— Уважаемые пассажиры, начинается посадка на рейс…

Гром ударил с такой силой, что, казалось, задрожали панорамные окна терминала, перекрывая монотонный голос диспетчера. Я устало выдохнула и встала в очередь к выходу на посадку. Удивительно, что рейс в такую жуткую грозу не задержали. Но сейчас мне было плевать на турбулентность.

Это был мой побег от реальности. Дорогущий отель, «всё включено», океан и тишина. Откуда у студентки-медика с вечными подработками и переработками на такую роскошь? Удача!

В кармане кардигана телефон непрерывно вибрировал.

Десять пропущенных. И новое сообщение с незнакомого номера.

«Аделина, не улетай. Я всё могу объяснить! Давай просто поговорим?»

Что он хотел мне объяснить? Что это нормально — прокрадываться в мою квартиру, пока я на учебе? Забирать мои вещи? Ставить скрытые камеры? Или... Оставлять свои «подарки» на моей подушке?

Три года. Три чертовых года этот сумасшедший сталкер был моей персональной тенью. Я сменила два города, сменила работу, несколько раз обращалась в полицию, но в ответ слышала лишь классическое: «Нет тела — нет дела. Вот убьют, тогда и приходите. Милые бранятся — только тешатся».

Они не понимали. А я кожей чувствовала, как с каждым месяцем его помешательство переходит черту. Несколько раз он пытался меня поймать. К счастью, он подкарауливал меня на улице и не решался преследовать дальше. Мне удавалось ускользнуть. И сейчас я улетала на другой континент не ради отпуска. Я просто спасала свою жизнь.

«Аделина, ты вернешься, и мы всё решим! А лучше... давай я прилечу к тебе? Да, это отличная идея! Никто нас не разлучит».

Я сжала телефон, едва сдерживая желание разбить его об пол. Чертов психопат. Откуда он вообще достал этот номер?

Шагнув в телетрап, который ощутимо покачивало от шквалистого ветра, я быстро нашла свое место. Наш ряд состоял из пяти кресел, и четыре уже были заняты. Справа от меня устроилась высокая, очень стройная женщина в строгом синем костюме и очках в модной оправе. Она быстро вбивала в ноутбук какие-то графики продаж с суммами, о которых мне, с моей зарплатой, оставалось только мечтать.

Конечно, не в деньгах счастье, но сбегать от маньяка с ними явно проще.

Я мысленно фыркнула, надела наушники, включила скачанный фильм и закрыла глаза, мечтая, чтобы эти двенадцать часов полета прошли как один миг.

— Эй... Разве наш рейс не прямой?

Чей-то севший голос вырвал меня из дремы. Я стянула наушники и огляделась. Сколько времени прошло? В салоне царила гнетущая тишина. Не гудели турбины. Не горело табло.

— Была посадка? Пересадка? — спросила девушка, сидевшая у прохода.

— Ага. В облачных глубинах, — нервно усмехнулась другая, с копной рыжих волос.

Я подскочила на месте.

Самолет был абсолютно пуст. Не было ни других пассажиров, ни стюардесс. Только мы впятером.

Я прильнула к иллюминатору. Вместо ночного океана или огней города снаружи клубились густые, непроницаемые черно-фиолетовые облака, подсвеченные изнутри жутким багровым светом.

— Мы вообще летим? — взбудоражено спросила я.

— Как видишь, — коротко, не отрывая взгляда от окна, бросила женщина в синем костюме.

Мы сбились в стайку и двинулись в нос самолета. Там тоже никого не оказалось. Рыжая девушка с силой забарабанила кулаками в дверь кабины пилотов, но ответа не последовало.

— Отойди, — хмыкнула одна из нас, решительно дернув ручку. Дверь поддалась на удивление легко.

Кабина была пуста.

— Может, самолет может сесть на автопилоте? — раздался сдавленный писк у меня за спиной.

— Он много куда может сесть, но мы явно летим не в Майами, — проворчала я, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.

А в следующую секунду воздух вокруг нас подернулся густой черной дымкой. Металл обшивки самолета растворился. Пол ушел из-под ног, и мы с криками ухнули вниз, подхваченные плотными, холодными потоками воздуха.

Но падение продлилось всего мгновение.

Воздух бережно опустил нас на внезапно появившиеся каменные стулья. Я много книг перечитала о других мирах, но одно дело — теория, а другое — сидеть в чернильной темноте, пока вокруг тебя вьется туман.

Каждую из девушек обволокла своя собственная дымка. Откуда-то из пустоты зазвучал чарующий, многоголосый шепот.

Наконец, самый темный сгусток тумана подплыл ко мне. Из него плавно, пугающе медленно выскользнула мужская рука. Длинные пальцы были унизаны массивными перстнями, а на концах тускло блестели изогнутые когти.

Два когтя почти невесомо, но властно коснулись моего подбородка, заставляя поднять голову. Кажется, меня осматривали.

— Птичка, — произнес красивый, глубокий баритон с легкой, порочной хрипотцой. По позвоночнику пробежал табун мурашек. — Хочу облегчить тебе жизнь. Но не мучай свою светлую голову поисками ответов на вопрос, почему так вышло.

— Я пока и не пыталась, — буркнула я, стараясь не выказывать страха.

— Но ведь ты хотела сбежать? Разве не так, птичка?

— Я хотела в отпуск. А не в космос.

Невидимый собеседник тихо, бархатисто рассмеялся.

— Это не космос. Это подпространство. Твое восприятие сделало его более узнаваемым и безопасным для человеческой психики.

— Тогда… зачем я здесь?

— Видишь ли, я сейчас курирую пять миров, в которых ткачихи судьбы самым жестоким образом наделали глупостей, — укоризненно обронил он. — Это нарушает баланс. Я решил посодействовать этим мирам, а заодно — спасти вас. Тебя в том числе, моя птичка. Ты ведь сама прекрасно понимала, что он бы не отстал.

Я вздрогнула.

— Ваш назойливый друг, — пояснил голос. — Твой жизненный путь на Земле не продлился бы и до весны. Полиция нашла бы тебя слишком поздно.

— Вы серьезно? — ошеломленно выдохнула я.

— Но-но, — когтистый палец укоризненно качнулся перед моим лицом. — Ты и сама знала ответ на этот вопрос. Иначе бы не сбежала на другой континент.

— И что, там, куда вы меня отправите, он меня не найдет?

— Ни одна человеческая душа не способна пересечь грань миров, — успокаивающе произнес он. — Но взамен на жизнь тебе придется кое-что для меня сделать. Исправить одно досадное недоразумение.

— Какое? — насторожилась я, просчитывая риски.

— Ткачихи судьбы почему-то решили, что истинной для высшего дракона должна стать... кошка, — голос недовольно цыкнул. — Ты хоть понимаешь, какой это абсурд? Это противоречит самой природе хищников!

— Честно говоря, я в драконьей зоологии не сильна.

— Кхм. Тебе и не надо. Пока. Ты всё равно не вспомнишь этот разговор.

— Эй! Это несправедливо! — возмутилась я, пытаясь отстраниться от его руки.

— Таковы законы переноса, — просто ответил он. — Ну так что? Ты готова?

— Подождите! К чему я должна быть готова? Я должна заменить чью-то истинную?! Но я не роковая красотка, я сутками пахала в больнице! Я даже не умею обольщать!

— Птичка, это и не нужно, — сладко, почти гипнотически пропел он. — Будь собой. Твоего благоразумия и стальных нервов будет более чем достаточно.

Прежде чем я успела задать еще хоть один вопрос, когтистая рука легла мне на лоб.

Мир вокруг взорвался ослепительной вспышкой, и я полетела в беспросветную темноту...

Выйти из странного храма, в котором я очнулась после падения из ниоткуда, оказалось ошибкой. Ледяной горный ветер тут же забрался под черный кардиган. Пахло жженой листвой и медью. О-очень много меди, до тошнотворного привкуса во рту.

Я поёжилась и присела за ближайший валун, крепче стискивая лямку кожаной сумки.

На дне узкого каменистого ущелья кого-то методично... Что это? Как будто я оказалась в фильме жанра боевик.

Я осторожно выглянула из-за камня. Десятка два мужчин в одинаковых белых плащах с вышитой на спинах открытой ладонью окружили одного человека. Я прищурилась. Темноволосый мужчина лет тридцати. С лицом, которое в моем мире гарантировало бы ему контракты с лучшими модельными агентствами. Прямой нос, аккуратные чувственные губы, бледная кожа. И... Светящиеся глаза.

— Да ну не... — прошептала я, не в силах поверить своим глазам. Мозг отказывался воспринимать что-либо другое, и я полностью сосредоточилась на происходящем. Как ему удалось добиться такого эффекта глаз?

— Сдавайся, теневое отродье! — крикнул один из белоплащников, наставляя на него короткое копьё. Его руки откровенно тряслись.

— И-и-и! — взвизгнула я, стараясь, чтобы никто не заметил моего присутствия, благо в разгар бойни это было нетрудно.

Сердце вновь остановилось, мне бы уверенность темноволосого...

Мужчина стоял в центре кольца, расслабленно засунув руки в карманы чёрных брюк.

— Сдавайся! Это последнее предупреждение! Если ты это сделаешь, то мы не тронем... — осёкся второй в белом плаще.

Парень склонил голову набок, и все вмиг напряглись.

— Вы натоптали на моей земле, — мягко ответил он, но эхо всё равно разнесло его слова по всему ущелью. — Кто будет убирать эту грязь?

Из-под его ног рванула какая-то фэнтезийная хтонь!

Темнота взвилась вверх, обхватывая ближайших солдат за ноги. Раздался влажный хруст. Вопли разорвали тишину и сбивчивое дыхание нападающих. Однако темноволосый мужчина даже не потрудился вынуть руки из карманов. Он просто шагнул вперёд, а тени вокруг него рвали людей на куски. Буквально!

— А-ха-ха! Я придумал, ваши собратья, что придут следующие, как раз уберут весь мусор, прежде чем напасть!

Белые плащи стремительно пропитывались красным, а я... А я едва не потеряла сознание от этого ужаса во плоти.

К горлу подкатила тошнота. Я зажала рот ладонью. Одно дело — смотреть кровавые триллеры с чипсами на диване, и совсем другое — видеть, как кого-то разрывают пополам в двадцати метрах от тебя.

Спустя пару минут всё закончилось.

Дыхание сбивалось с ритма, а я боялась пошевелиться. Как бы и моя туша не оказалась средь белых плащей...

Темноволосый мужчина остановился, оглядел дело рук своих и брезгливо сморщил нос, заметив тёмную каплю на манжете белоснежной рубашки. Затем он медленно поднял взгляд. Прямо на мой валун.

— Мамочки... — пискнула я, но прятаться дальше не имело смысла. Нужно было идти на опережение, пока в меня не запустили жуткой хтонью.

Мои колени дрожали, я боялась споткнуться о собственные ноги, но инстинкт подсказывал: если покажу страх, стану следующей кучей на этих камнях. Я расправила плечи и сдула пару прядей, что лезли в глаза. Медленно поднялась и вышла из-за камня.

Он моргнул. В его глазах на секунду мелькнуло удивление, а затем губы растянулись в невероятно милой, обезоруживающей улыбке. Если бы я не видела, что он сделал пару минут назад, решила бы, что передо мной студент-отличник, предлагающий помочь с конспектами. Но... белые кучки не дали забыть о реальности.

Мужчина легко переступил через белый плащ и, едва ли не порхая, как бабочка, стремительно направился ко мне.

— Ой, какая потерянная птичка, — обманчиво мягко произнёс он, останавливаясь в паре шагов. — Ты откуда здесь взялась? Ты ведь не с ними?

Он кивнул на растерзанные тела.

Я посмотрела на трупы, затем снова перевела взгляд на его идеальное лицо.

— Если скажу, что с ними, ты меня тоже нашинкуешь? — аккуратно спросила я.

Мужчина тихо рассмеялся.

— М-м-м, я ещё не решил, но ты пахнешь иначе. Хочешь меня обмануть, птичка?

— Нет-нет! — замотала я руками перед собой, скривившись от обращения. Странное дежавю. — Ни в коем случае!

Он шагнул вплотную, протянул руку и попытался стереть с моей щеки грязь. Я сначала дёрнулась назад, но следом перехватила его запястье своей рукой. Его кожа оказалась обжигающе горячей.

— Не трогай, — коротко попросила я.

Мужчина задумчиво осмотрел меня, но не попытался вырвать руку. Он лишь с любопытством уставился на мои пальцы, сжимающие его запястье, и улыбнулся ещё шире. И, честно сказать, в ней проскользнуло что-то откровенно безумное.

— Я Элиан. Лорд Запада, — представился он.

— Аделина, — ответила я, убирая руку и засовывая её в карман худи.

— Здесь слишком грязно и холодно для такой хрупкой девушки, что собираешься делать дальше?

— Я бы предпочла сейчас находиться в тёплой постели с кружкой кофе, а не на кладбище. Но выбора мне, увы, не предоставили.

— Кофе? Не знаю такого слова, — вторил Элиан, задумчиво потерев переносицу. — Но тёплую постель могу организовать. Пойдёшь со мной?

В моей голове быстро пронёсся список вариантов. Бежать одной по незнакомым горам без припасов и одежды? Смерть от обморожения или клыков местной фауны. Остаться здесь? Придут ещё люди, и не факт, что в белых балахонах. Остаться? Нюхать эти разлагающие кучки...

Идти с психопатом, который мило улыбается на фоне расчленёнки? Рискованно. Но пока он меня не убил. Более того, он почему-то смотрел на меня с щенячьим интересом.

Инстинкт выживания, натренированный несколькими годами жизни в общаге и жёсткими сессиями, подсказывал очевидное решение: прибиться к самому опасному хищнику в округе.

— У вас там кормят? — уточнила я.

Элиан моргнул, явно не ожидая такого прагматичного вопроса.

— Конечно, очень вкусно! У меня лучшие повара в предгорье.

— Тогда веди, лорд Элиан, — рассеянно проговорила я и поудобнее перехватила сумку. — Только постарайся по дороге больше никого не расчленять. Меня немного укачивает от вида чужих внутренностей.

Мужчина коротко хмыкнул, развернулся и пошёл вверх по крутой тропе. Я двинулась следом, глядя на его прямую спину. Элиан казался абсолютно расслабленным, но я чётко видела, как плотные чёрные тени скользят по камням у его ног, готовые в любой момент сорваться с цепи.

«Зато не придётся платить остаток кредита за обучение», — мрачно сыронизировала я про себя, перешагивая через оторванную руку в белом рукаве.

Мы поднимались в гору около часа. Ветер усилился, швыряя в лицо мелкий песок. Мои кроссовки скользили по камням, а кардиган совершенно не спасал от холода. Я дышала тяжело, стараясь не отставать, но ноги уже начинали предательски дрожать. Ох, не готова я к такому скалолазанию, ой не готова...

Элиан шел, едва ли не присвистывая, срывая каждый приметный цветочек, точно прогуливался по весеннему парку. Ни одышки, ни напряжения. В какой-то момент он остановился, окинул взглядом мою дрожащую фигуру и нахмурился.

— Ты замёрзла, — констатировал он очевидное. Спасибо, что про слабость тела тактично промолчал.

Он сделал шаг ко мне и стянул с себя чёрный сюртук, оставаясь в одной рубашке. Прежде чем я успела отказаться, он накинул плотную ткань мне на плечи. Она ещё хранила жар его тела и.. запах.

— Мне не нужно... — начала было я.

— Надевай, Аделина, — перебил он. Тон оставался мягким, но без возможности отказа. — Если ты заболеешь и лекарь не сможет помочь, мне придётся казнить его за некомпетентность. А хороших лекарей сейчас мало, не хочется разбрасываться ими попусту.

Я посмотрела в его глаза. Он искренне улыбнулся.

— Логика маньяка, — буркнула я, но в длинные рукава всё же влезла. Тепло сейчас было важнее принципов.

— М? — заинтересовался он. — А это кто? Какой-то почётный титул в твоих землях?

— Эм... — замялась я, и ведь теперь не сказать правду. — Воистину... Высшая степень.

— Хорошо, можешь называть меня так, но мне будет приятней, если ты будешь обращаться ко мне по имени.

— Приму к сведению, — облегчённо сказала я, сделав пометку следить за языком. Ещё не хватало помереть от неосторожного слова.

Мы вышли к воротам цитадели, когда небо окончательно стемнело. Крепость выглядела мрачно: высокие башни из чёрного камня, массивные решётки, хмурые стражники. Но стоило нам приблизиться, как охрана вытянулась по стойке смирно. Нет, не так. Они буквально окаменели от ужаса и благоговения. Копья в их руках мелко дрожали, а взгляды были намертво прикованы к земле.

Элиан прошёл мимо них, даже не кивнув. Зато он обернулся ко мне и протянул руку.

— Осторожно, ступенька скользкая.

Я проигнорировала его ладонь и перешагнула высокий порог сама.

— Справлюсь, — бросила я и едва не поседела: а так вообще можно?

Но Элиан ничуть не оскорбился. Он лишь пожал плечами и пошёл дальше. Внутри замок оказался на удивление обжитым. Горели факелы, пахло жареным мясом и выпечкой — мой желудок тут же заурчал, напоминая, что последний раз я перед вылетом.

Слуги, попадавшиеся нам навстречу, вжимались в стены. Одна из служанок, заметив нас, выронила корзину с бельём и упала на колени, низко опустив голову.

Элиан остановился.

— Встань, — сказал он. Без угрозы, просто приказ.

Девушка подскочила, не смея взглянуть на лорда.

— Простите, милорд... Простите...

— Ты напугала мою гостью, так делать не надо, — обронил он и покосился на меня, хотя я стояла с абсолютно бесстрастным лицом. — Убери это и исчезни.

Служанка испарилась быстрее, чем я успела моргнуть. Я повернулась к Элиану.

— Знаешь, у тебя тут атмосфера не очень располагает к отдыху. Ты своих людей разбираешь по частям по праздникам?

— Только тех, кто плохо работает, — насмешливо парировал он и подмигнул. Я так и не поняла, пошутил он или нет. Похоже, от него можно было ожидать всего.

Он привёл меня в просторную комнату на одном из верхних этажей. Камин уже горел, отбрасывая блики на огромную кровать с тёмным балдахином и массивный стол, на котором стоял кувшин и тарелка с фруктами. В комнате было душновато, но после промозглого ущелья это казалось раем.

— Располагайся, птичка. Еду сейчас принесут, — пояснил Элиан, шагнув ко мне, и вдруг потянул за воротник сюртука, поправляя его на моей шее. Его пальцы задели кожу.

Я резко отшатнулась.

— Сказала же, не трогай.

— Когда такое говорила? — прищурился он.

— А разве не говорила? — переспросила я. Разве это и так не понятно? Мы знакомы пару часов от силы. Ещё и эти апартаменты... Слишком роскошные. Зачем он притащил меня сюда? Не похоже, что мне уготована роль служанки. Скорее — ценного трофея. Столько вопросов роилось в голове, но я так и не осмелилась их задать.

— Не обещаю.

— То есть как это? — приподняла я брови.

Он медленно опустил руки. Взгляд его тёмных глаз на мгновение стал колючим, но тут же смягчился до щенячьего обожания.

— Отдыхай, — сказал он, проигнорировав мой вопрос. — Если что-то понадобится, стража снаружи.

Дверь за ним закрылась с металлическим щелчком. Я выдохнула, скинула сумку на пол и подошла к узкому стрельчатому окну, чтобы немного проветрить комнату от запаха благовоний. Потянула за ручку. Следом дёрнула сильнее, упираясь свободной рукой в раму.

— Не поняла...

Во вторую и третью попытки окно не поддалось. Оно было заперто. А снаружи, прямо по стеклу, вилась едва заметная чёрная дымка — хтонь, которая недавно разрывала людей на части.

— Так-так, — с подозрительным прищуром сказала я.

Я обернулась к двери, подошла и нажала на ручку.

— Вот так, значит, да? — прошипела я едва слышно в запертую дверь.

Перспектива оказаться в красивой клетке с психопатом в роли надзирателя уже не казалась такой блестящей идеей...

Я провалилась в сон от банального истощения, едва голова коснулась подушки. Ночь прошла на удивление спокойно. Никто не ломился в запертую снаружи дверь, в окно не стучали жуткие тени, и даже сам лорд Элиан не явился проверять, как спит его «птичка».

