Давным‑давно существовало великое королевство. Правил им король Солярис — мудро, спокойно, и подданные искренне любили его. Но была у короля мрачная тайна: днём он был человеком, а ночью превращался в огромного дракона. Это проклятие передавалось в его роду из поколения в поколение. Снять его, по преданиям, могла только принцесса соседней страны.

Солярис решил жениться на ней, чтобы обрести покой. Однако сама принцесса замуж не хотела. Вместо изнеженной наследницы во дворец наглейшим образом отправили Василису — её верного рыцаря, которая защищала принцессу с детства. Так Василиса и стала королевой.

Чем дольше они жили вместе, тем больше Солярис понимал, что под венцом стоит совсем не хрупкая девица. Но раскрывать обман не стал — он уже всем сердцем полюбил Василису за её взрывной, бунтарский характер. Да и королева ответила ему взаимностью.

Одной мрачной ночью Василиса узнала его секрет. Но она не испугалась и не сбежала. Между ними состоялся тяжёлый, но очень милый разговор:

— Василиса, — тихо сказал Солярис, пряча взгляд, — есть одно зелье. Если его достать, проклятие исчезнет. Я стану обычным человеком.

Василиса подняла глаза, в них не было страха — только решимость и нежность. Она подошла ближе, положила руку на плечо короля и мягко произнесла:

— Если нужно, я принесу его. Но знай: я уже полюбила тебя именно таким. И мне совершенно не важно, человек ты ночью или дракон. Мне нужен только ты.

Солярис замер, не веря своим ушам. Он медленно поднял взгляд и увидел в её глазах искренность, которую не подделать.

— Ты правда так думаешь? — прошептал он.

— Конечно, — улыбнулась Василиса. — Ты — мой король, мой муж, моя судьба. И я буду рядом с тобой, кем бы ты ни был.

После этих слов они провели вместе три дня и три ночи. А вскоре Василиса узнала, что беременна двойней.

Беременность протекала гладко, но в самый день родов в королевстве вспыхнул жестокий мятеж. Пока Солярис насмерть держал оборону у дверей, Василиса в покоях родила двух прекрасных девочек. У малышек была одна деталь — аккуратные родинки на мочках ушей. Королева успела лишь приказать принести их родовые серьги… как в палату ворвались убийцы.

Но Василиса оставалась превосходным рыцарем. Закрепив близняшек на спине, она отчаянно пробилась сквозь врагов и добежала до бурной реки. Оставив малышек в укрытии на берегу, она бросилась обратно в замок — спасать своего короля.

Увы, речное течение в ту ночь стало слишком сильным. Оно подхватило и унесло беззащитных крох в разные стороны. Когда бунт утих, измотанные родители пришли к реке, но не нашли даже тел… Долгие 18 лет Солярис и Василиса непрерывно, сходя от горя с ума, искали своих дочерей.

За эти годы судьбы сестёр сложились совершенно по‑разному, словно сама судьба решила испытать их на прочность.

Течение унесло младшую сестру — всего на две минуты младше своей сестры — в тёмную пещеру, где её нашли жрицы преисподней. Они увидели в ребёнке знак свыше: родинка на ухе напоминала древний символ их культа. Девочку назвали Ингрид и воспитали как будущую владычицу.

Ингрид росла в мире, где ценились дисциплина и сила. Жрицы обучали её магии огня, боевым искусствам и искусству правления. Они видели в ней инструмент для достижения своих целей, но девочка оказалась куда умнее и самостоятельнее, чем они ожидали. К восемнадцати годам она свергла старых жриц и стала единоличной правительницей — Владычицей Пылающего Разлома. Строгая, справедливая, порой жестокая, но всегда честная перед собой и своими подданными.

Она стояла на балконе своего мрачного замка, глядя на огненные реки внизу. Её чёрные доспехи блестели в свете адского пламени, а в глазах читалась холодная решимость.

— Владычица, — поклонился слуга, — разведчики доложили: в окрестностях видели странную девушку с нашей родовой серьгой.

Ингрид резко повернулась:

— Где?

— У южных границ, миледи.

Королева нахмурилась. В её памяти всплыли обрывки детских воспоминаний — река, руки матери, тепло… Она тряхнула головой:

— Собери отряд. Мы выдвигаемся.

Тем временем старшая сестра, Джемма, оказалась гораздо дальше — течение унесло её к берегам солнечной Дамрии. Там малышку нашли бездетные король и королева, которые как раз молились о даровании им ребёнка. Увидев девочку с необычной родинкой, они восприняли это как божественный знак.

Джемма росла в любви и заботе. Приёмные родители баловали её, но не избаловали — рыцарская кровь давала о себе знать. Она выросла доброй и мудрой, но при этом безумно вспыльчивой и непоседливой. В ней бурлила жажда приключений, которую не могли усмирить ни уроки этикета, ни дворцовые обязанности.

— Джемма, — вздыхала королева Дамрии, — ну куда ты опять собралась?

— Матушка, — улыбнулась девушка, закидывая рюкзак на плечо, — я всего лишь хочу посмотреть мир!

— Всего лишь? — всплеснула руками королева. — В прошлый раз «всего лишь» закончилось тем, что ты чуть не развязала войну с соседним королевством!

Джемма подмигнула:

— Зато теперь они знают, что с Дамрией лучше не связываться!

И, рассмеявшись, она выбежала из дворца.

Судьба свела сестёр неожиданно. В своих странствиях Джемма наткнулась на шайку хулиганов, которые уже окружили её, когда вдруг из тени выступила высокая фигура в чёрных доспехах. Несколько точных движений — и нападавшие разлетелись в стороны, поражённые неведомой силой.

Спасительница повернулась к Джемме, и обе замерли. На шее у Джеммы висела цепочка с родовой серьгой — точно такая же, какую Ингрид носила в ухе. А когда их взгляды сошлись на родинках у мочек ушей, всё стало ясно без слов.

— Сестра… — прошептала Ингрид.

Не говоря больше ни слова, она схватила Джемму за руку, и они исчезли в вихре тёмной магии, оказавшись в мрачном замке Владычицы Пылающего Разлома.

— Ты кто вообще такая?! Зачем ты меня сюда притащила?! — возмущалась Джемма, оглядываясь по сторонам.

— Молчи. Скоро всё узнаешь, — отрезала Ингрид.

За чашкой адского чая (который на вкус оказался неожиданно вкусным) Джемма узнала правду о своём происхождении. А в этот момент двери зала с грохотом распахнулись — ворвались повзрослевшие Василиса и Солярис. Было много слёз, объятий и трогательных признаний о том, как родители тосковали по ним все эти 18 лет.

Но драма быстро сменилась комедией. Джемма заявила:

— Всё круто, но у меня в Дамрии скоро коронация, я поехала.

Младшей сестре Ингрид это не понравилось, и она просто заперла Джемму в высокой башне. Джемма унывать не стала: плывя по течению, она начала жутко капризничать, а Ингрид, соскучившаяся по сестре, молча потакала всем её прихотям.

И вот, посреди этого хаоса, в башню заходят двое: брат королевы (дядя Радан) и крёстный Ингрид (Дмитрий Танин — он же Лев, принявший человеческий облик).

Джемма округлила глаза, подлетела к Радану, схватила родного дядю за шкирку и как заорёт:

— А ты‑то тут что делаешь?!

Родители бросились их разнимать. Оказалось, эти двое недавно ворвались в её королевство Дамрию, устроили там шороху и трусливо свалили. Мужчины сначала не узнали Джемму в домашней одежде, но когда она переоделась в свой боевой наряд… у Радана и Льва челюсти дружно постучали по полу. Бешеная девица, которая в тот вечер чуть не прибила их в Дамрии, оказалась их родной племянницей и крестницей!

С того самого дня в замке Преисподней и началась их особенная — тихая, умеренная, но очень весёлая война. Джемма то пыталась сбежать через потайной ход, то устраивала в башне пикник с пирогами и фейерверками. Ингрид то запирала её в самых высоких башнях, то сама присоединялась к шалостям. Родители только качали головами, но в глубине души были счастливы видеть, как сёстры, наконец, нашли друг друга.

А впереди их ждали новые приключения, семейные тайны и, конечно же, ещё больше весёлой неразберихи — ведь когда в одной семье собираются рыцарь‑бунтарь, дракон‑полуночник и две неугомонные сестры, скучно точно не будет!

Утреннее солнце едва коснулось перил балкона, когда Джемма сделала первый глоток из фарфоровой чашки. Ароматный травяной чай приятно обжигал губы, но даже он не мог до конца прогнать нависшее в воздухе напряжение. Тихий шелест платья заставил её обернуться — на балкон мягкой походкой вошла Василиса.

— Не помешаю? — мягко спросила она, присаживаясь напротив. — Мы отправили гонца, Джемма. Твои родители уже в пути и скоро будут здесь.

Джемма опустила чашку, чувствуя, как внутри ворохнулась смесь облегчения и глухой тревоги.

Вдруг привычный ритмичный звон мечей оборвался странным, глухим хрустом. Земля под ногами дерущихся резко просела, а песчаную арену разорвал нечеловеческий, пронзительный свист. Пылевое облако не просто не осело — оно неестественно закрутилось, превращаясь в плотный, непроницаемый вихрь чернильно-чёрного цвета. В воздухе резко запахло озоном и жжёной кровью.

— Ингрид! — отчаянно крикнула Джемма, бросая Радана и бросаясь прямо в этот водоворот.

Но стоило ей сделать шаг, как из черного тумана вырвалась мощная взрывная волна. Джемму отбросило назад на песок. Радан едва успел перехватить её, помогая удержаться на ногах. В этот же миг со стороны замковой стены раздался резкий, сухой щелчок взведённого арбалета. Свистнула стрела. Джемма вскрикнула — вражеский болт глубоко вонзился ей в плечо, окрашивая кожаный тренировочный доспех багровым цветом.

На трибунах поднялся крик. Бывший король, чей взгляд только что выражал гордость, изменился в лице. Его льдисто-голубые глаза вспыхнули яростью. С невиданной скоростью он перемахнул через перила трибуны, на ходу выхватывая из ножен тяжёлый королевский клинок.

— Назад! Это теневой разрыв! — громовым голосом скомандовал старый монарх.

Черный вихрь опал так же стремительно, как и появился, оставив после себя лишь едкий дым. Ингрид на арене не было.

— Ингрид… — прошептала побледневшая Джемма, оседая на колени.

В загон ворвались обезумевшие от ужаса Василиса и Солярис. Солярис на ходу сбрасывал человеческий облик, его кожа покрывалась чешуёй, а из груди вырывался яростный драконий рык.

— Перекрыть все выходы из замка! — взревела Василиса, чьи материнские инстинкты превратили её в разъярённую тигрицу. — Поднять гвардию! Солярис, в небо, не дай им уйти через горы! Обыскать каждый камень!

Она бросилась к раненой Джемме и, зажав ладонью кровоточащую рану дочери, неистово закричала на всю арену:

В этот же самый момент за стенами замка разворачивалась настоящая охота. Земля и небо содрогались от ярости поисковых отрядов. Кажется, не осталось ни одного уголка, который бы не перевернули вверх дном.

Солярис в облике огромного дракона яростно рассекал тёмные тучи над Пылающим Разломом. Его мощные крылья поднимали бурю, а из пасти то и дело вырывались языки пламени, освещая мрачные ущелья. С высоты птичьего полёта его огромные вертикальные зрачки сканировали каждый метр земли, каждую горную тропу.

— Вылезайте, трусливые твари! — ревел Солярис, и его драконий голос камнепадом отдавался в горах. — Где моя дочь?!

На земле, у подножия скал, отряды гвардейцев вёл бывший король. Его иссиня-чёрные волосы растрепались, а льдисто-голубые глаза метали молнии. Он лично заглядывал под каждый выступ и выбивал тяжёлым сапогом двери заброшенных хижин. К нему наперерез, тяжело дыша, выскочил Радан, чей боевой меч уже был покрыт копотью от факелов.

— Ну что там, Радан?! — громко, тяжело дыша, спросил бывший монарх. — Нашли хоть какой-то след этой багровой рванины?

— Пусто, Ваше Величество! — зло сплюнул Радан, утирая пот со лба. — Мы прочесали все южные заставы, проверили каждый подвал в округе! Они словно сквозь землю провалились со своим теневым разрывом! Слуги шепчутся про старые заброшенные штольни культа, но входы туда завалены уже лет десять!

— Завалены?! — бывший король яростно вонзил свой клинок в землю. — Да для этих жриц каменистый завал — лучшая ширма! Поднимай всех магов земли, Радан! Если нужно — мы взорвём эти горы к чертям собачьим, но вытащим Ингрид!

В этот момент над ними с оглушительным свистом пролетел Солярис. Дракон резко пошёл на снижение, закладывая крутой вираж над полуразрушенной каменной башней на самом краю каньона. Его мощный хвост снёс верхнюю кладку, обнажая скрытый под землёй проход, откуда повалил знакомый едкий дым теневой магии.

— Радан, туда! — рявкнул бывший король, выдёргивая меч из земли и бросаясь вперёд. — Солярис нашёл их гнездо! Гвардия, за мной!

В подземном зале культа разверзся настоящий ад. Сталь звенела о сталь, багровые балахоны фанатиков мелькали в полумраке, а крики раненых глухо отдавались от сырых стен. Бывший король и Радан сражались плечом к плечу, прорубая себе путь сквозь плотное кольцо врагов. Старый монарх орудовал мечом с яростью молодого льва, его льдисто-голубые глаза горели беспощадным огнём.

— Радан! К кандалам! — перекрывая общий гул, проревел бывший король, отражая очередной выпад отравленного клинка. — Я прикрою!

Радан, тяжело дыша, сделал обманный маневр, уклонился от летящего в него заклинания тьмы и мощным рывком прорвался к каменному столбу. Ингрид висела на цепях, тяжело дыша, её бледное лицо было испачкано сажей.

— Держись, племяшка! — крикнул Радан.

Он покрепче перехватил свой тяжёлый боевой меч и со всей силы обрушил его на антимагические оковы. Раздался оглушительный скрежет. От мощного удара кандалы лопнули, осыпавшись на каменный пол бесполезными осколками железа. Ингрид бессильно пошатнулась, но Радан успел подхватить её под руку, не дав упасть.

И в этот самый миг свод пещеры содрогнулся.

Сверху раздался грохот, от которого заложило уши. Вековые камни покрылись глубокими трещинами, и на головы сражающихся полетели обломки породы. Потолок пещеры буквально взорвался внутрь, являя в проломе огромную, покрытую чешуёй голову дракона. Это был Солярис. Его яростный, оглушительный рёв заставил задрожать саму землю, а мощные когтистые лапы расширили брешь, обрушивая тонны гранита прямо на головы визжащих от ужаса жриц.

— Уходим! Пещера рушится! — истошно закричал Радан, закидывая ослабевшую Ингрид себе на плечо.

Бывший король подбежал к ним, на ходу отбивая падающий валун. Свод над их глазами стремительно проседал, грозя похоронить всех заживо. Солярис низко опустил свою массивную шею прямо в разрушающийся зал, подставляя мощное крыло как трап.

— Запрыгивайте! Живо! — скомандовал бывший монарх, подталкивая Радана с Ингрид вперёд.

Радан, цепляясь свободной рукой за прочную драконью чешую, ловко взобрался на широкую спину Соляриса и уложил Ингрид между его огромными шипами. Следом за ними на ящера взлетел бывший король. Едва их подошвы коснулись чешуи, Солярис мощно оттолкнулся задними лапами от уходящего под землю пола пещеры. Дракон взмахнул гигантскими крыльями и с оглушительным свистом взмыл в ночную высь, оставляя позади погребённое под каменным завалом логово культа.

А в это время в королевских покоях замка разыгрывалась своя, не менее драматичная битва.

— Пустите меня! Я сказала, пустите! — неистово кричала Джемма, пытаясь вырваться из удерживающих её рук.

Её лицо было мокрым от пота и слёз, а повязка на плече, которую только что наложила лекарь Елена, снова начала пропитываться кровью. Отравленная стрела лишила её сил, но ярость и страх за сестру давали девушке безумную, лихорадочную энергию. Она рвалась с кровати, расталкивая слуг.

— Джемма, угомонись! Ты разорвёшь швы, яд снова пойдёт по венам! — строго кричала Елена, пытаясь удержать её за плечи. Феечка испуганно прижимала к груди склянки с лунной водой, боясь, что раненая Джемма разнесёт всю комнату. Василиса со слезами на глазах держала дочь за ноги: — Доченька, умоляю, остановись! Твой отец и дед уже ищут её!

— Мне плевать на швы! Ингрид там одна! Я должна… — Джемма сделала резкий рывок, собираясь спрыгнуть на пол.

Но договорить ей не дали. Крёстный — до этого молча стоявший у изголовья кровати с каменным лицом, резко шагнул вперёд. В его глазах не было колебаний, только холодный расчёт и желание спасти крестницу от неё самой.

Он прямо, чётко и молниеносно выкинул вперед руку и коротко, с точно рассчитанной силой ударил Джемму ребром ладони точно по шее, в область сонной артерии.

Крик Джеммы оборвался на полуслове. Её глаза мгновенно закатились, тело обмякло, и она без чувств повалилась назад. Василиса испуганно ахнула, закрыв рот ладонями.

— Дима! Что ты наделал?! — в ужасе вскрикнула Фея Лена, отступая на шаг.

— Спасаю ей жизнь, — глухо и спокойно отрезал крёстный, чей голос прозвучал как удар колокола в гробовой тишине покоев. — Она бы убила себя этой истерикой.

Дмитрий аккуратно, словно пушинку, подхватил обмякшую, находящуюся без сознания Джемму на свои мощные руки. Он бережно прижал её к своей груди, следя, чтобы раненое плечо не смещалось, и уверенным шагом понёс её обратно к кровати, укладывая на свежие подушки.

— Елена, зашивай её заново и вливай столько успокоительного отвара, сколько нужно, чтобы она проспала до утра, — скомандовал крёстный, не отводя сурового взгляда от бледного лица Джеммы. — Силой мы её тут не удержим, пусть спит. А я буду караулить у дверей.

Елена тут же подскочила к кровати, открывая сумку с инструментами, а Василиса бессильно опустилась на стульчик рядом, беря спящую дочь за холодную ладонь. В комнате наконец повисла тяжёлая, тревожная тишина, нарушаемая лишь свистом ветра за окном.

Огромные крылья Соляриса в последний раз рассекли ночной воздух, создавая мощный вихрь. Дракон тяжело, но грациозно приземлился на главную площадь перед замком. Едва его лапы коснулись плит, Радан ловко соскочил на землю и помог спуститься бывшему королю, который бережно придерживал Ингрид за плечи. Девушка всё ещё была бледна, антимагические оковы жриц временно истощили её резервы, но в её глазах уже разгоралось привычное упрямое пламя.

— Живее, мне нужно к Джемме! — слабо, но требовательно произнесла Ингрид, пытаясь самостоятельно ускорить шаг. — Радан, дедушка, пустите, я сама дойду!

— Тише, внучка, угомонись, — басовито отозвался старый монарх, чьи льдисто-голубые глаза теперь выражали лишь усталость и заботу. — Твой отец, Солярис, едва успел вытащить нас из этого каменного мешка. Тебе нужно отдохнуть.

Солярис с глухим рокотом начал сбрасывать драконий облик. Чешуя на его теле втягивалась, крылья складывались, превращаясь в тяжёлый боевой плащ. Переведя дыхание, он принял человеческий вид и сурово посмотрел на дочь:

Вольга, едва услышав приказ Владычицы, бросил все дела. Секретарь судорожно сгребал со стола последние пергаменты и важные донесения, которые ему было поручено собрать ранее. Ингрид лично давала ему это задание, и Вольга, не смыкая глаз, по крупицам восстанавливал цепочку заговорщиков. Сердце парня бешено колотилось — и не только от спешки. Между ними давно зрела взаимная симпатия, но Ингрид из-за своего статуса и тяжелого прошлого всегда держалась подчеркнуто отстраненно, заставляя его скрывать свои истинные чувства за маской безупречной исполнительности.

Задыхаясь от быстрого бега, Вольга выскочил на парадный двор и почтительно склонился перед Ингрид и бывшим королем, протягивая плотную папку с документами. Его взгляд на секунду задержался на лице девушки, выражая глубокую тревогу за неё.

