Дисклеймер

Все упомянутые в тексте торговые марки и имена персонажей являются собственностью их законных правообладателей. Автор использует их в художественных целях для создания атмосферы времени и не претендует на них

Действующие лица

Основные герои

Кир Эфрон — геймер мирового уровня с Земли, занявший место пропавшего принца Кириана Виллариса.

Стелла Ар-Вин — девушка с планеты, похищенной Безликим Созерцателем.

Тейдан Фэрроу — таинственный юноша, отправившейся с Киром ради защиты Ключа от всех дверей.

Люмирен Вэйс — сомн, ставший главным помощником Кира.

Второстепенные герои

Шицы — правая рука и помощница Тейдана.

Безликий Созерцатель — главный преступник космоса, похищающий планеты.

Странник — путешественник во времени, упоминающийся в разных легендах в качестве спасителя.

Жители Этериона

Дарион Вилларис — король (терон) Этериона.

Равилла Вилларис — королева (терисса) Этериона.

Элиар Вилларис — старший брат Кириана и наследный принц (альтерис).

Кириан Вилларис — пропавший младший наследный принц (терейс).

Ярели Миннар — невеста (солари) Кириана.

Вейна Нор-Коррен — наследница Клана Теней и подруга Ярели.

Юрана Шайе — возлюбленная Кириана.

Зари — личная служанка Кириана.

Совет Лордов Этериона

Марис Верано — председатель Совета Лордов.

Этьен Маландрий — министр финансов, глава казначейства.

АлдрикАльторан — глава Дома Серебряного Листа. Куратор программы стабилизации нижних уровней.

Велто Нор-Коррен — глава Клана Теней. Советник Дариона по безопасности. Неофициально — глава «теневого кабинета», контролирующий разведку и шпионаж.

Архитекторы

Архитектор Жизни — Кхаш Торр. Отвечает за медицину, биологическое разнообразие и генетику. Подразделение — «Корпус Целителей».

Архитектор Стихий — ФьяраА'Шар. Контролирует экологию, климат и геологию планет. Подразделение — «Садовники Вечности».

Архитектор Разума — Цвирра Эр-Су-А. Следит за ментальным здоровьем рас, предотвращает псионические эпидемии и контролирует использование ментальной магии. Подразделение — «Щит Мысли».

Архитектор Пространства — Шеор Квеллан. Отвечает за безопасность космических путей, работу порталов и борьбу с пространственными аномалиями. Подразделение — «Часовые Бесконечности».

Архитектор Теней — Эл'Кайрэн Квел'Нор-Ран. Командует космической полицией — «Безгласными Клинками». Они занимаются тайными явными операциями, нейтрализацией угроз и розыском особо опасных преступников.

Архитектор Истины — Марварон Мирранд-Ман. Хранит и изучает магические и технологические знания, предсказывает возможные угрозы с помощью пророчеств и вычислений. Его подразделение — «Архив Эха».

Архитектор Гармонии — Лиаран Аверисс. Глава Архитекторов, самый могущественный из них. Его голос — решающий в случае раскола. Он не имеет своей сферы, его задача поддерживать гармонию внутри самого Совета и Вселенной.

«Добро пожаловать. Вас приветствует Система корабля «Ковчег». Вам выпала честь стать учителем для будущих жителей планеты Земля».

Кир стоял посреди высокого узкого помещения, похожего на лифт или шкаф. И то шкаф у него дома куда просторнее и комфортабельнее. Вокруг кружили тонкие левитирующие экраны, мерцающие голубым отблеском. Самый большой из них завис прямо перед лицом, и смотрел на юношу огромным многослойным кругом из полосок.

— Чего?! — Кир схватил экран за край, дернув на себя. — Издеваешься? Я? Препод для инопланетян? С чего бы?

«Вы выбраны для программы временного обучения в качестве независимого эксперта с обширными знаниями в разных областях культуры собственного народа. В Ваш мозг вживлен лингвистический чип, позволяющий понимать и разговаривать на любом языке, находящемся в базе данных».

— Отказываюсь! — Кир оттолкнул от себя экран, и сам подался назад. — Возвращай меня домой! У меня стрим скоро. Игры, знаешь ли, сами себя не проходят. И соседи, бывает, стучат по батареям, когда я долго отсутствую. Скучают по моим крикам.

«Ваш отказ не влияет на решение Системы избрать учителя, — голос стал чуть громче, но звучал все так же безжизненно. — Используйте НЭКС для удобства жизни и преподавания на корабле. Все Ваши студенты — выжившие представители погибших планет».

Экраны свернулись в тонкие вертикальные полоски, исчезнув практически мгновенно. Стена прямо перед юношей зарябила и исчезла, образуя проход.

— Я что, сплю? — он убрал руки в глубокие карманы белоснежной джинсовки и вышел из телепортационного помещения. — Меня похитили инопланетяне, чтобы я учил других инопланетян. Сюр какой-то. Надо было оставаться в кровати и не вставать. Вообще. Попил, блин, кофе.

Эфрон попал в огромное помещение с раскинувшимся над головой стеклянным куполом. Звездное небо медленно и лениво проплывало мимо, вынуждая поднять голову и обратить на себя внимание. Ни одного знакомого созвездия он не увидел, зато углядел фиолетовую галактику. Она мирно сияла где-то далеко-далеко, завораживая одним своим видом.

— Я иссекайнулся что ли? — Кир цокнул языком. — Космических приключений мне только не хватало для полного счастья. Осталось найти эльфов с орками для комплекта. Может, мне еще и колечко отнести куда-то? Тц.

Он двинулся вперед, к центру помещения, где журчал огромный водопад с серебристой жидкостью.

— Ладно, — сказал Кир сам себе. — Допустим, я здесь. Допустим, меня похитили. Допустим, я должен учить инопланетян. Что дальше? Меня хотя бы покормят? Или я буду учить на голодный желудок? Это дискриминация по пищевому признаку.

Постепенно спускаясь к водопаду, Кир заметил довольно уютные ниши с мягкими диванами и креслами, где отдыхали представители других рас. Он оценивающе окинул их взглядом, по привычке прикидывая, кто какого уровня и на что способен. При этом все же старался не пялиться на тех, кто едва ли напоминал людей. Они не пытались с ним контактировать, чему Эфрон, несомненно, порадовался.

Заметив не так далеко от себя дерево, вылупившееся на него также удивленно, как и он на все вокруг, Кир просто развернулся и пошел прочь. Это дерево определенно походило на девушку, но знакомиться с ней желание как-то не возникло.

«Я на космическом корабле, — продолжил рассуждать он. — Кричать и возмущаться нет никакого смысла. Меня не отпустят просто так. Учить инопланетян, значит? Они же не собираются вот это подселить на Землю? Сильно сомневаюсь, что ту девушку-дерево легко и просто примут за простого Лешего. Хотя… на Хэллоуин сойдет. Возможно, мои соседи сверху приняли бы ее за нового жильца. Они вообще странные».

Кир наступил на мох, тот оторвался от гладкого камня, и юноша понесся прямо по низеньким растениям, размахивая руками. В дополнение ко всему — споткнулся о выступающий корень и скатился вниз по небольшому склону. Эфрон развалился на холодных плитах, раскинув руки.

«Это слишком больно чтобы быть сном…», — Кир поднялся, отряхивая черные джинсы. Зато до фонтана добрался.

Полупрозрачные руки, отдающие фиолетовой рябью, схватились за край борта. Капли разлетелись в стороны, и из воды высочил юноша. Кир моментально отступил.

— Зафиксировано неоднозначное эмоциональное состояние, — произнес незнакомец, наклоняя голову вбок, и немного кудрявые темно-фиолетовые пряди качнулись от резкого движения. Его алые глаза смотрели прямо на юношу, а зрачок то сужался, то расширялся, напоминая линзу фокусирующейся камеры. — Состояние определено: испуг. Приношу извинения за эмоциональную дестабилизацию.

— Да иди ты к черту! — Кир повысил голос. — Совсем сдурел?! Если бы у меня были проблемы с сердцем, так бы и помер из-за тебя! И вам всем пришлось бы отвечать перед моей тетей! А она, между прочим, очень громко кричит!

— Системная ошибка, — также спокойно произнес он. — Маршрут до пункта назначения «черт» невозможен, поскольку отсутствуют данные о точке назначения. Мои системы функционируют нормально, состояние «сдурел» не подтверждено, — его тело зарябило, и он исчез, подобно призраку. Помехи появились прямо в воздухе рядом с Эфроном, и незнакомец собрался воедино. Протянул руку к груди Кира, и тот отпрянул.

— Не трогай меня, — почти сквозь зубы произнес Кир.

— Я проведу диагностику биологических показателей вследствие испуга, чтобы исключить диагноз «инфаркт» и убедиться в правильном функционировании сердца, — ответил незнакомец, не обращая внимания на недовольство. Он приблизился, вновь протягивая руку. — Это займет несколько секунд.

— Да в порядке я! — Кир отмахнулся, откидывая его холодную, полупрозрачную руку в сторону. Затем оценивающе осмотрел того, кто напоминал ему интерфейс Системы. — Ты кто такой вообще?

— Меня зовут Люмирен Вэйс, я представитель расы сомн с планеты Ину, — юноша слегка подался вперед и моргнул. Яркий электрический заряд тонкой змейкой добрался до Кира за считанные секунды, сверкнув в воздухе сиреневой искрой, и ударил прямо по лбу статическим электричеством.

— Ай! — Кир накрыл ладонью пострадавшее место. — Драться-то зачем?!

— Я поздоровался, — на непоколебимом полупрозрачном лице мелькнуло легкое недоумение, всего на пару секунд сменив безразличие.

— Не делай так больше… Ни с кем, — Кир выдохнул немного раздраженно. — Я Кир Эфрон, человек с планеты Земля. Знаешь такую?

— Земля — планета шестого уровня, расположена в Солнечной системе Млечного пути, находящегося в сверхскоплении галактик Ланиакея.

— Ага, — Кир постарался сделать вид, будто адрес родной планеты ему известен. — Знаешь, как туда попасть?

— Невозможно. Мы находимся на другом конце космического пространства.

— Ну здорово, — он цокнул языком. Влип так влип. Юноша поставил руки на талию, постукивая пальцем по краю джинсовки. — Просто зашибить, подавись и удавись!

Люмирен скользнул взглядом по напряженной позе нового знакомого, недовольному выражению лица. Паттерн выдал ошибку: положительно окрашенное слово сопровождается негативным проявлением эмоции. Он замер, стараясь осмыслить происходящее.

— А ты, ну… Чего такой? — Кир, поняв, что его не поняли, уточнил: — Полупрозрачный. Ты похож на проекцию. Искусственный интеллект?

— Сомны являются биоэлектронной расой, рожденной из системных ошибок технологий биологической расы Ину. Мы не родственны искусственному интеллекту, поскольку способны испытывать эмоции и репродуктивны. Наша осязаемая форма зависит от программного обеспечения, регулируемого самостоятельно, — Люмирен ненадолго опустил веки. Системная ошибка продолжала докучать, и пришлось отправить ее в список неразрешенных проблем для последующего нахождения решения.

— Понял… — Кир отошел к высокому неровному камню, опускаясь на него. Резкий прилив адреналина постепенно сходил на нет, и в теле появилась ощутимая вялость. Легкая головная боль сопровождала каждую мимолетную мысль.

Повисла неловкая тишина. Люмирен продолжал стоять рядом. Не говорил. Не двигался. Просто смотрел на собеседника, будто бы ожидая от него чего-то.

«Я будто попал в фэнтези-игру и мне дали бестолкового напарника, — Кир потер переносицу. — Так. Если воспринимать весь этот бред через призму своего игрового опыта, то мне необходимо найти НПС, способного дать подсказку. Люми утверждает, что попасть на Землю нельзя. Ага, щас. Надо найти способ. Раз меня как-то сюда переместили, то и обратно запустить телепорт реально. Для начала нужно проанализировать имеющиеся угрозы, узнать побольше про сам корабль».

— Так, получается, ты что-то типа… Программы? — Кир медленно перевел взгляд на юношу, все также бесцельно стоящего рядом и созерцающего пустоту. Услышав вопрос, он моргнул впервые за долгое время.

— Я не являюсь программой, однако могу стать ее частью, — Люмирен указал пальцем на карман юноши, откуда выпирали края телефона последней модели. — Я совместим с любыми устройствами, включая древние технологии.

— Сам ты древняя технология! — Кир выхватил телефон в светлом чехле, прижимая к груди. — Эта мобила как почка стоит! Раз ты совместим, можешь сигнал настроить, чтобы до Земли дозвониться?

— Утверждение неверно. Человеческая почка не эквивалентна стоимости общедоступному техническому оснащению Земли. И я не являюсь древней технологией, поскольку не родственник ей, — Люмирен внимательно осмотрел телефон и, не притронувшись, добавил: — Невозможно установить сигнал из-за нелинейной временной линии, идущей вразрез земному восприятию времени.

— Какой же ты душный, — Кир опустил руку. Когда мимолетный испуг сошел на нет, вместе с ним отступила и головная боль.

— Живое существо не может быть душным.

— Не важно, даже не пытайся. Тебе не хватает человечности чтобы понять, а объяснять мне лень.

Люмирен окинул взглядом Кира с головы до ног, сопоставляя его внешний вид с базой данных. Искрящиеся пиксели на одежде поплыли, сливаясь друг с другом, наращивая объем. Вместо некого подобия доспех на юноше появилась серая кофта с небольшим треугольным вырезом и накинутая поверх удлиненная черная безрукавка с капюшоном. Широкие брюки, походящие на жидкий перламутр, потемнели и сузились, принимая форму черных джинс, спрятавшихся в высоких берцах.

— Одежда человечнее тебя не сделает, — скептически заметил Кир.

Люмирен взялся за края безрукавки и опустил взгляд. Его полупрозрачное тело стало чуть прозрачнее, из-за чего тот стал напоминать призрака еще сильнее. Только с фиолетовым отливом.

— Чтобы выжить сомнам необходим носитель, — Люмирен перевел тему, не собираясь комментировать его слова. — Мы дышим данными, а без них задыхаемся… Я могу долго существовать в любой среде без полностью биологической формы. Чем дольше нахожусь вне носителя, тем хуже работают мои паттерны. Если я связан с носителем, мне это не грозит. Системы корабля не предполагают вмешательство в работу посторонними созданиями, что делает его абсолютно непригодным для поддержания моего состояния. Позволишь ли ты использовать свой НЭКС в качестве временного носителя моей личности?

— Что такое НЭКС? — Кир вопросительно выгнул бровь.

— Нано-энергетический коммуникатор связи, — Люмирен коснулся пальцем запястья, но ничего не произошло.

— Мне это ни о чем не говорит, — Кир повторил за ним жест. Вокруг его запястья загорелся полупрозрачный широкий экран-браслет. Он парил, опоясывая руку, как тонкое стеклянное кольцо, сотканное из голубоватого света и мерцающих линий.

«Похоже, это что-то типа телефона и компьютера… — Эфрон провел пальцем по экрану, и открылось меню. — Стоит разобраться подробнее. Здесь столько страшных и непонятных символов, но я могу их понять. Видимо, Система говорила об этом, когда упомянула встроенный переводчик».

— Ладно, подключайся. Заодно поможешь мне разобраться во всех этих программах. Меня сюда в качестве учителя забрали, наверняка здесь есть какие-то материалы и прочее. Копайся на здоровье, в общем. Главное не вреди, — Кир протянул руку в сторону своего новоиспеченного знакомого.

— Спасибо, — уголки губ Люмирена приподнялись немного неестественно. Очевидно, юноша впервые пытался улыбаться, и получилось немного натянуло и больше напомнило Киру судорогу. Юноша протянул пальцы, касаясь ими НЭКСа. По телу сомна пробежали яркие искры, и тот исчез внутри прибора.

— Я требую личной беседы с руководством!

Из арочного дверного проема раздался возмущенный женский голос, привлекший внимание Кира. Поскольку бесцельно гулять по широким коридорам ему все равно скучно, он решил остановиться и понаблюдать за происходящем.

Помещение напоминало зону ожидания: небольшую, человек на пятнадцать, с гладкими белоснежными стенами. В углах, на полу, мерцали тусклые голубоватые огоньки, создавая мягкий, рассеянный свет. На длинных диванчиках сидели другие посетители, едва ли вообще похожих на людей.

«Личное общение пассажиров с экипажем не предусмотрено, — голос Системы продолжал говорить одно и то же. — Повторяю: личное общение пассажиров с экипажем не предусмотрено».

— Мою планету украли, а не уничтожили! — девушка ударила ладонью по левитирующему экрану. — Я не должна участвовать в программе спасения! Это ошибка! Кто-то должен это проверить!

«Всех возможных жителей Вирона эвакуировали. Количество спасенных составило одного представителя местных жителей. Планета Вирон не числится в базе данных Мирового Протокола. Адрес: неизвестен. Статус: потеряна. Причина: действия Безликого Созерцателя».

— Вот именно! — она схватилась за края экрана. Ее пальцы побелели от напряжения. — Планета не уничтожена, она потеряна! Это разные вещи! Потерянное можно найти! Как вообще так произошло, что забрали только меня?!

«Адрес телепортации невозможен ввиду отсутствия планеты в точке координат, — ответила Система. — Статус жителей Вирона: неизвестен».

— Но нельзя все так оставлять! — девушка взмахнула рукой, откидывая в сторону мешающуюся белоснежную челку с голубоватым отливом, достигающую плеча. Остальные волосы оказались коротко подстрижены: Кир заметил это, когда она повернулась, следуя за отлетевшим от нее экраном.

«Конгломерат Фатума оповещен. Архитектор Теней включил Вирон в список пропавших планет. Убедительная просьба сохранять спокойствие».

— Да толку от их оповещения?! — девушка взмахнула пальцами по экрану, и тот пошел рябью, стремительно светлея.

Кир наблюдал за конфликтом с Системой, прислонившись спиной к дверному проему. Больше всего его интересовал способ перевода: он прекрасно слышал мелодичные слова на языке, совершенно не похожим ни на один из земных, но при этом прекрасно понимал их смысл. Словно озвучка поверх оригинала.

Так и не добившись ничего от Системы, девушка собралась покинуть помещение, но Кир уперся подошвой в противоположный дверной проем.

— Планета похищена, говоришь? — Кир лениво прислонился затылком к краю проема, запрокинув голову. Незнакомка больше напоминала ему маленькую собачку — крошечная и эмоции так и прут.

— Все знают про Безликого Созерцателя, — она встретилась с его абсолютно равнодушным взглядом, и внутри все забурлило еще сильнее от одного вида настолько спокойного юноши перед собой.

— Видишь ли, меня забрали с планеты, не поддерживающей связь с другими жителями вселенной. Система сказала, это ковчег для тех, кто лишившихся своих домов по разным причинам. Я думал, речь идет про какие-то космические войны, но вот чтобы планеты крали… Это что-то новенькое, — Кир опустил ногу и нехотя отпрянул от проема. Он преградил дорогу девушке, глядя на нее сверху-вниз. — Расскажешь?

— Жить в неведении иногда прекрасно, — она отдернула темно-синий мундир, опоясанный широким черным ремнем. — Пойдем, — девушка обогнула его, выходя обратно в коридор. — Ты кто и откуда?

— Кир Эфрон, человек с Земли. Меня сюда как препода забрали, — Кир неспешно двинулся следом.

— Стелла Ар-Вин, — она остановилась на грунтовой дороге, стоило добраться до окна. Вдали виднелась полностью голубая планета, покрытая бескрайними водами океана.

— Из Алфеи? — Кир хмыкнул из-за собственного вопроса. Недоумение, застывшее на лице девушки, ничуть его не удивило: представители других планет вряд ли пытались знакомиться с культурой Земли. — Не обращай внимание. Продолжай.

— Все началось около шести лет назад, — Стелла предпочла оставить без комментариев непонятный вопрос. Она облокотилась предплечьями о широкий подоконник. Материал излучал легкий свет, наполняющий помещение, и никакие осветительные приборы кораблю не требовались. — Безликий Созерцатель вступил в конфликт с Конгломератом Фатума — правителями Вселенной. Он стал похищать планеты, и куда перемещает их — неизвестно. И что с ними в итоге… Тоже. Это официальная версия от Архитектора Теней, поскольку на местах преступления нашли частички телепортационных заклинаний.

«Заклинаний? То есть, где-то в космосе существует магия? А вот это уже интересно», — Кир запрыгнул на край широкого подоконника, закинул щиколотку на колено.

— Созерцатель продолжает утверждать, якобы спасает планеты от гибели, — она произнесла это чуть более натянуто, — но ни одна из них до сих пор не вернулась на свое прежнее место, — Стелла отпрянула, отойдя подальше от Эфрона. — Не в обиду Архитектору Теней, но за минувшие годы он ничего не смог сделать. Я не собираюсь сидеть и ждать. Там осталась моя семья, и им угрожает опасность. Неизвестно, что Созерцатель делает с жителями планет.

«Ее суждения иррациональны. Безгласные Клинки безрезультатно прочесывают космос, и ничего не обнаружили», — голос Люмирена раздался прямо в голове Кира, и он вздрогнул.

— Эй! — юноша повысил голос, и Стелла вздрогнула. — А ну не кричи мне на всю голову! Ты что, мысли мои читаешь? Вылезай оттуда немедленно!

Вокруг запястья Эфрона засиял НЭКС. Мерцающие помехи, смешанные с глитчем, вылетели из прибора сияющим вихрем, складываясь в полупрозрачного юношу.

— Прошу прощения, — Люмирен склонил голову. — Я не читаю мысли, а подключаюсь к вживленному чипу на энерго-цифровом уровне посредством соединения технологии с заклинаниями автоматического перевода. Иными словами, не имею доступ к мыслительным процессам, но могу оказать телепатическое влияние для передачи информации. При желании ты можешь также, для этого необходимо сосредоточится на передачи мысли в мою сторону.

— Предупреждать надо. Напугал, — Кир цокнул языком. Его не покидало ощущение, словно седым станет куда раньше, чем разберется в происходящем. Он оперся предплечьем о голень. — Так-то Люмирен прав, — Эфрон перевел взгляд на Стеллу. — Одна ты, или с такими же энтузиастами, ситуация не изменится: ты не найдешь свою планету.

Стелла глубоко вобрала в грудь воздух так глубоко, что Кир увидел, как поднимаются и опускаются ее плечи, и уставилась прямо в глаза Эфрона. Мягкий голубой цвет переливался в радужке подобно легкой водной ряби, менял оттенок от более светлого до темного.

— Если дело сложное, не значит, что невозможное, — жестко ответила она, словно собиралась броситься на парня и порвать на клочки. — Я положу жизнь на поиски, если потребуется. Миллионы добровольцев ищут планеты по всему космосу, что мне мешает стать одной из них? Ваши злые слова не повлияют на мое решение.

— Да пожалуйста, делай, что хочешь, — Кир пожал плечами. — Я говорю тебе факт. Потом не плачь.

— А если бы твою планету украли?! — она повысила голос. — Или твою! — Стелла кивнула в сторону Люмирена.

— Мою планету украли, — Вэйс подтвердил ее слова без нотки беспокойства в голосе, не отдающим ни каплей обеспокоенности. — Сомны переместились через устройства на другие планеты. Я замешкался, поэтому меня захватил спасательный корабль. Наш дом — носитель, нам нет разницы, какой физический мир нас окружает.

— А как же те, в чьих устройствах вы жили? — Стелла прекрасно слышала про сомнов. Знала, насколько сильно их не любят за «рациональное бездушие». И сейчас, столкнувшись лично, не понимала, как знакомые могли поддерживать контакт с настолько невыносимыми представителями расового многообразия миров. — Неужели вы не общались?

— Общались. Взаимовыгодное сотрудничество, — он пожал плечами. — Согласно анализу ситуации, процент успеха равен нулю целых одной тысячной. Тебе стоит обновить алгоритмы эмоционального восприятия и отключить ряд эмоций, влияющих на восприятие произошедшего.

— Ребят! — Кир щелкнул пальцами прямо между ними, когда Стелла сделала шаг в сторону Люмирена. — Вы подеритесь еще. Все равно оба останетесь при своем мнении, зачем спорить? Давайте подумаем о насущном: я хочу домой, Стелла — найти планету, а Люмрену тоже свой дом нужен. Носитель, в смысле. Да и со своими воссоединиться было бы неплохо. Суть в том, что мы все застряли здесь. Поскольку беседуем довольно обыденно, полагаю, чип-переводчик вживили всем, кого забрали. В нем может стоять какая-то прослушка. Если Система способна прочитать мысли, то это плохо. Потому что я собираюсь свалить отсюда, а поможете ли вы мне в этом — вопрос уже к вам.

— Предлагаешь работать с ним? — Стелла сложила руки на груди. — Только в том случае, если он перестанет приравнивать жизни к цифрам.

— Я мыслю статистическими данными, — запротестовал Люмирен.

— Мне твоя статистика не сдалась, жестянка бездушная.

— В общем, — Кир откинулся назад, прислонившись спиной к стеклу, за которым расстилался бескрайний космос. — Если бы Система следила за нами, тогда текущий разговор не состоялся бы.

— Верно говоришь, — его слова заставили Ар-Вин задуматься: безопасность спасательных кораблей всегда на высоте. За пассажирами действительно ведется контроль для предотвращения эксцессов, вызванных эмоциональной нестабильностью и горестью потерь.

— Я не считаю побег целесообразным, — Люмирен подошел к ближайшей стене и приложил ладонь к широкой балке. По ней пробежали синеватые линии, очерчивая микросхемы, непонятные сгустки энергии и сияющие символы на нечитаемом языке. — Корабль имеет сильную внешнюю и внутреннюю защиту из разноуровневых ступеней. Ты здесь в качестве учителя. После определенного количества лекций тебя вернут домой. То же касается Стеллы — высадка произойдет на ближайшей планете, подходящей для ее расы.

— Верно, мы можем ничего не делать и тупо подождать, — Кир повернул голову, прислоняясь виском к прохладному стеклу и глядя на звезды за ним. — Все мы здесь не по собственному желанию. Побег действительно вещь сложная, к тому же, невозможная без тебя…

— Ты имеешь ввиду мою техническую осведомленность?

— Именно, — Кир перевел взгляд на Люмирена. Настолько сдержанный и пронзительный, что у того снова произошел сбой системы: поведение не совпадало с зафиксированным эмоциональным характером. — Ты говорил про защиту корабля, но любую защиту реально сломать. Я не прошу тебя угонять корабль и вредить Системе, — вовсе нет. Нам нужно найти телепорт и запрограммировать его на определенные координаты. Не уходи отсюда, если не хочешь. Я отдам тебе НЭКС, когда пойму, как он снимается.

— Защита Системы и управление телепортационными кабинами — разные вещи. С точки зрения анализа имеющихся данных, мы имеем пятьдесят процентов успеха. В случае провала неизвестны последствия.

Перед глазами Люмирена появилась надоедливая плашка, мигающая красным светом: «Системная ошибка. Чувство «сомнение» превысило допустимый показатель. Рекомендуется оптимизация эмоционального модуля». Он слегка дернул головой, и оповещение скрылось, отправившись в архив нерешенных проблем.

— Наверняка экипаж вызовет нас для беседы. Тогда-то я с ними и поговорю, — Стелла коснулась пальцами большого синего камня с неровными сколами, обрамленного широким золотым кантом. Единственное, что осталось в качестве напоминания о ее планете. — Я же финис. Способна кое на что, и в случае необходимости, отвлеку охрану.

— Ваше нетерпение я не считаю целесообразным, — Люмирен парил вокруг новоиспеченных знакомых. — Телепортационный узел завязан на запрограммированное заклинание перемещения, и активируется напрямую Системой с помощью определенного протокола, недоступного мне.

— Хочешь сказать, нас переместит в произвольную точку вселенной? — Стелла немного напряглась. Оказаться в открытом космосе — такая себе перспектива. Да и попади она на планету, не предназначенную для жизни ее расы, долго бы не протянула, несмотря на свои особенности.

— Вероятно. Я не могу дать никаких гарантий.

— Это предположение, построенное на имеющихся данных, — Кир просто шел за товарищами. Коридоры, повороты, двери — все однотипное, и заблудиться легче легкого. К тому же, он не представлял, куда идти. Иногда в стенах встречались панели управления для покупки еды, на длинных левитирующих лавках сидели представители разных планет. Спрашивать у них дорогу как-то не хотелось. — Когда попробуешь разобраться, узнаешь больше и обновишь информацию.

— Верно. Моя система выдает ошибку поведения: почему человек с планеты, не контактирующий с другими цивилизация, не хочет больше узнать про другие расы? Согласно имеющимся данным, люди достаточно любознательны.

— Мне нет дела до инопланетян, — Кир задрал манжету джинсовки. Запястье обхватывал широкий ремень из черной кожи. — У меня стрим через три часа, и я хочу вернуться домой до того, как разъяренная менеджер достанет меня даже с другого конца Вселенной. Она, знаешь, злопамятная. И у нее есть мой номер телефона.

— С человеческими технологиями она при всем желании не сможет этого сделать, — Люмирен моргнул, чтобы убрать зависший перед взором восклицательный знак, оповещающий о логической ошибке. — Связь на таких расстояниях невозможна. Даже если бы она нашла способ, сигнал шел бы до вас тысячи лет.

— Грустно-то как, — Кир театрально вздохнул. — Теперь я буду сидеть и представлять, как она пишет мне сообщения, которые никогда не придут.

Эфрон ускорил шаг и первым вошел в телепортационный узел. Под него выделили целое помещение, напоминающее бездонную трубу, уносящуюся вверх и вниз на неопределенное расстояние. В центре проходили мосты и лестницы, соединяющие этажи с бесконечными рядами стеклянных капсул, каждая из которых мерцала тусклым голубоватым светом.

— М-да… — Кир окинул взглядом тонкую панель, мягко сияющую приятным синеватым цветом. — Сюда бы Доктора со своей отверткой.

— Твоя информация неверна, — Люминер слегка свел брови к переносице из-за оповещения о логическом несоответствии. — Доктора не используют отвертки. Отвертками сейчас не пользуются даже техники, у них другие приспособления. У тебя сбой модуля памяти?

— Земной юмор, — Кир отошел к высокому тонкому ограждению, проходящему по кругу каждого этажа. Впервые он ощутил, каково это, когда шутки не понимают. Не быть ему душой инопланетной компании, не быть. Остается привыкать к косым взглядам товарищей.

Люминер сделал пометку для архива воспоминаний: «Доктор и отвертка — это смешно». Сам же приступил к работе, коснувшись полупрозрачными пальцами панели. Комбинация для разблокировки подбиралась с невиданной скоростью. Перед глазами Люмирена летели цифры, складывались в ряды, формулы, и бесконечные алгоритмы. Он полностью абстрагировался от происходящего вокруг, перестав слышать и видеть окружение. Когда пароль подобрался, послышался тихий писк. Стеклянная дверь исчезла.

— Так быстро? — Стелла с легким недоверием заглянула внутрь узкой капсулы, рассчитанный на одного телепортируемого.

— Нет. Нужно разобраться с системой координат, — Люминер взмахнул кистью, и его окружило несколько экранов, проецируемых изнутри самой кабины. Он передвигал геометрические фигуры, вводил текст, напомнивший Киру код программирования. — Кто первый?

— Я. Отправь меня на планету Дайр, в Юл, столицу Шархи, — Стелла взялась за края капсулы, поднимаясь на высокий порожек. Она обернулась лицом к парням, и замерла в ожидании. Ладошки вспотели от нетерпения. Совсем скоро попадет в самое сердце одной из прогрессивных планет, где точно сможет найти помощь.

— Почти настроил, — Люмирен скользнул пальцами по всем экранам сразу, и резкое движение вызвало легкие искры, разлетевшиеся в разные стороны. Пластины перемешались меж собой, образуя единую, довольно большую, с разделением на три вертикальные зоны. — Предупреждаю: вероятны погрешности.

— Сориентируюсь.

— Здесь что-то не так, — Кир зарылся пальцами в растрепанные белокурые пряди, взлохматив себя еще сильнее. — Ни за что не поверю, что в космическом корабле не предусмотрены камеры наблюдения, а каждый желающий так легко может взломать телепортационную капсулу. Протоколы безопасности вообще активны? Если Система не отслеживает пассажиров по злым умыслам и передвижению, то должна реагировать на прямое вмешательство.

Люмирен остановился, так и не прикоснувшись к пяти мигающим точкам, рассчитанным на активацию подушечками пальцев. Оповещение о не просчитанной ситуации выскочило перед глазами. Следом мелькнула мысль: «Я ошибся?», поселившая сомнения в точных алгоритмах и вызывая очередную дистабилизацию эмоционального модуля.

— Даже если что-то сломалось, разве это имеет значение? — Стелла продолжала стоять неподвижно, не собираясь покидать капсулу.

— Имеет, конечно, — Кир прислонился плечом к ближайшей стене. — Если Система неисправна, гарантии точности падают еще больше. Хорошо, если ошибется городом. А вдруг попадешь в космос? Нельзя сказать что-либо наверняка.

— Это маловероятно, — заметил Люмирен.

— Но возможно, — парировал Кир. — А я не люблю рисковать там, где можно не рисковать. Я вообще рисковать не люблю. Я домосед. Моя стихия — клавиатура и кресло.

— Неисправность Системы не обнаружена. Протоколы безопасности деактивированы, — Люмирен скользнул пальцами по правому экрану, отделенному тонкой красной линией, и на нем появились данные. — Их отключили вручную. Поскольку никакой ошибки нет, все должно работать исправно. Я не вижу неисправности телепорта.

— Что? — Стелла вскинула брови.

«Кому понадобилось отключать протоколы безопасности? — Кир слегка нахмурился. — Что-то здесь не так… Предположим, инопланетные технологии чем-то похожи на земные. Люми не видит неисправности, как антивирус не всегда засекает трояны. Если система заражена, вряд ли это повлияет на биоэлектронную расу, зато скажется на всей Системе в целом или определенных частях. В зависимости от вируса конечный результат может быть разный…»

— Люмирен, — Кир сложил руки на груди. — Ты можешь проверить, не было ли несанкционированного доступа к этим капсулам?

— Могу, — его пальцы забегали по экрану быстрее. — Потребуется время.

— Ты думаешь, это ловушка? — Стелла немного напряглась. Сразу вспомнился общий курс офицеров, который она проходила в рамках подготовки для присоединения к отряду специального расследования.

— Не знаю, — честно ответил Кир. — Но я бы на твоем месте не торопился прыгать в капсулу, которую кто-то взломал до тебя.

— Я не могу не торопиться: Созерцатель мог убить всех жителей планеты. Я должна найти семью.

— Все мы хотим домой, — он вздохнул. — Вопрос в том, какой ценой попадем туда…

— Доступ не обнаружен, — оповестил Люмирен. — Запускаю?

— Да, — Стелла задержала взгляд на стоящем недалеко Кире, глядя на его безмятежное лицо сквозь мутное стекло капсулы. Из-за его матовой структуры черты Эфрона расплывались, делая его похожим на призрака.

Люмирен прислонил пальцы к мигающим точкам. Стекло телепортационной капсулы не поднялось, а рама загорелась красным. Раздался протяжный низкочастотный звук, заставляющей голову идти кругом.

Кир закрыл ладонями уши. Тревога, не воспринимаемая человеческим слухом, давила на сознание практически физически, и юноша упал на колени, не в силах больше стоять на ногах. Сквозь пелену скопившихся слез он заметил мелькнувшее черное пальто.

Внутри капсулы засияли прозрачные камни, накапливающие энергию для телепортации. Их привычно бирюзовый свет сменился малиновым мерцанием. Стелла не успела опомниться, как почувствовала на запястье плотно сомкнувшиеся пальцы, и ее резко выдернули наружу. Одного рывка оказалось достаточно чтобы перекинуть миниатюрную девушку через себя, да и еще на несколько метров. Пол и потолок поменялись местами несколько раз, прежде чем та с криком полетела в бездонную пропасть телепортационного помещения.

Кир не успел осознать происходящее: чужая нога врезалась в ограду позади, с легкостью выбивая металлические столбы. Следующий пинок — и Эфрон оказался в свободном полете. Он почувствовал небывалую легкость и удивительное чувство полета. Видел, как и без того бесконечное пространство над головой стремительно увеличивается. Услышал голос Люмирена, прыгнувшего за ним самостоятельно. Но ему, существу не особо материальному и летающему, любая высота нипочем.

Эфрон перевел взгляд на виновника падения, никак не осмысляющегося из-за пронзающей головной боли. Он летел прямо над ним, в нескольких метрах, и напоминал самую настоящую летучую мышь из-за развивающегося пальто. За спиной губителя раздался оглушительный грохот, сотрясший помещение. Кир отчетливо видел черные клубы дыма и алые языки пламени.

Все произошло слишком быстро. Спина коснулась чего-то мягкого и упругого, подкинувшего парня, как на батуте. Он приземлился обратно, и моментально сел. Отвратительный низкочастотный звук пропал, и головная боль отступила довольно быстро.

Незнакомец приземлился недалеко от него, прямо на ноги, да так и остался стоять на полупрозрачном покрытии, напоминающем мыльный пузырь. Стелла сидела недалеко — накрыла ладонями камень на мундире, и отчаянно старалась восстановить сбившееся после протяжного крика дыхание.

— Ваше физическое состояние находится в норме. Повреждений не обнаружено, — вечно холодный тон Люмирена совершенно не изменился даже в экстремальной ситуации. — Эмоциональный анализ показывает сильный испуг.

— Твою ж наноплесень! — Кир шумно выдохнул. — Все же троян… — он закрыл глаза, заваливаясь обратно на спасительный батут. — Так и знал. Неспроста это все.

— Раз знал — не должен был запускать телепорт, — холодные аметистовые глаза незнакомца пронзали Кира практически насквозь. Он завел руки за спину, обхватив запястье пальцами. — Они заблокированы. Всех впускать, никого не выпускать. Отсюда невозможно сбежать. Невозможно уйти. Попытаетесь еще раз — легко не отделаетесь. Повезло, что взрыв оказался локальным.

— Система заражена? — Люмирен подлетел к нему поближе. — Я не обнаружил ничего подозрительного. Мои алгоритмы полностью исправны, сбой исключен.

— Спасательный корабль развозит выживших по планетам, пригодным для жизни их вида, — Стелла осторожно поднялась. Мягкий пузырь прогибался под ее весом, и вел себя весьма неустойчиво. Она подошла к товарищам, немного покачиваясь из стороны в сторону. — Почему тогда не выполняет свои прямые обязанности?

— На борту группировка «Туманность», экипаж мертв около месяца, — юноша не изменил тон. — Я уже вызвал Безгласных Клинков. Сохраняйте спокойствие, и никому ничего не говорите, дабы не сеять панику, — он обогнул Стеллу, всего на пару секунд пересекаясь с ней взглядом. Безжизненные глаза выглядели настолько отрешенно, что по коже Ар-Вин пробежали мурашки, и дыхание на секунду перехватило.

— Кто ты такой? — бросила она вслед уходящему незнакомцу.

— Тейдан Фэрроу.

Кир проследил за неспешными движениями совершенно не напуганного инопланетянина. Он добрался до ближайшей стены и взмахнул пальцами подобно невесомой кисти художника, рисуя подушечками тонкие золотые линии на светлом материале. Их яркая вспышка рассеяла незаметную глазу дверь, открывая арочный проход в коридор.

«Здесь еще и преступники затесались? Класс. Целый месяц никаких происшествий, но вот, нате! Зомби-апокалипсиса не хватает для комплекта. Леон из меня определенно так себе получится», — Кир с долей нежелания заставил себя принять вертикальное положение. Так бы и продолжил лежать еще неопределенное время.

— Плохо, — Люмирен поджал пальцы и убрал руки в глубокие карманы безрукавки. Перед глазами настойчиво горело предупреждение: «Ошибка эмоциональной системы. Обнаружен повышенный уровень стресса. Для правильного функционирования паттерна рекомендуется провести оптимизацию». Юноша слегка тряхнул головой, соглашаясь с внутренним интерфейсом. Вместо иконки появились маленькие кружочки, складывающиеся в длинную тонкую линию загрузки. Когда оптимизация была выполнена, Люмирен потерял весь свой всклокоченный вид.

— Что за «Туманность»? — Кир выгнул бровь. — Звучит как название плохого парка аттракционов. Или как бренд дешевых сигарет.

Он заметил легкое зависание товарища, но от вопросов воздержался. Люмирен вынул руки из карманов и его тон прозвучал намного ровнее:

— Вторая по уровню опасности организация преступников, специализирующихся на шпионаже и убийствах. Работают быстро и чисто, без лишних жертв. Свидетелей не оставляют. Численность неизвестна. Глава неизвестен.

— Понятно, — Кир закатил глаза. — Они как местный вселенский баг: непонятно, откуда взялись, зато всем мешают.

— Единственная проблема из-за их присутствия: мы не выберемся до прибытия Клинков, — Стелла скользнула пальцами по растрепанной челке, поправила прерывистыми движениями. — Для нас угрозы они не представляют. Раз находятся здесь целый месяц, им нужно нечто конкретное, и пока по какой-то причине выполнить задание не могут.

«А Клинки, видимо, космическая полиция… Не комильфо. Они будут искать преступников неопределенное количество времени, и уйти отсюда никому не разрешат. Корабль на карантине, все под подозрением, — классика. Обычно это заканчивается плохо для всех, кто не главный герой», — Кир загадочно промолчал. Он убрал руки в карманы и, минув товарищей, выбрался на нормальную твердую поверхность коридора.

— Ну, и какой план? — Стелла увязалась следом, чем вызвала легкую самодовольную ухмылку на губах Эфрона.

— Вариантов немного. Первый самый рискованный: самостоятельно найти и обезвредить «Туманность». План — говно, и я в нем не участвую. Второй: починить сломанную систему телепортации. Техники из нас так себе. Третий: ничего не делать, и ждать, пока Клинки проведут расследование. Корабль огромный, а преступников неизвестное количество. И они прекрасные профи. У каждого будет убедительная легенда, а из-за катастроф на планетах присутствующих информацию проверить проблематично. Мы застрянем тут на неопределенное количество времени, — Кир рассуждал достаточно спокойно для человека, еще выдернутого из обычной жизни без малейшего представления о реальном существовании инопланетян.

— Профессионалы не всегда способны раскрыть их, а что с нас-то взять? — Стелла захлопала длинными пушистыми ресницами. На ум пришла совершенно безбашенная идея, и она продолжила: — Но следствию помочь действительно смогу. Я обладаю сферой памяти, моя ветвь — извлечение.

— Я не считаю целесообразным применение данной способности к неопределенному количеству пассажиров, — Люмирен свел фиолетовые брови к переносице. — Обладание сферой памяти не гарантирует защищенность собственного разума ввиду работы с чужими воспоминаниями. Риск потери рассудка равен девяноста процентам.

— Тем не менее, на своей родной планете я вхожу в состав группы специального расследования, и занимаюсь тем же самым.

— Слышь, магистр прикладного выпендрежа, — Кир взглянул на девушку через плечо. В тусклом свете служебного коридора его острые черты лица показались ей особенно четкими, а из-за пронзительного взгляда сердце пропустило удар. — Ты тыщу лет ковыряться будешь. Рисковать собой нет никакого смысла. Починить телепорты — наш единственный билет отсюда, и действовать необходимо быстро. А самый токовый из нас Люми.

— Я Люмирен, — поправил тот. — И я не обнаружил никаких отклонений в работе телепортов.

— Должно быть, она перепрограммирована или заражена замаскированной вредоносной программой. Сильно сомневаюсь, что из всех присутствующих есть кто-то более способный, чем ты, — Кир остановился на развилке. Куда ушел их таинственный спаситель — неизвестно. Учитывая довольно узкие коридоры и отсутствие проезжей части, вряд ли здесь толпы спасенных ходили. — К тому же, доверять в сложившейся ситуации кому-то постороннему рискованно.

— Исходя из твоего предположения, мы оба тоже можем быть из «Туманности», как и ты сам, — Стелла подняла взгляд, стараясь уловить малейшее движение мышц на лице собеседника. Вопреки ожиданиям, его губы растянулись в легкой расслабленной улыбке.

— Верно. Нам нет смысла подозревать друг друга, поскольку тогда кто-то был бы в курсе о последствиях активации телепорта. Ты полезла внутрь по собственной инициативе, не зная, что можешь погибнуть внутри. Я выразил сомнения, но не отговаривал тебя, а Люми запустил механизм активации. «Туманность» не убивают просто так. Они здесь с определенной целью, иначе не стали бы целый месяц скрываться. Предсказать гибель планеты — не так-то просто, а ее исчезновение — тем более. Будь их целью ты, а Люми — одним из них, он бы отправился на твою планету, а не стал бы ждать здесь столько времени.

— Меня зовут Люмирен, — повторил юноша с той же равнодушной интонацией, довольно редко меняющийся на обычные эмоции. — Я прибыл на два дня раньше вас и не являюсь преступником.

— Допустим, — Стелла с легким прищуром наблюдала за Киром. Высказанное им предположение звучало логично. Даже слишком. Она прошлась в сторону левого ответвления, замирая близ арочного прохода. — Давайте вернемся в общедоступные коридоры. На сегодняшний день достаточно экспериментов. Люмирен, раз ты тут несколько дней, знаешь, где находится блок общежития?

— Я сопровожу вас, — юноша окинул взглядом пространство вокруг. По каждому из коридоров пробежали сканирующие лучи, уносящиеся далеко вперед и пропадающие за поворотами. — Нам вправо.

Когда Стелла заговорила про общежитие, Кир успел представить небольшую комнату с парой-тройкой кроватей и вечно шумящими соседями, с какими жить довелось во время обучения в университете. Когда Люмирен отвел их в пятый корпус и вместо унылых коридоров юноша оказался на самой настоящей улице мегаполиса — мягко говоря, удивился.

Высотные здания возвышались над головой стеклянными корпусами. Их огибали тонкие металлические линии общественного транспорта, представляющего собой шустрые полупрозрачные капсулы. Вдоль улиц тянулись самые обычные клены и дубы. Единственное отличие: шоссе для машин не оказалось, исключительно зеленые зоны, тропинки да невиданный способ перемещения.

Местные жители походили на людей. Не всеми частями тела, конечно, но многие были практически неотличимы. Они заходили в небольшие заведения, раскинувшиеся на первых этажах домов — общественные столовые. Именно туда товарищи поневоле и направились.

Интерьер был выдержан в строгом минимализме: длинные диваны из пористой белой кожи стояли друг напротив друга, а между ними парила прямоугольная столешница. По полу раскинулись темные разводы краски, каплями попавшей в стакан с водой.

За застекленной витриной прилавка, притаившегося в углу помещения, лежали предоставляемые блюда, причем бесплатные. Некоторые даже походили на привычные мясо и овощи, другие же вызывали много вопросом одним своим видом. Зеленая пульсирующая масса, например. Возможно, ей даже не нравилось находиться в стеклянной чаше, но уточнять Кир не стал.

Он выбрал мясное блюдо, гарнир к нему, салат и обычный яблочный сок. Состава блюд ему никто не назвал — возможно, работники сами не разбирались в продукции. Пришлось надеяться на лучшее и уповать на отсутствие пищевого отравления в дальнейшем.

— Боюсь представить размеры корабля, раз целый город отстроили, — Кир жевал кусок мяса, больше напоминающий по вкусу резину. Или готовить тут совершенно не умели, или это не говядина.

— Он огромен, — Стелла опустилась напротив Кира. — Здесь множество разных зон, предназначенных для различных форм жизни. Если ты захочешь пройти в какую-то другую, тебя банально не пустят из-за неподходящих условий и опасности для жизни, — она отправила в рот кусочек овоща, отдаленно напоминающего помидор. — Подобные столовые рассчитаны на обслуживание форм жизни, походящих на нас, поэтому тут подают те продукты, которые подойдут для всех. Это меня радует.

— Радостной ты не выглядишь, — Кир не стеснялся рассматривать девушку, больше напоминающую ему блогершу, нежели офицера спецотряда. Она продолжала бесцельно ковыряться в еде, хотя взяла несколько блюд. — У меня вопрос. Многие ли могут читать мысли?

— Ну, кто-то да. Некоторые при определенных условиях, — Стелла подперла ладонью подбородок. — Все зависит от расы, способностей и подготовки. Тебя это беспокоит?

— Достаточно. Ты говорила про просмотр воспоминаний. Есть ли способ поставить блок на мысли?

— В смысле? — Стелла села ровнее. Ее голубоватые брови вновь сдвинулись, и между ними залегла морщина.

«Почему я должен объяснять ей принцип работы магии? — Кир горько ухмыльнулся в мыслях. — Я же не знаю какая у них система».

— Как я понял, корабль работает не только благодаря технологиям, но и магии. Есть ли способ поставить защиту на мои мысли, чтобы никто не смог их прочитать? Ну, или исключительно после моего разрешения.

— Обнаружен страх вторжения в личное пространство, — Люмирен, в отличие от товарищей, не ел — сидел рядом, привлекая внимание других посетителей своей полупрозрачной сутью. — Предлагаю оптимизацию эмоционального модуля во избежание перегрузки нервной системы.

— Я и пытаюсь провести оптимизацию, но своими силами, увы, не справлюсь, — Кир пожал плечами, и заметил легкое недоумение в глазах Стеллы. Девушка взяла в руку рельефный стакан из матового стекла, и сделала глоток розоватой жидкости.

— Активируй Узор, северный сегмент относится к нефизическому восприятию твоей сути в чужих глазах. Используй узел сокрытия, тогда никто не прочитает мысли.

Кир уставился на нее настолько пронзительно, что у девушки сердце пропустило удар. А у него глаз дернулся. Он прокрутил вилку меж длинных пальцев, и вонзил ее в тарелку.

— Увы, люди обделены магией, — тон юноши прозвучал ровнее. — Я не имею ни малейшего представления о заклинаниях и не знаю, что такое Узор.

— В смысле? — Стелла вскинула брови. — Как же вы выживаете тогда?

— Технологии и упрямство, — Кир пожал плечами, и этого простого жеста хватило чтобы Стелла почувствовала облегчение после внезапно поселившегося в груди волнения.

— Узор — это фундаментальный, уникальный и неизменный квантово-метафизический отпечаток, являющийся определяющим фактором становления живого физического существа, — Люмирен чеканил страшные слова так, словно решил побыть учителем сложного предмета. — То, что есть до сосуда и после него. Его нельзя изменить или уничтожить, однако он поддается внешней маскировки, создающийся поверх определенных фрагментов путем плетения узлов.

— Поздравляю, ты превратил простое объяснение в дипломную работу, — Кир покачал головой в тщетной попытке осознать все услышанное.

«Получается, Узор — это буквально исходный код души, с которым можно сделать что-то по чуть-чуть, но ничего слишком кардинального… Заклинания накидываются сверху, подобно верхней одежде. Если верить всяким колдунам местным, получается, душа не предопределяет личность, зато дает некие базовые характеристики для ее становления. Видимо, все они умеют работать с собственной душой, а мне это неподвластно. А плетение нитей, значит, использование заклинаний…», — Кир закончил жевать кусочек мяса, проглотив без особого желания.

— Есть ли способ без взаимодействия с Узором?

— Ну, поставить узел намного надежнее… — Стелла поспешно опустила взгляд на полупустую тарелку супа с плавающими среди лапши овощами. — Я могу сплести вокруг тебя нити, но это не настолько надежно. При целенаправленной атаке они распадутся.

— Сильно сомневаюсь, что кому-то настолько нужны мои мысли. Это больше ради собственного спокойствия. Поможешь? — Кир отправил в рот немного салата. На вкус не так плохо. Сладковатый привкус, напоминающий яблоко.

— Помогу, — Стелла подняла голову. — При условии: ты должен помочь мне отыскать Безликого Созерцателя. Он не остановится, а твоя планета может стать следующей.

— Я тебе ничего не должен, а менеджеру — да. Я отправляюсь домой, и мне нет никакого дела до Созерцателя и планет.

— Эгоист, — выпалила Стелла, сжав кулак с ложкой практически до дрожи. — Сам же можешь попасть под удар! Думаешь, ты где-то там, в своей глуши, в безопасности? Если он захочет — найдет. И не спросит, согласен ты или нет!

— Согласно статистике, — вмешался Люмирен, повернув голову в сторону Стеллы, — люди являются одной из самых беззащитных форм жизни, не способных защитить себя на квантово-метафизическом уровне, вследствие чего легко поддаются манипуляциям извне, — его зрачки слегка сузились. Незаметный для глаза сканирующий луч коснулся девушки, выводя рядом с ней общие показатели состояния. — Твоя преобладающая эмоция: гнев. Предложение по оптимизации: перезагрузить эмоциональный модуль и деактивировать эмоцию в контексте произошедшей ситуации.

— Прекрати! — Стелла со стуком бросила ложку, и металл громко звякнул по керамической миске. — Мы не умеем манипулировать эмоциями, как ты! И не собираюсь я избавляться от них!

— Почему?

— Почему? — Стелла горько ухмыльнулась. Мышечное напряжение сильно сдавило горло, заставляя стиснуть челюсть. — Действительно, почему?! А потом сомны удивляются когда их называют безузорными! Почему вас терпеть не могут!

Девушка рывком поднялась из-за стола, и размашистым шагом покинула небольшую столовую. Если бы входные двери имели петли — наверняка бы демонстративно хлопнула. Кир проследил за удаляющейся фигурой знакомой через большое панорамное окно.

«Тц, ну и генератор по усложнению жизни, — Кир неспешно жевал гарнир, напоминающий некое подобие пюре со вкусом макарон и кетчупа. Он взялся за крупную ручку кружки, и сделал несколько глотков сока. — Я ей не главный герой аниме, и планеты мне эти не врались. Правильно? Правильно. У меня стрим через полтора часа».

— Ошибка системы. Реакция не идентифицирована… — Люмирен коснулся пальцами холодного стекла, продолжая смотреть в сторону деревьев, где пропала фигура Стеллы.

— Ты ее рассердил. Эмоции составляют часть личности, и просто избавляться от них — значит, добровольно избавиться от части самого себя, — Кир коснулся пальцами НЭКСа, активируя механизм. Пришло время разобраться в инопланетной технологии, раз уж застрял тут на неопределенное количество времени.

— Почему? — Люмирен не отрывал взгляда от окна. — Воспоминания остаются нетронутыми.

— Зато не вызывают никаких эмоций и чувств, — Кир усмехнулся. — А какой в них тогда смысл? Ты можешь помнить, как впервые увидел звезды, но, если это воспоминание не вызывает у тебя реакции, то теряет смысл.

— Воспоминания — это данные, — возразил Люмирен.

— Данные — это констатация факта. А воспоминания — то, что делает тебя тобой. Ты мыслишь алгоритмами и неумолимой логикой, убивающей самого себя.

— Это не самоубийство, а оптимизация.

— Для подобных Стелле это одно и то же, — Кир махнул пальцем, перелистывая экран НЭКСа. Принцип работы не сильно отличался от обычного смартфона. Он довольно быстро сориентировался. По крайней мере, нашел адрес своей квартиры и точно знал, куда ему идти. Согласно расписанию, после телепортации предоставлялось три дня для акклиматизации. Затем начинаются суровые дни в роле учителя, и до их наступления хотелось вернуться восвояси.

— Я не понимаю… — Люмирен опустил голову, и фиолетовые пряди упали на глаза. Он уставился в оставленные тарелки. Девушка практически ничего не съела, несмотря на необходимость в поддержании физического тела, и это еще больше вызывало вопросы: абсолютно нелогичное поведение, противоречащее потребностям для выживания. — Почему она не ела?

— Ее планету похитили. А еще я, плохой такой, отказываюсь идти против здравого смысла и Созерцателя. Вот и нет аппетита. Просто извинись перед ней завтра, сейчас лучше не трогать. Ты мне скажи лучше: сомнам выделяют квартиру или нет?

— Нет, системный блок для временного пребывания. Я подключен к твоему НЭКСу, мне больше не нужно туда возвращаться.

— Понятно, значит, соседи, — Кир вздохнул. В принципе, не все так плохо. Он хотя бы не шумный, и вряд ли устроит погром. — Пойдем тогда.

Эфрон покинул столовую. Где именно находился дом с таинственным адресом «15/365-06» он не представлял. Недалеко раскинулась остановка невиданного транспорта — металлическая линия проходила чуть выше человеческого роста. Именно туда пошел Кир, еще издалека заметив способ применения на чужой шкуре.

Стоило остановиться под линией, полупрозрачный оранжевый пузырь опустился, полностью опутав юношу. Невольно он почувствовал себя комаром в куске янтаря. Перед Киром появился небольшой интерфейс, куда тот ввел цифры. Транспорт тронулся. Судя по ощущениям — рассудок тоже был близок к поездке в отпуск.

Под ногами проносились зеленые улицы, некоторые низенькие дома. Кир с любопытством осматривался по сторонам, пока не встретился с наглым лицом Люмирена, парящего снаружи.

— Ты издеваешься? — Кир скорчил кислую мину.

— Я парю, — ответил Люмирен. — Это не издевательство.

— Зато выглядит как оно. Стопроцентное.

— Тебе просто завидно.

Вскоре транспорт остановился на длинном внешнем коридоре, огибающем здание по спирали. Пузырь исчез, и Кир остался стоять на высоте пятидесятого этажа, не так далеко от низеньких перил. Подходить к ним не решился — не хватало еще поймать головокружение.

— В связи с присутствием «Туманности», твое желание покинуть «Ковчег» приобретает логическую взаимосвязь. Я согласен с планом побега, однако, моих сил не хватит для починки телепортов, — Люмирен опустился рядом с Киром, решив дальше пойти подобно ему.

— А кто, если не ты? Моих знаний недостаточно, — Эфрон неспешно скользил пальцами вдоль стекол чужих окон. Где спряталась заветная дверь на этаж — непонятно. Прикосновение сработало, и проход образовался в нескольких метрах после высадки. Юноша попал в просторный светлый коридор. Осталось найти квартиру с номером 764.

— Моих тоже. Я не умею определять маскировочные программы и обходить оборонные высшего уровня. «Туманность» используют передовые технологии.

— Системная ошибка: обнаружен страх, — Кир хмыкнул, увидев легкое недоумение, отразившееся на лице собеседника. — Я понимаю, ты не хочешь рисковать. Это иррационально.

— Верно. Страх не обнаружен, — Люмирен повторил за ним, тоже убрав руки в карманы. — Я не стану рисковать целостностью паттерна. Программа судеб совпала удачно, и мы не пострадали. В противном случае могли умереть.

— Не переживай, заставлять не буду. Мы всего лишь застрянем тут на неопределенное количество времени и попадем под следствие. А Стелла изведется сама и нас заодно изведет своим беспокойством, — Кир остановился напротив цельной стены с проекцией нужных цифр. Он протянул руку, и НЭКС загорелся на запястье. На нем мелькнули быстро проплывающие символы, после чего входная дверь исчезла, пропуская внутрь владельца квартиры.

Эфрон скептически окинул беглым взглядом металлические стены цвета индиго, высокие арочные окна с видом на открытый космос. Мало того — мебель черная, и вся эта прелесть находилась в приятном полумраке для глаза, но абсолютно неприятном для перемещения.

— Дизайнеры здесь определенно мазохисты или крайне тонко угадали мое настроение, — Кир прошел мимо темно-фиолетовых знамен, символизирующих семью спонсоров, вложившихся в строительство. Он плюхнулся на мягкий темный ковер с высоким ворсом и скрестил ноги. Запрокинул голову на кожаный диван цвета обсидиана и опустил тяжелые веки. Когда заставил себя сесть ровно, обнаружил Люмирена прямо напротив. Вэйс оценивающе осматривал его. Сканировал, видимо.

Кир подтянул к себе одно колено, а второй ногой уперся в ножку низкого кофейного столика.

— У тебя ведь тоже есть Узор? Умеешь нити плести?

— Умею. Я защищу твой разум вместо Стеллы, — Люмирен взмахнул руками и резко свел, направляя на Кира. В воздухе появились едва заметные для глаза золотистые нити, искрящиеся при свете фиолетовых кристаллов, расставленных в комнате. Ловкие пальцы юноши подхватывали одну за другой, с ювелирной точностью переплетая друг с другом в замысловатый узор.

Эфрон наблюдал за каждым легким и непринужденным движением. Сосредоточенное лицо Люмирена говорило само за себя: ухватить каждую нить куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. С каждой минутой в воздухе появлялось все больше переплетений, напоминающих тонкое кружево. Закончив с колдовством, юноша легонько ударил заклинание ладонью, и все нити снизу и сверху оборвались. Длинная полоса подлетела к голове Кира, невесомо опоясывая и растворяясь в воздухе.

— Спасибо, — Кир лениво потянулся и коснулся ладонью шеи. Заклинание совершенно не чувствовалось, в отличие от сильной усталости.

— Дамы и господа! — молодой мужчина с бронзовой кожей раскинул руки в стороны, и белоснежная ткань накидки взметнулась. Он стоял посреди огромного зала, погруженного в полнейшую темноту. Единственный луч света падал на него с потолка, отчего безразмерные светлые одежды, частично открывающие грудь, искрилась тысячами блесток. Широкий алый пояс, украшенный золотом и драгоценностями, сверкал также, как и множество расшитых алых лоскутов ткани.

— Парящие и ходящие, говорящие и мечтающие, представители всех удивительных рас необъятного космоса! — звонкий, задорный голос ведущего доносился до самых отдаленных концов огромного зала с тысячами парящих платформ, вмещающих в себя по несколько сотен зрителей. — Добро пожаловать на ежегодный фестиваль «Галактический Резонанс», способный покорить сердце каждого! Я, ваш скромный ведущий с планеты Арукуран, принц собственной персоной — Папурупуру Урн Да Шаран!

«Похоже, его эго уже получило собственный почтовый индекс… — Кир сидел за одним из круглых столиков, довольно близко к сцене. Как именно Люмирену удалось получить настолько хорошее место — тот многозначительно умолчал. — Это ж надо было попасть в космос чтобы в итоге сидеть на каком-то шоу галактического масштаба…»

Стелла неспешно пила коктейль, потягивая прохладный молочный напиток через стеклянную трубочку. Она не обижалась на Люмирена: всего лишь всем своим видом показывала, насколько сильно не хочет находится рядом с ним.

Свет, падающий на ведущего, выключился. В тот же миг вся левитирующая сцена покрылась яркими всполохами струящейся энергии и разноцветными мигающими лучами, часто пропадающими в клубящемся паре. Основная платформа зашевелилась, обретая форму самого настоящего кита, проплывшего прямо над головами зрителей. А затем обратился дымкой, распадаясь на множество сияющих звезд и удивительных планет разных размеров.

Сама же сцена оказалась не тронута — все также парила на своем законном месте, и под громкое представление, как «Хор Сиренид», на сцену выплыли морские создания, отдаленно напоминающие людей. Их тела покрывала зеленоватая чешуя с глубоким синим отливом, а в черных глазах отражались яркие лучи.

«Так вот вы какие, русалки», — Кир подпер ладонью голову, наблюдая за происходящем с легким любопытством. Раз уж все равно никуда не деться, возможность узнать о других расах упускать не стоит. Он достал телефон из кармана, делая несколько фотографий.

Следом выступали кристаллиды — создания, полностью состоящие из камня. Они самостоятельно разваливались на куски с определенной скоростью, создавая легким скрежетом мелодию. Те, кто успел превратиться в кучку переливающихся самоцветов, кружили мерцающими осколками по сцене.

— Ах, красавицы! — Папурупуру воскликнул после выступления изящных девушек-пластоидов. Они соответствовали своему названию — изгибались во все стороны, исполняя дивные танцы, словно у них совершенно нет костей. — Их чарующие голоса поразили меня в оба сердца! — он приложил ладонь к груди.

«Он что, с Повелитель времени?» — Кир хмыкнул собственным мыслям. Жаль, его шутку никто не способен оценить.

— Не забывайте: мы находимся посреди бескрайнего космоса! Что может быть мистичнее и загадочнее? Разве что наши следующие гостьи, прибывшие с планеты Нуретта! Поприветствуем же группу «Паума» с новой песней «Резонанс Узора»! — Папурупуру раскинул руки в стороны, и сцена погрузилась в темноту.

Послышался звук струны. Еще один. Следующий. Стоило длинным тонким пальцам коснуться тонких паутинок, они загорались белоснежным сиянием. На фоне вспыхнул космос с туманностями, озаряя зал фиолетово-розоватым сиянием. Среди звезд плавно танцевали высокие худые девушки с неестественно длинными конечностями. Причем в количестве шести штук. Всего одна оставалась недвижна — стояла в центре, устремив взгляд черных глаз в зал. Она изображала руками плавный танец, и пела песню о непознанных явлениях разных миров.

Кир почувствовал легкость в теле. Пожалуй, это ощущение можно было бы назвать тем самым вдохновением, когда появляется желание творить. Обычно с ним подобное не происходило, ведь творчество от него также далеко, как Марс. Впрочем, Марс сейчас действительно еще дальше, чем раньше.

— Резонанс найден! — Папурупуру появился на сцене из неоткуда и скользнул пальцами по паутинкам, дополняя мелодию. — Песня откликается в сердцах тех, кто способен прочувствовать весь смысл, так тщательно вплетенный невидимыми нитями Вселенских Паучих! — он вскинул руку, щелкая пальцами. — Так сотворим же Резонанс вместе…

Яркие фиолетовые всполохи мелькнули в погруженном в полумрак зале, и несколько зрителей оказались на сцене, окруженные паутиной. Кир чуть на месте не сел, поняв, куда попал. Танцовщицы моментально окружили его, уводя в танец. Струны же продолжали дрожать самостоятельно, поддерживая мелодию для основной певицы.

Папурупуру не постеснялся принять непосредственное участие в происходящем. Он кружился то с одним зрителем, то с другим, успел потрясти Кира из стороны в сторону и закружился сразу с несколькими девушками. А следом Эфрона подхватила одна из паучих. Проносясь в танце мимо остальных участников шоу, он встретился взглядом с Тейданом. В ту же секунду девушка покружила Кира, и тот чуть не завалился, но его за локоть подхватил ведущий.

— Смелее, смелее! — Папурупуру отскочил назад, потянув Эфрона на себя и дергая в сторону. — Больше искренности, ведь твой Узор резонирует с Тайными Мироздания!

Кир почувствовал себя самым настоящим воланчиком во время игры в бадминтон. Его швыряли из стороны в сторону по всей сцене, и едва ли это напоминало плавную хореографию, с какой выступали танцовщицы. Когда же юношу перехватали хватать все, кому не лень, он врезался спиной в спину Тейдана, точно также покинутого партнершами. Зал озарился яркими разноцветными вспышками, и парни зажмурились.

— Спасибо «Пауме» за прекрасное выступление! Девушки превзошли самих себя! — Папурупуру откинул с плеча бело-золотистые локоны длинных волос, укорачивающихся ближе к подбородку и обрамляющих аккуратное лицо завивающимися прядями. — И наши достопочтенные зрители тоже показали себя ничуть не хуже! Следующее выступление мы посвятим природе…

Кир дослушать не успел — на плечо легла когтистая ладонь. Одна из танцовщиц повела юношу прочь со сцены. Стоило им попасть в определенную зону, сработал локальный телепорт, перемещая всех за кулисы — под левитирующие платформы.

— Ты хорошо двигаешься, — прошипела одна из паучих. — Не думал поработать в подтанцовке?

— Благодарю, — Кир натянул дежурную улыбку. Он честно не понимал, как швыряние по сцене можно назвать танцем. — Я не особый любитель, но был рад поучаствовать в выступлении. Вы красиво танцевали, и песня потрясающая.

— Рада слышать, — солистка улыбнулась, обнажая острые клыки. — Проходите дальше, там зона телепортов. Введите номер платформы и переместитесь обратно.

Кир кивнул им в знак благодарности, и побрел с десятком зрителей дальше. Они явно знали, что делать, поскольку ушли намного раньше. Один Тейдан промедлил, и недавние знакомые отправились вдвоем блуждать меж длинных массивных штор, образующих коридоры. Юноша по привычке убрал руки в карманы и тотчас нахмурился.

— Что за… — он вынул небольшой неровный кристалл, заключенный в переплетение изящных линий из белого золота.

— Откуда это у тебя? — Тейдан замедлил шаг, заметив необычную вещь размером с ладонь. Артефакт имел небольшое кольцо с продетой через него цепочкой, отчего напоминал кулон.

— Без понятия, в кармане оказался. Не помню такой у девушек, — юноша заметил в глазах Фэрроу легкую тревогу, тщательно спрятанную за непоколебимым равнодушием. — Ты знаешь, что это?

— Не представляю, — заметив идущего к ним мужчину в черном костюме, Тейдан накрыл ладонь Кира рукой, заставив сжать предмет. Инопланетянин прошел мимо, не обратив на них никакого внимания. — Мы не знаем, что это. Лучше не показывай всем подряд.

«Издеваешься? Так ты знаешь или нет? — Кир убрал руку в карман, не выпуская предмет. — Какой-то ты слишком подозрительный…»

— Думаешь, это нечто опасное?

— «Туманность» с какой-то целью пробрались на корабль, а у тебя во время выступления оказывается неизвестный предмет, — Тейдан заговорил намного тише. — Не стоит бездумно рисковать. Опасен он или нет — неизвестно. Будь осторожен, и не привлекай внимания. После шоу поговорим.

— Квартира семьсот шестьдесят четыре, — Кир шепнул едва слышно, будто произнес нечто настолько секретное, о чем никому знать нельзя. Он обогнул Тейдана и поднялся на круглое металлическое возвышение. На дисплее набрал номер платформы, перемещаясь обратно к друзьям.

— Ты чего так долго? Потерялся что ли? — Стелла подвинула в центр стола небольшую тарелку с печеньем. Наблюдать за его забавными перемещениями по сцене было куда приятнее при поедании вкусностей.

— Встретился с Тейданом, немного пообщались. Нужно обсудить кое-что важное, после шоу собираемся у меня, — Кир откусил кусок печеньки и тут же выплюнул — оно обожгло перцем так, что на глазах слезы проступили. Юноша схватил стакан, делая пару глотков воды. — Ты меня убить решила?!

— Ты не любишь жгучие печеньки? — Стелла взяла одну в рот и прожевала под удивленный взгляд Эфрона.

— Да она настолько жгучая, что от моего пищевода и следа не останется!

— Человеческий организм способен растаять от перца… — тихо пробубнил Люмирен.

— Эй, не конспектируй! — Кир рывком обернулся к юноше. — Я же образно говорю! Это есть невозможно просто.

— А мне нравится, — хмыкнула Ар-Вин, съев еще одну штучку. Эфрон же поморщился, отворачиваясь. Смотреть невыносимо.

Когда выступления закончились, Кир свалил с превеликим удовольствием. Компания, обсуждая выступления, весело протопала мимо непримечательного мужчины в строгом костюме. Эфрон бросил на него мимолетный взгляд, но не стал акцентировать внимание. Уж слишком хорошо ему запомнились выступающие наросты на его щеках во время встречи за кулисами…

Незнакомец двинулся следом, практически на пятки наступая. Стоило ребятам скрыться за поворотом, в воздухе сверкнул фиолетовый проблеск. Тейдан появился перед мужчиной и схватив его за горло, с силой вжал в стену, намеренно опуская ниже, заставляя стоять на полусогнутых. Тот прохрипел и моментально схватил его за запястье, собираясь вывернуть руку, но сделать ничего не успел: Фэрроу приблизился, наклонившись над ним, и открыл рот.

Он глубоко вдохнул. От лица мужчины отделилась белоснежная дымка, больше напоминающая невесомую паутину. Ее легкие колебания походили на сопротивление, но нити, одна за другой, продолжали втягиваться в рот Тейдана. Она скользила по языку легкой, мерзкой прохладой. И совершенно не имела вкуса. Стоило ему полностью поглотить паутинку, мужчина рухнул на пол без чувств.

Тейдан безвольно опустил руку и замер с приоткрытым ртом. Из груди вырвался едва слышный болезненный стон. Он замер, не в силах пошевелиться несколько секунд. Голова разрывалась от полученной информации, вылитой на него подобно ледяному водопаду, сбивающего с ног сильным потоком воды. Воспоминания, чувства, боль, — все смешалось в сознании, не позволяя собственным мыслям пробиться сквозь чужую жизнь.

— Господин! — появившаяся из неоткуда девушка моментально бросилась к нему, отчего золотистый плащ взметнулся следом. Он едва ли скрывал ее черные широкие одежды, совершенно не сковывающие движения. Пальцы коснулись локтя юноши, но тот дернулся в сторону.

— Не смей ко мне прикасаться, — сквозь зубы произнес Тейдан. Он поднес ладонь к лицу, ненадолго скрыв глаза, побелевшие практически полностью.

— Прошу меня простить, — Шицы отступила, и, прислонив предплечье ко лбу, склонила спину в поклоне. Она беспомощно поджала губы, не в силах смотреть на господина, переживающего жизнь своего врага.

Тейдан безвольно опустил руку и шумно выдохнул. Посветлевшие глаза вновь налились сиреневой краской, но все еще имели легкую белесую пелену. Он обернулся к напряженной девушке, распрямившей спину.

— Это все еще я, — напомнил Фэрроу. Как и всегда.

— Я знаю, — Шицы с трудом заставила себя поднять взгляд на него. — Прошу меня простить, я пока не узнала ничего полезного.

— Ключ у Кира, остальное не важно. Я отправляюсь с ним. Ты не должна показываться без должной причины.

— Но г-господин! — ее голос дрогнул. Она сделала вперед, но не посмела подойти еще ближе. — Это слишком опасно, вдруг…

— Смеешь перечить? — Тейдан слегка повысил голос.

— Никак нет, — Шицы слегка опустила голову.

— Найди остальных и разберись, — Тейдан коснулся пальцами виска. От кожи отделилась легкая белоснежная дымка, и юноша передал ее прямо в голову Шицы. Девушка встрепенулась, широко распахнув золотые глаза. В воспоминаниях появились трое мужчин из «Туманности». — Узнай все о нанимателе.

— Слушаюсь, — Шицы прислонила предплечье ко лбу и поклонилась. В ту же секунду образ девушки растаял в мерцающих голубых всполохах, исчезая.

Тейдан же пошел в сторону общежития, но совершенно в другую квартиру. В голове роились мысли. Чужие мысли… О родном доме и тяжелой работе, о предательстве напарника и смерти жены. Их становилось все больше с каждой секундой. Они заполняли разум, шептали сотнями голосов прошлого и обнимали тенями прошлого со спины.

Фэрроу шумно выдохнул, отчаянно стараясь сконцентрироваться на цели: текущего коллегу того мужчины зовут Илус. Он возглавил миссию на «Ковчеге» и стоял порядком выше в иерархии «Туманности».

Юноша сел в транспортную капсулу и ввел номер квартиры. Его было достаточно для механизма, отправившего пассажира в сторону нужного дома. Высадившись на тридцатом этаже, Тейдан вошел в коридор. После стука в дверь прошло небольшое количество времени прежде та исчезла и на пороге показался высокий мужчина с темно-зеленой кожей, покрытой каменными наростами.

— А, Дарн, — мужчина харкнул прямо ему под ноги. Фэрроу стойко вытерпел особенность приветствия расы гуррунов. — Заходи, — Илус впустил в квартиру совершенно незнакомого человека. — Выяснил что-нибудь про ключ?

— Еще нет. Мы просканировали практически всех пассажиров, и ни у кого не обнаружили даже приблизительно похожий предмет, — Тейдан вошел в квартиру больше напоминающую пещеру с низкими сводами. Внутри стоял полумрак, нарушаемой встроенными жилами-лампами, растекающимися золотым сиянием вдоль стен и потолка.

— Рано или поздно найдем. Осталось проверить еще десять блоков. За мильсон часов справимся.

— Надеюсь, не хотелось бы заставлять начальство ждать, — Тейдан прошел за хозяином мрачного места до так называемой гостиной, где вся мебель была выполнена из наиудобнейшего материла для гуррунов — кварца. Их система времени напрочь вылетела из головы из-за настойчивого шепота воспоминаний, но юноша примерно прикинул, что это около месяца.

— Верно, Хайдек голову мне открутит. Не помню ни одну настолько долгую миссию.

«Хайдек… — Тейдан постарался сосредоточиться на имени, ускользающим сквозь пальцы подобно воде. — Главнокомандующий двадцати небольших разведывательных отрядов».

— Ключ от всех дверей — крайне мощный артефакт, переплетающий нити реальности. Он слишком опасен, даже по нашим меркам. Если попадет не в те руки, проблемы будут у многих, и мы не исключение. Я даже не уверен, что забрать его получится. Ты знаешь, кто заказчик?

— Да забей, — Илус плюхнулся на каменный диван. — Нам какая разница? Ты же знаешь правила — личность заказчик раскрывать не обязан. Если Хейдак в курсе, то никому не скажет. Нам проблемы эта штуковина уж точно не организует, хватит переживать из-за всего подряд. Ты слишком нервный в последнее время.

— Видимо, слишком много всего свалилось, — Тейдан вытер скупую слезу, когда перед глазами предстало воспоминание жены того мужчины, вызвавшее болезненное покалывание в груди. — Я не могу не беспокоится.

— Тебе стоит сходить к врачу, когда вернемся на базу, провериться.

— Илус! — в открытую дверь квартиры вбежал всклокоченный Дарн. Увидев Тейдана, спокойно стоящего посреди гостиной, глаза мужчины налились алым цветом. — Ты! Да кто ты такой вообще?! Жить надоело?! — он направил на него руку, и на запястье активировался широкий браслет, выпуская прицел.

— Во враче нет необходимости, я в полном порядке. Всего лишь необходим отпуск, — Фэрроу отозвался все также безразлично, совершенно не обратив никакого внимания на ворвавшегося мужчину. Илус же и бровью не повел, будто рядом никого нет.

— Да уж надеюсь. Смотреть на тебя больно. Постарайся сосредоточиться на ключе. Быстрее найдем — быстрее отдохнешь.

— Илус! — выкрикнул Дарн. — Это не смешно! Что за шутки такие вообще?! — он направил руку в сторону, и произвел выстрел. Энергопуля просвистела мимо, врезаясь в стену, оставляя в ней дыру.

— Что за?! — Иллус активировал браслет, и над рукой повисла голографическая панель с картой помещения, схемой коридоров, датчиками движения, охранными контурами и сигналами тревоги. Мужчина выругался сквозь зубы, когда экран мигнул и погас. Он оббежал всю квартиру, шаря взглядом по углам, заглядывая за диван, под стол, в темноту прихожей. Только тени, которые, казалось, жили собственной жизнью. Когда мужчина вернулся в гостиную, помещение уже опустело.

— Я только что с кем-то разговаривал? — тихо прошептал мужчина, поскреб лысый затылок.

Когда Тейдан покинул чужую квартиру, пелена окончательно сошла с его глаз. Голова немного кружилась, но он не сбавил шаг.

Чужой кулак замер практически рядом с затылком. Фэрроу ощутил ветер от резкого движения, но не обернулся.

— Что ты сделал?! — надрывно выкрикнул Дарн. Тяжелое дыхание чувствовалось отчетливо, и дело было не в пробежке. Не в криках. Всепожирающий страх опутал Дарна, не позволяя здраво мыслить и оценивать ситуацию. — Отвечай, или пристрелю!

Дарн чувствовал это. Чувствовал, как страх пропитывает тело, как сковывает мышцы, заставляет сердце биться быстрее, а лоб покрыться холодной испариной. И хуже всего было только то странное ощущение, словно перестал существовать для всех вокруг. Пассажиры просто шли по своим делам, не замечая вооруженного мужчину, открыто угрожающего другому живому существу.

— После смерти жены ты хотел исчезнуть из этого мира… — Тейдан закончил плести нити едва заметными движениями пальцев. Они обвивали запястье Дарна, и, стоило Фэрроу сжать кулак — стиснули боевой браслет. Десятки трещин пробежались по оружию, и то развалилось на мельчайшие осколки, со звоном падая на пол. — Считай, твое желание исполнено.

Тейдан прислонился спиной к белоснежной стене, медленно сползая по ней на пол. Голова раскалывалась от звучащих голосов. Тысяч голосов всего окружения тех, чьи жизни стали частью его собственной. Они кричали и смеялись, плакали и ругались, вгрызаясь в сознание все сильнее с каждым словом. Перебивали друг друга. Смешивались, превращаясь в единый нескончаемый гул, напоминающий пронзительный вой ветра.

Фэрроу схватился за голову, согнув спину. Он с большим трудом заставил себя отнять ладони, и белоснежная дымка последовала за ними, рассеиваясь в воздухе. Юноша ударил кулаком в грудь, сгибаясь еще сильнее, замирая с разомкнутыми губами. Едва заметный глазу дым выходил из приоткрытого рта, приобретал очертания маленьких силуэтов с головой и руками-варежками, быстро рассеиваясь.

Тейдан сдавленно кашлянул и резко подался назад, запрокидывая голову, ударяясь затылком о стену. Приглушенная боль, разлившаяся по телу, отрезвляла сознание. Сбившееся дыхание постепенно восстанавливалось. Он посидел еще немного, и, заставив себя подняться, с большим трудом побрел вдаль коридоров. Ладонь скользила по стенам, цепляясь огрубевшей кожей за неровности.

Когда Кир открыл дверь, Тейдан стоял перед ним с привычно безразличным выражением лица и неизменно горделивой осанкой. Он вошел в квартиру без приглашения и разрешения. Даже не поздоровался ради приличия.

— Ты вежливость в коридоре оставил? — Эфрон ударил ладонью по сенсорной панели, и дверь образовалась в проеме. — Чего так долго? Я вечностью, увы, обделен.

— Неожиданные дела, — Тейдан прошел в гостиную, где Стелла вертела в руках Ключ от всех дверей, совершенно не подозревая, какую ценность сейчас держит. — Этот предмет активен?

— Сканирование не показало никаких признаков присутствия нитей и узлов, — Люмирен посмотрел в сторону темной стены, и из его глаз появилась проекция с данными, записанными непонятными закорючками. Среди них находилась инфографика в виде столбиков и круговых диаграмм. — Магическая природа артефакта не подтверждена. Согласно анализу, предмет имеет основу из чистейшего аруаля, с заключенным внутри лайерским камнем. Вид: кулон. Приблизительная стоимость: бесценен.

— В смысле?! — Стелла вздрогнула из-за его слов. Затем максимально осторожно положила вещь обратно на столешницу, стараясь лишний раз не дышать в ее сторону. — Да мы никогда в жизни не расплатимся если с ним что-то случится!

— Поскольку я межпланетный дурак, прошу просветить насчет металла и камня, — Кир наблюдал за странными буквами, буквально на глазах трансформирующийся в привычный ему текст. И так происходило с любыми надписями — благодаря чипу искажалось восприятие. Автоматический перевод работал просто превосходно, и невольно тошно стало, что столько времени убил на изучение ненавистного английского.

— Лайерский камень добывался на планете Шаонел, пока Корпорация не истощила все запасы. Поскольку камень хорош в заклинаниях, его использовали для создания различных приборов. В итоге они были уничтожены перегрузками и их осталось меньше сотни, — Тейдан подцепил пальцами золотую цепочку, поднимая кулон. Он повернул кулон, и камень перелился разными оттенками синего и голубого, создавая иллюзию присутствия внутри целого океана. — Самая большая редкость. Оставшиеся камни стали бесценными. Металл эквивалентен белому золоту с твоей планеты.

— Допустим… — Кир наблюдал за спокойными и размеренными движениями Фэрроу, не сводя взгляда. Тот держал кулон так, будто это была не бесценная реликвия, а какая-нибудь безделушка с блошиного рынка. — Раз этот кулон бесценен, кто и зачем подсунул мне эту дрянь? Какой-то сомнительный подарок. Будто мне проблем не хватает!

— Принц! — Стелла наконец-то оторвала взгляд от точеного профиля Тейдана, и взглянула на Кира, чье лицо говорило само за себя: выглядел он так, словно готов этот «подарок» затолкать тому в самую глотку. — Вероятно, кулон принадлежит ему.

— Возможно, — Люмирен моргнул, и проекция пропала. — У него достаточно возможностей для получения редких вещей. Согласно общедоступным данным, планета Арукуран не повреждена и является одной из важнейшей в экономике межпланетной торговли. Он добровольно прибыл сюда для выступления.

— Мы не можем просто так вернуть кулон, — Кир забрал украшение у Тейдана, отпустившего цепочку беспрекословно. — Если его подкинул не принц, тогда мы отдадим невиданную редкость в чужие руки.

— Нужно придумать, как вычислить владельца, — Стелла, сидящая на пушистом ковре, поставила локоть на край стеклянного столика и подперла ладонью голову. — И вообще, где гарантии, что держать кулон у себя — безопасно? Вероятно, именно за ним сюда прибыли «Туманность».

— Папурупуру находится здесь месяц, — подтвердил Люмирен.

— Вот уж чего мне не хватало для полного счастья, так это встречи с космическими преступниками! — Кир всплеснул руками. — Я просто хочу вернуться домой! Неужели прошу так много?

— Ошибка эмоционального восприятия: невозможно испытывать счастье при негативных ситуациях, — Люмирен собрался добавить к высказыванию еще парочку аргументов, но не успел. В поле зрения попали золотые нити, с огромной скоростью вылетевшие сетью из кулона в руке юноши.

Нити переплетались в узлы, образуя полупрозрачное пульсирующее кружево. Они бросились на дверь, и Кир отшатнулся. На глазах удивленных ребят дверной проем заискрился солнечными искрами, переплетающимися с серебром, и покрылся водной гладью замершего пространства. На поверхности вспыхнули самые обычные дубы, небольшие кустики, зеленая трава. Недалеко проходила каменная мостовая, намекая на парк.

Кир опустил взгляд на украшение в своей руке, затем вопрошающе уставился на Люмирена, уверявшего в немагичности кулона. Затаившие дыхания товарищи разом выдохнули, убедившись, что больше ничего не происходит. Не хотелось бы отбиваться предметами интерьера от неизвестных злобных существ с той стороны.

— Стой! — Стелла подскочила к Киру за считанные секунды, стоило тому уверенной пойти вперед, и схватила за рукав. — Ты куда собрался?! Мы не знаем, что это за место!

— Похоже на парк рядом с моим домом, — Эфрон ненадолго замер. — Всяко лучше, чем оставаться на корабле с бандитами. Раз эта штука способна открывать порталы, почему бы не воспользоваться?

— Она права, это слишком опасно, — Тейдан в лице практически не изменился. Единственное — успокоился, увидев, куда именно открылся портал. — Это интегратор реальности, в народе известный как Ключ от всех дверей. Он обладает особым маскировочным узлом, поэтому определить в нем артефакт невозможно. Проблема заключается в том, что у всех Ключей есть Хранители — древнейшие создания. Ключ можно передать по собственному желанию, и использовать его получится исключительно у получателя. При определенных условиях. Правда, с оговоркой: точное местоположение задать способен только Хранитель. Носители же… — он покосился на дверной проем, — открывают рандомные Двери.

Кир сделал пару шагов к проему, где размеренно колыхалась магическая гладь. С той стороны дул легкий ветерок, несущий в себе сладкий запах цветов. Определенно роз.

«Я захотел домой, но портал открылся в парке около дома. Вполне логично, точное местоположение задать не получилось и выпало произвольное. Даже если это не тот парк, а похожий, уж как-нибудь разберусь. Даже если попаду в другое место или чужую страну. Всегда можно обратиться в посольство с историей о похищении…»

— Если исходить из теории вероятности и работы Ключа, в пятидесяти процентах там находится планета Земля. В других пятидесяти — планета, похожая на нее, поскольку Ключ неправильно интерпретировал понятие «дом», — Люмирен приблизился немного неуверенно. Он не рисковал трогать портал, зато успел рассмотреть попадающие в поле зрения растения. — Информация о флоре и фауне планеты Земля отсутствуют в базе данных. К тому же, провести удаленный анализ невозможно.

— Ну, слушайте! — Стелла улыбнулась немного неуверенно. — Мы хотели уйти, вот он — шанс. Куда бы мы ни попали, это всяко лучше, чем оставаться на корабле и ждать нападение «Туманности». Мы не отобьемся от них. А там, вроде как, по крайней мере есть кислород…

— Смотрите, — Тейдан указал ладонью на края дверного проема. Портал медленно сжимался, и напоминал бумагу, пожираемую огнем. — Решайте быстрее. Или уходим сейчас, или ждем следующую случайность.

Кир уверенно двинулся вперед, выставив руку перед собой. Пальцы коснулись теплой гладкой поверхности. Субстанция пошла рябью, облепила его кисть, запястье, и пропустила внутрь. Яркая вспышка света заставила зажмурится. Когда юноша открыл глаза, нижнее веко нервно дернулось.

Он стоял посреди живописного сада с множеством одиноких белокаменных арок, выстроенных по кругу. Среди них, в самом центре находилась огромная площадь из черного кварца. В черной глубине игрались яркие солнечные лучи, проникавшие сквозь листву и кроны деревьев. Они отражались солнечными зайчиками от крыльев разноцветных хрустальных бабочек, лениво пролетавших мимо.

«Да вы, блин, издеваетесь?», — лицо Кира искривилось в гримасе неумолимой жалости к самому себе и отчетливом отвращении к похожим на обычные деревьям, становящимся синеватыми к вершине. Да и аромат, похожий на розы, оказался обманкой — так пахли небольшие цветочки, раскинувшиеся разноцветным ковром меж арок, не позволяя подойти к чернеющему камню.

— Что за… — Кир заметил в небе парящие острова из материала, напоминающего прозрачный кварц, вмещающие в себя живописные сады.

— Хрустальные сады Этериона… — Тейдан отвел руку в сторону, подгибая пальцы кроме указательного. На него приземлилась маленькая бабочка, покачивая гранеными алыми крыльями. При каждом движении слышался тихий скрежет камня. — Этерион одна из самых прогрессивных планет.

— Вау! — Стелла выдохнула с восхищением. Про это место доводилось слышать множество раз… Именно слышать, ведь система конфиденциальности планеты была выше средней. В воздухе чувствовались легкие нотки озона, переплетающиеся со сладковатым ароматом цветов, меняющих цвет листьев от каждого прикосновения ветра.

— Раз она достаточно развита технологически, улететь отсюда труда не составит, — Кир надел золотую цепочку на шею, убрав Ключ под футболку. Будучи довольно плоским, он не сильно выпирал.

— Нецелесообразно забирать настолько мощный артефакт на планету без должной защиты от внезапного вторжения недобросовестных форм жизни, — Люмирен, пейзажем особо не впечатленный, полетел следом за Эфроном. Юноша неспешно шел по брусчатке, при каждом шаге становящейся прозрачной. Благодаря этому получалось рассмотреть террасы, парящие ниже. Каждый из них соединялся с соседними хрустальными лестницами, отражающими небесные оттенки.

— Постой! — Стелла преградила путь Киру, расставив руки в стороны. — Дай мне Ключ. Раз он способен сплести временными узлами две точки вселенной и создать нитевой коридор, значит, получится открыть дверь на любую планету!

Кир замер. Голубые глаза девушки уставились на него с отчетливым волнением. В них медленно переливалась синева бездонного океана, меняющего оттенок от небесной лазури, до глубины Марианской впадины. Кир затаил дыхание всего на несколько секунд, прежде чем ответить жестко и резко:

— Нет.

Стелла разомкнула побледневшие губы в легкой растерянности. Сердце пропустило удар, болезненно отозвавшись в груди.

— Если ты…

— Мы не знаем, что там сейчас, — Кир продолжил мысль, не позволив ей возмутиться. И говорил уж слишком спокойно. Настолько, словно ему совершенно плевать. — Это слишком опасно. Созерцатель крадет планеты с какой-то целью, и сейчас мы в ситуации с котом Шредингера: на поверхности может находиться нечто смертоносное и для нас в том числе, а может и нет. Пока портал не будет открыт — не узнаем об этом. Твое желание спасти родных мне понятно, однако, действовать бездумно в сложившейся ситуации нельзя. В наших руках мощнейший артефакт, и он оказался здесь явно не просто так.

Кир прошел мимо Стеллы, даже не взглянув на нее. Направился к одной из лестниц, ведущих вниз. Ему совсем не хотелось находиться на неопределенной высоте с вероятностью упасть при любом непредвиденном обстоятельстве.

— Но если они в опасности, могут погибнуть в любой момент! — Стелла схватила Кира за рукав джинсовки, рывком поворачивая в свою сторону. Она глубоко вдохнула, чувствуя разливающийся по телу жар, стоило увидеть на спокойном лице парня надменную ухмылку.

— А ты собралась героически погибнуть вместе с ними? — Кир наклонил голову, рассматривая ее так, будто она только что предложила прыгнуть с моста в реку, чтобы проверить, есть ли там вода. — Не в обиду тебе, но ты не похожа на великого мага, способного в одиночку уничтожить весь космический флот Созерцателя.

— Да как ты смеешь?! Отдай ключ! — Стелла взметнула руку в сторону шеи Эфрона, но юноша подался назад.

Тейдан с легкостью перехватил запястье Ар-Вин. Он резко дернул ее в свою сторону, вынуждая отойти.

— Успокойся, — внушительно произнес Фэрроу. — Думаешь, почему Ключ все еще не у «Туманности»? Открыть Дверь способен исключительно Носитель и непосредственный Хранитель. Чтобы он работал в чужих руках, Кир должен добровольно, с искренним желанием, от чистого сердца передать его тебе. Если заберешь силой, активируется защитный механизм и Ключ просто переместится к другому Носителю.

— Бред! — Стелла дернулась, но вырваться не смогла. Пальцы Тейдана слишком сильно сжимали тонкое запястье. — Тогда я бы не смогла взять его в руки!

— В пяти метрах от Носителя можно взять Ключ, если он не против.

— Кир прав, — поддакнул Люмирен. — Твое желание иррационально. Сейчас Вирон находится в неопределенном состоянии. Если он окружен и полностью захвачен, тогда одним своим присутствием ты подпишешь себе смертный приговор. При таком раскладе с вероятностью девяносто процентов твоя семья уже погибла. И ты ничего не сможешь сделать. Вообще.

Стелла на Люмирена, отчетливо чувствуя, как влага скапливается на глазах.

