Глава 1

Интерлюдия. Земля. Некоторое время назад

— Женя, сегодня пришла очень и очень неприятная информация. Нам нужен портал в Школу Титанов. Срочно!

Курирующий проект «Титаны 10к» полковник ФСБ Иван Николаевич Бестужев выглядел, мягко говоря, паршиво. Черные, от постоянного недосыпа, мешки под глазами, красные глаза, недавно начавшийся нервный тик…

Оно и неудивительно, ведь последние несколько месяцев мир словно сошёл с ума.

Вместо того, чтобы сообща готовиться к Вторжению, некоторые государства решили половить рыбку в мутной воде. И если с США, Китаем и Индией удалось договориться о содействии и поделить зоны интересов, то на территории Европы и Ближнего Востока полыхнули локальные войны.

Первым полыхнул Ближний восток. Он и так, мягко говоря, тлел последние несколько лет, отчего цена на нефть постоянно обновляла максимумы, но появление одарённых стало последней каплей.

Эмираты, Бахрейн, Катар, Кувейт, Иран, Ливан, Ирак, Сирия, Йемен, Израиль — из-за вспыхнувших в этих странах конфликтов, мореходство окончательно встало, вызвав тем самым сильнейший кризис в Юго-Восточной Азии и Индонезии.

Но вместо того, чтобы сесть за стол переговоров, между странами началась война за ресурсы.

И каждый раз, когда намечался хоть какой-то мирный прогресс, происходила очередная провокация, и конфликты вспыхивали с новой силой.

Казалось бы, ну а нам-то что? Нефть под двести — это же хорошо! А на остальных — плевать! Но по факту, нарушение международных логистических поставок и выпадение целых секторов мировой экономики сильно ударило по всем без исключения странам.

Управляемый глобальный кризис, который ведущие страны мира договорились пройти без войн, стремительно уходил в неуправляемое пике.

Сторонники прохождения глобального кризиса, путем раскрутки военной экономики, практически праздновали победу — Земля застыла на грани большой мировой войны. И это на пороге Вторжения…

Пока что усилиями крупнейших мировых лидеров удавалось сдерживать распространение войны одним Ближним Востоком, но каждый день мог стать последним. Особенно, принимая во внимание происходящее в Европе.

Охлаждение крупнейших экономик Европы и последующий развал Евросоюза вскрыл серьёзную проблему — мигрантов было много, а на денежные пособия бюджетных денег хватать перестало.

И если поначалу полиция и армия успешно сдерживали протесты и национальные погромы, то с появлением одарённых ситуация изменилась коренным образом.

Уличные бои с мародёрами и вандалами, ночные грабежи и убийства — старушку Европу захлестнула волна беспорядков. И неважно, кто за ними стоял — островитяне или крупнейшие экономики Европы, но факт оставался фактом — бо́льшей части европейцев не до Вторжения.

И вот здесь-то начинал играть важное значение эффект мультипликатора. Если выпадение из глобальной экономики Ближнего Востока мир мог хоть как-то пережить, к тому же поставки нет-нет, но приходили, то война в Европе стала контрольным выстрелом.

Речь шла уже не о глобальной защите, какой там! Речь шла о том, чтобы сохранить своё.

И первыми начали страдать те страны, у которых не было продовольственной безопасности.

Спешно закрывались границы, и все, кто мог, пытались закуклиться, в надежде переждать мировой шторм.

Да, кому-то этот кризис и разгорающиеся конфликты были сильно на руку, но большинство оказались перед серьёзным выбором — воевать за свои национальные интересы или готовиться к Вторжению.

Ну а те страны, как те же самые Китай, США, Россия и Индия, которые пытались успеть и там, и там, несли серьёзные экономические издержки.

Спецслужбы сбивались с ног, «латая дыры» и «туша пожары», но жутко не хватало кадров. И самой главной «статьей расходов» до недавнего времени были… залётные одарённые.

Диких практически не было — их переловили в первые же месяцы, а вот агенты недружественных стран доставляли большие проблемы.

Складывалась до идиотичности парадоксальная ситуация: Вместо того, чтобы готовится к Вторжению, одарённые совершали теракты и гибли в битвах с другими одарёнными.

Но даже это было учтено, и была сформирована группа быстрого реагирования, состоящая из одарённых и бойцов спецназа.

И только, казалось бы, ситуация хоть как-то устаканилась из стремительно ухудшающейся в стабильно плохую, как случилось нечто из ряда вон выходящее.

Из строя начали выходить радиолокационные станции, беспилотники-разведчики и даже пропал сигнал с одного из спутников.

Это был настоящий форс-мажор, и его причиной могло быть одно из двух — либо это работа кого-то из вражеских Титанов, либо на Земле появилась техника нового поколения.

И что-то подсказывало Бестужеву, что своими силами этот вопрос не решить.

— Женя, делай, что хочешь, но нам нужен портал. Или, на крайний случай, стабильный канал связи со Школой Титанов. Срочно!

— Иван Николаевич, — медитирующий около полусобранной портальной арки Евгений приоткрыл один глаз. — Портал будет готов примерно через неделю.

— Долго, Женя, долго! — покачал головой Бестужев. — Он нужен нам ещё вчера!

— Никак, — сокрушенно вздохнул Евгений. — Приходится напитывать ключевые узлы силой, а это все занимает время.

— Ну а связь? Связь ты можешь установить?

— Можно попробовать, — сморщился Евгений, — но это откинет процесс создания портала минимум на неделю. А что случилось? Пошла Первая волна?

— Если бы, — покачал головой Бестужев. — Мы потеряли три мощных радара и один спутник. Американцы — уже семнадцать спутников. Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — посмурнел Евгений.

Он хоть и был по специальности прорабом, но имел инженерное образование, и прекрасно отдавал себе отчёт в том, что случится, если из строя начнут выходить спутники. В этом случае отследить появляющиеся порталы станет практически невозможно, что потенциально приведёт к катастрофическим потерям.

— Без спутников нам крышка, Жень.

— Могу попробовать отправить в Школу сообщение, — вздохнул Евгений, — но портал…

— Отправляй, — перебил его Бестужев. — Если так продолжится и дальше, нам никакие порталы не помогут. Без спутниковой навигации войну не выиграть.

— А что отправлять-то? — растерялся Евгений.

— Вот, — Бестужев протянул ему запечатанный конверт. — Слово в слово.

— Займусь прямо сейчас, — кивнул Евгений, принимая конверт, — вот только придётся выложиться, и я боюсь, что…

— Не бойся, — перебил его Бестужев. — Я помню про твоего альтер-эго. Махаон, не так ли? Мы будем контролировать ситуацию.

— Тогда, — Евгений неуверенно посмотрел на конверт, — я начинаю?

— Один момент.

Бестужев кивнул в камеру, и через некоторое время в помещении появился отряд из десяти человек. Не обращая внимания на потолочные турели, они наскоро оборудовали две огневые точки, установив там принесенные с собой КОРДы.

Евгений хмуро смотрел, как хищные стволы пулеметов ловят его в перекрестье прицелов. Он понимал, зачем это нужно, но кто сказал, что должен делать вид, что ничего не случилось.

— Держи, — Бестужев протянул ему пять браслетов с зафиксированных на них стальными коробочками. — Один на шею, два на запястья, ещё два на ноги.

— Это бомбы? — уточнил Евгений, с неохотой защелкивая замки браслетов.

— Можно сказать и так, — кивнул Бестужев. — Если твой Махаон дёрнется — останется без головы. Несмотря на твою суперпрочность.

— Понимаю, — вздохнул Евгений. — Я готов.

— Начинай, Женя, — Бестужев посмотрел ему в глаза. — На тебя рассчитывает не просто вся наша страна, но и… весь мир.

Глава 2

*Школа Титанов. 80-й день*

— Прогуляться на Землю? — переспросил я Директора. — Было бы неплохо, но ведь скоро Турнир, к тому же нужно проходить новые Разломы и прокачивать фракции.

— Всё так, — согласился Директор, — Но давай, я дам тебе полный расклад по текущей ситуации, а ты уже сам решишь.

— Давайте.

— Изначально мы планировали дождаться Первой Волны и отправить на Землю призрачного разведчика. Посмотреть, как продвигаются дела у Евгения с созданием портала.

Директор говорил про Евгения и портал, но я слышал другое — отправим разведчика, чтобы найти Атлантиду…

— Но сейчас, — продолжил тем временем Директор, — с появлением Малого Ядра Силы, ситуация изменилась. Теперь мы можем повысить уровень вашей фракции сразу на два уровня.

— Это как? — не понял я.

— Вася вплотную подобрался к повышению уровня, — пояснил Директор. Как только фракция возьмёт седьмой, мы используем Ядро.

— Как вариант, — пожал плечами я. — Но выгодней было бы повысить с девятого до десятого.

— Никакие артефакты не могут повысить уровень фракции до десятого, — отрезал Директор. — Это всё сказки. Но ты прав, Вик. Выгоднее было бы придержать Ядро…

— Кстати, насчёт Ядра, — вклинился я. — Оно не моё. За него просят сто тонн золота.

— Будет, — коротко бросил Директор, даже не став торговаться. — Я догадываюсь, кому могло понадобиться столько золота, поэтому, Вик, заключая с ним сделки, будь очень осторожен.

— Он дал клятву, — признаться, слова Директора меня немного встревожили. — И Сеть её зафиксировала.

— В таком случае, угрозы нет, — успокоил меня Директор. — Что касается золота, то нужно будет прыгнуть в одно из хранилищ. Дешевле отправить туда тебя, чем переносить сюда такую массу.

— Отличная новость, — повеселел я.

— Так вот, насчёт Ядра, — Директор вернулся к прерванной мысли. — Нам нужен восьмой уровень.

— Но там же ничего особо крутого нет? — удивился я, напрягая память. — Хотя, может, я что-то позабыл?

— Посмотри описание, — посоветовал Директор. — Седьмого и восьмого уровней.

— Один момент, — протянул я, усилием воли раскрывая перед собой нужное описание:

Фракция «Защитники»

Уровень 7

Фракция получает доступ к ритуалу «Анклав Родины». При выполнении определённых условий, члены фракции могут открыть на территории своего представительства «Отчий дом» — устойчивый филиал их родного мира.

Это безопасная зона, имеющая ауру (при наличии) родного мира. При необходимости открывается доступ к природным ресурсам родного мира.

Находясь в Отчем доме, члены фракции быстрее восстанавливают силы и получают мощные защитные бонусы. Это крепость внутри крепости.

Уровень 8

Фракция получает возможность создавать Плетение Судьбы.

Высокопоставленные члены фракции могут освоить «Обережный Обет» — магический договор между несколькими Защитниками, который равномерно распределяет полученный урон между всеми участниками обета. Принять обет могут только те члены фракции, которые имеют личное достижение «Командный игрок».

— Ну посмотрел, — протянул я, — но всё равно не понимаю, зачем Школе так срочно нужен 8-й уровень. С седьмым всё понятно — нам очень нужен Анклав Родины, но восьмой… Обережный обет — это, кончено, круто, но как он сможет защитить Землю от Вторжения — непонятно.

— Не туда смотришь, Вик, — проворчал Директор, — нам нужны бонусы локации.

— Локации… — протянул я, открывая соответствующую вкладку, — один момент.

Локация «Столовая»

Уровень 7: Поглощение Стихий.

Появляются четыре очага, на которых можно готовить из чистых стихий. Такая пища, помимо перманентного повышения стихийного сопротивления, даёт временный иммунитет к стихийному урону.

Также возможно приготовить блюда от шефа, имеющие случайные способности, например: дышать под водой, летать и так далее.

Развернуть список доступных зелий, артефактов и эликсиров.

Уровень 8: Кухня Реальности.

Повара Столовой Школы Титанов получают возможность пользоваться рецептами и воссоздать (при наличии необходимых ингредиентов) блюда древности.

Появляется должность «Шеф-повар», появляется возможность создавать блюда других миров. В зависимости от ранга шеф-повара появляется шанс временно оказаться в угасающей линии вероятности, не влияя на основную ветвь реальности.

— Шеф-повар? — удивился я. — Или речь идёт о возможности оказаться в угасающей линии вероятности?

— Шеф-повар и блюда древности, — поправил меня Директор. — Нам нужен 8-й уровень, чтобы По смог приготовить несколько уникальных зелий.

— И эти зелья…

— Нужны нам, — коротко ответил Директор, показывая тем самым, что не собирается посвящать меня в свои планы.

Но у меня на этот счёт было другое мнение:

— Нужны для чего?

— Узнаешь чуть позже, — с неохотой протянул Директор.

— Это как-то связано с вашими мирами? — и не подумал сдаваться я.

— Не о том думаешь, Вик!

— Как раз таки о том, — я покачал головой. — Я думаю, что пришла пора вскрыть карты и играть в открытую.

Некоторое время Директор молчал, потом усмехнулся:

— Ты переподчинил осколок Шань Ло себе? И теперь, зная, что твоя дочь в безопасности, решил повысить ставки?

— Можно сказать и так, — кивнул я. — Мы же с вами союзники?

— Союзники, — подтвердил Директор. — Школа Титанов была создана для того, чтобы защищать миры.

— В таком случае, хватит использовать меня втёмную, — потребовал я. — Иначе о каком доверии может идти речь?

— Пойми, Вик, — вздохнул Директор. — Есть определённые ограничения от Сети. Да, я могу дать тебе больше информации, чем положено на твоём ранге, но это будет иметь серьёзные последствия. И не только для тебя и меня, но и для Школы, и, что самое важное, для твоего мира.

Чем положено на моём ранге? Хм, вот почему Дон так дозированно выдаёт информацию? Но если Директор не врёт, значит, на седьмом ранге мой, м-м-м, доступ к информации стал больше? Проверю при встрече с Доном.

Вслух же я сказал совершенно другое:

— Я понимаю. Но одно дело отправляться на Землю потому, что вам нужно, чтобы я нашёл Атлантиду, и совершенно другое — чтобы защитить свой мир.

— Одно другому не мешает, — проворчал Директор. — И откуда только ты такой умный взялся?

— Значит, всё-таки Атлантида, — кивнул я. — Что вам там надо?

— Это не твоя забота, Вик, — в голосе директора появились стальные нотки. — Всё, что тебе нужно знать — мы не враги твоёму миру.

— В таком случае, зачем вы хотите отправить меня на Землю?

— Этому есть две причины, — протянул Директор. — И обе тебе не понравятся.

— Да говорите уже! — не выдержал я. — Хватит уже нагнетать! Что было в сообщении от Евгения?

— Кто-то начал сбивать спутники вашего мира, Вик. И выводить из строя радары.

— Одарённые? — нахмурился я.

— Мы считаем, что ксуры умудрились перебросить в твой мир свою технику.

— Но как⁈ — удивился я. — Это же невозможно!

— Мы сами нарушили баланс, — философски отозвался Директор. — Воспользовались лазейкой и отправили Евгения на Землю. Соответственно, похожая возможность появилась и у ксуров.

— И кого они отправили?

— Неправильный вопрос, — я прямо-таки воочию увидел, как Директор покачал головой. — Важно кому они отправили.

— И кому же?

— Вот это тебе и предстоит узнать, — усмехнулся Директор. — К тому же, ты один из немногих неофитов, кто имеет понимание, какие технологии есть у ксуров.

— Один из немногих? — переспросил я.

— Я не могу назвать тебе имена, — Директор сразу же понял, к чему я клоню. — Но ты всё правильно понял.

Мда уж… Если в Школе появились неофиты, которые разбираются в технологиях ксуров, значит, у ящеров есть в Школе свой человек. И это либо залёгший на дно Крат Поз, либо таинственный куратор Шань Ло.

— Ладно, — поморщился я. — Задача ясна. Найти и уничтожить технику ксуров.

— Не только, — поправил меня Директор. — Когда ты с Искрой отправишься на Землю, ксуры получат возможность закинуть туда равнозначное количество разведчиков. Поэтому…

— Стоп-стоп-стоп! — перебил я Директора. — Вы сказали «С Искрой»⁈

— Это вторая причина, — усмехнулся Директор. — Искра выполнила свою часть сделки, и теперь вправе требовать свою награду.

— Если не ошибаюсь, — нахмурился я, — речь шла о закрытии Разлома?

— Верно, — подтвердил Директор, — но Искра, узнав, что мы планируем послать тебя на Землю, захотела отправиться с тобой.

— И как же она узнала? — не понял я. — Я ведь только что сказал про Ядро!

— По всем важным моментам я обязан запрашивать мнение Школьного Совета, — пояснил Директор. — И поскольку Искра так же входит в него, то… сам понимаешь.

— Подождите, — я покачал головой. — Получается, сейчас, одновременно с нашей беседой идёт Школьный Совет? Но почему, тогда я здесь, а не там?

— Так и получается, — подтвердил Директор. — Что до тебя, то тебе пока нельзя взаимодействовать с разумными. В какой бы форме они ни находились.

— Как это нельзя? — удивился я. — А как же Дон? Вася? Наставник По? Мне нужно со многими пообщаться.

— Нельзя, — повторил Директор. — Ты сейчас так фонишь, что покорёжишь ауру любого разумного. Будь то неофит или наставник.

— И долго я так буду… фонить?

— Пока твой Осколок окончательно не стабилизируется — раз, — принялся перечислять Директор. — Пока твоя энергосистема не справится с налипшей на неё вселенской пылью — два. Пока ты не справишься с последствиями влияния Зеркала — три.

— Что не так с Зеркалом? — не понял я.

— С ним всё так, — успокоил меня Директор. — Но этот артефакт не предназначен для живых, Вик. Истинное серебро помогло тебе свести к минимуму последствия его влияния, но ближайшие несколько дней тебе лучше не контактировать ни с кем из неофитов. А также с Доном и мастером Вином.

— А как же Искра? — усмехнулся я.

Директор не ответил, но его молчание было красноречивей любых слов.

— Ясно, — хмыкнул я. — Получается, повышаем уровень локации до восьмого, и вы каким-то образом отправляете меня и Искру на Землю?

— Зелья «Отчий дом» и «Звёздный шаг» практически готовы, — отозвался Директор. — Нужен лишь финальный ингредиент и статус Шеф-повара.

— А уровни локации и фракции?

— Ресурсы есть, Малое Ядро Силы тоже, — отмахнулся Директор. — К тому моменту, когда ты закончишь поднимать ранг, у нас всё будет готово. К тому же, чем раньше ты окажешься на Земле, тем лучше.

— Да, спутники — это важно, — кивнул я. — К тому же, думаю, я знаю, как их защитить… Точнее, прекратить атаки, — я посмотрел на потолок и покивал. — В принципе, я готов. Но мне бы перекинуться парой слов с Доном…

— Держи, — с этими словами на стеле появился переговорный амулет. — После того, как поднимешь ранг, появится портал в хранилище — там будет золото. Отправишь золото и возвращайся порталом сюда. Следом у тебя будет несколько минут пообщаться с Доном, и, как только на обелиске появится склянка с зельем, считай, твоя командировка на Землю началась.

— Только зелье? — вклинился я. — А как же портал?

— Портал будет, — пообещал Директор. — Он откроется в тот же миг, когда ты выпьешь зелье. Гордись, Вик, под тебя будет подстраиваться портальная система Школы Титанов!

Ну-ну, под меня… Сам только что говорил, что мне нельзя пересекаться с другими разумными!

— Максимум, сколько ты там можешь пробыть — десять дней. Не вернёшься до этого срока, про Турнир и выпуск из Школы можешь забыть.

«А значит, и про Шлем Первого Титана» , — мысленно добавил я.

— Если Евгений не будет успевать построить портал, найди тот обелиск, который тебя инициировал, и Сеть подскажет, что делать дальше. Ну вот, собственно, и всё.

Ни слова про Искру и Атлантиду… Подозрительно…

— Ах да, — Директор сделал вид, что вспомнил что-то важное. — Скорей всего ваше появление спровоцирует приближение Первой волны. Постарайся не закрывать порталы вторженцев.

— Это ещё почему?

— Ты взял седьмой ранг, Вик, — вздохнул Директор. — Чем чаще ты будешь вмешиваться, тем сильнее будет вторая волна. Равновесие, не забыл?

— Да-да…

На самом деле, по моим ощущениям, Титаны вспоминают про равновесие или когда совсем плохо, или когда хотят оправдать своё невмешательство. Хотя… Может, я и ошибаюсь.

— В таком случае, не буду тебе мешать, — произнёс Директор. — И да, Вик, могу ли я надеяться, что, попав на Землю, ты поможешь не только своей стране, но и остальным?

— Можете быть уверены в этом, — кивнул я. — Даю слово.

— В таком случае держи.

На моих глазах на пьедестале появились… стальные крылья?

— Крылья Титана, — пояснил Директор. — Выдаю под твою личную ответственность только на время миссии. Описание посмотришь сам.

— Спасибо, — поблагодарил я Директора. — Я вас не подведу.

— Ядро, — напомнил Директор.

Я взял с пьедестала крылья и положил вместо них Малое Ядро Силы. Ядро тут же исчезло в тусклой вспышке, и с потолка донёсся удаляющийся голос Директора:

— Всё, Вик. Время пошло!

— Ну пошло, так пошло, — пробормотал я и прикоснулся к обелиску.

И стоило мне это сделать, как в голове тут же раздался голос Школьной Сети:

—Внимание!

Неофит фракции «Защитник» Вик получает седьмой ранг! Выбери улучшение, неофит!

Глава 3

Стоило мне согласиться с предложением повысить ранг, как передо мной появился привычный уже выбор:

Улучшение базового дара Укрепление тела:

Укрепление тела (Сила)

Укрепление тела (Выносливость)

Укрепление тела (Магия Смерти)

Укрепление тела (Проклятья)

Укрепление тела (Непробиваемый)

— Ну-ка, ну-ка… — пробормотал я, разглядывая представленный мне выбор.

С первыми двумя всё было понятно:Сила иВыносливость — стандартный выбор любого Титана. ПоявлениеМагии Смерти иПроклятий тоже, в принципе, было оправдано — на текущий момент это были мои самые слабые стороны. НоНепробиваемый -то откуда взялся?

Непробиваемый — Сопротивляемость любому немагическому урону увеличивается в два раза. Будь то удар копьём, близкий взрыв или выстрел из лазерной турели. Внимание! Возможна внешняя трансформация кожи. Внимание! Для данного улучшения необходим дар Гранитная Стойкость и выше.

— Вот оно что… — протянул я.

Учитывая, что последнее Испытание было связано с противостоянием ксурам, и очень скоро мне предстояло встретиться с ними лицом к лицу, улучшениеНепробиваемый было очень актуально.

— Какой непростой выбор…

С одной стороны, я был уверен на 90%, что Искра не успокоится, пока не попытается меня подчинить или поглотить моё сознание. Об этом прямым текстом говорил Дон, на это намекали недомолвки Директора.

Вот только я отчётливо помню, что разговор шёл о вылазке в Разлом, в котором находится некий Вергилий, которого нужно вернуть в Школу Титанов. Однако же Искра настояла на том, чтобы отправиться со мной на Землю. Возникает вопрос — зачем?

Учитывая, что она продавила запрет на использование высокотехнологичного оружия, Искра знает, что я знаю, что она собирается делать. А раз так, для чего она так резко засобиралась на Землю?

Увы, но как бы я ни ломал голову над этим вопросом, я никак не мог понять мотивов Искры.

В какой-то момент я почувствовал, как что-то изменилось — как будто повеяло Отчим домом! А следом накатило ещё одно понимание — я почувствовал весь руководящий состав Защитников, словно между нами появилась незримая связь.

— Фракция! — дошло до меня. — Они подняли уровень фракции!

Мне это говорило лишь об одном — стоит поспешить.

— Так, ладно, — пробормотал я. — Ксуры — далеко, а Искра рядом. И раз так, то оставимНепробиваемого на потом. А сейчас…Смерть илиПроклятья ?

Но стоило мне задуматься о выборе, как в памяти всплыли воспоминания о накатившей слабости и о кошмарной ауре костяного дракона.

— Сопротивление Смерти! — решился я и немедленно подтвердил свой выбор.

Стоило мне выбратьМагию Смерти , как я почувствовал — в затылок дохнула сама Вечность, а по спине прокатился целый вал мурашек. Накатил такой страх, будто у меня за спиной на мгновение появилась сама Смерть!

Я прямо-таки физически ощутил желание рвануть вперёд и ни в коем случае не оглядываться! А ещё лучше — забиться куда-нибудь в уголок и молиться, молиться, молиться.

— Титан ты или нет? — процедил я и, собрав в кулак всю свою волю, обернулся.

—Смело… — по моему лицу пробежал прохладный ветерок, от которого затряслись поджилки. На мгновение я увидел перед собой Великое Ничто, но справиться с волной ужаса помог всплывший в памяти космос.

А в следующий момент меня отпустило.

В зале вновь воцарилась тишина, как будто и не было никакого потустороннего ветерка и шёпота.

На негнущихся ногах я повернулся к обелиску и, чувствуя, как по телу прокатывается запоздалая волна жара, опёрся о стелу.

В ответ передо мной появился мой текущий статус:

Виктор Костин

Титан VII ранга

Специализация: Основатель

Статус: Последний

Дар: Укрепление тела VII (Прочность, Слабая регенерация, Стальные кости, Ментальная Стойкость, Антимагия, Усиление, Сопротивление Смерти ), Алмазная стойкость, Малая аура Отрицания, Карающая длань молний, Молния, Огнеупорный, Ментальная защита.

Духовная сила: 49 (+9 Медный шлем, Благословение Титана)

Воля: 63 (+9 Медный шлем, Благословение Титана)

Стойкость: 81 (+9 Медный шлем, +8 уровень фракции , Благословение Титана)

— Ну вот, — усмехнулся я, старательно выкидывая из головы недавние ощущения от мимолётного знакомства со Смертью, — теперь мне найдётся, чем удивить Искру.

Помимо этого, я заметил, что подрослиДуховная сила ,Воля иСтойкость , но это было и неудивительно. Всё-таки последнее время я только и делал, что сражался.

Но когда я уже хотел было закрыть описание, мой взгляд упал ниже:

Достижения:

Командный игрок (разовое улучшение всех характеристик)

Одиночка (+3 пункта к каждой характеристике при действии в соло)

Первооткрыватель (незначительный шанс найти в новых локациях нечто интересное, + 15% к шансу получить понимание местности)

Божественное касание (попасть на пантеон не является для Вас невыполнимой задачей)

Поцелованный Смертью II (у Вас особые отношения со Смертью, доступно уникальное задание по сбору Ваджры. Внимание! Необходимо заявить о своём намерении Сети! Доступно задние «Кто-то один». Внимание! Необходимо заявить о своём намерении Сети!)

Полководец (улучшение дара всех Титанов, находящихся в радиусе 10 метров или находящихся под прямым подчинением Полководца)

— Так-так-так, — протянул я, внимательно вчитываясь в описание достижения. — С Ваджрой я пока торопиться не буду, а вот «Кто-то один» — это интересно…

На мой взгляд, мне чуть ли не прямым текстом сказали — из твоего рейда с Искрой вернётся только один. И, учитывая, что я умирать не собирался, почему бы не взять это задание?

— Принимаю задание «Кто-то один»! — заявил я.

—Принято , — отозвалась стела, а сбоку от меня появился портал.

— А Директор слов на ветер не бросает, — пробормотал я себе под нос, заходя в серую рябь телепорта.

Секундная дезориентация, и я появляюсь в набитом золотом хранилище.

— Хах! Норт будет доволен!

Не медля ни секунды, я отправил мысленный запрос на открытие портала, и в следующее мгновение около золота появилась золотистая воронка. Я уж думал, мне придётся поработать грузчиком, закидывая в телепорт тяжеленные бруски, но не тут-то было! Золотистая воронка обернулась вихрем и за считанные минуты вычистила всё хранилище.

Теперь, когда Норт получил своё золото, я окончательно успокоился. Мало того что Вероника находится в Стазисе, так её теперь защищает связанный клятвой металлумий.

Вот теперь точно можно заняться, ха-ха, спасением мира!

Я довольно кивнул и шагнул обратно в Школьный портал. Секундная дезориентация, и я вновь в зале с обелиском.

— Что дальше? — протянул я, вспоминая нашу с Директором беседу. — Ах да, жду склянку с зельем. А пока…

Я достал из Инвентаря амулет, который получил от Директора, и произнёс:

— Дон, приём, как слышно?

— Приём-приём! — отозвался амулет голосом партнёра. — Вик, я обещал тебя встретить, но увы, стела Школы отправила тебя в карантин.

— В курсе, Дон! — услышав голос партнёра, я невольно улыбнулся. — Как жизнь?

— Всё отлично, Вик! — заверил меня Дон. — Вася просил передать тебе спасибо за фракцию, остальные неофиты тоже передают привет, Лара попросила тебя поцеловать при встрече, чего уж, не обессудь, я делать не собираюсь.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся я, чувствуя, как постепенно расслабляюсь. — Знал бы ты, как я рад тебя слышать, Дон!

— Это взаимно, — усмехнулся партнёр, а в следующую секунду его голос посерьёзнел. — Ладно, Вик, не будем терять время.

— Я весь внимание, Дон, — отозвался я.

— Если опираться на справедливый баланс Сети, — начал Дон, — то сейчас на Земле находится один ксур. Понимаешь, почему?

— Из-за Евгения, — кивнул я. — Получается, когда мы с Искрой появимся в моём мире, ксуры смогут отправить туда ещё двух ящеров?

— Всё верно, только не двух, а четырёх, — огорошил меня Дон. — В качестве штрафа за нарушение правил.

— Понял, — поморщился я.

— Теперь насчёт Искры, — Дон понизил голос. — Ты понял, что она задумала?

— Нет, — признался я. — Единственное, что приходит на ум — ей нужна Атлантида?

— Атлантида нужна Директору и По, — буркнул Дон. — А Искре нужны кладбища, убийства, даже любой крупный город. В общем, всё, что хоть как-то связано со смертью. Другими словами, она идёт за личной силой.

— Вот как… — протянул я. — Хитро…

— До ксуров и твоего мира, как ты понимаешь, ей нет никакого дела, — продолжил тем временем Дон. — Думаю, она планирует примкнуть к песьеголовым — их культ смерти идеально подходит для стратегии Искры. Она очень быстро станет сильнейшим некромантом и возглавит Ковен. А следом и псов. Но для этого ей нужна Ваджра. А, соответственно, и ты. Понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — ответил я. — Поэтому взял задание «Кто-то один».

Некоторое время Дон молчал, после чего озадаченно протянул:

— Неплохо, Вик! Горжусь!

— Это вынужденная мера, — я, забыв, что Дон меня не видит, пожал плечами. — Предпочёл бы видеть её союзником, но… сам понимаешь.

— Понимаю, — заверил меня Дон. — Посмотри внимательней на переговорный амулет, который ты сейчас используешь.

— А что с ним? — не понял я, рассматривая серебряный кулон с выгравированной на нём руной.

— Это не просто переговорный амулет, это аналог тех кинжалов, которые ты вынес из сокровищницы песьеголовых.

— Хочешь сказать, что сюда можно заключить чьё-то сознание?

— И не просто можно, а нужно, — усмехнулся Дон. — Точнее, как только рядом появится чья-то сущность, она немедленно притянется этим рунным артефактом.

— Почему, в таком случае, никто из наставников не воспользовался этим артефактом? Зачем им нужны были клинки?

— Потому что мы Воины, Вик, — как нечто само собой разумеющееся, ответил Дон. — Титаны! Имея сильную волю и время для медитаций, можно получить контроль над клинком. Что касается этой побрякушки, то всё, что сможет делать запертый в ней разумный — болтать языком и разве что прокачивать свою ауру. Всё.

— Получается, это тюрьма.

— Она самая, — подтвердил Дон. — И не просто тюрьма, а якорь. Достаточно недели, чтобы дух одарённого сроднился с этим амулетом. Понимаешь, что это значит?

— Если уничтожить амулет, то можно уничтожить и привязанного к нему разумного?

— Именно, — усмехнулся Дон. — И даже Школа не сможет притянуть такой дух. Разве что ваш Священный Очаг Титанов сможет перебороть притяжение этого рунного амулета. А уж если оставить его в каком-нибудь святилище Жизни…

— Понял, — кивнул я. — Полезная вещь.

— А то! Вот только когда её использовать, решай сам. Я бы на месте Искры сделал следующим образом: сначала прыгнул на Землю, там наскоро создал алтарь Смерти, и только потом открыл портал в Разлом.

— Разве так можно? — удивился я. — Открыть портал в Разлом?

— В её случае — да, — поморщился Дон. — Разлом, в котором находится Вергилий, создан по образу и подобию осколка Шань Ло. Только в основе лежит концепция не кобольдов, а зордов.

— Вергилий — зорд? — перебил я Дона.

— Да. Так же, как и наша чокнутая некромантша.

— Искра тоже зорд⁈

— Полукровка, — по голосу было понятно, что Дону неприятна эта тема. — Позор нашего народа!

— Ладно, — я усилием воли подавил рвущиеся наружу вопросы. — И в чём отличие Осколков?

— Шань Ло завязал Осколок на свою кровь, создав три пространственных убежища. А Вергилий, наоборот, создал одно пространственное убежище, завязав его на трёх разумных.

— Дай угадаю, — усмехнулся я. — Это он, Искра и кто-то третий?

— Вергилий, в отличие от Искры, настоящий зорд, — в голосе Дона мелькнула гордость. — Третьим он сделал любого представителя Школы.

— Вот оно что… — дошло до меня. — Вот зачем я нужен Искре! Хочет за раз убить двух зайцев!

— Я тебе больше скажу, — подлил масла в огонь Дон. — Искра прекрасно понимает, что как только в Школе появится Вергилий, она станет никому не нужна.

— Так может, сразу её того? — нахмурился я. — Как только окажемся в Разломе?

— А вот здесь, Вик, появляется очень скользкий момент, — протянул Дон. — Из-за которого выбор упал именно на тебя.

— Что за момент?

Признаться, я уже устал от новых вводных, но умом понимал — то, что сейчас говорит Дон, очень важно.

— Если ты нападёшь на Искру, Вергилий откажется с тобой сотрудничать. Скорей всего, он до сих пор испытывает к ней, кхм, нежные чувства, хоть и оказался в Осколке в том числе и из-за неё.

— И как ты себе это представляешь? — удивился я.

— Покажи Вергилию истинную сущность Искры, — посоветовал Дон.

— Класс, — проворчал я. — Ещё полезные советы будут?

— Остальное ты знаешь и сам, Вик, — отозвался Дон. — Удачи.

— Спасибо, — кивнул я.

И, стоило мне разорвать связь, как на вершине стелы появилась склянка с зельем, о котором предупреждал Директор.

— Что ж… — пробормотал я себе под нос, открывая и выпивая зелье. — Поехали!

Глава 4

Зелье, переданное наставником По через Директора, было… необычным.

Мало того что вокруг меня, истончаясь, поплыла сама реальность, так вдобавок я почувствовал внутри себя… изменения.

В животе появился ком холода, а в груди, словно в противовес ему — шар тепла.

Это было очень непривычно, но… приятно?

Впрочем, долго я зацикливать внимание на этих ощущениях не стал и переключился на внешние проявления зелья.

Если во время использования порталов я ощущал себя металлической стружкой, которую притягивает огромным магнитом, то сейчас я и был этим магнитом. Не я притягивался, а, казалось, притягивается мир вокруг меня.

Это было непривычно и… грандиозно?

Я чувствовал себя центром мира, но в один момент всё резко изменилось.

Недалеко от меня появилась какая-то ледышка, от которой веяло тленом и смертью. Мир от этого сразу же замедлился, но взамен передо мной появилось системное уведомление:

Внимание! Как Титан, рождённый на Земле, выберите точку прибытия:

Атлантида (заблокировано)

Аркаим, Россия (рекомендовано)

Дельфы, Греция (рекомендовано)

Хэйчжу, Китай (не рекомендовано)

Гора Кайлас, Тибет (запрещено)

Гора Броккен, Германия (запрос от спутника)

Стоунхэндж, Британия (не рекомендовано)

Внимание! Выбор необходимо осуществить в течение 5 секунд, в противном случае будет выбрана локация Москва.

5…

4…

Первым моим позывом было выбрать Россию. Ведь там все наши — раз, центр координации Титанов — два, ну и Бестужев с Евгением — три.

3…

Но в памяти сразу же всплыли опасения Дона про мотивы Искры и слова Директора про технологии ксуров.

2…

Поэтому, не успев додумать мысль до конца, я ткнул в последнюю строчку.

Накатило привычное уже головокружение, под ложечкой засосало, и я обнаружил себя около… Стоунхенджа. Слева от меня появилась смутно знакомая аура с привкусом смерти и тлена, но мне резко стало не до неё.

За валунами Стоунхенджа стоял пятиметровый стальной гигант.

На первый взгляд, это был классический боевой скаф ксуров, который зачем-то поднял над головой сложенные лодочкой руки. Уверен, если всмотреться получше, я бы наверняка подметил десятки, если не сотни различий — слишком массивные «ноги», «сплющенная» голова, отсутствие хвоста…

Увы, но у меня этого времени не было.

Сначала взвыла чуйка, заставляя броситься вперёд — к боевому роботу ксуров и одновременно с этим под защиту каменных валунов. Следом по ушам ударил визг лазерной турели и… сирена?

У меня не было времени оглядываться по сторонам, но я почувствовал, что вокруг меня чуть ли не тысячи разумных, среди которых есть несколько одарённых — боевое охранение британцев, не иначе.

Времени на подумать не было от слова совсем, поэтому я сфокусировался на боевой машине ксуров — к гадалке не ходи, именно он сбивает с орбиты наши спутники!

Моё сознание словно разделилось — одна часть продолжала лениво думать, а вторая — контролировала тело.

Гдадах!

Я не стал изобретать велосипед, и с ходу выложил свой козырь — небо сразу же потемнело, а в ксура ударил ослепительно-белый жгут молний.

— Вот теперь поиграем…

На моих глазах попавшая в стального гиганта молния разделилась на тысячи обычных молний, которые разлетелись по сторонам. Где-то на фоне раздались крики боли, и я даже почувствовал вспышку магии, но прямо сейчас это было несущественно.

Всё, что меня интересовало — боевой робот ксуров.

Оттолкнувшись от валуна, около которого я переждал грозовой удар, я, не обращая внимания на зарядивший ливень, бросился вперёд — к ближайшей стальной опоре.

Сознание отстранённо фиксировало вой сирены, вспыхивающие лучи прожекторов, далёкие приказы и даже звук коротких очередей — боевое охранение британцев среагировало на моё вторжение на удивление оперативно.

«Хотя, почему моё? — мысленно возразил я сам себе, подбегая к левой опоре робота. — Где-то рядом должна быть Искра».

А в следующий миг время как будто замедлилось, и я поймал фокус сразу не четырёх вещах:

Глазами я увидел поплывший местами метал боевого робота — даже установленные на нём молниеотводы не справились сКарающей дланью.

Ушами услышал неприятное стрекотание пулемётов, едва слышный свист лазерных турелей и глухие выстрелы из импульсных пушек.

Телом почувствовал, как в меня то и дело что-то прилетает.

Ну а мой источник, или какая-то магическая внутренняя чуйка ощутила чуть ли не слитный всплеск смертей и прокатившуюся от СтоунхенджаВолну Смерти .

Сделав себе мысленную отметку, что к бою против британцев присоединилась Искра, я, не обращая внимания на активную защиту ксуров, достал из Инвентаря силовой меч ксуров и принялся пластать правую ногу робота.

Мгновенье спустя, мимо меня пролетелоКопьё Праха и вонзилось в считанных сантиматрах от того места, которое я с упоением рубил.

— Меня не задень! — крикнул я Искре, продолжая свою работу.

Да, можно было залезть по его поплывшему корпусу наверх, но зачем, если можно для начала повалить эту махину на землю?

К тому же, насколько я мог судить по лазерной турели, которую постоянно уводило в сторону, и пропавшему силовому щиту робота — мои молнии всё же смогли пробить его активную и пассивную защиту и вызвали сбои в электронике.

А раз так, оставалось одно — как можно быстрее вскрыть эту консервную банку и добраться до её оператора.

О том, что будет, когда британцы стянут к Стоунхенджу войска, я пока старался не думать.

Взмах, второй, третий…

Я целенаправленно врубался в сталь, особое внимание уделяя силовым кабелям, и уязвимым сочленениям.

С одной стороны, было как-то волнительно:

Успею ли я повалить робота и добраться до его пилота до того, как он восстановит работу энергосистем или нет? Смогу ли справиться с этим ксуром без Карающей молнии, ведь я только что её израсходовал? Получится ли у Искры задержать британцев?

С другой стороны, я понимал, что мы выжимаем из текущей ситуации всё, что можем:

Я мало того, что резко ограничил видимость — спасибо свинцовым тучам и сплошной стене ливня! — как ксуру, так и британцам, так ещё и почти опрокинул робота. Ну а Искра, почерпнув от убитых молниями британцев энергию Смерти, активно включилась в бой.

Волны смерти сыпались одна за другой, и помимо них я то и дело улавливал отзвуки каких-то плетений Смерти.

И, стоит признать, пока что у нас с Искрой получалось действовать как единый боевой организм. Как бы она мне не нравилась, как личность, я был вынужден признать, что она отличный боевой маг.

Как я это понял?

Прожекторы, не успев вспыхнуть, практически сразу гасли, автоматных и пулемётных очередей стало заметно меньше, и вообще, в какой-то момент я даже почувствовал, что кроме меня и робота ксуров в округе никого нет.

И это значило лишь одно — очень скоро британцы подтянут сюда целую армию, да ещё и усиленную Титанами.

Ба-бах!

Очередной взмах силового меча перерубил, наконец-то, какой-то ключевой узел, и пятиметровая стальная махина рухнула набок, сминая собой многовековые валуны Стоунхенджа.

Но не успел я броситься к «голове» робота, как что-то затрещало, и вокруг верхней части боевой машины засияли силовые всполохи щитов.

Испытывать на себе динамическую защиту ксуров не хотелось, поэтому я зачерпнул половину оставшейся у меня энергии и… насытил ливень электрическими разрядами.

Всё вокруг меня заискрило и засияло, а робот попытался сфокусировать на мне все свои пушки.

— Да счас же, — пробормотал я себе под нос, бросившись бежать так, чтобы по возможности оставаться в слепой зоне турелей и пулемётов.

Мне пришлось бегать целую минуту, то выводя из строя турель, то отсекая дула пулемётов, то срезая оплывшую броню, но, наконец-то, идущие вместе с ливнем молнии справились с динамической защитой робота, и я поспешил к его «голове».

Переднюю часть робота, по идее, должна прикрывать самая мощная броня, поэтому я начал прорубать проход к пилоту сзади. И не просто биться, как баран в бронесталь, а искать входной люк.

К счастью, строение боевого робота и скафа ксуров было в общих чертах похоже, и я довольно быстро нашёл искомый отсек.

На то, чтобы срезать стальные плиты, ушёл последний заряд силового меча, и дальше мне пришлось сменить «погасший» клинок на плазменный резак.

— Лучше бы сам вышел, — бормотал я себя под нос, не обращая внимания на брызги расплавленной стали. — Всё одно, доберусь до тебя…

Пока я вскрывал люк — ей-Богу, если бы не пакеты Шань Ло, не факт, что у меня бы получилось! — Искра ударными темпами сокращала поголовье британской армии и даже одарённых.

У меня во рту поселился солоноватый привкус крови, железа и тлена, и это значило лишь одно — Искра активно применяет магию Смерти.

Впрочем, очень скоро мне стало не до неё — я был в шаге от того, чтобы открыть, наконец, этот чёртов люк.

— Да! — прошептал я, срезая последнюю петлю.

Но не успел я потянуть люк на себя, как по ушам ударил потусторонний крик Искры:

— Прочь!

В нём было столько страха и ярости, что я, не раздумывая, спрыгнул с робота. Да так, чтобы, перелетев через валун, укрыться за здоровенным камнем.

Гдададах!

Мощный взрыв, превративший стального гиганта в крошечное солнце, застал меня уже в полёте.

Тело лизнула волна жара, и я невольно закрыл глаза.

Взрывной волной меня бросило в валун, а затем со всей силы шваркнуло об землю.

Казалось, ещё немного, и я вспыхну, словно спичка, и я сделал единственное, что мне пришло в голову — я на четвереньках обогнул валун и вжался в землю, чувствуя, как жадное пламя самоубийственного взрыва пожирает вокруг всё и вся.

Но и этого оказалось мало.

Валун начал нагреваться, словно я находился в сауне, и я, не придумав ничего лучше, начал закапываться в землю.

Наверное, Васе, с егоТитанической силой , было бы проще, ноУкрепление тела седьмого ранга тоже пришлось очень кстати.

Я работал, словно трактор, ввинчиваясь в землю и чувствуя, как я медленно, но верно начинаю превращаться в шашлык.

И если поначалу я не понимал, как сумел выжить чуть ли не в эпицентре взрыва, то спустя несколько минут меня осенило — меня спасла пассивная способностьОгнеупорный .

Всё-таки не зря я вписался в эпопею с Мастерской. Уже одна эта пассивка, которая сейчас спасла мне жизнь, стоила этого!

Жар тем временем и не думал спадать, и я наконец-то начал думать головой.

Не прекращая закапываться в спасительную землю — там тоже было жарко, но не так, как на поверхности — я усилием воли сфокусировал весь ливень на центре Стоунхенджа.

Я и раньше слышал шипение, исходящее от столкновения воды и огня, но сейчас, казалось, оно вытеснило собой все остальные звуки.

Что до пара, я не видел его глазами, но чуть ли не физически ощущал, как весь Стоунхендж окутывается паровой завесой.

Жар если не сошёл на нет, то стал терпимым, и я кое-как выполз из своего укрытия.

Наверное, со стороны я походил на жуткую помесь дождевого червя и грязевого голема, но мне было плевать.

Свинцовые тучи, темнота, сплошная стена ливня, шикарные клубы пара — идеальный момент, чтобы свалить отсюда.

— Искра! — крикнул я во всю мощь своих лёгких и тут же закашлял — не обошлось без ожога гортани…

В ответ мне пришёл едва ощутимый импульс Смерти. И я, прикрывая глаза от дикой смеси ливня и пара, побрёл в её сторону.

Стоило мне выйти за пределы Стоунхенджа, как я сразу её увидел — Искра сидела прямо на земле, а её окружала пепельно-серая сфера Смерти. Со стороны казалось, что у неё всё под полным контролем, но её аура говорила об обратном.

Искра находилась на последнем издыхании, и её сил хватало лишь на то, чтобы удерживатьСферу Смерти .

На мгновение у меня промелькнула было мысль воспользоваться удачным шансом и добить магичку, но я тут же выкинул её из головы — без Искры в Разлом не попасть.

Бах!

Я настолько задумался, что совсем забыл, где нахожусь, и попавшая мне в лоб пуля мгновенно привела меня в чувство.

Бросившись вперёд, я добежал до Искры и, прикрыв её спиной от возможных атак, крикнул:

— Убирай Сферу!

Искра, немного помедлив — её задержка обошлась мне в несколько десятков пуль в спину — развеяла плетение, и я, прижав её к груди, рванул зигзагами в исходящий паром Стоунхендж.

В меня били как снайперы, так и пулемётчики и даже автоматчики, хотя последние безбожно мазали. Вроде как я слышал жужжание дронов, но стоило им оказаться под ливнем, как молнии мгновенно выводили их из строя.

Оказавшись за валуном, я убедился, что Искра в порядке, и одно за другим выпил два зелья — одноРегенерации, второе —Восстановления .

— А мне? — просипела Искра, жадно смотря на то, как на землю падают пустые склянки из-под зелья.

Одновременно с этим она попыталась наложить на меня проклятьеПорочной связи — не знаю, откуда у меня появилось это понимание, но одновременно с этим находящийся в груди шар тепла словно стал поменьше?

Я же, проигнорировав и её вопрос, и попытку наложить проклятье, сфокусировался на ливне. Спустя несколько секунд, услышав, как загрохотал гром, кивнул сам себе. И только потом, убедившись, что сквозь ливень с молниями никто не сможет ничего разглядеть, достал из ИнвентаряКрылья Титана .

У меня не было времени, чтобы посмотреть их описание, но что-то мне подсказывало — артефакт сработает, как надо.

Надев крылья, я подхватил Искру и, не говоря ни слова, взмыл в воздух.

И не просто взмыл, но одновременно с этим окружил себя молниями.

Гдадах! Дах! Гда-да-дах!

Гром, молнии, исходящий паром Стоунхендж, точнее то, что от него осталось, и сплошная стена свинцового ливня — надеюсь, британцы не сумеют понять, куда мы делись.

У меня же, надеюсь, будет несколько минут, чтобы окончательно прояснить наши с Искрой взаимоотношения. Взмыв в небеса, я завис среди свинцовых туч и, удерживая Искру перед собой на вытянутых руках, прокричал:

— Ну что… подруга, поговорим?

Глава 5

Вокруг нас громыхал гром и сверкали молнии, но всё, что я видел — глаза Искры, в которых плескалась нечеловеческая злоба.

Вот только стоит отдать ей должное — она сразу же поняла, в какой ситуации оказалась, и сумела взять себя в руки.

— Давай поговорим в Разломе, — предложила Искра. — Сейчас не самые лучшие время и место для беседы, не находишь?

— Напротив, — не согласился я. — Время и место идеальные. Ещё несколько минут, и нас вычислят — раз, а если ты захочешь от меня избавиться, то упадёшь и разобьёшься — два. В наших общих интересах заключить сделку. И сделать это быстро.

— Чего ты хочешь? — недовольно протянула Искра, сверля меня недовольным взглядом.

— Обезопасить себя, — пожал плечами я. — Давай договоримся — ты не используешь на мне проклятья, а я, в свою очередь, не бросаю тебя на землю.

— Без меня в Разлом не попасть, — скривилась Искра.

— Как и без меня, — напомнил я.

В ответ она едва заметно усмехнулась, и мне это не понравилось.

Хм, неужели Искра может попасть в Разлом без меня? Но… На что она рассчитывает? На местных Титанов? Если верить Дону, а он в таких вещах не ошибается, то в Разлом может войти только представитель Школы. И я единственный… А хотя стоп! Есть же ещё Евгений!

— Если ты надеешься использовать неофита Евгения, — протянул я, внимательно наблюдая за реакцией Искры, — то можешь сразу забыть об этом плане.

Глаза девочки полыхнули злобой, а лицо на мгновение искривилось.

— Не понимаю, о чём ты, — процедила она.

— Ну-ну…

Судя по взгляду девочки, Искра всё для себя уже решила, а раз так, то пытаться достучаться до неё одними только словами бесполезно. И раз так, то…

Я разжал руки, и в следующий момент по ушам ударил стремительно удаляющийся визг.

Выждав несколько секунд, я полетел за Искрой, благоКрылья Титана слушались, как родные, и, поймав её за ногу, снова поднялся в облака.

— Ты псих! — крикнула Искра. — Идиот!

— Это было предупреждение, — холодно отозвался я. — И знай, если мы не договоримся, ты снова отправишься в полёт.

— Без меня ты не попадёшь в Разлом!

Кажется, кто-то начал повторяться… Что ж, раз она так свято верит в то, что сумеет использовать Евгения, то придётся немного поблефовать.

— А с чего ты взяла, что я собираюсь в этот Разлом?

— Но Директор…

— Оглянись! — усмехнулся я. — Мы на Земле! Этот Разлом нужен вам, а не мне. Моя задача — найти диверсантов ксуров. Одного я уже уничтожил, скоро прибудут ещё четверо. Ксуры — моя главная цель. А не какой-то там Разлом и древний Титан из вашей шайки-лейки!

— Но…

— Разлом нужен Директору и тебе лично, Искра! — перебил её я. — И твой единственный шанс туда попасть — быть со мной паинькой. Поняла?

— Но…

— Никаких но, — отрезал я. — Условия просты, подруга. Ты не лезешь ко мне со своими Проклятьями, а я, мало того, что не отправляю тебя сейчас в полёт, так ещё и иду с тобой в Разлом. Всё.

Про магию Смерти я специально не стал говорить. И не столько из-за взятого улучшения, сколько для того, чтобы не загонять Искру в угол. Пусть думает, что может в любой момент от меня избавиться. И ей не стоит знать, что это будет не так-то просто!

— Меня очень сложно убить, — буркнула Искра, невольно продублировав мои мысли.

— Тебя — может быть и непросто, — кивнул я. — Но испортить это тело — раз плюнуть.

— Я смогу занять любую подходящую оболочку! — возразила Искра.

— Во-первых, очень сомневаюсь, что любую, — усмехнулся я. — Во-вторых, на Земле практически нет одарённых. Поэтому, всё, что тебе светит — трансформация в лича и постепенная утрата своей личности.

— Как же ты меня бесишь, — процедила Искра.

— Я тоже от тебя не в восторге, — отозвался я. — Итак, твой ответ?

— Бездна с тобой! — скривилась девчонка. — Я согласна!

— Проговори всё вслух и призови Сеть в качестве свидетеля.

— Это невозможно, ведь…

— Значит, ты выбираешь полёт, — перебил я её. — Отпускаю тебя через три, два…

— Стой! — крикнула Искра и, чуть ли не испепелив меня взглядом, недовольно буркнула. — Клянусь до попадания в Разлом не применять к неофиту Вику никаких проклятий. Пусть Сеть будет свидетелем моей клятвы!

— Не до попадания в Разлом, — поправил я Искру, — а вообще!

Девочка метнула в меня злобный взгляд, но спорить не стала:

— Клянусь до попадания в Разлом и в самом Разломе вообще не применять к неофиту Вику никаких проклятий. Пусть Сеть будет свидетелем моей клятвы!

— Принимаю твою клятву! — произнёс я, сделав вид, что не обратил внимания на хитрую формулировку Искры. Да и неважно, что будет после Разлома, поскольку из нас двоих вернётся кто-то один.

Что до результатов клятвы, то их я увидел практически сразу:

Внимание! Вы заключили сделку!

Внимание! Для стабильной работы Сети рекомендуется найти ближайший обелиск или артефакт!

— Отлично! — я довольно кивнул. — А теперь открывай портал в Разлом!

— Ты сумасшедший? — возмутилась Искра. — Мы находимся в сотнях метрах от земли! Как мы будем возвращаться⁈

— Считай, что это моя страховка, — усмехнулся я. — На случай, если ты думала покинуть Разлом без меня.

— Ладно, — неожиданно согласилась Искра. — Ты победил.

Сказать, что я опешил — ничего не сказать. Я готовился к новому витку дебатов и уже продумывал, как буду продавливать Искру на открытие портала. Но она… согласилась. Эх, понять бы, что она задумала! Неужели передумала меня убивать? Да нет, не может такого быть…

Искра же, так и не дождавшись от меня ответа, демонстративно щёлкнула пальцами и показала вниз, где прямо под нами появилась серая хмарь портала. Она настолько сливалась с окружившими нас тучами, что будь я один — ничего бы не заметил.

— Ну? — протянула девочка. — И долго тебя ещё ждать? Или ты думаешь, что Разлом будет ждать нас вечно?

Проигнорировав её риторические вопросы, я насытил тучи силой — по идее, должно хватить как минимум на сутки — и, подстраховав себя таким образом, плавно опустился вниз — прямо в пепельную рябь портала.

— И что дальше? — протянул я, осматриваясь по сторонам.

Куда ни посмотри, вокруг нас расстилались безжизненные серые земли. Не было ни гор, ни лесов, ни рек, и что самое неприятное — здесь не действовалиКрылья Титана . По сути, нам с Искрой повезло, что, пройдя сквозь портал, мы оказались на земле, а не в воздухе, иначе бы нас ждала жёсткая посадка.

Я бы её скорей всего пережил, а вот Искра — не факт.

В общем, сейчас мысль открыть портал в Разлом на высоте птичьего полёта, да ещё и на территории противника, уже не казалась мне хорошей.

И больше всего меня тревожило, что после Разлома я буду выжат, как лимон, и не смогу ничего противопоставить британцам. Учитывая же, что именно я уничтожил ксура, который и сбивал наши спутники, островитяне сделают всё, чтобы мне отомстить.

Впрочем, это, по сути, довольно оптимистичный сценарий. Ведь для начала нужно выжить в этом Разломе…

— Что делать, что делать… Медитировать! — буркнула Искра, когда я уже потерял надежду дождаться от неё ответа. — Без наполненного под завязку источника здесь нечего делать.

