филипп II не смог, став жертвой заговора.

Александр Македонский не проиграл в своей жизни ни одной битвы, хотя в течение одиннадцати лет он сражался с противниками, как правило, имевшими численное превосходство. Его достижения в области наступательной тактики и осадной войны оказали огромное влияние на развитие военной науки. Первыми, кто стал серьезно изучать военно-теоретическое наследие победоносного полководца, были воинственные императоры Древнего мира. Древнеримский историк Аппиан так отозвался о судьбе великого завоевателя:

«Чтобы образно охарактеризовать жизненный путь и власть Александра, можно сказать, что он завладел всей землей, которую он видел, и умер, помышляя и мечтая об остальной».

По совершенным деяниям его трудно сравнить с кем-либо из великих полководцев человеческой цивилизации. Известно, что Александра Великого почитали такие потрясавшие мир завоеватели, как Чингисхан и Наполеон. Действительно, завоевательные походы царя небольшого государства на самом севере Эллады оказывали сильное воздействие на все последующие поколения, а полководческое искусство Александра Македонского стало классикой для людей, посвятивших ратному делу.

…Родился он в царской семье. Его отец, Филипп II, воинственный монарх Македонии, учил сына, как воевать и править. Другим его учителем стал древнегреческий философ Аристотель. В 18 лет Александр уже командовал тяжелой македонской конницей, став героем сражения при Херонее, проявив личную храбрость, и почитаемым в среде македонского воинства.

Вместе с престолом 20-летний Александр получил отцовскую хорошо обученную армию. Прежде всего, он утвердил гегемонию Македонии среди государств Эллады. Он заставил признать за ним неограниченную власть верховного военного вождя в предстоящей войне с Персией. Всем своим противникам Александр грозил только военной силой. В 336 году до н. э. он занял место отца во главе Коринфского союза.

Затем молодой царь совершил победный поход в долину Дуная (с форсированием реки) и приморскую Иллирию. Местных правителей он принудил к участию в Персидском походе: те охотно согласились, поскольку ожидалась богатая добыча.

Когда Александр воевал в северных землях, в Греции против македонского владычества восстали Фивы и Афины. Царь, совершив со своей армией форсированный марш, первый город взял приступом и разрушил, а второй пощадил.

Весной 344 года до н. э. Александр Македонский начал поход в Малую Азию, оставив за себя наместником военачальника Антипатра, дав ему 10-тысячное войско. Он быстро переправился на собранных для этой цели отовсюду судах через Геллеспонт во главе войска, состоявшего из 30 тысяч пехоты и 5 тысяч конницы. Персидский флот не смог помешать этой операции.

На первых порах Александр не встретил серьезного сопротивления, пока не дошел до реки Граник, где его поджидали большие силы персов во главе с полководцем Мемноном Родосским. Тот имел до 20 тысяч конницы и большое число наемной греческой пехоты. Преимущество в численности войск было на стороне персов, особенно в коннице.

Царь Македонии решительно перешел Граник и первым атаковал противника. Он без особого труда разбил и рассеял легкую персидскую конницу, а затем уничтожил фалангу наемной греческой пехоты, от которой осталось пленными около двух тысяч человек. Потери победителей составили меньше сотни воинов, побежденных — до 20 тысяч человек.

После этой победы большинство греческих городов Малой Азии открыли перед македонской армией свои ворота. Ожесточенное сопротивление оказали только города Милет и Галикарнас. В конце 334 — начале 333 года до н. э. Александр Великий покорил области Карию, Ликию, Памфилию и Фригию, а затем Каппадокию.

Через киликийские горные проходы армия Македонии двинулась в Сирию. Навстречу ей двинулось войско Персии во главе с царем Дарием III Кодоманом. Близ города Исса на севере Сирии состоялось одно из крупнейших сражений в истории Древнего мира. Дарий III не сомневался в победе: его войско имело трехкратное превосходство в людях (в источниках называется цифра в 120 тысяч человек, в том числе 30 тысяч греческих наемников).

Персидское войско занимало выгодную позицию на правом берегу реки Пинар, пересекавший долину Исса. Обойти ее с флангов было невозможно. Царь Дарий III, уверенный в своей мощи, не торопил события и потому отдал инициативу в руки противника: это ему дорого обошлось.

Александр первым начал атаку, двинув вперед фалангу копьеносцев и конницу, действовавшую на флангах. Тяжелая македонская конница (кавалерия «товарищей») под его личным командованием ринулась в атаку с левого берега реки. Ее удар в центр боевого построения персидского войска (там находился сам Дарий III со свитой) решил исход сражения.

Первой, как и на реке Граник, бежала с поля боя легкая персидская конница. Дольше всего бились греческие наемники Дария III, чья фаланга находилась в центре боевого построения персов. Чтобы сломить их сопротивление, Александр был вынужден бросить в гущу битвы своих телохранителей.

Персидские потери были огромны, до 50 тысяч человек. Многие пленные по своей воле вступили в македонское войско. Сам царь Дарий III удачно бежал от преследователей к берегам реки Евфрат с остатками своей армии.

После победы Александр двинулся в Финикию, чтобы завоевать все восточное побережье Средиземного моря. Там он неожиданно для себя встретил сопротивление финикийского города-крепости Тир (Сур), расположенного на острове вблизи берега. Тир был отделен от суши полосой воды в 900 метров. Город имел высокие и крепкие крепостные стены, сильный гарнизон и корабельную эскадру. Тирцы были полны решимости защитить родной город.

Началась семимесячная, необычайно тяжелая осада города, в которой принял участие военный флот Македонии. Царь Александр поначалу стал возводить 60-метровой ширины мол через канал, чтобы поставить на нем стенобитные и метательные машины. Но с финикийских галер, стоявших в двух гаванях Тира, неожиданно для македонцев высадился сильный десант у мола, который сжег часть его деревянных конструкций и разрушил вражеские военные машины.

Тогда Александр усилил свой флот, собрав со всего финикийского побережья до 250 судов. Состоялось морское сражение, в котором тирская эскадра, вышедшая из гаваней, была разбита. Была устроена дамба под самые крепостные стены. После многодневных «усилий» метательных и стенобитных машин героически защищавшийся Тир был взят штурмом.

После этого завоевателям покорились все города в Палестине, громе Газы, который в ноябре 332 года до н. э. был взят силой. Затем македонский царь без всякого сопротивления покорил Египет. Жрецы храма Зевса Аммона посвятили Александра Македонского в «сыны Аммона» («сына Солнца»). В Египте был основан город Александрия.

Весной 331 года до н. э. Александр Македонский получил значительные подкрепления от своего наместника в Элладе Антипатра и вновь пошел войной на Дария III, который собрал в Ассирии большое войско. Македонская армия пересекла реки Евфрат и Тигр и 1 октября того же года сошлась в битве с персидской армией у Гавгамел.

На этот раз Александр Великий имел армию в 47 тысяч человек. Войско Дария III имел численное превосходство в три-четыре раза. Царь Македонии вновь лично командовал тяжелой кавалерией «товарищей». Она в атаке пробила брешь левым флангом и центром позиции персов. Огромная армия персидского царя быстро превратилась в толпу неуправляемых людей и обратилась в бегство. Ее потери при Гавгамелах определяются в 50 тысяч человек, победителей — в 500 человек.

После этой победы Александр Македонский стал властелином огромной Персидской державы. Беглец царь Дарий III был убит собственными сатрапами. Город-крепость Вавилон сдался без боя.

Затем последовало завоевание областей Гиркании, Арии, Дрангианы, Арахозии, Бактрии и Согдианы. Македонцы встретили сопротивление только в двух последних из них.

Весной 327 года до н. э. Александр Македонский предпринял поход в Северную Индию. Теперь он вел армию в 120 тысяч человек, состоящую в основном из войск покоренных земель. Перейдя реку Гидасп, он вступил в сражение с армией царя Пора, включавшей в себя 30 тысяч пеших воинов, 200 боевых слонов и 300 боевых колесниц.

Кровавая битва на реке Гидасп закончилась очередной победой великого завоевателя. Немалую роль в ней сыграла легкая греческая пехота, которая бесстрашно атаковала боевых слонов, которых так боялись восточные воины. Изрядная часть взбешенных многочисленными ранами животных развернулась и кинулась сквозь свои же собственные боевые порядки, смешав ряды индийской армии. Ее потери составили 12 тысяч убитыми и 9 тысяч пленными. Урон победителей составил одну тысячу человек.

Затем войска Александра Великого вступили на территорию современного Пенджаба, выиграв несколько сражений. Однако дальнейшее продвижение в глубь Индии было остановлено: в македонской армии начался ропот — измотанные восемью годами походной жизни и боями воины умоляли своего царя вернуться домой, в Македонию. Тому пришлось подчиниться желанию войска и приказать повернуть на запад после того, как по берегу реки Инд они вышли к Индийскому океану.

Александру Македонскому так и не довелось вернуться домой. В Вавилоне он неожиданно заболел, и умер на 33-м году жизни. Последствия его смерти не заставили себя долго ждать. Всего через год огромная империя, созданная царем Македонии, прекратила свое существование. Она распалась на несколько постоянно враждующих между собой государств, которыми правили ближайшие сподвижники великого завоевателя.

Правитель государства Хань не был готов к достойному отпору врагу и потому попросил военной помощи у царя Ци, который до того кроваво враждовал с Вэй. Ханьский царь был искусным дипломатом своего времени: он знал, к кому и почему можно обратиться с просьбой о союзничестве. На свои же военные силы в той ситуации ему рассчитывать не приходилось.

Правитель Ци согласился оказать помощь, опасаясь, что в случае поражения Хань царство Вэй значительно усилится и станет смертельно опасным для него. Для вторжения на вэйскую территорию направляется многотысячная армия, усиленная отрядами боевых колесниц под командованием способного полководца Тянь Цзи. Ему предписывалось нанести удар по самой столице враждебного царства. Главным его советником становится стратег Сунь Пин со славным боевым прошлым.

Однако выступление цийской армии не стало большим секретом для противной стороны. Вэйский главнокомандующий Пань Чуан, узнав о походе своего старого знакомого по войнам полководца Тянь Цзи, срочно покидает со своими войсками ханьские земли и спешит на защиту своей столицы. Возможно, на то он получил строжайший приказ правителя Вэй возвратиться назад. По всей видимости, вэйцы в спешке не смогли прихватить с собой значительную часть награбленного добра. Но благодаря этому они, не обремененные богатой военной добычей, совершили быстрый переход.

Полководец Тянь Цзи, следуя советам мудрого стратега Сунь Пина, приказал своей армии ложно отступить, оставив в походном лагере многие «вещественные» свидетельства паники и беспорядочного бегства. Они выглядели весьма убедительно.

Не первый и не последний вэйский главнокомандующий Пань Чуан попался на военную хитрость противника: он и его военачальники решили, что вэйцы испугались их войск, так успешно действовавших на земле царства Хань. Пань Чуан приказал без промедления начать преследование отступавших «в большой панике» к своей границе войск Ци.

Вэйская армия, поспешая, двигалась за цийцами, которые все так же «отмечали путь своего панического бегства». Пань Чуан при всем своем опыте, уповая на «страх» цийцев перед ним, совсем забыл об элементарной на войне бдительности и о том, что разведка в походе должна вестись хотя бы ближняя.

Около 353 года до н. э. при Малине состоялось генеральное сражение, в котором древнекитайский стратег Сунь Пин продемонстрировал высокое искусство организации больших засад. По его совету полководец Тянь Цзи разместил в хорошо устроенной засаде 10 тысяч арбалетчиков (!). Армия Вэй шла в походном порядке, и, когда на нее обрушились тучи железных стрел, она оказалась не в состоянии развернуться из походных колонн в боевой строй.

Вэйская армия в самом начале Малинской битвы оказалась в ловушке. Когда цийские арбалетчики окончательно расстроили их ряды и нанесли огромный урон в людях, в атаку пошли боевые колесницы и пешие воины. Они и завершили полный разгром неприятеля. В ходе сражения вэйцы оказались почти полностью уничтоженными. Победителям достались огромные трофеи (прежде всего вооружение) и очень мало пленных для продажи в рабство.

Страшный разгром вэйской армии при Малине от цийцев никак не отразился на завоевательных устремлениях правителя Вэй. Он восстановил численность своих войск и вновь пошел войной на своего соседа, только теперь это было царство Чжао. Поход начался удачно, и вскоре неприятельская столица оказалась осажденной.

Здесь история повторилась, как было двенадцатью годами раньше. Правитель Чжао попросил военной помощи все у того же царства Ци. И вновь направление удара цийской армии не менялось — она устремилась на вэйскую столицу, опустошая все по пути. Только теперь тактическое руководство полностью осуществлял стратег Сунь Пин, оставаясь все в той же должности советника главнокомандующего.

Все повторилось в ходе той войны: царь Вэй, как только получил первое известие о вторжении в свои владения цийцев, приказал своей армии покинуть территорию царства Чжао и спешить на защиту собственной столицы. Вэйцы вновь совершили быстрый обратный марш. И на этот раз Сунь Пин сумел устроить им хитроумную засаду.

Битва двух больших армий состоялась при Гуйлине около 341 года до н. э. Вэйская армия во второй раз оказалась в ловушке по дороге. Ее сторожевое охранение не заметило вражеской засады, и вэйцы были атакованы со всей внезапностью одновременно с трех сторон. На них обрушился град арбалетных стрел, и походный строй быстро смешался. В одночасье огромная армия оказалась неуправляемой.

Беда вэйской армии сказалась и в другом. Многие ее военачальники оказались убитыми в самом начале сражения, когда до рукопашной схватки было еще далеко. Когда цийцы дружно вышли из засады на поле битвы, их противник уже обратился в повальное бегство. Только части вражеских воинов удалось спастись от настойчивых преследователей, рассеявшись по окрестным лесам.

Тактика засад, примененная цийским стратегом Сунь Пином в сражениях против вэйской армии под Малином и Гуйлином, называется по-китайски «окружая Вэй». Изучение этой весьма поучительной тактики стало неотъемлемой частью военного образования в Китае не только во времена древности, но и в XX столетии. Известно, например, что Мао Цзэдун очень высоко ценил тактическое искусство Сунь Пина, высокочтимого героя эпохи «Сражающихся царств».

Очередная война в центре Средиземноморья началась с поражения сиракузцев и их союзников в большом полевом сражении под Гимерой. После этого последовала почти двухлетняя осада города-крепости Сиракузы, которая несла в себе известные тяжести для осажденных сицилийских греков.

В это, казалось бы, тяжелое время войны тиран Агафокл решился на удивительно рискованный шаг для городского полководца. Пока большая неприятельская армия безуспешно осаждала Сиракузы, он решил перенести боевые действия… на север Африки. Агафокл Сиракузский задумал поднять там против Карфагена подвластные ему племена и с их помощью разгромить векового противника греческих Сиракуз. Такой авантюрный план был достоин восхищения современников и потомков, но, вне всякого сомнения, хорошо продуман его автором. Думается, что он все же был реалистом в той непростой для себя и родного города-государства ситуации.

Тирану Агафоклу удалось собрать армию в 14 тысяч воинов-греков (только часть из них были сиракузцами), посадить ее на 60 кораблей и отправиться в Африканскую экспедицию. Хотя на море у Сицилии господствовал карфагенский флот, который бросился в погоню за вражеской эскадрой, однако мореходы-греки оказались искуснее экипажей кораблей Карфагена.

Сиракузской экспедиционной армии удалось на шестой день высадиться на африканский берег. Прибыв на место, Агафокл сумел убедить греческих воинов… сжечь корабли, на которых они прибыли в карфагенские владения, чтобы исключить всякую мысль об отступлении или бегстве на Сицилию. С тех пор и появилось широко известное выражение «сжечь за собой корабли».

Двигаясь вдоль морского побережья на запад, на столичный Карфаген, сиракузская армия стала захватывать один карфагенский город за другим. Был взят и богатый торговый город Тунис, в котором сицилийские греки взяли богатую добычу и захватили немало кораблей, стоявших в гавани и не успевших ее вовремя покинуть и уйти в море. Опустошались поместья богатых землевладельцев.

Только после этого власти Карфагена поняли, что опасность близка и она более чем серьезна. Война из Сицилии пришла под стены города-столицы. До этого Африканская экспедиция греческих войск и планы Агафокла Сиракузского в Карфагене воспринимались чистой авантюрой, тем более что сам город-крепость Сиракузы находился уже в долгой осаде.

В Карфагенском государстве принимаются все возможные меры и не жалеют денежных, материальных средств для формирования новой, в своей основе наемной армии, поскольку «старая» все еще находилась на Сицилии. Возвратить ее в случае необходимости оттуда в скором времени не предвиделось.

Всего карфагенским властям удалось набрать около 40 тысяч пеших воинов, в своей массе легковооруженных, одну тысячу всадников и две тысячи боевых колесниц. То есть набранная (наемная) армия численно превосходило войско сицилийских греков чуть ли не в три раза.

Однако вывести свою новую армию карфагенским военачальникам в поле для битвы не пришлось: тиран Агафокл Сиракузский сам осадил город Карфаген. К тому времени он объявил себя «царем африканским». Но местные племена не торопились признавать незваного пришельца своим законным властелином. Вполне вероятно, возьми Агафокл столичный Карфаген, такое признание, подкрепленное силой оружия, действительно могло состояться.

После этого очередная Карфагенско-сиракузская война разбилась на два нешуточных очага ожесточенной борьбы. Борьба сторон за города-крепости Карфаген и Сиракузы продолжалась до 306 года до н. э. и успеха для сторон не имела. Если, разумеется, не считать взаимного опустошения захваченных чужих территорий.

В конце концов воюющие стороны, потеряв всякую надежду на успех в затянувшейся осадной войне, заключили между собой мир на условиях сохранения за собой прежних владений на Сицилии. Тиран Агафокл Сиракузский возвратился домой победителем, но с малым числом воинов, и объявил себя «царем сицилийским», но местные греки еще долго называли рискованного полководца «царем африканским».

Спустя несколько лет Агафокл Сиракузский вновь открыл военные действия против Карфагена. Он сумел отвоевать у него остров Керкиру (Корфу), и даже высаживался в Южной Италии. Известность полководца при жизни в эллинском мире была огромна.

Истории неизвестно, чем был вызван царский гнев на него. По всей видимости, спасая себя, Чандрагупта по совету ученого брахмана сделал попытку покушения на жизнь монарха. Удачной она не оказалась, и ему пришлось бежать из Магадхи, спасая собственную жизнь.

Предполагается, что беглец оказался в Пенджабе, где встречался с Александром Македонским, был рядом с ним какое-то время и успел многое перенять из греческой военной организации. Об этом свидетельствует Плутарх. Бывшему царскому «начальнику вождей» было чему поучиться у великого полководца.

После ухода македонской армии с берегов реки Инд Чандрагупта, отличавшийся деятельным характером, сумел создать союз свободных гималайских вождей. Он объединил их военные силы в единую армию под своим предводительством, организовал ее в эллинском стиле и начал свое восхождение в истории Индостана.

Во главе войск гималайцев Чандрагупта вторгся в Пенджаб. Царь Пор был убит. После завершения завоевания пенджабских земель Чандрагупта выступил в поход в верховья Ганга и достиг магадхской столицы Паталипутры. Последний царь из династии Нанда не смог противостоять нашествию завоевателей, был свергнут с престола своим бывшим «начальником вождей» и казнен.

Став правителем Пенджаба и Магадхи, Чандрагупта в 323 году до н. э. основал новую династию индийских монархов, которая вошла в историю Древнего мира под названием династии Маурья. Она продержалась у власти до 184 года до н. э. Ее столицей стала бывшая магадхская Паталипутра (ныне — город Патна в индийском штате Бихар).

Воспользовавшись тем, что после смерти Александра Великого его империя развалилась, а диадохи начали междоусобицу, Чандрагупта силой изгнал с индийских земель греко-македонские гарнизоны. Государство Маурьев превратилось в истории Древней Индии в действительно мощную державу, обладавшую огромной и хорошо организованной армией. Она была обучена, снаряжена и вооружена из царских арсеналов.

Один из диадохов, Селевк Никатор, решил вернуть Македонии, то есть лично себе, индийские завоевания Александра Великого и, более того, продолжить их. Он предпринял поход на Восток, подробности которого история для нас не сохранила, равно как и сведения о каких-либо битвах с войсками царя Чандрагупты.

В 305 году до н. э. Селевк Никатор достиг берегов Инда и тут, с полной неожиданностью для себя, встретил серьезное сопротивление. Вместо множества враждующих между собой индийских царств он столкнулся с сильным государством династии Маурьев, войско которой было хорошо устроено.

Армия Чандрагупты, по свидетельству древнегреческих историков, насчитывала 9 тысяч (!) боевых слонов, которых обслуживало 36 тысяч человек, 30 тысяч конных и 600 тысяч пеших воинов. Количество боевых колесниц превышало 8 тысяч. Скорее всего, это завышенные цифры.

Селевк Никатор благоразумно пошел на переговоры с индийским властелином и увел свою армию назад, довольствовавшись компенсацией за понесенные расходы в 500 обученных слонов. Но диадоху пришлось отдать в жены Чандрагупте свою дочь. Кроме того, они обменялись послами. Послом Селевка в Паталипутре стал грек Мегасфен, который долго прожил в Индии и оставил после себя сочинения о ней.

Чандрагупта умело распорядился отказом Селевка от македонских завоеваний в Индии. Он овладел их восточными частями на территории современного Афганистана и Белуджистана: Восточной Гедрозией, Арахозией и Паропамизом, горными областями, примыкавшими к долине Инда. Так основатель династии Маурьев обеспечил надежность своих западных границ, поставив там ряд сильных гарнизонов. Особый надзор устанавливался над горными перевалами, которые бдительно охранялись отрядами «пограничной стражи».

Свою столицу Паталипутру Чандрагупта превратил в мощную для Древней Индии крепость. Город представлял собой большой четырехугольник и был хорошо укреплен. Глубокий ров окружал его со всех сторон, высокий земляной вал и деревянный тын служили защитой от вражеского нападения. В крепости на определенном расстоянии друг от друга были устроены бойницы для лучников.

Селевкидский посол Мегасфен сообщает о 570 башнях и 64 воротах Паталипутры (!). Столица государства Маурьев, целиком построенная из дерева, процветала как город. В нем постоянно находилась немалая часть царского войска, и находился главный арсенал страны, запасы которого постоянно пополнялись.

О правлении царя Чандрагупты нам известно из сочинений его визиря Вишнугупты (или Каутильи). Тот написал трактат о государстве — «Артхашастра» («Наставление по управлению»). В нем, среди прочего, о государственном чиновничьем аппарате говорится следующее: «Чиновники — это кошки, стерегущие молоко… Когда они напились дополна, их надо выжимать и переводить на другие должности, чтобы они не пожрали все добро…»

В «Артхашастре» говорится, что царскими воинами могут стать только лично свободные люди, преимущественно из высших каст. Рабы могли быть только слугами и носильщиками воинов и выполнять на войне самую грязную работу по устройству походных лагерей и ведению земляных работ при осаде городов. В бой рабов «не пускали».

«Артхашастра» имеет военные разделы: о составе царской армии в мирное и военное время, функциях частей обслуживания, обязанностях военачальников, тактике сражений, искусстве осад и строительстве крепостей.

В трактате Вишнугупты говорится, что в случае войны царская армия усиливается за счет «рекрутских» наборов того времени. При этом требовалось не смешивать воинов высших и низших каст в одном отряде, поскольку это могло привести к ослаблению власти военачальника и внутренним раздорам.

Этот источник Древней Индии рассказывает о многом. Армия Чандрагупты была хорошо «технически» оснащена для своей эпохи. Боевые колесницы — большие повозки с высокими бортами, запряженные четверкой лошадей, — несли 4–6 воинов. Боевые слоны несли на своей спине башенку, в которой укрывались 2–3 воина (метатели легких копий и лучников), не считая погонщика.

В войсках династии Маурьев и в дальнейшем количество боевых слонов было огромно. Даже несмотря на их большую опасность для своих войск: в сражениях раненые слоны часто поворачивали назад, нанося в боевых порядках конных и особенно пеших воинов немалый урон.

Только в конце II столетия до н. э. в Китае нашелся полководец, который изобрел новый способ ведения войны с упорными в набегах хунну. И более того, смог одержать над ними большую победу. Это был полководец царства Чжао прославленный Ли Му, древнекитайский мыслитель.

Он был послан на охрану северной границы ваном (правителем) Чжао в трудные годы, когда хунну совершали один за другим опустошающие китайские земли походы. Ли Му сразу же проявил себя деятельным полководцем, сделавшим борьбу с кочевым народом делом своей жизни и чести.

Для начала Ли Му устроил вдоль границы сигнальные башни, стража которых была в полной готовности подать сигнал о вторжении хунну. Затем он заслал во враждебные кочевые племена опытных шпионов, которые заблаговременно извещали его о готовящемся вторжении в пределы царства Чжао.

Одновременно полководец укрепил полевые лагеря китайских войск, стоявших на границе. Они превращались в настоящие крепости, защищенные от ударов кочевой конницы. Ли Му заботливо относился к воинам: их хорошо кормили и одевали, вовремя выплачивали жалованье. Одновременно возросли и требования к воинам: боевым обучением они теперь занимались каждодневно.

Ли Му понял главное: чтобы победить кочевников, надо научиться воевать по-хуннски. И надо мыслить, как военные вожди хунну в набегах. Он начал учить воинов Чжао скакать на конях во весь опор, стрелять из лука с обеих рук на скаку, умело владеть копьем и мечом. Полководец хотел видеть превосходство своих воинов в конном бою.

Такое воинское обучение шло долго и продвигалось вперед с немалыми трудами. Но Ли Му был настойчив и терпелив. И в итоге он добился своего: войско царства Чжао получило в свои ряды хорошо обученную воевать по-хуннски многочисленную конницу.

Ко всему прочему полководец, обучая свои войска воевать по-новому, одновременно проявлял высокую меру военной хитрости. За эти годы хунну не раз вторгались в китайские земли, готовые смять на своем пути всякие заслоны. Ли Му, своевременно получавший информацию о начале вражеских вторжений, уклонялся от решительных сражений, уводя войска за крепостные стены и ведя с кочевым народом оборонительную войну.

За несколько лет таких действий хунну привыкли к подобной тактике своего противника. А китайские воины все увереннее чувствовали себя в седле. Однако научиться воевать по-хуннски им было непросто. За время переучивания царских войск полководец Ли Му претерпел много насмешек над собой и от своих, и от чужих: «Ли Му трус!» Но он терпел, веря в задуманное и ожидая своего часа.

Однако такие слова сыграли свою роль. Ван царства Чжао снял с должности Ли Му и назначил на северную границу нового полководца. Тот стал воевать с хунну по старинке, выводя войска навстречу кочевникам, которые легко побеждали пеших китайских воинов. А затем хунну грабили села и плохо укрепленные города, возвращаясь в степь с богатой добычей и многочисленным полоном для продажи в рабство.

Наконец ван Чжао понял свою явную ошибку и вернул Ли Му к себе на службу. Тот вернулся на границу и начал все сначала. Подчиненные ему войска продолжили обучение воевать по-хуннски. Наконец настал день, когда полководцу донесли, что кочевой народ двинулся в большой набег на земли царства Чжао.

Ли Му опять пошел на военную хитрость. Как только передовые отряды хунну показались на границе, он «проиграл» им несколько стычек. Вожди кочевого народа в очередной раз уверовали в свою силу и полное превосходство над китайскими войсками. Этого и добивался полководец царства Чжао.

Когда же собравшееся воедино войско кочевого народа двинулось на юг, Ли Му, внимательно следивший за ходом его движения, сумел заманить неприятеля в большую долину. Там хунну были незаметно окружены китайцами, что стало для них полной неожиданностью.

В той долине развернулось одно из крупнейших сражений с кочевниками в истории Древнего Китая. Истории с большой точностью неизвестен ни год той битвы, ни место состоявшегося события. Достоверно лишь то, что Ли Му наголову разбил степняков, воюя против них по-хуннски. Те такого от хорошо известного им противника никак не ожидали, будучи сломлены упадком духа.

Известно и то, что китайцы в том сражении пленных не брали, уничтожив почти все кочевое войско, отправившееся в поход на земли царства Чжао. Спастись, вырвавшись из кольца окружения, удалось совсем немногим. Чудом спасся и вождь хунну со своими телохранителями.

Та великая победа Ли Му над кочевым народом для северных китайских земель значила очень многое. После той битвы хунну в течение десяти лет не подходили даже близко к границам царства Чжао, настолько страшен им оказался урок, преподнесенный по-хуннски мыслящим полководцем Ли Му.

Царь Ин Чжэн начал осуществлять свои далеко идущие планы с реорганизации собственной армии. Ее костяком он впервые сделал не боевые колесницы, которые уже отживали свой век, а конницу. Такое для большинства царств Древнего Китая воспринималось психологически трудно.

Циньская кавалерия сформировалась в результате длительных военных конфликтов на северных степных границах, шлифуясь, как часть армии, в постоянных столкновениях с воинственными народами хунну (или сюнну, предками гуннов) и киданями (или китаями). Первые совершали набеги на циньскую границу из монгольских степей. Вторые стали создателями государства Ляо, которое было уничтожено чжурчжэнями.

Создание многочисленной кавалерии привело к тому, что в армии Ин Чжэна боевые колесницы стали выполнять вспомогательную роль и уже не царили на полях битв как прежде. Конные воины в большом числе легко проходили по тем дорогам, которые оказывались недоступными для боевых колесниц. Поэтому стала меняться циньская наступательная тактика — ее войска стали более маневренными.

Устроив собственную армию, царь-полководец Ин Чжэн в 228–221 годах до н. э. приступил к выполнению своих широких завоевательных замыслов. Началось военное противостояние царств Цинь и Чу. Однако правитель первого из них мудро решил пока не обострять противоборство со своим самым серьезным соперником за главенство в Древнем Китае. Поэтому столкновения между их войсками носили чаще всего характер пограничных конфликтов.

Такая военная политика в отношении государства Чу позволила талантливому венценосному полководцу Ин Чжэну вести одновременно пять (!) завоевательных войн против царств Чжао, Хань, Вэй, Янь и Ци. Циньская армия нанесла всем им полные поражения, и эти независимые государства прекратили свое существование, став частью владений Цинь. Подобная судьба постигла и Чу.

Завоевание сразу пяти царств возвеличило полководца Ин Чжэна. В 221 году до н. э. он торжественно принял титул императора — хуанди. Теперь он стал именоваться Цинь Шихуанди, став основателем империи династии Цинь.

Так в Древнем Китае образовалась первая империя. Она появилась благодаря разумной военной политике и хозяйственной деятельности Ин Чжэна и его ближайших предшественников. В китайской истории открывалась новая страница.

Правление первого императора Древнего Китая оказалось недолгим, но памятным для мировой истории. Во-первых, Цинь Шихуанди основал огромную Циньскую державу. Во-вторых, он создал такую систему государственного правления, которая просуществовала 2100 лет (!).

В-третьих, он стал «автором» Великой Китайской стены. С этой целью он соединил все пограничные стены, которые строили местные правители для защиты своих земель от постоянных набегов кочевников. Стена «первого монарха» протянулась на 3000 километров. Великая стена, или по-китайски, «стена 10 000 ли» (Ван-ли-чанчен) первоначально строилась из земли и глины. Позднее она была облицована кирпичом и камнем.

Это гигантское укрепление протянулось от берегов Чжилийского залива до границ Китайского Туркестана. Стены имели высоту до десяти метров при толщине у основания шесть метров. По ней могли проскакать бок о бок шесть всадников. Общая длина стены составляла 6950 ли (ли — 614,4 метра).

По повелению Цинь Шихуанди на работы по возведению Великой Китайской стены (вернее, по сращиванию в единую линию ранее построенных стен) было согнано около двух миллионов человек. Это были главным образом военнопленные и осужденные преступники.

Император, перед тем как продолжить завоевания, решил привести в полное подчинение себе многочисленных самовластных феодалов. С этой целью он твердой рукой разоружил все феодальные армии, а конфискованное оружие, которое не годилось для императорской армии, повелел переплавить в сельскохозяйственные орудия и статуи, в том числе и своей персоны.

Оградившись Великой Китайской стеной от кочевых племен северных степей, Цинь Шихуанди совершил серию успешных военных походов к югу от реки Янцзы. Он прозорливо видел из своей столицы Сяньян, что великое будущее созданной им империи связано с присоединением к ней плодородных южных земель, заселенных «иноземными» племенами. Те в силу своей разобщенности не могли оказать должного сопротивления циньской армии. В главных операциях он командовал ею лично.

Цинь Шихуанди имел для завоевательных походов двух надежных, опытных полководцев — Мин Тэна и Чжан То. Императорские армии под их командованием в течение семи лет завоевали обширную территорию на Юге, раз за разом переправляясь на противоположный берег полноводной реки Янцзы, используя для этого лодочную флотилию. Мин Тэном и Чжан Тао были завоеваны земли современных провинций Фуцзянь, Гуандун, Гуанси.

Циньская империя еще при ее основателе вышла из границ современного Китая. Были завоеваны на крайнем Юге северная часть Вьетнама — область Тонкин (современный Бакбо) и северная часть Кореи.

Император Цинь Шихуанди оставил после себя хорошо устроенное государство с сильной и многочисленной армией и флотом — речным и морским. Он начал переход на железное вооружение. Его армия состояла преимущественно из тяжеловооруженной пехоты, арбалетчиков (пришедших на смену лучникам, тяжелой коннице и боевым колесницам). Имелись отряды конных арбалетчиков.

Основной армейской единицей являлась тысяча воинов, которая делилась на более мелкие подразделения. Несколько тысяч сводились в более крупные соединения. Высшее командование назначалось из лиц, составлявших ближайшее окружение императора. Младшие командиры назначались за проявленную доблесть из рядовых воинов.

Основным оружием циньского пешего и конного воина стало копье с железным или бронзовым наконечником. Реже использовался метровой длины меч с одной режущей кромкой. Все воины, кроме легкой пехоты, носили чешуйчатые панцири из маленьких бронзовых пластин. Защитой служила и толстая стеганая одежда. Панцири отличались такой прочностью, что китайцы в древности не пользовались щитами.

Арбалеты сложной конструкции стали применяться в Китае за тысячу лет до их массового использования в европейских армиях. Для натяжения тетивы служила сила мышц спины и двух ног. Арбалетная стрела пробивала любые доспехи из металла.

Основой циньской армии являлись массовые ополчения крестьян в возрасте от 16 до 60 лет, способных носить оружие. При примерной численности населения Циньской империи в 12 миллионов человек, она могла выставить ополченческую армию в один миллион воинов. В свой последний большой поход правитель Цинь Шихуанди повел армию в 600 тысяч человек.

Цинь Шихуанди ввел в императорской армии сложную организацию. Достаточно сказать, что существовало 20 ступеней оплаты воина в зависимости от должности и срока службы. Продвижение по этим ступеням вверх зависело от звания и личных заслуг на войне. Дисциплина в армии была строгой, а наказания за ее нарушения очень суровыми.

По всей Циньской империи были созданы арсеналы, склады и зернохранилища. Из них войска получали все необходимое на случай войны. Такие тыловые армейские базы охранялись сильными гарнизонами по одной веской причине: в стране часто вспыхивали восстания, и их участники, естественно, пытались вооружиться и существовать за счет государственных запасов оружия, доспехов и зерна.

Кроме того, Гай Марий клятвенно обещал делиться со своими солдатами военной добычей. А она всегда была притягательной для легионеров, которые могли за один удачный поход обогатиться и устроить собственное благосостояние.

В итоге военных реформ Гая Мария Римская республика получила профессиональную, хорошо обученную и закаленную в войнах и походах многочисленную армию. Ее особенностью уже в ближайшем будущем станет преданность удачливому или популярному полководцу. Так в Древнем Риме появилась крупная политическая сила в лице собственной армии.

Гай Марий, выступив во главе сформированных им легионов в поход на юг Галлии, действовал крайне осторожно и предусмотрительно. Он строго соблюдал советы сирийской предсказательницы Марты, которую возили за ним повсюду в носилках. В ходе маневров легионеры приобретали выносливость и два года закалялись походной жизнью.

Наконец, в 102 году до н. э., племена кимвров и тевтонов вознамерились вторгнуться в Италию. Тогда консул Гай Марий построил на берегах Роны при впадении в нее Изары хорошо укрепленный лагерь. «Варвары» три дня безуспешно совершали на него нападения, неся при этом большие потери. После этого тевтоны, прекратив бесполезный штурм вражеской полевой крепости, двинулись через Приморские Альпы на итальянские земли.

Армия Гая Мария последовала за ними. У Секстийских вод (или Секста) состоялось большое сражение, в котором консул вынудил неприятеля атаковать его на холмистой местности, которая не позволяла успешно действовать многочисленной коннице «варваров». Римские легионы добились большой победы, напав на тыл атакующих тевтонов из засады и заставив их отступить.

Считается, что в битве у Секстийских вод погибло около 90 тысяч «варваров», а еще 20 тысяч вместе с вождем тевтонов Тевтободом было захвачено в плен. Военнопленных ожидала только одна участь — быть проданными в рабство.

Тем временем кимвры во главе с вождем Бойориксом, удачно перевалив через труднопроходимые Альпийские горы, разбили армию консула Гая Лутация Катулла в сражении в долине реки Адуи и остались зимовать в долине реки Пал (По).

Гай Марий спешно прибыл из Рима на помощь Катуллу. В 101 году до н. э., 30 июля, при небольшом городке Верцеллы произошло решающее сражение 50-тысячной римской армии с племенами кимвров, которые были в буквальном смысле слова уничтожены без всякой жалости. После Верцелльской битвы народ кимвров престал существовать как таковой.

Победители безжалостно перебили 140 тысяч варваров-германцев (мужчин, женщин и детей), оставшихся в живых 60 тысяч человек взяли в плен для продажи в рабство. Так военным реформатором консулом Гаем Марием была выиграна Кимврская война.

Итак, полководец Гай Марий, остававшийся консулом четыре года и преобразивший римскую армию, спас Вечный город от нашествия германских племен кимвров и тевтонов. За одержанную победу в войне с «варварами» он удостоился почетного титула «третьего основателя города Рима».

Гаю Марию не довелось до конца своей жизни остаться одним из самых признанных лидеров Римской республики. Он станет принципиальным противником Луция Корнелия Суллы, стремившегося к личной диктатуре, и скрестит с ним оружие в гражданской войне, которая потрясла Древний Рим. Гай Марий, прославленный победитель и истребитель племен кимвров и тевтонов, проиграет Сулле, как говорится, в чистую.

В первом же своем галльском походе Цезарь столкнулся с кельтским народом — гельветами, почти 100-тысячное войско которых значительно превосходило силы римлян. Наместник все же сумел разбить варваров, неожиданно атаковав их при переправе через реку Арар в июне 58 года до н. э. В той битве гельветы потеряли более 30 тысяч своих воинов.

Второе сражение с гельветами состоялось в июле того же года при Бибракте. Гай Юлий Цезарь имел 30 тысяч легионеров, 20 тыс. вспомогательных галльских войск и 4 тыс. конных галлов. Эта битва имела большое значение, так как поражение в ней означало личную катастрофу для Цезаря. Чтобы лишить свои войска возможности отступать, он отнял лошадей у всех командиров легионов, потребовав от них стоять в сражении до последнего человека.

В результате битвы гельветы оказались наголову разгромленными: погибли 130 тысяч воинов и членов их семей. Гельветам пришлось признать над собой власть Рима и вернуться туда, откуда они пришли. Это было требование Цезаря.

В том же году близ современного французского города Милюз Цезарь во главе 36-тысяченого войска разбил войско германского народа секванов (свевов). Он проявил военную хитрость, спровоцировав варваров напасть на ближайший к ним римский походный лагерь. Но стоявшие там два легиона отразили атаку, после чего наместник Галлии обрушился на секванов со всеми своими силами. Тем пришлось бежать за Рейн.

В 57 году до н. э. против Рима выступили белги, проживавшие на северо-западе Галлии. Цезарь, узнав о сборе их ополчения, решил упредить новоявленного противника, сам вторгнувшись в Белгику во главе 60-тысячной (в том числе 40 тысяч легионеров) армии. Племена белгов не ожидали появления римлян на своих землях. Победа Цезаря в состоявшемся сражении была полной: фактор внезапности был на его стороне.

Гай Юлий Цезарь становился подлинным героем римских легионов. В том же 57 году до н. э. он разбивает ополчения нервиев и адуатков (штурмом взял их столицу, хотя в яростных уличных схватках приняло участие практически все население города).

56 год до н. э. начался для Цезаря войной с венетами, обитавшими в современной Бретани. Война свелась к осаде многочисленных маленьких укрепленных городков венетов. Решительным было лишь морское сражение в бухте Киберон. Легкие римские галеры не могли противостоять тяжелым крупным кораблям венетов. Однако римские воины нашли выход из положения: они стали рассекать снасти вражеских кораблей серпами, привязанными к концам длинных шестов.

В том же году Цезарь совершил поход против белгских племен моринов и менапов. Те, потерпев поражение, поспешили укрыться в непроходимых лесах современной Голландии.

В 55 году до н. э. под Треверой состоялось сражение между 50-тысячной армией наместника Галлии и примерно 200-тысчным войском узинетов и венктеров, вторгшимся во владения Рима в долине реки Маас (Мез). Битва больше напоминала резню легионерами нестройных толп германцев, которые оказались не только наголову разгромлены, но и понесли такие огромные потери, что лишь очень немногим удалось переправиться обратно через Рейн. После победы римляне полностью истребили женщин и детей этих двух германских племен.

В июне того же года римская армия переправилась через Рейн в районе современного Бонна. Для этой цели был построен мост, считающийся шедевром военно-инженерной мысли Древнего Рима. Цезарь путем запугивания заставил германские племена присягнуть Риму. После этого он вернулся в Галлию, приказав на всякий случай уничтожить за собой мост.

В августе 55 года до н. э. Цезарь во главе двух легионов высадился на берег Британии. На берегу его ожидало войско бриттов, имевшее много боевых колесниц. Высадка легионеров происходила под прикрытием «огня» установленных на кораблях катапульт. После ряда тяжелых боев стороны заключили перемирие, и через полмесяца цезарианцы вернулись в Галлию.

В июле 54 года до н. э. Цезарь повторил вторжение в Британию. Теперь он имел под своим командованием армию в 22 тысячи человек (5 легионов и 2 тысячи кавалеристов), которые переправились через Ла-Манш на 800 мелких судах. Вскоре после высадки разразившийся шторм потопил значительное число кораблей завоевателей.

На этот раз войско бриттов было легко разбито. Цезарь двинулся в поход, переправившись через Темзу западнее современного Лондона. После неудачной попытки захватить укрепленный лагерь римского флота бритты запросили мира и номинально подчинились Риму.

В 54–53 годах до н. э. в Галлии вспыхнуло антиримское восстание во главе с одним из племенных вождей Амбиориксом. Цезарь во главе 50-тысячной армии осадил город Аверикум (современный Бурж во Франции), но взять его не смог: все штурмы галлы отбили. Когда у них кончилось продовольствие, их войско смогло тайно покинуть город.

В 52 году до н. э. римляне, осаждавшие без всяких надежд город Герговия, сошлись в сражении с галлами, которыми командовал вождь Верцингеторига. Цезарю пришлось отступить: его армия испытывала большие трудности с доставкой провизии.

В том же году Цезарь во главе той же 50-тысячной армии осадил город Алезию, который защищали 80 тысяч пеших и 15 тысяч конных галлов. К ним на помощь пришли белги, которые были разбиты в полевом сражении. На следующий день защитники города капитулировали вместе со своим вождем. На этом завоевание Галлии (современные Франция, Швейцария, Бельгия и Нидерланды) завершилось. Победы способствовали росту популярности Гая Юлия Цезаря в Риме.

Пока Цезарь воевал в Галлии, триумвират распался: Марк Красс погиб в сражении против парфян. Началась длительная и кровопролитная борьба между Цезарем и Гнеем Помпеем. Началась очередная гражданская война в Древнем Риме, который разделился на два лагеря.

В 49 году до н. э. Сенат потребовал от Цезаря распустить армию и возвратиться в Рим как частное лицо. Тот в ответ повел свои легионы на Рим, перейдя реку Рубикон. Цезарианцы заняли Северную Италию и изгнали помпеянцев из Рима. Затем Цезарь «замирил» Испанию, где Помпей был наместником: его легионеры пополнили армию победителей.

Из Испании Цезарь морем прибыл в Грецию, где нанес поражение армии Помпея в битве при Фарсале 9 августа 48 года до н. э. Но гражданская война продолжалась. Последнее ее сражение (и последнее в полководческой биографии Гая Юлия Цезаря) состоялось под Мундой 17 марта 45 года до н. э. Помпей, потерявший в тот день 30 тысяч человек, бежал в Египет, где был убит своими приближенными.

После его смерти помпеянцы прекратили сопротивление. Гражданская война завершилась полной победой цезарианцев. В 44 году до н. э. Сенат объявил Цезаря пожизненным диктатором Рима.

Гай Юлий Цеарь вошел в мировую историю как великий полководец. Он отличался дальновидностью и предусмотрительностью при решении стратегических задач, как в ходе Галльских войн, так и в ходе гражданской войны с Помпеем. Свои легионы он стремился располагать на театре военных действий сосредоточенно, умело создавал превосходство над врагом на нужном направлении. На поле битвы располагал свою армию в три боевые линии, последняя из которых являлась резервом. Эффективно использовал разведку. После победы организовывал преследование разгромленного противника на большую глубину.

О набегах гуннов во главе с бесстрашным Аттилой, который первым бросался в кровавые схватки, складывались легенды. Они умело обходили препятствия и в любой момент могли оказаться в неприятельском тылу. Битвы гуннская конница начинала с того, что засыпала вражеские ряды тучами разящих стрел, которые выпускались всадниками на полном скаку. После того как неприятель оказывался сильно расстроенным, завязывались рукопашные схватки.

К началу вторжения гуннов в Западную Римскую империю ее император Валентиан III успел заключить долговременный союз с королем вестготов Теодорихом I, имевшим многочисленное войско.

Аттилу такой военный союз не пугал. Собрав все свои силы, он в начале 451 года выступил из Паннонии в большой поход. Европа еще не испытывала такого вторжения «варваров». Риму казалось, что против него поднялись на войну все кочевые народы Придунавья и его далеких окраин.

По некоторым данным, войско Аттилы стояло из 500 тысяч конных воинов, что, по всей вероятности, является сильным преувеличением современников. Но в любом случае оно для той эпохи было огромным.

Стремительно пройдя через всю Германию, гунны и их союзники обрушились на Галлию, успешно перейдя полноводный Рейн. Большие реки не являлись для них серьезной преградой. Все, встречавшееся на их пути, предавалось опустошению и огню. Там, где проходили конные полчища Аттилы, оставались пожарища и развалины.

Укрыться от кочевников можно было только в лесах или за каменными крепостными стенами городов и замков. На овладение ими гунны не тратили время. Их вождь, прекрасно усвоивший тактику конных набегов большими силами, старался не задерживаться долго на одном месте. В противном случае его конные полчища утрачивали возможность внезапно напасть на врага и быстро одержать победу.

Однако гунны уже умели брать приступом крепости. В том походе войско Аттилы разорило Трир, Мец на Мозеле, Аррас и ряд других укрепленных годов. Столкновений в чистом поле конные гунны имели мало, поскольку местные правители предпочитали отсиживаться за крепостными стенами.

Когда гуннская конница подошла к Орлеану, на помощь его сильному гарнизону с многочисленными войсками выступили римский полководец Аэций и вестготский король. В Галлии союзники соединились и двинулись на выручку осажденному Орлеану. Аттиле пришлось снять осаду богатого города — он опасался в случае битвы получить удар в спину от его гарнизона.

Вождь гуннов отошел от Орлеана и расположился походным лагерем на Каталуанской равнине вблизи города Труа, изготовившись к битве. Местность давала ему прекрасную возможность маневрировать массой конницы.

Полководец Аэций и король вестготов не замедлили явиться на берега реки Марны. Здесь в 451 году и произошла знаменитая в мировой истории битва на Каталунских полях между римлянами и их союзниками, с одной стороны, и гуннами и их союзниками — с другой.

Сражение состоялось на обширной открытой равнине. Оно началось, как и ожидалось, яростными атаками конных лучников гуннов. Правый фланг и центр их противника с трудом выдержали натиск гуннов и устояли на месте, хотя «варвары» беспрерывно засыпали врага тучами стрел.

На правом же фланге воинственные вестготы в самый разгар сражения предприняли атаку и разбили противостоящих им варваров, но при этом погиб их любимый король. Решив не испытывать больше судьбу в этот день, Аттила был вынужден вернуться в свой лагерь, понеся большие потери в людях и конях. Римляне и вестготы не решились напасть на отходивших с поля битвы гуннов. Продолжение сражения могло обернуться для них поражением.

Вестготы, омраченные гибелью своего короля, отказались от продолжения борьбы. Не пошел на это и царь Аттила — он беспрепятственно вывел свое конное войско из Галлии. Гунны ушли за Рейн в свои пределы, но при отходе им пришлось оставить часть своей военной добычи.

В следующем, 452 году гунны снова предприняли поход против Западной Римской империи. Прорвавшись через пограничную укрепленную линию, они опустошили Северную Италию, разрушили город Аквилею и подошли к самому Риму. Аттила осадил было Вечный город, но немедленно штурмовать его не стал. Одной из причин этого стали многочисленные болезни в рядах его войска, от которых оно заметно сократилось. Но об этом в Риме не знали. Была и еще одна серьезная причина ухода гуннов из Италии — на полуострове свирепствовал голод, который коснулся и завоевателей.

В итоге Рим купил за большие деньги мир у царя гуннского народа. Аттила ушел из Италии назад в Паннонию, на привольные венгерские равнины. Своих союзников он распустил по домам. Вскоре он ушел из жизни. С его смертью созданное им царство стало терять свою силу и через два десятка лет распалось. Такова была историческая судьба многих держав, основанных на авторитете и силе их создателя — великого завоевателя.

Аттила был великим полководцем своей эпохи. Он обладал до тонкостей искусством ведения набеговой войны массами степной конницы. Отличительной особенностью его тактики являлось умелое маневрирование конницей и сбережение воинов в сражениях благодаря применению многих тысяч конных лучников. Его войско никогда не имело обременительных обозов, поскольку все необходимое им на войне гунны возили на лошадях. Ко всему прочему царь-завоеватель, помимо полководческого таланта, обладал неукротимым боевым духом, который на войне передавался не только его воинам, но и союзникам.

Большинство историков считает Аттилу жестоким «варваром», стремившимся сокрушить две христианские Римские империи. Однако умалять или умалчивать его полководческие заслуги никто из них не решился.

Организационно сухопутная армия Византийской империи при Юстиниане I состояла из пехоты, конницы, дружины полководца (магистра армии), войск союзников-федератов и дворцовой гвардии, которая делилась на отряды — скилы. Пехота и конница делилась на меры (6 тысяч воинов), те — на мери (2 тысячи воинов), те — на тагмы (в пехоте по 250 человек, а в коннице — по 200–400 всадников). Конная тагма состояла из сотен, десятков и пятков.

В Византии отработалась система укрепленных линий. Но в отличие от римских они не представляли из себя сплошных валов с дозорными башнями на них. Это были линии укрепленных пунктов, в которых располагались сильные гарнизоны. Большая часть поместий в балканском приграничье была превращена в хорошо защищенные замки.

Такая военная организация позволяла Византийской империи длительный исторический срок успешно противостоять нападениям своих воинственных соседей — варваров, славян, Персии и других. Но не только защищаться, но и самой нападать на них, как это делал Юстиниан I «руками» полководца Велизария.

Первая Персидская война не обещала успехов Византии, начавшись с поражений. Успех к императорской армии пришел тогда, когда ее магистром (главнокомандующим) в 25 лет (!) был назначен талантливый фракиец Велизарий. В 529 году он провел успешный рейд во вражеский тыл, который персы не смогли отбить.

Полководческую же славу Велизарий получил в большом сражении под пограничной крепостью Дарой, в которой он ранее командовал гарнизоном. Битва состоялась в 530 году. Велизарий подошел к Даре с 25-тысячной армией первым и устроил под крепостными стенами подковообразное земляное укрепление. Оно состояло из глубокого рва и высокого вала с проходами для вылазок.

Армия «царя царей» Кавада I состояла из 40 тысяч человек (в основном персы и арабы). Первая атака на полевое укрепление византийцев была отбита градом стрел. Получив 10-тысячное подкрепление, правитель Персии вновь подступил к Даре. Для битвы он построил свое войско в две боевые линии с сильным резервом, состоявшим из «бессмертных» «царя царей». Велизарий не изменил прежнего положения, укрыв большую часть своих сил за рвом и валом. Он лишь скрыл в засаде отряд наемников-германцев (по предложению их предводителя).

Сражение началось с длительного обстрела друг друга из луков. Но здесь попутный ветер хорошо помог византийцам — их стрелы летели дальше. Расстреляв весь запас стрел, в том числе и возимый на верблюдах, персы и арабы атаковали левый фланг позиции противника. Они стали брать верх, но тут в спину атакующим ударил засадный отряд германцев, которые начали «метать» стрелы в сплошную массу вражеских воинов.

Тогда Кавад I всей массой своего войска атаковал другой фланг византийцев и был близок там к успеху. Но Велизарий в самый критический момент сражения перебросил туда часть своих конных лучников, и персы с арабами в полной неожиданности оказались в полуокружении. Потеряв много людей, они обратились в бегство. Магистр Велизарий оказался победителем.

В следующем, 531 году он не позволил персидскому войску с союзниками-арабами разграбить приграничье Византии. С помощью речной флотилии и союзников-гуннов Велизарий разбил противника у переправы через реку Евфрат в их походном лагере.

Вновь отличиться полководцу Велизарию довелось в длительной войне Восточной Римской империи с варварами, которые «поглотили» Западную Римскую империю вместе с Вечным городом. Император Юстиниан I повел борьбу с готами, задавшись целью изгнать их из Италии.

Для начала была проведена десантная операция по захвату острова Сицилия. Магистр Велизарий имел немного сил, около 10 тысяч человек. Ожидаемого противостояния готов на Сицилии он не встретил, сразу же перебросив свои войска на Юг Италии. Там Велизарий овладел городами Неаполем и Римом, и двинулся в поход в Северную Италию, где находилась готская столица Равенна и где готы собирались с силами. Их войско в Италии доходило до 150 тысяч человек, и большинство его составляла конница.

Византийцы овладели Равенной, которая была хорошо укрепленным городом. В большинстве столкновений они одерживали верх над готами, хотя уступали им в численности. Варвары давно уже не походили на тех конников, которые впервые появились на итальянской земле. Теперь они стали тяжеловооруженными всадниками, имевшими добротное защитное вооружение, копья и мечи. Кони готов тоже покрывались защитными доспехами и потому были мало уязвимы в бою, в том числе и для дальнобойных вражеских стрел.

Велизарий нашел «ключ» для борьбы с такой кавалерией. Готских конников он одолел с помощью конных лучников. Те густо летевшими стрелами старались ранить вражеских коней, куда только можно, и готам в таких случаях приходилось спешиваться. Лучников они имели крайне мало, и те были пешими.

Был найден и другой путь к победе над готами. На сторону византийцев в той войне перешло немало готских гарнизонов: они просто нанимались за более высокую плату к правителю Константинополя Юстиниану I.

Новый король готов Тотила в 541 году сумел собрать большое войско и изгнать 12 тысяч византийцев из всех городов Италии. Об ожесточенности в той Византийско-готской войне говорит тот факт, что Рим несколько раз переходил из рук в руки. И в итоге Вечный город оказался сильно разрушен.

После этих неудач Велизария отозвали в Константинополь. Но его звезда не закатилась после неудач на итальянской земле. Он не раз отличился во второй Византийско-персидской войне, которая с перерывами длилась с 539 по 562 год.

После успехов персов в Сирии, Колхиде и Лазике император Юстиниан I поручил командование войсками в Сирии и Месопотамии Велизарию. Тот за три года сумел изгнать персов из всех захваченных ими византийских владений. Последними его победами во славу монарха Константинополя стало то, что он не позволил персам захватить города Дару и Эдессу.

Защитное вооружение арабского всадника состояло из панциря, двух набедренников, двух поножей и двух поручней. Все это крепилось ремнями. Шлем надевался для боя на шапку.

Арабские скакуны пользовались на Востоке огромной славой. Для похода они подковывались тяжелыми подковами. Жалея в походной жизни своих коней, воины халифа не жалели коней врага, часто стараясь нанести им смертельный удар мечом.

Излюбленным тактическим приемом арабов было внезапное нападение на противника на рассвете, когда сон был особенно крепок. Набеги арабской конницы отличались быстротой и стремительностью первого удара по врагу, которого часто заставали врасплох.

Войско Арабского халифата при правителе Абу Бакре состояло из вполне самостоятельных племенных и родовых отрядов. Отправляемые в завоевательные походы войска халифа редко превышали числом 10 тысяч воинов. Это было связано с тем, что большое войско в условиях пустынной местности крайне сложно было обеспечить продовольствием, фуражом и особенно питьевой водой.

Но прежде чем приступить к завоеваниям арабами берегов Евфрата, Абу Бакру пришлось кроваво заняться внутренними делами. Он стал первым праведным халифом-преемником пророка Мухаммеда как его верный ученик, соратник и тесть. И как один из героев арабского мира. С первых же шагов правителя он продемонстрировал подданным железную волю повелителя, способного подавлять вооруженной рукой любое проявление непослушания власти халифа.

Абу Бакр силой подавил в своих владениях серьезное по своему размаху и последствиям восстание «лжепророков» Тулайхи ибн Халида и Мусайлимы Абу-Сумамы, готовых «развалить» Арабский халифат на части. Но они со своими сторонниками были наголову разбиты в сражениях при Бузахе и Акрабе.

Военной силой было подавлено и выступление «отступников от истинной веры». В 632–633 годах «раскольники» в ряде столкновений потерпели полное поражение от отправленного против них халифом полководца Халида ибн ал-Валида. Победитель в последующем получил в своем отечестве прозвище «Меч Аллаха», с которым и вошел в историю.

Успокоив, таким образом, халифат (вернее — Аравию), его правитель приступил к завоеваниям. Планы халифа Абу Бакра отличались своим размахом. Он исторически верно выбрал для себя первого противника. Им оказалось огромное Персидское государство, поставленное на край неизбежной гибели проигранной войной против Византийской империи.

Халиф Абу Бакр собрал большую, устроенную армию. В персидский поход к берегам Евфрата и Тигра (в Двуречье) был послан полководец Халид ибн ал-Валид, одна из замечательных личностей среди воителей в эпоху арабских завоеваний. Одним из его ближайших помощников в том походе стал военачальник Мусанна из племени бакритов. Вторжение в пределы Персидской державы отличалось своей масштабностью.

Одновременно халиф Абу Бакр направил другое войско под командованием Амр ибн ал-Аса для вторжения во владения другого соседа Арабского халифата — Византийской империи. Здесь удар наносился по Палестине и Сирии с их плодородными землями, находившимися на западной границе пустынной Аравии.

Завоевания проходили так, как и задумывал халиф Абу Бакр. Первоначально войска Халида ибн ал-Валида повели боевые действия против персов на правобережье Евфрата. Здесь проживали арабы-христиане, зачастую оказывавшиеся в той войне на стороне персов.

