Так вот он значит какой, тот самый Паж. Один только вопрос, что теперь с ним делать? Сформировать шпагу и попробовать снести голову? Протянуть руку, чтобы поздороваться?

Я глянул на внешне спокойного брюнета, который замер на крыльце, сцепив пальцы. Свита рассыпалась позади. И даже навскидку было понятно — эти бойцы не чета всем, кого я видел раньше. Никаких тёмных наростов, бурлящая внутри сила и тусклые пятна заговорённых вещей, которые светились из-за концентрации силы.

За дверью скрежетнули когти и трое ближайших телохранителей начали синхронное движение. А потом так же одновременно замерли. Сразу после того, как на моё плечо взлетела Беатрис.

— Каков нахал, а? Властитель Перми. Почему не сразу всей тайги, мурр? Чего уж тут — сразу присвоил бы себе титул императора мира.

Глаза у мужчины напротив, на момент стали абсолютно дикими. Только что передо мной стоял, хотя бы визуально, уверенный в себе собеседник. Который в один миг стал напоминать перепуганного прохожего, увидевшего, как из-за угла вырулила пятёрка гопников. Да не простых, а в кибернетической броне и с плазменными пушками. Тогда как у него только буханка хлеба в пакете.

— Могу я узнать, с кем имею честь говорить?

Стоило отдать ему должное — Пажевский умел держать удар. Вот, лицо даже в порядок привёл. Правда ценой полной потери мимики — сейчас мужчина напоминал восковую статую. Но зато на нём не было паники.

Ситуацию портило его сопровождение. Их навыки были похуже, чем у шефа и лица сразу нескольких бойцов выражали желание оказаться максимально далеко отсюда.

— Беатрис Форси Скаймай! Пятая своего имени, не знающая пощады!

Размеренно выдохнув, Валерий перевёл взгляд с кошки на меня. Видимо ждал, что я тоже представлюсь.

— Считай, что я захотел остаться инкогнито.

Я предполагал, что подобная формулировка заставит его задать какой-то дополнительный вопрос, но кажется сейчас Пажу было полностью наплевать на то, как именовать собеседников. Слишком сильным оказался шок.

— Прошу извинить мою дерзость. Наверное не стоило являться вот так к вам на порог. Просто я услышал о духоглядце, который появился в Перми и решил поздороваться. Не ожидал, что…

Его взгляд снова метнулся к Беатрис, а внутри головы зазвенел её голос.

— Не думал, что тут окажется тот, кому ты достоин только целовать ноги? Это ты хотел сказать, мурр? Почему ты ещё стоишь? Какое унижение нашего достоинства!

Вот теперь во взгляде Пажа появилась самая настоящая паника. Которую тот даже не пытался скрыть. Он кажется даже дышать перестал. Медленно перевёл взгляд с кошки на меня. И шумно выдохнул, будто прекратив сдерживаться.

— Вы вернулись, господин? Возродились, как и всегда! Нижайше молю о прощении. Не знал. Готов немедленно оплатить вашу долю.

— Мою долю?

Слова вырвались сами по себе. Думаю, услышав такое, любой бы на моём месте растерялся. К счастью Валерий истолковал их по-своему.

— От моих доходов. Что до пошлин, которые я для вас собирал, то… Нужно будет немного подождать. За время вашего отсутствия, многие решили, что можно прекратить платежи.

Когти Беатрис вонзились в меня так, что кажется пробили пиджак с рубашкой и достали до мяса. Кошка тоже поняла, что происходит. Этот тип работал с тем, кто должен был заместить моё сознание. И был в курсе того, что он переродится.

Это значило сразу две вещи. Во-первых, ему точно не сорок. Сомневаюсь, что двадцатилетний парень смог бы наладить партнёрство с древним духоглядцем. Ну а во-вторых, он должен немало знать о делах этого гусара.

В этот момент, голову посетила неожиданная мысль. Что, если Митяй тоже был в курсе всей этой ситуации? Просто говорить ничего не стал. Например по причине преданности своему господину, которого снова рассчитывал увидеть.

— За сколько лет? Надеюсь ты нас не обворовал и там сумма за все семнадцать годиков отсутствия, мурр. Ты их куда-то вкладывал? Или дал бездушной инфляции сожрать наши денежки?

Смотреть на кошку Пажевскому однозначно не хотелось. Но он пересилил себя и сместил взгляд.

— Сейчас я могу заплатить за последние пять лет, сиятельная Беатрис. Но уже в конце это недели…

— Завтра к вечеру! Какова наглость, мурр. Никчёмный плебей вздумал сам себе устанавливать сроки.

Пажа проняло настолько, что аж потряхивать начало.

— Не успею. Никак не успею, Ваша Синеокость. Не губите, прошу. Мы же так долго шли рука об руку. Что для вас какие-то дни на фоне вечности?

Кошка наверняка продолжила бы перфоманс. Либо из-за внутреннего и неосознанного желания, вроде того, что заставляло меня постоянно испытывать гнев, либо из чистой вредности. Поэтому я поднял руку, заставив мужчину вернуть внимания на меня, а Беатрис замолчать.

— Сегодня доставишь то, что сможешь. Остальное через неделю. Не позже.

Тот немедленно закивал.

— Всенепременно исполню! И ещё, господин. Я хотел бы пригласить вас на выступление. Сегодня ночное шоу. Кабаре Висима, плюс приезжая труппа. Приходите, не пожалеете.

— Идиот из висимской забегаловки пытался убить это тело, мурр. Это так оставлять нельзя.

Пажевский изменился в лице. Но на кошку больше смотреть не стал. Пялился исключительно на меня, что признаться, немного раздражало.

— Выполню любой приказ. Хотите, могу казнить. Но Серый… Он ведь не знал. И полезен. С тех пор, как Тосю накрыли в Новосибе, он всем рулил и пока нареканий не было.

Непросто это — принимать решения в условиях настолько высокого давления. Первым импульсом, само собой было желание отослать его прочь. Тем более это было несложно. Паж был так перепуган, что хватило бы простой демонстрации недовольства.

С другой стороны — он только что пригласил меня на мероприятие, где будут люди, способные дать определённые подсказки. Или сами таковыми стать.

Даже если взять Пажевского — несколько верно поставленных вопросов могли раскрыть немало интересно. Например пролить немного света на всю эту ситуацию с Древним.

— Пока пусть живёт. Но ему следует подумать о том, как преподнести свои извинения.

Мужчина тут же закивал.

— Конечно, господин. Я передам! Он всё придумает и сделает.

Как же ему было страшно сейчас. Настолько, что полностью отбило мозги. Стоило Пажу допустить, что перед ним не просто духоглядец, а тот самый гусар, как включился инстинкт пса, завидевшего злобного хозяина.

На самом деле сидеть в шкуре этого «хозяина» было не слишком весело. Но зато полностью безопасно. Одного не понимал — почему эта мысль появилась именно после того, как в беседу вступила Беатрис?

— Где будет представление, холоп? Или у тебя мозг на радостях отказал, мурр?

Стоило о ней подумать, как кошка подала голос. А мужчина молниеносно вытащил из кармана бумажник. Извлёк небольшую пластиковую карточку.

— Вот. Золотой пропуск. К вам будут обращаться, как к настоящему царю, Павел Петрович. Ждём.

Он уже начал разворачиваться, чтобы уйти, когда мне в голову пришла ещё одна идея.

— Понадобится спец по взлому сейфов. Есть одна занятная вещица, которую нужно осторожно вскрыть.

— Выбери такого холопа, который не станет задавать вопросов. Или того, которому я смогу сразу вскрыть глотку, мурр. Нужен толковый. Задачку мы ему подкинем интересную.

Страх. Вот, что мелькнуло в глазах мужчины напротив. Но мне его нервную систему жалко совсем не было. Именно этот тип стоял за «фермой» на девятом этаже корпуса краевой больницы. Убивал людей, чтобы создавать и продавать батарейки. После такого, пусть радуется, что я не убил его сразу.

Ради справедливости — провернуть нечто подобное, было бы проблематично. Охрана с ним действительно была сильной. Да и сам он не производил впечатление хлюпика — густая плотная дымка за плечами, яркие золотые искры в позвоночнике. Пажевский не только обладал собственной силой, но ещё и использовал те самые батарейки.

— Безусловно. Всё будет исполнено в лучшем виде, господин.

В этот раз я его тормозить не стал. Кошка тоже смолчала. Так что мужчина, отчаянно стараясь не переходить на бег, сошёл по ступеням вниз и нырнул в салон мерседеса. После чего вся небольшая колонна умчала прочь отсюда.

— Карр! Каррр! Ка-а-аррр!

Как только я развернулся и закрыл дверь, в прихожую влетела ворона. Судя по тому, как отчаянно каркала птица, она пыталась что-то сказать. И никак не могла.

— Это ведь всё ещё ты?

Вот Влада, которая зашла следом за ней, говорить смогла. В устремлённом на меня взгляде девушки плескалась тревога, а пальцы обеих руки нервно сжимались и разжимались.

— Я буду жаловаться в суд по правам кошек. Почему никто не спрашивает, в порядке ли я, мурр? Какое унижение на мою прекрасную голову. Какое унижение…

На самом деле, в словах Беатры была доля суровой истины. Пажевский узнал её имя и манеру разговора. То есть кошка, которая появится на месте моей спутницы, будет с ней в какой-то мере схожа.

Вообще, кто знает — возможно она уже завершила процесс своего возрождения и сейчас на моём плече самая настоящая Беатрис Форси Скаймай. Просто у неё личная память по каким-то причинам отсутствует. Из-за чего мозгу и пришлось прибегнуть к уловке о беседах с прабабушкой. Иначе он даже самому себе не смог бы объяснить происходящего.

Правда, ровно по тем же самым резонам, за состояние кошки можно было всерьёз не переживать. Судя по всему, она была привязана ко мне. Что значило — пока моя душа не окажется растёрта в пыль бессердечным предком, Беатрис останется такой же, какой она есть сейчас.

— Я в порядке и это всё ещё я сам. Вы каждый раз станете эту проверку устраивать? Дай догадаюсь, Василия сейчас за стеной с наганом стоит, чтобы если что пальнуть?

На что они рассчитывали, я вообще не понимал. По поводу присяги я у кошки уточнил — в некоторых случаях, она позволяла применять силу против того, кому ты поклялся в верности. В том числе, если ты предполагал, что его образ использует кто-то иной.

Именно это и позволило ведьмаку наставить на меня наган. А по мере того, как он убеждался, что это в самом деле я, удерживать оружие становилось всё сложнее.

В любом случае — окажись на моём месте тот самый гусар, он бы легко обвёл их вокруг пальца. Ну или нет. Скорее всего они заметили бы изменение ситуации по уровню силы. Если я верно всё понимал, у него мощи должно быть куда больше.

— Странно ты с ним говорил, просто.

Василий тоже показался, выйдя из-за угла. Покосился на ворону, которая уселась на шкаф. Я же не сдержал лёгкой улыбки.

— И специалиста по сейфам тоже непонятно зачем попросил, да? А ещё не приказал убить вас обоих. Вы голову хотя бы иногда включайте.

Оба опустили глаза. Но я сам тоже был не лучше. Посланник Древнего. Пажевский не удивился бы, спроси я о нём. Гусар и антикварная лесная тварь охотились друг на друга уже давно. И как мне казалось, человек, решивший именовать себя властителем Перми, должен был знать о том, что на его земле крутится такой вот посланник древней мощи.

Возможно он даже подсказал бы мне точные данные. Тогда, вместо этого непонятного выступления, можно было отправиться в гости. Взглянуть в глаза и задать пару вопросов.

— Ты действительно собираешься туда идти?

Влада отступила в сторону и засунула руки в карманы джинсов, опёршись о тот самый шкаф, на котором сидела ворона.

— Почему нет? Он меня не раскусил и буквально дрожал от страха. Можно будет выяснить какие-то подробности о Древнем. И гусаре этом.

— Царь, — ведьмак медленно протянул слово. — Почему он тебя так назвал?

— Потому что он трусливое ничтожество, которому искусственно отделили душу от тела, мурр?

Я даже забыл, что собирался ответить. Вместо этого повернул голову, смотря на кошку. Тогда как та ловко спрыгнула на пол и промчалась мимо ног ведьмака.

— В библиотеку. Там мягкие креслица, мурр. Как раз для истинной кошечки.

Василий молча качнул голову. Грана негодующе каркнула. А потом мы все двинулись следом. Потому что любопытство — великая сила.

— Хотите послушать историю, мурр? — посмотрела на нас Беатра, когда мы зашли. — Как насчёт заказать доставку икорки на дом? Ещё котлеток. И молочка со сметанкой. И ещё чего-то вкусного. Могли бы и заранее сделать. Н-да… Совсем обо мне не думаете.

Опустившись в то самое кресло, где недавно сидел, я улыбнулся. Мир мог сколько угодно сходить с ума, но кое-что оставалось неизменным. Градус безумия Беатрис всегда был чуточку выше среднего по палате.

— Ты ведь хотела рассказать, что гусар отделил его душу от тела. Сделал из него мертвеца, не вынуждая проходить через смерть. Верно?

Подозрительный взгляд кошки обратился ко мне. Когти впились в обивку кресла, в глазах засияло негодование.

— Как ты узнал? Почему сразу не сказал? Что, так сложно было заказать мне икорки, мурр? Красной… Баночку всего…

Если кошка негодовала и требовала себе еды, то вот лица ведьмака и шаманки стали озадаченными.

— Это как? Вернее, зачем? Он ведь мог оставаться обычным человеком. Колдуном, то есть.

Судя по выражению на лице Василия, тот и правда не понимал, в чём суть такого решения. Вот у Влады было какое-то понимание. А спустя секунду в наших головах снова зазвенел голос Беатрис.

— Останься обычным — пришлось бы умереть, мурр. Даже пройди он ритуал при жизни и сразу вернись, подняться на ту же ступень силы, стоило бы слишком дорого. Кому он с такими расходами нужен? Списали бы в утиль, мурр.

Как только кошка закончила, вперёд чуть наклонилась шаманка.

— Отец рассказывал о таком. Душа и тело отдельно. Даже если отрубить ему голову, сможет видеть, думать и действовать. Чтобы прикончить такого, нужно расщепить саму душу. Очень выгодная операция. Но… Такое сделать очень непросто.

— Зато под силу духоглядцу, который точно перевалил за тридцатый ранг и неизвестное количество лет топчет эту землю.

Василий озвучил понятный нам всем итог, а потом их взгляды сошлись на моей фигуре. Вот вроде приятно, что из-за тебя переживают. Но вместе с тем возникает вопрос — почему никто не верил, что у меня получится спастись и развеять этого самого гусара по ветру?

— Давайте лучше посмотрим, куда он меня позвал. И прикинем, кто ещё может там быть.

Озвучивая эти слова, я достал телефон. Хотелось немного отвлечься от атмосферы общего уныния. Да, к моей душе подцепилась ещё одна и намеревается расщепить. Более того — у этой сволочи уже получилось провернуть такое с моим дедом, который, как выяснилось, совсем не был мне родным, если смотреть на разум, что управлял телом. При этом убийца ещё и наш далёкий предок.

Такая себе ситуация. Неприятная. Однако, это не повод расстраиваться и ходить с постными лицами. Тем более добыча сама шла в руки. Совсем недавно мы обсуждали, как отыскать посланника Древнего, действующего в городе. А теперь меня пригласили на мероприятие, где наверняка будут те, кто может про него знать.

Не говоря уже о том, что главным на этом званом вечере должен быть сам Пажевский. Тесно связанный с тем самым гусаром и потому — бесценный кладезь информации.

Следующий час ушёл у нас на то, чтобы обсудить варианты поведения на мероприятии и потенциальные направления развития ситуации внутри. Наверное поговорили бы об этом ещё дольше, но пока оставалось непонятным даже общее число гостей и их состав. Из-за чего можно было лишь умозрительно прикидывать версии.

Потом поспорили о том, нужно ли кому-то идти со мной. Что ведьмак, что шаманка, настаивали на своём присутствии. Тогда как я рассчитывал оставить их снаружи.

Естественно, в итоге мы на этом и сошлись. Василий, правда должен был засветиться. Предполагалось, что он станет играть роль моего водителя. А вот Влада останется здесь. Будет охранять раненую кикимору, пока мы отправимся в театр.

Как бы это странно не звучало, кабаре выступало именно там — сегодняшний вечер был выделен под частное мероприятие.

Я даже съездил туда вместе с шаманкой. Покрутились рядом по дворам, высматривая наблюдателей и мониторя ситуацию с воздуха. Никого не нашли, но зато изучили обстановку и расположение домов.

Подходящий по статусу автомобиль, нашёлся всё в том же прокате. Роллс-ройс, за который с нас затребовали какой-то безумный депозит.

Ради перестраховки, его оформили на документы Василия. И подогнать попросили совсем по другому адресу.

Новенький костюм, пальто и блестящие туфли. Сидящая на плече белая кошка, глаза которой сверкали синим. Роскошный автомобиль, на который оглядывался каждый второй прохожий. И желание отыскать всю нужную информацию, даже если придётся ножом выскребать её из чужих черепов. У меня имелся полный комплект, необходимый для успешного вечера.

Сев на заднее сиденье роллс-ройса, столкнулся взглядом с ведьмаком, который смотрел в зеркало заднего вида.

— Едем?

Он тоже приоделся. Костюм с галстуком, белая рубашка и опять же, новенькие туфли. Кобура с наганом только топорщилась сильно справа. Но оставлять своё оружие, моряк наотрез отказался.

— Едем, — кивнул я.

Через секунду мы действительно поехали. А где-то на середине пути в кармане завибрировал телефон. В Телеграме пришло сообщение от Влады.

«Я нашла новости о том кто будет выступать и потом нарыла фотографии этой труппы. Их немного, но на одной моя старшая сестра! Вот, смотри. Если увидишь её — сделай что-нибудь.»

Честно говоря, я не представлял, что смогу сделать, даже если вдруг увижу старшую сестру шаманки. Не говоря уже о том, что в голове сразу возникли вопросы по поводу жизненного пути, который привёл её в гастролирующую труппу кабаре. Ночью Влада много рассказывала о своём отце, но ничего не говорила про старшую сестру. Теперь та неожиданно объявилась и судя по контексту, её требовалось ни много, ни мало, а спасать.

Само собой, эти вопросы я озвучил в ответном сообщении. Вернее, часть из них. Поинтересовавшись, откуда она тут взялась и что из себя представляет.

После этого шаманка прислала ещё несколько сообщений. Из которых было сложно сделать какие-то выводы. Что я например мог сказать про факт пропажи старшей сестры, после которого отец запретил её упоминать.

Самой пропавшей на тот момент было пятнадцать. Владе десять. Что случилось, она не знала и с отцом на эту тему никогда не говорила. Он ведь был ещё и её шаманом-учителем. А в их «культуре» такое значило, что идти против его воли строжайше запрещено. Причём, отнюдь не фигурально. Если ученик нарушал правила, скорость его роста серьёзно падала. Ну а поступок, вроде нарушения прямого приказа, могу обнулить все достижения или закончиться смертью.

В общем, не хотел бы я быть учеником у шамана. Что до самой Влады, в её случае, это помешало задать необходимые вопросы. Девушка собиралась выяснить после того, как пройдёт через посвящение, но не успела. Отец пропал почти сразу после этого. Буквально спустя пару недель.

Не слишком много информации. И уж точно мало, чтобы принять верное решение. С момента исчезновения этой самой сестры, которую звали Кристиной, прошло десять лет. За такое время человек может полностью поменяться. Тем более я даже не был в курсе, из-за чего она пропала.

Обещать, что я обязательно вытащу её сестру, я шаманке не стал. Написал, что присмотрюсь и если будет возможность, попробую с ней поговорить. Не более того.

Понятное дело, она прислала следом ещё несколько посланий, предсказуемого содержания. Некоторые из которых были весьма эмоциональны. Но лгать мне ей не хотелось. А фраза формата «я её вытащу», стала бы ничем иным, как откровенной ложью.

Поэтому сейчас я откинулся на спинку сиденья и смотрел на вечерний город через заднее окно роллс-ройса. Беатрис устроилась на коленях. Уложив голову на лапы, уставилась во второе окно, через которое ей были видны дома.

— Как думаешь, если всё закончится, мы просто исчезнем? Они нас заместят?

Я незаметно покосился в сторону Василия. Судя по тому, что ведьмак даже не дёрнулся, вопрос кошки слышал только я.

— Думаю, что никто никого не заместит. Этим тварям не получить наши тела.

— Ну-у-у… Я бы не была так уверена, мурр. Гусар ведь уже к тебе подцепился. Может сожрать в любой момент. А потом исчезну и я.

Куда-то не в ту сторону её потянуло.

— Где твой боевой дух? Мы едем на мероприятие, где сможем узнать кое-то полезное.

— Угу. Или помереть там, мурр. Четыре дня назад меня вообще не существовало. Ты хотя бы был. Помнишь себя с рождения. А я тогда кто? Заготовка под настоящую Беатрис? Чтобы она могла легко занять тело, когда гусар выжрет твою душу?

Теперь причина её настроения стала чуть более понятной. Пожалуй, мне бы такой расклад тоже не понравился. Мягко говоря.

— У меня есть теория, что ты, это ты. В смысле, настоящая Беатрис Форси Скаймай, Пятая своего имени. Но без накопленной памяти.

Та приподняла голову. Повернув, посмотрела на меня, блеснув глазами.

— Как котёночек?

— Только уже взрослая и обладающая силой. Плюс знаниями, которые пришлось заложить в твою голову ради выживания.

Последняя мысль появилась только сейчас и казалась логичной. Раз душа Павла Петровича, кем бы он там ни был, цеплялась после инициации, значит новоиспечённому духоглядцу полагалось быть слабым и ничего не знающим. Наличие рядом информированной кошки, что служила настоящей ходячей энциклопедией, в разы повышало его шансы дождаться, пока предок сожрёт его душу.

— И если нас не пожрут эти твари, то я так и и останусь настоящей аристократкой. Просто чистенькой и добренькой, мурр. А та шваль, что пытается занять моё место, сдохнет? Мне нравится! Это прелестно!

Ну вот. Хотя бы приободрилась.

— Остановиться придётся тут. Дальше не проехать.

Тон Василия, который обернулся назад, был напряжённым. Я же подался вперёд, осматривая парковку, которая постепенно наполнялась автомобилями.

— Хорошо. Будь на связи. Если придут забирать сейф, сначала проверь сообщение от меня. Ни с кем не говори, ведя себя максимально презрительно.

— Ты здесь высшая каста, мурр. Остальные — грязь под ногтями, недостойные твоего взора. Так себя и веди.

Ведьмак выдохнул. Усмехнулся.

— Я то всё помню. Вы там сами, смотрите не сдохните.

Сейф мы тоже взяли с собой — сейчас он лежал в багажнике автомобиля. Не зря же прозвучала просьба о специалисте. Но сходу взять и потащить его в театр, казалось абсурдной идеей. Потому мы решили, что пока он подождёт своего часа в машине. А если Паж реально нашёл спеца, то я отправлю его сюда, предварительно послав сообщение Василию.

— Мы уж как-нибудь постараемся.

Улыбнувшись, я распахнул дверь и шагнул на мокрую землю. Днём прошёл небольшой дождь и город ещё не успел высохнуть. На плечо тут же взлетела белая молния и мы двинулись в сторону театра.

Среди тех, кто сейчас выбирался из своих машин на парковке, не было обычных людей. Ни одного. Колдуны с ведьмаками, разнообразная лесная нечисть, домовые духи, захватившие чужие тела мертвецы.

Я понимал, что их много. До того подобные существа тоже встречались часто. Но только сейчас осознал весь масштаб. Десятки машин и непрерывный поток гостей, которые неторопливо шагали к театру через кустарник. Сколько их здесь будет? Несколько сотен? Или число перевалит за тысячу?

Важный момент — это только верхняя прослойка. Элита. Те, кого посчитал необходимым пригласить пафосный говнюк, что называл себя Властителем Перми.

Секунд десять я стоял на месте, успокаиваясь и загоняя гнев поглубже. Не время. Здесь нужно притворяться, а не полыхать яростью.

Когда снова пошёл вперёд, из-за кустов вылезла троица мелких пацанов. Я было дёрнулся, вспомнив Данилу, но эти были ещё мельче. И все из лесных. Похоже какой-то вид оборотней.

— Дядя, у вас ста рублей не будет? А я вам взамен секрет расскажу.

Самый смелый выступил вперёд и задрав голову, посмотрел на меня, хитро улыбаясь.

— Сто рублей? И что, прямо реальный секрет выдашь?

— Конечно! А за тысячу ваще тако-о-о-ое расскажу, что никто не знает.

Левее, через несколько машин прошла небольшая группа. Старательно делающая вид, что не смотрит в мою сторону, но на деле разглядывающая так, что едва ли глаза себе не сломали. Я же достал бумажник.

— Вот тебе пятёрка. Рассказывай.

Пацанёнок секунду постоял, обалдевшим взглядом пялясь на купюру, которую я держал между пальцев. Потом стремительно выхватил её.

— Значицца, два секрета с меня. Первый и он ваще звездануться, какой важный.

Мелкий сделал трагическую паузу и широко улыбнулся.

— Если пальто сдашь в гардероб, проверяй. Там в карманы ссут.

Улыбался он настолько искренне, что я тоже усмехнулся. С важным видом кивнул.

— Ну хорошо. Предположим. А второй?

— Ну-у-у… Это тоже важный секрет. И его прямо ваще никому нельзя.

Придвинувшись ближе, он с заговорщическим видом важно прошептал.

— В этом театре царь родился.

Я машинально нахмурился. Но уточнить уже не успел — три пацанёнка умчались, скрывшись за кустарником.

При чём тут царь? Слово всплыло второй раз за день и внутри отдавалось чем-то нехорошим. Хотя, какое мне дело вообще до царей?

— На нас смотрят. Давай играть свою роль, мурр. Я хочу быть единственной и неповторимой Беатрис Форси Скаймай. А значит, тебе нужно выжить.

Сработала наша беседа по пути сюда — кошка взбодрилась. Настолько, что теперь принялась бодрить уже меня самого.

Впрочем, она была права. Не стоило торчать на одном месте, задумчиво пялясь в никуда. На меня и так уже посматривали.

Как выяснилось, спустя четверть минут, причина тех взглядом была совсем иной — все пялились на кошку. Причём, если большая часть с удивлением и непониманием, то некоторые с откровенным страхом. Видимо были в курсе, что это может означать. Либо Пажевский предупредил самых близких соратников.

Пока шагал по дорожке и поднимался по ступеням, отчаянно пытался вспомнить — была ли у деда кошка?

Какие-то точно имелись. Вроде бы. Я помнил мяуканье и кошачьи фигуры. Но сколько не напрягал память, вспомнить цельный образ никак не удавалось. Даже в цвете шерсти полной уверенности не было.

В холле обнаружилась очередь в гардероб, где работали три женщины. Все, как на подбор — из кошачьих оборотней.

— Вот же сорванец! Знала бы, что он про кошек так, уши бы оторвала, мурр.

— Правильно говорить, надрала.

— Нет! Оторвала, мурр. И выбросила.

Сам я в очереди стоять не стал. На мне было третье и последнее пальто. А как оно тут всё развернётся, было неизвестно. С деньгами-то, проблем может и не имелось сейчас. Зато порой остро не хватало времени.

Поэтому я неспешно двинулся мимо очереди, прямо ко входу в зал. Навстречу сразу же шагнул крепкий ведьмак. Выглядел он настоящим бойцом — нижняя треть позвоночника мерцала бирюзой, а на поясе помимо кобуры с пистолетом, висели два топора, покрытых гравировкой. Но вот в глазах этого типа плескался страх.

— Могу я увидеть ваш пропуск?

Верзила нервно облизал губы, старательно избегая смотреть на кошку. Да и пересекаться с моим взглядом, он тоже желанием не горел.

— Изволите.

Достав из кармана пальто, кусочек пластика, я протянул ему это своеобразное приглашение. Что вызвало немедленную реакцию очереди.

— Вы видели? Золотой! Такого даже у губернатора нет.

— Не знал, что у кого-то кроме Властителя, есть такой.

— Подруга, толкни меня в его сторону. Нет. Другой план — сломай мне ногу.

Даже Беатрис, которая играла роль напыщенной аристократки, для которой ничего не стоит спалить город, чуть повернула голову. Да и я сам покосился в сторону двух женщин лет тридцати, которые стояли в очереди, совсем недалеко от меня.

— Зачем? И как?

— В смысле, как? Я на пол упаду, а ты на неё прыгнешь! Случайно как будто… Чтобы у него выбора не было.

— Ты нормальная вообще? Так по-твоему знакомятся?

— Ну ты же своему Валере руку сломала при знакомстве? И ничего, три года, как женаты.

— Это другое…

Ну вот. И ногу не сломали, и интригу про Валеру подвесили. Теперь даже интересно, как так у них знакомство прошло, что мужчине руку переломили.

— Проходите. Вон там вход в ложи. Ваша та, что отделана золотом. Мой коллега проводит.

Охранник отступил назад, кивнув в сторону входа, который виднелся сбоку от главного.

Его коллегой оказался ещё один крепыш. Правда этот, судя по золотистым искрам силы, серой дымке и странных символах на коже, был из числа колдунов.

На меня он тоже старался не смотреть. Молча довёл до ложи, отвесил поклон и быстро умчал назад.

— Уважение, это хорошо. Плебеи должны бояться, мурр. Только я не поняла, где угощение? Молочко, икорка, нога телёнка? Они что, хотят заморить нас голодом?

Ложа, в которую меня привели, отличалась от других в первую очередь размером кресел. Ну и свободного пространства тут было побольше. А ещё имелись полноценные столы, за которыми можно было удобно расположиться.

В соседних ложах было занято всего несколько мест. Гости оттуда пусть и обратили на меня внимание, но постарались сделать это максимально незаметно. Я же принялся разглядывать зал.

К представлению пока только готовились и мне был хорошо виден поток посетителей, который вливался внутрь. Множество разнообразных горожан, что пришли посмотреть выступление кабаре.

Сбоку послышались шаги. Повернув голову, встретился взглядом с Пажем, который старательно улыбался. Следом за ним показался массивный мужчина, на пару голов выше самого Валерия и кажется, раза в два, шире.

— Позвольте представить, — Пажевский остановился боком ко мне, указывая на своего спутника. — Михаил Фанов. Тот, кто будет нам крайне полезен.

Громадный мужчина протянул мне широченную ладонь. А вот я свою руку поднять не успел — в голове загремел настоящий вопль Беатрис.

— НЕ ТРОГАЙ! Это менкв! Нас раскусят!

Голос так и звенел в моей голове, а я смотрел на протянутую руку. Менкв значит. Кто это вообще?

— Дух манси. Он чувствует силу! Всю твою энергию и мощь, мурр.

Лицо Пажевского стало постепенно меняться — в глазах заплескалось подозрение, а сам он мельком глянул в сторону входа, где застыла пара охранников.

— Детальнее.

— Что детальнее? Нечисть лесная из доисторических времён. Когда-то они алхимию калибровали. Про живую воду слышал? Они делали. Я думала, передохли все уже давно.

— Подыграй мне.

Я медленно поднялся на ноги и внимание Валерия тут же вернулось к моей персоне. А вот на лице исполина, которого тот притащил, появилось выражение обиды.

Впрочем, на это, я внимания как раз не обратил.

— Вздумал устроить мне испытание? Зажрался за то время, пока меня не было, щенок?

Пажевский растерянно моргнул. Быстро глянул на менква, который тоже пялился на него.

— Ничего подобного, господин. Просто решил вас познакомить.

— Ещё и лжёшь мне. Правда думаешь, это хорошая затея?

— Отрежь кусочек его грязной души. Пусть орёт и визжит, как настоящая свинья.

Голос кошки, который прекрасно слышал и сам Пажевский, буквально сочился от ярости. А вот мой расчёт оправдался — даже если у владетеля города имелись какие-то сомнения, демонстрировать их публично тот опасался. Могу поспорить, общение гусара и его наместника длилось уже долгие годы. За которые тот привык беспрекословно подчиняться хозяину.

— Я пришёл говорить про лес.

О как. Этот самый менкв ещё и разговаривал. Руку он уже убрал и теперь смотрел на меня.

— И что именно ты хочешь сказать про лес?

Интонацию я постарался сделать максимально скептическую. Тем более, казалось, тот и правда сейчас выдаст какую-то ерунду. Что-то послужившее поводом для того, чтобы представить нас друг другу.

— Тьма идёт от дерева к дереву, от сердца к сердцу, от поляны к поляне. Тот, кто когда-то был рождён оберегать лес, предал саму его суть. Нигде нет спасения и каждый день, это новый бой.

Как много слов. Что самое интересное — они ещё и вписывались в ту картинку, которая складывалась внутри моей головы. А этот Пажевский неплох. Грамотный подход. И проверить меня хотел, и отступление на случай провала подготовил.

Уже собирался открыть рот, чтобы ответить, когда в голову пришла другая мысль. Паж действительно умён. Давно уже на этом свете, до сих пор жив и командует парадом, пока настоящего командующего нет у руля. Такая вот несложная операция с одним дном — слишком просто.

Следом полыхнуло осознание ещё одного момента. Мекнвы появились при манси. Не знаю, сколько они жили, но мой собеседник может быть стар. Очень стар. Настолько, что тридцать лет ему могут казаться мелочью.

— Они живут до тысячи лет. Спариваются очень редко, поэтому детей мало, мурр. Вымерший вид. Ну, почти.

Вот и справка подоспела. Похоже я в самом деле всегда громко думаю.

— Думаешь, я этого не знаю?

Ох и лицо сейчас стало у Пажевского. Он настолько перепугался, что побледнел. За кресло вон схватился, чтобы равновесие удержать. Сам же я продолжил.

— Тварь, что бродит по лесу, давно стала не тем, чем изначально создавалась. Я в курсе. Если тебе известно что-то новое — говори.

Гигант посмотрел на меня сверху вниз. Шмыгнул носом.

— Земля гниёт. Портится. Если не остановить, сметёт всех. Нас. Вас. Людей тут. Только ОН станет тут править. Прочие сгинут.

— Тебе же сказали! Что-то новенькое, мурр. Неизвестное.

Мекнв помолчал, смотря на меня с каким-то странным сожалением. Хотя он мог запросто жалеть о потраченном времени. Как знать.

— Лес проиграл. Не поможете — вы проиграете тоже.

Выплюнув последнее слово, развернулся, уходя прочь. А взгляд Пажа заметался — от его фигуры ко мне и обратно.

Решение он принял быстро. Секунда и оказался рядом, заискивающе заглядывая в глаза.

— Не подумайте. Никаких проверок… Я бы ни в жизни не посмел…

Тон был таким, будто он сейчас возьмёт и попросту разрыдается.

— Зачем тогда его привёл?

Мужчина глубоко втянул воздух. Посмотрел на меня.

— Он сказал, ваш враг выигрывает битву. А он хочет предложить союз. Объединиться и вместе отыскать Зверя.

Вот я и узнал, как в этой узкой тусовке называли Древнего. Незамысловато и просто — Зверем.

— Ты в курсе, что он отправил в Пермь посланника?

И снова паника в глазах. Интересно, он сейчас оказался настолько испуган из-за того, что ничего не знал? Или наоборот, пытался играть на два фронта сразу? И нашим, и вашим, и желательно ещё третьим, чтобы уж точно в шоколаде оказаться, если что.

— Впервые слышу господин. Что за посланник?

Смерив его взглядом, опустился в свободное кресло.

— Тот, кто способен делиться силой и использовать её. Ты ведь в курсе про хийси с его грибницей?

Паж без особой уверенности кивнул. Вот как оно бывает, когда перепоручаешь всю рутину исполнителям, а сам даже не пытаешься вникать в дела. Мимо проходят крайне занимательные вещи. Например, появление в городе чрезвычайно опасного врага, о котором тебе лучше бы знать.

— Он столкнулся с ним и едва не погиб. Многие другие уже мертвы. В городе целый отряд врагов, а ты ничего не знаешь?

Мужчина только и смог, что покачать головой. Мне же снова пришлось охлаждать ярость, которая полыхнула внутри. Я понимал, почему гусар выбрал именно этого человека в качестве условного местоблюстителя престола. Тот был слишком труслив, чтобы начать действовать за его спиной.

Другой, оказавшись в самостоятельном плавании, легко мог что-то предпринять. Постараться сделать так, чтобы древний духоглядец никогда не смог вернуться в этот мир. Самый простой вариант — прикончить меня. На этом вопрос был бы закрыт.

Хотя может и нет. Могли ведь оставаться иные варианты. В теории, гусар мог наплодить груду бастардов, которые жили под другими фамилиями. Если предположить, что для своего возрождения ему не требовалось проводить манипуляций над детьми, это позволяло рассчитывать на многочисленное потомство, в котором хотя бы кто-то угодит под нужные условия.

Впрочем, необходимость активного вмешательства тоже не была такой уж проблемой — даже шишиги могли вынудить обычных людей делать то, что им нужно. Тем более на такое должен быть способен кто-то вроде этого гусара.

— Найди его. Завтра вечером мне должно быть известно абсолютно всё.

Фамилию я упоминать не стал. Во-первых, это было бы немного подозрительно, а во-вторых, в зале погас свет и начали разъезжаться портьеры.

Третий резон пришёл мне в голову уже после того, как на сцене появились первые выступающие. В памяти хийси я слышал только один голос. Женский. Тогда как Ратихор назвал мужскую фамилию. Чему верить? Может оказаться так, что посланников тут двое? Или женщина играет роль телохранителя?

— Какое бесстыдство. И это они зовут искусством? Изумительное падение нравов, мурр.

На мой взгляд, кошка возмущалась зря. Танцовщицы исполняли программу на отлично. К тому же они были одеты. В Париже, вон, полностью обнажёнными выступают в одном из кабаре. Сам я не был, знакомые ездили, рассказывали. Ещё в одном девушки танцуют в форме шотландской гвардии. С парой нюансов, вроде обнажённых лобков и груди.

Я задумался, пытаясь вспомнить, кто мне об этом говорил, но никак не мог восстановить в памяти картинку. А на сцену тем временем вышла певица.

— Рабский ошейник! И они все рукоплещут. Этот мир прогнил, мурр.

На высокой девушке, действительно красовался ошейник, покрытый мелкими символами. То один, то другой, периодически вспыхивали. При иных обстоятельствах, такое можно было бы счесть частью сценария. Но сидящие в зале всё прекрасно понимали.

Чуть позже стала ясна ещё одна деталь — они аплодировали именно в те моменты, когда ошейник начинал мерцать.

— Удивительно, правда? Новая столичная мода. Ментальное управление. Она должна петь и не сбиваться, независимо от того, что делает хозяин.

Не совсем поняв, о чём он, я чуть повернул голову и Пажевский тут же воодушевился.

— Между ними устанавливается контакт и он может… Вылетело из головы точное слово… Управлять её телом в общем. Регулировать и всё такое. Так вот — перед выступлением он даёт ей максимально жёсткий приказ петь. А потом начинает играться.

Погодите-ка. Он сейчас о том, про что я подумал. Если да, то я даже не знаю, как сейчас поименовать зрителей в зале.

Валерий хотел сказать что-то ещё, но я поднял левую руку и тот заткнулся, откинувшись в кресле. К ложе подошла миловидная официантка в корсете — глянувший на меня Пажевский, отослал её взмахом руки.

На сцену снова вышли танцовщицы. На этот раз, в коротких шортах и расстегнутых куртках на голое тело. Которые они скинули через пять минут танцев.

Следом было выступление акробатов. Сначала одетых, а потом опять же, почти полностью голых.

Хореография у танцоров была поставлена неплохо. Единственная певица, которая выступала вживую, своё дело тоже знала. Впечатление портили только рабские ошейники. И вытекающее из этого понимание, что они делают всё это против своей воли.

— Не душни. Как будто люди по своей воле каждый день на работу ходят, мурр.

— Будто у них есть варианты?

— Вот и я о том же. Будь у них выбор, большинство осталось бы дома, мурр.

Логика в её словах, конечно была. Но слишком упрощённая — на уровне ребёнка.

— Людям нужно что-то есть. Платить за квартиру с одеждой, делать покупки.

— Да-да. Ещё летать отдыхать, мурр. И на всё нужны денежки, за которые они продают свои жизни. Меняют их по кусочкам на баблишко, мурр.

Снова её в философию потянуло. Причём какого-то непонятного направления.

— А вон та, похожа на Владу, мурр. Глянь-ка.

И правда — среди новых танцовщиц была одна, напоминающая шаманку. На лице был слой грима, а выступали они все в костюмах с перьями, но как по мне, это действительно была её сестра.

— Позвольте спросить, когда вы вернулись, господин? И какие будут указания?

Оторвав взгляд от девушки, которая танцевала на сцене, я повернулся к Пажевскому.

— Я уже отдал тебе приказ. Отыщи посланника Зверя. Он должен быть уничтожен.

— И это всё?

Голос у него вроде прозвучал без особого напряга. Таким тоном могут уточнить какую-то мелочь. Либо спросить, нужно ли расстрелять все десять тысяч пленных. Зависит от человека.

— Ещё тебе нужно прыгать и кукарекать. Двадцать пять раз, каждое утро, мурр. За каждый пропуск будет отрубать тебе руку.

Пауза. Несколько секунд тишины, на протяжении которых Валерий неотрывно смотрел на кошку.

— Что? Прыгать?

— И кукарекать. Ну знаешь, как венесуэльский боевой петух, мурр. Слышал о таких? Страшные звери, очень страшные…

Мужчина покрутил головой. Потянувшись, расстегнул пальцами верхнюю пуговицу рубашки. Снова наклонился ко мне.

— Какие у вас будут для меня приказы, господин?

Он ведь снова меня проверял. И единственная причина, по которой пока колебался — поведение Беатры. Оно сбивало этого трусливого урода с толку. Тем не менее он был достаточно умён, чтобы видеть нестыковки. А количество последних должно было зашкаливать. Сомневаюсь, что я вёл себя точь в точь, как древний духоглядец, регулярно убивающий своих потомков, чтобы занять их тела.

На левое плечо легла тяжелая рука. А за спиной зазвучал знакомый бас.

— Это не золотой князь. Самозванец.

Просил же кошку присматривать за спиной, пока мы поднимался в ложу. И вот он, результат.

С другой стороны — внутри меня накопилась целая прорва ярости. Которую я сейчас с готовностью выпустил наружу.

Паж только начал подниматься, открывая рот для крика, а в моей левой руке уже появился сияющий золотом эфес, из которого в ту же секунду вырос клинок.

Удар получился не слишком ловким, но действенным — я отсёк ему руку. А на правом плече зашипела, окутавшаяся сиянием кошка. Ухо уловило звук рвущейся плоти и глухо застонал менкв, который стоял за моей спиной.

Правой рукой я вытащил короткий нож, тут же сформировав вторую шпагу. И развернувшись, немедленно ткнул обеими в корпус гиганта.

Расчёт был на то, что я пробью его насквозь, а потом рассеку на части. Вместо этого клинки будто сложились. Как световые игрушки, которые испускают более короткий луч, если поднести их к препятствию.

Сам исполин махнул рукой — пришлось отшатнуться к самой кромке ограждения, чтобы уклониться. Что мне понравилось меньше всего — полыхнувшая около моего тела защита, его не удержала. Пальцы прошли сквозь неё, даже не затормозив.

В соседней ложе наконец заметили, что происходит нечто странное. Кто-то закричал. Сдвинулась с места фигура ближайшего охранника.

— СМЕРТЬ! Лежать и дохнуть, мурр!

Кошка сорвалась с плеча, прыгнув куда-то в сторону. Ярко полыхнул синий и охранник с криком повалился на пол. В следующую секунду послышался булькающий хрип. Похоже Беатра и правда вскрыла ему горло.

Захлопали выстрелы и темноту озарили вспышки. Кто-то из элитных гостей, которые сидели неподалёку, побежал. Мне же пришлось уклоняться ещё от одного удара менква.

Эта громадина абсолютно не опасалась моих атак — я трижды рубанул его клинками, но тому было на это абсолютно наплевать. Сложный противник.

Справа раздался ещё один крик. Вот и минус второй охранник. Хотя, по-моему кошка кого-то ещё из гостей по дороге прихватила.

Снова шаг назад. Спина опять упёрлась в бетонное ограждение. А мне в голове вдруг пришла неожиданная идея. Ложи ведь располагались на выступе. Бетонном основании, которое выдавалось вперёд, нависая над залом. Почему бы это не использовать?

Когда менкв снова кинулся на меня, я бросился навстречу. Поднырнув под его руку, оказался за спиной. Но вместо того, чтобы ударить самого противника, погрузил оба клинка в бетон. Повёл ими в стороны.

Тот яростно взревел. Ударил. Почти попал, к слову — ещё сантиметр и не было бы у меня больше правого плеча. А может и руки.

Но противник промазал. Тогда как я провёл ещё одну линию в бетоне, проделав там полусантиметровую расщелину с оплавленными краями.

Последнее движение шпаги и менкв, который уже занёс ногу, чтобы выбраться из ловушки, полетел вниз. Ловкий оказался — успел зацепиться рукой. Даже подтягиваться начал. Однако я быстро срезал ещё один кусок бетона и здоровяк всё-таки рухнул вниз.

Теперь, когда сверху сначала упал кусок навеса, а потом свалился живой гигант, в зале тоже заподозрили неладное. Загудели, переговариваясь между собой. Кто-то вовсе пронзительно заорал.

Сбоку от меня кошка рвала третьего или четвёртого по счёту охранника. Разбегались в разные стороны гости. А я вдруг понял важную вещь — мы упустили из виду основного противника.

— Где Паж?

— Бежит. Где же ему ещё быть, мурр.

Ментальный голос кошки дрожал, а шерсть была залита кровью. Запрыгнув на стол, повела головой, втягивая воздух.

— Как сладко пахнет чужой страх. Обожаю, мурр. Почти так же, как денежки. Но меньше икорки.

— Сможешь найти этого урода? Унюхать или увидеть?

Сам я уже напитал силой глаза, но внизу был целый зал зрителей, что могли управлять силой. Этот метод сейчас был полностью бесполезен.

— Его точно не найти. Разве что искать кого-то без руки, мурр. А вот от менква нам бы лучше свалить.

Что? Он выжил? Я высунул голову, смотря на парапет. И правда — гигант двигался к проёму, который вёл к лестнице наверх. Уверенно прокладывая дорогу через толпу и буквально ломая ряды сидений.

— Тебе нужно напитать тело силой. Понимаешь, мурр? Бить его не чистой энергией, а чем-то физическим, но с силой внутри. Если сделаешь так с кулаками, они станут твёрже стали, мурр.

Хороший совет. Дельный. Только я такого раньше не вытворял. Желания пытаться в такой вот суматохе и хаосе, тоже не испытывал.

— Ой. Что это у него в руках, мурр?

Покосившись на кошку, я повернул голову. И тут же понял, о чём она.

Сложно не разобраться, если на балконе с другой стороны зала, стоит человек и целится в вас из чего-то, напоминающего гранатомёт.

— Надо…

Что хотела сказать кошка, осталось загадкой. Потому как одновременно с её первым словом, противник нажал на спуск и в нашу сторону молнией рванула взрывчатая хреновина. Ну а Беатрис решила не размениваться на слова и ментально заорала.

На миг в голове мелькнула мысль, что было бы неплохо ударить летящую гранату нитью собственной силы и взорвать в воздухе. Я даже рефлекторно попытался этот фокус реализовать.

К счастью, одновременно окружив всего себя сверкающей золотистой бронёй и схватив со стола кошку, которую прижал к себе. Потому как попытка с нитью предсказуемо провалилась.

Честно — я думал, что за последние дни уже привык к постоянной опасности, стрельбе, погоням и прочим безумным вещам, что появились в моей жизни. Как сейчас выяснилось — не ко всем.

Грохнуло так, что я сам заорал от боли в ушах. Воздушная волна швырнула на парапет. Мимо пронеслись осколки бетона. В стороне дико орал один из гостей, которому оторвало кисть правой руки.

Ограда столкновение с моим телом успешно выдержала и я было подумал, что на этом всё закончится. Но нет. Воздух заполнил звук громкого треска и навес, на котором располагались ложи, накренился.

— Не хочу умирать, мурр! Впереди ещё столько несъеденной икры!

Беатрис прекратила ментально орать и повернула голову, смотря на разлом, который появился в полу и стремительно расширялся.

Ещё секунда и навес с грохотом пополз вниз. Один из диванов впечатался в ограду и полетел вниз, в зал. Мелькнул в воздухе стул. С воплем выпал мужчина с оторванной кистью, который всё ещё пытался зажать свою рану.

— Цепляйся!

Ментально прокричав слово, я вытащил правой рукой Беатрис и с размаху запустил её в стену. Та прокричала нечто совсем не аристократическое и окутавшись синим, впаялась в бетон. Раскинув лапы, вонзила полыхающие когти в стену.

— Ты что творишь? Я же хрупкая, мурр!

Наверное я бы что-то ответил, но тут навес снова громко затрещал и с грохотом поехал вниз.

— Формация! Сделай формацию и отпружинь, мурр!

Полезная информация. Её бы немного пораньше получить. Например, вчера. Чтобы я эти самые формации научился выстраивать.

Времени на то, чтобы уточнять детали рабочего процесса, уже не было. Поэтому я пошёл уже проверенным путём. Представил, как моё тело окружает многослойный, пружинящий щит.

Такая себе идея. В иной ситуации я на неё полагаться бы точно не стал. Но сейчас иных вариантов попросту не осталось.

Удар. Ощущение давления. Вопли толпы вокруг. И взлетевший вверх я.

Вышло! Получившаяся конструкция, пусть и выглядела крайне чудно, но работала. Пожалуй, даже слишком хорошо. Не просто защитила меня от удара, а подбросила на добрый десяток метров вверх.

Понятное дело, убирать я её не стал. Высота была не такой, как в случае с навесом, но рухнуть отсюда тоже было бы неприятно.

Хрустнули и разлетелись деревянными обломками сиденья. Истошно заорала женщина в тёмном платье, прямо перед лицом которой я приземлился. Самого же меня вновь подбросило вверх.

— Убейте его кто-нибудь!

— Что это за попрыгунчик?

— Да не толкайтесь, дайте я Тик-Ток запишу.

Среди зрителей нашлись и те, что решили притормозить ради чудного зрелища. Но основная масса по-прежнему ломилась к выходу.

Гранатомётчик, который пытался меня достать, тоже стоял на своём месте. Его лица мне отсюда видно не было. Но уверен, тот был изрядно раздосадован. А вот внутри головы зазвучал голос кошки.

— Пружинь к сцене. Освободи рабов, мурр. Без них не справимся, у этого самозванца слишком много солдат.

Где сейчас кошка, я не знал. Но вот поводу числа бойцов она не ошибалась — с высоты, на которую меня подбрасывал конструкт, были заметны фигуры, которые целенаправленно двигались в мою сторону. Не говоря уже о том, что сюда же пробивался менкв.

Выступающие всё ещё были на сцене. Там даже свет продолжал работать — всё было освещено. Только сейчас кто-то из персонала опомнился — из-за кулис выпрыгнули сразу несколько человек, крича на танцоров.

Я же, приземлившись в следующий раз, попытался скорректировать направление, в котором отпружиню. К моей неожиданности, это и правда получилось.

Даже лучше, чем я предполагал — вместо того, чтобы сместиться в том направлении, я описал большую кривую.

Снова разлетелись в клочья сиденья — на этот раз расположенные во втором ряду. Тогда как у меня вышло развеять конструкт. Метод перемещения оказался быстрым. Но слишком уж напряжным. Да и мой вестибулярный аппарат подобные фокусы не слишком одобрял.

Поднявшись на ноги, подбежал к краю сцены. Вцепившись пальцами левой руки, забросил своё тело наверх.

Кошка молчала. А на меня уставилась рослая высокая девушка. Одна из тех, что были в Висиме. Загримированная, усыпанная блёстками и одетая лишь в крохотные трусики, да странную штуку, которая напоминала накидку всё тех же гусар. На обеих руках — браслеты с вырезанными на них символами.

Взгляд… В глаза ей я посмотрел, когда уже сделал первый шаг. И едва не остановился. Никогда не видел такой концентрированной ненависти. Единственное, что внушало оптимизм — помимо неё, там проглядывала надежда. А сама девушка не пыталась бежать от меня. Да и нападать не пробовала.

— Назад! Свалили со сцены!

Какой-то чернявый тип гнусаво заорал слева. Я же шагнул вперёд и вытянул руку, обхватив пальцами её запястья.

Подобное я проделывал в первый раз. Но как показал недавний опыт с прыжками по залу, всё всегда упиралось в один и тот же способ — манипуляция собственной силой. Что я сейчас и проделал. Представил, как энергия течёт через мои руки и распыляет её браслеты.

В следующую секунду на пол осыпалась тонкая металлическая пыль. Немного перестарался, похоже. А вот девушка издала самый настоящий торжествующий рёв. После чего развернулась и кинулась в сторону.

Физические кондиции у неё точно были в абсолютной норме — за каких-то несколько прыжков, она добралась до того чернявого, что приказывал убираться отсюда. После чего просто обхватила его голову ладонями.

