Dark fantasy-триллер с вайбами «Игры в кальмара», «Тетради смерти» и «Мастера и Маргариты». Для любителей dark academia, психологических триллеров, историй о «сделке с дьяволом» и социальный антиутопий.
В аду находится древний университет, где изучают самый важный предмет – «Как сделать человека несчастным». Пока одни демоны придумывают примитивные соблазны, трое студентов решают действовать радикально: подарить людям именно то, о чем они мечтают больше всего.
Неуверенный парень получает способность вычислять шансы на любовь и постепенно превращает отношения в циничную игру с процентами и чужими чувствами. Офисный сотрудник подсаживается на дьявольское казино, где ставкой становится смерть. А влиятельный бизнесмен ради бессмертия готов буквально украсть чужую жизнь.
«Университет демонов» – мрачный, азартный роман о том, как легко человек оправдывает собственное моральное падение, если награда кажется слишком заманчивой. И о том, что настоящий ад начинается вовсе не после смерти.
Хотите – читайте, хотите – слушайте. В аудиокниге вас ждет реалистичный саунд-дизайн и озвучка актера дубляжа Александра Гаврилина в лучших традициях серии «Healing stories».
V 1.0 by prussol
Серия «Healing stories. Светлые книги для темных дней»
악마대학교 by 김동식
The Devil's University © 2025 Kim Dongsik
First published in Korea in 2025 by Hyundae Munhak Publishing Co., Ltd.
Russian Translation © 2026 «Publishing House «Eksmo»
ALL RIGHTS RESERVED
This translated edition was published by arrangement with Hyundae Munhak Publishing Co., Ltd. through Shinwon Agency Co., Ltd.
Перевод с корейского
© Ванюкова Д., перевод на русский язык, 2026
© Бортник В.О., обложка и иллюстрации, 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Прижимая к груди несколько толстых учебников, демон бежал по коридору. Он так спешил, что время от времени использовал короткие телепортации, чтобы наконец оказаться перед аудиторией. Открыв дверь, он увидел пылавших жаждой знаний демонов, некоторые из которых в буквальном смысле горели. Опоздавший присоединился к группе, с глухим стуком опустив на стол тяжелые книги. Профессор бросил на него косой взгляд, нахмурился и продолжил:
– Итак, следующий докладчик. Что вы придумали?
Один из учеников, дрожа от напряжения, вскочил и попытался телепортироваться к кафедре, но, айкнув, рухнул на пол.
Сцена могла бы показаться смешной, однако никто не рассмеялся. Проверка перед июньским «Конкурсом креативно-интеграционных разработок», ради которого, собственно, и существовал университет, – событие важнее любого выпускного. Через несколько дней сюда прибудут высокопоставленные гости, чтобы выслушать доклады на тему «Как сделать людей несчастными» и присмотреть себе самых перспективных студентов.
Упавший вверх тормашками демон поспешно взмыл в воздух, выпрямился и украдкой огляделся. Профессор с непроницаемым выражением лица кивнул, призывая начинать.
– Д-да! Я разработал ловушку, в которую люди будут попадаться сами, обрекая себя на гибель. Вам всем наверняка знакома система под названием «прелюбодеяние».
Демон долго и подробно излагал идею, которая, тем не менее, не впечатлила профессора. Тот покачал головой и махнул рукой. Докладчик, тяжело выдохнув облачко серы, вернулся на место.
– Слишком безобидная пошла молодежь. Ладно. Следующий.
Тот самый опоздавший демон резко вскочил, и обводивший взглядом аудиторию профессор снова нахмурился.
– Вы? Еще немного, и не успели бы выступить.
– П-простите! Я искал учебники…
– И зачем они вам сегодня? Тц. Так уж и быть, представьте нам то, что подготовили.
– … Конечно!
Опоздавший демон быстро полетел вперед, и это снова вызвало недовольство профессора. Демон почесал затылок. Приходилось экономить магию.
Когда он встал у кафедры, профессор небрежно махнул рукой. Слегка съежившись, демон заговорил:
– Э-эм, ну… моя идея вращается вокруг того, чего люди желают сильнее всего. Бессмертия. Позвольте вкратце объяснить. Речь идет об эксплуатации человеческой глупости. Сначала я распространю слух, будто существует машина, способная повернуть время вспять, а затем покажу им «Обратитель времени» и скажу: «С помощью этого устройства вы сможете вернуться в прошлое». И какой-нибудь глупец наверняка согласится. Э-эм, все.
– Обратитель времени?
– Д-да.
Демон тревожно огляделся, и профессор цокнул языком.
– Что это вообще такое? Детская забава. Вы демон или фея?
– Простите.
– У вашей идеи есть три основные проблемы.
Профессор оглядел остальных студентов и, будто говоря «слушайте внимательно», стал загибать длинные пальцы.
– Во-первых. Вы хоть представляете, сколько магии потребуется, чтобы отправить человека в прошлое? Чудовищная расточительность ради пустяка. Столь ценный ресурс нужно использовать куда более эффективно. И потом, с чего вы взяли, что бессмертие – главная мечта людей? Слишком сложный проект для новичка вроде вас.
– А…
– Во-вторых. Ваше предложение совершенно не привлекательно для человека. У устройства есть фатальный недостаток. Он просто отматывает время, а значит мозг человека тоже вернется в прошлое и забудет будущее. Тогда какой смысл в таком путешествии? И умолчать об этом нельзя. Или вы не знакомы с основами «демонических контрактов»? Я разочарован.
– Но я…
– И наконец, в-третьих. Допустим, какой-нибудь идиот все же согласился и отправился в прошлое. Что дальше? Что мы, демоны, получим взамен потраченной магии? Ничего. Не проект, а фокус феи.
Опоздавший демон поник и опустил голову. Профессор цокнул языком и коротким жестом отправил его на место.
– Тц. Ищите другую тему. Следующий.
Упав на стул, демон с мрачным видом уткнулся лицом в учебник. После нескольких выступлений профессор взглянул на часы.
– На сегодня все. К дню презентации подготовьтесь как следует.
Как только занятие закончилось, студенты один за другим исчезли из аудитории, кто телепортировался, кто улетел, другие предпочли пройти сквозь стены. Им предстояло много работы. Опоздавший демон тоже быстро взмахнул крыльями и направился в комнату «Общества исследования человеческих желаний», где его друзья, Видель и Абло, боролись с толстыми кипами пергамента. Он без сил рухнул на диван, и Видель повернулся к нему.
– Вид у тебя неважный, Белл.
Демон по имени Белл покачал головой.
– Все пропало. Придется делать новый доклад.
– Но ты не успеешь.
– Вот именно… Я был уверен, что справлюсь идеально.
Уткнувшийся головой в пергамент Абло потянулся и телепортировался к дивану, внимательно осмотрел Белла с ног до головы и с явным разочарованием спросил:
– У тебя есть запасной вариант?
– Есть… но я не уверен.
– Тогда спустись в мир людей и протестируй.
– Что? Да где мне взять столько магии?
– Неужели даже на это не хватает?
От слов Абло лицо Белла перекосилось, но вмешался Видель:
– Мы уже закончили свои тесты и можем одолжить. Правда, Абло?
– Если хочешь, – соглашаясь, кивнул демон, и Белл просиял.
– Правда? Вы одолжите мне магию?
– Июньская презентация слишком важна.
– Но сначала я хочу услышать, что ты задумал. Чтобы не тратить магию на ерунду.
Белл начал объяснять разработанный им «демонический план». Когда он закончил, Абло задумчиво погладил подбородок длинными пальцами.
– Хм. Не самая удачная идея. Как ни крути, бессмертие отнимает слишком много сил. Почему ты так зациклился на этой теме?
– Почему? Да потому что бессмертие – величайшее желание всех людей! – уверенно заявил Белл, но Абло покачал головой.
– Не уверен. Популярное – да, величайшее – вряд ли. А еще крайне невыгодное.
– Если не бессмертия, то чего желают люди?
– Любви, например. Ее они называют высшей ценностью. Поэтому я и написал доклад на эту тему.
– Любовь? – скептически спросил Белл и нахмурился, не соглашаясь. Абло сложил руки на груди.
– Я покажу тебе результаты эксперимента в человеческом мире.
Замерцал свет, и в воздухе развернулось изображение…
Студент Сонгук был самым обычным молодым человеком с ничем не примечательной внешностью. Единственным, что, вероятно, отличало его от сверстников, было отсутствие опыта в отношениях. Причиной тому – безответная влюбленность в однокурсницу Хечжин, для которой он был всего лишь другом. Неуверенный в себе, Сонгук оценивал себя на тридцать баллов, а Хечжин – на восемьдесят. Поэтому никак не решался признаться в своих чувствах.
И вот однажды перед Сонгуком появился Абло, которого, как считал молодой человек, он призвал с помощью древнего заклинания. Хотя на самом деле демон сам выбрал его, притворившись таинственным стариком и рассказав о ритуале и контракте.
Впервые увидев демона, Сонгук так испугался, что у него подкосились ноги. Но низкий и спокойный голос Абло постепенно вернул ему самообладание.
– Спрошу еще раз. Ты призвал меня, чтобы обрести любовь? Хотелось бы наконец услышать ответ.
– Д-да… д-да, – кивнул Сонгук, глубоко вдохнул и посмотрел на демона. Пусть ему было страшно, но ведь именно ради этого он все и затеял. – Вы… сможете сделать так, чтобы человек, которого я люблю, ответил мне взаимностью?
– Да, подобное мне под силу. Люди считают любовь судьбой и предназначением, но она вовсе не так чиста. Это всего лишь игра, в которой нужно победить. Я могу сделать так, что она полюбит тебя.
– Правда?!
– Но ты ведь понимаешь: любая сделка с демоном имеет свою цену.
– А…
На лице Сонгука мелькнул ужас, но он не отступил.
– К-какую?
– Я использую оставшуюся часть твоей жизни как энергию, чтобы сотворить любовь.
Слова «оставшаяся жизнь» заставили Сонгука вспомнить многочисленные истории о демонах, обманывавших людей.
– П-постойте… вы хотите сказать, что я умру на следующий день после того, как она меня полюбит?
– Я демон, а не мошенник. Поэтому заранее скажу, сколько именно лет будет вычтено. Судя по всему, твоя продолжительность жизни сейчас примерно соответствует среднему показателю.
– Т-тогда… сколько лет нужно, чтобы Хечжин меня полюбила?
Абло скрестил руки и медленно покачал головой.
– Я бы посоветовал тебе другой способ.
– Что?
– Заставить человека кого-то полюбить невероятно тяжело. Потребуется много энергии. Конечно, я мог бы это сделать прямо сейчас… и потребовать шестьдесят лет.
– Шестьдесят?!
Глаза Сонгука расширились от удивления. Он мечтал о любви, но шестьдесят лет?
– Н-нет… это слишком…
– Поэтому я предлагаю иной способ. Более дешевый. Сделай все сам, используя особые способности. Как в игре.
– Какие способности?
– Представь, что когда ты берешь телефон, чтобы написать ей сообщение, то видишь сигнал. Синий свет означает: если напишешь сейчас, она ответит. Красный – тебя проигнорируют.
– Это… возможно?
– Да. Цена – пятнадцать дней твоей жизни. Почти бесплатно, по сравнению с шестьюдесятью годами, не так ли?
Пятнадцать дней Сонгук был готов отдать без колебаний.
– Знаешь, почему так дешево? Потому что все зависит от тебя. Само по себе приобретенное знание ничего не решает. Важно, как ты им воспользуешься. Разве не логично?
Сонгук сам не заметил, как кивнул. Абло улыбнулся и протянул руку.
– Ты согласен заключить контракт и пожертвовать пятнадцатью днями жизни?
– С-согласен.