Арабская конница и пешие отряды в Двуречье действовали успешно, и вскоре все земли между рекой и пустыней оказались во владении мусульман. Упорного сопротивления им на линии государственной границы персы так и не смогли оказать. Причина тому была веская: внутри Персии шла кровавая междоусобица.

В начале 634 года войска Арабского халифата перешли на левобережье Евфрата. Весной удачливый Халид ибн ал-Валид был послан халифом во главе трех тысяч всадников в Сирию, а персидский поход завершал Мусинна, хотя до полного покорения обширных владений персидского шахиншаха («царя царей») было еще далеко.

Арабы-мусульмане истребляли усадьбы знатных землевладельцев и их самих, уводили в плен их жен и детей. Но при этом завоеватели продуманно щадили простых крестьян, часто не трогая (не грабя) их личные хозяйства. Они по воле Абу Бакра не разоряли тех, кому предстояло платить налоги в казну Арабского халифата.

Созданный после смерти пророка Мухаммеда халифат при правителе Абу Бакре начал свои исторические завоевания с побед. Владычество мусульманского мира на новых землях временным не казалось. Арабы, которые к походам готовились тщательно, сразу же закреплялись на завоеванных территориях, ставили сильные гарнизоны в захваченных крепостях, одновременно возводя новые.

Первой такой «новостройкой» стала крепость Басра на юге современного Ирака, сторожившая речные выходы из Двуречья в Персидский залив. Крепость, среди ей подобных, выделялась сильным арабским гарнизоном, состоявшим из 800 воинов.

Завоевания халифа Абу Бакра показали, что военная сила Арабского халифата оказалась достаточной для покорения многочисленных соседних народов, которые не имели хорошо устроенного государства. Византийская империя, которая переживала далеко не лучшие времена, смогла с большим трудом выстоять перед арабами. Но когда те пришли на поля Европы, их завоеваниям пришел конец, поскольку одолеть хорошо отлаженную военную силу франков пришельцы из Аравии и Северной Африки не смогли.

Теперь тяжелая конница составляла немалую часть королевского войска. Всадники были вооружены длинными мечами, лучшими в Европе того времени. Изменился облик пешего франкского воина: они были вооружены боевыми топорами и копьями со щитами и одеты в крепкие кожаные защитные рубахи. Королевские вассалы теперь становились обладателями собственных дружин. В войске франков было много лучников, которыми становились самые малоимущие — они обязывались выступить на войну с луком, имея при себе 2 тетивы и 12 стрел.

Многочисленные военные походы убедили Карла Великого в том, что для завоевания соседних стран он не может обойтись без прежней пехоты, состоявшей из свободных крестьян. Тогда он решил сохранить и качественно улучшить франкскую пехоту путем ограничения военной службы: тот, кто освобождался от участия в походе, обязан был вооружить и обеспечить воина-соседа, отправлявшегося на войну. Такая система дала положительные результаты.

Капитулярии предусматривали строжайший учет всех свободных франков, проживавших не только в селениях. С уклонявшихся от военной службы взимались в пользу королевской казны огромные штрафы, размером в 60 солидов, что составляло стоимость 60 коров.

Вместе с тем малоимущие крестьяне освобождались от военной службы, поскольку были не в состоянии вооружиться и снарядиться за собственный счет, а королевская казна таких статей расходов не предусматривала.

Король требовал, чтобы физически здоровые мужчины, отправляясь на войну, вооружались за свой счет. Наградой же франкским воинам служила военная добыча после победного окончания похода на соседей.

Для удержания в повиновении покоренных народов и защиты границ государства Карл Великий строил каменные замки и сторожевые башни. В устьях судоходных рек стояли военные флотилии для защиты от нападения с моря воинственных скандинавских племен — норманнов. В приграничной полосе и в крупных городах-крепостях размещались постоянные воинские отряды — скары. Они состояли из профессиональных воинов. Велась разведка противной стороны.

Самую многочисленную скару имел сам король. Во главе ее Карл Великий порой совершал самостоятельные походы, когда не требовалось больших сил. Во время больших завоевательных войн королевская скара становилась ядром армии франков.

Карл Великий в военной истории Европы знаменит успешными и многочисленными походами и завоевательными войнами: против лангобардов (773–774 и 776–777 годы), баварцев (788 год), саксов (772–804 годы), арабов в Испании (778–779 и 796–810 годы), аваров (791–799 годы), западных и южных славянских племен (789–806 годы). Такому количеству военных предприятий могли позавидовать самые великие завоеватели мировой истории.

Карл Великий раз за разом демонстрировал большое полководческое искусство. Так, лангобарды, чтобы задержать войско франков, сильно укрепили альпийские проходы. Король, узнав об этом от своих лазутчиков, направил часть своих войск в обход укрепленных горных перевалов, создав тем самым угрозу окружения их защитников. Лангобардам пришлось без боя очистить дороги в Альпийских горах.

Около тридцати лет велись войны против язычников саксов, в которых погибла четверть этого народа. Однако саксы продолжали совершать набеги на земли франков, и Карл Великий в итоге этого противостояния устроил огромное оборонительное сооружение, получившее название «Датский вал». После чего начал насильственное расселение непокорных саксов (треть их) по различным областям королевства.

В 788 году король-полководец совершил большой завоевательный поход в соседнюю Баварию. План похода был хорошо продуман: один из отрядов, сформированный в Австразии и Тюрингии, форсировав Дунай, вторгся в Баварию с севера. Второй отряд во главе с королем наступал с запада, со стороны реки Лех. Третий отряд во главе с его сыном наступал с юга, из Италии. Вторжение армии франков было настолько мощным, что герцог Баварии, обладавший немалым войском, сдался Карлу Великому без боя.

Несколько походов было совершено за Пиренеи, чтобы отвоевать у мавров Испанию. Первый поход 778 года закончился полным поражением: в Пиренееях, в ущелье Ронсеваль баски полностью уничтожили арьергард армии франков во главе с племянником Карла Великого графа Роланда.

Борьба велась до 801 года и длилась более 20 лет. В итоге Карл Великий нанес полное поражение непримиримым баскам-христианам, оттеснил испанских мусульман (мавров) до реки Эбро и успешной осадой взял укрепленный город Барселону, столицу Каталонии.

После длительной серии завоевательных войн франкский король оказался обладателем огромной части Западной и Центральной Европы и самой сильной армии на континенте. Он силой оружия обращал язычников в христианство, не посягал на имущество Католической церкви и защищал ее интересы.

В 800 году папа римский Лев III короновал Карла Великого императором Священной Римской империи, которой тот управлял не из Рима, а из столицы франков города Ахена. И он перестал расширять собственные пределы, заботясь теперь о защите границ империи, которой со всех сторон грозили враги.

После его смерти менее чем за 30 лет созданная им Священная Римская империя распалась на три государства. С ее развалом пришла в упадок и военная сила некогда могущественных франков.

Военного флота в Древней Руси, как такового, не было. Но для походов по рекам и морям умело строились большие «набойные» лодьи, которые ходили на веслах и под парусами. На таких мореходных лодьях могли разместиться 40–60 человек с оружием и припасами.

Свой знаменитый поход на Константинополь — Царьград князь Олег Вещий совершил в 907 году. Вне всякого сомнения, для этого грандиозного военного предприятия потребовалась большая подготовка. По свидетельству летописца, в поход русская рать отплыла на двух тысячах лодий. Можно считать, что Олегова лодейная рать насчитывала примерно 80 тысяч воинов. Но, скорее всего, войско русов числом было меньше половины этой цифры, даже с учетом союзной степной конницы.

Полноводные притоки Днепра позволяли провести сбор лодей. Со всей вероятностью, какая-то часть из них была построена специально для задуманного дальнего морского похода. Лодейная флотилия, собиравшаяся со всех земель Древней Руси под Киевом, спустилась вниз по Днепру и двинулась к Константинополю берегом Понта (Черного моря). Конница шла на виду у лодейной рати по берегу.

Когда русы подошли к Константинополю, пешая рать сошла на берег, вытащив на сушу лодьи. Какая-то часть «воев» осталась здесь для «бережения» лодей. Под стенами византийской столицы произошла упорная битва, в которой со стороны царьградцев участвовала и конница. Летописец сообщает кратко о ней так: князь Олег «повоевав около города и много убийство сотворив грекам».

Византийцы после первого столкновения с русами, неудачного для них, укрылись за мощными крепостными стенами, а их противник стал опустошать ближние и дальние окрестности Царьграда в поисках военной добычи и продовольствия.

Осада столицы Византии грозила затянуться. Приближалась осень, а с нею и период сильных штормов на Черном мре. Тогда князь Олег Вещий решил «устрашить греков». Он приказал поставить лодьи на катки (колеса), и при попутном ветре, подняв все паруса, русская лодейная флотилия подступила к самому городу. Есть данные, что при этом русы выпустили на византийцев большое количество «воздушных змеев». Такие «устрашения» заставили византийского императора пойти на переговоры с князем Олегом Вещим. На такое решение царьградцев повлияло и поражение в битве под стенами Константинополя, и плотная осада города с суши и с моря, что лишало жителей подвоза продовольствия, а императора — прибытия подкреплений для защиты столицы.

Кроме того, грекам стало доподлинно известно, что русы начали деятельную подготовку к штурму города-крепости. Такая подготовка была или вызнана лазутчиками, или князь Олег Вещий постарался уверить в том гарнизон Царьграда и императора Византии. По всей вероятности, это была еще одна его военная хитрость.

Князь Олег Вещий в ходе переговоров потребовал от Византии выплатить ему на каждого пришедшего с ним воина по 12 серебряных гривен и дать «уклады» на все русские города. То есть речь шла о военной контрибуции, которую победитель накладывал на побежденную сторону. Византийцы согласились не только на это, но и на предоставление ряда льгот русским купцам: право беспошлинной торговли в течение шести месяцев пребывания в Царьграде, бесплатное получение продовольствия и мытье в городских банях. Кроме того, городские власти обязывались обеспечивать купцов с Руси продовольствием и различным корабельным имуществом (канатами, запасными парусами, веслами и т. д.) на обратный путь домой. Византийцы пошли на это еще и по другой причине: торговля с Древней Русью была для них всегда очень прибыльной.

Только на таких условиях князь Олег Вещий увел свое лодейное войско обратно на Русь. Летописец сообщает, что после заключения «позорного» для Восточной Римской империи мирного договора русы «и повесиша щиты своя в вратах, показующе победу, и пойде до (от) Константинополя».

То, что князь Олег Вещий прибил свой щит на царьградских вратах, было прямым доказательством победности похода 907 года. Византийцы на продолжение войны не пошли, решив откупиться от русов и их воинственного князя.

По подсчетам историка С. М. Соловьева, еще в княжение своего отца Владимир Мономах одержал над половцами в битвах двенадцать побед. Почти все из них — на степном порубежье Русской земли.

В период правления в стольном граде Киеве Владимиру Мономаху удалось объединить вокруг себя большую часть Русской земли. Он явился вдохновителем и организатором целого ряда совместных походов русских князей против Половецкой степи. Самыми большими из них стали походы 1103, 1107 и 1111 годов.

Первый крупный дальний поход русской рати состоялся в 1103 году после Долобского совета князей. Владимир Мономах выступил в поход вместе с князем Святополком Киевским. Их войско состояло из конницы, которая шла берегом Днепра, и пеших воев, плывших на ладьях. В районе острова Хортица пешие ратники высадились на берег и вместе с конными дружинами двинулись в степь. Русское войско за четыре дня прошло примерно 100 километров. Впереди двигался большой отряд — «сторожа», который выполнял функции сторожевого охранения и разведки.

Когда о движении русских полков стало известно в половецких вежах, ханы собрались на «съезд», чтобы обсудить такое небывалое дело — противник зашел в глубь «их» Дикого поля. Ханы решили разбить русскую рать и затем незамедлительно совершить набег на Русь.

Первое большое сражение с кочевниками произошло в урочище Сутень. Русская «сторожа» окружила здесь и уничтожила большой половецкий отряд во главе с ханом Алтунопой. Так половцев впервые разбили на их собственной земле.

Битва же с главными силами степного народа состоялась утром 4 апреля на реке Молочной. Летописец так описывает ее пролог: «И двинулись полки половецкие, как лес, конца им не было видно; и Русь пошла им навстречу…»

Сражение, как и ожидалось, началось яростными атаками несметной половецкой конницы, но русские ряды не дрогнули. Пешая рать, составлявшая «чело» (расположенная в центре), не позволила вражеской коннице разорвать себя и притянула к себе главные силы степняков. Княжеские конные дружины, стоявшие на «крыльях» (флангах), начали разгром союзного войска ханов. После жаркой сечи половцы обратились в повальное бегство, русская конница преследовала бежавших, кони которых после зимовки потеряли прежнюю резвость. В той битве на реке Молочной погибли 20 половецких ханов.

От такого удара половецкие орды не сразу пришли в себя. В мае 1107 года степняки во главе с ханами Боняком и Шаруканом совершили набег на окрестности порубежного города-крепости Переяславля. В августе они повторили набег и дошли до реки Сулы близ Лубена. Владимир Мономах вновь поднял русских князей на совместный поход и внезапно обрушился на походный стан кочевников. Половцы даже не успели выстроиться для битвы. Захватив большой полон, русские дружины «с победой великой» вернулись домой.

Чтобы обезопасить Русь от разорительных набегов кочевого народа, Владимир Мономах использовал не только военную силу, но и прибегал к дипломатическим приемам. Он женил двух своих сыновей — Юрия, будущего Долгорукого, и Андрея — на дочерях знатных половецких ханов. Так поступали и другие удельные князья. Однако и это не удерживало степные орды от набегов на северных соседей.

Тогда Владимир Мономах задумал совершить сверхдальний поход в Половецкую степь, выйти к Дону и там разгромить те половецкие вежи (кочевья), которые до сих пор избегали ударов русских дружин. Этот поход состоялся в 1111 году, в конце февраля, когда степь находилась еще под снегом. Пешие русские ратники выступили в дальнюю дорогу на санях. На санях же везли тяжелое оружие и корм для коней.

Маршрут объединенного войска нескольких русских князей пролегал в стороне от ближайших к границам Руси кочевий, что обеспечило скрытность похода. В конце марта русское войско вышло на берега реки Северский Донец и взяло половецкие городки Шарукань и Сугров, освободив здесь много пленников.

Появление многотысячной русской рати в самом центре Дикого поля заставило половецких ханов соединиться в одно огромное конное войско. Произошло два больших сражения. Второе из них, состоявшееся 27 марта на берегах Нижнего Дона, отличалось необычной ожесточенностью. Владимир Мономах выстроил русские полки в привычный боевой порядок: пешие воины встали в центре, а княжеские конные дружины — на флангах. Они составляли одну боевую линию.

Но на сей раз древнерусский полководец поставил и вторую линию — ее составили полки самого Мономаха и Черниговского князя Давыда Святославовича. Для половецких ханов это стало опасным сюрпризом.

Половецкая конница всей массой обрушилась на первую линию русских воев. Однако теснота на поле битвы не позволила степнякам вести прицельную стрельбу из луков, и они так и не смогли прорвать строй противника. Напрасно ханы раз за разлом посылали своих воинов в атаку. Когда Владимир Мономах убедился, что наступательный пыл половцев иссяк, он ввел в сражение вторую линию. Такого разгромного поражения от русских ратей, что случилось на берегах Дона, воинственный степной народ еще не знал.

После разгрома в 1111 году половецкие вежи, чтобы избежать полного истребления, откочевали за Дунай, вскоре оказавшись в венгерских степях. А до 40 тысяч воинов-«кипчаков» вместе с семьями и стадами ушли за Кавказские горы, в Грузию, нанявшись на военную службу к царю Давиду IV Строителю. Там из них был сформирован 5-тысячный отряд царской гвардии.

Когда русская рать князей-союзников после той победы на берегах Дона вновь пришла в донские степи, то половецких веж она там уже не нашла. Они сохранились только на окраинах Дикого поля.

В последние годы правления и жизни великого князя Владимира Всеволодовича Мономаха кочевые орды из Дикого поля больше не тревожили Русскую землю. Безопасными стала жизнь в порубежье и торговые пути по Днепру. Черта русского земледелия продвинулась на юг.

Великий воитель Древней Руси оставил потомкам исторический труд, известный как «Поучение» Владимира Мономаха своим детям. Оно содержит в себе сведения о походах и войнах на Руси в период ее феодальной раздробленности, о государственной и полководческой деятельности его автора.

Армия Чингисхана строилась по десятичной системе: десятки, сотни, тысячи и тумены (они состояли из 10 тысяч воинов). Эти воинские части являлись не только единицами учета. Сотни и тысячи могли выполнять самостоятельные задачи. Тумен действовал на войне уже в тактическом звене.

По десятичной системе строилось и командование монгольской армии: десятник, сотник, тысячник, темник. На высшие должности — темников — Чингисхан назначал своих сыновей и представителей племенной знати из числа тех военачальников, которые делом доказали ему свою преданность и опытность в военном деле. В войске монголов поддерживалась строжайшая дисциплина по всей командной иерархической лестнице. Всякое нарушение жестоко каралось.

Главным родом войск в армии Чингисхана являлась тяжеловооруженная конница собственно монголов. Основным оружием ее были меч или сабля, пика и лук со стрелами. Первоначально монголы защищали в бою свою грудь и голову крепкими кожаными нагрудниками и шлемами. Впоследствии у них появилось хорошее защитное снаряжение в виде различных металлических доспехов. Каждый монгольский воин имел для похода не менее двух хорошо выученных коней и большой запас стрел и наконечников к ним.

Легкую конницу, а это были преимущественно конные лучники, составляли воины покоренных степных племен. Именно они начинали сражения, засыпая неприятеля тучами стрел и внося замешательство в его ряды. Затем в атаку шла плотной массой тяжеловооруженная конница самих монголов. Их атака больше напоминала таранный удар, чем лихой налет монгольских конников.

Чингисхан вошел в военную историю как великий стратег и тактик своей эпохи. Для своих полководцев-темников и других военачальников он разработал правила ведения войны и организации всей военной службы. Эти правила в условиях жестокой централизации военного и государственного управления выполнялись неукоснительно.

Для стратегии и тактики великого завоевателя Средневековья были характерны: тщательное ведение ближней и дальней разведки, внезапное нападение на любого противника, даже заметно уступавшему ему в силах, стремление расчленить неприятельские силы с тем, чтобы затем уничтожить их по частям. Широко и искусно применялись засады и заманивание в них врага. Чингисхан и его полководцы умело маневрировали на поле битвы большими массами конницы. Преследование бежавшего противника велось не с целью захвата большой военной добычи, а с целью его уничтожить.

В самом начале своих завоеваний Чингисхан не всегда собирал общемонгольское конное войско. Разведчики и шпионы доставляли ему информацию о новом противнике, о численности, дислокации и маршрутах передвижения его войска. Это позволяло Чингисхану определять количество войск, необходимых для разгрома врага и быстрого реагирования на все его наступательные действия.

Однако величие полководческого искусства Чингисхана состояло и в другом: он умел быстро реагировать на действия противной стороны, меняя свою тактику в зависимости от обстоятельств. Так, столкнувшись впервые с сильными крепостями в Китае, Чингисхан стал применять в войне всевозможные виды метательных и осадных машин тех же китайцев. Их везли за войском в разобранном виде и быстро собирали при осаде нового города.

Когда ему требовались механики или медики, которых не было среди монголов, великий хан выписывал их из других стран или захватывал в плен. В последнем случае военные специалисты становились ханскими рабами, которых содержали в довольно хороших условиях.

До последнего дня своей жизни Чингисхан стремился максимально расширить свои огромные владения. Поэтому каждый раз монгольское войско уходило все дальше и дальше от степей Монголии.

Сперва великий хан решил присоединить к создаваемой им державе другие кочевые народы. В 1207 году он завоевал обширные области к северу от реки Селенги и в верховьях Енисея. Военные силы (конница) покоренных племен были включены в общемонгольское войско.

Затем наступил черед большого государства уйгуров в Восточном Туркестане. В 1208 году огромное войско Чингисхана вторглось на его территорию, захватывая один за другим города и цветущие оазисы, одержав над уйгурами полную победу. После этого нашествия от многих торговых городов и селений землевладельцев остались лишь груды развалин.

Разрушение поселений на захваченных землях, поголовное истребление непокорных племен и укрепленных городов, которые вздумали защищаться с оружием в руках, были характерными чертами завоеваний великого монгольского хана. Стратегия устрашения позволяла ему успешно решать военные задачи и удерживать в повиновении покоренные народы.

В 1211 году конная армия Чингисхана обрушилась на Северный Китай. Великая Китайская стена — самое грандиозное оборонительное сооружение в истории человечества — не стала преградой для завоевателей. Монгольская конница разбила войска нового противника, которые встали на ее пути. В 1215 году хитростью был захвачен город Пекин (Яньцзин), который монголы подвергли длительной осаде.

В Северном Китае монголы уничтожили около 90 городов, население которых оказало завоевателям сопротивление. В этом походе Чингисхан взял на вооружение своего конного войска инженерную боевую технику китайцев — различные метательные машины и стенобитные тараны. Китайские инженеры обучали монголов пользоваться ими и доставлять их к осажденным городам и крепостям.

В 1218 году монголы, продолжая завоевания, захватили Корейский полуостров.

Затем Чингисхан обратил свой взор в сторону заката солнца, на запад. В 1218 году монгольская армия вторглась на территорию Хорезма. С появлением врага на его границах хорезмшах Мухаммед во главе большого войска (называются цифры до 200 тысяч человек) выступил в поход. У Караку состоялось большое сражение, в котором Чингисхан не смог одержать победу даже при значительных потерях. С наступлением темноты стороны разошлись.

Чингисхан продолжил завоевательный поход в 1219 году, имея 200-тысячное войско. Им командовали сыновья великого хана Октай и Закатай. После четырехмесячной осады монголы взяли город Отрар, имевший 60-тысячный гарнизон во главе с храбрым Газер-ханом. За время осады численность гарнизона уменьшилась в три раза. Его остатки держались в цитадели еще месяц.

В марте 1220 года монгольская армия во главе с Чингисханом захватила один из крупнейших городов Средней Азии — Бухару. Стоявшее в ней 20-тысячное войск хорезмшаха при приближении монголов бежало. Горожане открыли завоевателям городские ворота. Те, кто решил защищаться в крепости, погибли.

В июне того же года Чингисхан осадил другой большой город — Самарканд. В нем стоял большой гарнизон во главе с наместником Алуб-ханом. Началась осада, но в городе нашлись люди, которые открыли врагу городские ворота. В уличных схватках погиб почти весь гарнизон, 30 тысяч хорезмийских воинов. Из Самарканда вырвалась только тысяча конников во главе с Алуб-ханом.

Стойкое сопротивление завоевателям оказал город Ходжент. Его защищал гарнизон во главе с Тимур-Меликом. Когда стало ясно, что город не удержать, он с частью своих воинов отплыл вниз по реке Яксарт, преследуемый по берегу монгольской конницей. Тимур-Мелику все же удалось оторваться от преследователей.

Монголы продолжали захватывать хорезмийские города один за другим: Мерв, Ургенч, Бамиан… После падения Хорезма и завоевания Средней Азии, Чингисхан совершил завоевательный поход в Северо-Восточную Индию, захватив и эту большую территорию. Однако дальше на юг Индостана он не пошел: его все время манили неизведанные страны на закате солнца.

Великий хан основательно прорабатывал маршруты новых походов, и потому послал на запад своих лучших полководцев Джебе и Субэдея с их туменами и вспомогательным войском. Путь их лежал через Иран, Закавказье и Северный Кавказ. Так монголы оказались на южных подступах к Руси, в донских степях.

В Диком поле в то время кочевали половецкие вежи, давно утратившие былую силу. Монголы без особого труда разбили половцев, и те бежали в приграничье русских земель. В 1223 году темники Джебе и Субэдей разбили в битве на реке Калке соединенное войско нескольких русских князей и половецких ханов. После одержанной победы авангард монгольской армии повернул обратно.

В 1226–1227 годах Чингисхан совершил поход в страну тангутов Си-Си. Одному из своих сыновей он поручил продолжить завоевание Китая. Начавшееся в завоеванном Северном Китае антимонгольское восстание вызвало у великого хана большую тревогу.

«Потрясатель вселенной» умер во время своего последнего похода против тангутов, в 1227 году. Арабский летописец Рашид-ад-Дин в своем труде «Летописи» подробно изложил историю образования Монгольской державы и завоевательных походов монголов. Давая характеристику личности Чингисхана, он, среди прочего, написал следующее: «Несмотря на бедственное положение и изобилие трудностей, бед и всевозможных несчастий, он был чрезвычайно отважным и мужественным человеком, весьма умным и даровитым, рассудительным и знающим…»

На богатые земли Новгородчины и Псковщины уже давно зарились жадные до наживы немецкие рыцари-крестоносцы, шведские феодалы и близкая Литва. Их побуждало к нападениям и еще одно немаловажное обстоятельство — попавшая под иго Золотой Орды Русь не могла оказать реальной военной помощи вольным городам Новгороду и Пскову.

Еще до Батыева нашествия на Русь, в 1237 году, римский папа Григорий IX утвердил объединение Тевтонского и Ливонского (бывшего ордена меченосцев) орденов. Задачи нового, объединенного рыцарского ордена оставались прежние — продвижение с мечом и огнем на Восток.

Первыми двинулись в поход на Северо-Западную Русь из-за Варяжского моря шведские рыцари-крестоносцы. Королевское войско Швеции возглавили второе и третье лица государства — ярл (князь) Ульф Фаси и его двоюродный брат королевский зять Биргер Магнуссон. Именно им шведский монарх Эрик Эрикссон XI Картавый доверил войско для большого похода на Новгородчину.

Войско шведов (на Руси их называли «свеями») по европейским меркам того времени было огромным — примерно 5 тысяч человек. В поход отправились со своими отрядами крупнейшие католические епископы Швеции. Королевское войско (морской ледунг) вышло из Стокгольма на ста одномачтовых судах — шнеках (каждый нес на себе от 50 до 80 человек). Флотилия пересекла Балтийское море и вошла в устье Невы. Здесь начинались новгородские земли — пятины, а жившее здесь небольшое племя ижорян платило дань Вольному городу.

Войско, отправившееся в поход на Восток, не было чисто шведским. Автор-летописец «Жития Александра Невского» — «самовидец» Невской битвы — упоминает в числе вражеского войска «мурмань». Ею могли быть датские или норвежские рыцари-крестоносцы, отряды из покоренной Швецией западной части финских земель.

Весть о появлении в Невском устье огромной флотилии «свеев» доставил в Новгород гонец старейшины ижорян Пельгусия. Его небольшая дружина несла здесь морскую дозорную службу. Шведы высадились на высоком берегу Невы, там, где в нее впадает река Ижора, и устроили временный лагерь.

20-летний Александр Ярославич, княживший в Новгороде, решил упредить неприятеля и не стал терять время на сбор всего городского и сельского ополчения. Во главе княжеской дружины, в доспехах и всеоружии Александр прибыл на молитву в Софийский собор и выслушал благословение владыки Спиридона на поход против врага.

С небольшим, спешно собранным войском численностью примерно в 1500 ратников — своей дружиной, ополчением Вольного города и воинами-ладожанами он быстро двинулся навстречу шведам вдоль берега Волхова. Конница шла вдоль берега реки. Пешие воины двигались на судах, которые при входе в Неву пришлось оставить.

Новгородское войско, ведомое проводниками-ижорцами, скрытно подобралось лесом к вражескому стану. Шведы проявили большую беспечность, охраняя походный лагерь только со стороны Невы. Нападения с суши, со стороны близкого густого леса, крестоносцы не ожидали, не выставив здесь даже малое число дозорных воинов.

15 июня 1240 года внезапной и стремительной атакой новгородские конные и пешие (они наносили удар вдоль берега реки) ратники сокрушили королевское войско Швеции. В ходе Невской битвы князь Александр Ярославич сразился в рыцарском поединке с ярлом Биргером и ранил его. Шведы потеряли несколько шнеков, а на остальных судах покинули берега Невы.

Так плачевно для шведского рыцарства закончился первый крестовый поход на Новгородскую Русь. За эту блестящую победу князь Александр Ярославич был прозван народом «Невским». Таким он и вошел в историю.

После понесенного разгрома Шведское королевство поспешило заключить с Вольным городом мирный договор. Шведы поклялись, что не будут больше нападать на новгородские земли. Этот шведско-новгородский мир продлился долго.

Из-за обострения отношений с новгородским боярством, не терпевшим сильной власти приглашенного на княжество Александра Ярославича, ему пришлось покинуть Новгород и уехать в родовое владение — Переяславль-Залесский. Однако вскоре вече Вольного города вновь пригласило его на княжение.

Новгородцы хотели, чтобы именно Александр Невский вновь возглавил русскую рать в борьбе с вторгшимися на Русь немецкими крестоносцами. Те уже хозяйничали не только в псковских землях, хитростью с помощью бояр-изменников овладев Псковской крепостью, но и во владениях самого Новгорода.

В 1241 году Александр Невский во главе новгородского войска взял штурмом каменную крепость Копорье. Затем вместе с подоспевшей суздальской дружиной князь овладел Псковом, жители которого открыли перед освободителями городские ворота. Каменная городская цитадель (кром) была взята приступом. Освобождением порубежного города-крепости Изборска было завершено изгнание немецких рыцарей-крестоносцев с русской земли.

Однако по ту сторону Чудского озера находились владения Ливонского ордена, который и не думал отказываться от новых вторжений. В ливонском войске на этот раз оказалось немало «людей датского короля». Монарх Дании Вальдемар II прислал ордену из города Ревеля (ныне Таллин, Эстония) солидную помощь под начальством двух принцев крови — Кнута и Абеля. Самую весомую поддержку орден получил из германских земель и католических епископств Прибалтики.

Объединенным рыцарским войском командовал полководец-крестоносец вице-магистр Ливонского ордена Андреас фон Вельвен. Под его рукой собралось огромное войско — до 20 тысяч человек. Основу его составляла тяжеловооруженная рыцарская конница.

Чтобы покончить с угрозой нового крестового похода на Русь. Александр Невский решил сам нанести удар по ливонцам и вызвать их на битву. Во главе русской рати он выступил в поход, двинувшись на Ливонию южнее Чудского озера. Вперед высылается разведывательный отряд во главе с Домашем Твердиславичем и воеводой Кербетом. Отряд попал в засаду и почти весь погиб, но теперь князь знал точно направление удара орденского войска. Он быстро перевел русскую рать по льду Чудского озера на псковский берег.

Когда войско Ливонского ордена двинулось по льду озера в псковские пределы, русское войско уже стояло на его пути, выстроившись для битвы у самого берега. Александр Невский поставил полки привычным боевым порядком: сторожевой, передовой, большой («чело») полки, на флангах-крыльях встали полки правой и левой руки. Личная дружина князя и часть тяжеловооруженных конных воинов составили засадный полк.

Немецкие рыцари построились тупым клином, который на Руси назывался «свиньей». Клин, голова которого состояла из наиболее опытных рыцарей, протаранил сторожевой и передовой полки, но увяз в плотной массе пеших новгородских ополченцев «чела». «Свинья» сразу же утратила свою маневренность и силу «бронированного» таранного удара. Полки правой и левой руки охватили клин, а засадный полк завершил охват вражеского войска.

Началась жаркая сеча, которая грозила крестоносцам полным истреблением. Закованным в тяжелый металл рыцарям пришлось биться в большой тесноте, где даже не было возможности развернуть боевого коня, тоже носившего на себе железные доспехи. Напрасно Андреас фон Вельвен пытался организовать стойкое сопротивление и перестроить в битве орденских братьев.

В сражении на весеннем льду Чудского озера русская рать наголову разбила главные силы Ливонского ордена. Лишь немногим рыцарям удалось найти спасение, поскольку их преследовали до самого противоположного берега. Часть беглецов устремилась на север от места битвы, но там тяжеловесных конных рыцарей ждала верная погибель. В месте под названием Сеговица били подводные ключи, которые даже крепкий лед делали рыхлым. На Сеговице много ливонцев ушло под лед.

Битва на Чудском озере, произошедшая 5 апреля 1242 года, вошла в историю под названием Ледового побоища. По летописным сведениям, в сражении было убито 400 рыцарей-крестоносцев, а 40 попали в плен. Рядовых рыцарских воинов, погибших в Ледовом побоище, никто не считал. Число их должно исчисляться на многие тысячи, поскольку каждый рыцарь командовал небольшим воинским отрядом — «копьем», количество людей в котором зависела от знатности и богатства предводителя. Взятых в плен изменников новгородский князь приказал повесить.

После битвы ливонское рыцарство незамедлительно попросило у Вольного города мира, и оно долгое время потом не решалось вновь пробовать крепость русского порубежья.

После этого новгородский правитель нанес ряд поражений литовцам, чьи отряды опустошали приграничные новгородские земли. Энергичными военными и дипломатическими усилиями Александр Невский укрепил северо-западные границы Руси, а в 1251 году заключил мирный договор с Норвегией по размежеванию границ на Севере.

Став Великим князем Владимирским Александр Ярославич Невский проявил себя как мудрый, дальновидный государственный деятель. Он добился прекращения разорительных набегов золотоордынцев на русские земли, посылки русских дружин в ханское войско, укрепил великокняжескую власть.

Князь-полководец таил в себе серьезную угрозу для владычества Золотой Орды на Руси. Поэтому одной из версий неожиданной болезни и смерти в 1263 году Александра Невского, возвращавшегося из поездки в Сарай, стало его отравление там. Умер он в Городце, близ Нижнего Новгорода, оставив о себе добрую и благодарную память в истории нашего Отечества.

Алебарду высоко оценивали современники. Ганс Дельбрюк в своей «Истории военного искусства» дал следующее описание средневековой алебарды альпийских горцев.

Это «топор с очень длинным древком и железным наконечником, так что в одном оружии соединены копье и топор. В своем дальнейшем развитии алебарда с обратной стороны была снабжена также крюком, чтобы зацеплять рыцаря за его доспехи и стаскивать с коня; иногда алебарда снабжалась также остроконечным молотом».

Рыцарская армия вторглась на территорию «Вечного союза», уверенная в том, что здесь она не встретит достойного противника. Вернер Штауффахер, хорошо знавший пути-дороги в альпийском высокогорье, успел подготовиться к ее встрече. Близ горы Моргартен (в 12 километрах от горы Швиц) горцы соорудили из дикого камня две летцины — каменные стенки высотой до четырех метров с башнями. Неприкрытой осталась только дорога на Швиц через Цуг.

Подойдя на близкие подступы к Моргартену, рыцарское войско отправилось дальше именно по этой дороге. И сразу попалось на военную хитрость швейцарского командующего, который встал во главе ополчения трех кантонов. Вернеру Штауффахеру важно было заманить вражескую конницу в узкое горное дефиле, в котором рыцари лишались своей маневренности и возможности наносить таранные удары. Им даже не хватало места, чтобы развернуться в боевой строй и набрать для атаки скорость.

Австрийским войском командовал опытный герцог Леопольд Баварский, который имел под своим началом (по разным источникам) от 2 до 4 тысяч конных рыцарей. Швейцарцев же насчитывалось (тоже по разным источникам) от 1500 до 4000 пеших воинов. То есть в любом случае они не превосходили неприятеля числом.

Как только рыцарская конница вошла в дефиле, горцы, занимавшие позиции на склонах окрестных гор, обрушили вниз камни и бревна. Передние рыцари бросились назад, спасаясь от камнепада по неширокой дороге, внося расстройство в ряды тех, кто ехал за ними. Герцог Леопольд Баварский так и не успел до начала атаки швейцарских алебардщиков восстановить порядок в своем войске. Более того, он враз растерял нити управления им, на что и верно рассчитывал Вернер Штауффахер.

Тем временем большая часть швейцарских ополченцев, вооруженных алебардами, выстроились на склоне горы Моргартен в атакующий боевой порядок — в 35 не самых длинных шеренг (более тысячи пехотинцев). После этого воодушевленное видимым успехом войско Вернера Штауффахера, спустившись с горы в дефиле, зашло в тыл австрийцам. Удар получился на славу, поскольку неприятель здесь его не ожидал.

После первого же натиска горцев рыцари побежали. Длительной рукопашной схватки на поле битвы не случилось. Поэтому и больших потерь среди сражавшихся не оказалось: пешие воины не могли долго преследовать всадников, пусть и закованных в стальные доспехи. Победителям же достался немалый числом повозок обоз австрийского войска.

В тот день ополчение кантонов Швиц, Ури и Унгервальден доказало Австрийскому герцогству, что Альпы для них родной дом, в котором в минуты опасности и стены помогают. Полководец швейцарских горцев Вернер Штауффахер продемонстрировал свой редкий талант ведения войны в горах. И стал за ту блестяще организованную и проведенную битву с рыцарским войском, которого «Вечный союз» не имел, народным героем Швейцарии.

Моргартенская победа имела для Союза трех важные последствия. К нему один за другим стали присоединяться другие свободные кантоны швейцарских Альп. Первым это сделал кантон Люцерн. Теперь в случае нового неприятельского вторжения в их горы швейцарцы могли выставить гораздо более сильное ополчение алебардщиков.

Князь Дмитрий Иванович преуспел в расширении владений Москвы. Для начала он овладел городами Стародубом на реке Клязьме, Дмитровым, Галичем, Калугой. Влияние Московского княжества распространилось на север.

Великий князь Московский первым из русских князей возглавил вооруженную борьбу против власти Золотой Орды, умело используя противоречия в ней. «Проба пера» состоялась в 1378 году, когда на реке Воже московская рать наголову разбила конное ордынское войско, которым командовал мурза Бегич.

Фактический правитель Золотой Орды темник Мамай собрал огромное по тому времени войско. Узнав о том, великий князь во главе объединенного русского войска выступил навстречу полчищам Мамая, численность которых определяется в 300 тысяч человек. Русская рать могла быть гораздо меньшей, от 150 до 200 тысяч человек. С получением тревожных данных она выступила из Москвы к Коломне, где находилась переправа через Оку.

Движение осуществлялось в трех походных колоннах, которые двигались со скоростью 25–30 верст в день. В Коломне был сделан смотр войску. Путь от Оки до реки Непрядвы почти в 140 верст был проделан за десять дней. Князь Дмитрий Иванович собрал военный совет, который принял решение идти навстречу врагу и перейти Дон, что и было сделано в ночь на 8 сентября. Русская рать вышла на Куликово поле.

Полководец лично провел рекогносцировку поля предстоящей битвы и расставил полки: передовой, большой, правой и левой руки, резерв. К 11 часам утра, когда рассеялся туман, полки закончили построение, заняв позицию по фронту до четырех верст. В Зеленой Дубраве затаился засадный полк, состоявший из конных дружин, которым командовали князь Дмитрий Андреевич и воевода боярин Дмитрий Боброк-Волынский.

Великий князь Московский под знаменем объехал полки, обращаясь к воинам и воодушевляя их. После этого он в снаряжении простого ратника встал в ряды передового полка, чтобы служить примером и ободрением для своих воинов.

В тот день, 8 сентября 1380 года, на огромном поле и состоялась знаменитая Куликовская битва, в которой русское оружие праздновало полную победу.

Мамай бросил в битву всю массу своих сил: в центре наступала наемная тяжеловооруженная генуэзская пехота, за ней шли спешенные конники, на флангах шла конница. Золотоордынцы массированным, таранным ударом прорвать центр позиции противника не смогли. Ни на шаг не отступил полк правой руки.

Стороны несли в сече тяжелые потери. По выражению летописцев, «копья ломались, как солома; стрелы падали дождем; пыль закрывала солнечные лучи; мечи сверкали молнией, а люди падали, как трава под косой; кровь лилась как вода, и текла ручьями».

Самый жестокий бой шел до трех часов дня на линии полка левой руки. Когда пали командовавшие им князья Белозерские, полк, отбиваясь, начал отступать под натиском многотысячной массы золотоордынской конницы. В эти критические минуты битвы и начал свою атаку засадный полк, внезапно вышедший из Зеленой Дубравы, нанося удар во фланг атакующего врага.

Неожиданно попав под сильный удар свежей княжеской конницы, золотордыцы обратились в повальное бегство, рассеиваясь по пути. В числе первых бежал сам Мамай, наблюдавший за ходом битвы с холма. Вперед пошли все русские полки. Преследование неотступно велось на расстоянии пятидесяти верст, до Красной Мечи.

Потери сторон были огромны. Считается, что войско Золотой Орды потеряло на Куликовом поле и в ходе бегства не менее 150 тысяч человек, русские — 40 тысяч человек. В разных источниках называются и другие цифры.

Значение битвы именно в день 8 сентября состояло еще и в том, что союзник Мамая Великий князь Литовский Ягайло не дошел до Куликова поля примерно 30 верст. Узнав о поражении и бегстве Мамая, его 40-тысячное войско поспешило удалиться в литовские пределы.

За историческую победу над Золотой Ордой в Куликовской битве Великий князь Московский и Владимирский Дмитрий Иванович стал в отечественной истории Дмитрием Донским.

Его полководческое искусство получило самую высокую оценку у современников и исследователей. Профессор Императорской Николаевской военной академии генерал-лейтенант А. К. Баиов писал в своей «Истории русского военного искусства: «Служа проявлением русского военного гения, Куликовская победа показывает, что уже в ту отдаленную эпоху военное искусство в России стояло на высокой степени развития, что тогда уже русские полководцы понимали сущность военных явлений и природу войны, умели оценивать обстановку, принимать решения соответственно этой обстановке и неуклонно приводить в исполнение свое решение даже при условиях, крайне неблагоприятных.

В частности, в действиях Дмитрия Донского в Куликовской битве необходимо отметить: в стратегическом отношении, во-первых, стремление решить дело энергичным наступлением; во-вторых, смелую, но правильную, в смысле соответствия с обстановкой, постановку цели, а именно: разбить сильнейшую часть армии противника до присоединения к ней другой части (литовцев Ягайлы. — А.Ш.), менее опасной; в-третьих, искусный выбор направления для действия; в-четвертых, отличную организацию мар-маневра, совершенного в условиях безопасности и скрытности; в-пятых, быстрые действия; в-шестых, искусно веденную стратегическую разведку как тайную, так и войсковую.

В тактическом отношении: во-первых, решение вести наступательный бой; во-вторых, умелое пользование условиями местности; в-третьих, искусное распределение сил на поле сражения, следствием чего явилось сосредоточение большей части сил на решительном пункте, что достигнуто было существованием и правильным расположением резервов; в-четвертых, образцовое пользование резервами как по цели, так и по времени их действия; в-пятых, своевременный переход в общее наступление после отбитой атаки противника и, наконец, в-шестых, энергичное преследование как на поле сражения, так и вне его. Кроме того, относительно Великого князя Дмитрия Иоанновича необходимо отметить: 1) правильное пользование военным советом и 2) полное уважение к нравственному элементу, для поддержания которого на должной высоте все время принимаются те или иные меры».

После Куликовской битвы великий князь Дмитрий Донской продолжил собирание русских земель вокруг Москвы. Под ее высокую руку переходят Мещера, Белозерское княжество; предпринимает поход против князя Рязани и тот подписывает мир не на своих условиях. Приводится в повиновение Вольный город Новгород.

Поддерживаются связи с южными славянами, Византийской империей. Дмитрий Донской добивается независимости Русской православной церкви от Константинопольского патриарха.

Сама Москва становится крупным ремесленным городом, с которым на Руси в ту эпоху мог соперничать только Великий Новгород. Стала чеканиться собственная серебряная монета.

В 1366–1367 годах возводятся из «белого» камня стены и башни Московского Кремля. На них впервые на Руси устанавливают «огненный бой», то есть пушки-тюфяки. Когда в 1382 году к Москве со своей конницей подступил хан Тохтамыш, то его встретили пушечным огнем крепостной артиллерии.

Когда Дмитрий Донской передавал великое княжение своему сыну Василию, то он это сделал без санкции правителя Золотой Орды, что свидетельствовало о возросшей независимости Московского государства.

Ян Жижка стал одним из ближайших соратников Яна Гуса (сожженного на костре как еретик в 1415 году), руководителя Реформации 1400–1419 годов. Его сторонников называли гуситами, выступавшими против засилья Католической церкви в Чехии. Когда гуситы разбились на два крыла: умеренное (чашники) и радикальное (табориты), Жижка встал на сторону последних.

Свою первую победу табориты под его командованием одержали у Судомержа в 1420 году, где их отряд в 400 человек, отступавший от города Пльзеня, успешно отбился от 2-тысячного отряда королевских рыцарей. Этот бой примечателен тем, что табориты впервые применили здесь полевое укрепление из повозок, которое стало для конных рыцарей неодолимым препятствием.

После образования в 1420 году военного лагеря гуситов — Табора (ныне город в Чехии в 75 километрах от Праги) Ян Жижка стал одним из четырех гетманов гуситов, а фактических их главным полководцем. В том же году гуситское войско одержало свою первую большую победу при обороне Витковой (ныне Жижковой) горы, когда решался исход битвы за чешскую столицу. Ее восставшие жители осадили в Пражской крепости королевский гарнизон. Узнав об этом, табориты поспешили им на помощь.

К Праге спешил и император Священной Римской империи Сигизмунд I, возглавивший Первый крестовый поход (всего их было пять, все благословлял римский папа) на гуситскую Чехию. Его армию составили войска крупнейших курфюрстов и герцогов, итальянские наемники.

Армия таборитов подошла к Праге несколько раньше противника. Ян Жижка не стал ее располагать в самом городе, выбрав для походного лагеря Виткову гору близ города, к которому она была обращена восточным склоном. Протяженности горы составляла четыре километра. Табориты укрепились на ее вершине, построив со стороны Праги два деревянных сруба, которые усилили еще стенами из камня и глины, и выкопали глубокие рвы. Получилась небольшая полевая крепость.

Первую вражескую атаку отбил отряд таборитов, вооруженных тяжелыми цепами для молотьбы зерна. Когда последовала вторая атака рыцарей, то на помощь войску Яна Жижки пришли жители Праги, среди которых оказалось большое число лучников. Сражение на Витковой горе закончилось полной победой таборитов. После этой победы немало немецких феодалов покинули императорскую армию. И Сигизмунд I счел за лучшее оставить Прагу и уйти в свои владения.

Гуситы успешно осаждали рыцарские замки и храбро шли на их штурм. Летом 1241 года при осаде замка Раби гетман Ян Жижка был ранен и потерял зрение, но остался во главе гуситской армии. Он видел теперь поле битвы глазами своих ближайших помощников и отдавал верные приказы.

В январе 1422 года гуситские войска разгромили в решающем сражении у Габра главные силы европейского католического рыцарства в ходе Второго крестового похода. В том же году Жижка снял внезапным ударом блокаду с города-крепости Жатец (Заац), осажденного императором Сигизмундом I, а затем удачно избежал вражеского окружения у города Колин.

После крестоносцев постигла еще одна неудача, когда они окружили походный лагерь таборитов на горе Владарь, близ города Жлутин. В том бою табориты неожиданно для врага начали атаку с вершин вместе со своими повозками. Рыцари в страхе обратились в бегство, опасаясь бесславной гибели под колесами несущихся на них тяжелых повозок. Тех, кто избежал столкновения с повозками и искал спасения в бегстве, разили пешие конные табориты.

В 1422 году из Великого княжества Литовского на помощь таборитам пришла дружина, состоявшая из воинов-русичей. Около восьми лет они сражались бок о бок с чехами против немецких и иных крестоносцев. Те после взятия таборитами города Немецкий Брод пошли в Третий крестовый поход только в 1426 году.

В этот раз крестоносцы собрались в огромную 70-тысячную армию. Ян Жижка во главе 25 тысяч таборитов решительно двинулся ей навстречу. У города Усти состоялось большое сражение. Рыцари вновь оказались бессильными в атаке полевой крепости, построенной из 500 повозок. Чашу весов в битве пересилила контратака гуситской конницы. Несмотря на свое почти трехкратное превосходство, крестоносцы оказались разбитыми наголову, и им пришлось отступить.

Чтобы предотвратить новые крестовые походы на Чехию, Ян Жижка перенес военные действия на территорию своего противника. В середине 1423 года он предпринял большой поход в Моравию и Венгрию. Перейдя Малые Карпаты, войско таборитов вышло к Дунаю. Затем оно углубилось на венгерскую землю на 130–140 километров.

Последним победоносным сражением незрячего полководца стала Малешевская битва в июне 1424 года. В этот раз противниками первого гетмана стали не рыцари-крестоносцы, а свои сограждане-чашники, бывшие союзники по Реформации.

Табориты привычно укрепились на вершине горы, имевшей пологие склоны. Жижка решил отдать инициативу чашникам. И те первыми предприняли атаку вагенбурга таборитов на вершине горы, построившись в колонну. Когда она приблизилась к вагенбургу, Ян Жижка приказал спустить на идущих в гору атакующих повозки, груженные камнями. Колонна неприятеля сразу же пришла в полное расстройство и попала под удар пехоты и конницы таборитов. В довершение чашников обстреляли из тяжелых бомбард. Их в Малешевской битве ожидал полный разгром.

В том же году первый гетман гуситской армии Ян Жижка умер во время эпидемии чумы в осажденном городе-крепости Пршибиславе в центральной части Чехии.

Затем князь-воевода Даниил Щеня в 1493 году совершает быстрый рейд к русскому городу-крепости Вязьме и «берет ее у Литвы». Вяземские земли становятся частью Великого княжества Московского.

В 1496 году началась война Москвы со Швецией. В августе «большой воевода» Даниил Щеня повел на север, к крепости Выборг, великокняжеские полки. Штурм ее состоялся 30 ноября, когда в заливе «встал» лед. К этому времени «огненным боем» были разрушены две крепостные башни, а в третьей проделан большой пролом. Когда русские воины взошли на крепостные стены, рукопашный бой на них длился в течение семи часов.

Штурм Выборгской крепости закончился самым неожиданным образом для той и другой стороны. Взорвалась пороховая башня, и московские ратники, засевшие в ней, погибли. Этим воспользовались шведы и сбросили штурмовые лестницы со стен. Второй раз идти на приступ крепости воевода Щеня не стал: наступала зима и у его войска кончались припасы.

Когда началась очередная война с Великим княжеством Литовским, на этот раз за возвращение древнего Смоленска, Иван III разбивает московское войско на четыре рати. В поход на Литву отправляются только три из них. Четвертая часть — Большой полк под командованием князя-воеводы Даниила Щени — оставляется в стратегическом резерве.

Крепостной Смоленск являлся историческим ключом к Москве, поскольку закрывал собой Большую Московскую дорогу. Сам же Смоленск прикрывала с востока стоявшая на берегу Днепра деревянная крепость Дорогобуж. Она была взята ратью воеводы Юрия Кошкина.

Это сильно обеспокоило великого литовского князя Александра Казимировича. 40-тысячная польско-литовская армия, с большим обозом и «знатным» числом артиллерии, двинулась на Дорогобуж. Ее вел опытный гетман князь Константин Острожский.

Когда об этом узнали «на Москве», Иван III спешно отправил к Дорогобужу свою четвертую рать («тверскую силу») воеводы Щени. К Дорогобужу из Твери Даниил Щеня совершив быстрый переход, пришел раньше, чем гетман Острожский из гораздо более близкого Смоленска. К Дорогобужу, кроме полка Юрия Кошкина и «тверской силы», пришли отряды воевод Якова Кошкина, князей Семена Стародубского и Василия Шемячича. Всего набралось около 40 тысяч ратников, во главе которых встал Даниил Щеня. Полководец не стал прятаться за полуразрушенные деревянные стены Дорогобужа, а решил дать неприятелю сражение на Митьковом поле, в пяти километрах от города в сторону Смоленска.

Место для битвы было выбрано удачно. Впереди протекала глубокая река Ведрошь с единственным мостом через нее. Правый фланг русской позиции упирался в топкий берег Днепра, левый — в лесную чащу. Обходных путей не имелось.

Русские ратники перегородили Митьково поле «гуляй-городом» — полевой крепостицей из дощатых щитов с бойницами на колесах. В лесной чаще на левом фланге укрылся конный засадный полк. За Ведрошь был послан легкоконный передовой полк. Ему ставилась задача «задраться» с литовцами и заманить их через Ведрошь на Митьково поле.

Передовой полк со своей задачей справился успешно. Гетманское войско, преследуя его, как конная лавина, ворвалась через мост на Митьково поле. И только тогда князь Острожский неожиданно для себя увидел, что оно от Днепра до леса перегорожено «гуляй-городом», за стены которого ушли русские всадники.

Когда вся польско-литовская армия перешла Ведрошь, гетман выстроил ее для битвы. Началась она с артиллерийской пальбы. Количество пушек и пищалей не известно. Князь Константин Острожский, не имея возможности где-либо обойти противника, начал общую фронтальную атаку. У стены деревянной крепостицы начались ожесточенные схватки.

Когда большой московский воевода убедился, что все вражеские войска втянулись в сражение, он приказал засадному полку нанести удар. Конный полк вышел из лесной чащи в полном молчании, что усилило внезапный удар во фланг неприятелю.

Князь-воевода Даниил Щеня нанес гетману в разгар битвы еще один чувствительный удар. Отряженный от засадного полка отряд пронесся по берегу Ведроши, прорвался к мосту, перебил стражу и поджег мост. Так польско-литовская армия лишилась единственного пути к отступлению или бегству с поля брани.

Одновременно с ударом засадного полка в контратаку пошел Большой полк. Под таким двойным ударом гетманские войска повсюду стали откатываться к берегу Ведроши, где за огромным обозным станом горел единственный мост через нее, а бродов здесь не было.

Битва на Митьковом поле у реки Ведроши 14 июля 1500 года, крупнейшая за несколько столетий противостояния Москвы с Литвой (и Польшей), завершилась полным разгромом гетманской армии. Сам Константин Острожский сдался на милость победителей. Вместе с ним «в полон ушли двенадцать больших вельмож польской и литовской земель».

Сражение было настолько ожесточенным, что гетманские войска потеряли убитыми свыше 8 тысяч человек (по другим источникам — около 30 тысяч). Все оставшиеся в живых попали в плен. Русской рати достались огромные трофеи: вся вражеская артиллерия, вооружение, обоз, несколько десятков тысяч боевых коней и обозных лошадей. Армия Великого князя Литовского Александра Казимировича перестала существовать.

Следствием большой победы стало присоединение к Москве Чернигово-Северских земель части Смоленщины, многих городов. Однако древний Смоленск на Днепре остался за Литвой.

В августе следующего, 1501 года, началась война с Ливонским орденом. Орденские войска под командованием магистра Вальтера фон Плеттенберга подступили к небольшой порубежной крепости Изборск, но взять ее не смогли. Новый Великий князь Московский Василий III назначает Даниила Щеню большим воеводой и своим новгородским наместником. В октябре князь Щеня во главе больших сил идет в поход в Ливонию.

На пути разрушались рыцарские замки и разорялись орденские имения. В сражении у Гельменда ливонское войско, имевшее много пушек и ручного огнестрельного оружия, обращается в бегство. Московская рать вышла в свои пределы через реку Нарову и Иван-город. В последующие месяцы Щеня повторяет поход по орденской территории. Опустошению подверглись земли епископов Рижского и Дерптского, области Мариенбурга и Нарвы, то есть треть Ливонии.

В 1502 году орденское войско подступило к Пскову. Но уже на третий день магистр снял осаду, поскольку получил известие о том, что к городу спешит с полками большой воевода Даниил Щеня. Русская рать нагнала отступавших ливонцев у озера Смолино. Здесь 13 октября произошел бой, после которого те ушли к себе.

В конце 1503 года немецкие рыцари Ливонии вновь большими силами вторгаются на Псковщину. Князь-воевода Даниил Щеня во главе великокняжеской рати спешит к Пскову и в сражении отбрасывает от города орденское войско.

Прошло совсем немного времени, как в 1507 году польский король и Великий князь Литовский Сигизмунд I начинает войну с Московией, нарушив перемирие, заключенное на 14 лет. Князь Даниил Щеня принимает участие в первых приграничных боях, в осаде города Орши.

От Василия III полководец удостаивается звания «воеводы Московского». В этой высокой должности князь Даниил Васильевич совершает свой второй после битвы на Митьковом поле исторический подвиг — «Смоленское взятие».

К городу-крепости Смоленску великокняжеское войско за 1513–1514 годы подступало трижды. Три военных похода за два года! Первые две осады Смоленска желанного результата не дали.

В феврале 1514 года государь Василий III в третий раз «приговорил» идти на Смоленск. На этот раз крепость отрезается от Орши, где стояло войско короля Сигизмунда I. Начались осадные работы, город стал подвергаться пушечному обстрелу. В результате бомбардировки «весь град в пламени и курения дыма» оказался.

Осажденные выкинули над воротной башней белый флаг. Смоленский гарнизон «литвы» соглашался на капитуляцию, поскольку в городе с русским населением назревало вооруженное «возмущение мещан и черных людей». Большой воевода Даниил Щеня привел горожан к «крестному целованию» на верность Василию III.

После этого дня 31 июля 1514 года ни в разрядах, ни в летописях имя боярина, «воеводы Московского» князя Даниила Васильевича Щени больше не упоминалось.

Поражение и отступление многому научило де Кордову. Урок Семинара пошел ему только на пользу. Он ввел жесткую систему обучения и с высочайшего разрешения реорганизовал свою маленькую армию, которая сражалась с французами на земле Неаполитании. Поскольку ему противостоял противник, имевший превосходство в силах, то де Кордова вынужден был отказаться от больших столкновений. И повел против французов партизанскую войну, чтобы разрушить систему снабжения французов провиантом и прочими припасами.

Такая партизанская война уже скоро дала желаемые результаты. Теперь испанцы стали сами ввязываться в большие бои, а не избегать их. Но такое происходило только тогда, когда они находились в очень благоприятных условиях и расчеты на победу были весомыми. Через год действий на территории Неаполитанского королевства де Кордова сумел захватить в плен командующего французской армии.

К 1498 году он вернул силой оружия королю Фердинанду Неаполитанскому все потерянные им в войне против короля Франции земли. Разгромленные французские войска бежали из Неаполитании. Испанские войска, как победители, во главе с Фернандесом Гонсало де Кордовой с триумфом возвратились из Италии домой.

Итальянская война утвердила за де Кордовой славу полководца. Вернувшись в Испанию, он принял самое деятельное участие в реорганизации королевской армии. Полученный в Неаполитании практический опыт де Кордова применил при совершенствовании боевых возможностей пехоты. Она теперь делилась на подразделения, которые были способны маневрировать на поле боя, а не действовать «одной людской массой».

В состав испанской пехоты было введено большое число солдат, вооруженных тяжелыми ружьями, стрелявших с подпорок, то есть имевших аркебузы. Именно пехотинцы-аркебузиры способствовали утверждению военного господства Испанского королевства более чем на столетие в европейских войнах.

При де Кордове огнестрельной пехоты в испанской армии становилось все больше и больше. Армия Испании теперь четко делилась на пехоту, кавалерию и артиллерию. Было налажено взаимодействие между этими родами войск. Испанцы стали умело вести на войне маневренные действия, не раз ставя ими противника в безвыходное положение.

В 1503 году полководец во главе хорошо подготовленной, обученной и дисциплинированной 6-тысячной испанской армии снова прибыл в Италию морем, чтобы сразиться с французской армией, опять вторгнувшейся на земли Неаполитанского королевства. Так началась новая война двух соседних королевств — Испании и Франции.

Полководцу-реформатору предоставлялся прекрасный случай проверить на полях брани все свои «технические новшества» в вооружении армии и новые тактические приемы использования огнестрельной пехоты. Европе предстояло «увидеть» в деле реорганизованную испанскую пехоту, вооруженную в большом числе аркебузами.