Как выяснилось в следующую секунду, раскалывающийся череп издаёт крайне громкий звук. Я же скользнул взглядом по остальным танцорам и танцовщицам. Оценил число силуэтов с рабскими ошейниками и браслетами, которые были за кулисами — глаза напитались силой, так что теперь я их тоже отлично видел.

Слишком много. Если буду бегать от одного к другому и хватать за руки, освобождая таким образом, потребуется очень много времени.

Решение пришло тотчас и было абсолютно очевидным. Хотя, в его действенность, на все сто процентов не верилось. В том плане, что запросто могло не хватить резервы этой самой энергии.

Однако — хватило. Множество тонких золотых нитей вырвались из рук, засияв в воздухе. Потянулись по всем направлениям, касаясь заговорённых вещей.

Правда полностью бесследно это не прошло. На момент меня закачало — картинка перед глазами смазались, а ноги повело в сторону. Но я благополучно удержал вертикальное положение. А в следующую секунду воздух огласили громкие вопли.

Сначала кричали освобождённые танцоры. Потом орали те из их надсмотрщиков, что оказались рядом. По вполне понятным причинам — недавние рабы вымещали на них всё, что накопилось.

— В тебя сейчас снова будут стрелять. Сделай что-нибудь, мурр.

Кошки я до сих пор не видел, но голос у Беатрис был довольный. Настолько, что сразу стало ясно — дела у пушистой аристократки шли неплохо.

А вот в меня и правда целились. Тот же самый гранатомётчик. Хотя, кто его знает — возможно это был какой-то ракетный комплекс. Я во всех этих армейских штуках не слишком разбирался.

Противник был слишком далеко, чтобы достать его нитью. Но слова Беатрис о том, что я могу сражаться с менквом кулаками, которые напитал своей силой, вызвали к жизни очередную идею.

Вытащив пистолет, я поднял руку с оружием, нацелив его в сторону стрелка. Представил, как моя сила проходит через рукоять, напитывая собой пулю.

В тот же миг моя кисть и сам пистолет окутались золотом. Я же начертил мысленную линию от его ствола до головы неизвестного и нажал на спуск.

Хлопнул выстрел. Толкнула руку отдача. Полутьму театра рассекла золотая молния.

Вовремя. Почти в тот самым момент, когда она ударила в голову врага, тот выстрелил сам. Сделай он это чуть раньше и эффект мог оказаться неожиданным. На самом деле я совсем не был уверен, что мой щит сможет выдержать прямое попадание из чего-то настолько убойного.

Но он пальнул, уже падая и граната ушла к потолку.

Рвануло. Вниз посыпались обломки. Я же почувствовал, как на меня накатил новый приступ слабости. Хотелось прилечь прямо тут на сцене и немного отдохнуть.

Для того, чтобы не поддаться искушению, пришлось приложить некоторые усилия. Вокруг творился хаос — спрыгнувшие со сцены выступающие носились по всему залу, выборочно убивая тех, кто совсем недавно на них глазел. Некоторые зверствовали за кулисами. Третьи пытались сбежать.

Основной момент — бойцы Пажа, которые до того стягивались к моей персоне, оказались отвлечены. А вот менкв, которому до сцены оставалось всего метров двадцать, вдруг застыл. Остановился на месте, сверля меня взглядом.

Освобождённые огибали его, явно не желая сталкиваться с исполином. Сам же он не сводил глаз с пистолета в моей руке.

— Ты не золотой князь, — голос буквально прогудел, гоня воздушную волну в сторону сцены. — Но ты им станешь. И снова придёшь ко мне. Как всегда.

Что? На миг я даже растерялся. Тогда как гигант развернулся, и спокойно побежал к выходу, постепенно набирая темп.

Проводив его взглядом, я посмотрел на потолок, с которого продолжала сыпаться какая-то мелочь. За кулисами что-то рвануло и кажется загорелось. Мимо промчалась танцовщица. Голая и залитая кровью.

Кажется, пора было отсюда убираться. С театром, вышло неловко, но в конце концов, моей вины тут нет — отправляясь на этот вечер, я точно не планировал устраивать масштабных разрушений.

Спрыгнув со сцены, посмотрел на пистолет в своей руке. Интересно, я теперь всегда так смогу делать? В теории это ведь позволит пристрелить даже того же менква. Всего-то надо «зарядить» пулю и вогнать ему в голову. Хм. Может Кашпировский тоже отчасти не лгал? Хотя, через телекоммуникации сила проходить не может. По крайней мере не должна.

Зал театра практически опустел — я без особых проблем добрался до бокового выхода. Потом выскочил в холл. И остановился, рассматривая расколотые витражи, через которые выбирались зрители.

Нет, дело было не в моём возмущении ущербом. Разум интересовал иной вопрос — где кошка?

— Беатрис?

Я обернулся, крутя головой по сторонам. Ну не могла же она погибнуть? Только недавно сама выходила на связь и тогда казалась бодрой. Да что там, она будто рада была чему-то.

Позвал её ещё дважды. Не получив ответа, забеспокоился всерьёз. И к очередной попытке подошёл более серьёзно.

— БЕАТРИС!

— Да ну не ори ты так! Я красивая, а не глухая, мурр!

Кошка вылетела из того же проёма, откуда пришёл я. Оттолкнулась от пола и прыжком взлетела на моё плечо, заставив пошатнуться.

— Ты где была?

— Инспектировала, мурр.

— Что инспектировала?

— Запасы еды. Они столько всего приготовили. Столько всего… Нельзя было уйти, не попробовав. Это бы стало оскорблением.

На секунду я даже остановился. Потом рванул вперёд, выбираясь через разбитый витраж.

— То есть, пока я сражался за свою жизнь, ты обжиралась?

— Фу так говорить! Я аристократка. Беатрис Форси Скаймай! Не обжиралась, а изящно и грациозно отдавала дань уважения красной икре, мурр. Всем десяти банкам…

Теперь понятно, почему она не отвечала. Довольство в голосе тоже стало объяснимым. Надо будет с ней поговорить про дисциплину и взаимовыручку в бою. Но это потом. А прямо сейчас требовалось отыскать дорогу к машине. Ну или хотя бы прикинуть направление, по которому надо ломиться к парковке. Я вроде бы вышел левее от основного выхода. Если так — сейчас надо взять правее.

Тихое рычание. Ударивший в нос запах крови. Мелькнувшая фигура.

Та самая крепкая высокая девушка. Затормозила передо мной, взрыхлив ногами землю. Пригнулась, впившись взором. Ещё несколько бывших танцоров остановились за моей спиной.

Девушка снова рыкнула. Чуть сдвинулась в сторону. Втянула ноздрями воздух, как будто принюхиваясь ко мне. Вечерняя прохлада и тот факт, что из одежды у неё были одни трусы, да и те символические, танцовщицу явно не смущал.

— Ты освободил нас, духоглядец. Зачем? Почему от тебя так странно пахнет? Кто ты?

Выплёвывая фразы, она придвинулась чуть ближе. За спиной кто-то рыкнул. Оскалившись, зашипела на моём плече Беатрис. Я же попытался прикинуть, как бы им всё объяснить, чтобы это не заняло пару часов и не вызвало желания меня убить.

Вот сейчас, смотря на фигуру перед собой, я вдруг вспомнил об одной, весьма важной детали. Вернее, человеке.

— С вами была шаманка?

Кошка, которая скалила зубы с моего правого плеча, оборвала шипение и повернула морду. Глянув с немым вопросов «Ты, что, дебил?». Хотя нет — какой же он немой, если только что в моей голове прозвучал.

Девушка напротив тоже удивилась. Выпрямилась даже немного. Руками водить в воздухе перестала, как будто готовясь к броску.

— Шаманка?

— Она самая. Сестра у неё ещё есть. Владой зовут. Возможно, упоминала её в разговоре.

Секунду подождав, глянул назад, на застывшие фигуры. Снова посмотрел на крепкую девушку перед собой.

— Вы бы это… Прикрылись что-ли.

Стоящая напротив танцовщица, на миг будто бы смутилась. Дёрнула рукой, чтобы прикрыть голую и испачканную чужой кровью, грудь. Но тут же вернула конечность на место.

— Какое тебе дело до шаманов, медноглазый? Ищешь её смерти?

Странная формулировка. Не слишком логичная. Не говоря уже о том, что в корне неверная.

— Сестра просила её отыскать. Как я уже сказал, её Владой зовут. Увидела на фотографиях в сети.

Уверенный тон немного сбил её с толку. Озадаченно уставилась на меня, не зная, как реагировать. В голове же зазвенел голос кошки.

— Тебя освободили из рабства, лешачка! А вместо того, чтобы преклонив колени, смиренно умолять взять на службу, ты смеешь дерзить? Какая непочтительность, мурр. Какой упадок нравов!

В ответ та натурально зарычала и подалась вперёд.

— Да как ты смеешь? Я свободная лесная, а не твоя рабыня!

— Конечно не моя. Зачем мне такая жалкая рабыня, мурр? Вообще-то я себя не на помойке нашла.

— ЧТО? Хребет сломаю!

— Горло тебе разорву, мурр!

Они буквально орали друг на друга. Замолчав только после того, как наверху, на втором или третьем этаже театра вдруг разлетелось на осколки окно. Судя по языкам пламени, внутри начался пожар, который пока никто не спешил тушить.

В воздухе мелькнула птица. Ещё одна. Сразу несколько. Что-то зашелестело в кустах справа. Потом позади.

— Нам пора удалиться, мурр. Оставим этим недостойным их недостойность.

Беатрис движение животных тоже заметила. Вот интересно — у них в составе труппы могло быть сразу две шаманки? Или этими животными управляет кто-то ещё?

Бывшие танцоры тоже обратили внимание на ситуацию. Отступили, крутя головами по сторонам. И судя по всему, изрядно напряглись.

Как скоро выяснилось — не зря. За какие-то секунды воздух наполнился буквально десятками разнообразных птиц. Воробьи, синицы, голуби и какие-то совсем мне неизвестные. Сбились в одну большую плотную стаю, которая шумела крыльями наверху. Потом резко ломанулись вниз.

Ответил я на чистых рефлексах. Стеганул сразу десятком золотых нитей из левой руки, заставив птиц отступить. Тут же ударил ещё несколькими себе под ноги, рассекая грызунов. Напитав глаза силой, повёл вокруг взглядом, пытаясь отыскать кукловода.

Беатрис яростно зашипела, тоже вглядываясь в темноту. А в стаю над моей головой вдруг врезалась ворона. Влетела на полной скорости, сходу порвав когтями нескольких воробьёв и располовинив одного голубя. Потом зависла в центре, хлопая крыльями. За спиной послышались голоса.

— Это ещё что?

— Шаманка против шаманки? Из-за меднокрового?

— С каких пор шаманы на стороне золотых?

— Сестра против сестры и это всегда в основе игры.

Тут даже я завис. Продолжая держать птиц в поле зрения, чуть повернул голову. Тощий нескладный парень со странной, не слишком пропорциональной головой, что казалась слишком вытянутой, пожал плечами.

— Что?

Остальные, которые тоже пялились на него, тут же загалдели.

— Тебе не говорили, что у тебя с рифмой проблемы?

— Откуда ты вообще это вытащил?

— Что за привычка, постоянно менять выражения…

Тот с невозмутимым видом вздохнул.

— Поэта может обидеть каждый.

На правом плече снова заворочалась Беатрис. А я наконец увидел ту, что присылала птиц. Женщину, которая быстро приближалась с правой стороны. Через несколько секунд вынырнув из-за кустарника.

В накидке на манер армейского кителя и блестящих трусах. Около плечей дымка, глаза сочатся самой настоящей тьмой.

— Кто ты такой? Почему моя родная сестра убивает моих воинов, чтобы спасти тебе жизнь?

— Да ты бы знала, что они с твоей сестричкой вытворяют. Такой разврат, мурр. Такой разврат… Никакого стыда нет.

Шаманка медленно сместила взгляд на кошку. А сверху рухнула Грана. Ударив крыльями, зависла около кошки. И вдруг прохрипела.

— Не завидуй, кошарр-р-рр-ра.

Сестра Влады сделала шаг вперёд. Тьмы в её глазах теперь стало поменьше, а лицо уже не выглядело таким кровожадным. Да и птиц наверху вроде стало не так много.

— Стоп! Моя сестра дала присягу духоглядцу? Влада? Как такое вообще могло случиться?

Лешачка склонила голову, с интересом прислушиваясь к беседе. Позади кто-то нетерпеливо хмыкнул. Лесная нечисть и все прочие, мало отличались от людей. Стоило им услышать интересную сплетню о чужой жизни, как всё прочее быстро забывалось. Даже если они только что неслись за мной, чтобы получить ответы или разорвать глотку.

Ответить я не успел. Оно и неудивительно — мне для такого требовалось открывать рот. Тогда как Беатре было достаточно подумать.

— Так она не давала. Присягу, в смысле, мурр. Я же говорю — они такое творят, такое…

Ворона попыталась ударить её клювом. Кошка в ответ махнула лапой, едва не попав ей по голове. А девушка в кителе поражённо тряхнула головой, снова посмотрев на меня.

— Так ты… Вы с Владой… Как ты вообще тут оказался? В театре этом?

— Очень долгая история. И я бы её лучше рассказал не здесь. К тому же сестра просила тебя найти.

— Иди с ним, сестр-р-рр-ра!

Один только вопрос — когда это Грана научилась говорить? Раньше за птицей такого не замечалось. Да и тушка у неё теперь выглядела целой.

— А… Что с отцом?

Неожиданный вопрос. И судя по её тону, скрывающий за собой определённые секреты.

— Насколько я понимаю, он мёртв.

Странно, но почему-то мне показалось, что на лице девушки мелькнуло выражение удовлетворения. Надо было наверное у Влады её имя спросить. Вот сейчас хотел по нему обратиться и не вышло, потому что не знаю.

Со стороны главного входа донеслись крики, а внутри здания что-то рухнуло. Пожалуй, отсюда пора убираться. Болтать — это неплохо и местами информативно. Но Паж наверняка вызвал подкрепление. Не говоря о том, что такое происшествие не скрыть — ещё немного и тут будут пожарные с полицией. Возможно, скорая. Потом всё подчистят и выдадут официальную версию, которая всё объяснит. Однако прямо сейчас, избежать вопросов это не поможет.

— Определяйтесь. Уходите со мной или остаётесь сами по себе. Только быстрее. У вас секунд пять. Максимум — десять.

Освобождённые танцоры переглянулись. Потом вперёд шагнул тот самый тощий паренёк, что модернизировал старые выражения.

— Я с тобой, золотой.

Не сказать, что мне был сильно нужен именно он. Однако, не выгонять же? К тому же, это была первая ласточка. Сейчас следом ринутся и остальные.

Ну или нет. Пока все стояли и настороженно пялились на меня. Некоторые ещё и на этого любителя рифмовки поглядывали.

— Я тоже пойду. Но можно вы этого поэта выкинете? Он реально всех достал.

— Угу, — утвердительно кивнул другой. — Вечно ноет, какой он непризнанный гений. Заколебал вкрай.

— Хотя бы опубликоваться где-то попробовал.

Сам парень отвёл взгляд в сторону, делая вид, что речь вообще не о нём. Я же почувствовал, как мозг самую малость подплавляется от происходящего. Стоять вечером, после бойни в театре и обсуждать психологические патологии недавнего раба — в таком формате, я своё свободное время ещё не проводил.

— Ладно. Пойду с тобой. Но наложницей не стану, можешь даже не мечтать.

— Да кому ты нужна, лешачка, мурр? Я же говорю, он с шаманочкой зажигает.

Рослая девушка и кошка снова сцепились взглядами. А я посмотрел на сестру Влады, которая в свою очередь пялилась на Грану. Ворона опустилась на декоративный и не слишком высокий фонарный столб, откуда наблюдала за нами.

— Для начала я хочу поговорить с сестрой. До этого момента обещаю не нападать. А дальше… Посмотрим, что она скажет.

Не самый оптимальный вариант, но в качестве начала уже неплохо. Оставался только один вопрос — как их всех довезти до дома? В мою голову он пришёл, когда мы уже спускались вниз по засаженному деревьями склону, а я достал телефон.

Василий-то на звонок ответил сразу. Вот только в арендованную машину много не поместится. Максимум трое. Может быть пятеро или шестеро, если я сяду вперёд, а остальные набьются, как сельди и усядутся позади, друг к другу на колени.

А их всего сколько? На ходу обернувшись, скользнул взглядом по фигурам. Восемь. Незадача…

— Делов-то, мурр. Застрели двоих и дело с концом. Пусть сразу тебя боятся.

Угу. Она прямо знает толк в отличных советах. Идеальный стратег. Только со знаком минус. Дать такому легион, вернётся с одной когортой. И то, если повезёт.

К счастью, Василий отогнал роллс-ройс с парковки сразу, как начался хаос. Остановившись через несколько зданий.

Преследовать его, никто не преследовал, но вот сам ведьмак появлению всей нашей компании изрядно удивился.

— А как мы их всех повезём?

Вид у выбравшегося наружу пожилого мужчины был удивлённым. А взгляд весьма прицельным — лешачка, заметив куда тот устремлён, немедленно прикрыла грудь. Шаманка свой китель тоже задёрнула. Впрочем, ещё пара девушек не обратили никакого внимания. Одна, с жёлтыми глазами, вовсе хищно оскалилась и как будто выставила голую грудь вперёд.

— Кого-то придётся упаковать в багажник.

На меня тут же устремились восемь пар возмущённых глаз, в которых сквозило такое недовольство, что я машинально развёл руками.

— Другого транспорта нет. Шестеро влезут назад. Переднее место я займу сам. Выходит двум придётся лечь в багажник.

Василий медленно кивнул.

— Да вы не бойтесь. Он удобный. Просторный — с комфортом разместитесь.

Те обменялись взглядами. На секунду задумались. И почти одновременно рванули к дверям машины.

— А я как пушинка. У тебя на коленях помещусь.

Нет, одна всё-таки осталась на месте. Совсем тоненькая и невысокая, с рыжими волосами. Небольшая грудь прикрыта курткой, глаза вертикальные. Тоже похоже из каких-то оборотней.

— Впереди стёкла не тонированные, — тут же отозвался ведьмак. — Заметить могут.

Мне показалось или в его голосе сейчас нотки лёгкой зависти прозвучали?

— А я тогда вниз сползу. Там тоже места много.

Глаза у старика стали совсем грустные. Он даже на задницу лешачки, которая сейчас торчала из открытой двери, пока её владелица билась за место в салоне, без прежнего удовольствия смотрел.

Закончилось всё быстро. Какие-то несколько секунд и сзади уже сидели шестеро бывших танцоров, в число которых попала и шаманка. Собственно, если не считать рыжей, снаружи остался только тот самый тощий парень. Который, грустно вздохнув, покосился на меня.

— Может… Ну это… Сиськи ж на братву не меняют. Давай её в багажник, а я на колени.

От неожиданности я аж поперхнулся. Потом качнул головой.

— В реальности, братву как раз меняют на сиськи. Или деньги. Да на что угодно, на самом деле.

Его замечание вызвало неожиданный всплеск мозговой активности — я едва не принялся излагать философскую историю о том, что чаще всего дружить получается только у тех мужчин, что уже в постоянных отношениях. Конечно, при условии, что отношения эти равнозначны. Если у одного все хорошо, а у второго нет — расклад становится совсем иным. Собственно, точно так же как при общении одинокого и семейного.

Вот сейчас подумал про это, прогнал в своей голове и невольно задумался, откуда оно всё взялось? Я же не был ведь женат. Так ведь? Нет, точно не был. Наверное… С этой ментальной вязью теперь ни в чём не уверен.

— Всё, давай в багажник. Василий, запри его и поехали.

— А мне же на коленочки?

Я повернул голову. Глянул в умоляющий глаза рыжей, которая едва доставала до моего плеча.

— Хорошо. Но не ёрзать.

— Конечно-конечно, — закивала она. — Моя жопка будет стабильно неподвижна. Как скажете, господин.

Стоило мне усесться, как девушка скользнула внутрь, устроившись на колене. Сзади кто-то хмыкнул.

— Вы гляньте на эту кицуне. Только освободилась, а уже нового хозяина ищет.

Не успел я удивиться, что она оказалась потомком японский лисицы, как рыжая уже повернула голову и ответила.

— Ну а сами? Или перепутали его роллс-ройс с общественным транспортом?

Чуть подождав, вдруг показала им язык.

— Просто вам завидно. Вы вшестером назад втиснулись, а я тут, на коленочках.

Василий в голос рассмеялся. Правда, поймав мой взгляд закашлялся, но внутренне наверняка продолжал ржать. Одновременно выводя машину на улицу.

— Тебе Влада прибьёт. Сначала этой распутнице голову оторвёт. А потом тебе по голове настучит.

— Так не за что? — тут же воззрилась на него лисица. — Я просто еду.

На моём плече пошевелилась кошка, о которой я успел на мгновение забыть.

— Как это не за что? Я всё слышу и вижу, мурр. Шаманка, как узнает, что на коленочки просилась, жопу тебе оторвёт.

— А ну-ка хватит тут про мою сестру! Её личная жизнь, это её дело.

Сзади неожиданно взорвалась яростью вторая шаманка, а я машинально повёл взглядом, ища Грану. Вороны нигде видно не было, но она наверняка видела, как мы устраивались в машину. Честно говоря, даже не подумал, что у Влады может проснуться ревность. Наверное зря — стоило засунуть кицуне в багажник.

Дальше мы ехали молча. Навстречу пронеслось сразу три пожарных автомобиля с орущими сиренами. Следом патрульная машина со скорой помощью.

Мы остановились на светофоре и сзади вдруг послышался слабый шорох. После которого в салон тут же ворвались звуки улицы.

— Ты зачем окно открыла?

— Душно! А от Гриши воняет!

Я повернул голову, собираясь дать команду закрыть окно. Но тут рядом с нами затормозила раздолбанная девятка с распахнутыми настежь окнами и молодёжью внутри. Пребывающей в абсолютно счастливом состоянии и судя по лицам, не слишком обременённой интеллектом.

— Зырьте! Они там голые, мля! Сиськами светят.

— Реально, пацаны. Извращуги.

— Давайте тёлок дёрнем оттуда. И насадим.

— Тачку тоже дёрнем. Сто процентов терпилы какие-то ущербные. Тока у таких бабло и есть.

Ситуация была дикой. Но когда я напитал глаза силой и присмотрелся. немного прояснилась. Эти типы были изрядно изувечены чернотой. Тёмные прожилки буквально испещрили тела, а лютники имелись повсюду. Это вроде бы как намекало, что это не полностью их вина. Но с другой стороны — жизнеедов или следов внешнего воздействия я не видел. Парни, которых бы любой назвал отбитыми отморозками, сами всё с собой сделали.

— Том, ты там ствол вроде тиснула, да?

Лешачка, которая сидела сейчас прямо позади меня, действительно протянула оружие. Где она его прятала? Голой ведь стояла, в одних трусах. Сзади, за резинку заткнула?

— Мысль стремительно мелькнула в голове, а шатенка, которая забрала оружие, уже выставила его в открытое окно, взяв на прицел одного из пассажиров девятки.

— И чё? Ты в меня стрелять собралась, шлюха? Я тебе этот ствол в жопу запихаю по самую…

Грянул выстрел. Второй.

— Сука! Коленка-коленочка! Ты чё наделала!

Надо же. Может промахнулась? Как по мне от пули в колено, человек должен кататься и бессвязно орать от боли, а не такие вот речи излагать.

В любом случае, сейчас я рявкнул, приказывая Василию ехать дальше. А сам потянулся золотыми нитями к четвёрке в соседнем авто.

Ведьмак и правда рванул на замерцавший красный. Но шатенка успела выстрелить ещё трижды. Попав в лобовое стекло и капот.

— Какого хрена?

Повернув голову, я впился в неё взглядом. Обнаружив, что она сама смотрит на меня с удивлённым раздражением.

— Зачем было ехать? Вы слышали этих тварей? Таких надо убивать!

Сильное заявление. Немного противоречащее правовой системе. Хотя, если взять теневую часть мира, ей тут чего только не противоречило.

— Я очистил их. Теперь опасности они не представляют.

Та хмыкнула, смотря на меня с недоверием.

— Не представляют? Вы вообще видели… Да о чём я⁈ Золотой ведь…

Отвернувшись, шатенка протянула пистолет обратно. А за моей спиной зазвучал голос лешачки.

— Они может не станут никого убивать ближайший месяц. Или два. Насиловать перестанут. Но потом начнут снова. Таких надо перевоспитывать. Или убивать.

— Можно просто дробить им ножки с ручками и вырывать языки, — добавила милая кицуне, что сидела у меня на коленях.

— Сразу видно тёмных плебеев. Никто даже не подумал про дыбу, мурр.

Повернув голову я молча посмотрел на Василия и тот пожал плечами. Мол, чего ты хотел от группы рабов, над которыми столько издевались? Чтобы они были благородными и всепрощающими?

Окно шатенка всё-таки закрыла. А спустя пятнадцать минут мы уже подъехали к дому. Если честно — я до самого конца опасался, что Пажевский вышлет отряд, чтобы взять его штурмом. Ещё и Влада упорно не отвечала в Телеграме, где я пытался поинтересоваться ситуацией.

Но когда мы прибыли, всё оказалось спокойно. Никого снаружи и в окрестностях. Внутри всего два энергетических контура. Один явно принадлежал кикиморе. Ну а второй видимо Владе.

Когда Василий заглушил двигатель, я я потянул ручку двери, шаманка выскочила на крыльцо и я облегчённо выдохнул. Правда сразу же напрягся вновь — увидел, как именно она посмотрела на выскольнувшую первой почти голую кицуне.

Следом вопросительный взгляд упёрся в моё лицо, но уже через несколько секунд на улице оказалась её сестра и внимание шаманки тут же переключилось на неё.

Странно, но Граны я так и не видел. Наверное просто не успела за нами в плане скорости и сейчас ещё возвращалась назад.

— Ничего себе махина.

— А сколько тут человек живёт?

— Как думаешь, на каком этаже свободные комнаты есть?

Освобождённые танцоры перешёптывались. Тогда как взгляд Влады снова вернулся на меня. Вместо того, чтобы кинуться обнимать сестру, шаманка спустилась по ступенями и не спеша двинулась в мою сторону.

— Кого-то будут бить, мурр. Говорила я ведь! Говорила же. Не надо было развратнице рыжей о себя тереться давать.

Девушка о которой шла речь, тут же возмущённо выдохнула. Влада же на момент притормозила, сбившись с шага и подозрительно глянув на неё. Правда уже в следующую секунду с укоризной посмотрела на кошку, которая довольно улыбалась. И сделала ещё пару шагов.

— Грана летела за вами. Но по дороге кое-что уловила. Сейчас ведёт наблюдение.

— Что именно? — непонимающе прищурился я.

Девушка вздохнула. Посмотрела на полуголых танцоров. Снова взглянула на меня.

— В Перми появился ещё один духоглядец.

Стоило признать — новость была ошеломительной. Но прежде, чем я успел на неё отреагировать, из багажника постучали. Негромко и вежливо. Как стучат в кабинет к начальнику.

Влада моргнула. Глянула на роллс-ройс. Потом на меня. Снова перевела взгляд на автомобиль. По лицу читалось, что версий у неё немало и каждая интереснее другой.

— Там кто-то есть?

Я молча улыбнулся и покосился на Василия, который уже открывал багажник.

Поэт выбрался наружу. Отряхнулся с достоинством человека, вышедшего не из багажника, а как минимум из директорской ложи. Неожиданно приняв горделивую позу, приподнял подбородок.

— Стучал, не открыли. Знали, не спросили. И ехал в тесноте. Зато не в обиде.

Кто-то из освобождённых застонал.

— Опять.

— Он и там что-то выдумал…

— Багажник его не исправил. А жаль.

На плече шевельнула Беатрис.

— В приличных домах поэтам всегда покупают кляп, мурр. Очень разумная традиция.

Ещё в таких домах наверняка есть традиция не сжигать театры и не освобождать чужих рабов. Да и вообще — судя по тому, что я слышал о «приличном обществе», оно больше похоже на отмороженный криминал.

— Надо бы сейф вскрыть. Вдруг там денежки, мурр? Или золото, — продолжила кошка.

— Там отрава и чужая защита.

— Тогда первым отправим поэта, мурр. Его не жалко.

Как она себе это представляла, я уточнять не стал. Вместо этого повернул голову к Владе.

— Кто он? Второй духоглядец? Смог обнаружить Грану?

Девушка помолчала, смотря на компанию из восьмерых почти голых танцоров за моей спиной, среди которых было всего трое парней. Наконец перевела взгляд на меня.

— Её он скорее всего не видел. Но и она рассмотреть точно не смогла. Заметила свечение силы издалека. Пока подлетела, тот уже исчез. Возможно маскировка на время засбоила.

— А ты уверена, что это не батарейка, мурр? Вам, шаманочкам, свойственно ошибаться в…

— Там было мощное свечение. И вообще, ты бы заткнулась, кошара!

Ну вот. Они снова едва не сцепились. Прекрасный пример для подражания, что сказать.

К счастью в этот раз Беатра с ответом замешкалась. Что дало мне возможность самому сделать следующий ход.

— Но район она хотя бы зафиксировала?

— Он был в движении. Возможно на машине ехал. Сейчас может быть где угодно.

Ещё пару секунд подумав, я кивнул. А Влада шагнула к неровному строю за моей спиной.

— Кристина…

Точно! Она же называла мне её имя. Какого хрена происходит с моей головой? Сначала забыл имя сестры шаманки, потом сомневался в том, что не был женат. И до сих пор на самом деле не уверен. Это всё из-за того, что скоро возродится душа гусара? Получается, моя память уже начинает гаснуть?

— Влада…

Тряхнув головой, отвлёкся от мыслей. Посмотрел на двух обнимающихся шаманок, которые друг друг что-то шептали. Оглянулся на остальных.

Когда я снимал дом, семь спален казались тотальным перебором. Теперь их должно было хватить впритык. Четыре на восемь новых жильцов. Потому как, стоило нам зайти в дом, как Влада заявила остальным — мы спим вместе. Потому у них есть выбор из четырёх вариантов.

Алиса, как звали лисицу, немедленно нарисовалась у локтя. Задрала подбородок, стрельнула глазами в которых светились вертикальные зрачки.

— А если господину нужно будет помассировать спинку? Или ножки… Ну или…

Договорить она не успела. Влада коротко, без замаха, отвесила ей подзатыльник. Да так, что кицуне тут же отскочила в сторону, выставив пальцы, края которых начали оборачиваться когтями и оскалив зубы.

— Тогда у окрестных ворон будут вдоволь пищи. Твой труп я скормлю именно им.

Я немедленно вмешался и конфликт оказался исчерпан. Как бы не подзуживала их обеих кошка, больше девушки не цапались. Зато пришла пора другого веселья. Битвы за спальни.

Оставшиеся комнаты были одинаковые. Кроме одной — угловой на третьем этаже. Просторнее прочих, с громаднй кроватью и окном во всю стену. За неё и сцепились.

Причём всерьёз. Когда я поднялся на шум, жёлтоглазая уже выпустила когти, а Тома держала её за шиворот и примеривалась приложить о стену. Ещё одна новенькая подсвечивал ладони мутно-зелёным.

Убивать друг друга они вроде бы не собирались. Но вот выяснить, кто в стае главный, планировали.

— Отставить!

Ко мне повернулись семь голов. Кристина сейчас была внизу с сестрой. Все прочие тут — сражались за место под солнцем. В данном конкретном случае — на кровати.

Семеро бывших рабов, час назад получивших свободу и до того живших в атмосфере непрерывного насилия. Логично, что первым делом они принялись мериться силой.

— Бросите кости. Пусть комнату распределит удача. Если собираетесь спать там не в одиночку — договоритесь между собой.

Я ожидал возражений, но, к моему удивлению, все согласились. Через пару минут они уже устроились в бывшей библиотеке второго этажа, бросая найденные там же кости. Пожелтевшие и оставленные кем-то в ящике.

Компания расселась прямо на полу. Грязные и почти полностью голые — только парочка набросила себя полотенца. Остальные похоже не слишком стеснялись. Кто-то вовсе был усыпан блёстками.

Бросали все по очереди и всего по одному разу. Тома, неожиданно оказалась лидером — у лешачки суммарно выпало двенадцать.

Сравняться с ней ни у кого не вышло, так что угловая спальня с огромной кроватью осталась за ней.

— Одна на такой кровати? Расточительно.

Та, что недавно подсвечивала ладони зелёным, вопросительно посмотрела на рослую девушка. Видимо вспомнила мои слова о том, что спать можно не в одиночку.

— Со мной ляжешь, Тина. Если перестанешь всё вокруг в топи превращать. — Тома покосилась на её пальцы. — И ты, Марта. Втроём влезем.

Так выяснилось, что зеленопалую зовут Тиной, а жёлтоглазую Мартой.

— Чего это ты их сама выбираешь? Может мы тоже хотим?

В голосе поэта звучало искреннее возмущение. Он аж вперёд наклонился, смотря на лешачку.

— Потому что ты, Гена, храпишь и декламируешь. А ручонки свои так распускаешь, что тебе их давно оборвать надо.

— Между прочим, у нас есть ещё подвал, мурр. Большой и красивый. Не будете приносить достаточно рыбки, отправитесь туда.

На момент все семеро замолчали. Повернули головы, сверля кошку взглядами. Первым отозвался крепкий парень со здоровыми кулаками.

— Мы ещё не давали присягу. Свободные лесные, а не твои рабы.

— Свободные. И голые, как выводок общипанных куриц, мурр. Таких обычно в дружину вовсе не берут. Но нынче такие времена вот наступили, н-да… Такие времена…

Голого борца, как выяснилось через пару минут, звали Стёпой. Последнего, узкого и вертлявого, с бегающими глазами — Климом.

Оставалось ещё три спальни и их делить не пришлось. В одной расположились Степан и Клим, вторую заняли Алиса с Кристиной. Ну а третья досталась поэту Гене. Делить с ним одну комнату никто не захотел.

По-хорошему им сейчас стоило заказать одежды. Имелась только одна проблема — на доставку почти ничего не было. Только один магазин спортивной одежды, добавленный в «Вольт». За всем остальным нужно было посылать курьера, предварительно посмотрев размерную сетку и желательно договорившись с самим магазином.

Если же учесть их размеры, то в идеале лучше было бы рвануть прямо с ними, чтобы там и померять.

— А можно мне вон ту маечку… Розовую.

Я дёрнулся, чуть не ударив Алису силой. И когда только успела подойти сзади?

— Одежду нам выбирает?

— Реально? Новые шмотки?

— А костюмы там есть? Хочу себе с заплатками на локотушках. Как у Маяковского.

На секунду повисла тишина.

— Ты совсем больной, да?

— Давайте депортируем его из нашего дома.

— Да не носил Маяковский такие костюмы.

Новость о том, что в доступе есть только ограниченный каталог спортивной одежды их не сильно порадовала. Но ехать в торговый центр прямо сейчас я не собирался. Даже если помыть их и дождаться заказанной одежды, после чего переодеть, это в любом случае займёт немало времени. Тогда как здесь Верпа, которую никак нельзя оставить одну.

Конечно, был Василий. Но если Паж реально пришлёт полноценный отряд, ведьмак не отобьётся. Будем откровенны — он даже против небольшой группы заложных навей, что неуязвимы для обычных пуль, не выстоит.

Поэтому им пришлось удовлетвориться тем, что имелось. После чего я отправил всю эту банду мыться. В ванную на втором этаже — ещё две, что были на первом и третьем, сейчас не функционировали.

Не успел спуститься на первый, где беседовали Влада с Кристиной, как сверху снова послышался шум. Через секунду по ушам ударил чей-то рык. Что-то осыпалось на пол.

— Утихомирьте собаку, — заорала в полный голос соседка. — Или полицию вызову!

Выматерившись про себя, я взбежал наверх. Оскаленные зубы, когти на кончиках пальцев, яростные взгляды. Марта вовсе стояла на четырёх конечностях.

— А ну-ка хватит!

В этот раз меня не услышали. Сцепились. Степан отшвырнул Марту, впечатав ту в стену и тут же ринулся к Томе. Клим попытался проскользнуть к двери, нарвавшись на Тину, которая размочила под ним пол и опрокинула ударом ноги.

Что-то сказала Беатрис. Но я уже не слышал — внутри вскипела ярость. Я спас их. И что получил в ответ? Непослушание!

Сила рванула ввперх по позвоночнику. Окатила его расплавленным металлом. Напитала глаза. И вырвалась из рук.

Тонкие нити рассекли воздух. Вспороли стены и едва не снесли руку неловко отпрыгнувшей Марте.

Только этот момент чуть и остудил мозг — желание всех покарать отступило. Нити растворились в воздухе.

Тем не менее, результат был достигнут. Меня услышали. Замерли, повернув головы и шокировано взирая.

— Главная по очереди в ванную комнату — Тома. Она её определит. У каждого не больше десяти минут. Спорить запрещено. За каждую драку буду лишать еды. Два конфликта подряд — выкину из дома. Вопросы?

Вопросов у них не нашлось. Оно так и предполагалось, но на всякий случай я ещё немного подождал. И только потом развернулся, спускаясь вниз. За спиной тут же послышались тихие голоса.

— Видал, что он со стеной сделал?

— Да чё стена, если б захотел, всех нас покромсал.

— Тома, а можно я после тебя?

— Можно. Если рифмовать ничего не будешь.

— Но… Я ведь уже придумал…

— Меня одну это возбудило?

Сам я останавливаться не стал. Вместо этого спустился вниз, куда изначально и шёл. На кухне горел настенный светильник. Влада и Кристина сидели за столом — старшая сестра что-то рассказывала младшей, но при виде меня, сразу замолкла. Как-то подобралась. Взвесила что-то в голове.

— О чём говорите?

Прислонившись к стене, постарался выглядеть как можно беззаботнее. Хотя на самом деле было не слишком комофртно. Слишком уж много людей в доме. Вернее, не совсем людей. Но от этого сильно проще ситуацию не становилась.

Кристина взглянула на меня. Приподняла подбородок, закутавшись в простынь, которую ей всучила Влада.

— Как раз рассказывала, как жилось в кабаре. Духоглядцы у нас тоже бывали. Частенько захаживали за кулисы.

— Дешёвки у вас бывали, а не духоглядцы. У настоящих свой гарем из наложниц, мурр. Шаманок всяких с лисицами. На кой им такое доступное отребье?

В этот раз Беатрис удивила даже меня — сходу не нашёлся что сказать. Слишком уж жёсткой казалась формулировка. Зато Кристина сразу же подалась вперёд, поднимаясь на ноги.

— Что ты сказала, шерстяная сволочь? Кем меня назвала?

— А кем ты была, шаманка? Рабской танцующей шлюхой, мурр. Которую освободил Ярослав.

Взгляд у девушки стал таким, что на секунду показалось — кинется. Я, конечно не девушка, но если попытаться напрячь фантазию, наверное точно бы кинулся.

— Откуда труппа-то ваша была? Не висимские ведь?

Заглянувший в дверь кухни Василий, был само обаяние. Возможно желал разрядить обстановку, а может быть дело было в бутылке пива, которую тот почти опустошил.

Ещё миг постояв, Кристина покосилась на него, и опустилась на стул.

— Из Екатеринбурга. Приехали на один вечер, Пажевский звал, хотел закатить своё шоу в театре.

— Шоу-то он закатил, — усмехнулся ведьмак. — В федеральные новости, глядишь попадём с таким пожаром. Ну да ладно. Я вообще за добавкой заходил.

Сделав ещё пару шагов, открыл холодильник. Достав вторую бутылку, выскользнул назад. Хм. Не помнил я, чтобы мы пиво сюда заказывали. Или он в машине привёз?

Кошка больше не влезала и сама Кристина тоже сделала вид, что ничего не произошло — снова переключилась на беседу с Владой. Правда, спустя всего несколько реплик, разговор опять коснулся меня.

— А вы, значит, вместе?

Взгляд дёрнулся в мою сторону, обозначая о ком именно идёт речь. Влада прикусила губу. Тоже покосилась. И кивнула.

— Можно и так сказать.

Почувствовав, как впились через одежду когти Беатрис, я тут же повернул голову, смотря на кошку и та разочарованно вздохнула. Явно хотела прокомментировать — теперь расстроилась, что не вышло.

— Что тут у вас вообще происходит?

Занятно. Она так и не спрашивала про отца. И сама Влада про него тоже не говорила. Я думал, это станет первой темой, которую они обсудит, но нет. Заблуждался. А вот на её вопрос решил ответить сам.

— Ничего необычного. Поздняя инициация, местные разборки в Перми и попытка занять своё место.

— Да-да. Ещё совсем скоро может заявиться безумный гусар, который устроит кровавую бойню, мурр. В интересные времена мы живём. В интересные времена…

Кристина было нахмурилась, непонимающе смотря на Беатру. Но тут у неё в животе громко заурчало.

Девушка неожиданно смутилась. А я понял очень простую вещь — они ещё и голодны. Вроде бы очевидный момент. Но только не для того, кто спокойно пообедал и до того не носил рабский ошейник.

Первым делом я открыл холодильник. На тот случай, если ведьмак помимо всего прочего, прикупил ещё и еды. Но внутри обнаружилось лишь двенадцать бутылок пива.

— Сейчас чего-нибудь закажу.

Закрыв дверь, достал из кармана телефон. Отступил к двери, открывая приложение доставки.

— А что, нас тут ещё и кормить будут?

Не подпрыгнул я лишь каким-то чудом. Алиса снова подкралась абсолютно незаметно. Даже Беатрис, что сидела на моём плече, дёрнулась и зашипела.

Сама кицуне с невозмутимым видом стояла в проёме, кое-как замотанная в короткое полотенце, и оглядывала кухню.

— Вкусняшечки какие-то будут? Для самых милых и рыженьких?

— За рыжими теперь будет глаз да глаз. Крысу за тобой следить отправлю. Чтобы ничего дурного натворить не смогла.

— Крыса, это конечно, не сникерс, но тоже сойдёт. Благодарствую за угощение, шаманочка.

Поклонилась она так, что полотенце едва не соскользнуло вниз, из-за чего Влада тут же яростно нахмурилась.

— Напомню вам тёмные женщины. У духоглядцев есть право на наложниц. В неограниченном числе, мурр. Вы обе можете греть его постель.

Кицуне, в ответ на такое заявление, на Владу посмотрела с прищуром. Сама же шаманка, кажется побагровела от ярости.

— Обрею налысо, кошара. Помнишь ведь наш уговор?

Беатрис предпочла эту тему не развивать, а я снова опустил взгляд на экран телефона. Самую скоростную доставку обеспечивал KFC, который сегодня получил более чем солидный заказ. Двенадцать бургеров, несколько ведёрок с крылышками, стрипсы и дохрена картошки по-деревенски.

Еду и одежду привезли почти разом. Сначала коробки со спортивными костюмами, потом пакеты из KFC. Столько, что курьер таскал их в два захода.

К моменту, когда мы подняли их в гостиную второго этажа, где имелся телевизор, все успели переодеться. Даже Кристина, которая отправилась в душ последней, натянула спортивные штаны и футболку, прикрывшись сверху курткой.

Вот остальные оказались не настолько стеснительны. Лешачка ограничилась шортами и топом, Алиса попыталась остаться в одной майке, а Марта наоборот решила обойтись штанами.

С вольным стилем одежды быстро покончила Влада. Банально пообещала не выделить им еды, если не оденутся. Сработало тут же — через несколько секунд они сидели полностью прикрытые и сверлили взглядами пакеты с едой.

Стоило утолить первый голод, как тут же закипела новая драма. Битва за пульт и каналы.

— Новости не смей переключать! Я их уже лет пять не смотрел.

— На что там смотреть? Включи десятый канал, там мультики должны идти.

— Какие мультики? Тебе двадцать пять лет.

— Давайте найдём комедию?

— Может быть проголосуем?

Они снова чуть не сцепились — пришлось забрать пульт себе и пощёлкав по всем каналам, оставить то единственное на чём они все благополучно заткнулись. Вечерний концерт.

Еду они смели полностью. Выгребли каждый пакет. Даже большинство костей от крылышек благополучно сгрызли. А разобравшись с этим — захотели спать. Глаза стали осоловевшими, движения медленными. Степан вовсе захрапел прямо здесь, усевшись на полу. Вот что творят полные желудки, стресс и чувство свободы.

Через несколько минут все разошлись по своим спальням. Я же двинулся к себе. Где столкнулся с ироничным взглядом Влады.

— Гарем значит тебе нужен, да? Одной не можешь насытиться?

Закрыв дверь, я устало пожал плечами.

— Вообще, могу. Про гарем ведь не я, а…

— А ведь правду кошара говорит. Как есть, душнила.

Откинув одеяло, шаманка, которая оказалась полностью голой, плавно поднялась с постели. Шагнула навстречу, обхватывая меня руками. В общем ответить на реплику я не успел — мы сразу перешли к куда более интересному занятию. После чего уснули, вытянувшись под одеялом.

Проснулся я от звонка в дверь. Сначала чуть было не вскочил, чтобы мчаться открывать. Потом вспомнил о возможной атаке со стороны Пажа и напитав глаза силой, осмотрелся.

Вроде бы никого. Только самый обычный человек на крыльце. Да проступающий сквозь пол энергетический силуэт ведьмака, который шёл ему открывать.

Скрипнула дверь. Зазвучал мужские голоса внизу. Потом послышался громкий голос Василия.

— Ярослав! Тут полицейский. Хочет тебя видеть — говорит тема для беседы есть.

На голос Василия я спустился через двадцать секунд. Тот уже открыл, но в дом не пускал — стоял в проёме боком, плечом к двери. Одна рука упиралась в стену, пальцы второй были около рукоятки нагана.

На пороге переминался полный мужчина в гражданском. Я глянул на него ещё с лестницы, на всякий случай добавив в глаза побольше энергии. Силы не обнаружилось, гнили тоже ноль. Даже лютник и тот всего один, при этом совсем крохотный. Обычный человек.

А вот лицо у него было знакомым. Тот самый пузан, что следил за мной, пока его не тормознули птицы шаманки.

— Один. Вежливый. Пускать?

Голос Василия был полон скепсиса и лёгкой издёвки, на которую полицейский даже не среагировал. Влада вроде даже его фамилию называла… На «ш» кажется. Вспомнить вот только не могу.

— Пусть заходит. По чьему приказу прибыл-то?

Последний вопрос я адресовал самому полицейскому, который уже шагнул за порог. И тому, это кажется не слишком понравилось.

— Без приказа я. Сам пришёл. Думаю, поговорить нам надо.

Впускать в дом человека, который совсем недавно за тобой следил, — идея так себе. Но гнать его было ещё хуже — хрен его знает, что этот офицер может выкинуть и с чем вообще приходил. Поэтому я смерил его взглядом и повёл в сторону кухни.

Та после ночи выглядела не слишком презентабельно. Как будто тут вчера была сходка обжор. Развороченные картонные коробки KFC, кости, груда промасленных после бургеров бумаг и бумажные стаканы из-под напитков. Вчера у нас нашлись силы, чтобы спустить всё это из гостиной, но вот на уборку ресурсов уже не хватило.

Правда полицейского всё это нисколько не обеспокоило. Он скромно уселся на край табурета, смотря в основном на меня.

На кухню медленно вошла Беатрис и взгляд гостя сместился к кошке.

— Он думает, что попал в логово нечистой силы. Каков нахал, мурр! Я мою себя каждый день.

Покосившись на неё, я с трудом сдержал вздох.

— Зачем вы пришли? Совсем недавно следили, а теперь на пороге. Почему?

Тратить время на долгую подводку я не стал. А полицейский даже не удивился тому, что я в курсе про слежку.

— Шувалов. Андрей Викторович. Вёл дело фирмы «Ваш Монтаж», пока у меня его не забрали.

Дело? Они там ещё и уголовное производство открыли? Из-за того, что сотрудники сознание потеряли на рабочем месте?

Сам полицейский, чуть нагнувшись вперился в меня взглядом и продолжил.

— У меня его забрали. Сказали, что передаём в краевое УВД. Но там о нём никто не слышал. И сотрудника, которому я все доки передал, не существует.

Вот это уже было интересно. Паж не говорил, что следил за мной настолько давно. Если уже тогда был в курсе, почему ничего не предпринял? Или это не он и в Перми есть другие фигуры с подобным влиянием?

Пока мы обменивались фразами, дом просыпался. Сверху спустилась Алиса, которая снова проигнорировала существование шорт. На миг замерев в дверях, посмотрел на полицейского.

— О. Новенький. Правда человек… Если будете убивать, не начинайте без меня. И вообще его лучше оставить. Люди, это отличные игрушки.

Протянув руку, вытащила из картонного ведёрка куриную кость. Захрустела.

— Мы не собираемся его убивать.

— Ну и ладно. Только рабом не делайте, самим еды едва хватает.

Развернувшись к нам спиной, открыла холодильник и нагнулась, вытащив оттуда бутылку. Полицейский впившись взглядом в открывшийся вид, глаза в сторону отвёл только через пару секунд. Но уже спустя миг вернул их на довольную собой кицунэ, открывающую бутылку.

— Тебе сколько лет, мелкая? — выдавил он всё-таки вопрос.

На лице девушки моментально появилось выражение недовольства.

— Двадцать четыре! Почему все про такое спрашивают.

— А пиво в девять утра, не рановато? — поинтересовался я, смотря как она делает глоток.

— У меня метаболизм хороший. Двадцать минут и чистая кровь. Придётся потом за второй идти.

Лисица порылась в ведерке, найдя ещё одну косточку и помчала в коридор. А запрыгнувшая на стол Беатрис, покачала головой.

— Рыться в мусоре ради пропитания… И это наша свита. Какой ужасающий позор, мурр.

Наверху загремели в ванной. Туалет работал ещё и на первом, но людей сейчас изрядно прибавилось. И я вот только сейчас подумал, что мы не купили зубные щётки,

— Так значит вы передали дело человеку, который на самом деле не работал в полиции?

Я решил вернуться к беседе и кажется Шувалов этому оказался весьма рад.

— Именно. Нет такого Дмитрия. С таким именем в краевом трое, ни один даже близко не он. Я отдал дело на вас человеку, которого не существует.

— И поэтому стали за мной следить?

Тот помолчал. Побарабанил по столу пальцами, раздумывая. Наконец тяжело выдохнул и снова начал говорить.

— После больницы. Вы ведь там были, однозначно. И ушли как-то. Птицы отвлекли ОМОН, потом вы их как-то вырубили.

Он и там побывал? Чудны иногда совпадения судьбы.

— И ведь по тому делу, тоже начались странности. Вроде захват больницы, трупы, журналисты, а всё на тормозах и никто толком не занимается. Вчера вдруг раз и двое задержанных, с признательными показаниями и версией личного конфликта.

Смотря на полицейского, который сейчас разошёлся так, что начал размахивать руками, я машинально усмехнулся.

— И вы им не поверили?

— Конечно, нет! Я ведь там был. И бабку эту, которая швыряла табуреты в окна, помню. Птиц тех, из-за которых вы уйти смогли. Бедолагу из новеньких, что вас догнать пытался.

Говорил он складно. Одно было непонятно — раз на всех вокруг воздействовали, то почему осталась нетронутой его собственная память?

— И вы решили, что дело тут в сверхъестественном?

Тот криво улыбнулся.

— Я подумал, что вариантов два. Либо спятил я один, а мир в порядке. Либо мир не в порядке, зато я сам соображаю как надо. Вот вы мне и скажите, Ярослав. Психопат я? Или нет?

Беатрис, которая свернулась клубочком на столе и внимательно слушала его проникновенную тираду, чуть повернула голову и внутри разума зазвенел её голос.

— Конечно, ты псих, мурр. Даже не смей в этом сомневаться. Твоё единственное предназначение в этой жизни — продать квартиру и купить мне тонну икорки. Чтобы я в ней купалась… Как Скрудж Макдак.

Взгляд полицейского опустился вниз. Мужчина ошеломлённо моргнул.

— Но… У меня нет квартиры…

— Тогда ты бесполезен. Убирайся, мурр. Пшёл вон из нашего дома, нищеброд.

Лицо у Шувалова окончательно перекосило. Он сначала попытался встать. Потом осел обратно на табурет и опустил руку к поясу. Из-за чего стоящий в дверях кухни Василий тут же потянул из-за пояса наган.

— Спокойно. Она шутит. Вот такое, странное чувство юмора.

Кошка покосилась на меня с осуждением.

— Ты предал меня? И ради кого, мурр? Обычного человечишки? Он даже в качестве слуги будет ничтожен.

Сам полицейский, который тоже всё это слышал, серел всё сильнее. Как мне казалось, он уже немного пожалел, что пришёл.

На лестнице послышались шаги и в проёме показалась Кристина. Честно говоря, я ожидал увидеть Владу, но видимо девушка спала. В конце концов, ночью мы неплохо так зажгли — вероятно шаманка устала. Пусть отсутствие привычных способов интимного контакта и доставляло массу неудобств, но оно же открывало немалый простор для фантазии.

— Не стоит прокачивать своё эго на тех, кто слабее тебя. А он умён и решителен. Пригодится в качестве слуги.

— Да вы тут все слабее меня, мурр. И моё эго не надо качать. Оно и так, как солнышко.

— Взрывающееся? Которое сжигает планетную систему дотла?

Беатрис медленно повернула голову. В голосе, который до того был полностью безмятежен, зазвучали угрожающие нотки.