— Хорош панику сеять, — Кир повернулся к ним вполоборота. — Мы ничего не знаем. Сам факт остается фактом: там может быть опасно, и ты одна не справишься. Даже пойди мы с тобой — толку не будет. Мы не армия, не спецназ и даже не крутые маги SSS+ ранга. Просто кучка случайных пришельцев, которых занесло на чужую планету с артефактом на шее и кучей проблем на хвосте.

Стелла еще раз дернулась. На этот раз Тейдан отпустил ее, позволяя сделать пару шагов к Киру.

— И что ты предлагаешь?! — надрывно выкрикнула она. — Просто сидеть и ждать неизвестно чего?!

— Вовсе нет, — губы Кира растянулись в легкой самоуверенной ухмылке. — Мы оказались на крайне полезной планете. Используем все имеющиеся возможности для сбора информации. Для начала нам нужно отсюда выбраться.

— Отсюда вытекает следующая проблема… — Фэрроу подошел ближе к лестнице, откуда открывался прекрасный вид на террасы и белоснежные облака, молоком расплескавшиеся меж ними. — Хрустальные сады Этериона, где поют водопады из жидкого света, бережно хранят молчание у подножия Акрополя Нефритовых Вершин. А в вышине, в чертогах из застывшего сияния, правит вечная династия Вилларис — те, кто вплетают нити судьбы в полотно реальности… И мы находимся в самом сердце их владений.

— Мы получим статус преступников за проникновение на территорию Акрополя, — Люмирен обогнул товарищей и остановился напротив лестницы, преградив дорогу Киру. — Иррационально спускаться к Акрополю, иначе нас схватят!

Кир ухмыльнулся, услышав едва заметные нотки волнения в голосе парня. Он протянул руку, касаясь его полупрозрачного плеча, оказавшегося осязаемым, и небрежно отодвинул в сторону.

— А ты думаешь, — Кир повернул голову в его сторону и заговорил чуть тише, — на планете, являющейся одной из ведущих в космической экономике, рядом с правящей семьей работать будут одни поголовные болваны, не способные у себя перед глазами заметить чужаков? Здесь наверняка охранная система похлеще, чем в самом продвинутом банке! Только вот почему-то за нами еще никто не пришел. Странным не кажется? — Кир ступил на хрустальную ступеньку. Идеально гладкую, но не скользкую. Или особенность материала, или сила резиновых подошв его любимых кроссовок. Он скользнул длинными пальцами, привыкшими тянуться к разным кнопкам клавиатуры, по гладким полупрозрачным перилам.

— Вряд ли здесь что-то случилось, и списать на ошибку системы тоже крайне сложно, — Тейдан последовал за ним, не собираясь больше медитировать на опасном краю террасы с низким белокаменным заборчиком. — Пока не спустимся — не узнаем.

— У Этериона ого-го охрана еще на орбите, поэтому Созерцатель вряд ли успел сюда добраться. Не паникуйте заранее, а то мне тревожно! — Стелла ступила на полупрозрачную лестницу с долей неуверенности. Она вообще не понимала, как человек впереди может настолько уверенно вышагивать по ступеням, висящим на неопределенной высоте.

Стоило спуститься ниже, в поле зрения попали полупрозрачные водопады, бесшумно срывающиеся с краев террас. Их невесомая и легкая структура, отдающая золотистыми отблесками, перемешивающимися с белоснежными всполохами, действительно напоминала самый настоящий свет в своем более физическом воплощении.

Кир обратил внимание на деревья, растущие на следующей террасе: их стволы напоминали хрусталь, а листья — тонкие металлические пластины, отражающие сияние водопадов. В иной ситуации он бы определенно обратил внимание на удивительные красоты иной планеты, но после стольких пройденных фэнтези игр глаз уже замылился на все пейзажи и локации природы.

— Люми, спрячься. Мы действительно не знаем, что здесь произошло и произошло ли в принципе. В случае чего — станешь нашим козырем, — Кир ступил на лестницу, находящуюся недалеко от предыдущей. Как-то не верилось, что в настолько продвинутом мире нет банального лифта. Вероятно, он где-то есть… Только настольно непримечателен, что его совершенно не видно.

— Я Люмирен, — еще раз поправил Вэйс. Спорить не стал — предположение Кира показалось ему достаточно обоснованным чтобы согласиться. Юноша дотронулся до его НЭКСа и исчез в ярких всполохах фиолетовых помех.

Спустившись на террасу ниже, Кир замер. Акрополь Нефритовых Вершин возвышался над облаками бесчисленными белоснежные шпилями. Между башнями парили платформы с небольшими садами на кристальных террасах, утопающие в каскадах лиловой глицинии и сиянии драгоценных цветов. Хрустальные мосты соединяли воздушные площадки, находящиеся куда выше. Фиолетовые знамена, точно такие же, как в комнате Кира, неспешно колыхались от дуновений ветра.

— Потрясающе… — Стелла затаила дыхание. Никто никогда не видел Акрополь и сами сады, поскольку их защищало «Поле незримого молчания», скрывающее местоположение и изолируя правящую семью от любых угроз. Согласно легендам, Акрополь перемещался по всей планете, и никто не знал, где и когда тот окажется на следующий день. Вся информация о внешнем виде — исключительно из уст высокопоставленных гостей, кому выпала честь посетить Этерион лично.

«Верно, потрясающий трындец, — Кир бегло окинул здание взглядом, на вскидку насчитав около двадцати башен. — Я когда домой попаду вообще? Не дай боже мне тут на голову еще куча квестов посыплется! Казалось бы, такая штука имбовая в руки попала, и фиг ей воспользуешься».

Тейдан лица Эфрона не видел, зато отчетливо чувствовал уровень его негодования. Невольно вспомнились собственные первые поездки на другие планеты. Удивительные представители различных форм жизни, необычная архитектура, непривычная еда… Глаза разбегались от разнообразия. Любой, даже старец, восхищался при виде иных миров. Любой, но не Кир, готовый рвать и метать. Причем всем на своем пути.

— В Чьих Жилах — Исток! В Чьих Жилах — Исток! — к спускающемуся юноше на всех парах мчалась молодая женщина. Ее лицо практически полностью скрывала белоснежная керамическая маска. Служанка придерживала края кремовой юбки, все равно волочащейся по земле. Она сложила ладони у солнечного сплетения, опускаясь на колени.

— Где же Вы пропадали?! Чья Милость — Баланс безутешна! — надрывно запричитала та.

«А вот и ответ, почему же за нами не пришла охрана… Полагаю, я похож на принца. Ну и обращения у них, конечно, — Кир медленно натянул улыбку, не выражающую ни толики искренности. — А меня точно похитили? Или мне повстречался Грузовик-сан, и я иссекайнулся в какую-то тупую манхву про дворцовые интриги? Спасибо, хоть не «Сын Неба»[1], я бы свихнулся…»

— Я пропадал там, где мне было нужно, — ответил Кир, не повысив голос. Ровно и четко. Только слегка наклонил голову, и светлые волосы упали на лоб. — А тебе не обязательно знать подробности… Или обязательно?

Служанка склонилась еще сильнее.

— Я не смею спрашивать, В Чьих Жилах — Исток.

— Вот и хорошо. Тогда не задавай лишних вопросов, они мне настроение портят. А плохое настроение, знаешь ли, ни к чему хорошему не приводит, — он выдохнул с долей усталости. — Проводи меня в покои и прикажи остальным слугам не беспокоить. Я никого не желаю видеть, слышать и вообще знать об их существовании до завтрашнего утра.

— С-слушаюсь…

— Эти двое, — Кир кивнул на притихших друзей, не оборачиваясь, — мой личный охранник и служанка. Предоставить им лучшие комнаты.

Стелла стиснула челюсть так, что зубы скрипнули. Так бы и высказала все, что о нем думает! Пришлось стойко молчать и подыгрывать до выяснения обстоятельств. Выдавать себя за члена правящей семьи — это верх наглости и безрассудства. Если в скором времени вернется настоящий наследник, их всех отправят в тюрьму. Или хуже.

Служанка беспрекословно повела господина внутрь Акрополя. Они поднялись по огромной широкой лестнице из белого камня, сияющего при каждом шаге, словно внутри застыли тысячи крошечных звезд. По обе стороны раскинулись низкие перила, украшенные гранеными ромбами, которые медленно прокручивались в полной невесомости, переливаясь всеми оттенками белого и фиолетового.

Высокие своды коридора, сплетенные из камня и теней, терялись где-то в темно-фиолетовой вышине. Белый мрамор стен был расчерчен золотыми узорами, а бесконечные ряды колонн создавали ощущение величия… Правда, чем дальше они шли, тем сильнее Киру казалось, словно планировку придумали проектировщики по чистому приколу и исходя из желания навредить. Столько поворотов и лестниц он еще никогда в жизни не видел. Ладно, в жизни правда не видел, зато в играх — вполне. Не хватало карты с пометками необследованных помещений и редкого лута.

Добравшись до своих покоев, Кир пропал за дверью, больше не желая видеть никого. Он оказался в комнате, занявшей практически весь угол дворцового крыла. Между высокими, узкими окнами стояли колонны, покрытые тонкой резьбой, а в их углублениях мерцали подвешенные кристаллы.

Кир доплелся до дальней стены и завалился на огромную двуспальную кровать. Полупрозрачный сиреневый балдахин спадал с резного каркаса почти до пола и слегка колыхался от дуновений ветра. Рядом находились несколько низких диванов и столиков, расставленных без строгой симметрии. Он повернул голову вбок, задумчиво рассматривая книжные шкафы, тянущиеся вдоль одной из стен. Между ними виднелись застекленные витрины с кристаллами и неизвестными механизмами.

«С ума сойти можно, — Кир почесал нос. — Из одной дурки в другую… Теперь еще и руководителем этой психушки стал. Класс, просто класс, — он устало опустил веки. — Люми, слышишь?»

«Слышу», — сразу же отозвался тот.

«Не появляйся. Найди всю возможную информацию о членах королевской семьи и этой планете в целом. И отключи в моей комнате всевозможные приспособления слежки. Нужно место, где смогу говорить с вами без подозрений».

«Тебе не понравится эта информация…»

Кир поморщился. Телепатическая связь — определенно не то, чем хочется пользоваться на постоянной основе. Он скинул кроссовки, ложась на мягкий матрас как положено.

«Вещай. Меня уже ничем не удивить…»

«Кириан Вилларис — младший сын семьи, носящий титул терейс. Старший сын — Элиар, титул альтерис. Правитель — терон, Дарион. Его жена, терисса, — Равилла. Династия Вилларис успешно правит планетой вот уже более двадцати тысяч лет. На публике Кириан вел себя прилежно и достаточно сдержанно, как и полагается при его статусе. Подробности личности неизвестны. Согласно собранным слухам, он не появлялся на публике около двадцати дней. Терон никак не прокомментировал обеспокоенность народа. Вероятно, терейс сбежал. Будучи верданом абсолютно безответственным, испугался наследования трона».

«Шутишь? — хмыкнул Кир. — Обычно все только и делают, что убивают друг друга за престол. А этот сбежал? Дело явно не в этом. Меня больше прикалывает схожесть наших имен. И выгляжу я как он. Что за фигня?»

«Информация о значении слова «прикол» отсутствует. Во вселенной существует принцип повторения информации. Каждый объект реальности имеет как минимум одну аналогичную копию. Механизм схож с теорией параллельных реальностей, существующих в едином пространственно-временном континууме. Твое желание вернуться домой было интерпретировано ключом буквально: ты переместился в место, которое является «домом» для твоего квантово-метафизического двойника»

«Прикол — это шутка, — Кир вздохнул с долей раздражения. — Твоя программа шуток походу не понимает. А быть чьим-то клоном мне вообще не нравится, но хрен с ним. Это даже сыграет нам на руку. Если Тейдан и Стелла додумаются поспрашивать про Кириана, будет вообще отлично. Я понятия не имею, как себя вести. Кстати, как ты там их назвал? Верданы? Кто они вообще такие? У них нет каких-нибудь лишних частей тела или скрытых способностей, которые меня выдадут?»

«Нет, или о них неизвестно, — Люмирен ответил привычно спокойно, совершенно не уловив шутку юмора. — Информация о скрытых способностях отсутствует в открытых источниках. Верданов называют «расой света» из-за того, что кожа поглощает излучения солнца и звезд. И еще питаются ароматами. Простую пищу едят обычные жители, аристократы — специально синтезированную. Проблема заключается в необщительности и скрытности верданов. Те, кто выходит на межпланетную связь, обучены стандартам общепринятого взаимодействия и не раскрывают нюансов собственной культуры. Я не могу заранее предупредить тебя о возможных опасных ситуациях».

«Плохо, меня могут разоблачить в любой момент… Придется импровизировать, — Кир согнул колено и закинул на него голень, покачивая стопой. — Двадцать дней — это примерное время отсутствия принца. Вероятно, пропал он намного раньше. Раз не вернулся сам, с ним что-то случилось, или возвращаться не собирался… А что там насчет наследования? Наследный принц отказался что ли?»

«Внесу в базу данных слово «принц» как синоним для «альтериса» и «терейса». Элиар не появлялся на публике уже давно, еще до исчезновения брата. Народ обеспокоен. Они считают, с ним что-то случилось. Отсюда слухи».

«А с каких пор ты вообще ссылаешься на слухи? — Кир слегка улыбнулся. — Твоя программа что, барахлит? Ты же вроде как анализатор, а не сплетник».

«Ой, — вдруг выдал Люмирен. — Произошел сбой. Я проведу перепрограммирование системы восприятия и анализа информации. Насчет наблюдения — оно отсутствует во всем Акрополе. Здесь иная система безопасности: когда появляются чужаки, активируется охрана в доспехах. Ты их видел, когда мы шли сюда».

«А я-то думал, это просто статуи, — Кир поморщился, вспоминая высокие человеческие силуэты в черной броне. — Раз никто не подслушивает и не подглядывает — уже намного легче. Получается, система безопасности по какой-то причине тоже приняла меня за принца. А тех, кто со мной, за «своих»… Ладно, разбираться в инопланетных технологиях у меня нет ни малейшего желания».

Раздался стук в дверь со стороны коридор. Никто не вошел, но оттуда послышался уже знакомый голос:

— В Чьих Жилах — Исток, через пятнадцать минут будет подан обед. Ваши родители будут ждать в обеденном зале.

Кир разочарованно вздохнул. Просил же не беспокоить! Еще и придется пытаться взаимодействовать с теми, кто ему даже близко не семья. Юноша с долей нежелания встал с кровати. Первым делом — нельзя выделяться, поэтому он распахнул дверцы первого попавшегося шкафа с одеждой.

Поковырявшись в чужой одежде, Кир выбрал костюм с надеждой на лучшее. Поверх графитовой рубашки с высоким воротником-стойкой он надел камзол цвета ночного аметиста. Крой чем-то напоминал исторический, и удивительным образом подчеркивал его подтянутую фигуру. Он скользнул пальцами по поверхности костюма, где тонкими нитями тянулся узор из серебра и черного золота. Между нитями мерцали небольшие фиолетовые кристаллы, ловившие свет из окон. Следом — закрепил на плечах длинную мантию, спускающуюся до пят. Приятнее всего было что одежда, явно меньшая по размеру, самостоятельно его изменила, став побольше.

«М-да, — Кир скептически окинул себя взглядом в зеркале, замершем посреди комнаты. — Я будто лимитированный бесплатный скин получил и вынужден его носить из-за характеристик, а на ивентовый времени не хватило. Что ж, ладно. Главное не натереть мозоли, пластырей у меня с собой нет, а в сапогах ходить я не привык».

Кир вышел из своей комнаты, с удивлением обнаруживая рядом служанку. Она последовала за своим господином, не обронив и слова. Только держалась почему-то поодаль. Складывалось отчетливое ощущение, что та его преследует, а не сопровождает. Но именно благодаря ей удалось дойти без приключений.

В центре обеденного зала раскинулось огромное полупрозрачное дерево, сплетенное из света и кристаллов. Его корни уходили прямо в пол, растворяясь в узорах белого мрамора, а крона поднималась к самому своду, где терялась среди колонн и высоких окон. В центре располагался длинный стол в форме полумесяца, вырезанный из светлого камня и украшенный золотой филигранью.

Кир прошел к дивану, стоящему полукругом, и опустился на мягкое сидение напротив териона и териссы, совершенно не отличающихся от обычных людей. Он устроился поудобнее, закинув ногу на ногу, и взглянул на «родителей» с видом человека, которого оторвали от важного дела ради какой-то ерунды.

Повисло неловкое молчание.

— Объясниться не желаешь? — низким голосом произнес Дариор. С отчетливым напором. Его длинные светло-золотые волосы давно тронула седина, а тяжелое одеяние темных оттенков придавало худому лицу с выступающими скулами еще больше бледности. Несмотря на болезненный вид, он продолжал держать спину ровно.

— Нет, — безразлично отозвался Кир.

— Я ночами не спала! — Равилла заговорила немного торопливо, то и дело быстро моргая в попытках сдержать слезы. — Не могла нормально синтезировать свет! Как ты смеешь своевольничать?! Еще и дерзить! Бессовестный! — она подалась вперед, и свисающие украшения в ее сложной прическе жалобно звякнули. Пальцы стиснули расшитую юбку лавандового платья так, что побелели костяшки.

— Я слишком устал, чтобы выяснять отношения, — Кир прислонился к высокой спинке дивана. — Вернулся же. Все со мной в порядке. Мне просто… хотелось немного уединения и тишины. Ну, знаете… Когда никто не дышит в затылок и не задает тупых вопросов.

— Что ты такое говоришь?! — ее голос дрогнул. — Я понимаю, тебе тяжело. Всем нам тяжело. Но не думал ли ты, что за время отсутствия твой брат… — терисса осеклась, сделав паузу, словно боялась сказать эти слова вслух.

— Пора принять очевидное: мы бессильны, — Дарион произнес самые страшные для жены слова. При этом Кир отчетливо уловил в его безэмоциональном тоне хорошо скрываемые нотки искренней тоски. — Тебе придется принять корону, хочешь ты того или нет.

«С наследным принцем что-то случилось? — Кир не сводил с них пристального взгляда. — Еще не хватало мне такого счастья — планетой управлять. Кириан свалил из-за страха перед короной или в попытке помочь брату? Нужно выяснить, о чем они говорят. Если он вернется, пока я буду тут, проблемы нам всем обеспечены».

— Мне просто… нужно было побыть наедине с мыслями, — Кир ответил чуть мягче. Он даже наклонил голову, изображая раскаяние. Зато внутри бушевал целый ураган. — Что с Элиаром?

— С каждым днем состояние ухудшается, — Равилла шмыгнула носом, выхватив из таящегося в складках юбки кармана тонкий полупрозрачный платок. Провела им по краям глаз, аккуратно промокнув слезы. — Сходи к нему после обеда. Он сильно переживал за тебя… И, прошу, не исчезай так больше. Я не выдержу, если потеряю обоих сыновей.

Кир почувствовал удушающий ком в горле. Сейчас Равилла напомнила ему собственную мать, когда та стояла на пороге, рыдая навзрыд после ссоры, когда тетя ушла и не возвращалась целые сутки. Правда, время давно стерло детали произошедшего, но эти слезы он запомнил отчетливо.

— Больше не исчезну, — пообещал он.

— Давайте отложим разговоры на потом, — Дарион провел пальцами по столешнице. За ними пробежали яркие синеватые искры, рассыпались, погасли.

— Во время небольшого путешествия я встретил двух финисов с планеты Вирон, — начал Кир, наблюдая за их реакцией. — Они одни из немногих, кому удалось спастись. Созерцатель похитил их планету. Стелла будет моей личной служанкой, а Тейдан — охранником.

Кир покосился в сторону тихого шелеста — вдали открылись двери.

— Финисы? — Дарион переглянулся с женой. — Встретить кого-то из них — необычайная редкость. Я слышал о похищении планеты. Пусть остаются, раз их устраивают условия. На всякий случай будь осторожен, и не доверяй им всецело.

— Хорошо. И… свет синтезировать они не смогут.

— Ты такой шутник, — Равилла улыбнулась немного вымученно. — Слуги ведь никогда не ели настолько высокоароматичную еду. Я сообщу повару насчет новеньких и рациона для них.

— Чье Слово — Основа, — слуга подоспел к Дариону с подносом, — вкусите эссенцию безмолвия. Ее аромат — это шепот утренних туманов над Хрустальными Садами, пойманный в момент, когда ночь отступает, но день еще не вступил в свои права, — он расставил перед мужчиной несколько глубоких чаш и тарелку средней глубины. На его подносе тут же появилась другая порция, и он подоспел к териссе:

— Чья Милость — Баланс, для Вас соткали аромат воспоминания о первом летнем дожде. В нем поймано эхо капель, танцующих на лепестках огненных лилий, и дуновение ветра, несущего обещание обновления, — юноша расставил тарелки легким взмахом руки. Следом он подоспел к Киру, с каждой минутой не понимающему суть происходящего все больше.

— В Чьих Жилах — Исток, это — дух ночной феерии. Позвольте его аромату увлечь вас на поляну, где светлячки плетут из своих вспышек узоры на полотне мира, — он поставил перед Киром глубокую тарелку с супом, больше напоминающим мутную жижу. Один вид блюда вызвал у Эфрона непреодолимое желание блевануть. На плоском блюде лежали некие корнеплоды, нарезанные тонкими круглыми дольками, слегка поблескивающими. На десерт — нечто напоминающее мороженое, положенное в небольшую глубокую плошку на высокой ножке.

Слуга поклонился и удалился из зала, больше не проронив и слова. Супруги не обратили на него никакого внимания. Они взяли в руки чаши, поднося их довольно близко к лицу, глубоко и неспешно вдыхая едва уловимый аромат, исходящей от блюд. Кир остался сидеть недвижно, поскольку те закрыли глаза. Наблюдал.

— Сегодня повар превзошел самого себя, — с легким наслаждением произнесла Равилла. — Я чувствую дерзкую кислинку юности, переходящую в нежный, бархатный финал, словно закат, убаюкивающий сады.

— Верно, эти ароматы — непревзойденное искусство! — в голосе Дариона чувствовалось не наигранное восхищение. — Мое блюдо наполнено холодом мудрости на рассвете. В нем ощущаются нотки терпкости невысказанных решений и легкая, как вздох, сладость грядущего мира…

«Я попал в общество несостоявшихся поэтов? — Кир выгнул бровь. — Слуга презентовал блюда через запах, и они говорят про ароматы… Как вообще можно насытиться ароматом? Ладно, пофиг. Я так красиво говорить не умею, и, если почувствую в блюде то, чего там нет, вызову еще больше подозрений», — Кир не стал участвовать в происходящем, на его взгляд, цирке, и, подхватив ложку, зачерпнул ей суп. Он нервно сглотнул, глядя на субстанцию, для него не имеющую практически никакого запаха. Эфрон выдохнул, будто собрался пить горькое лекарство, и проглотил суп. Жижа оказалась не настолько ужасной, и имела легкий привкус картофеля. Довольно нежный вкус, практически отсутствующий. Есть хотелось больше, чем думать о принципе приготовления, поэтому Кир просто продолжил есть.

Услышав звук ложки, супруги в изумлении перевели взгляд на кушающего сына. Они переглянулись друг с другом, и снова одарили принца нежеланным вниманием, так и замерев с тарелками в руках.

— Хлебушка бы, — произнес Кир, когда заметил на себе их взгляды. Он наколол на вилку кусок корнеплода, отправив в рот. — И соли.

— Кириан, — в голосе Равиллы отчетливо прослеживались нотки ужаса. — Нормально ли ты себя чувствуешь? — вопрос прозвучал вкрадчиво, с легким недоверием.

— Да, только устал. Буду чувствовать себя еще лучше, если мне принесут соль, — Кир проглотил кусок безвкусного овоща.

— Тебе следует сходить к врачу и провериться, — Дарион поставил тарелку обратно на столешницу. — Твое состояние вызывает опасения.

— Я не пойду к врачу, — отрезал Кир. Он мысленно вздохнул и принял простую истину: раз уж показал себя чудиком, чудить придется до конца. — Я не в настроении.

— Пожалуйста, будь внимателен к себе, — Равилла взяла небольшую чайную ложку, зачерпнув ей суп и отправляя в рот. Она смаковала блюдо довольно долго прежде чем проглотить.

— Я внимателен, а слуги не очень, — Кир откинул ложку в сторону. — Этим невозможно есть, — он взял тарелку в руки и под изумленные взгляды родителей выпил суп через край. Мороженое, ну, или нечто на него похожее, юноша выпил точно также. Оно имело легкий сладковатый привкус и комнатную температуру. Особого насыщения Эфрон не почувствовал, зато ощущение было, будто пожевал медузу.

— Сынок… — Равилла приложила ладонь к солнечному сплетению. Ее и без того осунувшееся лицо побледнело еще сильнее.

Тейдан окинул взглядом просторную комнату с видом на одну из террас, находящихся почти на одном уровне с Акрополем. Помещение с фиолетовыми кристаллами и свисающими с потолка сиреневыми растерями напоминали ему покои принца, нежели комнату для его личного охранника. Впрочем, жаловаться он не собирался — приходилось бывать в куда более отвратительных условиях.

Он обернулся к двери и взмахнул рукой. Ему хватило нескольких быстрых движений пальцами для создания прочных узлов, раскинувшихся на весь дверное проем. Нити плотно оплели ручку, не позволяя никому ее опустить. Фэрроу активировал свой НЭКС, и нажал всего на одну кнопку, посылая сигнал. Ждать долго не пришлось — в комнате появилась Шицы, и, приложил предплечье ко лбу, упала на колено.

— Господин.

— Доложи о расследовании, — Тейдан скользнул пальцами по изогнутой спинке антрацитового кресла, непринужденным движением поворачивая в сторону девушки. Он опустился на мягкую обивку, закинув ногу на ногу.

— Я почти узнала местоположение Хейдака. Когда получу точные координаты — лично выясню всю известную ему информацию о заказчике. Остальные ничего не знали. Клинки отправили «Ковчег» на запасную стоянку и проводят опрос всех спасенных. Про исчезновение некоторых еще неизвестно. Когда узнают — начнут искать их, — Шицы бегло осмотрелась в помещении, отличающееся от среднестатистического наличием высоких потолков и колонн. — Полагаю, Кир воспользовался Ключом? — последнее слово Шицы практически прошептала, словно их кто-то подслушивал.

— О Клинках не беспокойся, они нас не найдут никогда. Предоставь максимально подробный доклад про расу верданов. Чем больше нюансов — тем лучше.

— Вы оказались на Этерионе? — Шицы вскинула брови. — Я отправлю Вам файл в кратчайшие сроки, — она немного замялась, а затем уточнила: — Хотите остаться здесь?

— Да. Я не могу позволить Киру погибнуть. Если он умрет, Ключ переместиться к другому Носителю. Все наши старания пойдут крахом.

— Кир — неоднозначный юноша, сложно понять ход его мыслей. Что будете делать, если он не захочет передавать Вам ключ?

— Поверь, Кир — не герой. Ему нет дела ни до окружающих, ни до Созерцателя… Он просто хочет домой. И я понимаю его. Выполняй свою работу и не лезь в мою.

— Поняла, — Шицы приложила предплечье ко лбу, поклонившись ему. — Выполню без нареканий.

Кир прошел мимо колонн в покоях наследного принца, меж которых росли серебристо-голубоватые цветы, наполнявшие воздух едва уловимым ароматом. Он ожидал увидеть такой же балдахин у кровати, но того не оказалось.

На двуспальной кровати лежал юноша чуть старше его самого. Жидкие золотистые волосы разметались по плечам и подушке безжизненными прядями, давно потерявшими шелковистый блеск. Одеяло укрывало исхудавшее тело, и Кир заметил, как грудь почти не поднималась из-за слабого, поверхностного дыхания.

— Элиар, — Кир подошел к нему, не решившись присесть на край матраса. Взгляд скользнул по прикроватной тумбе: на ней лежало несколько зубов.

Элиар медленно повернул голову в сторону гостя и вымученно улыбнулся. Некогда белые зубы покрывала легкая краснота из-за кровоточащих десен. Губы потрескались, в уголках засохла кровь.

— Кириан… — Элиар шумно выдохнул, и в этом выдохе слышалась целая вечность усталости. — Я так рад… Что ты жив.

Кир перевел взгляд на тощую кисть юноши, больше похожую на руку скелета, обтянутую кожей. Синяки покрывали ее, отчего он почувствовал отчетливое напряжение в горле… Моментально сошедшее на нет, стоило заметить следы на бледной, шелушащейся коже.

«Цинга? — мысленно присвистнул Кир. — Вот так новости… Это ж надо было мне попасть на другой конец Вселенной чтобы столкнуться со стандартным дебаффом из всех игр на выживание! Впрочем, с учетом того, какую дрянь они тут жрут, не удивительно. Удивительно, как король с королевой еще не слегли. Вон, какие бледные и худые. Скоро вся семейка на том свете встретится, если ничего не поменять».

— Со мной все в порядке, — ответил Кир. — Лучше скажи, как чувствуешь себя?

— Хуже… — Элиар горько усмехнулся. — Слабость усиливается. Врач говорит, вероятно, я потеряю все зубы… Кто бы мог подумать, что, некогда первый красавец Этериона закончит вот так. И ведь никто не знает, что это. Как и ты… — он закрыл глаза. — Зря ты это все придумал…

«Получается, Кириан действительно отправился искать лекарство? — Кир просто стоял и смотрел на брата с выражением, колеблющимся между: «Мне тебя жаль» и «Какой же ты дебил». — Что ж, у меня всего два варианта. Первый: спасти ему жизнь и рискнуть собственной шкурой. Второй: позволить ему умереть и стать наследным принцем. Такой гемор мне уж точно не нужен.

Элиар явно был в хороших отношениях с братом и может стать моей визитной картой домой. По крайней мере, у него, как у наследного принца, намного больше власти и шансов добиться того, что мне нужно. Если же займу это место сам — выдам себя еще быстрее. Я не знаком с местной культурой, на меня и так смотрят как на сумасшедшего».

Он вздохнул. И сам не заметил, как этот вздох превратился в рык.

«Да и нехорошо как-то вот так бросать человека на произвол судьбы… Нет! Какой еще к черту судьбы?! — Кир потер переносицу. — Они же тупые, как пробки! Неужели не понимают, что дело в банальном отсутствии витамина С? Светоносные идиоты, ничего не скажешь».

— Как там служанку мою зовут? — вдруг выдал Кир.

— Зари… — отозвался Элиар с долей непонимания.

— Зари! — Кир выкрикнул имя служанки достаточно громко, чтобы та поспешно вбежала в покои, успев заранее перепугаться.

Она влетела, как ошпаренная, поклонилась, едва не упав.

— Кратко опиши весь рацион брата.

— Ох, ну… — она немного растерялась, теребя край передника. — Очищенные энергетические гели, выдержанное мясо и зерновые пасты. Все то же, что едите и Вы.

«Замечательно… Еда проходит стерилизацию, а при высокой температуре витамин С разрушается. Свежие овощи и фрукты они явно не потребляют, — у Кира нервно дернулся глаз, но ответил он сдержанно: — Цитрусы в садах есть?

— Есть, — Зари удивленно моргнула и приподняла брови.

— Прикажи собрать свежие плоды и выжать из них сок. Немедленно принести сюда. Я видел на террасах выше хвойные деревья. Пусть садовники обрежут ветви, а повара сделают из них отвар и хорошенько процедят.

— Как прикажете… — Зари покосилась на него с искренним недоумением, но спорить не стала. Поспешила удалиться, оставив парней в гордом одиночестве.

— Что ты задумал? — Элиар поинтересовался с долей беспокойства.

— Жизнь тебе спасаю, — отозвался Кир немного задумчиво, а сам про себя добавил: — «Как бы мне это боком потом не вышло».

— Я не понимаю…

— Ну, я же не просто так столько времени шатался вне дома, — Кир плюхнулся на край кровати. Матрас оказался не настолько мягким, как он предполагал. — Ты не переживай. Я обещал найти для тебя лекарство и слово свое сдержу.

— Я, право, не знаю, как еда бедняков с кучей бактерий мне поможет… Неужели ты хочешь, чтобы я пил это? — нотки страха выдали неуверенность Элиара в безумных идеях брата, натянувшего улыбку, не предвещающую ничего хорошего. — Добить меня решил?

— Поверь, чтобы тебя добить, не нужно настолько заморачиваться и подставлять себя, — Кир усмехнулся. — Ты и так умрешь, какой мне прок? Да и наследовать трон я желанием не горю. Сам знаешь — совершенно не подхожу для этой роли. Управлять целой планетой… — он на секунду задумался о масштабах, но всю романтику из фантазий выбил неумолимый реализм. — Слишком тяжело. Я не справлюсь. Мне бы со своей жизнью разобраться, а тут еще чужую на шею вешать. Так что лечись, брат. Выздоравливай. И правь этой планетой сам, не придумывая мне лишний гемор. Лады?

— Ты всегда слишком сильно себя недооценивал, — Элиар слегка похлопал Эфрона по кисти холодными пальцами. — Ты намного способнее, чем думаешь. Просто слишком добр и наивен.

«Отлично, — мысленно проворчал Кир, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Теперь я знаю, что Кириан был добрячком-ботаником. Такой образ примерить на себя у меня определенно не получится. Я скорее сыграю роль придурка, чем святую невинность».

— В Чьих Жилах — Исток, — Зари вернулась с граненым стаканом, наполненным оранжевой жидкостью. Ее скривившееся лицо так и кричало об ужасе по отношению к тому, о чем успела подумать, пока шла сюда. Она протянула стакан дрожащими руками. — Прошу, Ваш сок.

— Прекрасно, — Кир подхватил стакан, поднес к своему лицу. Пахнет обычными апельсинами. Он протянул сок брату. — Пей.

— В Чьих Жилах — Исток! — испуганно воскликнула Зари. — Что Вы делаете?! Чей Путь — Наследие нельзя потреблять неочищенную пищу! Это… Это же….

— Слушай, это… слишком… — Элиар слегка поморщился, глядя на протянутый ему стакан. Он отодвинулся, подавшись назад, и с большим трудом принял полулежачее положение.

— Замолкли оба, — строго произнес Кир. Да так, что те моментально притихли. — Зари, марш на кухню. Без отвара не возвращайся.

— В Чьих Жилах — Исток! — служанка сложила руки у солнечного сплетения и рухнула на колени, практически касаясь лбом пола. — Прошу Вас, не совершайте глупостей! Вы же ставите и без того хрупкую жизнь Чей Путь — Наследие в опасное положение! Если с ним что-то случится…

— Я сказал тебе уйди, — также спокойно произнес он.

Зари моментально вылетела из комнаты, а Кир перевел взгляд на удивленного Элиара. Впервые ему довелось увидеть искренний страх в чужих глазах по отношению к нему самому, а не выбранной игровой стратегии. Эфрон, мысленно выругавшись, поднес стакан к губам, делая глоток.

— Не отравлено. Пей давай.

— Да ты с ума сошел… — Элиар прошептал едва слышно, с трудом шевеля иссохшими губами. Он неуверенно взял сок, поднес к лицу и вдохнул слишком ярко выраженный аромат цитруса, морщась.

— Пей ты, блин, уже, — Кир цокнул языком. — Нюхает он тут. Ишь!

— Мы же получаем питательные вещества из запахов и света… И этот аромат ужасен. Он не несет в себе ничего, кроме резких всполохов бытия, уверенно идущего в будущие дни и забывающее свое прошлое…

— Слышь, философ просроченный, — Кир поставил руки в боки. — Или ты пьешь добровольно, или я волью это в тебя это силой. Поверь, тебе не понравится — передние зубы точно потеряешь. В твоих же интересах их сохранить, — Кир уставился на него, не моргая. Никогда бы не подумал, что спасение больного окажется настолько проблематичным.

Элиар оказался не таким упрямым, и медленно пригубил сок. Под пристальным и выжидающим взглядом брата он осушил весь стакан. Правда, с большим трудом. Ярко выраженный вкус был практически невыносим для того, кто всю жизнь питался непонятными субстанциями, практически нейтральными.

— Молодец, — Кир поставил стакан на тумбу. — Будешь пить сок и отвар каждый день. Сам увидишь изменения уже через несколько дней.

— Да что с тобой случилось? — Элиар коснулся пальцами губ. Кислота сильно разъедала пострадавшие десна, доставляя сильный дискомфорт. — Ты просто сам не свой…

— Скажем так: устал быть грушей для битья и тем, кого никто никогда не слушает и не слышит. Теперь все будет иначе. Ты не умрешь. Не при мне, по крайней мере. Я спасу тебя, даже если ты будешь считать меня настоящим психом. И, поверь… — Кир натянул самоуверенную ухмылку, а в его глазах сверкнула искра азарта. — Это только начало.

«Ты совсем потерял модуль рациональности? — Люмирен вновь заговорил ему по мозгам, напугав до легкой дрожи в теле. — Тебя же раскроют моментально! Спасти альтериса в сложившейся ситуации — наилучший исход меньшего сопротивления и я полностью согласен с твоим решением. Однако, я совершенно не могу просчитать положительную логическую цепочку твоих последующих действий. Все исходы ведут к неминуемому провалу и критических последствий для нас всех».

«Поругаемся в комнате, не делай из меня сумасшедшего больше получившегося», — быстро ответил Кир, пока совсем не выпал из диалога с Элиаром.

Зари вернулась вовремя — не пришлось отвечать на неудобные вопросы альтериса. Девушка несла в дрожащих руках еще один стакан, с мольбой во взгляде не делать глупостей в глазах. Она поставила посуду на край тумбы.

— В Чьих Жилах — Исток, отвар готов, — Зари с опаской покосилась на альтериса, все еще вполне живого и такого же недоуменного. — Неужели Вы хотите, чтобы Чей Путь — Наследие выпил его?

— Выйди, — коротко бросил Кир. Он взял стакан в руку и поднес к носу: легкий аромат хвои, без сторонних примесей, насколько мог судить. Юноша протянул руку к Элиару, принявшего отвар с долей опасения.

Когда Зари покинула помещение, Эфрон сложил руки на груди, выжидающе глядя на брата. Тот, немного помедлив, сделал небольшой глоток достаточно теплого напитка. Практически горячего. Вкус оказался неожиданно нежным, с легкой кислинкой.

— Почему это должно мне помочь? — Элиар отпил еще немного. На этот раз он не торопился. «Лекарство» не имело настолько непривычный и ярко выраженный вкус, посему насладиться им было куда приятнее.

— Мне помогли финисы. Я привел их сюда, им больше некуда идти. Если коротко, их планета украдена. Они согласились стать моими личными слугами.

— Финисы? — Элиар сел чуть поудобнее, поправил подушку у себя за спиной. — Это же такая редкость… Пройти избрание Арк-Висами способны единицы. Я слышал, финисы достаточно горделивы чтобы склониться перед кем-либо.

— Текущая ситуация повлияла на их решение. За ними больше никто не стоит и идти им некуда. Они достаточно умны, и, уверен, не стали бы вредить тем, кто протянул руку помощи.

— Да, пожалуй… — Элиар сделал еще один небольшой глоток. Он внимательно рассматривал черты лица, прекрасно знакомые ему с детства. Совершенно точно — все также, как и прежде, только худоба ушла, сделав терейса чуть полнее, нежели любого другого аристократа. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — Кир пожал плечами. — Недолгое путешествие оказалось достаточно насыщенным, и многие обстоятельства вынудили иначе взглянуть на некоторые вещи, — Кир немного расслабился, отчего стал выглядеть чуть доброжелательнее. Оперся ладонью о матрас позади себя немного небрежно. — Я распоряжусь, чтобы тебе каждый день приносили два этих напитка. Если сок слишком насыщенный, можно разбавить водой, но такое количество в день выпить обязательно нужно. Ты заметишь разницу в скором времени. Доверься мне.

— Я всегда тебе доверял. С самого дня твоего рождения, — Элиар опустил взгляд на стакан, и его иссохшие губы растянулись в задумчивой полуулыбке. — Твоя поддержка меня в качестве альтериса значит очень много, — он провел пальцем по граненому краю стакана. — Знаешь… Я должен извиниться.

— За что?

— Вспоминая историю наследования… — прошептал он с долей вины в голосе. — Я допустил мысли о твоем предательстве и не случайности своего заболевания, — Элиар коснулся костлявыми пальцами длинных спутанных прядей, убирая за ухо. — Извини. Ты всегда был на моей стороне.

— И буду, — не задумываясь, ответил Кир. — Наследники всегда воевали за трон, поэтому не удивлен, что ты подумал, будто я тебя отравил. Но, знаешь, — он легонько щелкнул Элиара по кончику носа, вынуждая взглянуть на себя. — Чтобы тебя убить не нужно так заморачиваться. Да даже убивать не обязательно для получения трона. Мне нет никакого дела до власти, поэтому расслабься.

Элиар стиснул в пальцах граненый стакан. Он смотрел на своего младшего брата… Такого искренне доброго, робкого, никогда не смеющего перечить даже слугам, и упорно видел в нем совершенно другого вердана. Того, кто способен одним своим словом вселить надежду, а вторым — закопать в землю по самую макушку. Юноша сделал небольшой вдох, вбирая частицы аромата, окружающие Эфрона, в полной мере.

— Почему ты пахнешь пустотой?

Его вопрос, заданный с настороженностью и небольшим недоверием, прозвучал подобно опустившемуся лезвию гильотины. Кир перевел на него взгляд, не выражающий и толики беспокойства. У самого же мысли роились: раз они частично питаются ароматами, значит, обонятельные рецепторы устроены иначе.

— Следствие стресса, — Эфрон ляпнул первое пришедшее в голову. — Ты прав, я правда изменился… И изменился в очень многих вещах за очень короткий срок, поэтому… — он заглянул ему в глаза. — Могу ли я рассчитывать на твою поддержку?

— Конечно, — Элиар осторожно коснулся плеча Кира. — Не переживай. Родители будут волноваться, но я успокою их. Если твое лекарство действительно поможет, это перекроет все недочеты. Тебе нужно восстановиться.

— Благодарю.

— Не нужно меня благодарить, — Элиар опустил руку, и та безвольно упала на одеяло. — Знаешь… Я смотрю на тебя и вспоминаю наших дальних родственников. Наших предков. Как они дрались за власть, богатства и трон. Как убивали и подставляли друг друга… А ты совсем другой. И это так приятно.

— Ты напомнил мне одну статью, которую прочитал недавно, — Кир выдержал небольшую паузу, а затем продолжил: — Две семьи пошли отдыхать к реке. Девочка лет семи и двое мальчишек, по десять и пятнадцать лет. Мальчишки пошли по камням прыгать у воды, и девочка захотела с ними. Поскользнулась и рухнула в воду. Старший бросился за ней…

Элиар слегка стиснул в пальцах край одеяла, и Кир обратил внимание на его жест. Он отклонился, перенося вес на руку, на которую опирался.

— Течение было сильным, а парень занимался плаваньем многие годы, и был хорош, в отличие от неумехи-младшего. Ему удалось выловить девочку и вытолкнуть на корягу, но самому не повезло: ветка отломилась и течение унесло его, — Кир выдержал небольшую паузу. — Тело нашли у ближайшей деревни. Он захлебнулся.

— Почему ты рассказываешь мне это? — Элиар внимательно смотрел на спокойное лицо брата, с легкой задумчивостью глядящего в стену. Настолько пристально, будто там было что-то видимое только ему.

— Это было интервью, — Кир перевел взгляд на Элиара. — Того младшего, который вырос и рассказал свою историю. Он ничего не мог сделать, но все время считал себя виноватым. Ведь это ему захотелось поехать на природу. Ему захотелось пойти к воде. Не знаю, почему вспомнил про эту историю… Наверное, потому, что сейчас чувствую себя на месте этого парня: мой старший брат умирает, а я вынужден просто смотреть. И я отказываюсь от роли жертвы, — последние слова прозвучали жестче, увереннее. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы жить без сожалений. И чтобы жил ты. Поэтому, прошу, забудь про все эти статусы и прочую чушь. Лучше сосредоточься на своем здоровье. А у меня еще дел выше крыши, так что я пошел.

Слушать ответ Элиара Кир не собирался — поднялся, бросив короткое «отдыхай», и вышел, пока брат не успел задать еще каких-нибудь неудобных вопросов.

Когда Эфрон добрался до своих покоев, у дверей уже толпились товарищи поневоле. И оба выглядели так, будто ждали его целую вечность. Кир молча вошел в комнату, и, стоило створкам сомкнуться, из НЭКСа вылетел Люмирен.

— Неслыханное логическое нарушение! — он всплеснул руками. — Систематизируя всю полученную информацию, вывод очевиден: верданы получают часть питательных веществ из аромата, а Кириан был достаточно мягким по характеру. Твой паттерн запрограммирован на резкие, грубые высказывания и владение ситуацией, что противоречит его поведению. Если ты не скорректируешь поведенческий модуль и не приведешь настройки в сторону Кириана, тебя быстро раскроют.

— Да-да, не электризируй мне на ухо, — Кир помахал рукой недалеко от головы, как бы отгоняя чужие слова от себя подальше. — Проблема даже не в поведении. Я совершенно незнаком с местными законами, традициями и Элиар назвал мой аромат пустым. Если я буду вести себя, как тряпка, ничего дельного не выйдет, зато ноги о меня вытрут знатно, — он плюхнулся в массивное кресло с темно-фиолетовой обивкой. Оттолкнулся, и ножки проскрипели по полированному полу, позволяя повернуться к товарищам.

— Верданы испускают определенные феромоны в зависимости от эмоций, — Тейдан прислонился к одной из колонн. — Для них этот запах как для нас выражение лица. Они действительно питаются ароматами, поскольку так их организм устроен — часть питательных веществ получают через обонятельные рецепторы и солнечный свет, — он сложил руки на груди. — Проблема в том, что ты не сможешь чувствовать их ароматы. Я бы принес тебе ароматический манипулятор, но сейчас у меня нет к нему доступа.

Стелла повернула голову в сторону Тейдана. Слегка разомкнула губы, не в силах подобрать правильных слов, но затем все же произнесла:

— Ты что, из спецслужб? — она сделала пару шагов к нему. — И я заметила, что твоя радужка также переливается и меняет оттенок, как у меня. Неужели… — Ар-Вин затаила дыхание, — ты тоже финис?

— Верно, — Тейдан выдавил легкую улыбку, без явного желания проявлять дружелюбие. — Поэтому я осведомлен о многих вещах намного больше, чем кто-либо другой. Во всяком случае, сейчас это не имеет значения.

— Тогда понятно, почему ты такой сдержанный, — Стелла отошла в сторону кровати Кира, нагло плюхаясь на край. Невольно совестно как-то стало за свою чрезмерную эмоциональность, несмотря на схожую подготовку ввиду наличия особых способностей.

— Я сказал «родителям» о том, что вы оба финисы. Якобы встретил вас да подобрал из жалости, а вы мне супер благодарны за это, — Кир отклонился на спинку кресла с долей усталости.

— Слово «супер» отсутствует в словаре, — Люмирен нахмурился. — Даже будь у нас манипулятор, он бы не гарантировал безопасность. Верданы едят специально очищенную еду, а обычную считают пищей бедняков и населенной микробами. Он заставил альтериса пить неочищенный сок.

— Чего?! — Ар-Вин чуть на месте не подпрыгнула, аж вся жизнь перед глазами пронеслась. — Тебе обязательно поиздеваться над кем-то надо что ли?! Его родители не станут закрывать глаза на твое поведение! Люми прав, ты должен имитировать поведение Кириана, иначе нас всех подставишь!

— Эти придурки настолько преисполнились собственной важностью, что забыли про банальные потребности физического тела, — Кир закатил глаза. — Элиар заболел цингой — недостаток витамина С. Если он умрет, бремя наследства свалится на меня. К тому же, сам по себе довольно… скромный? Да и отношения с братом у него были хорошие. Ну короче, классика, — он закинул ногу на ногу, покачивая носком сапога. — Вернемся к главной проблеме: нам надо свалить отсюда.

— Воспользуйся Ключом, пойдем дальше, — Стелла нехотя встала, и вальяжным шагом прошлась по помещению, рассматривая сиреневые растения, длинными лозами свисающие вниз. — Вдруг попадем куда надо…

— Плохая идея, — осек ее Тейдан. — Текущее положение — самое выгодное. Будучи членом правящей семьи Кир имеет доступ к различным ресурсам и может использовать власть для достижения цели. Нам необходим космический корабль, способный на гиперпрыжки. Просто так получить его не получится. Пока мы не знаем положение Кириана в обществе, и куда он делся.

— Насколько я понял, пошел искать лекарство для брата, — Кир закрыл глаза. Голова шла кругом от настолько насыщенных событиями дней. — Учитывая его недотепистость, скорее всего умер где-то.

— Я поспрашивала о нем слуг, Стелла остановилась недалеко от длинного, пустого стола, где сидел Кир. — Он был мягким и добрым, робким. Не конфликтным. Всегда слушался родителей, никогда не перечил. По крайней мере, таким знали его они… А уж какой Кириан на самом деле — неизвестно, — она перевела взгляд на Люмирена. Слегка завивающиеся фиолетовые волосы забавно торчали в стороны, предавая его спокойному лицу комичность. Он сосредоточенно водил пальцами по столешнице, разбираясь с блокировкой по биометрии.

— Изменение характера можно списать на длительное самостоятельное путешествие, полное опасностей, — Кир неспешно покачивал носком сапога. — Я не собираюсь позволять всяким тварям шпунять меня, подобно тому нытику.

— Еще одна проблема: верданы обладают светоплетением. Если же мы используем силу воли для плетения узлов заклинаний, то они — свет, — Тейдан провел пальцем по воздуху, создавая золотую нить. — Одно за другое выдать достаточно легко, но это возвращает нас к тому, что Кир не обладает магией. Она же является частью жизни многих форм жизни и с плетением заклинаний связано множество ритуалов, имеющих особое сакральное значение, — взмахом пальцев он развеял едва заметные нити.

— Ага, класс, давайте на меня еще луч избранности упадет, и я стану единственным наисильнейшем магом Вселенной, — Кир закатил глаза. — Да ежу понятно, что я не маг и им не стану.

— Подтверждаю, — Люмирен согласился с последней частью предложения, поскольку остальное вызвало ошибку информационного модуля. — Единственный способ: стать финисом.

— Разве они не родились такими? — Кир вопросительно выгнул бровь.

— Финис — не раса, а привилегия, — каждое слово Тейдана было пропитано нежеланием продолжать тему. — Любой желающий может пройти Вивисекцию Узора… Проблема в том, что это — операция по живому, без анестезии. Ты научишься активировать свой Узор и видеть его. Арк-Висы разрезают его и вносят изменения. Вплетают магию в твою суть. Мало кто способен пережить процесс, поэтому посещение Астрального Нексуса называют дорогой в один конец. Еще ни один человек не проходил эту процедуру. Да даже те, кто куда сильнее, не всегда выдерживают.

— Звучит сомнительно, — Кир поставил локоть на подлокотник, подперев кулаком голову. — И чего ради на это идут?

— Многие хотят получить самую редкую и страшную Сферу, Эссенции, — Стелла поежилась, стоило вспомнить все жуткие истории, всегда крутящиеся вокруг нее. — Она работает с нашим «Я», то есть, Узором. Поясню немного: он состоит из двух элементов. Ядро самоидентификации — это личная история живого существа, его убеждения, моральные коды и самоощущение. Поле Социального Резонанса — это некий заряд, окружающий живое существо и делающий его заметным для общества. Его связь с другими. У нее четыре Ветви способностей и при Вивисекции дается одна: чтение ауры — самое безобидное, всего лишь определение намерений и силы. Маскировка Узора — сокрытие своей сущности или имитация другой. Кража Идентичности — временное заимствование чужих черт, талантов…

Стелла замолчала. Ее губы дрогнули, и она поджала их в тонкую полоску. Заметив замешательство девушки, Тейдан продолжил настолько безразлично, словно говорил о чем-то обыденном:

— Экстракция Эссенции — самая редкая ветвь и опасная. Ее обладатель полностью забирает Ядро Самоидентификации, получая доступ к воспоминаниям жертвы, а затем уничтожает Поле Социального Резонанса, буквально стирая живое существо из мира, — Тейдан отпрянул от колонны, неспешно пройдясь до окна. — Он становится призраком при жизни. Никто его не помнит. Никто не обращает внимание.

— Когда я была маленькой, вела дневники… — голос Стеллы просел, звуча практически неслышно. Она вцепилась пальцами в покрывало, уставившись в одну точку на стене. — Перебирая их недавно, нашла записи о своей лучшей подруге… И, знаешь, что самое обидное? — по ее щеке скатилась слеза, капая на светлое покрывало. Она ненадолго замолчала, проглатывая удушающий ком.

— Я совершенно ее не помню. Вообще. Тогда я пошла по адресу из записей. Знаешь, что сказали ее родители? «У нас нет дочери», — она глубоко вобрала воздух в легкие. — Прошло пять лет. Я до сих пор не знаю ничего о той, с кем проводила все свободное время. И никто… Совершенно никто ее не помнит. И я не знаю, где она… Что с ней. Жива ли она вообще, — Стелла закрыла глаза, позволяя слезам обжечь вторую щеку.

— Зачем оплакивать девушку, которую совершенно не помнишь? — Люмирен наконец-то оторвался от взлома системы, прошедшего весьма успешно. — Это уже не имеет значения. Раз она не вернулась, значит, не хотела. Что с ней сейчас — не имеет значения. Твоя подруга перестала существовать для тебя самой. Ты помнишь ее исключительно по записям в дневнике. Без них продолжали бы быть в неведении. Найти несуществующую подругу невозможно.

— Да что ты понимаешь?! — Стелла повысила голос, подрываясь с места. — Программа бессердечная! — она подошла к нему практически вплотную, заглядывая в алые глаза, наполненные искренним непониманием. И безразличием.

Люмирен хотел возразить, но та продолжила:

— Для тебя отключить эмоции или воспоминания в порядке вещей. А ты попробуй этого не делать! — выкрикнула она. — Включи все чувства и эмоции! Воспоминания! Давай же! Верни их все! Заткни свою сраную систему оповещений и тогда ты поймешь, каково это — стать подобным нам! Кто ты без своих функций? Кто, а? Сборище энергии, сосредоточенной вокруг программного кода, не способного к милосердию и альтруизму…

— Совершив подобные действия паттерн будет сломан. Система безопасности не позволит мне совершить настолько безрассудный поступок. Тебе следует подходить к любому вопросу со стороны наименьшего сопротивления и отключать эмоции, вредящие твоей личности.

— Придурок! — она воскликнула так громко, что эхо разлетелось по огромной комнате. — Эти эмоции и делают из меня личность, а из тебя — пустоголового болванчика без доли сочувствия! — Стелла хотела бы толкнуть его и пройти мимо, но не знала, находится тот в полуфизическом воплощении или нематериальном. Просто развернулась и поспешила покинуть комнату, пока тот не наговорил новых глупостей. Дверь громко хлопнула.

— Ее поведение абсолютно иррационально, — Люмирен стоял неподвижно. Система вывела новое уведомление: «Ошибка эмоционального восприятия. Зафиксирована аномальная реакция на слезы объекта «Стелла». Рекомендовано форматирование эмоционального модуля ввиду большого количества нерешенных ошибок». Он отправил оповещение в архив и слегка нахмурился из-за странного, необъяснимого желания вытереть ее слезы. И успокоить.

— Вряд ли ее подруга до сих пор жива, — Тейдан покачал головой. — Пожалуй, она единственная, кто помнит ту, кто давно исчезла для этого мира… Пусть даже таким необычным образом, — он улыбнулся немного задумчиво, с долей закравшейся печали.

— Перебесится, — Кир даже головы не повернул вслед знакомой. От ее криков настойчивая боль сдавливала виски только сильнее. — Так, а что там про Сферу Эссенции? Почему она настолько редка?

— Арк-Висы проводят анализ Топографической Карты Узора. Суть в том, что буквально все они обладают четкой внутренней структурой, а Сфера Эссенции требует квантовой суперпозиции, — Тейдан прислонился плечом к краю оконной рамы, рассматривая парящие сады за стеклом. — То есть, одновременное состояние потенциального всего и ничего. Такие Узоры не имеет формы, но способны принять любую. Не порядок, не хаос, а основа для одного или другого.

Квантовый Узор является аномалией, и живые существа, рожденные с ним, просто погибают. Узор самоуничтожается в раннем детстве, поскольку не может существовать без точной формы, или же принимает одну из стандартных структур, что наиболее вероятно, — Тейдан задумался о возможных последствиях настолько опрометчивого плана, и перевел взгляд на Люмирена. — Просчитай вероятность удачного итога.

— Слишком мало данных, — Вэйс пожал плечами, переняв жест от Кира. — Анализ на основе имеющийся информации крайне неточен. Если я правильно систематизировал сведения, нет конкретных параметров, по которым можно идентифицировать выживаемость добровольца. Все сугубо индивидуально. Исходя из этого, есть всего два варианта. Первый: Кир остается человеком и обман раскрывается на первом же мероприятии, требующем применения нитей. Вероятнее всего за подобный обман нас всех казнят. Второй: Кир, рискуя жизнью, станет финисом и не выдаст себя.

— Сейчас узнаем, — Тейдан активировал НЭКС, и парой нажатий зашел в календарь, адаптированный для каждой планеты. Шицы успела перенести в него данные касательно местных обычаев. — Через неделю состоится церемония Возжегания Небесных Огней. Это ключевое государственное событие, совпадающее с пиком астрономического цикла. Проводится раз в сорок лет. В этот период пять крупнейших спутников планеты выстраиваются в линию, провоцирующую магнитные искажения. Поток деструктивной энергии обрушивается на Этерион, вызывая неурожай и технологические катастрофы. Так что мероприятие имеет крайне большое значение. Это буквально древний защитный ритуал.

— Так, — Кир нехотя распрямился и подался вперед, оперся предплечьями о колени. — То есть, я настолько удачливый, что попал сюда в самый разгар магического мракобесия? Замечательно, — он закатил глаза. — И как это все происходит?

— Грубо говоря: ты должен создать и держать щит над столицей, а солари — преобразовать отфильтрованный энергетический поток в плодородный и положительный, поддерживающий благоприятную атмосферу.

— Я вне контекста, — напомнил Кир.

— Солари — уважительный титул для обозначения кандидатки, прошедшей отбор на роль невесты.

— О, так я за этого засранца еще и жениться должен? — Кир натянул немного нервную улыбку. — Вот так я везунчик…

— Возьми это, — Тейдан коснулся одного из небольших ромбов на мундире, отрывая и протягивая парню. — Это особый защитный артефакт. Коснешься и появится защитный барьер. За неделю ты не успеешь получить Сферу и овладеть ей, а участвовать вместо тебя кто-либо не сможет.

— А кто вообще сказал… — Кир перехватил ромб из его рук, — что я вообще собираюсь становиться финисом?

— Вероятность летального исхода действительно высока, — Тейдан кивнул. — Я бы сказал, девяносто два процента. Это слишком рискованно и не имеет никакого смысла.

— А остальные восемь? — Кир откинулся на спинку кресла. Помолчал секунду. — И это вы называете «шансом на получение магии»? Вы в курсе, что в моем понимании шанс — это когда пятьдесят на пятьдесят? А девяносто два на восемь — это не шанс. Это приговор.

Кир поднялся, бросив взгляд на притихшего Люмирена. Тот молча кивнул, соглашаясь с товарищем.

— Какой же это бред, — уголки губ Эфрона дрогнули в горькой полуусмешке. — Я пас. Магия, технологии или еще чего — не важно, пока у меня есть здравый ум и логическое мышление.

Двери распахнулись с грохотом, от которого кристаллы на люстре зазвенели. Люмирен исчез в НЭКСе за долю секунды до того, как в комнату ворвалось нечто серо-голубое, звонкое и абсолютно неуправляемое.

— Кириан! Кириан! Кириан!

Девушка влетела в комнату подобно стихийному бедствию. Кир успел вовремя сделать несколько шагов назад, уйдя от цепких исхудавших рук. Незнакомка пролетела мимо, зацепилась носком сапога за собственную ногу и рухнула на колени прямо перед ним.

Кир вопросительно выгнул бровь, не зная, как вообще реагировать. А так вскинула голову, уставившись на него выразительными розовыми глазами с застывшей на них пеленой слез. Светло-каштановые волосы разметались по ее плечам, прикрывая вырез на платье.

— Я думала, ты умер! — она громко шмыгнула носом.

— Как видишь — жив, здоров, — Кир не шевельнулся, продолжая за ней наблюдать.

— Дурак! — девушка громко всхлипнула. — Какой же ты дурак! — она сорвала с руки тонкую белоснежную перчатку и ударила его по колену несколько раз.

— Надо было умереть? — Кир ухмыльнулся. — Возможно, тогда ты была бы радостнее? — он слегка наклонил голову вбок.

«Ты что творишь? — прозвучал голос Люмирена. — Прекрати! Тебя же рассекретят!»

«Я не собираюсь притворятся мямлей, иначе сдохну первым. Будь другом, заткнись».

— Что? — прошептала девушка. — Что ты вообще такое говоришь?! — она подорвалась на ноги.

— Не думал, что ты будешь так переживать, — Кир отошел от нее в сторону стола, так и не протянув руку. Уселся в кресло, отодвинутое от стола на приличное расстояние и закинул ногу на ногу.

— Не думал он! — воскликнула та, рывком поднимаясь. — А я что, за тебя думать должна?!

— Ну, полагаю, у тебя это лучше получается? — Кир пожал плечами. — «Она как реклама: громкая, навязчивая, а пропустить нельзя…»

— Прошу прощение за прерывание выяснения отношений, — Тейдан вмешался до того, как девушка успела придумать пару ласковых в ответ.

Она тут же обратила внимание на того, кто не склонил перед ней и головы. Хотя должен был.

— Не плачьте, с ним все хорошо. Мы не знакомы, позвольте представится: меня зовут Тейдан Фэрроу. Я личный охранник терейса. Как мне к Вам обращаться?

— А что, Кириа не сказал тебе?! — она перевела изумленный взгляд на Кира, потом снова на Тейдана. Ее брови сошлись к переносице, губы надулись от обиды. — Меня зовут Ярели Миннар, я избранная тероном солари.

«Солари? — Кир окинул взглядом хрупкую, худую девушку в элегантном длинном платье. — Это с ней я должен ритуал проводить? Что-то мне подсказывает, что он обречен на провал».

«Почему?»

«Этот интеллектуальный террорист местного разлива определенно не умеет держать себя в руках. Эмоции — не лучшая вещь во время ритуалов».

— Ярели, — Кир обратил внимание девушки на себя. — Давай ближе к сути. Что ты от меня хотела?

— Что хотела?! — она вскинула брови. — Ты пропал на двадцать дней! Я места себе не находила! Я не спала! Я не ела! Я думала, что ты мертв!

— Я жив и абсолютно не готов к скандалам, — Кир вздохнул. — Так что, если ты хотела устроить истерику, коридор в твоем распоряжении. Стены там хорошие, акустика — отличная. Можешь кричать сколько влезет.

— Что ты… — тише произнесла Ярели, невольно замерев. — Тебя будто подменили…

— Верданы меняются, — он пожал плечами. — Это неизбежно.

— Ты стал…

— Лучше? — Кир игриво подмигнул ей. — Спасибо, я знаю.

— Нет! — она всплеснула руками. — Ты слишком жесток со мной! Но да, ты стал красивее! Это сейчас не имеет значение, но ты обязан сказать мне, в чем секрет.

«В здоровом питании, бляха-муха… — у Кира чуть глаз нервно не дернулся. — Ты еще дольше ароматами своими питайся да свет похлебывай, вообще с анорексией сляжешь».

— А ты не жестока? Я только вернулся, а ты приходишь и кричишь. Пожалела бы меня хоть, что ли… — Кир театрально выдохнул. — Тейдан, сходи за Стеллой. У меня для вас поручение.

— Слушаюсь, — Тейдан склонил голову, и поспешно покинул помещение, пока сам с ума не сошел вместе с товарищем.

— Кто такая Стелла? — Ярели задала вопрос куда строже.

— Новая личная служанка.

— Служанка?! — она практически взвизгнула. — Ты взял себе новую личную служанку и не сказал мне?! Одной Зари мало?!

— Я ничего тебе не должен, — напомнил Кир. — Мы еще не женаты. Так что, леди Миннар, прошу снизить градус драмы и перейти к сути нашего диалога. А то она от меня ускользает.

— Издеваешься?! — Ярели подошла к нему на пару шагов, останавливаясь напротив стола. — Ты пропал на двадцать дней, вернулся с какой-то помощницей и охранником, который смотрит на меня как на пустое место, и говоришь мне «перейти к сути»?!

— А что ты предлагаешь? — Кир слегка наклонил голову вбок. — Плакать вместе? Обниматься? Вспоминать былое?

— Я предлагаю тебе объясниться!

— Я не обязан перед тобой отчитываться.

— Перед солари — обязан!

— А разве мы обручены официально?

Ярели моментально замолчала. Сомкнула челюсть так, что горло напряглось.

Со стороны двери послышался стук каблуков, и, стоило девушке переступить порог комнаты, воздух словно потяжелел. Длинный подол ее черного платья бесшумно следовал за той, чьи смольные волосы частично прикрывали оголенные плечи. Несмотря на внешнее спокойствие, в бездонных серых глазах таился холод, сковывающий душу одним взглядом.

Кир повернул голову в сторону незнакомки, вошедшей столь бесцеремонно, сразу же обратив внимание на глубокое декольте, какое даже королева себе не позволяла. Легкость и грация буквально кричали об опасности, отчего в глазах юноши загорелась искра азарта.

— Леди Миннар, — ровно произнесла та. — Не нужно тратить столько сил на бессмысленный разговор.

— Вейна, он… — начала Ярели.

— Успокойся, — девушка положила ладонь, облаченную в тонкую кружевную перчатку, на ее плечо. — Я разберусь. Подожди меня в коридоре, ладно?

— Но…

— Пожалуйста.

— Ладно, — Ярели, скрепя сердце, кивнула. Бросила на Кира обиженный взгляд и, подхватив юбку, поспешила покинуть комнату.

Стоило той уйти, Вейна опустила плечи с долей расслабленности.

— Вы ловко управляетесь с истерика, — произнес Кир, нарушая воцарившуюся тишину.

— Циклы общения с Ярели, — спокойно отозвалась та. — С истериками, как с огнем: нельзя тушить, нужно дать выгореть. Иначе задохнешься в дыму, — не услышав ответ, Вейна продолжила. — Вы, кажется, не удивлены моему визиту.

— Я устал удивляться, — Кир пожал плечами. — Это вредно для нервной системы.

Вейна сделала несколько шагов навстречу, и каждый из них отдавался тихим стуком высоких каблуков.

— Вы изменились, В Чьих Жилах — Исток, — она скользнула взглядом по широким плечам юноши и лицу, потерявшему привычную аристократичную худобу.

— Такова жизнь, — Кир поднялся из кресла, совершенно никуда не торопясь. Он приблизился, останавливаясь в шаге от девушки. — Так, зачем Вы пришли?

— Слухи быстро разлетаются по Акрополю и живут собственной жизнью, — Вейна подняла глаза, встречаясь с ним взглядом. Отчаянные попытки увидеть в нем того жалкого труса, пугающегося каждого обращения к себе, оказались тщетны. Вместо привычного страха она видела отчетливое любопытство. — Решила узнать, все ли с Вами в порядке.

— В порядке. Благодарю за беспокойство.

— Вы изменились, — уголки ее алых губ дрогнули в легкой полуулыбке. — И пахните пустотой…

— Поэтому я и сказал, что нервную систему нужно беречь. Ее, видите ли, у меня не осталось, — Кир шагнул прямо к Вейне, словно собирался увлечь в танец без музыки, но на деле просто обогнул. Он отошел в сторону длинного дивана, опускаясь на темный бархат.

— Вы живы, и это самое главное, — девушка обернулась вслед за ним. — Леди Миннар действительно сильно переживала за Вас, поэтому позволила себе чрезмерную эмоциональность. Не будьте слишком строги. Я с ней поговорю.

— Надеюсь, — Кир кивнул. — Иначе умру я от головной боли, а не покушений.

Вейна тихо хмыкнула на его слова, в какой-то степени понимая. Девушка слегка склонила голову в знак почтения, и покинула чужую комнату.

«Твои показатели изменились, — прозвучал голос Люмирена. — Не могу идентифицировать эмоцию и конкретизировать состояние».

«Это любопытство, — Кир лениво распластался по спинке дивана. — Харизмы много, а гарантия закончилась. Она будто с распродажи злодеев».

«Вейна выглядит опасно. Кажется, намного умнее, чем Ярели».

«С ней следует вести себя осторожно, а на невесту мне пофиг. Она не отличается ни умом, ни благородством. Повезло, что солари не Вейна…»

Кир забрался с ногами на кровать, и, скрестив, поставил на них глубокую миску со всем вредно-углеродным, что Стелле удалось найти на кухне. Поэтому жевал хлеб вперемешку с кусками вареного и жареного мяса, и чем-то непонятным. Чувствовал себя, в общем-то, свиньей с лоханкой бадьи помоев. При этом пялился в зависший в воздухе экран. Высокие технологии, понимаешь ли.

Начать он решил с самого банального — поиска в интернете. Успел прочитать про «свою» династию и историю становления их власти; развитие общества верданов и самой планеты как единого государства. Благодаря «его» дедушке Этерион стал одной из важнейших планет в экономическом секторе местной галактики, да и имела влияние за ее пределами. Ведь именно здесь добывался редкий лаурунный камень, используемый в качестве источника энергии и базы данных для мелкой техники.

От общих представлений о своем доме на неопределенное количество времени Кир плавно перешел непосредственно к прямым обязанностям принца. Который, как оказалось, умел не только ныть и чистить всем подошвы своей тушкой, но и выполнять непосредственные дела, связанные с государством. Юноша сгорбил спину, подавшись вперед, и взмахнул пальцем в сторону. Документ сменился на следующий, и Кир взмахнул им вверх, пролистывая текст дальше.

Раздавшийся стук в дверь застал Кира врасплох: он не успел придумать, куда деть огромную миску не присущей принцу еды, да так и остался сидеть с ней в обнимку.

Ярели вошла внутрь, не дождавшись разрешения. Прекрасное настроение девушки моментально омрачилось увиденным, а с губ пропала улыбка. Она в ужасе уставилась на миску в руках Кира, а затем на его рот, перепачканный жиром. Следом — на камзол, небрежно валяющийся на кровати и активно стремящийся к полу.

— Милостивые Луны! — девушка бросилась к Киру, падая на край кровати и подавшись к нему корпусом. Содержимое миски интересовало ее куда больше самого парня. Увидев в ней мясо и прочую еду для бедняков, она взметнула обеспокоенный взгляд на юношу. — Неужели ты заболел?! Как ты ешь эту…

— Вкусно, между прочим, — Кир закинул в рот нечто похожее на картошку.

— Тебе срочно нужно обратиться к ароматологу! Это уже не смешно…

— Выход из зоны комфорта всегда жесток и неумолим, — Кир постарался говорить с ней мягче, лишь бы снова не нарваться на скандал. — Лучше скажи, зачем пришла.

— Я… я пришла извиниться, — Ярели отпрянула, поспешно отходя подальше. Грубый аромат неочищенной пищи сильно бил по чувствительным рецепторам, вынуждая держать дистанцию. — За то, что набросилась на тебя вчера. Я переволновалась, ты пропал, я думала… я думала, что ты…

— Извинения приняты, — Кир подхватил из миски нечто похожее на ломтик помидора и закинул в рот. — Я не держу зла. Но это не значит, что ты можешь врываться ко мне без стука и орать. Нижние этажи все слышат, кстати. Уверен, слушают нас, будто смотрят турецкий сериал…

— Я не ору! — выкрикнула она, и тут же зажала рот ладонью. — Прости! Прости, я правда хотела, как лучше. Я переживаю. Мы же должны проводить медитации перед церемонией, а ты…

— Медитации отменяются, — перебил Кир. — Сама знаешь про кучу моих обязанностей. Я должен разгрести все, что накопилось за время моего отсутствия. — «И заодно понять суть этих самых обязанностей», — добавил он про себя.

— Что? — Ярели вскинула брови. — Так нельзя! Без них у меня не получится настроится на твой паттерн во время церемонии и фильтровать плетение. За время отсутствия наша связь пошатнулась, особенно с учетом моего постоянного беспокойства. Я не могла спать! Плохо синтезировала свет, почти не усваивала аромат, из-за чего мои волосы поблекли, а кожа истончилась. До сих пор неважно себя чувствую, и все равно пришла к тебе ради медитации!

«Жрать надо нормально, и чувствовать себя будешь хорошо. Глиста», — Кир ненадолго прикрыл глаза, шумно выдыхая, а затем произнес:

— А я тебя об этом просил? Я просил тебя не спать? Не есть? Мучатся?

— Нет, но…

— Вот и не надо. Я хочу отдохнуть. Я не могу делать все сразу: разгребать документы, восстанавливаться после путешествия, готовиться к церемонии и еще медитировать с тобой. Я не железный.

— Но наша связь…

— Наша связь, — Кир вытер губы салфеткой, — не рухнет от пропущенной медитации. А если рухнет — значит, не такая уж она прочная. Ты подготовься сама. Все, что нужно сделать с моей стороны, я сделаю. И за церемонию переживать не нужно.

Ярели промолчала. Просто смотрела на него, впившись ногтями в свои ладони. Поджала губы в тонкую полоску, стараясь найти подходящие для ответа слова.

— Я знаю, ты переживаешь, — Кир добавил это чуть громче, чтобы перекричать поток ее громких мыслей. — Я ценю это, но сейчас мне нужен покой, а не волнения и истерика.

— Я не истерила, — буркнула Ярели немного обиженно.

— Сейчас-то ты спокойна, это уже прогресс, — хмыкнул он. — Давай так: ты занимаешься собой. Я — собой. К церемонии я буду готов. А если возникнут какие-то проблемы, сразу тебе сообщу. Договорились?

— Ты обещаешь, что не сорвешь церемонию?

— Обещаю, — ответил Кир. — А ты обещаешь, что не будешь больше врываться ко мне без стука и устраивать сцены?

— Обещаю, — она кивнула.

— Тогда договорились. Иди.

Ярели задержала на нем взгляд, а затем молча покинула помещение. Дверь закрылась за ней почти беззвучно.

Кир проводил ее взглядом, и вскоре уперся им в Люмирена, сидящего на краю стола.

— Ты правда собираешься разбирать официальную документацию?

— А у меня выбор есть? — Кир откинулся назад, плюхаясь на мягкие подушки. Экраны подлетели ближе, зависая над ним. — Здесь просто кипа всего разного рода… Кто бы мог подумать, что мое юридическое образование в кой-то веки понадобится. Какая-то жизнь отпрысков королевской семьи совершенно неинтересная.

— Власть требует обширных познаний в разных областях и понимания сути вещей.

Соглашаться с Люмиреном совершенно не хотелось, и Кир просто промолчал. Спустя пару часов он все же переполз со всеми экранами за стол, где работать получалось куда быстрее и продуктивнее. Заодно успел выяснить, что на Этерионе в сутках двадцать шесть часов — благодаря циферблату в углу.

К вечеру Кир почувствовал себя самым замученным принцем во Вселенной. Зуб, конечно, не давал, но поныть хотелось крайне сильно. Он, подперев ладонью голову, пролистывал документ за документом. Некоторые нюансы ему приходилось спрашивать у браузера, поскольку часть терминов банально не понимал.

Девять экранов парили перед ним, отчего иногда перед глазами плыло. Из всего происходящего управление пластинами нравилось Киру больше всего. Вся эта система технологий верданов оказалась крайне удобной. Даже слишком. Словно ее создали, чтобы любой идиот мог разобраться в использовании без привлечения дополнительной помощи. Да и местный юридический язык оказался довольно легким.

— Бред какой-то, — пробормотал Кир, потирая переносицу. Если бы на глазах могли появится мозоли, то он бы успел ослепнуть к концу этого дня.

Мозг практически кипел. Отчет о поставках световой руды с южных копей, закрытых два дня назад, утверждал: добыча выросла на двенадцать процентов. Налоговые декларации, поданные теми же копями, показывали снижение прибыли на двадцать.

— Я дебил или они дебилы? — Кир перевел многозначительный взгляд на Люмирена. — Это что за математическое фэнтези здесь творится? Или шахтеры работают себе в убыток из чисто альтруистических побуждений, или документацию доверили какому-то дебилу.

— Дебилу ли? — также многозначительно отозвался Люмирен, вызвав на губах Кира недобрую улыбку, больше напоминающую хищный оскал.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — Кир махнул пальцем, перетаскивая документы с одного экрана на другой, убирая в папку «Подозрительная фигня». Он поднес сомкнутые подушечками друг к другу пальцы, схватив файл, и отвел руку в сторону, отпуская его на четвертый экран. Документ моментально раскрылся, демонстрируя таблицы цифр и подсчетов.

— Зачем тебе настолько детально изучать отчеты? — Люмирен наблюдал за сосредоточенным лицом Кира, стараясь провести анализ его эмоционального состояния. Зрительный блок раз за разом выдавал ошибку, не в силах проанализировать гневно-задумчивое выражение лица человека, периодически грызущего ноготь на большом пальце.

— Как-то на налоговом праве нам препод сказал, мол, если хотите найти мошенников, нужно искать не то, что спрятали. А то, что выглядит слишком красиво и идеально.

— Хочешь сказать, министр финансов не чист на руку?

— Черт его знает, — Кир распрямился, и спина демонстративно хрустнула. Он накрыл ладонью шею, покручивая головой из стороны в сторону. Следом откинулся на спинку кресла, и уставился в потолок. — Небольшие ошибки легко списать на невнимательность, на «не ту версию документа» или выкрутится как-то еще.

— Утверждение неверно: создание под названием «черт» не обладает нужными знаниями и не классифицируется как житель Вселенной по имеющимся базам данных.

Дверь снова открылась без стука, вынуждая Люмирена моментально исчезнуть в системе стола. Кир выдохнул с отчетливой жалостью к самому себе. Невольно интересно стало, кто вообще в этом дворце обладает банальной вежливость? Приятный аромат духов, напоминающих персик, наполнявший обеденный зал, не узнать юноша просто не мог.

— Чья Милость — Баланс, — произнес он, не поворачивая головы. — Что-то случилось? Позднее время для визита.

— Ты пропустил вечернюю трапезу, — Равилла обратилась к нему достаточно мягким голосом, хорошо скрывающим беспокойство. — Зари сказала, ты не выходил из комнаты с самого утра…

— Я занят.

— Целых двенадцать часов? — она сделала паузу, но, когда ответа не последовало, продолжила: — Ты не синтезировал ароматы и не принимал световых ванн.

— Не хочу. У меня дела, — Кир вновь уставился на парящие экраны.

Равилла подошла ближе, останавливаясь рядом с креслом юноши. Накрыла ладонью резную спинку.

— Сынок, — в одно-единственное слово она вложила столько нежности, что у Кира сердце пропустило удар. — Посмотри на меня.

— Тогда мне придется обделить документы. Вдруг обидятся? Поговорим позже.

— Кириан.

— Я же сказал, что занят! — Кир обернулся достаточно резко, оттолкнувшись ногами от пола. Кресло повернулось с протяжным скрежетом.

Равилла отступила. В приглушенном свете, исходящем от кристаллов, ее болезненно-худое лицо с выступающими скулами казалось вырезанным из слоновой кости. На нем застыла немая растерянность, вмиг обратившее напористость в непонимание.

— Прости, — тише произнес Кир. — Я просто… — он шумно выдохнул, склонив голову.

— За все двадцать пять циклов ты ни разу не повысил на меня голос, — тихо произнесла Равилла, не двинувшись с места.

Кир сжал челюсть. Конечно. Раз Кириан был тем еще мямлей, просто не рискнул бы спорить с матерью. Удобная марионетка для систематизации документов по папкам без понимания сути происходящего.

— Я просто устал, и хочу, чтобы меня никто не трогал, — Кир отвернулся обратно к экранам.

Равилла промолчала. Просто стояла и молчала, не сводя взгляда со спины сына. Он прекрасно понимал, что та пыталась прочитать его эмоции по аромату, но продолжала сталкиваться с всепоглощающей пустотой.

— Твой брат умирает, — вполголоса произнесла она, еле заставив себя сказать это. — Твой отец проводит целые дни на собраниях, а ты… — она запнулась. — Мало того, что сбежал на целых двадцать дней, теперь просто сидишь и смотришь на цифры.

— А что я должен делать? — Кир снова обернулся. Как же ему хотелось отчаянно прокричать: «Я не ваш сын, дайте мне космолет, и я полечу домой!» Вместо этого пришлось стиснуть челюсть и продолжить все также спокойно: — Прямо сейчас принять титул брата?

— Ты должен был присутствовать на собрании вместе с отцом, но не пришел.

— Собрании? — переспросил Кир.

«Она имеет ввиду «Совет Лордов»», — прозвучал голос Люмирена.

Кир поморщился, вспоминая, как Зари пришла к нему с самого утра и говорила нечто подобное, убеждая в необходимости пойти туда. А идти ему уж совсем не хотелось, особенно не зная контекста. Вот и решил прослыть капризным принцем до выяснения обстоятельств.

— Я слишком устал, — повторил он в который раз.

— Где ты был все это время? — вполголоса спросила она. — Кто и что сделал с тобой за эти двадцать дней?

Кир заметил проблеск слез на ее светлых, светлых голубо-фиолетовых глазах, которые не смели пролиться. Ведь королевы не плачут. Королевы не показывают слабость. Королевы всегда держатся достойно в любой ситуации. Даже когда приходится смотреть на своего ребенка как на совершенно чужого.

— Ничего, — Кир отвел взгляд. — Я просто… Прожил эти дни в качестве обычного гражданина нашей планеты. Все в порядке, мам. Я действительно устал. Мне нужно несколько дней чтобы прийти в себя.

Равилла замерла, и Кир невольно почувствовал себя самым несчастным во всей Вселенной. Снова. Не нужно быть гением чтобы понять, что он ляпну что-то лишнее.

— Ты с детства меня так не называл.

— Иногда хочется снова побыть ребенком, — уклончиво ответил Кир, отвернувшись к экранам. — Или нельзя?

— Можно, — легка улыбка коснулась губ женщины всего на несколько мгновений. — За время отсутствия ты стал выглядеть иначе. Необходимо показаться придворным лекарям для исключения заражения неочищенными ароматами.

— Не нужно, я правда в порядке, — Кир уже со счета сбился, сколько раз повторил одну и ту же фразу. — Напомни, что я должен делать с этими документами? За время моего отсутствия скопилось достаточно много.

— Найди файл от отца с инструкцией, я не знаю подробностей. Ты действительно устал, поэтому тебе стоит отдохнуть, а не заниматься работой. Ложись спать. Завтрашний день посвети световым ваннам и медитациям с солари. К церемонии Возжегания Небесных Огней ты должен восстановиться.

Кир цокнул языком. Стоило слегка наклонить голову, золотистые пряди заслонили собой изумрудные глаза, не позволяя мягкому сиянию стен коснуться радужки. Равилла смерила его напряженным взглядом, и, сделав несколько шагов в сторону, опустилась в свободное кресло.

— Ты не хочешь обсуждать церемонию, не так ли?

— Нет, я подсчитываю риски.

— Какие риски? — она свела тонкие светлые брови к переносице.

Кир откинулся в кресле и коснулся пальцем воздуха. Один из экранов послушно погас, следом второй. И так пока они все не ушли в режим ожидания.

— Издревле церемонию проводил Чей Путь — Наследие, и эта церемония станет моим возведением в статус будущего правителя. И всеобщим признанием несостоятельности Элиара править заместо отца. Поэтому совсем скоро я буду вынужден выйти на площадь и держать щит перед народом. Перед аристократами. Показать им всем мое могущество и мою готовность принять трон…

— Верно, — Равилла в упор смотрела на своего сына. Своего маленького сына, переживающего из-за любого неправильно сказанного слова. Любого чужого мнения. И сейчас его ровный тон, лишенный любых привычных эмоций и волнения, напрягал больше всего.

Кир подался вперед, опираясь предплечьями о колени. Он смотрел на мать так, словно перед ним сидела не королева, а очередной сильнейший противник, доселе непобедимый. Легенда сервера, чья корона обязательно упадет к его ногам.

— Давай посмотрим правде в глаза: два месяца вы скрывали, что Элиар болен. И все это время придворные шептались: «Почему альтерис не выходит в свет?», «Почему его не видно на приемах?», «Почему он не появляется даже на семейных обедах?»

— Мы говорили, что он уехал в южные провинции, — тихо ответила Равилла, и в ее голосе Кир услышал то, что ожидал — неуверенность.

— Вы говорили, — кивнул Кир. — И вам поверили. Потому что верданы доверчивы, а аристократы вежливы. Но они не глупы, мам. Лорд Маландрий, Клан Теней, Дом Серебряного Листа, — они все это время копали. Проверяли каждое слово. Тебе ли не знать про их желание сунуть нос в любую щель и раздобыть побольше информации.

Кир неспешно поднялся с кресла. Экран с финансовыми отчетами продолжал молчаливо висеть в воздухе, едва ли просвечиваясь из-за мягкого освещения.

— И теперь, — продолжил он, — когда я «вернулся», а Элиар так и не появился, вы собираетесь поставить меня во главе церемонии. Чтобы я вышел на ту площадь к народу. К аристократам. Чтобы все видели, как я силен… И что готов унаследовать трон вместо брата. Неужели думаешь, что это хорошая идея?

— Твой брат умирает, — с трудом повторила она. — Хочу я того или нет, ты должен принять титул. Рано или поздно этот момент настал бы.

— Аристократы не слепые, — Кир позволил себе легкую усмешку. — И они зададут единственный вопрос: тот самый, которого вы боялись все эти два месяца. «Где Элиар?»

В тишине комнаты всего два слова прозвучало как выстрел.

— И тогда, — Кир говорил тихо, но каждое слово падало с весом камня, — у них будет два варианта ответа. И оба смертельны для нас.

Равилла выдержала паузу, позволяя сыну продолжить.

— Первый, — он загнул палец, — Элиар мертв. Или при смерти. Правящая семья скрывала это два месяца, а теперь пытается подсунуть народу младшего наследника, который не готов, не обучен и вообще не должен был править, — Кир загнул второй палец. — Второй. Элиар жив, но недееспособен. Болен. Сломлен. И опять же, правящая семья скрывала это два месяца, что подрывает доверие к короне. А если мы солгали об этом — о чем солгали еще?

Он опустил руку и посмотрел на королеву в упор.

— Также есть и третий вариант, который случится не в ближайшие дни. Спустя время… Месяц, два, — не важно. Аристократы начнут диктовать свои условия. Следом — потребуют регентства. А после посадят на трон кого-то из своих, превратив тысячелетнюю историю правления нашего рода в очередной параграф на страницах учебников.

Равилла молчала. Кир видел, как дрожат ее пальцы. Видел, с какой силой та сомкнула челюсть.

— И что ты предлагаешь? — спросила она наконец. — Мы не можем отменить церемонию. А Элиар не способен встать с кровати…

— Он встанет со временем, которого у нас нет, — Кир отошел к окну, коснулся ладонью прохладного стекла. Вдали виднелись шпили из белого нефрита, ажурные мосты-арки, и далекие огни города у подножия горы. — Я предлагаю обмануть всех, — произнес он в темноту. — Так, что никто никогда не докопается и не узнает правду до выздоровления Элиара.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — Равилла поднялась с кресла, поспешно приближаясь к сыну. — Элиар безнадежен…

— Был, пока я не встретил финисов, — Кир продолжал рассматривать такие далекие и в то же время знакомые огни. Видимо, любой город на любой планете ночью выглядит одинаково. — Он будет принимать определенные напитки каждый день и вскоре встанет на ноги. Как раз до того момента, как аристократы заподозрят нечто странное.

— Ты их обманывать собрался?

— Всех, — Кир повернулся к ней вполоборота. — Аристократов. Народ. Придворных. Даже жрецов, если потребуется. Мы не отменяем церемонию. Мы просто… меняем декорации.

Он вернулся к столу, провел пальцем по воздуху, и один из экранов развернул схему дворца: балкон, башни, главную площадь.

— Вы объявите, что Элиар не показывался два месяца поскольку проходил сакральный ритуал, — уголки губ Кира приподнялись в недоброй полуулыбке, кажущейся в мягкой полутьме чем-то нехорошим. Словно ему было известно то, о чем никто и никогда не знал. — «Глубокое слияние с эфирным полем». Древняя традиция, которую скрывали от народа из-за ее нестабильности и опасности для проходящего. Ритуал, доступный только сильнейшим верданам. Он требует полной изоляции, тишины и непрерывной синтезации света. Его нельзя прерывать, иначе рушится связь с самой планетой.

— Такого ритуала не существует, — Равилла следила взглядом за каждым размеренным движением сына, больше напоминающим ей самого настоящего заговорщика, чем наследника.

— Существует, — не согласился тот. — С завтрашнего утра. Поскольку главный храмовник объявит об этом на утренней молитве. А главный храмовник делает так, как велит королева…

— Ты предлагаешь… — голос Равиллы дрогнул, — невероятно масштабную ложь. Самую грандиозную мистификацию за всю историю существования нашего рода.

— Я предлагаю легенду, — поправил Кир. — Красивую и чистую легенду, к которой никто не сможет придраться, ведь никто не знает правды. А правда в том, что Элиар болен. И если это всплывет наружу до того, как он встанет на ноги, мы проиграем. И все труды наших предков окажутся под угрозой из-за тех, кому мы встали поперек горла.

Он замолчал, позволяя Равилле осознать всю тяжесть своих слов.

— На церемонии, — продолжил Кир, — вместо меня на балкон выйдет проекция Элиара. С имеющимися технологиями получится создать четкий образ, не пропускающий свет. Учитывая допустимое расстояние приближения камер и местоположение толпы, никто не отличит подделку.

— А щит? — Равилла покачала головой. — Кто будет держать щит, Кириан? Иллюзия не удержит небесный огонь.

— Щит создаст кто-нибудь из сильнейших магов, или это станет результатом коллективного труда, — Кир пожал плечами, будто речь шла о том, кого позвать на чай. — Это должен быть тот, кому вы с отцом доверяете как себе. Спрячется где угодно, лишь бы его не видели. И будет работать через резонаторы. А голограмма Элиара станет просто красивой картинкой для толпы. Его солари присутствовать не обязательно. Он достаточно силен чтобы справиться со всем в одиночку. Доверенному лицу придется постараться, но, уверен, при дворе достаточно талантливых верданов.

Кир выключил экран, и, повернувшись к королеве, встретился с ней взглядом.

— Когда аристократы увидят на балконе Элиара, — не смогут потребовать результатов медицинского обследования. Не смогут поднять вопрос о смене наследника и не обвинят нас во лжи. Элиар получит время на выздоровление, вы — спокойную жизнь. Аристократы… Они получат картинку, которая их успокоит. А я, — Кир усмехнулся, — я получу возможность продолжить свою привычную тихую жизнь без принятия на себя чужой роли.

— Если кто-то узнает… — тихо начала Равилла.

— Не узнает, — отрезал Кир. — Поскольку те, кто узнают, будут заинтересованы в том, чтобы молчать. Ты. Я. Отец. Маг. Четыре вердана. Это меньше, чем нужно для утечки.

В комнате воцарилась тишина. Где-то далеко, в недрах Акрополя, тихо гудела планета: вечный, низкочастотный звук, который верданы называли дыханием Этериона.

— Я тебя не узнаю, — Равилла чувствовала сомнение в собственных словах. — Как ты придумал это все?

— Пришлось экстренно повзрослеть за те двадцать дней, — Кир улыбнулся ей достаточно беспечно чтобы усыпить бдительность. — Так я и понял, что ложь с примесью правды — лучший инструмент.

— И жестокий.

— Зато самый эффективный, — он пожал плечами. — Выбирай, мам. Мое дело — предложить. Решать вам с отцом. Или мы будем честными до самого конца, или нарушим правила и удержим трон. Третьего не дано. Я прекрасно знаю, что наше правление построено на безоговорочной честности, но сейчас не та ситуация, где стоит говорить правду.

Равилла долго молчала. Смотрела прямо в глаза, покрывшиеся коркой льда после длительного отсутствия. И совершенно переставшие отливать в золотистый оттенок. Юноша же не отвел взгляд, несмотря на дикое желание сдаться под ее суровым напором.

— Я поговорю с твоим отцом, — тихо произнесла Равилла. Она сделала всего несколько шагов в сторону двери, и обернулась. — Если этот план провалится, мы потеряем все. Не только трон, но и все, что строили наши предки.

— Не провалится.

— Откуда такая уверенность?

Он улыбнулся. Так, как улыбаются люди, которые уже давно все просчитали знают о результате проделанных трудов заранее.

— Потому что я никогда не проигрываю, мам.

Стоило двери закрыться, Кир моментально рухнул в кресло. Еще чуть-чуть, и колени бы подогнулись при Равилле. Он несколько раз ударил себя ладонью в грудь, шумно выдыхая.

— Капец, чуть не помер… — пробубнил юноша себе под нос.

— Что это было? — Люмирен появился прямо рядом с Киром, сидя на краю стояла.

— План «Б»: «Спасаю свою задницу и задницы товарищей поневоле путем реализации придуманного на коленке плана», — Кир повернул голову на бок, практически касаясь ухом плеча. — Или думал, я просто человек с неразвитой планеты? — юноша ухмыльнулся как-то недобро. — Я — один из рекордсменов по межнациональному чемпионату стратегических игр. И я совершенно не вижу разницы между ними и этим местом…

Равилла вошла в Зал Утренней Зари, испокон веков использующегося для отдыха и неофициальных встреч. Тень от величественной фигуры женщины падала на белоснежные стены, увитые резьбой в виде ветвей Древа Силарии — древнейшего символа Этериона, чьи корни уходят в недра планеты, а крона пронзает небо.

Дарион отдыхал на низком ложе из светлого дерева с инкрустацией тонких сероватых нитей перламутра, среди мягких подушек, набитых сушеными светящимися мхами. Его обеспокоенный аромат не давал покоя Равилле с первого дня заболевания старшего сына. И даже сейчас, находясь довольно далеко, она тонко чувствовала колебания, наполнившие все помещение.

