— Я уже в самолёте, ты где? — набрав, сразу спрашиваю Вову, своего парня.

Мы решили на Новый год рвануть в Грузию. Устали от морозов… Да и каникулы сейчас в универе у обоих, у него так вообще последний курс. Ну и я захотела, чтобы мой первый раз был в особенном месте. Вова, услышав это, сразу купил билеты в Грузию: мою вторую родину. Ему там нравится. Да и мне тоже, хотя была лишь в детстве…

Сегодня Вова должен был закончить передавать все свои запланированные дела старшему брату. Арсений… Он же Арс. Нет, о нём лучше не думать.

В общем, я знала, что Вова задержится по работе. Да и из нас двоих перестраховщица я, так что ещё и раньше приехала. Договорились, чтобы я без него регистрацию проходила и садилась. Вот только до вылета уже минут двадцать, начинаю нервничать. Вова пока не появлялся на связи.

И сейчас почему-то долго молчит. Ещё и вздыхает.

— Арс ещё не с тобой? — внезапно спрашивает.

— Эм… Что? — не понимаю, к чему этот вопрос, вызывавший во мне ускоренное сердцебиение.

Как и всё, что-либо связанное с Арсением… Зря Вова нас знакомил.

— Ай, ладно, — нехотя заключает он: прям по голосу слышу, что морщится. — Что уж тянуть… Двадцать минут до вылета. В общем, вместо меня с тобой полетит Арс.

И вот стоит только моему парню произнести этот охренеть какой внезапный и оглушительный вердикт, как я вижу, что его брат заходит в самолёт и уверенно направляется к пустеющему месту рядом со мной.

Значит, ни разу это не шутка была. И, увы, сегодня не первое апреля.

— Как всё это понять? — только и выдавливаю.

— Ир, девочка моя, послушай, — напряжённо начинает Вова. — Первый раз — он особенный для девушки, и для тебя тем более, ты давала это понять. И прежде чем мы пойдём на этот шаг, я хочу, чтобы ты была максимально уверена, что действительно хочешь быть именно со мной. А не, например, с моим братом.

Сердце пропускает удар. Я действительно это слышу?..

И ведь вряд ли Вова действительно для примера Арса упомянул. С тех пор, как мой парень познакомил меня со своим братом; уже всё не так пошло… Я не хотела этого, честно. Если уж судить по внешности — они оба красавчики, а черты лица у Вовы помягче, это мне даже больше нравится. Но Арс…

Он с самого начала вёл себя со мной фривольно. То недвусмысленные подшучивания, то откровенные взгляды, то провокационные случайные полуприкосновения… Ещё и появлялся там, где у нас с Вовой свидания происходили. И наш первый раз сорвал своим появлением — пусть я тогда фактически не была готова, но кто знает, что могло бы быть…

Позже Вова объяснил мне, что Арс таким образом мстит ему. Когда-то мой парень увёл у брата девушку. В итоге осознал свой поступок и не стал строить с ней отношения — но нет, Арс не простил. Наверное, потому что уже было всё разрушено.

В любом случае, инструментом мести мне уж точно не хотелось быть. Вот только какого-то чёрта я реагировала на Арса всякий раз…

Я и сейчас ни слова сказать не могу, глядя, как он приближается… Уже совсем рядом.

— Я ведь не дурак, — не дождавшись моего ответа, тихо подытоживает Вова. — Я вижу, как между вами искрит. Передо мной ты можешь это отрицать, но перед собой будь честна эту неделю, которую вы проведёте вместе.

— Это какая-то жесть, — вздыхаю, так и не веря в реальность происходящего. — Вов, ты серьёзно? Я же люблю тебя. Я с тобой.

На этом моменте Арс как раз приземляется на соседнее кресло. Ухмыляется чему-то, пристёгивается. Багаж уже сдал, значит… Налегке. Никакой ручной клади.

Напрягаюсь всем телом от его присутствия. А Вова вздыхает, видимо, восприняв мои слова как предсказуемую попытку отрицать что-либо перед ним.

— Мне пора бежать, дела сами себя не сделают. На связи, — даже не говорит ответного признания…

И вот почему он так не уверен в нас? Неужели я действительно давала поводы? По мне так видно было, что я на Арса реагирую?

Если Вове да, то, наверное, и брату его тоже…

— Я сам удивлён его решению, если тебе от этого станет легче, — бросает мне Арс. — Но кто ж откажется от уже оплаченного отдыха в роскошном отеле?

Я, например. Уже к этому чертовски близка. Вот только самолёт вот-вот взлетит, о чём сообщает пассажирам недалеко от нас стюардесса, проверяющая, все ли пристёгнуты.

— Такого бы не было, если бы ты не рвался мстить брату через меня, — морщусь, глупо пытаясь отодвинуться от Арса.

Ну не могу я смириться с реальностью! Да и сомневаюсь, что это решение исключительно Вовы. Слишком уж неожиданное и выбивающее.

— Такого бы не было, если бы ты не велась, — нахально парирует Арс.

Надеюсь, я не краснею… Отворачиваюсь.

— Ему показалось, — бурчу. Слышу на это усмешку, а потому поспешно перевожу тему. Не тянет меня доказывать что-то этому самодовольному засранцу: — И что нам теперь делать?

— Расслабляться и отдыхать, — не колеблется с ответом Арс. — Время быстро пройдёт. А потом вернёмся к своим жизням. Не боись, я ни на что не претендую. Переосмыслил тот случай. Да и трахать ту, которую трахал мой брат… Ну такое себе. Не буду.

Хм… Значит, Арс не в курсе про мою девственность. Вова поставил его перед фактом своего плана, а такую деталь как главную причину не упомянул?

Впрочем, и хорошо. Ещё не хватало выслушивать подколки Арса по этому поводу на протяжении всей недели.

— А тебе никто и не даст, — только и бросаю, всё-таки повернувшись к нему.

Пусть знает, что я серьёзна, как никогда. А то возомнил себе… Видите ли, это он не будет! Можно подумать, так бы шансы были.

— Не провоцируй, — слышу вкрадчивый ответ, сопровождаемый нехорошим блеском в глазах. — Я слишком люблю вызовы.