Абло щелкнул пальцами, и перед глазами Сонгука вспыхнули искры.
– Теперь каждый раз, когда ты будешь писать Ким Хечжин, будет активироваться способность. А поскольку ты заключил контракт с демоном, ты получил и мою силу. С этого момента ты сможешь видеть числа над головами людей – вероятность того, что твое признание в любви окажется успешным.
– Ч-что?! Процент успеха признания?!
– Именно так.
Глаза Сонгука загорелись сильнее. Для такого робкого человека, как он, подобное было сродни чуду. Абло подошел ближе и коснулся его виска. Сонгук дрожал от страха, но не отпрянул. Демон усмехнулся.
– Коснись виска и увидишь цифры.
– С-спасибо вам!
– До встречи.
Улыбающийся Абло исчез, но Сонгук еще долго оглядывался. Когда понял, что в комнате безопасно, почувствовал азарт. Ему ведь не могло это присниться…?
Он достал телефон и открыл переписку с Хечжин.
– Ух ты…
Над экраном горел красный индикатор. Значит, сейчас писать нельзя.
Сонгук широко ухмыльнулся. Не сон.
Чуть позже, выйдя в магазин, он коснулся виска и замер. Над головами прохожих всплыли проценты.
– Это…
Чаще всего встречался ноль. Иногда мелькали единицы и двойки, но в основном – ноль. То есть его отвергнут со стопроцентной вероятностью?
Расстроившись, Сонгук вошел в круглосуточный магазин и сердито посмотрел на продавца, над головой которой светилось целых 17%. Пусть немного, но уже лучше нуля.
«Значит, я все-таки не совсем безнадежен…», – подумал повеселевший Сонгук и, расплачиваясь, поблагодарил кассира куда энергичнее обычного.
Даже по дороге домой он продолжал разглядывать цифры, как вдруг вспомнил слова демона.
Получить любовь – значит победить в игре.
– Интересно… а у Хечжин сколько процентов?..
Сонгук с нетерпением ждал следующего дня и уснул лишь под утро. Поспав меньше трех часов, он проснулся по будильнику. Ему хотелось как можно скорее увидеть Хечжин.
Умывшись, он сразу взял телефон.
[Хечжин, привет. Доброе утро. У тебя сегодня пары с утра?]
Синий индикатор не обманул – сообщение было тут же прочитано.
[О, Сонгук. У тебя тоже?]
[Ага. Ты завтракала?]
[Нет. А ты?]
Губы Сонгука сами собой расплылись в улыбке. Но когда появился красный сигнал, он понял, что пора заканчивать разговор.
[Будь аккуратна. Увидимся позже!]
[Окей!]
Способность демона работала безупречно.
Добравшись до университета, он снова коснулся виска. Показатели у парней почти всегда были около нуля, у девушек чаще встречалось 5 процентов. У знакомых – 10, а однажды он даже увидел 22.
– Вау… у тебя…?
– У меня что-то на лице?
– А, нет-нет…
Цифра его удивила, а вот девушка была совсем не в его вкусе. Сонгук торопился в аудиторию. Ему нужно было увидеть Хечжин.
Когда он наконец заметил ее, то глубоко вдохнул и коснулся виска.
– А…
9 процентов. Однозначное число.
Она действительно видела в нем только друга.
Подавленный, Сонгук едва нашел в себе силы поздороваться и сел подальше. После лекции он зашел в туалет, где снова появился улыбающийся Абло.
– Вероятность признания меняется куда легче, чем ты думаешь, и зависит даже от настроения человека в тот или иной день. Представь, как подпрыгнет цифра, если ты сделаешь для нее что-то приятное.
Сонгук вообразил, будто вручает Хечжин подарок, и проценты над ее головой растут. Абло кивнул, словно прочитав мысли молодого человека.
– Есть способность, которая может помочь. Например, отдашь четыре дня своей жизни и узнаешь, что ее беспокоит.
– Беспокоит?
– Поможешь ей и завоюешь расположение.
– Я… я согласен! Отдам четыре дня!
Абло щелкнул пальцами. В следующую секунду глаза Сонгука широко раскрылись.
– А… вот оно что…
В голову будто запихнули что-то, и он сразу понял причину тревог Хечжин.
Она одолжила другу деньги. Прошла неделя, но тот их так и не вернул. Напоминать было неловко, но и молчать тоже тяжело. Пока мысли Сонгука лихорадочно вращались, довольный Абло усмехнулся и исчез.
Позже днем, когда друзья собрались вместе, Сонгук внезапно заговорил:
– Кстати, Чжэсон… ты ведь мне еще не вернул деньги?
– Что? О чем ты вообще? Какие деньги?
– Я просто помню, что кто-то брал у меня в долг. Точно не ты?
– Нет! Я занимал, но… не у тебя, а у Хечжин.
– А, уже вернул?
До этого внимательно следившая за разговором Хечжин осторожно вмешалась:
– Еще нет. Ты же говорил, что отдашь неделю назад, Чжэсон.
– Что? А-а… точно. Забыл. Верну, прости.
Едва Чжэсон извинился, как Сонгук тут же добавил:
– Сейчас. Из-за подобных мелочей друзья обычно и ссорятся.
– Ай, понял я! Сейчас переведу!
Чжэсон достал телефон, а Сонгук украдкой посмотрел на Хечжин и улыбнулся. Она старалась не показывать эмоций, но было видно, как она рада. В тот момент, когда Хечжин мельком взглянула на молодого человека, тот коснулся виска.
14 процентов!
Вот так просто? Сердце забилось быстрее.
Хечжин весело улыбнулась и помахала телефоном.
– Отлично! Раз Чжэсон вернул деньги, я угощаю всех кофе! Пойдем в Compose! Но не берите напитки дороже полутора тысяч[1]!
Глядя на веселую Хечжин, Сонгук ощутил тепло. Она очаровательна. Что бы ни случилось, он обязательно сделает ее своей.
Ночью Сонгук снова встретился с Абло.
– Если потратишь месяц…
– Что? Целый месяц?!
Цифра заставила его напрячься. Четыре дня – пустяк, но месяц… Однако следующие слова демона развеяли сомнения.
– Я скажу тебе, кто из окружения Ким Хечжин имеет наивысшую вероятность успеха, если признается ей в любви. В процентах.
– Что?!
От подобного предложения невозможно отказаться.
– Я хочу знать. Скажите. Кто это?
Абло щелкнул пальцами и усмехнулся.
– Хан Чжиу. Вероятность успеха – 68 процентов.
Сонгук остолбенел. 68 процентов? Невероятно высокий показатель, несравнимо выше, чем у него самого.
– Чжиу…
Он вспомнил его. Высокий, симпатичный, добрый. Объективно Чжиу подходил Хечжин куда больше, чем он сам.
– А если Хечжин признается Чжиу, вероятность успеха – 81 процент.
Лицо Сонгука исказилось еще сильнее. Абло прошептал почти ласково:
– Но ведь они пока не встречаются. Теперь, когда ты получил эту информацию, сможешь посеять раздор.
– А…
– И в конце концов, победит тот, кто признается первым. Хочешь увеличить свои шансы еще больше?
Сонгук молчал.
– Разве тебе не интересно, что ты научишься делать, отдав три месяца жизни?
– Что же?
– Возвращать сказанные слова. Хечжин будет помнить только последнюю фразу. А ведь разговор – это главное в сближении людей, я прав? С этой способностью ты будешь говорить именно то, что она хочет услышать. Ты согласен пожертвовать тремя месяцами?
Сонгук без колебаний кивнул. Мысли о Хан Чжиу и Хечжин не оставляли ему времени на сомнения.
Абло щелкнул пальцами.
– Готово. Когда захочешь забрать свои слова обратно, ущипни себя за запястье.
Уже на следующий день Сонгук понял истинную силу новой способности.
– Хечжин, ты знала, что Чжиу распускает о тебе сплетни.
– Что? Он не такой… Не ври.
Увидев суровое выражение лица девушки, Сонгук поспешил ущипнуть себя за запястье.
– Хечжин, погода сегодня просто чудесная, правда?
– Да! И правда хорошая.
Глядя на ее светлую улыбку, Сонгук понял: теперь он сможет исправить любую свою ошибку, а привыкнув к способности, осознал, что обрел по-настоящему страшную силу. В разговорах с Хечжин он всегда подбирал правильные слова. Совсем как в игре, где нужно выбирать варианты диалога. Он все чаще ее смешил. И наконец услышал:
– Сонгук, с тобой очень легко и приятно разговаривать!
В тот момент он был на седьмом небе от счастья. Ведь над ее головой светился уже 31 процент. Одних разговоров было достаточно, чтобы показатель рос. Но Сонгуку этого показалось мало. Он потратил еще три дня жизни, чтобы узнать, какой подарок она хочет. Потом – пятнадцать дней, чтобы различать моменты, когда допустим легкий физический контакт.
Сонгук выстраивал отношения, будто проходил игру. Проценты быстро росли, вскоре перевалив за сорок. Внутри разлилось спокойствие. Уверенность. Порой он ловил себя на мысли: «С этими способностями я, наверное, мог бы соблазнить любую девушку в университете».
Но затем прогресс остановился. Сорок с лишним процентов превратились в стену. Даже после долгих разговоров и желанных подарков цифра едва увеличивалась. Иногда и вовсе падала без причины, а у Хечжин портилось настроение в течение дня.
Лишь спустя долгое время показатель перевалил за пятьдесят процентов. Сонгук начал волноваться.
– Мне нужно как минимум восемьдесят процентов…
Он не хотел рисковать. Ему нужна была гарантия. Ради которой придется прождать еще несколько месяцев.
И тогда появился Абло.
– Есть способность, доступная только VIP игрокам. Обычно я ее никому не даю. Но для тебя сделаю исключение. Если вероятность выше пятидесяти процентов, признание обязательно будет успешным. Как тебе?
– Правда? Такое возможно?! – воскликнул потрясенный Сонгук. – Но… какова цена?
– Один год.
– Год?!
Молодой человек опешил. Триста шестьдесят пять дней в обмен на столь желанный абсолютный успех?
– Я согласен…!
Абло улыбнулся и взял Сонгука за руки. Свет проник в ладони, и вскоре демон удовлетворенно кивнул.
– Способность активируется, если ты признаешься, сцепив руки вместе.
– Спасибо!
Сонгук тут же пошел к Хечжин, чтобы попробовать, и остался в восторге. Стоило ему закончить свое признание, как проценты над головой девушки мгновенно сменились с пятидесяти одного на сто. Она смущенно кивнула.
– Хорошо, давай встречаться.
– Правда?! Спасибо!
Он был на вершине мира. Свидания в библиотеке и кафе, прогулки, кино… Все, о чем Сонгук мечтал, стало реальностью. Сейчас он был самым счастливым человеком на свете. Однако от одной привычки он так и не избавился. Сонгук по-прежнему машинально касался виска и смотрел на проценты над головами людей. И всякий раз, когда видел высокий показатель у другой девушки, думал: «Я мог бы с легкостью ее соблазнить». Ведь все, что нужно – поднять показатель выше пятидесяти процентов.
Однажды на факультетской вечеринке Сонгук заметил, что над головой Сихён, самой красивой девушки университета, светилась цифра шестнадцать. И чем больше та выпивала, тем быстрее рос показатель.
И тогда в голову Сонгука пришла опасная идея: «Я ведь мог бы встречаться с ней, а не с Хечжин, которая тянет только на семь баллов».
На самом деле Сонгука кое-что не устраивало в отношениях с крайне консервативной Хечжин.
Отсутствие физической близости. Сонгук, которого, честно говоря, тяготили ее отказы даже в поцелуях, начал заглядываться на других девушек.