— Моя Владычица, Ваше Величество, — тяжело дыша, заговорил секретарь. — Вот всё, что мне удалось раскопать по вашему поручению. Здесь финансовые отчеты и переписка, доказывающие связь выживших жриц культа с внешними наемниками. Они готовили это нападение неделями.

— Отличная работа, Вольга, спасибо, — Ингрид забрала бумаги, нарочно избегая его слишком заботливого взгляда. Она слегка отвернулась, возвращая себе холодный, деловой тон. — Встань по правую руку от меня. Сейчас здесь будет жарко.

В этот момент парадный двор замка заполнил оглушительный стук копыт. Королевская свита Дамрии въехала на площадь. Тяжелая, богато украшенная золотом карета остановилась прямо перед крыльцом. Лакеи услужливо распахнули дверцу.

Первым из кареты показался король Дамрии — статный мужчина с суровым лицом и цепким взглядом правителя. Следом за ним, шурша тяжелыми юбками, вышла королева. На её голове искрилась изящная диадема, но лица дамрийской правительницы почти не было видать — плотная, полупрозрачная вуаль полностью скрывала её от чужих глаз, создавая атмосферу загадочности и тревоги.

Гости и хозяева обменялись безупречными, строгими поклонами, как того требовал строгий этикет высшего света. Король Дамрии сделал шаг вперед, его грозный голос прозвучал эхом среди каменных стен:

— Приветствую вас, правители Пылающего Разлома. Я рад лично познакомиться с новой семьей нашей дорогой Джеммы. Но… где же она сама? И где ваш король Солярис? Почему они не встречают нас у ворот?

Бывший король, чей взгляд льдисто-голубых глаз оставался непроницаемым, спокойно выступил вперед, придерживая руку на эфесе меча. Ингрид лишь бросила короткий знак Вольге, чтобы тот крепче держал собранные документы.

— Приветствую вас в наших землях, — ровным, глубоким голосом ответил старый монарх. — Нам предстоит очень серьезный разговор, Ваше Величество. Но такие дела не решаются на ветру перед гвардейцами. Пройдемте в мой кабинет, разговор будет там, а не тут.

Король и королева Дамрии молча переглянулись, но спорить не стали. Они двинулись вслед за бывшим монархом и Ингрид по длинным каменным коридорам замка. За высокими гостями тенью следовали двое молчаливых дамрийских охранников в тяжелых латах и один мечник — высокий, подтянутый мужчина с цепким, сканирующим взглядом, чья рука постоянно лежала на эфесе изящного клинка.

Едва за ними закрылись тяжелые двери просторного королевского кабинета, Ингрид, не желая тратить драгоценное время на светские любезности, сразу перешла к делу. Ее голос прозвучал жестко и прямо:

Двери королевской спальни тихо закрылись за Фотонией и Алексом. Василиса, сидевшая у изголовья кровати Джеммы, тут же встала, оправляя платье и пытаясь скрыть следы усталости на лице. Солярис, который до этого молча стоял у огромного готического окна, всматриваясь в далёкое багрово-кровавое небо Преисподней, медленно обернулся.

— Приветствую вас, Фотония, Алекс, — мягко произнесла Василиса, делая шаг навстречу гостям. — Как вы доехали? Дорога через перевал сейчас неспокойная.

— Приветствую, — сдержанно кивнул Солярис, чей драконий взгляд на миг сверкнул в полумраке комнаты.

— Доехали мы благополучно, насколько это было возможно в такой спешке, — спокойно и сдержанно ответила королева Фотония, хотя её руки, сжимавшие край накидки, заметно дрожали. Она тут же перевела взгляд на кровать. — Как она? Как моя девочка?

— С дочкой всё хорошо, — поспешила успокоить её Василиса. — Яд полностью выведен из организма, лекарь Елена сделала всё возможное. Её жизнь вне опасности.

Солярис, слегка прищурившись, спросил:

Дмитрий Танин и Радан только успели перешагнуть порог спальни, как навстречу им по коридору быстрой, решительной походкой направился Вольга. Молодой секретарь уже успел передать все распоряжения на кухню и насчет гостевых покоев, но возвращаться к себе даже не думал.

Заметив его, крёстный остановился и, скрестив руки на груди, глухо спросил:

Ночь пролетела быстро. Утреннее солнце робко заглянуло сквозь витражное окно королевской спальни, окрашивая комнату в мягкие золотистые тона.

Ингрид медленно открыла глаза и сладко потянулась. Рядом тихо посапывала Джемма. Переведя взгляд на кресло у постели, Владычица увидела спящего Радана — дядя так и заснул с раскрытой книгой на коленях. Ингрид не стала его будить. Она просто тихо лежала, завороженно наблюдая за тем, как солнечные лучи медленно ползут по каменной стене комнаты.

Когда она всё же решила аккуратно подняться, чтобы пойти умыться, её запястье вдруг перехватили чужие пальцы. Ингрид вздрогнула и обернулась.

На неё уставшим, но абсолютно осмысленным взглядом смотрела Джемма.

Елена собрала свои склянки, инструменты, строго пригрозила Джемме пальцем на прощание и наконец покинула покои. В просторной спальне воцарилась долгожданная тишина. Сестры остались наедине.

Ингрид тут же расслабилась, сбросила туфли и забралась на кровать, садясь по-турецки прямо напротив Джеммы. На её губах снова заиграла лукавая усмешка.

— Ну ты даешь, сестричка, — покачала головой Ингрид, не сдерживая улыбку. — До сих пор поверить не могу. Врезать Левке прямо в переносицу! Ты видела его лицо? Он же от шока дар речи потерял.

Джемма довольно зажмурилась, укладывая голову на подушки, хотя лоб всё ещё немного покалывало после удара.

Дни в замке Пылающего Разлома тянулись для Джеммы мучительно долго. Лекарь Елена оказалась непреклонна: никакого оружия, никаких конных прогулок, только горькие отвары и постельный режим. Первую неделю принцесса честно пыталась изображать покорность, но бурлящая рыцарская кровь Василисы не давала ей покоя.

Каждое утро начиналось с визита Дмитрия Танина. Крёстный заходил проверить её состояние, и эти встречи неизменно превращались в словесную дуэль.

— О, явился, — зловеще протянула Джемма, завидев в дверях огромную фигуру Льва. — Пришёл проверить, зажила ли моя шея после твоей «гуманной» помощи? Какая забота.

Дорога через горные перевалы, разделяющие Пылающий Разлом и солнечную Дамрию, поражала своим мрачным величием. Плотные, багрово-серые тучи низко висели над острыми пиками скал, словно пытаясь зацепиться за гранитные уступы. Воздух здесь был пропитан запахом озона, серы и далёкой грозы. Однако чем дальше кортеж продвигался на юг, тем сильнее менялось небо: сквозь рваные тучи постепенно пробивались первые робкие, но по-настоящему тёплые лучи дамрийского солнца.

Внутри просторной королевской кареты было тихо и уютно. Мерный стук колёс располагал к ленивой беседе. Джемма, поудобнее переложив раненую руку, с улыбкой наблюдала за пейзажем за окном, а затем повернулась к сестре.

— Смотри, Ингрид, тучи рассеиваются, — негромко сказала Джемма, кивнув на окно. — Скоро начнётся настоящая Дамрия. Тебе понравятся наши изумрудные луга. Это совсем не то же самое, что выжженные пустоши Разлома.

Кортеж медленно продвигался по серпантину, петляя между величественными, поросшими густой зеленью дамрийскими холмами.

Бывший Король перегнулся через борт своей открытой повозки и, грозно сведя густые брови, зычным, но приглушенным басом скомандовал гвардейцам:

Свист прохладного ветра приятно освежал разгорячённое лицо, а мерный, мощный топот копыт отзывался в груди глухой вибрацией. Кавалькада неслась на полной скорости, оставляя позади мрачные пограничные перевалы и погружаясь в бескрайние, залитые солнцем изумрудные луга Дамрии.

Ингрид, крепко прижимаясь спиной к груди своего секретаря, с опаской посмотрела на стремительно проносящиеся мимо холмы. Огненная магия Владычицы Пылающего Разлома сейчас ничем не могла помочь ей удержать равновесие на бешеной скорости.

— Вольга! — перекрикивая гул ветра, позвала Ингрид, слегка повернув голову. — Мы вообще правильно скачем? Сверху эти холмы кажутся бесконечным зелёным лабиринтом! Ты уверен, что мы не сбились с пути?

Парень, чьи сильные руки уверенно сжимали поводья по обе стороны от её талии, мягко улыбнулся. Его щёки всё ещё сохраняли лёгкий румянец, но в голосе звучала непоколебимая уверенность:

— Абсолютно правильно, моя Владычица. Я изучил карты дамрийских дорог до единого дюйма. Вон за тем пологим склоном у реки будет отличная ровная поляна. Скоро у нас запланирован первый привал, и вы, наконец, сможете отдохнуть от этой сумасшедшей гонки.

— Слава богам, — выдохнула Ингрид, невольно расслабляясь в его надёжных объятиях, от которых исходило приятное, успокаивающее тепло.

Чуть впереди них, заливисто хохоча, на одном коне неслись Джемма и Ашен. Старшая принцесса, напрочь позабыв о строгих запретах лекаря Елены, умудрялась одной рукой держаться за подругу, а второй победно размахивать в воздухе.

— Эгей, Вольга, не отставай! — обернувшись, крикнула Джемма, и её глаза лукаво блеснули при виде того, как близко сидят её сестра и секретарь. — А то Ашен грозится отобрать у нас королевский ужин, если мы прискачем первыми!

— Скорее её банда отберёт у нас остатки терпения! — весело прокричал в ответ Радан, который вместе с крёстным Дмитрием Таниным лихо обошёл кареты родителей и теперь держался в авангарде отряда.

Великий Лев, чья переносица всё ещё была знатно припухшей после утреннего «привета» от старшей крестницы, лишь хмуро буркнул в усы:

Радан, сидевший на поваленном бревне у самой кромки воды, внимательно выслушал этот непривычно серьёзный поток мыслей племянницы. Он лишь добродушно хмыкнул, поднялся, отряхивая дорожную пыль с брюк, и по-отечески похлопал Джемму по её здоровому плечу.

— Ну полно тебе драму нагнетать, принцесса! — весело подмигнул он, глядя на бегущие речные волны. — Чтобы ты — да превратилась в бездушную куклу? Скорее этот замок взлетит на воздух, а придворные разбегутся в ужасе. Не переживай, ты всё равно останешься точно такой же ненормальной, как и всегда. У тебя это в крови! И что бы ты ни выкинула, какую бы очередную заварушку ни устроила, мы все — и дамрийцы, и наши адские сухари — примем тебя любой. Просто потому, что другой такой сумасшедшей фурии в мире нет.

Джемма наигранно надулась, забавно сморщив нос, и принялась обиженно бурчать себе под нос, усаживаясь поудобнее на мягкую траву и прижимая к себе здоровую руку:

— Вот вечно ты такой, дядя Радан… Никакого сочувствия к раненой родственнице. Сам-то небось в детстве тоже примерным поведением не отличался, а теперь меня жизни учишь на привалах! Небось похлеще моего по крышам прыгал и стражу до инфаркта доводил…

Не успел Радан вставить своё веское оправдание, как со стороны лагеря, шурша высокой травой, к берегу спустилась Василиса. На её лице блуждала хитрая и невероятно тёплая улыбка, а ветерок трепал её волосы.

— О, Джемма, ты даже не представляешь, насколько ты права, — сдавленно рассмеялась королева, подходя ближе к детям и вдыхая речную прохладу. — Наш дорогой Радан в детстве был ещё хуже, чем ты! Если ты просто каталась по перилам и сбегала в пабы, то твой дядюшка умудрился в твоём возрасте едва не спалить половину королевского сада, решив проверить, как горит редкий адский плющ. Отец тогда его на неделю под замком оставил, так он через каминную трубу удрал!

Радан картинно схватился за сердце, скорчив уморительно оскорблённую гримасу, и заносчиво вскинул подбородок к дамрийскому небу:

— Василиса! Ну зачем же сразу вытаскивать на свет божий скелеты из моего благородного прошлого? Это была чистой воды научная теория и проверка гвардии на бдительность!

Замен он хитро прищурился, посмотрел на сестру и вальяжно протянул:

— А что, братик разве не прав? Скажи мне, сестрица, разве мы с тобой не из одного теста слеплены? Посмотри на неё — вылитая ты в молодости, такой же рыцарь-бунтарь, который сначала бьёт мечом, а потом задаёт вопросы. Так чего ты её пугаешь дворцовыми куклами? Гены Пылающего Разлома не задушишь никаким этикетом!

Василиса лишь покачала головй, но её глаза искрились искренним, неподдельным счастьем от того, что её семья наконец-то вместе.

Василиса лишь шутливо закатила глаза, убрала руку с плеча брата и, напустив на себя строгий вид, скомандовала:

— Так, бунтари, разговорчики в строю! Живо идти всем спать, ведь завтра мы на рассвете снова должны идти в путь. Перевал близко, силы нам ещё понадобятся.

Радан и Джемма синхронно переглянулись с абсолютно одинаковыми заговорщическими ухмылками. Старшая принцесса первой нарушила тишину:

— Завтра продолжим, дяденька! — весело заявила она и задорно высунула ему кончик языка.

Она ловко подхватила Василису под ручку, увлекая маму за собой вверх по тропинке. Василиса ласково улыбнулась, нежно чмокнула дочь в макушку, и они вместе потопали обратно в сторону лагеря. Радан же остался стоять у воды. Проводив их взглядом, он с ухмылкой покачал головой и тихо сказал себе под нос:

— Ну что за дочь, что за мать… Яблоня от яблони, истинный Разлом!

Ночь опустилась на дамрийские холмы, окутав стоянку звенящей, благодатной тишиной. Воздух стал прохладным, пахнущим речной мятой и костровым дымом. В густой траве у берега без устали прыгали неугомонные стрекозы, а где-то в чаще старого леса методично куковала одинокая сова. Весь лагерь уже погрузился в глубокий сон. Королевские особы устроились с максимальным для походных условий комфортом: Василиса, Солярис и Фотония с королём отдыхали в роскошных, заговорённых от сырости палатках, а Ингрид спала в карете, свернувшись калачиком под тёплым пледом. Чуть поодаль, завернувшись в походные плащи прямо у затухающих углей, похрапывали гвардейцы и парни из банды Ашен.

Однако на том самом лежащем у воды бревне всё ещё сидела одинокая фигура. Джемма не спала. Она полностью улетела в свои мысли, бездумно глядя на лунную дорожку на речной глади. Её что-то глубоко тревожило, буквально грызло изнутри, но она промолчала и вечером никому не стала говорить о своих страхах. Все эти гнетущие переживания из-за грядущей коронации и ответственности за целую страну всё же брали своё. Она безумно боялась подвести приёмных родителей и не справиться с новой ролью.

Внезапно из темноты со стороны леса соткалась огромная тень. Дмитрий Танин шёл настолько тихо, бесшумно переставляя свои массивные лапы, что буквально напугал девочку. Пока Джемма летала в облаках, она абсолютно потеряла бдительность.

— Не спится, фурия? — глухо прогудел над её ухом громовой бас крёстного.

Джемма от неожиданности подпрыгнула на месте чуть ли не на метр, судорожно схватившись за здоровое плечо, а её глаза округлились от первородного ужаса. Перепугалась она настолько сильно, что внутри всё пережало, и бедняжка аж икать начала.

— Ик!.. Твою же Преисподнюю, крёстный! — возмущённо выпалила она, сердито сверкая глазами в полумраке. — Ик!.. Ты че так людей пугаешь-то?! У меня чуть ик… сердце через рот не выскочило! Ты великий Лев или трусливый ик… кот подвальный, раз так подкрадываешься?!

Дмитрий лишь глухо хмыкнул себе в усы, ничуть не обидевшись на «кота», и скрестил мощные руки на груди:

— Воин не должен щелкать клювом, даже когда думает о высоком, — спокойно ответил он, внимательно всматриваясь в её бледное лицо. — О чём грустим, племяшка? На тебя это не похоже.

Джемма на секунду замерла. Ей отчаянно хотелось выговориться, но гордость и нежелание казаться слабой перед великим воином победили. Она спрятала свои истинные переживания за привычной маской дерзости, резко поднялась с бревна и буркнула:

— Ик!.. Ни о чём я не грущу. Просто воздух свежий. Ладно, нужно спать, а то завтра Василиса мне ик… голову оторвёт за синяки под глазами. Спокойной ночи, старый кошак!

Она быстро потопала в сторону карет, на ходу пытаясь задержать дыхание, чтобы справиться с дурацкой икотой. Танин лишь тяжело вздохнул ей вслед, прекрасно понимая, что творится в душе у девчонки, но лезть с допросами не стал.

Утро наступило стремительно и ярко. Первые робкие лучи дамрийского солнца окрасили верхушки изумрудных холмов в нежно-розовые и золотистые тона. Речной туман медленно таял над водой, поднимаясь вверх белёсыми кружевами. В лагере послышалось первое оживлённое шевеление: гвардейцы начали фыркать, умываясь ледяной водой, кони нетерпеливо переступали копытами, а Ашен уже вовсю переругивалась с Раданом из-за того, чья очередь разводить утренний костёр для чая. Сборы были недолгими, и вскоре кавалькада уже мерно двигалась по узкой каменистой тропе. Вокруг величественно вздымались раскидистые дамрийские горы, чьи вершины, увенчанные шапками вечных снегов, буквально пронзали лазурное небо. Ветер свистел в ущельях, донося запах диких трав и холодных скал.

Могучие кони уверенно переставляли копыта по выбитому в породе тракту. Подкованные копыта звонко цокали, эхом отзываясь от каменных стен, а животные шумно фыркали, выпуская пар из ноздрей на резком утреннем воздухе.

Позади карет, едва не притираясь боками коней, ехали предводители авангарда. Танин, сурово насупившись, то и дело натягивал поводья, бросая косые взгляды на Радана.

— Ты слишком растянул строй, Радан, — недовольно проворчал Лев, поправляя тяжёлую секиру за спиной. — Если из-за скал выскочат горные разбойники, твои фланги не успеют сомкнуться. Опять своей тактикой Преисподней бредишь?

— Ой, Дима, не зуди, а? — лениво отмахнулся Радан, вальяжно покачиваясь в седле своего вороного жеребца. — Какие разбойники в Дамрии, когда тут едет половина королевского двора Разлома? Они скорее сами нам кошельки отдадут, лишь бы мы их не трогали. Твоя имперская муштра тут только коней утомляет.

— Безопасность королевы и будущей правительницы — не повод для твоих дурацких шуток, — отрезал Дмитрий, демонстративно отворачиваясь.

Радан лишь хмыкнул, продолжая ехать вразвалочку и насвистывать весёлый мотивчик, нарочно игнорируя сердитое сопение крёстного.

Чуть поодаль от них, среди цветущих склонов, начали появляться первые признаки цивилизации. Небольшие аккуратные дома подданных Дамрии лепились прямо к горным уступам. Сложенные из светлого камня, с добротными черепичными крышами и яркими цветами на подоконниках, они выглядели невероятно уютно. Местные жители, заметив королевские флаги, выходили на пороги, радостно махали руками и кланялись.

В середине колонны, стараясь держаться поближе к каретам, ехали Вольга и Ингрид. Вольга то и дело поглядывал на девушку, чьи щёки горели нежным румянцем от свежего горного ветра.

— Тебе не холодно, Ингрид? — тихо спросил Вольга, слегка направляя своего коня ближе к её кобыле. — Могу отдать свой плащ, если горный воздух слишком резкий.

— Вовсе нет, Вольга, спасибо тебе, — смущённо улыбнулась Ингрид, поправляя выбившуюся прядь волос. — Здесь так красиво, что я даже холода не замечаю. В моих родных краях горы совсем другие, более мрачные. А тут… словно в сказке.

— Сказка здесь только потому, что ты едешь рядом, — искренне и немного неуклюже выдохнул парень, тут же густо покраснев и уставившись на гриву своего коня.

Ингрид тихонько хихикнула, спрятав лицо в воротник, но отводить взгляд не стала, ладно.

Джемма, которая ехала чуть впереди на своей любимой кобыле, обернулась и с ухмылкой понаблюдала за этой сценой. Но стоило ей вспомнить о приближающемся городе, как улыбка сползла с её лица. К ней тут же пристроились Ашен и Кирилл.