Ну вот… Это всё-таки случается. Самолёт взлетает, унося меня от Вовы с его наглым братцем в другу страну. И в номер, который снят на двоих. Надо будет заставить Арса снять свой… Ну или я у родственников останусь, а он пусть как хочет.

На него по-прежнему не смотрю. Благо, сижу у иллюминатора, вот и утыкаюсь взглядом в него. Хотя там уже мало видно — только чернота и редкие огоньки на крыле. Арс рядом возится с планшетом, но я чувствую, что куда больше он реагирует на меня, чем на собственный экран. Странным образом ощущаю его задумчивость.

И мелькает дурацкая неуместная мысль: интересно, а как Арсений отреагировал, когда Вова впервые задвинул ему свою идею? Тоже подумал, что это бред полный? Или…

Так, блин, стоп. Никаких «или».

Жаль, что нельзя попросить стюардессу открыть дверь и просто выйти, как на каком-нибудь наземном транспорте. Но зато другое я могу — у меня много подписка на музыку в телефоне действует и без интернета. Почему бы не врубить наушники и уже с этого момента делать вид, что я лечу в Грузию одна? Необязательно ждать, когда мы распределимся по разным местам. А в идеале, и городам.

— А ты боишься, — вдруг заговаривает Арс.

Вздрагиваю. Не отвечаю, но надеть наушники теперь всё-таки не могу.

— Понять бы ещё, летать или меня, — ухмыляется Арс. — Сжалась вся… А до этого прям удивила.

— Чем? — ну вот, я всё-таки заговариваю с ним.

— Тем, что не устроила сцену. Не перезвонила Вове с истерикой, не пыталась смыться отсюда. Я, кончено, спецом для этого тянул до последнего, чтобы прям перед взлётом сесть, но не думал, что ты так спокойна будешь.

Бросаю на него наверняка недовольный взгляд. По крайней мере, чувства у меня сейчас именно такие. И это в лучшем случае.

Спецом он тянул… Да офигеть просто! Устроили тут.

— А что я могла сделать? Истерики только меня бы утомили, а результата не дали бы.

— Вот и я об этом, — кивает Арс, неожиданно улыбнувшись. Не насмешливо, а как-то по-новому. Задумчиво даже. — Ты в первую очередь думаешь головой, даже когда происходит что-то тебя выбивающее. Редкое качество.

Пожимаю плечами и утыкаюсь в свой плейлист. Надо поскорее включить что-то, что поможет сделать вид, будто этого человека рядом со мной нет.

Вот только успеваю услышать его:

— И наверняка ты этой самой головой уже решила, что избавишься от меня там, в Грузии, не будешь проводить время со мной. Только учти, я сдам тебя Вове. А он такое не примет. Этот уикенд не просто так устроил, мы должны пройти через испытание…

Увы, Вова и вправду упирается, чтобы я с Арсом была, или мы расстаёмся. Говорит, что ему нужны подтверждения, что между нами ничего не произойдёт нив каких обстоятельствах. Звучит как полный бред, но в конечном итоге я решаю забить на всё и не спорить.

Благо, родственников и вправду много. И с первого же дня я загружаю дни именно ими по-максимум. Ну и пусть Арсений где-то рядом отсвечивает… Привыкну. Уже стараюсь. Можно ведь и вообще толком не взаимодействовать.

Вот только не так уж получается, потому что хвалёное грузинское гостеприимство распространяется и на него. Мы вот уже два дня тесно взаимодействуем с моими родственниками, которым он представляется тем самым Вовой, с которым я обещала приехать. И умудряется общаться с ними так, чтобы у них не возникало вопросов. А ведь я ни о чём таком его не просила… Я вообще об этом не думала, ведь так и не отошла от выходки своего парня и его брата.

Хорошо, что у меня в соцсетях особо фоток с настоящим моим парнем пока нет, только начали встречаться… А чтобы зайти к нему на страницу, надо более прошаренным быть. Это всё-таки не о моих родственниках из Грузии, немолодые уже все. Да и привыкли больше реальной жизнью жить, чем в интернетах шастать.

Не так уж я и думаю головой в стрессовых ситуациях, как Арсений сказал. А он не теряется…

Вот и сейчас, когда я выхожу на веранду дома дяди Гио, замечаю, как Арс наливает ему чачу. И, судя по всему, они активно общаются уже как минимум несколько минут.

А я всегда считала дядю слишком требовательным к незнакомцам. Какое там… Кажется максимально очарованным этим самым Арсением, на месте которого мог быть и должен был быть Вова.

Игнорирую укол сожаления. Просто напоминаю себе, что производить впечатление Арс умеет. И сама сталкивалась, что уж отрицать.

— О, Ирка… — дядя Гио смотрит на меня сияющим взглядом. — У твоего жениха такой шикарный юмор. Вчера до трёх ночи сидели, он рассказывал про свои студенческие времена…

Ага, окончил универ два года назад, я помню. Как и многие ничего не значащие факты о нём. Хотя и не должна бы.

Арс смотрит на меня, и я вдруг замечаю в этом его взгляде какую-то новую внимательность. А ещё он протягивает мне кружку с моим любимым рафом с корицей. Как вообще умудрился сделать его здесь, в доме дяди? Да, кофемашина у него есть, но всё равно…

А откуда знает, что это мой любимый напиток, лучше даже не думать. Наверняка Вова сказал. До сих пор не по себе от этой его идеи. Она и с самого начала не казалась мне адекватной, а теперь так вообще с толку сбивает.

— Хочешь хачапури? — интересуется Арс. — Очень вкусный твоя тётя делает.

Да я как бы и без него в курсе. Раздражает, насколько вольготно тут себя ощущает братец моего парня. И даже то, что раф очень вкусный, тоже не радует. Прямо-таки хочется, чтобы Арс облажался.

— Да, давай, — автоматом отвечаю, потому что дядя выжидательно посматривает на меня.

Не обижать же семью… Они реально слишком стараются, даже когда не нужно — такая уж национальная черта.

Пока ем и отстранённо слушаю разговоры Гио с Арсом, прикидываю, насколько рационально будет стараться сделать так, чтобы второй облажался. Хм… Ну нет, и в этом без шансов. Непонятно, что будет, когда он примет этот вызов. А в том, что ответит чем-то, вот вообще не сомневаюсь.