Прежний он никогда бы не позволил себе подобного. Но нынешний Сонгук обладал способностями и уверенностью, что может соблазнить любую женщину в мире. Его не отпускало смутное ощущение упущенных возможностей.
И вот однажды, совершенно случайно Сонгук впервые в жизни оказался в заведении, куда молодые мужчины и женщины приходят с единственной целью – провести ночь без обязательств. И был поражен. Все цифры над головами оказались двузначными. От двадцати до сорока процентов. А у одной уже сильно пьяной девушки показатель и вовсе перевалил за пятьдесят. Сонгук невольно сглотнул. Если для него пятьдесят процентов означали сто… Это гарантированный успех.
Не отдавая себе отчета, импульсивно, под действием алкоголя, Сонгук подошел к ней и, переплетя пальцы, сказал:
– Хочешь пойти со мной на свидание?
Показатель над ее головой достиг 100 процентов.
– Давай.
Сердце Сонгука бешено заколотилось. Они вдвоем покинули заведение, и тогда он впервые в жизни провел ночь с женщиной.
На следующее утро он заметил, что число над ее головой опустилось до тридцати с лишним процентов, но его это уже не волновало. Мысли Сонгука были заняты другим. Размышлениями о том, что он мог бы соблазнить любую женщину в баре накануне.
С тех пор Сонгук пристрастился к случайным связям и ничего не мог с этим поделать. Затаскивая любую девушку, которую хотел, в свою постель, он быстро получил репутацию Казановы среди друзей. А чтобы повысить вероятность успеха, Сонгук без остановки лгал. Ему нужно было лишь одно – поднять показатель до пятидесяти процентов.
– Работа у меня обычная. Сдаю в аренду пару зданий тут недалеко. Хочешь покажу?
Неважно, обманом или с помощью алкоголя, как только цифра над головой переходила отметку в пятьдесят процентов, игра была выиграна.
Сонгук предавался удовольствиям, подчиняясь инстинктам, стал меньше уделять внимание Хечжин, из-за чего они ссорились, а затем расстались. Но ему было все равно. Девушку он мог найти когда угодно, а сейчас ему хотелось наслаждаться случайными связями без обязательств. Всего за несколько месяцев Сонгук переспал более чем с пятьюдесятью женщинами. И именно тогда к нему снова пришел Абло.
– Давно не виделись.
– О… это снова вы? – искренне обрадовался Сонгук. Ведь именно этот демон сделал его богом ночных развлечений.
Но Абло смерил его насмешливым взглядом.
– Я пришел предупредить.
– О чем?
– Ты слишком часто применял способность, увеличивающую вероятность до ста процентов. Как думаешь, сколько тебе осталось?
– Что?.. Что вы имеете в виду?
– Каждый раз, когда ты ее использовал, то отдавал один год своей жизни.
– Что вы только что сказали?! – взревел Сонгук, мгновенно протрезвев. – П-погодите… Разве один год стоило не получение способности?
– С чего бы это? Я совершенно ясно сказал: один год за использование.
– Невозможно!
– Ты уже использовал ее больше шестидесяти раз. Значит, продолжительность твоей жизни сократилась более чем на шестьдесят лет.
– Черт возьми! Да вы издеваетесь?! Не может быть! Вы меня обманули! – закричал Сонгук, обвиняя демона в мошенничестве.
Абло лишь презрительно усмехнулся.
– Ты сильно заблуждаешься. Возомнил себя сверхчеловеком? Все способности принадлежат мне. А ты всего лишь покупатель. Ты приобрел «стратегию покорения Ким Хечжин» и теперь хочешь, чтобы она бесплатно работала и на всех остальных? Разве щипок за руку действовал на кого-то, кроме нее?
– Ну…
– Если цель меняется, то и плата, очевидно, взимается заново.
– Да черт возьми! Вы мне ни разу об этом не говорили! – в отчаянии закричал Сонгук.
Но Абло ничего не ответил и, смеясь, исчез.
Опустошенный, Сонгук пытался снова призвать демона. Но больше никогда его не видел.
Однажды, дрожа от страха, Сонгук решился. Переплел трясущиеся пальцы и признался женщине в своих чувствах. Но число над ее головой осталось прежним. Пятьдесят процентов. Сонгук побледнел. И понял. Сколько примерно времени у него осталось.
Абло выключил мерцающее изображение. Затем обернулся к Виделю и Беллу, будто спрашивая: «Ну как вам?»
Последний восхищенно выдохнул:
– Великолепный прием. Особенно удачный с точки зрения расхода магической энергии.
Ты напрямую используешь человеческую продолжительность жизни как источник, минимизируя затраты. Абло, ты наверняка получишь высокую оценку.
– Да, я собой горжусь – довольно ответил демон.
Пока он наслаждался похвалой, Видель рядом согласно кивнул.
– Впечатляет. Очень умно. Но… все же, по-моему, не идеально.
– А? – брови Абло взлетели вверх. – В каком смысле?
– Во-первых, возникает вопрос, насколько точно ты обозначил условия. Правило «демон не может лгать при заключении контракта» касается не только прямой лжи. Мы проходили это на лекциях. Словесные уловки и намеренное введение в заблуждение часто становятся поводом для разбирательств.
– Не знаю. По-моему, я все ему рассказал предельно точно.
– И потом… что, если человек окажется романтиком? Если ему будет достаточно завоевать сердце одной женщины? Возможно, твой эксперимент пошел по слишком идеальному сценарию.
Абло фыркнул.
– Поверив, что способен управлять женщинами, человек никогда не удовлетворится одной. В природе людей, получив силу, желать ею постоянно пользоваться. Это лишь вопрос времени. Большинство в итоге сами окажутся причиной своей гибели.
– Хотя существует и небольшая вероятность, что нет, – спокойно заметил Видель.
– Правда?
Абло слегка помрачнел и пристально посмотрел на другого демона, а потом обиженно спросил:
– Тогда что подготовил ты? Покажи тест.
Видель пожал плечами и подался вперед.
– Ты прав в одном: люди действительно жаждут любви. Но сильнее всего они жаждут денег. Банальное желание, проведенное веками. В этом смысле мой метод куда более классический. Так что позвольте продемонстрировать…
Он сложил обе руки перед грудью – и между ладонями вспыхнуло колеблющееся изображение.
Тридцатилетний Дочжун, самый обычный офисный сотрудник с трехлетним стажем, считал свою зарплату слишком маленькой. Объективно она была выше среднего, но по меркам нынешнего времени его это совсем не устраивало. Слишком незначительной оставалась сумма на счете. Сначала лотерейные билеты каждую неделю, затем нелегальные развлечения.
На самом деле еще в старших классах он видел таких ребят. Пристрастившиеся к азартным играм, они спускали деньги с подработок, брали кредиты в сомнительных организациях, чтобы в тот же день потратить все до последней копейки. Тогда Дочжун считал их жалкими, а теперь сам стал таким же. То, что начиналось, как безобидная привычка, вроде покупки лотерейного билета, переросло в проигрыши десятков тысяч вон. Последний бастион, накопительный вклад, он пока не трогал, но понимал, что может сорваться в любой момент.
Именно тогда Дочжун столкнулся с демоном. Во сне.
– Какая же глупая авантюра, – произнес тот. – Зачем участвовать в заведомо проигранной игре?
Дочжун вздрогнул от его вида, но, возможно, потому что спал, смог ответить:
– Вы хотите сказать, что я никогда ничего не выиграю?
– Нелегальные интернет-казино устроены так, чтобы игрок всегда проигрывал. Даже если ты вдруг выиграешь крупную сумму, они не станут ее выплачивать. Поставь себя на место владельца сайта. Разве стал бы ты отдавать деньги? Участники играют незаконно, соблюдать какие-либо обязательства нет нужды.
– Я понимаю… но обычно такое случается, если выигрыш слишком большой или если владельцы решают закрыть сайт и сорвать куш. Таких, как я, кто выигрывает понемногу, обычно не обманывают.
– Правда? А если я скажу, что средний срок жизни подобных сайтов – три месяца? Какими бы сверхнадежными они себя не называли, никто точно не знает, когда владельцы решат ударить в спину. Полицейская статистика не врет.
– Но сайт, где я играю, работает уже больше трех месяцев…
– Значит, он может исчезнуть уже завтра вместе с твоими деньгами. Скажи лучше: сколько раз ты вообще нажимал кнопку «вывод средств»? Ты правда думаешь, что эти цифры в интернете однажды окажутся на твоем банковском счете? Копейки, может быть. Но если это будет миллион или больше, большинство сайтов начнет тянуть время. Если не веришь мне – проверь.
Лицо Дочжуна исказилось. Говорит ли демон правду? Или, наоборот, лжет именно потому, что он демон? Все зависело от его намерений.
– Зачем вы мне все это говорите?
– Потому что ты играешь в глупые азартные игры. Впрочем, все человеческие азартные игры таковы. Победители и проигравшие определены заранее. Казино всегда в плюсе. В лотерее ради пары победителей проигрывают все остальные. А уж про нелегальные интернет ставки и говорить нечего. Разве ты не хочешь поучаствовать в по-настоящему честной игре? В такой, где вероятность победы превышает пятьдесят процентов?
– Разве такие бывают?
– Если хочешь, давай встретимся после того, как ты проснешься. Согласен?
Дочжун немного подумал и кивнул.
А утром он действительно увидел демона и от ужаса не мог вымолвить ни слова.
– Настоящий… правда настоящий…
– Не стоит так удивляться.
Демон Видель махнул рукой в воздухе, и перед ними развернулась таблица с числами, напоминавшая поле для игры в кости. Видель щелкнул пальцами.
– Я покажу тебе настоящую азартную игру.
В центре появился прямоугольник с вопросительным знаком. Под звуковой сигнал «динь-динь» он начал мигать, все быстрее и быстрее, пока не вспыхнул и не исчез окончательно, сменившись лицом полноватого мужчины средних лет. Хотя это была лишь фотография, Дочжуну показалось, будто человек на ней действительно дышит.
– Правила просты. Нужно угадать, когда этот человек умрет.
– Что?..
– Смотри на коэффициенты и делай ставку.
Когда Дочжун уставился на цифры, Видель начал объяснять:
– Самый простой вариант – четный или нечетный год смерти. В казино за такое дают x2. А здесь – x3. Понимаешь, насколько мое предложение выгоднее? Остальные ставки устроены так же.
Дочжун сам не заметил, как начал жадно вглядываться в поле. Ставка на десятилетие смерти давала x6: умрет ли человек в течение ближайших 10 или 20 лет. Дальше шло x30 – угадать месяц смерти. И наконец, шокирующее x100 – назвать конкретное число.
– Ну как? К тому же тебе доступна вся информация об этом человеке: имя, возраст, профессия, болезни, место жительства, питание, окружение, даже его действия за последнюю неделю.
Дочжун, хоть и не был профессионалом, понимал: объективно эта игра была выгоднее всего, во что он играл раньше.
Но решающим оказалось другое правило.
– И еще. Здесь нет лимита. Ты можешь ставить сколько угодно.
– Без лимита?..
Слова молнией пронзили Дочжуна. В голове всплыл один распространенный способ гарантировать себе выигрыш.
– Ну что? Хочешь участвовать?
Дочжун сам не заметил, как кивнул. Демон стоял перед ним или нет – отказаться было невозможно.
– Отлично. Тогда начнем. Сделай ставку. Если хочешь изучить информацию о человеке, нажми на панель.
– Эм…
Он неуверенно подошел к полю. Можно было рассмотреть тело, открыть данные, но, толком даже не разобравшись, он обернулся к Виделю.
– Я… поставлю на нечетный год.
– Сколько?
– Ну… сто тысяч вон?
Как только он договорил, Видель щелкнул пальцами. В тот же миг на телефоне Дочжуна всплыло уведомление.
«С Вашего счета списано 100 000 вон».