Утром я обнаружила на кресле у кровати стопку чистой одежды и шелковый халат. Накинув его и туго затянув пояс, я отправилась исследовать смежную дверь, за которой, как я надеялась, скрывалась ванная.

Благо, она там и оказалась.

Просторная комната с каменной купелью, от которой исходил пар, а в воздухе стоял запах освежающих трав. Поразительно! Я умылась холодной водой, и мои догадки подтвердились — натуральные составы мыльных средств, но когда подняла взгляд на огромное зеркало над медной раковиной, я… очешуела.

Из зазеркалья на меня смотрела я. Те же серые глаза, тот же нос, скулы. Но всё остальное... Мои темные волосы, когда-то срезанные в удобное каре на бок, теперь ниспадали блестящим золотым водопадом ниже поясницы.

Я попятилась. Запнулась о край ковра. Халат слегка распахнулся, отчего показались ключицы и грудь. Кожа стала идеально гладкой, пропали старые мелкие шрамы, а фигура... фигура приобрела какие-то слишком уж правильные, мягкие изгибы.

— И-И-И! Это что за...

Из горла вырвался совершенно неконтролируемый, пронзительный визг.

Дверь в ванную вышибло с такой силой, что деревянное полотно ударилось о каменную стену напротив. Господи, хорошо, что я стояла в стороне, иначе точно бы померла, точно вчерашние кучки белых плащей!

— А-а-а-а! — кричала я, отчаянно тыкая по выбитому проему и двери в стене, а затем в себя и Элиана.

Его черная рубашка была распахнута настежь, обнажая бледную кожу и рельефный пресс. Идеальная красота! Он стоял босиком, волосы растрёпаны, будто мужчина только проснулся. В руке он сжимал сгусток черноты, готовый разнести тут всё в щепки.

Судя по скорости его появления, спал он буквально за стенкой. Это осознание заставило впасть в секундный ступор. Но мужчина не дал мне возможность полностью сформировать мысль. Он стремительно обогнул меня, закрывая собой, и хищно обвел взглядом пустую ванную.

— Кто здесь? Где он? — рявкнул лорд.

— Никого, — пискнула я, поспешно запахивая халат на груди. — Только я. И моя... новая шевелюра.

Элиан резко развернулся. Тьма в его руке рассеялась. Он уставился на меня, по-птичьи склонив голову. Сверху вниз. Долго и внимательно изучал золотистые пряди, рассыпанные по моим плечам, затем скользнул взглядом по лицу и ниже. Туда-обратно... туда и обра-атно...

— Может, уже хватит, дырку прожжешь, — проворчала я, придерживая халат, скрывая, как затвердела грудь. То ли от его взгляда, то ли дуновения ветра из другой комнаты — уже не понять...

— Никогда такого не видел, — констатировал он с любопытством. — Ты выглядишь иначе. Пахнешь так же, но... откуда ты взялась, Аделина? Только не ври про соседнее королевство.

Я прижалась поясницей к холодному краю раковины. Врать человеку, который голыми руками отрывал конечности, действительно не хотелось.

— С Земли, третья планета от Солнца, — буркнула я, посмотрев на стену. — Из другого мира, проще говоря.

Я сжалась, ожидая обвинений в демонологии или немедленного вызова инквизиции.

Элиан хмыкнул и провел рукой по своим растрёпанным темным волосам.

— Другой мир. Это многое объясняет. Значит, магия Нор Моэр просто адаптировала твое тело под здешний фон. Странное растрачивание маны и необычное явление, но логичное.

— И всё? — недоверчиво уставилась я на него. — Ты даже не удивлён? Не потащишь меня в подземелья на опыты? Не сдашь на изучение местным учёным?

— А какое мне дело до других миров? — мягко, чтобы не спугнуть, проговорил Элиан и сделал осторожный шаг ко мне. — Меня волнуют только мои земли. И то, что на них находится. И ты сейчас здесь.

Не заметив агрессии, он сделал еще один шаг. В ванной внезапно стало душно. Температура словно подскочила на пару градусов. Элиан остановился вплотную. Тотчас пропало праздное любопытство, а его взгляд изменился. Теперь он смотрел на меня плотоядно. Темные глаза медленно, с расстановкой скользнули по вырезу шелкового халата, задержались на открытой шее и поднялись к губам.

— Ты стала еще красивее, птичка, — хрипло произнес он.

Он протянул руку. Его горячие пальцы коснулись моего плеча, скользнули по золотой пряди, а затем ладонь легла на мою талию, властно притягивая к себе. Между нами почти не осталось расстояния. Я уперлась руками в его обнаженную грудь, собираясь оттолкнуть. Под пальцами бешено колотилось его сердце.

И тут Элиан резко побледнел.

Он судорожно выдохнул, его пальцы на моей талии сжались так сильно, что я охнула от боли. В следующую секунду его глаза закатились. Он отшатнулся от меня, схватился за горло и с глухим стоном рухнул на каменный пол ванной, судорожно глотая воздух.

— Элиан! — крикнула я, мгновенно забывая о смущении, и бросилась к нему.

Я рухнула на колени рядом с ним. Элиан хрипел, судорожно царапая ногтями мраморную плитку. Его распахнутая рубашка съехала с плеч, и я наконец увидела причину приступа.

На его шее рассеялись тени и показался широкий металлический ошейник, глубоко впившийся в бледную кожу, оставляя кровавые ссадины. От него по груди спускалась короткая цепь, на конце которой покоился крупный, мутно-багровый камень. Он пульсировал в такт сбитому дыханию лорда.

— Ни-че-го, птичка, скоро... скоро пройдет, — прохрипел он, покрываясь испариной.

В нос ударил отчетливый запах серы. Температура вокруг тела Элиана казалась невыносимо жаркой.

Аурит. Драконья смерть.

Знание всплыло в голове само собой — видимо, местный мир решил загрузить в меня базовую энциклопедию вместе с новым цветом волос. Ядовитый минерал, отравляющий кровь.

— Стоп... Дракон? — прошептала я, но тут же вскрикнула, поддаваясь к мужчине. — Элиан!

Он выгнулся, издав сдавленный стон.

Здравый смысл требовал отойти подальше от бьющегося в конвульсиях не-человека. К тому же он сам сказал, что это пройдет... Но тело среагировало быстрее. Я обеими руками накрыла раскаленный камень на его груди.

Пальцы обожгло. А в следующую секунду из моих ладоней хлынула необычная прохлада. Никаких магических искр или эпичного свечения. Просто ощущение ледяной струи, пробивающейся сквозь горячий поток. Я физически чувствовала, как эта невидимая сила вымывает токсичную дрянь из его тела, гася жар.

Спустя минуту камень под моими руками остыл и потускнел. Элиан развалился на полу. Его дыхание выровнялось.

Я отдернула руки и тяжело осела вслед за ним, чувствуя, как по виску катится капля пота. Внезапная слабость накрыла с головой.

— Что же это такое, — ошеломленно сказала я, глянув на свои ладони.

Лорд медленно открыл глаза. Тьма из них полностью ушла, обнажив чистую, пронзительно-алую радужку. Он смотрел на меня снизу вверх. Больше никакого высокомерия или плотоядного интереса. В его взгляде застыла такая отчаянная, почти болезненная преданность, что мне на секунду стало жутко.

Элиан поднял руку и перехватил мое запястье. Не больно, но крепко, словно утопающий вцепился в спасательный круг.

— Боль... ушла, — хрипло выдохнул он. — Ты сняла её, птичка.

— Это случайность. Руки! — огрызнулась я, безуспешно пытаясь разжать его пальцы. — Что это за ошейник с булыжником? Местная мода для правителей?

Мужчина проигнорировал мой сарказм. Вместо этого Элиан потянул мою ладонь к своему лицу и потерся о неё щекой. Жест был до одури интимным, щенячье нежным и пугающим одновременно. А ошейник тотчас покрылся тенью и исчез, будто и не было его никогда.

— Подарок от лучшего друга, — обронил он с оскалом. — Но теперь это не имеет значения. Ты — моё спасение, Аделина. М-о-я, птичка.

Он произнес последнее слово с такой собственнической интонацией, что у меня по спине пробежал холодок. Кажется, поддавшись инстинкту, я только что собственноручно затянула на своей шее невидимый поводок. И второй конец оказался в руках очень могущественного и абсолютно одержимого мужчины.

— Вставай давай, твое спасение сейчас само в обморок грохнется, — буркнула я, все же убирая свою руку от его лица. Ничего. Справимся! Всегда выкручивалась и тут найду рычаги давления. — И прикройся, тут всё-таки дует...

После утреннего происшествия в ванной Элиан развил бурную деятельность. Мой завтрак превратился в пиршество из пяти перемен блюд, которые слуги вносили в комнату с лицами приговоренных к эшафоту.

В покоях стояла жара — камин растопили так, словно за окном бушевал ледниковый период, а не обычная осень. Пахло жареным мясом, сдобой и какими-то цветами, расставленными в вазах по углам. По отдельности все вкусно, но вместе они создают хаос для рецепторов.

Я сидела в кресле, сильнее завернувшись в шелковый халат, и с подозрением смотрела на тарелку.

— Ешь, птичка. Тебе нужно восстановить силы, — произнес Элиан, придвигая ко мне блюдо с нарезанными фруктами.

Мужчина устроился на стуле напротив. Чистая белая рубашка, зачесанные назад темные волосы, расслабленная поза. От приступа не осталось и следа. И от ошейника тоже.

Он смотрел на меня, будто я была восьмым чудом света, внезапно материализовавшимся в его гостиной. Хотя ведь сам, как котенка, подобрал. Это льстило, но быстро утомляло.

— Элиан, — позвала я, отодвигая тарелку. — Если ты не перестанешь на меня пялиться, у меня начнется несварение.

Я взяла вилку, но есть под его пристальным взглядом оказалось некомфортно.

— Я просто любуюсь, — совершенно серьезно ответил он. — Твои волосы... Они отражают свет камина. Очень красиво.

— Спасибо. А теперь о насущном, — начала я, серьезно посмотрев на мужчину. — Я хочу выйти отсюда.

Я указала вилкой на закрытые двери.

Элиан чуть склонил голову. Его улыбка никуда не делась, но в комнате словно стало еще жарче. И опаснее на несколько градусов точно.

— Куда? Тебе здесь чего-то не хватает? Я прикажу принести новые платья. Или книги. Что ты любишь читать?

— Я люблю дышать, — отрезала я. — Свежим воздухом. Здесь пахнет так, будто кто-то умер в парфюмерном магаз... лавке. Я хочу прогуляться по внутреннему двору. Да хотя бы узнать больше о мире, в который попала.

— На улице пронзительный ветер, Аделина, — с улыбкой ответил он. — Ты простудишься.

— У меня есть кардиган. И твой сюртук. И ты вроде говорил про вещи, — прищурилась я. — Так, ладно...

Я встала из-за стола, давая понять, что дискуссия окончена, и направилась к двери. Решила подергать хищника за усы, но Элиан не пошевелился. Мужчина продолжал сидеть, сцепив пальцы в замок, заинтересовано наблюдая за моими действиями.

— И вообще, Элиан, я не хрустальная, — уверенно сказала я и потянула на себя ручку.

Дверь с легкостью поддалась. Я шагнула в коридор, но тут же уперлась носом в перекрещенные древки двух алебард. Два стражника, закованные в броню, стояли по стойке смирно, глядя поверх моей головы.

— Простите, леди, — сипло выдавил один из них, даже не моргая. — Приказ лорда. Никого не впускать и не выпускать.

— Элиан! — рявкнула я, оборачиваясь.

Мужчина словно ждал моего зова, встав со стула, тотчас подошел ко мне. Обхватив меня за плечи, он пристроился сзади, выглянув через плечо.

— В чем дело? — спросил он ровным, спокойным голосом, точно не он здесь источник проблем. Стражники побледнели так, что это стало заметно даже в полумраке коридора.

— Милорд, мы выполняем...

— Я вижу, — перебил лорд. — Но леди Аделина расстроена. Вы её огорчили.

Из-под его сапог по каменному полу поползла черная дымка. Температура в коридоре резко упала, а по ногам пробежал холодок.

— Элиан, прекрати, — опомнилась я, схватив его за локоть, дернув на себя. Как он ловко маневрирует фактами! Огорчают стражники, понимаешь.

Он легко поддался, позволяя мне закрыть дверь перед носом побелевших от ужаса охранников. В комнате снова стало тихо и жарко.

— Они просто выполняли твой приказ, — возмутилась я, отпуская его руку. — Ты сам велел меня запереть.

— Я велел им охранять тебя, — поправил он, шагнув ко мне. — А не расстраивать. Если они не могут отличить одно от другого, значит, они бесполезны.

— Логика просто железобетонная, — процедила я сквозь зубы. — Значит так. Мы сейчас возьмем и начнем договариваться.

Я отступила на шаг, чтобы не задирать голову, глядя ему в лицо.

— Я не твой питомец. Ты ведь понимаешь, что я не стану сидеть в этой комнате безвылазно.

— За стенами замка опасно, птичка, — укоризненно сказал он и протянул руку, намотав на палец прядь моих волос. — Инквизиция, шпионы, предатели... Здесь тебя никто не тронет.

— Зато ты задушишь меня своей заботой.

В этот момент в дверь робко постучали.

— Войди, — бросил Элиан, не отрывая от меня взгляда.

Дверь приоткрылась, и в комнату протиснулся парень в форме слуги. В руках он держал серебряный поднос с высоким кувшином. Молодой мужчина был щуплым, явно напуганным и, судя по всему, новеньким в замке.

Он торопливо подошел к столу, начал переставлять тарелки, чтобы освободить место. Его руки откровенно тряслись. Я стояла рядом и, когда кувшин опасно накренился, подошла и рефлекторно поддержала его за дно.

— Осторожнее, прольешь, — сказала я.

Парень поднял глаза. Его рот слегка приоткрылся. Видимо, мои золотистые волосы и внешность для местных были диковинкой. Он задержал взгляд на моем лице буквально на две секунды, а затем густо покраснел.

— П-простите, леди... — пробормотал он, забирая кувшин. Его пальцы случайно мазнули по моим.

Резкий запах меди ударил в нос. Я даже не успела моргнуть.

Элиан оказался рядом с парнем. Мужчина не переменился в лице, лишь положив ладонь на затылок слуги.

Плотные тени мгновенно стекли с его рукава, обвивая шею парня. Тот захрипел, выронил поднос. Раздался звон серебра о камень, кувшин разбился, заливая ковер темной жидкостью.

Слуга отчаянно вырывался из хватки лорда, царапая ногтями шею в попытке избавиться от теней.

— Ты слишком долго на нее смотрел, — ласково произнес Элиан, наклоняясь к уху хрипящего парня. — И посмел прикоснуться.

Я оцепенела на долю секунды, осознавая масштаб происходящего. Этот монстр реально собирался убить человека за случайное касание!

— Отпусти его! — крикнула я и, не теряя ни секунды, прыгнула на него сзади. Я схватила его за руку, пытаясь сменить ее направление. Мне казалось, что если он не будет смотреть на него, магия исчезнет. Наивная.

Элиан удивленно обернулся. Хватка чуть ослабла, и парень рухнул на колени, жадно хватая воздух и кашляя.

— Он испачкал тебя, — пояснил Элиан так спокойно, словно объяснял ребенку, почему нельзя есть с пола.

— Он ставил кувшин! Просто кувшин! Элиан, тогда уж меня надо наказать, ведь я к нему подошла!

Я попыталась слезть, но мир вдруг перевернулся. Теперь я сидела впереди, а мужчина поддерживал меня за бёдра.

— Накажу.

Мужчина опасно прищурился. Он приблизился к моему лицу настолько, что я чувствовала его дыхание. Сама я совершенно забыла, как это делать. Тени вокруг его сапог зашипели.

— Почему ты защищаешь его? — ревниво спросил он, отчего мне стало не по себе. Не хотелось, чтобы от моего слова зависела чья-то жизнь. — Ты его не знаешь. Почему ты за него заступаешься?

Но если сейчас дам слабину или покажу страх, парень умрет. А потом умрет стража. А потом я останусь одна в этом душном кошмаре.

— Потому что он принес мне попить, — ледяным тоном ответила я, глядя в алые радужки лорда. — А ты портишь мне аппетит.

Я ткнула пальцем в его грудь. Следом ногтем прочертила линию к его сердцу.

— Запомни одно простое правило, Лорд Запада. Если ты будешь убивать людей за то, что они просто на меня смотрят или случайно задевают, я перестану с тобой разговаривать. И поняв, как лечить тебя, даже не пошевелюсь в таком случае. Понял?

Не то чтобы это представляло реальную угрозу для этого монстра, но я не могла пускать все на самотек.

Тьма вокруг его ног недовольно дернулась и втянулась обратно. Он перевел взгляд на мою руку, упирающуюся ему в грудь, затем на мое лицо.

— Ты бросишь меня из-за какого-то мусора? — глухо спросил он.

— Я установлю границы, — парировала я, хотя в моем положении, особенно на его руках, это звучало неубедительно. — Выметайся, — бросила я через плечо кашляющему слуге. Парня не пришлось просить дважды. Он вскочил и вылетел за дверь, забыв про поднос.

Оставшись наедине с Элианом, я убрала палец от его груди.

— Отпусти, будь добр.

— Не хочу.

Я задохнулась от возмущения. Его взгляд был настолько упрямым, точно не отступится.

— Сядь, — скомандовала я, указывая на стул.

Он помедлил, но все же опустился на сиденье. Со мной. Так и не отпустив.

— Ты жестокая, Аделина, — мрачно произнес он.

Выдержав его взгляд, я постаралась сохранить лицо при плохой игре. Лишь бы не покраснеть. Не пошевелиться!

— Элиан, что за гиперконтролирующее собственничество? Я случайно помогла тебе, но не знаю, как это сделать вновь. Но я не отказываюсь от помощи. Это раз. И два: мы знакомы чуть больше суток, тебе не кажется это странным?

— Нет, — категорично ответил он, даже не задумавшись. — Мне не нужно знать тебя вечность, чтобы определиться. Все и так ясно.

Что ему ясно? Я чуть не задохнулась от возмущения. Одно предложение, и этот мужчина вывел меня из равновесия! Как это возможно?!

— Если хочешь, чтобы я находилась рядом, нам придется научиться договариваться и не душить при этом всех подряд тенями.

Я осторожно подалась назад, и благо мужчина не стал меня удерживать. Сердечко и так на взрыв. От всего и сразу! Я подошла к окну, обернулась и скрестила руки на груди.

— Для начала... Открой это окно, будь добр. Здесь воняет сдобой и твоей дурью.

Элиан долго смотрел на меня. Наконец, его губы дрогнули, складываясь в милую улыбку убийцы. Он щелкнул пальцами. Окно распахнулось, впустив в комнату горный воздух.

— Как скажешь, моя птичка, — мягко ответил он. — Главное, не пытайся улететь. Я не хочу ломать тебе крылья.

Элиан сдержал слово. Своеобразный подарок в качестве извинений за недавнюю сцену — прогулка за пределами душной спальни.

Мы наконец вышли во внутренний сад замка. Я ожидала увидеть мрачные готические лабиринты, усеянные черепами врагов, но реальность оказалась банальнее. Аккуратные каменные дорожки, высокие кустарники и несколько стеклянных оранжерей.

— Ва-а-а! — пробежалась я и закружилась, вскинув руки к небу. — Наконец-то улица!

— Тебе нравится, птичка?

— Нравится, — радостно воскликнула я, подбежав к нему и уже спокойно прогуливаясь по саду.

Мужчина шел рядом. Хоть он не пытался взять меня за руку, но держался так близко, что наши плечи периодически сталкивались. Казалось, ему жизненно необходимы именно такие легкие прикосновения. Может, он думал, что я могу в любой момент исчезнуть? Или сбежать? Зря. Но спросить напрямую я так и не осмелилась.

Вскоре я ощутила бодрящий воздух — типичная горная осень с холодным ветром. Я плотнее запахнула накидку и спрятала руки в карманы.

— Бр-р-р, — взбодрилась я.

— Что не так? — с милой улыбкой поинтересовался он. 

— Все так, — буркнула я.

Не хотелось вспоминать, каких усилий мне стоило надеть эту простую вещь. Дай волю, Элиан выбрал бы для меня что-то роскошное, равное стоимости пары особняков.

— Ты обещал рассказать, кто вообще здесь живет, — напомнила я, пиная мелкий камешек. — Кроме стражников и тех несчастных слуг, что падают в обморок при твоем появлении.