28 апреля испанцы испанские войска заняли позицию на холмах у Чериньолы (Чериньлолы). Едва они успели вырыть окопы, как были атакованы подошедшими французами — 10-тысячной армией герцога де Немура. Аркебузиры открыли такой частый и меткий огонь, что неприятельские пехотинцы рядами валились на землю. Тех же французов, которые смогли достичь вершин холмов, истребляли храбро сражавшиеся испанские копьеносцы. Испанцы успешно отразили и вторую вражескую массированную атаку.

Полководец короля Франции герцог де Немур пал в том сражении, а его армия была разбита в ходе повторной атаки позиции испанцев. Известие о большой виктории испанского оружия на итальянской земле вызвало в Мадриде восторг успешными действиями полководца Фернандеса Гонсало де Кордовы. Вместе с благодарностями он получил еще и подкрепление. В испанской же армии за ним при жизни утвердилось прозвище Эль Гран Капитан, то есть «Великий командир».

После убедительной победы у Чериньолы, теперь уже 12-тысячная испанская экспедиционная армия двинулась на Неаполь и захватила город. Французским войскам пришлось отступить за реку Гарильяно и закрепиться там. На театре войны установилось временное, хрупкое затишье.

Полководец Фернандес Гонсало де Кордова выжидал, не принимая решительных действий и тем самым усыпляя бдительность противника, который тоже находился в состоянии бездействия. Наконец, в самом конце 1503 года, он двинулся вперед, приказав под покровом ночи навести понтонные мосты через водную преграду. Его действия оказались неожиданными для французов, которые уверовали в силу занимаемой позиции за немаленькой рекой.

28 декабря состоялось сражение на реке Гарильяно. Переправившись на противоположный берег, испанская пехота, вооруженная аркебузами и длинными копьями, храбро пошла в атаку. Нестройные ружейные залпы вновь косили ряды французов, которые имели огнестрельного оружия гораздо меньше, но были более многочисленны. Армия французского монарха вновь потерпела разгромное поражение на земле Неаполитании.

Воодушевленная большой викторией экспедиционная армия Испании переходит в наступление. В январе 1504 года де Кордова берет укрепленный город Гаэту. На этом для Эль Гран Капитана Испано-французская война на земле Италии закончилась полной победой. По подписанному миру французская корона отказывалась от всяких притязаний на город Неаполь и на юг Италии.

Все возрастающая личная популярность «Великого Капитана» в рядах испанской армии и в самой Испании стала причинной опалы де Кордовы при королевском дворе. Его полководческая карьера закончилась не на поле брани, а вследствие политических перемен в столице. Новый монарх Фердинанд, посчитав победоносного полководца опасным для престола, отзывает его из Италии и отстраняет от командования королевской армией.

Фернандесу Гонсало де Кордове пришлось подчиниться королевскому приказу, вернуться в Испании и уйти в отставку. Он поселился в родовом имении в Гренаде, где через одиннадцать лет ушел из жизни. Причиной его смерти стала малярия, которой он якобы заразился в Италии.

Макиавелли считается одним из основоположников идеологии Нового времени, рождавшейся в борьбе с идеологией феодализма и религией. Это особенно было значимо для Италии, поскольку Макиавелли причину ее бедственного положения видел в раздробленности страны. Он считал, что преодолеть это бедствие способна только сильная государственная власть с сильной военной составляющей.

Рассматривая историю Италии, Макиавелли резко осуждал политику феодальной знати, особенно папства, приводившую к постоянным раздорам и военным конфликтам, препятствовавшим образованию единого итальянского государства. Но при этом он опасался «черни», которая могла оказать давление на власть.

Выражая интересы и взгляды своего круга, Макиавелли считал, что ради упрочения государственной власти все средства хороши, будь то насилие, убийства, обман, предательства, что олицетворяло жизнь средневековой раздробленной Италии. Будучи человеком своей эпохи, он проводил в своих работах мысль о пренебрежении законами морали, так называемый «макиавеллизм». Силу он изображал как основу права.

Макиавелли в своих трудах подчеркивал, что орудием сильной государственной власти является армия. Такой тезис он утверждал историческими примерами из жизни феодальной Европы и, в частности, раздробленной Италии. При своей жизни он, собственно говоря, и не стремился объединить страну в одно целое, учитывая непримиримость противоречий между ее «кусками», одним из которых являлась Флоренция.

Главным трудом жизни Никколо ди Бернардо Макиавелли стал его знаменитый трактат «О военном искусстве», который он закончил в 1521 году. В нем автор изложил основные положения комплектования, организации, обучения и вооружения современной ему армии, требования к полководцу. Многое было взято из итальянской действительности. Критиковалась система наемников, и высказывались рекомендации заменить ее армией, комплектуемой на основе всеобщей воинской повинности. Макиавелли здесь опережал свое время.

Макиавелли основным родом войск считал пехоту, что было приемлемо для малых государств Италии. Именно пехота в ту пору решала исход сражений. Кавалерия, по его мнению, должна быть малочисленной, но хорошо обученной и экипированной. Это была элитная часть армии, дорогостоящая для любой государственной казны.

Касаясь военного искусства, Макиавелли утверждал, что армия должна иметь высокую тактическую выучку, слаженность в действиях, дисциплину в рядах войск, быть способной к быстрому маневру. Он считал, что особо значимую роль в этих делах имеет фигура военачальника, который должен был быть большим тактиком.

В трактате «О военном искусстве», среди прочего, давались рекомендации по устройству и укреплению военных лагерей, в том числе походных, осаде крепостей и ведению обороны. Обращалось внимание на важность достижения внезапности, значение резервов и создания материальных запасов.

Автор трактата главную роль в бою отдавал холодному оружию. Недооценка огнестрельного оружия связывалось с его несовершенством в ту эпоху и сложностью в использовании. Примеров тому в военной истории Средневековья известно немало.

К полководцу Макиавелли предъявлял следующие требования: он должен был обладать большей силой воли, решительностью и твердостью знаний во всех областях военного искусства. Считалось, что такая личность военного вождя способна гарантировать успешные действия всей армии.

Исследователи считают, что в своих взглядах на стратегию, изложенных в трактате, Макиавелли был непоследователен. То выдвигается в качестве главного средства достижения победы решительное сражение, то длительная осада крепостей. Здесь уместно заметить, что победа на поле сражения не всегда решала судьбу войны, равно как и успешная осада вражеской крепости.

Трактат «О военном искусстве» мыслящего военного теоретика, который смог осмыслить военное дело современной ему Европы, получил широкую известность после выхода в свет. Трудов подобного уровня европейское Средневековье не знает.

Макиавелли пытался воплотить свои идеи в жизнь. В 1506–1510 годах он стал создателем ополчения (до 20 тысяч человек), проходившего систематическое военное обучение. Но хорошо организованной и обученной армией оно так и не стало. Когда началась длинная серия Итальянских войн 1494–1559 годов флорентийское ополчение, обученное «по Макиавелли», было разбито в 1512 году профессиональной испанской армией, которая вторглась на территорию Флорентийской республики.

Никколо ди Бернардо Макиавелли вошел в историю как действительно крупный военный теоретик, сделавший важный шаг в развитии военной историографии. Его к тому же считают и первым военным писателем Нового времени. Изложенные в трактате «О военном искусстве» принципы ведения войны и закономерности развития военного искусства в той исторической эпохе принесли Макиавелли большую известность еще при жизни.

Селим I имел многочисленную и хорошо вооруженную тяжелую кавалерию, состоявшую из турецких феодалов (сипахов), и легкую конницу, составленную преимущественно из ополчений курдских и других полукочевых племен, хорошо организованную для того времени полевую, осадную и крепостную артиллерию. Янычары были вооружены огнестрельным оружием, хотя какая-то их часть все так же имела луки и стрелы.

Отличительной чертой армии Селима I была крайне жестокая воинская дисциплина. Воин, который пытался в чем-то не согласиться со своим командиром, подлежал только одному наказанию — смертной казни. Поэтому повиновение в османской армии было беспрекословным. Во время завоевательных походов такая воинская дисциплина не раз позволяла турецким войскам брать верх над противниками.

Вторжение в Персию началось из Сиваса. Турецкая армия через Эрзурум вышла к верховьям реки Евфрат. Персы применили против нее тактику «выжженной земли», которая не дала желаемых результатов, поскольку в армии Селима I была грамотно поставлена фуражирская служба. Турки беспрепятственно подошли к городу Хою, в окрестностях которого персидский шах собрал свою многочисленную, исключительно конную армию восточного типа.

23 августа на восточном берегу реки Евфрат у Халдирана турки-османы сошлись в сражении с 50-тысячной персидской армией во главе с шахом Исмаилом. Однако его армия во многом уступала турецкой — прежде всего в организованности и дисциплине, в артиллерии и количестве ружей. Кроме того, в ней не было пехоты. Турки смогли подготовиться к битве гораздо лучше персов.

Султан Селим I выдвинул вперед в качестве заградительного барьера пеших воинов-ополченцев. Далее, за наспех вырытым рвом разместились пешие янычары — лучники и аркебузиры. С флангов турецкую позицию прикрывали скованные цепями повозки, а перед янычарами на флангах стояли пушки, скованные колесо к колесу. Еще далее на флангах разместились конная гвардия султана и османское феодальное легкое конное ополчение (тимариоты).

Персы атаковали первыми, опрокинув пешее ополчение турок и тимариотов. Сражение вначале не давало надежд на победу ни той, ни другой стороне. Был момент, когда верх брали персы. Но янычары и гвардия султана устояли под натиском персидской конницы. Селим I, как полководец, оказался на высоте — удачно сманеврировав на поле битвы, он одержал убедительную победу. Туркам в качестве самого ценного трофея достался персидский походный лагерь и огромными запасами провианта и фуража.

Персидская конная армия, понеся большие потери, рассеялась по окрестным горам. Шаху Исмаилу тоже пришлось спасаться бегством. Султан Селим I двинул свою армию еще дальше на восток, и в сентябре того же 1515 года захватил тогдашнюю столицу Персии город Тебриз (ныне — главный город Иранского Южного Азербайджана).

Из Тебриза Селим I намеревался продолжить тяжелый поход на восток, но против такого решения взбунтовались янычары. Недовольны были и тимариоты. Султану пришлось подчиниться требованиям взбунтовавшихся войск. Его армия вернулась из пределов Персии с огромной военной добычей.

Вскоре Селим I узнал о том, что Египет и Сирия заключили против него союз с шахом Ирана. Султан решил опередить своих новоявленных врагов, собрав более чем 40-тысячную армию: 15 тысяч тимариотов, 8 тысяч — янычар, 3 тысячи — конной гвардии и 15 тысяч пеших ополченцев.

Мамелюкский султан Гансу-аль-Гаури готовился к вторжению в Турцию из города Алеппо (ныне — сирийский Халеб). Он собрал 15-тысячную конную армию, пехоты и артиллерии не имел. Селим I опередил его: в июне 1516 года он вторгся в Сирию. 24 августа на ее севере у Мерж-Дабика состоялось большое сражение.

Турецкий правитель построил свою армию так же, как и в Халдиранской битве. Мамелюки атаковали строем в виде полумесяца. Легкая арабская конница была бессильна против дисциплинированной янычарской пехоты и многочисленной артиллерии османов. Мамелюкский султан погиб, а остатки его войска ушли в Египет.

Селим I двинулся в новый завоевательный поход — в Египет. Султанскую армию сопровождал большой флот. В октябре 1516 года турки захватили город-крепость Газу, открыв себе путь к Нилу и египетской столице. В январе 1517 года они подступили к Каиру. Там османы встретились с армией египетского султана Ашрафа Туман-бея, основой которой были мамелюки.

22 января под стенами Каира произошло решающее сражение, которое определило на несколько веков судьбу Египта. Сняв пушки с кораблей своего большого флота, турки заняли позицию в Эль-Канка на ближних подступах к столице. Селим I умело расположил свою артиллерию на высотах для действий против многотысячной легкой мамелюкской конницы: при каждом ее приближении открывался сильный огонь. Янычарская пехота, окопавшись у высот, надежно прикрывала позиции артиллерии.

Ночью Селим I решительно атаковал конное войско мамелюков. Оно демонстрировало свое бессилие против янычар с их огнестрельным оружием. Сражение закончилось полным поражением султана Аштрафа Туман-бея. Турки заняли Каир, потеряв в сражении 6 тысяч человек, а мамелюки — 7 тысяч. Победители устроили в городе резню, перебив более 50 тысяч его жителей.

Султан Селим I Храбрый и Свирепый стал мечтать о продвижении на Запад. На Востоке у него уже не было противников. Но смерть оборвала его далеко идущие планы, осуществлять которые будет его сын Сулейман I Великолепный, наследовавший отцовскую армию и флот.

Тот поход начался с того, что царские рати отразили под крепостью Тулой набег крымского хана Девлет-Гирея. Его войско было усилено турецкими янычарами и артиллерией. При бегстве крымским татарам пришлось «телеги пометать и верблюдов много порезать, иных живых бросить», «пушки некоторые и кули потопить, и порох», «коней бросить много». Русские полки под командой Воротынского вели дальнее преследование за Окой.

После этого рать Ивана Грозного подступила к Казани. Князь-воевода Михаил Воротынский руководил осадой со стороны Арских и Царевых ворот. Во время отражения ночной вылазки сражался в первых рядах, получив несколько ранений.

Во время первого штурма города-крепости 30 сентября ратники Большого полка засыпали крепостной ров хворостом и землей, захватили Арскую башню и завязали бой на городских улицах. Воротынский послал гонцов к царю, настаивая на начале общего штурма, но другие воеводы оказались не готовыми пойти на приступ. Воины Большого полка ушли из города, но Арскую башню оставили в своих руках.

2 октября Казань берется приступом. Через проломы, проделанные взрывами подкопов, у Арсих и Ногайских ворот Большой полк воеводы Михаила Воротынского ворвался в город. Там он, усиленный половиной Царского полка, победно завершил уличные бои. После «Казанского взятия» князь-воевода был включен в состав «Ближней думы» (Избранной рады) Ивана IV.

В 1557 году был «дворцовым воеводой» при особе царя. Когда в следующем году началась длительная Ливонская война, Иван Грозный поставил князя Воротынского старшим беречь южную границу от набегов крымской конницы. Война же на северной окраине Дикого поля утихала в ту эпоху только на самые короткие отрезки в десятилетиях.

В 1562 году был отбит набег 15-тысячной крымской орды хана Девлет-Гирея, совершившего нападения на ряд русских пограничных городов и сумевшего сжечь посады Мценска. Этот набег едва не сорвал поход московского государя на Полоцк.

В том же году «большой воевода» Михаил Воротынский попал в царскую опалу и был сослан с семьей в Белоозеро. Это было связано с изменой князей Вишневецкого и Бельского. Опала была снята в 1565 году: Воротынский вновь был поставлен воеводой Большого полка, стоявшего на «крымской украине»: через два года крымская конница «отбивается» от Северской земли.

На пограничном юге «полегчало» только в 1569 году, когда полным провалом закончился Астраханский поход турецких войск (17 тысяч при ста тяжелых пушках) и конной армии крымского хана Девлет-Гирея во всем ее множестве.

Весной 1570 года русские полки отбивают набег 50-тысячной крымской конницы, которая подступила к Рязани и Кашире. Налетчики были не просто прогнаны от русского порубежья: их долго преследовали и отбили людской полон.

В 1571 году государь в специальном «наказе» назначил боярина князя Михаила Воротынского руководителем обороны всей «крымской украины». Ему подчинялись все воеводы южной огнедышащей границы. Ее воевода за долгие годы изучил основательно, и потому для него не виделось секретов в службе порубежных стражников — сторож и станиц.

Воевода Михаил Воротынский составляет свой знаменитый «Боярский приговор в станичной и сторожевой службе» — первый в истории России пограничный устав и он же воинский устав. Устав Воротынского действовал в русском войске более 100 лет!

Весной 1571 года хан Девлет-Гирей во главе почти 40-тысячной конной орды сумел прорваться к Москве. Но ворваться в сам город налетчики не смогли: на Таганском лугу их встретил полк воеводы Михаила Воротынского, отбивший все атаки крымской конницы. После этого князь со своими ратниками «провожал» хана до самого Дикого поля.

Летом следующего года чингизид вновь привел уже 120-тысячную конную армию (по другим сведениям числом несколько меньше) в русские пределы. О том «на Москве» стало известно заранее, и полки своевременно вышли на линию границы — «берег» Оки и Угры. Воевода Воротынский с Большим полком (более 8 тысяч воинов) и «нарядом» (артиллерией) встал в Коломне, закрыв прямую дорогу к Москве.

Конница Девлет-Гирея вышла к «берегу» 26 июля, обойдя стороной Тулу. Попытки крымчаков перейти «перелазы» — броды через Оку — успеха не имели. Однако в ночь на 28 июля ногайцы Теребердей-мурзы прорвались через Сенькин брод, который охраняло всего две сотни поместной дворянской конницы. Так враг прорвал «берег».

Ханская армия вышла на Серпуховскую дорогу, ведущую к Москве. Хан, чувствуя опасность, прикрылся сильным арьергардом во главе со своими сыновьями. Опасался не зря: днем 28 июля у селения Молоди, в 45 верстах от Москвы, «хвост» крымского войска настиг полк воеводы Дмитрия Хворостинина. «Царевичи» были разгромлены и бежали к отцу.

Девлет-Гирей решил уничтожить преследователей, послав против полка Хворостинина свежие силы — 12 тысяч крымских и ногайских всадников. Но у Молодей ситуация уже изменилась: быстро подошедший сюда из Коломны князь Михаил Воротынский с Большим полком поставил на дороге «гуляй-город» — полевую крепость из деревянных щитов на колесах. Он умело заманил противника под огонь пушек и пищалей из «гуляй-города». Ханская конница, понеся большие потери, отхлынула назал.

Хан, перейдя реку Пахру, остановился в 30 верстах от Москвы. Весь день 29 июля он простоял там, не решаясь идти дальше на Москву. На следующий день крымская конница повернула назад и всей массой обрушилась на русские полки, стоявшие у Молодей под прикрытием «гуляй-города».

Первая атака была отражена «огненным боем» из «гуляй-города». Хан вновь и вновь посылал конные тысячи в бой. Однако полевая крепость русских и конные «дети боярские», стоявшие «вне града», отразили все атаки. В плен попало немало приближенных Девлет-Гирея, в том числе его главнокомандующий Димей-мурза.

Видя огромные потери, хан прекратил бесплодные атаки, и два дня приводил свое войско в порядок. Позиция русских у «гуляй-города» была блокирована со всех сторон. 2 августа чингизид возобновил атаки: противник перекрыл ему прямую дорогу в Крым. Атаковал конницей и спешенными тысячами. Особенно старались «царевичи»: Девлет-Гирей приказал им любой ценой отбить Димей-мурзу.

Хан спешил, получив ложную весть о подходе на помощь князю Воротынскому «рати новгородской многой». Когда к концу дня вражеский натиск стал ослабевать, князь пошел на военную хитрость. Он вывел часть войск из «гуляй-города» и незаметно вывел их лощиной в тыл ханскому войску. Одновременно с ней вперед пошли защитники «гуляй-города».

Успех был полный. Крымское войско вместе с ханом под ударом с двух сторон обратилось в повальное бегство к Оке. Преследование велось жестокое: истребление и пленение крымчаков велось до самого речного берега. Все же Девлет-Гирей сумел спасти часть своего войска, прикрывшись на переправе 5-тысячным отрядом конницы, который был перебит весь. В Крым возвратилось только около 30 тысяч деморализованных ханских воинов. Такого разгрома Крымское ханство, вассал турецких султанов, в своей истории еще не знало.

Сражение при Молодях стало венцом полководческой биографии большого воеводы князя Дмитрия Воротынского, автора первого воинского устава в истории России.

Делая ставку на более современную армию, Ода Набунага начал успешно вести «маленькие» войны с такими же, как и он, феодалами центральной и северной части острова Хонсю. Большой государственник в истории средневековой Японии сумел в самый короткий срок значительно увеличить свои земельные владения. В их число вошла и тогдашняя столица империи город Киото. После этого Ода Набунага заставил силой признать свою власть почти всех феодальных правителей на Хонсю.

Недавний правитель средней руки приобрел в Стране восходящего солнца такую силу и власть, что мог поставить сёгуном Японии своего человека. Сёгун Асигава Есиаки послушно исполнял указания своего повелителя, правда, только до поры до времени. Когда он вышел из повиновения своему патрону, то в 1573 году был свергнут с тайного на то согласия божественного императора.

Сломив сопротивление соседей-феодалов и подчинив их своей воле, Оду Набунага столкнулся с новым серьезным противником. Это были многочисленные буддийские монастыри в окрестностях столичного Киото. Каждый такой монастырь представлял собой спаянную общину воинов, имевших землю и крестьян. Отряды буддийских монахов принимали самое деятельное участие в феодальных междоусобицах.

Ода Набунага вовремя заметил, что буддийские монастыри стали чересчур могущественными и воинственными. Они были по очереди побеждены и разрушены, поскольку больше напоминали хорошо укрепленные замки, чем храмы. И жившие в них монахи оружием владели не хуже самураев.

Воссоединив, таким образом, большую часть страны, при этом даже в малом не покушаясь на власть императора, Ода Набунага стал укреплять центральную власть (разумеется, свою, диктаторскую). С 1576 года с его легкой руки на Японских островах начинается целая эпоха повсеместного строительства хорошо укрепленных замков.

В них гарнизонами ставились только верные диктатору войска. Разумеется, основу их составляла огнестрельная пехота. Асигару набирались из крестьян, к самурайству не относились никаким боком, поэтому на их верность правитель Ода Набунага мог вполне положиться не только во время междоусобной войны, но и при ее ожидании.

Введя законность в стране, он упразднил местные таможни, что заметно оживило внутреннюю торговлю, стал строго наказывать за разбой, творимый самураями. Самым жесточайшим образом подавлялись частые крестьянские восстания, а руководившие ими буддийские секты подвергались разгрому и гонениям.

Воинственный и целеустремленный герой японского Средневековья так и не успел завершить свои планы объединения империи на Японских островах в действительно единое, монолитное государство, сильное в военном отношении. В 1582 году Ода Набунага был убит из мести одним из своих приближенных самураев.

Корейский флотоводец, подаривший мировой истории первые броненосцы, названные «плавучими черепахами», и выигравший войну на море у Японии, подвергнув ее флот разгрому.

Появление первых броненосцев во флотах мировых морских держав имеет удивительную предысторию. И связана она была не с Европой, а с Востоком, с Кореей — с именем ее талантливого флотоводца Ли Сун Сина, мыслящего в морской войне, далеко опережая свою эпоху. Спасшего на закате XVI столетия Страну утренней свежести (Корею) от нашествия флота и армии Страны восходящего солнца (Японии).

Война на море, прославившая Ли Сун Сина, начиналась так. Диктатор-полководец Тоетоми Хидэеси, которому удалось окончательно объединить Японию в единое государство, решил начать завоевания на материке. Ближайшим соседом была Корея, раздираемая внутренними междоусобицами. И он стал усиленно готовиться к завоевательной войне, заботясь, прежде всего, о создании сильного флота.

Начатая кораблестроительная программа за полтора года оказалась близкой к завершению. Число новопостроенных военных кораблей и малых судов прибрежного плавания позволяло перебросить через Корейский пролив более чем 100-тысячную армию вторжения.

Для того чтобы начать войну, требовался благовидный предлог. В апреле 1592 года Хидэеси потребовал от вана Сонджо — короля Кореи — беспрепятственно пропустить через его владения японскую армию для похода против Китая. Но тот отказался это сделать, поскольку был верным вассалом китайской династии Мин.

Так началась война между Японией и Кореей, которая в истории получила название Имджинской. «Имджин» означал наименование 1592 года в 60-летнем цикле календаря, которым пользовались в те времена китайцы и корейцы.

Японская армия успешно высадилась на юг Корейского полуострова и стала продвигаться на север страны. Диктатор Тоетоми Хидэеси верно оценил возможности корейской сухопутной армии, чего нельзя было сказать об оценке флота противника, во главе которого стоял ванский адмирал Ли Сун Син (формально он командовал флотом южной провинции Чолла).

Ли Сун Син стал действовать на вражеских коммуникациях, лишив завоевателей немалого числа судов. Имджинская война подарила мировой истории корабли, которые носили название броненосцев, или «плавучих черепах». Это было изобретение адмирала Ли Сун Сина: большие низкопалубные галеры его собственной конструкции обшивали железными листами, за которыми, как за крепостными стенами, укрывались и воины, и гребцы. Броненосцы вооружались пушками и различными «зажигательными снарядами».

Ли Сун Син. Гравюра 1853 г.

Считается, что флот адмирала из провинции Чолла (Чолладо) имел, как минимум, две такие «плавучие черепахи». Но это на первых порах. Исследователи считают, что в той войне добычей этих корейских броненосцев стали 59 неприятельских кораблей, которые были или сожжены, или потоплены. Война показала, что судовые экипажи корейцев обладали заметно лучшей морской выучкой.

Ли Сун Син впервые прославил себя, когда совершил успешный набег на остров Кочжедо, на котором находилась временная стоянка японских кораблей, перевозивших десант. Тогда атакующие потопили несколько больших кораблей и до десятка малых.

Новое морское сражение состоялось близ портового города Окпхо (Кенсандо). В ходе схваток флот провинции Чолла уничтожил 44 корабля японцев. «Плавучие черепахи» действовали в морских боях выше всяких похвал, оставаясь для неприятеля почти неуязвимыми.

В июне 1592 года в Желтом море у острова Хансандо произошла большая морская битва. Считается, что в ней адмирал Ли Сун Син командовал флотами нескольких провинций Кореи. В ходе ожесточенного сражения корейцы потопили и сожгли 59 японских кораблей вместе с их экипажами. После этой битвы господство на море перешло к корейскому флотоводцу. Он продолжал искать новых встреч с врагом, смело вступая с ним в бой.

В ноябре 1592 года корейский флот совершил нападение на порт Пусан, где базировался флот Японии, состоявший из 470 различных судов. Японцы свезли экипажи на берег, решив артиллерийским огнем с него отразить нападение. Адмирал Ли Сун Син поставил в первую боевую линию «плавучие черепахи», которые «безболезненно» переносили пушечный огонь с берега.

Нападавшие сожгли около сотни судов, стоявших на якоре и оказавшихся без экипажей. После этого корейцы высадились на берег и повели там бой. Вернуться обратно на корабли их заставило появление на берегу большого кавалерийского отряда самураев. Флот Ли Сун Сина ушел от Пусана с большой добычей.

Поражения на море обернулись для японской экспедиционной армии тяжелой ситуацией. Ей грозила опасность быть отрезанной от Японских островов. Снабжение войск заметно ухудшилось, почти перестали поступать подкрепления. Самураи потерпели ряд поражений на суше и отступили на юг полуострова, к Пусану.

Однако вскоре Стране восходящего солнца удалось изменить ситуацию к лучшему для себя. В Корею были переброшены новые войска. Японцы усилили свой военный флот, многое переняв у своего противника. У них появились собственные броненосцы — «кобуксоны». Однако выучка корабельных экипажей продолжала желать много лучшего. Да и к тому же японские адмиралы отличались самостоятельностью в решениях, не желая подчиняться друг другу.

Появление новых значительных сил японцев на юге полуострова изменило ход войны. При дворе корейского вана стали искать виновного, и таковым оказался, на удивление всем, адмирал Ли Сун Син, подлинный великий герой Имджинской войны. Его обвинили в трусости, поскольку он не смог воспрепятствовать высадке нового вражеского десанта. Адмирала приговорили к смертной казни. Но затем король помиловал талантливого флотоводца за прежние боевые заслуги и разжаловал в рядовые матросы.

Во главе корейского флота был поставлен адмирал Во Гюн, который имел больше заслуг в придворной жизни, чем в войне на море. В июле 1597 года он попытался атаковать портовый Пусан, но его корабли попали в жестокий шторм и многие потонули. Несколько из них волны выбросили на берег острова Кадокто, где они стали трофеями неприятеля. В результате морской стихии флот Во Гюна перестал существовать.

Ободренные случившимся, японские войска на суше перешли в наступление. Корейская армия стала отступать к столичному Сеулу, не в силах сдержать атакующий порыв самураев. При дворе вана переполошились, и во главе военно-морских сил страны вновь оказался испытанный и победоносный адмирал Ли Сун Син, которому возвратили прежний чин и почести. Но теперь в его распоряжении оказалось всего 12 боевых кораблей.

Это не смутило бесстрашного флотоводца. С такими малыми силами он в сентябре 1597 года совершил дерзкое нападение у острова Чандо на флот Японии, имевший в своем составе 200 (!) различных судов. По другим данным, их было даже вдвое больше. В ходе морского сражения японцы понесли от бронированных «плавучих черепах» огромный урон — 50 потопленных кораблей. Остатки разгромленного вражеского флота бежали к острову Кюсю.

После этой блестящей победы адмирал Ли Сун Син смог восстановить недавнюю силу корейского военного флота, наладив постройку новых кораблей. Господство в войне на море вновь перешло в его руки.

Имджинская война на суше тоже изменилась. В Корею вошли китайские войска, которые соединились с армией вана. Японцы вновь откатились на юг полуострова. Объединенный корейско-китайский флот блокировал неприятельскую армию, сосредоточившуюся у Унчхона, со стороны моря.

Огромный японский флот — примерно 500 различных судов — попытался прорваться в бухту Норянджин, чтобы эвакуировать войска из осажденного Унчхона. Здесь в ноябре 1598 года состоялось последнее морское сражение в ходе Имджинской войны. Адмирал Ли Сун Син мог праздновать большую победу: бо́льшая часть вражеской армады была потоплена вместе с 10 тысячами членов экипажей.

Но эта победа для флотоводца, изобретателя броненосных «плавучих черепах», оказалась и последней в жизни: в сражении Ли Сун Син получил смертельное ранение.

Тогда Тилли провел сильную и внезапною атаку, и его пехота в строю «терико» в 5-часовой битве одержала верх. Пфальцы у моста были разбиты с потерей около 12 тысяч человек. Урон победителей оказался гораздо меньшим. В следующем году католическая армия праздновала победу в сражении у Штадтлона, где было разбито объединенное войско протестантских монархов Германии.

Фельдмаршал Иоганн фон Тилли успешно воевал против армии Датского королевства и ее союзников-протестантов. 20 августа 1626 года состоялось большое сражение у деревни и замка Луттер близ Баренберга. Датчане понесли разгром, отступили, оставив на поле битвы 4 тысячи убитых и 2 тысячи раненых пленных. Трофеями победителей стали 60 знамен, вся артиллерия (22 пушки) и обоз с большими запасами солдатский амуниции. Тилли получил от императора графский титул.

Однако когда на театре войны появилась шведская армия под командование короля-полководца Густава-Адольфа, войска Католической лиги стали терпеть поражения. Одной из причин того явилось то, что строй пехоты «терико» устарел и уже не отвечал требованиям времени. Шведская армия оказалось со своей легкой артиллерией гораздо более мобильной.

Последним успехом фельдмаршала фон Тилли в Тридцатилетней войне стали осада и штурм города Магдебурга. У осажденных (две тысячи человек) закончился порох, и вражеская бомбардировка разрушила одну из крепостных башен. В начале приступа пал комендант города-крепости, и католики, ворвавшись в Магдебург, устроили в нем резню протестантов. Из 30 тысяч его жителей в живых остались только 5 тысяч человек. Полководец Священной Римской империи получил прозвище «Палач Магдебурга».

Трагедия Магдебурга наполнила радостью всю католическую Германию и повергла в страх ее протестантскую часть. Один за другим из Тридцатилетней войны стали выходить противники Габсбургов из числа монархов-протестантов. Устояли только курфюрст Саксонский и ландграф Гессенский: они соединились со шведской армией.

Тогда фельдмаршал фон Тилли во главе 25-тысячной католической армии совершил карательный поход по саксонской земле. В сентябре 1631 года он сошелся в сражении со шведско-саксонской армией на Брейтенфельдской равнине. Успех сперва был на стороне католиков: атакуя, они разбили и обратили в бегство саксонцев. Но шведы со своим королем выстояли, отразив семь атака тяжелой кирасирской кавалерии Тилли.

В итоге король Густав-Адольф переиграл графа фон Тилли. Католики потеряли 7 тысяч убитыми и 6 тысяч пленными. Победителям досталась вся артиллерия противника, а их собственные потери в сражении составили 2700 человек, из которых собственно шведов было только 700 человек.

Фельдмаршал Тилли все же сумел восстановить численно армию Католической лиги, прежде всего за счет «всех» войск Баварии. В 1632 году в начале сражения на реке Лех он получил смертельное ранение фальконетным ядром.

С кончиной фельдмаршала Иоганна фон Тилли имперская армия и Католическая лига потеряли в Тридцатилетней войне незаменимого полководца, Католическая церковь — ревностнейшего из своих поборников, а построение пехоты «терико» осталось в истории.

Благодаря этому ударная сила даже небольшого отряда заметно возрастала. Теперь противнику, который придерживался устаревшей линейной тактики, было трудно противостоять такому боевому построению войск Морица Оранского. Он постоянно отрабатывал на учениях действия своей небольшой по численности армии, что позволяло ей на поле битвы не раз удивлять испанских военачальников и их опытных в войнах солдат.

Нидерландский генерал-капитан понял и другое — сила армии кроется и в ее маневренности. Под ней он понимал умение совершать быстрые переходы, чтобы появляться перед противником там и тогда, когда тот этого не ожидает и потому небдителен.

Статхаудер, имея большие финансовые возможности, позаботился о перевооружении армии. Его солдаты получили легкие мушкеты, которые оказались значительно легче стрелкового оружия испанских войск. Теперь мушкеты (бывшие аркебузы) имели не прямое ружейное деревянное ложе, а искривленное, более удобное для прицельной стрельбы. Появился колесцовый замок, который стал вытеснять ружейные фитили.

Нидерландская артиллерия получила орудия стандартных калибров — 48-, 24-, 12- и 6-фунтовые, что позволяло избежать постоянной неразберихи с калибрами пушечных боеприпасов как в сухопутной армии, так и на флоте. Для крепостной артиллерии широко использовались мортиры и гаубицы. Эти виды орудий в большом числе применялись и при осаде каменных крепостей. Артиллеристы в войсках Морица Оранского проходили систематическое обучение и были хорошими профессионалами своего дела.

Артиллерийские снаряды постоянно совершенствовались, позволяя усиливать мощь пушечного огня. Использовались бомбы, каркасные снаряды, каменные ядра. Бомбы были сферической и продолговатой формы. Перед выстрелом бомбардир сперва зажигал трубку бомбы и только потом пороховой заряд, то есть пушка стреляла «двумя огнями».

Новые армейские подразделения батальонного типа получили легкие артиллерийские батареи, которые отличались подвижностью, и военных инженеров-саперов. Первое новшество позволило заметно усилить огневую мощь, второе давало значительные возможности при маневрировании на местности, которая изобиловала всевозможными препятствиями — лесными дорогами, реками и каналами.

Единственным родом войск, который не подвергся серьезной реформе, оказалась кавалерия, которая было немногочисленной. Но для нее генерал-капитан ввел обязательную военную подготовку, чтобы улучшить ее маневренность.

Но и в кавалерийском деле великий реформатор XVI столетия ввел принципиальное новшество. Он создал новый вид кавалерии — рейтаров (будущих кирасир). Они вооружались мечом, длинным пистолетом и имели защитное снаряжение в виде стального шлема и нагрудника. В бою рейтарская кавалерия строилась в пять шеренг. Схватки с противником она начинала с нестройного залпа из пистолетов, после чего начиналась рубка.

Принц Мориц Оранский многое сделал для того, чтобы поднять статус офицеров и солдат в стране. Он перестал делать ставку на вербовку немецких ландскнехтов, начав набирать в армию, прежде всего, из местных жителей. Многое делалось для духовного воспитания воинов, что давало им большой перевес над испанскими наемниками.

Своих офицеров, прежде всего, младших командиров, начинающих военную карьеру, статхаудер заставлял посещать местные университеты. Более того, опережая свое время, он пошел еще дальше в деле подготовки профессиональных офицерских кадров. В начале 1590-х годов он основал первую в мире академию для подготовки офицеров. Военный реформатор и полководец Нидерландов считал, что боеспособность реорганизованной им армии во многом зависит от большого числа профессионально подготовленных командных кадров.

На одну роту нидерландской армии (не более ста человек) приходилось 28 младших военных начальников: капитан, лейтенант, прапорщик, два-три сержанта, три капрала, три ландпассата, один оружейный голова, один капрал из благородных или ефрейторов, один писарь, один профос, десять младших ефрейторов и два барабанщика.

Командный состав роты получал столько же денег за службу, сколько солдаты всей роты. Показателен такой факт: экономическое положение страны позволяло статхаудеру аккуратно выплачивать жалованье своей наемной армии, что было для Европы редким явлением.

Так в Нидерландах за самое короткое время была создана первоклассная по тому времени наемная армия в составе 30 тысяч пехоты и 3 тысяч кавалерии. С ней принц Мориц Оранский в 1590 году возобновил освободительную войну против Испанского королевства.

За первые пять лет был взят ряд сильных крепостей. Были одержаны победы в полевых сражениях — при Торнгуте в 1597 году и при Ньюпорте в 1600 году, когда была разбита армия эрцгерцога Альберта. Нидерландский полководец перенес боевые действия из северных провинций на юг, во Фландрию, где его армия и флот действовали успешно.

В итоге в 1609 году король Испании был вынужден заключить с Республикой Соединенных провинций перемирие на 12 лет, то есть фактически признавалась их независимость. Однако Южные Нидерланды (современная Бельгия) остались под испанским правлением. В 1621 году статхаудер не пожелал продлевать перемирие и возобновил войну, однако вскоре ушел из жизни.

Современники считали принца Морица Оранского, талантливого мыслителя-государственника, одним из самых передовых военных деятелей своей эпохи. Среди его прочих реформаторских заслуг отмечается введение воинских уставов, регламентировавших всю армейскую жизнь. Его уставы были известны по всей Европе, в том числе и в Русском царстве. Нидерландская наемная армия при Морице Оранском являла собой образец организованности и дисциплинированности — ничего похожего не было ни в одной другой наемной европейской армии. Подчеркивалось, что мирные граждане нидерландских городов и деревень при нем не боялись солдат-наемников армии собственной страны.

Наследовавший престол Аббас I начал свое правление, обладая армией, состоявшей из феодальных ополчений кызылбашских кочевых племен. Если не считать, разумеется, шахской гвардии, которая состояла из шести тысяч конных лучников — курчиев. С такими военными силами, которых едва хватало на подавление внутренних мятежей, затевать войну против Оттоманской Порты было невозможно.

Так на смену кызылбашам пришли шахсеваны. В переводе с персидского слово «шахсеван» означает «любящий шаха». Наряду с феодальным ополчением, которое получало жалованье из персидской казны, создается регулярная армия — главное детище шаха-реформатора. Ополчение кызылбашских племен сокращается до 30 тысяч. Известное сокращение коснулось и племенных ополчений кочевников.

Теперь основу регулярного войска Персии составляла пехота — 12 тысяч мушкетеров-туфангчиев. Их вооружение и обмундирование отличались относительным однообразием. По специальным наборам среди собственно персов была создана артиллерия, которая частью (малокалиберные орудия) возилась на верблюдах. Орудийная прислуга называлась топчиями.

Основной заботой Аббаса I стала регулярная кавалерия. Он взял за основу ее формирования принципиальную схему создания турецкой янычарской пехоты. Шахскими кавалеристами-гулямами становились православные армянские и грузинские юноши, которые проходили в Персии принудительное обучение и были обращены в ислам.

Шах Аббас I добился желаемого — Персия стала обладательницей почти 120-тысячной армии. В ее составе 44 тысячи были регулярными войсками, а феодальное ополчение кызылбашей и кочевых племен составляло 75 тысяч конных воинов, имевших собственное оружие.

В мировую военную историю шах Аббас I Великий вошел, прежде всего, как победитель в двух Персидско-турецких войнах: 1603–1612 и 1616–1618 годов. Султанская Турция была для шахской Персии несколько веков традиционным соперником за главенство и в мусульманском мире, и в собственном приграничье.

Между двумя соседними государствами происходили не только большие войны, но часты были и столкновения на границе полукочевых племен из-за пастбищ. Стороны вели интриги друг против друга, а местные феодалы подбивались на мятежи против своих правителей, против центральной власти Тегерана и Стамбула.

Взойдя на престол сильно ослабленной Персии, шах Аббас I в 1590 году был вынужден заключить с турецким султаном Стамбульский договор. Необходимость мира заключалась в том, что турецкие войска стояли на западной границе иранских земель, в Восточной Армении, Азербайджане, Ширване. Одновременно для Персии начиналась война в Хорасане, занятом бухарцами.

По Стамбульскому договору к Оттоманской Порте отходили Восточная Грузия, Восточная Армения, Ширван, Азербайджан (кроме городов Апдебиль и Талыш), большая часть Луристана и часть земель, населенных собственно персами, области городов Хамадан и Зенджан. Турецким владением становился и иранский горный Курдистан.

Шах Аббас I не смирился с утратой огромных территорий. Он стал искать сильных союзников в новом военном противостоянии с Оттоманской Портой. Его взоры обратились к далекому Русскому царству, которое владело на севере Каспия частью морского побережья. Но царь Федор Иоаннович и его первый боярин Борис Годунов не приняли такие предложения, ответив вежливым отказом. Причина крылась в том, что Московское государство находилось на грани войны с Польшей и Швецией.

Война с Оттоманской Портой началась в 1603 году. Для мировой военной истории она стала особо примечательной. Все дело состояло в том, что впервые за последнее столетие Османская держава оборонялась, а ее давний противник в лице Персии наступал. В войне прославился шахский полководец Аллаверди-хан, армянин по происхождению.

В первый год войны состоялось сражение у Суфиана. Персидская армия вышла из него победителем: гулямы продемонстрировали свое превосходство над султанской конницей, а шахские мушкетеры довели битву до победного конца. Победа была значима еще и тем, что обновленная персидская армия поверила в свои силы.

Последствия Суфианского сражения не заставили себя долго ждать. Турецкие войска были изгнаны из земель Южного Азербайджана (ныне часть современного Ирана), оставив города Тебриз, Джульфу и Нахичевань. Персия вернула себе Восточную Армению с городом-крепостью Эриванем (Ереваном).

В 1607 году персидская армия отвоевала у турок все территории, которые они захватили за период с 1578 по 1590 год. Это были Азербайджан (с Ширваном), Восточная Армения, Восточная Грузия (с Тифлисом) и Луристан. Для народов Закавказья это освобождение сопровождалось кровавыми бедами.

При этом султанским войскам пришлось столкнуться с восстаниями местного населения, как это случилось в городах Баку и Дербенте. Большой успех в Персидско-турецкой войне для шаха Аббаса I обернулся фактическим прекращением прежнего унизительного Стамбульского мира.

Затянувшаяся война завершилась в 1612 году подписанием нового Стамбульского договора, по которому Персии возвращались все ранее отобранные у нее территории. Государственная граница теперь соответствовала границе, существовавшей до 1578 года.

Однако проигравший войну Стамбул запросил хоть какой-то компенсации, на что шахская Персия ответила согласием. Компенсация заключалась в ежегодных поставках в Турцию 200 харваров (около 60 тонн) шелка-сырца. То есть речь шла о значительной денежной сумме.

Стамбул заключенный мир никак не устраивал, и уже через четыре года он начал войну против своего восточного соседа, стремясь взять убедительный реванш. На помощь турецкой армии султан прислал крымского хана с его конницей. Турки и крымские татары начали боевые действия с вторжение в земли Восточного Закавказья.

Аббас I, вне всякого сомнения, ожидал новой войны и был готов отразить удар. Решающим событием очередной Персидско-турецкой войны стало сражение 1618 года при Серабе. Шахская армия добилась убедительной победы, еще раз продемонстрировав высокую выучку персидских мушкетеров, силу артиллерийского огня и успешность атакующих действий конницы гулямов и кызылбашей.

В том же году воюющие стороны заключили между собой Серабский мирный договор. Он подтвердил условия Стамбульского мира. Единственное, что менялось, так это величина персидской компенсации: она оказалась сниженной ровно вдвое, до 100 харваров шелка-сырца.

В ходе противостояния с османской Турцией шаху Аббасу I пришлось повоевать с португальцами. Те в 1507 году захватили остров Хормоз (современный Ормуз) у самого персидского побережья. Важность его заключалась в том, что через Хормоз шла основная торговля персидским шелком, главной экспортной статьей страны.

Шаху пришлось продемонстрировать искусство дипломата. Поскольку для возвращения Хормоза требовался военный флот, которого у персов совершенно не было, Аббас I использовал колониальные противоречия между Лондоном и Лиссабоном. С помощью английского флота (корабли Ост-Индской компании) остров в 1620 году был возвращен Персии, и португальцы больше на него не покушались.

Шах Аббас I восстановил персидское господство в Закавказье и Хорасане, присоединив в 1622 году к своим владениям принадлежавший султану Джахангиру из династии Великих Моголов Кандагар (на территории современного Афганистана) и Бахрейнские острова в Персидском заливе. Это был пик могущества династии Сефевидов.

Но больше всего король протестантской страны прославил свое имя в ходе Тридцатилетней войны, в которую вступил в 1630 году, противодействуя экспансии католической Священной Римской империи. К тому же Густав II Адольф стремился обезопасить границы своего королевства на южном балтийском побережье и сделать Балтийское море «внутренним озером» Швеции.

Заключив союз с Францией, венценосный полководец во главе шведской армии в 16 тысяч человек в июле высадился в Померании и начал активные и успешные боевые действия против сил католических правителей. Для начала с берегов Балтики были вытеснены имперские войска. Весной 1631 года к шведам присоединились войска саксонского курфюрста Иоганна Георга.

Первым сражением, в котором Густав II Адольф одержал убедительную победу, стало взятие города Франкфурта-на-Одере. Тринадцать тысяч шведов взяли город штурмом 13 апреля 1631 года. При этом имперский гарнизон потерял убитыми 1600 человек, 800 — пленными. Трофеями победителей стали 30 знамен и 18 тяжелых орудий.

22 июля того же года 16-тысячная армия короля под Вербеном сразилась с 25-тысячными имперскими войсками под командованием фельдмаршала графа Тилли. Имперцы атаковали укрепленный лагерь шведов, но не выдержали огня их артиллерийских батарей. После этого последовал удар кавалерии Густава II Адольфа, и противник был отброшен. Поскольку к королю подходили свежие подкрепления, имперцы отступили от Вербена с потерей семи тысяч человек.

17 сентября 1631 года шведская и имперская армии сошлись на поле битвы в Саксонии, у деревни Брейтенфельд близ Лейпцига. У Густава II Адольфа было 34 тысячи человек, в том числе 15 тысяч союзников-саксонцев. Кавалерия шведов насчитывала 7 тысяч всадников, а саксонцев — 4 тысячи. Союзники имели 117 артиллерийских орудий. Граф Тилли командовал армией Католической лиги в 32 тысячи человек, в том числе 11 тысяч кавалерии. Его артиллерия состояла из 28 тяжелых крупнокалиберных орудий.

Битва у Лейпцига началась с артиллерийской канонады. После этого имперцы атаковали правый фланг противника, где находились саксонские войска. Те не выдержали удара вражеских мушкетеров и кавалерии, обратившись в бегство. Однако шведы на своей позиции отразили натиск войск графа Тилли, которые с дистанции 300 метров были расстреляны артиллерией. Имперская пехота обратилась в бегство.

Король Густав II Адольф в тот день праздновал большую победу: его линейная тактика торжествовала. Имперцы потеряли 8 тысяч человек убитыми и ранеными, 5 тысяч — пленными (почти все они пополнили ряды шведской армии), всю артиллерию. Потери победителей составили всего 2700 человек, из которых две тысячи были саксонцами.

Победа под Лейпцигом позволила Густаву II Адольфу занять всю Саксонию и двинуться на католический юг Германии, в Баварию. В сражении на реке Лех 5 апреля 1632 года он вторично разбил имперские войска, при этом был смертельно ранен их главнокомандующий граф Тилли.

В мае шведы заняли города Мюнхен и Аугсбург, а саксонцы заняли Прагу. Однако поборы и грабежи, чинимые королевскими солдатами, вызвали восстание баварцев. Летом король покинул опустошенную Баварию и увел свою армию на север Германии. Он получил известие о том, что католики во главе с новым главнокомандующим Валленштейном выбили саксонцев из Праги и вновь вторглись в союзную шведам протестантскую Саксонию.

Лютценское сражение двух армий состоялось 16 ноября 1632 года. У Густава II Адольфа было 18,5 тысячи человек, у австрийского генералиссимуса Валленштейна — 18 тысяч. Преимущество в артиллерии оказалось у шведов: 15 тяжелых орудий и 45 легких против 21 вражеского тяжелого.

Атаке королевской армии предшествовала артиллерийская подготовка. Шведская пехота оттеснила фланги противника к лесу. Тогда Валленштейн приказал поджечь город Люцен, чтобы шведы, наступая, не прошли через него. Те действительно пошли в обход, но попали под огонь неприятельской батареи. Так разворачивались события в центре битвы.

Тем временем шведы обратили в бегство хорватские войска имперцев на левом фланге Валленштейна. Тот усилиями трех кирасирских полков вернул себе захваченную шведами 7-орудийную батарею. Но дальше кирасиры не прошли, попав под пушечный огонь.

Чтобы помочь своим войскам, сражавшимся в центре позиции, Густав II Адольф бесстрашно возглавил атаку Смаландского кирасирского полка. Кирасир с близкой дистанции обстреляли вражеские мушкетеры, и король, которому шел всего 39-й год, был выбит из седла и сражен пулей.

Шведская армия, командование которой принял на себя Бернард Веймарский, довела Лютценское сражение, которое прекратилось с наступлением темноты, до победного конца. Армия, контратакуя, даровала своему монарху-полководцу по прозвищу «Северный лев» последнюю в его биографии викторию.

Оливер Кромвель тщательно подбирал офицерские кадры. Вот что говорил об этом граф Манчестер в 1645 году: «Полковник Кромвель выбирает офицеров не тех, у кого… много поместьев, а простых людей, бедных, не обладающих родовитостью, только бы это были благочестивые и честные люди. Если вы обратите внимание на его собственный полк, то увидите там множество из тех, кто называет себя божьими людьми».

Кромвель отменил привилегию джентльменов на замещение командных должностей. Из его офицеров в будущем полковниками стали, благодаря своим личным достоинствам, шкипер Рейнсборо, извозчик Прайд, сапожник Хьюсон, котельщик Фокс и друге бойцы парламентской армии.

Он же стал инициатором реформы армии парламента Англии. В ней устанавливается единоначалие. Оливер Кромвель в чине генерал-летенанта становится заместителем главнокомандующего Томаса Ферфакса. Ему же подчиняется вся кавалерия парламентских сил.

Парламент принимает решение создать 22-тысячную армию нового образца в составе 10 полков кавалерии, одного полка драгун (конных солдат) и 12 полков пехоты. Кавалерийские полки создавались по образцу «железнобоких».

Построенная на единоначалии парламентская армия отличалась строгостью дисциплины. Оливер Кромвель говорил: «Когда я приказываю, каждый повинуется или немедленно увольняется. Я не терплю возражений от кого бы то ни было». В боевом уставе новой армии было записано: «Всякий покинувший свое знамя или бежавший с поля боя наказывается смертью… Если часовой или дозорный будут найдены спящими или пьяными… они будут беспощадно наказаны смертью… Воровство или грабеж караются смертью».

В 1644 году парламентским войскам был дан «Солдатский катехизис», который разъяснял цели войны против короля. Солдатам внушалось, что их профессия благородна и что, поскольку война носит религиозный характер, на нее их благословляет сам Бог. Одним из главных средств воспитания в парламентской армии считалось изучение Священного Писания.

В «Солдатском катехизисе», в частности, было написано: «справедливое дело вселяет в солдатские сердца жизнь и мужество», «армия оленей, руководимая львом, сильнее армии львов, руководимой оленем».

Оливер Кромвель со своими «железнобокими» оказался главным действующим лицом в ходе 1-й гражданской войны. 2 июня 1644 года 18-тысячная королевская армия терпит тяжелое поражение от 27-тысячной парламентской армии в сражении при Марстон-Муре. Победа позволила Кромвелю установить контроль над северной частью Англии.

14 июня 1645 года роялисты (9 тысяч человек) терпят новое поражение от армии Кромвеля (13 тысяч человек) у Нейзби. Решающее слово вновь сказали «железнобокие». Король Карл I потерял 5 тысяч человек пленными и всю артиллерию. И сам монарх оказался в плену.

Военная реформа, проведенная по инициативе Оливера Кромвеля, дала свои плоды. Для многих поколений английские военные красные мундиры, введенные в год битвы у Нейзби, стали символом того далекого 1645 года.

Победной точкой в Английской буржуазной революции стала казнь короля Карла I. Кромвель упрочивает свое положение: его армия жестоко подавляет любые народные волнения. Когда начинается 2-я гражданская война в Англии, он назначается главнокомандующим армии парламента. Война была непродолжительной: 4-тысячное войско роялистов в сражении в августе 1648 года терпит полный разгром от 9-тысячной армии Кромвеля. Он становится в стране негласным диктатором в чине лорда-генерала.

3 сентября 1651 года Оливер Кромвель во главе 28-тысячной армии под Вустером наголову разбивает 12-тысячную шотландскую армию, которой командовал сын казненного короля Карл Стюарт, который сумел бежать. Шотландия присоединяется к Англии. С прежней жестокостью войска Кромвеля подавляют национально-освободительное движение в Ирландии.

Стремясь к личной диктатуре, Оливер Кромвель в 1653 году разгоняет парламент и, будучи провозглашен лордом-протектором Англии, Ирландии и Шотландии, становится полновластным правителем страны. Но его правление было недолгим.

Вскоре после его смерти, в 1660 году королевская власть в Великобритании была восстановлена. В следующем году, в годовщину казни короля Карла I Стюарта, останки диктатора были извлечены из могилы в Вестминстерском аббатстве и преданы публичному поруганию.

Крупных раджей насчитывалось больше сотни, из них 15–16 были богатыми и могущественными, а среди них находилось 5–6 таких раджей, каждый из которых мог выставить до 20 тысяч всадников, гораздо лучших, чем могольская конница.

«Эти всадники называются раджпуты, или сыновья раджей: они, как я уже говорил, — писал Ф. Бернье, — из поколения в поколение всецело заняты военной службой, раджи раздают им земли под условием всегда быть готовыми по приказу раджи сесть на коня, они очень смелы и им недостает лишь дисциплины, чтобы стать великолепными воинами».

Раджпуты представляли собой постоянное, но не регулярное конное войско. Оно во многом было схоже с конным дворянским поместным ополчением Московского государства. По требованию Великого Могола раджа обязывался в случае начала военных действий явиться с определенным количеством раджпутов (от десятка до 50 тысяч всадников) в зависимости от размеров получаемого от государя жалованья («пенсии»).

«Раджа со своими отрядами, включенные в состав “чужестранного войска”, то есть в армию Великого Могола, обыкновенно несли те же обязанности, что и эмиры, вплоть до караульной службы, — указывает Ф. Бернье, — однако с той разницей, что они не несут ее внутри крепости, как эмиры, а за стенами ее, в своих палатках, ибо они не соглашаются быть запертыми хотя бы на сутки в крепости и входят туда не иначе, как с надлежащей свитой из людей, готовых дать себя разорвать ради них на куски, как это бывало, когда хотели сыграть с ними какую-нибудь скверную штуку».

Для того чтобы держать раджей в подчинении и вести внешние войны, Великий Могол располагал большим «чужестранным войском». «Чтобы устоять против стольких могущественных внутренних врагов, а также против своих соседей — персов и узбеков, он должен постоянно содержать большие армии как во время войны, так и во время мира, вблизи своей особы и в поле. Эти армии составлены частью из местных жителей, как раджи и патаны, но преимущественно из моголов, как он сам, или по крайней мере признаваемых за моголов, на том основании, что у них светлая кожа, что они иностранцы и магометане».

Это была постоянная армия Аурангзеба, укомплектованная наемниками из персов, арабов, турок, а также европейцев: португальцев, англичан, голландцев, немцев и французов, бежавших из португальских, голландских и английских торговых компаний.

Наемное (чужестранное) войско Аурангзеба делилось на две части. Одна постоянно находилась при нем, в столице и ее окрестностях. Другая дислоцировалась в провинциях, чтобы держать в подчинении местных раджей и патанов (местных эмиров, или губернаторов).

Большая часть наемного войска комплектовалась эмирами, которые и выплачивали жалованье своим воинам. Эмиры различались званиями, обозначавшими количество лошадей, на содержание которых они получали от Великого Могола определенные денежные суммы. При этом определялось содержание лошади, а не всадника. Звание хазари означало тысячу лошадей, до-хазари — 2 тысячи, панч-хазари — 5 тысяч, агит — 8, дае — 10 и дуглас-хазари — 20 тысяч лошадей.

Пехота, вооруженная мушкетами, была немногочисленной и отличалась слабой выучкой. Тяжелая артиллерия состояла из 70 больших, в основном, чугунных пушек. Более многочисленной была легкая артиллерия, которая перевозилась на верблюдах. Имелось несколько десятков бронзовых пушек, которые перевозились на специальных тележках. Через реки могольские войска переправлялись по понтонным мостам.

О численности армии Великого Могола Аурангзеба нет полных данных. Ф. Бернье сообщает в своих записках лишь некоторые из них. Так, в Декане содержалось от 20 до 30 тысяч всадников. На территории Кабула для защиты от персов, афганцев, балушей и прочих горцев находилось 12–15 тысяч всадников, в Кашмире — более 4 тысяч, а в Беналии — «много больше».

В поход под знаменами Аурангзеба выступало 200–300 тысяч «настоящих военных людей». В это число не включались слуги, торговцы, носильщики, поставщики продовольствия и фуража и женщины, часто следовавшие за армией. Обычно в поход выступало почти все население столиц — Дели или Агры, которое жило исключительно за счет армии.

Реорганизация военной силы державы Великих Моголов позволила Аурангзебу провести успешно ряд завоевательных походов. В 1661–1663 годах на востоке Индии был покорен Ассам. В 1666 году захватывается портовый город Читтагонг в Бенгалии. Все свое правление он занимался подавлением мятежей раджей и народных выступлений. Особенно сильным было восстание раджпутов в 1675–1681 годах. Около 1700 года ему пришлось скрестить оружие с сикхами — сектой воинственных индуистов в Раджпутане и Пенджабе.

В 1681 году против своего отца, Великого Могола, выступил его сын Акбар. Потерпев поражение на поле брани, Акбар бежал в Персию. В 1861–1869 годах Аурангзеб совершил ряд походов на юг Индии, но удержаться там на завоеванных землям моголам не удалось. Самой яркой победой на юге стало взятие сильной крепости Джинджи.

С 1689 по 1707 год Аурангзеб постоянно стоял во главе могольской армии, получив славу большого, неутомимого полководца. Но правление Индии Великими Моголами подходило к закату: на океанском побережье португальцы, французы и британская Ост-Индская компания захватывали портовые города и возводили каменные форты с сильной артиллерией. В конце своей жизни Аурангзеб попытался силой выбить англичан из Бомбея, но неудачно. После его смерти начался развал государства Великих Моголов.