— Почему?

— Да потому! — отрезала Искра. — Зная Вергилия, нас ждут орды нежити и выматывающая дорога. Поэтому рекомендую заткнуться и помедитировать.

Я пропустил резкость Искры мимо ушей и кивнул на север.

— Ты знаешь, в какую сторону нам идти?

— Без разницы, куда идти, — поморщилась Искра. — Главное — идти. Ещё вопросы будут или всё-таки займёмся делом?

— Будут, — усмехнулся я. — Какая нежить нас ждёт?

— Всякая, — было видно, что Искра не горит желанием отвечать на мои вопросы, но почему-то это делает. — От обычных скелетов до костяных кадавров.

— Чем их лучше всего упокаивать?

— Твой огненный меч сгодится.

Огненный меч? Это она про плазменный тесак, что ли?

— И как нам найти Вергилия?

— Просто идти вперёд. Вергилий — адепт Пути. По его мнению, у истинного Титана нет цели, есть только Путь.

— Получается, — подытожил я, — нам неважно, куда идти, но куда бы мы ни пошли, нас ждёт нежить. Ну а дальше либо нас сожрут, либо в какой-то момент мы найдём Вергилия. Так?

— В общих чертах, — поморщилась Искра.

— Слушай, — я смерил девочку подозрительным взглядом. — А что с тобой произошло?

— Не понимаю, о чём ты, — скривилась Искра. — И вообще, не мешай медитировать!

— Нет, ну серьёзно, — и не подумал сдаваться я. — Ты же буквально несколько минут назад была готова меня убить. Молчу уже про наложенное проклятье!

Искра промолчала, а я, поняв, что напал на верный след, прищурился:

— Кстати, что за проклятье ты на меня наложила в Стоунхендже?

Честно говоря, я и не надеялся получить ответ, но мне стало интересно, почему она так резко изменила свою модель поведения.

—Порочная связь , — проворчала Искра.

Сказать, что я удивился — ничего не сказать. Искра не просто ответила, но и… сказала правду! Одно из двух — либо она не может здесь врать, либо знает то, чего не знаю я.

В любом случае, грех упускать такую возможность выведать у неё важную информацию насчёт этого Разлома.

Но для начала я решил разобраться с проклятьем.

— И как оно действует?

— Передаёт физический урон тому, на кого наложено проклятье, — с явной неохотой ответила Искра.

— И всё?

— И тянет из него жизненные силы, — девочка метнула в меня такой испепеляющий взгляд, что я тут же вспомнил, что, вообще-то, неплохо так обгорел.

Кожу сразу же зажгло огнём, а обожжённую гортань засаднило.

— Зачем ты это сделала?

— Чтобы выжить, конечно же, — скривилась Искра. — Пока ты принимал на себя физический урон, я тянула из тебя силу и за её счёт создавала плетения. Или, ты думаешь, Волна Смерти появилась просто так?

А вот здесь мне показалось, что Искра врёт мне прямо в глаза.

— Я думаю, ты воспользовалась жизненной силой умирающих вояк, — честно ответил я. — Я точно помню, что сначала во все стороны ударили мои молнии, и только потом повеяло магией Смерти.

— Ты чуешь Смерть? — удивилась Искра.

Первым моим желанием было соврать, но я тут же себя тормознул. Уж если такая склочная стерва, как Искра, говорит правду, то это серьёзный повод задуматься.

Следом в памяти всплыли слова Дона:

«Покажи Вергилию истинную сущность Искры».

Хм, может ли быть такое, что Вергилий уже наблюдает за нами? В принципе, да. А раз так, то надо играть по правилам.

— Можно сказать и так, — протянул я, старательно подбирая слова. — В тот момент повеяло тленом, что ли? А мгновенье спустя затихли звуки выстрелов. Просто сложил одно с другим.

Искра смерила меня внимательным взглядом, но ничего не сказала.

Я хотел было продолжить расспросы, но представил, как это будет выглядеть со стороны: Искра мирно медитирует, а я лезу к ней под кожу. Не зная контекста, можно принять её за милую очаровашку, а меня за самоуверенного наглеца!

Словно в ответ на мои мысли, в памяти вновь всплыли слова Дона:

«Если ты нападёшь на Искру, Вергилий откажется с тобой сотрудничать. Скорей всего, он до сих пор испытывает к ней, кхм, нежные чувства, хоть и оказался в Осколке в том числе и из-за неё».

«Так, ладно, — мысленно обратился я сам к себе, — представим, что за нами ежесекундно кто-то наблюдает! И помни, Вик, наша задача — понравиться Вергилию. А что может понравиться другому Титану? Скорей всего следование Кодексу и… путь».

Усмехнувшись себе под нос, я опустился на землю и, скрестив ноги, погрузился в лёгкую медитацию. Для того, чтобы произвести впечатление на Вергилия, мне нужно будет показать всё, на что я способен!

По идее, всё, что мне было нужно — восстановиться после ожогов, да восполнить внутренний источник. И делать это я мог в пассивном режиме — знай сиди себе и жди, пока течение энергии сделает свою работу.

Ну а чтобы не терять времени зря, я решил проинспектировать свои дары, навыки и, самое главное, Инвентарь. И начать я решил именно с него.

И стоило мне его открыть, как я, не веря своим глазам, несколько раз моргнул. Вот только представшая моему взору картинка и не думала пропадать.

— Не понял… А где всё?

Глава 6

Я смотрел на полупрозрачные иконки Инвентаря и никак не мог понять, в чём же всё-таки дело. Если изначально мне показалось, что все мои вещи, включая боевой скаф ксура и плазменный резак, пропали, то сейчас они, вроде как были, вот только призвать я их не мог.

Словно их… заблокировали?

Нет, я помнил, что Искра выставила Директору условие — не использовать в Разломе технику и технологии ксуров, но ведь я не мог достать даже сухпаёк! Про зелья и остальные вещи и вовсе молчу. Всё, что у меня осталось — висящий на шее переговорный амулет.

Не знаю, как долго я бы гадал о причинах блокировки, если бы не Искра.

Как только я поймал на себе её торжествующий взгляд, мне сразу же стало понятно, чьих это рук дело.

И если раньше я лишь подозревал, что у Искры не в порядке с головой, то сейчас убедился в этом на сто процентов.

В груди вспыхнула незамутнённая ярость, и я почувствовал острое желание придушить эту мерзавку.

Пожалуй, я бы так и сделал, если бы не предупреждение Дона и не поведение самой Искры. По идее, ей ничего не мешало ударить по мне тем же самым Копьём Праха, но нет, она гадила втихую…

Что это, если не провокация? И если она меня провоцирует, значит, первому нападать нельзя ни в коем случае.

Смирив свой гнев, я решил пойти другим путём. Сыграть по-честному, в открытую. Искра выбрала путь подлости и коварства, и играть с ней на том же самом поле — чистое самоубийство. А раз так, то мой выбор — честные вопросы и ответы, ну и, конечно же, железная логика.

— Слушай, Искра, — протянул я, приняв решение спросить напрямую. — У меня почему-то заблокирован Инвентарь. У тебя тоже?

— Не говори ерунды, Вик, — с гадкой улыбочкой отозвалась Искра. — Такого не может быть. Ты просто хочешь осложнить нам путь.

— Каким образом? — прищурился я.

Я не знал наверняка, но вся моя чуйка так и кричала — Искра начала свою подлую игру.

— А как ты собираешься разбираться с нежитью без огненного клинка? Так и скажи, что ты лжёшь!

— Ты сейчас шутишь, что ли? — нахмурился я. — Лгу о чём? О том, что не могу воспользоваться Инвентарём?

— Ты сам так сказал, — хоть Искра и пыталась сохранять невозмутимость, но её выдавала довольная улыбочка.

— Зачем мне это? — осторожно уточнил я, всё никак не в силах понять, к чему она пытается подвести.

— Ну как же, — пожала плечами Искра. — Подставишь меня под нежить. Убьёшь меня чужими руками!

— Стоп-стоп-стоп! — перебил я Искру. — Во-первых, зачем мне осложнять себе задачу по поиску Вергилия? А во-вторых, ты же маг Смерти. На тебя нежить и не посмотрит!

— Ошибаешься! — поморщилась Искра.

Но я уже понял, что своими словами попал точно в цель, и не намеревался отступать.

— Искра, ты одна из немногих, кому в этом Разломе ничего не грозит. Я не знаю, на что ты рассчитываешь, заблокировав мне Инвентарь, но это глупый ход. Даже нет, не глупый, а просто тупой.

— Это ты тупой! — вспыхнула Искра. — Ты хочешь меня убить! Ты лжец и убийца! Предатель! Убивец!

Искра вопила, как резанная, но при этом всё так же сидела в позе для медитации. Её поведение было насквозь фальшивым и неестественным, и что-то в нём не давало мне покоя…

Как будто визуальная картинка не билась с аудиальной…

Не обращая внимания на продолжающуюся истерику —Предатель! Убийца! Лжец ! — я закрыл глаза.

— Ты лжёшь! Ты хочешь меня убить! А ведь я не ожидала, что ты ударишь мне в спину!

С закрытыми глазами восприятие Искры резко изменилось. Сейчас, не видя её расслабленной позы и блуждающей по лицу гадкой улыбочки, я на мгновение даже поверил её крикам.

Серьёзно, складывалось впечатление, будто она убивается из-за несправедливости мира, и причина её страданий — это я.

Если не видеть, как она себя ведёт, то… Стоп! Ну, конечно же!

Открыв глаза, я посмотрел на девочку и холодно улыбнулся:

— Вергилий не видит, да?

Мой вопрос был подобен удару под дых. Искра осеклась на полуслове и метнула в меня такой убийственный взгляд, что стало не по себе.

— Поэтому ты так разоряешься? — продолжил я, куя железо пока горячо. — Задумка неплохая, но знаешь в чём проблема? Ты переигрываешь!

— Как ты смеешь так со мной говорить, предатель⁈ — страдальческим голосом произнесла девочка, после чего… захныкала?

— Плачешь фальшиво, — усмехнулся я. — Даже не знаю, на кого это рассчитано.

— Ты — мерзкий предатель! — дрогнувшим голосом произнесла Искра. — А ведь я так тебе верила!

— Да хватит ломать комедию, Искра, — отмахнулся я. — Почему ты называешь меня предателем?

— Ты лжец!

— Ответь на вопрос, — покачал головой я. — Почему ты называешь меня предателем?

— Все твои слова — это ложь!

— Искра. Почему ты называешь меня предателем?

Ей-Богу, со стороны наш диалог смотрелся, наверное, очень странно:

Сидят два человека — десятилетняя девочка и здоровенный подросток — и словно не слышат друг друга, раз за разом повторяя уже неоднократно проговорённые вещи.

Но если я прав, и Вергилий не видит, что происходит, зато всё прекрасно слышит, мне нужно было добиться от Искры нормального вразумительного ответа. Иначе, если я начну её игнорировать или поведусь на её эмоции, я… проиграю.

— Ты — сволочь! Ты — убийца!

— Скажи, почему ты называешь меня предателем и убийцей?

— Да потому что ты хочешь, чтоб меня сожрала нежить! — сорвалась на крик Искра.

— С чего ты взяла?

— Ты лжёшь про блокировку своего Инвентаря!

— Во-первых, я не лгу, а во-вторых, мне не нужен плазменный тесак ксуров чтобы справиться с горсткой скелетов.

— Ты…

Не знаю, что хотела сказать Искра, но мои последние слова сбили её с толку.

— Ты хочешь, чтобы меня убили, — неуверенно протянула девочка.

— Мне, честно говоря, плевать, что с тобой будет, — усмехнулся я. — Моя задача — найти Вергилия и передать ему предложение Директора и наставника По вернуться в Школу Титанов.

— Ты лжёшь!

— Зачем? — удивился я. — У меня есть более важные дела, чем отправляться в Разлом с тобой. Особенно после того, как ты узнала про Ваджру.

— Тсссссс! — Искра зашипела рассерженной кошкой, и вокруг неё сгустились облака тьмы.

— О! — хмыкнул я. — Ты не хотела, чтобы Вергилий узнал, что у меня есть задание от Сети на поиск Ваджры?

— Ненавижу!

Глаза Искры полыхнули такой злобой, что я невольно отшатнулся. И не зря, поскольку в следующее мгновение в меня ударило сотканное из ненавистиКопьё Смерти .

Всё, что я успел сделать — вскинуть руку, иКопьё Смерти с силой ударило мне в предплечье.

Рука до локтя мгновенно почернела, но я этого не видел. Всё моё внимание было приковано к появившемуся передо мной сообщению:

Этот раунд за тобой, Титан! Счёт 1:0!

— Вергилий, мерзавец! — крикнула Искра куда-то вверх. — Он меня спровоцировал!

В ответ с серых пустошей подул сильный порыв ветра, и я невольно прикрыл глаза. А когда открыл, то увидел вдали… оазис?

Искра метнула в меня злобный взгляд и, не говоря ни слова, вскочила на ноги и бросилась в сторону оазиса.

Я, поднявшись следом, посмотрел на почерневшую левую руку и огляделся по сторонам.

— Знаете, уважаемый Вергилий, — произнёс я в никуда, в надежде, что хозяин этого Разлома меня всё-таки услышит, — тяжело играть, не зная правил.

Ответом мне был порыв ветра, который как будто подтолкнул меня в сторону оазиса.

— Другое дело, — усмехнулся я себе под нос и побежал вслед за Искрой.

Я не знал, на чьей стороне играет Вергилий, и что здесь нужно делать, но порыв ветра дал мне понять, что я двигаюсь в правильном направлении.

— Ещё бы понять, сколько будет раундов, — пробормотал я себе под нос, с лёгкостью догоняя и перегоняя Искру.

— Стой! — крикнула девчонка, когда я оставил её позади. — Подожди меня!

— Ты меня не ждала! — крикнул в ответ я. — К тому же, кто тебе мешает швырнуть в меня очередноеКопьё Смерти ?

В ответ по ушам стегнул полный ненависти вопль, а сзади дохнуло смертельной опасностью.

Я, не раздумывая, кинулся вправо, и мимо меня пролетела дюжина призрачных черепов.

— Зачем ты пытаешь меня убить, Искра? — крикнул я. — Ведь в этом раунде нужно добраться до оазиса!

Честно говоря, я не был уверен на сто процентов, что нужно сделать именно это, но решил рискнуть и оценить реакцию Искры. И она не заставила себя долго ждать.

— Я убью тебя своими руками, Вик!!!

— Дай угадаю! — крикнул я в ответ, стремительно увеличивая дистанцию. — Примерно так ты и поступила с Вергилием, да?

И, судя поКопью Смерти и десяткамПризрачных Черепов , которые полетели мне в спину, я вновь попал в яблочко.

Хотелось крикнуть ещё что-то обидное, но я был слишком занят тем, что уходил от атак Искры. Несколько раз она по мне всё же попала, но боли я не почувствовал. Уж не знаю, в чём было дело — в Укреплении тела с фокусом на сопротивление магии Смерти или в том, что в этом месте магия Смерти действовала как-то по-другому…

Так или иначе, я плюнул на Искру и просто бежал вперёд, следя за тем, как оазис неохотно приближается ко мне.

Не знаю, сколько я так бежал — минут десять-пятнадцать — но в какой-то момент, я заметил, что пустошь как будто движется мне навстречу.

Поначалу я принял это за оптическую иллюзию, но не прошло и минуты, как до меня дошло — мне навстречу мчится целая лавина костяных гончих.

Пепельные кости, пепельные клыки и пепельные когти — казалось, бегущих на меня гончих специально вывели для этих серых равнин.

Всего, по моим прикидкам, их было порядка двух сотен, и передо мной встал вопрос — драться или попытаться сбежать?

Мои сомнения развеяла дюжина гончих, которые были больше и крупнее своих товарок и сумели вырваться вперёд.

Когда до меня оставалось не больше десяти метров, эти мерзавки разошлись широким полукругом и одновременно бросились в атаку.

Плечи, лицо, грудь, руки и ноги — гончие не пытались сразу же меня сожрать, но старались повалить на землю и лишить подвижности. О том, чтобы бежать сквозь них, не было и речи. Пришлось остановиться и принять бой.

Меня грызли, кусали, драли задними лапами и пытались раздёргать в разные стороны. Но я крепко стоял на ногах и пользовался каждым удачным моментом, чтобы сломать очередной нежити хребет или шею.

Я не обращал внимания на их укусы и монотонно уничтожал одну гончую за другой

Минута, две, пять, десять, полчаса…

Поток гончих начал иссякать, но бой не прошёл для меня даром. Пусть бОльшая часть гончих так и не сумела нанести мне урон, но несколько десятков порезов я всё же получил.

Ну а когда их осталось не больше десяти-пятнадцати штук, и я уже праздновал победу, перед взором появилась полупрозрачная надпись:

Этот раунд за Искрой, Титан! Счёт 1:1!

На мгновение опешив, я пропустил атаку в лицо, но тут же взял себя в руки и размозжил череп очередной гончей. Внутри вспыхнула злость, и я разметал оставшуюся нежить за считанные секунды.

— Но… как? — протянул я, оглядываясь назад, туда, где должна была находится Искра, и вновь переводя взгляд на оазис.

Последовавший порыв ветра развеял оставшиеся от гончих кости и закрутил их прах передо мной.

Клубы пепельной пыли сложились в картинку, и я увидел скачущую на гончей Искру.

— Вот дрянь! — процедил я, не в силах смириться с тем, что меня только что обхитрили.

Искра, пользуясь тем, что я бьюсь с нежитью, подчинила себе гончую и… опередила меня!

— И что дальше? — проворчал я, уже и не рассчитывая на ответ.

Финальный раунд начинается в оазисе. Победитель получает всё!

На ум тут же пришли слова мастера Вина, и я, перед тем, как с новыми силами броситься к оазису, зло процедил:

— Всё или ничего!

Глава 7

До оазиса я добежал за считанные минуты — меня подстёгивали злость на Искру, раздражение на свою недальновидность и страх за финальный раунд.

Вдруг Искра уже приступила к испытанию? Вдруг она закончит ещё до того, как я доберусь до нужной точки?

Но, к счастью, обошлось.

Когда я влетел в оазис, разметав попавшуюся мне на пути горку праха, Искра ещё даже не приступила к испытанию. Она сидела в позе алмаза и молча чего-то ждала. Всё, чего я удостоился — недовольного взгляда.

Я лишь усмехнулся и огляделся вокруг — оазис был… оазисом.

Жёлтый песок, голубой водоём, яркая зелень вдоль берега. Здесь даже были пальмы и ещё какие-то деревья, в тени которых можно было укрыться от зноя. Хотя… какой зной?

Солнце если и было в этом Осколке, то его не было видно из-за пепельных облаков.

Осмотревшись по сторонам, я прошёлся по оазису и вернулся к Искре. Хотел было сказать ей, мол, быстро бегаешь, но не успел. Со всех сторон подул ветер, и поднятый им песок сложился в системное сообщение:

Выберите испытание на финальный раунд:

Костяной мост

Титаническая сила

Узы Смерти

— Узы Смерти! — незамедлительно отреагировала девочка.

Я же, не спеша делать выбор, уселся на горячий песок и сложил ноги калачиком.

— Каждый выбирает своё? — уточнил я.

В ответ вновь подул ветер, и песок сложился во фразу:

Выбор должен быть совместным

— Хо-хо! — протянул я, бросив на Искру насмешливый взгляд. — Думаю, подруга, мы вряд ли достигнем консенсуса. Мне вот, к примеру, очень нравится «Титаническая сила».

Я ожидал, что Искра взорвётся, но она лишь скрипнула зубами и промолчала.

— Что? — удивился я, невольно бросив взгляд на почерневшую руку. — Даже Не попробуешь швырнуть в меня Копьё Смерти?

Искра снова промолчала, но вместо неё ответил хозяин этого Осколка:

Конфликты на территории оазиса запрещены. Наказание — окончательная смерть.

— Отлично, — расплылся в улыбке я. — Значит, мы никуда не торопимся.

Искра ведь не зря использовала каждую секундочку для восстановительной медитации! А я чем хуже? К тому же всё, что у меня против неё есть — этоКарающая Длань , которую я использовал, чтобы уничтожить боевого робота ксуров и прикрыть нас с Искрой от британцев.

И сейчас, когда у меня появился шанс восстановиться, я с удовольствием им воспользуюсь.

Правда, таким образом я даю возможность восстановить силы Искре, которая тоже выложилась в бою с англичанами, но, думаю, оно того стоит. БезКарающей Длани у меня просто-напросто нет никаких шансов.

— Что ты хочешь?

Последовавший от Искры вопрос вырвал меня из мыслей, и я лениво покосился на девочку.

— Поясни свою мысль.

Искра скрипнула зубами, но терпеливо произнесла:

— Что ты хочешь за Узы Смерти?

— Правильно ли я понимаю, — усмехнулся я, — Узы Смерти в качестве финального испытания — твой единственный шанс на победу?

— Нам всё равно придётся договариваться, — скривилась Искра.

Положа руку на сердце, я был готов смотреть на её кислое лицо как минимум вечность!

— Придётся, — кивнул я, вдоволь полюбовавшись на то, как Искру корёжит, и добавил от балды. — Или мы будем сидеть здесь столько, что под конец выбор произойдёт случайным образом.

— И тогда у меня будет 33% шанс, что в качестве финального испытания выпадут Узы Смерти, — возразила Искра.

— И 66% шанс, что выпадет или Титаническая сила, или Костяной мост, — покачал головой я. — Кстати, что такое Костяной мост?

Искра открыла было рот, чтобы что-то сказать, но хозяин оазиса её опередил. Порыв ветра всколыхнул песок, и он сложился во фразу:

В испытании Костяной мост используются кости пепельных гончих. Каждый участник получает столько костей, сколько гончих пало от его руки.

— Хах! — не удержался я. — Не зря, значит, я ломал шеи и крошил черепа, в то время, как ты подчинила одну из псин и умотала в оазис. Кстати, куда ты её дела? Хотя, нет, не говори! — я вспомнил попавшуюся на пути кучку праха. — И так всё ясно. Выходит, в этом состязании, у тебя будет 1 косточка, а у меня почти две сотни? Хах!

— Какой же ты мерзавец, Вик! — прошипела Искра, разом став походить на демоницу.

— Кто бы говорил, — не согласился я. — Мы с Доном вытащили тебя из Разлома с песьеголовыми и даже подобрали подходящее тело, а ты, едва услышав про Ваджру, тотчас захотела меня подчинить. И это я молчу про то, как потребительски ты относилась к другим неофитам!

Моя речь адресовалась не Искре, а Вергилию, и я постарался упомянуть всё до единой детали!

— Ты лжёшь, — заявила Искра, — всё было совсем не так!

— Клянусь Сетью, — спокойно парировал я. — Что скажешь на это?

— Клятвопреступник! — припечатала меня Искра, и не думая сама дать клятву.

— Ну-ну, — усмехнулся я.

Искра лишь зыркнула на меня ненавидящим взглядом, и я прям порадовался, что заключил с ней сделку о неиспользовании Проклятий.

— Ладно, — протянул я. — А что такое Титаническая сила?

Как я и ожидал, ветер вновь пришёл мне на помощь, и из песка сложилась фраза:

В испытании Титаническая сила победит тот, кто сильнее. Никакой магии, никаких артефактов или зелий. Лишь голая физическая сила, помноженная на Волю Титана.

— Ещё одно замечательное состязание, — улыбнулся я. — Может, выберем его?

— Чтобы ты сдох, — процедила Искра.

— Только после вас, — галантно отозвался я. — И, раз уж разговор зашёл о смерти, то что нас ждёт в третьем испытании?

Искра промолчала, но я уже и не рассчитывал услышать от неё ничего толкового. Да и зачем мне она, если хозяин оазиса незамедлительно дал ответ:

В испытании Узы Смерти победит тот, кто готов умереть.

— О-о-о, — протянул я. — Ну, это точно твоя тема, Искра.

Девочка фыркнула, а я почувствовал, как мне в спину ударил порыв ветра, словно говоря —Не бойся, ты сможешь!

— Попробовать третье испытание? — едва слышно пробормотал я, обращаясь к хозяину оазиса.

Порыв ветра снова ударил меня в спину.

— Но зачем? Какой в этом смысл?

На этот раз порыв ветра ударил в правую скулу, заставляя повернуться налево и посмотреть на Искру.

— Не понимаю, — честно признался я.

В ответ я почувствовал, как ветер бьёт сначала в левую руку, затем в спину.

— Вот теперь понял, — пробормотал я. — Она может исцелить мои раны?

Ветер довольно закружился вокруг меня, но я на всякий случай уточнил.

— А эти раны, они серьёзны?

В следующий момент мне прилетел воздушный подзатыльник такой силы, что я чуть было не поперхнулся.

— Понял, — пробормотал я.

По сути, благодаря подсказкам Вергилия — а кто это, если не он? — вырисовывалась достаточно неприятная, но понятная картина:

В финальном раунде решится, кто именно победит, и единственный шанс Искры — это Узы Смерти. Но я, даже если под конец выделенного на испытание время достанется Титаническая сила или Костяной мост, рискую умереть после того, как мы здесь закончим.

Да, почерневшая рука не болит, как не болит и спина, куда Искра несколько раз попала своимиКопьями Смерти , но я хорошо видел, как работает магия Смерти, и не хочу умирать.

Может ли Вергилий меня обманывать? Может, но зачем?

Выгодно ли ему, чтобы Искра заняла его место? Скорее да, чем нет.

Почему я думаю, что она может занять его место? Да потому, что точно такая же ситуация была с Асклепием.

Как лучше поступить — проигнорировать подсказку Вергилия или всё же пойти на сделку с Искрой?

Так я и сидел, размышляя, как быть дальше.

Сила тем временем беспрерывно струилась по моим энергоканалам, восполняя источник, и я стремительно восстанавливал Дух для повторного использованияКарающей Длани .

Единственное, что меня беспокоило — блокировка энергоканалов руки и спины. И эта чернота больше не казалась мне ерундой. Ведь если телесную оболочку можно восстановить — да, дорого и долго, но можно, то с энергокаркасом всё не так-то просто.

Если сила не сможет свободно течь по меридианам, то рано или поздно это скажется сначала на моих боевых возможностях, а затем и на здоровье.

Нет, руку и спину нужно исцелять.

Приняв решение, я дождался, когда внутренний источник полностью восстановится, и лениво протянул.

— Ну что, Искра, что выберем — Титаническая сила или Костяной мост?

— Я лучше положусь на удачу, — процедила Искра. — 33% — неплохой шанс.

— Ну, как знаешь, — я демонстративно зевнул. — Не хотелось бы, конечно, пропускать Первую волну, ну да ладно. Я спать. Разбуди, когда время закончится.

И, не дожидаясь её ответа, улёгся на песок и закрыл глаза.

Атаки я не боялся, ведь Вергилий ясно дал понять, что конфликты в оазисе запрещены, и сейчас молча ждал, когда Искра переварит сказанное и сделает правильный вывод.

Я сделал ставку на почерпнутые у Шань Ло знания о некромантах песьеголовых. Эти ребята всегда стремились быть в составе действующей армии, ведь именно там они получали халявную силу.

И, вспоминая события у Стоунхенджа, я сделал в отношении Искры схожие выводы.

Ей нужна Смерть. И желательно как можно большего количества людей.

А раз так, то она костьми ляжет, но не пропустит Первой Волны.

Так оно и случилось. Не прошло и пяти минут, как раздался её недовольный голос:

— Что ты хочешь за Узы Смерти?

— Что я хочу? — лениво переспросил я. — Чтобы все ксуры и песьеголовые разом сдохли и оставили Землю в покое.

Искра прошипела что-то злобное, но что именно, я не разобрал.

— Ты неправильно ставишь вопрос, подруга, — выдержав паузу, протянул я. — Что ты готова предложить?

— Я? — поморщилась Искра. — Могу дать клятву не убивать тебя.

— Достаточно клятв, — отмахнулся я и, сделав вид, что задумался, предложил. — Я сегодня добрый, Искра. Исправь то, что натворила, и мы в расчёте.

— Ты о чём? — не поняла девочка.

— Об этом, — я помахал ей почерневшей рукой.

— И повысить тем самым тебе сопротивление магии Смерти? — удивилась Искра. — Ну уж нет!

— Нет, так нет, — я улёгся на спину и закинул руки за голову. — Я — спать.

На этот раз Искра продержалась не дольше трёх минут.

И пусть я не видел, как она кусает губы или бросает на меня недовольные взгляды, я на тонком уровне ощущал её терзания.

— Ладно, — наконец, проворчала Искра. — Бездна с тобой! Иди сюда.

— Вот так бы с самого начала, — усмехнулся я и, поднявшись на ноги, приблизился к девочке.

Она вцепилась мне в руку и, что-то прошептав, втянула в себя воздух. А вместе с этим вся чернота, которая была у меня на теле, «перетекла» в Искру.

— Я свою часть сделки выполнила, — процедила побледневшая Искра. — Мало того, что ты сейчас полностью здоров, так ещё и сопротивление к магии Смерти получил. Твоя очередь. Или снова обманешь?

— Я всегда держу своё слово, — усмехнулся я и, повысив голос, добавил:

— Выбираю испытание Узы Смерти!

Глава 8

Стоило мне сделать выбор, как оазис поплыл, превращаясь в амфитеатр.

Чем-то он походил на амфитеатр Школы Титанов, но в то же самое время был совершенно другим. Зрительские трибуны были словно сотканы из потусторонних теней, а сама арена мало того, что была выложена из матово-чёрного обсидиана, так ещё и, казалось, поглощала свет.

И не только свет!

Вдобавок ко всему, арена вытягивала… силу.

Не знаю насчёт Искры, но я физически ощущал, как она высасывает из меня силу. Как физическую, так и духовную.

И, судя по тому, как поморщилась стоящая на другом конце арены Искра, она тоже это почувствовала.

Но больше всего меня поразила не арена и даже не окружившие её тени, а висящая за спиной Искры… планета.

Она чем-то походила на Землю, но в то же самое время неуловимо от неё отличалась. По крайней мере, сколько я ни всматривался, но так и не смог найти больше одного континента.

Изначально я принял эту планету за местные декорации, но когда Искра, задрав голову, посмотрела мне за спину, до меня дошло, что никакая это не декорация.

Оглянувшись, я увидел висящую за мной Землю.

— Вот это подстава…

Звук моего голоса — а ведь я едва слышно буркнул себе под нос! — разнёсся по всему потустороннему амфитеатру и словно послужил триггером для начала испытания.

Не было ни уведомлений, ни порывов ветра. Просто передо мной появилась сотканная из теней фигура.

Хватило одного взгляда на Искру и появившийся перед ней силуэт, чтобы понять — нам предстоит драться со своими… клонами?

Как я это понял? Да легко. Противник Искры был одного с ней роста и телосложения, ну а мой — вылитой копией меня.

И я ничуть не обманывался внешней хрупкостью сотканного из теней силуэта — это было не первое моё испытание, и я не собирался недооценивать противника.

Минута утекала за минутой, а мы всё так и стояли друг напротив друга. Не знаю, что делала Искра, но я лишь молча изучал своего теневого визави.

Возможно, нужно было атаковать первым, чтобы захватить инициативу, но что-то мне подсказывало — сейчас не то место и время, чтобы спешить.

Да, я не спускал взгляда со своего теневого клона, но при этом старался отслеживать, что происходит вокруг.

Тени на трибунах становились как будто гуще, арена всё так же вытягивала из меня силы, а на мир Искры медленно, но верно набегала чья-то огромная тень.

Поодиночке всё это не слишком меня волновало, но в совокупности создавало сильный моральный прессинг.

С каждой пройденной минутой стоять на одном месте становилось всё сложнее, хотелось что-то сделать. Атаковать или броситься бежать, или куда-нибудь спрятаться и затаиться, чтобы переждать эту мрачную хтонь…

Но я раз за разом брал себя в руки и оставался стоять на месте.

Более того, я невольно вспоминал добрым словом Шань Ло, который своими молниями быстро научил наш поток неподвижно стоять часами.

Первой не выдержала Искра.

С моего места было отлично видно, как её лицо исказила гримаса ненависти, и в теневую Искру полетели полупрозрачные черепа. Мгновенье, и две девочки — она обычная и вторая, сотканная из теней, уже дерутся, словно разъярённые кошки.

Признаться, в этот момент я чуть было не последовал примеру Искры. Удержаться помогли вбитые Шань Ло рефлексы. Вот если бы стоящий напротив меня сумеречный Вик шевельнулся в мою сторону, тогда да, а так…

В общем, следующие две минуты я ожидал атаки от своего клона и одновременно с этим наблюдал за боем Искры.

Её теневая копия, несмотря на нефизическую оболочку, дралась так отчаянно, будто от этого зависела её жизнь. Хотя, так, наверное, и было.

Искра била своего клона призрачными черепами, стегала призрачным кнутом, светящимся потусторонним зелёным пламенем и отбрасывала от себя сотканными из Тьмы копьями.

А потом, когда их бой уже близился к завершению, случилось нечто невероятное — мой клон развернулся и уставился на девчонок.

Сказать, что я удивился — ничего не сказать!

Зато сразу же ушло чувство опасности, и я, не думая, что делаю, шагнул вперёд.

Я хотел встать рядом со своим клоном, но он, словно почувствовав моё движение, шагнул назад и чуть в сторону.

В тот момент, когда наши тела соприкоснулись, меня словно молнией ударило.

Разом вернулась вся та сила, которую вытягивала из меня арена, и я почувствовал себя… цельным. А следом по телу пробежали одна за другой несколько волн тепла и мурашек.

Мышцы, связки, кости, энергоканалы — казалось, меня окатило силой, и всё моё естество старательно её впитывало. Но вместе с этим, я не забывал следить за Искрой.

— Сдохни! — прорычала девочка, добивая своего клонаТараном Праха .

Несмотря на победу, выглядела она неважно — бледная, словно смерть, с дрожащими руками и безумным взглядом.

Увидев меня, она шагнула было ко мне навстречу, но тут на арену ворвался мощный порыв ветра, и её буквально отбросило назад — на то место, где она изначально и стояла.

Но не успел я позлорадствовать, как мне в грудь прилетел такой воздушный тычок, что я машинально отшатнулся. И, кто бы сомневался, оказался точно на том месте, на котором изначально и появился.

В голове сразу же мелькнула мысль, что это неспроста, и я уставился себе под ноги.

Не знаю, что я хотел там найти — ритуальную фигуру призыва или пентаграмму, но мои догадки оказались небеспочвенными. Порыв ветра заставил меня вернуться в высеченный на арене метровый круг.

Там не было никаких обозначений или рун, просто идеально ровный круг.

Всё, что мне оставалось сделать — пожать плечами и дожидаться продолжения состязаний.

И оно не заставило себя ждать.

Сначала по ушам резанул неприятный — будто гвоздём по стеклу — скрип.

Первым делом я бросил взгляд на Искру — уж если от кого я и ожидал опасности, то это от неё. Но нет, девчонка стояла, уперев руки в колени, и сверлила меня ненавистным взглядом.

Убедившись, что она не является причиной звука, я огляделся вокруг — арена, сумеречные тени на трибунах, планеты, висящие над нашими с Искрой головами… Всё осталось без изменений, разве что мир Искры слегка потемнел.

А скрип и не думал утихать!

И чем дальше, тем противней он становился, вызывая тревогу одиним своим присутствием.

Пробежавшись в очередной раз по сторонам в поисках угрозы, я машинально покосился на пол, да так и замер.

Круг, в который вернул меня порыв ветра, двигался! И не просто двигался, а… вытягивался.

— Кажись, вовремя, — пробормотал я себе под нос, смещаясь вперёд и влево.

Ещё чуть-чуть, и граница круга наползла бы на мою правую ногу. Интересно, что бы тогда произошло?

— А-а-а-а-а-а-а! — заверещала Искра.

Я, стараясь держаться в середине не то круга, не то овала, посмотрел на неё и невольно усмехнулся.

Искра хромала мне навстречу, и, кажется, у неё отсутствовала правая пятка!

Не то, чтобы мне было приятно смотреть на её мучения, но внутри разлилась какая-то удовлетворённость, что ли? И не из-за того, что её шансы на победу в испытании неуклонно таяли, а из-за справедливости.

Искра, несмотря на то, что мы с Доном и неофитами для неё сделали, умудрилась испортить отношения почти со всей Школой Титанов, включая наставников. И ладно бы дело было в скверном характере, но нет! Она то и дело пыталась получать выгоду за чей-то счёт.

И да, идя на Испытание, я был готов сражаться с Искрой и, если понадобится, убить её, но сейчас, видя, как ей «не везёт», складывалось впечатление, что её наконец-то настигла карма.

При всём при этом, я не забывал следить за своим кругом, и это оказалось верным решением.

Круг двигался всё быстрее, то вытягиваясь огурцом, то скукоживаясь так, что приходилось подниматься на цыпочки.

Дошло до того, что мне просто-напросто стало не до Искры.

Я скакал, словно горный козёл, стараясь постоянно находиться в границе круга.

Но и это оказалось ещё не всё!

В какой-то момент по ушам ударил настолько противный скрип, что я на мгновение потерял ориентацию в пространстве. А когда пришёл в себя, то увидел, что мой круг не только вытянулся в сторону Искры, но и… соединился с её!

— Не понял, — протянул я.

И как это понимать? Мне, что, предлагают подойти к Искре и добить её? Или что?

В отличие от меня, перед Искрой не стояло вопроса —Зачем это надо ? На её бледном лице сверкнула победная улыбка, и она ударила по мне одним из самых ультимативных плетений —Тараном Праха .

Причём расширила его до такой степени, что избежать удара не было никакой возможности. Ни припасть к полу, ни отскочить в сторону. Разве что перепрыгнуть? Вот были бы у меня Крылья Титана…

В итоге, я не придумал ничего другого, чем скрестить перед собой руки и принять Таран на этот импровизированный блок.

Сказать, что было больно — ничего не сказать.

На меня словно выплеснули ведро кислоты, и я лишь чудом удержался от того, чтобы не заорать. И то, не потому, что был весь из себя крутой, а потому, что просто побоялся, что прах угодит мне в рот.

Даже глаза, и то прикрыл, хоть и успел заметить, как за мгновение до встречи сТараном меня окружили сумеречные тени.

— Умри! Умри! — визжала Искра, беснуясь вдалеке.

Решив, что одногоТарана мало, она создала второй и выпустила его в меня, но в этот момент по ушам ударил спасительный скрип, и наши круги рассоединились.

Её плетение бессильно опало на матово-чёрный пол арены, и я невольно улыбнулся.

— Ну же, Искра! Давай ещё! Или силёнок уже нет⁈

Девочка зарычала, словно зверь, и в её глазах мелькнула уже не привычная ненависть, а… что-то нечеловеческое.

«Вот так и становятся личами, — промелькнула мысль. — Вот почему Директор поставил на Искре крест».

— Неудачница! — крикнул я. — Тебя списали все! Даже наставники Школы!

Да, манипуляция, да, топорная, но она сработала!

Искра затряслась всем телом, и её руки замелькали, плетя убойное плетение. Черты её лица обострились, будто она собственной жизнью платила за возможность меня убить. Вот только потерявшая разум некромант не учла двух вещей:

Первое — пока наши «круги» разомкнуты, никакое, даже самое крутое плетение не пробьёт защиту арены.

Втрое — наши «круги» постоянно движутся, и если хочешь сохранить свои конечности, нужно постоянно держаться в центре.

Но ненависть Искры была настолько всепоглощающа, что она забыла обо всём на свете, за что немедленно поплатилась.

Сначала она потеряла правую кисть — слишком широко махнула рукой, затем, дёрнувшись в другую сторону, левое предплечье.

Что левая кисть, что правая рука до локтя — они просто рассыпались прахом.

— Я же говорю, неудачница! — крикнул я.

Признаться, глубоко внутри мне было даже жаль Искру. Но я прекрасно отдавал себе отчёт в том, что ещё немного, и наши круги сомкнутся, и тогда вся ярость лича ударит по мне.

А раз так…

— Бездарность! Никчёмная! Никому не нужный инвалид!

— Ар-р-р-р-ргх-а-а-а-а-а! — взревела Искра.

Она, не видя ничего вокруг себя, рванула ко мне и, конечно же, вылетела за круг.

Я же, хоть и наблюдал за Искрой, но одновременно с этим следил за своим «кругом». Он продолжал то вытягиваться, то сужаться, и мне приходилось показывать чудеса ловкости, чтобы не угодить за его границы.

Поэтому я упустил тот момент, когда от Искры остался один лишь череп с пылающими в глазницах изумрудным огнём.

— Да сдохни уже… — процедил я себе под нос, с ужасом ожидая, что выкинет уцелевший лич.

Пожалуй, меньше всего на свете я сейчас хотел, чтобы наши «круги» снова объединились.

Не знаю, кто меня услышал — высшие силы или Вергилий, но вместо того, чтобы слиться в «огурец», наши «круги» неохотно поплыли на свои места — туда, где всё начиналось.

И если я сразу же понял, куда меня ведут, то оставшийся от Искры череп раз за разом бился о невидимые стены «круга».

Изумрудное сияние становилось всё тусклее, а родной мир Искры как будто тусклее.

Когда же мы оказались на своих местах — череп всё также бесновался, пытаясь выбраться из невидимой тюрьмы — я понял: вот сейчас и будет финальный раунд Испытания. И только от меня зависит, кто выйдет из него окончательным победителем.

Вскинув руки перед собой — эх, жаль, нет и уже не будет ни сапёрной лопатки, ни плазменного резака! — я приготовился к финальному бою.

Всё, о чём я думал, были слова Дона:Искру можно убить лишь оружием ксуров .

С одной стороны, Дон фигни не скажет, с другой, поскольку доступа к этому оружию у меня не было, перед глазами стояло описание Карающей длани:

Карающаядлань молний — многочисленные электрические разряды, визуально похожие на стрелы громовержца, могут поразить несколько армий. На открытой поверхности действуют на 100% эффективней. Во время дождя эффективность возрастает на 200%.

При атаке на единичную цель (не рекомендуется) испепеляет её дотла, игнорируя любую защиту, кроме Божественной.

При активации на открытом пространстве автоматически создаёт управляемые грозовые тучи.

Я очень сомневался, что у Искры есть Божественная защита, поэтому всерьёз рассчитывал наДлань .

Честно говоря, я не очень понимал, как сражаться с черепом, но ради победы был готов на всё.

Вот только вместо финальной дуэли с черепом Искры, произошло нечто странное. Что я, что череп уже готовились схлестнуться в бескомпромиссном поединке не на жизнь, а на смерть, как вдруг наши миры начали… опускаться.

Это было сродни тому, что луна переместится с небосклона на землю. И не просто на землю, но… повиснет перед тобой.

— Не понял… — в какой уже раз за день протянул я.

А вот Искра, а точнее то, что от неё осталось, всё прекрасно поняла.

Череп, жадно раззявив свою пасть, впился жёлтыми зубами в мир Искры. И чем больше он жрал, тем темнее становился шар, а сама Искра стремительно восстанавливала свою плоть.

Не прошло и минуты, как она полностью вернула своё обличье. Вот только вместо уже привычной бледноты, она так и светилась изнутри. На щеках играл румянец, а сама она была, как говорится, кровь с молоком.

Что делать, было, в общем-то, понятно.

Хочешь победить в бою — выпей свой мир досуха. Иначе — смерть.

Вот только я никак не мог себя заставить даже подумать об этом. И дело было даже не в том, что наша с Васей фракция называлась Защитники, и даже не в том, что это был мой родной мир… Просто… Это было неправильно.

— Не бывать этому! — наконец процедил я и взмахнул рукой, словно прогоняя планету прочь.

К моему удивлению, она действительно улетела наверх — вернувшись в то место, где и находилась всё это время — вот только ценой моего выбора стала накатившая на меня слабость.

Казалось, для того, чтобы вернуть свой мир на небосвод, я отдал всю свою силу, выложился без остатка!

Да, было жаль проиграть Искре в самом конце, тогда, когда уже считал себя победителем. Но жертвовать своим миром я был не готов.

— Слабак! — пальцы Искры уже порхали в воздухе, плетя невероятно сложную вязь убийственного по своей мощи плетения. — Ты не справился! А вот я! Я прошла через смерть! И сейчас получу всё! И твою душу, и твоё тело, и даже задание Сети на поиск Ваджры!

— Это мы ещё посмотрим, — покачал головой я, готовяКарающую длань молний .

Да, энергии оставалось не так уж много, но я не собирался уступать без боя. Даже если напротив стоит Искра, которую переполняет сила поглощённого мира.

Мои руки засветились от пробежавшим по ним молний, и я, отбросив все сомнения, уверенно шагнул вперёд.

Посмотрим, кто окажется сильнее — моя Длань или Смертельное плетение Искры!

Искра уже заканчивала своё плетение, кое-как удерживая его в руках, когда я свёл руки вместе и нацелил их на девочку-некроманта.

—Смерть — допустимая цена , — прошептал я положение Кодекса Титанов. —Позор — нет.

И, выпустив Длань, шагнул вперёд — прямо навстречу собственной смерти.

Глава 9

Умирать — страшно.

Это я и так знал, ведь не раз оказывался в шаге от вечности, но сейчас… сейчас всё было по-настоящему.

На моих глазахДлань прошла сквозь плетение Искры и врезалась ей точно в лоб. А затем… я умер.

Мне не помогли ни Укрепление тела, ни мои многочисленные усиления, ни Воля, ни даже сопротивление магии Смерти.

Моё тело обратилось в прах, а сознание полетело куда-то вверх. И это было… неожиданно приятно.

Я словно враз избавился от всех проблем и ответственности, словно до этого таскал на себе неподъёмные мешки с песком, а тут просто скинул их на землю, как будто вновь стал молодым и беззаботным.

Впервые в жизни я понял, что такое душа, и осознал, что наши тела — это просто биоскафы или, если угодно, внешняя оболочка.

Но не успел я сделать выбор — беззаботная лёгкость окончательной смерти или муторная ноша посмертия Титана, как мир вокруг меня замер.

— Любопытно, — раздался приятный бархатный голос. — Неужели ты действительно готов умереть за свой мир?

— Рано или поздно все там будем, — отозвался я.

— Объясни, — попросил голос. — Почему ты поступил именно так? Ведь были же другие варианты? Ты мог, как Искра, впитать силу своего мира, мог выставить вместо себя теневого клона, мог, в конце концов, прикрыться своим миром!

— Честно? — уточнил я.

— Можешь, конечно, соврать, — усмехнулся голос, — но тогда у меня будет больше причин выбрать Искру.

— Уговорил, — усмехнулся я. — На самом деле, я знал, на что иду…

— Это я понимаю, — перебил меня голос. — Но мне нужны конкретные причины и факторы, которые повлияли на твой выбор.

— Причины и факторы? — задумался я. — Что ж, первый фактор — это Вероника. Я успел позаботиться о своей дочери, и угроза её жизни больше не нависала надо мной Дамокловым мечом.

— Я знал этого завистника, — протянул голос, видимо, имея в виду Дамокла. — Дионисий преподал ему отличный урок. Расскажи мне про свою дочь, Титан. Как именно ты о ней позаботился?

Первой моей мыслью было послать голос куда подальше, но следом на меня снизошло озарение — Вергилий, а голос принадлежал именно ему, не воспользуется полученной информаций мне во вред. А раз так, то почему бы не сыграть в открытую?

— Один из наставников школы Титанов похитил её из моего мира и поместил в стазис своего Пространственного убежища, — говорить правду было легко и приятно. — Я нашёл сначала его, а потом и Веронику. Теперь убежище Шань Ло принадлежит мне, и мою дочь охраняет дух металлумия, с которым я заключил системный договор.

— А дочь сейчас…

— В стазисе. Ей там будет безопасней, а мне — спокойней.

— А что будет сейчас, когда ты умер? — в голосе Вергилия промелькнул неподдельный интерес.

— Не знаю, — честно признался я. — Но о ней точно позаботятся.

— У меня не было детей, — протянул Вергилий, — а та, в которую я имел несчастье влюбиться, меня предала… Я не имею права тебя судить, но считаю твой выбор ошибкой. Даже несмотря на системную клятву.

— Мы хотим лучшего для своих детей, — если бы у меня были плечи, я бы ими пожал. — Увы, но мне пришлось выбирать из худших вариантов…

— Выходит, ты решился на смерть, будучи уверенным, что твоя дочь будет жить.

— Это было первое, о чём я подумал, — согласился я.

— А второе? — заинтересовался Вергилий.

— Я, конечно, тот ещё эгоист, но что такое одна жизнь по сравнению с жизнями восьми миллиардов людей? Без меня у человечества будет шанс на выживание. У меня без человечества — нет.

— Многие Титаны потеряли свои миры, — не согласился Вергилий. — И они сумели найти своё место в плеяде миров. Да, им недоступен Порог, но помимо него есть множество других планет.

— Из тех Титанов, которых я знаю, — усмехнулся я. — Каждый первый спит и видит, как бы вернуть жизнь в свои миры. Один лишь Шань Ло плевать хотел на свою родину. Что до остальных… Горечь поражения живёт вместе с ними по сей день.

— Понимаю, — протянул Вергилий. — Многие Титаны поступили бы так же, как ты.

Я не видел Вергилия, но каким-то образом понял, что он задумался. Не знаю, сколько он молчал — минуту, две, но затем меня обдал порыв ветра.

— И это все причины, по которым ты выбрал смерть?

— Не все, — признался я. — Есть ещё и третья.

— И какая же? — голос Вергилия чуть ли не звенел от любопытства.

— Третья причина — это ты, Вергилий. А точнее, описание испытания, — и я на память его процитировал: — «В испытании Узы Смерти победит тот, кто готов умереть». Как видишь, я показал, что готов.

— Показал, — согласился Вергилий. — И знаешь, какова будет твоя награда?

— Догадываюсь, — протянул я. — Жизнь?

— Жизнь, — подтвердил Вергилий, — но какая — зависит от того, как мы с тобой договоримся. И знай — я выберу лучшее предложение. Искра, как и ты, оказалась на границе Жизни и Смерти, поэтому не продешеви.

— Я не знаю, чего ты хочешь, — ответил я. — И у меня нет цели тебя перекупить. Я пришёл сюда по просьбе наставников Школы.

— Назови их, — потребовал Вергилий.

— Директор, наставник По, наставник Гром, мастер Вин, наставник Дон, — принялся перечислять я. — Была попытка вернуть в школу Асклепия, но он решил сыграть грязно, и в итоге остался в Осколке.

— Расскажи подробнее про Асклепия, — судя по голосу, Вергилию было важно получить ответ на этот вопрос. — Кто ещё был в том Осколке?

— Эпеона и Махаон, — при воспоминаниях о последнем, я невольно поморщился. — Асклепий подселил Махаона в ауру моего товарища, которого мы отправили на Землю строить портал между моим миром и Школой. Ну а Эпеону я вынес в артефакте, который предназначался для Асклепия.

— Почему? — коротко бросил Вергилий.

— Асклепий, в отличие от того же Грома, не выдержал испытание временем, — поморщился я. — Да, ему было сложнее, да, приходилось постоянно балансировать между Жизнью и Смертью, но у него, по крайней мере, было с кем общаться. Не знаю, что случилось между ним и Эпеоной, но нельзя так поступать с матерью своего сына.

— Нельзя… — эхом откликнулся Вергилий. — Значит, Асклепий умер?

— Он, будучи основой Осколка, попытался перекинуть свою ношу на меня и Эпеону, но у него не вышло. Эпеона теперь в Школе в виде призрака, а я, как видишь, продолжаю вытаскивать товарищей Директора из Осколков. Что до Асклепия… скорей всего он мёртв. По крайней мере, Осколок разрушился.

— Ты же понимаешь, — в голосе Вергилия мелькнуло искушение, — что я могу поступить так же?

— Скинуть Осколок на меня? — уточнил я. — Да, понимаю. Но у тебя ничего не выйдет. Моя воля — сильнее.

— Ты только что был готов умереть! — возразил Вергилий.

— Умереть за человечество, — поправил его я. — А не за благополучие Вергилия.

— Хороший ответ, — похвалил меня голос. — Расскажи мне про Грома, По, Дона и Вина. Как они смогли выжить?

— Гром принял форму элементаля, — окунулся в воспоминания я. — Мы с ним вместе участвовали в забеге колесниц на Арене.

— Типичный Гром, — хмыкнул Вергилий. — А По?

— Когда я встретил По, он был Бронзовым Слугой в Столовой. Никто с ним не считался, но он первым выдал мне задание на зачистку складов от крыс.

— Которых он сам старательно выращивал! — хохотнул Вергилий. — Узнаю старину По! Ставлю на кон свою жизнь, он не случайно остался в Школе! Дай угадаю, он поди докачал Столовую до 9-го уровня?

— Пока что до восьмого, — поправил я Вергилия. — Нам удалось взять сразу два уровня. Седьмой — Поглощение Стихий, и восьмой — Кухню Реальности.

— Значит, По теперь Шеф-повар, — усмехнулся Вергилий. — Неплохо! Зато теперь понятно, почему ты так легко справился с первым и вторым раундом. По угощал тебя своим блюдом?

— Было дело, — кивнул я.

Теперь, после слов Вергилия, мне стало кристально ясно — сухпаёк По и приготовленный им обед подняли сопротивление Магии Смерти! Вот почему Искра так бесилась!

— Значит, По, Директор и Гром теперь вместе… — протянул тем временем Вергилий. — А Дон как там оказался? Да ещё и в компании с Вином?

— Дон — мой партнёр, — признался я. — С самого начала пытался взять меня под контроль, создавая такие ситуации, в которых я был вынужден прибегнуть к его помощи.

— Постой, — перебил меня Вергилий. — А было у тебя такое, что ты забывал какие-то моменты? Например, не пользовался лежащим в Инвентаре артефактом? Или игнорировал полученный дар?

— Было.

— Будь осторожен, — немного помолчав, добавил Вергилий. — Дон один из тех, кто ради своей цели готов идти по головам. Поэтому он и оказался среди… скажем так, кадрового резерва наставников.

Я многое что мог сказать о Доне, но промолчал.

— А Вин?

— Вин закрылся у себя в Мастерской, да так там и просидел, — ответил я. — И как в нём до сих пор жизнь теплится?

— Инженерный мех, — со знанием дела протянул Вергилий. — Стоящая вещь! Будь у меня такая, когда… Впрочем, неважно. Лучше вот что скажи, Вин тоже примкнул к По и Директору?

От меня не укрылся тот факт, что Вергилий поставил на первое место наставника По и только потом Директора, но акцентировать на этом внимание я не стал.

— Я подарил ему стального голема и несколько боевых скафов ксуров. Ну и возглавил Мастерскую в качестве субфракции.

— Вот оно что… — протянул Вергилий. — Теперь понятно… А остальные наставники? Или это всё?

— Крат Поз находится в оппозиции к Директору, — поморщился я. — Плетёт свои интриги из Лазарета. Гар Сап вроде как вместе с ним, но в то же время вроде как нейтральный. После того, как Шань Ло был уволен из Школы Титанов, их коалиция распалась.

— Ты убил Шань Ло?

Было в голосе Вергилия что-то такое, что заставило меня насторожиться. Очень захотелось соврать, но я понимал — делать этого ни в коем случае нельзя.

— Я победил его в поединке, — протянул я. — А потом он сбежал на пантеон своего угасшего мира. Мы с Доном его нашли и поместили его дух в специальный клинок. Ну а когда вернулись в Школу, наставники провели ритуал и…

— Кто провёл ритуал? — перебил меня Вергилий.

— Искра, — коротко ответил я.

— Вот оно что… — пробормотал Вергилий. — Вот откуда у неё ключ…

Некоторое время он что-то бормотал себе под нос, а затем неожиданно спросил:

— Ты понимаешь, что это значит?

— Скорей всего, — предположил я. — Искра, проведя ритуал, каким-то образом получила ключ к коллекции Шань Ло.

— Всё верно, — подтвердил Вергилий. — А дальше?

— Дальше? — переспросил я. — Зная По и Директора, для них это не секрет. А раз так, то это и есть твоя плата.

— Плата — плохое слово, — не согласился Вергилий. — Это моя гарантия. Отдавая мне ключ, По даёт понять, что готов принять меня как равного, а не как Слугу.