— Все, кому нужна защита, — ровно ответил Элиан, заложив руки за спину. — У меня на территории нет разделения на расы. Люди, эльфы, полукровки, беглые маги. Если Империя или инквизиция вынесла им приговор, они идут на Западный перевал. Я принимаю всех.

Я скептически хмыкнула, покосившись на его расслабленный профиль.

— Благотворительный фонд лорда Элиана? Звучит слишком хорошо для мужчины, который вчера чуть не задушил человека за неловкий взгляд. В чем подвох?

Он остановился и повернулся ко мне.

— Подвоха нет. Есть условия пребывания, — пожал он плечами. — Я даю им безопасность. Взамен они подчиняются моим законам. А те кто работают на меня и благо Каэр Моэр и вовсе платят смехотворные налоги. Если они нарушают правила — они умирают. Справедливый обмен.

Мы свернули к длинной стеклянной оранжерее. Трое мужчин в плотных рабочих фартуках подрезали колючий кустарник у входа. Заметив лорда, они синхронно опустили головы, делая вид, что крайне увлечены ветками.

— Инклюзивное общество с авторитарным уклоном, — подытожила я. — А как ты проверяешь, кто к тебе...

Договорить я не успела.

Один из «садовников» резко выпрямился. В его руке вместо садовых ножниц блеснуло короткое изогнутое лезвие. Двое других сорвались с места одновременно с ним.

Кто-то из нападавших являлся магом и использовал магическое ускорение.

Элиан среагировал мгновенно. Он схватил меня за ворот накидки и жестко дернул на себя, задвигая за свою спину. Я больно ударилась лопатками о каменную стену какого-то здания.

— Стой здесь, — приказал он, резко взмахнув рукой. Пространство вокруг меня накрылось плотным теневым куполом.

— Элиан! — обеспокоенно выкрикнула я, стукнув по куполу. Но, похоже, он и голос подавлял. — А если... Если приступ...

Нападавший с артефактным клинком прыгнул первым. Элиан даже не вытащил руки из-за спины. Из-под его сапог выстрелили плотные черные шипы. Они пробили грудную клетку фальшивого садовника с хрустящим звуком. Мужчина захрипел, выплевывая кровь, и повис на теневых кольях.

Второй кинулся сбоку. Лорд небрежно взмахнул ладонью. Тьма захлестнула ноги убийцы, дернула в противоположные стороны, отчего раздался громкий треск рвущихся сухожилий и ломающихся костей. Третий попытался отступить, поняв, что засада провалилась.

Элиан шагнул вперед. Он перехватил за горло убегающего одной рукой и поднял над землей.

— Инквизиция мельчает, — разочарованно произнес лорд, разглядывая барахтающегося человека. — Отправляете ко мне откровенный мусор.

Он сжал пальцы. Раздался щелчок. Тело обмякло и кулем рухнуло на дорожку.

Я не успела опустить руку, как всё закончилось. Ему потребовалось не больше десяти секунд, чтобы разобраться с тремя рослыми мужчинами.

Стоп. А что произойдет, если он восстановит свою силу?

Меня замутило. Я прижала ладонь ко рту, стараясь не смотреть на то, что осталось от первого нападавшего, который все еще висел на черных шипах. Сложно принять реалии этого мира, но эти мужчины убили бы Элиана без колебаний. Потому да... Пусть будет жив и могущественен мой личный монстр.

Элиан брезгливо вытер руки о фартук убийцы, развернулся и подошел ко мне, развеяв купол. Сам мужчина выглядел так, будто только что сорвал сорняк с клумбы, а не сражался.

— Ты не ушиблась? — обеспокоено спросил он, внимательно осматривая меня.

Его рука потянулась к моему лицу. Я перехватила его запястье, останавливая пальцы в сантиметре от своей щеки.

— Я в порядке, — ровно сказала я, убирая его руку. Затем кивнула на три растерзанных трупа, изуродовавших ухоженную дорожку. — Значит, принимаешь всех подряд?

— Как видишь, — пожал плечами мужчина.

— Вот почему у тебя по саду бегают убийцы с ножами. Тебе не кажется, что пускать на свою территорию беженцев без нормальной проверки — это идиотизм? Любой из них может оказаться врагом. А если бы они напали не в саду, а на кухне? В спальне? Или отравили воду?

Элиан раскатисто рассмеялся, совершенно неуместно на фоне недавней бойни.

— А какая разница, Аделина?

Он пнул носком сапога валяющийся на камнях нож. Лезвие со звоном отлетело в кусты.

— Пусть приходят. Шпионы, наемники, фанатики. Это просто мошки. Мне абсолютно плевать, сколько их просочится. Я достаточно силен, чтобы защитить свой народ и раздавить врагов. Зато остальным беженцам будет наглядный урок.

Я посмотрела на растерзанные тела, затем на абсолютно безмятежного лорда.

То, что он сказал, — это не бахвальство. Даже с учетом того, что ошейник как-то ограничивал его силу, он справлялся с угрозами играючи. Ему действительно не нужна была служба безопасности, сложная система пропусков или долгие проверки на границе. Он сам был своей лучшей охраной и палачом в одном лице. И это работало.

Но будет ли так всегда? Защитить себя легко, ровно до того момента, пока тебе нечего терять.

— Практичный подход, — хмыкнула я, отлепляясь от холодной стены. — Но в следующий раз, когда решишь устроить показательную казнь, предупреждай заранее. Я бы надела обувь поудобнее, чтобы отбегать комфортнее было.

Элиан очаровательно улыбнулся.

— Тебе не нужно никуда убегать, птичка. Я всегда буду стоять перед тобой, принимая удар.

— Отличный план, — пробормотала я, брезгливо обходя лужу натекшей крови. — Главное, чтобы ты сам не забыл, в какую сторону атаковать. Пойдем отсюда. У меня от вида чужих кишок аппетит пропадает.

— Пойдем, — ласково позвал он, подхватив меня на руки и унося в свое убежище, точно ценный трофей. — Буду возвращать тебе аппетит.

Он вновь нес меня, петляя по коридорам, точно специально хотел продлить эту близость. Я смотрела на его расслабленный профиль, и внутри всё скручивалось. Адреналин от недавней бойни подталкивал к безрассудным действиям. Меня откровенно потряхивало. Я не могла понять, чего боюсь больше: его самого или того факта, что увиденная жестокость меня не оттолкнула.

Но страх был не единственным чувством. Я ощущала... возбуждение. Вероятно, его безумие заразно, и я уже погрязла в нем, как в болоте.

Когда дверь в спальню захлопнулась за нашей спиной, он...

Он осторожно опустил меня на край широкой кровати и отступил на полшага.

— Я прикажу принести воды. Тебе нужно умыться и успокоиться, — произнес он своим дежурным, мягко-заботливым тоном, поднимая руку, чтобы поправить выбившуюся прядь моих волос.

Я перехватила его запястье.

— Мне не нужна вода.

Он вопросительно изогнул бровь. Я потянула его на себя, заставляя шагнуть ближе, прямо между моих колен.

— И успокаиваться я тоже не хочу.

Если бы лорд мне не позволил, я бы ни за что не смогла сдвинуть его с места. Но он хотел этого не меньше.

Я подалась вперед и впилась в его губы. Никакой нежности. Мои зубы скользнули по его нижней губе, прикусывая до металлического привкуса крови.

Элиан глухо застонал. Его руки мгновенно легли на мою талию, пальцы впились в ткань платья, сминая её с такой силой, что затрещали нитки.

По полу метнулись черные тени. Спальня погрузилась в абсолютный мрак — тьма отрезала нас от остального замка непроницаемым куполом.

Он оторвался от моих губ, тяжело дыша. Его глаза были абсолютно черными — мрак полностью сожрал радужку, превратив взгляд в бездонную пропасть.

— Аделина... — хрипло предупредил лорд. В его голосе не осталось ничего человеческого, сплошной звериный рокот. — Я могу не сдержаться. Моя тень... она тоже голодна. Я могу сделать тебе больно.

Я усмехнулась, нетерпеливо расстегивая его рубашку.

— Так не сдерживайся.

Элиан не стал переспрашивать дважды. Маска заботливого щенка треснула и осыпалась пеплом.

Его поцелуи обжигающе скользнули по моей шее. Звук рвущейся ткани заглушил мой судорожный выдох — он не стал тратить время на пуговицы, просто разорвав платье. Воздух скользнул по обнаженной коже, заставляя соски мгновенно затвердеть. Сам Элиан даже не потрудился встать: одним текучим движением он испарил с себя остатки одежды, оставив нас абсолютно обнаженными друг перед другом.

— Покажи мне.

— Что? — не сразу поняла я, засмотревшись на его фигуру. Рельеф и пропорции тела впечатляли.

— Покажи, как тебе приятно, — мурлыкнул он, заставляя меня лечь на постель. Мои волосы рассыпались по шелку. Мужчина откровенно наслаждался увиденным.

— Я не...

— Хочешь обмануть, птичка? — хрипло спросил он, проведя длинным пальцем по моей ключице. — Видишь ли, пока я не увижу то, что хочу...

Он не договорил, прикусив мочку моего уха.

Я не стала сопротивляться. В моем мире у меня давно не было отношений, но как снимать напряжение, я не забыла. Выдохнув, я опустила одну руку к своему лону, а второй провела по его горячему торсу. Я не собиралась просто послушно выполнять команды. Моя ладонь скользнула ниже, уверенно обхватив его возбужденное естество.

Мужчина прищурился. Я сделала первое движение, приглашая его в эту игру. А затем второе, одновременно лаская собственную чувствительную точку.

Напряжение росло с каждой секундой. Я ускоряла темп, и Элиан уже не сдерживал рыка. Внезапно он впился зубами в мое плечо. Эта резкая, отрезвляющая вспышка боли стала финальным штрихом.

— А-ах, — выдохнула я, покрываясь мурашками по всему телу. На моем животе растеклась теплая, липкая влага — он закончил вместе со мной.

Мы тяжело дышали. А через мгновение он подхватил меня на руки и понес в ванную. Темный купол бесшумно скользил следом за нами.

Элиан опустился со мной в теплую воду.

— Доволен? — буркнула я. Напряжение спало, но не полностью. Мне не хватало главного. Я хотела большего! До сорванного голоса, до царапин на спине.

— Вполне, — насмешливо ответил он, погладив меня по мокрым волосам. — А что, птичка недовольна?

— Подобным я могу заниматься и сама.

Его пальцы на моем затылке сжались.

— Сама ты не будешь, — мягко, но с нескрываемой угрозой проговорил лорд. — Я должен видеть каждую твою эмоцию. Каждый твой оргазм.

Я нахмурилась. Неужели он специально вывел меня на эти эмоции, чтобы что-то доказать? Это маньячество или нечто большее?

Элиан смыл с меня следы нашей игры, не позволив сделать это самостоятельно. Он вытер полотенцем мое тело и, снова взяв на руки, отнес в комнату.

— Зачем этот купол? Завеса? Что это? — взбудораженно спросила я, когда тьма вновь сомкнулась вокруг кровати.

— Можешь не сдерживаться, тебя никто не услышит.

— То есть?

— Кричи, — хрипло отозвался он у самого моего уха и бросил меня на кровать.

Я не успела ничего понять, но падение оказалось мягким — тени спружинили, словно подложка. Взглянув на лорда, я поняла, что вся моя мимолетная нега испарилась. Пружина внутри натянулась до предела.

Его голодный взгляд буквально пожирал меня.

В голове промелькнула отчаянная мысль: «А справлюсь ли я с его тьмой?»

Но времени на сомнения не осталось.

Его руки легли на мои плечи, и он одним рывком перевернул меня на живот. Я оказалась на коленях, упираясь локтями в скомканное шелковое покрывало. Мужчина пристроился сзади. Жар его тела обжигал спину. Его рука скользнула по моим бедрам к лону, и я вскрикнула, резко прогнувшись в пояснице. Тело вновь отозвалось, я уже не могла сдержать стон.

Его пальцы покинули меня, и на их место пришло иное ощущение. Одним резким толчком он заполнил меня полностью. Ладони Элиана оставляли горящие следы на талии и спине — везде, куда дотягивались.

— Мгх...

— Кричи, Аделина. Кричи для меня.

И я кричала. Стонала. Извивалась в его руках.

Лорд зарылся пальцами в мои волосы, намотал золотистые пряди на кулак и сильно оттянул их назад, заставляя меня запрокинуть голову.

— Моя, — процедил он прямо мне в ухо.

Горячие губы коснулись плеча, следом зубы сильно прикусили кожу на шее, недвусмысленно помечая территорию. Опомнившись, он провел языком по отметине, точно дикий зверь, зализывающий рану. От этого властного, первобытного напора остатки рациональных мыслей окончательно вылетели из головы. Я подалась назад, навстречу его тяжести, отвечая грубостью на грубость.

Каждое его движение было пропитано жаждой. Он брал то, что считал своим, не церемонясь и не спрашивая разрешений. И, черт возьми, именно это мне сейчас было нужно. Боль от его укусов и прикосновений на бедрах сливалась с накатывающим жаром, плавя рассудок.

В какой-то момент я попыталась обернуться, чтобы посмотреть на него, но Элиан жестко прижал меня к матрасу.

— Не смотри, птичка. Не в этот раз, — прорычал он, и его дыхание обожгло мою мокрую от пота шею. — Просто чувствуй. Кому ты принадлежишь.

Он двигался резко, ритмично, выбивая из меня рваные крики, которые тонули в подушке. Черная дымка струилась по его рукам, переползала на мои бедра, охлаждая разгоряченную кожу и создавая сумасшедший контраст с его неистовыми толчками. Это было дико и совершенно не похоже на золотую клетку, которую он строил для меня всё это время.

Когда всё закончилось, я рухнула на живот, тяжело хватая ртом воздух.

Элиан лёг рядом. Он притянул меня к себе, собственнически закидывая ногу на мои бёдра, и уткнулся носом в растрёпанные волосы на макушке. Наше дыхание постепенно выравнивалось. Мужчина, видимо, дал мне время прийти в себя. Я явственно ощущала, как его напряжённое достоинство упирается мне в живот. С чего такая осторожность?

— Завтра прикажу казнить портного, — лениво обронил лорд, поглаживая засос на моем плече. — Платье порвалось слишком легко. Дешевая ткань.

Я нервно хохотнула, утыкаясь лицом в его ключицу.

— Элиан, если ты убьешь портного, я буду ходить в твоих рубашках.

— Идеальный план, — мурлыкнул он, прижимая меня еще крепче. — Мне нравится.

Утро началось с того, что у меня болело абсолютно всё. Меня заездил чертов монстр! Мышцы тянуло, на бедрах явственно проступали отметины от прикосновений, а шею саднило так, будто меня пытались загрызть. Но это еще не всё... Меня не отпускали до тех пор, пока я натурально не отключилась при очередном оргазме. Как это возможно? Спросите у Элиана!

Я перевернулась на спину, натягивая на грудь мужскую черную рубашку, которую нашла на краю кровати. Самого лорда рядом не было.

И низкий поклон всем, кто решился меня спасти!

— М-м-м, — протянула я, принюхиваясь.

На столике у окна стоял поднос с завтраком, а в кресле сидел...

А нет... Ошибочка вышла, меня никто и не думал спасать.

Я цыкнула.

Сам хозяин Каэр Мора был одет с иголочки. Свежий, с идеально зачесанными волосами — точно не он устраивал ночные марафоны. И самое ненавистное было то, что он смотрел на меня с самой невинной улыбочкой отличника. Если бы не воспоминания о вчерашней ночи и порванном платье, валяющемся на полу, я бы решила, что спала с совершенно другим чело... Драконом.

— Доброе утро, птичка, — мягко произнес он, решив наконец обнаружить свое присутствие, будто и впрямь прятался. — Как спалось?

— Как после хорошей драки, — честно ответила я, садясь и морщась от тянущей боли в пояснице. Если бы не дрожащие ноги, я бы порхала как бабочка. — Ты всегда по утрам косплеишь ангела, или это у тебя чувство вины проснулось?

Элиан самодовольно хмыкнул, хотя явно не понял значения слова. Он поднялся и подошел к кровати, протянув чашку с горячим отваром. Оттуда пахнуло луговыми травами и медом.

— Я просто рад, что ты здесь. Пей.

Я приняла чашку. Наши пальцы соприкоснулись, но мужчина осторожно убрал руку, словно боясь причинить мне дискомфорт. Вчера он рвал на мне одежду и кусал до крови, а сегодня боится лишний раз задеть. Этот контраст начинал откровенно раздражать.

— Сядь, — велела я, указывая подбородком на край матраса.

Мужчина послушно опустился рядом. Только не на кровать, а на пол.

— Это что еще такое? — нахмурилась я.

Элиан то и дело смотрел мне на колени, но так и не решался приблизиться. Он хотел положить голову? Руку?

Всё так странно... он же не собирался меня бросить?

Я прищурилась и едва не выдохнула от облегчения. Нет. Точно нет. Более того, я явственно видела, как он возбужден, но чувства вины читалось больше.

Мужчина проигнорировал мой вопрос, поэтому я решила зайти с другой стороны.

— Элиан, давай начистоту.

— Разве мы не откровенны?

Я едва снова не цыкнула, но сдержалась.

— Я вижу, что здесь иные законы, и принимаю этот факт. Но на всё нужно время. Даже с твоими собственническими замашками, — начала я. — Вчера... Почему ты сказал не оглядываться? Ты ведь дракон, верно? Но за всё это время я ни разу не видела даже чешуйки. Ты ведешь себя как... чело... Дракон с очень скверным характером и огромным магическим резервом. В чем проблема?

Отвар в моей чашке внезапно перестал дымиться. Элиан отвернулся, глядя куда-то в сторону. Его расслабленные плечи вмиг деревянно напряглись.

— Тебе не нужно это видеть, — сухо обронил он.

— Мне нужно понимать, с кем я живу, — парировала я, делая глоток. Отвар оказался приторным, но от него моментально стало легче. Снова магические штуки? — Вчера в саду были инквизиторы. Ты сказал, что принимаешь всех, но зачем Империи засылать убийц под видом садовников? И почему тогда не прийти с нормальной армией?

— Потому что они боятся, — процедил Элиан. Тьма у его ног зашевелилась, поползла по каменному полу. — Недавно на Юге, в Саэр Море, активировался купол. И в этот раз он иной. Через него не могут пройти те, кого защита считает врагом. Скорее всего, там считываются помыслы входящего. Барьер восстанавливается. Люди столько времени нас ослабляли, что еще немного — и нас бы действительно изничтожили.

— Понимаю, — кивнула я. — Те, кто это затеял, вероятно, сейчас в панике.

— Конечно, — жестко оскалился лорд. — Если мы зажжем все пять точек — Саэр, Каэр, Таэр, Ил и Шэр Мор, — люди окончательно потеряют власть над этой территорией. Поэтому они пытаются выманивать нас поодиночке. Договариваться или убивать.

— А чтобы вы не узнали безопасные маршруты Инквизиции, они отправляют сюда людей вслепую? — догадалась я.

Элиан коротко кивнул.

— Именно. Пешки. Их не жалко.

Я поставила чашку на тумбочку и внимательно посмотрела на его напряженный профиль.

— Зачем ты тогда принимаешь людей?

— А чем они отличаются от эльфов?

— Может, тем, что не пытаются убить?

— Убить пытаются многие, просто люди делают это открыто, — парировал он.

— Даже с твоими законами, ты как справляешься с внутренними конфликтами?

— Никак, — пожал он плечами. — Драконы живут в закрытом городе. Те, кто не готов к коммуникациям с чужаками, живут там. Остальные — в основном городе.

Я едва не присвистнула. Значит, он всё же заботился, пусть и своеобразно, о своих соплеменниках. Но от следующей мысли у меня пересохло в горле.

— Ведь никогда не знаешь, где можно встретить свою судьбу, — закончил он.

Элиан медленно повернул голову. Его глаза снова начали темнеть, алая радужка тонула во мраке.

— У тебя была пара?

— Ты слишком догадливая, Аделина.

— Я реалист, — невесело усмехнулась я. Не могло же быть всё так просто. — У тебя в шкафу скелет размером с дракона. Рассказывай.

Он поднялся с пола и отошел к камину. Оперся рукой о каменную полку, полностью отгородившись от меня.

— Ее привели бесчувственную. Я нашел ее примерно как и тебя.

— Меня никто не подсылал! — подскочила я с места и тут же пожалела об этом, тяжело опустившись обратно на кровать. Отвар действовал, но требовалось еще время.