Второй Романов вел активную внешнюю политику, главной задачей которой считал возвращение ранее утраченных русских земель и защиту государственных пределов. В первом случае воевать приходилось с Речью Посполитой и Швецией, во втором — с вассалом Оттоманской Порты ханством Крымским, за которым зримо стояли турки. Дипломатическим путем решались далеко не все международные проблемы.

При царе Алексее Михайловиче произошло воссоединение Украины с Россией. Такое историческое решение было принято на Переяславской раде в 1654 году. Малороссия, руководимая гетманом Богданом Хмельницким, добровольно присягнула русскому царю.

Значимой для отечественной истории стала длительная Русско-польская война 1654–1667 годов. Ее итогом стало возвращение исконно русских земель — Смоленщины и Северской земли с городами Чернигов и Стародуб. Показательно, что государь-самодержец Алексей Михайлович непосредственно командовал царским войском в ряде военных походов: в 1654 году — под Смоленск, в следующем 1665-м — под Вильно, а в 1656 году — под Ригу.

Однако Русско-шведская война 1656–1658 годов за возвращение древних новгородских земель-пятин и выхода в Балтийское море оказалась для царства Романовых неудачной. Эту историческую задачу решит сын Алексея Михайловича Тишайшего — последний русский царь и первый всероссийский император Петр Алексеевич (Петр I Великий), который пойдет по стопам отца.

Алексей Михайлович понимал, что для решения внешнеполитических задач его царство должно иметь большую военную силу. При нем военное дело получило новое развитие, что выразилось в реформаторской деятельности государя, а военная организация государства стала более современной. Стало ясно, что конное поместное дворянское ополчение устарело, а стрелецкое войско уже не отвечает многим требованиям нового времени. Об этом писалось так: «В среде передовых людей того времени раздались голоса, высказывавшие, что сила государства зависит “от строев военных”, которые требуют у нас улучшения, что военное искусство зависит не от одной лишь “природы”, но и от развития и образования».

«Осудив старое, мирясь с ним по нужде, не будучи в состоянии создать необходимое новое, но сознавая, что это новое нужно, правительство Алексея Михайловича подготовляло почву для того, чтобы переход от старого к новому в области военного искусства совершился наиболее незаметно и без всяких нарушений как для интересов государства, так и интересов населения».

Царь Алексей Михайлович понимал, что военную силу государства надо постепенно превращать в регулярную армию. При нем поместное дворянское ополчение стало сокращаться численно. И самое главное — при нем стали создаваться полки «нового строя». Или, говоря иначе, — солдатские полки «иноземного строя». Частью их командный состав состоял из наемных иноземцев.

Опыт их создания уже был. В 1632 году при царе Михаиле Федоровиче были созданы четыре солдатских пехотных и один рейтарский полки, в составе которых было около 9500 человек, в том числе 3000 иноземцев. Однако под Смоленском наемники принесли столь мало пользы, что после окончания войны с Польшей их распустили. И только в 1642 году было сформировано два Московских солдатских выборных полка.

Полки «нового строя» комплектовались сперва на добровольной основе, а затем по общегосударственным наборам из крестьян и посадских людей («даточных людей»). Они формировались по образцу западноевропейских армий в виде солдатских (пехота), рейтарских и гусарских (кавалерия), а также драгунских (конной и пешей службы). Полки делились на роты. Во главе роты стоял капитан (в кавалерии ротмистр). Его помощником был поручик, младшим офицером роты — прапорщик.

К концу царствования Алексея Михайловича полки «нового строя» уже составляли наиболее значительную часть вооруженных сил. Их численность превышала 60 тысяч. В русской армии для полков «нового строя» появились такие чины, как подполковник (полковой поручик), полковник и генерал. Став лучшей частью царского войска, новообразованные полки явились предшественниками петровской регулярной армии, созданной в ходе реформ Петра Великого.

Сразу же встала проблема военного управления, которое ранее осуществлялось в приграничных областях «разрядами» во главе с воеводами, которым на местах принадлежала военная и гражданская власть. Теперь центральное военное управление сосредотачивалось в ряде «приказов»: Разрядном, Стрелецком, Пушкарском, Иноземном, Рейтарском, Казачьем, Оружейном и в других (до 15). Единообразия среди них не было, и часто они дублировали права и обязанности других (при царе Алексее Михайловиче число приказов доходило до 42). То есть такая система военного управления нуждалась в совершенствовании.

Показательно, что при царе Алексее Михайловиче в русском военном искусстве появились новшества. Стали составляться планы сражений, осадные военно-инженерные мероприятия сочетались с действия пеших осадных войск и артиллерии, появился интерес к иноземной тактике.

«Иноземная» тактика нашла свое отражение в переводном уставе «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей». Его основой стал перевод или австрийского, или датского устава. Но то, что в них были внесены серьезные изменения, сомнений в том нет.

Устав состоит из восьми частей, которые делятся на главы. К примеру, в 1-й части говорится об организации роты, об обязанностях и правах всех чинов и вооружении мушкетеров. Затем следуют приемы владения мушкетом и стрельба из него. Для характеристики этих приемов достаточно указать, что для того, чтобы взять мушкет наизготовку для стрельбы, надо было произвести 80 приемов.

В царствование Алексея Михайловича получило развитие производство оружия и боеприпасов к нему, что позволило добиться единообразия оснащения полков «нового строя» огнестрельным оружием. «Справно» работали Пушечные дворы.

Была сделана, пусть и неудачная, попытка создать военный флот на Каспии с базированием в Астрахани: построен парусный корабль «Орел» и несколько малых судов.

При самодержце Алексее Михайловиче Тишайшем международное положение Русского царства упрочилось, о чем свидетельствует новый титул государя: «…всеа Великиа и Малыя и Белыя Россия самодержец».

Австрийцы подходили к реке, укрываясь за холмами. Перед самой Зентой они решительно атаковали турок, расчленили их пехоту на две части, разбили ее и загнали в реку. После этого началось истребление османского войска. Турки потеряли (по разным сведениям) от 20 до 29 тысяч человек, австрийцы же — всего 500 человек.

Победа при Зенте выдвинула принца Евгения Савойского в число лучших европейских полководцев. В 1697 году он в 34 года стал генералиссимусом Австрии. Одержанная им победа способствовала заключению выгодного для Вены Карловицкого мира.

Евгений Савойский сражался с самыми разными противниками, был союзником или врагом большинства крупнейших полководцев Европы той эпохи. В этом отношении показательна Война за испанское наследство 1701–1714 годов.

В июле 1701 года австрийские войска под его командованием в сражении при Карпи в итальянской Ломбардии нанесли поражение французам, во главе которых стоял маршал де Катина. Победа австрийцев была полной. В том же году была одержана еще одна виктория — при городе Кьяри. После двухчасового сражения неприятель (в лице французов и испанцев), потеряв 3 тысячи человек, отступил. Австрийцы обошлись потерями в 117 человек.

В следующем году Евгений Савойский неожиданно атаковал город Кремону с сильным французским гарнизоном. Защитники Кремоны даже не успели поднять тревогу. В плен попал маршал Вильруа. Часть гарнизона укрылась в цитадели. Австрийцы не стали ее штурмовать (к противнику спешили сильные подкрепления) и отступили из города.

Евгений Савойский в союзе с англичанами, которыми командовал герцог Мальборо, разбил 13 августа 1704 года у Бленхейма франко-баварское войско маршалов Таллара и Марсена и курфюрста Баденского. Победители имели численное превосходство 60 тысяч против 52 тысяч. Сперва английская кавалерия рассекла надвое французскую линию. Затем австрийцы отразили атаку французов и баварцев.

Сражение закончилось полной победой Савойского и Мальборо. Потери победителей составили 11 тысяч человек. Французская армия понесла большие потери.

На той войне австрийцы одержали еще одну большую победу — при Кассано в августе 1705 года. Полководец Вены имел меньше сил, чем его противник маршал Вандом, но все же сумел к ночи захватить вражескую позицию.

Воюя на итальянской земле, генералиссимус Евгений Свойский одерживал большие победы над своими соотечественниками. Так, снятие осады с города Турина привело к тому, что в сентябре 1706 года французским войскам пришлось оставить Северную Италию, которая стала владением австрийской династии Габсбургов.

Война за испанское наследство получила новое продолжение. В сражении при Рамайи англо-австрийская армия Мальборо и Савойского (около 62 тысяч человек при 120 орудиях) нанесла полное поражение примерно такой же по численности французской армии, имевшей только 70 орудий. Французы в том деле потеряли треть армии и 50 орудий.

В 1708 году генералиссимус Священной Римской империи осадил, подверг бомбардировке и взял дотоле неприступный город-крепость Франции Лилль. Осада длилась с августа по конец октября.

Еще одна большая победа пришла к нему и его союзнику Мальборо 11 сентября 1709 года. Англо-австро-голландская армия (117 тысяч человек при 100 пушках) нанесла поражение французской 90-тысячной армии маршала Виллара в сражении при Мальплаке. Союзники с большими потерями смогли захватить полевые укрепления французов, потеряв при этом 24 тысячи человек, побежденные — на 10 тысяч меньше.

В 1710 году Евгений Савойский осадил и взял после двухмесячной осады город Дуэ.

Настоящим полководческим триумфом для Евгения Савойского стала Австро-турецкая война 1716–1718 годов. Генералиссимус вновь встал во главе австрийской армии. В битве при Петервардейне 10 августа 1716 года он имел сил гораздо меньше, чем полководец султана Дарнал Али-паша (по разным оценкам от 110 до 200 тысяч человек). Однако армия австрийцев состояла в основном из ветеранов Войны за испанское наследство, опытных и закаленных в походах бойцов.

В том сражении Евгений Савойский провел свою знаменитую ночную атаку, хотя имел сил в четыре раза меньше неприятеля. Его пехота столь решительно повела штыковой бой, что туркам пришлось бежать. Они потеряли 20 тысяч человек только убитыми, 50 знамен и 250 пушек. Австрийцы лишились около 3 тысяч человек.

После этого победители заняли город Белград, столицу Сербии. Под Белградом состоялось новое сражение. Евгений Савойский имел 40-тысячную армию, великий визирь Ибрахим-паша — 180-тысячную. Австрийцы победили с потерей всего около 5,5 тысячи человек, почти в три раза меньше потерь турок. Их трофеями стали 166 орудий.

После Белградского сражения стороны подписали мир, выгодный Вене. Генералиссимус Евгений Савойский возвратился к исполнению своих обязанностей председателя военного (секретного) совета при императоре, каковым являлся с 1703 года. Выступал за союз с Пруссией и Россией против «его» Франции.

Последней войной для 70-летнего генералиссимуса стала Война за польское наследство. В июле 1734 года австрийская армия в сражении при Кунстелло нанесла поражение французской армии маршала герцога де Брольи. Но прийти на помощь осажденному гарнизону крепости Филиппсбург Евгений Савойский не успел. Через два года прославленный полководец Священной Римской империи ушел из жизни.

Дальнейший 10-летний ход Северной войны давал русскому оружию убедительные виктории. Швеция уже не смогла оправиться после понесенного под Полтавой поражения, которое стало коренным переломом в войне…

Убедительная победа России в долгой Северной войне позволила ей возвратить ранее утраченные выходы в Балтийское море (новгородские земли — пятины), присоединить прибалтийские земли (Эстляндию и Лифляндию). На Балтийском море был создан сильный военно-морской флот — корабельный и гребной (шхерный), который нанес королевскому флоту, господствовавшему на Балтике, ряд поражений. В одной из морских баталий — Гангутском сражении царь Петр I лично командовал силами русского флота, будучи произведен в чин вице-адмирала.

Петровская Россия после Северной войны утвердилась в ранге мощной европейской державы. Более того, в победном 1721 году Россия стала империей. Она стала расширять свои пределы.

В ходе Персидского похода 1722–1723 годов к России отошло западное побережье Каспийского моря с городами Дербент и Баку. А на Каспии была создана военная флотилия.

Однако Прутский поход 1711 года под водительством царя Петра I по ряду веских причин оказался неудачным. И России пришлось вернуть султанской Турции утраченные ею владения на берегах Азовского моря, в том числе разрушенную крепость Азов, которую турки сразу восстановили. После Прутского похода Петр I стал отказываться от услуг иностранных офицеров.

Петр I сформировался как большой полководец и флотоводец в мировой военной истории XVIII столетия в ходе Северной войны и на суше, и на море. Он сумел продемонстрировать полководческое мышление, военное дарование и выдающиеся организаторские способности в деле создания многочисленной, хорошо вооруженной и обученной сухопутной армии с сильной артиллерией, драгунской кавалерией и конными иррегулярными войсками.

Одновременно им был создан военно-морской флот, состоявший из многочисленных кораблей разных рангов, построенных на отечественных верфях, должным образом вооруженный и оснащенный.

Регулярная армия и флот с самого начала своего создания получили однотипную организацию. Армия состояла из полков, бригад и дивизий, а Балтийский флот, морские силы на Азовском море и на Каспии — из эскадр, дивизий и отрядов.

Для подготовки кадров армейских офицеров были открыты «цифирные школы» и две (в Москве и Санкт-Петербурге) Артиллерийские школы, в которых готовились и инженеры. Для подготовки кадров флотских офицеров сперва была открыта Навигацкая школа, а в 1715 году создана Морская академия. Школой офицерства являлись лейб-гвардии Преображенский и Семеновский полки.

При царе Петре I была введена обязательная военная служба для дворянского сословия. Она была при нем пожизненной, если дворянин был в состоянии «тянуть» армейскую и флотскую службу.

Для управления действующей армией появилась должность главнокомандующего (генерал-фельдмаршала), а на Балтийском флоте — генерал-адмирала. В действующей армии учрежден военный совет — «консилия». Он решал наиболее важные вопросы при ведении военных действий. В вооруженных силах петровской России была создана единая система воинских званий. При Петре I получила начало отечественная система военного и флотского образования.

Петр Великий последовательно проводил политику централизации военного управления в России. В декабре 1718 года он издал указ о создании коллегий — Военной и Адмиралтейской. Коллегиальная форма правления исключала принятие единоличного решения. Функции коллегий были четко определены. Коллегии подчинялись Сенату.

В ходе Северной войны образовывается система приграничных крепостей. Это касалось, прежде всего, границ со Швецией и с Крымским ханством, вассалом турецкого султана. На неспокойном степном юге охрану порубежья возложили на казачество.

На Балтике в Финском заливе, на острове Котлин, прикрывавшем устье полноводной Невы, была построена морская крепость Кронштадт, надежно охранявшая подступы к новой, «северной» столице Российской империи — городу Санкт-Петербургу, ставшему творением Петра I Великого.

Для отечественной истории государь Петр I является основоположником русской военной школы, из которой вышли такие великие полководцы, как П. А. Румянцев-Задунайский, А. В. Суворов-Рымникский, М. И. Голенищев-Кутузов-Смоленский, флотоводец Ф. Ф. Ушаков.

Стратегические воззрения Петра I намного опережали его время, им был присущ активный наступательный характер, рассчитанный на полный разгром или уничтожение неприятельской армии. Такими были его решения на Полтавскую битву, когда была разгромлена королевская армия Швеция, а ее остатки сложили оружие, капитулировав на переправах через Днепр у Переволочны.

Разнообразны были и тактические действия царя-воителя: шведские крепости брались штурмом после сильной артиллерийской подготовки, как это было при взятии Нотебурга, Нарвы, Дерпта. Русские войска в кампаниях Северной войны совершали быстрые марш-маневры, такие, как при отражении вторжения королевской армии Карла XII в российские пределы. В ходе больших сражений по воле венценосного полководца могли создаваться значительные полевые укрепления, как это было сделано в ходе Полтавской битвы.

Государственные преобразования периода петровского правления превратили Россию в экономически сильное государство, имеющее морские выходы, с развитой внешней торговлей, с хорошо налаженной административной системой управления. И самое главное: новоявленная перед миром Российская империя имела перспективу своего развития во всех отношениях, в том числе и в военном.

Петр I Великий зарекомендовал себя и как большой дипломат, создавший антишведский Северный союз. Он умело руководил мирными переговорами по окончании Северной войны: Ништадтский мирный договор 1721 года закрепил за Россией успехи русского оружия и на суше, и на море.

Петр I Великий проявил себя и как большой военный мыслитель своего времени. Он являлся автором и редактором ряда уставов, военно-теоретических и исторических трудов, таких, как «Книга Устав воинский», «Книга Устав морской», «Регламент об управлении Адмиралтейства и верфи», «Книга Марсова и военных дел…», «Поденных записок» и многих других.

В Отечественной истории с именем Петра I (Великого) Алексеевича Романова, последнего русского царя и первого всероссийского императора, связано поступательное историческое развитие России, становление ее как великой морской державы и создание регулярной армии.

Морицу Саксонскому повезло в другом — у него были хорошие учителя, под знаменами которых он служил: принц Савойский и герцог Мальборо. Да и к тому же участвовал в ряде войн и осадах крепостей. В ходе Северной войны 1700–1721 годов юный граф отличился при осаде сильной шведской крепости Штральзунд и в 17 лет получил чин полковника.

У будущего маршала Морица Саксонского остались самые прекрасные воспоминания о совместных действиях с войсками царя Петра I. В будущем он немало страниц посвятил Полтавской битве, призывая подражать русским: «Вот таким образом благодаря искусным мерам можно заставить счастье склониться в свою сторону».

Отслужив в трех армиях (саксонской, польской и австрийской), граф Мориц Саксонский в 1734 году перешел в четвертую, более перспективную — во французскую королевскую. Он имел прекрасные рекомендации от своего венценосного отца, который помогал ему делать военную карьеру.

Граф де Сакс (так он именовался среди французов) получил в командование немецких ландскнехтов, рьяно взялся за их обучение и привел полк в образцовое состояние. Король Людовик XV жалует его в бригадные генералы.

Надо было отличиться на поле брани, и тут подоспела Война за польское наследство. Франция воевала в ней против Саксонии и Австрии. Бригадный генерал Мориц Саксонский летом 1734 года отличается при взятии крепости Филиппсбург. Граф де Сакс к тому времени проявил себя блестящим придворным дипломатом. Благосклонность к нему монарха и его всесильной фаворитки мадам де Помпадур вскоре обернулась генерал-лейтенантским чином.

Затем следует участие в Войне за австрийское наследство 1740–1748 годов. Граф де Сакс командует французскими «добровольцами», пришедшими на помощь Баварии. В 1741 году он руководит штурмом чешской столицы — города Прага, а в следующем году — венгерского города-крепости Эгер. За эти и другие боевые заслуги в 1744 году удостаивается чина маршала Франции, что давало ему право командовать королевской армией.

В том же году Мориц Саксонский принимает командование над французской Мозельской армией, успешно действует против австрийцев в Эльзасе. Это было отмечено при королевском дворе в Париже, и в следующем 1745 году его назначили главнокомандующим французской армией, вторгшейся в Австрийские Нидерланды (южные Нидерланды, ныне Бельгия). Во Франции маршал Франции действует решительно и, что самое главное для него, победоносно. Здесь ему противостояли более многочисленные, опытные и лучше обученные союзные войска Англии, Австрии и Нидерландов.

В апреле 1745 года французы осадили крепость Турнэ. На выручку ее гарнизону подошла неприятельская армия под названием «Прагматическая санкция» (50 тысяч человек) под командованием Уильяма Огастеса, сына английского короля Георга II. Разыгралось сражение. Французы успешно отбили первую атаку, но в ходе второй атаки на их позиции возникла угроза ее прорыва. И тогда маршал Мориц Саксонский на глазах своего короля и его сына-наследника лично возглавил контратаку, которая стала в день 25 апреля победной.

За май-сентябрь 1745 года французская армия покорила почти всю Фландрию, захватив ее важнейшие города, в том числе Брюссель. Союзная англо-австро-нидерландская армия терпела в поле одно поражение за другим — при Фонтенуа, Року (близ Льежа), Лауфельде. Французы одерживали под знаменами маршала де Сакса убедительные победы: союзники перед ними только отступали.

После того как французы заняли южную нидерландскую провинции Брабант, сразу после этого состоялось сражение 2 июля 1747 года при деревне Лауфельд, виктория в котором стала самой яркой звездой в полководческой биографии Морица Саксонского. Противник в лице 90-тысячной союзной армии под командованием известного полководца английской короны герцога Камберлендского имел заметное численное превосходство.

Центром битвы стал сам Лауфельд с его каменными строениями, который в тот день трижды переходил из рук в руки. Главнокомандующие двух армий не жалели жизней своих солдат и офицеров: полки редели прямо на их глазах. Все же днем Мориц Саксонский сумел потеснить центр противника. Артиллерийский огонь не утихал. Казалось, что армию герцога Камберлендского ожидал полный разгром. Но последняя кавалерийская атака англичан расстроила ряды французов, и пока они приводили себя в должный порядок, английские и австрийские войска беспрепятственно отступили от деревни. Граф де Сакс не смог организовать результативное преследование, хотя победа была за ним.

Сражение при Лауфельде в Войне за австрийское наследство примечательно большими потерями сторон. Союзники — англичане, голландцы и австрийцы — потеряли 5620 человек убитыми и ранеными, французы — около 14 тысяч. То есть победа маршалу Франции далась очень дорогой ценой. Еще больше потерь понесла его армия при взятии крепости Берген-оп-Зон неожиданным штурмом.

В 1747 году Морицу Саксонскому и его армии сопутствовал полнейший успех. Французские войска взяли такие крупные укрепленные города, как Гент, Брюссель, Антверпен, Монс, Намюр. Союзники повсеместно отступали перед французской армией, уверовавшей в непобедимость своего полководца. Победную точку в войне она поставила вторжением в Голландию.

Победы, одержанные в Войне за австрийское наследство полководцем Морицем Саксонским, полностью восстановили пошатнувшийся военный престиж Франции в Европе. Они способствовали заключению выгодного для Франции Ахенского мирного договора 1848 года. По его условиям воюющие европейские государства в основном сохранили довоенные границы.

За большие и частые победы в войне граф де Сакс удостоился высшей награды Французского королевства — звания главного маршала Франции. Он стал им третьим в истории. Имя Морица Саксонского стало широко известно и уважаемо в Европе. Военачальники других стран внимательно изучали его полководческое искусство.

После себя Мориц Саксонский оставил популярные для той эпохи трактаты «Мои мечтания», изданные вскоре после его смерти в 1756 году. В них он со знанием дела размышляет о военной организации европейских государств и военном искусстве своего и предшествующего времени. Трактаты стали своеобразным мемуарным памятником для истории Франции XVIII века.

В «Моих мечтаниях» Мориц Саксонский выдвигает прогрессивную идею преимущества государственной воинской повинности над системой вербовки граждан страны на военную службу за высокое жалованье. Он пишет о необходимости содержания в любом цивилизационном государстве Европы постоянных военных кадров, об атаке пехоты в колоннах, о применении легкой полевой артиллерии и инженерных укреплениях на поле боя, о значении вставного в дуло мушкета штыка (багинета). Эти мысли свидетельствуют о том, что граф де Сакс смотрел далеко в будущее европейского военного искусства.

Полководец Франции, в отличие от многих своих современников — военных вождей, большое значение придавал моральному фактору на войне, всегда заботился о моральном духе подчиненной ему армии. Известно, что император Наполеон I Бонапарт восхищался идеями главного маршала Франции Морица Саксонского и многое перенял у него.

Победа при Пальциге открывала прямой путь на прусскую столицу, но союзники-австрийцы в лице своего главнокомандующего фельдмаршала Доуна, опасаясь за свои границы, отвергли предложение генерал-аншефа П. С. Салтыкова выступить в поход на Берлин.

Король Фридрих II решил не допустить наступления Салтыкова на Берлин. Во главе главных сил своей армии он выступил навстречу союзной армии с намерением разбить ее в генеральном сражении. В это время союзные войска (41 тысяча русских, 18,5 тысячи австрийцев, 248 орудий) находились на восточном берегу реки Одер близ Франкфурта, готовясь к маршу в Силезию, где им предстояло соединиться с главными силами армии Австрии.

Прусский король имел 48 тысяч человек и около 200 орудий. За два дня (30 и 31 июля) его армия переправилась через Одер и двинулась к деревне Кунерсдорф, в окрестностях которой расположился походный лагерь союзников.

Маневр вражеской армии не остался незамеченным. Салтыков, чтобы не быть атакованным на марше, решил дать сражение у Кунерсдорфа, будучи хорошо знаком с местностью. Первоначально союзные войска располагались фронтом на север, поэтому король Фридрих II решил обойти их с тыла. Салтыков разгадал его замысел и рано утром 1 августа, в день сражения, развернул свои войска фронтом на юг длиной в 4,5 километра и шириной от 800 метров до 1,5 километра.

Русские войска развернулись на трех высотах — Мюльберг, Гросс-Шпицберг (Большой Шпиц) и Юденберг, отделявшихся друг от друга широкими и глубокими оврагами Кугрунд и Лаудонсгрунд. Основные свои силы генерал-аншеф П. С. Салтыков расположил на Большом Шпице (17 полков русской пехоты генерал-майора П. А. Румянцева и большая часть орудий). Позиция была усилена окопами и артиллерийскими редутами. Расположенные на склонах гор батареи имели возможность вести круговой обстрел. Выбранная Салтыковым позиция позволяла ему маневрировать силами по фронту.

Вышедшая к Кунерсдорфу из леса королевская армия сразу же стала разворачиваться в косой боевой порядок для атаки. На левом фланге выстроилась тяжелая кирасирская кавалерия генерала Зейдлица. Прусская артиллерия первоначально расположилась перед пехотой.

Кунерсдорфское сражение началось после 3-часовой артиллерийской подготовки. После этого прусская армия начала атаки. Им удалось вытеснить противника с Мюльберга, но овладеть Большим Шпицем не удалось: полки Румянцева выстояли. Главнокомандующий вовремя подкрепил их резервами. В 17 часов дня король ввел в бой кирасир генерала Зейдлица. Но их атаку отразили контрударом союзной кавалерии с большим уроном для пруссаков. Под вечер союзники отбили Мюльберг и отбросили королевскую армию по всему фронту.

Прусская армия вместе со своим королем в большом беспорядке бежали с поля битвы. Она потеряла около 19 тысяч человек убитыми и ранеными, почти всю свою артиллерию — 172 орудия, обоз и знамена. Во время отступления большая часть королевских наемников дезертировала. Союзники потеряли 15 тысяч человек. Из них русские — 2614 убитыми и 10 863 ранеными.

После Кунерсдорфа Пруссия оказалась на грани военной катастрофы. Король Фридрих II отправил в Берлин сообщение: «Все потеряно, спасайте двор и архивы». Однако катастрофы не произошло: австрийцы вновь отказались идти на столицу Пруссии.

За блестящую победу над прусской армией при Кунерсдорфе Петр Семенович Салтыков удостоился пожалования в генерал-фельдмаршалы.

Кунерсдорфское сражение стало вершиной его полководческой биографии. Он творчески использовал принципы линейной тактики. Для контратак русские войска применяли рекомендованные уставом 1755 года колонны для «проломления неприятельского фронта». Новые русские орудия — знаменитые шуваловские единороги продемонстрировали свое превосходство над прусской артиллерией. Их стрельба через головы своих войск сыграла решающую роль при отражении мощной атаки тяжелой кирасирской кавалерии неприятеля.

Все же полководец России добился своего: 28 сентября 1760 года русский корпус генерала З. Г. Чернышева взял прусскую столицу Берлин. В конце того же года генерал-фельдмаршал П. С. Салтыков оставил пост главнокомандующего.

С воцарением на прусском престоле Фридриха II обстановка в Европе стала напряженной. Причиной этого стали захватнические устремления молодого короля.

Как талантливый полководец Фридрих II впервые заявил о себе во время первой (1740–1742) и второй (1744–1745) Силезских войн, ставших частью общеевропейской борьбы за австрийское наследство. Прусский монарх, успевший к тому времени создать сильную армию, нанес ряд крупных поражений лучшим полководцам Австрии и Саксонии: под Мольвицем, у Хотузица, при Гогенфридберге, под Зоргау.

Силезские войны закончились убедительной победой Пруссии, которая захватила у Австрийской (Священной Римской) империи большую часть Силезии. После таких поражений Вена стала усиленно искать себе союзников. Такого союзника она видела, прежде всего, в России.

После одержанных побед над Австрией и Саксонией Фридрих II увеличил численность своей наемной армии до 200 тысяч человек, которая теперь стала считаться лучшей в Европе. На ее содержание тратилось около двух третей государственного бюджета. Прусская армия была хорошо обучена и вооружена, имела мощную артиллерию и тяжелую кирасирскую кавалерию. В арсеналах хранились большие запасы различного вооружения и военного снаряжения. В разных частях королевства были созданы армейские продовольственные магазины. Усиливались пограничные крепости.

Возросшая военная мощь Прусского государства позволила Фридриху II стать зачинщиком новой войны в Европе, вошедшей в историю как Семилетняя 1756–1763 годов.

В январе 1756 года Пруссия заключает с Великобританией Уайтхоллский договор, по которому она стала получать от Лондона огромную финансовую помощь. Английские сухопутные войска почти не участвовали в боевых действиях на европейской территории — Великобритания в той войне все свои силы направила на захват французских колоний в Америке, в чем и преуспела. А на британские субсидии Фридрих II завербовал и вооружил нужное количество наемников.

Семилетняя война началась нападением Пруссии на соседнюю Саксонию. 95-тысячная королевская армия окружила 18-тысячную саксонскую армию, и та капитулировала.

После этого в войну вступили Австрия и Франция. Фридрих II во главе 192-тысячной армии с четырех направлений развернул концентрическое наступление на Прагу, нанеся в Чехии поражение 60-тысячной австрийской армии фельдмаршала Брауна. Но подошедшая к нему на помощь 50-тысячная армия фельдмаршала Доуна вынудила короля покинуть Чехию.

Фридрих II, как действительно великий стратег, перебрасывает свои главные силы на запад, и 5 ноября 1757 года в Росбахском сражении наносит полное поражение союзной австро-французской армии. Эта виктория обезопасила Пруссию от вторжения на ее территорию французов.

Ровно через месяц, 5 декабря того же года, армия Фридриха II (33 тысячи человек при 167 орудиях) наносит «огромное» поражение австрийской армии принца Карла Лотарингского (свыше 60 тысяч человек при 300 орудиях) при селении Лейтен (ныне — Лютинь, Польша). В битве король показал блестящие полководческие способности. Противник потерял 27 тысяч человек и 124 (или 116) орудия. Потери пруссаков составили 6,5 тысячи человек. Шесть тысяч дезертиров перешли на службу в наемную королевскую армию. Перед пруссаками капитулировал 16-тысячный гарнизон крепостного Бреславля.

После Лейтенской виктории за королем Фридрихом II окончательно утвердилась слава великого полководца. Но положение в Семилетней войне резко изменилось со вступлением в нее Российской империи. После долгих колебаний императрица Елизавета Петровна решила двинуть в Европу русскую армию, на чем так упорно настаивала Вена. В больших сражениях при Гросс-Егерсдорфе и Кунерсдорфе пруссаки были наголову разбиты русскими. В довершение всего русские овладели Берлином. После Кунерсдорфского сражения король Фридрих II писал графу Финкенштейну:

«Сегодня в 11 часов я атаковал неприятеля. Мы оттеснили его к еврейскому кладбищу, вблизи Франкфурта. Все мои войска были под огнем и творили чудеса, но это кладбище стоило нам множества людей. Наши пришли в расстройство; я три раза собирал их снова. Наконец я увидел, что сам попаду в плен, и мне пришлось покинуть поле битвы.

Моя одежда продырявлена пулями, две лошади подо мной убиты. К несчастью, я еще жив. Наши потери очень значительны. От 48-тысячной армии у меня осталось только 3000 человек.

В Берлине хорошо сделают, если подумают о своей безопасности. Это — страшное поражение, я не переживу его. Последствия битвы будут еще хуже самой битвы. У меня больше нет средств вести войну; по правде говоря, я считаю все потерянным. Я не переживу гибели моего отечества. Прощайте навсегда».

Но… 25 декабря 1761 года скончалась императрица Елизавета Петровна. На российский престол вступил поклонник Фридриха II Петр III. Он вывел Россию из войны и вернул Пруссии все захваченные русской армией ее территории. Вскоре Семилетняя война прекратилась: Пруссия получила Силезию и графство Глац.

Фридрих Великий был крупным военным деятелем той эпохи. Свои военно-теоретические взгляды он изложил в ряде сочинений. Основой его стратегии являлось маневрирование на театре военных действий с целью лишения противника его баз снабжения, внезапное нападение на врага в самом начале войны. В тактике Фридрих II применял так называемую «косую атаку», которая помогала одерживать победы над австрийцами, саксонцами и французами, но не над русскими. Решающую роль он отводил ружейному залповому огню пехоты. Тяжелая кирасирская кавалерия использовалась на главном направлении массированно. По примеру Петра I Фридрих II создал конную артиллерию, чем значительно повысил маневренность прусской армии.

Однако при всем своем новаторстве военное искусство Фридриха II Великого отличалось большой шаблонностью, пристрастием к раз и навсегда усвоенным им тактическим принципам. При нем обучение и воспитание прусских войск сводилось к каждодневной муштре и палочной дисциплине. После его смерти в Германии еще долго процветал культ короля-полководца, которого поклонники с любовью называли «стариной Фрицем».

После этого наемник «из австрийской службы» оказался в России, в которой воцарилась Екатерина I. В Русско-турецкую войну 1768–1774 годов уже генерал-майор Генри Ллойд командовал в русской армии (служил в ней с 1772 по 1776 год под именем Ллойд Гумфрей) дивизией. Участвовал в осаде дунайской крепости Силистрия. Особо отличиться ему в той войне не пришлось, но впечатлений получил много, которые потом пригодились для написания мемуаров.

Когда война окончилась, Генри Ллойд возвратился в Англию, где приступил к написанию мемуаров. Они получили известность во многом благодаря тому, что автор рассматривал возможности вторжения неприятеля на Британские острова. Речь шла о врагах английской короны в лице французов, испанцев, голландцев и иных.

После написания мемуаров, которые можно назвать военно-исторической работой, отставной наемник жил в Великобритании, Нидерландах и Австрийских Нидерландах. Там он занимался военными исследованиями, поскольку имел за плечами более сорока лет службы в нескольких странах Европы и немалый опыт участия в больших европейских войнах.

Основой его исследовательской деятельности стала Семилетняя война, в которой он участвовал в армиях той и другой стороны. В своих работах об этой большой европейской войне Генри Ллойд обобщил и изложил, в виде определенной системы, военную стратегию современной ему эпохи. Это делало ему честь среди современников, занимавшихся военной наукой.

Генри Ллойд стал одним из первых военных исследователей-теоретиков, который попытался показать связь Семилетней войны с политикой и раскрыть значение морально-политических и национальных факторов в войне. Рассматривая эти вопросы, он опирался на знание армий участников того военного конфликта и отношения к ней правящей элиты Австрии и Пруссии в силу своего служебного положения адъютанта полководцев противных сторон.

Исследование истории Семилетней войны дало возможность Генри Ллойду внести весомый вклад в разработку принципов военного искусства. И сделать вывод о важности развития военной науки в целом, что получило одобрение в среде военных людей.

Пожалуй, самым главным достижением военного мыслителя Генри Ллойда стало теоретическое обоснование господствовавшей в XVIII веке стратегии, основанной на магазинной системе снабжения действующих армий продовольствием и фуражом. Магазины (склады) являлись государственными. Такая система впервые появилась в конце предыдущего столетия благодаря трудам по снабжению своей армии французского военного министра Ф. Лувуа.

Говоря о важности, необходимости магазинной системы снабжения на европейском театре военных действий, Генри Ллойд ввел в научный оборот такие понятия, как «базис военных действий» (географический пункт, где находится главный армейский магазин) и «операционная линия» (путь от базиса до цели военных действий).

Предлагая методы наступательных и оборонительных действий, Генри Ллойд указывал на целесообразность использования рассыпного строя и колонн в бою, чему он не раз был свидетелем в войнах, в которых ему пришлось участвовать. Но дальше этого в своих изысканиях исследователь Семилетней войны не пошел.

Исследователи считают, что при всех достоинствах изучения Семилетней войны военный мыслитель, в своей жизни послуживший в четырех больших армиях Европы (в том числе и в русской), проявил известную непоследовательность в изложении своей теории. Этим грешат его оценки наступательных и оборонительных войн, взгляды на взаимодействие войны с политикой.

Работы военного историка и теоретика Генри Ллойда на русский язык не переводились. Но его имя и мысли часто встречаются в переводных работах западноевропейских авторов.

Великий русский полководец, не проигравший ни одного сражения, создавший собственную военную школу обучения и воспитания войск, а его способы ведения вооруженной борьбы намного опередили его эпоху.

Родился в семье генерал-аншефа В. И. Суворова, сенатора, автора первого русского военного словаря. Под руководством отца изучал артиллерийские науки, фортификацию, военную историю. В 12 лет зачислен мушкетером в лейб-гвардии Семеновский полк. Действительную службу начал в 1748 году. Через шесть лет получил первый офицерский чин — поручика и назначение в Ингерманландский пехотный полк. В 1756–1758 годах служил в Военной коллегии в чине премьер-майора.

Боевое крещение получил в ходе Семилетней войны 1756–1763 годов. На третьем году войны подполковник Александр Суворов стал офицером главной квартиры русской армии в должности «генерального и дивизионного дежурного». Не раз отличался при ведении разведки. Участвовал в сражении при Кунерсдорфе и взятии Берлина. Рано проявил командирские способности и умение вести за собой людей в бой.

После войны полковник А. В. Суворов командует Астраханским, затем Суздальским пехотными полками. Последний стоял в Новой Ладоге. Там он составил свое знаменитое «Полковое учреждение» — инструкцию, содержащую основные положения и правила по воспитанию солдат, внутренней службе и боевой подготовке войск. Под его командованием Суздальский пехотный полк становится образцовым в русской армии по полевой и маршевой выучке.

В 1768–1772 годах Суворов (с 1770 года — генерал-майор) отличается в боевых действиях в Польше против войск шляхетской Барской конфедерации. Именно в те годы прозорливая императрица Екатерина II увидела в нем будущего великого полководца России.

С 1773 года участвует в Первой турецкой войне 1768–1774 годов. Командует отдельным отрядом в 1-й русской армии генерал-фельдмаршала П. А. Румянцева. Совершает ряд рейдов на противоположный (болгарский) берег. За блестящую победу под Туртукаем награждается орденом Святого Георгия сразу 2-й степени (минуя 3-ю).

В 1774 году генерал-поручик А. В. Суворов отличается в 8-часовом сражении при Козлуджи (ныне — Суворово, Болгария), где была разгромлена 40-тысячная турецкая армия паши Абдул-Резака. Суворовский корпус наступал в авангарде в батальонных колоннах, имея егерей в рассыпном строю, успешно контратаковал и сумел захватить артиллерию неприятеля.

С 1776 по 1784 год командует русскими войсками в Крыму, на Кубани, в Астрахани и на Северном Кавказе. Благодаря трудам А. В. Суворова южная государственная граница стала более безопасной и укрепленной. Он показал себя способным фортификатором.

В 1768 году производится в генерал-аншефы. Последовательно командует Владимирской, Санкт-Петербургской и Кременчугской дивизиями. Во главе последней встретил начало Второй турецкой войны 1787–1791 годов. В этой войне и взошла суворовская полководческая слава.

Суворов руководит обороной Херсон-Кинбурнского района (от реки Южный Буг до Перекопа). 1 октября 1787 года его войска почти полностью уничтожают на Кинбурнской косе сильный десант янычарской пехоты, высаженный с султанского флота. Генерал-аншеф лично участвовал в том бою.

1789 год подарил А. В. Суворову две блестящие по исполнению и результатам виктории. Первое сражение состоялось 21 июля. Семитысячный русский отряд, совершив стремительный марш-бросок, приходит на выручку австрийцам. Союзники под общим командованием генерал-аншефа Суворова у Фокшан подвергают полному разгрому 30-тысячный авангард турецкой армии под командованием Осман-паши.

А.В. Суворов. Художник Й. Крейцингер. 1799 г.

Сражение на реке Рымник (тоже на земле румынской Валахии) состоялось 11 сентября. Армия великого визиря Юсуф-паши (свыше 100 тысяч человек при 80 орудиях) наступала на 18-тысячный при 23 орудиях австрийский корпус принца Кобурга (Кобургского). Суворов опять, совершив за двое с половиной суток стремительный марш-бросок во главе 7-тысячного русского отряда в 100 километров, прибыл к Фокшанам раньше турок.

Возглавив русско-австрийские войска, Суворов выяснил, что турки остановились в четырех укрепленных лагерях: у Тыргу-Кукули (авангард, 15 тысяч человек), в лесу Крынгу-Мейлор (около 40 тысяч), у Мартинешти (около 45 тысяч) и за рекой Рымник у села Одая. Полководец решил разгромить армию великого визиря по частям. На рассвете 11 сентября союзники, совершив ночной 14-километровый марш-бросок, внезапно атаковали лагерь у Тыргу-Кукули и овладели им. После этого они пошли на приступ лагеря в лесу Крынгу-Мейлор.

Юсуф-паша двинул на атакующих его позиции союзников многотысячную конницу, но все ее наскоки были отражены ружейными залпами из каре. Лагерь турок в лесу был взят штурмом. Преследуя бежавших османов, суворовские войска с ходу захватили турецкий укрепленный лагерь у Мартинешти, а на следующий день и последний, за рекой Рымник.

Султанская армия бежала вместе с великим визирем. Ее потери в сражении на реке Рымник составили 15–20 тысяч человек, в том числе 10 тысяч убитыми, вся артиллерия и огромный обоз.

Рымникское сражение вошло в историю военного искусства как выдающийся образец сложного маневрирования войск на поле боя с целью разгрома значительно превосходящих сил противника по частям. Победа была достигнута, говоря суворовским языком, «не числом, а умением».

За победу на реке Рымник генерал-аншеф А. В. Суворов удостоился высшей полководческой награды Российской империи — военного ордена Святого Георгия Победоносца 1-й степени и почетного титула графа Рымникского. От австрийского императора наградой за победу стал титул графа Священной Римской империи. Рымникская виктория примечательна еще и тем, что с тех пор за Суворовым окончательно закрепилась слава победоносного русского полководца.

Подлинной вершиной полководческой славы А. В. Суворова стал штурм сильнейшей турецкой крепости Измаил 11 декабря 1790 года. Она строилась французскими и немецкими фортификаторам на берегу Дуная как армейская крепость — «орду-калеси» и считалась неприступной.

Измаильский гарнизон (комендант Айдос Мехмет-паша) насчитывал 35 тысяч человек при 265 (или значительно более) орудиях. Под стенами крепости стояла многочисленная Дунайская военная флотилия. Русские войска (31 тысяча человек и свыше 500 или меньше полевых орудий) блокировали Измаил и дважды безуспешно пытались его взять.

Прибывший под Измаил генерал-аншеф А. В. Суворов, проведя рекогносцировку, принял решение брать мощную крепость «ускоренной атакой». В степи были вырыт ров и насыпан вал по типу измаильского. Обучение войск велось скрытно от турок, по ночам. Были заготовлены штурмовые лестницы и фашины.

По суворовскому замыслу приступ Измаильской крепости вели девять штурмовых колонн, три из которых десантировались на судах речной флотилии в город с острова Чатал. Каждая колонна имела резерв. Общий резерв составила 2,5-тысячная кавалерия. Чтобы избежать кровопролития, Суворов направил Айдос Мехмет-паше письмо с требованием сдать крепость, на что получил отказ.

10 декабря русская полевая и корабельная артиллерия произвела обстрел крепости. На следующий день в три часа утра штурмовые колонны стали выдвигаться на исходные позиции, и в 5.30 они пошли на приступ. Внезапность была утрачена: русских встретил сильный пушечный и ружейный огонь с крепостного вала. Турки произвели сильную вылазку. Овладев крепостной оградой, штурмующие повели рукопашный бой в самом горящем городе, по улицам которого, сметая все на своем пути, носились тысячные табуны лошадей. К четырем часам дня Измаил пал.

Турки потеряли 26 тысяч человек убитыми и 9 тысяч пленными, среди которых оказалось огромное число с тяжелыми ранениями. Потери победителей составили 1815 убитыми и 2445 ранеными; среди потерь — две трети офицерского состава. Трофеями стали 265 преимущественно крупнокалиберных орудий, 42 речных судна, 345 знамен и бунчуков.

В мировой истории штурм Измаила стал самым кровопролитным. Взятие его признано полководческим подвигом А. В. Суворова-Рымникского. Но за эту блестящую победу желанного фельдмаршальского жезла он не получил, а только чин подполковника лейб-гвардии Преображенского полка, полковником которого являлась сама императрица Екатерина II. Причиной тому были сложные отношения Суворова с ее фаворитом Г. А. Потемкиным, светлейшим князем Таврическим.

В 1791 году генерал-аншеф А. В. Суворов командовал войсками в Финляндии, в следующие три года — на юге России, занимаясь укреплением здесь государственной границы.

С началом очередного Польского мятежа был направлен в Польшу. С мятежом было покончено. Полководец А. В. Суворов был пожалован в генерал-фельдмаршалы. В истории отечественного военного искусства суворовский штурм варшавской Праги признан образцовым по замыслу и исполнению.

В 1795–1796 годах генерал-фельдмаршал А. В. Суворов командовал войсками в Малороссии, держа штаб-квартиру в Тульчине. Именно здесь при подготовке полевых войск в программу строевых упражнений были введены суворовские сквозные атаки, поражавшие воображение современников, и особенно иностранцев. На юге России Суворов создал «Науку побеждать» — выдающийся памятник русской военной мысли. В ней он писал: «Три воинские искусства. Первое — глазомер, как в лагерь стать, как идти, как атаковать, гнать и бить.

Второе — быстрота…

Неприятель нас не чает, считает нас за сто верст, а коли издалека, то в двух и трех стах и больше. Вдруг мы на него как снег на голову. Закружится у него голова. Атакуй с чем пришел, чем бог послал! Конница, начинай! Руби, гони, коли, отрезывай, не упускай! Ура! Чудеса творят братцы!

Третье — натиск. Нога ногу подкрепляет, рука руку усиляет. В пальбе много людей гибнет. У неприятеля те же руки, да русского штыка не знает…»

С воцарением Павла I Суворов выступил против внедрения чуждых русской армии прусских порядков, за что в феврале 1797 года был отправлен в отставку и сослан в свое имение Кончанское. Ссылка продолжалась около двух лет.

В 1798 году Россия вступила во Вторую антифранцузскую коалицию. По настоянию союзников, и прежде всего Австрии, император Павел I был вынужден назначить опального полководца командующим союзными русско-австрийскими войсками в Северной Италии.

В Итальянском походе 1799 года суворовские войска одержали над французами победы в сражениях на реках Адда и Треббия и при городе Нови. Были разгромлены три французские армии, возглавляемые прославленными генералами Моро, Макдональдом и Жубером. Суворов в каждом из этих сражений демонстрировал полное свое превосходство в военном искусстве, стремительно атакуя неприятеля с марша меньшими силами. Были освобождены города Милан и Турин. Союзники овладели крепостями Брешиа, Бергамо.

В короткий срок Северная Италия (на обладание которой претендовала Австрийская империя) была освобождена от французских войск. Император Павел I пожаловал А. В. Суворову титул князя Италийского.

После этого русский полководец планировал поход во Францию, на ее столицу Париж. Однако ему было предписано, оставив в Италии союзные австрийские войска, отправиться в Швейцарию (занятую французами) для соединения с русским корпусом генерала А. М. Римского-Корсакова. Поводом для этого стал план союзных держав сосредоточить русские корпуса в Швейцарии для последующего их вторжения во Францию с юго-востока.

Так начался знаменитый в военной истории суворовский Швейцарский поход 1799 года. Русским войскам, которых союзники-австрийцы, вопреки обещаниям, не обеспечили мулами, пришлось прорываться сквозь швейцарские Альпы с беспрерывными боями через французские заслоны. Путь шел по горным дорогам в условиях высокогорья. Пришлось бросить все тяжести, войска потеряли почти всех лошадей. Бои за Сен-Готард, Чертов мост, Паникс и многие другие пункты признаны образцами героизма и бесстрашия суворовских «чудо-богатырей».

Преодолев альпийские высоты, русские войска с немалыми потерями прорвались через Швейцарию. Все французские войска, которые стояли на пути суворовцев, были разбиты. Однако соединяться севернее Альп генерал-фельдмаршалу А. В. Суворову было не с кем — корпус Римского-Корсакова оказался разгромленным французами, а австрийцы отступили. В это время он получил императорский указ вернуться с войсками в Россию.

Наградой великому русскому полководцу за Итальянский и Швейцарский походы стало высшее воинское звание генералиссимуса всех российских войск. К тому времени кавалер всех российских орденов высших степеней имел и звание австрийского генерал-фельдмаршала.

В Санкт-Петербурге Суворова ждала новая опала. Здоровье его было подорвано, и он вскоре ушел из жизни. Генералиссимус Александр Васильевич Суворов, граф Рымникский, князь Италийский был похоронен в Александро-Невской лавре. На надгробной плите были высечены слова «Здесь лежит Суворов».

Суворов вошел в военную историю как гениальный полководец. Он не проиграл ни одного сражения, причем все они были выиграны при численном превосходстве неприятеля. Генералиссимус А. В. Суворов-Рымникский стал одним из основоположников русского военного искусства, создав собственную военную школу с прогрессивной системой обучения и воспитания войск. Он решительно отбросил принципы кордонной стратегии и линейной тактики, разработал и применил в полководческой практике более совершенные формы и способы ведения вооруженной борьбы, которые намного опередили его эпоху.

Во время Великой Отечественной войны, в 1942 году, в СССР был учрежден орден Суворова трех степеней, а в 1943 году созданы суворовские училища. По сей день генералиссимус А. В. Суворов — один из любимейших национальных героев русского народа.

В начале Войны за независимость в Северной Америке 1775–1783 годов Вашингтон предстал перед депутатами Континентального конгресса в военной форме и предложил свои услуги в качестве военачальника. Конгресс единогласно принял решение о создании Континентальной армии (так стали именоваться американские ополченческие войска, осаждавшие город-порт Бостон), о дополнительном наборе шести стрелковых рот и назначил Джорджа Вашингтона, произведенного в генералы, главнокомандующим этой армией.

Континентальная армия была сформирована из ополчений различных штатов, плохо вооруженных и обученных. Генерал Вашингтон поставил перед собой задачу превратить их в регулярную армию и создать свой военный флот. Только в таком случае, считал он, можно было рассчитывать на победу над английской королевской армией. В скором времени американцы начали получать помощь оружием и боеприпасами от противников Великобритании в Европе — французского короля Людовика XVI и короля Карла III Испанского.

17 марта 1776 года Континентальная армия одержала первую крупную победу — при осаде Бостона она заставила английский гарнизон (начальник — генерал У. Хоу), понесший большие потери в людях, эвакуироваться морем из города в Галифакс.

Однако попытка Континентальной армии защитить от англичан Нью-Йорк успеха не имела. В июле того же года британский 32-тысячный десант (в том числе 6 тысяч немецких наемников из Гессена), высадился на острове Стэйтен-Айленд. Войска Джорджа Вашингтона, оборонявшие острова Лонг-Айленд и Манхэттен, Бруклинские высоты, были вынуждены отступить в Пенсильванию. Англичане захвати на берегах Гудзона два форта, в которых сложил оружие арьергард Континентальной армии.

Континентальный конгресс бежал из Филадельфии в северный город Балтимор. В отчаянии конгрессмены 12 сентября предоставили главнокомандующему армией Джорджу Вашингтону диктаторские полномочия. Теперь судьба независимости американских колоний зависела от его действий.

К тому времени деморализованная армия восставших колонистов насчитывала всего три тысячи человек. Призывники покидали ее с окончанием срока службы. Английский генерал Уильям Хоу имел в своем распоряжении хорошо снаряженное и обученное 34-тысячное войско. После одержанной победы в Нью-Йорке он решил дождаться весны, чтобы окончательно разгромить американских мятежников. Однако Хоу не принял в расчет решительность и инициативность главнокомандующего Континентальной армией.

В рождественскую ночь 1776 года Джордж Вашингтон провел удачную операцию. Его армия перешла по льду реку Делавэр и учинила полный разгром вражеского гарнизона в Трентоне силой в 1400 наемников-гессенцев. Девятьсот из них попали в плен. Затем поражение было нанесено английскому отряду в Трентоне. Эти победы подняли боевой дух Континентальной армии, в нее пошли добровольцы.

Вашингтон решил провести реорганизацию вверенной ему армии, сознавая, что пока невозможно победить англичан в поле. Время работало на американцев, поскольку затяжная война в колониях изматывала военные силы британской короны, у которой были немалые проблемы в других частях света.

Опираясь на революционный энтузиазм американцев, Джордж Вашингтон сумел в короткие сроки создать регулярную, боеспособную армию, которая теперь совместно с партизанскими отрядами успешно действовала против англичан. Он принял меры для защиты Филадельфии и предотвратил вторжение королевских войск из Канады.

17 октября 1777 года под городом Саратогой американцы одержали убедительную победу: перед ними капитулировали окруженные английские войска (5700 человек), которыми командовал генерал Бэргойн. Для боевой подготовки армии приглашаются военные специалисты из Европы во главе с прусским бароном фон Штойбеном.

В 1778 году в северных штатах сложилось равновесие сил, но в южных англичане имели успех. В это время Джордж Вашингтон руководил блокадой границ штата Нью-Йорк, занятого британцами. Между тем в Европе назревала война между Англией и Францией.

В 1779 году на помощь американским повстанцам пришли воюющая с Британией Франция, а затем Испания. В начале года прибыл французский флот под флагом адмирала Жана Батиста дʼЭстена с 4-тысячным десантом на борту. 20 июня состоялась Монбутская битва, в итоге английским войскам пришлось отступить в Нью-Йорк, где они оказались в блокаде. Американцы стали добиваться успеха и в южных штатах.

В это время в рядах американской армии начались мятежи, вызванные обесцениванием континентальных денег и трудностями со снабжением провиантом. Мятежи (шесть) были подавлены военной силой.

Блокировав англичан в Нью-Йорке, Джордж Вашингтон повел главные силы армии (9500 человек) на юг, где на полуострове Йорктаун были блокированы английские войска (8 тысяч человек) под командованием лорда Корнуоллиса. Континентальную армию поддерживали 7-тысячный французский экспедиционный корпус и 36 боевых кораблей дружественной Франции. У американцев на этот раз было много артиллерии.

28 сентября 1781 года Йорктаун был полностью окружен с суши и с моря. Англичане теперь не могли получить ни подкреплений, ни эвакуироваться из Йорктауна на кораблях. 19 октября генерал Вашингтон принял капитуляцию королевских войск от лорда Корнуоллиса.

В ноябре главнокомандующий Континентальной армии возвратился на север и осадил Нью-Йорк. К тому времени все эвакуированные из американских колоний английские войска сосредоточились в этом городе под командованием сэра Гая Карлтона.

30 ноября 1782 года был заключен Парижский договор, по которому признавалась независимость Соединенных Штатов и объявлялось об окончании военных действий между США и Великобританией. 23 ноября следующего года британская армия эвакуировалась из Нью-Йорка. В город вступили войска генерала Джорджа Вашингтона.

В 1789 году он избирается первым президентом Соединенных Штатов. Авторитет Вашингтона был так высок, что на выборах 1792 года он избирается на второй срок. Однако выдвигать свою кандидатуру на третий срок он отказался. Его именем была названа столица страны.

Во время президентства Джорджа Вашингтона американская армия подавила восстание из-за налога на виски в штате Пенсильвания и с 1790 по 1794 год вела войну с индейцами мауми в долине реки Огайо, разбив их главные силы под городом Питсбургом.

С 1793 года, когда революционная Франция вела тяжелую войну с коалицией европейских монархий, президент Вашингтон отказался выполнять союзнические обязательства по американо-французскому договору 1778 года. Более того, в 1798–1800 годах американские корабли вели с французами морские бои в водах Вест-Индии, захватив 85 судов своих бывших союзников.

От соотечественников Джордж Вашингтон получил почетный титул «Отец Отечества». Как глава государства, он много сделал для усиления военного могущества США.

Когда начались Наполеоновские войны, император Александр I послал на помощь союзной Австрии две армии. Одну из них (50-тысячную) возглавил генерал от инфантерии М. И. Кутузов. Пока она находилась на марше, французы разбили австрийскую армию в сражении под Ульмом. Кутузов оказался один против превосходящих сил противника.

Тогда русский полководец совершил свой знаменитый отступательный марш-маневр от Браунау к Ольмицу (Оломоуцу), чтобы не позволить себя окружить. В ходе маневра русские войска разбили войска наполеоновских маршалов Мюрата и Бертье. Этот марш вошел в историю военного искусства как замечательный образец стратегического маневра.

Вопреки мнению Кутузова император Александр I и австрийский император Франц I перешли в наступление. 20 ноября 1805 года состоялось сражение при Аустерлице, в котором Кутузов фактически был отстранен от командования армией. Союзники потерпели поражение, «виновником» которого назвали Кутузова.

Последовала новая опала с назначением киевским военным губернатором. В начале Русско-турецкой войны 1806–1812 годов короткое время командовал корпусом. Затем стал виленским военным губернатором.

Однако именно Кутузову пришлось победно завершить эту затянувшуюся войну с Турцией. В 1811 году император Александр I назначил опального полководца главнокомандующим Молдавской армией. В сражении при Рущуке Кутузов, имея 15 тысяч войска, нанес полное поражение 60-тысячной армии великого визиря Ахмет-паши.

После победы он преднамеренно отвел русскую армию за Дунай, в Валахию. За ним туда последовала султанская армия, и 40 тысяч турок оказались блокированными в своем лагере на берегу у Слободзеи. Там им пришлось сдаться на «сохранение» русскому главнокомандующему, и султан Махмуд II, лишившийся цвета своего воинства, вынужден был заключить мир с Россией на выгодных для нее условиях.

В начале Отечественной войны 1812 года М. И. Кутузов был избран начальником Санкт-Петербургского и Московского ополчений. Затем государь под давлением общественности назначил его главнокомандующим действующей армией, отступавшей от границы к Москве.

Кутузов принял армию у Царева-Займище. Она за два месяца отступления прошла 800 верст. До Москвы оставалось около 150. И все же полководец решил отвести 1-ю и 2-ю Западные армии дальше в глубь России. Он учитывал значительное превосходство наполеоновской Великой армии и отсутствие у себя подготовленных резервов. Пройдет время, и историки назовут это решение гениальным.

Не получив обещанных крупных подкреплений, Кутузов решает дать Наполеону генеральное сражение, выбрав для этого удобную позицию. Ею стало огромное поле у деревни Бородино. Состоявшаяся здесь 26 августа Бородинская битва развеяла миф о непобедимости венценосного полководца Наполеона I.

Наполеон привел к Бородино 135-тысячную армию при 587 орудиях. В его расположении были войска многих европейских государств. Русская армия в Отечественной войне не имела ни одного союзника. На Бородино в ее составе было 120 тысяч человек, из них 10 тысяч ополченцев, в боях не участвовавших, 7 тысяч казаков и 640 орудий.

Готовясь к сражению, Кутузов умело воспользовался природными особенностями избранной им позиции на Бородинском поле. Она защищала основные дороги, ведущие к Москве (Наполеон задумал поразить Россию в сердце). Ее фланги нельзя было обойти, так как они прикрывались справа рекой Москвой, а слева — густыми лесами. Позиция возвышалась над местностью и была очень удобной для артиллерии. Реки и овраги перед фронтом мешали неприятелю свободно маневрировать.