– А?!
– Я отправлюсь в ад и посмотрю будущее этого человека. Результат станет известен через двадцать четыре часа.
Видель исчез.
Дочжун растерянно оглядел комнату, которая выглядела абсолютно обычно, словно ничего и не произошло. Только уведомление банковского приложения доказывало, что это была не галлюцинация.
– О боже… Я играю человеческими жизнями?..
Мужчина вздрогнул.
На следующее утро он снова встретил Виделя. В воздухе висело вчерашнее игровое поле, а его ставка лежала в ячейке «нечетный год».
– Объявляю результат.
Щелчок пальцев – и изображение сменилось видеозаписью. Больничная палата. Старик на койке. Родственники плачут рядом.
– Смерть наступила 15 мая 2061 года.
– Значит?..
Раздался сигнал, и сто тысяч превратились в триста. Через секунду поле исчезло, а на телефоне пришло уведомление о зачислении денег.
– Что за чертовщина…
Дочжун стоял, глядя в пустоту. Даже придя на работу, он продолжал думать об этой отвратительной игре, где человеческая смерть служила фишкой. Но коэффициенты… они были слишком высоки. И он знал способ, гарантировавший выигрыш.
– Если использую систему Мартингейла…
В ставках «чет – нечет» существовал метод, теоретически гарантировавший отсутствие финансовых потерь. Нужно лишь повышать ставку после каждого проигрыша, пока не получишь выигрыш. Поэтому казино и вводит разного рода лимиты, которых здесь не было. И коэффициент составлял не х2, а х3. По расчетам Дочжуна, подобная система просто не могла не приносить прибыль.
– Но почему демон исчез?..
Чем дольше он думал, тем сильнее хотел, чтобы тот появился снова.
И ночью Видель действительно пришел.
– Сыграем еще раз?
В воздухе вновь развернулось игровое поле, в центре которого на этот раз появилась молодая темнокожая женщина. Дочжун сглотнул, бегло посмотрел информацию и сразу сказал:
– Сто тысяч вон на нечетный год.
Сумма исчезла с его счета, а Видель, пообещав вернуться завтра, растворился. На следующий день Дочжун пришел в ужас. Перед ним развернулось видео, на котором женщина тонула.
– Смерть наступила 3 января 2070 года.
Поставленные сто тысяч растаяли в воздухе. Пока Дочжун вздрагивал, Видель тут же вывел изображение другого человека – пожилого араба с глубокими морщинами.
– Будешь делать ставку?
– А? Да… да.
Следуя системе Мартингейла, Дочжун поставил двести тысяч на нечетный год. На следующий день они вернулись к нему уже в виде шестисот тысяч.
– Смерть наступила 6 июля 2029 года.
Услышав дату, Дочжун непроизвольно сжал кулак.
– Есть!
И тут же вздрогнул, осознав, что радуется смерти человека. На экране старик лежал в туалете. Дочжун поспешно стер эмоции с лица, и Видель произнес:
– Начнем следующую игру?
На этот раз на поле появился белый мужчина с жесткими чертами лица. Дочжун собирался сделать ставку по Мартингейлу, но вдруг остановился и намеренно стал внимательно изучать информацию, тянуть время. Перед глазами мелькнул собственный кулак, сжатый от радости минуту назад. И тут его глаза широко распахнулись.
– Смертник?
Дочжун не был глуп. Если человек приговорен к смертной казни, можно попробовать примерно угадать дату исполнения приговора. Он посмотрел на Виделя.
– Скажите… есть ли ограничение по времени для ставки?
– Нет. Без ограничений.
– Тогда… минутку.
Он тут же нашел имя этого человека в интернете. Американец, отбывавший наказание в тюрьме штата Алабама.
– Алабама… там ведь казнят…
Поиск подтвердил, что в прошлом году там проводились казни. Дочжун продолжал искать и пришел к выводу: «Если поставлю на смерть в течение ближайших десяти лет, точно выиграю».
Сердце забилось как сумасшедшее. Рискнуть? Пойти ва-банк? После короткого глубокого вдоха он сказал:
– Я ставлю три миллиона вон на вариант «умрет в течение десяти лет».
– Три миллиона? Внезапно крупная ставка.
Щелчок пальцев. На телефоне появилось уведомление о списании. Видель и игровое поле исчезли.
Сердце Дочжуна колотилось так, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Никогда еще он не рисковал подобной суммой. Мужчина ходил по комнате, бормоча:
– Сработает… точно сработает…
Следующие двадцать четыре часа были для него похожи на пытку. Когда демон наконец появился, сердце Дочжуна едва не потерял сознание от перенапряжения.
Видео демонстрировало казнь.
– Смерть наступила 8 августа 2027 года.
– А-а-а!
Три миллиона превратились в восемнадцать. Банк тут же оповестил о зачислении.
– Ха-ха-ха!
Дочжун ликовал, забыв о присутствии демона. Одна ставка – и восемнадцать миллионов! Никогда в жизни он не испытывал подобного выброса дофамина. И именно тогда Видель спокойно произнес:
– Начнем следующую игру?
Появился новый человек. Мужчина средних лет, индиец. Дочжун мгновенно посерьезнел. Разве стоит останавливаться на восемнадцати миллионах? Если можно заработать куда больше. Он внимательно изучал информацию – и вдруг тело пробила мелкая дрожь.
– Рак легких, терминальная стадия?..
Почти дармовой выигрыш.
Губы сами растягивались в безумной улыбке, но он силой взял себя в руки. Дочжун проверил все: статистику выживаемости, редкие случаи выздоровления, даже записи последних дней жизни больного. И принял решение.
– Ставлю все восемнадцать миллионов на «умрет в течение десяти лет».
Результат вернулся суммой в сто восемь миллионов.
Дочжун визжал от восторга, а Видель без эмоций открыл следующее поле.
Мужчина набросился на него, изучая нового человека. Ничего особенного. Пришлось вернуться к системе Мартингейла.
Но с шагом не сто тысяч, а миллион. Хотя даже такие суммы уже казались мелочью. На следующий день он выиграл три миллиона и почувствовал скуку. Дочжун должен был снова поставить миллион, но вместо этого поставил пять на нечетный год. Проиграл. Тогда поставил десять. Выиграл тридцать.
– Отлично!
Теперь он с легкостью радовался смерти людей. Ведь для него это была просто игра. Кто и как умирает больше не имело значения. Дочжун лишь ждал, когда Видель начнет следующий раунд. И в одном из них впервые появился кореец.
Обычная женщина средних лет, каких полно на рынках. Дочжун на секунду замялся, но тут же начал искать информацию.
– Живет на Чечжудо…
Ничего особенного. Он машинально поставил пять миллионов на нечетный год. Проигрыш. Десять миллионов – снова проигрыш. Двадцать миллионов – опять. По системе Мартингейла нужно было ставить сорок миллионов. А это уже не шутка.
– А… вы ведь ничего не подкручиваете?.. – выдавил он.
– Демоны не шулера.
– А, да… простите…
Глубоко вдохнув, он поставил сорок миллионов. И снова проиграл. Причем дата и способ смерти оказались чудовищными.
– Да чтоб тебя! Не могла сдохнуть на неделю раньше! Почему, черт возьми, именно пятого января?! – орал Дочжун на женщину, покончившую с собой. Ненавидел ее за то, что она умерла слишком поздно.
– Сука!
От более чем ста миллионов осталось всего около пятидесяти. Его настиг главный изъян системы Мартингейла: никакого гарантированного выигрыша не существует, если у тебя не бесконечные деньги.
– Черт… черт, черт, черт!
Дочжун запаниковал. Чтобы продолжать, нужно было ставить восемьдесят миллионов, но на счете осталось лишь чуть больше пятидесяти. Что делать?
Уф…
Он уже и забыл, что начинал с трех миллионов. В его сознании они превратились в сто тридцать, и сейчас ему нужно было вернуть этот «начальный капитал».
– Сейчас должен быть нечетный… обязательно…
Он открыл банковское приложение. И уничтожил последний оплот – накопительный вклад. Пальцы дрожали, но Дочжун все равно нажал на кнопку.
– Ставлю восемьдесят миллионов на нечетный год!
Видель кивнул, щелкнул пальцами и исчез.
Дочжун сходил с ума от тревоги. Он не спал, ушел с работы раньше времени, заперся в комнате и ждал. Когда демон наконец появился, он закричал:
– Когда он сдох?! Когда он умер?!
Видель молча показал видео. Чудовищная авария. Но Дочжуна волновал лишь год.
– Смерть наступила 11 ноября 2042 года.
– Нет, блин!
Восемьдесят миллионов исчезли у него на глазах.
– Ты мошенник, ублюдок! Как может пять раз подряд выпасть четный?! Это невозможно по теории вероятности! – орал мужчина, размахивая руками.
И тогда Видель глубоко вдохнул.
Раздался адский вой, из тела демона вырвался горячий белый дым с запахом серы.
Дочжун обмяк, рухнул на пол и затрясся, как осиновый лист, под тяжелым взглядом Виделя. Он осознал. Перед ним не человек. А демон.
– Я ведь говорил. Демоны не шулера.
– Н-н-нет… я… я не это имел в виду…
– Как может пять раз подряд выпасть четный? У меня нет ни причины, ни возможности подстраивать смерти этих людей. Если бы я мог управлять судьбой, то просто изменил бы твою. Зачем мне ради тебя менять жизни других?
Свирепый Видель приблизился вплотную к Дочжуну.
– Или ты не способен принять собственное поражение?
– Н-нет… нет…
Лишь когда демон отступил, тот смог снова вдохнуть.
– Начнем следующую игру?
Видель указал на парящее в воздухе поле.
В глазах мужчины зажегся темный огонь. Деньги. Деньги. Деньги.
– И-и-и…!
Дочжун не осмелился перечить Виделю. На его лице вздулись вены, а на глаза навернулись слезы. Да он же три года откладывал эти деньги, мучаясь тем, что вклад растет слишком медленно. Стартовый капитал. Потерять который он не мог. Ни за что. Он обязан вернуть деньги любым способом. Но на счету осталось чуть больше миллиона вон. Жалкие крохи. Как на них отыграться? Снова начинать со ставок по сто тысяч? Ради каких-то сотен? Да на это уйдет целая вечность.
– У-у-у…!
Дочжун стиснул зубы, чуть их не раскрошив. Видель, все это время наблюдавший за ним с бесстрастным выражением лица, поднял один палец.
– Если тебе так обидно и горько, если ты считаешь это несправедливым, я дам тебе одно преимущество.
Демон указал на пустой прямоугольник на игровом поле.
– Следующего человека можешь выбрать сам. Но только из числа своих близких или знакомых.
– Что?.. Я выбираю?.. Я…?
Глаза Дочжуна широко распахнулись. Что это значит? В чем выгода?
– Не хочешь?
– Н-нет! Хочу! Пожалуйста!
Решив сначала принять предложение, а разбираться с правилами потом, Дочжун начал лихорадочно думать. И вдруг его взгляд остановился на одной точке в воздухе.
– Если угадать месяц смерти – коэффициент тридцать… если день – сто…
Миллион превратится в сто. Дочжун судорожно сглотнул.
– Мне ведь не обязательно выбирать прямо сейчас?
– Когда захочешь.
С этими словами Видель исчез, а мужчина, глубоко вздохнув, погрузился в тяжелые размышления.
На следующий день в офисе, наливая кофе, он спросил коллегу:
– Санхо. Как думаешь, когда ты умрешь?
– Ты чего несешь?
– Просто. Как ты думаешь, когда ты умрешь?
– Да откуда мне знать? А ты?
– Ай… забудь.
