Что делать, если во время случайного пожара тебя не спасают, а похищают из собственного дома? Да не просто разбойник какой-то, а наглый самоуверенный оборотень, привыкший все решать за других. Теперь придется соглашаться на безумную сделку с этим хвостатым, чтобы обуздать внезапно проснувшийся дар. И если бы только на этом мои неприятности закончились! Между мной и несносным оборотнем летят такие искры – жарче любого пламени. А огонь его янтарных глаз так притягателен и опасен, что я вновь рискую сгореть дотла. Но теперь уже – от самой настоящей любви.
Моя корзина была уже полна, когда я попыталась аккуратно пристроить в нее букетик лесных цветов, собранных не ради пользы, а для души. Бывает, бросишь на такую малость взгляд – и внутри становится светло и легко, не говоря уж о тонком аромате, который наполняет пространство вокруг.
Для пользы же – это многочисленные лекарственные травы, которые я начала собирать на укромных лесных полянках, едва наступил рассвет, да аккуратно выкопанные и завернутые в чистые тряпицы редкие корешки.
Я на миг прикрыла глаза, вдохнула множество знакомых ароматов – душистого клевера, горькой полыни, прохладной мяты…
Ну все, пора домой! И так задержалась в лесу больше, чем рассчитывала, чересчур увлеклась, а собранное необходимо еще перебрать, промыть и развесить сушиться на чердаке.
Я подхватила тяжелую корзину, шагнула в сторону неприметной тропы, как на краю поляны заметила синий колокольчик. Не удержалась, поставила свою ношу на землю и наклонилась, чтобы сорвать его, но тут же одернула руку, почувствовав, как от мгновенно вспыхнувшей тревоги заколотилось сердце, а по спине побежали мурашки.
Рядом с цветком виднелись узловатые черные корни дерева. Вроде бы ничего особенного, лес же вокруг, но, распрямляясь, я уже знала, что увижу.
Передо мной, словно из ниоткуда, встала стеной заколдованная чаща. Черные ветки с острыми, наверняка опасными колючками, сверкающими под солнечными лучами, переплетались так тесно, как в забытой сказке, где в таких местах прятали сокровища. Две высокие, старые ели, темные и покрытые седым мхом, стояли передо мной, будто стражи, охраняющие вход.
Казалось, свет совсем не попадал в это место. Может, так оно и было. Не слышалось внутри и ни единого шороха. Не проскакивала, собирая тяжелые шишки на ветках елей, белка, не летала над деревьями никакая птица. Даже ветер, время от времени проносившийся по разнотравью, словно терял у границы чащи, свою силу. Полная, абсолютная тишина царила внутри, но она звенела, давила на меня, казалась неправильной.
Наверное, это и неудивительно. Ведь чаща, явившаяся в этом лесу больше пятнадцати лет назад, была заколдована. Откуда она взялась, никто не знал, поговаривали, что выросла за одну ночь. То ли какие-то забытые чары сработали, то ли нечистая сила, в которую так часто верили люди, постаралась.
Мне тогда едва исполнилось пять, и бабушка, известная в нашей деревне Лесная Благодать своими ведьмовскими способностями, пришла сюда вместе со мной. Не выпуская моей руки из своей, она долго шептала защитные заклинания, потом осторожно водила пальцами по воздуху, даже не думая прикасаться к деревьям, и хмурилась, кусая губы. Снять невиданные чары она даже не пыталась, а старосте после нашего возвращения в деревню строго-настрого велела передать всем местным, чтобы в это место не совались. Что уж за чары она там почувствовала… даже мне, своей внучке и будущей ученице, бабушка так и не рассказала.
Я опасности или какой-то угрозы от чащи не чувствовала ни тогда, ни сейчас. В детстве она манила меня своей таинственностью, непередаваемой тишиной, яркими лесными ароматами хвои и мхов, что стелились и по земле, и по стволам деревьев. И еще, каждый раз, едва я оказывалась рядом с чащей, внутри будто натягивалась невидимая струна, звала куда-то…
Но это все, конечно, не повод в нее соваться. Я не настолько безрассудна, чтобы шагнуть в это заколдованное место и сгинуть. Чары я вообще видеть и чувствовать не могла.
В отличие от бабушки, умершей две недели назад, дара ведьмы у меня не было. Бабушка говорила с самых моих малых лет, что не чувствует его во мне ни капли, что отчасти странно. Сама она была весьма сильной ведьмой, и моя мама то же обладала даром, только не стала его развивать, учиться применять свои способности. Она помнила, как у бабушки из-за этого не сложилось с замужеством, и та осталась одна на руках с маленькой дочкой, поэтому свою жизнь решила посвятить семье. Оттого-то дар и угас, потерял свою силу, и во мне не проснулся, как считала бабушка.
Я всего лишь хорошая травница, в разы слабее любого с магическим даром, сильна лишь знаниями и умениями, которыми со мной поделился единственный родной человек.
Моя мама умерла, когда мне исполнился год. Она сильно простудилась во время осеннего ливня. Бабушки в то время в деревне не оказалось, она была в трех неделях пути от Лесной Благодати и спасала жителей другой деревни от морового проклятья, что возникло из-за случайно найденного одним из местных старого артефакта. Больше помочь маме, по сути, было некому. В ближайших деревнях, кроме моей бабушки, тогда не было ни знахарок, ни травниц, а до крупного города от нас – две недели пути. Мы совсем в глуши живем.
Отец горевал два года, чуть от тоски не зачах, как не раз я слышала от деревенских, а после все же собрался с силами и отправился в город, оставив меня на попечение бабушки. Вскоре он открыл там свое дело, а через время и женился на вдове одного купца, позже у них родилось еще двое детей.
Я с мачехой, как и со сводными сестрами, даже не была знакома, так и осталась тогда жить с бабушкой, а с отцом виделась раз в год, когда он отправлялся с обозом, чтобы распродать свой товар, и выкраивал возможность заглянуть на несколько часов в Лесную Благодать. Оставлял нам немного денег, коротко делился семейными новостями и старательно не смотрел мне в глаза. Все в деревни говорили, что я – вылитая копия мамы, которую отец, спустя столько лет, так и не забыл, потому и тяжело ему даже смотреть на родную старшую дочь. Мне это не особо служило утешением, отец так и оставался чужим человеком.
Не он лечил мои разбитые коленки, не он гладил по волосам, приговаривая, что все образуется, когда что-то не получалось, не он обнимал в ночи, если случались кошмары. Бабушка. Родная и любимая бабушка. И как же мне ее сейчас не хватает! Прожив с ней практически всю свою жизнь, сколько себя помнила, я впервые осталась одна. Без поддержки, помощи, дружеского совета, заботы… И эта пустота и одиночество жгли изнутри и были страшнее любой заколдованной чащи. От них некуда было бежать и прятаться. Но как бы я ни разрывалась от тоски, как бы ни горевала о своей утрате, какой бы страх ни чувствовала… нужно жить дальше.
Как раз за несколько дней до смерти бабушка, словно предчувствуя что-то, а быть может, просто пришел нужный час, заговорила со мной о моем будущем. Выбор ведь был совсем невелик. Мне стоило, как и любой одинокой девушке в двадцать лет, которой я и была, выйти замуж и создать свою семью. Определиться нужно лишь, хочу ли я остаться в деревне, выбрав жениха себе здесь, либо, встретившись в начале осени с отцом, вернуться с ним в город и устроить свою судьбу там.
В первом случае, даже когда выйду замуж, у меня останется возможность заниматься травничеством, любимым с детства делом. Пусть я и не ведьма, не имею магического дара, но даже такой простой знахарке, как я, будут рады в моей деревне и всех соседних, откуда к нам с бабушкой всегда приходили за помощью. Это все же лучше, чем вообще не иметь никакой помощи. А еще рядом останется лес и то чувство свободы и тепла, что он мне дарит.
Другое дело – жить в городе, где возможностей в разы больше, и выйти замуж за того, кого подберет отец. Чтобы заниматься подобной работой там, необходимо получить соответствующее разрешение, сдать экзамены. С этим я наверняка справлюсь, но вот разрешит ли нечто подобное мой муж, тот еще вопрос.
И времени решить, что лучше, у меня уже не так и много, от силы полтора месяца оставшегося лета, если не меньше. Уже и местные парни ко мне приглядываются, и отец наверняка получил письмо, которое я отправила на днях, где рассказала о смерти бабушки.
Я прикусила губу, посмотрела вглубь неподвижной чащи, будто она могла помочь с непростым решением, способным изменить мою жизнь, сделать выбор между привычной, знакомой тропой и неизвестностью, за меня.
Постояла еще пару минут, а потом встряхнула головой, и светлая прядь, чуть отдающая рыжиной, выбившаяся из растрепанной косы, упала на щеку. Отгоняя невеселые мысли, я подхватила свою корзинку.
У меня еще есть время подумать, никто не требует принимать решение прямо сейчас.
Я шагнула на тропу, ведущую в сторону деревни, старательно не оглядываясь на чащу и не обращая внимания на привычное уже чувство тоски внутри, что возникало, когда покидала ее. Прибавила шаг, когда вдруг очень захотелось вернуться, протянуть руки, будто ветки могли расступиться и пропустить меня туда, в неизвестность, где я не чувствовала никаких чудовищ и зла.
До чего же сильны эти невероятные чары, того и гляди заманят внутрь, потому-то и не подходят к чаще близко люди, строго соблюдают бабушкин запрет столько лет. Это у меня какая-то невероятная способность оказываться случайно рядом с этим местом, не видеть заколдованной чащи издали, обнаруживать ее перед собой, когда стою уже в паре шагов от нее. И главное, как ни пытаюсь избежать этого места, все равно на него то и дело набредаю.
Я поудобнее перехватила корзинку и нырнула за деревья, в знакомый лес, где шелестела листва, хрустела под ногами хвоя, и то и дело щебетали птицы. Мне стоило поторопиться, чтобы успеть вернуться домой до темноты.
Лапы спокойно и привычно касались мягкой хвои и темно-зеленого мха, а нос улавливал знакомые ароматы леса – коры и листвы, грибов, высыпавших после недавнего дождя, пробежавшего с час назад, не больше, молодого оленя, ненавязчивый сладкий запах редких цветов. Я вдыхал полной грудью, наслаждаясь этим, и даже на время забыл, зачем отправился через лес, пока не выбежал к чаще. Она возникла передо мной черной стеной из переплетенных веток с острыми колючками, напитанная враждебной магией.
Я замер, припал к земле, прислушиваясь и принюхиваясь. Я, как и прежде, не чувствовал здесь опасности, но и надежда, что чары ослабли или исчезли, тотчас растаяла. Ничего не изменилось. Снова.
Эта чаща, скрывающая самое ценное, что есть у моей стаи – наш дом, так и стояла на месте. А ведь раньше вместо нее зеленел лес, окутанный защитными чарами, которые отводили чужаков от краев оборотней и хранили тайну нашего существования.
Кажется, это было только вчера, хотя миновало уже больше пятнадцати лет. Больше пятнадцати лет с того момента, когда обвалился берег реки, где стоит поселение моей стаи, и на песок из-под корней старой сосны выпал артефакт, напичканный темной магией. Она вырвалась тут же, ледяными злыми осколками поражая волков. Против нее не помогли тогда ни когти и клыки оборотней, ни мечи, ни попытки сбежать и скрыться… Всех она обратила в ледяные статуи.
Но словно и того, что моя стая приняла на себя основной удар, ей было мало, отголоски ледяного проклятья достигли и стаи моего двоюродного брата Ильгара. Магии, как выяснилось, все равно, что давным-давно одна стая разделилась на две, она воспринимала нас как единое целое.
Наконец, злая магия снята стараниями суженой Ильгара, но проклятие коснулось в моем поселении всего, что было наполнено магией, в данном случае – защитных чар, окружающих наш дом.
Я обернулся человеком, по-волчьи встряхнул головой и подошел к чаще. Протянул руку, надеясь, что она все же в этот раз пропустит меня, но вновь бессильно наткнулся пальцами на колючки, которые тотчас вспыхнули магией. Ветки сомкнулись еще плотнее, и когтя, если захочешь, теперь не просунешь. Я глубоко вдохнул, снова стал волком и побежал вдоль этой магической лесной стены. Время от времени останавливался, пробовал прикоснуться к защите опять и опять, надеясь найти хоть какую-то прореху… Ничего.
Я сжал кулаки, уткнулся лбом в ствол сосны. Я вожак, надежда и опора стаи, ее дух и сила, но сейчас… опять вынужден вернуться к ним ни с чем. Стукнул по стволу, будто это могло помочь, но чаща, замершая в двух шагах от меня, по-прежнему осталась безмолвной.
Я несколько раз глубоко вдохнул, возвращая себе контроль над эмоциями.
Нет уж, я не сдамся! Не на того напали!
Я развернулся и отправился обратно, к временной стоянке моей стаи. Еще один, кстати, непредвиденный поворот в моей жизни, – оборотни, которые все до единого отправились со мной, несмотря на предложение Ильгара остаться в его поселении, под его защитой, пока не откроется путь к нашему дому.
Предложение двоюродного брата было разумным. Он давал мне возможность разобраться с чарами чащи, не отвлекаясь на непростые отношения с собственной же стаей.
До ледяного проклятья я был вожаком всего год, только-только тогда успел навести порядок и установить власть. Со счету сбился, сколько раз сходился в поединках, усмиряя самых ретивых волков, раз за разом побеждая их. В итоге, подчинились и они, против силы вожака, бурлящей в моей крови, да еще и подкрепленной моим упрямством и решительностью, не пойдешь, но конфликты все равно возникали.
Чего я совсем не ожидал, так это того, что когда мои оборотни столкнулись с общей бедой и когда я бросился их защищать от ледяного проклятья, пусть и тщетно, но, по сути, делать то, что обязан любой вожак, это сплотит стаю, а меня безоговорочно, уже не просто по праву силы и крови, а потому что искренне этого пожелают, примут вожаком.
Это теперь безоговорочное доверие волков ко мне, как к предводителю, обрушилось на меня. Вроде бы этого и добивался всеми силами, а когда получил… не знаю, что делать. Знал я наверняка только одно. Я не могу подвести почти две сотни волков, тех, кто доверил мне свои жизни и судьбы.
Я не могу подвести свою стаю.
Когда я почти добрался до стоянки, двое дозорных выскочили навстречу. Они коротко рыкнули, давая понять, что все в порядке. Конечно, приобретенные в стае Волковых защитные амулеты скрывали место нашего временного жилища, но я считал, что и охрана будет не лишней. И стае так спокойнее, и самые ретивые волки заняты важным делом. Остальные же добывают еду, обустраивают временный лагерь, решают множество мелких бытовых вопросов, которые не требуют моего вмешательства.
Я остановился у елей-шатров, темных и старых, так удачно скрывающих под ветками магические амулеты-кристаллы, обернулся человеком и пересек защиту, тотчас окунаясь в множество звуков моей стаи.
Смеются дети, гоняясь, похоже, за бабочкой. Юный волчонок, порыкивая, под предводительством своего отца учится правильно точить о ствол когти. Стучат топоры, сообщая, что оборотни пополняют запас дров на вечер. Напевают тихую песнь женщины, занятые готовкой обеда. Запахи мясной похлебки с ароматными кореньями донеслись и до меня, но есть мне не хотелось. Я успел поохотиться в волчьем облике на обратном пути, поймав себе зайца.
В стае, несмотря на все обстоятельства, царило умиротворение. Будто и не было тех постоянных конфликтов и стычек, с которыми я разбирался весь год до нашей беды. И нас не коснулось ледяное проклятье, под чарами которого мы замерли на пятнадцать лет.
Я постоял несколько минут, скрытый за ветками елей, но к стоянке не пошел, а направился к бежавшему неподалеку ручью. Мне необходимо вернуть трезвость мыслей и подумать в относительной тишине.
Холодная вода была невероятно прекрасной, прозрачной и чистой. Я наклонился и с удовольствием смыл пыль и грязь, встряхнул волосами так, что брызги полетели во все стороны, и обернулся, услышав тихие шаги.
– Ты уже вернулся? – встретился я взглядом с Дамиром, когда-то правой рукой моего погибшего отца, а теперь первым и пока что единственным волком в моем ближнем круге.
Именно Дамир, когда люди погубили моих отца и мать, спас меня, маленького, и отнес к родным, родителям Ильгара, с которым я и вырос. Дамир оставил меня под их защитой, не найдя иного выхода, а сам вернулся в стаю, старательно не позволяя ей окончательно развалиться. Волки его уважали, как бывалого воина и мудрого мужчину и нередко прислушивались к его мнению, что сгладило немало конфликтов и спасло немало жизней.
– Как видишь, Влад, – немного устало улыбнулся он, отряхивая с рубахи травинки и немного приглаживая растрепанные белые волосы.
Судя по его виду, даже к жене с сыновьями еще не заглянул, сразу ко мне отправился.
Я поднялся, тряхнул мокрыми руками и в два шага оказался под широкой сосной рядом с ним. Сердце замерло от небывалой надежды.
– Нашли, – коротко сказал он, зная, что именно я от него жду.
Я шумно выдохнул, не скрывая своего облегчения. Мне, как вожаку, чаща не поддавалась. Пробовали помочь с чарами и Дана, жена Глеба Волкова, потомственная сильная ведьма, и Злата, жена Ильгара, талантливый маг жизни, да только магия так и не откликнулась на их ворожбу. Обе посоветовали мне отыскать того, кто эти защитные чары когда-то накладывал, или хотя бы потомка.
Отпечаток этой защитной магии, пусть и очень-очень слабо, чувствовали некоторые оборотни, и я, исчерпав все варианты решения проблемы, собрал их в небольшой отряд и отправил на поиски по соседним поселениям, рассудив, что ведьму вряд ли мой отец приглашал издалека.
– Ведьма, что накладывала защитные чары, была из Лесной Благодати.
То есть я не ошибся в своих предположениях. Это людское поселение всего в паре часов волчьего бега отсюда.
– Была? – уточнил тут же.
– Да. Умерла она пару недель назад, но у нее осталась внучка.
Это было неудивительно, ведьмовские способности передаются из поколения в поколение. И важным здесь для меня было только то, что эта девушка обладает той же кровью, а значит, и той же магией.
– Будешь с ней договариваться? – спокойно уточнил Дамир, но посмотрел на меня с тревогой.
Ведьмы хоть никогда зла оборотням не делали, наоборот, даже часто помогали, храня нашу тайну, но были весьма… непредсказуемыми.
– Да. У нас нет иного выхода, – сознался честно, показывая свою невольную тревогу.
Что-то внутри сейчас всколыхнулось от этого решения, обожгло… какое-то странное неясное предчувствие.
– К богине за помощью обращаться не станешь? – осторожно спросил Дамир, явно не пребывая в восторге от идеи связаться с ведьмой.
Я с трудом загнал вспыхнувшее непонятное предчувствие вглубь, бросил на него взгляд.
Его глаза, цвета старого льда, смотрели на меня без осуждения, но с той всепонимающей проницательностью, от которой не спрячешься ни в волчьей шкуре, ни в человеческом обличье.
– В этот раз Великая Белая Волчица не сможет помочь нам даже советом, – тихо ответил я.
Я знал это точно, потому что еще зимой наведывался в ее храм на землях моих предков, благодарил богиню за помощь. Ведь именно Великая Белая Волчица тогда, пятнадцать с лишним лет назад, когда проснулся древний артефакт, явилась на мой зов. И пусть она не остановила проклятье, но изменила его. Мой народ оказался заперт в кусках льда, в них замерла жизнь, а не ушла окончательно.
– Почему? – Дамир даже не удивился, что я уже поговорил с богиней.
– Она имеет право вмешаться там, где мы сами не справимся.
– То есть она считает, что с зачарованной чащей ты разберешься и без ее вмешательства, – задумчиво склонил он голову.
– Да, Дамир. Иначе, сам посуди, какой из меня вожак?
– Это тебе тоже сказала богиня?
– Это мне говорит мой разум.
Дамир подошел ближе, положил руку на мое плечо, явно стараясь поддержать.
– Мы… вся твоя стая, каждый волк, пойдем за тобой, куда бы не привел наш путь, вожак.
– Эта резкая перемена в отношении волков к своему вожаку меня все еще… напрягает, – хмыкнул я.
– Не один ты изменился, Влад, став за небольшой срок сильным и опытным вожаком, чье решение в момент смертельной опасности спасло нам всем жизни, но и волки тоже. Мы многое осознали, сделали выводы и…
– От этого их порой ненормального обожания мне хочется сбежать, – фыркнул я.
Дамир тихо и как-то по-доброму рассмеялся.
– Пройдет, – философски заметил он. – Ты главное… продержись еще немного, пока мы домой не вернемся. Там их дела закружат, не до этого будет…
– А иных вариантов нет, полагаю? – не удержался я.
– Есть.
– Какие?
– Найди себе пару, Влад.
– И чем это мне в этой ситуации поможет? – удивился я.
– Тем, что станешь меньше обращать на нее внимания, сосредоточишься только на своей единственной.
– Мне вот только ее сейчас и не хватает, учитывая все проблемы стаи, – покачал я головой и поймал его немного уставший, но понимающий взгляд.
Встреча с истинной парой – то, о чем мечтает каждый волк, ведь она сулит небывалое счастье. Конечно, если среди двоих есть не просто физическое влечение, но и любовь, но в то же время это добавляет забот.
– Спасибо, Дамир, – очнулся я, что так и не поблагодарил мудрого волка за помощь. – Я выдвинусь в Лесную Благодать ближе к ночи. Под покровом темноты меньше шансов попасться людям на глаза. Мне ни к чему ненужное внимание.
– Ты бы отдохнул, пока есть время, Влад, – немного по-отечески похлопал он меня по плечу.
Это да, потом такой возможности, может и не быть. За ведьмой, от которой теперь будет зависеть наша судьба, глаз да глаз нужен.
Мы распрощались с Дамиром, и я еще немного постоял на берегу ручья, прогоняя неясное предчувствие, а потом отправился в стаю. За время моего отсутствия наверняка скопилось немало вопросов, которые требуют внимания вожака.
Солнце уже цеплялось краем за верхушки сосен, когда я вышла к дому. Бревенчатый, немного почерневший от времени и дождей, он стоял у самого края леса, вдали от деревни, чьи крыши отсюда можно было лишь немного разглядеть. Все, как и полагается ведьме. Невысокий плетень, больше для вида, огораживал небольшой огород с лекарственными травами и овощами.
Я открыла калитку, которая никогда не запиралась на замок, так как от воров небольшой двор и домик всегда защищали бабушкины заклятья. Интересно, сколько они еще продержатся? Этот вопрос вскоре предстояло решать.
Следом я окинула тревожным взглядом и дом. Бабушка постоянно подновляла его магией: латала прохудившуюся крышу, заделывала щели в полу, отваживала мышей. И это не говоря о многочисленных повседневных бытовых чарах: чтобы половицы не скрипели, горшок с кашей не пригорал, молоко не скисало. И если с готовкой еды я точно сама справлюсь, то с остальным без магии явно нет. Есть ли надежда, что чары бабушки продержаться до приезда отца? Или в один невеселый день придется идти и проситься жить к старосте, если домик окончательно развалится? Ответа у меня не было.
С этими непростыми мыслями я и вошла внутрь. В нос тотчас ударил знакомый запах мяты, душицы и чабреца, но не согрел, а лишь подчеркнул непривычную тишину в доме. В ней не было знакомого бабушкиного ворчания над котлом, шуршания ее юбки, позвякивания флаконов, когда в них разливались ее зелья. Взгляд невольно зацепился за бабушкину любимую шаль, аккуратно свернутую на полке, и в горле встал комок. Для того чтобы я пережила потерю, похоже, прошло еще слишком мало времени.
Я поставила корзину, тряхнула волосами, оглядывая просторную комнату. Слева от двери располагалась большая печь, рядом с ней – небольшой шкафчик с посудой, а чуть дальше, возле окна, дубовый стол, за которым мы всегда готовили еду и обедали. Прямо напротив печи пристроился еще один стол, весь в потемневших пятнах отваров, с нависшими над ним полками. На них стояли многочисленные банки с ингредиентами для бабушкиных зелий, засушенные травы и корешки. Припасов было совсем немного, за зиму и весну практически все закончилось, и я по чуть-чуть, по мере своих сил, пополняла их.
Подошла, коснулась пальцами немного пыльного флакона с изумрудным зельем, невольно вспоминая, как помогала бабушке готовить его прошлой осенью, подавала необходимое, то и дело с любопытством заглядывала в ее котел и невольно улыбнулась. В том моменте было столько простого тепла и обычного счастья, что я не могла этого не ценить.
От мыслей меня оторвал резкий стук калитки. Я поставила флакон на место и обернулась. Через минуту в дверях замерла Майя, средняя дочь старосты. Дородная, румяная, со светлой толстой косой, перевязанной яркой лентой. На ней был нарядный голубой сарафан, а на шее поблескивали алые бусы, привезенные отцом с прошлогодней ярмарки.
– Добрый вечер, Фиона, – выпалила она, опасливо поглядывая по углам, словно ожидала увидеть булькающий котел или метлу, летающую саму по себе, как это бывало при бабушке.
Не найдя ничего пугающего, она с облегчением выдохнула.
– Добрый, Майя. Отец зачем-то послал, или…
– Или… – она сделала шаг внутрь дома, прикусила полную губу, затеребила ткань платья. – Приворотное мне нужно.
Вот тебе и раз. Это совсем что-то новенькое. Бабушка никогда приворотных не готовила, все об этом в округе, где она бывала, знали, а уж в нашей деревне и подавно.
Бабушка говорила, что такие зелья запрещены, и не просто так. Одно дело – заговорить амулет на обретение любви, совсем другое – подчинять чужую волю, да ломать тем самым кому-то судьбу. Именно за такое ведьм чаще всего и сжигали на кострах. И всех, кто приходил с подобной просьбой, бабушка отваживала раз и навсегда.
Люди предлагали ей порой за такое колдовство несметные богатства, но чаще всего после просто… злились за отказ и грозились чем ни попадя, но бабушка стояла на своем, на большие деньги не соблазнялась, а угроз не боялась. Они всегда так и оставались всего лишь словами. Все знали, что моя бабушка могла и помочь, и покарать, но последнее – никогда не совершала просто так. Она всегда считала, что сила создана не для баловства и не должна служить во зло.
Я с бабушкой была согласна, пусть во мне и не было магии.
– Не по адресу, Майя. Я не ведьма. А будь ею… сама знаешь, никогда бы не сделала подобного.
Неужели все теперь думают, что вместе с бабушкиной смертью, исчезли и все ее и мои принципы? Или что я, лишенная дара, так отчаянно нуждаюсь в деньгах, что пойду на все?
– Фиона, ты моя последняя надежда! – выдохнула она с мольбой. – Чем хочешь, отплачу!
Я покачала головой, начиная догадываться, что дело тут вовсе не в том, о чем я только что подумала.
Майя всхлипнула – жалобно, по-детски, будто надеялась, что это что-то изменит, и я передумаю.
Придется разбираться, все же помочь Майе нужно, как бы она иначе глупостей ни натворила.
– Что у тебя случилось, Майя? – мягко поинтересовалась я. – Неужели тот, кто по сердцу, охладел? – спросила я, пытаясь разобраться, почему вовсе неглупая девушка решила прийти ко мне с такой просьбой. В каком же она отчаянии, раз цепляется за подобную идею.
– Да совсем Никола на меня не смотрит! – выдохнула она, и губы у нее снова задрожали, обещая вот-вот очередной поток слез.
Я уставилась на нее, гадая, как так вышло. Сын кузнеца, ее нареченный, сколько не видела их вместе с Майей, глаз от нее не отводил. Там и слепому видно, что парень влюблен по уши.
– Как это не смотрит? – все же уточнила я.
– Только и знает, что в кузнице с утра до ночи работать, а от меня отмахивается!
– Так он же на выкуп твоему отцу собирает, вот и занят, – удивилась я.
О сватовстве Николы к дочери старосты знала вся деревня, как и об условии – солидном выкупе. И я про эту историю была тоже наслышана, причем от самого Николы, заявившегося по весне к бабушке за амулетом на удачу.
– Помочь ему, кстати, не хочешь? – предложила я, радуясь, что дело-то, по сути, простое.
Просто привыкла Майя к вниманию своего жениха, а тут… оно вдруг так внезапно сократилось, и она изрядно заволновалась. Не хватает ей еще житейского опыта.
– Как? – она тут же встрепенулась, глаза высохли.
Значит, не все потеряно, а опыт… дело наживное.
– Да и отец не позволит… – пригорюнилась она тут же, не дав мне ответить.
– Так никто тебя не просит о выкупе заботиться, с ним Никола и сам справится. А вот обед ему принести, рубаху зашить, которая в работе всегда рвется…
Лицо Майи озарилось таким счастьем, что я даже растерялась, так и не договорив. Это что же любовь с людьми-то делает, что раньше вполне разумная девушка ведет себя вот так…
– И точно! Как я сама не додумалась! Спасибо тебе, Фиона! Побежала я, пирогов с грибами ему занесу, пока не остыли!
Она торопливо сунула мне в руку медяк и выскочила за дверь. Я улыбнулась вслед, качая головой. Надеюсь, все у них с Николой сладится. Хорошая же пара, сразу видно. Оба так и светятся от любви.
Я достала из небольшой сумки на поясе кошелек, бросила монетку к другим, честно заработанным. Хоть ведьма, хоть травница, а сильны не только своими зельями, но и советом, и знаниями. Пальцы тем временем сами потянулись к толстой, потрепанной тетради в кожаном переплете – бабушкиному гримуару.
Она вносила в него рецепты зелий, заклинания, ритуалы, все, что знала о магии. Эту книгу, как и то немногое ценное, что у нас было, она велела всегда держать при себе, даже слово с меня взяла, будто чего-то опасалась. А может, это было простой предосторожностью. Но бабушкин завет я выполняла, она никогда не желала мне плохого.
Только собралась взять корзину, как снова раздался стук в калитку. Две недели тишины, только староста иногда заглядывал, узнать, не требуется ли мне какая-то помощь после смерти бабушки, и вот – поток покупателей.
Пришли двое мужчин за мазью от ожогов, а с ними странник – просил снадобье от простуды. Проводив их, я замерла посреди комнаты, сдерживая горестный вздох. Вроде бы радоваться должна, что все так складывается, что, как и предсказывала бабушка, я заняла ее место, но на сердце была грусть.
Несколько минут я просто перебирала в ладони теплые монеты, слушая их тихий звон. Потом аккуратно убрала в кошелек, отгоняя очередные невеселые мысли, и принялась за дела. Сходила к роднику, заварила трав для вечернего чая, разогрела в печи похлебку.
Прибрав после ужина, подхватила тяжелую корзину и поднялась по крутой лестнице на чердак разбирать и развешивать травы. Под самой крышей уже висели десятки пучков, и воздух был густым, полным запахов полыни, ромашки, мяты… Часть из них я сразу же сняла, они оказались совсем готовы. Вечером измельчу и разложу по баночкам и мешочкам.
Хорошо бы некоторые сборы отнести в город, где их можно продать подороже, как порой делали мы с бабушкой. Мысль заманчивая, но рискованная. Защиты-то у меня нет. Это здесь лес свой, изученный до последнего деревца, исхоженный всеми тропами, даже заколдованная чаща не пугает своим присутствием, а дальше… у большой дороги могут встретиться и звери дикие, и люди лихие. Так что я отогнала соблазн. Пусть денег немного, едва-едва хватит как-то протянуть в ближайшие пару недель, но так оно спокойнее.
Работу я закончила уже глубокой ночью и, чувствуя, как сильно хочется выбраться наружу, подышать прохладой после душного чердака, закуталась в старенькую бабушкину шаль и вышла на крыльцо с глиняной кружкой. Присела на ступеньку, попивая травяной отвар и поглядывая на яркие звезды, полную луну и темнеющий лес.
Воздух здесь был пропитан запахом хвои и ночных цветов, а невероятная тишина, нарушаемая порой разве что привычными и уютными шорохами леса, буквально баюкала. И сейчас мне еще сильнее, чем раньше верилось, что все наладится и будет хорошо, а то странное предчувствие грядущих перемен, проникшее недавно в сердце, это лишь отголосок моих переживаний.
Я остановился на границе леса и жадно прислушался, проверяя, нет ли поблизости людей. Час, конечно, ночной, но кто знает? Путники, бывает, встречаются и в это время. Я же привык к осторожности настолько, что и представить сложно.
Убедившись, что рядом никого, я встряхнулся, позволяя огню в крови захватить меня. Древние чары оборота отозвались знакомой ломотой в костях, и вот я уже стою на двух ногах, снова став человеком.
Я вышел из-за деревьев, всматриваясь в дальние крыши деревни. В домах не горело ни единого огонька, и от поселка веяло спокойствием и умиротворением. На сердце снова полыхнуло застарелой тоской, когда я вспомнил про поселение волков, запертое чарами.