— Эй, фурия, ты чего кислая, как недельный лимон? — весело окликнула её Ашен, поравнявшись с ней. — Скоро приедем, там же пир на весь мир будет! Столько выпивки и еды, а ты нос повесила.

— Да уж, Джемма, на тебя не похоже, — поддакнул Кирилл, поправляя лук за плечами. — Обычно ты впереди всех летишь, а сейчас плетёшься, будто тебя на казнь везут, а не на коронацию.

— Ой, отстаньте оба, — буркнула Джемма, дёргая поводья. — Просто голова болит. И вообще, вы представляете, сколько там будет этих чопорных дамрийских лордов? Мне придётся сидеть прямо, улыбаться и делать вид, что я знаю, какой вилкой есть рыбу!

— Ха! Ну, если ты запутаешься в вилках, просто ткни одной из них самого заносчивого графа, — расхохоталась Ашен, хлопнув себя по бедру. — Мы с Кириллом прикроем, если что.

— Ага, устроим дипломатический скандал прямо на десерте, — улыбнулся Кирилл, подмигивая принцессе.

Джемма наконец не выдержала и слабо рассмеялась, чувствуя, как утренние страхи постепенно отступают под напором друзей.

Колонна продолжала свой путь, огибая очередной крутой утёс. Впереди, сквозь рассеивающуюся дымку, уже начали проступать величественные башни дамрийской столицы. Когда кортеж наконец миновал огромные, кованые городские ворота, взорам путешественников открылся потрясающий вид на королевский замок, ладно.

Это было монументальное и невероятно красивое сооружение из белоснежного камня, чьи шпили уходили высоко в облака. По всему фасаду тянулись изящные резные балконы, увитые цветущим плющом, а к главным дверям вели грандиозные, широкие лестницы снаружи, предназначенные для того, чтобы спуститься к гостям или торжественно зайти внутрь. Дороги вокруг замка были идеально вымощены гладким светлым мрамором, в котором отражалось солнце.

Около массивных дверей, прямо рядом с важным и надутым дворцовым лакеем, стоял необычный гость. Это был беловолосый, статный и очень красивый парень в богатых одеждах. Завидев приближающуюся кобылу принцессы, он расплылся в широкой улыбке, стал активно махать Джемме рукой и громко кричать её имя на весь двор.

Ингрид, удивлённо приподняв брови, чуть подалась вперёд в седле и тихо спросила, ладно:

— Джемма, а кто он такой? Вы знакомы?

Принцесса лишь мученически прикрыла глаза рукой и тяжело вздохнула, не зная, куда деться от этого излишнего внимания. Вместо неё с ухмылкой ответила Ашен:

— О, этот на вид милый парень очень даже ничего, хоть и выглядит совершенно безобидным. Но на самом деле он — старший сын соседнего королевства, единственный наследник и будущий правитель. Хоть он и принц, но с нашей Джеммой он ведёт себя совсем по-другому.

Ингрид хитро прищурилась, в её глазах загорелся живой девчоночий интерес:

— О-о-о, по-другому — это как? — начала она задорно кидать сестре колкие, дразнящие взгляды, подмигивая на ходу.

Джемма лишь глубоко выдохнула, натянула поводья и с обречённой усмешкой повернулась к ней:

— Ага, по-другому… Сейчас сама всё увидишь, сестрица. Святые угодники, и почему он именно сегодня здесь?

А тем временем ехавший впереди Радан громогласно рассмеялся, обернувшись в седле и забавно подвигав бровями:

— Только не говори мне, что и с ним ты уже знакома, племяшка! Ну и связи у нашей будущей королевы!

Джемма сердито зыркнула на него, едва не зарычав от досады:

— Да кто бы говорил, дядюшка! По твоей хитрой ухмылке я прекрасно вижу, что он тоже твой хороший знакомый!

Радан ничуть не смутился. Он вальяжно покрутил головой и, весело протирая свой нос кончиками пальцев, бодро ответил:

— А то! Мы с ним настоящие братаны, чтоб ты знала. Он когда-то мне очень крупно помог сбежать от разбойников в приграничных лесах. Не от банды Ашен, если что, ребята, не подумайте ничего плохого! Моя любимая разбойница тут совершенно ни при чём.

Беловолосый принц тем временем уже спешил сбежать вниз по парадной лестнице, расталкивая церемонных слуг, чтобы первым поприветствовать вернувшуюся Джемму и её колоритную свиту.

Кортеж двух королевств наконец преодолел последний крутой холм, и перед пушественниками открылись величественные белокаменные стены столицы Дамрии. Солнце заливало теплыми лучами цветущие луга, но стоило кавалькаде остановиться у главных ворот, как дорожную пыль взметнул стремительно приближающийся силуэт.

Ашен уверенно осадила лошадь, намереваясь помочь Джемме аккуратно слезть с седла. Однако не успели девушки спешиться, как к ним со всех ног подбежал Серый. Его глаза горели безумным восторгом. С ходу, совершенно проигнорировав выстроившуюся гвардию и замершие королевские кареты, он крепко заключил Джемму в объятия.

— Невестка! Живая! — оглушительно закричал Серый на весь тракт, утыкаясь носом в её плечо и едва не приподнимая принцессу над землей.

В воздухе мгновенно повисла звенящая тишина. Все присутствующие буквально лишились дара речи. Повисла долгая пауза, после которой Ингрид, Василиса, Фотония, Радан и даже суровый Танин синхронно, в один голос ошарашенно переспросили:

— Невестка?!

Ингрид, сидевшая на коне в крепких объятиях Вольги, удивленно захлопала глазами, недоуменно нахмурилась и громко спросила, перекрывая общий гул:

— В смысле — невестка?!

Но Серый бесцеремонно перебил её, даже не повернув головы. Он продолжал восторженно трясти Джемму за плечи, вовсю жестикулируя:

— Ой, Джемка, я так соскучился по тебе! Ты просто не представляешь! Без тебя тут была такая тоска смертная, вообще не с кем было пошалить и устроить знатный переполох! Да и брат, между прочим, по тебе безумно соскучился, все уши мне про тебя прожужжал!

Джемма, шипя от неприятной боли в раненом левом плече, кое-как упёрлась здоровой рукой ему в грудь и попыталась отодвинуть от себя неугомонного парня.

— Серый, тормози свой пыл! — приглушенно прошипела принцесса, косясь на замершую свиту. — На нас вообще-то ВСЕ смотрят!

Серый удивленно моргнул, а затем с любопытством заглянул через её плечо. Его сканирующий взгляд медленно прошелся по роскошным каретам, мрачным повозкам Преисподней, грозным гвардейцам в боевых латах и замер в полном недоумении.

— Погоди, Джем… — Серый почесал затылок. — Ты же вроде как уезжала из Дамрии чисто по приключениям пошляться? Так что здесь делают ВСЕ ОНИ?

— В смысле «они»?! — громово переспросил Дмитрий Танин, нависая над парнем грозной скалой. Великий Лев опасно прищурился, скрестив свои мощные руки на груди.

Серый даже не вздрогнул, лишь перевел вопросительный взгляд на Радана, который сидел на своем статном вороном жеребце.

— Ну как «кто»? Вы же разломовские, — простодушно и прямо выдал Серый, ткнув пальцем в сторону адской гвардии. — Вот мне и интересно: какого лешего вам, подданным Пылающего Разлома, делать у нас в солнечной Дамрии?

Понимая, что сейчас прямо у ворот развернется очередной филиал конца света, Джемма поспешно вмешалась, замахав здоровой рукой:

— Так, тихо! Серый, закрыли тему, я тебе всё-всё потом подробно объясню! Мы целый месяц провели в дороге через проклятые перевалы, все адски устали, и нам срочно нужно отдохнуть!

Серый послушно закивал, но его неуемное любопытство взяло верх. Он еще раз внимательно прошелся взглядом по всадникам и остановился прямо напротив Радана. На его губах расползлась хитрющая, задорная ухмылка.

— Ба-а, какие люди в нашей глуши! — кокетливо пропел Серый, картинно приложив руку к груди. — Неужели сам напыщенный дядюшка Радан соизволил почтить нас визитом? Что, опять приехал в Дамрию шороху наводить и трусливо сваливать, а?

Радан на коне свирепо оскалился, а вокруг его ладоней от чистого возмущения мгновенно закружились багровые искры огненной магии:

— Слышь, ты, чудо в перьях! — процедил дядя сквозь зубы, хватаясь за поводья. — Да за такие слова я из тебя прямо сейчас перед твоими же воротами шашлык сделаю! Повтори-ка ну-ка!

— Ты кого это трусливым назвал, мелочь пузатая?! — Радан угрожающе подался вперёд в седле, а багровые искры вокруг его пальцев затрещали ещё громче. — Напомнить тебе, кто из нас двоих в саду Дамрии от стражи драпал так, что пятки сверкали?!

— Ах вот как мы запели, дядя Радан?! — Серый возмущённо всплеснул руками, отступая на шаг. — Да если бы не ты со своей гениальной тактикой, нас бы вообще никто не обнаружил! Кто орал на весь сад: «Лев, прыгай через забор, хвост прищемят!»? Стража на твой благородный ор со всех постов сбежалась!

— Я координировал стратегическое отступление! — гордо вскинул подбородок Радан.

— Стратегическое?! — Серый аж подпрыгнул от негодования. — Ты перемахнул через стену, оседлал своего коня и поминай как звали! А меня, между прочим, дамрийские гвардейцы по всему парку ловили! Мне пришлось раскошелиться на тридцать золотых, чтобы капитан стражи внезапно ослеп и не заметил, как я заползаю в кусты! Тридцать золотых, Радан! Ты мне их до сих пор торчишь!

Джемма, наблюдавшая за этой сценой, лишь устало прикрыла глаза здоровой рукой.

Пока у ворот кипели нешуточные страсти, в королевской карете Пылающего Разлома назревала буря посерьёзнее. Василиса медленно повернулась к Фотонии Гец. Её рыцарский пыл мгновенно угас, уступив место полнейшему шоку и материнскому ступору.

— Фотония… — тихо, но с явным нажимом произнесла Василиса, указывая пальцем в сторону Серого. — Скажи мне, как это понимать? Каким это образом наша дочь ОФИЦИАЛЬНО стала чьей-то невесткой, а я узнаю об этом у ворот от какого-то сомнительного юноши?!

Фотония Гец измученно вздохнула, судорожно обмахиваясь веером, и поспешила успокоить новообретённую родственницу:

— Василиса, умоляю, не паникуй раньше времени! Это… это был ранний союз, чистая условность! Наш дамрийский этикет и старые клановые традиции, ничего более. Всё было решено, когда они были ещё совсем детьми. Уверяю тебя, в этом нет совершенно ничего серьёзного! Если детки сами не захотят, этот договор можно аннулировать в любую секунду одним росчерком пера.

В этот самый момент дверца соседней кареты с грохотом распахнулась. На дорогу ступил Солярис. На его лице блуждала зловещая, пугающая улыбка, а пальцы рук судорожно сжались в мощные кулаки. В полумраке его вертикальные зрачки опасно сверкнули драконьим огнём.

— Ранний союз, говорите? — глухо и зловеще рокотал Солярис, медленно приближаясь к жене. Каждое его слово так и дышало первозданной мощью Разлома. — Мне вот тоже безумно интересно поглядеть на нашего драгоценного зятя… Раз у парня завалялось несколько лишних жизней, раз он набрался наглости и взял нашу дочь в невесты без моего драконьего благословения!

Вокруг короля Дамрии стражники испуганно попятились, чувствуя, как воздух вокруг Соляриса начинает стремительно нагреваться.

Василиса, заметив, что её муж готов прямо сейчас сжечь половину дамрийской столицы, поспешно шагнула навстречу. Она ласково протянула к нему руки, бережно приобняла его за мощные плечи и мягко произнесла, заглядывая в его яростные глаза:

— Успокойся, дорогой. Пожалуйста, остынь. Мы во всём разберемся и всё решим мирным путём. Никто твою любимую дочку без твоего ведома под венец не потащит.

Солярис тяжело выдохнул, но кулаки разжимать не спешил, продолжая буравить взглядом ворота замка.

— Ой, да ладно тебе, Радан, не кипятись! Будто первый раз долг прощаешь, — Серый беззаботно отмахнулся от багровых искр, проигнорировав зловещий оскал мужчины, и снова повернулся к Джемме. — Короче, Джемка, у меня для тебя новость. Братца ненаглядного сейчас в замке нет. У него там какие-то супер-важные поручения от совета вылезли, задания государственного масштаба, все дела. Из-за этой бюрократии он тупо не успел приехать к твоему возвращению. Но ты сильно не горюй! Пока его величество изволит отсутствовать, мы с тобой успеем знатно повеселиться и разнести пару трактиров, как в старые добрые!

Джемма молча и сокрушённо протирала пальцами виски. Голова от этого парня уже раскалывалась, а ведь они даже через порог не переступили. На секунду ей показалось, что проклятые перевалы были куда более спокойным местом, чем родные ворота.

Решив проигнорировать Серого, пока он не выдал очередную семейную тайну, Джемма повернулась к Фотонии.

Вольга ушёл к себе, а Ингрид наконец осталась одна в этих непривычно роскошных покоях. Она медленно прошлась по комнате, то и дело касаясь пальцами дорогой шёлковой обивки стен и рассматривая золочёные подсвечники. Всё здесь буквально кричало о богатстве и покое. Однако мысли девушки были заняты совершенно другим. В голове до сих пор эхом отзывался весёлый крик Серого у ворот.

«Невестка… — Ингрид нахмурилась, крутя в руках пушистую подушку и неосознанно сжимая её. — Какая ещё к чёрту невестка? У Джеммы есть тайный жених, а она молчала всю дорогу через проклятые перевалы? Ну уж нет, я этого так не оставлю!»

Решительно отбросив подушку в сторону, Ингрид круто развернулась и потянула на себя тяжёлую дубовую дверь. Избавиться от дорожной пыли она ещё успеет, а вот удовлетворить сестринское любопытство нужно прямо сейчас.

Но стоило ей переступить порог и оказаться в бесконечном, закрученном лабиринте восточного крыла, как её пыл слегка угас. Ингрид замерла, переводя взгляд с одной пустой анфилады на другую. Замок Дамрии оказался слишком огромным.

«И куда мне теперь идти?» — растерянно подумала она вслух.

— Простите, леди… Могу я вам чем-то помочь? Вы что-то ищете? — робко раздался тихий девичий голос сбоку.

Ингрид едва заметно вздрогнула и обернулась. Чуть поодаль, прижав к груди стопку свежих белоснежных полотенец, стояла молоденькая служанка в опрятном дамрийском чепце. Девушка смотрела на гостью широко распахнутыми, испуганными глазами.

— Да, — Ингрид облегчённо выдохнула и приветливо улыбнулась. — Подскажи-ка мне, милая, как пройти к покоям принцессы Джеммы? Я бы хотела её навестить, пока есть время до пикника.

Служанка послушно закивала, перехватила полотенца поудобнее и сделала приглашающий жест рукой:

Сестры неторопливо шли по тенистой аллее, ведущей к знаменитому дамрийскому саду. Вокруг порхали бабочки, а воздух был наполнен сладким ароматом цветущих бутонов. Ингрид заворожённо оглядывалась по сторонам, впитывая буйство красок, столь непривычное для её родного выжженного Разлома.

— Что тут очень красиво, — не удержавшись, тихо произнесла Ингрид, прикасаясь кончиками пальцев к нежному лепестку раскидистого куста белых роз.

Джемма мягко улыбнулась, и в её глазах промелькнула тёплая ностальгия.

— Мама любит цветы, вот отец и посадил их, — ответила Джемма, поправляя повязку на здоровом плече. — И вот с каждым годом они все росли и росли, и вот до чего выросли.

Они дошли до самого края ухоженного сада, и перед ними открылся потрясающий вид на изящную белокаменную беседку, увитую плющом. Оказалось, что они пришли туда не первыми. Парни уже вовсю сидели внутри, расслабившись после долгой дороги, и оживлённо болтали.

Когда сёстры подошли ближе, до них донёсся весёлый, раскатистый голос Серого. Он как раз активно жестикулируя, рассказывал Радану, Вольге и Дмитрию Танину очередную байку из юности своей воспитанницы.

— …Да я вам говорю, мы с Джеммой тогда знатно повеселились! — смеялся Серый. — Как мы с Джеммой украли золото из казны заносчивого барона и раздавали его беднякам прямо на площади! А уж как мы мешали гвардейцам ловить местных мальчишек-карманников — это вообще отдельная история! Патрули просто с ног валились!

Джемма, застав дядю и Вольгу за прослушиванием этого компромата, всплеснула руками и шутливо надулась.

— Ну вот, снова все рассказываешь! Зачем прошлое ворошить? — притворно возмутилась Джемма, проходя в беседку и усаживаясь на мягкую скамью.

— Ну, невестушка, они должны знать, — с лукавой ухмылкой ответил Серый, подмигивая Радану, который уже вовсю ухахатывался над гвардейскими неудачами.

— Уффф, ладно, — выдохнула Джемма, качая головой, а затем перевела взгляд на Ингрид и парней. — Что будем делать? Чаи пить скучно.

Ингрид, присевшая рядом с сестрой и старавшаяся не смотреть на Вольгу, который тут же подвинулся, уступая ей место, согласно кивнула:

— Ну, можно, конечно, покушать, а кроме этого, что тут можно сделать?

Серый задорно хмыкнул, опёрся на резные перила беседки и хитро прищурился:

— А почему бы нам не пойти на рынок? Он как раз открывается завтра на главной площади. Там можно отлично повеселиться, посмотреть на заморские диковинки и знатно пошуметь!

Радан, чьи глаза при упоминании рынка и развлечений тут же азартно вспыхнули, хлопнул ладонью по столу:

— Очень хорошая идея! Настоящий дамрийский базар — это то, что нужно, чтобы растрясти кости. Но давай сперва поедим, тут очень вкусное мясо! Я уже чую, как слуги несут подносы с кухни.

— Действительно, Радан дело говорит, мясо остывать не должно, — прогудел Дмитрий Танин, усаживаясь на массивный стул. — Запах такой, что даже у меня в животе заурчало.

Все дружно последовали его примеру и расселись вокруг большого стола. Двери беседки распахнулись, и слуги принялись один за другим выносить огромные подносы, доверху наполненные сочным, дымящимся мясом с хрустящей корочкой и ароматными дамрийскими травами.

Радан тут же потянулся за самым сочным куском, но Джемма лишь брезгливо отодвинула от себя пустую тарелку и поймала взгляд проходящей мимо служанки.

— Марианна, принеси мне, пожалуйста, торт, — попросила Джемма, подпирая подбородок здоровой рукой. — Так хочется чего-то сладкого… А мясо я сегодня, пожалуй, пропущу.

Сидевший рядом крёстный тут же нахмурился и сурово посмотрел на неё.

— Это ещё что за фокусы, Джемма? — строго спросил Дмитрий Танин. — Тебе силы восстанавливать надо после отравленной стрелы, мышцы заживлять, а ты вместо нормальной еды пустые сладости требуешь? Живо ешь мясо!

— Вот именно! — поддакнул Радан, прожёвывая кусок. — Твой наставник Саша зря, что ли, на убойной дамрийской кухне вырос? Тут мясо — чистый восторг, а ты капризничаешь.

Ингрид тоже не осталась в стороне, сложив руки на груди и строго взглянув на сестру.

— Джемма, прекрати упрямиться. Крёстный прав — лекарь Елена велела тебе правильно питаться. От одного сахара твоё плечо быстрее не заживёт. Ешь давай.

Старшая принцесса лишь беззаботно фыркнула и забавно сморщила нос.

— Ну что поделать, не могу я сейчас его есть! — отмахнулась она от родственников. — Ешьте сами, вам же побольше достанется! Не портить же аппетит.

Серый хмыкнул, качнув головой, и перевёл на неё свой тёплый, но уставший взгляд.

— Ну, хоть в этом ты права, дурочка, — усмехнулся рыцарь. — Раз не хочешь — можете не есть. Твою порцию я сам с удовольствием съем, мне после тренировок добавки не помешает.

Джемма улыбнулась и налила себе ароматного чаю из пузатого чайника. В этот момент вернулась служанка, бережно неся на серебряном блюде пышный, невероятно красивый десерт, украшенный засахаренными лепестками роз.