Дочжун задавал тот же вопрос всем подряд, но, разумеется, ни от кого не получал внятного ответа. Кто вообще знает заранее дату своей смерти? Весь день он просидел с мрачным лицом, погруженный в свои мысли. Даже получил выговор от начальника, но работа его уже не интересовала.
Глядя в монитор, мужчина ужасно злился. Особенно когда вспоминал лицо того человека, что покончил с собой пятого января. Если бы он сделал это всего на шесть дней раньше, катастрофы бы не случилось.
Пробормотав сквозь зубы ругательство, Дочжун внезапно широко распахнул глаза. Резко вскочил, выбежал из кабинета и помчался в туалет, откуда сразу позвонил другу.
– Алло! Чжинхо! Помнишь, ты говорил… про Хэчжина. Это правда? Что он пытался покончить с собой из-за депрессии? Да, да, он! У тебя есть его телефон? Или соцсети? Пришли, пожалуйста.
Получив сообщение, мужчина тут же набрал номер.
– Эй! Хэчжин? Это Дочжун! Ли Дочжун! Давно не виделись! В прошлом году на свадьбе Чжинхо пересекались, помнишь? – сохраняя непринужденный тон, начал он, а потом трудом выдавил вопрос. – Если не занят, может увидимся? Я сам приеду. Сегодня вечером можно? Да, я знаю где ты, в Ымсоне, провинция Чхунбук.
Повесив трубку, Дочжун вылетел из офиса, сославшись на срочное дело, и сразу сел в машину, крепко сжав руль. По дороге он несколько раз тяжело вздохнул, а добравшись до места, долго не мог выйти.
В кафе он сразу заметил Хэчжина.
– Эй! Давно не виделись!
– А, Дочжун… да.
Мужчина внимательно разглядывал знакомого: исхудавшее лицо, темные круги под глазами.
– Я закажу кофе, подожди.
Подходя к стойке, Дочжун пытался расслабить дергающиеся мышцы лица. Вернувшись, он начал с пустых воспоминаний о прошлом, затягивая разговор. А потом, собравшись, спросил серьезно:
– Хэчжин. Не пойми неправильно. Говорят, ты из-за депрессии пытался покончить с собой?
Тот криво усмехнулся и кивнул.
– Уже всем растрепали?
– Да нет… просто случайно узнал. Но вообще я о другом…
Слова застряли в горле. Дочжун несколько раз облизнул пересохшие губы, и тогда Хэчжин не выдержал:
– Я знаю, что ты хочешь сказать. Не стоит. Мне это уже надоело.
– А?
– Отговаривать меня бессмысленно.
– Нет! Я не об этом. Я не собирался говорить «не умирай». Просто… э-э… ты… ты все еще собираешься покончить с собой? Если да, можешь сказать когда?
– Что?
– Ты просишь назвать дату моей смерти?
– Д-да. Можешь?
Нахмурившись, Хэчжин долго всматривался в лицо мужчины.
– Зачем?
– Я хочу знать день твоей смерти.
– Почему?
Не отводя взгляда, Дочжун произнес заранее заготовленный ответ:
– Ты абсолютно прав. Чужие люди не вправе пытаться изменить твой выбор. И я это понимаю. Когда я учился в школе, моя тетя покончила с собой. Мы всей семьей пытались ее остановить, но не смогли. Тогда я понял: если человек решил умереть, это его судьба. Поэтому я хочу хотя бы сохранить память о тебе. На работе я отвечаю за создание нового продукта, и у него еще нет серийного номера. Мне в голову пришла идея использовать дату твоей смерти. Чтобы помнить тебя всегда.
Хэчжин недоверчиво прищурил, но затем произнес:
– Удивительно. Из всех людей именно ты, с кем я почти не общался, говоришь мне, что планировать умереть – это нормально. Ты сказал, что твоя тетя тоже…
– Да. Я очень ее любил.
– Судьба… да. Пожалуй, это и правда судьба.
Хэчжин тяжело вздохнул, глядя в стол.
– Ты говорил о серийном номере?
– Ага. Вообще-то это первый проект, запуском которого я руководил сам, так что для меня он по-настоящему важен. И я сделаю так, чтобы наши друзья тоже не забывали о тебе. На встрече выпускников подарю каждому на память.
– Спасибо. Все-таки приятно знать, что меня будут вспоминать.
– Ага… только вот до релиза осталось совсем немного времени, и серийный номер нужно утвердить до конца этой недели. Поэтому я хотел спросить… вдруг ты уже знаешь, когда…
– Когда я умру? Честно говоря, никогда не думал о выборе даты смерти. Хм…
Хэчжин задумался, а Дочжун затаил дыхание.
– Нужно определиться до конца недели?
– Ага!
– Тогда я дам тебе ответ до воскресенья.
– П-правда? Хорошо. Спасибо.
– Никогда бы не подумал, что услышу такое… что мне можно умереть.
Губы Хэчжина тронула слабая улыбка, и Дочжун неловко улыбнулся в ответ. Они поужинали и разошлись.
Через два дня утром мужчина получил долгожданный звонок.
– Дочжун. В следующий понедельник мой день рождения. И тогда же я умру.
– А… хорошо. Понял. Спасибо.
– И тебе спасибо.
Сердце Дочжуна забилось как безумное. Седьмого! Хэчжин покончит с собой седьмого числа!
Мужчина заходил по комнате, заламывая руки и бормоча что-то себе под нос. Потом быстро собрался и вместо работы поехал в банк, чтобы взять кредит.
Вечером Дочжун снова встретился с Виделем.
– Ты выбрал человека?
– Да. Чхве Хэчжин. Мой друг, живет в Ымсоне, Чхунбук.
На игровом поле появилось лицо мужчины.
– Он умрет седьмого числа. Ставлю шестьдесят шесть миллионов пятьсот тысяч.
Демон кивнул.
– Тогда я отправлюсь в ад и посмотрю его будущее.
– Да!
Когда демон исчез, Дочжун бросился к холодильнику и жадно выпил холодной воды. В голове вспыхивала цифра шесть миллиардов шестьсот пятьдесят миллионов, но вместе с ней поднимался и леденящий страх. А если Хэчжин не умрет в назначенный день? Как ему возвращать деньги.
Не выдержав, Дочжун потянулся к телефону, чтобы набрать Хэчжина. Но не успел. Ему позвонил заплаканный Чжинхо.
– Дочжун… Хэчжин умер…
– …Что ты сказал?
– Хэчжин… этот придурок… он все-таки покончил с собой. Этот идиот… черт, что теперь делать? Черт возьми…
У Дочжуна голова шла кругом. Он стоял как в тумане, и лишь спустя мгновение смог выдавить:
– Что… ты несешь? Что ты сказал?
– Хэджин все-таки покончил с собой!
– Что?! Нет, нет, нет! Ты о чем вообще говоришь?! Что за бред?! Он сегодня покончил с собой?!
– Я и сам не верю! Идиот… чертов идиот!
Ноги Дочжуна подкосились, и он рухнул на пол, яростно мотая головой.
– Хватит нести чушь! Почему Хэчжин умер именно сейчас?! Такого быть не может! Ты что за хрень несешь?!
Как бы Дочжун ни пытался отрицать это, изменить реальность ему было не под силу. Чжинхо зачитал предсмертную записку друга.
– Еще рано! – завопил, срывая голос, окончательно обезумевший Дочжун, швырнул телефон и стал осыпать нечеловеческими проклятиями мертвого Хэчжина.
– Ты, ублюдок! Сраная тварь!
В бешенстве он оступился и ударился головой об комод. Сознание погасло. Из разбитой головы потекла кровь.
Когда Дочжун очнулся, рядом уже стоял Видель.
– Чхве Хэчжин. Дата смерти: 4 октября 2024 года.
Мужчина мгновенно пришел в себя
– Нет… нет…!
Он вскочил, но шестьдесят шесть миллионов пятьсот тысяч вон на игровом поле рассыпались пеплом. Дочжун снова впал в истерику, а когда немного выдохся, Видель спокойно сказал:
– В последний раз я даю тебе преимущество. Приду, когда определишься с выбором.
Демон испарился.
Оставшись один, Дочжун осматривал комнату пустыми, безумными глазами. Он обязан выиграть. Любой ценой. Любым способом.
Через час мужчина набрал номер на разбитом экране телефона. Долгие гудки. Соединение.
– Алло, бабушка. Это я, Дочжун. Соскучилась? Может, я приеду тебя навестить? Давно не виделись.
Видель убрал руки, и видео исчезло. Белл снова разразился аплодисментами и восхищенными возгласами.
– И правда впечатляет. За нахождение способа превращения обычного человека в чудовище ты, наверняка, получишь высший балл. Невероятно. Как тебе вообще пришла в голову такая идея?
– Ничего особенного, – спокойно ответил Видель. – Если изучать людей достаточно долго, понимаешь одну их слабость: игровую зависимость невозможно вылечить.
Сказав это, демон повернулся к Абло. Во взгляде читался немой вопрос. Тот медленно кивнул.
– Недочеты есть, но в целом весьма неплохо.
– Вот как? Тогда я был бы признателен, если бы ты потом указал на них.
– Слишком умный и дисциплинированный человек может воспользоваться тобой, как лотерейным билетом. Позже объясню подробнее.
– Хм. Правда? Ну что ж, ладно.
Закончив обсуждение, Абло и Видель повернулись к Беллу.
– Та вторая идея, о которой ты говорил… Она мне не нравится. Ты точно хочешь ее протестировать?
– Времени мало, поэтому выбора нет, – ответил Белл.
– Мы одолжим тебе магию. Спустишься вниз сам?
Белл нахмурился, затем кивнул.
– Спасибо. Тогда у меня будет к вам одна просьба.
– Неужели правда существует способ жить вечно?
Мужчина средних лет по имени Ду Соккю с недоверием смотрел на стоящего перед ним человека в капюшоне. Незнакомец криво усмехнулся и продемонстрировал свой истинный облик демона с багровыми крыльями.
– А-а!
Испуганный Ду Соккю попятился назад. Белл вновь принял человеческий облик и спокойно произнес:
– Теперь веришь? Это не пустые слова.
Мужчина задрожал, но быстро взял себя в руки. Чего и следовало ожидать от главы корпорации.
– Х… хорошо. Тогда скажите, в чем секрет?
– Ключ к бессмертию в…
Белл загадочно улыбнулся и тонким пальцем указал на разные части тела Ду Соккю.
– В превращении в паразита.
– А? Что это значит?
– Если кому-то пересадят один из твоих органов, ты начнешь «паразировать» в его теле. Проще говоря, захватишь контроль.
Глаза Ду Соккю широко распахнулись. Белл зловеще усмехнулся.
– Поэтому оформи согласие. Как только человек получит твой орган, он умрет, а ты займешь его тело.
– Это… действительно возможно?
– Разумеется. Демоны не способны лгать. Ну как? Грамотно используя данную схему, ты сможешь жить вечно. Согласен?
Ду Соккю снова вздрогнул. Подумав, он осторожно спросил:
– Но… что станет с тем человеком, чье тело я отниму?
– Он исчезнет. Что, совесть мучает?
– Нет, вовсе нет. Я просто хотел узнать… нет ли риска, что тело отнимут уже у меня.
– Никакого. А ты довольно предусмотрителен.
– Понятно. Тогда еще вопрос. А если пересадят сразу несколько органов?
– Пробудится только самый первый. Остальные не сработают. Твоя сущность не может дублироваться, так что не беспокойся. Хвалю за основательный подход.
– Ясно. И последнее. Почему вы предлагаете это именно мне?
Белл приподнял уголки губ.
– Потому что ты согласишься. А что получу я? Души тех, кто исчезнет. Настоящих владельцев тел, которые ты отберешь.
– А… вот как. Поистине дьявольское коварство.
Ду Соккю кивнул и задумался, а спустя мгновение низко поклонился Беллу.