— Не с той ноги встала, шаманка? Не забывай, в чьём ты доме. То, что Ярослав трахает твою младшую сестру, не делает тебя неприкасаемой.

Чуть отошедший от шока полицейский, оглядел Кристину. Потом посмотрел на меня.

— В каком смысле, в качестве слуги?

Кристина, которая мерялась взглядами с кошкой, переключила внимание на Шувалова.

— В прямом. Дашь присягу и станешь тем, кто служит духоглядцу. Там наверху есть кицунэ — они профи в ментальных делах. Даже такая необученная балаболка, как Алиса справится.

— Я всё слышу, шаманочка. Если хозяин попросит, ещё как справлюсь. Но это уже будут наши с ним делишечки.

Спустившаяся сверху девушка слегка пошатывалась, но сразу же полезла к холодильнику. Который шаманка захлопнула перед её носом.

— КУДА? Пить пиво утром? Откуда ты вообще первую бутылку взяла?

Та отступила назад, уперев руки в бока.

— Отсюда же! Хозяин разрешил. У меня метаболизм! Двадцать минут и всё растворится.

— Вот именно. Какой смысл продукт переводить? И сейчас утро, алкоголичка. Иди отсюда! Как стемнеет, так приходи за второй.

Сидящий напротив полицейский сглотнул. Отвёл в сторону взгляд. А я только сейчас понял, что шорты лисица так и не надела.

— Как всё это выглядит? Ну… Слуга вот этот. Какие обязанности и в чём там суть?

Что ему ответить, я если честно и сам не знал. Потому что пока толком не разобрался даже в том, как функционирует присяга у тех, кто обладает силой. Что происходит с обычными людьми и каким образом всё это должно работать, вовсе оставалось тайной.

Пока я выбирал к кому лучше обратиться — Беатрис или Кристине, из коридора послышался голос Тины.

— Чужой. Идёт прямо к двери.

Повернув голову, я напитал силой глаза. Всмотрелся. Действительно — к нам быстро приближалась окутанная тёмной дымкой фигура. Не скрываясь и не таясь.

— Попробовать пристрелить?

Василий уже вытащил наган, вопросительно смотря на меня.

— Могу за пулемётом в спальню сбегать.

Лицо у Шувалова, который вроде только начал приходить в себя, вновь стало ошарашеннным. Полыхнула синим шёрстка Беатрис, которая тоже смотрела на врага сквозь стену.

— Печать вижу. И знаки его гнилостные, мурр. Заложный навь, Пажу присягнувший. Один. Зачем он его послал?

Первой мыслью, которая пришла мне в голову, стала идея использования злого духа в качестве подрывника. Но озвучить её я не успел. Тот уже был на крыльце и загрохотал, обрушивая кулак на дверь. Следом послышался звучный голос.

— Мой господин, Властитель Перми, тайги и Урала, вызывает на бой вашего хозяина. Согласно древнему правилу и дуэльному кодексу, шлёт о том извещение и приглашение. Согласен ли ваш недостойный владыка сойтись с моим величайшим хозяином в сече?

Вот это поворот, так поворот. Получается, Паж только что бросил мне вызов? На дуэль, по сути вызвал?

— И часто такое?

Голос у полицейского был абсолютно потрясённый. Оно и не удивляло. Я бы на его месте тоже пришёл в состояние полнейшего шока.

— Впервые. У нас тут вообще много чего впервые. Вы удачно зашли.

Отвечая, я поднялся со своего места. А Шувалов повернул голову, провожая меня взглядом.

— Прямо до смерти? По-настоящему?

— До смерти, капитан. Но не всегда, мурр. Да и вообще, даже людишки вроде тебя порой умирают не навсегда. Что тут говорить про нас, мурр.

Наш гость неуверенно кашлянул, глядя на кошку. Мало того, что он наверняка до сих пор раздумывал, не мерещится ли ему всё это, так теперь Беатра ещё и задвигала про отсутствие окончательной смерти.

Пройдя мимо Василия, который так и застыл в коридоре с наганом, я распахнул дверь. Смерил взглядом мужчину в строгом костюме, которые невозмутимо на меня взирал.

— Ему так не терпится сдохнуть?

Вчера Паж не показался мне серьёзным противником. Вот менкв — да. Но если подумать, теперь я мог наполнять силой пули. А значит он тоже был не слишком страшен.

По полу прошелестели когти и на плечо, прикрытое лишь тканью рубашки, взлетела кошка. Впилась взглядом в фигуру перед ней. Тихо зашипела.

— Слушай сюда, гниль. Я Беатрис Форси Скаймай, Пятая своего имени, слышала твой гнусный голос. Передай трусливой твари, которая тебя прислала — вызов принят. Где и когда твой хозяин намерен подохнуть?

Навь качнулся и невозмутимо ответил.

— Как погаснет солнце, он будет готов к битве. Старый спортивный центр на Гайве, у воды. Мой господин будет ждать там.

Наверху что-то грохнуло. Скрипнуло открывающееся окно. И послышался голос Томы.

— Можно я на него тумбочку сброшу? Или сама упаду? Так рёбра сломать уроду охота, что уши чешутся.

В этот раз навь кажется чуть озадачился — быстро глянув наверх, сместился чуть в сторону. Я же подумал, что у леших должна быть очень занятная физиология.

— О! А у тебя пива случайно нет?

Алиса ловко вклинилась между мной и дверным косяком, поднырнув под руку, Посмотрела оттуда на посланника, даже не пытаясь выпрямиться. Маска спокойствия на лице мужчины дала трещину — он чуть попятился назад.

— Я передам своему господину слова вашего согласия.

— Ты бы лучше пива нам передал. Скотина бессердечная.

— Не поняла, — вот и Влада, которую видимо разбудил весь этот шум. — Что эта рыжая шаболда впритирку к тебе делает. Ещё и полуголой.

Где-то сильно выше недовольно каркнула Грана. Ударил клюв, отколов кусок черепицы. Заложный навь, решив, что с него хватит, развернулся и поспешил прочь. А кицунэ тут же выскользнула из под моей руки.

— Одетая я вообще-то. Про пиво просто спрашивала.

На последней фразе покосилась в сторону кухни, но проход был надёжно заблокирован Кристиной и лисице осталось лишь печально вздохнуть.

Пожалуй, как-то быстро всё это прошло. И несколько сумбурно. А ещё не совсем понятно, с чего это Паж решил вспомнить о старых правилах.

— Боится наверное, что ты его сразу убьёшь. Рассчитывает победить в дуэли, мурр.

Объяснение было не слишком логичным. Тем не менее посланника я видел и слышал собственными глазами. Хотя такой подход всё равно вызывал массу вопросов. Ведь куда проще ударить по дому из тех же гранатомётов. Стрелять, пока не рухнет. Или ещё что-то потяжелее притащить. Разве что…

В принципе могло ведь быть такое, что Паж не был сам по себе и над ним или совсем рядом стоял кто-то ещё. Те, кто мог запросто не понять, настолько громких методов решения вопросов.

— Я конечно, понимаю, что у вас сейчас жаркие времена и поединок. Но если честно, мне хотелось бы продолжить беседу.

Точно! У меня же полицейский на кухне до сих пор сидит. И с ним наверное уже пора бы что-то сделать.

— У тебя нет квартиры. О чём с тобой говорить, мурр? Хотя… Здоровые ли у тебя почки, человек?

Что сказать — Беатрис была отличной переговорщицей. Прирождённой. Идеальной, если вам требуется начать войну или развязать новый конфликт.

— Боюсь, у меня сейчас почти нет времени. У вас наверняка масса вопросов.

Вернувшись на кухню, я посмотрел на полицейского, ожидая от него утвердительного кивка. Но к моему удивлению тот замахал головой.

— Нет же, я совсем не про это. Хотя, вопросов и правда валом. Но… Я хочу принести присягу. Не как слуга, а как… Ну, вассал например. Воин.

— Все присяги одинаковы, городовой. Что для слуг, что для князей, что для воинов, мурр. Ты клянёшься в верности.

Полицейский ещё какое-то время поколебался. Потом наклонил голову, продемонстрировав что-то вроде поклона.

— Я готов.

— Почему? С чего ты решил, что влезть во всё это хорошая идея?

На самом деле я правда его не понимал. Ну да — наткнулся он на загадку. Однако, тут такая штука, двойственная. Как ядерная бомба, летящая на твой балкон. Вроде и стоит она дохрена, но богатым тебя не сделает.

— Честно? Мне впервые стало интересно.

Удивился не только я. На полицейского сейчас абсолютно все, кто рядом был, посмотрели. Тот аж смутился.

— Ну что? Знаете, как оно бывает, когда молодой кажется жизнь впереди, ворота открыты и ты шагаешь себе спокойно. А потом оказывается, что ты старый осёл на цепи, шкуру почти спустили удары хлыстов, а ворота заварили наглухо. И рядом — трупы тех, кто проломил себе головы, пытаясь выбраться.

Ему бы психолога. Лучше двух. Чтобы второй вступил в дело, когда первый сломается.

— Я не дурак, — продолжил Шувалов. — Только кратко объясните, во что вписываюсь. И чем придётся заниматься. Хотя… Да я на всё почти готов, лишь бы это болото не возвращаться.

— Эй! Не обижай болота!

Вот и Тина проснулась. Они вчера все представлялись, но если честно, я всё благополучно забыл. Если не считать Алису и Тому, конечно.

Сейчас на первый этаж спустились почти все, так что принимать присягу здесь, я не стал. Поднялись наверх, в библиотеку второго этажа. Вместе с Беатрис, Алисой и Владой, что не захотела оставлять меня с кицунэ наедине. Она же заставила девушку надеть шорты.

— Нужно, чтобы лиса взяла его за одну ладошку, а ты за другую, мурр. Потом вы с кицунэ поцелуетесь и…

— ЧТО? Ты из какой духоглядческой порнухи этот сюжет вытащила, кошара? Обрею!

Сверкнуло лезвие короткого ножа, который окутался тёмным. Кошка же моментально спрыгнула с моего плеча. Сначала на стол, где вчера бросали кости, а потом на диван.

— Убери оружие, шаманка! Или я за себя не ручаюсь, мурр. Когти мои остры, клыки тверды, а душа жаждет рыбки и оттого зла. Не лезь ко мне. Порву, мурр!

Всерьёз они убить друг друга не пытались. Но утихомиривать их всё равно пришлось. После чего мне наконец объяснили суть всей процедуры.

На самом деле это было не так сложно. Мы берём мужчину за разные руки и Алиса пропускает силу сквозь его тело. По сути, позволяя мне установить контакт. Одновременно с этим, за счёт своей способности, кицунэ получает доступ к разуму полицейского. И тот связывается присягой.

Такое умели не только лисы. В некоторых случаях, подобное вовсе проделывалось при помощи специальных предметов, которые все меня окружающие почему-то упорно отказывались называть артефактами. Хотя, если отталкиваться от всех прочитанных мной книг, это именно они и были. В любом случае — лисица так тоже могла. И сейчас она была рядом. Так что можно было смело сказать — Шувалову повезло. Наверное.

Странные это ощущения, на самом деле. Никогда прежде не держал мужчин за руки. Ну, вернее, когда здоровался — да. И технически, оно вроде то же самое. Но всё равно непривычно.

Зато энергию кицунэ получилось ощутить сразу же. Вот с самим процессом присяги я разбирался куда дольше. Но в конце концов всё получилось и с ним. Нити переплелись так как надо и воздух вокруг офицера засверкал золотыми искрами.

Тот покачнулся, едва не упав спиной назад. Выровнялся. Моргнул, смотря прямо перед собой.

— Ну вот и всё. Теперь ты вассал, воин, слуга и если хочешь, немножечко самурай, мурр. Даже батарейки использовать можешь. Только тебе поспать бы сейчас. Часиков пять.

Выглядел Шувалов и правда неважно — зевнул сейчас так, что даже мне спать захотелось. Потом, едва ворочая языком, попытался уточнить детали присяги. Более того — решил поинтересоваться у меня первыми приказами.

Собственно, я таковой и отдал. Отправиться домой, отдыхать. После чего вызвал ему такси — вести машину полицейский бы сейчас точно не смог.

— Надо бы обсудить стратегию.

Голос ведьмака, который только что вернулся домой, перед этим усадив полицейского в приехавшую машину, был озабоченным. В отличие от звонкого голоса Алисы, который прозвучал следом.

— Лучше поговорим о том, когда присягу примут у нас самих? Какой-то маленький полицейский, который обычный человечек, её получил, а самая лучшая в мире лисичка, что, недостойна?

Постановка вопроса была настолько неожиданной, что я так и застыл в метре от кухонного проёма. Впрочем, её слова привели в изумление не только меня. Марта, которая с задумчивым видом рассматривала упаковки из-под вчерашнего пиршества, посмотрела на кицунэ с видимым непониманием. Да и Степан, который только что вышел из ванной первого этажа, с которой пытался разобраться, тоже удивлённо хлопал глазами.

Зато Тома, судя по голосу, затею кицунэ очень даже поддерживала.

— Вот-вот. Давно пора. В дом позвал, напоил, накормил, а к присяге привести забыл. Бракованный какой-то духоглядец.

Подозрительно весёлый у неё голос. Может лисица пивом своим поделилась?

— А мне вот и так хорошо, например. Зачем так сразу себя обязывать?

Это уже была Марта. Развернувшаяся и смотрящая на меня так, как будто это именно я пытался двинуть идею в массы. Хотя сам я был тут ни при чём. Если бы не приглашение Пажа, они бы все вообще до сих пор в своих кабаре выступали, а не вот это вот всё.

Как практически тут же выяснилось, тема оказалась горячей — за следующую пару минут, в том или ином формате, высказались практически все. Неожиданно для меня разделившись на микро-фракции.

Причём, если Алиса и Тома однозначно выступили «за», то вот Марта с Климом были против. Последний прямо своего мнения не озвучил, но по намёкам и поведению было понятно. Оправдывал своё отношение к блукачам — духам, которые водили путников по лесу. Не настолько жестоко, как аяттара, которая этих самых бедолаг ещё и соблазняла, после чего иногда затрахивала до смерти. Тем не менее, коварство буквально было у него в крови.

Степан, который был из асилков, которых остальные называли «великанами», скорее был «за». Тина колебалась. В общем разброд и шатание. При этом все так поглядывали в мою сторону, как будто ожидали финального решения.

Причины, которые побуждали лесных желать присяги были понятны. Во-первых, они только недавно выбрались из рабских ошейников. И как мне казалось, не горели желанием попасть обратно. В этом разрезе, присяга духоглядцу была своего рода защитой. Причём, как они сами недавно убедились, весьма надёжной. Как минимум, я обратил в бегство Пажа и на равных сражался с менквом.

Ну а во-вторых, присяга устанавливала связь и выступала катализатором. Каждый из них мог бы действовать на пределе возможностей. Сила. То, ради чего иные убивали.

— Ну в самом деле, чего мы обсуждаем, если нам не предлагали? И зачем? Даже у шаманки, вон, нет присяги никакой.

Все восемь освобождённых участников кабаре как-то незаметно собрались на кухне, подтягиваясь один за другим и полностью заполнив небольшое помещение. Собственно, Степан с Геной фактически стояли снаружи — для них места внутри не хватило.

Я же прямо сейчас пытался убраться оттуда подальше, чтобы подумать о грядущей дуэли. Не успел — услышав последнюю фразу, Беатрис не могла не вмешаться.

— Обещана она какому-то китайцу. Уже обетом связана, мурр. Потому не способна присягнуть. Иначе с радостью бы!

— Обетом значит… А как же тогда хозяин её… Интересненько…

В голосе Алисы сквозили самые разнообразные нотки. Я же остановился, замерев около лестницы. Уйти было привлекательным решением. Но с другой стороны — это мой дом. Да и всю эту восьмёрку освободил тоже я. После чего привёл в собственный дом, взяв на себя ответственность.

Готов ли я дальше держать под боком тех, кто не связан присягой и в теории может ударить в спину? При иных обстоятельствах, я бы наверное задумался над этим вопросом. Но сейчас, когда где-то в городе имелся посланник Древнего, меня вызвал на дуэль Пажевский, а ворона видела другого духоглядца, ответ пожалуй был отрицательным.

Стиль мышления был непривычным. Но шагая в сторону кухни, я пытался убедить себя, что изменился он под воздействием обстоятельств. А вовсе не из-за влияния души медленно пробуждающегося гусара.

— Вы все должны присягнуть. Пасть ниц, целовать ноги и нести подношения, мурр. Икоркой, конечно же. Что за бесстыдство, обсуждать такое в доме у духоглядца и живя под его крышей? Как низко пал мир. Как низко пал…

Ну вот. Я даже говорить ничего не начал, а уже почувствовал себя идиотом. После высказывания кошки, слова с которыми я хотел обратиться к ним, выглядели полным идиотизмом.

— Ну хорошо. Предположим, мы присягнём. А дальше что? Рабами мы уже были. Больше не хочется.

Марта отреагировала первой. Стрыга стояла прислонившись спиной к стене, прямо напротив входа в кухню и сейчас смотрела мне в глаза.

— Ты так говоришь, как будто ваше мнение имеет значение, мурр. Каждый должен знать своё место. Разве не так у вас в лесу заведено?

Шагнув вперёд, я погасил нервный смех, который едва не вырвался после слов кошки. И начал говорить сам.

— Рабы мне ни к чему. Но оставаться под моей крышей, если вы не дали присягу, я позволить не могу. Либо так, либо нам придётся попрощаться. Насильно я никого удерживать не буду.

Совсем недавно, подобные слова дались бы крайне тяжело. Да что там — я бы их наверное вовсе не сказал. Не каждому нравится ставить других перед настолько жёстким выбором. А вот сейчас фразы прозвучали легко и естественно. Как будто так оно и надо.

Все прочие затихли. Даже ведьмак, который наблюдал за происходящим из коридора, попутно что-то смотря на телефоне, поднял взгляд, ожидая реакции. Василий новеньким похоже доверял не на все сто процентов, раз постоянно находился рядом. Либо ему было банально интересно. А может переживал, что кицунэ снова доберётся до холодильника и поживится его пивом.

— Ну хорошо. Если исключишь приказы, связанные с сексом, обнажение и всем подобным — лично я согласна.

Вскинув подбородок, Марта первой озвучила ответ. Следом послышался голос Степана.

— Я тоже за. Первый нормальный духоглядец — такой шанс упускать нельзя.

Дальше, один за другим согласились все остальные. А на моём плече удовлетворённо мурлыкнула Беатрис.

— Надо бы подняться наверх. В библиотеку, мурр. Там всем хватит места.

Влада встретилась на лестнице. Шаманка ушла, когда началось активное обсуждение присяги. То ли не хотела смущать их своим присутствием, учитывая, что сама она мне ещё не присягала, то ли просто тема была несколько болезненной.

В любом случае, девушка пошла наверх. Теперь вот решила спуститься и обнаружила, что вся группа поднимается в библиотеку. Естественно, отправившись с нами.

Присягу я принимал уже несколько раз. Определённый опыт имелся. Тем более, отсюда только недавно вышел первый присягнувший мне человек. Но всё равно было немного не по себе.

— Можно я первая, хозяин? Возьми меня под свою руку.

Алиса подалась вперёд. Стремительно приблизившись, порывисто опустилась на колени.

— Подать свою руку? Может быть хозяин желает потрогать моё личико? Ротик… Контакт для присяги, он ведь разным бывает…

— Кошке я обещала снять шерсть, а тебе сниму голову. До сих пор ничего не поняла, лисица?

Кицунэ осеклась на полуслове. Прищурив глаза, стрельнула взглядом в сторону Влады.

— А я что? Я ничего. Присягу вот даю. Традиции знаешь-ли разные бывают. У нас вот своих хватает. Интересненьких.

Вытянув руку, взял её левую ладонь в свою правую. Направил силу в конечность, точно так же, как проделывал это с полицейским.

Вот и ощущение контакта появилось. Сложно объяснить — как сцепка с кем-то ещё. Если проводить совсем далёкие параллели, похоже на ситуацию, когда прислоняешься к рабочей технике и чувствуешь её вибрации. Только в данном случае ещё ощущаешь настроение и можешь направлять энергию вглубь чужого тела.

Если уж на то пошло — не только тела. Сейчас я был способен запросто работать с разумом лисицы. Сама печать ставилась на руке. Но то были просто ворота. За условные нормы присяги отвечал разум.

Раньше я это понимал скорее на уровне каких-то инстинктов и рефлексов. Сейчас — после того, как совсем недавно принял присягу у Шувалова, осознавал полностью. И одно за другим выставлял условия, с которыми последовательно соглашалась Алиса. Начиная преданностью мне и невозможностью нанести любой вред, а закончив необходимостью спасать собственную жизнь, если окажемся в бою и спасти меня всё равно не будет никакой возможности.

Этот пункт был последним — я увидел, как изумлённо расширились глаза стоящей на коленях лисицы. В следующую секунду меня обдало мощной волной энергии, от которой по коже пошла дрожь и зашевелились волосы. А плюсом к ним и всё остальное. Концентрированная сексуальная мощь, пронизавшая моё тело.

— Ты что себе позволяешь? Это как понимать?

Как оказалось, волну почувствовал не только я. Влада, которая озвучила вопрос, тоже её прекрасно ощутила.

— Не сдержалась. Наш хозяин такой хороший… Не могу сдержать свои шаловливые мыслишки. Не злись шаманочка. Лучше делись…

Брюнетка зыркнула на неё так, что кицунэ предпочла укрыться за спиной Степана. Ко мне же шагнула Тома. Которую, неожиданно для всех опередил Гена.

— Хочу быть вторым в этой игре против всех систем, — уверенно заявил поэт, протягивая руку.

Несмотря на все мои опасения, с ним всё прошло максимально просто и штатно. Как и со всеми остальными — я принимал присягу одну за другой, быстро наращивая число участников своей свиты.

Наконец осталась одна Кристина. Усевшаяся на диване и мрачно наблюдающая за происходящим. Проводив взглядом Клима, что отошёл в сторону, шаманка в очередной раз за сегодня вздохнула. Покосилась на свою сестру. И медленно поднялась на ноги.

Подойдя, посмотрела мне в глаза. Ещё чуть подождала.

— Ты так медлишь, как будто собираешься продать что-то важное. Речь всего лишь о твоей свободе, мурр. Абсолютно бесполезная вещь. Полностью.

Что занятно — на подколку кошки девушка никак не отреагировала. Лишь тихо хмыкнула, после чего вытянула свою руку.

Её пальцы оказались холодными, а вот процедура прошла чуть тяжелее, чем с прочими. Казалось, наши силы старались держаться подальше друг от друга. Приходилось буквально заставлять их взаимодействовать. Втискивать в объятия друг друга. Очень странные ощущения.

Наконец всё закончилось и шаманка, на лбу которой проступили капельки пота, отступила в сторону.

— Ну всё. Теперь идите работать, мурр. Конюшню нам постройте. Без неё дом не дом. И погреб под икорку потребуется.

— Можете тебе ещё и рыбки красной сбегать наловить? Не твои мы присяжники, а господина. Приказы нам смеет отдавать только он.

Лешачка, что озвучила эти слова, смотря на кошку с полным осознанием своей правоты. А прежде чем Беатрис ударила в ответ, неожиданно послышался голос Степана.

— Вообще я и так делом занимался. Клим, пойдём поможешь с ванной разобраться.

Парень, у которого даже лицо выглядело, как у скользкого разводилы, что предлагает переписать квартиру во имя твоего спасения, с недовольным видом двинулся за ними. Следом тут же рванул Гена.

— Подождите. Никак нельзя чинить ванну без хокку. Без этого не справиться.

— Я тогда оценю масштабы покраски на третьем этаже. Тут поблизости есть малярный? Хочет кто помочь?

Марта покрутила головой и с ней тут же отправились Тина с Томой.

— Вот. Об этом я и говорила, мурр. Хорошие работники всегда начинают рыть конюшню сами.

— Разве их роют? — поднялась на ноги Кристина. — Где ты видела лошадей, которые живут в земле?

— Там же, где наблюдала заминированных некро-кротов, делающих подкопы.

В комнате ненадолго наступила тишина. Обе шаманки переглянулись, а вот на лице Алисы, которая тоже осталась здесь, проступило удивление.

— Некро-кротов?

К её разочарованию, лисице никто не ответил. А вот Влада шагнула ближе, заглядывая кошке в её синие глаза.

— Ты это всё ещё ты? Ведь да?

До меня только теперь дошла ещё одна причина по которой Кристина не горела желанием давать присягу. Остальные-то были не в курсе, но ей сестра наверняка рассказала. Или хотя бы намекнула на всю эту ситуацию с гусаром. Вчера я сам прервал расспросы старшей шаманки, намереваясь обсудить эту ситуацию ночью и посоветовать, стоит ли ей всё выкладывать. Когда с беседой под покровом ночи, по естественным причинам не срослось, хотел поговорить утром. Но этим планам помешал заявившийся Шувалов.

Теперь же она точно была в курсе. Как минимум, догадывалась, судя по её взгляду. И если все прочие давали клятву верности странному духоглядцу, который освободил их из рабства и выступил своего рода носителем света, то вот она видела ситуацию иначе. Понимала, что здесь в любой момент может появиться тот самый гусар из прошлого и добром всё это точно не закончится.

— Беатрис Форси Скаймай, всё ещё тут шаманка. И всегда будет, мурр. Даже не надейся. Просто вспомнила один рассказ прабабки.

— Она участвовала в Первой Мировой?

Взгляд Кристины сместился с меня на кошку и Беатрис, как будто бы замялась.

— Возможно. Не помню точно.

Прозвучало всё это крайне неубедительно. Тем более все её предыдущие рассказы о прабабушке сводились к гусарам и академическим лекциям по поводу силы. Честно говоря, я вообще считал, что настоящая Скаймай на самом деле из девятнадцатого века. А теперь слышал что-то про Первую Мировую.

Конечно, гусары существовали и тогда. Их только после семнадцатого года окончательно расформировали. Только вот это уже не были лихие парни, которые спустили целые состояния в занятом ими Париже.

— Давайте лучше поговорим о другом. Как Ярослав собирается убивать профессионального бойца, мурр? И кем тот окажется?

Чего-чего? Я же вроде как против Пажевского должен сражаться. Того самого, которому вчера руку отрубил.

— Никто не согласится биться против хозяина. Все слишком боятся златоглазых. Или хотят к ним в постельку.

— А ну-ка пошла отсюда. Иди вон на третий этаж, помоги фронт работ оценить.

Влада и Алиса столкнулись взглядами. В комнате мало что не заискрило.

— Не пойду. С чего ты тут мной командуешь? У самой даже присяги нет. Нет, шаманочка, не можешь ты мне приказывать.

Вот как в такой ситуации не вздохнуть? Я и вздохнул. А на лице Кристины вдруг появилась улыбка.

— Вчера надо было думать, когда всех в дом тащил. На что ты вообще рассчитывал? Кицунэ, они же отбитые на всё голову. Если между ног начинает полыхать — прут вперёд, не видя препятствий.

— Ничего у меня нигде не полыхает. Злые вы. Пойду, освежусь.

С последними словами, Алиса скрылась за дверью. Я же чуть прищурился, поняв, что последняя фраза показалась странной.

— Пиво не пить!

— Конечно, хозяин. Слушаю и повинуюсь. Я его высосу.

— Тоже нельзя!

— Тогда вылью в свой нежный ротик.

Да сколько можно-то? Я было открыл рот, чтобы запретить и такую формулировку, заодно приказав не прикасаться к пиву, но тут же увидел смеющуюся Кристину.

— Бесполезно. Она всё равно выпьет. Худших алкоголиков не найти.

— И лучших любовниц, шаманочка. Всегда все забывают о второй части фразы. Даже обидно.

Ничего себе у неё слух. С первого этажа наш разговор расслышала. Хотя я вспомнил, что кикимора говорила про лесных жителей. У большинства обострённые чувства восприятия. Особенно, если речь про оборотней.

— Почему ты решила, что Паж сможет кого-то выставить? Сама ведь сказала, что менкву сражаться нельзя?

Посмотрев на Беатрис, которая спрыгнула с моего плеча, улёгшись на диван, озвучил вопрос. Тогда как она свернулась клубком, пытаясь улечься удобнее.

— Логика. С ней ведь надо дружить, мурр. Он бы не стал вызывать тебя, не рассчитывая на победу. А раз так, значит точно кого-то отыскал.

Звучало рационально — тут не поспоришь. Одно только «но» — где он так быстро мог найти кого-то равного мне по силам? Не то, чтобы я хорошо разбирался в деталях рынка наёмников. Но как мне казалось, почти любой напрягся бы, услышав, что предстоит биться против духоглядца. Особенно после вчерашнего вечера.

Тем более это не снимало с повестки дня ещё один, не менее важный вопрос.

— Почему он тогда просто меня не прикончил? Ну, долбанул бы по дому из гранатомётов и дело с концом.

— Ты бы так и сделал. Не сомневаюсь, мурр. Но он не духоглядец. Обычная мелочь, которому повезло подняться наверх. Всё, что у него есть — бойцы, связанные присягой, какие-то ресурсы и репутация.

Прозвучало несколько спорно, но сразу после кошки заговорила Кристина.

— При этом, учти, что вчерашний вечер уже его статус сильно уронил. А гарантий успеха следующей авантюры у него нет.

Мне всё равно хотелось поспорить, но тут в памяти проступил образ этого самого Пажевского. Если подумать, тот был настолько трусоват, что не раскусил меня в первые минуты. Хотя, по идее был должен. Ведь понятно, что если бы его старый хозяин возродился, то первым делом заявился бы к нему. Напомнить, кто тут на самом деле главный.

Да и потом, уже в театре, медлил до последнего. Начав действовать только после того, как всё стало абсолютно очевидно. Наверняка, у этого парня зашкаливающий уровень тревожности по любому поводу. Станет такой отправлять гранатомётчиков раздолбать дом духоглядца, который обладает неизвестным ему уровнем мощи?

Сомнительно, на самом деле. Особенно, если вспомнить, что ему доподлинно неизвестны настоящие пределы моей мощи. Вдруг вот так просто меня не убрать и требуется нечто куда более мощное?

Куда больше меня интересовал иной вопрос — почему Пажевский, который, как я понимал, поднялся за счёт силы этого самого гусара, теперь пытался его убить? Зачем ему это? Предположим, что всё прошло успешно и мой далёкий предок получил это тело. В чём тут проблема для самого Валерия?

Естественно, ему придётся поделиться какой-то частью своей власти — тут никаких сомнений не имелось. Но ведь он, выходит обрёл влияние ещё при деде. Не испытывая по этому поводу никаких терзаний. К тому же, если я верно понимал, большую часть своего свободного времени, гусар посвятил охоте на Древнего.

— О чём задумался?

Повернув голову, посмотрел на Владу.

— У Пажа была масса вариантов вырезать всех Корниловых или хотя бы попытаться это сделать. Почему он даже не пытался ничего предпринять раньше, когда это было безопасно, а сейчас активно пытается меня убить?

Логично же. Всё указывало на то, что Пажевский напротив, должен мою персону оберегать всеми доступными способами. Я же его будущий повелитель и защита от всех проблем. А тут — вызов на поединок, да ещё поданный от его лица в качестве повелителя Перми. Или как он там назвался.

— Трусливый, мурр. Ты слишком многого хочешь от простого человечишки, который взлетел на самый верх. За ним не стоит десятков поколений аристократии. Откуда там взяться смелости.

— Вообще-то твоя личная храбрость никак не зависит от того, какие у тебя предки, — неожиданно угрюмо озвучила Кристина.

— Ну да. Кровь водица, только та, которой нельзя напиться, мурр. Знаем, слышали. Твои коллеги по разуму столетие назад такую бойню учинили, что мы все до сих пор отдуваемся.

Сделав шаг вперёд, поднял руку.

— Стоп! Вечером мне предстоит биться насмерть. Не хочу слушать вашу ругань.

Взгляды, которыми они обменялись, запросто могли спалить табун лошадей, даже будь те некроконструктами. Но спорить прекратили. А потом послышался голос Влады.

— Возможно Паж не знал, сколько всего потомков и где их искать. Оттого и решил ждать. А когда понял, в чьём именно теле возрождается гусар, ударил.

— Чего же он тогда после больницы сразу не атаковал? Там ведь был мужчина с кошкой. Сложно не догадаться.

Ну вот. Кристина была не просто в курсе, но ещё и владела деталями. Интересно, когда они успели вот так плотно поболтать?

Испугавшись неожиданной мысли, я достал телефон и проверил время. Но нет — нежданных провалов во времени не имелось. Уже неплохо. В противном случае, я бы даже не знал, как быть.

— Мало ли кто способен управлять кошкой, — Кристина бросила уничижительный взгляд на Беатрис. — Это мог быть кто угодно. А за столько времени, он наверняка много раз бил ложную тревогу.

Тоже верно. Впрочем, всё равно, ситуация была странной. Каждый его локальный промах можно было объяснить. Однако сведённые все вместе, они вызывали немало вопросов.

— А почему ты до сих пор тут? Или мне выйти, а вы с шаманочками устроите свои игры, мурр? Старшенькая-то присягу принесла. С ней всякое можно творить. Ох, всякое…

Спустя секунду в кошку упёрлись сразу три тяжелых взгляда и она кажется поняла, что немного переборщила. Тут же поднявшись на лапы, горделиво задрала голову вверх.

— Что? Если дело в не этом, то почему он ещё не тренируется, мурр? Сегодня против Ярослава выпустят одного из лучших воинов Перми. А он тут стоит, с вами лясы точит.

Это уже звучало отчасти логично. Да и немедленной массовой схватки удалось избежать. Как и иного развития конфликта. Тогда как мы все вчетвером переместились на задний двор. Вернее, ту полосу земли, которая оказалась зажата между задней частью нашего дома и соседским забором.

Именно здесь я принялся упражняться в скорости создания оружия и защиты. Основной задачей была как раз она. Работать в полную силу я не мог — тогда на вечерний бой пришлось бы идти истощённым. Зато был в состоянии повысить скорость собственной реакции. От этого в бою тоже зависело немало.

Потом началась тренировка на точность — обе шаманки и примкнувшая к ним Алиса, кидались в мою сторону мелкими камнями и кусками земли. Я же должен был поразить их ударами своей шпаги, под язвительные комментарии Беатрис.

Нагрузки росли, внутри циркулировала сила, крутиться приходилось всё быстрее. В какой-то момент я сбросил рубашку, оставшись в джинсах. А ещё через десять минут в голове зазвенел голос кошки.

— С той стороны кто-то идёт! Прикончи дерзновенного глупца, мурр!

Я растворил шпагу и в плечо ударил камешек, запущенный Владой. Над забором же показалось знакомое лицо — соседка. Вот как она постоянно из-за него выглядывает? Высокий ведь. Неужели стул с собой постоянно таскает?

— Чем вы тут занимаетесь? Чего это вы полуголый и с тремя женщинами сразу?

Её взгляд скользнул по моим спутницам и остановился на Алисе. Брови соседки тут же взлетели вверх.

— Тебе сколько годиков, девочка? Ты почему так одета? Кто тебе разрешил пиво пить?

— Мне двадцать четыре, злобное ты исчадие лютой безднушки. А шортики меня заставила одеть вот она, — кицунэ ткнула пальцем во Владу. — Ревнует, видите-ли. Хотя я всё с равно с хозяином в одной постельке окажусь, хе-хе.

Лицо у женщины стало такое, будто её сейчас удар хватит.

— Ты тут что, секту себе сделал? Гарем завёл? Да как ты… Полицию вызову! Вот прям щас!

Сверху скрипнуло окно и в него высунулась Тина.

— Она у нас только была утром. Забегал офицер. Пришёл, поплакался на жизнь и ушёл.

Соседка на миг подняла взгляд. Потом злобно что-то прохрипела и исчезла из виду. Я же понял, что с тренировками на сегодня закончено. Устал. Да и энергии потратилось много.

Хотя… Кажется я только что понял, где смогу пополнить её запасы. Заодно закрыв вопрос, который постоянно висел на заднем фоне, слегка царапая мозг.

Пермский политехнический колледж. Именно там училась та компания студентов, которых я встретил по дороге. Сейчас я сидел в машине прямо перед ним, смотря на фасад здания. Если по пути сюда, ещё оставались какие-то сомнения, теперь они полностью исчезли.

— Там кто-то сидит внутри, сильненький. Сучка какая-то прожорливая.

Алиса тоже увязалась с нами. Уселась позади, но при этом комментарии отпускать не забывала. Справа от меня, естественно расположилась Влада. А прямо за спиной Кристина. Тоже решила поехать с нами.

— Почему сразу сучка? — хмыкнула старшая шаманка. — Возможно кобелина.

— Может и так, — легко согласилась кицунэ.

— Уверен, что туда стоит идти? — повернула ко мне голову Влада.

Когда мысль о том, чтобы проветрить голову и попрактиковаться в управлении силой, без риска её потери, появилась в моём сознании, она казалась чрезвычайно рациональной. С какой стороны ни посмотри — сплошные плюсы. Однако сейчас, глядя на мрачное здание, я испытывал некоторые сомнение.

Административный корпус, который пришлось очистить, уничтожив сердце заражённой постройки, тоже был страшен. Но там хотя бы приблизительно была ясна причина. Как минимум, о ней догадывалась кошка. Отчасти объяснив и мне.

Здесь же, Беатрис тоже терялась в догадках. И не слишком горела желанием соваться внутрь.

— Вот и я говорю, перед боем надо расслабиться. Икорки красненькой поесть, рыбы вкусить, мурр.

— Пивом всё это запить, — в тон ей продолжила Алиса.

— Молочком, мурр. Алкоголь — для плебса. Истинные аристократы всегда пьют молоко.

Вполуха слушая их, я в очередной раз напитал силой глаза, рассматривая постройку. Она буквально была чёрной. Перевитой множеством пульсирующих «вен», по которым кажется что-то текло. Здание как будто было живым. Дышало.

— Идём. Постарайтесь быть осторожнее.

Озвучив короткую команду, я открыл дверь, выбираясь из машины. Следом потянулись остальные. Взлетела на плечо кошка. И мы двинулись к ступеням.

Прямо на крыльце стояло несколько студентов. Смолили сигареты, ничуть не стесняясь того, что делают это абсолютно открыто. Стреляли взглядами по сторонам.

— Ничё се, гляньте какая соска и без белья. Эй, малая, иди-ка сюда. Поболтаем.

Пульсирующие наросты. Стекающая вниз жижа. Тело которого практически не видно — только раззявленый рот, который выплёвывает слова. Выглядел парень жутковато. Как и все его, разом заржавшие рядом, приятели.

Пришлось напомнить себе, что они могут быть пострадавшей стороной. Судя по всему, что-то не так с самим зданием. Вполне вероятно, не будь этой проблемы, они бы всё ещё оставалась дегенеративными ублюдками, но вели себя чуть более сдержанно.

Желание выстрелить ему в лицо из пистолета слегка утихло. Хотя полностью не убралось — так и осталось где-то поблизости.

— Ты тупой, уродливый и вонючий, — громко и отчётливо заявила Алиса. — С таким даже цистерна спирта не поможет. Всё равно потянет блевать.

Да она прямо мастак в переговорах. Их на пару с Беатрис надо на дипломатические миссии отправлять. Чтобы мир вздрагивал, а противная сторона спешила подписать всё, что угодно, лишь бы не видеть эту парочку.

— Чего это, мурр? Я великолепна. И дипломат из меня вышел бы прекрасный. Просто прекрасный…

Кошка говорила что-то ещё, а я ударил золотыми нитями. Прямо в те уродливые маски, которыми стали их лица. Лёгкое жжение, ощущение трофейной силы, которая толкнулась в грудь. И оседающие на пол тела.

Без своих наростов, выглядели они куда получше, надо сказать. Особенно вон та девушка. Она бы ещё голову свою помыла — вовсе красивой стала бы.

— Не будь у меня хозяина, я может вон тому бы и дала. За ящичек пиваса, хе-хе.

Увидев, как к ней повернулись сразу четыре головы, Алиса взмахнула руками.

— Что? Уже и пошутить нельзя. Два ящика, минимум! Я себя уважаю.

Качнув головой, я потянул на себе дверь и шагнул внутрь. Посмотрел на металлическую рамку металлоискателя. Потом глянул на охранника, что сидел за столом. И вдруг понял, что мы тут не одни такие неместные.

— Не положено, я вам говорю. Без пропуска не получится.

Мужчина, лица которого опять же не было видно из-за наростов, говорил это женщине, которая наклонилась над его столом.

— Но как же так? Я звонила в управление образования, мне сказали, что обязаны пропустить просто так. У меня сын здесь учится. И с ним что-то не так.

— Это ваши дела. Домашние. Нас не касаются. Никак не могу пропустить.

Только сейчас я заметил, что рамка металлоискателя перегорожена чем-то вроде заграждения. Металлического и кажется закреплённого на корпусе самой рамки.

Второй проход вёл через «крутилку» справа от рамки, но та, судя по горящей красной кнопке, сейчас была заблокирована.

— Да как так? Он сначала говорил, что над ним издеваются. Потом плакал по ночам. Побитый приходил. Ему рюкзак вспороли, рубашку разорвали и даже клок волос выдрали. А теперь вообще не разговаривает со мной. Домой только спать приходит. Не пустите — я в полицию пойду.

— Идите, буркнул охранник. — Идите уже отсюда куда хотите.

Он вытянул голову, выглядывая из-за неё и видимо пытаясь рассмотреть нас. Понять, кто ещё к нему пожаловал.

— Кто здесь главный?

В прошлый раз, никто из «обитателей» административного корпуса не проявлял признаков разума. Но этот тип разговаривал. Так почему бы не поинтересоваться у него самым банальным? Вдруг, в самом деле даст какой-то вменяемый ответ.

— А кто спрашивает? Зачем?

Женщина чуть сместилась вбок, смотря на меня.

— Вы тоже из-за ребёнка своего пришли? Детей, в смысле. Группой решили? Ну это правильно. Удобнее. Меня вот одну не пускают.

Её переживания я прекрасно понимал. Но тратить время на бесполезные беседы не собирался. Сложно сказать, как тут всё устроено и на что может быть способно существо, под контролем которого оказался техникум.

Наклонившись, я замер, остановив лицо на уровне охранника. И напитал силой глаза.

Тот что-то неразборчиво прокряхтел. Потом немного отодвинулся.

— Таким тут не место. Уходи, откуда пришёл и не возвращайся.

— Да просто убейте уже его, хозяин. И пойдём.

Алиса, ловко перемахнула через турникет-вертушку, оказавшись с другой стороны. Охранник в ответ на это движение тут же дёрнулся и я ударил нитями, выжигая заразу, наросты и всю ту дрянь, которая покрывала его тело.

Мужчина упал лицом в стол. Рядом же послышался поражённый голос женщины.

— Что вы с ним сделали? Почему та девочка назвала вас хозяином? Кто вы ей?

Выпрямившись, я снова пустил в ход силу. На этот раз коснувшись её тела и погрузив в сон. Кристина подхватила оседающую мать студента и придержав опустила на пол. В стороне же раздался возмущённый голос кицунэ.

— Мне нужна косметика. Пока не накрашусь, вечно путают с ребёнком из-за роста. А ещё… О! Хозяин, у тебя есть двенадцать тысяч баксов? Сиськи себе сделаю! Чтобы точно не путали.

— Все свободные денежки зарезервированы под икорку. Ничего не осталось, мурр.

Я тоже перескочил через турникет, а кицунэ с подозрением покосилась на кошку.

— Есть ещё будущие денежки. Которых мы пока не получили. Из них можно выделить нужное.

— Нет. На них выданы обязательства. На пятьдесят миллионов, н-да. Такая вот сумма. Ничего не поделать — нам нужно много икорки.

— Да тише вы, — шикнула Влада. — По сторонам лучше смотрите.

На улице каркнула Грана. Ворона всё это время мчала с нами в салоне, чем изрядно раздражала Беатрис. Но взять её с собой не вышло — в замкнутом пространстве птица оказалась бы слишком уязвима. К тому же так мы получали глаза снаружи. На тот маловероятный случай, если кто-то решит устроить засаду, когда мы будем возвращаться.

Стены холла тоже были покрыты теми же самыми пульсирующими «венами». Их были десятки. Разной толщины и покрывающие всю поверхность стен. Выглядело жутковато.

Один только вопрос — куда теперь? Наверх? В кабинет директора, который тут должен быть на втором этаже? Или куда-то ещё? Где тут вообще, может быть эпицентр.

— Как был душнилой, там им и остался. А ещё думаешь очень громко, мурр. По прямой давай пройдёмся и глянем, что к чему.

— Ого! Ты умеешь читать мысли хозяина? Если принесу икорки, скажешь какие ему задницы нравятся, поменьше или побольше? Так-то ягодицы тоже нарастить можно…

— Или ты угомонишься, или отправлю тебя в машину. Ждать! Сейчас не время для шуток.

В ответ на разгневанное заявление Влады, лисица пробормотала, что мол это и не было шуткой. Однако в самом деле притихла.

Я же услышал звуки впереди. Замедлившись, прислушался. А потом, наоборот, ускорился.

Чутьё не подвело — здесь кого-то били. Сразу двух даже. Парней, которые выглядели куда приличнее своих обидчиков, молотили, прижав к стене. Прямо к тем самым пульсирующими каналам, которые казалось каким-то образом соединялись с их телами. Или мне показалось.

— Будете знать, как наших девчонок обижать. Уроды новенькие.

— Да мы не трогали вообще никого. Даже не говорили.

— Правда? А смотрел, кто? Зачем на жопу её пялились?

Говоря, поднял руку указывая на девушку, которая присутствовала при этой сцене. Стройная, со светлыми волосами и в настолько короткой юбке, что из-под неё был виден зад.

— Она же сама. Встала и наклонилась, телефон с пола поднять. Я рефлекторно посмотрел.

— За всё надо платить, сука. И за свои рефлексы тоже. Теперь ты нам полтос торчишь. Каждый день просрочки — три процента сверху. Всосал?

Удар. Болезненный хрип парня. Моё жгучее желание изрубить тут всех на куски. Буквально — создать шпагу и пластовать, как куски говядины.

— А вы кто такие? Чё тут забыли?

Один из студентов, который стоял прислонившись спиной к стене и наблюдал, как избивают новеньких, повернул голову. В следующую секунду на нас смотрели все участники сцены.

— Инспекция нравов и здравого смысла. На процент вас пришли ставить.

Кицунэ снова вылезла вперёд, тут же собрав на себе взгляды всей банды.

— Чё? — к нам шагнул один из тех, что прессовали жертв. — Какая ещё инспекция? Валите отсюда, пока вам самим ноги не переломали.

— О! Чупа-чупс! Сто лет их не видела.

Алиса сорвалась с места, выхватив конфету у той самой девушки в юбке. Та медленно повернулась — пальцы правой руки, в буквальном смысле задрожали от ярости.

— Да ты успокойся. Куда тебе ещё и чупа-чупс? Этой юбки достаточно — и так любой примет за профессионалку отсоса.

Вся эта компания пришла в движение. Как и тогда, в парке, напомнив мне какой-то странный биологический механизм.

Продолжать диалог большого смысла не было — я ударил нитями. В этот раз тряхнуло куда ощутимее. Да не один раз, а дважды. Сначала, когда я растворял аномалии на их телах и повторно, после того, как в тело хлынула трофейная мощь.

Честно скажу — последней было слишком много. Учитывая, что я всего лишь очистил полтора десятка людей от гадости, подобный объём даже толком ощущаться был не должен. Однако, я его ещё как чувствовал.

— Как это? Вы что с ними сделали?

Один из студентов, которых избивали, оказался заражён куда меньше остальных. Застыв около стены, ошарашенно разглядывал упавшие на пол тела. Пришлось коснуться его разума силой и вырубить.

Я шагнул дальше, собираясь свернуть в широченный коридор, с одной стороны которого тянулись окна на внутренний двор, а вдоль второй шла цепочка дверей. Потом остановился, повернув голову.

— Ты что это делаешь? Грабишь их?

— Как это понимать, мурр? А ну-ка руки прочь от нашей добычи!

Влада с Беатрис тоже обратили внимание на поведение кицунэ. Да и Кристина остановилась, удивлённо наблюдая за рыжей. Та же уселась на колени и обшаривала кармана того самого типа, который пытался нам угрожать.

— Вы же всё равно уходили. Значит бабло бесхозное. Пойдёт на импланты. В сисечный фонд. О! Нашла!

Кошка аж приподнялась на моём плече, пытаясь оценить масштаб трофея. Услышав шелест банкнот, не выдержала.

— Девяносто процентов в бюджет, десятину себе. Так издавна было, мурр. По справедливости.

— Ничего не путаешь? — приподняла брови Кристина. — Может наоборот?

— Давайте сначала со зданием разберёмся, а грабежом и разбоем займёмся уже позже?

— Правда займёмся? Хозяин мне обещает? Можно будет грабёжничать и рвать глотки?

Взгляд у лисицы был такой, как будто ей пообещали ящик мороженого. А вместе с ним ещё и целую фуру пива. Чтобы не скучать в перерывах между поеданием сладости.

Отвечать на эту однозначную провокацию, я не стал. Вместо этого потопал себе дальше. Сначала по коридору, а потом по ступеням лестницы.

Основной расчёт строился на кабинете директора. Но там оказалось пусто. В учительской нашлось две изувеченные наростами женщины, однако ни одна из них не была причиной того звездеца, что творился в здании.

На этом идеи кончились. По крайней мере, здравые. Если требовались безумные, то у Алисы с Беатрис их было полно. Одна мысль о том, чтобы затопить здание горячей водой, выгнав на улицу всех студентов с преподавателями и посмотрев, кто останется внутри, чего стоила. Она даже немного рационально звучала на первый взгляд. Пока ты не задумывался, как именно это провернуть и сколько человек по-настоящему погибнет в потоках кипятка, которые будут заливать все этажи.

У самого меня тоже возникла одна идея. Пульсирующие «вены» на стенах. Они ведь не были имитацией. По этим хреновинам на самом деле что-то текло. Какая-то странная чёрная жижа, насколько я мог видеть. И они пронизывали всё здание. Пройдя его с первого по последний этажи, мы убедились в этом на все сто процентов.

Вытащив нож, я подошёл ближе к стене. Присмотрелся к одному из пульсирующих каналов.

— Хочешь вонзить в него нож и разозлить местного лидера? Какая прекрасная в своём изяществе мысль, мурр. Я предлагала почти то же самое!

— Ты хотела поджечь корпус и наблюдать, кто именно будет выбираться на улицу.

— Ну да! А что я должна всё разжёвывать и класть в рот, как птенчику, мурр? Понятно, что мы были должны присматривать и за вот этими штуками.

Голос кошки звучал полностью искренне, а глаза светились синим. Как будто она в самом деле о чём-то таком размышляла. Хотя я на все сто процентов был уверен, что Беатрис только сейчас взглянула на эту кровеносную систему под углом поиска врага.

— На всякий случай, будьте осторожны. Если вдруг что, уходите через окно.

Напитав короткий металлический клинок силой, я вонзил его в канал. С хрустом лопнула «кожа». Брызнула чёрная жижа. А меня затрясло от чужой силы, которая обрушилась на меня колоссальным давлением.

В первый миг захотелось немедленно убрать руку. Слишком уж сильным был этот натиск. Настолько мощным, что разум отсёк всё лишнее — я слышал голоса вокруг, но не мог их разобрать. Даже Беатрис, которая пыталась достучаться напрямую до моего сознания, не могла это сделать.

Зато я прекрасно ощущал всю яростную мощь противника. Настоящий океан ненависти, который обрушился на меня.

Устоять было сложно. Моя собственная сила сияла, заполнив позвоночник и всё тело, но с трудом сдерживала врага. А тот вовсю пользовался проделанной пробоиной, как брешью через которую может меня атаковать и непрерывно наращивал давление.

Трижды я пытался контратаковать. Поняв, что ничего не выходит, решил всё-таки убрать руку. И вдруг понял, что не могу этого сделать. По той простой причине, что не чувствовал и не видел конечности. Более того — я ничего вокруг сейчас не видел. Глаз как будто не существовало. Не то, что глаз — всего моего тела. За исключением позвоночника, что ярко полыхал во тьме.

Именно тогда я почувствовал удовлетворение — чувство, что вдруг проявилось на противоположной стороне.

Потянулся я к нему фактически рефлекторно. На чистых инстинктах. Неожиданно для самого себя, добившись успеха — там прощупался чей-то разум.

Злобный. Извивающийся. Пытающийся разорвать меня на куски и избегающий контакта. Но одновременно с этим, как будто ищущий его. Уже после того, как вышло наладить нечто вроде связи, я поймал себя на мысли, что ощущение удовлетворённости, которое мне дали почувствовать, прорвалось наружу совсем не случайно.

Дипломат из меня был чуть получше, чем из Беатрис. Однако даже профессионал спасовал бы в таких обстоятельствах. Редко кому приходится вести переговоры с неизвестным врагом, при этом не чувствуя собственного тела и находясь в полной темноте.

Такой себе задний фон, что сказать. Одновременно и мотивирующий, и демотивирующий. Тем более это даже переговорами было сложно назвать. Мы скорее обменивались впечатлениями и образами.