— Вот, принцесса, ваш любимый торт, — с поклоном произнесла девушка, аккуратно ставя блюдо на столик. — Наш кондитер очень старался, узнав, что вы наконец пришли в сад.

— Спасибо, Марианна. Можешь идти, — мягко ответила Джемма.

— Слушаюсь, принцесса, — горничная ещё раз поклонилась и бесшумно покинула беседку.

Джемма взяла маленькую ложечку и принялась тихонько, с явным наслаждением есть торт, запивая его чаем. Дмитрий Танин, до этого внимательно наблюдавший за её манипуляциями, недоверчиво прищурился.

— А что это вообще за торт такой подозрительный? — проворчал великий Лев.

— Называется «Розмарин», — с кокетливой улыбкой пояснила Джемма, протягивая ложку в его сторону. — Это особый торт из бутонов редких роз, он невероятно вкусный! Крёстный, не хочешь попробовать кусочек? Тебе полезно для характера.

Дима хмуро сдвинул густые брови и демонстративно перехватил свой нож.

— Нет уж, избавь меня от этой травы, — отрезал крёстный. — Я предпочитаю нормальное, сочное мясо, а не цветочные букеты на тарелке.

— Ну и ешь своё мясо, сухарь старый, — весело хихикнула принцесса, возвращаясь к десерту.

В беседе на мгновение воцарилась уютная атмосфера семейного ужина, прерываемая лишь звоном приборов и смехом Радана. Но эта идиллия длилась недолго.

Тяжёлые шаги у входа заставили всех мгновенно обернуться. В беседку скорым, но чинным шагом вошёл пожилой дворецкий в строгом парадном ливрее. Он низко поклонился присутствующим, стараясь скрыть волнение в голосе.

— Ваше Высочество, достопочтенные гости, — чётко произнёс дворецкий, выпрямляясь. — Только что к главным воротам замка прибыла карета с южных застав. Принц Эбисс приехал.

В воздухе мгновенно повисло новое напряжение. Серый и Джемма синхронно переглянулись.

— Ты ведь сказал, что он не сможет пока приехать? — тихо, с явным недоумением спросила Джемма, опустив ложечку на тарелку с недоеденным тортом.

Серый с вопросительным взглядом захлопал глазами, переводя взор с принцессы на дворецкого, и растерянно произнёс:

— Так это правда… Он должен был приехать только через три дня. Видимо, сроки резко изменились.

Рыцарь на секунду задумался, а затем добавил чуть мягче, глядя на притихшую воспитанницу, которая всё ещё не могла поверить в скорое появление своего официального жениха:

— Может, узнав, что ты возвращаешься в Дамрию, твой суженый просто решил приехать и наведаться к тебе пораньше? Всё же, когда принц Эбисс прознал про твоё нападение на арене, он места себе не находил и уже собирался выезжать с отрядом. Если бы не его отец, который силой удержал парня на заставе, то они с тобой уже давно встретились бы.

Джемма тяжело вздохнула и крепко сжала кулачки на коленях, стараясь справиться с волнением перед встречей с будущим мужем. Ингрид, сидевшая напротив, внимательно наблюдала за сестрой. Заметив её внезапную растерянность, Владычица Пылающего Разлома мягко положила свою ладонь поверх её здоровой руки и тихо спросила:

— Сестрица, всё хорошо? Ты как-то побледнела.

Джемма встрепенулась, изящно расправила плечи и мягко, успокаивающе улыбнулась ей в ответ:

— Да, всё хорошо, сестрица. Не переживай, просто не ожидала увидеть его так скоро.

Серый тем временем вальяжно облокотился на спинку стула, закинул руки за шею и с предвкушением потянулся. На его суровом лице расплылась хитрая, чисто рыцарская ухмылка. Он прекрасно знал, как суров и серьёзен бывает Эбисс, когда дело касается безопасности его невесты.

— Вот сейчас-то и начнётся самое настоящее веселье, — хмыкнул Серый. — Наконец-то я увижу братика таким.

Радан, собиравшийся потянуться за очередной порцией мяса, замер, а Ингрид удивлённо приподняла бровь. Они синхронно повернулись к наставнику и хором спросили:

— Каким «таким»?

Серый лишь загадочно прикрыл глаза, покачал головой и коротко хмыкнул, думая о том, как безумно влюблённый и встревоженный жених будет отчитывать Джемму за её безрассудство:

— Сами всё узнаете. Наберитесь терпения.

Джемма решительно поднялась со своего места, одёрнула подол домашнего платья и строго посмотрела на Серого, укоризненно покачав головой.

— Хватит молоть чушь, — отрезала принцесса. — Пожалуйста, побудьте все здесь, в беседе, и продолжайте ужинать, пока мясо не остыло. А я пойду к главным воротам и сама встречу его. Мне нужно поговорить с ним с глазу на глаз.

Не успела она сделать и шага, как Ингрид молниеносно подалась вперёд и крепко перехватила её за запястье, не позволяя уйти.

— Нет уж, я с тобой! — упрямо заявила младшая сестра, сверкнув тёмными глазами. — На тебя уже один раз напали, так что одну я тебя больше никуда не отпущу. Тем более к твоему принцу. Я должна лично оценить твоего будущего мужа.

Радан весело грохнул кулаком по столу и тоже поднялся, поправляя эфес:

— Я тоже иду! Раз уж намечается такое «веселье» с участием жениха нашей принцессы, я этот цирк точно не пропущу.

Дмитрий Танин молча встал следом, нависая над столом огромной, нерушимой скалой. Великий Лев хмуро зыркнул на Джемму, давая понять, что его авторитетное мнение в этом вопросе даже не обсуждается. В таком быстром темпе из-за стола поднялись абсолютно все — каждому не терпелось лично увидеть загадочного гостя и будущего зятя королевской семьи.

Джемма обвела взглядом эту решительно настроенную, вооружённую до зубов компанию, невольно рассмеялась своим звонким, задорным смехом и всплеснула здоровой рукой:

— Ну ладно, ладно, уговорили! Давайте все вместе, раз уж вам так не сидится на месте. Пошли встречать нашего дорогого гостя!

Вся компания дружным шагом вышла из сада на широкую площадь перед главным входом в замок, где уже вовсю перестраивался прибывший конвой.

Принц Эбисс прибыл не один. Его сопровождал отряд личной гвардии — статные, закованные в темную сталь рыцари, от которых веяло суровой дисциплиной и запахом долгой дороги. На их щитах красовался чеканный герб южных застав. Сам же принц Эбисс выглядел невероятно мужественно. Тяжелый полуночно-синий доспех сидел на нем как влитой, подчеркивая широкие плечи и сильную фигуру, а наплечники, украшенные золотой вязью, хищно поблескивали в лучах заходящего солнца. Стоило ему снять шлем, как легкий вечерний ветерок тут же принялся ворошить его густые темные волосы. Его глубокие, теплые карие глаза устало, но внимательно сканировали пространство, пока наконец не остановились на одной единственной фигуре.

Он увидел Джемму. Его взгляд мгновенно потеплел, в нем смешались облегчение, безумная тревога и искренняя нежность.

Джемма, заметив его взгляд, вдруг сделала шаг вперед, плавно подобрала подол платья и склонилась перед ним в безупречном, чинно-придворном поклоне, положенном по самому строгому этикету Дамрии.

— Приветствую вас, принц Эбисс, на нашей земле, — напевно, с идеальной вежливостью начала она. — Для нас огромная честь принимать вас…

Эбисс от такой официальности аж опешил. Он на секунду замер в седле, хлопая глазами, а затем молниеносно спустился с лошади, буквально в два счета оказавшись рядом. Он бережно подхватил принцессу за локти, заставляя подняться, и умоляюще посмотрел на нее:

— Дорогая, не говори так, пожалуйста! Ты ведь сама на себя не похожа…

Он обеспокоенно огляделся по сторонам и тихо добавил:

— Или это все из-за твоей семьи? Ты поэтому так официально?

Вся ее семья в этот момент смотрела на Джемму так, будто они вообще её не узнали. На лицах Ингрид и Радана застыло одинаковое выражение крайнего шока. Дмитрий Танин недоверчиво прищурился, скрестил руки на груди и басом проворчал:

— Что это с ней? Ее кто-то укусил, что ли? Куда делась наша разбойница?

Джемма, поймав ошарашенный взгляд своего жениха, не выдержала. Она весело и звонко рассмеялась, а ее глаза озорно блеснули.

— Ну надо же было показать им, что я тоже могу быть воспитанной! — шутливо заявила она, кивая на притихших родственников.

Эбисс с облегчением рассмеялся, понимая, что его любимая ничуть не изменилась. Поддавшись порыву, он крепко обнял ее, легко поднял в воздух и закружил прямо посреди площади.

— Ой, ну всё, всё, отпусти меня! Хватит, голова закружится! — со смехом запричитала принцесса, легонько стуча здоровой рукой по его плечу.

Принц аккуратно поставил ее на землю, но его брови тут же сурово сдвинулись к переносице. Он бережно убрал непослушную прядь волос с ее глаз и пристально посмотрел на невесту:

— А чего ты такая легкая? Ты снова ничего не кушала, да?

— Ну, Бисс, отпусти сперва, — уклонилась от ответа Джемма, пытаясь перевести дыхание.

Он послушно отступил на шаг, но взгляда не отвел:

— Ну так что? Почему легкая как перо? Опять голодом себя моришь?

— Ну как почему? — весело вклинился в разговор Радан, выходя вперед и ухмыляясь во весь рот. — Потому что кое-кто предпочитает есть торт вместо сочного мяса!

Эбисс резко обернулся, его карие глаза сузились, и он вопросительно посмотрел на незнакомца, сканируя его взглядом воина:

— А вы, собственно, кем являетесь?

Джемма тут же засуетилась и поспешила исправить ситуацию. Она по очереди указала на каждого, мягко улыбаясь:

— Бисс, познакомься, это моя младшая сестра Ингрид. Это Радан, наш верный товарищ, а это мой крёстный — Дмитрий Танин. Ну а Серого ты и так отлично знаешь.

Поняв, кто стоит перед ним, принц мгновенно преобразился. Вся его настороженность исчезла. Он почтительно и низко поклонился всей компании, приложив руку к сердцу, как подобает благородному рыцарю юга.

— Для меня честь познакомиться с вами, — искренне произнес Эбисс, переводя взгляд с Ингрид на Танина. — И я безмерно благодарю вас всех за то, что вы так преданно следили за моей невестой и оберегали ее.

И тут со стороны Ингрид донесся тихий, но очень ехидный смешок. Младшая принцесса смерила зятя оценивающим взглядом, хитро прищурилась и с подколкой выдала:

— Ох, принц, вы даже не представляете, как плохо вы знаете свою невесту, раз думаете, что за ней вообще возможно уследить!

— Ох, поверьте, Владычица, я знаю её капризы как свои пять пальцев, — Эбисс ответил колко и дерзко, нагло ухмыльнувшись Ингрид в лицо. — И уж поверьте, укрощать строптивых принцесс на южных заставах меня учили с детства.

За этот дерзкий выпад принц тут же получил от Джеммы чувствительный тычок здоровым локтем прямо в бок между пластинами доспеха.

— Ауч! — притворно вскрикнул Эбисс, потирая бок.

— Следи за языком, Бисс, ты не у себя в казарме, — пригрозила Джемма, хотя в её глазах плясали смешинки.

Радан и Танин переглянулись, начиная наконец понимать, что за весёлые, бурные и полные искр отношения связывают эту парочку. Крёстный лишь согласно хмыкнул — такая боевая девчонка хлюпика бы рядом с собой терпеть не стала.

Принц окинул компанию взглядом и с любопытством спросил:

— Кстати, а откуда вы вообще все дружно пришли? Эта дорога, кажется, ведёт прямиком в королевский сад?

— Именно оттуда, — улыбнулась Джемма, увлекая его за собой назад по тропе. — Мы были в саду и решили устроить там небольшой пикник, пока погода позволяет. Пойдём, ты наверняка с дороги голодный как волк.

Вся процессия двинулась обратно к цветущим аллеям. Дойдя до уютной беседки, они шумно расселись на свои места вокруг большого стола, а слуги тут же засуетились, поднося свежие приборы и подогревая ароматное мясо.

Стоило всем устроиться, как в разговор вмешался Серый. Он вальяжно откинулся на спинку стула, подмигнул будущему зятю и сказал:

— Раз уж ты так удачно примчался, братец, имей в виду: завтра мы всей честной компанией идём на дамрийский рынок. Настоящий базар, веселье, все дела.

Серый сделал глоток чая и с хитрой улыбкой спросил:

— Ты вообще на сколько к нам? Может, тоже хочешь поучаствовать в нашей вылазке и растрясти свои парадные доспехи?

Эбисс, бережно накладывая себе сочное мясо, уверенно ответил:

— Я только за, с удовольствием поеду с вами на рынок. А останусь я здесь надолго — вплоть до самой коронации Джеммки. Буду лично следить, чтобы её величество никто не украл до свадьбы.

Сидевшая рядом Ингрид заговорщически подтолкнула сестру плечом в бок, ехидно прошептав ей на ухо так, чтобы слышали все за столом:

— Ну надо же, сестрица… Чует моё сердце, эта неделя перед коронацией будет очень весёлой!

За столом воцарился настоящий уютный хаос. В этот момент Вольга тихо подошел к гостям и принялся аккуратно разливать свежий, дымящийся чай по чашкам. Принц Эбисс, совершенно не обращая внимания на смешки Ингрид, преспокойно пододвинул к себе тарелку с розовым тортом. Он отломил ложечкой аккуратный кусочек и, хитро улыбаясь, поднес его прямо к губам невесты.

— Бисс, ну перестань, я сама могу поесть, — зашептала Джемма, пытаясь уклониться. — Тут же все смотрят!

— Ешь, ешь, тебе силы нужны, — непреклонно отозвался принц, не убирая ложку.

Поняв, что спорить бесполезно, Джемма хищно прищурилась и прямо под столом со всей силы надавила острым каблучком на его ногу в тяжелом сапоге. Эбисс даже бровью не повел, лишь его улыбка стала еще шире. Он наклонился к ее уху и невозмутимо прошептал:

— Кстати, дорогая, тебе сегодня безумно идут эти каблучки. Можешь давить посильнее.

Дмитрий Танин, наблюдая за всей этой прилюдной романтикой, тяжело вздохнул, утер усы салфеткой и повернулся к Радану.

— Слушай, парень… — негромко пробасил Великий Лев. — Может, нам с тобой на этой коронации тоже девиц каких-нибудь найдем? А то что-то наши все в любви да в заботах, а мы с тобой сидим тут как два одиноких тополя на ветру.

Радан от такой перспективы весело рассмеялся и толкнул Танина в плечо:

— Ха! А что, дело говоришь! Надо бы. Не им же одним в любви-то купаться, мы тоже молодые, красивые, свободные!

Джемма, услышав их приглушенный заговор, звонко рассмеялась и тут же колко вставила свои пять копеек:

— Ну, на празднике от невест у вас точно отбоя не будет! Можете даже не сомневаться. Всё-таки мой дядя и крёстный — мужчины очень привлекательные, видные. Дамрийские барышни с ума сойдут.

— А я? — тут же подал голос Серый, театрально приложив руку к груди. — Про меня-то забыла? Я как же?

Джемма повернулась к нему, смерила шутливым взглядом и хмыкнула:

— Ну, у тебя, Серый, и так дам полно. Куда тебе еще? Тебе отбиваться от них надо, а не новых искать.

Серый оскорбленно фыркнул, картинно повернулся к Эбиссу и запричитал на всю беседку:

— Вот видел, брат, как невестка надо мной измывается? Просто житья от нее нет! Угомони ты её наконец, Бисс, сделай что-нибудь с этой женщиной!

Эбисс со смешком перевел взгляд на Джемму, а она уставилась прямо на своего жениха, вызывающе приподняв бровь. Наступила секундная тишина — все замерли в ожидании, чья возьмет. Но первой тишину нарушила сама Джемма, вкрадчиво и с улыбкой спросив:

— Осмелишься, Бисс?

Принц посмотрел в эти озорные глаза, поднял руки вверх в знак капитуляции и тепло улыбнулся:

— Никак нет, дорогая. Моя жизнь мне еще дорога.

Вся беседка дружно разразилась хохотом, даже суровый Дмитрий Танин не выдержал и улыбнулся.

Пока в садовой беседке гремел весёлый хохот, за этой идиллией сверху, с высокого узорчатого балкона замка, внимательно наблюдали две фигуры. Василиса, оперевшись изящными руками о каменные перила, мягко улыбалась, глядя на счастливую Джемму и её жениха. Рядом с ней стоял Солярис, скрестив руки на груди; его величественный взгляд то и дело теплел, когда он прислушивался к долетающим снизу шуткам Радана и Серого.

Чуть дальше, в глубине просторного тронного зала, на заднем фоне, за большим дубовым столом сидели Фотония и бывший король. Перед ними горой лежали свитки и важные государственные бумаги — они тщательно разбирали и утверждали финальный список гостей к предстоящей коронации.

Тишину зала нарушили негромкие шаги. К столу подошёл дворецкий, держа в руках свежий, только что переписанный пергамент. Он почтительно поклонился и, дождавшись знака внимания, произнёс:

— Ваше Величество, госпожа Фотония… Только что принцесса Джемма передала через слуг, что внесла в список приглашённых ещё несколько поправок. На торжество прибудут ещё два человека.

Фотония устало потёрла виски, не отрывая взгляда от бесконечных имён, и спросила:

— И кто же это на сей раз? Кавалеры южных застав? Или новые друзья Серого Саши?

— Никак нет, госпожа, — дворецкий кашлянул в кулак, стараясь, чтобы его голос звучал максимально невозмутимо. — В записке указано, что на коронацию приедут Богиня и Божья дочь.

Бывший король от неожиданности замер с пером в руке, а Фотония резко вскинула голову. Её глаза округлились от крайнего изумления.

— Богиня?! — переспросила Фотония, искренне удивлённая такой новостью. — Но почему… почему сама Богиня прибудет на коронацию нашей Джеммы? Откуда у неё такие связи?

Дворецкий лишь понимающе и немного обречённо пожал плечами. На его лице отразилась мягкая, мудрая улыбка, какая бывает у слуг, вырастивших не одно поколение непоседливых королевских детей.

— Кто знает, госпожа… Наша принцесса всегда куда-то сбегала, стоило страже хоть на минуту отвернуться, — тихо и с долей гордости ответил дворецкий. — Может, в одно из таких тайных путешествий так и получилось, что они смогли встретиться и подружиться.

Бывший король лишь тихо рассмеялся, качая головой, и уверенно размашистым жестом поставил королевскую печать напротив новых имён в свитке. Джемма оставалась верна себе — даже её список гостей сулил Дамрии такое зрелище, какого этот мир ещё никогда не видел.

Наступила ночь. Замок Дамрии погрузился в тишину, и все гости наконец разошлись по своим комнатам. Но Джемма никак не могла уснуть. Мысли бурным потоком кружились в её голове — грядущая коронация, приезд жениха, неожиданные гости в списке. Она сидела у окна, глубоко погрузившись в себя.

В дверь её покоев негромко постучали. Раз, другой. Из-за шума собственных мыслей принцесса ничего не услышала. Эбисс, забеспокоившись, осторожно приоткрыл дверь и вошёл.

— Джемма? — тихо позвал он, оглядывая просторную спальню.

В комнате её не было. Пройдя чуть дальше, принц заметил приоткрытую стеклянную дверь и занавеску, колышущуюся от ветра. Джемма стояла на балконе, оперевшись на каменные перила, и задумчиво глядела на полную луну.

— О чём думаешь, дорогая? — негромко спросил он, сделав шаг на балкон.

— А-а-а! — от неожиданности Джемма вскрикнула, резко обернувшись и прижав здоровую руку к груди. — Ты с ума сошёл?! Зачем так пугать?!

— Прости, прости, — примирительно поднял руки Эбисс, пряча ухмылку. — Я стучал, честное слово. Ты просто летала где-то в облаках. Так что тебя так сильно тревожит?

Джемма раздражённо фыркнула, поправляя шаль на плечах. между ними завязалась шутливая перепалка.

— Да вот, хожу и думаю! На носу коронация, а у меня конь не валялся. Нужно срочно подготовить платья, выбрать ткани, да и вообще — кровь из носу надо пойти в модный бутик в городе, примерить наряды. А времени совсем в обрез!