– Прошу вас. Даруйте мне эту способность.
– Хорошо. С этого момента все твои органы станут семенами-паразитами.
Белл тонким пальцем начертил в воздухе сложный магический круг. Когда он замкнулся, тело Ду Соккю на секунду вспыхнуло темно-красным светом.
– А?
– Готово. Ступай. Пока твои органы еще пригодны, поспеши оформить согласие на донорство. Не жди, пока состаришься настолько, что их уже не примут.
С этими словами демон растаял в воздухе, словно дым.
Окаменевшее от шока тело Ду Соккю забила мелкая дрожь. Вечная жизнь. Он действительно осуществил свою мечту? И будет жить бесконечно долго?
– Осталось только…!
Он поспешил вытащить из кармана телефон.
– Алло, секретарь Ким. Немедленно узнайте способы подать заявку на донорство. Нет, не как получить. Как отдать.
То, что предпринял Ду Соккю потом, ужаснуло даже демона.
Однажды, изучая систему донорства, мужчина задумался: а что, если ему не понравится новое тело? Пересадка органа обычно требуется больным людям. А возраст? Что если реципиентом окажется пациент лет пятидесяти? Хуже не придумаешь. Нужен был способ куда надежнее, чем простая подпись под согласием. И возможности у Ду Соккю имелись.
Так в его голове родился план по похищению здорового молодого парня и насильной пересадке ему органа, для реализации которого Ду Соккю поставил перед собой три задачи.
Первая – найти врача и место для операции. Сначала он думал провернуть все за границей через посредников, но решил, что безопаснее сделать это в Корее руками врача по имени Чон Чжэчжун – талантливого хирурга, пристрастившегося к азартным играм, который сделает все, если протянуть ему руку помощи. Ду Соккю погасил его долги, пообещал огромную сумму и должность главного врача больницы. Получив операционную, мужчина перешел к выполнению второй задачи – поиску молодого, здорового мужчины. Разумеется, если уж выбирать, то тело должно ему нравиться. Больные глаза, обвисшая кожа, редкие волосы, слабый желудок, одышка после пары шагов – обо всем этом Ду Соккю собирался забыть и вновь стать молодым. Красивым, высоким, стройным. Студентом столичного университета. Если уж… если уж…
В итоге выбор пал на двадцатилетнего юношу по имени Ким Наму. Завладеть его телом, снова влюбляться, пить ночами в студенческих барах, путешествовать, мечтать. За последние десятилетия сердце Ду Соккю не билось так сильно ни разу. Он едва сдерживал свое нетерпение. Но оставалась последняя задача – перевод активов. Лишиться денег из-за нового тела? Абсурд.
Однако легально сделать это было почти невозможно. Как объяснить, что все имущество главы корпорации внезапно перешло к студенту?
Даже если оставить логику за скобками, большая часть сбережений ушла бы на погашение налогов. Криптовалюта? Золото? Тайники? Но отмывать большие суммы, находясь в теле студента без связей, тоже будет непросто.
В итоге Ду Соккю шаг за шагом, сочетая легальные и нелегальные методы, завершил подготовку. И когда все было готово, он похитил Ким Наму.
Усыпив его, мужчина ради сохранения полной секретности перенес тело в операционную. Иначе было нельзя.
Настал день пересадки органов. И Чон Чжэчжун не поверил услышанному.
– Что? После пересадки роговицы… вы приказываете мне вас убить?
– Да. Считай это эвтаназией. Вот, просто введи это.
Хирург не знал, что пока оригинальное тело живо, паразитическое перерождение невозможно.
– Но зачем…
– Я устал жить, но хочу продолжать видеть этот мир. Просто считай это своеобразным способом обретения бессмертия. Ты ведь уже согласился. Документ о назначении тебя на должность главврача вступит в силу в следующем месяце. Да и к тому же, зачем искать причины?
– …Хорошо. Если вы так настаиваете.
На самом деле Чон Чжэчжун и сам давно был не в себе. Иначе он бы не находился сейчас в этой операционной. Какая разница, что за безумие творит Ду Соккю? Хирург думал лишь о том, как оказался в личном аду. От напряжения по его лицу стекал пот.
– Я уточню еще раз. Пересаживаем только роговицу одного глаза?
Ду Соккю кивнул и глубоко вдохнул. Если демон не солгал, этого было достаточно. Наркоз начал действовать, и Чон Чжэчжун, глубоко вздохнув, сделал надрез.
Операция прошла успешно. Держа в руке шприц, хирург бормотал, стараясь унять дрожь:
– Богатые ублюдки… все до одного психи… черт возьми…
Прошло несколько минут, прежде чем он наконец вколол препарат, рухнул на пол и уставился в потолок.
– Проклятое казино…
Спустя час хирург поднялся и приступил к уборке.
Чон Чжэчжун смотрел на юношу перед собой с выражением полного недоумения. Еще вчера тот орал: «Что вы со мной делаете?!», бесновался и пытался вырваться. Как он мог всего за один день стать таким спокойным?
Юноша с безразличным лицом произнес:
– Когда вы меня отсюда выпустите?
– Это… хм.
Хирургу было не по себе, но он поступил так, как попросил его при жизни Ду Соккю.
– После полуночи ты свободен. Но только после того, как поклянешься, что никогда никому не расскажешь о том, что здесь произошло.
– Клянусь, – сразу же выпалил молодой человек.
Чон Чжэчжун слегка нахмурился, но тут же покачал головой. Он сделал все, что должен был. Остальное его не касается.
На следующий день освобожденный юноша все время ухмылялся. Он не мог сдержать рвущийся наружу смех. Ду Соккю успешно завладел телом Ким Наму и тут же отправился к тайнику с сейфом, чтобы достать выигрышный лотерейный билет, купленный за внушительную сумму. Уже одно это заставило его почувствовать себя обманщиком. Какой будет его вторая студенческая жизнь и молодость? Счастливый, он покинул тайник и направился в больницу.
– Я хочу стать донором органов.
Идеально. Если, наслаждаясь жизнью Ким Наму, он вдруг умрет, все просто начнется заново. Бессмертие через пересадку органов.
– Я вечный бог!
Ду Соккю решил сполна насладиться ролью божества. Он и не подозревал, насколько захватывающей может быть жизнь в двадцать лет. Соперничая с другими парнями за внимание женщин, путешествуя с друзьями, выступая на сцене, он проживал бурную юность.
Однако человеческая натура не меняется. Постепенно Ду Соккю все больше тянулся к примитивным удовольствиям. И все безжалостнее расходовал ресурс тела Ким Наму. Зачем заботиться о здоровье, если впереди вечность? Он курил одну сигарету за другой, каждый день напивался до беспамятства, а затем добрался и до наркотиков. В прежнем теле он бы даже думать о подобном не смел. Разрушенное тело, можно просто поменять. А раз ему стало любопытно, почему бы не попробовать?
…Но вскоре Ду Соккю горько об этом пожалел. Когда он перешел на более тяжелые вещества, все изменилось, и молодой человек стал похож на лишенного самоконтроля зомби. Он буквально не мог управлять собой и хотел лишь одного – колоться вечно. Какой же это был бы пустой, жалкий финал.
В помутненном сознании, удерживая последние остатки разума, Ду Соккю начал готовиться к следующему переселению.
Сначала занялся переводом легальных активов на криптокошельки. К счастью, он не трогал содержимое тайного сейфа. Затем попытался перейти ко второму этапу, который оказался слишком сложным для человека, истощенного наркотиками. Даже во время подготовки к пересадке он не мог отказаться от дозы из-за ломки.
Чем слабее становился его разум, тем проще были предпринимаемые шаги. В конце концов Ду Соккю решил просто бросить тело. Если он покончит с собой, то его органы достанутся кому-то другому, верно? Самое лучшее из доступных на данный момент решений. Он сам позвонил в службу 119 и, услышав сирену скорой помощи, перерезал себе горло. Повесив перед этим на шею карточку донора так, чтобы ее было хорошо видно.
До самого конца Ду Соккю боялся, что пересадка не состоится. Вдруг не найдется подходящего реципиента? Или наркотики поразили органы? Но все его страхи оказались напрасными. До приезда скорой он оставался жив. А умер уже в больнице. Некоторые из его органов были пересажены тем, кто в них нуждался.
Но было одно, о чем он не знал. Белл даровал способность к паразитированию телу Ду Соккю, а не Ким Наму. Единственным способом переселиться еще раз была пересадка роговицы левого глаза. К сожалению, на этот раз она так никому и не понадобилась и была утилизирована.
Белл с удовлетворением наблюдал за кончиной Ду Соккю. На подобные эксперименты не жалко потратить магию.
– Хорошо, что я решил провести тест.
Довольно кивнув, Белл вернулся в ад.
Белл выключил видео, развернутое у него на груди, и смущенно произнес:
– Качество так себе, да? Я не так силен, как вы. Но… что думаете?
Абло и Видель многозначительно переглянулись.
– Что? Настолько плохо? – встревоженно спросил Белл.
Увидев его беспокойство, Абло тяжело вздохнул и ответил:
– Белл, ты ведь проходил курс «Основы заключения контрактов с людьми»? И должен помнить, что условия обязаны строго соблюдаться. А твой метод… он на грани.
– Что? Хочешь сказать, что я его обманул? Но я же не лгал! Просто не сказал всей правды. Это ведь разные вещи!
– Ты ходишь по краю. Я очень точно выстроил формулировки, чтобы человек посчитал, будто может неограниченно пользоваться способностью в обмен на один год жизни. Но ты… хм. Даже не знаю, что сказать.
Когда Абло закончил, Видель с сожалением добавил:
– И еще ты мыслишь слишком узко. Тот человек, которого ты выбрал, был крайне нетипичным. Тебе просто повезло. Да, его грехопадение раз выглядело убедительно, но будет ли твой метод работать с другими?
– Ну…
Белл не нашел, что возразить. Как ни крути, друзья были правы. В его проекте было слишком много изъянов.
Наконец они спросили:
– Почему ты так одержим бессмертием?
– Да. Мы ведь уже говорили: такие темы, как вечная жизнь, требуют огромных затрат магической энергии. Студенты вроде нас ни за что не справятся.
– Разве нельзя выбрать другой, более эффективный метод?
Белл покачал головой.
– Мой дед… великий демон нашего рода… именно через бессмертие погубил Цинь Шихуанди. О нем слагают легенды.
– Конечно. Нет ни одного демона, который бы не знал твоего деда. Хм… значит, ты хочешь продолжить его дело?
– Не совсем… хотя нет, наверное, все-таки да. Я тоже хочу стать великим демоном, как он. Вы же сами знаете. Я двоечник. В моих жилах течет его кровь, но почему же я настолько никчемный? Я хочу хотя бы раз доказать, на что действительно способен. Поэтому готовился к июньской презентации… но, похоже, я и правда бездарь.
Видель и Абло молча смотрели на друга, не зная, что сказать. Но Белл вдруг потянулся, будто стряхивая нависшую тяжесть.
– Ай-й! Ладно. Простите, что зря потратил вашу магию.
– Не страшно. У тебя есть другие варианты? – спросил Абло.
– Нет. Нужно просто смириться с провалом, – горько усмехнулся Белл и под пристальными взглядами друзей поднялся с места. – Пусть профессор меня разнесет, но с пересадкой органов я завязываю. Вернусь к первой идее и буду дорабатывать ее!
Когда Белл вышел из комнаты, два оставшихся в комнате демона тяжело вздохнули.
Белл шагал по дороге, усыпанной лавой и колючими лозами, как вдруг у него над головой, словно порыв ветра, пронесся демон, который, улетев далеко вперед, вернулся и приземлился рядом. Это был Видель.
– Бел! Ты что творишь? Пешком точно опоздаешь!