В сражении ни одна из сторон не добилась решающего перевеса. К концу дня бородинская позиция оставалась в руках русских. С наступлением темноты Наполеон приказал своим войскам оставить поле брани и захваченные разрушенные укрепления и вернуться на исходные позиции.

Бородино дорого обошлось Наполеону. Его Великая армия потеряла более 50 тысяч (есть и другие цифры) человек, или свыше 43 процентов своего состава, а французская кавалерия — 57 процентов. Среди потерь значились 47 наполеоновских маршалов. Но и потери русской армии были значительными.

За Бородинское сражение М. И. Голенищев-Кутузов был пожалован в генерал-фельдмаршалы.

По решению военного совета в Филях русская армия без боя оставила Москву. Тогда полководец сказал: «С потерею Москвы не потеряна Россия».

Кутузов совершает свой знаменитый скрытый фланговый Тарутинский марш-маневр, и русская армия выходит из-под удара неприятеля. Наполеон на несколько дней «теряет» русскую армию. А она сосредотачивается у села Тарутино и перекрывает вражеской армии путь в южные губернии России.

За время пребывания в Тарутинском лагере Кутузов значительно усиливается. А в это время на оккупированной территории разворачивается широкое партизанское движение, начатое армейскими летучими отрядами. Ряды Великой армии таяли с каждым днем.

Наполеон, потерпев полную неудачу в своих стратегических замыслах и попытках заключить мир с Россией, 7 октября решил оставить сожженную Москву и отступать по Новой Смоленской дороге в надежде найти там провиант и фураж. Но Кутузов не позволил ему это сделать. После сражения под Малоярославцем Великой армии пришлось отступать по разоренной Старой Смоленской дороге.

Русская армия переходит в контрнаступление, преследуя остатки Великой армии по пятам. Проходят сражения у Вязьмы и Красного. Активно действуют партизанские отряды и казачья конница атамана Матвея Платова. Великая армия «заканчивает» свою биографию на переправе через Березину. Из России вырываются только ее остатки, а сам Наполеон оставляет их и спешит… в Париж.

За умелое руководство русской армией в 1812 году генерал-фельдмаршал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов удостоился высшей полководческой награды России — ордена Святого Георгия 1-й степени. Он стал первым из четырех полных кавалеров этого ордена. Михаил Илларионович также получил титул князя Смоленского. Для россиян он стал спасителем России.

В начале января 1813 года русская армия переходи границу и начинает свои освободительные Заграничные походы. Но М. И. Кутузову недолго пришлось ею командовать. Он уходит из жизни в силезском городке Бунцлау (ныне — Болеславец, Польша). Был похоронен в столичном Казанском соборе.

Кутузов отдал военной службе более 50 лет жизни. Он был одним из образованнейших людей своего времени, свободно владел пятью языками. Обладал тонким умом, умел сохранять спокойствие в самых критических минутах сражений. Тщательно обдумывал каждую операцию, стараясь действовать больше маневрами и военной хитростью и не жертвовать жизнями солдат. Военное искусство рассматривал как важнейший фактор, определяющий судьбу войны. Как великий стратег, умел терпеливо ждать изменения обстановки и использовать фактор времени и ошибки противника.

Во время Великой Отечественной войны в СССР был учрежден боевой орден Кутузова 1-й, 2-й (1942 год) и 3-й (1943 год) степеней. Высшая степень являлась полководческой наградой.

Когда противники стали сходиться для морского сражения, Ушаков неожиданными маневрами своего авангарда отрезал от вражеского строя два линейных корабля и обратил их в бегство. Сражение при Фидониси продолжалось с 2 до 5 часов вечера, и закончилось тем, что турецкий флот вышел из боя и поспешил к своим берегам. Многие его суда получили сильные повреждения от артиллерийского огня.

Фидонийское морское сражение примечательно тем, что Ушаков первым на флоте России пренебрег канонами господствовавшей тогла линейной тактики в войнах на море. Именно во многом благодаря новаторскому маневру русского авангарда турецкий флот был обращен в бегство.

В 1790 году светлейший князь Г. А. Потемкин-Таврический поручил Ушакову командование корабельным составом Черноморского флота. Тот энергично взялся за обучение судовых экипажей и совершил рейд к берегам Анатолии, что заставило турецкий флот выйти в море.

8 июля состоялось Керченское морское сражение. Севастопольской эскадре (10 линейных кораблей, 6 фрегатов, 17 вспомогательных судов, 860 орудий) противостоял турецкий флот капудан-паши Хуссейна (Гуссейна) в составе 10 линейных кораблей, 8 фрегатов, 36 вспомогательных судов, имевших на борту 1100 орудий и десантные войска. Султанский флотоводец, воспользовавшись выгодным наветренным положением, решил обойти корабли русского авангарда и «истребить» их.

Контр-адмирал Ф. Ф. Ушаков разгадал замысел своего соперника, вывел из общего строя эскадры в резерв шесть фрегатов, направив их на поддержку авангарда, атакованного турками. В три часа дня ветер изменился, что позволило русским кораблям подойти к противнику на дальность картечного выстрела. Русские пушкари оказались на голову выше противника, и тот обратился в бегство, имея превосходство в скорости хода (подводные части корпусов турецких кораблей были обшиты медными листами).

Русский флотоводец в сражении у Керченского пролива применил новый тактический прием, создав из шести фрегатов резервную группу. Турецкий флот в сражении не потерял ни одного корабля, но получил большие разрушения от артиллерийского огня русских. Те потеряли убитыми и ранеными всего 29 человек.

28 августа 1790 года произошло морское сражение у острова Тендра, где русская эскадра, вышедшая из Севастополя, обнаружила турецкий флот, стоявший на якоре. Русские корабли двигались в походном порядке в три колонны. Ушаков приказал начать атаку без промедления, выстраиваясь в линию баталии на полном ходу. Он вновь создал резерв из фрегатов. Сражение русские начали с дистанции картечного выстрела.

Через несколько часов морского сражения турецкая эскадра под губительным огнем русской артиллерии начала уклоняться под ветер и приходить в расстройство. Флагманский корабль Ушакова «Рождество Христово» вел бой одновременно с тремя турецкими кораблями. Турки обратились в бегство, их преследовали до наступления темноты. Только после этого севастопольская эскадра встала на якорь.

Утром 29 августа выяснилось, что турецкая эскадра стоит на якоре поблизости. Морское сражение возобновилось. В итоге неприятель снова обратился в бегство, используя свое преимущество в скорости. 66-пушечный линейный корабль «Мелеки Бахри» спустил флаг и сдался, а 74-пушечный «Капудания» взорвался. За победу при Тендре Ф. Ф. Ушаков был пожалован орденом Святого Георгия сразу 2-й степени.

31 июля 1791 года состоялось морское сражение у мыса Калиакрия. Турецкий флот был вновь обращен в бегство. Русско-турецкая война на море завершилась полной победой России. В 1793 году Ф. Ф. Ушаков жалуется в вице-адмиралы.

В ходе Наполеоновских войн союзницей России стала Оттоманская Порта, эскадра которой приняла участие в Средиземноморской экспедиции 1798–1800 годов, которой командовал вице-адмирал Ф. Ф. Ушаков. Он имел под своим флагом 6 линейных кораблей, 7 фрегатов и 3 авизо (посыльных судов, которые вели разведку). На кораблях в качестве десанта находились 1700 солдат черноморских гарнизонов.

Союзная турецкая эскадра под флагом адмирала Кадыр-бея состояла из 4 линейных кораблей, 6 фрегатов, 4 корветов и 14 канонерских лодок. Союзники в качестве десантных сил имели 4250 воинов-албанцев. Экспедиция имела целью освобождение от французов семи Ионических островов и установление контактов с английской эскадрой в Средиземноморье.

Главные события в ходе экспедиции развернулись вокруг острова Корфу и одноименной крепости. Корфу был ключом к Адриатике. На острове имелось три крепости. С моря их прикрывали два острова (на одном из них — Видо — находилось пять батарей). Трехтысячный французский гарнизон Корфу имел 650 орудий. Под защитой крепостных стен стояла небольшая эскадра.

Штурм Корфу начался 18 февраля 1799 года в 7 часов утра. Главный удар наносился по укрепленному острову Видо, который являлся ключом к Корфу. Огонь его батарей был подавлен, на остров высадился 2-тысячный десант. Гарнизон Видо (423 человека) капитулировал. Одновременно начался штурм крепостного Корфу. К вечеру французы капитулировали. В плен сдались 2931 человек, трофеями стали около 630 орудий, 16 различных судов. Потери союзников составили около 300 человек.

Штурм Корфу вошел в военную историю как образец взаимодействия флота и морского десанта. За эту победу Ф. Ф. Ушаков стал полным адмиралом.

Освобождение Ионических островов завершилось полным успехом.

В сентябре 1800 года русская эскадра возвратилась в Севастополь. В 1802 году адмирал Ф. Ф. Ушаков назначается главным командиром Балтийского гребного флота и начальником флотских учебных команд в Санкт-Петербурге. В 1807 году выходит в отставку. Был похоронен в Санаксарском монастыре.

В начале XXI столетия флотоводец Федор Федорович Ушаков был причислен Русской православной церковью к лику святых.

Адмирал Ф. Ф. Ушаков вошел в военную историю не только своими победами в морских сражениях, но и как автор новой тактики парусного флота, уделявший много внимания морской и артиллерийской выучке корабельных экипажей. В Советском Союзе с 1944 года существовал орден Ушакова двух степеней и медаль Ушакова.

Редкий из наполеоновских маршалов имел столько аристократических титулов, как Л. А. Бертье. В 1805 году он становится князем Невшательским, в следующем 1806 году — герцогом Валанженским, в 1809 году — князем Ваграмским. То есть за пять лет получил от императора французов два титула княжеских и один герцогский. И все это за блестяще выполняемую работу генштабиста самого высокого уровня.

Пожалуй, самым трудным в его карьере оказался 1809 год. Будучи с Наполеоном во Франции, осенью 1808 года Бертье был послан императором в Баварию для сосредоточения и подготовки там французских войск к войне с Австрией. Наполеон, возвратившийся в Париж, давал на то указания. Однако в 1809 году австрийская армия перешла в наступление, и опаздывавшие приказы Наполеона поставили маршала Бертье в «критическое положение» до прибытия императора к армии.

Маршал империи Л. А. Бертье рядом с Наполеоном прошел весь путь Великой армии в ходе Русского похода 1812 года. Побывал и на Бородинском поле, и в сожженной Москве, и на берегах Березины. Известно, что когда Бонапарт бросил остатки своих войск и уехал во Францию, то Бертье оказался одним из немногих военачальников, кто оставался при армии, сохранив при этом присутствие духа.

С открытием весенней кампании 1813 года в Германии и в ходе войны во Франции 1814 года он вновь был начальником штаба наполеоновской армии. Наполеон по-прежнему продолжал высоко ценить блестящего генштабиста Луи Бертье за работоспособность, точность и исполнительность: он был «мозгом» армии.

Из числа маршалов империи Бертье был одним из последних, кто покинул Наполеона после его отречения от престола. Под влиянием своей честолюбивой супруги, которая была племянницей короля Баварии, присягнул на верность королю Людовику XVIII, за что стал пэром Франции и получил при дворе высокие должности. В начале наполеоновских «Ста дней» покинул Францию и ушел из жизни в Баварии.

Насколько маршал Бертье был необходим для Наполеона, лучше всего свидетельствуют слова императора французов после сокрушительного поражения от союзных армий Англии, Пруссии и Голландии при Ватерлоо: «Если б я имел Бертье, я не был бы разбит».

Но совсем иначе выглядит характеристика наполеоновского начальника штаба после измены Бонапарту, с обидой высказанная тем на острове Святой Елены: «Он нерешителен и неспособен командовать армией, но имеет все качества превосходного начальника штаба: у него прекрасная память, отлично читает карту, быстро схватывает расположение противника и точно и кратко разъясняет самые сложные маневры».

Исследователи той эпохи считают, что основы штабной службы, разработанные маршалом Франции Л. А. Бертье, впоследствии послужили образцом почти для всех европейских армий. В военную историю он вошел как один из самых мыслящих генштабистов самого высокого ранга.

Сложной задачей стало резкое увеличение численности армии. Государь утвердил указ о новом рекрутском наборе, согласно которому от каждых 500 душ мужского населения в армию призывались девять, проходивших специальную подготовку девять месяцев. В результате принятых мер численность регулярной армии к лету 1812 года была доведена почти до 500 тысяч человек, а численность артиллерии — до около 1600 орудий разных калибров.

Военный министр позаботился и о создании сильных, обученных, должным образом обеспеченных и вооруженных резервов. К началу боевых действий резерв русской армии состоял из 18 пехотных и кавалерийских дивизий и 4 артиллерийских бригад.

Под руководством Барклая-де-Толли разрабатывается «Учреждение для управления большой действующей армией», утвержденное 27 января 1812 года. В этом основополагающем документе определялись права и обязанности не только главнокомандующего, но и высших воинских начальников, а также штат Полевого штаба. Управление русской армии становится на новый уровень.

С началом Отечественной войны М. Б. Барклай-де-Толли совмещает должности министра (до августа 1812 года) и главнокомандующего 1-й Западной армией. Он принимает на себя всю ответственность за приказ об отступлении в глубь России. В Бородинском сражении командует правым крылом и центром русской армии. Наградой ему стал орден Святого Георгия полководческой 2-й степени. В сентябре того же года он по болезни оставляет армию.

В действующую армию возвращается в феврале 1813 года, приняв 3-ю армия. С ней полководец осаждает и берет сильную крепость Торн. Во время сражения при Бауцене командует правым флангом русских войск, по которому Наполеон наносил главный удар. После смерти генерал-фельдмаршала М. И. Голенищева-Кутузова назначается на пост главнокомандующего союзной русско-прусской армией. За победное сражение под Кульмом был награжден военным орденом Святого великомученика и победоносца Георгия высшей, 1-й степени. Затем следует отличие в «Битве народов» под Лейпцигом.

Во время войны 1814 года во Франции являлся командующим русскими войсками союзных армий. При победном штурме Парижа 18 марта прямо на поле сражения был произведен в генерал-фельдмаршалы. По возвращении в Россию получает в командование 1-ю армию, во главе которой в 1815 году выступил в поход, но к сражению при Ватерлоо русские прибыть не успели. После смотра русских войск под Парижем, при Вертю возводится в княжеское достоинство.

…Отечественные исследователи Отечественной войны 1812 года не жалуют М. Б. Барклая-де-Толли, говоря о том, что он не отличался блистательными способностями, но при этом обладал многими драгоценными качествами полководца. На боевом поприще, на посту главы военного ведомства России «неразгаданный Барклай» демонстрировал лучшие свои черты.

Простой, ясный и практический ум его холодно оценивал обстановку и принимал соответствующее решение. Предусмотрительность его «обнимала» все, и он ничего не забывал во время исполнения задуманного решения. Самостоятельность его была безусловна: взгляды, которые он высказывал, и решения, которые он принимал, всегда были его собственные. Непоколебимая настойчивость в преследовании поставленной цели не знала преград. Полное самообладание и спокойствие его в самые тяжелые решительные минуты были изумительны. На поле битвы он видел все и с неизменным хладнокровием распоряжался всем под самым сильным огнем.

Барклай-де-Толли в отечественной истории являет пример патриота в лучшем смысле этого слова: на любых постах он исполнял свой долг, никогда не думая о себе. Современники были к нему несправедливы. Справедливость в оценке его личности, его деяний вернулась к генерал-фельдмаршалу князю М. Б. Барклаю-де-Толли, когда император Александр I «положил» соорудить памятник ему и М. И. Голенищеву-Кутузову, светлейшему князю Смоленскому, как главнейшим сподвижникам самодержца в великой борьбе России и Европы с Наполеоном и его Французской империей.

В том деле Нельсон имел 14 линейных кораблей с несомненно более опытными экипажами. Англичане атаковали внезапно, отрезав противника от берега половиной своей эскадры. Корабли французов оказались между двух огней; атакующие сосредоточили свой огонь на его флагманском корабле «Лориан», который взорвался, а Брюэс погиб. От его эскадры осталось всего четыре корабля, а победители таких потерь не имели. Абукирская виктория прославила флотоводца Горацио Нельсона.

Следствием Абукирского сражения стало то, что 30-тысячная Восточная армия генерала Бонапарта в Египте оказалась отрезанной от Франции. В конечном счете это привело к полной неудаче французской Египетской экспедиции и потере Парижем завоеванного Египта.

После Абукира Нельсон оказывал помощь Неаполитанскому королевству в борьбе с Францией. В тех событиях он запятнал себя кровавыми расправами с французскими военнопленными и итальянскими республиканцами.

В 1801 году Горацио Нельсон, получивший за успешные действия в Средиземном море против французов производство в вице-адмиралы, был назначен вторым флагманом в эскадру адмирала Хайда Паркера. Ей предстояло действовать против Дании, которая оказывала экономическую помощь Франции.

2 апреля 1801 года у Копенгагена состоялось морское сражение, в котором английский флот (20 линейных кораблей, не считая фрегатов) нанес поражение датскому флоту (10 линейных кораблей), который поддерживали береговые батареи. Вице-адмирал Нельсон командовал 12 атакующими линейными кораблями. Англичане потеряли в тот день 1200 человек, датчане — один линейный корабль. Последующие два дня английская корабельная артиллерия по приказу Нельсона превратила многие кварталы Копенгагена в руины.

Победа англичан в Копенгагенской гавани имела политическое следствие — Лига нейтральных государств, в которой лидером была Дания и которая не хотела портить отношения с Францией, самораспустилась. Горацио Нельсон получил титул виконта.

В 1803 году война между Англией и Францией возобновилась. Вице-адмирал Нельсон командовал эскадрой в проливе Ла-Манш, совершив неудачное нападение на Булонь.

Затем английский флотоводец получил в командование эскадру, действовавшую против Франции и Испании в Средиземном море. Он сумел заблокировать союзный франко-испанский флот в Кадисе.

21 октября 1805 года близ мыса Трафальгар произошло самое большое в истории войн на море сражение. Английская эскадра состояла из 27 линейных кораблей и 4 фрегатов. Объединенный франко-испанский флот насчитывал 33 линейных корабля и 7 фрегатов. Им командовал французский адмирал Вильнев, один из виновников поражения при Абукире, отличавшийся нерешительностью в действиях и постоянно избегавший прямого столкновения с англичанами.

Англичане первыми начали бой, сумев с ходу прорвать боевой линейный порядок неприятельского флота между 13-м и 14-м линейными кораблями. Нарушив таким образом боевое построение союзного флота и управление им, англичане начали его разгром. Главный удар был нанесен по центру и кораблям арьергарда.

Двадцать испанских и французских кораблей спустили флаги, оказавшись в безвыходном положении. Стойкость и выучка их экипажей оставляли желать лучшего. Потери союзников составили около 7 тысяч человек убитыми, ранеными и пленными. Англичане потеряли всего один корабль и 1587 человек убитыми и ранеными. Вице-адмирал Горацио Нельсон, находившийся на своем флагмане «Виктория», получил смертельное ранение мушкетной пулей с французского корабля в тот момент, когда англичане уже праздновали победу.

Победа у мыса Трафальгар имела большое историческое значение. Великобритания на ближайшие сто лет стала величайшей морской державой в мире, и ни одно приморское государство не пыталось оспаривать это. Если и оспаривало, то терпело неудачу, поскольку ему приходилось решать проблему прежде всего защиты собственных морских берегов и приморских городов.

Горацио Нельсон своими победами в войнах на море снискал себе славу выдающегося флотоводца. Линейной тактике ведения боевых действий он предпочитал маневры, отличался решительностью действий в самой неблагоприятной обстановке. В эскадрах, которыми ему пришлось командовать, добивался образцовой слаженности экипажей в походах и в бою. По характеру был лидером, и своих корабельных офицеров называл «собратьями».

Главной целью жизни флотоводца Горацио Нельсона было укрепление военной мощи Великобритании на море. Этому он отдал жизнь без остатка.

Патриоты Италии выступали за изгнание австрийских войск и объединение всех итальянских государств вокруг Пьемонта, где правил король Карл Альберто Савойский. В начале 1848 года Королевство обеих Сицилий, Тоскана, Папское (Римское) государство и Пьемонт приняли буржуазную конституцию.

Фельдмаршал Радецкий решил подавить начавшуюся итальянскую революцию силой оружия в самом ее начале. Однако он неосмотрительно понадеялся на собственные военные силы и не попросил подкреплений от Вены. Размах революционного движения оказался для него полной неожиданностью.

Первая военная неудача ожидала его в крупнейшем городе Северной Италии — Милане. Против баррикад австрийцы оказались бессильны. После пяти дней ожесточенных боев на миланских улицах и площадях 15-тысячная австрийская армия отступила в Верону.

Австрийские войска были изгнаны из большей части Ломбардии и Венеции. Были образованы временные правительства, создавалась национальная гвардия. 25 марта 1848 года сардинский (пьемонтский) король Карл Альберт Савойский, выступавший на стороне Ломбардии и Венеции, объявил войну Австрии, надеясь стать монархом объединенной Италии.

Весной австрийцы потерпели поражение в Восточной Ломбардии, и фельдмаршал Радецкий отступил за реку Адиджу в ожидании подкреплений. Однако итальянские войска, кроме отряда Джузеппе Гарибальди, оказались не подготовленными к войне, плохо обучены, имели мало артиллерии, а сардинский король действовал нерешительно.

Все это не осталось незамеченным Йозефом Радецким. Получив подкрепления, фельдмаршал уже летом перешел в самое решительное наступление. Более того, до самого победного окончания войны он не упускал из своих рук стратегическую инициативу, демонстрируя высокое полководческое искусство в командовании императорской армией.

Первую крупную победу австрийцы одержали в сражении 25 июня 1848 года у Кустоце. Атакуя, 52-тысячная австрийская армия, переправившись через реку одновременно в трех местах, нанесла полное поражение королевской сардинской армии. В этой битве Радецкий командовал войсками своего правого фланга, левым командовал герцог Лихтенштейн.

Последующие три дна австрийцы провели в преследовании разбитого противника. Разгром итальянских войск завершился у города Вольта и на берегах реки Олио. В июле была осаждена Венеция. Осажденных поразила эпидемия холеры, возникла угроза голода. 25 августа город капитулировал.

9 августа 1848 года король Карл Альберт Савойский сдал фельдмаршалу столицу Ломбардии город Милан, в котором австрийцы потерпели ранее большое поражение. Стороны подписали перемирие. Радецкий стал наводить на итальянской земле жестокий порядок, что вызвало в стране сильное возмущение. Сардинский король, боясь за свой престол, вновь объявил войну Австрийской империи, хотя сколько-нибудь реальных шансов на победу в ней он не имел.

Командование королевской армией (около 88 тысяч человек) было поручено польскому генералу В. Хржановскому, который неосмотрительно растянул войска на линии от города Навары до реки По, за что незамедлительно и поплатился. Фельдмаршал Радецкий, получив такие бесценные сведения от засланных в стан противника лазутчиков, сразу же начал действовать. Он дал сардинцам два сражения, которые и поставили точку в войне Австрии против революции на земле Италии.

Первое сражение состоялось 21 марта 1849 года. Пьемонтцы «проспали» появление перед ними австрийцев, и те без особых усилий их разбили. Через два дня итальянцы понесли разгромное поражение у города Навары. От полного уничтожения армию Пьемонта спасла только медлительность Радецкого, который верно расчитал ход войны. Король Карл Альберт Савойский отрекся от трона в пользу сына, который заключил мир с Веной.

Австрия сохранила за собой Ломбардо-Венецианское королевство. А побежденный Пьемонт выплатил огромную контрибуцию в 65 миллионов франков. Зато Савойская династия удержалась на сардинском престоле.

Последними отголосками революции в Италии стало восстание в Генуе. Еще продолжала борьбу Римская республика. Австрийские войска справились с ними без особых усилий. У фельдмаршала Йозефа фон Радецкого в Италии не оказалось достойных противников.

Монархи всей Европы приветствовали победу австрийского оружия над восставшей Италией. На фельдмаршала Йозефа фон Радецкого щедро посыпались высокие боевые награды. Не остался в стороне и «жандарм Европы» император Николай I. Он наградил Радецкого, теперь уже графа, чином генерал-фельдмаршала России и полководческой наградой — орденом Святого Георгия 1-й степени. В указе говорилось: «…за взятие Милана 6 августа 1848 года».

Полководец династии Габсбургов до последних дней своей жизни командовал австрийскими войсками в Северной Италии. Он скончался в столице Ломбардии — Милане, оставив по себе недобрую память у итальянцев.

Фельдмаршал Йозеф фон Радецкий оставил свой след в военной истории. Его отличало умение скрытно маневрировать своими войсками и хорошо дезинформировать неприятеля. Он умело концентрировал силы австрийцев для нанесения удара в центр итальянской армии и тем самым изолировал ее части. Полководец успешно применял и фронтальную атаку. Однако такая атака в сомкнутых колоннах влекла за собой значительные потери. Единственное, в чем оказался бессилен Радецкий, так это против тактики баррикадных боев, примененной восставшими в итальянских городах.

Вскоре Бонапарт был назначен начальником артиллерийской батареи в городе Ницца на юге Франции. Следует назначение помощником начальника артиллерии республиканской армии, осаждавшей портовый город Тулон, захваченный мятежниками-роялистами и англичанами, чья эскадра встала перед Тулоном.

После того как его начальник получил тяжелое ранение, Наполеон (тоже получивший ранение) принял командование артиллерией осадной армии. Он предложил свой план овладения Тулоном, который был одобрен. Умело расположенные батареи и их меткий огонь позволили революционным войскам в декабре 1793 года овладеть городом, заставив английскую эскадру уйти не только от Тулона, но и от средиземноморских берегов Франции.

Это была первая победа Наполеона. О нем заговорили в революционной армии и в самом Париже. В следующем году, в возрасте 24 лет, он стал бригадным генералом и был назначен начальником артиллерии Альпийской армии.

После контрреволюционного переворота 9 термидора (27 июня) 1794 года за связи с якобинцами герой Тулона отстраняется от должности, подвергается аресту и в сентябре 1795 года увольняется из армии. Но уже в октябре член Директории Баррас, ответственный за борьбу против заговорщиков-монархистов, берет бригадного генерала, изгнанного было из армейских рядов, к себе в помощники.

5 октября 1795 года генерал Наполеон «залпом картечи» подавил роялистский мятеж в Париже, проявив при этом большую энергию и решительность. В тех парижских событиях Директория оказалась многим обязанной герою дня. За подавление монархического мятежа его произвели в дивизионные генералы и назначили начальником Парижского гарнизона.

Еще одной наградой от Директории стало назначение его в феврале 1796 года командующим французской Итальянской армией. В этой должности он впервые стяжал полководческую славу среди людей военных. За два года войны в Италии против австрийцев Наполеон одержал победы в сражениях при Лоди, Кастильоне, Арколи и Риволи.

Сражение при Лоди 10 мая 1796 года состоялось в ходе преследования отступавшей австро-сардинской армии генерала Болье. Мост через реку Адда защищали 10 тысяч австрийцев и сардинцев с 20 орудиями, установленными на господствующих высотах. Наполеон во главе шести тысяч своих солдат атаковал мост, лично ведя французов в штыковую атаку. В том бою противник потерял три тысячи человек и все пушки, а победители — всего 400 человек.

В сражении при Арколе Наполеон не дал своему противнику генералу Альвинцы, командовавшему главными силами австрийской армии (20 тысяч человек) соединиться с войсками барона Давидовича. В ходе сражения Альвинцы потерял, по разным оценкам, от 6 до 18 тысяч человек, то есть подвергся полному разгрому.

При Риволи Наполеон разбил пять австрийских дивизий, одна из которых сложила оружие. Разгром неприятеля в этом сражении решил судьбу осажденной крепости Мантуи. Руководивший ее обороной фельдмаршал граф фон Бурмзер 2 февраля 1797 года капитулировал перед французами вместе с 20 тысячами своих солдат.

Вернувшись с громкой славой в Париж, генерал Наполеон добился от Директории решения об организации похода для завоевания Египта. Успешно начавшись, Египетская экспедиция 1798–1801 годов закончилась неудачным походом французов в Сирию и разгромом их флота в сражении при Абукире англичанами. В ходе экспедиции был одержан ряд побед над египетскими мамелюками и турками, взят ряд укрепленных городов.

Наполеон самовольно покинул Египет и свою Восточную армию, удачно избежав встречи с английским флотом, прибыл во Францию. Париж в те дни переживал острый политический кризис. Бонапарт, пользовавшийся большой популярностью в армии и народе, возглавил государственный переворот против Директории и 9 ноября 1799 года оказался на самой вершине власти во Франции.

В том же месяце он становится первым консулом Франции, а в 1802 году — «пожизненным консулом» с диктаторскими полномочиями. 18 июня 1804 года был провозглашен императором Франции Наполеоном I. В его руки перешла вся государственная и военная власть в стране. Эти события в Париже монархическая Европа, стоявшая на стороне свергнутой династии Бурбонов, восприняла враждебно.

Став у руля государственной власти, Наполеон начал проводить широкие военные преобразования. Теперь французская армия формировалась на основе жесткой воинской повинности. Заметно улучшились система ее обучения, вооружение и снабжение. Командные посты в армии получили в основном его боевые соратники. Франция стала за короткое историческое время мощной в военном отношении европейской державой.

Утвердившись в Париже и создав многочисленную и, что самое главное, боеспособную армию, Наполеон начал целую серию завоевательных войн (1799–1815 годы). Он выиграл Русско-австро-французскую войну 1805 года, Русско-прусско-французскую войну 1806–1807 годов, Австро-французскую войну 1809 года, ряд других кампаний.

Французская армия одерживала победы во многом благодаря полководческому таланту императора и его прославленной плеяды маршалов. Самые знаменитые победы были одержаны в больших сражениях при Маренго, Ульме, Аустерлице, Йене и Ауэрштетте, под Ваграмом и при Фридланде.

После разгрома Священной Римской империи, ставшей просто Австрийской империей, и королевства Пруссии Россия, потерявшая этих своих союзников, заключила с Францией Тильзитский мирный договор. Император Наполеон I стал повелителем всей Западной и Центральной Европы (за исключением Великобритании, защищенной проливами и своим флотом).

Первые неудачи постигли императора французов в ходе экономической блокады Британии и в Трафальгарском морском сражении, где французский флот был разбит английским флотом под флагом адмирала Нельсона.

Неудачным оказался и начавшийся в 1808 году испанский поход за Пиренеи, хотя столичный Мадрид был взят без особых усилий. К империи была присоединена и Португалия. Против завоевателей выступил простой народ Испании, поддержанный английскими экспедиционными войсками. Испанская война продолжалась до 1813 года, французы потеряли в ней около 300 тысяч человек.

Но эти неудачи не повлияли на стремление Наполеона добиться полного господства в Европе. Для этого ему, как считал император, следовало сделать всего один победный шаг — сокрушить русскую армию и заставить императора Александра I подписать выгодный для Франции мир. К 1812 году на европейском континенте только одна Россия противостояла наполеоновской империи.

Наполеон стал готовить Русский поход, который в том же 1812 году обернулся для его империи подлинной катастрофой. Для войны с Россией, оставшейся в одиночестве, он создал доселе невиданную по численности армию вторжения, названную Великой. Она состояла из 600 тысяч человек: войска в нее собирались по всей Франции и с половины Европы. В ее командный состав вошли лучшие наполеоновские полководцы — маршалы Даву, Ней, Мюрат, Богарне, Ж. Бонапарт, Макдональд, Удино…

Подготовка Русского похода, планирование операций и развертывание Великой армии на государственной границе России показали высокий уровень стратегического мышления Наполеона. До 1812 года он как стратег успешно переигрывал своих соперников во всех войнах, за исключением разве что Испанской, в которой он впервые столкнулся с народным сопротивлением.

К началу июня 1812 года Наполеон развернул Великую армию для вторжения в трех группировках. Главной из них он командовал лично. Фланги обеспечивались войсками Пруссии и Австрии. Был создан сильный армейский резерв. В ходе вторжения планировалось поодиночке разбить в приграничье русские 1-ю и 2-ю Западные армии, затем занять Москву и из нее продиктовать условия мира императору Александру I. Затем намечалось сокрушить Великобританию, и наполеоновская Франция получала мировое господство.

В беседе с французским послом в Варшаве Домеником де Прадту Наполеон сказал перед началом вторжения: «Я иду в Москву и в одно или два сражения все кончу… Я сожгу Тулу и обезоружу Россию… Меня ждут там; Москва — сердце России; без России континентальная система есть пустая мечта».

Но ход Отечественной войны 1812 года показал, что Наполеону не удалось ни разбить поодиночке русские 1-ю и 2-ю Западные армии, ни победить кутузовскую армию в генеральном сражении на Бородинском поле. А занятая французами Москва стала для них настоящей ловушкой. Отступление Великой армии из России стало настоящим бегством: спастись удалось только ее остаткам. После Березины Великая армия перестала существовать как таковая, а сам император французов бежал в Париж.

«Гроза 12-го года» показала: полководческое искусство русского главнокомандующего М. И. Голенищева-Кутузова оказалось несомненно выше полководческого дарования великого французского завоевателя.

Теперь против Наполеона воевала почти вся Европа. Однако он не был бы Наполеоном, если бы склонил голову и сложил оружие перед союзом европейских монархов. Император создал новую сильную армию и дал противнику в 1813 и 1814 годах несколько больших сражений. Однако теперь победы чередовались с поражениями, доставались ему ценой большого перенапряжения сил и немалых потерь, которые истощенная беспрестанными революционными и наполеоновскими войнами Франция восполнить уже не могла.

«Битва народов» под Лейпцигом 16–19 октября 1813 года закончилась поражением наполеоновской армии, и она отступила на территорию собственно Франции, где прошли последние сражения. Союзники в марте 1814 года победителями вступили в Париж, и Наполеон под давлением своих маршалов отрекся от престола, будучи сослан на остров Эльбу.

В марте 1815 года Наполеон бежал с Эльбы во Францию и занял Париж, откуда бежали Бурбоны. Но венцом его «ста дней» стало сражение при Ватерло, в котором наполеоновская армия понесла полный разгром. Последовало изгнание на затерянный в Южной Атлантике остров Святой Елены — английское колониальное владение, где великий завоеватель и ушел из жизни.

Один из величайших полководцев в мировой истории, Наполеон I не был подлинным новатором в военном искусстве. Но он сумел творчески развить и усовершенствовать то новое, что было ранее создано армиями революционной Франции, показал себя большим мастером стратегии и военной тактики. Его стратегия носила наступательный характер. Наполеон понимал, что основа успеха армии — боевой дух солдат. Во многом благодаря этому французские войска одержали немало побед. Военное творчество Наполеона оказало заметное влияние на развитие военного искусства в Европе.

Франция чтит память своего прославленного императора-полководца. В 1840 году его прах был торжественно перевезен в Париж и захоронен в Доме инвалидов. Потомкам Наполеон оставил продиктованные им на острове Святой Елены воспоминания и заметки по военному искусству. В России они были опубликованы в 1844 году под названием «Правила, мысли и мнения Наполеона о военном искусстве, военной истории и военном деле».

21 июня 1813 года при Виттории состоялось решающее сражение в войне в Испании. Имея под своим командование 90 тысяч солдат при 90 орудиях, Артур Веллингтон нанес поражение французской армии короля Жозефа Бонапарта (брата Наполеона), атакуя неприятеля четырьмя колоннами, которые могли оказывать поддержку друг другу. В итоге французы дрогнули и бежали, потеряв 7 тысяч человек, 143 орудия и королевскую казну в 5 миллионов фунтов стерлингов. За эту викторию Артур Уэлсли Веллингтон был произведен в генерал-фельдмаршалы.

Веллингтон организовал преследование неприятельской армии до самых Пиренеев, нанеся ей еще ряд поражений. В ноябре 1813 года английские войска, перейдя реку Бидасоа, вступили на территорию Франции. При Ортезе они разбили войска маршала Сульта и штурмом взяли город Тулузу. На том кампания во Франции для англичан закончилась.

В ходе военных действий на территории Португалии и Испании Веллингтон умело переходил от обороны к атаке и использовал против французов тактику выжженной земли, благо мог рассчитывать на помощь испанских партизан. Он всегда помнил, что людские ресурсы и боеприпасы английского экспедиционного корпуса ограничены, поэтому старался всячески избегать больших людских потерь.

Веллингтон хорошо планировал операции и посылал свои войска вперед с большой осторожностью, стремясь предугадать действия командования французов. Местные партизаны снабжали его сведениями о противнике, его действиях и передвижениях.

Проводя тактику выжженной земли, Веллингтон научился хорошо маневрировать войсками. Он часто «заводил» французов в те испанские области, где им трудно было найти провиант. Сам же надежно прикрывал все пути к портовым городам, откуда его войска получали все необходимое с Британских островов. Наполеоновские же маршалы были лишены подобного снабжения и возможности получать подкрепления.

Победы Веллингтона на Пиренеях обусловлены и еще одной немаловажной причиной. Наполеон, формируя Великую армию для похода на Россию в 1812 году, отозвал из Испании отборные части — императорскую гвардию, польский корпус и наиболее опытных военачальников.

Генерал-фельдмаршал Веллингтон возвратился в Лондон с триумфом. Ему был пожалован титул герцога. В Англии его прозвали «Победителем Европы».

Вершиной полководческой славы генерал-фельдмаршала Артура Уэлсли Веллингтона стало главное событие наполеоновских «ста дней» — сражение при Ватерлоо. Веллингтон получил в командование 95-тысячную союзную англо-голландскую армию. Там же, на территории Бельгии находилась и 124-тысячная прусская армия генерал-фельдмаршала Блюхера.

При Ватерлоо Наполеон имел 72-тысячную армию, в рядах которой уже почти не было всех его прославленных маршалов. Французы первыми атаковали позиции англичан и голландцев по всему фронту. Когда возглавляемая маршалом Неем французская кавалерия безуспешно атаковала английскую пехоту, построенную в каре, Наполеон не поддержал ее атаки своей императорской гвардией, которая находилась в резерве. Таким образом, момент для разгрома союзной англо-французской армии был упущен.

Прусские войска генерал-фельдмаршала Блюхера появились на поле битвы в разгар сражения. Наполеон предпринимал последние попытки прорвать центр позиции армии Веллингтона. С появлением прусской армии он направил против нее свою испытанную гвардию, но та была лишена кавалерийской поддержки и потому, понеся большие потери от пушечного огня, отступила.

Тогда Веллингтон приказал своей армии начать контрнаступление всеми силами. Пошел вперед и генерал-фельдмаршал Блюхер. В итоге разгром наполеоновской армии под Ватерлоо был полный. В сражении при Ватерлоо стороны понесли большие потери: англичане и голландцы — 15 тысяч человек, пруссаки — 7 тысяч, французы — 32 тысячи человек, в том числе 7 тысяч пленными.

Союзные армии вступили в уже побежденную Францию и вновь заняли Париж. Наполеон сдался англичанам и на борту их брига был отправлен на остров Святой Елены.

20 ноября 1815 года был подписан второй Парижский мир, который подвел черту под наполеоновскими войнами. Франция возвращалась к границам 1790 года и выплачивала огромную контрибуцию. Генерал-фельдмаршал Артур Веллингтон, которого теперь называли «железным герцогом», оставался главнокомандующим союзными войсками во Франции вплоть до конца ее оккупации.

Победа в битве при Ватерлоо принесла ему большие почести и награды. В 1815 году он стал генерал-фельдмаршалом России и был удостоен военного ордена Святого Георгия 1-й степени. В Англии его стали широко привлекать к участию в различных государственных делах. С 1827 года и до конца своей жизни Веллингтон оставался главнокомандующим королевской армии. Одновременно ряд лет совмещал должность премьер-министра, министра иностранных дел и министра без портфеля. Часто выполнял различного рода дипломатические поручения.

Современники и исследователи отмечают, что Веллингтон отличался недюжинным умом, высоким сознанием воинского и гражданского долга перед Англией, а в вопросах государственной политики крайней реакционностью, был ревностным сторонником палочной дисциплины в армии и строго классового отбора в офицерский корпус королевских войск.

Для Великобритании полководец герцог Артур Уэлсли Веллингтон стал национальным героем. Когда он умер, его похоронили с поистине королевскими почестями в соборе Святого Павла.

Не раз отличался на территории Восточной Пруссии. При отходе русских войск его пушкари находились в арьергарде, раз за разом отбрасывая назад наседавших французов. В сражении при Прейсиш-Эйлау они успешно действовали против корпуса маршала Даву. Под Гутштатном в ходе артиллерийской дуэли уничтожили вражескую батарею, а под Гейльсбергом обратили в бегство атакующую колонну французской пехоты.

В 1899 году полковника А. П. Ермолова назначили командиром отряда резервных войск, охранявших государственную границу на Волыни и в Подолии, в 1811 году — командиром гвардейской артиллерийской бригады, затем гвардейской пехотной бригады и дивизии.

Отечественную войну 1812 года А. П. Ермолов встретил в должности начальника Главного штаба 1-й русской Западной армии генерала от инфантерии М. Б. Барклая-де-Толли, военного министра России. Участвовал в сражениях при Валутиной горе близ Смоленска, при Бородине и Малоярославце. За успешный бой у Заболотья получил чин генерал-майора.

В Бородинском сражении был послан Главнокомандующим М. И. Голенищевым-Кутузовым в армию Багратиона, чтобы привести в порядок ее артиллерию. По пути стал свидетелем того, как французы взяли Курганную высоту (батарею Раевского). В критический момент битвы Ермолов лично повел в атаку батальон Уфимского пехотного полка и отбил батарею. После этого три часа руководил защитой высоты, пока не был ранен картечью в шею.

После Бородино А. П. Ермолов стал начальником объединенного штаба 1-й и 2-й русских Западных армий. Когда он узнал, что Наполеон вышел из Москвы и идет по Боровской дороге, то по своей инициативе, на свой страх и риск от имени главнокомандующего изменил маршрут движения корпуса Д. С. Дохтурова, направив его к Малоярославцу. Путь Великой армии к Калуге был закрыт, и Наполеону пришлось отступать по опустошенной ранее французами Старой Смоленской дороге.

Участвовал в организации преследования Великой армии. За участие в Отечественной войне 1812 года герой Бородина удостоился чина генерал-лейтенанта.

В начале Заграничных походов русской армии 1813 и 1814 годов был назначен начальником артиллерии союзных армий, затем командиром гвардейской пехотной дивизии. Отличился в сражении при Бауцене. Под Кульмом завершал победное сражение.

При штурме Парижа генерал-лейтенант А. П. Ермолов командовал гренадерским корпусом, удостоившись полководческой награды — ордена Святого Георгия 2-й степени. Командовал обсервационной (наблюдательной) армией на австрийской границе.

В 1816 году А. П. Ермолов был назначен командиром Отдельного Грузинского (затем Кавказского) корпуса, затем главнокомандующим русскими войсками в Грузии и одновременно послом России в Персии. Ему подчинялись Каспийская военная флотилия, казачьи войска Северного Кавказа, Астраханская и Кавказская губернии.

С именем А. П. Ермолова связано начало длительной Кавказской войны против «немирных» горцев. Он был последовательным сторонником активного продвижения Российской империи на Восток.

На Кавказе генерал Ермолов блестяще выполнил возложенную на него дипломатическую миссию. Переговоры в Тегеране для российской стороны завершились успешно. Персия отказалась от территориальных притязаний на кавказские земли, и до 1826 года обстановка на границе России с ней была спокойной.

После этого А. П. Ермолов занялся «умиротворением» Кавказа, о котором говорил: «Это огромная крепость, надобно или штурмовать ее, или овладеть траншеями; штурм будет стоить дорого, а успех его не верен, так обложим же ее».

В течение последующих десяти лет командующий кавказскими войсками успешно боролся с «мятежными» горцами. Он перенес укрепленную линию, бывшую южной государственной границей, с берегов Терека на реку Сунжу. В 1818 году здесь был создан опорный пункт русских войск в Чечне — крепость Грозная. Затем Сунженская линия протянулась до побережья Каспия. Укрепленные линии создавались и по берегам рек Малки и Кубани.

Перенос укрепленной линии с Терека на Сунжу консолилидировал враждебно настроенных к России горцев. Начались походы против «немирных» горных аулов Чечни, которые подвергались разгрому, а их жителей из горных лесов переселяли на равнинные земли.

Теперь над теми феодальными образованиями, как, к примеру, Тарковское шамхальство, принявших подданство России, возникла угроза со стороны соседей. Для их защиты генерал Ермолов посылал воинские отряды. В начале 1819 года он совершил поход против Акушинского (Даргинского) союза, взяв высокогорное селение Акушу. Союзу пришлось принять подданство России.

Вскоре были покорены Приморский и Южный Дагестан. Проводились военные экспедиции против «закубанских народов»: черкесы постоянно тревожили укрепленную линию на Кубани. Наступательная тактика давала хорошие результаты: военное противостояние России в горах стало постепенно локализовываться, хотя до окончания Кавказской войны было еще очень далеко.

За свою деятельность А. П. Ермолов получил прозвище «проконсул Кавказа». В Закавказье он упразднил Шекинское, Карабахское и Ширванское ханства (на территории современного Азербайджана), правители которых не раз изменяли клятве в верности России. Подавил мятежи против местной, своей администрации в Имеретии, Мингрелии и Абхазии.

С воцарением Николая I судьба Ермолова была предрешена. Самодержец говорил о кавказском наместнике: «Ему менее всех верю». Тот был вызван в столицу и отправлен в отставку. Генерал от инфантерии и артиллерии А. П. Ермолов оставил свой пост в расцвете сил, поселившись в Москве.

Отказ от ермоловской тактики в горной войне привел к неудачам 40-х годов. Возвращение же к ней привело к победному окончанию войны против имамата Шамиля.

Герой Отечественной войны 1812 года, дня Бородина и войны на Кавказе Алексей Петрович Ермолов для отечественной истории остался крайне противоречивой фигурой.

Он был сторонником суворовских методов обучения и воспитания войск, выступал против линейной тактики и кордонной системы в военном искусстве, отрицательно относился к «аракчеевщине», отличался независимым характером и большой властностью. Пребывание же А. П. Ермолова на Кавказе — это целая страница российской военной истории.

Жомини привлекался императором Николаем I к планированию боевых действий в Русско-турецкой войне 1828–1829 годов и Восточной (или Крымской) войне 1853–1856 годов. К советам генерала от инфантерии Жомини в среде российского генералитета прислушивались. Его суждения, особенно в области стратегии, были авторитетны, а делаемые предложения подкреплялись им опытом прошедших войн в Европе, во многих из которых он принимал личное участие.

В 1855 году престарелый А. А. Жомини, пользовавшийся уважением современников, окончательно покинул Россию. Сперва он поселился в Бельгии, но затем переехал в родную Швейцарию, где и умер.

На протяжении всей своей жизни Жомини не уставал заниматься исследованиями в области военной науки. В своих военно-теоретических и исторических трудах он анализировал опыт войн конца XVIII — начала XIX века, обобщая важнейшие вопросы стратегии и тактики массовой армии. Его важнейшими работами, вышедшими при жизни на русском языке в Санкт-Петербурге, были следующие: «Рассуждения о великих военных действиях или критическое и сравнительное описание походов Фридриха и Наполеона…» (тома 1–8, 1809–1817 годы); «Аналитический обзор главных соображений военного искусства и об отношениях оных с политикою государств» (1836 год, 2-е издание); «Дополнение к Аналитическому обзору…» (1836 год); «Политическая и военная жизнь Наполеона» (1844 год, 3-е издание).

В своих трудах, которые востребованы и по сей день, А. А. Жомини считал, что победы над противником следует достигать не посредством маневрирования без сражения, а решительным сражением. Он отдавал предпочтение наступательным действиям перед обороной, придавал важное значение захвату инициативы, а также моральному фактору. Стратегию рассматривал как науку ведения войны, а тактику — как науку о сражении и бое.

Жомини писал, что стратегия есть искусство вести войну на карте, соображая действия на всем пространстве театра войны, а тактика — искусство располагать войска и действовать ими на поле сражения. Основное правило для всех вообще военных действий, по мнению Жомини, состоит: во-первых, в сосредоточении по возможности наибольших сил на решительном пункте театра войны либо поля сражения; во-вторых, в употреблении этих сил искуснейшим образом.

Термином «театр войны» Жомини называет все пространство, на котором ведется война, а «театром военных действий» — пространство, на котором действует одна армия (или несколько армий), отдельно от прочих войск, имея свой собственный предмет действий.

«Операционной базой» назывался район, с которого армия получает запасы и подкрепления, с которого войска двигаются вперед и на который отступают в случае необходимости. В последнем случае база превращается в «оборонительную линию», за которой устраивается новая база. Направление от базы к предмету действий называлось «операционной линией».

Сформулированные Жомини положения о театре военных действий, операционной базе и операционных линиях, о сосредоточении основных сил на направлении главного удара и взаимодействии пехоты, кавалерии, артиллерии в бою оказали большое влияние на русскую и западно-европейскую военную мысль XIX столетия.

Теоретик А. А. Жомини считал, что гораздо легче составить превосходный план действий, нежели исполнить его сообразно с непредвиденными обстоятельствами и с препятствиями, которые может противопоставить искусный неприятель. Из сего следует, что искусство проникать в намерения противника гораздо важнее, нежели умение составлять превосходные планы действий.

Жомини высоко оценивал роль военной истории в познании теории военного искусства, внес значительный вклад в разработку методики исследования военной истории. Однако он придерживался идеалистической концепции развития военного искусства, полагая, что его основные принципы «вечны и неизменны». Преувеличивал в войнах роль полководцев, особенно Наполеона, хорошо знавшего его, и генеральных сражений.

К влиянию на ход войны политики и экономики относился «теоретически», но при этом выделял «политику войны». Здесь Жомини рассматривал различные политические обстоятельства, в силу которых война могла быть: наступательной или оборонительной (оборонительная в политическом отношении и наступательная в военном); с союзниками и без союзников; на одном или нескольких театрах; народная, революционная, религиозная и прочие.

В своих трудах А. А. Жомини не скрывал, что все основные принципы ведения войны он вывел из рассмотрения и сличения действий двух величайших полководцев конца XVIII и начала XIX века — Фридриха II и Наполеона I, перед которыми он откровенно преклонялся.

Затем работал в Военно-реорганизационном комитете генерала Г. Шарнхорста, проводившего военную реформу в Прусском королевстве. Когда Шарнхорст стал директором военного департамента, был главой его канцелярии. В 1810 году служит в Генеральном штабе, преподает во Всеобщем военном училище, одновременно обучает военному делу наследника престола. В феврале 1812 года составил документ «Три символа веры», где провозгласил идею народной войны против Наполеона в союзе с Россией. Но король Пруссии… заключил с императором французов военный союз.

В знак протеста Карл фон Клаузевиц в мае того же года оставляет прусскую службу и переходит с чином подполковника на службу в русскую армию. Был военным советником у императора Александра I. Затем служил в штабах ряда корпусов. Участвовал в Бородинском сражении.

Когда в 1813 году война пришла на землю Германии, Клаузевиц попытался вернуться в прусскую армию, но король отказал ему в просьбе. В марте 1813 года Клаузевиц — русский офицер связи при штабе прусского корпуса генерала Г. Блюхера, с августа — генерал-квартирмейстер Сводного русско-прусского корпуса. В кампанию 1814 года — начальник штаба Русско-немецкого легиона, воевавшего с французами в Голландии (Нидерландах), получил производство в чин полковника.

В апреле 1814 года Клаузевиц возвратился в армию Пруссии, вернув себе доверие монарха. В должности начальника штаба пехотного корпуса воевал в 1815 году против армии сбежавшего с острова Эльба Наполеона. В 1815–1818 годах — начальник прусской армии на Рейне. С 1818 года — директор Всеобщего военного училища; жалуется в генерал-майоры. В 1830 году — генерал-инспектор 2-й артиллерийской инспекции (Силезия). С марта следующего года — начальник штаба прусской обсервационной (наблюдательной) армии, развернутой на границе с Россией. Умер в Бреслау от холеры.

С самого начала XIX столетия Карл фон Клаузевиц на всех должностях занимался изучением военной теории и историческими исследованиями, многие годы читал лекции во Всеобщем военном училище, занимался публикацией своих работ, пользовался немалым личным авторитетом в прусской армии, в ее офицерском корпусе.

Громкая известность выдающегося военного теоретика и историка, ранее известного только в пределах Прусского королевства, пришла к Карлу Филиппу Готфриду фон Клаузевицу только посмертно, с опубликованием 10-томного полного собрания его сочинений в 1832–1837 годах.

Семь томов это редкого собрания составили военно-исторические работы, посвященные в основном войнам против наполеоновской Франции, участником которых являлся сам автор, а также войнам за независимость Нидерландов. И войнам, которые вели три монарха, военным искусством которых Клаузевиц восторгался — Густав II, Людовик XIV и Фридрих II. При разработке этих томов он изучил свыше 180 войн и военных походов, проведенных с 1566 по 1815 год. То есть исследовалась военная история Европы на протяжении двух с половиной веков.

Главный же военно-теоретический труд Карла фон Клаузевица — незавершенное 3-томное исследование «О войне», изданное в 1832–1834 годах. В нем прусский военный теоретик излагает свои взгляды на сущность и природу войны, исходя из своего представления о государстве, взаимосвязь обороны и наступления и их соотношение в войнах разного типа, проблемы подготовки командных кадров, резервов, стратегических запасов и иные вопросы.

Центральное место среди научных достижений Клаузевица занимает положение о связи войны с политикой: он делает вывод, что «война есть продолжение государственной политики иными средствами». Именно политика, подчеркивает мыслитель, обуславливает возникновение войн, определяет цели и задачи войны, использует ее как «подлинное орудие». Однако социальную природу политики военный теоретик Клаузевиц не исследовал, хотя сумел вскрыть политическую основу войн.

Общепризнанная заслуга Карла фон Клаузевица состоит в том, что он впервые правильно поставил основные проблемы военной теории и попытался осветить их с позиции диалектики. Он отмечал, что каждая эпоха имеет свои собственные войны, и изменения в военном деле вызываются новыми общественными условиями и отношениями. Высоко оценивал роль полководца в войне, опытного и мужественного командного состава армии.

Впервые в военной науке Клаузевиц четко сформулировал некоторые основные принципы ведения военных действий в условиях утверждения стратегии массовых армий: ведение войны с полным напряжением всех сил; сосредоточение сил на главном направлении; быстрота, решительность и внезапность действий; максимальное использование достигнутого успеха.

Разборы войн Клаузевиц делал критически, равно как и полководческого искусства главного противника Пруссии императора Наполеона. В области тактики выступал сторонником новых способов боя, пришедших на смену устаревшей линейной тактике — тактике колонн в сочетании с рассыпным строем.

В России прусский военный теоретик получил известность в 30-х годах XX столетия, когда на русский язык был переведен и опубликован ряд его работ: «1812 год», «1806 год», «1799 год», «Швейцарский поход Суворова 1799 года», «Итальянский поход Наполеона Бонапарта 1796 года», «О войне». Каждая из этих работ имеет свои достоинства и недостатки.

Так, описывая действия русского полководца А. В. Суворова в 1799 году, автор опирался только на австрийские документы, известные своей субъективностью. Однако Клаузевиц делает правильный вывод о том, почему тогда распался союз Павла I с Веной: «Две вещи всегда ускоряют расторжение союзов: тайные обособленные цели и слабость в ведении войны. И то и другое в достаточной мере имелось у австрийцев».

После Крымской войны генерал-майор Колин Кэмпбелл вновь оказался в Индии, где вспыхнуло мощное освободительное восстание сипаев (солдат-индусов британских колониальных войск). Восстание началось 10 мая 1857 года в городе Мируте (ныне — Маратх) близ столичного Дели. На сторону сипаев встали многие местные индийские правители, население северных и центральных областей Индии.

Лондон наделил генерала Колина Кэмпбелла, назначенного командующим войсками британской короны в мятежной Индии, большими полномочиями. В 1857–1858 годах он нанес поражения индийским повстанцам в целой серии сражений. Английские войска штурмом взяли многие индийские города.

Командующий в Индии решил подавить восстание сипаев ударами колониальных войск со всех сторон. Они двинулись к берегам Ганга из Пешавара, непальской столицы — города Катманду, портовых городов Бомбея, Мадраса и Калькутты, куда прибыли подкрепления из Великобритании и ее колоний.

Повстанцы понесли ряд поражений в больших сражениях. Они упорно защищали города, но оказывались бессильными против артиллерии англичан. Те с 14 по 20 сентября 1857 года штурмовали Дели, который защищали 30 тысяч повстанцев. Последним рубежом их обороны стал дворец Бахадур-шаха. Здесь потери атакующих (4 тысячи человеек) составили 1574 убитыми и ранеными.

В Индии генерал Колин Кэмпбелл получил два прозвища — «сэр Крадущийся верблюд» и «Старый перестраховщик». Их появление объясняется тем, что главноначальствующий королевскими войсками тщательно планировал все операции против восставших индусов и проводил их с большой осторожностью. Таким образом, ему удавалось восстанавливать прежний колониальный порядок в мятежных областях с наименьшими потерями в британских войсках, что получило самую высокую оценку и одобрение в Лондоне.

Лично генерал Колин Кэмпбелл в ходе подавления восстания сипаев отличился дважды. В первом случае ему удалось прийти на помощь окруженному английскому гарнизону в городе Лакхнау. Во втором случае подверглись разгрому повстанцы, вторично захватившие этот город.

К маю 1859 года Кэмпбелл сумел взять под контроль англичан Северную и Центральную Индию, оттеснив повстанцев к границе с Непалом. За подавление восстания сипаев он удостоился чина полного генерала.

В 1860 году победитель восставших сипаев Колин Кэмпбелл с триумфом вернулся в Англию. В Лондоне его ожидали большие почести. Через два года он был произведен в генерал-фельдмаршалы и пополнил ряды английской аристократии, став лордом Клейдом.

Английские историки считают генерал-фельдмаршала Колина Кэмпбелла одним из выдающихся полководцев своей страны, считая, что именно он создал ядро английской армии будущего, став выдвигать офицеров на вышестоящие должности не по происхождению, а исходя из личных способностей и заслуг каждого. Лучшим примером тому был он сам.

В 1836–1839 годах Мольтке был военным советником султана Махмуда II в турецкой армии, участвовал в ее реорганизации на европейский лад и фортификационных работах. В Оттоманской Порте прусский офицер приобрел свой первый боевой опыт. Как военный советник, он принял непосредственное участие в операциях против курдских племен, затем состоял в войсках Зафиз-паши, действовавших в 1839 году против египетской армии в Сирии. В сражении при Незибе султанский полководец потерпел поражение и отступил. Мольтке лично командовал артиллерией, прикрывая отступление турок.

После возвращения в Пруссию служил в штабе армейского корпуса. В 1848 году стал начальником отделения Генерального штаба, потом начальником штаба армейского корпуса. В 1855 году был назначен первым адъютантом принца Фридриха-Вильгельма (будущего императора Фридриха III). Вместе с ним побывал в России.

В 1858–1888 годах генерал Хельмут Карл фон Мольтке был начальником прусского (с 1871 года — имперского) Генерального штаба. Стал генерал-фельдмаршалом. Под его руководством прусский и имперский Генеральный штаб превратился в основной государственный орган подготовки страны и ее вооруженных сил к войнам, которые вели Прусское королевство, а затем Германская империя. Эти войны и принесли Мольтке Старшему вполне заслуженную полководческую славу и признание его военно-теоретических воззрений.