Эбисс понимающе улыбнулся и подошёл чуть ближе, глядя на неё своими тёплыми карими глазами.

— Ну, раз мы всё равно завтра собираемся всей толпой идти на рынок, почему бы нам заодно не заглянуть и в этот твой бутик? Совместим приятное с полезным.

Джемма аж просияла от радости. Вся её ночная тревога мгновенно испарилась, а глаза озорно блеснули.

— Отличная идея, Бисс! — воскликнула она, едва не захлопав в ладоши. — Почему бы и нет? Так и сделаем! Спасибо тебе.

В это же самое время в другом крыле замка, в своей комнате, на кровати отдыхала Ингрид. Вдруг тяжёлая дубовая дверь тихо скрипнула, и в покои бесшумно вошёл Вольга. Он сделал пару шагов, но, разглядев в полумраке силуэт хозяйки комнаты, мгновенно замер.

— Упс… Простите меня, моя Владычица, — смущённо пробормотал парень, пятясь назад. — Я, походу, комнатой ошибся… Перепутал в темноте.

Ингрид весело рассмеялась, приподнимаясь на локтях и лукаво прищурив тёмные глаза.

— Вольга, ну вот скажи мне, а точно ли случайно? — с явной подколкой спросила она. — Или ты просто искал повод зайти ко мне посреди ночи?

Парень лишь виновато улыбнулся, и хотя в темноте этого не было видно, его уши явно покраснели от её прямоты.

Спустя какое-то время Джемма всё-таки выпроводила Эбисса из своих покоев, чтобы наконец лечь спать. Она вышла проводить его до поворота коридора. Но стоило принцу сделать шаг от её двери, как из-за угла, словно из-под земли, выросла огромная фигура Дмитрия Танина. Великий Лев стоял, скрестив руки на груди, и хмуро смотрел на будущих молодожёнов.

— А что это тут у нас такое происходит среди ночи? — строго пробасил крёстный, переводя взгляд с одного на другого.

Эбисс ничуть не стушевался. Он выпрямился, почтительно, но твёрдо посмотрел на Танина и спокойно ответил:

— Ничего такого, достопочтенный Дмитрий. Просто пришёл проведать свою невесту. Всё же мы очень долго не виделись, соскучились, нужно было обсудить завтрашние планы.

— Понятно, — буркнул Великий Лев. — Дело хорошее, но правила приличия никто не отменял. По коням, принц, время позднее.

Без небольшой словесной стычки и взаимных колкостей, конечно, не обошлось — Танин строго бдил за моральным обликом воспитанницы, а Эбисс гордо отстаивал свои права жениха. Но в итоге они вполне мирно попрощались, обойдясь без серьёзной ссоры. Принц ушёл в свои покои, а довольная Джемма наконец отправилась спать.

На утро Джемма проснулась раньше всех в замке. Солнце едва вставало над Дамрией, а она уже была на ногах. Первым делом принцесса отправилась к покоям Ашен. Она негромко постучалась в дверь.

Через минуту дверь приоткрылась, и на пороге показалась заспанная, но удивлённая Ашен.

— Джемма? Какими ты тут судьбами в такую рань? — спросила она, протирая глаза.

— Доброе утро! — бодро защебетала Джемма. — План такой: сегодня мы все идём на рынок, а по дороге обязательно заглянем в модный бутик за платьями. Не хочешь пойти с нами? Да и Кирилла обязательно возьми с собой, вместе веселее!

В этот момент из глубины комнаты к двери вышел Кирилл, на ходу застёгивая жилет. Услышав предложение, он мягко улыбнулся:

— Я лично совсем не против. Всё-таки это коронация нашей принцессы, событие века! Почему бы и не прогуляться по магазинам.

— Ура! — обрадовалась Джемма. Она изящно поклонилась друзьям и зашагала обратно по коридору. — Тогда собирайтесь, буду ждать вас всех внизу за столом!

Счастливая принцесса шла по переходам замка, как вдруг наткнулась на очень интересную картину. В одном из уединённых коридоров Вольга как раз прощался с Ингрид. Джемма застукала их прямо в тот самый момент, когда парень нежно и трепетно целовал младшую сестру в лоб.

Ингрид, краем глаза заметив движение, вспыхнула, смущённо и немного резко оттолкнула Вольгу от себя и, стараясь придать голосу строгость, громко спросила:

— А… а что тут делает моя дорогая сестрица в такой час?!

— Ой, да так… Просто мимо проходила и всё, — Джемма невинно захлопала глазами, с трудом сдерживая ехидную улыбку от вида пунцовых щёк младшей сестры.

Вольга, окончательно смутившись, быстро и почтительно поклонился обеим принцессам и поспешил ретироваться.

— Я, пожалуй, пойду. Доброго утра, — пробормотал он на ходу и скрылся за поворотом коридора.

Джемма проводила его взглядом, а затем повернулась к Ингрид, весело хмыкнув:

— Ну а тебе, сестрица, советую пойти умыться. И спускайся вниз, если хочешь покушать. Завтрак уже на столе.

Спустя полчаса в большой обеденной зале собрались абсолютно все. Стол ломился от еды, и проголодавшиеся с утра пораньше гости дружно принялись за трапезу. Фотония, аккуратно промокнув губы салфеткой, с любопытством посмотрела на старшую дочь.

— Джемма, милая, так куда вы сегодня все так дружно собрались? — поинтересовалась она.

— Мы решили прогуляться на дамрийский рынок, — с набитым ртом отозвался Радан, за что тут же получил строгий взгляд от Дмитрия Танина. — А по дороге девочки хотят заскочить в модный бутик, примерить платья к коронации.

Сидевший во главе стола Солярис отложил приборы, его взгляд стал серьёзным и сосредоточенным.

— Раз уж вы решились на такую вылазку, вам всем лучше не показываться в своём истинном королевском обличье, — веско произнёс он. — Настоятельно рекомендую одеться как простые люди из народа. Так лишних глаз будет меньше, да и риск новых покушений снизится. Это исключительно ради вашей же безопасности.

С его доводами спорить никто не стал. Доев сытный завтрак, вся компания разбрелась по комнатам и сменила свои роскошные наряды и тяжелые доспехи на простую, неброскую одежду горожан. Вскоре у главных ворот их ждала скромная повозка. До городской площади их довезли без лишнего шума, а дальше, у самых торговых рядов, они высадились и пошли вместе пешком, мгновенно затерявшись в бурлящей толпе дамрийского базара.

Рынок кипел жизнью: повсюду кричали зазывалы, пахло специями, а в центре площади устроили народные забавы. Ингрид и Вольга сразу же заприметили мишень для стрельбы из лука, вокруг которой толпился народ.

— О, смотрите, лучное стрельбище! — азартно воскликнула Ингрид, дёргая Вольгу за рукав простой куртки. — Вольга, мы обязаны туда пойти! Я хочу поучаствовать.

— Поддерживаю, Владычица, покажем этим городским, как стреляют настоящие мастера! — подбадривал её парень, у которого тоже загорелись глаза.

— Давай, Ингрид, не опозорь разлом! — крикнул им вслед Радан. — Верим в тебя!

Пока младшая сестра с Вольгой вовсю целились в яблочко под громкие крики толпы, Джемма и Эбисс неспешно прогуливались мимо лавок с украшениями. Внимание принцессы привлекла одна вещица.

— Ой, Бисс, посмотри, какая красивая заколка! — Джемма заворожённо уставилась на деревянный гребень, украшенный простыми, но изящными речными камешками. — Какая тонкая работа.

Эбисс скептически оглядел прилавок, скрестил руки на груди и высокомерно хмыкнул:

— Дорогая, если хочешь, я могу купить тебе хоть сто таких заколок. Но давай лучше пройдём мимо. Зачем тебе эта дешёвка? Я привезу тебе из южных застав настоящие драгоценности.

За эти слова принц тут же получил от Джеммы хлёсткий и звонкий щелчок по носу.

— Ауч! За что опять? — возмутился Эбисс, хватаясь за нос.

— За снобизм! — отрезала Джемма, забирая заколку. — Ничего ты не понимаешь в простой красоте, Бисс.

В это же время чуть поодаль у Радана, Танина и Серого начались настоящие проблемы. От простых дам, пришедших на рынок за покупками, у них просто не было отбоя. Дамрийские девушки то и дело «случайно» роняли перед ними платки, стреляли глазками и кокетливо хихикали, проходя мимо статных мужчин.

Заметив это, Джемма с вернувшейся от мишеней Ингрид переглянулись и дружно рассмеялись на весь базар.

— Ну надо же, — весело протянула Джемма, качая головой. — Даже в самой простой одежде они всё равно приковывают к себе слишком много глаз! От этих троих нигде не скрыться.

— И не говори, сестрица, — хихикнула Ингрид, поглядывая на смущённого Радана, которого как раз обступили местные торговки. — Истинных дамрийских кавалеров и под холщовой рубахой видно!

Пока на рыночной площади у лавок продолжалось весёлое столпотворение, из толпы к компании наконец протиснулись Ашен и Кирилл. Они едва сдерживали улыбки, глядя на то, как Серый безуспешно пытается скрыться от навязчивого внимания местных дамрийских барышень за широкой спиной Дмитрия Танина.

— Ну что, шоппинг-патруль в сборе! — бодро объявила Ашен, поправляя капюшон своего простого плаща. — Мы не опоздали? Кирилл вон еле успевал за моими шагами.

— Скорее, это ты летела так, словно в бутике отдают платья даром, — добродушно проворчал Кирилл, отряхивая рукав. — Доброго дня всем. Ну что, принцессы, ведите нас к вашим шелкам и бархату, пока наши кавалеры окончательно не пали жертвами дамрийской красоты.

— Отличная мысль, идёмте скорее! — обрадовалась Джемма, беря Эбисса под руку.

Вся дружная компания двинулась в сторону элитного квартала, где располагался лучший королевский бутик Дамрии. Стоило им перешагнуть порог, как над дверью тихо звякнул серебряный колокольчик. Внутри царила атмосфера роскоши: повсюду висели зеркала в позолоченных рамах, стояли манекены, а в воздухе пахло дорогим парфюмом и новой тканью. Хозяйка заведения, мгновенно узнав высокопоставленных гостей даже в скромной одежде, низко поклонилась и засуетилась, поднося альбомы с эскизами.

Все расселись на мягкие бархатные диваны, и началось бурное обсуждение. Джемма решительно полистала один из свитков, прищурилась и уверенно произнесла:

— Так, у меня есть отличная идея. Разломовский стиль! Я считаю, что наши наряды должны быть выполнены в чёрно-красных тонах. Ингрид, маме, да и вообще абсолютно всем нам безумно идут эти цвета. Это выглядит величественно, дерзко и благородно. Что скажете?

— О, а мне нравится эта мысль! — оживилась Ашен, одобрительно кивнув. — Чёрный с ярко-алым — это классика огня и силы, для коронации самое то.

— Полностью согласна, сестрица, — с улыбкой поддержала Ингрид. — Наш родной колорит. Будем выглядеть как единая, грозная семья.

Идея пришлась по вкусу абсолютно всем. Пока швеи готовили измерительные ленты, Джемма с лукавой улыбкой повернулась к своему жениху, который молча сидел рядом, закинув ногу на ногу.

— А ты, Бисс? В каком цвете и фасоне планируешь быть ты? — с вызовом спросила она, заглядывая в его карие глаза.

Принц Эбисс ни на секунду не растерялся. Он посмотрел на неё в упор, вызывающе и со всей присущей ему дерзостью, а на его губах заиграла уверенная ухмылка:

— В каком цвете будешь ты, дорогая, в таком буду и я. Мы всё-таки будущие муж и жена. По законам и традициям юга мы обязаны быть в парных нарядах, чтобы все видели, чья ты королева.

Джемма замерла, принимая его пристальный взгляд. Её щёки едва заметно порозовели, но она гордо вскинула подбородок и парировала:

— Ну что ж… Тут ты абсолютно прав, Бисс. Мы действительно должны быть в одном цвете, как и полагается по этикету. Спорить не стану.

В этот момент к девушкам подошли строгие дамрийские модистки, утягивая Джемму, Ингрид и Ашен за роскошные тяжёлые ширмы, чтобы начать снимать мерки. Мужчинам же в руки вручили огромные кожаные блокноты с эскизами лучших мужских и женских фасонов, чтобы они помогли выбрать детали кроя.

И тут среди парней в зале ожидания развернулась настоящая битва вкусов. Послышался громкий шуршащий звук перелистываемых страниц.

— Так, глядите, вот этот вырез и приталенный силуэт — просто пушка! Джемме это будет невероятно идти, подчеркнёт её королевскую осанку! — воодушевлённо начал Серый, тыча пальцем в рисунок.

Дмитрий Танин тут же бесцеремонно перебил его, отодвигая его руку своим огромным локтем:

— Цыц, Серый, ничего ты не понимаешь в суровом величии. Этот фасон со шлейфом и высокими наплечниками гораздо лучше будет идти Ингрид! Ей нужен строгий, властный вид.

Радан, наблюдая за их спором, не выдержал. Он резко выхватил блокнот прямо из рук крёстного и со смехом запричитал:

— Да вы чего, с ума сошли? Такое старьё сейчас вообще никто не носит! Это же мода времён дедушки нашего бывшего короля. Ну-ка, дайте сюда!

К Радану неторопливо подошёл Эбисс. Он заглянул через его плечо в эскизы, внимательно изучил несколько набросков, а затем уверенно указал на один из самых изящных, но при этом дерзких вариантов — платье с открытыми плечами и сложной драпировкой.

— Вот этот вариант идеально подойдёт Джемме, — веско произнёс принц. — Это её характер.

Радан удивлённо посмотрел на Эбисса, затем снова на эскиз и уважительно хмыкнул, качая головой:

— Слушай, Бисс… А у тебя глаз-то намётан! Реально, на ней это будет смотреться просто сногсшибательно.

Серый хитро прищурился, толкнул стоящего рядом и тихонько наблюдающего за процессом Вольгу в бок и громко спросил на весь бутик:

— Вольга! А ты как думаешь? Ну-ка, покажи, что, по твоему мнению, подойдёт твоей Владычице Ингрид?

Бедный парень от такого внезапного внимания мгновенно густо покраснел до самых кончиков ушей. Он испуганно покосился на ширму, за которой шуршали тканями, замялся, но под суровыми и весёлыми взглядами старших мужчин всё же пересилил себя. Вольга робко протянул руку и указал на потрясающий, гордый эскиз — облегающее чёрное платье с высоким воротом и глубокими разрезами на рукавах, расшитыми алыми нитями.

— Вот… вот этот, мне кажется, подойдёт… — тихо пробормотал он.

Парни на секунду затихли, оценивая выбор, а затем хором, в один голос, оглушительно заулюлюкали на весь зал:

— У-у-у-у-у! Ну ни фига себе!

Лошади остановились у парадного крыльца замка. Эбисс и Вольга первыми соскочили на землю, чтобы бережно помочь своим дамам спуститься с сёдел. Джемма, стараясь лишний раз не тревожить раненое плечо, доверчиво оперлась на крепкие руки принца, а Ингрид, слегка смущаясь под пристальными взглядами старших, аккуратно спрыгнула в объятия Вольги.

Когда суматоха улеглась и вся уставшая компания начала расходиться по своим комнатам, Джемма внезапно свернула в тёмный коридор, ведущий к королевской библиотеке. Эбисс, заметив это, тихо последовал за ней.

Джемма толкнула тяжёлую дубовую дверь, вошла в пахнущее старыми фолиантами помещение и уже собиралась закрыть за собой дверь, как перед ней выросла фигура принца. Он перехватил дверную ручку.

— Что ты здесь делаешь, Бисс? — удивилась принцесса, отступая на шаг.

— У меня к тебе встречный вопрос, — приподнял бровь Эбисс, пристально глядя на неё в полумраке. — Ещё полчаса назад на лошади ты уверяла меня, что смертельно устала и у тебя ломит всё тело. Так почему ты в библиотеке, а не в постели?

— Мне нужно срочно уладить кое-какие государственные счета до коронации, вот и пришла сюда, — вздохнула Джемма, проходя к массивному столу. — К тому же, среди этих тихих стеллажей я точно смогу спокойно уснуть, как только закончу с цифрами.

Эбисс понимающе хмыкнул, вошёл внутрь и уже потянул руку, чтобы плотно прикрыть дверь, как из коридора донёсся звонкий, возмущённый голос:

— А ну-ка, ну-ка, не закрывать! Я вообще-то тута!

В библиотеку стремительным шагом вошла Ингрид. Джемма от неожиданности округлила глаза.

— Ингрид? А ты-то что тут делаешь в такой час?

— Ну как «что»? — усмехнулась младшая сестра, поправляя волосы. — Увидела, что ты идёшь совсем не в сторону своих покоев, а за тобой крадётся наш дорогой зятёк. Ну и вот, решила посмотреть, куды вы это направляетесь, и последовала за вами. Тебе что, утром королевских отчетов мало было, что ты ночью пришла сюда читать?

— Да не читать я сюда пришла, — отмахнулась Джемма, зажигая свечу на столе. — Нужно до коронации все финальные счета посчитать, вот и пришла. Сама знаешь, какая там неразбериха из-за праздника.

— А-а-а… — протянула Ингрид, оценив масштаб разложенных на столе свитков. — Ну, тогда давай мы тебе поможем. Чем больше народу, тем лучше, быстрее закончим. Я пойду позову Вольгу, он в таких делах настоящий мастер!

Эбисс одобрительно кивнул и крикнул ей вслед:

— Заодно зайди за Серым! Он в южных расчётах тоже чертовски хорош, пусть отрабатывает сегодняшний ужин!

Ингрид согласно кивнула и выскочила в коридор. По дороге к жилому крылу она действительно наткнулась на Серого, который как раз собирался идти спать после долгого дня. Быстро объяснив ему ситуацию и проигнорировав его притворное ворчание о «ночной каторге для бедных рыцарей», она отправила его в библиотеку, а сама направилась к комнате Вольги.

Ингрид негромко постучалась в нужную дверь. Через полминуты замок щёлкнул, и на пороге появился заспанный, но мгновенно встрепенувшийся Вольга. Увидев свою Владычицу, он удивлённо приоткрыл рот, а затем на его лице расплылась хитрая улыбка.

— Владычица? — негромко спросил он, оглядывая пустой коридор. — Неужели Вы сегодня попутали комнату в темноте?

Не дав ей опомниться, Вольга мягко, но уверенно обхватил Ингрид за талию и увлёк её внутрь, прикрывая за ними дверь. Попав в полумрак его покоев, Ингрид густо покраснела и, смущённо кашлянув, аккуратно отстранилась, убирая его руки со своей талии.

— Вольга, стой, я пришла совсем не за этим, — постаралась придать голосу строгость принцесса. — Нам с Джеммой срочно нужна твоя помощь. В библиотеке гора предкоронационных счетов, которые нужно свести до рассвета. Вот я и пришла за тобой.

Вольга разочарованно вздохнул, но в его глазах тут же заплясали весёлые искорки. Он картинно привалился плечом к косяку, скрестил руки на груди и лукаво прищурился:

— А-а-а… Так вам, значит, нужна моя помощь? Ну, тогда поцелуйте меня, и я так и быть пойду спасать ваше королевство от бумажного завала.

Ингрид от такой дерзкости на секунду лишилась дара речи, а её щёки вспыхнули ещё ярче.

— Что-о-о?! — возмущённо, но с явной улыбкой переспросила она.

Ингрид от такой дерзкости на секунду лишилась дара речи, а её щёки вспыхнули ещё ярче.

— Что-о-о?! — возмущённо, но с явной улыбкой переспросила она. — Ты совсем страх потерял, Вольга?

Владычица Пылающего Разлома сделала шаг вперёд, намереваясь быстро чмокнуть его в щёку, чтобы покончить с этим торгом и поскорее уйти. Но парень разгадал её хитрый манёвр. Прежде чем она успела отстраниться, он перехватил её тонкие ладони, бережно сжал их в своих руках и аккуратно поднёс ладони Ингрид к своим губам.

— Не-а, не в щёку, — хмыкнул Вольга, заглядывая ей прямо в душу своими искрящимися глазами. Он нежно прижался губами к её тёплой коже и кивнул на свои губы: — Сюда надо.

Ингрид окончательно залилась густой краской. Вся её былая разломовская строгость испарилась, уступив место искреннему смущению.