В конце концов, противник вдруг отступил. Ослабил хватку и давление. А передо мной проступила картинка. Сначала я даже не понял, к чему она? Какая-то стройка, фундамент, заливающийся бетоном, две группки подростков.

Потом дошло. Вон та стена на заднем фоне, принадлежала техникуму. Фундамент же — новая часть здания, которую возвели относительно недавно.

События в «кадре» развивались стремительно. Сначала две компании, в каждой из которых было по трое подростков, просто разговаривали. Потом один вдруг ударил собеседника чем-то вроде ножа.

На выручку кинулся его приятель, но в дело вступили двое оставшихся с противоположной стороны. Один подхватил с земли арматуру, второй вытащил из кармана что-то вроде кастета.

Третий отступил. А эти трое молотили двух раненных. Что-то говорили. Потом скинула оба тела в фундамент. Ушли, обняв третьего за плечи и что-то ему рассказывая.

Следом понеслась цепочка образов. Сначала строители, которые не обратили внимания на кровь и следы драки. Тупо продолжили работать, за сутки полностью затерев улики двойного убийства.

Потом тот самый третий, который рассказывал родителям, что двое «пропавших» пошли гулять одни, а куда и зачем, он не в курсе.

Поиски волонтёров по району. Строители, которые за бутылкой водки обсуждали, что пацанов могли убить прямо здесь, на стройке. Но ни один даже не предложил кому-то про это рассказать. Повздыхали, что жизнь нынче пошла дерьмо и продолжили бухать.

К этому моменту я уже понял канву. Один из убитых действительно погиб. А вот второй остался тут. Слишком сильной оказалась воля к жизни и желание мести. Душа без всякого ритуала зацепилась за этот мир.

Поняв, что отмщения не дождаться, а родные так и не узнают о том, что произошло, дух начал действовать. Опутал всё здание. Взял его под контроль. Исказил своим гневом и яростью. После стал отыгрываться на студентах.

Он сам должен был учиться здесь. Хотел этого. Теперь же — мёртвым лежал в цементе. Тогда как его убийцы ходили на воле.

Времени на то, чтобы завладеть постройкой ушло много. Чуть меньше потребовалось для того, чтобы понять, как нужно работать со студентами. Сначала он наказывал тех, кто притеснял иных. Но постепенно стратегия изменилась — его раздражало, что у других есть вещи, которых лишили его самого. Поэтому парень перешёл к массовым ударам по площадям.

Говорить словами я по-прежнему не мог. Но достаточно привык к нашему формату общения, чтобы поинтересоваться, чего он хочет? Получив в ответ отчётливый образ. Отыскать тех, кто убил его с другом. И найти третьего. Предателя. Убить их всех. Подарить ему возмездие.

Где-то в глубине меня сейчас полыхало такое же желание. Но это запросто мог быть побочный эффект подцепленной души гусара, которая постепенно плавила мою собственную. Поэтому я постарался подумать рационально.

Трое были убийцами. Жестокими, нераскаявшимися и достаточно хладнокровными. Возможно сейчас они вспоминали это, как ошибку молодости и встречаясь за пивом бросали фразу вроде «зря мы тогда так», «вот бы они сейчас живы были». Но это классика. Не один конченый ублюдок и тварь не назовёт себя так, смотря в зеркало. В отражении он всегда будет видеть хорошего человека, который совершил маленькую ошибку. Незначительную. Которую можно легко простить.

При этом, они прожили неплохую жизнь. Дух был заперт здесь очень долго. Как по мне — не меньше двадцати лет. Всё это время его убийцы строили бизнеса, трахались, отдыхали и воспитывали детей. Будет честно забрать их жизни сейчас? Пожалуй, да.

Однако сейчас у меня было кое-что ещё. Вернее кое-кто. Шувалов.

Поэтому я озвучил встречный вопрос. Будет ли он доволен, если тех упекут за решётку?

На этом моменте дух засомневался. Он не слишком разбирался в теневой стороне мира, будучи самым обычным человеком. Лишь чувствовал во мне какую-то серьёзную мощь. Принимая как того, с кем можно вести переговоры. Но вот упоминания полиции ни единой позитивной ассоциации у него не вызывало.

Пришлось объяснять, как я предполагал действовать. Показывать образы из своей собственной памяти. И вот тогда, он согласился. Тюрьма или казнь. Одно из двух. Лишь бы все четверо понесли заслуженное наказание. А родители двух убитых узнали, что случилось с их детьми и смогли с ними попрощаться.

Мы «пожали руки». Скрепили сделку, используя собственную силу. Я дал клятву исполнить то, что он пожелал. Тогда как он — открылся для удара.

Сложно взять и развоплотить духа, в чьё прошлое только что так глубоко занырнул. Непросто. Потому я немного помедлил. Снова всё взвесил. И ударил.

Хаос. Настоящий шторм. Потоки колоссальной по своей мощи энергии, которые переплетались повсюду вокруг. Такое впечатление, что я очутился в центре гаснущей галактики, звёзды которой оказались разом уничтожены.

Ощущение тела появилось одномоментно. Только что его не было, а теперь я снова всё чувствовал.

Ещё через секунду мир перед глазами смазался. Картинка поплыла и я на миг потерял ощущение пространства. После чего понял, что сижу на полу, моргая глазами и пялясь перед собой.

Ко мне склонились три женских лица, а рядом мелькнула кошка. Набрав в лёгкие воздуха, я собирался сказать, что со мной всё в порядке. Но тут ударил мощнейший поток трофейной мощи и я захрипел от ужасающей боли, выгнувшись дугой на полу.

— Ну? Ты пришёл наконец в себя, мурр? Что за слабаки нынче пошли среди духоглядцев. Что за слабаки…

— Видишь меня? Сколько я пальцев показываю?

— А я знаю секрет лечебного массажика. Хозяину понравится. Вы только отвернитесь… И не подсматривайте.

Моргнув, я ещё пару секунд смотрел на потолок. Потом оттолкнулся от пола левой рукой и принял сидячее положение.

— Ну вот. Я же говорила, что всё будет в норме. Чего было паниковать?

Судя по тембру голоса, Кристина за меня всерьёз не переживала. Сам же я увидел, как перед глазами переплетаются тонкие золотые нити, которые слились в число четырнадцать.

Ничего себе. Плюс два ранга. С другой стороны я не просто какого-то противника одолел, а развоплотил духа, фактически слившегося со зданием. И пробывшего в таком состоянии неизвестное количество времени.

— Поводырь? Сколько рангов сверху накинуло, мурр?

— Плюс два.

Ответив, я снова оттолкнулся рукой и выпрямился. Повёл вокруг взглядом. Ни одной «вены», никаких следов грязи. И полная тишина.

— Ты когда нож свой вонзил, оттуда настоящий фонтан забил. Тебя моментально залило. Как живая статуя тут стоял и не шевелился.

Влада смотрела на меня с изрядной тревогой в глазах. Ей вторила Алиса.

— Страшненько было очень за хозяина. Он меня даже не потискал, а уже помирать собрался. Может лучше заранее? Взять и… Ай! Ты что творишь, у меня ж голова не железная!

Новый подзатыльник от шаманки заставил её отпрянуть в сторону. Я же медленно поднялся на ноги. Напитав глаза силой, огляделся.

Множество людей, которые были в отключке. Спали, грубо говоря. Полностью очистившись от всей той дряни, которая пропитывала их тела ранее.

Значит получилось. Оставалась сущая мелочь — отыскать тех четверых, кто должен понести наказание. После чего закрыть этот вопрос раз и навсегда.

Ещё я бы не отказался понять, откуда в моей голове взялась информация о клятве. Да, я действовал на ощупь, по большому счёту. Но только с точки зрения непредсказуемой реакции второй стороны. Тогда как сам механизм дачи клятвы казался чем-то крайне знакомым. Очередной выкрутас души гусара, которая начинает постепенно проявляться?

Мысль была печальной. Я бы даже сказал грустной. Особенно, если учесть, что пока не имелось никаких набросков по поводу спасения. Да и откуда они возьмутся? Мне требовался кто-то, способный работать с душами и разумом.

Стоп. Я уже шагал в сторону лестницы, на ходу рассказывая остальным о произошедшем и сейчас даже с шага сбился. Алиса. Кицунэ умела работать с сознанием и силой. Настолько, что оказалась способна привести к присяге обычного человека, тут же на месте, превратив его в посвящённого. Вдруг у неё могло бы получиться отыскать душу этого моего далёкого предка и отсечь её?

— Хозяин наконец заметил, какая я миленькая? — лисица вытащила изо рта чупа-чупс, озорно стрельнув глазами. — Хочет полюбоваться?

Влада что-то тихо пробормотала, упомянув отрезанные уши и сломанные ноги. Сам же я продолжил рассказ о переговорах с бедолагой-подростком, тело которого оказалось в этом цементе.

К описанию самой ситуации перешёл уже после того, как мы оказались в авто. И на этом месте желание шутить у всех сопровождавших меня женщин, испарилось. Даже Беатрис молчала, негодующе фыркая с заднего сиденья. А стоило мне закончить, как в голове послышался голос кошки.

— Нужно их найти. Немедленно, мурр. Четвертовать! Нет! Колесовать! А перед этим содрать заживо кожу.

— Смерть. Единственное, чего они заслуживают.

Это уже Кристина. Мрачно смотрящая в окно и размышляющая о чём-то своём.

— Если хозяин укажет на цели, я всё сделаю. Обработаю их так, что людишки будут долго-долго мучаться в своих кроватках, заливая всё вокруг кровушкой и не в силах кричать. Мы, лисички, умеем не только доставлять радость.

— Угу, — вклинилась Влада. — Многозадачные сущности. И дать, и взять, и располосовать.

— Не завидуй, шаманочка, Я-то присягу дать сумела.

Брюнетка недовольно поджала губы, а я вздохнул. Самому хотелось поскорее заняться этим вопросом. Однако сегодня вечером меня ждал поединок со ставленником Пажевского. Который, судя по комментариям Беатры будет происходить при определённом стечении зрителей.

Что в свою очередь значило — нужно привести всю мою компанию в приличный вид. Встречают у нас всегда по одёжке. Независимо от того, насколько эпично я расправлюсь с противником, выглядеть главой банды уличных гопников в спортивных костюмах не хотелось.

Да и в любом случае — времени на то, чтобы отыскать эту четвёрку, не было. До вечера я этого сделать не успею никак. Даже если подключу Шувалова. Тут ведь, как минимум, нужно было достать то самое старое дело и вычленить из него нужные фамилии. Разум запертого в здании духа слишком пострадал — он смог вспомнить фамилию только одного из врагов. По остальным дал лишь имена.

Потому я отложил всё это на потом. А пока — позвонил Василию и дал задачу арендовать ещё пару автомобилей подходящего класса. Прямо сейчас, пока мы ещё едем.

Справился тот неожиданно быстро — когда мы оказались около дома, там как раз парковались прибывшие авто. Водители, что их доставили, назад убрались на третьей машине. Скромной «Шкоде», разительно отличавшейся от моделей, которые они нам привезли. На прощание окинув жадно-завистливыми взглядами сопровождающих меня девушек.

— Какие грязные мысли, мурр. Какие грязные… За такое надо сечь до смерти. Вечно, холопы, что никогда не смогут достичь вершин, тонут в ядовитой желчи.

— А некоторые аристократы постоянно забывают, что они тоже люди.

— Что за грязные фантазии? Великий род Скаймай всегда ходил на четырёх лапах, мурр!

Кристина, которая произнесла реплику, осеклась, озадаченно смотря на кошку. Подозреваю, что девушка имела в виду нечто иное и такого ответа не ожидала.

— Как погляжу, времени вы не теряли, господин. Вон какой отряд собрали себе. Наложниц нашли. Много они вам сыновей крепеньких народят. Таких, что опорой и надеждой клана станут.

Влада аж подавилась. Тогда как Алиса радостно заулыбалась. Повернувшись, победно махнула трубочкой от чупа-чупса, на которой больше не осталось конфеты.

— Вот и я говорю — айда размножаться. Ты только подумай, какие у нас будут сильные дети, хозяин? Если кто-то унаследует способности обоих родителей, это же…

Объективно — она была права. Ментальные способности кицунэ, объединённые с мощью духоглядца, должны стать убойным коктейлем. Вот только о детях мне думать пока совсем не хотелось. А концепция наложниц казалась странной. В конце концов, я не османский султан. И не какой-нибудь шейх.

Зато тот факт, что Верпа поправилась и встала на ноги, безмерно радовал.

— Восстановилась полностью? Или проблемы ещё остались?

— Никаких проблем, повелитель. Готова убивать во славу твою.

Договорив, склонила голову, сведя вместе руки. Настоящая воительница-валькирия. Только пожилая и седая. Зато умеющая отправлять тела с техникой глубоко под землю.

— Вот и отлично. Собирай всех. Мы едем за покупками.

Долго ждать никого не пришлось — слух у лесных обитателей был тонким. Каких-то несколько секунд и они все выстроились около крыльца.

— А лицо у тебя в чём? Вы там что, шалили?

Марта непонимающе посмотрела на кицунэ. Провела пальцами по своей правой щеке, на которую та смотрела.

— Фу такой быть! Это белая краска. Мы третий этаж немного доделывали.

— Так вот как это теперь называется. Со Стёпой наверное вместе и работали. В плотной товарищеской связке.

Алиса явно подтрунивала. А вот стрыга залилась краской, старательно отводя взгляд в сторону от крупного парня, который растерянно моргал глазами.

— Ну работали. И что? Ты бы лучше смотрела, чем сама занимаешься.

— Да я всё успеваю, — пожала плечами кицунэ. — Это же весело.

На этом моменте я всё же остановил их спор и дал команду рассаживаться по машинам.

Сам за рулём я ехать не захотел — на водительском месте роллс-ройса устроился Василий. Влада расположилась рядом, а сзади устроилась Верпа. К ней вторым номером скользнула Алиса. Кристина, которая машинально направилась к внедорожнику, на момент остановилась. Видимо раздумывала, стоит препираться с кицунэ из-за места в автомобиле или нет.

Определилась почти сразу — спустя каких-то десять секунд уже расположилась в одном из мерседесов, которые мы взяли в аренду. Том, за рулём которого был Степан. Водителем второго я поставил Марту, которая, как выяснилось, умела неплохо водить. Гена для такого казался слишком рассеянным, а Климу я подсознательно не доверял. Даже после присяги. Как сказала Влада, это подсознательная реакция на его суть, которую я благодаря силе, чувствовал. Впрочем, доверия к нему, у меня от этого больше не стало.

Торговый центр мы выбрали всё тот же, что и раньше. Припарковавшись на подземной парковке, где вся наша компания выбралась наружу под удивлённым взглядом охранника. Если я с его точки зрения, вероятно выглядел отчасти прилично, то большинство остальных — нет. Разве что Влада с Василием выделялись на общем фоне.

Стоило нам подняться на первый этаж, как проступил контур ещё одной проблемы. Разным частям нашей небольшой компании требовались разные магазины. Дробить всех на совсем уж крохотные группы или пускать бродить в гордом одиночестве я не стал. А вот по половому признаку всё же разделил. Счёл, что так будет оптимально.

Вернее, я поступил ещё более мудро. Как истинный руководитель — во главе женщин поставил Верпу, приказав остальным слушаться её. Кристину сделал номером два. На тот случай, если кикимора решит перейти к массовым убийствам или в каком-то моменте затупит.

С мужчинами всё было проще — не считая меня, тех имелось всего четверо и Василия с головой хватало, чтобы присматривать за оставшимися тремя.

Сам же я взял Владу и зарулил в кафе на фуд-корте. Торговый центр был классом чуть повыше остальных. Так что полноценные заведения со столиками и официантами тут тоже имелись. Не только Макдональдс и разнообразные точки готовой еды.

Очень хотелось немного отдохнуть. Тем более после прилива большого объёма трофейной энергии внутри проснулся голод. Сейчас я был готов слопать поросёнка, добавив сверху утку по-пекински и заполировав шоколадным тортом. Желательно килограмма на два.

Правда заказать пришлось всего лишь скромный стейк. Да ещё тарелку пюре в качестве гарнира. Шаманка же вовсе обошлась кофе. Мол, не голодная.

Когда принявший заказ официант отошёл, девушка оглянулась по сторонам. Потом посмотрела мне в глаза.

— Уверен, что сможешь победить?

В первую секунду я даже не понял о чём она вообще. Потом до разума, который отчаянно жаждал вкусного сочного мяса, дошло.

— Думаешь он найдёт кого-то, способного мне противостоять?

Влада замялась, как-то странно смотря на меня.

— Ты стремительно наращиваешь силу. Но…

— Говори уже, то что хочешь. Не трепи нервы, мурр. Думаешь, гусар начал его пожирать потихоньку? Размышляешь, что делать, когда появится Павел Петрович?

Шаманка бросила быстрый взгляд на кошку.

— Ты хотя бы раз можешь не мешать? Вон, иди погуляй, как остальные. Кошачьи магазины тут тоже есть.

— Во-первых, не кошачьи, а универсальные. Покупать что-то в одном месте с псами, это такой позор… Во-вторых, мне нельзя говорить с людишками. Они сойдут с ума от счастья, мурр.

Скорее уж решат, что спятили и им срочно требуется психиатр. Но зацепило меня в её словах совсем не это.

— И кто из нас теперь душнила?

Беатрис повернула голову, смотря на меня, как на настоящего предателя.

— Да как у тебя язык повернулся? Это другое, мурр.

Сидящая напротив шаманка цокнула языком.

— Хватит уже! Вы оба понимаете, что я права. Нам надо искать кого-то, кто разбирается в работе с душами? А вместо этого? Какая-то непонятная дуэль, новые лесные, шлюха эта рыжая, которая без трусов бегает.

Заметив, как чуть изменился мой взгляд, раздражённо выдохнула.

— И хрен с ней. Пусть бегает. Если что — уши отрежу и скальп сниму. Специалиста по душам всё равно искать нужно.

— Каждый духоглядец имеет право на наложниц. Нельзя запирать золотую кровь, мурр. Иначе она вскипит и всё равно найдёт выход. А про душу — у нас же есть готовый кандидат.

— Не слышала более идиотского оправдания мужского шлюшества, — уставилась на неё Влада. — И что за кандидат?

— Не притворяйся глупее, чем ты есть, мурр. Кто сейчас перед тобой? Духоглядец. Тот, для кого работа с душами — призвание. Недавно в городе появился второй. Осталось его найти.

Как по мне, план был чересчур оптимистичен. Не то, чтобы он базировался на допущениях. Скорее уж сам был допущением.

— С чего ему нам помогать?

Брюнетка опередила меня с вопросом. А вот кошка мурлыкнула.

— Почему нет? И вообще, кто его будет спрашивать? Возьмём и заставим.

Даже для неё, план звучал как-то совсем залихватски. Всё равно, что на вопрос о грядущем сражении выдать фразу о том, что мы их шапками закидаем. С серьёзным лицом и без всяких сомнений.

Я было хотел возмутиться и справедливо на это указать. Но уже в следующую секунду почувствовал эмоции кошки. Чем выше становился мой ранг, тем лучше они ощущались. И вот прямо сейчас я отлично понимал — она испугана. Беатрис до дрожи боялась исчезнуть. Умереть, по сути своей. Из-за чего цеплялась за такие вот хлипкие варианты. Исключительно в целях самоуспокоения. Потому как ничего более реального на горизонте не проглядывало.

Глянув на Владу, которая видимо собиралась озвучить то же самое, что и я, качнул головой. Девушка в ответ нахмурилась. Потом внимательно посмотрела на кошку. А спустя миг в голове зазвенел голос.

— Беатрис Форси Скаймай не боится ничего и никого, мурр. Не смей оскорблять меня, шаманка. Целые кланы исчезали куда за меньшие проступки и… Ой, там сметанку понесли. Слышишь, закажи нам тоже и будешь прощена. Ну чего ты сидишь? Заказывай.

От смеха, пусть и с лёгкой примесью нервозности мы не удержались. После чего Влада в самом деле заказала сметаны. Сразу четыре порции. Тут она подавалась отдельно, на тот случай, если кто-то захочет взять к сырникам. Ну или, как вариант, к блинчикам. Однако, нам принесли и просто так.

Одновременно на стол поставили чашки с чаем. А шаманка, покосившись на кошку, которая радостно лакала сметану, осторожно вернулась к теме.

— И всё же. Если не брать духоглядца этого нового, кто ещё способен отсечь гусара?

Про это мы уже говорили — сейчас она имела в виду не какие-то теории, а конкретные фигуры. Которых у меня под рукой не было. Возможно что-то в этом понимал хийси. Но он сейчас был практически мёртв и вращался над бассейном. К тому же, финский злой дух, как и большинство значимых персон Перми были связаны с Пажевским.

Ещё можно было подумать про Алису. Но я сомневался, что она способна настолько глубоко погрузиться в тему. Тут нужна либо солидная практика, либо полноценное профильное образование. Ни первого, ни второго, у кицунэ не имелось.

Отчасти поэтому я испытывал некоторый энтузиазм, связанный с поединком. Одолею бойца, которого выставит противник и по идее получу возможность управлять всеми его «активами». Сами по себе, они мне нужны не были. Но среди многочисленных присяжников, наверняка отыщется кто-то, способный работать с душами.

Хм. А что если попробовать самому? В конце концов, я ведь духоглядец? Было бы неплохо обучиться самостоятельно, подсветить душу предка, которая ко мне прицепилась и отправить её в небытие.

— Возможно я сам.

Фразу я озвучил практически рефлекторно. Отталкиваясь от того, о чём только что размышлял. Но реакция у обеих дорогого стоила. Беатра, прекратив лакать сметану, медленно повернула голову. Синие глаза ярко засверкали, а среди эмоций появилась надежда.

Вот на лице Влады сначала отразилось определённое непонимание. Которое быстро сменилось изумлением.

— И почему я раньше об этом не подумала?

Я сейчас тоже об этом размышлял. Решение ведь казалось элементарным и лежащим на поверхности. Вот буквально — посмотри и увидишь. Однако, в мою голову эта банальная мысль пришла только сейчас. Странно.

Следующие полчаса мы только и делали, что обсуждали самообразование духоглядцев и потенциальную возможность достать где-то обучающие материалы. Понятное дело в интернете их было не отыскать, но Беатрис считала, что где-то в Перми могут найтись нужные материалы. Мол, нужно только хорошенько поспрашивать. Вырывая ногти, дробя коленные чашечки и сдирая заживо кожу. Тогда обязательно что-то, да найдётся.

За беседой как-то незаметно съелся стейк. Вместе с ним, в желудок отправилась порция пюре и два куска торта. А потом взгляд Влады сместился за мою спину и шаманка нахмурилась.

— Там наши. И… Они к ним пристают что-ли?

Обернулся. Нашёл взглядом группу девушек, что шагали к нам, под предводительством Верпы. С ними действительно пытались завести разговор. Трое прилично поддатых и относительно неплохо одетых мужчины. У двух из которых на пальцах блестели обручальные кольца.

Я уже начал вставать, когда один потянулся рукой к Алисе. То ли за плечо её схватить хотел, то ли за грудь полапать. Непонятно.

Зато я чётко увидел, как лисица сместилась в сторону. Разжала пальцы, выпуская пакеты на пол. И ударила.

Рёбра хрустнули так, что слышно было кажется на весь фудкорт. Если они сейчас не сломались, то я балерина Большого Театра. Второй удар был таким же мощным и без замаха — в солнечное сплетение.

Мужчина согнулся пополам и завалился на пол. Его приятель кинулся было вперёд, попытавшись достать кицунэ кулаком. Зря. Сбоку тут же выдвинулась Тома. Выполнившая серию из трёх мощных ударов. Свёрнутая челюсть, отбитое плечо и как мне кажется, треснувшая грудная клетка.

Хотя, лешачка действовала щадяще. После присяги они все могли работать в полную силу — при желании девушка была способна убить несчастного ублюдка первым же ударом.

Третий, при виде двух поверженных противников, попятился назад. Выставив руки, принялся что-то говорить. Не знаю о чём там лепетал этот идиот, но девушки его трогать не стали. Из-за чего тот видимо поверил в себя и решил позвать охранника, который стоял в стороне, наблюдая за происходящим.

Как итог, Верпа шагнула к нему и отвесила пощечину. Такую, что тот крутнулся на земле, орошая пол каплями крови и осколками зубов. А потом так и хлопнулся вниз.

Вот теперь охранник всё-таки устремился к компании, на ходу что-то говоря в рацию. А с другой стороны поспешили мы. Хорошо, что счёт оплатили заранее — сейчас не пришлось ждать.

Подоспели вовремя. Местный безопасник с решительным видом перегородил дорогу девушкам и поинтересовался, что именно произошло. Получив в ответ весьма бурную реакцию.

— Пусть спасибо скажут, что вообще не убили.

— Да мы их не трогали, они сами упали. Подскользнулись и бахнулись. Хиленькие…

— Почему ты думаешь, что можешь говорить с нами в таком тоне?

Ещё чуть и они все наверное кинулись на бедолагу. Слишком оказались распалены схваткой и всей ситуацией. К тому же каждая совсем недавно была рабыней. Могу поспорить, они постоянно мечтали, как выпотрошат своих мучителей. Теперь, спроецировав это на попавшуюся под руку троицу.

— Ты ничего не видел, — шагнувшая вперёд Алиса, взяла мужчину за руку, заглядывая ему в глаза. — Эти трое напились и устроили драку между собой. Они конченые. Ты их ненавидишь. Повтори.

— Они конченые. Я их ненавижу… Устроили драку между собой…

— Что ты сделаешь, когда они придут в себя?

— Выкину их в мусорный бак. Грязи там самое место.

— Какой молодец. Держи конфетку.

Кицунэ сунула ему в руку чупа-чупс, который бритоголовый мужчина в чёрной форме немедленно вскрыл и засунул в рот. Сама же лисица сделала шаг назад, горделиво глянув на меня.

На самом деле это было мощно. Ничуть не менее эффективно, чем воздействие шишиг. Пусть Алисе и требовался для такого физический контакт.

В любом случае — конфликт был исчерпан. Конечно тут ещё и имелись камеры. Но когда мы через пару минут встретили мужскую часть группы, Василий быстро и легко превратил их в металлолом вместе с сервером. По крайней мере так он утверждал. Причин не доверять ему, у меня не было. Да и остановить нас никто не попытался.

Ещё один плюс — вся команда неплохо приоделась. Брючные костюмы и платья у женщин. Джинсы, рубашки и пиджаки у мужчин. Василий тоже обновил гардероб. Прикупил большой белый пиджак, под который вышло укрыть наган. А сверху накинул чёрное пальто.

К спортивному центру мы выдвинулись изящными и готовыми морально подавлять окружающих. Правда все прочие оказались не хуже. Даже охрана, которая встречала нас снаружи, была одета абсолютно безукоризненно. Как будто этого мало, у них ещё и манеры имелись.

Внутри нас сразу повели по коридору в большой зал, где в обычных ситуациях видимо играли в баскетбол. Теперь же поверх покрытия был насыпан толстый слой песка, а пластиковые сиденья занимали мужчины и женщины важного вида.

— Какой он грозный… Может быть тебе стоило потренироваться побольше, мурр.

Проследив за взглядом Беатрис, я тоже увидел своего противника. Напитал силой глаза. И на секунду растерялся. Они действительно хотели, чтобы я сражался с вот ЭТИМ? Кто это вообще? Как такое может существовать?

Если смотреть на противника обычным зрением, выглядел он не слишком впечатляюще. Обычный, слегка подкачанный мужчина. Даже брюшко какое-то есть. Таких полно — в толпе пройдёшь мимо и не заметишь.

Но стоило посмотреть на него через призму собственной силы, как всё разительно менялось.

Во-первых, позвоночник полыхал золотом. Как мне показалось, ничуть не хуже моего. Во-вторых, из его тела в разные стороны тянулись сразу три призрачные головы.

И это отнюдь не было гиперболой. Три полупрозрачных тёмных черепа будто пытались вырваться из его тушки. натягивали связывающую нить, а потом рывком втягивались обратно. Чтобы через секунду появиться вновь.

— Он только что сожрал целую груду батареек, — мрачно посмотрел на противника Василий. — А ещё троедушник. Может просто тут всё подорвём?

Точно. Вот он сейчас сказал про взрывчатку, а я вспомнил о сейфе, который так и остался в доме. Интересно, это моя собственная забывчивость сработала или давление чужой души? Учитывая обстоятельства, оба варианта имели приблизительно равные шансы.

— Только прорываться отсюда с боем придётся. И то не факт, что получится. Слишком много тут всяких уродов.

Тома, которая остановилась рядом со мной, оглядывалась по сторонам. Я же вдруг подумал ещё об одном моменте. Оружие. Всех их следовало вооружить. Разум настолько сосредоточился на грядущем поединке, что не рассматривал иные варианты. Например возможность масштабной схватки после его завершения. Кто сказал, что Паж добровольно подставит голову под плаху, когда его боец проиграет?

Должен, конечно. Если верить Беатрис, мы дадим соответствующие клятвы и у него просто не останется выбора. Но теневой мир меня уже много раз удивлял — очередному подвоху я совсем не удивлюсь.

— Вот секция для гостей со стороны Ярослава Корнилова. Прошу вас, располагайтесь.

Подскочивший парень тоже был из лесных. При этом изрядно нервничал и старался не смотреть в глаза соплеменникам. Те же принялись переглядываться между собой.

— Идите. Если кто-то попробует что-то выкинуть, убивайте всех.

Встречающий юноша нервно сглотнул. А на меня обратился взгляд Алисы.

— Если кто-то станет пялиться на мой идеальный зад, я могу вырвать ему глазки? И немножко пощекотать сердечко коготками?

— Будешь продолжать в том же духе, я тебе сама жопу отстрелю. Чтобы пялиться было не на что.

Влада, которая крутила головой по сторонам, разглядывая трибуны, глянула на кицунэ без всякой женской солидарности. В ответ на что та показала язык и двинула к нашим местам.

— Удачи, — шаманка повернулась ко мне. — Если что… Ну ты в курсе.

Да, по дороге сюда она долго и упорно настаивала на своём плане. Мол, если почувствую, что проигрываю — надо подать сигнал. Тогда они разом ударят и прикроют меня. Прикончив всех, кого выйдет и попытавшись меня отсюда вывести.

Аргументы вроде того, что если кто-то справится со мной, им он точно окажется не по зубам, девушка благополучно игнорировала. Впрочем, ей видимо тоже требовалось самоуспокоение. Иначе объяснить этот безумный порыв я не мог.

Тогда мне казалось, что возможность проигрыша не должна даже рассматриваться. Но вот теперь, смотря на мужчину с золотом в позвоночнике, тремя призрачными головами и тёмной дымкой, что окружала всё его тело, я начинал сомневаться.

Наверное, любой на моём месте, испытал бы сомнения. Если напитать глаза силой, он даже с точки зрения объёма казался больше, чем есть. Хотя основное преимущество, понятное дело заключалось в ином. Золотая энергия. В таком объёме, что позвоночник ярко сверкал.

У меня самого всё выглядело куда скромнее. И тот факт, что я настоящий духоглядец, а второй дуэлянт запитан батарейками, большой роли сейчас не играл. Нам предстоял поединок на выживание, а не долгий забег, в котором я мог бы оказаться впереди, потому что моя сила регенерирует.

Плюс, у него имелось целых три подсаженных души. Возможности которых мне только предстояло выяснить.

— Приветствую! — под крышей стадиона прокатился мощный голос. — Сегодня состоится схватка Ярослава Корнилова и Валерия Пажевского. Вызов брошен вторым, потому первый имеет право запрета.

Об этом Беатрис тоже рассказывала. У теневого мира имелась своя логика — сейчас речь шла не о запретах на использование оружия или каких-то способностей. Они говорили про иное.

Собственно, основных вариантов запретов было всего два. Первый — запрещал победителю любым способом использовать тело побеждённого. Его нельзя было протащить за собой на лошади, сжечь или перемолоть в фарш, наделать мясных кроликов и обшив коровьей кожей, отправить всем своим недругам в качестве предупреждения.

Второй запрет не позволял расширить границы мести. Подобное происходило сплошь и рядом, так что в рамках этого обещания, победитель гарантировал, что не станет убивать никого из окружения своего противника из-за старых конфликтов.

Само собой, оба правила нарушались сплошь и рядом, если то позволяла ситуация. Тем не менее, формально оба пункта являлись действующими. И ведущий, который оказался невысоким массивным крепышом, сейчас их зачитывал. Наряду с более экзотическими вариантами, которые зачем-то были включены в список.

— Итак, ваш выбор?

Стоя на деревянном полу, усыпанном песком, я качнул головой.

— Хочу воспользоваться правом на притязание.

Трибуны загудели. Не знаю уж, за кого они меня принимали, но к такому повороту готовы не были. Сам ведущий чуть прищурился.

— Притязание? И чего именно вы хотите?

Эта опция трактовалась куда более широко. С одним только «но» — включать в её рамки личную собственность оппонента или жизни его родных считалось дурным тоном. Если быть ещё более точным — на такое бы никто не согласился. Потому что сейчас передо мной стоял не просто ведущий. Он был распорядителем. Который определял локальные правила игры, построенные на базе глобальных установок.

— Свободы. Для всех, кто стал рабом под рукой Пажевского.

Тишина. Только что гудящий зал замолк. Сам Паж, которого я наконец нашёл взглядом, выпучил глаза, смотря на меня.

Оно и не удивительно. С одной стороны, моё требование никак не затрагивало его собственность. Даже в тех искажённых формулировках, которые использовали обитателей теневой стороны этого мира.

Я не претендовал на его рабов. О них даже слова не прозвучало. Речь шла про тех, кто потерял свободу под рукой присяжников самого Пажа. Рабах, которыми владели зрители.

Именно поэтому, они застыли, сверля меня взглядами. А прислуга, которой в зале было как бы не больше, чем господ, безмолвно замерла. Ждали вердикта распорядителя, который казалось, лихорадочно размышлял, как же ему быть.

— Быть посему. Притязание удовлетворенно.

По рядам прокатился слитный выдох. Пажевский заметно побледнел. Я же усмехнулся.

— Время для клятв?

Мужчина, которого выбрали распорядителем смерил меня задумчивым взглядом. Посмотрел на трибуны.

— Не хотите перед этим ничего сказать?

— Нет, — качнул я головой. — Хочу уже закончить с этим и нормально поесть.

Кажется, ответ его удивил. Но настаивать он, понятное дело, не стал. Вместо этого позвал Пажевского, после чего принялся диктовать нам ритуальные фразы клятвы, которые следовало повторять.

Что забавно — по формату своей силы он чем-то напоминал Алису. Точно так же связал нас с Пажем, позволив обменяться обещаниями, подкрепив их силой. Только в этот раз без всякого сексуального подтекста.

Суть была в том, что каждый присяжник Пажа, надевая на кого-то рабский ошейник, подчинял его не только своей собственной силой. В процессе участвовала энергия его «сюзерена». Так было задумано стратегически — чтобы никто из фигур третьего эшелона не был способен причинить вред лидеру.

Но это же делало всю эту конструкцию весьма шаткой. Пажевский только что дал обещание, согласно которому каждый обращённый в неволю становится свободным. Подтвердив его своей силой — теперь от него больше ничего не зависело. Если выставленный им боец проиграет, клятвы потеряют силу. Рабы получат возможность уйти. Или вцепиться в глотки своих господ. Одно из двух.

Обычные итоги схватки это не отменяло. Лишь добавляло поединку остроты.

— А теперь, время посмотреть на наших сегодняшних героев. С южной стороны арены, славный гость Перми под именем Яков.

Мужчина даже не дёрнулся, услышав своё имя. Молча пялился на меня. Неужели настолько наивный, что считает, подобная психологическая атака сработает?

— На северной стороне арены, тот, о ком никто ничего не знает. Один из фамилии Корниловых. Пробудившийся позже других, но лихой, как десять пьяных татар. А зовут его Ярослав!

— Вам лучше привыкать звать его ПОВЕЛИТЕЛЕМ, шавки! Или готовиться к смерти. Дань мы кстати, принимаем исключительно икоркой, мурр.

Голос точно слышали все. Кто-то подскочил. Несколько зрителей свалилось со стульев. Седая старуха вскочила на ноги, тыча в воздух кинжалом, по клинку которого текла тёмная энергия.

— Они снова здесь! Время сражаться. Встанем же за честь семьи! Вырежем тварей! Развернуть знамёна и бить в барабаны! В атаку!

— Ба, сядь уже на место. Ну ты чё? Пила же таблетки сегодня…

— Как она снова достала реликвию? Я ведь изменил шифр у сейфа.

— Слушайте, вы свою бабку врачам показывать не пробовали?

— Маргарита Витальевна, ну право не надо. На нас никто не нападает.

Старушка, на которую смотрела добрая половина зала, прищурилась, вглядываясь в лицо старого мужчины, который перед ней стоял.

— Прошка? Ты чтоль? Когда поседеть успел оболтус? И что за тон! Быстро в строй! Прикрой мне спину собака!

Боевая наверняка была бабуля. Когда мозги не отказывали и деменция ещё не появилась.

В конце концов её утихомирили и распорядитель снова окинул нас взором.

— У вас есть какие-то претензии к организации боя? Вопросы? Предложения?

Секунду подумав, я покосился на остальных. Беатрис молчала, хотя при желании могла обратиться ко мне индивидуально. Значит, с точки зрения кошки всё было в порядке.

Поэтому, снова посмотрев на распорядителя, я отрицательно покачал головой. Следом тот же самый жест повторил противник и ведущий сделал несколько шагов назад, выйдя к самому краю овальной арены, которую они обрисовали песком.

— Если дело дойдёт до повреждения барьера, бою должно прерваться, чтобы восстановить его. Стоимость будет компенсирована за счёт проигравшей стороны.

Как у них тут всё интересно. Он бы ещё страховой полис предложил.

— Да начнётся же бой! И пусть победит достойнейший!

Распорядитель вышел за пределы песка, который усыпал пол и воздух по его периметру дрогнул. Вокруг выросла переливающаяся прозрачная стена. Как у мыльного пузыря — вроде и видно всё вокруг, но размыто. А ещё мерцает всеми цветами радуги.

Слышно при этом всё было отлично. Я отлично разобрал, как кто-то из первого ряда закашлялся. Откуда-то с задних трибун вовсе засвистели.

В следующую секунду мне стало не до того, чтобы прислушиваться к происходящему — Яков прыгнул вперёд.

До того мы стояли, смотря друг на друга и ожидая действий противника. Теперь же тот устремился вперёд, на ходу создавая по сабле в каждой руке. А три призрачные головы, что до того пытались вырваться из его тела, в самом деле оказались снаружи. Ринувшись прямо на меня — две облетели с флангов, ещё одна взмыла вверх и кинулась оттуда.

Честное слово — почти как дементоры из популярного фильма про магический университет. Только уходящие «корнями» в тело человека напротив.

До того я тренировался создавать щит. Представляю, как лихо буду экономить силы, если смогу прикрываться только им.

Но сейчас такой фокус бы не прокатил — на меня нападали сразу с трёх сторон. Поэтому пришлось окружить себя полноценным барьером. Который немедленно полыхнул золотом — противник рубанул по нему обеими саблями.

Три его призрачных монстра отпрянули назад, а сам Яков уклонился от моего ответного удара. После чего снова обрушил на меня сразу две сабли.

За следующий десять секунд я успел сделать несколько стратегических выводов. Во-первых, фехтовальщик из меня так себе. Рассекать камешки, которые в тебя кидают девушки — это одно. Попасть по опытному рубаке, что скачет вокруг, как заведённый — совсем иное.

Во-вторых, у натуральной силы духоглядца имелось неоспоримое преимущество — прочность. Он попал по моему барьеру не меньше десятка раз, но тот благополучно держал удар. И судя по моим собственным ощущениям, был способен сдержать ещё сотни две попыток. Возможно даже больше.

Ну а в-третьих, нельзя приходить на поножовщину без пистолета. Конечно, я дал обещание не мошенничать и пользоваться только своими природными силами, не используя технологичное оружие любого формата. Но как знать — в теории, клятва могла и не сработать. Тогда как этот любитель сабель меня вероятно прикончит. Сейчас я бы не отказался использовать любой шанс.

— Используй формации, мурр. Ты же духоглядец, а не подзаборный пёс.

Это она вовремя. Прямо очень. В самый нужный, сука, момент. Когда голова не соображает, вокруг кружат призраки и сабли раз за разом врезаются в барьер.

— Будешь орать на меня в ответ, вообще помогать не стану. Только сейчас вспомнила, мурр. И что теперь?

Угу. Интересно даже, как так получалось, что у кошки всегда оказывалась нужная информация. Хотя, разгадка же как на ладони. Её назначение — хранить моё тело. Как только оболочке грозит опасность, в дело вступает какой-то механизм, который наталкивает Беатрис на очередную «гениальную идею».

Злость. Ярость. Переполняющий гнев. Вот что сейчас полыхнуло внутри. Никому не понравилось бы, назови его лишь оболочкой для кого-то совсем другого. Умереть, чтобы гусар занял моё место и благополучно устраивал свою жизнь? Ну уж нет! Я разберусь со всем этим. И выпотрошу излишне хитрожопого предка.

Призраки, которые кружили вокруг, действуя на нервы, отпрянули назад. Яков тоже замер. Чуть попятился, не сводя с меня глаз.

Какой-то тип на трибунах по левую сторону от меня, до того спокойно сидящий на стуле, вдруг вскочил и бухнулся на колени.

— Золотой Легион вернулся! Слава Вечному Городу и воинам его!

На этом моменте, кажется даже призрачные души Якова охренели. Две из трёх чуть развернулись, чтобы посмотреть, кто там орёт. Да и сам сабельщик скосил глаза. Ну а я воспользовался моментом.

Если не считать шпаги и барьера с щитом, единственной активно используемой формацией были нити. Вот их я и взял за основу. Только в этот раз представил, что вместо тонких энергетических жгутов, в воздухе парят настоящие канаты. Каждый из которых заканчивается драконьей головой.

С числом «драконов» я решил не заморачиваться. Ровно три — как мёртвых душ у противника.

Полного провала своей затеи я, понятное дело, не ожидал. Но и того результата, что в итоге получился, никак не предполагал.

Воздух загудел от напряжения, моментально став раскалённым маревом. Кожу лица опалило жаром. Полыхнули драконьи головы.

Дико взвыл один из духов, привязанный к Якову. Не понравился ему тесный контакт с золотым драконом. Заголосили оставшиеся два. Рванули назад, пытаясь укрыться внутри его тела.

На момент сабельщик замер, видимо отправляя их обратно. Этого времени почти хватило — ещё бы секунда я проткнул его шпагой.

Одна из связанных с ним душ уже распадалась на части — мой дракон прикончил её. Растворил в воздухе, лишая силы. Две другие, под давлением хозяина, ринулись в бой. Вот только могли они не так много — лишь огрызались.

Сам он вовсю орудовал саблями. Но теперь отбивался сам. От того самого дракона, что наседал, тесня к барьеру. Вплоть до момента, когда Яков упёрся в него спиной.

Не знаю, бился ли он раньше с настоящими духоглядцами, но судя по глазам, к такому мужчина готов не был. Постоянно косился на трибуны, будто ожидая оттуда помощи. И раз за разом пробовал вырваться из ловушки, в которой оказался.

Спустя двадцать секунд мой дракон развоплотил ещё одного злого духа. Третий же ударился в панику. Вместо того, чтобы сражаться, принялся беспорядочно метаться, долбя по барьеру. Что привело к закономерному результату — его тотчас не стало.

Вот теперь была предрешена и судьба Якова. Конечно, он пытался сражаться. Окружив себя барьером, отбивался саблям, яростно что-то выкрикивая. Однако противостоять сразу трём драконам не смог.

Чувство управления подобной мощью, было крайне странным. С одной стороны — на моей стороне оказались наполовину разумные конструкты, которые действовали едва-ли не автономно. Ну а с другой — они сжирали просто безумное количество сил. Я буквально чувствовал, как расходуется энергия, за счёт которой полыхают драконы. И прекрасно понимал, что хватит её ненадолго.

Те, как будто поняли. И усилили нажим. Тем более большого объёма усилий для этого не потребовалось — в конце концов их было три, а сабель у Якова всего две.

Вот один обрушился на барьер в районе его ног и тот заискрил. Второй прорвался в районе плеча. Третий ударил в голову. Защита выстояла, а следующие несколько атак мужчина встретил саблями. Однако потом один из драконов прокусил барьер.

Золотистая пасть сомкнулась на бедре левой ноги. Яков заорал, обрушив обе сабли на «шею» дракона. У него даже получилось её благополучно отсечь. Вот что с людьми откушенная нога делает. Мотивационные тренеры бы восхитились.

Правда в следующее мгновение до него добрались два оставшихся конструкта. Один оторвал руку, а второй сомкнул пасть на голове.

Момент я оставался на месте, неверяще смотря на упавшее безголовое тело, у которого недоставало ещё и пары конечностей. А потом пришла трофейная мощь. И в этот раз всё было куда болезненнее, чем в техникуме или во время предыдущих схваток. Меня как будто резали тысячи крохотных лезвий, что добирались до каждого кусочка тела.

Когда отпустило, оказалось, что я стою на одном колене. Драконов рядом уже не было, да и прозрачный барьер исчез. Зато на своём месте остался распорядитель, который сейчас смотрел на меня с изрядной опаской.

— Победителем дуэли объявляется Ярослав Корнилов. Чистая победа по всем правилам, нарушений не зафиксировано.

Из сектора, где сидели мои спутники послышались хлопки. Степан от избытка чувств крикнул. Алиса задрала майку, чтобы показать сиськи и тут же схлопотала подзатыльник от Влады.

Вот весь остальной зал взирал на меня молчаливо и настороженно. Вернее, не совсем так — в основном, присутствующие косились на своих спутников. Слуг и телохранителей. Тогда как те один за другим принимались переглядываться между собой, включаясь в эту безмолвную игру.

— Согласно условиям дуэли, господин Пажевский должен принять поражение и смиренно запросить решения победителя.

Стальные нервы у этого крепыша, который играл распорядителя. Видно, что ему так и хотелось начать озираться по сторонам, но тот упрямо следовал протоколу. Вот даже Пажа вызвал, чтобы тот зафиксировал свой проигрыш.

Мужчина, у которого так и не выросла новая рука, медленно поднялся на ноги. Бледный и едва ли не дрожащий. Выйдя в проход сделал шаг вниз. Ещё один.

В следующий миг рядом с ним мелькнула женская фигура. К ней тут же кинулся один из охранников Пажа. Многого, правда сделать не успел. Сложно что-то предпринимать, если тебе отрубили голову.

Сам «Властитель Перми» начал поворачиваться, открывая рот, чтобы что-то сказать и одновременно окружил себя барьером. Его не спасло ни первое, ни второе. Сияющий клинок легко прошёл сквозь защиту и рассёк Пажа надвое.

— Это не по правилам.

На распорядителя было жалко смотреть — такое у мужчины сейчас было лицо. Однако отступать тот не намеревался. Смотря прямо на блондинку, которая медленно спускалась по ступенькам. С золотой шпагой, которая сияла в правой руке, залитым потоком силы позвоночником и бурлящим источником в основании поясницы.

Такой я видел впервые. Но что-то подсказывало — именно так и должен выглядеть со стороны, центр силы настоящего духоглядца.

Спустившись по ступеням, блондинка остановилась. Смерила взглядом распорядителя.

— Бой завершён. Победителя ты объявил, проигравший мёртв. Дело сделано.

Крепыш повёл плечами. Глянул на притихшие трибуны. Покосился в мою сторону.

— Победитель должен был получить свою награду.

Неизвестная медленно качнула головой. Сделала ещё один шаг вперёд, смотря на мужчину.

— Смеешь дерзить? Действительно думаешь, что кто-то сможет духоглядцу помешать взять своё?

Вот теперь на лице распорядителя отразилось некоторое волнение.

— Нет. Но… Как же правила?

— А кто их установил, по-твоему? Я сказала — бой завершён. Значит так оно и есть.

Тот втянул ноздрями воздух, смотря на блондинку одновременно с яростью и страхом. Происходящее ему наверняка не нравилось. Но и противостоять духоглядке он не собирался. Или как её правильно называть? Духоглядица?

— Жадная сука, которая забрала наше по праву. Вот как её надо называть, мурр. Бесстыжей воровкой!

Сверкнуло синим. Когти Беатрис, которая стрелой слетела с трибун, пропахали песок, вскрывая доски. Шерсть на загривке встала дыбом.

— Что такого он бы нам поведал, блондиночка? Какие грязные тайны бы выложил? Почему ты так поспешила его заткнуть, мурр?

Девушка остановилась. Чуть наклонила голову набок, рассматривая кошку. Глаза заполыхали золотом. Со стороны выглядело жутковато, на самом деле. Если не знать, что происходит, можно надумать себе самого разного всякого.

— Настоящая… Не подделка, как сейчас у всех…

На секунду мне даже стало интересно, как можно подделать кошку? Потом я почувствовал нахлынувшие эмоции Беатры — она была готова прямо сейчас броситься в бой. Что намекало — пора подключаться к разговору.

— Представься. И объясни, по какому праву вмешалась?

Шагнув вперёд, я впился взглядом в блонду. И тут же чуть пошатнулся — слишком уж большой оказалась порция трофейной силы.

Девушка чуть повернула голову, смотря на меня. В голове же зазвучал голос Беатрис.

— Надо её разорвать. Она не позволила нам забрать добычу, мурр. За такое надо наказывать. Очень сурово наказывать…

Со своих мест поднялись и все остальные — сейчас медленно приближались с фланга. С такими лицами, как будто нас ждала неизбежная схватка.

— Анна Оболенская стоит перед тобой. Назови и ты себя, неизвестный с имперской кошкой. Чью фамилию ты носишь?

Манеры и лицо девушки заметно изменились. Уверен, она заранее знала о существовании кошки. Но похоже по какой-то причине посчитала её той самой «подделкой», не восприняв всерьёз. И видимо теперь переосмысливала ситуацию.

Как вести себя в такой ситуации, я откровенно говоря не знал. Что ей сказать? Та же самая легенда, о которой я рассказывал прочим, тут никак не прокатит. Беатрис выдавала меня с головой. Не может быть такой кошки у духоглядца, который узнал о своей силе несколько дней назад. Это попросту невозможно.

Однако, скрывать свою фамилию, смысла тоже не было. Даже если она каким-то чудом до сих пор её не знала, то это было вопросом буквально одного телефонного звонка.

— Ярослав Корнилов. И большего я пока говорить не желаю.

Вроде нормально вышло. Попытка закосить под тон старых времён, на мой взгляд удалась.

— Скажи спасибо, что мы вообще позволили тебе дышать на нашей земле. Десять тонн икорки и столько же золота. Тогда простим, мурр. Наверное…

Та чуть прищурилась. Погасила шпагу в своей правой руке и неожиданно усмехнулась.

— Мне говорили, что имперские кошки ужасно несносны. Но никто не предупреждал, насколько.

Беатрис тихо мурлыкнула в ответ и рывком взлетела на моё плечо. Тогда как взгляд Анны обратился к подошедшим. В конце концов остановившись на Владе. Секунды три девушки сверлили друг друга раздражёнными взглядами. Потом блондинка медленно повернула голову в мою сторону.

— Я могу понять шаманку в твоей свите, которая дала присягу. Не знаю, как ты её сломал, но инструмент это эффективный. Однако…

Окно с грохотом разлетелось на осколки. Под потолком мелькнула чёрная тень. Грана, которая ворвалась внутрь, сделала круг. Повернула голову, смотря одним глазом на духоглядку.

За проёмом разбитого окна были видны носящиеся тени других птиц. Тихо рыкнула Марта. Что-то буркнула Верпа. Потянулся к нагану Василий.

— Кем бы ты ни был, держи свою свиту в узде. Никому не позволено так говорить с Оболенскими.

Своё сопровождение у неё тоже имелось. Женщина неопределённого возраста с волосами, собранными в длинную косу и двое почти одинаковых мужчин в костюмах. Все трое спускались сейчас по ступеням и я хорошо видел золотые печати на кистях их рук.

Первая, судя по всему была ведьмачкой. Позвоночник светился золотом и бирюзой. А вот у пару других сопровождающих было лишь тусклое жёлтое свечение.

— Стоишь ты на земле моего хозяина, златоокая. Великого воина, что уложил в землю многих. Так склонись же! Рухни на колени и смиренно проси прощения! Лобызай ноги его и моли проявить доброту!

Скрипящий голос Верпы захлестнул зал. А вот сама Оболенская, от такого перфоманса, кажется впала в состояние лёгкого шока.

— Ты только выше колен ничего не лобызай. Там уже всё не твоё, хе-хе.

Алиса, которая вытащила изо рта чупа-чупс, тоже внесла свою лепту, помахивая конфетой в воздухе. В стороне осторожно поднялся мужчина.

— Знаете, я наверное пойду. Бой окончен и…

Договорить не успел — в спину ему вошёл клинок. Самый настоящий — сделанный из стали и окутанный иссиня-чёрной дымкой. Всадивший его седой дед, расплылся в радостной улыбке.

— Вот и всё. Нет у тебя больше власти над нашей семьёй!

Основной задачей моего требования к Пажу, как раз и было изменение баланса. Я отлично понимал, что в случае моей победы, зал окажется полон не слишком-то позитивно настроенных оппонентов. Которые вполне могут решить, что им представился шанс толпой навалять духоглядку, которого до сих пор немного трясёт после боя.