— Я верю, пока нет причин считать обратное, — мягко улыбнулся он, а у меня по спине прокатился холодок. Это была не угроза, но обманывать его доверие расхотелось раз и навсегда. — Она пахла... правильно. Моя Истинная. Я думал, это дар. Привел в замок, дал всё, что она могла пожелать.

Тон лорда оставался ровным, но камень под его пальцами пошел мелкими трещинами.

— И что пошло не так?

— Инквизиция напала на Каэр Мор. Мне пришлось защищать ее. Пришлось обернуться, — ответил мужчина. — Я разорвал их в клочья, но когда вернулся к ней... Она забилась в угол. Смотрела на мою чешую, на истинную форму и кричала. Назвала меня чудовищем. В завершение сбежала обратно к тем, кто ее сюда притащил. О, точно, чуть не забыл: и помогла надеть на меня ауритовый ошейник.

Он резко развернулся. На его лице отразилось такое сумасшедшее предвкушение, если он встретит ее. Но злился ли он на самом деле? Не сказать, что я не верила в его гнев, но кто из нас не обманывал себя? Мне ли не знать, как можно легко не замечать очевидного. От этого мне стало не по себе.

— Я не покажу тебе его, Аделина, — жестко произнес Элиан, делая шаг ко мне. — Я буду для тебя идеальным.

Второй шаг.

— Я спрячу тьму. Буду носить человеческий облик вечно, если потребуется.

Третий. Четвертый. И вот он оказался рядом. Опустился на пол, положил руки мне на колени, а следом пристроил и голову, мило улыбнувшись.

— Но ты не посмотришь на меня так, как она. Ты не назовешь меня монстром.

Я молча слушала эту исповедь поехавшего. Если бы он только знал, что я уже тысячу раз его так мысленно обозвала... Что бы он тогда сделал? Нет... знать я этого точно не хотела.

Вздохнув, я, как была в одной мужской рубашке, сползла с кровати и опустилась к нему на пол.

Элиан напрягся, словно ожидая удара.

Я схватила его за воротник идеально выглаженной белой рубашки и грубо дернула на себя. Он послушно подался вперед.

— Ты идиот, лорд Запада, — четко произнесла я, глядя прямо в его растерянные глаза. — Ты вчера при мне порвал на куски троих, чтобы меня защитить. Ты чуть не задушил слугу за то, что он на меня посмотрел. Ты запер меня в замке, приставил стражу и доставил удовольствие так, что я сегодня еле хожу.

Я отпустила воротник и ткнула пальцем ему в грудь.

— И после всего этого ты серьезно думаешь, что меня напугает чешуя и хвост?

Элиан моргнул. Раза три точно. Его губы приоткрылись, но слов он не нашел.

— Твоя бывшая — трусливая идиотка, — продолжила я, скрещивая руки на груди. — А я хочу знать, с кем делю постель. Так что прекращай строить из себя пай-мальчика. Иначе я умру от скуки в твоей золотой клетке быстрее, чем от когтей инквизиции.

Темнота вокруг нас дрогнула. Воздух в комнате снова начал нагреваться. Элиан смотрел на меня, явно пытаясь прочитать мысли. Хорошо, что он не ученый-менталист, а то еще и череп бы вскрыл, чтобы увериться в своих догадках.

— Ты сумасшедшая, — наконец выдохнул он, и его губы изогнулись в кривой, совершенно неидеальной усмешке.

— А ты нет? — насмешливо парировала я. — Так что? Дракона покажешь, или мне дальше с твоим человеческим эго разговаривать?

Через пару недель служанки внезапно принесли платье. Темно-красное, из плотной ткани, с длинными рукавами и глухим воротом. Видимо, после инцидента с порванной одеждой лорд решил закутать меня так, чтобы ни один лишний миллиметр кожи не достался чужому взгляду.

Я натянула платье, мрачно отметив, что оно село идеально, словно мерки снимали ночью, пока я спала.

Элиан вошел без стука. Разумеется. Понятие личных границ в его системе координат отсутствовало напрочь. Стоило, наверное, привыкнуть. Хотя... Это ведь его замок, с чего это я в самом деле возмущалась? Может приходить, когда и куда захочет.

Мужчина облачился в черный камзол с серебряной вышивкой, вновь надев маску безупречного аристократа. Я напряглась. После разговора об истинной я неоднократно просила его открыться, но он оставался замкнутым. Только ночью он позволял себе не сдерживаться.

— Тебе идет этот цвет, — констатировал он, закрывая за собой дверь.

— Спасибо. А теперь в очередной раз вернемся к нашему разговору, — я повернулась к нему, скрестив руки на груди. — Ты обещал показать дракона.

Элиан остановился посреди комнаты. Его безупречная улыбка стала чуть жестче.

— Я ничего не обещал, Аделина. Вроде, — деланно задумался он. — Я, наоборот, сказал, что не покажу тебе его.

— Кто-то говорил про доверие? — вздернула я бровь. Сегодня я не отстану, задолбал!

— Тема закрыта.

Он подошел ко мне, привычно протягивая руку, чтобы коснуться моего лица. Я сделала шаг назад, уворачиваясь от его пальцев.

— Нет, не закрыта.

Его рука повисла в воздухе. Взгляд лорда потяжелел. Температура в комнате медленно, но верно поползла вверх.

— Птичка, не упрямься, — ровно произнес мужчина, убирая руку за спину. — Я делаю это для твоего же блага. Моя истинная форма... Она не для человеческих глаз. Тебе незачем пачкать об это свой взгляд.

Я раздраженно цыкнула.

— Элиан, хватит нести эту пафосную чушь про благо и чистоту. Ты не меня бережешь. Ты бережешь себя.

Тьма у его сапог недовольно зашипела, вгрызаясь в ковер.

— Объяснись, — холодно потребовал он.

— Ты боишься, — прямо сказала я, глядя ему в глаза, понимая, что хожу не то что по краю — по обрыву! Но отступать была не намерена. — Боишься, что я завизжу и забьюсь в угол, как твоя бывшая.

— Аделина, — с угрожающим прищуром проговорил он.

— Знаешь, сколько лет я уже Аделина? — фыркнула я. — Ты строишь из себя неприступного правителя, который решает, кому жить, а кому умирать, но на деле ты просто дракон, который прячется за человеческим лицом, потому что не может пережить еще один отказ.

Каменная ваза на туалетном столике с треском раскололась надвое.

В следующую секунду Элиан не стал церемониться: его ладонь жестко легла на мой затылок, пальцы пустились в волосы, фиксируя на месте. Вторая рука легла на талию, впечатывая меня в его твердое тело. Жар от него исходил такой, что мне показалось, будто алое платье сейчас действительно вспыхнет.

— Следи за языком, — прорычал он. Алая радужка начала стремительно затапливаться чернотой. — Ты не понимаешь, о чем просишь.

Я уперлась ладонями в его грудь, но даже не попыталась отстраниться. Вместо этого нежно провела пальцами по серебряной вышивке его воротника.

— Отлично понимаю. Я прошу честности. Ты называешь меня своей, клеймишь засосами, ревнуешь за один взгляд в мою сторону, но при этом подсовываешь мне фальшивку. Идеальную куклу лорда Запада. Мне не нужна кукла, Элиан. Мне нужен тот, кто внутри.

Я вздернула подбородок, глядя прямо в его темнеющие от ярости глаза.

— Или показывай, кто ты есть на самом деле, или прекращай называть меня своей. Я не собираюсь спать с недодраконом. И вообще, ты знаешь, что в моем мире это миф? Были динозавры, но и те вымерли!

Эти слова сработали точно спусковой крючок.

Мужчина шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Его пальцы на моей пояснице сжались до ощутимой боли. Он наклонился так, что наши носы соприкоснулись.

— Ты слишком самоуверенна. Думаешь, видела худшее, когда я убивал тех людей? Думаешь, тебя что-то сможет спасти от меня? Аделина, я не отпускаю и не отдаю свое.

Я мысленно поморщилась: «Истинную-то ведь отпустил».

Он не из тех, кто лукавит, но в чем тогда подвох?

— Проверим, — бросила я ему прямо в губы.

Элиан резко отпустил меня. От неожиданности я даже качнулась. Он отвернулся, провел рукой по своим волосам, ломая идеальную прическу. Тени вокруг него бесновались, хлестко метались в разные стороны, разрезая пространство комнаты.

— Возьми плащ, — приказал он через некоторое время, не оборачиваясь.

— Зачем?

— Мы идем в дикую часть сада, — коротко ответил он, но тут же решил пояснить: — Туда, где купол прочнее всего.

Мужчина наконец повернулся ко мне. Его лицо исказилось в хищной, совершенно нечеловеческой усмешке. Кажется, даже зубы стали острее...

— Ты хотела увидеть монстра, Аделина? Ты его увидишь. Но запомни: если ты попытаешься отвернуться... если ты покажешь хоть каплю отвращения... я заставлю тебя пожалеть о твоем любопытстве.

Я молча подошла к креслу, подхватила мужской плащ и накинула его на плечи.

— Веди, лорд Запада.

Я смотрел на девушку, идущую впереди меня по тропе дикого сада, и не мог понять, в какой момент потерял контроль над собственной жизнью. Нет, даже не так — над мыслями.

Ветер трепал её золотистые волосы. На ней был мой плащ, накинутый поверх платья, в нем она буквально тонула. Температура к вечеру упала, но Аделина упрямо шагала вперед, раздвигая колючие ветки, даже не думая жаловаться на прохладу.

Она хотела увидеть монстра? Она его получит. Но смогу ли я отказаться от нее, если увижу страх в ее глазах? Аделина тщательно маскировала его при нашей первой встрече, не до конца осознавая, в какой капкан угодила. Но даже спустя время Аделина не проявляла предвзятости.

Мой друг столько раз называл меня безрассудным. Неуправляемым. Столько раз мы спорили о моем решении пускать в поселение не только драконов. Но полностью отгородиться — не выход, ведь неизвестно, где встретишь свою пару. Хотя порой мне начинало казаться, что лучше бы этой связи вообще не существовало, лишь бы не знать предательства. Другие расы иначе чувствовали истинных, и риск был слишком велик. Я знал, что не все лорды согласны с подобным, но каждый шел своим путем. И я сделал свой выбор.

Но меня поражало другое: почему она меня не боялась? Она не моя Истинная, но порой её запах неуловимо менялся, становясь до одури правильным, схожим. А в моменты возбуждения от этого аромата и вовсе сносило крышу хлеще, чем от чистого аурита.

Я мотнул головой, отгоняя мысли. Нет. Даже если она попытается сбежать, я найду её и верну.

Мы наконец пришли в самую глухую часть внутреннего двора, где деревья росли плотной стеной, скрывая нас от башен замка.

— Здесь достаточно места, — сухо сказал я, останавливаясь.

Аделина обернулась. На её лице читалось только раздражающее любопытство.

Не говоря ни слова, я закрыл глаза. Выпустил тьму, которую годами утрамбовывал внутри. Кости хрустнули, перестраиваясь. Мышцы наполнились свинцовой тяжестью. Полностью оборачиваться я не стал: во-первых, разорвал бы и без того шаткий купол над садом, а во-вторых, внутри бился протест. Но я позволил истинной форме выйти на поверхность. Одной этой ауры ранее было достаточно, чтобы склонить ниц любого.

Когда я открыл глаза, зрение стало тепловым. Мои руки покрылись плотной, матово-черной чешуей до самых локтей, ногти превратились в изогнутые когти, а за спиной с тяжелым шелестом развернулись два огромных теневых крыла, заслоняя свет. От них исходила черная дымка — мои осязаемые тени.

Я ждал крика. Был готов, что она попятится, закроет лицо руками, как сделала та...

Но тепло ее тела говорило о том, что она волнуется. Взбудоражена. Я чувствовал её эмоции. Мои тени жадно впитывали все её потаенные желания, и... я наслаждался.

Проклятье, мне нравилось всё, что она испытывала! 

Аделина, справившись с мимолетным сомнением, молча подошла ко мне. Она протянула руку и просто провела пальцами по грубым чешуйкам на моем лице.

— И из-за этого ты устраивал драму? — фыркнула она, поднимая на меня взгляд. — Чешуя как чешуя. У меня в детстве была ящерица, примерно такая же на ощупь. Только крыльев не было.

Я оцепенел. В груди что-то сжалось с такой силой, что стало трудно дышать. Высшего дракона только что сравнили с ящерицей?

Из горла невольно вырвалось рокочущее рычание.

— Одно движение этих когтей, и я вспорю тебя от живота до горла, — процедил я искаженным, вибрирующим голосом, наклоняясь к её лицу.

— Да-да, это действительно очень страшно, — саркастично отозвалась она, убирая руку в карман плаща. — Но ты можешь сделать это и без этой формы.

— Я монстр, Аделина. Тот, кто питается твоими желаниями.

— И как? Вкус-с-сно тебе?

Я ошарашенно посмотрел на эту сумасшедшую. Она вообще понимала, о чём я говорю? Я буквально питаюсь её эмоциями!

— Вкусно, — отозвался я, пребывая в ступоре.

— Ешь больше, а то кто меня защищать будет? — откровенно съехидничала она.

— Не понял?

— Ты питаешься ими, но не лишаешь меня самих чувств. Это разные вещи, — уверенно пояснила она. — Так мне-то что с того? А еще ты чистишь мне яблочки по утрам. Элиан, прекращай. Я не сбегу, не набивай себе цену. Есть вещи страшнее твоей тени.

Тьма внутри меня взвилась на дыбы. Она смела мне дерзить! Стояла рядом с Высшим драконом, который мог стереть её в порошок, и язвила.

Я шагнул вперед. Аделина отступила, но тут же уперлась спиной в толстый, шершавый ствол дуба. Я перехватил её за бедра и рывком поднял над землей. Она охнула, рефлекторно обхватив меня ногами за талию.

Мои когтистые пальцы впились в её бедра сквозь ткань платья. Я прижал её к дереву так плотно, что между нами не осталось даже миллиметра свободного пространства.

— Страшнее? — прорычал я прямо ей в губы. — Я хочу и могу взять тебя прямо здесь. И я едва сдерживаюсь, чтобы остановиться.

Она сглотнула, но не отвела взгляд.

— Так бери, — дерзко выдохнула она, обхватив меня за шею. — Хватит разговоров.

Мои когти вспороли подол её нового платья, ткань с треском разошлась по шву. Чуть втянув когти, чтобы не поранить её кожу, я впился в её рот, одновременно сминая грудь через корсаж. Аделина задохнулась в поцелуе, её пальцы запутались в моих волосах, ощутимо оттягивая пряди. Она отвечала на мою ярость своей собственной.

Я откинул в сторону мешающие слои юбок, рывком освобождаясь от одежды. Грубая кора царапала ей спину, но она даже не пискнула. Я покрыл дерево тенями, чтобы моей птичке ничего мешало.

Она уже была вся влажная. Полностью готовая меня принять. 

Когда я резко вошёл в неё, Аделина громко застонала, запрокидывая голову. Её ногти впились в мои плечи. Я сразу задал высокий темп, вколачивая её в нее. Запах леса смешался с острым ароматом её возбуждения. Ей нравилось. То, как я прикусывал её кожу. То, как трогал. И то, что она понимала: кто-то может пройти мимо.

Распахнув крылья, я плотно укрыл нас от пронзительного ветра.

— Элиан... — выдохнула она, судорожно цепляясь за мои плечи. — Тише... Нас могут... услышать.

— Пусть слышат, — многообещающе отозвался я, прикусывая её за ключицу. — Но я укрою тебя в своих тенях.

Резкий толчок до упора и следом еще раз, заставляя её сдавленно скулить. Влажные звуки сотрясали округу. Её тело билось в моих руках, податливое, жаркое, идеально подходящее моей тьме.

Вдруг с боковой тропинки донесся хруст. Я учуял начальника стражи. Шаги приближались.

Аделина не слышала, а я не остановился. Продолжал двигаться внутри неё с той же жесткой, размеренной силой, не сбиваясь с ритма. Лишь слегка повернул голову в сторону звука.

Начальник стражи вышел из-за кустов. Он замер как вкопанный, увидев гигантские теневые крылья.

Мои глаза вспыхнули. Тьма вокруг дерева взметнулась острыми пиками, готовая сорваться с цепи.

«У.Б.Ь.Ю», — беззвучно произнес я одними губами, посмотрев прямо на стражника. Один-единственный, немигающий взгляд хищника, которому мешали наслаждаться добычей.

Мужчина побледнел до синевы. Судорожно приложив палец к губам в знаке молчания. Не издав ни звука, он развернулся и практически бегом бросился обратно по тропе.

Повернувшись к своей женщине, я провёл влажным языком от ключиц по её шее до мочки уха. Слегка прикусил, оставляя след, который тут же вспыхнул огнём. Она вскрикнула, более не сдерживаясь. 

«М-м-м…» — мурлыкнул я, блаженно прикрыв глаза и упиваясь её хриплыми стонами, сбивчивым дыханием. Моя сладкая… Её запах пьянил хлеще любого гномьего эля, а дрожь тела под моими руками будоражила кровь.

Я вкушал её, наслаждался каждым откликом, пока Аделина сдавленно не выдохнула мне в шею, содрогаясь от накатывающего оргазма. Девушка закрыла глаза и нежно коснулась моих губ.

— Ты моя, — хрипло произнес я, прижимая её к себе и делая последний, глубокий толчок. — Вся. До последней капли.

Возвращаться в замок пришлось, наглухо укутавшись в мужской плащ. Мои ноги гудели, а по внутренней стороне бедер стекала липкая влага. Но не только это заставляло меня прятаться — мое платье снова было изорвано в клочья!

Гр-р!

Элиан шел рядом, излучая такое благодушие, будто диснеевская принцесса из сказок, только что спевшая с птичками. Снова безупречный, мать его, лорд Запада. Только расстегнутый воротник рубашки и несколько глубоких царапин на шее, которые я оставила ему пару минут назад, выдавали реальное положение дел.

— Ты идешь так, будто только что выиграл войну, — буркнула я, споткнувшись о выпирающий из земли корень.

Он легко перехватил меня под локоть, не давая упасть.

— Я выиграл нечто большее.

— Ага. Очередной счет от портного.

— Бо-о-ольше, — шепнул он мне на ухо и легко подхватил на руки.

— Элиан! — угрожающе позвала я.

— Что? Я несу свою драгоценность, а ты о чем подумала?

— Ты не делаешь ничего без скрытого смысла! — заерепенилась я. — Нет, я сказала!

— Нет так нет, — легко согласился он, но даже не подумал отпустить.

Мы миновали боковой вход и поднялись по узкой винтовой лестнице. Стража по пути нам почему-то не попадалась. Подозреваю, что кто-то успел эвакуировать весь персонал западного крыла от греха подальше. И правильно: смотреть на дракона в таком настроении — дело неблагодарное!

Элиан принес меня в свой кабинет. Просторное помещение, заставленное книжными шкафами. В массивном каменном камине тлели угли, не давая особого тепла.

Я спрыгнула с его рук, скинула плащ на ближайший кожаный диван, оставшись в остатках платья, которые держались на честном слове, и собиралась подойти к огромному столу в центре комнаты. На нем была развернута потертая карта континента.

— Нет, нет, нет, птичка, — мягко, но настойчиво сказал он, увлекая меня в ванную. — Сначала я тебя искупаю и переодену.

— Слушаю и повинуюсь...

— М-м-м, птичка, а мне нравится...

— Привыкать не стоит, — буркнула я, позволяя снять с себя остатки одежды. Что-то так разморило, лень даже руку поднимать. Как бы мне самой к такому не привыкнуть, к такому комфорту...

— Почему? У меня еще много ночей впереди, и я найду выход, — мурлыкнул он мне на ухо.

— Ага... Знаю я ваши методы.

После тщательного мытья он надел на меня свою рубашку, которая лежала стопкой на полке. Кажется, он часто засиживался в этом кабинете, возможно, даже жил здесь. За ширмой в комнате я заметила узкую кровать. В какой-то мере даже не верилось, ведь он не отходил от меня ни на минуту. Когда он успевал работать? Решать свои лордовские дела? Не когда же я сплю...

Однако как-то я была у него в спальне, и там обстановка оказалась менее уютной, чем в кабинете. Весьма показательно. Элиан редко приходил туда спать.

— Если мы закончили с мытьем и выяснением, кто из нас страшнее, давай перейдем к делу, — проговорила я, разомлевшая после душа. — Где мы? И что происходит?