— Кириан не спал всю ночь, — женщина неспешно опустилась на соседнее ложе, расположившись среди подушек напротив мужа. — Зари рассказала, что он включил дневное освещение и не гасил его до самого утра.

— Должно быть, снова общался с друзьями, — без доли интереса отозвался король, опуская веки.

— Когда я зашла к нему вечером, он просматривал документы. Не сортировал их, как обычно, а читал, — несмотря на ровный тон, практически никогда не меняющийся, аромат выдавал обратное. Беспокойство окружало женщину, и лишь такой же вердан мог почувствовать ее эмоциональное состояние.

— С каких пор Кириана интересуют государственные дела? — его пепельная бровь изогнулась.

— Видимо, со дня возвращения, — Равилла скользнула ладонью по тонким, жидким волосам. — Двадцать дней на нижних уровнях города… Они сломали нашего сына. Ты просто не видел, как он вчера смотрел на меня. Не слышал, как разговаривал, — она сделала паузу. — Необходимо пригласить лекарей. Я не хочу потерять еще и второго сына.

— Возможно, он наконец-то повзрослел. Последствия стресса пройдут сами, — Дарион смотрел на жену с долей усталости, читающейся в каждом произнесенном слове. — Ты слишком встревожена.

— Боюсь, «повзрослел» — слишком громкое заявление, — Равилла опустила взгляд на свою сиреневую юбку, расшитую переливающимися нитями. — Когда он смотрел на меня, я видела только… Расчет. Словно оценивал, насколько я могу быть ему полезна.

— Ты преувеличиваешь, — несмотря на произнесенные слова, аромат Дариона сменился на более тревожный.

— Я же мать, — она подняла взгляд на мужа. — Я знаю своего ребенка. Знаю, что он в полном порядке, но… Я не вижу в нем тепла. Ни в словах, ни во взгляде. Дело даже не в запахе пустоты, это действительно последствие стресса. У меня он тоже практически исчез из-за волнения за Элиара…

Дарион прекрасно знал: с Равиллой в таких вопросах спорить бесполезно. Верданские матери чувствовали своих детей на подсознательном уровне, даже на расстоянии.

— К тому же, Кириан заявил, что Элиар поправится, — пальцы Равиллы сжали кружево. Аромат надежды перемешался с тревогой, вызывая эмоциональный коктейль и перемешиваясь с другими, более слабыми и незаметными эмоциями. — Якобы это благодаря финисам… И я хочу верить, что он прав.

— Он не успеет поправится до церемонии…

— Поэтому Кириан предложил план, — Равилла выдержала паузу, не решаясь произнести это. — И я никогда не слышала из его уст ничего настолько сумасбродного и гениального.

Совершенно неспешно, подбирая каждое слово, терисса начала пересказывать мужу слова Кириана: про аристократов, ждущих слабины; про сокрытие болезни Элиара и итог их вынужденного решения; про необратимые последствия.

Дарион слушал, не смея перебивать. Когда Равилла закончила, он откинулся на спинку ложа и закрыл глаза. В складках век мерцали золотистые искры — проблески мыслей, не поддающиеся контролю даже правящей семье.

— Сакральный ритуал, которого не существует, — повторил он. — Голограмма на балконе. Спрятанный маг. И все это для того, чтобы никто не узнал, что Элиар болен… И ты говоришь, это предложил Кириан? Наш Кириан, который в прошлом цикле не мог отличить лорда Эрвея от его собственного управляющего? Который плакал каждый раз, когда забывал, в какую папку переместить финансовую отчетность?

— Тот самый, — голос Равиллы дрогнул. — И он никого не путал, Дарион. Лорд Маландрий, Клан Теней, Дом Серебряного Листа. Он говорил о них так, будто знал больше, чем написано в отчетностях.

— Это странно, — с долей беспокойства признал Дарион. — Слишком странно…

— Я уверена, что это следствие стресса, — Равилла подалась вперед. — Ты знаешь, что говорят целители: сильные потрясения могут обострить скрытые способности. Может, он всегда был умнее, чем мы думали? Вдруг мы просто не замечали?

— Кто знает, — Дарион отозвался с долей подозрения. — Или двадцать дней на нижних уровнях научили его тому, чему мы не смогли научить за двадцать пять циклов — думать головой, а не полагаться на то, что за него все решат другие.

Равилла вновь опустила глаза.

— Ты не видел его взгляда, — прошептала она. — В нем нет страха. Нет растерянности. Только… сосредоточенность.

— Может быть, это именно то, что нам нужно, — ответил Дарион. — Потому что Элиар умирает, Равилла. Я надеюсь на чудодейственные познания финисов, однако, не верю в это всецело. Мы должны быть готовы к наихудшему исходу. И если Кириан понимает всю опасность аристократии, это наоборот хорошо.

— Ты веришь, что они опасны? — королева подняла голову.

— Нет, — Дарион покачал головой. — Я не вижу в их поведении ничего подозрительного. Лорд Маландрий многие циклы исправно заведует казной. Клан Теней не выходили за пределы своих полномочий. Серебряный Лист даже прислал дары к возвращению Кириана. Но… Затишье — это тоже сигнал, — он горько усмехнулся. — Кириан сказал умную вещь: аристократы не глупы. Они умеют ждать. И если они ждут, значит, у них есть причина.

— Получается, ты согласен с его планом? — Равилла отчетливо чувствовала сомнения, витающие вокруг того, кто всегда был уверен в своих решениях. Чувствовала беспокойство, не покидающее мужа второй месяц.

— Согласен. Но не потому, что верю в заговор аристократов. А потому, что не верю в способность нашего сына держать щит в его нынешнем состоянии.

— Ты считаешь, он не справится?

— Я считаю, он сам не знает, на что способен, — Дарион потер переносицу. — Он вернулся с нижних уровней. Ему приходилось питаться углеродами и неочищенными ароматами. Кириан истощен на ароматическом, световом и физическом уровнях, а разум погружен в хаос. Кто знает, что произошло с магическими каналами? Если мы выведем его на балкон, а щит рухнет — мы потеряем все. И его, и трон, и сам Этерион.

— А если ложь раскроется?

— Ложь раскроется, только если кто-то из нас заговорит, — Дарион пересел на ложе к жене, накрывая теплой ладонью ее руку. — А мы промолчим, ведь защитить нашу семью — первоначальная задача. Наш сын проявил удивительные качества стратега. Я не представляю, что он пережил на нижних уровнях, но вижу, что вернулся другим. И этот другой, — он сжал ее пальцы, — возможно, единственный, кто сможет удержать трон, если Элиар не встанет.

— Ты не боишься, что изменения слишком сильны? — Равилла стиснула его кисть в своих. — Что он больше никогда не будет прежним?

— Боюсь, — признал Дарион. — Но больше я боюсь потерять обоих сыновей. Что касается аристократов, пусть Кириан понаблюдает за ними. Возможно, благодаря его новому восприятию он заметит то, чего не видели мы.

— А если он прав? Если лорд Маландрий и другие действительно что-то замышляют?

— Тогда, — Дарион устало усмехнулся, но с теплотой, — наш сын окажется умнее нас. И это будет лучший подарок, который он мог нам сделать. Скажи Кириану, что я одобряю его план. И что сегодня вечером хочу видеть его на ужине вместе с финисами в Зале Тихой Благодарности.

— Хорошо, — Равилла слегка расслабила пальцы.

Кир сидел в кресле. Развалился в нем так, словно пытался раздавить своей усталостью, ведь ощущалась она действительно неподъемной. Все мышцы болели, на пару с головой. Мозг вообще трещал по швам. С момента попадания на корабль нормально поспать не удалось, еще и наелся какой-то местной дряни, из-за чего желудок продолжал негодовать.

— У меня мозоли на глазах… — тихо простонал Кир, опустив веки.

— Утверждение неверно, — запротестовал Люмирен. — Невозможно натереть мозоли на глазах.

Его слова Кир пропустил мимо ушей. Впрочем, как и всегда.

Стелла повернула голову в сторону парней, наконец-то оторвав взгляд от окна. Лучи солнца давно опаляли пышные сады, раскинувшиеся у подножья замка и на парящих платформах. А вдали виднелся город, куда хотелось сходить из чистого любопытства и желания скорее найти космолет.

— Во всем нужно видеть плюсы, — Стелла сама не была уверена в собственных словах, и больше пыталась убедить себя, нежели товарища поневоле. — Тебя приняли за потомка правящей семьи. У тебя есть деньги и власть. А еще тут красиво.

— Ага, только это не отменяет того, что мы в заднице. Зато с видом на звезды, — Кир оттолкнулся от пола, поворачиваясь в кресле в ее сторону. — Кириан был тупым нытиком. Какая власть? Я здесь никто и ничто. Так, маменькин сынок без права голоса.

— Меня больше интересует, как ты уговорил Ее Милость — Баланс провернуть настолько грандиозную аферу, — Тейдан стоял поодаль, прислонившись спиной к нефритовой стене. В мягком полумраке комнаты его фигура казалась практически такой же недвижной, как немые охранники самого Этериона.

— Мои логистические алгоритмы неспособны настолько быстро просчитать наилучший исход ситуации, из-за чего эмоциональный центр выдает ошибку, — Люмирен выразил свое удивление в присущей ему форме, чем вызвал зависание мозга у Кира. Голова и так болела, а он еще думать заставлял.

— Я гений, гений, гений! — выкрикнул Кир, но получилось достаточно устало и с долей сарказма. — Вот и все.

Стелла покачала головой и отвернулась. Несмотря на это, Кир все равно знал, что она закатила глаза. У него была эта дурацкая особенность — чувствовать чужие закатывания глаз. На Земле он тоже этим страдал. И нет, чтобы шестой глаз открыть в более полезном ключе…

— Нет, то есть, — она снова взглянула на парня. — Ты просто пришел к ней и сказал: «У меня есть гениальный план для обмана всех соседних планет»? Еще и додумался обвинить их во лжи из-за болезни Элиара.

— Конечно же нет! Я еще пальцами поводил. И бровями подрыгал. Для убедительности.

— Ты издеваешься?

— Немного. Это нервное. Когда я нервничаю, начинаю шутить. А я нервничаю с того момента, как оказался на том гребанном корабле, поэтому уж извини за непреднамеренную комичность.

— Оставь свои шутки для дома. Лучше подумай, что случится, если обман раскроется. И наши личности тоже.

— Тогда нас прикопают. Но позже. А позже лучше, чем сейчас. У меня будет время найти корабль и смыться.

— Про нас не забывай.

— Да пожалуйста, если вам хочется посмотреть на мою планету. В гости не напрашивайтесь, тетя еще после лягушки на меня обижается, — Кир невольно вспомнил, как в десять лет притащил с улицы лягушку в качестве домашнего питомца. Тетя затею не оценила, ведь, проснувшись, обнаружила квакающее нечто на своей подушке.

— Подвезешь нас по пути и все.

— Я лечу домой. Куда летите вы — мне без разницы. Я не хочу нигде останавливаться чтобы попасть в новые проблемы. Свалю домой и летите, куда хотите. Извини, конечно, но я не герой из ваших сказок. Я геймер с юридическим образованием, который случайно застрял на планете, где питаются светом, запахами и разговаривают ими же. А еще я пропустил стрим, и менеджер прикопает меня с куда наибольшей вероятностью, чем местные родители за мою «маленькую» ложь.

— Несоответствие масштабов: грандиозность лжи не соотносится с маленькими размерами, — Люмирен подал голос со стороны кровати, где устроился, скрестив ноги. И остался неумолимо проигнорирован, посему продолжил: — Ввиду хрупкости и неприспособленности человеческого организма к условиям многих высокоразвитых планет, целесообразно будет сначала вернуть Кира домой. В случае вражеских действий на планете-остановке возможны необратимые последствия и новые трудности.

— Самое главное, чтобы мы смогли полноценно управлять кораблем, — Тейдан подал голос, напомнив о своем тихом присутствии. — Если первая же остановка обернется кораблекрушением, мы застрянем на планете с отсутствием маломальских технологий для межзвездных полетов.

— Сейчас проблема не в этом, — перебил Кир. — А в том, что мы делим шкуру неубитого медведя. Нам нужен корабль, остальное решим позже.

— Вот именно, — поддакнула Стелла, впервые не веря, что соглашается с ним. Особенно с учетом того, что она не представляла, чем является некий медведь. — У нас нет даже плана как его добыть. И ничего о местоположении мы тоже не знаем. Я весь день вчера занималась поиском информации, и выяснила только о космопортах для гражданских перелетов. На такой колымаге мы лететь будем дольше, чем способны прожить. Ты же терейс. Выяснил что-нибудь? Есть какая-то информация?

— Принц, на минуточку, — поправил Кир. — Не называй меня этим страшным словом. А есть у меня исключительно добротная куча финансовых отчетов. И некто ну очень уж старательно их подделал, — он хмыкнул про себя. — А еще есть подозрение, что местный министр финансов деньги лопатой гребет из казны. Что, кстати, нам на руку, как и грязные мыслишки остальных придворных крыс.

Тейдан многозначительно промолчал. Зато продолжал смотреть так, словно знал что-то неизвестное другим. А спрашивать Кир не стал — дело, в принципе, не его. Да и выглядел парень так, словно живьем проглотит за любой неправильный вопрос.

— Как недобросовестность аристократии может быть нам на руку? — уточнила Стелла.

— Ты что, не читала книжки про дворцовые интриги? Манхву там всякую с попаданками, не? — увидев полное непонимание в глазах девушки, Кир разочарованно выдохнул. — Понятно, я тут главный задрот-отаку. Допустим, — он бросил недовольный взгляд на Люмирена. Парень открыл рот и закрыл его. Кир же продолжил: — Аристократам есть, что скрывать. А это дает мне рычаг давление на них.

— Ты собрался их шантажировать? — уточнил Люмирен.

— Ой, да о чем ты вообще?! — с долей театральности произнес Кир. Он приложил ладонь к щеке, слегка повернув голову. — Как я, скромный и пугливый принц, совершенно не разбирающийся в государственных делах, смею открыть рот в сторону настолько многоуважаемых господ? — невинный взгляд юноши моментально охладел, а на губах растянулась кровожадная ухмылка. Он откинулся на спинку кресла, словно сидел на троне.

— Какими бы богатыми они ни были, вряд ли имеют доступ к подобному кораблю, — Кир продолжил уже тоном, не имеющим ничего общего с доброжелательностью. Даже близко. — Поэтому мне придется «немного» повыпендриваться перед «родителями». И от ответа будет зависеть целостность как шкурок аристократов, так и всех членов их семей. Потому что в случае непробиваемого идиотизма я заставлю страдать абсолютно всех.

Стелла невольно засмотрелась на Кира, и быстро заставила себя покоситься на Тейдана. На спокойном лице юноши промелькнула легка улыбка, что явление весьма редкое.

— Это слишком опасно. Ты не знаешь, на что способны аристократы и какие у них рычаги давления на Кириана, — Фэрроу наконец-то отлип от стены, и, сделав несколько размашистых шагов, опустился на свободное кресло.

— Поэтому я должен обезопасить себя, а это уже совсем другая история, — Кир зевнул, закрывая рот кулаком. — Но об этом я подумаю позже. Если бы не Зари, я бы до сих пор видел сны. Я так спать хочу, что готов отдать почку за пару часов тишины и темноты.

— Вот скажи честно, — Стелла спрыгнула с подоконника. — Ты всегда такой эгоистичный?

— Нет, — Кир с трудом заставил свое бренное тело подняться с кресла. — Обычно я еще и грубый. И сплю больше четырех часов. И ем нормальную еду, а не этот… — он покрутил рукой в воздухе, подбирая слово, — освежитель воздуха с призрачными калориями.

Стелла слегка нахмурилась. Несмотря на это, во взгляде промелькнуло нечто теплое, но Кир не обратил на это должного внимания.

— Лорд Маландрий упоминается в семнадцати документах, к которым ты имел доступ, — Люмирен произнес всего предложение, а уже чуть ли не главным врагом для Кира стал. Тот, стерпев желание прогнать его со своей кровати, продолжил слушать: — В трех из них его подпись стоит на распоряжениях о переводе средств на счета, не имеющие официального статуса. Это может быть основанием для подозрений.

— Ты запомнил все те документы? — уточнила Стелла.

— Я анализировал все документы, которые просматривал Кир, вместе с ним, — ответил Люмирен. — Мой процессор позволяет обрабатывать до десяти тысяч страниц данных в минуту.

— И ты молчал? — у Кира глаз нервно дернулся.

— Ты не спрашивал.

— Ты просто невыносим, — Кир цокнул языком.

— Это не оценочное суждение, а субъективное восприятие, — Люмирен моргнул. — Принято к сведению.

— Так, секунду, — Кир потер переносицу. Несмотря на стойкое желание упасть лицом в подушку, возникшие вопросы не давали покоя. — Какие именно документы?

— Три. Первый зарегистрирован на имя подставной компании. Второй — на имя дальнего родственника Маландрия. Третий — на несуществующий благотворительный фонд.

— Ты можешь вытащить полные данные?

— Нужен доступ к сети дворца. Без него — нет.

— Доступ будет, — Кир кивнул. — Ты же сможешь обработать информацию порционно? Чтобы ничего не напутать.

— Да.

— Прекрасно. Вот посплю, и скажу, что хочу разобраться в финансах. Принц же, мать его. Имею право на капризы.

— А если тебе откажут? — спросил Тейдан.

— Ага, щас, — хмыкнул Кир. — Я королеву и так напугал до полусмерти. Сейчас они побоятся даже чихнуть в мою сторону. Думают, что у сыночка крыша поехала после… Э… Как там они? А, нижних уровней, во. А психически нестабильного принца лучше не злить — себе дороже.

— Ты в этом уверен? — Стелла скептически выгнула бровь.

— Нет, — Кир улыбнулся шире. — Но звучит убедительно, правда? Гениальный план, разработанный великим стратегом. Я бы сам в это поверил, если бы не знал, что это я.

— Допустим, — Стелла выдохнула с долей раздражения. — Найдем мы доказательства. Дальше что?

— А дальше идем к этому королю и говорим: «Здрасьте, мы знаем, что этот тип ворует. Восхититесь нашей гениальностью и дайте корабль позязя».

— Он не согласится.

— Согласится, — Кир пожал плечами. — Все соглашаются, когда казна под угрозой. Я найду жуликов и получу корабль. А им светит тюрьма. Или казнь. Что у них там за воровство в особо крупных?

— Смертная казнь, — подтвердил Тейдан.

— Ну вот, видишь. — Кир развел руками. — Воровство министра финансов бодрит! Лучше любого кофе по утрам.

— А если он не один? — Стелла не унималась. — Если за ним стоит кто-то еще? Если они все просто сбегут?

— Убегут, чтобы их объявили в межпланетарный розыск? Сомневаюсь. Он, конечно же, работает не один. И мы пойдем к тому, кто стоит за ними или работает с ним. Или к тому, кто ненавидит их всех и мечтает подставить.

— И ты все это придумал за один день?

— Я не придумал, — Кир снова зевнул. — Я просто смотрю на ситуацию и вижу, куда дует ветер. У меня профдеформация. Юридическое образование — оно такое. Приучает искать выгоду даже в чужом трупе. Ведь чей-то труп обязательно будет выгоден кому-то, кого необходимо привлечь к ответственности. А еще я просто обожаю исторические дорамы про дворцовые интриги. Кто бы мог подумать, что подобная ерунда пригодится?

— Слово «дорама» не идентифицировано, — Люмирен уставился на Кира в ожидании синонима. — Также я вижу, что твой циркадный ритм требует отдыха. Без сна ваша когнитивная эффективность снизится на сорок процентов в течение следующих шести часов.

— Сериалы это, сериалы, — Кир наконец-то добрался до кровати и плюхнулся на матрас, не особо заботясь о том, что может задеть своего полуматериального товарища. — Вот именно, что я устал. Теперь, когда все в курсе, будьте добры, свалить.

Когда комната опустела, Кир накрылся одеялом. Удобно было то, что то меняло температуру в зависимости от погоды. Вместо того, чтобы продолжить мирно отдыхать, он уставился в потолок, где медленно плавали искусственные звезды. Юноша коснулся пальцами кристалла, спрятанного под одеждой. Теплый. Даже сквозь ткань подушечки чувствовали едва уловимую пульсацию в такт собственному сердцу.

— Твою ж морковку за ботву, — Кир накрыл ладонями лицо. — Я провалился куда-то за текстуры Бытия и вместо того, чтобы мотать отсюда, занимаюсь тем, чем зарекся не заниматься никогда в жизни… — юноша опустил руки, раскинув их в стороны и опустил уставшие веки.

Стелла вернулась в свою комнату. Наконец-то этот длинный день подошел к концу. Она хотела принять душ и спокойно лечь отдыхать в понравившеюся ей кроватку с балдахином, но стук в дверь заставил позабыть об отдыхе.

— Войдите, — устало бросила она.

— Добрый вечер, — ровным тоном произнесла незваная гостья, скользнув внутрь помещения подобно тени. Через ее предплечье была перекинута темно-синяя ткань, искрящаяся тысячами кристаллов подобно звездному небу.

— А Вы…

— Леди Нор-Коррен, — ее губы сложились в легкую улыбку. — Можно просто Вейна. Рада знакомству, леди Ар-Вин.

— Взаимно, — Стелла отозвалась с долей недоумения. — Откуда Вы знаете меня?

— О Вас уже все знают… И Вам, как финису, уничижительно пресмыкаться.

— Это сейчас не имеет значения, — девушка сложила руки на груди чтобы деть их хоть куда-то. — Вы что-то хотели?

— Я принесла платье, — Вейна прикрыла за собой дверь, и, пройдя вглубь просторной комнаты, положила его на край кровати. — Примерьте. Терон обязательно вызовет Вас для личной беседы, и стоит выглядеть подобающе.

— Ой… Спасибо, — Стелла улыбнулась немного неловко. Она взяла платье в руки, и прикинула к себе, повернувшись к зеркалу. Лиф, украшенный россыпью драгоценных камней, оказался слишком глубоким. И один его вид заставил щеки девушки вспыхнуть.

— Красиво, не правда ли? — Вейна наблюдала за растерянностью Ар-Вин с долей наслаждения.

— Невероятно красиво, — девушка отозвалась немного растерянно. — Но не слишком ли? Я простая служанка, а это платье… Оно выглядит очень дорого. И декольте…

— Вы — личная служанка терейса, — поправила Вейна. — Это другое. Вы будете всегда рядом с ним, и должны выглядеть соответствующе его статусу. Есть две категории личной прислуги: первая — Зари. Подобные ей выполняют мелкие поручения и не допускаются до работы с важной информацией. Но вторая — это Вы. Та, кому доверяют секреты и важные задания. Вы правы, носить подобную одежду не обязательно… Тем не менее, на встрече с Чье Слово — Основа, Вы должны выглядеть презентабельно.

— Говорите так, словно пытаетесь сделать меня кандидаткой… — Стелла отвела смущенный взгляд, слегка стиснув платье в пальцах.

— Кто знает, — загадочно отозвалась Вейна. — Смешение крови с представителями других рас допускаются при отказе наследования трона как наследником, так и его будущими потомками. Финисы — те, чей Узор сильнее. А сильный Узор — сильное плетение. Вам в любом случае стоит быть на хорошем счету.

— Что Вы такое говорите? — Стелла опешила. — У Кириана уже есть солари.

— По решению Чье Слово — Основа, — подтвердила Вейна. — Как я уже сказала: Вы не простая служанка. Да и… — она оценивающе окинула девушку взглядом, остановившись на вырезе платья. Ее пальцы скользнули по краю собственного декольте. — Кириану понравится.

Стелла проводила взглядом Вейну, покинувшую комнату без лишних слов. А Ар-Вин так и осталась стоять посреди помещения, прижимая к себе платье и совершенно не понимая, что только что произошло.

Кир открыл глаза из-за настойчивого стука и приглушенного голоса Зари из-за двери. Он щелкнул пальцами, вызывая пластину. Как успел выяснить, ее, почему-то, называют нефритовой. Или это ошибка автоперевода. На ней загорелся стартовый экран с цифрами. Выглядели те, мягко говоря, странно, но благодаря чипу юноша понимал значение: два часа дня. Режим сбил себе, конечно, мощно.

«Слышь, Люми, — Кир закрыл глаза. — А все вокруг слышат мою реальную речь? Которая воспринимается на этерионском, или какой у них тут…»

«Фактически, да, — ответил Люмирен. — Но, как только Зари обратилась к тебе по титулу, я успел подкрутить фильтр восприятия. Поэтому подвоха заметить не должны».

«О, да ты молодец».

— Заходи уже, — вполголоса произнес Кир. Он тихо кашлянул, прочищая горло после сна. Пришлось повернуться на бок, в сторону двери.

— В Чьих Жилах — Исток, — Зари сложила руки у солнечного сплетения, опускаясь на колени перед кроватью юноши. — Чья Милость — Баланс и Чье Слово — Основа ожидают Вас в Зале Тихой Благодарности вместе с двумя новыми слугами. Достопочтенные финисы приглашены в качестве гостей и разделят с вами трапезу.

— Допустим, — Кир зарылся пальцами в лохматые волосы, делая только хуже. — Им пока сообщи, а мне дай время осознать тленность бытия и привести себя в адекватное состояние.

— Слушаюсь, — Зари поднялась и, пятясь, вышла из комнаты, закрывая за собой двери.

— Кх-х, — парень перевернулся на спину, раскинув руки в стороны. — Если ребятам дадут нормальную еду, я озверею.

— Твои утверждения продолжают вызывать у меня системные ошибки, — Люмирен проявился в районе стола. Как всегда, сидя на нем в своей наинаглейшей манере. — Все люди настолько нелогичны и непоследовательны?

— Да, мы страшный сон для сомнов, — Кир с трудом заставил себя подняться. Мышцы ныли настолько сильно, что ныть хотелось самому. Он достал из шкафа сменную одежду, и скрылся за дверью в соседнем помещении.

Кир потер переносицу. Он успел просмотреть схему Этериона еще при разборе документов, и искренне надеялся, что примерную дорогу запомнил. Будучи профи в играх на выживание или пост-апокалипсисах с открытым миром, юноша успел привыкнуть постоянно смотреть на карты и запоминать все ходы. Здесь план здания еще по-божески выглядел, отчего в своих силах он не сомневался.

Добираться пришлось самостоятельно. Зари-то отослал, не подумав о собственных проблемах в будущем. Он немного поблуждал по огромному дворцу, успел вспомнить всевозможные ругательства и мемы, но к нужному месту таки вышел.

Зал Тихой Благодарности встретил его мягким светом, сочившимся сквозь стены из халцедона. То же самое место, где уже доводилось бывать по прибытии, выглядело куда оживленнее из-за присутствия еще двух человек. Вернее, финисов.

Кир прошелся до стола, и опустился на диван. Он отчаянно старался выглядеть спокойно и не показывать, как сильно хочется блевануть от одного вида этого помещения. Когда Стелла покосилась на него с долей недоумения, юноша трагично понял, что у него на лице все написано. Несмотря на свои познания и умения, актеркой игрой Эфрон не отличался.

Кир опустил глаза, подмечая множество драгоценных камней на платье девушки, которого у нее раньше совершенно точно не было. Стелла же, заметив его взгляд на декольте, моментально отвернулась и сделала вид, словно не обратила внимание.

— Достопочтенные финисы, — низкий голос Дариона прокатился по залу рокочущим отзвуком, — мы благодарны вам за заботу о нашем сыне. Двадцать дней на нижних уровнях — настоящее испытание и смертельная опасность для неподготовленного отпрыска правящей семьи. Мы рады принять вас в наших стенах в качестве почетных гостей.

— Мы сделали должное, — Тейдан ответил ровно и непоколебимо, словно каждый день общался с правителями и знал, как себя вести. — Кириан проявил благородство, достойное терейса, и мы отплатили ему.

— Как именно он помог вам? — Равилла поинтересовалась с долей настороженности, нежели любопытства.

— Он спас нас, — Стелла подалась вперед, положив пальцы на край стола. — Нас заперли в трюме! — ее голос прозвучал слишком натянуто и пискливо, отчего Кир напрягся. — Там было много вооруженных бандитов, и Кириану очень повезло, когда они отвлеклись. Тогда…

Кир обратил внимание на обеспокоенные лица «родителей». Их напряжение, вызванное одним присутствием Стеллы, вызывало слишком много вопросов.

— Стелла, — Кир осек ее прежде чем та успела завершить свой невероятно неправдоподобный рассказ, придуманный на ходу. — Не нужно так волноваться, — его голос прозвучал мягко и ровно, а оттого еще тревожнее обычного. — Я просто открыл щеколду. Ничего особенного.

— Прошу прощения, — Стелла заговорила тише, однако продолжала выглядеть все также напряженно. — Просто… Мы очень благодарны за спасение. И, не сочтите за грубость, мы бы хотели попросить вас о помощи.

— О какой именно помощи идет речь? — Дарион внимательно смотрел на встревоженную девушку, готовую на месте под землю провалиться от тяжести его взгляда. Его строгий взгляд скользил по платью гостьи.

— Нашу планету украли, — всего три слова практически встали комом в горле, и Стелла сделала паузу. — Мы оказались здесь по чистой случайности, и хотим сделать все возможное для ее поисков и противостоянию Безликому Созерцателю.

«Вот же академик катастрофических решений! — Кир хотел упасть прямо лицом в столешницу, ведь привычный жесть «лицо-рука» здесь не спасал. — Как чувствовал, устроит что-то! А я-то верил в ее умственные способности…»

«Ее действия подкреплены логическим обоснованием в виде недостаточности нашей информации, — голос Люмирена прозвучал привычно спокойно. — Исключительно правителям известно больше общедоступной информации».

«Проблема в том, что это наглость чистой воды. Я и так их сюда притащил в качестве слуг, дав работу. А теперь они хотят свалить. Мало того, что оскорбят их, ведь финис в услужении, как я понял, штука классная. Еще и планы раскрывают. Я бы сам все выяснил. Аккуратно».

«Ты же не хотел ждать?»

«Не хотел, — признал Кир. — Но не всегда спешка нужна, даже если очень хочется».

— Вы просите у нас корабль? — уточнил Дарион.

— Да, — прямо ответила Стелла. — Мы хотим добраться до Дайра чтобы вступить в ряды добровольцев по поиску украденных планет.

Дарион откинулся на спинку дивана. Золотые пряди рассыпались по плечам, и в свете халцедоновых стен казались жидким металлом. Он перевел уставший взгляд на жену, и та, натянув дежурную улыбку, продолжила:

— У нас действительно есть корабль, способный на гиперскачки. Один. Личная собственность династии, предназначенная исключительно для членов правящей семьи. Он используется для дипломатических миссий и экстренных ситуаций.

— Мы не просим…

— Вы просите, — резко оборвала Равилла. — И мы отвечаем. Несмотря на вашу помощь Кириану и то, что вы — последние представители своей расы, корабль не выдается первым встречным. И никто из членов династии не станет сопровождать вас.

— Мы бы рады помочь, однако, не можем просто так отправить вас куда-то, — продолжил Дарион. — Топливо для гиперпрыжка стоит как малый город. Навигационная система требует калибровки после каждого полета.

— Если я не ошибаюсь, — Тейдан смотрел на полупрозрачный граненый бокал в своей руке и на искрящуюся перламутром жидкость в нем, не удостоив правящую семью зрительным контактом, — корабли межпланетарных компаний прилетают сюда за товаром. Мы могли бы заплатить за место на одном грузовых судов.

— Они не предназначены для биологических организмов, — Равилла отозвалась с долей сожаления. — Это полностью автоматизированные корабли с механическими сотрудниками. Внутри нет кислорода и системы жизнеобеспечения также, как и ручного управления. Невозможно задать иные координаты. Я попробую разузнать, чем мы можем помочь вам в разумных пределах, — она медленно повернула голову в сторону Кира, отчего тот пятой точкой почувствовал что-то неладное. — Кириан.

— Да? — Кир опустил ложку с мутной жижей обратно. Есть это совсем не хотелось.

— Расскажи нам о лекарстве для Элиара. Слуги сказали, ты распорядился подавать ему какой-то… Сок, и отвар из веток. И заставляешь это пить в неочищенном виде.

— А, это, — Кир натянул дежурную улыбку, стараясь сделать вид, словно все в порядке. — Апельсиновый сок и отвар из еловых веток.

— Это… — Равилла поморщилась, словно сама только что впервые лимон попробовала. — Лекарство? Ветки? Концентрат неочищенной клетчатки?

— Это еда простолюдинов, — Дарион произнес это куда жестче. — Как ты смеешь заставлять Чей Путь — Наследие питаться пищей крестьян, подобно нищему?

— Отец, — Кириан обратился к нему достаточно спокойно. Слишком спокойно для того, кого Дарион помнил трясущимся от страха из-за любой смены интонации. — Позволь объяснить: эта болезнь называется цинга. Она возникает при нехватке витамина С. Это вещество, содержащееся в разном количестве в различных продуктах и растениях. Апельсины и хвоя — одни из многочисленных. Из-за очищенной пищи, — серебряная ложка с пренебрежением выскользнула из его пальцев, со звоном падая в тарелку, — Элиар не получал этого вещества, необходимого для физического тела. Его организм ослаб, в следствии чего он потерял способность синтезировать запахи и свет.

— Мы питаемся светом и ароматами, — Равилла ответила достаточно резко. — Наши тела приспособлены к усваиванию необходимых веществ из них, и мы не нуждаемся в грубой пище. Если бы все было действительно так, как ты говоришь, то аристократия не смогла бы существовать.

— Я и не спорю, — беспечно отозвался Кир. — Однако, ослабнув, Элиар утратил возможность питаться привычным способом. Необходима альтернатива. И сейчас ему нужна простая, грубая пища. В ней есть то, чего не хватает в очищенных изысканных блюдах. Выбор невелик: или он питается по составленному мной рациону, или медленно умирает на наших глазах.

В воцарившейся тишине раздался тихий отзвук капель, срывающихся в длинных ветвей дерева в центре зала. Кир не чувствовал ароматические эмоциональные сигналы, испускаемые верданами, зато прекрасно видел, как изменились их выражения лиц. Совсем немного, практически неуловимо для глаза: волнение Равиллы сменилось недоумением. Она отчаянно старалась подобрать правильные слова для выражения эмоций, но, казалось, таких вовсе не существует.

Дарион же смотрел на сына в упор. Если же раньше Кир выдел в его взгляде долю любопытства из-за внезапно изменившегося поведения, то сейчас в нем читалось немое возмущение. Культурный шок вынудил мужчину выдержать длительную паузу, прежде чем произнести:

— И это все ты узнал от финисов?

— Верно.

— Я встречал это заболевание ранее, — Тейдан с долей нежелания оторвал взгляд от бокала. Широкая ножка мягко коснулась светлой столешницы, а пронзительные аметистовые глаза пронзили Дариона холодом, способным заморозить изнутри. — Множество представителей различных рас умирали от нее десятками. Сотнями. И, по моим наблюдениям, это происходило в высших кругах. Среди тех, кто считал «пищу простолюдинов» ниже их достоинства.

Стелла наблюдала за ним с затаенным дыханием, невольно почувствовав себя не такой уж умной, какой считала. Она никогда ранее не задумывалась о настолько банальных вещах и сделала главный вывод: вряд ли бы смогла вот так подыграть Киру.

— Мне ничего неизвестно об уровне научной микробиологии на Этерионе, поэтому поясню, — продолжил Тейдан, — физическое тело неспособно существовать без определенных веществ и уровня каждодневных калорий. Их невозможно получить из света и запаха, — его пальцы скользнули по собственной щеке, останавливаясь на скуле. — То, как выглядят наши лица — признак бедноты для аристократии Этериона, а ваша худоба — показатель наивысшей красоты. Поэтому позвольте спросить: какова продолжительность жизни и смертность среди высших кругов?

— Вы же понимаете, что каждым словом оскверняете тысячелетние традиции и все высшее общество Этериона? — тихий голос Дариона прокатился по залу, прозвучав больше предупреждающе, чем угрожающе.

— Полагаю, смертность высока, — продолжил Тейдан. Он скользнул огрубевшей подушечкой пальца по белоснежному краю тонкой тарелки с длинной соломкой очищенных фруктов. — С самого рождения аристократы не отличаются высоким ростом. Они хрупки и миниатюрны. С возрастом истощенное тело начинает слабеть. Настолько, что самостоятельное передвижение становится едва ли возможным, а до старости никто не доживает. Ваша продолжительность жизни обусловлена нехваткой питательных веществ и прогрессирующей анорексией.

— Ты — финис, — тон Дариона прозвучал строже. — И всего лишь гость в моих владениях. У тебя нет права голоса, и ты не смеешь поучать правящий род, как нужно себя вести.

— Я не учу, — Тейдан подхватил одну из полупрозрачных палочек. — Я предупреждаю. Поскольку прекрасно вижу, насколько плохо Вы чувствуете себя на самом деле, — он взялся за второй конец, и та с тихим хрустом сломалась пополам.

— Достаточно, — Дарион сделал небольшой жест кистью. Слуги, появившиеся словно из неоткуда, забрали тарелки у всех присутствующих. — Обед окончен. Возвращайтесь к своим обязанностям, — он поднялся из-за стола. — Кириан.

Кир беспрекословно поднялся из-за своего места. Он даже порадовался, что эту гадость есть в итоге не пришлось. А вот поведение Тейдана вызвало куда больше вопросов, и хотелось задать их все и сразу. Вот так подыграл, конечно. Юноша молча отправился следом за «родителями», покидая Зал Тихой Благодарности.

Кир сверлил взглядом ровные, костлявые спины тех, кто даже при сыне старался выглядеть достойно. Они вели его коридорами и лестницами, до самого Малого Тронного Зала в западном крыле Акрополя. В глаза бросилась любопытная вещь: на всего пути следования он не заметил ни одного слугу.

«Подозрительно отдаленное и тихое местечко, — Кир устало вздохнул про себя. — Видимо, сюда для порки отводят. Ну, или чтобы послать всех послов куда подальше без лишних глаз и ушей…»

Кир вошел в прохладное помещение, куда просачивался свет сквозь узкие вертикальные окна-прорези, затянутые тончайшей пленкой перламутра. Трон в этом зале выглядел достаточно скромно по сравнению со всеми теми, какие юноша видел в различных играх: вырезанный из цельного куска темного камня.

Дарион опустился на простой трон из черного камня, без украшений и изящной резьбы. Его исхудавшие пальцы сжали подлокотники, и Кир обратил внимание на то, как дрожат их кончики.

Равилла замерла у его правого плеча, поскольку второй трон был не предусмотрен. Она накрыла ладонью спинку, взирая на сына с высоты небольшого возвышения. А Кир так и остался стоять истуканом перед ними, словно приговоренный к эшафоту.

— Тот финис, — Дарион произнес это так, словно одно упоминание о Тейдане приравнивалось к синониму неизлечимой болезни или предательства, — позволил себе неслыханные оскорбления…

Кир промолчал. Он прекрасно понимал, что Дарион еще не закончил, зато ждал хоть какую-то реакцию от явно эмоционального сына. Несмотря на это, юноша и бровью не повел. Просто стоял, не шелохнувшись.

— Он назвал наш образ жизни болезнью, — продолжил терон. — Сравнил нас с живыми трупами! — раздражение стало отчетливо слышно в тоне. — Осмелился учить нас, как питаться, как жить, как растить детей, — его голос набирал обороты, становясь громче. — А ты, мой сын, почему-то не счел нужным приструнить его. При том, что назначил своим охранником, тем самым взяв на себя ответственность за чужую жизнь. Пусть ты ароматически ослаб, и я не чувствую аромат одобрения — прекрасно вижу его в твоих глазах. Как ты посмел соглашаться с тем, кто оскорбляет нашу кровь? Нашу расу? Вместо того, чтобы проявить осторожность, продолжаешь идти на поводу у незнакомца, о котором мы ничего не знаем.

Дарион оторвал спину от холодного камня, подавшись вперед. Кир заметил, как почти бесцветные желтоватые глаза налились насыщенным золотым светом.

— Самое время рассказать правду обо всем, что произошло за дни твоего отсутствия. Ты доверился незнакомцам, посмев рассказать им самый страшный секрет нашей семьи, а затем предложил «гениальный» план по сокрытию правды о состоянии брата, — Дарион снова сделал паузу, но, не услышав ответ, продолжил: — Откуда такая слепая уверенность, что эти двое — не наши враги? Откуда тебе знать, что, после грандиозного обмана они не раскроют карты о состоянии Элиара? А про Стеллу мы поговорим позже, и тебе стоит быть со мной предельно честным.

«Вот же одуванчик нервный, — Кир стоял ровно, сцепив руки за спиной, и смотрел на короля снизу-вверх без единого намека на крупицы совести. — Хорошо хоть не дергается как багованная текстура, а то полный комплект был бы».

— Отец, — ровно произнес Кир, без капли оправдания или страха. Он оставался все также непоколебим в то время, как настоящий Кириан наверняка бы лил крокодиловы слезы и просил прощение. — Позвольте ответить по пунктам. Во-первых, Тейдан никого не оскорблял. Если врач говорит больному, что тот умирает из-за собственной глупости — это не оскорбление, а констатация факта. Вы в праве обижаться на факты, однако, от этого они не перестанут быть фактами.

Во-вторых. Я поддерживаю Тейдана не потому, что он мой друг, или я глубоко сопереживаю потере его планеты. Когда собеседник прав, спорить с ним — означает спор с реальностью. А реальность, Чье Слово — Основа, не терпит возражений.

В-третьих. Вас беспокоит, кто он такой. Тейдан — тот, кто видел много смертей. Он видел, как умирают целые планеты. Как исчезают расы. Как гаснут звезды. И все потому, что кто-то вовремя не сказал правду, испугавшись, что она прозвучит слишком резко. Тейдан не дипломат. Он не умеет заворачивать истину в красивые фразы, и говорит то, что видит. И если Вам кажется, что его слова грубы — возможно, поскольку правда редко бывает красивой.

Король открыл рот, чтобы ответить, но Кир не дал. Он сделал шаг вперед. Всего один. Совершенно маленький и безобидный, зато наполненный неописуемой угрозой, читающейся в каждом непроизвольном движении тела.

— Вы боитесь. И я понимаю Ваш страх. Вы переживаете за Элиара, за всю династию. И я его разделяю. Он мой брат, и я не желаю ему зла. Я задам несколько вопросов, и прошу ответить на них честно. Не как терон, а как отец.

Дарион молчал. И эта тишина, воцарившаяся на несколько секунд, опустилась на плечи неподъемным грузом. Уголки губ Кира едва заметно дрогнули, стоило заметить, как тот сильнее сжал подлокотник.

— Вы верите, что Элиар болен?

— Конечно, верю, — голос короля прозвучал глухо. Он явно не ожидал такого вопроса.

— Вы верите, что Ваши целители не знают, как его лечить?

— Они делают все возможное…

— Я не спрашиваю, делают ли они все возможное, — перебил Кир мягко, но твердо. — Я спрашиваю, знают ли они, как его вылечить. Есть ли у них план? Есть ли лекарство? Знают ли они, почему Элиар угасает на глазах, и могут ли они это остановить?

Равилла бросила обеспокоенный взгляд на мужа, следом, на сына. Ее непоколебимая и величественная поза дала слабину, вынуждая расслабить мышцы спины и перестать держаться настолько ровно.

— Нет. Не знают.

— Вы верите, что он умирает?

Дарион промолчал.

— Я спрашиваю не для того чтобы сделать Вам больно. Я спрашиваю, чтобы вы поняли: у нас нет времени на традиции и гордость. Нет времени на споры о том, кто прав, а кто виноват. И есть меньше семи дней до церемонии и неизвестно сколько до того, как Элиар встанет или не встанет никогда.

Кир сделал еще шаг. Теперь он стоял так близко к трону, что мог бы коснуться подлокотника рукой.

— Тейдан — финис. А финисы, как известно, видят, знают и могут куда больше кого-либо другого. Они проходят через вивисекцию души — самое ужасное испытание, отнимающее жизни девяносто девяти и девяти процентов желающих обрести силу. Он путешествовал по планетам и галактикам, и знает, о чем говорит. Не потому, что ему кто-то что-то рассказал, а потому, что он выжил там, где другие погибали. У него нет дипломов, титулов, зато есть опыт. И этот опыт говорит: Элиару нужна не световая ванна. Ему нужна еда. Простая, грубая, живая еда. Та, которую вы считаете недостойной терионской крови. И я склонен верить ему и Стелле точно также, как верю самому себе и членам своей семьи.

— И поэтому я должен доверить жизнь моего сына первому встречному? — Дарион смотрел прямо в глаза Киру, стараясь рассмотреть в уверенном взгляде крупицы тех эмоций, всегда присущих его младшему сыну. И не видел ничего, кроме непоколебимой решимости. — Созданию, не принесшему ни одной клятвы, не давшему ни одной гарантии, не доказавшему ничего, кроме своего умения оскорблять?

— Вы должны доверить жизнь своего сына тому, кто знает, как его спасти, — парировал Кир, не отводя взгляда. — А кто знает? Целители, которые лечат светом уже два месяца, и он не помогает? Или финису, который видел эту болезнь сотни раз и знает, что от нее умирают, если не начать пить хотя бы отвар и сок?

— Это звучит слишком… просто, — с напряжением произнесла Равилла. Она отчаянно старалась скрыть дрожь в голосе, и получалось это с большим трудом. — И дико. Ты говоришь просто кормить его пищей бедняков, словно эти отходы — лекарство. Не может быть такого, чтобы целители не знали об этом.

«Интересная мысль, — Кир сдержал заинтересованную ухмылку. — Действительно, эта планета развита намного лучше, чем Земля. Однако, они будто и не в курсе особо о банальной работе организма. Ладно, королевские особы, им не обязательно быть специалистами в области всего. Но врачи-то? Любопытно…»

— Знаешь, мам, в чем разница между целителями и Тейданом? — Кир повернул голову в ее сторону. — Целители лечат верданов высшего сословия, чьи тела с рождения приспособлены к световой диете. А Тейдан видел способы лечения всех. Знати, нищих, беженцев, бандитов. Тех, чьи тела ломались от голода, болезней, радиации. Он не знает местных традиций и ритуалов. Зато знает, что физическое тело устроено по тем же законам, что и тела большинства разумных существ. И оно нуждается в определенных веществах. Если этих веществ нет — тело умирает. А когда тело умирает — титулы становятся пылью.

Кир выдержал небольшую паузу, позволяя самому себе перевести дух. В последний раз настолько упрямых людей он выгнал из лиги просто потому, что те чуть не подставили всю команду своей «гениальностью».

— Я не прошу на слово верить Тейдану. Я прошу дать мне неделю. И за эти семь дней вы увидите, насколько изменится состояние Элиара. Правда в том, что «еда простолюдинов» не убивает. Ее спокойно едят обычные верданы, и ничего с ними не происходит.

— Ты собираешься изменить его рацион? — уточнила Равилла.

— Да. Во-первых, буду кормить Элиара три раза в день. Каша из круп и апельсиновый сок по утрам. Отвар из хвои, пюре и прокрученное вареное мясо на обед. Каша из иной, нежели утренняя, крупы, и свежие овощи. Никакого света и ароматов. Он слишком слаб чтобы их синтезировать. Потерял много зубов и не в состоянии жевать твердую пищу, а желудок не приспособлен ее переваривать. Ему не хватит желудочного сока. Поэтому все порции будут небольшими, для постепенного привыкания.

Во-вторых. Я буду вести дневник каждый день. Его состояние десен, кожи, настроения, самочувствия. Все данные об изменениях. Через неделю вы сами оцените динамику.

В-третьих. Если через неделю ему не станет лучше, я признаю свою ошибку. Не важно, перед кем, — вами или целителями. Скажу, что был неправ, раз поверил шарлатану, и больше никогда не буду вмешиваться в лечение брата, — уголки губ Кира приподнялись в отчетливо заметной, самоуверенной ухмылке. — Но, если ему станет лучше, вы разрешите продолжать. А когда Элиар встанет на ноги, вы сами решите, как благодарить Тейдана. Или не благодарить вовсе — это ваше право.

Я знаю, что вы думаете: «Почему мы должны верить этому финису? Почему мы должны слушать своего сына, который ведет себя так, будто стал умнее всех? Почему мы должны ломать традиции, которые веками хранила наша семья?» Ответ прост: Вы не должны. Вы можете поступить так, как считаете нужным: вышвырнуть Тейдана и Стеллу, запереть меня в комнате и продолжать лечить Элиара светом, пока он не умрет.

Однако, если вы это сделаете, то никогда не узнаете, помог бы этот способ или нет. Вы будете жить с мыслью, что у вашего сына был шанс, и вы собственноручно отобрали его. Просто потому что были слишком горды, чтобы есть апельсины.

Равилла шагнула вперед, спускаясь с небольшого возвышения к сыну. Ее тонкая, холодная ладонь коснулась кисти Кира. Захотелось тотчас отдернуть руку, однако он не позволил себе подобную дерзость. Она слегка сжала его пальцы, словно в поисках опоры.

— Дарион, — Равилла не обернулась к мужу. — Посмотри на него.

Терон промолчал.

— Посмотри на нашего сына, — повторила она с напором. — Он изменился. Повзрослел, и стал похож на правителя куда больше, чем когда-либо.

— Я вижу, — глухо ответил Дарион.

— Он не желает зла своему брату. Ты знаешь это. Вердану, никогда не желавшему власти, не за чем вредить ему. Кириан хочет спасти Элиара просто потому, что он — его брат, — Равилла обернулась. — А я хочу спасти своего ребенка. И мне не важно, что придется сделать ради этого. Вселенная огромна. Если нам ничего неизвестно о болезни, это не значит, что о ней неизвестно кому-то другому. Я настоятельно прошу тебя не вынуждать меня прибегать к радикальным мерам чтобы спасти нашего сына. А я, поверь, готова на что угодно.

— Неделя, — глухо отозвался Дарион. — Я дам тебе эту неделю. При одном условии: если я не увижу изменений, финисы покинут Этерион. Навсегда. А ты, — он медленно поднялся, возвышаясь над фигурой сына, — будешь делать то, что тебе говорят. Без возражений.

— Благодарю Чье Слово — Основа за предоставленное время, — Кир небрежно склонил голову, словно издеваясь над традициями. — Вы не пожалеете.

— Надеюсь, — Дарион подошел к сыну, оценивающе осматривая его лицо со здоровым цветом кожи. — А теперь ответь, откуда тебе знать, что эти двое, располагая информацией о состоянии Элиара, не раскроют правду после обмана на церемонии?

— Потому, что им не за чем это делать, — с долей беспечности отозвался Кир. — Они ничего не знают про это место, и просто хотят домой. Им нужна помощь, поэтому они готовы помочь первыми. Услуга за услугу, отец. Вы поймете это позже. А сейчас, не сочтите за грубость, мне нужно сходить на кухню и составить меню для брата.

Кир, не дождавшись разрешения или хоть какого-то ответа, направился прочь из зала с непоколебимой уверенностью в собственной памяти. Если потеряется — даже спросить дорогу не у кого, и остается надежда на правильный подсчет всех минувших поворотов.

«Даже у босса сотого уровня тяги к жизни было меньше, чем у папани рвения защищать традиции. Это он просто пиццу не пробовал, иначе все бы желание хавать свет пропало, — Кир вздохнул. — Черт, пиццу хочу…»

«Ты уверен в правильности своих действий? — раздался голос Люмирена. — Уровень убедительности превысил допустимое ожидание».

«Будто у нас выбор есть, — буркнул Кир. — Если Элиар кони двинет, на меня свалится вся эта муть. А я, смею напомнить, даже близко не вердан и магией не обладаю. Проходить вивисекцию души уж тем более желанием не горю. Жить еще хочется так-то».

«Полагаю, «двинуть кони» является синонимом к «смерти», а «душа» — земное понятие Узора. Твои слова не лишены логики».

«Да-да, полагаешь правильно. Ты же скачал план замка? Мне куда идти вообще?»

«Налево».

«Налево я еще не ходил, но, чувствую, придется, и тогда солари мне голову открутит», — Кир хмыкнул про себя.

«Смысл фразы не идентифицирован».

«Просто отведи меня на кухню. Пора кошмарить поваров…»

Благодаря неустанно бубнящему в мозг Люмирену, Кир пробрался через лабиринт коридоров, мимо бесшумной стражи в обсидиановых доспехах и слуг в перламутровых масках, в восточное крыло. Туда редко кто из высших кругов заходил, и видно это было сразу: ошалелые взгляды прислуги Эфрон затылком чувствовал. И, пожалуй, Муладхарой[1].

— Они сильно? — Тейдан, вальяжно прислонившись спиной к стене, стоял прямо на углу одного из коридоров, чем вызвал у Кира предынфарктное состояние.

— Скилл твою за ногу! — Кир рефлекторно схватился за сердце, дернувшись в сторону. — И долго ты меня в таком пафосе поджидаешь?

— Я… заблудился, — юноша отозвался с долей нежелания.

— А потом я его нашла, и мы заблудились вместе, — добавила Стелла, находящаяся поодаль. — Что там, в итоге-то?

— Ну, если коротко: король в бешенстве, Тейдан в немилости, тебя под одну гребенку и у нас всего неделя чтобы Элиару стало лучше. Вы оба просто гендиректоры по усложнению жизни! Именно поэтому сейчас я иду на кухню кошмарить поваров. Составлю нашему наследному принцу адекватный рацион.

— Еще одной проблемой больше, — с долей раздражения отозвалась Стелла. — Мы и так не в лучшей ситуации, а тут еще игра на выживание.

— Сейчас проблема не во времени, а в самом Элирсе, — Тейдан, плавно и с долей нежелания, двинулся следом за Киром. — Захочет ли он это есть? С самого детства в него вложена установка о том, насколько подобная пища отвратительна и недостойна его персоны.

Кир вздохнул. Еще раз пожалел о своем местоположении. Лучше бы подобные приключения происходили исключительно на экране его новенькой игровой установки.

— Переупрямить братца я смогу, не проблема. Если получится его спасти, Дарион будет мне должен. А должники, как я уже говорил, самые щедрые.

— Ты ужасный человек, — Стелла отозвалась совершенно беззлобно, хоть ее враждебный внешний вид и подразумевал иное.

— Я голодный человек, — поправил Кир. — А это в разы хуже. Идемте уже. Мне еще надо придумать альтернативный запасной план. В идеале — сказать ему правду, но как бы Элиар не выплюнул ее мне в лицо. Буквально.

Стелла улыбнулась едва заметно. Все же, несмотря на свой раздражительный характер, он необъяснимым образом продолжал притягивать взгляд и иногда вызывать положительные эмоции. Иногда.

Они продолжили путь до кухни уже вместе, блуждая по коридорам и теряясь среди многочисленной прислуги. Кир впервые видел, чтобы те настолько быстро бегали. Особенно от него.

Благодаря Люмирену, добраться получилось без приключений. Кухня оказалась за массивной дверью из дерева. Первой нормальной деревянной дверью, которую Кир видел во дворце. Он толкнул ее, и та скрипнула, как его собственный позвоночник после изучения документов.

Кир вошел в огромное помещение со сводчатыми потолками, куда улетал весь горячий воздух и вкусные запахи нормальных продуктов. Вдоль стен тянулись длинные столы из дерева с самыми обычными сучками и трещинами.

Внутри оказалось всего четверо поваров, не носящих маски в отличие от остальной прислуги. Оно и понятно, при такой температуре в них задохнуться можно. Стоило увидеть принца, те моментально замерли, позабыв обо всех своих делах.

— В Чьих Жилах — Исток, — хрипло произнес самый старший из них — мужчина лет шестидесяти. — Чем обязаны?

— Пришел поговорить, — Кир заметил нотки напряжения, повисшие в воздухе, что вызвало на его губах легкую улыбку. Отнюдь не добродушную. Он оценивающе обвел взглядом кастрюли, миски, разделочные доски, на которых лежало что-то зеленое и явно съедобное.

— О чем же?

— Да обо всем, старший повар. Об Элиаре, фито-лабуде в его рационе и нормальных продуктах, которые, как погляжу, очень даже здесь распространены.

— В Чьих Жилах — Исток, — мужчина, расправив широкие плечи, сделал несколько шагов в сторону, кладя на стол массивный нож. Его толстые, мозолистые пальцы подхватили полотенце, вытирая с кистей всю влагу. — Мы готовим для альтериса все, что предписано терионом. Энергетические гели высшей очистки. Световые супы. Настойки на кристальной росе. Это лучшая еда, которую можно получить на всей планете.

«Так они не в курсе…» — Кир выдержал небольшую паузу, продумывая план действий.

— Это не еда, — запротестовал Кир. — Это освежитель воздуха с минимальными калориями. — А теперь слушайте сюда, — он подошел к столу, на котором лежали какие-то корнеплоды, и взял один. Похоже на картошку. Немного длиннее, фиолетовее, но явно картошка. — На планете достаточно продуктов, пригодных к употреблению без стерилизации всех несчастных витаминов и клетчатки. Только вот есть нюанс: те, кто с детства привык питаться святым духом — практически буквально — не способны нормально переваривать «пищу бедняков», отсюда вся эта чушь про недостойную еду и прочее.

— О чем Вы… — начал один из молоденьких поваров, с красными от жара щеками.

— Я не закончил, — Кир не изменил тон, но заставил того замолчать моментально. — С этого дня за рацион брата отвечаю я. У кого сомнения — спросите отца. Если рискнете. Настроение у него паршивое, — юноша успел представить, как Дарион орет на несчастных поваров. Главное, чтобы не на него. — Начнем постепенно заставлять пищеварительную систему работать. Нужна пища мягкая, протертая, перемолотая. Каши. Пюре. Мясо, вареное и прокрученное через мясорубку.

— Мясо? — главный повар побледнел от ужаса. — В Чьих Жилах — Исток, помилуйте! Чей Путь — Наследие не может есть мясо. Это… это пища для простолюдинов. Для наемников. Для… — он запнулся, — для тех, кто существует на нижних уровнях!

— Вот именно, — Кир широко улыбнулся. — Наконец-то мы друг друга понимаем.

Он подошел к вертелу, на котором шипело мясо.

— Что это?

— Это… — повар замялся. — Это мы готовим для прислуги. И для гостей с других планет. Не для членов правящей семьи. Там слишком грубая текстура, слишком яркий вкус, слишком…

— А пахнет, как еда, — перебил Кир, — Нормальная. Та, от которой становится тепло в животе и ясно в голове. Давай сюда, — он протянул руку и уставился на главного повара. Требовательно.

Мужчина замешкался, помялся немного неуверенно. Затем, взяв вилку и нож, отрезал кусок, протягивая Киру. Парень, недолго думая, слегка помахал горячим мясом из стороны в сторону, и откусил часть.

— Божественно, — с наслаждением произнес Кир, а его желудок заурчал, требуя еще нормальной пищи. — Когда-нибудь и Элиар такое попробует, а пока — каши из разных круп. Сначала на воде, потом на молоке. Сахара и соли совсем немного. Также не забывайте про овощи и фрукты — их тереть на самой мелкой терке.

— Но…

— Подавать еду три раза в день.

— В Чьих Жилах — Исток…

— Пюре, — продолжил Кир. — Из корнеплодов, которые вон там лежат, — он покосился на вытянутое нечто, напоминающее толстую морковку. — Тщательно перетертое, без комочков. С маслом или со сливками. Сливки — это жирная часть молока, если вы не в курсе. Мало ли. Не важно, какое молоко, главное, чтобы жирное.

— Жирное… Молоко… — одними губами пролепетал старший повар. На его лице отобразились все эмоции сразу, словно мозг окончательно отказывался перерабатывать информацию.

«Вы только поглядите на него, ошибка соединения с сервером. Четыреста четыре, страница не найдена», — Кир ухмыльнулся про себя, а сам продолжил: — Мясо, — он закинул в рот оставшейся кусок, демонстративно проглотив. Его взгляд скользнул по стоящей недалеко Стелле, с трудом сдерживающей улыбку. Кир же хмыкнул, мол, смотри дальше. — Отварное мясо, — продолжил тот. — Курица, говядина, или что тут бегает? Не важно. Вы меня поняли. Что-то нежное, легкое. Варить до мягкости, прокрутить через мясорубку два раза.

— Но…

— Апельсиновый сок, — Кир натянул заговорщицкую улыбку.

От одного произношения этих двух слов поплохело уже разом всем: молоденькие повара доползли до табуретов, плюхаясь на них и хватаясь за голову. Один лишь старший повар остался стоять непоколебимо, но с трудом.

— Свежевыжатый, по утрам. Не концентрированный, без сахара. Также отвар из хвои, еловой или сосновой. Как делали вчера. Еще можно добавить ложку меда, но это если Элиар капризничать начнет из-за вкуса.

Все повара молчали. Просто смотрели на Кира так, будто он пришел не на кухню, а на Совет Старейшин, и прямо сейчас, немедленно, требовал отменить гравитацию.

— И еще, — Кир легким движением подхватил огурец. Вернее, нечто, на него похожее. Такое же продолговатое и с пупырышками, но розоватого оттенка. Откусил попку. По вкусу напоминало больше авокадо. — Свежие овощи должны присутствовать при каждом блюде. Или в качестве десерта можно натереть фруктов.

— В Чьих Жилах — Исток, — главный повар наконец-то заговор. Причем с таким ужасом, словно его моментально переквалифицировали в палача. — Это невозможно! Чей Путь — Наследие не станет это есть! Тем более, Чье Слово — Основа ни за что не позволит наследнику питаться едой простолюдинов!

— Уже позволил. Если не верите мне — идите и разговаривайте лично с ним. Главная проблема всех бед заключается в вас всех. Потому что вы боитесь готовить не то, что привыкли. Но знаете, что? — Кир сделал пару шагов к мужчине, остановившись практически вплотную. Он слегка подался вперед, заглянув в перепуганные глаза повара. Глядя на искреннее недоумение, Эфрон успел понять одну простую истину: Кириан был куда ниже. Возможно, среднестатистического роста в метр семьдесят, а вот самозванец определенно куда выше. И особенно это бросалось в глаза в сравнении с другими верданами.

— Все аристократы умрут, — тихо, но вкрадчиво произнес Кир. — И когда это произойдет, первым, на кого падет подозрение, окажетесь Вы. Если не казнят, то понизят уж точно. Смерть члена правящей семьи всегда вызывает шумиху, не правда ли?

— Й-я… н-не понимаю… — мужчина заикнулся, не в силах оторвать взгляда от пронизывающего взгляда изумрудных глаз Кира. — К-кто-то болен?

— Вся аристократия, — уклончиво ответил юноша. — Не мне рассказывать о продолжительности жизни членов правящей семьи. Если Вы решите эту проблему — станете героем. Каждый из вас. Ваши имена окажутся на страницах учебников будущего.

Кир обогнул старшего повара, и подхватил из корзины нечто похожее на яблоко. Откусил. Сладковатый вкус напомнил ему клубнику, и это показалось куда вкуснее других продуктов. Не считая мяса, разумеется. Он откусил еще немного.

— Мы попробуем, — мужчина произнес это скрепя сердце. Не потому, что ему хотелось стать частью истории, а из-за вездесущего принца. Вот уж кто точно покоя не даст.

— Не попробуете, а сделаете, — уточнил Кир. — У вас же есть продукты?

— В кладовых есть. Для гостей и слуг привозят… Но это не предназначено…

— Теперь предназначено, — Кир откусил еще «яблока». — С сегодняшнего дня вы готовите для Элиара по новому меню. Каши, пюре, мясо, сок, отвар. Я приду проверять. Не каждый день, но часто. Если все будет хорошо — получите премию. Если плохо — я узнаю, где вы живете.

— Вы не станете…

— Я из правящего рода, — Кир усмехнулся. — Я могу все. Даже то, чего не могу. Так что не испытывайте мое терпение, — он сделал еще пару укусов и точным броском попал огрызком в мусорное ведро. — Ах, и, да. Чуть не забыл. Приготовьте что-нибудь из этого всего и мне. Только не пюре, с моими зубами все в порядке. Не зря же я целый год их лечил… В общем. Мяса жареного, и еще чего-нибудь. Салатик там какой-то, не знаю. Что еще простолюдины едят? Что-нибудь вкусное. Если не понравится — приду и учить буду.

— Из Ваших уст это звучит угрожающе, — Тейдан хоть и не сдерживал смех, как Стелла, но не мог перестать улыбаться.

— Это и есть угроза, — хмыкнул Кир. — Ишь, расслабились! Даже НПС так не халявят.

— Вы… желаете питаться также, как придворные слуги? — молодой повар, сидящий в углу, чуть дар речи не потерял.

— Я буду есть то, что хочу. Когда захочу. И где захочу. А теперь за работу! Позовете меня, когда порция для Элиара будет готова. Я отнесу ее лично.

Кир подхватил еще несколько прилюбившихся ему фруктов, и первым покинул помещение, оставив несчастных верданов наедине со своим шоком.

Стоило им отойти подальше, Вейна выскользнула из тени колонны, направившись в противоположную сторону.

— Ты был слишком груб, — Стелла заговорила, стоило попасть в коридор. — Пусть ты принц, поведение хамское.

— Спасибо, я старался, — Кир откусил от второго «яблока».

— Ты им в кошмарах сниться будешь, — Тейдан сдержал легкий смешок. — Но, должен признать, харизмы тебе не занимать.

— О, да я просто верховный жрец собственной важности! — Кир театрально вздернул нос. — Ты просто не представляешь с какими чувырлами мне приходилось сталкиваться на международных чемпионатах. Там даже неприличных слов становится мало. Чтоб они чихнули и забыли, на чем остановились в сериале! — Эфрон скорчил лицо, полное ненависти ко всем своим противникам. По крайней мере, он представил, что выглядел крайне устрашающе.

«Осталось убедить Элиара питаться по новому меню», — Люмирен вернул Кира с небес на землю одним напоминанием, из-за чего он скочевряжился в непреодолимой жалости к самому себя.

— Ты будто кислум съел, — хихикнула Стелла. — Что случилось?

— Я не знаю, что такое кислум, но, думаю, нечто похожее на лимон, — Кир вздохнул. — Заставить Элиара есть — не проблема. На крайняк выбью ему передние зубы и заставлю жрать через трубочку, но жить он будет. А стоматолог просто озолотиться.

— Если меня когда-нибудь спросят, кто самое доброе разумное существо во вселенной, я уверенно скажу, что это ты, — Тейдан тихо посмеялся. Стелла покосилась на него с долей непонимания, и отозвалась с долей раздражения:

— Он добр точно также, как араксы.

— Я вне контекста, — напомнил Кир.

— Это самая опасная раса во Вселенной. Они… Как неизбежное зло, — Стелла нервно сглотнула. — Шпионаж, подкуп. Они везде. В любой системе, на любой планете. Нет ни одного секрета, который не был известен им. Араксы не оставляют следов. Их агенты вживаются в общество на десятилетия… Если нужно кого-то убрать — обращаются к ним. Тихая работа без шума, подстроенные обстоятельства… — Ар-Вин провела ладонью по плечу, когда по коже пробежали мурашки.

— О как, — хмыкнул Кир. — Сочту за комплемент, — он демонстративно откусил от фрукта, и, ускорив шаг, повел товарищей по прямым указаниям Люмирена.

Тейдан промолчал, как и Стелла. Он лишь заложил руки за спину, последовав за Эфроном.

Вернувшись в свои покои, Кир плюхнулся в кресло. Нормальное, компьютерное кресло, которое попросил ему привезти в чате со слугами. Оставив на столе фрукты, он взмахнул кистью, активируя экраны. Отчеты смотрели на него огромным количеством букв, из-за чего хотелось вернуться домой еще сильнее.

— И каков план действий? — Тейдан присел на край стола, полностью проигнорировав стул неподалеку. Он, сложив руки на груди, внимательно наблюдал за самым обычным парнем. Настолько обычным, что в голове не укладывалось, каким образом ему удалось не только не поддаться панике, но и всю правящую семью заставить плясать под свою дудку. — Сильно сомневаюсь, что Дарион позволит тебе взять корабль. Особенно для помощи мне.

— Верно, ты действительно враг номер один, — беспечно отозвался Кир. — Однако, спасение братца пойдет на пользу. Он убедится, что ты, вообще-то, был прав. Хотя бы частично. Мы толком не докажем, что еда влияет на продолжительность жизни без практической демонстрации. Да и фиг бы с этим.

— Но что нам это дает? — Стелла как раз заняла стул, недалеко от стены.

— Разберусь по ходу. Сейчас мне нужно получить доступ к документам, а для этого — дождаться, пока батя перебесится. Не хочу под горячую руку лезть, поэтому чутка выжду, — Кир доел фрукт. За неимением мусорки рядом пришлось оставить огрызок на столешнице. — Если аристократы здесь действительно воду мутят, то этот придурошный, Кириан, то бишь, сто процентов стал их пешкой. Эдакий удобный мальчик, которым все пользовались.

— От него вряд ли бы избавились ввиду полезности.

— Именно поэтому я полагаю, что Кириан все еще жив, иначе, — Кир провел пальцем горизонтально своей шее, — мое возвращение навело бы на аристократов ужас. Если он пропал даже для них — ужас хотя бы не будет вонять.

— Иногда твои слова перегружают мой центр обработки информации, — Люмирен взлетел прямо из сенсорной панели стола, вызвав тихий вздох со стороны Тейдана. Кир же и бровью не повел. Судя по его уставшему лицу, он вообще уже ничего не хотел и ни на что не собирался реагировать.

— В общем, — продолжил Эфрон. — Посмотреть бы на все эти НПСишные лица да экскурс краткий получить. Думаю, невестушка моя уж точно всех знает. Вот пусть и объяснит своему тупому благоверному. На этот раз уж точно запомню. Пошлю ей уведомленице, пусть на следующем Совете Лордов со мной посидит. Мало ли, польза какая от нее будет, — он повернул голову в сторону полупрозрачного товарища. — Посмотрим, как они будут себя вести. Кто психует, тот и виноват. Слишком спокойные тоже подозрительные. Они обычно всегда слепо уверены в безнаказанности и собственной неприкасаемости. Разумеется, особое внимание обращу на тех товарищей, которых «родителям» назвал.

— Я выясню насчет них все, что смогу, — заверил Тейдан.

— Каким образом? — Стелла свела брови к переносице. — Ты здесь такой же чужак, как и я.

— У меня свои методы и я не обязан о них отчитываться.

— Если хотите ругаться, делайте это в другой комнате и подальше от моих ушей, — Кир придвинулся ближе к столу. — Вы все должны выяснить что-нибудь о них, и не важно, какими методами. Мне все равно. Просто соберите как можно больше информации. Сами понимаете, если я буду ходить и всех допрашивать, это будет странно. А теперь, пожалуйста, оставьте меня наедине с документами. У меня с ними сейчас такой восемнадцать плюс будет… Аж мозг заранее болит.

Когда обед для Элиара был готов, Кир прошелся по кухне с таким видом, словно под его ногами должны валяться все повара. Он оценивающе осмотрел каждое блюдо, проверил по запаху и вкусу. Бросив скептичное «сойдет», забрал поднос и ушел, оставив несчастных сотрудников с бледными от ужаса лицами и полнейшей неспособностью работать.

Кир вошел в покои наследного принца вместо служанки, и торжественно водрузил поднос на тумбу близ кровати. Элиар вопросительно окинул взглядом принесенное нечто жижеобразного состояния, а затем подозрительно довольного брата.

— Это что?

— Все, как доктор прописал: пюрешка с прокрученным мясом и потертыми овощами, — Кир зачерпнул ложкой содержимое тарелки, поднося ложку ко рту ошарашенного парня.

— Подожди, — Элиар подался назад настолько, насколько мог. Он вжался в подушки, будто его собирались пытать, а не кормить. — Ты предлагаешь мне питаться едой простолюдинов?

— Да. По крайней мере всю неделю есть ты будешь именно это. Никаких гелей, ароматов и прочей лабуды.

— Смерти моей хочешь? — с ужасом спросил тот. — Так подожди немного, сам умру. Не сживай меня со свету раньше времени.

— Я наоборот пытаюсь удержать тебя здесь как можно дольше, — Кир бросил ложку обратно в тарелку с долей раздражения. — Тебе не хватает витаминов, содержащихся в «еде простолюдинов», поэтому ты и умираешь.

— Бред, это…

— Это правда, — тон Кира прозвучал жестче. — И ты прекрасно видишь изменения во мне спустя двадцать дней отсутствия. Я питался подобной едой, и, как видишь, умирать не собираюсь. Поэтому, — он снова подхватил ложку, поднося к губам Элиара практически вплотную, — как говорила моя горячо любимая бабуля: жри что дают.

— Ты не… — стоило парню только открыть рот, Кир запихнул в него ложку, еще и ладонью под нижнюю челюсть после хлопнул, чтобы тот не выплюнул пюре.

Элиар чуть не подавился, но проглотил непонятную ему субстанцию. Он кашлянул пару раз и коснулся запястьем губ, вытирая остатки еды.

— С ума сошел?! — его голос прозвучал уж слишком жалобно, отчего у Кира случился неконтролируемый закат глаз. — Родители вообще в курсе, что ты устроил?!

— Да, и отец одобрил мою идею. Всего неделя, и тебе станет лучше. Вот увидишь. Потерпи немного, братец, — Кир зачерпнул в ложку протертое мясо. — Привыкнешь быстро, и больше ничего другого есть не сможешь.

— Подобная еда насыщает желудок, но не дух… — с долей отвращения произнес Элиар. Он медленно привстал, с большим трудом садясь чтобы больше не давиться.

— Да-да, я и так вижу, как ты святым духом сыт. Жуй молча, — Кир протянул ему ложку.

— Я в состоянии есть сам, — Элиар забрал у него поднос и столовые приборы. Он покосился на коричневую субстанцию с долей отвращения. Помедлил, словно прикидывая шансы на побег, и все же отправил ложку в рот. Сморщился, будто ему лимон дали. Следом съел пюре. Попробовал перетертые овощи.

Кир наблюдал за тем, как парень ест. Причем судя по его недовольному виду, без надзирателя в лице младшего брата все содержимое тарелок полетит в мусорку тотчас. Он наблюдал за каждым движением Элиара. Держать ложку для него была целая история. Исхудавшая рука сильно дрожала всякий раз, с трудом отрываясь от подноса. Но юноша продолжал проявлять самостоятельность где не следовало.

— А что твоя солари? — спросил Кир, прервав тишину.

Элиар медленно поднял взгляд на брата.

— Странный вопрос.

— Вовсе нет. Она вторая после родителей, кто должен быть в курсе о твоем состоянии.

— Кириан, не смешно, — Элиар оставил ложку в тарелке, опустевшей наполовину. — Поиздеваться решил? Будто одного питания недостаточно.

— Ты же знаешь, что я никогда так не сделаю, — Кир немного напрягся. Люмирен молчал, значит, информацию никакую не нашел. Или ее попросту нет. Он решил тыкнуть пальцем в небо, основываясь лишь на неоднозначной реакции парня. — Я имею ввиду, не приехала ли новая кандидатка за время моего отсутствия.

— Зари достаточно, — Элиар опустил взгляд на свои пальцы, больше похожие на кости, обтянутые кожей. — Ей в любом случае нельзя видеть меня в таком состоянии.

— Значит, я ничего такого уж важного не пропустил, — Кир натянул немного неуверенную улыбку. Пропустить-то как раз пропустил. Всю жизнь здесь, например. — «Срочно найти всю инфу на его солари и что с ней случилось, пока я не вызвал подозрений еще больше, чем уже мог».

«Данная задача в работе с первого момента упоминания», — отозвался Люмирен.

— Не назвал бы это настолько важным событием, — Элиар зачерпнул пюре и, преодолевая стойкое желание выплюнуть это все, взял в рот. — Ты когда ушел… Вот такое же ел?

— По составу да, но в другом виде. У меня есть зубы, в отличие от некоторых, — Кир, поняв, что ляпнул лишнего, кашлянул. — Я имел ввиду, что ел твердую пищу. Хочешь жить — умей вертеться. Как уж получилось, собственно. Традиции, конечно, уважать нужно и прочее, но не стоит впадать в маразм и доводить себя до состояния… Такого.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — Элиар с трудом проглотил очередную порцию с ложки. Он взялся за стакан с простой водой. Рука сильно дрогнула, и хрустальное дно звонко ударило по подносу из неизвестного Киру материала, похожего на легкую керамику. Юноша перехватил граненую посудину, и поднес к губам наследного принца, помогая ему сделать глоток. Тот придержал стакан, но не пытался взять его полностью.

— Давай рассуждать логически. Какая продолжительность жизни у аристократов?

— Сорок-пятьдесят циклов…

— А у простолюдинов?

— Ну… — он задумался. — Не знаю. Около семидесяти? Если речь не про нижние уровни. Зависит от места жительства и работы.

— Все хотят жить. Как можно дольше и лучше. Так, скажи мне, почему же аристократы, да и правящая семья, смирилась с непродолжительностью жизни? Почему им не все равно, что простые верданы живут дольше?

Элиар поднял взгляд на Кира. Своего любимого младшего брата, который никогда не задавал неудобных вопросов и всегда делал то, что ему говорили. Ничем не интересовался, никогда не пытался вникнуть хоть во что-то. И сейчас этот вердан смотрел на него настолько внимательно, что у него слова в горле застряли.

— Говоришь так, будто не знаешь про Доктрину… — выдохнул Элиар, опуская взгляд в тарелку. — Давай просто… Не возвращаться к этой теме, ладно? Я не понимаю, к чему ты клонишь. Ты, в принципе, стал вести себя слишком странно после возвращения. Неужели на нижних уровнях действительно происходит нечто настолько странное?

— Ты слишком слаб для подобных историй, — Кир поставил стакан на поднос. — Жуй и поправляйся. Я не могу постоянно тебя контролировать, поэтому в слуг не плюйся и воспринимай еду как лекарства, а не лекарства как еду.

«Люми, выясни заодно про Предание и что происходит на этих чертовых нижних уровнях».

«Уже в работе».

— Меня умиляет твое рвение мне помочь, правда, — Элиар повернул голову в сторону Кира. — Спасибо. Ты продолжал верить в меня даже когда родители окончательно отчаялись…

— Не говори так, словно прощаешься, — Кир хотел похлопать его по плечу, как всегда поддерживал друзей, но не рискнул: уж слишком тот хлипко сидел. Трогать лишний раз боязно. — Вот удивишь, скоро легче станет. Потом и зубы восстановишь, тогда-то я покажу, какую еду ел. Уверен, тебе понравится.

— Не уверен, что повара с таким справятся, — его уголки губ приподнялись в вымученной полуулыбке.

— Я их научу, — Кир поднялся с кровати. — Ладно, мне пора. А то документы сами себя не прочитают. Зари тебя докормит тогда. И не плюйся в нее!

— Да иди ты уже, — с легким смешком отозвался Элиар. — Никогда не видел у тебя такого рвения работать…

— Чего только не сделаешь ради себя любимого, — Кир драматично провел пальцами по своей щеке. Он покинул комнату быстрее, чем Элиар успел задать вопросы. А ему, в принципе, уже и спрашивать особо не хотелось.

— Шицы, — Тейдан стоял на балконе, выходящем в сторону подножья горы. Там, на множество километров вперед, растеклось огромное зеленое море бесконечных деревьев, тянущихся до самого горизонта.

— Господин, — прямо перед ним появилась девушка, склонив голову.

— Узнай все, что можешь, про лорда Маландрия, Клан Теней и Дом Серебряного Листа. Также мне нужно больше информации на всю верданскую аристократию в целом, — Тейдан продолжал наблюдать за облаками, дымкой стелющимися над острыми верхушками деревьев.

— Господин, прошу прощения за дерзость, — Шицы распрямила спину и позволила себе взглянуть на юношу. Его спокойное лицо как всегда оставалось непроницаемым. Слишком отстраненным от мирских забот, и погруженным в великие думы о миллиардах жизней. Он уже давно не смотрел на нее. С того самого дня. Но в те редкие моменты, когда пронизывающий взгляд падал в сторону ныне верной служанки, сердце замирало, а по коже бежали мурашки.

Тейдан ничего не ответил.

— Ваше пребывание здесь усугубляет ситуацию. Если Вы не вернетесь в ближайшее время, боюсь, подчиненные…

— Шицы, — ровный тон юноши отрезал всякое желание перечить. Он медленно перевел взгляд на подчиненную. — Мои подчиненные слишком трусливы для бунта и чрезмерно глупы для обсуждения меня за спиной. Что бы они ни говорили, тебе пора привыкнуть к пустоте всех высказываний.

— Я уже наказала болтунов в назидание другим.

Тейдан отвернулся, вновь устремив взгляд в сторону непоколебимо стоящего леса.

Шицы так и не поняла, одобрил тот ее самовольство или, наоборот, рассердился. Она, не теряя самообладания, продолжила:

— Не логичнее было бы забрать Кира с собой? Искреннее желание передачи Ключа реально инсценировать. Я справлюсь.

— Нет, — отрезал Фэрроу. — Есть шанс перемещения Ключа к другому Носителю, и нам придется снова искать его по всей Вселенной. Кир не просто несведущий мальчишка… — он оторвал спину от стены, и, сделав несколько размеренных шагов вперед, оперся ладонями о высокие, широкие белоснежные перилла, вырезанные в форме морских волн. — Его неосведомленность о космосе и иных планетах компенсируется умением находить выход из любой ситуации. Я никогда ранее не встречал настолько удивительного стратега.

— Чем он настолько поразил Вас?

— Мы здесь третьи сутки, а он уже дергает за ниточки, управляя правящей семьей. Не зная о планете и местной расе абсолютно ничего, Кир умудрился вжиться в роль принца и активно пользуется своим положением, — Тейдан повернул голову в сторону Шицы, встречаясь с ней пронзительным взглядом. Таким, каким он всегда смотрел на своих врагов, которых ждет участь хуже смерти. — И его способности могут пригодится нам.

— Альтруист?

— Эгоист, — Тейдан повернулся, присаживаясь на край перилл. Положил ладонь на камень, не имеющий температуры. — И именно этот эгоизм ставит под угрозу всю местную аристократию. Ему нет дела до верданов, умирающего принца или пропадающих планет из-за Безликого Созерцателя. Он хочет домой, и на своем пути уничтожит всех, кто попадется ему под руку.

Шицы судорожно выдохнула. Стоило представить этого человека, становилось не по себе от самого факта его существования. Несмотря на возникший дискомфорт, внутри разгорелось необъяснимое обжигающее желание увидеть того, кто умудрился настолько мастерски использовать различные приемы манипуляций и психологии.

— Я узнаю всю необходимую информацию, — произнесла она через небольшую паузу. — Пожалуйста, будьте осторожны.

— Иди.

Стелла второй час без дела слонялась по замку. Сначала она была уверена, куда идет. А потом уже поняла, что уверенность осталась исключительно в собственной дезориентации. Самое печальное в отсутствии информации. Слуги попросту не знали ничего о знатных господах — не их дело, и что-либо выяснить пока не удалось.

Ар-Вин свернула в очередной коридор, и чуть не врезалась в девушку, куда-то стремительно несущуюся. Она встала, как вкопанная, уставившись на нее яркими, розовыми глазами.

— А ты еще кто? — Ярели окинула Стеллу с головы до ног. Глаз зацепился за темно-синее платье, идеально сидящее на стройной миниатюрной фигуре. И расшито оно было множеством драгоценных камней, ставших тысячами звезд на ночном небе.

— Стелла Ар-Вин, — преставилась та, натянув дежурную улыбку. Судя по описаниям Кира, перед ней предстала та самая невеста. И девушка уже морально приготовилась к скандалу. — Я новая личная служанка терейса.

Ярели еще раз скользнула взглядом по миниатюрному личику со здоровым цветом кожи, густым белоснежным волосам. И внутри закипел целый океан бушующей лавы.

— Та самая Стелла? — ее губы искривились в нервной ухмылке. — То есть, это с тобой он пропадал где-то двадцать дней?

— И с Тейданом, его охранником, — подтвердила Стелла, уже предчувствуя нарастающее напряжение.

— Будь со мной предельно честна, — Ярели сделала шаг вперед. — Ты его любовница? — она задала вопрос настолько спокойно, насколько могла.

— Что? — Стелла опешила. Невольно девушка представила, как Кир, вместо постоянной самоуверенно-нахальной интонации разговаривает с ней по-доброму. Мягко. Как будит по утрам, принося завтрак в постель. Как дарит камень с родной планеты и клянется в вечной верности… Ее лицо исказилось от смущения, непонимания и толики тревоги. — Нет! — она воскликнула слишком громко, отчего эхо разнеслось по коридору.

— Нет?! — Ярели взвизгнула. — Как смеешь мне врать?! В зеркало себя вообще видела?! Ты красивая, молодая, и постоянно рядом с ним! Мало того, что смеешь носить платье госпожи вместо одежды прислуги, еще и бесстыже выбрала именно такое! Неужели ты думаешь, что я настолько глупа?! Я, может, эмоциональна, но не дура! Ты правда решила, что, будучи финисом, заставишь Чье Слово — Основа понизить меня в статусе до кандидатки и снова пройти все эти испытания на роль будущей жены терейса?!

Стелла нервно улыбнулась, вспоминая, как Вейна принесла это платье. Как говорила нечто подобное… И оттого стало еще совестнее, что не рассказала обо всем Киру сразу же.

— Леди Ярели, я не…

— Не смей называть меня по имени! — выкрикнула Ярели. — Ты никто и ничто! Безродная девка с похищенной планеты! А я — его солари! Я! Мы связаны ритуалом! Мы связаны на уровне света! А ты… ты просто… просто…

Она задохнулась, не в силах подобрать слово.

— Леди Миннар, — Стелла попыталась говорить мягко, успокаивающе, как с ребенком. — Я не собираюсь никого уводить. Я не хочу занимать чье-то место. Я просто…

— Просто молчи! — Ярели развернулась, и ее платье взметнулось кроваво-лавандовым облаком. — Молчи, или я велю тебя вышвырнуть! Не смей приближаться к Кириану! Не смей на него смотреть!

Миннар бросилась вперед по коридору, и скрылась за ближайшим поворотом.

«И что это было? — Стелла шумно выдохнула. — Кир кого угодно доведет, а до могилы или триумфа — уже другой вопрос, но эта… Какой ужас. Она же сейчас ему истерику устроит! Если бы я только знала, куда идти…»

Ярели влетела в комнату, да так на пороге и замерла. Кир сидел за столом, поставив ступню без обуви на сидение компьютерного кресла, в то время как его богатое и красивое ютилось в углу. Голову положил на колено и с максимально сосредоточенным видом жевал… Самые обычные бутерброды. Вокруг него летали нефритовые пластины, которые тот иногда передвигал или смахивал документы с одного на другой.

Услышав шум со спины, Кир лениво повернул голову в сторону двери. Увидев там Ярели, он также размеренно вернулся к чтению отчетов.

— Когда ты научишься стучать — мир схлопнется, — он небрежно махнул пальцами, перемещая документ в папку «Подозрительная фигня».

— Я… — Ярели обомлела, не в силах и слова вымолвить. — Там…

— Я занят, — Кир оборвал ее без зазрения совести. — Говори быстрее или не мешай.

— Твоя служанка… — девушка быстро моргнула несколько раз. — Она вырядилась в господское платье с декольте. Ты видел? — голос Ярели практически дрожал. С большим трудом она заставляла себя говорить спокойно, просто потому что обещала ему не кричать.

— Видел. И? — Кир подхватил с тарелки недоеденный бутерброд, откусывая от него кусок.

— Она же финис, — продолжила девушка немного нервно. — Такая редкость. Она… Она совершенно точно метит в кандидатки!

«Кандидатки?» — Кир продолжил задумчиво жевать.

«Она имеет ввиду, что, до официальной церемонии обручения ты можешь потребовать новый отбор, — пояснил Люмирен. — Девушки — кандидатки в солари — будут проходить определенные испытания для получения баллов по разным критериям чтобы доказать свою пригодность на роль твоей будущей жены».

«И она-то прошла отбор? — Кир отпил немного чая. — Там же проверяют поведение, ум, сдержанность и прочие манеры?»

«Именно».

«Тц, она не умная, а шумная. Даже думает громко. Вот и прекрасный пример взяток».

— Отвечай! — Ярели сорвалась на визг, и Кир чуть не подавился чаем. Он сглотнул немного нервно, и обернулся к девушке. — Это правда?! Ты правда собрался назначить ее в кандидатки?!

Кир уставился на всклокоченную, практически рыдающую девушку с одним немым вопросом во взгляде: «Ты дура?»

— Ярели, — он произнес ее имя достаточно спокойно и, как той показалось, холодно. — То платье дал ей не я. Или ты думаешь, что мне есть дело до женских шмоток? Увы, я не модельер. Мне все равно, как она одета. Пусть хоть в наряде Евы ходит, лишь бы других не смущала. Стелла потеряла планету вместе со своей семьей, и я сильно сомневаюсь, что ей хочется замуж за терейса.

— Зато я не сомневаюсь! — Ярели шмыгнула носом и по ее щекам потекли горячие слезы. — Она ж-же крас-сивая! И-и…

— Хватит кричать, — он цокнул языком. — Ты мне компенсацию должна за моральный ущерб. Не знаю, там, тысячи роз к моим ногам? Конфеты? Феррари? Банальное извинение от всего Узора?

— Издеваться вздумал?!

— Чуть-чуть. Если ты сейчас не прекратишь истерить, — Кир угрожающе поднял руку с бутербродом, — я заставлю тебя это съесть.

Ярели моментально проглотила удушающий ком обиды, отшатнувшись назад.

— З-зачем ты… Ешь эту гадость? — она поджала дрожащие губы, стараясь держать себя в руках.

— Вовсе не гадость, а очень даже вкусные бутеры, — Кир дотянулся до миски с небольшими ягодами, напоминающими огромную чернику, и съел парочку. — В общем. Займись… Чем-нибудь. Чем ты там обычно занимаешься? Мне правда некогда, — он кивнул в сторону парящих пластин.

— Ладно, — Ярели шмыгнула носом. — Ты слишком изменился после нижних уровней… И я надеюсь, что это не станет проблемой для наших взаимоотношений. Я… Позже зайду, — Миннар поспешила покинуть помещение пока не наговорила глупостей.

Когда девушка вышла из комнаты, парень обессиленно распластался по креслу.

— Люми… Что, черт возьми, происходит на этих проклятых нижних уровнях?

Стены из полированного камня переливались перламутровым свечением, ловя отблески далеких звезд, проникающих сквозь кристаллические своды. От каждого легкого шага по полу разбегались серебряные паутинки переливающейся энергии, вмиг тонущей в густоте неизвестного материала.

Эл'Кайрэн Квел'Нор-Ран прекрасно знал, что опаздывает, но совершенно не торопился. Его широкие черно-фиолетовые одежды, расшитые туманностями, развивались от каждого легкого движения. Галактики рождались и умирали на складках ткани, повинуясь неведомым ритмам.

Он прошел через высокий стрельчатый проем, оказываясь внутри огромного зала, выполненного в форме ротонды: ее колонны уносились вверх до бесконечности в само космическое пространство. Стоило Эл'Кайрэну ступить на пол из полированного обсидиана, пятиметровые каменные двери закрылись за ним самостоятельно.

В самом центре, высоко над головой, парили кресла из чистейшего золота. Каждое из них удерживалось нитями энергии, уходящими в космическую бесконечность. Стоило сделать шаг выше, под ступней появилась полупрозрачная ступенька, и молодой мужчина, не теряя присущий ему грации, поднялся до своего места.

Марварон Мирранд-Ман, сидевший в кресле слева от Эл'Кайрэна, поднял посох и ударил им о пол. Звук от удара дерева, не знавшего ни огня, ни времени и помнящего рождение вселенной, разнеслось по залу.

— Собрание Архитекторов объявляю открытым, — произнес Марварон практически шепотом. Несмотря на это, слышали его абсолютно все четко и отчетливо. Черные глаза-щелочки скользнули по всем присутствующим, останавливаясь на самой важной фигуре среди присутствующих. В привычно-спокойном прищуре словно читалась просьба наконец-то взять на себя свои прямые обязанности.

Лиаран Аверисс поймал на себе его взгляд и слегка наклонил голову вбок. Он сидел в своем кресле с таким видом, словно нашел идеальный баланс между грацией и усталостью. И на спокойном лице не отражалась на одна эмоция.

— Давайте начнем, — стоило ему произнести слова одобрения, Марварон расслабил сутулые жилистые плечи. — Архитектор Теней, — мягкий голос юноши отразился от стен, ударив по ушам Эл'Кайрэна. Он подался вбок, подпирая голову ладонью. Длинные волосы цвета рассветных лучей соскользнули со струящейся широкой накидки, переливающейся от золотисто-персикового до глубокого фиолетового оттенка. — Прошу Вас.

Губы Эл'Кайрэна растянулись во всем привычной, мягкой полуулыбке, едва заметной, но хорошо ощутимой. Он повернул голову в сторону Архитектора Гармонии. Края парящей, не завязанной ленты, плотно прилегающей к глазам, взметнулись от легкого движения.

— Благодарю Совет за оперативность, — несмотря на размеренность и неспешность, в голосе молодого мужчины чувствовалась отчетливая насмешка. — Семь дней назад по стандарту галактического цикла[1] Безликий Созерцатель украл планету Вирон.

Меж креслами зажглось изображение целого флота, окружившего зелено-голубую планету. Картинка приблизилась к мостику, окруженному силовым полем. Там, в гордом одиночестве, стоял высокий мужчина. Его голову неизменно скрывал шлем из непробиваемого затемненного стекла, в котором отражался процесс телепортации планеты.

— Патрульный отряд Безгласных Клинков нес службу в секторе Актур-семь, — продолжил Эл'Кайрэн. — Стандартный облет по маршруту «Гамма-Девять». Всего два корабля. Они не смогли противостоять Созерцателю, но засняли процесс телепортации Вирона. К сожалению, телепортационный след отследить не получилось.

Лиаран чуть подался вперед, рассматривая изображение. Из-за смены положения и попадания света накидка отлила тревожным багрянцем, и на мгновение всем показалось, что его глаза теплого янтарного цвета сверкнули молочным оттенком.