При полной поддержке канцлера, а затем рейхсканцлера Отто фон Бисмарка начальник Генерального штаба провел ряд мероприятий по укреплению боеспособности сперва прусской, а затем германской армии. Были сокращены сроки мобилизационной готовности и развертывания армейских сил, увеличился численный состав армии и проведено ее перевооружение, созданы хорошо подготовленные армейские резервы и специальное железнодорожное управление, которое должно было обеспечить переброску войск по железным дорогам к границам государства.

Мольтке учил прусский генералитет современным методам боевых действий. Он тщательным образом анализировал происходящие военные конфликты. Опыт Гражданской войны в США навел его на мысли об использовании железных дорог и телеграфа в интересах армии. Хотя задействование их в боевых операциях не являлось изобретением прусского генерала, но он сумел поднять эту практику на научный, теоретический уровень.

Генерал-фельдмаршал Мольтке вместе с канцлером Отто фон Бисмарком и военным министром Альбрехтом фон Рооном составили негласный правящий триумвират, которому удалось изменить карту Европы и сделать объединенную Германию сильной в военном отношении континентальной державой.

В 1864 году Х. фон Мольтке стал во главе союзной прусско-австрийской армии в войне с Данией, которая закончилась присоединением к Пруссии Шлезвига и Гольштейна. Мобильная организация Мольтке, существовавшая пока только в пехоте, показала свою эффективность: датская армия понесла поражение в течение нескольких недель.

Эта война стала для начальника Генерального штаба Пруссии полигоном для отработки новой тактики. Мольтке продолжает совершенствовать военную организацию королевства, которому в скором времени предстояло объединить под своей эгидой разрозненные германские государства в единую Германскую империю.

В войне Пруссии против Австрии и ее союзников в 1866 году Мольтке занимает пост начальника полевого штаба, фактически же в его руках было главное командование вооруженными силами Пруссии. Ее армия воевала по планам Мольтке.

В начале войны разгрому подвергается союзная Австрии армия Ганновера (около 200 тысяч человек). Окружить австрийцев под Кеннигреце не удалось, но их армия отступила с потерей 45 тысяч человек. Война прославила Мольтке: всего через семь недель войны Австрия капитулировала. Полководец Мольтке Старший приобрел славу победителя.

Особенно он прославился в ходе Франко-прусской войны 1870–1871 годов. Мольтке вновь возглавил полевой штаб прусской армии. По заранее составленному плану он быстро мобилизовал полумиллионную армию, которая по железным дорогам была переброшена к границе и в самые короткие сроки могла начать вторжение во Францию. Париж оказался застигнутым врасплох: французская армия только начинала разворачиваться в соответствии со своими планами мобилизации.

16 августа 1870 года состоялось сражение при Гравелоте. Мольтке смог мощной атакой опрокинуть правый фланг французов (которые понесли меньшие потери), и те отступили к Мецу. После этого прусская армия окружила и 1 сентября разбила противника у крепости Седан, а 27 августа праздновала победу у Меца. В плен попала четверть миллиона французов.

В сентябре 1870 года 240-тысячная прусская армия под командованием короля и начальника полевого штаба осадила Париж, гарнизон которого насчитывал 400 тысяч человек. Французы храбро оборонялись, делали вылазки, но о контрнаступлении не помышляли.

Прусская армия постепенно сужала осадное кольцо и овладевала фортами внешних парижских укреплений. Немецкая тяжелая осадная артиллерия (240 орудий) демонстрировала свою разрушительную силу. 28 января 1871 года гарнизон Парижа капитулировал. За время осады пруссаки потеряли 16 тысяч человек убитыми и ранеными, французы — 10 тысяч.

Полководец Мольтке Старший вышел победителем в трех европейских войнах. Он не только являлся фактическим главнокомандующим армией Пруссии, но и готовил ее к этим войнам. Однако справедливости ради следует отметить, что все противники Пруссии располагали довольно слабыми военными силами.

За одержанные победы генерал-фельдмаршал Хельмут фон Мольтке получил графский титул. А от России за победу в войне с Францией — полководческий орден Святого Георгия 2-й степени.

Последние 16 лет своего пребывания на посту начальника Генерального штаба Мольтке разрабатывал план военной кампании на случай войны Германской империи против России и Франции. Под его руководством готовилось издание по истории войны 1870–1871 годов. У себя на родине он считался общепризнанным военным теоретиком. Его труды входили в обязательную программу обучения в военных училищах и академии.

В его многочисленных трудах проводится мысль о неизбежности войн и их «цивилизующей силе». В войнах, считал Мольтке, необходимо использовать все возможности государства, упреждать противника в сроках проведения мобилизации армии и ее развертывания на границе, внезапно начинать военные действия. При этом войскам следовало двигаться к одному пункту с разных направлений: «врозь идти, вместе драться».

Прусский военный теоретик выступал за победу в быстротечной войне и указывал на важность разгрома противника в одном генеральном сражении, атакуя его с фронта и флангов. Он заботился и о создании в Германии военных традиций.

Военно-теоретические воззрения прусского полководца и германского стратега способствовали развитию милитаризма в Германии первой половины XX столетия, что привело к двум мировым войнам — Первой и Второй. Но ни в той и ни в другой Германия победительницей не оказалась.

Хельмут фон Мольтке Старший скончался в возрасте девяносто лет. После него начальником имперского Генерального штаба стал его племянник Хельмут фон Мольтке Младший, дослужившийся до чина генерал-полковника и снятый с должности в конце Первой мировой войны.

Смотря в будущее военного дела, А. И. Астафьев признавал необходимым ввести для войск простую форму защитного цвета, значительно уменьшить массу снаряжения пехотинца, который, по его убеждению, должен уметь «видеть (неприятеля), не будучи (сам) виден и поражать (его), не будучи поражаем (сам)».

Основной труд А. И. Астафьева — «О современном военном искусстве» — выражал передовые взгляды во многих военных вопросах. Автор труда критиковал известных зарубежных военных теоретиков своего времени — Г. Ллойда, А. Бюлова и других за их стремление превратить военное искусство в кодекс неизменных правил.

Он спорил с такими авторитетами в военной науке, как А. Жомини, Н. Медемом, К. Клаузевицем, сводившими стратегию к полководческому искусству отдельного лица — главнокомандующего или монарха, пребывающего на войне или театре военных действий. Генштабист А. И. Астафьев убедительно доказывал на примерах своей эпохи и более раннего времени, что стратегия имеет теорию и прикладную часть — практику.

В своем основном труде Астафьев сделал попытку обосновать зависимость войны от политики, которая «своеобразно своей цели определяет характер войны». Однако, как считают такие известные советские историки, как Г. П. Мещеряков и Л. Г. Бескровный, его взгляды на политику были ограниченными в силу понятных причин. Они носили скорее характер догадки, чем научно обоснованные выводы.

У А. И. Астафьева в разработке вопросов военной науки много общего с другими отечественными мыслителями в том, что исследователь придавал большое значение моральному фактору в вооруженной борьбе. И делал он это на опыте своего личного участия в Крымской войне.

Автор и исполнитель великих «милютинских» военных реформ в России, преобразивших русскую армию после Крымской войны коренным образом, и Закона о всеобщей воинской повинности. Генерал-фельдмаршал.

Великий отечественный военный реформатор родился в Москве в небогатой дворянской семье. После окончания в 1833 году Московского университетского пансиона поступил на военную службу и в том же году получил производство в офицеры.

В 1836 году Д. А. Милютин успешно окончил Военную академию. Получил назначение в Гвардейский генеральный штаб. Службу в нем Милютин совмещал с сотрудничеством в «Отечественных записках», «Военном журнале» и энциклопедических изданиях по вопросам военной истории.

Через три года, в 1839 году, Д. А. Милютин начал службу в войсках Кавказской линии и Черномории, где принимал участие в военных действиях против войск имама Шамиля.

В 1840 году назначается генерал-квартирмейстером 3-й Гвардейской дивизии, расквартированной в Санкт-Петербурге. В этой должности Милютин показал свои редкие способности к штабной работе, что и было замечено.

Через три года, в 1843-м, он возвращается на Кавказскую войну, будучи назначен обер-квартирмейстером войск Кавказской линии и Черномории. Вновь принимает участие в боевых операциях. Придет время, и в 1850 году будет издан его работа о Кавказской войне: «Описание военных действий в Северном Дагестане».

В 1845 году Д. А. Милютин, не устававший демонстрировать свои глубокие знания военного дела, его организации и истории, становится профессором Военной академии на кафедре военной географии. А спустя некоторое время становится профессором кафедры военной статистики. Был опубликован его труд «Первые опыты военной статистики» (в двух книгах).

По инициативе Милютина, поддержанной государем Николаем I, в России было начато военно-статистическое описание губерний, начиная с западных. Его стали все чаще привлекать к решению разного рода жизненно важных государственных вопросов.

В 1848–1856 годах Д. А. Милютин состоял для особых поручений при военных министрах генералах от кавалерии А. И. Чернышеве и князе В. А. Долгорукове. Он продолжал активно заниматься научной деятельностью, о чем свидетельствовали его работы по военной истории, которые у современников имели успех.

За труд о Итальянском походе 1799 года великого русского полководца А. В. Суворова-Рымникского Дмитрий Алексеевич Милютин удостаивается престижной Демидовской премии. Это было признание его высоких заслуг перед отечественной военной историей. Его работа «История войны 1799 года между Россией и Францией в царствование императора Павла I» (в трех томах) по сей день остается одной из самых значимых в суворовской историографии.

В 1856 году Д. А. Милютин избирается членом-корреспондентом Российской Академии наук.

В том же году Милютин назначается членом государственной комиссии «для улучшений по военной части». Воцарившийся Александр II хорошо понимал, что государство должно извлечь уроки из поражения в Крымской войне и укрепить военную силу России. То есть речь шла о жизненно важной необходимости проведения военных реформ.

В 1856 году Д. А. Милютин высочайшим указом назначается начальником Главного штаба Кавказской армии. Он участвовал в разработке плана военных действий, последовательное претворение которого в жизнь привело к успешному завершению долгой Кавказской войны 1817–1864 годов.

Д.А. Милютин. 1861 г.

Его заслуги не могли быть незамеченными. С 1860 года Д. А. Милютин — товарищ (заместитель) военного министра генерала от артиллерии Н. О. Сухозанета, а с 1861 года — военный министр России.

Новый глава российского военного ведомства в самое короткое время со знанием дела разработал и представил императору Александру II докладную записку. В ней шла речь о необходимости коренной реорганизации русской армии. Государь одобрил ее, а осуществление предлагаемых реформ возложил на военного министра. Армия России преобразовывалась в современную по тому времени массовую армию.

Военные реформы проводились при поддержке Александра II. Они были направлены на совершенствование структуры центрального и местного военного аппарата, изменение характера боевой подготовки войск, реорганизацию системы военно-учебных заведений, введение всеобщей воинской повинности и перевооружение армии.

В 1864 году в России вместо корпусной системы вводится военно-окружная система, создаются 15 военных округов, получивших определенную самостоятельность. Это позволило приблизить управление к войскам, децентрализовать исполнительные органы Военного министерства, которое теперь осуществляло лишь общее руководство и контроль в войсках.

Командующий войсками округа, как правило, сосредотачивал в своих руках всю полноту как военной, так и гражданской власти в военном округе, а в случае войны становился командующим армией, развертывающейся на территории округа.

В середине 60-х годов производится реорганизация военно-учебных заведений России. Вместо кадетских корпусов создаются военные училища и военные гимназии. Кроме того, в 1864 году были образованы юнкерские училища. Всего в 1876 году действовало 17 военных училищ, которые ежегодно выпускали около 1500 офицеров, что было достаточно для армии мирного времени.

В боевой подготовке войск военный министр Д. А. Милютин добивался возрождения принципов военного гения России генералиссимуса А. В. Суворова-Рымникского. Он заботился о том, чтобы русская армия обладала суворовским духом и чтила суворовские традиции.

Забота об оснащении армии более современными средствами вооруженной борьбы тоже являлась определяющей в деятельности Д. А. Милютина на почти 20-летнем пребывании его на посту военного министра России. Одновременно шло совершенствование организационной структуры пехоты, артиллерии, инженерных войск.

При Д. А. Милютине был наиболее полно сформирован Генеральный штаб, что отвечало осложнившимся задачам военного управления.

Знаковым явлением в жизни России, ее вооруженных сил стало принятие 1 января 1874 года Закона о всеобщей воинской повинности. Принятие его позволило увеличить численность русской армии и создать значительные числом подготовленные резервы.

С началом Русско-турецкой войны 1877–1878 годов Д. А. Милютин успешно провел мобилизацию войск, по скорости и организованности немало удивившей иностранных военных наблюдателей. Удивляли и слаженность переброски армейских сил к берегам Дуная, и успешное форсирование этой многоводной реки.

В ходе войны военный министр постоянно находился при императоре Александре II. По настоянию Д. А. Милютина была продолжена блокада крепости Плевна, что в дальнейшем привело к капитуляции затворившейся в ней турецкой армии, самой сильной из имешихся у Стамбула.

После Берлинского конгресса 1878 года в связи с болезнью канцлера А. М. Горчакова военный министр фактически руководил внешней политикой Российской империи.

В отставку Дмитрий Алексеевич Милютин ушел в мае 1881 года, после вступления на престол императора Александра III. Но о нем в верхах государственной власти, при дворе всегда помнили и чтили. Поэтому совсем не случайно в 1898 году отставному военному министру было вполне заслуженно присвоено высокое звание генерал-фельдмаршала России. Похоронен в Москве со всеми воинскими почестями.

К этому следует добавить, что Д. А. Милютин являлся членом Государственного совета, почетным президентом Николаевской академии Генерального штаба и военно-юридической академии, почетным членом Российской Академии наук, Артиллерийской, Инженерной и Медико-хирургической академий, Московского и Харьковского университетов.

В 1851 году Бутаков был командирован в Англию, где наблюдал за постройкой парохода «Дунай», привел его в Черное море, в Николаев, приняв командование экипажем. Тогда же «усовершенствовал» компас с наклонной стрелкой.

В начале Восточной (Крымской) войны 1853–1856 годов Г. И. Бутаков командовал пароходофрегатом «Владимир». В морском бою 5 ноября 1853 года захватил турецкий пароход «Перваз-Бахри», умело маневрируя и ведя огонь по корме более сильного вражеского судна, где не было пушек. Это был первый в истории бой паровых кораблей.

Во время обороны Севастополя (1854–1855 годы) Бутаков осуществлял общее командование несколькими пароходофрегатами, корабельной артиллерией поддерживал защитников морской крепости на сухопутном фронте. Выступал новатором в использовании паровых судов. Так, применял искусственный крен, что увеличивало дальнобойность корабельных орудий на 4–5 километров, и таким образом сумел подавить огонь вражеской батареи. Его «Владимир» 9 октября 1854 года впервые на флоте России вел огонь по невидимой цели. Провел блиндирование важнейших частей парохода.

В августе 1856 года контр-адмирал Г. И. Бутаков был назначен главным командиром Черноморского флота и портов. Одновременно являлся военным губернатором Николаева и Севастополя. Но по Парижскому миру России и Турции запрещалось иметь на Черноморье военный флот, и Бутакова в начале 1860 года переводят на Балтику.

Там он стал начальником практической эскадры винтовых канонерских лодок, которая была создана для подготовки экипажей парового флота. Бутаков ввел ряд новшеств: на кораблях появились офицеры-дальномерщики, приборы для измерения дальности, усовершенствовалась сигнальная связь кораблей друг с другом. В 1861 году он опубликовал свою работу «Несколько отрывков из опыта начальных оснований пароходной тактики», которая сразу же стала настольной книгой для офицеров флота.

В 1863–1867 годах контр-адмирал Г. И. Бутаков — военно-морской атташе в Англии, Франции и Италии. Изучал состояние флотов этих стран, новшества на кораблях и в их вооружении. Одновременно заканчивал написание исследовательского, капитального труда о тактике парового флота, который прославил его имя.

Главный труд его жизни — «Новые основания пароходной тактики» — был опубликован в 1863 году. Вскоре он был переведен на французский, английский и испанский языки. Это был крупный вклад в теорию военно-морского искусства. Наградой за этот труд от Российской Академии наук стало присуждение Григорию Ивановичу Бутакову полной Демидовской премии. Затем им разрабатываются «Правила маневра парового корабля», которые получили признание и применение во всех флотах мира.

В 1866 году Г. И. Бутаков производится в вице-адмиралы. При открытии Всемирной Парижской выставки 1867 года его избирают председателем экспертной морской комиссии, что было признанием его заслуг перед военно-морской наукой.

В 1867–1877 годы вице-адмирал Г. И. Бутаков командует броненосной эскадрой Балтийского моря. Для обучения экипажей и офицерского состава он применяет новую систему боевой подготовки: сначала моряков готовят на берегу, затем на корабельной стоянке, затем идет одиночная подготовка технически сложного корабля на рейде и в море. Только после этого экипаж допускался до учений в составе эскадры. В боевую подготовку экипажей броневых кораблей вводились различные новшества.

Благодаря стараниям новатора в военно-морском деле, на Балтике в октябре 1874 года открываются минные офицерские классы и минная школа для нижних чинов. Такая система обучения людей, которым предстояло и самим владеть минным оружием, и бороться с минной опасностью, стала большим шагом в совершенствовании военно-морского обучения.

В последний год своего командования броненосной эскадрой Г. И. Бутаков подготовил докладную записку, в которой предлагал строить крейсера и броненосцы сериями, проектируя их в соответствии с предполагаемыми задачами флота. И одновременно предлагал заранее готовить для них кадры.

С 1878 по 1891 год Г. И. Бутаков, произведенный в полные адмиралы, — начальник береговой и морской обороны крепости Свеаборг. Для ее защиты на случай войны разработал систему обороны этой морской крепости: весной 1878 года была реальная опасность появления на Балтике британского флота. Последней его научной разработкой стало введение первого в мире шлюпочного трала для обнаружения и уничтожения якорных мин.

В 1881 году следует назначение командиром Санкт-Петербургского порта. С 1882 года адмирал Григорий Иванович Бутаков — член Государственного совета Российской империи, что стало признанием его больших заслуг перед отечественным военно-морским флотом.

В отечественную военную историю адмирал Г. И. Бутаков вошел как человек, придерживавшийся передовых взглядов на развитие ВМФ России. Он усовершенствовал организацию и заложил основы тактики русского парового флота, по-новому организовал боевую подготовку офицеров и нижних чинов.

Введенные Г. И. Бутаковым прогрессивные методы боевой подготовки основывались на принципах: готовить флот не для смотров и парадов, а для боя, исход которого зависит от мастерства офицеров и матросов; больше плавать, проводить практические занятия и учения в условиях, максимально приближенным к боевым; главное в обучении и воспитании — развитие у личного состава смелости, инициативы, находчивости и творческой изобретательности; готовить флот к совместным действиям с сухопутными войсками при защите морского побережья, крепостей и российской столицы.

Для отечественной военной истории Григорий Иванович Бутаков памятен командиром пароходофрегата «Владимир» и участием в героической обороне морской крепости — города Севастополь. Для морской науки — своим великим трудом «Новые основания пароходной тактики», который принес ему мировое признание.

При проведении этих двух крупных операций Грант умело организовал взаимодействие сил армии и речной военной флотилии на Теннесси. Это позволило ему предъявить ультиматум начальнику гарнизона (более 15 тысяч человек) форта Донелсон на Теннесси. Конфедераты сложили оружие, но не сразу, а только после сильной вылазки на прорыв осадного кольца. Потери южан вместе с пленными составили 16 623 человека, северян — 2832 человека. Эти две большие победы прославили бригадного генерала Улисса Гранта в армии федералистов в самом начале Гражданской войны.

Грант производится в генерал-майоры. Теперь он пользуется благосклонностью президента Авраама Линкольна, который назначает его командующим армией Теннесси, одной из самых сильных у северян. В апреле 1862 года армия Улисса Гранта переходит в наступление по долине реки Миссисипи, взаимодействуя с речной военной флотилией.

В июле 1863 года осаждается город Виксберг. Командующий армией северян так построил блокадное кольцо, что южане оказались в изоляции от своих главных сил, которые так и не смогли прийти на мощь почти 30-тысячному блокированному гарнизону. Проиграв контрбатарейную борьбу и при угрозе штурма гарнизон Вексберга капитулировал.

В ходе Виксбергской операции армия Теннесси за 19 походных дней с боями прошла 330 километров, обеспечивая себя продовольствием за счет реквизиций, и одержала победы в пяти сражениях, не считая большого числа малых боев с конфедератами.

После капитуляции гарнизона Виксберга северяне установили полный контроль над обширной долиной Миссисипи с ее коммуникациями и речными портами. Конфедерация южных штатов оказалась фактически разделенной на две части, сообщения между которыми прерывались боевыми действиями. Уже одно это ставило под угрозу само существование Конфедерации и ее способность продолжать войну.

Грант получает под командование так называемую «дивизию Миссисипи» и добивается нового успеха — снимает осаду с города Чаттануга. Наступление северян здесь продолжается. Южане в ходе отступления лишаются возможностей закрепиться на новых позициях.

Гражданская война приближается к своему логическому завершению: Север во всем превосходил Юг. Президент Авраам Линкольн три года пытался найти среди своих многочисленных генералов такого полководца, который бы смог победно завершить затянувшуюся войну. В конце концов выбор пал на удачливого и решительного Гранта. В марте 1864 года президент назначает его главнокомандующим всеми правительственными армиями, сражавшимися против сил Конфедерации, с производством в генерал-лейтенанты. Теперь Улиссу Гранту подчинялись все войска северян между Миссисипи и Аллеганскими горами. Президент Авраам Линкольн требовал от него только одного — полной победы Севера в Гражданской войне.

Грант сразу же взял в свои руки общее руководство военными действиями. Он повел откровенно затяжную войну, чтобы обескровить Конфедерацию. Организует наступление на важный для сторон город Аталанту, нейтрализует силы противника в долине реки Шенандоа. Выигрывает ряд сражений.

Среди них особенно важным стало сражение при Лукаут-Маунтине. Здесь войска Гранта (примерно 60 тысяч человек) превосходили противника в полтора раза. В итоге двухдневной битвы южане потеряли почти 13 тысяч человек (в большинстве своем пленными и дезертирами), 40 артиллерийских орудий и 7 тысяч ружей. Потери победителей составили около семи тысяч человек.

После этого войска северян двинулись против Вирджинской армии генерала Ли, самого способного из южан. Именно благодаря его военному искусству Конфедерации южных штатов удалось продлить себе жизнь. Стороны несли большие потери, которые восполнялись только северянами. Тем более что теперь инициатива действий находилась в их руках.

В июне 1864 года войска генерала Гранта окружили армию Ли в штате Джорджия. Северяне успешно форсировали реку Джеймс, наведя через нее понтонный мост всего за восемь часов. 15–18 июня состоялось сражение при Питерсберге. Здесь 65-тысячной Потомакской армии Улисса Гранта противостояли 40 тысяч конфедератов. Трехдневное сражение победителя не выявило.

Тогда Грант начал планомерную осаду города Питерсберга. Однако штурм города не удался. Осада продолжалась до 1 апреля следующего 1865 года. Армия генерала Ли после победы северян при Файв Форксе была вынуждена отступить, с боями вырвавшись из окружения. Преследуемая Вирджинская армия уходила в западном направлении. Теперь против осажденного Питерсберга действовали уже две армии северян — Потомакская и Джеймская (всего около 90 тысяч человек).

Последние бои Гражданской войны состоялись в штате Вирджиния. Генерал Ли, осознав, что его армия уже не имеет сил сражаться, 9 апреля 1865 года объявил о капитуляции, тем самым избежав теперь уже ничем не оправданных людских потерь. В плен сдались 28 356 человек. Так Конфедерация лишилась своих главных сил.

14 апреля в результате покушения не стало президента Авраама Линкольна. Военные действия на Юге прекратились через несколько недель. В том же 1865 году Конгресс США присвоил главнокомандующему правительственными войсками Улиссу Симпсону Гранту звание полного генерала.

В 1867 году Грант получил пост военного министра. Он успешно начал свою политическую карьеру и последовательно дважды избирался от республиканской партии на пост президента США, став 16-м по счету. Третью избирательную кампанию провалил и сошел с политической арены. Последние годы жизни посвятил написанию мемуаров о Гражданской войне в США, которые имели большой успех в стране.

В военной истории Улисс Симпсон Грант известен тем, что он сыграл решающую роль в победе федералистов над конфедератами в Гражданской войне. При этом он показал себя талантливым стратегом и тактиком, надежным соратником американского президента Авраама Линкольна.

Его талант, знания и способности были замечены, и Н. В. Маиевского приглашают читать курс лекций по баллистике в Михайловскую артиллерийскую академию. Затем он становится профессором баллистики и начальником кафедры в этой академии. С 1864 года — генерал-майор, с 1871 года — генерал-лейтенант.

Маиевский удачно сочетал в себе глубокие знания ученого с педагогическим мастерством. В своих трудах по баллистике, получивших всеобщее признание, впервые создал стройную теорию движения в воздухе продолговатых вращающихся снарядов.

Профессор Н. В. Маиевский сумел в своих научных изысканиях в 1865–1870 годах впервые объяснить явление деривации (от латинского — отклонение) — повторяющееся при каждом выстреле боковое отклонение от плоскости бросания вращающегося артиллерийского снаряда (а также пули и турбореактивного снаряда). С познанием такого технического явления заметно повысилась точность стрельбы артиллерии, для чего составлялись специальные таблицы.

В 1870 году генерал-майор Н. В. Маиевский становится доктором артиллерийских наук, что стало высокой оценкой его научных разработок для совершенствования отечественного артиллерийского дела.

В 1878 году, уже в очередном генеральском чине Николай Владимирович Маиевский избирается членом-корреспондентом Санкт-Петербургской Академии наук, что стало еще одним признанием заслуг выдающего ученого в области артиллерии. К тому времени основоположник русской баллистической школы уже имел международное признание.

В 1882 году Н. В. Маиевский сформулировал «одночленный закон сопротивления воздуха» движению снарядов (закон М). В нем он отразил зависимость силы сопротивления воздуха от отношения скорости полета артиллерийских снарядов к некоторому числу, определенному из опыта и близкому к скорости распространения звука (так называемое число Маха — Маиевского). Число названо по имени австрийского физика Э. Маха, пользовавшегося им при изучении движения тел в воздухе со сверхзвуковыми скоростями. Ученый-артиллерист Н. В. Маиевский независимо от Маха пользовался этим числом при обработке баллистических опытов с разного рода артиллерийскими снарядами.

Еще одной заслугой Н. В. Маиевского перед военной наукой стала разработка методики составления таблиц стрельбы для нарезных орудий. Здесь он впервые применил теорию вероятностей к исследованию эффективности стрельбы артиллерии.

Несомненной его заслугой перед военной наукой является, что он с 1850-х годов, одним из первых, соединяя теорию с практикой, начал успешные работы по созданию артиллерийских нарезных систем. Маиевский принимал непосредственное участие в проектировании, производстве и испытаниях многих нарезных полевых и береговых орудий.

Тем самым основатель отечественной школы баллистики сыграл важную роль в перевооружении артиллерии русской армии в 60–80-е годы XIX столетия. Признанием его заслуг перед государством и отечественной военной наукой стало пожалование чина генерала от артиллерии. Это была заслуженная награда за совершенствование артиллерийского дела, сыгравшего немалую роль в повышении огневой мощи артиллерии русской армии.

За свои великие достижения в артиллерийской науке и перед русской армией Н. В. Маиевский дважды (в 1859 и 1866 годах) удостаивался большой Михайловской премии, а в 1873 году он удостоился премии имени генерала от артиллерии А. В. Дядина.

Главными научными трудами в жизни генерала от артиллерии Н. В. Маиевского являются изданные в Санкт-Петербурге «О влиянии вращательного движения на полет продолговатых снарядов в воздухе» (1865 год) и фундаментальный «Курс внешней баллистики» (1870 год).

Теоретик-генштабист, осмысливший содержание стратегической операции, отводивший военной истории роль опытной лаборатории военной науки и военного искусства. Генерал от инфантерии.

Родился в Нижнем Новгороде. На военной службе с 1844 года. В 1850 году окончил Главное инженерное училище и офицерские классы при нем, и в 1854 году Академию Генерального штаба. Службу начал в резервном саперном батальоне. Боевое крещение получил в Кавказской войне. После окончания академии служил в штабе армейского корпуса.

С 1858 года Г. А. Леер связал свою судьбу с Николаевской академией Генерального штаба, начав в ней службу адъюнктом-профессором по кафедре тактики, с 1865 года в чине полковника — профессор кафедры стратегии и военной истории и одновременно профессор кафедры военной стратегии и военной истории Инженерной академии.

Будущий генерал от инфантерии и начальник Академии Генштаба Генрих Антонович Леер рано получил признание как теоретик военного дела и автор многих трудов по европейской военной истории. Это отразилось на его служебной деятельности.

Заниматься ему пришлось не только преподавательской и исследовательской работой. В 70-х годах XIX века генерал-майор Г. А. Леер возглавлял комиссию по реорганизации армии Сербии. В 1874 году, как представитель России, участвовал в Брюссельской международной конференции о законах и правилах ведения войны.

Леер еще при жизни получил признание среди военных исследователей не только России, но и за рубежом. В 1887 году стал членом-корреспондентом Петербургской Академии наук. Стал почетным членом Шведской академии военных наук. Его труды неоднократно переводились на иностранные языки.

В 1889 году генерал-лейтенант Г. А. Леер назначается начальником Николаевской академии Генерального штаба. Эту должность он занимал до 1898 года. С получением производства в генералы от инфантерии в 1896 году одновременно являлся членом Военного совета при всероссийском императоре Николае II Романове.

Г.А. Леер. Около 1900 г.

Выдающийся отечественный военный теоретик и историк создал немало трудов по стратегии, тактике, военной истории, методологии военной науки, которые дали ему весомый международный авторитет. В своих работах он стремился к глубокому исследованию исторического и современного ему опыта ведения войн. Стремился выявить закономерности развития военного искусства, определить влияние условий и военно-технических средств (массовых армий в случае войны, нарезного оружия — стрелкового и артиллерийского, парового, броненосного флота) на способы ведения вооруженной борьбы прежде всего на Европейском театре военных действий.

Большой вес его исследованиям придавало то, что, помимо войн с участием России, он рассматривал любые войны, происходившие на Европейском континенте. Они тоже становились предметом осмысления российского военного теоретика.

Леер в своих работах рассматривал любую войну как общественное явление, определяемое специфическими законами. Их знание теоретик и историк считал обязательным для полководца и военачальника рангом ниже. Причем это положение подтверждалось в его трудах поучительными примерами из войн прошлого и настоящего. При этом автор заглядывал и в будущее военной науки.

Большой заслугой Г. А. Леера является то, что он одним из первых российских исследователей обратил внимание на новое явление в военном искусстве — стратегические операции. Он считал их частью военной кампании или всей войны. Военный теоретик предвидел, что стратегические операции получат самое широкое распространение в войнах будущего.

В своих трудах по тактике, к примеру, в учебнике «Записки тактики для военных училищ» (увидел свет в 1866 году, будучи издан в Санкт-Петербурге), Г. А. Леер развил учение о бое, обосновал необходимость перехода от устаревшей тактики колонн и рассыпного строя к тактике стрелковых цепей, к согласованным действиям основных родов войск (пехоты, кавалерии и артиллерии) в бою и операции, в том числе стратегической.

Характерной особенностью его военно-исторических трудов является глубокое исследование полководческой деятельности царя-реформатора Петра I в Северной войне 1700–1721 годов. Столь же тщательно он изучал опыт Наполеоновских войн, Франко-прусской войны 1870–1871 годов и Русско-турецкой войны 1877–1878 годов.

Леер полагал, что именно опыт «новых» войн с использованием новейших военно-технических средств определяет военное искусство, а к военному опыту прошлого надо относиться избирательно. Он резонно считал, что нарезное оружие изменит лицо армии и тактику.

Генштабист Г. А. Леер вел широкую публикаторскую деятельность. Уже одно это делало ему огромный авторитет в научном сообществе и среди людей военной науки. Он являлся редактором лучшего в XIX столетии научно-справочного издания — 8-томной «Энциклопедии военных и морских наук» (издана в Санкт-Петербурге в 1883–1897 годах) и 4-томного «Обзора войн России от Петра Великого до наших дней» (издан в Санкт-Петербурге в 1885–1896 годах). Что касается энциклопедии, то в наши дни она больше известна как «Энциклопедия Леера».

Изучение трудов Г. А. Леера его коллегами по военной науке не обошлось без критических замечаний в адрес автора. Так, считается, что он преувеличивал роль личности в войнах, равно как и опыт Наполеоновских войн. Считается, что законы и принципы военного искусства рассматривались им нередко как вечные и неизменные. Теорию стратегии он отождествлял с военной наукой. Критиковалось его отношение к тактике на отдельных театрах военных действий.

Но как бы там ни было, ясно видно, что через все его работы проходит мысль о необходимости научного подхода к военной теории и военной истории. Леер ратовал за превращение теории в руководство к действиям на войне.

Практическая ценность трудов Генриха Антоновича Леера, его научной деятельности состоит в том, что они оказали заметное влияние на ход и содержание военных реформ, которые проходили в России после Крымской войны в середине XIX столетия. Прослеживается их влияние на формирование военной доктрины России во второй половине XIX — начале XX века.

Наиболее известными сочинениями военного теоретика и историка Г. А. Леера, впервые изданными при его жизни (все в Санкт-Петербурге), являются следующие: «Публичные лекции о войне 1870 г. между Францией и Германией до Седана включительно» (1871 год); «Записки стратегии» в двух выпусках (1877–1880 годы); «Прикладная тактика» в двух томах (1877–1880 годы); «Метод военных наук» (1894 год); «Коренные вопросы» (1897 год) и знаменитая лееровская «Стратегия» в двух частях, пятое издание которой, исправленное и дополненное, увидело свет в 1893–1898 годах.

Родился в Сумской губернии. Военную службу начал в 1849 году. Хорошо зарекомендовал себя с первых лет офицерской службы. Отличался познаниями истории военного искусства и педагогики. Поэтому совсем не случайным стало то, что во время Австро-итало-французской войны 1859 года находился, как представитель армии России, при штабе Сардинской армии.

В следующем, 1860 году М. И. Драгомиров становится преподавателем, а с 1863 по 1869 год профессором кафедры тактики в Академии Генерального штаба. Имел склонность к штабной работе, хорошо разбирался в вопросах и тактики, и стратегии. Понимал всю значимость милютинских военных реформ для будущего русской армии.

В 1869 году назначается начальником штаба Киевского военного округа, зарекомендовав себя на этой должности перспективным генералом. Настоящим боевым крещением для М. И. Драгомирова стала Русско-турецкая война 1877–1878 годов, которую он встретил командиром пехотной дивизии. И сразу же вписал свое имя в историю освободительного похода русской армии на Балканы, в Болгарию: его дивизия первой форсировала полноводный Дунай у Зимницы.

Генерал М. И. Драгомиров, успешно руководивший переправой через водную преграду, не только сумел подготовить вверенную ему пехотную дивизию к боевым действиям, но и добился высокого боевого духа подчиненных ему солдат и офицеров. Он еще раз прославил себя героической обороной Шипкинского перевала. Закончить войну ему не пришлось: он получил тяжелое ранение и выбыл из строя.

Вернувшись после излечения в строй, генерал-лейтенант М. И. Драгомиров в 1878 году был назначен начальником Академии Генерального штаба, пост которого занимал долго, до 1889 года. Затем последовало назначение командующим войсками Киевского военного округа. В 1891 году производится в генералы от инфантерии. С 1898 года он также являлся киевским, подольским и волынским генерал-губернатором. С 1903 года М. И. Драгомиров — член Государственного совета Российской империи.

Драгомиров рано заявил о себе как талантливый военный педагог, редкий знаток русской армии, ее жизни на войне и в мирное время. Он серьезно занимался этими вопросами, начиная с 50-х годов своего века. Придавал большое значение моральному фактору на войне. В своих работах и преподавательской деятельности в Академии Генерального штаба развивал известную идею великого русского полководца генералиссимуса А. В. Суворова-Рымникского — учить солдата тому, что необходимо в бою, на войне.

Чтобы переиздать суворовский труд «Наука побеждать», к которому М. И. Драгомиров написал подробные комментарии, ему потребовались немалые усилия. В комментариях подчеркивалось, что для армии, воспитанной А. В. Суворовым, не существовало непреодолимых преград, ее нельзя было застигнуть врасплох, в ней царил такой высокий дух, что в самых, казалось бы, безнадежных положениях и мысли не допускалось, что путей к победе нет. Практическая подготовка суворовских войск была настолько приближена к реальной обстановке, что в бою для них уже не было неожиданностей.

Был против муштры, выступал за воспитание у нижних чинов и офицеров сознательного отношения к исполнению своих служебных обязанностей в мирное время, чтобы подготовить себя к военному времени. Всегда подчеркивал роль личного примера офицера, командира и воспитателя своих подчиненных.

О том великий военный педагог старой России пекся особо. В процессе формирования личности офицера М. И. Драгомиров обращал внимание на развитие у него способности быстро ориентироваться в обстановке, принимать верные решения, своевременно ставить задачи подчиненным. В известной своей работе «Опыт руководства для подготовки частей к бою» он подчеркивал: «Личные способности в военном человеке должны идти рука об руку с теоретическими познаниями».

Исключительную роль придавал военной дисциплине и ратовал за внедрение в армии строгой законности, обязательной для всех военнослужащих, независимо от их служебного положения. Не случайно то, что пехотная дивизия, которой он успешно командовал в Русско-турецкой войне, отличалась своей слаженностью и состоянием воинской дисциплины.

В вопросах воинского воспитания, боевой подготовки М. И. Драгомиров, военный теоретик и практик, много сделал для развития тактики стрелковых цепей. Здесь он многое почерпнул из своего жизненного опыта участника большой войны. Он видел значимость стрелковой цепи в боях на дунайских берегах и в заснеженных Балканах, при героической обороне перевала Шипка.

Для нашего времени интересны такие мысли М. И. Драгомирова, которые касаются вооружения армии. Он писал следующее: «Успехи в усовершенствовании огнестрельного оружия и техники не умаляют, а увеличивают значение человека, как главного орудия на войне». Убедительна и другая мысль: «Оружие и технические средства надо иметь возможно лучшие, ибо только при этом условии цель достигается с наименьшими потерями».

Научные работы Михаила Ивановича Драгомирова — подлинный кладезь для тех, кто изучает отечественную военную историю, тактику армейской пехоты, вопросы обучения и воспитания войск. Показательно то, что высказываемые им идеи воплощались в жизнь его многочисленными последователями. Основные его военно-теоретические труды были изданы при жизни и имели большой успех у читательской аудитории, прежде всего, у офицерского состава русской армии. Это были следующие работы: «О высадках в древние и новейшие времена», издана в 1857 году, в Санкт-Петербурге, сразу после окончания М. И. Драгомировым Академии Генерального штаба (с этого времени одним из приоритетных направлений в его работах стало исследование вопроса о роли человека и техники (оружия) в войне); «Опыт руководства для подготовки частей к бою» (в трех частях), издана в 1866–1896 годах в Санкт-Петербурге; «Учебник тактики» (в двух частях), издан в 1879 году в Санкт-Петербурге сразу после окончания Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, переработанное 4-е издание увидело свет в 1910–1911 годах в Киеве, что является лучшим свидетельством востребованности этой работы для обучения войск в мирное время; «Подготовка войск в мирное время», издано уже после его смерти в 1906 году в Киеве.

В советское время в 1956 году работы М. И. Драгомирова увидели свет под названием «Избранные труды: Вопросы обучения и воспитания войск». Они актуальны и в наше время.

Уже тогда А. Т. Мэхэн серьезно увлекся историей флота (и не только американского) и вопросами военно-морской стратегии. Глубокое знание их, стремление к изучению теоретических вопросов, первые серьезные публикации заставили высшее начальство найти способному офицеру новое место службы. В 1886–1888 и в 1892–1893 годах занимал должность президента военно-морского колледжа (училища) в Ньюпорте (Ред-Айленд), где он с успехом читал лекции по военно-морскому искусству. Ему удалось добиться для колледжа статуса центра теоретической подготовки старших офицеров военно-морского флота США.

В 1890 году часть своего лекционного материала А. Т. Мэхэн опубликовал как работу под названием «Влияние морской силы на историю. 1660–1683». Книга вызвала большой интерес, в том числе и за границей, а ее автор получил широкую известность за рубежом. Окрыленный успехом, Мэхэн через два года издает новую книгу — «Влияние военно-морской силы на историю Французской революции. Опубликованные работы легли в основу теории «морской силы». Но ради справедливости следует заметить, что в то же время разработкой этих тем занимался английский вице-адмирал Ф. Коломб, труды которого тоже получили широкую известность. Теперь А. Т. Мэхэн стал признанным военно-морским теоретиком, знатоком военно-морского искусства, ученым, понимавшим роль флота в мировой истории.

Мэхэн полагал, что держава (имея в виду США) может стать великой, только если она обладает морской мощью, которая позволяет ей господствовать на море. Оборону морского побережья он считал задачей сил армии. Мэхэн утверждал, что его стране, кроме сильного военно-морского флота, необходимы удобные базы вне территории США. В силу этого выступал за приобретение военно-морских баз на Гавайских и Филиппинских островах, на Кубе. Считал постройку Панамского канала крайне необходимой для маневрирования силами американского военного флота.

Однако мэхэновская теория «морской силы» (теория «морской войны») из-за своей односторонности не была принята в качестве официальной военной доктрины США. Эту односторонность показали две мировые войны, поскольку в достижении победы на войне участвуют все виды и рода вооруженных сил.

Служба на флоте у А. Т. Мэхэна оказалась кратковременной: он вернулся на пост президента военно-морского колледжа в Ньюпорте. С 1893 по 1895 год командовал крейсером «Чикаго». Вместе с ним он совершил плавание в составе эскадры, совершив ряд визитов в европейские страны. В Великобритании и других государствах командира американского крейсера принимали с почестями: его книги имели здесь известность.

В 1896 году А. Т. Мэхэн, возвратившийся в Ньюпортский колледж, ушел в отставку. Он продолжал разработку строительства и применения военно-морского флота. Когда началась Испано-американская война 1898 года, он вновь поступил на службу в ВМФ в качестве члена морского военного совета. В 1899 году являлся членом американской делегации на 1-й Гаагской конференции, принявшей Конвенцию о законах и обычаях войны.

С 1902 по 1903 год Альфред Тайер Мэхэн являлся президентом Американской ассоциации историков. С 1908 года — член Объединенного комитета по морским делам США. Участвовал в разработке ряда государственных судостроительных программ. С 1906 года Мэхэн — контр-адмирал запаса. Все эти годы он продолжал заниматься исследованиями в области теории и истории военно-морского дела.

В начале XX столетия издаются его биографии великих флотоводцев — англичанина Горацио Нельсона и американца Д. Г. Фаррагута. Среди его многочисленных работ наибольшую известность получили такие, как «Военно-морские интересы в настоящем и будущем (впервые увидела свет в 1897 году), «Военный флот в войне 1812 года» (вышла в 1905 году), «Военно-морская стратегия» (опубликована в 1911 году). В последующем эти книги не раз переиздавались, и не только в США.

Взгляды А. Т. Мэхэна находили много сторонников. С мощным флотом он связывал завоевание господства на море и достижение главной цели войны — разгрома морских сил противника на его территории (на побережье). Американский теоретик считал, что ядром такого сильного, победоносного флота могли быть только бронированные надводные корабли (линкоры).

Главным способом завоевания господства на море Мэхэн считал генеральное сражение. Однако Первая мировая война 1914–1918 годов выявила несостоятельность установок американского отставного контр-адмирала на преимущественное строительство мощных линейных кораблей и на генеральное сражение в море, в котором главными действующими силами должны были стать линкоры.

Альфред Тайер Мэхэн ушел из жизни в 1914 году в родном для него Нью-Йорке. До конца своих дней он оставался авторитетным специалистом по теории и истории ВМФ. Среди его высоких почитателей значился американский президент Теодор Рузвельт, который часто с ним советовался и пользовался рекомендациями Мэхэна, когда добивался развития океанского флота США и усиления его боевой мощи.

Труды Мэхэна имели известность: высшие морские офицеры Великобритании, Германии, Японии, Италии и других стран читали их и использовали в развитии собственных военно-морских флотов, в вопросах стратегии и кораблестроения. На идеях А. Т. Мэхэна было воспитано немалое число людей из командного состава флотов периода Первой и Второй мировых войн.

Разумеется, идеи Мэхэна больше всего влияли на военно-морской флот США. Считается, что современный американский военный флот строился на основе мэхэновских концепций: в конце XIX столетия его духовное наследие служило основой строительства морской мощи США.

В старой России была переведена и увидела свет (в 1899 году в Санкт-Петербурге) работа А. Т. Мэхэна «Стратегический разбор действий на море во время Испано-американской войны». В Советском Союзе в 1940 году была издана в двух томах его книга «Влияние морской силы на Французскую революцию и империю (1793–1812)», а в 1941 году — «Влияние морской силы на историю. 1660–1783».

На главном оборонительном рубеже картина повторилась. Четыре Сибирских стрелковых корпуса контратаками успешно отбили все атаки трех японских армий. Казалось, что ни одной из сторон успеха не добиться. Тем не менее 21 августа генерал Куропаткин отдал приказ об отступлении к Мукдену, все дальше от осажденного Порт-Артура. Русская Маньчжурская армия отошла на север, не потерпев в Ляоянском сражении поражения. 22 августа японские войска заняли оставленный русскими город Ляоян. Преследовать их маршал Ояма не решился, опасаясь перехода противника в наступление и из-за понесенных потерь. За одиннадцать дней боев русские потеряли 16 тысяч человек, японцы — 24 тысячи. Но все же овладение городом Ляоян стало для японцев большой победой.

К осени 1904 года стороны значительно усилились. Теперь русские войска (214 тысяч человек) имели превосходство над японцами (170 тысяч человек). На реке Шахэ произошло встречное сражение, закончившееся безрезультатно, но с большими потерями для тех и для других. Здесь впервые образовался сплошной фронт более чем в 60 километров: борьба приняла позиционный характер.

После перехода к обороне маршал Ояма принял решение в кратчайшие сроки овладеть осажденным Порт-Артуром, гарнизон которого оставался в тылу его войск: 100-тысячная осадная армия требовалась для действий в Маньчжурии. Несколько яростных и кровопролитных штурмов русской крепости, подвергавшейся сильным бомбардировкам с моря и с суши, были отбиты. Тем не менее царские генералы Стессель и Фок, вопреки мнению военного совета, сдали крепость (она могла еще сражаться) японцам.

3-я японская осадная армия присоединилась к главным силам. В Мукденском сражении 1905 года войска Куропаткина потерпели большое поражение и отступили на заранее подготовленные в 175 километрах от Мукдена Сыпингайские позиции. С середины марта боевые действия на сухопутном фронте практически прекратились. Обе стороны были истощены. К тому времени русские войска в Маньчжурии насчитывали 788 тысяч человек. Маршал Ояма имел под своим командованием 750 тысяч человек.

Однако вскоре произошло Цусимское морское сражение. После полного разгрома в нем русских 2-й Тихоокеанской эскадры и 1-го отряда 3-й Тихоокеанской эскадры война закончилась победой Японии. До самого конца войны главнокомандующим ее сухопутными силами в Маньчжурии оставался маршал Ивао Ояма.

23 августа 1905 года в Портсмуте (США) был подписан мирный договор. Маршалу Ояме по возвращении в Токио были оказаны большие почести. Больше воевать ему не пришлось. В конце жизни он занимал высокую должность при дворе: с 1912 года являлся хранителем печати микадо.

В июле М. Д. Скобелев стал командиром Кавказской бригады. В ходе второго штурма Плевны во главе бригады, усиленной пехотным батальоном и тремя артиллерийскими батареями, спас от разгрома отряд генерала Шаховского, который попал под сильный контрудар турок.

В августе генерал-майор Скобелев во главе сводного отряда взял штурмом город Ловеч, в котором укрепились восемь тысяч турок. Из них спаслись бегством от преследования казаками только 400 человек. Русские потеряли в том жестоком бою убитыми и ранеными около 1500 человек.

Во время третьего штурма Плевны, где укрылась лучшая султанская армия Осман-паши, Скобелев командовал левофланговым отрядом. Его пехотинцам удалось выбить турок с вершин Зеленых гор и закрепиться там. Когда под сильным перекрестным огнем цепи атакующих залегли, Скобелев верхом на белом коне, с обнаженной шашкой вновь поднял их в атаку. Редуты Каванлык и Иса-Ага были взяты штыковой атакой, и оборона Плевенской крепости оказалась прорванной.

Турки провели четыре атаки, чтобы вернуть себе редуты, но безуспешно. Поскольку на всех других участках штурмующие русские и румынские войска успеха не имели, Скобелеву, лишенному артиллерийской поддержки, пришлось отдать приказ оставить редуты и отойти на гребень Зеленых гор. Неудачный третий штурм Плевны стоил русским 13 тысяч человек, а румынам — 3 тысячи человек погибшими.

В этих боях генерал-майор М. Д. Скобелев показал себя прекрасным тактиком: впервые его пехотинцы, действовавшие в рассыпном строю, атаковали вражеские укрепления перебежками, что заметно снизило потери. Это было новым словом в военном искусстве того времени. «Стрелять должны вы, а не противник», — учил он своих солдат.

В сентябре 1877 года Скобелев производится в генерал-лейтенанты и получает в командование 16-ю пехотную дивизию. С этих дней за ним закрепилось прозвище Белого генерала. Так же его называли и турки — Ак-паша. Под Плевной находился до капитуляции армии Осман-паши: в плен сдались 41 200 солдат, 2128 офицеров и 10 генералов.

Когда обсуждался план дальнейшего ведения войны, Скобелев высказался за переход через Балканские горы и наступление на столицу Турции Стамбул (Константинополь). Его отряд (16 тысяч человек, 14 орудий) совершил переход в зимних условиях через Балканы по Иметлийскому перевалу.

Скобелев особенно отличился в Шипка-Шейновском сражении, где его 16-я дивизия сыграла решающую роль. Трем русским колоннам генерал-лейтенантов Ф. Ф. Радецкого, Н. И. Святополка-Мирского и М. Д. Скобелева (около 54 тысяч человек, 83 орудия) противостояла армия Вессель-паши (35 тысяч человек, 108 орудий), находившаяся в укрепленном лагере Шейново.

Вессель-паша выкинул белый флаг перед Скобелевым. Победа в сражении открыла путь русской армии в Южную Болгарию через широкую брешь в турецкой обороне. Теперь две последние султанские армии Сулейман-паши и Восточно-Дунайская были изолированы друг от друга.

При штурме Шейновского лагеря он безошибочно провел тактический прием для действий в горных условиях, сумев избежать продольного обстрела атакующих, что всегда вело к большим потерям.

Началось решительное наступление на город Адрианополь, который был взят авангардом центрального отряда, которым командовал генерал-лейтенант М. Д. Скобелев. Потом он же занял Сан-Стефано, всего в 12 километрах от Стамбула. Так закончилась последняя в истории Русско-турецкая война.

Скобелев много сделал для создания в Болгарии национальной армии. В этом деле ему помогали 344 офицера-инструктора и 2700 нижних чинов русской армии.

Из Болгарии М. Д. Скобелев, теперь еще и генерал-адъютант, возвратился в Россию в ореоле славы как общепризнанный национальный герой. Был назначен командующим армейского корпуса со штабом в Минске.

В 1879 году генерал-лейтенант М. Д. Скобелев представлял Россию на германских военных маневрах. По возвращению в Санкт-Петербург он написал для Главного штаба подробнейший отчет о состоянии германской армии, в которой безошибочно усматривал будущего противника России.

В начале 1880 года М. Д. Скобелев был назначен руководителем 2-й Ахалтекинской экспедиции (13 тысяч человек при 100 орудиях), имевшей целью присоединение к России Ахалтекинского оазиса и других южных районов Туркмении. Путь к крепости Геок-Тепе лежал от берегов Каспия по безводной пустыне. Крепость племени текинцев, которое могло выставить до 25 тысяч конницы, была взята штурмом 12 января 1881 года. За успешно проведенную Ахалтекинскую экспедицию Михаил Дмитриевич Скобелев был произведен в генералы от инфантерии и пожалован военным орденом Святого Георгия полководческой 2-й степени.

Скобелев, популярнейший генерал русской армии, был приверженцем идеи славянского братства. В 1882 году, находясь в Париже, он выступил в защиту балканских народов против агрессивной внешней политики Германии и Австро-Венгрии. В Болгарии его именем были названы улицы, площади и парки во многих городах. Великий художник-баталист Василий Верещагин посвятил Белому генералу несколько своих больших полотен.

В военном искусстве М. Д. Скобелев придерживался прогрессивных взглядов, был сторонником смелых и решительных действий, обладал глубокими познаниями в военном деле и редкой способностью вести за собой войска на подлинный ратный подвиг, как это было под Плевной, Шейново и Геок-Тепе. У генерала от инфантерии Скобелева было большое будущее — его называли даже «вторым Суворовым», но преждевременная смерть лишила Россию талантливого полководца.

Успешно проведенная Горлицкая операция и последовавшее за ней отступление русских армий из Галиции стали несомненным полководческим успехом генерал-фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга. Карта Восточного фронта изменилась в пользу вооруженных сил Германии и Австро-Венгрии. Развить дальше наступление германскому командованию не удалось, и Восточный фронт стабилизировался на линии Черновцы — Пинск — Двинск — Рига. На Востоке, как и на Западе, началась затяжная позиционная война.

В конце августа 1916 года Берлин снимает с поста начальника Полевого Генерального штаба Э. фон Фалькенгайна и назначает им генерал-фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга.

Ему от своего предшественника досталось тяжелое наследство. Ресурсы держав Центрального блока, как людские, так и материальные, находились на пределе. Правда, немецкие войска занимали обширные территории своих противников на Западе и Востоке, Балканах, когда те сумели захватить только малоценные германские колонии да несколько деревень в Эльзасе.

Берлин уже не мог рассчитывать на победоносное и быстрое окончание войны — она становилась затяжной, и у Германии было мало шансов выиграть ее у Антанты. В такой сложной для Германии ситуации многое зависело от высшего командования, от умелого руководства армией и флотом и распределения резервов.

Начальник Полевого Германского штаба настойчиво искал новые пути достижения военного превосходства Германии. Гинденбург считал, что никакого мирного соглашения с Антантой быть не должно, и следует только выждать удобный момент для удачного прорыва позиционной обороны противника или на Западе, или на Востоке.

И он дождался этого момента в октябре 1917 года. В России — революция. Заключается Брестский мир. Старая русская армия распускается, а новая Красная Армия только начинает создаваться.

Весной 1918 года под руководством генерал-фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга началась военная интервенция против Советской России. Германские и австро-венгерские войска, не встречая должного сопротивления со стороны разрозненных советских войск, захватили за короткий срок значительную часть бывшей Российской империи — Польшу, Белоруссию, Прибалтику, дошли до Дона и Пскова. Такой военный успех перед началом Первой мировой войной в Берлине даже не планировался. Началось разграбление оккупированных земель.

После этого Германия пошла «ва-банк» на Западном фронте. Но прорвать там эшелонированную оборону французов и англичан прибывшей американской армии не удалось. Первая мировая война закончилась полным поражением Центрального блока. Версальский мирный договор был заключен на неслыханно тяжелых для Германии условиях. В ней вспыхнула революция, кроваво подавленная при участии Пауля фон Гинденбурга.

В июне 1919 года генерал-фельдмаршал уходит в отставку. Ему удалось сохранить костяк германской армии, прежде всего ее офицерский корпус, для будущего возрождения военной мощи побежденной державы. Дважды избирался президентом Веймарской республики. Гинденбург становится одним из столпов германского реваншизма. Среди прочего, он пишет мемуары «Из моей жизни», переведенные на многие языки.

Как германский президент, Пауль фон Гинденбург вошел в историю еще и тем, что в январе 1933 года поручил лидеру германского фашизма Адольфу Гитлеру формирование правительства. Так нацисты официально пришли к власти в Германии, которая всего через шесть лет развязала Вторую мировую войну. Подготовка к ней начиналась еще во время президентского правления Гинденбурга.

С 1883 года капитан 1-го ранга С. О. Макаров — флаг-капитан Практической шхерной эскадры Балтийского флота. Совершает плавание на плавучей батарее «Не тронь меня». С 1884 года — флаг-капитан Практической эскадры Балтийского флота.

Степан Осипович Макаров входит в число ведущих гидрографов своего времени. В 1886 году назначается командиром корвета «Витязь». На нем исследователь совершает кругосветное плавание из Балтики к дальневосточным берегам России. Во время кругосветки Макаров проводит систематические океанографические работы, особенно подробно — в северной части Тихого океана. Был собран богатейший материал для последующего изучения.

Итогом этого сверхдальнего морского похода стал научный труд «“Витязь” и Тихий океан», увидевший свет в 1894 году. Был издан в двух томах в Санкт-Петербурге. В нем автор обобщил проведенные в течение ряда лет изыскания в области океанографии, что стало заметным успехом в этой области научных познаний. Наградой за этот труд стали полная Макарьевская премия Академии наук и золотая медаль Географического общества.

В 1890 году С. О. Макаров, произведенный в контр-адмиралы, назначается на должность младшего флагмана Балтийского флота.

В следующем, 1891 году следует назначение главным инспектором артиллерии, что дало С. О. Макарову в первом адмиральском чине продолжить свою научную деятельность, но уже в новом качестве. Он, среди прочего, стал заниматься исследованиями в области баллистики и создания новых видов артиллерийских снарядов: флот становился броненосным. А для того, чтобы пробивать броню, требовались снаряды повышенной мощности. Теперь С. О. Макаров стал много времени проводить на испытательных артиллерийских полигонах под столицей.

Результаты таких исследований дали должный результат. В 1890-х годах контр-адмирал С. О. Макаров изобрел бронебойные наконечники (так называемые «наконечник Макарова») к артиллерийским снарядам, значительно увеличивающие пробивную силу снаряда морской (корабельной) артиллерии.

Новое высокое назначение на российском флоте не заставило себя долго ждать: в 1894 году контр-адмирал С. О. Макаров назначается командующим Средиземноморской эскадрой.

В 1894–1896 годах С. О. Макаров совершает свое второе кругосветное путешествие. В конце 1896 года он из Санкт-Петербурга прибывает в Средиземноморье. В 1895 году с эскадрой, которую он принял под свое командование, из Средиземного моря через Суэцкий канал и Индийский океан совершает переход на Дальний Восток. В 1896 году Макаров по Тихому океану достигает берегов Северной Америки. Затем, проехав через США, через Атлантический океан возвращается в Россию.

В том же 1896 году С. О. Макаров принимает командование над Практической эскадрой Балтийского флота. Флаг держит на броненосце «Петр Великий». Читает лекции в Кронштадтском морском собрании на тему «Рассуждения по вопросам морской тактики». Следует производство его в вице-адмиралы.

В те годы начинаются активные арктические исследования, что стало прямым научным интересом России, которая обладала (и обладает) самым большим участком берегов и вод Северного Ледовитого океана. Так Степан Осипович, с его энергией и талантом исследователя вод Мирового океана, получает новое, обширное поле деятельности. С. О. Макаров выдвигает идею создания мощного ледокола для исследования Арктики. Идея проведения арктических исследований с использованием ледокольных судов для арктических плаваний получает поддержку. Макаров лично руководит постройкой ледокола, который получает символическое название «Ермак».