Да и родственников в это вплетать не нужно. А они, так или иначе, будут задействованы. По крайней мере, пока мы в Кутаиси, с ними. В конце у нас с Вовой было запланировано ещё два дня в Тбилиси, где родственников нет.

Вот там уже посмотрим, кто кого… А пока лучше и вправду вести себя так, будто я тут типа с Вовой приехала. И будто я хоть немного понимаю, что вообще происходит. Благо, для игру а парочку совсем нет нужды держаться за ручки или типа того — в Грузии против проявления чувств на публике.

Идём по длинной аллее, усыпанной сухими листьями, хотя вокруг уже пробивается зелень. Так уж получилось, что мы с Арсом немного отдаляемся от остальных. Грузины привычны к таким маршрутам, а я устаю слегка. Он двигается в моём темпе, помогает. И они не чувствуют себя так обязанными: думают, что мы притормаживаем, чтобы наедине больше быть. Не беспокоят типа.

Что ж… Надо хотя бы постараться раствориться во всей этой красоте: старые балконы, вьющиеся розы, далёкий отсвет моря. Сейчас мы в Анаклии. На какие-то секунды закрываю глаза, вдыхая сырой воздух. Пытаюсь проникнуться. Почему, блин, я всё равно не перестаю думать, что Арс тут со мной?

Надо пережить эти дни, а потом устроить ему и его братцу разнос. Я всё больше начинаю обижаться на Вову за такое недоверие. Не так уж я реагировала на Арсения, чтобы мне подобное устраивать типа благородно.

— Посмотри, какая красота, — прерывает мои мысли Арс.

Открываю глаза. Судя по всему, он про старую крепость на холме — действительно красиво, хоть кто-то и посчитал бы её простой. Но столько в ней жизни, истории, души. И место ещё такое… Живописное, как для открытки какой-нибудь красивой. Любуюсь, а потом даже фотку делаю. И всё это без лишних комментариев.

И только когда эмоции отхлынывают, понимаю, что Арсений всё это время безотрывно смотрел на меня.

Тоже бросаю на него взгляд. Скорее непроизвольно, но застываю им.

Арс смотрит без привычных нахальности, вызова или наглого интереса. Что-то другое в его глазах. Более глубокое. Он смотрит так, будто пытается запечатлеть этот момент куда-то себе в память, запомнить каждую мою чёрточку — даже как ветер треплет мне волосы, или как я кусаю губу. Судя по направлению этого его ковыряющего всё внутри взгляда.

Воздух застревает в горле. Впервые за всё это время думаю, что решение Вова принимал вместе с братом. И если с моим парнем-то всё понятно, то чем руководствовался Арс, согласившись на такое? Только ли халявным отдыхом? Насколько я знаю, в их совместном бизнесе больше как раз старший брат решает, младший пока ещё в универе учится.

— Нечего на меня так пялиться, — бурчу.

— Так — это как? — судя по ноткам в голосе, моё возмущение Арса скорее забавляет.

Или даже… умиляет.

Да блин. Не так идёт этот отпуск. Не стоит забывать об истинных мотивах этого человека — месть. Не знаю, что нашло на Вову, но хотя бы я-то должна оставаться адекватной.

— Как будто для тебя это всё что-то значит, — выпаливаю напрямую, но тут же чувствую, как жар проступает по коже.

Не готова я к прямым разговорам… А судя по взгляду Арсения, вот-вот готов сказать мне что-то такое, после чего моя жизнь уже не будет прежней.

Но он лишь усмехается:

— Конечно, значит. Круто здесь. Душевно. И компания отличная. Что бы ты обо мне ни думала, но я ценю красоту и такие моменты.

Не нахожусь с ответом. Вот правда — с чего я вообще взяла, что Арс ведёт себя как-то по-особенному? Его ответ более чем объясняет всё то, что я эти дни воспринимала неоднозначно. Он просто хорошо проводит время. Вот и мне надо бы. Назло Вове заодно, раз уж посчитал себя вправе устраивать мне такие проверки. И без оглядки на Арсения, который сам едва ли терзается какими-то мыслями.

— Хочу к морю, — только и бросаю, а потом тут же быстрым шагом порхаю к аллее.

Арс не догоняет. Идёт в несколько шагов позади. Знаю это, потому что, увы, всё ещё физически чувствую его взгляд. Он по-прежнему всё ещё в основном на мне. Что бы ни говорил брат моего парня — смотрит и явно что-то там себе думает. Возможно, даже замышляет.

Но я больше не буду беспокоиться об этом. Тут и горы, и море, да и вообще этот парк потрясающий… Я просто обязана хорошо провести время.

У моря сижу довольно долго. Искупалась бы, но пока рано. Вода ещё недостаточно тёплая. Да и без того тут всё идеально: плеск волн, тёплый ветер, дельфины, то и дело прыгающие по воде. Мало где их так много, как тут.

Арс тоже уже здесь, как и мои родственники. Они там больше между собой общаются, будто чувствуют, что мне нужно уединения. Но вот уже вечереет, и брат моего парня всё-таки подходит ко мне. Но ничего не говорит, просто протягивает плед. Своевременно… Как раз недавно потянуло поёжиться от холода. Принимаю и даже киваю с благодарностью, на что Арс коротко улыбается.

А ещё какого-то чёрта садится рядом. Но это ладно… Не прогонять же его при родственниках.

Вот только мы почти соприкасаемся бёдрами. И я с одной стороны хочу отодвинуться, а с другой… Не хочу, чтобы это заметно было. И выбираю дурацкую тактику делать вид, что ничего такого не происходит.

— А что тебя зацепило в Вове? — неожиданно спрашивает Арс.

Первичный посыл послать его с такими вопросами глушится неожиданной задумчивостью. Я реально пытаюсь понять, а чем. Да, Вова проявлялся галантно. Умный, талантливый, довольно добрый. В общении с ним легко.

Зацепил ли? Скорее, из всех претендентов казался самым достойным. А ещё был более настойчивый, чем все остальные.

— Он взрослее своих ровесников, — всё-таки формируется у меня ответ. — С ним хорошо.

— Не звучит, как влюблённость, — бросает Арс, и я улавливаю его взгляд. Спокойный, тёплый, чуть изучающий. — У тебя до него вообще были отношения?