Нейтрализация всех данных клятв верности, должна была выбить землю у них из под ног — теперь приходилось учитывать вероятность неподчинения и бунта. Но я совсем не предполагал, что это в самом деле к нему приведёт. Да ещё с такой скоростью.

После вопля старика, зал на секунд замер. Тотальная, полная тишина. Которая прекратилась, когда молодая девушка обратила руку когтями, вспоров брюхо своего хозяина. Тот, уже заорав от боли, хлестнул по ней тёмной нитью, от которой та сумела уклониться — та снесла голову зазевавшемуся зрителю. А потом ещё один парень, что до того играл роль его свиты, выстрелил бывшему хозяину в голову.

За считанные мгновения зал стал местом кровавой бойни. Бывшие господа и их присяжники ожесточённо убивали друг друга. Некоторые пытались просто вырваться отсюда и убраться подальше. Но основная масса рвала друг другу глотки.

— Занятно ты придумал, не спорю. Гладиаторские бои — отличное развлечение. Но кем и как ты собираешься править? Сам же сказал, что это твоя земля.

Звучало вполне рационально. Вот только вести светские беседы, пока внизу режут друг друга, я не собирался. Тем более что буквально только что, все они стали моей ответственностью.

Внутри полыхнула ярость. Могучая и с трудом сдерживаемая. Сила хлынула в горло. Ощущение было странным. Словно всё окатило вязкой расплавленной смолой.

— ПРЕКРАТИТЬ!

По залу будто прокатилась буря. Зазвенели стёкла. Тощего парня, который прижимал к полу собственного хозяина, снесло в проход вместе с этим самым хозяином. Ещё с десяток рухнули там, где стояли.

— Убийства запрещены. Всем. Рабам, господам, слугам и гостям. У кого есть претензии — получит разбирательство. Честное и по существу. Кто продолжит резню — умрёт. Моё слово.

Зал молчал и переваривал, ошеломлённо пялясь на меня. Стонали раненные. Корчился в судорогах парень между рядами, недавно схлопотавший заряд картечи.

А несколькими ступенями выше, широкоплечий мужчина в разодранном пиджаке продолжал сдавливать горло противника. Как будто и не слышал только что ничего.

Он был не из бывших «слуг». Те, как правило стояли подле своих господ. Этого я помнил — он точно сидел на стуле. Потому смягчающие обстоятельства у него тоже отсутствовали.

Нить сорвалась с пальцев сразу же, как я его идентифицировал. Хлестнула по спине, рассекая нарушителя надвое.

Всё произошло настолько стремительно, что ещё миг он так и оставался на месте. Даже голову повернуть попытался. В следующую секунду отпала его правая рука. А потом отвалилась и вся верхняя часть туловища.

— Занять круговую оборону! Спиной к спине и до конца! Отставить резню, оболтусы! ОТСТАВИТЬ!

Я чуть было не ударил вновь. А потом заметил, кто это. Всё та же самая старушка с кинжалом. Вскочив на ноги, крутилась на одном месте, смотря по сторонам.

— Ба, всё уже, всё. Сядь. Никто не воюет.

— Какое не воюет? Вон, цельный легат командует! Золотая Эпоха вернулась!

— Да усадите уже её кто-нибудь… Нас же всех казнят…

Надо будет потом поинтересоваться, о какой это Золотой Эпохе речь и почему зрители уже дважды вспоминали термины, которые на автомате ассоциировались с Римской империей.

— Эпоха правления духоглядцев, — зазвенел в голове голос Беатрис. — Они Рим когда-то и основали. Почему думаешь у Ромула с Ремом волчица была? Не только кошки разумными бывают.

На миг я натурально остолбенел. Даже ярость внутри как-то поутихла. Новости о том, что вторая мировая война спровоцирована противостоянием шаманов с духоглядцами, сама по себе была шокирующей. Но я почему-то даже не задумывался, что всё это должность тянуться до самых древних времён. Буквально к истокам современной цивилизации.

Наверное я бы ещё про всё это подумал. Но прямо сейчас на меня пялился весь зал. Готовый в любой момент сорваться и опять погрузиться в кровавую бойню.

— Отныне вы все ходите под моей рукой. Любая моя команда должна выполняться беспрекословно. Всё, что касается ваших старых договорённостей и схем, обсудим. И поменяем.

Как по мне, слова складывались во фразы очень ловко. Однако, на последней я запнулся. С трудом представлял, как с ними всеми разбираться. Впрочем, снаружи двадцать первый век. Решения должны соответствовать.

— Запишите мой аккаунт в Телеграме. Со всеми вопросами и пожеланиями пишите туда.

— Челобитные подавать в письменном виде, мурр, — Беатрис с плеча оглядела притихший зал. — Начинать со слова ПОВЕЛИТЕЛЬ. Заканчивать дарами.

Оболенская наблюдала за всем этим, чуть склонив голову набок.

— Неплохо. — признала она. — Но ты слишком распустил своих личных холопов.

— Будешь дерзить, мы тебя саму на ленточки распустим, мурр. Никакой икоркой не откупишься.

Трое телохранителей Оболенской уже спустились. Выстроились полукругом за своей госпожой, рассматривая всю нашу компанию с изрядным удивлением.

— Мой боец дрался сегодня за Пажевского. Услуга была оказана в долг. Расплатиться он не успел, а после проигрыша стало и нечем. Осталась только жизнь. Её я и забрала.

Анна говорила, смотря на меня. Я же машинально покосился в сторону мёртвого троедушника. Это объясняло его силу и уверенность Пажа в победе. Правда никак не помогало понять поведение самой блондинки.

— То есть Яков был твой?

Слова у меня вырвались рефлекторно. Сама духоглядка пожала плечами.

— Был. Но сегодня ты его списал.

— Присягу-то… — седой дед, тот самый, что первым воткнул клинок в спину хозяина, мял в руках окровавленную тряпку. — Присягу с нас брать будешь, златоокий? Кому мы теперь…

Договаривать он не стал. И так было понятно. Кому мы теперь принадлежим — вот что он спрашивал. После ошейника — попробуй отвыкни за один вечер.

— Не буду. Рабы мне ни к чему. Я потребовал вашу свободу не для того, чтобы нацепить ошейник.

Секунду стояла тишина. А потом в потолок ударил рёв. Орала прислуга, кричали недавние рабы, кто-то стучал по пластиковым сиденьям. Седой дед смотрел на меня, как будто узрел восьмой чудо света.

— Половина зала готова носить тебя на ручках, хозяин. Вторая уже прикидывает, сколько заплатят за твою головушку. Ну а женщины жаждут встать на коленочки.

Господская часть публики вежливо помалкивала и старательно делала вид, что их ситуация никак не касалась. Эти только что потеряли почти всё — попробуй проживи, когда челядь больше нельзя держать на цепи.

Дальше всё покатилось само. Раненых потащили к выходу, мёртвых начали складывать в штабели. Кто-то тихо потянулся к дверям.

— Взять и просто отпустить… — Оболенская проводила взглядом ковыляющих к дверям. — В Москве тебя сочли бы сумасшедшим.

— Так мы не в Москве.

Духоглядка поморщилась. А ко мне подошёл распорядитель.

— Могу я взять на себя смелость и обеспечить тут чистоту?

Глянув на него, я утвердительно кивнул. Сам крепыш, чуть подождав, продолжил.

— Я не служил Пажевскому, но… Многие вопросы замыкались на меня. Разнообразные. Буду счастлив, если мои услуги пригодятся Вашему Златешейству.

Наблюдающая за этим Оболенская, коротко хохотнула.

— Вы как будто в девятнадцатом веке живёте. Правду говорят — за МКАДом совсем другой мир начинает.

— Россия там начинается, Ваше Златешейство. Из которой все деньги в эту самую Москву и качаются.

Посмотрела она на него так, как будто готова убить. Но предпринимать ничего не стала. Тогда как я обменялся с ним аккаунтами в Телеграме. Нужно же было как-то налаживать контакты.

До дверей нас провожали взглядами. Некоторые кланялись, другие просто смотрели, как мы шагаем к проёму.

Снаружи давно стемнело. Над стоянкой носились тени — птицы Влады всё ещё несли дозор. Грана спикировала откуда-то сверху и устроилась на крыше роллс-ройса, сверкая алым глазом.

Оболенская вышла следом. Её тройка держалась в паре шагов позади. Тускло светились золотые печати на кистях их рук.

— Не хочешь поинтересоваться, что я тут делаю? Ты ведь тот самый Корнилов. Сын охотника, который погиб пятнадцать лет назад?

Остановившись, я обернулся к ней. Сделал вид, что на пару секунд задумался.

— Так что Оболенским понадобилось в Перми? Не ради же боя ты сюда летела.

— Ты мне должен, Ярослав. Не конкретно ты, а ваша семья. И раз уже я всё равно здесь, надо бы этот долг забрать. Мой дед говорит, так будет правильно.

Угу. Выходит, верхушка её семьи уже в курсе моего существования. Впрочем, было бы странно, окажись иначе.

Верпа глухо проворчала что-то про чужаков, что ходят по земле господина без даров и без поклона. Беатрис тихо зашипела, к моему удивлению, пока не вмешиваясь.

— Моя семья потеряла тут имущество. Старое и ценное. Германский оборотень. Я намерена его поймать и вернуть домой. Ты идеально подойдёшь в качестве помощника. Тем более потеряли его при участии твоего деда.

Вот оно значит как. Она приехала за Ульрихом. Но почему именно сейчас? Всё это время они считали волколака мёртвым, а теперь отправили в тайгу её? Откуда пришла информации, что немец жив и бегает по пермским лесам?

— Почему я? У тебя своя ведьмачка и двое посвящённых. В Перми полно бойцов, нанимай любого.

— Мяса у меня достаточно. Мне нужен тот, кто сможет биться с ним на равных, если ублюдок не подчинится приказу.

— Соглашайся, мурр, — а вот это прозвучало уже только в моей голове. — Живой пёсик куда разговорчивее дохлого. А потом его можно будет быстренько умертвить. Чтобы не ляпнул ничего лишнего.

Об этом я думал и сам. Оборотень наверняка снова придёт за моей головой. К тому же, неизвестно что могло произойти на той охоте и о чём он способе рассказать.

Лучше отправиться вместе с блондой. Заодно вытрясти из него, что случилось пятнадцать лет назад. В конце концов, это последний живой свидетель. Но брать и сходу соглашаться, я не стал.

— С чего мне помогать Оболенским? Бесплатная охота на бешеное имущество, сомнительное развлечение.

— Бесплатная? Ты разве не слышал? Твоя семья должна моей, Корнилов. Должна давно и много. Я предлагаю начать гасить долг. Это не найм. Обсудим за ужином?

Эмоции, эта столичная аристократка, вызывала у меня самые разные. И в большинстве своём отнюдь не позитивные. Но в одном не было никаких сомнений — она являлась крайне ценным источником информации. Единственным подобного уровня. Плюс, девушка ведь всё равно не отстанет. Глупо рассчитывать, что услышав отказ, она просто развернётся и уйдёт. Не после того, как увидела живую девятнадцатую кошку.

Поэтому я согласился. После этого выслушал в какой именно ресторан она хочет поехать и двинулся к нашим авто.

— Мы едем в ресторан?

Тома, которая стояла около одного из мерседесов, устремила на меня вопросительный взгляд. Лешачке Оболенская понравилась ещё меньше моего — всё время, пока мы говорил внутри, Тома зыркала так, будто хочет открутить ей голову.

— Это мы едем в ресторан. А вы отправляетесь спать, мурр.

— Все в две машины не влезут, жопа ты пушистая.

— Раз так, я еду с хозяином. Буду тихонечко-тихонечко сидеть. Если захочет, даже под столом…

Не успели мы отреагировать, как Алиса уже открыла дверь, скользнув на заднее сиденье роллса.

— Тогда я тоже еду, — в меня упёрся тяжелый взгляд Влады.

— И я. Должен ведь кто-то присмотреть за этими пигалицами, пока юный господин делом занят.

В итоге, так оно и вышло — шаманка, кицунэ и кикимора отправились со мной. Остальные же загрузились в два мерседеса, поехав домой.

За руль я сел сам. Непривычно после Василия, но мерседесы ушли с ним, а доверять роллс кому-то из оставшихся не хотелось. Оболенская со своей тройкой ехала следом. Фары её машины ровно висели в зеркале — не приближались и не отставали.

— Мне она не нравится. Смотрит на тебя, как на лот аукциона. И ты слышал, как она про остальных говорила. Конченая тварь, — похоже Владе наша новая знакомая понравилась ещё меньше, чем мне.

— Она Оболенская. Духоглядка до мозга костей, мурр. Её с детства облизывали.

Услышав голос кошки я вспомнил о фразе блондинки на стадионе и чуть повернул голову

— Она назвала тебя настоящей. А остальных кошек подделками. Это как?

— Вот так, мурр. Берут кошечку и духа, которому нужно тело. Замещают кошачий разум и обучают мыслеречи. Он, конечно, кроме как говорить, почти ничего не может. Ещё быстро тупеет или сходит с ума. Но кому-то подходит и такой вариант.

Н-да. Уверен, этот ход придумали в Китае. Возможно даже кошачьи фермы отстроили, где сейчас сотни белых кошек выращивают.

— Пусть только попробует худое умыслить на земле господина. В прежние времена таких на порог не пускали, а пустивши — за стол сажали спиной к двери. Или сразу в яму на цепь.

— Заметьте, мурр. Когда должны Оболенским — это священный долг крови. А когда Оболенские убили нашу добычу, это мелочь и ерунда. Удобная бухгалтерия.

Спорить с этим было глупо. Впрочем, взять и сходу послать её лесом, стало бы ещё более тупым ходом.

Навигатор показал, что мы уже на месте и я свернул. Припарковавшись, дождался, пока все выберутся и двинулся ко входу. Что забавно — в этот раз никто даже не поинтересовался сидящей на плече кошкой. Вот что значит, хорошая машина. Одежда у меня правда была не самого лучшего вида. Но полутёмный зал позволял это немного замаскировать.

Он, к слову оказался полупустым — время шло к ночи. Сдвинутые столы, крахмальные салфетки, приглушённый свет. Тройка Оболенской молча заняла соседний стол. Привычно, без команды — расселись так, чтобы видеть дверь, окна и хозяйку разом.

Мои сели за один стол со мной. И с Оболенской.

Анна проследила, как Верпа устраивается напротив неё, как Алиса пододвигает себе стул, как Влада без затей втискивается между мной и блондинкой.

— У вас в Перми свита ужинает за столом господина. Трогательно. Может, им ещё и меню выдать? Чтобы сами выбирали?

— А твои, что, жрут как собаки? То, что дают?

Верпа обеими руками вцепилась в меню. Заскользила взглядом по строчкам.

— Кар-пач-чо. Что есть карпаччо?

— Сырое мясо. Тонко нарезанное, — ответила Влада, тоже изучающая меню.

— Сырое — это хорошо. Давайте сразу два. И ягнёнка.

Официант, надо отдать ему должное, держался. Даже сообразил, что надо уточнить — каре ягнёнка, это совсем не про целое животное.

Кикимора разочаровалась. Потом ещё раз изучила меню и заказала стейк слабой прожарки.

— А мне сидр. Яблочный. И к нему утиные ножки.

Алиса весело помахала очередным чупа-чупсом, а Влада подняла глаза от своего меню и заказала курицы.

Я же взял тех же самых утиных ножек. Плюс, запечённого лосося. Икры тут не оказалось. Что ввергло Беатрис в состояние настоящего холодного бешенства.

Когда официант удалился, взгляд Оболенской тут же упёрся в меня.

— Думаю, можно начать. Мы получили сигнал совсем недавно и он быстро прервался. Но мне уже доложили, что оборотень проявил себя около Молёбки. Оттуда и начнём. Пойдём за Ульрихом по следу и возьмём за его мохнатую жопу.

Около выхода послышались голоса. Сначала тихие, но быстро ставшие громкими. Мелькнула человеческая фигура — в зал буквально вбежал молодой парень.

Верпа упёрла обе ладони в столешницу, готовясь подняться. Потянулась к оружию охрана Оболенской. В темноте за панорамным окном мелькнул алый глаз Граны.

Сам же паренёк, в котором не наблюдалось ни грамма силы, кинулся к нашему столику. Рухнул на колени. И с неожиданной мольбой посмотрел на меня.

— Умоляю, спасите моего отца! Он хотел с вами встретиться, но вы отказывали. А теперь… Умоляю! Помогите ему! Кроме вас — некому!

Даже охранники Оболенской, которые на первый взгляд не удивлялись абсолютно ничему, от подобного заявления пришли в состояние лёгкого шока. Да и сам я, надо признать, растерялся. Не каждый день на колени бухается ворвавшийся в ресторан парень и умоляет спасти отца. Да ещё так на меня смотрит, как будто я должен быть в курсе дела и сейчас догадаться о чём он.

Хотя, постойте-ка. Он сказал, что его отец пытался со мной связаться. При этом сам парень в пиджаке, на руке блестели часы, что выглядели дорогими и в целом вид был, как у человека, который смотрит на левую сторону меню, полностью игнорируя правую.

— Можешь добавить немного деталей?

В иной ситуации я бы наверняка вёл себя иначе. Но прямо сейчас рядом сидела Оболенская и приходилось держать лицо.

— Деталей… Он… Вам разве не рассказывали?

— Если юный господин задаёт вопрос, отвечать следует, а не самому переспрашивать. Ты или учись уму-разуму, или ползи отсюда задом-наперёд, к выходу.

Взгляд юноши на момент метнулся к кикиморе. Потом вернулся на меня.

— Мой отец… Вернее, не так. Бабушка. Его мать. У неё проблемы. Она… Долго рассказывать. Я даже не знаю, с чего начать.

Выглядел он и правда растерянным. На момент показалось, что сейчас замолчит или просто начнёт биться в истерике. Больно уж безумными стали у него глаза.

Но нет — взял себя в руки. И подняв на меня взгляд, заговорил.

— Жить она хотела очень. Бабушка. Связалась не с теми людьми… Они много чего обещали, но стало только хуже. А потом даже связь пропала. Понимаете? Охрана не отвечает. Новые, которых мы послали, тоже исчезли. Отец с вами всё пытался связаться. Сегодня психанул — сам поехал. И…

Ну вот. А я гадал, что за тип так активно пытается ко мне пробиться. Оказалось, не просто так ломился — проблема у него действительно имелась. Однако вместе с пониманием этого, в моей голове возник ещё один вопрос.

— Как ты меня отыскал?

Тот нервно сглотнул слюну. Покосился на Анну, которая взирала на него с видом энтомолога.

— Знакомые в полиции… Отец пытался выяснить, кто вы и отыскать, чтобы встретиться. Вот — сегодня позвонили.

Приблизившийся официант поставил на стол две тарелки с карпаччо. Выставил бокал сидра, кофе и чай. Глянул на парня, который так и стоял на коленях. Вздохнул.

— Будете что-то заказывать?

Тишина. Медленно поворачивающиеся головы. Изумлённо моргающий паренёк.

— В вашем меню точно нет того, что ему нужно, — отреагировала первой Анна.

— Икорки у них тоже нет. Препаршивейшее заведение, мурр. Препаршивейшее…

Сидящая за соседним столом пара, почти полностью покрытая лютниками, начали было разворачиваться в нашу сторону. Пришлось пустить в дело нити — те моментально осели на пол.

Заодно это отвлекло официанта — задумчиво посмотрев на сползающих со своих стульев посетителей, он решил, что эта проблема приоритетнее и зашагал к ним. Когда приблизился, я распылил трёх пауков-жизнеедов на его позвоночнике и мужчина тоже упал вниз.

Один из охранников, который спешил на помощь, притормозил. А увидев, как заваливается ещё один официант, очищенный от тёмных наростов, попятился назад.

— Аномальная зона. Я такое в кино видел. Никому не подходить!

Не знаю, что он там смотрел за фильмы, но жизнеед на безопаснике ресторана тоже имелся. Стоило его распылить, как мужчина упал на пол.

— Лечить обычных людей бесплатно, это моветон. Каждый должен платить за своё исцеление.

— Тогда и ты должна платить за нашу помощь, мурр. Пять тонн икорки и мы возможно пойдём с тобой в тайгу.

Духоглядка опустила глаза вниз, пристально смотря на кошку. Я же поднялся на ноги, потянувшись нитями разом ко всем, кто тут присутствовал. Раньше исполнить нечто подобное, точно бы не вышло. Сейчас же получилось неожиданно легко и просто.

Наросты и жизнееды были почти у всех. Просто отправить в сон пришлось лишь единственного посетителя за угловым столом.

Парень, при виде падающих на пол людей, едва ли не задрожал. Принялся озираться по сторонам с видом человека, который совсем скоро собирается умереть.

— Ужин ты всё равно испортил, — отодвинув стул, я поднялся на ноги. — Идём, поговорим в другом месте.

— С тебя тонна икорки. И котлетки из крабового мяса, мурр.

Беатрис взлетела на моё правое плечо, а вот парень дёрнулся так, что едва не упал на пол.

— Голос… Кто это был? Как?

Кошка наверняка хотела повторить. Пришлось самому мысленно к ней обратиться, запретив пугать бедолагу. Судя по всему, стресс он сегодня и так получил сильный.

— Пушистая белая жопа балуется, милок. Ты глазёнками-то не хлопай. Давай, пошли отсюда. Юный господин приказал уходить.

Стоило отдать ему должное — в истерику паренёк так и не впал. Вместо этого поднялся на ноги и стараясь не смотреть на людей, что валялись на полу, двинулся к двери.

Камеры наблюдения тут к счастью были только снаружи — с ними я разобрался самостоятельно. Правда, в отличие от Василия не тонкой профильной формацией, а грубой силой. Но такой метод тоже оказался рабочим.

Добравшись до парковки, мы увидели стоящий БМВ с распахнутой водительской дверью. А сам парень, прислонившись к своей машине, принялся сбивчиво рассказывать.

Говорил он много, но быстро и не всегда понятно. Тем не менее, общая картина вырисовывалась вполне понятная. В какой-то момент у его бабушки начались проблемы со здоровьем. Достаточно серьёзные, как я понял.

Классическая медицина помогала не слишком хорошо и тогда женщина обратилась к её альтернативам. Сначала выложила немало денег разнообразным шарлатанам, а потом наткнулась на тех, кто неожиданно оказался эффективен.

Какие-то индийские магички. Две женщины, которые в самом деле помогли ей избавиться от болезни, чем заслужили доверие. Настолько большое, что та наняла их в качестве своего рода советников.

Точную хронологию дальнейших событий он не знал. Но если верить словам его отца, бабушка оказалась одержимой идеей бессмертия. Обеспечить которое ей обещали все те же индианки. Её дом превратился в настолько мрачно-нервирующее место, что там отказывались нести службу их охранники. А все попытки объяснить его владелице ситуацию, ни к чему не приводили.

Изначально его отец не верил во всё это, считая излечение от болезни работой лекарств. Индианок же считал обычными мошенницами. Но потом всё изменилось — он увидел нечто такое, что заставило поверить в реальность их обещаний. Именно тогда он переключился на поиски «специалиста», который сможет решить проблему.

Всё усугублялось тем, что на бабулю этого парня было записано немало активов самого разного характера. Юридически находящихся в её собственности. Что обеспечивало её солидными ресурсами.

Забрать их без её согласия, было практически невозможно. А его она само собой не давала. Постепенно войдя во вкус настолько, что принялась распоряжаться разнообразными объектами.

Ничего удивительного, что когда его партнёр по бизнесу вдруг заявил о наличии нужного контакта, отец парня сразу же принялся осаждать его с просьбами о встрече.

— И сейчас он внутри? Там вообще кто-то рядом есть?

Парень, который назвался Костей, кивнул.

— Он зашёл. Я отправил пару наших людей, они засели в стороне и наблюдают. Говорят, там вообще никакого движения. Свет включён только в двух комнатах, но там за всё это время никто не проходил.

С одной стороны, ситуация меня никак не касалась. Своих проблем хватало. Ну а с другой — не отреагировать, значит фактически обрести человека на смерть. Да не одного, а целую группу. В том, что они не выберутся из того дома живыми, я был почти на сто процентов уверен.

— Я поеду с вами. Интересно будет на это посмотреть.

Одним из резонов в пользу согласия был факт переноса беседы с Анной. И вот, как только что выяснилось, Оболенская собиралась помчать в путь вместе с нами.

— Почему ты решила, что я соглашусь?

Духоглядка усмехнулась, пожимая плечами.

— Потому что у тебя на лице всё написано. Не знаю, как такой провинциал, как ты, смог заполучить кошку. Но я уверена, что ты поедешь помогать.

Наверное стоило больше следить за своей мимикой. Или предсказуемостью. Может выкинуть какой-нибудь фокус? В колесо её машины например выстрелить?

— Давай лучше в лицо ей выстрелим? А потом я ещё когтями добавлю, мурр.

Н-да. Забывать о том, что кошка может на постоянной основе читать мои мысли, тоже не стоило.

— Я уже говорила, мурр. Ты слишком громко думаешь. Непозволительно громко.

— С чего ты взяла, что можешь сама решать такие вещи?

На плечо Влады с карканьем опустилась Грана. Сама же шаманка гневно уставилась на блондинку. Позвоночник которой сейчас постепенно начинал полыхать от поднимающейся силы.

— Не знаю, как он подпустил к себе шаманку без присяги. Вы же психи, у которых в жизни только одна цель — хлебнуть нашей крови. Но это его жизнь и пусть сам решает, как ему её жить.

Сделав короткую паузу, Анна чуть наклонилась, приблизив голову к Владе.

— Но вот если ты посмеешь ещё раз заговорить со мной в таком тоне…

Честно говоря — сам не ожидал той ярости, которая вдруг ярко заполыхала внутри. Не то, что костром — настоящим вулканом.

— Фамилия Оболенских прислала тебя, чтобы развязать войну?

Блондинка медленно повернула ко мне голову. Глаза засверкали золотом. Наверное, как и мои собственные сейчас.

— Ты один. У тебя никого нет. Как ты собрался воевать?

— Допущение. С чего ты взяла, что я один? И почему ты решила, что у меня никого нет?

Она было открыла рот, но я тут же её перебил, заговорив вновь сам.

— Вы знали о моём существовании? Может быть слышали о Беатрис? Оболенские пропустили духоглядца и имперскую кошку. Почему ты решила, что при желании, я не смогу сделать так, чтобы каждый из вас сдох?

Та прищурила глаза. Рядом застыли напряжённые фигуры её телохранителей, чуть дрогнула земля, к которой потянулась Верпа.

— Если начнётся битва, мы оставим от вашей фамилии только сожжёные дома и руины. Заберём всё, что у вас есть, мурр. А тех, кто станет протестовать, истребим!

Голос кошки, который звенел в голове, был уверенным. Она похоже и правда не сомневалась, что при необходимости, мы легко и просто вырежем Оболенских.

— Вы либо горстка отчаянных психопатов, либо скоро ими станете, — качнула головой аристократка.

— Сама ты горстка. Наш хозяин красавчик. Если будет надо, мы кому угодно глотки вырвем.

Договорив, она вдруг икнула и я покосился на кицунэ. Как и следовало ожидать, в её руке обнаружился бокал, который она тут же попыталась спрятать себе за спину.

— Мы ведь всё равно заплатили. Ну не оставлять же его там?

Если уж на то пошло, мы вовсе не платили. У меня это как-то совсем из головы вылетело.

— Послушайте. Я понимаю, что у вас тут какие-то свои разборки, но вы можете спасти отца? Он в самом деле щедро заплатит.

Лицо у Кости было таким, что было ясно — не иди речь о жизни его отца, паренёк бы уже давно мчал отсюда на всех парах.

— Где именно этот дом? Какой адрес?

Услышав вопрос тот немедленно полез в карман за телефоном, чтобы показать мне адрес на Гугл Картах. Потом рядом зазвучал голос Анны.

— Ты можешь сколько угодно изображать готовность пойти до конца, но даже самый отбитый духоглядец не станет связываться с Оболенскими. Я еду с вами. Посмотрю, что там за индианки.

Влада с Верпой молча посмотрели на меня. Алиса сделала шумный глоток, допив умыкнутый сидр. Завертела головой по сторонам, ища куда поставить бокал.

Я же почувствовал, как спадает накал дикой ярости внутри и включается рационализм.

— Едь, если хочешь. Но больше никогда не смей оскорблять моих людей.

Имелось стойкое ощущение, что духоглядка не оставит последнюю фразу за мной и сейчас снова начнёт спорить. Однако оно оказалось ошибочным — она лишь поинтересовалась адресом, после чего двинулась к своей машине.

Адрес, который я вколотил в навигатор, располагался на окраине Кислотки. Там, где порой встречались очень даже неплохие дома, владельцы которых предпочитали приватность и не были слишком озабочены вопросом инфраструктуры.

— Слишком нагла эта девчонка. Пусть златоокая, но чужая. Стоило проучить её, юный господин. Заставить молить о прощении. А потом, чтобы вину искупила, в наложницы лет на пять взять. Нет лучшего способа породить наследника, чем сделать его в паре с другой златоокой.

Я закашлялся, подавившись воздухом, а машина вильнула в сторону, едва не улетев в кювет.

— Зачем хозяину какая-то там блондинистая сученция, если есть я? Концентрированная красота, ик. И прекрасность. Ик. Надо было просто горлышко этой шлюхе вспороть и всё.

— Не забывайся, кицунэ. Иначе я не посмотрю, что у тебя там сдвиг по фазе в башке начался и откручу её.

— Это я то двинутая? — в голосе Алисы прозвучало искреннее удивление. — Когда это духоглядцы одной женщиной обходились? Золотая кровь должна множиться и шириться.

Хм. У дедушки вроде была только бабушка. Ну или я так думал. Кто его знает, что он вытворял, когда был помоложе. Тем более не стоит забывать, что на самом деле внутри деда сидела душа этого самого гусара.

Повернув направо, я вдруг осознал ещё один момент, о котором до того даже не думал. Бабушка могла быть… Да кем угодно, на самом деле. Присяжницей, которая играла роль. Потому что гусару требовалось прикрытие.

Вообще, странно, что родители вдруг взяли и узнали всё про него. Как-то не похоже на почти всесильного типа, который старался контролировать всё вокруг.

— Успокойтесь. Непотребства свои на потом оставьте. Сейчас надо с делом разобраться, да повернуться живыми. А юного господина на всех вас хватит. Каждой, где надо почешет.

Шаманка, сидящая справа от меня, бросила быстрый взгляд. И тут же отвела его в сторону, переключив внимание на БМВ, что ехал впереди.

Машина Оболенской снова шла позади. Как будто блондинка опасалась, что мы вдруг куда-то свалим посреди дороги. Вообще, это весело наверное было. А ещё можно было приказать Верпе размыть дорогу под колёсами их авто. Начав погружать его в грунт сразу, как то опрокинется. Заодно ударить птицами сверху. Не говоря уже о том, что я мог снова выпустить драконов.

Будь на её месте мужчина или окажись конфликтная ситуация более жёсткой, я бы возможно так и поступил. Но сейчас я не видел причин, по которым можно было бы взять и хладнокровно убить женщину с её охраной на ночной трассе.

К тому же, она вполне могла дать отпор. Не говоря о том, что мой настоящий враг был совсем иным. Гусар, что собирался сожрать мою душу — вот эту сволочь я действительно желал убить. Желательно максимально мучительно, отомстив за деда и тех, кого он ещё мог прикончить.

Навигатор просигналил, что мы рядом с координатами, а БМВ свернула с разбитого асфальта на грунтовку. Спустя несколько минут остановившись около чёрного «Гелика», из которого тут же выбрались двое мужчин.

Тоже остановив машину, я вышел. Глянул на охранников, которые что-то рассказывали Косте. Потом отошёл немного в сторону и присмотрелся к стоящему в полусотне метров дому.

— Ничего себе. Кто с ним такое сделал, мурр? Знаешь, кажется я промахнулась с тонной икорки. Тут минимум, десяток нужен.

Согласен — выглядело здание ужасающе. Идти туда казалось плохой идеей. Лучше уж подогнать сюда пару танков и долбить, пока не останется одна бетонная пыль.

Остановившаяся рядом Алиса тихо присвистнула. За спиной причмокнула губами Верпа. Справа застыла молчащая Влада. А вот левее, где остановилась машина Оболенской, послышалось сдавленное восклицание.

Прозвучало это настолько неожиданно, что мы все тут же повернули головы. И увидели шагающую к нам блондинку, на лице которой было выражение полного изумления.

— Это тхаги. Не вздумайте туда лезть. Я немедленно звоню деду — он пришлёт команду, которая всё тут заблокирует и выкачает из дома силу.

Несколько секунд все молча смотрели на Оболенскую. Не знаю, как все остальные, а я ожидал ещё одной порции информации. Поняв, что её не будет, скосил взгляд на Беатрис, которая задумчиво пялилась вдаль.

Но первой говорить начала Верпа.

— Как смеешь ты на чужой земле распоряжаться, златоокая? Говоришь так, будто жена господину моему и это всё твоё по праву. Но не так это! А значит, не можешь ты распоряжаться землями его и душами его.

Прозвучало это так, что даже сама блондинка, кажется, впала в прострацию. Телефон, который она уже достала, так и остался в руке, а растерянный взгляд был обращён на кикимору.

— Тхаги… Это индусские индуснутые индусы. Лгали, убивали и разумы свои с Древней сливали. Давно вырезаны все, мурр. Не должно их тут быть.

— Ту Древнюю звали Кали, — Оболенская предпочла никак не комментировать слова Верпы и перевела взгляд на кошку. — И она была не обычным зверем, что полон силы. Хитрожопую суку ловили пять веков, прежде чем наконец развоплотили.

Я вроде и привык, что мифы каждый раз оборачивают былью, причём чаще всего с неожиданной стороны. Но это всё равно сейчас прозвучало неожиданно.

— А это выходит, её последователи? — моя рука указала на дом.

— Да. Не самые многочисленные, но одни из самых опасных.

Телефон она так и крутила в руках, но пока не звонила и не спешила набирать сообщение. В целом логично — вся её семья была в Москве, тогда как ситуация «здесь и сейчас» зависела от текущего расклада сил. И судя по всему, блонда не была уверена, что он в её пользу.

— Что они творят там? От дома несёт силой чужой и тёмной. Дрянью, которую стоит навсегда выжечь.

Всё-таки посмотрев на кикимору, что к ней обратилась, Анна поджала губы.

— Зарядную станцию для себя выращивают.

Чего-чего? Вот о таком вообще впервые слышал. Как и все остальные — на блонду устремилось сразу пять заинтересованных взглядов.

— Тварь, которая даёт им силы. Но… Отсюда понятно — что-то пошло не так. Я бы на вашем месте туда не совалась.

Что сказать — на своём месте я бы тоже туда не пошёл. Вообще, улёгся бы на диван и отлежался добрые сутки. Проблема была только в том, что сейчас требовалось не реализовать мои желания, а делать то, что должно. В противном случае не выжить.

Либо это так проявлялась душа гусара, недовольная тем, что кто-то там спокойно бродит по территории, формально находящейся под его контролем.

Эта мысль пришла в голову уже после того, как я двинулся прямо к дому, на ходу увеличивая концентрацию силы в глазах и присматриваясь.

— Ты в курсе, что идиоты долго не живут?

— А ты знала, что оскорбление человека, на чьей земле находишься — верный путь к депортации?

Оболенская гордо вскинула подбородок. Смерила меня взглядом. И промолчала. Почему-то не решилась обрушиваться на меня с претензиями или чем-то подобным.

— Вот так-то. На хозяина где сядешь, там и слезешь. Хотя если бы я сама уселась, просто так он бы меня не скинул. Это была бы история с хорошим финалом, хе-хе.

— Знаешь, тут есть один оборотень германский. Ему бы твой характер точно понравился.

Алиса повернула голову к Владе, которая сверлила лисицу гневным взглядом. И отрицательно помахала головой.

— Не. Тупые качки — не моя тема. Пусть с ним крестьянки зажигают.

Выражение лица Оболенской, которая уже окружила себя барьером, прочитать было сложно. Но одно я понимал без слов — подобные разговоры чужой свиты для неё точно в новинку.

Впрочем, моё собственное внимание было обращено к дому, который постепенно становился всё ближе.

Стены с иссиня-чёрными прожилками. Затянутые тёмными пузырями стёкла окон. Покрытая непонятной пульсирующей гадостью крыша, с которой свисали ошмётки чего-то похожего на тёмно-розовую плоть.

Не слишком презентабельный внешний вид. Не говоря уже про запах, который бил в нос.

Поняв, что позади свиты Оболенской плетётся ещё один человек, я остановился. Оглянулся назад.

— Возвращайся к машине и жди там. Если твой отец вдруг ещё жив, я его приведу.

Костя потрясённо уставился на меня.

— В каком смысле, если? Он сегодня со мной говорил.

— Угу. Именно так оно всё и происходит, если ты не знал. Вот ты с кем-то говоришь, а через пару часов всё уже кончено. Но он может быть жив. И тогда я приведу его к тебе.

Сам не знал, почему решил отреагировать настолько жёстко. Как будто вскипело что-то внутри, вынуждая ответить Косте на грани. Судя по его собственному лицу, сам он тоже подобного не ожидал. Тем не менее взял и просто побрёл назад.

— Да ты философ, — усмехнулась Оболенская. — Специально где-то учился?

А ведь она до сих пор надеялась вытащить из меня информацию. Интересно, что духоглядка станет делать, когда поймёт, что рассказывать я ей ничего не собираюсь?

Хотя нет. Основной вопрос был в ином — какие мысли посетят её голову после отчёта о моей предыдущей жизни. Могу поспорить, не ранее чем завтра, его положат девушке на стол. И вот тогда ей придётся как-то объяснить самой себе, как так со мной вышло? Причём основных вариантов будет всего два. Либо я успешно скрывался ото всех вокруг, либо обрёл свои возможности совсем недавно.

При выборе второй версии, разветвлений было немного и самые вероятные из них — совсем не в мою пользу.

С другой стороны — прямо сейчас она не понимала кто перед ней и подлинной угрозы не представляла. Да и потом, Оболенские скорее всего предпочтут постепенно прояснять картину, а не бросаться в атаку с шашкой наголо.

Мы были уже совсем близко от стен дома, что позволило с чистой душой проигнорировать вопрос блондинки. Сама она, притормозив, повела взглядом, рассматривая стены.

— Вперёд. Выполнить разведку и доложить.

Не успел я понять, к кому она вообще обращается, как вперёд устремились все трое телохранителей. Оба мужчины окутались защитными барьерами и сформировали энергетические шпаги. Позвоночник женщины сверкал бирюзой, а сама она достала револьвер, на котором тут же засияли символы.

Один из почти одинаковых парней рубанул шпагой дверь, вскрыв замок. Осторожно заглянул внутрь. Потом снял с пояса и метнул внутрь что-то осветительное.

— Быстрее! Мне что, всю ночь тут торчать?

В голосе Оболенской звучало явственное раздражение, а её люди тут же ускорились. Все трое исчезли внутри, продвигаясь вглубь дома.

— У вас наверное очень детализированные слова присяги. Чтобы даже плюнуть на труп хозяина было нельзя.

Слова Влады буквально сочились иронией, а вот повернувшаяся к ней Оболенская, расплылась в улыбке.

— Откуда тебе знать что-то о присяге, дикарка? У кого ты её в своих лесах принимала? Медведей с волками разве что.

В воздухе негодующе каркнула Грана. После чего послышался скрипучий голос вороны.

— Порр-р-рвать и утопить! Рр-р-распутная девка!

Аристократка медленно подняла взгляд. Проводила им улетевшую птицу. Повернулась к Владе.

— Она у тебя разговаривает?

— А что, твои так не умеют? Присяга запрещает?

Духоглядка моргнула, пребывая в однозначной растерянности. Из проёма же показалась женщина-ведьмачка.

— Всё в порядке, Ваше Златешейство. Можете заходить.

— Может пусть она одна идёт? А мы назад поедем, пиво пить… Что скажешь, хозяин?

Судя по тембру голоса, Алиса заходить в дом желанием не горела. Но отступать сейчас было бы глупо. К тому же, Анна использовала фразу «выкачать силу» — значит внутри могут ждать трофеи. Да и трое её присяжников двигались первыми. С одной стороны — могут что-то присвоить, пока никто не видит, но с другой именно они примут на себя первый удар.

— Можешь подождать здесь. Вместе с Владой. А мы с Верпой сходим внутрь.

Шаманка с кицунэ обменялись взглядами. Потом вместе уставились на Анну, которая сделала вид, что ничего не заметила.

— Ну уж нет. Я помню истории о том, как ценна свежая кровь.

Посмотрев на решительно шагнувшую вперёд Владу, я сначала не понял, о чём она. Но уже через секунду дошло. Духоглядцы активно размножались. Но от соития обычного человека и того, что может использовать золотую мощь, чаще всего рождались самые обычные дети.

Для надёжности результата, требовался партнёр с «родословной». Тот, кто обладал точно такой же мощью. Как итог — все крупные и влиятельные семьи духоглядцев давно приходились друг другу роднёй. Как минимум, их основные ветви. Отыскать новых партнёров, которые бы не являлись твоими родственниками, при этом будучи настоящими духоглядцами, стало настоящей проблемой.

На днях всё это вывалила на меня Беатрис, которой внезапно захотелось поговорить на тему размножения. А для надёжности приправила краткой геополитической справкой — семьи, которые не были в союзнических отношениях, как потенциальные партнёры рассматриваться не могли. Даже пожелай кто-то из них заделать ребёнка с человеком противоположного пола из фамилии конкурентов, ему бы такого не позволили. В самом крайнем случае убили бы.

Всё это пронеслось в голове, пока я шагал следом за шаманкой, что решительно вломилась в проём. Правда перед самой дверью меня обогнала Верпа.

— Негоже в такое место нечистое и первому вам заходить, юный господин.

Сзади чмокнули губы Алисы, вытащившей изо рта чупа-чупс.

— А мне зато видна жопка господина. Така-а-ая задница. Я бы её пожамкала…

Впереди что-то буквально прорычала Влада. Тяжело вздохнула Оболенская, закатившая глаза. Сам же я шагнул за порог.

Стены внутри были точно такими же — покрытыми странными пульсирующими полосками. Издалека те казались похожи на те «вены», которые опутывали стены техникума. Но вблизи стала понятна разница.

Если в том случае, я действительно наблюдал нечто похожее на полноценную кровеносную систему, которая работала по своим правилам, то тут скорее уж смотрел на лианы. Ну или плющ. Что-то в таком духе.

Визуальных различий было не так много. Но глядя на стены глазами, пропитанными силой, я ловил себя именно на таком ощущении.

Вся наша компания на миг замерла в полутёмной прихожей, которая освещалась только отблесками далёкого света из-за поворота коридора и заброшенной внутри светящейся палочкой.

Потом оба «близнеца» из телохранителей Анны устремились в коридор. Сама Оболенская, которая так и не стала формировать шпагу, остановилась рядом со мной.

— А-А-А! — вопль заставил сделать шаг назад и сформировать оружие.

Точно так же поступила сама Оболенская, а из-за поворота коридора выскочил один из её охранников.

— Отступайте, госпожа! Бегите! Это…

Договорить он не успел — за спиной мелькнула тень и золотой барьер, что прикрывал мужчину, лопнул. А в следующий момент из его корпуса показался длинный коготь, больше напоминающий саблю.

Секунда и тот рассёк телохранителя надвое, выйдя сбоку из шеи. Рядом ударил выстрел револьвера. За спиной с грохотом захлопнулась дверь.

Последнее особенно удивило — мы с аристократкой обернулись одновременно. Не уверен насчёт неё, но вот я точно удивился. Как-то не привык, что двери могут буквально срастаться со стеной.

— Чё-то мне тут уже не нравится, — вздохнула кицунё. — Эй, ты? Образина тёмная. У вас тут пива нет?

Мне кажется даже неизвестная хреновина, только что выпотрошившая второго телохранителя и проигнорировавшая пулю ведьмачки, на миг притормозила, чтобы посмотреть на лисицу. Потом, правда всё равно скрылась за поворотом коридора.

— И зачем мы сюда полезли, мурр? Могли бы спокойно себе икорку вкушать и сметанкой заедать. А вместо этого тут… Н-да. Нет у кого-то навыка планирования. Совсем нет…

Заметив мой полный возмущения взгляд, кошка отвернулась. Ведьмачка Оболенской, держащая под прицелом основной выход прихожей, бросила взгляд на второй. Потом повернулась к Анне.

— Вы сможете прорубить выход, госпожа? Вскрыть дверь?

Блондинка шумно выдохнула. Вздёрнула подбородок и за какую-то секунду схлопнула шпагу в правой руке, заново воссоздав ту в левой. Освободившимися пальцами достала из кобуры на поясе своих брюк пистолет. Неожиданно тонкий, но зато щедро покрытый золотистыми узорами.

— Держать оборону и ждать. Он только что попробовал свежую кровь. Скоро атакует снова. Перебьём носителей и появится шанс.

Тон был демонстративно-спокойным, но я то видел выражение её лица, когда нечто мелькнуло в коридоре. То, как аристократка смотрела на запертую дверь тоже наблюдал. Ей было до жути страшно. Просто воспитание не позволяло этого показать. Там же наверняка всё было в духе «даже если придётся сдохнуть, ты должна не опозорить семью». Люди почему-то частенько любят подобный бред.

— Верпа, ты можешь дотянуться до земли? Или чего-то ещё?

Мы были на окраине города, а дом окружала тайга. Как по мне, вопрос был максимально логичным. Но кикимора в ответ лишь покачала головой. Стоявшая в нескольких шагах от неё Влада, которая достала пистолет, повторила жест.

— Не волнуйся, хозяин. Прежде чем им придётся добраться до твоего соблазнительного тела, этим мертвякам придётся столкнуться с моими коготочками. Уж я устрою им такое раздиралово, что мало не покажется.

Справа от меня снова вздохнула Оболенская.

— Это не злые духи. Индианки растили в доме рактабиджу.

Поняв по моим глазам, что я не въехал о чём речь, поморщилась.

— Сущность, которую часто использовали последователи Кали. Не Древний, но… Сложно объяснить, если у тебя нет образования. Тварь, взращённая на боли и крови.

— Жертвоприношения, мурр. Теперь я вспомнила… Но никак не могу припомнить, как её убить…

Неужели механизм, который постоянно подбрасывал Беатрис готовые решения каждой из проблем, теперь дал сбой? Почему? Из-за близости могущественного противника?

— Потому что для такого нужна специальная боевая формация. Или заряженный ею артефакт. Британцы, когда вырезали этих кровожадных ублюдков, наклепали тысячи таких.

Информация, которую озвучивала Оболенская, безусловно была интересной. Но вместе с тем, никакого практического смысла не несла. По тону было понятно — у самой аристократки ничего похожего на подобный артефакт не имелось.

— Никого не чувствую. Даже Грану едва-едва. Дом блокирует силы.

Блондинка чуть повернула голову, посмотрев на шаманку.

— Я ведь предупреждала. Не стоило сюда лезть. Наши бы справились за пару суток. Развернули подавляющий периметр и дело с концом. А теперь…

Продолжать фразу она не стала, но и так было понятно, что по мнению духоглядки, финал нас ожидал незавидный. Правда во всём этом раскладе имелось одно занимательное «но» — рактабиджа, кем бы он там ни был, до сих пор на нас не напал.

Глаза, пусть и напитанные силой, ничего не видели сквозь стены. Понять, что за ними происходит было невозможно.

— У тебя есть японская лисичка, мурр. Попроси её об услуге.

Поворачиваясь к Алисе, успел заметить, как на секунду блеснуло удивление в глазах Оболенской. Несмотря на ситуацию, она оторвала взгляд от прохода и тоже посмотрела на кицунэ. Сама же та, вытащив изо рта почти дососанный чупа-чупс, вопросительно приподняла брови.

— Можешь сказать, есть ли тут живые?

Та на миг задумалась. Потом прикрыла глаза. И через несколько секунд вновь их распахнула.

— Пятеро. Остальные мертвы.

Вот оно как. Значит не так уж кровожадна эта тварь. Либо просто оставила себе закуску на будущее. Сложно сказать.

— Держите коридоры под прицелом. Если что покажется, стреляйте. Анна — при необходимости прикрой силой.

Духоглядка посмотрела на меня так, будто я предложил ей поставить подпись под запретом на абьюз с её стороны в отношениях.

— А сам ты что собрался делать?

— Тебе-то какая разница, блондиночка? Или у самой есть какие-то идеи, мурр?

Ледяная маска Оболенской, которую та старалась не снимать всё это время, немного треснула.

— Имперская ты кошка или нет, никто не смеет так говорить со мной! В следующий раз ты поплатишься.

— Попробуй заставить меня поплатиться и твоя семья наплачется, мурр.

Беатрис и аристократка сверкали глазами, а воздух трещал от вытекающей наружу энергии. Надо бы потом спросить кошку, откуда у неё такая уверенность победы в случае конфликта. Против целого клана духоглядцев мы ещё не сражались. Если честно — не очень то и хотелось. Пусть лучше где-нибудь там, подальше от нас сидят и не трогают.

— Хватит! Забыли где мы? Наблюдайте за коридорами!

Зыркнули они на меня так, что сначала показалось — объединятся против общего врага. Но нет — одна уставилась на проём второго коридора, около которого сейчас стояла Влада, а вторая демонстративно отвернулась в сторону, сидя у меня на плече. С тем намёком, что мы и без неё прекрасно справимся.

Я же начал поднимать силу по позвоночнику, раскаляя и доводя до состояния, когда энергия казалась жидким пламенем. Потому что именно такой облик я собирался придать собственной мощи, когда та вырвется наружу.

Грянул выстрел револьвера. Второй. Сверкнули золотистые нити, что исчезли в проёме. Они благополучно достигли согбенной и насквозь чёрной женщины, которая стояла в конце прохода. Даже вспороли её плоть, пробивая насквозь. Но большего почему-то сделать не смогли.

А вот сама неизвестная, вдруг вывернула под углом голову и захрипела.

— Переговоры.

Ведьмачка из охраны Оболенской, которая уже собиралась выстрелить в третий раз, замерла. Краем глаза посмотрела на свою госпожу, которая выглядела не менее ошеломлённой, чем её подчинённая.

Отвечать никто из них не собирался. Беатрис для такого тоже была слишком изумлена. Поэтому я сдвинулся в сторону, присматриваясь к женщине.

— С кем имею честь говорить?

Та какое-то время помолчала. Потом скривила губы в ухмылке.

— Варварой меня звать, паренёк. А та, что сейчас говорит через меня, своего имени не имеет.

Рядом пошевелилась Анна.

— У рактабиджа нет сознания. Это просто сгусток извращённой силы. Он…

— Она! — сухо и хлёстко перебила её согнувшаяся женщина, что выступала живым рупором противоположной стороны. — И у неё вопрос — много ли ты видела тех, кого вы зовёте рактабиджами?

Естественно, Оболенская ей не ответила. Но даже идиоту было понятно — с таким духоглядка раньше не сталкивалась.

Оспаривать разумность противника прямо во время переговоров, которые ты с ним и ведёшь — абсолютный нонсенс. Однако, судя по лицу Оболенской, именно этим она сейчас и предполагала заняться. Так что я сделал шаг вперёд, переключая внимание на себя.

— Чего она хочет?

Исхудавшая и сложившаяся почти пополам женщина, помолчала, царапая ногтями почерневшую стену.

— Свободы. Тела своего собственного. Воли самой выбирать, чем заниматься.

На первый взгляд всё звучало полностью логично. Того же самого желал любой человек, который находится взаперти. Но стоило подумать о том, что сейчас речь идёт про могущественную сущность, способную нести боль в массы, как всё менялось.

— Она же будет делать то, для чего создана. Убивать, мурр.

Переговорщица с другой стороны снова выгнула голову. Шейные позвонки у неё видимо кардинальным образом изменились, став чем-то ещё. Иначе объяснить подобную гибкость, я никак не мог.

— Рисовать она хочет. И петь. Жажды крови нет в ней.

Неожиданно. Хотя одного художника мир уже знал. Лучше бы тот так и остался рисовать свои картины.

— Зачем тогда убила всех здесь?

Вопрос, который озвучила Верпа был абсолютно логичен и казалось подрывал всю аргументацию противоположной стороны. Но женщина, что назвалась Варварой, ответила на него сразу же.

— Они хотели убить её. Уничтожить сознание и подчинить себе её силу.

Стоило признать — обоснование тоже звучало вполне рационально. Однако…

— Как это сделать? Предположим, я хочу дать свободу твоей хозяйке? Что для этого требуется и какие гарантии она способна дать.

— Ты совсем спятил, — прошипела сбоку Анна.

— По-гусарски. Но я пожалуй выйду, мурр. Вернусь, когда вы тут закончите.

— Я могу в неё ментально вселиться, а вы проведёте древний обряд подчинения, хозяин. Он несложненький — я просто разденусь, упрусь в ту стеночку и…

Женщина в коридоре вскинула голову, так что у неё там что-то захрустело. Значит какие-то кости всё-таки остались на своих местах.

— Интересно ей предложение твоё. Нет только подходящего тела. Обеспечьте и хозяйка с радостью впервые попробует удовольствие смертных. В разум свой пускать никого не намерена.