— Кажется, он смотрит на нас, — тихо произнес Лиаран. Практически шутливо, словно тема собрания — пустяк. — Похоже, ему было совсем все равно, что его снимают.

— Ему всегда все равно, — отозвался Марварон все с таким же выверенном спокойствием. — В этом вся суть Созерцателя. Он наблюдает. Особенно за нашим бессилием…

— Одна жительница Вирона спаслась, — продолжил Эл'Кайрэн, не обращая внимания на коллег. — Стелла Ар-Вин, двадцать три цикла. Финис сферы Памяти. Состояла на службе у правителя страны Тэдор. Ковчег подобрал ее незадолго до появления Созерцателя.

Фьяра А'Шар, парившая над своим креслом в полуметре от сиденья, дернулась настолько резко, что люминесцентные нити, обвивающие тонкие руки, вспыхнули тревожным алым сиянием. Ее полупрозрачное тело синего оттенка на секунду стало едва различимым.

— Одна? — встревоженно прощебетала она. — А что с другими жителями? Они живы? Они умерли? Они также потеряны во Вселенной? А Безгласные Клинки? Они в порядке? Они пытались помешать Созерцателю? Мало того, что планету и жителей украли, Садовники Вечности потеряли ценную базу с удивительным климатом, флорой и фауной!

— Второй корабль, несмотря на прямой приказ не вмешиваться ввиду невозможности противостоять флоту, попытался остановить Созерцателя, — Эл'Кайрэн, словно игнорируя все волнение Архитектора Стихий, продолжил доклад. — Они попытались остановить происходящее, ринувшись в кольцо телепортационной активности… Капитан погиб от искажения. Пространство сложилось вокруг передней части корабля, как лист бумаги. От него не осталось ничего. Двое рядовых физически выжили, но их сознание повреждено.

— Повреждено? — переспросил Кхаш Торр. Он наклонился вперед, и в его мягких чертах появилось нечто, похожее на страх. Большие темно-карие глаза впились пустым взглядом в Эл'Кайрэна. — В каком смысле? Корпус Целителей оповещен?

— Понимаете ли, многоуважаемый Архитектор Жизни, — мягко произнес мужчина, — они видели то, что не должны были видеть. Момент телепортации. Как пространство сворачивается вокруг планеты, а время путается. Их сознание попыталось осмыслить происходящее и сломалось. Именно поэтому я был вынужден еще шесть лет назад отдать приказ не связываться с Созерцателем при подобных встречах.

— Они в лазарете? — Кхаш моментально поднялся со своего кресла, поправляя длинный белоснежный плащ, скрывающий под узким кроем худощавое тело.

— Да. Однако, сомневаюсь, что Вы сможете помочь им.

— Я хотя бы проверю их состояние.

— Конечно… После собрания.

Фьяра взлетела выше, и от резких движений туманная ткань ее платья, созданного из чистейшей энергии, разлетелось в стороны.

— И что же, мы просто будем сидеть и спокойно обсуждать чужие смерти?! — надрывно выкрикнула она. — Созерцатель украл целую планету! Снова! Сколько там было жителей?! Шесть миллиардов? Десять? Двадцать?! Шесть лет мы терпим его бесчинства, сидя в сердце Цитадели Предвечного Свода, и ничего не можем сделать! — она обвела всех горящими синими глазами с вертикальными зрачками, и в ее взгляде читалось такое отчаяние, что даже Цвирра Эр-Су-А, никогда не выражающая эмоций, чуть склонила голову.

— Семьдесят два миллиарда, — поправил Кхаш тихо. — На Вироне жило семьдесят два миллиарда разумных существ. Пятнадцать рас. Три из них — уникальные, не встречающиеся больше нигде в галактике. Выжившая Стелла Ар-Вин одна из них. Ее раса насчитывает всего три тысячи.

— Тем более! — бессильно рявкнула Фьяра. — Пока мы здесь спорим, они либо мертвы, либо… хуже! Намного хуже!

— Хуже? — Кхаш потер переносицу довольно плоского носа. — Что может быть хуже смерти?

— Быть у Созерцателя, — ответил Марварон, и в его древнем голосе прозвучала такая тоска, что все замолчали. — Архитектор Стихий права: в мире существую вещи, которые хуже смерти. И Созерцатель знает их все.

Цвирра, всегда больше напоминающая живую фарфоровую статую, повернула голову в сторону Эл'Кайрэна. Множество металлических колец на ее шее издали тихий скрежет. Она уставилась на Архитектора Теней светло-серыми глазами, лишенными зрачков и радужки.

— Щит Мысли окажет содействие в восстановлении ментального здоровья пострадавших Клинков, — Цвирра заговорила как всегда монотонно, без интонации. — Патруль засек Странника?

Эл'Кайрэн повернулся к ней. Улыбка стала чуть заметнее.

— Странник всегда приходит и уходит, когда ему заблагорассудится. Его связь с Созерцателем все еще не подтверждена.

— Телепортация вызывает пространственно-временные искажения, — Цвирра, словно моментально забыв о новой теме, вернулась к произошедшему: — Если пострадавшие смотрели в сторону моста главного корабля, из-за искажений могли увидеть лицо Созерцателя. После собрания необходимо провести очистку разума.

— Сейчас, — неожиданно резко произнес Шеор Квеллан, и все повернулись к нему. Архитектор Пространства сидел в своем кресле, прямой, как стрела. Причем практически буквально, ведь его длинная шея вытянулась вперед, и темно-карие глаза с вертикальными зрачками слабо светились. — Если мы будем ждать, станет поздно. Я немедленно направлю туда Часовых Бесконечности. Воронка, которую создал Созерцатель, оставила след: пространственно-временную аномалию. Невозможно переместить настолько большой объект в неизвестную точку Вселенной без подобных последствий. И последствия эти будут усугубляться, если мы ничего не сделаем.

— Аномалию? — губы Лиарана дрогнули в нервной полуулыбке. — Почему я впервые слышу об этом?

— Аномалии были слишком незначительными и на очных собраниях я не упоминал их: ликвидировать получалось моментально. Все есть в электронных отчетах.

Архитектор Гармонии, вот так легко пойманный на своем нежелании работать, вздохнул с долей разочарования.

— Сейчас ситуация совершенно иная, — на узком лице Шеора отобразилось беспокойство, а уставший Лиаран обращал внимание только на блеск его лысины на вытянутом черепе. — Чем больше Созерцатель использует ту технологию, тем больше аномалий она вызывает ввиду несовершенства сборки и масштабов. Если мы не ликвидируем аномалию за пятьдесят два часа, она поглотит соседнюю систему.

— Какую?

— Тор-Келан. Три обитаемые планеты. Двести миллиардов разумных жизней.

Фьяра пронеслась над головами товарищей белоснежной вспышкой, и, вернувшись на свое место, не утратила яркого сияния.

— И Вы молчали об этом?! — надрывно выкрикнула она.

— Я вычислял, — спокойно ответил Шеор. Кончики его длинных пальцев, лежащих на подлокотниках, сжали их с такой силой, что металлические накладки на плечах загудели. — Нам нужно закрыть разрыв пока точно никто не погиб.

— Точно здесь только то, что Странник не желает вмешиваться, — Кхаш провел пальцами по лицу, обросшему щетиной за несколько дней. — А он всегда лезет, куда не следует. Я боюсь, что мы столкнемся с ним в скором времени.

— Было бы неплохо, с учетом того, сколько столетий пытаемся поймать его, — беспечно отозвался Лиаран. — Впрочем, сейчас путешественник во времени — наименьшая из наших проблем.

— Быть может, — Эл'Кайрэн привлек к себе внимание, — Созерцатель просто хочет, чтобы мы обратили на него внимание?

В Зале Совета повисла тишина. Фьяра опустилась обратно в кресло. Туманное тело потускнело, став почти прозрачным. Люминесцентные нити обвили руки коконом, успокаиваясь.

— Даже если так, — ее пальцы коснулись локтей, — что будем делать?

— Для начала закроем разрыв, — Лиаран откинулся на широкую спинку кресла, закинув ногу на ногу. — Шеор, подготовь координаты. Цвирра, займись памятью выживших. Кхаш, осмотри их физически. Фьяра… постарайся не взорвать ничего раньше времени.

Фьяра фыркнула, но промолчала.

— Марварон, вспомни и найди все, что есть на Созерцателя. Каждое слово, каждую легенду. Эл'Кайрэн, — Архитектор Истины повернул голову в сторону мужчины. — Что с поисками Носителя?

— По имеющимся данным, Папурупуру Урн Да Шаран был последним Носителем. Его местоположение неизвестно. Он покинул «Ковчег» до прибытия Безгласных Клинков.

— Продолжай поиски, — юноша устало опустил веки. — Этот Ключ нужен слишком многим чтобы мы продолжали так рисковать…

Кир лениво поднял веки, уставившись в ребристый потолок, выпирающий из-за балдахина. Архитектуру собственной спальни он рассмотрел весьма подробно еще на пятую бессонную ночь, когда из-за головной боли не мог сомкнуть глаз. Или акклиматизация виновата, или документы. Определенно документы. Зато он теперь знал, что архитекторы питали слабость к барельефным изыскам и, видимо, считали, что, чем больше красот над головой, тем величественнее обстановка.

Он не успел понять, когда прошла целая неделя. С утра и до вечера приходилось сидеть за столом, разгребая документ за документом. На совместную трапезу Эфрон предпочитал не спускаться дабы не хлебать странную жижу, а вот к братцу захаживал. В частности, чтобы недовольно посмотреть на него исподлобья и заставить есть одним весьма говорящим взглядом. А говорил тот: «Или ты ешь добровольно, или теряешь последние зубы».

Также приходилось вести журнал лечения Элиара. Ну, как сказать, вести? Наблюдать за его лечащим врачом, дрожащей рукой набирающим буквы на экране. Тот вообще пребывал в немом ужасе от происходящего, но перечить Кириану не смел. Как и все слуги.

— Этот день сведет меня с ума… — Кир устало опустил веки. Церемония еще не началась, зато он успел морально устать заранее.

— Еще ничего не произошло, — напомнил Люмирен. — Волнуешься?

— За свою голову? — Кир перевел взгляд на своего вездесущего задолбатора. — Определенно. Хочется, знаешь, чтобы она на шее оставалась. Где ей и положено быть, а не валялась где-нибудь в трофейной коллекции любителя экзотических видов.

— Тебе предстоит выйти на ту платформу с семьей. Предстать перед народом…

— Если бы у меня была боязнь публики, ты бы подлил масла в огонь, — Кир лениво потянулся, и позвоночник громко хрустнул. — Я привык, нормально.

— Дома тебя приветствовал народ? — Люмирен вопросительно выгнул бровь. Явно у Эфрона научился.

— Не, я ж не шишка вселенского масштаба, — хмыкнул Кир. — Я геймер. Играю в игры, а люди смотрят, как я их прохожу. Стримы, турниры, прямые эфиры… Куча часов перед камерой — и ничего, не рассыпался. Толпы фанатов на автограф-сессиях, крики, плакаты. Все как тут, только без корон и магических проекций. Масштабы другие, а суть — та же хрень, просто в более дорогой упаковке.

— Но это не игра.

— Да, это дурдом, и я в эпицентре психоза, — Кир сунул ноги в тапочки, лениво прошлепав мимо Люмирена и демонстративно хлопнув дверью в ванную комнату.

Вэйс остался в гордом одиночестве. Он прошелся по комнате и остановился у окна. Ему нравилось рассматривать пейзажи другой планеты: верхний уровень города, уходящий вдаль, башни из светлого камня, сады, парящие мосты. Система сканировала архитектуру, сравнивала с базами данных, отмечала сходства и различия. Приятный процесс.

Раздался шуршащий звук двери.

— А психованный где? — Стелла по-свойски вошла в комнату «господина». Если бы другие слуги видели ее наглость, давно бы в обморок попадали.

— Психует в ванной комнате, — без тени улыбки на лице ответил Люмирен.

— Прекрати, — с долей омерзения произнесла та. — Не пытайся шутить, выглядит отвратительно.

Люмирен промолчал. Оповещение о системной ошибке эмоционального модуля снова развернулось перед глазами, и тот дернул головой, отклоняя предложение внутренней программы провести форматирование.

Стелла отодвинула кресло от рабочего стола юноши, и повернулась в сторону притихшего собеседника.

— Выяснил что-то про нижние уровни? — она поинтересовалась уже куда более мягким тоном. Словно ничего не было.

— Никакой подозрительной информации не обнаружено, — Люмирен отозвался тише обычного. — Нет оснований считать нижние уровни зоной повышенной преступности или безработицы. Криминогенная обстановка в пределах статистической погрешности.

— Странно, — девушка постукивала пальцем по краю стола. — Тогда почему о них говорят так, словно там происходит нечто ужасное?

— Лучший способ узнать — проверить лично, — Тейдан, прислонившись спиной к прохладному стеклу, стоял напротив балкона.

Стелла вздрогнула так сильно, что кресло скрипнуло. Она схватилась за сердце, больно ударившееся о грудную клетку.

— Напугал! — Ар-Вин сдавленно сглотнула. — Давно ты там стоишь?

— Я пришел еще до пробуждения Кира, — Тейдан наклонил голову вбок, и темные пряди прикрыли аккуратные брови. — Мы здесь уже неделю, но ни разу не покидали пределов Акрополя. Я вообще не видел, чтобы хоть кто-то спускался с горы. Все продукты привозят на специальных подъемниках или с помощью телепортационных систем. Площадь, где пройдет мероприятие, находится по ту сторону садов, где верхние уровни ближе всего к территории Акрополя.

— Тысячи проецирующих экранов будут показывать правящую семью, — задумчиво произнесла Стелла, подперев ладонью голову. — Не будет ли проблем?

— Не должно, — Люмирен пробежался взглядом по обоим, фиксируя показатели. Стелла: тревожность на семьдесят два процента выше базовой. Тейдан: всего на восемнадцать. — Я интегрируюсь в систему и проконтролирую, чтобы экраны передавали проекцию Элиара без помех. Никто не заметит подмены.

— Главное ничего не сломай, — буркнула Стелла.

— Хорош его буллить, — Кир прошел мимо своего стола, вытирая влажные волосы полотенцем. — То же мне, главный газлайтер Этериона. Ты ему еще скажи, что он недостаточно эмоционально вовлечен в процесс. Ой, погоди-ка… — он без зазрения совести бросил влажную вещицу на край кровати.

Стелла изумленно вскинула брови, впервые увидев юношу в одном нижнем белье. Между прочим, держащимся исключительно на наглости его владельца. И резинке, пожалуй.

Она скользнула взглядом вслед за каплями, сорвавшимися с его влажных волос. Прекрасно зная еще из своих родных краев о внешнем виде любителей игр, она определенно точно не ожидала увидеть сильные плечи, широкую грудную клетку с рельефом, мышцы пресса… Его фигура выглядела так, словно Кир не просто сидел за компьютером целыми днями, а регулярно посещал спортзал.

Стелла обратила внимание на жилистые предплечья с перекатывающимися под кожей сухожилиями, длинные и аккуратные пальцы, как у музыканта клавишных инструментов. И он называл себя геймером. Невольно почудилось, словно турниры тот выигрывал путем избиения своих противников клавиатурой. Или одним суровым видом, с которым ходил по коридорам Акрополя. Посмотришь — жить не хочется.

Стелла вдруг осознала, что просто бесстыже пялится на него. Не отрываясь. Еще и губы разомкнув, совсем уж чтобы потом со стыда умереть.

— Чего смотришь? — Кир повернулся корпусом в сторону Стеллы, совершенно не смущаясь. Еще и ухмылку самодовольную натянул. — Я, конечно, хорош, но можно же и поменьше энтузиазма.

— Да больно ты мне нужен! — выпалила Стелла слишком быстро и торопливо, отчего голос сделался совсем тоненьким. Она тут же отвернулась к окну, скрестив руки на груди, и уставилась в стекло с таким видом, будто за ним происходило нечто невероятное: рождение галактики, битва божеств, или хотя бы конец времен. Но там светлело просто небо. Стелла отчетливо чувствовала, как румянец ползет вверх, заливая все лицо, и ничего не могла с этим сделать.

«Нормально, — суетливо думала она. — Все нормально. Я просто не ожидала! Да кто вообще мог ожидать, что этот вечно недовольный, агрессивный задрот компьютерный… Кошмар какой!»

Она украдкой бросила еще один взгляд. Быстрый и почти незаметный. Кир давно был занят копанием в шкафу, полностью забыв про девушку. Стелла уставилась в его широкую спину с рельефами мышц, и моментально отвернулась обратно.

«Милостивый Мировой Порядок! Стыд-то какой, — Ар-Вин накрыла ладонью алеющее лицо. — Чувствую себя самой последней дурой. А я, между прочим, через столько сложностей прошла! Да как вообще могла выйти из строя просто из-за какого-то самозванца шкодливого?!»

Люмирен молча зафиксировал изменения, продолжая наблюдать за Стеллой: пульс плюс сорок два процента. Температура кожи лица: плюс два градуса. Зрачки: расширены на шесть миллиметров. Уровень смущения: за пределами измеримой шкалы. Он не стал комментировать дабы не нарваться на новую волну лютого негодования.

Тейдан, так и не сменив положения, едва заметно усмехнулся. Только уголок губ дернулся.

— Ладно, — Кир, совершенно не обращая внимания на произведенный эффект, вытащил из шкафа ворох ткани. — Переодеваться пора. Опоздать на свой собственный спектакль было бы весьма печально. Народ соберется, помахать мне захотят. Неловко как-то перед фанатами.

Кир натянул рубашку, сотканную переливающегося материала, украшенную множеством тончайших серебряных нитей. Высокий не смыкающийся воротник-стойка застегивался в районе ключиц на брошь в виде фиолетового ромба в оправе из белого золота. Юноша заправил ее в строгие темно-фиолетовые брюки с высокой посадкой, закрывающие плотной тканью талию.

Сверху небрежно накинул белоснежный камзол с вкраплениями фиолетовых нитей-узоров. Кир провел пальцами вниз по его краям, выполненным из широкого сиреневого мерцающего материала. Они не сходились на груди, оставляя открытыми серебряные узоры на рубашке.

Следом — бело-серебристая мантия длиной до пят, закрывающая собой плечи. От одного края до другого тянулась цепь из белого золота, а каждое движение юноши сопровождалось блеском тысяч мелких драгоценных камней, разбросанных по ткани. И похожи они были на бриллианты.

Больше всего в местной одежде Кира нравилась ее удивительная особенность менять размер. Иначе ему бы пришлось ютиться в костюме, не подходящем ему минимум на десять сантиметров в росте.

Последним элементам стала корона из тончайших переплетений белого золота и серебра. В каждом завитке красовались фиолетовые камни, между ними — бриллиантовая россыпь.

— Я будто из визуальной новеллы вылез, — Кир поправил корону. — М-да… Одни стразы. Только перьев не хватает и можно на эстраду, — юноша вздохнул с долей раздражения. Тем не менее, он не мог не признать: выглядел просто шикарно. — Впрочем, на павлина я похож больше…

— Что такое павлин? — спросил Люмирен, открывая строку записи.

— Птица такая, — Кир повернулся, накидка взметнулась следом. — Красивая очень, с большим ярким хвостом. Зато орет неимоверно отвратительно, будто кто-то отдавил ей лапу асфальтирующим катком.

— Какую точную, однако, характеристику ты себе дал, — Стелла тихо рассмеялась. На щеках все еще чувствовался румянец, зато голос уже звучал почти нормально.

— Это ты не слышала еще, как я ору, — Кир улыбнулся. На удивление, не саркастически, а вполне себе дружелюбно. Что ему совершенно несвойственно: оскал у него обычно отменный. А от этой улыбки у Стеллы внутри что-то перевернулось. — Когда я проигрываю в соревнованиях, соседи стучат по батареям. А когда выигрываю — тоже стучат, но для меня это уже звуки победного марша. Просто от радости я ору еще громче.

Он еще раз бросил на себя взгляд в зеркало. Пошутил бы, что выглядит как принц, если бы действительно не был принцем. И от этого как-то совсем не смешно становилось.

— Кстати, — Кир бросил взгляд на девушку, сидящую в его кресле. В том самом платье, притягивающем взгляд многих слуг. — Что за история с платьем?

— Ой, это… — Стелла отвела взгляд. — Вейна ко мне заходила и принесла это платье, — она поправила ткань на плечах, словно стараясь скрыть вырез. — Как и Ярели, говорила что-то о том, что терон может разрешить брак с представителем другой планеты если ветка этой семьи не будет претендовать на трон…

— Без меня меня женили, понятно, — Кир ответил с абсолютным безразличием. — Вы там со своими любовными интригами как-то разберитесь сами, лады? Я слишком занят чтобы еще и об этом голова болела. Этот фанатский шипп каноном определенно не станет.

Тейдан издал тихий звук, похожий на кряканье хриплого гуся. Он поспешно отвернулся, хотя особо не пытался скрыть улыбку.

— В общем, я пошел мучится, а тут… Не разнесите мне комнату за время отсутствия, — Кир направился к дверям быстрым шагом. Мантия струилась за ним невесомым шлейфом, сверкая в солнечных лучах.

— И, Люмирен, — голос его стал серьезным. — Если хоть один экран покажет мою рожу крупным планом в тот момент, когда я споткнусь, чихну или буду выглядеть как полный идиот — я тебя лично отформатирую.

— Принято к сведению, — без особого понимания посыла ответил Люмирен. — Проведу дополнительную диагностику систем проецирования.

— Вот и славно, — Кир перевел взгляд на Стеллу и Тейдана. — А вы будьте наготове. Если что-то пойдет не так, а что-то всегда идет не так, — это закон подлости, мне понадобится, чтобы мою коронованную задницу было кому прикрыть.

Стоило Киру покинуть комнату, Стелла выдохнула с долей облегчения.

— У него потрясающие… — сорвалось с ее губ, и она тут же осеклась, — чувство стиля. Потрясающее чувство стиля.

— Конечно, — Тейдан натянул немного издевательскую улыбку. — Именно чувство стиля ты так пристально разглядывала.

— Я не… — Стелла отвела взгляд. — Просто заткнись.

— Я ничего и не сказал.

— Зато ты подумал!

— А ты мысли мои не читай, вдруг там есть что-то куда более неприличное, чем нагота Кира и твое бесстыдство.

— Замолчи! — Стелла подорвалась с места, пихнув его в плечо больше шутливо, нежели серьезно. — Дурак! Лучше бы за собой следил!

— За собой? — Тейдан позволил девушке порыв дурачества, просто наблюдая за мелкими, слабыми ударами по своему плечу и груди. — За тобой наблюдать интереснее. У тебя вон, платье какое красивое… И ты хотя бы одета.

— Замолчи-и-и, — взвыла Стелла, бессильно опуская руку и отворачиваясь. — Просто сделаем вид, что ничего не было! Надо сосредоточится на важных вещах!

Люмирен тихо наблюдал за происходящем. Его эмоциональный модуль оповещал об ошибке, а анализ происходящего раз за разом отказывался выполнить проверку состояния друзей.

— Стоит держаться ближе к Киру, — Люмирен заговорил, переводя тему. — Пора идти.

Кир вышагивал по светлому полу с таким видом, словно важнее его нет во всей вселенной. Он прошел мимо высокой колонны, увитой каменными лианами, с непревзойденной верой в собственную память. Коридоры здесь были похожи друг на друга как близнецы, из-за чего заблудиться — легче легкого. Всего один шаг, и пространство вокруг перестало существовать. Словно кто-то выдернул провод из сети, из-за чего монитор мгновенно отключился.

— Да жеваная ты таблица вероятностей, — сорвалось с его губ вперед осознания происходящего.

Кир бегло осмотрелся: всепоглощающая темнота окружала со всех сторон, не имя ни стен, ни пола. На чем именно стоял — не представлял, да и желания заниматься дополнительными мыслительными процессами совершенно не возникло.

— Эй, вы! — громко крикнул Кир в пустоту. — А ну верните меня обратно! Да что это за инопланетное издевательство?! Вам всем по приколу что ли швырять меня туда-сюда?! Я вам не попрыгунчик!

Юноша вскинул голову, упершись взглядом в огромное золотое небо, состоящее из миллиардов тончайших нитей. Они излучали мягкий свет, едва заметно пульсировающих в местах замысловатых переплетений. Узоры складывались в угадывающиеся спирали галактик, неведомые механизмы, давно несуществующие письмена, которые чип-переводчик не мог интерпретировать.

— НПС твоего за ногу, — Кир придержал корону, норовящую соскользнуть с головы. Невольно появилось странное ощущение, словно он заглянул за кулисы самого всего сущего.

Стоило опустить голову, Эфрон замер. Его окружали похожие нити. Тонкие, как паутинка, текущие из неоткуда в далекое никуда. Юноша сделал несколько шагов вперед, и конструкция, витающая вокруг, последовала за ним, оставляя Кира в центре. Он взмахнул рукой, касаясь кончиками пальцев нескольких нитей. Те моментально вспыхнули, отразившись в голове эхом былых времен: какой-то повседневный домашний разговор, который давно забыт. От звучания родных голосов в горле встал ком.

— Зря вы меня сюда притащили, — сквозь зубы прошипел Кир, уверенным шагом двинувшись вперед.

Чем дальше он шел, тем сильнее из пространства проступали очертания огромных кристаллов. Одни не превышали человеческого роста, другие уносились ввысь сотнями метров. Их медленные, почти незаметные движения, сопровождались низким гулом, напоминающим эхо органа.

— А если на голову упадут? — Кир взглянул на сияющие золотом глыбы, вырастающие из пространства прямо в воздухе. — Никакой системы безопасности. Риелтора бы сюда с камерой — озолотился бы до седьмого колена.

Тишина ответила ему гулким молчанием.

— Я, между прочим, на триумф собственной гениальности опаздываю! — крикнул он в пустоту. — Давайте как-то побыстрее решим все вопросы, ради которых меня без моего спроса и разрешения выдернули в дырку от бублика!

Тишина.

— Вы хоть представляете, сколько времени я потратил, чтобы нарядиться в этого павлина?! — он раскинул руки в стороны, из-за чего бриллианты на костюме отразили мягкий золотой свет. — Я сияю как, блин, звездная система! А накидку вообще могу использовать как парус, чтобы уплыть в закат к Едрене Фене от вас всех вместе взятых! Хотите сказать, я зря принял на себя роль новогодней елки?!

Кир шумно выдохнул, переводя дыхание. Глаз уже нервно дергался от происходящего.

— Или вам это прикольным кажется? «Ой, скучно что-то, а давайте выдернем рандомного мужика из реальности, ему точно понравится»!

Он поднял палец вверх, указывая в пульсирующее золотое небо.

— Я лично найду способ засунуть эту корону в самое неудобное место во всей вселенной! И плевать мне, кто вы там — боги, духи, глюки после бессонной ночи или магические черти, которым заняться нечем, кроме как дергать случайных прохожих! Я вас всех достану, причем во всех смыслах, если сейчас же никто не удосужится поднять свою ленивую задницу с трона из своего неподъемного эго и объяснить мне суть происходящего!

«Кир Эфрон».

Прозвучавший голос исходил из неоткуда и одновременно из всего окружающего пространства. Словно он был самим воздухом, окружавшим гостя. И состоял он из сотен тонов, слитых в один: древних и совсем юных, мягких и жестких. Говорил на языке, которого Кир никогда не слышал, но понимал каждое слово так, будто учил его всю жизнь и забыл, а теперь вспомнил.

Кир вздрогнул.

«Носитель Ключа. Избранный не по воле, а по стечению вероятностей. Случайность, ставшая необходимостью».

— Слышь, — Кир поморщился. — Можно без пафоса? А? Я, конечно, понимаю, вы тут существа древние, могущественные, все дела, но давайте ближе к сути. Пока все происходящее похоже на дешевый фэнтезийный роман для домохозяек.

«Ты был выдернут из течения реальности в моменте между двумя ударами сердца. Никто не заметит твоего отсутствия. Время здесь не властно над временем там».

— Удобно, — хмыкнул Кир. — Мне б такое местечко да перед сессиями… А предупредить нельзя было? СМСку скинуть? Ну или хоть голубя прислать на крайняк. Мол, «Кир, привет, мы тебя на пять минут похищаем, не волнуйся, мы хорошие». У вас что, даже функции «отправить уведомление» нет?

«Предупреждение нарушило бы чистоту эксперимента».

— Эксперимента? — Кир натянул недобрую ухмылку. — Я для вас эксперимент? Я человек с правом выбора и неприкосновенностью личности!

«Ты — Носитель. Это выше прав и свобод. Это — долг. И ты — первый землянин, призванный в Астральный Нексус».

— Замечательно, — Кир выдохнул, отреагировав намного спокойнее. — Но вот ведь незадача: я ничего не подписывал и никакого договора не заключал. Меня никто не спрашивал, хочу ли я быть Носителем, хочу ли я ключ, хочу ли я вообще ввязываться во всю эту вашу космическую мыльную оперу, — его голос прозвучал строже, при этом в нем чувствовалась горькая нотка усмешки и смиренности. — Я простой геймер, и вы это прекрасно знаете. Моя зона ответственности — не слить последнего босса, не упасть в лаву, не забыть сохраниться перед сложным моментом. А тут какие-то планеты, Ключи, Созерцатель и прочее мракобесие. Будто я сам стал героем одной из своих фэнтези-игр.

«Вероятности не случайны», — голос стал глубже, серьезнее. — «Они лишь кажутся такими тем, кто не видит всей картины. Кто смотрит на переплетение нитей с расстояния одной жизни. Но мы видим все с самого начала».

— Давайте без вот этого вот, — Кир отмахнулся. — Сейчас вы расскажете мне прекрасную историю о том, что все было предопределено, что судьба свела нужные звезды в нужный момент, что моя аллергия на горох — длань провидения, а мой чих — глас божий. Я такое в каждой второй игре слышал. И знаешь, что? В каждой второй игре это был просто сюжетный ленивец, чтобы не придумывать нормальное начало. Типичный избранный Марти Сью.

«Мы — Арк-Висы. Мы — глас Нексуса. Мы — закон, который не требует согласия. Мы хирурги реальности, диагносты сущностей, хранители равновесия между восемью Протоколами».

— Восемью Протоколами? — переспросил Кир, и в его голосе прозвучало нечто куда более расчетливое. — Сферы, не так ли?

«Сферы. Протоколы. Фундаментальные законы. Названия не важны. Важна суть. Твоя сущность была просканирована в момент первого контакта с ключом».

— Ближе к делу.

«Сегодня ты получишь свою Сферу и одну из ее ветвей. Сфера Статики — атака и защита. Ветви: кинетический удар, термика, электромагнетизм. Сфера Витальности — контроль над биологическими процессами. Ветви: исцеление, усиление, биоформа, некротическое прикосновение. Сфера Отражения — иллюзии через свет, звук и манипуляцию сознанием. Ветви: мираж, глушитель, искажение восприятия. Сфера Резонанса — власть над связями между объектами. Ветви: поиск следов, эмпатическая нить, ослабление связи, симпатическая передача. Сфера Потока — контроль над временем в ограниченной области. Ветви: ускорение, замедление. Сфера Памяти — работа с воспоминаниями людей, мест, предметов. Ветви: извлечение, наложение, наследие предмета, инстинкты предков. Сфера Хаоса — нарушение фундаментальных вероятностей мироздания. Ветви: сдвиг удачи, цепь случайностей, энтропийное прикосновение. Сфера Эссенции — работа с идентичностью. Ветви: чтение ауры, маскировка духа, кража идентичности, экстракция эссенции.

Таково правило Хранителя. Ни один Носитель ключа не может оставаться беззащитным. Ты — цель для тех, кто охотится за ключом. Каждый твой шаг под прицелом. Каждое твое дыхание — риск. Ты должен обладать силой, чтобы защитить себя».

— Это выбор без выбора? — уточнил Кир на всякий случай.

«Мы не можем заставить тебя принять дар. Но мы можем объяснить, почему его принятие — единственно разумное решение».

— Бесплатный сыр только в мышеловке, — напомнил Кир, припоминая все слова товарищей по поводу прохождения вивисекции души.

«Большинство погибает, но ты — Носитель, и твои шансы на выживание куда выше. Хранитель заинтересован в сохранности жизней Носителей. Каждая из Сфер — власть над фундаментальными законами реальности, и она необходима для выживания».

— Власть над реальность… — Кир повторил это слово медленно, задумчиво. — Пафосно звучит, — он сделал шаг вперед, заставляя золотые нити вокруг него содрогнуться и последовать за ним. — А теперь слушайте внимательно… — Эфрон произнес эти слова на полтона ниже, немного мягче, чем вызвал бы дискомфорт у любого собеседника, имеющего физическое тело. И более обширный спектр эмоций. Кир выдержал паузу, прежде чем четко произнести:

— Я отказываюсь.

Он стоял прямо, расправив плечи, слегка приподняв голову куда-то к сияющим нитям потолка. Бриллианты в короне блеснули от малейшего движения, словно напоминая, что сейчас стоящий здесь юноша — не обычный человек, а принц целой планеты.

«Что?»

Единственный вопрос отразился эхом в груди Кира, вызывая непреодолимое жгучее чувство чрезмерной гордости за самого себя.

— Не расслышали? — Кир чуть склонил голову, и усмешка тронула его губы. — Я отказываюсь от вашей инициации. От вашего подарочного набора «стань волшебником за пять минут». Мне не важно, как это называется. Оно мне не нужно.

«Это необходимость».

— Необходимость, — Кир скользнул взглядом по небесным узорам, словно пытался увидеть в них обладателя голоса, — это когда нет других вариантов. А у меня их очень, очень много.

Кир начал неспешно расхаживать по бесконечному залу без цели добраться куда-либо. Накидка струилась за ним серебряным шлейфом, искрясь в мягком золотом сиянии собственного Узора.

«Ты беззащитен. Любой среднестатистический обитатель Космоса убьет тебя за минуту».

— Серьезно? — он приподнял одну бровь. Кир давно привык, что, после подобной эмоции его противники на турнирах начинали бить по клавишам еще нервнее, сомневаясь в правильности своих действий. — Хватит. То же мне, бракованный манипулятор премиум-класса. Думаете, сила измеряется тем, умеешь ли ты кастовать заклинания? Швыряться фаерболами и молниями? Увы, разочарую вас и Зевса. Настоящая сила, — Эфрон медленно коснулся указательным пальцем головы, — здесь.

Не услышав ответ, его уголки губ приподнялись в легкой полуулыбке. Он скользнул пальцами по рукавам камзола, поправил манжеты.

— Настоящая сила заключается во владении информацией и умением ей распоряжаться. Вы действительно считаете, что я, один во Вселенной — причем, прошу заметить, буквально, — смогу выжить? Со Сферой или нет, с умением плести нити или без, — я умру.

Вы предлагаете мне магию и невиданные силы… Знаете, любой среднестатистический житель Земли согласился бы. Просто потому, что там все мечтают почувствовать себя гг любимого сериала. Но мне это не нужно.

Я прошел через сложнейшие турниры, через сильнейших противников, через ситуации, когда на кону стояла вся моя карьера. А от карьеры зависел заработок, ведь играть в игры — моя работа. И знаете, что? Я выигрывал. Без магии. Без Сфер. Без поддержки вселенной. Просто потому, что я — лучший.

«Самоуверенность никогда не доводила до добра».

— Я не склонен переоценивать себя, и всего лишь констатирую факт, — Кир небрежно махнул пальцами по плечу, поправляя накидку. — Я прекрасно знаю свои сильные и слабые стороны, пределы и возможности. И я скажу вам прямо, раз вы не понимаете: я тот, кто смотрит сверху на шахматную доску, — Кир взмахнул руками в стороны. Нити его Узора всколыхнулись, образуя прямо перед ним полупрозрачные фигуры, поставленные в позицию «мат».

— Я вижу все фигуры и знаю, какие у кого возможности хода, и к чему они приведут. Вы говорите, я беззащитен. Но посмотрите на меня, — он поднял руку, указывая на себя. На свою идеальную осанку, спокойное лицо и корону, сидящую на светлых волосах как влитая. Окружающий его сумрак словно впитывался в церемониальные одежды, окрашивая в темно-фиолетовый. — Я стою в центре вашего Нексуса, целый и невредимый. А уже неделя прошла с моего пребывания вне дома.

«Ты думаешь, что сможешь просчитать все? Сможешь избежать все возможные опасности и предугадать собственную смерть?»

— Думать и знать — разные вещи, — Кир взмахнул ладонью над золотой проекцией из собственных воспоминаний. — Весь мир — шахматная доска. А его жители — фигуры на черно-белых клетках. Но самый опасный игрок не тот, у кого выгодная позиция, — он подался чуть вперед, склоняясь над доской и поднимая взгляд куда-то выше. Его губы растянулись в мягкой улыбке, совершенно не выглядящей доброжелательно. — Самый опасный игрок — тот, кто видит всю доску. Кто не боится жертвовать пешками, — он взмахнул пальцами, и несколько фигур слетели вниз, исчезая золотыми нитями в момент падения.

— И такой игрок, — пальцы Кира сомкнулись вокруг черной фигуры короля, — я, — он передвинул фигуру всего на одну клетку. — Шах и мат.

Стоило произнести эти слова, призрачная доска рассыпалась на тысячи тончайших нитей, закружившихся вокруг кистей Эфрона. Они скользнули вдоль предплечий и пропали за спиной, становясь частью Узора.

— Возвращайте меня обратно.

«Ты действительно веришь, что сможешь всех переиграть? Без Сферы? Без сил?»

Кир широко усмехнулся, а в глазах сверкнул огонек, так сильно обожаемый всеми фанатами. Каждый раз, глядя на это выражение лица, чат разрывался от комментариев в ожидании, когда юноша нанесет финальный удар.

— Я не верю. Я знаю, — повторил Кир. Он развернулся и пошел прочь.

Всего несколько шагов прогнали все чернеющее пространство прочь, позволяя белоснежным стенам коридора вырасти из пустоты. А вместе с этой тьмой пропал и мрачный цвет одежды. Эфрон остановился, как бы проверяя, что все действительно в порядке. Взгляд остановился на Элиаре, прислонившимся к дверному проему.

— Хворый, — он привычно усмехнулся, но совершенно беззлобно. Глаз радовался видеть стоящим того, кто практически последний дух испустил. — Чего выполз? Тебе нельзя показываться в таком состоянии даже слугам.

— Просто хотел посмотреть на тебя перед церемонией…

— На экране посмотришь, ползи давай, — Кир метнулся в сторону Элиара, и, взяв за локоть, завел внутрь пока никто не увидел. — Не пали кантору. Походить хочется — шурши ножками по комнате.

— Извини, я иногда забываюсь… — Элиар безвольно последовал за братом, и покорно сел обратно на кровать. Ноги практически не держали.

— Ничего, нехватка витаминов бьет по мозгам, а еще… — Кир вдруг осекся. Уставился на брата с легким прищуром. — Все аристократы питаются примерно также, как правящая семья, — одними губами произнес он.

— Ну, да… — Элиар накинул на плечи одеяло, изменившее температуру на более теплую. — Причем здесь это?

— Аристократы живут меньше обычных верданов из-за недостатка витаминов, но про цингу никто не слышал. Судя по записям врача, твое состояние — нонсенс. Крайне редкий случай, о котором ничего неизвестно. Значит, верданы не подвержены типичному авитаминозу из-за переработки ароматов, — Кир отпрянул, задумчиво наклонив голову вбок. Поправил корону. — Сейчас у меня нет времени думать, иначе я опоздаю. Зато у тебя времени достаточно, поэтому, пожалуйста, вспомни все детали: кто готовил тебе до болезни, что ты ел вне семейных трапез и подумай, кто и зачем попытался отравить тебя.

Платформа парила в вышине, прямо на границе начала верхних уровней и непроходимого леса у подножья горы. Она походила на чистейший лед, пронизанный сияющей магической энергией, мягко переливающейся перламутром. Переливалась всеми возможными оттенками, от густого золота до бархатного фиолетового.

Кир старался особо по сторонам не смотреть, однако, все равно глаза косились на сооружение, нижняя часть которого медленно прокручивалась по часовой стрелке. И сквозь пол это было прекрасно видно. Единственное, на что он надеялся, так на отсутствие морской болезни, иначе как-то нехорошо получится.

Кир провел пальцами по холодному металлу изящных серебряных перил, на всякий случай проверяя их прочность. Не хотелось бы случайно полететь вниз при внезапном головокружении.

«Окей, к краю не подходим, — Кир отпрянул, когда почувствовал, как картинка перед глазами поплыла. — Надеюсь, с этими церемониями страх высоты у меня не разовьется… Не хочется лишний раз на летающих тарелках стоять а-ля красивая декорация».

Кир уперся взглядом в спину Элиара, стоящего во главе их скромного королевского пришествия. И, судя по тому, как кричали верданы внизу — из дворца те вообще не выходят, из-за чего увидеть правящую семью вживую — целое событие.

«Жаль, нельзя почесать нос, — подумал Кир. — Или зевнуть. Улыбаемся и машем, блин. Вернее, даже махать нельзя, пока добро не дали. Только глазами моргай, и то не слишком часто».

Кир бросил взгляд на Равиллу, акцентируя внимание на короне из черного золота. Судя по ее состоянию, та была старше, чем любое государство на Земле. Тому, как неподвижно стояла королева, стоило позавидовать. Юноша предпочитал не смотреть в ее сторону — серебряные нити с инкрустацией бриллиантов, раскиданные по темному платью, слепили.

«Пять лун в ряд, — подумал Кир, поднимая глаза к небу, где планеты, видимые невооруженным глазом, выстраивались в линию. — Если бы я увидел такое на Земле, я бы решил, что это фотошоп. Или конец света. Или и то, и другое».

Кир благополучно пропустил мимо ушей все, что сказали Дарион и Элиар. Какая-то там скучная приветственная речь про значимость данного ритуала. Про себя он отметил, насколько же качественной вышла голограмма: те же угадывающиеся аристократичные черты худого и бледного лица; мягкая, приветливая улыбка; живой взгляд; добродушный голос… И от этого хотелось внутри себя ликовать.

«Надеюсь, у того мага хватит сил, — подумал Кир, задумываясь, кем же является тот вердан, которому «родители» доверили создание иллюзии. — Всем нам кабзда если принц рассыплется в середине ритуала».

Кир бросил взгляд вниз. Прямо под ногами начинались верхние уровни столицы — Найе. Узкие улочки вились прямо от непроходимого леса, и превращались в бульвары, проспекты, огромные площади, способные вместить десятки тысяч верданов. Несмотря на все недовольство своим положением, захотелось прогуляться. Посмотреть на местную архитектуру и попробовать вкусности.

Кир вспомнил все, что успел мельком просмотреть в местном интернете: раньше дома строили не выше пяти-шести этажей из-за древнего закона, запрещающего строить выше, чем самые низкие башни Цитадели, ибо ни одно здание не должно было заслонять небо. Поэтому старые районы выглядели весьма уютно, а уже потом начали строить многоэтажки. Небо — вот что всегда было главным на Этерионе. Там, где сияли пять спутников, которым люди поклонялись задолго до того, как научились строить города.

«У меня зрение упало или на крышах реально сады?» — Кир слегка прищурился, стараясь рассмотреть происходящее внизу. Летающие вокруг камеры его уже не сильно заботили. Деревья с серебряной листвой, звенящей при малейшем дуновении ветра, словно играла музыку. Кусты, усыпанные светящимися ягодами, ярко сияли и были видны даже с высоты птичьего полета. Водопады, стекающие с верхних террас на нижние, переливались в свете солнца.

«У нас на Земле такое только в фильмах бывает, — с досадой заметил Кир. — И то не во всех. Надо было брать с собой телефон, поделать фоток для соцсетей. «Привет с другой планеты, чувствую себя как в фэнтези-рпг». Миллион лайков и обвинения в использовании ИИ обеспечены».

Кир обратил внимание на целую кучу народа, толпящегося на улицах, заполнив их полностью. Невольно как-то печально стало, что сегодня не он главная фигура, и все лавры достанутся иллюзии. С другой стороны, не дай боже ему бы пришлось стоять вот так и позорится отсутствием магии.

Мимо пронеслись сверкающие сферы размером с кулак, и Кир подавил желание отмахнуться от камер, как от назойливых мух. А их действительно был целый рой — штук сто, не меньше.

«Голограмма функционирует стабильно» — раздался в голове голос Люмирена.

«Напугал, блин, — буркнул Кир. — Чего раньше молчал? Я тут со скуки помираю».

«Я проверял системы. Уровень твоего адреналина подскочил на двадцать процентов, — беспристрастно сообщил Люмирен. — Извини. Я думал, ты привык ко мне».

«Привыкнуть к такому невозможно, — Кир чуть склонил голову. — Это как если бы у тебя внутри поселился диктор из телевизора, который комментирует каждый твой шаг».

«Я не диктор. Я твой друг».

«Давай ближе к делу. Что там с ритуалом?»

«Маг в подземелье начал колдовать ровно в расчетное время. Частота вибраций совпадает с астрономическим циклом с точностью до девятого знака. Королева принимает энергию стабильно. Никаких сбоев не ожидается».

«А народ? Что говорят?»

«Сердечный ритм толпы участился на семнадцать процентов, — сообщил Люмирен. — Уровень эндорфинов зашкаливает. Люди счастливы».

«Ты сейчас замеряешь эмоции толпы? — Кир мысленно усмехнулся. — Оставь это психологам. Сосредоточься на голограмме».

«Голограмма стабильна. Сбоев не ожидается».

«Я уже понял, повторять не обязательно»

«Это для уверенности. Показатели считывают учащенное сердцебиение. Ты нервничаешь. Я хочу тебя успокоить».

Кир едва сдержал смешок.

«Люми, ты — булочка с корицей, понял? Определенно самая милая железяка во всей галактике. Эмоций побольше и цены б тебе не было».

«Это иррационально, — запротестовал Люмирен. — Я не могу быть хлебобулочным изделием. Я сомн. У нас нет таких эмоций, какие подразумеваешь ты».

«Ага, ты всего лишь сомн, который пытался успокоить друга из-за сердцебиения».

Люмирен замолчал. Кир знал, что тот обрабатывает полученную информацию и наверняка пытается найти логическое объяснение тому, что логического объяснения не имеет.

«Кстати, — произнес Люмирен спустя продолжительное молчание. — Я нашел информацию о невесте Элиара».

«Удиви меня», — Кир завел руки за спину, обхватив запястье пальцами. Тупо стоять как столб становилось крайне утомительно. Он продолжал все также непоколебимо улыбаться и не позволял себе показать, как же сильно хочет на нормальную твердую поверхность.

«Элиар был помолвлен с девушкой по имени Лираэль Вален. Дочь влиятельного лорда южных территорий. Свадьба планировалась на прошлый год».

«Еще при прошлом разговоре я чуть не спалился. Как она погибла?»

«Несчастный случай. По официальной версии — во время испытания нового артефакта в родовом поместье. Он взорвался в руках Лираэль. От тела ничего не осталось. Вообще».

«Надо же, как удобно она умерла».

«Верно. Я проанализировал всю имеющуюся информацию и обнаружил несколько странных деталей: время взрыва, мощность и показания свидетелей незначительно разнятся».

«С какой вероятностью ее убили?»

«Двадцать пять процентов».

Кир медленно выдохнул. Чем больше подробностей узнавал об этом месте, тем больше вопросов возникало.

«Если отринуть все инопланетное и магическое, я вижу кучку жадных до денег упырей, готовых глотки всем грызть. Полагаю, именно они стоят за состоянием Элиара».

«Это уже теории заговора, — скептически заметил Люмирен. — Лираэль была из древнейшего рода, владеющего крупнейшим месторождением кристаллов на планете. Эти кристаллы используются для взаимодействия с рядом энергетических потоков. И в данной антигравитационной платформе в том числе».

Кир бросил взгляд на королеву. Она, практически копируя движения пальцев голограммы, плела заклинание за заклинанием, в то время как Дарион наблюдал со стороны. Зато с таким важным видом, будто делает все он. Причем один.

«А новая невеста кто?» — Кир слегка поднял голову, стараясь рассмотреть в небе тот самый барьер, который должен накрыть столицу.

«Леди Амара Тор-Ван, — Люмирен отозвался с привычным спокойствием. — Дочь другого лорда, с северных территорий. Ее род контролирует транспортные пути. Они заинтересованы в союзе с короной уже много лет.

«А вот и мотив… — безрадостно хмыкнул про себя Кир. — Ее не допускают до Элиара, но до болезни они виделись вообще?»

«Нет. Свадьбу назначили на следующий месяц, но наследный принц ни разу не видел свою невесту. При этом никто не настаивал на встрече. Обе стороны, кажется, устраивает дистанционный брак. По моим данным, леди Тор-Ван до сих пор не прибыла в Столицу».

«Удобно, — подумал он. — Как же удобно! Невеста умерла при загадочных обстоятельствах, новую невесту выбрали, не спрашивая жениха, и обеим сторонам как бы пофиг. Мне одному кажется, словно королевская семья тут самая изолированная и не видящая дальше собственного носа?»

Люмирен не стал отвечать, дав Киру время обдумать новую информацию.

«Поэтому Равилла участвует в ритуале вместо невесты… Она бы в любом случае заменила ее, даже будь Элиар здоров. Леди Тор-Ван вообще существует? Вдруг очередная мистификация. Ладно, Элиар, он не похож на шибко умного, но предки-то! По крайней мере, Равилла уж точно женщина сообразительная».

«Сложно судить по имеющейся информации. Почему мне кажется, почему ты радуешься?»

«Конечно радуюсь, — Кир мысленно улыбнулся, — ведь мою невесту сюда не пустили. Представляешь, если бы нас с ней поставили рядом? Я, конечно, всяких людей повидал и разное отношение к себе терпел, но это было бы слишком даже для меня. Одно ее присутствие понижает уровень интеллектуальных способностей всех живых существ в радиусе сотни километров. А еще, уверен, она бы споткнулась и влетела в иллюзию. Вот тогда разоблачение вышло бы действительно грандиозным, и воистину дурацким».

«Ярели осталась в восточном крыле дворца, — невозмутимо ответил Люмирен. — Ей сказали, что твое участие в ритуале не требуется».

«Вот и замечательно. Я рад, что мама позаботилась о моем душевном спокойствии и нашей всеобщей безопасности…»

Ответа Кир не услышал, зато ему отчетливо показалось, словно Люмирен хмыкнул.

«Не только ее заслуга. Я позаботился, чтобы «Элиар» лично попросил ее остаться из соображений безопасности. Исходя из местных традиций, присутствие невесты без участия — не особо приветствуется, а лишние слухи ни к чему».

«Ты жук, Люми, — Кир позволил себе улыбнуться чуть более довольно. — Настоящий жук. Если бы у тебя были эмоции, я бы сказал, что ты получаешь удовольствие от интриг».

«У меня нет эмоций, а вот судя по твоим показателям, тебе действительно нравится происходящее, — произнес Люмирен также уверенно, как обычно. — Я же просто эффективен. Лучше смотри внимательнее, сейчас ритуал наберет мощь. Заклинания станут видны для всех».

Кир перестал думать. Как оказалось, способность полностью опустошать разум ему пригодилось весьма кстати. Он наблюдал за тысячами огней, разгорающихся на главной площади — жители зарядили собственными силами кристаллы. Символ надежды, защиты и единства вселенной, насколько Эфрон понял из интернета. Именно эти минералы спасли Этерион от разрушительной энергии пяти лун. Хоть смысла в них уже давно нет, верданы продолжали из раза в раз воздавать дань уважения прошлому.

Спутники выстроились в ровную линию, напомнив Киру кровоточащую рану на небе. Он рассматривал их, большие и маленькие, разных оттенков красного, даже близко не походящих на Марс. Их опутывало серебристое мерцание, разрастающееся все больше и больше. Энергия, рожденная где-то в глубинах космоса, ослепительной вспышкой неслась к Этериону.

«Элиар» поднял руки выше. Нити света, тянущиеся от его пальцев, стали толще и ярче. Извиваясь и улетая высоко вверх, они создавали мерцающий купол, накрыв сетью столицу. Их свет пропадал где-то в районе горизонта, и Кир даже не представлял, какую площадь необходимо охватить.

Пагубная энергия врезалась в барьер, отчего платформа под ногами содрогнулась. Этот толчок заставил внутри все перевернуться, и Кир невольно бросил встревоженный взгляд на Дариона. Тот посмотрел на сына с долей понимания, как бы говоря: «Все в порядке. Это нормально». И ему хотелось верить, ведь воздух вокруг сгустился, а звон в ушах продолжал нарастать.

«Фильтрация проходит стабильно, — сообщил Люмирен. — Поток перенаправляется в верхние слои атмосферы. Все уровни города защищены».

Кир выдохнул, и только потом понял, что задержал дыхание на некоторое время.

«Твою ж наноплесень, — подумал он, чувствуя, как сердце возвращается к нормальному ритму. — Я чуть не поседел. А мне моя шевелюра еще пригодится».

«У тебя есть седые волосы? — спросил Люмирен с долей удивления. — Последнее сканирование не зафиксировало изменение пегментации».

«Это была фигура речи, Люми. Просто смотри за голограммой», — Кир позволил себе вздохнуть, поскольку сейчас всем точно все равно на его микродвижения.

Сколько еще пришлось стоять — он не знал, а вот спина ныть начала крайне сильно. Как и ноги. Эфрон вообще не представлял, как с абсолютным отсутствием физической подготовки король с королевой способны не двигаться настолько долго. Когда ритуал начал подходить к концу, а энергия планет ослабевать, — Кир почувствовал облегчение.

После заключительной речи правителей платформа полетела обратно к Акрополю, куда вернуться хотелось крайне сильно. Просто потому что там есть стулья. Кир, вместе с членами семьи, прошел по длинному коридору до малого зала, где обычно они отдыхали. Стоило дверям закрыться, проекция Элиара моментально исчезла, а Равилла рухнула на широкое ложе.

— Получилось, — она устало опустила веки, откидываясь на мягкие подушки.

— Я же говорил, что все пройдет идеально, — Кир сделал несколько шагов в сторону, опускаясь на свободное ложе. Он по-свойски закинул ногу на ногу и откинулся на спинку, наконец-то расслабляя многострадальные мышцы. — Осталось скормить СМИ информацию о том ритуале и придумать, куда Элиара сослать пока идет восстановление.

— Данный ритуал требует длительного восстановления, поэтому проблем не возникнет, — Дарион опустился на свое законное место. Кир обратил внимание, как его плечи расслабились. — Должен признать, твое предложение оказалось весьма… Эффективным. А что насчет состояния Элиара?

— Лечащий врач еще не передал записи? — уголки губ Кира дрогнули в недоброй полуулыбке. — Я ему напомню. Элиару лучше. Он даже вышел из комнаты, когда я шел к платформе.

— Он смог встать? — Равилла моментально оторвала спину от подушек. В ее вечно уставших и обеспокоенных глазах вспыхнула искра надежды с такой силой, что Кир невольно почувствовал себя спасителем всего мира. Впрочем, для матери это так и было.

— В гробу я видел это все, — Кир ползал по сайту с играми, носящему пафосное название «Астральный Арсенал», и сверял их с гайдами, чтобы примерно прикинуть способ управления. Он щурился, тыкал пальцем в незнакомые иконки, ругался сквозь зубы и время от времени запускал руку в волосы, взъерошивая их еще сильнее. Корона валялась на краю стола, завалившись на огрызки от фруктов и тарелку из-под бутербродов, которые в кадр не попадали.

На соседней нефритовой пластине тихо бубнил видос с прохождением какого-то шутера. Хоть кнопки здесь и были другими, Кир вылавливал знакомые комбинации клавиш, управление неким аналогом мыши — ладонь давно лежала на изогнутой пластине без кнопок.

— Совет Лордов находится не в гробу, — поправил Люмирен, стоящий у окна. Он прислонился спиной к стеклу, но иногда поворачивал голову чтобы посмотреть на виднеющийся вдали город. Вэйс больше не был уверен, что его попытки исправить логику Кира имеют смысл, но молчать он просто не мог.

— Если они такие п… — Кир запнулся, скосил глаза на Стеллу, которая как раз поднимала голову от сферы, и быстро исправился: — Придурки, как я думаю, то именно там все и окажутся.

— Ты хотел сказать что-то другое? — уточнила Стелла.

— Я бы хотел сказать много чего, — Кир не оторвался от экрана. — Ты даже не представляешь, сколько и какие слова я знаю. Мой словарный запас нецензурной лексики на трех языках просто рыдает от невозможности вырваться наружу.

— Поверь, я знаю, — от одного воспоминания перед глазами Люмирена выскочило уведомление о необходимости предать каждому из записанных слов значение. — Я и половины не понял…

— Я не буду объяснять, — Кир аж скривился, вспоминая, что еще и на латыни успел ругательства выучить. Просто потому, что ему приходилось изучать ее в ВУЗе. — Короче, мне нужна информация на всех лордов или кто там они. А пока дай мне душу отвести и заодно свинью подложить.

— Свинью? — переспросила Стелла. Она бросила недоуменный взгляд на Тейдана, но тот просто сидел в стороне и тихо жевал некое подобие чипсов. И наблюдал, не собираясь вмешиваться.

— Ага, это будет весело, — Кир натянул настолько коварную улыбку, что Ар-Вин покосилась на него с легким подозрением в непреднамеренном сумасшествии.

— И поэтому решил провести прямой эфир в тайне от родителей?

— Просто принц играет в игрушку и разговаривает с народом. Что может пойти не так? — невинно произнес Кир.

— Все, — хором произнесли трое товарищей, вызвав на легкую улыбку на губах юноши. Он лениво повернулся в кресле, чтобы видеть их всех.

— Именно, — с долей удовольствия произнес Кир. — На то и расчет.

— Кириан был удобным принцем, — Тейдан заговорил до того, как Стелла успела задать глупый вопрос. — Никогда не делал ничего из ряда вон, слушал отца и выполнял указания Совета. Вел себя тихо, послушно, почти незаметно. Идеальный принц для кукольного театра. Сегодняшняя выходка заставит всех кукловодов проснутся и увидеть, что марионетка сама пляшет на столах и размахивает ножницами. Причем рядом с их сонной артерией.

— Верно, — Кир щелкнул пальцами. — Посмотрим, кто и насколько обосрется на собрании.

— Сомнительная идея. Ты не знаешь, сколько их и на что они способны, — Стелла повернула сферу с мягким белоснежным светом в сторону Кира. Ее сияние делало черты лица Кира еще острее, высвечивало скулы и прятало тени под глазами. Она поспешно отвела взгляд в сторону.

— Все мои идеи плохие, просто смирись, — он забавно поморщил нос. — Это ты просто не видела, как я стримы по пятницам вел. Я один раз случайно сам себя забанил.

— Каким образом ты добился такого успеха? — Тейдан вопросительно изогнул бровь. Закинул в рот чипсов, ведь любая интересная история становится еще интереснее, когда есть вкусности.

— Долго рассказывать, — лениво произнес Кир. — Там коллективно постарались хейтеры, админ с чувством юмора и моя двоюродная сестра, — он поморщился больше для комичности, нежели из-за неприятных воспоминаниях. — Неважно. Важно то, что я знаю, как привлечь внимание. А когда у тебя есть аудитория в десять лямов, можно собирать любую информацию. А с текущим подписчиков у меня поболе будет. Давайте уже начинать.

— Ты собираешься сидеть в церемониальном костюме? — уточнила Стелла.

— А почему нет? — Кир развел руками, и бриллиантовая россыпь блеснула. — Я же, мать его, принц! А еще этот костюм удобный. Не занудничай и дай мне почувствовать себя важной шишкой. Когда ж еще мне выдастся возможность так вырядится? Все, давайте, по местам! Тейдан, будь другом, свали из кадра и возьми ручку с бумажкой.

— Я тебе не секретарь, — Фэрроу лениво поднялся из кресла, к которому практически прирос за последние два часа. Ему пришлось передвинуться ближе к столу, чтобы точно не попасть в поле зрения камеры.

— Начинаем, — Кир повернулся к экранам, провел пальцами по клавиатуре. Она выступала из самой столешницы самыми обычными, привычными клавишами. Был, конечно, вариант сенсорный, но тогда играть стало бы невозможно.

Люмирен щелкнул пальцами и кивнул, оповестив, что трансляция запущена.

— Приветствую всех! — бодро произнес Кир, взглянув в угол экрана. — Сто тысяч за десять секунд, — присвистнул он. — Да я популярен, не правда ли? — Эфрон шутливо подмигнул в камеру. — Что ж, сегодня проходим «Кровавые рубежи». Прям свеженькая, всего-то вышла несколько дней назад. Сразу скажу, что я не собираюсь бить какие-либо рекорды и торопиться. Играю в свое удовольствие.

Кир накрыл ладонью изогнутую пластину с сенсорным колесиком и клавишами.

— Кстати, — он поднял голову, посмотрел прямо в объектив камеры, — я придумал одну интересную штуку. Любой из вас может позвонить мне! Прямо сейчас, в прямом эфире. Номер закреплен в чате. Есть тут у меня поддержка… — Кир кивнул в сторону Люмирена, стоящего за кадром с невозмутимым лицом, — фильтрует звонки. Мне интересно послушать, как и чем живет простой люд. Сами понимаете, сижу тут в темнице сырой, вскормленный в неволе орел молодой… Поэтому, давайте! Рассказывайте.

Кир даже дождаться загрузки игры не успел, как пришел первый звонок.

— Вау, — Кир поднял брови. — Кто-то очень хотел поговорить с терейсом. Вот это я понимаю, скорость!

— В Чьих Жилах — Исток! — высокий женский голос воскликнул настолько надрывно и истерично, что Стелла за кадром вздрогнула.

— Никаких титулов, прошу, — Кир поморщился, одновременно нажимая на клавишу пробела — персонаж на экране подпрыгнул и перекатился под стол. Увернуться почти получилось. Еще бы привыкнуть к управлению и вообще было бы прекрасно. — Просто Кириан. Только без пафоса, а то у меня на него аллергия.

«Сказал тот, кто сидит в прямом эфире в церемониальном костюме», — раздалось в голове Кира и тот бросил короткий, многозначительный взгляд на Люмирена.

— Кириан! — женщина заговорила куда радостнее, а затем запнулась: — Я… я не знаю, правильно ли я делаю, что звоню…

— Если Вы сомневаетесь, значит, делаете правильно, — Кир выстрелил очередью в зеленую тварь, которая выскочила из-за угла. — Мозг редко ошибается в отличие от сердца.

— У моего внука проблемы с учебой, — выпалила женщина, будто боялась, что он отключится. — Школа, в которой он учится, закрывается. Говорят, нет денег. Куда нам теперь? Другие школы слишком далеко, а транспорт…

— Стоп-стоп-стоп, — Кир отвлекся от игры — персонаж замер за укрытием, перезаряжая оружие. — Закрывается школа? Прямо сейчас?

— Говорят, с Нового Цикла. Детей распределяют по другим, но все они на другом конце нижнего уровня. А мы… мы не можем себе позволить каждый день возить внука через весь Найе.

«Бюджет, мать его», — Кир цокнул языком.

— Название школы, — сказал он, и Стелла моментально сделала пометку на информационной пластине. — И адрес. И ваш контакт. Я разберусь.

— Вы правда можете? — голос женщины дрожал. — Вы же… вы же просто…

— Я терейс, — Кир улыбнулся как можно более доброжелательно. — И я посмотрю, что с этим можно сделать. Сейчас всплывет диалоговое окно, впишите туда все данные. Спасибо за звонок.

— Спасибо, В Чьих Жилах — Исток… то есть, Кириан. Спасибо.

Звонок оборвался.

Кир выдохнул. Повернулся к экрану. Персонаж его за это время успел сдохнуть два раза. Значок смерти горел красным в правом верхнем углу.

— Ну и черт с ним, — Кир нажал «перезапуск». — Это всего лишь игра. И я успел забыть суть сюжета…

«Два миллиона зрителей, — сообщил Люмирен. — Чат негодует. Пишут, что ты слишком много говоришь и мало стреляешь».

«Скажи им, что я отрабатываю хайп, — Кир хмыкнул. — И вообще, я могу говорить столько, сколько хочу. А если не нравится — пусть идут в… в общем, пусть переключаются на другой канал. Хотя других каналов с принцами у них нет».

Он снова уставился в экран, без особого энтузиазма отстреливая зеленых тварей, выскакивающих из-за углов. Кир стрелял, уклонялся, перезаряжался, матерился сквозь зубы.

— Здравствуйте, Кириан, — прозвучал уставший мужской голос. — Я работаю на заводе. Южные кварталы нижнего уровня. У нас задержка зарплаты на два месяца уже. Мы писали куда только можно! В городскую управу, в совет по труду. Даже Вашему отцу писали, простите за дерзость.

— За дерзость не извиняются, — Кир увернулся от очереди, послал ответную, попал в голову. Враг рухнул. — Дерзость — это когда ты называешь короля дураком. Что за завод, говорите?

— «Северная Звезда». Второй цех.

— Знаю такой, — соврал Кир. — Был там как-то, на экскурсии. Скучно, грязно, и начальник козел.

На том конце провода засмеялись. Нервно.

— Вы не были…

— А Вы откуда знаете? — Кир улыбнулся. — Может, я тайный фанат заводского туризма. Вдруг я коллекционирую впечатления с производства? Или мне просто нечего делать по ночам, кроме как лазать по заводам.

Мужчина снова засмеялся, немного спокойнее.

— Информацию в чат пришлите. Номер цеха, имя, количество верданов в такой же ситуации.

— А смысл? — мужчина тяжело вздохнул. — Вы же… У вас нет власти. Но мне приятно, что Вы меня выслушали.

Кир замолчал на секунду.

— Власть — это не титул, а возможность говорить и быть услышанным. Быть понятым. А я, уж поверь, умею быть достаточно громким.

— Спасибо Вам… Правда, спасибо, — мужчина отозвался чуть более дрожащим голосом, словно старался сдержать слезы.

Кир снова вернулся к экрану. Персонаж уже давно лежал в крови, а юноша скорчил недовольное лицо.

— В гробу я видал этот уровень, — буркнул Кир, нажимая «рестарт». — А ведь это только начало!

Следом пошел третий звонок. Четвертый. Пятый… Кир продолжал проходить уровень за уровнем, наконец-то найдя баланс между разговорами и игрой. В итоге ему удалось даже до середины добраться, еще и в чат иногда поглядывал.

— Кириан, а я без истории звоню, — прозвучал веселый голос, явно молодой верданки. — Просто сказать хотела, что трансляцию смотрела вчера. Ты стал невероятно красивым! — она говорила с отчетливым восторгом, прошедшимся бальзамом по самолюбию уставшего от жалоб Кира.

— О, вот как? — Эфрон расплылся в довольной улыбке. — Приятно слышать, что смена рациона пошла мне на пользу. Здоровый образ жизни всем советую, и немного спорта, разумеется. Только без энтузиазма, а то он чреват травмами.

— Я люблю Вас! — выпалила она.

— Решила засмущать меня в прямом эфире? — хмыкнул Кир. — Извини, но солари мне давно выбрали.

— Я знаю, — с долей печали отозвалась девушка. — Мне просто хотелось признаться, чтобы стало легче… Я понимаю, что Вы недостижимы для обычных верданов, и у меня нет никаких шансов. Но Вы невероятно добрый, милый и прекрасный наследник, способный успокоить одной улыбкой. Я полюбила Вас за искренность и желание улучшить жизнь своего народа. И сегодняшний стрим только подтверждает это. Поэтому… Пожалуйста, будьте счастливы. Я буду молиться за Вашу хорошую жизнь.

— Вот как… — чуть тише произнес Кир, подмечая про себя, что Кириан не таким уж тюфяком был. — Тебе придется забыть о чувствах ко мне и оставить все молитвы при себе. Лучше молись за себя. Ты и твоя жизнь, твоя судьба и будущее, — намного важнее моих. Найди хорошего вердана и будь счастлива с ним, а я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы ни в чем не нуждались. Как и все жители Этериона.

— Вы… — с того конца послышался громкий всхлип. — Действительно прекрасный вердан… Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Кир нажал на кнопку, уворачиваясь от очередной атаки босса. Звонки сыпались один за другим. Больницы переполнялись, преподаватели брали огромные взятки из-за низкой зарплаты, дороги не чинили. Многие верданы ввязались в огромные долги и были вынуждены продавать свои дома, переезжать с верхних и средних уровней на нижние, из-за чего происходило перенаселение. Между жалобами сыпались признания в любви или просто забавные истории из повседневной жизни, немного разбавляющие обстановку.

«Пятьдесят миллионов зрителей, чат переполнен», — оповестил Люмирен.

«Им не надоело смотреть, как я умираю?» — Кир нажал на кнопку, чудом увернувшись от удара.

«Им нравится, как ты выслушиваешь и поддерживаешь верданов… И как ругаешься, когда проигрываешь».

«Я не ругаюсь, — поправил Кир. — Я образно выражаюсь».

«Ты сказал «твою ж за ногу» три раза за последние пять минут. Это считается».

— Что ж! — Кир убрал руки от клавиатуры, когда персонаж снова умер. — Этот босс доведет меня до седых волос и нервного тика, поэтому продолжим позже. Пять часов прямого эфира, — он взглянул на время. — Не знаю, как вы, а мне хочется попить чаю. Следите за моими соцсетями, обязательно предупрежу вас о следующем стриме. Всем пока!

Люмирен завершил трансляцию, и Кир распластался по сидению, устало выдохнув.

— И ты так каждый день дома делал? — уточнил Тейдан, успев за это время выпить чая за всех товарищей.

— Ага, работа такая. Только без звонков и жалоб, — Кир опустил веки. — Что-то там с финансами совсем жопа. Не удивительно, почему о нижних уровнях столько баек ходит…

— Завтра будет весело…

— Вряд ли уж весело, — Стелла провела пальцами по задней стороне сферы, выключая свет. — Этот прямой эфир стал фурором, а его запись быстро разлетится по интернету. — Мы не знаем, кто наши противники, сколько их и на что они способны. Действительно думаешь их переиграть?

— Выбора у меня все равно нет, — Кир оперся ладонями о подлокотники, заставляя бренное тело подняться. Он прошелся вдоль комнаты, останавливаясь около окна. В сгущающихся сумерках сияли яркие огни верхних уровней, пробиваясь сквозь листву деревьев. — Нам нужен тот звездолет. И получить его я смогу только доказав королю, что мне можно доверять. Кириан всегда был удобным принцем, но я уже не уверен в его неосведомленности. Может, он и не понимал многих вещей, зато видел проблемы. Только сделать ничего не мог. Уж не знаю, что с ним случилось, но справедливости мне придется добиться за него. Лорды привыкли видеть удобного и милого Кириана, а теперь им придется встретится с расчетливым Киром. И, уверяю, они этому не обрадуются…

Тейдан стоял напротив окна. Его комната располагалась ближе всего к верхним уровням, откуда открывался прекрасный вид на обыденную жизнь вне дворцовых стен. Но юноша смотрел не на роскошные террасы, где струились фонтаны с подсветкой, а сады спускались каскадами…

Тейдан никогда не был на нижних уровнях, зато успел наслушаться от другой прислуги достаточно: они рассказывали такие истории, что у Дариона волосы вставали дыбом, а Равилла касалась кончиками пальцев лба, губ и солнечного сплетения в качестве жеста защиты от зла. «Дикие биоманты превращают людей в растения», — шептали служанки. «Запрещенные культы выкачивают свет из живых», — на полном серьезе заявляли работники кухни. «Там хозяйничают хемоманы — управляют запахами, могут заставить тебя сделать что угодно», — боязливо сообщали придворные маги.

Вот уж чему Тейдан верить не собирался, так это испуганному шепоту прислуги, наслушавшейся историй от аристократов. За свою жизнь ему пришлось повидать слишком много ужасов, чтобы запросто принимать на веру все эти истории. Особенно после сегодняшнего стрима, где ни один звонящий не подтвердил, но и не опроверг слухи.

«Здесь происходит что-то странное… Есть ли мне вообще дело до этого?» — Тейдан устало наклонил голову, и повернулся вполоборота к комнате, куда возвращался каждую ночь. Привычно зажигал кристаллы на стенах, в отличие от покоев принца, требующих самостоятельной активации. А затем сидел за столом, постоянно читая новости и различные статьи в интернете.

Он опустился в кресло с высокой спинкой, обитой темно-синим бархатом, и закрыл глаза. Всего на секунду. Голова шла кругом из-за количества вопросов, требующих его внимания. Ощущение чужого присутствия прокатилось по телу легкой волной волнения. Вместо того, чтобы мгновенно выхватить припрятанный клинок, Тейдан медленно поднял веки.

Шицы стояла у книжного шкафа, прислонившись спиной к корешкам древних фолиантов, что стало весьма редким явлением в мире технологий. Шкаф с ними просто появился в один из дней — вероятно, распоряжение королевы. Уж точно не ее мужа, которому юноша пришелся совсем не по вкусу.

— Господин, — Шицы склонилась в привычном поклоне.

— Входить без стука — дурная привычка, — ровно произнес Тейдан.

— Прошу прощения, но я не могу позволить себе показываться в коридорах, — ответила Шицы, не поднимая головы. Достаточно тихо, с долей вины. Выдержав поклон еще немного, она распрямила спину и сияние кристаллов выхватило из полумрака ее тонкие черты, совсем не сочетающиеся с должностью и навыками.

— Докладывай. Ты что-то узнала?

Шицы подошла к юноше, протягивая ему тонкую информационную пластину.

— Как и всегда — все, что смогла. И немного больше.

— Насколько больше?

— Столько, что мне пришлось удалить часть буфера, чтобы уместить данные.

Тейдан провел по пластине пальцем. Она засветилась: ряды имен, дат, цифр побежали по поверхности, сменяя друг друга, складываясь в схемы, графики, диаграммы. Фэрроу смотрел на них несколько секунд, затем поднял взгляд на Шицы.

— Докладывай коротко и по делу.

Шицы выпрямилась. Заправила за ухо прядь, выбившуюся из прически — единственное движение, выдающее волнение. За столько лет, проведенных вместе, Тейдан успел запомнить каждую ее привычку. Каждый незначительный жест, от которого та еще не отучилась.

— Дом Серебряного Листа, — начала она. — Глава — лорд Алдрик Альторан. Член Совета Лордов, куратор программы стабилизации нижних уровней. Формально — один из самых влиятельных верданов в королевстве.

— Формально? — переспросил Тейдан.

— Верно, — подтвердила Шицы. — Фактически — он и его семья контролируют все финансовые потоки, связанные с нижними уровнями. Бюджет программы стабилизации завышен в три раза. Реальное финансирование — в десять раз ниже заявленного. Пришлось подключить хакеров для проникновения в базу данных, однако, им не удалось обойти систему безопасности чтобы остаться незамеченным. Мы получили исключительно поверхностные документы, где нет никаких доказательств, но, сравнив их с действительностью, некоторые выводы напрашиваются сами собой. Полагаю, Кир имеет доступ, или сможет его получить.

Тейдан кивнул. Он ожидал чего-то подобного после всех подозрений товарища.

— Я подозреваю, что министр финансов, лорд Этьен Маландрий, получает от них долю, поэтому правда до сих пор не вскрылась.

— Маландрий, — Тейдан произнес фамилию с долей задумчивости, не предвещающей ничего хорошего. — Кир в первый же день обратил на него внимание после прочтения некоторых документов.

— Далее — Клан Теней. На мой взгляд, они — самый опасный Дом.

— Тень всегда была связана с чем-то неприятным, — Тейдан с долей небрежности бросил экран на стоящую недалеко тумбу.

— Они самый старейший аристократический дом Этериона. Их символ — тень, падающая от короны. Основан больше тысячи лет назад, еще до того, как на планете появились первые короли. По легенде, они были советниками первого монарха. Помогли ему объединить разрозненные земли в одно королевство. И с тех пор всегда рядом, но всегда в тени.

— Легенды, конечно, хорошо, — Тейдан подался вперед, положив предплечья на подлокотники, — но меня интересуют факты.

— Их глава — лорд Велто Нор-Коррен. Формально — советник короля по безопасности. Согласно слухам, — глава разведки всего королевства. Его люди везде: во дворце, в армии, в Совете Лордов. Даже, говорят, среди Листовиков.

— Я не верю слухам, — напомнил Тейдан.

— Я знаю, — с долей вины отозвалась Шицы. — Однако, про них слишком мало информации и приходится включать неподтвержденные факты. Они контролируют потоки информации. Если Листовики — это явная власть, которая показывает лицо и требует уважения, то Клан Теней — теневая, не стремящаяся к публичности, но желающая контроля. А их агенты, как я уже сказала, есть везде, включая внутреннюю безопасность, разведу, кибершпионаж, казначейство, суды, городские управы. Боюсь, Дарион сам не знает, что пляшет под чужую дудку. Клан Теней не мешает ему принимать решения, но следят за тем, чтобы эти решения не угрожали их интересам. А если угрожают — они корректируют их.

Тейдан медленно поднялся из кресла, и у Шицы невольно перехватило дыхание. Она осталась стоять неподвижно. Юноша внимательно смотрел на ту, кто оставалась верна ему столько лет, и видел абсолютно все. Как ее тонкие черты стали жестче. Как страх в глазах сменился решимостью. Прекрасно помнил, как она получила маленький шрам над левой бровью, защищая его ценой собственной жизни. Как отреклась от их дружбы и приняла на себя роль правой руки и служанки…

— Это все — слухи, не имеющие подтверждений… Но я приму их к сведению. Что-нибудь еще?

— Да, но уже о наших делах. Группировка «Туманность», — Шицы произнесла это название так, словно те находились с ними в одной комнате, и она была готова убить сразу всех. — Эти проклятые наемники слишком хорошо маскируются и заметают следы… Но мы смогли взять в плен Хейдана.

— Главнокомандующий двадцати разведывательных отрядов «Туманности»… — уголки губ Тейдана дрогнули в едва уловимой, одобрительной полуулыбке.

— Взяли три дня назад. Он не успел даже понять, что произошло.

— Потери?

— Никаких, господин. Наши люди сработали чисто.

Тейдан одобрительно кивнул. Он знал, что отряд Шицы — лучший, но «Туманность» — еще лучше, отчего гладкость ситуации заставляла напрячься сильнее.

— Он заговорил?

Шицы помолчала секунду, и этого оказалось достаточно, чтобы Тейдан понял ответ, не услышав его.

— Пока нет. Он профессионал. Его не сломать ни болью, ни угрозами. Он знает, что его смерть ничего не изменит, а предательство погубит многих. Ему определенно известно, кто заказчик. Тот, кто охотится за Ключом от всех дверей, определенно не простой богач. Я не уверена, что мы сможем расколоть его, но постараемся. Я сделаю все, чтобы Вы снова не…

— Все в порядке, — перебил Тейдан. — Если придется, я сделаю это хоть тысячу раз. Пока у меня нет на это времени, я нужен здесь. Кир ввязался в серьезную игру, и, если погибнет, мы проблем не оберемся.

Тейдан сделал несколько шагов к Шицы. Свет кристаллов упал на его лицо, высветив тени под глазами — следы бессонных ночей, которые он не показывал никому, кроме нее. Юноша слегка наклонился, стараясь выхватить ее умело спрятанный взгляд.

— Что говорит наша агентура? — спросил Фэрроу чуть тише.

— «Туманность» ищет его, — Шицы говорила почти шепотом, хотя стены дворца были толстыми. Опустила глазами, упершись в мускулистую грудь юноши. — Они перевернули уже полсектора. Наш центральный корабль в Пустоте самый защищенный из всех. Не стоит беспокоится.

Шици сделала небольшой шаг вперед, и тут же остановилась, поняв, насколько сократила расстояние. И чуть не позволила себе лишнего. Они и так оказались слишком близко друг другу. Как никогда вне опасных ситуаций. С того самого дня…

— Наши лучшие допросчики работают с ним, — продолжила она. — Я запретила использование физических пыток — исключительно моральное давление и психология. Это намного эффективнее. Создатели «Туманности» учили своих командиров противостоять боли, но против того, что ломает волю, а не тело… — она запнулась. — Никто не застрахован.

Тейдан окинул взглядом хрупкую девушку перед собой, ставшей самой сильной из всех, кого только знал. И отошел к столу, сел в кресло. Взял пластину с данными, но не стал включать, просто держал в руках, перебирая пальцами гладкую поверхность.

— Ключ, — произнес он с долей задумчивости. — Он скачет от Носителя к Носителю. Вернее, я бы сказал, каждый Носитель сам решает по какой-то причине передать его в определенный момент. Здесь есть некая закономерность, о которой пока ничего неизвестно.

— Полагаю, Хейдак знает, — кивнула Шицы. — Его флот прибыл к Хранителю за Ключом, когда тот… исчез. И пока мы не знаем, пропал ли он до их прибытия или Хейдак виноват в произошедшем. Сейчас Ключ у случайного Носителя, не имеющего никакого отношения ни к магии, ни к происходящему в космосе. Это напрягает меня больше всего. Он непредсказуем, и вряд ли поддастся даже Вашему контролю.

— В случайности я не верю, — Тейдан откинулся на спинку кресла, закидывая ногу на ногу. — Как и в происходящее сейчас. Сама посуди: простой геймер оказался на месте принца и поправляет государственные дела просто чтобы вернуться домой. Сколько же должно было совпадений случится ради этого? У вселенной свои шутки, а у пространственно-временного потока — фиксированные точки.

— Думаете… — Шицы запнулась. — Поэтому он еще не пришел? — в голосе мелькнула доля печали, так хорошо понимаемой Тейданом. Юноша выдержал небольшую паузу, отгоняя картинки прошлого. От одного воспоминания о тех днях на теле начинали болеть все старые линии на коже, ставшие шрамами.

— Об этом мы узнаем определенно не скоро. Лучше не ждать встречи с ним. Что-нибудь еще узнать удалось?

— Мы захватили личный архив Хейдака с наивысшим уровнем шифрования информации. Часть данных уже получена: там упоминается некий «Абсолют», который, судя по всему, и является заказчиком. Также есть упоминание мертвого сектора с планетой, не существующей ни на одних картах.

— Интересно… — Тейдан безрадостно хмыкнул. — Проверь все сектора космоса, подходящие под эти критерии, и узнай, действительно ли там ничего нет.

— Поняла.

— Передай нашим: пусть продолжают осторожно. Хейдак нужен нам живым и в здравом уме. Я прибуду при первой же возможности, и, если он не проговориться до этого, придется стереть его.

— Слушаюсь, господин, — Шицы склонила голову. — И еще… Он попросил передать кое-что Вам. Он сказал: «Хранитель не умер, а отправил Ключ Носителям добровольно. И если вы хотите знать, почему — спросите у тех, кто был рядом. У тех, кто видел. У тех, кто молчит».

Тейдан медленно повернулся в кресле в сторону девушки.

— Те, кто молчит… О ком речь?

— Неизвестно, но я ищу всю возможную информацию.

Тейдан махнул рукой, и Шицы сделала шаг назад. Ее рука замерла на броши-телепорте, так и не коснувшись ее.

— Господин, — она привлекла внимание того, кто уже успел забыть о существовании служанки, вновь вынуждая взглянуть на себя. — Вам нужен отдых. Вы выглядите уставшим…

— Мне нужна информация, — чуть строже ответил Тейдан.

— Информация подождет до утра. Завтра Совет Лордов, и Вы должны быть в форме. Уверена, Кир захочет Вашего присутствия там.

— Именно поэтому мне нужен полный отчет. Что-нибудь выяснила о других Домах? — Тейдан положил планшет на стол. Шицы опустила взгляд на его руки. Покрытые мозолями от постоянного держания оружия, и, если бы не они не выдавали деятельность юноши, то он сам бы сошел за местного аристократа.

— Дом Верано, — продолжила девушка, — Леди Марис Верано. Председатель Совета Лордов. Я бы назвала ее нейтральной и осторожной. По крайней мере, компромата не шла. Лучше не доверять ей полностью. Дом Ашфорд. Леди Серена, глава Верховного суда. Информации о взятках нет.

Тейдан потер переносицу, что позволял себе весьма редко в ее присутствии.

— Дом Грейвуд, — продолжила Шицы. — Лорд Ренард Грейвуд. Глава горнопромышленной гильдии, поставщик световой руды. Судя по косвенным уликам, доходы занижает. Причина неизвестна. Может быть как сообщником Листовиков, так и жертвой. У него есть единственная дочь, учится и живет на верхних уровнях. Она самый эффективный рычаг давления.

— Это все?

— Да. В Совет Лордов входят еще более маленькие Дома, я описала всех в досье. Они не настолько значимы. Рассказать про них?

— Нет, достаточно, — Тейдан устало опустил глаза. — Иди.

— А Вы? — спросила Шицы. — Вам стоит отдохнуть. Подобная нагрузка вредна для здоровья.

— Мое здоровье больше не твоя забота, — резко отрезал Тейдан. — И не смей указывать мне.

— Прошу прощения, господин, — она не отвела взгляд, продолжая буравить им юношу, — но это моя забота. От Вашего состояния зависят миллиарды жизней, и только Вы способны держать в стабильном состоянии весь этот разваливающийся механизм, собранный из бандитов и непризнанных гениев Вселенной. Они безумны, кровожадны, и боятся только Вас. И Вы должны быть в форме.

— Я в форме, — Тейдан поднялся из-за стола. — А ты — моя правая рука, и справляешься ничуть не хуже меня.

Шицы смотрела в его глаза, и видела в них столько же решимости, сколько и в тот день. Когда он уверенно надвигался на перепуганную девушку, и практически вдохнул все ее социальные связи. Когда впоследствии загораживал собой, не позволяя никому причинить вред.

— Иди, — чуть мягче произнес Тейдан. — Сейчас я могу положиться только на тебя, и именно тебе необходимо быть в форме.

— Хорошо, — Шицы не стала спорить — нажала на небольшую брошь у плеча, и исчезла в мягком свете телепортационных лучей.

Тейдан выдохнул с долей усталости. Он подхватил со стола пластину, и бегло проверил: на ней не было никакой информации или доступов, связанных с их делами вне Этериона. Убедившись в конфиденциальности, юноша отправился в покои принца, находящиеся на три этажа выше. И, в отличие от Стеллы, постучал. Ответа, правда, не дождался, и вошел.

— Не комната, а проходной двор, — Кир сидел на краю кровати, вытирая волосы полотенцем. Он стянул полотенце на плечи, прикрытые белоснежной рубашкой для сна. — Если бы ты меня разбудил, я был бы минимум недоволен.

— Здесь вся возможная информация на основную аристократию, — Тейдан пропустил мимо ушей все слова Кира, протягивая ему планшет.

— Опа, а вот это подгон хороший, — Кир перехватил пластину, и, проведя пальцами вверх, активировал экран. — Стелла рассказала мне кучу слухов про нижние уровни от слуг, а вот про аристократов они почти ничего не знают. Так, байки-страшилки всякие. Особенно про Клан Теней.

— Про них действительно почти нет какой-либо информации, — подтвердил Тейдан. — Поэтому остается довольствоваться слухами. Но с Вейной мы уже знакомы, и по ней видно, что девушка непростая.

— Я проанализирую собранную информацию и сравню ее с имеющимися документами, — Люмирен, как всегда сидящий на краю стола, немного оживился. Кир бросил скептический взгляд на его изменившееся выражение лица: словно он только и ждал, когда сможет покопаться в информации.

— Прекрасно. А я почитаю эти байки и буду сладко спать, — Кир кинул влажное полотенце на тумбу. — После завтрашнего собрания я запрошу у отца доступ к другим документам и вот тогда станет еще веселее…

Двери Зала Совета распахнулись с тяжелым, протяжным скрипом, выдавая свой возраст. Кир вошел внутрь помещения, уходящего вверх минимум на двадцать метров, к самому куполу из застывшего света, сквозь который виднелось небо.

Эфрон двигался неспешно, не позволяя себе ни одного лишнего движения. Твердо и уверенно ступал по полу из светлого полированного камня, с вплавленными в него тысячами мерцающих нитей.

Круглая платформа из белого нефрита, окруженная низкими перилами из серебра, предназначалась для того, кто читал доклады. Вокруг, полукругом, стояли возвышения с сорока семью креслами.

Лорды повернули головы в сторону того, кто посмел опоздать на собрание. Того, кому можно позволить подобную вольность. Плащ привычного темно-фиолетового костюма развивался за Киром несмотря на спокойный шаг, а на губах играла настолько спокойная и безмятежная улыбка, словно не он мысленно закопал здесь каждого второго.

Ярели шла на полшага позади, как и положено спутнице принца: не слишком далеко, но и не настолько близко, чтобы это выглядело как собственничество. Ее платье цвета глубокого индиго с серебряной вышивкой, изображающей падающие звезды, выглядело намного скромнее наряда Стеллы. А та определенно обращала на себя внимание присутствующих.

Ар-Вин и Тейдан замыкали шествие на почтительном расстоянии, как и полагается сопровождению. Стелла смотрела по сторонам, запоминая расположение кресел и примерно прикидывая, кто и кем может являться. С самого утра Кир разбудил ее раньше всех, заставив читать доклад Тейдана, и теперь спать хотелось больше, чем думать.

Кир поднялся по небольшой лестнице, занимая самый центральный трон, предназначавшейся для Дариона при его редких посещениях Совета. Аристократы не решились шептаться, но обменялись обеспокоенными взглядами.

Ярели чуть не подавилась возмущением, а дыхание сбилось от непонимания. Она на секунду растерялась, но, будучи загнанной в угол, на свой страх и риск опустилась на соседний трон, предназначающейся для Равиллы.

«Ты что творишь? — прозвучал обеспокоенный голос Люмирена. — Это место короля! Ты только что посягнул на его власть, это высшая степень наглости и неуважения».

«Сейчас я здесь закон, и имею право занимать наивысшее место. Так бате и скажу, если будет глаза пучить и орать», — спокойно отозвался Кир. И улыбнулся. Шире, чем следовало.

Стелла и Тейдан остались стоять у стены, где обычно держались слуги и сопровождающие. Практически за спиной у Кира.

— Совет Лордов объявляю открытым, — низким голосом произнесла леди Марис Верано, сидевшая во главе полукруга — прямо напротив возвышения. Ее седые волосы, убранные в тугой пучок, казалось, поседеют еще сильнее, но она, как и все остальные, вынужденно закрыла глаза на выходку принца.

Первым поднялся Алдрик Альторан, сидящий на третьем ряду. Его добродушное лицо, обрамленное темной бородой с проседью, выглядело достаточно приветливо, чтобы обмануть доверчивого вердана. И достаточно слащаво, чтобы вызвать у Кира отчетливое отвращение. Он поправил темно-зеленую мантию с серебряной вышивкой, изображающей листья, и поднялся на платформу.

— Приветствую В Чьих Жилах — Исток, и леди Миннар, — мягко произнес он. — Программа стабилизации нижних уровней идет по плану. За последний квартал мы выделили дополнительные средства на усиление патрулей, закупку защитного оборудования и лечение пострадавших от Серой Гнили.

Он говорил уверенно, словно повторял одно и то же не одну сотню раз. С важным видом достал небольшой темный экран, и начал зачитывать цифры: проценты, суммы, даты, имена. Сто миллионов ларов на патрули. Тридцать — на оборудование. Пятнадцать — на лечение. Плюс административные расходы. Плюс непредвиденные траты. Плюс…

Кир слушал. Долго слушал. Только вот не понимал, как конвертировать эту валюту в привычную ему, поэтому был вынужден просто смириться с тем, что это огромные суммы. Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, подперев подбородок рукой, и смотрел на лорда Альторана без единой эмоции на лице. Приходилось просто вспоминать все, что успел прочитать в отчетах.

Когда лорд Альторан закончил, склонил голову и шаг назад в ожидании реакции Кириана. Обычно юноша всегда улыбался и благодарил за доклад, хвалил за результаты. Почему-то именно сейчас, видя совершенно иное выражение лица у терейса, ему вспомнились слова Вейны, сказанные перед собранием: «Месть того, кого бьют чаще всего, страшнее замыслов недоброжелателей».

Вопреки всеобщим ожиданиям, Кир медленно убрал руку от подбородка, выпрямился в кресле. Длинные пальцы подхватили под дно хрустальный бокал, наполненный водой, и он приподнял его от стола.

— Лорд Альторан, — сказал он до жути спокойным голосом.

Ярели покосилась на будущего мужа, который никогда не мог запомнить имена всех важнейших персон королевства.

— Вы сегодня утром пили?

— Ч-что? — мужчина вскинул брови, не понимая, ослышался или нет.

— Я спросил, — голос Кира прозвучал чуть громче, — Вы сегодня утром пили?

— Нет, — в недоумении отозвался тот, окончательно растерявшись.

— Значит, обычно пьете? — Кир чуть прищурился, словно пытался рассмотреть недоуменное лицо мужчины.

Шепот пополз по рядам. Лорды переглядывались, переговаривались, качали головами. Кто-то возмущенно засопел, кто-то, наоборот, спрятал улыбку в кулак.

— В Чьих Жилах — Исток, я не пью, — он позволил себе поднять голову, встретившись взглядом с пронзительным взглядом юноши.

— Тогда Вы бы сразу сказали, что не пьете, но Вы ответили «нет», а этот ответ подразумевает иной контекст, — Кир слегка наклонил голову. — Однако, ответь Вы «да», значит, что пришли на Совет пьяным, а это недопустимо. Так скажите мне, лорд Альторан, почему Вы, уверяя меня, что не пьете, утверждаете, якобы на программу стабилизации выделено сто миллионов ларов, когда на счета подрядчиков поступило только шестьдесят?

Зал погрузился в настолько громогласную тишину, что можно было услышать, как кристаллы в стенах издают практически неуловимый гул, и как скрипит перчатка на руке одного из лордов, нервно сжимающего и разжимающего кулак.

Альторан не дрогнул. Его лицо осталось привычно добродушным, почти отеческим. Лишь глаза сузились на долю секунды.

Ярели затаила дыхание, покосившись на Кира так, словно рядом с ней сидел незнакомец.

— В Чьих Жилах — Исток, — его тон прозвучал чуть тверже, — должно быть, Вы не знакомы с системой распределения бюджетных средств. Часть денег уходит на административные нужды, часть — на непредвиденные расходы, часть…

— Часть — в ваш карман, лорд Альторан? — перебил Кир настолько спокойно, словно вынес ему смертельный приговор самолично.