Впрочем, именно за тем, чтобы разрешить эту проблему, я и пришел сюда, к одиноко стоящему на окраине Лесной Благодати дому, где жила ведьма.
Отвлекая от невеселых мыслей, тишину разорвал предсказуемый собачий лай. Звери уже почуяли волка и мою немалую силу, стремятся предупредить людей об опасности. Надо поторопиться.
Я сделал несколько шагов по протоптанной тропе, и горло вдруг обожгло доселе неведомым чарующим ароматом. Я замер, не в силах двинуться дальше и пытаясь понять, что происходит. Дом окружен магией, я уловил ее сразу, едва вышел из леса, но этот запах… он был чем-то совсем другим. Он горячил кровь, превращая ее в жидкий огонь, не давал нормально дышать, заставляя жадно хватать ртом воздух, выворачивал меня едва ли не наизнанку. Какие-то неизвестные чары? Но если это так, то я совсем не чувствую в них тьмы. И угрозы тоже нет, лишь что-то, напоминающее… зов?
Еще один невольный шаг к дому, а потом ноги будто сами понесли меня к весьма хлипкой калитке. Судорожный глубокий вдох – и внутри меня зарычал волк. Да так дико, с такой мощью, что мир будто померк. Я едва сдержался от полного оборота, а вот от частичного – не смог. Сейчас я стоял, смотрел на выпущенные когти и не сразу осознал, что именно со мной происходит.
Волчья суть почувствовала… Ее. Истинную пару. Моментально, как это бывает у волков по одному-единственному признаку – запаху. Это было так… будто удар под дых. Мысли путались, а все остатки воли уходили на то, чтобы удержать контроль над сходившим с ума зверем. Он был готов рвать когтями любые преграды, лишь бы добраться до той, что пахнет его счастьем.
Очнулся я, когда обнаружил, что карабкаюсь по стене дома на чердак, к распахнутому настежь окну. Выругался сквозь зубы, понимая, что впервые с детства, с тех самых пор, когда учился контролировать волчью суть, я дал своему волку такую волю, оставаясь в человеческом обличье.
Почти бесшумно спрыгнул на чердак, в свете полной луны разглядывая многочисленные пучки трав, явно повешенные здесь сушиться.
Какое счастье, что никто из стаи не видит, как их смелый и разумный вожак оказался здесь, поддавшись инстинкту своего зверя. И ведь именно зверь, Великий Лес, решил, что если вломиться через дверь или окно, это испугает мою истинную пару.
Очень разумный подход, что тут скажешь, по-звериному мудрый и логичный.
Хорошо хоть чары, даже если они здесь есть и очень сильные, на меня, как и на любого оборотня, не действуют. Ну, почти. Есть все же заклинания и зелья, к которым и мы восприимчивы.
Мне пока что повезло, но чутье говорило, что это ненадолго. Я к ведьме шел за помощью, а нашел… то ли свое настоящее счастье, то ли погибель. Знал я, какими порой бывают истории у оборотней с истинной парой.
Несколько минут я, зажмурившись, стоял в темноте и тишине, унимая волчьи инстинкты. Справился с трудом, проговаривая про себя: «Я вожак. Я сильнее. Я здесь по делу». Но удержаться и не спуститься, чтобы хоть одним глазком не взглянуть на девушку, я все же не смог. От одной только мысли уйти с чердака, чтобы постучаться тихо, как собирался, в дверь, и поговорить, перед глазами все едва ли не плыло, а волк протестовал.
Идти приходилось очень медленно, буквально красться, потому что половицы под ногами нет-нет да поскрипывали, выдавая мое присутствие. Каждый звук отдавался сейчас в ушах грохотом, но я не мог повернуть назад.
Наконец, я оказался внизу. Бросил короткий взгляд на простую обстановку – печь, столы, шкаф с посудой и полки с многочисленными флаконами и банками. И, не в силах больше сдерживаться, замер возле кровати.
Лунный свет, проникший в окошко, осветил ее лицо: немного вздернутый нос, пухлые губы и дрогнувшие во сне ресницы. Светлые волосы с легкой рыжиной, заплетенные в косу, растрепались и рассыпались по подушке. Эта незнакомая девушка была для меня теперь самой прекрасной на свете.
Волк потребовал немедленно поставить на ней свою метку, впиться клыками в ее плечо, заклеймить, чтобы была только моей и ничьей больше… Это желание было столь сильно, что затмевало сейчас все остальные чувства, эмоции, мысли…
Я сжал кулаки до хруста, сдерживая зверя. Нельзя позволять ему управлять собой. Я сильнее в разы, знал это, но как же сейчас сложно отделить эти собственнические инстинкты волка, его ненормальное физическое притяжение к незнакомке от своих чувств и эмоций!
Все-таки одно дело знать о том, как это происходит у волков, а другое – ощутить на своей шкуре. Словно земля и небо.
Я шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы, открыл глаза и… уставился в сверкающие глаза проснувшейся девушки.
Я проснулась внезапно, от какого-то странного звука, напоминающего то ли свист, то ли шипение. Открыла глаза и увидела склонившегося надо мной разбойника. Самого настоящего! Огромного, с оскаленными зубами, напряженными скулами и сверкающими огнем глазами.
Сердце ухнуло в пятки, а руки действовали быстрее, чем разум, ища защиты. Я замахнулась сумкой, стоящей у кровати, и со всей силы ударила бабушкиным гримуаром неизвестно как и зачем пробравшегося ко мне злодея.
Он охнул, вытаращился на меня так, словно не верил в происходящее, а я уже метнулась в угол и ухватилась за стоящую неподалеку метлу. Оружие против грабителя так себе, конечно, но пробраться к печи за кочергой, пока не представлялось возможным. Эх, в следующий раз и ее рядом с собой положу, когда лягу спать!
– Постой, я… – начал, было, незнакомец, решительно метнувшийся ко мне, но не успевший договорить, потому что я действовала быстро и от души огрела его метлой.
Будет знать, как связываться с беззащитной девушкой!
Он рыкнул как-то по-звериному, низко, и внутри у меня все оборвалось от страха, но сдаваться я не была намерена. Так, отмахиваясь этим грозным оружием и радуясь, что разбойник лишь уворачивается, а не пытается напасть, я по чуть-чуть продвигалась к заветным полкам с зельями. Там в высоком флаконе хранились остатки бабушкиного эликсира, на небольшое время, лишающего человека сознания. Вот использую его, свяжу этого гада, а после… устрою допрос с пристрастием.
Незнакомец неожиданно подобрался настолько близко, что вцепился в мой рукав. Я дернулась, потеряла равновесие, зацепила взметнувшейся вверх метлой полку с зельями и не успела даже ужаснуться, как мужчина, зло порыкивая, буквально смел меня в сторону, прижимая к стене и закрывая от града падающих флаконов.
Меня тотчас опалило жаром его тела, сильного, явно натренированного, иначе бы не ощущались так ярко все эти твердые мышцы, да так, что дышать стало тяжело. Я заколотила руками по его плечам, пытаясь оттолкнуть, почему-то чувствуя не страх, а странное томление. Может, какое-то разбитое зелье так действует? Ненормальное же ощущение, когда тебе одновременно хочется и убить мужчину, и зарыться носом в его шею.
Едва он ослабил хватку, метнулась в сторону и… в этот момент висящие полки одна за другой начали рушиться и падать вместе с оставшимися зельями и пучками трав. Я кожей почувствовала, как бабушкины чары, наложенные в доме, окончательно исчезли именно в этот поганый момент!
Охнув, я решительно подскочила, надеясь успеть поймать самое опасное из зелий, что содержало в себе измельченный огонь-камень, но за спиной раздался рык, пробирающий до костей, и меня решительно перехватили. Про разбойника я успела за считанные секунды забыть, а зря.
Ну, погоди у меня! Легко не дамся!
Кусаясь и царапаясь, я старательно пыталась выбраться из его рук, пока он, словно непробиваемая стена, держал меня, не давая свободы.
Разбивались флаконы, комнату заволокло ароматами, а после… предсказуемо раздались треск и шипение, и моментально вспыхнул огонь. Пламя взметнулось вверх, словно только того и ждало.
Незнакомец оторопел, явно не ожидая ничего подобного, выпустил меня из своих объятий. Я в ужасе уставилась на пожирающий все вокруг огонь, но длилось это оцепенение не больше пары секунд. Руки сами подхватили сумку с бабушкиным гримуаром и кошельком с монетами, но я едва ли соображала, что делаю. Закашлялась, сделала шаг к двери, ведомая одной мыслью – спастись, но перед дверью рухнула балка, преграждая путь. Следом затрещал, угрожая рухнуть нам на голову в любую секунду, потолок.
Я отскочила, упираясь спиной в грудь мужчины, и он неожиданно крепко обхватил меня, разворачивая к себе. Бросила короткий взгляд на окно, но его заволокло дымом, и огонь полз по занавескам и столу, не давая и шанса выбраться из дома через него. Остается один выход…
Мои суматошные мысли прервал мужчина, неожиданно перекинувший меня на плечо, словно мешок с чем-то тяжелым.
– Отпусти! Я жить хочу! – заколотила я по его спине и, видя, что он никак не реагирует на мои попытки, дотянулась до его бедра и с силой ущипнула.
Он взвился, зарычал так, что внутри меня все завибрировало.
– Совсем ненормальная? – прошипел злодей.
– Что? Это я-то ненормальная? – возмутилась, поразившись наглости этого разбойника.
Нашу едва начавшуюся перепалку прервала рушащаяся крыша.
Мы оба замерли. Я не успела даже сделать очередную попытку освободиться, чтобы спастись, как незнакомец в несколько прыжков одолел шатающуюся лестницу на чердак. Он словно летел, не касаясь ступенек, а я, перекинутая через его плечо, с ужасом видела, как они одна за другой проваливаются в пустоту.
Ну все, мы сейчас рухнем в это пекло. Я умру. Умру вместе с этим сумасшедшим разбойником, ворвавшимся в мой дом.
Я взвыла от бессилия, заколотила его по спине, но все было бесполезно. Незнакомец держал меня мертвой хваткой, не вырваться.
В считанные мгновения он пронесся через наполненный дымом чердак, на котором уже начали в огненных искрах тлеть пучки так заботливо развешенных еще пару часов назад трав, и оказался возле окна.
– Держись крепко! – хрипло велел он.
Что? Он же не собирается…
Рывок вперед – совсем нечеловеческий, невероятный. Я даже вскрикнуть не успела, только почувствовала, как ночной прохладный воздух обжег лицо, а в следующую секунду мы уже оказались на земле.
Со стороны деревни уже слышались голоса, на помощь ко мне бежали люди, и незнакомец как-то раздраженно рыкнул и со всех ног, по-прежнему так и не отпуская меня, бросился в сторону темнеющего леса.
Я, не в силах даже сопротивляться, смотрела на рушащийся и пылающий огнем дом, где прожила всю жизнь. Может, был бы шанс еще и спасти свое жилье, не рухни в одночастье все бабушкины чары, но теперь уже растаял и он. Люди, конечно, потушат пожар, не дадут ему перекинуться на деревню или лес, но я лишилась всего, что имела.
И все, между прочим, из-за этого сумасшедшего разбойника!
Едва лес скрыл зрелище пожара, как я очнулась, брыкнулась и… перед глазами все поплыло. О, нет! Похоже, во время пожара я надышалась того самого чудесного зелья, что лишает сознания на пару часов. В самое неподходящее время, как всегда.
Через мгновение меня накрыла спасительная темнота.
Я бежал сквозь ночной лес, но практически не замечал, что происходит вокруг. Он превратился для меня в мелькание теней. На задний план ушли и колкая хвоя под ногами, и колючие ветки, которые я порой задевал, и крики птиц, и все привычные шорохи и звуки.
Четко ощущал я сейчас только ее, мою истинную пару. Тяжесть ее тела на моем плече, жар, проникающий сквозь рубашку, этот сводящий меня с ума, перебивающий все остальные запахи аромат. Волк внутри выл так, что это было практически невыносимо, но с этим я справился, больше не позволял ему перехватывать контроль.
Но, Великая Белая Волчица, как, вот как, все так получилось? Я просто не мог не злиться на себя. Я – вожак стаи, альфа, который одним рыком способен заставить поджать хвосты самых наглых волков, и что? Как я допустил, чтобы меня, словно нашкодившего щенка, гоняли по дому метлой? Чтобы меня кусали, царапали и… щипали.
Я стиснул зубы от воспоминания, когда ее пальцы вцепились в мое бедро. В тот момент я и так буквально разрывался от дикого, необузданного желания сграбастать ее в свои объятия и впиться в так манившие губы, чтобы она и свое имя забыла, а эта ненормальная еще и усилила это состояние, довела меня до невменяемого за секунды! Я ведь чудом тогда сдержался, благодаря только выработанной годами воле. Да ни одна нормальная здравомыслящая девушка на подобный поступок не решится!
Ни одна! Кроме нее. Этой сумасшедшей, невозможной, отчаянной… ведьмы. Самой настоящей ведьмы! Только такая и способна на меня кинуться, даже не разобравшись. И все равно, что я пытался поговорить, хоть как-то объясниться…
Я рыкнул, не в силах сдержать бурливших во мне эмоций.
Но вместе со злостью я по-прежнему ощущал потребность, буквально въевшуюся в кожу, защищать ее. Стоило только вспомнить ее испуганные глаза, когда она увидела меня, а после тот ужас, что накрывал ее во время случившегося пожара… Я ведь чувствовал в тот момент ее эмоции, как свои, и инстинкты становились сильнее любых доводов разума.
Вот зачем я вообще им поддался? Ну и пусть она казалась хрупкой и беззащитной. Это же ведьма! Она могла бы и магию применить. И, безумно странно, что этого не сделала, кстати. Вместо заклинаний опустила на мою макушку гримуар, а потом схватилась за метлу… И во время начавшегося пожара не попыталась колдовать. Настолько растерялась, что про свою силу забыла? С трудом в подобное верится.
Впрочем, сейчас у меня другая проблема. Девушка так и не пришла в себя, и я не знал почему. Попала под действие своих же зелий? Или ей просто плохо после пожара? От бессилия и накрывающего непривычного страха за нее, я не знал уже, куда деться.
Наконец, среди деревьев блеснул ручей. Я опустил свою ношу на мох, закутал в плащ, опасаясь, как бы она не замерзла в одной ночной рубашке, и решительно направился к воде. Ополоснул лицо, смывая гарь и сажу, растер по шее руками капли. Холодный ручей отрезвлял, хоть и ненадолго. Я набрал воды в ладони, вернулся к ней и осторожно побрызгал ей лицо.
– Эй, – позвал тихо. – Очнись! Ну же!
У нее даже ресницы не дрогнули.
Нет, так дело не пойдет!
Я плеснул остатки воды на ее лицо, но и тогда не получил никакой реакции.
– Очнись же, егоза! – чувствуя непривычное отчаяние, рыкнул я. – Не смей тут в обмороке лежать, когда я не знаю, что с тобой делать!
Я замер, всматриваясь в ее лицо и вслушиваясь в ровное дыхание. Что я знаю о человеческих девушках? Тем более о ведьмах. Все же попала под какое-то зелье? Или за день вымоталась так, что сил не осталось? Это хоть тогда объясняет, почему на меня с метлой пошла, а не применила магию.
Может, и к лучшему, что она пока еще не пришла в себя. Когда очнется, чувствую, переговоры у нас выйдут весьма непростые.
Только ждать здесь этого момента было нельзя. Небезопасно. Надо добраться до своей стаи, а там… разберусь, что делать с этой… этой…
Я вновь не удержался, наклонился, почти касаясь губами ее виска, и шумно и жадно втянул носом ее аромат. Великая Белая Волчица, как же невероятно сладко она пахнет!
– Вот же наказание! – выдохнул хрипло. – Как теперь с тобой быть, ведьма?
Впрочем, о чем я. Мне же требуется ее помощь, чтобы разобраться с чарами чащи.
Я подхватил ее на руки, злясь, что стараюсь сделать это как можно бережнее, и рванул в сторону дома.
* * *
На месте я оказался через час. И едва вышел на опушку, как столкнулся со всей стаей. Это было предсказуемо, что они и не подумают спать, будут меня ждать. Все мои волки знали, что я отправился этой ночью на переговоры с ведьмой, чтобы помогла вернуть нам дом. Скрывать подобное было бы бесполезно, это и их касается.
И сейчас я попал под прицел десятка любопытных и внимательных глаз. В глазах Дамира же мелькнуло такое изумление, что он даже не попытался его скрыть. Даже боюсь представить, о чем он сейчас подумал, когда я вернулся из своего похода пропахший дымом, с бессознательной ведьмой на руках, закутанной в мой плащ.
Но сейчас мне было не до разговоров. Я по-прежнему волновался за девушку. Молча прошел к навесу под раскидистой сосной, уложил свою ношу на заботливо укрытый кем-то из волков одеялами лапник, ловя себя на мысли, что борюсь с желанием не выпускать ее из рук, и только потом обернулся.
Вокруг уже собралась вся стая, сгорающая от невероятного любопытства, Дамир шагнул ближе, вновь бросил взгляд на мою находку, от чего я издал угрожающий рык, не в силах справиться с волчьим инстинктом.
Она моя. Только моя.
Дамир дернулся, уставился уже на меня, явно пытаясь разобраться, почему я так отреагировал, но сделать это у него не получилось, несмотря на весь свой жизненный опыт. Как я его понимал! Ну, кому в голову придет, что мой зверь увидел в этой ведьме, с которой и разговаривать не получается нормально, сразу хватается за метлу, истинную пару?
– Так полагаю, переговоры пошли… не совсем по плану, раз ведьму ты… похитил, вожак, – осторожно решил уточнить Дамир то, что было понятно, похоже, уже любому волку.
– Не то слово.
Я провел ладонью по лицу, стирая остатки сажи и усталость, тихо вздохнул.
– Но ведьма все же у нас в стае, а значит… – похоже, решил приободрить меня Дамир, но натолкнулся на мой взгляд, в котором явно разглядел что-то тревожное, и замер, не договорив.
– Мой волк почувствовал в ней свою пару.
Тишина в стае воцарилась неестественная, потому что мои слова явно услышали все оборотни. И случившееся для них стало такой же неожиданностью, как и для меня. И это они еще про ее поганый характер не знают.
Дамир медленно перевел взгляд на девушку с растрепанной косой, в которой застряли листья и сосновые иголки, с расцарапанной веткой щекой, перемазанную сажей… В его глазах так и читалось: «И это – твоя истинная?»
Я вот тоже у своего зверя не один раз уже спросил, но тот был непреклонен. Угораздило же меня!
Я скрестил руки на груди, сощурился и недобро уставился на Дамира. Волк рвался когтями и клыками отстаивать свое право на девушку, и Дамир, осознав это, тотчас сделал шаг назад и склонил голову.
Среди волков послышались шепотки, но никто так и не произнес ни слова.
Дамир открыл рот, явно собираясь спросить о чем-то еще. Я видел, как он старательно подбирал слова, зная, насколько я сейчас эмоционально нестабилен, как и любой оборотень, который почувствовал свою истинную пару, но не успел произнести и слова.
Девушка зашевелилась, открыла глаза, моментально нашла меня взглядом и тотчас подскочила, как ужаленная.
– Ты! – выдохнула она, сверкая глазами.
А я еще раньше считал свою жизнь неспокойной… Как же я ошибался!
Когда я пришла в себя и открыла глаза, первое, кого увидела – его. Мужчину, за считанные часы лишившего меня дома и унесшего в темный лес.
Он стоял в двух шагах, скрестив руки на груди, и смотрел на меня сверху вниз сверкающими янтарем глазами. Весь такой сильный, невозмутимый, будто ничего особенного и не произошло, и мне сразу же захотелось его придушить.
– Ты… – вспыхнула я.
– Выслушай сначала, – перебил он, и в его голосе послышались властные нотки, от которых наверняка у любой бы девушки дрогнули коленки.
Я же упрямо вскинула подбородок и уставилась на моего похитителя. Нет уж, со мной не сработает!
Он, кажется, это понял и как-то обреченно вздохнул.
– Ты кто такой?
– Влад Белый, – коротко представился он.
– Какое, однако, благородное имя для разбойника, – не удержалась я от ехидства.
Он вдруг пугающе рыкнул и моментально, так что я даже глазом моргнуть не успела, оказался рядом со мной. Навис, заслоняя собой абсолютно все и заставляя сердце бешено колотиться.
– Что? – выдохнул почти в лицо. – Ты считаешь, что я – разбойник?
– А кто, раз меня похитил? – я ткнула пальцем в его плечо.
Такое твердое, надежное… Ну вот как, как я в такой момент могу думать о подобном? Я ругнулась про себя, но отвлечься это не особо помогло. От одного прикосновения к этому наглецу по телу разливался странный жар.
– Похитил? – искренне возмутился Влад, и его глаза вспыхнули так ярко, что по телу снова побежала обжигающая волна.
Да что со мной происходит? Почему этот неотесанный мужлан так на меня действует?
– Я тебя спас. Из горящего дома вытащил. Спасибо бы лучше сказала.
– Спасибо? Спас? – зло выдохнула я. – А я просила?
Он снова сощурился, смотря на меня совсем недобро.
– Позволь тебе напомнить, – едва ли не рыча, начал он, – что дверь перекрыла рухнувшая балка, а единственное окно уже горело.
– И что? В доме подземный ход имелся! Нырнула бы в него, позвала бы людей, огонь бы и затушили! И тогда я бы ремонтом обошлась, а не тем, что мне жить негде! – не сдержавшись, я ткнула кулаком в его плечо.
Влад даже не пошевелился. Лишь медленно, как-то совсем медленно и тяжело дыша перевел взгляд на мои пальцы. Я опустила руку, чувствуя, как по спине побежали мурашки, но отступать и не подумала.
– И откуда я об этом мог знать? – хрипло поинтересовался он. – И вообще, если могла, почему не потушила пожар?
Я глупо захлопала глазами. Потрясающая логика! Я что, похожа на девушку, которая может с подобным справиться? Да за кого он меня, обычную травницу, принимает?
Так, спокойно, Фиона. Он явно не в себе, поэтому и говорит такие ненормальные вещи. Лучше выяснить главное.
– Что ты вообще делал в моем доме? – спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
– Пришел договариваться с ведьмой о помощи, – невозмутимо заявил этот тип.
– То есть ты пробрался ко мне ночью ради этого? И другого способа пообщаться не нашел? – поразилась я. – Постучаться утром, например?
– Ну, извини, – развел он руками с таким видом, будто подобное в порядке вещей. – Так вышло.
– Что значит так вышло? – уперла я руки в бока. – Ты прокрался в мой дом, напугал меня до полусмерти, сжег мое жилье, притащил меня непонятно куда и говоришь, что «так вышло»?!
Он довел меня до такого состояния, что я сама готова была рычать.
Взгляд Влада вдруг стал серьезным и острым, и от такой резкой перемены в нем, я замерла, растерявшись.
– Я – оборотень, вожак стаи, и мой волк… – тут он слегка запнулся, – в тот момент взял надо мной, человеком, верх.
Что? Я вытаращилась на него, попятилась. Он точно сумасшедший, и мне стоит немедленно бежать и спасаться.
Спиной уперлась в ствол сосны, когда этот тип зло рыкнул. Его глаза снова вспыхнули невероятно ярким янтарем, а на руках появились… когти. Пресветлые небеса!
Нет. Он не разбойник. Все гораздо, гораздо хуже. Это действительно оборотень из тех страшных сказок, которые люди рассказывали детям, чтобы не ходили в лес одни. И судя по тому, что он меня похитил и смотрит с явным голодом, эти истории не так уж и преувеличили.
Что же делать? Как… выжить? Как… Я старательно пыталась сохранить трезвый разум, не позволяя панике накрыть себя, и найти хоть какой-то выход!
– Да не трону я тебя, – вдруг тихо сказал он. И в его голосе прозвучало что-то такое, от чего сердце дрогнуло и пропустило удар. – И никто из волков не тронет.
И только тут я заметила, что недалеко от нас стояли люди. Нет, не люди. Оборотни. За все это время, пока я и Влад выяснили отношения, никто из них не произнес ни слова, но, судя по жадным и любопытным взглядам, с нас не сводили глаз.
Я нервно сглотнула, сжала кулаки.
– Прекрати паниковать! – рявкнул Влад, и я подскочила на месте. – Наслушалась глупых людских сказок и выдумываешь то, чего нет! – раздраженно фыркнул он.
Ну, конечно. Так я и поверила! Моя тревога только росла, сметая все на своем пути.
– Хватит, я сказал! Твои эмоции бьют по моим нервам!
– Какие мы… чувствительные, однако, – фыркнула я. – А кто меня до такого состояния довел? – возмутилась тут же.
– Да я за помощью к тебе шел, сказал же уже! – в голосе мужчины прорезались нотки такого искреннего раздражения, что на миг я ему почти поверила.
– Не ко мне, а к ведьме, – поправила я. – Только бабушка умерла меньше месяца назад…
– Знаю. Только при чем тут она? – удивился этот невозможный тип. – Ты же ведьма.
Я моргнула, уставилась на него, начиная осознавать происходящее и ужасаясь еще больше.
– Я не ведьма, – заявила решительно, качая головой. – Ты ошибся.
– Ну, конечно! – усмехнулся он. – И дом твой вспыхнул не от разбитых зелий.
– Это от бабушки остался запас! Я всего лишь травами занимаюсь… Вернее занималась, пока было где, – не удержалась я от подколки.
– А по твоему виду и поведению не скажешь! – не поверил он. – Одна метла чего стоила!
Ну, не гад ли? Достал! Сейчас я ему все выскажу, все припомню… И тем, что он – оборотень меня уже не испугать!
Я сощурилась, сделала шаг вперед, взмахнула руками и… В моих пальцах вспыхнули искры, за мгновение превращаясь в магический шар. Он сорвался с рук, медленно устремился в небо, и я проводила его ошарашенным взглядом.
– Не ведьма, значит? – прорычал Влад. – Лгать мне вздумала?
Я, все еще отказываясь верить в происходящее, уставилась на него.
– Я не лгала! Бабушка говорила, что во мне даже спящего дара не видит. Она проверяла много раз! Я не…
Договорить я не успела, потому что где-то совсем близко зашипел магический шар. Я вскинула голову, замирая и забывая обо всем на свете. Он тем временем полыхнул, увеличиваясь в несколько раз, и…
– Ложись! – крикнул Влад и в следующую минуту опрокинул меня на землю, закрывая собой.
Я рухнула на спину, больно ударившись, но не смогла даже пошевелиться под тяжестью мужского тела. Такого сильного, горячего, твердого… Шар распадался, и нас обсыпало искрами чистой силы, но я этого даже не чувствовала. Сейчас я чувствовала только этого мужчину. Только его.
Его жар, проникающий даже через одежду, заставляющий терять контроль над мыслями и обжигающий кожу. Его запах… лесной, терпкий, непривычно мужской… от которого голова шла кругом. И его пронзающий пылающий янтарем взгляд… Может быть, я попала под действие какого-то разбитого зелья, и эффект еще не закончился? Я так хотела в это верить, но… Я точно знала, что никакое зелье, даже самое сильное на свете приворотное, если верить бабушке, не способно на подобное.
Мне казалось, прошла вечность, хотя на самом деле не больше минуты, пока мы лежали вот так, смотря друг на друга, забыв обо всем на свете.
Влад часто дышал, вдыхал мой запах, а его глаза совсем заволокло янтарем, когда искры закончились. Он тотчас перекатился, рывком поднял меня, оглядывая, а после развернулся к стае.
– Кто-нибудь ранен?
– Нет, вожак, – раздались голоса со всех сторон.
А я… я ошарашенно смотрела, как на том месте, где земли коснулись искры моей силы, вырастали… мухоморы. Красные шляпки в белый горох пробивали мох, толкали друг друга, расправляясь во всей своей ядовитой красе. От удивления я даже рот открыла. И не я одна. Оборотни тоже вовсю глазели на происходящее.
– Так полагаю, мы сейчас легко отделались, ведьма, – глухо заметил Влад.
– Меня Фионой зовут, – все еще пребывая в шоке, отозвалась я, рассматривая свои пальцы.
Что же я натворила? Грибы. Я, Фиона Астахова, всю жизнь считавшая, что во мне нет ни капли дара, только что засеяла поляну мухоморами! Бабушка бы оценила подобный выверт судьбы. Но бабушки больше нет. А я стою посреди стаи оборотней и… не знаю, как мне с этим жить дальше.
А если бы это были не мухоморы, а что-то более опасное? Об этом и думать страшно.
Переживая, я повернулась к невозмутимо стоящему рядом Владу. Он, как и оборотни, реагировали гораздо спокойнее на случившееся, чем я. Вот же… странные!
– Ну что, теперь поговорим? – решительно поинтересовался этот упрямый оборотень. – Я к тебе за этим… шел.
– Опять ты за свое! – возмутилась я. – Нет у меня дара…
Тут я осеклась, потому что дар, судя по злополучным мухоморам, все-таки имелся.
– Или не было до этого момента, – прикусила я губу, чувствуя, как горят щеки. – Но в любом случае, помочь я тебе магией не смогу. Этому учиться надо, я-то ничего не умею.
– Так научись.
– Ты издеваешься? – вспылила я и ткнула его в плечо.
А в следующее мгновение оказалась прижата к стволу сосны. Его руки уперлись в дерево по обе стороны от моей головы, заточив в ловушку, из которой не сбежать. Сердце забилось где-то в горле. Я должна сейчас дрожать от страха, думать о побеге, но почему-то снова испытываю это наваждение. Прикоснуться к его губам своими и… Пресветлые небеса, за что мне все это?
Вместо ответа вдруг со всех сторон раздалось кваканье.
– О, нет!
Догадываясь, что снова выпустила свою силу, я застонала и, вдохнув, все же выглянула из-за плеча отодвинувшегося Влада.
По опушке предсказуемо прыгали лягушки. За ними, веселясь, уже гонялась малышня, которую старательно пытались отвлечь от этого занятия взрослые. Получалось у них не очень, у самих глаза горели от предвкушения развлечения.
– Они совсем сумасшедшие, раз не бояться… моей неконтролируемой силы? – не удержавшись, поинтересовалась я.
Ведь ожидала в лучшем случае – всеобщей паники, а в худшем – одной ведьмой с только что проснувшейся силой волки прямо сейчас и закусят. И я решительно не понимала их реакции.
– Нет, – мотнул головой Влад, и в его глазах мелькнула… грусть. – Дело не в этом.
– А в чем?
– Пятнадцать лет назад мы столкнулись с ледяным проклятьем и провели, замершие в кусках льда, все эти годы. Твои мухоморы и лягушки, по сравнению с этим, мелочь.
Я нервно сглотнула, ужасаясь тому, что он сказал, невольно сочувствуя и Владу, и его стае. Столько времени заперты магией во льдах, наверняка в момент случившегося потерявшие последнюю надежду на чудо. Даже представить такое сложно.
Чтобы не говорили люди об оборотнях, в них ведь тоже билось вполне человеческое сердце, явно способное не только на жестокость, о которой я наслышана, но и умеющее радоваться простым мелочам. Тем же внезапным лягушкам.
– Если ледяное проклятье с вас снято, – осторожно начала я, – тогда зачем вам помощь ведьмы?
– Оно изменило защитные чары вокруг нашего поселения. Мы не можем вернуться домой, – тихо сказал Влад. – Видела же наверняка чащу? Вот она и не дает.
Чаща. Та самая, что бесконечно манила меня своей тайной и чем-то еще… Та самая, возле границы которой много лет назад стояла бабушка и вглядывалась вглубь с пугающим меня выражением лица. Теперь я понимала, что дело было вовсе не в том, что она не могла снять чар. Могла! Она была очень сильной ведьмой. И не сделала этого, потому что… наверняка почувствовала то самое опасное ледяное проклятье, накрывшее волков, от которого не смогли бы спастись люди. Или же…
– Бабушка… знала о вас, об оборотнях? – глухо поинтересовалась я.
– Знала, – спокойно ответил Влад. – Она эти защитные чары когда-то давным-давно и накладывала. Сделку с ней заключал еще мой отец.
Сколько же тайн у тебя было, бабушка? Почему не раскрыла их мне? Считала, что твоя внучка никогда с ними не столкнется? Желала уберечь от беды? Потому-то и не рассказала ни от чаще, ни об оборотнях, лишь учила меня травничеству да вздыхала, проверяя время от времени мой дар? Ответов на эти вопросы я уже никогда не узнаю. Да и имеют ли они хоть какое-то значение?
– Именно поэтому ты, Фиона, и сможешь разобраться с этими чарами. Тебе они, по родству крови и дару, должны поддаться, – уверенно заявил Влад, не подозревая о моем смятении. – Ведьмина сила, за исключением редких случаев, ведь всегда передается по наследству.
Тут он, конечно, прав, вот только чем это может помочь решить все проблемы?
– А…
– А я подарю тебе в благодарность надежный, крепкий дом и шкатулку с самоцветными камнями, когда откроешь путь домой.
Что-о?