С этим миром однозначно было что-то не так. Либо только с этими двумя — кицуне и рактабиджей.

— Лишить девственности настоящую Древнюю, пусть и свежесделанную, это деяние, которое войдёт в анналы истории, юный господин, — проскрипела Верпа.

— Сначала хозяин ей кое-куда войдёт. А потом его анал войдёт в аннал, хе-хе.

Юмор у лисицы был так себе. В меня же упёрся полностью изумлённый взгляд Оболенской.

— Ты же не собираешься заключать сделку с этой тварью? Может у неё и есть разум, но это создание слепили по рецепту культа Кали. Это тебя не смущает?

На самом деле меня это ещё как смущало. Как и все остальные идеи, в рамках которых можно было уничтожить неожиданного противника. Основное преимущество этого способа — мы покинем дом, получив возможность обдумать ситуацию. Потому что готового тела у меня для этой сущности не было, а использовать те, что уже были под рукой, она явно не могла.

— У тебя ведь есть клятва, которая может сейчас сработать?

Встречный вопрос на миг поставил Оболенскую в тупик. Потом мы снова погрузились в диспут, из которого я вышел победителем. Сложно проиграть в споре, когда противоположная сторона в полном меньшинстве, а вы заперты внутри дома с могущественным созданием, которое способно на всякое-разное и если припрёт, станет биться насмерть.

На то, чтобы достичь консенсуса по всем вопросам у нас ушло около получаса. Потом мы выслушали историю самой рактабиджа, в которой та перечисляла краткую хронологию событий. И скрепили наши договорённости самой настоящей клятвой. По сути контрактом между духоглядцем и духом. Пусть это существо было создано искусственно, однако суть у него была точно такой же. Разве что силы имелось куда больше.

Выживших она тоже вернула. Двух женщин, которые работали тут прислугой, садовника и отца Кости с его телохранителем. Все остальные, включая индианок и бабушку парня, оказались мертвы. Первых она убила целенаправленно. Других, по её собственным словам, зацепила случайно.

Когда она разорвала контакт, все живые, до того стоявшие на ногах, разом завалились на пол — наружу их пришлось вытаскивать. А как только мы оказались около авто, Оболенская с уцелевшей ведьмачкой рванула прочь на её машине. Разговаривать или продолжать общение девушка не захотела. Вот он — эффективный способ отделаться от духоглядки. Надо всего лишь заключить договор с рактабиджа.

Костя едва ли не бегал кругами. Сначала радовался спасению отца, потом переживал из-за смерти бабушки и порывался забежать в дом. Дальше просто охреневал, смотря на пять неподвижных тел. После морального подзатыльника, который отвесила Влада, пришёл в себя и принялся звонить, вызывая подкрепление. Заодно засыпав меня обещаниями награды — мол, как только отец придёт в себя, они свяжутся со мной. Свой аккаунт Телеграма я ему для этой цели всё-таки оставил.

Задерживаться дальше я не стал. В Перми уже была ночь и учитывая сегодняшний день, хотелось отдохнуть. Судя по тишине на обратном пути — не одному мне.

До дома мы добрались без приключений. А вот сам он встретил какой-то странной суетой внутри — в окнах мелькали силуэты, а я ощутил взбудораженность почти всех, кто отправился сюда вместе с Василием. Правда, без привкуса негатива, из-за чего готовиться к схватке не стал. Вместо этого двинулся к двери.

Стоило приблизиться, как та распахнулась и на пороге показался сияющий улыбкой Степан, который одной рукой открыл дверь, а второй придерживал на плече десятилитровый бочонок пива.

— Всё готово! Как вы и велели, господин.

Не успел я справедливо изумиться, как мимо меня проскользнула Алиса. Оказавшись в доме, закрутила головой.

— Как это всё? А где сырочек? Почему так мало колбасочек? Стейки даже не начинали жарить. Я разочарована…

Поймав мой взгляд, лисица пожала плечами.

— Ну что? Я подумала, что после сегодняшнего нам точно нужно отдохнуть. Да здравствует вечеринка!

Позвонила она им. Вернее сообщение написала. Заявив, что господин желает учинить пир. Я то бишь.

А теперь стояла посреди прихожей и с довольным лицом мне всё это рассказывала. Вот остальные взирали на картину с переменным настроением. Степан по-прежнему улыбался, кося глазами в сторону Томы, которая нацепила джинсовые шорты, видимо купленные в торговом центре и обтягивающую майку. Тина скромно притулилась около стены, видимо ожидая, что сейчас всё отменят.

Василий, который выскочил из соседней комнаты, смотрел на всё с улыбкой. Ну а Марта сделала стратегический ход — взяла и принесла мне литровую кружку ледяного светлого пива.

— Попробуйте. Вам должно понравиться.

Глянув в расслабленные глаза стрыги, которая, похоже, сама успела опрокинуть пару бокалов напитка, я качнул головой. Потом взял кружку и поднеся к губам, попробовал.

Как выяснилось — пива мой организм всё-таки хотел. Иначе не втянул бы внутрь половину литровой ёмкости. Вкус был правда немного непривычным.

— Это что за сорт такой?

Держа в правой руке кружку, я сбросил туфли и глянул на Марту.

— Асахи, господин. Японское.

— Чтоо-о-о? А мне? Меня в этом доме совсем никто не любит?

Подлетевшая кицунэ заглянула в кружку, втянув ноздрями воздух. Лизнула её ободок. Умоляюще заглянула мне в глаза.

Пришлось отдать — лисица тут же подняла её, принявшись вливать в себя.

— Так что? Вечеринке быть? — пробасил Степан, так и держащий на плече бочонок.

— Быть, — кивнул я. — Но недолго и осторожно.

— Какой же ты наивный, мурр. Это лесные, которым дали алкоголь. Хорошо, если к утру от дома останется хотя бы фундамент. Никакого у тебя инстинкта самосохранения. Абсолютно никакого…

Несмотря на предостережения кошки сначала всё проходило чинно и благородно. Нам доставили оставшуюся еду, которую они заказали и все разместились в гостиной.

Зрелище, стоит признать, было непривычным. За это время я привык видеть в них людей. Поэтому наблюдать, как Степан разрывает на куски целого поросёнка, отправляя в рот громадные куски мяса, а потом принимается разгрызать кости, было странно. Собственно, как и аппетит всех остальных в целом.

Все живо интересовались тем, как всё прошло с Оболенской. А услышав про дом с порождением культа Кали, мигом переключились на него. К счастью, самому мне рассказывать ничего не пришлось.

Влада с Алисой, перебивая друг друга, изложили всю историю. Начиная с момента моего спора с аристократкой, который она вчистую проиграла, сдавшись после моего ультиматума с предложением разбираться самой, и заканчивая процедурой клятвы. Когда столкновение двух разных по своей природе сил дало такой резонанс, что в доме кажется треснула одна из стен.

Изредка вклинивалась Верпа, негодующая по поводу поведения чужаков на моей земле и их нравов. Прочие же внимательно слушали, удивляясь тому, как сдала назад Оболенская. Один Василий только временами хмурился. Ведьмак видимо представлял объём проблем, который при желании может организовать фамилия московских аристократов.

Но после нескольких хороших порций виски, бывший моряк тоже пришёл в хорошее расположение духа. Немедленно принявшись флиртовать с Верпой.

— Хозз-з-зяин… — слева от меня на стул опустилась Алиса, глаза которой задорно блестели. — Почешите, а? За ушком…

— Ты вообще по-хорошему понимаешь? — тут же поднялась со своего места Влада. — Занят он!

Кицунэ, которая выглядела так, будто только что влила в себя целый бочонок пива, медленно подняла глаза на шаманку.

— Ты ж не жена… Значит не занят. И вообще… Может это я женой стану!

— А где мой виски? Ещё же полбутылки было, — подошедший к столу Василий закрутил головой.

— Было и сплыло, — пробормотала лисица. — Кто старое помянет, тому пальцы не нужны.

Вздохнувший ведьмак двинулся к магазинным пакетам. Заиграла медленная музыка — Тина только что запустила колонки. Откуда они их взяли, кстати? Я оставлял какую-то сумму на расходы, но точно не настолько много. Тут же одной еды с алкоголем тысяч на сто будет. Может и больше. Плюс, я вижу два ноутбука и комплект дорогих колонок. На полтинник который я оставил для мелких расходов, всего этого точно не купить.

— Как бы душнилой, так и остался, мурр. Расслабься. Вдруг уже завтра нас не станет…

— Или мы найдём способ избавиться от этого дерьма и зажить счастливо. Будешь каждый день икру красную есть.

— Почему только красную? Что за расизм, мурр? Может чёрную я тоже хочу!

Глянув на серьёзную морду кошки, я расхохотался. Правда уже в следующую секунду оказался вынужден разнимать потасовку Влады с Алисой. Влившая в себя приличный объём крепкого алкоголя, кицунэ настаивала, что имеет на меня точно такие же права, как шаманка. Даже больше. Потому что она горная лисица, которая дала присягу.

Почему это должно было послужить хорошим аргументом я не понял, но разнимать их и в самом деле пришлось.

Спустя ещё два бокала девушки помирились и решили жить дружно. Даже начали что-то обсуждать на диване, хитро стреляя глазами в мою сторону. А Степан, который решил пригласить Тому на медленный танец, случайно наступил на ногу Клима, едва не раздавив тому пальцы.

Следуя примеру асилка, Василий с поклоном подал руку Верпе. А вот Гена, к моей неожиданности, пригласил Кристину.

Клим, судя по тем взглядам, которые бросал по сторонам, с радостью бы позвал танцевать Тину. Но отдавленная нога не позволяла даже просто стоять. Поэтому блукач развалился в кресле с огорчённым видом вливая в себя одну за другой порции пива.

В этот раз позаботились даже о Беатрис. Не знаю, где они достали кошачью валерьянку, да ещё в таком количестве вариаций, но моя пушистая спутница получала от вечеринки не меньше удовольствия, чем все остальные.

На самом деле, оно ведь неплохо вот так посидеть. Расслабиться. Перестать думать о нависающей над тобой угрозе, которая в любой момент может начать реализоваться.

Хотя, вот сейчас вспомнил и снова закрутились мысли. Они всегда где-то на заднем фоне. Вполне может быть все мои непредсказуемые поступки — вовсе не результат давления гусарской души, а итог их влияния на сознание?

Если подумать, то именно из-за возможности в любой момент умереть, я не строю никаких долгосрочных планов. Даже с точки зрения денег и власти. По-хорошему, стоило бы детально разобраться со всеми данниками Пажевского. Поболтав с каждым и решив, чем он может быть мне полезен. Либо наоборот — определив в бесполезные.

— О чём грустите, господин?

На диван рядом со мной опустилась Марта, в руках которой была ещё одна литровая кружка «Асахи». Что сказать — метаболизм был повышен не только у кицунэ. Прочие лесные тоже перерабатывали алкоголь куда как быстрее. Как, собственно говоря, и духоглядцы.

Я взял протянутую мне кружку и сделал щедрый глоток. А сбоку возникла фигура Алисы.

— Айда вскрывать сейф.

Сейчас как раз наступила пауза между песнями, так что звонкий голос прогремел на всю гостиную. Из-за чего на лисицу устремился десяток непонимающих взглядов.

— Там же ловушки…

— Как напилась, так совсем башню сорвало.

— Хорошей она наложницей будет юному господину. Страстной. Но нервов попортит просто ух-х… Печалит меня это. Ох, печалит…

— Зачем вскрывать сейф, если ещё не кончилась валерьянка? Нам нужно срочно захватить плантации валерианы, мурр. Именем Беатрис Форси Скаймай, объявляю о начале похода!

Сам я, поставив кружку на стол, повернул к Алисе голову.

— Там же требовался специалист.

Протянув руку, она вцепилась в мою кружку. Подняв, влила в себя всё содержимое полностью.

— А я не говорила? Ик… Как выпью, так не только мыслишки всякие непотребные чувствую, но и волшбу. Ик… Ведите хозяин. Щас всё вскроем!

Подошедшая Влада на кицунэ смотрела нахмурившись и с лёгким подозрением. Но в этот раз пытаться её прикончить не стала. Мы же и правда двинулись в подвал, куда перетащили тот самый сейф от Ратихора.

Про него, я понятное дело не забыл. И о сбежавшей Марфе тоже помнил. Правда не представлял, где ведунью можно искать. Да и не до того было.

Как оказалось спустя несколько минут, Алиса не солгала. Она и правда чувствовала волшбу. Более того — каким-то невероятным чудом её распутывала. Долго водила руками над сейфом, параллельно отпивая из кружки ледяной «Асахи». Наконец выпрямилась.

— Всё. Больше ничего нет. Крушите хозяин!

С сомнением посмотрев на сейф, я напитал силой глаза. Алкоголь алкоголем, но исчезнуть в каком-то подобии магического взрыва или столкнуться с чем-то похуже совсем не хотелось.

Хм. Внутри металлической коробки и правда не было никаких следов чужой силы. Как минимум, я их не замечал.

Выдохнув, сформировал шпагу. Примерился. И осторожно отсёк угол сейфа. Когда ничего не произошло, рубанул ещё. Наконец оттяпал целую стенку.

— Надо же какая я умничка. Всё убрала и прибрала! Знать бы ещё как… Ик…

Глянув на кицунэ, которая в последнее время преподносила один сюрприз за другим, я полез внутрь. Честно говоря, рассчитывал обнаружить там нечто интересное. Например указывающее на Марфу и её планы. Хотя бы намекающее на них. Но вместо этого в руках оказался список рецептов.

Да, с точки зрения алхимика, это наверняка было самым ценным его активом. Тем самым имуществом, которое нужно защищать больше всего. Вот только для меня это было почти бесполезно.

Не совсем, конечно. Вернее, эти штуки наверняка могут оказаться крутыми лекарствами, боевыми коктейлями и чем-то ещё. Надо будет завтра дать оценить их Василию, Верпе и остальным. Включая Беатрис, понятное дело. Но вот зацепок, которые вели бы к провидице, внутри сейфа Ратихора не нашлось. Жаль.

— Я трезвею, ик… Недопустимая ошибка.

Прекратив рассматривать бумаги, лисица устремилась к лестнице. Следом потянулись остальные. Но кицунэ успела первой. Обхватив губами краник бочонка, вливала в себя пиво. После чего неожиданно скатилась за диван, откуда вынырнула с проступившими вдруг лисьими ушами и в одном топе, который тоже пыталась активно сорвать.

Влада тут же загородила меня, одновременно прижавшись задом и лукаво кося глазами. А Тома с Мартой попытались обуздать Алису, которая ни в какую не хотела одеваться и ловко выкручивалась сверкая голой задницей и прочими прелестями.

— Никто не знает в мире бед, пока не решит он дать обет и счастливо страдать весь век!

Забравшийся на стул Гена продекламировал новую рифмовку, гордо косясь на Кристину. Но уже через секунду ему прямо в лоб прилетела кость от гуся, которую умудрилась запустить Алиса.

— Раз рифмоплётишь, говори о важном! Напиши балладу о том, как хороши кицунэ, например! А не про страдашки свои втирай!

Парень обиженно хмыкнув, спустился со стула. Но заметив благожелательный взгляд Кристины тут же заулыбался и поспешил к старшей шаманке.

Где-то на этом моменте в дверь постучали впервые. Однако я решил, что это басы в музыке и сделал ещё один глоток пива. Через пару секунд загрохотало снова. Теперь били от души и по полной — дверь аж раскачивалась.

— Пулемётом их, командир?

Василий, который вместе с Верпой занял кресло в тёмном углу гостиной, подал голос, уже принявшись доставать наган. Я же напитал силой глаза. Несколько фигур на крыльце. Ещё десяток позади. Все обычные люди. Правда щедро усыпаны лютниками и прогнили. У одного даже жизнеед сдох — его прямо сейчас лютник переваривал. Такое зрелище я наблюдал впервые. Но в любом случае — серьёзных противников среди них не имелось.

— Я сначала сам гляну.

Поднявшись на ноги, я зашагал к двери, чувствуя как внутри нарастает раздражение. Ещё и ноги чуть заплетались — несмотря на весь свой метаболизм, я всё-таки умудрился немного набраться.

Стоило открыть дверь и в меня сразу же уткнулись два взгляда. Один принадлежал мужчине со зверским выражением лица и грудой лютников. Второй — соседке.

— Ты знаешь, сколько времени, сука? Зачем людям спать мешаешь? На тебя район жалуется. Говорят не уважаешь никого. Сам по себе, сука. Жить мешаешь.

Сколько слов-то за один раз. Да ещё с такой агрессией, как будто я ему в солянку помочился. Хотя, оно неудивительно — вон какое количество лютников на коже растёт.

— Ты бы помягче слова выбирал, — начал я.

— А то чё? — тут же оскалился гость. — В тётку мою баллончиком брызнул и думаешь меня так же напугать получится?

Я чуть пошатнулся и пола пиджака, который был наброшен на плечи перед тем, как подойти к двери отошла в сторону. Открыв вид на поясную кобуру.

Сразу трое из той пятёрки, что сейчас занимала ступени, потянулись к оружию. А главарь оскалил зубы.

— Со стволом значит, да? Непростой пацанчик. Ты откуда будешь? Под кем-то или так, для понтов волыну приобрёл?

— Позвольте убить их во славу вашу, юный господин. Растворить кости в земле и стереть память о них навсегда! Чтобы не позорили землю вашу и не извергали слов ядовитых о вас.

— Секта у него здесь! — оживилась соседка. — Девчонок охмуряет и того! Творит с ними всякое.

— Так это вроде бабка была, — неуверенно протянул один из бойцов, с некоторым напряжением поглядывая на дверной проём.

— Отбитая на всю голову походу, — добавил второй, уже доставший пистолет.

С точки зрения наблюдения за маргинальными особями, беседа была занимательной. Но утомительной. А я, по натуре своей, совсем не был биологом.

— Знаете, вы бы шли отсюда, пока целы. Хорошо? Завтра возвращайтесь, я вас подлечу. Чтобы сейчас тела не таскать.

Их лидер уставился на меня, как на полностью отмороженного психа. Опустив руку, достал из-за пояса пистолет.

— Это тебя вообще не смущает? Бессмертный что ли?

Ответить я не успел. Предпринять чего-то — тоже. В гостиной послышался шум, что-то с грохотом упало, а рядом со мной объявилась Алиса. По-прежнему в одном топе и выглядящая не совсем человеком.

— Разрешите вспороть их коготочками, хозяин. Они такие скверные… Грустно, но земелька примет трупы с радостью. А мы очистим мир. Чем больше убиваешь плохих людей, тем лучше живут хорошие.

Заявившаяся к нам банда, на момент застыла.

— Меня глючит или у неё уши, как у лисицы?

— Мля, это что за дела? Мне чё-то стрёмно, братаны.

— Давайте поедем уже отсюда, а? Нахрена мы за его тётку ваще вписались?

— О, точно! А давайте тётку грохнем. Нет жалобщика, нет проблемы.

Последний был чуть более начитанным, чем остальные. Даже пытался воспроизвести популярную цитату. Правда не совсем точно.

Вот главарь этой группы, который судя по комментариям бойцов, не располагал абсолютной властью, поднял руку с пистолетом, наводя его на кицунэ.

Зря. Одно движение руки и когти, которыми стали пальцы лисы, вспороли запястье. Потом резко выросли, увеличившись в размерах и став шире. Блеснули глаза с вертикальными зрачками. Ярко полыхнули рыжие волосы.

Поведя рукой, Алиса отсекла ему кисть. А вот вторую руку, удар которой был нацелен в брюхо, я остановил. Одновременно выпустив нити и дотянувшись ими до каждого из незваных гостей.

В грудь толкнулась трофейная сила. На землю же осели тела тех, кто наивно думал, что прибыл сюда прессануть безоружную компанию на вечеринке.

— Хозяин…

Глаза Алисы смотрели в мои. Сверкали, залитые силой. От кицунэ волнами била энергия, вызывающая вполне определённую реакцию у обоих полов. Подбегающая к ней сзади Тома, на момент даже остановилась, поведя взглядом в сторону Степана.

Но потом всё же ускорилась. Вцепившись Алисе в плечо, оттащила назад.

— Оденься уже! Хватит к господину приставать!

— Я не пристаю, а помогаю.

— Командир, вы бы ему руку прижгли. А то сдохнет ведь, падаль.

Посмотрев на подошедшего Василия, я опустил взгляд вниз. Действительно — на крыльце было уже полно крови.

Что забавно — сначала я освободил свою силу и подпалил место среза. А потом подумал о том, как именно всё это должно работать. До этого момента всё обычно происходило наоборот.

Лютников и гнили в бандитах было столько, что оставалось неясным — выживут они в целом или нет. Что до соседки, с ней ситуация была ещё более интересной. Всю гниль я спалил ещё в прошлый раз. Однако это не помогло — вместо того, чтобы успокоиться, она снова устроила проблемы. Причём не вызвала полицию, как это сделал бы кто-то ещё, а позвонила племяшу-бандосу. Который приволок с собой целый отряд таких же отморозков, как он сам.

Вопрос с телами около дома решили быстро — Степан с Василием попросту перекидали их через забор на соседний участок. Отрубленную кисть Верпа погрузила под землю. Она же полностью очистила крыльцо от следов крови.

На всякий случай я отправил сообщение Шувалову. А чуть подумав и тому крепышу, который был распорядителем во время поединка. Приказав прибраться в соседнем дворе.

Чуть подумав, добавил ещё одно послание. Объяснив, что убивать никого не нужно. Только позаботиться, чтобы они не стали громогласно выяснять, что с ними стало и обращаться за помощью в официальные или не очень структуры.

Занятно, но ответили они оба в течение каких-то десяти минут. Мы же заказали десяток упаковок пиццы и продолжили веселье. Как минимум ещё пару часов болтали обо всём подряд, обсуждали последние события и врагов.

Разбредаться все начали ближе к трём ночи. Сначала удалились Степан с Томой. Потом исчезла Кристина, которая уволокла за руку Гену. Ускользил Клим, чья рука обвивала талию Тины. Было очевидно, что порядок ночёвки сегодня окажется нарушен.

Когда мы с Владой пошли к себе, следом предсказуемо попыталась увязаться Алиса. Но её остановили Верпа и Беатрис, в этот раз внезапно сработавшие в паре.

Не сказать, что кицунэ не вызывала у меня абсолютно никакого отклика. Однако принимать подобные решения в нетрезвом состоянии и не обсудив с партнёршей — последнее дело. К тому же я вовсе не был уверен, что утром стану рассуждать точно так же.

Заснули мы, понятное дело не сразу. Прозанимались делом столько, что я успел отчасти протрезветь. Даже подумал о том, чтобы спуститься вниз и поискать ещё «Асахи». Но организм сказал своё веское слово — как только я вытянулся на кровати, сразу же отключился.

Вот пробуждение выдалось неожиданным. Мурчание, давление тяжести на грудь и требовательный голос, который звенел в голове.

— Просыпайся! Да приди ты в себя уже наконец! Духоглядец ты или кто? Сколько можно дрыхнуть, мурр?

Разлепив глаза, я посмотрел на Беатрис, которая обосновалась у меня на груди.

— Что-то случилось? Или ты просто так решила испортить утро?

— Вы посмотрите на него! Испортить утро, мурр. Пока ты тут спал, мы занимались делом! И кажется отыскали место, где могут быть нужные книги.

Сонно моргнув, я покосился на мирно сопящую Владу. Вернув взгляд на кошку, поморщился из-за света, который светил через окно.

— Какие ещё книги?

— У тебя что, похмелье? Сколько ты вчера выпил вообще? Обучающие книги для духоглядцев, мурр! Где рассказывается о том, как отрезать душу гусара!

Заявление было настолько внезапным, что сначала я подумал, кошка попросту шутит. Но нет. Она действительно имела в виду, что они отыскали какое-то место, где может быть обучающая литература для духоглядцев.

Постаравшись не разбудить Владу, осторожно поднялся с кровати. Сейчас и правда было раннее утро. Вернее, так-то — половина девятого. Но если вспомнить, во сколько мы все вчера отправились спать, подниматься было рановато.

В коридорах второго этажа заметил фигуру Клима, который наверное возвращался к себе. Парень приветственно махнул рукой, а я понял, что до сих пор не до конца ему доверяю. Если это исключительно из-за его сущности, блукачу в жизни должно быть приходится тяжело.

Вообще, это не слишком-то добрый лесной дух. Скорее наоборот. Заводит путников на тёмные дорожки, заставляет ходить кругами и питается их страхом. Если получается — убивает, пожирая душу.

Будь он из тех, что вырос в лесах и кормился несчастными грибниками да прочими зачем-то двинувшими в тайгу людьми, я бы наверное и не стал принимать присягу. Сложно это делать, когда на чьей-то совести энное количество зверски замученных душ.

К счастью Клим родился в городе. Это мог подтвердить Степан, который был знаком с его матерью. Вот отец у парня был матёрым блукачом, решившим, что пора перебираться в городскую среду. А мать стала первой ступенькой на пути к привыканию.

Набрав необходимый багаж знаний, его папаня пустил в ход свои навыки и оттолкнувшись от уже пройденной ступени, шагнул на следующую. Собственно, сын его ни разу и не видел.

Но асилок утверждал, что парень вовсе не сволочь и ему можно верить. Тем более, он принёс мне присягу, что тоже было неплохим аргументом. Однако, как по мне, блукача при случае стоило проверить.

Расположившаяся на плече кошка повела меня в кухню. Где внезапно обнаружилась Алиса, устроившаяся за одним из купленных вчера ноутбуков. Рядом стояла чашка чёрного чая, а глаза у кицунэ были немного уставшими.

— Мне не спалось, хозяин. Вот решила порыскать в интернетике. Сначала всякое задорное смотрела, а потом начала вспоминать, что зрители говорили и ради интереса решила глянуть…

Зрители? Члены кабаре рассказывали о випах, которых пускали за кулисы и отдельных камерных представлениях, которые они давали то для престарелых господ, то для столь же дряхлых дамочек. Как правило в максимально обнажённом виде и зачастую с продолжением.

Однако в детали подобного я никогда не вдавался. Вот и сейчас решил, что лучше не спрашивать. Для её же психики будет полезнее. Захочет — расскажет сама.

— И что-то нашла?

Кицунэ расплылась в улыбке. Похлопала по стулу рядом.

— А вы присядьте и посмотрите.

Беатрис промолчала. Сам я, вспомнив все вчерашние перипетии, на момент задумался. Но потом расположился рядом с лисицей. Алкоголя в её крови больше не осталось и выглядела та адекватно. Хотя, к чёрному чаю я на всякий случай принюхался. Но нет — виски от него не пахло.

— Вот, видите?

Чуть подавшись вперёд, я вчитался в новостную заметку. Скорее даже некролог. О смерти известного психолога, который внёс какой-то там вклад в развитие науки и работал заведующим кафедрой психологии в одном из московских ВУЗов.

— Вижу. Но пока не понимаю, что именно ты хочешь показать.

— Это Уваров. Из старинной династии колдунов, которые работали с человеческим разумом и душами.

Алиса замолкла, смотря на меня, а в голове зазвучал голос кошки.

— Одно время даже при дворе обретались. Государь-император их против иных духоглядцев использовать пытался, чтобы приструнить. Но потом опростоволосились где-то, мурр. В опалу попали.

Было открыв рот, я тут же его захлопнул. Покосился на невозмутимую Беатрис.

— Хочешь сказать, Романовы сами были из духоглядцев?

— Естественно, мурр. Стали бы они терпеть над собой кого-то ещё?

Резонно. Хотя до этого момента вот так открыто кошка об этом не говорила.

— Ладно. Ну а с этими-то колдунами что?

Задав вопрос, снова взглянул на Алису, которая тут же переключилась на текстовый документ, плотно заполненный записями.

— Они мимикрировали под докторов. Сначала обычных, потом психологов. Парочка даже получила дипломчики психиатров. В войне духоглядцев и шаманов, поддерживали первых, потому им позволили остаться среди таких как вы, хозяин. Но потом что-то произошло.

— Как обычно, мурр. Холопы, которых вынесло наверх волной, решили, что они ровня настоящей аристократии. Сунулись в калашный ряд и получили в рыло.

Беатрис ловко спрыгнула с моего плеча, оказавшись на столе. Алиса же медленно кивнула.

— Наверное так и было, хозяин. Потому что их всех немножечко убили.

Это всё, было занимательно и интересно. Но пока я не мог понять, по какой причине меня подняли в такую рань. Уж точно не для того, чтобы послушать экскурс в историю про загубленных где-то в Москве колдунов.

— К нам это всё какое имеет отношение?

Алиса покосилась на кошку. Поняв, что та не собирается вмешиваться, посмотрела на меня.

— Я долго-долго рылась в интернетике и нашла одного живого. Он сменил фамилию и думал, что спрятался. А я его нашла.

Глаза кицунэ сверкали от гордости. Беатрис, которая прекратила обнюхивать остатки еды, тоже повернула голову, смотря на меня с чувством отлично выполненной работы.

— И вы значит считаете, что у них остались записи.

— Естественно. Ты сам-то как думаешь, мурр? Забрал бы последний выживший все книги, которые нашёл или нет?

Не спорю — звучало это в какой-то степени логично. Имелся всего один спорный момент.

— Но они ведь колдуны, пусть и работающие с теми же объектами. Разве нет разницы?

Алиса и Беатрис переглянулись, а через секунду в голове зазвучал голос кошки.

— Инструментарий чуть разный, но похожего там тоже хватает, мурр. А если речь про самих духоглядцев, с их естеством, колдуны даже получше работали. Эффективнее.

— И где тот выживший находится?

— В Ильинском. Часа два езды отсюда.

Понятное дело, перед тем, как принять окончательное решение и начать будить всех, собираясь в поход, я проверил все данные. Убедившись, что действительно есть все основания полагать наличие в райцентре выжившего колдуна.

Алиса оказалась интуитивно эффективным аналитиком. Цеплялась за такие ниточки, до которых в обычной ситуации человек добрался бы в последнюю очередь. Скорее всего уже уставшим и не обратившим бы на них большого внимания.

В процессе я размышлял о том, каким составом отправиться в путь. А потом проверил свой телефон и обнаружил ещё одну проблему.

Оставить свой аккаунт Телеграма и предложить писать туда всем желающим, на момент победы в дуэли казалось хорошей идеей. Вот теперь мне ясно виделись две проблемы. Во-первых, я не дал никакого чёткого указания, по какой именно категории вопросов меня можно трогать, а по какой нет. Как итог — сейчас мне в чат сыпались самые разнообразные запросы.

От просьбы подумать, как быть с загородным домом, который строился для Пажа и пока был не завершён, до его бывших работников, которые интересовались, у кого им получать зарплату за прошедший месяц.

Настоящий вал сообщений — даже не думал, что их окажется настолько много.

Обработать всё это самостоятельно не было никакой возможности. Равно как и желания. Не говоря о том, что поиски профильной литературы, которая помогла бы избавиться от прицепившейся ко мне гусарской души, однозначно были в приоритете.

Поэтому я поступил, как истинный стратег. Для начала поднял всех и обозначил планы на сегодня. Пока все, собравшись в гостиной, отпаивались кофе и чёрным чаем, изложил всё о находках Алисы с Беатрис.

Переждав недолгую бурю восторгов, которую проявил немного похмельный отряд, перешёл к другому вопросу — многочисленных сообщениях от самых разных субъектов, каким-то образом связанных с Пажом.

И тут же сформировал что-то вроде оперативного штаба по разгребанию этой проблемы. Во главе с Василием и Кристиной, и Верпой в качестве консультанта по особым вопросам. Прочие должны были выступать в роли помощников.

Все, кроме Влады с Алисой и Клима. Они отправлялись со мной в Ильинский. Само собой, Беатрис тоже ехала с нами.

Изначально я подумывал взять с собой Степана. Потом посмотрел на похмельно-счастливую морду здоровяка, на чьих коленях сидела Тома и решил, что пусть остаётся.

Что до лисицы — она всё это раскопала и сразу заявила, что хочет поехать вместе со мной. Таким тоном, что было понятно — если отказать, обида вселенских масштабов гарантирована.

Ну а раз кицунэ отправлялась со мной, оставить тут шаманку тоже было невозможно. Ни единого шанса.

Что до Клима, то я давно хотел посмотреть на него в деле. Теперь у блукача будет шанс себя проявить.

Конечно, имелась вероятность, что этот самый колдун окажется опасным типом и нам придётся сражаться. Либо его мог кто-то охранять. Да всякое могло произойти в райцентре, почти за сто километров от Перми. Но при всём этом, кого бы я с собой не взял, глобально он нашу группу не усилит. Потому как, её главная ударная мощь — мы с Беатрис. Хотя, как вчера выяснилось, Алиса тоже на многое была способна. Да и реакция Оболенской на кицунэ настораживала. Аристократка вела себя так, как будто лисицы тут быть не должно и это что-то вроде большой редкости.

Перед тем, как отправиться в путь, я сделал рабочий чат в Телеграме, куда планировал перенаправлять всех, кто постучался ко мне в личные сообщения. Одна только проблема — автоматически это настроить было нельзя. Точнее можно, но тогда туда бы пересылались послания от всех абонентов.

Наверняка имелся вариант, при котором я мог вручную отсечь тех, кого трогать не надо. Но при этом был и другой — среди новых запросто мог найтись некто, чьё послание я бы не захотел никуда отправлять.

Эту сложную диллему я тоже решил просто. Почти как Александр Македонский — вручил свой телефон Владе, попросив просматривать входящие и всё, что приходит от бывших вассалов, либо работников Пажевского, сразу же кидать в чат, где с ним будет разбираться команда.

В теории я мог заняться этим и сам, но предпочёл расположиться за рулём. Тогда как Клим с Алисой уселись позади. Оба были вооружены — вчерашние трофейные пистолеты заложили основу нашего нового арсенала.

Как только закончим с этим — стоило доехать до Молёбки и забрать с собой арсенал деда. Точнее — человека, которого я таковым считал. И заодно поговорить с Митяем. В прошлый раз я даже не задумывался о нюансах его реакции. А как выяснилось за последние дни их было немало. Следовало тряхнуть ведьмака, который был связан со мной присягой и выяснить, насколько много ему известно.

Пока же я сидел за рулём роллс-ройса и вёл машину, слушая как справа тихо матерится Влада.

— Нет, это просто невозможно. Они пишут и пишут. По всякой ерунде причём. Давай сделаем список самых отбитых и когда вернёмся, Грана проломит им черепа.

Птица, которая в этот раз тоже сидела на заднем сиденье, каркнула.

— Прр-р-рроломит. И сожрр-рр-рёт вкусненького.

Не знаю, совпало это так или тяга зомби к мозгам, которую нам демонстрируют в фильмах вовсе не выдумка, но ворона была совсем не прочь отведать подобного лакомства. О чём порой любила напоминать. Вчера Влада вовсе едва остановила птицу — ещё немного и та принялась бы пробивать голову бандитам, которых Степан с Василием перекидали через забор.

С ними проблему, к слову решили. Причём весьма простым и незамысловатым образом — к соседскому участку подъехало несколько полицейских машин, куда погрузили всех бандосов, включая раненого. После чего увезли в неизвестном направлении.

— Может этим лисица займётся? Ну или хотя бы напополам? Я уже…

Вдруг замолкнув, брюнетка осеклась на полуслове. Клацнула по экрану телефона. Покосилась на меня. Пролистала вниз.

— А какие у тебя отношения с этой Аннисой были до нашей встречи?

Вопрос на миг поставил в тупик. Ненадолго — ровно до того момента, как я вспомнил, кого именно представляет собой аяттара.

— Никаких. Но это же лесная суккуба. Не удивляйся, если она попробует подластиться к новому номер один.

— Подластиться? Да она…

Выдохнув, шаманка какое-то время посидела на месте, молча смотря в экран телефона. Потом вытянула руку с устройством, показывая фото.

Что сказать — у лесной демоницы имелась определённая фантазия. Формально она отправила мне фотографии здания, которое сейчас находилось под её контролем. Мол, теперь это моя недвижимость и стоит знать, чем именно я могу управлять.

На деле — каждое фото представляло собой селфи. И если листать сверху вниз, на каждом аяттара была во всё более развратной позе. Она на самой первой-то уже позировала голой. А после пятой каждая новая экспозиция напоминала акробатический номер.

Правда до конца мне всю галерею не показали. Влада убрала телефон.

— Что она о себе возомнила? Думает, может слать тебе такие фото.

— Найти и разорвать её грязную жопку! — послышался сзади голос кицунэ.

Влада было машинально кивнула. Потом спохватилась и бросив на саму лисицу суровый взгляд, заклацала по клавиатуре телефона.

— Ты же сказал, всё пересылать, правильно? Вот я и это тоже отправлю в рабочий чат.

— Йой, — снова зазвучал сзади голос Алисы. — Там же Степан. И Гена. Твоя сестра тебе по жопе не надаёт?

Судя по выражению лица, эта мысль Владу раньше не посещала.

— Поздно… Уже ушло. И просмотрено.

Ещё несколько секунд подумав, шаманка хмыкнула и заявив, что все участники чата взрослые, снова вернулась к разгребанию входящих.

— Ого… Вчерашний спасённый на связь вышел. Целый список прислал, чтобы ты выбрал.

— Список чего?

Уточнил я машинально — сложно быстро соображать, когда ведёшь машину и ломаешь голову, как бы лучше начать разговор с колдуном, который укрылся в тайге. При этом, скорее всего, прячась от глаз иных духоглядцев, которые убили его семью. А тут появляюсь я, весь такой красивый и прошу о помощи.

Понятное дело, красивых слов я смогу сказать немало. Заверить его в своём отличии от прочих духоглядцев, тоже постараюсь. Однако я уже представлял как это будет звучать в его ушах и мне такой вариант не нравился. Но ничего лучше пока не придумывалось.

— Того, что можно забрать в награду. Тут одних квартир с домами десятка два. Ещё деньги предлагает. Пакеты акций. Вертолёт!

— Давайте возьмём! Ну пожалуйста, хозяин! Я всегда мечтала полетать на вертолётике. И пакеты с водичкой вниз кидать!

Я посмотрел на неё в зеркало заднего вида. Влада обернулась. Клим просто крутнул головой влево. Сама лисица всплеснула руками.

— Нормальная же мечта! Вот если бы ядерные бомбы с него сбрасывать хотела…

— Не вышло бы, — вклинился Клим, до того молчавший всю поездку. — Слишком низко и скорость маленькая. Первым же взрывом снесло бы.

— Не мечтатель ты, — обиженно протянула кицунэ.

— Душнила он, — припечатала Беатрис. — Под номером два.

В итоге, Влада ответила, что я подумаю. А в ответ на предложение встретиться, сообщила о временном отсутствии в городе.

Я даже не представлял, что сейчас творилось в голове у мужчины. Новый образ мира сложно было принять даже, если ты сам располагал силой. Если же нет — он вовсе должен казаться весьма мрачным.

Дальше мы долгое время ехали молча. Изредка перебрасываясь отдельными фразами, да пытаясь не уснуть — никто из сидящих в салоне не выспался, так что его периодически оглашали звуки громких зевков.

— Вот и шлюха эта золотая. Тоже фото прислала. Если там обнажёнка, то честное слово — Грана её прикончит.

— Прр-р-рикончит, — заскрежетала птица позади.

Как скоро выяснилось, фотография была безобидной. Всего лишь вид из ресторана на крыше, в который Оболенская хотела пригласить меня для беседы. Получив в ответ то же самое сообщение, что спасённый бизнесмен — в городе меня пока нет, вернусь ориентировочно к вечеру. Скорее всего.

Как мне показалось, вот это ответное послание, Влада набирала с видимым удовольствием.

А спустя ещё пятнадцать минут мы въехали в Ильинский, принявшись кружить по улицам. Сначала искали нужное название, которое оказалось совсем не там, где показывала карта. Потом — никак не могли понять, где находится нужный дом.

Если быть до конца точным — этим мы занимались до сих пор. Объездив всю округу и не обнаружив требуемого номера.

Нужное нам здание находилось тут под номером семнадцать. При этом номера пятнадцать и девятнадцать мы нашли. По идее искомый дом должен был бы стоять прямо между ними. Но нет — неизвестные гении разместили его в другом месте.

— Давайте у местных спросим? Вон как раз дедуля какой-то идёт.

Я притормозил около прохожего, на которого указала Влада и пенсионер пустился в объяснения. На самом деле указав направление. Вот только неверное — там не то что нужного дома, а даже улицы такой не было. Слова старика о том, что несколько построек были возведены отдельно от всех остальных, оказались ложью.

Следующие две попытки тоже оказались тщетными. Местные охотно шли на контакт и рассказывали, куда ехать. А мы приезжали не туда. То ли чужаков тут настолько не любили, то ли у этого типа такая вот защита стояла.

Напитывать глаза силой я пробовал не один раз. Но ничего не замечал. Ни нужного нам дома, который мог быть замаскирован, ни каких-либо странностей в местных жителях. Обычные, на первый взгляд. Есть гниль и лютники. Жизнеедов пока не видел. Но это посёлок в конце концов. Может тут их и делать некому.

Разочаровавшись в навигаторе и подсказках прохожих, решил снова проехать по улице.

— Постойте… Можно сдать назад?

Остановив машину, я оглянулся на Клима. И действительно отъехал назад. Ровно к дому номер девятнадцать.

— Не то тут что-то… — задумчиво протянул парень. — Водят нас. За нос водят, а мы не замечаем.

Не глуша двигатель, я открыл дверь и выбрался из машины. Размял шею.

— Странно они как-то на нас смотрят.

Глянув в направлении, куда был устремлён взгляд Влады, обнаружил троих местных, которые стояли на месте и пялились на нас. С другой стороны улицы показались ещё двое. Мелькнула фигура в окне дома девятнадцать.

А потом, когда я уже прикидывал, как быть, если они все разом кинутся, сбоку зазвучал приятный мужской голос.

— Приветствую. Могу я узнать, зачем вы меня так упорно разыскиваете?

Не самое это приятное чувство — проморгать приближение незнакомца. Да ещё в такой ситуации, как сейчас.

Развернулись мы все разом. Раздражённые и готовые к бою. А чернявый худощавый парень с серыми глазами спокойно встретил пять гневных взглядов.

— Если ищете не меня, приношу свои извинения. Но как мне кажется, больше в этих краях вам искать некого.

— Знаешь, что делают с тем, кто незаметно подкрадывается к таким, как я, мурр? Их ПОТРОШАТ НА КОНЮШНЕ!

Я аж вздрогнул. Клим отшатнулся. Даже Влада с Алисой, которые отчасти привыкли к фокусам кошки, посмотрели на неё с некоторым недоумением. А вот парень перед нами остался полностью спокоен.

— При всём уважении, но я не подкрадывался, а вышел за ворота собственного дома.

Секунду назад я был готов поставить всё, что угодно на версию о том, что дом номер семнадцать здесь отсутствует. Но вот теперь за спиной нашего собеседника и правда виднелись самые настоящие ворота. По краям от них забор, а дальше — добротный кирпичный дом на пару этажей.

— Фокусы с пространством, значит. В игры играем, мурр… Злим того, кто с тобой поговорить приехал. А ведь могли бы просто сдать твою головушку в ломбард. Могли бы сдать…

Сам Уваров на слова Беатры, казалось никак не отреагировал. По крайней мере внешне. Вместо этого ещё раз окинул нас взглядом и сделав шаг назад, указал рукой на калитку.

— Милости прошу. Раз приехали поговорить, давайте поговорим. Дело у вас наверняка важное.

Спорная сейчас была ситуация. С одной стороны — мы действительно ехали пообщаться. И вот он, нужный нам колдун. Напротив стоит, смотрит и в дом зовёт.

Ну а с другой — совсем недавно его дом был скрыт от чужих взглядов, а на улице ошивались местные, которые казалось были готовы на нас напасть. Да и вообще — стоит ли идти в дом к тому, кто способен вот так легко манипулировать пространством?

— Если что, мы его на кусочки порвём, мурр. Я сама коготочками брюхо вскрою.

Звучало уверенно. Вот только она сама пропустила мимо глаз его дом. Что наводило на самые разные мысли.

Пауза затягивалась. Потому я всё-таки шагнул вперёд. Глупо сдавать назад, когда уже приехали на месте, отыскали цель и теперь она готова пообщаться.

За забором обнаружился самый обычный опрятный дворик. А хозяин этого места протянул мне руку.

— Борис Уваров. Двенадцатое поколение великих Уваровых.

Что сказать, самомнение у него судя по всему имелось. Основной вопрос — насколько обоснованное? Это, собственно говоря, нам и предстояло выяснить.

— Как будто кто-то считает эти их поколения… Всего лишь жалкие колдунишки, мурр. А ведут себя, как будто истинные духоглядцы.

Проведя нас через почти пустую прихожую, парень прошёл мимо кухни и свернул в гостиную, обитую досками.

— Располагайтесь. Чай? Кофе? Может быть что-то покрепче? Дарья всё принесёт.

В дверях показалась девушка. Рослая, с красивыми синими глазами и стоит признать, красивой грудью. Которую прикрывал лишь тонкий сарафан. Настолько невесомый, что ткань буквально просвечивала.

— Дарья, которая может принести… — пробормотал Клим. — Интересно, что ещё она может.

— Очень многое. Но только при определённых обстоятельствах и с определёнными людьми.

Блукач, который видимо не ожидал, что его услышит хозяин дома, изрядно смутился.

— Извините, я это совсем не вслух хотел сказать.

— Да ничего, — махнул тот рукой. — У всех такая первая реакция. Потом обычно говорят, как сильно мне повезло.

Не уверен, что здесь бывало много гостей, но девушка действительно производила впечатление. В теории парень запросто мог такое услышать.

— Ох-х, ну почему всем подавай синеглазеньких, жопастеньких и чтобы сиськи вываливались? Скажи мне хозяин, чем она лучше меня?

Алиса обогнула меня сбоку и повернула голову, заглядывая в глаза. А с другой стороны подступила Влада. Шаманка, в отличие от кицунэ молчала. Однако взгляд говорил сам за себя.

В общем, во избежание проблем я просто расположился на диване. По бокам от меня сразу же рухнули девушки, а Клим опустился в кресло, которое стояло сбоку.

Сам Уваров расположился ещё в одном кресле — так, чтобы в его поле зрения попадали мы все.

— Ну рассказывайте. С чем вы ко мне пожаловали?

Вопрос вроде был полностью логичным. Но интонации немного смущали. Правда я всё никак не мог понять, что именно мне в них не нравилось, потому как визуально он выглядел нормально и вёл себя тоже прилично. Разве что почти голую девушку дома держал. Однако, этот факт к нашему вопросу никак не относился. Не говоря уже о том, что в моём собственном доме, была к примеру Алиса.

— Нужно отыскать душу, которая прицепилась к чужой. Найти, отсечь и уничтожить.

Откинувшись на спинку кресла, он внимательно посмотрел на меня. Тихо хмыкнул.

— Душу, значит… Которая прицепилась? Вот прямо сама взяла и вцепилась? Такие ритуалы знаете ли обычно крайне опасны. Их только с родственниками и проводят.

— А разве есть разница? — кицунэ, которая уже достала из кармана чупа-чупс и шелестела упаковкой, подняла на него глаза. — Ну подцепился этот уродец к кому-то и что? Тебя же не об этом спрашивают.

Договорив, засунула себе в рот конфету, принявшись перекатывать её туда-сюда языком.

— От многого зависит. Чья душа, насколько она стара и к кому именно прицепилась? Ну а самое главное — зачем? Сожрать и занять тело или ещё чего желает?

Сомнений в том, что перед нами человек, который разбирается в вопросе, теперь не оставалось. Зато появился иной вопрос — как убедить его сотрудничать, не вываливая всей информации.

— Предположим, это в самом деле родственник. Который скорее всего хочет сожрать душу потомка и прожить вторую жизнь. В таком случае сможете помочь?

Взгляд парня остановился на мне. Пару мгновений выждав, он слегка улыбнулся.

— Так значит это не сказки. Духоглядцы и правда так умеют. Всегда думал, что прадед придумывает.

Дверь открылась и в комнату вошла Дарья, которая поставила перед всеми чашки со вкусно пахнущим травяным чаем. Клим, проводив её взглядом, потянулся к своей, сделав глоток. Алиса тоже попробовала напиток на вкус. Я же продолжил сверлить взглядом Уварова. И тот наконец среагировал.

— Скорее всего помочь у меня получится. Но нужно знать, насколько стара душа, которая прицепилась к вашей. Чтобы понимать, чего от неё ждать. Вы же знаете, что…

Вот сейчас мне пришлось приложить все свои усилия, чтобы никак себя не выдать. Судя по тону колдуна, тот имел в виду нечто важное и ценное. Вот только я не имел ни малейшего представления о чём идёт речь. Из-за чего просто сидел на месте, смотря ему в глаза и стараясь удержать невозмутимое выражение лица.

Спустя несколько секунд он всё-таки продолжил.

— Каждый раз, когда я имею дело с душой духоглядца, сражаться с ней приходится лично. И если ваш предок достаточно опытен, одолеть его будет непросто.

— Сколько бахвальства, мурр. Каждый раз, когда… Как будто ты их на завтрак ешь.

— Естественно, нет, — сместил он взгляд на кошку. — Немного оговорился. Бывает.

— Больше так не делай, — посмотрела на него Алиса. — Или мы тебе оговорильничек оторвём.

Кровожадная она всё-таки временами. И не слишком дипломатичная. Хотя этого парня, по-моему ничем не пронять. Сидит себе спокойно на месте и улыбается.

— Предлагаю обсудить оплату. Вы же не считаете, что я буду работать бесплатно?

— Ты что, тоже из этих? Тех, кто только за деньги, мурр? О времена, о нравы… Куда кануло бескорыстие?

— Принимаю исключительно золото и драгоценные камни. Никаких бумажных денег.

На миг все замолчали, а в мою кожу впились когти Беатрис. Однако, каким-то чудом она сдержалась. Я же посмотрел на парня напротив.

— И сколько именно золота потребует такая операция? Если предположить, что вы будете иметь дело с душой, которой… Скажем, двести лет.

Тот на какое-то время задумался. Посидел, переводя взгляд с одного на другого.

— Я бы согласился, если бы вы позволили забрать мне саму душу.

— Что? — не сдержал я удивления.

— Совсем страх потерял, пёсий сын? Давно не пороли, тебя, мурр?

— А так что, можно было? — причмокнув достала изо рта чупа-чупс Алиса.

Уваров чуть дёрнул плечами. Улыбнулся.

— Признаю, способ оплаты неординарный. Но и задача, с которой вы пришли, весьма специфическая. Не говоря уже о риске, на который мне придётся пойти.

Он говорил и говорил, излагая детали с подробностями. Рассказывал, как всё будет проходить и что ему для этого понадобится. Ещё раз заходила Дарья в её тоненьком сарафане с вырезом, где при наклоне было видно абсолютно всё.

Когда же она… Подождите-ка…

Пытаясь сконцентрироваться, я вдруг понял, что не знаю, как давно в комнате побывала девушка. Более того — прямо сейчас я даже речи самого Бориса не разбираю. Вроде он что-то говорит, но до ушей доносится только монотонный бубнёж.

Попытался тряхнуть головой. Не вышло. Полное отсутствие ощущений. Перед глазами — светло-коричневое марево.

Странно, но внутри проснулся не страх. Скорее взорвался целый фонтан злости. Яростной и бешеной.

Наверное именно это и помогло — в следующую секунду ко мне вернулось ощущение собственного тела. Следом пришла боль — мышцы затекли и когда я рванулся в сторону, разом закололи. Сам же я свалился на пол.

— Беатрис?

Голос прозвучал хрипло, а кошка не отозвалась. Да и вообще, я никого не видел. В поле зрения не было ни одной ноги. И что самое хреновое — силы я сейчас тоже не чувствовал. За последнее время я привык к ней — золотистая мощь в позвоночнике ощущалась, как часть самого себя. Теперь я её больше не чувствовал и это оказалось ужасно. Как будто тебе отрубили руку.

Попытка подняться привела к ещё одному приступу боли. Зато я заметил пару ног на диване. Которые немедленно узнал. Влада.

На мой голос она тоже никак не реагировала. А когда спустя пару минут у меня получилось поднять голову, оказалось, что в комнате больше никого нет. Ни кицунэ, ни блукача, ни кошки. Сам Уваров тоже отсутствовал.

Встать на ноги я смог только через несколько минут. Первым делом кинулся к Владе. Сначала просто тормошил девушку. Потом попытался привести в чувство несильными ударами по щеке. Затея полностью провалилась, а бить в полную силу я не рискнул. Это было бы перебором.

Оружия у меня теперь тоже не имелось. Как и телефона с бумажником. Какой, однако, мелочный колдун. Даже деньги забрал.

Но одну вещь он всё-таки пропустил. Короткий складной нож, лезвие которого было покрыто рунами. Именно его острием я уколол ногу шаманки.

Такой подход сработал — она почти сразу распахнула глаза. Тут же захрипев от боли и завалившись на диван. Пришлось ещё минут пять массировать её мышцы, приводя в порядок и заодно восстанавливаясь самостоятельно.

Параллельно я пытался дотянуться до своей силы и напитать глаза, чтобы осмотреться. Но с этим ничего не выходило. Какой бы подход ни использовал Уваров, эта хреновина работала и после того, как я пришёл в сознание.

— А где дверь? И окна?