Ну вот… Это уже откровенно лишний разговор. Не тот оборот набирает тема, хотя в какой-то степени даже хорошо, что я с помощью неё получаю очередное подтверждение, что о нюансах нашей личной жизни Вова брату не говорил. Хоть и фактически сбагрил меня ему на этот отдых.

— Меньше всего я хочу обсуждать это с тобой, — отрезаю, хоть и беззлобно.

— Ладно, — на удивление легко принимает Арс. — Тогда пошли ко всем, там сейчас пикник устраивать будем.

Что ж… Хорошая идея. Опять душевные посиделки в первую очередь с родственниками.

Были бы все дни в Грузии такие, включая последние два… Но увы, я слишком хорошо помню, что в последние два мы с Арсом останемся наедине.

Такое ощущение, что Арс что-то важное для себя решил…

Причём понять не могу, что именно. Но не по себе от этой его тактики: окружает меня вниманием, постоянно какие-то движухи предлагает, да и вообще весь из себя душа компании… С моими родственниками вовсю уже дружит. Чуткий такой ко мне, внимательный.

Возможно, Арс тем самым просто хочет, чтобы мы оба выполняли то самое «расслабиться и отдыхать». Вот только… Хоть и возможностей для отдыха у меня ну очень много: причём самого разнообразного — расслабиться всё равно не получается. Ни красота парков и зданий, ни свежий воздух и тепло, ни горы или море не вызывают у меня чувство полнейшего отрешения от того факта, что со мной Арс.

Особенно теперь, когда мы в Тбилиси. В городе, где нет моих родственников.

Арс ведь не пристаёт ко мне. Со стороны будто просто искренне стремится, чтобы мне было более комфортно. Вот только взгляды у него теперь другие… Более внимательные. Каждый настолько пронзительный, что я иногда забываю, как дышать.

— Покачать тебя? — ну вот, стоит только подумать о нём, как тут.

Сзади подходит. Пока я сижу на горных качелях. Вроде на них можно раскачаться так, что будет ощущение, будто эти качели на самом небе.

— Немного страшно, — отвечаю на автомате, не оборачиваясь на него.

— Я рядом, — спокойно заверяет Арс, хотя в былые времена наверняка бы более нагло и с подколкой отреагировал на моё признание. — Хочешь, могу и сесть рядом, вместе покачаемся. Поверь, это крутые ощущения будут.

До конца нашего отпуска остаётся всего полтора дня… И мы уже не в кругу моих родственников. Хотя в последние дни там было так тепло и приятно. Таким искренним казалось…

Арс не только шутил и рассказывал истории наравне со всеми, но ещё и пел, танцевал. Кстати, умело. Даже не думала, что у него такой отличный слух, виртуозная игра на гитаре и голос…

Нет, то, что голос красивый я и так слышала. Но одно дело — говорить, а совсем другое — вот так проникновенно петь…

Арс вдруг садится рядом, так и не дождавшись ответа. И, видимо, решив за нас двоих.

— Ну что, готова? — заговорщически интересуется, касаясь поверхности горы своими длинными ногами. Я тоже дотягиваюсь, но не так, чтобы раскачаться.

Киваю, крепче цепляясь. Это место ведь не было бы таким популярным у туристов, если бы здесь происходила куча несчастных случаев?

Арс неожиданно придвигается ближе и обнимает меня. Улавливаю его приятный запах. Как горький шоколад. Вроде бы и сладость, но скорее пьянящая.

Боже, о чём я думаю… И вообще, с чего вдруг позволяю себя так бесцеремонно обнимать? Я же не настолько падшая, какой меня, увы, видит Вова. Я на самом деле не способна вот так перестроиться за один только отдых, будь я хоть четырежды разочарована в своём парне.

— Это чтобы ты не так боялась. И ты держишься, я тебя держу, — с ухмылкой поясняет своё жест Арс, не отводя от меня взгляд.

— Ну вообще мало успокаивает, — бормочу. — Если ты собираешься скинуться, например, и меня за собой потянешь… — и сама понимаю, что несу какой-то бред. Просто это его близость внезапная так действует…

Как бы я себе ни внушала, что нет и не должна, а ведь знаю, что да. Увы. В подсознании это сидит слишком ярко и прочно.

— Не собираюсь, — Арс посмеивается так, будто у меня удачная шутка получилась. Хотя и сама понимаю, что не так. У него юмор куда лучше… — У меня поинтереснее идея есть, — добавляет вкрадчиво, а его взгляд вдруг темнеет.

Какая тут может быть идея вообще?

Жаль, что я не решаюсь спросить. Ведь интересно… Но я так и не привыкла общаться с ним таким: не мстящим брату и источающим обаяние, а вроде как человечным и открытым.

— Я тут как раз понял, что мне есть ради чего жить, — серьёзно и многозначительно сообщает вдруг Арс.

А потом, проверив, точно ли я держусь, начинает нас раскачивать.

На мгновение прикрываю глаза, но всё-таки к ощущению полёта привыкаю почти сразу. И спокойнее пребывать в нём с открытыми глазами. Как красиво! Дух вышибает, когда позволяю себе смотреть.

Чувствую взгляд Арса на мне и прям не понимаю его. Как можно пропускать такое зрелище бескрайнего неба, гор вокруг и даже под нами, города! Который кажется сейчас мизерным. А мы — чуть ли не могущественными. Как птицы парим.

— Восторг! — вскрикиваю, не выдержав эмоций.

— Да, — соглашается Арс, который по-прежнему смотрит именно на меня.

И я вспоминаю, что про какую-то идею говорил… Вряд ли по покачать нас обоих. Чуйка подсказывает, что тут что-то другое.

Вечером он приходит ко мне в комнату. У нас люкс, поэтому их всё-таки две, и кровати, к счастью, и там, и там есть. Вернее, в спальне большая просторная, а в гостиной раскладывающий диван. Там как раз и остановился Арс.

Но он сейчас у меня в комнате. И я обнаруживаю это, выйдя из ванной. Хорошо хоть у меня есть привычка одеваться ещё там. А то совсем врасплох бы застал…

Сидит на моей кровати и смотрит так, что сердце пропускает удар.

Это не просто визит… Я понимаю это так чётко, что с трудом смотрю на Арса. Говорить так вообще не способна. И про «другую идею» вспоминается.

— До нашего возвращения в свои жизни остался один день, — зачем-то заявляет брат моего парня.