Элиан подошел с другой стороны стола. Оперся костяшками пальцев о деревянную столешницу, внимательно разглядывая карту.

— Мы здесь, — проговорил он, ткнув в горную гряду на западе. — Каэр Мор. Южнее — Саэр Мор, где сейчас восстановился первый барьер.

— Это я уже слышала.

Он поднял взгляд. Алая радужка в полумраке казалась почти черной.

— Инквизиция использует исаари.

— Кого?

— Искателей, способных считывать вероятности и выискивать уязвимости. Как и инквизиция, исаари ведут свою игру. Они не умеют сражаться, видят лишь нити судеб. Когда активировался Саэр Мор, Инквизиция поняла, что стандартными армиями купол теперь не пробить, — скривился мужчина, словно выплюнул грязное ругательство.

— Это они нашли материал, который вас ранит? — кивнула я на его грудь, где под рубашкой и тенями скрывался аурит.

— Да, — коротко ответил он. — Именно исаари высчитали, что каждому хранителю купола нужна опора. И это же — наша главная уязвимость.

Я облокотилась о край стола, скрестив руки на груди.

— Значит, твоя истинная была подослана?

Мужчина промолчал. А я... почувствовала острый укол ревности. Он не хотел говорить? Или до сих пор что-то испытывал к ней?

— Но я уверен, что они ищут тех, кто обладает нужным резонансом для хранителя завесы, — проговорил Элиан как ни в чем не бывало, игнорируя мой немой вопрос. — Ты не истинная, но близка к этому. Будь то твое иномирянство причина или магия — неважно.

— Мой резонанс — это ипотека, диплом и хронический недосып, — скептически отозвалась я, распаляясь и раздражаясь всё сильнее.

— Твой резонанс — это то, что ты выдерживаешь мою тьму и не сходишь с ума, — жестко отрезал он, выпрямляясь. — Если об этом прознает инквизиция, они откроют на тебя охоту. Попытаются использовать тебя, чтобы меня подавить. Как это было с моей первой... попыткой.

— А это вообще возможно? Подавить? — язвительно ответила я. Ревность всё-таки вырвалась наружу, отключив тормоза.

— Аделина, — опасно прищурился лорд.

— Я помню свое имя и без твоего напоминания.

Элиан медленно перевел взгляд на столешницу. Следом — на меня. Воздух в кабинете мгновенно стал сухим и душным.

— Даже не думай! — попятилась я.

— О чем ты, птичка? — мягко улыбнулся он, хищно и плавно огибая стол. — Куда ты бежишь?

— У тебя секс — решение всех проблем? — разъярилась я, отступая дальше, чтобы деревянная махина стола служила хоть какой-то преградой.

— Не всех. Но дурные мысли он выбивает безотказно, — мурлыкнул лорд.

— Элиан!

— Я знаю, как меня зовут, не стоило напоминать.

В один неуловимый момент он оказался позади меня. Горячая ладонь скользнула по моей талии, сминая рубашку.

— Твоя ревность такая вкусная, — прошептал он мне прямо в ухо, обжигая кожу дыханием. — Я хочу разложить тебя на этом столе, птичка.

Я поджала губы. Тело предательски задрожало, отзываясь на жар его груди, плотно прижатой к моей спине.

— А если я не хочу?

— А если подумать и не обманывать себя? — хрипло выдохнул он.

Его пальцы скользнули вниз и сделали одно уверенное, бесстыдное движение прямо по моей чувствительной точке. Тело мгновенно содрогнулось, прошитое разрядом тока. Я не сдержала сдавленного стона, рефлекторно подаваясь назад.

— Запомни, — начал он, и в тишине кабинета громко щелкнула расстегиваемая ширинка.

Он повелительным жестом надавил мне на спину, заставляя наклониться и лечь животом на полированную поверхность стола. Карты тотчас помялись под моими ладонями.

— Ты — моя, — отчеканил он, жестко перехватив меня за бедра, и одним мощным толчком вошел на всю длину. — И ни одна истинная, или кто бы то ни был, этого не изменит.

Я застонала, задыхаясь от его ритмичных, глубоких толчков, которые заполняли меня без остатка, вколачивая в деревянную столешницу.

— Не стоит забивать свою светлую головку дурными мыслями. Ты не сбежишь, — прошептал он, нависая надо мной, вероятно, почувствовав, что я не стану делиться. Он доказывал мою принадлежность с помощью тех же клеймящих поцелуев.

Одной рукой он перехватил мои запястья, задрав их над головой и фиксируя на столе. Мои чувства обострились, а желание от этих грубоватых прикосновений только росло. Мужчина продолжал двигаться — властно, настойчиво, до тех пор, пока тугой узел внизу моего живота не разлетелся на тысячи горячих искр.

Три последних, резких толчка выбили из меня громкий крик. Элиан хрипло зарычал.

— Я буду объяснять тебе это столько раз, сколько потребуется. Если кто-то решит тебя забрать — истинная, инквизиция или случайный прохожий — пощады не будет.

Он приподнял мое лицо за подбородок, заставляя встретиться с потемневшим взглядом.

— И тебя накажу, птичка.

Он жестко поцеловал меня в губы, делая последний толчок и изливаясь внутрь.

— Каждый твой вздох, каждый стон — мой. Каждая эмоция тоже моя. Всё моё!

Я постепенно приходила в себя. Элиан же выглядел так, будто только что выпил чашку утреннего чая, а не проверял стол на прочность.

— Итак, — невозмутимо произнес он, поправляя манжеты рубашки. — Продолжим.

Я фыркнула.

— Аделина, ткани на тебе всё меньше и меньше. Уверена, что хочешь продолжить разговор? — уточнил лорд, угрожающе прищурившись.

Я опустила взгляд. Подумаешь, если не нагибаться и резко не двигаться, то рубашка всё прикрывает. В моем мире это не считалось даже скандалом. Люди ходили в куда более оборванной по моде одежде. А вот то, что по ногам вновь стекала липкая влага, раздражало неимоверно.

— Бесстыдница.

— И кто в этом виноват?

— А кто соблазняет меня голыми ногами?

— Знаешь что! — начала я, едва не переходя на русский могучий. — В моем мире это еще не «голое»!

— Во-от, значит, ка-ак, — хищно протянул он, делая шаг в мою сторону.

— Элиан, я хочу спать, — прямо сказала я. Не раз уже замечала, что при прямом обращении он слушался, а в таких моментах отступал.

Мужчина бросил на меня скептический взгляд. Отвёл глаза. Снова осмотрел и, придя к какому-то выводу, кивнул. Лёгким дуновением руки преобразовал тени на моих ногах, скрывая от глаз.

— Что там насчет инквизиции? — продолжила я, порадовавшись, что это сработало.

— Они крупно просчитались. Твоя реакция на тьму совершенно не вписывается в их прогнозы. Но то, что на тебя теперь откроют полноценную охоту — факт. Нужно что-то с этим делать. Вокруг и так вьется слишком много мошек.

— Вокруг меня вьешься только ты, — парировала я.

Мужчина тихо фыркнул, говоря тем самым, что если он отойдет хоть на шаг, меня тут же украдут. Я посмотрела на него со всем своим возмущением. Это от кого он такого понабрался?!

— Значит, — отмахнулась я от своего негодования. — Пока я жива и нахожусь здесь, они будут продолжать лезть?

— Будут.

— Отличные новости. Просто праздник какой-то.

Я обошла стол, остановилась рядом с лордом и вперилась взглядом в немного помятую карту, стараясь игнорировать жар, исходящий от его тела.

— Ты сказал, их пять. Саэр, Каэр... Что с остальными?

— Таэр Мор на востоке и Ил Мор на севере пока спят, — Элиан медленно провел пальцем по карте. — А Шэр Мор... Центр. Подземный город. Туда Инквизиция даже сунуться не рискнет.

— Почему? Там сидит кто-то пострашнее?

Мужчина повернул голову. В его потемневших глазах мелькнула гремучая смесь искреннего уважения и обреченности. И сочувствие это явно предназначалось не ему самому, а тем, кто рискнет бросить вызов владыке.

— Там сидит тот, кто изначально создал этот барьер. Старейшины взяли на себя лишь поддержание узлов, привязав связующие точки к своим жизням. Но создатель... Он не такой, как я. Я питаюсь желаниями, а он высасывает саму суть эмоций. Абсолютный эмпат, давно сожравший собственную человечность. По сравнению с ним, Аделина, я — просто ручной щенок.

— Щенок? — переспросила я, выразительно скользнув взглядом по его широким плечам и рукам, на которых еще не до конца исчезла матово-черная чешуя. — Если ты щенок, мне страшно представить габариты будки вашего создателя. И сколько тонн сырого мяса он жрет на завтрак.

Элиан иронии не оценил. Тьма вокруг его сапог нервно дернулась, выдавая тщательно скрываемое напряжение.

— Ты не понимаешь, Аделина. Он не просто правит Шэр Мором, он и есть Сердце купола. Если инквизиция доберется до него, континент не просто перейдет под контроль людей. Вся магия барьеров сдетонирует. Мы не только лишимся дома — нас самих сотрёт с лица земли.

— Отличный повод не пускать туда Инквизицию, — подытожила я. — И раз уж я теперь твой ходячий резонанс и приманка в одном лице, у нас есть план получше, чем сидеть в замке и отрывать головы фальшивым садовникам?

Договорить я не успела. Вспышка острой, режущей боли прошила шею.

Я зашипела сквозь зубы, рефлекторно схватившись за затылок, прямо под линией роста волос. Кожу обожгло с такой силой, будто к ней приложили раскаленное клеймо.

Ноги подкосились. Я оперлась локтями о стол, скомкав край карты континента.

Элиан оказался рядом быстрее, чем я успела отреагировать. Его пальцы перехватили мои запястья, отрывая руки от шеи.

— Убери руки, — ледяным тоном скомандовал он.

Элиан смахнул мои волосы на одно плечо. В его груди зародился вибрирующий рык, от которого жалобно звякнули стекла в книжных шкафах.

— Что там? — прохрипела я. Жжение не утихало, пульсируя в такт ускорившемуся сердцебиению.

— Сигнальная руна, — процедил Элиан. — Когда они успели повесить её на тебя?

Я попыталась вывернуться, но хватка лорда была железной.

— Я откуда знаю! — нервно ответила я. — И почему она сработала только сейчас?

— Потому что она реагирует на магический фон. Ты долго находилась рядом со мной. Постепенно пропитывалась моей тьмой, — пояснил лорд, шумно втянув воздух сквозь стиснутые зубы. — В саду... и сейчас... ты приняла её в себя до капли. Руна напиталась и активировалась. Теперь они знают, где ты. С точностью до метра.

Они повесили на меня жучок, который заряжался от магии лорда? А что, если это случилось еще тогда, когда я только попала в этот мир? Сколько я была без сознания на границе? Инквизиторы решили использовать чужачку вслепую, рассчитывая, что я смогу пробить его защиту изнутри...

— Сними её, — прошипела я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как по шее скатывается холодная капля пота.

— Будет больно, — предупредил лорд.

— Делай уже!

Его пальцы легли обоженное место. Но вместо привычного жара от них потянуло холодом. Черная дымка сорвалась с его рукава и впилась прямо в горящую руну на моей коже.

— Позже я выцелую каждый миллиметр твоего тела, умоляя о прощении, — глухо произнес он над моим ухом. — А пока — терпи.

Я закричала.

Ощущение было таким, будто мне заживо сдирают скальп тупым ножом. Элиан выжигал чужую магию своей собственной, впечатывая иной рисунок. Тьма ломала светлую инквизиторскую печать, безжалостно выдирая её с корнем.

Я обессиленно рухнула на стол, жадно хватая ртом воздух, когда он наконец убрал руку. В глазах плясали темные пятна, а в кабинете отчетливо воняло паленой плотью.

— Всё, — констатировал мужчина, явно злясь. — Но пришлось поставить мою метку принадлежности, иначе защиту было не обойти.

Я дотронулась до затылка. Кожа была гладкой, только слегка саднящей, как после сильного солнечного ожога. Никаких рубцов.

— У меня там теперь твоя? — переспросила я, тяжело дыша. — И... что она делает?

Я медленно выпрямилась, стряхивая с себя оцепенение, и посмотрела на Элиана. Его лицо превратилось в непроницаемую маску, но глаза полыхали от ярости. Он меня не услышал.

— Они заклеймили моё, — медленно, по слогам произнес он. Тьма в кабинете начала стремительно сгущаться, сжирая свет от камина. — Они посмели поставить метку на мою женщину!

— Элиан, успокойся. Метки Инквизиции больше нет, — позвала я и попыталась дотронуться до его предплечья, но он отступил на шаг.

— Этого мало.

— Что ты собираешься делать? — нахмурилась я, зябко передернув плечами. Температура в комнате упала, и мне это совершенно не нравилось.

— Я сотру их приграничный лагерь с лица земли, — ровно, без единой эмоции ответил лорд. — Спущусь к перевалу и вырежу каждого инквизитора, которого найду. Они узнают, что бывает, когда трогают то, что принадлежит лорду Запада.

Он многообещающе оскалился и развернулся, направляясь к двери. От этой улыбки по спине прокатился ледяной озноб. Сейчас этот псих действительно пойдет убивать.

— Стоять! — рявкнула я, заставляя себя отлипнуть от стола.

Но Элиан даже не замедлился.

Я схватила бронзовое пресс-папье и со всей дури швырнула его в дверь прямо перед его носом. Металл с грохотом впечатался в панель, оставив вмятину, и отлетел на ковер.

Элиан остановился. Медленно обернулся.

— Ты хочешь поиграть, птичка? — ледяным тоном спросил он.

— А ты оглох? Я сказала — стоять, — разозлилась я, обходя стол и зябко кутаясь в остатки рубашки. Тени испарились и больше не согревали. — Включи мозг. Руна активировалась. Инквизиция получила сигнал. Если метка внезапно погасла, что они подумают?

— Что я её уничтожил.

— Бинго! То есть именно! — щелкнула я пальцами. — Они поймут, что ты знаешь о слежке. И если ты сейчас полетишь в их лагерь крошить всех на салат, это будет просто эмоциональная истерика.

Тьма угрожающе хлестнула меня по щиколоткам, но я это проигнорировала.

— Я не истерю, Аделина. Я уничтожаю угрозу.

— Ты подставляешься! — отрезала я, сокращая между нами расстояние. — Если они послали меня как приманку, значит, они знали, что ты клюнешь и взбесишься. Они ждут, что ты выйдешь за пределы своего купола, ослепленный злостью. Там наверняка уже стоят ловушки, блокирующие твою магию. Ауритовые ошейники, копья, артефакты — что угодно!

— Хорошо. Что ты предлагаешь? — приподнял бровь он.

— На свою метку сделай маячок, — уверенно сказала я.

Мужчина прищурился.

— Фальшивку. Ты лорд тьмы или где? Создай иллюзию. Пусть их поисковики думают, что маяк всё еще работает и находится здесь, в замке.

Я ткнула пальцем в его мощную грудь, затянутую в черную рубашку, и посмотрела снизу вверх.

— Они хотят использовать меня как слабое место? Отлично. Мы используем это против них. Пусть думают, что я покорная иномирянка, которая ничего не подозревает. Пусть отправят основные силы прямо к стенам замка, туда, где ты сильнее всего. А когда они сунутся...

Я выразительно посмотрела на его руки, покрытые сетью напряженных вен.

— ...Тогда ты устроишь им сюрприз. На своей территории. Только уже по своим правилам.

Элиан долго молчал. Воздух в кабинете перестал искрить, дышать стало заметно легче. Он медленно поднял руку и заправил растрепанную прядь золотистых волос мне за ухо. Его пальцы скользнули по моей шее, по-собственнически поглаживая то место, где теперь находилась его метка.

— Ты опасная женщина, птичка, — хрипло и с откровенным восхищением произнес он.

— Месть — это хорошо, но живой и целый дракон в постели мне нравится гораздо больше, чем геройский труп на границе, — парировала я. — Так что бери бумагу и давай чертить план твоего двора. Будем планировать капкан.

Губы лорда дрогнули в усмешке. Он наклонился и коротко поцеловал меня.

— Будем, — согласился он, нехотя отстраняясь. — Но сначала я искупаю тебя, согрею и найду нормальную одежду. Ты отвлекаешь меня своими рваными юбками да рубашками от стратегического планирования.

План начал набирать обороты. Инквизиция хотела видеть лорда, потерявшего голову от иномирянки? Элиан предоставил им этот спектакль с размахом, достойным лучших театров.

Он таскал меня за собой везде. Буквально! Я присутствовала на проверке гарнизона, на обеде с доверенными лицами, а теперь мы находились в малом зале для совещаний, где собралась верхушка Каэр Мора.

За длинным дубовым столом сидели шестеро мужчин — кто-то в тяжелой броне, кто-то в мантиях, а кто-то в строгих костюмах. Все они напряженно смотрели в одну точку.

На меня.

Но тут же поспешно отводили взгляд.

Элиан вырядил меня, словно королеву на парад. Но вот незадача... стула для меня в зале почему-то не нашлось. Поэтому я сидела прямо на коленях у лорда Запада.

Стоило взгляду кого-то из мужчин задержаться на мне дольше пяти секунд, как Элиан едва слышно рычал, буквально придавливая смельчака своей аурой.

Так мы и развлекались некоторое время, пока я успокаивающе не погладила его по руке, безмолвно предлагая перейти к сути.

Элиан откинулся на спинку массивного кресла. Одной рукой он по-хозяйски обнимал меня за талию, а пальцами второй лениво перебирал мои золотистые волосы, словно это было самым важным занятием в его жизни. Сейчас вид у него был нарочито ленивым — ровно до того момента, пока кто-нибудь снова не смел поднять на меня глаза.

— Поставки провизии с восточного предгорья задерживаются, — докладывал грузный мужчина со шрамом через всю щеку, старательно глядя в столешницу. — И участились случаи нападения Инквизиции. Нам нужно усилить патрули...

— Милорд, — внезапно перебил его сидевший с краю худощавый маг в серой накидке. Его взгляд, скользнувший по мне, был откровенно презрительным. — При всем уважении. Мы обсуждаем безопасность границ. Стоит ли... присутствие посторонних таких рисков?

Элиан перестал перебирать мои волосы. Его горячие пальцы скользнули по моей шее, задерживаясь на пульсе. Он медленно перевел взгляд на мага.

— Посторонних? — тихо переспросил лорд. Тьма вокруг ножек его кресла угрожающе зашевелилась. — Илер, ты ставишь под сомнение мои решения? Считаешь, что я потерял контроль? Хочешь попробовать оспорить мое право?

Маг побледнел, но упрямо поджал губы.

— Я считаю, что инквизиция не дремлет. А вы, милорд, уделяете слишком много внимания... трофеям.

Элиан мило, почти невинно улыбнулся и посмотрел на меня.

— Что скажешь, Аделина? Илер считает, что ты просто трофей, из-за которого я потерял хватку. Как нам поступить с его мнением?

Шестеро мужчин уставились на меня. Чего они ждали? Что послушная кукла сейчас стушуется или начнет оправдываться?

Я удобнее устроилась на коленях лорда, закинула ногу на ногу и посмотрела прямо на мага, лениво покачивая носком туфли.

— Считаю, что у Илера явные проблемы с субординацией и инстинктом самосохранения, — ровно произнесла я. — Если он продолжит сомневаться в решениях правителя, его голова украсит пику над главными воротами. А это испортит мне вид из спальни. Мухи, запах гниения... Увольте! Элиан, — позвала я и повернулась к мужчине, в чьих глазах сейчас полыхали опасные алые огни. — Пусть лучше идет лично патрулировать южные предгорья. Двойные смены в течение месяца отлично прочищают мозги.

Грудь Элиана завибрировала от короткого смешка. Он притянул меня ближе и демонстративно поцеловал в висок.

— Слышал, Илер? Леди Аделина не любит вид гниющих голов. Раз инквизиция так тебя беспокоит, то Восточная территория на тебе. Завтра на рассвете, — обронил Элиан, уже не обращая внимания на посторонних.

Его взгляд был прикован ко мне. Еще немного, и он сожрет меня прямо на этом дубовом столе.

— А теперь свободны все.

Никто не посмел возразить. Зал быстро опустел, но один человек всё же задержался.

— Элиан, — негромко позвал довольно молодой мужчина в элегантном темном костюме. — Ты уверен?

Он перевел долгий взгляд с меня на лорда. Не нужно было лишних слов, чтобы всё понять. Мы знакомы слишком мало, чтобы ближний круг Элиана мог мне доверять. А этот шатен явно входил в число доверенных лиц — об этом красноречиво говорило его свободное обращение к лорду по имени.