– То есть я должна поверить тебе на слово? – поразилась я. – Что не обманешь и расплатишься после?
– Да.
Ну до чего самоуверенный гад!
– И не подумаю, – отказалась я, скрещивая руки на груди.
– Слово вожака Влада Белого, – припечатал он так, будто это решало все проблемы.
– Но я-то не оборотень! – возмутилась справедливо. – Что мне твое волчье слово?
Он рыкнул, потом скрипнул зубами.
– Раньше я расплатиться не смогу. Все мои сокровища остались в доме в нашем поселении. Что ты мне предлагаешь?
– Отпустить меня и найти себе другую ведьму, – мгновенно нашлась я.
– Думаешь, не пробовал?
– О, стало быть, и они тебе отказали? – не удержалась я от ехидства. – Не соблазнились на подобное предложение?
– Они, в отличие от тебя, готовы были помочь! – раздраженно рявкнул Влад. – Просто их сила… не откликалась на чары.
Вот оно что. Я уже знала, что все ведьмы разные, как и их дар. Даже зелье от простуды с одинаковым действием две равные по силе ведьмы, никак не связанные родственными узами, приготовят каждая по-своему, используя совершенно разные ингредиенты.
– Так что, поможешь?
Влад смотрел выжидающе. В его глазах светилась надежда, которую он даже не пытался скрыть.
– Нет.
Он шумно выдохнул, но от каких-то гадких слов, явно так и просившихся с языка после моего отказа, сдержался.
– Назови мне свои условия, ведьма.
– Условия? – не выдержав, я немного нервно хмыкнула. – Ты меня похитил, спалил мой дом и пытаешься стребовать помощь без оплаты, а я должна согласиться? Ты это серьезно?
– Вот же… ведьма! – выдохнул он с невероятной смесью восхищения и бессилия.
– Верни меня домой, волк! – потребовала я.
И ничего, что дома у меня нет. Проживу как-нибудь до приезда отца…
– Подумай над моим предложением до утра, – непререкаемо заявил Влад.
Вот же… вожак, привыкший командовать, а еще больше – что его все беспрекословно слушаются.
Но не идти же мне ночью через лес, полный опасностей, одной! В лучшем случае – заблужусь, в худшем – попаду в лапы диким зверям.
– Расходитесь уже! – тем временем велел стае Влад, а затем еще и коротко что-то рыкнул.
И решительно, не оглядываясь, пересек поляну, оставляя меня под деревом. Одну. Среди своих волков! Гад! И переживай теперь, как себя оборотни поведут…
Я нервно прикусила губу, не зная, как быть.
Волки же тем временем неохотно расходились и, продолжая старательно делать вид, что не обращают на меня никакого внимания, начали заниматься своими делами. Заходили в походные шатры, вытаскивали из-под навесов дрова для нескольких костров, но то и дело я ловила на себе их изучающие взгляды. И я никак не могла скрыться от них даже в темноте, разгоняемой лишь огнем.
Понимая, что стоять так всю ночь, ожидая подвоха, не смогу, вздохнула и села на лежанку из лапника. Ночь выдалась прохладной, а я в одной ночной рубашке, перепачканной сажей и копотью, да в чужом плаще. Обхватила себя руками, пытаясь согреться и завидуя тем немногочисленным мужчинам и женщинам, что сели возле костров.
– Держи.
Я вздрогнула и подняла голову. Рядом стояла светловолосая женщина с ясными серыми глазами и протягивала мне яркое лоскутное одеяло.
– Спасибо, – я осторожно взяла его, тотчас закуталась в теплую ткань. – А я думала, у всех оборотней глаза янтарные, – не удержалась от очевидного, невольно вспоминая Влада.
– Так то у оборотней, – пожала она плечами с легкой улыбкой. – А я – обычный человек.
Я, уже не скрывая удивления, уставилась на нее. И что она, интересно, делает в волчьей стае?
– Случается порой, что волк встречает свою истинную пару среди людей, – спокойно пояснила она, явно прочитав вопрос по выражению моего лица. – Не бойся ничего. Отдыхай спокойно, Фиона. Никто тебя в нашей стае не тронет. Влад же слово дал.
– Будто я ему верю, – выдохнула в ответ.
– А зря… – покачала она головой и, как-то странно напоследок на меня посмотрев, скрылась в одном из ближайших шатров.
А я сидела, смотрела на костры и спокойно разговаривающих вполголоса явно оставшихся дежурить волков, и сон и не думал идти ко мне. Слишком много всего произошло за одну непростую ночь. Пожар, проснувшийся дар, ожившие сказки об оборотнях и… Влад. Я бы хотела не думать о нем, не помнить, как он прижимал меня к себе, защищая, как я буквально пылала от его прикосновений и взглядов, да не получалось.
Глупая. Какая же я глупая. Не о том нужно думать. Завтра утром я покину поселение оборотней, а как стану жить дальше, совсем непонятно.
Я вздохнула, закрыла глаза. Нет, я пока не готова решать что-то сейчас. Утро вечера мудренее, как не раз говорила моя бабушка. И я, пожалуй, постараюсь сейчас просто немного отдохнуть.
Я ударил сосну с такой силой, что хрустнули костяшки, а с веток дождем посыпались иголки. Боль обожгла руку, на мгновение забирая все эмоции и чувства, но не смогла унять того, что творилось у меня внутри.
Я ведь вожак, на мне стая, люди, которые доверились и пошли за мной, но я оказался бессилен перед этой маленькой, с глазами лесного ореха, невозможно упрямой ведьмой. И пахнет она так, что у меня в глазах темнеет.
Тяжело дыша, я уперся в шершавый ствол руками, прогоняя непрошенное желание. Я раз за разом сдерживался, но это выматывало душу. Она сейчас была там, на поляне, а я чувствовал ее запах даже на таком расстоянии. Он словно стал неотъемлемой частью меня. Нет, я, конечно, догадывался, что просто не будет, но чтобы настолько…
Не знаю, сколько я так стоял, приходя в себя, когда за спиной раздались шаги Дамира.
Я оттолкнулся от сосны, выпрямился и бросил взгляд на свою руку. Кожа на сбитых костяшках уже затягивалась, срабатывала волчья кровь, заживляя раны практически мгновенно. Глубоко вдохнув, я обернулся.
Дамир смотрел на меня с пониманием и сочувствием, от которых хотелось рычать, настолько неуютно я себя ощущал под его взглядом.
– Хотел спросить, как ты, – тихо сказал он, – но ответ уже и не нужен. Что думаешь делать теперь?
– Что-что… искать еще ведьм, раз с этой договориться не получилось, – я скрипнул зубами и постарался отогнать навязчивый образ девушки.
– А с тем, что она – твоя пара?
– Ничего.
Дамир вытаращился на меня. Его брови поползли вверх, будто он услышал какую-то несусветную глупость.
– Погоди… – он шагнул вперед, даже не пытаясь скрыть своего беспокойства. – У тебя же инстинкт защищать ее сработал так, что сопротивляться ему не смог. Ты из горящего дома ее вытащил и на опушке никого к ней не подпускал.
– В первом случае я был застигнут врасплох, – сказал резче, чем хотел бы. – А что касается второго… Ты явно преувеличиваешь. Все волки знают, что от ведьмы можно ждать чего угодно, вот и не подходили близко.
– Ну-ну…
Я сощурился, не понимая скептицизма, звучавшего в голосе друга.
– И дело тут вовсе не в том, – продолжил Дамир, – что ты каждый раз, стоило кому-то сделать хоть шаг в ее сторону, моментально заслонял свою пару собой и плескал силой вожака так, что хотелось прижать уши к земле. Даже меня, бывалого волка, проняло.
Я замер. Быть такого не может. Я бы заметил подобное. Но ведь и лгать Дамир мне не стал бы. Все еще поганее, чем думал. Вот же… волчья бездна!
– Физическое притяжение – это еще не любовь, – сказал спокойно. – Тебе ли, с твоим жизненным опытом, не знать, Дамир? Это и перебить можно, если нет чувств, а их точно нет.
– И ты уверен, что не полюбишь ее? – тихо поинтересовался Дамир.
– Ты это всерьез спрашиваешь? – не выдержал я. – Да ты же ее видел и слышал, Дамир! Как, скажи мне, как в такую можно влюбиться? Чистая ведьма же! Торгуется, моему слову, слову вожака, не верит, а характер такой… зубы можно сломать даже волку!
Я искренне возмущался, не сдерживая сейчас эмоций. И когда Дамир тихонько рассмеялся, рыкнул с раздражением и уставился на него с нескрываемым подозрением.
– Тебе смешно?
Он вытянул руки вперед в примирительном жесте, но улыбка так и не сошла с лица.
– По мне, так Фиона – здравомыслящая девушка, с хорошей деловой хваткой, которая явно досталась ей от кого-то из родных. А еще очень смелая, раз даже поняв, кто мы, не отступила.
Я фыркнул.
– Ну и что мне с того?
– То, что девушка с такими качествами, даже не будь она ведьмой, весьма необычна и не может не зацепить.
О, да, не то слово! С великим удовольствием выкинул бы ее из своих мыслей, да засела там, словно заноза!
– И к тому же, она может быть полезна волкам.
– Чем? – усмехнулся я. – Тем, что своей выгоды не упустит?
Дамир снова не сдержал смешка.
– И этим тоже.
Я вздохнул. Где-то в лесу ухнула сова, ветер принес запах костров, а внутри завыл волк, требуя вернуться к этой ведьме.
Нет уж. Я только-только хоть как-то справился с эмоциями. И сосредоточиться надо совсем на ином. На возвращении собственного дома.
– Я поговорю с ней еще раз завтра утром, – сказал я, разрушая тишину.
Надежды, что Фиона вдруг передумает, почти не было. Я же видел ее непримиримый взгляд, слышал твердость в голосе. Она явно не из тех, кто легко меняет решения, но искать другую ведьму с подходящей силой… еще безнадежнее.
Как же жаль, что заплатить ей прямо сейчас никак не получится.
Небольшую сумму на самое необходимое для стаи на несколько месяцев еще весной, перед самым нашим переездом, я занял у Ильгара, но у него и самого за эти годы борьбы с ледяным проклятьем с деньгами негусто. Он бы и рад помочь, да не выйдет, а больше мне и обратиться-то не к кому.
– Поговори, конечно, – отозвался Дамир, задумчиво глядя на меня. – Если согласится, тебе будет… непросто, Влад.
– Не переживай за это, – отмахнулся я. – Заключи Фиона с нами сделку, опасности для меня нет никакой. Как я уже сказал, она мне ни капли не нравится, значит, я не привяжусь к этой ведьме. А с физическим притяжением к ней… справлюсь, перетерплю, в конце концов. Это не самая большая цена за возможность вернуть наш дом.
– Уверенности тебе по-прежнему не занимать, – Дамир только головой покачал, не скрывая своего беспокойства.
– Это плохо?
– Нет, Влад, – тихо ответил он. – Без этого ты бы не стал хорошим вожаком. Ты и в стае порядок навел, и сплотил ее, и защищал, только вот… Об отношениях ты знаешь мало. Оно и понятно, не до этого тебе было, когда столько ответственности легло на твои плечи.
Я нахмурился, встряхнул волосами.
– Дамир, я же видел настоящие истинные пары. Моих дядю и тетю, Ильгара со Златой, наших в стае… Ты посмотри, какие у них отношения. Там забота, нежность, поддержка в каждом жесте ощущается, а глаза у обоих светятся от восхищения и любви. Душа в душу живут, никогда не спорят, – выдохнул я. – С этой ведьмой мне такое не грозит, – заявил решительно.
– Отношения бывают разными, Влад, – мягко заметил Дамир. – Ты видел то, что лежит на поверхности, а внутри семьи… это личное, по-разному случается.
Возразить я не успел, из-за сосен вдруг появилась Василина, жена и истинная пара Дамира, прерывая наш разговор. Я хотел поинтересоваться, не случилось ли чего в стае, а вместо этого с губ сорвалось:
– Как там она?
В том, что никто из моих волков эту ведьму не тронет, я был уверен, но все равно не мог не беспокоиться.
Дамир приобнял жену и с легкой улыбкой посмотрел на меня.
– Держится весьма неплохо для человека, – тут же ответила Василина, сразу поняв, о ком я. – Я принесла ей одеяло, чтобы не замерзла.
Я кивнул, досадуя, что сам не проявил такого простого… гостеприимства.
В голове заметалась еще бездна вопросов, но я сдержался. Дамир едва заметно вздохнул, будто догадываясь, что со мной происходит, как меня буквально ломает из-за этой ведьмы.
– Ты просто так меня искала, Василина, или… – поинтересовался Дамир, решив перевести тему.
– Там охотники собрались, только тебя ждут…
Дамир, вернувшись недавно из своего похода, вновь взялся возглавлять один из двух отрядов, по очереди добывающих для стаи еду.
Бросил взгляд на меня.
– Иди, – кивнул я.
Мне бы тоже хотелось сейчас присоединиться к своим волкам. Сорваться на бег, поддаться инстинктам зверя… Но что-то подсказывает, что хвостатый отправится вовсе не в лес, а к своей паре. Его даже заманчивыми запахами не сманишь, не перебьют они аромат Фионы.
Дамир подхватил Василину под руку, и они скрылись в лесу. Я же прислонился спиной к сосне, глядя на луну. Обычно это дарило мне так порой необходимое умиротворение. Через четверть часа раздался волчий вой, сообщивший мне о начале охоты, а я, окончательно осознав, что от мыслей о Фионе не избавиться, вздохнул и направился в сторону стаи.
Уснуть я так и не смогла. Ворочалась на лежанке из лапника, куталась в чужое одеяло, слушала, как потрескивают костры и порой едва слышно переговариваются волки, и размышляла о своем новом будущем.
Если только я смогу освоить магию, если справлюсь… передо мной откроются иные возможности, чем раньше. Я больше не буду просто травницей, которая сводит концы с концами, а стану настоящей ведьмой. Смогу уехать в город, открыть там свою лавку и со временем, присмотревшись, выбрать в мужья того, кто мне по сердцу.
Едва начало светать, я поднялась. У костра уже хлопотала та самая женщина, которая вчера принесла мне одеяло. Она тихо переговаривалась с еще несколькими волчицами, помешивая что-то в котле.
Стараясь не привлекать лишнего внимания, я пошла к своей знакомой. Но все оборотни, что были в этот час на ногах, все равно провожали меня взглядами.
– Извини, я вчера даже не спросила твоего имени, – смутилась, осознав, что толком и не познакомилась с женщиной, которая была так добра ко мне.
– Василина, – кивнула она. – Тебе требуется еще какая-то помощь?
– Да. Можно попросить у тебя мыло, полотенце и что-нибудь из одежды и обуви?
Я бросила взгляд на перепачканную ночную рубашку, край которой виднелся из-под плаща, и босые, испачканные ноги.
Она тепло улыбнулась.
– Конечно. Сейчас принесу.
Я полезла в сумку, где лежали остатки моих скромных сбережений.
– Сколько я…
– Не надо, – мягко остановила меня волчица. – Деньги тебе явно еще пригодятся.
Это верно. Только не ожидала я, что о подобном подумает едва знакомый человек, проявит неожиданно сочувствие и понимание.
Василина скрылась в шатре, вскоре вернулась со свертком.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я и направилась к реке.
Некоторое время мне потребовалось, чтобы найти укрытый деревьями от чужих глаз берег. Быстро скинув плащ и ночнушку, поежившись от утреннего холодка, я шагнула в воду.
Брр! Почти ледяная, несмотря на разгар лета. Кожа тотчас покрылась мурашками, и медлить я не стала. Подрагивая, смыла с себя сажу и копоть, с трудом промыла волосы, вытряхивая хвоинки и листья. Хороша же я была перед оборотнями! Неудивительно, что по одному моему виду никто не усомнился в том, что я ведьма.
Выбравшись на берег, я быстро оделась в расшитое растительным орнаментом платье, обула мягкие туфельки, пришедшиеся идеально по ноге, а после еще раз огляделась. Убедившись, что никто по-прежнему не подсматривает, я закрыла глаза и сосредоточилась. Бабушка всегда говорила, что, если во мне есть магия, ее невозможно не чувствовать, она бежит в крови невиданной силой.
Я прислушалась к себе, но ничего не ощутила. Как же так? Ни намека на те искры, что вчера вырастили мухоморы и призвали лягушек со всей округи.
Прикусив губу, я попробовала взмахнуть руками и поднять ветер, как часто это делала бабушка, собирая в лесу хворост. Ничего. Сомкнула ладони, представляя, как рождается шар света, вкладывая в это действие все свое желание. Ни одной искры. К горлу подкатило отчаянье. Что я делаю не так? Магия же теперь часть меня, единственный проблемный момент, когда она просыпается, – это научиться точно рассчитывать ее силу.
И что теперь делать? Ведь даже спросить совета мне не у кого. Тут я зацепилась взглядом за сумку, в которой лежал спасенный из пожара бабушкин гримуар. Ну, конечно! В нем наверняка что-то да найдется про пробуждение дара.
Окрыленная этой мыслью, я подскочила, забыв обо всем на свете, рванула к своим вещам и… поскользнулась на мокрой от росы траве. Я вскрикнула, пытаясь удержать равновесие, как рядом вдруг оказался Влад и поймал меня, не давая упасть. Его сильные руки обхватили мою талию, и я буквально врезалась в него всем телом.
Сердце пропустило удар, а после забилось пойманной птицей. Я вновь оказалась прижата к этому мужчине, ощущая, как в крови рождается огонь. Мокрое платье только усиливало ощущение твердости его мышц и жара. Влад же стоял нерушимой скалой, даже не запыхался, хотя только что поймал меня буквально на лету, лишь глаза сверкали, выдавая сдерживаемые эмоции.
Я нервно сглотнула.
– Ты что, следил за мной? – выдохнула я, пытаясь хоть как-то совладать с телом, которое в руках этого мужчины начинало едва ли не плавиться.
– Больно надо. Это заводь, вообще-то – личное пространство вожака стаи, – ответил он, немного сощурившись.
– Вот же… волки. Могли бы предупредить, куда соваться не стоит, – возмутилась я, осознавая, что влезла на чужую территорию и опасаясь, чем это может мне грозить, кроме встречи с Владом.
– Ты не часть стаи, – пожал плечами Влад. – Никто не станет помогать тебе в случае чего избегать неприятностей.
И после этого отпустил, спокойно отвернулся, подхватил сверток, что взял с собой и прошел к реке. Бросил свои вещи на камень, зачерпнул широкими ладонями воду и шумно, встряхивая волосами, умыл лицо. Вот ничего особенного в этом действии не было, совсем ничего, а тело вновь слабело, и начинали крутиться такие жаркие мысли, что захотелось пойти и вновь окунуться в ледяную реку, чтобы остыть.
Может, это так проснувшийся дар на меня влияет? Хотя, кого я пытаюсь обмануть? Все дело в этом самоуверенном невыносимом оборотне, который сейчас неспеша расстегивал рубашку.
Нет, к такому я не готова.
Я резко отвернулась, чувствуя, как горю уже вся до самых кончиков пальцев на ногах. Надо уходить немедленно, чтобы не натворить глупостей. В этот момент я была к этому близка, как никогда.
Я наклонилась, чтобы подхватить свои вещи и вернуться на опушку к временному пристанищу волков, и замерла. Под ногами лежали россыпи разноцветных камней, переливающихся на солнце всеми оттенками радуги. А там, где они встречались с травой, распустились неизвестные мне золотистые цветы с хрупкими лепестками, словно сотканные из света.
То есть магия во мне все же есть, зря я переживала. Но в следующий момент меня накрыло другое осознание. Моя магия, похоже, просыпалась только когда я прикасалась к Владу. Да что же мне так не везет-то! Чтобы освоить дар и изменить свою жизнь, получается, мне нужен этот невыносимый тип, от которого к тому же коленки до сих пор подкашиваются. Хуже быть просто не могло.
– Ты почему застыла? – раздалось со стороны реки.
Я вздрогнула, еще раз посмотрела на цветы и разноцветные камни и обреченно вздохнула. Надо проверить. Какой смысл просто гадать?
Я обернулась и сразу же пожалела об этом. Влад как раз выходил из воды. По его натренированному телу сбегали капли, и я резко отвернулась.
К щекам прилил жар, коленки снова ослабели, и я стиснула пальцы. Как это вообще теперь развидеть?
– Ну и кто из нас следит за другим? – раздался насмешливый голос.
– Что? – возмутилась я, оборачиваясь и упирая руки в бока.
Влад, уже одетый в чистые штаны, медленно вытирался полотенцем и пронзал меня таким жарким взглядом, что я даже забыла, о чем шла речь.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, как-то напряженно, ненормально остро, по-глупому не в силах оторваться…
– Хм… – произнес он, наконец, немного хриплым голосом. – Ошибся, понял. Ты просто не смогла найти в лесу никакого другого места, чтобы вновь использовать свою магию.
Точно! Я же хотела проверить свою догадку. Его слова как нельзя кстати вернули меня в реальность. Не обращая внимания на его ехидство, я решительно шагнула к Владу, натягивающему на себя рубашку, и положила руку ему на плечо.
Он будто окаменел. На мгновение мне даже показалось, что Влад готов зарычать, но я старательно сосредоточилась на своей ладони, пытаясь не замечать такого твердого и сильного плеча под пальцами. Небеса, как же мне хотелось не просто коснуться его, но и погладить! Я даже губу прикусила от этого ненормального желания.
Под пальцами вспыхнули искры – золотистые, теплые, такие манящие, а в крови ярко ощутилась сила. Она моментально набрала мощь, требуя выхода, и сдержать я ее просто не могла. Ойкнула от испуга, взмахнула рукой в сторону реки… Там наверняка теперь расцветут кувшинки, как показывал мой опыт, когда использовала магию, или…
Вода вдруг взметнулась, огромная волна оказалась над нами и обрушилась так быстро, что я и вскрикнуть не успела. По-глупому хватая ртом воздух и дрожа от холода, уставилась на точно такого же, как и я, мокрого Влада, готового меня, кажется, сейчас придушить.
– Я нечаянно, правда, – стуча зубами, выпалила тотчас.
Влад шумно и глубоко вдохнул, зло сверкнул на меня глазами, а после, подхватив свои вещи с камня, молча направился к тропе.
Сейчас уйдет, и я останусь одна. Без дома. Без магии. Без надежды.
– Влад, я согласна попробовать снять чары с чащи и вернуть вам дом, – выпалила, понимая, что, увы, иного выхода у меня нет.
Он остановился и обернулся, уставился на меня так, что земля стала уходить из-под ног. Нет уж! Я не поддамся на обаяние этого волка! Ну… хотя бы постараюсь. Мне очень нужна трезвая голова!
Влад все еще молча смотрел на меня, не давая нормально дышать.
– А ты взамен поможешь мне разобраться с магией.
– Я? – в его голосе прозвучало столь неподдельное изумление, что я даже растерялась.
Влад явно ожидал чего угодно, но не такого.
– Да, ты. – Я шагнула к нему. – Моя магия, похоже, пока идет ее становление, работает только когда я… ты… мы прикасаемся друг к другу, – обреченно созналась я.
Он моргнул, скрестил руки на груди.
– Приятного и тебе, и мне мало, согласна, – добавила быстро, – но ради наших целей… потерпим, думаю.
– То есть ты предлагаешь…
– Сделку, Влад, ничего более. – Я вскинула подбородок и повторила: – Ты помогаешь мне освоить дар, я пытаюсь с его помощью вернуть вам дом. Если к осени не справлюсь, разойдемся тихо и мирно, и ты поищешь уже другую ведьму.
Я предлагала именно этот срок, зная, что сила у мамы и бабушки установилась примерно за месяц, а значит, и я должна к осени справиться! Это же наследственное! И ведьмам в нашей семье еще очень повезло, что магия начинает слушаться за такой короткий срок.
Он все еще очень странно смотрел на меня, немного изучающе, невозможно пронзительно, словно хотел заглянуть в душу.
– Договорились, ведьма.
– Фиона, – поправила я.
Он коротко кивнул, и я тихонько выдохнула от облегчения и обняла себя руками, пытаясь согреться. И запретила себе сейчас даже думать, как мне будет непросто.
Влад выжидающе посмотрел на меня, явно намекая, что пора возвращаться в стаю, и я, старательно пытаясь не стучать зубами, подошла к нему.
– Пойдем, – бросил он, наконец, и зашагал по тропе.
Я молча поспешила за ним. Мокрая одежда неприятно липла к телу, зубы то и дело срывались на дробь, но я старалась не отставать.
Влад вдруг остановился так резко, что я чуть не врезалась носом в его спину, ощущая моментально хлынувший по телу жар. Обернулся, никак не замечая того, что лбом я почти касаюсь его плеча.
– Я могу временно принять тебя в стаю, Фиона, чтобы получила равные права с моими сородичами, а также кров и мою защиту, но и обязанности придется делить вместе со всеми, – сказал Влад.
– Какие именно? – осторожно уточнила я.
– Готовить еду, мыть посуду, стирать и штопать одежду, что-то еще по мелочи. – Он пожал плечами. – То, чем, в общем-то, занимаются все женщины в моей стае.
– То есть охотиться мне не придется? – на всякий случай уточнила я.
– За кого ты меня принимаешь? – поразился он. – У оборотней только мужчины добывают еду и дрова, охраняют стаю от чужаков, а порой и выбираются в город или ближайшие поселения за необходимыми покупками. Разве у людей не так? – нахмурился он.
– По-разному случается, – немного растерянно ответила я, вспомнив, как мы с бабушкой со всем справлялись сами. Если дело касалась каких-то моментов по хозяйству, она почти всегда использовала магию, редко привлекала кого-то из местных, разве что кому-то совсем расплатиться было нечем.
– Так что, согласна стать частью моей стаи? – поинтересовался Влад и при этом сверкнул глазами так, будто мой ответ ему был невероятно важен.
– Согласна.
Нахлебницей быть я все равно не собиралась, в любом случае предложила бы свою помощь. А когда взамен мне обещают безопасность и кров, это только на руку.
Влад кивнул, отвернулся и снова зашагал через лес. Я выдохнула, только сейчас осознавая, насколько сильно на меня действует его близость.
Да, Фиона, влипла ты по полной!
Едва мы вышли на огромную поляну, где временно жила стая Влада, как все взгляды тотчас устремились к нам. Этому и удивляться не стоило. Мы мало того, что вернулись вдвоем – вожак и та самая ведьма, которую он притащил в свою стаю ночью, так еще и мокрые с ног до головы. Даже страшно представить, что про нас подумали волки. Я готова была провалиться сквозь землю. Все-таки росла я среди людей, там подобное поведение вызвало бы осуждение. Здесь же Влад спокойно оглядел поляну, нашел взглядом Василину, хлопотавшую возле большого костра.
– Василина, выдай Фионе сухую одежду, пожалуйста, – чуть громче обычного сказал он.
– Конечно, вожак.
Она лишь на мгновение замерла с ложкой в руке, а после подошла ко мне. В глазах сверкали искры смеха, но, к счастью, спрашивать что-то она не стала. Только улыбнулась мне и кивком показала, чтобы я следовала за ней.
– Всем собраться возле костра, – раздался за спиной властный голос Влада.
Я не удержалась, обернулась. Он уже направлялся в сторону шатров, ни на кого не обращая внимания. Мокрая рубашка облепила торс так, что я с трудом отвела взгляд. Слишком опасно смотреть на этого мужчину.
Василина провела меня в свой шатер, просторный и уютный, с аккуратно расстеленными шкурами и кованым сундуком в углу. Порылась в нем и протянула ворох чистой одежды.
– Держи, должно подойти.
Я поблагодарила и принялась быстро переодеваться. Василина отвернулась, прислушалась к взбудораженным приказом Влада оборотням снаружи.
– Неужели ты передумала, Фиона, и решила нам помочь? – неожиданно спросила она. – Не просто так же нас Влад собирает, явно хочет тебя в стаю принять.
– Мы с вашим вожаком заключили сделку, – нашлась я, подтверждая ее догадку.
– Вот как… Сделку, – в голосе Василины послышались какие-то непонятные эмоции, а на губах вновь заиграла улыбка.
– Что-то не так? – насторожилась я.
– Все так, – мягко заметила она. – Ну, пойдем.
Осознав, что даже если я чего-то и не знаю, Василина рассказывать не станет, я прикусила губу.
Выскользнув из шатра, я снова почувствовала себя неловко под этими едва ли не горящими теперь уже от предвкушения взглядами. Тихонько вздохнув и жалея, что Василина уже отошла к своим, я поискала глазами Влада. Он уверенно и спокойно шел к костру, расположенному в центре поляны. И я вновь, пусть и не желая этого ни капли, залюбовалась им. Этим сильным разворотом плеч, перекатывающимися под рубашкой натренированными мышцами, яркими, буквально светящимися глазами. И мой страх перед собравшимися волками растаял, будто не бывало. Возникла какая-то сумасшедшая уверенность, что в обиду меня этот мужчина не даст.
Влад поравнялся со мной, и я, сама от себя не ожидая, вдруг ухватила его за руку. На мгновение показалось, он перестал даже дышать, посмотрел на мои пальцы, сжимающие его ладонь, и взгляд стал таким выразительным, таким острым, что кожа запылала, и я пожалела о своей выходке. Хотела уже одернуть руку, но Влад не позволил. Медленно поднял на меня глаза, заставляя тонуть в их янтарном свете и молча под шепотки и любопытные взгляды повел меня к костру.
Пытаясь отвлечься от часто колотившегося сердца и слабеющих коленок, я осторожно разглядывала волков. Могучие мужчины в простых штанах, рубашках и расшитых затейливыми узорами жилетках смотрели на меня спокойно, никак не проявляя интереса. Женщины в платьях или цветных юбках и рубашках, украшенные яркими бусами, смотрели жадно. Мне даже стало не по себе.
Словно почувствовав мое волнение, Влад вдруг ободряюще сжал мою ладонь. Вот совсем не ожидала от него подобной поддержки.
Мы остановились, и жар огня коснулся моего лица.
– Это Фиона… – тут он запнулся и бросил короткий взгляд на меня.
– Фиона Астахова, – представилась я, догадавшись, что моей фамилии Влад не знает.
– Ведьма из деревни Лесная Благодать, – весомо уронил он. – Она согласилась помочь нам вернуть дом.
Тут ему пришлось прервать свою речь, потому что волки возбужденно и радостно загалдели. Как же, похоже, им важно, получить даже эту крошечную надежду.
– И поэтому я, вожак Влад Белый, – продолжил он, едва гомон стих, – согласно древнему обычаю оборотней, сейчас приму ее в нашу стаю, дам кров и свою защиту.
Влад чуть развернулся ко мне, на его руке вспыхнули острые когти, и я замерла.
Он как-то неожиданно бережно, почти нежно приподнял мою руку и сделал когтем аккуратный надрез. Не отпуская меня, порезал и свою ладонь.
– Согласна ли ты, Фиона Астахова, принять мою защиту, соблюдать наши традиции и законы, пока будешь частью стаи?
– Да.
Что я творю? На что соглашаюсь? Я же ничего не знаю об этих самых законах и традициях. И почему не подумала об этом раньше? Но отступать уже поздно.
Кожу вдруг кольнуло, словно острой иголочкой, и я едва заметно вздрогнула. Неизвестная мне магия отозвалась на силу и волчью кровь Влада.
– Обещаешь ли ты хранить тайну о существовании оборотней?
– Да.
А какой у меня выбор? Да и зачем о них рассказывать людям? Они живут сами по себе, никого не трогают… Не считая одной похищенной меня.
Незнакомая магия обожгла сильнее, буквально запылала под кожей.
– Я, вожак оборотней, Влад Белый принимаю тебя, Фиона Астахова, в свою стаю, даю кров и свою защиту.
По нашим ладоням пробежала искра, обожгла и растаяла. Ничего себе!
Я неверяще уставилась на моментально затягивающуюся ранку на своей руке, пыталась разобраться в тех древних чарах, что только что свершились на моих глазах.
– Если в вас самих есть магия, то почему… – не удержалась я.
– Нет, – покачал головой Влад, так и не выпустив моей руки. – Оборотни не обладают подобным даром, разве что в полукровках очень редко, я бы сказал, в исключительном случае, просыпается магия.
– А это…
– Часть благословения нашей богини – Великой Белой Волчицы, что дается каждому вожаку.
Влад был невероятно серьезен, не позволив даже ни на миг усомниться в его словах. Впрочем, если на свете существуют оборотни, почему бы у них не быть своей покровительницы?
Я настолько задумалась, что когда Влад выпустил мою руку, вновь потянулась за его ладонью. Сама не заметила, как. Он бросил на меня обжигающий и немного вопросительный взгляд, а я мысленно ругнулась про себя.
– Василина, – позвал Влад, не сводя с меня глаз.
– Да, вожак? – она тут же появилась рядом с нами.
– Пока готовится завтрак, покажи Фионе, что где у нас расположено, и, если требуется, пусть выберет себе одежду, обувь и что там еще нужно, – велел Влад.
Василина понятливо кивнула, а я удивилась, не ожидая подобной заботы.