Мне кажется, или он напряжён не меньше, чем я?

— Я помню, — выдавливаю. — Ты пришёл сказать именно это?

Опасный вопрос… Ведь Арс явно пришёл не за этим, и, судя по всему, очень даже готов мне это объяснить. Резко поднимается с места… Сокращает между нами расстояние…

— Все эти дни я показывал тебе, какой я на самом деле, без всяких масок и стремлений кому-то что-то доказывать, — неожиданно заявляет. — Хотел, чтобы ты расслабилась и поняла, что можешь мне доверять. Что я больше не играю.

— Я не понимаю… — мотаю головой.

— Да, наше знакомство началось паршиво, — как не слыша меня, продолжает Арс. — Но я бы не полетел с тобой, если бы не хотел это исправить.

— Не понимаю, о чём ты, — выдавливаю, хотя на самом деле, конечно, это не так…

Арс говорит очень даже напрямую. А если что-то и недоговаривает — с этим справляется его взгляд. Мужской заинтересованный, даже глубокий. Выдающий… Чувства?

— Про какую идею ты говорил тогда, на качелях? — поспешно выпаливаю.

— Про идею наконец раскрыть перед тобой карты, — признаётся Арс, чему-то чуть усмехнувшись. А потом похлопывает на место рядом с собой. — Да садись ты уже наконец.

— Вот спасибо, — сама не представляю, откуда это злой сарказм. — Вообще-то это моя комната.

— Знаю, — вздыхает Арс и поднимается. — Ладно, можем и стоя поговорить. До сих пор злишься?

— Просто было неприятно, — пожимаю плечами и, пройдя мимо него, всё-таки сажусь на кровать. Чуть помедлив, Арс садится рядом. — Быть предметом чьей-то мести такое себе.

— Потому что хотела, чтобы я с самого начала проявлял искреннее внимание? — неожиданно задаёт Арс серьёзный и разом смущающий вопрос.

Наглеет… И хотя мы сидим на достаточном расстоянии, от одного этого вопроса ощущение, будто чуть ли не впритирку. Прям остро чувствую нашу близость.

Брат моего парня… Он только брат моего парня.

— Нет, потому что это низко, — резко отрезаю, хоть и чувствую, как сильно кровь гоняет по телу. Такими темпами и покраснеть запросто можно…

Арс кивает, мрачно усмехнувшись. Посматривает на меня странно, словно прикидывая, стоит ли сказать что-то; или лучше не надо.

Не надо…

— Это было бы низко, если бы ты не понравилась мне с самого начала, — наконец глухо начинает. — Но если бы не тот случай с братом, я бы да, не вёл бы себя так нагло и скорее держался бы от тебя подальше, чем раздувал собственный интерес.

Облизываю пересохшие губы, примеряя новое осознание: я всё-таки нравилась Арсу… Судя по всему, нравлюсь и сейчас, потому что его пристальный потемневший взгляд; жадно проследивший за моим жестом, иначе понять просто невозможно.

Я нравилась ему с самого начала… Но разве это меняет всё? Я ведь с Вовой! И тот факт, что они вместе решили насчёт этой поездки, ещё не значит, что между ними всё улажено и с местью Арса всё покончено.

— Первое время да, я был намерен вероломно увести тебя от него, — продолжает уже более хрипло он. — Но потом как переклинило… Не хотелось вести себя так грязно с тобой. В общем, я поговорил с ним начистоту. И выяснилось много интересного, — ухмыляется мрачновато.

Эм… Я надеюсь, речь не про мою девственность?

— И что же выяснилось? — почему-то прямо-таки враждебно интересуюсь.

Не по себе, если Арс знает, что у меня никого не было… Включая даже Вову. Что я два месяца отношений его морожу, никак не решаясь перейти на нужный шаг.

Уже подбираю этому объяснение — кроме того, что я типа сомневаюсь в своём парне! — как Арс неожиданно говорит другое:

— Он не просто отбил у меня девушку. Он полюбил её. Так сильно, что сам от себя не ожидал и потому всё-таки пошёл на такое. А потом, как говорит, опомнился. Увидел мою реакцию и понял, что не имел права как минимум не поговорить со мной сначала. Самоустранился. Хотя отношений у меня с ней, понятное дело, уже не было. А чувства у него остались.

Вот как… Хотелось бы мне посмотреть на эту девушку, которая сразу двоих очаровала настолько. Неожиданно, что и Вова её любил.

Кстати, не сказать, что задевает… Я почему-то больше думаю об Арсе в этой ситуации. Раз предательство девушки спровоцировало в нём мысль о мести, значит, у него тоже были сильные чувства? И в прошлом ли? Почему-то именно это задевает. Ещё и «увидел мою реакцию»…

— Чувства у него остались, — только и повторяю словно эхом, испытывая чуть ли не потребность выпалить: «а у тебя?»

В итоге я этого не делаю. Так и оставляю паузу на том, что у Вовы остались чувства. Кстати, всё ещё? Или на тот момент?

— Прости, не хотел тебе этого говорить, — Арс закономерно решает, что меня это волнует. И, судя по тому, как мнётся, там именно «всё ещё». — Хотел просто быть максимально собой с тобой эти дни, чтобы сама могла сделать выбор. Но ты явно была настроена держаться до последнего, а я не могу этого допустить. Потому всё-таки решил раскрыть прям всё. В том числе и то, что после моего разговора с Вовой о чувствах к тебе он и признался, что сохранил свои к моей бывшей. Я благословил его на действия к ней, а он меня — на действия к тебе.

Ну нормально вообще? Порешали они там. По Вове до последнего было невозможно это сказать.

— Только оставалось ему тебе это как-то преподнести, — мягко продолжает Арс. — Вот он и выбрал такой способ.

— Ага, спихнуть всё на меня и якобы наши с тобой искры! — вспыхиваю. — Чтобы потом я мучилась от чувства вины?

Я вроде бы ничего такого не сказала, и даже про искры «якобы» упомянула, но почему-то вдруг ощущение, что выдала себя в чём-то… У Арса взгляд темнеет, безотрывно смотрит.