— Как никогда, Лаэль.

— То, что произошло со стражей в саду...

— Не обсуждается, — резко оборвал его Элиан.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Я оставлю вас. Приятно было познакомиться, леди, — проговорил он и отвесил мне скупой кивок, снова посмотрев на друга. — Надеюсь, в следующий раз, если ты решишь отстранить от дел главного замка начальника стражи за то, что он неудачно зашел не в то место не в то время, мне об этом своевременно станет известно.

— Возможно, — скучающе ответил Элиан.

Я незаметно щипнула его за бок сквозь ткань камзола. Нельзя же так! Пусть мы и не можем пока рассказать Лаэлю, что весь этот спектакль — просто ловушка для инквизиции, но не стоило же так грубо отшивать друга! И... Оказывается, он умеет просто переводить неугодных в другие места, а не убивать на месте? Да он открывается с новой стороны, очешуеть!

— Узнаешь, — нехотя добавил лорд Запада, скривившись так, точно съел лимон.

Лаэль распахнул глаза, искренне удивившись этой уступке. Он перевел на меня уже совершенно другой, оценивающий взгляд и через мгновение довольно хмыкнул.

— А может, из этого что и выйдет.

— Иди уже, — проворчал Элиан и собственнически зарылся лицом в мои волосы, обнимая крепче. — А то и тебя заменю.

Когда за последним советником закрылась дверь, я сползла с его колен и потянулась, разминая затекшую шею. Начало положено. Мы загоняли инквизицию в их же собственную ловушку.

Незаменимых нет? Элиан немногословен, но этот Лаэль явно ближе ему, чем остальные.

Я напряглась, с подозрением глянув на лорда. Мужчина слишком плотоядно проследил за тем, как я потягиваюсь. Не на столе же для совещаний, сумасшедший монстр!

— Это было даже слишком легко, — хмыкнула я, пытаясь всячески отвлечь его от сомнительных идей. — Если среди них есть шпионы инквизиции, они уже сегодня отправят отчет, что лорд Запада окончательно спятил и ловит каждое слово своей карманной девочки.

Элиан поднялся с кресла. Его глаза довольно блестели.

— Ты сыграла безупречно, птичка. Илер действительно отправится на предгорья. Он давно меня раздражал, — пренебрежительно цыкнул он.

Мужчина подался вперед, обхватил мое лицо ладонями и впился в губы. Адреналин ударил в голову. Я обхватила его за шею, охотно отвечая на требовательные прикосновения. Его руки по-собственнически скользнули по моей спине.

Поцелуй, полный триумфа. Не хватало только фанфар. Элиан всё напирал, властно сминая мои губы, и вот я уже начала задыхаться в его объятиях. Застучав кулаками по его груди, я попыталась отстраниться. Точно монстр во плоти, меры вообще не знает!

А в следующую секунду пальцы, сжимавшие мою талию, внезапно разжались. Элиан резко отстранился.

Он судорожно выдохнул. Воздух в зале стал удушающе горячим.

— Элиан? — обеспокоенно позвала я, сделав к нему шаг.

Его глаза закатились. Мужчина схватился за горло, издал глухой, булькающий звук и рухнул на каменный пол.

Тьма в зале взорвалась. Тени заметались по стенам, снося подсвечники и стулья. Иллюзия в одночасье спала — на его шее вновь материализовался широкий металлический ошейник. Ауритовый камень на конце цепи полыхал мутно-багровым светом, отравляя кровь дракона и сдавливая горло.

Элиан выгнулся, царапая ногтями каменные плиты. Его дыхание превратилось в рваный хрип.

— Черт возьми, только не сейчас! — в панике прошептала я и упала на колени рядом с ним.

Жар от камня обжигал лицо даже на расстоянии. В прошлый раз исцеление вышло случайно. Рефлекс или какой-то неведомый порыв. Но сейчас я должна была сделать это осознанно.

— Потерпи, Элиан. Еще чуть-чуть, моя личная проблема, — процедила я.

Обеими руками я накрыла раскаленный аурит, вжимая его в грудь бьющегося в конвульсиях мужчины. Кожу на ладонях невыносимо обожгло.

«Работай!» — мысленно приказала я себе. — «Давай же!»

Я закрыла глаза и потянулась к некоему ледяному источнику в глубине души, призывая его откликнуться на зов. По крайней мере, так я себе представила магию. В первый раз нить оборвалась на половине, но сейчас я уже лучше ощущала силу, спящую внутри меня. Рывком за рывком я буквально заставила себя вытолкнуть эту энергию наружу.

Из моих ладоней хлынул холод. Моя магия, точно горный поток, столкнулась с лавовым ядом аурита. Силы боролись между собой, я безостановочно шептала Элиану еще немного потерпеть. Камень не желал гаснуть. Он обжигал пальцы до волдырей, но я давила сильнее, упрямо игнорируя боль.

В тот момент, когда силы уже почти иссякли и я была готова свалиться на пол, мысленно прося у него прощения за провал, раздался трескучий звук.

Я резко открыла глаза. Багровое свечение аурита мигнуло и погасло. Минерал мгновенно посерел. И прямо посередине, от края до края, теперь змеилась тонкая, едва заметная трещина.

— Это...

В следующую секунду ошейник покрылся тенями и растворился в воздухе.

— Это... — вторила я как заведенная.

Я осела на пол, вытирая липкий пот со лба. Руки дрожали. Трещина? Мне показалось, или я действительно повредила эту проклятую штуку?

Элиан обмяк, тяжело уронив голову мне на колени. Я машинально начала перебирать его взмокшие темные волосы, не до конца осознавая происходящее. Тени в зале успокоились, втягиваясь обратно по углам. Лорд медленно открыл глаза, моргнул, фокусируя на мне чистый, ничем не замутненный алый взгляд. Мужчина долго смотрел на меня снизу вверх.

— Ты заставила треснуть его, — хрипло, едва слышно произнес он.

— Чего? — переспросила я, непонимающе уставившись на него и всё еще тяжело дыша. Значит, не показалось.

Он потянулся и перехватил мои дрожащие руки, осторожно поглаживая покрасневшую от ожогов кожу.

— Аурит невозможно разрушить снаружи, Аделина. Это концентрированный яд, завязанный на моей магии, — тихо сказал лорд. — Но ты только что пустила по нему трещину.

Элиан поднес мои руки к губам и поцеловал каждый палец, задержавшись на тыльной стороне ладони. От его прикосновений боль от ожогов парадоксальным образом начала стихать.

— Раньше это убивало меня каждый вечер, — признался Элиан без тени эмоций, не отрывая взгляда от моего лица. — Каждый закат я запирался в подземельях, потому что боль лишала рассудка. Я превращался в неконтролируемое чудовище, сжирающее собственные тени. Но с тех пор, как ты появилась...

Он отпустил мои руки и коснулся моей щеки.

— ...всё изменилось. Даже когда ты ничего не делаешь. Когда просто спишь рядом. Когда споришь со мной. Твое присутствие давит яд. Ты заставляешь его отступать. А сегодня... сегодня ты его сломала.

Я сглотнула, переваривая информацию. Значит, я не просто ходячая глушилка. Я могу уничтожить этот ошейник полностью!

— Инквизиторы просчитались дважды, — хмыкнула я, хотя голос всё еще предательски дрожал. — Они искали резонанс, чтобы свести тебя с ума, а я случайно сработала как антидот. Козлы ваши эти инквизиторы. Нечего женщин из других миров дергать без их ведома!

Элиан слабо, но совершенно искренне улыбнулся. Он притянул меня к себе, зарываясь лицом в мой живот.

— Они сами принесли мне мое спасение. И я убью каждого, кто попытается его забрать.

Элиан не стал задерживаться в зале и отнес меня в малую купальню, примыкающую к его покоям. Лорд Запада вновь вел себя до зубовного скрежета безупречно. И пока мы сидели в горячей воде, смывая с себя остатки ужаса и пота, в голове роилось множество мыслей. Всё же... Он сильно меня напугал. Я не ожидала, что так резко отреагирую на его боль.

Мужчина нежно касался моих плеч, шеи и рук поцелуями, словно пытаясь успокоить, но дальше не заходил. Казалось, он боялся причинить еще большую боль. Его сосредоточенность даже немного пугала.

Элиан вымыл мои волосы, помог вытереться полотенцем и сам надел на меня простое, но невероятно мягкое домашнее платье.

А затем мы вернулись в кабинет. Не произнеся ни единого слова!

Я начинала злиться, но решила понаблюдать. Он винил себя? Переживал? Злился? Вероятно, всё и сразу.

Сидя на краю дивана, я поджала под себя ноги, а Элиан стоял передо мною на одном колене. В его руках была небольшая хрустальная баночка с мазью, пахнущей мятой и хвоей. Он осторожно, едва касаясь воспаленной кожи, втирал прохладное лекарство в ладони, пострадавшие от раскаленного аурита.

— Болит? — спросил он, не поднимая глаз.

— Жить буду, — хмыкнула я, наблюдая за тем, как высший дракон работает сиделкой. — В моем мире я как-то обварила руку кипятком, пытаясь сварить пельмени в три часа ночи. Поверь, это было куда обиднее. Здесь я хотя бы спасла целого лорда.

Элиан медленно поднял голову, в алых глазах ни капли веселья. Я отвела взгляд.

— Больше никогда не делай этого голыми руками, Аделина. Я найду способ направлять твою магию через артефакты или проводники. Но я не позволю тебе калечить себя ради меня.

— Ой, да брось. До свадьбы заживет, — неловко ответила я и попыталась выдернуть руки, но он удержал их в своем захвате, аккуратно наматывая бинт.

— До чьей свадьбы? — с опасным прищуром уточнил мужчина.

— Фигурально выражаясь! — закатила я глаза. — Это поговорка такая. Значит, скоро пройдет.

— Да? — деланно подивился он. — Я уж подумал, что у вас дважды можно заключить брак.

— В смысле? — обомлела я.

— А как иначе я бы снял метку инквизиции? — как ни в чем не бывало спросил он.

А я... потеряла дар речи. Я-то откуда могла знать? И что теперь? Почему он так спокоен?

— Элиан. А тебя, случаем, ничего не смущает?

— Нет, — без раздумий ответил он. — А что, что-то должно?

— Элиан! Так, — потерла я переносицу забинтованной рукой. — Это ответственный шаг. Ты не считаешь, что это слишком поспешно? У вас существуют разводы?

— Какие еще разводы? — ледяным тоном проговорил он, а в комнате тотчас заплясали тени.

— Да успокойся же! — передернула я плечами. Ишь, стоило только упомянуть развод, как он тут же потерял самообладание, этот чертов монстр! — Я на тот случай, если, например, ты посчитаешь, что я тебе не подхожу. Или позже... встретишь кого-либо.

Я говорила всё тише, а последнее слово прошептала почти неслышно. Его аура становилась всё тяжелее, словно на меня опускалась бетонная плита. Про себя я благоразумно промолчала, Элиан мне действительно нравился, но как можно быть уверенным после столь короткого времени знакомства?

— Аделина, — обманчиво мягко позвал он меня. Я подняла глаза и тут же пожалела об этом. Улыбка убийцы. Как бы кто не пострадал... — Птичка моя, ответь мне на один единственный вопрос: ты дура?

— Может и дура, но далеко не наивная, — буркнула я, отворачиваясь.

Мужчина взял меня за лицо и настойчиво повернул обратно. Аж мурашки по коже от этой приклеенной улыбки.

— Милая моя Аделина, запомни одну простую вещь: если я что-то решил, то уже не откажусь. Я уже говорил, что не отпускаю то, что принадлежит мне. Для полного твоего понимания повторюсь: мне не нужны века, чтобы осознать очевидное, — промурлыкал он и щелкнул зубами перед моим носом. — А то накажу. Буду долго-о и о-очень упо-орно наказывать. А потом извиня-ятся.

Я зарделась. И... промолчала. Не смогла ответить, потому что слишком часто предавали. Но как хотелось поверить! Нет, даже больше — именно ему нельзя не поверить.

— Давай к делу, — ухватилась я за насущную тему. — Пока инквизиция сама не постучалась в твои ворота.

Элиан отпустил мое лицо, поднялся и подошел к столу, на котором лежала карта.

— Чего им проявлять вежливость? Они попытаются зайти тихо. По крайней мере, я поступил бы именно так, — холодно произнес он. — Исаари уже просчитали, что ауритовый ошейник на мне активировался. Они думают, что я сейчас слаб, дезориентирован или вовсе бьюсь в агонии в подземельях.

Я подошла к столу, встав рядом с ним. Мои забинтованные руки слегка саднили, но мазь отлично приглушала боль.

— И как они планируют проникнуть под купол? Ты же говорил, барьер Каэр Мора никого не впускает.

— Наш барьер перевала как большая цепь, связанная одними точками. И один лорд в этой цепи внес изменение. Плюс мои личные условия для входа на территорию. Сейчас барьер несовершенен, и всякое может произойти, — кивнул Элиан, проводя трансформирующимся когтем по линии горного хребта на карте. — Инквизиция не так глупа и воспользуется этим шансом. Возможно, они отправят «пустышек». Барьер не сочтет их угрозой, потому что в их головах не будет мыслей об убийстве. А уже эти пустышки пронесут на себе артефакты, которые пробьют брешь для основного ударного отряда. Но возможны и другие вероятности. Стоит просчитать все.

Я присвистнула.

— Очаровательно. Использовать людей как живые контейнеры. И эти ребята считают монстром тебя?

Элиан мрачно усмехнулся.

— Я убиваю быстро. Могу быть жесток, но только в том случае, если тронут мое, — многозначительно посмотрел на меня. А я едва сдержала лицо. Что-то слишком часто сердечко начало меня предавать. — Инквизиция предпочитает другие методы.

— Значит, план такой, — начала я, проигнорировав его намек. Я оперлась бедром о край стола. — Мы знаем, что они идут на мой маячок. Где мы его оставим?

— Во внутреннем дворе. Возле старой часовни, — не раздумывая ответил Элиан. — Там достаточно места, чтобы они могли стянуть свои силы, думая, что застали нас врасплох. Я ослаблю концентрацию теней в этом секторе. Исаари почувствуют «просадку» моей магии и решат, что я теряю контроль. Они направят отряд именно туда.

— Идеальная мышеловка. А кусок сыра? — выразительно указала я на себя перебинтованным пальцем. — Я так понимаю, мне придется постоять в центре этой часовни с испуганным видом?

Тьма у ног лорда резко взмыла вверх, окутывая его сапоги.

— Исключено. Ты будешь сидеть в самой защищенной башне замка под охраной Лаэля.

Я искренне и заливисто рассмеялась.

— Элиан, ну ты серьезно? Инквизиторы идут по сигналу маячка! Если сигнал будет в часовне, а я — в башне, они поймут, что это засада, еще на подходе. Метка ведь привязана ко мне? Исаари не идиоты, они почувствуют несоответствие.

Мужчина скрипнул зубами. Алая радужка угрожающе потемнела.

— Я не выставлю тебя приманкой. Не обсуждается. Одно случайное заклинание, один арбалетный болт... Ты слишком уязвима.

— Во-первых, ты сам сказал, что порвешь любого, кто ко мне сунется. Я в тебя верю, лорд Запада, — мягко произнесла я, шагнув к нему вплотную, и положила забинтованные ладони ему на грудь. Провела пальцем чуть выше. Еще... — Во-вторых, если они увидят, что я стою в центре двора, беззащитная и напуганная, они потеряют остатки осторожности. Они ринутся ко мне, забыв о ловушках. И вот тогда ты захлопнешь купол.

Элиан смотрел на меня. Я уже начала волноваться: что победит — его желание задушить или зацеловать до потери пульса?

Его руки легли на мою талию, собственнически сминая платья.

— Ты безрассудна, Аделина.

— Прямо как мой дракон? Ты ведь одержишь победу ради меня? — с вызовом улыбнулась я, глядя ему в глаза. Я решила оставить свой ответ до уничтожения угрозы. Как всё решится, так и я ему откроюсь.

— Аделина, — рыкнул он низким, предостерегающим голосом.

— Элиан, я постою в указанном месте. Ты появишься эффектно, как и подобает лорду тьмы, раскидаешь их на атомы, и мы отправимся ужинать, — сказала я решительно, понимая, что должна быть приманкой, иначе они не выложат все силы. Этого допустить нельзя! Ловить их по одному будет гораздо сложнее. В завершение добавила: — Поверь, к тому моменту я буду зверски голодна.

Он поджал губы.

— Элиан, — позвала я, прикоснувшись к его плечу.

Его губы коснулись моего лба. От этого жеста по телу пробежали мурашки. Не ожидала, что он может быть столь нежен.

— Если с твоей головы упадет хоть один волос, птичка, я вырежу не только этот отряд. Я сожгу всю столицу дотла.

— А теперь, — поспешно отстранилась я и деловито посмотрела на карту. Будем решать проблемы по мере их поступления. Надеюсь, до сожжения столицы не дойдет, так что буду всячески себя беречь! — давай решим, куда именно мы спрячем твоих рыцарей, чтобы отряд инквизиции не заметил засады раньше времени.

Ожидание сводило с ума хлеще любой инквизиции.

С того дня, как мы спланировали капкан, всё изменилось. Замок превратился в растревоженный улей, готовящийся к войне. Стража носилась по коридорам, маги укрепляли внутренние контуры, а Элиан... Элиан практически исчез из моей жизни.

Сначала он перестал оставаться на ночь, ссылаясь на совещания со старейшинами, советниками и подготовку к атаке. Потом исчезли наши утренние пикировки. Он заходил в покои всё реже, его взгляды стали всё отстраненнее. Лорд Запада, который еще недавно готов был сжечь мир за один мой стон, теперь держал дистанцию, словно между нами выросла невидимая стена.

Я окончательно запуталась и перестала понимать, в какую игру мы теперь играем. Пыталась не углубляться в рефлексию, но мысли снова и снова приводили меня к неутешительным выводам. 

Он объяснял это мерами безопасности. Говорил, что его тьма сейчас нестабильна из-за концентрации магии вокруг замка. Но мое хваленое здравомыслие и хладнокровие подвели меня. Я чувствовала, как внутри все скручивается тугим узлом. Прямо-таки брак оказался каким-то бракованным. Или я чего-то не понимала? Не с того мы начали. Ой, не с того...

Единственным плюсом в этой ситуации стало расширение моей личной свободы. Элиан приставил ко мне молчаливого стража из числа своих доверенных и разрешил покидать покои. Теперь мне были доступны верхние этажи замка. Благодетель, не правда ли?

— Леди, это последний проем, дальше тупик.

— И что прикажешь делать? — скептически покосилась я на Сальвара. — Давай хоть до тупика дойдем.

— Это будет в третий раз.

— Да хоть в пятый! Совсем, что ли, в комнате заплесневеть? — проговорила я, а Сальвар благоразумно промолчал. Госпожа не в духе, чего лезть на рожон. Может, из-за этого Элиан его приставил?

Вопреки всем моим ожиданиям, замок оказался потрясающе красив. Верхние этажи купались в свете, проникающем сквозь огромные витражные окна. Архитектура напоминала застывшее закатное небо: много глубокого, благородного рубина, темного дерева и полированного камня. Цвет витражей точь-в-точь повторял оттенок глаз Элиана — не вычурно, не дешево, с достоинством.

Я остановилась у одного из окон, прислонившись лбом к прохладному стеклу. А был ли вообще смысл идти дальше?

— Вы уверены? — донесся до меня приглушенный шепот из-за угла. Кажется, там располагалась еще одна комната или кабинет. Две служанки торопливо несли стопки свежего белья, не замечая нас с Сальваром за поворотом.

— Точно тебе говорю, — жарко зашептала вторая. — Я сама видела. Она прошла через главный барьер на рассвете. Купол даже не дрогнул!

— Но как? Милорд ведь закрыл Каэр Мор для чужаков.

— Значит, для неё он его не закрывал. Она же истинная, дурочка. Связь так просто не разорвать. Лорд всё еще ждал её...

Эти слова заставили моих внутренних демонов радостно зашевелиться, предвкушая скандал. Я так старалась сдерживаться, но...

Истинная? Женщина, что назвала его монстром, предала и помогла надеть ауритовый ошейник? И она сейчас здесь? В замке? Значит, она спокойно прошла сквозь барьер...

— Леди...