– Да я так каждый день хожу, и ничего.
– Что значит «ничего»? Сегодня мы зачитываем доклады на конкурсе «Креативно-интеграционных разработок»!
– Что?! Серьезно? Разве не завтра?!
– Сегодня!
Белл в ужасе подпрыгнул. Видель лишь покачал головой и снова полетел вперед. Белл в панике расправил крылья и неловко взмыл следом. Друг то и дело смешивал полет с телепортацией и вскоре исчез из виду, а Беллу, которому катастрофически не хватало магии, оставалось лишь отчаянно махать крыльями.
– Идиот… я идиот! – не переставая ругал он себя, пока не увидел вдали университет. Перелетев серные реки и лавовые потоки, через террасу шестого этажа Белл добрался до главного здания и распахнул дверь аудитории. Мероприятие уже началось. Профессор, заметив опоздавшего, выдохнул пламя и даже воспользовался магией, чтобы прошептать ему прямо в ухо:
– Вы снова опоздали? Сколько раз мне объяснять, что демон обязан быть пунктуальным.
Смущенно почесав рог, Белл съежился и юркнул в самый дальний угол.
Профессор, покачав головой, продолжил:
– Следующий докладчик. Гулли из рода Грог.
Он щелкнул пальцами, и студент мгновенно оказался в центре зала. Почти бессмысленная трата магии, но создает ощущение динамики.
На самом деле профессор все это время украдкой поглядывал на почетных гостей – влиятельнейших демонов адских корпораций – поскольку ничуть не меньше своих учеников хотел произвести на них впечатление. Может, и ему перепадет солидная должность.
Возможно, именно поэтому сегодня профессор особенно яростно выискивал недостатки в докладах студентов. Каждый точный укол казался ему еще одним очком в копилку собственных баллов. Однако Гулли справилась безупречно. Классическая, выверенная работа. Придраться было не к чему.
Разочарованно прищурившись, профессор вдруг заметил Белла в последнем ряду.
Ну что, этот двоечник хоть что-то исправил? Вряд ли. Наверняка снова сплошные дыры. Значит, можно будет, как в прошлый раз, указать на три главные проблемы.
– Следующий докладчик. Белл из рода Богнар.
Глаза студента распахнулись. Он ведь только недавно пришел! Но профессор уже указывал на него пальцем. В следующий миг к Беллу оказался прикованы пристальные взгляды сотен людей
– Я…
– Начинайте.
– Д-да… сейчас…
Не успев даже перевести дух, Белл заговорил:
– Эм… я решил использовать желание всех людей обрести бессмертие. Если кратко, метод строится на использовании человеческой глупости. Все начинается со слуха о магазине, где каждый может вернуться в прошлое. Затем используется устройство под названием «Обратитель времени»…
Уголки губ профессора медленно поползли вверх. То же самое, что и в прошлый раз. Безнадежный двоечник.
– Человек выбирает момент, в который хочет вернуться, и устройство отправляет его в прошлое. Эм… да. Все. Так работает моя «ловушка бессмертия».
Как только Белл закончил, профессор громко цокнул языком.
– Отвратительно.
– Простите?
– То, что вы сейчас описали – невинная детская шалость. Вы демон? Или, может, фея?
Лицо Белла мгновенно потемнело. Это он уже слышал.
– У вашей идеи есть три фундаментальных ошибки, – продолжил профессор и обвел взглядом студентов, играя на публику для почетных гостей.
– Во-первых. Вы хоть представляете, сколько магии потребляет устройство, обращающее время вспять? Неразумно тратить так много ресурсов ради одного человека. Поэтому тема бессмертия не по зубам молодым демонам. Во-вторых, ваше предложение абсолютно не привлекательно для человека. Вы просто перематываете время, стирая воспоминания о будущем. Какой в этом смысл и кто на подобное согласится? Или вы собираетесь умолчать о некоторых деталях? Напоминаю: вводить людей в заблуждение во время заключения договора запрещено. И в-третьих, даже если какой-нибудь глупец согласится… что дальше? Что получит демон? Человек, вернувшийся в прошлое без воспоминаний, не погибнет. Он просто проживет аналогичную жизнь. Магия потрачена, а выгоды ноль. Поэтому я назвал ваш проект шалостью феи, – подытожил профессор, с презрением качая головой. – Возвращайтесь на место.
Он взмахнул рукой, и мрачный Белл вновь оказался за партой в заднем ряду. Абло и Видель тихо похлопали его по плечу.
И в этот момент один из гостей телепортировался прямо на сцену.
– Как такой идиот вообще может быть профессором?
– Ч-что?
– Ты недостоин этой должности, болван!
Тот растерялся. Перед ним стоял не кто-нибудь, а верховный демон, генеральный директор крупнейшей корпорации ада.
– Э-э… я не совсем понимаю…
– Ты не понял сути! Я впервые за десятки лет услышал по-настоящему гениальную идею, а ты ее раскритиковал!
Глаза профессора заметались. Что? Суть? Гениально? Не найдя ответа, он увидел, как верховный демон с яростью выдохнул пламя:
– Безмозглый! Я столько магии вложил в этот университет, а вы нанимаете таких преподавателей?!
– П-простите…
– Довольно.
Верховный демон махнул рукой, и Белл вновь оказался на сцене.
– Я хочу, чтобы ты работал в нашей корпорации. Что скажешь?
– Вы… уверены?
– Разумеется. Мы зарегистрируем и профинансируем ваш великолепный план.
– Невероятно…!
Казалось, лицо Белла вот-вот треснет от улыбки.
– Объясни еще раз этому тупице. Как именно ты подталкиваешь человека к гибели?
– Д-да, конечно!
Белл покосился на профессора и заговорил:
– Человек, вернувшийся в прошлое, обретает молодость, но не чувствует особой радости. Он просто проживает день за днем.
Его будущее уже предопределено. И в итоге, повстречавшись со мной еще раз, он снова согласится на возвращение в прошлое. Потому что и этот его выбор уже был предопределен. Он будет вновь и вновь проживать одинаковую жизнь, снова встречать меня, снова возвращаться назад. Круг. Бесконечный. Он исчезает из реальности навсегда. А это хуже смерти. Даже душа его не обретет покой. Никогда.
Верховный демон довольно кивнул и взглянул на профессора. Тот попытался скрыть беспокойство, но было поздно.
– Великолепно! Самый дьявольский план, что я слышал за последние десятки лет!
Профессор в панике возразил:
– Теория интересна, но кто из людей согласится? Без памяти о будущем возвращаться в прошлое бессмысленно!
– Ох, профессор… ты до сих пор не познал природу человека? Мы сами все профинансируем, и ты увидишь результат.
– Это пустая трата магии!
Верховный демон проигнорировал его и протянул руку Беллу:
– Продолжать конкурс нет смысла. Пойдешь со мной прямо сейчас? Хочу зарегистрировать твой метод немедленно.
– Д-да! Конечно!
Когда они ушли, профессор прикусил губу и задумался: «Неужели… неужели и правда сработает?..»
Вскоре метод Белла стал самым популярным и обсуждаемым приемом в аду. Проникшие на землю демоны начали искушать людей «Обратителем времени», и вопреки предсказаниям профессора бесчисленное множество угодило в расставленную ловушку. Причина, по которой они соглашались на сделку, даже зная, что не смогут сохранить воспоминания о будущем, скрывалась в их иррациональной вере в силу собственной «воли». Это стало очевидно уже во время первых тестов.
– Да. Я могу отмотать время, но ты лишишься воспоминаний.
– И окажусь в прошлом, так?
– Верно.
– Вы хоть представляете, как сильно я этого хотел? Сотни раз видел во сне тот день, когда мама спросила, можно ли ей развестись, а я, рыдая, умолял ее не делать этого. А она потом жалела. Настолько, что хотела покончить с собой. Если я вернусь назад, то обязательно скажу ей, чтобы разводилась скорее.
– Как я уже сказал, ваши воспоминания исчезнут.
– Ничего страшного. Даже если я ничего не буду помнить, то все равно ни за что не повторю своих ошибок. И потом… это лучше, чем просто ничего не делать.
Наблюдавшие за первым экспериментом демоны остались в полном восторге.
– Лучше, чем просто ничего не делать? Поразительная глупость.
Юноша вернулся в прошлое и, разумеется, снова стал отговаривать мать от развода. Потом всю жизнь сожалел об этом, вновь встретил Белла и вернулся в прошлое, снова всю жизнь сожалел, снова встретил Белла… и снова, и снова, и снова…
Подобные люди доставляли демонам особое удовольствие. Стоило попробовать поймать их самому, и сразу становилось ясно: таких глупцов вовсе не один и не два.
– Наша любовь обязательно вернет мне все воспоминания! Я никогда не смогу ее забыть! Нет ничего сильнее любви.
– Запомни! Запомни, Чхану! Биткоин, биткоин, биткоин, биткоин, биткоин, биткоин, биткоин, биткоин…!
– День, когда умерла моя дочь, я не смогу забыть даже после смерти. Ничего не способно залечить эту незаживающую рану. Я обязательно все исправлю. Чего бы это ни стоило!
В обществах с жесткой конкуренцией были и те, кто, отмотав время, хотел «перезапустить» свою никчемную жизнь. Благодаря этому демоны с поразительной легкостью погубили бесчисленное множество душ. Так что метод Белла по праву считался гениальным.
Профессор вскоре покинул университет, а Белл стал вторым величайшим демоном своего рода. Но, по правде говоря, даже он сам не ожидал столь громкого успеха.
И потому искренне восхищался людьми.
– Воистину… человек – поразительно глупое существо.
Кто такие демоны? В современном, секуляризованном обществе они больше не являются трансцендентными существами, превратившись в не более чем объект, удобный инструмент сравнения и сопоставления зла или же вымышленных марионеток, на которые обычно ложится ответственность за непостижимые грехи. Современный человек не верит в демонов, однако при необходимости с легкостью их призывает.
Подобная атмосфера находит отражение и в интернет-мемах, где образ демонов и дьявола сводится к шуткам про то, что теперь именно человек придумывает более изощренные идеи и совершает поступки куда страшнее, чем сам Сатана, из-за чего тот постоянно недоумевает и почесывает голову. Он либо «терпит очередное поражение», «остается без работы», либо только и может, что сказать: «Э-э… ну это уже перебор…» Демоны утрачивают сам смысл своего существования, поскольку люди причиняют друг другу куда большие страдания.
В этом контексте особенно любопытна концепция романа Ким Донсика «Университет демонов», где существа из ада поступают в вуз, получают образование и изучают людей. Чтобы выполнять свою роль, демонам требуется серьезная подготовка, а чтобы как можно сильнее ранить людей – глубокое понимание человеческой природы. Мир, где даже демоны вынуждены конкурировать, развиваться и повышать свою эффективность ради наилучших показателей, представляет собой общество радикального меритократизма, в котором различия между людьми и демонами практически стирается, вынуждая последних становиться похожими на своих будущих жертв.
По-настоящему дьявольские идеи рождаются лишь из глубочайшего понимания человека. В этом произведении демоны выступают страстными исследователями человеческой природы и, по сути, ее лучшими знатоками. Хотя в «Университете демонов» обитатели ада реальны и обладают очевидной сверхъестественной силой, сам роман не является ни религиозным произведением, ни текстом оккультного жанра. Взглянув на мир глазами демона, автор проводит серию мысленных экспериментов, направленных на понимание человеческой сути и, разумеется, касающихся довольно банальных и предсказуемых желаний в рамках универсальных проблем и дилемм. В первой половине романа особое внимание уделяется «любви» и «деньгам», способным как осчастливить, так и уничтожить человека.