— Вполне в его стиле, — согласился я.

С одной стороны, информации о том, что задумали наставники, у меня было мало, с другой — только дурак бы не понял, что По с Директором собирают всех своих боевых товарищей. И, учитывая их интерес к Атлантиде, я даже догадывался, зачем.

— Я принимаю твоё предложение, — торжественно провозгласил Вергилий. — Что до Искры… пусть сама испытает то, что уготовила для нас.

— Отлично, — начал было я, но оказалось, что Вергилий ещё не закончил.

— Есть два пути покинуть этот Осколок, — продолжил он, не обратив внимания на мою попытку подвести итог. — Уйти как Эпеона или как Махаон.

— Наставники выдали мне амулет связи, — я тут же открестился от сомнительной участи выступить в качестве физической оболочки Вергилия. — Но есть нюанс. Достаточно недели, чтобы дух одарённого сроднился с этим амулетом.

— Рунная тюрьма, — усмехнулся Вергилий. — Дай угадаю, он был предназначен для Искры?

— Смотря как пойдёт моя миссия, — протянул я. — Либо подстраховка против Искры, либо возможность вытянуть из осколка тебя.

— С одной стороны, рунная тюрьма… — проворчал Вергилий, — с другой — у меня будет ключ… Скажи-ка, Дон всё ещё призрак?

— Первое, что он сделал, — улыбнулся я. — Занял тело наместника песьеголовых, который по дурости сунулся на пантеон.

— Вот теперь я точно согласен, — заявил Вергилий. — Но, прежде чем мы уладим формальности, скажи своё имя.

— Меня зовут Вик.

— Ну что ж, Вик, в таком случае…

Он замолчал, и мир вокруг меня сделал сальто.

И это оказалось так неожиданно, что я с трудом удержался от того, чтобы не избавиться от содержимого желудка.

Зажав рот рукой, я переждал приступ, и только потом до меня дошло — я вернулся в своё тело!

Да, я был абсолютно голым, и единственное, что на мне было — висящий на шее рунный переговорный амулет — но я был жив!

Мгновение спустя, на меня навалилась привычная тяжесть невыполненных дел, груз ответственности перед Школой и родным миром и, конечно же, обязательства перед друзьями и… Ларой.

Оглядевшись по сторонам, я увидел лишь серое ничто, да висящий в воздухе череп.

— Победитель в Испытании Узы Смерти — Титан Вик! — прогрохотал голос Вергилия. — Проигравший — некромант Искра!

Хм, забавно, почему меня Вергилий назвал Титаном, а Искру — некромантом? Показал таким образом своё к ней неуважение? Скорей всего так и есть…

— Некромант Искра! — в голосе Вергилия отчётливо читалось торжество победителя. — Не стоит считать себя умнее всех! Не стоит держать всех вокруг за идиотов! И как бы ты ни прятала свою гнилую сущность, твои поступки говорят громче слов. Один раз ты сумела обмануть всех, включая Смерть, но второго раза не будет! И знай, о твоём позоре узнают все Титаны.

От черепа повеяло ненавистью, и я машинально сделал шаг назад.

— Цена проигрыша — час стазиса! — поспешил добавить Вергилий.

Что? Всего час стазиса? Он, что, серьёзно?

Вергилий, впрочем, не собирался ничего пояснять и, потеряв интерес к Искре, переключился на меня:

— Титан Вик! Ты, как никто другой, знаешь, чтоСмерть — допустимая цена. Позор — нет . Ты показал, чтоОружие Титана — тело и разум , аСила Титана — его воля . О твоём триумфе над Смертью узнают все Титаны!

Эм… Спасибо? Наверное, это круто, но всё, чего я хотел — поскорее вернуться в Школу.

— Выбери свою награду, Титан Вик!

Но не успел я уточнить, какую именно, как передо мной появилось уведомление:

Теневая броня (+50% ко всем характеристикам) — победа в 1 раунде

Обсидиановые кости (+25% к Крепости и +25% к магическому сопротивлению) — победа во 2 раунде

Сопротивление Смерти 100% — победа в 3 раунде

или

Медный шлем Титана (потёртый)

Перечитав послание несколько раз, я скрипнул зубами и поднял взгляд наверх:

— Вергилий, ты это серьёзно⁈

Глава 10

Признаться, я не ожидал, что дух Осколка ответит. Да и вообще, по большому счёту это был риторический вопрос. Если угодно — крик души. Но Вергилий не стал отмалчиваться:

— Я-то при чём? — удивился он. — Все вопросы к Сети и По.

— Причём здесь Сеть? — не понял я.

— Притом же, причём и По, — буркнул Вергилий. — Или ты думаешь, он сам по Осколкам шлемы прятал?

У меня в голове роилась уйма вопросов, но я усилием воли взял себя в руки.

Вергилий не просто в курсе про Медный шлем Титана, он знает, что здесь замешан наставник По. Причём говорит об этом так спокойно, будто ему нет до этого артефакта никакого дела.

Вот только почему он не хочет самолично завладеть шлемом?

Этот вопрос показался мне настолько важным, что я, временно проигнорировав предложение Сети о выборе между наградой и артефактом, поднял взгляд наверх.

— Вергилий, если ты в курсе, то почему…

— Не заявлю права на Медный шлем? — с полуслова понял меня дух. — Я уже пробовал.

— И?

— И ничего, — усмехнулся Вергилий. — Сеть не обмануть, Вик. И По осознал это раньше всех. Шлем был в его руках, но он отдал его. Сделал ставку на будущее.

— Что это значит?

— Все ответы в Кодексе. И наш общий знакомый понял это раньше всех.

— В Кодексе? — переспросил я. — При чём здесь Кодекс?

— Рано или поздно поймёшь, — заверил меня Вергилий. — А сейчас займись делом. Чем дольше мы здесь находимся, тем сложнее будет отсюда уходить.

— Как скажешь, — буркнул я.

Признаться, Вергилий меня основательно запутал.

Если я правильно понял его иносказательные намёки, то речь шла о первых двух положениях Кодекса:Сила Титана — его воля иОружие Титана — тело и разум.

Выходит — собирать артефакт нет никакого смысла.

Но тогда, зачем По так настойчиво подталкивает меня к поискам Шлема Первого Титана? Зачем так настойчиво искать то, что потом придётся отдать?

Некоторое время я пытался осмыслить этот смысловой парадокс, но, в конце концов, плюнул.

— Значит так, — пробормотал я себе под нос. — Не получишь шлем — не узнаешь, ради чего весь этот сыр-бор. А раз так, придерживаемся изначального плана.

К тому же, кто сказал, что Вергилий говорит только правду и ничего кроме правды? Может он такой же, как Искра, и говорит то, что я хочу слышать?

Успокоив себя такими нехитрыми рассуждениями, я снова посмотрел на уведомление Сети:

Теневая броня (+50% ко всем характеристикам) — победа в 1 раунде

Обсидиановые кости (+25% к Крепости и +25% к магическому сопротивлению) — победа во 2 раунде

Сопротивление Смерти 100% — победа в 3 раунде

или

Медный шлем Титана (потёртый)

Три дара или очередная часть Медного шлема?

Как будто выгоднее взять дары, да и потом, не поверю, чтобы По не подстраховался и не спрятал в каком-нибудь Разломе запасной шлем, а то и парочку!

Но с другой стороны, при выборе шлема меня ждёт усилениеКарающей Длани … Мелочь, конечно, но мой ультимативный козырь станет ещё мощнее.

Но опять же, три крутейших дара…

Наверное, я бы всё-таки выбрал дары, если бы не вспомнил про По.

Если бы речь шла только обо мне, выбор был бы очевиден — беру дары и становлюсь супер-имбой. Но ведь за мной стоит команда — Дон, наставники, фракция, неофиты, Родина, Земля…

Как там говорится в избитой фразе:Хочешь идти быстро — иди один. Хочешь идти далеко — идите вместе.

— Медный шлем Титана, — произнёс я, не давая себе времени на то, чтобы передумать.

Мгновение, и передо мной взвился прах, превращаясь в знакомый уже шлем.

Я снял с головы свой шлем и уже привычно приложил его к трофейному. Тусклая вспышка, и на подложке моего шлема появляется цифра: «23».

Но не успел я заглянуть в статус, чтобы посмотреть на изменившееся описание длани, как у меня за спиной раздался голос Вергилия:

— А ты смелый парень. По в тебе не ошибся.

Обернувшись, я увидел сотканный из пепла силуэт.

— Это тебе от меня, — прошептал Вергилий и дотронулся до моего лба.

В любое другое время я бы несомненно отпрянул — не люблю, знаете ли, когда ко мне прикасаются сотканные из праха призраки — но Вергилий оказался слишком быстр.

А следом мой взор закрыло очередное уведомление:

Внимание! Достижение Поцелованный Смертью II трансформируется в достижение Поцелованный Смертью III

Внимание! Поскольку задание по сбору Ваджры более не доступно, вы получаете уникальное задание «Ножны Жизни и Смерти» ( В ам доступен Разлом в загробный мир, откуда Вы вернётесь или с чехлом для Ваджры, или личом).

Внимание! Выполнено задание «Кто-то один» . Достижение Поцелованный Смертью III трансформируется в достижение Победивший Смерть (у Вас особые отношения со смертью. Сопротивление всем заклинаниям магии Смерти +20%. Разовое увеличение всех характеристик на 10 пунктов. Ваши кости получают иммунитет к гниению. Даже став личом, вы сохраните разум и ясность мышления).

— Эм-м-м, — протянул я. — Спасибо?

— На здоровье, — усмехнулся Вергилий. — Ты, наверное, в недоумении, почему получил награду именно сейчас, а не по возвращении в Школу?

— Наверное, — кивнул я, и только потом до меня дошло — задание «Кто-то один» я получил у школьной стелы, а награду уже сейчас…

— Так надо, — просто сказал Вергилий и замер, сверля меня выжидающим взглядом.

— Что? — нахмурился я. — Я что-то забыл?

Вот только Вергилий и не подумал отвечать, всё так же не сводя с меня выжидающего взгляда.

По идее, сотканный из пепла силуэт не мог выражать эмоции, но я чувствовал всеми фибрами своей души — духу от меня что-то надо.

— Опять эти загадки… — проворчал я. — Как же вы с ними уже достали!

— Время идёт, — прошептал Вергилий. — Час стазиса закончится быстрее, чем ты думаешь.

— Класс, — покачал головой я. — Ещё и Искрой подгоняет!

Мыслей не было от слова совсем. Вот что он от меня хочет? Может, заглянуть в статус?

Но, к моему удивлению, я не смог посмотреть свои характеристики, которые по идее, должны были неплохо так подрасти.

— Не смешно, — протянул я. — Что всё это значит?

Ответом мне был всё тот же выжидающий взгляд.

— Ладно, Вергилий, — вздохнул я, — давай поиграем в детектива. Ты сказал «Так надо» и началась какая-то ерунда. А потом…

Что-то во взгляде Вергилия заставило меня замолчать. Уж что-что, а этот взгляд я хорошо знаю. Сам постоянно так смотрел на учеников, которые сморозили какую-то глупость, в очередной раз перепутав причину и следствие.

— Так, стоп, — прищурился я, окончательно фокусируясь на всплывшей задаче. — А почему ты сказал: «Так надо»? А потому, что я получил награду уже здесь, не дожидаясь возвращения в Школу…

Казалось, отгадка где-то рядом, и я вот-вот на неё наткнусь, как будто смотрю на неё и не вижу…

Но стоило мне посмотреть на сотканного из праха Вергилия, как на меня снизошло озарение:

— Стела! Где-то здесь находится стела!

Поза Вергилия не изменилась, но я почувствовал идущую от него волну облегчения.

— Так просто? — неверяще протянул я и, так и не дождавшись ответа, огляделся по сторонам. — Только не говори, что мне нужно успеть найти её до того, как Искра выйдет из стазиса!

— По не ошибся, — прошептал Вергилий и снова замолчал.

— Вернусь в Школу и приму ванну, — пообещал я сам себе, тоскливо смотря на оставшийся от оазиса серый клочок пустоши. — Горячую ванну с морской солью и пеной!

Я не стал бродить по этой серости, в надежде случайно наткнуться на стелу, нет! Я просто не видел смысла работать руками там, где нужно поработать головой.

Вместо этого я сел на то, что язык не поворачивался назвать землёй, и погрузился в медитацию.

План был прост — почувствовать стелу и точечно определить её местоположение.

Вот только сколько бы я ни пробовал, результат оставался неизменным — я ощущал лишь два источника силы. Первый — замершую в стазисе Искру. Второй — сотканный из праха силуэт Вергилия.

Раз, второй, третий, пятый, десятый…

Третьего источника силы не было, хоть убей!

Но хуже всего было ощущать на себе неверяще-удивленный взгляд Вергилия.

— Да хватит! — не выдержал я, когда очередное сканирование показало все те же точки силы. — Ну не стоишь же ты на стеле, в конце концов!

Ответом мне был всё тот же «учительский» взгляд.

— Да ладно… — прошептал я, — да ну не может быть…

Всё ещё не веря, что это было так просто, я подошёл к Вергилию, и, опустившись на корточки, пошарил руками у него под ногами.

И, конечно же, почти сразу наткнулся на четырёхгранный шпиль стелы.

— Молчи, — процедил я, метнув на Вергилия испепеляющий взгляд. — Просто молчи.

На то, чтобы вытащить из серого ничто стелу, у меня ушло не более пары минут — я был настолько зол, что вытащил её на голой физике. Словно это я, а не Вася, был гордым обладателемТитанической силы .

И стоило мне полностью достать стелу из серости, как мой статус развернулся у меня перед глазами:

Виктор Костин

Титан VII ранга

Специализация: Основатель

Статус: Последний

Дар: Укрепление тела VII (Прочность, Слабая регенерация, Стальные кости, Ментальная Стойкость, Антимагия, Усиление, Сопротивление Смерти), Алмазная стойкость, Малая аура Отрицания, Титаническая длань молний , Молния, Ментальная защита, Огнеупорный, Иммунитет к гниению (кости) .

Духовная сила: 60 ( +10 Медный шлем, Благословение Титана)

Воля: 74 ( +10 Медный шлем, Благословение Титана)

Стойкость: 92 ( +10 Медный шлем, +8 уровень фракции, Благословение Титана)

Особенности:

Сопротивление Воздушной стихии: 75% (*раскрыть*)

Сопротивление Огненной стихии: 82% (*раскрыть*)

Сопротивление Водной стихии: 62% (*раскрыть*)

Сопротивление Земляной стихии: 58 % (*раскрыть*)

Физическое сопротивление: 87% (*раскрыть*)

Ментальное сопротивление: 37% (*раскрыть*)

Сопротивление Смерти: 49 % (*раскрыть*)

Уникальное задание: «Ножны Жизни и Смерти»

Достижения:

Командный игрок (разовое улучшение всех характеристик)

Одиночка (+3 пункта к каждой характеристике при действии в соло)

Первооткрыватель (незначительный шанс найти в новых локациях нечто интересное, + 15% к шансу получить понимание местности)

Божественное касание (попасть на пантеон не является для Вас невыполнимой задачей)

Победивший Смерть(у Вас особые отношения со смертью. Даже став личом, вы сохраните разум и ясность мышления).

Полководец (улучшение дара всех Титанов, находящихся в радиусе 10 метров или находящихся под прямым подчинением Полководца)

Пробежавшись довольным взглядом по своим характеристикам, я заметил, что часть описаний достиженияПобедивший Смерть исчезла, зато появился соответствующий дар, а заодно подросли характеристики и сопротивления.

— Вот теперь пора, — произнёс Вергилий, дав мне насладиться визуальным воплощением моих достижений. — Держи стелу крепче, давай мне амулет, а сам готовься.

— К чему? — уточнил я, делая всё так, как он сказал.

— Сейчас узнаешь, — пообещал Вергилий, рассыпаясь пеплом и втягиваясь в переговорный амулет. — Пригуби… пепел.

Интуиция подсказала мне не спорить, и я, уже чувствуя, как мир вокруг рассыпается прахом, зачерпнул у подножья стелы горсть пепла и лизнул его языком.

В голове пульсировали слова Вергилия: «А сам готовься», и мне резко сделалось не по себе.

Мир вокруг разрушался, во рту стоял горький вкус пожарища, стремительно нарастало ощущение, будто я куда-то падаю. И, как будто этого было мало, по ушам ударил разъярённый визг Искры.

Так вот, что имел в виду Вергилий, советуя мне «готовиться»…

— Гори в аду, — прошептал я Искре и с чистой совестью подался вперёд — навстречу обратному порталу в Школу.

Глава 11

К привычной тошноте портального прыжка добавилось нечто вязкое и… тёмное. Словно кто-то очень сильно не хотел, чтобы я оказался в Школе.

И если обычно телепортация занимала несколько мгновений, то на этот раз она растянулась если уж не на часы, то на минуты уж точно. Я словно тащил на себе неподъёмную тяжесть и всё никак не мог добраться до точки назначения.

В какой-то момент и вовсе дошло до абсурда — я настолько свыкся с этой тяжестью, что даже научился в ней разбираться!

Всего я ощущал на себе три ярма.

Первое — стела.

Она ощущалась как туго переплетённый клубок информации и знаний. Причём всё это было так сильно спрессовано, что мне становилось не по себе. Не дай Бог, этот пульсирующий клубок информации распакуется у меня в голове — разорвёт, не иначе!

Вторым ярмом был Вергилий.

Я ощущал его, как висящую на шее гирю с такой плотной аурой, что позавидовал бы любой из наставников. Видимо, Вергилий всё то время, которое он провёл в заточении, не сидел сложа руки. А может, он просто решил забрать с собой всю силу, питающую Осколок.

Ну а третьей была… Искра, и именно от неё несло тьмой. Даже не тьмой, а Тьмой!

Хоть она и находилась в стазисе всё это время, но оставаться в умирающем Осколке явно не хотела.

И тяжесть этого ярма, в отличие от предыдущих двух, была физически неприятной.

Она не просто меня отравляла, она, казалось, высасывает из меня саму жизнь.

Я, конечно же, пытался от неё избавиться, но, не понимая, что и как делать, лишь тратил силы на эти бесплотные попытки. И чем ближе я был к Школе Титанов, тем тяжелее было «пролететь» оставшиеся метры. Меня будто держала натянувшаяся до предела резинка.

И, что самое неприятное, Искра зацепилась не только за меня и мою ауру, но и за амулет Вергилия. И если с себя я раз за разом её сбрасывал, то от амулета, за который она так отчаянно держалась, скинуть её не мог.

Поэтому первое, что я крикнул, увидев перед собой школьную стелу и, неожиданно, Дона, было:

— Искра! Зацепилась за амулет!

Вот только Дон, вместо того, чтобы напрячься, наоборот, расслабился и довольно оскалился:

— Эти некроманты такие предсказуемые, — усмехнулся он, зачем-то протягивая мне один из трофейных клинков, которые я вынес из сокровищницы песьеголовых. — Никакой фантазии!

— Вик! — по ушам ударил голос Директора. — Приложи амулет к лезвию!

Я, не понимая, что происходит, и до сих пор ощущая, как меня тянет назад, потянулся за амулетом, но тот, захлестнув цепочкой моё горло, улетел назад.

— Вот-т-т-вар-р-р-рь, — прохрипел я, чувствуя, как Искра изо всех сил тянет амулет назад.

И что-то мне подсказывало — ещё немного, и цепь не выдержит.

— Ты знаешь, что делать, — Дон и не подумал как-то мне помочь, и лишь протянул клинок чуть ближе.

Решение пришло спонтанно.

Я схватился голой рукой за лезвие и, чувствуя, как по нему течёт моя кровь — и как только оно сумело прорезать мою каменную кожу? — не глядя, хлопнул клинком по амулету.

Рукоять кинжала, столкнувшись с амулетом, глухо звякнула, а в следующую секунду клинок так потяжелел, что я чуть было не выронил его из рук.

Чудом удержав его в руках, я с новыми силами рванулся вперёд, и цепочка амулета, уже врезавшаяся мне в горло, звонко лопнула.

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!

По ушам хлестнул пронзительный вопль Искры, позади меня схлопнулся обратный портал, ощущение тёмной тяжести мгновенно пропало.

Не удержавшись на ногах, я полетел на пол, но меня подхватил Дон.

— Нормально, партнёр? — ухмыляясь, поинтересовался он.

— Нормально, — выдавил я, потирая горло. — Всё прошло успешно?

— Ну, — он покосился на кинжал, который я до сих пор сжимал в руке, — ты жив, Вергилий успел перепрыгнуть в клинок, Искра осталась на рассыпающемся прахом Осколке… Что это, как не успех?

— Успех-успех, — заверил меня Директор. — Не забудь только стелу достать.

— Стелу? — удивился Дон, а затем в его глазах мелькнуло понимание. — Так вот почему ты так тяжело шёл обратно!

— Вергилий предупреждал, — кивнул я, усилием воли передавая сотканную из праха стелу.

Я думал, она материализуется, но стела на моих глазах втянулась в школьный обелиск.

— О, да…

Мы с Доном, не сговариваясь, посмотрели на потолок.

— Кхм, — откашлялся Директор. — Прошу прощения.

— Ничего-ничего, — оскалился Дон. — Мы понимаем. Новые знания, новые протоколы, новые пакеты.

— Не то чтобы новые, — проворчал Директор, — скорее утерянные, но в общем и целом верно. Ещё немного, и наш ретранслятор, ну то есть обелиск, сможет дотянуться до стелы Порога!

— А это значит, что появятся глобальные задания, — мечтательно протянул Дон.

— Всё так, — подтвердил Директор. — Но об этом позже.

Он выдержал паузу и внушительно произнёс:

— Вик, ты получил задание, связанное с Жизнью и Смертью?

Отпираться не было смысла, и я коротко кивнул:

— Да, получил. Более того, уже получил награду за прохождение Разлома.

— Это и так понятно, — отмахнулся Директор. — Сейчас нас интересует другое. Задание, связанное с Жизнью и Смертью. Опиши его.

— Да, Вик, — поддержал Директора Дон. — Опиши его. Это важно.

— Да без проблем, — пожал плечами я и процитировал: Вам доступен Разлом в загробный мир, откуда Вы вернётесь или с чехлом для Ваджры, или личом .

— Личом! — в голосе Директора было столько разочарования, что мне аж стало его жаль. — Мы не можем на это пойти!

— Вик справится! — заявил Дон.

— Нет, — в голосе Директора сверкнула сталь. — Я не буду рисковать жизнью Последнего!

— А я говорю, — набычился Дон, — он справится! Тем более других вариантов у нас всё равно нет!

— Варианты всегда есть, — отрезал Директор. — Придётся дождаться Третьей волны.

— Прошу прощения, — вклинился я. — Лич — не проблема.

— Помолчи, Вик, — устало бросил Директор. — ты не понимаешь, о чём говоришь.

— Напротив, — возразил я. — После испытания я получил достижениеПобедивший Смерть .

— Победивший смерть? — заинтересовался Директор. — Это же полностью меняет дело!

— Ты сейчас не шутишь, Вик? — Дон аж подался вперёд. — Полный иммунитет к магии Смерти?

—У Вас особые отношения со смертью. Даже став личом, вы сохраните разум и ясность мышления , — процитировал я.

— Не подходит, — с разочарованием протянул Директор. — Это не то…

— Подожди, — прервал его Дон. — Вик, что случилось в Разломе? Почему достижение такое… куцее?

— Там был выбор, — пожал плечами я. — Либо шлем, либо три мощных дара.

— Шлем… — протянул Директор. — Какая у тебя цифра?

— Двадцать три, а что?

— Двадцать три, — эхом отозвался Директор. — Что думаешь, Дон?

— Тут нужно у По спрашивать, — технично съехал Дон. — Но если мы учитываем Кодекс…

— Учитываем.

— Тогда шансы есть.

— Может, спросим мнения Вергилия?

— Не стоит, — покачал головой Дон. — Он сейчас пребывает в эйфории, а нам нужен трезвый расчёт.

— Трезвый? — переспросил Директор. — Да ты вот только что бился об заклад, призывая меня довериться судьбе!

— Вик справится, — ещё раз повторил мой партнёр. — И этому есть как минимум три причины.

— И какие же? — полюбопытствовал Директор.

— Первая, — принялся перечислять Дон, — он — Последний. Вторая — он почти собрал Шлем. Третья — я иду с ним.

На последних словах Дон мне подмигнул, и я машинально улыбнулся ему в ответ. Я не знал, о чём идёт речь, но что-то мне подсказывало — Директор и По скрупулёзно следуют своему плану, в котором, увы, мне уготована одна из главных ролей.

Отказаться я, естественно, не мог, поэтому всё, что мне оставалось — стоять, облокотившись на стелу, и внимательно слушать разговор двух наставников.

— Исключено, Дон, — вновь завёл свою шарманку Директор. — Вик сможет уйти через задание, а ты — нет.

— Мы связаны кровью, — огорошил Директора Дон. — Более того, я сделаю так, что ксуры больше не смогут присылать своих разведчиков и диверсантов вплоть до Третьей Волны.

— А если не получится? — протянул Директор.

— Получится, — заверил его Дон. — В худшем — мы оба уйдём через задание. В лучшем — воспользуемся портальной установкой Атлантиды.

— Атлантиды? — не выдержал я. — Мы, что, отправляемся на Землю?

— Не сейчас, — отозвался Директор. — Сначала нужно… кое-что подготовить.

— Расклад такой, — Дон начал напоминать мне змия-искусителя. — Заканчиваем наши дела на Земле, затем возвращаемся в Школу, и Вик улаживает здесь свои дела с фракцией, закрывает ещё несколько нужных нам Разломов и, банально, переводит дух.

— Не помешало бы, — кивнул я. — Готов убить за горячую ванну и обед от наставника По.

— Мы тем временем готовим ритуал, — продолжил было Дон, но тут же был перебит:

— Опять? — проворчал Директор. — Не многовато ли ритуалов? Школа может не выдержать.

— С обновлённой стелой? — усмехнулся Дон. — Спорим, неофиты уже получили задание на повышение уровня своих фракций?

— Великие и Вечные уж точно, — согласился Директор. — Защитники — вряд ли. Девятый уровень им придётся брать своими силами, а вот дальше, Сеть обязательно выдаст этой фракции индивидуальные задания. Впрочем, как и всем неофитам.

— И нам это, кстати, будет только на руку, — оскалился Дон. — Готов поставить на кон всё что угодно — череда индивидуальных и групповых задний совпадёт со Второй и Третьей Волной.

— Скорей всего, — поддержал Дона Директор. — А это необходимые для роста уровня артефакты, зелья и трофейные дары.

— Стоп, что? — вклинился в разговор я. — Трофейные дары?

— Это конфиденциальная информация, Вик, — проворчал Директор, а вот Дон меня поддержал:

— Да ладно! Мы и так уже наговорили на целую обойму штрафных санкций от Сети. Хуже уже не будет.

— Ну конечно, — не согласился Директор, но, к моему удивлению, всё же ответил на мой вопрос:

— Титаны, участвующие в отражении Первой Волны, имеют однопроцентный шанс впитать в себя чужой дар. Титаны, участвующие в отражении Второй Волны, имеют десятипроцентный шанс впитать чужой дар. Титаны, участвующие в отражении Третьей Волны, имеют пятидесятипроцентный шанс впитать дар.

— А сейчас, получается, идёт Первая Волна? — уточнил я.

— Начинается, — поправил меня Директор.

— Жаль, что мы не можем отправить на Землю неофитов…

— Зачем? — удивился Директор. — Это шанс для тех, кто выбрал третий ранг и остался защищать свой мир.

— Их мало, — буркнул я.

— Зато ты их предупредил, — пожал плечами Дон. — Не о том думаешь, Вик.

— И о чём же мне думать?

— О том, — Дон широко ухмыльнулся, — чтобы как можно быстрее уладить все свои дела на Земле.

— Опять ваши игры, — рассердился я. — Опять эти недоговорённости!

— Штрафы, — коротко обронил Директор, но я лишь отмахнулся.

Что Дон, что Директор вспоминали про штрафы от Сети тогда, когда им было выгодно. Хотя, может, я сужу слишком строго, и они действительно пытаются балансировать, как могут.

Директор с Доном помолчали и, не дождавшись от меня дальнейших вопросов, продолжили:

— Не забывай про Турнир, Дон.

— Время ещё есть, — беспечно отмахнулся партнёр. — Сейчас главное — обеспечить автономность Школе и сохранить мир Вика. И все эти задачи достигаются… сами знаете, где.

Я был более, чем уверен, что разговор идёт про Атлантиду, но сделал вид, что это секретный секрет.

— Хорошо, — произнёс Директор. — Остался последний вопрос — сможете ли вы повторно попасть на Землю?

— Сможем, — вместо меня ответил Дон. — Паранойя и жадность Искры сослужили ей дурную службу. Правда, её силу впитал Вергилий… Если он вернёт «позаимствованное», то мы с Виком окажемся в том же самом месте, в котором активировали портал в Разлом.

— Вергилий поделится, — заверил моего партнёра Директор, и после этих слов кинжал, который я до сих пор держал в руке, выплюнул из себя облако пепла, которое тут же превратилось в уже знакомый мне портал. — Но меня смущает, что мы повторяемся, Дон.

— В каком смысле? — не понял он, жестом показывая мне, чтобы я положил кинжал на стелу.

Я сделал так, как он сказал, и посмотрел на потемневшую стелу — кажется, от неё до сих пор шло в мою сторону приятное, освежающее тепло.

— Вик с Искрой уже один раз сбежали от смертельной опасности в Разлом, — проворчал Директор. — Мы же хотим повторить этот финт ещё раз. Высока вероятность, что на этот раз эмиссары ксуров или песьеголовых будут готовы.

— Выходит, мы возвращаемся? — уточнил я.

Несмотря на то, что несколько минут назад я чувствовал себя смертельно уставшим, ко мне словно вернулись силы. И дело было даже не в том, что я вот-вот окажусь на Земле, а в том, что у меня там остались незаконченные дела.

— Возвращаемся, — подтвердил Дон и, посмотрев на потолок, уточнил, — стела закончила?

— Закончила, — отозвался Директор. — Аура Вика очищена от всех негативных эффектов, негативный тонус энергоканалов устранён. У вас есть от двух до трёх суток, Дон. А потом он отрубится на несколько дней.

— Мы успеем, — усмехнулся Дон и посмотрел на меня. — Готов?

Я призвал из Инвентаря Крылья Титана и коротко кивнул.

— Готов!

Последнее, о чём я подумал, прежде чем меня с Доном засосало в пепельную воронку, было:«Эх, так и не успел посмотреть, во что превратилась Длань молний» …

Глава 12

— Так и знал, — буркнул Дон и, вцепившись мёртвой хваткой в мундир, повис на мне.

Вокруг нас клубились свинцовые тучи и то и дело сверкали тусклые вспышки молний.

— Прости, Дон! — крикнул я. — Забыл тебя предупредить!

— О чём? — усмехнулся партнёр. — О том, что мы окажемся среди туч? Это и так было понятно!

— И как же ты понял? — удивился я.

— Вик, — Дон с укоризной посмотрел на меня. — Ты же при мне надел на себя Крылья Титана.

— А, ну да…

— К тому же, не забывай, что мы связаны кровью, — напомнил партнёр. — Поэтому я ждал чего-то подобного. И я сейчас говорю не только про точку появления!

— А про что ещё?

— Магия Смерти, — протянул Дон. — Ты её не чувствуешь, но она есть. Искра создала магический конструкт, который тянет силу из расположенного внизу артефакта.

— Для чего?

— Чтобы удерживать эти тучи с громом и молнией до тех пор, пока она не вернётся! Ну и, чтобы не разбиться, оказавшись здесь без тебя. Я отчётливо чувствую сложное плетение из школы Воздуха. Вряд ли что-то на уровне Крыльев Титана. Скорее —Левитация илиВоздушная подушка .

— Теперь понятно… — дошло до меня. — Она была уверена, что вернётся одна. Без меня. И некому будет поддерживать это буйство стихии.

— Всё верно, — подтвердил Дон. — Кстати, а ты молодец. Даже если бы Искра не подстраховалась, влитой в плетение силы хватило бы ещё на несколько дней.

— Это с перепугу, — признался я. — Видел бы ты ту махину, которой управлял ксур! Если это разведчик, то боюсь представить, что будет, когда придёт черёд самого Вторжения.

— Слушай Вик, — Дон огляделся по сторонам. — А ты долго сможешь нас удерживать среди туч? Не случится ли такое, что мы с тобой заболтаемся и свалимся вниз?

— По ощущениям, — я прислушался к себе, — Хоть целые сутки! К тому же, нам нужно для начала определиться, что делать дальше.

— Что делать дальше я тебе и так скажу, — усмехнулся Дон. — В десяти километрах к северу я чувствую ксура. Сможешь сместить грозовой фронт в ту сторону?

— Постараюсь, — нахмурился я. — Ещё один разведчик?

— Не мы с тобой одни самые умные, — Дон умудрился на весу пожать плечами. — Ваши правители не зря заставили Евгения отправить сообщение в Школу. Мы нарушили баланс сил, и кто-то этим воспользовался.

— Ксуры, — кивнул я.

— Ксуры, — подтвердил Дон. — Хотя и без псов тут явно не обошлось. Помнишь, что случилось с гремлинами?

— Помню. Племянник Императора решил перепрыгнуть через своих кузенов.

— Ты не зря увидел это всё своими глазами, Вик. Да, там, по сравнению с твоим миром, была крохотная страна, но и этого оказалось более чем достаточно, чтобы чуть было не сойти с ума, верно?

— Верно, — вздохнул я. — Теперь я понимаю, каково быть президентом… Не дай Бог, как говорится.

— Считай, что сейчас плюс-минус похожий сценарий. Мы не знаем, кто из многочисленной родни Императора ксуров решил проявить инициативу, но это и неважно. Главное — нас ждёт повторение гремлинского сценария.

— Тогда, может, поспешим? — нахмурился я. — Чем быстрее избавимся от этих «разведчиков», тем лучше.

— Наоборот, не надо спешить — возразил Дон. — Это идеальное место, чтобы поговорить с глазу на глаз. А нам с тобой многое нужно обсудить.

— Не без того…

— Вот-вот, — Дон невозмутимо посмотрел на меня снизу вверх.

Казалось, его нисколько не напрягает висеть среди туч. Хотя, о чём это я? Для Титана шквальный ветер, молнии и постоянный гром были чуть ли не райскими условиями!

— Насчёт Директора, По и остальных, — начал Дон. — Ты догадываешься, чего они хотят?

— Как-то помочь своим мирам? — предположил я. — Возродить их или что-то типа того?

— Верно, — кивнул Дон. — По не просто так развивает бесполезную на первый взгляд Столовую. Помнишь, что вы получили на 8 уровне?

— Кухня Реальности? — протянул я. — Блюда древности и так далее… Благодаря зелью По, я смог попасть на Землю…

— Блюда — ерунда, — отмахнулся Дон. — Да и зелье тоже. Самое главное — шеф-повар получает возможность временно оказаться в угасающей линии вероятности, не влияя на основную ветвь реальности.

— Постой… — в голове забрезжила смутная идея. — Получается, можно найти ту линию вероятности, где миры наставников ещё существуют?

— Вижу, до тебя дошло, — усмехнулся Дон. — И чем выше уровень Столовой, тем больше возможностей.

— Реально ли… восстановить все миры?

— Хороший вопрос, Вик, — довольно кивну Дон. — Очень хороший. Конечно же, нет. Один, максимум два.

— И какова будет цена?

— Браво, — оскалился Дон. — И снова не в бровь, а в глаз. Ты бы поменял, скажем, мир гремлинов на спасение Земли?

— Хочешь сказать, — я невольно скрипнул зубами, — что дело может дойти даже до такого?

— Не может, а дойдёт, — заверил меня Дон.

— И что же делать? — протянул я.

— Стать тем, кто решает, — Дон словно только и ждал моего вопроса. — Понимаешь, к чему я веду?

— Пантеон… Пантеон Земли?

— Зачем тебе Земля, Вик? — поморщился Дон. — Ты что, планируешь всю жизнь сражаться за Землю и неминуемо проиграть? Нужна не локальная власть, а…

— Абсолютная, — закончил я за него. — Пантеон Порога.

— Именно. Попав туда, только ты сможешь решать, какие линии вероятности оживить, а про какие можно забыть.

— Из этого вытекает сразу два вопроса, Дон. Как попасть на пантеон и каков твой интерес?

— Начну с ответа на второй, — хмыкнул Дон. — И он до банальности прост. Я собираюсь спасти свой мир.

— Мир зордов? — покивал я. — Надеюсь, не ценой жизни Земли?

— Как видишь, я играю честно, — спокойно ответил Дон. — И предлагаю занять пантеон именно тебе.

— Значит, ты знаешь, какова будет цена?

— Догадываюсь, — хмуро отозвался партнёр. — И уверен на 90%, твоя Земля не пострадает.

— А как же оставшиеся 10%?

— Риск есть всегда, — философски заметил Дон. — И если что-то пойдёт не так, ты в любой момент сможешь прихлопнуть меня своей Могущественной Дланью. Или она уже Карающая?

— Титаническая, — поправил я его, просчитывая варианты.

Я был уверен, что у Дона за пазухой есть парочка козырей, но пока что всё указывало на то, что в прямом противостоянии у меня есть все шансы его победить. К тому же, он, как мне показалось, говорил вполне искренне.

— Тем более! — протянул Дон. — Я нужен тебе, ты нужен мне. Вместе мы сможем сохранить наши миры.

— А Директор? — поморщился я. — По, Гром, Вин, Вергилий?

— Они не маленькие, — отмахнулся Дон. — Разберутся. К тому же, если мы всё сделаем правильно, Школа получит автономию. Да и потом, ни ты ни я не знаем истинных мотивов Директора и По.

— Выходит, или-или? — подытожил я.

— Да, — кивнул Дон. — Или мы, или они. Так было, есть и будет.

— Ладно, — после гремлинов я был морально готов принимать самые суровые решения. — Разберёмся.

— С этим разобрались, — мне показалось, или Дон выдохнул с облегчением? — Теперь обсудим более насущные дела.

— Ты про ксуров? — догадался я.

— Про кого же ещё! — усмехнулся Дон. — Но для начала перешли мне список мест, которые Сеть предложила для появления на Земле.

— Один момент…

Найти системное уведомление не составило труда, и я целиком переслал его Дону:

Атлантида (заблокировано)

Аркаим, Россия (рекомендовано)

Дельфы, Греция (рекомендовано)

Хэйчжу, Китай (не рекомендовано)

Гора Кайлас, Тибет (запрещено)

Гора Броккен, Германия (запрос от спутника)

Стоунхэндж, Британия (не рекомендовано)

— Это всё? — уточнил Дон. — Здесь есть твой родной город? Тот, где ты принял предложение стелы присоединиться к Школе Титанов?

— Нет, — покачал головой я. — Москва стояла по умолчанию, но потом пропала.

— Ясно… — протянул Дон. — За какое время ты сможешь до неё добраться?

— Отсюда? — уточнил я.

— Нет, — мотнул головой Дон. — Из любой локации выше.

— Если из Аркаима, то можно попробовать за сутки-двое…

— Тогда там и встретимся, — огорошил меня Дон. — Когда окажешься на месте, позови меня через кровь.

— Стоп, — не понял я. — Как я там окажусь?

— Скоро поймёшь, — усмехнулся Дон и неожиданно сменил тему. — Ощущаешь ближайшего ксура?

— Нет. Но если надеть скаф, — я машинально проверил Инвентарь и, убедившись, что он там, продолжил, — то найду его за несколько секунд.

— Тогда первого вынесешь своей Дланью, — кивнул Дон. — Заодно посмотрим, на что она способна. С остальными разберусь я сам. Давай сюда скаф.

Честно говоря, у меня были планы на этот скаф, но повторно связываться с «разведчиками» ксуров было как-то волнительно. В памяти до сих пор стояла картинка, как мы с Искрой приняли бой у Стоунхенджа.

— Ты уверен, Дон? — уточнил я.

— На все сто, — заверил меня партнёр.

Не став больше спорить, я усилием воли предложил ему принять технологический артефакт ксуров, и тот сразу же подтвердил передачу.

А в следующее мгновение удерживать Дона оказалось непосильной задачей, поскольку он надел на себя скаф!

— Прими обмен! — глухо крикнул Дон.

Я не глядя принял… чётки? и начал медленно, но верно снижаться — удерживать Дона я больше не мог.

— Тут пять зарядов, Вик! — крикнул Дон. — Когда будешь готов, позови меня через кровь!

И Дон, расцепив стальные пальцы скафа, беззвучно полетел вниз.

— Но…

На моих глазах Дон исчез в тусклой вспышке света, а я машинально подумал:

«Осталось четыре…».

Хм, даже так! Моё настроение стремительно пошло наверх, и я, перекинув чётки в левую руку, сжал их в кулаке. Вокруг сверкали молнии, то и дело грохотал гром, но я, не видя и не слыша ничего, смотрел куда-то перед собой.

Пять портальных прыжков, подумать только! Один, положим, пойдёт на то, чтобы добраться до Аркаима. Второй пойдёт в НЗ — вдруг Дону потребуется помощь, и мне придётся прыгнуть к нему? Остаётся три… Заглянуть, ха-ха, в Грецию или Германию?

Гдадах!

Молния сверкнула в нескольких метрах от меня, и я тут же пришёл в себя.

Уверен, я найду, куда потратить эти портальные прыжки! И вообще, для начала нужно добраться до Москвы и пообщаться с Евгением и Бестужевым… Но для начала…

Я посмотрел на север. Как там сказал Дон? Ксур находится в десяти километрах от нас? Интересно, хватит ли на этот раз одного удараДланью ?

Отправив мысленный посыл крыльям, я, стараясь держаться среди туч, полетел на север, а сам тем временем развернул описание Длани:

Титаническаядлань молний — многочисленные электрические разряды, визуально похожие на стрелы громовержца, могут поразить огромную армию. На открытой поверхности действуют на 100% эффективней. Во время дождя эффективность возрастает на 200%.

При атаке на единичную цель (не рекомендуется) испепеляет её дотла, игнорируя любую защиту, в том числе и Божественную.

При активации на открытом пространстве автоматически создаёт управляемые грозовые тучи. Количество контролируемых туч зависит от ранга Титана. Каждая туча способна исторгнуть Могущественную длань молний.

Тучи можно развеять в любой момент. Среднее время их существования — одна неделя.

Каждая туча предоставляет Взгляд орла. При наличии у Титана даров, связанных с Воздухом, Водой и Молниями, тучи получают соответствующий функционал.

Энергетическая ёмкость одной тучи обратно пропорциональна количеству туч.

Титан может в любой момент развеять созданные им тучи, вернув 80% потраченной энергии.

— Ого… — прошептал я. — Да это же имба…

Некоторое время я просто обдумывал полученную информацию, пытаясь понять, где здесь подвох? Ведь по всему выходило, что на Земле я практически всесилен. Хватило бы духовной энергии…

В конце концов, так и не обнаружив подвох, я посмотрел сквозь тучи вниз — туда, где сидел в укрытии «разведчик» ксуров.

— Что ж, — прошептал я, призываяТитаническую длань молний . — Пришло время провести небольшой краш-тест!

Глава 13

Сначала я хотел создать максимальное количество туч, то бишь, семь, но почти сразу передумал. У меня будет только один удар, а раз так — зачем распылять свои силы?

Поэтому я призвал одну тучу и, чувствуя, как вокруг меня пульсирует сила, полетел на север.

Изначально я думал, что мне придётся лететь медленнее, чтобы туча поспевала за мной, но оказалось, что она может двигаться с любой скоростью, какую я только захочу! И пока грозовой фронт потихоньку ослабевал — я всё же машинально впитал часть его силы — «моя» туча становилась всё темнее и темнее.

Но больше всего мне понравилсяВзгляд орла .

На этот раз я отлично видел, что происходит вокруг тучи, и для этого мне не приходилось то и дело вылетать за её пределы.

Ксура я нашёл почти сразу — мало того, что его было отлично видно с высоты птичьего полёта, так на нём ещё и висела метка Дона.

Когда я завис над ксуром, бьюсь об заклад, он конкретно так напрягся — глупо ожидать чего-то хорошего от практически чёрной тучи, которая целенаправленно движется к тебе.

А затем я ударил.

Десятки, если не сотни молний соединились в единый жгут и хлестнули по стальному гиганту.

На этот раз боевой робот ксуров был меньше и ниже — не более четырёх метров в высоту, но при этом он находился на территории спешно возведённой военной базы!

Многочисленные системы ПВО, зенитки, кружащие в воздухе дроны и даже… истребители!

Воздух был надёжно закрыт, но против Титанической длани молний всё это оказалось сущей ерундой. После того как молнии ударили в ксура, сверкнуло так, что я на мгновенье ослеп.

Следом по ушам ударил раскатистый гром и сильно запахло озоном.

Мои молнии смели и самолёты, и зенитки, и ПВО, и занявшие круговую оборону танки, и даже ДОТы!

Что до ксура, то на его месте не осталось даже капель оплавленного металла.

Кусок территории в несколько квадратных километров, которую укрепили по высшему разряду, в мгновение ока превратился в выжженную пустыню.

И это было так упоительно, так… великолепно, что я поймал себя на мысли, что хочу ещё.

— Ну уж нет, — прошептал я себе под нос. — Так и в Шань Ло превратиться недолго!

Отследив своё состояние — я уже собирался ударить молниями по всем сколько-нибудь значимым объектам английской инфраструктуры — я взял себя в руки и развеял остатки туч, одновременно с этим впитывая оставшиеся крохи энергии.

Казалось бы, ерунда, но у меня сейчас на счету была каждая капелька силы.

Грозовой фронт начал стремительно рассеиваться, и я поспешил использовать артефакт Дона — мало ли, вдруг англичане сумеют отследить меня по спутниковым снимкам?

Тусклая вспышка портала, привычное головокружение, и мир вокруг меня на мгновенье померк.

Челябинская область. Аркаим.

— О, мужик… А ты откуда здесь?

Портал выкинул меня в так называемом месте силы — в центре выложенной камнем спирали. И всё бы ничего, если бы в это время здесь не бродила группа туристов.

И я, как назло, оказался у всех на виду. Да ещё и в школьном мундире неофита…

Прежний я наверняка бы смутился и, может, даже поймал ступор. Но после того как я примерил на себя роль Диктатора, всё в жизни стало легче, что ли?

— Минуту внимания! — я, повысив голос, обвёл толпу туристов немигающим взглядом. — Я — Титан.

В подтверждение этого щёлкнул пальцами и заставил заплясать между пальцами крохотную молнию.

— Ох, ничёси…

Убедившись, что целиком и полностью завладел вниманием толпы, я продолжил:

— У меня дело государственной важности, поэтому на несколько часов все сдают свои телефоны.

— С чего бы это? — возмутилась женщина в белых шортах и ярко-жёлтом топе. — Это личная собственность!

— Ещё раз повторяю, — в моём голосе сверкнула сталь. — Дело государственной важности. У меня нет времени с вами сюсюкаться. Кто не отдаст телефон, превращу его в кусок обугленного пластика.

— Вы не имеете права! — взвизгнула пухлая женщина в голубом платье.

— А ну тихо! — шикнул на неё пузатый мужичок с ярко выраженной проплешиной и посмотрел на меня. — А вдруг ты шпион?

— Дайте телефон, — нахмурился я. — Наберу ФСБ.

— Сам наберу, — покачал головой мужичок. — А вы, — он посмотрел на замерших туристов. — Не вздумайте ничего снимать!

Его слова послужили триггером от противного, и сразу трое подростков навели на меня свои смартфоны, а вместе с ними и девушка в ярко-жёлтом топе.

Я не стал ничего говорить и молча ударил слабенькими молниями. Впрочем, этого оказалось достаточно, чтобы все телефоны мгновенно потухли, а кто-то даже уронил его на землю.

— Ты его сломал, придурок! — возмутилась девушка. — Как я теперь истории выкладывать буду⁈ У меня миллионная аудитория ждёт контент с места силы!

Я смерил её ничем не выражающим взглядом и выпустил ещё две молнии — двое пацанов, не послушав ни меня, ни пузатого мужичка, решили снять меня исподтишка.

— Ты что творишь⁈ — девушка в жёлтом повысила голос. — Это беспредел.

— Вас предупреждали, — холодно ответил я. — Все телефоны на землю. Кроме, — я посмотрел на мужичка, который уже куда-то звонил. — Кроме Вас.

— Делайте так, как он сказал, — кивнул пузан, слушая доносящиеся из телефона гудки. — Достали эти гражданские. Постоянно все подряд снимают и выкладывают на всеобщее обозрение. Уже во всём мире тюремные сроки за такое, а мы все телимся. Демократия, ёпта! И вообще…

Не знаю, что он ещё хотел сказать, но в этот момент на том конце трубке раздалось сухое:

— Слушаю.

— Петрович, — тут же переключился пузан. — Я тут в отпуске с семьёй, и у меня Титан образовался. Дай контакты кого-нибудь из фэйсеров.

— Он рядом?

— Да, вот передо мной стоит.

— Дай ему трубку.

Пузан молча протянул мне телефон, и я, выпустив ещё три молнии в девайсы особо непонятливых туристов, взял протянутую трубку.

— Слушаю.

— Полковник Ванов. Федеральная служба безопасности при Центральном военном округе. Представьтесь.

— Пока не могу, — я посмотрел на ловящих каждое моё слово туристов и понизил голос, — прибыл из Школы Титанов

— Вот как… — задумался собеседник. — Имя вашего куратора?

— Майор Бестужев.

— Есть такой, он сейчас вам перезвонит. Ожидайте…

— Давайте лучше я сам, — перебил я полковника. — Я помню номер.

— Небезопасно…

— Небезопасно разговаривать с вами, — возразил я. — Я что Вас, что Вашего коллегу, в первый раз в жизни вижу. Поэтому перезвоню сам.

— Чего тогда сразу так не сделали? — немного помолчав, протянул собеседник.

— Тут народ волнуется, — поморщился я. — Если Ваш коллега мне поможет временно забрать у людей телефоны — будет супер.

— Понял. Сейчас сделаем. Дайте трубку моему, кхм, коллеге.

Я протянул телефон стоящему рядом пузану.

— Я всё слышал, Петрович, — усмехнулся пузан в трубку. — Даёшь полномочия?

— Под мою ответственность, — вздохнул полковник. — Если ты, Николаич, ошибся, и он не Титан…

— Да он при мне молниями фигачит, Петрович!

— Добро, — протянул полковник. — Конфискуй все телефоны и всех туристов под домашний арест. И смотри, если что-то утечёт в сеть, нам с тобой серьёзно прилетит.

— Сделаю, — заверил полковника пузан. — Своих архаровцев пришлёшь?

— Считай, уже выехали, — донеслось из трубки. — Сколько вас там человек?

— Почти тридцать, — отозвался пузан. — Автобус бы…

— Будет. Всё, занимайся делом. И присматривай там за этим Титаном…

— Добро, — кивнул пузан и, сбросив звонок, протянул трубку мне. — Держи, звони куда хотел. А я пока улажу с этими, — он кивнул на туристов.

Я выпустил ещё одну молнию — четырнадцатилетняя девочка думала, что я не вижу, как она достаёт телефон из сумки так, чтобы видно было одну камеру — и по памяти набрал номер Бестужева.

Учитывая, что я звонил с первого попавшегося телефона, был высокий шанс, что Бестужев не возьмёт. Но, к моему удивлению, он ответил после второго гудка.

— Слушаю.

— Иван Николаевич, — протянул я. — Это… Костин.

— Костин? — переспросил Бестужев. — Виктор Павлович?

— Он самый, — улыбнулся я. — Рад вас слышать.

— Постойте, вы же должны быть… Хотя, это не телефонный разговор.

— Согласен, — кивнул я. — Я сейчас в Аркаиме. У меня в запасе не больше двух-трёх дней. Как мы можем увидеться?

— Значит так, — Бестужев ненадолго задумался. — Я вышлю вертолёт до Челябинска. Оттуда на самолёте в Москву. А там встретим.

— Звучит как план, — снова кивнул я.

— В таком случае, ожидайте, Виктор Павлович. Вертолёт прибудет через несколько часов.

Вертолёт прибыл через час.

Из него выскочили четверо военных. Трое — обычные люди, четвёртый, судя по цепкому взгляду — ФСБшник. Военные остались помогать пузану, который оказался каким-то подполковником из штаба Центрального военного округа, а ФСБшник вежливо пригласил меня в вертолёт.

Всю дорогу до Челябинска мы молчали.

Не знаю, о чём думал ФСБшник, а я невольно возвращался мыслями к туристам.

Да, большинство отреагировали вполне адекватно, но блогерша в жёлтом топе всё никак не шла у меня из головы. Она до последнего возмущалась и пыталась переманить на свою сторону остальных туристов.

И странное дело — если бы не пузан-подполковник, который волей судьбы оказался в отпуске со своей женой, один истерящий человек с лёгкостью бы смог поднять панику.

А там и до сарафанного радио недалеко.

Уж что-что, а как работает сарафанка, я знал ещё по работе в школе. Хватало пяти минут, чтобы вся школа знала новую сплетню про вышедшую из декрета биологичку или о том, что ОБЖешник заставил десятиклассников ставить во внутреннем дворе палатки.

И что-то мне подсказывало — прибывший на вертолёте ФСБшник не сможет сохранить в тайне секрет моего появления.

Я уже видел такие взгляды, какой был у блогерши в жёлтом топе. И если раньше они в основном принадлежали жадным до сенсации журналистам, то сейчас эстафету приняли блогеры.

Казалось бы, ну что случится, если какая-нибудь девочка выложит в сеть пост с моей фоткой?

Но сейчас, после атаки на ксуров, которых с какого-то чёрта прикрывали англичане, дело приняло совершенно другой поворот.

И пусть я не был великим стратегом, но банальный здравый смысл подсказывал — информация сейчас на вес золота. Ведь если англичане узнают, что сегодня появился кто-то из Титанов, да ещё и в России, то они тут же сложат дважды два и поймут, кто уничтожил их военную базу в Стоунхендже.

Сейчас же у меня в голове словно появился невидимый таймер обратного отсчёта, и я боялся представить, что случится, когда это время выйдет.

Впрочем, стоило нам прилететь в Челябинск, как события закрутились с такой скоростью, что времени думать о всякой ерунде не осталось.

В Челябинске меня ждал самолёт в Москву и пятеро ФСБшников, среди которых был Титан третьего ранга.

Не успели мы взлететь, как начался допрос, который длился весь полёт.

Когда мы приземлились в Москве, я было выдохнул, но допрос продолжился и в машине.

Со мной работали настоящие профи, которые, к тому моменту, когда мы оказались у Кремля, выцедили из меня максимум возможного.

Ну а на входе в Оружейную Палату Кремля меня ждал тот самый человек, с которого начался мой путь Титана — Иван Николаевич Бестужев.

— Приветствую, Виктор Павлович, — ФСБшник шагнул мне навстречу и протянул руку. — Или лучше называть Вас Вик?

Глава 14

Первое, что мне бросилось в глаза — на погонах Бестужева скромно поблёскивали полковничьи звёзды.

Второе — судя по ауре, он каким-то образом взял четвёртый ранг.

Третье — Бестужев был очень рад меня видеть.

— Как хотите, Иван Николаевич, — улыбнулся я, крепко пожимая протянутую руку. — Поздравляю с новым званием и… рангом.

На этих словах Бестужев нахмурился и впился в меня внимательным взглядом:

— Откуда вы знаете?

— Ваша аура стала более плотной, — пожал плечами я. — А что, это какой-то секрет?

— Не то чтобы секрет… — протянул ФСБшник. — Скажу так, у нас тут много чего произошло, и нас ждёт долгий обстоятельный разговор.

— Для этого я и прибыл.

— Предлагаю на ты, — тут же взял быка за рога Бестужев. — Как-никак, одно дело делаем.

Я кивнул, но только было открыл рот, чтобы попенять Бестужеву за пропажу дочери, как он меня перебил.

— Вик, тут такое дело, — он разом осунулся, постарев на несколько лет. — Вероника пропала. Прямо из больницы.

— Прямо из больницы? — машинально переспросил я.

— Ей сделали три из четырёх операций, — было видно, как непросто Бестужеву даётся этот разговор. — И за два дня до последней она испарилась. К ней никто не заходил, там дежурили проверенные бойцы. В самой палате находился опытный оперативник с даром Льда. Но она просто исчезла.