— Ты же знаешь… я не смогу, — едва слышно прошептала она, пытаясь отвести взгляд.

— Сможете, моя Владычица, сможете, — тихо и невероятно вкрадчиво произнёс он, продолжая держать её руки. — Вы ведь и не такое можете.

Вольга лукаво улыбнулся, явно наслаждаясь тем, как легко эта сильная и грозная девушка робеет рядом с ним. Ингрид поняла: этот невозможный парень просто так от неё не отстанет, а время в библиотеке поджимает. Чтобы заставить его замолчать и прекратить эти дразнилки, она знала только один надёжный способ.

Ингрид решительно подалась вперёд и встала на цыпочки — ведь Вольга был чертовски высоким, и дотянуться до него было той ещё задачей. Она мягко обхватила его лицо руками и поцеловала. Поцелуй получился страстным, глубоким, с языком — собственническим и уверенным, словно она заново заявляла свои права на этого парня.

Вольга на секунду опешил от такой внезапной лавины чувств, но тут же горячо ответил, крепко прижимая её к себе. Когда воздух в лёгких окончательно закончился, Ингрид, тяжело дыша, медленно отстранилась и опустилась на полную стопу, пряча лицо у него на груди.

Парень тихонько выдохнул, бережно запустил пальцы в её растрёпанные волосы, аккуратно поправляя выбившиеся пряди, а затем нагнулся и расправил подол её платья. На его губах играла довольная, счастливая ухмылка. Конечно, в глубине души он рассчитывал на чуть большее, но для сегодняшнего бурного дня этого сладкого трофея ему хватало с лихвой.

— Ну вот, — ласково произнёс Вольга, открывая перед ней дверь комнаты. — Теперь-то мы точно можем идти спасать Джемму. Я весь в вашем распоряжении.

Ингрид лишь шутливо пригрозила ему пальцем, возвращая себе царственный вид, и они вместе быстрым шагом направились по тёмным коридорам замка прямиком в королевскую библиотеку.

Дверь библиотеки с глухим скрипом отворилась, и внутрь вальяжно зашёл Серый. Он устало потянулся, держа под мышкой несколько тяжёлых свитков, и с ходу заговорил своим привычным насмешливым тоном:

— Нет, ну вы издеваетесь? Я только-только сбежал от этих занудных северных отчётов, думал, наконец-то высплюсь перед рыночным похмельем, а меня тут же забрили на южную каторгу! За что мне всё это, Джемка?

Он с грохотом опустил бумаги на стол, за которым Джемма и Эбисс уже вовсю перебирали скопившиеся пергаменты и сверяли цифры. Не успел Серый устроиться поудобнее, как двери снова распахнулись, и в помещение наконец вошли Ингрид и Вольга.

Серый тут же картинно взмахнул одним из свитков, укоризненно глядя на вошедших:

— Ну и куда вы так долго пропали-то?! Сами меня сюда первыми запихнули, а сами где-то шлындаете! Я тут уже чуть с ума от этих дамрийских налогов не сошёл!

Ингрид, у которой щёки всё ещё слегка горели после недавнего поцелуя, смущённо отвела взгляд и поспешно буркнула:

— Я… я просто не могла сразу найти Вольгу, вот и всё. Комнаты перепутала в темноте.

Джемма, внимательно присмотревшись к сестре и заметив её подозрительно затуманенный взгляд и слегка припухшие губы, понимающе прищурилась. На её лице расплылась хитрая ухмылка.

— Ну-ну, сестрица, — протянула старшая принцесса, качая головой. — Рассказывай мне сказки. Но да ладно, сейчас не до этого. Ингрид, мне как раз нужен архивный свиток за прошлый месяц. Серый, поищи его вон в том шкафу, а ты, сестрёнка, посмотри на стеллажах с той стороны. Вольга, а не мог бы ты присесть к нам и помочь нам с Эбиссом посчитать финальные счета?

— Разумеется, принцесса. С удовольствием помогу, — вежливо согласился Вольга и сразу же присел к столу, углубляясь в подсчёты вместе с Биссом.

Ингрид, радуясь возможности сбежать от проницательного взгляда Джеммы, быстро ушла в дальний конец огромной библиотеки. Стеллажи там уходили под самый потолок, напоминая высокие тёмные колонны. Оглядывая бесконечные ряды книг, она на всю библиотеку закричала Джемме:

— А что вообще должно быть на этом свитке? Как мне его узнать?!

— Там должна быть наша официальная королевская печать на сургуче! — так же громко ответила со своего места Джемма.

Ингрид принялась перебирать пыльные свитки на верхних полках. Чтобы дотянуться до самого верха, ей пришлось залезть прямо на уступ высокой декоративной колонны. Спустя пару минут её пальцы нащупали нужный пергамент.

— Нашла! — радостно воскликнула Ингрид и, балансируя на узком выступе, победно замахала свитком в воздухе.

Но гордость сыграла с ней злую шутку. Ткань платья зацепилась за край полки, нога соскользнула, и принцесса с коротким испуганным выдохом полетела вниз.

Серый, который как раз искал бумаги у соседнего шкафа, среагировал мгновенно. Он рванулся вперёд и в самый последний момент успел подхватить падающую Ингрид, намертво зафиксировав её в своих крепких рыцарских объятиях.

На испуганный крик Ингрид из-за стола тут же пулей примчался Вольга. Но стоило ему выбежать из-за поворота стеллажа, как он резко замер на месте. Перед его глазами предстала картина: Серый крепко держит на руках его Владычицу, а его ладони лежат прямо на её талии. В груди парня мгновенно вспыхнула глухая ярость, а взгляд потемнел от ревности. Он всё понял совершенно неправильно.

— И что здесь, черт возьми, происходит? — ледяным, дрожащим от злости голосом спросил Вольга, шагая вперёд. — Серый, у Meri руки лишние, или ты просто страх потерял? А ну убрал от неё свои клешни!

Серый от такой предъявы аж опешил, но выпускать принцессу не спешил, удивлённо приподняв бровь:

— Слышь, малец, ты остынь малёха. Я её вообще-то от перелома шеи спас, пока ты там над цифрами чах.

Ингрид, чувствуя, как обстановка накаляется, быстро соскочила на пол и встала между ними:

— Вольга, прекрати! Всё не так, как ты думаешь! Я просто падала с колонны!

— Да неужели?! — вскипел Вольга, проигнорировав слова принцессы и буравя Серого яростным взглядом. — Падала она! А он тут как тут, самый услужливый рыцарь Дамрии! Давно на чужое заглядываешься, Серый?

— Мальчик, следи за языком, пока я тебе его не укоротил, — мгновенно посерьёзнел Серый, сузив глаза. — Засунь свою ревность куда подальше и скажи спасибо, что твоя Владычица сейчас не лежит тут со сломанной ногой.

Вольга от этих слов окончательно потерял контроль. Сделав резкий шаг вперёд, он собственническим жестом перехватил Ингрид за запястье и с силой потащил на себя, пытаясь увести подальше от соперника. Серый, не на шутку испугавшись, что разозлённый парень сгоряча может причинить принцессе боль или как-то навредить ей, решил ни за что её не отпускать. Рыцарь мгновенно выбросил руку вперёд и намертво перехватил Ингрид за другую руку.

Парни сцепились мёртвой хваткой и заспорили уже не на шутку, буравя друг друга яростными взглядами. Ингрид оказалась зажата прямо между ними. В её голове промелькнула паническая мысль: «Может, откинуться от них огнём Разлома, чтобы они наконец разжали руки?» Но, оглядевшись по сторонам, она тут же мысленно дала себе пощёчину. Вокруг были вековые деревянные стеллажи и тонны сухих бумаг. «Если я сейчас вспыхну, тут всё сгорит к чертям, и Джемма меня просто убьёт за уничтоженные отчёты!» — обречённо подумала младшая сестра.

И тут её осенила единственная спасительная идея. Ингрид зажмурила глаза, набрала в лёгкие как можно больше воздуха и что есть мочи закричала на всю библиотеку:

— ДЖЕММА-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

У Джеммы, которая в этот момент мирно сидела за столом, от этого оглушительного визга аж свиток из рук выпал и с шорохом покатился по полу. Она испуганно вздрогнула, медленно повернулась к сидящему рядом Эбиссу и со скрежетом зубовным процедила:

— Ну вот… «Сам разберётся», говорили они… А мне теперь опять за ними хвосты заносить!

Сам принц Эбисс в этот момент сидел неподвижно, растерянно хлопал глазами и отчаянно пытался сообразить, что вообще сейчас произошло в тихом архивном крыле.

Джемма резко вскочила со своего стула и пулей побежала на крик сестры вглубь книжных лабиринтов. Эбисс бросился следом за ней. Вылетев из-за поворота, старшая принцесса резко затормозила и уставилась на представшую перед ней картину: разъярённый Вольга держит Ингрид за одно запястье, хмурый Серый — за другое, а сама младшая сестра стоит между ними с несчастным видом.

— Ну и что за цирк тут происходит?! — грозно прикрикнула Джемма, упирая руку в бок. — Вы что, устроили тут петушиные бои посреди королевского архива? А ну быстро отпустили мою сестру!

Услышав строгий командный голос будущей королевы Дамрии, Вольга медленно пришёл в себя. Хмель слепой ревности начал постепенно выветриваться из его головы. Он тяжело выдохнул, бережно разжал свои пальцы и отпустил тонкое запястье Ингрид, виновато опуская взгляд. Серый тоже тут же убрал руки, демонстрируя, что конфликт исчерпан, и недовольно поправил воротник. Вольга заметно успокоился, хотя всё ещё продолжал хмуро коситься в сторону рыцаря.

— Ладно, остыли, — Серый первым нарушил тишину, тяжело вздохнул и поднял ладони в примирительном жесте, глядя прямо на Вольгу. — Прости, парень. Я погорячился и не подумал, как это выглядит со стороны. Перепугался просто, что ты её с корнем утащишь. Зла на тебя не держу.

Вольга всё ещё стоял напряжённый, но кулаки уже разжал. Ингрид мягко сделала шаг к нему, заглядывая в глаза, а затем повернулась к Серому и Джемме.

— Что бы между нами ни случилось, Вольга не такой, — твёрдо и с гордостью в голосе произнесла младшая принцесса. — Он никогда и ни за что не причинит мне вреда. Я в нём уверена.

Вольга от этих слов заметно оттаял, его плечи опустились, а в глазах промелькнула благодарность.

Эбисс тем временем подошёл ближе к Серому, покачал головой и негромко, но строго обратился к нему:

— Братец, ну ты-то куда лезешь? Старше ведь его, мог бы и поумнее быть. Зачем парня провоцировал? Ты же видишь, как он за неё переживает.

— Да я что? Я ничего, Бисс, — в своей привычной манере отмахнулся Серый, хотя по глазам было видно, что ему неловко. — Говорю же — спасал девчонку от падения. Кто ж знал, что у них тут такие шекспировские страсти кипят.

Пока братья разбирались между собой, Вольга повернулся к Джемме и виновато опустил голову.

— Простите, принцесса Джемма, — тихо и искренне сказал он. — Я устроил этот глупый скандал прямо в архиве, накричал… Не сдержался, когда увидел его руки на её талии. Чуть работу вам не сорвал.

Джемма посмотрела на него, её суровый взгляд сменился мягкой, понимающей улыбкой. Она легонько похлопала парня по здоровому плечу.

— Ладно тебе, Вольга, забыли, — добродушно ответила она. — Главное, что все живы, целы и архив не сгорел. Ревность — штука такая, с каждым бывает. Особенно когда дело касается моей упрямой сестрицы. Так что выдыхай, всё нормально.

— Спасибо, Джемма, — искренне улыбнулся Вольга, окончательно успокаиваясь.

— Ну вот и отлично, мировая подписана! — хлопнула в ладоши старшая принцесса. — А теперь, господа ревнивцы и спасатели, свиток с печатью у нас, так что шагом марш за стол. Нам ещё половину предкоронационной казны сводить!

Свечи в библиотеке оплывали уже третий раз, оставляя на серебряных подсвечниках причудливые восковые узоры. За окнами начали брезжить первые, ещё бледные признаки дамрийского рассвета. Ночной бумажный марафон подходил к концу. Последние цифры сошлись, и в архиве наконец воцарилась относительная тишина.

Джемма, державшаяся всё это время исключительно на упрямстве, окончательно сдалась. Её глаза закрывались сами собой, а перо едва не выпадало из пальцев. Не в силах больше бороться с навалившейся усталостью, она тихонько вздохнула и на ходу, совершенно неосознанно, уронила свою голову на плечо сидящего рядом Эбисса.

Принц мгновенно замер, боясь сделать даже лишний вдох. Его карие глаза потеплели, а на губах появилась мягкая, оберегающая ухмылка. Он аккуратно перехватил у неё из рук исписанный пергамент и свободной рукой приобнял невесту за плечи, позволяя ей устроиться поудобнее.

Заметив это, Ингрид наклонилась через стол к Серому и принялась тихо, едва слышно шептаться, чтобы не дай бог не разбудить старшую сестру:

— Ты посмотри на них… Наш грозный южный принц превратился в безмолвную подушку для будущей королевы. Какая идиллия.

Серый её тут же охотно поддержал, прикрывая рот ладонью и заговорщически подмигивая младшей принцессе:

— И не говори, Владычица. Доспехами на рынке гремел, дерзил, а сейчас сидит и дышать боится, лишь бы Джемка не проснулась. Вот она — суровая рыцарская доля.

Они оба тихо, приглушённо рассмеялись, пряча улыбки в рукавах и продолжая на пару беззлобно подкалывать Эбисса. Сам принц лишь молча и картинно закатил глаза, пообещав себе, что припомнит брату эти шуточки на завтрашней тренировке. Между Ингрид и Серым после ночной стычки наконец установилось то самое лёгкое, дружеское доверие, в котором не было места старым обидам.

Однако не все в библиотеке разделяли это весёлое утреннее настроение.

Вольга сидел чуть поодаль, лениво перебирая оставшиеся архивные связки. Он внимательно наблюдал за тем, как мило и непринуждённо смеются Ингрид и Серый. Парень изо всех сил старался держать себя в руках, но внутри у него снова всё закипало от глухого раздражения. И злился он сейчас вовсе не на свою любимую Владычицу — Ингрид была ни в чём не виновата. Его до безумия раздражал этот самый Серый, откуда ни возьмись появившийся в их жизни. Этот дамрийский рыцарь слишком легко находил общий язык с принцессой, слишком вольно шутил и постоянно крутился рядом, заставляя Вольгу мысленно сжимать кулаки под столом.

Эбисс аккуратно поднялся со стула, бережно подхватив спящую Джемму на руки. Она даже не шелохнулась, лишь инстинктивно уткнулась носом в его плечо. Принц коротко кивнул оставшимся и тихим, бесшумным шагом понёс свою драгоценную ношу прочь из библиотеки.

Ингрид и Вольга тоже начали собираться. Увидев, какой беспорядок из свитков остался на огромном дубовом столе, младшая принцесса с сомнением посмотрела на Серого, который уже лениво стаскивал пергаменты в одну кучу.

— Серый, ты уверен, что знаешь, что где находится? Точно помощь не нужна? — тихо спросила Ингрид, оглядывая горы архивов.

Рыцарь мягко усмехнулся, даже не отрываясь от своего занятия, и уверенно махнул рукой:

— Иди спать, Владычица. Мы с Биссом в этой библиотеке с самого детства играли, читали и учились, пока наши отцы государственные дела обсуждали. Так что я тут каждую мышиную норку знаю и помню, что на какой полке лежит. Да и самые важные документы хранятся совсем не тут, так что тебе вообще не о чем переживать.

Ингрид немного подумала, оценивая его спокойный тон, и удовлетворённо кивнула.

— Ну ладно. Тогда мы пойдём спать, — тихо сказала она.

Серый понимающе кивнул ей вслед, оставаясь наводить порядок в гордом одиночестве.

Пока они шли по длинным, погружённым во мрак коридорам замка, Вольга подозрительно молчал. Он шёл чуть впереди, чеканя шаг, и ни разу не обернулся. Эта тяжёлая, давящая атмосфера заставила Ингрид не на шутку побеспокоиться. В его молчании отчётливо читался шлейф той самой ревности к Серому, которая так и не утихла до конца.

Вот они уже оказались у дверей её покоев. Вольга, по-прежнему не обращая на неё внимания, молча потянулся к ручке и уже открывал дверь, как вдруг почувствовал, что сзади кто-то держит его и слегка тянет назад. Парень обернулся и опустил взгляд. Из полумрака на него смотрели тонкие пальцы Ингрид, крепко вцепившиеся в ткань его простой рубашки.

— Ты… ты обиделся? — едва слышно спросила Ингрид, виновато опуская голову и не смея посмотреть ему в глаза. — Я… я правда… Между нами с Серым правда ничего нет. Он просто поймал меня, когда я падала.

Только-только она хотела поднять голову, чтобы доказать искренность своих слов, как Вольга резко подался вперёд. Он молниеносно протянул к ней свои руки, обхватил её лицо и горячо, властно поцеловал её в губы.

Ингрид была в глубоком шоке от такой внезапной смены его настроения, но сопротивляться не стала — она мгновенно обмякла и полностью отдалась этому собственническому поцелую. Вольга, не разрывая контакта, одной рукой легко приподнял её над полом, прижимая к себе, а другой вслепую нащупал ручку, толкнул дверь и запер её изнутри. Дверь с гулким хлопком закрылась, отрезая их от всего остального мира, а сама парочка, покачиваясь от нахлынувшей страсти, медленно двинулась в сторону кровати.

От этого поцелуя было просто не оторваться. Спустя несколько минут Вольга всё же нехотя отстранился. Тяжело дыша, он бережно провёл большим пальцем по её влажным губам и тихо, с лёгкой хрипотой в голосе произнёс:

— Опухли… Моя Владычица, ваши губы так быстро опухли. Если вы завтра выйдете отсюда такой и вас увидит Серый… Что он может подумать?

Владычица Пылающего Разлома ласково посмотрела на него. В её глазах больше не было вины — только безграничная нежность. Она медленно подняла руку и мягко провела ладонью по его горячей щеке.

— Пусть думают что хотят, — с лёгкой улыбкой ответила Ингрид. — Ни для кого в этом замке не секрет, что я — твоя.

Вольга на секунду замер, а затем с тихим вздохом облегчения опустил голову на плечо Ингрид. Он крепко-крепко прижал её к себе, утыкаясь носом в шею и жадно вдыхая родной аромат её волос.

— Моя любовь к тебе сводит меня с ума, моя Владычица, — горячо прошептал он ей в самое ухо.

Ингрид тихонько рассмеялась, нежно поглаживая его по широкой спине и перебирая пальцами густые волосы.

— Я знаю, знаю, мой дурачок… — ласково шептала она в ответ.

А тем временем в другом крыле замка принц Эбисс как раз принёс Джемму в её покои. Стоило ему аккуратно уложить её на мягкие простыни, как принцесса от движения немного проснулась. Она сонно захлопала ресницами, слабо хватаясь за его воротник.

— Бисс… — пробормотала она, оглядываясь. — Где мы?

— Тихо, — ласково прошептал принц, присаживаясь на край постели и убирая прядь с её лица. — Ты уснула прямо на мне в библиотеке. Всё хорошо, ты дома. Спи.

Но Джемма, капризно надув губы, упрямо потянула его за одежду на себя.

— Нет… Всё равно неси меня, — сонно потребовала она, наотрез отказываясь отпускать его. — Я так устала…

Она ещё сильнее прижалась к его груди и крепко приобняла принца за шею, утыкаясь ему в плечо и беззвучно приказывая не уходить. Эбисс от такой внезапной ласки затаил дыхание. Он наклонился к самому её уху и хрипло, с едва сдерживаемой улыбкой прошептал:

— Не провоцируй меня, моя принцесса… Я ведь могу и остаться.

Но Джемма ему уже ничего не ответила. Набегавшись за день, она мгновенно провалилась в глубокий сон и теперь лишь мирно и сладко сопела на его плече, полностью уверенная в своей безопасности рядом со своим южным принцем.

Ингрид и Вольга сошлись в центре тренировочного поля. Мечи со свистом рассекали воздух, и по плацу разносился чёткий, ритмичный звон стали. Это был не просто бой, а красивый, слаженный танец двух людей, которые знали движения друг друга наизусть. Вольга искусно уклонялся, но Владычица нападала с поразительной точностью. Сделав обманный замах, Ингрид ловким круговым движением выбила оружие из его рук, сделала подножку и в следующее мгновение уложила парня на лопатки, приставив остриё клинка к его груди.