Альторан побледнел. Только чуть-чуть, но заметили все. Ведь в этом зале ничего не проходит незамеченным.

— Я… — начал он.

— Не нужно отвечать сейчас, — Кир поднял руку, отмахнувшись. — У Вас будет время подготовиться. Можете даже посоветоваться со своими бухгалтерами и перепрятать все файлы и другие носители черной бухгалтерии. Я не тороплюсь. Просто знайте, что память у меня хорошая, а терпение не бесконечное. Как и время — не резиновое. Следующий.

Леди Верано заострила внимание на Кире, затем перевела взгляд на лорда Альторана, потерянно стоящего в центре платформы.

— Лорд Альторан, — ровно произнесла она, — Займите свое место. Следующий, пожалуйста.

Лорд Маландрий поднялся со своего места и медленно пошел в центр, словно его ведут на эшафот. Лицо его не просто стало бледным, а практически покрылось белой краской. Очки сползли на кончик крючковатого носа, а и без того худое лицо осунулось еще сильнее. Он поправлял оправу дрожащей рукой.

— Доходы казны за последний квартал составили… — начал Этьен.

Кир заскучал с самого начала. Он смотрел куда угодно, но не на мужчину, старающегося не выдавать свое волнение. Не дав ему закончить, Эфрон поднялся со своего места, отчего тот моментально замолчал. Кир по-свойски прошелся по лестнице, и, спустившись к нему, забрал из рук пластину. Провел пальцами по поверхности, нажал на кнопку и над залом зажглась голограмма.

— Давайте посмотрим все вместе, — сказал Кир. — Доходы от добычи световой руды выросли на двенадцать процентов. При этом налоговые поступления от тех же шахт упали на двадцать.

Он обвел зал взглядом.

— Отсюда закономерный вопрос: как это возможно?

Никто не ответил.

— В нормальном мире — никак, — продолжил Кир. — Но в мире, где отчеты пишутся под копирку, а реальные деньги уходят в карман к тем, кто эти отчеты принимает, — легко.

Он посмотрел прямо на Маландрия.

— Вы знаете, куда ушли эти деньги, лорд Маландрий?

Маландрий молчал. На его лбу выступили капли пота.

— Я не осведомлен… — начал он.

— Вы не знаете? — перебил Кир. — Вы — министр финансов! Вы должны знать все. Если вы не знаете, куда уходят деньги из казны — вы некомпетентны. Если знаете и молчите — вы соучастник воровства в особо крупном масштабе и совершили преступление против короны, — он взмахнул рукой, и голограмма исчезла. Юноша сунул пластину в дрожащие руки министра.

— В Чьих Жилах — Исток, помилуйте! — воскликнул лорд Маландрий. — Не я один работаю с финансами, у меня есть множество подконтрольных лиц. Я немедленно проведу расследование и выясню, как случилась настолько вопиющая несостыковка и куда пропали деньги. Если они действительно исчезли, и это не результат чьей-то невнимательности, я обязательно найду виновного и возмещу все убытки.

— Конечно, проведете, — согласился Кир. — Вместе с моими доверенными людьми, для наилучшего результата и отсутствия сомнений, — юноша развернулся, возвращаясь на свое место.

Ярели смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она просто не верила в происходящее. Тот самый юноша, которого всю жизнь считала тряпкой и тихоней, сейчас наводил ужас на всех лордов без зазрения совести. Без единой ошибки в доводах.

— Откуда ты… — недоуменно произнесла она вполголоса.

— Информация, — перебил Кир, не глядя на нее. — Я умею читать, а это — самое главное. Только и всего.

Ярели не нашла, что сказать. Бросила недоуменный взгляд куда-то вглубь зала, и Тейдан, стоявший у стены скрестив руки у груди, заметил ее продолжительный жест. Там, вдали, сидела леди Вейна — допущенная до Совета Лордов в качестве единственной наследницы Клана Теней.

Стелла, находящаяся не так далеко от товарища, внезапно осознала, что улыбается. Как-то глупо и совершенно несвойственно для себя. Особенно в текущих обстоятельствах, когда, казалось бы, для радости вообще нет места. Она смотрела на Кира — спокойное лицо, привычную победную усмешку — и не могла поверить. Тот самый человек, совершенно простой и обычный человек, который еще недавно изнывал от желания попасть домой и ругался на свое сходство с принцем, сейчас запугивал знать другой планеты простыми словами. Обычными фактами.

Следующие два часа пролетели как мгновение.

Один докладчик сменял другого. Лорды поднимались на платформу, зачитывали отчеты, и были вынуждены отвечать на вопросы, которые никто не хотел слышать. Кир не кричал. Не угрожал. Не переходил на личности. Он просто спрашивал. Из-за этого каждый обычный жест юноши к концу собрания начал восприниматься как некая угроза, отчего атмосфера в зале сгустилась до невыносимой духоты.

К концу заседания в зале не осталось ни одного лорда, который смотрел бы на принца с прежней снисходительностью. В их глазах читалось уважение, перемешавшееся со страхом и непониманием.

— Совет Лордов объявляю закрытым, — произнесла Леди Верано. — Следующее заседание состоится через месяц.

Лорды поднялись. Вернее, медленно всплывали и выходили из зала едва держать на своих двоих. Все они шептались, обсуждая Кира. А тот просто сидел, и смотрел, как те улепетывают.

Когда последний представитель знати покинул зал, Ярели вскочила.

— Ты… — начала она, но Кир поднял руку.

— Не сейчас, — сказал он.

— Но…

— Я сказал — не сейчас.

Ярели резко развернулась и выбежала из зала, хлопнув дверью так, что кристаллы на стенах задребезжали.

Стелла проводила ее взглядом, а затем подскочила к Киру.

— Видел их лица? — она натянула довольную улыбку. — Как же они все побледнели!

— Видел, — Кир усмехнулся. — Они думали, что я буду кивать и поддакивать. А я…

— Ты разнес их! — воскликнула та. — В пух и в прах! Без шансов! Ты был просто… — девушка растерялась, не зная, какое слово подобрать. — Потрясающим… — с долей восторга произнесла она.

Кир повернулся к ней, отчетливо видя, как в ее печальных бело-голубых глазах теплился тот самый огонь неподдельного восхищения.

— Спасибо, — он произнес это чуть мягче обычного. — Но это только начало.

— Они не оставят все, как есть, — Тейдан отошел от стены, с которой чуть ли не сросся за эти часы. — Нужно подготовится к ответному удару. Их месть незаметной не пройдет.

— Ну, когда они там предложат следующую гадость — неизвестно, а вот что известно, так это то, что мне надо отчитаться перед отцом, — Кир подхватил планшет, куда уже получил все сегодняшние доклады, а еще вчера успел загрузить предыдущие отчеты. Папку, правда, из «Подозрительной фигни» пришлось переименовать в «Отчеты и нестыковки».

К родителям он пошел один. Совсем не хотелось, чтобы Дарион снова пришел в неистовство из-за одного факта присутствия Тейдана. Двери королевских покоев всегда охраняли двое гвардейцев в белых с серебром доспехах — живых доспехах, двигающихся самостоятельно, подчиняясь воле хозяев. Их лица скрывали шлемы с узкими прорезями для глаз. Кир кивнул, и они расступились, пропуская юношу.

Дарион сидел в кресле у камина. Сегодня он выглядел еще более уставшим, чем обычно. Под глазами темнели тени, а привычно расправленные плечи ссутулились.

Равилла, рассматривающая парящие сады, обернулась на тихий звук чужих шагов.

— Кириан, — мягко произнесла она.

— Докладывай, — сказал Дарион, уже ожидая услышать то, что тот говорил из раза в раз.

Кир положил пластину перед ним, на резную поверхность из темного дерева, инкрустированную серебром и нефритом. Провел пальцем и на ней зажглись таблицы, графики, цифры.

— Лорд Альторан доложил о программе стабилизации нижних уровней. Выделено сто миллионов ларов. Фактически до подрядчиков дошло шестьдесят.

Он переключил на следующий слайд. Цифры поплыли, сменились другими, еще более пугающими.

— Лорд Маландрий отчитался о доходах казны. Доходы от добычи световой руды выросли на двенадцать процентов. Налоговые поступления от тех же шахт упали на двадцать. Разница — в карманах посредников. Или в карманах тех, кто этих посредников контролирует. Он поклялся провести расследование, но я настаиваю назначить независимых экспертов для совместного разбирательства.

Он переключил следующий слайд.

— Как такое возможно? — голос Равиллы внезапно просел. — Ты уверен? Точно ничего не перепутал?

— Когда отчеты пишут верданы, заинтересованные в скрытие правды, так и получается. Когда проверяющие — их же карманные структуры. Когда никто не задает вопросов, — он выдержал паузу. — А я задал. И не один. Никто не знал, что ответить, только лепетали о проверках и валили все на своих помощников.

— Ты задавал им вопросы? — переспросил Дарион, подавшись вперед. — При всех?

— Верно. И требовал ответов. Указывал на нестыковки… Они чуть штаны не намочили, — Кир натянул немного гаденькую улыбочку.

Дарион и Равилла переглянулись. Их недоумение отобразилось на бледных лицах, вместе со страхом от услышанной информации. И долей восхищения из-за самого факта внезапно проснувшихся аналитических особенностях сына.

— Вот здесь, — Кир провел пальцем по экрану, — отчеты за предыдущие три месяца. Именно на их основе я сделал такие выводы. Я проверил каждый. Кто-то систематически ворует огромные суммы, и явно не один вердан. Это целая схема, выстроенная циклами.

Равилла отошла от окна, и осторожно опустилась в кресло напротив мужа.

— Ты уверен? Ты же… — она запнулась. — Не разбираешься в этом.

— Разбираюсь, мам, — Кир пожал плечами. — Просто никто и никогда не хотел меня слушать. Вот я и молчал. А сейчас мне надоело. Судя по увиденному, все идет к Дому Серебряного Листа, или к кому-то выше. Чтобы сказать точнее, мне нужен полный доступ к сетям дворца. Ко всем документам, отчетам, базам данных.

Дарион взял пластину. Внимательно посмотрел на данные, пролистал несколько старых отчетов, включая гильдейские. Потом поднял глаза на Кира.

— Ты просишь ключи от всего Этериона, — в его голосе прозвучало отчетливое напряжение. — Даже Элиар не имеет доступ ко всему. Ты представляешь, что может случится, если они попадут не в те руки?

— Неужели я так похож на вердана не с теми руками?

— Это ты мне скажи.

Кир смотрел прямо в глаза мужчины, видя в них отчетливое беспокойство и множество сомнений в правильности всего текущего разговора.

— Отец, ты хотел, чтобы я взялся за ум и начал работать. И когда последовал твоему желанию, — начал сомневаться, — Кир произнес это с таким же спокойствием, каким и всегда после своего «возвращения». — Я не могу тебя заставить, и не стану выпрашивать. Доверять родному сыну или нет — исключительно твое право. Я предлагаю разобраться в текущей ситуации без лишних ушей и экспертиз. Мне нужен доступ и время.

— Если аристократы действительно обворовывают казну, мы должны немедленно это пресечь, — вмешалась Равилла. — Кириан проявил себя в качестве прекрасного аналитика, и мы смогли избежать скандала на Церемонии. Я не вижу причин не дать ему шанс разобраться в финансовом мошенничестве.

— Я должен подумать об этом, — мрачно ответил Дарион, сведя густые брови к переносице. — Ты был на нижних уровнях… И до сих пор не рассказал, что настолько потрясло тебя, из-за чего ты потерял способность к аромосинтезу.

— Я видел там… Обычных верданов, — Кир прошелся вдоль камина, и, опустившись в середине дивана, закинул ногу на ногу. — Они работают, растят детей, ходят в театры. Весьма неплохие, между прочим. У них разнообразная, но дорогая пища, приготовленная профессионалами, вынужденными переехать туда с верхних уровней. За все дни пребывания там я не встретил ни биомантов-отступников, ни головорезов. Заходил в медицинские лавки и больницы — никаких проявлений Серой Гнили. Но, стоило открыть новости, постоянно видел статьи о том, что нижние уровни — источник заразы и преступности. О том, как темные культы приносят в жертвы животных и верданов, поклоняясь Силам Ночи… И это шокировало меня до глубины Узора, — Кир драматично приложил ладонь к солнечному сплетению, как делали аристократы во время собрания.

— Стелла сама рассказала про преступников, а ты — о щеколде.

— Верно, — ответил Кир. — Потому что мы условились не рассказывать правду, и она ляпнула первую придуманную глупость. За это прошу прощения. Эта история — ложь. Мы случайно пересеклись, и я узнал их историю, вот и предложил помощь. Услуга за услугу.

Равилла изумленно вскинула брови, слегка разомкнув губы. Она хотела что-то сказать, но все слова встали комом поперек горла.

— Я собираюсь вернуться туда, на этот раз с аппаратурой. Сниму, так сказать, влог. Небольшую историю своей прогулки по различным заведениям и улицам, поговорю с местными жителями. А затем предоставлю все данные вам и Совету Лордов. Интересно, что скажут на это те, кто должен защищать верданов, а не обворовывать их.

Дарион сжал в пальцах подлокотники кресла чуть ли не до хруста, и медленно поднялся. Настолько медленно и угрожающе, что Киру невольно показалось, будто к нему сейчас Мьёльнир прилетит и молнии праведного гнева обрушатся на всю аристократию.

— Хочешь сказать, — процедил он сквозь зубы, — что все доклады за циклы моего правления — ложь?

— Частично, — Кир слегка кивнул. — Не все они лживы, как и не все аристократы нечисты на руку. Имеющихся у меня данных оказалось достаточно чтобы заметить нестыковки, указывающие на намеренное введение вас в заблуждение. И этим занимается не один вердан.

— Мне нужны имена! — его грозный голос разнесся по помещению.

— Пока у меня нет полного доступа к системе, я не могу ничего сделать, — Кир отозвался с долей драматичности. — Все мои слова на данный момент — подозрения и домыслы, не имеющие под собой вещественных доказательств. Пока невозможно указать пальцем на кого-то конкретного.

— Это же… — Равилла сжала в побледневших пальцах края своей юбки. — Проработанная схема. Они систематически обкрадывали казну, и получили достаточно много влияния на наши решения.

— Верно, — Кир прислонился к спинке дивана. — Нижние уровни стали для них золотой жилой — они делают там, что хотят, как и с кем хотят. А правящая семья не покидает пределов Акрополя из-за страха покушения, создавая им прекрасную почву и стабильность.

— Да как они посмели?! — глаза Дариона вспыхнули золотым сиянием, становясь насыщенно-оранжевыми. — Если бы я только знал…

— Ты знал, — перебил Кир. — Но знал только часть, ведь все остальное… Просто не замечал. Тебе постоянно подсовывали куда более важные дела, не позволяя смотреть туда, где можно что-то увидеть. И пока ты решал эти «не требующие отлагательств вопросы» — Этерионом правили другие верданы.

— Да как ты смеешь?! — Дарион повысил голос. — Какая дерзость! Ты даже не прямой наследник трона, а осмеливаешься разговаривать с отцом в таком тоне?!

— Смею, — отрезал Кир. — Потому что я был там, где не был ты. И видел то, что сокрыто от твоих глаз. Именно поэтому я собираюсь туда вернуться, чтобы показать. Я молчал всю свою жизнь, и больше не собираюсь быть удобным младшим наследником, выполняющим чужие указания. Нижние уровни нуждаются в помощи. Если закрывать глаза на проблему, она не исчезнет, а усугубиться.

Кир сделал паузу, и продолжил чуть мягче:

— Я не обвиняю ни тебя, ни маму. Вы стали жертвами длительного и тщательно проработанного обмана, и мой долг — открыть вам глаза на правду. Вы обязаны знать это и перекрыть кислород тем, кто наживается за чужой счет. А я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь в этом.

Дарион сделал шаг назад. Коснувшись ногой ребра сидения, он обессиленно плюхнулся обратно в кресло. Закрыл ладонью побледневшее лицо, кажущееся оранжевым из-за мягкого света камина.

— И что ты предлагаешь? — мрачно поинтересовался он.

— Предоставь мне доступ, — повторил Кир. — Мне нужно проверить все документы, отчеты и счета. Тогда я узнаю, когда это началось и с кого все началось. Составлю список подозреваемых. А дальше решать уже тебе.

— Кириан, — Равилла пересела к сыну, и накрыла ладонями его кисть, лежащую на колене. Он перевел взгляд на встревоженную женщину. Отчего-то именно сейчас та напомнила ему тетю, смотрящую на него точно также в моменты беспокойства за своего племянника. — Если это все правда, то твоя поездка станет прекрасной возможностью для покушения. Это слишком опасно.

— Знаю, — без единой тени волнения ответил Кир. — Именно поэтому я должен ехать в ближайшие дни, пока они на пике ярости и шока. Я настолько сильно их напугал сегодня, вы бы видели их лица! — он позволил себе посмеяться, ведь вид тех перепуганных аристократов действительно забавил его.

— А если с тобой что-то случиться? — Равилла чуть сильнее сжала его руку в своей.

— Ну, зато вы знаете, как Элиара откормить до нормального состояния, — Кир пожал плечами. — Да шучу я, не смотри на меня так. Все будет в порядке. Стелла и Тейдан поедут со мной. Другую охрану не возьму: мы не знаем, кто на кого работает и как связаны. Лучше никому не доверять. К тому же, я не хочу привлекать внимание. Поеду под прикрытием, а не официально.

— Я не сомневаюсь в профессионализме финисов, однако, боюсь, что вчерашний стрим дал врагам время на подготовку. Зачем ты так подставился? К тому же, сделал это без нашего ведома. Я бы и слова не сказала, если бы ты просто играл, но… Превратить стрим в прямо эфир для сбора жалоб… Ты так подставился!

— Это того стоило. Вы просто не видели с какими лицами эти индюки напыщенные сидели в зале, — хмыкнул Кир, вспоминая общую атмосферу напряжения.

«На это планете нет индюков. Не пались, выбирай слова осторожнее», — прозвучал голос Люмирена, отчего Кир слегка вздрогнул. Он убрал руку от Равиллы.

— Вы ведь смотрели прямой эфир?

— Утром смотрели, когда слуги сообщили… Рассказы верданов и твое недальновидное поведение поразили меня в самый Узор, — она поджала пальцы, убрав руки. — Ты повел себя слишком самоуверенно и опрометчиво. Это совсем не похоже на тебя.

— Да, я действительно больше не тот, кем был раньше, — Кир улыбнулся немного виновато, и надеялся, что это не особо похоже на оскал. — Просто потому что я больше не могу притворяться, словно ничего не вижу и не понимаю. Лучше я рискну своей головой и поругаюсь с вами в попытке открыть глаза, чем оставлю все, как есть. Скажу честно: я боялся. Действительно боялся, ведь у аристократов есть рычаги давления на любого вердана… Но я не могу всю жизнь сидеть в тени просто из-за страха, что они нашли на меня какой-то компромат.

— Я все еще не понимаю, как это связано с твоей аромовосприимчевостью…

— Мам, я здоров, — Кир накрыл ладонью ее руки. — Это маскировка такая, — он указал пальцем на брошь, которую дал ему Тейдан. — Я специально использовал артефакт чтобы перестать чувствовать и стать слепой зоной. Да, это работает в обе стороны, но лучше так, чем никак. Они будут считать меня тяжело больным, давить на мою недееспособность и придумывать способы убедить вас в этом. Это выиграет для меня время и отнимет их.

— Твоя самостоятельность и ум восхищают и пугают одновременно, — Дарион постукивал пальцами по подлокотнику. — Сложно поверить, что ты так долго притворялся…

— Вот видите, какой я хороший актер? Мне даже вашу бдительность удалось усыпить. Я сделал все, чтобы стать настоящим позором семьи и невидимкой для всех. Именно поэтому удар от меня будет самым болезненным.

— Тогда зачем раскрыл все карты заранее? Ты бы мог сделать все тайно.

— Нет, — Кир покачал головой. — Я специально подставился и напугал их, чтобы заставить действовать. Уверяю вас, во время поездки меня попытаются убить. Это лучший способ чтобы продемонстрировать вам опасность нижних уровней и убрать неподконтрольного наследника, представляющего угрозу. Именно поэтому я дам им пару дней на подготовку. Пусть найдут лучших наемников, тогда Тейдан схватит кого-нибудь из них, и мы сможем узнать много интересной информации…

— Ты хочешь стать приманкой?! — Равилла чуть сознание не потеряла от ужаса, нашедшего отражение на ее худощавом лице. — Я ни за что не позволю тебе рисковать своей жизнью!

— Мам, — Кир похлопал пальцами по кисти женщины. — Я обвешаюсь всеми возможными и невозможными защитами. Ничего со мной не случится. Стелла и Тейдан сильнейшие воины, они меня защитят. Без пленника в бумажках ковыряться я буду крайне долго.

— Это слишком большой риск, — Дарион повернулся корпусом в сторону Кира. Морщины на его жилистом лице стали видны еще сильнее, особенно рядом с нахмуренными бровями. — Не стоит всецело доверять финисам.

— Кому доверять я решу сам, — Кир поднялся с дивана. — Через два дня отправляюсь. За это время распорядитесь найти мне обычную одежду, но не тайно. Пусть пойдут слухи, — он сделал несколько шагов вперед, и остановился.

Кир не стал оборачиваться к ним, прекрасно зная, что не сможет снова держать беспристрастное выражение лица.

— Вы гордитесь мной? — его голос прозвучал немного тише обычного, и в нем чувствовалась едва уловимая надежда.

— Конечно гордимся, — ответила Равилла, заставив себя улыбнуться сквозь волнение. — И мне очень жаль, что тебе пришлось притворяться столько времени…

— Я вас не подведу, — Кир покинул помещение быстрым шагом, а сам продолжал улыбаться практически незаметно даже для самого себя.

Ярели стояла у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела в сад. Там, внизу, слуги поливали цветы, подрезали кусты, убирали опавшие листья. Выглядели настолько спокойными, что внутри все закипало еще сильнее от одной мысли, что у них никаких проблем нет.

Под глазами залегли фиолетовые мешки — она не спала всю ночь из-за дурацких кошмаров, в которых Кириан смотрел на нее холодным, пронзительным взглядом, а рядом стояла Стелла и улыбалась. Улыбалась, улыбалась, улыбалась!

Ярели сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Она резко обернулась к комнате, ставшей воплощением всего, к чему стремилась: золото на стенах, потолке и ножках кровати искрилось в солнечных лучах. Скрывалось от них в белом нефрите.

— Успокойся, — Вейна сидела в кресле, спокойно попивая чай, и наблюдала за Ярели с той отстраненностью, которая стала ее визитной карточкой. Она, в принципе, достаточно равнодушно относилась ко всему происходящему вокруг себя, словно была недостойна проявлять эмоции касательно обыденной жизни.

— Если бы я могла успокоиться, я бы успокоилась! — выпалила Ярели, взмахнув рукой.

— Ты тратишь слишком много эмоций на вердана, не заслуживающего твоего внимания, — она слегка повернулась в сторону девушки, и серебряная брошь в виде тени, падающей от короны, сверкнула блеском десятков бриллиантов.

— Он мой будущий муж! — Ярели топнула по белоснежному нефриту. — И он даже слушать меня не хочет!

Она прошлась по комнате туда-сюда. Шлейф платья, вместе с легкой накидкой, тянулись за ней змеиным хвостом, задевая вазы, роняя подушки, сметая со столиков безделушки, которые никто не замечал, пока они не падали. Она не обратила на посторонние предметы никакого внимания.

— Кириан просто спятил! — воскликнула Ярели, разворачиваясь у камина так резко, что кружевной воротник больно хлестнул ее по щеке. — Ты же видела, что он устроил вчера на Совете Лордов!

— Конечно, — ровным тоном ответила Вейна. — А еще весь Акрополь только об этом и говорит. Лорд Альторан до сих пор не пришел в себя.

— И правильно! — Ярели взмахнула руками. — Они должны бежать! Бежать от этого… от этого…

Она задохнулась от возмущения, не в силах подобрать слово. Те застревали в горле, комкались, путались.

— Марионетка, которая выучила новые трюки? — подсказала Вейна.

— Он не марионетка! — закричала Ярели. — Он не слушает меня! Он не слушает вообще никого!

Вейна снисходительно улыбнулась, наблюдая за эмоциональным порывом подруги. Казалось, еще чуть-чуть и ее на части разорвет от возмущения. Ярели остановилась посреди комнаты, тяжело дыша, и глядя на Нор-Коррен широко раскрытыми глазами. Вместо непреодолимой обиды в них теплилась самая настоящая ярость, заставляющая кровь вскипать.

— Как он посмел? — прошептала она. — Как он посмел позорить их перед всем Советом? Как он посмел задавать вопросы?! Как он посмел…

— Он задавал вопросы, на которые у них не было ответов, — Вейна поднялась с кресла с той грацией, какой Ярели всегда не хватало даже спустя десять циклов постоянных тренировок. — Разве это позор?

— Это позор! — Ярели снова топнула. — Они — столпы Этериона! Старейшие дома! А он…

— Он — второй наследник, — напомнила Вейна. — Ему по статусу положено задавать вопросы и получать ответы.

— Но не такие! — Ярели подошла к ней почти вплотную. — Не публично! Не перед всеми! Не так, чтобы они…

— Чтобы они поняли, что их тайны больше не тайны? — Вейна чуть улыбнулась уголками губ, так, что улыбку можно было принять за гримасу. — Чтобы они поняли, что удобный наследник перестал таковым являться?

Ярели смотрела на нее, не веря собственным ушам.

— Ты что, на его стороне? — она практически выплюнула этот вопрос.

— Я на стороне сильных, — поправила Вейна. — И фактов. А факты таковы, что Кириан… — девушка призадумалась. — Стал великолепен в своей непревзойденной наглости. И эти изменения пугают всех, включая его собственных родителей и тебя саму.

— Ты считаешь, что он изменился к лучшему? Вот мне так совершенно не кажется! Он был очень милым и тупым.

— Полагаю, Кириан всегда был великолепным актером, раз ты так думаешь, — Вейна повернулась к ней. — А верданы, умеющие играть, всегда лучшие, но исключительно для самих себя.

— Мне плевать на его притворство! Он меня игнорирует! Он не смотрит на меня! А раньше всегда беспокоился, переживал! Я уверена, все дело в той девке! — Ярели поджала пальцы в кулак, вновь заметавшись по комнате. — В Стелле! Она постоянно торчит рядом, смотрит на него своими тупыми коровьими глазами, как преданная шавка. И, представь себе, смеет заходить в покои Кириана без стука! Я сама видела! — девушка моментально остановилась. — Я видела, как она зашла к нему ночью! А ее платье?! Где она вообще взяла платье из высшего сословья?! Она точно пытается его соблазнить, говорю тебе! Метит в кандидатки, а Кириан может это сделать!

— И что с того? — Вейна выдохнула с долей усталости. — Если он уговорит отца заново провести отбор, мы снова подкупим экзаменаторов чтобы ты прошла.

— И то, что я не знаю, какие у них взаимоотношения на данный момент! — Ярели шумно выдохнула. — Ты знаешь, кто она? Откуда взялась? Почему он доверяет ей больше, чем мне?

— У меня нет информации. А то, чего я не знаю, меня беспокоит.

— Беспокоит? — Ярели усмехнулась. — Тебя?

— Наследница Клана Теней должна знать все, — Вейна покачала головой. — Или хотя бы пытаться знать. А когда информации нет… Это становится опасно.

Она подошла к камину. Протянула руки к огню длинные пальцы, унизанные серебряными кольцами, и на секунду они замерли в пляшущем пламени. Виски сдавило от криков той, кто до вхождения в Акрополь была куда спокойнее и сговорчивее.

— Я ненавижу твои загадки, ты же знаешь! Давай конкретнее.

— А ты сама не видишь? — Вейна обернулась к девушке. — Твой жених уже не тот, кем был раньше. Не слушается, не боится и не делает то, что ему говорят и на что намекают. Ему не следует лезть туда, во что он ввязывается, но Кириану все равно. Рядом с ним двое неизвестных, которым он доверяет больше, чем тебе. И у Клана Теней нет информации. А это — большая редкость. И большая проблема.

— Это я и так поняла! — Ярели обессиленно опустила напряженные плечи. — Но что мне делать? Как заставить его снова слушать меня?

— Для начала — успокоиться, — Вейна вновь вернулась к креслу, опускаясь на мягкое сидение. — Истериками ты ничего не добьешься. Сама видишь: он их игнорирует. Тебе придется сменить стратегию поведения.

— Но…

— Никаких «но», — холодно отрезала она. — Ты хочешь стать териссой, для этого нужен он. А чтобы он стал твоим телом и Узором, ты должна понять, что им движет. Раньше мы думали, что ему достаточно стабильности: чтобы члены семьи были здоровы и счастливы, но сейчас… Похоже, его никто не заботит. Поэтому, прошу, не горячись. Сейчас необходимо выяснить больше информации о его планах.

— Ладно, — Ярели перевела взгляд на огонь. Пламя плясало, отбрасывая тени на стены, потолок, и равнодушное лицо Вейны.

— Я слышала слухи, — как бы между прочим продолжила девушка, чем насторожила Ярели, — якобы Кириан снова собирается на нижние уровни. Со Стеллой и Тейданом.

Ярели замерла с приоткрытым ртом, на секунду забыв, как говорить и вообще, дышать.

— Что? — ее брови поползли вверх. — На нижние уровни?!

— Говорят, он хочет снять документальный фильм. Показать всем, что там нет ничего страшного, а верданы живут обычной жизнью.

— Какой ужас, — Ярели опустилась на диван, как подкошенная. — Он точно сошел с ума! Там же… там же жуть! Там биоманты! Культисты! Серая Гниль! Там…

— Там обычные верданы, — перебила Вейна. — По крайней мере, так говорят те, кто был там. И не только Кириан.

Ярели смотрела на нее, не веря своим ушам.

— Это же полная чушь! Кириан пережил там нечто настолько ужасное, что потерял аромовосприимчивость! И, должно быть, тронулся умом…

— Как-то слишком хорошо тронулся, — хмыкнула Вейна. — Обычно дурачками становятся, а не наоборот. Ты же понимаешь, что, если Кириан поедет туда, может не вернуться? Не потому, что там опасно, а потому, что те, кому выгодна ложь, сделают все, чтобы он остался там навсегда.

Ярели моментально побледнела, и перед глазами потемнело.

— Неужели… Ты думаешь, будет покушение?!

— Единственное, что я думаю — его необходимо остановить, — спокойно ответила Вейна. — И ты, будучи его солари, единственная, кто на это способна.

— Но он же меня не слушает!

— Ты можешь заставить его слушать. Создать ситуацию, когда выбора у него не останется: устрой прилюдную истерику. Чтобы видели и слышали все, и ему стало стыдно. Подобное поведение — позор в первую очередь для него. Ведь именно он не слушал в приватной обстановке, вынудив свою солари опозориться, лишь бы докричаться.

— А это точно сработает? — Ярели сглотнула немного нервно. К сценам она уже привыкла, но при других все же старалась вести себя скромнее.

— Конечно, — хмыкнула Вейна. — Он ведь мужчина. А мужчины не выносят публичного стыда.

— Ух, я ему устрою! — Ярели уже не слушала: поправила прическу, одернула платье, и выбежала из комнаты, хлопнув дверью так, что кристаллы на люстре задребезжали.

— Какая же ты идиотка… — одними губами прошептала Вейна, расслабленно улыбаясь.

Хрустальные сады Этериона, окрашенные закатными лучами, наполняла негромкая, почти невесомая музыка, звучащая словно из неоткуда. По полупрозрачным каменным лестницам ходили дамы в пестрых платьях, и мужчины в строгих камзолах с золотыми вышивками. А внизу, на самой центральной платформе, были расставлены столы, накрытые серебряными скатертями. Именно туда Кир и шел, к самому приятному месту из всех. Там хотя бы была еда. Вернее, то, что аристократы ей считали.

Сегодня здесь собрались все Дома Столицы. Как Кир успел понять уже из самого факта происходящего: ужин в Хрустальных садах — традиционное мероприятие, проводящееся на следующий день после Совета Лордов, — чтобы семьи аристократов могли обсудить вчерашние события в неформальной обстановке, пока мужья отсыпались после заседаний. А обсудить действительно было что.

Тихие разговоры разрезал громкий стук каблуков по брусчатке. Ярели стремительно шла вперед, отчего ее платье цвета глубокого индиго, расшитое звездами, развивалось, и казалось совершенно невесомым, а кристаллы в прическе звенели от каждого движения.

Сотни взглядов мгновенно приковались к девушке, источающей аромат искренней ненависти и лютого негодования. Все уже прекрасно понимали, что сейчас случится что-то действительно интересное, а вот Кир совершенно не догадывался.

— Кириан! — Ярели выкрикнула имя жениха на высокой, истеричной тоне. — Я требую, чтобы ты ответил мне!

Кириан вопросительно выгнул бровь. А все гости мгновенно затаили дыхание.

— Я слушаю, — спокойно ответил он, будто решил пообсуждать с ней погоду.

— Ты опозорил меня на Совете! — Ярели замерла прямо перед ним, не собираясь соблюдать почтительную дистанцию. — Перед всеми лордами! Ты сделал из меня посмешище, когда просто заткнул!

Стелла скосила глаза в сторону Тейдана, демонстративно поджавшего губы. Он изо всех сил старался не улыбаться, и Ар-Вин его прекрасно понимала. Ее взгляд упал на одну из девушек, облаченную в простое нежное платье цвета утренней зари. Та стояла намного ближе к Кириану, чем остальные. Замерла в таком искреннем недоумении и растерянности, словно отчитывали именно ее.

— Посмешище? — переспросил Кир, специально делая к ней шаг и сокращая дистанцию. Он навис над миниатюрной девушкой практически как скала. — Я не делал из тебя посмешище, Ярели. Я всего лишь участвовал в обсуждении, как и положено. А вот тебе слова там не давали.

— Ты игнорировал меня! — закричала она, срываясь на визг. Именно им обычно она заставляла отца мгновенно прекратить спорить с ней, братьев — ретироваться, а слуг — молить прощение на коленях. — Ты сидел и слушал этих… этих… а на меня даже не посмотрел!

— Я выполнял свою работу, — Кир пожал плечами. — Тебе нечего было делать на заседании Совета, но я позволил тебе присутствовать. Так, в чем проблема?

— Я — твоя солари! — Ярели ткнула дрожащим пальцем в его сторону. — Мое место всегда быть рядом с тобой! Быть на первом месте для тебя в любой ситуации!

— Твое место, — Кир сделал ударение на последнем слове, и оно прозвучало как пощечина, — там, где тебе положено быть по протоколу. Или моя милость показалась тебе недостаточной?

Толпа ахнула. Кто-то восхищенно покачал головой, кто-то — осуждающе зацокал языком. Лорд Грейвуд, старый военачальник с седыми усами, громко хмыкнул и повернулся к соседу: «А мальчик-то зубы показывает». Сосед, молодой граф с жидкой бороденкой, испуганно закивал, не зная, соглашаться или возражать.

Та самая девушка, чье платье выделялось на фоне простотой, поджала бледные губы и вжала голову в плечи. Стелла украдкой наблюдала за ней, ведь в отличие от остальных, та просто стояла посреди тропинки и даже не пыталась сделать вид, словно занята своими делами. Продолжала просто смотреть.

Ярели почувствовала, как земля уходит из-под ног. Причем буквально. Картинка перед глазами поплыла, и колени подогнулись. Она бы рухнула, так и не заставив Кира дернуться, если бы не вовремя подставленная рука Вейны.

— Держись, — прошептала Вейна, незаметно вонзая ногти в ее локоть. — Не смей показывать слабость.

Ярели, собрав последние силы, выпрямилась, и дернула плечом, сбрасывая руку Вейны.

— Да что с тобой происходит?! — закричала она, и в ее голосе, помимо ярости, прозвучала настоящая глубокая обида. — Ты стал другим! Ты не тот вердан, за которого меня обещали! Мало того, что ведешь себя странно, еще и собираешься ехать на нижние уровни. Я тебе запрещаю!

— Я просто стал собой, — Кир стоял, не двинувшись с места. — И ты не имеешь право запрещать мне что-либо.

— Ты стал чудовищем! — выпалила Ярели. Крик ее разлетелся над садом, отразился от хрустальных террас и вернулся эхом. — Ты не хочешь меня слушать! Не думаешь о чести! О долге! О семье! Ты думаешь только о себе! О своей… Своей любовнице! Давай же! Давай, скажи это: ты требуешь ее в кандидатки вместо меня!

Ее обвинение прозвучало подобно удару ножом в спину всей правящей династии, заставив гостей взволнованно перешептываться. Кир внешне совершенно не изменился, зато в мыслях прозвучало отчетливое:

«Ах ты тапок-перевертыш, вечно под ноги лезешь не с той стороны! Вот какое зло я тебе сделал?! Шуршалка пакетная, сама не знаешь, чего хочешь, но всех дергаешь! Косметичка с повышенным чувством собственной важности, да ты меня в гроб своими истериками загонишь раньше, чем я всех на чистую воду выведу! Стану первым человеком, благородно окачурившимся из-за головной боли!»

«Я создам словарик твоих ругательств просто чтобы передавать из поколения в поколение…» — Люмирен явно посмеялся, но этот звук больше напоминал помехи.

«Завались, Электро, не лезь под горячую руку!»

Лицо Ярели исказила гримаса праведного гнева, стоило уставиться на Стеллу. Смотрела прямо ей в глаза, и видела в них все, что так ненавидела: уверенность без титула. Достоинство без богатства. Власть без положения.

— Как ты посмел?! — закричала Ярели, тыча пальцем в сторону Стеллы. — Променять меня на эту безродную выскочку!

— Да ты популярна, — едва слышно шепнул Тейдан с явной насмешкой, но совершенно беззлобной. Он находился на грани отчетливого припадка неконтролируемого смеха, и удивительным образом держался.

Стелла же не знала, как реагировать. Она удивленно посмотрела на Тейдана, следом — на ту странную перепуганную девушку, на гостей, застывших в ожидании финала скандала. Вот уж чего Ар-Вин не ожидала, так попасть в любовную драму, при этом совершенно не принимая в ней никакого участия. Собрав воедино все свое достоинство и чудом не заразившись от Тейдана смешинкой, она произнесла максимально ровно:

— Леди Миннар, у меня нет никакого желания занимать Ваше место. Я — всего лишь личная служанка В Чьих Жилах — Исток. Нас не связывают близкие отношения.

— Врешь! — завопила Ярели. — Как ты смеешь мне врать?! Личной прислуге запрещено носить подобную одежду! Ты должна одеваться, как Зари! Как другие! Да ты ничем не отличаешься от других слуг, но смеешь претендовать на место кандидатки?! — она успела сделать несколько шагов в сторону Стеллы, но Кир моментально возник перед ней, не дав подойти.

«Похоже, она права, — немного растерянно отозвался Люмирен. — Я прошерстил интернет касательно истории дворцового этикета. Вейна подставила Стеллу. Вот почему Дарион с таким негодованием отнесся и к ней. Но, видимо, решил не поднимать эту тему, пока ты сам не заговоришь».

«Ах, вот как, — у Кира практически мозг закипал от происходящего. — Вейна похожа на ту, кто составляет план на случай составления плана… Видимо, не так уж сильно дорожит своей подругой. Уверен, до публичного скандала Ярели не своей мозгой додумалась. Несмотря на ее непробиваемый идиотизм, при других она всегда вела себя прилично».

— Ярели, — тон Кира совершенно не изменился. — Не приближайся к ней. Не знаю, почему ты так подумала, но нас действительно не связывают близкие отношения. Не стоит так волноваться из-за нее.

— Смеешь ее защищать?! — Ярели рассмеялась истерично, и, в какой-то степени, практически безумно. — Ты защищаешь эту девку перед своей солари?!

— Я защищаю свою подругу, — Кир не повысил голоса, продолжая говорить достаточно тихо. И это пугало сильнее любого крика. — А тебе следовало бы снять корону, а то она явно мозг пережимает.

Аристократы громко зашептались, совершенно не собираясь скрываться. Перебивали друг друга, перекрикиваясь через головы.

«Он назвал ее подругой несмотря на то платье», — щебетали дамы, прижимая веера к раскрасневшимся лицам.

«Он поставил ее выше солари», — переговаривались мужчины, покачивая головами с восхищением или ужасом.

«Как он смеет оскорблять леди Миннар?», — старухи касались кончиками пальцев лба, губ и солнечного сплетения.

— Подругой? — прошептала Ярели. Она не верила собственным ушам, и уже чувствовала, как находится на грани реальности и небытия. — Ты назвал ее подругой? Ты… Ты предпочел ее мне? Считаешь меня дурой, да?

— Ты путаешь дружбу и брак, — Кир снисходительно покачал головой. — У меня есть право выбора, и я волен сам выбирать, с кем дружить. Кому доверять. Кого назначать помощниками. Ты вовсе не глупа, но иногда статус затмевает здравомыслие. И я настоятельно прошу тебя думать головой, а не эмоциями.

— А я? — Ярели посмотрела в его глубокие изумрудные глаза, и не видела в них привычного золотого перелива. — Что я значу для тебя?

Кир не отвел взгляда, продолжая прожигать ее насквозь.

— Ты — моя солари по договоренности, — сказал он. — Не больше и не меньше.

Эти слова прошлись по Узору длинным лезвием, разрезая все тщательно сплетенные узлы. Ярели поджала дрожащие губы в тонкую, бледную полоску, с трудом проглотив ком обиды.

Вейна, стоявшая чуть поодаль, сложила руки на груди. Ее серые глаза, наполнившиеся неподдельным любопытством, скользили по Ярели, Киру, толпе, — она выхватывала каждую деталь, запоминала, раскладывала по полочкам. А на губах играла легкая, едва заметная улыбка. Она встретилась взглядом с Тейданом, давно обратившим на нее внимание, и улыбнулась ему шире, отчего тот свел брови к переносице.

— Ты пожалеешь, — прошептала Ярели сквозь зубы, сдерживая прожигающее изнутри чувство ненависти. — Ты пожалеешь об этом дне.

— Когда-нибудь, возможно, так и случиться… Но точно не сегодня, — Кир повернулся в сторону гостей, окидывая их уверенным взглядом. — Уважаемые гости, прошу прощения за увиденную сцену. Леди Маннар переволновалась. Сами понимаете, впервые присутствовала на Совете. Не обращайте внимание, ей всего лишь нужен отдых.

Кир щелкнул пальцами. Негромко, но в тишине этот щелчок прозвучал оглушительно. Двое слуг, все это время мнущихся поодаль, подошли к Ярели. Взяли ее под локти бережно, но твердо.

— Не трогайте меня! — закричала Ярели, вырываясь. Голос сильно осип, да и сил дергаться уже не осталось. — Я сама!

Она вырвалась, поправила платье, бросила на Кира последний взгляд, наполненный непреодолимой обидной, и пошла прочь. Выбежала из сада, сопровождаемая шепотом и любопытными взглядами. Ее платье волочилось по брусчатке, собирая пыль и лепестки цветов.

Вейна осталась стоять у колонны. Она смотрела на Кира с долей уважения, какое проявляла далеко не к каждому. Даже если это всего лишь небольшая капля признания чужих достижений.

— Неплохо, — прошептала она одними губами. — Очень неплохо.

Вейна встретилась взглядом с Киром, улыбнувшимся ей совершенно обыденно, но многозначительно. Она слегка склонила голову в знак уважения и направилась следом за подругой.

Кир вернулся на свое место за столом. Уселся поудобнее, закинул ногу на ногу. Поднес бокал с непонятной бурдой к губам, делая небольшой глоток. На удивление, напиток оказался довольно приятным, хоть и не имел ярко выраженного вкуса. Он поднял бокал и посмотрел на Стеллу, все еще мнущуюся поодаль.

— Ну что, — сказал он, улыбнувшись той самой самоуверенной улыбкой, ставшей его визитной карточкой. — Спектакль окончен. Аплодировать не обязательно.

— Ты… — начала Стелла.

— Ой, знаю, знаю, — отмахнулся Кир. — Потрясающий. Грандиозный. Лучший за всю историю!

— Я хотела сказать «безумный», — Стелла слегка улыбнулась, тоже взяв бокал. — И с очень крепкими нервами.

— Это одно и то же, — Кир пожал плечами. — А нервов у меня еще на первом в жизни полуфинале не осталось, так что психовать мне не свойственно, — он слегка ударился бокалом о ее.

«Сказал тот, кто постоянно бесится», — хмыкнул Люмирен.

«Я ж сказал тебе завалиться! Подумаешь, возмущаюсь иногда…»

«Ты пучишь глаза и орешь».

«Да ну тебя!»

— Ты любое событие умудряешься превратить в грандиозное шоу, — Тейдан тоже подхватил бокал. — Это определенно непревзойденный талант.

— Вот за мой талант и выпьем! — Кир чокнулся с ним бокалами и сделал глоток напитка. — Не знаю, что это за фигня, но похожа на разбавленный сок… — он поставил его обратно на стол, поднимаясь. — Что-то я уже изрядно устал от этого всего. Идемте отсюда.

Он шагнул вперед. Туда, где мерцали огни, где шумела толпа, где жизнь продолжалась, не спрашивая разрешения. Стелла и Тейдан последовали за ним. Тени их сливались на мраморных плитах в единое целое.

А за ними, из темноты хрустальных террас и белокаменных арок, наблюдала Вейна. И улыбалась.

— Устрой же настоящее представление, мой истинный наследный принц… — практически незаметно прошептала она.

Комната Тейдана утопала в полумраке, нарушаемой мягким светом бирюзового экрана НЭКСа и редких осветительных кристаллов по углам помещения. Вместо чтения множества книг, развалившихся по столу, он листал ленту всемирных новостей, читая про новые преступления Созерцателя.

Шицы появилась из ниоткуда, совершенно не напугав юношу. Тот давно уже ждал прибытия помощницы, и так сильно запоздавшей.

— Информация на солари, — Шицы протянула Тейдану пластину.

— Можешь идти, — Тейдан забрал пластину, даже не взглянув ни на нее, ни на девушку. Он положил аппарат на край стола, а сам взмахнул пальцем, перелистывая новости.

— Поняла, — Шицы бросила немного обеспокоенный взгляд на задумчивого господина и, поклонившись, исчезла также внезапно, как и появилась.

— Ты в курсе, что подглядывать нехорошо? — спросил Тейдан, не отрывая взгляда от статей.

— Почему ты не говорил про помощницу и телепорт? — голос Люмирена прозвучал раньше, чем сам юноша появился в комнате.

Сияющие искры глитча завертелись в воздухе, вылетая прямо из экрана НЭКСа Тейдана. Они кружились, подобно снежинкам, постепенно складываясь в фигуру. Образ Люмирена появился за считанные секунды, и юноша прислонился к ребру стола. Осторожно присел на край, стараясь ничего не задеть.

— Это ее телепорт, настроенный на определенную конфигурацию, — Тейдан махнул пальцем, перелистывая страницу на пластине. — И я не обязан отчитываться вам о своих связях.

— Подтверждаю, — Люмирен не сводил с юноши пронзительного взгляда. И таилось в нем что-то совершенно непривычное, чуждое всем. Включая самого Вэйса. — Она похожа на кого-то, — продолжил юноша. — Я не могу… — он запнулся, когда слово застряло в горле.

— Вспомнить? — подсказал Тейдан.

— Сопоставить, — поправил его Люмирен, и в его голосе прозвучала редкая нотка раздражения. — Когда-то я видел девушку, похожую на нее, но в базах данных не сохранились эти воспоминания. Я не могу сопоставить ее внешность с имеющейся информацией.

— Тебя это беспокоит? — Тейдан свернул экран НЭКСа, поднимая взгляд на собеседника.

Люмирен выдержал паузу, пока смахивал очередное оповещение об ошибке, а затем ответил:

— Да.

— Почему?

— Потому что я должен знать все. Это моя функция.

— Это больше похоже на одержимость Клана Теней, — хмыкнул Тейдан. — Тебе бы спеться с ними, точно узнаешь все сплетни планеты. И тогда спать сможешь спокойно.

Люмирен смотрел на него. Долго. Внимательно. Так, что Тейдан почувствовал себя немного некомфорно.

— Иногда я тебя не узнаю, — чуть тише произнес Люмирен.

— Я всегда был таким, просто ты недостаточно хорошо меня знаешь. Мы знакомы чуть больше недели.

— Замечать детали — особенность моей операционной системы. И я вижу любые малейшие изменения, поскольку подключен к вашим чипам в головах. Та девушка меняет твои показатели…

— Раз ты такой внимательный, — Тейдан не позволил ему договорить, — почему не замечаешь собственных изменений?

Люмирен на секунду замер. Его спокойное, донельзя безэмоциональное лицо, исказила тень живых эмоций. Словно что-то сломалось внутри, дав волю обычной человечности.

— Я не способен меняться, только ломаться. А когда сомны ломаются — мы форматируем определенные процессы или полностью нашу систему.

— Эта прекрасная ложь действительно тебя успокаивает? — Тейдан повернулся в кресле в сторону собеседника.

— Для меня нет понятия спокойствия, — напомнил Люмирен. — Если у тебя есть лишнее время для размышлений, лучше подумай о Стелле.

— Зачем мне о ней думать? — Тейдан сдержал гаденькую улыбочку, услышав долю раздражения в голосе юноши. — Она, конечно, девушка интересная, но у меня других забот полно.

— Показатели ее здоровья меняются в присутствии Кира. Ты знаешь, кто она?

— Представительница расы Вэл'Ар, — Тейдан кивнул. — Уникальная раса. Осталось всего три тысячи. У них всех фамилии начинаются с «Ар».

— Три тысячи шестьсот сорок два, — поправил Люмирен. — Если быть точным. Они способны чувствовать эмоции других на физическом уровне. У них повышена выработка окситоцина в присутствии тех, кого они… — он запнулся. — К кому они неравнодушны.

— Ты хочешь сказать, что Стелла влюблена в Кира? — Тейдан выгнул бровь. — Вэл'Ары — однолюбы. Слышал поговорку? «Счастье и беда если тебя полюбил Вэл'Ар».

— Я хочу сказать, что ее физиологические показатели меняются в его присутствии. Пульс учащается. Зрачки расширяются. Температура кожи повышается.

— Это называется «быть живой», — хмыкнул Тейдан.

— Нет, это называется «биологическая реакция, характерная для расы Вэл'Ар в присутствии объекта потенциальной привязанности».

Тейдан смотрел на него с долей задумчивости. По большей части о том, за что ему это все и почему страдает именно он.

— Неужели ты ревнуешь? — Фэрроу задал вопрос с легкой усмешкой, играющей на губах.

— Я не могу ревновать.

— Тогда почему ты так беспокоишься о ее здоровье?

Люмирен замолчал. Он упрямо смахнул ошибку эмоционального модуля, требующего срочного форматирования.

— Она моя подруга, — наконец сказал Люмирен. — Я хочу, чтобы она была здорова и счастлива. Настолько, насколько это возможно в текущей ситуации.

— А если ей будет больно с Киром? Или наоборот, очень хорошо? — Тейдан оторвал спину от кресла, подавшись вперед. — Что ты сделаешь?

— Я не знаю, — признался Люмирен. — Впервые в жизни я не знаю.

Тейдан подхватил со стола пластину, оставленную Шицы. Пробежался глазами по тексту.

— Здесь информация на Ярели. Думаю, Киру пригодится. Но ничего необычного про нее нет: она просто капризная и избалованная аристократка.

— Почему ты не ответил на вопрос?

— Какой?

— Зачем скрываешь существование помощницы и ее телепорта? Почему не доверяешь друзьям?

— Я недостаточно хорошо вас знаю, чтобы раскрывать все карты, — Тейдан поднял голову в его сторону. — Она скрывается по той же причине, что и ты — вы оба наши козыри на случай форс-мажора. Не важно, насколько подозрительным ты меня считаешь. Я на вашей стороне.

Люмирен убрал руки в карманы безрукавки. Его немного напряженное лицо изменилось до состояния небольшой растерянности.

— Спасибо.

— За что? — Тейдан выгнул бровь.

— За то, что ты есть.

— И что это должно значить?

— У меня никогда не было друзей, — Люмирен отвел взгляд. — Я до сих пор не понимаю, каково это — дружить. И быть не одному. Поэтому… — уголки его губ дрогнули в легкой полуулыбке. — Я просто доверюсь вам всем. Потому что считаю вас хорошими. И про помощницу тоже никому не скажу: так действительно будет лучше.

— Пожалуй, — Тейдан протянул руку, накрыв ладонью плечо Люмирена. Такого же физического, самого обычного плеча, какое есть абсолютно у всех. Кроме тех, у кого плеч нет, разумеется. — Твоя речь тоже изменилась.

— Я стараюсь подражать вам, — Люмирен кивнул. — Если говорить про изменения, то Кир тоже поменялся.

— Никто и ничто не остается неизменным, — Тейдан отпрянул, отходя в сторону своей кровати. — А уж в хорошую или плохую сторону эти изменения — совсем другой вопрос.

— Я просчитаю все изменения. — Люмирен считал состояние Фэрроу: показатели бодрости стремились к нулю. — Тебе стоит отдохнуть.

— Знаю.

Люмирен кивнул. Глитч замерцал вокруг него, и яркие частицы влетели в НЭКС Тейдана.

— Ну и что это за хрень? — Кир уставился на конструкцию, парившую в трех метрах над землей. Его лицо исказилось в непонятной эмоции то ли отвращения, то ли неописуемого шока, словно он увидел кота, танцующего вальс.

Когда слуги сказали, что подготовили для поездки «Хрустальную стрекозу», Кир подумал, будто бы название должно соотноситься с внешним видом. Наивный. Он скользил взглядом по вытянутому полированному нечто черного цвета с множеством золотых прожилок. Если присмотреться, возможно, это действительно напоминало насекомое… Но исключительно в представлении художников, а не инженеров-проектировщиков.

— Наш транспорт, вообще-то, — Тейдан щелкнул пальцами, и часть борта опустилась к земле, демонстрируя лестницу. — Прошу любить и жаловать.

— Любить? — Кир скривился. — Да это будто Пикассо проектировал! — он, привычно сунув руки в карманы излюбленной белой джинсовки, подошел ближе к неведомой капсуле. — У этой фигни есть крылья. Это крылатая пилюля, или, как минимум, насекомое под стероидами, которое заставили носить дизайнерскую одежду.

— Это высокотехнологичный транспорт, — голос Люмирена раздался из динамика, интегрированного в панель управления. Там должен был находится виртуальный голосовой помощник, которого юноша благополучно вытеснил. — Скорость до сорока ми в гу, автопилот, система защиты от перехвата.

— Я все еще вне контекста, — напомнил Кир. — Давай как-то в километрах да часах, по старинке.

— Тысяча километров в час, — произнес Люмирен спустя пару секунд поиска информации по базам данных. — А еще там комфортабельный солон.

— Че, прям кожаный? — Кир поднялся на пару ступеней, заглядывая внутрь. — Меня не покидает стойкое ощущение, словно эту калымагу спроектировал какой-то страдалец по пьяной фантазии неугомонного аристократа, решившего свою даму впечатлить. А теперь нам подсунули эту фигню просто потому, что это позорище пылилось в гараже десятки лет. И это, по-вашему, называется «не выделяться из толпы»? Если на таких все ездят, остановите планету, я сойду.

— Невозможно остановить планету и сойти, это не общественный транспорт, — скептически заметил Люмирен.

— Когда ты начнешь понимать юмор — точно конец света случится, — Стелла отозвалась с долей раздражения.

— На самом деле ты не так далек от истины, — Тейдан уже успел забраться внутрь и настроить панель управления с целой кучей непонятных символов. — Эта модель принадлежала лорду Альторану. Он использовал ее для поездок на нижние уровни с проверкми.

— Да ладно? — Кир усмехнулся. — С проверками кошельков местных жителей, я полагаю. Ладно, черт с ним. Если уж он на ней не разбился, значит, и мы не разобьемся.

Кир активировал панель прикосновением и плюхнулся на заднее сиденье, закинул ногу на ногу и демонстративно не пристегнулся. Ремни безопасности сами бросились на него, громко щелкнув. Юноша стойко промолчал. Сиденье оказалось неожиданно удобным: подголовник идеально отрегулирован, в подлокотник встроена панель с кнопками, значения которых Кир даже не пытался угадать. Но хотелось, чтобы откуда-то появился стаканчик с напитком. Желательно, не газировкой.

Стелла уселась рядом с главным источником шума, пока подозрительно молчащим. Поправила рукава своего привычного мундира, решив в платье все же не выделяться. И так на нее все смотреть начали, как на врага народа.

Тейдан коснулся сенсорной панели. «Хрустальная стрекоза» бесшумно оторвалась от платформы, развернулась на месте и устремилась к городу. Скорость набиралась плавно, почти незаметно, и только легкая вибрация подсказывала, что они движутся.

Вскоре стена леса закончилась, и транспорт влетел на верхние улицы Найе. Здания из камня, похожего на розовый кварц и горный хрусталь уходили в небо, теряясь крышами в облаках, а фасады украшали такие тонкие узоры, что казались кружевом. Балконы тонули в растениях, цветущих круглый год, подчиняясь не временам года, а воле магов-садовников. Водопады стекали с крыш, террас, парящих садов на высоте облаков, сливаясь в единые кристально-прозрачные реки.

— Ну и китч, — протянул Кир, глядя в окно. — Точно Пикассо приложил руку, не иначе. Я ожидал чего-то… Более высокотехнологичного, — он наблюдал за пешеходами, пересекающими небольшие речки по изогнутым мостам. — Впрочем, если аристократы тут намеренно себя до анорексии доводят — я уже ничему не удивлюсь.

— У меня нет информации касательно причин их поведения, — Люмирен показался на панели управления, занимающей все свободное пространство перед передними сидениями. — Верданы слишком скрытные и даже в сети нет ничего определенного.

— Я уже привык, что ничего просто не бывает.

— Давайте хотя бы пару часов не думать про них? — Стелла припала к окну, с восхищением рассматривая сады, увитые невиданными растениями. — Здесь так красиво… Просто невероятно!

— Ага, рай для аллергиков и инсектофобов, — несмотря на недовольство, Кир все же наблюдал за проносящимися видами.

— Да ну тебя, — буркнула Стелла. — Тебе постоянно все не так!

— Я буду очень ворчливым и недружелюбным дедом. Обещаю.

Тейдан не стал комментировать, зато слегка улыбнулся. Слушать их маленькие перепалки было даже приятно в какой-то степени. Появлялось то самое странное чувство… Нормальности. Словно он самый обычный, среднестатистический житель Вселенной, у которого есть друзья. Есть повседневная рутина, считающаяся нормой. Есть спокойствие и чувство постоянства.

Люмирен заметил изменение показателей состояния Тейдана, уловив в них отчетливое проявления грусти. Система снова выдала ошибку: эмоции не соотносятся с выражением лица, и это не давало юноше проанализировать друга полностью.

Они пролетали мимо парящих террас, соединенных хрустальными мостами. Похожи на королевские, да не настолько: выполнены куда более скромнее, из более грубых материалов, и растения там определенно не какие-то удивительные. Там гуляли верданы, совершенно неотличимые от людей. Кир окинул их взглядом, оценивая внешний вид, но выводы делать не стал. Все равно не разбирался в местной моде.

— Эй, молчалище наше, — Кир слегка пнул сидение впереди. Тейдан не отреагировал. — Ты всегда тихий такой или профдеформация?

— Я привык говорить больше по делу, чем ради развлечения. Считай издержками профессии.

— Ты так и не сказал, кем работаешь, — Стелла прищурилась, словно это могло бы помочь ей увидеть правду. — Из спецслужб, но каких? С какой планеты?

— В таком вслух говорить не положено. Уж без обид, но даже в текущих обстоятельствах я предпочту не распространяться.

— Загадочный, как кирпич в темноте, — Кир слегка улыбнулся. И на этот раз совершенно по-обычному.

— Кирпич в темноте — это просто кирпич, — возразил Люмирен. — В темноте он все равно остается кирпичом.

— Да ну тебя с твоей логикой, — Кир хотел бы закрыть глаза и больше ничего не делать, но взгляд сам падал на окно.

Они проехали мимо рынка: аккуратные ряды, ломящиеся от продуктов прилавки и толпы народа. Продавцы в белых фартуках улыбались покупателям, а те набирали целые сумки различных вкусностей.

Вскоре «Хрустальная Стрекоза» махнула полупрозрачными крыльями в сторону поворота, и, пролетев немного по подземному туннелю, они оказались в другом районе. Здания стали ниже, всего по пять-шесть этажей. Иногда около десяти, но за редким исключением. Кварц уступил место сероватому камню, больше напоминающему обычный бетон. Тем не менее, улицы оставались такими же чистыми и широкими, с аккуратными тротуарами и фонарями. На рынках торговали овощами, фруктами, тканями. Дети играли в мяч на площадках, огороженных низкими заборчиками. Старики сидели на лавочках у подъездов и читали газеты: самые обычные, бумажные.

— Ого, тут типография еще в почете? — хмыкнул Кир. — Этерион не так уж отличается от Земли… Ну, в каких-то аспектах. Здесь, все же, поинтереснее будет.

— Мы въехали на средние уровни, — оповестил Люмирен. — Они называются Соллера и, как верхние уровни, поделены на районы. Здесь живет средний класс: торговцы, врачи, инженеры, чиновники мелкого звена. Население — около тридцати миллионов.

— Многовато народа, — Кир проводил взглядом проскользнувший мимо киоск, где бабуля покупала журнал. — А на верхних бумагу презирают что ли?

— Бумага дешевле, — ответил Люмирен. — На верхних уровнях предпочитают электронику. Как твои нефритовые пластины, но немного попроще. Подобные технологии доступны не всем — дорого. Здесь тоже такими пользуются, их функционал намного проще и больше рассчитан на рабочий класс, чем личное пользование.

Когда они остановились напротив парящего светофора, Кир уставился на школу, отгороженную высоким забором. Из большого белокаменного здания выбегали дети, рассредотачиваясь по спортивному полю. Учителя в строгих костюмах наблюдали с крыльца, попивая чай из фарфоровых чашек.

— Хорошая школа, — Тейдан тоже обратил внимание на здание. — Интересно, насколько нижние уровни отличаются от средних.

— Ага, — Кир прислонился лбом к холодному стеклу. — Хорошая школа для хороших детей, которые вырастут в хороших взрослых чтобы работать на хорошей работе, а потом хорошо состарятся в кругу хорошей семьи и умрут хорошей смертью…

— И что в этом плохого? — Тейдан бросил на парня короткий взгляд через зеркало заднего вида. — Тебе лишь бы поворчать. Рано в деда превращаешься.

— Это моя суперсила — занудствовать, — Кир прикрыл глаза. — Нет ничего плохого в хорошей жизни. Она и должна быть хорошей… Чтобы семьи были полными, и никто не проливал слезы из-за несчастий.

Стелла покосилась на Кира, поджав губы в тонкую полоску. Хотелось задать несколько волнующих вопросов, но они застряли в горле. Пальцы сами поджались в кулак, впиваясь ногтями в ладонь.

«Что-то не так? — голос Люмирена прозвучал в голове девушки, отчего та вздрогнула. — Показатели твоей эмоциональной активности скакнули».

«Пошел вон из моей головы! — Стелла не знала, получалось ли кричать в мыслях или передать ими интонацию, поэтому бросила в сторону панели недовольный взгляд. Люмирен, все еще отображающейся на ней, удивленно моргнул. — Прекрати меня анализировать, я не давала тебе разрешение. Это вторжение в личное пространство!»

«Извини, я просто… — Люмирен запнулся. — Беспокоюсь».

«Ты не способен беспокоится. Просто сиди в панели и заменяй ИИ-помощника. Заодно выполнишь функцию гида, раз успел собрать всю информацию. Только умного из себя не корчи, все мы это читали. Кроме Кира, возможно, ему некогда».

«Я транслирую общедоступную информацию в сжатом виде, — подтвердил Люмирен. — Верданы — скрытная раса, в сети слишком мало информации о них и устройстве Этериона».

«Я в курсе, не надо очевидное повторять. Убирайся из моей головы, сказала же!»

Люмирен отвел взгляд, слегка отвернувшись. Больше он ничего не произнес, и Стелла уставилась в окно. Проносящиеся виды интересовали ее куда больше, и заодно успокаивали разбушевавшиеся эмоции.

Вскоре дорога стала уже. Фонари — реже. Дома оставались примерно того же уровня, но количество садов и растительности поуменьшилось. Хоть никто в местной моде не разбирался, в глаза бросалось, что одежда верданов выглядит не настолько качественно, да и по большей части — заношено.

— Валлис, — оповестил Люмирен. — Нижние уровни.

По коже Кира пробежали мурашки, стоило услышать название.

— Какое-то запустение, — Стелла выдохнула с долей отчаяния. Хоть местность и не выглядела совсем уж бедной и скудной, чувствовалась некая общая гнетущая атмосфера. Верданы здесь не улыбались.

— Валлис? — переспросил Кир. Аж сел нормально. — Почему такое название?

— Насколько я выяснил из имеющихся крупиц информации, раньше нижние уровни были самыми зелеными и обширными, напоминающими…

— …Долину, — губы Киры искривились в немного нервной улыбке. — Non putabam linguam Latinam per orbem terrarum tam late diffusam esse.

Тишина моментально наполнила «Хрустальную стрекозу», позволяя услышать едва уловимый гул мотора и шустрых крыльев. Даже звуки играющей где-то далеко музыки долетели до них сквозь закрытые окна.

Стелла, словно боясь пошевелиться, очень медленно повернулась к Киру. Практически не дышала, будто любой неправильный вдох мог повлиять на судьбу мира. Увидев на лице девушки неописуемое удивление и, в какой-то степени, ужас, Эфрон вопросительно выгнул бровь.

— Что… Что ты сказал? — одними губами произнесла она, заметно дрожащим голосом.

— А? — Кир перевел немного неуверенный взгляд на Тейдана, замершего с напряженным выражением лица. Несмотря на это его брови слегка приподнялись, а губы плотно сомкнулись. — Это переводится как «Я не думал, что латынь настолько распространена во вселенной».

— Латынь? — переспросил Тейдан с явным волнением, маскирующимся довольно плохо.

— На этом древнем языке не говорит ни одна планета, — пояснил Люмирен… И замолчал. Замолчал настолько надолго, что Стелла заметила это. Ведь обычно тот всегда выступал в роле идеальной программы, но сейчас его голос оборвался, да и прозвучал довольно неуверенно. — Я… не могу найти информацию.

— Че? — Кир впервые не знал, какую эмоцию использовать. — Все студенты медвузов и юридического учат латынь. На Земле.

Стелла приоткрыла рот. В голове не укладывалась услышанная информация.

— Хочешь сказать, — неуверенно продолжила она, — ты знаешь латынь?

— Знаю, — Кир беспечно пожал плечами. Да настолько что, казалось, это сведет Стеллу с ума. — Ради красного диплома пришлось попотеть, поэтому средним уровнем владею, как и английским.

Тейдан нажал на кнопку, и «Хрустальная Стрекоза» полетела дальше на автопилоте. Он повернулся к товарищу, сидящему сзади.

— В играх латынь вообще вещь частая, — Кир покосился на юношу. — В РПГшках всяких. Используют для названий заклинаний, артефактов и всякой пафосной фигни.

— Это не «пафосная фигня», — Люмирен неотрывно смотрел на Кира с экрана, да с таким напряжением, словно сам затаил дыхание. — Это древнейший язык самой первой расы во Вселенной. На нем писались первые магические трактаты, древнейшие заклинания. Он стар, как сам мир, и не осталось ни одного живого существа, сохранившего знания о нем. Воспоминания. Хоть что-то, что помогло бы прочитать те крупицы оставшейся информации.

— Даже Архитекторы не знают его, — Тейдан коротко кивнул. — А они буквально правители Вселенной, трактующие законы жизни в космосе. Говорят, это был язык самых первых Архитекторов — тех, кто строил нашу реальность с нуля. Но это уже легенды.

— То есть, — Стелла смотрела на Кира неотрывно. Так, словно человек перед ней был кем-то, кто вообще не должен существовать. — Ты говоришь на языке создателей?

— Я говорю на языке непревзойденного сарказма и нахальства, — поправил Кир. — И я не буду работать переводчиком с древнеархитекторского. Меньше знаете — крепче спите. Главное не говорите никому, а то Вселенная как прознает, у нас всех медиков и юристов свиснут с Земли. Вот тогда вообще не до смеха всем будет…

Стелла держалась. Долго держалась, находясь на грани истерического припадка, и вдруг рассмеялась. Так громко и искренне, что Кир на секунду обомлел. Больше от непонимания, сошла ли она с ума или все в порядке.

— Ты понимаешь? — спросила она сквозь хохот. Наконец-то помимо удивления в ее глазах загорелась искра азарта, вытесняя все сомнения прочь. — Сейчас ты, находясь вне Земли, единственный во всей вселенной, кто говорит на этом языке.

— И че? — Кир нахмурился пуще прежнего. — Хватит из меня Марти Сью делать!

— Ты даже не понимаешь, насколько это важно, — сказала она. — Древнейшие заклинания. Знания, которые считались утерянными… Ритуалы, хранящиеся тысячелетиями в библиотеках. Никто не способен прочитать их, а ты можешь. Ты просто невероятно ценен! Как и все жители твоей планеты, владеющие этими знаниями.

— Я могу прочитать «где туалет», — Кир попытался отшутиться, но голос его дрогнул.

— Не ври, — она заговорила тише. — Ты что, испугался?

— Нет, я офигеваю и еще сильнее хочу домой, — Кир опустил взгляд на собственные руки. Пальцы едва заметно подрагивали на черной ткани джинс и он поджал их.

— Это самое настоящее чудо, — Тейдан прислонился плечом к спинке кресла, немного расслабив напряженные мышцы. — Просто удивительно.

— Я не чудо, — Кир поморщился. — Я просто везучий идиот с синдромом отличника.

— Идиоты не знают латыни, — возразил Люмирен.

— Что ж, — губы Кира искривились в привычной дерзкой ухмылке. — Значит, у меня есть еще один козырь.

— Опять выгоду ищешь? — Стелла смахнула капельку слез, проступившую из-за смеха.

— Разумеется, — Кир закинул ногу на ногу. — Надо же как-то себе значимость придать. Если уж мы тут совсем дел натворим, то знание древнего языка придаст мне значимости и, хотя бы голову не потеряю. Но, честно, латынь даже у нас считается мертвым языком. Совсем изначальную форму я не знаю.

— Зато знаешь хоть что-то.

— Ага. И так сойдет.

— Валлис, — сказал он, возвращаясь к теме. — Значит, Долина. Красивое название для такого места.

По улицам ходили местные жители, и выглядело все каким-то… Серым. Не унылым, а абсолютно обычным и ничем не примечательным. Кир достал небольшую пластину, активируя. Она разложилась в парящий шарик, и пошла запись проносящихся мимо видов. Виды, правда, заслоняли толпы верданов — народа здесь было действительно много.

— Останавливай, — скомандовал Кир. — Пора прогуляться.

«Хрустальная стрекоза» мягко коснулась серого камня, и двигатели замолкли. Кир толкнул дверцу, вываливаясь на улицу. Камера полетела следом за ним, крутясь вокруг.

— М-м-м, — он глубоко вдохнул воздух, наполненный сотнями запахов. — Чувствуете? Вкусно пахнет. Надо зайти перекусить.

— Действительно, — Стелла повернула голову в след за ароматом свежего хлеба. Где-то вдалеке находилась булочная, а недалеко — ресторанчик, откуда доносился дымок жареного мяса.

— Приветствую зрителей этого прекрасного влога! — Кир повернулся к камере. — Что ж, мы добрались до Валлиса. А теперь прогуляемся. Поищем всяких… Нехороших верданов, — он взмахнул рукой, и камера послушно взлетела, показывая панораму местности, полной самых обычных местных жителей.

Друзья неспешно шли по Площади Фонтанов, вымощенной серым камнем, выщербленным временем и тысячей ног. В центре, ожидаемо, стоял фонтан. Самый обычный, без магических модификаций. Рядом с ним резвились дети, пиная мяч.

— Вот так незадача! — Кир с разбега запрыгнул на широкий борт фонтана. Сунув руки в карманы, он неспешно пошел по кругу, глядя в камеру. — Здесь должны сновать стаи диких биомантов, но вместо них просто дети гуляют. Печалька, — хмыкнул юноша, словно старался через экран пощекотать нервы аристократов, еще даже не просмотревших эту запись.

— Поменьше пассивной агрессии, — шепнула Стелла, предпочитающая прогуливаться по земле, а не влажному гранитному борту. Еще и скользкому. Она больше обращала внимание на детей, вызвавших на губах печальную улыбку. Невольно вспомнилось, как выходила в патруль в родном городе, и точно также наблюдала за размеренной жизнью местных жителей…

— Все в порядке? — Тейдан покосился на девушку.

— Просто вспомнила про дом… Надеюсь, они все еще живы.

— Вряд ли Созерцателю нужны планеты трупов.

— Ты не умеешь успокаивать, — Стелла ускорила шаг, поспешив за Киром, успевшим спрыгнуть и ушагать вперед вместе с камерой.

Сфера суетилась вокруг Эфрона, снимая все подряд: женщину на скамейке с младенцем на руках; старика, читающего газету на лавке у ближайшего подъезда; двоих мужчин, переставляющих шахматы по клетчатой доске за каменным столиком в тени деревьев.

Друзья прошлись по нескольким узким улочкам, и вскоре попали в огромную толпу. Вместе с верданами они добрались до рынка.

Разноцветные тенты, в клетку, полоску, с заплатками и без, тянулись от дома к дому. Накрывали ряды прилавков с целой кучей незнакомых Киру продуктов. Тем не менее, пахли они просто великолепно. Если не учитывать въедливый шлейф духов некоторых дам, которым обоняние отбило напрочь.

Продавцы выкрикивали цены, стараясь завлечь больше народа, покупатели торговались, смеялись, спорили, ругались. Дети бегали между рядами, норовя стащить печенье с прилавков. Кого-то даже поймали за руку и отругали. Старухи сидели у входа с корзинами яиц и зелени, перекрикиваясь с соседками через головы прохожих.

— Как много народа, — Стеллу толкнули, и она вынужденно сделала несколько шагов к Киру, практически вплотную прижимаясь к нему.

— А то! Час-пик, так сказать, — юноша, не обратив никакого внимание на дискомфорт спутницы, продирался сквозь толпу дальше. Камера поднялась выше, снимая их вместе с рекой верданов, несущейся вдоль длинной улицы.

Кир остановился у прилавка, где продавали травы. Пучки сушеных растений висели на веревках, щекоча головы покупателей. Длинные листья, пушистые метелки, корни, похожие на бородатых человечков, — все шелестело при малейшем дуновении ветра.

— Травы, целебные травы от всех болезней! — кричала старуха в цветастом платке, размахивая пучком укропа. — От головы, от живота, от тоски! От сглазу, от порчи, от сердитого начальника!

— А это от дураков поможет? — Кир кивнул на пучок.

— От дураков нет лекарства, — серьезно ответила старуха. — Их даже могила не исправит! Раз Узор дурной, дурными и в следующей жизни уродятся.

Кир рассмеялся. Достаточно тихо, но Стелла все равно услышала его мелодичный смех сквозь непрерывный гул толпы. Смотреть на искреннюю улыбку, без единой фальши или предвкушения будущей победы, — вот, что действительно приятно. И это странное чувство заставило ее саму приподнять уголки губ.

Тейдан покосился на Ар-Вин, и из его груди вырвался незаметный вздох.

«Ее показатели снова изменились», — прозвучал голос Люмирена.

«Перестань, — Тейдан устало потер переносицу. Голова начинала болеть из-за количества народа. — Просто оставь ее в покое. С ней все в порядке».

«Откуда ты знаешь?»

«Это нормальное состояние, когда появляется симпатия или влюбленность».

«У меня нет данных, поэтому я с тобой не согласен. Ее реакция заслуживает отдельного внимания и детализации. Нельзя подтвердить симпатию…»

«Ты просто завидуешь. Тебя-то она за существо разумное не считает даже».

«Она моя подруга, — запротестовал Люмирен. — Она так не думает. Просто… Ей сейчас тяжело. Намного тяжелее, чем мне. И я не могу оказать ей ту поддержку, которую она ждет, из-за чего происходит эмоциональный дисбаланс».

— У меня есть кое-что получше, — бабулька собрала разных трав в мешочек, протягивая Киру. — Это для успокоения нервов. Прекрасный чай получится.

— Спасибо, — Кир залез в карман, вынимая оттуда монетки местной валюты. Сколько это он не представлял.

— Не надо, позвольте Вам приятно сделать, — она добродушно улыбнулась юноше. — И, пожалуйста, постарайтесь не выделяться, — чуть тише прошептала бабуля. — А то понабегут эти… Фанютки.

— Ой, да ладно, мне не жалко, — Кир оставил монеты на прилавке. — Удачной торговли, — он отошел от лавки, убирая мешочек в карман. Эфрон повернул голову в сторону друзей и серьезно произнес: — Кажется, меня только что раскрыла бабулька с мятой.

Стелла рассмеялась, прикрывая ладонью рот. Она слегка отвернулась, но все равно бегло поглядывала на Кира. И один его немного растерянный вид заставлял хохотать еще сильнее.

— Да ну тебя, — беззлобно произнес Кир, и пошел дальше.

За прилавком с мясом здоровый мужик размахивал топором, разделывая тушу неизвестного крупного создания. И одновременно успевал зазывать людей скорее купить «свежего уруса за полцены». С ним соседствовал прилавок с разнообразными тканями.

«Тете определенно бы понравилось, — Кир оценивающе осмотрел разноцветные рулоны. — Интересно, хлопок или синтетика?»

«Ты что, в тканях разбираешься?» — поинтересовался Люмирен.

«Прекрати копаться в моей голове. Я просил заклинание для блока мыслей не для того чтобы ты его обходил с помощью технологий, — Кир прошел мимо прилавка. — Тетя любит шить, и эту джиновку тоже сшила мне сама, кстати. Я часто ходил с ней по подобным местам за материалами».

Они свернули с рынка, и шум мгновенно стих, сменившись умиротворяющим спокойствием. Они прошли по старому переулку, застроенному старыми домами с резными ставнями. Среди домиков ютилась небольшая площадь. Там, не пьедестале, стоял белокаменный памятник довольно симпатичному юноше с длинными волосами. В руках тот держал непонятную штуковину, похожую на крайне толстую ручку.

— Это кто? — Кир сразу подметил интересную особенность: тот изображался в куртке, подозрительно похожей на косуху.

— Странник, — Стелла произнесла прозвище с таким восхищением, что Эфрон успел пожалеть о своем вопросе. — Он путешествует в пространстве и времени, помогая жителям всей вселенной! Я надеюсь однажды встретить его и попросить помощи с поиском планет…

— Думаешь, раз он такой крутой, то не в курсе о Созерцателе? — Кир выгнул бровь.

— Скорее всего нет, — Стелла отвернулась от статуи, чьи черты успели сточить столетние дожди. — Иначе давно бы сделал хоть что-то.

— Пространство и время подчиняются своим законам, — напомнил Тейдан. — Он не имеет права вмешиваться в определенные исторические события.

— Тебе-то откуда знать? — она закатила глаза. — Странник прославился на всю Вселенную как раз тем, что делает то, что нельзя, и помогает, когда другие бессильны. Поэтому я верю, что, однажды, он все исправит. И не важно, в каком именно времени, — Стелла поспешила дальше, пока окончательно не расстроила себя своими же мыслями. Каждую ночь она продолжала думать об этом, и каждый раз понимала, насколько глупо надеется на чудесное спасение.

— Прикольный мужик, — Кир пошел следом за подругой. — Видимо, ему совсем делать нечего, раз лезет в чужие проблемы.

Стелла промолчала. Вот уж чего не хотелось, так это ругаться. Пришлось проглотить все свое недовольство и побыстрее перевести тему:

— Смотрите! — Стелла вскинула руку в сторону вывески «Театр Валлиса».

— Ага, театр, — Кир взглянул в объектив камеры. — Видимо, в перерывах между жертвоприношениями темным силам местные жители посещают спектакли. Высокая культура, все дела.

Стелла подошла ближе к зданию с огромными колоннами, покрывшимися патиной от времени. Они поддерживали треугольный фронтон с отвалившимися скульптурами — остались лишь пьедесталы.

— Сегодня выходной, — сообщила Ар-Вин после рассматривания афиши и небольшой латунной вывески. — Жаль, я бы сходила на спектакль. Очень давно не была в подобных местах.

— Сходим еще, — Кир направился в сторону выхода на улочку, откуда вкусно пахло чем-то вкусным. — А пока предлагаю найти кафешку и перекусить! Булок хочу. Пахнет сладеньким, чувствуете?

— Да, давайте. Я хочу кофе, — Стелла поспешила за ним. — Тейдан, а ты?

— Я не люблю кофе, — Фэрроу держался позади товарищей, посматривая по сторонам с легким подозрением. Они гуляли достаточно давно, и пока, на удивление, ничего не произошло. И это затишье напрягало еще сильнее.

— Как это? — Стелла вскинула брови. — Что же ты пьешь в моменты непреодолимого желания уснуть?

— Бухлишко? — Кир оскалился, взглянув на него через плечо.

— Алкоголь я тоже не пью, — Тейдан успел пожалеть, что пошел с этими двумя хоть куда-то. — Предпочитаю травяной чай. Сегодня довольно прохладно, поэтому лучше — со льдом.

— Уверена, здесь что-нибудь такое найдется, — Стелла вошла в кафешку с деревянной вывеской «Старый фонарь». Она поскрипывала парой ржавых цепей из-за каждого дуновения ветра.

Помещение оказалось маленьким, всего на пять столиков, тесно прижатых друг к другу. На старых диванах потрескалась кожа, но они не переставали быть от этого менее удобными. На стенах висели картины с прекрасными пейзажами, нарисованными красками.

За стойкой стояла женщина лет сорока, с темными волосами, собранными в пучок, и усердно вытирала чашки светлым полотенцем. Увидев посетителей, она добродушно улыбнулась им.

— Что будете?

— Два кофе с молоком и травяной чай. Все со льдом. И что-нибудь из выпечки, — Кир обратил внимание на застекленный прилавок. — Что порекомендуете?

— Пирог с ягодами только из печи достала. Дивин, шушу и тогги.

— Давайте весь, — Кир не представлял, насколько это вообще вкусно, но размер у него был относительно небольшим — съедят уж как-нибудь втроем. Невольно захотелось пиццы. Жаль, ничего подобного по пути он не заметил. Хоть самому пеки.

Пока женщина готовила напитки, Кир подхватил поднос с пирогом, тарелки и столовые приборы. Они уселись за дальний столик, в углу. Плюхнувшись на диван, юноша распластался по нему и двигаться уже не хотел.

— Удобненько…

— И уютно, — Стелла порезала пирог на шесть относительно равных частей.

Камера зависла под потолком, снимая ребят сверху, и заодно все кафе. Вскоре вернулась женщина, поставив высокие матовые стаканы перед ними. С соломинками.

— Приятного аппетита, — произнесла она.

— Спасибо, — Кир отпил кофе. Горьковато. Не та бурда, которую он пил в закусочных на Земле. Вкус сильно отличался: в нем присутствовали нотки кислинки и клубники.

Пока Кир обсуждал со Стеллой увиденное, Тейдан успел умять оба своих куска и почти полностью выпить весь чай. Люмирен сделал для себя пометку: хмурый и скрытный Фэрроу обожает сладенькое.

После их незапланированного перекуса, компания двинулась блуждать по улицам дальше.

Дома по бокам тянулись вверх, загораживая небо, оставляя только узкую полосу белоснежных облаков. Камера жужжала над плечом Кира, записывая очередной кусок влога.

В этот момент что-то сверкнуло в воздухе. Камера, только что висевшая рядом, дернулась, издала короткий писк, и взорвалась облаком серебристой пыли.

— Вниз! — рявкнул Тейдан.

Тейдан дернулся вперед с настолько невероятной скоростью, что, казалось, его движения невозможно увидеть без замедленной съемки. Он схватил Стеллу за руку и швырнул в подворотню, где дома сходились под острым углом. Следом туда отправился Кир — точно так же брошенный следом за девушкой. Сам же Фэрроу успел обернуться и выставить ладонь, создав защитный щит для отражения энергопули.

Третья пуля врезалась в стену где всего секунду назад находилась голова Кира. Эфрон почувствовал мелкие каменные осколки на щеке, и отчетливый запах паленого. Он вжался спиной в стену, рядом с перепуганной Стеллой. Девушка вцепилась в его рукав.

— Ты цел? — тихо спросила она.

— Жить буду… — Кир заметил движение в темноте, отчего вздрогнул.

Из самих теней выросли фигуры. Черные балахоны скрывали их лица, полностью опутывали тощие тела, и больше напоминающие мумии. Посчитать их Кир не успел, — слишком быстро те двигались.

Тейдан моментально появился перед друзьями, словно сам сгустился из полумрака переулка. Стелла просто наблюдала за происходящем, и видела все как в замедленной съемке. Видела каждое четкое движение Фэрроу. Его сосредоточенное лицо, окончательно потерявшее все эмоции.

Сразу несколько убийц бросились на Фэрроу, замершего перед друзьями. Обнажили клинки с волнистыми лезвиями. Ладони Тейдана вспыхнули коротким ярким светом, и два клинка, сотканных из чистейшего серебряного сияния, выросли из неоткуда. Юноша крепко сжал их в пальцах, и парировал удар, направленный прямо в сонную артерию.

Второй убийца бросился с противоположной стороны, и Тейдан за один шаг оказался за его спиной, вонзая клинок ниже поясницы. Стелла вжалась спиной в стену, не пискнув. А так хотелось вскрикнуть, но все звуки застряли в горле.

Второй, третий, четвертый, — Тейдан даже не считал своих противников. Он отражал атаку за атакой, не позволяя ни одному из них добраться до Кира и Стеллы. Его отточенные движения больше напоминали элегантный, смертельный танец, способный подарить вечный покой любому противнику.

Убийца попытался зайти со спины, но Тейдан, не оборачиваясь, отбросил его ногой. Удар пришелся в грудь, и нападающий отлетел на несколько метров, врезавшись в стену дома, оставляя после себя вмятину.

Раздался уже знакомый свист. Тейдан наклонил голову вбок, и пуля прошла в паре миллиметров от лица, срезав пару прядей. Его пронзительные аметистовые глаза уставились прямо на снайпера, притаившегося на дальнем скате крыши.

— Уходите, — Тейдан произнес это раньше, чем новые убийцы выросли из теней. — Я задержу их.

— Н-но ты… — Стелла поняла, что с трудом говорит, когда голос предательски задрожал.

— Вы мне мешаете, — отрезал Тейдан.

В отличие от Стеллы, Кир спорить не стал: моментально схватил Ар-Вин за руку, потащив прочь из опустевшего переулка.

— Кир! — испуганно воскликнула девушка, понимая, что, даже если бы постаралась, из настолько мертвой хватки вырваться бы не смогла.

— Быстро! — рявкнул тот. — Тейдан справится, а мы нет!

«Тейдан…»

«Свали, — Тейдан сжал изогнутые клинки чуть сильнее. — Ты только мешаешь. Останься с ними. Потом направишь, я вас догоню быстро».

«Ладно. Береги себя», — Люмирен отключился от чипа Тейдана, хоть и понимал, что сейчас именно ему мог бы помочь с наибольшей вероятностью.

Пятеро убийц стояли напротив. Первый уже лежал на земле, не двигаясь. Второй пытался подняться, опираясь на стену. Они напали одновременно: слаженно, отточено. Тейдан подался назад, легкими короткими шагами уклоняясь от каждого из клинков. Его лезвия блокировали удары, не позволяя задеть свою одежду.

Снайпер на крыше не прекращал стрелять: пуля за пулей попадали в стены, в асфальт, в тела его же товарищей, не успевших увернуться. Тейдан с легкостью использовал их в качестве живых щитов, уходя за спины, заставляя снайпера целиться в своих же.

Третий убийца почти достал его клинком до плеча, но в последний момент Тейдан уклонился.

— Слишком медленно, — Фэрроу нанес очередной удар. Кровь брызнула на ближайшую стену, а мужчина рухнул на землю. Уж кому-кому, а ему были известны все основные слабые точки существ, физически похожих на него самого. И именно эти знания помогали наносить удары, способные обезвредить и довести до агонии, но не убить.

Снайпер вскинул дуло в сторону, и пуля прошла через висок одного из мужчин. Тейдан метнулся в сторону, но не успел дотянуться клинком до следующего наемника: тот следующим упал замертво. Плюнув на спасение врагов, Тейдан прыгнул. Взлетел на три метра вверх, уцепился за выступ, подтянулся, перекатился и оказался на крыше соседнего дома. Снайпер развернулся, выстрелил, но Тейдан уже бежал по крыше, перепрыгивая на следующую, стремительно приближаясь.

Фэрроу спрыгнул к снайперу, приземлился в трех метрах от него. Тот выстрелил в упор, и Тейдан ушел в сторону. Пуля пробила крышу. Он выбил винтовку у мужчины из рук одним ударом, вторым — сбил его с ног. Противник упал на спину, но мгновенно вскочил, выхватив нож с длинным тонким черным лезвием.

— Кто заказчик? — Тейдан замер, направив на него клинок.

— Иди в бездну, — прохрипел снайпер, и бросился вперед. Тейдан ушел от удара, перехватил руку за запястье и дернул вниз, одновременно поднимая колено вверх. Раздался мерзких хруст в районе локтя, и мужчина, корчась и крича от боли, рухнул на крышу. — Отвечай, кто заказчик?

— Даже… в… следующей жизни… ты н-не… узн-нае-ш-шь… — мужчина едва шевелил языком. Его ноги подкосились, и он, схватившись целой рукой за горло, завалился на черепицу.

Тейдан опустился следом за ним, присаживаясь рядом. Ему не хватило времени даже чтобы осознать произошедшее, как тот уже оказался мертв. Как и все остальные. Он на всякий случай проверил пульс на шее — ничего.

— Тц… — Фэрроу собрался возвращаться к друзьям, но подняться не успел: ощущение чужого присутствия появилось намного позже прибытия подкрепления, и он оказался окружен десятком профессиональных убийц.

Улицы нижних уровней превратились в настоящий лабиринт: узкие проходы, арки, подворотни, — все смешалось в бесконечную полосу серого камня. Кир уже не понимал, куда они бежали, как долго и насколько далеко им удалось уйти. Верданы даже не представляли, что запыхавшиеся и уставшие ребята бегут не опаздывая куда-то, а в попытке спастись от убийц, продолжающих преследовать их.

— Сюда! — крикнул Кир, сворачивая в переулок.

Черные балахоны мелькали среди пестрых юбок и непримечательных силуэтов. Они двигались бесшумно, как тени, и каждый их шаг отдавался в груди Кира ударом сердца в горле. План стать наживкой уже не казался ему настолько хорошей затеей.

— Кто они?! — крикнула Стелла, перепрыгивая через ящик с овощами. Он опрокинулся, и те рассыпались по земле. Кто-то из убийц поскользнулся, выругался сквозь зубы.

— Подарок от аристократов! — Кир хотел повернуть, но оказалось, что некуда. Они уперлись в сплошную стену без единого намека на проход.

— Твою ж наноплесень! — Кир крутанулся на месте, оглядываясь. Всего три метра в ширину, стены поднимались на четыре этажа. И отступать некуда.

— Кир… — Стелла сжала его руку в своей до мелкой дрожи.

— Знаю, — он выдохнул, и обогнул девушку. — Стой за мной.

— Но…

— Они хотят убить меня! — Кир повысил голос, сам того не ожидая. — Стой за мной!

— Вот именно! А ты нужен нам живым! — Стелла оттеснила юношу, выступив вперед. Она выхватила из-за пазухи небольшой серебряный аппарат, напоминающий пистолет. — А я… Я стрелять умею!

Кир на секунду растерялся. Прекрасно видел, как ее руки дрожат. Как колени подкашиваются, а на лбу выступил пот после длительной пробежки. И впервые за все это время в голове промелькнула мимолетная мысль: «Это все не игра».

Наемники остановились напротив загнанных в угол ребят. Один из них бросился вперед настолько молниеносно, что девушка не успела нажать на спусковой крючок. Один удар выбил оружие из ее рук, а следующий полетел прямо в Стеллу.

Кир ринулся вперед, и впервые понял, каково это, когда время замедляется, как в фильмах: он видел каждую зазубрину на лезвии, каждый блик света, скользящий по металлу. И тень от замаха его руки, падающую на лицо Стеллы, искаженное осознанием приближающейся кончины.

И в этот миг ее НЭКС вспыхнул. Настолько ярко, что заполнил собой весь переулок, вынуждая присутствующих зажмуриться. Свет сгустился в плотную полосу перед Стеллой, и в этом сиянии, из самой сердцевины, проступил силуэт. Люмирен возник из воздуха за считанные секунды, и оказался настолько близко, что Стелла практически касалась носом его лопатки.

Убийца не замедлился, стремительно нанося удар. Юноша вскинул руки, сам не до конца понимая собственных действий. Ладони сомкнулись вокруг клинка, и острое лезвие рассекло кожу до запястий. Сила наемника оказалась слишком велика, и оружие пронеслось дальше, уходя в плечо практически наполовину.

Люмирен изумленно распахнул глаза, и из легких вышел весь воздух. По телу разлетелось необъяснимое ощущение — то самое, называемое болью, о которой ему доводилось читать при изучении полностью физических тел. Она огнем разнеслась по каждой клетке, выжигая все базы данных, все алгоритмы, всю логику.

Люмирен сорвался на громкий крик, вырвавшийся из горла впервые за все время его существования. Колени подогнулись, и он пошатнулся, но не упал. А перед глазами появилась пелена непроглядной черноты.

Из ран хлынула кровь, заливая собой ткань. Наемник дернул клинок обратно, и алые капли полились на потрескавшийся асфальт. Окружающие звуки вмиг притихли. С трудом удавалось услышать и разобрать хоть что-то. Он отчетливо слышал возглас перепуганной Стеллы, зовущей его по имени. Отшатнулся в сторону, в попытке устоять, и клинок, рассекший воздух, попал не в сердце, а чуть выше локтя.