Между нами повисла тягучая тишина. Бестужев, выложив всё, как на духу, молча ждал моего ответа. А я… Я думал о том, что бы я ощущал на его месте.

Ведь мало того, что он и его ведомство не смогли выполнить свою часть сделки, так я ещё и неожиданно оказался важной фигурой. Страшно представить, на что способен отец, у которого пропала дочь. Но ещё страшнее становится, когда понимаешь, что это не просто человек, а Титан седьмого ранга.

И пусть Бестужев пока не знал, на что способна мояТитаническая длань молний , но он отчётливо понимал — первого попавшегося неофита не отправили бы на землю.

И сейчас он, вместо того чтобы лгать и переводить стрелки на тех же самых англичан, сказал мне правду. Лицом к лицу. Глаза в глаза. По сути — принял удар на себя.

— Иван, — я посмотрел на него. — Почему ты сказал мне об этом сейчас?

— Потому что так будет честно, — ровно ответил Бестужев. — И так мне подсказывает поступить моя интуиция.

— Какой у тебя дар? — в лоб спросил я.

— Вообще-то, это конфиденциальная информация, — усмехнулся Бестужев, каким-то образом поняв, что я не собираюсь устраивать скандал. — Пройдём?

Он сместился в сторону, пропуская меня, и зашёл в Оружейную палату Кремля.

Ноги сами повели меня к каменному сфинксу, от которого я и получил свой дар. Вот только если раньше он находился в компании других экспонатов, то сейчас кроме него в зале ничего не было. Если не считать многочисленных камер и пулемётных турелей.

— У тебя зелёный код доступа, Вик.

Благодарно кивнув Бестужеву, я подошёл к сфинксу, и, стоило мне остановиться перед ним, как его глаза вспыхнули жёлтым:

— Внимание! Выполнено скрытое задание «Вернуться домой». Выберите награду:

Немедленно получить ранг и сменить Путь с Титана-Неофита на Титана-Защитника или Титана-Сталкера *Развернуть*

или

Получить активный дар «Дорога домой» *Развернуть*

— Я буду в соседнем зале, — произнёс Бестужев, опять каким-то мистическим образом поняв, что сейчас лучше оставить меня одного. — Как раз дочитаю твой рапорт.

Мой рапорт? Ах да, тот самый допрос, который устроили мне челябинские ФСБшники…

— Спасибо, — кивнул я и развернул описание.

Несколько минут — не такая уж большая трата времени, а выбор, который мне предложил сфинкс, не терпит невнимательности.

И я, не обращая внимания на многочисленные камеры и пулемёты, развернул первое описание:

Сменить Путь на Титана-Защитника — новоиспечённому Защитнику закрывается дорога в Школу Титанов, одновременно с этим обнуляются все его достижения, связанные со Школой. Вместо этого Титан-Защитник получает перманентный бонус «Мой дом — моя крепость»: текущие характеристики, сопротивления и бонусы удваиваются. Все имеющиеся дары усиливаются на 100%.

Внимание! Титан-Защитник получит возможность принять уникальное задание «Пантеон Земли».

— Неплохо… — протянул я. — Привязка к Земле в обмен на силу.

По сути, это был неплохой вариант для тех неофитов, кому нет дела до остальных миров. Почти ультимативное преимущество — серьёзная заявка на мировое лидерство.

Вообще, если бы не договорённости с Директором, По и Доном, я бы всерьёз задумался о смене своего амплуа. Хотя… кого я обманываю? Я уже точно не вернусь к обычной жизни обычного человека. Это как всю жизнь играть в гонки на компьютере, а потом сесть за руль спорткара и выйти на трассу.

К тому же, я глава подфракции Мастерская и соучередитель фракции Защитники — какая-никакая, а ответственность. Причём не только перед неофитами, но и перед Школой.

Ну и самое главное — зачем мне пантеон Земли, если есть возможность попасть на пантеон Порога?

Мысленно усмехнувшись своему выросшему аппетиту, я перевёл взгляд на следующее описание:

Сменить Путь на Титана-Сталкера — новоиспечённому Сталкеру закрывается дорога в Школу Титанов, одновременно с этим обнуляются все его достижения, связанные со Школой. Вместо этого Титан-Сталкер получает перманентный бонус «Дух охоты»: До тех пор, пока Сталкер выполняет задания Сети, скитаясь при этом по мирам, текущие характеристики, сопротивления и бонусы удваиваются. Все имеющиеся дары усиливаются на 100%.

Внимание! Титан-Сталкер получит возможность принять уникальное задание «Проводник воли Порога».

— Дух охоты, — пробормотал я. — Что-то знакомое…

Кажется, в детстве я читал интересную книгу, в которой было что-то похожее…

Так и не вспомнив название, я ещё раз пробежался взглядом по описанию и покачал головой.

Такая смена Пути хороша для авантюристов или искателей приключений. Для тех, у кого нет привязки к Земле или Школе Титанов. Для тех, кому нравится исследовать новые миры, заводить новые знакомства и постоянно с кем-то сражаться.

В общем, это выбор для адреналинщиков и любителей находиться на грани.

Мысленно вычеркнув этот вариант, я посмотрел на финальную опцию:

Получить активный дар «Дорога домой» *Развернуть*

Развернул описание и погрузился в чтение:

«Дорога домой» — Титан получает возможность вернуться на Землю из любой точки. Цена открытия портала — 100% внутреннего энергетического резервуара.

Описание было кратким, но информативным.

«Беру», — мысленно произнёс я.

Глаза сфинкса сверкнули жёлтым и чуть притухли, а я почувствовал, что теперь в любой момент могу открыть портал в Оружейную палату Кремля.

— Внимание! — произнёс сфинкс. — Доступно обязательное задание:«Пережить Первую волну» . Внимание! Участие в боевых действиях Титана седьмого ранга позволяет нападающим расширить базовый лимит.

— Понял, — кивнул я и, поймав на себе внимательный взгляд одной из камер, добавил. — Могу ли я оказывать консультационную поддержку?

— Это не запрещено, — отозвался сфинкс.

— Что-нибудь ещё? — протянул я, рассчитывая получить задание на поиск Атлантиды.

— У тебя 44 часа на то, чтобы вернуться в Школу Титанов, неофит Вик, — проворчал сфинкс. — В противном случае будет поднят вопрос о твоём исключении.

— Даже так… — пробормотал я. — Что-то ещё?

Но сфинкс промолчал, и мне не оставалось ничего другого, как пройти в соседний зал к Бестужеву.

— Присаживайся, Вик, — Бестужев кивнул на стоящий рядом стул. — У нас впереди долгий разговор. Есть хочешь?

— Хочу, — кивнул я. — Что до разговора, то давайте поговорим.

— Это ты забрал Веронику? — прямо спросил Бестужев, посмотрев мне в глаза.

— Нет, — ответил я, не отводя взгляда. — Один из наставников Школы. Пришлось хорошенько побегать, чтобы заставить его… вернуть дочь.

— То есть, сейчас Вероника у тебя? — уточнил Бестужев.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил я. — По крайней мере, она сейчас в безопасности.

— Понятно… — Бестужев скользнул по мне задумчивым взглядом. — Вик, я могу говорить прямо?

— Конечно.

— Первое, — Бестужев загнул указательный палец. — Несмотря на то, что с Вероникой сейчас всё хорошо, государство в моём лице понимает, что мы не выполнили взятые на себя обязательства. В качестве компенсации, тебе и твоей семье будет выдана квартира в пределах Садового кольца — раз, твоя кандидатская признана защищённой — два, ты можешь получить депутатский мандат — три.

— Ого! — не сдержался я. — Первое и второе понятно — базовые потребности и признание. Но мандат-то мне зачем?

— Так надо, — ушёл от ответа Бестужев. — Второе.

— Ну-ка, ну-ка, — усмехнулся я, невольно заинтересовавшись, что ещё мне предложит родное государство.

— У нас было слишком мало времени, чтобы обновить твой психоэмоциональный портрет с целью выстроить идеальную стратегию коммуникации. Но одно мы знаем наверняка — главный стимул, в лице твоей дочери, исчез. В связи с этим, спрашиваю прямо — чего ты хочешь, Вик?

— Чего я хочу за что? — уточнил я, выгадывая этим вопросом время на подумать.

— Защита Российской Федерации, — как нечто само разумеющееся, произнёс Бестужев. — Ну и, конечно, защита Земли.

— Но наша страна в приоритете? — усмехнулся я.

— Ты бы знал, что сейчас происходит в мире… — Бестужев устало потёр лицо. — Вместо того чтобы сплотиться перед лицом общей угрозы, каждый тянет одеяло на себя. Не поверишь, наши аналитики уже всерьёз прорабатывают вероятность отражения вторжения силами России, США и Китая.

— США готовы с нами сотрудничать? — удивился я.

— Не верил, что это скажу, — Бестужев криво усмехнулся. — Но на текущий момент, Штаты — наш самый надёжный союзник.

— Почему вы мне всё это рассказываете?

— Не вы, а ты, — напомнил Бестужев. — Евгений рассказал нам о твоём статусе в Школе Титанов. Аналитики выдают 40% вероятность того, что кто-то из лидеров вашей фракции решит взять власть.

— Такие есть, — кивнул я, делая мысленную пометку узнать, как дела у Жени. — И я даже скажу вам, у кого именно появляются такие мысли. Но, учитывая, как мало в последнее время я общался с другими неофитами, моя информация будет неполной.

— Необычно… — протянул Бестужев. — Ты так легко согласился, Вик…

— Я просто на своей шкуре почувствовал, каково это — быть Диктатором гремлинов, — усмехнулся я. — Мне хватило.

— Гремлинов? — заинтересовался Бестужев. — Этого нет в рапорте.

— Один из последних Разломов, — отмахнулся я. — Противостоял нашествию ксуров.

— Это те ящеры, чьи миньоны сбивают спутники? — тут же подобрался Бестужев.

— Они самые, — кивнул я. — Две цели уничтожены, осталось ликвидировать ещё троих.

— Рассказывай! — в голосе Бестужева мелькнули приказные нотки, но он тут же поправился. — Пожалуйста.

Но не успел я начать свой рассказ, как зазвонил лежащий перед ним телефон.

Бестужев скользнул по нему недовольным взглядом, но, увидев, кто именно звонит, поморщился и процедил сквозь зубы:

— Увы, но я не могу проигнорировать этот звонок.

И, не дожидаясь моего ответа, принял вызов.

— Слушаю, — холодно произнёс он в трубку. — И что хочет посол Англии?

Я не слышал, что именно говорил собеседник Бестужева, но, судя по тому, как изменилось его лицо, новость, мягко говоря, была не самая приятная.

— В смысле, у них есть доказательства нашей атаки на их военную базу?

Опа… Я машинально скривился, и это не укрылось от взгляда Бестужева.

— Что⁈ — Бестужев, выслушав ответ собеседника, отчётливо скрипнул зубами. — Что значит, они требуют выдать им нашего Титана⁈ Они там, что, совсем с ума посходили.

Я же, сложив дважды два и примерно сообразив, что сейчас происходит, задумался:

Интересно, что окажется важнее — хорошие отношения с Англией или скромный Неофит седьмого ранга?

Глава 15

— Значит так, — по Бестужеву было видно, как он судорожно ищет выход из сложившегося положения. — Значит так…

— Назначь встречу, — неожиданно для себя предложил я. — Только с представителями всех стран. Скажи, что прибыл посол из Школы Титанов.

— А это идея, — протянул оторвавшийся от телефона Бестужев. — Так и сделаем! — и он продублировал мои слова в трубку.

— Англичан ждёт сюрприз, — усмехнулся я.

Они явно надеются притянуть моё появление к атаке на боевых роботов ксуров и к уничтожению их военной базы. И каково же будет их удивление, когда я буду общаться с представителями ключевых стран, а ликвидация ксуров будет идти полным ходом!

И почему я придумал это спонтанно, а не специально?

Хотя, почему этим должен заниматься я? У Бестужева наверняка есть специально обученные люди! Вот только для этого им нужно владеть всей картиной происходящего, а я так и не успел рассказать Ивану про ксуров и Дона.

Да и вообще, уж если и дурить англичан, то не в одиночку точно!

Поэтому я дождался, когда Бестужев сбросит вызов, и пододвинулся поближе:

— В общем, дело вот в чём…

Я рассказал ему о первом портале и бое с боевым роботом ксуров у Стоунхенджа, рассказал про Искру, грозовой фронт и Разлом. Упомянул про Директора и Школу и, наконец, подробно описал бой со вторым разведчиком ксуров.

— Как-то так, — закончил я. — Что до остальных ксуров, то мой, кхм, партнёр с ними разберётся.

— Этого не было в докладе, — задумчиво протянул Бестужев, стоило мне замолчать. — И я понимаю, почему.

— Без обид, — пожал плечами я, — но я доверяю только Вам. В смысле тебе.

— Ожидаемо, — поморщился Бестужев. — Значит, предлагаешь сыграть с англичанами в игру?

— Ну а почему бы и нет? — отозвался я. — Должно получиться красиво.

— Должно… — эхом отозвался Бестужев, явно что-то обдумывая. — Ладно, давай попробуем. У тебя есть связь с твоим, кхм, партнёром?

— К сожалению…

«Загляни в Инвентарь!».

Тяжело сказать, что или кто именно меня перебил. Это был не голос в голове, не рвущиеся изнутри чужие слова и эмоции, это была… вибрация тела? А точнее… крови?

— Дон… — прошептал я и, машинально улыбнувшись, заглянул в Инвентарь.

И первое, что я там увидел — переговорный амулет с выгравированными на нём рунами подчинения и удержания. Совсем как на том амулете, который втянул в себя дух Вергилия!

У меня его точно не было, а значит… мне его подкинул Дон? Вот только… зачем?

Хотя, зная его дополнительный функционал, можно предположить, что у Дона есть на этот амулет свои планы. Знать бы ещё какие…

Впрочем, это можно будет обсудить с Доном чуть позже, без лишних ушей.

— Дон? — протянул я, сжав амулет в кулаке.

— А кто же ещё? — удивился партнёр. — Ты, я так понимаю, добрался до своих союзников?

— Добрался, — согласно кивнул я. — Сейчас, наверное, не время, но… ты всё это время слышал, с кем я говорю и о чём?

— Урывками, — отозвался амулет. — Только самые сильные эмоции и мысли.

— Мы уже говорили с тобой на эту тему, — нахмурился я.

— Брось, Вик, — устало вздохнул Дон. — Сейчас не время и не место. Твои союзники меня слышат?

— Иван, — я поднял взгляд на внимательно наблюдающего за мной ФСБшника. — Ты слышишь его?

— Только тебя, — покачал головой Бестужев.

— Нет, Дон, — продублировал я. — Он тебя не слышит.

— Пусть капнет на амулет своей кровью, — проворчал Дон. — И давайте быстрее. Как я понял, вы хотите отвести от тебя подозрения, так?

— Так, — подтвердил я и показал Бестужеву на амулет. — Нужна капля твоей крови, Иван. Чтобы ты, скажем так, подключился к нашей связи.

— Кровь? — поморщился Бестужев. — Только в знак доверия и уважения лично к тебе, Вик.

И он, достав из внутреннего кармана пиджака раскладной нож, аккуратно прокол себе указательный палец. Ярко-алая капля крови упала на золотой амулет и тут же в него впиталась.

— Проверка связи, — протянул Дон. — Чувствую ауру Титана-Защитника четвёртого ранга.

— Меня зовут Иван Бестужев, — представился ФСБшник. — Я курирую всех Титанов Российской Федерации.

— Да-да, — проворчал Дон. — Я в курсе, как обстоят дела в вашем отсталом мире. У вас до сих пор есть разные страны и взаимные обиды. И Вторжение, вы, похоже, встречаете не пойми как.

— Есть такое, — не стал спорить Иван. — Но сейчас разговор не об этом.

— Не об этом, — согласился Дон. — Пять минут назад я уничтожил третьего разведчика ксуров и готов ликвидировать четвёртого в любой момент. Хотелось бы, конечно, закончить начатое как можно быстрее, но ради алиби Вика могу потянуть время.

— Нам нужно полчаса, — отозвался Иван. — Скажите, Дон, вы можете передать нам больше информации? Где вы находитесь, какими возможностями обладает этот ксур, какие меры принимают англичане?

— Координаты покажет вам Вик, — заявил Дон. — У нас с ним кровная связь.

— Карту, — попросил я, поскольку после слов Дона у меня появилось понимание, где конкретно находятся оставшиеся ксуры.

Дон вычислил их благодаря скафу, ну а я получил это знание вместе с ним.

— Вот здесь и здесь, — я взял протянутый мне карандаш и сделал несколько отметок на появившейся на столе карте.

— Тайные военные базы британцев, — поморщился Бестужев. — Скажите, Дон, у вас будет возможность уйти после того, как закончите свои дела?

— Будет, — хмыкнул Дон. — Но я предлагаю поступить по-другому. Эти ваши англичане уже не понимают, почему их союзники обратили своё оружие против своих же, ну а я помогу им укорениться в этой мысли.

— Что вы подразумеваете под союзниками? — уточнил Бестужев.

— Дон имеет в виду боевой скаф ксуров, — вмешался я. — Он на нём. Англичане, соответственно, будут думать, что ксуры схлестнулись с ксурами.

— Верно, — подтвердил Дон. — Но и это ещё не всё. Когда я закончу с последним ксуром, я наведу их на след песьеголовых.

— Песьеголовых? — напрягся Бестужев.

— Потенциальные союзники ваших англичан, — пояснил Дон. — Или вернее будет сказать, хозяева.

— Но как они так быстро сумели выйти с ними на контакт?

— Тайные сообщества, секты, семейные кланы — выбирайте что хотите, — хмыкнул Дон.

— Хотите сказать, что они к нам уже… приходили? — прищурился Бестужев.

— Именно это я и сказал, — подтвердил Дон. — В прошлый раз вашему миру удалось сохранить независимость. Он не вошёл в плеяду миров, подключённых к Сети, и не превратился в охотничьи угодья псов или ксуров.

— Я бы хотел встретиться с вами, Дон, — Бестужев впился взглядом в амулет. — Думаю, нам найдётся о чём поговорить и что обсудить.

— Обсудим, — усмехнулся Дон. — Я прыгну к Вику, когда закончу избавлять ваш мир от ксуров. К тому же, как я вижу, их сигнатуры сближаются. Сэкономлю один прыжок.

— Прыжок?

— Потом объясню, — заверил Бестужева я. — Или даже покажу. А пока что давайте сконцентрируемся на предстоящей встрече.

— Не так быстро, — поморщился Бестужев. — Я не могу принимать такие решения самостоятельно. Международная встреча — это серьёзное мероприятие. Важно каждое слово.

— Я согласен, — кивнул я. — Вот только после гремлинов меня ничего не сможет удивить. К тому же я — представитель Школы.

— Ты — русский, — поправил меня Бестужев. — Для некоторых это приговор.

— Да плевать, — отмахнулся я. — Меняйся или умри. Захотят узнать, как дела у неофитов в Школе, пообщаемся. Нет — их проблемы. Главное — помочь земле пережить Волны.

— Кстати, насчёт Волны, — перехватил инициативу Бестужев. — У нас проблемы на Чукотке. Из Разлома валят какие-то растения, с которыми не получается справиться. Только если выжигать несколько гектаров леса.

— На этот Разлом можно не обращать внимания, — удивил нас с Иваном Дон. — Более того, рекомендую дать этим, как вы их называете, растениям, закрепиться среди вашей флоры.

— Это не опасно? — нахмурился Бестужев.

— Нет, — усмехнулся Дон. — И даже наоборот. Предоставьте Ростку воду и отдайте приказ трое суток играть по периметру спокойную и размеренную музыку. Таким образом, агрессивность Ростка снизится до минимальных значений и вместо ядовитых лиан, он будет выращивать целебные травы.

— Звучит как замануха, — покачал головой я. — В чём подвох, Дон?

— Конкретно в этом случае ни в чём, — хмыкнул Дон. — Это полезный симбиоз. Одна из программ Древних по заселению и озеленению миров, пострадавших от магических войн. Росток не только утилизирует эманации Тьмы, но и отпугивает Скверну.

— Скверну?

— Скажем так, — проворчал Дон. — Одна полубожественная сущность. Не буду вдаваться в детали её появление, но это что-то типа вируса. Постепенно просачивается в открытые миры и заражает их своей гнилой сутью и плесенью.

— Росток, говоришь? — протянул Бестужев, вновь беря в руки телефон. — Один момент.

Связавшись со своим помощником, Бестужев отдал приказ прекратить выжигать напалмом территорию вокруг Разлома и слово в слово повторил рекомендации Дона.

Закончив, он отложил телефон на стол и уставился на золотой амулет.

— Скажите, Дон, на Урале мы столкнулись со странными коротышками. Судя по рапортам очевидцев, они очень похожи на гремлинов. Что скажете?

— Вам совет или консультацию? — усмехнулся Дон.

— В чём разница? — заинтересовался Бестужев.

— Совет — бесплатный. Консультация — платная.

— Тогда… давайте начнём с совета.

— Мой вам совет — берите консультацию.

На несколько мгновений в зале повисла тишина, но не прошло и нескольких секунд, как Бестужев громко расхохотался.

— Эх! — протянул он, вытирая проступившие слёзы. — Жаль, не слышал никто из коллег!

— Здесь что, — удивился я. — Нет прослушки?

— Нет, — покачал головой Бестужев. — Этот разговор слишком важен. К тому же… у нас тут свои сложности.

— Предатели? — усмехнулся Дон. — Классика. Самая успешная стратегия песьеголовых и ксуров. Сила и власть в обмен на службу.

— И технологии, — добавил я, вспомнив про огромных боевых роботов, которые с лёгкостью сбивали орбитальные спутники.

— И технологии, — согласился Дон. — Ну так что, берёте консультацию?

— Ваша цена? — подобрался Бестужев.

— Ресурсы по списку, — принялся перечислять Дон. — Несколько артефактов, которые я лично выберу из вашей сокровищницы, услуга и… транспортные услуги.

— Что вы имеете в виду под артефактами, Дон? — уточнил Бестужев. — И какая услуга вас интересует?

— Наверное, Дон имеет в виду музейные экспонаты, — пришёл я на помощь партнёру.

— Именно, — подтвердил Дон. — Меня интересует всё, что старше десяти веков.

— Это обсуждаемо, — поморщился Бестужев. — У нас уже есть случаи, когда Титаны прорывались в музеи за, как вы выразились, артефактами. А услуга? Что именно вам нужно?

— Обсудим при личной встрече, — отмахнулся Дон.

— Нет, — ровно произнёс Бестужев. — Договариваемся на берегу.

— Любопытно, что вы упомянули берег, — заметил Дон. — Впрочем, ладно. Мы все серьёзные Титаны, поэтому скажу прямо — мне нужно тело с отсутствующим разумом. Желательно молодое и здоровое.

Тело? Хм, теперь ясно, зачем Дону амулет с рунами привязки и удержания! Он хочет повторить финт с переселением духа в другое тело. Но… для чего?

— Сделаем, — произнёс Бестужев. — У нас уже были такие запросы, поэтому проблем не предвидится.

Не предвидится? А как же моральная сторона вопроса? Хотя, стоит ли информация о закрытии Разломов жизни потерявшего разум человека?

Раньше бы я засомневался, но после того как примерил на себя шкуру Диктатора, для меня этот вопрос закрылся раз и навсегда. Стоит. Ещё как стоит!

Но Бестужев не так понял мой взгляд и, дёрнув щекой, пояснил:

— Не думай, Вик. У нас порядка пятидесяти пациентов, которые находятся в состоянии клинической смерти без шанса на выздоровление.

— Я понимаю, — кивнул я. — И не осуждаю. Знал бы ты, какие я творил вещи на посту Диктатора гремлинов…

— С удовольствием об этом послушаю, — слабо улыбнулся в ответ Бестужев. — К тому же до встречи с послами у нас ещё порядка получаса. Ну и последний вопрос, — он перевёл взгляд на амулет. — Какие именно транспортные услуги будут от нас требоваться? Вас нужно будет доставить в какое-то определённое место?

— Да, — подтвердил Дон, а я замер, уже догадываясь, что он скажет. — Нам с Виком нужно будет попасть в Атлантиду.

Глава 16

— Я не могу принимать такое решение в одиночку, — тут же ответил Бестужев.

— Вижу, вы не удивлены, — судя по голосу, Дон напрягся. — Уже были подобные запросы?

— Были, — подтвердил Бестужев. — От Евгения. Точнее, от Махаона.

— Отлично! — неизвестно чему обрадовался Дон. — Вик, ты знаешь, что делать.

— Нет, не знаю, — возразил я.

— Да брось, — протянул Дон. — Выведешь его из себя, он частично потеряет контроль, а дальше дело техники.

Дон почему-то упорно не желал озвучивать вслух характеристики амулета, и я никак не мог понять, почему. Не доверяет нашим? Хм, вполне может быть.

— Понял, — кивнул я. — Сделаю.

— Это будет очень кстати, — вздохнул Бестужев. — Из-за Махаона постройка врат встала. И мы не понимаем, что с ним делать.

— Ничего вы с ним не сделаете, — усмехнулся Дон. — Повезло ещё, что Махаон полностью не перехватил контроль у Евгения. Я так понимаю, это случилось аккурат после отправки в Школу сообщения?

— Верно, — подтвердил Бестужев. — Но другого варианта у нас не было. Без спутников мы будем словно слепые котята.

Хм, а ведь если бы я выбрал путь Титана-Защитника, то мог бы частично закрыть вопрос с разведкой. Хотя нет, что такое семь туч? Да я бы даже не смог покрыть территорию нашей страны!

— Ну что, — протянул тем временем Дон. — Раз уж мы решили все основные вопросы, то я жду отмашки Вика.

— Дайте нам десять минут, — попросил Бестужев, — мой аналитический отдел смоделирует ситуацию и рассчитает примерную событийно-временную цепочку.

— Вы что, знакомы с трактатом Вритры Великолепного «О сущности времени и пространства»? — удивился Дон.

— Нет, — покачал головой Бестужев. — Но с удовольствием бы ознакомились.

— Хм, — буркнул Дон. — Я уж было подумал… Надо же, событийно-временная цепочка!

— А, вы об этом, — на лице Бестужева мелькнула мимолётная улыбка. — Просто у нас идёт компания по замещению англицизмов.

— То есть речь идёт о тайминге? — удивился я.

— О нём, — подтвердил Бестужев.

— Понятно… — протянул я, подивившись про себя происходящему.

В принципе, решение правильное, вот только сейчас, как будто, есть более важные проблемы.

— Не спрашивай, — поморщился Бестужев, поймав мой задумчивый взгляд. — У нас до сих пор много бюрократических препон. Некоторые чиновники до сих пор живут так, как будто мир не изменился.

— Тоже мне проблема! — фыркнул Дон. — Казнить их всех!

— Всё не так просто, — поморщился Бестужев. — Да и вообще, речь сейчас не об этом.

Я же, как мне показалось, понял, что имеет в виду Бестужев: казнить чиновников — действительно не проблема, но кто придёт им на смену? Да и потом, очень сомневаюсь, что эти ребята будут спокойно сидеть и ждать, когда их расстреляют. Какой там! Они поднимут все свои связи и мгновенно объединятся.

В итоге мы получим корзину с крабами, которые будут цепляться друг за дружку клешнями.

Нет уж, пусть лучше худо-бедно, но работают, чем сломать всё и строить заново.

На этом наш разговор сам собой завял, и мы переключились на обсуждение предстоящей встречи.

Бестужев то и дело получал рапорты от своих помощников и вносил изменения в регламент встречи. Я поначалу пытался следить за всеми изменениями, но потом плюнул и сфокусировался на ключевых пунктах грядущего международного, кхм, саммита:

Первое. По возможности сверять нашу позицию с американской, поскольку Штаты очень серьёзно подошли к угрозе Вторжения.

На мой взгляд, это объяснялось культурной жизнью страны — вера в НЛО, тысячи фильмов про инопланетную угрозу, всевозможные фэнтезийные вселенные, типа Марвел, и обилие триллеров.

В общем, американское общество как будто осознанно готовили к появлению Титанов.

Второе. Умеренная конфронтация с Британией.

Англичане до сих пор играли серьёзную роль в мировой политике в основном за счёт своей разведки и контроля над банковской системой. Туда же шли международные страховщики и логистика. По итогу страна с минимальным количеством ресурсов умудрялась выжимать выгоду для себя везде, где только можно.

Будь моя воля, я бы публично покарал предателей человечества, но Бестужев дал на этот счёт чёткие указания:

Воздержаться от обвинений — раз. Оперировать исключительно фактами — два. Ждать решения США — три.

Последний пункт показался мне максимально странным, но, немного подумав, я понял, зачем он нужен. Ведь одно дело, если мы будем катить бочку на англичан, и совсем другое — американцы.

На мой взгляд, сейчас не было времени участвовать во всех этих политических игрищах, но Бестужеву и дипломатическому корпусу было виднее.

Третье. Максимальная помощь в сфере консультаций странам-партнёрам по защите от Вторжения. В первую очередь Китаю и Индии.

Как я понял, во всех странах накопилось много вопросов, связанных как с Титанами, так и с Разломами Первой Волны, и я, как представитель Школы, должен буду дать развёрнутый комментарий по каждому из пунктов.

Ну и четвёртое — не допустить эскалации между странами и, по возможности, сплотить человечество перед лицом иномирной угрозы.

В общем, на предстоящей встрече, которую все называли не иначе как международным саммитом Титанов, мне была уготована центральная роль.

Вот только что-то мне подсказывало — это лишь верхушка айсберга.

Бестужев то и дело раздавал указания, и, судя по обрывкам его фраз, становилось понятно — у ФСБ на этот саммит большие планы.

По идее, можно было вникнуть в детали — наверняка планировалось что-то интересное! — но мне было не до этого. Всё, о чём я сейчас думал — зачем Дону в Атлантиду?

Директор ясно выразился, что у нас будет максимум два-три дня, после чего на меня обрушится такой откат, что мало не покажется! Плюс, я чётко понимал — если не вернусь в Школу Титанов в течение трёх дней — плакало моё участие в ежегодном Турнире.

На сам Турнир мне было, по сути, плевать — раньше я планировал участвовать в нём только для того, чтобы выиграть зелье Великого исцеления для Вероники. Но после того как я узнал про финальную часть Первого Шлема Титанов, я не мог его пропустить.

И если изначально мы отлично укладывались в два дня — уничтожение ксуров, общение с Бестужевым, консультации с местными Титанами и, конечно же, помощь Евгению, то с появлением пункта про Атлантиду, у меня возникли сомнения.

Мог ли Дон задумать что-то хитрое? Сто процентов. Да, у меня есть«Дорога домой» , но ведь мне нужно попасть не на Землю, а в Школу…

А ещё, если верить сфинксу, у меня осталось всего 44 часа…

Не знаю, до чего бы я додумался в своих рассуждениях, но из мыслей меня вырвал голос Бестужева:

— Вик, пора.

— Ну, пора, так пора, — протянул я, поднимаясь из-за стола и не забывая захватить с собой амулет.

— Твой партнёр готов? — уточнил ФСБшник, поднимаясь следом за мной.

— Готов, — отозвался Дон. — Но лучше на время затаиться. Похоже, эти ваши приспешники ксуров подключили к обороне своих Титанов.

— Вы сможете сохранить возможность нас слышать, Дон? — уточнил Бестужев.

— С этим проблем не будет, — заверил его мой партнёр, — но вот отвечать — нет.

— Давайте договоримся о кодовой фразе, — предложил Бестужев. — Как только Вик её произнесёт, вы, Дон, приступите к уничтожению оставшихся ксуров.

— Хорошая мысль, — похвалил Бестужева Дон. — Пусть будет «Сеть мне в свидетели, это не я!».

— Остроумно, — усмехнулся Бестужев. — Вик, что скажешь?

— Я не против, — улыбнулся я. — Когда мне её говорить?

— Примерно через пятнадцать минут, — удивил меня Бестужев. — Встреча состоится в Кремле. Послы иностранных государств уже ожидают нас. Плюс, помимо этого, будет вестись онлайн-трансляция.

— Понял, — кивнул я. — А потом? После встречи?

— Потом за дело возьмётся наш дипломатический корпус, — пожал плечами Бестужев и поманил меня за собой. — Мы тем временем проведаем Евгения и устроим встречу с нашими Титанами. Не переживай, Вик, у нас расписано всё буквально по минутам.

— Мда, уж, — пробормотал я, следуя за Бестужевым к выходу из зала. — Покой нам только снится…

— Это точно, — вздохнул Бестужев, — Мы все, включая президента, спим по три-четыре часа в сутки. Не успеешь потушить один пожар, как тут же вспыхивают два новых. Фигурально выражаясь.

— Понимаю. У нас там, — я кивнул наверх, — тоже то одно, то другое.

— Слушай, Вик, — Бестужев остановился в шаге от двери. — Насчёт Вероники… Ты не думай, что я откупился и забыл. Это не так. За мной должок.

— Да брось, Иван, — покачал головой я. — Ты бы физически ничего не смог сделать.

— Только это меня и утешает, — поморщился Бестужев. — Понимаешь, я чувствовал, что намечается нечто нехорошее, пригнал бойцов, усилил охрану… Но всё это оказалось без толку.

— У тебя какой-то навык, связанный с предчувствием? — заинтересовался я.

— Вообще-то, это конфиденциальная информация, — усмехнулся Бестужев. — Но вообще, да.Интуиция данных . Я могу находить корреляции и делать точные выводы из больших массивов разрозненных данных, даже не понимая глубинной причины.

— Звучит круто.

— Так и есть, — подтвердил Бестужев. — Мне достаточно прочитать все материалы по какому-либо делу, чтобы вынести верный вердикт. Поначалу я относился к своему дару с опаской, но сейчас доверяю ему почти на сто процентов.

— И что твоя интуиция говорит о будущем Земли?

— Что всё в наших руках, — пожал плечами Бестужев, всё так же стоя на месте. — А вот ты, Вик, — он посмотрел мне в глаза. — В большой опасности.

— Ничего нового, — усмехнулся я.

— Я серьёзно, — покачал головой Бестужев. — Здесь, — он обвёл зал рукой, — я могу говорить откровенно. Кто-то очень хочет найти Последнего Титана, Вик.

А вот эти слова я уже не мог игнорировать.

— И кто же?

— Да кто ж его знает? — поморщился Бестужев. — Считай, почти все, начиная с англичан и заканчивая американцами.

— Кто знает, что я — Последний? — в лоб спросил я.

— Только я, — не раздумывая, ответил Бестужев. — И я даю слово, что кроме меня, об этом больше никто не знает. Даже мой непосредственный начальник. Но есть проблема.

— Что за проблема?

— По нашим внутренним документам ты проходишь как Последний.

— Это… плохо.

— Плохо, — согласился Бестужев. — Но менять я ничего не стал. Если я попытаюсь тебя «спрятать», это заинтересует всех без исключения, кхм, «коллег».

— Тоже верно, — поморщился я. — Но не слишком ли это очевидно?

— Очевидно, — не стал спорить Бестужев. — Но ты и вправду был последним Титаном, которого мы отправили в Школу Титанов. Вот только…

— Только что? — переспросил я, заметив мелькнувшую на губах Бестужева улыбку.

— После тебя мы отправили ещё трёх Титанов.

— Как так? — не понял я. — Это же… невозможно?

— А вот так, — усмехнулся Бестужев. — Ты фигурируешь в базе, как Последний Найденный Титан. А Последний Отправленный Титан — совсем другой человек.

— И кто же?

— Обманка, — отмахнулся Бестужев. — Не переживай, Вик, свою работу я делать умею. Они, конечно, попытались проверить информацию и даже вскрыли одного из высокопоставленных агентов, который допрашивал Евгения…

— Допрашивал? — перебил я Бестужева. — То есть среди ваших была крыса?

— И не одна, — скривился Бестужев. — Понимаю твоё удивление, но… в нашей работе это нормально. Игры разведок, двойные агенты, в общем, рутина.

— Ты так спокойно говоришь о том, что кто-то среди ваших сливает информацию врагам?

— На текущий момент они сливают только то, что выгодно нам, — глаза Бестужева превратились в лёд. — И, надеюсь, так оно и будет продолжаться.

— Тебе виднее, — покачал головой я. — И что насчёт того предателя? Что он успел узнать у Евгения?

— Предатель успел передать данные по спутниковой связи, — поморщился Бестужев. — Вот только из-за спешки выбил из Жени другое имя.

— Какое? — дрогнувшим голосом поинтересовался я.

— Глава фракции Защитники, Василий Салищев, — огорошил меня Бестужев. — Предатель задал Евгению следующие характеристики: Отсутствующий или неярко выраженный дар; аномально быстрое развитие; низкий, по сравнению с другими Титанами, ранг.

— Твою мать… — прошептал я. — Выходит, у кого-то из земных Титанов есть индивидуальное задание.

— Мы склонны считать, что этим Титаном является геймер и блогер из Бирмингема. Его зовут Муххамед Крези. Он, помимо базовогоУкрепления тела , которое получают все без исключения титаны, выбралРегенерацию иМенталиста .

— Менталист — это опасно, — поморщился я. — Но…

Договорить мне не дала пробежавшая по залу едва заметная силовая волна.

— Что это было? — нахмурился я.

— Сфинкс, — коротко ответил Бестужев. — Так уже было. Скорее всего, у него для тебя появилось индивидуальное задание.

— И я даже знаю, какое, — усмехнулся я. — Один момент.

— Поспеши, Вик, — кивнул Бестужев. — Нас уже ждут.

— Я мигом, — пообещал я.

Стоило мне зайти в соседний зал и подойти к сфинксу, как я услышал знакомую уже мыслеречь:

— Внимание! Помимо обязательного задания:«Пережить Первую волну », доступно индивидуальное задание: «Извечная вражда» . Необходимо убить Первого Титана до того, как он убьёт Последнего. Принять?

«Принять» , — мысленно согласился я.

И, убедившись, что сфинкс больше ничего не хочет мне сказать, поспешил к Бестужеву.

— Помощь нужна? — поинтересовался дожидающийся меня у двери ФСБшник.

— Как тебе сказать… — задумался я. — Вопрос стоит просто. Или я, или он.

— Могу устроить встречу… — протянул Бестужев. — Хотя нет. Будет слишком очевидно. А знаешь, что? Думаю, они не упустят возможности пообщаться с тобой лично. Я могу слить информацию, что ты — зам Салищева.

— Как вариант, — пожал плечами я. — Но после того как я его убью, им всё станет очевидно.

— Есть такое, — согласился Бестужев. — Давай я обдумаю, как лучше поступить, и примем решение?

— Давай.

— Ну а теперь, — Бестужев наконец-то открыл двери, ведущие в святая святых Кремля. — Пошли на наш… международный саммит. И поверь, Вик, эта словесная баталия будет поважнее любых боёв с монстрами из Разломов.

Глава 17

Сначала мы долго шли по длинным коридорам, потом спустились под землю и, если я правильно сориентировался, пошли в сторону Сенатского дворца.

И, учитывая, что через каждые несколько метров я замечал стальные створки утопленных в стены перегородок, а также расположенные в шахматном порядке турели, подземный ход в Сенатский дворец находился под мощной охраной.

Бестужев шёл молча, и я тоже помалкивал. Внимательно запоминал путь и раз за разом прокручивал то, что мне нужно будет сказать на спешно организованном саммите.

С одной стороны, было слегка волнительно — я с детства считал Кремль чем-то сокровенным. С другой — ну чем он концептуально отличается от Республиканского дворца гремлинов?

В общем, к тому моменту, когда мы оказались в нужном зале, я успел настроиться на нужную волну. И даже многочисленные проверки, которые нам с Бестужевым пришлось пройти, не смогли выбить из этого состояния холодного спокойствия.

Что до Овального зала, где и планировалась встреча, то он меня впечатлил.

Казалось бы, я видел уже десятки тронных залов в Разломах, но здесь… Здесь царила аура достоинства и величия.

И дело было не в моих ощущениях, а в самом здании. Не удивлюсь, если при постройке Кремля использовались артефакты!

Нас тем временем рассадили за столом хитрым образом — с одной стороны, оказался я, Бестужев, послы Китая, Индии, США, Японии и Саудовской Аравии. С другой — послы Англии, Германии и Франции.

Помимо этого, в зале были установлены камеры и широкие вертикальные экраны — для тех послов, кто не находился в этот момент в Москве и не смог прибыть на спешно созданный саммит.

И я вновь удивился расположению экранов.

Так, например, один из экранов стоял между сидящим по центру англичанином и французом. И на нём, если верить подписи, я видел какого-то американского сенатора.

То есть посол США сидел слева от Бестужева, а ещё какой-то сенатор — рядом с английским послом.

Наверняка всё это не просто так, и эта рассадка — продолжение дипломатической игры. И как же всё-таки хорошо, что меня это не касается.

— Мистер Костин, — заговорил сенатор с экрана, — пока наши коллеги заканчивают подготовку к саммиту, позвольте задать вам личный вопрос.

Я же, подивившись про себя качеству автоматического переводчика, который практически в точности воспроизвёл интонации американца, согласно кивнул.

— Спрашивайте…

— Леон Майнер, — правильно понял мою заминку американец.

— Спрашивайте, товарищ Майнер.

Слева от меня строго кашлянул Бестужев, но я и бровью не повёл. Да, провокационно называть американца товарищем, но я решил проверить его реакцию. Интересно, обидится или не обратит внимание?

— Тамбовский волк тебе товарищ, — с лёгким акцентом произнёс американец и, усмехнувшись, уставился на меня.

— Ого, говорите на русском? — удивился я. — Уважаемо.

— Не говорю, — покачал головой американец. — Так, знаю с десяток крылатых фраз и поговорок. Вот, например, одна из моих любимых:«Дети искренни без стеснения и не стыдятся правды, а мы из боязни показаться отсталыми готовы предать самое дорогое, хвалим отталкивающее и поддакиваем непонятному» . Если вы не поняли, мистер Костин, под непонятным я имею в виду вас.

— Что-то знакомое, — прищурился я, совсем не обращая внимания на неодобрительные интонации американца. — Это же из «Доктора Живаго»?

— Моя любимая книга, — кивнул американец. — Так вот, мистер Костин, у меня к вам вопрос касательно…

— Лары, — закончил я.

Бывает, случаются в жизни мгновения просветления, и ты точно понимаешь, что сейчас или попадёшь в цель, или выставишь себя полным идиотом.

Я обычно сдерживался, предпочитая не рисковать, но сейчас меня как будто кто-то под руку дёрнул. Хотя, почему как будто? Стоило американскому сенатору процитировать «Доктора Живаго», как я сразу понял, кого вижу перед собой.

— Что с ней? — тут же напрягся сенатор.

— Не переживайте, сэр, — ровно ответил я. — С Ларой всё хорошо. Мы с ней состоим в одной фракции, она занимает руководящую должность. И…

— Что и? — сенатор буквально впился в меня взглядом.

— И Лара находится под моей личной защитой, сэр.

— Как это понимать? — прищурился американец.

— Это долгая история, сэр, — пожал плечами я. — Как только получится повысить уровень нашей фракции, чтобы создать устойчивый канал связи между Школой Титанов и Землёй, она непременно с вами свяжется и сама всё расскажет.

— Что нужно для того, чтобы повысить уровень фракции? — нахмурился сенатор.

— Ресурсы, — пожал плечами я. — И скажу сразу, отказываться от международной помощи не буду. Чем быстрее мы доведём нашу фракцию до десятого уровня, тем легче нам будет реагировать на… внешние вызовы.

— Я лично займусь этим вопросом, — пообещал сенатор. — А что с Кевином?

— Кевин умер, — поморщился я. — И это непубличный разговор, сэр.

— Я вылетаю в Москву немедленно, — заявил сенатор. — Энтони, с этим будут какие-то проблемы?

— Нет, сэр, — отозвался американский посол, предварительно покосившись на Бестужева и получив от него лёгкий кивок. — Будем ждать вас, сэр.

— Энтони, отправьте в мой офис список ресурсов, — властно произнёс сенатор и, дождавшись утвердительного кивка, отключился.

— Что ж, — сухо произнёс британский посол, бросив на меня недовольный взгляд. — Если вы закончили решать свои личные вопросы, то, возможно, перейдём к теме нашей встречи?

— Поддерживаю, — кивнул Бестужев, поправив наушник синхронного перевода. — Мы вас слушаем, господин посол.

— Великобритания требует выдать в нашу юрисдикцию Титана, незаконно пересёкшего границу.

— И кто является этим Титаном? — поинтересовался Бестужев.

— Хватит устраивать цирк, — скривился посол. — Он сидит рядом с вами, господин Бестужев.

— Виктор Костин — представитель Школы Титанов, — невозмутимо отозвался Бестужев. — И со стороны всё выглядит так, господин посол, что вы, вместо того, чтобы выслушать послание наших ребят, хотите заткнуть Виктору рот.

— Он уничтожил нашу военную базу, — голос посла превратился в лёд. — После чего телепортировался в место под названием Аркаим. У нас есть доказательства блогера-миллионника.

Неужели та скандальная девушка в ядовито-жёлтом топе? Но как, ведь я же сжёг её телефон!

— Блогер? — переспросил Бестужев. — Вы серьёзно?

— Абсолютно, — подтвердил англичанин. — Наша разведка проследила его путь до Москвы. Или вы хотите сказать, что просто так гоняли самолёт из Челябинска в Москву?

— Не советую совать нос в чужие дела, — бесстрастно отозвался Бестужев. — Ваши обвинения абсурдны.

— Мы настаиваем на экстрадиции, — упёрся посол. — В противном случае, вас ждут очень серьёзные последствия.

— Во-первых, — отчеканил Бестужев, — никакой экстрадиции не будет. Виктор — гражданин Российской Федерации и пока что не нарушил ни один из наших законов. Во-вторых, если продолжите сыпать угрозами, дипломаты Британии будут высланы из страны. В-третьих, призываю мировое сообщество сфокусироваться не на шкурных интересах островитян, а на всеобщем благополучии перед лицом иномирного Вторжения.

— Вы совершаете огромную ошибку, — процедил англичанин.

— Довольно, — прервал его американский посол. — Виктор, — он посмотрел на меня. — Зачем вы прибыли на Землю и как обстоят дела в Школе Титанов?

— С вашего позволения, отвечу сначала на второй вопрос…

— Энтони, — правильно истолковал мою заминку американец. — Для вас, Виктор, просто Энтони.

— Так вот, Энтони, — я признательно кивнул послу. — Думаю, вы уже знаете, что в первые недели среди неофитов была аномальная смертность…

— Мы читали доклады, которые были переданы нам через ваш МИД, — кивнул американец. — Хоть и не можем быть уверены в достоверности представленных данных.

— Так вышло, — пожал плечами я. — Наша фракция была первой и до сих пор удерживает лидерские позиции. После того как мы восстановили исходный Кодекс, атмосфера в школе потеплела. Да, мы конкурируем с фракцией «Великие», — я многозначительно посмотрел на Энтони, — и с фракцией «Вечные», — взгляд на китайского посла. — Но это здоровая конкуренция.

— Скажите, Виктор, — вмешался китайский посол. — В чём различие ваших фракций?

— Всё дело в локации, к которой привязана фракция, — пояснил я. — Наша фракция «Защитники» привязана к Столовой. Да, вначале это дало нам доступ к Разломам и слабым зельям Восстановления, но тот же самый Полигон или Лазарет намного круче в перспективе. Условно говоря, Столовая — это Бронза. Лазарет — Серебро. Полигон — Золото.

— Привязка по лигам, — кивнул американский посол. — Виктор, вы можете в своих словах описать преимущество локаций?

Я был более, чем уверен, что все присутствующие на саммите политики уже не раз видели все эти описания, но спорить не стал.

— Лазарет — это широкий спектр зелий, восстанавливающие техники, условные эликсиры бессмертия и прочие прелести алхимии. Вечные, — я посмотрел на китайца, — сделали практически беспроигрышный выбор.

— Вы сказали эликсиры бессмертия? — протянул японский посол. — Это фигура речи?

— Я не знаю на сто процентов, — покачал головой я. — Но по заверениям одного из наставников, можно продлить жизнь любого человека до 120–150 лет. Убрав при этом все негативные факторы старения. Но это, как вы понимаете, очень дорого.

— И это дело будущего, — вклинился Бестужев. — Далёкого будущего. Для начала нам нужно разобраться с Вторжением.

— Это точно, — кивнул я. — И «Великие» в этом отношении, выбрав Полигон, сделали ставку на силу и мощь. Чем выше уровень фракции, тем сильнее становятся её члены. Если мы успеем поднять все фракции до десятого уровня, то шансы отбиться от Третьей Волны будут несоизмеримо выше. Собственно говоря, именно за этим я прибыл сюда.

— Один из наших Титанов смог отправить послание в Школу, — включился Бестужев. — Мы не были уверены, что это сработает, но, как видите, Виктор здесь.

— Могут ли другие Титаны вернуться на Землю? — поинтересовался немецкий посол.

— Теоретически да, — протянул я. — Но это очень дорого. Если бы не проблема со спутниками, я бы остался в Школе.

— Наконец-то по-настоящему важный вопрос, — фыркнул француз. — Как вы будете решать проблему с нашими спутниками?

— Сейчас расскажу, — кивнул я. — Есть такая раса ксуры. Двух-, а то трёхметровые прямоходящие ящеры в технологических бронескафах, чей уровень технологий на порядок опережает наш…

— Ящеры? — фыркнул кто-то из послов. — Серьёзно?

— Технологии? — тут же заинтересовался китайский посол. — Наши радары сумели засечь череду странных импульсов…

— Это они и есть, — уверенно кивнул я. — Ксуры. У них на вооружении стоят импульсные бластеры, плазменные винтовки, силовые клинки и щиты… Эти ребята на голову превосходят нас в технической плоскости. И они единственные, кто может сбивать висящие на орбите спутники.

— У них наверняка есть какая-то база, — прищурился американский посол. — И, если верить карте сбитых спутников, она находится в Европе!

— В связи с этим у меня две новости, — кивнул я, помня слова Бестужева. — Первая — Школа заключила договор с духом, который займётся уничтожением ксуров. Вторая — по моей информации в это дело замешаны песьеголовые.

Никто не стал уточнять, кто такие песьеголовые и чем они опасны, видимо, Бестужев сделал международную рассылку на основе моих рапортов и рапортов других Титанов.

— Есть вероятность, что песьеголовые под шумок хотят завладеть технологиями ксуров, — продолжил я. — Обычно для своих военных операций они используют или легионы, или магию Смерти, но за счёт артефактов они могут проявлять себя, как стихийные маги.

— Маги? — вмешался немецкий посол. — Например?

— Например, молнии, — я посмотрел англичанину прямо в глаза. — В их распоряжении такие артефакты, что могут создать настоящий грозовой фронт, который со стороны выглядит как аномальное буйство стихии. И насколько я знаю, совсем недавно похожая аномалия появилась над Британией…

— Во-первых, над Великобританией, — процедил посол. — А во-вторых, это был ты. Прикрываясь сказочками про… ящеров, ты уничтожил древнее место силы — Стоунхендж!

Я медленно покачал головой и произнёс заранее заготовленную фразу:

— Сеть мне в свидетели, это не я!

Глава 18

Стоило мне произнести эти слова, как я тут же почувствовал что-то неладное.

Мне стало так плохо, будто я разом потерял половину своих сил. Первым моим порывом было плюнуть на саммит и вернуться к сфинксу, но это, понятное дело, было невозможно.

Поэтому я взял себя в руки и сфокусировался на беседе.

Сейчас по плану Дон приступит к ликвидации оставшихся разведчиков ксуров, и, зная партнёра, у англичан скоро прибавится очень много забот.

По договорённости с Бестужевым, Дон должен первым делом развеять защиту ксуров — ведь нам нужно, чтобы их увидели американские и китайские спутники — а затем устроить настоящее световое шоу.

По прикидкам Бестужева, реакция на происходящее должна наступить примерно через двадцать-тридцать минут. Пока снимут данные со спутников, пока изучат увиденное в Пентагоне, пока вышлют информацию американскому послу…

В общем, мне нужно было продержаться на конференции ещё минимум полчаса. И я держался.

Холодно отвечал на нападки англичанина, то и дело кидал в его сторону намёки о помощи ксуров и, конечно же, подробно отвечал на вопросы других послов.

Про возраст, про едва заметное фиолетовое свечение, про заведённые в школе порядки, про Разломы и про оружие ксуров.

Я уже успел забыть, что возраст всех неофитов откатили в Школе до последней реперной точки в 16 лет, а мой, благодаря Дону, до 14. Да, благодаря взятым рангам и дарам я не выглядел подростком, но и мой реальный возраст мне было не дать.

И эта разница, конечно же, заинтересовала почти всех без исключения политиков.

Ещё бы! Когда тебе за пятьдесят-шестьдесят, и есть возможность стать шестнадцатилетним, сохранив при этом свои связи, капитал и положение в обществе — это… заманчиво.

Даже не просто заманчиво, это самое настоящее искушение.

Это понимал я, и это понимал Бестужев, который до саммита дал мне на этот счёт строгие инструкции.

Но, несмотря на то, что я объяснил политикам невозможность, м-м-м, реверсивной молодости, интерес к этому вопросу не угас. А уж когда зашла речь о зельях, то все присутствующие на саммите словно с цепи сорвались.

Мне чуть ли не в лоб предлагались астрономические суммы за зелье Регенерации или Восстановления. С одной стороны, это напрягало, но с другой — все и думать забыли про англичанина, которого это жутко бесило.

В итоге, выбив из меня обещание наладить поставки зелий в обмен на ресурсы, необходимые для повышения уровня фракции, политики принялись обсуждать между собой порядок очерёдности.

И, что самое интересное, Бестужев участвовал в споре наравне со всеми, хотя всем без исключения было очевидно, что на текущий момент он обладает монополией на коммуникацию со Школой Титанов.

Наверняка это был результат закулисных переговоров и договорённостей, и мне не было до этого никакого дела. В данный момент меня интересовали лишь три вещи: результаты операции Дона, моё резкое ухудшение самочувствия и Атлантида. А точнее — успеем ли мы с Доном туда заглянуть.

Хотя нет, вру. Помимо этого, я волей-неволей думал и о Евгении, и о Первом Титане, и, конечно же, о летящем в Россию отце Лары.

Парадокс, в Школе меня интересовало лишь одно — сумеет ли Земля отбиться от Первой Волны без нашей помощи, но, стоило мне здесь оказаться, как проблемы посыпались словно из рога изобилия.

И чем дальше, тем больше. Путь Титана напоминал мне взрослую жизнь — дел всё больше, а свободного времени всё меньше.

— Извините, коллеги, — встревоженный голос американского посла вырвал меня из мыслей. — У меня срочное донесение.

— Что может быть важнее установления стабильного канала связи со Школой Титанов? — удивился индийский посол.

— Наши спутники зафиксировали нечто похожее на технологии ксуров!

— Где? — прищурился китайский посол.

— Над Бирмингемом, — в полной тишине ответил американец и смерил англичанина ледяным взглядом. — Соединённые Штаты требуют немедленного открытия как воздушной, так и наземной границы для проведения международного расследования.

— Это неприемлемо, — заявил британец. — И вообще, это всё ложь!

— Иван, — американец повернулся к Бестужеву. — Мы можем вывести данные с наших спутников на экран?

— Конечно, Энтони, — кивнул Бестужев. — Пусть ваш помощник свяжется с моим.

— Одну секунду…

— Мои коллеги тоже вышлют наши данные, — неожиданно произнёс китаец. — Китайская народная Республика присоединяется к ультиматуму США!

За столом повисла мёртвая тишина. Все терпеливо и даже с интересом ждали, что появится на экранах, что до английского посла, то он, несмотря на внешнюю невозмутимость, обильно потел.

Наконец, экраны моргнули, и на них появилось видео, на котором было хорошо видно, как два огромных робота ксуров ведут неравный бой с…

— Песьеголовый! — выдохнул Бестужев. — Виктор был прав!

После слов Бестужева всё внимание политиков оказалось приковано к фигуре с волчьей головой, которая стремительно перемещалась вокруг роботизированных комплексов ксуров.