— Я думаю, Сальвар, — резко прервала я его. Похоже, я не должна была этого услышать. Вот почему на этажах так пусто! Чертов монстр!

— Вам не стоит задерживаться у окна. Во внутреннем дворе сейчас неспокойно.

Я задумчиво посмотрела на стражника. Мне показалось, или в его глазах и правда промелькнуло сочувствие?

— Да, ты прав. Пойду в комнату, — отстранилась я и стремительно направилась вдоль по коридору.

Значит, Элиан действительно не запретил ей вход. Значит, его внезапное охлаждение ко мне, его отстраненность и вечная занятость в последние дни...

Я сжала кулаки до побеления костяшек, стараясь сдержаться и не наделать опрометчивых глупостей. Сейчас нужна холодная голова. Спокойствие и доверие. Он ведь обещал меня защитить?

«Сделай выводы и найди способ себя обезопасить», — твердил разум.

Но что-то темное и злое внутри неистово требовало пойти и вырвать этой истинной все волосы. И расцарапать лицо Элиана напоследок! Убить не убью, но какую-нибудь дубину для кабины найду, агр!

Я резко затормозила.

— Где размещают незваных гостей? — бросила я своему молчаливому стражу.

Сальвар напрягся, но, видимо, прямого приказа скрывать от меня эту информацию у него не было. Он тяжело вздохнул и молча указал на западное крыло для высокопоставленных визитеров.

Я шла, не разбирая дороги. В груди клокотали смешанные чувства, но едкую горечь разочарования я привычно задвинула глубоко внутрь. Как же всё это раздражало!

Поверив монстру, я впустила его в свою жизнь. Даже замуж как-то вышла! Более того, согласилась стать живой приманкой для инквизиции, а он в это время пускал слюни на вернувшуюся бывшую?

Я остановилась у приоткрытых двустворчатых дверей гостевых покоев. Зайти не рискнула — оттуда доносились голоса.

— Ты не имела права возвращаться, Лаяна, — сухо обронил Элиан.

— У меня не было выбора. Время пришло, — ответил мелодичный женский голос. Мягкий, переливающийся, с легкой, почти мурлыкающей хрипотцой. — Инквизиция стягивает силы. Я должна быть здесь.

— Твое присутствие всё усложняет. Одно мое слово, и стража вышвырнет тебя за барьер.

— Но ты этого не скажешь, Элиан. Потому что знаешь, что я нужна тебе.

Нужна ему? ЕМУ?

Больше услышать я не смогла: что-то тихо прорычав, Элиан стремительно направился к выходу.

Я запаниковала. Схватив здоровенного охранника за рукав, я буквально вжалась в стену за каменной статуей горгульи, утягивая его за собой. Дверь распахнулась, и лорд Запада вышел в коридор. Ворот его рубашки был распахнут, шейный платок развязан, а всегда идеальные волосы — взъерошены. Его профиль был жестким, челюсти сжаты. Он даже не посмотрел в нашу сторону, быстро растворившись в тенях коридора.

Я выждала пару долгих секунд, глубоко выдохнула, отгоняя слабость в коленях, и отошла от горгульи.

— Прости. Но в докладе лучше этот момент не упоминать, — прошептала я, многозначительно кивнув на его локоть, в который я только что судорожно вцепилась. Мужчина нахмурился, но кивнул. — Останься тут. Я не задержусь надолго.

Страж посмотрел на меня с нескрываемым сомнением, но перечить не стал.

— Что ж... Побеседуем.

Я вздернула подбородок и решительно шагнула в гостевые покои.

Девушка стояла у окна. При моем появлении она плавно обернулась — без явного удивления, словно давно ожидала моего прихода.

Насторожившись, я всё же шагнула вглубь комнаты.

Она обладала чарующей, какой-то нечеловеческой красотой, которая мгновенно поражала и захватывала дух. Густые каштановые волосы с медным отливом струились по плечам. Гибкое, идеальное тело было затянуто в практичный кожаный костюм. Но больше всего поражали глаза. Золотисто-янтарные, с узким вертикальным зрачком. А также ушки...

Его истинная — зверокошка?

Девушка грациозно склонила голову набок, принюхиваясь. Её ноздри едва заметно дрогнули.

— Запах... М-м-м, — мягко протянула она, и в её улыбке мелькнули чуть удлиненные клыки.

— Что с ним? — напряглась я, забыв о вежливости. Впрочем, она и сама не потрудилась поздороваться.

— Ты насквозь пропахла им. Значит, ты и есть та, о ком гудит всё предгорье. Более того, о тебе говорят даже в штабах инквизиции. Аделина.

Я скрестила руки на груди, стараясь выглядеть максимально расслабленной, хотя внутри всё заледенело.  

— А ты, получается, трусливая бывшая, которая сбежала, испугавшись чешуи? 

Вопреки моим ожиданиям, на лице зверокошки не отразилось ни гнева, ни ревности. Она тихо, искренне рассмеялась, отходя от окна.

— У тебя острый язык. Неудивительно, что Элиан в тебя вцепился. Ему всегда было скучно с покорными, — мурлыкнула она и плавно опустилась в кресло, изящно закинув ногу на ногу. — Проходи, чего стоять на пороге? Присаживайся. Можешь называть меня Лаяна, — представилась девушка. — Нам обеим нужно многое прояснить, пока ты не накрутила себя до состояния взрыва.

Я осталась стоять у дверей. Уже накрутила, перекрутила и парочку зубов выбила... любя. Но знать ей об этом совершенно не нужно.

— Я пришла сюда не светские беседы вести. Ответь на один вопрос: инквизиция использует тебя как запасной план?

Девушка тяжело вздохнула, и в её янтарных глазах мелькнуло отвращение.

— Изначально я действительно работала на инквизицию. Я была их шпионкой. Должна была найти уязвимость лорда Запада. Но потом... сработала истинность.

Она посмотрела на свои руки, словно заново переживая прошлое.

— Всё пошло не по плану, — подытожила я. 

— Верно, — опасно прищурилась она. — Тебе не понять, как это бьет по мозгам. Это не просто влюбленность — хотя и это чувство, не скрою, появилось вскоре. Я увязла. Да так сильно, что готова была предать инквизицию, чтобы остаться с ним.

— Трогательная история, — сухо процедила я. — Но и тут что-то пошло не так. Ошейник сам на него не прыгнул.

— Мой внутренний зверь, — тихо отозвалась Лаяна. — Зверокошки — создания инстинктов. Мы не можем пойти против своей природы. Когда на замок напали, и Элиан обернулся, выпустив свою тьму... мой зверь едва не сошел с ума. Это был первобытный ужас перед абсолютным хищником. Моя кошка отказывалась принимать эту связь. Я задыхалась рядом с ним. Вскоре я начала просто сходить с ума от внутреннего воя зверя и своих человеческих чувств.

Я нахмурилась, переваривая информацию. Это объясняло её бегство. Физиология, против которой не попрешь. Но предательство это не отменяло.

— Хорошо. Ты испугалась и сбежала. Но зачем было сдавать его инквизиции?

Золотистые глаза девушки сузились.

— Я его не сдавала.

— Элиан утверждает обратное.

— Элиан видит то, что ему позволили увидеть, — жестко отрезала она, подавшись вперед. — Послушай меня внимательно, Аделина. Элиан — параноик по отношению к чужакам, но своих он защищает до слепоты. Он доверяет ближнему кругу безоговорочно. Если кто-то сумел в него войти, лорд перестает ждать от него удара в спину. Это непросто, но возможно.

Я придирчиво осмотрела себя. Выходит, я вошла в этот круг? Но мы знакомы слишком мало, как это возможно? Более того, то, как он повел себя сегодня в коридоре, говорило об обратном. Он даже не заметил меня!

Лаяна встала и подошла ближе.

— В его ближнем круге завелась крыса. Тот, кто годами сливал информацию Инквизиции. Тот, кто на самом деле подготовил ауритовый ошейник и ослабил точки барьера в день нападения. К сожалению, как бы ни был силен Элиан, изнутри защита всегда уязвимее.

— Но почему тогда...

— Нет, — тотчас прервала она меня, предугадывая вопрос. — Если бы я, или тот же Лаэль, попытались рассказать об этом Элиану, он бы нам не поверил. Я была чужачкой. Истинной, но всё же не той особой, которой можно было безоговорочно доверять. А с предателем они росли вместе. У них были одни цели и мечты... До определенного момента.

— Подожди... Ты взяла вину на себя? — недоверчиво спросила я.

— Многое случилось вразрез с первоначальным замыслом, — уклончиво ответила она, но я поняла ее правильно. Взяла. И до сих пор расхлебывала. — Мы с Лаэлем планировали заблокировать магическую привязку ошейника. Но эта мразь слишком долго находилась рядом с Элианом, и артефакт успел настроиться на его магию. В самый последний момент ему всё же удалось защелкнуть замок, — сквозь зубы процедила Лаяна. — Хорошо, что нам удалось заставить предателя раскрыться и хотя бы вышвырнуть его из ближнего круга.

— Зачем ты подставила себя под удар? Можно ведь было найти другой путь... 

— Можно, — согласилась она. — Но всё могло затянуться, и я могла потерять шанс, а предатель остаться. На тот момент это был единственный способ уйти, не разрушив его мир окончательно, и получить возможность вернуться в инквизицию...

Она горько усмехнулась.

— Только так я могла копать изнутри. Выяснить, какая даже незначительная шестеренка работала на врага.

— И ты всё это время была одна? — аккуратно уточнила я после недолгой паузы. Стало даже немного неловко от её откровений.

— Не одна, — уголки её губ дрогнули в полуулыбке. — У меня остался союзник. Лаэль.

Я вспомнила недавний обмен любезностями Элиана и Лаэля в зале совещаний. Они действительно давно знакомы. И то, как оценивающе Лаэль отреагировал на меня, говорило о многом. Он переживал за друга.

— Лаэль обо всем знал? 

— Он единственный, кто догадался, что в этой истории что-то не сходится. Прости, но ты слишком вовремя появилась, — мягко ответила она, в её голосе скользнула потаенная нежность. И эти чувства она испытывала явно не ко мне.

— Но мое попадание нельзя было предугадать, — стушевалась я, сама сомневаясь в своих словах.

— Пусть так, — легко согласилась она. — Удачное стечение обстоятельств или они действительно что-то знали благодаря исаари, но факт остается фактом: они подоспели раньше и нацепили на тебя маячок. Понимаешь, всё это время мы искали способы противостояния. Вычисляли время атаки, их дальнейшие планы. Искали предателей, в конце концов, затаившихся в округе.

— Нашли? — спросила я, больше утверждая.

— Иначе бы я здесь не стояла, — улыбнулась она, но тут же стала предельно серьезной. — Не всех, и есть слишком засекреченная информация, куда нам было не добраться. Но мы почти поймали всех крыс. Я благодарна Элиану за то, что он пошел по пути принятия всех нуждающихся. Когда-то я сама оказалась в подобной ситуации. Однако это привело к множеству трудностей. Мы попросту были неподготовлены, даже удивительно, что так долго никто не пытался перейти черту.

— Найти оставшихся после основной атаки будет нетрудно, — поддержала я, заметив её недовольство неполным результатом. Хотя 98 процентов — разве это не успех?

— Не сомневаюсь, — многообещающе обронила она. В этот момент она напомнила Элиана. Ревность я подавила еще до того, как она успела проявиться. — Но сейчас важнее, что инквизиция не просто так идет на твой маячок. Они уверены, что барьеры внутри замка будут отключены их шпионом. Сегодня ночью мы накроем их всех. И внешних врагов, и внутреннюю гниль.

Я отступила на шаг, прислонившись спиной к дверному косяку. Голова шла кругом. Элиан мучился от яда, ненавидел саму суть истинных, а в это время его лучший друг и сбежавшая пара спасали его за спиной.

— Почему ты не расскажешь ему? — спросила я, сглотнув ком в горле. — Ты же здесь.

— Я рассказала, — просто ответила она. — Пять минут назад. Ты слышала конец нашего разговора. И видела его реакцию. Он в бешенстве оттого, что Лаэль врал ему столько времени. Его гордость уязвлена. Элиан не прощает так быстро. Но, возможно... Возможно, со временем всё образумится.

Лаяна неловко улыбнулась и мотнула кошачьим ухом.

— Я тоже так думаю, — ответила я с непоколебимой уверенностью. Если Элиан упрется рогом, я сама вправлю ему мозги. Порой любимым женщинам прощают то, за что друзей вешают. Если они любимые, конечно. 

— Мужчины порой слишком прямолинейны. Когда нужно внимание, они отстраняются. Когда требуются объяснения, они молчат, — невзначай проговорила Лаяна. — Элиан догадался, что в ближнем круге есть еще предатели. Он отстранился от тебя не потому, что охладел. Скорее, его волновало, что если кто-то из его приближенных окажется врагом, они нападут раньше, и ты окажешься под еще большим ударом. Потому он спрятал тебя за спину своего лучшего стража. И за свою, конечно тоже.

Она выразительно кивнула в сторону выхода, где остался Сальвар.

— Ты так хорошо его знаешь, — хмыкнула я. 

— Отчасти. Порой посторонние видят немного больше, — подмигнула Лаяна.

Мое нутро, которое всё это время вопило об уязвленном самолюбии, вдруг поперхнулось и замолчало.

— И все-таки зачем ты вернулась? — тихо спросила я, глядя в её золотистые глаза. — Доказательства мог передать и Лаэль. Зачем тебе этот риск? Элиан мог убить тебя на месте, едва ты пересекла барьер.

Зверокошка подошла вплотную. Её грация впечатляла, а внутренняя сила приковывала. Она оказалась выше меня на полголовы — высокая, стройная, смертоносно-изящная. Я сегодня столько зависти испытала, сколько за всю жизнь не припомню. Или это было из-за истинности? Ведь как ни крути, судьба для чего-то решила, что она его пара. Это неспроста? И... Если бы она тогда не сбежала, был бы у меня шанс?

— Аделина, я невольно усиливаю магию Элиана. Независимо от моего желания, это так. К тому же, кому-то нужно направить пешек инквизиции на правильный путь?

— Усиливаешь? 

Она небрежно отмахнулась, словно это не имело никакого значения.

— Это не мой выбор. И не Элиана. Могу тебе сказать одно: я вернулась, чтобы забрать своё, — серьёзно проговорила она. — И вполне возможно, остаться.

Внутри меня снова всё заледенело.

— Элиан — мой. Я не отступлюсь, — произнесла я, даже не успев додумать эту мысль до конца. Слова вылетели быстрее. — Плевать на вашу истинность и кошачьи инстинкты. Он мой. И я его не отдам.

Женщина удивленно моргнула, а затем запрокинула голову и звонко расхохоталась.

— Ох, лапушка, — обронила она, вытирая выступившую от смеха слезинку. — Да забирай. Моя кошка до сих пор вжимается в углы от одного его рыка. Если бы не наш разговор, я бы, наверное, еще часа три тряслась от отдачи.

Лаяна перестала смеяться и посмотрела на меня с удивительной теплотой.

— На Севере один очень упрямый дракон придумал артефакт, подавляющий привязку. Мы можем жить своей жизнью и даже спокойно сосуществовать рядом. Не то чтобы высшие силы неправы, но у меня, например, другие планы на жизнь. Впрочем, как и у Элиана, — лукаво проговорила она. — Я вернулась за Лаэлем. Мы слишком долго играли в кошки-мышки. Да, я потеряла свою истинность, но нашла того, с кем мой внутренний зверь мурлычет, как домашний котенок. Я здесь ради него. А Элиан...

Она сделала шаг назад, положив руки мне на плечи.

— Тебе не о чем волноваться. Элиан — не комнатная собачка, которой бросили кость, и он послушно побежал. Он высший дракон. Лорд этих земель. И он сделал свой выбор.

— Всё-то ты знаешь, — буркнула я, невольно смутившись. Гора с плеч!

— Он выбрал тебя по многим причинам. Как минимум, ты не падаешь в обморок от крови и не дрогнула перед его чудовищем. Это выбор не по слепому повелению магии или природы, — произнесла она, пальцем приподняв мое лицо за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. — Ты сломала его ошейник. Честно говоря, если бы не ты, нам бы не удалось освободить его. Не знаю, магия ли это или что-то иное, но это тоже неоспоримый факт.

Она по-доброму усмехнулась.

— Так что прекращай изводить себя, — потрепала она меня по щеке, приводя в чувство. — Лучше подготовься. Сегодня ночью нам всем понадобится холодная голова. Капкан захлопнется, и от того, как мы сработаем, зависит, доживем ли мы до рассвета.

Я медленно выдохнула. Сжатые в кулаки пальцы расслабились. Лед, сковавший сердце в последние дни, с легким звоном осыпался, хотя сомнения перед предстоящим боем еще клокотали где-то внутри.

— Спасибо, — коротко кивнула я зверокошке.

— За что?

— За то, что не претендуешь на моего сумасшедшего дракона. Мне бы не хотелось портить такое красивое закатное окно, выкидывая тебя из него, — не удержалась я от подколки.

Девушка фыркнула, обнажив клыки, и вновь рассмеялась.

— А ты мне нравишься! Приходи еще, только, прошу, в следующий раз не из-за лорда-дракона!

— Передавай привет Лаэлю, — улыбнулась я, не оставаясь в долгу.

Я развернулась и вышла из гостевых покоев. Мой молчаливый страж ждал у дверей.

— Возвращаемся, — скомандовала я, поправляя подол платья. — Пора готовиться. 

еКороткая записка, сложенная вдвое, легла на мой туалетный столик ровно в полночь. Но Элиан так и не пришел, ее принес Сальвар. На бумаге размашистым почерком было выведено всего одно слово:

«Начинаем»

Я сожгла записку над пламенем свечи, стряхнула пепел в камин и поправила воротник плаща. Что-то внутри меня отчаянно требовало запереться в покоях и залезть под кровать,

— Так! — шикнула я на себя, сделав глубокий вдох.

Я обещала довериться ему. Значит, доверюсь.

Выскользнув из комнаты, я бесшумной тенью двинулась по галереям к внутреннему двору. Ночь в Каэр Море встретила меня пронизывающим ветром. Двор казался вымершим. Ни единого стражника, ни патруля. А что, если слишком очевидно? Нет... Всё должно быть идеально. Инквизиции должны были дать наводку, что при смене патруля в ночное время появляется брешь.

Мне нужно было добраться до небольшой часовни в центре двора. Там Элиан должен был активировать защитный купол.

Я перешла от колоннады к первой линии декоративных кустарников. До ступеней часовни оставалось метров тридцать открытого пространства. Пригнувшись, готовясь к рывку, я сделала первый шаг.

И тут всё пошло не по плану.

Воздух справа от меня внезапно уплотнился, скручиваясь неестественной воронкой. Инквизиция не стала ломиться через ворота — они использовали портальный артефакт, пробив брешь прямо во дворе. Чтоб их! Из сизого марева посыпались фигуры в темных плащах.

Я рванула к часовне со всех ног.

— Объект здесь! — хрипло выкрикнул один из них, вскидывая арбалет.

Защитный купол над часовней еще не активировался. Ведь меня там не было! Я не успевала.

Свист болта разрезал ночную тишину. Боль обожгла левое плечо. Удар был настолько сильный, что меня развернуло и швырнуло на холодную брусчатку. В глазах потемнело, по руке мгновенно потекла горячая, липкая кровь, пропитывая рукав платья.

Шипя и зажимая рану ладонью, я попыталась отползти. Враги бросились ко мне, доставая короткие клинки.

— Стоп, — приказал один, и все по команде остановились.

Луну скрыла огромная тень. Небо над Каэр Мором почернело

— Готовиться!

Раздался громогласный рёв, раскалывающий камни двора. От этого звука мои внутренности сжались в тугой комок.

Чтоб вас всех, а Элиан еще сдерживался. Это какой-то кошмар во плоти.

Тень стремительно приближалась. Элиан полностью обернулся, став самой тьмой.

Огромный, сотканный из осязаемого мрака и матово-черной чешуи дракон с грохотом приземлился в центре двора, раскидав половину отряда ударной волной. Без защиты купола, лежа на камнях всего в десятке метров от него, я в полной мере ощутила его мощь.

Это удушающе! И это я еще лежала...

Его аура давила, выжимая кислород из легких. Мой разум затопил ничем не контролируемый страх. Мое тело отказывалось реагировать. Я не видела в этом монстре мужчину, который чистил мне яблоки и лечил ожоги. Скорее чудовище, питающееся смертью.