На ледоколе «Ермак» С. О. Макаров делает попытки «прорубиться» сквозь ледяные поля Арктики к Северному полюсу, но безуспешно. Хронология тех событий, которые делают честь отечественной океанографической науке, такова.

В марте 1899 года вице-адмирал С. О. Макаров на «Ермаке» совершает переход из Нюакасла (ледокол строился в Англии) в Кронштадт, успешно преодолев льды Фиского залива. Затем «Ермак» совершает поход в Ревель (ныне — Таллин, Эстония).

В июне-августе того же года С. О. Макаров совершает на «Ермаке» два пробных арктических рейса, сумев пробиться сквозь тяжелые льды к северу от Шпицбергена до 81,21º северной широты.

В 1901 году Макаров вновь плавает на «Ермаке» в тяжелых ледовых условиях сурового Баренцева моря: дважды подходил к Земле Франца-Иосифа и к северо-западному берегу Новой Земли. Но Северный полюс так и остался недосягаем для самого современного ледокола той поры.

Все эти годы С. О. Макаров продолжает заниматься морскими науками. В 1897 году в свет выходит его самый известный капитальный труд «Рассуждения по вопросам морской тактики». В нем автор излагает основы тактики парового броненосного флота, обосновывает необходимость взаимодействия артиллерийских и минно-торпедных кораблей в бою, целесообразность применения кильватерного строя в боевых порядках броненосных эскадр, сформулировал принципы противоминной и противолодочной обороны.

Макаровский фундаментальный труд по вопросам морской тактики получил мировое признание, будучи переведен на несколько языков. Показателен такой факт: в разгар Великой Отечественной войны, в 1943 году, в Советском Союзе выходит второе его издание.

В апреле 1899 года С. О. Макаров избирается членом-корреспондентом Главной физической обсерватории.

С 1899 года вице-адмирал С. О. Макаров — командир Кронштадтского морского порта, начальник гарнизона и военный губернатор города Кронштадта. Много внимания и времени он отдает воспитанию и обучению флотских экипажей в мирных условиях. Эти вопросы он разработал в своем новом труде «Без парусов», который был опубликован в 1903 году. Одновременно публикуется и другая его работа — «Броненосцы или безбронные суда».

Макаров внимательно следил за развитием событий на Дальнем Востоке, предугадав военный конфликт с Японией, которая быстрыми темпами наращивала свой военно-морской потенциал. Как аналитик, он пытался обратить внимание властей на необходимость усиления военного присутствия России на Тихом океане, ее флотских сил и совершенствования морских крепостей Порт-Артур и Владивосток.

С началом Русско-японской войны вице-адмирал С. О. Макаров 1 февраля 1904 года назначается командующим Тихоокеанской эскадры и 24 февраля прибывает в Порт-Артур. Свой флаг он поднимает на эскадренном броненосце «Петропавловск», который становится флагманским кораблем эскадры.

Японцы сразу поняли всю опасность для них нового, энергичного командующего русской эскадрой, базировавшейся в Порт-Артуре. Макаров с первых дней своего пребывания в морской крепости стал искать встреч с противником в водах Желтого моря. Флотоводец выходил в море во главе эскадры в составе 22 кораблей, высылал по ночам поисковые отряды миноносцев, усилил оборону Порт-Артура со стороны моря. Организует перекидную артиллерийскую стрельбу через гору Ляотешань. Пишет «Инструкцию для похода и боя». То есть успешно руководил действиями флотских сил, находящихся под его командованием.

31 марта 1904 года флотоводец Степан Осипович Макаров гибнет вместе с флагманским броненосцем «Петропавловск» в морских водах под Порт-Артуром. Корабль подорвался на «минном букете» (связке мин), выставленном японцами на вероятном пути русских кораблей при выходе из внутренней гавани морской крепости.

Гибель флотоводца и великого мыслителя в области морских наук, как и гибель броненосца «Петропавловск», вызвала широкий резонанс и в России, и за рубежом. Так, популярная и авторитетная английская газета «Таймс» отмечала: «Россия лишилась прекрасного корабля, но еще более потеряла в лице человека, которому предстояло, вероятно, сделать русский флот важным фактором в войне. Его потеря и род гибели наносит тяжелый удар по русскому флоту, не говоря об исчезновении доблестного и вдохновляющего начальника, влияние которого, внося новый элемент в войну, признавалось и японцами. Суждение неприятеля — лучшее свидетельство того, что Макаров, с признанным обладанием им в совершенстве морской науки, соединял качества великого моряка…

Нисколько не желая сомневаться в наличии умственных сил России, мы можем сказать, что с кончиной адмирала Макарова Россия теряет вождя, которого трудно будет заменить».

На Тульском оружейном заводе С. И. Мосин около года проработал помощником, а затем долгое время начальником инструментальной мастерской. Он сразу же нашел себя среди тех, кто создавал и конструировал стрелковое оружие. В 1882 году Мосин выработал свой первый образец магазинного ружья. Это был большой личный успех талантливого изобретателя, который только окрылял.

В 1887 году им разрабатывается винтовка с реечным магазином в прикладе, первоначально на 8, позднее на 12 патронов. В 1890 году из числа трех образцов ружей, представленных в Главное артиллерийское управление в комиссию по выработке нового ружья, два образца принадлежали капитану Мосину. После годичного, достаточно строго испытания один из этих образцов был принят на вооружение русской армии.

Это была знаменитая мосинская 7,62-мм магазинная пятизарядная винтовка. Началось массовое производство для армии «трехлинейной винтовки образца 1891 года». За ее разработку в том же году военный конструктор Сергей Иванович Мосин был удостоен престижной Большой Михайловской премии, присуждавшейся в старой России за наиболее выдающиеся изобретения в артиллерийском (оружейном) деле.

С 1889 Мосин — исполняющий обязанности председателя, а с 1891 по 1894 год — председатель приемной комиссии Тульского императорского оружейного завода, где началось массовое изготовление его винтовки. «Трехлинейка» успешно и быстро «прижилась» в русской армии.

Мосинская 3-линейная (7,62-мм) магазинная винтовка пришла на смену казнозарядной 4,2-линейной (10,67-мм) винтовке В. Бердана («берданке»), которая в русской армии была принята на вооружение в 1868 году и прослужила четверть века.

В 1894 году С. И. Мосин назначается начальником Сестрорецкого оружейного завода, каким он оставался до конца своей жизни. Назначение было связано с установкой на этом крупном предприятии «фабрикации» 3-линейной винтовки его («мосинской») системы. С того же года конструктор становится совещательным членом Оружейного отдела Артиллерийского комитета.

В 1900 году конструктор С. И. Мосин за несомненные заслуги перед армией России жалуется чином генерал-майора. Он был кавалером четырех российских и двух иностранных орденов.

Созданная Мосиным винтовка изначально предназначалась для вооружения пехоты и имела ряд преимуществ перед подобными иностранными образцами. То есть в других странах русской «трехлинейке» давались высокие оценки.

Было ясно, что мосинской винтовке быть «долгожителем» для вооружения русской армии. Вскоре после принятия ее на вооружение были разработаны ее модификации, разработанные для кавалерии и казачьих войск, что вызывалось особенностями кавалерийской службы. Так на свет появилась укороченная кавалерийская «трехлинейка».

У мосинской «трехлинейки» были несомненные преимущества перед другими ей подобными винтовками. Она отличалась простотой в обращении, безотказностью в действии, имела отличные баллистические характеристики. Характеристики винтовки Мосина обеспечили ей завидную долговечность.

Только в послевоенное время в результате появления самозарядных карабинов и автоматов «трехлинейка» окончательно уступила им свое место в вооружении Советской армии. И оказалась в музеях в почетном ряду боевых реликвий нашего Отечества. А имя ее изобретателя С. И. Мосина, великого оружейника, по сей день стоит в первом ряду выдающихся деятелей науки и техники России.

Крупнейший французский военный теоретик начала XX столетия. Профессор Военной академии, ставший главнокомандующим союзными армиями на Западном фронте Первой мировой войны. Маршал.

Родился в семье гражданского чиновника. Его дед был офицером армии Наполеона. Начальное образование получил в иезуитских колледжах. Решив стать военным человеком, поступил в Школу прикладной артиллерии. По служебной лестнице младший офицер продвигался довольно быстро. В 1887 году окончил Высшую военную академию. Далее служил в артиллерии.

В 1895 году Фердинанд Фош вернулся в академию преподавателем военной истории и стратегии. Стал профессором. В 1903 году опубликовал работу «Принципы военного дела» («О Принципе войны»). В следующем году издал новый труд — «О ведении войны». Несколько своих военно-теоретических трудов посвятил применению наполеоновской тактики к современным техническим условиям.

В 1908 году Фош производится в бригадные генералы и до 1911 года занимает пост начальника Военной академии. Он оказал большое влияние на формирование оперативно-тактического и стратегического мышления офицерского корпуса французской армии. Был в командировке в России.

В 1811 году назначается командиром армейской дивизии. Первую мировую войну встретил командиром 20-го корпуса в Нанси. С началом боевых действий его корпус прикрывал подступы к этому городу и смог его отстоять. Отличился в наступлении французских войск в Лотарингии и в сражении под Моранжем. С августа 1914 года — командир армейской группы в составе двух армейских корпусов и четырех отдельных дивизий. Вскоре эта группа была преобразована в 9-ю армию под командованием генерала Фердинанда Фоша. Она участвовала в сражении на реке Нарме, где сдержал натиск двух германских армий. Город Нанси был спасен еще раз. Во время так называемого «бега к морю» координировал союзные действия французов с англичанами и бельгийцами.

После сражения на Ипре, когда на Западном фронте окончательно установилась позиционная война, генерал Фош в 1815–1816 годах командовал группой армий «Север». Он руководил наступательной операцией в Артуа и участвовал в сражении на Сомме, которое германцы выиграли. За понесенные огромные потери был освобожден от занимаемой должности.

Ф. Фош. 1921 г.

В последующие два года Фош руководил Центром военных исследований в Санли, близ Парижа, и разрабатывал там план военных мероприятий на случай нарушения германскими войсками нейтралитета Швейцарии и нанесения удара с ее территории по Франции. Затем временно командовал 7-й и 8-й армиями, а потом стал военным советником при правительстве Франции.

В мае 1917 года генерал Фердинанд Фош был назначен начальником Генерального штаба при военном министре. Затем был командирован в Италию, где союзная итальянская армия потерпела от австрийцев сокрушительное поражение при Капоретто.

В ноябре 1917 года Фош участвовал в антигерманской конференции в Рапалло близ Генуи, где было принято решение образовать Верховный совет союзников (Антанту). Членом совета от Франции стал генерал Фердинанд Фош. Россия не участвовала в работе конференции по той причине, что после Октябрьских событий она уже вела сепаратные мирные переговоры с Германией и ее союзниками.

В конце января 1918 года генерал Фош был назначен председателем Военного комитета союзников, поскольку пользовался большим авторитетом среди высшего командования стран Антанты.

Когда на Западном фронте в марте 1918 года началось новое германское наступление в направлении Амьена и дальше на Париж, встал вопрос о назначении единого главнокомандующего. 26 марта союзники приняли решение «возложить на Фоша координацию действий союзных армий на французском фронте». Но очень скоро выяснилось, что такие координационные меры неэффективны, что у генерала Фоша нет должных полномочий.

Тогда правительства Франции, Великобритании, США и Бельгии приняли новое решение — назначить Фердинанда Фоша главнокомандующим союзными армиями, действовавшими на Западном (Французском) фронте: французской, английской, Бельгийской и прибывшей в Европу американской. Фош получает высшее воинское звание маршала Франции. Вскоре он был избран членом Французской академии, что было признанием его заслуг как видного военного теоретика.

На посту главнокомандующего армиями Антанты маршал Фош внес большой вклад в победу союзных государств над коалицией центральных держав во главе с кайзеровской Германией. Полководец, тщательно изучив горький опыт первых лет мировой войны, сумел верно спланировать ход дальнейших боевых действий на Западном фронте. Первым делом он упорядочил использование резервов, что помогло союзникам остановить немецкое наступление в Пикардии.

При принятии стратегических решений маршалу Фошу приходилось учитывать особенности французского театра военных действий: скопление миллионов воюющих людей на сравнительно тесном пространстве, сковывающее влияние позиционной войны и нагромождение всевозможной военной техники. Такого не было ни в одной из последних больших войн в Европе. Фошу во многом помогли его теоретические разработки, которые он делал во время службы в Военной академии. Маршал прекрасно понимал, что, в отличие от Русского фронта, маневренные действия на Западном фронте после начала позиционной войны просто невозможны.

Последняя военная кампания Первой мировой войны продолжалась около восьми месяцев. С марта по июнь 1918 года германские войска вели последние для них активные наступательные действия. На Западном фронте, которому угрожал прорыв, назрела кризисная для союзников ситуация.

Союзный главнокомандующий с завидной невозмутимостью руководил боевыми действиями на Западном фронте. И немецкое наступление, натолкнувшись в очередной раз на сильную позиционную оборону противника, постепенно выдохлось. После второго сражения на Марне союзные войска под командованием маршала Фоша обескровили наступавшие на Париж армии генерал-фельдмаршала Гинденбурга. После этого союзные войска сами перешли в контрнаступление в районе Эны — Марны и восстановили положение на Западном фронте.

Вскоре союзники сами перешли в решительное наступление. Заслуга маршал Фоша на заключительном этапе Первой мировой войны общепризнанна. Вместо организации широкомасштабного фронтального наступления он нанес ряд сильных сосредоточенных ударов по центрам германских коммуникаций и нарушил их. Наступательные операции проводились методически и искусно. Германская армия стала испытывать серьезный недостаток резервов, продовольствия и боеприпасов.

Затем под руководством маршала Фоша был разработан еще ряд наступательных операций: Маас (Мез) — Аргоннская, штурм «линии Гинденбурга» и во Фландрии. В такой тяжелой ситуации германское командование начало отводить свои войска с хорошо укрепленных позиций. В итоге они оказались оттесненными на свою последнюю линию обороны Антверпен — Брюссель — Намюр — Мезьер — Мец — Страсбург.

Маршал Фердинад Фош довел военные действия до логического конца — в ноябре 1918 года союзники силой вынудили Германию просить мира. Заключенное 11 ноября перемирие было подписано на небывало тяжелых для Германии условиях. Именно главнокомандующий армиями Антанты диктовал их на правах победителя.

В 1919 году маршал Фош назначается главой Высшего военного совета Франции, получает чин фельдмаршала Британской королевской армии. 28 июня того же года в Версале был подписан договор, положивший конец Первой мировой войне.

Как председатель Высшего военного совета Антанты маршал Фош стал одним из организаторов военной интервенции против Советской России в годы Гражданской войны. Однако он плохо знал истинную обстановку в бывшей Российской империи.

Под руководством маршала Фердинанда Фоша Антанта провела несколько операций: мятеж Чехословацкого корпуса летом 1918 года, военную экспедицию на Украину и в Крым в начале 1919 года, миссию генерала Жанена в Сибирь в 1919–1920 годах. Продолжением антисоветской интервенции стали подавление Венгерской революции 1919 года и миссия Вейгана летом 1920 года во время контрнаступления Красной Армии на Варшаву.

Фош способствовал тому, что Советско-польская война закончилась не в пользу Москвы. Поэтому-то он и удостоился в 1923 году звания маршала Польши. Именно он на Версальской конференции 1919 года потребовал усиления Польши в противовес Советской России.

В военную историю Фердинанд Фош вошел как видный полководец Первой мировой войны и крупнейший французский военный теоретик начала XX века. Им написаны «Воспоминания (война 1914–1918 годов)», которые были изданы на многих языках, в том числе и в СССР в 1939 году.

Париж не смог дипломатическими усилиями предотвратить угрозу возникновения мировой войны или хотя бы оттянуть сроки ее начала. 21 июля Германия объявила войну Франции. Генерал Жозеф Жак Жоффр стал главнокомандующим французской армии. Официально его должность называлась так: Главнокомандующий армиями Севера и Северо-Востока. Сухопутные войска Франции были объединены в пять армий.

Франция первая начала активные действия против Германии, которая была озабочена начавшимся по настоятельной просьбе Парижа наступлением русских армий в Восточной Пруссии. 1-я и 2-я французские армии вступили на германскую территорию, реализуя один из четырех планов «Пограничных сражений» — план Лотарингской операции, разработанный в своем Генеральном штабе.

Немецкое командование, обладавшее хорошими разведывательными данными о состоянии французской армии, не торопилось нанести контрудар. Германия начала наступление на Северном участке Западного фронта, реализуя собственный план начального периода войны — план Шлиффена.

Так начиналась Первая мировая война на Французском (Западном) фронте. Планы на начальный период войны, разработанные под руководством генерала Жоффра, «рухнули». В 1914 году Россия, начав Восточно-Прусскую операцию, сильно выручила своего союзника: Берлин был вынужден перебросить часть сил с Западного фронта и приостановить там наступление германских армий.

Жоффру пришлось отвести свои войска с немецкой территории на французскую землю. Пограничное Лотарингское сражение закончилось полной неудачей для французов. Англичанам пришлось поспешить с переброской своего экспедиционного корпуса в Бельгию.

Последующие события на Западном фронте привели к позиционной войне: противники начали «зарываться в землю». И одновременно проводили наступательные операции, которые ожидаемых результатов не давали. Теперь все боевые действия велись только на территории Франции и Бельгии. Жоффру пришлось в спешном порядке готовиться к позиционной борьбе, а для усиления парижского гарнищона отвести 6-ю армию генерала Монури.

Итогом первой кампании войны на Западном фронте можно считать развернувшееся на берегах реки Марны ожесточенное сражение. Оно принесло французам полупобеду, поскольку германским армиям пришлось прекратить наступление и отступить. Некоторые историки Франции считают сражение на реке Марне победой французского оружия, а генерала Жозефа Жоффра называют «победителем на Марне», творцом «чуда на Марне».

Мировая война и в 1915 году знаменовалась взаимными ударами сторон. В конце года правительство назначило Жозефа Жака Жоффра главнокомандующим всеми армиями Франции, включая Восточную армию на Балканах. В следующем, 1916 году он получает высшее воинское звание маршала Франции.

Однако его полководческая репутация сильно пострадала из-за Верденской катастрофы. Французская печать обвиняла главнокомандующего во всевозможных грехах, в том числе в игнорировании мнения нижестоящего командования по поводу оборонного строительства на Верденском участке фронта. Однако ради справедливости следует сказать, что крепостной район Вердена был укреплен на случай войны с Германией по последнему слову фортификационной науки и не имел себе подобных во всей Европе.

«Верденская мясорубка» (французские потери составили 315 тысяч человек убитыми и ранеными), безрезультатное сражение на реке Сомме, неудачи на Балканах и провал десантной Дарданелльской операции переполнили чашу терпения парламентариев Франции: в декабре 1916 года маршал Жоффр был снят с поста главнокомандующего и заменен генералом Нивелем, у которого дела пошли еще хуже.

Маршал Жоффр стал военным советником правительства Франции. В 1917 году он посетил США и добился помощи от них. С такой же миссией посетил Японию. После окончания войны выступал за иностранную военную интервенцию против Советской России.

В 1918 году был избран членом Французской академии. В 1922 году Жоффр возглавил правительственную комиссию по обороне Франции. Автор «Мемуаров маршала Жоффра (1910–1917)» и ряда военно-теоретических трудов. Среди них — «Подготовка войны и ведение операций», была переведена на русский язык и опубликована в Москве в 1923 году.

Германское командование прекратило успешное наступление под французской крепостью Верден и быстро перебросило оттуда по железным дорогам на Русский фронт большие силы. Теперь Франция могла вздохнуть свободно — верная союзническому долгу Россия в очередной раз пришла ей на помощь.

В начале августа — середине сентября наступательный порыв армий Юго-Западного фронта иссяк у предгорий Карпат. То есть стратегическая наступательная операция завершилась при полном истощении атакующего потенциала русских войск. Если бы не своевременно переброшенные с Западного фронта германские войска не пришли на помощь союзникам, Австро-Венгрия могла бы выйти из войны еще в 1916 году.

Победа Юго-Западного фронта впечатляла своими результатами. К 12 июня на боевом счету брусиловских армий значилось около 200 тысяч пленных, а в числе взятых трофеев — 219 орудий, 196 минометов и 644 пулемета. Общие потери противника превысили 400 тысяч человек. Армии же Юго-Западного фронта потеряли около 200 тысяч человек.

После понесенного поражения Австро-Венгрия не смогла восстановить силу своей армии, которая подверглась разгрому на Волыни, в Галиции и Буковине. Наградой генералу от кавалерии А. А. Брусилову стало почетное золотое Георгиевское оружие.

Брусиловский прорыв 1916 года получил высокую оценку отечественных и зарубежных историков. Так, Р. Эрнест и Тревор Н. Дюпюи писали о русском полководце: «Брусиловский прорыв является самой умелой русской операцией за всю Первую мировую войну. Среди его стратегических последствий можно отметить ослабление наступлений армий стран Центрального блока в Италии и под Верденом и окончательное устранение Австрии из числа крупных военных держав. Однако Россия потеряла более миллиона человек (на самом деле потери были более чем в два раза меньше. — А.Ш.) — это больше, чем могла себе позволить даже столь многочисленная страна, как она.

Наступление генерала Брусилова нельзя назвать непосредственной причиной русской революции, но вполне возможно, что именно оно сделало революцию неизбежной. Потери Австрии были даже больше российских, и это поражение внесло большой вклад в распад Габсбургской империи, чем любой другой фактор».

Во время февральских событий 1917 года А. А. Брусилов оказался среди той части высшего генералитета, которая убедила императора Николая II отречься от престола, чтобы спасти старую Россию и русскую армию от гибели.

В мае 1917 года Временное правительство назначает А. А. Брусилова Верховным главнокомандующим, но ненадолго. Уже в июле он передает свой пост более решительному генералу от инфантерии Л. Г. Корнилову.

После Октябрьской революции остался в Советской России, отказавшись от предложения возглавить Белое движение на Юге. В 1919 году он поступает на службу в РККА. Непосредственного участия в Гражданской войне не принимал. Бывший царский генерал был (последовательно) председателем Особого совещания при главнокомандующем вооруженными силами России (создано по инициативе самого А. А. Брусилова), главным военным инспектором коннозаводства и коневодства. С марта 1924 года состоял при Реввоенсовете СССР по особо важным поручениям.

Полководец России в Первой мировой войне Алексей Алексеевич Брусилов оставил после потомкам мемуары «Мои воспоминания», которые неоднократно переиздавались.

Однако неудачи России в начальный период Первой мировой войны объяснялись не столько неумелым руководством ее военной силой, сколько готовностью властей принести в жертву тысячи русских солдат ради того, чтобы спасти от разгрома на Западном фронте союзников, прежде всего Францию. Поэтому многие большие операции проводились без должной подготовки, чему Алексеев был всегда против.

Император в силу своего положения занимался больше делами управления государством, чем военными. Николай II с «легкой душой» переложил на плечи своего первого помощника в делах военных стратегическое руководство русской армией на фронтах опасно затянувшейся Первой мировой войны. Между тем внутриполитическое положение в Российской империи, которое, как тогда казалось многим, стабилизировалось с вступлением в большую войну, неумолимо вело к свержению династии Романовых.

В конце 1915 года под руководством начальника штаба Ставки разработали стратегический план действий русской армии совместно с армиями союзников против стран Центрального блока. Начавшееся в марте 1816 года наступление армий Северного фронта не дало ожидаемых результатов, но боевые действия в районе Двинска и озера Нарочь оказали огромное влияние на ход войны во Франции. Германия была вынуждена перебросить крупные силы из-под Вердена на Восточный фронт, и французская армия в очередной раз была спасена от поражения.

Начальник штаба Верховного главнокомандующего разработал план наступления Юго-Западного и Северного фронтов в кампании 1917 года, однако осуществить его не удалось — Февральская революция низложила Романовых.

Генерал от инфантерии М. В. Алексеев оказался одним из главных организаторов низложения Николая II. Вместе с командующими фронтами он искренне надеялся тем самым спасти русскую армию от развала и Россию как великое государство — от революционного брожения и анархии. Но исправить стратегическое положение на Восточном фронте инициаторам отречения императора не удалось.

Временное правительство начало серьезные перестановки в командовании русской армией. Телеграфный опрос 18 высших военачальников стал свидетельством личного авторитета М. В. Алексеева. 1 апреля 1917 года он назначается Верховным главнокомандующим России. Он сразу же выступил за активные боевые действия против армий Германии и Австро-Венгрии. Это вызвало недовольство новой власти, и прежде всего Советов. В мае Алексеев был смещен со своего поста и заменен генералом от кавалерии А. А. Брусиловым.

Алексеева отзывают в Петроград с назначением военным советником Временного правительства. 30 августа опальный генерал назначается начальником штаба Верховного главнокомандующего, которым теперь стал А. Ф. Керенский.

Во время так называемого «корниловского мятежа» генерал Алексеев прибыл в Ставку и от имени Временного правительства арестовал там Верховного главнокомандующего генерала Л. Г. Корнилова и его единомышленников. Они были отправлены в тюрьму в Быхове, откуда бежали на Дон. Разочаровавшийся в Керенском Алексеев 11 сентября подал в отставку и тайно начал формировать контрреволюционные отряды из числа младшего фронтового офицерства и юнкеров. Затем он сам под чужим именем прибывает на Дон, в войсковую столицу город Новочеркасск. Там начинает формироваться белая Добровольческая армия, во главе которой встал генерал Л. Г. Корнилов.

Весной 1918 года Добровольческая армия совершила 1-й Кубанский («Ледовый») поход, но взять штурмом Екатеринодар не смогла. После гибели Корнилова Добровольческую армию возглавил его ближайший соратник генерал А. И. Деникин.

Вскоре после этих событий М. В. Алексеев тяжело заболел и ушел из жизни. Один из известных стратегов России в Первой мировой войне был похоронен с отданием воинских почестей в Екатеринодаре в усыпальнице Войскового собора кубанского казачества. С отступлением белых его прах был вывезен на православную землю Сербии.

Не давая турецким войскам закрепиться на новых оборонительных рубежах, генерал Эдмунд Алленби продолжал наступать, каждодневно помня об источниках питьевой воды: своих, которые требовалось оберегать от разных случайностей, и чужих, которые требовалось раз за разом захватывать. В итоге сектор Газа был очищен от турецких войск.

Британские войска захватили также города Ашкелон и Яффу. После этого тяжелые бои развернулись вдоль железной дороги, ведущей на север. Здесь пыталась закрепиться на удобных рубежах 8-я турецкая армия, но каждый раз ей это не удавалось. И здесь противник англичан не смог защитить колодцы от нападений на них верблюжьей кавалерии англичан.

И вдруг генерал Эдмунд Алленби повернул свои главные силы на восток, на Иерусалим, чего турки совершенно не ожидали. Британцы обошли Священный город с севера, и к 9 декабря сопротивление турецких войск у горной гряды Неби-Самвил было сломлено. 11 декабря в город вошли английские войска Алленби.

После этого наступление британцев на Палестино-Сирийском фронте было приостановлено на девять месяцев, до прибытия подкреплений из Европы. Турки тоже отказались от активных действий, перейдя к обороне. К тому времени уже стало очевидным неизбежное поражение Германии и ее союзников.

Стамбул не намерен был терять свои владения на Ближнем Востоке, и собрал на фронте от побережья Средиземного моря до реки Иордан севернее Яффы около 40 тысяч войск и 350 орудий. Противостоящие туркам британские войска имели в своем составе 57 тысяч штыков, 12 тысяч сабель и 540 орудий.

Алленби, узнав о намерениях противника, решил нанести атакующий удар там, где линию фронта держали турецкие войска в малых силах (8 тысяч штыков при 130 полевых орудиях). Он пошел на хитрость, устроив в другом месте огромный бутафорский военный лагерь, имитируя подготовку к наступлению. Командование противника было введено в заблуждение.

Алленби начал наступление на восточном фланге Палестино-Сирийского фронта, упиравшегося в пустыню. Здесь вновь отличилась верблюжья кавалерия, умело ведя борьбу за источники питьевой воды. Ее поддерживали с воздуха аэропланы-бомбардировщики. Авиационная разведка следила за перемещениями турецких войск.

Палестинская операция (сражение у Мегиддо) по прорыву турецкого фронта длилась с 19 по 21 сентября 1918 года. Англичане воздушными бомбардировками парализовали управление войсками противника. Он был лишен возможности использовать железную дорогу для отступления. 8-я турецкая армия подверглась полному разгрому. 7-я армия в беспорядке отступала к Иордану. Среди отступавших султанских войск только немецкий Азиатский корпус (два полка) не был деморализован.

В октябре англичане взяли сирийскую столицу Дамаск, а также города Хомс и Алеппо (Халеб) вблизи собственно границы Турции. Вновь отличается пустынный корпус. Вскоре французская эскадра и британские войска вошли в портовый город Бейрут. Так Турция навсегда потеряла Ближний Восток и все свои обширные арабские владения. Таким образом, войска Великобритании под командованием генерала Алленби очистили от турецких войск не только Палестину, но и овладели Сирией. За 38 дней почти беспрерывных боев они продвинулись вперед на 360 миль, взяли около 50 тысяч пленных, их трофеями стали 300 орудий. Потери британцев составили 18 тысяч человек убитыми и ранеными.

В «Харперской энциклопедии военных наук» сказано: «Действия Алленби в этой кампании действительно выше всяких похвал. Четверть века спустя его достижение в пустыне превзойдет лучший тактик Второй мировой войны Э. Роммель».

Самый удачливый английский полководец Первой мировой войны Эдмунд Генри Алленби был произведен в фельдмаршалы и пожалован титулом виконта. После войны он был назначен Верховным комиссаром Египта.

В мае 1920 года Зайончковский назначается членом Особого совещания при Главнокомандующем всеми вооруженными силами Республики. После непродолжительного пребывания в этой высокой должности стал заниматься чисто военной историей, историей военного искусства, к чему имел большую склонность и фундаментальные знания.

Бывший генерал от инфантерии и командующий Добруджанской армией назначается помощником руководителя Военно-исторической комиссии (создана в августе 1918 года при военно-исторической части Всероссийского главного штаба) и руководителем работ по исследованию опыта Первой мировой войны. В апреле 1921 года комиссия вошла в состав штаба РККА.

Затем А. М. Зайончковский переходит на преподавательскую работу. С 1922 по 1926 год он — профессор Военной академии Рабоче-Крестьянской Красной Армии, старший руководитель курса стратегии, затем курса военной истории. Именно в эти годы из-под его пера вышли следующие фундаментальные работы, прежде всего по истории Первой мировой войны: «Лекции по стратегии, читанные на военно-академических курсах высшего комсостава и в Военной академии РККА»; «Стратегический очерк войны 1914–1918 гг. Кампания 1917 года»; «Подготовка России к империалистической войне»; «Подготовка России к мировой войне в международном отношении»; «Мировая война: маневренный период 1914–1915 гг. на русском (европейском) театре». Эта работа, как и трехтомный труд «Мировая война 1914–1918 гг.» (3-е издание), увидела свет уже после смерти А. М. Зайончковского перед Великой Отечественной войной.

Профессор Андрей Медардович Зайончковский внес большой вклад в исследование проблем стратегического планирования и стратегического руководства в годы Первой мировой войны, в популяризацию военно-научных работ русских и западно-европейских военных классиков. Он создал и оставил после себя академическую школу советских военных историков.

Начало войны сложилось не в пользу советской армии: она оказалась плохо подготовленной к действиям против мощной фортификационной линии в условиях зимы с 40-градусными морозами. Финские солдаты были снабжены хорошей зимней одеждой, включая белые защитные маскировочные халаты, а также лыжами. Экипировка советских солдат оставляла желать много лучшего, поэтому среди них сразу же появилось большое число обмороженных.

Советским войскам и особенно бронетанковой технике приходилось преодолевать несколько эшелонированных полос заграждений — лесных завалов, проволочных сетей, гранитных надолбов, противотанковых рвов и эскарпов, минных полей. Вся эта система инженерных заграждений прикрывалась перекрестным пулеметным и артиллерийским огнем из дотов и дзотов (всего на «линии Маннергейма» первых насчитывалось 296, вторых — более 800). Лед на реках, озерах и болотах не выдерживал тяжести танков, и они вместе с экипажами уходили под воду.

Советское командование сделало правильные выводы из первых боев по прорыву «линии Маннергейма». Было увеличено число саперных и инженерных подразделений, артиллерии, более тщательно стала вестись разведка вражеских укреплений. Изменилась сама тактика наступления, и это сразу же дало результат.

11 февраля после мощной артиллерийской подготовки советские войска перешли в наступление на Карельском перешейке. 21 февраля «линия Маннергема» была прорвана на 12-километровом участке. Был захвачен Выборг. 12 марта 1940 года Финляндия капитулировала.

В той войне полководческие способности маршала Карла Маннергейма проявились в полной мере. Под его командованием финская армия оказала упорнейшее сопротивление советским войскам на Карельском перешейке, нанеся им большие потери в людях и танках. Потери финнов составили 24 900 убитыми и пропавшими без вести, 43 500 были ранены. Потери советских войск исчисляются в несколько раз больше.

В годы Второй мировой войны маршал Маннергейм вновь командовал финской армией, которая участвовала в блокаде Ленинграда. Но удержать фортификационную линию, носившую его имя, он вновь не смог. В августе 1944 года стал президентом Финляндии. В марте 1946 года ему пришлось оставить этот пост.

Военная наука требовала не только глубокого осмысления военного опыта, но и теоретических разработок на будущее. В этом отношении на теоретическом поприще преуспел влюбленный в небо и воздухоплавание итальянский генерал Джулио Дуэ, фигура среди военных мыслителей известная с 20-х годов XX столетия и по сей день.

Дуэ посвятил свою жизнь служению Италии на военном поприще, хотя свой взор и мысли обратил к авиации не сразу. Он успешно закончил артиллерийско-инженерное училище в Турине, а впоследствии и Академию Генерального штаба. Первые увиденные им аэропланы произвели на Джулио Дуэ сильное впечатление. И он понял, что у авиации в военном деле большое будущее.

Генштабист Дуэ стал известен в итальянской армии как военный теоретик с той поры, как принял должность командира авиационного батальона. Она ко многому обязывала уже много послужившего офицера. Аэропланы тогда еще только осваивались как средство вооруженной борьбы в воздухе, и теоретических познаний в этом находилось совсем немного.

Италия не сразу стала участницей Первой мировой войны. В 1915 году Джулио Дуэ был начальником штаба дивизии, остро реагировал на постоянные неудачи итальянской армии на суше и особенно в воздухе. При этом он настолько резко критиковал высшее командование, что в том же году был уволен из армейских рядов, хотя возраст еще позволял ему оставаться в строю.

В армию, с которой он не терял связей, Джулио Дуэ возвратился только в 1921 году. К тому времени уже был сторонником крайних правых взглядов, примкнув к фашистам, высоко оценив идеи их лидера Бенито Муссолини. Дуэ теперь быстро делал служебную карьеру, став к концу своей жизни, к 1930 году, начальником военно-воздушных сил Италии, получив за истинные заслуги чин дивизионного генерала.

К тому времени Дуэ уже был признанным военным теоретиком, хорошо известным и за пределами Италии. Еще в 1910 году он выдвинул идею о ведущей роли авиации в будущей войне. Она приглянулась многим людям военным: ведущие европейские державы уже всерьез готовились к будущему мировому пожару, до которого оставалось менее четырех лет.

С завершением Первой мировой войны, когда небо «бороздили» уже не сотни, а тысячи военных самолетов самого различного назначения (особенно на Западном — Французском фронте), Джулио Дуэ стал ярым и активным сторонником теории «воздушной войны». При этом ее автора совсем не смущало то немаловажное обстоятельство, что авиация в войне 1914–1918 годов приписываемой ей решающей роли так и не сыграла.

Итальянский авиационный генерал не уставал доказывать, что сухопутные войска, равно как и военно-морской флот, утратили былое значение в вооруженной борьбе и на суше, и на море, и в наступлении, и в обороне. Джулио Дуэ утверждал, что в будущих войнах решающую роль придется взять на себя военно-воздушным силам. И только военной авиации, и никакой другой.

Оппонентов у Дуэ в числе послевоенных военных теоретиков оказалось немало. Но авиация в ведущих армиях мира развивалась «опережающими темпами», в том числе и в Италии. Поэтому и число сторонников его теории «воздушной войны» не уменьшалось, а продолжало только расти.

Взгляды Джулио Дуэ на войну в небе уже после его смерти получили поддержку немалого числа военных деятелей Запада (прежде всего Европы). И совсем не случайно в доктрине «молниеносной» войны гитлеровской Германии теория «воздушной войны», идеологом которой в свое время являлся итальянский дивизионный генерал Джулио Дуэ, нашла свое отражение.

Но история Второй мировой войны убедительно свидетельствует о том, что теория и практика боевого применения военно-воздушных сил не одно и то же. Это касается, прежде всего, массового использования бомбардировочной авиации как в Европе, так и в Восточной Азии и Северной Африке.

Однако говорить о несостоятельности идей военного мыслителя Джулио Дуэ о «воздушной войне», думается, не приходится. В ходе локальной войны в Персидском заливе 1991 года «воздушный компонент» многонациональных сил сыграл решающую роль в достижении победы.

В Советском Союзе знакомство с теорией «воздушной войны» итальянского генерала авиации Джулио Дуэ состоялось перед Великой Отечественной войной, когда в 1938 году вторым изданием был издан его труд «Господство в воздухе».

Британский военный теоретик и историк. Автор теории «малых армий», которые массированным применением танковых войск и авиации решают судьбу войны. Генерал-майор.

Родился в Англии. На армейской службе с 1897 года, через два года после окончания военного колледжа. Рано проявил интерес к теоретическим разработкам в военной области и к современной ему военной истории. В 1925 году успешно окончил Военную академию Генерального штаба.

Джон Фуллер имел богатый служебный опыт. Боевое крещение получи в Англо-бурской войне 1899–1902 годов. Участник Первой мировой войны, став в 1917 году начальником штаба танкового корпуса, действовавшего на Западном фронте. Имел большие познания в применении бронетанковой техники, стремясь познать тактику ее использования не только на Европейском театре военных действий.

После завершения Первой мировой войны, с 1918 года преподавал в военном колледже. Одновременно занимался написанием военно-теоретических и исторических трудов, которые принесли Джону Фредерику Чарлзу Фуллеру прижизненную известность и авторитет. В 1926 году, как военный теоретик, назначается помощником начальника Генерального штаба королевской армии. Занимался разработкой документов стратегического характера, вопросам тактики сухопутных войск и применения бронетанковых войск.

Дж. Ф. Фуллер

С 1929 по 1932 год полковник Джон Фуллер командовал бригадой, применяя на практике свои научные познания. В 1930 году производится в чин генерал-майора. С 1933 года в отставке, продолжив свои теоретические исследования и написание научных трудов. Этому он посвятил всю свою оставшуюся жизнь.

Джон Фуллер является автором целого ряда работ, в которых он стремился обобщить опыт Первой мировой войны, участия в ней английской (и не только ее) армии. В этих трудах отставной генерал предложил свою теорию создания «малых армий», но хорошо вооруженных и механизированных — малых армий профессионалов. Фуллер считал, что такие «малые армии» при массированном применении танковых войск и авиации способны нанести внезапный и сильный удар по основным группировкам и тыловым объектам противника. И тем самым решить исход войны в свою пользу.

Английский военачальник утверждал, что Великобритания обеспечила себе победу в Первой мировой войне, прежде всего, благодаря созданию и боевому применению танков (которых у германской армии еще не имелось). В качестве доказательства Джон Фуллер приводит известное сражение на реке Сомме (июль-ноябрь 1916 года), которое положило начало применению танков в Первой мировой войне. Но здесь следует заметить, что ввод союзниками в бой 32 танков не позволили им прорвать позиционную оборону германцев.

Среди британского высшего командования (и не только британского) идеи военного теоретика Джона Фредерика Чарлза Фуллера находили не только понимание и приверженность, но и вполне обоснованную критику. Его работы еще при жизни пользовались широкой известностью и были переведены на многие языки, в том числе и на русский язык. Джон Фуллер пользовался популярностью и как военный историк. Он активно сотрудничал с популярной лондонской газетой «Дейли мейл», на страницах которой опубликовал немало своих статей, которые вызывали у читателей несомненный интерес. К числу наиболее известных из них относятся публикации об Итало-эфиопской войне 1935–1936 годов и Гражданской войне в Испании 1936–1939 годов.

К истории Первой мировой войны 1914–1918 годов Фуллер обратился еще в ходе ее, естественно, уделяя главное авторское внимание Западному фронту и, естественно, английской армии, в которой служил сам. Акцент делал на первый опыт массового использования танков и авиации, который логично вписывался в его теорию «малых армий». Считал их применение залогом общего успеха и в отдельно взятой операции, и в войне в целом.

В 40–50-х годах XX столетия Джон Фуллер издал ряд известных работ по истории Второй мировой войны. По ряду рассматриваемых вопросов военного искусства в той войне был «первопроходцем». Рассматривал и другие военно-исторические проблемы, отличаясь при этом антисоветскими взглядами. К Советской России, Красной Армии отставной английский генерал относился негативно.

Первой работой Джона Фуллера, переведенной на русский язык, была книга «Танки в великой войне 1914–1918 годов». Она увидела свет в Москве в 1923 году, сразу после окончания Гражданской войны в России, когда проходила военная реформа и реорганизация Красной Армии. В начале 1930-х годов в Советском Союзе были изданы еще две известные военно-теоретические работы Джона Фуллера — «Реформация войны» и «Операции механизированных сил». После Великой Отечественной войны, в 1947 году был опубликован военно-теоретический труд под названием «Современная война». Самый капитальный труд английского военного теоретика Джона Фредерика Чарлза Фуллера «Вторая мировая война 1939–1945 годов: Стратегический и тактический обзор», переведенный на русский язык, увидел свет в 1956 году.

Отечественные исследователи относятся к работам Фуллера с известной критической оценкой его теории «малых армий» и взглядов на военную историю, чего нельзя сказать о таком отношении к нему на Западе. Там изучают его взгляды и ценят. Свидетельством тому может служить книга американского автора М. Л. Лэннинга «Сто великих полководцев», где английский военный теоретик ставится на один уровень с великими полководцами мировой истории.

В том же 1925 году Ямамото направляется в США в качестве военно-морского атташе Японии. Там он приступил к сбору разведывательных сведений об американском ВМФ: эти данные пригодились ему в начале Второй мировой войны. Уже в 1920-х годах в Токио понимали, что главным соперником в будущей войне за господство на Тихом океане для Японии будут именно США.

По служебной лестнице Исороку Ямамото продвигался довольно быстро. В 1936 году назначается на должность заместителя морского министра. На этом посту он внес большой личный вклад в подготовку страны к войне. Он настойчиво выступал за ускоренное строительство авианесущих кораблей и массовую подготовку кадров для морской палубной авиации. На этом поприще добился больших успехов: Япония начала создавать сильный авианосный флот.

Ямамото стал ярым приверженцем концепции японского доминирования в Тихом океане и в Азии, известной под лозунгом «Хакко итиу» («Восемь углов под одной крышей»). В начале 1930-х годов эта концепция стала претворяться в жизнь. 18 сентября 1931 года японские милитаристы спровоцировали «инцидент» в Северо-Восточном Китае. Их войска захватили города Мукден и Чаньчунь и в 1934–1935 годы широким фронтом вышли к советско-китайской границе.

7 августа 1936 года правительство Японии приняло секретную программу действий в Восточной Азии и бассейне Тихого океана. Среди прочих в этом документе был и такой пункт: «Военные приготовления на флоте заключаются в увеличении его мощи, которая обеспечила бы ему господствующее положение против морского флота США в западной части Тихого океана…»

Для Японии наступало «горячее» время. В конце 1936 года командование ВМС страны освободило себя от всех обязательств по ограничению военно-морских вооружений в связи с истечением срока действия Вашингтонского договора 1922 года. Согласно этому «Договору пяти держав», Японии запрещалось в течение десяти лет строить линейные корабли, а общее водоизмещение авианосцев ее должно было превышать: для США и Британии — 135 тысяч тонн, для Японии — 81, для Франции и Италии — 60 тысяч тонн.

С прекращением действий договора на верфях Японии началось строительство авианосцев, а авиационная промышленность приступила к разработке новых моделей палубной авиации.

В следующем году под административное управление морскому министерству были переданы японские подмандатные территории: Марианские, Маршалловы и Каролинские острова (бывшие германские колонии). Там спешно начинается строительство ряда ВМБ. Резко возрастают ассигнования на военный флот.

С 1939 года адмирал Ямамото получил под свое командование Объединенный флот Японии. Это была ударная группировка военно-морских сил в боевых действиях на просторах Тихого океана. Ямамото усиленно разрабатывает методы применения палубной авиации в войне на море и проводит ряд широкомасштабных учений. Он деятельно стал готовиться к Гавайской операции. 5 ноября 1941 года император утверждает план действий флота в начальный период войны.

В конце 1941 года в Военно-морской академии прошли игры, в которых отрабатывались и уточнялись отдельные флотские операции, в том числе и против вооруженных сил США на Гавайских островах. Именно Ямамото разработал план нападения с воздуха и моря на военно-морскую базу Пёрл-Харбор. Отработка его началась еще летом 1940 года: атака производилась палубной авиацией, которая наносила торпедно-бомбовый удар.

Замысел адмирала Исороку Ямамото сводился к тому, чтобы, совершив скрытый переход к Гавайским островам, нанести внезапный массированный удар палубной авиацией по американским кораблям, прежде всего линейным, аэродромам и береговым сооружениям на острове Оаху. Мощную атаку с воздуха должны были поддержать подводные лодки-малютки.

На острове Оаху находилась морская крепость Пёрл-Харбор — главная база Тихоокеанского флота США. 7 декабря 1941 года в ней находилось 93 боевых корабля и вспомогательных судна (не считая малых базовых судов), в том числе 9 линейных кораблей (один из них в сухом доке), 2 тяжелых и 6 легких крейсеров, 29 эсминцев, 5 подводных лодок, 10 плавучих баз гидросамолетов, 9 минных заградителей, 10 тральщиков и другие суда. По счастливой для американцев случайности в тот день в Пёрл-Харборе не оказалось ни одного авианосца.

Гарнизон ВМБ насчитывал 42 359 человек. На восьми аэродромах острова находилось около 550 самолетов, из них 390 — в боевой готовности, в том числе большая группа бомбардировщиков В-17 («летающие крепости»). Система ПВО включала в себя 294 зенитных орудий и пулеметных установок.

Американское командование считало военно-морскую базу Пёрл-Харбор неприступной. В мае 1941 года генерал Дж. Маршалл докладывал президенту Рузвельту, что «остров Оаху, благодаря его укреплениям, гарнизону и географической особенности, следует считать сильнейшей крепостью в мире».

Для нападения на Пёрл-Харбор адмирал Ямамото сформировал ударную авианосную группу, созданную на базе 1-го воздушного (авианосного) флота во главе с вице-адмиралом Т. Нагумо. Командующий Объединенным флотом имел под своим флагом для проведения Гавайской операции 6 авианосцев с 353 самолетами, 2 линейных корабля, 3 крейсера, 11 эсминцев, 3 подводные лодки и 8 танкеров. Помимо этого 27 подводных лодок заблаговременно пришли в район Гавайских островов.

Операция была тщательно спланирована и подготовлена. Путь к Оаху шел северным маршрутом — от острова Итуруп Курильской гряды между Алеутскими островами и атоллом Мидуэй к точке, расположенной примерно в 200 милях севернее Пёрл-Харбора. Адмирал Ямамото выбрал самый удачный маршрут. Хотя он и был самым протяженным, но оказался самым безопасным: японские корабли соблюдали полное радиомолчание, в то время как во Внутреннем Японском море шел активный ложный радиообмен. На эту «удочку» и попалась американская радиоразведка.

Нападение на Пёрл-Харбор явилось полной неожиданностью для американцев. В 6 часов утра с палуб шести японских авианосцев за 15 минут поднялась первая из двух воздушная волна из 183 самолетов: 49 высотных бомбардировщиков, 40 торпедоносцев, 51 пикирующий бомбардировщик и 43 истребителя. Построившись и сделав круг над кораблями, воздушная армада взяла курс на остров Оаху, подлетев к нему на высоте около трех тысяч метров. В 7 часов 15 минут, ровно через час, в небо поднялись самолеты второй волны, 167 единиц — 131 бомбардировщик и 36 истребителей. Курс на вход в американскую базу взяли и три подводные лодки-малютки.

Атака морской крепости с воздуха японской авиацией началась около 8 часов утра. Удары наносились прежде всего по аэродромам, где стояли боевые самолеты, и по всем крупным кораблям, находившимся в базе. Массированный воздушный налет на Пёрл-Харбор закончился примерно в 9 часов 45 минут. Приняв возвратившиеся самолеты на борт авианосцев, адмирал Ямамото приказал ударной группировке взять курс к берегам Японии, и через две недели корабли с победой прибыли в порт Куре.

Потери американцев были огромны. Из строя были выведены все линкоры (4 потоплены и 5 повреждены), 6 крейсеров, 3 эсминца, минный заградитель, 3 вспомогательных судна и 347 самолетов. Потери в людях составили 3400 убитыми и ранеными, в том числе 2835 человек из состава ВМФ.

Японцы потеряли всего 29 самолетов, одну подводную лодку и подлодки-малютки, действия которых оказались неэффективными. Потерь в надводных кораблях они не понесли.

Адмирал Исороку Ямамото при нападении на Пёрл-Харбор действовал в чисто самурайском духе — до официального объявления Японией войны США. Точно так же действовали японцы в 1904 году под Порт-Артуром.

Так Япония в первый день войны получило господство в действиях на Тихом океане. И начала широкие наступательные операции и на суше: одновременно на Филиппинах, в Малайе и в Голландской Индии (Индонезии). Всюду армии содействовал Объединенный флот под флагом адмирала Ямамото, ставшего национальным героем и кумиром.

Американцы после Пёрл-Харбора посчитали долгом чести уничтожить его. Это им удалось только на третий год Второй мировой войны в ходе сражения на Соломоновых островах. Их радиоразведка сумела перехватить информацию о том, что бомбардировщик с адмиралом Ямамото вылетел на остров Бугенвиль. Немедленно в воздух поднялись 17 истребителей, и японский самолет был сбит на подлете к острову, упав с большой высоты в воды Тихого океана.

Исороку Ямамото был выдающимся японским стратегом, но он не смог помочь своей стране выиграть великую битву за Тихий океан. Однако его мысли и суждения об авианосном флоте живы и по сей день.

Вскоре генерал Монтгомери, не считаясь с потерями, возобновил атаки и добился успеха: Африканский корпус стал отступать по ливийскому побережью Средиземного моря к Тунису, чтобы сдержать противника на бывшей французской укрепленной линии «Марет». Однако британцы при своем превосходстве в силах не без труда прорвали ее.

Гитлер отозвал Роммеля из Африки. В мае 1943 года англичане соединились с американцами, наступавшими со стороны Алжира. Вскоре остатки немецких и итальянских войск в Северной Африке сложили оружие. Их победитель Бернард Лоу вошел в военную историю как Монтгомери Аламейнский.

Затем 8-я армия участвовала в Сицилийской операции, захватывала город Сиракузы. Немецкие и итальянские войска переправились с острова на материк. Их противник высадился на юге Италии. В конце 1943 года Монтгомери выиграл сражение в долине реки Сангро в горах Абруцци, в 80 милях от Рима.

В январе 1944 года отозванный из Южной Италии Монтгомери Аламейнский был назначен командующим группой союзных армий, высадившейся 6 июня того же года в Нормандии. Нормандская десантная операция в военной истории известна еще и как день «Д» Второй мировой войны.

В состав 21-й группы армий генерала Монтгомери входили 2-я английская и 1-я американская армии. Всего: дивизий — 3 авиадесантные и 7 пехотных, бригад — 2 особого назначения и 3 бронетанковые. Им противостояла 7-я немецкая армия (3-я пехотная и 1-я танковая дивизии).

Накануне дня «Д» союзники в течение месяца бомбили железнодорожные узлы и склады горючего в районе предполагаемой высадки десанта. Итогом этих бомбардировок стал хаос на немецких коммуникациях. После этого тральщики проделали проходы в немецких минных полях. Только после этой подготовительной работы началась десантная операции в Нормандии — самая большая заслуга фельдмаршала Монтгомери Аламейнского перед британской короной во Второй мировой войне.

Армии союзников были доставлены на французскую землю на трех тысячах боевых и десантных кораблей, транспортных судах различных классов. Воздушный десант, высадившийся рано утром 6 июня, захватил мосты и пять опорных пунктов на нормандском побережье. В это время, противник, введенный в заблуждение, большинство своей бронетехники сосредоточил не здесь, а у города Кан.

Руководивший в Нормандской десантной операции наземными силами фельдмаршал Монтгомери сделал все от него зависящее, чтобы союзники могли расширить захваченный ими плацдарм на побережье. Этому способствовало и то, что германское командование медленно реагировало на ход событий, а Гитлер упорно отказывался направить к месту высадки союзного десанта танковые части из резерва, и время для этого было упущено. Генерал же Монтгомери переправлял из Англии в Нормандию все новые и новые войска и боевую технику, чему немцы не могли помешать.

К 12 июня союзники, соединившись в единую линию фронта, заняли плацдарм шириной в 8 миль и глубиной в 10 миль. Он был полон войск, готовых наступать на Париж и далее. Потери союзников в день «Д» составили 11 тысяч человек. К 19 июля союзники в ожесточенных боях заняли важный в оперативном отношении город Кан, и оборона немцев была прорвана.

После победы в Нормандии войска под командованием фельдмаршала Б. Л. Монтгомери Аламейнского сражались на территории Франции, Бельгии, Нидерландов и Северо-Западной Германии. Наступление в восточном направлении велось вдоль побережья Северного моря. Отличился он и при отражении контрудара немцев в Арденнах.

Последней операцией, которую проводил Монтгомери, стала Рейнско-Рурская. В ней британский полководец командовал группой армий: 2-й английской, 1-й канадской и 9-й американской. Немецкие войска, оборонявшие Рурский район, капитулировали.

После окончания Второй мировой войны фельдмаршал Б. Л. Монтгомери был назначен главнокомандующим британскими оккупационными войсками в Германии. Затем возглавлял Генеральный штаб. Был первым заместителем Верховного главнокомандующего вооруженными силами НАТО в Европе.

Бернард Лоу Монтгомери Аламейнский награжден всеми высшими орденами Великобритании, а также советскими высшим полководческим орденом «Победа» и орденом Суворова 1-й степени.

Приказ о вторжении в Польшу Гудериан получил 22 августа 1939 года. 1 сентября гитлеровский генерал во главе своих танковых войск пересек государственную границу и всего за четыре дня войны сумел прорвать линию обороны польской армии. Поляки были не в состоянии противостоять германским танковым ударным группам — дело доходило даже до атаки танков кавалерийским эскадроном.

К 16 сентября сопротивление войск Польши было сломлено, варшавское правительство бежало в Лондон. Заслуги же Гудериана были отмечены Рыцарским крестом. Победа германской бронетанковой армады произвела большое впечатление на современников, особенно на людей, сведущих в военном деле.

В июне 1940 года Гудериан был назначен командующим 2-й танковой группой, нацеленной на Францию. Быстро пройдя Бельгию и форсировав реку Марну, немецкие танки внезапно атаковали французские войска, которые не успели подготовиться к вторжению врага. Потерпев поражение, французы оставили хорошо укрепленную линию Мажино.

Во всех боях с танковыми колоннами Гудериана французы терпели поражения. Хотя они и их союзники-англичане имели численное превосходство, германские бронетанковые войска за месяц овладели городами Седан, Кале и Булонь, выйдя на берег пролива Ла-Манш. Битву за Фландрию союзники проиграли и в большой спешке эвакуировались на Британские острова.

Франция капитулировала перед гитлеровской Германией 22 июня 1940 года. К этому дню немецкие танки дошли до границ Швейцарии, вступив в город Нанси.

Во время вторжения во Францию генерал-полковник Гудериан продемонстрировал истинные возможности бронетанковых войск в современной войне. Между Намюром и Седаном его танки успешно прорвали французские позиции на 50-мильном фронте. А при совершении марша на запад к Абилю прошли более 200 миль, правда, при слабом сопротивлении противника.

Однако ради справедливости следует заметить, что во Франции столь же успешно действовал еще один танковый военачальник. Это был генерал Пауль фон Клейст, который и разделил с Гудерианом славу танковых побед на французской земле.

И в Польше, и во Франции идея танкового «блицкрига» блестяще оправдала себя. Генерал Гудериан стал одним из главных военных идеологов Третьего рейха и принимал самое деятельное участие в подготовке вторжения немецко-фашистских войск в Советский Союз.

В июле 1941 года танковые колонны Гудериана шли в первом эшелоне, взламывая оборону советских войск на главных направлениях. В октябре того же года он стал командовать 2-й танковой армией в составе группы армий «Центр» генерал-фельдмаршала фон Бока, наступавшей на Москву. Участвовал в окружении советских войск под Минском, Смоленском, Лохвинами и под Киевом.

После этого танковые клинья 2-й армии нацелились на Москву. Однако сопротивление Красной Армии нарастало, и в условиях наступившей зимы продвижение танковых колонн значительно замедлилось. Более того, гитлеровцы стали нести большие потери в танках, которые не успевали восполнять. Советские солдаты научились бороться с ними не только с помощью противотанковых пушек и ружей, но и с помощью зенитных орудий, поставленных на прямую наводку, и бутылок с зажигательной смесью.

Последним большим успехом танковой армии Гудериана в этом зимнем наступлении на Москву стал захват города Калуги благодаря удачному обходу можайской обороны советских войск с юга. Начавшееся под Москвой большое сражение закончилось полным поражением немцев. В ходе контрнаступления советских войск под общим командованием Г. К. Жукова немецкие армии группы «Центр» были отброшены далеко от советской столицы.

Было похоже, что звезда идеолога «танковой войны» пошла к закату. В декабре 1941 года, после тяжелого поражения под Москвой, Гудериан был снят с должности командующего 2-й танковой армии и отправлен в резерв.

Только в марте 1943 года вспомнили о нем, назначив Гудериана генерал-инспектором танковых войск. Для военного времени это была большая должность. В июне 1944 года следует назначение его начальником Генерального штаба сухопутных войск. В марте 1945 года генерал-полковник Хайнц Гудериан стал настаивать на заключении немедленного мира с противниками, за что был уволен в запас и в армию больше не возвращался.

В послевоенные годы Гудериан написал мемуары, в которых пытался реабилитировать немецкий генералитет и всю ответственность за поражение Германии во Второй мировой войне возложить на Адольфа Гитлера. Впрочем, это характерно для большинства мемуаров, вышедших из-под пера гитлеровских генералов.

Служебное счастье улыбнулось Дуайту Эйзенхаэуру в 1935 году, когда он был назначен помощником начальника штаба армии (сухопутных войск) генерала Макартура. Большая часть его службы прошла на Филиппинах.

Затем его взял к себе начальник Главного штаба американской армии генерал Маршалл — начальником управления военного планирования и оперативного управления. Эйзенхауэр принимает деятельное участие в разработке стратегических операций с участием американской армии в начальный период Второй мировой войны и тем самым обращает на себя внимание высшего военного руководства США. Перед ним открылись большие перспективы.