На наших глазах Дон, а это был именно он, выпустил по стальным громадинам несколько цепных молний из серебряного посоха, после чего, окружив себя зеленоватой защитной сферой, запрыгнул на ближайшего робота.

Он двигался настолько быстро, что было тяжело следить за его перемещениями, но кое-что я заметить успел.

— Смотрите, — я вскинул руку, — срезал лазерную турель, которая находилась на левом плече робота!

— Она просто пропала, — возразил китаец.

— Не пропала, — покачал головой я. — Он убрал её в Инвентарь.

— Чем это нам грозит? — голос американского посла так и звенел от напряжения.

— По моей информации, псы являются младшими партнёрами ксуров, — произнёс я, внимательно следя за подвигами Дона. — Между ними есть какие-то договорённости. Ксуры делают ставку на технологии, псы — на шаманов, магов Смерти и свои легионы.

Я выждал паузу, дожидаясь, когда Дон выпустит сразу несколько сотен призрачных черепов в соседнего робота.

— А теперь представьте, — я показал на него рукой. — Что будет, если у миллионов песьеголовых вместо дротиков и мечей появятся лазерные турели, импульсные бластеры и силовые клинки?

— Наши спутники сбивали из импульсных бластеров? — уточнил француз, отодвигаясь от англичанина.

— Почти, — кивнул я. — Только не из бластеров, а из более мощного оружия. Как, например, — я показал на упавшего на четвереньки робота. — Вот такая установка.

Вдоль спины робота шла вытянутая не то турбина, не то футуристического вида цилиндр, но при этом не нужно было быть военным, чтобы понять — это не что иное, как оружие.

А в следующую секунду из этой установки вырвалась ослепительно-белая вспышка.

— Вот как сбивали наши спутники, — Голос американца не предвещал ничего хорошего. — Потрудитесь объясниться, — он посмотрел на своего английского коллегу. — Что боевые роботы ксуров делают на территории Британии? И как они туда попали?

— Это фэйк, — сглотнул англичанин, и не думая поправлять американского посла. — Это козни русских!

— Это трансляция с наших спутников и разведывательных дронов, — покачал головой американец.

— И с наших, — кивнул китаец. — Это преступление против человечности.

— Один момент, — американец вскинул перед собой левую руку, а правую приложил к уху, точнее к закреплённому в нём наушнику. — Слушаю, господин президент. Понял, господин президент. Будет сделано, господин президент.

— Я… — начал было англичанин, но Энтони прервал его взмахом руки.

— Президент США при полном одобрении Конгресса лишает Британию права на владение ядерным оружием. Вывоз боеголовок начнётся незамедлительно.

В зале повисла гробовая тишина.

Даже Бестужев, который и спланировал эту операцию, не смог скрыть удивления. США только что публично вынесли Британии приговор.

— Вы не посмеете! — голос англичанина дал петуха.

— Соединённые Штаты Америки сделают всё, чтобы защитить человечество от иномирной угрозы! — заявил Энтони.

— И Россия, — кивнул Бестужев.

— И Китай!

— И Индия!

— И Франция!

— И Германия!

— И Япония!

Перечисление продолжалось до тех пор, пока не высказались все без исключения страны, участвующие в саммите как лично, так и по видеосвязи.

На англичанина было страшно смотреть — он посерел, его лицо приняло землистый оттенок.

Впрочем, мне было его совсем не жаль — я понимаю, заключить сделку с ксурми, чтобы хитростью выманить и изучить их технологии, но выступить против всего мира? Тот момент, когда ксуры с англичанами сбили первый спутник, оказался началом их конца.

И это сейчас понимали все без исключения.

— Как мы видим, — Бестужев, точно уловив нужный момент, поднялся на ноги. — Обвинения англичан против Виктора Костина были голословными. Коллеги, предлагаю сделать перерыв, во время которого мы займёмся формированием сметы на необходимые ресурсы. Наши страны заинтересованы в стабильных поставках зелий, не говоря уже о помощи в закрытии Разломов!

Я, честно говоря, надеялся, что после закрытия саммита смогу заняться своими делами, но не тут-то было!

Бестужев отвёл меня к столику, за которым стоял чай с угощениями, и ко мне один за другим, начали подходить послы и политики.

У кого-то был личный вопрос, кто-то радел о благополучии своей страны, кто-то искал помощи в решении пограничного конфликта с соседями… В общем, кто во что горазд.

Если решение вопроса было в моих силах, я соглашался помочь, если нет — обещал подумать. Ну а особо настойчивых и наглых отправлял к Бестужеву.

И вот эти закулисные переговоры вымотали меня похлеще поединка с ксурами!

Раньше я считал большинство политиков дармоедами, но сейчас, изнутри посмотрев на их кухню и работу, вынужден был признать — всё далеко не так, как нам представляется со стороны.

И больше всего меня порадовало, что почти половина подошедших ко мне политиков, просили помощи в закрытии Разломов.

И вот тут, несмотря на нехватку времени и физические ограничения Сети, я не имел права отказать. Да, мне было нельзя самолично закрывать Разломы, да и на это не было времени, но консультировать мне было не запрещено.

В итоге, мы договорились, что все страны, имеющие проблемы с Разломами, пришлют своих представителей, желательно Титанов, в Москву, и мы устроим массовый мастер-класс.

Когда же наконец все кулуарные переговоры закончились, и я без сил откинулся на спинку стула, на самой грани слышимости пробился голос Дона:

«Вик! Какого ксура! До тебя не достучаться!».

«Прости, Дон, — мысленно отозвался я. — Добил-таки ксуров?».

«И не только их, — фыркнул Дон. — Местным аборигенам тоже досталось. Но пришлось выложить все свои козыри».

«Дай мне пару минут, вернусь в Оружейную Палату, и можешь прыгать».

«В том-то и дело! — в голосе Дона появились тревожные нотки. — Я больше не чувствую тебя. Если раньше твоя аура сияла, словно путеводный маяк, то сейчас всё, на что её хватает — уловить мою мыслеречь».

«Есть такое, — машинально кивнул я, не обращая внимания на присевшего рядом Бестужева. — Мне резко стало плохо после ключевой фразы».

«После ключевой фразы?», — переспросил Дон и надолго замолчал.

«Дон?», — протянул я, так и не дождавшись ответа.

«А напомни эту фразу?», — судя по бесцветному голосу партнёра, произошло что-то неприятное.

«Сеть мне в свидетели, это не я!».

«Прости, Вик, — вздохнул Дон. — Я допустил ошибку. — Нельзя было призывать в свидетели Сеть. Она не терпит обмана. Поэтому, скорее всего, тебе и прилетел штраф».

«Штраф? — услышанное мне, мягко говоря, не понравилось. — И что теперь делать?».

«Иди к сфинксу, — подсказал Дон. — И проси восстановить свою репутацию. Словом, делом и кровью».

«Понял… А ты?».

«А я пока залягу на дно, — Дон через силу усмехнулся. — Пару часов продержусь. А потом… Надеюсь, к тому времени ты восстановишь свою ауру».

Дон не стал говорить, что будет в противном случае, но это и так было понятно.

— Иван, — я посмотрел на Бестужева. — Мне срочно надо к сфинксу.

— Пошли, — кивнул Бестужев. — Только недолго. Ты же не забыл, что нас ждёт ещё одна встреча?

Он не стал называть имён, но я сразу понял, что речь идёт о Жене.

— Это важнее, — покачал головой я.

— Ну пойдём, — пожал плечами Бестужев.

Пока мы шли по подземным коридорам, он ничего не говорил, но как только мы оказались в зале, кинул на меня вопросительный взгляд:

— Что случилось?

— Допустил ошибку, — поморщился я. — Сейчас буду исправлять.

И, не тратя времени на подробные объяснения, подошёл к сфинксу.

— Внимание! — немедленно отреагировал сфинкс. — Все характеристики клятвопреступника понижены вдвое. Призывая в свидетели Сеть, каждый должен быть готов к справедливому наказанию! Среди Титанов только Сила дороже репутации!

— Виноват, — произнёс я, опуская голову. — Прошу восстановить мою репутацию! Словом, делом и кровью.

— Да будет так, — выдержав паузу, отозвался сфинкс. — Словом, делом и кровью!

На этих словах передо мной появился сотканный из кровавой паутины портал, и я мысленно вздохнул — Что, опять⁈

— Вик, — нахмурился Бестужев. — Какого чёрта?

— Скоро вернусь, — заверил его я.

И бесстрашно шагнул в портал.

Глава 19

Секундное помутнение рассудка, чувство полёта, и я оказываюсь в точно таком же зале, словно и не шагал в кровавый портал.

Пол, стены, потолок, стол, с бумагами, стаканчиком кофе и тарелкой с печеньем — всё было один в один, как в зале со сфинксом. И даже сфинкс, и тот стоял на своём месте и смотрел на меня светящимся красным глазами.

— Каждый Титан, — произнёс сфинкс, почувствовав на себе мой взгляд, — имеет возможность призвать Сеть в свидетели, но у всего есть своя цена. Ты воспользовался своим шансом в корыстных интересах и получил наказание.

— Виноват, — склонил голову я и повторил заветную фразу. — Прошу восстановить мою репутацию! Словом, делом и кровью.

— Да будет так, — отозвался сфинкс. — У тебя будет один шанс и три попытки. Приступить?

Один шанс и три попытки? Это как? Ладно, разберёмся!

— Да, — подтвердил я. — Готов.

— Внимание! — глаза сфинкса на мгновение сверкнули зелёным. — Зафиксирован «Обет крови». За вас поручился Старший Титан. Доступен один бонус на выбор:Улучшение любого дара ,Информация ,Случайное преимущество .

Старший Титан — это, несомненно, Дон. Благодаря кому, кстати, я здесь и оказался. Вот ни в жизнь не поверю, что Дон ошибся! Но ладно, Дон, у него каждый шаг просчитан на три хода вперёд… Я-то как не уследил?

«Сеть мне в свидетели, это не я!»… Ведь это был как раз таки я! Да, можно сослаться на то, что я устал и плохо соображаю, но нет. Совершать такие дурацкие ошибки — недопустимо.

Я ведь прекрасно понимаю, что каждый из наставников ведёт свою игру, прикрываясь при этом общей благой целью.

И пускай я до сих пор завишу от того же самого Дона или Директора, но ведь я сумел переиграть Шань Ло! А раз так, то сумею переиграть и Дона…

Идти в открытое противостояние нет никакого смысла, а раз так, значит, нужно понять, чего добивается Дон, и сообразить, как выжать из этого максимальную выгоду для себя.

Взять, например, предложенные сфинксом бонусы —Улучшение любого дара ,Информация иСлучайное преимущество . Первое, что приходит на ум — Дон специально создал такую ситуацию, при которой я получил возможность улучшить свой базовый дар, не дожидаясь очередного ранга!

Это настолько очевидно, что у меня нет никаких сомнений — Дон рассчитывал, что я выберу именноУлучшение . А раз так, то я наверняка сумею пройти предстоящее испытание.

— Слишком всё гладко, — пробормотал я себе под нос.

Дон, несмотря на все наши договорённости, вновь решил использовать меня втёмную, а раз так, то идти уготованным мне путём будет глупо. Вот только как поступить так, чтобы не попасть впросак?

— Могу ли я узнать, какое испытание меня ждёт?

— Информация закрыта, — проскрипел сфинкс.

— А тот самый Старший Титан, он же не просто так использовал «Обет крови»?

— Информация закрыта.

Мда уж, без информации я буду словно слепой котёнок… Выходит, выбор сделан? Жаль, конечно,Улучшение , но по-другому я так и останусь пешкой в руках Дона.

— Я выбираю бонус «Информация»!

Случайное преимущество я даже не рассматривал. Да, «преимущество» звучит круто, но слово «случайное» нивелирует весь его потенциал. На удачу полагаются только неудачники, да те, кому больше нечего терять.

— Выбор зафиксирован, — отозвался сфинкс. — Доступна полная информация по испытанию.

— Какое испытание меня ждёт?

— Три случайных события из жизни. Шанс изменить случившееся. Словом, делом и кровью.

— А если поподробней?

— Сказанного достаточно.

— Ладно, — не стал спорить я. — Могу ли я задать вопрос про Старшего Титана?

— Он не связан с предстоящим испытанием.

— Очень даже связан, — возразил я. — Из-за него я призвал в свидетели Сеть. И именно он использовал «Кровавый обет». Он напрямую связан с предстоящим испытанием. Более того, он, по сути, его инициатор.

— Логических несостыковок не обнаружено, — немного помедлив, отозвался сфинкс. — Информация открыта.

— В чём смысл «Обета крови»?

— Испытуемый получает помощь в прохождении испытания. Но если он не справляется хотя бы с одним сценарием, то поручившийся за него Титан сам проходит схожее испытание.

Сам проходит? Хм… Очевидно же, что, выбравУлучшение , я не смогу идеально пройти все три, как выразился сфинкс, сценария… А раз так, то получается… Дон хочет попасть на это испытание? Вот только… зачем?

— Что будет, если пройти все три сценария?

— Испытуемый получит возможность забрать из данной линии вероятности то, что хочет и может.

— Даже разумного? — тут же подобрался я.

— Нет, — коротко ответил сфинкс.

— Понятно…

Сейчас, после слов сфинкса, у меня в голове начала складываться картинка происходящего.

Дон, воспользовавшись моей хронической усталостью, намеренно подставил меня под гнев Сети — раз. Тут же предложил вариант, который поможет мне усилиться — два. После того как я не смогу его идеально пройти, он сам вынужден будет принять испытание — три. Приняв испытание, он не только уйдёт от гнева англичан, но и проживёт свою прошлую жизнь и, скорей всего, позаимствует оттуда что-то важное. Возможно, какой-нибудь артефакт.

Хороший, красивый план, по итогам которого все, включая меня, оказываются в плюсе.

Вот только я его уже разрушил…

А значит, что? Значит, нужно подумать, что я смогу позаимствовать из своей жизни. И вот здесь нельзя торопиться… Кстати, насчёт спешки.

— Сколько у меня есть времени?

— Всё время мира, — отозвался сфинкс.

— Не понял, — удивился я. — Это, что, сарказм? Ладно, уточню свой вопрос. Как течёт время в этом измерении? По отношению к моему родному миру.

— Испытание находится вне времени, — проскрипел сфинкс. — Сколько бы оно ни шло, испытуемый вернётся в свой мир ровно в тот момент, когда шагнул в портал.

— Это хорошо, — кивнул я сам себе. — Значит, можно не спешить и всё хорошенько обдумать. А сколько, кстати, длится само испытание?

— Столько, сколько потребуется.

— Ясно, — я смерил сфинкса изучающим взглядом. — Выходит, я могу сейчас поспать, и ничего не будет?

Сфинкс промолчал, но я и не подумал сдаваться.

— Когда начнётся испытание?

— Когда откроется дверь.

Мой взгляд сам собой прикипел к прикрытой входной двери, и я кивнул сам себе.

— Как я пойму, что прошёл все три сценария успешно?

— После успешного прохождения жизненных сценариев появится возможность забрать из данной линии вероятности то, что испытуемый хочет и может.

— Понятно, — судя по тому, что сфинкс пошёл на второй круг, стало ясно, что большего он мне не скажет. — Значит, нужно открыть дверь. А поесть здесь есть что? Если, скажем, я задержусь на пару дней.

Сфинкс промолчал, но, судя по тому, как неодобрительно сверкнули его глаза, мой вопрос ему не понравился.

— Ладно, — кивнул я. — Спасибо за информацию. Если появятся ещё вопросы, я подойду.

В принципе, я уже узнал всё, что хотел, почему бы не воспользоваться тем, что время здесь идёт не так, как в реальном мире?

Оставив сфинкса в одиночестве, я подошёл к столу и съел всю тарелку печенья. Запив свой, пусть будет полдник, кофе, я улёгся прямо на пол и уставился в потолок.

Мотивация Дона была понятна, что делать — тоже, пусть и в общих чертах.

Я же, впервые за долгое время, получил передышку и возможность посмотреть на ситуацию со стороны.

Если говорить про меня, то свои личные проблемы я, вроде как, худо-бедно, но решил. Вероника в безопасности, плюс её охраняет дух металлумия, с которым я заключил системный договор с участием Сети.

Хотя, я только что стал свидетелем того, что своё слово можно нарушить. Да, за этим последует наказание и серьёзные последствия — подумать только, за то, что соврал, у меня сняли половину всех характеристик! — но сам факт этого возможен.

К тому же, это уже не первый случай. Один из неофитов уже нарушал клятву на Испытании на выбывание. Да, он поплатился за этой своей жизнью, но всё же…

Это уже не просто намёк от жизни, это прямое указание — долго держать Веронику в стазисе не выйдет!

— Придётся её оттуда вытаскивать… — пробормотал я себе под нос. — Вот только куда — в Школу или на Землю? Хотя, стоп, в Школу же нельзя… А на Земле слишком опасно… И дело даже не в Первой Волне, за которой последует Вторая, а затем и Третья, а в англичанах…

Я хорошо запомнил взгляд посла, который не предвещал мне ничего хорошего. Мне-то они вряд ли что-то смогут сделать, а вот отыграться на близких — вполне возможно.

Надеюсь, Бестужев это понимает не хуже меня.

Невольно вспомнил бывшую жену и машинально скривился. Плохо мы с ней разошлись, и вряд ли что-то получится исправить. Но как бы то ни было, она — мать моей дочери. А раз так, то следует о ней позаботиться.

Стоило мне обдумать решение личных проблем, как мысли переключились на окружение: Фракция, неофиты, наставники, Бестужев, Евгений…

— Да там столько дел, что не переделать…

Мда уж, тот самый момент, когда не знаешь, за что хвататься! Ладно, пойдём по порядку.

Фракция. Точнее, фракции.

Основная — «Защитники» и моя подфракция «Мастерская». Ну и «Великие» с «Вечными», конечно же.

Мировое сообщество готово предоставить нам все необходимые ресурсы, и это хорошо. Но одновременно с этим нужно заключить с «Вечными» и «Великими» договор о сотрудничестве. Их технологии, изыскания, духовные и боевые практики в обмен на стабильный канал связи.

Думаю, Вася меня в этом поддержит — либо мы получаем доступ ко всему спектру фракционных бонусов, либо монополия на канал связи остаётся у нашей фракции. И как бы снисходительно остальные неофиты ни относились к нашей локации — подумаешь, Столовая! — представительство Земли находится на нашей территории!

Радует одно — Бестужев в курсе проблемы, а за ним стоит огромная команда аналитиков. И что бы ни случилось, мы точно не останемся в проигрыше. И даже наоборот.

Теперь неофиты…

Я не тешу себя иллюзиями, что, вернувшись в Школу, застану всё как было.

Неофиты ежедневно развиваются, совершенствуются, выполняют задания, получают новые ранги. И я со своим седьмым рангом уже нахожусь где-то в хвосте общего Рейтинга, а дальше отрыв будет всё более и более существенным.

А ведь мне ещё нужно набирать неофитов в подфракцию…

Да, Мастер Вин не упустит шанса привлечь в Мастерскую неофитов с нужными дарами и проконтролирует их развитие, но это вынужденная мера. Я, как лидер, должен задавать развитие фракции, а я пока что только и делаю, что прыгаю туда-сюда по Разломам.

Надежда на Васю, Хосе, Эрика, Анну и, конечно же, Лару.

При воспоминании о Ларе на душе потеплело, и я невольно улыбнулся.

Наверное, это тот самый случай, когда любовь не рождается, а создаётся.

Пусть у меня и нет к Ларе пылающей страсти, но именно её я бы хотел видеть в будущем рядом с собой.

— К тому же скоро мне предстоит знакомство с мистером Майнером… Или мне стоит обращаться к нему Леон?

Мда уж, не было печали… Хотя, с другой стороны, всё получилось очень даже удачно. А уж если наши с Ларой отношения послужат укреплению русско-американского партнёрства — это будет настоящим джекпотом!

Следом мысли невольно переключились на взаимоотношения американцев и англичан. Последние сильно подставились, и что-то мне подсказывало, что их кузены не упустят возможность окончательно выкинуть островитян из Большой игры.

Что до ядерного оружия, здравый смысл подсказывает, что оно всё сейчас встанет на мировой учёт. Я почти на сто процентов уверен, что некоторые Разломы придётся закрывать с использованием тактических боеголовок, а для этого необходимо полное взаимодействие между ядерными державами.

Очень хотелось повлиять на политику Земли, но я отлично понимал, что это невозможно.

Политики, которые находятся во Власти свыше двадцати лет, ни в жизнь не станут меня слушать. К тому же, часть из них — те самые десять процентов государевых людей — получили дары и стали, по сути, сверхлюдьми.

Нет, в этот муравейник я точно не полезу, поскольку меня там сразу же сожрут.

Лучше ограничиться положением главного посла Школы и закрепить за собой статус посредника. Таким образом, я буду минимально вовлечён в земные дела, но при этом смогу продавливать жизненно важные решения.

— Да чего там, — пробормотал я, изучая потолок зала. — Одни ресурсы чего только стоят! Осталось только сообразить, как отправить их в Школу.

По сути, наш рейд уже можно считать успешным. Осталось только помочь Евгению избавиться от Махаона и доделать портальную площадку.

А там уже наставники подскажут, как действовать дальше. И да, если получится посадить на земной пантеон кого-нибудь из своих, например, того же Бестужева — будет здорово.

Но это уже опционально, на самом деле. Главное — вернуться в Школу и поучаствовать в Турнире. Я слишком близок к тому, чтобы собрать Шлем Первого Титана, и упускать эту возможность не собираюсь.

Вот только для этого нужно успеть доделать оставшиеся на земле дела и заглянуть в Атлантиду…

— Заглянуть… — усмехнулся я. — И что только Дону и Махаону там понадобилось?

По последнему пункту у меня не было ровным счётом никаких мыслей, и я решил, что подумаю об этом потом, когда соберу побольше информации.

Как знать, может, там находится что-то, что сможет повлиять на Крата Поза? Да, он затаился и практически не отсвечивает, но я бы не стал списывать его со счетов. К тому же он взял с меня обещание, что я буду участвовать в турнире…

— Ладно, — поморщился я, чувствуя, как глаза начинают слипаться, — разберёмся…

Я хотел было подумать про Разломы, про будущий мастер-класс, про встречу с Евгением и про само Испытание словом, делом и кровью, но сам не заметил, как уснул.

Не знаю, сколько я проспал, но когда открыл глаза, тело было полно сил и бодрости, а голова была кристально ясная.

На столе, к моему удивлению, обнаружилась тарелка с печеньем и стаканчик с горячим кофе. Наскоро позавтракав, я ради интереса отошёл к сфинксу и когда вернулся к столу, меня снова ждали печеньки и кофе.

Едой, конечно, это не назвать, но на безрыбье, как говорится, и рак — рыба.

Я сделал десять подходов и только после того, как наелся печеньем и напился кофе на несколько недель вперёд, подошёл к дверям из зала.

Сфинкс на мои вопросы больше не отвечал, и это значило лишь одно — пора проходить испытание.

— Надо так надо, — пробормотал я себе под нос и толкнул дверь от себя.

Створки послушно распахнулись, и меня затопил хлынувший оттуда золотой свет.

Глава 20

Испытание первое

— Виктор Павлович, нас-то за что?

Я посмотрел на говорящего и не поверил своим глазам — возмущённый голос принадлежал Саше Жукову — главному раздолбаю одиннадцатого «А» класса.

Я находился в кабинете русского языка и литературы, а передо мной за партами сидело двадцать пять школьников — мой предпоследний выпуск.

По идее, я что-то подобное и предполагал, но происходящее было настолько реалистично, что не укладывалось в голове.

— Виктор Павлович! Ну мы же ни при чём! Это всё Бэшки!

Я мазнул взглядом по Ире Петровой — старосте класса и, не отвечая, поднялся со своего места. Выйдя из-за стола, я подошёл к окну и посмотрел на до боли знакомую школьную площадку.

На улице уже вовсю цвели деревья, а в распахнутое окно врывался тёплый и даже горячий воздух.

Обернувшись, я опёрся о подоконник и бросил взгляд на висящий на стене календарь. Сегодня было 10 мая. В памяти сразу же щёлкнуло, и я вспомнил, почему Сеть выбрала именно этот момент.

Именно сегодня параллель одиннадцатых классов рассорилась в пух и прах из-за выпускного.

Казалось бы — ну разве это повод? Разве нельзя найти устраивающую всех локацию? Как оказалось — нельзя.

И чем больше я вспоминал, тем тяжелее становилось на душе.

Проблема была не в учениках, проблема была в их родителях.

Тогда, десятого мая, я не понимал, почему родительский комитет 11 «В» отказался принимать совместное предложение родительских комитетов 11 «А» и 11 «Б». Не знал, что всё дело в ссоре трёх мамашек, из-за которых и началась та позорная эпопея.

В тот год на меня навалилась уйма всего — выпускной класс, ЕГЭшники, участие в конкурсе «Учитель года» и ежегодное мероприятие «Мисс школы». Помимо этого, каждый вечер приходилось заполнять огромные таблицы с данными, подменяя попавшую в больницу завуча…

И я отчётливо помню, как в тот момент малодушно спихнул организацию выпускного на родителей своих учеников. Точнее, не саму организацию — это, действительно, было дело родителей, а помощь в выборе места.

Из-за ссоры трёх женщин слетела бронь в большом шатре у водоёма, и хорошее место, где комфортно могли разместиться все три класса и родители, тут же перекупила другая школа.

В итоге каждый класс праздновал отдельно — кто-то в кафешке, кто-то в ресторанчике, а кто-то на теплоходе.

И всё бы ничего, но этот разлад сильно повлиял на учеников, внеся в их дружные ряды разлад. Да какой там разлад! С подачи родителей, в школе началась самая настоящая война!

И сегодня, десятого мая, дошло до массовой драки среди парней, из-за которой Гошу Моргунова из одиннадцатого «Б» увезли на скорой с сотрясением мозга.

Тогда, как сейчас помню, я запретил своему классу пересекаться с 11 «Б» и даже репетиции Последнего звонка у нас проходили порознь.

И это, как показали дальнейшие события, оказалось не самым правильным решением.

Да, драк больше не было, но вместо того, чтобы готовиться к экзаменам и репетировать Последний звонок, одиннадцатиклассники с головой погрузились в конфликт.

Кто-то участвовал в нём напрямую, кто-то опосредованно, а кого-то, кто, может, и не хотел во всё это погружаться, просто зацепило поднявшейся волной.

Экзамены — это и так стресс для выпускников, а тут ещё и настоящая война, которая не прекращается ни в школе, ни дома… В общем, из-за всей этой ситуации, вся параллель, можно сказать, провалила ЕГЭ.

И это было самое ужасное.

Плевать на выпускной, плевать даже на Последний звонок! Но от экзаменов зависело будущее ребят. Кто-то не смог поступить на бюджет, кто-то, психанув, пошёл в армию, а кто-то, предав свою мечту, пошёл туда, куда посоветовали родители.

Пожалуй, из всех неприятных моментов в моём прошлом, этот урок литературы, который превратился в обсуждение школьных проблем, был той самой точкой бифуркации, когда ещё можно было изменить ситуацию.

И пока что — словами.

— Виктор Палыч! Вот вы бы сами как отреагировали на оскорбление вашей мамы?

Вопрос Димы Меньшикова вырвал меня из воспоминаний и заставил сфокусировать внимание на классе.

— Зависит от ситуации, Дмитрий, — наконец ответил я, — контекста и личности оскорбившего. И если ты говоришь про Вову, которого, напомню, увезли на скорой с сотрясением мозга, то никакие слова не стоят человеческой жизни.

— Печорин бы с вами не согласился, — возразил Миша Обухов, машинально прикоснувшись к разбитой губе.

— Печорин был, во-первых, дворянином, во-вторых, военным, в-третьих, потерянным человеком, — покачал головой я. — И уж не вам себя с ним сравнивать. Повели себя, как базарные бабки. Вместо того, чтобы уладить конфликт, раздули его! Мат-перемат, оскорбления, а потом и драка! Да ещё и в присутствии мелких!

— Это всё Бэшки! — хмуро бросил Жуков, который, собственно, и бросил Вову через бедро так, что он ударился затылком о пол. — Они первые начали.

— Со стороны себя послушайте, — поморщился я. — Они первые начали! Так, ладно, — прервал я сам себя, чувствуя, как невольно начинаю наезжать на своих же ребят. — Мы с вами поступим следующим образом…

Я выдержал паузу и, убедившись, что все учащиеся меня внимательно слушают, продолжил:

— Для начала, отключим эмоции и разберём ситуацию по фактам. Оценивать ничьи действия не будем. Потом выпишем плюсы и минусы сложившейся ситуации и предложим несколько вариантов решения. Выберем самый подходящий и предложим его Бэшкам и Вэшкам.

— Будет непросто, — поморщилась Ира Петрова, чья мама была одной из ключевых участниц родительского конфликта.

— Непросто будет через месяц ЕГЭ сдавать, — покачал головой я. — Этот конфликт должен быть улажен сегодня. Чтобы вы смогли выкинуть его из головы и сфокусироваться на подготовке к экзаменам.

— Не выйдет, — покачал головой Жуков. — За базар надо отвечать.

— Выйдет, — холодно произнёс я. — Скажи, Саша, ты сейчас можешь остановить военный конфликт между США и Ираном?

— Нет, конечно, — хмыкнул Жуков. — Но при чём здесь это?

— А притом, — я постарался вложить в свои слова всю свою веру, всю свою способность убеждать, — что нельзя взять и перепрыгнуть сразу несколько классов. Нельзя условному одиннадцатикласснику Ване Иванову стать президентом в 18 лет. А что можно?

— Что? — машинально отозвался Жуков.

— Сначала взять ответственность за себя, — спокойно произнёс я. — Потом, когда это получилось, взять ответственность за семью — за младших братьев или сестёр. Потом, когда и здесь получилось, расширить зону своего влияния…

— Взять ответственность за друзей? — скривился Дима Меньшиков. — Звучит как-то не очень.

— Взять ответственность за выстраивание отношений с друзьями, — поправил его я. — И чем сильнее внутренне мы будем становиться, тем больше влияния на общество у нас будет. Ты сам, семья, друзья, знакомые, двор, район, город, страна, весь мир, в конце концов!

— К чему вы ведёте, Виктор Палыч? — уточнила Ира.

— Мы с вами сейчас не будем перекладывать ответственность на Бэшек, — пожал плечами я. — И даже на родителей не будем перекладывать ответственность, хотя история с выпускным завертелась с их подачи. Мы отключим эмоции и разберём ситуацию по фактам.

Наверное, будь это какие-нибудь другие ребята, у меня бы ничего не получилось. Но 11 «А» я вёл с девятого класса, и запас моей репутации был достаточно велик. Да и само предложение разобраться в первопричинах конфликта пришлось классу по душе.

Ведь что они видели последние полгода?

Мне постоянно некогда, а всё свободное время я провожу с ЕГЭшниками. И сейчас, в такой непростой для них ситуации, я отложил все дела на потом и показал, что я рядом. И что мы вместе можем решить эту ситуацию.

Да, тут была тонкая грань между словом и делом, но именно в этот момент, слов оказалось достаточно.

— Давайте разбираться, Виктор Палыч, — вздохнул Саша Жуков.

— Устроим бесстрастный суд? — предложила Ира. — Как над Печориным?

— Только давайте без дебатов, — поморщился Дима. — А то весь урок проговорим, и ничего так и не решится.

Учитывая, что эти трое были негласными лидерами и, по сути, выражали сейчас мнение всего класса, я коротко кивнул и взял в руки мел.

— За работу.

Разобрав с ребятами ситуацию — без эмоций, конечно же, не обошлось — мы пришли к выводу, что из-за конфликта трёх взрослых пострадают три класса, и, главное, это сильно скажется на результатах ЕГЭ.

И если насчёт последнего парни были не согласны, девочки, которые и так уже волновались, горячо меня поддержали.

Ну а после того, как мы расписали все факты на доске и выписали все плюсы и минусы ситуации, подошёл черёд самого главного — сделать вывод.

От которого зависела судьба выпускного, результаты экзаменов и моё испытание словом.

— Это наш выпускной, — первой взяла слово Ира. — Не учителей, не родителей, наш. Мы всю школу прошли вместе. С кем-то из Бэшек учились в началке, а с ребятами из Вэшек даже в детском саду. Конфликт родителей, в котором, — Ира поморщилась, но всё же продолжила, — участвует и моя мама, не должен повлиять на наш выпускной.

— Этот конфликт, — подхватила отличница Оля Румнцева, — влияет на подготовку к ЕГЭ. Ведь мы готовимся не классами, а смешанными группами. И в последнее время заниматься на факультативах стало невозможно.

— Мы не можем повлиять на родителей, — кивнул Сергей Звягинцев, хоккеист, который каким-то чудом доучился до одиннадцатого класса в нашей школе, — но мы можем определиться со своей позицией. Выпускной отмечаем, как и договаривались, всей параллелью.

— И спокойно готовимся к Последнему звонку и экзаменам, — поддержал его Слава Мещареков, который всё свободное время проводил в школьном медиацентре. — А я такое видео сделаю к завтрашнему дню про эти одиннадцать лет, что все урыдаются.

— А Виктор Павлович, — Ира с надеждой посмотрела на меня, — поговорит с другими классными и с нашими родителями. Вас они хотя бы выслушают.

— Поговорю, — пообещал я. — Даже если для этого мне придётся лично привезти всех ваших мам и усадить их за парты.

— Ну вот и порешали, — поднялся со своего места Саша Жуков и кивнул Диме. — Погнали.

Тот без вопросов поднялся и вместе с другом пошёл на выход.

Я молча провожал их взглядом — вся моя интуиция говорила о том, что мне сейчас влезать нельзя. Хоть и очень хочется. К тому же, девчонки точно не утерпят.

Так и получилось.

— Куда это вы? — удивилась Ира. — Мы же ещё не все обсудили!

— В больницу, — поморщился Жуков. — К Вове.

— Брать, так сказать, на себя ответственность, — добавил Дмитрий.

— Мы же с ним в девятом классе вместе на школьном чемпионате по футболу первое место взяли, — вспомнил Слава. — Я с вами пойду, пацаны.

— И я, — поднялся с места Сергей.

— Я тоже, — кивнула сама себе Оля. — По пути только за цветочками зайдём.

— И за апельсинами! — добавила Ира, поднимаясь из-за парты.

— А погнали всё?

Не прошло и нескольких минут, как весь класс был на ногах. И все без исключения собирались в больницу к Вове из 11 «Б».

— Удачи, ребят, — прошептал я, наблюдая за тем, как ученики покидают класс. — Ну а я займусь вашими родителями…

Последней в коридор выходила Ира, и когда она обернулась и посмотрела на меня, я коротко ей кивнул — мол, не переживай, я обязательно поговорю с твоей мамой.

Она с облегчением улыбнулась и вышла из класса. Я было двинулся следом, но не успел сделать и нескольких шагов, как из коридора хлынул поток золотистого света, смывая всё на своём пути.

Последнее, о чём я успел подумать, прежде чем это мягкое золото захлестнуло меня с головой, было:

Интересно, получится ли у нас?

Глава 21

Испытание второе

— Хорошая малина, брат, бери, не пожалеешь!

На этот раз смену обстановки я воспринял намного спокойнее. Да и в памяти сразу же всплыл тот случай с покупкой ягод на свадьбу.

Наверное, у каждого в жизни была такая история — на носу важное мероприятие, и вдруг что-то пошло не так. В моём случае друг попросил заехать за ягодами с утра перед свадьбой, чтобы взять, что называется, свежачок.

Клубнику, малину, голубику и черешню.

И я до сих пор помню, как вместо свежих ягод мне сунули ящик уставшей клубники — остальные ягоды, кроме малины, которой не оказалось, были более-менее — а я вместо того, чтобы сразу отказаться, целый час выбирал там по ягодке. В итоге шеф-повар всё равно их забраковал, и мне пришлось кружить по рынкам, скупая всё, что попадется на глаза.

Если я правильно помню, сейчас я нахожусь на одном из московских рынков, а в машине у меня стоит ящик заветренной клубники.

И в данный конкретный момент, смуглый торговец пытается продать мне пластиковый контейнер с заплесневевшей малиной.

— Бери, брат, вкусная малина!

— Тут плесень, — я посмотрел на продавца тяжёлым взглядом.

— Да тут немножко, брат, — отмахнулся продавец. — Последняя коробочка! Бери, не пожалеешь.

Первым моим желанием было высказать ему всё, что я думаю о нём и его заплесневевшей малине. Но вместо этого я достал телефон и начал снимать видео.

— Ты чего делаешь? — тут же напрягся продавец.

— Скоро узнаешь, — отмахнулся я.

— Убери камеру!

— Убрал, — усмехнулся я и, закончив съёмку, опустил его в карман.

— Зачем снимал?

— А чего бы не снять такую хорошую малину? — усмехнулся я. — Отзыв оставлю, всем порекомендую. Там и плесени-то почти нет, так, сверху только, ну и снизу. Ну ещё чуть-чуть сбоку.

— Удали! — потребовал продавец.

— А в чём проблема? — прищурился я.

Да, сейчас я не ощущал за собой силы Титана, у меня не было даже базовогоУкрепления тела, и я не имел доступа к своему Инвентарю с артефактами и зельями. Но при этом у меня было внутреннее понимание — правда на моей стороне.

А ещё я осознавал — нет смысла призывать торговца к совести или объяснять ему, что он поступает неправильно. Он и сам всё это прекрасно понимал.

Мол, он же не заставляет никого покупать гнилую малину… У всех есть глаза и руки — смотри, трогай, думай своей головой.

Вот только почему тогда он так напрягся, когда я снял его ларёк, гнилую малину и табличку, кому принадлежит этот прилавок? Да потому что знал — он продавал испорченный продукт и врал в глаза.

Раньше бы я не стал связываться — просто бы не стал покупать. Но сейчас мне захотелось восстановить справедливость.

Да, на то, чтобы написать заявление в прокуратуру, уйдёт время, да, это до сих пор где-то считается позорным, да, скорей всего, когда придёт проверка, у них всё будет, как полагается. Но если каждый будет так поступать, то нечистоплотные продавцы будут вынуждены либо уйти с рынка, либо поменять своё отношение.

Скорей всего он и так рано или поздно разорится и закроется — народ не дурак, и прекрасно видит, когда его пытаются обмануть, но… почему бы не ускорить этот процесс?

Я стоял и молча смотрел на продавца, ожидая его дальнейших действий.

Полезет драться? Что ж, подерёмся.

Позовёт своих, чтобы надавить на меня толпой? Да просто убегу, но подниму все свои связи, чтобы этот рынок прошерстил Роспотребнадзор.

Попробует забрать у меня телефон? Получит леща.

Я не боялся конфликта — я терпеливо ждал, что он предпримет. И… мне нравилось это ощущение. И, видимо, продавец увидел в моём взгляде мрачную решимость идти до конца.

— Нельзя снимать! — пробормотал он.

— Нельзя плесень продавать, — в тон ему ответил я.

Я смотрел ему в глаза в ожидании ответа, но продавец предпочёл отвести взгляд в сторону.

Посчитав, что вопрос решён, я молча повернулся и пошёл к машине — осталось не так много времени, чтобы найти и купить красивые ягоды.

Кажется, он что-то пробормотал мне в спину на своём языке, но я не обратил на это ровным счётом никакого внимания. Я поступил не так, как проще, а так, как считал нужным.

Дойдя до машины, я открыл дверь, подспудно ожидая, что меня захлестнёт золотым светом. Но не тут-то было!

— Ладно, — прошептал я себе под нос. — Времени мало. За дело, Вик!

Был соблазн отложить действия в правовом поле на потом, но я отмёл эти малодушные мысли и отправил онлайн-заявление в полицию, прокуратуру и Роспотребнадзор.

Внутри был какой-то дискомфорт, но не оттого, что я «пожаловался» на торговца плесенью, а на то, что не могу решить вопрос силой. Как всё-таки хорошо, когда есть Сеть, и положение в обществе зависит не от денег или связей, а от твоей реальной силы!

Закончив с заявлением, я, вместо того, чтобы поехать искать ягоды по ближайшим рынкам, вернулся в тот магазин, в котором взял заветренную клубнику.

По идее, можно было туда не ездить — ведь я уже заплатил деньги и даже отвёз ягоды на место свадьбы, но внутри меня было чёткое понимание — надо ехать.

Выделив две минуты, я пробежался по нескольким интернет-сайтам и, найдя нужную мне информацию, двинулся в путь.

— Здравствуйте, — протянул я, заходя в магазинчик, из которого утром забирал ягодный заказ. — Вы меня помните?

— Помню, — кивнула девушка за прилавком. — Черешни не хватило? Решили докупить?

— Нет, — покачал головой я. — Приехал делать возврат.

Улыбка девушки-продавца померкла, и она сухо произнесла:

— Мы не делаем возврат.

— Ну как же, — я достал из кармана чек и показал его девушке. — Раз есть чек, возврат делать можно.

— Это не касается еды, — возразила продавец.

— Касается, — я достал телефон и прочитал выдержку из «Закона о защите прав потребителей».

— Я не могу решать такие вопросы, — поджала губы продавец.

— Я понимаю, — не стал спорить я. — У меня претензия только к клубнике. Вас же предупреждали, что ягоды нужны на свадьбу?

— Нет, — соврала девушка.

— Предупреждали, — покачал головой я. — Шеф-повар принял все ягоды, кроме клубники, и, думаю, вы понимаете, почему. Я почти час проторчал в вашем холодильнике, выбирая по ягодке из каждого ящика, но в итоге они всё равно не имеют товарного вида.

— Но вы же купили! — возмутилась девушка. — Значит. Вас всё устроило!

— Это значит лишь одно, — покачал головой я. — Что я торопился успеть к двенадцати. Поэтому и закрыл глаза на товарный вид клубники. Я съездил в конный клуб, где будет проходить свадьба, получил отказ от шеф-повара и его заверения, что у меня есть время до двух часов дня. И вот я здесь. Вместо того чтобы готовиться к свадьбе друга, занимаюсь вашей клубникой.

— Вот и готовились бы к свадьбе, — буркнула продавец. — Из-за полутора тысяч такой шум.

Очень хотелось поговорить с ней как с продавцом на рынке, но я банально не хотел давить на девушку и угрожать ей.

— Сумма неважна, — вежливо возразил я. — Важно то, что вся ваша клубника заветрилась и выглядит так, будто её скрестили с черносливом.

— Нормальная клубника, — поморщилась продавец, скрещивая руки на груди. — Другие берут и не жалуются.

— Я — не другие, — спокойно ответил я. — Позвоните начальству, опишите ситуацию.

— Не указывайте мне, что делать! — взвилась девушка. — Идите жалуйтесь куда хотите!

— Хорошо, — вздохнул я. — Если не хотите решать вопрос прямо сейчас, то я прямо при вас пишу претензию в письменном виде.

Я достал из кармана два двойных листочка, вырванных из завалявшейся в машине тетради, и наскоро набросал свои претензии. Указал свои данные, данные магазина, описал недостатки, обозначил требования — вернуть деньги, поскольку после свадьбы нужда в качественной и красивой клубнике пропадёт — и сфотографировал чек.

Пока я занимался писаниной, девушка кому-то позвонила, и я было понадеялся, что вопрос решится, но нет. Закончив звонок, она внимательно наблюдала за моими действиями.

Я же, дописав вторую претензию, один экземпляр отдал продавцу, на втором попросил её поставить отметку о вручении с указанием даты, должности, ФИО и заверить всё подписью.

Поначалу девушка отказывалась. Но, видя мою спокойную и даже холодную уверенность, она всё же расписалась на моём экземпляре.

— У вашей компании есть десять рабочих дней, чтобы удовлетворить моё требование, — произнёс я, убирая свой экземпляр в карман. — Всего хорошего.

И, потеряв интерес к девушке и к заветренной клубнике, направился к выходу.

— Постойте! — донеслось мне в спину. — Наличка устроит?

Вот какая, а! Дождалась, когда я сделаю всё, что пообещал, и только после этого решила пойти на мировую. Не по-человечески, конечно… Хотя. Скорей всего такие указания она получила от владельца.

Можно было ткнуть её носом, поглумиться, но… зачем?

— Устроит.

Забрав полторы тысячи, я коротко кивнул на прощание и вышел из того магазинчика.

Сев в машину, я нашёл на онлайн-карте это местечко и поставил две звезды, подробно описав ситуацию и приложив фотки заветренной клубники и своего заявления.

Оставался последний квест — найти красивую и, по возможности, вкусную клубнику.

Можно было поехать в магазин или попробовать найти какие-нибудь фруктовые ларьки по пути в конный клуб, но времени оставалось слишком мало. А ведь мне ещё нужно заехать домой.

Подумав несколько минут, я понял, что не успеваю, и снова потянулся за телефоном.

— Дим, привет. Как дела? Чем занят… Да, не просто так звоню… Друг женится, попросил меня заехать за клубникой, а она прям совсем уставшая… Да, я помню, ты говорил, что недалеко от тебя есть оптовый рынок какой-то… Дим, а ты можешь заехать туда и взять ящик клубники?… Здорово! А завезти в конный клуб?… От души, Дим, с меня причитается. Сейчас полторы тысячи тебе переведу… В смысле, много? За пятьсот возьмёшь? Дим, хорошая нужна… Ну ладно, ладно тебе… Тогда завезёшь? Отлично, сейчас скину контакт организатора.

Я знал, что Дима согласится, поскольку не раз выручал его в похожих историях. Наверное, для этого и нужны друзья — помогать друг другу.

По идее, я решил все проблемы сегодняшнего дня, но золотистый свет всё никак не желал появляться.

— Неужели, придётся ехать на свадьбу? — пробормотал я себе под нос, — Но там-то что можно изменить?

Насчёт ягод всё было понятно — я поступил не так, как удобно окружающим, а так, как выгодно мне. И, честно говоря, был благодарен Сети. Если бы не Испытание, то мне самому следовало бы сделать что-то подобное. Казалось бы — какие-то ягоды… Но на самом деле, всё намного серьёзней.

И речь не о деньгах и даже не о справедливости, а о внутреннем равновесии.

Я, по сути, только что делом показал то, о чём говорил своим ученикам в предыдущем испытании.

И от этого осознания на душе стало хорошо.

— Ладно, — пробормотал я. — Поехали на свадьбу.

Но стоило мне завести движок, как машину заполнил золотой свет.

Перед тем как мир исчез, я успел почувствовать удовлетворение от проделанной над собой работы и облегчение оттого, что мне не придётся идти на свадьбу.

Оставалось пройти последний сценарий — испытание Кровью.

Глава 22

Испытание третье

— Не понял…

Я стоял на первом этаже школы и, не веря своим глазам, смотрел на дуло пистолета.

Мужика, который его на меня наставил, я не знал, но, судя по тому, как сильно дрожала его рука, он был явно не в себе.

Его трясло либо от волнения, либо — я заметил расширенные зрачки — от чего-то другого.

— С дороги! — прорычал он, посмотрев на меня безумным взглядом. — Или застрелю!

Такого в моей жизни точно не было.

Нет, я слышал новости про школьных стрелков, но они были единичные, и шумиха тогда поднималась на всю страну.

И я точно знал — в нашей школе никогда не случалось ничего подобного. И уж тем более в тот день, когда я был дежурным педагогом.

Вообще, быть дежурным — то ещё удовольствие. Мало того что ты должен прийти на работу в 7:20 и до 8:00 встречать всех учеников у входа, так ещё должен спускаться на первый этаж на каждой перемене до 13:30.

К счастью, в дежурстве принимали участие все учителя, и, отдежурив одну неделю, всё остальное полугодие можно было забыть о нём, как о страшном сне.

Почему о страшном? Да потому что с семи до двух ты должен был бегать туда-сюда, умудряясь при этом вести уроки и следить за порядком на первом этаже.

И я не знаю ни одного учителя, кому бы нравилось это дежурство.

Кто-то терпеть не мог быдловатых старшеклассников, вечно занимающих лавочки, предназначенные для учеников начального класса, кто-то возмущался, что не может толком поесть, ну а меня раздражал сквозняк.

Стоять приходилось напротив двери, и каждый раз, когда в школу заходил очередной ученик, тебя обдувало порывом ветра. И ладно, если на улице стояла осень или, к примеру, весна, но зимой… Зимой было сложнее всего.

Даже я, который никогда не жаловался на здоровье, начинал шмыгать носом уже на второй день!

Но, как оказалось, есть нечто похуже утреннего дежурства на первом этаже. А именно, мужик с пистолетом в руке и сумасшедшим взглядом.

— С дороги, я сказал! — повысил голос он. — Ну!

В его взгляде явно читалось, что если я и на этот раз промолчу, то он пустит в ход пистолет. Вот только раз он не стал стрелять сразу, значит, ещё не всё потеряно.

— Убери ствол, — произнёс я. — Здесь дети.

— Дети, — скривился мужик. — Онижедети!

Его бегающий по сторонам взгляд остановился у меня за спиной, и лицо превратилось в восковую маску.

— Вот они, твари, — прошептал он, отшагивая назад и вправо. — Убью…

Я не знал, кого он увидел, да это, в общем-то, было и неважно. Важно было то, что он заторможенно переводил ствол пистолета на детей.

На моих учеников.

«Надо было попробовать вырвать пистолет, когда он чуть ли не тыкал им мне в нос, — с сожалением подумал я, смещаясь влево. — Ведь…».

Бах!

Меня словно лошадь в грудь лягнула. Дыхание перехватило, мышцы окаменели, но я, усилием воли вернув контроль над телом, бросил его вперёд — прямо на дымящееся дуло пистолета.

Бах! Бах! Бах!

Он успел выстрелить ещё трижды — одна пуля попала в плечо, остальные две — в живот. Мир вокруг померк, и всё, что я видел — чёртов пистолет.

Навалившись на него всем телом, я вцепился в руку мужика и, послушав наитие, сунул скрученные пальцы левой руки за курок.

По идее, нужно было изловчиться и боднуть его лбом в нос, но на это уже не было сил.

Я повис на руке стрелка, отдавая все оставшиеся силы на то, чтобы не дать ему выстрелить.

В висках шумело, в глазах резко потемнело — кажется, меня ударили по лицу — а в следующий момент я провалился вперёд.

И только уже упав на пол, я осознал — пистолет остался у меня.

Так и не узнав, что случилось со стрелком — убежал он, или его кто-то оттащил — я криво усмехнулся и, на всякий случай прижав пистолет к себе, попытался втянуть в себя хотя бы глоточек воздуха.

Но вместо этого провалился в кромешную тьму.

— Эй, слышь, есть прикурить?

В какой момент тьма сменилась вечерними сумерками, я так и не уловил. Ещё мгновение назад я умирал на холодном полу школы, а сейчас… иду по скверу?

Хах, а ведь я помню этот сквер! Здесь постоянно были проблемы с уличными фонарями, и неудивительно, что это местечко облюбовала местная гопота. И сейчас эти бравые уличные гангстеры решили наехать на меня.

Радовало одно — боль в груди от выстрелов в упор пропала, словно её и не было. Боль пропала, а вот злость — нет.

— Осади назад, щенок, — негромко произнёс я, разглядывая пятерых гопников.

— Ты чё такой дерзкий? — опешил центральный парень — здоровяк лет двадцати.

— В очё, — хмуро бросил я, останавливая свой взгляд на пятом гопнике, который старательно прятался за своим товарищем. — Гришин, ты опять за старое?

— Вано, ты знаешь этого фраера? — здоровяк бросил ленивый взгляд на Ваню Гришина — учащегося из моей школы, который зачем-то пошёл в десятый класс.

— Это препод из школы, — с явной неохотой протянул Гришин. — Тот самый.

— Тот самый? — недобро прищурился здоровяк. — Это ты, что ли, дядя, заставляешь ровных пацанов в туалете отжиматься?

— Гришин, — я посмотрел на ученика. — Уж если рассказываешь про школьные дела, так хоть не ври. Или хочешь сказать, что ты тоже в туалете отжимался?

Гришин, конечно же, замялся.

Подтвердить мои слова он не мог, ведь отжиматься в туалете — это зашквар! А сказать правду — значило расписаться в своём вранье.

Да и потом, «заставлял отжиматься» — громко сказано. Просто каждый раз, когда я ловил учеников с вейпами в туалетах, то предлагал им решить вопрос по-спортивному или по-школьному.

В первом случае мы шли в спортзал, где каждый отжимался по пятьдесят раз, а во втором — к завучу.

На моей памяти, никто из учеников ни разу не выбрал второе.

— В любом случае, не по понятиям, дядя, — протянул тем временем здоровяк, спасая Гришина от необходимости отвечать на мой вопрос. — Извиниться надо бы.

— Да что ты говоришь? — усмехнулся я в ответ. — Соску пива на пятерых выпили — осмелели?

— Базар фильтруй, дядя, — скривился здоровяк.

— Знал бы ты, клоун, как смешно выглядишь со стороны, — покачал головой я. — Был бы на моём месте бывший заключённый, уже давным-давно вам лещей бы раздал.

— А ты чё так дерзко базаришь? — опешил здоровяк.

— В очё, — устало повторил я. — Потерялись отсюда.

Со стороны могло показаться, что я говорю с подростками грубо и неуважительно, вот только я знал, что по-другому с ними общаться бесполезно. Как только такая вот гопота сбивается в стаю, она мгновенное перестаёт понимать вежливые увещевания.

Это поодиночке с ними можно говорить нормально, но когда их трое и больше — всё. Бесполезно. Как говорится — понты дороже золота.

Более того, вежливые попытки урегулировать конфликт они воспринимают за слабость.

К тому же, они были явно поддатые.

Будь их трое, я бы, возможно, говорил чуть мягче, но их было пятеро, а значит, нужно было показать, что я сильнее. Что я их не боюсь.

Я молча сверлил здоровяка взглядом, ожидая его решения.

И я уже видел по его глазам, что он готов сдать назад и, бросив что-то типа: «Да он же психованный! Пошли отсюда, пацаны!», отступить, но вмешался Гришин.

— И что вы сделаете? Мы тут все или школьники или студенты шараги! Побьёте нас?

Я молча покачал головой, сетуя про себя на глупость этого школьника, но сказать ничего не успел.

— А ведь и вправду, — оживился здоровяк. — Что он сделает?

— Вали урода! — крикнул Гришин и швырнул в меня стеклянную бутылку.

Пришлось шагнуть в сторону, чтобы бутылка не попала мне в лицо, но для гопников это оказалось сигналом к действию — они, мешаясь друг другу, с радостным ором рванули вперёд.

Для меня же время на мгновение остановилось, и я понял, что нахожусь перед выбором — позволить школьникам и студентам себя избить или врезать так, чтобы у них раз и навсегда отпало желание приставать к взрослым.

Вариант сбежать я даже не рассматривал.

И, если я правильно понимал смысл этого испытания, я должен был либо пожертвовать собой, как я это сделал в предыдущем сценарии, либо наплевать на этику учителя и применить силу.

Будь дело в школе, и выступи против меня старшеклассники, я бы, наверное, не стал с ними драться. Но сейчас… в тёмном сквере… ночью… против здоровенных лосей, которые плевать хотели на все законы и авторитеты? Ну уж нет.

Время вернулось к привычному бегу, и я, вместо того, чтобы отступить, шагнул вперёд и пнул радостно рванувшего ко мне здоровяка в живот. Тот согнулся от боли, а я уже сместился влево.

Двигаясь так, чтобы гопники постоянно мешали друг дружке, я вырубил прямым в челюсть самого быстрого, а затем мне так прилетело в бок, что перехватило дыхание.

То ли третий гопник чем-то занимался, то ли мне не повезло поймать печенью его удар.

Это только в фильмах получивший в печень герой на мгновение сгибается, а потом вновь продолжает бой. На деле хороший удар в печень эффективнее прямого удара в «солнышко».

Я пошатнулся и через силу поднял руки, чтобы прикрыть ими лицо, но это не помогло. На меня обрушился град ударов, и не прошло и нескольких секунд, как меня повалили на асфальт и принялись запинывать ногами.

Я пытался подняться на ноги четыре раза, и все четыре раза меня сбивали на землю.

По щекам катились злые слёзы, и я, кое-как закрываясь от ударов гопоты, скрипел зубами — не от боли, от обиды.

Было чертовски обидно, что из-за одной ошибки я потерял инициативу и разом превратился в грушу для битья.