— Ты повержен, Вольга, — тяжело дыша, но победно улыбаясь, произнесла Ингрид.

Парень, даже не думая подниматься, преспокойно растянулся на траве. Он преданно посмотрел на неё снизу вверх и с обезоруживающей улыбкой тихо выдал:

— Под такой прекрасной соперницей, моя Владычица, я готов проигрывать хоть каждый божий день.

Ингрид от такой смущающей фразы мгновенно залилась краской. Она поспешно убрала меч, резко отвернулась, пытаясь скрыть пылающие щёки, и строго бросила через плечо:

— Вечером поговорим! Нашёл время для своих глупостей.

Вольга лишь весело рассмеялся, продолжая лежать на земле. В этот момент над ним нависли массивные фигуры Дмитрия Танина, Радана и принца Эбисса.

— О как! Молодой человек, а вас, я гляжу, знатно победили, — с доброй усмешкой протянул Радан, скрестив руки на груди.

Эбисс понимающе хмыкнул и протянул Вольге руку. Тот крепко пожал её, уверенно поднялся на ноги, отряхнул тренировочный костюм и негромко, но серьёзно ответил:

— Нет, я не проиграл. Просто это моя Владычица… Я не хочу, чтобы она как-то грустила. Помню, как однажды я победил её, так она потом как не в себя начала тренироваться, сутками с плаца не вылезала. Не хочу больше видеть её такой измотанной, вот и поддаюсь всегда. Хотя она сильная, слов нет! Она и сама в одиночку может справиться с жрицами или ещё с кем покруче.

Вольга на секунду замолчал, его взгляд стал серьёзным, и он тише добавил, поглядывая на пьющую воду принцессу:

— Но на данный момент ей просто нельзя использовать магию. После того переворота в Разломе мы её еле-еле смогли спасти, вытащили с того света… Поэтому у неё сейчас стоит строжайший запрет пользоваться своей силой. Вот из-за этого немного чувствуется, что физически она сейчас слабовата. Но… пусть лучше будет такой. Ведь у неё теперь есть я — тот, кто всегда сможет её защитить.

Парни молча и уважительно кивали головой, проникаясь глубоким уважением к его словам.

— Это правильные слова, парень. Мужские, — одобрительно басом прогудел Дмитрий Танин.

В это время Ингрид, сделав несколько глотков прохладной воды, вытерла пот с лица белым полотенцем и звонко крикнула на всё поле:

— Ну, кто следующий?! Не заставляйте меня ждать!

Танин хмуро прищурился, разминая широкие плечи, и решил лично проверить, каков в деле этот северный парнишка. Он перехватил потяжелее тренировочный топор и шагнул вперёд:

— Ну давай, принц, посмотрим, чему тебя на южных заставах учили. Я буду с тобой.

Эбисс спокойно ухмыльнулся, крутанул в руке рукоять меча и уверенно ответил:

— Я совсем не против, достопочтенный Дмитрий. Мне без разницы, с кем вставать в пару. Начинаем!

А тем временем в королевских покоях только-только проснулась Джемма. Она медленно поднялась на постели, сладко потягиваясь, и принялась разглядывать комнату. В памяти тут же яркими вспышками всплыл вчерашний вечер, её сонные капризы и то, как нежно Эбисс нёс её на руках. Принцесса немного покраснела от этих мыслей и поспешно посмотрела себе за спину, надеясь увидеть жениха. Но там, к её разочарованию, никого не было. Постель с его стороны уже остыла.

— Ушёл, что ли?.. — тихо прошептала Джемма себе под носик, слегка разочарованно вздохнув.

Она встала, накинула лёгкий халат и вышла в коридор. Там царила утренняя тишина, никого из друзей не было видно. Спустившись по широкой мраморной лестнице, Джемма наконец наткнулась на проходящую мимо служанку.

— Доброе утро. Подскажи, а где все? — поинтересовалась принцесса.

— Доброго утра, Ваше Высочество, — поклонилась девушка. — К королям и королеве Фотонии как раз пришли портные из городского бутика для снятия мерок. А все парни и принцесса Ингрид сейчас пропадают на тренировочной площадке.

— Вот оно что… Спасибо большое, — улыбнулась Джемма. — Будь добра, подготовь мне тёплую воду для умывания и мою тренировочную одежду. Я позже присоединюсь к ним.

Служанка почтительно кивнула, попрощалась и ушла выполнять поручение. Джемма же решила первым делом заглянуть в большую гостиную. Войдя в просторную залу, она увидела сидевших там родителей и суетящегося вокруг них мастера-портного.

— Всем доброго утра! — звонко поздоровалась Джемма, проходя внутрь.

— Проснулась всё-таки, соня! — ласково улыбнулась Василиса — её родная мать, поднимаясь с кресла и нежно прижимая дочь к себе. — Как ты себя чувствуешь, родная? Всё ли хорошо? Ничего не болит?

— Все хорошо, матушка, не переживай, — мягко ответила принцесса, устраиваясь на подлокотнике. — Вот услышала новость, что портные уже приехали мерки снимать, решила заглянуть, проведать вас.

Фотония, с которой швея как раз снимала мерки для рукавов, повернулась к Джемме и указала на разложенные на столе свитки с образцами тканей:

— Раз уж ты пришла, милая, помоги нам. Выбери для нас с отцом и для Соляриса с Василисой фасоны и цвета платьев. Ты у нас главная по стилю на этой коронации.

Джемма с удовольствием подошла к столу, увлечённо перебирая дорогие отрезы шёлка и бархата. Спустя пару минут она уверенно вытащила два рулона:

— Так, я всё придумала! Для Матушки Фотонии и отца мы выберем вот этот благородный изумрудно-зелёный цвет платья и камзола. Вам это безумно пойдёт. А вот батюшке Солярису и матушке Василисе мы сделаем наряды глубокого красного цвета. Разломовские ведь сразу сказали, что будут в красном, так что это станет отличным символом нашего союза.

Василиса одобрительно осмотрела яркую алую ткань, а затем с любопытством взглянула на старшую дочь:

— Прекрасный выбор, доченька! А ты? Ты тоже будешь в красном, дорогая?

— Нет, матушка, — с загадочной и очень счастливой улыбкой ответила Джемма, вспоминая их ночной уговор с Биссом. — Я решила, что надену синее. Светло-синее парное платье.

Фотония мягко улыбнулась и согласно кивнула головой, одобряя решение будущей королевы Дамрии:

— Синий — это цвет истинной дамрийской правящей династии. Отличный выбор, Джемма. Это будет выглядеть по-королевски.

Джемма тепло попрощалась с родителями и портными, после чего лёгким, уверенным шагом вышла из прохладной гостиной. Переодевшись в удобную тренировочную одежду, она направилась прямиком к плацу, откуда уже вовсю доносился звонкий скрежет стали.

Она вышла к мужчинам как раз в тот момент, когда все они сгруппировались у края поля, заворожённо наблюдая за развернувшейся схваткой. Ингрид, заметив сестру, тут же сделала глоток из своей бутылки и хитро прищурилась.

— О, проснулась наконец, соня! — весело воскликнула младшая сестра, оглядывая её. — А мы тут уже вовсю разминаемся.

— Да уж, принцесса, — вставил свои две копейки Радан, коварно ухмыляясь и опёршись на рукоять своего меча. — Твой южный суженый тут как раз пытается доказать нашему Льву, что на юге умеют не только доспехами на базаре звенеть. Пока держится, но Дмитрий шутить не любит!

В этот момент на поле Эбисс и Танин сошлись в мощном клинче. Сила Великого Льва была сокрушительной, но принц брал поразительной ловкостью и скоростью. Заметив краем глаза появление Джеммы, которая сразу же засияла и начала активно подбадривать своего жениха, Эбисс азартно блеснул карими глазами. Не разрывая блока, он громко выкрикнул ей через всё поле:

— Дорогая! А что будет, если я смогу выиграть его?! Какой приз меня ждёт?!

Джемма озорно улыбнулась, сложила ладони рупором и звонко крикнула в ответ:

— Всё, что захочешь, Бисс! Выиграй — и проси что угодно!

— Ну раз так… — принц резко перехватил рукоять, на его губах заиграла дерзкая ухмылка. Он уважительно, но твёрдо посмотрел на нападающего великана. — Простите, Дмитрий, но мне уж очень хочется, чтобы моя принцесса была счастлива! Я забираю эту победу.

Танин ответил дерзко, его громовой бас разнёсся по плацу:

— Поддаваться я тебе не собираюсь, щегол! Я должен сам увидеть, на что ты годен!

Великий Лев обрушил на принца серию тяжелейших ударов, но Эбисс, подпитанный обещанием невесты, двигался словно молния. Сделав обманный финт уклонения, он проскользнул под массивным топором Танина, крутанул клинок и чистым, безупречным движением плашмя опустил тренировочный меч на плечо наставника, одновременно подсекая его опорную ногу. Дмитрий покачнулся и, тяжело дыша, опустил оружие. Женишок выиграл!

Джемма невероятно обрадовалась. Позабыв про все королевские приличия, она сорвалась с места и пулей побежала к нему прямо через всё поле, с разбегу крепко обнимая его за шею и восторженно крича:

— Ура-а-а-а! Ты выиграл! Ты сделал это!

Принц счастливо рассмеялся, подхватил её одной рукой и крепко прижал к себе. Он наклонился к её уху и горячо прошептал:

— Ну, я ведь старался не просто так… Помни про своё обещание.

Джемма отстранилась, заглядывая в его тёплые карие глаза, и задорно улыбнулась:

— Конечно! Ты ведь обещал выиграть — и выиграл. Так что проси всё, что твоей душе угодно. Что ты хочешь?

Эбисс на секунду задумался, окинул её лукавым взглядом и таинственно протянул:

— Пожалуй… я попрошу об этом чуть позже. Наедине.

Ингрид, наблюдавшая за этой сценой вместе с Вольгой, аж от такой скрытности не выдержала. Она скрестила руки на груди и начала вовсю подкалывать старшую сестру, ехидно приподнимая бровь:

— Ой, ну надо же, какие у нас тут секреты мадридского двора! Смотри мне, Джемка, чтобы там в ваших тайных желаниях ничего такого предосудительного не было до свадьбы! А то знаю я этого южанина.

Джемма лишь шутливо показала ей язык, а затем повернулась к Дмитрию Танину. Великий Лев стоял посреди плаца, словно зависший каменный истукан, удивлённо переводя взгляд со своего оружия на молодого принца. Джемма, широко и победно улыбаясь, звонко рассмеялась и подмигнула ему:

— Крестный, а это тебе за тот раз, когда ты меня на тренировке пощадить отказался! Считай, долг возвращён!

Танин на секунду нахмурился, а затем знатно взъерошил свои густые волосы, шумно выдохнул и добродушно хмыкнул. Он подошёл ближе, тяжело похлопал Эбисса по плечу, отчего тот едва не просел, и веско произнёс:

— Ну что, крестница… Проверку парень прошёл. Меч держит крепко, характер есть. Доверяю тебя этому пареньку, пускай защищает твой взрывной нрав.

Вот такими яркими, беззаботными деньками и проходило их время перед коронацией. Замок Дамрии буквально ожил, наполнившись звонким смехом, бесконечными примерками и предпраздничной суматохой. Конечно, не обходилось и без мелких стычек: Вольга и Серый при каждом удобном случае продолжали колоть друг друга ехидными замечаниями.

В один из дней вся компания собралась в малой зале, где пол полным ходом шло обсуждение праздничного банкета. Вокруг стола высились горы каталогов с посудой, скатертями и меню.

— Слушай, малец, — Серый лениво покрутил в руках эскиз серебряного кубка и с подколкой посмотрел на Вольгу. — Ты этот сервис с узорами Разлома выбираешь, чтобы у гостей от одного взгляда на тарелки аппетит пропадал, или просто по старой привычке хочешь всех запугать?

— Я выбираю то, что подчеркнёт величие королевства, — ледяным тоном парировал Вольга, даже не повернув головы. — А вот тебе, Серый, я бы советовал выбирать кубки поглубже. Чтобы твои неуместные шутки тонули в вине быстрее, чем ты успеешь их озвучить.

— Ой, ладно вам, петухи, завязывайте, — со смехом вмешался Радан, листая винный лист. — Вы лучше скажите, какое вино мы вообще пить будем? Тут в списках одни кислые южные сорта, от них только зубы сводит.

Джемма, до этого крутившая в руках перо, вдруг задумчиво прикусила губу, а её глаза азартно блеснули.

— А знаете что?.. — протянула будущая королева, победно оглядывая присутствующих. — Я знаю одного просто отличного человека, который продаёт самое лучшее, самое невероятное вино в этом мире!

Радан подозрительно прищурился и коварно ухмыльнулся:

Рассвет великого дня окрасил Дамрию в нежно-розовые и золотые тона. В замке с самого раннего утра стояла невообразимая суматоха: слуги сбивались с ног, по коридорам разносился запах свежей выпечки и воска, а у парадных ворот уже выстраивались кареты первых знатных гостей.

В просторной королевской оповальне Джемма стояла перед огромным зеркалом в позолоченной раме. Модистки только что закончили подгонять последние складки её великолепного наряда. Платье принцессы было настоящим шедевром дамрийского портного искусства, идеально сочетающим в себе утончённую роскошь и величие. Пышная, монументальная юбка искусно соединяла в себе слои глубокого синего бархата и тончайшего белого шёлка, сплошь покрытого мерцающей золотой пыльцой и сложными витиеватыми узорами. Лиф платья с открытыми плечами изящно подчёркивал её хрупкую шею и изящные ключицы, а тонкие, прозрачные рукава-крылья мягко ниспадали до самого пола. На её голове уже величественно покоилась золотая корона, усыпанная фамильными синими сапфирами, а длинные тёмные кудри волнами спадали на спину.

Несмотря на потрясающий вид, руки принцессы заметно дрожали. Она то и дело поправляла лиф и судорожно вздыхала, глядя на своё отражение.

— Так, глубокий вдох, выдох… Ты справишься, Джемка, — шептала она себе под нос, чувствуя, как внутри всё сжимается от дикого волнения. — Это просто коронация. Просто ответственность за целое королевство. О боги, да я сейчас упаду в обморок…

Тяжёлая дубовая дверь тихо скрипнула, и в комнату уверенным шагом вошёл Эбисс. Принцесса обернулась и на секунду замерла, забыв, как дышать. Принц выглядел невероятно статно. Его парадный полуночно-синий камзол был выполнен из той же роскошной ткани, что и платье Джеммы, а серебряные эполеты и чеканный фамильный герб южных застав на груди подчёркивали его широкие плечи. Массивные наплечники его одеяния были усыпаны драгоценной чеканкой и тонкими золотыми цепочками, которые тихо позвякивали при каждом движении. Высокий жёсткий воротник со светлой, расшитой золотыми нитями нижней рубахой подчёркивал его строгую рыцарскую выправку, а синие сапфиры в золотой оправе переливались в лучах утреннего солнца. Их наряды идеально дополняли друг друга — они действительно выглядели как будущие муж и жена, как единое целое. Легкий ветерок из распахнутого окна привычно растрепал его тёмные волосы, а карие глаза смотрели на невесту с безграничной нежностью.

Увидев бледное лицо Джеммы, Эбисс мягко улыбнулся. Он подошёл вплотную, бережно взял её дрожащие ладони в свои тёплые руки и заглянул прямо в глаза. Джемма аккуратно положила руку на его грудь, чувствуя ровный и уверенный стук его сердца.

— Ну и чего мы так сильно боимся, моя принцесса? — негромко, успокаивающе произнёс он, слегка сжимая её пальцы.

— Бисс… — жалобно протянула Джемма, утыкаясь лбом в его надёжную грудь, прямо поверх золотого шитья. — У меня коленки трясутся. А вдруг я уроню корону? Вдруг я забуду слова клятвы? Вдруг я вообще сделаю что-то не так и опозорюсь перед всеми этими напыщенными лордами?

Эбисс тихонько рассмеялся, обнимая её одной рукой за талию и аккуратно прижимая к себе, чтобы не задеть раненое плечо.

— Не говори глупостей. Всё будет просто отлично, слышишь меня? — твёрдо сказал принц, целуя её в макушку. — Ты — самая сильная, упрямая и потрясающая девушка, которую я знаю. Дамрия веками ждала именно такую королеву. А если ты вдруг забудешь слова, я буду стоять прямо за твоей спиной и тихонько тебе их подскажу. Я рядом, дорогая. Ничего не бойся.

Джемма подняла на него взгляд, чувствуя, как от его слов и близости паника медленно отступает, уступая место теплу и абсолютной уверенности.

— Спасибо тебе, Бисс… Что бы я без тебя делала, — прошептала она, слабо улыбаясь.

В этот момент штора, отделяющая гардеробную, с шумом отодвинулась, и в комнату задорным шагом вошла Ингрид. Младшая принцесса уже была при полном параде — в том самом роскошном чёрно-красном платье с алыми разрезами на рукавах, которое подарил для неё Вольга. Она выглядели как истинная Владычица Разлома, но её озорной характер никуда не делся.

Ингрид скрестила руки на груди, лукаво прищурилась и с ходу принялась подкалывать старшую сестру, переводя взгляд с её сине-золотого шлейфа на камзол Эбисса:

— О-о-о, ну надо же! Какая утренняя драма! Стоило мне на пять минут выйти, а ты уже вовсю ревнуешь своего принца к будущим государственным обязанностям и прячешься у него на груди? Да вы поглядите на них, они даже оделись один в один, чтобы никто не перепутал! Джемка, ты ли это? Куда делась наша грозная разбойница, которая ничего не боялась?

Джемма от такой внезапной атаки мгновенно пришла в себя. Вся её слабость испарилась, а глаза азартно блеснули. Хватку будущая королева терять явно не собиралась. Она гордо отстранилась от Эбисса, задрала свой нос и выдала сестре идеальный ответный удар:

— Ой, кто бы говорил про драму, сестрица! Я, по крайней мере, просто волнуюсь перед коронацией. А вот кое-кто другой, я погляжу, сегодня сияет ярче дамрийского солнца. Ингрид, ты платье-то это чьё надела, а? Не того ли скромного северного мальчика, от поцелуев которого у тебя ещё ночью губы опухли так, что Лена на весь двор удивлялась? Так кто из нас тут теряет голову от любви, м?

Ингрид от такой неприкрытой правды мгновенно лишилась своей царственной невозмутимости и густо покраснела до самых кончиков ушей.

— Джемма! — возмущённо вскрикнула младшая сестра, торопливо поправляя подол. — Это… это совершенно другое! Это просто уважение к хорошему вкусу моего подданного!

Эбисс, глядя на этих боевых сестёр, лишь весело рассмеялся, качая головой. Атмосфера в комнате окончательно разрядилась, и от утренней паники не осталось и следа.

Дверь опочивальни снова распахнулась, и внутрь уверенным шагом вошли Радан и Дмитрий Танин. Оба кавалера были одеты с иголочки в парадные, глубокие красные одежды. Дорогая алая ткань, расшитая серебряными узорами Дамрии, безумно шла обоим, подчёркивая мощные плечи великого Льва и статную фигуру молодого воина.

— Ну что, сине-золотые наши, закругляйтесь! — весело пробасил Дмитрий Танин, оглядывая ослепительную пару. — Нам уже пора идти. Почти все лорды и заграничные гости собрались в зале, замок забит до отказа.

— Да, Джемка, парадный конвой заждался, — ухмыльнулся Радан, поправляя эфес меча. — Пора показать Дамрии её новую королеву.

Вся компания дружно двинулась по парадным переходам замка. На выходе из жилого крыла их уже ждали родители. Василиса и Фотония, одетые в роскошные платья, синхронно повернулись на стук шагов. Стоило им увидеть Джемму и Ингрид при полном параде, как у обеих матерей на глаза навернулись слёзы искренней гордости. Солярис и бывший король обменялись понимающими мужскими взглядами.

— О боги, какие же вы у нас красавицы… — растроганно прошептала Василиса, бережно обнимая Джемму за здоровое плечо. — Уже такие взрослые. Настоящие королевы.

— Вам невероятно идут эти наряды, девочки, — ласково улыбнулась Фотония, поправляя Ингрид воротник. — Сегодня ваш великий день. Идите и ничего не бойтесь.