Эксперименты демонов Абло и Виделя достигают результата благодаря своей наглядности и жестокости. Они искажают человеческие желания, превращая их в садистские механизмы, и подчиняют людей при помощи особых, искусственно созданных страстей. Это не столько добровольный выбор, сколько результат дрессировки, трюки, использующие слепые зоны человеческого восприятия. С виду – типичные дьявольские уловки, которые в действительности никоим образом не отражают глубокого понимания человечества. Совсем иначе выглядит тема «бессмертия», представленная Беллом. Это трансцендентное желание, осуществление которого противоречит природе человека, а потому едва ли его можно назвать универсальным. Именно поэтому профессор-демон отвергает идею Белла и требует изменить тему доклада. Однако в итоге ни тема, ни сама концепция не меняются.
Как метко подмечает высший демон, Белл переосмысливает понятие бессмертия, создавая замкнутую временную петлю, в которой человек оказывается пленником собственного прошлого и настоящего, лишенным возможности двигаться в будущее. Это уже не классическое бессмертие, а принципиально новая форма, нацеленная на универсальное желание современного человека. Возможно, на самом деле стремится он не к неопределенному будущему, а отчаянно ищет моменты прошлого, в которых можно остаться навсегда. Открытие Белла в итоге разрушает его ожидания относительно человеческой природы. Он признает, что люди вовсе не являются возвышенными существами, какими демоны привыкли их считать. Любовь и деньги, к примеру, по своей сути являются ценностями, направленными в будущее, и столь же переоценены, как и оптимистическая вера в человеческую природу. Но что произойдет, если отказаться от этой надежды? Возможно, чтобы продолжать существовать, человек вовсе не обязан с таким трудом нестись в будущее.
Понимание человека, представленное Беллом, приводит нас к самому иссохшему и беспомощному взгляду на человека нашего времени, через который роман «Университет демонов» радикально переосмысливает традиционный сюжет сделки между человеком и нечистой силой. Когда вы слышите о сделке с дьяволом, что первое приходит на ум? Наверняка, Мефистофель из трагедии Гете «Фауст», явившийся, чтобы искусить главного героя. Мефистофель обещает престарелому Фаусту славу, богатство и наслаждения. Тот вновь становится молодым, проходит через различные исторические эпохи и переживает трансцендентные мгновения, вбирая весь опыт и знание мира. Однако Фаусту запрещено произносить одну фразу: «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!», поскольку эти слова означали бы отказ от будущего и согласие остаться в настоящем, желание вырваться из потока времени и навсегда застыть в одном прекрасном мгновении. Однако Фауст, пусть и не из желания покоя или чувственного опьянения настоящим, а в более широком, смысловом контексте своего стремления, но нарушает условия сделки, и Мефистофель пытается забрать его душу, когда вмешивается Бог.
Данный эпизод аллегорически выражает христианское понимание спасения, а в более широком смысле – переход от средневекового религиозного мировоззрения к представлению о человеке, который может быть спасен постольку, поскольку непрерывно стремится к самосовершенствованию. Именно эта вера в возможность самосозидания и изменения лежит в основе гуманизма. Если новое время было эпохой, в которой человек верил, что способен изобрести самого себя, то новейшее время – это период кризиса данной веры. Человек, изображенный в «Университете демонов», кажется волевым и оптимистичным, но одновременно – инертным и бессильным. Он верит, что может изменить свою жизнь, но не обладает подлинной волей, напоминая скорее приемник, реагирующий на внешние стимулы и дисциплинированные желания.
Именно утрата силы воли для движения вперед становится фундаментально причиной неудач современных людей. «Университет демонов» показывает, что фаустовский образ человека, мечта гуманиста нового времени, уже разрушен. Более того, можно усомниться, существовал ли когда-либо подобный человек на самом деле. Проблема же в том, что мы продолжаем жить внутри данной иллюзии. Современное представление о том, что человек способен изменить свою жизнь и стать лучше, превратилось в пустую скорлупу. Надежда на будущее и вера в преобразование мира выцветают, но остается человек-оболочка, готовый ради улучшения собственной жизни пожертвовать другими. В отличие от Фауста, который через страдание пришел к идее создать рай на земле, персонажи «Университета демонов» лишены коллективного устремления к лучшему миру. Хотя центральная идея сосредоточена в замысле Белла, истории Абло и Виделя, исследующих человеческие желания любви и денег, также имеют важное значение. В этих эпизодах человек больше не желает пользы для всех. Он не стремится изменить себя, а лишь хочет, чтобы мир функционировал так, как будет лучше для него. Фаустовская «воля» оказывается радикально приватизированной и превращается в инструмент, при помощи которого даже чужое несчастье становится условием личного счастья.
Так, Сонгук, искушенный демоном Абло, изначально наивно мечтавший о первой нежной любви, получив способность видеть чувства в виде процентов, перестает воспринимать объект своей любви как живого человека. В итоге он становится зависимым от контроля, ради удержания которого и растрачивает собственную жизнь. Азартный Дочжун, попавший в ловушку Виделя, в конечном итоге начинает играть уже человеческими жизнями, доводя своего депрессивного друга Хэчжина до самоубийства. На первый взгляд оба героя выглядят как демонизированные люди, но, по сути, они остаются самыми обычными людьми, одержимыми желанием упростить и улучшить собственную жизнь.
Хотя Абло и Видель повлияли на превращение Сонгука и Дочжуна в демонических существ, однако их истории нельзя считать исключением из правил. Даже без вмешательства демонов в нашем мире существует бесчисленное множество сломленных и больных людей. Все зависит лишь от того, кто и при каких условиях сталкивается с подобными искушениями. Люди, мечтающие не изменить мир, а лишь улучшить свою маленькую личную вселенную, всегда становятся легкой добычей для демонов. Таких Фаустов, которые могли бы быть оправданы Богом благодаря своей коллективной воле и нравственной устремленности, становится все меньше.
В эпоху Фаустов-неудачников тупик человеческой природы, изображенный в «Университете демонов», становится общей проблемой для нас всех.
В финале романа идея Белла переосмысливается высшим демоном. Не потому, что она вторит классическим представлениям о бессмертии, а потому что вскрывает его истинную форму: это не жизнь ради будущего, а бесконечное повторение прошлого. Как показывают судьбы Сонгука и Дочжуна, люди, желающие улучшить свое положение по инерции, движутся не вперед, а назад. Белл прекрасно понимает: если человек, утратив воспоминания, возвращается в ключевой момент своей жизни, он неизбежно попадает в бесконечный замкнутый цикл выбора – «регрессивное бессмертие», форма полного уничтожения жизни.
Эта поразительная идея точно указывает на характер современного человека, утратившего видение будущего. Новейшее время изначально было фантазией о лучшей эпохе, коллективной мечтой об утопии. Линейное понимание времени заставляло использовать настоящее и прошлое ради будущего, эксплуатируя самого себя. И чтобы освободиться от этого давления, человек сегодня отворачивается от завтра и обращается к вчера.
По мысли Белла, подлинно дьявольский замысел состоит не в обмане или запутывании человека, а в том, чтобы позволить ему самому переоценивать собственную волю и верить, что он исключение. Люди теряют воспоминания, но упорно верят в свою способность преодолеть любую дилемму и переписать прошлое. Эта вера и есть подлинная истина регрессивного человека современности, мечтающего о лучшей жизни лишь в закрытом, индивидуальном формате. Если мы боимся взглянуть в будущее и застреваем в прошлом, позитивные ценности, обещанные человеческой природой, неизбежно терпят крах.
Именно подобное коллективное желание прослеживается в набирающих популярность произведениях о «перемотке времени» ради изменений в будущем. В отличие от классических историй о путешествиях во времени, здесь память не стирается, а значит ошибки можно исправить, как в игре через сохранения. Это не что иное, как фантазия о превращении жизни с ее неопределенностью в управляемую систему. Подобно нажатию кнопки «перезагрузка» в компьютерной игре, желание вернуться в прошлое становится способом бегства от непреодолимой реальности. В эпоху, когда оптимистичная мечта нового времени превратилась в регрессивный кошмар, демонам больше не нужно прилагать усилия, чтобы развращать людей. Последние сами создают условия для собственного несчастья.
В финале демон приходит к простому выводу: «Человек – поразительно глупое существо». Но заканчивается ли роман примитивным пессимизмом? Парадоксально, но нет. И это тоже лишь одна из сторон человеческой природы. Человек безмерно глуп – и именно поэтому у него остается шанс стать лучше. Человечность означает двойственность и незавершенность. Мы все еще способны заново открыть самих себя. И это уже наша ответственность – быть свидетелями подобной глупости. Именно человек может, как привести себя к величайшему добру, так и ввергнуть в величайшее зло. Демон лишь примеряет человеческие желания, словно вторую кожу. Иногда они прекрасны, как предметы роскоши. Иногда – ужасны и напоминают лохмотья. И это тоже зависит только от человека. Ведь только столь глупое существо, как человек, способно одновременно увольнять демонов и вновь нанимать их на работу.
Моим демоном был демон из компьютерной игры «Diablo II», вышедшей в июне 2000 года. Мрачный, угрюмый мир и жуткие существа, без разбора истребляющие людей. Настоящие демоны. Прямо-таки образцовые.
Но затем в какой-то момент они вдруг вырядились в костюмы, отказались от бессмысленной резни и насилия, предпочитая мучить людей через сделки и обман. Образ именно таких демонов постепенно стал доминировать в культуре. С этого момента я по-настоящему полюбил подобных персонажей. В самых разных произведениях демоны оставались удивительно многогранными. Они играли с людьми, но при этом свято соблюдали условия договора; могли заводить с ними дружбу или романтические отношения; а иногда и сами вызывать у людей сочувствие. Все это казалось мне свежим и необычным.
Но больше всего меня поразила одна деталь. К демонам вдруг прикрепили ярлык «офисный работник». Каждый из служителей тьмы оказался всего лишь рядовым сотрудником внутри системы под названием «ад». Идея, что преисподняя функционирует по законам огромной корпорации, показалось мне невероятно привлекательной. Усталость, выгорание, бытовая приземленность, просьбы вроде: «Ну войдите вы в мое положение. В этом месяце я и половины нормы не выполнил. Давайте уже подпишем контракт на таких условиях. А? Когда придет время забирать душу, я уж постараюсь, обещаю».
Круто, правда? Поэтому в моих рассказах демоны очень часто появляются именно в подобном образе. А потом мне в голову пришла мысль: «А что, если сделать демонов… студентами специального университета с лекциями, оценками и зачетами?»
Демоны, заваленные домашними заданиями, настолько измотанные, что им некогда даже привести себя в порядок. Обвисшие и сухие крылья. Белые круги под глазами чуть ли не до подбородка. Или демоны, которые всю ночь пьют перебродившую серу в баре, а под утро, обнимая странные каменные глыбы, опорожняют желудки.
В подобных рассуждениях и фантазиях родилась первая сцена: главный герой, демон по имени Белл, в панике опаздывает на занятие. С этого эпизода и началась вся история «Университета демонов». Конечно, в процессе написания фокус внимания сместился в сторону человеческих историй, но меня радует сам факт того, что мне удалось создать подобный мир. Я был прав. Сеттинг действительно интересный! Ха-ха-ха.
Если представится возможность, мне бы очень хотелось однажды написать легкую, веселую историю именно об университете. Ха-ха-ха. У меня появилось странное предчувствие. Словно я буду снова и снова возвращаться к образу демона в своих книгах. Очень похоже на сделку с дьяволом, вам не кажется?
Я буду стараться писать интересные истории, пока кто-нибудь не скажет:
– Он точно продал душу!
Спасибо вам за то, что открыли эту книгу.
Пусть во всех начинаниях вам сопутствует удача, а жизнь будет полна счастливых моментов.
Март 2025 г.
Спасибо за выбор нашего издательства!
Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.
Тысяча вон примерно равна 53 рублям.