– Рональд, Главк, – Влад перевел взгляд на толпу. – Поставьте дополнительный шатер и помогите принести в него все, что решит Фиона.
Двое молодых парней тут же вынырнули из толпы, широко мне улыбнулись и направились к одному из навесов.
Я только и успевала головой вертеть.
– К чаще пойдем после завтрака, будь готова, – коротко сказал Влад.
– А обязанности женской половины стаи, о которых ты говорил в лесу? – вспомнила я.
– Это к Василине. Она за старшую, пока я… – тут он запнулся, – не обзавелся женой.
Василина как-то странно посмотрела на Влада, но промолчала.
– Идите, – кивнул, не сводя с нас глаз.
Мы направились к шатру, и пока шли, я так и чувствовала на себе не отпускающий взгляд Влада. Неудивительно, что дважды чуть не споткнулась.
– Хочешь сначала вещи выбрать из общих запасов или посмотреть, что где у нас устроено? – спросила Василина.
– Второе.
– Тогда захвати сразу мокрую одежду, развесим сушиться. Или ты можешь ее магией привести в порядок? – с любопытством поинтересовалась она.
– Пока не могу, – вздохнула я.
Разве что Влад постоит за спиной, обнимая… Представив эту картину, я почувствовала, как щеки наливаются жаром. Сдается, в таком случае, я просто все спалю, а не высушу.
Василина, не подозревая о моих мыслях, нырнула в свой шатер и вынесла мои мокрые вещи.
Едва мы пошли в сторону, которую указала Василина, я поинтересовалась:
– А что, у оборотней нет личных вещей?
– Есть, конечно, – Василина улыбнулась. – Просто пока мы не вернулись домой, ничего, по сути, и не имеем. Влад одолжил деньги у своего двоюродного брата, оплачивает все наши необходимые расходы. Мы раз в неделю составляем общий список. И Влад либо сам, либо отправляет отряд, чтобы закупались всем необходимым для стаи в ближайших поселениях или городе. Одежда, обувь, инструменты, всякие мелочи, часть еды, в основном, крупы и овощи. Мясо и рыбу наши мужчины спокойно добывают в любом количестве.
Хм…
– Тебе это кажется странным? – улыбнулась Василина, заметив мои эмоции.
– Нет. Подход неожиданный, но в вашей сложившейся ситуации… весьма разумный, – нашлась я.
– И все же?
– Просто я не ожидала, что Влад настолько заботиться о стае, – созналась тихо, поглядывая на волков, мимо которых мы проходили.
Они занимались своими делами – кто-то рубил дрова, кто-то штопал белье, детвора, весело хохоча, гонялась за бабочками.
– Он – замечательный вожак, несмотря на юный возраст, – тепло сказала Василина. – Искренне заботится о нас и всегда защищает.
Она раздвинула ветки, и я увидела поляну с натянутыми между деревьями веревками. Несколько волчиц снимали с них высохшее белье и складывали в корзины.
– Интересно, как они потом отличают, где чье?
– По запаху, – рассмеялась Василина. – А человеческие женщины метки-нашивки делают.
Могла бы и догадаться.
Я нашла свободное местечко и развесила свою мокрую одежду.
– Вон там удобная прорубленная тропинка к реке, – кивнула Василина влево. – И у воды есть мостки для стирки. Мыться мы тоже ходим сюда, удобно.
Я выглянула в просвет между деревьев, оценила неплохой, укрытый кустами берег. Вот знай я об этом месте, не столкнулась бы с Владом у реки. В памяти снова всплыл момент, как он ловко поймал меня, как прижимал к себе, и я невольно встряхнула головой, прогоняя это наваждение.
Мне вообще не об этом невыносимом мужчине необходимо думать, а о том, как приручить свою магию.
Дальше Василина показала мне чистый широкий ручей, откуда они брали воду, где лежат необходимые запасы, и мы нырнули в шатер, чтобы выбрать еще немного одежды. Пока я примеряла платья, к нам то и дело под самыми разными предлогами – спросить соль, одолжить нитки, поинтересоваться, не вернулись ли охотники, – заглядывали волчицы. Знакомиться не спешили, предлагать помощь – тоже, но смотрели так, будто чего-то ждали. Странные они какие-то… Может, я чего-то не знаю о каких-то традициях оборотней?
Поинтересовалась у Василины, но та только головой покачала.
– Не обращай внимания. У нас редко в стае появляются новички со стороны, вот и любопытничают чересчур. Привыкнут и отстанут.
Ну, буду на это надеяться.
Подхватив два свертка с необходимыми вещами, я снова отправилась за Василиной. Мы пересекли поляну, нырнули в лес, где среди деревьев тоже тянулись шатры. Лагерь волков оказался в разы больше, чем показался мне сначала.
Раздвинув очередные пушистые еловые ветки, мы оказались на очередной небольшой поляне всего с парочкой шатров. Оборотни уже успели поставить временное жилище и для меня, сноровисто принесли соломенный тюфяк, одеяло, подушку и небольшой сундучок, чтобы было куда сложить вещи.
– Тебе, наверное, совсем непривычно будет так жить, – осторожно заметила Василина.
– Нет, – улыбнулась я. – Мы с бабушкой постоянно ходили за травами, ягодами и грибами и часто оставались ночевать в лесу.
Вспомнив о бабушке, я на мгновение взгрустнула. Ни я, ни она и предположить не могли того, что я окажусь у оборотней.
– Ну, обживайся. Если что-то будет нужно или возникнут вопросы, обращайся. Завтрак через полчаса, – попрощалась Василина, оставляя меня одну.
Несколько минут я посидела, прислушиваясь к едва слышным голосам за шатром, потом аккуратно сложила в сундучок свои немногочисленные вещи и погладила сумку с бабушкиным фолиантом. Подумав немного, достала его, отодвинула край шатра, позволяя свету упасть на страницы, исписанные аккуратным бабушкиным почерком, нашла записи о становление ведьминского дара.
Эх, как бы замечательно было, если бы моя магия проснулась, как это в основном бывает у ведьм, еще в детстве. Тогда бы она росла по чуть-чуть, и к двадцати годам, когда и наступает этот непростой процесс окончательного становления силы, случались бы лишь редкие всплески под действием эмоций, а то и их бы могло не быть, держи юная ведьма чувства под контролем, и все завершилось бы естественно и спокойно. Сейчас же… мне может понадобиться от двух недели до месяца постоянной практики и бесконечных попыток сдержать эмоции. Да, непросто, но оно того явно стоит!
Я полистала фолиант, нашла раздел про защитную магию. Он был приличным, но какие именно заклинания и зелья использовала бабушка, чтобы однажды наложить чары на территорию стаи Влада, можно понять только, оказавшись рядом с чащей, коснувшись ее магии.
Но даже когда я пойму, это вопрос волков не решит, пока моя сила не стабилизируется, иначе такого натворю… Значит, практика и еще раз практика!
Я пошелестела страницами, натыкаясь на рецепты знакомых зелий и заклинаний, которые использовала бабушка, задумалась. Заклинания требуют постоянно использования силы, а вот зелья – нет, лишь в определенный момент.
Значит, второй вариант для меня сейчас самый подходящий. Влад вполне сможет постоять рядом со мной, обнимая, пока я добавляю в эликсир силы.
От мыслей об объятиях этого мужчины, тело снова вспыхнуло знакомым жаром. Да что же я так на него реагирую-то! Но с этим разбираться я сейчас не стану. Какой смысл, если все равно не избежать его близости? Ну, или остаться без магии. Нет уж, я на такой расклад не согласна! Придется… потерпеть.
В этот момент с главной, как я ее для себя стала называть, поляны потянуло ароматной похлебкой, волчицы начали созывать всех на завтрак.
Я решительно захлопнула книгу и вышла из шатра.
Это ведьма сведет меня с ума. Я, конечно, ожидал, что будет сложно, что истинная пара – не шутки, но не настолько же, что приходится уходить в лес на одну из дальних тренировочных площадок, чтобы выпустить пар.
Меч свистнул в воздухе, врезаясь в деревянную болванку с такой силой, что во все стороны полетели щепки. Удар, разворот, еще один удар… Болванка жалобно затрещала, но держалась. В отличие от меня.
Вот же волчья засада! Даже тренировка, где я выпускаю силу и не жалею себя, не помогает забыть… Забыть, какой нежной была ее кожа, по которой стекали капли воды, когда утром увидел ее у реки. Никто бы не рискнул прийти в мое личное место, никто, кроме нее… Этой несносной и просто невозможной ведьмы!
Я должен был, едва почувствовав ее запах, уйти. Должен был! Я же вожак стаи, я сильнее своих инстинктов! Но я не смог. Я остался за деревом, смотрел на нее обнаженную, сгорал и оказался бессилен.
Я со всей силы ударил по болванке, и обломки брызнули в стороны. Но даже это не остудило тот огонь, что пылал в крови.
И зачем вот я злюсь? И на кого? Не на нее же. Разве Фиона виновата, что красива и привлекла внимание моего волка? И что у нее такой… характер. И что ее сила просыпается только, когда мы касаемся друг друга. Это все вообще не должно теперь иметь для меня значения. Главное – она согласилась нам помочь.
Я вытер мокрый от пота лоб, оправил рубашку и шумно вдохнул, пытаясь унять беспокойное сердце, но вместо этого потянул носом и уловил… ее запах.
И я едва не зарычал от этой пытки. Казалось, этот желанный аромат тотчас проник в меня, подчинил, стал хуже любого проклятия, хотя этого не могло быть! Но, похоже, даже здесь, на самой дальней площадке, где волки тренируют только что обернувшихся, мне не получить передышку.
Я чувствовал Фиону даже на таком приличном расстоянии, стоило только вдохнуть, стоило только закрыть глаза…
Что же ты сотворила со мной, ведьма?
Я сделал еще несколько вдохов, буквально приказывая себе успокоиться. Свои эмоции я сдерживать научился, справлюсь и с этим волчьим скулежом внутри, когда хочется просто заполучить свою пару, и с жаром, что накрывает каждый раз, когда даже не просто вижу ее, а думаю о ней… И не думать ведь никак не получается.
Нет, так не годится. Надо переключиться на дела стаи, на самое важное.
Я убрал меч, прислушался к тихому вою – волчицы звали на завтрак, и решительно шагнул в лес, чтобы вернуться в стаю. Справлюсь. И не с таким…
Я нашел ее глазами сразу же, стоило мне только выйти на поляну, где шумно завтракала стая.
Она сидела чуть в стороне от остальных, порой бросая любопытные взгляды на окружающих и неспеша ела. Солнце играло в ее волосах, золотя их искрами. Фиона непроизвольно облизнула губы – и я чуть не взвыл, потому что позвоночник словно кипятком полоснуло. Вся тренировка волку под хвост. Стоило увидеть эту ведьму, и меня опять накрыло огнем и желанием. Захотелось до боли оказаться с ней рядом, коснуться, закрыть ее, такую хрупкую и смелую, раз осталась среди оборотней, от всех этих пронзающих взглядов… И ладно бы я к ней хоть что-то, кроме физического влечения чувствовал, можно было бы попробовать создать с ней пару, но ведь больше ничего же нет!
Я стиснул зубы и шагнул к костру.
Василина протянула мне еду, и я заметил, как ловко она подложила кусок мяса побольше и посочнее. Прямо как тетя, которая меня воспитывала, делала, когда я был мальчишкой.
– Спасибо, – мягко кивнул, принимая еду.
Василина улыбнулась как-то тепло, по-матерински, и я на мгновение почувствовал себя так, будто вернулся в детство.
– С Фионой все сделали? – поинтересовался, старательно не оборачиваясь, чтобы не смотреть на ведьму, зная, что это только усилит инстинкты.
– Да, Влад, – Василина вытерла руки о фартук. – Правда, обязанности я пока еще не распределяла и на нее, – добавила осторожно. – Ведь основная задача Фионы – вернуть нам дом, как я поняла.
– Да.
– Тогда… минимальные? – деловито поинтересовалась она.
– Да.
Я был краток. Сейчас во мне шла борьба. Как вожаку мне хотелось сказать, что раз Фиона стала частью стаи, пусть выполняет то же, что и все. А волк внутри требовал запретить ее нагружать, защитить, спрятать, не дать никому к ней прикасаться…
Я отошел под навес, сел на свое место, где обычно ел и откуда видел всю поляну. И уткнулся глазами в кашу, сосредотачиваясь только на ее вкусе.
Я сразу же ощутила, когда на поляне появился Влад. Не оборачиваясь, не видя его… лишь мурашками по спине и незнакомым томлением в груди. Да что ж это такое! Я стиснула ложку сильнее, чем следовало бы, и заставила себя спокойно есть, когда он, даже не глядя в мою сторону, подошел к Василине, взял еду и перебросился с ней парой слов, а после скрылся под навесом.
И чего вот я ждала, практически не дыша? Что Влад вдруг подойдет, сядет рядом, будет смотреть своими янтарными глазищами? Мне вот оно надо? У нас всего лишь выгодная сделка, а не… не это.
Я доела сытную мясную кашу, очень вкусную, сдобренную ароматными травами, которые использовали и мы с бабушкой. Пресные лепешки с горстью ягод вприкуску с травяным напитком тоже очень понравились.
Медленно поднялась, положила грязную посуду в корзину и направилась к реке. Туда как раз спускались несколько девушек следом за мужчинами, которые принесли миски и кружки для мытья.
Я молча включилась в работу, прислушиваясь к разговорам четырех волчиц. Они покосились на меня, но ничего не сказали. Я уже понадеялась, что вполне ожидаемых вопросов не будет, но стоило мне вымыть пару тарелок, как одна из волчиц выпрямилась и посмотрела на меня.
– А почему вы с вожаком были мокрые, когда вернулись?
Вопрос так и повис в воздухе, и все девушки замерли. Я бросила взгляд на заговорившую. Молодая, с тем самым волчьим блеском в глазах, который я уже начала различать, она теребила от нетерпения яркие алые бусы, явно ожидая ответа.
– Ой, я же не представилась, – спохватилась она. – Анита.
Я кивнула, ставя чистую тарелку в корзину.
– Неужели вы купались вместе? – тут же вернулась она к разговору.
Да, легко я, похоже, не отделаюсь.
– Так получилось, – сказала первое, что пришло в голову.
Дома, в Лесной Благодати, такого объяснения от бабушки обычно хватало. Люди уважали ее право на тайны, не лезли с расспросами к ведьме. Но я не в своей деревне, а среди оборотней.
– В речку упали, да? – с еще более жадным любопытством поинтересовалась вторая девушка. Светловолосая, в синем платье с бирюзовыми бусами и серьгами. – Я – Ульяна, – представилась поспешно.
– Вероника.
– Варвара.
Девушки решили тоже познакомиться и с ожиданием уставились на меня.
– Скорее речка упала на нас, – хмыкнула я.
Уж лучше правду сказать, чем потом такого надумают… Мне только сплетен обо мне и Владе не хватало, а по их горящим глазам я видела, что дело идет именно к этому.
– Как это? – забыв про посуду, все вновь уставились на меня.
– Сила только проснулась, – вздохнула я. – Вот пока и может преподносить сюрпризы. Вы не беспокойтесь, я справлюсь, вам ничего не грозит, – поспешила успокоить.
Про то, что магия просыпается только, когда Влад касается меня, я никому не скажу. Это личное. Да и договоренности с вожаком никого не касаются, кроме нас двоих. Все, чего мне хотелось бы, чтобы меня не боялись и не шарахались. Это явно осложнит мое пребывание среди волков.
– Мухоморы и лягушки? – как-то понимающе заулыбались они. – Это было забавно.
Забавно им. Оборотни явно ведьмами не пуганные, в отличие от людей, раз так ко мне относятся. Впрочем… если мы с ними часто сотрудничали, даже моя бабушка вон защиту ставила, такое отношение вполне понятно, пусть и никак не вписывается в мой привычный мир.
– А что еще такого может произойти? – полюбопытствовала Анита.
Я вспомнила, что рассказывала мне бабушка.
– Моя бабушка в юности раскрасила все дома в деревне во все цвета радуги. И пруд как-то создала на центральной площади в Лесной Благодати с кувшинками и стрекозами.
Волчицы заахали, смешно зафыркали, со всех сторон посыпались вопросы. Они явно забыли, что всего несколько минут назад собирались пытать меня о своем вожаке. Теперь их интересовала магия, бабушка, мои способности…
– Как жаль, что мы не видели ту волну, – разочарованно вздохнула Анита, когда мы домыли всю посуду. – Личную заводь вожака отсюда не разглядеть.
То есть радовалась я рано, что тот разговор прервался.
– Так это ожидаемо. Личная же территория, куда никто, кроме разве что пары не допускается, – подхватила Вероника, переплетая растрепанную косу и пронзая меня взглядом.
Она, как и остальные волчицы, смотрела на меня немного с лукавой улыбкой, но я проигнорировала эти намеки.
Я и Влад… такое и в страшном сне не приснится. Наверное…
Мы оставили чистую посуду в корзинах возле реки, волчицы объяснили, что забирают ее тоже волки, не позволяя женщинам носить тяжести. Мне сразу вспомнились женщины из Лесной Благодати с коромыслом с полными ведрами воды, да как порой носили огромные корзины с продуктами. И это неожиданное и такое простое проявление заботы оборотней о своих женщинах, кольнуло сердце.
Мы поднялись по тропе, столкнулись с оборотнями. Полураздетые, разгоряченные, играющие мышцами… Волчицы тут же заулыбались, засверкали глазами, заигрывая. Я глянула мельком и… ничего не почувствовала – ни жара, ни интереса.
Хм…
– Молодые, сил полно, – прокомментировала Анита. – Нарум и Рамий, те, что шли слева, только двадцатилетие на днях отпраздновали.
– Они вполне… сдержанные, о чем, кстати, не рассказывается ни в одной людской сказке, – нашлась я.
– Еще бы! Влад пообещал каждому молодому волку, старше восемнадцати лет, если не будет серьезных нарушений дисциплины, тренировку с вожаком. Мой брат Арнарий только этим и грезит, – хмыкнула Вероника.
– А уж сколько волчиц на Влада заглядывается, ты даже…
– Анита, – неожиданно оборвала ее Ульяна и как-то строго сверкнула глазами, но тут же перевела взгляд на меня и улыбнулась, словно пыталась скрыть неловкость.
Анита же прикусила губу и немного нервно потеребила кончик косы, перевязанный атласной лентой
– А сказкам-то… не особо-то верь, – усмехнулась Варвара, возвращаясь к прерванному разговору и меняя тему. – Они нами же и созданы, чтобы защититься от людей.
– Зачем? Вы же сильные и…
– Нас мало, в отличие от людей, – пожала плечами Ульяна. – Да и не хотим мы враждовать, места всем хватит.
Я хотела спросить еще что-то, но мы вышли на поляну. Я сразу же увидела Влада. Он стоял с группой волков – суровых, огромных, просто устрашающих… Встретишь таких в лесу, сразу упадешь в обморок. А я еще Влада приняла за разбойника…
С ними был и Дамир, муж Василины, которого я запомнила еще с прошлой ночи.
– Наши вернулись с охоты, – заметила Вероника, нашла глазами одного из этих жутких мужчин и тепло улыбнулась. – Судя по мешкам, удачно.
Влад вдруг резко обернулся, будто почувствовал мой страх. Я нервно сглотнула, и он нахмурился, пронзил тяжелым, изучающим взглядом, от которого стало совсем не по себе. Влад снова развернулся, сказал что-то этим мордоворотам, хлопнул Дамира по плечу, подозвал нескольких парней… а после направился в мою сторону.
Сердце пропустило не один удар, пока он приближался уверенным шагом, не отрывая от меня глаз, смотря с какой-то странной тревогой. Внутри снова стало горячо и нечем дышать, когда он оказался рядом.
Не успел и слова сказать, как к нему подошли четверо мужчин, не менее могучие и устрашающие, чем охотники. Влад на миг прикрыл глаза, а потом шагнул вперед и практически закрыл меня спиной от них, словно защищая, и стало как-то сразу спокойнее.
– Влад, мы ведем недавно обернувшихся сейчас в лес, будем учить распознавать растения, как договаривались.
– Хорошо, Зорий. Проследите там вместе с Лортом, чтобы поблизости зайцев не было, как в прошлый раз, иначе опять за волчатами по чаще будем гоняться, собирая колючки на свои хвосты.
– Понял, вожак, – в глазах мужчины, на висках которого уже седина пробилась, сверкнули искры веселья.
– О, да, повторения не хотелось бы, – хмыкнул второй оборотень, по всей видимости, Лорт, тряхнув рыжей шевелюрой.
– Проверишь вечером усвоенные молодежью приемы? Они ждут не дождутся, – поинтересовался тут же другой волк, сверкнув светло-желтыми глазами.
– Проверю, Радим, – кивнул Влад. – Дмитрий, – обратился он к волку лет сорока, последнему из четырех наставников, – включи еще с сегодняшнего дня часовую пробежку в человеческой форме, лишнем не будет.
– Сделаю, вожак, – серьезно пообещал волк.
Мужчины коротко попрощались и пошли к собравшимся возле огромной сосны молодым волкам. И только тут я заметила, как действительно обожающе, сверкая глазами, волчицы смотрят на Влада, о чем только недавно заговорили и оборвали разговор мои знакомые. Внутри меня поднялась какая-то непонятная волна раздражения.
Влад развернулся ко мне, не обращая внимания на эти преследующие его и многообещающие взгляды, обжег невыносимым янтарным пламенем своих глаз.
– Фиона…
Голос Влада прозвучал неожиданно низко, предупреждающе.
– Что?
– Ты не могла бы контролировать свои эмоции? Или одной ведьме это не под силу?
Вот же… нахал!
– Тебя это никак не касается.
Влад сощурился, скрестил руки на груди и вдруг закрыл глаза.
Я растерялась и сжала пальцы. Вот что я злюсь? Он же прав. Надо сохранять спокойствие, иначе сила будет в разы дольше непослушной.
Но как держаться, если эти хвостатые, если он… если я… И какое мне вообще дело до волчиц, которые заглядываются на Влада?
Я чуть не простонала от досады. Самым лучшим, пожалуй, будет, если я просто отвлекусь от этих мыслей. Я перевела взгляд на оборотней-подростков,
слушающих своих наставников. Через несколько секунд они ушли с Зорием и Лортом. Едва они скрылись, за Радимом в лес последовали девушки, а за Дмитрием совершенно в другую сторону – парни.
– А почему раздельно? – поинтересовалась я.
– У них кровь, пока не исполнилось двадцать, еще горячая. Если не разделить, будут больше друг на друга отвлекаться, чем на учебу. – Идем к чаще, – спокойно сказал Влад и кивнул в сторону тропы.
Чаща встретила нас тишиной. Такой тягучей, что непроизвольно хотелось поежиться. Черные ветки с колючками по-прежнему прятались за невидимой преградой, и теперь, когда я знала, что именно они скрывали, только тихонько вздохнула. У любой тайны рано или поздно находится разгадка. Даже у этой заколдованной чащи, которая с детства манила меня.
– Ну что, пробуем?
Голос Влада прозвучал хрипло, с той особой напряженностью, которая появлялась у него всегда, когда речь заходила о его доме.
– Да.
Я не оборачивалась, стояла, замерев, и… ждала.
Его руки скользнули на мою талию медленно, осторожно, будто он опасался, что я в последний момент передумаю и оттолкну его. Влад прижался плотнее, согревая теплым дыханием мою макушку, в один миг становясь моей единственной опорой перед угрожающей чащей, и замер.
Я вдохнула и вытянула руки. Кончики пальцев коснулись невидимой преграды… и магия откликнулась моментально. Барьер ожил, заискрился золотисто-синими всполохами, высвечивая причудливую вязь защитных бабушкиных чар, от которых так и веяло родным теплом. Но поверх них, словно ядовитый плющ, стягивая, заставив изменить узор, лежали морозные, чуждые нити злой магии. Ледяной холод касался пальцев, но вреда мне причинить не мог. У меня создалось ощущение, что чары отпугивала сила Влада, горячая и могучая, окружающая меня.
Я рассматривала чары, запоминая детали, ощущая, как ко мне тянулась бабушкина магия, словно желала вырваться на свободу, и как угрожающее, словно осколки, в нее впилась ледяная сила.
Влад молчал, и только его сильные руки лежали на мне, выдавая порой напряженность. Он был в любой момент готов закрыть собой, даже не зная, от чего защищать. От этого осознания внутри все дрожало, и сосредотачивалась я с трудом.
Я опустила ладони, прикусила губу, собираясь с мыслями.
– Все настолько плохо? – поинтересовался Влад, так и не отпуская меня.
Я оглянулась, уткнулась носом в его грудь, непроизвольно вдыхая запах леса и чего-то еще, мужского и незнакомого. Ощущение его близости и раньше зашкаливало, а сейчас было просто запредельным. У меня даже колени подкашивались.
– Магия того ледяного проклятья вплелась в защитные чары, изменила их, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Мне необходимо полистать ведьминский гримуар, чтобы знать, что делать, наверняка.
Влад кивнул и, наконец, выпустил меня из своих рук. Дышать сразу стало легче, но то невероятное чувство защищенности, которое окутывало меня, словно коконом, исчезло, оставляя пустоту и легкую тревогу.
Я отошла к сосне, присела под ней и достала из сумки тяжелый гримуар. Раскрыла его на нужном разделе и погрузилась в чтение, стараясь не думать о том, как мне вдруг не хватает рядом Влада. Он устроился неподалеку, прислонился спиной к дереву, прислушиваясь и принюхиваясь, и просто терпеливо ждал. Но я то и дело ловила на себе его взгляд и отвлекалась.
Наконец, я захлопнула гримуар, убрала его и поднялась. Влад встал мгновенно и одним неуловимым движением, от которого у меня перехватило дыхание, оказался рядом.
– Влад, может, вам найти другое место для поселения волков? – поинтересовалась спокойно.
– Что? – в его голосе послышались рычащие нотки, а глаза вспыхнули янтарем, выдавая возмущение. – Пытаешься отказаться?
– Да при чем тут это! – вскипело и у меня. – Тут такие чары, ты бы их видел!
– Что, тебе не под силу с ними справиться, ведьма? – он сощурился, скрестил руки на груди и буквально пригвоздил меня убийственным взглядом.
– Фиона! – рявкнула я и ткнула пальцами в его плечо.
Между нами тотчас будто искры полетели, таким напряженным стал воздух. Глаза Влада стали еще ярче, янтарь плавился, обещая что-то дикое. Он тяжело дышал и тянул носом воздух. У меня мурашки по спине побежали от происходящего, но вот что странно, страха я не чувствовала, лишь какое-то ненормальное томление и желание поддаться ему навстречу.
Ну уж, нет! На меня твои волчьи замашки не подействуют!
– Только не вздумай обернуться! – возмутилась я.
– Можно подумать, ты меня боишься, – напряженно сказал он. – И вести себя от этого станешь повежливее.
– Что? Это я-то невежлива? – возмутилась в ответ. – После того, как ты меня похитил? Как мой дом спалил? Как…
– Все-все, я понял, – вытянул он руки в примирительном жесте, но глаза так и продолжали гореть. – Давай не будем возвращаться к этому вопросу. Что там с чарами?
– А что с тем, чтобы найти другое место?
Влад скрипнул зубами, шумно вдохнул, вперился в меня взглядом, будто надеялся, что я передумаю и не захочу получать ответ на этот вопрос.
– Не выйдет. Когда случилось ледяное проклятье, оно, как ты уже увидела, изменило защитные чары. Сначала мы думали, что они подействовали только на землю, что принадлежит моей стае, но как оказалось, и на волков тоже.
– То есть?
– Нас буквально привязало к этому месту. Если мы находимся вдали, то начинаем слабеть, стареть и… срок нашей жизни сравняется в лучшем случае к людскому.
– А сколько живут оборотни? – осторожно спросила я.
– Около ста пятидесяти лет.
Несколько мгновений мне потребовалось, чтобы принять эту истину.
– А как же обычные женщины? Вы же иногда создаете с ними пару. Получается…
Мои мысли метались, никак не получалось их собрать, чтобы выразить все те чувства, что сейчас бурлили во мне.
– Благословение нашей богини распространяется и на нашу половинку, – Влад смотрел серьезно, без тени улыбки. – Срок ее жизни приравнивается к нашему, потому что без пары волк долго не выживет, умирает от тоски.
– Какой ужас! – посочувствовала я оборотням, которые в буквальном смысле не могли существовать без своей избранницы.
Влад долгим, проникающим в самую душу, взглядом смотрел на меня, и я сглотнула и решила перевести тему.
– Ну, про слабость мне понятно, ее можно почувствовать, а про старость-то вы как поняли и про сокращение срока жизни?
– Ты Дамира видела? – Влад немного устало вздохнул. – Ему шестидесяти нет, а седина уже проявилась. А один вполне сильный оборотень из нашей стаи умер два месяца назад, когда ему исполнилось девяносто. Умер именно от старости, не прожив еще треть своей жизни. Ему даже жена Ильгара со своим даром жизни не смогла помочь. Она-то и разглядела эту связь.
– То есть, и в поселении двоюродного брата вам не пожить?
– Стая могла бы остаться на два-три месяца, на этот срок реально замедлить последствия ледяного проклятия, я предлагал им такой вариант, но они не пожелали оставаться без своего вожака.
Хм… Настолько сильно его ценят? Судя уже по тому, что я видела в стае, это похоже на правду.
– А ты…
– У меня другой случай. Ты еще среди людей предложи мне пожить, – ехидно фыркнул он.
– С твоим-то характером?
– У самой будто лучше.
Мы одновременно шумно вдохнули, не сводя с друг друга глаз, но продолжать ссору не стали.
– Так почему ты не можешь остаться у Ильгара? – выдохнула я.
Мне очень важно было понять особенности волков. Они настолько отличались от людей! Отношением к жизни, дому, женщинам…
– Я и Ильгар росли вместе. Его родители взяли меня к себе, когда моих погубили люди. И ты предлагаешь мне сцепиться в смертельном поединке с Ильгаром? Это единственные мои близкие люди! – горячо возразил он.
Эмоции Влада сейчас буквально плескались через край, и я чувствовала их кожей. Его боль, горечь, любовь к тем, кто был его семьей, отчаянье перед непростым выбором…
– А обязательно затевать смертельный поединок? – поразилась я.
– Два вожака не могут находиться долго рядом, – покачал Влад головой. – Инстинкты возьмут верх. Мой дед однажды потому и разделил свою стаю на две, чтобы предотвратить кровопролитную бойню между двумя своими сыновьями, моим отцом и дядей.
Вот оно что.
– Ну, убедилась, что выхода нет, надо снимать чары в любом случае? – спокойно спросил он. – Иначе нам даже в поселения ближайшие будет проблематично скоро выбираться, не говоря уж о том, если кто-то захочет уйти жить к людям.
– А такое тоже бывает?
– Да. В основном молодежь отправляется, тянет на поиски новых впечатлений, но за редким исключением потом возвращаются в стаю. Волку тяжело среди людей, необходимо скрывать свою сущность, постоянно жить настороже, да и защиты вожака и стаи лишаются. Я ответил на все твои вопросы, вед… Фиона, – заметил спокойно. – Теперь хочу услышать, что с чарами.
Я нервно потеребила кончик косы, прикусила губы и вздохнула.
– Бабушка накладывала заклинания, используя магию на волчьей крови, вливала силы, зелья… – начала я. – И создала такую защиту, что любая чужая магия, которая коснется ее с целью навредить, лишь усилит чары.
Влад молчал, смотрел невозмутимо, кажется, уже был готов к чему угодно.
– Если потренируюсь хотя бы пару недель, то смогу распутать чары. И тебя, как вожака стаи, и меня, как ту, в чьих жилах течет кровь ведьмы, которая накладывала защиту, магия пропустит, но… Там, за границей будет ждать… ловушка, которая призвана не пропускать никого к вашему поселению. Может, даже не одна.
– Что именно эти ловушки могут из себя представлять?
– Я не знаю, – ответила честно. – Могу только предположить. Непроходимый дремучий лес с нечистью. Овраг с хищными зверями. Что-то в этом духе.
Я подумала и добавила:
– Тебе придется пойти со мной в любом случае, иначе…
– Будто я думал отпустить тебя одну! – возмутился он, и в голосе полыхнула явная злость.
– Ну, знаешь, – я уперла руки в бока. – Твое недоверие даже оскорбительно.
– Да при чем тут оно? – рявкнул Влад. – Ты на себя посмотри!
– А что мне на себя смотреть?
– Ветер дунет – и сдует, как дивный цветок! – он шагнул ко мне, нависая. – А там нечисть, хищники и непонятно что. И не думай спорить со мной, прояви хоть малейшее уважение к вожаку своей же стаи.
Я оторопела, даже не сразу нашлась, что на это заявление сказать.
– Да ты… ты…
– Что я? – рыкнул он. – У тебя просто талант, ведьма, выводить меня из себя. Да любой бы волк уже поджал хвост, а ты смотришь постоянно с вызовом. Ненормальная! Нельзя же быть настолько глупой и… смелой.