Я мог их раскидать, точно мог! Но этот чёртов удар в печень всё испортил…

В ушах шумело, во рту давно стоял привкус крови, а в глазах то и дело вспыхивали вспышки ослепительного света… Или это была боль?

Оставалось одно — терпеть и по возможности закрывать голову и живот.

Пригнув голову к груди, я всеми силами старался держаться, чтобы не дай Бог не потерять сознание. И только звук бьющегося стекла заставил меня вскинуть голову.

Стекло — это плохо.

В памяти сразу же всплыла стеклянная бутылка, которую Гришин швырнул в меня.

Разлепив слипшиеся от крови глаза — голову мне всё же рассекли — я мазнул по гопникам мутным взглядом.

— Вано, харош! — крикнул здоровяк. — Нахрен тебе розочка?

Что ответил Гришин, я не услышал, зато увидел его пьяные от вседозволенности глаза, которые чем-то походили на сумасшедший взгляд стрелка.

— Чтоб ты сдох, урод, — прошипел он мне в лицо, и живот пронзила острая боль.

Я не стал тратить силы на какую-нибудь пафосную фразу, а-ля добрый учитель. Вместо этого я вцепился правой рукой ему в кадык и дёрнул его на себя.

Сейчас он — не ученик, а я — не его учитель, сейчас мы два самца, которые борются за право жить.

И если мне суждено сегодня умереть, то этого отморозка я заберу с собой.

Гришин открыл рот в беззвучном крике, и вместо проклятий на меня хлынул поток золотого света.

— Полный сюр, — прошептал я, осознавая себя в зале со сфинксом.

Ошибки быть не могло — я находился в Оружейной палате Кремля, вот только что-то мне подсказывало, что сейчас будет третий акт финального испытания Кровью.

Не удержавшись, я провёл рукой по животу и, не обнаружив там ни малейшей царапинки, с облегчением выдохнул.

— И что дальше? — протянул я, посмотрев на сфинкса, чьи глаза сияли не красным, как до этого, а золотым. — Поставишь меня перед очередным непростым выбором?

— Обернись, — отозвался сфинкс.

Я повернулся на пятках и неверяще хмыкнул.

Передо мной находились: стела, лежащий на пьедестале шлем и… Дон. Дон смотрел куда-то вдаль, как будто это был не он, а его…образ, что ли?

— Выбирай, — пророкотал сфинкс, а я неожиданно для себя обнаружил у себя в руке матово-чёрный кинжал.

В голове тут же сложилась картинка — нужно полоснуть кинжалом по ладони и приложить её к стеле, шлему или Дону.

Дона я отмёл почти сразу — пусть я и понял, зачем он меня подставил, но это не значит, что мне это по душе. Не-е-ет, Дон — это временный попутчик, который блюдёт в первую очередь свои интересы. Да и потом, я и так уже повязан с ним кровью, зачем ещё больше усиливать зависимость?

Нет, Дон точно мимо.

Оставался выбор между стелой и шлемом.

Мне никто не давал подсказки, но я нутром чуял — приложу руку к стеле, стану верной слугой Сети. Приложу руку к Шлему — заявлю на него единоличные права.

И это было логично — Сеть сильнее меня. Но я — сильнее какого-то там артефакта. Пусть это даже Шлем Первого Титана.

Приняв решение, я провёл кинжалом по лезвию и, дождавшись, когда начнёт сочиться ярко-алая кровь, шагнул вперёд и положил руку на шлем.

— Выбор сделан! — проревел у меня за спиной сфинкс. — А теперь, Титан, ответь, ты готов столкнуться с последствием своего выбора? С последствием своих поступков?

Я немного помедлил, но всё же кивнул:

— Готов.

А в следующий момент меня снова затопила волна света. Только на этот раз он был не золотой, а кровавый.

Глава 23

Я находился в странном месте, которое, казалось, было соткано из трёх энергий — золотого сияния, жемчужного света и… крови.

Жемчуг, золото и кровь постоянно смешивались, пытаясь задавить друг дружку, но как только одна из энергий начинала доминировать над второй, третья тут же её атаковала.

И эта бесконечная война шла со всех сторон.

В какой-то момент у меня даже зарябило в глазах, и я с силой зажмурился, прогоняя плывущие перед взором яркие пятна. А когда открыл их, увидел перед собой сфинкса.

— Титан! — заявил сфинкс. — Ты искупил свой проступок Словом, Делом и Кровью. Штраф отменён.

В следующий момент с меня словно спали стальные оковы, которые до этого не давали толком вздохнуть. Я почувствовал, как ко мне возвращается сила и, не удержавшись, заглянул в свои характеристики:

Духовная сила: 62 (+10 Медный шлем, Благословение Титана)

Воля: 76 (+10 Медный шлем, Благословение Титана)

Стойкость: 94 (+10 Медный шлем, +8 уровень фракции, Благословение Титана)

Выходило, что характеристики не просто вернулись на исходные значения, но и подросли каждая на два пункта. Хах! Жить можно! А ещё, через шесть пунктов, я добью Стойкость до сотки!

В голове сразу же всплыл один из первых советов Директора про первый потолок характеристик:

— При достижении естественного роста любой характеристики до 50 пунктов, стела предложит тебе промежуточную награду. Не бери.

— Промежуточная подразумевает, что есть стандартная? Значит, ждать до сотки?

— Учитывая, сколько Разломов тебя ждёт, она не за горами.

Я тогда настолько проникся его советом, что даже не обратил внимания на достижение 50 пунктов. Да и школьная стела, чувствуя мой настрой, даже не предложила мне промежуточную награду.

Зато очень скоро я получу полноценную награду за достижение первого, как говорит Ной, капа. Вот только смущала оговорка Директора про естественный рост… Но даже без учёта Шлема,Благословения Титана и бонуса за фракционный уровень, я был уже близок к сотке.

— Отлично, — невольно улыбнулся я, разглядывая чуть подросшие характеристики. — Благодарю.

— Следи за своими словами, Титан, — отозвался сфинкс. — В следующий раз поблажки не будет.

— Следующего раза не будет, — заверил я сфинкса.

Рассказывать ему о том, что всё это был хитроумный план Дона, я, конечно же, не стал.

— Ты успешно прошёл жизненные сценарии, — повысил голос сфинкс. — По внутренней классификации Титанов-Неофитов будет рекомендован статус: «Адаптивный».

— Что это значит? — не понял я.

— Ты хорошо адаптируешься в новых ситуациях, — пояснил сфинкс.

— А какие ещё статусы можно было получить и как? — не удержался от вопроса я.

— Защитник, Воин, Каратель, Ликвидатор, Бессердечный, Дипломат, — принялся перечислять сфинкс. — Статус зависит от действий в сценариях.

— Что даёт статус?

—Данный статус помогает подбирать мир для нового воплощения. — ответил сфинкс, интонацией выделив слово «данный».

Я понимал, что сфинкс так откровенно со мной разговаривает только потому, что до испытания я выбрал информационный бонус. А ещё я понимал, что как только испытание закончится, и я вернусь в оружейную палату, лавочка будет прикрыта.

— Новое воплощение? — переспросил я.

— По достижению десятого ранга, Титан получает выбор — продолжать следовать своему пути или воспользоваться Вторым шансом.

— Вот как… — протянул я. — И многие выбирают Второй шанс?

— Многие, — коротко ответил сфинкс.

Я смерил его задумчивым взглядом и хмыкнул.

Шанс начать всё заново — это круто. Я читал похожие книги — герой попадал в своё прошлое или в тело какого-нибудь ребёнка и спустя какое-то время… всех нагибал.

Возможность начать всё заново и не допустить ошибок — это очень и очень заманчиво.

— Тот, кто решил воспользоваться Вторым шансом, может взять с собой, к примеру, дочь?

— Нет.

Ну да, неудивительно. Вот только в таком случае, стоит ли оно того? На мой взгляд — нет.

Я хотел было сменить тему и перейти непосредственно к награде, но что-то на краю сознания не давало мне покоя.

— Если воспользоваться Вторым шансом, то каким будет мир?

— Это закрытая информация, — невозмутимо отозвался сфинкс.

— Ну можешь хотя бы сказать — один из текущих или…

— Или, — ответил сфинкс. — Титан Вик, твой лимит вопросов подошёл к концу.

Судя по ответу сфинкса, что-то с этим Вторым шансом было неладно, но что именно, понять было невозможно.

Что до статуса, то он в текущих реалиях, был просто-напросто не нужен.

— Хорошо, — выдохнул я. — Я готов возвращаться.

Про награду напоминать не стал, будучи уверенным, что сфинкс про неё не забудет. Так, собственно, и оказалось.

— Титан Вик, — голос сфинкса стал походить на голос Директора. — У тебя есть шанс забрать из данной линии вероятности то, что ты хочешь и можешь. Сделай правильный выбор!

Я молча кивнул и уставился в появившийся передо мной портал.

В нём мелькали какие-то картинки и сцены, и, стоило мне сфокусировать взгляд, как стало понятно — я вижу свою жизнь.

Не знаю, сколько я простоял перед этим порталом в прошлое — некоторые моменты я «пролистывал», некоторые, наоборот, смотрел с неподдельным интересом.

Детство, школа, тренировки, университет, армия, работа… Я снова заново узнавал себя, отмечая, как те или иные ситуации влияли на моё мировоззрение.

Тяга к справедливости, любовь к компьютерным играм и системам, привитое отцом целеполагание и настойчивость в достижении своих хотелок — на моих глазах формировалось ядро моей личности. И, глядя на своё детство и юность, я понимал, откуда взялся интерес к Системе и что послужило фундаментом моей кандидатской диссертации.

А ещё я понял, почему пошёл работать в школу.

Не из-за власти, чем грешили некоторые учителя, а из-за того самого Второго шанса.

Я видел в учениках самого себя и всеми силами старался помочь им как можно быстрее найти свой путь. Не исправлять свои ошибки за их счёт, нет! Именно помочь найти любимое дело как можно раньше.

Ведь диссертацию про Систему может написать только тот, у кого за плечами огромный геймерский опыт и желание докопаться до сути. Тот, кто относится к жизни как к компьютерной игре.

А возглавить корпорацию может тот, кто с детства привык руководить и считывать потенциал окружающих его людей.

Ну а хорошим исполнителем станет тот, кто привык всегда делать домашку и отвечает на уроках не столько из-за оценки, а чтобы его похвалили и оценили его труд.

В общем, я руководствовался принципом — найди любимое дело, и тебе не придётся работать ни дня в своей жизни.

И сейчас, смотря на свою жизнь со стороны, я понимал, почему мой путь сложился именно так.

А потом появилась она — моя бывшая жена. Хотя. Если следовать временному потоку моего прошлого, то скорее — будущая жена.

Свидания, встречи, первые ссоры, переезд, снова ссоры, свадьба, рождение Веронички…

Сейчас со стороны я отчётливо видел причину наших ссор и последующего развода.

Она хотела внимания, хотела быть на первом месте, хотела быть главным событием моей жизни. Но у меня на первом месте была работа. Сначала диссертация, затем школа… Я хотел добиться в этой жизни большего, чем было мне уготовано. Стать всемирно известным учёным. Или сначала директором, а потом и министром образования…

Я чувствовал, что мой потенциал не раскрыт, и глубоко в глубине души понимал — мне нужна была другая жена. Не соперник за лидерство в семье и в заработке, а… соратник.

Чтобы дома можно было отдыхать, а не сражаться.

Чтобы идти вперёд, будучи уверенным, что тылы прикрыты.

Ну какое, чёрт побери, мытьё посуды или пола, когда всё это пожирает драгоценное время? Ну какая уборка, когда мне нужно писать научную статью или заниматься репетиторством, чтобы заработать денег?

Да чего там! Сейчас я прекрасно понимал, что не я выбрал жену, а жена выбрала меня — молодого, перспективного. А я… я пошёл по лёгкому пути. Симпатичная? Симпатичная. Стройная? Стройная. Интересная? Интересная. Ну и отлично!

В итоге, сохранив на тактическом уровне силы и энергию на поиск спутницы жизни, я проиграл стратегически.

Нет, я не спорю, бывают такие ситуации, когда мужчине приходится брать на себя защиту тылов, пока его жена успешно руководит фирмой или строит бизнес. Но это был не мой путь.

Всё, что мне было нужно — порядок и уют дома.

Я каждый день сражался с внешним миром и дома хотел отдыхать.

Но… увы.

И рождение Веронички всё усугубило.

Денег требовалось всё больше. сил становилось всё меньше, в жизни пошла какая-то чёрная полоса…

Я смотрел, как передо мной проносится моя жизнь, и не замечал, как по щекам катятся слёзы.

Можно сказать, что я понял мотивацию своей жены. Понял, но не принял. И если бы у меня была возможность забрать не предмет, а человека, я бы выбрал дочь.

Не жену — хоть мама и любила повторять, что мужчине и женщине следует любить друг друга больше, чем детей — а дочь.

Я бы вытащил Веронику за мгновение до аварии, и всё сразу бы стало хорошо!

Хотя… без такой сильной мотивации смог бы я так сильно выкладываться в Школе Титанов? Был бы я готов на всё? Не факт…

Единственное, что бы меня подстёгивало — финансовый вопрос и любопытство учёного-исследователя.

Но чем дальше я погружался в свою жизнь, тем сильнее вставал вопрос — что именно мне взять из прошлого?

Школьный костюм? Университетский ноутбук? Домашние консервы?

Всё это было совершенно не нужно в Школе Титанов.

Можно было попробовать стащить что-то из музея — за свою жизнь я побывал в большом количестве музеев, как со школьными экскурсиями, так и самостоятельно — но что именно оттуда тащить?

Я знал, что некоторые реликвии стали артефактами, но не знал, какие именно. Да и потом, даже если бы я знал, что именно брать, информации о свойствах артефактов у меня не было.

Брать кота в мешке? Ну уж нет.

Вот если бы я точно знал свойства артефактов или был уверен, что в моих руках оружие… Так, стоп!

— Оружие… — пробормотал я себе под нос и невольно улыбнулся.

Усилием воли ускорил течение своей жизни и, проскочив все неприятные моменты, связанные с аварией, избиением того борова и последующим пребыванием в СИЗО, остановился на том моменте, когда мы с Бестужевым стоим перед открывшимся порталом в Школу.

— А почему бы и нет? — прошептал я себе под нос, жадно осматривая висящую на мне снарягу.

Тактическая униформа, каска, защитные очки, калаш и армейский рюкзак…

Я словно наяву вспомнил, тот неподъёмный рюкзак и оттягивающую плечи разгрузку.

Помимо калаша, из оружия у меня тогда был Макаров и шесть гранат. А ещё шесть магазинов и два цинка с патронами, конечно же, бронежилет с каской. Ну и прочая снаряга, типа фляги с водой, компактной палатки, двухнедельного сухпайка, аптечки, обезбола, удобных берцев, тактической униформы и прочих мелочей.

По сравнению сТитанической дланью молний, калаш выглядел сущей ерундой, но как бы сильно он мне помог во время конфликта с Искрой!

Или тогда, когда я до капли выжал свой внутренний резервуар энергии!

— Надо брать, — прошептал я себе под нос.

Я понимал, что велика вероятность того, что по возвращении в Школу, земное оружие снова пропадёт, но других вариантов просто-напросто не было.

— Я сделал свой выбор! — произнёс я, не сводя взгляда с висящей на втором мне снаряги.

— Да будет так, — холодно отозвался сфинкс.

На моих глазах, прошлый я шагнул в портал Школы Титанов, и я на мгновение ощутил себя там. Тело отреагировало быстрее, чем разум, и в зал со стелой я шагнул уже без снаряги.

Секундная дезориентация, и я вновь стою перед сфинксом, растерянно наблюдая за тем, как портал опадает жемчужными снежинками.

— Выбор сделан, — заявил сфинкс. — Награда — получена. А теперь…

— Постойте, — нахмурился я, прислушиваясь к своим ощущениям. — Но я чувствую… второй Инвентарь. Это нормально?

— Это и есть награда, Титан, — сфинкс позволил себе усмехнуться. — Ты получил одноразовый астральный Инвентарь. Невидимый никому кроме тебя.

— Даже Дон…

— Даже твой партнёр, с которым ты повязан кровью, не будет о нём знать, — с полуслова понял меня сфинкс. — Но стоит тебе призвать из него хоть один предмет, как астральный Инвентарь развеется. Используй его с умом, Титан Вик.

— А я могу положить в него ещё что-то? — торопливо уточнил я. — Прямо сейчас?

— Нет, — разочаровал меня сфинкс. — Только взять. А теперь…

На этот раз я не стал прерывать сфинкса, и он закончил:

— … объявляю испытание законченным!

На этот раз не было ни головокружений, ни бабочек в животе — Золото, жемчуг и кровь слились воедино и исчезли, оставляя после себя знакомый зал Оружейной палаты и висящий передо мной кровавый портал.

— Скоро вернусь, — произнёс я, чувствуя, как мои губы двигаются словно чужие.

И шагнул в исчезнувший на моих глазах портал.

— И что это было? — протянул Бестужев. — Портал не сработал?

— Сработал, — усмехнулся я и, повернувшись к сфинксу, поклонился ему в пояс. — Спасибо за науку.

Сфинкс ничего не ответил, но его глаза засветились ровным жемчужным светом.

— Вик? — с опаской в голосе протянул Бестужев.

— Я здесь, — кивнул я, оборачиваясь к ФСБшнику. — Мой вопрос решён.

Бестужев немного помолчал, изучая меня внимательным взглядом, но, судя по всему, решил довериться своей суперинтуиции.

— Что ж, — медленно протянул он, не сводя с меня внимательного взгляда. — В таком случае, идём на встречу к Евгению?

— Идём, — подтвердил я, — но для начала, — на моих губах появилась недобрая улыбка. — Познакомлю тебя с Доном. Лично, так сказать.

Глава 24

— Лично? — переспросил Бестужев. — Но он же сказал…

— Я всё уладил, — перебил я Ивана. — Один момент.

Присев на всякий случай за стол, я прикрыл глаза и мысленно позвал партнёра:

«Дон… Дон, ты меня слышишь?».

«Слышу… — в голосе Дона отчётливо читалось удивление. —Ты, что, прошёл испытание?».

«Да».

«Вик…».

«Лично пообщаемся, — прервал я его. —Глаза в глаза».

«При Бестужеве?» , — фыркнул партнёр.

«Нет , — немного подумав, отозвался я. —Один на один».

«Тогда в Атлантиде» , — решил Дон.

«Не факт, что мы туда успеем , — возразил я. —Осталось всего тридцать часов».

«Успеем , — отмахнулся Дон. —Главное — попасть в Атлантиду».

«Опять начинаешь, Дон ? — нахмурился я. — Всё, никаких больше афер. Никакой Атлантиды!».

«Не горячись, Вик , — примиряюще протянул Дон. —Главное — попасть в Атлантиду до истечения выданного стелой строка».

«Зачем? — не понял я. —Мы же в таком случае не успеем вернуться в Школу!».

Дон промолчал, а у меня в голове что-то щёлкнуло.

«Постой , — протянул я. —Хочешь сказать… Атлантида — это часть Школы?».

«Умный мальчик , — усмехнулся Дон. —Это наш единственный шанс попасть туда, и я не намерен его упускать , — в голосе Дона сверкнула сталь. —С тобой или без тебя».

«Без меня ты туда даже не доберёшься , — возразил я. —И вообще, как я могу тебе доверять после подставы с клятвой?».

«Значит, всё-таки хочешь поговорить сейчас ? — хмыкнул Дон. —Ну давай поговорим».

«Говори» , — буркнул я.

«Я уже сто раз говорил об ограничениях, связанных с Сетью , — вздохнул Дон. —Поверь, Вик, если я буду ставить тебя в известность, на нас с тобой упадут такие штрафы, что мало не покажется! Тебе, что, мало разведчиков ксуров? Которые, напомню, уничтожили от десяти до пятнадцати процентов орбитальной группировки?»

«Орбитальной группировки… — проворчал я. —От кого нахватался? От Бестужева?».

«Да какая разница! — отмахнулся Дон. —Вик, когда я или Директор, или По говорим тебе о штрафах Сети — это не шутки. Я понимаю твоё возмущение, но давай уберём эмоции в сторону и оценим ситуацию рационально?».

Дона чуть ли не слово в слово повторил моё предложение ученикам из первого сценария, и я мысленно кивнул.

«Ну давай».

«Я тебя обманул, этого не отрицаю, но что по итогу?».

«Что?».

«Если бы ты не прошёл испытание, я бы, как твой партнёр, связанный с тобой кровью, сделал бы это вместо тебя. Ты в любом случае ничего не терял. Более того, ты как минимум мог выспаться и отдохнуть».

«Я-то отдохнул , — вынужденно согласился я. —Но это всё равно была подстава!».

«Вик , — протянул Дон. —Мы же договорились без эмоций. Мне нужно было вытащить из моей линии вероятности один артефакт, который понадобился бы нам в Атлантиде. Но не вышло».

«Ты мог меня предупредить».

«И получить такой штраф от Сети, что усечение характеристик в два раза показалось бы тебе счастьем! — парировал Дон. —Вик, мне пришлось пойти на этот сомнительный шаг только ради того, чтобы вытащить из своей линии вероятности артефакт».

Всё, что говорил Дон, звучало логично, и как бы я ни был на него зол, но получалось, что Дон в очередной раз оказывается прав.

«К тому же, Вик, — продолжил партнёр. —Я более чем уверен, что ты внакладе не остался. И я сейчас не про отдых».

«А про что?», — поинтересовался я, не собираясь рассказывать Дону про снарягу.

«Ну как это? — удивился Дон. —Артефактов у вас нет, поэтому ты, скорей всего, позаимствовал из своей линии вероятности дар. Если бы не артефакт, я бы поступил так же. Но он был нужнее. Сильно облегчил бы дела в Атлантиде…» .

«Дар … — эхом откликнулся я. —Дар…» .

«Ну да, — подтвердил Дон. —Скажи, что ты выбрал Укрепление тела! ».

Укрепление тела… Дополнительный ранг… Ещё одна ступень к почти абсолютной защите… Эх, и почему я об этом даже не подумал…

«Вик?» , — проворчал Дон, заподозрив неладное.

Мне же от осознания, какой шанс я упустил по своей глупости, стало чуть ли не физически больно! Да и потом, получается, Дон так и так узнает о снаряге! Точнее, об астральном Инвентаре…

Получается, отнекиваться нет смысла…

«Оружие , — буркнул я. —Я взял оружие, Дон» .

Несколько секунд Дон молчал, потом, вздохнув, произнёс:

«Ладно, бывает. Что хоть за оружие?» .

«Кинетическое. Типа пулемётных турелей ксуров, только послабее» .

«Ладно , — повторил Дон. —Пригодится. Будет у нас на пути один Разлом, где нет ни капли магии. Там пригодится. Астральный Инвентарь, да?» .

«Он самый» , — подтвердил я, чувствуя невольное облегчение из-за того, что Дон не стал надо мной насмехаться, и вообще, отнёсся к ситуации с пониманием.

«Пойдёт , — произнёс Дон, стараясь говорить уверенно. —Считай, выполнили план-минимум» .

«Ещё характеристики немного подросли» , — добавил я, ощущая острое желание доказать, что остался после испытания с прибытком.

«Тем более , — поддержал меня Дон. —Характеристик мало не бывает» .

«Ещё немного, и будет сотка в Воле» .

«Сотка, говоришь? — протянул Дон. —Тогда нам тем более нужно в Атлантиду. Если повезёт, на ежегодный школьный турнир заявишься с весомым козырем» .

«Ладно, Дон, — вздохнул я. —Прыгай уже. И это, прости, что вспылил» .

«Всё нормально, Вик , — отмахнулся партнёр. —Я бы на твоём месте действовал точно так же» .

Он немного помолчал и добавил:

«Ну всё, сконцентрируйся, сейчас буду прыгать» .

— Иван, — произнёс я, не открывая глаза, — осторожно, сейчас около меня появится Дон.

— Понял, — отозвался Бестужев и, судя по шагам, отошёл к стене.

Я же, следуя совету Дона, сконцентрировался на своём внутреннем источнике.

И раз… И раз… И раз!

Через какое-то время я заметил, что пульсация, на которую я «раскачал» свой источник, похожа на биение моего сердца. Но не успел я подумать — хорошо это или плохо, как по ушам ударил негромкий хлопок воздуха, и сбоку от меня появился Дон.

— Приветствую, — он посмотрел на Бестужева сверху вниз и хищно оскалился. — Я так полагаю, Титан-Защитник четвёртого ранга Иван Бестужев?

— К вашим услугам, — кивнул Бестужев, рассматривая массивную фигуру песьеголового. — Титан Дон, как я понимаю? Или мне следует обращаться к Вам Наставник Дон?

— Просто Дон, — великодушно разрешил мой партнёр. — Дайте угадаю, Сеть дала тебе ранг за выполнение личного задания?

— Всё верно, — кивнул Бестужев. — К сожалению, только один.

— Это легко поправимо, — тоном змея-искусителя протянул Дон. — Достаточно закрыть несколько Разломов.

— На мне слишком большая ответственность, — поморщился Бестужев. — К тому же, у меня нет боевых навыков.

— Ерунда, — отмахнулся Дон. — Мы с Виком подарим тебе школьную форму с призванным к ней плетением Молнией.

— Я, в общем-то, не против, — прищурился Бестужев. — Но… что взамен?

— Транспортные услуги, — оскалился Дон. — Нужно будет доставить меня с Виком в Атлантиду.

— Как я уже говорил, — развёл руками Бестужев, — я не могу принимать такие решения в одиночку.

— У меня с собой есть уникальное зелье, — усмехнулся Дон. — Разработанное специально для Защитников. При получении ранга коэффициент удваивается.

— Хочешь сказать, — Бестужев машинально понизил голос, — я смогу взять сразу шестой ранг?

— Минимум шестой, — поправил его Дон. — Ведь можно получить сразу два ранга…

— Как это? — не понял Бестужев.

— Зависит от Разлома, — охотно объяснил Дон, — В Греции есть один уникальный Разлом… В него непросто попасть — там есть определённые требования для входа, и велик риск… скажем так, потерять всё, но… два ранга — это два ранга.

— В моём случае, я получу сразу восьмой… — протянул Бестужев.

— А ещё у меня есть артефакт, который повышает ранг Титана-Защитника… — сверкнул белоснежными клыками Дон. — Сразу получишь девятый. А, следовательно, сможешь дважды усилить свой дар или выбрать новый.

— В чём подвох? — прищурился ФСБшник.

— Если артефакт снять, ранг будет немедленно аннулирован, — усмехнулся Дон. — А вместе с ним и сопутствующие дары.

— Что за артефакт?

— Перстень.

Я молча наблюдал за их разговором, и не думая вмешиваться.

Сначала я подумал, что Дон хочет подкупить Бестужева, чтобы стопроцентно попасть в Атлантиду, но когда разговор зашёл про уникальный Разлом, я насторожился.

Дон не страдал альтруизмом, и явно не просто так взял с собой зелье и перстень. А раз так, то он заранее планировал заглянуть в этот Разлом. Вот только до этого момента он мне о нём не говорил.

Хотя, стоп!

Артефакт из его линии вероятности! Который он не смог получить из-за меня!

Получается, этот уникальный разлом в Греции — запасной план Дона? Греция, Атлантида — хм, звучит как правда!

Вот только это сильно осложнит логистику…

— Но решаться нужно прямо сейчас, — словно прочитал мои мысли Дон. — Времени — в обрез.

— Что за Разлом? — Бестужев, забывшись, кусал от волнения губы. — Что нас там ждёт? Сколько нужно Титанов?

— Двадцать Титанов, — принялся перечислять Дон. — Что именно ждёт — сказать не могу, иначе будет штраф от стелы. Разлом… опасный.

— И всё? — поморщился Бестужев. — Слишком мало информации.

— Единственное, что могу сказать — доставку обеспечим мы с Виком, — он посмотрел на меня, — у тебя же остались портальные заряды?

— Остались, — кивнул я. — Вот только успеем ли мы? И сможем ли перенести за раз двадцать человек?

— Насколько я понял, у вас есть подводные лодки, — Дон уставился на Бестужева немигающим взглядом. — Это так?

— Есть, — подтвердил Бестужев. — Но всё упирается во временные лимиты. Максимальная скорость, которую может развить подводная лодка — 80 км в час.

— Пойдёт, — оскалился Дон. — Ну так что, Титан Иван, каков будет твой ответ?

— Сколько у меня есть времени на подумать? — поморщился Бестужев.

— Нисколько, — оскалился Дон. — Мы выдвинемся как только пообщаемся с неофитом Евгением.

— У меня ещё встреча с отцом Лары, — напомнил я.

— Можем не успеть, — поморщился Дон.

— Сенатор Майнер уже летит в Москву, — произнёс Дон. — Он будет в Кремле примерно через восемь часов.

— У нас осталось тридцать три, — задумался Дон. — Минус восемь — двадцать пять. Если пройти Разлом за двенадцать часов, то уложимся. Даже запас небольшой останется.

— Уверен? — засомневался я. — Я бы накинул ещё минимум шесть часов — самое сложное будет скоординировать всё это.

— Команду придётся брать интернациональную, — поморщился Бестужев. — Иначе могут возникнуть проблемы.

— Вот и решай, — величественно кивнул Дон. — Мы выдвигаемся через восемь с половиной часов. Подводная лодка… — Дон, подойдя к карте, безошибочно ткнул на западное побережье Греции, — должна ждать нас вот здесь. Разлом находится — здесь.

Он ткнул чуть ли не в центр Греции.

— Значит, понадобятся вертолёты, — кивнул Бестужев. — Мы одни точно такое не потянем.

— Время есть, — отмахнулся Дон. — Планируй, договаривайся, а мы с Виком, — партнёр, поманил меня за собой, — пойдём пообщаемся с неофитом Евгением.

Глава 25

Конечно же, сразу устроить встречу с Женей не вышло.

Во-первых, он находился не в Кремле, а, во-вторых, нужно было придумать, как замаскировать Дона.

И если с первым пунктом проблема была только во времени, то со вторым всё было намного сложнее.

Кадры с Доном облетели весь мир, и было бы странно, если бы двухметровый песьеголовый неожиданно появился в Москве. Да что там, странно! Для англичан это было бы самое настоящее спасение!

К слову об англичанах, я не знал, что сейчас происходит на мировой политической арене, но, судя по тому, как вели себя послы других стран, Британии решили провести показательную порку.

С одной стороны, я был рад — не просто так в мировом обиходе появилась фраза «англичанка гадит», но с другой, на душе стало тревожно — даже загнанная в угол крыса способна нанести серьёзный урон своим обидчикам, не говоря уже о такой великой стране, как Британия.

В общем, Дона нельзя было показывать никому. Даже своим.

Вот только пока мы с Бестужевым думали, каким образом скрыть его появление, Дон достал из своего Инвентаря несколько склянок и… походный набор алхимика.

— Что это? — удивился Бестужев, отрываясь от своего планшета с расписанием дежурств.

— Скоро узнаешь, — отмахнулся Дон.

— Может, к Евгению съездит один Вик? — в какой уже раз предложил Бестужев. — Это разом снимет массу проблем.

Я, в принципе, не возражал против этого плана, но Дон в очередной раз бросил короткое:

— Исключено.

— В таком случае, у меня больше нет предложений, — Бестужев бросил на Дона недовольный взгляд. — Только если посвящать в план моё руководство.

— И это исключено, — проворчал Дон, аккуратно сцеживая зелье в пузатую колбу.

— Время уходит, — напомнил Бестужев.

— Сейчас всё будет, — пообещал Дон. — Вик, помедитируй несколько минут, сейчас буду делать слепок твоей ауры.

— Зачем… — начал было я, но тут до меня дошло. — Хочешь сменить личину? Прикинуться мной?

— Это был первый план, — усмехнулся Дон, продолжая колдовать над склянками. — Если бы ты не проявил инициативу на испытании, то мы бы так и поступили. Ты бы остался здесь гонять чаи и вести со сфинксом разговоры о смысле жизни, а я в твоём обличии сделал бы все дела.

— А сейчас… — протянул я.

— А сейчас я объединяю зелье Невидимости и Чужого облика, — пояснил Дон. — Перестраховка, конечно, но лишним не будет. По крайней мере, если среди местных Титанов есть те, кто может видеть ауры, у них не возникнет вопросов.

— Зелье Невидимости? — переспросил Бестужев. — Звучит как план. Долго действует?

— Его хватит на сутки, — ответил Дон, — но если я применю дар или вступлю в бой, то Невидимость с меня слетит. И мне придётся постоянно находиться в метре от Вика.

— Как-нибудь переживу, — хмыкнул я. — Не впервой.

— А как же Разлом? — прищурился Бестужев. — Вы же пойдёте с нами?

— С вами, — кивнул Дон. — Но проходить его я помогать не буду. Как, впрочем, и Вик.

— А мы точно справимся?

— Справитесь, — отмахнулся Дон. — Вик будет рядом и будет подсказывать, что да как.

— Баланс? — уточнил я. — Думаешь, прокатит?

— По самому краешку пройдём, — усмехнулся Дон. — Но пока действует зелье, я — часть тебя. К тому же, ты хоть и возглавляешь субфракцию, но в первую очередь являешься одним из основателей фракции Защитники.

— И что? — не понял я, наблюдая за тем, как два зелья, смешавшись в колбе под воздействием сырой силы Дона, приобретают насыщенный фиолетовый цвет.

— Ты — Защитник. Они — Титаны-Защитники, — неохотно пояснил Дон. — Дальше продолжать?

— Понятно, — кивнул я. — Но при этом мне нельзя будет драться.

— Атаковать, — поправил меня Дон.

— Атаковать? — тут же переспросил Бестужев. — Защищаться, получается, можно?

— Я этого не говорил, — хмыкнул Дон, но тут же посерьёзнел. — С нами, с одной стороны, будет легче, но с другой, сложнее. Просто не будет. Нужны надёжные Титаны.

— С этим проблем нет, — заверил партнёра Бестужев. — Но хотелось бы получить больше информации про Разлом. Что нас там ждёт?

— Я не могу рассказать, что вас там ждёт, — дёрнул плечом Дон и перелил фиолетовую жидкость в некое подобие центрифуги. — А Вик не знает.

— Ладно, — поморщился Бестужев. — Что насчёт аур Вика? Они будут там действовать?

Дон загадочно промолчал, поэтому отвечать пришлось мне:

— Думаю, да.

— Огнестрел можно с собой брать?

Дон снова ничего не сказал, и я уверенно кивнул:

— Лишним не будет.

— Тогда ещё вот такой вопрос, — Бестужев скривился так, будто съел целый лимон. — Мне пришла заявка на участие в операции нескольких высокопоставленных лиц. Сколько, кхм, пассажиров, мы сможем с собой взять?

Дона так перекосило, что он аж пролил несколько капель фиолетового эликсира мимо очередной колбы.

Его реакция была понятней любых слов, но я всё же посчитал нужным прояснить этот момент:

— Нисколько, Иван. Вы сами там, по сути, будете пассажирами. Это не тот случай, когда можно рисковать группой из двадцати Титанов ради хотелок какой-то там важной шишки.

— А если это будет наш президент?

Дон вздохнул, и то, как он это сделал, дало мне понять — отказать главе государства мы не имеем права.

— Президента можно. Но это максимум. Иначе мы не пройдём Разлом, и всё окажется зря.

— Мне вынесут весь мозг, — глухо произнёс Бестужев.

— Слушай, Вик, — всё же не выдержал Дон. — У тебя осталось что-нибудь из вещей Искры?

— С чего бы это? — удивился я. — А что?

— Есть идея, — протянул Дон. — Смотри, мы сейчас общаемся с неофитом Евгением, так?

— Так.

— Затем у тебя мастер-класс с местными Титанам по зачистке Разломов, так?

Я посмотрел на Бестужева и, дождавшись согласного кивка, подтвердил:

— Так.

— Затем встреча с отцом Лары. Верно?

— Верно.

— Ну а после этого мы прыгаем порталом в Грецию. Сначала Разлом, потом то, ради чего мы здесь оказались.

— И к чему ты клонишь? — пока что я не понимал, зачем Дон перечислил запланированный список дел.

— Давай совместим второй и третий пункты? — огорошил меня Дон. — Заодно и кинем кость местной элите?

— Кхм, — поморщился Бестужев. — Что значит «кинем кость»?

— Вик начнёт свой мастер-класс, — усмехнулся Дон, ловким движением сливая светящееся фиолетовым зелье в заранее заготовленную склянку. — А когда прибудет отец Лары, мы откроем слабенький Разлом с нежитью. Без ограничений по количеству участников. Каждый сможет получить заветный ранг.

— В чём подвох? — нахмурился Бестужев.

— Максимальный ранг для посещения Разлома — третий, — пожал плечами Дон. — Для остальных он будет бесполезен.

— Жаль, — протянул Бестужев, который, видимо, уже видел себя в составе участников рейда. — А как вы откроете этот Разлом?

— Или найдём артефакт, оставшийся в наследство от некроманта, — усмехнулся Дон, — Или я воспользуюсь остаточными эманациями Смерти в ауре Вика.

— А вы? — прищурился Бестужев. — Пойдёте в этот Разлом?

— Только если Вику нужно будет побеседовать с отцом Лары с глазу на глаз, — отозвался Дон. — Там есть стартовая зона, в которой могут находиться Титаны любых рангов. Главное — не выходить из неё.

— А то что? — насторожился Бестужев.

— Всё в этом мире подчинено равновесию, — протянул Дон.

— Повысится ранг нежити? — прищурился Бестужев.

И, судя по тому, как скривился Дон, догадка ФСБшника попала точно в цель.

— Довольно разговоров, — Дон посмотрел склянку на свет и довольно кивнул сам себе. — Я готов. А вы?

— Всегда готов, — улыбнулся я, с интересом наблюдая за тем, как Дон искусно сливает Бестужеву ценную информацию про Разломы, а Иван раз за разом делает верные выводы.

— Один момент, — Бестужев достал свой телефон и по памяти набрал чей-то номер. — Алло, Игорь Андреевич?… Так точно… Есть информация… Можно поднять ранг нашим Титанам… Нет, только до четвёртого ранга, и то это будет непросто… Разлом с нежитью… Можем ли мы привлечь союзников?

Бестужев оторвался от телефона и вопросительно посмотрел на Дона. Тот уверенно кивнул.

— Можем, Игорь Андреевич. Если уложатся в наши временные рамки… Хорошо, дам знать… Где? — Бестужев на мгновенье задумался, выстраивая у себя в голове логистику. — На полигоне номер 19… Нет, как раз. Между объектом «Зодчий» и аэропортом… Да, американского сенатора доставим сразу туда.

Следующую минуту Бестужев молча кивал, а когда ЦУ начальства иссякли, коротко бросил:

— Сделаю.

Закончив телефонный разговор, он обвёл нас взглядом и кивнул:

— Получил добро. Через три часа на полигоне протолкнуться нельзя будет от желающих. Мы же уложимся в три часа?

— Должны, — кивнул Дон, — ну а если нет, то подождут.

С последним я был целиком и полностью согласен — действительно, подождут. Ну а если кто-то решит уйти — это сугубо его или её личное дело.

— Я готов, — Бестужев посмотрел на Дона, и тот, оскалившись, опрокинул в себя склянку с зельем.

— Гадость, — проворчал Дон, опуская склянку в специальную подставку в своём походном наборе алхимика.

Набор отправился в Инвентарь, а сам Дон начал… истончаться.

«Всё, Вик , — партнёр перешёл на мыслеречь, —второй попытки не будет» .

Я почувствовал, как сзади на плечо опустилась его тяжёлая ладонь, и мысленно ответил:

«Что, так и будешь ходить за мной, как привязанный?».

«Я же уже сказал, — в голове Дона сквозило ничем не прикрытое недовольство. —Второй попытки сделать зелье не будет. У меня был лишь один экземпляр заготовок. Одно дело смешать уже готовый набор, другое — варить всё с нуля» .

«Понял , — мысленно вздохнул я. —Идём?» .

«Идём» , — буркнул Дон.

— Мы тоже готовы, — сказал я Бестужеву, и тот, кивнув, повёл нас за собой.

У выхода из Оружейной палаты нас ждал чёрный Аурус, и как только мы с Доном и Бестужевым оказались в салоне, машина тронулась в путь.

— Пока едем, — произнёс Бестужев, — давай ещё раз обсудим, как закрывать Разломы.

— Давай, — согласился я.

И всё то время, что мы ехали до Евгения, я рассказывал всё, что знаю о Разломах — какие там встречаются обитатели, при каких условиях Разлом считается закрытым, что такое Разлом с метафизической точки зрения.

Но всё рано или поздно заканчивается, и мы наконец-то приехали к объекту «Зодчий».

Наш Аурус въехал на подземную стоянку, где мы сели в лифт и спустились ещё на 9 этажей под землю.

Если до этого момента я думал, что в Оружейной палате беспрецедентные меры защиты, то, увидев этот подземный бункер, враз поменял своё решение.

Автоматические пулемёты, подъёмные двери, многочисленные камеры и даже несколько Титанов в военной форме! С первого взгляда становилось понятно — государство возлагает на объект «Зодчий» серьёзные надежды.

Ну а когда мы оказались в зале, по центру которого находилась стальная арка портала, я и вовсе не удержался и присвистнул.

Ох, не зря Бестужев назвал Женю Зодчим, ох, не зря! То, что я видел перед собой, походило на футуристическое чудо света — техногенную арку портала!

Что до Жени, то он был в этом же зале.

Мой боевой товарищ был прикован к дальней стене зала, и, казалось, он не замечает ничего вокруг себя.

Помимо толстенной стальной цепи, руки и ноги Евгения были закованы в свинцовые гири, и на него были нацелены сразу три пулемёта.

— Не жестковато ли? — протянул я, но Бестужева рядом не оказалось.

ФСБшник остался в предыдущем зале и сейчас внимательно наблюдал за моими действиями через толстое и, скорей всего, пуленепробиваемое стекло.

«Не жестковато, — вместо Бестужева ответил Дон. — Присмотрись, Вик! Это не Евгений, это Махаон».

И действительно, сейчас, после слов Дона, я заметил, что глаза неофита едва заметно светятся. Следом по залу прокатилась едва ощутимая волна энергии Жизни, и мне на мгновение показалось, что я вернулся в Осколок Асклепия.

А затем Евгений-Махаон поднял голову и впился в меня немигающим взглядом.

— Ты… — прохрипел он. — Ты убил моего отца!

«Ну что я тебе могу сказать, Вик, — усмехнулся Дон. — Договориться по-хорошему, увы, не выйдет».

Глава 26

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — Дон прав.

В данный момент тело Евгения находилось под контролем Махаона, и последний явно не был расположен на диалог. Поэтому я даже не стал пытаться. Вместо этого я подошёл к Махаону и достал переговорный амулет с выгравированными на нём рунами Подчинения и Удержания.

Стоило мне это сделать, как Махаон мгновенно перестал изрыгать проклятья, а в его взгляде промелькнул настоящий испуг.

— Давай, давай, — поторопил я его. — На выход!

Амулет потянуло к Махаону так, словно у меня в руках находился магнит, а закованный в свинец одарённый был огромным кусом железа.

И эта тяга была настолько сильна, что я не стал ей противиться, и амулет смачно врезался прямо в лоб неофита.

Он машинально дёрнулся назад, и на моих глазах из тела Евгения вышел дух Махаона.

— Ненавижу, — проскрипел он, не в силах оторваться от амулета. — Это всё из-за тебя!

И Махаон, вместо того, чтобы сопротивляться поглощению, дёрнулся вперёд, протягивая ко мне свои призрачные руки. И это было настолько быстро, что я не успел отреагировать.

Скрюченные пальцы Махаона вонзились мне в грудь, и в следующий момент я почувствовал, как моя душа вылетает из тела!

— Я заберу тебя с собой, убийца моего отца! — прошипел Махаон.

Его медленно, но верно втягивало в амулет, и мне по-настоящему стало страшно — неужели я окажусь взаперти вместе с этим сумасшедшим⁈

И Дон, как назло, молчал!

Хотя… При чём здесь Дон? Хватит уже полагаться на других!

Короткий миг растерянности прошёл, и я, собравшись, ударил Махаона сначала в печень и почти сразу — в солнышко.

Он охнул, и его фигура побледнела. Но при всём при этом хватка нисколько не ослабела. Более того, на моих глазах его руки превратились в клешни, и я понял — пока я буду пытаться их разжимать, амулет окончательно поглотит Махаона, а, следовательно, и меня.

Вот только… если он смог превратить свои руки в клешни, чем я хуже?

Все эти мысли пронеслись в моём сознании за какие-то доли секунды, и я, представив, что мои руки превратились в клинки, слитным взмахом отсёк клешни Махаона.

И тут же дёрнулся назад, возвращаясь в своё тело.

На мгновение закружилась голова, но это была сущая ерунда — главное, что я осознал себя в своём теле! Всё остальное, включая жжение в груди, можно было перетерпеть.

— Не-е-е-е-е-т!

По ушам ударил отчаянный вопль Махаона, и его дух истончился у меня на глазах.

На секунду мне показалось, что меня всё же засосёт в артефакт следом за Махаоном, но обошлось. Засиявший в духовном зрении амулет упал на пол, а неофит встрепенулся и с облегчением произнёс:

— Вик! Ну наконец-то!

— Евгений? — уточнил я. — Это точно ты?

— Ну а кто ещё-то? — удивился неофит. — Вот только… как ты с ним справился? Я больше не ощущаю чужого присутствия!

— Наставники выдали специальный амулет, — я показал Евгению лежащий на полу артефакт. — Погоди пару минут, Жень. Сейчас мы тебя освободим.

«Дон , — мысленно протянул я. —Махаон точно в артефакте?» .

«Точнее некуда, Вик, — заверил меня партнёр. —Я бы на твоём месте не позволил Махаону вцепиться в ауру, но ты вовремя сумел сориентироваться. А теперь дай мне этот амулет» .

«Зачем?» .

«Махаон — наш ключ к Атлантиде, — неохотно пояснил Дон. —Давай амулет, и пусть Бестужев освободит Евгения. Он нам ещё понадобится» .

Я поднял медальон с пола, сунул его Дону и, развернувшись, махнул рукой наблюдающему за нами Бестужеву.

— Готово! Евгений снова с нами!

— Да, — подтвердил Евгений. — Я с вами.

Бестужев зашёл в зал и подошёл к Евгению на расстояние вытянутой руки.

— Мы готовы доставить тебя до Атлантиды. Что скажешь?

— Не-не-не, — помотал головой Евгений. — Я пас. У меня и так дел навалом.

— Хм, — Бестужев смерил Евгения изучающим взглядом. — Похоже, действительно получилось. Но придётся подождать, пока мы окончательно не убедимся в том, что перед нами Евгений, а не Махаон.

«Теряем время» , — проворчал Дон.

— Что за проверка? — поинтересовался я.

— Мобильный аналог МРТ, — усмехнулся Бестужев. — Когда верх берёт Махаон, просыпаются определённые доли головного мозга. Не переживай, Вик, это займёт не более десяти минут.

Я хотел было сказать, что у нас и так времени в обрез, но тут в зал вошли люди в медицинских халатах, и я промолчал.

Следующие десять минут мы провели в тишине. Ну как в тишине… Учёные активно между собой общались, обсуждали диаграммы мозга, сыпали специализированными жаргонизмами, ну а мы с Евгением и Бестужевым молча ждали, когда проверка подойдёт к концу.

И только Дон то и дело отвешивал едкие комментарии, которые слышал только я:

«И чем этот дурацкий шлем может помочь с определением духа-паразита?»…

«Серьёзно? Правая лобовая доля? Что за бред?»…

«И вообще, кто придумал отслеживать мозговую активность вместо того, чтобы делать слепок ауры?»…

«Как эти ваши учёные умудряются делать правильные выводы на основе неправильных данных⁈»…

«Сеть! Что за неправильный мир…» …

Наконец, учёные закончили проверять Евгения и вынесли вердикт — потусторонней сущности или признаков одержимости не обнаружено.

— Ну слава Богу, — выдохнул Бестужев и, не дожидаясь, пока научная братия покинет зал, достал ключи от свинцовых оков.

— Обязательно было свинец использовать? — проворчал Евгений. — Он же вредный. А у меня растущий организм.

— Ты не хуже меня знаешь, что Махаон реагировал на свинец хуже всего, — пожал плечами Бестужев и, скинув последнюю свинцовую болванку, протянул Евгению руку. — Рад, что ты снова с нами, Жень.

— Я тоже, — кивнул Женя, отвечая на рукопожатие. — Если Вик здесь, получается, наше послание дошло?

— Ещё как дошло, — усмехнулся я, пожимая Жене руку. — Мы тут даже немного повоевать успели. Ты сам как вообще?

— Пойдёт, — поморщился Евгений. — Это Махаон — тот ещё засранец. Постоянно пытался залезть мне в разум, а когда понял, что у него ничего не выходит, занялся перестройкой энергоканалов.

«Мда уж , — протянул Дон. —Скажи ему, чтобы при следующем повышении ранга брал любой дар, связанный с Жизнью. Иначе будут проблемы с функциональностью сначала энергоядра, а потом и тела» .

— Жень, — я посмотрел товарищу в глаза. — Когда возьмёшь очередной ранг, и Сеть предложит тебе развитие текущих даров, нужно будет выбрать что-то связанное с Жизнью.

— А если не будет такой опции?

«Будет , — уверенно заявил Дон. —Думаю, Сеть предложит ему или Регенерацию, или, если повезёт, Эволюцию. Пусть выбирает что хочет» .

— Точно будет, — заверил я друга. — Ну а теперь, рассказывай, что с порталом?

— Мы почти его создали, — вздохнул Евгений, — но потом пришлось отправить в Школу весточку, и управление перехватил Махаон.

— Досадно, — покивал я. — И всё же, сколько времени тебе нужно, чтобы закончить создание портала?

— Минимум два месяца, — огорошил меня Евгений. — Приходится насыщать силой каждую деталь и постоянно обновлять связывающие контуры.

«Пусть принесут сюда как можно больше растений , — посоветовал Дон. —Асклепий хорошо поработал над его телом и аурой, не забыв добавить внешнее восполнение энергии. Кстати, в лесу Евгений будет почти непобедим» .

— Иван, — я повернулся к Бестужеву. — Нужны растения. Чем больше, тем лучше. Насыщение энергии сразу же пойдёт быстрее.

— И арбузы, — неожиданно добавил Евгений.

— Арбузы-то зачем? — не понял Бестужев.

— Хочется, — пожал плечами Евгений. — А ещё черешни и клубники. Да и вообще, любые фрукты.

«Слушайте, что он говорит, — усмехнулся Дон. —Организм сам подсказывает своему хозяину, что ему нужно для скорейшего восстановления. Евгению нужны сырые фрукты и овощи и обязательно зелень. А лучше всего зелёные коктейли» .

«Что за зелёные коктейли?» , — заинтересовался я.

«Если говорить применительно к твоему миру, — задумался Дон, —То нужна любая зелень, груши, немного мёда и всё это разрубить в мелкую кашицу. Можешь, кстати, поделиться с Евгением своими запасами трав из Разломов. Ему точно лишним не будет» .

— Обеспечьте его всем, что он хочет, — кивнул я. — И обязательно зелёными коктейлями. Вот, — я достал из Инвентаря небольшой свёрток. — Это травы из Разломов, и… Женя, ты что делаешь?

Евгений, увидев свёрток, накинулся на него словно голодный зверь, и проглотил его, практически не жуя.

— Другое дело! — улыбнулся неофит, слопав весь свёрток. — Вот теперь можно вернуться к работе! Но для начала… — он посмотрел на меня. — Как там дела у наших?

— Всё нормально, — кивнул я. — Ждём портал. Он поможет нам побыстрее поднять уровень фракции. Все страны мира жаждут поучаствовать в предоставлении ресурсной базы.

— Просто так? — удивился Евгений.

— Да сейчас же! — хохотнул я. — В обмен на эликсиры, скажем так, молодости.

— Понятно, — кивнул Евгений. — Эликсиры в обмен на ресурсы — хорошая сделка. Вот только доставить их получится только тогда, когда я закончу портал.

«Он просто недооценивает твой Инвентарь, Вик , — хмыкнул Дон. —Мало у кого пространственный карман завязан на Укрепление тела .Хотя нет, — тут же поправился он. —Много ты всё равно не утащишь. Только самые редкие ресурсы, редкозёмы те же самые или драгоценные камни».

— Разберёмся, — протянул я. — Ну а остальное… да, придётся ждать, когда ты закончишь с порталом.

— Мы со своей стороны создадим все условия, — заверил Евгения Бестужев. — Наша цель — создать портал, связывающий Землю и школу Титанов до Второй Волны.

— Тогда мне нужно в Разлом, — удивил нас Евгений.

— Заскучал по экстриму? — усмехнулся я.

— Да не особо, — усмехнулся в ответ Евгений. — Просто тянет туда. Ну и, честно говоря, я опасаюсь, что меня так и будут держать под замком.

— Не говори ерунды, — возмутился Бестужев. — Всё это, — он кивнул на валяющиеся на полу свинцовые чушки и цепи, — вынужденная мера.

— Да, я понимаю, но…

— Никаких но, — отрезал Бестужев. — Создай мост, а дальше видно будет. Неволить тебя точно не будем. Государство отлично осознаёт все нюансы работы с Титанами и старается идти навстречу по любым вопросам. Но ты сам должен понимать, — он выдержал многозначительную паузу. — Что в качестве Зодчего, который может создавать настоящие порталы, ты бесценен. А для зачистки Разломов есть и более подходящие кандидаты.

— Дело не в этом. — замотал головой Евгений. — Мне нравится моя работа, и я хочу заниматься созданием шедевров всю оставшуюся жизнь, но мне нужно… Вдохновение.

«Я понимаю, о чём он говорит, — шепнул Дон. —Предложи Бестужеву взять Евгения в Разлом. Он не только душу отведёт и наберётся своего вдохновения, но ещё и ранг получит» .

«Какой Разлом? — удивился я. —С нежитью, что ли? Ты же сам говорил, что он максимум до четвёртого ранга. А у Евгения –шестой» .

«Ну, теоретически можно и в этот Разлом, — протянул Дон. —Правда, без жертв не обойдётся. Но вообще, я говорил про Грецию» .

«В смертельно опасный Разлом? — уточнил я. —Ты шутишь?».

«Я абсолютно серьёзен, — заверил меня Дон. —Чем чаще Евгений будет оказываться на грани жизни и смерти, тем ярче будет проявляться его талант. Не забывай, что Асклепий насытил его энергоструктуру Жизнью. Твоё, конечно, дело, Вик, но Разлом пойдёт ему только на пользу. К тому же, его Укрепление тела может посоперничать с твоим».

— Не в ближайшее время, — покачал головой Бестужев, — Более того…

— Женя прав, — перебил я его. — Возьмём его с собой в Грецию.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — скривился Бестужев. — Никто ни при каких обстоятельствах не отпустит Зодчего за границу.

— Два месяца, — напомнил я. — Это слишком долго. После Разлома он создаст его за два дня!

«Ну это вряд ли , — хмыкнул Дон. —Но за пару недель — точно. До Второй Волны вряд ли уложится, но вот до Третьей есть все шансы» .

— Вик, нет, — Бестужев покачал головой. — Евгением никто не будет рисковать.

— Тогда он не успеет, — повысил голос я. — И ладно, Вторая волна, но Третья… Третью Волну Земле не пережить.

— Греция исключена, — поджал губы Бестужев. — И вообще, я не уверен, что его отпустят в Разломы, пока он не закончит с порталом.

— Поверьте, — вздохнул Евгений, — я не то чтобы рвусь в Разлом. Мне, честно говоря, не приносит удовольствия сражаться с монстрами. Я с бо́льшим удовольствием проведу время здесь, в своей мастерской. Но мне нужно подпитать силы.

— Дай мне несколько часов, и я превращу этот бункер, — Бестужев обвёл руками просторный зал, — в настоящий лес. Про овощи, фрукты и всякие травки и вовсе молчу! Но Разломы — это слишком рискованно.

«Увы, но это необходимо , — проворчал Дон. —Махаон выпил Евгения почти досуха. Предложи ему Разлом с нежитью. Но нежить шестого ранга — это серьёзный соперник. Личей не будет, но Рыцари Смерти точно будут. Впрочем, учитывая, что это не Школа Титанов, и в Разлом можно пронести любой физический предмет…» .