— Нет, мы договорились сделать всё, чтобы ты не мучилась чувством вины. Он же тебе пишет периодически, так? И в его сообщениях никаких упрёков, только намёки, что при любом раскладе всё хорошо? — Арс задаёт вопросы, ответы на которые явно уже знает. Но всё-таки дожидается моего сдержанного кивка. — А ещё мы договорились, что после того, как я почувствую от тебя ответную реакцию, когда ты как-нибудь явно проявишься в мою сторону; я тебе всё расскажу. Но, как видишь, я решил не ждать. Всё-таки нам слишком скоро улетать обратно.

— Ясно, — сухо говорю, хотя у самой прямо-таки буря чувств внутри.

— Я знаю, что и ты не любишь его на самом деле, — заявляет Арс. — Но по всему выходило, что ты собиралась всё равно выбрать его. Просто потому, что типа как должна. Так вот, ты не должна. Наоборот, он будет благодарен, если…

— А почему бы мне не усложнить ему задачу? — издевательски бросаю. — Вы тут вдвоём собирались решать без меня. Посмотрим, как выкрутитесь на этот раз.

— Без тебя бы никто ничего не решил, — Арс уже не так мягок: кажется, ему не нравится, что я как игнорирую его слова о симпатии ко мне. — Но раз уж ты хочешь усложнять… Давай-ка и я усложню это тебе, — заявляет решительно и вдруг припечатывает губами мои.

Понятия не имею, как так получается. Просто рывок — и я уже под Арсом. Причём мне не хочется с этим ничего делать. Тело разом слабеет. Я куда больше чувствую прикосновения брата парня, чем саму себя.

— Усложнил? — как чувствуя моё состояние, довольно интересуется Арс.

Только вот на ответ я не способна, потому что он не ограничивается вопросом. Склоняется к моей шее, вдыхая мой запах. Такое напрочь смущающее интимное действие… Мне хочется выскочить из постели и убежать, делая вид, что ничего такого не было. Но в то же время хочется поддаться исходящему от Арса желанию. Дать волю ответному.

А он и не ограничивается обонянием: теперь моей шеи касаются его губы.

— Наоборот, упростил, — зачем-то огрызаюсь, в то же время не отталкивая Арса. — Теперь я точно выберу Вову.

Я в курсе, что эти слова противоречат тому, что я позволяю Арсу себя лапать. А именно этим он активно занимается прямо сейчас: трогает, тискает. Более того… Рвёт на мне платье — серьёзно, я слышу треск ткани.

И всё равно при этом не отталкиваю! Слишком уж приятные электрические разряды по телу от воздействия Арса. От кончика языка, который ведёт дорожку по моей шее… Ну почему я всегда так реагирую на этого парня?

— Значит, я не выпущу тебя из этой постели, пока ты не забудешь о существовании любых мужчин, кроме меня, — неожиданно резко заявляет Арс.

А я ведь уже… Но благоразумно об этом молчу. Тем более что втайне не хочу, чтобы он останавливался.

Выгибаюсь под ним, лихорадочно дыша и цепляясь ногтями в крепкие бицепсы. Они как раз обнажены… Арс в чёрной безрукавке. Она делает его умопомрачительно сексуальным. Да что там она… Если уж честно, он сам по себе такой. И сейчас я могу это мысленно признать…

Вот только лишь до того, как он чуть отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Думать о его сексуальности, лёжа под ним и когда мы вот так сталкиваемся взглядами… Это всё-таки разное. И второе что-то совершенно смущающее. У меня такое ощущение, что я пропасть в этих его карих омутах могу.

— Ирааа, — сипло произносит Арс, и от этого звука моего имени всё ещё более интимным кажется. Хотя куда уж больше? — Поцелуй меня.

Всё-таки есть куда. Его просьба как взрыв.

А этот его взгляд, полный надежды… Он обнажает мне настоящего Арсения: наполненного чувствами, а не привычно наглого. И от этого сердце в груди сжимается.

Я нужна ему. Я действительно нужна ему.

А мне… Нужен он.

Не решаюсь окунуться в это осознание, но на действия оно очень даже толкает. Тяну Арса на себя и впиваюсь губами в губы. Слышу утробный стон, чувствую его ртом и пропадаю разом.

Когда Арс сам целовал меня совсем недавно, поцелуй вышел скорее лихорадочным, смазанным. Сейчас… Как откровение. Что-то внутри взрывается на миллиарды частей. Я внимаю каждому мгновению взаимодействия наших губ. И такой трепет от этого неожиданный, что сердце сжимается. Это словно самый первый поцелуй в моей жизни. Самый интимный и волнующий. Хотя мы так и не размыкаем губ: лишь плавно и ласково двигаем губами, сминаем, гладим.

С ума сойти.

Я ведь даже не понимаю теперь, почему мы столько времени теряли. Держались друг от друга дальше, даже когда вроде бы сближались… Да если бы я даже была в искренних отношениях с Вовой, где тот не страдал бы по бывшей; я бы всё равно не смогла отказаться от Арса! Никакое чувство вины того не стоит.

Прижимаю его к себе сильнее в жажде ощутить всем телом. Хотя и не очень приятно, что из нас двоих обнажена больше я. И хочу это исправить, и оторваться от губ Арса не могу. Так что просто требовательно тяну его безрукавку, при этом жадно втягивая его нижнюю губу в рот. Кайфую от привкуса каких-то фруктов, которые ел Арс. Обожаю чувствовать их нотки, смешанные с природным лёгким запахом мужчины. Пьянит. И почему я не целовала его раньше?

Он всё более шумно дышит, явно перевозбуждаясь от моих действий. Вжимается в меня стояком, а поцелуй всё-таки углубляет. Проводит языком мне по зубам, ныряет им в рот. Не сдерживаю стона. Да-да, это совсееем не сходится с моим утверждением про Вову. Но наплевать. Я кайфую.

Только безрукавку тяну ещё более требовательно. На что Арс всё-таки отстраняется, полностью снимая её. И смотрит при этом на меня. Как же это чертовски горячо…

Вся моя напускная смелость чуть не растворяется, когда он так же принимается за штаны. Слишком хорош. Слишком откровенен в действиях и не колеблется ничуть.

А я ведь ещё девственница!

Я так и не поняла, обсуждали ли они с Вовой этот момент. Но судя по пылу, с которым на меня набросился Арс — не удивлюсь, если нет.