Ну все, мое терпение закончилось! Вздумал он мне нотации читать! Называть глупой! Да я, я сейчас…
Рванула к нему, споткнулась на ровном месте, и Влад тут же, будто этого и ждал, поймал меня, прижимая к себе. Я со злости ударила его кулаком в каменное, ненавистное и такое надежное плечо, и с пальцев сорвались искры.
О, нет! Только не это! Я же должна контролировать свои эмоции! Но как же это сложно сделать, когда этот волк меня просто бесит!
Вокруг нас закружились непонятно откуда взявшиеся цветочные лепестки. Они касались кожи, запутывались в волосах, а когда искры моей магии окончательно пропитали их, то превратились в стайку разноцветных бабочек. Они взметнулись в воздух – золотые, синие, розовые, зеленые, окружили нас ураганом, отгораживая от всего мира, создавая свой собственный, волшебный и сказочный.
Я забыла про все на свете, смотрела на это чудо и прижималась к Владу.
Наконец, бабочки рассеялись, оставив после себя только легкое сияние магии. Какое счастье, что это были именно они, а не что-то другое!
– Что от меня потребуется еще, кроме твоей защиты в пути? – хрипло поинтересовался Влад.
Отпустить он меня и не подумал, пришлось выпутываться из его рук самой. Тяжело дыша, словно после долгого бега, я оправила платье и растрепанные волосы и только потом посмотрела на этого невыносимого типа.
– Обеспечить мне магическую практику.
Выражение лица Влада стало непередаваемым. И только тут до меня дошло, насколько двусмысленно прозвучали мои слова, учитывая, каким образом работает моя магия. Жар прилил к щекам.
– Я не смогу распутать чары, если сила не станет послушной, – торопливо выпалила я. – А для этого мне нужно постоянно ее использовать. В данном случае – варить зелья. То есть мне необходимы котелок, ступа с пестиком, флаконы, поварешка, ингредиенты, травы и… место, где каждую минуту не будут появляться любопытные волки. И еще ты… на заключительном этапе приготовления.
– Составь подробный список сегодня, – Влад говорил возмутительно ровно, хотя глаза сверкали. – Завтра отправлю волков добывать все необходимое. С последним… решим. Отдам сегодня временно часть обязанностей Дамиру.
– О, еще капля твоей крови, когда стану создавать путевой светлячок. Без него мы ловушку не пройдем, – вспомнила я.
Влад кивнул.
– Спасибо. Это даже больше, чем я рассчитывал.
Сейчас он смотрел без насмешки, серьезно и спокойно.
Ну, вот. Может же он быть нормальным!
– Возвращаемся?
– Да.
Мы пошли той же дорогой, но на середине пути неожиданно наткнулись на поваленные деревья. Огромные стволы перегородили тропу, создавая непроходимый завал, тянулись так далеко, насколько хватало глаз.
– Люди? – шепотом уточнила я.
Влад принюхался, покачал головой.
– Нет. Я подозреваю, что когда ты коснулась чащи, она малость… взбунтовалась. Такое уже случалось, когда ее проверяли Дана и Злата.
Вот оно что.
– Обойдем?
– Не получится. Смотри.
Влад прошел до конца завала, который неожиданно растянулся дальше, и вернулся ко мне.
– Сколько не иди, не исчезнет. Тут есть только один способ преодолеть его.
Он уставился пронзительным, изучающим взглядом на меня.
– Я не знаю, как убрать его при помощи магии, – созналась честно. – Моя сила пока непослушна, как бы… не сделать хуже.
Например, не прорастить дремучий лес.
Как же мне нужны тренировки с зельями сейчас, кто бы знал!
Влад вновь оглядел завал, колючие кусты слева, крутой обрыв к оврагу и отошел шагов на двадцать. Я смотрела, не понимая, что он задумал, как в следующее мгновение Влад будто отряхнулся, по нему пробежала волна силы, и он… обернулся.
Мгновения не прошло, как передо мной стоял огромный волк. Темно-коричневая шерсть переливалась на солнце, отливая на кончиках золотым. Мощные лапы с устрашающими когтями, длинный пушистый хвост и глаза… Пронзительные янтарные глаза. На него невозможно было не смотреть и не ужасаться, и не восхищаться. Но я-то знала, что передо мной Влад, который невыносимо раздражает и… защищает меня, сам, похоже, того не замечая и не желая.
Волк рыкнул, словно чего-то ждал. Я моргнула и нерешительно подошла к нему.
– Ну, и чего ты хочешь? – возмутилась я. – Неужели не мог объяснить раньше, прежде чем оборачиваться?
Волк как-то почти по-человечески закатил глаза, а потом улегся на землю и покосился на меня.
Я замерла. Он рявкнул, лапой провел по моим ногам, подталкивая к спине. Я ойкнула и вцепилась в его густую, жесткую шерсть, чтобы не упасть.
– Ты что, хочешь, чтобы я забралась на тебя? – догадалась, наконец.
Волк кивнул.
Все еще сомневаясь и осторожничая, я сделала, как он просил. Ухватилась за его шею покрепче, перекинула ногу на широкую спину и уселась. Ощущения были невероятные. Мощь, сила, тепло…
Только я устроилась, как Влад встал, разбежался и за одно мгновение мы пролетели через завал высотой в два моих роста. Ветки мелькнули где-то далеко внизу, земля ускользнула из-под ног, а сердце ушло в пятки… Но вот, мы уже на другой стороне. Я даже взвизгнуть не успела, только прижалась к нему, вцепилась в шерсть изо всех сил, тяжело дыша.
Волк обернулся, лизнул мое лицо шершавым языком.
– Что ты делаешь? – возмутилась я.
Он ухмыльнулся во всю свою волчью пасть, а там такие зубы… мама дорогая! Лучше бы и не смотреть.
Я вытерла лицо рукавом и оглянулась. Завал из поваленных деревьев исчез, словно его и не бывало. Значит, не так уж я далека в своих предположениях о преодолении ловушки за магическим барьером.
Я собралась уже сползти с волка, но он, не дав такой возможности, рванул вперед.
Ветер ударил в лицо, засвистел в ушах и растрепал волосы. Запахи леса стали ярче, теперь кружили голову. Ветки проносились мимо в опасной близости, но ни одна не коснулась меня, Влад явно за этим следил. И меня вдруг пронзило небывалое чувство свободы. В этот момент я забыла про все на свете и искренне и счастливо рассмеялась. Мне казалось, что я, как птица, лечу, расправив крылья.
Наконец, Влад остановился, и я скатилась с него на землю. Он тут же обернулся, протянул руку, помогая встать. Глаза сверкали так неестественно ярко, что я только вздохнула. Как я вообще приняла его за обычного человека в ту ночь?
– Хоть бы предупредил, что задумал! – не выдержала я. – Я чуть не умерла от страха, между прочим.
Влад весело хмыкнул.
Нет, ему еще и смешно! Вот же, волчара!
– Я серьезно!
Он закатил глаза и зашагал вперед, такой донельзя довольный, что аж захотелось рыкнуть на него. А я все не могла успокоиться, пыхтела и то и дело припоминала ему его волчьи повадки – и как лизнул меня, и как скалился своей ужасной пастью, и как несся через лес на запредельной скорости.
– Если не перестанешь ворчать, покусаю, – невозмутимо заявил Влад, не оборачиваясь.
– Только попробуй! – вспыхнула я. – Я вовсе не желаю становиться оборотнем!
Он резко остановился, повернулся ко мне, и я чуть в него не врезалась.
– Что за выдумки! – в его глазах горело искреннее возмущение. – Обычный человек никогда не станет волком. Им надо родиться. – Он склонил голову, изучая меня. – А что, тебя только это в нас и напрягает? – спросил с явным интересом.
– Меня ты напрягаешь, – выпалила я. – Наглый, самоуверенный, несносный тип!
– Ты вообще ведьма, – хмыкнул он. – И ничего, я смирился.
Я аж задохнулась от возмущения.
– Мы пришли, – показал Влад на знакомые ели-шатры, скрывающие временное убежище волков. – Жду от тебя список необходимого.
И, не дав мне даже ответить, снова обернулся волком и потрусил обратно в лес.
– Ну погоди, волк, – прошипела я ему вдогонку. – Все зелья на твоем облезлом хвосте опробую!
Как оказалось, вернулись мы с Владом как раз к обеду. Ела я наваристую похлебку под любопытными взглядами оборотней, которым явно было интересно, как я с их вожаком сходила к чаще.
Анита и Ульяна, в чьей компании я сидела под навесом, с трудом сдерживали смешки, наблюдая, как волки кружат вокруг меня и под разными предлогами, в надежде услышать что-то из нашего разговора, подходят поближе. Я же держалась ровно и старательно делала вид, что ничего не замечаю. Но внутри все дрожало от смеси раздражения и какого-то странного тепла. Они приняли меня в стаю, изучали, как любого новичка, но и готовы были в любой момент помочь. Эта открытость была совсем непривычной.
После обеда перемыв с девушками посуду и забрав на обратном пути успевшие высохнуть на солнце свои вещи, я отнесла их в шатер и устроилась под сосной, расположенной в отдалении, на краю главной поляны с гримуаром в руках. Я раскрыла книгу, погружаясь в бабушкины записи.
Часть рецептов сразу же пришлось отсечь, потому что добыть для них ингредиенты непросто, а вот насчет оставшихся задумалась. Какие из них пригодятся оборотням? Я прикусила губу и оглядела поляну в поисках Влада, но обнаружила, что он так и не появился. И у кого спросить совета? Подумав, поднялась и направилась к Василине, сидевшей с несколькими женщинами под навесом. Они были заняты штопкой и шитьем, тихонько о чем-то переговариваясь и приглядывая за игравшей на опушке малышней.
Василина подняла голову, увидела меня и открыто улыбнулась, как старой знакомой. Другие волчицы замерли с работой в руках и, не скрывая интереса, уставились на меня.
– Мне помощь требуется, – выдохнула я.
– Какая? – хором спросили они, переглянулись и рассмеялись.
Это разрядило обстановку.
– Ты присаживайся, Фиона, – Василина подвинулась, освобождая место на лавке и коротко представила мне остальных. – Это Милана, Рада, Веста, Лада, Зара и Томила.
Я кивнула каждой, запоминая имена, и устроилась с краю.
– Вот, собираюсь практиковаться с магией, варить зелья, что потом поможет разобраться с чарами чащи, – начала я, – но не знаю, какие выбрать, чтобы вы могли использовать. У меня есть и целительские, и бытовые, и защитные.
– Лучше бытовые, – не задумываясь, ответила Василина.
Женщины закивали, поддерживая.
– На оборотней магия не действует.
– Совсем? – поразилась я.
– Ну… практически, – Василина отложила заштопанную рубашку в стопку таких же и посмотрела на меня. – Очень сильная, как то ужасное ледяное проклятье, под которое мы попали много лет назад, еще как сработает. А простая… либо не окажет на нас никакого действия, либо эффект может быть непредсказуем. Дана из стаи Волковых как-то, используя защитные зелья, шерсть оборотням покрасила во все цвета радуги.
Женщины снова засмеялись, а я осознавала новые сложности.
– Но целительских тоже немного сделай, если сможешь, – добавила Милана, темноволосая, с умными карими глазами. – В стае, помимо меня и Василины, есть еще четыре женщины, да и наши дети, пока не случится оборот, ничем не отличаются от людей, волчья регенерация в них не работает.
– А оборот в каком возрасте происходит? – спросила я, решив узнать о волках побольше, раз уж предоставился такой случай.
– Обычно в подростковом, но бывает и раньше, – Василина отрезала нитку, убрала в сторону очередную рубашку и, глядя куда-то вдаль, добавила тише: – Если у волка случается сильное эмоциональное потрясение, обычно связанное с потерей близких.
В ее голосе было столько тревоги и затаившейся боли, что я не решилась спрашивать дальше. Лишь поблагодарила волчиц за помощь и вернулась к своей сосне, с головой уходя в работу.
Долго выбирала зелья, выписывала ингредиенты, а после составила список и остального необходимого со всеми возможными подробностями.
Волки сновали по поляне, но я уже не обращала на них внимания.
Ко мне никто не подходил, не тревожил, чему я была несказанно рада.
Очнулась, когда тень от сосны упала совсем далеко, а из леса появился Влад. Он шел в окружении молодых волков, увлеченно беседуя о чем-то с Зорием и Радимом. Судя по их восторженным лицам и возбужденным голосам, обещанная общая тренировка все-таки состоялась. Влад взглядом нашел меня, и за одно короткое, обжигающее мгновение сердце рухнуло куда-то в горло. Но подходить он не стал, нырнул в лес, скрываясь там, где стоял теперь мой шатер, и я чуть не застонала.
Это волки специально поставили мой в двух шагах от его? С трудом верится, что другого места не нашли! Или Влад велел, решив и ночью за мной приглядывать? Как к этому относиться, я не знала, внутри все плавилось от какого-то странного томления. Мы будем так близко, что сможем услышать любой шорох в шатре друг друга. Тонкая ткань не станет преградой, особенно для его волчьего слуха.
От мыслей меня отвлек внезапный шум. Я подняла голову и чуть не вскрикнула. На поляне сцепилась пятерка волков. Молодые, горячие, они катались по земле, рыча и рявкая друг на друга. Шерсть летела клочьями, зубы щелкали в опасной близости от горла, лапы молотили воздух и землю.
Это было страшно. И я невольно вцепилась в гримуар, подобралась, готовая, в случае чего бежать и прятаться.
Но в следующее мгновение из леса молнией вылетел Влад. Обернулся прямо на лету, поражая своей мощью и силой, врезался в гущу дерущихся. Рыкнул так, что с сосен полетели иголки. Сила вожака ударила по поляне тяжелой волной, даже я, не являясь волком, ощутила ее, подчиняющую и огромную. Несколько волков и волчиц вообще сжались. Дерущихся оборотней Влад разбросал по сторонам, как щенков.
К ним тут же поспешили матерые мужчины, ухватили за холки, оттаскивая еще дальше друг от друга. Волчата-подростки один за другим начали оборот, и через минуту на поляне стояла уже кучка виноватых парней, поглядывая на Влада.
– Нет, ты посмотри на них, Влад, – Дамир вышел вперед, покачивая головой. – Весь день гоняли их по лесу, потом три часа тренировали, а они еще силы находят на склоки!
Влад обернулся человеком, сверкнул глазами, обводя притихших оборотней суровым взглядом, скрестил руки на груди.
– Опять посуду мыть, да, вожак? – виновато уточнил один из парней.
– И белье стирать, – уныло добавил второй.
Я с трудом сдержала смешок. Ну Влад дает! В качестве наказания использует скучную и однообразную для волков домашнюю работу! И это при их-то энергии, плещущей через край.
– Ну уж, нет, вожак! – раздался возмущенный женский голос, и из стаи показалась Томила. – Они в прошлый раз семь тарелок разбили и в котелке дырки протерли! А он, между прочим, чугунный!
Остальные волчицы поддержали ее недовольным гулом.
– И белье я им больше не доверю полоскать! – добавила Рада. – Полдня потом вылавливали его в реке!
Я тихонько хмыкнула, и Влад моментально обернулся на звук. Уставился на меня, полоснув янтарным огнем так, что дышать стало сложно, зацепился за списки в моих руках, как-то довольно и предвкушающе, как мне показалось, сощурился.
И что вот этот несносный волк задумал?
Я напряглась, хмуро вперилась в него взглядом. А он спокойно под взглядами собравшейся стаи подошел ко мне, вытянул из рук листы, внимательно все прочитал и кивнул каким-то своим мыслям.
Ох, чую, мне они не понравятся.
– Зорий, – обернулся он. – Кроме этих двоих провинившиеся есть?
– Еще шестеро, Влад, – с трудом пряча ухмылку, ответил мужчина.
– Замечательно, – Влад свернул один из свитков, тот, в котором записаны травы. – Завтра берешь их всех и под руководством Фионы отправляетесь на дальние луга собирать все по этому списку.
– Да я сама… – попыталась возразить, представив, во что этот поход превратиться.
Все травы, поди, перетопчут. Разбегутся по лесу, снова передерутся, потеряют меня. И это в лучшем случае.
– Мои приказы не обсуждаются, – отрезал Влад, отворачиваясь.
Вот же… волк! Если я когда-нибудь его придушу, я не виновата.
– Госпожа ведьма, мы справимся! – раздался звонкий мальчишеский голос одного из провинившихся. – У нас, знаете, какой нюх! Мы вам все травы лучшие укажем.
– И корешки выкопаем! – подхватил второй.
– И донесем! – добавил третий.
Спасите меня кто-нибудь от этого энтузиазма!
Зорий, уже не скрываясь, посмеивался, я зло смотрела на Влада.
– Мне-то за что… наказание? – прошипела я, не сдержавшись.
Влад смерил меня взглядом с ног до головы.
– Одну в лес не отпущу, только с волками. Прекрасный случай… подвернулся, не находишь?
Эх, где моя метла, как бы сейчас пригодилась!
– Ты… ты…
– Вожак, – раздалось из толпы. – А можно и мы пойдем? Почему все самое интересное провинившимся?
Я посмотрела, как изменилось лицо Влада, став угрюмым, и ехидно улыбнулась.
– А я думал кто-то на ярмарку завтра с волками рвался, – хмыкнул он.
– А что, нас возьмут? – Глаза у остальных парней загорелись.
– А можно?
– Ух ты!
– Можно! – Влад махнул рукой.
– У нас самый лучший вожак! – загалдели счастливчики.
– А нам зато ведьма досталась! – возмутились наказанные, пихаясь локтями.
Влад как-то не очень добро покосился на них, тихо вздохнул. И я подумала, что ему, наверное, совсем непросто управляться со своей стаей. Он ведь ненамного старше меня, а уже вожак и несет такую непомерную ответственность за всех них, этих шумных и непоседливых волков, наделенных небывалой силой.
– Остальное жди завтра к вечеру, – сказал Влад, аккуратно сворачивая списки и убирая в карман.
Немного странно посмотрел на меня и неожиданно уточнил:
– Тебе лично что-то нужно, Фиона? Одежду там, ленты для волос…
Я растерянно уставилась на него. Впервые мне предлагал что-то купить мужчина. И не просто кто-то, а Влад!
– Нет, – выдохнула я. – Спасибо за заботу.
Он бросил на меня еще один непонятный взгляд, от которого внутри все перевернулось, а после кивнул и пошел к костру.
– Там ужин готов уже? – раздался его голос. – Мы жутко голодные!
– Готов, вожак, – ответила Василина. – Подходите к костру, сейчас будем раскладывать.
Наблюдая, как шумно волки разбирают посуду и становятся в очередь, все еще споря, у кого завтра день будет лучше, я тоже поднялась. Подошла к корзине с чистой посудой, подхватила тарелку и ложку, выпрямилась и уткнулась взглядом в Влада. Он стоял рядом, с тарелкой, полной ароматной дымящейся похлебки.
– Держи, – протянул он мне еду.
– С чего вдруг такая вежливость? – поразилась я, аккуратно ставя свою пустую посуду обратно и забирая у него тарелку.
– Если я один раз забрался к тебе в дом и случайно произошел пожар, это вовсе не значит, что я неотесанный варвар! – хмыкнул он.
– О нет, ты не неотесанный варвар! Ты самый невыносимый и наглый волк, которого я знаю, – выдохнула я.
– Ешь иди, пока не остыло, – хмыкнул он, напрочь игнорируя мои слова.
И, развернувшись, наклонился к корзине за чистой посудой. Я залюбовалась в который раз его сильной могучей спиной, плавными движениями, тем, как он поворачивает голову, но тут же, чертыхнувшись про себя, решительно пошла под навес.
Подальше от этого невозможного оборотня. Его янтарных глаз. И своих чувств, которые становились все только сильнее.
Я лежал в шатре и не мог уснуть. Всего лишь тонкая ткань отделяла меня от нее и пара шагов. Не расстояние, а сущая мелочь. Всего лишь… Нет. На самом деле не только это. Наши стычки, колкости, ее характер…
И все же… вопреки этому пониманию, я сейчас слушал каждое ее движение. Вот Фиона ворочается на новом месте, наверняка пытаясь устроиться поудобнее, взбивает подушку, укрывается одеялом… Тихий вздох…
Почему ей не спится?
Я прикрыл глаза, вдохнул, прислушиваясь к ее дыханию, немного сбивчивому и тревожному. Пока еще не успокоилась, наверняка переживает события прошедшего непростого дня. А я вот и думать толком не могу.
Меня по-прежнему порой до темноты в глазах дурманит ее запах, и с этим я ничего не могу поделать. Даже начал как-то уже привыкать. Еще бы волчья сущность успокоилась. Нет же! Все внутри буквально требует, чтобы я пошел к этой ведьме прямо сейчас и немедленно. Лег рядом, укрыл своим телом, защитил от всего мира.
А ведь волчьей сущности сегодня я и так дал немало воли, когда перенес Фиону через завал, и как самое драгоценное сокровище, пока она сидела на мне, вцепившись в шерсть, позволил облизнуть ее. Дай возможность, и зверь бы вылизал эту ведьму от макушки до пяток, оставляя свои метки. И ничего, что такое позволительно только с одной-единственной женщиной, своей парой. Даже боюсь представить, что со мной будет, когда ведьма выполнит часть своей сделки и вернется в Лесную Благодать. Внутри вдруг обдало таким страхом, что захотелось взвыть.
Я, похоже, тоже хорош.
Порой просто забываю контролировать свои эмоции. Но как их сдерживать, если она такая… Вредная, упрямая, так и сверкает глазами, словно бросая мне вызов. И ведь знаю, что нет, Фиона так просто защищается, я ведь чувствую ее эмоции, а все равно попадаюсь, ведусь на эту игру и начинаю спорить и что-то доказывать. И каждый раз, каждый, проклятый раз, так и хочу впиться в ее губы.
Что с этим делать? Как устоять?
Устоять… Как же! Вспомнить хотя бы сегодняшнюю драку. Волки бы сами разняли молодняк, не в первый раз такое случается, умеют справляться. Но когда я ощутил страх Фионы, такой острый и поглощающий, то инстинкт защищать ее выжег все разумные мысли. Следом пришел еще один – заботиться о ней. Желание протянуть ей тарелку с едой, а еще лучше – накормить с ложки, было непреодолимо.
Похоже, я схожу с ума.
Она вдохнула громче, чем раньше, и позвоночник полоснуло огнем. Я закрыл глаза, утихомиривая волчьи инстинкты, начал делать ровные вдохи и считать их. Сбился на четвертом, начал сначала, снова сбился… Бездна знает, сколько времени я потратил, чтобы справиться.
И ведь даже не обернуться, потому что легче не станет, все обострится в разы. Наказание, а не ведьма! Слишком шумно дышит, слишком часто бьется ее сердце, слишком вкусно пахнет… И вся она слишком! Уже давно спит, а я тут… мучайся!
Какое-то время я все еще к ней прислушивался, а после все же, к счастью, сон сморил меня.
Заснула я в этот раз с трудом. Сначала ворочалась, устраиваясь на новом месте. Соломенный тюфяк приятно пах травами, одеяло было неожиданно теплым и мягким, но все чужое, непривычное. А после, когда привыкла, пыталась угомонить отчаянно колотящееся сердце при мысли, что Влад находится совсем рядом, всего в нескольких шагах. Понять бы еще, почему я так реагирую на этого мужчину.
Он же мне совсем не нравится! Упрямый, язвительный, любящий командовать. Тот еще тип! Ворвался в мою жизнь ураганом, перевернул все с ног на голову и ведет себя, как ни в чем не бывало!
Только почему же сейчас вспоминается совсем другое? Как его руки лежали на моей талии, когда мы оказались у чащи. Тяжелые, горячие, готовые в любой момент защитить. Как он ни разу не отмахнулся даже от малейшей просьбы волков, если требовалась его помощь – шел, решал, делал. Как проявлял простую, но такую необходимую мне заботу – дал одежду, принес тарелку с кашей, велел поставить для меня отдельный шатер, укрытый за деревьями, немного вдали от любопытной стаи.
Может, я зря все надумываю? И это всего лишь забота вожака о ведьме, с которой заключил сделку? А я так реагирую, потому что не до конца пришла в себя после всего случившегося, растеряна и выбита из колеи. Ну не мог же, просто не мог этот невыносимый волк за какие-то пару суток пролезть ко мне в душу.
Я закрыла глаза, убеждая себя выкинуть все эти мысли и поспать, но они, противоречивые и горячие, долго не отпускали, прежде чем я забылась, наконец, тревожным сном.
* * *
Проснулась рано, еще перед рассветом, по старой привычке. Потянулась, зевнула и, подхватив полотенце и мыло, решила сходить к реке умыться, пока все спят. Хотя бы этим утром обойдусь без приключений.
Я откинула ткань шатра, сделала шаг и… споткнулась о лежащего у моих ног огромного волка. Взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, но было поздно. Я полетела вниз и рухнула прямо на него. Зверь, до этого мирно дремавший, подскочил, и я соскользнула с него на землю, болезненно приложившись боком.
– Чтоб тебя! – выдохнула я, пытаясь отползти, и замерла.
На меня растерянно смотрел заспанный и полуголый Влад. Глаза теплые, светлые, будто солнце, пробившееся сквозь тучи, смотрели в упор, но в них не было ни злости, ни раздражения, только удивление и что-то еще, от чего внутри все переворачивалось. Волосы после сна спутались, падали на лоб. На щеке алел румянец, непривычный и какой-то нежный для этого сурового мужчины. Широкая и мощная грудь была не прикрыта и клочком ткани, и только штаны, низко сидящие на бедрах, создавали видимость приличия.
Жар накрыл от макушки до пяток, и я даже порадовалась, что не стою на ногах, потому что колени бы точно подкосились. Полуголый босой Влад утром – это зрелище не для моих несчастных нервов.
– Ты что, больше другого места не нашел спать, кроме как возле входа в мой шатер? – прошипела я, сдувая с лица прядку волос.
Влад моргнул, оглянулся и уставился на меня так, будто сам не понял, как тут оказался. Я потерла ушибленный бок, снова тихо ругнулась.
– Ты ушиблась? – хрипло спросил он, и в голосе прорезалась тревога.
В следующее мгновение он наклонился, подхватил меня и легко поставил на ноги. Сильные руки сомкнулись на моей талии.
– Я головой, похоже, ушиблась, когда согласилась ввязаться в сделку с тобой!
– Ну знаешь…
– Ты что вообще делал возле моего шатра? – рыкнула я, наступая на него и практически сразу упираясь носом в его плечо.
Плохая идея. Очень плохая идея. Я даже запах этого мужчины сейчас чувствую – немного терпкий, лесной, и ощущаю жар, исходящий от его тела. Но отступать уже поздно.
– Что, следишь за мной даже ночью? – выпалила я, пытаясь за злостью скрыть смущение. – Боишься, что вдруг не сдержу слово и сбегу? Нашелся мне сторож!
Влад вдруг по-звериному низко рыкнул, щелкнул зубами перед моим лицом – и в следующее мгновение приподнял меня так, что я оказалась на уровне его злющих глаз.
– Мне что, заняться, что ли, нечем? – рявкнул так, что из-за деревьев вдруг высунулось несколько проснувшихся и любопытных волков, но тут же скрылись обратно, оставляя меня на растерзание своему вожаку. Предатели!
– Отпусти! – пискнула я, ощущая себя в этих мужских руках какой-то маленькой и невесомой.
– И ты опять об меня споткнешься и наступишь на хвост! – вспыхнул он.
– А нечего свои конечности класть, куда не попадя! – возмутилась я, пытаясь вырваться. – Еще бы внутрь моего шатра попробовал пробраться. Я бы тогда тебе устроила и не такое!
– У тебя нет метлы, чтобы меня гонять.
Я аж задохнулась от возмущения.
– Тоже мне аргумент, знаешь ли! – рявкнула я, взмахивая руками. – Для такого случая заведу!
Под пальцами вспыхнули яркие искры. Ой-ой-ой… Что сейчас будет!
Воздух вокруг загустел, зазвенел… В нем вдруг вспыхнули самые настоящие молнии и заметались между деревьев, но, к счастью, быстро погасли. Только рано я радовалась. Тотчас поднялся ветер, закружил, сметая с сосен сухие ветки, подхватывая их, сплетая… в метлу! Она сотворилась прямо в воздухе и угрожающе двинулась ко мне, замершей в руках невозмутимого Влада.
– Что за… – Влад увернулся в последний момент, и метла пролетела мимо нас.
Вместе со мной ненормальным прыжком он оказался под деревом, прижимаясь спиной к стволу и смотря на кружащую неподалеку метлу.
– Так, ведьма, утихомиривай свой инвентарь! Немедленно! – рыкнул он, плавно перетекая в сторону, едва проворная метла оказалась рядом и чуть не зацепила меня веткой.
– Не умею, – выкрикнула я, вцепляясь во Влада еще крепче.
Он ругнулся, злюще сверкнул на меня янтарными глазами, обещая всевозможные на свете кары, и принялся уворачиваться от разбушевавшейся метлы.
– И на сколько у нее заряда хватит? – уточнил через минуту, даже не запыхавшись.
– Не знаю, – обрадовала я. – Ай!
Увернуться в этот раз получилось не очень удачно, и я зацепилась волосами за ветку.
– У, ведьма! – выдохнул Влад, перехватывая меня поудобнее и одновременно уходя от удара.
– Кто виноват, что у тебя нет опыта уворачиваться от этой заразы!
Метла и не думала сбавлять темп, гоняя нас по лесу за шатрами, то и дело задевая сосны и ели, от чего на нас сыпалась колючая хвоя, забиваясь в волосы и под одежду.
– Такими темпами, точно скоро наберусь! – ехидно заметил Влад, перепрыгивая через поваленное дерево.
Я вскрикнула, вцепившись в его шею.
– Действуй давай! – крикнул он.
– Я?
– Ну а кто из нас ведьма? – возмутился он. – Силу сосредоточь, заклинаний прошепчи, руками помаши. От этой метлы твоей даже на дереве же не спрячешься!
– Если б я все перечисленное тобой умела! – возмутилась я.
– Так учись прямо сейчас!
Ну вот как он себе это представляет? Особенно, когда я в его руках то и дело подпрыгиваю и старательно уворачиваюсь от веток. Но выхода нет, придется вот так, прямо на ходу, и осваивать, похоже, ведьминскую магию.
Эх, была не была! Я старательно вскинула руки, сосредоточила в пальцах силу, представила, как она течет по венам, собирается в ладонях и… угодила сгустком в сосну.
Дерево угрожающе затрещало, встряхнуло ветками и обсыпало нас шишками и хвоей. Я в ужасе вжалась во Влада, который, несмотря на всю свою злость, старательно продолжал прикрывать меня собой.
В этот момент метла подобралась совсем близко. И я вдруг подумала, а что если действовать иначе? Извернулась в руках Влада и ухватилась за древко.
Метла на секунду замерла, а после резко дернулась вверх и буквально окутала нас своей магией. Золотистые искры заплясали, впитываясь в наши тела, подхватывая и поднимая… И мы взлетели.
– А-а-а-а! – заорала я, вцепляясь в эту поганку так, что пальцы побелели.
Влад ругался на чем свет стоит. Мне даже записать захотелось, пригодится на будущее. Одной рукой он крепко обхватил метлу, второй по-прежнему держал меня, прижимая к себе.
Ветер свистел в ушах, земля уходила вниз, деревья мелькали далеко-далеко… Метла вдруг остановилась. Я, набравшись храбрости, оглянулась и так и обмерла от страха. Мы висели прямо над макушкой высоченной сосны.
– Давай на нее переберемся и слезем… как-нибудь, – просипела я и еще крепче обняла Влада за шею от ужаса.
– Задушить меня решила? – выдохнул он. – Раз уж иначе прикончить не получится, – и неожиданно куснул меня за ухо.
– Ты что творишь? – вспыхнула я, уставившись на него.
– Возвращаю тебе чувство реальности! – рявкнул он. – Нас ни одна макушка дерева не выдержит. Лучше попробуй магию по древку пустить и направить метлу вниз, а уж спустимся… я эту заразу лично на прутики пущу и в костер побросаю, – угрожающе пообещал Влад.
Хорошо хоть не меня.
Но попробовать мне было не суждено. В следующее мгновение метла, словно осознав, что ей грозит, со всей скоростью, на которую была способна, рванула вперед и начала снижаться.
– Ы-ы-ы-ы-ы… – выла я на одной ноте, зажмурившись и вцепившись в Влада мертвой хваткой.
Мы расшибемся! Мы сейчас умрем. Мы…
Бултых!
Метла рухнула в реку, и мы ушли под воду с головой. Холод обжег кожу, но испугаться еще больше я не успела. Влад рывком вытащил меня на поверхность, и я закашлялась, хватая ртом воздух.
– Учти, что топить меня нельзя, я вам очень нужна, – заявила, стуча зубами.
– Смотрю, ты прямо мои мысли научилась читать, – фыркнул он.