Дон недоговорил, но этого и не требовалось.

— Иван, — я посмотрел на Бестужева. — Мы можем взять Евгения в Разлом с нежитью.

— Это было первое, о чём я подумал, — поморщился Бестужев. — Но это означает, что Разлом будет шестого ранга, Вик. Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнул я. — Трехранговые Титаны туда не пойдут. Четырёхранговые — тоже…

— Да у нас других, считай, что и нет! — вспылил Бестужев. — И не забывай, зачем изначально нужен был этот Разлом!

— Прокачать элиту, — кивнул я. — Но Евгений, — я кивнул на своего товарища, — сейчас важнее.

— Ты не понимаешь, — покачал головой Бестужев. — Не всё так просто.

— Я-то как раз таки понимаю, — не согласился я. — Среди гремлинов тоже были те, кто ставил свои личные интересы выше общественных. И я нашёл очень простой выход. Знаешь, какой?

— Здесь нас, в отличие от Оружейной палаты, слушают, Вик, — напомнил Бестужев.

— В общем, выход есть, — поморщился я.

— В текущий момент он неприемлем, — вздохнул Бестужев.

— Вы о чём вообще? — влез Евгений.

— Подожди, — отмахнулся от него Бестужев. — Проверь пока портал и дай чёткие сроки.

— Ладно, — не стал спорить Женя.

— Не могу, Вик, — Бестужев посмотрел мне в глаза. — Просто не могу. Даже Игорь Андреевич не сможет.

— Ладно, — выдохнул я. — А что, если собрать всех опытных Титанов, желательно из числа оперативников, и пройти с ними Разлом с нежитью? А уже потом они прокачают… остальных. В других Разломах?

— Это единственный вариант, — немного подумав, протянул Бестужев. — Но и здесь, опять же, всё не просто так.

— Попробуй продавить именно этот вариант, Иван. Дело даже не в том, что твоя команда получит целый отряд наставников, которых я натаскаю, как смогу, на прохождение Разломов, а в портале. Третья волна, десятый уровень фракции, стабильная связь со школой — всё это взаимосвязано.

— Я-то это понимаю, — скривился Бестужев, — но есть люди…

— Выход есть всегда, — перебил я его. — Всегда.

Несколько минут Бестужев молчал, явно обдумывая возможные варианты.

— Ладно, — наконец-то решился он. — Попробуем. Но у меня есть пара вопросов.

— Валяй, — кивнул я.

— Если в Разлом зайдёт условно сотня Титанов третьего и четвёртого ранга и при этом будет один Титан шестого ранга, каковы шансы пройти этот Разлом?

«Пройдут» , — хмыкнул Дон.

— Хорошие шансы, — ответил я.

— А если с нами будет Титан седьмого ранга?

«Он на тебя, что ли, намекает? — протянул Дон. —Ну… будет сложнее. Придётся пободаться с личём и баньши. Обычная нежить-то не проблема. А вот эманации Смерти — это опасно. Если вам интересно моё мнение — то лучше не стоит. Мы с тобой сможем закрыть Разлом, но без потерь точно не обойдётся» .

— Лучше не стоит, — покачал я головой. — Будут потери. Шестой ранг — это потолок. Вынужденная необходимость.

— То есть, ты не сможешь нас подстраховать? — задумчиво протянул Бестужев.

«Не сможешь , — шепнул Дон. —Ведь если ты выйдешь из стартовой площадки, весь наш план пойдёт насмарку. Или я потеряю невидимость, или ранг Разлома подскочит до невероятных значений. А потом ещё штрафы от Сети прилетят» .

— Не смогу.

— Жаль… — протянул Бестужев, — это всё… осложняет.

«Знаешь, Вик , — с явной неохотой проворчал Дон. —Я до сих пор не понимаю, зачем ты им нужен, если у них под носом есть Евгений, от которого так фонит магией Жизни, что аж скулы сводит? Уж если с ним они не пройдут Разлом, то возникает закономерный вопрос — зачем, вообще, нужны такие слабаки?» .

— Вы справитесь, Иван, — произнёс я. — С Евгением — точно справитесь.

— Интуиция подсказывает мне то же самое, — кивнул Бестужев. — Увы, но этого будет недостаточно, чтобы убедить наше… начальство.

«Ох уж эти аборигены… — проворчал Дон. —Держи, Вик» .

Я почувствовал, как мне прилетел ментальный запрос от Дона на приём в Инвентарь чего-то тяжёлого.

«Что это?», — уточнил я, не спеша принимать подарок Дона.

«Ты же мне дал доспех ксуров? Дал , — проворчал Дон. —Считай, что я возвращаю должок. Хотел попозже. Перед одним непростым Разломом, но сейчас важнее» .

«Но это… — я, приняв запрос, с удивлением посмотрел на появившийся у меня в Инвентаре боевой скаф. —Что это? В плане, он слишком маленький для ксура» .

«Этот скаф я изъял у третьего разведчика ксуров, — отозвался Дон. —Его наверняка хотели выдать Наместнику Земли после того, как будут выполнены условия ксуров. Но, как видишь, я успел первым» .

«Наместнику Земли? — удивился я. —А, впрочем, неважно» .

И правда, если уж продавать свой родной мир, то не за бесценок же!

«Ты знаешь, что делать дальше, Вик, — хмыкнул Дон. —И помни, сейчас самое главное — это время» .

— Иван, — я мысленным усилием предложил Бестужеву обмен. — Есть один вариант, который гарантирует закрытие Разлома. И зависеть это будет от тебя.

На лице Бестужева не дрогнул ни один мускул. Он молча принял скаф и, едва заметно прищурившись, произнёс:

— А потом?

«Да пусть делает с ним, что хочет , — отмахнулся Дон. —В этом скафе есть привязка к ДНК. Поэтому нам он будет совершенно бесполезен. Жаль, конечно, для Вероники или Лары он подошёл бы в самый раз, но время дороже» .

Действительно жаль, но время и вправду дороже.

— Нам главное — успеть вернуться в школу, сделав все свои дела, — размыто ответил я, не забывая, что нас могут слушать. Да что там могут? Наверняка слушают! — Ну так что, Иван? Теперь получится убедить твоё начальство?

— Теперь получится, — кивнул Бестужев и, приняв окончательное решение, криво улыбнулся. — Готовьтесь, парни, через пять минут выдвигаемся на полигон номер 19.

Глава 27

Евгению не понадобилось много времени, чтобы осмотреть портальную станцию и подпитать часть ключевых узлов.

И пока он был занят своим детищем, а Бестужев договаривался с кем-то о рейде в «почти безопасный» Разлом под его личную ответственность, я наскоро пересказал Жене последние новости Школы.

Не сказать, что я был самым информированным Титаном, но Евгению хватило и этого.

Он с жадностью слушал мои рассказы про Мастерскую, про фракционные гонки, про наставников и, конечно же, про все те сложности, с которыми мне пришлось столкнуться. Включая ксуров и гремлинов.

Было видно, что Женя, в отличие от меня, разрывается между Школой и Землёй. Ему нравилось здесь, но командный дух звал его обратно. Вот только я был на сто процентов уверен — несмотря на все его хотелки, Евгений будет призван в Школу Титанов. По крайней мере, до тех пор, пока не будет объявлен выпуск.

А ещё, как мне показалось, Женя всерьёз нацелился поучаствовать в ежегодном турнире неофитов.

На мой взгляд, у него не было ни единого шанса, но оказалось, что турнир — это не только про поединки. В программу Турнира были включены как соревнования по варке зелий, так и по созданию артефактов.

Да-да, Евгений собирался заявиться на турнир с порталом Земля-Школа Титанов.

И что-то мне подсказывало, что он точно победит.

Правда, оставался небольшой нюанс — успеть закончить работу до турнира.

Зато у нас появился ещё один довод в пользу участия Евгения в закрытии Разлома с нежитью.

Наконец, оба, и Бестужев, и Евгений закончили со своими делами, и мы втроём направились на выход.

К тому моменту, когда мы оказались на подземной парковке, нас уже ждали несколько машин и одиннадцать одарённых. Бестужев не стал нас представлять, и мы, погрузившись в аурусы, куда-то поехали.

Мы втроём, а точнее вчетвером, ехали без попутчиков, и Евгений то и дело косился на сиденье слева от меня. Видимо, он каким-то образом чувствовал присутствие Дона, но вслух так ничего и не сказал.

Что до Бестужева, то как только мы тронулись, он тут же загрузил меня работой.

— Вот, — Иван протянул мне включенный планшет, — здесь данные на всех Титанов, которые сегодня идут с нами в Разлом. Как на наших, так и на наших союзников.

— Ого! — удивился я, наискосок просматривая списки со скупым описанием навыков. — Союзники указали дары своих Титанов?

— Это было наше непременное условие, — пожал плечами Бестужев. — Для лучшей координации.

Да-да, координации…

«Дон, что их ждёт в Разломе?».

«Защита Периметра , — отозвался Дон. —Нужно пережить десять волн нежити. Они идут одна за другой с десятиминутным промежутком» .

«С разных сторон?», — уточнил я, листая списки.

«В нашем случае — с двух , — хмыкнул Дон. —Если подключимся мы, то повалят с четырёх» .

«Что по количеству?».

«Каждая обычная волна нежити имеет десятикратное преимущество перед одарёнными. Учитывая, что идти они будут с двух сторон — нежити будет в двадцать раз больше» .

«Ого! — не удержался я. —Как-то это… неспортивно!» .

«Шестой ранг , — усмехнулся Дон. —Это хоть и тренировочный Разлом, но сюда вшита градация сложности, пропорциональная количеству и качеству неофитов» .

«Откуда он у тебя?» .

«Это… моё, скажем так, наследство , — уклончиво отозвался Дон. —Помнишь, как мы с Директором провернули финт с перескакиванием одного уровня фракции? Здесь такая же история. И не спрашивай, во сколько он мне встал, и где я раздобыл Ключ» .

«Не буду» , — отозвался я, делая себе заметку, что встречается и такое.

И если у Дона есть Ключ, который призывает Разлом, то значит, что-то подобное должно быть и у По…

«Что-то мы отвлеклись , — протянул Дон. —Готов слушать дальше?» .

«Всегда готов» , — кивнул я, открывая на планшете новую вкладку.

«Первая волна — это разминка. Скелеты от первого до третьего ранга» .

«Разминка, говоришь? — покачал головой я. —Ладно, что дальше?» .

«Вторая волна посложнее. Зомби. Разброс такой же от первого до третьего ранга. Зомби медленнее, но прочнее. Единственное слабое место у них — это…» .

«Голова , — закончил я. —Понял. Что дальше?» .

«Третья волна — костяные гончие. Для наших ребят самая опасная. Пусть они и условно хрупкие, но очень быстрые» .

«Согласен , — кивнул я. —Тут не обойтись без мин и миномётов» .

«Четвёртая волна — баньши , — продолжил Дон. —Вреда как такового нанести не смогут, но вот дебафы будут вешать до тех пор, пока их всех не перебьют. По идее, Евгений сможет их упокоить, но не забывай, что атка будет с двух сторон» .

«У нас есть ребята со стихийными дарами , — не согласился я. —Должны отбиться. К тому же… Как они относятся к святой воде, Дон?» .

«В Разломе не действуют законы вашего мира , — я чуть ли не воочию увидел, как Дон поморщился. —И единственное действенное против нежити средство, которое работает во всех мирах — это серебро» .

— Иван, — я оторвался от планшета и посмотрел на Бестужева. — Нужно серебряное оружие. Много. Мечи, копья, в идеале, гранаты с серебряной взвесью.

— Вот и пригодится запас, — хмыкнул себе под нос Бестужев. — Понял тебя, Вик.

— Какой запас? — заинтересовался я.

— Наш аналитический центр, опираясь на профильную литературу, выдал прогноз вероятного вторжения нежити и демонов. Вот мы и подготовились. Серебряные пули, дробь, гранаты и так далее.

— Что за профильная литература такая? — усмехнулся я.

— Да та же, на которую ты ссылался в своей диссертации. Из наших — циклы на АТ, из зарубежных — Амазон. И так далее.

— Ясно, — усмехнулся я. — Значит, вам повезло.

— С чем?

— Скоро всё расскажу. — пообещал я. — Ещё пару минут.

«Всё? — с сарказмом протянул Дон. —Я могу продолжить?» .

«Это было важно , — возразил я. —Что дальше?» .

«Важно, говорит! — хмыкнул Дон. —Ладно, идём дальше. Пятая волна — Рыцари смерти. Быстрые, защищённые, смертоносные. Третий-пятый ранг» .

«Ого! — удивился я. —Вот это скачок!» .

«Пятый и десятый — самые опасные уровни , — подтвердил Дон. —И, не дай Сеть, ваши дадут рыцарям сблизиться» .

«Понимаю , — кивнул я. —Что дальше?» .

«Дальше всё то же самое. Скелеты. Зомби. Гончие. Баньши и рыцари Смерти. Но, начиная с шестой волны, их ранг будет варьироваться от четвёртого до шестого. Скелеты, зомби и гончие будут в доспехах, баньши и рыцари Смерти будут владеть магией» .

«Всё по классике , — кивнул я. —Должны сдюжить. Была бы атака с одной стороны — точно бы сдюжили, а так…» .

«Ещё один момент , — перебил меня Дон. —Шестая и седьмая волна будут идти медленно. Их задача — нарастить силы и, дождавшись гончих, ударить всем вместе» .

«Подло , — протянул я. —Но действенно» .

«Здесь неофиты обычно несут основные потери , — подтвердил Дон. —По идее, можно совершить вылазку в стан нежити между девятой и десятой волной и вынести из Разлома интересный артефакт, но риски слишком велики» .

«Согласен» .

Убедившись, что Дон больше ничего не хочет мне сказать, я посмотрел на Бестужева.

— Итак, Иван, атака будет идти с двух направлений по десять волн. Оборону предлагаю возглавить тебе и Евгению. А теперь насчёт деталей и расстановки неофитов. Вот, смотрите сюда…

Всё оставшееся до полигона время мы обсуждали тактику и стратегию. Я подробно рассказал, что их ждёт в Разломе, мы рассортировали Титанов на две сбалансированные команды и даже прикинули, сколько боеприпасов нужно будет взять с собой.

С одной стороны, меня не отпускала мысль, что всё это как-то не очень честно — по сути, даже несмотря на количество и более высокие ранги, у нежити нет шансов. Но с другой, залог любой успешной военной кампании — это качественная разведка.

Да и вообще, что значит честно — нечестно? Мы на войне, а на войне все способы хороши.

К тому же, стоило нам оказаться на полигоне — им вновь оказался какой-то подземный бункер — как сразу же навалились дела, и я, выкинув из головы все лишние мысли, занялся делом.

Первым делом, мы с Бестужевым раскидали Титанов по пятёркам. Старались подбирать одарённых так, чтобы они не просто подходили друг другу по дарам, но и придерживались схожей идеологии.

Последнее было в большей степени опционально, но если была возможность не ставить, к примеру, северных корейцев с южными, мы старались так и поступать.

Всего на полигон прибыло триста одарённых, что, на мой взгляд, было каплей в море.

Многие банально не успели прибыть из-за территориальных ограничений, многие находились на боевом дежурстве, до сих пор закрывая Разломы Первой Волны, ну а кому-то, как, например, англичанам, было отказано.

Ну а потом началось самое сложное — лекции, мастер-классы и боевое слаживание.

Я говорил, говорил и говорил… Отвечал на вопросы, описывал потенциального противника, рассказывал про то, как действовать в Разломах.

Это было непросто, но мне неожиданно понравилось. Педагогическая жилка наложилась на огромный опыт закрытия Разломов, и в итоге получилось нечто интересное.

По крайней мере, мне удавалось удерживать внимание аудитории несколько часов подряд.

Больше всего я боялся, что возникнут проблемы с элитой — эти ребята изначально считали себя круче всех, с чем я, впрочем, готов даже согласиться, ну а стоило им получить дары, как они окончательно в это уверовали.

Я ожидал скепсиса, наплевательского отношения к лекциям, высокомерия, но, к моему удивлению, этот сегмент Титанов слушал меня внимательнее всех.

Чего не сказать о профессиональных военных!

Эти видели во мне пиджака* или, на крайний случай, обычного рядового, «которому повезло прокачаться». Они были свято уверены, что в вопросах тактики и стратегии они на голову превосходят меня.

Что ж, если говорить о работе с оружием, так оно, наверное, и было. Но во всём, что касается использования даров и комбинаций способностей пятёрок, я был на голову выше их всех.

Вот только, к моему глубочайшему изумлению, нашлись те, кто решил оспорить моё лидерство. И ими оказались свои же.

Они могли пропускать мои слова мимо ушей и заниматься своими делами, но нет, эти ребята перебили меня во время мастер-класса по использованию даров, поставив тем самым под сомнение мой авторитет лектора:

— Расскажи лучше о противнике! Что делать с дарами, мы и сами разберёмся!

Возглас донёсся с третьего ряда, и я сразу понял, кто говорит. По словам Бестужева, эти пятнадцать человек были сильнейшими Титанами Российской Федерации. И дело было не столько в дарах, сколько в принадлежности к войскам специального назначения.

А если говорить конкретно, то перебивший меня одарённый находился в звании капитана спецподразделения Альфа.

— Медведев! — тут же отреагировал Бестужев. — Сними корону и слушай Виктора Павловича!

— Спасибо, Иван Николаевич, — я кивнул Бестужеву. — Но я сам. Капитан Медведев, берите свою пятёрку и выходите ко мне.

— Пошли, парни, — усмехнулся капитан — высокий, широкоплечий детинушка, который, несмотря на свои габариты, двигался с грацией лесного кота. — Разомнёмся.

— Ага, разомнёмся, — подтвердил я, замечая, как оживляются Титаны, которые и так внимательно следили за ходом мастер-класса. — Итак, разыграем небольшой эпизод. Я — Рыцарь Смерти шестого ранга. Мои противники — пятёрка капитана Медведева.

Я махнул рукой в сторону идущих ко мне бойцов.

— Все пятеро пятого ранга. Дары — две Молнии, Сенсор, Ледышка и Воздух.

Я намеренно не стал детально описывать дар каждого из бойцов, но и сказанного хватило, чтобы бОльшая часть Титанов поняла текущий расклад.

— Представим, что группа капитана Медведева осталась без оружия и может положиться только на свою силу, дары и навыки владения холодным оружием.

Заметив, как Медведев и его ребята синхронно поморщились, я усмехнулся:

— Да-да, именно навыки владения холодным оружием. Вы будете сражаться с нежитью, и посеребрённая сталь — ваш лучший друг!

Сделав паузу, я мысленно обратился к Дону:

«Будь внимателен, Дон, я собираюсь немного… потанцевать. Сумеешь удержать контакт?».

«За меня не переживай, — усмехнулся Дон. — Но если ты проиграешь местным аборигенам, я расстроюсь. Сильно расстроюсь».

«Очень смешно!», — отозвался я, шагая вперёд.

— Готовы? — уточнил я, обведя взглядом рассредоточившуюся вокруг меня пятёрку.

И, получив утвердительные кивки, коротко бросил:

— Начали!

Как я и ожидал, первым делом в меня полетели стихийные техники — две Молнии и град сосулек.

Молнии должны были меня ошеломить, аСосульки замедлить, но я их даже не заметил.

— Запомните, — я, не обращая внимания на стихийные техники, отправил первуюМолнию в Воздушника. — Рыцари Смерти — это вам не тупая нежить, они будут выбивать самых быстрых, а, следовательно, и самых неудобных противников в первую очередь.

Полюбовавшись, как воздушника трясёт после встречи с моей молнией, я переключился на оставшихся бойцов.

— Во вторую очередь они будут выбивать всех ваших сенсоров, — я метнул вторую молнию в пятого бойца, который отвечал за разведку.

— Ну а в третью, — в этот момент оставшиеся втроём бойцы пошли врукопашную, и мне пришлось отвлечься на них, — они будут сильнее вас!

Удары спецуры хоть и чувствовались, но их пятый ранг ничего не мог противопоставить моемуУкреплению тела . По итогу, первый, получив мощный пинок в грудь, отлетел куда-то вглубь зала, сбив собой сидящих на первых рядах Титанов.

Второму я сломал нос, а третьему — им оказался Медведев — так пробил по печени, что тот мгновенно сполз на пол.

— Я призываю вас отнестись к моим словам внимательно, — продолжил я, возвращаясь на небольшой подиум. — Ваш боевой опыт сильно пригодится, но шестой ранг — это шестой ранг. И когда я описываю правильный порядок применения даров против нежити, лучше засуньте своё эго куда подальше и внимательно слушайте.

Выдержав паузу, я обвёл взглядом всех Титанов, не забыв внимательно посмотреть на оставшихся в зале друзей Медведева.

— Что ж, если с этим мы разобрались, то продолжим. До рейда в Разлом осталось всего ничего, а мы ещё многое не успели обсудить. Итак…

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, Виктор Павлович, — Бестужев одарил Медведева и его друзей тяжёлым взглядом, — но ваш мастер-класс закончен.

— Время? — поморщился я.

Эх, я же столько всего ещё не рассказал ребятам!

— Время, — подтвердил Бестужев и посмотрел в зал. — Господа офицеры! Прошу вас пройти в соседний зал и получить амуницию и БК. Через полчаса всех ждём здесь. Кто опоздает — не попадёт в Разлом.

— Разрешите выполнять? — прохрипел бледный как мел Медведев.

Несмотря на то, что по моим прикидкам он должен был ещё пару минут лежать на полу, он нашёл в себе силы подняться и даже помочь своему соратнику вернуться на место.

— Выполнять, — громогласно ответил Бестужев и, убедившись, что Титаны направились за снарягой, наклонился ко мне:

— Сенатор Майнер прибыл на полигон, Вик. Просит предоставить место для конфиденциальной беседы.

— Он один? — также негромко уточнил я.

— С ним сорок Титанов, — усмехнулся Бестужев.

— Майнер — одарённый?

— Конечно.

— В таком случае, приглашай его в Разлом, — я посмотрел на Бестужева и холодно улыбнулся. — Конфиденциальность гарантирую.

*пиджак — пренебрежительное обращение военных, закончивших военный ВУЗ, по отношению к тем, кто, учась в гражданском университете, прошёл военную кафедру. Пиджак = ненастоящий военный.

Глава 28

Я наблюдал, как получившие БК Титаны возвращаются в зал. И по их лицам и по количеству оружия, было сразу понятно, кто из них военный, кто привык полагаться на свой дар, а кто — чиновник.

И, судя по тому, что чиновников и элитариев здесь было порядка ста — ста пятидесяти человек, то есть почти треть, я мог лишь пожелать удачи Бестужеву и Евгению.

С ними, несмотря на то что они внимательно слушали меня на мастер-классе, будет непросто.

— Поэтому мы и не выдаём им автоматы и более тяжёлое вооружение, — шепнул Бестужев, заметив мой взгляд. — Во избежание, так сказать.

— Волнуюсь за Женю, — признался я. — Не уверен, что он…

— Не переживай, — Бестужев с полуслова понял, что меня тревожит. — Его подстрахуют ребята Медведева.

— Серьёзно? — поморщился я.

— Абсолютно, — подтвердил Бестужев. — Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, но он хороший командир. Считай, что та стычка была проверкой.

— Ну знаешь, — покачал головой я. — Тебе, конечно, виднее, но…

— Мне виднее, — согласился Бестужев. — У Медведева достаточно компетенций и опыта, чтобы управлять целым батальоном Титанов. И не смотри, что он всего лишь капитан.

— Ну как скажешь, — не стал спорить я.

«Ты недооцениваешь этого Титана, — Дон неожиданно вступился за Медведева. —Во-первых, его дар не просто Молния, а молниеносные рефлексы. Он соображает в два-три раза быстрей любого из здесь присутствующих Титанов» .

«Даже так? — удивился я, —А во-вторых?» .

«А во-вторых, у него сильная кровь» .

Сказав это, Дон замолчал, ну а мне было не до того, чтобы выяснять, что он имеет в виду под сильной кровью.

— А вот и сенатор Майнер, — Бестужев кивнул на зашедшую в зал процессию американских Титанов.

Большая их часть была одета в военную форму, но в глаза бросалась как раз таки меньшая часть — байкеры в косухах, неформалы с яркими ирокезами, несколько женщин, одетых как японские школьницы…

— Что за цирк, — едва слышно протянул Бестужев и, натянув на лицо вежливую улыбку, шагнул навстречу идущему к нам отцу Лары. — Сенатор Майнер!

— Мистер Бестужев, — кивнул американец и, тут же потеряв интерес к Бестужеву, впился в меня взглядом. — Мистер Костин…

— Здравствуйте, сэр, — ответил я на английском. — Вас уже предупредили, что мы будем беседовать в Разломе?

Несмотря на мой ужасный акцент и проблемы с грамматикой, Миллер даже не поморщился.

— Зачем мне это?

— Вам же не помешает дополнительный ранг, сэр?

— Значит, это правда, — усмехнулся Майнер. — Вот почему со мной отправили такую толпу…

Он окинул неформалов неприязненным взглядом и извиняюще развёл руками.

— Меня заверили, что они не создадут проблем.

— Мы уладим вопросы командования, — заверил его Бестужев, и Майнер благодарно ему кивнул.

— Итак, — он смерил меня оценивающим взглядом. — Нам нужно о многом поговорить. Как вы видите себе нашу беседу, мистер Костин?

— Мы заходим в Разлом, и дальше есть два варианта, сэр, — отозвался я, делясь с отцом Лары своим видением ситуации. — Первый — вы остаётесь вместе со мной в стартовой зоне. У нас получатся конфиденциальная беседа, но вы не получаете ранг. Второй…

— Меня устраивает первый вариант, — перебил меня Майнер. — Думаю, как отец единственной дочери, вы понимаете, мистер Костин.

— Можно просто Вик.

— Договорились, — кивнул Майнер. — А ты, Вик, зови меня в таком случае Леоном.

— Хорошо, сэр.

— В таком случае, ждём отправки в Разлом, — подытожил американец. — Где, кстати, он?

«Попроси их всех отойти на три метра от сцены ».

— Иван, Леон, — я посмотрел на Бестужева и Майнера, — нужно освободить место для Разлома. Пройдёмте за мной.

Мужчины беспрекословно подчинились, и, стоило нам отойти на несколько метров от сцены, как Дон довольно шепнул:

«Всё, Вик. Принимай свой Разлом!».

Резко обернувшись, я успел заметить, как над сценой прямо в воздухе вспыхивает смутно знакомая мне золотая руна, которая в следующий момент превращается в знакомую рябь портала.

— Увидимся на той стороне, Иван, — бросил я Бестужеву и кивнул сенатору. — Следуйте за мной, Леон.

Живот привычно скрутило, накатила секундная дезориентация, но стоило мне оказаться в Разломе, как меня сразу отпустило.

— Смотри, Вик, — протянул Дон, переходя с мыслеречи на нормальное общение. — Видишь эти каменные блоки?

Я молча кивнул и с интересом посмотрел на указанные Доном камни.

— Это бойницы, Вик, а мы находимся на королевском наблюдательном пункте.

— Неплохой такой пункт, — проворчал я, оглядываясь по сторонам.

Я находился в центре огромной каменной площадки, за бойницами которой клубился густой туман. По моим прикидкам, площадь площадки составляла двадцать на двадцать метров, и это для наблюдательного пункта было слишком много.

— Это последний оплот короля Севаса, — вздохнул Дон. — Его мир был полностью уничтожен во время Третьей Волны Вторжения. Титаны королевства опоздали ровно на день, но этого оказалось достаточно.

В голосе Дона звучала неподдельная грусть, но меня, честно говоря, больше волновал текущий рейд, чем древние легенды.

— Не волнуйся, — усмехнулся Дон, словно прочитав мои мысли. — Для твоих соратников не пройдёт и секунды.

— Очередные игры со временем? — поморщился я.

— Это единственное, что у нас осталось, — невесело отозвался Дон.

И под «нами» он подразумевал явно не меня и себя, а, скорей всего всех павших Титанов, и что-то мне подсказывало — речь идёт о наставниках Школы.

— Войска короля Севаса сумели отбить все десять волн, Вик, — продолжил Дон. — И после того, как они отразили финальную волну, генерал Скотас предложил королю Севасу ритуальный поединок. Севас был волен взять с собой столько воинов, сколько хотел, и избранные должны были схлестнуться с лучшими бойцами нежити.

— Победитель получает всё? — усмехнулся я.

— Именно, — подтвердил Дон. — И как ты думаешь, что ответил наш осторожный король?

— Он отказался? — предположил я.

— Верно, — подтвердил Дон. — Он ответил генералу Скотасу примерно следующее:Мне незачем биться с тобой и твоей дружиной. Ведь я уже победил.

— Но он забыл про какой-то нюанс, да?

Лично для меня было очевидно, что короля Севаса вот-вот кинут.

— Всё верно, Вик, — вздохнул Дон. — Победа была слишком близка, и он позволил себе стать оптимистом.

— И что случилось потом?

— Генерал Скотас пустил в ход резервы. Все те же десять волны нежити. И знаешь, что?

— Король Севас отбил все волны и принял приглашение на поединок?

— На восьмой волне Севас вынужден был отступить.

Я не стал спрашивать — куда, хоть этот вопрос и напрашивался. Вместо этого я кивнул на плотный туман:

— Предлагаешь, не допускать его ошибку?

— Я готовил этот Разлом в качестве выпускного для вашего набора, — признался Дон. — Но из того, что я увидел в твоём мире, у вас есть шанс разорвать этот порочный круг.

— Какой такой круг? — слова Дона заставили меня насторожиться.

— Ещё ни один мир не выдерживал Три волны, Вик, — огорошил меня Дон. — Ни один.

— Но…

— Неважно, что было и что будет, Вик, — голос Дона сделался необычайно серьёзным. — Важно, что происходит сейчас.

— Тут не поспоришь…

— Когда придёт время, Вик, ты поймёшь, что нужно сделать. Ты поможешь мне, а я — тебе.

— Опять говоришь загадками, — покачал головой я. — В любом случае, я тебя понял, Дон.

Да и чего туту не понять? Дон чуть ли не открытым текстом дал понять, что после десятой волны появится возможность сразиться с местным боссом. И если я её проигнорирую, то всё начнётся сначала.

— Тогда не будем терять время, — в голосе Дона сверкнула сталь. — Видишь четыре лестницы? По одной на каждую сторону света?

— Их трудно не увидеть, — кивнул я.

— Первая волна пойдёт в тот момент, когда первый Титан ступит на лестницу.

— Понял, — кивнул я.

— Атака будет идти с Севера и Запада, — продолжил Дон. — Но если кто-то сунется на южную и восточную лестницы, то автоматически откроется ещё один фланг.

— Ясно.

— На седьмой волне будет шанс покинуть этот Разлом. Без награды, конечно же.

— Нам это не подходит, — хмыкнул я.

— Ну и последнее, — в голосе Дона мелькнула улыбка. — Кто первый зашёл в Разлом, тот и отыгрывает роль короля.

— Класс! — усмехнулся я. — Король Вик приказывает запускать свои войска!

— Слушаюсь, Ваше Величество! — усмехнулся в ответ Дон.

А несколько секунд спустя около меня появился отец Лары. И, судя по его бледному лицу, переход через портальную рамку стал для него настоящим испытанием.

— Один момент, Леон, — кивнул я сенатору. — Улажу несколько оргвопросов.

— Да-да, — выдавил из себя сенатор. — Я подожду.

«Третий ранг, — шепнул Дон, снова переходя на мыслеречь. — Дар „Анализ данных“. Сразу видно — в Разломе в первый раз».

Я тоже так считал, поэтому сразу же переключился на контроль пребывающих Титанов, давая отцу Лары прийти в себя.

То, что я отыгрывал в этом Разломе роль короля, давало мне несколько преимуществ:

Первое — у меня имелсяГлас короля — я мог обращаться как ко всем своим войскам одновременно, так и к конкретным Титанам.

Второе — я обладал навыкомОрлиный взор — по заверениям Дона он должен был появиться, когда развеется туман.

Ну и последнее —Королевская аура . Все мои ауры распространялись на всю мою армию вне зависимости от того, где находились мои воины.

И пусть у меня их было не так уж много —Малая аура Отрицания иПолководец , но сопротивление магии и улучшение дара были хорошим подспорьем.

— На лестницы не заходить! Ждать команды! Разбиться на пятёрки! Общее построение!

Следующие полчаса пришлось хорошенько поорать.

БОльшая часть Титанов оказалась в Разломе в первый раз, и пришлось дать им время, чтобы прийти в себя. Но больше всего времени мы потратили на то, чтобы навести среди всей этой толпы некое подобие порядка.

В итоге, мы поделили всех Титанов на две группировки — Северную и Западную.

Северную возглавил Бестужев, который сразу же влез в подаренный ему скаф и одним своим видом внушал уважение и почтение.

Западную возглавил Евгений, за спиной которого молча стояла пятёрка Медведева. Мало того что вооружённые до зубов здоровяки одним своим видом отбивали любое желание спорить, так в ход шла ещё и аура Жизни самого Евгения.

В общем, вопросов касательно командования не возникло ни у одного Титана.

Что до американцев, то Бестужев просто поделил их пополам. Себе он оставил нефоров и военных, а к Евгению прикомандировал элитариев и представителей спецслужб.

Наконец, всё моё войско — трижды ха-ха! — было построено, и я, пользуясьГласом короля , толкнул небольшую речь. Обозначил направления атаки, качественный и количественный состав противника, напомнил, как сражаться с разными видами нежити.

Под конец обозначил цели и задачи и, не удержавшись, порекомендовал бережно расходовать БК и больше полагаться на оружие ближнего боя.

«Хватит уже рассусоливать, — проворчал Дон, когда я, закончив с перечислением основных моментов, думал, о чём ещё не сказал. — Время, Вик!».

— Полковник Бестужев! — я самопроизвольно повысил Ивана в звании. — Занять оборону на северных подступах! Полковник Петров! Занять оборону на западных подступах.

И стоило первым Титанам ступить на каменные лестницы, как туман расступился, и я увидел будущее поле боя.

Когда-то давно, город окружали семь защитных стен, начиная от внутренней, которую называли Королевской, до внешней, которую называли… Внешняя.

Но многочисленные штурмы нежити оставили от этих стен жалкие огрызки. Единственный участок, где хоть как-то можно было зацепиться за рельеф и выбрать удобные точки для обороны, были остатки королевской стены.

И именно туда Бестужев и Евгений повели свои группировки.

Одновременно с ними к городу потянулась первая волна скелетов. Они были далеко — за руинами Внешней стены, и то, с какой скоростью они двигались, позволяло утверждать — нежить прибудет к нашим рубежам через каких-то тридцать минут.

Казалось бы, уйма времени, но к тому моменту, когда я закончил подсказывать Бестужеву и Евгению, где можно разместить снайперский расчёт или какой участок дороги можно заминировать, или где лучше всего оборудовать пулемётное гнездо, первая волна нежити прошла половину пути.

За ней уже шла вторая волна, состоящая из зомби, и с минуты на минуту должна была пойти третья волна — костяные гончие.

И дело было не в том, что я внезапно открыл в себе дар полководца, а знании местности. Я, в отличие от моих полковников, отлично видел, где и как будет наступать нежить.

Что до самого боя, то в него я вмешиваться не планировал. Тактикой займутся Бестужев и Медведев, ну а на мне останется общая стратегия.

Всё это время отец Лары молча стоял около угловой бойницы — отсюда открывался хороший вид и на север, и на запад — и терпеливо ждал, когда я закончу все приготовления к сражению.

Он и не думал меня торопить, лишь время от времени бросая на меня задумчивые взгляды.

— Ну всё, Леон, — протянул я, убеждаясь, что сделал всё, что смог. — Бой начнётся с минуты на минуту, и пока наши будут отбивать первые же волны, у нас есть время поговорить.

— Ты так спокойно себя ведёшь, — заметил сенатор Майнер, — словно это для тебя не впервой.

— Не впервой, — подтвердил я. — Мы с вашей дочерью как-то отбивали атаку мятежного герцога Дерби. Сначала бились с нежитью, потом — с регулярными войсками, а затем и вовсе отступили в шахты…

— Как она, Вик? — перебил меня американец.

— Повзрослела, сэр, — улыбнулся я. — Не переживайте, я не дам её в обиду.

— Скажи, Вик, — Майнер заглянул мне в глаза. — Насколько у вас всё серьёзно?

— Думаю, сэр… — а ведь я и сам задавал себе этот вопрос! И сейчас отвечать я буду не столько отцу Лары, сколько самому себе. — Думаю, когда всё это закончится, я буду просить у вас руку вашей дочери.

— Ясно, — кивнул американец и, впившись взглядом в мои глаза, выстрелил в меня следующим вопросом:

— Скажи, Вик, ты — Последний, не так ли?

Глава 29

— В каком смысле, последний? — нахмурился я. — У Лары, что ли?

С того самого момента, когда Бестужев сообщил мне о повышенном интересе иностранных разведок к личности Последнего Титана, я постоянно держал в голове этот момент.

Я понимал, что меня в любой момент могут о чём-то спросить, и я случайно могу себя выдать тем, что замешкаюсь или, к примеру, сразу же начну оправдываться. Поэтому я заставил себя поверить, что Последним Титаном является Дон.

Да-да, именно Дон. Во-первых, мне не хотелось подставлять своих соратников, а, во-вторых, я был более, чем уверен, что Дон действительно Последний Титан из своего набора.

Слишком уж много у него было самых разнообразных навыков и талантов. Причём не перворанговых, а вполне себе прокаченных.

В общем, лучший блеф — это тот блеф, в который ты веришь.

Я верил.

— У Лары, у Лары, — покивал сенатор, сверля меня своим взглядом. — Хочется, знаешь ли, чтобы дочь оказалась в надёжных руках.

— Я — сама надёжность, Леон, — заверил я американца. — Нужно будет только решить проблему с гражданством.

— Разберётесь, — отмахнулся сенатор. — Сейчас главное — это её безопасность.

— Нет, сэр, — покачал головой я. — Сейчас главное — это личная сила.

— Личная сила, говоришь? — переспросил сенатор. — А знаешь, ты прав.

— Знаю, — кивнул я. — Хотите вы того или нет, но мир изменился. И те Титаны, которые выпустятся из Школы, захотят большего.

Мне нужно было перевести разговор на другую тему, и я решил обсудить с сенатором то, что является главным интересом в его жизни. Изначально я думал, что этим интересом является Лара, но пары брошенных фраз хватило понять, что Майнера интересует нечто другое. А именно Власть.

— Не удивил, — хмыкнул сенатор, — у нас есть сценарий на этот случай. Все эти Титаны, — он повернулся к бойнице и кивнул на одарённых, — делают то, что нужно нам. Под нами я понимаю государство, Вик. Ваше, наше — любое.

— Это другое, — покачал головой я, машинально подмечая, что первый рубеж обороны вступил в бой со скелетами. — Местные Титаны получили повышение социального статуса, но они остались в системе. Неофиты же вышли из системы. Понимаете, о чём я?

— Понимаю, — кивнул сенатор. — И знай, любого другого я бы и слушать не стал, но твоя диссертация про систему меня впечатлила. Ты знал, что мы уже проводили похожие испытания?

— Упоминаний об этом не было ни в мировых СМИ, ни в научном сообществе, — покачал головой я. — Но я догадывался. Первый, кто интегрирует систему в управление государством, сорвёт джек-пот.

— Именно, — кивнул сенатор. — Вот только возникла проблема, Вик. Не могу сказать, какая, но…

— Но это и не нужно, Леон, — усмехнулся я, внимательно следя за тем, как Титаны неуклюже рубят скелетов. — Ваша проблема очевидна — это концепция будущего. Условный техно-феодализм, за который ратуют трансатлантические корпорации, или цифровой социализм, которого те же самые корпорации боятся как огня.

— Ты прав… — протянул Майнер и посмотрел на меня как будто другим взглядом. — Но есть и третий вариант.

— Намекаете на кибер-капитализм? — усмехнулся я. — Без новых рынков сбыта он обречён. Только если… — мне в голову пришла сумасшедшая мысль, — вы не планируете расширяться в другие миры…

— Умный мальчик, — усмехнулся Леон. — У мирового сообщества нет единого видения насчёт дальнейшей судьбы Земли. Если ещё год назад мы уверенно шли к разбивке мира на экономические зоны, с серым фронтиром, то появление Сети внесло коррективы. Но мы сейчас говорим не про экономику и уж тем более не про политику, а про Титанов. Почему ты считаешь, что они не впишутся в нашу систему?

— Потому что теперь их система — это Сеть. Выполняй задания и становись сильнее. Проходи Разломы и повышай ранг. Кто-то из неофитов достиг уже девятого и даже десятого ранга. И это не предел, Леон.

— Хочешь сказать, — прищурился сенатор, — что они переросли наш мир?

— Именно, — кивнул я. — Посмотрите, как наши парни сражаются с первой волной нежити. Сначала они бились очень осторожно, под прикрытием своих товарищей. Но чем дальше, тем уверенней они орудуют мечами. И выстрелов почти не слышно.

— Я это заметил, — американец с интересом посмотрел вниз. — Думал, что берегут патроны.

— И это в том числе, — не стал спорить я. — Когда раскалываешь черепушку скелета своим клинком, ты начинаешь понимать — ого, теперь я и так могу! А ещё, каждый убитый противник даёт небольшой прирост к характеристикам.

— Я в курсе, — отмахнулся сенатор. — Мы проводили эксперименты. Титаны, которые активно используют свои дары, развиваются быстрее, чем Титаны, которые используют огнестрел. Но вторые показывают бОльшую эффективность.

— На третьем-четвёртом ранге — да, — снова не стал спорить я. — Но с каждым рангом разрыв будет стремительно уменьшаться. А в какой-то момент, профильный дар Титана станет эффективней любого огнестрельного оружия.

— Когда это ещё будет! — усмехнулся сенатор.

— Когда на землю вернутся одарённые из Школы Титанов, — ровно ответил я. — Уже сейчас я лично знаю таких ребят, которые единолично могут уничтожить целую армию.

— Сказки!

— Скажите это британцам, Леон.

На площадке повисла тишина, и некоторое время мы молча наблюдали, как наши Титаны добивают остатки скелетов и готовятся к бою с зомби.

Бестужев и Евгений держали происходящее под контролем, и я был более, чем уверен, что до третьей волны проблем у них не будет. Скелетов Титаны разобрали пусть и не так быстро, как это сделал бы я, но зато без потерь.

Снизу донеслись редкие выстрелы, и я прищурился в попытке разглядеть, зачем кто-то из бойцов открыл стрельбу.

Оказалось, что это снайперы выбивают всех зомби с визуальной аурой зловония. На мой взгляд — перестраховка, но для трехранговых новичков чем меньше вражеских аур, тем лучше.

— Вот видишь, Вик, — сенатор самодовольно улыбнулся. — Технологии — вот главная сила человечества. Нет такой защиты, которая устояла бы перед пулемётной очередью или выстрелом из снайперской винтовки.

— Посмотрим, что вы скажете, когда придёт черёд четвёртой волны, — пожал плечами я. — Что до технологий, то посмотрите на Бестужева.

— Я обратил внимание на его костюм Железного человека, — кивнул американец. — Каковы его характеристики?

— Не могу сказать, — покачал головой я. — Но скафы ксуров поражают воображение. Думаю, вы в курсе, что несколько разведчиков умудрялись ежедневно сбивать спутники союзников?

— В курсе, — поморщился сенатор. — Нам нужны эти технологии, Вик. И если у тебя есть образцы их вооружения, то я куплю их у тебя за любые деньги.

— Всё, что у меня было, я отдал Бестужеву, — с лёгкостью соврал я. — Я уже говорил это на пресс-конференции и повторю сейчас — чем быстрее мы прокачаем фракционный уровень, тем раньше у земли появится доступ к внеземным технологиям.

Было видно, что мой ответ Леону не понравился, но он не стал настаивать.

— Смотря что именно ты понимаешь под внеземными технологиями, — проворчал американец.

— В смысле? — не понял я.

— Есть то, что аналитики называют магией, — пояснил сенатор, — а есть настоящий технологический прорыв, как те же самые бластеры ксуров.

— Без разницы, — покачал головой я. — Зелья, артефакты, силовые мечи, импульсные винтовки — всё это реальность сегодняшнего дня. И никакая наша система не сможет преодолеть Сеть.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — усмехнулся сенатор.

— Леон, — я оторвался от поля боя, на котором Титаны аккуратно и даже не спеша уничтожали зомби, и посмотрел собеседнику в глаза. — У нас лишь два пути. Первый — отразить Вторжение и встроиться в иерархию Сети. Второй — отразить Вторжение и каким-то образом закрыться. Закуклиться, если угодно.

— Вик, — сенатор смерил меня усталым взглядом. — Ты же неглупый парень, и должен понимать, что первый вариант неприемлем.

— Почему это?

— Да потому что это значит крах нынешней системы сдержек и противовесов! — повысил голос сенатор. — Крупные игроки никогда не пойдут на это.

— Элитные группы боятся потерять статус-кво… — покивал я. — Что ж, правильно делают. Сеть предоставляет простой социальный лифт — выполняешь задания, становишься сильнее. А, соответственно, и влиятельнее.

— На это никто не пойдёт, — покачал головой американец. — Ни наши, ни ваши.

— Они уже пошли, — я кивнул на сражающихся с зомби Титанов. — Треть одарённых — чиновники и элитарии всех уровней власти. Да что там говорить! Вы и сами Титан, Леон!

— Знал бы ты, чего мне это стоило, — проворчал сенатор. — Ты понимаешь, что будет дальше, Вик?

— Война, — поморщился я. — Главное, чтобы она не началась во время Вторжения.

— Совсем как революция в Российской Империи, — усмехнулся сенатор. — Интересная аналогия, не правда ли, Вик?

— Да. — кивнул я. — Если бы не революция, Российская империя выиграла бы войну, и как знать, возможно, сегодня международным языком был бы русский.

— Это вряд ли, — хмыкнул американец. — Скорее, языком дипломатии. Но речь не об этом. Ты помнишь, кто устроил революцию в царской России?

— Большевики.

— Ерунда! — отмахнулся сенатор. — Это лишь инструмент.

— Я слышал, что Ленин прибыл в Российскую империю из Германской империи, — протянул я.

Признаться, сейчас как никогда было стыдно за то, что я плохо знаю историю своей страны.

— Пусть так, — не стал спорить американец. — Но отправили его англичане.

— Да ладно! — удивился я.

— Ты удивлён? — усмехнулся сенатор. — Понимаешь, почему я завёл об этом разговор?

— Пока не очень… — протянул я. — Стоп! Вы говорите про войну во время Вторжения? Да ладно…

— Ты думаешь, США просто так выступили против Британии? — покачал головой сенатор. — Нет, Вик, наши пути окончательно разошлись. Мы предпочитаем решать свои проблемы сами. Без помощи… покровителей.

— В таком случае, у нас проблемы, — немного подумав, произнёс я.

— Это у них проблемы, — холодно отозвался американец. — Но речь не об этом. Нам нужны технологии, Вик. И не какая-то там магия, а настоящие технологии. Которые помогут сделать качественный рывок. Шагнуть, если угодно, в шестой технологический уклад.

— Леон, — я кивнул на поле боя. — Смотрите, наши уже разобрались с зомби и сейчас отстреливают костяных гончих, не рискуя оставлять за ними численное преимущество. Видите?

— Вижу, — подтвердил сенатор. — Никакая магия не позволит так быстро и эффективно уничтожать войска противника.

— Смотрите дальше, — я показал на остатки Внешней стены, где уже белели ряды баньши. — Их не возьмут пули и взрывы. Всё, что мы можем им противопоставить — холодное оружие с серебряным напылением и дары Титанов.

— Я слышал, что у нас на вооружении есть гранаты с серебряной взвесью…

— Есть, но их мало. К тому же, есть такие монстры, которые плевать хотели на серебро. Просто посмотрите, как наши воины будут отбивать четвёртую волну, Леон.

— Хорошо, — с неохотой протянул сенатор.

Следующие несколько минут мы провели в тишине, но когда баньши добрались до передних рубежей обороны, отец Лары победно усмехнулся:

— Смотри, Вик! Гранаты с серебряной взвесью!

— Их в десять раз больше, чем наших, — напомнил я. — Но как только Бестужев посчитает, что достигнут паритет по количеству, в ход пойдёт оружие ближнего боя и дары.

И словно в подтверждение моих слов, Титаны разразились стихийными вспышками, которые, благодаря моей ауре, играючи уничтожали баньши.

В основном, в ход шли огненные техники, и с нашего наблюдательного пункта они выглядели очень эффектно.

Один из Титанов и вовсе выпустилКонус Огня , за раз испепелив сразу семь баньши.

— Смотрите внимательно, Леон, — негромко произнёс я. — И это зачастую базовые стихийные техники. Прокаченный Титан может уничтожить всех этих баньши однойЦепной молнией .

— Значит, нужно наладить промышленный выпуск серебряных гранат, — не согласился со мной сенатор. — Мы не можем рассчитывать на магию, Вик. Сегодня она есть, завтра её нет.

— Дело не только в дарах наших Титанов, — покачал головой я. — Дело в сверхспособностях врага. Обратите внимание, Леон, наши Титаны бледнеют и теряют силы. Баньши используют на них свои проклятья и в буквальном смысле пьют жизненную силу.

Отец Лары промолчал, а я, используя глас короля, обратился к Бестужеву и Медведеву:

— Парни, они ослабляют наших. Через пять минут на вас пойдут рыцари Смерти. Они сметут ослабленных Титанов.

Затем, не дожидаясь их ответа, я обратился к Евгению:

— Женя, сконцентрируйся и постарайся выдать импульс ауры Жизни. У наших практически нет резистов.

Евгений молча кивнул и, замерев на месте, исторг из себя волну зеленоватого света. По полю боя прокатилась весенняя свежесть, и Титаны с новыми силами набросились на баньши.

— Всё равно, — покачал головой американец. — Должна быть какая-то защита против этих призраков. И мы найдём её!

— Такая защита есть, — кивнул я. — Но выгоднее прокачать сопротивление стихийным атакам или, как у меня ауру Отрицания. Если бы не моя аура, четвёртая волна унесла бы жизни десятков Титанов.

— Я реалист, Вик, — упрямо ответил сенатор. — Я верю в то, что вижу, и в то, что можно посчитать. И если статистика скажет, что выгоднее развивать технологии, то так оно и будет.

— А если статистика скажет, что выгоднее развивать стихийные дары?

— Значит, — поморщился сенатор, — мы будем совмещать.

— Ладно, Леон, — я решил, что спорить с ним бесполезно, — давайте просто посмотрим, как сражаются наши Титаны.

— Так и сделаем, — кивнул сенатор.

«Вот же упёртый старый хрыч , — наконец-то подал голос Дон. —Если бы он не был отцом Лары, я бы швырнул его в самую гущу боя! У вашей расы, Вик, есть одна особенность. Вы можете свято верить в какую-нибудь ерунду, типа плоского мира. Причём, настолько сильно, что даже факты вам не указ!» .

Я целиком и полностью разделял возмущение Дона, но отвечать ему не спешил. Не знаю, почему, но мне казалось, что Майнер может меня услышать.

«Может , — неохотно подтвердил Дон. —Его дар, Анализ данных — непростая вещь. На ранних этапах он позволяет лишь догадываться о скрытых процессах на основе своих наблюдений, но дальше… дальше от него будет сложно что-то скрыть» .

Дон немного помолчал и добавил:

«И меня очень напрягает, что он считает тебя Последним. Да, рано или поздно все узнают наш секрет, но для начала нам нужно решить вопрос с Первым» .

После этого Дон замолчал, оставив меня обдумывать его слова. Впрочем, совсем скоро стало не до этого.

Пошла волна рыцарей Смерти, и я начал подсказывать Майнеру, куда смотреть и на что обращать внимание. Комментировал действия нежити, объяснял, какие заклинания она использует, и чем опасныЧерепа Смерти иКопья Гнили .

Американец кивал, задавал уточняющие вопросы и, как мне казалось, потихоньку менял своё мнение.

Так продолжалось до шестой волны.

И вот тут-то случилось то, о чём говорил Дон:

Скелеты намеренно плелись, как черепахи, и активно пользовались естественными укрытиями. Что до зомби, то они довольно быстро догнали скелетов, но тоже не спешили атаковать наши порядки. И только когда пошла волна костяных гончих, все три волны пошли в атаку.

Взрывались противопехотные и противотанковые мины, глухо строчили пулемёты, то и дело слышался свист миномётов и злые, хлёсткие выстрелы из снайперских винтовок.

И вот тут-то и сказалось численное преимущество нежити — скелеты и зомби связывали боем передовые опорники, а гончие рвались дальше, безошибочно находя одарённых, владеющих стихийными дарами.

Стрельба не смолкала ни на секунду, некоторые участки не было видно из-за серебряной взвеси, но даже так наши несли потери. И если бы не Евгений и Бестужев, потерь было бы на порядок больше.

Первый раз за разом давал Пульс Жизни, замедляя и дезориентируя нежить, и только благодаря ему западная группировка сумела устоять. Второй не только уничтожал нежить силовым мечом, но и показывал чудеса тактики.

Нельзя умалять талантов Бестужева и его дар, но, думаю, без скафа он не смог бы так виртуозно сражаться и при этом не менее виртуозно управлять войсками.

Скаф давал полную картинку происходящего, анализировал опасность противника и подсвечивал опасные зоны, и Бестужев реализовал это преимущество в полной мере.

К тому моменту, когда на нас хлынула волна баньши, северный фронт полностью зачистил свой участок, а вот западному пришлось оставить часть позиций.

И как бы я ни желал выйти из этого сражения без потерь, это, увы, было нереально.

А уж когда до ребят дошли баньши, то и вовсе стало плохо.

За считаные минуты выбыла почти половина рядового состава! Все те, кто, получив раны, до сих пор сражался, просто не смогли продолжать бой.

Баньши не лезли на рожон, нет! Они, показывая чудеса тактики, активно маневрировали и без устали проклинали наших ребят.

Дошло до того, что Бестужев и Медведев приказали не жалеть гранат с серебряной взвесью.

Вот только к тому моменту, когда последняя баньши была упокоена, на поле боя появились шестиранговые рыцари Смерти.

Матово-чёрная броня, длинные копья, словно сотканные из Тьмы, атакующие плетения, многочисленные ауры Смерти — чуть ли не каждый удар рыцарей оказывался смертелен.

И если военные не давали зажать себя в клещи и постоянно маневрировали, то Титаны-одиночки и вчерашние чиновники то и дело попадали под удар.

На наших глазах, американка, одетая как японская школьница, не послушала приказа и, вместо того, чтобы отступить на следующую позицию, рванула вперёд.

Вокруг неё засверкали вихри из стальных лезвий, которые резали доспехи рыцарей, словно бумагу, и на мгновение мне даже показалось, что она не только сумеет прорвать их строй, но и успешно вернётся назад.

Но нет.

Сразу три Копья Гнили ударили по стальным вихрям, а мгновение спустя, в появившуюся брешь залетели дваЧерепа Смерти .

Женщина завизжала не то от страха, не то от боли, сверкающие клинки ударили во все стороны, а потом к ней прорвался рыцарь Смерти и хладнокровно снёс ей голову.

И таких историй было слишком много.

Титаны попадали под действие аур, теряли над собой контроль, впадали в растерянность и выбывали из строя. Кто-то получал тяжёлые раны, кто-то погибал…

Снайперы дырявили рыцарям шлемы, но те отказывались умирать. Пулемётчики превращали их доспехи в решето, но нежить и не думала замедляться. Даже противотанковые снаряды, и те не гарантировали стопроцентного уничтожения противника.

И вот тут-то сказали своё слово стихийные практики и, в особенности, отряд капитана Медведева.

Титаны двигались быстро, с лёгкостью комбинируя как классическое вооружение, так и оружие ближнего боя. Они не просто уничтожали рыцарей Смерти, они показывали миру, что в этом Разломе есть лишь одна сила — они.

Воздушные кулаки отталкивали нежить. Ледяные сосульки примораживали к земле, а сам Медведев колол копьём с посеребрённым наконечником с такой скоростью, словно выпил несколько эликсиров Бодрости.