Усевшись на диване, шаманка повела вокруг взглядом. Я тоже закрутил головой, не понимая, что происходит. Была ведь вроде дверь. Закрытая правда, но имелась. Прямо вон там. И окно было.

Встав на ноги, я подошёл к месту, где до того находился дверной проём. Сосредоточившись, провёл пальцами. После чего был вынужден отбросить мысль о том, что это голограмма либо нечто похожее. Подушечки пальцев ощущали доски стены, в которых не было никаких провалов.

— Я не ощущаю Грану. И вообще своей силы не чувствую. Это совсем не так, как в том доме…

Тут я её прекрасно понимал. Здание, которое облюбовал культ тхаги, было страшным. Но там мы не могли взаимодействовать с объектами вовне дома. Сейчас же сила как будто просто пропала. Такое впечатление, что я снова стал обычным человеком.

Отступив от двери, я ещё раз осмотрел комнату. И столкнулся с взглядом Влады.

— Что нам теперь делать? — в голосе шаманки чувствовалась лёгкая паника.

Когда девушка задаёт тебе такой вопрос, хочется немедленно изложить готовый план действий. Вот прямо целую программу выложить — как захватить мир за три дня, не забыв пообедать.

Однако, прямо сейчас никакого плана у меня даже близко не было. Совсем и абсолютно. Вокруг — деревянные стены. Как в той считалке, про горницу. Только она реальная и тут в самом деле нет ни окон, ни дверей.

На всякий случай я даже к месту, где раньше было окно, подошёл. Тоже попытался его нащупать. Решив, что пальцы мне лгут, поднял со стола тяжёлое блюдечко. И размахнувшись, запустил его в отделанную стену. То отлетело в сторону и закатилось под диван. Не разбилось — крепкое. Однако окна там нет. Даже если вдруг есть, то прикрыто так, что до него всё равно не добраться.

Поэтому, я опустился в кресло, усевшись напротив Влады.

— Не знаю. Не стоило нам сюда лезть.

Та вздохнула. Повела вокруг взглядом. Посмотрела на меня.

— А кицунэ не говорила, как она его нашла?

Тембр голоса мне не понравился, но сама постановка вопроса казалась верной. Потому я честно попытался вспомнить детали. После чего отрицательно покачал головой.

— Деталей не приводила, но вроде просто в интернете порылась.

— Угу. Зашла, по кнопочкам поклацала и нашла тех, кто годами от духоглядцев прятался. Да так удачно, что даже адрес домашний выяснила. И мы все сюда сразу поехали.

Ну… После того, как она вот это всё озвучила, схема и правда стала казаться странной. Когда об этом рассказывала сама Алиса, такая мысль у меня тоже мелькнула. Но тут же нашлись контраргументы. В конце концов, они могли перестать настолько старательно скрываться, после того как сошла острота конфликта. Либо кицунэ просто повезло.

Сейчас, все эти варианты казались детскими и не проходящими проверки логикой. Хотя одного я всё равно понять не мог.

— Как он это сделал? Если мы были в Перми, а он здесь, то…

Дальше можно было не продолжать — смысл вопроса был и так ясен. Раз противник всё это время сидел в Ильинском, то как закрутил всю цепочку вокруг своих поисков?

— Может быть Алиса изначально была на его стороне?

В голосе Влады звучала неуверенность, но из-за чего она сделала такое предположение, я прекрасно понимал. Первое, что приходило в голову — участие самой лисицы. Однако эта версия не выдерживала самой элементарной проверки логикой. Ну вот как он мог её завербовать? Да, никак. Лисица сначала была рабыней в кабаре, а потом влилась в ряды моих спутников. Не было там никаких разрывов, куда мог бы вклиниться скользкий тип.

Правда, никаких альтернативных вариантов мне в голову сейчас тоже не приходило. Да и не было их по большому счёту.

К тому же, куда больше меня сейчас волновало иное. Как отсюда выбраться?

— Невозможно. Всё время ведь была рядом с нами. А до того, среди рабов. Откуда у них связь?

Шаманка, растерянно посмотрев на меня, развела руками. Я же поднялся на ноги, начав снова проверять стены и окна. Не могло же меня обманывать зрение? И зайти в комнату мы как-то были должны. Так где тогда этот вход?

Ничего не обнаружив, решил зайти с другой стороны. Усевшись на полу посреди комнаты, прикрыл глаза и сосредоточился. Задумка была простой — добраться до своей силы. В то, что эта сволочь могла лишить меня её, не верилось. Сомневаюсь, что подобное было вообще возможно.

Понятное дело, никаких веских резонов в пользу этого у меня не имелось. В том плане, что на самом деле я не имел никакого представления, можно так делать или нет? А если да, то каким образом и что для этого требуется. Тем не менее внутри было точное убеждение, что провернуть подобный фокус, точно непросто.

Поэтому, плотно закрыв веки, я снова и снова пробовал достучаться до своей силы. Сделать так, чтобы она рванула вверх по позвоночнику.

Не уверен, сколько времени провёл в таком положении. Скорее всего не слишком долго — возможно минут десять или пятнадцать. Ощутить собственную мощь у меня в итоге не вышло. Зато я почувствовал чей-то шёпот на самой грани сознания.

Сначала было подумал, что это из-за нервного перенапряжения. Но потом, попытавшись прислушаться, разобрал отдельные слова. После чего знакомым стал и тембр голоса.

— Беатрис!

Ворчание прервалось. На несколько секунд наступила полная тишина. Только скрипнул диван на котором сидела Влада.

— Ярослав? Это ты или у меня галлюцинации, мурр?

— Я! Где ты? Что с тобой? Как это вообще всё случилось?

Кошка опять помолчала. Непривычно, даже. Обычно она всегда была готова сходу обрушиться с ответом.

— Не знаю… Нас развели, мурр. Как последних конюхов. У меня сейчас пустота вокруг. Вообще ничего. Ни чувств, ни цветов, ни звуков. Только ты каким-то чудом пробился…

Судя по тембру, Беатра была растерянна и скорее всего не уверена, настоящий я или нет. Что имело смысл — на её месте, я бы тоже в этом изрядно сомневался.

— Мы с Владой очнулись в комнате. Той самой, где шли переговоры. Но окна и двери исчезли. Ты знаешь, что делать? Как он это провернул и каким образом всё вернуть назад?

В этот раз пауза была намного короче — кошка начала отвечать почти сразу.

— Какой шалунишка. Не только на мозги капает, но ещё и пространственной волшбой владеет. Н-да. Опасный колдун, очень опасный…

— Делать то с ним что? Выбраться в смысле отсюда как?

Ну вот — теперь она пришла в норму. По крайней мере, если отталкиваться от её поведения и речевых оборотов.

— Не знаю, мурр. Пространственная волшба штука сложная, долгая и вообще неблагодарная. Сам себя случайно запрёшь и пока выберешься, поседеешь. Но… У тебя же там шаманка.

Секунду я подождал, ожидая продолжения. Потом поинтересовался.

— И что? Влада тоже не может управлять своей силой.

— Зато ты можешь напоить её своей кровью. Испытанный способ, мурр. Таким берсерком станет, что охнешь… Без присяги правда. Если захочет тебя порвать — её ничто не остановит.

Чего-чего? О таком фокусе я слышал впервые. Ни Влада с Кристиной, ни сама Беатрис ни о чём подобном не упоминали.

— Кровью?

— Ну да. Кровушкой своей золотой, мурр. От неё у шаманов так голову рвёт, что они по щелчку пальцев в режим медведя-убийцы входят.

Как-то это всё не слишком адекватно звучало. Конечно, в последние дни, мир в целом казался мне не слишком-то нормальным. Но идея о том, что шаманы способны впадать в боевое безумие, попробовав крови духоглядца, стала своего рода новым потолком. Который только что был успешно пробит.

— Как это вообще возможно? Они ведь даже не духи и не оборотни какие-то. Обычные люди, которые…

В голове зазвенел громкий смех кошки.

— Обычные люди? Ты потом спроси свою Владу, как у неё инициация проходила и что она перед этим делала, мурр. Человек, она в лучшем случае наполовину.

— То есть мне просто напоить её кровью?

— КАПНУТЬ! Чуть-чуть совсем дать. Иначе у неё резьбу сорвёт, мурр. Всех тогда вокруг убьёт. Вот, вообще всех…

Выдохнув, я открыл глаза. Повернув голову к шаманке, которая сидела на диване, поджав под себя ноги и опустив веки, поднялся на ноги.

— Что? Получилось?

Влада немедленно отреагировала, распахнув свои глаза. Я же попытался откинуть подальше мысли о том, что всё это может быть ловушкой. Вернее, её продолжением.

— Ты знала, что бывает, если напоить шамана кровью духоглядца?

На лице девушки проступило смущение. Она даже взгляд на момент отвела.

— Отец рассказывал… Когда-то это использовали в качестве боевого стимулятора. Забирали кровь у пленных, разливали по флаконам и выдавали офицерскому составу. Но…

Занятный экскурс в историю. Потом надо будет поинтересоваться, про каких именно офицеров шла речь и что ещё ей рассказывал отец. Но прямо сейчас я молчал, ожидая продолжения.

— В таком состоянии я должна быть запредельно сильна. Как минимум, секунд на тридцать стану настоящей валькирией. Вот только… Не уверена, что смогу контролировать свой разум.

Звучало не слишком вдохновляюще. Вот только иного выхода не просматривалось.

— Открывай рот.

Я подошёл ближе. Сбросил на пол пиджак и закатал рукав рубашки. Потом разложил складной нож. Посмотрел на девушку. Та, чуть помедлив, приоткрыла рот. И высунула вперёд язык.

Да, так было удобнее. Всего лишь требовалось капнуть немного крови на язык и всё, а не пытаться попасть ей в рот. Однако, смотрелось настолько двусмысленно, что на секунду я завис.

Никогда не думал, что провести острием ножа по собственной плоти, сделав небольшой надрез, может быть настолько больно. Когда это делает медсестра или врач, при заборе крови, например — ситуация терпимая. Но если ты делаешь это сам, всё кардинально меняется.

Однако разрез я успешно сделал. Вниз полетели красные капли. Приземлились на подрагивающий язык, который тут же скользнул внутрь. Сомкнув губы, Влада замерла. Сглотнула. И слегка изогнулась, отодвинув плечи назад, а грудь напротив, выставив вперёд.

Когда она судорожно вздохнула, и начала подниматься, я на всякий случай сделал шаг назад. А потом и второй — после того, как её глаза заполыхали чёрным.

Вокруг девушки появилась тёмная дымка. Глаза полностью залило чёрным, пальцы подрагивали и хрустели, кажется удлиняясь прямо у меня на глазах. В следующую секунду она сделала рывок в мою сторону. Врезавшись, буквально протащила пару метров, впечатав спиной в стену.

Я даже дёрнуться не успел, как её глаза оказались напротив моих, а в шею упёрлось внезапно затвердевшие пальцы, которые видимо стали чем-то вроде когтей.

— Ты… — протянула девушка, чуть наклонив голову.

Ситуация точно не входила в число обыденных, поэтому я немного растерялся. Но уже через мгновение собрался.

— Угу. Я самый. Ярослав Корнилов. Помнишь? Не из тех, кого надо убивать. Может быть…

Закончить фразу о том, что ей бы стоило нас отсюда вытащить, я не успел. Меня, самым бесцеремонным образом, перебили.

— Тебе. Надо позаботиться. О китайце. Убей его!

Влада натурально хрипела, выдавливая из себя фразу за фразой. А на последнем слове ударила кулаком левой руки прямо в стену.

На самом деле немного не по себе. Как минимум, из-за силы девушки — стена брызнула фонтаном крошки. Она в прямом смысле этого слова, пробила её своей рукой.

Дожидаться ответа шаманка не стала. Вместо этого, принялась метаться по комнате и крушить. В воздухе оставались клочья тёмной дымки, а девушка попросту ломала стены. Сносила их ко всем хренам. Сначала проделала дыру в одной, потом сломала вторую.

В этот момент я вдруг почувствовал, как запекло в позвоночнике. Сама же шаманка остановилась около дивана. Раскинув в разные стороны руки издала протяжный вибрирующий звук.

Миг и в стене справа от неё появилась новая дыра, через которую внутрь ворвалась Грана. Тоже окутанная тёмным дымом, с ярко полыхающими алыми глазами и готовая убивать.

— Рр-р-рвать! Убивать!

Следующий удар шаманка нанесла уже вместе с ней и заметно шире используя силу — Влада попросту разбила на кусочки солидный кусок стены.

Тут же по моему позвоночнику заструилась сила. Наконец-то. Как же это приятно — снова чувствовать свою собственную мощь.

В тот же момент, окружил себя барьером и сформировал в правой руке шпагу. После чего ринулся вслед за исчезнувшей в проломе шаманкой.

За стеной внезапно оказался не коридор, а ещё одно помещение, из которого вело сразу три выхода. Что особенно интересно — дверь в нашу комнату тоже имелась. Правда видна была только отсюда. Изнутри на том же месте находилась стена.

Подумать об этом я не успел — в следующую секунду из одного проёма появилась Дарья. С сияющими холодным синим светом глазами и двумя боевыми топорами, на которых точно так же светились руны.

— Мёртвая сука!

Прорычав слова, Влада кинулась вперёд. Мелькнула в воздухе Грана.

Казалось шаманка сметёт синеглазую. Но та тоже оказалась не лыком шита. Отпрыгнув в сторону, рубанула ворону топором. А потом попыталась разрубить вторым голову самой девушке.

Уже бросившись следом, я не удержался от восклицания. Тогда как сама Влада успешно перехватила топор рукой. Следом ловко вывернула из рук Дарьи второе оружие. И полоснула когтями, намереваясь вскрыть противнику по вертикали.

Но синеглазая оказалась проворнее. Рывком ушла назад, выхватив своё оружие. Моя шпага пронзила пустоту, а когти Влады только рассекли сарафан, который наполовину сполз, да оставили кровавые полосы на коже.

Впрочем, пространства для манёвра тут было немного. К тому же я не собирался играть по правилам и сдерживаться. Миг и сила хлынула вверх по позвоночнику. А в следующий момент, наружу вырвался дракон.

В этот раз он был всего один. Но синеглазой хватило и этого — пока она пыталась защититься, отмахиваясь топором, в её череп врезалась Грана. Ударила клювом, снеся добрую треть головы. Заработала когтями, превращая в месиво всё остальное.

— Вниз. Ублюдок там.

Шаманка устремилась в один из проходов — мне оставалось лишь последовать за ней. Сам я противника не чувствовал и сказать, где он находится, не мог.

А вот дом казался сильно больше, чем при взгляде снаружи. Хотя, если этот парень изначально смог вовсе укрыть его от наших глаз, то у него наверняка могло получиться исказить его вид.

Добравшись до лестницы, Влада ринулась вниз по широким деревянным ступеням. Впереди, обгоняя её, боевым болидом устремилась Грана.

Грохот удара. Крик. Странное ощущение знакомой силы поблизости. Я ускорился, догоняя шаманку и чувствуя, как внутри кипит ярость.

Так и есть! Серебряная энергия, которую я наблюдал в воспоминаниях хийси. Самая, что ни на есть настоящая. Сейчас она исходила от колбы с порошком, которую держал в руках хозяин дома.

В следующую секунду, она улетела в сторону, а из рук парня вырвались иссиня-чёрные нити, моментально опутавшие и сдавившие ворону. Та собиралась повторить свой фокус с тараном, но немного не успела.

— Сдохни, тварь!

А ведь при первой встрече он казался сдержанным и даже культурным.

— Дарья, почему ко мне…

Повернув голову, он увидел нас. И тут его лицо озарила такая гамма эмоций, что её даже описать сложно. Изумление, страх, злость, неверие.

Как бы там ни было, реагировать он начал с запозданием. Шагнув к двери, положил на неё руку, видимо собираясь захлопнуть. Но до того, как колдун успел это провернуть, мой дракон ворвался в помещение. Спалил нити, которыми тот держал ворону и сомкнул пасть на правой кисти колдуна.

Тот дико заорал. Больно это наверное — когда вся твоя ладонь распадается прахом, после чужого удара. В любом случае, его готовность сражаться куда-то улетучилась. А в следующую секунду рядом оказалась Влада. Ударила, вонзив когти в бок и вырывая рёбра. Добавила второй рукой, сбивая с ног.

Тут же нависла, готовая выпотрошить. У меня же в голове мелькнула мысль, что этого ублюдка неплохо бы допросить.

— Оставь в живых! Сможешь держать под контролем? Не говори только с ним!

Взгляд, который бросила на меня шаманка, был полон жажды крови. Однако убивать врага она не стала. Только ударила ещё раз, оставив глубокие борозды на грудине. А когти второй руки приставила к его глотке.

Никогда бы не подумал, что шаманка тоже может трансформироваться. В случае с оборотнями и лесными духами это выглядело, как нечто само собой разумеющееся, но в её случае, такого поворота событий я никак не ожидал.

Осталось только найти остальных. И…

Погодите-ка. Я действительно это вижу? Три энергетических силуэта, которые прямо сейчас светились внутри глубоких деревянных ванн, наполненных серой жидкостью, на поверхности которой непрерывно лопались пузырьки.

Жидкость оказалась вязкой, но руки в неё прошли свободно. Сначала я вытащил Клима, который лежал в крайней ванне слева. Блукач выглядел неважно и был в одних трусах, но дышал. Уже неплохо.

Следующей оказалась Алиса, которую колдун раздел полностью. Либо кицунэ принципиально не носила белья — такое я тоже мог допустить. Наконец дело дошло до Беатрис. Кошка находилась на дне третьей ёмкости.

Уложив их всех на пол, бросил взгляд в сторону пленного. Сам он лежал неподвижно. Подрагивал и скулил от боли. Но Влада мелко подрагивала, а внутри шаманки пульсировала сила. Видимо действие «стимулятора» в виде капель моей крови подходило к концу.

Поднявшись, сделал пару шагов в сторону. Поднял колбу с пылью, которая светилась серебром. Шагнул ближе к парню и опустился на одно колено. На всякий случай окружив себя барьером и сформировав в правой руке что-то вроде длинного стилета. Дракона я уже убрал, но наличие возможности немедленно убить колдуна, немного успокаивало.

Бросил взгляд на Владу.

— Отпусти его. Отдохни и займись остальными.

Девушка медленно кивнула. Отступила в сторону, усевшись на задницу. Сам Борис, как мне показалось, с облегчением выдохнул. Скосил на меня глаза.

— Как вы…

— Даже не думай, — перебил я его. — Никаких вопросов с твоей стороны.

Он и правда замолчал. Сомкнув губы, посмотрел на колбу в моей левой руке. Потом я снова заговорил и его внимание вернулось к моему лицу.

— Откуда у тебя эта пыль? Как и зачем ты заблокировал наши силы? И наконец — почему?

Мужчина тяжело дышал, смотря в сторону и прижимая целую руку к ужасной ране на своём боку. Когда я повторил вопросы, перевёл взгляд на меня.

— Спаси… Залечи рану. Тогда всё расскажу. И отсеку царскую душу.

Колдун оказался чуть более крепким орешком, чем ожидалось. А вот его последние слова заставили меня нахмуриться.

— Что ты сказал? Какую душу?

Тот моргнул. Попытался через боль улыбнуться.

— Сначала залечи. Потом поговорим.

В стороне застонал повернувшийся на бок Клим. Что-то тихо проговорила Алиса, которая ещё не открыла глаз. Влада, лицо у которой выглядело так, будто шаманка только что пробежала марафон, наклонилась, стягивая с себя футболку. Попыталась прикрыть формы кицунэ. Правда не слишком успешно — одежда оказалась коротковата, плюс моментально промокла.

Странно даже. Только что пережил смертельную угрозу, сижу над раненым колдуном, которого надо допросить и всё равно пялюсь на голую девушку. То ли мозгу хочется расслабиться, то ли этот парень продолжает свои фокусы и пытается играть с моим мозгом.

Правда, вернув взгляд на колдуна никаких признаков волшбы с его стороны не заметил. Всё равно, на всякий случай проверил, насколько близко находится острие моего золотого кинжала к его шее. Чтобы в случае необходимости моментально прикончить.

— Не ты устанавливаешь правила игры. Рассказывай.

— Или что? Станешь пытать, златоглазик? Ну режь уже, сраный ублюдок. Давай!

Хм. Напора в его голосе хватало. У меня же, пусть и возникло на момент желание отрезать ему пальцы и пожонглировать ими в воздухе, прямо над его лицом, но быстро пропало. Как-то неудобно подобное проворачивать, когда у человека весь бок разворочен и рёбра наружу торчат. Кровь правда уже почти не капает — значит какое-то лечебное колдунство он использовал.

На деревянном полу закашлялась кицунэ. Зашевелилась, привлекая внимание. Подняв голову, повела мутным взглядом, в итоге остановив его на Уварове.

— Ты…

Тот тоже повернул голову. Что-то подсказывало — мужчина ожидал услышать какие-то слова. Но вместо этого лисица с неожиданным, для того пришедшего в себя человека, проворством, встала на четвереньки. И спустя секунду нависла над пленным.

Хрустнул сломанный палец. Второй. Стоило мужчине распахнуть от боли рот, как девушка подхватила с пола щепку от расколотой доски и натурально вогнала ему в десну. Наклонившись, яростно прошептала.

— Я с тобой сутки буду играть, колдунишко. К концу ты будешь молить и мечтать о смерти.

Уваров захрипел, судорожно пытаясь закрыть рот или отвернуть в сторону голову, которую лисица удерживала второй рукой. Не замечал за ней раньше такой ярости. Она сейчас в самом деле выглядела полностью готовой освежевать и выпотрошить его.

— ПРИКРОЙСЯ!

Я вздрогнул. Клим уселся, уперевшись руками в пол и судорожно оглядываясь по сторонам. А лисица скривила обиженное лицо.

— И вот так всегда… Не дают поиграть. И вообще, что тут такого? Не видела на дверях таблички про дресс-код.

Футболку она с пола всё же подняла и надела. Я же выдернул щепку из десны колдуна, заставив того застонать от боли и посмотрел мужчине в глаза.

— Рассказывай. Или я передам тебя в её нежные руки.

Лисица тут же повернула голову.

— Да-да. Подтверждаю. Когда надо, мои ручки очень даже нежные…

— Ты… — Влада глубоко вдохнула. — Отпрыск гордых духов пиков и хребтов. Или лучше найди себе трусы.

— Нет их у меня. И вообще, я их не люблю. Вот, футболка надела и хватит.

Ради справедливости, та мало что прикрывала. Не больше, чем может прикрыть тонкая ткань на голой и мокрой девушке.

Колдун кажется впал в лёгкий ступор. Сначала покосился на девушек, потом посмотрел на меня. Даже о боли в десне вроде забыл. Как минимум, перестал стонать. Мне оставалось только пожать плечами.

— Вот так вот, да. Если что — мне приходится с этим жить.

Головы обеих девушек медленно повернулись ко мне. А взгляды оказались такими, что я поспешил вернуть беседу в рабочее русло.

— Так что? Расскажешь откуда у тебя эта серебряная пыль?

Мужчина снова скосил глаза на колбу. Поморщился.

— От Хозяина Перми. Вернее от его посланника.

— Детали, — напомнил я ему о правилах хорошего тона. — И желательно побольше.

Несколько секунд он помолчал, переводя взгляд с меня на кицунэ и обратно. Потом всё-таки начал говорить. Постепенно излагая историю последних дней.

Хотя начал с куда более древнего момента — уточнил, что в самом деле уже давно живёт здесь и никогда не предполагал кому-то раскрывать своего местонахождения. По сути, весь город был его щитом. Каждый из местных жителей находился в подчинённом состоянии. Напрямую он их подчинять не стал. В том плане, что это были не безвольные рабы, которые были не способны что-то предпринять без команды хозяина. С виду — обычные люди, которые жили обычной жизнью.

Но стоило возникнуть угрозе жизни колдуна, как они превращались в берсерков, готовых умирать и сражающихся на пределе своих возможностей. Все до одного — от детей до стариков.

Плюс, он неплохо поработал с пространством, надёжно укрыв свой дом от чужих глаз.

На этом моменте в себя пришла Беатрис, пожелавшая сожрать печень пленного, вырвать его глаза и вскрыть когтями коленные чашечки. Помимо этого были и другие пожелания, но я запомнил только первые три. Дальше пришлось отвлечься на сдерживание кошки и мозг уже ничего не зафиксировал.

Когда её наконец вышло успокоить, колдун продолжил. Как оказалось, посланник Древнего вышел с ним на связь всего два дня назад. Предложил заключить сделку — Уваров получит дополнительную защиту в виде множество лесных животных, которые станут стеречь окрестности и предупреждать об опасности. Взамен от него требовалось одно — вывести меня к своей персоне, договориться обо всём и отсечь душу, которая подцепилась ко мне. После чего запереть и передать посланнице Древнего.

Вот на этом моменте я немного сломался. Плюс, вспомнил о его словах про мою душу, которые как ни странно успели вылететь из памяти.

— Если тебе нужно было просто выполнять нашу договорённость, которой мы достигли, зачем всё вот это?

Тот скосил глаза на стоящие деревянные ванны. Поморщился.

— Никто не говорил, что мне нельзя использовать дополнительные возможности.

— Значит решил и рыбку сожрать, и судьбинушке присунуть, мурр? Какой наивный… А казался серьёзным. Н-да. Мельчают нынче колдуны. Ох, мельчают.

Занятно, но кажется мужчину эти слова отчего-то зацепили. Он даже голову повернул, чтобы посмотреть на Беатрис.

— Духоглядец, кицунэ и шаманка. Бонусом — блукач. Кто бы отказался от первых трёх душ, с которыми можно делать всё, что угодно.

— Давайте ему хотя бы с ноги кожу снимем? — просительно приподняла брови Алиса.

— Лучше с яиц, — мрачно добавил Клим. — И спалить их потом.

Уваров изобразил на лице что-то вроде кривой улыбки.

— Не забудь, ты обещал меня подлечить.

Теперь его взгляд был обращён на меня. Требовать какой-то клятвы колдун не стал. Но судя по выражению его глаз, желал хотя бы формального подтверждения.

— Подлечу. Если расскажешь всё, что тебе известно.

Алиса, которая до того сидела на полу, снова придвинулась ближе, показавшись из-за спины Влады, попытавшейся прикрыть собой лисицу.

— Как ты это сделал? Почему я тебя нашла?

С ответом на этот вопрос он немного помедлил. Но после того, кицунэ оказалась ещё ближе, поспешил заговорить.

— Я много чего умею. Например подбрасывать кому-то идеи… Особенно, если нервная система ослаблена.

— У меня же метаболизм! Бухлишко выводится за двадцать минут!

Возмущения в голове Алисы было столько, будто её обвинили в чём-то абсолютно неприличном.

— Да, но речь не про это. Ты была так заведена, что можно было и мысль о захвате мира заложить, не то что спасении мужчины, которого…

Рыжеволосая девушка резко подалась вперёд. Неожиданно для меня щёлкнула зубами.

— Была и была. Или ты один глаз потерять хочешь?

Тот моргнул. Вжался затылком в доски пола. За спиной лисицы послышался голос Влады, которая сейчас смотрела на её зад.

— Ты бы на место вернулась. И надела что-нибудь. А в следующий раз, когда чего-то захочется, лучше разберись как-нибудь вместо того, чтобы в интернете шариться. Хочешь вибратор подарю?

— Зачем мне вибратор? У меня уже есть хозяин. Одной ему точно будет мало…

От подзатыльника она ловко увернулась и тут же сместилась подальше от Влады. Встав на колени и невинно хлопая ресницами.

Пришлось чуть повысить голос, заставив их замолчать. Заодно поймал на себе сочувственный взгляд колдуна. Дожили — взятый в плен враг сочувствует моей жизни. Может это знак, что надо что-то поменять?

С левого плеча тут же донеслась фраза, что две девушки в постели, это вдвое больше удовольствия. С правого — о том, что даже если отбросить моральную сторону вопроса, издержки могут оказаться критически высоки.

В итоге, этот вопрос я оставил на будущее, благополучно продолжив допрос колдуна.

Схема вырисовывалась интересная, что тут сказать. Посланница Древнего указала ему точное время, в которое нужно появиться около моего дома. Более того — указала цепочку сайтов на которые требуется зайти Алисе, чтобы найти всю нужную информацию. Даже обрисовала общий ход нашей беседы, подсказав каких тем стоит избегать.

Плюсом к этому, дала подробный расклад по схеме, которая позволила нас обездвижить и лишить сил. Сложный комплекс, который включал компонент, распылённый в воздухе и смонтированные в стенах ритуальные предметы. Чай, который вызвал у меня подозрения сразу, как его принесли, оказался ни при чём.

— Марфа. Старая сука ведовская. Что ей ещё от нас надо?

Шаманка озвучила мысль, которая наверняка сейчас появилась в голове у каждого. Провидица была единственным объяснением подобной детализации. Но ведь она не должна сейчас владеть предвидением. Или этот вариант всё равно не стоит сбрасывать со счетов?

— Не может. Если только совсем чуть-чуть. На час вперёд заглянуть и то спонтанно, мурр.

Повернув голову я посмотрел на кошку, которая вылизывала свои лапы. Замерев, она на миг прекратила, исподлобья глянув на меня.

— Да не читаю я твои мысли, мурр. Ты просто слишком громко думаешь!

Самое обидное — даже вопрос прояснить не у кого. Единственный источник информации по теме, это сама кошка. Которой именно по этому вопросу, стопроцентного доверия точно нет.

Впрочем, сейчас имелся иной, куда более интересный вопрос. Раньше я считал, что Марфа использовала нас, чтобы выжить. Окончательно закрыть свою схему по принесению в жертву внучки и омоложению. А когда не получилось — пустила в ход резервный вариант и перебралась в тело внука.

Теперь всё казалось несколько более сложным. Получается, она предусмотрела подобное развитие событий ещё давно. И зафиксировала вариант, которым поделилась с посланницей Древнего.

Оставался ещё один вариант, в котором эта самая слуга Древнего смогла захватить ведунью в плен. Но… Он не проходил проверку логикой. Такие вещи, как конкретные цепочки сайтов, которые требуются посетить, чтобы выйти на цель, на всякий случай не запоминают. Собственно, просчитать подобную вероятность без специального усилия, вообще скорее всего не получилось бы.

Значит, она спланировала всё заранее. Либо предусмотрела такой ход на случай, если не выгорит с внучкой и придётся пожертвовать своей силой, чтобы сохранить жизнь.

Сложно. Особенно если не знать, какую цель преследует эта самая ведунья.

— Зачем Древнему душа гусара? И почему ты назвал её царской?

Вот теперь даже Беатрис прекратила вылизываться, усевшись и смотря на пленника.

— Он так и сказал? Что душа царская, мурр?

— Именно, — буркнула Влада, недовольно смотря на Алису, которая так и сидела в её футболке.

Впрочем, шаманка тоже осталась в одном бюстгальтере. Так что с точки зрения визуала, у них была определённая схожесть.

Колдун поморщился. Попытался показать мне взглядом на свою рану в боку.

— Может сначала залатаешь?

Я отрицательно качнул головой.

— Или говоришь, или я отдам тебя ей.

Кивок в сторону кицунэ заставил того скривиться. А потом и заговорить. Хорошо, когда в команде есть кто-то настолько безбашенный, что его так боятся.

— Посланница не говорила. Но намекала, что дело связано с Молёбкой.

Он сейчас имел в виду деревню или аномальную зону? Я едва не уточнил этот момент, но вовремя вспомнил, что колдун проигнорировал другую часть вопроса.

— А что по поводу царей?

Секунду тот помолчал, со странным выражением лица смотря на меня.

— Та женщина… Она сказала, что душа царского рода. Из Романовых.

Стоп. Если гусар, который на самом деле не такой уж и гусар, происходил из императорской фамилии, выходит я и сам к ней отношусь. То есть…

От внезапного переизбытка эмоций, я даже мысль сходу продолжить не смог. Всё-таки не каждый день тебе сообщают, что на самом деле ты царской крови. Может ещё и престол унаследовать смогу?

В голове тут же появилась картина восстановления монархии и меня самого идущего к престолу в парадном мундире. Потом вспомнил про реальность и прикинул, что со мной сделают духоглядцы. Заодно о ресурсах, которыми те располагают, подумал. И едва не рассмеялся.

А как звали этого гусара? Павел… Точно! Павел Петрович! Это получается, кто? Один из чьих-то сыновей? Надо будет потом посмотреть в сети.

— Так наш хозяин не просто из благородных, а царь? Это вдвойне приятно, вдвойне. Никогда не думала, что стану царской жёнушкой.

— Ты и не станешь. Губу обратно закатай. И жопу свою прикрой вместе со всем остальным, пока розгами не всыпала.

— Сначала догони, — не смутившись, Алиса показала шаманке язык.

И как в таких условиях работать? Мало того, что обе полуодетые, так ещё и ругаются постоянно.

В голову пришёл ещё один вопрос. Который я немедленно озвучил, вернув взгляд на колдуна.

— Кто она? Посланница Древнего.

— Уверен, что хочешь знать? На твоём месте я бы бежал отсюда, куда глаза глядят.

Ну да. Отличный совет для человека, чью душу совсем скоро сожрёт тип из императорской семьи, который захотел не просто остаться в живых, но ещё и сохранить свою силу.

— Тебе напомнить о доступных опциях?

— Ольга Молчанова. Полгода уже с ним работает, если ей самой верить.

Отлично. Теперь у меня было имя цели. Всё осложнялось тем, что на её стороне сражалась ведунья. Однако, этот поворот она ведь как-то проворонила. Свои силы тоже не сохранила. Не такая уж и всесильная эта Марфа.

— Просто душа древняя. Та, что тебя убить пытается, мурр. Такая мощь всегда ломает любые схемы. Даже если их ведунья строит.

В этот раз я даже про чтение мыслей вспоминать не стал. Всё равно скажет, что нужно тише думать. Вместо этого перешёл к следующей теме.

— Ты в самом деле мог отсечь душу этого царя и запечатать её?

Парень облизнул губы.

— До сих пор могу. Договоримся, что всё сделаю под присмотром и избавлю тебя от этого урода. А мне в ответ — жизнь. Всё прямо тут могу сделать.

— Лжёт, скотина.

Оклемавшийся Клим оказывается успел выйти, отыскать свою одежду и приволочь полотенца. А вместе с тем, наши телефоны, которые были в пакете.

Взгляды всех присутствующих обратились к нему и блукач пожал плечами.

— Запах. Каждый пахнет, когда брешет.

На лице Алисы появилось обиженное выражение. Она видимо считала, что должна была почувствовать всё сама. Однако здесь была логика. Колдун специализировался на работе с сознанием и разумом. Сам себя от подобного прощупывания со стороны, наверняка защитил. Но вот блокировать аромат собственного тела способен не был.

— Так значит, жить тебе не хочется?

Ещё несколько секунд тишины.

— Ладно… Отсечь не смогу. Но отодвинуть обращение — да. Есть у меня пара штуковин, которые могут помочь…

Я непонимающе нахмурился.

— Получается, о том, чего хотела эта Молчанова ты тоже солгал?

— Нет. Просто ты бы умер во время извлечения души. Аккуратно такую мощную дрянь не отрезать. Вот убить носителя и потом запечатать, возможно.

То есть оставлять меня в живых не планировалось. Отсюда видимо и похищение.

— Сразу почему не сказал?

На лице пленника появилась болезненная гримаса.

— Сам как думаешь?

Действительно. Он просто хотел сохранить видимость своей полезности. Чтобы иметь хотя бы какие-то козыри на этих странных переговорах.

Если подбить итоги, теперь он был не так уж полезен. Особенно, если его «штуковины» окажутся блефом. Не говоря о том, что даже в таком состоянии колдун оставался источником опасности. Это сейчас нас тут сразу несколько и все пристально за ним следят, готовые оторвать голову, если что-то померещится. Когда отвлечёмся, произойти может всякое.

— А кто может?

Влада, взгляд которой был устремлён на лицо колдуна задала вопрос, который мне почему-то даже не пришёл в голову. Он ведь и правда может быть в курсе.

Сам пленник слегка повернул голову, смотря на девушку.

— Кто-то наверняка может. Другой духоглядец. Может быть один из Древних.

— Ты сейчас говоришь о жизни будущего царя, мурр. Прояви больше фантазии.

Беатрис говорила с такой вальяжностью, как будто уже лежала на подушке около трона, лениво рассматривая зал.

— Монархию отменили, если что, — заметил Клим.

— Восстановим и укрепим. Зацементируем кровью, мурр. Всех к присяге приведём! И Париж снова возьмём.

— Боюсь остальные будут против, — покосилась на неё Влада.

— Это их личные проблемы. Вот сами с ними пусть и разбираются, мурр. А нас не беспокоят.

Судя по его глазам, колдун сильно корил себя за то, что вообще с нами связался. Стоит отметить — его реакция немного смущала. Раньше я считал, что такое вот общение между собой, порой напоминающее безумие, является полной нормой. Но вот этот парень, который вырос и провёл уйму времени среди обитателей теневого мира, на всё это взирал с выражением полнейшего шока в глазах.

Если подумать, у меня и стандарта на который ориентироваться с точки зрения общения, не имелось. Верпа эмигрировала из леса в город и когда я её встретил, была буквально покрыта толстым слоем грязи и незнакома с цивилизацией. Влада потеряла отца и учителя в одном лице, после чего угодила на «ферму», где из неё выкачивали жизнь, чтобы делать батарейки. Сложно после такого остаться полностью нормальным человеком.

Бывшие танцовщики вовсе эксплуатировались в качестве абсолютно бесправных рабов. Больше всего на рационального человека походил Василий. Но и тот был ведьмаком, который доживал свои дни в общежитии для немощных, держа под кроватью пулемёт. Наверняка держась только надеждой на чудо.

Ради справедливости, чудо произошло. Однако, психологическое здоровье мужчины оно восстановить точно не могло. Про Беатрис и говорить нечего — кошка сама толком не могла понять, кем именно является. То ли слепком настоящей Скаймай, то ли ещё каким-то искусственным конструктом. Возможно вовсе чем-то третьим.

Если подумать — откуда в такой компании взяться здоровому общению?

— Отставить обсуждение монархии. Давайте лучше поговорим о том, как одного конкретного монарха убить.

Окинув их взглядом, вернул его на лицо колдуна, который так и лежал на полу.

— Уверен, у тебя есть хотя бы какие-то предположения?

— Из наших никто бы не смог, — медленно заговорил он. — Что до остальных… Албарсты возможно. Если сможете договориться с его хозяином.

Беатрис навострила уши. Поднявшись, подошла ближе, а хвост принялся дёргаться из стороны в сторону, рассекая воздух.

— Албарсты? Где они остались?

Парень скосил глаза в её сторону.

— Говорят около Иссык-Куля есть один. Второй в Кабуле. Но обе женщины… Потомство рождается слабым и почти без силы. Когда убьют этих двух, албарсты сгинут навсегда.

У меня аж заискрило всё внутри. Вот она — причина поездки родителей. Они поехали, чтобы договорить о помощи. Правда миссия вышла неудачной — оба пропали.

— Кто хозяин той, которая в Киргизии? Около Иссык-Куля?

Колдун, чьё лицо заметно побледнело, перевёл взгляд на меня.

— Откуда мне знать? Один из местных. Или духоглядец, или кто-то из наших. Хотя, в теории может быть и дух. Или ведьмак. Мало ли кому посчастливилось пленить албарсты.

Звучало резонно. А сам мужчина, на миг прикрыв глаза, тяжело выдохнул. Подняв веки, устремил на меня взгляд.

— Может поможешь? Кровь сама по себе останавливается, но у меня внутри что-то сильно не так. Рёбра эти… — он мельком глянул на Владу, которая мрачно рассматривала мужчину. — Пробили они что-то. Сдохну ведь здесь. А ты обещал…

На самом деле я говорил, что подумаю. И слова «обещаю» не прозвучало. Но опять же — он был прав. Стоило определиться, что делать дальше. Либо прикончить колдуна, либо оставить в живых. Знать бы ещё, как обезопаситься от воздействия с его стороны.

— Он же по менталу. Надо просто серебряный обруч на голову надеть, мурр. И всё…

Я с удивлением посмотрел на кошку. А где-то выше послышался звук глухого удара. Ещё один.

— Так вылечишь или нет?

— Что там за грохот наверху? — поинтересовался я у бледного колдуна.

— Местные… Чувствуют, что я подыхаю. Пришли спасать. Просто вылечи и они сами уйдут…

На пару секунд я задумался. После чего едва не всадил золотистый кинжал ему в голову. Слишком уж неожиданно где-то совсем рядом грянул взрыв. Жахнуло так, что дом весь тряхнуло.

— Мы идём повелитель, — послышался сверху громкий мужской голос. — Спасём вас!

Ясное дело, оставить колдуна одного мы не могли. Под охраной одного из нас — тоже. Сам я предполагал подняться наверх, а все прочие казались слишком уязвимыми. Хотя, ради справедливости, меня он тоже каким-то образом ведь вырубил.

Наверху что-то крушили. По-моему, кто-то из ворвавшихся от избытка чувств попросту хреначил мебель. Грянул одинокий выстрел. Вот интересно — откуда у жителей маленького городка, взялась взрывчатка?

Этот вопрос я задавал себе уже на ходу, когда поднимался наверх по ступеням, окружив себя золотистым барьером и прикидывая, как сейчас быть.

Позади Клим с Алисой тащили раненого и стонущего Уварова, который заверял, что как только сможет докричаться до своих спасителей, те послушают его приказ и уберутся отсюда.

Звучал колдун убедительно, поэтому когда мы выбрались из подвала, оказавшись на первом этаже, а в проходе показалась пара мужчин с топорами, я отступил в сторону.

— Уходите отсюда. Они…

Один из боевых пенсионеров с топором, в самом деле притормозил. А вот второй широко размахнулся и едва не раскроил Борису череп — едва успел выставить руку, приняв удар на засиявший барьер.

— Клон Повелителя! Копия! Убьём же его! — заорал дед, размахивая куском дерева в своей руке.

Сам Уваров удивлённо моргнул, смотря на него.

— Такого я в них точно не закладывал.

Ещё не успел договорить, а в помещение уже залетело что-то дымящееся. Я сразу же выпустил дракона, который сожрал непонятную хреновину. Судя по тому, как его через секунду вспучило, интуиция не подвела — это была взрывчатка.

— Прекратить! — прохрипел Уваров. — Вернуться к себе!

Может его правда стоит подлечить? Не слышат ведь.

— Повелитель в руках врагов.

В коридоре фразу озвучил один из голосов, после которого её на все лады принялись талдычить все остальные. Звучало немного жутковато, на самом деле.

— Это не моё. Дед похоже оставил. Или бабка… Так и знал, что нельзя трогать семейный артефакт.

У меня появилось немало вопросов к взаимоотношениям внутри их семьи. И ещё парочка куда более практического свойства. Только вот озвучить я их не успел — дом вдруг снова тряхнуло, а Уваров, который так и висел на руках Клима с Алисой, вдруг обмяк.

— Позор семьи мёртв!

Что? Глянув в сторону коридора, я проверил пальцем пульс. Тот прощупывался — как минимум, тело у него всё ещё функционировало. А вот разум…

Приподняв голову колдуна за волосы, попытался заглянуть ему в глаза. Повернувшись, прислушался к звуку удаляющихся шагов.

— У каждой семьи свои традиции. Не осуждай других и не осудят тебя, мурр.

Тут мне крыть, по большому счёту было нечем. У самого душа предка подцепилась, желающая сожрать. Одно непонятно — как они это сделали?

— Ментальная связь, конечно же, — назидательно отметила сидящая на моём плече кошка. — Как иначе они бы догадались, что он в беде? Только в этот раз ударили уже по нему.

Объяснение было вполне логичным. Немного безумным, но у теневого мира свои правила. Привыкнуть к которым не сказать, что просто.

Естественно, я попытался ещё что-то сделать. Даже уложил его на кровать, влив какой-то объём собственной силы. Рану эту действительно залечило. Но вот на состоянии разума колдуна никак не сказалось.

Кицунэ его сознание тоже проверила. Почти сразу констатировав, что парень полностью и бесповоротно спёкся.

Первым делом я проверил, что именно местные взорвали. Как выяснилось — проделали дыру в стене. Достаточно большую, чтобы туда можно было пролезть.

Забавно, но теперь они спокойно расходились по улице, даже не смотря в сторону дома. На нас, оттуда выглядывающих, тоже никакого внимания не обращали. По словам кошки, из-за того, что у них разорвалась связь с их создателем. Все закладки и кружева, которые тот плёл в их разумах теперь оказались не актуальны.

— Вам нужно на это взглянуть.

Услышав голос Клима, я вернулся внутрь. И обнаружил блукача стоящим перед большим сейфом, расположенным в комнате вроде гостиной.

Что сказать — высокие технологии могут легко подвести. Для доступа требовалось отсканировать отпечатки пальцев и сетчатку глаза. Что мы благополучно проделали. Это даже было несложно. Разве что с глазом пришлось немного повозиться.

Внутри правда не нашлось почти ничего ценного. Золото, деньги, пару револьверов, кортик в золочёных ножнах и больше ничего. Конечно, деньги и золото в небольших слитках, которого тут было килограмм десять, мне однозначно пригодятся. Тут никакого спору нет. Но несмотря на это я рассчитывал отыскать нечто куда более ценное — хотя бы какую-то информацию о том, как правильно работать с душами.

Идея о том, что семейная династия колдунов никак не могла обходиться без книг и записей, заставила внимательно перетряхнуть весь дом. Несколько раз пройтись по всем его комнатам, проверяя все закутки, простукивая стены, полы и даже потолки. Все эти поверхности, мы в процессе активно вскрывали, так что жилище колдуна в конце концов стало напоминать полностью разгромленный притон.

При этом каждый проход приносил что-то новенькое. То запрятанные в стене пузырьки с разноцветными порошками, то личный дневник Бориса Уварова, то замаскированный оружейный шкаф, в котором лежала самая настоящая секира.

К радости Влады, нашлась и женская одежда. У Дарьи имелась своя комната и понятное дело, ей нужно было в чём-то ходить. Потому шаманка набросила на себя одну из найденных футболок, полностью прикрыв грудь.

Алиса по такому простому пути идти не пожелала. Сначала примерила корсет, полностью обнажающий низ. Даже успела прицепить к нему чулки, но выйдя в коридор наткнулась на Владу и вынужденно двинула менять одежду.

Отнеся найденный дневник, который прятался в тайнике внутри стены и был унюхан Граной, шаманка снова зашла к лисице. Обнаружив, что та примеряет комплект, не оставляющий сомнений в своём предназначении и месте покупки. Кроме секс-шопов, больше подобное нигде продаваться не могло.

В итоге они устроили настоящую словесную битву на добрую четверть часа, по итогам которой кицунэ оделась в шорты и лёгкую майку на голое тело.

— А это зачем?

Зайдя в гостиную первого этажа, где Клим нашёл сейф и куда мы стаскивали всё ценное из находок, я остановил взгляд на плётке, которая лежала на полу.

— На случай, если хозяину будет угодно меня наказать, — тут же отозвалась Алиса. — Горные духи такие непослушные… Без плётки никак не обойтись.

— Лучшие из наложниц. Если продавать, дадут очень много золота, мурр.

— За имперскую кошку ещё больше, — взгляд Алисы тут же сместился к ней.

— Стоп, — поднял я руку. — Давайте ещё раз просмотрим вещи. Всё, что покажется в самом деле ценным, кладите вон на ту сторону комнаты. Справа от стола.

Посмотрев, куда я указываю, кицунэ с невинным видом принялась толкать туда ногой плётку. Клим, который наклонился над грудой вещей на полу, покосился в мою сторону. Как мне показалось, с некоторым сожалением. Что за день такой? Сначала жалеет колдун. Теперь вот вообще лесной дух.

Подняв с пола толстую тетрадь, в которой Уваров делал записи, я опустился в кресло. Правда надежда на интересное, увлекательное чтение, из которого получится сделать массу интересных выводов, погасла почти сразу.

Первые две страницы я изучил достаточно плотно. Несколько следующих прочитал по диагонали. Дальше начал просто листать, скользя взглядом.

— Удивлена, что предки не убили его раньше. Какой же это позор, мурр. Какой позор…

Формулировки у кошки пожалуй получились излишне суровые. Но концептуально я с ней был согласен. Предки Бориса Уварова были теми, кто крутился среди духоглядцев и мечтал встать на одну планку с ними. Возможно даже превзойти. А вот их потомок… Скажем так, ожиданий, даже самых заниженных, он не оправдал.

По сути, весь дневник был посвящён трём вещам. Во-первых, его нездоровому увлечению какой-то латиноамериканской певицей — колдун постоянно мечтал о том, как перелетит океан, возьмёт её под контроль и примется вытворять всякое.

Во-вторых, он фиксировал всё, что съедал за день. Даже подсчёт калорий вёл. Почему-то используя для этого не одно из множества существующих приложений, а тетрадку. Ну и в-третьих — паренёк на самом деле пел оды своей гениальности. Буквально. Расписывал о том, как он крут и как ловко привязал к себе Дарью, случайно поймав её, когда та заскочила в город. Как её искали какие-то люди с печатью духоглядца, но отыскать так и не смогли. А он полностью промыл ей мозги, превратив в свою личную боевую рабыню.

Конкретно этот момент вызвал у меня интерес. Но судя по дате, это произошло семь лет назад. На тот момент дед уже был давно мёртв. Так что мелькнувшая в моей голове мысль, что девушка могла относиться к числу присяжников Оболенских, не имела никакого основания.

Больше ничего интересного здесь не было. Такое впечатление, что я не дневник колдуна из древней династии читал, а записки выросшего нарцисса, который так и не смог отлипнуть от маминой юбки.

— Есть! Нашла!

Мы все разом повернули голову на звук голоса Влады. А шаманка тут же добавила.

— Идите уже сюда! Тут какая-то защита стоит.

Девушка обнаружилась в одной из комнат второго этажа. Формально она была спальней. Вот только сам колдун обитал в другой, а таких вот, с кроватями и пустыми шкафами, тут был ещё десяток. Возможно остались с тех пор, когда планировалось расширение фамилии. Либо слуг у них было побольше.

Находкой Влады оказались книги. Сразу несколько штук, запрятанных в стене. Буквально — под тонкой отделочной доской, которая покрывала местные стены. Её благополучно раздолбала Грана, но суть ситуации сейчас была совсем в ином — около книг клубился серый туман.

Первой на Беатрис посмотрела сама шаманка. Потом повернулись все остальные. Тогда как у кошки это вызвало приступ моментального раздражения.

— Я вам не ходячая энциклопедия, мурр! Вижу то же самое, что вы сами. И не представляю, что это за гадость.

Неожиданно. У меня уже выработалась привычка — в любой непонятной ситуации обращаться к кошке.

Хм. Может быть так, что спутница того самого царя на самом деле нас слышит? И может неосознанно, но реагирует. Например, заперев собственную память и не позволив Беатрис узнать, как разобраться с защитой. На тот случай, если эти книги нам и в самом деле могут каким-то образом помочь.

Версия казалась вполне логичной. Но не снимала основного вопроса — как быть с книгами? Достать их, само собой, хотелось. Внутри могла оказаться ценная информация. Одновременно я прекрасно понимал, что любое воздействие, которое приведёт к «срабатыванию сигнализации», способно запросто всё спалить. А там как знать, что эта штука вообще делала? Вдруг запускала процесс уничтожения Ильинского?

— Да просто сосредоточься и выясни, что там. Ты как маленький, мурр. Элементарных вещей не знаешь.

Повернув голову, я посмотрел на кошку, которая сейчас восседала на моём плече. Но та ничуть не смутилась. Благополучно сделав вид, что мысль о том, что подобную информацию мне взять неоткуда, прозвучала слишком тихо.

Предложение, на самом деле звучало отчасти интересно. Правда непонятно — пришлось задавать дополнительные вопросы.

Результат оказался неожиданно занимательным. Как выяснилось, духоглядцы способны не только работать с чужими душами, принимать присяги и убивать кого ни попадя. Помимо всего прочего, мы можем разбираться с разнообразными энергетическими ловушками и конструкциями.

Если верить длинному и часто прерывающемуся описанию, которое выдала Беатрис, у каждой формации есть своя база. Чаще всего крайне примитивная. Если «погрузиться» на достаточный уровень тонкости, можно рассмотреть эту самую базу и придумать, как с ней быть.

Для того, чтобы это сделать, мне предлагалось закрыть глаза и устроить себе что-то вроде медитации.

В успехе задуманного мероприятия я уверен не был ни на йоту. Терзали меня смутные сомнения по поводу собственного умения концентрироваться. Тем не менее, других реалистичных вариантов не было и я решил хотя бы попытаться. Последовав совету кошки, уселся на кровать, поджав под себя ноги, опустил веки и попытался полностью расслабиться.

Какое-то время абсолютно ничего не происходило. Мне даже подумалось, что Беатрис специально могла ввести меня в заблуждение. Тем более я уже пытался посмотреть на ловушку глазами, которые были напитаны силой. И это не сработало. Тогда как сейчас использовать собственную мощь строго запрещалось. Якобы это гарантированно мне помешает.

Когда я уже собирался прервать процедуру и заявить, что она неработоспособна, что-то показалось. Как будто язычок пламени мелькнул где-то справа. Я машинально чуть повернул голову и увидел ещё один огонёк. Новый.