Затем оглянулся, покосился на волков, собирающихся на берегу, на утратившую магический заряд плывущую вниз по течению метлу и молча, даже не спрашивая, подхватив меня, поплыл к берегу.
Волки окружили нас, едва мы выбрались на берег. Загомонили, зашумели, расспрашивая. Кто-то осторожно попытался отодрать меня от Влада, но я и не подумала от него отцепиться. Не отдам. Он такой большой, сильный, горячий… А то, что малость нервный и порыкивает, – это ничего страшного. Это я сейчас переживу.
Влад, не обращая внимания на многочисленные вопросы и восклицания оборотней, на их жадные любопытные взгляды, так и поднялся со мной на руках и пошел по тропе наверх. Мы упали удачно, почти рядом с мостками.
Я ощущала каждое его движение. Как напрягаются мышцы, перекатываются под моими ладонями, как немного сбивчивое дыхание согревает мою макушку, как сильно бьется сердце под моей щекой. И страх после случившегося уходил. Оставался только жар мужского тела, согревающий, наполняющий теплом, не дающий спокойно мыслить.
Неожиданно Влад поставил меня на ноги.
Оказывается, мы уже пришли к моему шатру. Взгляд зацепился за неподалеку валяющиеся полотенце и мыло, которые я выронила в начале этого безумного утра. Вот сходила умыться, что тут скажешь. Второй раз – и такой запоминающийся, и все время с этим волком.
– Больше спать под ногами не буду, – заявил он. – Аргументировала свою претензию ты просто незабываемо, ведьма.
Я вспыхнула, реагируя на ехидство в его голосе, но тут же виновато прикусила губу. Я, конечно, не специально устроила это утро с метлой, но ведь должна… должна была помнить про свою силу и держать эмоции под контролем! А что вместо этого? Последний разум потеряла и такое натворила!
– Влад, прости. Я подвергла наши жизни опасности! – выдохнула, готовая к чему угодно – и что разорвет сделку, и прогонит, или, если оставит, накажет…
Влад вдруг коснулся пальцами моей щеки, погладил медленно, словно утешал. Кожа горела под его прикосновением, сердце пропустило не один удар.
– У тебя ссадина, – заметил спокойно. – И шишка в волосах, – тут же вытащил он ее. – И иголок столько… все утро развлекаться будешь, вытаскивая.
– Влад, да при чем тут это! – я почувствовала, как к горлу подступают слезы.
Случись подобное, когда я находилась бы среди людей, и меня бы сразу же на костер отправили, невзирая ни на какие обстоятельства.
Он ничего не сказал, только смотрел на меня пронзительным и каким-то все понимающим взглядом.
– Я… я постараюсь, чтобы подобного не повторилось. Все силы приложу! – пообещала, переживая так, что даже руки начали подрагивать.
– Я знаю, – ответил коротко, не сводя с меня взгляда. – Да и к еще одному такому полету, я пока что не готов.
Я зашипела и ткнула пальцем в его плечо.
– Мне иногда тебя прибить хочется, ненормальный волк!
– Мечтать невредно, ведьма!
– Ты… ты…
– Иди лучше переодевайся, – усмехнулся он. – Продрогла совсем. И поторопись, иначе не успеешь позавтракать перед отправкой в лес.
Он обернулся в сторону деревьев и спокойно сказал:
– Целительскую мазь принесите.
Я моргнула.
Кому это он? Ни одного же волка поблизости нет, а так далеко… не услышат. Наши шатры ведь в отдалении от лагеря. Но когда из-за ствола сосны показался один из пареньков, Нарум, кажется, а из-за соседнего дерева – его товарищ Рамий, я даже невольно восхитилась. Это надо же так незаметно пробраться за нами.
– Кто не отправится сейчас к костру, – заявил Влад, немного усмехаясь, – лишится завтрака. Ждать никого не станем.
И тут из-за деревьев стали показываться остальные волки. Они даже не особо делали виноватый вид, несмотря на то, что вожак застал их за подслушиванием и подглядыванием, лишь с жадным любопытством, того и гляди слопают с потрохами, смотрели на нас.
Волки нехотя разошлись, а я недобро покосилась им вслед. Интересно, можно ли переключить их внимание на что-то другое?
– Что задумала? – поинтересовался Влад, скрестив руки на груди.
– С чего ты решил, что я что-то задумала? – поинтересовалась невинно.
– А то я не знаю этот твой коварный взгляд, – фыркнул Влад.
– Вот сам бы взял их и отвлек чем-то! Тоже мне, нашли развлечение в моем лице!
– Еще бы после такого феерического полета на метле и купания в реке.
Он приподнял брови, с усмешкой смотря на меня.
– Тебе-то хорошо, – продолжила я. – Рыкнул – и они притихли, слушаясь вожака, а мне весь день расспросов не избежать! Замучают, сам будешь виноват!
Влад неожиданно тихо рассмеялся. Его глаза в этот момент вспыхнули тем самым теплым и непривычным светом, что я даже весь запал препираться растеряла.
– Время поджимает, давай поторопись! – он буквально подтолкнул меня к шатру.
Сам же, встряхнул мокрыми волосами, направился к себе, все еще посмеиваясь.
– Вот же… волк! – выдохнула беззлобно, начиная стягивать с себя мокрую одежду.
И как меня угораздило с ним связаться? Я так и не нахожу ответа на этот вопрос, в который раз его себя не задавая.
День клонился к вечеру, и я еще раз, желая убедиться, что ничего не забыл, заглянул в список Фионы. Снова не удержался и хмыкнул. Насколько же она дотошная! Не только написала аккуратным четким почерком из чего должны быть сделаны необходимые ведьмовские инструменты и как должны выглядеть ингредиенты для зелий, но и примерную стоимость. Это сэкономило мне не только время на поиски нужного, но и приличное количество монет. Похоже, прав был Дамир, когда рассуждал о ее качествах. Деловая хватка, здравомыслие, умение просчитать наперед – это вполне может пригодиться стае.
Сверившись со списком в последний раз, я поудобнее перехватил два приличных по весу мешка, каждый в половину моего роста, и направился к окраине поселения.
Волки, полагаю, уже собрались в условленном месте, купив все необходимое. Я весь день занимался списком Фионы, впервые целиком и полностью доверив закупки оборотням, но волновался больше не из-за этого, а как молодежь провела день. Вылазки к людям – это всегда для нас, оборотней, риск.
Волков, способных сдерживать свою звериную суть, мы брали небольшими группами, показывая все необходимое на практике. Что толку от простых рассказов? Пока не столкнешься с людьми, не побудешь среди них, осторожничая и притворяясь человеком, так до конца и не разберешься, как это… быть среди чужих.
У выхода из поселения я столкнулся с Дамиром, Летицием и Фаем. Эти бывалые волки сегодня возглавляли закупки и присматривали за молодыми оборотнями. Я бросил взгляд на остальных. Они шумно переговаривались между собой, явно делясь впечатлениями, при этом старательно не забывали делать вид, что страдают от тяжести мешков. Их волки могли нести с десяток, играючи, столько в нас силы.
– Так понимаю, у вас все хорошо? – на всякий случай уточнил я у Дамира, отмечая за его плечами мешок с побрякивающим оружием.
Волчьи когти и клыки – это хорошо для охоты, но если разбойники нападут, выдавать себя нельзя, вполне можно и мечами с ножами управиться.
– Лучше не бывает. Они сегодня всю стаю на уши своими впечатлениями поднимут, – по-доброму хмыкнул Дамир.
Фай и Летиций весело фыркнули, поудобнее перехватывая свою добычу.
– Ну, хоть Фиона от внимания оборотней отдохнет, – заметил я.
– Неужели боишься, что наша ведьма сбежит? – улыбнулся Дамир.
От этого слова «наша» внутри все взвилось, так и захотелось зарычать, заявляя свои права.
Не «наша» она. Моя.
Так, по крайней мере, считал волк, и внутреннему зверю не объяснишь, насколько все сложно. Им инстинкты движут.
– Это не в ее характере, – добавил Дамир, лукаво посматривая на меня.
Я ничего не ответил. Фиона и так у меня из мыслей не входит весь день. То и дело внутри все вспыхивает от небывалой тоски, и хочется рвануть к ней через весь лес, убедиться, что все в порядке. Если бы не видел, как она воюет со своей только недавно проснувшейся магией, подумал бы – меня околдовала. Двое суток в стае – и вся жизнь с ног на голову.
Я сжал кулаки, пытаясь сдержать нахлынувшие эмоции, и обрадовался, когда оборотни окружили меня. Молодняк с горящими от эмоций глазами благодарил за возможность такого приключения, как вылазка к людям. Я только улыбнулся в ответ, махнув рукой в сторону дороги.
– Не веришь, что и ты таким был еще недавно? – спросил Дамир, когда мы направились к лесу.
Фай, Летиций и остальные пошли вперед, а мы немного отстали.
– И не говори, – Я покачал головой. – Пусть наслаждаются. Вскоре и на них больше ответственности ляжет, а уж как пару встретят…
– Ты насчет своей не передумал? – тихо спросил Дамир.
– Нет, – отрезал я.
Дамир вздохнул. Я знал, что он переживает за меня. Всегда переживал, сколько себя помню.
– Не начинай, пожалуйста, снова, – Я провел рукой по лицу, стирая напряжение. – От этой занозы и так не избавиться, волк все время требует признания пары, наплевав на мое мнение, за глаза хватит. Додумался сегодня обернуться во сне и улечься у ее шатра. Представляешь?
Дамир споткнулся. Вытаращился на меня так, будто я сообщил, что луна упала с неба.
– Да-да, именно своей волчьей натуре я обязан за такое чудесное во всех отношениях утро, – усмехнулся я. – И на метле полетал, и в реке искупался.
Он не выдержал и тихонько рассмеялся.
– Встряхнула Фиона стаю знатно этим полетом с тобой. Но после того проклятья, нам не помешает немного… веселья. Ты так не считаешь, вожак?
– Да при чем тут это, – немного раздраженно отмахнулся я.
– То есть ты сердишься, что Фиона с магией не справилась? – удивился Дамир.
– Нет, конечно, – пожал я плечами. – Мне Дана Волкова много чего интересного и полезного про ведьм рассказала. Переживу я, что метла меня по поляне гоняла…
– А чего не переживешь? – серьезно спросил Дамир.
Я замер, сглотнул.
– Ее страха, – выдохнул тихо. – Меня им во время полета порой до темноты в глазах накрывало. А после, когда она искренне переживала, что выпустила магию… я думал, дышать разучусь, так сдавливало грудь. Не поверишь, я таких эмоций еще никогда не испытывал… чтобы настолько за кого-то… бояться.
– И теперь готов сделать все возможное, чтобы этого не повторилось, – спокойно заметил Дамир, выслушав меня.
Я бросил на него тяжелый взгляд.
– Истинная пара, что ты хотел, – пожал он плечами, как само собой разумеющееся.
Но вот незадача. Парой ее считала волчья натура, а расплачивался я.
– Влад, а ты не думаешь все же… дать шанс вашим отношениям? – осторожно спросил Дамир.
– С ней? – я аж взвился. – С этой сумасшедшей, упрямой, постоянно спорящей со мной ведьмой?
Дамир вдруг рассмеялся, будто я сказал что-то невероятно смешное.
– Вот даже интересно, сколько ты еще так продержишься…
– Пока наш дом не верну, – уверенно рыкнул я.
– И Фиона интересно сколько… – задумчиво протянул он.
– В смысле? – насторожился я. – Ты о чем? Не считаешь же ты, что она…
– Глаз с тебя не сводит. – Дамир посмотрел на меня с хитрой усмешкой. – Сам видел, когда ты сегодня проверял запасы перед походом в город и распределял обязанности. И вся стая видела. Можешь любого спросить.
От этого заявления я даже растерялся.
– Неужели не чувствуешь ее эмоций? – поинтересовался Дамир.
Я не нашелся, что ответить, только тихо вздохнул. Кто бы знал, какая буря у меня последнее время внутри! Никакой передышки не получить, даже если нас разделяет расстояние, как сегодня. И где уж тут разобрать, где чьи чувства… Ощущал я только самые яркие, те, что мне совсем не свойственны – ее страх, неуверенность, сомнения…
Мы вышли на укромную поляну, где нас ждали остальные. Молодые оборотни уже обернулись, и Летиций и Фай крепили на них поклажу. Я привычно перевязал мешки, устраивая их на спине, прежде чем позволить обороту захватить себя.
Через несколько минут мы бесшумно передвигались через лес, то и дело прислушиваясь и принюхиваясь. Ушли мы далеко, прежде чем обернулись волками, но мало ли куда могли забрести случайные путники, с которыми сталкиваться мы не собирались.
Вскоре лес стал гуще, и опасность встретить человека почти исчезла. Лапы бежали по мягкому мху, нос ловил яркие ароматы хвои, грибов, нагретой за день земли. Это дарило какую-то невероятную свободу. И я спешил. Спешил вернуться в свою стаю. И к своей ведьме.
Влад с остальными волками, нагруженными огромными и явно тяжелыми мешками, появился, когда наступил вечер. Я сидела под навесом, пила травяной отвар и смотрела, как лучи золотят верхушки деревьев, но среди пятнадцати так похожих друг на друга оборотней безошибочно узнала его.
Он обернулся человеком, тотчас нашел глазами меня, проверяя взглядом, все ли в порядке, а после перевел его на целый стог травы, выросший посреди поляны.
– Это что? – осторожно поинтересовался он, оказываясь передо мной.
– Тоже смотрю впечатлился, – хмыкнула я.
Влад удивленно приподнял брови, внимательно оглядел поляну, принюхиваясь и словно чего-то ожидая.
– Так… – протянул он, явно начиная подозревать что-то нехорошее. – Никакой живности, которой требуется столько травы, за мое отсутствие в стае не появилось. Ни коз, ни коров… – Он посмотрел на меня с недоумением, похоже, ожидая пояснений. – Зачем нам сено-то?
– О, это результат волчьего энтузиазма, – сквозь смех выдохнула я.
Влад моргнул, уставился на меня, так и не осознав.
– Понятия не имею, что ты сказал наказанным волкам, отправляя их со мной, но к делу они подошли… ну очень ответственно.
– Так это… – Влад снова обвел взглядом стог, доходящий ему почти до плеч, – травы для зелий?
– Да. Судя по количеству, лет на пять хватит. Впрочем, если учесть, как редко вам требуются основные зелья… – я ехидно сощурилась, – наверное, до старости.
Влад оглянулся, заметил, что весело переглядывающиеся волчицы и подростки подошли к стогу травы и принялись вязать очередную партию пучков и складывать в корзины, прежде чем развесить их сушиться. Не знаю, чтобы я делала, не предложи они помощь. Наверное, всю ночь бы разбирала сама.
– Может, зелий наваришь и продадим их? – неожиданно предложил Влад. – Что добру-то пропадать? У тебя наверняка есть, кому их предложить.
– Есть, – не стала я отрицать очевидного. – Только ты забыл, что моя сила пока нестабильна, и эффект даже у обычных зелий может оказаться… не совсем ожидаемым. Пока что просто высушу, сложу в мешки, а там уж… видно будет. И учти, что выручка тогда пополам. По рукам? – уточнила я.
– Договорились.
Я отставила пустую кружку, поднялась и поморщилась. Ноги после сегодняшней прогулки гудели от усталости.
– Что такое? – удивился Влад.
– В следующий раз кому-то стоит учитывать, что я не волк, – фыркнула, не удержавшись.
Он непонимающе моргнул.
– Такое расстояние для меня чересчур, – пояснила я, тыча пальцем в его каменное плечо. – Умотали меня твои волки! Нет, чтобы довезти…
Влад вдруг напрягся так, что я кожей почувствовала его вспыхнувшую силу, а уж как сверкнул глазами… спалить таким взглядом можно.
– Они предлагали забраться на них? – спросил он, чуть ли не рыча, но угрожающе тихо.
– Да как же! – возмутилась я. – И мои намеки игнорировали! Так что ты как хочешь, вожак, а в следующий раз, если отправишь меня на эти ваши дальние луга, повезешь на своей спине! Я все ноги до мозолей стерла!
Влад замер, брови у него как-то недоверчиво приподнялись от искреннего удивления.
– Я сейчас не ослышался? Ты желаешь, чтобы я тебя на себе возил? – уточнил он, напрочь игнорируя остальные мои жалобы.
Скрестил руки на груди, уставился на меня смеющимся, ехидным взглядом.
– А я-то думал, одна ведьма испугалась и больше ни за что на волка не заберется.
Так бы и придушила этого гада! Впрочем, мстить я могу и иначе.
– Ну, раз не хочешь, – я коварно сощурилась. – Завтра же начну осваивать метлу!
Я, решительно подхватив сверток с чистой одеждой, мылом и полотенцем, поднялась и направилась к реке.
– Можешь пользоваться моей заводью, – неожиданно раздался голос Влада, и я замерла.
– Это извинения за энтузиазм волков? – хмыкнула я, даже не думая отказываться.
Такое счастье – хоть где-то оказаться в уединении, подальше от всех этих пронизывающих меня взглядов.
Влад промолчал.
– Они, на самом деле, молодцы, – добавила осторожно, оборачиваясь и встречая его взгляд. – Даже редкие корешки мне нашли. Но твоим предложением я все равно воспользуюсь.
Я весело хмыкнула и похромала к реке.
Плескалась я почти час. Промывала волосы, с наслаждением плавала в прогретой за день воде, чувствуя, как уходит усталость.
Выбравшись на берег и одевшись, я устроилась на теплом валуне, глядя на наполовину скрытое за горизонтом солнце. Затем порылась в своих вещах, с досадой вспоминая, что так и не попросила у Василины гребень. Снова придется пальцами волосы расчесывать.
– Держи, – раздался голос Влада за спиной, и я чуть не подскочила.
– Прекрати так подкрадываться! – возмутилась, оборачиваясь и тут же цепляясь взглядом за костяной гребень в его руке. – Это мне?
– Глупый вопрос, не находишь?
Я фыркнула, но неожиданный подарок стащила. Провела пальцами по гладкой поверхности, рассматривая узор из волчьих лап. Красивый какой!
– Это тоже тебе, – вытащил он из кармана алую ленту, расшитую мелкими бусинками.
Сердце пропустило удар. Если первый подарок явно был сделан оборотнями, то второй – куплен в людском поселении. Даже у меня в Лесной Благодати девушки зимними вечерами такие ленты делали.
– Решил подкупить меня подарками? – спросила я, на самом деле испытывая растерянность.
Мне впервые дарил что-то мужчина, который не являлся родственником.
– А просто сказать «спасибо» ты не можешь, ведьма?
– Фиона, – рыкнула я. – Сколько можно забывать мое имя? Или мне тебя тоже называть волком?
– Попробуй, если не боишься огрести последствий, – провокационно смотря на меня, заявил Влад.
Вот же самоуверенный тип!
– На огрызок ткани, которым ты волосы подвязываешь, смотреть страшно, – добавил невозмутимо, и мне в который раз захотелось его чем-нибудь огреть.
Когда-нибудь, чую, этот мужчина меня доведет… до чего-то нехорошего.
Я возмущенно запыхтела, открыла рот, чтобы поругаться, но Влад как-то ловко извернулся, вытащил из своей сумки крендель, присыпанный сахарной пудрой, и протянул мне.
– Ешь, пока до ужина не добралась, – сказал он, и его глаза в этот момент светились таким теплом, что я совсем перестала понимать происходящее.
Молча откусила ароматный крендель, зажмурилась от удовольствия и… потеряла бдительность, чем и воспользовался один наглый волк, развернув меня и переложив мои ноги к себе на колени.
– Ты что делаешь? – чуть не подавилась я.
– Ты же сама на мозоли жаловалась, – невозмутимо ответил он, доставая из сумки знакомую баночку с мазью. – Вот и займусь ими. Ты не отвлекайся давай от лакомства. Зря я его из поселка для тебя нес, что ли?
Я растерянно откусила еще кусочек.
Как все это понимать? Что он задумал? Зачем…
Его сильные пальцы коснулись моих ног, погладили, вызывая жар и напрочь выбивая все мысли. Я даже не сразу поняла, что Влад втирает в мою кожу целебную мазь, отдающую знакомыми травами. И еще удивительнее было ощущать его осторожность, даже какую-то незнакомую нежность от каждого прикосновения. Эти руки привыкли держать оружие, а не заниматься тем, чтобы массировать мои ступни, разминать уставшие мышцы и лечить мои мозоли.
С моим сердцем в этот момент творилось что-то запредельное, а тело безвольно подчинилось поглаживаниям и расслабилось. Я даже не знала, что делать, потому что ни единой здравой мысли не осталось – только ощущения. Эта близость с Владом была какой-то ненормальной, манящей, сладкой. От нее такой то щемило сердце, то вспыхивали искры на коже.
– Подожди, пока впитается, не уходи раньше, – хрипло сказал Влад, закрывая банку с целебной мазью и убирая ее в сумку.
Он поднялся, разулся, скинул рубашку и штаны, явно собираясь искупаться. Я так и смотрела на него, не дыша, не в состоянии отвести глаз. Сильный, мощный, с широкими плечами и этим обжигающим сейчас темным взглядом, он был прекрасен.
Влад быстрым шагом направился к воде, с разбегу бросился в нее, наверняка уже остывшую и холодную, и только тогда я вышла из оцепенения.
Вдохнула, перевела взгляд на крендель в своей руке, молча доела его, пытаясь собрать в кучу все мысли. Но как это сделать, если передо мной в воде находится Влад? И видела даже отсюда, как по его телу стекают капли, слышала, как он диковато отфыркивается, встряхивая мокрыми волосами, ловила его так и не отпускающий меня взгляд.
В лучах почти утонувшего за горизонтом солнца, этот сильный и красивый мужчина казался бесподобным.
Осознав, что я все это подумала о самом несносном волке на свете, ругнулась про себя. Придумается же такое! Словно околдовали! Но я ведь знала, что оборотни не обладают магией. И что тогда со мной происходит?
Влад выбрался на берег, спокойно вытерся полотенцем и быстро оделся. Я, старательно не смотря в его сторону, заплела влажные волосы в косу и завязала подаренную ленту. Когда я обувалась, подхватил и свои вещи, и мои и протянул мне руку.
– Ты в сумерках хуже видишь, еще нос расквасишь, – заявил невозмутимо, и мне захотелось его стукнуть.
В последнее время это желание стало практически непреодолимым, так меня порой раздражал этот мужчина.
Но он, сверкая глазами, молча ждал, пока я ухвачусь за его могучую ладонь. Подвел к тропе, тонувшей в полутьме, пропустил вперед, слегка придерживая за талию.
– Не вздумай меня лапать, – возмущенно выдохнула я и… тотчас споткнулась о корень дерева.
Влад молча поймал меня, закинул на плечо.
– Эй!
– Так будет проще, а то еще до лагеря спокойно и вовсе не доберешься.
– Это ты переживаешь, что некому вам зелья будет завтра варить? – вспыхнула я, даже не пытаясь сползти с такого удобного широкого плеча.
– Разумеется, – фыркнул он.
– И еще меня обвинял в поиске выгоды!
– У одной ведьмы и учусь!
Так, пререкаясь, мы и добрались до лагеря.
Влад опустил меня на ноги, бросил вещи под навес и кивнул в сторону костра, где ужинали волки, недавно вернувшиеся вместе с Владом из города. Они старательно делали вид, что ничего особенно не происходит, но в глазах так и светилось веселье, когда я шла к ним, придерживаемая рукой Влада.
– Садись, принесу еду, – спокойно сказал он.
Анита, дежурившая на раздаче, так и замерла с поварешкой в руке, не сводя с нас глаз. Представляю, сколько завтра будет новых сплетен.
Я послушно села на пустующее бревно, решив не привлекать лишнего внимания. И того, что есть, хватает. Молча взяла из рук Влада тарелку с похлебкой и лепешку, поблагодарила под немигающими взглядами оборотней.
– Все по твоему списку сегодня купил, – сказал Влад, через пару минут присаживаясь рядом. – Завтра, пока проверяешь, мы соорудим навес, где сможешь заниматься своими ведьминскими делами.
– Хорошо, – кивнула я и уткнулась в свою тарелку, отгоняя мысли о тепле, которое вспыхивает каждый раз, когда Влад проявляет ко мне заботу.
Но оно все равно никуда так и не делось, согревало изнутри, заставляло биться сердце чаще. И я уже не знала, хорошо это или плохо.
Я смотрела на шумную толпу волков, среди которых находился сейчас и Влад. Он привычно распределял дела и обязанности на день для стаи – властный, уверенный, собранный. Солнце золотило его волосы, играло на широких плечах, и я только что вновь поймала себя на том, что смотрю на него дольше, чем следовало бы, и чуть не взвыла не хуже волка.
Что же этот оборотень никак не дает мне покоя? Совершенно же невыносимый тип! И жутко раздражает меня все это утро. С того момента, как я снова обнаружила его на рассвете спящем в волчьем обличии возле своего шатра. Удрал он, впрочем, раньше, чем я успела возмутиться, никак не объяснив случившегося. Видимо, опасался, что еще что-то выкину.
Я, собственно, тоже опасалась, слишком свеж был в памяти вчерашний полет на метле, поэтому выяснять отношения не полезла, решив смириться с неизбежным. В конце концов… пусть спит, раз ему так хочется. Ничего в этом, по сути, особенного, нет. Наверное. Кто вот этих волков знает? Мне же, как ни странно, даже спокойнее под такой защитой-то.
Я сделала глоток взвара, щедро сдобренного ягодами и ароматными лесными травами, снова покосилась на невозмутимого Влада. Я уже успела позавтракать и проверить все приобретенное по моему списку, ждала только его, чтобы вместе отправиться к выбранному месту и заняться тем, для чего я здесь – магией.
– Какая красивая лента! – выдохнула Вероника, присаживаясь рядом на лавку и отвлекая меня от мыслей. – Где такую приобретала? Или сама сшила?
Рядом присели Анита и Ульяна, тоже с интересом рассматривая мое украшение.
Ответить я не успела, потому что все три волчицы принюхались и как-то понимающе переглянулись.
– Наш вожак, значит, подарил, – заметила Вероника с лукавой улыбкой.
– Ничего-то от вас, волков, не утаишь, – фыркнула я, неожиданно смущаясь.
Вроде бы ничего запредельного в таком простом подарке не было, но каждый раз, когда мой взгляд падал на нарядную ленту, я вспоминала ее дарителя.
– Ты привыкнешь, – усмехнулась Ульяна. – Не хочешь, кстати, и сарафан другой подобрать? Там в запасах точно были. Я вчера по распоряжению Василины всю одежду проверяла.
Она сменила тему так внезапно, что я лишь удивленно приподняла брови и оглядела простую льняную рубашку и темно-зеленый сарафан, в которые была одета. Вещи качественные, чистые и аккуратные. В таких и в лес сходить можно, и делами заняться, хоть домашними, хоть ведьминскими.
– А что с моей одеждой не так?
– Да все так, Фиона, – хмыкнула Василина, подходя к нашей компании. – Просто оборотни привыкли к нарядам поярче.
Вот оно что.
– Это я уже заметила, – улыбнулась спокойно.
– А ты такую не любишь? – поинтересовалась Анита, откидывая волосы за спину и оправляя свои любимые алые бусы, которые сверкали, переливаясь на солнце.
– Все не так… просто, – ответила я, подумав. – Куда мне было красивые платья носить? В лес, собираясь за травами? Или помогая бабушке по дому?
– На посиделки с подругами, на ярмарки, на прогулки с парнями, – удивленно ответила Ульяна.
Я только горестно вздохнула.
– Неужели тебя обижали в Лесной Благодати, Фиона? – осторожно спросила Василина.
В ее голосе звучало искреннее участие, на которое нельзя было не откликнуться.
– Нет. Обижать меня местные и не думали, – покачала я головой. – Знали, что бабушка никому подобного с рук не спустит, но и дружбу с внучкой ведьмы не водили. Не было в моей жизни ни игр с соседскими детьми, ни девчачьих посиделок, где обсуждали такие простые вещи, как наряды и парней.
Я постаралась сгладить свой рассказ улыбкой, но вышло, судя по всему, не очень. Девушки сочувственно смотрели в мою сторону. Ульяна нашла мою ладонь и сжала, явно хотела поддержать.
– Ничего, сейчас ты среди нас, – сверкнув хитринкой во взгляде, заметила Вероника. – И я предлагаю… для начала подобрать красивый наряд, а после уж… как возможность появится, и посиделки устроим с пирогами и чаем.
– О, а еще мы тебя научим наши узоры вышивать, если хочешь! – подхватила Ульяна.
В горле внезапно встал комок от этой незнакомой теплоты, когда мне практически предложили дружбу. И все равно им, что я – ведьма, не сторонятся, как люди, не грозят на костре в случае чего сжечь, а наоборот любопытничают и готовы помочь, чем могут. Вчера, вон, травы все развесили сушиться, хотя я об этом и попросить не успела. И говорить им сейчас, что ничего из этого загаданного и желанного не сбудется, было бы преступлением. Расколдую я чащу, верну им дом, а после… вернусь в Лесную Благодать и, либо там останусь, либо с отцом в город уеду.
Только почему же на сердце от этой мысли как-то странно горько и тоскливо? Словно лишаюсь я чего-то важного… Чего-то, что даже назвать не могу. Как так вообще получилось, что среди волков я начала за считанные дни чувствовать себя… своей, частью их стаи, того, что не случилось и за всю жизнь у людей?
– Ты готова? – раздался голос Влада, и я неожиданно вздрогнула.
Это надо же, настолько ушла в свои мысли, что не заметила, как он подошел.
Влад стоял в двух шагах, огромный, с этим своим пронзительным взглядом, немного напряженный. Почему-то окинул взглядом собравшихся волчиц, словно пытаясь понять, о чем мы разговаривали, снова посмотрел на меня.
– Да, конечно, – нашлась я, отставляя кружку.
– Ой, а ты зелья сейчас будешь варить, да? – жадно поинтересовалась Анита.
Я кивнула.
– Может, тебе помощь нужна? – с явным предвкушением спросила Вероника. – А то мы можем…
– Тоже на метле макушки сосен захотели посшибать? – не удержался Влад.
– И долго ты собираешься мне это припоминать? – возмутилась я, упирая руки в боки.
Волчицы запереглядывались, как-то быстренько соскользнули с лавок, лепеча, что у них полно дел, и скрылись из вида. Предательницы!
– Да такое я до конца жизни не забуду, – ехидно заметил Влад.
– Ты…
– Ну что я, ведьма? Сама же просила, чтобы всех любопытных убрал, пока ты магию осваивать будешь, – пожал Влад плечами.
– И другого способа не нашел, что ли? – поразилась я.
– Главное – результат, – хмыкнул он и наклонился, подхватывая два мешка со всем необходимым для моей работы. – Идем.
– А что, волки навес уже создали? – поразилась я, старательно поспевая за Владом к лесу. – Да когда успели-то?
– На рассвете.
– Ну хотя бы ты их ночью не заставил работать, – ехидно выдохнула я. – А то от тебя всего можно ожидать
– Мне показалось, или ты меня только что тираном решила выставить? – фыркнул он, бросая на меня сверкающий взгляд.
– Иногда ты такой и есть, – буркнула я. – Вон, моих первых в жизни подруг распугал.
Влад вдруг остановился. Я налетела на него, вцепилась в плечо, чтобы не упасть. Под пальцами тут же ощутились каменные горячие мышцы, и я одернула руку.
– Не знал, что у людей так плохо с дружбой, – тихо заметил он.
– У людей плохо все в отношении ведьм и их родственников, – пояснила я, стараясь не думать о том, как же близко мы стоим.
Влад ничего не ответил, лишь бросил на меня пронзительный взгляд и снова двинулся в путь.
Через несколько минут мы оказались возле спуска к реке на знакомом месте, которое считалось личной территорией Влада.
Между деревьев возвышался большой навес. Под ним аккуратной горкой лежал хворост и дрова для костра, стояли ведра для воды и высился грубовато склоченный, но очень крепкий стол.
– Подойдет? – спокойно поинтересовался Влад.
– Да. Спасибо, – улыбнулась я, чувствуя, как внутри все зудит от предвкушения.
Влад поставил мешки возле стола.
– Я принесу воды и разожгу костер, если еще какая-то моя помощь требуется, скажи.
Я кивнула и, едва он подхватил ведра, развязала первый мешок. Любовно раскладывая необходимые ингредиенты в определенном удобном порядке, как еще в детстве научила бабушка, я то и дело улыбалась. Как же мне этого не хватало, кто бы знал!
Вернувшийся Влад сверкнул на меня глазами и занялся костром, а я открыла книгу заклинаний и нашла первый из выбранных рецептов.
– У меня дела в стае, – сказал Влад, подходя к столу и мельком заглядывая в книгу. – Буду к вечеру, как договаривались. Если что-то потребуется или пойдет не так… поблизости будут дежурить волки. Позови на помощь, вмиг примчатся. Вопросы?
– Никаких, – ответила я.
– Тогда до вечера.