Его дар чем-то напомнил мне талант Лары — он не только мог похвастаться Молниеносными рефлексами, но и, казалось, мог на краткий отрезок времени ускоряться чуть ли не в два раза.

На мой взгляд, было очевидно, что если бы Титаны не использовали свои дары, погибших было бы на порядок больше, вот только у сенатора Майнера на этот счёт было другое мнение:

— Вот видишь, Вик, — победно заявил он, когда последний рыцарь Смерти был уничтожен, — Если бы не наши пулемёты и ракеты, мы бы не выстояли.

— Как скажете, сэр.

Я не собирался с ним спорить, поскольку в данный момент меня заботили лишь две вещи — количество погибших и вызов генерала Скотаса, который, если Дон не ошибся, должен был вот-вот предложить мне поединок.

— Чего мы ждём?

— Подождите, Леон, — я даже не посмотрел на сенатора. — Сейчас должно кое-что произойти…

Стоило мне договорить, как небо над разрушенным городом разрезала чёрная молния, и из появившейся прорехи повеяло могильным холодом.

— Я предлагаю тебе ритуальный поединок! — в ледяном голосе генерала Скотаса, которого я до сих пор не видел, отчётливо слышалось… рычание? — Готов ли ты поставить на кон свою победу и жизни своих воинов, которые одной ногой уже шагнули в мир мёртвых?

— Победитель получает всё? — уточнил я.

— Именно, — подтвердил Скотас. — Бери с собой столько воинов, сколько сможешь. Я выставлю равноценных по силе бойцов. Дружина на дружину.

— Я уже побил один раз твою армию, Скотас! — заявил я. — Побью и второй! Я принимаю твой вызов!

В уме я уже планировал взять с собой на бой Евгения, Бестужева и Медведева, как голос генерала вмиг разрушил все мои планы.

— Да будет так! На ритуальный поединок отправится вся твоя дружина, что находится на смотровой площадке!

— Стой, что?

— Трепещите, смертные! — генерал не обратил на мои слова никакого внимания. — Поединок начнётся… немедленно!

Глава 30

Смотровую площадку окутал плотный туман, и я машинально задвинул отца Лары себе за спину.

«Дон?».

«Тупая нежить, — усмехнулся партнёр. — Думает, что перехитрил тебя».

«А это не так?», — уточнил я, следя за тем, как из расколовшей небо трещины вылетают три призрачные фигуры.

«Я возьму на себя генерала, Вик, а ты займись личом и драконом».

«Что⁈ — возмутился я. — Каким, к чёрту, драконом? Ты про полупрозрачную ящерицу?».

«Это призрачный дракон седьмого ранга, — усмехнулся Дон. — Бьёт по площади, имеет иммунитет к молниям, с каждой атакой выпивает десятую часть жизненных сил».

«Мерзкая тварь, — поморщился я, доставая из Инвентаря покрытый серебром двуручник. — Сдюжим?».

«Легко, — отмахнулся Дон. — Главное, прикрывай слабосилка. Как только мы с ними закончим, время возобновит свой ход».

Под слабосилком он, понятное дело, имел в виду мистера Майнера.

«А лич что может?», — уточнил я, показывая на призрачного скелета, в чьих глазницах полыхал ярко-зелёный огонь.

«То же самое, что отец Лары, — усмехнулся Дон. — Бесполезный аналитик. Но он, в отличие от нашего слабосилка, может кидатьКопья Смерти иПризрачные черепа ».

«Понял», — отозвался я и, обращаясь уже к сенатору Майнеру, произнёс:

— С минуты на минуту здесь будет очень жарко, Леон.

— Что мне делать? — к чести сенатора, его голос даже не дрогнул. — У меня есть автоматическая винтовка М16 и купленный за баснословные деньги артефакт, который выпускает огненные стрелы.

— А на защиту что-нибудь есть? — уточнил я, наблюдая, как призрачная дружина стремительно к нам приближается.

— Только амулет на защиту от физических атак.

«Пусть стоит и не дёргается , — предупредил Дон. —Я накрою его

Сферой Молний ».

— Замрите, Леон, — бросил я, — и стойте на месте. Иначе защитная сфера может пропасть.

— Хорошо, Вик, — голос сенатора всё же дрогнул. — Они приближаются.

— Навстречу своей смерти! — неожиданно для себя крикнул я.

«Вперёд! — крикнул Дон. —Маневрируй как хочешь, Вик!» .

Если Дон говорит — маневрируй, значит, нужно маневрировать!

Перехватив клинок поудобней — его вес был практически неощутим — я бросился вперёд, навстречу летящим на меня призракам.

Всего их было трое — дракон, лич и не то здоровенный оборотень, не то песьеголовый.

Последний замер у меня на глазах и… принялся мерцать?

«Дон, это нормально?» .

«Не отвлекайся! — рыкнул партнёр. —И меня не отвлекай!» .

— Понял-понял, — буркнул я себе под нос и, отмахнувшись клинком отКопья Смерти , поспешил сблизиться с драконом.

Вблизи дракон больше походил на варана и выглядел, мягко говоря, отвратительно.

Сочащаяся призрачным гноем чешуя, уродливая, со странными наростами пасть, скрюченные когти…

Раскрыв пасть, он выдохнул на меня ядовито-зелёный туман, но я и не подумал уклоняться. Во-первых, некуда, а во-вторых, зачем?

Не обращая внимания на слабость, которая мгновенно накатила на меня, я подскочил к дракону и принялся полосовать его морду своим мечом.

Он заревел и попытался ударить меня своей уродливой лапой.

Сходу раскусив, чего он добивается — оттолкнуть меня, чтобы разорвать дистанцию и продолжать пить из меня жизненную силу — я утёк в сторону и с удвоенной силой принялся орудовать мечом.

Дело осложнялось тем, что мне то и дело приходилось отвлекаться наКопья Смерти иЧерепа , которые выпускал лич. Да, Леона окружала защитная сфера, но я понимал, что долго она не продержится.

— Хшасаааааа!

Дракон, изогнувшись всем телом, окатил меня волной некроэнергии, и я понял — ещё пару таких атак, я и с трудом буду держать в руках меч.

Силы стремительно утекали, и, чтобы хоть как-то их сэкономить, я не стал уклоняться от очередного удара лапой, вместо этого приняв его на жёсткий блок. В надежде на своёУкрепление тела .

Кранк! Дах!

Меч, чьё серебряное напыление частично ушло на отражение Копий Смерти, а частично на атаки по дракону, разлетелся, словно в руках у меня находилась стеклянная ваза. А мгновенье спустя, мне в грудь словно влетел локомотив.

Не знаю, каким чудом я устоял на ногах, и меня не отбросило назад, но стало ясно — ещё один такой удар, и мне придётся отступить. А отступить — значит подставить под удар отца Лары.

— Хсаааааааа!

Вот только дракон, вместо того, чтобы развить успешную атаку, отпрянул от меня и злобно зашипел. Его лапа, которой он ударил меня в грудь, поплыла и на моих глазах… растаяла?

В голове что-то щёлкнуло — я вспомнил отчаянную попытку Махаона вцепиться в меня перед тем, как его засосало в амулет, и соотнёс её с неудачной атакой дракона.

Видимо, та отчаянная атака Махаона, после которой у меня так долго жгло грудь, оставила после себя эманации Жизни. А раз так, то…

Решение пришло само собой — швырнув в лича ненужную больше рукоять, я бросился вперёд — прямо в раззявленную пасть дракона, который вот-вот должен был выдохнуть очередную волну ядовитого тумана.

«Ты отбитый наголову, Вик! — послышался вопль Дона. —Но мне это нравится!» .

Я же, чувствуя, что дракон не просто отпрянул назад, а хочет ни много ни мало взлететь, призвал Крылья Титана и рванул дальше — пролетая его насквозь.

— Хсшшшаааааааа!

Призрачный дракон-варан лопнул в тот момент, когда я добрался до его энергетического ядра. Во все стороны полетели обрывки ядовито-зелёного тумана, тут же исчезла накатившая ранее слабость.

Но я и не думал расслабляться.

Судя по жжению в груди, заряд Жизни всё ещё был велик, и, я продолжая свой путь, подлетел к личу и, ударив его молниями, влетел в него грудью.

Эманации Жизни действительно оказались сильнее, и лич, раззявив свою пасть в безмолвном крике, распался ошмётками белёсого тумана.

«Отлично, Вик! — крикнул Дон. —А теперь используй остатки силы, чтобы удержать Скотаса!» .

Он не уточнил, о каких остатках идёт речь, но это было понятно и так — речь шла о последнем наследии Махаона. Ну а под «удержать» Дон имел в виду поймать генерала в тот момент, когда он окажется в своём физическом теле.

— Работаем! — бросил я, подлетая к «мигающему» генералу.

«Сейчас!» , — крикнул Дон, но я и сам заметил, что пульсация начала замедляться.

Несущественно — на какие-то доли секунды, но мне хватило.

Я схватил его за руку и горло — на генерале была броня, но я интуитивно не стал хвататься за его нагрудник — и выплеснул из груди все остатки жизненной энергии.

Скотас тут же перестал мерцать и… раздвоился!

Это тело повисло на мне безвольной тушкой, а дух, отлетев на несколько метров назад, удивлённо завис передо мной.

— Дон? — с удивлением протянул он. — Но как…

Договорить ему мой партнёр не дал. Из-за моего плеча сверкнул ослепительно-белый луч света, и призрак с шипением пошёл паром.

Мир вокруг мгновенно посветлел, и та трещина в небесах, из которой появились призраки, превратилась в привычный взору портал и опустилась на площадку.

Вокруг смотровой площадки всё так же висел плотный туман, но что-то мне подсказывало — стоит нам войти в портал, как туман тут же пропадёт и мы увидем остальных Титанов.

Но сейчас меня больше волновало оставшееся после генерала тело. И почему оно, вообще, осталось?

«Идеально , — протянул Дон. —Лучше бы, конечно, провести слияние сейчас, но тогда маскировка слетит… Ладно уж, дождусь Атлантиды. И ещё, Вик, не вздумай пока что заходить в портал!» .

— Да ладно! — охнул я, когда до меня дошло, что именно я услышал.

«Иногда, Вик, — проворчал Дон. —Свои догадки лучше оставить при себе» .

«Это же зорд, да? — уточнил я, с интересом рассматривая безжизненное тело гуманоидного волка. —Генерал Скотас — зорд?» .

Хоть нас и никто не мог услышать, кроме, пожалуй, сенатора Майнера, я всё же перешёл на мыслеречь.

«Был зордом , — поправил меня Дон. —Пока не продался Смерти. А теперь, будь добр, положи его на спину и вылей на него те зелья, которые я сейчас передам» .

«Ты хочешь вселиться в его тело!» .

«Да ты просто детектив, Вик! — воскликнул Дон, запрашивая доступ к моему Инвентарю. —Ты же не думал, что я до конца жизни останусь в теле позорного пса? И вообще, давай быстрее, партнёр, если не обработать тело эссенцией Времени, мозг начнёт умирать» .

«Ну и жучара же ты, Дон , — с невольным восхищением протянул я, принимая зелья. —И почему мне кажется, что эта встреча неслучайна?» .

«Сначала зелёным полей , — Дон и не подумал отвечать на мой вопрос. —Половину на голову, остальную половину на грудь. Теперь доставай синюю склянку. Её залей в рот…» .

Интонация, с которой Дон давал указания, чётко давала понять — сначала доделаем дело, а потом настанет время вопросов. Но я всё же не удержался.

«А Леон?» .

«Ничего с ним не случится , — отмахнулся Дон. —Я его усыпил, так что можешь не переживать. Теперь бери зелье с оранжевым окрасом. Не с розовым, а с оранжевым!» .

С телом генерала Скотаса мы провозились минут пять, и всё это время, как я понял, мы занимались стабилизацией физических и энергетических процессов. Под конец я, под руководством Дона, плеснул на него чёрной жижей из пузатой колбы, и тело Скотаса окружил матово-чёрный кокон.

Или, правильнее будет сказать — новое тело Дона?

Так или иначе, закончив все махинации над телом, я убрал его в Инвентарь и, выдержав паузу, протянул:

«Дон, ты изначально планировал вернуть себе тело, так? И встреча с Махаоном неслучайна, да?» .

«Вообще-то, я рассчитывал на Асклепия, — проворчал Дон. —Но и так вышло довольно неплохо. Что до тела генерала Скотаса, то да, Вик, я изначально планировал вернуть себе своё тело» .

«Своё?» .

«Скотас был моим одногруппником, Вик , — вздохнул Дон. —Он тайком от всех развивал магию Смерти. Покорёжил себе энергетику в обмен на запретные знания. Не знаю, каким чудом он дожил до десятого ранга, но именно тогда он и провёл тот ритуал» .

«Что за ритуал?» .

«Он был в моём отряде , — словно не услышав меня, продолжил Дон. —Нас было семеро. Стандартная стая… Мы защищали свой мир от Третьей Волны и почти зачистили тот Разлом, когда он всех нас отравил» .

В голосе Дона было столько горечи, что я не осмелился уточнить, как это Скотасу удалось.

«Пятёро моих братьев были принесены в жертву. А я… я потерял своё тело» .

Хм, Третья волна? Неужели из-за этого их мир не смог отразить вторжение?

«Он вышел из Разлома в новом теле, а я… я остался там» .

Дон помолчал, словно вспоминая то время, и продолжил:

«Я закрыл Разлом, но о том, чтобы продолжить развитие, речи уже не шло. Искорёженные каналы, умирающее тело, отчётливый привкус мертвечины… Мне был закрыт не только путь Титана, но и путь ученика» .

«Ученика?» , — не удержался я.

«Я хотел стать учеником у кормчих нашего народа, у величайших архимагов Лео и Тиграна, — вздохнул Дон. —Мы — один из немногих миров, кто отразил Вторжение, и…» .

«Постой , — нахмурился я. —Я думал, что ни один мир не смог этого сделать! ».

«Это официальная информация, — проворчал Дон. —Наши архимаги познали саму суть пространства и времени, поэтому мы не могли не победить. Но потом…» .

«Что потом?» .

«Наш мир был уничтожен. Несмотря на то что архимаги Лео и Тигран стали придворными советниками Императора Порога. Целый мир, Вик… И я ничего не мог с этим сделать» .

«Но… — нахмурился я. —Как так? Ты же сам только что сказал, что Лео и Тигран познали суть времени и пространства ».

«Не знаю , — вздохнул Дон. —Наверное, посчитали, что это единственный выход» .

«Они пожертвовали своим родным миром?» .

«Не так, — поправил меня Дон. —Они выбрали спасти Порог» .

«А ты?» .

«А что я? — горько усмехнулся Дон. —У меня не было сил, чтобы посмотреть вероятность спасения своего мира. Всё, что я мог — раз за раз просматривать свою жизнь» .

«Хочешь сказать, — от осознания услышанного, у меня перехватило дух, —ты просмотрел свою жизнь до этого момента?» .

«Чуть дальше» , — усмехнулся Дон.

«До Атлантиды?» — предположил я.

«Именно , — подтвердил Дон. —Пока что всё складывается неплохо, потом… Потом всё будет зависеть исключительно от нас ».

«Мы здесь из-за генерала? И кстати, как он умудрился сохранить физическое тело?» .

«Магия Смерти, — проворчал Дон, проигнорировав мой первый вопрос. —Он спрятал своё тело во временном стазисе, решив, что таким образом обрёл бессмертие. Но Смерть не обманешь…» .

«Любопытно… Выходит, всё это было только ради того, чтобы ты вернул себе тело?» .

«Не только, Вик. Мы усилили местных Титанов — раз, вернули моё тело — два, подняли тебе сопротивление магии Смерти — три, и, если всё сделаешь правильно, будет ещё и четыре» .

«Что именно — лучше не спрашивать? — усмехнулся я. —Баланс и все дела?» .

«Баланс и все дела» , — подтвердил Дон.

«Тогда , — я кивнул на портал. —Нам пора? »

«Пора. Отца Лары только не забудь» .

На этих словах защитная сфера рассыпалась тусклыми молниями, и на площадке обнаружился сопящий сенатор Майнер. Причём спал он в обнимку с винтовкой М16.

Подойдя к нему, я аккуратно выхватил из его рук оружие — не хотелось бы, чтобы он спросонья полоснул меня очередью — и потормошил его за плечо.

— Леон… Сэр…

— А? Что? — вздрогнул всем телом мужчина. — Вик? Что происходит?

— Всё закончилось, сэр, — я помог ему подняться. — Нам пора возвращаться. Пойдёмте в портал.

— Что со мной случилось?

— Ментальная атака, — мне даже врать не пришлось. — Вы оттянули противника на себя, и нам удалось нанести ему сокрушительный удар. Мы победили, сэр.

— Гладко стелешь, — усмехнулся пришедший в себя сенатор. — Это официальная версия или…

— Официальная, — не раздумывая, ответил я. — Нужно показать общественности международную солидарность.

— Правильно мыслишь, зятёк, — кивнул сенатор. — В портал, говоришь? Ну так пошли.

«Зятёк! — хмыкнул Дон. —Ничто не способно растопить сердце отца-политика, как очки в глазах избирателей…» .

«Не завидуй» , — беззлобно парировал я, подходя к порталу. — Леон, вы готовы?

— Готов, — подтвердил американец.

— В таком случае… вместе!

Мы шагнули в портал, но на этот раз не было ни головокружения, ни бабочек в животе, единственное, что изменилось — пропал туман.

Это был не столько портал, сколько… переключатель, который восстановил течение времени.

И стоило мне понять, что мы вернулись к своим, как я тут же применилГлас короля :

— Мы сделали это! Поздравляю всех, дамы и господа! А теперь аккуратно берём раненых и павших товарищей, поднимаемся наверх и возвращаемся домой!

Снизу послышался радостный рёв, но я ещё не закончил.

— Как только Разлом будет закрыт, каждый из нас получит следующий ранг! И чем раньше мы окажемся дома, тем быстрее получим награду и тем больше наших ребят мы сумеем спасти!

«Проясни этот момент, Вик» , — подсказал Дон.

— При получении ранга, все Титаны, даже те, кто находятся на грани жизни и смерти, станут сильнее. Поэтому делайте, что хотите, но никто из тяжелораненых бойцов не должен умереть! А теперь… выполнять!

Развалины крепости тут же начали походить на муравейник — бойцы потащили своих раненых товарищей на смотровую площадку. Кого-то били по щекам, заставляя оставаться в сознании, кого-то кололи боевой фармой, кого-то напрямую подпитывали собственной жизненной энергией.

Портал был один, и на моих глазах в нём исчезала вереница Титанов — военные, политики, одиночки…

Если раньше я отчётливо видел, как Титаны делились по группам, то сейчас они представляли собой единое целое. Бой против нежити выжег все предрассудки и спаял бойцов надёжней, чем сварка по металлу.

А ещё, я не заметил ни одного бойца, который бы, наплевав на всё, рвался в портал в одиночку. Каждый, кто оставался на ногах, либо помогал идти легкораненому соседу, либо тащил носилки с тяжелоранеными.

Последними из Разлома выходили: я, сенатор Майнер, Бестужев, Евгений и, неожиданно, Медведев.

И как бы Бестужев ни порывался отправить меня вперёд, я пропустил всех, и только потом шагнул в портал.

Дело было не в желании пофорсить, а в словах Дона —Если всё сделаешь правильно, будет ещё и четыре .

Так и оказалось.

Стоило мне оказаться в подземном полигоне, как по ушам ударил хорошо знакомый голос сфинкса:

Внимание! Все Титаны, участвовавшие в отражении атаки нежити, получают внеочередной ранг!

Внимание! Титаны, принявшие бой с дружиной генерала Скотиса, получают 5 пунктов ко всем характеристикам!

И что, это всё? Нет, я не спорю, нужно учиться довольствоваться малым и быть благодарным за любые усиления, но… это всё? А как же«Если всё сделаешь правильно…?» .

Но не успел я толком себя накрутить, как сфинкс продолжил:

Внимание! Титан Вик, взявший на себя роль короля, получает дополнительную награду!

Титан Вик, остатки войск короля Севаса переходят в ваше распоряжение! Примите решение насчёт их дальнейшей судьбы!

Глава 31

— А вот и «в-четвёртых», — пробормотал я, внимательно слушая сфинкса.

Слова про остатки войск короля Севаса стали для меня неожиданностью, и я очень надеялся, что Сеть в лице невидимого сфинкса предложит мне выбор.

К счастью, так оно и оказалось.

Внимание! Сделайте выбор!

Сделать короля Севаса и остатки его войск своими вассалами

Уничтожить короля Севаса и остатки его войск и получить права на Осколок разрушенного мира

Вернуть короля Севаса и остатки его войск в Осколок

— Так-так-так, — пробормотал я, понимая, что много времени на раздумья у меня нет. — Получается подчинить, убить или освободить…

На подсказки Дона я даже не рассчитывал — партнёр ясно дал понять, что выбор остаётся за мной.

Самым логичным было бы сделать Севаса своим вассалом, но меня дико смущали временные рамки. Времени до часа Икс оставалось всего ничего, и мыслями я уже был в Греции.

Убивать никого я не собирался — если Севас и его войска слабы, то в этом не будет чести. А если сильны, тогда я снова потрачу время. Да, личный Осколок — это заманчиво, но, из того, что я успел увидеть, здесь нет ни шахт, ни полезных ресурсов. Одни развалины…

Что до последнего варианта, то он, на мой взгляд, был оптимальным — это их мир, они за него боролись и даже победили, но вынуждены были отступить из-за хитрости генерала Скотаса.

— Да, — пробормотал я себе под нос. — Так и сделаю.

Единственное, что меня смущало — в последнем пункте не фигурировала награда. В первом я получал слуг, во втором Осколок, а в третьем, получается, ничего? Ну и ладно.

— Я выбираю третий пункт! — произнёс я. — Вернуть короля Севаса и остатки его войск в Осколок!

Некоторое время ничего не происходило, а затем в десяти шагах от меня воздух разрезала ослепительно-белая трещина. Не прошло и нескольких секунд, как она превратилась в широкую арку портала.

И первым из неё вышел седовласый мужчина в полном рыцарском доспехе.

Судя по идеально ровной спине, мощной ауре и тяжёлому взгляду — это и был король Севас.

— Здравствуйте, — дружелюбно улыбнулся я. — С нежитью вопрос решён, генерал Скотас повержен, ну а дальше… дальше всё зависит от вас.

— Как тебя зовут, воин? — прогудел король, подходя ко мне и останавливаясь в трёх шагах.

Из портальной арки тянулся бесконечный поток людей, в котором, по моим прикидкам, лишь каждый десятый был воином. Остальные же были женщинами и детьми.

— Вик, — представился я. — Титан седьмого ранга.

— Прими мою благодарность, Титан Вик, — королю хватило одного взгляда, чтобы убедиться — нежить, действительно, больше не угрожает.

— Да без проблем, — кивнул я. — У вас…

«Только не вздумай спрашивать, есть ли у них еда! — перебил меня Дон. —Только слабый не может добыть еду. Своими словами ты не проявишь соучастие, а лишь унизишь короля и его воинов!» .

— У вас… есть какой-то секрет, как бороться с нежитью? — я ляпнул первое, что пришло в голову. — Если бы не технологии моего мира, мы бы не выстояли все эти десять волн.

— Наш секрет — это Вера и Свет, — с достоинством отозвался король. — Солнечную и Лунную сталь можно потерять, но Вера и Свет всегда с нами.

— Понятно, — протянул я. — Ну тогда всего хорошего.

— Постой, — прогудел король. — Отныне и вовек, ты желанный гость в нашем королевстве, Титан Вик.

На слове «королевство», его голос дрогнул, и я понимал, почему. Всё, что осталось от королевства — один-единственный бастион. Вокруг же, куда ни кинь взгляд, серели развалины и руины города.

— Если хотите, можете пойти со мной, — неожиданно для себя предложил я. — Наши миры, конечно, отличаются, но…

— Спасибо, — прервал меня король. — Но мы останемся на своей земле.

Он сделал шаг ко мне и протянул… кинжал?

— Лунная сталь, — с гордостью произнёс король. — Лучший проводник для магии таких, как ты. И лучшее оружие, чтобы навеки упокоить любую нежить.

«Не смей отказываться» , — прошипел Дон, и я почтительно склонил голову.

— Благодарю, король Севас.

— Я потерял своё королевство, Титан Вик, — покачал головой мужчина.

— Королевство — это не земли и не замки, — возразил я. — Королевство — это, в первую очередь, люди. А они, как я вижу, пришли с вами.

Я окинул взором тянущийся из портала поток людей и, поняв, что мне уже пора, посмотрел Севасу в глаза:

— До встречи, король Севас!

— До встречи, Титан Вик!

Кажется, после моих слов, Севас немного воспрял духом?

Я коротко кивнул и шагнул в портал Разлома.

Секундное головокружение, тошнота, бабочки в животе — ощутив весь спектр «портальных» эмоций, я оказался на родной Земле.

— Вик!

Возле меня тут же появились Евгений, Иван и… капитан Медведев.

— Вик, это было круто! — Женя так и фонтанировал эмоциями. — Мне ранг дали! И мы все получили достижение«Убийца нежити» . Теперь баньши будут не так страшны!

И действительно, в списке достижений появилась строка«Убийца нежити », прямо над «Почётный гражданин королевства Севас» .

— Все получили достижение, Жень, даже сенатор, — Бестужев, в отличие от неофита, был более сдержан на эмоции. — А теперь, братцы, нам пора.

— Один момент, тащ полковник, — вклинился Медведев. — Виктор Павлович, от себя и от лица своих ребят выражаю вам уважение!

— Чего это он? — я с удивлением посмотрел на Бестужева.

— Мы видели, Вик, — усмехнулся Иван.

— Что видели? — не понял я.

— Твой бой, — пояснил Бестужев. — Мы все видели, как ты сражался с тем призрачным вараном и королём-личом!

— И как сенатор палил по ним из своей винтовки! — добавил Евгений.

— Мда?

«Так надо, Вик , — шепнул Дон. —Я навёл иллюзию, чтобы никто не узнал… ну ты понял» .

— Это было круто, — кивнул тем временем Медведев. — Нам с ребятами до вас расти и расти. Хотя, казалось бы, всего седьмой ранг… Мы не так уж далеко. Я вот сегодня шестой взял.

— Характеристики, ауры, достижения, артефакты, — принялся перечислять я, — пассивные навыки, полученные в качестве награды за закрытие Разломов. Выполняйте задания Сети, капитан, участвуйте в сражениях и закрытиях Разломов, и уверен, вы меня перегоните.

Медведев протянул мне руку, и я её крепко пожал.

— Всё? — усмехнулся Бестужев, — закончили?

— Так точно, тащ полковник! — улыбнулся в ответ Медведев.

— Тогда бери своих и грузитесь на спецборт. Полетите с нами.

— Понял, — тут же посерьёзнел Медведев. — Сколько человек?

— Десять, — поморщился Бестужев. — С тобой.

— Архипов, Вагин и Бугумбаев пока не ходячие, — протянул Медведев. — а Киму Сеть задание выдала на выслеживание Разломов с нежитью. Как раз десять и получается.

Бестужев не стал спрашивать, куда делся пятнадцатый боец, но его лоб разрезала глубокая морщина.

— Ясно — кивнул он. — Насчёт Кима к Витальичу обратись, он всё организует. И давай быстрее. Одна нога здесь, другая там.

Медведев отдал честь и поспешил выполнять приказ, а Бестужев тем временем перевёл взгляд на меня.

— Вик, там пресс-конференция образовалась. Тебя просят там быть. Пойдёшь?

— Нет, конечно! Может, пошлёшь кого, вместо меня?

— Да послать-то можно, но сенатор Майнер хотел с тобой интервью дать. Укрепление отношений, все дела.

— Я сейчас ему всё объясню, — поморщился я. — Куда потом?

— На спецрейс, — усмехнулся Бестужев и, понизив голос, добавил, — мы будем ждать тебя этажом ниже.

— А мне с вами можно? — протянул Евгений.

— Прости, Жень, — мотнул головой Бестужев. — Никак. Тебя уже машина даже ждёт. Вот закончишь свой шедевр, тогда и поговорим.

— Ну вот, — вздохнул неофит и протянул мне руку. — Тогда до встречи, Вик?

— До встречи, Жень, — улыбнулся я, пожимая ему руку. — Будешь поднимать ранг, помни про то, что я тебе сказал.

— Жизнь возьму, — заверил меня товарищ. — Увидимся в Школе?

— Как пойдёт, — уклончиво отозвался я. — Ну всё, удачи!

— И вам.

Я проводил взглядом Женю и посмотрел на Бестужева:

— Куда идти?

Зал для пресс-конференций обнаружился на минус третьем этаже.

Не обращая внимания на многочисленных репортёров, я подошёл к махнувшему мне сенатору и, не став присаживаться рядом с ним, склонился к его уху.

— Леон, к сожалению, я не смогу присутствовать на пресс-конференции. Нужно срочно вернуться в Школу.

— Лара? — едва слышно уточнил сенатор, продолжая при этом улыбаться на камеры.

— Не только, — поморщился я. Было бы проще соврать ему, но мне почему-то была неприятна сама эта мысль. — Дело больше касается Школьных дел. Внутренняя политика, одним словом.

— Понимаю, — кивнул Майнер и, поднявшись на ноги, с жаром пожал мне руку.

— Сегодня, когда американцы и русские встали на защиту Земли плечом к плечу, а также наши партнёры из Китая, можно уверенно заявить — Вторжение будет остановлено!

Тут же защёлкали вспышки фотоаппаратов, и журналисты наперебой принялись что-то кричать.

— Коллеги! — хватило одного слова Майнера, чтобы все замолкли. — Мой зять, Титан Вик, срочно возвращается в Школу Титанов. Он забирает с собой сотни тонн полезных ресурсов, которые предоставили Соединённые штаты для всеобщего блага! Ещё немного, и сотни высокоранговых Титанов вернутся на землю, чтобы защитить нашу общую родину от нашествия злобных монстров!

Отец Лары говорил бы и говорил, но я, уловив едва заметную паузу, вклинился в его жутко пафосную речь:

— Леон, мне пора. До встречи.

— До встречи, Вик! — американец обхватил мою руку обеими ладонями и горячо её потряс. — Боже, храни нас всех! И позаботься о моей дочери, сынок… А я, в свою очередь, позабочусь о наших людях. Я сегодня же отправлюсь закрывать Разломы. Лично!

Наверное, со стороны это выглядело очень трогательно, и я прекрасно понимал, зачем майнер это делает. Он только что во всеуслышание объявлял о смене курса.

И самое главное — он давал мне понять, что услышал мои слова про грядущие проблемы и про смену парадигмы. Ему хватило одного Разлома, чтобы понять — Сеть на голову превосходит все человеческие наработки.

Кто бы что ни говорил — в политике не бывает глупых людей. А те, кто так считают, просто не понимают, как именно устроена Власть.

Не могу сказать, что мне нравилось, как Леон привычно перетягивает одеяло на себя лично и на американцев в целом, но я не видел смысла соревноваться в красноречии и хвастовстве. Пусть за меня говорят дела.

К тому же, отец Лары больше не чужой человек. Он прилюдно дал мне отцовское благословение, и в моих же интересах укрепить наш союз.

Хм, а ведь можно одним выстрелом убить двух, а то и трёх зайцев!

— Сэр, насчёт Разломов, — понизил голос я. — Вы же получили достижение, не так ли?

— Получил, — кивнул Майнер. —Убийца нежити !

— Бестужев может организовать, кхм, мировое турне по соответствующим Разломам.

Майнер сразу же понял перспективы такого хода и согласно кивнул:

— Мы немедленно соберём группу быстрого реагирования и зачистим все Разломы с нежитью по всему миру! И чтобы не быть голословным, я приглашаю с собой трёх, нет… пятерых журналистов!

Репортёры тут же заорали, в мгновение ока превратившись в безумную толпу, и я, кивнув Леону, спешно ретировался. Он, в отличие от меня, чувствовал себя на пресс-конференции как рыба в воде, и я был более чем уверен, что с этого момента начался новый этап его политической карьеры.

«Всё это, конечно, интересно , — хмыкнул Дон, —но несвоевременно. Готовься открывать портал, Вик. Греция ждёт нас!» .

Партнёр был прав, и я, пробившись, наконец, сквозь толпу журналистов, попал в руки зама Бестужева. Представился он Олегом Витальичем и, судя по его выправке, долгое время был военным.

Пока мы спускались на нужный этаж, я вкратце обрисовал Витальичу своё видение ситуации, упомянул и про страстное желание сенатора попиариться на закрытии Разломов, и про полученное достижение Убийца нежити, и про Кима, который получил от Сети задание на закрытие Разломов, через которые идёт нежить.

Я ещё только рассказывал свою задумку, как Витальич уже всё понял и, остановив меня взмахом руки, взялся за телефон.

К тому моменту, когда мы добрались до Бестужева, Витальич, по сути, организовал то самое мировое турне, о котором сейчас вещал сенатор Майнер.

Витальич явно находился на своём месте, поскольку сразу же понял, насколько выгодная получается история.

Закроем Разломы, из которых на Землю просачивается нежить — раз.

Прокачаем своих Титанов — два.

Минимизируем потери за счёт полученного достижения — три.

Воспользуемся ресурсами американского сенатора — четыре.

Создадим мощный инфоповод, в который вцепятся все СМИ мира — пять.

Ну и, конечно же, поможем выполнить задание одному из наших Титанов — шесть.

Был ещё и седьмой пункт — Леон, по идее, неплохо прокачается на закрытии этих Разломов и, возможно, дорастёт и до шестого ранга.

Для человечества в целом — малосущественный факт, но для меня — это важно. Будущий тесть, как-никак.

Что до бонусов, которые получит мистер Майнер, то я даже думать об этом не стал. Но в том, что он не останется внакладе, уверен на все сто.

Бестужев, узнав об этой идее, дал Витальичу добро и, оставив его своим ВрИО, отправил утрясать детали — собирать команду, договариваться с американцами, заниматься снабжением, логистикой и так далее.

— Мы готовы, Вик, — Бестужев посмотрел на меня. — Открывай свой портал.

— Готовы? — удивился я, — а где все?

Кроме меня и Ивана в помещении с бетонными стенами не было больше никого.

— Они ждут в соседнем помещении, — едва заметно поморщился Бестужев. — Ты же не хочешь, чтобы поползли слухи о мобильных порталах?

«Тот момент , — усмехнулся Дон. —Когда твой друг умнее, чем ты» .

— Аргумент, — признал я и, достав артефакт Дона, мысленно обратился к партнёру. —«Дальше что?» .

«Дальше я сам .Но сначала спроси у Бестужева его часть сделки» .

— Иван, — я посмотрел на Бестужева, — Дон просит выполнить вашу часть сделки.

— Всё здесь, — кивнул Бестужев. — Ресурсы по списку, — он показал на сложенные у стены ящики. — Там же находятся указанные им музейные экспонаты. Что до тела, то объект ждёт в соседнем помещении. Насчёт этической стороны вопроса можно не волноваться, его разум уничтожен во время одного из прорывов какой-то ментальной тварью. И он, по условиям договора, идёт с нами. Что там ещё? Транспорт? Подводная лодка уже дежурит у берегов Греции.

«Подойди-ка к ящикам, Вик» .

Я сделал то, что попросил Дон, и он, проверив все без исключения контейнеры, довольно протянул:

«Убирай в Инвентарь» .

Дождавшись, когда я уберу ящики, Дон что-то сделал с артефактом, который я до сих пор держал в руке, и около стены появилась жёлтая рамка портала.

«Если носитель не подойдёт, им придётся найти другое тело» , — предупредил меня Дон.

На мой взгляд, говорить об этом не было смысла, да и поздновато Дон спохватился, поэтому я лишь бросил на Бестужева вопросительный взгляд.

Бестужев отдал по рации короткий приказ, и мгновение спустя открылась дверь, и оттуда вышло семнадцать одарённых, десятерых из которых я уже знал. Остальные, судя по нашивкам на рукавах, представляли другие страны — США, Япония, Германия, Китай, Индия, Франция и Турция.

И, честно говоря, я был рад увидеть среди всех этих суровых ребят знакомые лица. Медведев, словно прочитав мои мысли, поймал мой взгляд и незаметно подмигнул. А следом кивнул на стоящего рядом с ним паренька с отсутствующим взглядом.

Я посмотрел на его ауру и был вынужден признать — Бестужев оказался прав, разум у этого бедолаги просто отсутствовал. Даже странно, как он самостоятельно стоял на ногах…

«Базовые инстинкты , — буркнул Дон и подтолкнул меня в сторону портала. —Давай, Вик, осталось совсем немного!» .

— За мной, — коротко бросил я и первым шагнул в очередное марево портала.

Глава 32

Поскольку артефакт настраивал Дон, я не имел понятия, где мы окажемся, знал лишь, что это будет Греция.

Я не знал, как Бестужеву удалось договориться с властями, да и не хотел, честно говоря, вникать. Достаточно было того, что здесь не было никого, кто бы мог нам помешать. Правда, меня несколько напрягало отсутствие вертолёта, который должен будет доставить нас на побережье, но Бестужев явно продумал этот момент.

Да и вообще, всё это сейчас неважно. Важно, что мы в Греции. И пусть я ни разу здесь не был, но, стоило мне выйти из портала, как я тут же узнал… «три дельфийских столба» — всё, что осталось от оракула Древней Греции. Кажется, здесь раньше находился храм Аполлона? Или Афины? Плохо, когда не помнишь историю…

Так или иначе, но от этого места шла смутно знакомая энергетика, и у меня сразу же возникла ассоциация с портальной аркой.

«Дон, это как будто…».

«Да, Вик, — перебил меня партнёр. — Раньше это место было одним из портальных центров Земли. Святилище окружали двадцать внешних колонн, которые во время активации, создавали восемнадцать порталов во внешние миры. Внутри святилища было ещё десять колонн, их называли внутренние, и они, при активации, открывали один из восьми порталов, ведущих в другие линии вероятности».

«Постой, внешние миры и другие линии вероятности — это разные вещи?».

«Конечно! — фыркнул Дон. — Миры — это миры. А линии вероятности — это линии вероятности».

Это было сказано таким тоном, что переспрашивать я просто-напросто не осмелился.

«Пройди в центр, Вик, — скомандовал Дон. — Сегодня нам нужно заглянуть в соседние линии вероятности. Если повезёт — найдём то, что нам нужно, быстро, если нет…».

Договаривать Дон не стал, но и так было ясно, что ничего хорошего нас в этом случае не ждёт.

— Вик, ты куда? — окликнул меня Бестужев.

— Один момент, — протянул я.

«Пусть приготовятся отражать атаки самых разных существ, — подсказал Дон. — А вообще, дашь мне контроль на несколько минут?».

«Бери», — разрешил я.

Я уже понял, что при всей своей хитрости, Дон не справится один. Я ему нужен. Причём не просто как инструмент, а как партнёр.

Да, возможно, я ошибаюсь, но интуиция говорила, что Дону можно доверять. По крайней мере, в данный момент.

«Сейчас будет немного щекотно», — шепнул Дон.

И действительно, в следующий момент по моему телу прошла волна щекотки. Я почувствовал, как немеют руки, ноги и даже шея, а затем я, неожиданно для себя, заговорил:

— Этот Разлом будет отличаться от всего, с чем вы могли столкнуться раньше. Будет меняться сама ткань реальности, и ваша задача не допустить прорыва.

— Прорыва чего или кого и куда? — деловито уточнил Бестужев, за чьей спиной сгрудились остальные Титаны.

— Видите эти три колонны? — «я» махнул рукой в сторону трёх дельфийских столбов. — Это портальные рамки. Всего их было двадцать, а значит, количество порталов достигало…

— Девятнадцати, — кивнул Бестужев.

— Восемнадцати, — поправил его «я». — Не стоит забывать про вход в святилище.

— Понял, — кивнул Бестужев. — Но сейчас колонн всего три, а значит, порталов будет два? Или всё-таки больше? И если больше, то как они откроются без портальных рамок?

— Хороший вопрос, — я почувствовал, как мои губы раздвигаются в… улыбке? Хотя нет, вернее будет сказать — в оскале! — Источником первых двух прорывов будут эти колонны, — «я» снова кивнул на три дельфийских столба. — А вот дальше вам придётся столкнуться с плавающими порталами.

— Конкретнее! — потребовал Бестужев.

— Из-за того, что святилище было разрушено, порталы могут появиться в радиусе десяти метров от внешней границы. Они могут оказаться миниатюрными, а могут раскинуться до двадцати метров в ширину.

— Ого! — присвистнул Медведев. — Это тебе не одну точку держать. Придётся напрячься.

— А теперь внимание! — мой голос налился силой. — Любой разумный, вышедший из плавающего портала, должен быть уничтожен. Будь то великан, Титан или даже ребёнок.

— Даже ребёнок? — напрягся кто-то из Титанов.

— Даже ребёнок, — мой голос аж вибрировал, и дело явно не обошлось без магии Дона.

— Но…

— Пойми, — и сейчас голос бил точечно в каждого из Титанов. — Для своего мира он мёртв. А если попадёт в наш, то рано или поздно все линии вероятности сольются в одну. Мы не можем этого допустить.

— Не можем… — завороженно повторил Титан.

— А если не справимся? — Бестужев, к моему удивлению, сопротивлялся гипнотизирующему голосу Дона лучше всех.

— Справитесь.

— Можно использовать любое оружие?

— Любое. Главное — не допустить прорыва. Иначе Вторая Волна Вторжения начнётся прямо сейчас.

— Мы готовы, — за всех ответил Бестужев. — Капитан Медведев! Разбить периметр по секторам!

Боец вздрогнул, словно выходя из транса — хотя, почему словно? — и принялся раздавать приказы.

«Пора, Вик, — шепнул Дон. — Ты держишь нас здесь, я ищу ключ. Договор?».

«Договор, — мысленно отозвался я. — Вот только, я думал, что внешние колоны — это порталы в другие миры? При чём здесь линии вероятности?».

«Долго объяснять, — отмахнулся Дон. — Нельзя, чтобы кто-то или что-то попало в соседние линии вероятности. Всё, Вик, держи нас!».

А в следующий момент я почувствовал, как руины святилища начинают превращаться в энергетическую карусель.

На периферии сознания мелькали разные картинки:

… Бестужев, стиснув зубы, стреляет из Калашникова…

… Медведев рубит идущую из портала скелетов огромным двуручником…

… В строй песьеголовых попадает граната, и ровная стена щитов рушится у меня на глазах…

… Злые крики гарпий оглушают и заставляют сознание плыть…

… Идущая на нас стена огня и летящее ей навстречу облако сосулек…

Единственное, чего я не видел — что именно делает Дон.

Моё тело и сознание действовали раздельно, и все силы уходили на то, чтобы не терять «центр притяжения». И это оказалось ой как непросто!

Лучше бы я искал тот самый ключ или сражался с монстрами, чем раз за разом удерживать рвущуюся ткань мироздания. Зато теперь я отчётливо понимал, о каких таких линиях вероятностей говорил Дон.

Я не просто чувствовал, я видел их.

Возможно, их было больше, но я увидел семь. Центральная была самой яркой, и это, к моему глубочайшему удивлению, была не наша реальность. Наша находилась справа от центральной и, если считать слева направо, была пятой по счёту.

Наверное, если судить по близости к центру, насыщенности и цвету, наша линия вероятности была на втором месте, но это было без разницы.

Всё, о чём я мог думать — наша реальность не является исходной!

Это, мать её, одна из линий вероятности…

И эта мысль поразила меня настолько глубоко, что в какой-то момент я чуть не «отпустил» Дона и остальных Титанов.

Почувствовав мою слабость, все семь линий «взбрыкнули», и я лишь в самый последний момент сумел удержать контроль над ситуацией. Я не видел, каково пришлось Дону в этот миг, но Титаны чуть было не потеряли четырёх бойцов. К счастью, благодаря Бестужеву и его скафу — отбились.

После этого момента я полностью сконцентрировался на своей задаче и уже не обращал внимания на обрывки видений и бесконечный бой, идущий вокруг меня.

Не знаю, сколько это длилось, но в какой-то момент я услышал голос Дона:

«Всё, Вик… Всё! Вытаскивай нас!».

Первое, что я сделал — волевым усилием начал замедлять круговорот энергетической карусели. Второе — «нащупал» ауры Титанов и постарался притянуть их к себе, чтобы их, не унесло в плавающий портал или, не дай Бог, не притянуло в соседнюю линию вероятности.

Я тянул Титанов к себе, одновременно с этим замедляя ток энергии, и это оказалось на удивление утомительно.

Когда сил не осталось, и действовал я уже исключительно на морально-волевых, раздался голос Дона:

«Всё, Вик, хорош».

Мгновение, и я вновь почувствовал своё тело, а вся энергетическая тяжесть пропала, словно её и не было.

— Ух, ёёёё, — выдохнул я, осознавая, что стою в центре святилища, а где-то неподалёку шумят лопасти работающего вертолёта.

— Мы закончили? — уточнил Бестужев, не спеша, впрочем, поднимать забрало своего скафа. — Порталы пропали.

— Закончили, — кивнул я и, моргнув, на секунду увидел святилище Афины таким, каким оно было раньше.

Мраморные колонны, сияющие мягким золотом, постамент в центре святилища, являющийся чуть ли не точной копией Школьной стелы. И, самое главное — Дона, опирающегося на серебряное копьё.

— Тогда, пошли! — резкий оклик Бестужева заставил видение истаять, словно утренний туман.

Я попробовал было сделать шаг вперёд, и, если бы не Дон, который меня поддержал, свалился бы на землю.

«Соберись, Вик! — бросил Дон. — Мне тоже сейчас непросто. Ты, главное, дойди до вертолёта. Пока будем лететь — передохнём».

«Или передОхнем», — мрачно пошутил я.

«Шутишь?», — возмутился партнёр. — В двух шагах от Атлантиды? Это будет кощунством!'.

«Знаешь, Дон, — усмехнулся я. — В следующий раз ты нас держишь, а я ищу ключ».

«Договорились, — хмыкнул партнёр. — Давай залазь уже внутрь».

Не знаю, как я добрёл до вертолёта, но, в конце концов, я обнаружил себя сидящим на десантной скамейке.

Слева от меня привалился к стенке Бестужев, а справа, почему-то, никто не сел. Неужели Титаны интуитивно чувствовали, что там сидит Дон?

— Держитесь, братцы, — бросил Бестужев, с лёгкостью заглушая шум винтов. — Как только прибудем на место, вами займутся лучшие целители страны.

— Нормально, Николаич! — крикнул в ответ Медведев. — Два ранга за одну вылазку! Тут даже с тяжёлыми дотянуть можно! Верно говорю, парни?

Титаны отозвались дружным рёвом, а я только сейчас смог хорошенько их рассмотреть.

У кого-то вместо лица была запёкшаяся корка крови, у кого-то изо рта шла пена, а у кого-то не было рук и ног…

И я сейчас сижу и себя жалею? Мол, у меня сил нет? Позор!

— Не бойтесь, мужики, — вырвалось у меня. — С моими аурами ещё никто не умирал!

«Походный набор, — подсказал Дон. — Подлечи бедолаг. Они свои ранги отработали сполна».

— Парни своё уже давно отбоялись, Вик! — мотнул головой Бестужев. — Но когда из портала полезли щупальца с тентаклями, я, признаться, струхнул.

— А у меня остатки волос поседели! — крикнул один из Титанов.

— Да ладно вам, щупальца — это ерунда, когда медузы появились, я чуть инфаркт не схватил. С бывшей перепутал!

Дружный хохот заглушил шум работающих винтов, и сразу же стало как-то полегче. Унылая атмосфера «выжили каким-то чудом» сменилась на «да хрен вам, а не Титаны Земли»!

Бойцы делились эмоциями, пересказывали особо впечатлившие их стычки с необычными монстрами, а я под шумок обходил всех без исключения Титанов.

Бестужев хоть и внимательно наблюдал за моими действиями, но не лез с расспросами, а Дон подсказывал, что и кому выдать.

Где-то дело обходилось одним зельем Восстановления, где-то пришлось выложить зелье Регенерации, но этого всё равно было недостаточно.

Я видел их пробитые ауры, чувствовал, как силы вытекают из них, словно вода из решета, и отчётливо осознавал — больше половины не долетит до подводной лодки…

Увы, но то тепло в груди, которое осталось после отчаянной атаки Махаона, пропало, и я не мог поделиться с ребятами энергией Жизни. Но зато мог выступить посредником между Титаном-Защитником и Сетью.

И это оказалось настоящим спасением.

Кому-то хватило бы и одного ранга, чтобы подлечить раны, залатать ауру и остановить энергопотерю, но я настаивал на немедленном выборе дара.

Учитывая, что большинство Титанов были четвёртого и пятого ранга, каждый из них, взяв два ранга, получил возможность выбрать новый дар или усилить старый.

Большинству я рекомендовал усилить изначальный дар, но те пятеро, которые находились на последнем издыхании, вынужденно выбрали новый —Неубиваемый .

Этот дар, мало того что разово повышал все характеристики на десять пунктов и незначительно увеличивалРегенерацию , так ещё и автоматически поднимал базовоеУкрепление тела в два раза. Но самое главное — при высокой вероятности летального исхода, Титан получал возможность впасть во что-то типа комы.

Метаболизм и все процессы жизнедеятельности замедлялись в десятки раз, и в таком состоянии Титан находился до тех пор, пока циркулирующая по энергопотокам сила не справится с критическими повреждениями организма.

Я бы, честно говоря, заставил всех без исключения Титанов взять этот дар, но Сеть предлагала его только тем, кто был уже одной ногой в могиле.

Те из Титанов, кто взялНеубиваемого, отрубились прямо у меня на руках, а остальные заснули после приёма зелий — не знаю, с кем они встретились, когда открылся один из последних порталов, но их ауры походили на дуршлаг.

К тому моменту, когда я, сделав круг, вернулся к Бестужеву, в десантном отсеке вертолёта в сознании остались только мы втроём — я, Дон и Бестужев.

— Ещё немного, Вик, и мы бы все там полегли, — негромко произнёс Бестужев, но я его всё равно услышал. — Последние твари были не то ментальными паразитами, не то пожирателями аур. БОльшая их часть, конечно, сразу кинулась к тебе, но оставшихся хватило, чтобы вывести нас из строя.

«Пожиратели разума, — подсказал Дон. — Очень неприятные противники для низкорангового Титана. Повезло, что я успел найти ключ…».

— Оно того стоило, Иван! — отозвался я. — И кстати, твоей ауре тоже досталось.

— Не так сильно, как ребятам, — отмахнулся Бестужев. — Этот доспех — просто чудо.

«Конечно, чудо, — проворчал Дон. — Эх, надо было запрашивать больше алмазов и сапфиров!».

— Готов повышать ранг? — уточнил я. — Ты станешь первым Титаном Земли, кто получит восьмой ранг!

— Тот британский тип, про которого я говорил, — Бестужев сморщился так, будто съел целый лимон, — взял, по нашим сведениям, десятый.

«Надо его кончать, Вик, — процедил Дон. — Так быстро можно повышать ранг лишь в одном случае — он убивает других Титанов. И не просто убивает, но и впитывает их дары».

«Займёмся им после Атлантиды?».

«Давай, — буркнул Дон. — Иначе…».

Он не договорил, но всё и так было ясно. Поэтому, вместо того, чтобы ответить Дону, я посмотрел на Бестужева:

— Ну так что, готов?

— Вик, — протянул он. — Если я, после получения восьмого ранга, воспользуюсь перстнем, который дал мне Дон, и возьму девятый, смогу ли я его снять по достижению десятого?

«Это единственно верный путь, — усмехнулся Дон. — Чем дольше он будет его таскать, тем выше искушение оставить всё как есть. А потом встреча с опытным одарённым, который первым делом уничтожит этот костыль, и здравствуй моментальная деградация в ранге!».

— Сможешь, — кивнул я. — И чем раньше ты это сделаешь, тем лучше. Заёмная сила…

— Да я понимаю, — оборвал меня Бестужев. — Но сейчас мне нужнаИнтуиция третьего ранга.

— Тебе виднее.

— Делаем, — решился Бестужев. — Прямо сейчас.

Не прошло и нескольких минут, как Иван, став счастливым обладателем Интуиции третьего ранга, отключился вслед за остальными.

«И ты отдохни, Вик, — шепнул Дон. — Я разбужу, когда будем подлетать».

Я благодарно ему кивнул и закрыл глаза.

А открыл за секунду до того, как вертолёт коснулся земли.

— Мы на месте! — донеслось из динамика на паршивом английском. — Выгружайтесь.

А затем началась суета.

Сначала мы вынесли пятерых Титанов, которые так и не пришли в себя, затем, пока ехали к нужному причалу, отбивались от вопросов греческих чиновников. Потом пришлось несколько минут выслушивать напутствия какой-то местной шишки…

Да, за нас всех отдувался Бестужев, но время-то шло наше общее!

Наконец, началась погрузка на подводную лодку, и дело тут же пошло быстрее.

Стоило нам оказаться на борту, как лодка немедленно начала погружение, а моряки, не задавая лишних вопросов, помогли нам всем разместиться.

Ну а дальше началось самое волнительное: нас с Бестужевым проводили в непонятное помещение — как я узнал позже, это был торпедный отсек — где я, с помощью моряков, натянул на себя громоздкую водолазную снарягу.

Дон на мой мысленный вопрос — «А тебе?», лишь отмахнулся со словами: «Я не нуждаюсь в таких костылях».

И вот, наконец-то, настал час Икс.

Мы повторно обсудили с Бестужевым план дальнейших действий и он, получив сигнал от капитана, выгнал из отсека остальных моряков.

Нужды в маскировке больше не было, но Дон не спешил развеивать невидимость.

А затем началось самое сложное — Бестужев, который специально проходил для этого курсы, принялся за дело.

Он выпустил нас при помощи торпедного аппарата — когда я оказался в этой трубе, мне, признаться, стало не по себе. И та задержка между закрытием внутреннего люка и открытием внешнего показалась мне вечностью.

А потом пришлось ждать, когда в воде окажется Дон.

Пожалуй, это стало для меня самым сложным испытанием — находиться под водой в не внушающем доверия водолазном костюме.

А Дон и вовсе был окружён едва заметной полупрозрачной плёнкой!

К счастью, как только мы оказались за бортом, за дело взялся партнёр. Всё, что от меня требовалось — зацепиться за его пояс и не мешать.

Так я и делал.

Поначалу мне было странно, почему мы никуда не плывём — уж и лодка ушла, оставив нас одних — но Дон упорно возился с копьём, вынесенным из развалин святилища.

В какой-то момент, когда воздух в баллонах понизился уже на четверть, копьё мигнуло, и окружающая нас вода… изменилась.

Мало того, что она стала темнее, так ещё и… холодней!

Но самое главное, перед нами появилась огромная каменная стена, поросшая водорослями и ракушками.

«Смотри, Вик! — голос партнёра аж звенел от волнения. — Смотри и не говори, что не видел!».

Но не успел я уточнить, на что именно смотреть, как он направил копьё на стену и… выпустил из него короткий импульс.

Ракушки и водоросли исчезли, словно их и не бывало, а перед нами появились каменные ворота, на которых была искусно вытесана битва людей с… ксурами?

Перед людской армией стоял, по всей видимости, полководец. И он, почему-то, протягивал руки к нам, а не в сторону ксуров. Причём, руки его были пусты.

Дон бросил на меня победный взгляд и, достав из Инвентаря серебряный щит, смутно похожий на добытое им копьё, протянул их полководцу.

«Покажи ему амулет с Махаоном!», — приказал Дон, и я тут же достал требуемый артефакт и продемонстрировал его вырезанному из камня полководцу.

Со стороны, наверное, мы смотрелись чрезвычайно глупо, но, стоило мне моргнуть, как копьё со щитом оказались в руках у полководца, а сама фреска ожила у меня на глазах.

Стройные порядки людей двинулись на ящеров, а полководец, направив копьё на своих противников, выпустил из него…Цепную молнию !

Казалось, я даже услышал лязг оружия и воинственные вопли воинов!

А затем картина застыла, и стена, расколовшись напополам, начала открываться.

Дон дождался, когда каменные створки ворот полностью откроются, и, бросив взгляд на сияющий впереди город, с гордостью произнёс:

«Добро пожаловать в Атлантиду, Вик!».

Следующий том:

https://author.today/reader/607999/6033351

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Титан VII ранга