Арс не ограничивается тем, что полностью раздевается, демонстрируя мне внушительный стояк. Сразу нависает надо мной, снова целуя в губы. Прогибаюсь в спине, разом погружаясь в ощущения. Отвечаю, скольжу языком в ответ… В комнате так жарко.

И Арс горячий. Во всех смыслах. Его тело, касания, поцелуй, даже дыхание. Я не в силах сдержать стон. Всё кажется таким ярким и таким… Долгожданным!

Я так и не решаюсь сказать о своей девственности. Да и как вообще сделать это, когда его губы хаотично и жадно выцеловывают мне уже кожу на шее, то и дело подключая язык? А то и зубы. И от каждого этого действия так уносит, что не только стонать — мурчать и рычать периодически хочется. Потому что он то нежничает, то свирепствует.

И всё это приятно до безумия.

Вот только Арс явно не намерен тянуть — стаскивает с меня и остатки платья, и за трусики уже берётся.

— Я… — хриплю, понимая, что самое время сказать про девственность. — У меня не было…

— С Вовой? — уточняет Арс, не прекращая меня лапать.

Да и дыхание его уже в районе моей груди… А потом и губы там. Поцелуи-засосы-укусы… Стону и всхлипываю в голос, почти потеряв смысл мной сказанного.

— С Вовой… — только и повторяю на автомате, причём совсем срывающимся голосом.

— Хм, — как-то глубокомысленно издаёт Арс, который, в отличие от меня, видимо, всё-таки начинает сознавать сказанное. Чуть отстраняется, уставляясь на меня внимательным взглядом.

Я под ним ещё более волнительно себя чувствую. Причём и под взглядом этим, и под Арсом тоже. А он вдруг переворачивает нас и опускает меня вниз нажимом на плечи.

Неожиданная реакция на моё признание… Вот так ни слова не сказав, Арс прозрачно намекает, что хочет от меня минет. А ведь у меня и такого ни с кем не было! Да я вообще… Говорила, что оттолкну его. А тут Арс вдруг верит, что начну сосать?

Он нетерпеливо кладёт мою руку себе на член. Шумно сглатываю, чувствуя, как тот чуть дёргается под моей ладонью. И это настолько приятно, что и сама не ждала! Одно лишь касание к члену, моё первое в жизни, и волна мощного возбуждения по весму телу раскатывается.

Арс нетерпеливо приподнимает бёдра, намекая, каких действий от меня ждёт. При этом смотрит мне прямо в глаза. И по-прежнему не говорит ни слова.

Не отводя от него взгляда, всё-таки решаюсь на действия. Чуть лижу головку. Он на это издаёт какой-то шипящий сексуальный звук. Хотя уверена, что получал куда более смелые и изысканные ласки.

Такая реакция воодушевляет, и вот я уже решаюсь взять член в рот. Не так уж это сложно… Кажется, я даже зубами не задеваю, вбирая горячий твёрдый орган в рот наполовину.

Арс закрывает глаза. Выражение блаженства на его лице раззадоривает сильнее. И, когда он снова открывает глаза, чтобы жадно смотреть на меня с его членом во рту, я со чмокающим звуком чуть отстраняюсь. Но исключительно чтобы подразнить… Веду головкой члена по щеке, оставляя на ней влажные следы, чуть трусь. Потом скольжу неразомкнутыми губами по стволу. Потом хлопаю им себе по языку.

— Нарвёшься, — хрипит Арс. — И оттрахаю сначала в рот.

Язык замирает на головке. Ох уж та угроза… Арс всё-таки говорит со мной не как с девственницей. Более того, ведёт себя так, будто уже считает меня своей и хочет это полноценно закрепить. Хоть я и сказала, что с Вовой у меня не было — кажется, одного упоминания моего уже бывшего хватает, чтобы у Арса пробудилось что-то типа ревности и собственничества. Этим его тёмным порочным взглядом и девственности лишить можно!

Вбираю член в рот на этот раз глубже. На это слышу гортанный стон: не слишком громкий, но и не тихий. Будоражащий. Увереннее двигаю головой, стараясь не забывать и про язык, которым то и дело обвожу вокруг головки. При этом заглатываю всё глубже и глубже.

— Расслабь горло, — сипло давит Арс. — Постарайся взять его весь.

Нет, всё-таки меня точно не считают девственницей…

Но вместо того, чтобы всё-таки признаться в своей неопытности, я стараюсь сделать, как он говорит. Широко раскрываю рот, пытаюсь заглотнуть. Не знаю, как насчёт расслабления горла, но оно вроде как и не особо напряжено. Вот только пропустить в него член всё равно не получается.

Мычу прямо через его орган, на что Арс издаёт новый стон. А потом кладёт руку мне на затылок, чуть надавив. И бёдра вскидывает, проникая в меня сильнее. Поддаюсь, и несколько быстрых фрикций мне в самое горло доводят до головокружения. Но, как ни странно, умудряюсь при этом не давиться.

Арс убирает руку, давая дальше мне полную свободу действий. Проявляю её, двигая головой вниз-вверх, продолжая хлюпать слюной и чуть давясь. И только потом медленно отрываюсь от члена, при этом вытаскивая его изо рта так, чтобы язык успевал пройтись по каждой венке.

— Давай ко мне, — хрипит Арс. — Иначе точно кончу тебе в рот. Для девственницы это всё-таки перебор.

— Для девственницы? — не сдерживаю удивления. — Так ты понял?

— Вова мог медлить только по такой причине. Тем более, когда с ним такая горячая штучка. Так-то он не такой уж джентльмен.

— Ещё он мог медлить, потому что на самом деле понял почти сразу, что всё ещё любит ту девушку, а узнав, что я девственница, решил, что неправильно так поступать, — вдруг осеняет меня.

— Это тоже, — Арс больше не стремится щадить мои чувства. Или уже понял, что по Вове их особо нет? — А я вот ни разу не джентльмен. И уже решил, что ты моя, — с этими словами тянет меня наверх и переворачивает нас так, чтобы оказаться сверху. А потом тут же располагает пальцы у меня между ног, дразняще скользя ими у входа.

Боже, как чувствительно… С меня срывается то шипение, то всхлип, то даже стон. И всё это друг за другом в течение секунд.

Похоже, я полностью и безоговорочно его.