Стоило оружию вонзиться в плоть Люмирена, юноша распахнул глаза, блеснувшие яркой искрой. Ток пробежал по телу нападавшего, вынуждая сомкнуть пальцы вокруг рукояти еще сильнее. Он рухнул на землю, потянув за собой кинжал и рассекая плоть до сгиба.

— Люмирен! — Стелла бросилась к пошатнувшемуся парню, ловя его со спины в крепкие объятия, не позволяя завалиться.

Убийцы промедлили из-за товарища, содрогающегося в конвульсиях. И этих секунд Киру хватило чтобы метнуться к друзьям. Он схватил Стеллу за плечо, а свободной рукой ударил по прикрепленной к нагрудному карману броши. Вместо одноразового щита все пространство мгновенно погрузилось во тьму.

Кир почувствовал, как тело скрутило, а пространство сложилось вокруг них гармошкой. Само время замерло на секунду или на целую вечность. Головокружение появилось и исчезло настолько быстро, что он не успел осознать суть происходящего.

Когда темнота сменилась отчетливой картинкой, ориентация в пространстве потерялась мгновенно. Кир шлепнулся на металлический пол, больно ударившись коленями. Стелла завалилась рядом, так и не выпустив Люмирена из рук. Тот даже не пытался подняться, только простонал из-за резкой боли. Кровь разлилась по грубым стыкам металлического покрытия.

«Внимание: три незарегистрированные формы жизни в северном коридоре, — раздался безэмоциональный женский голос, звучащий откуда-то с высоты трех метров, прячущийся в динамиках за переплетенными балками и трубами. — Повторяю: три незарегистрированные формы жизни в северном коридоре».

Следом раздался звук тревоги, оглушающий похлеще возмущенных криков Ярели. Кир даже подняться не успел, как из-за открывшихся со свистом дверей посыпалась вооруженная до зубов толпа.

Кир думал, что на «Ковчеге» повидал много инопланетян, но оказалось, что нет — столько разнообразных рас он еще не встречал. Высокие и низкие, широкоплечие и узкие, с разнообразным цветом кожи: синей, зеленой, красной, серебристой. Одни походили на людей внешне, другие же не имели ничего общего: с щупальцами, с дополнительными глазами, с клювами вместо носов. В блестящих доспехах, в темных униформах, в легких скафандрах. С оружием, похожим на известное Киру, и тем, которое больше напоминало арт-объект.

Они окружили их со всех сторон. Десятки стволов направились на Кира, Стеллу и раненого Люмирена.

— Люми! — Стелла, не обращая внимание на кольцо из вооруженных инопланетян, прижимала к себе раненного товарища. — Люми, ты меня слышишь?

Он не отвечал. Продолжал тяжело и прерывисто дышать всякий раз, стоило девушке совершить хоть какое-то микродвижение, способное повлиять на его тело. Лицо, обычно полупрозрачное и отливающее фиолетовым оттенком, сейчас покрылось несвойственной бледностью и совершенно ничем не отличалось от любого другого. Любого другого такого же физического и живого.

— Держись, — Стелла прижала ладонь к его щеке. Кожа оказалась холодной, как лед. — Пожалуйста, держись.

— Не двигаться! — рявкнул один из вооруженных мужчин.

— Руки за голову! — добавил второй.

— Стоять на коленях!

— Мы и так на коленях, — буркнул Кир. — Не видно, что ли? Вы ж нам подняться даже не дали, — он бросил беглый взгляд на друзей, а затем на ближайшего из гуманоидов. Эфрон, медленно и демонстративно, поднял руки, раскрывая ладони. — Нам нужен врач…

— Кровь не останавливается! — Стелла продолжала зажимать ладонью рану на плече Люмирена. — Н-настоящая… кровь… Он же не… — она быстро наклонила голову к плечу, вытирая влажную щеку о край мундира.

— Нарушители не имеют права на медицинскую помощь, — ответил один из солдат — высокий, с кожей цвета старой бронзы и двумя парами глаз, горящих желтым.

— Мы ничего плохого не задумали! — надрывно выкрикнула Стелла. — Мы просто пытались спастись от наемников! Он защитил меня, понимаете?! Вы же все воины! Вы должны понимать! — ее взгляд скользил по присутствующим, надеясь увидеть в их глазах понимание, но сталкивалась исключительно с равнодушием. — Он спас меня, и я не позволю ему умереть!

— Сейчас он тебя точно не спасет, — с усмешкой произнес мужчина с вытянутым черепом, направив на нее дуло пистолета.

Кир слегка нахмурился. Появилось странное ощущение необъяснимого давления, словно вот-вот должно произойти. Заодно на собственной шкуре понял, каково это, когда шестое чувство просто зашкаливает. И кричит: «Беги». Его губы исказились в кривой, немного нервной усмешке, когда по толпе прокатилось волнение.

Опустившаяся тишина развеялась от звука неспешных шагов. Толпа расступилась, пропуская высокого мужчину. Черная мантия струилась за спиной, колыхаясь от любого движения. Такой же непроницаемый, строгий мундир с воротником-стойкой отражал тусклый свет вмонтированных в стену светильников темными узорами, разбросанными по ткани.

Кир скользнул взглядом по черному шлему, отмечая про себя, что космические байкеры — это уже слишком. В отражении затемненного стекла он видел собственное отражение: уставшего юношу, успевшего испугаться и рассердиться за какие-то короткие пять минут.

— Созерцатель, — прошипела Стелла сквозь зубы.

— Я ожидал прибытия экспертов, — низкий голос Созерцателя звучал без интонации и каких-либо эмоций. В нем чувствовались нотки искусственного вмешательства, причем достаточно явного. — Сопроводить в мой кабинет.

Он развернулся, направившись туда, откуда и появился.

Кир взглянул на Стеллу, едва заметно мотнув головой, и та стиснула челюсть чуть ли не до хруста зубов. Он подхватил Люмирена под руку, перекидывая ее через свое предплечье. Юноша издал протяжный стон.

— Терпи, — Кир помог ему подняться на ноги. — Скоро что-нибудь придумаем. Ты же не умрешь от потери крови?

— Я… — Люмирен наклонил голову в сторону Стеллы, держащей его с другой стороны. — Не знаю…

Они пошли следом за Созерцателем. Приспешники толпились за их спинами, продолжая держать «экспертов» на мушке, словно те были особо опасными преступниками. Из коридора между секторами их вывели в центральный отсек, а там пришлось пройтись неожиданно долго.

Созерцатель переступил порог своего кабинета, где стены оказались выложены темным деревом в попытке создать хоть какой-то уют. Огромные окна практически во всю стену выходили в открытой космос, где не было видно ни одной звезды. Одна сплошная чернота.

Он опустился за тяжелый стол из темного дерева, и откинулся на высокую спинку.

— Располагайтесь, — Созерцатель небрежно взмахнул рукой, и солдаты покинули помещение. Он провел пальцами в черной кожаной перчатке по панели и, зажав кнопку, произнес: — Зайди ко мне.

Кир осторожно опустил Люмирена на диван, и тот завалился на мягкие подушки, испачкав их в крови.

— Люмирен! — Стелла плюхнулась рядом с ним. — Ты слышишь меня?

Люмирен с трудом поднял веки. Картинка перед глазами продолжала плыть, но в нечетких образах угадывалось встревоженное выражение лица девушки.

— Ты… цела? — еле шевеля бледными губами спросил он.

— Цела, абсолютно цела.

— Больно, — простонал Люмирен, прерывисто выдыхая. — Это… похоже на то, как если бы… если бы мои базы данных одновременно начали перезагружаться… с ошибкой… без возможности восстановления…

— А можно все-таки врача? — поинтересовался Кир, усевшись на стул так, словно это он здесь главный. Вальяжно закинул голень на колено.

— Уже вызвал.

Стелла посмотрела на Созерцателя, и в ее глазах Кир видел то, что боялся увидеть: эмоцию, рушащую идеально идущий план. Ненависть. Чистую, копившуюся в ней с момента, когда ее планета исчезла с карты звездного неба, когда она осталась одна, без дома, семьи и ответов.

— Нам нужно поговорить.

— Я не собираюсь с тобой разговаривать, — Стелла сделала шаг вперед.

— Стелла, — Кир произнес ее имя строже обычного и остался неумолимо проигнорирован.

— Не лезь.

— Сначала выслушай…

— Мне не о чем слушать, а тебе — не про что говорить, — Стелла бросилась вперед. Кир даже понять не успел, откуда в ее руках оказались короткие кинжалы. Она запрыгнула на столешницу, вынуждая Созерцателя отъехать в парящем кресле назад. Мужчина повернулся вокруг своей оси, отчего лезвие прошлось по спинке.

Созерцатель поднялся, делая пару шагов в сторону. Следующий удар рассек воздух, едва коснувшись шлема — мужчина наклонил голову вбок. Стелла попыталась задеть его ногой, но тот взмахнул краем плаща, и удар пришелся по ткани, вмиг ставшей твердой, как стена.

— Стелла! — Кир повысил голос, но та не обратила на него никакого внимания. Продолжала наносить удар за ударом. Настолько быстро, настолько отчаянно, словно это последнее, что она делает в своей жизни.

— Где моя планета?! — надрывно кричала она. — Где моя семья?!

— В относительной безопасности, — Созерцатель повернулся корпусом вбок, уходя от очередного удара.

— Не верю! — она сделала выпал вперед, целясь клинком в его грудь. — Я не верю ни единому твоему слову!

— Я никогда никому не лгал.

— Ты лжешь каждый день! — рука Стеллы с кинжалом пронеслась над плечом Созерцателя, и тот перехватил ее запястье. Стиснули настолько сильно, что вырваться просто невозможно.

— Успокойся.

— Ублюдок! — Стелла замахнулась свободной рукой, целясь кинжалом прямо в шлем.

Созерцатель выпустил ее руку, уходя от удара и, делая пару шагов в сторону, отходя обратно к своему столу.

Громкие аплодисменты наполнили помещение. Стелла резко обернулась в сторону Кира, продолжающего хлопать в ладоши. В моменте захотелось и ему врезать, но голос разума все же преобладал над ней сильнее мимолетных эмоций.

— Прекрасное представление! Нет, правда, великолепное, — Кир лениво вытянул ногу, и уселся поудобнее, убрав голень с колена. — Только мы не в цирке, а шоу затянулось. Сними шлем.

— Нет, — Созерцатель прислонился к ребру столешницы, складывая руки на груди. — Это необходимость. Ты не понимаешь слишком многого, и…

— Я понимаю больше, чем ты думаешь, — спокойно ответил Кир. — Ты такое же живое создание, как и все мы. Со своим лицом, именем и историей. Поэтому, пожалуйста, давай не будем растягивать хронометраж и ты просто объяснишь нормально, какого черта заставил меня читать эти сраные документы и устраивать целое никому не всравшееся шоу-разоблачение при том, что все это время… У тебя был гребанный звездолет!

Стелла понимала, что совершенно ничего не понимает. Напряженные, окровавленные руки с клинками опустились сами, больше из-за банальной усталости, нежели бессилия.

— О чем ты вообще? — она взглянула на Созерцателя, затем на Кира. Невольно закралось сомнение, словно те могут быть в сговоре, но, судя по их взаимоотношениям, не похоже.

— Сними шлем, Тейдан, — Кир повторил эти слова немного строже.

Люмирен медленно поднял веки, в попытке сфокусировать взгляд на темной фигуре, стоящей поодаль. Стелла тоже смотрела на Созерцателя. На его высокий рост. На руки в таких же черных перчатках, как у товарища. На шлем, за которым действительно могло находиться лицо того, с кем еще полчаса назад ела пирог. С кем смеялась и привыкла проводить досуг, пока Кир занят.

Созерцатель поднял руки к шлему. Провел пальцами вдоль затылка и близ виска. На черном материале появились сияющие фиолетовым стыки, быстро сложившие увесистый головной убор в тонкие пластины, обратившиеся черными вензелями на мундире.

— Я бы разочаровался в тебе, если бы ты не догадался, — несмотря на заметную усталость Тейдан улыбнулся. Совсем слабо, будто осторожно. На его щеке виднелись капли чужой засохшей крови.

— Ты дал мне щит, который оказался телепортом на корабль Созерцателя. Которого, на минуточку, никто поймать не может, — Кир лениво поднялся со стула, убрав руки в карманы джинсовки. — Да ясен-красен, что ты здесь главный!

— Т-ты… — Стелла поджала дрожащие губы, не в силах подобрать слова. — Ты м-мог… Мог просто сказать мне…

— Не мог, — выдохнул Тейдан. — О моей личности знает всего одно доверенное лицо, и теперь вы. Это слишком опасно, я не могу рисковать столькими жизнями. Планеты действительно заражены Каменной Немой. Я правда пытаюсь сделать хоть что-то…

— Дурак! — Стелла взмахнула руками, и клинки спрятались внутрь рукавов. Она ударила Тейдана в грудь кулаком — не сильно, больше беспомощно. — Какой же ты дурак!

Двери тихо зашипели, впуская внутрь Шицы. Девушка замерла у входа, удивленно уставившись на господина в окружении тех, кого здесь быть не должно.

— Еще дольше могла идти? — Тейдан бросил на нее пронзительный взгляд. — Вылечи Люмирена. Быстро. Он не сможет стать частью системы пока тело повреждено.

— Мне определенно нужно больше контекста, — Шицы беспрекословно опустилась на край дивана, и без предупреждения накрыла ладонями кровоточащие раны Люмирена. Парень вздрогнул, открыв рот в немом крике. На глазах выступили слезы, но тот зажмурился в попытке стерпеть резкую боль.

Мягкое золотое сияние ладоней девушки обжигало раны похлеще любого огня. Несмотря на дискомфорт, Люмирен прекрасно понимал: она помогает тканям срастись. Перед глазами появилась иконка, показывающая процентное соотношение состояния физического тела. И цифры постепенно увеличивались.

— Прежде чем ты расскажешь нам свою трагично-непонятую всеми историю, — Кир покосился на помощницу Тейдана, — может, кто-нибудь мне объяснит, какого хрена человек-программа истекает кровью на диване?

— Это особенность сомнов, которую обычно никто не использует, — Тейдан обогнул свой стол, возвращая кресло на место. Он демонстративно достал из ящика влажные салфетки, и начал вытирать столешницу, где потопталась Стелла. Заодно ей парочку протянул, чтобы ладони вытерла. — Люмирен использовал нано-ассемблеры, чтобы вырастить из окружающей среды полноценное органическое тело по заранее заложенному шаблону. Это полностью физическое тело, подобное нашим: у него такие же внутренние органы, потребности, нервная система. Если тело убить, сознание вернется в цифровую форму с потерей части энергии и памяти. Поэтому, умри он там или здесь, ничего страшного бы не случилось. Просто забыл бы последние часы жизни.

— Я даже не представляла, что он так может… — Стелла опустилась на край дивана и накрыла ладонью предплечье Люмирена. — Люми, — мягко позвала она. — Ты меня слышишь?

— Слышу, — прошептал он, и звучал совершенно чуждо: без той нотки роботизированной интонации, какая присутствовала всегда.

— Ты слишком много на себя взял. Не стоило так рисковать из-за меня, — тихо сказала Стелла.

— Стоило, — возразил он. — Ради тебя — стоило. Я всегда приду к тебе на помощь, — эти слова сорвались с губ прежде чем Люмирен успел проанализировать их.

Сердце Стеллы пропустило удар. Она почувствовала, как внутри что-то сжалось, замерло, а потом забилось с новой силой. Пальцы дрогнули, но Ар-Вин не отпустила его руку. Только сжала сильнее, будто боялась, что если отпустит, то потеряет Люмирена навсегда.

— Не говори глупостей и больше не рискуй собой.

— Все в порядке, — Люмирен снова опустил тяжелые веки. Голова все еще кружилась, и мир вокруг продолжал плыть. В этом тумане, застилающем глаза, проступали очертания… Того, что обычно называлось воспоминаниями. Они не имели четкой структурированной структуры как все файлы в его базе данных, и больше напоминали нечеткие образы и обрывки той информации, которую он удалил уже очень давно.

Он открыл глаза, повернув голову в сторону Шицы. Девушка продолжала лечить его раны, доставляющие дискомфорт уже не так сильно.

— Я… вспомнил, — его голос дрожал, но Люмирен даже не пытался его контролировать. — Шицуань.

Стелла вскинула брови, удивленно уставившись на друга.

— Что? В смысле, Шицуань?

Золотистый свет под пальцами Щицы дрогнул, как свеча на ветру, и снова вспыхнул. Ее лицо осталось непоколебимым, но его отточенный взгляд, способный сканировать, определил, как напряглись плечи, чуть дрогнули губы.

— Наследная принцесса Шицуань Дань-Шуа страны Тяньлуа с планеты Шаонэл…

Кир, стоявший у стола, повернулся. Несмотря на уставшее и ничего не выражающее лицо, в глазах мелькнула искорка любопытства.

— Араксы разрушили Шаонэл восемь лет назад… Изнутри. Полностью уничтожили всю инфраструктуру… — Стелла свела брови к переносице. — Все новости говорили о том, как Корпорация выкупила планету и превратила в планету-ресурс для добычи полезных ископаемых.

— Я вне контекста, — снова напомнил Кир, привлекая внимание.

— «Вертекс»… — Стелла нервно сглотнула. — Они известны именно как «Корпорация». Межпланетарная коммерческая организация, занимающаяся добычей и переработкой редких ресурсов, экзопланетным земледелием, логистикой. Формально — законный бизнес. Фактически — манипулирует правительствами, разжигает конфликты, использует наемников для устранения конкурентов и неугодных режимов. Все знают об этом, но доказательств нет. Араксы работают на них, поскольку те обычно платят больше всех.

— Принцесса Шицуань числится пропавшей, — Люмирен почувствовал, как ладонь девушки дрогнула на его плече. — Поэтому ее ищут…

— Зачем? — спросил Кир.

— Она — законная наследница, не отрекшаяся от трона в отличие от всех остальных членов королевской семьи. Их заставили. Поэтому, пока она жива и не отказалась официально, у нее есть право на трон. А пока у нее есть право на трон — восстание имеет законного лидера. Корпорация не может позволить себе этого. Они уверены, что Шицуань скрывается где-то в подземельях Столицы и готовится к отмщению.

— Ищут там, где никого нет, — Шицы подняла голову. Стелла заметила это в ее взгляде знакомую боль, когда не можешь вернуться домой. — Мне просто… повезло. И они правильно делают, что боятся. Весь я обязательно вернусь, отвоюю планету… И отомщу им. За каждую из стран. За каждую из планет, — каждое слово слетало с ее губ с абсолютным спокойствием и непоколебимой решимостью. Она опустила руки ниже, беря в них окровавленные ладони Люмирена. Раны на них постепенно начали затягиваться.

— Тогда почему ты служишь… ему? — Стелла обернулась в сторону Тейдана. Тот, с очень сосредоточенным видом, протирал весь свой стол уже пятой антибактериальной салфеткой.

— Долгая история, которая касается исключительно нас двоих. Я сама решила взять на себя роль помощницы, — Шицы обернулась через плечо. — Господин, у Вас есть еще одно неотложное дело… Прошу прощения, но я оказалась бессильна в том вопросе.

— О чем она? — Стелла подошла к Тейдану, выхватив из пачки еще несколько салфеток. Как бы ни пыталась, кровь все еще не до конца оттерлась от ладоней.

— Не важно. Это касается уже моих дел, и с Корпорацией они уж точно не связаны, — он выкинул салфетки в мусорку. — И араксами тоже. А то смотришь на меня так, словно мы с Киром пойдем против них.

— А я причем? — Кир цокнул языком. — С теми, кто совесть продал, работать куда проще и перевоспитывать куда сложнее.

— Ты хочешь араксов перевоспитать? — в голосе Люмирена проскользнула небольшая нотка ужаса.

— Я бы мог, — Кир нагло плюхнулся в кресло Тейдана, и демонстративно закинул ноги на столешницу. У Фэрроу нервно дернулся глаз. — Но мне в падлу. Я домой хочу, вообще-то. Так что, Тейдан, будь другом, подкинь до Земли.

— Нет, — Тейдан отказал настолько резко и уверенно, что Кир демонстративно выгнул бровь, а в глазах его читалось отчетливое: «Ты офигел?», но в куда более грубом посыле, который невозможно передать словами, не прибегая к лексике, от которой у присутствующих дам загорелись бы уши.

— Торговаться вздумал? — Кир прищурился.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться. А я не в том положении, чтобы рисковать. Взаимовыгодное сотрудничество.

— Умно, признаю, — Кир закинул руки на голову, отклоняясь на кресле. Кожаное сиденье скрипнуло под его весом. Он смотрел в потолок, где мерцали голографические проекции, и его губы изогнулись в ленивой усмешке — Валяй, шантажист. Я так понимаю, вся фигня в замуте с планетами.

— Верно, — Тейдан щелкнул пальцами. Прямо перед ним раскрылся парящий интерфейс. Он ввел несколько исходных данных и на стене открылась проекция со съемкой двадцати планет в реальном времени. Они висели в черноте космоса без единой звезды вокруг.

— Вирон! — Стелла подбежала к проекции, прижав ладони к поверхности экрана, не имеющего температуры, но пальцы все равно чувствовали холод. Она смотрела на планету, вращающуюся среди других, и не могла отвести взгляд. Где-то там находился ее дом. Там ее родители до сих пор ждали возвращения дочери…

Тейдан снова щелкнул пальцами. Проекция сменилась на схемы, графики, трехмерные модели, которые пульсировали на стенах, переливаясь всеми оттенками серого. Также там присутствовали фотографии каменных статуй.

— Каменная Немая… Новая эпидемия.

Тейдан увеличил одну из схем, и она превратилась в сложную структуру, напоминающую нейронную сеть, опутанную светящимися нитями. Они медленно пульсировали, и иногда на них пробегали темные, почти черные волны.

— Происхождение удалось установить? — Стелла нервно сглотнула.

— Предположительно: древний маг хотел создать идеальную тюрьму для своего врага — лишить связи с миром, а не жизни. Он создал заклинание, превращающее живое существо в статую, заточенную сознанием в собственном теле. В итоге магия вышла из-под контроля и стала вести себя как болезнь.

— Как оно распространяется?

— Через тишину, — Шицы, стоящая у окна, скрестила руки на груди. Смотрела на проекцию, вспоминая, сколько же сил и времени пришлось потратить чтобы собрать все эти данные.

— Что значит «через тишину»? — уточнил Люмирен.

— Через отсутствие звуки, — пояснил Тейдан. — В месте, где присутствует Каменная Немая, сам воздух становится проводником магического безмолвия.

Он открыл новую вкладку, с изображением статуи. Человек, застывший в движении. Рука поднята, будто он хотел что-то сказать. Губы приоткрыты, но слова навсегда застряли в горле. Глаза широко раскрыты, но в них нет ни страха, ни боли, ни удивления. Только пустота.

— Три стадии, — продолжил он. — Первая: Тихий голод. Пропадает желание говорить. Сначала о сложном, потом о простом. Зараженный чувствует, что слова бессмысленны. Пропадает аппетит, так как еда теряет вкус, ведь вкус тоже своего рода «разговор» между телом и пищей.

Стелла сжала кулаки. Ее ногти впились в ладони. Люмирен перевел взгляд на нее, наблюдая за реакцией девушки.

— Вторая: Мраморная кожа. Кожа становится бледной, холодной и плотной, как у статуи. Движения замедляются. Зараженный перестает реагировать на речь, хотя слышит ее. Он просто не видит в ответе смысла. Третья: Последний взгляд, — Тейдан замолчал на секунду, собираясь с мыслями. — Движения прекращаются полностью. Тело замирает в той позе, в какой находится зараженный в тот момент. Дыхание и сердцебиение становятся настолько медленными, что их почти невозможно зафиксировать. Сознание остается, но оно заперто в абсолютной темноте и тишине, неспособное подать сигнал телу. Насколько удалось выяснить, это происходит из-за разрушения Узора: его нити просто расплетаются. Теоретически, процесс обратим. На практике результатов пока нет.

— И это… — голос Стеллы сорвался. — Это происходит с целыми планетами?

— Да, — Тейдан кивнул. — Процесс медленный. Занимает месяцы, и в начальной стадии шанс заражения минимальный, поэтому я успеваю изолировать планеты.

— И ты говоришь, кто-то намеренно заражает их? — Кир опустил ноги со столешницы.

— Кто-то доставляет туда одного-единственного носителя на поздней стадии болезни — Статую, — Тейдан увеличил изображение. — Аура тотальной тишины, исходящая от нее, действует как источник, и болезнь начинает перетекать на всех живых существ в пределах планетарного масштаба.

— И ты хочешь, чтобы я помог тебе найти того, кто это делает, — заключил Кир.

— Я хочу, чтобы ты помог мне его остановить, — поправил Тейдан. — Каменная Немая распространяется нетипично для заболеваний. После заражения планеты кто-то намеренно подкидывает моим подчиненным наводки. Если раньше заражалась одна планета в год, сейчас случаи стали учащаться.

— Ты обращался к Архитекторам?

— Доказательства эпидемии я предоставлял напрямую начальнику Безгласных Клинков поскольку с ним связаться легче, чем с Корпусом Целителей, — Тейдан покачал головой. — Информация была передана Архитекторам. Они признали ее поддельной.

— Кто-то из вышестоящих лиц подделал результаты экспертизы, — Кир наклонил голову вбок, призадумавшись.

— Вероятнее всего. Или он распространяет болезнь, или связан с тем, кто это делает. Я должен вычислить его и остановить, пока не стало слишком поздно.

— Информация о Каменной Немой удалена из общественного доступа под грифом фейка, — Люмирен сидел, не двигаясь. Перед глазами мерцали строки данных. Кир не представлял, как он это делал, но верил, что тот видит неподвластное его глазам.

— Любопытно… — Эфрон ухмыльнулся в своей привычной манере — совершенно недоброжелательно. — Подделать экспертизу и зачистить весь интернет — не уровень сотрудника с высшим доступом. Думаю, здесь замешан сам Архитектор напрямую или вообще все они разом.

— Смелое заявление, — Шицы напряглась после его слов. — У нас нет никаких оснований подозревать правителей космоса.

— Оснований не подозревать их тоже нет, — Кир пожал плечами. — Кто там с Клинками связан?

— Архитектор Теней.

— Пафосом от него так и несет, — он помахал рукой перед собой, словно пытался избавиться от въедливого запаха. — Вот его подозревать и будем.

Люмирен приподнялся на диване, опираясь на здоровую руку. Фантомная боль все еще преследовала, хотя рана полностью исцелилась. Несмотря на бледность и усталость, в глазах горел тот самый аналитический интерес к происходящему, который Кир уловил в нем еще в день церемонии.

— Тейдан, ответь на вопросы, — попросил Вэйс. — Как ты вообще к нам затесался? Как оказался на «Ковчеге»? Зачем пошел с нами? Зачем остался на Этерионе, когда мог уйти? Помогал нам собирать информацию об аристократах… У тебя же проблемы космического масштаба. Тут целые планеты гибнут, а ты… Ел с нами ягодный пирог.

— Я остался из-за Кира, — Тейдан ответил честно, только вот мысль свою закончить не успел.

— Из-за меня? — Кир поднял бровь. — Я, конечно, хорош, но не настолько, чтобы бросать ради меня спасение вселенной.

— Потому что ты Носитель Ключа от всех дверей, — Тейдан отошел к своему креслу, наконец-то освободившемуся, и опустился в него. Вынул из пачки салфетки. — Пока ты жив, Ключ у тебя, и проблем относительно нет. Если ты умрешь или передашь его кому-то, тогда уже он может попытаться им воспользоваться. Случайное попадание на зараженную планету чревато распространением болезни.

— М-да, не в таких обстоятельствах мне бы хотелось обзавестись телохранителем. Я бы предпочел больше по приколу, — Кир плюхнулся на диван, запрокидывая голову на спинку. — А ведь мне это все нафиг не сдалось…

— Ответственность не спрашивает разрешения.

— Пафосно, но убедительно. И самое поганое в этой ситуации даже не то, что ты меня кораблем шантажируешь, а то, что этот повелитель трех с половиной извЮран повышенной секретности может в любой момент выбрать Землю новой мишенью. А мне, знаешь ли, совершенно не хочется становится статуей. Вдруг нос зачешется? — Кир резко подался вперед, упираясь локтями в колени. — Короче, Ключ — лакомый кусочек. Архитекторы ведь озабочены его местоположением?

— Разумеется, — Стелла кивнула. — Никто не знает, что на уме у Носителя и чем это чревато. Полагаю, особенно сильно Ключ понадобится зачинщику, чтобы никто случайно не узнал про заболевание. Иначе окажется, что Созерцатель был прав. Начнутся перепроверки, и ложь вскроется…

— Что ж, — Кир поднялся и откинул руку в сторону. Хотел поправить мантию, забывшись, что давно переоделся. — Значит, наша цель — Архитектор Теней. Безгласные Клинки его подразделение, и ему крайне легко манипулировать их местоположением чтобы создать случайные свидетельства преступлений Созерцателя. А также он имеет доступ ко всем системам, и подделать доказательства — не проблема. Проблема в том, что нам до него не добраться. А, раз Магомед не идет к горе, значит, гора пойдет к Магомеду…

— Горы не умеют ходить, — Люмирен удивленно моргнул, открыв панель чтобы записать информацию. — Кто такой Магомед?

— Прошу тебя, не беси. Потом объясню, — Кир прошелся по помещению, причем настолько уверенной походкой, словно уже давно решил все проблемы. — Придется заставить их действовать. Одной информации о местоположении Ключа им будет недостаточно — его необходимо забрать, при этом не убив меня. Поэтому придется снова подставиться.

— Тебе сегодняшнего мало было что ли?! — Стелла повысила голос, уже не выдержав. — Мы чуть не погибли!

— Так не погибли же, — Кир развел руками. — Я снова стрим запущу, народ послушаю, и покажу Ключ. Архитекторы быстро отследят, и наверняка пришлют приглашение. Вряд ли сами попруться, придется лететь к ним. Но я надеюсь на транспорт ВИП-статуса.

— А если дело в ком-то другом? Вдруг нас вообще убить захотят те, кто так же, как и они, догадаются о Ключе?!

— Тогда сдохнем с честью.

— Это не смешно! Ты совсем обезумел!

— Эй, я шикарный стратег, — Кир приложил ладонь к сердцу. — Верь в меня больше, прошу тебя. Вернемся на Этерион, я еще не всех аристократов закошмарил. К слову про будущий инфаркт жопы для этих мозгоклюек: с тобой-то че делать? — он перевел взгляд на Люмирена. — Ты мне программненький нужен.

— Разобрать физическое тело не составляет проблем. Я вернусь в исходную форму и продолжу быть голосом в ваших головах, — Люмирен поднялся с дивана, придерживаясь за высокую спинку.

— Иди сюда, — Стелла подоспела к юноше, едва стоящему на ногах, и заключила в объятия. Осторожные и такие теплые, что Люмирен растерялся. Просто безвольно замер в ее руках, вообще не понимая, как должен реагировать.

Кир поджал губы в попытке не засмеяться, ведь в его глазах читалось отчетливое: «Помогите».

— Спасибо тебе, — прошептала Стелла, осторожно поглаживая парня по спине. — Я никогда не забуду твою храбрость. Становись физическим чаще, ладно? По возможности. Сходим в кафе вместе, чтобы ты больше не свидетельствовал перекус, а принимал в нем участие.

— Хорошо, — Люмирен неуверенно коснулся ее тонкой талии. Отчего-то по коже пробежали мурашки, и он отпрянул. Юноша накрыл ладонью шею, потирая ее, сам не зная, зачем. Просто хотелось куда-то деть руки, которые только мешались.

— Тогда самое время возвращаться, — Тейдан выкинул в мусорное ведро салфетки, за все это время успев тщательно оттереть любимую столешницу. — Сначала мне нужно кое-что сделать, а потом вернемся.

— Мы пойдем с тобой, — Люмирен вел себя все также спокойно, и в этой непоколебимой безэмоциональности чувствовался отчетливый подтекст: «Доверие необходимо заслужить».

— Нет, — отрезал Тейдан. — Это… Не то, что стоит видеть. Мне предстоит вытянуть информацию из одного наемника «Туманности».

Сначала Стелла хотела возмутиться, но в моменте все поняла. Поняла, почему Тейдан постоянно к чему-то прислоняется и крайне отрешен. И от этого осознания по коже прокатились холодные мурашки.

— Ты… — начала она, не зная, какие слова подобрать. — У тебя Сфера Эссенции?

— Экстракция Эссенции, — в ответе Тейдана прослеживалось четкое нежелание говорить об этом.

— И скольких, — Стелла поджала заледеневшие пальцы, — ты стер?

— Достаточно чтобы перестать считать.

В каждом произнесенном слове слышалось столько тяжести, что Стелла практически услышала, как стонет его Узор.

— Леат Ар-Телл… — одними губами прошептала она.

Тейдан бросил на нее встревоженный взгляд. Настолько пронзительный и говорящий, что у самой Шицы внутри все перевернулось и сжалось. Юноша плотно сомкнул челюсть.

— Зачем? — по щеке Стеллы скатилась слеза. — Тейдан…

— Она обладала Сферой Хаоса, — Тейдан опустил веки, вспоминая тот обезумевший взгляд, принадлежавший некогда добродушной девушке. — И когда достигла пика, попросила стереть ее. Чтобы никто и никогда не оплакивал смерть той, кого сочли предательницей. Потому что именно Леат первая направила меч на Безгласных Клинков, выступив в мою защиту. И подставилась, став межпланетной преступницей просто потому, что верила мне.

— Мы были хорошими подругами, — глухо отозвалась Шицы. — Я не помню ее. Господин рассказывал…

— Я был рядом с ней до последнего вздоха, — продолжил Тейдан. — А потом… Похоронил ее на Лауруане.

— Планета кристальных водопадов, — Стелла закрыла глаза, и горячие слезы обожгли щеки. Она сделала несколько шагов в сторону Кира, и, не спросив его разрешения, крепко обняла. Уткнулась в плечо, горько всхлипнув.

— Э… — Эфрон просто замер. Немного неуверенно похлопал девушку ладонью по спине. — Именно этого Леан и хотела избежать.

Люмирен стоял недалеко от них. Просто стоял, не решившись приблизиться. И наблюдал, как хрупкое тело девушки содрогается от слез в объятиях друга.

— Подождите меня здесь, — Тейдан коснулся темных узоров на мундире, быстро сформировавших шлем вокруг его голову.

«Хрустальная стрекоза» мягко коснулась земли на дворцовой парковке. Кир спрыгнул со ступеней на брусчатку с долей нежелания двигаться. Всего-то надо было съездить в город и снять, как верданы живут, а в итоге чуть не умер, еще и с Созерцателем познакомился.

— Добро пожаловать домой, — проворчал Кир, уже представляя, что отдохнуть ему не дадут.

Ступив на огромную парадную лестницу, Эфрон невольно подумал о том, с какой вероятностью две кареты смогут проехать по ней и не врезаться друг в друга. Вверх уносились белокаменные статуи древних правителей с поднятыми к небу мечами, и Кир рассматривал их, неспешно поднимаясь.

Дарион стоял в центре площадки, заложив руки за спину. Наблюдал за неторопливостью сына, видящего статуи будто бы впервые. Несмотря на его внешнее спокойствие, под глазами залегли тени, а строгий вид казался куда более грозным, нежели обычно.

Равилла стояла чуть позади, обхватив локти ладонями. Стоило увидеть сына, она сорвалась с места, ринувшись вниз по ступеням.

— Кириан! — Равилла налетела на Кира, касаясь его плеч. Заключить в объятия не успела: юноша благополучно оступился и выскользнул из ее рук, чуть не завалившись.

— Ой, мам, я… — Кир устоял. Она схватила парня за щеки, крепко держа в ладонях и взволнованно заглядывая в глаза.

— Ты жив! Хвала Лунам, ты жив!

— Жив, жив, — Кир осторожно сжал ее запястья в ладонях.

— Ты ранен? — она провела руками ниже, ощупывая его плечи, осматривая со всех сторон. — Тебя задели? Тебе больно?

— Нет, ничего со мной не случилось, — Кир сделал шаг назад, увеличивая расстояние, пока она еще его где-нибудь не схватила.

— Дворцовая стража сказала, что на тебя было покушение! Тебя хотели убить!

— Мам, — Кир взял ее дрожащие руки в свои, крайне осторожно и аккуратно. — Я же говорил, что Тейдан и Стелла — лучшие. Все в порядке, правда.

— Я больше никуда тебя не отпущу! — по ее впалым щекам покатились горькие слезы.

— А я никуда и не собираюсь, — Кир поднял голову, встретившись взглядом с напряженным Дарионом. — Отец, — он коротко кивнул.

— Поднимись, — коротко ответил тот.

Кир выпустил руки матери, продолжая путь наверх с долей усталости и желанием найти здесь лифт. Добравшись до площадки, он остановился напротив отца.

— Я же сказал, что это слишком опасно, — начал тот. — Нижние уровни…

— Абсолютно безопасны, — Кир перебил его без зазрения совести. Он вынул из кармана небольшую карту памяти, на которому Люмирен перекинул резервную копию влога. — Вот доказательства. Камеру сломали, поэтому убийц не заснял. Они профи, кстати. Максимально предсказуемы.

— Мы посмотрим, — Равилла забрала у сына карту памяти. — Прошу, идемте внутрь. Ты сильно устал и тебе необходимо отдохнуть.

— Чье Слово — Основа, — Тейдан вышел вперед. — Тела наемников уже доставили в дворцовый морг?

— Да, — сквозь зубы произнес Дарион, но больше выражать свое недовольство наличием здесь Фэрроу не стал.

— Я хочу лично осмотреть их. Кто-то наблюдал за ходом миссии и применил дистанционную активацию яда: взять живым кого-либо из этой организации невозможно. Определив яд и механизм активации получится сузить круг подозреваемых.

Дарион произнес с долей нежелания:

— Хорошо, — он щелкнул пальцами, и к нему подоспел слуга: старенький, седой, в такой же белоснежной маске, как у всех остальных. — Проводи Тейдана в морг.

— Следуйте за мной, — мужчина поклонился Фэрроу.

Кир коротко кивнул Тейдану, а сам взмахом руки отпустил Стеллу на все четыре стороны. Чем именно ей заниматься все это время она не представляла, но спорить не стала. Юноша отправился дальше по коридору, мечтая скорее добраться до своей комнаты. Просто лечь и не двигаться.

— В Чиьх Жилах — Исток!

Голос слуги ознаменовал отсутствие отдыха, и у Кира нервно дернулся глаз. Он угрожающе повернулся в сторону молоденького паренька с испуганными глазами. Тот поклонился низко-низко, чуть лбом о свои колени не стукнулся.

— Леди Вейна Нор-Коррен просит аудиенции, — сказал слуга. — Она ждет в малой гостиной.

Кир усмехнулся.

— Ничего, подождет. Передай ей, что я занят.

— Но…

— Я сказал, что занят, — жестче произнес он. — Пусть ждет, если так хочется, или приходит в другой раз.

Слуга снова поклонился и убежал. Кир невольно задумался, а чем он таким важным занят вообще? Кроме неумолимого нытья касательно своей судьбинушки. Юноша вздохнул, отправившись дальше по коридору. Хотелось банально моральной разгрузки. Ни о чем не думать и ни за что не переживать.

Кир свернул в соседний коридор, вскоре добираясь до чужой комнаты. Он вошел в покои наследного принца, залитые ярким солнечным светом.

Элиар сидел на кровати. Он, в принципе, сидеть начал чаще. Сутулые плечи немного расправились. Хоть кожа и оставалась бледнее обычного, выглядела уже намного здоровее. Перед ним, на парящем подносе из серебра, стояли тарелки. Все, как Кир и говорил: протертое, мягкое. И пирог. Судя по запаху — с ягодами, чем-то похожий на тот, что Эфрон ел на нижних уровнях.

— О как, — Кир беззлобно хмыкнул. — Я, значит, тут диету тебе составил, а ты вопреки ей втихую сладости лопаешь?

— Я недавно смотрел фильм, где герои ели сладости, — Элиар повернул голову в сторону Кира. Его улыбка, обычно вымученная, стала куда шире и живее. — Попросил приготовить мне такой, который смогу жевать.

— Ничего, окрепнешь и зубы новые вкрутишь себе.

— Зачем?

— В смысле, зачем? — Кир прошелся по комнате, и, подвинув стул ближе, плюхнулся на него. — Хочешь всю жизнь пюрешки хлебать?

— Я имею ввиду, зачем вкручивать? Их же можно вырастить. Это намного удобнее дешевой стоматологии.

«А, так они тупо новые зубы выращивают? — Киру аж грустно стало. — Надо обратиться к местному стоматологу. Я ж принц, как-никак! Раз тусить тут неопределенное время, должна же быть хоть какая-то выгода. Интересно, аллергию они тоже убрать могут? Я бы удовольствием избавился от нее, задоблался чихать каждую весну».

— Кто там наш дворцовый стоматолог? Надо бы наведаться к нему…

— У тебя зубы болят?

— Нет, но проверить не помешает. Сейчас не обо мне речь! Ты тут как? Выглядишь лучше.

— Не ври. Я выгляжу так, будто только что проснулся после трех месяцев комы и понял, что еда существует.

— Ты близок к истине.

Элиар отрезал кусок пирога, протянул брату.

— Держи. После поездки тебе нужно восстановить силы.

— Спасибо, — Кир откусил немного. Горячо. Тесто песочное, рассыпчатое. Еще и ягодная начинка сладкая, без кислинки, как на нижних уровнях. При этом не особо сладко. — М, ниче так.

— Это лучший пирог, который я ел в своей жизни! И первый, пожалуй. Честно, не представляю, как так можно… Отказываться от подобной еды, в смысле. Я думал, это та еще гадость, но ты оказался прав.

— Я редко ошибаюсь, — Кир откинулся на спинку стула. — Напомни-ка мне, что это за мракобесие со световыми диетами? Помимо того, что приготовление подобной еды стоит кучи бабок и подобное даже состоятельные верданы позволить себе не могут.

Элиар сделал глоток чая. Немного напряженее, чем до этого. Затем, собравшись с мыслями, заговорил:

— Вспомни уроки узороведения. Среди аристократов веками бытовала «Доктрина Чистого Узора» — свод магических наблюдений и практик, передающихся из поколения в поколение. Согласно ей, грубая пища создает в теле «энергетический шлак», затемняющий Узор и ослабляющий связь с эфирным полем планеты. Очищенная еда, напротив, поддерживает Узор в идеальном состоянии, позволяя магу достигать более тонкой настройки и быстрее восстанавливать силы. Именно поэтому аристократия Этериона — самые сильные маги.

— И что, эти силы стоят стольких циклов жизни? — Кир закинул в рот остатки пирога.

— Они всегда считали, что короткая, но яркая жизнь в чистоте дает Узору шанс после смерти не рассеяться в эфире, а сохраниться — как отпечаток в энергетических слоях реальности. Простолюдины же, вынужденные есть обычную пищу, такой возможности не имеют: их Узоры гаснут вместе с телом.

— Так, — Кир потер переносицу. — Очередное обострение псевдомагической шизы, понятно. Ладно, хрен с ним. Потом разберусь. Ты подумал над моим вопросом насчет пищи?

Элиар поставил полупрозрачную чашку на поднос на небольшой столешнице, расположившейся над его коленями.

— Не знаю, если честно. Я постоянно присутствовал на ароматических церемониях с кем-то из аристократов, или посещал чаепития. Если меня действительно отравили, это мог сделать кто и когда угодно. Ты сам говорил, что проблема в недостатке витаминов, поэтому обычная еда помогает.

— Говорил… — Кир постукивал пальцем по низкому витому подлокотнику. — Но я не хочу исключать все варианты. Согласись, это странно: цинга не выбирает тех, кто ей больше нравится. Вы все питаетесь одинаково, но заболел только ты. С кем чаще всего ел?

— Все равно проверить не получится, — Элиар поднес кружку к губам, делая небольшой глоток. — Ярели, пожалуй. Аристократы нечасто приезжают в Акрополь, а она здесь постоянно. Несмотря на свой колючий характер, твоя солари весьма милая девушка.

— Ага, и нежная, как кактус, — Кир сказал это, совершенно забывшись, что Элиар не знает, о чем он говорит. — Растение такое колючее. С другой планеты, — пояснил юноша. — И часто вы вместе время проводили?

— Не ревнуй, — Элиар отвел в сторону немного виноватый взгляд. — Мы не особо часто общались. Раз в неделю, наверное.

— Вот еще, ревновать, — он закатил глаза. — Ну ее нафиг, — парень отмахнулся. — Самое главное, что ты чувствуешь себя лучше.

— Настолько, что даже готов подписывать указы, лишь бы не видеть эту чертову люстру, — Элиар отставил в сторону пустые тарелки и опустил столик, поставив рядом с прикроватной тумбой.

— Тебе повезло, что я знаю, как развеять скуку! — Кир щелкнул пальцами. Из кармана его джинсовки выпорхнула маленькая сфера, которую тот взял с собой просто на всякий случай. Он поймал ее в воздухе, повертел в руках, кинул вверх. Та зависла над кроватью, развернулась, превратившись в тонкий, почти невидимый экран.

— Игры, — Кир хитро дернул бровями, словно показывал брату нечто запретное, но крайне увлекательное.

— Я… Не умею, — Элиар улыбнулся немного неловко. — Ты же знаешь, как долго мне приходилось учиться…

— Самое время научится чему-то куда более веселому и пробудить детство! Главное по деревьям не лазай, а то переломы — это больно, — Кир инстинктивно потер левое предплечье. Оно до сих пор болело во время непогоды.

Элиар смотрел на экран с загрузкой красочной картинки с нескрываемым любопытством. Кир протянул ему тонкую пластину — сенсорную панель, на которой были нарисованы стрелки и кнопки.

— Смотри, вот это — ходить. В разные стороны. Здесь атака, тут щит. Просто, как два пальца!

— Каких пальца? — Элиар попробовал нажать двумя пальцами, и персонажа на экране ударил враг.

— Не важно. Держи, как удобно. Сильно не нажимай, почувствуй движение персонажа.

Кир пересел к нему поближе, чтобы видеть экран и бубнить на ухо. Конечно же, первая попытка пошла коту под хвост — Элиара тут же убили, а он даже понять не успел, что произошло. Чтобы освоится и осознать расположение всего на экране ему потребовалось время. Но сколько же счастье отразилось на лице парня, когда получилось пройти первый уровень!

Кир невольно почувствовал себя на месте своего менеджера, которая с таким же железным терпением учила его и направляла. И сделала из него того, кто в итоге надел корону, и не только в качестве лучшего игрока на международном турнире.

Второй уровень оказался сложнее. Врагов стало больше, появились ловушки: стрелы, вылетающие из стен, огненные шары, катящиеся по полу. Элиар проклинал их, шипел сквозь зубы сжимал панель так, что костяшки белели.

— Это нечестно! — воскликнул он, когда его рыцарь в третий раз попал под огненный шар. Швырнул панель на матрас.

— А игра честной быть и не обязана, — хмыкнул Кир.

— Лучше бы помог! Что, нравится наблюдать за моими страданиями?

— Ой, это ты еще мои страдания не видел, — Кир вспомнил кипу документов, и грустно так стало. Он активировал вторую панель управления и, скинув кроссовки, забрался к брату на кровать, скрестив ноги. — Ща как зайду к тебе, и вдвоем всех разнесем!

— Ты что, играть умеешь? — с долей недоверия поинтересовался Элиар. — Хотя, я помню твой стрим. Не сказать, что вышло лучше.

— Потому что меня отвлекали разговорами, — буркнуто тот. — Конечно же я умею играть. Не смей сомневаться в моих способностях! Давай, бери пульт и погнали. Стратегия такая: когда один атакует, второй защищает.

— Прямо как в жизни…

Кир бросил на него понимающий взгляд.

— Ага.

Они двинулись вперед. Уровень за уровнем. Босс за боссом. К четвертому уровню Элиар перестал задавать глупые вопросы. Его пальцы стали двигаться увереннее и быстрее. Он замечал врагов, узнавал ловушки. В итоге парни не заметили, как пролетело целых два часа.

— Чем вы тут занимаетесь? — Равилла вошла в комнату. Глядя на сыновей, вот так дурачащихся вместе, внутри становилось намного теплее.

— Пятый раз дохнем на десятом уровне, — Кир выпустил пластину управления после очередной смерти. — Слишком жирных мобов спавнит и защиту их фиг пробьешь, — он откинулся на изголовье кровати.

— Предлагаю сделать перерыв и продолжить позже, — Элиар тоже отложил пластину. — Нужно придумать стратегию.

— Ага, с этим иначе не получится. Завтра продолжим, — он повернул голову в сторону матери. — Ты что-то хотела?

— Нет, просто решила зайти и проведать вас. Слуги сказали, вы вместе время проводите… — Равилла опустилась на освободившийся стул, поправила пышную юбку.

— Ладно, вы тут болтайте, а я пойду, — Кир опустил ноги в кроссовки, натягивая их.

— Почему? — Элиар опустился ниже, полностью ложась на матрас. — Останься. Тебя же не прогоняет никто.

— Да не, там Вейна меня ждет. Или не ждет. Не знаю. Мне просто не хотелось с ней разговаривать, и я из вредности своей решил проверить ее терпение.

— Кириан, — Равилла выдохнула с долей напряжения. — Нельзя так делать. Клан Теней — не те, с кем стоит портить отношения.

— Плевать я хотел на них и их возможности, — Кир убрал руки в карманы. — Если я ей так нужен — подождет, не развалится. Так что пойду. Посмотрим, что там она хотела…

Кир неспешно вошел в малый гостевой зал, где размеренно потрескивал камин, согревая остывшие к вечеру стены. Мантия струилась за ним фиолетовым шлейфом, мерцая в ярких искрах живого огня.

Вейна, сидящая в кресле совсем близко к языкам пламени, неспешно повернула голову на размеренный стук сапог.

— В Чьих Жилах — Исток, — бледные тонкие губы сложились в вежливую улыбку. — Вы заставили меня ждать, — в ровном голосе не слышалось ни раздражение, ни усталость.

— Два часа — не такой уж долго, — Кир подошел к креслу напротив, но не сел: положил ладонь на резное дерево высокой спинки.

— И Вы не считаете нужным извиниться? — спросила Вейна.

— Вы пришли в мой дом, потребовали аудиенции, не сверившись с моим расписанием, и требуете извинений? — Кир недобро усмехнулся, и отразившееся в глазах пламя заставило сверкнуть их как-то недобро. — Вы бы все равно не ушли. А я люблю проверять границы. То самое отчаянное любопытство, как далеко можно зайти, прежде чем кто-то скажет «стоп».

Вейна усмехнулась. Практически незаметно, словно это не она проявила эмоции, а тени пламени исказили бесстрастное лицо.

— Вы изменились, В Чьих Жилах — Исток. Раньше Вы были… Скромнее.

— Скромность мне не к лицу. А оно, между прочим, весьма симпатично. И достойно отображать внутренние амбиции.

Вейна взяла со столика бокал с темным напитком — густым, практически черным, пахнущим вишней. Сделала небольшой глоток. Что это за бурда Кир не имел ни малейшего понятия, как и желания пробовать.

— Прошу, присаживайтесь, — она поставила бокал на место. — Я не кусаюсь.

— Знаю, — Кир обогнул кресло. — Вы предпочитаете другие методы, — он устроился напротив девушки, закинув ногу на ногу.

— Так, какое же неотложное дело заставило Вас ждать меня целых два часа?

— Я слышала, Вы ездили на нижние уровни…

Камин продолжал неспешно потрескивать, выбрасывая вверх снопы искр. Тени плясали на стенах, находя отражение на расслабленном лице Кира.

— Ездил. Там очень красиво. Атмосферно, так сказать. Есть определенная эстетика в этих узких улочках и огромных торговых рядах… Много живых верданов.

— Знаете, — аккуратные пальцы Вейны, неизменно облаченные в кружевную перчатку, подхватили бокал под донышко. — Некоторые считают, словно живые — это те, кто еще не понял, что давно мертв.

— А как считаете Вы? — Кир слегка наклонил голову вбок.

— Я считаю, что жизнь — это когда есть, что терять.

Уголки губ Кира слегка приподнялись.

— Да Вы философ, леди Вейна.

— Я практик, В Чьих Жилах — Исток. Философы сидят в башнях и рассуждают о смысле бытия, а я спускаюсь вниз и смотрю, как этот смысл умирает.

— И что же Вы увидели внизу?

— Достаточно, чтобы не хотеть туда возвращаться.

— В таком случае, — Кир подался вперед, поставив локти на колени, — Вы слепы, ведь не увидели самого важного. Правду.

Вейна чуть склонила голову. Тень от камина упала на лицо, делая его похожим на древнюю, прекрасную маску, пропитанную необратимым ядом.

— Правда — крайне опасная вещь. Не каждый готов ее принять.

— Я готов.

— Уверены?

— Если бы не был уверен, то этот разговор никогда бы не состоялся.

Вейна неспешно поднялась, отчего черные стразы на непроглядно темном платье сверкнули в свете камина, окрашивая юбку алым.

— Вы говорите о правде, однако, не учитываете, что она бывает разной: есть правда слов. Ее можно сказать, услышать и забыть. А есть правда дел, и именно она остается с Вами навсегда.

— И какая же правда интересует Вас? — Кир проследил за ее плавными, отточенными движениями. За тонкой, но не настолько болезненно худой фигурой, приблизившейся к камину.

— Та самая правда, которую Вы видели внизу. Та, о которой молчат все, кто должен говорить.

— О чем конкретно Вы говорите?

— О ком, — поправила Вейна, повернувшись к нему.

— Я не понимаю, что Вы имеете ввиду, — Кир выпрямил спину. Хотелось бы ему просто сыграть на дурака, но дураком он сейчас и являлся: опять пришлось столкнуться с той частью жизни Кириана, когда информации катастрофически не хватало.

— Понимаете, — мягко отозвалась та, словно говорила с маленьким ребенком. — Просто не хотите признаваться. Это нормально. Признаваться в том, что должно оставаться в секрете, — всегда больно.

— Вы говорите загадками.

— Я говорю о саде.

— О саде? — Кир вопросительно выгнул бровь.

— Верно. Том самом саде, — она отошла от камина, прошлась по залу. Ее пальцы скользили по спинкам стульев, краю стола, резьбе на стенах. — Представьте себе сад. Красивый, ухоженный, с редкими цветами, которых больше нигде не найти. Каждый цветок — уникален и требует особого ухода. Некоторые растут на солнце. Некоторые — в тени.

Она остановилась напротив юноши.

— Если садовник начнет ходить там, где не следует, он может затоптать самые хрупкие из них.

— Я не садовник.

— Вы второй наследник, В Чьих Жилах — Исток. У вас есть обязанности. Есть сад с цветами, которые Вы должны защищать.

Кир расслабленно улыбнуться, наконец-то поняв, о чем та говорит. Только вот это осознание не принесло никакого облегчения, зато добавило головной боли.

— И о каких же цветах идет речь?

— Тех, что не выносят яркого света. Тех, что растут в тени и увядают, если их потревожить…

Она подошла ближе, сокращая расстояние между ними до нескольких шагов. Кир почувствовал легкий, ненавязчивый аромат ее духов. Эфрон, опершись ладонями о подлокотники, поднялся. И оказался настолько близко, что чувствовал дыхание девушки на своей шее, практически полностью скрытой высоким воротником-стойкой.

— Вы знаете, о каких цветах я говорю, — взгляд Вейны скользнул по его кадыку, поднимаясь до лица. — И знаете, что их можно случайно раздавить по обычной неосторожности… Просто потому, что не обратили на них должного внимания. Или потому, что не подумали об их существовании.

— Верно, поэтому я всегда думаю.

— Даже тогда, когда идете туда, куда не следует?

— А я не хожу туда, куда не следует, — Кир слегка приподнял голову, глядя на нее сверху-вниз. — Только вот на нижние уровни сходить следовало. Как раз за той самой правдой, скрывающейся под самым носом столько циклов…

Вейна расправила плечи, слегка приподняв голову. Ее пристальный взгляд мог вызвать дискомфорт абсолютно у любого вердана… Любого, кроме нахального наследника, просто ожидающего следующих действий и слов.

— Знаете, В Чьих Жилах — Исток, — она ответила тише, практически шепотом. — В южных провинциях есть традиция: когда хотят защитить сад от вредителей, садовники разводят костер на краю поля. Дым отпугивает всех насекомых и грызунов.

— Да, слышал о таком.

— Но иногда дым идет не туда… И тогда страдают те, кто не имел никакого отношения к вредителям. Ваша активность привлекает много внимания… — пальцы Вейны без доли смущения скользнули по мускулистой груди юноши, поправляя края его камзола. — Вернее, я бы сказала, напротив, это Вы привлекаете его. Заставляете смотреть на себя даже тогда, когда в центре внимания находятся другие.

Кир проследил за ее бесцеремонностью с долей любопытства. Сразу вспомнилась запись церемонии: голограмма Элиара была, конечно, хороша, но весь интернет гудел из-за младшего наследника, чье лицо совершенно изменилось. Словно тот предал традиции знати и вопреки им начал питаться обычной едой, отчего стал выше. Привлекательнее. Взрослее…

— Я говорю о том, что это внимание может перекинуться на тех, кто рядом, — продолжила она. — На тех, кто не в состоянии за себя постоять.

— Вы имеете ввиду кого-то конкретного?

— Цветы, растущие в тени, — повторила Вейна. — Те самые скромные цветы, не желающие становиться частью Вашего сада.

Когда Кир промолчал, она добавила:

— Я не смею угрожать Вам, В Чьих Жилах Исток, — Вейна сделала пару шагов в сторону. — Я просто прошу Вас подумать о последствиях и тех, кто может пострадать.

— Я понял Вас, — ответил Кир, проследив за ней взглядом.

— Надеюсь, — она обернулась вполоборота. — Поскольку в следующий раз предупреждать будет слишком поздно.

Вейна пересекла малый зал, и ее темная фигура растворилась в черноте коридора.

Оставшись в гордом одиночестве, Кир плюхнулся обратно в кресло.

«Этот сраный день когда-нибудь закончится вообще?»

«Леди Вейна определенно непризнанный философ, — отозвался Люмирен, чем заставил Кира слегка улыбнуться. — Пока она тебя путала, я пролистал все социальные сети Кириана и обнаружил любопытную переписку с некой Юраной Шайе. Проанализировав диалог, вывод однозначный: у них был тайный роман, и чаще всего они встречались в саду у подножья горы».

«Вот жук мелкий, — Кир аж сел. — Тихоня тихоней, а девушку себе нашел… Понимаю, в принципе, от Ярели хочется исключительно сбежать. Эти сволочи наверняка в курсе, еще и переписку отслеживают. Создай фейковый акк и напиши ей, мол, засранцы все знают, прикидываемся ветошью и не отсвечиваем. Назначь встречу в другом месте, там наверняка понатыкали камер и прослушки. Хочу поговорить с ней завтра вечером, а пока — поспать. Просто, блин, поспать. Я задолбался за этот день на несколько месяцев вперед…»

Комната Кира утопала в полумраке. Лишь кристаллы на стенах мерцали мягким фиолетовым светом, да НЭКС сиял экраном прямо ему в лицо. Кир сидел в кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на строчки текста, уже плывущие перед глазами. Шторы специально не открыл — при свете дня думалось плохо. Хотя, казалось, уже никакая обстановка не спасет от головной боли.

Прошло целых три часа. Кир надеялся найти в переписке какую-нибудь важную информацию касательно финансовых махинаций, компромат на Листовиков… А вместо этого сходил с ума из-за розовых соплей и сотен сердечек.

Кир читал строчку за строчкой, и видел совершенно другого вердана. Не того тихого, покладистого и удобного принца, каким его называли все, кому не лень. А юношу, запертого в клетке собственной беспомощности. Того, кто прекрасно все видел и понимал, но ничего не мог сделать из-за страха за тех, кто ему не безразличен.

Кир тяжело вздохнул, закрывая глаза.

— Устал? — Люмирен показался на соседнем экране, выглядывая из него.

— Да я задолбался, — прошипел тот. — Два беспомощных нашли друг друга, что еще сказать? Уж не знаю, насколько они были искренны, но, видимо, правда влюбились. И прекрасно понимали, что лишь пешки в чужих руках.

— Трагично, — сказал Люмирен.

— Будто Шекспира читаю, — Кир нехотя уставился в экран. — М-да… Если это все всплывет — будет невероятный скандал с семьей Ярели. Ты встречу назначил?

— Да, сегодня вечером. В нижней смотровой башне у подножья западного крыла. Туда есть тайный ход из дворца. Никто не узнает.

— Прекрасно, а пока найти мне всю возможную информацию на семью Шайе…

Старая башня давно не использовалась. Когда-то она была одной из центральных для просмотра местности у подножья дворцовой горы, но с развитием технологий оказалась ненужной. Ее стены успели покрыться мхом, а ступени, ведущие наверх, стерлись от времени. Кир шел по тайному ходу, который Люмирен нашел в старых архивах. Он оказался слишком темным, с низкими сводами, где приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой. Под ногами хрустела сухая штукатурка. Вдалеке капала вода.

Сегодня пришлось снизить уровень крутости и переодеться в простой темный камзол без заметной вышивки и блестящих драгоценных камней. По крайней мере, такое и испачкать не жалко. Поэтому он без зазрения совести навалился на старую, рассыхающуюся деревянную дверь, и вывалился вместе с ней в небольшой зал.

Яркий свет пяти лун проникал в помещение через высокие окна без стекол, падая на самую обычную девушку. Довольно симпатичную, но не сильно выделяющуюся на фоне остальных. Редкие стразы на простом коричневом платье слегка поблескивали, и были практически незаметны.

Юрана обернулась, и ее рыжие пряди взметнулись следом. Такие кудрявые и густые, совершенно не похожие на тонкие пряди Ярели. Она встретилась с Киром настолько встревоженным и одновременно радостным взглядом, что у него самого сердце екнуло.

— Кириан! — Юрана бросилась к нему, не ему возможности отпрянуть. Ее руки обвили шею парня, и она прильнула к Эфрону всем телом. Крепко-крепко, отчего тот почувствовал мелкую дрожь. Пальцы вцепились в его камзол с такой силой, словно она боялась, что он исчезнет в любую секунду.

— Как же я волновалась! Я думала, что мы больше никогда не сможем встретиться… Ты даже не посмотрел на меня на в Хрустальном Саду, — Юрана уткнулась носом в плечо юноши. Сделала глубокий вдох… И не почувствовала никакого аромата. Абсолютное ничего. Но, несмотря на тревожные мысли, продолжила торопливо шептать: — Я так скучала… Ты не представляешь. Я каждую ночь приходила в наш сад, надеялась увидеть тебя хотя бы в окне, но…

Торопливые слова оборвались с очередным ударом сердца Кира, просто замершего в ее руках. Еще один удар заставил дыхание сбиться. Юрана резко подняла голову, и юноша увидел в глубоких малиновых глазах неописуемый ужас. Ее руки вмиг ослабли, и она бросилась прочь, как от огня.

— Кто ты?! — надрывно выкрикнула Юрана, попятившись.

Кир вскинул брови, понимая, что совершенно ничего не понимает. Он, натянув немного неуверенную улыбку, произнес достаточно спокойно:

— Юрана… Что не так? Это я, все в порядке. Понимаешь, мой аромат…

— Ты не Кириан! — Юрана врезалась спиной в стену, вжимаясь в холодный камень.

— В смысле?

— Твоя грудь… — на ее глазах навернулись слезы, отчего картинка поплыла. Озноб объял все тело, и она обняла себя за плечи. — Она… Там… Бьется…

— Сердце, — с долей непонимания произнес Кир. — У всех бьется, — после этих слов он осознал простую истину: инопланетные организмы могут быть устроены вообще не так, как в представлении людей.

— У верданов нет сердец, — слеза скатилась по ее щеке. — Нашу кровь качает сосудистая система, без пульсации.

Кир замер, впервые не подобрав мгновенный ответ. В голове крутился миллион мыслей, и ни одна не могла сложиться в приличное предложение. Прошло почти две недели, и за это время он успел практически загнать в угол аристократов, зато вот так глупо спалился из-за обычных объятий.

— Твою ж наноплесень, — выдохнул Кир. — Сердец у них, блин, нет?! Люми, чтоб у тебя пульт от телевизора всегда под другую подушку падал! Мог бы предупредить! — произнес он куда-то в потолок, отчего Юрана невольно глаза вверх подняла.

«Я не знал, — озадаченно ответил Люмирен. — Все медицинские базы данных закрыты и общедоступной информации практически нет».

— Ну конечно! Сердец нет! — повторил Эфрон немного нервно. — А у меня, блин, есть. И оно сейчас, кажется, решило, что это его остановочка!

— Кто ты?! — Юрана хотела выкрикнуть вопрос, но тот прозвучал слишком тоненько и надрывно. — Где Кириан?! Что ты с ним сделал?!

— Ничего, — Кир развел руки в стороны, заодно демонстрируя, что ничего при себе у него нет. — Когда я пришел, он уже двадцать дней как без вести пропал. Без понятия вообще, что с ним и жив ни он.

— Как так?! — Юрана громко всхлипнула, закрывая ладонью нижнюю часть лица. Попытки сдержать эмоции успехом не увенчались, и она зажмурилась, позволяя новым слезам скатиться с щек.

— Прекрати сырость разводить, тут и так везде плесень, — проворчал Кир.

— Подожди! — девушка резко смахнула с щек всю влагу, пытаясь взять себя в руки, как учил отец. — Но ты-то кто такой?! Почему так похож на Кириана?!

— Закон повторяющейся внешности? Или как там эта фигня называется? Не помню. В общем, это совпадение. Я вообще мимо проходил, а меня загребли в Акрополь. Я так-то домой хочу.

— И ты… притворяешься Кирианом?

— Да. И, судя по твоему лицу, притворяюсь хреново.

Юрана просто смотрела на него, практически не моргая. Настолько долго, что Кир уже запереживал, что она сейчас закричит и выбежит. Или упадет в обморок. Или вообще сделает что-то, о чем они оба пожалеют.

— Зачем… ты назначил мне встречу? — тише произнесла она.

— Чтобы предупредить. Кириан не мог ровным счетом ничего, а я могу. Всю эту шайку-лейку разогнать пора давно уже. Проблема в том, что они в курсе вашего романа и, полагаю, располагают всей перепиской и имеют к ней доступ. Поэтому я назначил встречу с левого акка.

Юрана поджала дрожащую челюсть и перестала дышать. Киру аж показалось, что та сейчас точно потеряет сознание.

— Они…

— Они будут пытаться шантажировать меня тобой. Ты видела, как я себя вел. Я — не Кириан. Меня зовут Кир, и веду я себя так, как привык. Мне совершенно не всрались все эти дворцовые интриги и прочее, но заднюю давать поздно. Я уже оскалился, и придется кусать. Я посмотрел на имеющиеся данные: они вогнали твою семью в долги, отняли землю и покупают молчание твоего отца шантажом.

— Мой отец… — Юрана замолчала. — Он… Пытался бороться с ними до последнего, — она поджала дрожащие губы. — Они пришли в наш дом посреди ночи и забрали все документы. Все доказательства своих преступлений против нас и пригрозили расправой куда хуже, чем смерть.

— Да, знаю. Я все знаю, Юрана. Что ты любишь чай с нэлом, чем бы это ни было. Что боишься грозы, что ты — младшая в семье, и тебе не светит ничего, кроме выгодного замужества. И даже этого аристократы тебя лишили, женив возлюбленного на другой. А сейчас, когда ты снова влюбилась — Кириан пропал. Он ушел ради брата, но что с ним случилось — неизвестно. Вряд ли в этом замешаны аристократы, иначе смотрели бы на меня, как на призрака.

— Ты не должен был читать…

— Должен, ведь я собирался сыграть роль. Из меня фиговый романтик, конечно, и все равно ты бы меня раскрыла, — Кир отвел в сторону взгляд, вспоминая, как сестра посоветовала сыграть на гитаре под окном симпатичной ему девушки. В итоге получил букетом по лицу.

— Пожалуй, — Юрана шмыгнула носом, вытирая влажные глаза. — Ты слишком груб и резок.

— Это ты меня в плохом настроении еще не видела, а оно, поверь, стремиться сейчас к нулю. Чем больше думаю про этих тварей, тем сильнее хочется послать их в Сахасрару[1]! За просветлением… Но дорога им исключительно в Муладхару, — губы Кира искривились в гневной улыбке. Настолько выразительной, что Юрана вжалась в стену пуще прежнего.

«Скалься дружелюбнее, ты девушку пугаешь».

«Замолчи свою материнскую плату, прошу тебя. Я и так злее черта».

«Уровень злобности черта не подтвержден».

— Короче! — Кир поставил руки на талию. — Хватит дрожать, кабзда им, а не тебе. Сейчас моя основная задача: напасть на них, не поставив под удар тебя. Именно поэтому тебе придется быть ко мне ближе, чем раньше. Я назначу тебя своей помощницей, и ты войдешь в Акрополь. Тем самым получишь особый статус, как и твоя семья: соответственно, причинение вреда кому-либо из вас будет расцениваться как личное оскорбление члена правящей семьи. Вы получите охрану. Если кто-то захочет напасть, это выйдет боком им же и создаст лишние подозрения.

— Издеваешься? — Юрана усмехнулась криво, немного нервно. — Ты же наоборот нарываешься на неприятности! Как я могу быть в безопасности рядом с тобой? Ты же опасен!

— Опасен, — он кивнул. — Но не для тебя. Аристократы меня боятся, поэтому паникуют и начинают действовать опрометчиво. К тому же, ты действительно умная девушка. И не сдаешься, даже когда все против тебя. Это прекрасное качество, необходимое для сопротивления. Если у тебя сохранились доказательства, в любом виде, они понадобятся.

— Хорошо, — Юрана судорожно выдохнула, отчаянно стараясь не разреветься из-за ощущения абсолютной беспомощности и раздирающего изнутри отчаяния. — Только при одном условии… Ты должен рассказать мне все. Кто ты, откуда, как здесь оказался… Без лжи.

— Хорошо, — Кир ответил без раздумий. — Еще одна бессонная ночь, да? — он покачал головой, тяжело вздохнув.

«Ты слишком любишь себя жалеть. Неужели действительно расскажешь ей правду?»

«Расскажу, но не всю. Частично сказанная правда без подробностей за ложь не считается».

— Юрана, — Кир протянул ей руку. — Я знаю, что тебе страшно. И я обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы тебя защитить.

— Ты просто безумец… — она сделала несколько неуверенных шагов навстречу, и осторожно взяла его за руку. — Но именно этого безумия не хватало для победы.

— Мы определенно сработаемся, — Кир повел ее к выходу, в сторону того самого тайного хода. — Леди Вейна прекрасно поняла, что я не стану слушаться… Поэтому тебе лучше остаться со мной прямо сейчас.

— А моя семья? — она стиснула пальцы Кира в своих.

— Люми, пни Тейдана, пожалуйста.

«Тогда он пнет меня».

— Я серьезно, скинь ему адрес поместья Шайе и скажи подежурить там до прибытия стражи. Утром пойду бесить отца и требовать невозможного. А до тех пор надо убедиться, что ничего не произойдет.

«Ладно, передам».

— С кем ты разговариваешь? — Юрана покосилась на него с явной уверенностью в сумасшествии юноши.

— У меня в голове стоит супер-чип: он переводит все языки на мой родной и создает искажение, из-за чего моя речь звучит на языке, родном вам. Мой друг сомн подключился к нему, вот мы и общаемся. Со мной еще два финиса, Тейдан и Стелла. Я бы назвал нас «Так-себе-командой-по-спасению-Этериона». Завтра познакомишься с ними.

Кир вел Юрану по опустевшим коридорам дворца. Кристаллы на стенах горели вполнакала, отбрасывая на белый нефрит мягкие, золотистые блики, отчего резные элементы интерьера казались пугающими из-за теней.

Девушка едва передвигала деревянными ногами. Иногда шмыгала носом, стараясь окончательно успокоить бушующие внутри эмоции. Смотрела в спину Кира… Широкую, напряженную. Судя по гнетущему молчанию — тот мирно переругивался с товарищем в своей голове, и отвлекать их она не решалась.

— Ты справишься, — вполголоса произнес Кир, обернувшись через плечо. — Ты сильнее, чем думаешь, поэтому прекрати сопли жевать.

— Акрополь — место, где выживают хитрейшие… — она ответила с непосильной усталостью. — А я даже врать не умею.

— Самая лучшая ложь — это правда, не сказанная до конца. Просто будь собой, как это делаю я. И все будет хорошо. Главное не ведись на манипуляции Ярели — эта истеричка доведет кого угодно. Она всегда была тенью, вот пусть ей и остается, а тебе придется занять место солнышка…

— Ты всегда загадками говоришь? — Юрана с большим трудом заставила себя посмотреть на Кира. На такие знакомые губы, плавные черты лица, золотистые локоны… И совершенно чужие, холодные глаза без золотого перелива.

— Только когда устаю, — он пожал плечами. — А устаю я на постоянной основе…

— Ты странный…

— Ага, знаю, — Кир свернул за угол и вздрогнул. Чуть за сердце не схватился инстинктивно.

Не так далеко от них, у окна, стояла Равилла. Не в привычном королевском наряде, а простом домашнем платье цвета лаванды. Без вышивок, страз и драгоценностей. С самыми обычными, распущенными волосами без намека на прическу. Она смотрела на ночной сад с долей беспокойства.

— Мам? — Кир тихо позвал ее, с долей настороженности. — Ты что тут делаешь? Что-то случилось?

Равилла вздрогнула, совершенно позабыв, о чем думала только что. Она повернулась, мягко улыбнувшись сыну.

— Не могу уснуть. Ты, видимо, тоже, — ее взгляд бегло скользнул по темному камзолу юноши, и перекинулся на девушку, мнущуюся за спиной Кира. — Кто с тобой?

— Это Юрана, моя новая помощница. Я привел ее чутка раньше запланированного. Надеюсь, ты не против. Хотел утром обсудить с вами все детали.

— Зачем тебе помощница? — она слегка вскинула брови. — Стеллы недостаточно?

— У отца советник есть, а мне что, нельзя? — Кир закатил глаза. — Я заколебался с документами, серьезно. Мне пожить тоже хочется. Она будет выполнять мелкие поручения, чтобы у меня было больше времени на изучение всех нюансов. К тому же, девушка умная и толковая.

— И где вы познакомились?

— На одном из балов. Она из дома Шайе, младшая дочь барона Эттона.

Равилла перевела взгляд на Кира, стоящего в свете лунных лучей. Ему показалось, словно та его насквозь видит и прекрасно знает, что тот лжет. Несмотря на долю недоверия, мышцы на ее худом лице слегка расслабились.

— Хорошо, пусть остается. Слуга!

Из-за угла выскользнул мужчина средних лет в черном мундире. Поклонился низко-низко.

— Проводи леди Шайе в гостевую комнату и убедись, что она ни в чем не нуждается.

— Благодарю Вас, Чья Милость — Баланс, — девушка, сложив ладони у солнечного сплетения, поклонилась. Она бросила на Кира немного тревожный взгляд, и последовала за слугой дальше по коридору.

— Пойдем, — Равилла коснулась прохладными пальцами кисти Кира, уводя следом за собой. Он совершенно не сопротивлялся, но в мыслях уже весь изнылся из-за того, как хотел спать. Банально выспаться. Складывалось ощущение, словно двадцати шести часов в сутках ему уже мало.

Вскоре они переступили порог личного кабинета Равиллы, находящегося в восточном крыле Акрополя. Туда редко заглядывали даже слуги. Бывать здесь Киру не доводилось, и оттого появилось странное чувство, что и не стоило. Будто это место было чем-то более личным, на что у него нет права.

В отличие от остальных помещений, это выглядело слишком скромным — небольшим, уютным, с множеством стеллажей и большим письменным столом. На нем стояла серебряная рамка с семейной фотографией, когда детям было еще меньше десяти лет. А картины на стенах смотрели на них не портретами пафосных родственников, а обычными пейзажами.

Равилла опустилась на диван близ камина, и Кир сел рядом с ней.

— Сильно устал? — Равилла нежно поправила прядь его челки. — Выглядишь ужасно.

— Спасибо, мам. Приободрила, аж сил прибавилось! Чувствуешь? — он прикрыл глаза. — Конечно, устал.

— Я же мать, я все чувствую. Это моя работа.

— Твоя работа — управлять планетой.

— А ты — часть этой планеты, поэтому терпи и не ной, — в ее голосе послышались теплые нотки. Она провела ладонью к затылку Кира, и, мягко надавив на голову сына, наклонила в свою сторону. Эфрон безвольно подался следом, заваливаясь на бок. Висок коснулся чужих колен, и он замер. Всего на секунду затаил дыхание, а затем подвинул руку к себе ближе, устраиваясь поудобнее.

— Я не ною, а констатирую факты.

— Да-да, охотно верю, — ее пальцы осторожно скользили по золотым прядям, перебирая их. — Мы посмотрели твою запись… Там действительно самая обычная жизнь. Ты не представляешь, в каком гневе был твой отец. Я думала, он взорвется, — она слегка улыбнулась. — Моментально разослал срочные приглашения всему Совету Лордов, завтра собрание. Мы будем присутствовать там все вместе.

— Понятно, опять не высплюсь, — Кир вздохнул с долей раздражения. Снова придется думать и пугать этих нашкодивших кошаков.

— Потерпи уж. Утром как раз будет готов отчет судмедэксперта касательно наемников, а после обеда собрание, — она прислушивалась к размеренному дыханию сына, отчего у самой на Узоре становилось спокойнее. — Страшно было? — практически прошептала Равилла.

— Конечно было, — Кир слегка повернул голову, почти уткнувшись носом в складки ее юбки. Раньше он слышал выстрелы исключительно в играх, и никогда бы не подумал, насколько те громкие в реальной жизни. — Стелла… — он слегка зажмурился, но картинка того момента не покидала сознание. — Чуть не умерла у меня на глазах. Спасти ее получилось чудом. Все благодаря… — Кир осекся, ведь не мог произнести имя реального спасителя. — Благодаря находчивости, смекалке и капельке безрассудства.

— Ты стал одним сплошным безрассудством, — подтвердила та. — Но, прошу тебя, не бросайся под оружие вместо других. Пусть на твоей голове корона, ты всего лишь вердан, и не способен контролировать все. Ты был с ней, а не трусливо сбежал. Это уже значит много.

— Ненавижу это чувство, — прошептал Кир, сжимая ткань ее юбки в пальцах. — Когда видишь, что кому-то нужна помощь… Но можешь только кричать. Надеяться, что кто-то вместо тебя придет и все исправит, потому что сам ни на что не способен.

— Беспомощность не любит никто, — спокойно ответила та. — Но она часть жизни каждого.

— С того дня… — Кир сглотнул немного нервно. — Я начал боятся, что не успею. Не успею сказать, что мне кто-то важен. Не успею сделать что-то, чтобы потом не жалеть. Не успею исправить ошибки или изменить ситуацию, из-за чего не получится ничего изменить и придется просто жить с этим грузом дальше…

— Бояться за тех, за кого отвечаешь — это нормально. Но ты не должен брать на себя больше, чем способен вынести.

— Я не хочу ни за кого отвечать, — Кир приподнял веки, глядя на размеренные языки пламени. — Я просто хочу сохранить все шахматные фигуры на доске.

— К сожалению, начав партию, неизбежно придется жертвовать пешками ради победы. Иначе выиграть невозможно.

— Нет, — губы Кира растянулись в усталой горькой усмешке. — Если мне придется пожертвовать фигурой — я просто переверну доску.

— Это уже не стратегия, а самовольство.

— А кто сказал, что я должен играть по правилам?

— Ты взял на себя слишком много, — Равилла медленно подвинула руку. Кир чувствовал тепло ее ладони, каждое прикосновение к прядям. И от этого незамысловатого жеста напряжение уходило из плеч, освобождая мышцы от тянущей боли.

— Если не я — тогда никто. Отец прекрасный правитель, но слишком сильно доверял аристократам и все вышло, как вышло. А я вижу, кто врет. Кого заботит исключительно собственное благополучие и толщина кармана. Мне нужна поддержка и время, тогда получится вычистить всю грязь…

— И ты получишь их, ведь мы семья. Ты всегда можешь обратиться к нам за помощью.

— Знаю, поэтому забочусь о вашем благополучии.

— Когда ты был маленьким, — тихо произнесла она, — тоже любил лежать у меня на коленях. Был таким спокойным и милым…

— Сейчас я тоже спокойный и милый.

— Такой же, как арангус, — хмыкнула Равилла, а Кир успел задаться немым вопросом, хотя догадывался. — Ты вырос, стал самостоятельнее и научился мне врать, — она переместила руку, нежно тыкнув парня в нос. Тот поморщился, чем вызвал у нее легкий смешок. — И это нормально. Я не прошу тебя рассказывать все, раз ты не хочешь. Но вопросов у меня очень много…

— Я знаю, — Кир устало опустил веки. — И мне правда не хочется об этом говорить.

— Поэтому я попрошу ответить только на один. Кто эта Юрана? Ты никогда не упоминал ее.

Кир обреченно вздохнул. Пусть Кириан был милым малым, определенно не обрадовался бы вот такому раскрытию его секретов.

— Второй наследник правящей семьи и дочь обедневшего барона, разоренного аристократами… Иронично, не находишь? — Кир произнес это с долей горечи. — Тайная любовь, обреченная на сплошные несчастья и нескончаемую боль… Юрана стала рычагом давления на меня. Они получили доступ к переписке, а это — скандал, и я не могу его допустить. Клан Теней во всем замешан — Вейна намекнула уже, что это последнее предупреждение. Поэтому у меня не осталось выбора: личный помощник наследника получает неприкосновенность, как и члены его семьи.

— Я поговорю с твоим отцом за место тебя, — голос Равиллы прозвучал напряженнее. — Тебе не стоит присутствовать при его возмущениях. Он не обрадуется твоему своевольству.

— Фактически — это не измена. Мы с Юраной начали встречаться еще до назначения сорали, но из-за статуса семьи Шайе наш брак никогда бы не был организован. Даже если бы я попросил.

— Это не отменяет его негодования, ведь она — рычаг давления. Ты прав, если правда вскроется — будет скандал. Ты запятнаешь свою честь и репутацию Юраны. Но… Скажи мне честно: правдивы ли твои чувства?

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что верданские матери крайне чувствительны к своим детям.

По коже Кира пробежали мурашки. На миг показалось, словно та раскрыла его также спонтанно, как Юрана, но Равилла больше ничего не сказала.

— Нет, — произнес Кир чуть тише. — Любовь прошла — завяли помидоры. Это были яркие чувства, погасшие также быстро, как вспыхнули. Я никого не люблю, кроме своей прекрасной подушки. И именно я виноват в том, что Юрана попала в такую ситуацию, поэтому обязан взять ответственность.

— Самый уставший и самый честный, — Равилла тихо посмеялась. И от этого смеха отчего-то сжалось сердце. — Мне правда жаль, что я не могу дать тебе то, чего так хочу: свободу выбора.

— Я понимаю, все в порядке. Сейчас меня волнуют исключительно аристократы, — Кир чувствовал, как ее пальцы касаются кожи на шее. Она могла бы дотронуться до спины, и почувствовать биение сердца… Но отчего-то это совершенно не волновало.

— Сейчас тебе стоит перестать волноваться и просто отдохнуть. Самое главное, что Юрана под защитой, а Элиару лучше. Твоя диета оказалась крайне эффективной.

— Да, — Кир почувствовал, как веки наливаются свинцом. — И я хочу, чтобы вы с отцом тоже начали питаться так… — тише произнес он.

— Древние верования…

— …Не имеют ничего общего с современностью, — договорил тот, находясь на грани сна и яви. Кир и сам не понимал, когда дрема успела опуститься на сознание неподъемной тяжестью.

«Я не хочу снова хоронить родителей…»

Кир уже не знал, говорил вслух, думал или собственные слова ему снились. Он провалился в глубокий, крепкий сон. И впервые за все время пребывания на Этерионе ему ничего не снилось. Никакие переживания, никакие воспоминания. Исключительно беспросветная темнота, позволяющая наконец-то отдохнуть.

Равилла продолжала сидеть, прислонившись спиной к мягким подушкам глубокого дивана. Пальцы продолжали неспешно скользить по волосам парня, касаться его широких плеч, опускаться до ребер и подниматься обратно к лоснящимся прядям.

— Спи спокойно, сынок… — одними губами произнесла та. — Мама всегда будет с тобой.

Кир проснулся из-за отчетливой тянущей боли в пояснице. Да и положение ног неудобное, как-то подозрительно высоко лежат. Он лениво поднял веки. Просыпаться совершенно не хотелось. Несмотря на неудобную позу, чувствовался некий необъяснимый комфорт, и то самое душевное спокойствие, так сильно и давно необходимое ему с момента начала всей этой катавасии.

Кир опустил ноги, перекинутые через подлокотник дивана, и поднялся. Позвоночник возмущенно хрустнул, и его владелец сие недовольство разделил в полной мере. Он зарылся пальцами в волосы, поправляя их.

— Мам? — Кир не сразу осознал, что уснул вот так, на ее коленях. А Равилла даже не попыталась уйти: так и спала сидя, примостившись в углу дивана, склонив голову к обитому изголовью.

— Проснулся? — она мягко улыбнулась юноше, и осторожно поправила его разлохмаченные волосы. — Почему ты смотришь на меня так, словно увидел впервые?

— Да переложила бы меня, спина ж болеть будет, — буркнул тот, слегка отвернувшись. — Сколько время? Мне еще подготовиться надо к сегодняшней партии.

— Десять. С каких пор Совет превратился в шахматную доску?

— С тех самых, — Кир встал, лениво потянувшись, — как в игру вступил я…

Зал Совета Лордов встречал всех входящих постепенно нарастающим напряжением. Все прекрасно знали: внезапное собрание ничем хорошим не обернется, особенно на фоне слухов о поездке младшего наследника туда, куда не следовало бы.

Кир размеренно вышагивал по центральному проходу. Сегодня он даже корону надел, хотя та ему не особо нравилась из-за своего веса и страха случайно что-нибудь сломать. Иногда Эфрон бросал взгляд в сторону Элиара. Вот уж кого тот не ожидал увидеть, так это брата, заявившего, что лежать устал сильнее, чем работать.

Дарион и Равилла, по традиции, вошедшие в Зал Совета Лордов раньше остальных, давно заняли свои места. Юноши остановились напротив возвышения, прямо на круглом возвышении для докладчиков и, приложив ладони к солнечным сплетениям, слегка склонились в знак почтения. А затем оба разошлись в противоположные стороны, понимаясь по разным лестницам. Кириан занял место рядом с матерью, а Элиар — с отцом.

Из всей напряженной толпы юноша выхватил одного самого подозрительного мужчину: высокого и худого, настолько, что больше напоминал богомола. Его вытянутое бледное лицо походило на погребальную маску. Впрочем, даже у погребальной маски эмоций было больше. Кто тот догадаться было несложно, отчего происходящее стало еще интереснее.

Дарион окинул присутствующих тяжелым взглядом и произнес практически могильным голосом:

— Совет Лордов объявляю открытым, — он выдержал длительную паузу. — Сегодня мы обсудим два вопроса, и начнем с обсуждения состояния нижних уровней.

Лорды зашептались. Кто-то закашлялся, кто-то заерзал в кресле, а некоторые уставились в потолок, делая вид, что происходящее их не касается. Кир заметил, как Альторан обменялся быстрым взглядом с Маландрием.

— Я покажу вам занимательную вещь, — Дарион взял со стола карту памяти, показательно поднимая. Затем — вставил в маленькую прорезь на столешнице. — Это запись, сделанная моим сыном во время его поездки на нижние уровни.

На стене позади правящей семьи развернулся экран, проецирующий влог Кира. Школы и детские на виде из окна «Хрустальной стрекозы», площадь с фонтаном, рынок. Толпы верданов, резвящихся детей. Старики у подъездов, влюбленные пары, держащиеся за руки.

— Посмотрите внимательно, — Дарион обвел зал взглядом. — Вы видите здесь биомантов, держащих улицы в страхе? Видите культистов, разрисовавших дома своей символикой? Или, быть может, больных Серой Гнилью, просящих милостыню ради лекарств?

Лорды молчали. Кто-то отводил глаза. Кто-то, наоборот, смотрел с вызовом. Маландрий быстро и нервно вытер пот со лба.

Элирис наблюдал за прокатившимся по залу волнением с долей живого любопытства, какого у него не наблюдалось даже в полном здравии.

— Вы мне врали, — голос Дариона стал тише, и от этого страшнее. — Все эти циклы вы мне врали. Говорили, что нижние уровни — очаг заразы. Утверждали, как там опасно. Что верданы там поклоняются темным силам…

Лорд Альторан поднялся. Вероятно, с ощутимым достоинством, а на деле — робостью самого храброго из всех присутствующих трусов. Ведь, если не скажет он, — не скажет никто. Или же ляпнет какую-то глупость, лишь бы ответить хоть что-то. Дежурно улыбнулся.

«Эта улыбка сто процентов стоила ему целого состояния ради пластического хирурга и тренировок перед зеркалом. Моим бы сапогом да промеж глаз, чтоб Венера пригрезилась…»

«Я все же напишу «Словарик дурожопостей Кира». Бесцеллером станет», — в ответе Люмирена послышалась отчетливая смешинка.

«Меня соавтором впиши, я тебе надиктую на трилогию».

— Чье Слово — Основа, — лорд Альторан обратился к нему с привычным спокойствием и почтением, каким всегда зачитывал доклады. — Никто не лгал Вам. Мы докладывали на основе тех данных, которые имели.

— А данных о том, что нижние уровни — обычная часть города, не имели? — Дарион повысил голос. — Или же Вы выбрали те данные, которые были выгодны Вам?

— Чье Слово — Основа, позвольте заметить…

— Не позволю, — Дарион обрубил все попытки оправдаться. — Я слушал вас циклами. Всех вас. Теперь слушать будете вы.

Альторан покорно сел. Его лицо не дрогнуло, но Кир заметил, как побелели костяшки пальцев, сжимающих подлокотник кресла.

Дарион переключил проекцию. Над залом повисли новые изображения: тела нападавших в черных балахонах. Порядка пятнадцати верданов, лежащих на холодных металлических столах дворцового морга.

— Второй вопрос, — голос Дариона дрожал от гнева. — Покушение на моего сына. Эти наемники — профессионалы, снабженные капсулой с неизвестным ядом удаленной активации. А также, — он увеличил изображение. На предплечье одного из убитых проступил черный узор меча, не имеющего четких очертаний. — Все они помечены одинаковой татуировкой. Кто-нибудь знает этот символ?

В зале повисла гробовая тишина. Настолько оглушительная, что Киру захотелось засунуть пальцев в ухо и резко выдернуть.

— Лорд Альторан?

— Нет, Чье Слово — Основа, — Альторан покачал головой, не поднимаясь. — Я не знаком с этой эмблемой.

— Лорд Маландрий?

— Нет, Чье Слово — Основа, — Маландрий рывком вытер пот со лба, — Впервые вижу.

— Представители Клана Теней? — Дарион перевел взгляд на троих в черном. — Вам этот символ знаком?

Самый старший из них — тот, кого Кир мысленно успел прозвать Кощеем — поднялся со своего места. Настолько аккуратно, словно боялся сломаться в процессе обыденного движения. При этом в его действиях не считывался страх перед Дарионом, в отличие от остальных присутствующих.

— Черный меч используется многими наемниками, — размеренно произнес тот низким, басистым голосом. — Он не принадлежит какому-то конкретному Дому или Клану. Не относится к какой-либо гильдии или асоциальной группировке.

— Удобно, — с хищной усмешкой произнес Кир. И все разом повернулись в сторону того, кто посмел заговорить без разрешения териона. — Правда, удобно. Использовать якобы общий символ и прятаться на виду, — он слегка наклонил голову. — Но, знаете… Тени с нами всегда в самые солнечные дни.

Велто Нор-Коррен перевел ленивый взгляд с Дариона на его нахального сына, заглядывая прямо в глаза. Несмотря на расстояние и на вопиющую наглость данного жеста.

— В Чьих Жилах — Исток, — его интонация ничуть не изменилась. — На что Вы намекаете?

— Я намекаю на то, что черный меч и тень — понятия, которые в Вашем Клане считаются священными, — Кир закинул ногу на ногу, откидываясь на высокую спинку трона. — И что теневая магия — не самая распространенная на Этерионе. Я ведь прав?

— Теневая магия действительно сложна, — подтвердил тот. — Однако, ее используют не только члены Клана Теней. Самый явный пример: слуги Акрополя, ради быстроты передвижения.

— Разумеется, — Кир кивнул. — Однако, если мы посмотрим на татуировку внимательнее, то увидим, что рукоять меча выполнена в форме, характерной для Вашего дома. Это не просто меч. Это меч с рукоятью-тенью. Ваш герб, насколько я помню, именно так и выглядит. Тень, падающая от короны. Не так ли?

Кир провел пальцами по сенсорной столешнице, увеличивая изображение. По рядам прокатился взволнованный шепот.

— Это стилизация, — Нор-Коррен не дрогнул. — Ее может использовать кто угодно.

— Может, — Кир усмехнулся. — Но теневая магия — это не стилизация, а особая техника, передающаяся внутри клана из поколения в поколение. И, насколько мне известно, за его пределами крайне не распространена. А обученные слуги — результат Ваших заслуг, и они используют исключительно перемещения на короткие дистанции.

«И я же ничего не забыл?»

«Нет, все правильно сказал, — успокоил его Люмирен. — Я еще никогда не видел, чтобы кто-то настолько быстро заучивал информацию».

«Тейдан еще бы позже мне ее принес! Сунуть под нос целую портянку за полчаса до Совета — сущее издевательство».

— Вы знаете, — Кир продолжил, не позволив Лорду Нор-Коррену вставить слово. — Я не специалист в теневой магии. Зато я прочитал, что за последние сто циклов не было зафиксировано ни одного случая использования теневой магии за пределами Клана Теней или Дворца. Вы знаете, что это значит?