Когда потребовался человек на должность командующего американскими войсками на Британских островах, то была утверждена кандидатура Дуайта Эйзенхауэра. Он производится в генерал-лейтенанты и прибывает в туманный Альбион. Так в июне 1942 года он стал фактически командующим американскими войсками в Европе, поскольку они располагались пока только на территории одной союзной Великобритании.

В Англии Эйзенхауэр долго не задержался. Уже в декабре того же 1942 года он был назначен с присвоением следующего генеральского чина главнокомандующим, а потом и Главнокомандующим союзными экспедиционными войсками в Северной Африке и Средиземноморье. Под его руководством союзники провели наступательную операцию под кодовым названием «Торш» («Факел»), в ходе которой американские экспедиционные войска без помех высадились в Марокко.

Чтобы переломить ход боев в Тунисе с немцами и итальянцами, Эйзенхауэру пришлось пойти на крутые меры, снимая с должностей тех командиров, которые не могли решить поставленные им боевые задачи, и назначая новых, более способных командиров. Такая перестановка дала желаемый результат: начались первые победы над немецкими войсками генерала Роммеля и его союзниками-итальянцами. В итоге северная часть Туниса была очищена от неприятеля.

Генерал Дуйат Эйзенхауэр показал себя в Северной Африке и Средиземноморье способным полководцем. К тому же он обладал теми достоинствами, которые помогли наладить совместные действия американских войск с союзниками. На Западном фронте Второй мировой войны это было немаловажным фактором.

В июле 1942 года генерал Эйзенхауэр руководил союзными войсками в ходе Сицилийской десантной операции. Сопротивление оказывали только немцы (60 тысяч человек), итальянцы же (195 тысяч человек) сражаться не желали. В состав объединенной десантной группировки союзников входили 250 тысяч британцев и 229 тысяч — американцев. После захвата Сицилии войска Дуайта Эйзенхауэра переправились на Юг Италии. Итальянская армия отступала почти без сопротивления. 24 июля итальянский народ сверг дуче Муссолини.

С декабря 1943 года и до самого окончания Второй мировой войны уже прославивший себя генерал Дуайт Дэвид Эйзенхауэр был Верховным главнокомандующим экспедиционными войсками союзников по Антигитлеровской коалиции.

Под его руководством планировалась крупнейшая десантная операция Второй мировой войны под кодовым названием «Оверлорд» (план разрабатывался группой генерала Фредерика Моргана). Для высадки десанта на побережье Нормандии были собраны большие силы армий и флотов США и Великобритании. При этом удалось сохранить в секрете от германцев время и место высадки многотысячного десанта.

К маю 1944 года войска вторжения были готовы. Главнокомандующим наземными силами назначается новоиспеченный фельдмаршал Бернард Монтгомери. Эйзенхауэр, как Верховный главнокомандующий, руководил всей операцией. Для Нормандской десантной операции было подготовлено 45 армейских дивизий, численность которых вместе с силами поддержки составляла около двух миллионов человек, две трети из них были американцы. Их жизнедеятельность обеспечивали около миллиона человек.

Десантные войска перевозили четыре тысячи транспортных судов и десантных кораблей. Эту армаду сопровождало 600 боевых кораблей охранения и поддержки. 2500 тяжелых бомбардировщиков сбросили на немецкие укрепления 10 тысяч тонн бомб. Семь тысяч истребителей и штурмовиков «прочесали» небо над Нормандией и побережьем.

Союзному десанту противостояли немецкие войска, составлявшие 27 дивизий неполного состава. Они держали оборону по линии так называемого «Атлантического вала», который тянулся вдоль северного побережья Европы от Дании до Испании. Строительство его укреплений к лету 1944 года было закончено лишь на 18–68 процентов. Гитлер и его окружение считали, что вторжение союзников состоится через Па-де-Кале — самое узкое место пролива Ла-Манш. Поэтому высадка англо-американских сил в Нормандии оказалось для гитлеровской ставки полной неожиданностью.

Наступление союзников на севере Франции развивалось успешно — главные силы фашистской Германии в это время вели тяжелые оборонительные бои на Восточном фронте, отступая под ударами наступающей Красной Армии. Операция «Оверлорд» стала в мировой военной истории крупнейшей десантной операцией, которая когда-либо задумывалась и осуществлялась.

После успешного проведения Нормандской операции Дуайт Эйзенхауэр достиг пика полководческой славы. В декабре 1944 года ему присваивается чин генерала армии. Его карьера в ходе Второй мировой войны и по сей день вызывает удивление не только американцев. 3 сентября 1944 года он взял на себя непосредственное руководство всеми сухопутными операциями на Западном фронте.

Боевые действия теперь шли на территории самой Германии. Война близилась к логическому завершению, и даже неожиданное для союзников немецкое контрнаступление в Арденнах не повлияло на ход дальнейших событий. Свою крупнейшую за всю войну наступательную операцию — Рейно-Рурскую — Эйзенхауэр провел во второй половине марта 1945 года.

Она велась силами трех армий — 9-й американской, 2-й английской и 1-й канадской. Союзникам пришлось преодолеть серьезную водную преграду — реку Рейн в том месте, где ширина ее составляла 500 ярдов при низкой воде. Первой целью наступательной операции стал город Везель, важный центр коммуникационных линий, с взятием которого рушилась вся система вражеской обороны.

Наступление против немецких войск фельдмаршала Кессельринга началось 23 марта мощной артиллерийской подготовкой из 900 орудий. Переправа через Рейн прошла успешно с небольшими потерями, поскольку ожидаемого сильного сопротивления немцев союзники не встретили. Через Рейн были наведены мосты. В районе Рура капитулировала большая группировка фельдмаршала Моделя (317 тысяч человек).

Заключительный этап Второй мировой войны свидетельствовал о том, что немецко-фашистские войска оказывали яростное сопротивление советским войскам на Востоке, а в плен предпочитали сдаваться без особого сопротивления на Западе.

После форсирования Рейна и захвата Рура союзники повели в Северной Германии наступление, одновременно освободив от немцев Голландию. Англичане форсировали Эльбу. 3 мая капитулировал гарнизон Гамбурга, а через день — все оставшиеся немецкие войска в Северной Германии.

25 апреля 1945 года передовые части американцев встретились с советскими войсками в районе города Торгау на берегах реки Эльба. А в Берлине еще шли тяжелые кровопролитные бои. Гитлеровская Германия капитулировала без всяких условий только через две недели.

Советское командование и И. В. Сталин высоко оценили роль генерала армии Дуайта Эйзенхауэра во Второй мировой войне и в разгроме гитлеровской Германии. В победном 1945 году он был награжден высшим советским военным орденом «Победа».

После войны Эйзенхауэр занимал пост начальника штаба армии США. Затем ушел в отставку и стал ректором Колумбийского университета. В 1950 году три года был верховным главнокомандующим вооруженных сил НАТО. В 1953 году победил на президентских выборах, затем был переизбран еще раз, оставаясь хозяином Белого дома до 1961 года. При нем состоялась Корейская война, в которой вся тяжесть боев легла на американскую армию.

Фундаментальная работа «Первая мировая война» Лиддела Гарта была переведена на многие иностранные языки. Она была издана и в Советском Союзе, и в современной России. К ней по сей день обращаются исследователи военной науки и военные историки.

Если говорить о влиянии идей, мыслей Лиддела Гарта на военное дело, как на его теорию и практику, то здесь, разумеется, речь идет о большом влиянии на развитие «механизированной войны». Лиддел Гарт видел ее будущее, в чем особо и не ошибался. После Первой мировой войны во всех армиях мира пошел необратимый процесс их механизации. Это касалось резкого роста в них бронетехники, автотехники, авиации, железнодорожных войск и иного.

Исследователь Лиддер Гарт внес несомненный вклад в развитие не только тактики «механизированных войн», но и в стратегию. В силу этого за ним закрепилась слава видного военного теоретика. В своих работах, на основе изучения хода Первой мировой войны и ряда других современных войе, он высказал две идеи.

Первая. Он обоснованно считал, что прямая атака на противника, занимающего сильные от природы или хорошо укрепленные в фортификационном отношении позиции, практически никогда не дает желаемого результата и практически не должна проводиться. В качестве примеров он приводит подобные действия на Заадном фронте Первой мировой войны, достаточно убедительные и бесспорные.

Вторая. Чтобы победить сильного противника, его надо вывести из равновесия. Но это не может быть достигнуто прямой атакой. Тогда надо сделать все возможное, чтобы цель быда достигнута другими тактическими приемами.

Этими идеями Лиддел Гарт как бы подтверждает свою теорию «механизированной войны». То есть противника можно и должно обойти, нанести по его позиции сосредоточенный удар на прорыв с использованием всего современного вооружения, превзойти его в сосредоточении атакующих сил и переброске резервов. Опять же это составная часть «механизированной войны».

Лиддел Гарт в своих работах и публикациях подчеркивал мысль о том, что глубочайшая правда войны состоит в том, что исход битвы решается в умах начальников, а не в телах воинов. То есть исследователь превозносил роль личности в военном деле, в войнах, за что подвергался аргументированной критике со стороны своих коллег по изысканиям.

Заглядывая в «будущее» больших войн, Лиддел Гарт утверждал, что не следует применять мощных ударов против укрепленных позиций противника. Он утверждал, что атакующие действия должны быть направлены на пролом таких позиций с последующим развитием атаки механизированных войск.

Здесь следует заметить, что идеи Лиддел Гарта о «механизированной войне», высказанные в 20-х годах XX столетия, нашли свое воплощение в военных планах гитлеровской Германии. Они стали составной частью тактики блицкрига. О том, к примеру, писал «танковый генерал» Гудериан, более чем успешно действовавший танковыми колоннами в Польше и Франции. Но такая тактика блицкрига «провалилась» в ходе Великой Отечественной войны 1941–1945 годов.

Исследователь Лиддел Гарт показал себя глубоким мыслителем в области влияния теории на развитие стратегии «механизированной войны» в XX веке. Его влияние на развитие военного дела в первой половине столетия несомненно, а высказанные им идеи изучаются и модернизируются по сей день.

Выдающийся советский полководец, чье высокое военное искусство проявилось в решающих стратегических операциях Великой Отечественной войны — Восточно-Прусской, Восточно-Померанской и Берлинской. Маршал Советского Союза.

Родился на Псковщине. В русской армии с 1914 года. Участник Первой мировой войны, которую завершил младшим унтер-офицером драгунского полка. В 1917 году вступил в Красную гвардию, в которой командовал эскадроном, отдельным дивизионом и полком. За личное мужество Константин Рокоссовский был награжден двумя орденами Красного Знамени.

В 1925 году окончил курсы усовершенствования командного состава, в 1929 году — курсы усовершенствования высшего начсостава при Военной академии имени М. В. Фрунзе. Как и маршал Г. К. Жуков, Рокоссовский военного образования в объеме училища или академии не имел.

После Гражданской войны последовательно командовал кавалерийской бригадой, кавалерийским полком, отдельной кавалерийской бригадой, во главе которой участвовал в боях с белокитайцами во время конфликта на КВЖД.

Дальнейшая его служба проходила вполне успешно. С 1930 года он командовал сперва 7-й, затем 15-й кавалерийскими дивизиями. С 1936 года — командир 5-го кавалерийского корпуса, с ноября 1940 года стал командиром 9-го механизированного корпуса — нового, современного вида войск Красной Армии.

К.К. Рокоссовский. 1949 г.

Рокоссовский не избежал участи многих командиров РККА, ставших жертвами сталинских репрессий. В 1940 году был освобожден из тюрьмы по личной просьбе Г. К. Жукова, который остро нуждался в опытных и грамотных генералах.

Нападение гитлеровской Германии на Советский Союз встретил во главе своего 9-го механизированного корпуса. С ним он участвовал в танковом сражении у города Броды на Западной Украине. В том деле 9-й и 19-й механизированные корпуса Юго-Западного фронта нанесли согласованный удар по наступавшей немецкой танковой группе. Штаб Рокоссовского сумел разгадать подготовку контрудара противника: три его танковые дивизии не смогли помешать советским войскам выйти к городу Дубно.

Под Дубно, Берестечко и Луцком произошло встречное танковое сражение — крупнейшее с начала Второй мировой войны. Результатом его стало снижение темпов наступления немецко-фашистских войск, в частности, 1-й танковой группы.

С 11 июля 1941 года генерал К. К. Рокоссовский — командующий 16-й армией на Западном фронте, прикрывавшем Московское направление. В конце ноября немцы, после взятия городов Клин и Солнечногорск, получили возможность нанести удар по Москве с севера. Командованию фронта и Ставке Верховного Главнокомандования пришлось принимать срочные меры. 16-я армия, успешно действовавшая в оборонительном Смоленском сражении, занимает рубеж южнее Солнечногорска, Истринского водохранилища и реки Истры.

Отходивший под давлением немецкой танковой группы левый фланг 30-й армии образовал разрыв с позицией армии Рокоссовского. Через него вражеские войска начали подступать к каналу Волга — Москва, захватив в ночь на 28 ноября мост через канал у Яхромы. 4-я немецкая танковая армия усилила натиск на 16-ю армию и потеснила ее главные силы, заняв поселок Красная Поляна. Ожесточенные бои развернулись в районе современного аэропорта Шереметьево, у станции Крюково и Дедовска.

На Волоколамском направлении танковому удару врага Рокоссовский противопоставил глубокую противотанковую оборону, высокую активность и маневренность сил армии. Бои шли всего в 23 километрах от Москвы, однако дальше пройти немецким войскам не удалось.

Армия К. К. Рокоссовского отличилась во время контрнаступления под Москвой. В течение пяти суток шли кровопролитные бои на рубеже Истринского водохранилища и реки Истры, где немцы, взорвав плотину и сосредоточив два корпуса, пытались остановить наступление 16-й армии.

Противник начал отступать лишь после того, как Рокоссовский осуществил обходной маневр и создал для неприятеля угрозу окружения. Немцы поспешно отступили на линию рек Лама и Руза. Трое суток потребовалось на то, чтобы разгромить их в районе поселков Красная Поляна и Крюково.

В июле 1942 года генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский был назначен командующим Брянским фронтом, который прикрывал Тульское и Воронежское направления. С сентября того же года он возглавил Донской фронт. Контрудары этих двух фронтов оказали значительное влияние на оборонительные действия советских войск под Воронежем и Сталинградом, оттянув на себя немало вражеских сил.

В битве под Сталинградом оборонявшиеся севернее войска генерал-полковника К. К. Рокоссовского во время контрнаступления совместно с войсками Юго-Западного и Сталинградского фронтов прорвали оборону противника и окружили в междуречье Дона и Волги немецкую группировку в 330 тысяч человек. После этого была проведена операция под кодовым названием «Кольцо» по уничтожению окруженной вражеской группировки.

В феврале 1943 года Рокоссовского назначили командующим Центральным фронтом, образованным на базе Донского фронта. Вместе с Воронежским фронтом он сыграл одну из главных ролей в крупнейшем сражении Великой Отечественной войны — Курской битве. План германского командования «Цитадель», разработанный с целью добиться перелома в ходе войны с СССР, потерпел крах.

Наступление намечалось в районе Курского выступа, где оборонялись Центральный и Воронежский фронты. Правое крыло немецкой группы армий «Центр» нависало с севера над войсками генерала армии К. К. Рокоссовского. Вражеское командование решило двумя мощными сходящимися ударами в направлении города Курска окружить и уничтожить здесь советские войска и в случае успешного наступления на северо-восток вновь создать угрозу Москве.

Вставка Верховного Главнокомандования и командующие фронтов, оборонявшие Курский выступ, понимали серьезность ситуации. Неприятель сосредоточил на участке прорыва 50 дивизий, в том числе 16 танковых и моторизованных. Это составляло около 70 процентов танковых, до 30 процентов моторизованных и более 20 процентов пехотных дивизий советско-германского фронта. Ударная группировка насчитывала 900 тысяч человек, около 16 тысяч орудий и минометов, до 1,7 тысячи танков и штурмовых орудий и свыше двух тысяч самолетов.

Особые надежды вражеское командование возлагало на применение новой боевой техники — танков «тигр» и «пантера», штурмовых орудий «фердинанд», истребителей «Фокке-Вульф-190 Д», штурмовиков «Хенкель-129» и др.

Перед началом Курской битвы Центральный фронт включал в себя пять армий, одну воздушную армию, одну танковую армию и два танковых корпуса. Всего свыше 738 тысяч человек, около 1,9 тысячи орудий и минометов, до 1,8 тысячи танков и САУ, около 1,1 тысячи самолетов. Фронт оборонял 306 километров Курского выступа. По плану Ставки, который носил кодовое название «Кутузов», правому крылу фронта Рокоссовского предстояло участвовать в разгроме орловской группировки немцев.

Готовясь к отражению танкового удара, войска Центрального фронта создали мощную систему полевых оборонительных укреплений, которую враг так и не сумел прорвать. Курская битва началась утром 5 июля 1943 года после упреждающей артиллерийской контрподготовки советских войск. Это задержало наступление немцев на 2,5–3 часа и ослабило силу их удара. Фронт был атакован тремя танковыми клиньями в направлении на Ольховатку, Малоархангельск и Гнилец.

Против обороняющихся войск Рокоссовского было брошено более 500 танков. В течение семи суток шли беспрерывные, изматывающие бои в обороне. В полосе Центрального фронта к 11 июля противник смог вклиниться только на 8–12 километров. Командующий фронтом, чтобы сдержать натиск врага, нанес танковый контрудар, который основной цели не достиг, но стоил немцам потери 130 танков.

Попытки гитлеровцев 6–9 июля прорваться к Курску через Поныри успеха не имели. В разыгравшемся здесь танковом сражении они понесли огромные потери в бронетанковой технике. 11-го числа германские войска, атаковавшие армии Центрального фронта, вынужденно перешли к обороне, потеряв в ходе Курской битвы около 42 тысяч человек и до 500 танков.

Когда наступательный порыв врага иссяк, советские фронты сами перешли в наступление. 15 июня войска Рокоссовского с двух сторон нанесли удар на город Кромы, положив начало Орловской наступательной операции. 5 августа освобожден город Орел. Преследуя отступающего неприятеля, советские войска вышли к его оборонительному рубежу «Хаген» на подступах к Брянску. В ходе операции было разгромлено 15 вражеских дивизий, фронт отодвинулся на запад до 150 километров.

В октябре 1943 года К. К. Рокоссовский назначается командующим нового фронта — Белорусским (переименованный Центральный). В него вошла Днепровская военная флотилия. В том же октябре фронт переходит в наступление на Гомельско-Бобруйском направлении. С хода был форсирован Днепр.

Затем проводится операция по освобождению городов Речица и Гомель, при этом отражаются контрудары противника. Советские войска наступают к западной границе СССР. В феврале 1944 года фронт переименовывается в 1-й Белорусский фронт. Его командующим становится маршал Советского Союза Константин Константинович Рокоссовский. Высшее полководческое звание было ему присвоено в июне 1944 года.

Новообразованный фронт отметился удачно проведенной Рогачевско-Ждобинской операцией. Был освобожден город Рогачев и на правом берегу Днепра захвачен новый плацдарм. Затем войска фронта приняли участие в наступательной Белорусской операции (кодовое название «Багратион»): был освобожден город Минск, восточнее него в окружении оказалось свыше 100 тысяч войск из состава двух немецких армий. Под Бобруйском было окружено и уничтожено более шести вражеских дивизий. Была полностью освобождена Белоруссия. В июле — начале августа 1944 года войска 1-го Белорусского фронта форсировали реку Вислу и перенесли боевые действия с советской территории на польскую землю. Были освобождены города Брест, Седльце, Люблин; захвачены и удержаны плацдармы на левобережье Вислы.

В Москве принимается решение о Берлинской наступательной операции. В ноябре 1944 года маршал К. К. Рокоссовский принимает командование над 2-м Белорусским фронтом (1-й принимает маршал Г. К. Жуков). Фронту предстояло наступать на Германию через северные польские земли вдоль побережья Балтики, взаимодействуя с Балтийским флотом.

В начале 1945 года фронт принял участие в операции в Восточной Пруссии (совместно с фронтами 3-м Белорусским и 1-м Прибалтийским). Им противостояла группа армий «Север». На территории Восточной Пруссии немцы создали систему обороны, состоявшую из 7 линий и 6 укрепленных районов для 35 пехотных, 3 танковых и 3 моторизованных дивизий (всего 780 тысяч человек).

2-й Белорусский фронт наступал с юга на Мариенбург и Эльбинг. Прорвав к 19 января вражескую оборону и развернув стремительное наступление, советские войска 26 января вышли к Балтийскому морю. Группировка немецких войск в Восточной Пруссии оказалась прижатой к Кенигсбергу и фактически окруженной. Попытка противника силами семи дивизий прорвать осадное кольцо Рокоссовским была пресечена заслоном из двух гвардейских танковых армий.

После этого основные силы 2-го Белорусского фронта с 10 февраля приступили к проведению Восточно-Померанской операции, в результате которой с боями была освобождена вся северная часть Польши и советские войска вышли к реке Одер.

С 18 апреля по 8 мая 2-й Белорусский фронт принимал участие в стратегической Берлинской операции. В ходе наступления его войска форсировали реку Одер в ее нижнем течении и продвинулись на запад до 200 километров, разгромив у города Штеттина крупную вражескую группировку. 4 мая на реке Эльба состоялась встреча с английской 2-й армией. Одна из стрелковых дивизий фронта участвовала в освобождении датского острова Борнхольм. 10 июля 1945 года фронт был расформирован.

За победы, одержанные в Великой Отечественной войне, маршал К. К. Рокоссовский был дважды удостоен звания Героя Советского Союза и награжден высшим советским военным орденом «Победа». Полководец удостоился и еще одной высокой чести — 24 июня 1945 года он командовал Парадом Победы в Москве. После войны маршал К. К. Рокоссовский занимал высокие должности в Министерстве обороны. С 1949 по 1956 год занимал пост министра Национальной обороны и заместителя председателя Совета министров ПНР. Рокоссовскому было присвоено воинское звание маршала Польши.

Написанные К. К. Рокоссовским в конце жизни мемуары «Солдатский долг» получили широкую известность. Был похоронен на Красной площади у Кремлевской стены.

После Гражданской войны будущий полководец прошел многие должности: командир эскадрона, кавполка, кавбригады, помощника инспектора кавалерии РККА, кавдивизии, кавкорпуса, заместитель командующего Белорусским военным округом.

В июле 1939 года Г. К. Жуков был назначен командующим 1-й армейской группой советских войск в Монголии. К этому времени обстановка на Дальнем Востоке была тревожной — японская армия, оккупировав Маньчжурию, встала против советских границ. Военное столкновение невозможно было предотвратить. Проба сил перед еще далеким 1945 годом состоялась на реке Халхин-Гол и у озера Хасан.

Армейская группа Жукова совместно с армией МНР успешно провела наступательную операцию — окружила и полностью разгромила крупную группировку японских войск на реке Халхин-Гол. За умелое руководство операцией и проявленное мужество Г. К. Жуков удостоился высокого звания Героя Советского Союза.

Жуков стремительно продвигается по службе: в июне 1940 года назначается командующим войсками Киевского особого военного округа, с января по 30 июля 1941 года — начальник Генерального штаба — заместитель Народного комиссара обороны СССР.

Его полководческий талант вполне раскрылся в годы Великой Отечественной войны. 23 июня 1941 года Жуков назначается членом Ставки Верховного Главнокомандования. В августе того же года — первым заместителем Народного комиссара обороны СССР и заместителем Верховного Главнокомандующего Иосифа Сталина.

Уже в первые дни вражеского вторжения Жуков организовал на Юго-Восточном фронте контрудар силами нескольких механизированных корпусов в районе города Броды. Это было первое крупное танковое сражение с начала Второй мировой войны. Под Берестечко, Луцком и Дубно развернулось встречное танковое сражение. С обеих сторон на участке шириной всего до 70 километров столкнулось около двух тысяч танков сторон.

В результате операции план высшего гитлеровского командования с ходу прорваться к Киеву и выйти на левобережье Днепра был сорван. Тогда неприятель понес немалые потери в боевой технике, что замедлило его наступательные, маневренные возможности.

В августе-сентябре 1941 года Жуков командует войсками Резервного фронта и в условиях продолжающегося продвижения на восток немецко-фашистских войск проводит Ельнинскую наступательную операцию. Она стала для советских войск первой успешно проведенной операцией по разгрому вражеской ударной группировки. Особенно отличилась 24-я армия фронта под командованием генерала К. И. Ракутина — своим ударом она срезала оперативный выступ площадью свыше 625 квадратных километров, который вражеское командование планировало использовать в качестве плацдарма для наступления на Москву.

Победа войск Резервного фронта под Ельней в период с 30 августа по 8 сентября примечательна еще тем, что здесь родилась советская гвардия. Две стрелковые дивизии 24-й армии — 100-я и 127-я — за массовый героизм, мужество личного состава и высокое воинское мастерство стали соответственно 1-й и 2-й гвардейскими стрелковыми дивизиями.

Ставка Верховного Главнокомандования направляла генерала Г. К. Жукова на самые трудные участки, где требовались, прежде всего, сила воли и твердость характера. В сентябре 1941 года начались тяжелые бои за Ленинград. Гитлеровские войска подошли к самому городу. 11 сентября Жуков был назначен командующим Ленинградским фронтом. Прибыв в город на Неве, новый командующий мобилизовал все силы фронта, Балтийского флота и трудящихся города на оборону.

Неприятеля — группу армий «Север» фельдмаршала Ф. Лееба — остановили на близких подступах к городу, и все его попытки овладеть им оказались тщетными и стоили врагу больших потерь в людях и боевой технике. Вскоре фронт здесь стабилизировался и принял характер позиционной войны. У гитлеровского командования уже не было больше сил на новое крупное наступление на Ленинград. Тогда оно решило задушить город блокадным кольцом.

Тем временем немецкие танковые колонны рвались к Москве. В октябре Жуков назначается командующим Западным фронтом, защищавшим советскую столицу. С февраля по май 1942 года он одновременно являлся главнокомандующим войсками Западного направления. В тяжелейших условиях Жукову удалось организовать оборону Москвы. На первых порах не хватало армейских сил и обученных резервов, мало было боевой техники, для борьбы с вражескими танками приходилось привлекать зенитную артиллерию из состава ПВО столицы.

В ходе наступательной операции армии Западного фронта обескровили рвавшиеся к столице германские войска, а затем сами перешли в решительное наступление.

К участию в Московской битве Ставка привлекла еще и Калининский, Брянский и войска правого крыла Юго-Западного фронтов. В жестокой и бескомпромиссной схватке в Подмосковье сошлись главные силы воюющих сторон. Крупнейшую оборонительную операцию Великой Отечественной войны, которая завершилась мощным контрударом, начали более 3 миллионов человек, 21 600 орудий и минометов, около 2700 танков, свыше 2 тысяч самолетов.

Пролог Московской битвы для советских войск сложился крайне неудачно — под Вязьмой оказалась окруженной часть войск Брянского фронта. Однако наступление Западного фронта позволило изменить стратегическую ситуацию на Московском направлении. После разгрома немецко-фашистских войск они оказались отброшенными от Москвы на 100–250 километров. Наступление завершилось на линии Вязьма — Гжатск — Ржев.

После успешного командования Западным фронтом в ходе Московской битвы Г. К. Жуков выполнял ряд ответственных поручений Ставки Верховного Главнокомандующего. Когда гитлеровские войска вышли к берегам Волги в районе Сталинграда, Сталин отправил туда Жукова. В 1942–1943 годах он как представитель Ставки координировал действия фронтов под Сталинградом. В успешно проведенной широкомасштабной наступательной операции были разгромлены пять вражеских армий: две танковые немецкие, две румынские и итальянская.

В заснеженной степи между Волгой и Доном окруженной оказалась крупная группировка войск командующего 6-й немецкой танковой армии генерал-фельдмаршала Паулюса (около 330 тысяч человек). После того как советские войска рассекли группировку надвое, она капитулировала. Было пленено свыше 91 тысячи человек, в том числе более 2500 офицеров и 24 генерала. Гитлеровское командование не смогло деблокировать окруженные под Сталинградом немецкие войска — советские войска наступали на Морозовск и Кантемировку.

Затем Жуков вернулся в Ленинград. При снятии блокады с города на Неве, которая продолжалась почти полтора года, генерал Г. К. Жуков координировал действия войск двух фронтов — Ленинградского и Волховского. Операция завершилась полным успехом.

После деблокады Ленинграда Жуков координировал действия фронтов в начавшейся серии широкомасштабных наступательных операций советских войск, в частности, вместе с А. М. Василевским — действия Центрального и Воронежского фронтов (более 1,3 миллиона человек, до 20 тысяч орудий и минометов, 3444 танка и САУ — из них свыше 900 легких и средних, и 2900 самолетов) в Курской битве 1943 года, в ходе которой прошли крупные танковые сражения. Эта битва переломила ход войны.

После краха наступательной операции «Цитадель» немецко-фашистское командование уже больше не помышляло о каких-либо серьезных наступательных действиях на оккупированной территории Советского Союза. Теперь его уделом стало планирование оборонительных операций и контрударов по повсеместно наступавшей Красной Армии.

В том же 1943 году Жуков участвовал в битве за Днепр, координируя действия двух фронтов — Воронежского и Степного. Советские войска с ходу форсировали Днепр, захватив на его правобережье плацдарм и прорвали созданный здесь неприятелем оборонительный «Восточный вал». Тот год стал важной вехой в полководческой биографии Георгия Константиновича Жукова: ему было присвоено звание Маршала Советского Союза.

На завершающем этапе войны маршал Жуков успешно командовал рядом фронтов, наступавших на Запад. В марте-мае 1944 года он был командующим 1-м Украинским фронтом. В ходе Белорусской стратегической наступательной операции летом того же года координировал действия 1-го и 2-го Белорусских фронтов. Освобождение Белоруссии прошло успешно при активной поддержке местных партизан; гитлеровские войска понесли большие потери. После этой наступательной операции военные действия были перенесены за пределы Советского Союза. Началось освобождение стран Восточной и Юго-Восточной Европы от фашизма.

После освобождения Белоруссии маршал Г. К. Жуков назначается командующим 1-м Белорусским фронтом, на счету которого Висло-Одерская операция 1945 года, разгром немецко-фашистских войск группы армии «А» («Центр»), освобождение Польши и ее столицы — города Варшава. В ходе последней операции советские войска продвинулись в Западном направлении на 500 километров и вступили на территорию фашистской Германии.

Бои на германской территории носили ожесточенный характер. В апреле-мае 1945 года войска трех фронтов — 1-го Белорусского, 2-го Белорусского (командующий — маршал Рокоссовский) и 1-го Украинского (командующий — маршал Конев) провели Берлинскую операцию, которая завершилась тяжелыми боями в Берлине и его взятием.

Численность советских войск, наступавших на Берлинском направлении, превышала 1,5 миллиона человек. После мощной артиллерийской подготовки (огонь вели более 40 тысяч орудий и минометов) и при поддержке авиации, господствовавшей в воздухе, войска Жукова форсировали реку Одер и к востоку от города Кюстрина создали плацдарм для развития дальнейших наступательных действий.

Здесь советским войскам противостояла армия генерала Буссе, имевшая около 700 орудий, 600 зенитных пушек, использовавшихся в качестве полевых и для борьбы с танками, 700 танков и много другой боевой техники. 16 апреля после интенсивной артиллерийской подготовки советская 3-я гвардейская армия начала штурм вражеских укреплений на Зееловских высотах, прикрывавших путь на Берлин. Одновременно войска маршала Конева успешно форсировали реку Нейсе. Войска маршала Рокоссовского теснили с севера, от Балтики, 3-ю танковую армию генерала фон Мантейфеля.

Советские снаряды стали рваться в Берлине, превращенном в огромную крепость, 21 апреля в 11.30. Начались ожесточенные бои за каждую улицу, за каждый дом. 1 мая над зданием Рейхстага был водружен красный флаг. На следующий день генерал-лейтенант Вейльдинг, которому Гитлер перед самоубийством поручил оборону Берлина, сдался с остатками гарнизона (около 140 тысяч человек). С падением немецкой столицы судьба гитлеровской Германии была практически решена, хотя еще действовали крупные группировки немецко-фашистских войск южнее поверженного Берлина.

В ночь на 9 мая 1945 года маршал Георгий Константинович Жуков от имени и по поручению советского Верховного Главнокомандования в Карлсхорсте принял капитуляцию вооруженных сил фашистской Германии.

Маршал Советского союза Г. К. Жуков признан крупнейшим советским полководцем Второй мировой войны. Его большой полководческий талант выразился в разработке и осуществлении крупнейших стратегических наступательных операций Великой Отечественной войны, в способности верно оценивать самую сложную стратегическую обстановку, прогнозировать ход боевых действий и брать на себя всю ответственность за разработанные операции. Во время культа личности Сталина это было связано с большим риском оказаться репрессированным. За войну Жуков был дважды награжден высшим советским военным орденом «Победа».

После победного завершения войны Г. К. Жуков — главнокомандующий Группой советских войск в Германии и Советской военной администрации. В 1946 году стал главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем Министра Вооруженных Сил. Однако летом того же года попал в опалу у Сталина и с 1946 по 1953 год командовал войсками второстепенных военных округов — Одесского и Уральского.

В марте 1953 года маршал Г. К. Жуков стал заместителем Министра, а с февраля по сентябрь 1957 года был Министром обороны СССР.

Судьба прославленного советского полководца после Великой Отечественной войны сложилась непросто. В годы правления И. В. Сталина, Н. С. Хрущева и Л. И. Брежнева он почти четверть века находился в опале. Был похоронен на Красной площади, у Кремлевской стены. В 1990-х годах был учрежден российский орден Жукова.

После себя Г. К. Жуков оставил мемуары «Воспоминания и размышления», которые многократно переиздавались. В них великий советский полководец постарался правдиво рассказать о событиях Великой Отечественной войны 1941–1945 годов.

После Гражданской войны — военный комиссар стрелкового корпуса, комиссар и начальник политотдела стрелковой дивизии. Окончил одногодичные курсы усовершенствования высшего начсостава. Стал командиром полка, затем заместителем командира дивизии. Несколько лет командовал стрелковой дивизией. Успешно окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе. В 1838 году назначен командиром стрелкового корпуса, затем стал командующим 2-й (Отдельной) Краснознаменной армии, дислоцировавшейся на Дальнем Востоке. В 1940–1941 годы командовал войсками Забайкальского и Северокавказского военных округов. В июле 1941 года получил звание генерал-лейтенанта.

Сталинским репрессиям не подвергался.

В годы Великой Отечественной войны генерал И. С. Конев находился на высших командных должностях. Войну он начал командующим 19-й армии Западного фронта, которая участвовала в Смоленской операции 1941 года. Затем был командующим шести фронтов: Западного, Калининского, Север-Западного, Степного, 2-го Украинского и 1-го Украинского.

Как командующий Калининского фронта Конев участвовал в Московской битве. Его войска в середине ноября 1941 года выдержали сильный удар немецкой группы армий «Центр» на стыке Калининского и Западного фронтов. В ходе контрнаступления под Москвой вели 12-дневные бои за город Калинин.

В начале 1942 года войска Калининского фронта участвовали, вместе с рядом других фронтов, в новом наступлении, продвинувшись на Витебском направлении на 250 километров. Особенно отличились 3-я и 4-я ударные армии Конева. В результате успешного наступления Калининского фронта было нарушено оперативное взаимодействие между группами германских армий «Север» и «Центр». 20 апреля фронт по приказу Ставки перешел к обороне в силу больших людских потерь, нехватки вооружения, острого дефицита боеприпасов, утраты господства в воздухе и измотанности людей. Все это привело к тому, что наступательный порыв войск исчерпался.

В Курской битве войска генерала И. С. Конева отличились во время наступления на Белгород-Харьковском направлении, участвовали в освобождении городов Белгород и Харьков. В те дни Конев командовал Степным фронтом, войска которого составляли стратегический резерв Ставки Верховного Главнокомандующего и занимали оборонительные позиции восточнее Курского выступа.

С октября 1943 года И. С. Конев — командующий 2-го Украинского фронта, войска которого успешно форсировали Днепр. В ходе 3-месячных боев армии фронта совместно с 3-м Украинским фронтом ликвидировали запорожский плацдарм неприятеля, освободили города Запорожье и Днепропетровск и создали на правобережье Днепра второй плацдарм стратегического назначения.

При освобождении Правобережной Украины фронту Конева отводилась одна из главных ролей. В результате советские войска разгромили группы армий «Юг» и «А», была блестяще проведена Корсунь-Шевченковская операция, в ходе которой в окружение попало десять немецких дивизий. При попытке вырваться из окружения они были полностью разгромлены. Потери немецко-фашистских войск составили свыше 73 тысяч человек, в том числе 18 тысяч пленными. В ходе наступления на Правобережной Украине советские войска продвинулись в Западном направлении на 250–450 километров.

В мае 1944 года И. С. Конев, получивший звание маршала Советского Союза, был назначен командующим войсками 1-го Украинского фронта. К началу нового наступления он имел в своем составе 834 тысячи человек, 13 900 орудий и минометов, 1614 танков и САУ, 2806 самолетов. Основную часть этих сил командующий сосредоточил на участке прорыва.

Львовско-Сандомирская операция началась 13-июля. Главные силы 1-го Украинского фронта — 3-я гвардейская и 13-я армии — успешно прорвали тактическую оборону немцев на Рава-Русском направлении и 18 июля, преодолев Западный Буг, вступили на территорию Польши. Войска фронта окружили под Бродами восемь вражеских дивизий (около 60 тысяч человек) и разгромили их. 27 июля был освобожден город Львов.

За пятнадцать суток наступления войска 1-го Украинского фронта продвинулись на глубину до 200 километров в полосе шириной 400 километров. Немецкая группа армий «Северная Украина» оказалась рассеченной на две части: одна из них на польской территории откатывалась к реке Висле, другая — в Карпатские горы.

После этого армии маршала И. С. Конева вышли к берегам Вислы и форсировали эту реку, захватив ряд плацдармов. Особенно важным, как показали дальнейшие события, оказался плацдарм у города Сандомира. Гитлеровское командование настойчиво пыталось ликвидировать его, но натолкнулось на стойкое сопротивление четырех советских армий, в том числе двух танковых.

После этого 1-й Украинский фронт участвовал в Восточно-Карпатской операции, имея задачу через перевал Дукла прорваться на территорию Чехословакии и соединиться там со словацкими повстанцами. В боях участвовал 1-й Чехословацкий корпус генерала Людвига Свободы.

На заключительном этапе Великой Отечественной войны армии 1-го Украинского фронта маршала И. С. Конева участвовали в трех крупных наступательных операциях — Висло-Одерской, Берлинской и Пражской. В первых двух Коневу довелось взаимодействовать с маршалом Г. К. Жуковым. Их фронты наступали на Берлинском направлении.

По решению Ставки Верховного Главнокомандующего 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты составили мощную ударную группировку советских войск: более 2,2 миллиона бойцов, более 37 тысяч орудий, минометов и ракетных установок («Катюш»), свыше 7 тысяч танков и САУ, 5 тысяч боевых самолетов. Это составляло одну треть орудий и минометов, более половины танков и САУ, одну треть самолетов всей действующей Красной Армии.

Двум советским фронтам противостояла немецкая группа армий «А»: 560 тысяч человек, до 5 тысяч орудий и минометов, 1220 танков и штурмовых орудий, 630 самолетов. Но при таких силах гитлеровское командование рассчитывало задержать наступление советских войск на хорошо подготовленном рубеже обороны между реками Висла и Одер. Оборонительные рубежи проходили преимущественно по берегам водных преград.

1-й Украинский фронт перешел в наступление первым, 12 января 1945 года. Встретив сильное сопротивление неприятеля, маршал Конев ввел в сражение две танковые армии и три танковых корпуса. Наступление фронта поддерживали две воздушные армии. К месту удара немецкое командование подтянуло значительные резервы. Разгорелось танковое сражение, и в итоге система вражеской обороны была прорвана.

22–25 января, преодолевая упорное сопротивление немцев, армии маршала И. С. Конева почти в 200-километровой полосе вышли на Одер. Форсировав реку, они захватили плацдармы в районах Штейнау, Брига и Оппельна и развернули бои за их расширение.

В ходе наступления 1-го Украинского фронта была освобождена Силезия — одна из главных экономических баз гитлеровской Германии. Наступление было прекращено, так как армии фронта понесли большие потери. Если к началу наступления стрелковые дивизии в среднем насчитывали около 10 тысяч бойцов, то к концу — немногим более трех тысяч. Количество танков и САУ уменьшилось с 3,3 тысяч до 336, самолетов с 2532 до 1937. По решению Ставки фронт стал пополняться резервами.

Вскоре началась Берлинская операция, в которой 1-й Украинский фронт под командованием маршала И. С. Конева наносил удар по вражеской столице с юга. Наступление началось на рассвете 16 апреля 1945 года. После прорыва вражеской обороны 3-я и 4-я гвардейские танковые армии стали обходить Берлин с юга и 20 апреля вышли на ближайшие подступы к городу. 24 марта войска маршалов Жукова и Конева соединились юго-восточнее Берлина. В окружении оказалась вражеская группировка численностью около 200 тысяч человек.

Однако подписание Акта о капитуляции вооруженных сил Германии в ночь на 9 мая еще не означало окончание войны. До 11 мая продолжалось сопротивление гитлеровских войск в Чехословакии, где 5 мая восстало население Праги. Преемник покончившего жизнь самоубийством Гитлера гросс-адмирал Дениц решил сдать чешскую столицу американским войскам. Командующий войсками группы армий «Центр» фельдмаршал Шернер получил соответствующий приказ. Шернер имел под своим командованием свыше 900 тысяч человек, 1900 танков и штурмовых орудий, 1000 самолетов. Участники Пражского восстания обратились за помощью к командованию Красной Армии. В Пражской операции участвовали и войска 1-го Украинского фронта. Маршал И. С. Конев направил на помощь Праге две танковые армии. Преодолевая сильное сопротивление немецко-фашистских войск, они в числе других 9 мая вступили в город Прагу.

За образцовое руководство войсками в завершающих операциях Великой Отечественной войны дважды Герой Советского Союза маршал Иван Степанович Конев был награжден высшим военным орденом СССР «Победа». За участие в освобождении Чехословакии и ее столицы Праги советский полководец получил звание Героя Чехословацкой Социалистической Республики.

В ходе Великой Отечественной войны маршала И. С. Конева отличало умение готовить и проводить крупномасштабные фронтовые операции, в том числе на окружение и уничтожение больших вражеских группировок. При этом ни одна из крупных операций, проведенных советским полководцем, не повторяла другую.

После окончания Великой Отечественной войны маршал И. С. Конев занимал высокие посты в высшем командовании Вооруженных Сил СССР. Был командующим Сухопутными войсками, первым заместителем Министра обороны СССР и главнокомандующим Объединенными вооруженными силами государств-участников Варшавского договора.

Автор известных мемуаров «Сорок пятый» и «Записки командующего фронтом». Похоронен на Красной площади у Кремлевской стены.

Опытные образцы новой гусеничной броневой машины на испытаниях показали ее высокие боевые качества: маневренность и быстрый ход, силу пушечного огня и броневую защищенность, высокую проходимость на местности, простоту в управлении. В те дни испытательный полигон напоминал поле боя со всеми естественными и искусственными препятствиями. И, разумеется, с самой строгой приемной комиссией. Вместе с новейшим танком Т-34 держал экзамен и главный его создатель — начальник КБ Михаил Ильич Кошкин. Потом скажут, что талантливый танкостроитель мыслил, опережая время.

Т-34 был принят на вооружение Красной Армии, ее бронетанковых войск в декабре 1939 года. До начала Великой Отечественной войны оставалось всего полтора года. Танковому конструктору М. И. Кошкину не довелось быть современником и очевидцем боевых успехов своего прославленного детища. Здоровье его было подорвано, и в сентябре 1940 года в Харькове он ушел из жизни в 38 лет.

Т-34 справедливо стал лучшим танком Второй мировой войны. Он выпускался в Советском Союзе на Урале массовыми «тиражами». Батальоны, полки, дивизии Красной Армии, имевшие на вооружении эти средние танки, прошли со славой боевой путь от берегов Волги до Берлина. А в победном 45-м испытанные Т-34 отметились еще и на полях Маньчжурии в ходе Советско-японской войны.

Отечественная война полна примерами того, как «тридцатьчетверки» блистали на поле боя. Известен такой пример. В августе 1944 года гитлеровское командование на польской земле впервые применило созданное в Германии «чудо» бронетанковой крепости — тяжелые танки «королевский тигр». Секретная техника в числе 40 таких броневых машин была доставлена к Мандомирскому плацдарму, имея задачу сбросить советские войска в Вислу и «поохотиться» на русские Т-34.

Однако уже первый бой с «тридцатьчетверкой» закончился для «королевских тигров» гибельно. Три «королевских тигра», двигавшиеся в направлении позиций советских войск, столкнулись с Т-34, находившимся в разведке. Его экипажем командовал младший лейтенант Александр Оськин. «Тридцатьчетверка», умело маневрируя на поле боя, сумела выйти из-под огня неприятеля и затаиться за бугром в прибрежном кустарнике.

Оськин пропустил мимо себя головную вражескую машину. А затем первыми же снарядами в борт поразил «два королевских тигра». После этого Т-34, выскочив из засады, используя преимущества в маневренности и скорости хода, догнал головной «королевский тигр» и с первого выстрела поджег его. За уничтожение в неравном бою трех новейших немецких «чудо-танков», что являлось выдающимся подвигом, младший лейтенант Александр Оськин удостоился звания Героя Советского Союза. Высоких наград удостоился весь танковый экипаж.

Действия Т-34 на фронтах Великой Отечественной войны заслуживали только высокой похвалы. Их же сражалось несколько десятков тысяч. Не случайно прославленный полководец маршал Советского Союза И. С. Конев высказал такое мнение фронтовиков о танке Т-34: «Тридцатьчетверка прошла всю войну от начала до конца, и не было лучшей боевой машины ни в одной армии. Ни один танк не мог идти с ней в сравнение — ни американский, ни английский, ни немецкий…

Как мы были благодарны за нее нашим уральским и сибирским рабочим, техникам, инженерам!»

Гитлеровский генералитет с начала войны против Советского Союза давал новейшему танку Т-34 самые высокие оценки. Один из немецких мемуаристов генерал Эрих Шнейдер писал следующее: «Танк Т-34 произвел сенсацию. Этот 26-тонный советский танк был вооружен 76,2-мм пушкой, снаряды которой пробивали броню немецких танков с 1,5–2 тыс. м, тогда как немецкие танки могли поражать русские с расстояния не более 500 м, да и то лишь в том случае, если снаряды попадали в бортовую и кормовую часть танка Т-34. Русские создали исключительной удачный и принципиально новый вид танка, совершили большой скачек вперед в области танкостроения».

Генерал-танкист Хайнц Вильгельм Гудериан, один из самых прославленных немецких военачальников во Второй мировой войне, в своих известных мемуарах пишет: «Южнее Мценска 4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжелый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков Т-34. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить».

Заслуги танкового конструктора Михаила Ильича Кошкина, под чьим руководством была создана легендарная броневая машина, были отмечены уже после его смерти. За создание танка Т-34, лучшего и самого массового танка Великой Отечественной войны, он в 1942 году удостоился (посмертно) Государственной премии СССР. Спустя сорок восемь лет, в 1990-м, ему присваивается (посмертно) звание Героя Социалистического Труда.

Когда Красная армия вышла к городу Цзуньи в провинции Гуйчжоу, в ее рядах из первоначальных 80 тысяч человек осталось только 35 тысяч бойцов. Прорваться дальше на север не удалось, и тогда начался поход на запад, в провинцию Юньнань, в обход главных сил гоминьдановской армии. После успешного форсирования реки Янцзы войска 1-го фронта соединились с силами 4-го фронта, шедшими из Сычуань-Шэнсийской революционной базы. В августе 1935 года начался вывод войск Красной армии в пограничный район Шэньси и Ганьсу, который оборонялся революционными войсками под командованием Гао Гана и Лю Джиданя.

Поход китайской Красной армии на север завершился осенью 1936 года. В освобожденном пограничном районе Шэньси — Ганьсю — Нинся была создана главная база для последующих военных действий против чанкайшистов. На долю авангарда, которым командовал Пэн Дэхуай, выпали наиболее тяжелые бои с заслонами гоминьдановских войск, которые были более многочисленны и лучше вооружены и не испытывали затруднений с боеприпасами.

В том походе Пэн Дэхуай близко познакомился с Мао Цзэдуном, в то время фактически исполнявшим обязанности председателя Военного комитета ЦК КПК. Это знакомство во многом предопределило судьбу Пэн Дэхуая. Когда в руководстве КПК в 1935 году началась борьба за лидерство между Чжан Готао и Мао Цзэдуном, командующий 5-й армейской группой стал на сторону последнего.

Северный поход стал важной вехой в полководческой биографии Пэн Дэхуя не только с чисто военной точки зрения. Опытного военачальника, авторитетного среди солдат, сперва ввели в состав Центрального Комитета КПК, а уже через год, в 1935-м, избрали членом Политического бюро.

Во время Национально-освободительной войны китайского народа 1937–1945 годов против японских захватчиков Пэн Дэхуай был заместителем командующего 8-й армией. Главный удар японские войска наносили по гоминьдановской армии, слабо организованной и плохо обученной, хотя ее численность составляла почти три миллиона человек. В этих условиях гоминьдановское правительство Чан Кайши было вынуждено признать КПК как легальную партию. Находившийся под ее руководством революционный базовый район Шэньси — Ганьсю — Нинся был преобразован в Особый район Китайской республики, части Красной армии в Северном Китае — в 8-ю армию (45 тысяч человек под командованием Чжу Дэ), а в Центральном Китае (10 тысяч человек под командованием Е Тина) — в Новую 4-ю армию. Эти две армии вошли в состав национальной армии Китая, но их командирами оставались коммунисты.

Пэн Дэхуай командовал войсками во многих операциях против японских войск. Одновременно он руководил созданием народных (партизанских) вооруженных отрядов в тылу врага.

Активные действия 8-й армии привели к тому, что к концу 1938 года в освобожденных районах Северного Китая проживало уже более 80 миллионов человек.

Однако японские войска захватили большую часть страны, в том числе и ее северную часть (Маньчжурию). Правительству Чан Кайши пришлось эвакуироваться из столицы в город Чунцин.

21 августа 1937 года СССР заключил с Китаем договор о ненападении. Китай стал получать от Советского Союза самолеты, различное вооружение и боеприпасы, другие военные материалы, а также займы на общую сумму в 250 миллионов долларов. В Китай прибыли более 3500 советских военных специалистов. На его земле погибли более 200 советских летчиков-добровольцев.

С конца 1938 года японская армия уже не вела на китайской территории активных боевых действий. Теперь главные усилия гоминьдановских войск были направлены против 8-й и Новой 4-й армий коммунистов, которые находились на большом удалении от фронта. Началась блокада освобожденного района Шэньси — Ганьсю — Нинься. После разгрома Красной Армией японской Квантунской армии в Маньчжурии в 1945 году междоусобица в Китае еще более обострилась — началась Гражданская война.

Во время войны против режима Чан Кайши в 1945–1949 годы Пэн Дэхуай занимал посты командующего и политкомиссара войск Национально-освободительной армии Северо-Западного Китая. В 1945 году ему удалось хорошо вооружить свои войска. Советское командование передало НОАК оружие, военную технику и снаряжение разгромленной японской Квантунской армии: свыше 3,7 тысяч орудий, минометов и гранатометов, 600 танков, 861 самолет, свыше 12 тысяч пулеметов, более 2 тысяч автомашин и многое другое. Одновременно поступали советское оружие и боевая техника.

В июне 1946 года гоминьдановская армия, хорошо оснащенная благодаря помощи США, перешла в наступление на коммунистическую Национально-освободительную армию Китая. Войска Пэн Дэхуая вели тяжелые бои и почти повсеместно одерживали победы над чанкайшистами.

В ноябре 1948 года силы НОАК были сведены в четыре фронта (или в четыре полевые армии). Из войск, действовавших в Северо-Западном Китае, была образована 1-я полевая армия под командованием Пэн Дэхуая, в Центральном Китае — 2-я полевая армия Лю Бочэна, в Восточном Китае — 3-я полевая армия Чэнь И и в Северо-Восточном Китае — 4-я полевая армия под командованием Линь Бяо. Под ударами этих четырех фронтов гоминьдановский режим пал. Фронт Пэн Дэхуая полностью освободил от неприятеля Северо-Западный Китай. Чан Кайши с остатками своей разгромленной армии бежал на остров Тайвань (Формозу), под защиту американских вооруженных сил. 1 октября 1949 года было провозглашено днем рождения Китайской Народной Республики.

Впоследствии Пэн Дэхуай занимал ряд высоких государственных и партийных должностей. Он был заместителем председателя Народно-революционного военного совета и начальника Генерального штаба (со времен войны). Затем — членом Центрального народного правительства, председателем административного (затем военно-административного) совета Северо-Западного Китая, секретарем Северо-Западного бюро ЦК КПК.

Новой страницей в полководческой биографии Пэн Дэхуая стала Корейская война. В 1950–1953 годы он командовал миллионом китайских добровольцев в Корее. Первоначально КНР передала Корейской Народной Армии, действовавшей против армии Южной Кореи, американских войск и войск ООН, две дивизии (70 тысяч человек), состоявшие из лиц корейской национальности, проживавших в Китае. Затем в Северную Корею стали прибывать и другие китайские добровольческие войска.

В Корейской войне участвовали и около 26 тысяч советских специалистов, входивших, в основном, в состав 64-го особого истребительно-авиационного корпуса.

Китайские добровольческие войска под командованием Пэн Дэхуая, начиная с лета 1950 года, участвовали во всех крупнейших наступательных и оборонительных операциях Корейской войны. С сентября того же года под командованием генерал-полковника Пэн Дэхуая находились две армейские группы, включавшие 30 пехотных и 4 артиллерийские дивизии НОАК. Выдвижение китайских дивизий началось заранее и стало полной неожиданностью для американского командования во главе с генералом Макартуром.

Для координации боевых действий китайских и северокорейских войск было создано объединенное командование КНР и китайских добровольцев. Главнокомандующим этих союзных сил стал Пэн Дэхуай. Американское командование и командование сил ООН в Корее получило в лице генерал-полковника достойного ротивника.

Уже 25 октября китайские добровольческие дивизии и войска Северной Кореи нанесли мощный удар по противнику на западном участке фронта, в районе Унсана, разгромив здесь его крупную группировку, прорвавшуюся за реку Чхонган. В последующей затем Унсанской наступательной операции был разгромлен южнокорейский армейский корпус.

В самом конце 1950 года войска Пэн Дэхуая провели успешную Пхеньян-Хыннамскую операцию, в ходе которой нанесли поражение 8-й американской армии и освободили столицу Северной Кореи — город Пхеньян. После этого китайские и северокорейские войска вышли в район 38-й параллели.

В декабре 1950 — январе 1951 года Пэн Дэхуай успешно провел Сеульскую операцию. Его войска продвинулись на юг до 37-й параллели, заняв значительную часть территории Южной Кореи, в том числе города Сеул, Инчхон, Вонджу.

Американцам и их союзникам при помощи массированных налетов бомбардировочной авиации с большим трудом удалось остановить наступление с Севера. Затем войска генерала Макартура предприняли ответное наступление и оттеснили китайские и северокорейские войска к 38-й параллели.

Президент Трумэн отстраняет генерала Макартура от занимаемой должности и назначает главнокомандующим американскими вооруженными силами на Дальнем Востоке генерал-лейтенанта Риджуэя. В апреле-мае 1951 года войска Пэн Дэхуая наносят по американской 8-й армии генерала Ван Флита два сильных контрудара и отбрасывают ее на 20–40 километров к югу. Когда стороны вновь вошли в боевое соприкосновение на 38-й параллели, они уже исчерпали свои наступательные возможности.

27 июля 1953 года в 10 часов по корейскому времени в Паньмыньчжоне стороны подписали соглашение о прекращении огня. 38-я параллель вновь разделила Корею на две конфликтующие части.

В 1955 году Пэн Дэхуай получил звание маршала Китайской Народной Республики. С 1954 года он занимал одновременно пост заместителя премьера Государственного совета КНР, заместителя председателя Государственного совета обороны и министра обороны КНР, заместителя председателя военного комитета ЦК КПК. То есть входил в число приближенных Мао Цзэдуна.

Падение Пэн Дэхуая началось в 1959 году, когда он выступил против Мао Цзэдуна на Лушаньском (8-м) пленуме ЦК КПК, аргументированно раскритиковал его внутреннюю политику. В ответ на это сторонники Мао обвинили военного министра в антипартийной деятельности. Пэн Дэхуай был снят со всех своих постов и в период «культурной революции» 1966–1969 годов подвергнут жестоким гонениям.

О его заслугах перед Отечеством в годы войны свидетельствует то, что в победном 1945 году великому конструктору-оружейнику присваивается высокое (и редкое) звание генерал-полковника технических войск.

Лучшим свидетельством его заслуг является и то, что он является обладателем четырех (!) Государственных премий СССР. Талантливый конструктор артиллерийского вооружения награждался в 1941, 1943, 1946 и 1950 годах. То есть во время и сразу после Великой Отечественной войны.

В предвоенные и военные годы под руководством В. Г. Грабина были созданы и запущены в массовое производство 76-мм пушка образца 1936 года (Ф-32), образца 1939 года (УСВ) и образца 1942 года (ЗИС-3), 57-мм противотанковая пушка образца 1943 года (ЗИС-2), (крупнокалиберная) 100-мм пушка образца 1944 года (БС-3).

Все эти артиллерийские орудия, разработанные отечественными конструкторами под руководством В. Г. Грабина, нашли самое широкое применение на фронтах Великой Отечественной войны. Особенно важны они были для противоборства с германскими танками — ударной силой немецко-фашистских войск. Такое происходило в битве под Москвой, в Курской битве, под Сталинградом и при штурме Берлина. И во всех значительных эпизодах и операциях той войны.

Но не только в этом великая заслуга генерал-полковника технических войск В. Г. Грабина перед Красной Армией — подлинной армией-победительницей в годы Великой Отечественной войны. Под его руководством был внедрен метод ускоренного производства артиллерийских систем, основанный на унификации и сокращении количества деталей и узлов, использовании принципа равнопрочности и подобия конструкций, совмещении этапов проектирования, изготовления, разработки технологических процессов и испытаний при одновременной модернизации станочного оборудования.

Этот метод оказался крайне важен для отечественных оборонных заводов, производивших в годы войны не только артиллерийское вооружение. Внедрение метода ускоренного производства позволяло сократить сроки проектирования, производства и испытаний артиллерийских орудий самых различных образцов с 30 месяцев (как было в 1936 году) до 2–2,5 месяца (как было с 1943 года).

Такой подход к производству артиллерийского вооружения в военное время позволял увеличить его выпуск, уменьшить стоимость, упростить эксплуатацию, организовать в короткие сроки массовое производство артиллерийских орудий для Красной Армии в годы Великой Отечественной войны. Здесь большие заслуги начальника Центрального артиллерийского конструкторского бюро В. Г. Грабина несомненны. О чем и свидетельствуют его многочисленные государственные награды.

Жизнь Василия Гавриловича Грабина, великого мыслителя-оружейника, на конструкторской ниве смотрится как самоотверженное служение Отечеству. Не случайно его сочинения, изданные уже после смерти, называются так: «Оружие Победы».