И даже хорошо, что с Вовой так получилось… И мне, и ему будет проще; если перестанем убегать от себя и своих истинных желаний.

— Только моя, — горячо шепчет Арс, осторожно проталкивая палец внутрь. — И я вообще не представляю, как держался, чтобы не обозначить это раньше. Теперь сдерживаться не буду.

Каждое его слово творит с моим телом сплошное безумие. Действие, впрочем, тоже. Хочется двигаться навстречу его чуть причиняющему мне боль пальцу и слушать-слушать-слушать… Даже не думала, что слова могут так возбуждать.

Стоит только вспомнить, как жёстко он сказал, что больше не будет сдерживаться — как между ног ещё более горячо, влажно, пульсирует. Наверняка Арс это чувствует. Издаёт сексуальный гортанный низкий звук.

— Моя… — хрипло повторяет мне в ухо, тут же чуть прикусывая её и вырывая у меня новый тихий стон.

— А ты… — почему-то дико смущаюсь, осекаюсь, прежде чем всё-таки спросить: — Мой?

Да, сдаюсь этим окончательно. Но как бы поздно уже отпираться, когда я недавно очень даже усердно сосала ему, а сейчас двигаюсь навстречу пальцу во мне. Да и какие вообще шансы противостоять этому влечению, когда всё во мне кричит поддаться ему? У меня нет такого самообладания. Да и разум уже смирился. Под таким взглядом Арса на меня невозможно не сдаться. Он же откровенно смакует каждое наше взаимодействие. И вопрос мой тоже.

Арс может даже не отвечать, я вижу и так. Впрочем, он и молчит, просто вынимает палец, чтобы заменить его членом. И всё это глядя мне в глаза.

Кажется, у нас срывается синхронный стон от переизбытка чувств, когда он полностью оказывается во мне. И да, я стону именно от яркости ощущений и того, что это случилось — не от боли совсем. И уж тем более не от осознания потери девственности.

Арс утыкается носом мне в шею, потом чуть касается её языком. Не двигается дальше. Даёт мне привыкнуть?

А ведь мне это не нужно. Мне не так уж больно. А даже если это и есть, то подавляется желанием зацеловать его везде, тоже вести языком по коже и вдыхать запах; как это делает он. Прижимаю его к себе сильнее, сжимая и внутри.

— Конечно же, твой, — в этот же момент хрипит Арс, словно не выдержав от моих действий. И тут же начинает плавно двигаться во мне.

Так чувствительно… Так ярко… Поскуливаю от каждого толчка, царапаю ногтями плечи, приподнимаю бёдра навстречу движениям. А потом и ногами обвиваю, чтобы ещё глубже входил, ещё сильнее…

Арс так и делает, но чуть приподнимается на руке, чтобы второй провести мне по телу. Сжимает сверхчувствительный сосок пальцами, потом заглушает мне стон поцелуем. Посасывает мне нижнюю губу, врывается в рот языком и сипло дышит, когда и я двигаю как руками, так и ногами по его телу.

— Сразу после секса скажешь Вове, что ты теперь со мной, — властно хрипит Арс.

А мне даже нравится, что он так нетерпеливо и командуя выражает свою волю. Так и чувствуется, насколько ему важно. Ещё и усерднее вбивается в меня, наращивая темп. Кажется, и забывает, что только-только лишил меня девственности. Даже больновато. Но вместе с тем извращённо-приятно.

Стону уже в голос, протяжно — стоит только его губам освободить мои. Зарываюсь пальцами на этот раз в волосах на затылке Арса, чуть подёргивая их в моменты особенно острых ощущений. У нас обоих кайф вперемешку с лёгкой болью.

Он напрягается всем телом, а я от переизбытка чувств кусаю ему шею. Общее безумие на двоих толкает сильнее цепляться, тереться, двигаться, кусать, зализывать…

А темп его движений во мне всё более грубый и быстрый.

— Я скажу, — сипло обещаю, погружаюсь в истому чувств, пытаюсь поймать взгляд Арса.

Удаётся только мимолётно. Он быстро прикрывает глаза, но и увиденного жадного и довольного в то же время блеска мне хватает, чтобы сильнее сжаться вокруг его члена… И, кажется, кончить.

Нет, не кажется. Меня уносит всё сильнее и сильнее, я протяжно стону и растворяюсь во всё более мощном оргазме, который теперь не вызывает сомнений. Сомнения теперь только в одном: смогу ли я вообще очнуться после такого?

Арс тоже в пару толчков догоняет меня, чуть замирая, а потом покидая моё тело. Кончает мне на живот, откатываясь и стараясь привести дыхание в норму. Не знаю, как это получается у него, а у меня явно без шансов. Сердце бушует так, что наверняка всё-таки выпрыгнет.

Пока мы приходим в себя, сперма успевает впитаться в меня, чуть стягивает кожу теперь. Но я не спешу в ванную. Мне слишком хорошо, и в то же время нет сил ни на что. Кладу пальцы на пресс Арса, очерчивая каждый кубик, внимая не такому уж размеренному дыханию и улавливая напряжение.

— Ты обещала сказать Вове, что теперь со мной, — хрипло напоминает он.

— А ты обещал не выпускать меня из постели, пока я не забуду о существовании других мужчин, — ухмыляюсь, набравшись смелости. Арс на это с коротким смешком привлекает меня ближе, зарываясь лицом мне в волосы.

— Я с удовольствием сдержу своё обещание, — хрипит, гладя меня по телу всё более жадно и нетерпеливо.

— А я сдержала бы своё, вот только не помню, кто такой Вова, — игриво сообщаю и тянусь, чтобы поцеловать Арса в лоб.

И сама не знаю, откуда во мне этот азарт и желание его подстебнуть. И почему я больше вообще ничего не боюсь и не колеблюсь.

Просто тяга к нему возрастает с каждой даже секундой всё сильнее и сильнее. Сопротивляться нет возможности, да и желания тоже.

— Лааадно, — посмеивается Арс. — Тогда я сам ему скажу. А раз ты забыла, значит, пора выпустить тебя из постели?

— Только попробуй, — бурчу, а потом сажусь сверху. — Меня нельзя отпускать. Вообще никогда.

— Это уж точно, — прерывистым шёпотом соглашается Арс, потянувшись ко мне и вовлекая в новый собственнический поцелуй.