Благословив дочерей, родители первыми направились в зал, а следом за ними, под торжественный рёв глашатайских труб, вошли и все остальные.

Огромный тронный зал бурлил. Сотни благородных лордов, дам в шелках и послов перешёптывались, заполняя пространство. Проходя мимо гостей, Джемма вдруг резко замерла, её глаза округлились, а на лице расплылась счастливая улыбка. Среди напыщенной толпы она заметила знакомое лицо. Это был Илья — её старый верный друг, которого она пригласила ещё давным-давно, задолго до того, как сбежала из замка и нашла свою вторую семью.

— Илья! — звонко окликнула его Джемма, наплевав на протокол, и быстро подошла к парню. — Ты всё-таки приехал! Глазам своим не верю!

— Привет, Джемка! — Илья искренне рассмеялся, почтительно, но тепло кланяясь будущей королеве. — Ну как я мог пропустить такое событие? Ты выглядишь просто невероятно. Настоящая правительница Дамрии, синий бархат тебе к лицу.

— Спасибо! Рада, что ты добрался без приключений, — защебетала принцесса.

В этот момент к ним протиснулся невысокий, весёлый человек средних лет в богатом, расшитом гроздьями винограда кафтане. Это был Василаки. Его лицо прямо-таки лучилось обожанием и гордостью.

— Ваше Высочество принцесса Джемма! — Василаки низко поклонился, едва не подметая подол полы своей шляпой. — Спасибо вам огромное, что пригласили простого винодела на такое великое торжество! Мои лучшие бочки уже в подвалах замка, Дамрия сегодня запомнит этот вкус на века!

— О, Василаки, отличные новости! — обрадовалась Джемма, а затем в её голове созрел гениальный план. Она краем глаза заметила проходящую мимо тётю Лену. Поймав фею за крылышко, Джемма ловко притянула её к Илье. — Так, минутку внимания! Илья, познакомься, это моя любимая тётя Лена — фея. Тётя Лена, а это Илья, мой близкий друг. Поговорите тут пока, познакомьтесь поближе, обсудите что-нибудь интересное, а я побежала с другими гостями общаться!

Не дав им опомниться, Джемма шустро развернулась и упорхнула обратно к Эбиссу и Василаки, оставив слегка ошарашенного Илью и улыбающуюся фею Лену наедине.

Пока внизу бурлило веселье, на верхнем этаже, опершись о каменные перила балкона, за всей этой суматохой внимательно наблюдала остальная часть компании: Ингрид, Вольга, Серый и Дмитрий Танин. Разумеется, нахождение в одном пространстве не могло обойтись без очередных подколок.

— Ну надо же, — Серый лениво пригубил вино и с хитрой ухмылкой покосился на Вольгу. — Наш северный малец в парадном костюме даже на человека похож. Смотри, Вольга, не стой с таким хмурым видом, а то гости подумают, что Владычица Разлома привезла с собой личного палача, а не защитника.

Вольга ледяным взглядом смерил рыцаря, крепче перехватывая ладонь Ингрид под широким рукавом:

Богиня Анира и Божья дочь Эмма медленно шли по ковровой дорожке тронного зала. Знатные лорды и дамы, затаив дыхание, продолжали склоняться перед их величественной аурой. Но не все в зале застыли в немом шоке. Из толпы гостей вперед выступил Петлявин. Он поправил свой безупречный парадный воротник, удивленно приподнял брови и негромко, но отчетливо произнес:

— Какая встреча… Не ожидал, что и сама Богиня почтит нас своим присутствием.

Анира на секунду приподняла край своей белоснежной вуали, лукаво сверкнула глазами и весело отозвалась на весь зал:

— О, Петлявин! Ну надо же. Я тоже как-то не думала, что наш великий вселенский друг решит променять свои бесконечные свитки и государственные отчеты на дамрийский пир! Рада видеть.

Пока по залу прокатилась новая волна благоговейных шепотков, Джемма и Эбисс уже уверенно спускались по мраморной лестнице вниз, к гостям. Синий бархат их нарядов мягко шуршал по ступеням. Джемма шла впереди, готовая лично встретить Божью дочь и принять от неё священное ритуальное очищение перед тем, как окончательно взойти на трон.

Принцесса подошла к Эмме, и они с Биссом почтительно склонили головы в глубоком поклоне.

— Ой, да брось ты, Джемка, не надо вот этого всего официоза! Мы же договаривались — можно и без этого дурацкого этикета, — тихо фыркнула Эмма.

Она полностью подняла белоснежную вуаль, открывая лицо, быстро притянула принцессу к себе для короткого объятия и заговорщически прошептала ей прямо в ухо:

— А ты ведь выбрала правильное винишко, Джемка моя! Твой Василаки — просто чудо. Ты, я надеюсь, уже подготовила для нас отдельную комнату в замке? Я ведь сюда, честно говоря, пришла попить и хорошенько отдохнуть, пока Отец не видит!

Джемма тихонько прыснула со смеху, но в следующую секунду Эмма плавно отступила на шаг и возложила свои ладони на плечи будущей королевы. Тронный зал мгновенно затопила ослепительная, чистая волна божественного света. Наступил момент очищения.

Каждый человек в огромном замке в это мгновение почувствовал нечто невероятное. Тяжесть прошлых лет, старые обиды, усталость от долгих дорог и даже боль в раненом плече Джеммы — всё это растворилось без следа. На смену пришла абсолютная легкость, покой и прилив такой бешеной силы, что Радан на балконе аж зажмурился, довольно потягиваясь, словно сытый кот.

— Ого, вот это меня накрыло, — удивленно пробормотал Серый, разминая плечи. — Будто заново на свет родился.

Но эта божественная идиллия длилась недолго. Прямо посреди церемонии к Джемме со спины испуганно подбежал один из личных слуг. Он робко тронул принцессу за локоть и, заикаясь от страха перед стоящей рядом Божьей дочерью, быстро прошептал:

— Ваше… Ваше Высочество! Простите ради бога, что прерываю! Но там… срочное письмо с портовых застав! Вам велели передать сию секунду!

Джемма нахмурилась, быстро забрала свиток, но прочесть не успела. Ашен, стоявшая неподалеку, вдруг резко вздрогнула — ей на руку через специальный разбойничий амулет пришло экстренное ментальное сообщение от её дядюшки-моряка. Разбойница портового квартала мгновенно побледнела. Она пулей метнулась через толпу, на ходу поймала Кирилла за рукав его алого камзола, показала ему вспыхнувший знак на запястье и испуганно прошептала:

— Кирилл, беда! Дядюшка передал сообщение… По течению к нашему порту плывет что-то жуткое. На их конвой только что совершили внезапное нападение, им срочно нужна наша помощь!

Кирилл мгновенно посерьезнел. Они вдвоем быстро подошли к Джемме, которая только собиралась продолжить приветствие великих богинь. Не успела принцесса и слова сказать, как Ашен и Кирилл бесцеремонно перехватили её за локти и, извиняясь перед гостями, быстро увели в сторону, увлекая обратно на верхний этаж, на тот самый уединенный балкон.

Оказавшись наверху, вдали от лишних ушей, Ашен быстро выложила Джемме суть дела. Принцесса на секунду нахмурилась, но понимающе кивнула друзьям:

— Идите. Порт Дамрии не должен пострадать. Дядюшке нужна помощь, защитите конвой. Я прикрою ваше отсутствие здесь.

Разбойники благодарно кивнули и бесшумно скрылись через потайной ход балкона, направляясь к конюшням.

Джемма осталась стоять у перил, задумчиво глядя им вслед. В этот момент к неё по лестнице неторопливо поднялась Божья дочь Эмма. В её руках уже покачивалась бутылка того самого отменного вина от Василаки. На её красивом лице играла легкая, расслабленная улыбка.

— Ну и чего ты тут застыла, Джемка? — весело поинтересовалась Эмма, делая небольшой глоток прямо из горлышка. — Праздник в самом разгаре, Анира там вовсю развлекает твоих напыщенных лордов, а ты на балконе прячешься. Не собираешься спускаться обратно к гостям?

— Скоро спущусь, Эмма, — слабо улыбнулась Джемма, стараясь скрыть тревогу за ушедших друзей. — Просто нужно дух перевести после этого экстренного портового известия.

— Ой, да брось ты эти заботы хотя бы на сегодня, — отмахнулась Божья дочь. — Я вот точно вниз не спущусь. Терпеть не могу эти официальные приемы и скучные королевские речи. Я лучше тут, наверху посижу, в тишине винишко продегустирую.

Эмма уже собиралась вальяжно устроиться в уединенном кресле балкона, как вдруг из-за поворота коридора вышел Дмитрий Танин. Увидев Божью дочь с бутылкой в руках, Великий Лев хмуро прищурился, почесал свой густой подбородок и с ходу басом прогудел:

— О как! Сама Божья дочь, значит, прячется на верхотуре с ворованным алкоголем? Нехорошо, госпожа, не по-божески.

Эмма резко обернулась, оценила его мощную фигуру в нарядном красном костюме и дерзко ухмыльнулась:

— Во-первых, Лев, вино не ворованное, а честно подаренное хозяйкой торжества. А во-вторых — если ты такой правильный, что же сам не идешь вниз, к своим дамрийским барышням хвост пушить?

— Да ну их, этих барышень, от них только голова пухнет, — отмахнулся Дима, подходя ближе и бесцеремонно присаживаясь на соседний стул. — А вот хорошая компания для распития качественного нектара мне сейчас не помешает. Ну что, Божья дочь, поделишься с простым смертным, или так и будешь в одиночку из горла глушить?

— Хм, а ты мне нравишься, Танин! Характер что надо, — рассмеялась Эмма, щедрым жестом протягивая ему вторую бутылку, которую она ловко прятала за широким фиолетовым рукавом. — Держи. Давай проверим, кто кого перепьет — дамрийский Лев или Божья дочь!

Между ними на балконе завязался невероятно шумный, веселый и шутливый диалог. Танин и Эмма вовсю кололи друг друга колкостями, звенели бутылками и хохотали на весь верхний ярус, совершенно позабыв про королевский этикет.

Джемма, глядя на эту уморительную картину, тихонько покачала головкой и направилась к выходу с балкона. Стоило ей перешагнуть порог и закрыть за собой узорчатую дверь, как в полумраке коридора она наткнулась на Эбисса. Жених преданно ждал её, прислонившись спиной к колонне. Его сине-золотой камзол безупречно сидел на нем, а карие глаза смотрели с легким вопросом.

— Всё в порядке, дорогая? — тихо спросил он, беря её за руку. — Ашен и Кирилл ушли?

— Да, им пришлось срочно уехать в порт, — вздохнула Джемма, крепче сжимая его теплую ладонь. — Но давай не будем об этом. Пойдем вниз, Бисс. Нам нужно получить официальное благословение у Богини Аниры, пока она окончательно не опустошила погреба Василаки.

— Как прикажете, моя королева, — улыбнулся принц.

Ония рука об руку спустились обратно в бурлящий тронный зал. Увидев приближающуюся пару, все придворные лорды, стражники и слуги почтительно расступились, давая им беспрепятственный проход к центру подиума. Джемма и Эбисс подошли вплотную к Богине.

Анира, заметив их, величественно улыбнулась. На её красивом лице в фиолетовых космических узорах отразился мягкий свет свечей.

— Ну наконец-то вы вернулись, Джемка, принц Эбисс! — тепло произнесла Богиня. — Ну что, готовы к моему официальному божественному благословению на долгую и счастливую жизнь?

— Более чем готовы, Анира, — улыбнулась Джемма.

Но Богиня Анира вдруг хитро прищурилась, её тон сменился легким любопытством. Она сделала плавный шаг вперед:

— Подожди… Дай-ка я сперва посмотрю, что там вообще у тебя дальше в жизни намечается. Люблю заглядывать в будущее королевских особ, это всегда так весело!

Анира протянула свои ладони вперед и мягко попросила:

— Ну-ка, протяните мне ваши руки. Джемма, Эбисс, сплетите свои пальцы вместе и дайте мне их.

Молодые люди послушно переплели свои руки, создавая единый замок из синего бархата и золотых узоров, и бережно вложили свои ладони в руки Богини. Анира закрыла глаза, концентрируясь на их общей энергетике, чтобы прочесть грядущее.

Прошла секунда. Другая.

И вдруг веселая, беззаботная атмосфера праздника оборвалась в одно мгновение. Лицо Аниры резко побледнело, став белее её собственной фаты. Глаза Богини распахнулись, но в них больше не было озорного блеска — там застыл дикий, первобытный, неописуемый ужас. Всё её хрупкое божественное тело внезапно начало бить крупной, непрекращающейся дрожью от невыносимого страха перед тем, что она увидела в их будущем. Руки Аниры намертво зажались на ладонях Джеммы и Эбисса, словно судорога сковала её мышцы.

Джемма, испугавшись такой резкой перемены, начала паниковать. Она попыталась выдернуть руки, но Богиня не отпускала, продолжая трястись всем телом и глядя в пустоту остекленевшим взглядом.

— Анира! Анира, что происходит?! Прекрати, ты меня пугаешь! — в панике закричала Джемма на весь зал, во все горло зовя её по имени. — Анира, приди в себя! Что ты там увидела?!

Но Богиня абсолютно не приходила в себя. Она словно застряла в жутком, кошмарном видении. Её хрупкое тело била крупная, непрекращающаяся дрожь, а остекленевшие глаза с ужасом всматривались в пустоту. Джемма в панике продолжала звать её по имени, пытаясь выдернуть свои ладони, но хватка Аниры была мертвой.

Внезапно Богиня резко судорожно вздохнула, словно вынырнула из ледяной воды на поверхность. Её зрачки сузились, лицо побледнело, и она с трудом, задыхаясь, выдавила из себя:

— Там… Там… Они уже здесь!

Джемма мгновенно всё поняла. Не дожидаясь объяснений, будущая королева решительно попыталась рвануться в сторону выхода, чтобы лично организовать оборону и спасти людей.

— Бисс, останься с ней! — крикнула она на ходу своему жениху.

Но не успела Джемма сделать и двух шагов, как Анира с неожиданной, пугающей силой рванулась вперёд и намертво перехватила её за локоть. Из глаз Богини катились слёзы первобытного страха.

— Нельзя! — отчаянно закричала Анира, её голос сорвался на хрип. — Нельзя, чтобы ты уходила, Джемма! Не смей!

В ту же секунду Дамрия содрогнулась. Оглушительный, чудовищный взрыв разорвал главные ворота тронного зала в пух и прах. Каменные осколки, обломки вековых дубовых дверей и тучи жгучего багрового дыма хлынули внутрь, осыпая кричащих в панике лордов. Парадная зала в мгновение ока превратилась в поле кровавой битвы. Из дыма, чеканя шаг и сверкая обнажённым оружием, начали выходить тёмные воины, а впереди них, хищно улыбаясь, ступала верховная жрица и сам глава их зловещего культа.

— А ну стоять! Не выпускать никого! — громовым голосом скомандовал глава жриц, обводя зал леденящим взглядом. Его взор остановился на балконе, где Ингрид уже вовсю сжимала рукоять своего меча. — О, Владычица Разлома! Вы все так наивно пытались от нас сбежать, скрыться за высокими стенами этого дамрийского замка… Но сегодня у вас ничего не выйдет!

Жрица коварно рассмеялась, делая знак своим убийцам:

— Сегодня, даже если мы все здесь умрём, мы сделаем так, чтобы ты, Ингрид, мучилась всю свою оставшуюся жизнь! Ты заплатишь за своё предательство!

— Да я вас самих в пепел сотру, твари! — яростно закричала в ответ Ингрид, готовая сорваться вниз.

— К бою! Защищайте принцесс! — скомандовал Дмитрий Танин, пулей слетая с балкона вместе с Серым Сашей и Раданом.

Зал утонул в оглушительном скрежете стали и криках. Завязалось яростное, хаотичное сражение. Солярис и Василиса мгновенно встали на защиту своих дочерей. Солярис, почувствовав смертельную угрозу, вскинул руки к небу. Из его ладоней вырвался колоссальный, яростный поток истинного драконьего пламени. Из-за слишком тесного пространства зала и высоких колонн он не мог принять свой истинный облик дракона — тот был слишком большим и просто разрушил бы весь замок, похоронив под обломками живых людей. Но даже в человеческом обличье Солярис сражался как разъярённый бог, выжигая целые ряды нападающих жриц.

Василиса прикрывала мужа с тыла с поразительной грацией. С её пальцев один за другим срывались смертоносные, сверкающие сталью чакрамы. Метательные кольца со свистом рассекали удушливый дым, безошибочно находя горла врагов и помогая сдерживать натиск сзади.

— Вольга, Серый, держите левый фланг! Не подпускайте их к Джемме! — на ходу отбивая удары, кричал Радан, его парадный красный костюм уже был забрызган вражеской кровью.

Пока вся её семья и друзья отчаянно дрались, сдерживая лавину убийц, Джемма, превозмогая слабость и боль в раненом плече, бросилась в самую гущу перепуганных гостей. Её сине-золотое платье шуршало по залитому кровью мрамору.

— Быстрее! Все за мной! Через боковые переходы, уходите в королевский сад! Там безопасно! Стража, прикройте женщин! — во всё горло командовала Джемма, решительно выведя первую огромную группу лордов и дам из пылающего ада.

В это же время в самом центре зала Богиня Анира наконец начала медленно приходить в себя. Тряска в её теле утихла, она опустила руки и с мертвенно-бледным лицом посмотрела на Эбисса. Её голос прозвучал как смертный приговор:

— Я… я не видела её будущее, Эбисс… Там, впереди, была одна лишь сплошная, леденящая темнота. А для нас, богов, это значит лишь одно… Её линия жизни обрывается прямо сейчас.

Эбисс от этих слов пришёл в самый настоящий, дикий ужас. Сердце принца пропустило удар. Наплевав на жриц, на бой и на собственную безопасность, он резко оставил Богиню и бросился метаться по задымлённому, разрушенному залу, отчаянно пытаясь отыскать глазами сине-золотой шлейф своей невесты.

— Джемма! Джемма, где ты?! — в панике кричал Эбисс, прорубая себе дорогу через врагов.

— Эбисс, твою мать, где тебя носит?! — яростно крикнул Радан, едва успевая блокировать очередной выпад жрицы. — Нам здесь нужна подмога на правом фланге! Они прорываются!

— Нужно найти Джемму! — безумным голосом перебил его Эбисс, тяжело дыша. — Она в смертельной опасности! Анира сказала, что её будущее исчезло!

Пока замок сотрясался от взрывов и криков, Джемма уже практически закончила эвакуацию. Она стояла у самых дверей, ведущих в тенистые аллеи королевского сада, помогая последним напуганным слугам выбраться наружу. Вокруг клубился густой дым, видимость была почти нулевой. Из-за этого пелена и шорохи битвы скрыли от принцессы затаившуюся опасность. Она ничего не видела и не успела среагировать.

Из темноты, словно призрак, бесшумно выросла фигура одного из уцелевших наёмников жрицы. В его руке хищно блеснула сталь. С холодным, расчётливым безразличием он сделал резкий выпад вперёд и всадил длинный, острый клинок Джемме прямиком в самое сердце.

Ткань роскошного синего бархата мгновенно намокла, пропитавшись багровой кровью.

Эту страшную картину краем глаза, оборачиваясь с балкона, успела чётко увидеть Ингрид. Время для младшей сестры словно остановилось. Видя, как лезвие прошивает грудь Джеммы, Ингрид издала дикий, нечеловеческий, полный первобытной боли крик. В ту же секунду она окончательно поехала — разум помутился от горя, а в груди вспыхнуло такое чудовищное, неуправляемое пламя Разлома, какого этот мир ещё никогда не видел.

Джемма медленно покачнулась. Клинок с тихим звоном выскользнул из раны. Она опустилась на колени прямо на траву у входа в сад, её золотая корона с синими сапфирами с тихим стуком покатилась по земле. Подбежавший в самый последний момент Эбисс поймал её, падающую, на свои руки, со слезами на глазах прижимая её к своей груди и умоляя не закрывать глаза.

Но Джемма его уже почти не слышала. Она ласково, из последних сил коснулась его щеки своей слабеющей рукой, оставив на его камзоле кровавый след, тихо улыбнулась любимому и… испустила свой самый последний, короткий вздох.

Королева Дамрии была мертва…..