Сначала не понял, что это вообще такое. Ровно до того момента, как из того места раздались звуки, напоминающие борьбу, вслед за чем послышался женский голос.

— Ну он же смотрит прямо на меня! Хозяину нужна помощь! Кто, если не я? Пусти, говорю. Мои сиськи не хуже твоих!

Выходит, рыжие языки пламени, которые плясали передо мной, это кицунэ? Неожиданное проявление силы, что сказать. Хотя нет — от лисицы как раз вполне ожидаемо. Что на самом деле внезапно — моя способность всё это рассмотреть.

Потом проступили чёрные канаты, которые были затянуты в узлы внутри шаманки. И не только они. Чем больше я вглядывался, тем сильнее росло количество узлов, которые были видны. Несколько крупных, десятка полтора средних и множество мелких.

Ради интереса повернув голову, я увидел Беатрис. Полыхающий синим пламенем позвоночник и энергия, что струилась внутри черепа. По сути у неё светился весь силуэт. Вот Клим отображался, как несколько клякс тёмно-серого цвета. Непонятно.

Защитную формацию, которая прикрывала найденные книги, я тоже благополучно обнаружил. Имелся только один нюанс — отображалась она пока в виде всё того же тумана. Дымки, что висела где-то впереди.

Не двигая головой, я оставил её в положении, при котором был виден этот туман и попытался расслабиться. Получилось не сразу, но сам подход оказался правильным — когда наконец вышло, дымка преобразовалась в странного вида пляшущие нити. А подождав ещё немного, я обнаружил перед собой самый настоящий узор из них.

Чем-то напоминал кусок связанной пряжи. Вот в тот самый момент, когда бабушка не так давно начала вязать и пока даже непонятно, что в итоге должно получиться. То ли носок, то ли свитер. Может быть вовсе шарф.

В голову пришла мысль, что при таком раскладе этот кусочек «пряжи» можно распустить. Сказано — сделано. Я попытался зацепить кусочек торчащей нити и потянуть.

К моему величайшему удивлению — получилось. С первого раза! Даже восторг на секунду накатил. Потом я правда подумал, что защиту мог ставить Борис и решил, что восторгаться на всякий случай стоит поменьше. После чего до меня дошло, что веки до сих пор закрыты и я их немедленно поднял.

— Получилось. А ты быстро обучаешься, мурр. Или это вторая душа тебя подталкивает.

Обиделась из-за моих мыслей по поводу сущности её сознания? Я было задумался над тем, что наверное стоит извиниться. Но тут сбоку послышался озадаченный голос шаманки.

— Как это вообще к нему могло попасть?

Увидев выражение лица девушки, я поднялся с кровати, поморщившись от боли в затёкших ногах. На плечо немедленно взлетела Беатра.

— Что там, мурр? Из-за чего паникуешь?

Развернувшись к нам, брюнетка продемонстрировала обложку книги в металлическом переплёте, углы которой тоже были окованы металлом.

Забавно, но подходы к названию книг у обычного и теневого миров были схожи. Слишком уж говорящим было наименование книги, которую держала в руках Влада. «Шестнадцать путей к Великому синему небу».

— Могли украсть. Или купить, мурр. Шаманы тоже торгуют знаниями.

Брюнетка ещё секунду помолчала, как-то странно смотря на кошку. Потом протяжно выдохнула.

— Эту книгу написал мой отец.

Прозвучало это настолько неожиданно, что даже Беатрис кажется на момент растерялась, не зная, что сказать. Вместо кошки, которая обычно по всем вопросам высказывалась первой, говорить начала Алиса.

— Но они ведь могли купить её где угодно… Если твой отец написал книгу, она ведь где-то продавалась, правильно?

Шаманка отчётливо скрипнула зубами. Потом развернула книгу, демонстрируя страницы, заполненные кривым мелким почерком.

— Он писал от руки и постоянно носил её с собой. Пополнял сразу после выполнения контрактов. Мечтал издать.

— Значит теперь есть шанс исполнить его мечту. Чего такая смурная, мурр? Ты только что нашла семейную реликвию.

На эту реплику девушка ничего отвечать не стала. Зато взгляд на Беатрис бросила весьма выразительный.

В голове сразу же всплыли все её рассказы, что касались отца. Как тот исчез во время выполнения очередного контракта. С точки зрения самой Влады, погибнув в процессе. Могу поспорить, сейчас она сильно жалела о смерти Уварова. Наверняка хотелось задать ему несколько вопросов по поводу найденной книги.

Тем не менее, пусть ответы на эти вопросы, я бы сам с радостью послушал, такой возможности сейчас не было. Зато, как неожиданно вспомнил Клим, в доме была техника. Пара ноутбуков и телефон. Которые удалось успешно разблокировать — в конце концов, у нас под рукой было живое и отлично функционирующее тело Уварова. Без разума внутри правда, но на отпечатки пальцев и сканы сетчатки это никак не влияло.

Пока шаманка и кицунэ, которая решила ей помочь, разбирались с техникой, я просмотрел все остальные книги. Одна оказалась генеалогическим древом самих Уваровых, другая посвящена всем остальным семьям, которые занимались подобной волшбой, а ещё три посвящены разнообразным лесным и горным духам.

Имелась парочка тех, что и правда оказались посвящены техникам, которые использовали в ментальной волшбе сами Уваровы. Одна только проблема — написаны они были так, что понять хотя бы что-то без консультанта под рукой, было невозможно. Как я предполагал, специально.

Что до устройств, которые благополучно «хакнули» девушки, там тоже почти не нашлось ничего интересного. Самым ценным была переписка с той самой Ольгой Молчановой. Которая, как минимум подтверждала, что парень не солгал — она действительно выходила с ним на контакт. Документ, в котором были пошагово расписаны адреса сайтов, на которые требуется зайти Алисе, тоже там имелся. Женщина в самой переписке просила его удалить, но колдун просьбу благополучно проигнорировал.

Собственный телефон я включил только после просмотра их общения. Тут же обнаружив целую груду сообщений — бывшие присяжники Пажевского продолжали писать практически без остановки, так что непрочитанных посланий у меня накопилось аж больше сотни.

Одновременно я понял, что с точки зрения всех остальных мы попросту взяли и пропали со связи. В Телеграме висело несколько непрочитанных посланий от Василия, плюс целая пачка от девушек, у которых теперь тоже появились телефоны.

Потому для начала ответил им, что всё в порядке и мы уже планируем выдвигаться назад. Собственно, так оно и было. Заниматься здесь было решительно нечем.

Правда, пришлось потратить какое-то время на то, чтобы перетащить все трофеи. Золото, оружие, деньги и книги. Самого колдуна мы тоже забрали. Вернее, тело которое от него осталось. Создание культа Кали всё ещё ждало человеческой оболочки. Если же верить словам Беатрис, на самом деле для него не было разницы, кем стать — мужчиной или женщиной. По той простой причине, что прямо сейчас у него и пола не было. Женщиной её попыталась назвать служанка. Машинально идентифицируя с самой собой, ввиду ощущения слияния с разумом духа.

Что наверное логично — как может быть пол у искусственно выращенной сущности, которая состоит из чистой энергии. Вот, после того, как создание вселится в тушку колдуна, половая принадлежность у него проявится в полной мере. А я выполню условия сделки.

Уже тронув машину с места, я вдруг понял, что дом снова пропал. Пространственная волшба сработала — мы не видели номера семнадцать.

Ради интереса, остановил машину. Сдав назад, вышел и достал из багажника тело колдуна. Если быть до конца точным — только собирался это сделать. Всё понятно стало уже на этом этапе. Как только я коснулся руки бывшего Уварова, как открылся вид на приличных размеров особняк.

Пожалуй надо будет поведать рактабидже, что ему полагается ещё и солидный бонус — укрытый от чужих взглядов дом, где можно заниматься абсолютно всем, чем угодно. Писать картины например, как он и хотел.

Если быть до конца честным, сейчас мои мысли текли совсем в ином направлении. Где-то около Иссык-Куля был дух, способный мне помочь. Да, к нему уже пытались пробиться родители. И не преуспели, скажем так. Однако, я духоглядец. Тот, перед которым привыкли склоняться. Даже если хозяин албарсты — ещё один такой же, как я, имелся шанс договориться. Либо я мог попытаться решить вопрос силой.

В любом случае — либо я предприму попытку и она окажется удачной, либо можно попрощаться со своей жизнью. В буквальном смысле.

— Это же Павел Первый!

Громкий голос Влады заставил вздрогнуть. Сама шаманка заметив мой взгляд, тут же попыталась объясниться.

— Император. Убит в тысяча восемьсот первом.

Стоп. Тот самый, которого табакеркой? Но… При таком раскладе это реально не шутка, получается. С одной стороны мы пытаемся убить настоящего императора, один раз уже убитого. Ну а с другой — я в самом деле имею прямое отношение к династии Романовых.

— Возможно это кто-то другой? — подал сзади голос Клим. — Мало ли там Павлов было.

— Вообще немного, — отозвалась Влада, взгляд которой был прикован к экрану телефона. — Одного не пойму, как он смог потом гусаром стать? И откуда вообще… Это же императорская династия. Не могут они просто так детьми разбрасываться.

— Законными не могли. Но кто будет считать бастардов, мурр? Кому они сдались. Так он гусаром и стал.

Интересная технология, что сказать. Да и в целом, я бы с этим императором даже поболтал. Не будь моя смерть обязательным условием его царского возрождения.

— А почему он тогда престол вернуть не пытался?

Это уже Алиса. Которая, судя по тембру голоса и правда не совсем понимала логику.

— Как? — повернула к ней голову Влада. — Заявиться во дворец и представиться? Рассказать, что он на самом деле Павел Первый и желает назад свою корону?

— Ему бы либо не поверили и казнили, либо поверили и всё равно казнили. Только в этот раз так, чтобы душа точно не улизнула.

Это уже Клим. А ведь соображает вроде как парень. Раньше он по большей части молчал. Теперь вот, когда начал говорить, выяснилось, что вполне тянет на рассуждающего аналитика. Другое дело, что выглядеть иначе он не стал. Всё тот же скользкий тип. Каким наверное и должен быть блукач.

— Он не смог, а мы сможем, мурр. Престол будет наш. Я заберу себе всю икорку мира.

— Ты хотя бы раз можешь не о жратве? — покосилась на кошку Влада.

— Даже такая холопка, как ты, должна понимать эстетику. Просто представь, мурр. Сотни тонн икорки в хранилище. А ты стоишь, смотришь и понимаешь, что всё это твоё… Стоишь… И смотришь…

Мурлыкнула она так, что сразу стало понятно — мечта вполне реальна. Если вдруг случится так, что кошка и правда окажется у власти, любителям красной икры я бы точно завидовать не стал. При таком раскладе, они её больше никогда не увидят.

— Угу. Вы мне лучше скажите, когда мы в этот Иссык-Куль поедем?

Ну вот. Шаманка не стала ждать. Сразу перешла к сути. Тому самому вопросу, который всё это время крутился у меня в голове.

— Как хозяин скажет, так сразу и вылетим. Но наверное побыстрее надо, да? Чтобы успеть…

Влада даже не покосилась назад, откуда говорила Алиса. Взгляд был устремлён исключительно на меня.

— Разберёмся с присяжниками Пажа, что-то решим с Оболенской и можно будет лететь.

— А что с ней решать, мурр? В наложницы брать надо. Или младшей женой сразу. Кто будет против породниться с царской кровью? Нет таких идиотов, н-да. Кончились.

— Пулю ей в голову, а потом пусть Верпа тело спрячет, — мрачно отозвалась на эту фразу Влада. — И вообще, ты достала уже со своим гаремом.

После этого они минут на десять замолчали. Тем более у Влады снова был мой телефон — девушка занималась той же самой задачей, что раньше. Пересылала сообщения в условный рабочий чат, где с ними начинали работать дальше.

Тем не менее, обмениваться острыми репликами они всё равно успевали. В основном сосредоточившись на Анне, наложнице и почему-то детях. Хотя этот вопрос я точно ни с кем не обсуждал. Да и вообще, для начала надо было выжить.

Тот факт, что ко мне прицепилась душа самого императора, технически ничего не менял. Но вот эмоционально… На какое-то время я даже задумался, что там на самом деле произошло? В официальной истории, Павла Первого задушили, ударив табакеркой в висок. Но терзали меня смутные сомнения, что подготовленного духоглядца можно было вот так просто одолеть. Скорее всего до полноценной рукопашной у них вовсе не дошло. Наверняка сражались с использованием силы.

Впрочем, эти мысли покрутились в голове совсем недолго. Сразу же вытесненные другими — о Марфе, поездке в Киргизию и Древнем. До сегодняшнего дня я мог только гадать в чём причина его противостояния с духоглядцем, который желал меня убить, но подозревал, что дело в обычном противостоянии. Теперь же, услышав версию Уварова в которой тот рассказывал про запечатывание императорской души, засомневался.

К чему такие сложности, если Древнему нужно просто разобраться с моим предком? Слишком уж сложная цепочка получалась. Или он по примеру киношных злодеев хочет дать ему новое тело, у которого нет нужной силы, а дальше регулярно болтать, вспоминая о старых временах?

Такой вариант, конечно, тоже имел право на жизнь. Но как по мне, выглядел не слишком реалистично.

Повернув руль, увидел впереди машину ДПС. Рядом стоял остановленный внедорожник, с водителем которого говорил один из патрульных. Его напарник, завидев нас, сразу же поднял руку, махнув жезлом.

Надо же. Тот самый капитан, с которым я в прошлый раз столкнулся на дороге, а потом узнавал про его знакомых в аэропорту. Как же он… Максим, кажется.

Начав притормаживать, вдруг услышал справа голос Влады.

— В лесах пусто вокруг. Ни зверья, ни птиц. Странно…

— Не так что-то, — вторил ей Клим. — Подвох чувствую.

Принимать решение требовалось быстро. Буквально за какие-то мгновения. И я его принял — утопил педаль газа, выкручивая руль и уводя роллс на встречку, подальше от полицейского.

Я ожидал, что тот удивится или на крайний случай потянется к оружию. Но вместо этого сотрудник развернулся и бегом кинулся к стоящему патрульному авто.

Звякнуло разбитое стекло. Второй раз. Лязгнул металл.

— Снайпер!

Роллс мчал прямо по разделительной полосе, уходя от места контакта. А я повернул голову, только теперь осознав масштаб проблем. Разлетевшееся от попаданий боковое стекло, дыра в двери, проделанная пулей, которая потом пробила ногу Клима. И возможно ещё одно попадание в корпус.

— Остальные целы?

Вернув внимание на дорогу, я потянулся силой к раненому блукачу, залечивая пулевое отверстие. Услышав подтверждающие восклицания Алисы и Влады, глянул в зеркало заднего вида. Внедорожник, который до того стоял на обочине уже мчал за нами. А позади него сверкали спецсигналы полицейской машины.

Это что получается, та первая встреча тоже была непростой? Меня и тут водили за нос? Всё ради того, чтобы втереться в доверие и при необходимости нанести удар.

Хлопнул выстрел и пуля ударила в заднее стекло. Ещё одна. Потом впереди замерцал маревом воздух и я вывернул руль, обходя неожиданно возникшее препятствие.

— Банник. Жалкий холоп, мурр. Да как он посмел поднять руку на духоглядца?

— Слышишь, аристократка в тысячном поколении, ты бы лучше сказала, что с ним делать?

Влада, которая держала в руках пистолет, оглянулась назад, пытаясь рассмотреть преследователей через заднее стекло.

— Убивать. Четвертовать и вешать, мурр. Как ещё быть с мятежниками против царя-батюшки.

Ещё один клубок раскалённого марева. В этот раз пройти вышло совсем рядом — я хорошо ощутил жар через автомобильную дверь.

Для того, чтобы ударить в ответ драконами, они были слишком далеко. Идти же на сближение, по понятным причинам мне не хотелось. Сзади часто захлопал пистолет Клима, который просто высунул руку с ним в окно и принялся жать на спусковой крючок. Но внедорожник только чуть вильнул в сторону — лобовое стекло у них видимо было бронированным. Либо все пули легли так, что водителя не ранило.

Оставалась Грана. Однако выпускать ворону в такой бой, тоже было рискованно.

Сделав ещё один поворот, я проскочил мимо остановки, на которой сидели местные бабули. Одна поднялась на ноги, потрясая в воздухе толстой палкой, на которую опиралась и что-то крича.

— Может ты уже сделаешь что-то, шаманочка? Ну так птичек им в лицо кинешь, мурр? Барсука под колёса.

— На полном ходу? Сама попробуй кого-то взять под контроль на такой скорости.

Влада повернула голову, разъярённо смотря на кошку. А я просто гнал дальше. Раз других вариантов не было, стоило просто мчать дальше в город. Там, в переплетении улиц, шансов будет куда больше. Ещё в Перми ждут все остальные. Отряд, способный помочь справиться с преследователями. Да я банально могу свернуть, выскочить, а потом долбануть своей силой, когда те из-за угла выскочат.

В лесу по правой стороне вдруг обнаружилась ещё одна патрульная машина. Правда её экипаж точно был не при делах — оба полицейских взирали на погоню с изрядным удивлением.

Проехав мимо, я глянул в зеркало заднего вида и увидел, как один из дпсников валится на землю, получив пулю из проезжающего мимо внедорожника.

— Если что, ты можешь кинуть в них шариком, мурр. Спалить холопов дотла.

Что? Очередная порция неожиданно ценной информации, которая пришла так вовремя, но одновременно с этим изрядно поздно?

— Что за шарик? О чём ты?

— Позволь своей силе отделиться. Сформируй комок и направь назад, мурр. Что тут непонятного? Ты же духоглядец.

А то она не в курсе, сколько именно дней я этим самым духоглядцем являюсь. Хотя, учитывая состояние самой кошки, оговорку можно было пропустить мимо ушей.

Зажав кнопку, я открыл своё боковое окно. Высунул пальцы на ветер. Представил, как сила идёт к ним из позвоночника, скапливается на кончиках и в конце концов отрывается.

Что интересно — уже со второго раза у меня получилось. Правда золотой шарик выглядел совсем крохотным и улетел куда-то далеко в сторону. Я слишком поздно сообразил, что чувствую его и могу управлять. По крайней мере, на какой-то дистанции.

В следующий раз, в воздух ушли сразу три небольших золотистых шара. Почти как файерболы, только из чистой энергии. Выходит, энергоболы?

Все три я отправил точно в лобовое стекло внедорожника, который шёл позади. Почти сразу же инстинктивно вжав голову в плечи. Обычно так и хочется сделать, когда относительно недалеко взрывается машина. Я конечно ожидал всякого, но не того, что они прошьют джип насквозь, заодно подорвав бензобак.

Нога тронула педаль тормоза, а из-за полыхающего внедорожника вынырнуло патрульное авто. С оплавленной дырой в стекле, но если говорить про всё остальное — целое. Вернее оно таким было. До того момента, как я отправил в полёт ещё два крохотных золотых шарика, которые ударили точно в переднее правое колесо. То буквально разлетелось на куски, а машина закрутилась на асфальте.

Через пару оборотов её накренило и перевернуло на крышу. Сила инерции протащила по дороге и автомобиль остановился на обочине, в секунде от того, чтобы свалиться в кювет.

Я же остановил роллс на десять метров дальше. Открыв дверь, шагнул на асфальт. Ну вот сейчас и узнаем, кем был этот капитан и почему он решил, что сегодня отличный день для моего убийства.

Когда я подошёл, капитан пытался выбраться. Даже дверь открыть успел и теперь собирался выползти наружу. Тут я ему мешать даже не стал. Для разговора, офицера и так требовалось достать. Только сформировал в своей правой руке шпагу, которую поднёс к его голове.

— Выбирайся. Только осторожнее. Дёрнешься как-то не так и придётся прикончить.

Зазевавшаяся Беатрис, которая только сейчас выбралась следом, взлетела на плечо.

— Пусть дёргается. Спускать кожу с предателей, это тоже работа и её кому-то надо делать.

Полицейский на миг замер. Покосился на мерцающий клинок. Потом вывернул голову, смотря снизу вверх.

— Я не мог ослушаться приказа. Никак.

— И кто же его отдал?

Тот наконец выбрался из машины и подбежавший Клим нагнулся, вытащив из кобуры его пистолет. Рядом встала, сложившая руки под грудью Алиса. Вот полицейский, вопросу не обрадовался. Чуть вытолкнув своё тело из смятой машины, от которой воняло бензином, снова поднял глаза вверх.

— Не могу… Нарушу присягу и всё. Конец…

— Может мне ему глаза вырвать?

Алиса наклонилась ниже, смотря на незадачливого мужчину. Клим, в правой руке которого был сжат пистолет, отодвинулся от неё чуть в сторону.

— Давайте его лучше к аяттаре отвезём, мурр. Она много чего умеет, может и тут подскажет.

Кицунэ тут же выпрямилась. Повернув голову, впилась взглядом в кошку.

— Я вообще тоже умею.

— Ну тогда покопайся в головушке этого холопа, мурр. Сделай своё грязное дело.

Рыжеволосая возмущённо нахмурилась, судя по всему собравшись обрушиться на кошку с отповедью. Но в этот момент позади послышался голос Влады.

— Может быть для начала стоит от машины отойти. Она же в любой момент рванёт.

Мы так и сделали. Для начала подхватив под руки полицейского и оттащив за собой. Потом связали ему конечности и открыли багажник роллса.

— О, его даже не поцарапало. Отлично.

Радости в голосе Алисы было столько, будто речь шла о личной игрушке, которую мы везли именно для неё.

— Кто у вас там? — прищурился лежащий на асфальте офицер.

— Колдунишка один. Мы ему немножечко мозг выжгли. Вот теперь в городе везём, чтобы этому отдать… Ну как его, демона этого?

Переведя взгляд на лисицу, которая озвучила всё это с абсолютно невинным видом, капитан заёрзал на асфальте.

— Я же правда рассказать не могу. Если бы мог, всё бы выложил. Но… Вот кошку спросите, она сама всё понимает.

— Конечно, мурр. Прекрасно понимаю, что таких надо свежевать и вешать на площади в назидание.

Лицо у капитана было такое, будто тот вот-вот расплачется. Я же дал команду Климу и мы вместе закинули его внутрь, после чего захлопнули крышку багажника.

Сообщение аяттаре я набросал сразу, как мы загрузились в роллс-ройс. Но Анниса не ответила. Ни сразу, ни спустя какое-то время, когда мы уже оказались в Перми.

Как итог, я решил заявиться без предупреждения и мы помчались к её центру помощи бездомным.

Вот только сейчас здание выглядело иначе. За решётчатым забором не было заметно мёртвых тел, но и движения никакого не просматривалось. Даже бродящие снаружи и вроде как прогуливающиеся «клиенты» её центра сегодня не появлялись.

Стены дома были пронизаны чужой силой, поэтому достоверно определить, что там происходило внутри и есть ли живые, я тоже не мог. Но в тех частях постройки, которые удалось рассмотреть, точно никого не было.

Спустя несколько минут мы уже вломились внутрь, вскрыв боковую дверь. Что ситуация немного выходит за рамки нормального стало понятно почти сразу — когда наткнулись на труп первого из бойцов аяттары. Чуть позже нашли второго, а дальше тела стали встречаться повсеместно. Мы же добрались до той самой комнаты с бассейном, где Анниса нас встречала. Сейчас её двери, около которых лежало тело одного из охранников, были настежь распахнуты.

— Вот к чему приводит излишняя хитрожопость.

Голос Алисы пусть и был мрачным, но определённое торжество в нём имелось. Сбоку на лисицу тут же устремился взгляд Влады.

— Кто бы говорил. Она хотя бы рамки приличий знала, а не с голым задом щеголяла повсюду.

Они бы наверное и дальше пререкались, но я остановил дискуссию, подняв руку. Всё никак не мог привыкнуть, что для представителей теневого мира, смерть это из разряда относительно нормальных вещей. Ну убили кого-то, подумаешь. Если есть нужные узоры — станет духом и может быть обретёт второй шанс. Нет — значит отправится дальше. Вот это кстати очень интересный философский вопрос — даже Беатрис пока не смогла мне рассказать, куда именно с точки зрения всех остальных, отправляются души погибших.

Вот мне, смотреть на тело аяттары, было не слишком комфортно. Возможно она была злым духом, пролившим реки крови ради своего нового тела, но в моём случае, женщина являлась союзницей. С выгодой для себя любимой, понятное дело. Но зато поделилась информацией о «дяде». Андрее Калинине, конечно если это его настоящее имя.

На этом моменте захотелось немного на самого себя покричать. Потому как, анчутка о котором шла речь, уже должен был появиться в Перми. На миг даже возникла идея, что это всё — его рук дело. Но… Сомнительно, что слабый дух, пусть даже немного обученный ментальным штукам, оказался способен на такое.

— Значит остаётся только резервный вариант, мурр. Взяться за него самому.

— Будем выдавливать глаза и сдирать кожу? — повернулась к кошке Алиса.

— Давить золотой мощью. С нами ведь духоглядец, мурр.

Понятное дело, я почти сразу поинтересовался о чём она вообще говорит и что именно от меня ожидается? Как быстро выяснилось — ничего сверхъестественного. Достаточно было по максимуму напитать глаза силой и смотреть на этого самого полицейского. Пытаясь «расплавить» любую ментальную защиту, которая у него стояла.

Таковая всё равно привязывалась к душе, так что по идее моих возможностей в качестве духоглядца должно было с головой хватить. Правда, без должного опыта и подготовки, вероятность летального исхода зашкаливала. Но этот факт никого не смущал. Скорее напротив — наша небольшая группа была рада, что удалось найти альтернативный вариант решения проблемы.

Для начала я отъехал подальше от здания центра. Не знаю, как именно от него отвели глаза на момент схватки. Однако находиться здесь в момент, когда появится полиция или союзники Аннисы, заявившиеся, чтобы выяснить детали, мне совсем не хотелось.

Тело хийси, к слову тоже было там. Изрешечённое пулями, а для надёжности ещё и обезглавленное — валялось на дне того самого бассейна, над которым финн до того крутился. Что намекало — женщину прикончили вовсе не его освободители.

Притормозив в глухом переулке между двумя старыми зданиями, в которых никто не жил, открыл багажник.

— Отпустите меня. Я… Постараюсь убраться подальше отсюда. В Москву уеду.

— Ну конечно, мурр. Уедет он. А ментальные закладочки из головы своей куда денешь? Сам от них избавишься?

Вытащив мужчину, прислонили его к стене одного из зданий. Увидев, как начинают полыхать золотом мои глаза, он снова зашевелился.

— Вы же мне мозги спалите. Или душу в клочья… Не надо так. Я же правда не могу сказать.

Влада, которая стояла, прислонившись к роллсу, громко хмыкнула.

— Думал ли ты о таком, когда пытался нас убить, лживое отродье? Назови хотя бы одну причину щадить тебя?

Грана, которая сидела у шаманки на плече, согласно каркнула. А вот полицейский с ответом не нашёлся. Замялся, видимо пытаясь что-то придумать. Правда было немного поздно — я уже дошёл до того уровня насыщенности глаз силой, после которого, по словам Беатрис, можно было приступать к делу. Чем я немедленно занялся. Устремив взгляд точно в распахнутые очи полицейского.

Не зря видимо говорят, что глаза зеркало души. На деле оно так и оказалось — спустя всего несколько мгновений, капитан начал отчаянно пытаться сдвинуться в сторону. Не слишком удачно — там его придерживали Клим с Алисой.

Что до меня — сначала ничего интересного не ощущалось. Зато потом я вдруг почувствовал, будто в его голове что-то распадается на части. Плавится, течёт и разливается в разные стороны.

В следующий миг вдруг мелькнул серебристый проблеск. Крупная капля серебристой силы, на которую я немедленно уставился. Удивившись настолько, что разом забыл про всё остальное. В том числе о собственной мысли, что пора бы сделать паузу.

Капля, на которую я перевёл взгляд, вдруг стала серебристой нитью, которая дугой протянулась внутри черепа капитана. Ещё секунда и тонкая полоска брызнула в разные стороны, а сам капитан захрипел, вжавшись в стену.

Я тут же попытался ослабить давление при помощи собственных глаз, но судя по всему, с ними это было связано только косвенно. Потому как лучше мужчине не стало — ещё несколько раз дёрнувшись, он затих, привалившись к стене.

Рассказывать остальным не пришлось — серебристую каплю видели абсолютно все. Выводы тоже сходились. Раз мы наблюдали силу Древнего, значит в этом замешан его посланника. Если быть до конца точным — посланница.

Имелся большой соблазн немедленно нагрянуть в гости к Молчановой, задав той пару вопросов. Но как по мне, всё это легко могло оказаться ловушкой. С одной стороны, мысль о том, чтобы зачистить кого-то вроде меня при помощи снайпера, казалась логичной. Не знай о планируемой атаке, мог пропустить пулю и тогда всё было бы кончено. Ну а с другой — план отдавал изрядным дилетантизмом и самоуверенностью. Не так много в мире людей или иных сущностей, которые решат, что стрелка с винтовкой будет достаточно для ликвидации духоглядца.

Тем более было непонятно, зачем за нами гнаться после того, как базовый план провалился и снайпер промазал. Он, кстати, так и остался ведь там в лесу. Хотя этому типу наверняка оставили собственный транспорт. Сомневаюсь, что любая из рванувших за нами машин, рассчитывала потом вернуться на место.

В любом случае, я поступил так, как подсказывала интуиция — заехал поесть. Естественно, вместе со всеми остальными. Обосновались мы на втором этаже небольшого заведения, где под пристальным взглядом официантки заказали практически всё меню.

Причина её выражения лица дошла до меня только после того, как девушка удалилась. Будучи в доме Уварова, девушки сменили одежду. И я настолько привык, что даже не обращал внимания. Хотя, наверное стоило бы — Алиса щеголяла в красном корсете с декольте и тканевых шортах, а Влада оделась в тонкую декольтированную рубашку на голое тело. Прикрыв ноги обтягивающими штанами. В процессе зачистки дома, бельё у неё промокло в воде настолько, что брюнетка решила его снять.

Вот Клим выглядел относительно прилично. Обычная классическая рубашка и брюки.

Впрочем, солидный размер заказа тут же заставил официантку забыть о всех своих подозрениях. А мы погрузились в обсуждение недавних событий.

— Надо всех привести к присяге, мурр. Если эта дипломатка кому ещё в голову залезла, он сразу концы отдаст.

Беатрис плавно переместилась с моего плеча на стол. А напротив тут же заговорила Алиса.

— Или заявиться и прихлопнуть её. Что нам стоит? Убьём ведь, правда? Все вместе точно справимся.

— Либо так, либо сами все там ляжем, — мрачно обозначила альтернативу Влада.

На самом деле вопрос победы над кем-то вроде посланницы Древнего, был совсем не очевидным. И единственным союзником, который мог бы тут пригодиться, была Анна Оболенская. С одной маленькой оговоркой — сам Древний был в курсе существования этой самой царской души. Как и его посланница, которая сама инструктировала Уварова. Даже если предположить, что у нас получится вывести женщину на беседу, либо одолеть её и потом допросить, она может рассказать такого, что потом придётся разбираться с совершенно новой проблемой. Которую я организовал своими собственными руками.

— Можно сначала заставить всех дать присягу, а потом отправить в бой.

Это уже Клим. И мысль неплохая, если подумать. С одним «но» — доверия ко мне после такого фокуса не будет. А кто именно из моих новых «подданных» заслуживает смерти, сказать навскидку сложно. Тут нужно куда больше времени. Тем более для посланницы Древнего, они скорее всего окажутся на ползуба.

Пожалуй, единственным настоящим союзником, помимо Оболенской, мог бы стать менкв. Тот самый, с которым меня пытался «познакомить» Пажевский. Однако я хорошо помнил его слова о том, что ещё приду к нему и всегда приходил. Не нужно быть гением, чтобы догадаться — речь шла как раз про того духоглядца, душу которого я так отчаянно пытаюсь отсечь от своей, а потом уничтожить. Он и заявлялся к этому менкву.

Возможно у нас действительно общий враг в лице Древнего, но терзали меня смутные сомнения, что старинное существо решит помочь мне избавиться от чужой души. Скорее подтолкнёт к краю пропасти, чтобы избавиться от надоедливого чужака и поскорее встретиться со старым союзником.

Попытаться с ним переговорить можно. Но только после того, как я останусь в этом теле один. До тех пор любых контактов стоит избегать.

Принесли первый заказ — куриные котлеты с гречкой и хинкали. Потом, почти сразу притащили порцию борща, который заказала Влада. Следом — мой стейк.

Последними на столе появилось блюдце со сметаной. Икры в небольшом ресторане не оказалось, что Беатрис заметно вывело из себя, но к счастью кошка решила остановиться на сметане.

Заведение я покинул с уже сформированным планом. Для начала — добраться до дома и организовать что-то вроде собрания всех, кто решил присягнуть мне на верность. Потом — та самая присяга, про которую шло столько разговора. Наконец — военный совет. Многие из бывших «вассалов» Пажа жили тут уже очень давно. Вполне вероятно, им было известно, как можно подобраться к сущности, с которой Древний поделился собственной силой.

Когда до дома оставалось всего несколько кварталов, рядом послышался озабоченный голос Влады.

— Что-то странное рядом. Грана чувствует… Не уверена. Никогда такого не видела.

— Так ты расскажи, мурр. Поведай нам.

Губы шаманки чуть дёрнулись.

— Микроавтобус. Окна изнутри завешаны одеялами. Выглядит, как…

Сзади вдруг зазвучал напряжённый голос Клима.

— Как транспорт из табора ромалов? А одеяла цветастые?

Брюнетка даже глаза чуть приоткрыла от удивления. Потом правда сразу опустила веки обратно.

— Да. Но как ты…

Договорить не успела — блукач тут же её перебил.

— Уходим! Прямо сейчас!

Алиса, Влада и Беатрис начали говорить почти одновременно. Я поставил ногу на педаль газа. А в следующую секунду откуда-то справа вывернул ещё один разбитый микроавтобус, увешанный то ли коврами, то ли одеялами. И на полном ходу врезался в роллс, отбросив нас к стене ближайшего дома.

Нас буквально прижало к стене — я впервые в жизни видел, как крыло машины высекает настоящий фонтан слепящих искр. Думал так только в жизни бывает, ан нет — в реальности подобные эффекты тоже есть.

Педаль газа я машинально утопил в пол и машину потащило вперёд. Движок вытаскивал из ловушки, в которую нас загнал микроавтобус.

Сзади хлопнул пистолет Клима.

— Псоглавцы! Надо уходить!

Повернув голову, я увидел, как из окна микроавтобуса высовывается мужчина, чья голова и правда напоминала чрезмерно увеличенный череп пса. Помимо того, что неизвестный решил показать это безобразие миру, он ещё и принялся доставать какое-то оружие. Поэтому я сходу ударил золотыми нитями, собираясь прошить ими его голову и прикончить противника.

К моему удивлению, не вышло. К счастью, именно в этот момент роллс-ройс окончательно вырвался из ловушки и попёр вперёд. Но вот сзади тут же загремели самые настоящие очереди. И на киношную потеху, когда пули весело звенят по багажнику, не нанося никакого урона, это похоже не было.

Несколько пробив заднее стекло, следом ударились в лобовое, одно по-моему засело в подголовнике моего сиденья, а добрых два десятка застряли в спинке заднего сиденья.

Наверное мы всё-таки выбрались бы, но тут из проулка выскочил парень на мопеде. Он уже начал поднимать пистолет-пулемёт, сжатый в руке — сохрани я прежний курс, высадил бы весь магазин прямо по салону. Поэтому пришлось выкрутить руль, идя на таран.

Ударило так, что я аж подпрыгнул, а со стороны Влады сработала подушка безопасности. Заодно машину занесло сильно в сторону и через секунду мы влетели в столб.

Вот теперь, подушка сработала и на моей стороне. Пришлось пустить в дело силу, укорачивая её полноценным длинным кинжалом. После чего осторожно помочь освободиться Владе.

— Кошка…

Услышав растерянный голос Алисы я повернул голову. И несмотря на ситуацию замер с открытым ртом. Беатрис лежала у неё на руках. Белая шерсть окрашивалась в красный, а в боку кажется была дыра от пули. Так вот почему она молчала.

— Не страшно. Выживет, — бросила сбоку Влада. — Свинцом имперскую кошку так просто не взять.

У самой девушки голос тоже был сдавленный, да и левую руку она прижимала куда-то к области своего живота. Правда поинтересоваться в чём именно дело, я не успел — сзади зазвучал голос Клима.

— Гранатомёт! Из машины!

Распахнув дверь я выскочил. Действительно гранатомёт. Как в тех фильмах, где показывают, как стреляют из РПГ. Только этот держал мужчина с головой пса и целился в наш роллс.

— Назад!

Заорав, я запустил пару тех самых энергоболов, рассчитывая, что хотя бы они сработают и превратят противника в груду обугленной плоти. Но уже на ходу отметил, что ничего подобного не случилось. А потом сзади жахнуло. Да так, что ударная волна сбила меня с ног.

Вскочив, кинулся к углу здания, вытаскивая из-за пояса пистолет. Клим, который уже укрылся за мусорным баком, стрелял из своего. Влада и Алиса прижались к стене около того самого здания, к которому я бежал.

— Ранена?

Завернув за угол я озвучил вопрос и тут же слегка высунулся. Непривычно это — чувствовать себя уязвимым. Хотя, с чего я взял, что уязвим? Можно ведь просто окружить себя барьером и спокойно их перестрелять?

— Слегка зацепило.

Шаманка лгала. Для этого не требовалось прислушиваться к её эмоциям — всё было на виду. Когда тебя чуть цепляет, на одежде не расплывается таких пятен крови.

— Клим, забери их и уходи. Напиши Василию, предупреди, что случилось. Если у них там тихо, пусть встретит.

Блукач, который только что свернул в тот же самый проулок, что мы, удивлённо покосился.

— А вы? Это же псоглавцы.

— И что? Окружу себя защитой, потом выйду и прострелю каждому башку.

Парень на секунду замялся, будто не зная, как сообщить неприятную новость.

— Ваша сила на них не сработает. И пули не остановит — они их в своей крови вымачивают.

Чего только не узнаешь, пока тебя пытаются убить цыгане с головами псов. Этим-то вообще что от меня надо? Тоже на Древнего работают?

Около микроавтобуса мелькнула фигура и я выстрелил. Псоглавец ответил длинной очередью, которая стеганула по кирпичам.

— Их было несколько… Микроавтобусов. Все стягиваются сюда.

Голос у Влады стал намного тише. Я же попытался влить немного силы в Беатрис, чтобы привести ту в норму. Ожидаемо не сработало — видимо раны от пуль, вымоченных в крови этих уродцев, тоже было вылечить не так просто.

— Грана видит, куда именно они едут?

Вот вроде знаю, что всё равно не могу сейчас помочь шаманке, но невозможность даже попытки изрядно бесит. Надо будет потом найти этого китайца и в самом деле открутить ему голову. Желательно перед этим прострелив.

— Один блокирует, — она слабо махнула рукой. — Ещё три идут с вон той стороны.

Итого четыре. Даже если в каждом по трое таких «псов», отбиться будет сложно. Особенно, если таскать за собой двух раненых.

— Алиса, Клим — прикройте Владу и заберите Беатрис. Уходите налево, а я уведу их направо.

Взгляд блукача заметался по сторонам. Вот уж не ожидал. Думал, он первым рванёт прочь, как только возможность представится.

— Не выживете один. Вы же… Духоглядец, который ни хрена не знает о духоглядцах!

Формулировка верная — хрен поспоришь. Да я и не собирался. Правда ответить ему ничего не успел. Рядом зазвучал голос Алисы.

— Я пойду с господином и прикрою. Уходи. Всё будет в порядке.

Сомнение в глазах Клима всё ещё оставалось, но теперь его стало куда меньше. Сам я решив, что с этим можно будет разобраться позже, шагнул ближе к Владе.

— Насколько серьёзно? Ты же не собралась помирать?

Та слабо улыбнулась.

— Шаманку, которая прошла посвящение, так легко не убить.

С другой стороны по нам снова ударили короткой очередью, на что Клим ответил одиночным выстрелом. Гранатомёт видимо оказался одноразовым, а псоглавец выжил только один. Что заставляло его воздержаться от активных действий.

Мы с Алисой подхватили шаманку под руки и потащили к выходу из проулка. Потом быстро пересекли узкую улицу — мы сейчас были в старом микрорайоне, который власти уже давно собирались перестраивать.

— Уже совсем рядом!

Влада яростно выдохнула слова, когда мы оказались в проходе на другой стороне и я тут же выскочил назад на дорогу. Усмехнулся, услышав как слабо матерится шаманка, которую утаскивал Клим. И сформировал около своей левой руки несколько шариков с концентрированной силой.

— Не работают же!

Алиса, которая подняла две руки, в каждой из которых держала по револьверу, была права. Только вот первоначальное утверждение касалось самих псоглавцев. А не техники на которой они перемещались.

Объяснить я это не успел. Зато продемонстрировал — когда на улицу выскочил чёрный раздолбанный микроавтобус, отправил их в полёт. Траектория была идеальной — уклониться противник никак не мог. Но в результате получил пшик. Похоже свой транспорт они тоже периодически смазывали кровью. Иначе я не мог объяснить, почему шарики погасли даже не вступив в контакт с металлом.

Положение слегка исправила кицунэ, которая принялась лихо палить из обоих револьверов. Судя по виду, прихваченных из дома Уварова. Сам я тоже присоединился, немедленно опустошив весь магазин пистолета.

Обрушившийся на них поток свинца, вынудил водителя крутнуть руль — микроавтобус протаранил остов какой-то развалюхи, вросший в асфальт и остановился. А вот мы напротив — побежали. Сначала назад, заодно засветившись перед псоглавцами, которые уже бежали по тому самому проулку, из которого мы отступали. Потом, спустя полсотни метров, свернули направо.

К тому моменту преследователи уже начали стрелять, потому мы предпочли нырнуть налево. Возвращаясь на ту же сторону, с которой пришли и уводя их подальше от раненых.

— Тут рядом парк, — лисица вытряхнула пустые гильзы и те зазвенели по тротуару. — Там будет шанс оторваться.

Откинув в сторону пустой магазин, я вставил новый и нажал на рычажок сбоку, позволив затвору встать на место. Оглянулся назад. Потом посмотрел на непривычно серьёзную Алису.

— Думаешь мы с ними не справимся?

— Псоглавцы. Они почти никогда не выбираются из своих общин. Если вышли, будут охотиться до конца. Или ты их, или они тебя.

Вот почему настолько мощных союзников получил не я, а посланница Древнего? Да ещё и в бой их кинула настолько неудобно. Тоже помощью провидицы воспользовалась?

Завернув за угол, я остановился и высунул руку с пистолетом. Дождавшись, когда через секунду покажется первый из преследователей, дважды нажал на спусковой крючок.

Что сказать, стрелок из меня получился не самый лучший — ни разу не попал. Этот тип тут же поднял свой автомат, поливая меня свинцом.

Неприятное, к слову открытие — у тех, кто вылез из второй волны микроавтобусов, было полно автоматов. Что мне совсем не нравилось.

Теперь мы просто бежали. Потому как сталкиваться с такими вот отморозками, будучи вооружённым только пистолетом, мне не хотелось. К хорошему привыкают почти моментально. Вот и я привык, что моя сила способна побороть почти всё, что угодно. А если с чем-то не справляется, можно капнуть кровью на язык Влады или попросить совета у Беатрис.

Прямо сейчас обе они были ранены, а я уходил от погони в компании кицунэ, которая на ходу набивала барабан второго револьвера патронами. Не сказать, что это сильно напоминало жизнь обычного человека, однако было куда ближе к ней, чем к будням духоглядца.

Если до того дворы были в основном пустыми, то выскочив к самому парку, мы вдруг обнаружили на лавочке бабулек. Снова трёх — моментально впившихся в нас внимательными взглядами.

— Ох, кино снимают никак, Нитична. И нас старых, покажут. А я и не накрасилась сегодня.

— Кому мы там нужны, вырежут небось, как в прошлый раз.

— И не говори, эти режиссёры ейный совсем стыд потеряли!

У меня на короткий миг даже интерес проклюнулся — под прицел каких камер они так угодили, что кадры вырезать пришлось. Однако прямо сейчас имелась другая проблема — если не уберутся отсюда, то попадут под прицел самых настоящих автоматов.

— Выстрелы слышали? У нас тут операция. Шпионов ловим. Давайте-ка домой быстрее!

Три пенсионерки смерили меня недоверчивыми взглядами.

— Если вы их ловите, то чего убегаете тогда?

— Эт ты штоль ловишь? Да ты ж этот… Хипстер!

— Нет больше хипстеров, Никитична. И рокеров нет. Все вымерли. Только зумеры остались…

Сам я замер в полном недоумении. Потому как даже близко не представлял, что делать, чтобы отправить непробиваемых бабулек домой.

— Бандосы за нами гонятся. С автоматами. Хотите внукам в глаза ещё глянуть, бегите!

Вот у Алисы слова нашлись. Она в конце ещё и пальнула лихо, разбив стоящую на крыльце трёхлитровую банку. После такого фокуса одна из бабулек схватилась за сердце, запричитав, что та банка ей тридцать лет верно служила и ещё бы столько же протянула. Но оставшиеся две утащили товарку под руки в подъезд. Мы же рванули в сторону парка.

Ухоженным он быть уже давно перестал. Зарос травой и молодыми деревьями, одичал, а на другом своём краю вовсе смыкался с лесом. Как-никак, окраина города. И не та, что активно развивалась, а скорее уж заброшенная.

Перебежав дорогу, мы нырнули под прикрытие стволов деревьев. Как раз вовремя — по ним ударили автоматные пули. Очень непривычные ощущения — стоять, прижавшись спиной к дереву, когда с другой стороны по нему хлещет свинец. Честное слово — на бой с тем типом, которого выставила против меня Оболенская, было куда менее страшно.

Однако, собрав силу воли в кулак, я опустился на одно колено. И высунувшись из-за дерева, несколько раз нажал на спусковой крючок.

Не зря говорят, что новичкам везёт. В подобной перестрелке я участвовал впервые и успешно поразил цель — один из псоглавцев схватился за живот и перестал стрелять. Потом ещё дважды пальнула Алиса и остальные автоматчики рассыпались, ища укрытие.

Только вот из-за дома уже выбегали новые. А где-то за их спинами двигались другие. У противника хватало людей, чтобы легко обойти нас с флангов, зажать и расстрелять. Даже такой полнейший дилетант, как я, это прекрасно понимал.

Поэтому мы снова побежали вглубь парка. Какое-то время даже казалось, что всё нормально. В том плане, что позади конечно кричали и куда-то стреляли, но мы от беснующихся псоглавцев были далеко впереди. При этом до леса оставалось не так много. А там — полноценная тайга, по которой можно бежать очень далеко.

В обычной ситуации, городской мужчина и легко одетая девушка на территории тайги напротив стали бы лёгкой мишенью. Тем более, преследующие нас парни, своими повадками напоминали детей кукурузы. Не говоря уже о пёсьих головах. Почти каноничный сюжет для очередного фильма ужасов.

Однако в этом конкретном случае речь шла про духоглядца и самую настоящую кицунэ. Мы были намного крепче и выносливее обычных людей. Что позволяло легко оторваться от погони.

Разочарование пришло в момент, когда мы почти добрались до заветного леса. Впереди вдруг замелькали странно знакомые фигуры и зазвучали выстрелы.

К счастью у новой группы противников, автоматов не было. Похоже все ушли на то, чтобы вооружить команду преследования. Но добрый десяток псоглавцев с ружьями и пистолетами, это тоже серьёзный заслон. А если посчитать тех, что позади, их не меньше двадцати получается. Может быть даже больше к тридцати. Как-то многовато, если вспомнить, что нас всего двое.

Попытка стратегического отступления в другом направлении тоже провалилась. Сзади на нас выскочила пара автоматчиков, а со стороны леса зажали новые противники. Пришлось по доброй воле лезть в овраг.

Отсюда я благополучно прострелил колено одному из преследователей и они рассыпались, укрываясь за деревьями. Я же закрутил головой, пытаясь отыскать место, где из этого оврага можно вылезти. Потому как он вроде и был неплохим укрытием, однако, одновременно с этим казался ловушкой.

— Хозяин может сейчас ответить честно?

Повернув голову я столкнулся с взглядом кицунэ.

— Может. Но лучше бы спросить в другой раз. Когда выберемся.

В кармане завибрировал телефон. Возможно там был Василий, который сообщал, что уже на подходе. Но над головой пронеслась порция свинца, ударившая в стену оврага напротив и я отвлёкся на то, чтобы сделать два ответных выстрела. После чего заменил пустой магазин на полный. Последний из тех, что у меня имелись.

— Я тебе нравлюсь? Почему ты меня отвергаешь?

На миг я аж растерялся. Насколько сильно, что слов не нашлось. Ситуация, мягко говоря, к таким вопросам была не располагающей. А вот девушка рядом тихо засмеялась.

— Хотела сказать — если вдруг сегодня я не смогу вернуться назад, знай, что я пыталась с тобой трахнуться не только потому что ты духоглядец.

Теперь вопросов и непонимания у меня стало намного больше. Ну а в следующую секунду я машинально отодвинулся. Каждый бы наверное так сделал, увидев, как начинает изменяться хрупкая стройная девушка, которая стоит в паре шагов.

Удлинившиеся пальцы захрустели, обращаясь полноценными когтями. Вертикальные глаза полыхнули ярко-жёлтым, плечи как будто начали становиться шире.

Да нет — в самом деле начали. Вон, корсет уже принялся лопаться по швам. И задница увеличилась так, что шорты разошлись.

Совсем рядом снова зазвучали выстрелы. А кицунэ, которая до того не отрываясь смотрела на меня, развернулась и помчала дальше по оврагу. Стремительными длинными прыжками по несколько метров каждый и перемещаясь на четырёх конечностях.

Она собирается зайти к ним в тыл? Или это такой способ обхода присяги и лисица сейчас просто уйдёт.

Псоглавцы принялись гортанно перекрикиваться между собой и я выставил руку с пистолетом, не глядя выстрелив в их сторону. Сейчас противники были слишком близко, чтобы вести прицельный огонь. Стоит мне продемонстрировать собственный череп, как в нём немедленно наделают дырок.

Крик. Наполненный болью и страшный. Потом ещё один. Звуки выстрелов. Беспорядочные вопли.

В этот раз я решил рискнуть и всё-таки высунул голову. Увидев, как один из псоглавцев отступае спиной к оврагу, крутя по сторонам стволом автомата, навёл оружие на его затылок и вдавил спусковой крючок.

Другой высунулся из-за дерева, решив взять меня на прицел. Но рядом тут же мелькнула женская фигура и враг осел на землю со вскрытой грудной клеткой.

Алиса орудовала максимально эффективно. Настолько, что у меня даже появился вопрос, почему девушка так раньше не сделала? Единственное, что пока тянуло на реальную причину — её собственные слова о том, что может не вернуться.

Какое-то время подождав, я выбрался из оврага. Добежав до ближайших деревьев, огляделся. Убедившись, что рядом никого кроме мёртвых псоглавцев, достал телефон, проверяя уведомления.

Звонить мне никто не стал. А вот сообщения имелись. Василий в самом деле сообщал, что уже выдвигается навстречу Владе с Климом, а потом идёт за мной. Шувалов отписался, что выдвигается на место перестрелки, куда уже стягивается полиция и будет держать меня в курсе.

Где-то в стороне послышался одиночный выстрел, следом за которым раздался крик. Потом автоматная очередь и ещё один крик. Похоже Алиса добивала немногих оставшихся в живых.

Кратко описав обоим ситуацию, убрал телефон в карман и шагнул вперёд. Тут же подняв руку с пистолетом — как выяснилось, далеко не все псоглавцы были в самом деле мертвы. Например вот этот — с большой раной в брюхе, чувствовал себя вполне сносно. Даже шевельнуться сейчас смог.

Подавив искушение выстрелить ему в голову, я остановился рядом.

— Зачем вы на меня напали? Тоже присягнули Древнему?

Мужчина повернул свою уродливую голову. Моргнув, прогундосил.

— Что? Кому?

— Древнему. Тому, кого вы зовёте хозяином леса. Это он вас прислал.

Тот помолчал, как показалось, смотря на меня с лёгкой растерянностью.

— Ты убил старейшину. Твоя курица убила… Мы пришли мстить…

Смысл сказанного дошёл до меня только секунд через десять. Уже после того, как этот псоглавец окончательно затих.

Курица. Та самая, что сбежала после схватки с волколаком. Как она могла убить старейшину таких вот монстров?

Качнув головой, я двинулся дальше, намереваясь добраться до противоположного края парка и дождаться там Алису или Василия. Но кицунэ встретилась раньше. Вынырнула из-за дерева. Уже в прежнем облике — тоненькая и хрупкая. В одном корсете, который сейчас висел лохмотьями.

Прежде чем я успел что-то сказать, одним рывком оказалась рядом. Ловко опрокинула на землю, сжав одной рукой ту мою конечность, в которой был пистолет. Поёрзала задницей. Наклонилась, смотря в глаза и почти касаясь своими губами моих. Хрипло зашептала.

— Сегодня ты станешь моим, хозяин.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.