Влад отошел немного, обернулся волком и скрылся за деревьями. Я смотрела ему вслед, пока в зелени не растворилась его огромная фигура. И только тогда очнулась, осознав, что вновь забыла про все на свете, а у меня дел невпроворот. И начинать я буду с очищающего зелья.
Пальцы коснулись страниц, дыхание выровнялось, и мир сузился до привычного – травы, ингредиенты, котелок на огне… Но где-то внутри все еще не могло успокоиться сердце, и я так и не решила, что с этим делать. Впрочем, сейчас главное – приручить свою силу.
Резкий разворот, уклон, удар… Прием, изученный с самого детства, который никогда не давал осечек, сработал и сейчас. Я выбил меч из рук Дамира, шумно выдохнул и устало вытер мокрый от пота лоб.
Хорошо. Хоть немного отпустило. Бой приглушил этот бесконечный зуд под кожей, это дикое, выматывающее желание – сорваться и бежать к ней. К Фионе. К этой ведьме, у шатра которой я сегодня снова скоротал ночь в волчьем обличие. Злился на себя за это, но ничего не смог поделать. Звериные инстинкты, едва ослабевал контроль, оказывались сильнее.
Я еще раз глубоко вдохнул, окончательно восстанавливая дыхание после тренировки, не поддаваясь на то, чтобы сорваться и помчаться к Фионе прямо сейчас. Держался же я весь день, продержусь и дальше.
Пытаясь справиться с этим своим желанием, я сегодня разгреб большую часть давно откладываемых дел и даже успел проверить навыки молодых оборотней в лесу, чем явно удивил и их наставников, и самих волков.
Дамир, большую часть дня помогавший мне, вопросов не задавал, но временами, похоже, догадываясь, что прячется за моим рвением, одаривал меня тяжелым взглядом.
Вот как сейчас.
– Я к Фионе, – сказал, убирая меч в ножны.
Дамир кивнул, и мы разошлись в разные стороны.
Я шел медленно, глубоко вдыхая запахи леса и прятавшийся в них сладкий аромат Фионы. Сейчас, после дня разлуки, он казался еще ярче, и волк так и рвался к своей паре со всех лап, игнорируя все разумные доводы.
Я бесшумно вынырнул между елей, вышел на поляну, где Фиона, абсолютно ничего не замечая вокруг, шепча что-то себе под нос, добавляла в котел травы и толченный камень. Помешала бирюзовую жидкость, наморщила забавно носик, принюхиваясь, но потом светло улыбнулась. Такая хрупкая, маленькая, завораживающая с одного взгляда.
Смотря на нее такую, увлеченную и порхающую возле огня, дышать ровно стало практически невозможно. По позвоночнику будто прошлась молния, жар растекся по телу, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы не наделать глупостей. Чтобы не подойти, не обнять со спины, не зарыться в ее волосы прямо сейчас.
Я сделал глубокий шумный вдох. Фиона тем временем откинула растрепанную косу за спину, увидела меня и… моргнула.
– А ты чего так рано? – как-то подозрительно посмотрела она на меня, и я чуть не зарычал.
Я тут весь день с ума, можно сказать, схожу от тоски, а эта ведьма не рада меня видеть!
– Солнце уже к горизонту клонится, – возмутился я.
Она обернулась, озадаченно почесала нос, будто только сейчас поняла, сколько на самом деле прошло времени.
– Хм… И правда… вечер, – пролепетала она, и на ее щеках неожиданно вспыхнул румянец. – А я думала еще одно занятное зельице сварить успеть.
Я оглядел с десяток котлов с разными эликсирами, скрестил руки на груди. Она издевается, что ли? Решила настолько расстараться, чтобы как можно быстрее от меня избавиться?
– Учти, что даже если уморишь себя – это не спасет тебя от договора со мной, – заявил я, чувствуя, как внутри все кипит от непонятной злости.
– Ну, кто бы сомневался! Старайся вот для таких неблагодарных хвостатых, как ты. Эх… Тут столько занятных зелий пропадает… без моих талантов.
Я моргнул, вдруг осознал, что Фиона и не помышляла ни о чем таком, о чем я на эмоциях надумал. Она реально просто… увлеклась!
Я улыбнулся, сам не знаю, почему. Просто эти ее искры во взгляде, где-то уже привычное ворчание, когда спорит со мной, эта поза с руками, упертыми в бока… почему-то дарили непривычное ощущение умиротворения. И впервые за день волк внутри перестал метаться и хоть немного успокоился.
– Идем будить мою магию, – велела она. – И ужинать потом, а то я голодная, как волк.
– Сильно сомневаюсь, что ты способна половину оленя за раз съесть, – не удержался я от подколки, подходя к ней. – Что нужно делать? – поинтересовался, стараясь держаться ровно. – Просто прикасаться к тебе?
– Ну, да, – Фиона пожала плечами, и я, встав позади нее, положил руку на плечо.
Она закрыла глаза, явно сосредотачиваясь, а я боялся нормально вдохнуть. Под пальцами ощущалась тонкая ткань ее рубашки и обжигающий жар нежной кожи. Так и хочется приспустить, провести губами, задыхаясь от этого прикосновения. А после… убрать эти непослушные прядки с шеи, приласкать соблазнительную ямочку за ухом, развернуть к себе и найти так и манящие губы своими. Я боролся изо всех сил, не давая волчьим инстинктам взять верх. Великая Белая Волчица, как же это было сложно!
– Не получается, – выдохнул Фиона. – Сила отзывается как-то… неохотно.
Я с трудом вернулся в реальность, вспоминая, зачем вообще касаюсь ее. И похоже, только этого маловато. Волчья суть, осознав, что это ее шанс заполучить кусочек счастья, словно ошалела.
– А так? – хрипло поинтересовался я, скользнув руками на ее талию, обнимая, прижимая к себе и вдыхая чарующий аромат ее волос, защекотавших мой подбородок. Я на миг позволил просто утонуть себе в этом ощущении.
Фиона как-то нервно сглотнула, снова вскинула руки… На кончиках пальцах вспыхнули искры, исчезали, но невиданная сила никуда не уходила. Я чувствовал ее сейчас так же остро, как и Фиону. Зелье в котле преображалось на глазах, меняло цвет и консистенцию, но я отмечал это лишь краем глаз, весь сосредоточенный на ощущениях от ее близости. Так невозможно рядом, и так… далеко.
– Готово, – просипела Фиона, и я опустил руки, чувствуя странную пустоту и почти физическую боль.
Моего зверя буквально ломало по этой ненормальной. Угораздило же его выбрать именно ее!
– Следующее? – поинтересовался я, не в состоянии сдвинуться хоть на чуть-чуть, чувствуя, как горят пальцы от прикосновения, с трудом преодолевая это наваждение.
Надо терпеть. Надо держаться. Надо… просто выполнять свою часть договора. И помнить о главном. Вернуть волкам дом.
Фиона вдруг обернулась, немного встревоженно посмотрела на меня.
– Ты в порядке?
Я хмыкнул, скрывая за этим то, что происходило со мной. Ей ни к чему об этом знать, выбор моего зверя только ухудшит нашу ситуацию.
– А ты беспокоишься за меня?
Фиона сощурилась, окинула меня внимательным, чисто ведьминским взглядом, от которого мало что могло укрыться.
– Странный ты какой-то сейчас, Влад…
От того, как она произнесла мое имя, внутри плеснуло немыслимым теплом.
– Ладно, давай дальше, – отвернулась она к котлам, и я тихонько выдохнул.
Мне нечего было ей сказать сейчас. Я лишь послушно шагнул следом, вновь сжимая ее в объятиях и продолжая эту сладкую пытку.
Я глубоко вдохнула, на миг прикрыла глаза, а после решительно сбрызнула целебным зельем пожелтевшую хвойную ветку. Несколько секунд абсолютно ничего не происходило, а после иголочки вдруг засветились и превратились из желтых в синие. Да что за невезение! Я ведь все делаю точь-в-точь как в проверенном не раз бабушкой рецепте, но из-за неустановившейся силы, каждый раз получаю разный результат от одного и того же зелья, и притом не тот, который мне необходим!
Влад, молча стоявший рядом и ожидающий, когда я закончу свою работу, подхватил злополучную синюю ветку, повертел ее и уставился на меня непонятным взглядом.
– Пошли в лагерь, – неожиданно заявил он.
– Я еще не все проверила! – возмутилась я.
– Тебе отдых нужен, Фиона! Ты уже вторую неделю работаешь от рассвета и до заката, забыв обо всем на свете.
Это столько времени уже прошло? Я даже растерялась, потому что, действительно, настолько увлеклась, что совсем этого не заметила. Дни слились в череду котлов, трав, рецептов и… его присутствия где-то рядом.
– Пошли, – кивнул он на просвет среди деревьев, где пряталась тропа, ведущая к временной стоянке оборотней.
– А как же…
– Фиона! – рявкнул Влад, не сдерживаясь. – Я понимаю, что ты прямо жаждешь избавиться от договора со мной, но если станешь заморенной мышью, ты мне этим не поможешь!
– Кем-кем стану? – Я уперла руки в бока и сощурилась.
Да как этот наглый волк может сравнивать меня с грызуном!
– А как тебя еще назвать? Под глазами круги, волосы спутаны, руки вон все исцарапаны… Такими стараниями скоро и лечебная мазь перестанет спасать.
– Да как ты можешь так говорить! Упрекать меня… Я же… я же ради вас, волков стараюсь! – возмутилась я.
Влад, явно сдерживаясь от очередного рыка, медленно вдохнул, после окинул меня совсем нехорошим взглядом и рывком оказался рядом. Еще секунда – и перекинул меня через плечо.
– Эй, волк ненормальный, ты совсем совесть потерял! – заколотила я по его накачанной спине. – Отпусти немедленно! И не смей решать за меня!
– Прекращай вертеться, – только и ответил этот наглец и неожиданно погладил мои бедра.
Я аж задохнулась от возмущения и жара, который спеленал все тело.
– Ты… ты…
– Если тебя не отвлечь, ведьма, так недолго и в дерево случайно врезаться. Мне вот только лишние шишки не хватало тебе лечить.
– Мне тебя придушить сейчас хочется, – зло прошипела я, пытаясь игнорировать его пальцы, которые так и прожигали сквозь ткань.
– Да-да, мечтать не вредно!
Я рыкнула и ущипнула его за ягодицу. Сама не знаю, что на меня в этот момент нашло. Этот гад меня порой так бесит!
Влад подскочил, я задела макушкой ветку сосны, и нас тотчас обсыпало хвоей.
– Ты что творишь? – хрипло поинтересовался он.
– Мщу! – заявила уверенно, хотя щеки горели огнем от собственной выходки.
Влад снова глубоко вдохнул, потом зарычал, повернулся в сторону деревьев и спокойно сказал:
– Летиций, Фай, у нашей ведьмы завтра выходной. Ей прямо очень нужно. Не подпускать ее к месту работы.
Раздалось два коротких рыка со стороны леса от моей сегодняшней охраны.
– Что? – взвыла я, не готовая терять еще хоть день. – Ты совсем обнаглел? Сколько можно командовать?
– Обрадую тебя, что командовать я буду до своей смерти, потому что вожак волчьей стаи, – ехидно отозвался он. – И заботиться о тех, кто мне доверился. О тебе вот, например.
Я даже дар речи потеряла от подобного заявления. То есть лишить меня возможности заниматься зельями целый день и нести через плечо, как мешок с добычей, – это забота? Зачем он вообще такое вытворяет? У нас же просто сделка.
– А может, не надо обо мне заботиться, а? Давай лучше я к зельям своим вернусь… – вкрадчиво предложила я, решив взять этого волка хитростью.
– И не надейся. Я сказал – нет, значит нет.
– Упрямый, наглый, невозможный гад! – выпалила я, и в следующую секунду меня поставили на землю.
Я оправила растрепанные волосы, уставилась на Василину, стоящую возле котла с похлебкой, и замерших вокруг нас волков, отводивших глаза. Влад невозмутимо остался рядом со мной, скрестив руки на груди, никак не реагируя на то, что о себе услышал. Впрочем, для того, кто меня заморенной мышью назвал, он еще легко отделался.
Отвлекая меня от кровожадных мыслей о том, что я могу сделать с этим волком своими зельями, заурчал живот, напоминая, что я ела последний раз, кажется, утром. Про обед, сосредоточенная на своей работе, даже и не вспомнила.
– Василина, дай ей завтра какую-нибудь простую работу, чтобы и не думала зелья свои варить. Совсем меры не знает!
Я возмущенно уставилась на него.
– Как скажешь, Влад, – кивнула она, сверкнув в глазах искрами смеха.
Влад зыркнул на меня обжигающим взглядом, под действием которого я растеряла все слова разом, развернулся и ушел в сторону своей палатки. А я так и осталась стоять, чувствуя, как меня прямо распирает рвануть следом и чего-нибудь вытворить. Вот даже интересно, это во мне ведьминская натура просыпается или дело в одном конкретном волке?
– Держи, – улыбнулась Василина, протягивая еду.
– И нет вот, чтобы меня поддержать! – вздохнула я, забирая тарелку с ароматной похлебкой.
– Влад хоть и молодой вожак, но вполне мудрый, – улыбнулась она. – Тебе и правда пора хотя бы немного отдохнуть.
– Предательница, – проворчала я, забирая из общей глубокой миски лепешку.
Василина тихонько рассмеялась.
– Приходи завтра на реку белье стирать, я оставлю на твою долю. Потом еще вещи будем штопать, да хворост складывать.
Я кивнула, понимая, что выбора у меня нет. Поблагодарила за еду и ушла под навес, где весь ужин сверлила взглядом вернувшегося Влада, сидевшего рядом с мужчинами-охотниками. Этот нехороший мужчина никак не реагировал, даже не обернулся, и я злилась на него за это еще больше.
И только когда спустилась к реке мыть посуду с остальными женщинами, почувствовала невероятную усталость. Ныла спина, болела голова, немного слезились глаза, а руки щипало из-за количества мелких ссадин.
Похоже, Влад, как ни ужасно это признавать, был прав, мне необходима передышка. Может, и сила получше после начнет слушаться…
Я добрела до своего шатра и обнаружила сидящего возле него Влада со знакомой банкой с лечебной мазью в руках.
– Спасибо, – тихо сказала я, потянувшись к лекарству.
– Сегодня я тебя сам намажу.
– Ну, знаешь… – вспылила я и молча вползла в свой шатер.
Чего я никак не ожидала, что Влад полезет за мной.
– А ну, кыш отсюда, – уперлась я в его каменные плечи, пытаясь сдвинуть этого волка и выпихнуть из шатра.
Но, похоже, проще гору сдвинуть, чем этого мужчину.
– И откуда у тебя только силы спорить остаются? – фыркнул он и легонько опрокинул меня на лежанку.
Пока я, ругаясь, пыталась сесть, он успел открыть банку с мазью, зачерпнуть ее и обхватил мои руки, не давая вырваться. От прикосновения едва не посыпались искры, таким жарким оно оказалось. И вот вроде бы ничего же особенного не происходит, этот мужчина непонятно зачем сам просто втирает мне в пальцы целебную мазь, а кожа будто ласковым огнем окутана. И вся я неожиданно расслабилась, словно меня окружили теплым коконом, и растеряла разом весь свой запал.
Когда Влад закончил, меня уже безумно тянуло в сон. Видимо, силы окончательно закончились. Голова сама склонилась к подушке, и я даже не стала сопротивляться, когда Влад укрыл меня одеялом, заботливо подвернув его сбоку и укутав мои ноги.
– И почему вот ты становишься послушной, только когда сил у тебя не остается? – тихо спросил он.
– Это чтоб тебе жизнь медом не казалась, – зевая, отозвалась я.
Влад неожиданно тихо рассмеялся и вдруг погладил меня по волосам. Я хотела было встрепенуться, скинуть его руку, но странная нега затопила все тело, даже двигаться стало лениво, и я просто закрыла глаза, позволяя себя уплыть в сон.
Проснулась я утром от того, что мне было жарко. Еще не открывая глаз, почувствовала, как мои руки утыкаются во что-то странное, напоминающее… волчью шерсть.
Сон от одной мысли, что один наглый волк, усыпив вчера мою бдительность, остался ночевать в моем шатре, как рукой смахнуло.
– Нет, это все границы переходит! – возмутилась я. – У тебя свое жилище в двух шагах!
Зверь лениво приоткрыл глаза, зевнул, а после довольно… обвел языком мое лицо.
– Да чтоб тебя! – выдохнула я, вытираясь рукавом.
А когда управилась, передо мной уже сидел немного встрепанный Влад, одетый в одно нижнее белье. Я совсем нехорошо уставилась на него, потянулась к подушке и… промахнулась, потому что этот наглец увернулся от заслуженной кары.
– Ну и что тебе не нравится, Фиона? – неожиданно спросил он, притягивая к себе штаны, рубашку и обувь.
– А мне что-то должно нравиться, когда ты ночуешь у меня в шатре? – поразилась я.
– Мы оба выспались – раз, ты была под моей защитой – два, и этой похолодавшей ночью я тебя вполне неплохо согрел, – три, – невозмутимо заявил он.
– А то, что без спроса остался и выглядит это неприличным – это в расчет, конечно, мне брать не стоит? – ехидно заметила я и перехватила подушку поудобнее.
Влад снова увернулся и как-то чересчур ловко выскользнул из шатра.
– И не надейся, что эту твою выходку я забуду, волк! – прорычала я, запуская вслед подушку.
Та запуталась в полах шатра, и я, ругаясь под нос, поползла за ней.
Увидев, что неподалеку стоят волки, явно дожидаясь Влада, и как-то заинтересованно и понимающе смотрят на меня, чуть не простонала. Вот что теперь про нас подумают? Явно не то, что один хвостатый просто спал рядом! И казалось бы, вот какое мне до этого дело? Выполню сделку и покину стаю, но я все равно беспокоюсь, злюсь и почему-то переживаю.
Ну все, волк, довел ты меня! Раз покоя меня лишил, я тебя даже не подумаю помиловать. Только придумаю, как рассчитаться за это мое смятение…
Строя коварные замыслы, я быстро собралась, сходила к реке умыться и направилась завтракать.
– Вожака нашего ищешь? – поинтересовалась Анита, дежурившая сегодня у костра и явно заметившая, как я разглядываю оборотней.
– Да.
– Он сегодня большую охоту в дальней части леса возглавляет, ушел вместе с другими оборотнями.
Я ехидно хмыкнула, не удержавшись. Кто-то, похоже, так не хотел связываться со мной, что сбежал. Жаль. Я надеялась поговорить и выторговать себе хоть несколько часов для зельеварения. За ночь я, как ни странно, отлично отдохнула.
И насколько же я привыкла к этому волку рядом, раз с ним чувствовала себя теперь в полной безопасности… Даже спала безмятежно, ни разу не проснувшись.
– Чем так провинилась перед тобой каша? – весело спросила Ульяна, присаживаясь рядом.
Я посмотрела на тарелку, где собрала ее в комок, пока метались мои мысли, и вздохнула.
– Скорее, ваш вожак. Все нервы вытрепал! – пожаловалась я.
Ульяна не сдержала смешок, явно зная, каким образом меня вчера доставили к костру ужинать.
– Сегодня вообще спал в моей палатке, представляешь? Будто у него своей нет.
Ульяна замерла, захлопала глазами и немного задумчиво уставилась на меня.
– Не знала, что у вас уже дошло до таких отношений, – заметила осторожно.
– Да какие там отношения! Я этого мужчину порой прибить хочу! Как что-нибудь порой выкинет…
Я в отчаяние всадила ложку в кашу, все же приступая к завтраку.
– Какие страсти, однако! – раздался любопытный голос Вероники, подсевшей к нам.
– Если я его когда-нибудь все же побью, надеюсь, меня оправдают, – буркнула я.
Девушки засмеялись, и разговор вскоре плавно перетек на другую тему.
После завтрака я, попрощавшись с ними, отправилась к Василине, чтобы получить корзину с бельем для стирки. Хоть какое-то развлечение, а то я за день без дела совсем волком взвою.
Поймав себя на такой мысли, не удержалась и хихикнула. Вот поживи так с оборотнями, и нахватаешься от них. Настроение стремительно улучшилось, и я даже улыбнулась молодому оборотню, который вызвался мне помочь донести грязное белье до реки, где занимались стиркой еще несколько женщин. Правда, почему он вдруг испуганно посмотрел на меня, попятился и тотчас сбежал, я так и не поняла. На оскал моя улыбка совсем не походила. Я вообще милая и безобидная, если меня не трогать.
Я высыпала белье, сначала разобрала свое, а после и то, что мне дала Василина. Хм… какие-то странно знакомые вещи.
– О, теперь и о вожаке есть кому позаботиться! – раздался голос одной из волчиц, поглядывающей на меня.
То есть Василина действительно дала мне стирать вещи Влада. И что вот мне об этом думать?
Покусав пару минут губы, я все же принялась за стирку, изредка прислушиваясь к неторопливому разговору волчиц, обсуждавших детей и мужей. Ко мне они с расспросами не лезли, уже привыкли за эти дни, что я нахожусь в их стае, и я была им благодарна.
С теми непонятными эмоциями – смесью раздражения и чего-то теплого, что бурлили сейчас внутри, я так и не совладала, и обсуждать что-то совсем не хотела.
Через время женщины, справившись со своей работой, ушли, и я осталась одна.
Присела на мостки, рассматривая одежду Влада, на которой не отстирались пятна травы и чего-то черного. На земле он что ли кувыркался в своих рубашках? Впрочем, если вспомнить о его ежедневных тренировках, пожалуй, я была не далека от истины.
Эх, сейчас бы применить бабушкино заклинание, способное вернуть одежде первоначальный вид, но мне оно совсем недоступно. А вот подходящее очищающее зелье… я как раз вчера сварила, только опробовать не успела. Кажется, сейчас самое время.
Я предвкушающе улыбнулась, потянулась к своей сумке и вытащила один из эликсиров, которые не успели пройти испытание на практике. Осторожно капнула его на пятно на рубашке. Зелье чуть засветилось и вскоре исчезло, оставляя чистую ткань.
Ура! Наконец-то, получилось хоть что-то после стольких дней мучений и попыток! Обрадованная, я резво принялась за работу. Развела зелье в ведре с водой, окунула в нее грязную одежду, а после прополаскивала совершенно чистую в реке.
Весело напевая, развесила все сушиться и отправилась под навес к женщинам, которые штопали одежду.
– Держи, – протянула Василина знакомую жилетку с мелкими дырочками и иголку с нитками.
– Опять вещи Влада? – нахмурилась я. – Что, других вариантов для меня нет?
– Остальные вещи свободных волков давно распределены, – спокойно ответила Василина, откладывая рубашку и кивая на девушек, складывающих законченную работу.
Шустры они, однако! Я вот со стиркой несколько часов провозилась.
– Ты лучше после обеда займись, похлебка почти готова, – сказала, поднимаясь.
О, да, я займусь! И этому нахалу, явно распорядившемуся, чтобы его вещами занялась именно я, мало не покажется!
Когда волчицы направились к костру, я достала еще одно неопробованное зелье и окунала в него иголку с ниткой. Мысленно отдала приказ заштопать жилетку так, чтобы на ней не осталось ни дырочки, вон как на идеально растущей шляпке мухомора под деревом.
Остаток зелья я вылила на кучу хвороста, который натаскали волки. Не пропадать же добру! Пусть он аккуратно сложится под навесом, веточка к веточке!
И расстроилась, что зелье не подействовало ни на одежду, ни на хворост. Как жалко! Ну ничего, завтра новое сварю! Когда-нибудь да у меня получится. Я вот уже справилась с очищающим эликсиром, и это явный успех!
В этот момент Анита позвала всех волков, оставшихся в лагере, обедать, и я отложила жилетку, решив вернуться к ней позже. Но после еды Варвара внезапно предложила отправиться с ней и еще несколькими девушками за ягодами, и я не стала отказываться. Бывать в лесу я любила, собирать ягоды – тоже, почему бы и нет?
За этим занятием, да разговором с волчицами, которые расспрашивали меня о жизни у людей и отвечали на мои вопросы об оборотнях, день пролетел совсем незаметно. Возвращаясь с полными корзинами ягод к ужину, я поняла, что действительно отдохнула, и готова вновь осваивать свою магию.
На поляну к большому костру я шла, радостно улыбаясь и предвкушая завтрашний день, пока не увидела Влада в странной полупрозрачной рубашке.
Он тоже заметил меня, решительно пересек пространство, разделявшее нас, оказываясь рядом.
– Я, конечно, просил постирать мои вещи, но не до такой же степени… прозрачности, – ехидно заметил он.
Я все еще таращилась на него, потому что одежда не скрывала ни капли натренированных мышц, не оставляя простора воображению. А там все такое… совершенное, что от такого зрелища даже во рту пересохло.
– Они чистые? Чистые! – пошла я в наступление, заставляя себя смотреть ему в глаза. – О большем речь и не шла.
– У меня и штаны такие же… чистые. И нижнее белье, – грозно навис надо мной Влад.
– Ой!
Я осознала, что натворила, и прикусила губу, но тут же, сощурившись, усмехнулась.
– И как жаль, что ходить тебе во всем этом… как минимум до завтрашнего вечера. Ведь зелья-то мне кто-то сегодня готовить запретил! – не удержалась я от подколки.
– Пожалуй, я сделаю исключение из правил, – хмыкнул он. – Мне не хватало только завтра на ярмарке привлечь лишнее внимание. Конечно, если ты не ставила целью меня сосватать и таким образом от меня избавиться, ведьма!
– Да больно надо! – возмутилась я, но внутри что-то тревожно кольнуло.
Сосватать? Избавиться? Почему-то мысль, что какая-то другая женщина будет смотреть на Влада, прикасаться к нему, улыбаться… мне совсем не понравилась.
– С твоей фантазией и не такого можно ожидать.
– Ты мне, право слово, льстишь, волк, – хмыкнула я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
Тут я заметила, с каким явным интересом и восхищением на него смотрят несколько волчиц, и ко мне вновь вернулась злость. Что вот они на него пялятся? Это, вообще-то, мой… то есть, не мой, конечно… Что-то я совсем запуталась и не о том думаю! Совсем меня этот волк с праведных мыслей сбил.
Я метнулась к скамье, схватила заштопанную жилетку и сунула в руки Владу.
– Прикройся уже.
Влад удивленно приподнял брови, медленно развернул жилетку и как-то странно на нее уставился.
– Ну что там еще? – возмутилась я, отмечая, что любопытных девиц, поедающих Влада глазами, стало еще больше, а волна злости внутри так и растет.
И какое мне дело, что на него все смотрят? И почему так хочется закрыть его от этих девиц? Что вот со мной сотворил этот волк? Даже подумать уже страшно!
– Мухоморы, значит…
– При чем тут они? – удивилась я.
Влад развернул ко мне жилетку, на которой были не просто заштопаны все мелкие дырочки, но и оказались два вышитых мухомора. Яркие, красные, в белый горошек – один в один как те, что я представляла, когда окунала в зелье иглу с ниткой.
Влад меня, наверное, сейчас покусает, и ничто от этого не спасет. Сегодня явно не мой день. Влитая сила вроде бы и работает, но как-то совсем своеобразно, и полупрозрачные рубашки и вышитые грибы на жилетке – явное тому доказательство. Или это я неверно отдаю приказы, не сосредотачиваюсь, как следует? Придется разбираться, если выживу…
Влад неожиданно спокойно одел жилетку, погладил вышитый рисунок.
– Спасибо за заботу, Фиона.
– Ты издеваешься? – уточнила я, не веря своим ушам.
– Нет. Для меня в стае еще никто не расшивал одежду. Обычно это делает для мужчины… его пара, – пояснил он.
Я нашла взглядом волчиц, которые штопали сегодня белье, окинула их многообещающим взглядом. Ведь знали же, все знали, а не предупредили! Впрочем, и я не ожидала, что моя магия так себя поведет.
– Носи на здоровье, – пожелала я, решив отпустить ситуацию.
Все же исправить ее нереально.
– А ты, оказывается, можешь быть вполне милой, – улыбнулся Влад.
– Ты явно меня с кем-то путаешь, – фыркнула я. – Неси лучше одежду, пойдем антидот варить.
Влад не стал возникать, молча направился за корзиной, оставленной неподалеку. И через несколько минут мы вышли к навесу, под которым я все эти дни работала. Кивнув Владу на лавку, чтобы присел и подождал, открыла книгу, сверилась с нужным рецептом и принялась собирать в котел требуемое. К счастью, зелье, возвращающее прежний вид вещам, было простым и готовилось быстро.
Я старательно сосредотачивалась на работе, но делать это оказалось сложно. Влад не сводил с меня глаз, и по телу постоянно вспыхивал жар. Я думала, что за эти дни привыкла к его взглядам, прикосновениям, близости, запаху… но, сдается, ошиблась. С каждой минутой становилось только хуже. Только жарче. Только невыносимее.
– Пора добавлять силу? – раздался за спиной хриплый голос Влада, когда я замерла над котлом, задумавшись.
– Прекрати так подкрадываться! – возмутилась, поворачиваясь и смотря в его темные янтарные глаза.
Мир вдруг замер, расплылся, оставляя только этого мужчину передо мной. Словно он в один миг стал центром и опорой всего вокруг. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле.
– У тебя зелье вот-вот убежит, – тихо, так что по спине пошли мурашки, произнес он.
Я дернулась, повернулась к котлу и немного его сдвинула. Встряхнула ладонями, и руки Влада знакомо скользнули на талию. Подбородок устроился на моем плече, дыхание защекотало щеку. Сердце заколотилось теперь, как загнанный зверь, колени стали подгибаться… И как я на это согласилась? До сих пор не понимаю.
Магия потекла по венам, полилась в зелье, и оно стало нежно-голубого цвета.
Влад убрал руки, чуть подвинулся. Я выдохнула от облегчения, но в то же время почувствовала и странную пустоту.
– Что тебе из этого не сильно дорого? – поинтересовалась, кивая на корзину.
– Начни с рубашек, я не готов остаться без штанов, – невозможным хриплым голосом сказал Влад.
Я вытянула первую попавшуюся рубашку, окунала ее в зелье… и она обуглилась.
– Да что такое! Я же все верно делаю!
Я бросилась к книге, проверила рецепт, ругаясь, добавила забытый корень горицвета. Потянулась ко второй рубашке, окунула рукав… И он поменял цвет на ярко-синий.
Следующий час я кружила вокруг котла, сыпала ингредиенты, помешивала, дважды добавляла свою силу, но рубашка не хотела принимать свой изначальный вид.
Я пришла в полное отчаяние, заметалась по поляне, готовая разрыдаться от всех этих неудач. Ну, почему у меня почти за две недели так ничего и не получается? Что за своенравная сила! Бабушка бы вот все исправила! Она бы справилась. А из меня… не получается нормальная ведьма!
Я вдруг оказалась в руках Влада. Он прижал меня к себе так крепко, что я только и смогла, что пискнуть. А в следующее мгновение его губы накрыли мои, сминая жадно, практически беспощадно, не давая шанса сбежать. Тело накрыло огненной волной, спеленало… Исчезли мысли все до единой. Остался только Влад. Мужчина, обжигавший меня моим первым поцелуем, не позволивший и на минуту вдохнуть, забравший мою волю…
Когда он отпустил, все, что я могла, – цепляться за его плечи и тяжело дышать. Его пронзительные глаза смотрели в мои, по-прежнему не давая окончательно вернуться в реальность.
– Это что сейчас было? – просипела я, чувствуя, как горят губы.
– Я пытался тебя успокоить, – ответил Влад.
– И выбрал самый неподходящий для этого способ? – поразилась я.
Ну никак этот его поцелуй не вязался у меня с покоем. Он будоражил кровь, будил во мне что-то неизведанное и жаркое, лишал разума… И самое страшное… мне понравился!
– Насколько это так, сейчас проверим.
Влад мягко развернул меня к котелку с злополучным зельем, прижал к себе и замер.
– Давай, пробуй, Фиона.
Его тихий с легкой хрипотцой голос что-то вновь сотворил со мной. Как зачарованная, я вскинула руки, добавила в котел силу и тут же опустила край рубашки. Мгновение – и она вернула свой изначальный вид.
Обрадоваться этому я не успела, потому что раздался радостный детский крик, и я невольно обернулся в сторону лагеря оборотней, откуда он слышался. Над несколькими деревьями летали дети, даже не пытаясь ухватиться за ветки сосен.
– Неопробованное зелье левитации у меня стащили… – в ужасе выдохнула я, судорожно заглядывая в сумку и не находя последнего флакона.
Не сговариваясь, мы с Владом рванули к лагерю, где раздавались голоса встревоженных волков.
Несколько мужчин уже лезли на деревья, пытались ухватить детей, но это им сделать не удавалось.
Страх пронзил меня, чуть не лишил дыхания. Это моя неосторожность привела к такому. Бабушка ведь всегда учила думать о последствиях, а я… забыла. Самое главное, самое важное забыла!