Кир держал небольшую паузу.

— Это значит, что, либо Вы очень плохо следите за тем, что происходит в Вашем Клане, — Кир улыбнулся едва заметно, но ощутимо по голосу. — Либо Вы очень хорошо врете.

Лорды зашептали интенсивнее, качали головами, кто-то возмущенно засопел, а некоторые, наоборот, спрятали улыбки в кулаки.

Элиар медленно подался вперед, выглядывая из-за родителей. Просто чтобы посмотреть на брата в этот момент. А видеть его надо было — настолько довольного выражения лица Кир у себя еще не помнил. Словно миллион в лотерею выиграл. Только вот радости его Дарион не разделял, нахмурившись пуще прежнего, а Равилла вообще обомлела.

— В Чьих Жилах — Исток, Вы не можете безосновательно обвинять Клан Теней, — Лорд Нор-Коррен позволил себе слегка повысить голос и заговорить громче. — Раз считаете нас причастными, предоставьте вещественные доказательства вместо громких слов.

— Я могу, — Кир, наоборот, продолжил также непоколебимо. — Я — терейс. Я — младший наследник престола. И я имею полное право задавать вопросы и требовать на них ответов. Сколько времени нужно, чтобы обучить человека теневой магии? Хотя бы на базовом уровне? Хотя бы для такого перемещения, как у слуг?

— Порядка пяти циклов, — ответил Нор-Коррен после небольшой паузы.

— Пяти циклов, — повторил Кир. — А наемники, которые напали на меня, использовали теневую магию, как раз появляясь из неоткуда. Исчезая в никуда. Призывая оружие. И я видел это собственными глазами. А мой личный охранник дал им бой, поэтому рассказать сможет куда больше интересных подробностей… Неужели на Этерионе есть школы теневой магии, о которых мы не знаем? Может быть, Вы мне их порекомендуете? Я тут подумываю о смене профессии…

— В Чьих Жилах — Исток, это не шутки, — его голос прозвучал с долей беспокойства. — Если кто-то украл наши техники и теперь пытается очернить имя Клана Теней, мы обязаны лично во всем разобраться.

— А я и не шучу, — беспечно отозвался тот. — Вы ведь знаете все и обо всем, — Кир медленно перевел взгляд на Вейну, сидящую рядом с пустующим местом своего отца. — Знаете про растущие в тени цветы, но, почему-то, не имеете ни малейшего представления про их шипы.

Вейна никак не отреагировала на его слова. Даже не шевельнулась.

— Если мы чего-то не знаем — это вопрос времени, когда выясним, — Лорд Нор-Коррен едва заметно склонил голову в знак уважения. Кир взмахнул пальцами на «отвали», и мужчина вернулся на свое место.

Дарион смотрел на сына. Того, которого считал ни на что неспособным и ничего не понимающим… И гордился им. Тем, кто внезапно решил перестать быть грушей для битья и наконец-то взять в свои руки то, что по праву принадлежит ему.

Лорд Альторан поднялся. Посмотрел на правящую семью так добро-добро, практически как любимый дедушка, рассказывающий внукам истории перед сном. Возможно, своим довольно невинным внешним видом ему и удалось обмануть всех вокруг себя.

— Чье Слово — Основа, — произнес тот настолько мягко, словно собирался обсудить любимые пирожные. — Мы понимаем Ваше беспокойство и постараемся собрать сведения как можно скорее. Все Лорды точно также переживают за второго наследника, отчего вынуждены просить медицинского заключения.

— К чему Вы клоните? — Дарион бросил на мужчину пронзительный взгляд, словно был готов прожечь его насквозь.

— Я говорю о том, что после первого длительного пребывания на нижних уровнях, В Чьих Жилах — Исток ведет себя странно. Необоснованные обвинения и подозрения, неадекватная реакция на обыденные вещи и слишком изменившаяся манера речи. К тому же, ароматические сигналы — основа нашего межличностного общения, однако, В Чьих Жилах — Исток опутывает ароматическая пустота. Это может был признаком тяжелого психического заболевания вследствие пережитого шока. К тому же, прошу простить мне мою дерзость, он набрал вес. Словно… питается едой простолюдинов. Мы, как Совет Лордов, обеспокоены здоровьем всех членом правящей семьи и просим Вас успокоить наши волнения.

«А вот и коронное выступление лауреата премии «Да кто тебя вообще спрашивал», — Кир улыбнулся немного нервно. — Ты посмотри на него! Решил вывести меня на чистую воду… Похоже, решил, что умный».

«Но он правда не дурак».

«Нет, он просто слишком громко думает».

Зал взволнованно загудел, поддакивая словам лорда Альторана.

— Вы смеете обвинять моего сына в психических отклонениях? — тон Дариона стал жестче.

— Не смею, — тот склонил голову. — Я выражаю беспокойство от имени всего Совета Лордов. Его поведение и аромосигналы изменились, это факт.

— Это факт, — Элиар повторил достаточно размеренно, без обвинений в интонации. Юноша даже выражения лица не изменил, но одного его взгляда оказалось достаточно, чтобы глава Дома Серебряного Листа чуть отошел назад.

Кир хмыкнул про себя. Элиар всегда казался ему слишком мягким и нерешительным для наследного принца. И сейчас появилось какое-то необъяснимое чувство… гордости?

— Кириан действительно изменился, — продолжил тот. — Он стал смелее и увереннее. Перестал бояться вас всех, лорд Альторан. И это пугает вас больше, чем любое заболевание.

— Чей Путь — Наследие, дело не в страхе. Его состояние действительно вызывает всеобщее беспокойство.

— Вы привыкли, — Элиар сделал акцент чуть громче, — что он молчит. Кивает и не задает вопросов. А неудобные вопросы доставляют куда больше проблем, чем состояние здоровья. Вы не чувствуете его ароматических сигналов, при этом забыв: я тоже их не излучаю. Это обусловлено древним ритуалом, который я проходил столь длительное время. Вы требуете правду, и получите ее.

Элиар поставил локти на столешницу, переплетая пальцы меж собой. Он подался вперед, едва касаясь их острым подбородком. Мягкая улыбка юноши, всегда выглядящая так искренно и добродушно, обрела острые нотки, становясь совершенно недоброжелательной.

— Те двадцать дней своего, якобы, пребывания на нижних уровнях, Кириан проходил ритуал вместе со мной. Не целиком, поскольку не является наследником, но частично, в качестве помощника. Это нашло отражение и на его состоянии.

«О как, — Кир расслабленно опустил плечи. — А мой братец-то, оказывается, такой же хитрожопый».

«Анализируя его чрезмерно довольное лицо, я бы сказал, что на девяносто процентов вы родные братья», — отозвался Люмирен.

«А на другие десять?»

«Сообщники».

«Одно другому не мешает».

— Однако, если древние магические традиции вызывают у Вас сомнения, готовы ли Вы обвинить в психических отклонениях также и меня?

— Чей Путь — Наследие, я не… — лицо лорда Альторана побледнело пуще прежнего.

— Что вы «не»? — Элиар задал вопрос жестче. — Не подумали? Или просто надеялись, что я решу отмолчаться?

Лорды зашумели. Завертелись на своих местах, некоторые вообще забыли, где находятся, начиная говорить громче положенного. Леди Верано подняла руку и зал погрузился в тишину.

— Лорд Альторан, — вполголоса произнесла она. — Это серьезное обвинение, не имеющее никаких обоснований. Впредь попрошу воздержаться от подобного рода высказываний, — ее взгляд упал на Кира. — В Чьих Жилах — Исток, желаете ли прокомментировать ситуацию?

— Желаю, — Кир поднялся со своего места. Иногда, делая каждый шаг, ему казалось, словно сейчас играет главную роль в фильме. Мантия невесомо скользнула следом, цепляясь за ковровую дорожку.

Он прошелся вдоль первого ряда, и лорды слева от него вытянулись: перестали дышать, вжались в спинку. Кир приблизился к лорду Альторану, сидящему в третьем ряду, и остановился.

— Лорд Альторан, — уголки его губ дрогнули в мягкой, издевательской полуулыбке. — Вы сказали, что я психически не здоров…

— В Чьих Жилах — Исток, это было всего лишь предположение. Я высказал общее мнение, основанное на многоцикловом опыте наблюдения за представителями высшего общества.

— Многоцикловом, — повторил Кир, словно пробуя слово на вкус. — А вы знаете, лорд Альторан, что я тоже наблюдаю за Вами уже несколько дней? И у меня тоже сложилось кое-какое предположение.

Кир прошелся по залу, заложив руки за спину.

— Я заметил одну интересную особенность: Вы очень часто смотрите немного вверх и вправо. Язык тела — крайне занимательная вещь. Сами того не желая, живые существа выдают себя, при этом будучи уверены, что совершенны. Во лжи, в данном случае.

— Но это же абсурд! — воскликнул тот то ли с возмущением, то ли с долей страха в голосе.

— Абсурд? — Кир остановился. — А что, по-вашему, не абсурд? То, что Вы тратите суммы с множествами нулей на поимку несуществующих биомантов? Или то, что Ваш сын ездит на машине, которая стоит как два наших космопорта?

— В Чьих Жилах — Исток! — лицо лорда Альторана побагровело. — Это уже клевета!

— Правда? — Кир подошел к нему почти вплотную. — А вы знаете, лорд Альторан, как пахнет клевета?

— Я…

— А я знаю, — Кир усмехнулся. — Она пахнет Вашим одеколоном. Слишком въедливым. Как от клубники в середине зимы. И когда я его чувствую, я сразу понимаю — сейчас начнется неудержимая и неумолимая порция лжи, обернутая в красивый фантик.

— Вы не можете безосновательно меня обвинять, — он попытался взять себя в руки, но лицо, побагровевшее от переполняющих эмоций, выдавало с потрохами.

— Конечно же могу! Ведь я — второй наследник. И имею полное право говорить правду, даже если она испачкана запахом Вашего одеколона.

Кир сделал несколько шагов в сторону.

— Вы утверждаете, что я болен. Но на самом деле, из нас двоих действительно сошел с ума только тот, кто решил, что, украсть из казны столько миллионов и остаться незамеченным — это хорошая идея, — Кир встретился с ним взглядом. — Только псих может сидеть в этом зале и, смотря мне в глаза делать вид, что он — жертва.

— В Чьих Жилах — Исток! — лорд Альторан подорвался с места, взмахнув рукой. — Я требую доказательств! Ваши слова громки и красноречивы, но что насчет аргументов?! Абсолютно любой вердан может обвинить другого в чем угодно!

— Сидеть, — тон Кир резко охладел настолько, что даже привычно спокойный и немного насмешливый взгляд показался самым тяжелым грузом из всех существующих. — Знай свое место, — он сделал всего шаг вперед, а колени лорда Альторана подкосились сами собой. Мужчина плюхнулся обратно в кресло, сам того не желая.

— Вы думаете, что я болен… — Кир медленно поднял руку, и коснулся своей щеки. — Ведь вердан чистой крови посмел «есть еду простолюдинов». И, знаете, — он обвел взглядом присутствующих. — Посмел. Я действительно питаюсь нормально. Как и многие их вас, только не в ночи с фонариком под одеялом, пока никто не видит.

В зале прозвучала настолько звенящая тишина, что звук шагов Кира казался слишком оглушительным. Он неспешно поднялся обратно к своему трону, но не сел.

— Древняя традиция! — чуть громче произнес тот. — И это весьма любопытно. Особенно меня интересует доказательная база. Все высшее общество свято верит в качество жизни, а не количество прожитых циклов. Якобы, подобное питание очищает Узор, дарует вам больше магических сил, чтобы… Что? — Кир положил ладонь на столешницу, и тихий звук соприкосновения перстней с отполированной поверхностью утонул в помещении.

— Леди Верано, — Вейна поднялась со своего места. — Прошу дозволения высказаться.

— Разрешаю, — женщина слегка склонила голову.

— Должно быть, В Чьих Жилах — Исток, запамятовал, поэтому позвольте напомнить: «Доктрина Чистого Узора» не просто свод магических наблюдений и практик. Это практическое пособие по правильному образу жизни, поскольку грубая пища затемняет Узор и ослабляет связь с эфирным полем планеты, — Вейна не отводила взгляд. Не поворачивала головы. Вообще не двигалась, отчего один вид фигуры, возвышающейся над сидящими лордами, заставлял их напрячься.

— Хорошо, — Кир опустился в кресло. — А где доказательная база?

— Результаты исследований хранятся в Дворцовой библиотеке. Зал магических практик.

— Я имею ввиду новые исследования, — Кир устало подпер голову кулаком. Корона, несмотря на изящество, весила немало, и шея начинала ныть. Также, как Ярели, которую сюда не впустили. — Или вам всем достаточно того, что древние верданы сделали века назад? Ну, там, развитие технологий, общества, все дела…

— К чему Вы клоните? — Вейна совершенно не изменилась в лице, несмотря на внутреннее напряжение, так давно не появлявшееся в груди.

— В эфире эксперименты! — вдруг воскликнул Кир, раскинув руки в стороны. — Давайте на практике выясним влияние обычной пищи на Узор. Возьмем несколько лордов, которые по ночам под одеялом не хамячут, и проведем замеры. На протяжение семи дней, чтобы усреднить показатели. Затем эти достопочтенные господа начнут питаться вместе со своими слугами.

После последних слов по залу прокатилось едва уловимое хихиканье тех, кто был уверен, что не ему придется участвовать в эксперименте.

— Поскольку больше всех за мое здоровье переживал лорд Альторан, он и станет добровольцем, — Кир перевел взгляд на мужчину, и без того еле сидящего в кресле.

— Й-я? — только и смог произнести тот, вскинув седые брови.

— А Вы знаете другого лорда Альторана? — хмыкнул Кир. — Леди Вейна, будьте добры, составьте ему компанию…

Губы девушки дрогнули в немного нервной улыбке, и та отчаянно постаралась перевести ее в куда более дружелюбное русло. Несмотря на это, все происходящее заставляло внутри все закипать необъяснимым жаром, а мурашки бежать по коже.

— Как прикажете, в Чьих Жилах — Исток, — она коснулась кончиками пальцев солнечного сплетения, слегка склонив голову.

— Прекрасно! Вот и посмотрим, кто был прав. Жду еще пару-тройку добровольцев. Раз все обсудили, тогда Совет Лордов объявляю закрытым, — Кир пренебрежительно махнул рукой, словно хотел разогнать всех аристократов, подобно шайке мух.

«Офигевай в разумных пределах, пожалуйста», — напомнил Люмирен.

— С дозволения Чье Слово — Основа, разумеется, — добавил Кир.

— Дозволяю, — Дарион провел пальцами по столешнице, сворачивая экран. — Каждый из Домов обязан отчитаться мне касательно татуировки в течение недели.

Лорды моментально повскакивали со своих мест, ломанувшись к выходу. Да так быстро, что парочка особо торопящихся столкнулись в дверях. Так их вдвоем в коридор и выдавили сзади идущие.

— Ишь, побежали, — Элиар подпер ладонью голову, поставив локоть на столешницу. Он позволил себе наконец-то сгорбиться. — Аж пятки сверкают… Как же ты их напугал!

— Это профилактика, — Кир пожал плечами. — Ты тоже был хорош, между прочим.

— Не лучше тебя, — Элиар снял корону с переливающимися разными оттенками сине-голубыми камнями. — На мое место все еще не хочешь?

— Уволь, — он закатил глаза. — Страдай сам. Я на это дерьмо не подписывался, — Кир тоже снял корону, бросив на столешницу. Ладонь сама потянулась к шее, и юноша покрутил головой. Послышался хруст позвонков.

— Не думаешь, что был слишком жесток? — Равилла осторожно поправила пряди Кира, и тот забавно сморщил нос.

— Не, это справедливостью называется. А вот лютый страх стремительно нарастает и скоро начнет пахнуть, — Кир лениво поднялся, и, только встав, заметил на себе тяжелый взгляд отца. Выдохнул с долей досады и осознания, что его сейчас ругать будут.

Стоило дверям в зал закрыться, а голосам утонуть в стенах коридора, Дарион произнес:

— Ты был слишком хорош.

— Что, прости? — Кир вскинул брови. — Нет, в смысле, ты не сердишься? Главный тут ты, а я устроил представление. Люблю драматичность и театральность, так жуть наводится лучше.

— Местами, пожалуй. Я бы отправил тебя в киностудию.

Впервые за все время, проведенное в обществе этого нелюбимого и хмурого мужчины, Кир увидел легкую улыбку, затерявшуюся в его бороде.

— Я никогда не видел тебя таким. И, должен признать, это потрясающе. Ты наконец-то научился находить слабые места других и правильно давить на больные точки, — Дарион поднялся, и накрыл ладонью плечо Элиара. — Твой брат сейчас сидит здесь благодаря тебе. Несмотря на то, что я вердан достаточно консервативный, иногда наступает момент, когда приходится что-то менять. И именно ты стал ключом к этим переменам. Я считаю целесообразно перенаправить часть средств с программы нижних уровней на развитие маго-медицинского комплекса.

— Да? — Кир впервые растерялся. Невольно вспомнилось, как вечно уставший от работы отец пришел к нему на спектакль во втором классе. И после выступления долго хвалил сына, даже несмотря на то, что тот играл куст колючек. Юноша отвел взгляд, почувствовав ком в горле. — Было бы хорошо, но экономическая ситуация…

— Постепенно разберемся. Я дам тебе полный доступ. Сделай то, о чем говорил. Нам необходимо взыскать все украденные средства с воров и направить на улучшение жизни граждан.

— Отлично! — Кир моментально воспрянул, хотя внутри себя готов был рыдать от безысходности: опять ему все документы читать. — Управлюсь в ближайшее время. Спасибо за доверие… Пап.

Кир сидел в кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на монитор, где бесконечным потоком бежали комментарии зрителей. При этом нужно было успевать следить за персонажем, а у самого глаза закрывались. После суток прочтения документов шарики за ролики заходили.

Стрим шел уже сорок минут, и за это время количество зрителей перевалило за пару десятков миллионов. Чат летел со скоростью света: сообщения сменяли друг друга, сливаясь в сплошную, разноцветную ленту. Кто-то присылал смайлики, другие задавали вопросы, третьи просто смотрели, затаив дыхание, как принц играет в дурацкую игрушку и комментирует это с такой легкостью, будто они все старые друзья.

«Кирушка сегодня злой!»

«Убей уже этого босса, сил нет смотреть!»

«Сколько можно умирать на одном и том же месте?»

«Кир, ты красавчик!»

«А что у тебя за кулон? Красивый!»

Кир усмехнулся, краем глаза заметив последнее сообщение. Он давно уже ждал этого вопроса. Вернее, он сделал все, чтобы его задали: поправил расстегнутую почти до неприличия рубашку, повернулся к свету, иногда касался кулона. Но сегодняшний «домашний» вид юноши привлекал народ куда больше, чем выделяющееся на фоне обычности украшение.

— О, этот? — Кир потянул за цепочку, показывая кристалл в камеру. — Прелестная безделушка, не правда ли? Папурупуру подарил. Надеюсь, я правильно произнес его имя и следующий подарок не прилетит мне прямо по лицу, — он посмеялся, а сам невольно задумался, что там с этим чудиком? «Туманность» ведь из-за него захватили «Ковчег».

Сообщения летели с такой скоростью, что Кир едва успевал читать: «Так вы с ним дружите?!», «Это шутка? Он же странный!», «Похоже, этот кулон стоит целое состояние», «А правда, что Папурупуру опозорил принцессу гао-ло когда «случайно» коснулся ее хвоста?».

«Пупурик, ты, блин, что за чудо в перьях такое? Зря я вообще тебя упомянул…», — Кир продолжал улыбался в камеру, а у самого почти нервный тик начался.

«Он… Крайне эксцентричный юноша, — произнес Люмирен, снова отвлекая от стрима. — Зато веселый».

«Ага, звиздец какой веселый. Заметил уже. Надеюсь, мы с ним не встретимся больше никогда. А то эти встречи, похоже, ничего хорошего мне не сулят».

Кир взял мышку, собираясь продолжить игру, не обращая внимание на сообщения. Ему совсем не хотелось знать о похождениях недознакомого чтобы спать крепко, без стыда и сожалений. И играл он так еще несколько часов, прежде чем не понял, что устал слишком сильно. Еще и выслушивать верданов было весьма тяжко.

Практически сразу после завершения стрима, раздался стук в дверь. В помещение вошел Элирис, опираясь на трость. Кир сразу обратил внимание на аксессуар, которого доселе у брата не наблюдалось.

— Пришел сообщить мне, какой я лох?

— Тот босс был слишком сложным, поэтому, скорее, посочувствовать, — Элиар прикрыл за собой дверь. — На самом деле меня родители подослали, поскольку им ты почему-то правду говорить не хочешь. Считай, я тутушик-передатчик.

«Тутушик, блин… — Кир уставился на брата с немым вопросом во взгляде. — Так мило звучит, я даже ругаться не могу».

— Окей, допустим, — юноша поставил локти на подлокотники и переплел пальцы, кладя их на живот. — И какую же правду я им говорить не хочу?

— Где ты был все те двадцать дней и что случилось на самом деле, — Элиар подошел к соседнему креслу, опустился на край. Непонятное слово решил пропустить мимо ушей, хотя любопытно стало.

Кир тихо вздохнул. Ожидаемо, пришлось вернуться к разговору и вспомнить свою любимую фразу: «Лучшая ложь — не до конца рассказанная правда».

— Не поверишь, но меня сперли, — выдал Кир. — В смысле, я правда поехал на нижние уровни, видел там обычную жизнь и прочее. А потом меня телепотировало на корабль «Ковчег» в качестве учителя для рас, лишившихся своих планет. Видел там наши знамена, кстати.

— Да, мы спонсируем программу спасения. Но не думал, что они окажутся настолько наглыми, — Элиар свел брови к переносице.

— Теперь знаешь. В общем-то, я там и провел эти дни.

— И познакомился с Папурупуру?

— Да, но у меня уже такое ощущение, будто бы зря. Его странная репутация идет впереди не менее странного наследника, — Кир подцепил пальцем цепочку, демонстрируя брату ключ. — Он передал мне это.

— Ты же знаешь, что это? — Элиар не отводил взгляда от камня удивительной красоты, неспешно переливающегося мягкими оттенками голубого. Иногда становился прозрачным.

— Ключ от всех дверей, — юноша чуть сполз по спинке кресла, распластавшись на нем. — Так мы и вернулись. Я не могу открыть дверь куда хочу, ключ меня не слушается. Чистое везение. Стелла и Тейдан были все это время со мной, вот мы вместе и ушли.

— Так, — Элиар сглотнул немного нервно, и Кир прекрасно видел, как напряглись мышцы на его худом лице. — Ты же в курсе, что за ним охотятся бандиты? И не только. Зачем вот так глупо подставляться? Ты же совершенно не дурак.

— Приятно, что ты веришь в мои умственные способности! Но, видишь ли, иначе до высших инстанций не доораться, — Кир улыбнулся как-то недобро. Угрожающе. — Мне нужны Архитекторы. А, раз с ними невозможно поговорить, я решил создать ситуацию, когда поговорить захотят они.

— Секундочку, — Элиар стиснул в пальцах трость, стараясь осознать услышанное. — Зачем тебе понадобились правители космоса?

— Ну, видишь ли, Стелла — дама в беде. А наследникам на роду написано дам в беде спасать, — он пожал плечами. — Я пока не могу рассказать подробнее, но позже объясню.

— Конечно, ведь, если скажешь, мама тебя в комнате запрет до скончания веков, — Элиар отставил трость, прислонив к краю кресла. — Ее планету похитил Созерцатель. Ты действительно собираешься выступить против него?

— Ты не поверишь… — Кир загадочно покачал головой. — Не бери на ум, это касается исключительно меня и ребят. Лучше скажи, нет ли у тебя привычки коллекционировать кружки?

— Чего? — он вскинул брови.

— Ну, знаешь, как истинный задрот, только по документам: пьешь себе кофеек, работу работаешь и обрастаешь посудой.

— В моем кабинете кладбище грязных чашек, — нехотя признал Элиар. — Туда нельзя заходить слугам, а про них я постоянно забывал. Так и стоят там. А что?

— И это, братец, прекрасно! — Кир моментально подорвался с места. — У нас тут ведь есть какой-нибудь придворный ученый? Химик? Судмедэксперт, накрайняк?

— Э-э-э, — протянул Элиар, понимая, что чего-то не понимает. — Судмедэксперт есть, на случай непредвиденной кончины. Дежурные врачи разной специализации.

— Отлично! Скажи ему забрать все твои кружки, проверить их на предмет присутствия ядов и снять отпечатки пальцев. Пусть ищет какие-то вещества, препятствующие усвоению витамина С и прочих питательных веществ. При этом яд не особо сильный: действует на ослабший организм и его действие прекращается при нормальном питании. Заодно пусть возьмет у тебя анализ крови. Я не уверен, что он полностью вышел.

— Подожди, так ты думаешь…

— Других вариантов просто нет, — Кир нехотя поднялся с кресла. — Тебя пытались убить. И сделал это тот, кто имеет доступ к программированию живых доспех. А выгодно это не просто одному вердану, желающего власти… Это выгодно целой куче народа, желавшей посадить на трон удобного наследника.

Кир пнул дверь в комнату Стеллы, и та распахнулась с диким грохотом. В одной руке он держал огромную тарелку с пирожными, в другой — графин с горячим шоколадом. Из карманов джинсовки, небрежно накинутой на королевскую рубашку, торчали несколько бутылок с шипучим напитком, который местные называли «звездным соком», и бумажный кулек с печеньем.

— А вот и я! — он вошел, захлопывая дверь ногой. — Ну че, сплетничаете тут обо мне и без меня?

— Больно надо нам о тебе сплетничать! — Стелла демонстративно завернулась в голубоватый плед. Она прикрыла краями свою кружевную пижаму, и заправила длинную прядь за ухо.

— Ты решил ограбить кухню? — Юрана поинтересовалась немного смущенно. Больше из-за происходящего в целом, нежели подсознательного желания принять этого юношу за своего возлюбленного. Она сидела недалеко от Стеллы, среди подушек, на мягкой кровати.

— Типа того. Жаль, я не Шива — дополнительные руки мне бы очень пригодились, — Кир начал расставлять вкусности на столе, пока это все добро не попадало на пол.

— Мне необходимо определение слова «Шива», — Люмирен, притаившийся в углу, иногда переливался помехами, привлекая внимание. Он покосился на вкусности, но не двинулся в места.

— Если хочешь сладости — стань физическим и не изводи себя, — Тейдан подметил его реакцию немного мрачно. Впрочем, дружелюбием тот никогда особо не пылал. Особенно когда сидел с документами. А сейчас он, устроившись в кресле, был вынужден листать файл за файлом с отчетом от Шицы касательно раздобытой информации от Хейдака: он не знал, кто заказчик, и вся информация шла через капитана Роэнны — самой осторожной и предусмотрительной из всех капитанов «Туманности». Никто не знал, как та выглядит, и на базе она никогда не появлялась.

— Хочу, но я не смогу вернуться в бестелесную форму до окончания процесса переваривания, — Люмирен отвел взгляд.

— Да ладно, переночуешь у меня. Никто не узнает! — Стелла подорвалась с места. — Кир, я тебя просто обожаю. Сладости — это то, что мне жизненно необходимо, — она подхватила одно из пирожных, тут же откусывая.

— Ой, правда что ли? — хмыкнул Эфрон. — А я думал, ты меня любишь за острый ум и тонкий юмор…

— Одно другому не мешает, но сладости важнее.

Юрана тихо хихикнула, чем привлекла внимание Кира. Все же, этот странный парень вызывал долю уважения, и желания узнать его получше.

— Не стесняйся, — Кир кивнул ей на тарелку. — Я не кусаюсь. Ну, почти. За пирожные не загрызу, не бойся.

— Ты всегда такой наглый? — спросила Юрана.

— Конечно, — ответил Кир, разливая горячий шоколад по чашкам. — Это мое природное обаяние.

— Да-да, обаял весь Акропль, — буркнул Тейдан из своего кресла, но уголки губ слегка дрогнули. — Скажешь что-нибудь полезное или это вечер сарказма и угадаек?

— Сколько, говоришь, тебе лет? — Кир обернулся через плечо.

— Сто тридцать семь.

— Теперь понятно, почему ворчишь аки старый дед, — Кир сунул чашку ему в руки. — Пей и не бурчи.

Кир раздал всем сладости и, плюхнувшись на край кровати, начал рассказывать про стрим, принца Папурупуру и его странную репутацию. Девичий смех позже подхватил и Тейдан, отчего Стелла успела уверовать вообще во всех богов вселенной: казалось, словно насколько серьезный юноша совершенно не умеет веселиться. Да и расслабляться тоже.

Юрана прихлебывала шоколад маленькими глотками, откусывала пирожное и смотрела на Кира с выражением, которое он впервые не мог интерпретировать. Невольно пожалел, что не умеет считывать ароматы, как верданы.

— Ты знаешь, — тише произнесла она, — когда я впервые тебя увидела после возвращения, я думала, что ты… ну… как бы это сказать… На самом деле надменный.

— Так и есть, — Кир пожал плечами. — Я сволочь и горжусь этим.

Люмирен издал странный звук: похоже, он пытался кашлянуть, но не умел. Или это была попытка сдержать смех. Стелла покосилась на него. Тот сидел рядом, практически касаясь плечом ее плеча, и чужое тепло чувствовалось особенно отчетливо.

— А теперь что думаешь про меня? — Кир откинулся на подушку Стеллы без зазрения совести, отчего той пришлось подвинуться.

— А теперь я поняла, что ты просто хам, — Юрана хихикнула совершенно беззлобно, без доли колкости. Да и произнесла это как-то уж слишком мягко.

— Это прогресс, — Кир поднял чашку. — За это и выпьем! Я бы предпочел чего покрепче, но в Акрополе только ароматическая бурда. Представляете, кошмар какой? У них даже бухлишка нет на черный день, а все из-за «нелюбви к резким вкусам и запахам».

— Пьяный Кир — ужас для всех. Особенно для нас, — Тейдан тоже поднял чашку. — Поэтому давай обойдемся без дополнительных неприятностей.

— О, поверь, у нас их и так хватает с головой…

Когда пирожные кончились, все кости были перемыты, а шоколад допит до дна, Кир завалился на чужую кровать полностью и повернулся на бок. Подпер голову ладонью, глядя на Элину.

— Теперь о неприятном. Ты говорила, у тебя есть доказательства касательно разорения твоей семьи…

— Да, — легка улыбка, омраченная едва уловимой печалью, пропала с тонких губ. Она вынула из-под ткани легкой блузки ожерелье в виде небольшого томика книги. Нажала на корешок, и тот щелкнул. Из него выпала карта памяти. — Это все, что осталось. Незадолго до их визита я успела сделать фотографии некоторых документов, счетов и расписок. Я знаю, фото — это не сканы, они не настолько котируются…

— Это не важно, — Кир осторожно взял карту памяти из ее ладони. — Сейчас нам нужны любые доказательства.

— И отдых тоже, — напомнил Тейдан. — Уже поздно, пора спать. Доступ к системе Акрополя есть, впереди предстоит долгая работа.

— Не напомина-а-ай, — простонал Кир. Он уткнулся носом в подушку Стеллы, а затем с большим трудом заставил себя встать. — Я просто хочу домой. Лечь и не двигаться. Чтобы меня никто не трогал… Неужели я так много прошу?

— Дофига, — отозвался Люмирен. — Мне обрабатывать больше информации… И, напоминаю, я не искусственный интеллект. Хотя придется выполнять его работу.

— Ага, а я натуральный интеллект. И моя интеллектуальность стремительно приравнивается к нулю. Поэтому, пожалуй, да. Я пошел спать.

Следом за Киром ушли и Тейдан с Элиной — время и правда было уже за час ночи, и спать хотелось всем. Стелла закрыла за ними дверь, тихо выдохнув.

Пока все прощались и расходились, Люмирен успел уйти к окну. И просто стоял там, наблюдая за звездным небом. А Стелла наблюдала за ним. В физической форме тот выглядел слишком непривычно и как-то странно: не мерцающий полупрозрачный силуэт, летающий вокруг, а самый настоящий, обычный представитель одной из планет.

— Тебе понравились сладости? — Стелла поинтересовалась больше чтобы разрушить немного неловкую тишину.

— Не знаю, — он отозвался с долей задумчивости. — Может быть. Я не уверен, что правильно интерпретирую ощущения.

— А как ты их интерпретируешь?

— Как… тепло, — Люмирен наконец повернулся к ней. — Внутри. Как будто там, где раньше была пустота, теперь что-то есть.

— И долго ты будешь переваривать? — спросила она.

— Не знаю, — он пожал плечами. — Я же впервые ел. От двадцати четырех до семидесяти двух часов по общепринятым стандартам физических организмов.

— Ко мне никто не заходит, поэтому тебя никто не обнаружит. На всякий случай, когда уйду, запри дверь, — Стелла указала ладонью на кровать. — Ложись. На диване ты не поместишься.

— Ладно, — Люмирен послушно лег на край матраса. — Ты будешь рядом?

— В смысле? — Стелла замерла близ дивана.

— Ты будешь лежать рядом пока я сплю?

Сердце Стеллы пропустило удар. Она почувствовала, как кровь приливает к щекам, а ладони становятся влажными. Девушка промолчала. К такому ее жизнь определенно не готовила.

— Ты что, боишься спать один?

— Я никогда раньше не спал, — Люмирен присел, коснувшись ступнями холодного пола.

— Ладно, — Стелла все же сдалась. Она хлопнула в ладоши, чтобы окончательно выключить свет и не демонстрировать смущение. Заняла край кровати, подальше от Люмирена, примостившегося с другой стороны.

— Это все так странно, — Люмирен приподнял руку, рассматривая свои длинные тонкие пальцы. Пошевелил ими, словно проверяя чувствительно. — Я чувствую тяжесть, тепло… И запахи. Раньше все эти ощущения приходили ко мне в качестве набора информации в качестве констатации факта.

— И какие запахи чувствуешь? Приятные, надеюсь, — Стелла подсунула руку под свою подушку.

— Ты пахнешь цветами… — Люмирен медленно опустил руку, и перевел взгляд на девушку. — И шоколадом. И чем-то еще… Не могу определить, чем. Но приятным.

— Ты говоришь странные вещи, — Стелла уткнулась в подушку.

— Я говорю правду.

— Спи давай.

— Не могу уснуть, — он говорил тихо, практически шепотом. Таким растерянным, искренним, чем пугал самого себя. — Я сделал анализ всей ситуации и всевозможные исходы, и, несмотря на большой шанс успеха, все равно… — Люмирен замолчал, подбирая слово. — Боюсь.

— Бояться — это нормально, — Стелла видела его смутные очертания из-за тусклых кристаллов, всегда горящий на случай желания пойти куда-то в ночи. Волосы Люмирена, немного кудрявые и взлохмаченные, разметались по подушке и казались практически черными. — Все, у кого есть чувства и эмоции, испытывают страх. Без страха и личности-то нет. Каждый чего-то боится…

— Даже Кир?

— Даже Кир, — Стелла слегка придвинулась, поскольку упасть с края ей совсем не хотелось.

Люмирен почувствовал, как сердце пропустило удар и его биение отразилось в горле. Кажется, нечто подобное он испытывал во время первого воплощения, но тогда боль затмила все остальные ощущения. Вэйс протянул руку немного неуверенно, взял Стеллу за запястье и прислонил чужую ладонь к своей груди. Туда, где сердце билось намного быстрее, чем до этого.

— Почему сердце бьется так часто? — Люмирен накрыл ее ладонь своей, не позволяя убрать руку. — Анализ говорит много противоречивых вещей…

— Это от волнения, тебе же страшно, — Стелла не попыталась отпрянуть. Наоборот, просто лежала, позволяя ему делать то, что для многих было обыденностью — просто прикасаться и познавать этот мир через тактильные ощущения.

Люмирен замолчал. Прислушался к себе. К тому, что происходило внутри: там, где раньше была неумолимая логика вычислительных систем и анализа трепетало нечто живое и теплое. И слов для описания собственных чувств подобрать он не мог.

— Ты… — прошептал Люмирен, и замолчал ненадолго. — Ты бы хотела лежать так с Киром? — его пальцы чуть дрогнули. — Вместо меня.

— Что? — Стелла и сама почувствовала, как сердце быстрее забилось. Больше от удивления и непонимания, причем здесь Эфрон вообще.

— Ты бы хотела лежать рядом с ним? Держать его за руку? Чувствовать его сердцебиение? — Люмирен смотрел прямо на девушку, едва ли угадывая черты ее недоуменного лица в бархатной темноте. — Я был в твоем чипе достаточно часто чтобы считать физические показатели. Они сильно меняются, когда он рядом. Когда ты думаешь о нем. Когда смотришь на него…

— Я… — Стелла на секунду растерялась, даже не зная, что ответить. — Какая тебе разница вообще? — она вырвала руку, пряча ее под одеялом. Жар стремительно разливался по всему телу, отчего в горле пересохло. — Я не знаю, что чувствую, а чего нет. Мой дом заражен неизвестной заразой, и это волнует меня куда сильнее нахального геймера.

— Потому что я знаю про твою расу, — Люмирен поджал пальцы, в которых все еще чувствовалось фантомное тепло. — Я знаю, что вы все однолюбы, и мне хочется, чтобы ты была счастлива. С тем, кто действительно тебя заслуживает и подарит множество улыбок. А не испорченную нервную систему.

— Пх, какой ты милый, — Стелла слегка улыбнулась. — Да, мы правда однолюбы в большинстве своем, но это не значит, что не можем быть счастливы с кем-то еще. Скорее, знаешь… Никогда не забываем того, кого полюбили впервые. Это счастье и эта боль с нами на всю жизнь. Кто-то позволяет им затмить рассудок, другие — подчиняют и учатся жить дальше. Я буду счастлива, когда смогу вернуться домой, а остальное… Пока не имеет значение.

— Имеет, — чуть резче произнес Люмирен. — Ты имеешь значение. Очень большое. Как и все… Как каждый. Ты моя подруга, поэтому я желаю тебе только всего самого лучшего. Чтобы ты была счастлива и улыбалась чаще. У тебя очень красивая улыбка.

Стелла слегка наклонила голову, снова уткнувшись носом в подушку. Она отчетливо чувствовала, как уши горели от смущения, но не могла перестать улыбаться из-за его слов. От сильных ударов сердца о грудную клетку дыхание перехватывало.

— Люми… — его имя сорвалось с губ неожиданно ласково. — Ты что… Ревнуешь?

— Я не умею ревновать. Некоторые эмоции блокируются эмоциональным модулем ради избегания конфликтных ситуаций. Самое понятие «ревность» для меня неоднозначно и непонятно. Ты моя подруга. И я вижу, что Киру все равно. Поэтому предупреждаю тебя, чтобы ты не влюблялась в него. Он слишком своеобразный.

— Глупенький, — беззлобно произнесла Стелла. — Есть у тебя все. Все эмоции есть, только ты не научился из различать и понимать. Хорошо, я соглашусь с тобой и твоими благими намерениями. То, что Киру все равно, и так понятно. Он просто хочет домой… Как и я. Все в порядке. Я его не люблю.

— Но твои показатели…

— Люми, — осекла Стелла. — Все хорошо. Поверь мне, а не показателям, ладно?

— Ладно.

— Я знаю, почему ты действительно боишься, — Стелла притянула к себе одну из многочисленных подушек, обнимая ее. — Ты изменился. Даже когда был в бестелесной форме, это сильно заметно.

— Я… — Люмирен немного помялся. — Я был дефектным с самого начала. Моя мать пострадала из-за бага системы, и я родился с внутренней поломкой эмоционального модуля. В детстве это было непонятно, но с возрастом — да. Тогда я понял, что отличаюсь от остальных и… Промолчал. Я должен был обратиться к специалисту чтобы пройти процедуру форматирования, или, в крайнем случае, операции по замене эмоционального модуля. Но я этого не сделал, что уже свидетельствует об ошибке.

Стелла приподняла голову. Отчего-то именно сейчас появилось настойчивое желание обнять Люмирена и пожалеть…

— И никто не заметил?

— Сначала — нет, — Люмирен пожал губы в тонкую полоску. — Потом… Начали обращать внимание. И все дошло до принудительной проверки и скандала. Я просто сбежал из дома. Хотел дать всем время обработать информацию и мои аргументы, но в итоге попал на «Ковчег». Если говорить по факту: мое возвращение к народу означает принудительное форматирование. А я не хочу… терять все эти эмоции.

— Подожди, — у Стеллы все внутри сжалось от его объяснений. Она присела, больше не в силах лежать. — Какая им разница? Почему нельзя все оставить, как есть?

— Для сомнов эмоции — это болезнь. Вирус. Психическое отклонение. Форматирование означает возвращение в исходное состояние. Зачастую это затрагивает модуль памяти. А я не хочу забывать ни тебя, ни Кира, ни Тейдана… Ничего из происходящего. Впервые я стал частью чего-то особенного, и это имеет для меня большое значение. Я не представляю куда идти потом, но пока возможно, хочу оставаться с вами.

— Не переживай, — Стелла поправила край одеяла на его плече. Следом — коснулась волос, отодвигая пряди от глаз. — Постарайся уснуть, ладно? Тебя никто не прогоняет. Ты всегда можешь остаться со мной. Когда найдем лекарство, полетим на мою планету вместе.

— Правда? — Люмирен проследил за ее осторожными движениями.

— Конечно. Ты же мой друг…

Ярели практически бежала по коридорам, залитым яркими солнечными лучами. Она не представляла, зачем Кириан позвал ее, но сам факт его инициативы позволял гордо вздернуть нос. Свернув за угол, девушка замерла.

В конце коридора находился высокий худой вердан в сером балахоне. Держал в руках, скрытых резиновыми перчатками, увесистый поднос с целой кучей пустых чашек. И один их вид заставил сердце девушки пропустить удар.

— Что Вы делаете? — спросила она с долей возмущения в голосе. — Никому не дозволено входить в личный кабинет альтериса!

Мужчина повернул голову в сторону девушки. Он слегка склонился в знак почтения, но должного поклона не совершил.

— Леди Миннар, — спокойно произнес тот. — Я здесь по прямому приказу терона из-за подозрения на яд.

— В смысле… Яд? — одними губами прошептала Ярели, не в силах пошевелиться.

— Пока подробностей сказать не могу, — буду выяснять, — он еще раз склонил голову и пошел прочь, довольно быстро пропадая за ближайшим поворотом.

Ярели поджала мелко дрожащие пальцы в кулаки, до побелевших костяшек. Слова крутились в голове раз за разом. Она шумно выдохнула, и, развернувшись, поспешила дальше по коридору.

Главный балкон Акрополя встретил ее своими огромными размерами. Именно здесь зачастую проводились летние балы, где она кружилась в танце со своим возлюбленным. И тот сейчас находился там. Стоял прямо у мраморных перил, увитых живыми цветами.

— О, пришла, — Кир улыбнулся ей настолько доброжелательно, насколько мог.

— Не могла же я отказать, — Ярели остановилась недалеко от него. Достаточно, чтобы быстро уйти и не настолько критично для разговора. Она старалась не обращать внимание на его лицо, показавшееся в свете солнечных лучей таким прекрасным… Ведь уже хорошо знала: оно слишком обманчиво.

— Я хотел извиниться. За все, пожалуй. Знаю, что после своего возвращения был слишком груб с тобой и несправедлив.

— Хорошо, что ты это понял, — она обняла себя за локти. Несмотря на отсутствия раскаяния в интонации, насмешка тоже не прослеживалась. Скорее, сильная усталость.

— Конечно, я же не совсем дурак. Но, если честно, не знаю, как с тобой разговаривать в моменты подобной… Эмоциональности. Мне совсем не хочется больше ругаться.

— Я действительно плохо себя контролирую, — Ярели отвела взгляд. — Ты тоже меня прости. Я постараюсь держать себя в руках и больше не кричать, — она немного помялась. — Твой отец и так отчитал меня после публичной истерики, поэтому таким образом доносить своим мысли до тебя точно не стану. Просто мне постоянно кажется, что ты выберешь кого угодно, кроме меня, просто на зло отцу из-за договорного брака. И новая помощница…

— Когда кажется — креститься надо.

— Что? — она вскинула брови.

— Ничего, — Кир прислонился к краю перил. — Я слишком занят работой, мне не до любовных приключений. Не бери на ум. Помощница, да, — она выполняет мелкие поручения по документации. Если не веришь, просто зайди к ней в комнату. Увидишь кучу экранов и работу без продыху. Мы контактируем больше онлайн, пересылаем друг другу документы. Могу показать переписку, если тебя это успокоит.

— Ладно, я поняла, — Ярели сделала несколько шагов к нему навстречу. — Слушай… Я тут по пути встретила мужчину. Он забрал чашки из кабинета Элиара и сказал про подозрение на яд…

— А, да? — Кир состроил немного трагичное выражение лица. — Когда мы проходили тот древний ритуал ему сильно нездоровилось, из-за чего времени пришлось потратить больше, чем планировали.

— О… — Ярели захлопала ресничками. — А сейчас, ну… Он здоров? Вчера я видела его с тростью…

— Ему все еще тяжело передвигаться, но при всех старается держаться. Идет на поправку, в общем. Сначала мы думали, якобы это простуда, однако, симптомы подозрительно походили на некое «заболевание» от которого умирали те, кому следовало бы жить. Вот и решили проверить на яд посуду, которую он использовал до начала ритуала. Повезло, что братец достаточно ленив.

Она стояла, практически не дыша, чувствуя, как немеют пальцы, а мир вокруг становится нереальным, словно приходится смотреть на него сквозь толщу воды.

— Главное, что с ним все хорошо, — Ярели отозвалась почти неслышно. — Если это все, тогда я пойду. У меня еще дела.

— Не смею задерживать.

Ярели быстрым шагом направилась прочь. Практически бежала. Кир проводил ее взглядом, ухмыльнувшись.

«Предупредить ребят? — раздался голос Люмирена. — Я не могу проследить за ее перемещением», — напомнил он.

«Нет, она не к себе пойдет, а к поставщику. А в тени у нас исключительно один зачинщик находится…»

Ярели бежала по длинному узкому коридору, не чувствуя ног и практически не видя ничего перед собой. Она знала эту дорогу наизусть — постоянно ходила сюда, когда подруга приезжала. А это было весьма частым явлением.

Девушка навалилась на дверь, совершенно забыв постучать. Та отварилась, с глухим стуком врезавшись в стену.

Вейна сидела в своем излюбленном кресле у камина, закинув ногу на ногу, и спокойно пила чай. «Черный, без сахара, как мой Узор», — часто шутила она. Вместо привычного строгого платья та была в темном халате, и, судя по растрепанным волосам, только недавно проснулась.

— Что случилось? — Вейна поставила чашку на блюдце.

— Все! — Ярели захлопнула за собой дверь. Она отчаянно старалась говорить тихо, но не получалось. — Конец! Это просто… Это конец, Вейна. Мне. Тебе. Нам всем!

Ярели прислонилась спиной к светлому дереву, и сползла по нему на холодный каменный пол. Расшитое цветами и оборками платье разметалось вокруг, собирая всю редкую пыль.

— Меньше эмоций — больше подробностей, — Вейна оставила чашку в покое, и, приблизившись, присела рядом на корточки. — С самого начала, пожалуйста.

— Этот придурок… — по щеке Ярели скатилась слеза. — Этот придурок не допускал слуг для уборки в личный к-каб-бинет и-и… — чем дольше она говорила, тем сильнее голос начинал дрожать. — Я… Я н-не знала, ч-что… Все чашки… Все те… Гребанные чашки…

И без того бледное лицо Вейны практически лишилось цвета. Она позволила себе короткий рваный выдох, а затем слегка нахмурилась.

— Что конкретно случилось?

— Кир-риан… П-подозревает, что Элиара отр-равили. Я видела, как суд-дмедэксп-перт, или к-кто он там, забрал ц-целую гору чашек-к из его к-кабинет-та… На них же мои отпечатки! — Ярели притянула к себе ноги, и, обняв их, уткнулась лицом в свои колени.

— То, что ты относила ему чай, не делает тебя убийцей, — Вейна коснулась ладонью ее плеча. — Его готовила не ты, и это знают все. Они никогда не найдут те флаконы… Не найдут ведь?

— Я выкинула их с центральной платформы, как ты и говорила. Внизу лес, но вдруг найдут?! А если на них и твои отпечатки? И поставщика? Если узнают, что ты испортила защитные доспехи?! — Ярели практически захлебывалась в своих слезах. Она издала громкий протяжный стон, настолько отчаянный, что больше походил на вой приведения, заточенного в Акрополе тысячелетия. — Я п-просто… хотела стать териссой… Если б-бы… Кириан с-сразу… был… н-наследником трона…

— Успокойся, — чуть строже произнесла Вейна. — Истерикой делу не поможешь. Внизу непроходимый лес, несколько маленьких флаконов там никогда не найти.

— Ты не понимаешь! — Ярели сорвалась на истеричный писк. Подскочила с места, судорожно вытирая слезы с щек. — Ты не видела, как Кириан работает! Как проверяет каждую цифру! Он найдет… Он все найдет. Все связи. Все нестыковки. На всех. Наверняка терон дал ему полный доступ, а это… Это значит конец для всех. Там обязательно будет то, из-за чего начнется внутреннее расследование, и на эшафот пойдем мы все!

Вейна выпрямилась. Прошлась по комнате, уставившись куда-то в пустоту. По коже бегали мурашки, впервые за столько времени. Она чувствовала, как внутри все сжимается, и от этого кровь начинала кипеть в необъяснимом чувстве азарта. Девушка резко остановилась.

— Не кричи. Здесь слишком много лишних ушей.

— Давай просто… Убежим? Куда-нибудь. Куда угодно!

— Это вызовет еще больше подозрений. Мы будем делать вид, словно переживаем за здоровье Элиара и сильно удивляемся, зачем кому-то поступать подобным образом. Именно поэтому ты сейчас же должна пойти, умыться, поправить макияж и отправляться на Собрание Благородных Дам[1]. Я приду чуть позже, как всегда.

— Хорошо, — Ярели шумно выдохнула. — Ладно… — она провела языком по пересохшим губам. Рваными движениями поправила растрепавшиеся волосы. — Но мне так страшно… Я не хочу умирать…

— Все обойдется, — пообещала та. — Если нет — я найду выход. Иди, тебе нельзя опаздывать.

— Буду надеется на лучшее… Да хранят нас Луны, — Ярели отозвалась немного осипшим голосом, лишенным всяких эмоций.

Когда Ярели вышла, Вейна наконец-то осталась одна. Она провела ладонями по плечам, позволив сбившемуся дыханию сковать грудь. Несмотря на будоражащий ужас, разливающийся по телу, на губах играла несвойственная ей улыбка. Немного глупая, и самую капельку — безумная, передающая восторг и непонимание.

— Кириан Вилларис… — прошептала она, смакуя имя на алых губах. — Кто же ты такой на самом деле?

Вейна подошла к туалетному столику, вынимая из косметички небольшой темно-синий пузырек с серебряной крышечкой. Девушка сжала его в кулаке, и довольно быстро убрала в карман темного платья, висящего на манекене.

Девушка скользнула пальцами вверх по шее, и вслед за невесомым прикосновением по коже побежали тонкие ниточки особого передатчика. Они затронули всю гортань и скользнули за ушную раковину.

«Тебе запрещено выходить на связь» — в голове раздался низкий женский голос, не знающий ни любви, ни пощады. Зато умеющий отдавать четкие приказы, невыполнение которых карается жизнью.

— Обязана доложить о своем возвращении в ближайшее время для прохождения процедуры плетения А-три, — несмотря на то, что Вейне пришлось произнести самые позорные и страшные в своей жизни слова, улыбка слышалась в голосе.

«Ты смеешь радоваться, когда висишь на волоске от смерти?»

— Кириан Вилларис вернулся… Другим. И я подозреваю подмену, но не могу конкретизировать, какого типа. Поэтому мне придется рискнуть и временно вернуться. Он умен. Невероятно умен, нахален, находчив и показал себя в качестве превосходного стратега и аналитика. Полагаю, Кириан специально выманил Ярели из комнаты и позволил увидеть судмедэксперта, чтобы ее комнату успели обыскать. Предыдущая стратегия не подходит, я начала этап ликвидации.

«Да ты в восхищении… — в голосе женщины послышалась легкая усмешка. — Впервые слышу от тебя подобные слова. Должно быть, он действительно опасен».

— Невероятно опасен, и абсолютно неподконтролен.

«Я поставлю вопрос перед стратегическим отделом. Когда возвращаешься?»

— Полагаю, к вечеру вопрос закроется, — Вейна сделала небольшую паузу, позволив себе собраться с мыслями. — Маар[1], прошу дозволения на самостоятельное планирование без вовлечения лишних умов. С ним я обязана разобраться лично…

Женщина выдержала длительную паузу, обдумывая ее просьбу, а затем продолжила:

«Данный вопрос будет поднят на Протоколе после твоего отчета».

— Благодарю за понимание. Этот вердан… Определенно способен доставить множество непредвиденных проблем.

Когда Ярели выскочила из комнаты и застучала высокими каблуками, Стелла выглянула из-за поворота. Стоило девушке скрыться из виду, она быстро юркну в чужую комнату. Тейдан же спокойно прошел следом, совершенно никуда не торопясь.

— Фу, блин, — Стелла кашлянула. Тяжелый, сладкий аромат духов пропитал практически все помещение, отчего захотелось открыть окна. Она бегло окинула взглядом пристанище сумасшедшего модельера: вокруг золото да серебро, множество шкафов с одеждой, манекены с пышными платьями, целая куча коробок с украшениями. Причем не шкатулок, а именно коробок.

— Справишься? — Тейдан скрестил руки на груди, оставшись стоять близ двери. Словно собирался врезать любому случайно вошедшему.

— Да. Я привыкла работать в рамках месяца, но чуть дальше тоже промотать смогу, хоть и с натягом. Четкость пропадет.

Стелла вышла в центр комнаты и подняла руки. Провела пальцами по воздуху, словно нажимала на невидимые клавиши или дергала за тончайшие струны реальности.

Сначала появились едва уловимые глазом тени, отчего Тейдану показалось, словно пора сходить к окулисту. Затем проступили полупрозрачные силуэты, скользящие вдоль помещения практически бесформенной дымкой. Они метались из стороны в сторону, подобно ускоренной перемотке. Пока Фэрроу наблюдал за призрачной вакханалией, Стелла видела в каждом прерывистом движении память. Ее глаза улавливали куда больше деталей. Уши слышали неподвластное чужому слуху. А голова начинала кипеть от звучания звонкого голоса в голове, ставшего эхом для Тейдана, но несущем смысл для Стеллы.

Ар-Вин продолжала прокручивать время. Видела Вейну, их посиделки, слышала разговоры и смех. Слышала слезы и переживания. Слышала тихий шепот, не предназначенный для чужих ушей… И вдруг щелкнула пальцами.

— Нашла, — Стелла шумно выдохнула.

Недалеко от двери стояло два силуэта: абсолютно нечетких, размытых, но этого было достаточно чтобы узнать в них Ярели. Когда второй женский силуэт передал девушке небольшой пузырек, та моментально метнулась в коридор.

Стелла и Тейдан отправились следом за ней, добираясь до самих Хрустальных садов. Они поднялись по полупрозрачным лестницам на самые верхние террасы, куда обычно не заходил никто, кроме садовников. И то те поднимались без особого энтузиазма, и понять их можно — лифтов тут нет.

Наверху рос небольшой лес, таящий в себе живописную поляну с цветами. Карликовые деревья с серебряной листвой издавали не шелест, а мелодичный звон при дуновении ветра. Именно около одного из таких деревьев остановился силуэт — у самого дальнего, затерявшегося в чаще. Он отличался толстым крючковатым стволом, а меж коры виднелось небольшое узкое дупло.

Стелла махнула рукой, и воспоминание растаяло дымкой по ветру. Тейдан, не обронив и слова, подошел к дереву, поправляя кожаную перчатку. Он сунул внутрь руку, и, пощупав неровные стенки, вынул небольшой продолговатый пузырек из темно-синего стекла с серебряной крышечкой.

— Скорее всего именно Вейна принесла ей яд… — Стелла рассматривала небольшую емкость, а у самой мурашки по коже бежали. — Жаль, доказать это не получится.

— Она носит перчатки, ее отпечатков тут не будет, — Тейдан убрал флакон в карман. — Идем к судмедэксперту. Думаю, к вечеру он сделает заключение.

Стук в дверь прозвучал подобно кратковременному спасению от бумаг. Кир бросил недоброжелательное «Войдите», а сам с долей нежелания повернулся в кресле в сторону двери. В помещение вошел мужчина в строгом серебристом тонком пальто, чем-то отдаленно напоминающем медицинский халат. В руках он держал нефритовую пластину с открытым отчетом.

— В Чьих Жилах — Исток, — он приложил ладонь к солнечному сплетению и поклонился. — Результаты готовы. — Яд во всех чашках идентичен, это тенесорб — крайне редкое вещество.

— Подробнее, — коротко бросил Кир.

— Тенесорб блокирует фермент, ответственный за синтез аскорбата. Поскольку витамин С синтезируется в печени специальным ферментом, блокировка происходит именно там: яд подавляет его активность. Его также называют «ядом для аристократов», поскольку действует исключительно на ослабленный организм, питающейся исключительно очищенной пищей.

— То есть, обычная пища становится лекарством и выводит яд… — с долей задумчивости отозвался Кир.

— Верно. В крови альтериса обнаружены частицы яда, неспособные нанести вред организму. Симптомы отравления стали бы слишком заметны. Как Вы и говорили: недомогание, бледность, выпадение зубов… Все, что происходило с ним за этот месяц.

— А что с отпечатками?

Судмедэксперт провел пальцами по пластине и в воздухе зажглась проекция: два изображения отпечатков пальцев, увеличенных в несколько раз, с четкими линиями, извилистыми узорами.

— На пузырьке отпечатки леди Ярели Миннар и еще несколько не идентифицированных. Явно мужские. Также отпечатки Вашей невесты обнаружены на всех чашках с ядом.

— Прекрасно, — уголки губ Кира дрогнули практически в счастливой улыбке: ему не придется жениться. Да и Кириану тоже. Не на этой истеричке, по крайней мере. — Отец будет в бешенстве… Передайте ему все отчеты лично в руки и больше никому не показывайте.

— Слушаюсь, В Чьих Жилах — Исток, — мужчина свернул проекцию, поклонился и поспешно вышел.

Когда дверь закрылась, Кир выдохнул с долей облегчения. Взгляд, буравящий насквозь, начинал немного раздражать. Он не знал, то ли третий глаз открылся после всего этого стресса, то ли нервы ни к черту, но решил немного побыть сумасшедшим и сказать:

— Выходи. Я знаю, что ты здесь.

Тень в углу комнаты сгустилась, становясь все плотнее, пока не зашевелилась. Вейна вышла из самого темного участка помещения практически как призрак — плавно и размеренно. Сначала Киру показалось, словно та сейчас ему горло перережет, но вместо ненависти увидел в серых глазах азарт.

— Твое предчувствие восхищает.

— Твоя бестактность тоже впечатляет. Я слишком устал чтобы удивляться. Ты — наименьшее из странностей Этериона.

— Ты доказал причастность моей подруги к попытке убийства альтериса, и не боишься?

— Почему я должен бояться тебя? — хмыкнул Кир. — В стенах Акрополя не существует дружбы. Исключительно выгода. А наемники пострашнее были. Скажи честно, твои засланцы?

— Я не причастна к покушению, но осведомлена о неком тайном отряде отца. Однако, утверждать что-либо наверняка не могу.

— И нормально тебе вот так батю сдавать?

— Ты ведь все равно подозреваешь его, — Вейна плавно подошла ближе, проведя пальцами по краю столешницы, и остановилась напротив юноши.

— Мне нет дела до него, — Кир проследил за каждым размеренным движением девушки. — А до тебя — еще как. Ярели недостаточно умна и дисциплинирована чтобы самостоятельно стать солари, и отравить Элиара. Отсюда вопрос… Кто же настолько любезно помог ей?

— Подозреваешь меня? — Нор-Коррен опустилась в кресло напротив. — Как мило… — она закинула ногу на ногу, поправляя струящуюся черную юбку. Несмотря на достаточно расслабленную позу, Кир не позволял себе потерять бдительность ни на секунду.

— С того самого дня, как ты принесла Стелле платье чтобы устроить скандал, — взгляд Кира скользнул по ее оголенным плечам и выступающим ключицам.

— Действительно, — губы Вейны дрогнули в легкой полуулыбке. — Я хотела посадить тебя на трон… Но ты обрезал все нити и заставил пересмотреть план действий. Это впечатляюще.

— Собиралась управлять мной через подружку? — Кир хмыкнул. — Любопытно. Особенно любопытно с учетом того, что Клану Теней не нужна явная власть. Вы управляете информацией, и это — ваш контроль.

Вейна внимательно смотрела на него, оставаясь все такой же спокойной, пока внутри бушевал настоящий огонь. Услышав эти слова, совершенно не пожалела, что пришла.

— Ты действительно умен, — ее улыбка стала чуть заметнее. — Не думала, что ты изменился настолько. Видишь дальше, чем я предполагала.

— Приятно знать, что хоть кому-то не плевать, — он пожал плечами. — А то попрятались в свои норы, трусы несчастные. Не хотят ничего знать и делают вид, будто все в порядке…

— А я хочу знать, — Вейна подалась вперед, не сводя с него взгляда. — Хочу знать, с кем имею дело. Кому поиграла впервые в жизни… Ты прав. Клану не нужна явная власть, но я устала быть тенью, и…

— Ложь, — осек ее Кир.

У Вейны перехватило дыхание от одного слова.

— Не смей лгать мне после того, как открыто признала поражение, — Кир оторвал спину от мягкой обивки, подавшись вперед.

— Почему ты думаешь, что я лгу?

— Я не думаю, а знаю, — он поднялся, и прислонился к ребру стола, глядя на девушку сверху-вниз. — У Клана Теней жесткая иерархия, уходящая корнями в далекое прошлое. А также весьма суровое воспитание и жестокие правила. Ты не могла действовать без одобрения отца. Значит, он или не знал, или одобрил, в чем я сильно сомневаюсь. Первое правило Клана Теней: всегда оставаться в тени. Не так ли? Это то самое табу, которое нарушать нельзя никому. Особенно тебе, как наследнице. Если ты вообще… наследница, — он нахально ухмыльнулся прямо ей в лицо, и при свете кристаллов его усмешка походила на хищный оскал.

— В таком случае, — Вейна поднялась следом, приблизившись на пару шагов, — я тоже могу обвинить тебя в том, что ты не являешься собой.

— Смелое заявление.

— Как и твое, — Вейна скользнула взглядом по широким плечам юноши. — Кириан был… Ниже на голову, худосочным и жалким. В отличие от тебя, — она заглянула ему прямо в глаза. — Ты лучший соперник из всех, какие у меня были.

— Слишком много лести для одного диалога, — Кир не отводил взгляд. Он не двинулся с места, наблюдая за девушкой, приближающейся настолько неспешно, словно не была ему врагом. — У тебя нет доказательств.

— Как и у тебя.

— Хах, — из ее груди вырвался легкий смешок. — Не хочешь напоследок раскрыть карты и рассказать, кто же ты и откуда?

— Чтобы ты меня потом под ближайшим кустиком прикопала? — Кир слегка подался вперед, наклонившись к ней. Расстояние уменьшилось настолько, что он почувствовал ее дыхание на своих губах. — Я не настолько глуп. Однако, должен признать, жалею, что наше противостояние не оказалось настолько явным. Это была бы занимательная партия…

— Верно, — пальцы Вейны, облаченные в тонкую кружевную перчатку, скользнули по чужому плечу. Практически невесомо, но Кир почувствовал прикосновение каждой клеточкой тела. — И я гарантирую тебе продолжение… Ведь я обязательно узнаю, кто ты, и зачем пришел сюда, — она произнесла эти слова прямо в губы Кира, обжигая их горячим дыханием. В отличие от большинства дам, от Вейны исходил ненавязчивый аромат мяты с нотками чего-то горьковатого, притягивающего. Ее холодные серые глаза смотрели с долей нескрываемого любопытства и ожидания ответных действий на свою вопиющую наглость.

— Могу лишь удачи пожелать, ведь тогда мне придется выяснить, кто ты, и зачем я тебе понадобился, — Кир сам не заметил, как заговорил тише, отчего его голос приобрел приятные бархатные нотки.

Кисть Вейны скользнула вверх по шее Кира. Он чувствовал каждое ненавязчивое прикосновение от ключиц до подбородка. И, словно случайно, кончики пальцев коснулись его губ, отчего стало щекотно из-за тонкой ткани. Она отвела руку в сторону, скользнув по щеке, до волос… И сжала их достаточно сильно, но не причиняя боль, только чтобы не позволить ему отвернуться. Заставить продолжать смотреть на себя, на свои алые губы, так контрастирующие с темным платьем.

Кир сглотнул немного нервно, отчего кадык дернулся слишком явно. Он чувствовал власть и уверенность в каждом движении девушки — совсем не такую, какая была у авторитетных и суровых дам, не знающих слова «нет». Вейна скользила внимательным, изучающим взглядом по его спокойному лицу, не представляя, что внутри у него уже давно все кипит.

Нор-Коррен сделала короткий шаг вперед, и увела Кира в резкий поцелуй. Глубокий и наглый, от которого он замер на мгновение. Несмотря на долю мягкости в каждом прикосновении, она требовала ответа, даже не предполагая отказа. Горячий язык скользнул по губам. Стройное тело прильнуло вплотную, обжигая через ткань одежды.

Ладонь Кира скользнула по тонкой талии Вейны, прижимая к себе еще плотнее вместо того, чтобы оттолкнуть. Он почувствовал, та выгнулась под его рукой, отчего по коже пробежали мурашки.

И Кир ответил. Также нагло и бессовестно, как девушка, позволившая себе больше, чем его собственная солари. Он углубил поцелуй резко, без спроса и разрешения, чем заставил Вейну на секунду забыть, как дышать. Ее пальцы впились в волосы плотнее, настолько отчаянно, словно она боялась отпустить его и потерять навсегда.

Кир скользнул ладонью чуть выше, чувствуя, как сквозь плотную ткань бьется чужое сердце в бешеном темпе, таком же, каком колотилось его собственное. Казалось, воздух в комнате нагрелся до аномально жаркой температуры, отчего каждый новый вдох не позволял насытиться кислородом.

Кир подвинул Вейну ближе к столу, поменявшись с ней местами, и та уперлась бедрами в ребро мебели. Он оперся ладонью на столешницу позади нее, практически вынуждая ту занять место документов на краю. Ее тонкие руки обвили его шею, не позволяя отпрянуть ни на секунду. Пальцы скользили по затылку, по шее, по плечам — везде, куда могли дотянуться. Опустились вниз по его мускулистой груди, прощупывая под рубашкой каждую мышцу.

Кир навис над Вейной, и та слегка откинулась назад, опираясь на свободную руку. Но на столешницу так и не села, продолжая упрямо стоять, несмотря на то, что ноги практически подкашивались.

Они чуть отпрянули просто чтобы перевести дыхание и посмотреть в бессовестные глаза друг друга. Вейна слегка прикусила его губу, словно в шутку, не позволив снова поцеловать себя. А Кир и не пытался этого сделать. Ее глаза горели самым настоящим огнем, тем самым, какой он видел у самого себя в отражении после особо удачных турниров.

— Ты не вердан… — она провела языком по его губе, собирая остатки своей помады, и ее дыхание обожгло кожу юноши. — Я так и знала… — она прошептала это так тихо, что Кир едва разобрал слова. Но он расслышал. И почувствовал, как сердце пропустило удар.

— Как и ты, — хмыкнул Кир, подавшись назад, но не отстраняясь слишком сильно. — Думаешь, я позволил тебе поцеловать себя просто потому что захотелось? Уровень самомнения понизь, — несмотря на отчетливую насмешку, во взгляде юноши читалось исключительно любопытство, какое возникало у него весьма редко.

— И зачем же тогда? — спросила Вейна, словно не догадывалась об ответе. Ее голос прозвучал слишком хрипло, а в горле сильно пересохло.

— Сжалился над проигравшей, — Кир взял ее за подбородок, приподнимая голову и заставляя смотреть себе в глаза. — Не смей отводить от меня взгляд, раз собралась разоблачать. Решил дать небольшую подсказку на будущее. Фору, так сказать. И заодно подтвердил свои догадки о тебе.

— Наглец, — прошептала она совершенно беззлобно. Без тени обиды, зато с явно считывающемся восхищением.

— Знаю, — Кир усмехнулся без явного злорадства.

Его длинные пальцы скользнули по тонкому запястью Вейны, стягивая перчатку и касаясь губами тыльной стороны ладони будто бы в шутку. С долей небрежности. Он сделал пару шагов назад, позволяя девушке отпрянуть от стола.

— Вернуть не хочешь? — Вейна протянула руку за перчаткой.

— Не-а, — хмыкнул Кир, заталкивая ее в карман. — Должно же у меня остаться на память хоть что-то о неуловимой тени? Одного поцелуя мало чтобы ты стала действительно незабываемой…

— И как тебя друзья терпят? — она покачала головой.

— С большим трудом и неимоверным счастьем.

— Ответь на один вопрос, — Вейна провела пальцами по волосам, поправляя немного растрепавшуюся прическу. — Что будет с Ярели?

— Что, подставила подружку и переживаешь теперь? — Кир приложил ладонь к груди, изображая удивление. Театрально вздохнул. — А я думал, у тебя каменное сердце…

— Банальное любопытство, — Вейна удержалась от заката глаз. Она вообще не представляла, как тот может быть настолько противоричивым.

— Попрошу отца отправить ее на пожизненное. Казнь — это слишком просто. Пусть мучается всю жизнь и каждый день вспоминает, что пыталась сделать. Ей предстоит провести в камере все отмеренные судьбой циклы с осознанием, что никто не придет за ней и никто не поможет. Никогда. И она сама выкопала собственную могилу, когда согласилась на твой план посадить меня на трон.

— Как ты жесток… — Вейна обняла себя за локти, но в ее глазах не было осуждения. Скорее, искреннее восхищение.

— Я хочу, чтобы она раскаялась за то, что пыталась убить моего брата, — тон Кира прозвучал жестче. — Пусть все знают: тот, кто посмеет тронуть мою семью и моих друзей, поплатятся за это. И такая расплата покажется им хуже смерти…

— Какой же ты занимательный юноша, — Вейна провела пальцами по шее, и на коже проступили светлые полосы. — Мы скоро встретимся… И тогда тебе не победить.

— Это мы еще посмотрим, — Кир скрестил руки на груди. — Запомни одно: не смей вредить моему окружению и моему народу. Или я уничтожу тебя.

Вейна натянула улыбку, полную предвкушения. Ее тело замерцало тысячами серебряных и золотых переплетений с вкраплениями алых искр, и она исчезла в ослепительной вспышке телепортационных лучей.

— Ты придурок в сотой степени, — раздался немного раздраженный голос Люмирена со стороны экранов. Из них вылетели полупрозрачные блоки глитча, формируя тело юноши. Он стоял, поставив руки в боки, и смотрел на Кира с явно считывающимся укором. — А если бы она перерезала тебе горло? — спросил он.

— Тогда я был бы самым счастливым и самым мертвым придурком на всем Этерионе, — Кир устало плюхнулся обратно в кресло, прикрывая глаза.

Он провел кончиком языка по губам, все еще чувствуя мятный привкус. А затем вытер их запястьем, избавляясь от остатков алой помады. В итоге размазал ее только сильнее, превратив в длинные полосы, уходящие по щекам от уголков губ. Кир слегка повернулся к экранам, глядя на свое отражение на темной поверхности.

— Черт… Это что за улыбка Глазго? Я на Джеффа похож… Какой кринж, — он скорчил лицо, полное отвращения и явного переигрывания.

— Твои показатели в тот момент… — Люмирен начал немного смущенно, при этом сам не понимая, почему стесняется говорить констатацию факта, которая раньше не вызывала у него никаких ощущений.

— Заткнись, — беззлобно огрызнулся Кир. — Просто заткнись, — он откинулся на спинку кресла, уставился в потолок. — Лучше скажи, я ничем не заболею? Ну, типа, инопланетный организм с инопланетными бактериями, все дела. Не хочу, чтобы у меня кости сгнили и мозги через уши вытекли. Может, мне надо прививку какую сделать? Типа как от бешенства.

— Бешеная тут только Ярели, но ты целовал не ее, — сказал он наконец, слегка улыбнувшись. — Когда тебе вживили чип, также внедрили в организм защиту как раз на подобный случай. Ничего не случится.

— Класс, — Кир закатил глаза с долей раздражения. — Могу целовать инопланетных красавиц и жрать всякую дрянь.

— Ты собираешься это делать на постоянной основе? — на всякий случай уточнил Люмирен.

— Нет, — Кир лениво поднялся с кресла.

— А перчатка тебе зачем?

— Ну не буду же я ее целовать или тоскливо пожевывать в моменты лютого одиночества, — хмыкнул Кир. — Я, конечно, непревзойденно прекрасен и умопомрачительно красив, но девушки вот так на меня не бросаются. Если это не лютые сумасшедшие фанатки, конечно. Таких я боюсь. Она мне целую кучу волос повырывала, и отправила бы их на генетическую экспертизу чтобы определить мою расу. В общем, плевать я на нее хотел. Пойду отплююсь и помою рот с мылом.

— Ты серьезно или шутишь?

— А может нет. А может да. А может хрен его знает, я просто хочу спать и домой, — Кир отмахнулся от него, и ушел в сторону ванны. Еще и дверью хлопнул. Демонстративно.

Люмирен лишь вздохнул, покосившись на экраны. Ему предстояло систематизировать очень много информации, и впервые он понял, что такое лень.

Кир уже не понимал, когда заканчивался один день и начинался второй. Третий. Неизвестно какой по счету. Зато выяснить успели все: даже сомны устают. Люмирен не мог обработать такой массив информации за раз, и приходилось порционно систематизировать все документы. Закопавшись во все эти бумажки Кир уже начинал терять связь с реальностью.

При этом приходилось как-то в эту самую реальность вникать: Дарион целую неделю сходил с ума из-за возмущения касательно поступка Ярели. А ту Эфрон больше и не видел. Ее отправили в дворцовую темницу, куда спускаться совершенно не хотелось. Зато от Юрены оказалось куда больше пользы: она периодически проверяла жизнедеятельность Кира и приносила ему покушать. И вкусненького. Также перебирала некоторые не особо важные и секретные бумаги.

Когда пошел второй месяц безудержного веселья систематизации информации, Киру уже хотелось от безысходности биться лбом о столешницу. Чем он иногда и занимался. Правда, позволял себе и отдых: иногда проводил стримы просто чтобы разгрузить мозг.

— Так, — Кир неспешно пожевывал гошуа — продолговатый желтый фрукт со специфическим вкусом сладкого картофеля и яблока. — Давай еще раз систематизируем основную информацию за это гребаный год пока у меня не начался нервный тик.

— А дальше смотреть не будем? — Люмирен выглянул из-за одного из окон программ на экране.

— Нет, иначе мать решит, что я совсем чокнулся. У нее и так вопросы, почему я тут по ночам завываю как Кентервильское приведение и постоянно разговариваю сам с собой. Если про тебя расскажу, отца Кондратий хватит. Он и так больно нервный из-за Ярели и конфликта с ее Домом.

— Сейчас проведу повторный анализ папки «Гребанные говнюки», — Люмирен замер с пустым взглядом, совершенно не шевелясь.

Кир хрустнул гошуа. Подождать пришлось около десяти минут, пока юноша систематизировал все документы.

— Лорд Маландрий, тридцать семь переводов на счета, аффилированные с домом Серебряного Листа. Общая сумма — пятьдесят семь миллионов ларов. Дом Альторан, восемнадцать подставных компаний, зарегистрированных на имена, не имеющие отношения к аристократии, но приходящиеся дальними родственниками их слугам. Девять из них — на нижних уровнях. Шесть — в других крупных городах.

— У них везде руки, — пробормотал Кир, протирая глаза. Они успели покраснеть, и заодно прилюбить местные капли от сухости, которые ему врач прописал. Мужик, конечно, хороший, но юноша его невзлюбил после лечения зубов: тот, с ужасом от вида пломбированных каналов, взял щипцы и повыдергивал Киру половину челюсти. Потом, конечно, вырастил их с нуля, но неприятный осадок остался.

— Барон Вайлэр, — продолжил Люмирен. — Передал дому Альторан три участка земли на южных территориях. Взамен — списание долгов. Общая сумма: шестьсот двадцать три тысячи ларов.

— Шестьсот двадцать три тысячи за землю, которая стоит несколько лямов…

— Барон был в отчаянном положении.

— Или отчаянно зашантажирован.

— Там еще много, мне надоело читать, — Люмирен тихо вздохнул. Он махнул рукой, и на соседнем экране появилась географическая карта связей. В центре — дом Серебряного Листа. Вокруг него маячили десятки имен, связанных разноцветными нитями.

— Красные — прямые переводы денег, — пояснил Люмирен. — Зеленые — земельные уступки. Синие — услуги.

— А черные?

— Черных пока нет. Установить связь с Кланом Теней крайне сложно. Пока у нас нет никаких доказательств, кроме решения Вейны убить Элиара. К тому же, вопрос с маго-программной прошивкой доспех остается открытым: она не похожа на хакера. В этой схеме замешан кто-то еще, или мы чего-то не знаем.

— Вейна еще не вернулась?

— Нет, по официальной версии она на особо важном задании касательно розыска той группировки, напавшей на тебя. По факту, думаю, мы ее больше не увидим.

— Не, вернется, — Кир подпер голову кулаком. — Она мне обещала новую партию, и действовала число. Как бы Ярели ни орала, что во всем замешана Вейна, никаких доказательств против нее нет. Ей не за чем сбегать. Да и весь Клан Теней на отпечатки уже проверили, ни один не совпадает с тем, что на флаконе. В целом, хрен с ними всем. Я в детективы не записывался, — он скользил взглядом по карте. — А что там с леди Верано?

— Ничего. Она чиста. Полагаю, не участвует в происходящем и держит максимальный нейтралитет.

— Ладно… Этого достаточно. Пусть остальным занимаются юристы и спецслужбы. Мы нашли достаточно странностей для тщательной проверки, — Кир переименовал папку в «Нестыковки за 9734 год», отправив ее на личную почту отца. Он откинулся на спинку кресла, лениво потянувшись и тихо простонав. Повернул голову на бок… И просто отключился.

Кир проснулся с ощущением, что по нему проехалось несколько телег, груженных камнями, а потом извозчики решили повторить сие действо пару раз для закрепления результата. Все мышцы болели и ныли, как он сам. Голова гудела. В ней, казалось, поселился маленький отбойный молоток, который работал без выходных и перерывов на обед.

Первое, что он увидел, открыв глаза, сообщение на весь экран от отца: «Немедленно ко мне в кабинет». Без «доброе утро», без «как спалось», без «кофе будешь?». Еще и красным шрифтом. Подчеркнутый. Кир вымученно вздохнул.

Он потер лицо руками, провел пальцами по волосам, взъерошил их еще сильнее. Отражение в зеркале на стене смотрело на него с немым укором: красные глаза, синяки под ними. Радовало хоть, что щетины нет — бриться по утрам надоело просто неимоверно, а современные верданские технологии позволяли навсегда избавиться от постоянного отращивания бороды.

— М-да, ну и красавчик, — буркнул Кир, глядя на самого себя. — Пора на обложку журнала «Принц года». Только говорить не надо, какой именно год. Пусть догадаются, я принц с Этериона или планеты легендарных кровососов…

Кир с большим трудом заставил себя подняться с кресла и кое-как привел свой внешний вид в порядок. Настолько, насколько это было вообще возможно с учетом его хронического недосыпа. Стоило ему собраться и выйти в коридор, как он столкнулся с братом, который как раз направлялся будить его.

— О, живой, — сказал Элиар, окидывая его оценивающим взглядом. — А выглядишь будто нет. Ты вообще спал? Или решил, что сон — это для слабаков?

— Спасибо, брат, — Кир зевнул, даже не пытаясь прикрыть рот. — Ты прямо мастер комплиментов. Родители тобой гордятся. Такое чувство, что они воспитали настоящего дипломата.

Юноша бегло окинул того взглядом, ведь толком не видел его за прошедшее время: Элиар успел полностью поправиться. Он отказался от трости уже давно, и ходил легко, почти не хромая. Набрал немного недостающего веса. По крайней мере, щеки больше не выглядели настолько впалыми, а ключицы перестали выпирать из-под ворота рубашки.

— Ты вовремя, — сказал Элиар, кивая в сторону коридора. — Отец срочно вызывает.

— Ага, видел уже, — Кир еще раз зевнул, потянулся, и позвоночник издал громкий треск. Судя по внутренним ощущениям, нервная система треснула следом. — Если он не приготовил мне чашечку кофе, я так не играю. Я буду сидеть и смотреть на него пустыми глазами. Пусть любуется на мое страдальческое лицо и думает о том, что он сделал не так в своей жизни.

— Если бы разрешил помочь, мы бы управились быстрее.

— Мне лучше работается одному, — Кир побрел вперед по коридору, и мысленно добавил: — «Мне было бы сложно объяснить тебе самостоятельную систематизацию информации…»

Проходя по одной из многочисленных лестниц, они встретились с целой толпой мужчин, похожих друг на друга практически как близнецы. Все как на подбор высокие, худощавые, с острыми чертами. Взгляды пронзительные, еще и лица такие, будто лимон съели. С кожурой. Не прожевав. И запили уксусом. Строгие черные камзолы без узоров придавали коже еще большую бледность, делая их похожими на ожившие статуи из семейного склепа, которые вдруг решили прогуляться и заодно проверить, как там дела у живых. И все они несли в руках узкие кожаные дипломаты. Никто из них не обратил никакого внимания на наследников, просто прошли мимо, явно куда-то очень сильно спеша.

— Это что за скоробуды? — Кир выгнул бровь, провожая взглядом толпу бескультурных верданов. — Они выглядят так, будто их наняли, чтобы вынести мне смертный приговор, но забыли сказать, за что. И теперь они нервничают, потому что не знают, какой статьей меня припугнуть.

— Это юристы из «Вэрума», — ответил Элиар. — Лучшая фирма Этериона. Они независимая организация и часто работают на Акрополь.

— И у них всех такие лица, как будто они коллективно страдают запорами? — Кир скрестил руки на груди. — Или это у них корпоративная культура такая? «Улыбка — это неуважение к клиенту»?

— Это у них профдиформация, — Элиар посмеялся. — Они не отвлекаются на эмоции.

— Я бы сказал: они не отвлекаются на жизнь, — Кир покачал головой. — Но ладно. Идем. А то отец нам еще одно сообщение пришлет. На этот раз в картинках. Или, что еще хуже, в стихах.

Братья поднялись на этаж, где в конце длинного коридора таился личный кабинет Дариона. Они вошли в помещение с высокими потолками, украшенными изображениями сцен из древних битв. По периметру таилась массивная мебель из темного дерева с инкрустированным серебром и нефритом. Портреты предков на стенах смотрели будто бы с долей укора, и Кир прекрасно их понимал.

Дарион стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на сад. Он даже не обернулся, зато тихо и напряженно бросил:

— Закройте дверь.

После щелчка замка Дарион повернулся. Его свирепый взгляд говорил сам за себя, и Кир ожидал примерно такой реакции на отправленный документы.

— Триста миллионов ларов, — Дарион сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Триста миллионов, которые ушли на подставные счета, на взятки, на личные нужды аристократов. Под моим носом. Циклами. Я подписывал эти бумаги. Я верил этим верданам. Я…

— Отец, — мягко начал Элиар.

— Я не закончил, — перебил Дарион.

Он прошелся по кабинету тяжелым шагом, отдающимся тихим эхом в высоких сводах.

— А Ярели! Эта наглая, бесстыжая девка! Думала, посадит тебя на трон и заберет себе всю власть. Своими истериками и абсолютной некомпетентностью она бы довела планету до самоуничтожения!

— Правила бы Вейна, — поправил Кир. — Это ее план изначально, Ярели просто дурочка, поверившая «подруге». Она бы сделала ее советницей и прислушивалась к каждому слову.

— Доказательств ее вины нет! — Дарион взмахнул рукой. — И пока их нет, Ярели будет нести наказание за все в полной мере. Я сохранил ей жизнь только из уважения за твои старания, — практически сквозь зубы прошипел он.

— Они обязательно будут, — спокойно ответил Элиар с такой уверенностью, что Дарион выдохнул с долей расслабленности.

Равилла сидела на диване и наблюдала за метаниями мужа. Кир обратил внимание, как мелко дрожат ее пальцы, лежащие на коленях.

— Отец, — сказал Кир чуть жестче. — Успокойся. Уже почти два месяца прошло, а ты все продолжаешь распыляться. Обидно, досадно, но ладно. Мне плевать на Ярели, все равно она меня бесила. А те засранцы получат по заслугам и украденные деньги мы вернем. Назначим новый Совет Лордов.

— Он прав, — тихо поддакнула Равилла. — Злость не исправит положения, хоть я и понимаю твои чувства. Я бы никогда не подумала, что настолько невинная девушка, как Ярели, способна на убийство… И это еще одно доказательство: нельзя доверять всем подряд.

Дарион смотрел на сыновей. Затем прошелся до своего длинного стола и опустился в кресло.

— Знаю, — он взял со стола папку с документами, чья секретность настолько высока, что их нельзя хранить в электронном виде. Протянул ее жене, и та перехватила бумаги дрожащими руками.

— На основе имеющихся данных будет сформирована специальная следственная группа, — сипло произнесла она. — С полномочиями проверять любые счета, любые документы, любые контракты.

— Кто войдет в группу? — спросил Элиар.

— Независимые доверенные лица, не пострадавшие от действий аристократов и не связанные с ними. Их возглавил леди Верано. Также леди Серена Ашфорд, глава верховного суда и ее доверенные лица. Финансовые эксперты из нейтральных секторов. И… — она посмотрела на Кира. — Ты, если захочешь.

Кир усмехнулся с долей горечи от осознания предстоящей работы.

— Я подумаю, — устало ответил он.

— Только не тяни. Я понимаю, что ты устал, и, если откажешься, не стану настаивать. Но сейчас у тебя есть дело поважнее… — Равилла перевела встревоженный взгляд на мужа.

Дарион взмахнул рукой, и в воздухе загорелась полупрозрачная пластина, украшенная по краям позолоченными вензелями. Текст был набран изящными символами.

— Это пришло сегодня утром, — с долей напряжения произнес Дарион. — Тебя вызывают в Цитадель Предвечного Свода на личную аудиенцию с Архитекторами.

— Долго же они соображали, — Кир мельком прочитал текст. — Хорошо хоть транспорт пришлют к вечеру, успею вздремнуть…

— Тебе обязательно ехать? — Равилла убрала папку на полку и, подойдя к Киру, взяла его руки в свои. — В Цитадель не приглашают просто так. Ты носитель Ключа… Элиар рассказал нам все.

— Да, я в курсе, — Кир высвободил одну руку, и, подцепив цепочку, вынул из-под одежды Ключ от всех дверей. — И мне нужно к Архитекторам, поэтому я поеду. Стелла и Тейдан отправятся со мной.

— А если с тобой что-то случится? Одно дело — нижние уровни, но это же… Никто даже не знает, где находится Цитадель. Это особое защищенное пространство космоса, куда невозможно попасть просто так.

— В их же интересах обеспечить безопасность Носителя, — Кир сжал ее ладонь в своей. — Не переживай. Я обязательно вернусь когда мы обсудим с ними все детали.

— Я тоже могу поехать, — Элиар подошел ближе. — Присмотрю за тобой, и маме спокойнее будет.

— Нет, — Кир похлопал брата по плечу. — Кто будет аристократов кошмарить вместо меня? Уж припугни их как следует. Ты нужен здесь, правда. Проследи за следственной группой и помоги отцу. Я буду на подхвате, когда вернусь.

— Ладно, — он согласился с долей нежелания.

— Береги себя, пожалуйста, — Равилла заставила себя слегка улыбнуться ему и убрала руку. — Иди, тебе нужно отдохнуть.

— И веди себя там прилично, — добавил Дарион. — Не позорь нашу планету.

— Разумеется, — Кир кивнул. — Они же не сделали ничего, за что я захочу их прижучить…

Эфрон покинул кабинет отца вместе с Элиаром. Стоило отойти немного, тот уточнил:

— Ты действительно собираешься вернуться?

— Разумеется, — лениво отозвался Кир. — Куда ж я денусь? Я слишком устал чтобы кузнечиком скакать по всей вселенной и изображать из себя важную шишку, — юноша слегка ускорил шаг, желая скорее добраться до своих покоев и отоспаться на кровати.

— Кир, — окликнул его Элиар.

Эфрон остановился, поскольку не слышал шагов за спиной. Обернулся через плечо, уловив немного растерянное выражение лицо стоящего поодаль Элиара. Он не понял точно, опечален тот или не уверен в том, что собирался произнести.

— Мне правда жаль, — вполголоса сказал тот.

— В смысле?

— Мне жаль… Твоего брата.

Кир внимательно смотрел на Элиара, совершенно не изменившись в лице. А у самого внутри все перевернулось и сжалось настолько, что хотелось волком выть.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — Кир отвернулся. — Ты мой брат. И ты жив.

Эфрон пошел дальше, быстро пропадая из поля зрения Элиара.

Космодром Этериона вмещал в себя десятки посадочных платформ, сотни кораблей, и тысячи огней, освещающих пространство, заканчивающееся где-то на линии горизонта. Корабль Архитекторов стоял на самой дальней платформе, подальше от любопытных глаз.

— Это че за огрызок вселенского величия? — Кир вопросительно выгнул бровь, уставившись на нечто маленькое и непонятное. Обтекаемая форма напоминала застывшую в полете каплю, мерцающую и переливающуюся всеми оттенками желтого.

«Это самый высокотехнологический, маневренный и быстрый корабль для межзвездных перелетов, — пояснил Люмирен. — Его корпус создан из застывшего света, воплощенного в физическую форму, поэтому и переливается, как Солнце».

— Если мы не долетим раньше, чем мой зад успеет заиндеветь, то корабль точно не лучший, — скептически заметил Кир.

— Хватит ворчать, ты как старый дед, — буркнула Стелла. — Он очень красивый!

— Главное, чтобы он был очень удобным и не развалился в полете. А ворчать я буду столько, сколько посчитаю нужным.

Друзья забрались внутрь через узкий люк, оказавшись в небольшом помещении с прозрачными стенами, а под ногами пульсировали светящиеся нити, растянувшиеся по всей кабине. Кир занял одно из четырех кресел с высокими спинками, стоящими полукругом.

Корабль дрогнул и отрывался от земли, мгновенно оказываясь на орбите. Быстрые перемещения никак не сказывались на сидящих внутри. Кир просто смотрел через прозрачную стену на звезды, которые все тянулись и тянулись до бесконечности.

— Почему нас не телепортировали? — поинтересовался он. — Не проще было бы?

— Не во все точки вселенной можно телепортироваться, — с долей задумчивости отозвался Тейдан. — Есть множество ограничений.

— Например? — уточнила Стелла.

— Расстояние, стабильность пространства, хащитные поля. И, самое главное, чем дальше телепортация, тем нестабильнее канал. Из-за этого произойти может, что угодно. Чем краснее искры — тем опаснее телепортация, чем голубее — тем безопаснее.

— Интересно, — Кир поудобнее устроился в мягком кресле. — Когда Вейна телепортировалась, сияние было бело-золотым, но в нем присутствовали красные всполохи.

— Чего? — Стелла моментально повернулась к нему. — Она что, заходила к тебе?

— Ага, перед арестом Ярели, — Кир прикусил губу, замолчав ненадолго. — А не сказал про это, — продолжил он, не дав Стелле возмутиться, — потому что забыл. Сразу после этого я сел за документы, а потом вылетело из головы.

— Как вообще можно было забыть, что приходила девушка, которая пыталась убить Элиара? — Стелла сама не заметила, как повысила голос из-за разрывающего изнутри возмущения. — Что она от тебя хотела?

— Я был занят, — Кир устало прикрыл глаза. — Мы немного поговорили. Ей, кажется, было весело наблюдать за всеми моими кошками-мышками… Она хотела посадить меня на трон и руководить через Ярели. Еще выяснил, что она не верданка.

«И спалил сам себя, что, вообще-то, он тоже», — добавил Люмирен, отчего Стелла уставилась на друга с нескрываемым праведным гневом в глазах.

— У тебя чувства самосохранения вообще нет что ли? — прошипела она сквозь зубы. — И как же ты определил, что она не верданка?

— У нее сердце билось.

— Сильно сомневаюсь, что ты провел медосмотр…

— Ну, — Кир лениво поднял веки, встретившись с встревоженным взглядом подруги. — Она меня поцеловала. Я ответил. Ничего особенного, просто маленькое разоблачение.

— Ты совсем дебил?! — Стелла аж вскрикнула, из-за чего Тейдан покосился на нее, как на сумасшедшую. — А если бы она тебя убила?!

«Я ему то же самое сказал», — поддакнул Люмирен.

— Да расслабься, а, — Кир прикрыл одно ухо ладонью. — Не убила бы. Вейна пришла узнать, кто я такой. Ее любопытство было куда сильнее желания мстить за сорванный план. Тем более, я не специально ей малину испортил, и она прекрасно это понимала.

— А тебе не кажется, что это куда хуже смерти?! Ты рассекретил ее поцелуем, но и себя подставил! А если она из араксов?! Ты хоть представляешь, кому дорогу перешел?!

— Если она из араксов, — голос Тейдана прозвучал немного тревожнее, — тогда ситуация сложнее. Обычно именно они используют золотые искры — это признак наилучшей аппаратуры телепортации, встроенной прямо в тело. Эту технологию невозможно определить в биологическом организме из-за мимикрации. Проблема в том, что она крайне редка и дорога, поэтому дается исключительно агентам особого ранга с крайне важными заданиями. Раз араксы хотели получить влияние на правящую семью Этериона, а ты нарушил их планы, это действительно плохо.