— Элиан... — прохрипела я, борясь с оцепенением.

Он не тронет. Он свой...

Огромная голова на шипованной шее дернулась в мою сторону. Алые глаза, полыхающие пламенем, безошибочно выхватили в темноте мою съежившуюся фигуру и кровь на плече.

Дракон утробно зарычал, отчего все внутренности попросились наружу.

«Он не тронет. Он свой», — повторяла я себе, как заведенная.

— Элиан!

Казалось он обезумел.

Тьма хлынула из него волнами, обретая форму острых пик и бритвенных лезвий. Я, кусая губы до крови, чтобы не потерять сознание, и не теряя времени поползла к ступеням часовни. Сзади раздавались влажные хрусты, крики, звук рвущейся плоти. Лорд Запада устроил кровавую бойню, стирая инквизиторов в пыль.

Добравшись до верхней ступени, я перевалилась за невидимую черту. Воздух с тихим гудением сомкнулся у меня за спиной. Купол активировался, отсекая подавляющую ауру дракона. Я жадно глотнула воздух, привалившись к колонне.

— Проклятье! — прошипела я, с силой ударяясь головой о камень. Еще раз. Еще. Я пыталась свое тело привести в чувство, но руки, ноги покрывала крупная дрожь.

Во дворе не осталось никого живого. Камни были залиты кровью, а в центре, тяжело дыша, возвышался черный дракон. Его крылья нервно дергались. Тьма вокруг него бурлила, требуя новой жертвы.

«Почему он не оборачивается?» — пронеслась в голове паническая мысль. Что, если кровь и моя рана окончательно сорвали ему тормоза?

Внезапно из тени галереи, похлопывая в ладоши, вышла одинокая фигура. Это был высокий мужчина в элегантном светлом камзоле.

Он остановился на безопасном расстоянии от дракона, сжимая в руке какой-то тускло светящийся кристалл.

— Какое потрясающее шоу, Элиан, — громко, с нескрываемым ядом произнес мужчина. — Жаль, что артефакт инквизиции не смог удержать портал чуть дольше. И... Та дева выжила. Какая досада.

Дракон угрожающе зарычал. Кости хрустнули, тьма закрутилась плотным коконом, и спустя несколько мучительных секунд на месте монстра появился лорд Запада. Он был в человеческой форме, но его глаза оставались полностью алыми, но руки по локоть покрывала чешуя, с которой капала чужая кровь.

— Ты привел их в мой дом, — брезгливо обронил Элиана.

— Твой дом? — с ненавистью прошипел мужчина, его лицо исказила уродливая гримаса. — Тебе всегда доставалось всё! Власть, сила, статус. А мы должны были пресмыкаться, собирая крохи с твоего стола! Еще и эти никчемные законы! Мы, драконы, высшее звено в пищевой цепи! И должны делить кров с какой-то падалью?

Он в ярости швырнул кристалл на землю, но тот лишь жалко звякнул и покатился по брусчатке. Элиан даже не шелохнулся.

— И ты с этой падалью сам связался. Ты предал меня из-за этого? — холодно процедил лорд, делая медленный шаг к бывшему другу.

— А что? В это так сложно поверить? Ты мне никогда не нравился! — зло расхохотался он. — Лаяна должна была стать моей!

Его голос сорвался на визг.

— Она была идеальной! Я увидел её первым, когда инквизиция прислала её. Но стоило появиться тебе, как эта проклятая истинность сработала! Почему тебе достаётся всё?! — рявкнул мужчина и пнул он камень, что отлетел в голову Элеана. Тот слегка склонил голову, избегая удара. — Если бы тебя не было, она была бы со мной! Я надел на тебя этот ошейник, чтобы ты сгнил, а она вернулась, ища утешения!

Он сломал жизнь своему другу из-за больного воображения, думая, что смерть Элиана магическим образом заставит зверокошку полюбить его. Чиканутый или где? А саму Лаяну спросить?

Я слушала этот бред, зажимая рану на плече. Классический комплекс неполноценности, умноженная излишней самонадеянностью.

Элиан остановился в нескольких метрах от мужчины. Тот даже не попытался нацелить оружие или когти. Он считал, что Элиан его не тронет из-за аурита.

— Она бы никогда не полюбила тебя, — ровно произнес лорд Запада. — Ты слаб. Жалок. Хочешь открою тебе тайну? Она презирала тебя. Как и я сейчас.

— Почему презирала? Я и сейчас это делаю, — цыкнула Лаяна мне на ухо. Я резко обернулась. — Здравствуй, лапушка.

— Ла... Лаяна я... я...

— Что ты, что ты лапушка? — обняла она меня, пока мужчины вели свой разговор. Наступила какая-то тишина, словно перед бурей.

— Я боюсь.

— То, что ты это признаешь, уже прекрасно. Не переживай, он понимает. Всё понимает, — мягко проговорила она, успокаивающе похлопав по спине.

Мужчина с воплем выхватил из-за пояса кинжал, покрытый зеленоватым ядом, и сделал резкий рывок на Элиана.

Движение высшего дракона было невозможно уловить человеческим глазом.

Матово-черная чешуйчатая рука Элиана пробила грудную клетку мужчины с тошнотворным хрустом. Предатель захрипел, выронив кинжал. Его глаза расширились от шока, когда пальцы лорда сомкнулись прямо на его сердце и приподняли над землей.

— Ты... Как... — булькнул он, изо рта которого хлынула кровь.

— Я истреблю весь твой поганый род, потому что из-за тебя моя птичка плакала. Ты заставил ее увидеть то, что ей видеть не следовало, — жестко ответил Элиан.

Он резко выдернул руку. Тело бывшего друга тряпичной куклой рухнуло на залитую кровью брусчатку внутреннего двора.

Элиан медленно повернул голову в мою сторону, алая радужка полностью скрылась во мраке. Тьма вокруг него всё еще клубилась. Он сделал шаг к часовне, оставляя за собой цепочку кровавых следов...

Элиан сделал еще один шаг к ступеням часовни, как вдруг его спина неестественно выгнулась.

Воздух разорвал металлический скрежет. Иллюзия окончательно спала: на шее лорда материализовался ауритовый ошейник. Но в этот раз все было иначе. Камень буквально полыхал раскаленным добела светом.

Смерть пленителя запустила финальный этап. Создатель мертв — значит, артефакт утянет за собой и носителя.

Я посмотрела в темные глаза Элиана. Он знал? И не сказал! Неужели он сразу к этому готовился?!

Элиан рухнул на колени, судорожно вцепившись когтями в металл, который вплавлялся в его плоть. Из его горла вырвался жуткий хрип. Тьма вокруг него взбесилась, слепо хлеща по камням двора.

— Элиан! — выкрикнула я, забывая обо всем.

Освободившись от захвата Лаяны я вывалилась за пределы спасительного купола часовни. Даже боль от раны померкла на фоне накатившего ужаса за своего мужчину. Пусть хоть тысячу раз кошмаров нагоняет, но будет жив!

— Элиан! — вновь позвала я его, приближаясь на негнущихся ногах.

Мы считали, что у нас еще есть время. Надеялись, что трещина в аурите замедлит проникновение яда. И, главное, даст нам возможность совладать с моей силой. Какая же чудовищная ошибка!

Я рухнула на колени в лужу чужой крови и обхватила лицо бьющегося в агонии мужчины. Его глаза закатились, чешуя на скулах побледнела. Он задыхался.

— Нет-нет-нет, даже не смей! — в панике зашептала я. — Ты обещал, Элиан!

Я перехватила ошейник обеими руками. Аурит обжег еще не до конца зажившие ладони. В нос ударил запах горелого мяса, но я даже не пискнула. Эмоции и чувства сгорали в задыхающемся хрипе. Осталось только одно эгоистичное желание: 

«Не отдам! Никому не отдам! Он мой!»

Внутри меня что-то с сорвалось с цепи.

Если раньше я пыталась нащупать свою магию по капле, вытягивая её как нить из клубка, то сейчас плотину прорвало. Из моих ладоней хлынул поток магии, перекрывающий огонь аурита.

Мой холод с столкнулся с раскаленной лавой аурита.

— Отпусти его! — заорала я, вливая в камень всё, что у меня было, до последней капли.

Аурит пульсировал. Но моя магия уже проникла в трещину, разрушая проклятый камень изнутри. Всё глубже и глубже. Нужно было потерпеть еще немного!

Раздался звук, похожий на пистолетный выстрел.

Наконец произошел взрыв.

Осколки ядовитого минерала со звоном отлетели в стороны, тотчас рассыпаясь в воздухе пылью. Без подпитки это просто кристалл, который сложно, но можно разрушить. И я это сделала!

Следом широкий металлический ошейник с лязгом распался надвое и упал на землю.

Элиан судорожно втянул воздух.

Его тьма, освобожденная от многолетних оков и яда, вырвалась наружу. Но теперь она утратила свою разрушительную силу. Только в темноте можно увидеть свет, и Элиан нужен мне любым. Будь он злым, добрым, одержимым или по-драконьи пугающим — моим!

В тот момент, когда ошейник исчез, моя магия, всё еще струящаяся из обожженных ладоней, сплелась с его силой. Они начали резонировать между собой. Черный мрак лорда Запада мой искрящийся поток. 

Огромный столб устремился в небо. Ударная волна прокатилась по земле.

Барьер над Каэр Мор вспыхнул ослепительным серебристо-черным светом. Я запрокинула голову, завороженно глядя, как купол меняет свою структуру. Он становился плотнее, многограннее, впитывая в себя наши силы.

Вот что произошло на юге, в Саэр Море?

— Верно, — прохрипел Элиан, смотря в небо, лежа у меня на коленях. Я даже не заметила, как спросила это вслух. — Примерно так выглядело обновление барьера. Еще один старейшина, который долгие годы несший ношу в одиночку и тяготы привязки, освобожден. И если бы барьер не восстановился, то рано или поздно место старейшины занял бы я. Но... Я нашел свое пламя исцеления, потому купол преобразился.

— Вот как... — произнесла я, пребывая в каком-то ступоре. Смысл слов до меня не сразу дошел.

Защита восстановилась, замкнув контур, и теперь ни один инквизитор, ни один портал не сможет пробить эту стену, а Элиан отныне свободен.

— Элиан!

Элиан наблюдал за моей переменой эмоций, откровенно наслаждаясь. Алая радужка полыхала ровным светом. Тьма вокруг него успокоилась, ласкаясь к моим щиколоткам. Чешуя на его руках начала плавно исчезать, сменяясь гладкой кожей.

Он поднял и посмотрел на свою руку, словно сам не верил собственным ощущениям. А затем вновь перевел взгляд на меня.

Лорд Запада подался вперед. Игнорируя кровь и грязь, он притянул меня к себе, пряча в кольце своих рук.

— Безумная, — хрипло проговорил он со вздохом облегчения. — Моя смелая, отчаянная птичка.

Я уткнулась носом в его распахнутую в нескольких местах разорванную рубашку, чувствуя, как ровно и мощно бьётся его сердце.

— Я же говорила, — пробормотала я, закрывая глаза от накатившей слабости. — Что не отдам тебя никому. Даже твоим проклятым артефактам.

— Не говорила, — насмешливо ответил он.

— Вот теперь сказала...

Я сидела в кресле на крытой террасе западной башни, наблюдая за тем, как тяжелые облака цепляются за невидимую глазу преграду. Небо окрасилось в золотисто-багряные тона.

После того дня наша магия слилась окончательно, образовав над перевалом монолитный серебристо-черный щит. И под этим щитом Каэр Мор процветал. Закрытый город драконов и нижнее поселение для беженцев работали как единый, слаженный механизм. Если драконы того желали, они могли спуститься к людям. Однако вход в их верхний город оставался строго ограниченным. Может, когда-нибудь крылатые смогут вновь поверить чужакам и пустить их в свой дом без опаски? Время покажет…

Что же касалось меня — пусть я и не истинная пара лорда Запада, но я внесла весомый вклад в их общество. Проще говоря, меня приняли. Тем более, хоть не до конца исследованные, но мощные целительские способности на дороге не валялись. Да и сам Элиан изрядно поспособствовал быстрому смирению старейшин. Одно его холодное: «Если что-то не устраивает, ищите нового лорда» — и им ничего не осталось, кроме как принять мое присутствие как данность. Ко мне всё еще относились с настороженностью — такие вещи не меняются по щелчку пальцев, — но, по крайней мере, перестали фырчать и шугаться, точно прокаженной.

Инквизиция больше не совалась на наши земли — им хватило показательной бойни во внутреннем дворе, чтобы навсегда усвоить урок.

К слову, я тоже без дела не сидела: мы с Лаяной по-тихому организовали собственную информационную сеть. Наши мужчины всё-таки порой слишком топорно смотрят на решение проблем.

«Уничтожить! Разорвать! Моё!»

Но ведь и вражеские интриги можно изящно обернуть себе во благо, не правда ли?

Я опустила взгляд.

Мой мужчина лежал, устроив голову на моих коленях, а я лениво перебирала пальцами его густые темные пряди.

Для всего остального континента он был лордом теней. Безжалостным, сумасшедшим, своенравным высшим драконом, одно имя которого заставляло имперских послов заикаться от ужаса. Чужаки предпочитали не пересекаться с ним даже взглядом.

А для меня… Для меня он был мужчиной, который каждое утро приносил мне в постель горячий отвар и позволял вить из себя веревки. Разумеется, за закрытыми дверями нашей спальни.

В свою очередь, я приняла все стороны его темной натуры. Оглядываясь назад, я ясно понимала, что мой монстр из прошлого действительно бы меня погубил. Он не видел никого и ничего, кроме собственных амбиций. Я была нужна ему как удобная статуэтка на полочке, не более. Еще немного, и его маниакальность перешла бы точку невозврата.

Элиан неидеален. Но со всей своей пугающей тьмой и звериными собственническими замашками, прислушивался ко мне. Он давал мне пространство, позволял делать всё, что я пожелаю. С ним можно договориться. Бесспорно, всё выстроилось не сразу, впереди еще огромный труд по сглаживанию острых углов, но ради него я готова ждать. И верить своему мужчине.

— Ты посмотри, — тихо фыркнула я.

— М? — мурлыкнул Элиан и приоткрыл один алый глаз.

Внизу, на вымощенной камнем тренировочной площадке, мелькнули две знакомые фигуры. Лаэль, застегнутый на все пуговицы своего идеального сюртука, что-то раздраженно выговаривал Лаяне. Зверокошка же просто висела у него на шее, закинув на бедро ногу, и нагло скалилась в ответ на все его нравоучения.

Отношения у них были, мягко говоря, неоднозначные. Мужчина всё еще пытался строить из себя неприступную ледяную скалу, но я была готова поставить свою честь леди Запада на то, что эта дикая мадам проломит его оборону максимум к первому снегу.

— А-а-а. Пусть играются, — спокойно обронил лорд, вновь смежив веки. — У Лаэля слишком много загонов.

— Да-а-а? — с улыбкой протянула я. — А ты не жалеешь?

— О чем?

— Ну… Что отпустил истинную? — слегка замялась я.

— Адели-и-ина-а-а, — обманчиво мягко мурлыкнул дракон. — Ты знаешь, что значит понятие «моё»?

— Это я?

— В точку, птичка. И никакие заветы предков этого не изменят. Так случается. Порой кажется, что вот оно, идеальное попадание от природы, а по факту всё обстоит иначе. Мы с Лаяной оба хищники, мы слишком похожи. И это… утомляет.

— Надо же, а ты и тактичность умеешь проявлять, — усмехнулась я, взъерошив ему волосы.

Нас прервал звук тяжелых шагов. На террасу, кашлянув, вышел Сальвар. Мой бывший личный надзиратель, а ныне — начальник дворцовой стражи.

— Милорд. Леди Аделина, — коротко склонил он голову в приветствии, стараясь не пялиться на то, как расслабленно развалился грозный правитель. — Возникла проблема на пропускном пункте.

Элиан даже не открыл глаз. Только чуть повернул голову, утыкаясь носом мне в живот.

— Докладывай, — лениво бросил он.

— Торговый караван с той стороны завесы ожидает вашего решения. В телегах с зерном обнаружили контрабанду аурита. Торговцы клянутся, что им подбросили минерал на границе с Империей, просят убежища и защиты. По закону мы должны казнить их за попытку проноса яда.

Элиан всё так же, не глядя, перехватил мою свободную руку и прижался губами к запястью.

— Что думаешь, птичка?

Сальвар стоически рассматривал каменную кладку стены. За эти месяцы стража привыкла к тому, что Лорд Запада делегирует половину решений своей леди, но каждый раз это всё равно выглядело для них как сбой в матрице. Хотя по факту Элиану было просто лень разбираться со скучной бюрократией. Ведь она отвлекала его от меня!

Более того, я уверена, что он готов к детям только потому, что мечтает переложить все свои лордовские обязанности на их плечи. Зачем? Чтобы снова не отвлекаться от меня! И ведь заикнулся об этом... Какой же он чешуйчатый!

Так! Бросить планы не по плану! Я на секунду задумалась, взвешивая варианты.

— Аурит изъять и передать нашим магам для изучения. Торговцев жестко допросить с ментальным воздействием, чтобы другим неповадно было, а товар конфисковать в казну беженцев. Самих же купцов вышвырнуть за барьер, причем голыми. Если просто жадные идиоты — сдохнут от холода. Если это шпионы — доберутся до своих и расскажут, что у нас тут не благотворительный фонд.

Элиан издал тихий смешок. Он наконец открыл глаза — чистые, алые, полные абсолютного обожания и гордости.

— Выполнять, Сальвар, — скомандовал лорд, даже не повернув головы к начальнику стражи.

— Слушаюсь.

Сальвар бросил на меня умоляющий взгляд с толикой облегчения, развернулся и скрылся с террасы, оставляя нас наедине.

Я перестала перебирать волосы мужчины и легонько потянула его за прядь, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Иди, проконтролируй допрос. Также тебя ждут на самом пункте — барьер теперь настолько плотный, что пропустить кого-то сквозь периметр можешь только ты лично. И разберись с бумагами у Лаэля, он уже второй день жалуется, что ты игнорируешь финансовые отчеты.

Элиан недовольно прищурился. Температура на террасе моментально подскочила, а тени у кресла угрожающе зашипели.

— Я лорд или писарь? Бумаги подождут.

— Бумаги подождут, а я — нет, — жарко прошептала я. Наклонившись, я скользнула пальцами по его расстегнутому воротнику, обрисовывая контур ключиц. — Решай вопросы сейчас. Если управишься до заката и придешь в спальню без опозданий…

Я замолчала, выразительно скользнув взглядом по его губам.

— То что? — предвкушающе спросил он. Его голос мгновенно упал до опасного, рокочущего хрипа. Маска ленивого домашнего кота с треском разлетелась, уступая место голодному хищнику. Жесткие пальцы перехватили мое запястье. — Продолжай, птичка…

— То получишь награду, — прошептала я, склоняясь к самому его уху. — Я покажу тебе, на что способна леди Запада, когда ей становится скучно. Только представь, как я буду смаковать... Делать приятно... Возьму глубоко... А потом ты сделаешь всё-е-е, что захочешь... И обещаю, мы не выйдем из комнаты до самого утра.

Алая радужка в его глазах мгновенно затопилась бездонным мраком. Элиан резко сел, одним текучим движением поднимаясь на ноги. Воздух вокруг него заискрил от едва сдерживаемой Тьмы.

Он наклонился и властно поцеловал меня в губы, тотчас по-хозяйски скользнув языком вглубь.

— Засекай время, птичка, — прорычал он, разворачиваясь к выходу. — Я закончу о-о-очень быстро. И тебе лучше как следует подготовиться!

Через несколько мгновений он, будучи уже у самой двери, стремительно вернулся обратно.

— М-м-м, жди, — хрипло произнес он, вновь впиваясь в мои губы жадным поцелуем. Наконец оторвался и быстро вышел из комнаты, больше не оборачиваясь.

Я смотрела ему вслед и довольно улыбалась, ожидая что мужчина вернется. И если бы он обернулся, то точно вернулся бы еще раза два и на пункт пропуска сегодня вообще бы никто не попал.

Но... Раз уж мотивация сработала, пора бы и нам с Лаяной немного поболтать… Наверное, она тоже уже управилась со своей ледяной зазнобой.

Монстр? Чудовище? Смертельная угроза?

Играть с высшим драконом смертельно опасно, верно. Но, черт возьми, мне определенно нравилось быть единственной в этом мире, кто уверенно держал поводок своего личного монстра.

Конец