— Ну и че они мне сделают? — Кир вздохнул. — Пошлют Вейну обратно чтобы она засосала меня насмерть?

— Это не смешно! — Стелла всплеснула руками. — Она в любом случае вернется на Этерион, для нее это станет делом принципа! Пока нет доказательств ее вины, устроить может там, что угодно!

— Ну, это мы еще посмотрим, — Кир цокнул языком, отвернувшись. — Я предупредил ее, чтобы не связывалась со мной. Для меня это тоже дело принципа. Я не позволю какой-то кучке наемников-жадюг заграбастать себе мою планету.

— Вступать с ними в конфликт — не лучшая идея. Ты не понимаешь масштабов, — Тейдан выдохнул с долей усталости. Голова начинала болеть от одной мысли о том, сколько же проблем способен нажить себе этот дурак за пару минут мнимого одиночества.

— Да плевать. Давайте о насущном думать! — Кир закинул ногу на ногу. — Во-первых, корабль — говно, мой зад уже затек. Во-вторых, у нас есть проблемы куда более насущные, чем абстрактно-недовольные мной араксы…

Корабль вынырнул из гиперпространства, и друзья увидели за иллюминаторами Цитадель Предвечного Свода во всей своей красе. Кир ожидал увидеть какую-то космическую станцию или планету, но не как не то, что предстало перед его взором.

— Твою ж наноплесень, — выдохнул Кир, подрываясь с кресла и практически прижимаясь лицом к стене.

Из космической тьмы поднимается колоссальный многоярусный город, являющийся одновременно планетой и целой обителью. Нижние уровни уходили вниз в пустоту, как перевернутые соборы, превращенные в опорные террасы. Выше раскинулось плотное, почти непрерывное скопление башен, аркад и мостов, сросшихся в единую вертикальную конструкцию. Арки переходили в шпили, шпили в мосты, мосты в кольцевые платформы, висящие в вакууме так же уверенно, как если бы опирались на твердую землю.

— Это похоже на город из сна, — прошептала Стелла. Она неотрывно смотрела на удивительный белокаменный город из дворцов, садов и золота. В светлых глазах отражалось легкое желтоватое мерцание — результат работы маскировочного поля, делающего Цитадель невидимой для обычных сенсоров и телескопов.

— Это похоже на «Город Бога», который на моей планете фотошопом признали, — пробормотал Кир себе под нос.

— Ни одна из существующих технологий неспособна обнаружить и, тем более, сфотографировать Цитадель, — Тейдан подошел с другой стороны. Несмотря на его достаточно равнодушный вид, пальцы плотно сжимались на черной ткани рукавов.

Корабль медленно приближался к Цитадели. Они пролетели сквозь внешний периметр защиты, и Кир почувствовал, как по коже пробежал холодок — это «Симфонический барьер» сканировал их. На секунду мир стал призрачным и нереальным, будто их везли не сквозь само время. А затем барьер пропустил их, и корабль вошел в специальный узкий коридор, ведущий прямо в сердце города.

Они приземлились на одной из платформ — массивной, круглой площадке из белого камня, окруженной высокими колоннами в виде древних богов и неизвестных существ. Вокруг сновали редкие фигуры в одинаковых серых мундирах, не обращая на прибывших никакого внимания.

— Добро пожаловать в Цитадель Предвечного Свода, — высокий мужчина в белоснежном балахоне дежурно улыбнулся новоприбывшим в попытке изобразить дружелюбие. — Следуйте за мной.

Кир промолчал. Демонстративно поправил мантию, словно его королевское одеяние играло здесь хоть какую-то роль, и первым пошел следом.

Они минули несколько длинных коридоров с высокими потолками, на которых раскинулись звездные карты. Стены были сложены из неизвестного камня, излучающего мягкое сияние, и в них иногда пульсировали золотистые нити.

«Что-то мне кажется не к Архитекторам нас ведут», — Кир осматривался по сторонам с долей опасения, словно прибыл в ловушку.

«Скорее всего на досмотр. Базовый протокол безопасности, — ответил Люмирен. — Я временно войду в спящий режим, иначе системы меня вычислят. Скажи «просыпайся» когда проверка закончится».

Кир лишь вздохнул. Люмирен оказался прав: их привели в досмотровый пункт, находящийся в большом круглом зале. В центре стояла голографическая панель, а вокруг нее парили десятки голубоватых кристаллов. За панелью сидел клерк — еще один бесстрастный тип в белом балахоне. Но, кажется, он был просто уставшим и Кир его максимально понимал.

Стоило ему нажать на кнопку, кристаллы встрепенулись. Они метнулись к гостям, закружили над их головами подобно живым созданиям. Их полупрозрачные лучи касались прибывших, и все останавливались на ключе, висящем на шее Кира.

— Носитель Ключа, — произнес клерк совершенно безразлично. — Вам вход разрешен по умолчанию.

— Удобно, — хмыкнул Кир. — А как же протоколы безопасности, все дела?

— Система избрания Носителей исключает подозрительных личностей и является самой достоверной из всех систем безопасности.

Кир лишь пожал плечами. Он остался в стороне, наблюдая, как кристаллы роились вокруг Стеллы, просвечивая ее со всех сторон. Следом раздался мелодичный звон, подобный удару колокола.

— Вэл'Ар, — произнес клерк, считывая данные с экрана. — Личность подтверждена. Стелла Ар-Вин. Жительница планеты Вирон. Статус: беженка.

— Беженка? — переспросила Стелла.

— Ваша планета числится в реестре пропавших без вести. Это автоматический статус для всех, чей мир уничтожен или перемещен.

Стелла промолчала. Покосилась на Тейдана, уже захваченного в сканирующие лучи. За все время общения с ним было любопытно узнать, кто же он такой. По крайней мере, с учетом возраста, определенно из высокоразвитых рас.

Центральный кристалл вспыхнул багровым сиянием. Семь малых закружились с бешеной скоростью, издавая сплошной звон, режущий слух — сигнал тревоги, разлетевшийся по залу. Они отпрянули от Тейдана, словно от огня, а тот лишь вздохнул, будучи совсем не удивлен.

— Личность не опр-ределена, — голос мужчины тревожно дрогнул. — Раса… р-раса… Аракс…

Стелла уставилась на Тейдана с приоткрытым ртом, не зная, как реагировать. Ноги сами двинулись, и она сделала несколько шагов назад, практически вжимаясь спиной в Кира. Тот придержал ее за плечо и подался в сторону.

— Т-ты… — дрожащими губами прошептала Стелла.

— По протоколу безопасности араксам запрещено ступать на территорию Цитадели, — произнес сопровождающий их мужчина.

Раздался громкий топот, а следом зал наполнился десятками вооруженных охранников в блестящих легких доспехах с золотыми вставками на груди.

— Не двигаться, — произнес один из них немного роботизированным голосом — из-за динамика, встроенного в сплошной шлем.

Тейдан и не собирался двигаться. Он обвел взглядом всех присутствующих, словно оценивал, скольких успеет убить до первого попадания энергопули в тело. Куда успеет спрятаться до прибытия подмоги. И сколько минут ему осталось жить в этих стенах…

— Он со мной, — Кир сделал несколько шагов навстречу Тейдану, взмахнув рукой в сторону. — Опустить оружие!

— Это не имеет значения, — произнес сопровождающий. — Таковы правила. Вы, как наследник престола, должны знать, насколько араксы опасны.

— Я знаю, — отрезал Кир. — И Вы знаете, кто я. — Я — Носитель Ключа, и меня сюда пригласили. Я взял с собой доверенных лиц по личному разрешению Архитекторов. Если вы арестуете его, то я уйду вместе с ним. И тогда объясняйте Архитекторам сами, почему их гость оскорбился и не захотел почтить достопочтенных правителей своим присутствием.

Сопровождающий переглянулся с клерком.

— Не мы пишем правила и не нам принимать решение. Я доложу, и, если Архитекторы согласятся, аракс сможет пройти.

— Так докладывайте.

Мужчина коснулся пальцами виска и зашептал что-то невнятное, совершенно неразборчивое. Он стоял так несколько минут, вслушиваясь в телепатическую связь. А затем произнес:

— Пропустить по личному разрешению Архитектора Гармонии.

Охранники встали по стойке смирно и, развернувшись, пошли прочь. Алые кристаллы вмиг перестали сиять, а сопровождающий молчаливо указал на широкую арку. Они прошли следом за мужчиной в длинный светлый коридор.

«Просыпайся. У нас тут веселье. Тейдан аракс, хотя мне абсолютно фиолетово. Главное, чтобы Стелла в обморок не грохнулась», — Кир покосился на бледную девушку.

«В смысле, аракс?! — Люмирен аж крикнул так, что у Кира голова заболела. — Вот так новость. Я заинтересован куда больше, чем напуган… Никогда не видел араксов».

— Ты… — Стелла старалась держаться подальше от него, но пространство не особо позволяло.

— Я действительно аракс, но также — финис, — Тейдан не смотрел ни на нее, ни на Кира. И в этой отстраненности Стелла отчетливо видела некую печаль. — Капитан специальной группы спецслужб.

— Ты создавал «призраков»… — одними губами прошептала Стелла.

— Это всегда была крайняя мера. Чаще — рушил социальные связи специальным прикосновением. Оно делает индивида невзрачным и неавторитетным, но позволяет вести среднестатистический образ жизни.

— Только вот ты почему-то здесь, с нами, а не там, — Кир все еще не выглядел впечатленным, хотя должен был.

— Произошел весьма… Странный инцидент, из-за которого я стал предателем. Позже понял, что другая жизнь мне нравится больше, и решил не возвращаться. К тому же, мне бы не поверили. У всех араксов есть четкий приказ: убить меня при первой же возможности при встрече, — Тейдан пересекся взглядом с Киром. — Отсюда вопрос…

— …Почему Вейна не убила тебя? — губы Эфрона растянулись в легкой ухмылке. — Какая любопытная девушка. Прямо-таки загадка во плоти…

— Да ты заинтересован в ней, — буркнула Стелла.

— Ага, должен же я собрать больше информации о гипотетическом противнике. Она мне новую партию обещала. Вот уж с кем поиграть будет интересно, так это с настолько умной девушкой, — Кир прикусил нижнюю губу. — Слышь, а вы не знакомы случайно?

— Никогда не видел, — Тейдан мотнул головой. — Но она определенно одна из лучших агентов.

«Прошу прощения за вмешательство в эмоционально дисбалансный разговор, но давайте все успокоимся? — голос Люмирена прозвучал одновременно в головах всех троих. — Мы провели достаточно времени с Тейданом чтобы быть уверенными в нем. По крайней мере, он спас нас. И мы должны помочь ему не только из благодарности за это. За этим мы сюда и прибыли. Архитектор Теней — первоочередная цель. Нужно проверить, действительно и он замешан в клевете».

«Люмирен прав, — Кир свернул следом за сопровождающим. — Аракс он или нет — значения не имеет. Давайте сосредоточимся на насущном».

«Знаю, — отозвалась Стелла. — Прости, я слишком остро отреагировала. Просто, сам понимаешь, меня с детства вами пугали…»

«Я действительно могу быть страшным, но только для тех, кто идет против меня, — ответил Тейдан. — Все в порядке. Благодарю за доверие».

Они вышли на широкую террасу, с которой открывался вид на Кольцевой город. Белые и золотые стены, широкие террасы с живыми растениями, парящие фонари, мягкие ковровые дорожки. Город имел правильную, почти геометрическую планировку: круги, квадраты, шестиугольники, но ее смягчали округлые углы зданий, парки и фонтаны.

Вдалеке виднелась Плаза Решений — огромное открытое пространство из белого камня, в центре которого возвышался Монумент Согласия: сложная скульптурная группа из серебра и света, символизирующая единство разных рас. Высокие стройные фигуры замерли с поднятыми к сияющему космосу руками.

Ребята следовали за сопровождающим по широкой лестнице из прозрачного кристалла, под которой пульсировали голубоватые огни. Поднимаясь, Кир видел, как под его ногами открываются террасы с садами, парящие фонтаны, хрустальные мосты, соединяющие башни. Стоило добраться наверх, перед ними предстали высокие двустворчатые двери с изображением звездного неба.

Сопровождающий остановился.

— Зал Совета, — он указал ладонью веред. — Архитекторы ждут вас.

В Зал Совета они вошли совершенно с другой стороны, избежав длинный путь по бесконечным коридорам внутри здания. Кир задрал голову, оценивающе окинув взглядом бесконечную ротонду, уносящуюся в бескрайний космос.

— Добро пожаловать в Цитадель Предвечного Свода, — Архитектор Гармонии вальяжно сидел в своем кресле, и Кир как никто другой понимал, почему. Он выглядел как самый главный, и это считывалось по одной только позе. Хоть тот и находился достаточно высоко, чужое любопытство чувствовалось достаточно отчетливо. — Я — Архитектор Гармонии, Лиаран Аверисс.

«Почему-то он напоминает мне эльфийского принца из дешевого ромэнтези, а взгляд — как у налогового инспектора, который знает, что ты скрывал доходы последние три года. Жуть», — Кир даже дежурную улыбку из себя не выдавил. Зато успел понадеется, что тот мысли не читает.

— Слева от меня Архитектор Жизни, Кхаш Торр.

«Ну и имечко, — заметил Кир. — Он что, постоянно кашляет? Такой себе врач, наверное. Хуманизация чиха…»

Кхаш Торр слегка склонил голову в знак приветствия, но на его спокойном лице с мягкими чертами не отразилось и толики улыбки. Зато во взгляде читалась вековая усталость, какая бывает у врачей после тяжелой смены.

— Архитектор Стихий, — продолжил Лиаран, — Фьяра А'Шар.

— Приветствую вас! — веселый голосок девушки прозвенел в зале с искренним восхищением. Ее полупрозрачное тело, сотканное из тумана, находилось в постоянном движении, как и черты лица, постоянно меняющиеся. Она смотрела на гостей с любопытством, как на редких насекомых, но при этом не менее значимых.

— Архитектор Разума, Цвирра Эр-Су-А.

Женщина сидела неподвижно, а ее фарфоровое лицо не выражало ровным счетом ничего. Она просто смотрела на гостей, совершенно не моргая, словно видела не их, а нечто большее.

— Архитектор Пространства, Шеор Квеллантис.

Шеор чуть наклонил голову. Его длинная шея и серебристая кожа делали его похожим на изваяние древнего бога или одну из статуй, наполняющих Цитадель. Он рассматривал гостей так, будто измерял расстояние между ними в пространстве и во времени.

— Архитектор Теней, Эл'Карис Твел'Нор-Ран.

Из всех присутствующих мужчина с черной лентой на глазах выглядел наименее странным, да и куда более безучастным. Он просто сидел, даже не повернув головы в сторону присутствующих.

— Архитектор Истины, Марварон Мирранд-Ман.

Старик даже сидя продолжал опираться на посох, выглядящий таким же старым, как вся Вселенная. Он единственный улыбнулся гостям, достаточно криво, зато как-то по-доброму.

— Мы рады вашему визиту, достопочтенный Носитель и его спутники, — уголки губ Лиарана приподнялись в мягкой полуулыбке, и в столь обыденном жесте Кир заметил нечто темное. Словно тот пытался скрыть за дружелюбием иные мотивы, и именно это заставило его расслабиться.

— Благодарю достопочтенных Архитекторов за приглашение. Побывать в Цитадели — огромная честь для нас, — Кир произнес это достаточно спокойно и ровно. Не так, как этого ожидала Стелла, уже готовая плюхнуться на колени от одного вида столь грандиозного зала.

— Вы знаете, зачем мы пригласили Вас, — Кхаш опустил взгляд на грудь Кира, где кулон висел слишком показательно. — Ключ от всех дверей…

— Верно, — Кир кивнул. — Он у меня уже где-то месяца два. Даже чуть больше. И все в порядке. Я использовал его всего раз, и решил больше не трогать. Сами понимаете, открыть дверь в нужное мне место не получается.

— Ключ действительно не подчиняется Носителю, — Фьяра взметнулась со своего места, касаясь пальцами резной каменной спинки. Ее полупрозрачное тело стало еще менее осязаемым и заметным. — И это не игрушка. Он способен открыть двери, которые ни при каких обстоятельствах открывать нельзя!

— А я и не играюсь, — Кир отозвался достаточно спокойно чтобы призрачная энергия немного сгустилась и обрела более заметные формы. — Больше не пытался его использовать, мне хватило одной проверки работоспособности. Просто ношу в качестве украшения.

— И это уже проблема, — Марварон провел сухими жилистыми пальцами по длинной бороде, касающейся пола платформы. — Ключ притягивает внимание тех, кому необходим, а Вы, В Чьих Жилах — Исток, абсолютно безрассудно продемонстрировали его в прямом эфире.

— Во Вселенной существует множество похожих друг на друга артефактов. Нет гарантии, что мой — подлинный.

— Верно, но те, кто захочет проверить, всегда найдутся. Именно поэтому существует одно неизменное правило: Арк-Висы предоставляют Носителю шанс получить Сферу ради собственной сохранности.

— И мизерный шанс пройти вивисекцию Узора живым, — добавил Кир. — Знаю. Я отказал им.

Архитекторы переглянулись. Стелла лишь открыла рот, так и не найдя слов для выражения эмоций. Невольно вспомнилось, с каким трудом ей удалось попасть к ним и сколько боли вытерпеть ради своих целей… А тот, кому на блюдечке предоставили такую возможность, просто послал Вселенскую силу в далекие дали. И стоял сейчас перед правителями космоса без трепета или маломальского уважения.

«Когда ты успел там побывать и почему не сказал раньше?» — уточнил Люмирен с долей недовольства.

«Они выдернули меня перед Церемонией, между двумя ударами сердца. Это не настолько важно, и я просто забыл. Плевать я на них хотел, честно».

«У меня даже неприличные слова закончились…»

«Пополни словарь. Тебе надиктовать?»

Заливистый смех Архитектора Гармонии разлетелся по залу, отражаясь эхом в высоких сводах ротонды. Он смахнул подступившие слезы, шумно выдохнул.

— Отказать Арк-Висам! — из его груди вырвался еще один смешок, чуть более нервный. — Занимательный Вы юноша, Кириан… Отчего же приняли такое решение?

— Чтобы не умереть мне достаточно одной вещи, — Кир поднял руку с множествами перстней из белого золота, и постучал себя по виску. — Анализа происходящего. А на случай физической опасности у меня есть Тейдан.

— И Вы доверяете араксу? — мужчина подался вбок, навалившись на край кресла. Он поставил локоть на подлокотник и подпер голову. Его золотые глаза впились в юношу внизу с долей любопытства.

— Я доверяю своему другу, — ответил Кир. — А его раса значения не имеет.

— Резонно… — он взмахнул пальцем, и огромные двери позади ребят открылись сами. — Вы устали после длительного перелета. Сопровождающий отведет Вас в покои. Мы продолжим наш разговор позже.

— Благодарю за понимание, — спокойно отозвался Кир, а сам улыбнулся дежурно, но совершенно недобро.

Стоило гостям покинул зал, Архитектор Гармонии поднялся с кресла. Он спустился по полупрозрачным ступеням, возникающим под его ступнями, и покинул помещение, не обронив и слова. Золото-персиковая накидка с широкими рукавами, разрезанными до плеч, струилась за ним по светлым коридорам, отливая глубоким фиолетовым оттенком.

Добравшись до двери в свой кабинет, он остановился, услышав немного тревожный голос Фьяры:

— Лиаран, — девушка зависла не так далеко от него. — Зачем ты оставил их здесь? Мы могли поговорить чуть дольше и вернуть их обратно. Ты даже не придумал аргумент для Совета.

— Я возглавляю Совет, и аргументы мне ни к чему, — его тонкие пальцы коснулись витой ручки. Единственной ручки в Цитадели, где все двери были автоматическими.

— Я не понимаю…

— Тебе не обязательно понимать, — с долей сладостной ласки произнес он, и каждый раз, когда тот начинал говорить настолько по-доброму, ее тело рябило от напряжения. — Кириан… Любопытный юноша. Я хочу проверить, что произойдет, если он останется здесь чуть дольше.

— Это неразумно. Он — никто и ничто по сравнению с…

— Никогда не смей недооценивать умных существ, — перебил тот. — А Кириан действительно умен. И этот ум — его самое сильное и опасное оружие.

Лиаран опустил ручку, пропадая за дверью своего личного кабинета. Стоило войти внутрь, стены вспыхнули приятным для глаза сиянием. Он опустился за длинный массивный стол из настолько черного камня, что тот казался вырезанным из пространства силуэтом.

Архитектор Гармонии взмахнул пальцами, активируя большой полупрозрачный экран. На нем высветились два досье. На фотографиях находились два совершенно одинаковых человека, и разница была исключительно в весе. Губы мужчины растянулись в легкой улыбке, таящей в себе хорошо спрятанное любопытство одновременно с тысячами противоречивых мыслей.

— Зачем же ты потребовал приглашения, Кир Эфрон? — практически неслышно прошептал Лиаран, и слова утонули в тишине пустого кабинета.

«Ты уверен, что это сработает?» — Тейдан сидел в кресле, неспешно попивая приготовленный для него чай с булочкой. За время полета он действительно сильно устал, и двигаться совершенно не хотелось, как и разговаривать. Больше всего радовало, что Люмирен смог подключить их чипы в единый чат, минимизировав риск оказаться прослушанными.

«Разумеется, — Кир лежал на огромной кровати в своей гостевой комнате, находясь в гордом одиночестве. — Не важно, человек он или кто еще — когда на хвост наступают, паника начинается. А семя тревоги нам как раз посеять и надо».

«Меня больше напрягает, зачем нас оставили тут на неопределенное количество времени», — Стелла спокойно сидела за столом в своей комнате, листая экран с новостями. При этом не покидало ощущение, словно за ней наблюдали. Что, вероятно, так и было.

«Это уже вопрос второстепенный. Какие бы у них ни были мотивы, это нам на руку, — Кир прикрыл глаза. — Просто сделаем то, что должны».

Следующие несколько дней в Цитадели прошли как во сне. Кир просыпался в своих покоях: огромной, светлой комнате с панорамными окнами, выходящими в открытый космос, — и завтракал прямо с видом на звезды. Иногда задумывался, каким Макаром вообще оказался во все это впутан, но все подобные вопросы носили риторический характер. А затем он надевал королевские одежды и шел к друзьям.

Они, предоставленные самим себе, бродили по всему Небесному городу. Гуляли вокруг многочисленных башен с внешними лестницами и парящими садами, иногда общались с местными жителями. И сотрудниками, по совместительству. Несмотря на то, что сопровождающий с ними не ходил, Люмирен предупредил сразу: здесь достаточно камер, следящих за каждым их шагом. Да и система Цитадели оказалась настолько сложной, что ему приходилось ломать голову, как проникнуть в нее незамеченным.

Стелла фотографировала все подряд: фонтаны с водой, текущей в обратном направлении; статуи великий существ, ставших для многих народов Богами; кристаллы, мерцающие в такт невиданным ритмам самого космического города; шпили Архива Эха, где Архитектор Истины хранил все важнейшие и древнейшие магические трактаты.

Тейдан, в отличие от нее, не особо восторг показывал, хотя невольно засматривался на живописные витражи.

В Кольцевой город их пропустили без проблем, и вот уже там стало куда оживленнее: целая куча народа в разноцветной униформе сновали туда-сюда, напомнив Киру муравьев. И это место донельзя походило на нижние уровни… Только в обертке посимпатичнее.

— Скажите пожалуйста, — Стелла подошла к женщине, спешащей мимо. — Архитекторы правда будут с нуля перепроверять дело Безликого Созерцателя?

— Что? — та остановилась, и моргнула прозрачными веками. — Не слышала ничего подобного.

— Правда? — Стелла вскинула брови. — Я от садовников слышала, якобы нашли какие-то нестыковки и решили перепроверить все с самого начала. Понимаете, больная тема. Хочется узнать подробности…

— Извините, мне ничего об этом неизвестно. Если так, значит, скоро объявят официально.

— Ладно, спасибо.

Кир проводил женщину взглядом, а затем пересекся им со Стеллой. Они просто пошли дальше, оставив позади Тейдана, разговаривающего с невысоким мужичком на ту же тему.

«Вы слышали? Архитекторы нашли новые доказательства против Безликого Созерцателя!»

«Дело будет пересмотрено в кратчайшие сроки».

«Говорят, поймали кого-то важного!»

«А мне тут вышестоящий шепнул, якобы какие-то нестыковки в доказательствах, их на повторную экспертизу отправят».

Слухи разрослись настолько быстро, что достигли Небесного город всего за несколько дней. Все немногочисленные сотрудники обсуждали возможную скорую поимку главного преступника, и строили догадки, кем же тот может быть и какие у него мотивы.

И именно один из таких разговоров долетел до Архитектора Теней во время обыденной прогулки — он любил блуждать по коридорам Центральной Обители с настолько задумчивым видом, что от него все работники шарахались.

Эл'Кайрэн свернул за угол и остановился, услышав тихий разговор, долетевший до его чувствительного слуха:

— Ты слышал? — восторженно шептала женщина средних лет, покачивая длинными щупальцами-волосами. — Архитекторы хотят пересмотреть дело Созерцателя! Как же я надеюсь на новые зацепки. Раз нашли нестыковки, точно что-то поменяется. Моя подруга до сих пор на связь не вышла… Надеюсь, она все еще жива.

— Да что там пересматривать? — устало отозвался ее коллега с темно-синей кожей. — Все материалы тщательно проверяются, там ошибок быть не может.

— Я не знаю, какие там нестыковки и в чем, просто слышала! Это не важно. Важно то, что дело сдвинется с мертвой точки.

Эл'Кайрэн сделал шаг назад, оказываясь в тени высокой колонны. Сердце предательски пропустило удар и замерло так, что боль разлилась по всему телу. Он нервно сглотнул, попытавшись мыслить логично: каждодневные собрания посвящались совершенно другим вопросам. Несмотря на это, оставлять все на самотек идея тоже не самая лучшая.

Архитектор Теней шагнул в тень, исчезая в ней. Он появился внутри своего кабинета, и автоматическая система моментально заблокировала замок на двери.

Мужчина закрыл ладонями глазницы, спрятанные под плотной тканевой повязкой и подался вперед. Судорожно выдохнул. Он провел кончиком языка по пересохшем губам и, собравшись с мыслями, бросился к своему столу.

— Гао, — произнес тот немного натужно. — Включи системы.

«Добрый день, Архитектор Теней, — прозвучал ответ виртуального помощника. — Над каким делом работаем сегодня?»

— Выведи все документы, касающиеся Безликого Созерцателя, — он скользнул пальцами по краю темного стола, огибая его, и опустился в массивное кожаное кресло.

Перед ним зажглись несколько фиолетовых экранов. А на них — отчеты, справки, показания свидетелей, данные экспертиз. Он быстро касался определенных файлов, перетаскивал прямо в воздух, заставляя их повиснуть вокруг себя, подобно звездам. Остальные — смахивал в сторону, убирая прочь.

— Удалить выбранные документы и очистить трехфакторную систему уничтожения.

«Для полного безвозвратного удаления документов из личного архива требуется подтверждение личности. Пожалуйста, приложите руку к сканеру».

Он прислонил ладонь к панели, и та сверкнула зеленым.

«Личность подтверждена. Начинаю удаление».

Документы исчезали один за другим, не оставляя от себя и следа. Эл'Кайрэн чувствовал, как файлы, размеренно кружащие вокруг, пропадают, но сердце продолжало биться также быстро.

— Быстрее, — прошептал он.

«Удаление продолжается».

— Я сказал: быстрее! — Архитектор Теней прикрикнул на систему, ударив дрожащей рукой по столешнице. Словно это могло ему хоть как-то помочь.

«Скорость удаления ограничена системой безопасности. Пожалуйста, подождите».

Он сжал кулаки, отчего ногти впились в ладони.

— Гао, — практически сквозь зубы прошипел Эл'Кайрэн. — Заблокировать доступ к делу Созерцателя для всех, кроме меня.

«Доступ к делу Созерцателя заблокирован. Разрешение на доступ имеют: Архитектор Теней».

— Хорошо, — он выдохнул, но этот выдох был больше похож на отчаянный всхлип. — Хорошо…

Эл'Кайрэн откинулся на спинку кресла, медленно разжимая заиндевевшие пальцы.

— Сообщи мне, если кто-то запросит доступ к делу…

«Принято».

Архитекторы заняли свои места. Очередное собрание проходило в привычной обстановке, но на этот раз чувствовалась тень напряжения, скользящая по всему залу.

— Уважаемые Архитекторы, — Лиаран опустил кисти на колени, отчего все насторожились. Когда он так делал, значит, предстоящая тема беспокоит его особенно сильно. — Я собрал вас внепланово чтобы обсудить весьма любопытную ситуацию… Слух, ходящий по Цитадели уже около недели.

— Здесь ходит множество слухов, — Шеор поправил металлические накладки на плечах, и те издали тихое гудение от малейшего прикосновения к ним. — Если бы мы обсуждали каждый из них, еще и жертвуя нашими выходными, тогда работали бы без продыху.

— Каждый слух имеет под собой основу, — запротестовал Марварон, а затем глухо закашлялся. — Так, о чем же идет речь?

— Сотрудники уверены, якобы дело Созерцателя будет пересмотрено ввиду найденных несостыковок, — продолжил Лиаран все также безмятежно, словно происходящее его совершенно не касалось. — Боюсь, такими темпами мы потеряем контроль над происходящем и слухи выйдут за пределы Цитадели…

— Кто распространяет подобную чуть?! — Эл'Кайрэн ударил кулаком о широкий подлокотник. — Это просто нелепо. Мы относительно недавно давали официальное объявление о продолжении расследования в том же темпе.

— Кто знает? — Лиаран беспечно пожал плечами. — Неизвестно, откуда точно пошел слух: некоторые уверяют, якобы, от наших приближенных слуг, другие — с Фундаментального города. Никто из сотрудников не имеет доступа к делу Созерцателя. А те, кто имеет — не являются работниками Цитадели.

— В таком случае, я не вижу причин для беспокойства, — Эл'Кайрэн откинулся на спинку кресла. — Те, кто осведомлен, — верхи Безгласных Клинков. Даже если бы они прибыли сюда, не стали бы болтать. Особенно недостоверную информацию. Это просто сплетни.

— Обычные сплетни не оставляют недавние действия в системе, — Лиаран взмахнул рукой, и меж креслами раскинулась огромная проекция с системными данными.

Фьяра медленно опустилась в кресло, а полупрозрачное тело стало плотнее. Практически осязаемым. Она обменялась с Шеором недоуменным взглядом, подмечая, как его неестественно длинные пальцы поджались. Цвирра же медленно, практически роботизировано, повернула голову в сторону Эл'Кайрэна.

— Логи удаления файлов и блокировка доступа к делу Созерцателя при распространении слухов не похоже на совпадения, — безэмоционально произнесла она. — Объясните свои недавние действия.

— Вы смеете подозревать меня в чем-то? — уголки губ Архитектора Теней дрогнули в едва уловимой полуулыбке. — Разумеется, это не совпадение. Услышав слухи, я обеспокоился из-за возможного взлома системы. Просканировав ее и не обнаружив ничего подозрительного, решил на всякий случай обеспечить дополнительную секретность расследованию. Безгласные Клинки ведут дело под моим руководством. То, что доступ есть исключительно у меня — не преступление.

— Тогда зачем удалили файлы? — Лиаран подпер голову кулаком, расслабленно рассевшись в кресле.

— Это были шаблоны отчетов, представленных на собраниях. Просто лишние файлы, не имеющие ничего общего с важной информацией.

— И Вы не сочли нужным предупредить об этом нас? — поинтересовался Кхаш с долей недоверия. — Действия Созерцателя касаются каждой сферы жизни, за которые мы отвечаем. И мы имеем право знать о происходящем.

— Я и не утаиваю информацию, — запротестовал Эл'Кайрэн. — Вы можете запросить информацию к необходимым файлам. Лучше обезопасить расследование, чем позже сожалеть.

— Тогда давайте посмотрим вместе, — Лиаран щелкнул пальцами, и вокруг кисти появились сияющие золотые искры. Они метнулись к экрану, заставляя данные измениться на схемы, графики, лог-файлы. Тысячи строк информации, которые текли перед глазами Архитекторов подобно бесконечной реке.

Каждое слово отражалось в груди Архитектора Теней сильным ударом сердца. Он поджал пальцы, впиваясь ногтями в ладони.

— Это логи всех удаленных файлов, — продолжил Лиаран. — Экспертизы предоставленных Созерцателем материалов. Те самые, которые позже были признаны фальшивкой…

— Как я сказал ранее, — Эл'Кайрэн слегка повернул голову в сторону Лиарана, — я чистил старые файлы, засоряющие систему. Они содержали ошибки, а отчеты без них уже официально запротоколированы.

— Согласитесь, Ваши действия на фоне слухов выглядят неоднозначно, — Шеор постукивал пальцем с острым когтем по краю подлокотника.

— Я бы сказала, странно, — добавила Цвирра.

— Коллеги, — Лиаран обратил на себя внимание, одарив присутствующих своей привычной улыбкой, вызывающей у всех желание скорее уйти. — Я никого не обвиняю, и всего лишь пытаюсь выяснить все подробности. Отчеты — дело понятное, они всегда составляются в несколько этапов по определенным шаблонам. Предоставленные доказательства — вопрос иной. Это видео и фото материалы, а также медицинские отчеты по Каменной Немой…

— Эти материалы — фальшивка, — Эл'Кайрэн закинул ногу на ногу, слегка покачивая носком высокого сапога. — Нет никакого смысла хранить доказательства, снятые на съемочной площадке с использованием искусственного интеллекта.

— Здесь могу согласиться, — несмотря на слова Кшаха, произнес это он с долей задумчивости и нерешительности. — Подтверждений существования Каменной Немой нет.

— А что насчет показаний свидетелей? — уточнил Архитектор Гармонии.

— Они были признаны недостоверными.

— Кем?

— Экспертной комиссией.

— Которая была назначена Вами, — заметил Марварон.

— Которая была назначена Советом, — поправил Эл'Кайрэн. — Мы все принимали участие в отборе кандидатов.

— Но они работали под Вашим контролем, — Фьяра вновь воспарила, и от резкого движения подол платья всколыхнулся, а длинные волосы разлетелись полупрозрачными паутинками в разные стороны.

Эл'Кайрэн сглотнул немного нервно, собираясь с мыслями. Как на зло в голове образовалась сплошная пустота.

— Я действовал в рамках своих полномочий, — ровным голосом ответил он.

— И в рамках своих полномочий ты уничтожил документы, которые могли бы повлиять на ход расследования? — Цвирра не изменила положения тела за весь разговор, и каждый раз от нее непоколебимости по коже присутствующих бежали мурашки.

— Если бы они могли повлиять на ход расследования, давно были бы включены в дело. Но их признали ложными, посему это просто мусор.

— Я не буду настаивать на расследовании произошедшего, — Лиаран слегка подался вперед, словно пытался рассмотреть реакцию Эл'Кайрэна внимательнее. — Но все документы должны быть восстановлены. На всякий случай.

— Это невозможно, — ответил Архитектор Теней. — Все документы были удалены вместе с их копиями.

Фьяра замерла, и даже энергия, колеблющаяся внутри ее оболочки, замедлила свое течение. Она поджала губы, наблюдая, как коллеги притихли.

— Зачем Вы уничтожили копии? — несмотря на спокойствие, в голосе Лиарана прозвучало нечто более жесткое.

— Потому что я удалял все ненужные данные.

Архитектор Гармонии выдержал длительную паузу. Смотрел на него настолько долго, что Эл'Кайрэн чуть отклонился назад. Его спина, такая прямая еще минуту назад, чуть согнулась.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я принимаю Ваши объяснения. Но, — Архитектор Гармонии поднял палец, — я буду следить за этим. Если появятся новые слухи — я проведу полноценное расследование. С вызовом свидетелей, допросом сотрудников, проверкой всех действий всех Архитекторов за последние несколько лет.

— Я полностью поддерживаю Ваше решение, — Архитектор Теней покорно склонил голову, приложив кулак к сердцу, и все присутствующие повторили за ним, выражая согласие.

— Хорошо, — Лиаран кивнул. — Совет объявляю закрытым.

Архитекторы неспешно поднялись со своих мест и отправились законно отдыхать в свой выходной, который каждый из них ждал очень сильно — вселенских проблем каждый день накапливается с лихвой.

Архитектор Гармонии, как всегда, покинул зал первым. Его мантия струилась за ним, напоминая всем встреченным сотрудникам о том, кто на самом деле принимает самые сложные решения. На чьи плечи лег неподъемный груз вселенской ответственности, как на единственного представителя некогда величественной расы…

— Ты именного этого добивался? — Фьяра пролетела над его головой, словно сделав сальто назад. Вместо приземления перед ним, она осталась парить сбоку, иногда меняя положение.

— Я ничего не добивался, — Лиаран завел руки за спину, пряча их под мантию.

— Прошло столько времени, а наши гости все еще предоставлены самим себе. И слухи появились после их прибытия…

— Разве тебе не любопытно, чем закончится эта история?

— Меня напрягает происходящее, — девушка зависла над его головой, выгибаясь вниз и заглядывая в безмятежное лицо Лиарана, не замедлившего шаг. — Кириан не похож на простого вердана. Есть в нем что-то… Темное. Он слишком уверен в себе. Если за слухами действительно стоит он, то…

— Это не твоя забота, Фьяра, — перебил Лиаран. — Мне интересно узнать финал этой маленькой истории. Поэтому я надеюсь, что ты не станешь вмешиваться до определенного момента.

— Не стану, если ты так хочешь.

— Пожалуйста.

Фьяра метнулась в сторону, принимая вертикальное положение и практически выравниваясь с ним. Одно слово, звучащее так диковинно из его уст, заставило напрячься.

— Я поняла.

«Меня терзают смутные сомнения, что о нашем существовании тупо забыли, — Кир лежал на огромной кровати, уставившись в золотистый балдахин. От количества роскоши вокруг уже глаз замылился и все эти красоты давно перестали иметь хоть какое-то значение. — По крайней мере, я надеюсь, что ставка сыграла».

«Я замаскировался под одного из системных логов-защитников, поэтому могу путешествовать по внутренним каналам, — Люмирен ответил не совсем в тему, но мысль свою продолжил: — Это позволяет подглядывать, но не взаимодействовать. Извне сделать такое невозможно, поэтому хорошо, что тебя не сканировали и мне удалось проскользнуть».

«Короче, Склифосовский», — Кир закатил глаза.

«Мне нужно пояснение, — Люмирен подождал, но, когда Эфрон ничего не сказал, продолжил: — Я подслушал сегодняшнее собрание. Кажется, Архитектор Гармонии что-то заподозрил. Архитектор Теней удалил все исходные материалы, предоставленные Созерцателем в качестве доказательств, первоначальные отчеты, файлы экспертиз, не подшитых в дело и некоторые показания свидетелей».

«Сволочь, — Тейдан со стуком поставил чашку на белоснежную поверхность стола. Его пальцы с такой силой сомкнулись вокруг ручки, что та чуть не треснула. — Кто бы мог подумать, что меня подставляет сам Архитектор…»

«Спокойно, — чуть строже подумала Стелла. Она сидела в плетеном левитирующем кресле-яйце на широком балконе. И, утопая в мягких подушках, любовалась на красоты Цитадели. — Мы нашли настоящего противника, и это самое главное. Не выдавай себя эмоциями, иначе они что-то заподозрят. Допустим, теория проверена: Архитектор Теней действительно сфабриковал результаты экспертизы. Пока мы не знаем, зачем, и никаких доказательств у нас нет».

«Меня больше смущает Каменная Немая, — ответил Люмирен. — Получается, он сам заражает планеты. Но зачем?»

«Давай еще раз, — попросил Кир, — и представь, что я тупой: Каменная Немая превращает тело в камень, а Узор разрушается…»

«Он распускается, — уточнил Тейдан. — Ты ведь был в Астральном Нексусе, видел собственный Узор. Сплетение нитей становится прямыми и бесхозными, они просто болтаются вокруг зараженного, как…»

«Переваренные макарон, — перебил Кир. — Я понял. Теоретически их можно собрать…»

«Можно, поскольку нити обладают памятью о переплетении узлов. К чему ты клонишь?»

«Погоди, я пытаюсь вспомнить весь бред, который несла сестра. Она любит всякое магическое мракобесие. Часто говорила что-то про энергетическую составляющую: все состоит из нее, разной плотности, и при колдовстве всякие там выбросы происходят…»

«Если притянуть за уши и максимально упростить — что-то типа того, — Тейдан поднес чашку к губам, делая небольшой глоток. — Не буду вдаваться в подробности, ты примерно понимаешь суть. Хочешь сказать, разрушение Узора создает энергетический выброс?»

«Верно. Это как взрыв бомбы — идет ударная волна. Только не каждый способен ее считать… И, возможно, именно такая энергия необходима Архитектору Теней. Других теорий у меня нет», — Кир лениво поднялся, свесил ноги с кровати. Просто целыми днями ничего не делать становилось утомительнее, чем ковыряться с документами. Зато отдохнул и выспался.

«Допустим, так и есть, — с долей задумчивости отозвалась Стелла. — Мы все равно не знаем мотивов. Эта энергия может быть нужна для чего угодно. Люми, у тебя получится проанализировать ее и сделать предположения?»

«Нет, — Люмирен уже устал бороться и исправлять друзей, поэтому просто ответил с долей недовольства. — Я не разбираюсь в энергии и ее видах. Из меня такой себе маг. Мы бы могли обратиться к придворному колдуну Этериона? Он создал прекрасную проекцию Элиара. Наверняка что-то знает».

«Фигня идея, сначала придется вернуться, — Кир зарылся пальцами в волосы, взлохматив себя. — Нам придется действовать здесь и сейчас. При этом — наобум…»

Кир вдруг встрепенулся и понял, каково это, когда над головой зажигается лампочка. Он размеренно поднялся и прошелся по комнате, легким движением открывая двери на балкон.

«Люми, ты можешь определить и передать координаты Цитадели? А затем отключить защиту, чтобы сюда могли пролететь корабли…»

«Ну… — Люмирен замолчал ненадолго. — Могу, но тогда Система обнаружит меня и мне придется спрятаться в одном из ваших НЭКСов. Вернуться внутрь уже не получится. Если поймают — не знаю, что будет дальше. Очень рискованно».

«Ты что задумал?! — крик Стеллы чуть не оглушил всех. — С ума сошел?! Кир, я тебе серьезно говорю! Это безумие!»

«Безумие? — губы Кира растянулись в недоброй ухмылке. Он оперся ладонями о широкие перила с вкраплениями золотых линий. — Безумие — это подставлять моего друга и считать, что никто ничего не узнает… Мне нет дела до того, кто он. Правитель космоса, проворовавшейся аристократ или древнее божество, — тот, кто перейдет мне дорогу, поплатится за это. И платить придется сполна. Именно поэтому, Тейдан, ждем, когда они нас вызовут. Свяжись с Шицы и передай ей план действий…»

Кир вошел в Зал Совета с чувством отчетливого раздражения: держать их тут полторы недели и заниматься своими делами — высший верх хамства, от которого глаз нервно дергался. Он заметил, как Архитекторы переглянулись, стоило им войти. Слишком быстро. В их взглядах мелькнула некая неуверенность, какую в первую встречу наблюдать не доводилось.

— Приветствую, достопочтенные Архитекторы, — Кир начал весьма вежливо, но все надежды Стеллы разбил в одночасье следующей фразой: — Должно быть, Вы были слишком заняты, раз мы так долго не могли продолжить наш разговор…

— Кхм, — Стелла кашлянула. — Благодарим за возможность прогуляться по Цитадели. Здесь невероятно красиво.

— Приношу извинения за доставленные неудобства, — Лиаран натянул настолько безмятежную улыбку, словно не он заставил их скучать столько времени. — Возникли непредвиденные обстоятельства…

— Вы имеете ввиду слухи? — уточнил Тейдан. — Все вокруг говорят, якобы дело Созерцателя будет пересмотрено.

— И это в том числе, — кивнул он. — Не известно ли вам, откуда пошел слух? — несмотря на разделяющие их метры, Архитектор Гармонии встретился взглядом с Киром.

— Не имею ни малейшего понятия, — Кир улыбнулся ему в ответ настолько недобро, словно без единого намека на страх смотрел в глаза самой Смерти. — Когда мы спустились на Фундаментальный город, там уже обсуждали пересмотр дела.

— И вы решили уточнить детали?

— Да, — Стелла кивнула. — Созерцатель похитил мою планету, поэтому я хотела узнать подробности. Но никто их не знал, как и то, кто впервые заикнулся об этом.

— Что ж, слухи на то и слухи — концов у них не найти. Увы, это ложь. Тем не менее, расследование продолжается. Сегодня мы хотели обсудить с вами…

Оглушительный звук серены прокатился по залу тревожным воем, а следом — раздался удар гонга. Еще один. И снова. Ребята вздрогнули, закрывая ладонями уши. Голова раскалывалась от высоких частот.

— Что происходит?! — Стелла осмотрелась по сторонам, подмечая тревожные лица Архитекторов.

— Почему включилась тревога? — Шеор подорвался с кресла, становясь на полупрозрачную платформу, образовавшуюся под его ступнями.

«Внимание. Это не учебная тревога, — произнес синтезированный женский голос. — Система защиты Цитадели отключена. Местоположение Цитадели транслировано в неизвестном направлении. Обнаружен флот неопознанных кораблей в количестве более пятисот. Уровень угрозы — максимальный. Повторяю: уровень угрозы — максимальный. Все сотрудники обязаны соблюдать Протокол Безопасности».

— Созерцатель, — сквозь зубы прошипел Марварон. Он встал следом, ударяя посохом о платформу. От него разлетелись темно-синие искры, исчезая где-то в бескрайнем космосе над их головами.

Едва уловимый для взгляда потолок зала, состояний из застывшего света, держащегося тысячелетиями, разбился вдребезги. Среди звезд мелькнули силуэты, прорывающиеся сквозь космическую туманность внутрь Зала Совета, а дверь, ведущая на улицу, с грохотом распахнулась.

Сотни вооруженных инопланетян, больше напоминающих бандитов, ввалились в Зал Совета.

— Защитить гостей! — Шиар вскинул руку, и пространство вокруг него искривилось, создавая невидимый барьер, сотканный из чистого, математически выверенного света. Первая волна наемников ударилась о него и отлетела обратно. Они даже не попытались пробиться — покидали зал через оба дверных проема, уступая второй волне более подготовленных товарищей. Они прибывали из телепортационных порталов, выползали из щелей в реальности, открывающихся трещинами прямо в стенах.

Фьяра взмыла в воздух. Ее тело вспыхнуло ярким светом, как тысяча солнц, а сотни молний метнулись из раскрытых ладоней: они разили врагов, превращая их в пепел, в дым, или в абсолютное ничто.

«Кабздец! — Кир прижался спиной к одной из колонн, стараясь спрятаться между ней и стеной. — А это не перебор?!»

«Ты сам хотел вторжение, — Тейдан прятался с другой стороны. — И это тебе не игра».

«Они уничтожат всех твоих сотрудников!» — Стелла стояла в противоположном конце зала, слишком далеко от друзей.

«Это обычные наемники. Преступники, головорезы и отпетые бандиты. Большинство — межпланетарные сбежавшие убийцы. Думаешь, мой флот — это добряки-энтузиасты? Я тебя умоляю, — с долей раздражения отозвался Тейдан. — У меня адекватные на передовой не работают. Они Каменной Немой занимаются», — он слегка выглянул, наблюдая за происходящем.

Цвирра замерла на месте. Ее светло-серые, почти прозрачные, глаза вспыхнули белым светом. Несколько наемников, подбежавших слишком близко, остановились, роняя оружие и хватаясь за головы. А затем рухнули на пол, с полностью выжженным сознанием.

Пока Архитектор Разума уничтожала всех вокруг себя, Кшах отступил к стене, выставив перед собой руки. От его пальцев исходили зеленые пульсирующие лучи. Стоило им коснуться врагов, те превращались в мумий, заставляя рассыпаться на истлевшие останки за считанные секунды.

Один лишь Марварон остался стоять на месте, опираясь на посох. Его губы шептали заклинания на древнем, забытом языке, и от каждого произнесенного слова в воздухе вспыхивали золотистые руны, впивающиеся в наемников, как иглы.

Шицы появилась из ниоткуда. Мгновенная телепортация материализовало ее прямо перед Архитектором Теней, подобно призраку.

— Ты, — прошипела девушка, вставая в боевую стойку. Стоило сжать кулаки, в руках материализовались клинки. И она бросилась вперед. Черная сталь разрезала воздух в попытке достать того, кто пустил все их труды насмарку. Кто поставил на кон миллиарды жизней.

Эл'Кайрэн уклонялся поспешно, но с такой грацией, словно вел в одному ему известном танце. Словно видел каждое движение сквозь плотную повязку на глазах. Он парировал удары голыми ладонями, отводя клинки, уходя в сторону.

— Собираетесь убить меня, Чьим Светом Видят? — Архитектор Теней повернулся корпусом вбок, и клинок опустился близ его лица.

— Не смей обращаться ко мне так своим грязным ртом, проклятый лжец! — Шицы выкрикнула это достаточно громко, чтобы сквозь хаос слова долетели до остальных Архитекторов.

Она нанесла удар и Эл'Кайрэн отразил его. Уклонился от следующего. А на третий выставил ладонь, создавая мерцающий бирюзовый щит.

— Ого, — Шицы криво усмехнулась. — А я думала, ты магический инвалид!

Эл'Кайрэн выбросил руку вперед, и энергия ударила Шицы, отбросив ее на несколько метров. Вместе с использованным заклинанием по залу разлетелась волна, всколыхнувшая пространство. Практически искажающая саму реальность. Девушка вонзила клинки в темный пол, оставляя глубокие борозды в камне и тормозя достаточно быстро.

Архитектор Теней судорожно выдохнул, поджимая дрожащие пальцы. Он заметил, как Лиаран, все также безмятежно сидящий в кресле, бросил на него строгий взгляд. И оттого стало не по себе. Именно от того факта, что тот, кто мог остановить происходящее по щелчку пальцев, просто наблюдал за боем, не собираясь вмешиваться.

Шицы метнулась к Эл'Кайрэну, и, воспользовавшись замешательством, нанесла удар — клинок рассек широкие одежды на плече, оставляя поверхностную рану. Мужчина отшатнулся в сторону, создавая из энергии бирюзовый клинок. Ему удалось отразить пару атак прежде чем оружие вновь развалилось на энергию и из нее пришлось воздвигнуть барьер. Следующий удар пробил полупрозрачный щит, пульсирующий запредельной магией. Он вскинул руку, и девушку вновь оттолкнуло, но не так сильно.

— Я не хочу убивать пропавшую наследницу, — Эл'Кайрэн сделал шаг назад. — Ты нужна своей стране. Своей планете.

— А кто, по-твоему, продал ее Корпорации?! — яростно выкрикнула Шицы. — Кто направил туда араксов?!

— Уж точно не я, — он шумно выдохнул. Его и без того бледная кожа стала еще белее, а дыхание не восстанавливалось. — Все вопросы к Корпорации… Заказчики они. Ты прекрасно знаешь, что у нас нет доказательств их незаконной деятельности. И ты привела сюда флот Созерцателя только чтобы обвинить меня в причастности краха своего государства?

— Ты, — Шицы направила на него клинок. — Ты — лжец, а ложь всегда становится явной. Как бы сильно правду ни прятали в тени, восход солнца ознаменует гибель сумрака.

Девушка вынула из-за пазухи энергобластер, и выстрелила очередью в мужчину, вынуждая защищаться. Энергия расходилась от Архитектора Теней волнами при использовании магии, и каждая из них становилась сильнее предыдущей. Кристаллы на стенах мерцали им в такт.

Архитектор Теней пошатнулся. Его рука, поднятая для очередной защиты, дрогнула.

— Что-то не так, — Цвирра повернула голову в сторону.

Архитектор Пространства оказался между ними. Его высокое, гибкое тело заслонило Эл'Кайрэна. Он взмахнул пальцами, и воздух вокруг Шицы искривился, сжался, и ее отбросила к стене. Впечатало в нее с такой силой, что камень треснул.

Тейдан непроизвольно дернулся, но Кир впился в его предплечье, не позволив броситься на помощь давней подруге.

Архитектор Теней пошатнулся и рухнул на колени. Его тело содрогнулось от сильной боли, разливающейся по телу. Он прижал ладони к глазницам, но сквозь них отчаянно пробился яркий бирюзовый свет.

— Что происходит?! — Кхаш обернулся, чувствуя, как пространство пульсирует вокруг Эл'Кайрэна, вызывая перебои со светом.

— Эл'Кайрэн! — Фьяра воскликнула немного испуганно, чувствуя каждой эфемерной составляющей ту боль, разрывающую его Узор изнутри.

Шицы, придерживаясь за стену, сделала шаг в сторону. Клинки испарились из ее рук.

— Отступаем! — скомандовала она, и, коснувшись броши на плече, пропала в лучах телепортации. А следом за ней и все наемники, моментально сворачивая операцию, имевшую непонятно какую цель.

Корабли за окнами прогудели тяжелыми двигателями, развернулись и совершили гиперпрыжок, исчезая с орбиты, словно их никогда и не было.

«Я не могу ничего сказать без медицинского оборудования, но у Архитектора Теней энергетические показатели зашкаливают, — произнес Люмирен с долей обеспокоенности. — Похоже, дело в его Узоре. Я о подобном даже не слышал никогда. Не знаю, что не так, но, похоже, это и есть причина его действий. Он болен».

«Нихрена ж себе болен! — выпалил Кир. — Это что за болезни такие разрушительные силы раздают?! Нормально так простудился!»

«Не до шуток сейчас, — огрызнулась Стелла, наконец-то отлипая от колонны. — Ты хотел проверить его реакцию на флот Созерцателя. Но, сдается мне, что-то не по плану пошло…»

«Наоборот, это даже лучше, чем мы думали, — запротестовал Тейдан. — Он не отвертится».

«Внимание. Угроза миновала. Системы защиты восстанавливаются. Корабли противника покинули сектор. Рекомендуется оказать медицинскую помощь пострадавшим», — прозвучал тот же равнодушный механический голос.

Архитекторы стояли в зале, тяжело дыша. Их одежды были местами разорваны, но благодаря Кхашу все раны давно затянулись.

— Это что было вообще?! — Кир вышел к центру зала. — Я думал, Цитадель невозможно обнаружить и, тем более, проникнуть в нее.

— Кто-то пронес сюда вирус, — Лиаран наконец-то сменил позу. Впервые за все это время. Закинул ногу на ногу. — Вы не пострадали?

— Нет, — Стелла поправила волосы. — Просто испугались…

— Прошу прощения за произошедшее. Мы выясним, что произошло и больше подобное не повториться, — Лиаран медленно опустил взгляд на охрану, ворвавшуюся в зал. — Потери? — с ходу спросил он, не дав им и рта открыть.

— Никто не погиб, Ваше Вселеншенство.

«Да он скромняшка, — заметил Кир. — А я, почему-то, блин, Исток. Обидно, слушай».

«Ты не правитель космоса», — ответил Люмирен.

«Да боже упаси меня от такой чести».

— Много случайно раненных. Бандиты вламывались в заведения, выламывали окна, ели, пили, пугали сотрудников и портили оборудование, мебель…

— И никого не брали в заложники? Не украли документы?

— Нет. Судя по данным от Властителей Систем, попыток взлома не было, как и передачи информации.

«Айтишники здесь тоже весьма скромные… Ни капли пафоса», — Кир хмыкнул про себя.

— Интересно, — Лиаран подпер ладонью голову. — Похоже, их целью был испуг. Это весьма… Нетипичная стратегия. Особенно для Созерцателя. Больше похоже на обманный маневр и отвлечение внимания.

— Проведите полную проверку всех систем и просканируйте глобальные космические новости, — Марварон, опираясь о посох, медленно сел обратно в кресло.

Капитан охраны поклонился и ушел вместе со своими подчиненными из зала.

— Эл'Кайрэн, — Лиаран перевел взгляд на Архитектора Теней, все еще стоящего на коленях. — Поднимись.

Мужчина медленно опустил руки — глаза давно не светились. Он встал, немного пошатываясь. Тело все еще сводило мелкой дрожью.

— Что с тобой?

— Ничего, просто устал…

— Это не похоже на усталость, — Кир вмешался настолько беззаботно, словно находился у себя дома и разговаривал с нашкодившими аристократами. — Ваше поведение и эти волны… Выглядели весьма странно. Смею предположить, что проблема заключается в Узоре. Я, конечно, не эксперт и не уверяю в правильности своих беспокойств, однако, мой придворный врач весьма хорош. Если Вам нужна помощь, я почту за честь оказать ее.

— Это… излишне, — он накрыл ладонью раненное плечо, пока так и не излеченное Кхашем.

Лиаран не сводил глаз с Эл'Кайрэна. Архитекторы расступились, занимая свои места, словно ничего не произошло. Один Архитектор Теней остался стоять в центре, перед замершими над головой креслами, словно в ожидании приговора к казни.

— Еще раз, Эл'Кайрэн, — голос Архитектора Гармонии звучал мягко, но в нем чувствовалась отчетливая сталь. — Каждое примененное заклинание провоцировало энергетический импульс такой силы, что даже гости ощутили его. Объяснись.

— Й-я… — его губы дрогнули. Несмотря на повязку, он прекрасно видел все. Видел, как все Архитекторы замерли в немом ожидании ответов на многочисленные ответы. Видел их напряжение, отчаянно скрываемое за непоколебимым спокойствием… И понимал, насколько плачевна его ситуация.

Колени подогнулись, и Архитектор Теней обессиленно рухнул на пол. Настолько неожиданно, что Фьяра вздрогнула, подавшись чуть назад. Эл'Кайрэн с трудом заставил заледеневшие пальцы, практически не гнущиеся, оторваться от плеча. Он схватился ими за край тканевой повязки, пачкая в крови, и сорвал с лица. Мужчина медленно поднял голову, поднимая веки. Уставился на коллег бирюзовыми, гипнотическими водоворотами, уносящимися в бесконечность, заменившими ему радужку и зрачки.

Впервые безмятежное выражение лица Лиарана изменилось. Он подался вперед, выпрямив спину.

— Объяснись, — повторил Архитектор Гармонии намного жестче.

— Это… — Эл'Кайрэн запнулся. Все, через что ему пришлось пройти, показалось таким ничтожным и бессмысленным, что изнутри разрывало абсолютное отчаяние. — Это то, за что я не расплачусь никогда… Я был молод и глуп, когда решил, что Астральный Вихрь позволит мне получить силу, способную стать спасителем для всей Вселенной. Войны, катастрофы, пространственно-временные искажения, — мне казалось, что, при достаточной мощи, получится повлиять на это и предотвратить. Я наивно думал, что подчиню его. Смогу контролировать. Но… — пальцы сильнее стиснули повязку.

Кир переглянулся с друзьями. Он, сложив руки на груди, прислонился к ближайшей колонне, просто наблюдая за происходящем.

— Я разбил древнюю Печать, — продолжал Эл'Кайрэн. — И встроил ее фрагменты в собственный Узор. Думал, это позволит использовать силу Вихря, но в итоге стал живой печатью для него. И я не знаю, сколько еще продержусь… Он продолжает накапливать ошибки реальности, разорванные Узоры, неудавшиеся заклинания. И они разрывают мой Узор изнутри, — по щеке скатилась слеза и, достигнув подбородка, сорвалась на пол, покрывшейся трещинами.

— Но… — Стелла заговорила вперед осознания, что стоило бы помолчать. — Но если Вы погибните, минимум половина Вселенной будет уничтожена!

— Все то, ради чего я боролся… — Эл'Кайрэн закрыл глаза, опустив голову. Белоснежные локоны упали на лицо. — Я вынужден подпитывать Узор энергией распада чтобы жить дальше. Чтобы жили все…

— Полагаю, той самой? — уточнил Кир немного лениво. — Я про Каменную Немую…

Архитектор Теней поджал губы. Быстро вытер влажную дорожку с щеки.

— Да. Распад Узора высвобождает тот необходимый вид энергии, способный залатать трещины в моем собственном. Но… Чем больше становится вихрь, тем больше нужно энергии…

В Зале Совета повисла гнетущая тишина. За весь этот недолгий разговор Кшах побледнел так, что, казалось, скорая медицинская помощь потребуется уже ему. А Фьяра просто закрыла ладонями лицо, не в силах смотреть на сидящего на коленях мужчину, которого не стеснялась называть другом.

— Ты погубил миллиарды жизней, — Цвирра сжала подлокотники с такой силой, что раздался тихий скрежет искажения металла.

— Они не мертвы, — Эл'Кайрэн отозвался чуть тише. — Они… В другом состоянии жизни…

Марварон медленно поднялся с места, опираясь на посох. И ударил им, отчего звук показался оглушительным.

— Ты превратил себя в живую бомбу, и посмел скрыть это от нас… — он практически выплевывал каждое слово, пропитанное искренней ненавистью и пренебрежением.

— Я… я не хотел. Но не знал другого способа. Все, что я пробовал, не работало. Распад Узоров — единственное, что дает достаточно энергии. Я пытался найти альтернативу, но… время работало против меня. Чем дольше я искал, тем сильнее проседала Печать. Мне нужно было все больше «клея». То, что раньше требовало одной планеты, теперь требует энергии нескольких.

Он склонился в низком поклоне, упираясь лбом в холодный пол.

— Я признаю свою вину перед каждым жителем зараженной планеты. Перед Архитекторами. Перед Созерцателем. Но я не могу остановиться, иначе погибнем мы все.

Архитектор Гармонии отклонился на спинку кресла, и из его груди вырвался уставший выдох. Он потер переносицу, и, выдержав паузу, произнес:

— Вихрь способен уничтожить миллиарды планет, а тебе захотелось поиграть в героя и справиться со всем самостоятельно. Ты был обязан рассказать нам.

— А какой смысл? — Эл'Кайрэн разогнул спину, подняв голову в сторону Лиарана. — Я перевернул все архивы. Все запретные знания. Более того: я обращался за помощью с Страннику. Как бы сильно вы ни ненавидели его за вмешательство во время, он единственный мог помочь. Не позволить мне совершить ту ошибку, но… — он нервно сглотнул. — Но это оказалась фиксированная точка во времени. Все попытки изменить это ни к чему не привели. Я прекрасно помню каждую попытку, и ничего не сработало. Потому что случившемуся суждено быть.

— Безвыходных ситуаций не бывает, — Лиаран подпер голову кулаком, не сводя взгляда с мужчины. — Ты сам загнал себя в угол собственными страхами и предположениями. За все твои совершенные преступления я приговариваю тебя… — он специально сделал паузу, наблюдая, как Эл'Кайрэн напрягся, — к полному исправлению собственных действий. Ты обязан очистить имя Безликого Созерцателя, благодаря которому Каменная Немая не превратилась в межгалактическую эпидемию. Ты обязан найти лекарство для тел зараженных. Ты обязан вернуть их Узорам целостность. А мы — обязаны найти способ противостоять Вихрю.

Архитектор Теней замер с приоткрытым ртом, не в силах подобрать слов. Да и все равно не успел бы: Тейдан вышел к нему из тени колонны. И остановился прямо напротив мужчины, неотрывно глядя сверху-вниз прямо в бесконечные водовороты его печальных глаз.

— Я принимаю твое раскаяние, — ровно произнес Тейдан. — И не стану выдвигать обвинений в клевете если немедленно прекратишь заражать планеты и начнешь работать с моими специалистами для поисков лекарства.

— Ты…

— Я — Безликий Созерцатель, — Тейдан обернулся к Архитекторам вполоборота. — И я прибыл сюда чтобы найти того, кто признал мои доказательства подделкой. Прошу прощения у Архитекторов за вторжение. Это было необходимо чтобы вывести Архитектора Теней на чистую воду.

Юноша развернулся, сделав несколько шагов к креслам Архитекторов и замер, обхватив запястье за спиной.

— Мне плевать на то, кто и что про меня говорит. Мне важны жизни. И я предлагаю работать вместе.

— Вот как? — уголки губ Архитектора Гармонии дрогнули в легкой полуулыбке. — Я согласен на твое предложение. Кто бы мог подумать, что ты воспользуешься принцем чтобы попасть в Цитадель, — он расслабленно опустил плечи. — Где украденные планеты?

— В Пустоте. Под специальным защитным барьером.

— Пустота — это легенда.

— Это правда, — Эл'Кайрэн поднялся с колен, распрямляясь. — Странник никогда не лгал Совету. Пустота действительно находится на окраине Космоса, разрастается и уничтожает всю материю на своем пути…

Архитектор Гармонии промолчал. Он ненадолго прикрыл глаза, обдумывая каждое услышанное слово, а затем размеренно произнес:

— Проблемы решать будем по мере их поступления. Архитектор Пространства, — мужчина слегка повернул голову в сторону Шеора. — Отыщи Странника и обсуди с ним Пустоту. Архитектор Жизни — отправишься с Созерцателем в его лабораторию. Возьми с собой лучших врачей и ведущих ученых. Остальные займутся поиском решения проблемы с Вихрем. Как бы тебе ни хотелось играть в мученика, Эл'Кайрэн, ты не один. И я настоятельно прошу прекратить строить из себя жертву обстоятельств и собственной недальновидности. Отныне твоя жизнь будет такой: смотреть на то, что ты натворил, и пытаться это исправить. Это хуже, чем смерть. Ведь смерть знаменует конец, а это — бесконечное напоминание о твоей ошибке. И когда ты вылечишь последнего больного… Тогда, мы поговорим о твоей дальнейшей судьбе. На том все. Прошу всех, кроме Кириана, покинуть помещение.

«А я-то че?» — Кир успел поморщится пока никто не видел.

Архитектор Теней поднял на него пустые глаза с бирюзовыми водоворотами. В них не было ни благодарности, ни облегчения. Исключительно бесконечная, многовековая усталость существа, несущего непосильную ношу слишком долго. Он молча согнул спину в немом согласии, и первый покинул помещение. Следом за ним улетела Фьяра, первая сорвавшись с места.

Стелла обеспокоенно взглянула на Кира, но не стала противится: ушла вместе с Тейданом следом за Архитекторами. Зал быстро опустел.

Кир не сдвинулся с места. Стоял у колонны, сложив руки на груди. Его глаза не случайно скользили по пространству: он давно уже просчитал все выходы, все углы, все возможные маршруты отступления. На всякий случай.

— И о чем же Вы хотели поговорить? — поинтересовался Кир, когда собеседник не произнес и слова.

— Должен признать, я восхищен. Ты действительно поразил меня, — Лиаран неспешно поднялся со своего кресла, и спустился на испорченный боем пол. — Просчитать все настолько точно — особый вид мастерства.

— Не понимаю, о чем Вы, — Кир пожал плечами.

— Ты знал о Созерцателе. Знал о Ключе. И про Архитектора Теней тоже… — Лиаран встретился взглядом с юношей, лишь усмехнувшимся на его заявление. — Загнать преступника в безвыходную ситуацию и заставить признаться во всем самостоятельно — то, что заслуживает восхищения.

— Вы слишком преувеличиваете мои способности. Я всего лишь хочу вернуться домой.

— Знаю. И речь не про Этерион.

Сердце Кира пропустило удар, больно ударившись о грудную клетку. Тем не менее, внешне он остался спокоен.

— Ты не принц, Кир Эфрон. И никогда им не был. Ты не имеешь никакого отношения ни к верданам, ни, тем более, к их правящей семье. Тем не менее…

Лиаран приблизился, останавливаясь напротив него всего в нескольких шагах. Невольно Кир ощутил себя крайне маленьким, ведь Архитектор Гармонии превосходил в росте два метра.

— Ты сделал для той планеты столько удивительного, словно она стала тебе родной. Я наблюдал за тобой с того самого дня, когда узнал о побеге четырех инопланетян с «Ковчега». Или, думал, я не замечу? — Лиаран слегка наклонил голову вбок, и золотистая прядь упала на лицо, слегка пряча недобрую полуулыбку. — Ты стал ярким светом на черном холсте многолетней лжи. И, должен признать, наблюдать за этой партией было весьма интригующе. И ты выиграл, поздравляю.

— Я не играл, — только и ответил Кир. — Я делал все, чтобы вернуться домой. Вы переоцениваете уровень моего альтруизма.

— А мне так не кажется, — спокойно отозвался он. — Ты всегда играешь, ведь ты — геймер. Ты играешь, когда притворяешься дурачком. Ты играешь, когда делаешь вид, словно тебе все равно. Ты играешь даже сейчас, стоя здесь и делая вид, что мои слова тебя не касаются. Но я вижу тебя насквозь, — Лиаран продолжал смотреть Киру в глаза, не моргая и не отводя взгляд. — Я вижу, как ты просчитываешь варианты, оцениваешь риски… И мысленно уже выстроил десяток путей отступления. Ты — стратег. Один из лучших, которых я когда-либо встречал за свою тысячелетнюю жизнь.

«Ладно, это уже любопытно, — с долей нежелания признал Кир, не собираясь и слова вставлять. — Я думал, только Вейна тут мозгами шевелить умеет…»

«Ты только что назвал всю Вселенную идиотами», — как бы между прочим ответил Люмирен.

«Одно другому не мешает».

— Я подозревал Эл'Кайрэна давно, — продолжил Лиаран, отходя в сторону одной из пострадавших стен. — Слишком много нестыковок и удобных совпадений сопровождало его. Он всегда был осторожен, но сокрытие информации о твоем побеге с «Ковчега» стало последней каплей. Я решил просто понаблюдать, чем закончится эта история. Когда ты продемонстрировал Ключ, твое намерение попасть сюда стало очевидным. Именно это заинтересовало меня: зачем человеку, желающему вернуться домой, приходить в Цитадель? Поэтому я позволил вам пожить здесь и сделать все, что было нужно. И посмотреть, для чего…

— Вы преувеличиваете, — Кир с долей нежелания отстранился от колонны. — Я просто хотел выжить. И, заодно, чтобы меня не убили эти напыщенные индюки с их дурацкими отчетами.

— Тем не менее, ты хотел выиграть, — он повернул голову, глядя на него через плечо. — Как и всегда: лучший геймер лучший во всем. Ты привык побеждать и не умеешь жить иначе. Я видел, как ты разбирал финансовые махинации аристократов. Видел, как ты распространял слухи, как выстраивал улики, как направлял к нужным тебе выводам, даже не говоря им об этом прямо. Ты — кукловод, Кир. И пора бы признать, что ты получаешь удовольствие от процесса.

— Допустим, — Кир не отвел взгляд. — И что дальше? Сдадите меня отцу? Посадите в самую красивую тюрьму во вселенной с видом на звезды? Человек я или вердан — роли не играет. Шах и мат, Ваше Вселеншество.

— Зачем мне это? — Лиаран обернулся к нему. — Я еще не выжил из ума чтобы терять настолько ценного человека. Поэтому предлагаю тебе работу.

Кир вопросительно выгнул бровь. Выразительно.

— Внештатный спецагент Конгломерата Фатума, — он смаковал каждое произнесенное слово. — Ты будешь решать особо важные проблемы по моему личному поручению. Те, которые нельзя доверить официальным структурам. Те, которые требуют… творческого подхода. Ты — идеальный кандидат. Умный, циничный, беспринципный. И при этом неожиданно человечный, хотя ты это отрицаешь.

Кир усмехнулся. Горько, почти презрительно.

— Я — обычный геймер. Я не работаю на правительство. Тем более на галактические. У меня нет ни желания, ни времени, ни малейшего интереса разгребать ваше межпланетарное дерьмо.

— А я не давал тебе выбор.

— Да? — Кир прищурился. — И как Вы меня заставите? Шантажом? Каким образом? Будете угрожать моей семье? Только вот верданы мне не семья. И, когда узнают правду, сильно сомневаюсь, что сильно порадуются. Найдете настоящую? Тогда для начала придется умереть, и, быть может, на том свете пересечетесь.

— Я бы мог припугнуть тебя друзьями. Сомном, например. Тем самым, который уже несколько дней гуляет по нашим системам… — с долей наигранной невинности отозвался Лиаран. — Он — твой самый ценный актив. Без его помощи твоя партия длилась бы куда дольше. Как я уже сказал, мне было интересно понаблюдать, зачем вы на самом деле прибыли в Цитадель. Эл'Кайрэн раскрыт, Созерцатель реабилитирован. Все закончилось.

НЭКС Кира проявился на запястье, и мерцающие искры глитча завихрились, образуя рядом с юношей полупрозрачную голограмму.

— Я догадывался, что остался незамеченным не случайно, — его выражение лица оказалось слишком напряженным чтобы вызвать у Архитектора Гармонии легкую улыбку.

— Да ты сломан… — без доли сочувствия произнес тот. — Впрочем, это не столь важно. Я не выдвину никаких обвинений и сделаю вид, что тебя не было в системах. И что ты не трогал программу, позволив ей сохранить логи всех действий с файлами…

— Вы действительно собираетесь так низко пасть и шантажировать Кира нами? — Люмирен не изменился в лице.

— Конечно же нет, — он покачал головой. — Шантаж — худший рычаг для сотрудничества, ведущий к неминуемому предательству. Поэтому, если Кир мне откажет, я просто расстроюсь. Но… — Лиаран взглянул на Кира. — Ты вернешься.

— С чего бы? — хмыкнул Эфрон.

— Ты попадешь на Землю, в свою квартиру, к своим играм… И поймешь, насколько твоя жизнь ничтожна в тех четырех стенах. Как сильно стримы душат тебя. Как сильно обыденность сводит с ума, ведь это — не твой уровень. Ты способен на большее, и знаешь об этом. Поэтому ты вернешься. Не завтра, не через неделю, но вернешься, потому что не сможешь больше жить так. Потому что тебе это нравится. Потому что друзья без тебя не справится, как и семья, нуждающаяся в своем наследнике.

Кир сжал челюсти. Так, что заскрипели зубы.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Я знаю то, что ты перешел дорогу араксам. А араксы не прощают нарушения своих правил. И эта партия, Кир Эфрон, только начинается.

— Это проблемы араксов, — Кир развернулся, и его мантия взметнулась с тихим шелестом. — Я не король и не ферзь на доске. Можете играть сами с собой. Ваши проблемы — исключительно ваши, и меня не касаются, — он направился быстрым шагом прочь из зала. Люмирен, заострив взгляд на Архитекторе Гармонии, отправился следом за ним.

Стоило войти в коридор, Кир прошел мимо ждущих его друзей. Стелла моментально бросилась следом. Особенно сильно ее испугало присутствие Люмирена, неспешно бредущего рядом.

— Что случилось?! Кириан!

— Он все знал и просто наблюдал за нами, — Кир выдохнул с долей раздражения. — Короче, полетели домой. Достало меня это место. По пути расскажу все.

— Точнее, — попросил Тейдан. — Сразу на Землю?

— Сначала на Этерион, родители же ждут, — Кир зарылся пальцами в волосы, взлохматив себя. — Скажу им, что теперь внештатный агент и прочее, и свалю.

— Вот как, — Стелла отозвалась чуть тише. — Я… Ну, я буду помогать Тейдану и Архитектору Жизни… А Люми? — она перевела взгляд на юношу.

— Останусь с вами, — тот кивнул. — Пора прощаться.

— Ага, — Кир шел по коридору, уносящемуся вперед. В голове не укладывалось, что вся эта история наконец-то подходит к концу. И отчего-то на душе кошки скребли…

Тейдан шел по длинному узкому коридору, когда-то наполненному тысячами шагов наемников. Но теперь, после их ареста, стало слишком тихо. А в шлеме Созерцателя пропала нужда, отчего находиться здесь без него было как-то не по себе.

Со спины раздалась вибрация самого воздуха. Необъяснимая, совершенно неслышная, но отчетливо ощутимая на любом расстоянии. И ее он никогда ни с чем не перепутает. Фэрроу обернулся.

Один из дверных проемов сиял по краю белоснежными трещинами, а вместе двери сиял портал, ведущий в до боли знакомое помещение чужого корабля.

— Давно не виделись, — черные берцы скрипнули по металлическому полу, и портал за спиной юноши стремительно захлопнулся, чуть не отрезав ему часть длинных смольных волос. Он ловким движением прокрутил меж длинных пальцев черный предмет, похожий на очень толстую обсидиановую ручку с тремя золотыми кольцами близ скошенного конца.

— Ты… — с его губ сорвался тихий шепот.

— Ой, давай без фанфар, не смущай, — со смешинкой произнес Странник, убрав руки в карманы красной кожаной косухи. Точно такой же, какая была на нем всегда.

— А ты ничуть не изменился, — Тейдан моментально расслабился, позволив себе искренне улыбнуться. — Даже белые джинсы не испачкал.

— Поверь, это десятые за день, — хохотнул тот. — Ты даже не представляешь, где я побывал! Но сейчас не об этом. Я пришел поздравить тебя с победой. Сказал же: вы справитесь.

— Если бы не твое нежелание вмешиваться в фиксированные точки, все бы вышло куда быстрее.

— Я не имею права быть их частью, ты же знаешь. Напобывался уже.

— Знаю, — Тейдан сделал небольшую паузу. — Сегодня день рождения Леат. Она… Сейчас на Лауруане. Навсегда.

В зеленых глазах Странника мелькнула тень, быстро сместившаяся ярким блеском.

— Ох уж эти водопады… Самое время сходить снова. Отправляемся?

— Не торопись, — Тейдан обнял его за плечи и потащил следом за собой по коридору. — Шицы будет счастлива увидеть тебя. К тому же, я случайно встретил подругу Леат. С нами еще один сомн… Вы определенно поладите. Сходим к Леат вместе.

Странник присвистнул.

— Серьезно? Выдающаяся компания у тебя собралась.

— Еще какая, — Тейдан усмехнулся. — Это ты просто Кира не видел. Расскажу — не поверишь. Может… Когда-нибудь вы пересечетесь.

Кир вставил ключ в замок. Самый обычный, металлический ключ, с царапинами после неудачно падения. Несколько раз повернул, опустил ручку… И переступил порог родной квартиры, оставляя за спиной несколько месяцев инопланетных интриг, покушений и магических распрей.

Несмотря на ожидание затхлого запаха, в квартире было достаточно свежо, еще и пахло жареной картошкой. Значит, тетя приходила не так давно чтобы прибраться. Кир замер на пороге, обводя взглядом до боли знакомый коридор… И останавливаясь на рыжей кошке.

— Че? — Кир вскинул брови.

Кошка у него была всего один раз в жизни — в детстве, и погибла во время пожара вместе с родителями. Внезапный подселенец мяукнул и открыл третий глаз на лбу.

— Это че за хрень?! — Кир сделал шаг назад, чуть не наступив на собственную мантию. Кошка вздрогнула и дала деру в сторону гостиной. — Да я тебя сейчас пылесосом! — он оглянулся по сторонам. Но пылесоса у него тоже не было. Исключительно маленький и самостоятельный, который ползал неизвестно где.

— О, ты вернулся, — раздался мягкий голос со стороны кухни. Кир обернулся и замер. Там, в его любимой футболке, стоял Кириан. И улыбался ему так добродушно и невинно, что аж глаз дернулся. — Картошечка скоро будет готова.

— Ты! — Кир вскинул руку, указав на него пальцем. — Это моя футболка! Моя кухня! И моя квартира! Забирай своего инопланетного кошака и сдрисните отсюда нахрен!

— Да, — Кириан кивнул с гордостью человека, который только что похвастался достижением. — Я тут освоился. Не без труда, конечно… Но, знаешь, у тебя очень удобная квартира. И интернет быстрый. Только игры сложные, я так и не научился нормально играть…

— Ты мне карьеру геймера решил запороть?! — Кир закричал так, что из гостиной послышался грохот. Кажется, это кошка упала с дивана от неожиданности. — Так, — он шумно выдохнул, собираясь с мыслями и заговорил тише: — Я два месяца не играл, все рейтинги просрал. Ты представляешь, сколько я теперь буду восстанавливаться? А менеджер! — он схватился за голову. — Да она нас обоих под ближайшим кустом прикопает, понимаешь?!

— Извини, — Кириан виновато опустил глаза. — Я пытался вжиться в роль и играть за тебя, но там такие механики сложные. И, оказывается, тебя многие ненавидят. Еще и на одном из форумов забанили.

— В смысле, на форуме забанили? — Кир вскинул брови.

— Они сказали, что я «токсичный нуб», — вздохнул Кириан. — Я даже не понял, что это значит.

— Да ты! — Кир взмахнул рукой. Чуть кашпо не сбил. — Я там вместо тебя космическое дерьмо разгребал, — почти сквозь зубы прошипел он. — Меня пытались убить аристократы, солари хотела в могилу брата свести, а ее подружка оказалась араксом. Я оправдал Безликого Созерцателя и разоблачил одного из Архитекторов… А ты сидел за моим компом, готовил картошку на моей кухне и спал в моей постели?

— В твоей постели спала кошка, — поправил Кириан. — А я на диване. И, погоди минутку! — он вдруг встрепенулся, а на лице отразился неподдельный ужас. — Ярели хотела убить Элиара?!

— Да, — Кир старательно пытался держать эмоции в узде. — И только благодаря мне, между прочим, он жив-здоров. А тебе пора валить нахрен к своей семье и девушке.

— Юрана в порядке?

— Разумеется, ведь там был я, — огрызнулся Кир. — Только из Акрополя пока уйти она не может, ей нужна неприкосновенность на случай мести аристократов.

На звуки неистового негодования из кухни вышла Мира, держа в руках лопаточку. Угрожающе так. За прошедшие месяцы она изменилась достаточно сильно: мягкость пропала с лица, и вся неуверенность в себе куда-то пропала.

— Тебя слышно даже сквозь тяжелые басы рока, — Мира поправила длинные светло-русые волосы, скрывая за ними наушники, висящие на шее. — Я даже соскучиться успела по твоему извечному ворчанию.

— Мира? — Кир уставился на нее круглыми глазами. Вот уж чего он точно не ожидал, так это появления двоюродной сестры, живущей на другом конце города. — Ты-то тут что делаешь?

— Помогаю ему освоиться, — беззаботно ответила та. — Мы живем вместе уже некоторое время. Понимаешь, инопланетянину, привыкшему к иным технологиям, сложно освоиться в нашем мире…

— Да вы меня с ума сведете, — Кир прикрыл глаза, отчетливо чувствуя, как раскалывается голова. И как собственная жизнь стремительно рушится.

— Нет, просто психовать надо меньше.

— Я не хочу возвращаться, — честно признался Кириан. — Там… Ну, там мне не место, понимаешь? Я устал каждый день бороться за свое существование с аристократами. Если вернусь, они начнут мстить. И дать им отпор я не смогу. Странник рассказал, как ты им наподдал, — он слегка улыбнулся.

— А я, блин, что, хочу жить с внезапным близнецом? — он цокнул языком. — Издеваешься? Нормально так устроился, чувак без сердца среди людей с сердцами! Первый же поход к врачу и ко мне вломятся какие-то тайные спецслужбы!

— Нет, я уже все урегулировал. Здесь есть специальная организация, следящая за переселенцами с других планет. И для них отдельные больницы. Мне даже документы уже сделали.

— Класс. Просто класс, — Кир потер переносицу. — Тут еще и люди в черном есть. Замечательно, че!

Со стороны спальни донесся знакомый шаркающий звук шагов. Его тетя, практически заменившая мать, вышла в коридор, поправляя теплый махровый халат.

— О, Кирюша, — женщина добродушно улыбнулась ему. — Наконец-то ты дома. Я уже успела по тебе соскучится. Прекращай волноваться, а то опять с мигренью сляжешь. Лучше иди на кухню, обед почти готов. Кириан научился готовить просто обалденные котлеты. В отличие от некоторых.

Кир так и замер с открытым ртом, не зная, как вообще на это все реагировать.

— Давай, давай, топай! — Мира уперлась ладонями в спину Кира, заталкивая на кухню. Кириан уже успел положить порцию на тарелку, а прибежавшая кошка открыла третий глаз. Оценивала перспективы.

— И, знаешь, — Кириан поставил тарелку перед парнем, — тебе невероятно идет эта одежда. Намного больше, чем мне. Я показывал фотки Мире, она сказала, что я в ней похож на пугало в костюме.

— Ты похож на меня, — Кир тыкнул пальцем ему в плечо. Парень оказался ниже него на голову, и достаточно щуплым. — Ты — моя точная копия. Как можно быть пугалом, если мы буквально близнецы?

— Дело не во внешности, — философски заметил Кириан. — А в харизме. У тебя харизма обалденная. А у меня ее нет. Тетя говорит, у меня — доброта.

— А я типа не добрый?!

— Мне напомнить случай, когда ты одним взглядом напугал гопников? — Мира покосилась на брата.

— Давайте все успокоимся, — настоятельно попросила Нинель. Она мягко накрыла ладонью плечо Кира, и, надавив, заставила того опуститься за стол. В длинном плаще и расшитых драгоценными камнями одеждах тот выглядел достаточно странно в кухне, выполненной в стиле неумолимого минимализма.

— Да, давайте, — Кир взял кружку чая и сделал глоток, смочив пересохшее горло. — Может, мне кто-нибудь вообще объяснит, что здесь происходит?

— Ну, — Кириан опустился на соседний стул. — Так случайно получилось, что я попал в приключение со Странником и Мирой. Поскольку происходящее с тобой — фиксированная точка во времени, вернуться я не мог. Сейчас могу, но уже не хочется.

— Стоп, — Кир нахмурился, перевел взгляд на сестру. — Ты по другим планетам прыгала?

— Э, ну, — девушка натянула неловкую улыбку. — Да. Это вышло случайно…

— С каким-то левым мужиком? — он слегка прищурился.

— С красивым мужиком, — поправила Мира. — Он меня не обижал! — сразу добавила девушка.

— Это она его обижала, — хмыкнул Кириан. — Все в порядке, правда. Это было весело. Правда, я чуть от страха не умер… Но зато будет что вспомнить.

Кир просто смотрел на них и уже не знал, чего хочет: прежней жизни, банальной тишины или валерьянки.

— Я разгребал юридическо-математическое фэнтези в документах твоей страны, — тихо произнес Кир. — Вынудил Архитекторов пригласить себя в Цитадель чтобы остановить распространение болезни, превращающей всех в камень… Мечтал вернуться домой. Наконец-то вернулся, и, оказывается, что моя квартира превратилась в коммуналку для инопланетных беженцев, а карьера геймера пошла крахом. Даже не знаю, какую эмоцию юзать.

— Не беженцев, — поправил Кириан. — Почти родственников. По документам я твой брат-близнец, и менеджер это знает. Она думает, что ты сбежал путешествовать, поскольку сильно устал.

— Да господи ты боже мой, — Кир склонился к столу, закрывая ладонями лицо. Кошка прыгнула к нему на колени и тот вздрогнул. Он обреченно вздохнул и погладил по спине.

Несмотря на недовольство, поесть все же поел. Правда, с таким выражением лица, будто его заставляют синтезировать свет. А пока жевал котлеты, вспоминал свой последний обед на Этерионе: отец распорядился накрыть стол вкусностей, и тогда они с Равиллой впервые поели ту самую обычную еду, какую Элиар привык есть каждый день.

«Я обещал приготовить им пиццу когда вернусь», — мелькнула случайная мысль, и Кир нахмурился, отгоняя ее прочь.

— Оставьте меня в покое и не трогайте, — он сделал глоток чая, подхватил кошку на руки и ушел с ней в свою комнату. И дверью хлопнул специально громко.

— Перебесится, — Мира отправила в рот кусок котлеты. — Не переживай. Ему надо осознать происходящее.

— Да я не переживаю, — Кириан опустил взгляд в тарелку. — Просто… Надеюсь, что все будет хорошо.

Кир лежал на кровати, уставившись в потолок. Обычный потолок, без привычного балдахина. За окном кричала музыка проезжающих машин и двигатели орущих мотоциклов. В ногах урчала инопланетная кошка…

«Какой же бред… Я просто схожу с ума. Спасибо хоть, что без едких комментариев. И только попробуй завтра назвать мою новейшую технику старьем — на пиксели разберу».

Тишина.

«Серьезно, Люми, я с ума сойду такими темпами. Вот так сюрприз, брат, блин…»

Ответа не последовало.

— Точно… — Кир устало опустил веки. — Тебя же больше со мной нет… — одними губами прошептал он. И услышал в собственном тихом голосе нечто настолько печальное, что у самого внутри все сжалось. Эфрон повернулся на бок, уткнувшись лицом в подушку.

Кир представлял, что возвращение к прежней жизни будет непривычным, но не думал, что целых два месяца проведет в неопределенном состоянии. Восемь недель. Шестьдесят дней. Тысяча четыреста сорок часов. Он продолжал считать, сам не зная, зачем.

Каждый день Кир сидел за компьютером. Стримил, записывал прохождение игр, тренировался ради будущего полуфинала и обучал Кириана. На всякий случай. Все также шутил, ругался и ворчал. Гонял кошку по квартире и с ней же в обнимку засыпал каждый день. Он так мечтал вернуться домой, снова погрузиться в удивительные фэнтези миры… И, наконец-то добившись этого, понял, настолько те банальные. Насколько скучные и однотипные.

И в одну из таких игр Кир играл на стриме. Зрители давно заметили, что тот не в духе — все его комментарии стали совсем скудными, а эмоции — плоскими. Вернее, их даже не осталось практически. Юноша просто смотрел на происходящее на экране абсолютно равнодушно.

Вместо анимации атаки комп выдал плашку: «Отключение от сети», а электричество мигнуло. В соседней комнате запищал бесперебойник. Кир подорвался с места и моментально замер.

В кресле, стоящем в углу, сидела самая настоящая голограмма того самого нахального принца с бронзовой кожей, чьи похождения стали бесцеллером. Иногда Кир активировал НЭКС чтобы пообщаться с друзьями и почитать новости. И этот вездесущий принц мелькал там на постоянной основе.

— Привет! — звонко выкрикнул тот. Да так радостно, словно встретил старого друга. — А я к тебе в гости!

— Слышь, Пупурик, — у Кира глаз дернулся. — Стучать не учили?! Голограммируй отсюда!

— Не-не, погодь, — тот помахал кистью. — Меня Архитектор Гармонии послал. Дельце там одно, понимаешь ли, деликатное…

— Деликатнее принцессы и ее хвоста? — оскалился Кир и Папурупуру скорчил кислую мину.

— Не вспоминай даже! В общем-то, он поручает это дело нам. И ждет в Цитадели для личного разговора.

— Да пошли вы оба, — огрызнулся Кир. — Ты тут каким боком вообще?

— Видишь ли, все Носители так или иначе на него работают. Кто-то — формально, кто-то — на постоянке. Как я. И как теперь ты. Почувствуй себя особенным!

— В гробу я видел вашу особенность! Пошел нахрен в Сахасрару! — Кир толкнул свое кресло и то с грохотом задвинулось.

— В общем, я сейчас лечу на Этерион, там и встретимся. Все же, я твой друг, как ты сам сказал в прямом эфире, так что сам теперь расхлебывать репутационные казусы. Так что-о-о, — Папурупуру задорно улыбнулся и хитро дернул бровями. — Буду ждать тебя там, — юноша щелкнул пальцами и исчез.

Кир раздраженно выдохнул и пошел на кухню заварить себе чай с ромашкой, пока снова не началась туса века. Хотя глаз, впрочем, уже подергиваться начал.

Кириан успел красочно выслушать все, что Кир думает о Папурупуру, Архитекторах и Этерионе. И выдохнул с облегчением, когда тот успокоился. Но успокоился как-то подозрительно, аж несколько дней почти не выходил из комнаты. Именно поэтому, услышав странный шум посреди ночи, Кириан невольно заподозрил что-то неладное.

Юноша замер в дверном проеме, наблюдая, как Кир, бурча себе под нос что-то типа «гребанные застежки» крепил мантию к плечам.

— Ты куда-то собираешься? — Кириан протер глаза кулаками, затем зевнул. — Ты же не хотел ввязываться…

— Я и не хочу, — недовольно отозвался Кир. — Эти придурки ничего не могут сделать сами. Архитектор Гармонии прислал какого-то клоуна, который должен меня сопровождать. А клоун этот, как назло, прославился по всей галактике в качестве самого ветреного и придурошного принца, не умеющего ничего, кроме как тусить и бред нести. Еще Элирис писал про какие-то казусы с расследованием… И Вейна, чтоб ее, вернулась.

— Погоди, ты про Папурупуру? — уточнил Кириан.

— А про кого ж еще? Мне еще мозгов хватило в прямом эфире его другом назвать. Я ж не знал, какой он придурок на самом деле. И теперь этот придурок летит на Этерион. И хрен бы с ним, он работает на Архитектора Гармонии! Ты хоть представляешь, что он натворит?

— Нет…

— Вот и я тоже.

— Скучаешь по ним? — губы Кириана дрогнули в легкой полуулыбке.

— По кому? — Кир нахмурился.

— По друзьям. По комментариям Люмирена в своей голове. И по… Нашим родителям.

— Не твое дело, — он отвернулся. — Я с ребятами связался уже. Я че, один должен расхлебывать проблемы? Вот еще.

— Пх, — Кириан тихо посмеялся. — Понятно. А как будешь расхлебывать историю с Ключом? Все теперь знают, что он у тебя. У Этериона супер-защита от проникновения, поэтому бандиты не прилетели… Пока что.

— Проблемы решать буду по мере их поступления. Тебе-то что? Сиди, задрот, играть учись и не запори мне всю карьеру.

— Постараюсь! Ты ж не зря меня учил, — Кириан слегка улыбнулся ему. — Буду ждать тебя. Пиши, если что. Ты ведь вбил мой номер НЭКСа?

— Да-да, — Кир отмахнулся и почесал сонную кошку за ушком. Подошел к дверному проему и взял Ключ от всех дверей, болтающийся на своей шее. Направил его перед собой и уверенно произнес:

— Отправь меня домой…

Переливающийся кристалл вспыхнул мягким сиянием, перекинувшимся на дверной проем. Вместо темнеющего коридора открылся яркий портал, а в нем, в солнечных лучах, сияли Хрустальные сады Этериона.

Кир убрал Ключ под высокий воротник-стойку, окинул взглядом свою комнату, слегка кивнул Кириану… И шагнул в портал.