Но что толку сейчас винить себя? Надо собраться и попробовать исправить то, что натворила.
– Влад, – позвала я, заметив его у одного из деревьев, и он тотчас обернулся. – Можешь мне… помочь?
Я впервые просила его о помощи, надеясь, что не откажет. Впервые признала, что он мне нужен…
Мгновение – и Влад уже стоит рядом. Обнял, прижал к себе, опалил дыханием волосы.
– Действуй, я рядом.
Его голос звучал уверенно, спокойно, несмотря на ситуацию. И я вскинула дрожащие руки, выравнивая дыхание и нащупывая свою же силу в воздухе. Медленно, осторожно потянула за нити магии вниз, опуская первого волчонка на землю. Едва он оказался в руках родных, нашла в воздухе следующего. Нескольких из них опустила на толстые ветки, чувствуя, как магия в любой момент растает. К ним тут же полезли мужчины.
Когда последний из волчат оказался в безопасности, я опустила дрожащие руки, чувствуя, как кружится голова.
– Воды, живо! – рявкнул Влад, подхватывая меня на руки.
Вскоре к губам прижалась кружка. Я сделала глоток и все же подняла глаза на Влада. Он смотрел встревоженно и обеспокоенно.
– Прости меня, пожалуйста, – прошептала я. – Я не уследила, не доглядела, я…
У меня задрожали губы, из глаз хлынули слезы, которые я просто не смогла удержать.
– Довели все ж таки… – вздохнул Влад, прижимая меня к себе как-то ненормально нежно и бережно.
Вздохнул, поднялся со мной на руках и вдруг зарычал угрожающе и тихо. Я сжалась в комок, ощущая кожей его силу, не зная, чего ждать.
– Что я велел? – рявкнул он собравшимся волкам.
– Не трогать зелий, вожак, – тихо ответил кто-то из провинившихся волчат. – И любые вещи Фионы.
– И что в этом приказе вам было непонятно? – ледяным голосом спросил Влад, и я прикусила губу, чтобы подавить очередной всхлип. – Впрочем, с вами я разберусь завтра. Расходитесь!
Послышались голоса, шум шагов, и я еще сильнее вцепилась в Влада. Он быстрым шагом направился в сторону наших шатров. Нырнул в свой, и так и не выпуская меня из рук, устроился на лежанке.
Я уткнулась ему в плечо и разрыдалась, цепляясь за мужчину еще сильнее, не в состоянии его отпустить. Влад не сопротивлялся, молча позволил мне заливать его рубашку слезами и лишь ласково поглаживал мою спину.
– Перестань рыдать, а? – произнес он, спустя несколько минут. – Ты им всем только что жизнь спасла.
– Они из-за меня же…
– Никто больше не посмеет, я разберусь. И зелья твои ко мне все перенесем в шатер. Не реви ты только.
Если бы это было так просто! У меня словно плотину прорвало. И все то, что копилось последние дни – все страхи, тревоги, сомнения выплеснулись наружу. Я, кажется, так устала все время быть сильной.
– Великая Белая Волчица, чем я перед тобой так провинился! – пробормотал Влад и снова принялся гладить меня, на этот раз по голове. – Ну что ты, Фиона, в самом деле-то? Сейчас нос вон распухнет, глаза будут страшные, как у кикиморы…
– Что? Это ты меня кикиморой обозвал? – вспыхнула я, продолжая хлюпать носом.
– Если это поможет тебе прийти в себя…
Я стукнула его в плечо.
– Чурбан бесчувственный! Я тут едва жива от страха, у людей бы за такое и на костер попала, а ты…
– Загрызу… – прорычал он.
– Кого?
Я настолько опешила от такого заявления, что даже перестала рыдать. Уже знала, что слова у Влада не расходятся с делом.
– Всех, кто посмеет тебя обидеть! – серьезно пообещал он.
– Ты с ума сошел?
Сердце пропустило удар, а потом забилось часто-часто. Никто и никогда не говорил мне подобных слов, не обещал защитить и не смотрел так серьезно, будто я – самое ценное, что у него есть. Почудится же такое…
– Совсем ты не умеешь девушек утешать, вожак, – раздался голос Василины, заглянувшей в шатер и протянувшей мне кружку с травяным отваром. – Успокаивающий.
– Спасибо, – выдохнула я, пряча глаза.
– К такому меня жизнь точно не готовила, – вздохнул Влад и забрал из моих трясущихся рук кружку, сам поднося ее к моим губам. – Пей, давай маленькими глотками, а то еще обожжешься.
Я чуть не поперхнулась от этих слов, а Василина сверкнула глазами так, словно ее что-то развеселило. Влад вскоре вернул ей пустую кружку, и она, не прощаясь, вышла из шатра.
Влад вдруг нахмурился.
– Что-то в стае подозрительно тихо, – неожиданно заметил он.
– Наверное, ты как рыкнул, все хвосты и поджали, – фыркнула я, чувствуя, как по телу разливается тепло и усталость.
– Пришла в себя, смотрю, раз ехидничать начала. И порой, смотрю, забываешь, кто я?
– Забудешь тут… – пробурчала я, чувствуя, как меня внезапно сильно потянуло в сон.
Кажется, Василина, положила убойное количество успокаивающих трав.
Пообещав себе лишь на минуточку закрыть глаза, а после уйти в свой шатер, я прижалась к такому надежному плечу Влада, согреваясь его теплом, и моментально заснула.
Фиона заснула прямо в моих руках, обессиленная от слез и переживаний, а я так и сидел, оглушенный ее недавними эмоциями. Они вывернули меня чуть ли не наизнанку, ударили своей силой, смели и погребли под собой. В тот момент, когда Фионе стало плохо, я готов был сделать все, абсолютно все – луну с неба достать, всех обидчиков загрызть, мир перевернуть, лишь бы забрать ее боль и страх, лишь бы снова видеть, как она улыбается, сверкая искрами смеха во взгляде.
Эти ощущения лишали разума, воли, заставляли волка внутри скулить от бессилия… И все это происходило со мной, вожаком стаи, который принимал сложнейшие решения и никогда не сдавался.
Великая Белая Волчица! Да как тут вообще можно справиться, когда каждый всхлип Фионы отдавался во мне такой мукой, будто по живому резали?
Невозможно. Как и эта девушка, на которую я не в силах не смотреть, не прислушиваться сейчас к ее дыханию, тоже невозможная.
А ведь я думал о ней иначе: неответственная, увлекающаяся, привыкшая полагаться только на себя, ищущая одну выгоду.
Но сегодня я увидел другое. Как она трясущимися руками вытягивала нити магии, возвращая волчат на землю. Как винила себя за то, что даже не было ее прямой виной. Как позвала меня, забыв обо всех наших разногласиях, на помощь.
Да, она постоянно ворчит, спорит, ехидничает и строит коварные планы мести за каждую мою выходку, даже не особо это скрывая. Но при этом Фиона очень сильная душой, добрая, смелая и абсолютно беззащитная. Лежит же в моих руках, доверчиво прижимается и даже не догадывается, что меня разрывает на части. Вот как так можно? И ладно со мной… Я никогда не причиню ей вреда, но как подумаю, что с ней может произойти, если она вернется к людям… кровь закипает, когти и клыки рвутся наружу, чтобы защищать, оберегать и не отпускать. Ведь там, где не будет меня, ее даже так бесящие меня черты характера, не спасут. У людей иные законы, там порой бьют в разы сильнее и больнее, чем в схватках с оборотнями.
Я опять испытываю страх за нее, за эту ведьму, лишившую меня всяческого покоя. Интересно, это когда-нибудь закончится? Смогу ли я вдохнуть свободно, как прежде? Сейчас каждый мой вдох наполнен ее запахом – сладким, с нотками трав, таким желанным. И если снаружи я могу хоть как-то его избежать, то здесь, в тесном шатре он везде. Оседает в моем горле, проникает в кровь, я чувствую его даже под кожей… Иногда мне действительно кажется, что он уже часть меня.
Я схожу с ума. Однозначно. Не могу же я, действительно, влюбиться в Фиону. Мы же постоянно ругаемся, я спокойные минуты по пальцам могу пересчитать. Она меня бесит. Я ее бешу. Мы не пара. Мы просто… временные союзники. Ничего больше. А все остальное… это реакция моего зверя на пару, не больше, не меньше.
Но почему же тогда я до сих пор смотрю на эту сопящую в мое плечо, взлохмаченную ведьму и ощущаю, что окончательно пропал?
Когда я проснулась, то обнаружила, что лежу, уткнувшись в плечо Влада, а мои руки почему-то обнимают его так, будто это самый родной мужчина на свете. Я замерла, тихонько фыркнула. Придумается же такое. Это самый наглый на свете, постоянно раздражающий меня волк, о чем стоит помнить. Только почему-то даже такой он, не оставил меня в беде. Если я еще могу объяснить, что он бросился по первому моему зову помогать, когда волчата стащили зелье и опробовали его на себе, вожак же, несет за них ответственность, то как быть с тем поцелуем? И с тем, что вчера Влад так и не выпустил меня из рук, утешая, пусть и совсем не умеючи? Неужели он делал все это тоже только потому, что мы заключили сделку?
Я вздохнула, в смятении посмотрела на спящего мужчину, словно могла так найти ответ на мучащие меня вопросы. Расслабленный, с растрепанными волосами, завораживающий этой сдержанной мужской красотой… Если не знать, как жадно и беспощадно он целовал меня, не помнить, как рычал на волков и уносил меня в шатер, и какой у него поганый характер, почти идеальный мужчина.
Нет, со мной сегодня явно что-то не то, раз подобное пришло в голову. Пытаясь отвлечься, я оглядела шатер Влада, в котором оказалась впервые. Все по-простому, по-походному, но чувствуется рука хозяина в аккуратно сложенных вещах и чистоте. Какое-то странное чувство, почти забытое, наполнило грудь. Будто я вдруг оказалась… дома.
Небо! Да что со мной? Почему вдруг так изменились ощущения?
Я даже на миг прикрыла глаза, пытаясь вновь разобраться в себе. Не особо помогло, разве что интуиция прошептала, что теперь у меня все должно получится, когда займусь зельями. Все это было страннее некуда.
Так, пора подниматься, иначе еще что-нибудь осознаю рядом с этим мужчиной и совсем не обрадуюсь.
Я приподнялась, и Влад тут же проснулся. Не ожидала, что он спит настолько чутко. Хотя, насколько хорошо я изучила оборотней за это время? То и дело всплывает что-то интересное.
– Тебе чего не спится? – поинтересовался хриплым, сонным голосом, от которого по спине прошли мурашки.
Янтарные теплые глаза пронзили взглядом, от которого вдруг захотелось куда-то спрятаться, слишком уж он был… собственническим.
– Утро уже, – нашлась я, старательно пытаясь не думать, что мы опять ночевали вместе.
Какая-то плохая традиция вырисовывается. Только собралась сказать об этом Владу, пора это все же прекращать, но он опередил меня вопросом:
– Как ты себя чувствуешь, Фиона?
– Лучше. Спасибо за… заботу, – я даже немного растерялась.
– То есть сегодня меня не будут даже бить подушкой? – хмыкнул он. – Какое счастье!
В этот момент мне так и захотелось его огреть хорошо так и от души, и уже не подушкой, а чем-нибудь потяжелее.
– Смотрю, тебе понравилось, волк, – не удержалась я от подколки.
Влад издал смешок и приподнялся, оказываясь ко мне так близко, что я забыла, как дышать.
– Я рад, что ты вернулась, Фиона, – сказал неожиданно серьезно и тихо. – Лучше уж ехидничай, чем реви. Я потерплю.
– Какой же ты все-таки невыносимый гад!
– Прямо уж совсем невыносимый? – хрипло спросил он и широко улыбнулся.
– Так, где подушка? – поинтересовалась я, начиная злиться.
– Так я тебе ее и дал, – хмыкнул Влад и ловко нащупал ее и закинул за сундук.
– Нахал! – возмутилась я и сердито уставилась на него.
Мир вдруг замер, сузился до этого мужчины, в полутьме сверкающего глазами, и я чуть не застонала.
– Ладно, мне пора, – пробормотала я и поползла от этого мужчины подальше.
– Выход из шатра в противоположной стороне, – весело заметил Влад, даже не пытаясь скрыть в своем голосе смех.
Я обреченно вздохнула, развернулась и уткнулась носом в плечо этого несносного волка.
– Ты точно хорошо себя чувствуешь? – невозмутимо поинтересовался он.
– Да, – рявкнула я.
Влад окинул меня неспешным и явно оценивающим взглядом.
Силы небесные, спасите сейчас одну ведьму, иначе я сгорю от ощущения пламени внутри!
– А я вот не уверен. Умываться вместе пойдем. Я должен убедиться, что ты в порядке.
Мне бы тоже неплохо в последнем убедиться.
Но все же я не стала спорить, выбралась из его шатра, заглянула в свой за полотенцем и чистой одеждой и вышла к уже дожидавшемуся меня Владу.
До реки мы шли молча, но Влад то и дело придерживал меня, словно боялся, что я упаду. Молча отвернулся, пока я приводила себя в порядок.
– Я тебе к обеду одежду верну в прежний вид, – пообещала, когда складывала свои вещи и виновато заметила, что Влад взял вещи явно из запаса. Штаны ему были коротковаты, а рубашка чересчур подчеркивала мышцы, того и гляди порвется.
– Буду рад, – кивнул он, наклоняясь и зачерпывая воду.
– Заглядывай после обеда.
– К вечеру только вернусь, – отозвался он.
Я прикусила губу, вспоминая, что на днях слышала, как волки собираются продавать шкуры диких животных и ожерелья из клыков на ярмарке.
Больше мы не разговаривали, вернулись к шатрам, оставили вещи и направились к костру завтракать. Волки почему-то столпились в этот раз не вокруг котлов с кашей, а возле так и не сложенной аккуратно горы хвороста.
Влад немного удивленно приподнял брови, почему-то покосился на меня, а потом решительно направился к собравшимся оборотням. Я поспешила следом и в следующую минуту захотела куда-нибудь спрятаться.
Часть веток уже оказалась аккуратно сложена, веточка к веточке, как я и загадывала, когда сбрызгивала хворост зельем, а вот остальные… у них вытянулись дополнительные сучки, и они на них, как на лапках, перебирались на нужное место и укладывались, замирая.
Влад резко обернулся, не дав мне скрыться, сощурился и спокойно так поинтересовался:
– Фиона, сознавайся, что еще натворила?
– Ну, почему сразу и натворила? – возмутилась я. – Смотри, как удобно!
Я покосилась на волков, в надежде, что они поддержат меня, ведь работы я им убавила, но те настолько увлеклись зрелищем складывающегося хвороста, что не обращали ни на что другое внимания.
– С этим не поспоришь, – ответил Влад. – Главное, чтобы наши дрова по лесу не начали гулять. Собирать-то ветки мы привыкли, но вот бегать за ними…
Я хмыкнула, представив, как они гоняются за хворостом на лапках.
– Зато какая тренировка, Влад! – вдруг раздался голос Дамира, выныривающего из толпы и подмигивающего мне.
– И ты туда же! – фыркнул Влад.
– Пойдемте завтракать, – предложил Дамир. – Времени немного осталось, чтобы все успеть.
Влад окликнул волков, и они с явным сожалением оторвались от наблюдения за сухими ветками и потянулись к котлам с едой. Но даже когда расселись под навесами, все взгляды были устремлены к перебегающему с места на место хворосту. Детей вообще оторвать от такого развлечения не получилось, они даже завтракали, сидя прямо на земле, рядом с тем местом, где случилось мое колдовство.
Единственные, кто с тоской смотрел на царившее вокруг веселье, были восемь мальчишек, которые вчера и стащили мое зелье левитации. Они уткнулись в свои тарелки и вяло ковыряли кашу, размышляя каждый о своем.
Передо мной присел Влад, поставил на стол две тарелки с завтраком.
– Как ты их накажешь? – не удержалась я от вопроса.
– Переживаешь за них?
Влад внимательно посмотрел на меня.
– А ты нет? Я уже немало прожила среди волков, вижу, как вы относитесь к детям. Знаю, что никто в отношении них не допустит жестокости, но и без последствий случившееся ты же не оставишь.
– Их шалость вчера могла стоить жизни, – спокойно ответил он. – И нарушать приказы вожака недопустимо.
Я краем глаза заметила, как провинившиеся волчата настороженно прислушиваются к нашему разговору. Их родители вообще выпрямили спины, словно палки проглотили.
– Так что… их ждет разговор об ответственности за свои поступки, усиленные тренировки и, пока не вернем свой дом, будут заняты любой работой, по самые хвосты и уши.
Выдохнули все, и Влад старательно сделал вид, что этого не заметил. Я же спрятала улыбку. Все же этот мужчина порой мудр не по годам. Он знает, что наказать мало, надо, чтобы поняли, прочувствовали, думали о последствиях.
– Думаю, это самое верное решение, – сказала тихо.
– Поддерживаешь меня? – Влад удивленно приподнял бровь. – Вот так просто?
– Что в этом такого? – пожала я плечами.
– Наверное то, что ты все время со мной споришь. Я даже привыкать уже начал, а сейчас вот… заподозрил подвох, знаешь ли.
– Правильно, продолжай опасаться одной ведьмы, тебе не помешает, – хмыкнула я, начиная, наконец, завтракать.
– Ты неисправима, Фиона.
Влад покачал головой и тоже начал есть.
Больше мы ни о чем не разговаривали, но на душе почему-то стало тепло и легко, будто я сейчас оттолкнусь от земли и взлечу. Просто потому что этот мужчина с янтарными глазами рядом.
Что же ты со мной сделал, волк?
Я капнула зелье на очередную жухлую еловую ветку, и та, вспыхнув золотым сиянием, преобразилась на глазах – стала зеленой и пушистой. Я замерла на мгновение, разглядывая каждую иголку. Получилось! Снова получилось!
Зелья вот уже четыре дня выходили у меня, что надо. И если первое время я переживала, что какое-то из них начнет сбоить, то сейчас уже была уверена, что моя сила стала слушаться. Правда, без прикосновения Влада она по-прежнему не работала, но я не переживала за это. Знаю, придет момент, когда все встанет на свои места. Это внутреннее ощущение завладело мной и не отпускало, и я просто доверилась ему, тому, что было почти неуловимо и не поддавалось никакой логике. Наверное, именно это чувство бабушка и называла ведьминой интуицией. Как же мне порой ее не хватало, кто бы знал!
Я оглядела многочисленные котелки, в окружении которых стояла, бросила взгляд на заходящее за лесом солнце. Сегодня был последний день, когда я закрепляла свою силу и готовила необходимые эликсиры, а завтра… мы с Владом отправимся к чаще. И что нас там ждет – неизвестно.
Я тихонько вздохнула, стараясь унять волнение.
– Помощь требуется? – поинтересовался Влад, как всегда бесшумно выныривая из-за елей.
Я чуть не вздрогнула от неожиданности.
Мы виделись пару часов назад, когда я вливала свою силу в полуготовые зелья, что варились для предстоящего похода. По времени прошло всего ничего, но… сердце дрогнуло, забилось где-то в горле, и тело окатило горячей волной, едва я увидела его, сильного и уверенного, с косой челкой, падающей на лоб и яркими янтарными глазами. Когда Влад вот так открыто и не скрываясь смотрел на меня, даже если рядом были волки, словно не замечая их, внутри что-то переворачивалось. Я так и не разобралась, что со мной происходит, не до этого было, и сейчас с трудом взяла себя в руки, чтобы не выдать происходящее.
– А ты уже закончил сборы? – выпалила я, хотя это и так было очевидно, раз он пришел.
Влад отвечал за все необходимое в дороге на два-три дня. Я надеялась, за это время мы сможем пройти заколдованное место с ловушками, которые создала защита, и развеем чары, не пускающие волков домой. О том, что эти дни я проведу с ним вдвоем, я старалась не думать, потому что мысли сразу уходили куда-то не туда.
– Кое-кто снова не следит за временем, – хмыкнул Влад.
– Для нас же стараюсь! – возмутилась я, обводя рукой ровные ряды котелков. – Смотри, сколько зелий создала, нет чтобы мои старания оценить!
– А кто сказал, что я не ценю? – подходя ближе и не сводя с меня глаз, заметил Влад. – Хотя знать, от чего вот это все или для чего, мне, наверное, не стоит, спать крепче буду.
Я закатила глаза и с ехидством посмотрела на него. Надеюсь, он не заметил, как сейчас пылают мои щеки.
– Не бойся, ядов здесь нет. Только зелья, создающее взрывы и парализующее. Все останутся живы… ну, почти.
– Твое «почти» меня особенно радует, – насмешливо заметил Влад.
– Нет, ну в самом-то деле! Неужели ты хочешь, чтобы я была совсем беззащитна в чаще? – возмутилась я.
– Сказал же, что защищу, – рыкнул он. – И я не разу пока что не нарушил своего слова. Откуда такое недоверие?
– Да при чем тут это! А тебя кто защищать будет, в случае чего? – ткнула я в него пальцем.
Наверное, зря это сделала, вон, он как сразу напрягся, но отступать уже было поздно.
– Меня? – поразился он.
В янтарных глазах плеснуло такое искренне удивление, что даже стало смешно.
– Ты собралась защищать меня?
– О! А один волк у нас бессмертный, смотрю, – не удержалась я, вспылив. – Или думаешь, если ты вожак, то тебя никакая магия не возьмет? Или когти врага обломаются, только дотронувшись до твоей шкуры?
Я даже не заметила, как наступала на него, пока не уткнулась носом в его плечо. Вдохнула, утихомиривая злость и какой-то липкий страх, от которого даже ладони вспотели.
Взгляд Влада вдруг изменился, стал мягче и теплее.
– Хорошо, защищай, – тихо сказал он, но смотрел на меня до невозможного странно, будто я какая-то диковинка, с которой он не знает, что делать.
– Вот, спасибо за разрешение, волк! – выпалила я, все еще злясь на этого самоуверенного мужчину, но это чувство уже теряло свою силу, вместо него внутри растекалось что-то горячее и томное. – Зелья давай разливай, раз помочь вызвался, – решительно перевела я тему.
Влад вдруг протянул руку, погладил меня по волосам – легонько, от макушки до самых кончиков, и меня будто молнией прошило. Он буквально дезориентировал этим простым жестом, разом лишая воли к сопротивлению.
– Устала, наверное, за эти дни, да? – спросил тихо. – Посиди пока под сосной, отдохни. Я сам справлюсь с оставшимися делами. Разлить зелья по флаконам – дело несложное, как и убрать все по местам под навес.
Я растерялась окончательно. Села, куда он велел – под старую сосну на поваленное бревно, и смотрела, как он ловко управляется с моими котелками, переливая зелья так, что ни капли не падает мимо. И не могла отвести от него взгляд, уже и не зная, что думать об этом странном мужчине, который в последнее время ведет себя малость непредсказуемо.
Вчера посреди дня мне две горсти лесной земляники в глиняной кружке принес, позавчера – букет кувшинок, решив, что они могут пригодиться для проверки зелья неувядания. И то, что пришлось нырять за ними в ледяное лесное озеро, этого ненормального не остановило. Я потом целый флакон зелья извела, когда он явился ко мне с ног до головы мокрый с этим букетом. Цветы, кстати, так и стоят на моем рабочем столе в кувшине, радуя глаз и каждый раз напоминая о Владе. Будто мне этого волка и так в моей жизни мало!
Я уж молчу, что все эти дни Влад строго следит, чтобы я не забыла ходить на обед, и на все мое негодование и «я еще минуточку и приду» – молча подхватывает и утаскивает на плече к костру. Даже оборотни уже перестали обращать внимание на его подобные выходки, как и на то, что мы вечно спорим друг с другом.
Наверное, если бы не это, я бы заподозрила, что Влад решил за мной поухаживать, как это делает обычный парень за понравившейся ему девушкой. Да только глупость все это. Нас связывает договор и ничто больше. Логично, что Влад старается заботиться обо мне, чтобы побыстрее его исполнить. Только зачем он принес тогда ягоды и полез в лесное озеро за кувшинками, когда можно и на любой отломанной от куста ветке зелье опробовать, я так и не поняла. Или просто боялась даже подумать о чем-то большем между нами, чем этот договор.
Пока я размышляла обо всем этом, Влад разлил по флаконам зелья, убрал весь инвентарь на нужные места и протер стол. Я поблагодарила и аккуратно уложила зелья в заранее приготовленную сумку. Кроме них и запасной одежды, в ней больше ничего и не было, все остальное – еду, фляги с водой, оружие возьмет с собой Влад.
Я уже развернулась в сторону тропы, чтобы отправиться вперед, как Влад стянул с моего плеча сумку и взял меня за руку. Его горячая ладонь бережно обхватила мои пальцы, и по венам разбежалось тепло. Я замерла, стараясь ровно дышать.
– Спасибо, что ты не сдалась и завтра пойдешь со мной к чаще.
– То есть спасибо, что я не сбежала, – ехидно ответила я, но голос все же предательски дрогнул.
– И за это тоже.
– Ну ты и… волк!
– И почему у тебя это слово всегда звучат так, будто это ругательство? – хмыкнул Влад.
– Так и есть! Как же ты меня порой раздражаешь-то, кто бы знал! – не выдержала я, вырывая свою руку из его и делая шаг в сторону.
Тут же споткнулась о корень дерева, и Влад молча подхватил меня, и в следующую минуту мир перевернулся. Влад спокойно закинул меня на плечо.
– Опять? – возмутилась я.
– Не хватало, чтобы ты себя ноги переломала, – невозмутимо заметил Влад.
– Переживаешь, что тогда придется носить меня на своем плече слишком долго? – я просто не могла с ним не спорить, так и тянуло.
– А ты сомневаешься, что справлюсь?
– Ты издеваешься! – прорычала я.
– Что ты, я сама серьезность. И заботливость, – хмыкнул он. – Вот сейчас отнесу тебя к костру, накормлю, напою, а после и спать уложу…
– Решил примерить на себя роль ведьмы из сказки? Они обычно там как раз такое обещают герою, – ехидно напомнила я.
– Правда? А я за тобой не заметил. Какая-то ты совсем неправильная ведьма, Фиона.
Я рыкнула. Так и захотелось его… укусить. Со мной точно творится что-то из ряда вон ненормальное, одно это желание чего стоит.
В этот момент мы вышли на поляну и направились к костру. Мой нос уловил запах жаренного мяса, а живот предсказуемо громко заурчал от голода. Влад усмехнулся.
– Слышу, аппетит на месте, – сказал он, опуская меня на землю.
Я поправила сбившуюся одежду, откинула волосы с лица и недобро уставилась на него, но слова как-то разом потерялись. Влад смотрел на меня тем самым взглядом, от которого мир расплывался. Свет костра падал на его лицо, высвечивая скулы, играл в янтарных глазах золотистыми бликами.
В этот момент он развернулся, чтобы унести сумку с зельями в свой шатер, где теперь хранились все запасы моих эликсиров, а я поймала себя на желании – обернуться, чтобы посмотреть ему вслед.
Кажется, я пропадаю. Пропадаю в этом невозможном, наглом, заботливом волке, который носит меня на плече, кормит земляникой и ныряет в озеро за кувшинками. И что вот теперь с этим осознанием делать?
– Фиона, иди есть, – позвала меня Василина.
Я вздрогнула, выныривая из этого наваждения. Нет, разбираться с ним сейчас нельзя, впереди ждет чаща с ее непростой магией.
– Иду, – отозвалась я, чувствуя, как горят щеки.
Я забрала у нее из рук тарелку с жареным мясом, поблагодарила и пошла под навес к другим оборотням, чувствуя себя среди них спокойно и… своей, что ли.
И об этом я, кажется, тоже не готова пока что думать.
Я молча приступила к ужину, старательно не поднимая глаз от еды, даже когда через несколько минут рядом со мной присел Влад.
Чаща нависала все той же жуткой черной стеной. Переплетались ветки с острыми колючками, угрожающе и неподвижно замерли передо мной, словно скрюченные пальцы, готовые схватить за горло, стоит только сделать еще шаг. С того момента, как я видела ее последний раз, чаща ничуть не изменилась. Все такая же мрачная, чужая, пугающая и… манящая. А вот я… я изменилась меньше, чем за месяц. Справлюсь ли я с теми сильными чарами, смогу ли найти путь сквозь ловушки и провести Влада? Сердце заколотилось быстрее, ладони взмокли.
– Не бойся, я с тобой, – словно почувствовав мои сомнения и страх, сказал Влад, стоя за моей спиной.
Его уверенный голос и скользнувшие на талию руки подействовали успокаивающе. От хлынувшего по телу тепла, страх отступил. И правда, если я не справлюсь, то какая ведьма сможет распутать бабушкины чары и разобраться с тем, что сотворило с ними ледяное проклятье?
Я глубоко вдохнула и положила руки на мерцающую защиту. Магия заколола пальцы, не больно, но ощутимо, явно намекая, что не стоит ее трогать. Но чтобы вернуть изначальное плетение, мне придется влить в защиту свою силу, шепча вызубренное заклинание, которое уже снилось по ночам.
Я больше не стала медлить, отпустила бегущую в крови магию, и только она соприкоснулась с щитом, укрывающим чащу, как пальцы болезненно обожгло льдом. Я с трудом не вскрикнула, но не одернула рук, зная, что нельзя. Я чувствовала силу этой темной остаточной магии – древнюю до жути, злую и голодную. И даже боялась представить, каким было настоящее проклятье, раз и его осколки до темноты в глазах впиваются в кожу.
Влад прижал меня к себе еще сильнее, возвращая в реальность, не давая поддаться остаточным чарам, способным затянуть в себя, словно в омут. Сейчас нельзя медлить. Я зашептала заклинания – быстро, четко, выверяя каждое слово. И моя магия послушно потекла по рукам, вплетаясь в чужое плетение, разрывая его, уничтожая темную, чужеродную силу. По ощущениям прошло не больше четверти часа, когда полностью восстановился и засиял ровным спокойный светом защитный купол, а я опустила руки.
Влад молча достал фляжку с водой, поднес к моим губам, и я сделала несколько жадных глотков. Сразу как-то стало легче.
– Ты научился читать мои мысли? – не удержалась я. – Каким-то же образом понял, что хочу пить.
– Ты губы облизывала, – спокойно заметил он.
Ну вот, все так очевидно. Влад просто очень внимателен, а я выдумала непонятно что. Щеки предательски вспыхнули, и я отвернулась, делая вид, что сосредоточена на поиске зелья в сумке. Наконец, вытащила нужный флакон.
– Так, защита нас обоих уже пропустит, но путевой светлячок лучше создать до того, как мы окажемся по ту сторону, – сказала я, поворачиваясь к Владу и сжимая в руке флакон, в котором было одно из сложнейших зелий, что я сварила за эти дни. Поисковое.
Влад кивнул, отпустил меня и сделал пару шагов в сторону. Я молча наблюдала, как за считанные секунды на его руке прорастают когти – острые и опасные. Он аккуратно порезал палец и капнул кровью в зелье.
– Что не так? – спросил, потому что я так и не отвела от него взгляд.
– У тебя же кинжал есть, – не выдержала я, ощущая непонятное беспокойство.
– Так мне удобнее, – пожал плечами Влад, заметно расслабляясь и смотря на флакон в моих руках, из которого выплыл золотистый шарик света.
Я поймала его в ладони, чтобы не улетел в сторону временного поселения волков, почуяв их кровь. Влад снова оказался рядом, обхватил меня за талию одной рукой крепко и уверенно, а вторую положил на рукоять меча, давая понять, что будет и защищать, и поддерживать.
– Готова? – спокойно спросил он.
– Да, – выдохнула я.
Мы сделали вместе шаг за щит – и мир перевернулся.
Защита, мягко обтекая, пропустила нас, а потом чаща стала на глазах меняться. Черные ветки сыпались искрами, исчезая прямо в воздухе, как пепел от костра. И вскоре перед нами оказалось темное и обещающее мало хорошего, непроходимое болото.
Оно расстилалось, насколько хватало глаз – бескрайнее, серое и наверняка донельзя опасное, по-другому здесь просто быть не может. Бурый мох покрывал кочки, не внушающие доверия. Наступать на такие очень страшно, казалось, они вот-вот уйдут из-под ног. Между ними поблескивала черная маслянистая вода, в которой с чавкающим звуком то и дело лопались пузыри. Из болота торчали коряги, выбеленные временем настолько, что напоминали кости неизвестных животных. Воздух был наполнен тяжелым сладковато-древесным ароматом.
По спине побежали мурашки, волосы встали дыбом, настолько здесь стало жутко.
– Великая Белая Волчица, – выдохнул Влад за моей спиной, тоже впечатлившись.
Я нервно сглотнула, понимая, что он совсем не узнал это место. Но чем мне его утешить? Я сама пусть и предполагала подобное, бабушка пусть и немного рассказывала о чаще, но увидеть, во что превратился лес, создав такую ловушку – это совсем другое.
Я сжала в ладони золотистый шарик света, и он задрожал, будто тоже испугался. Тепло разлилось по пальцам, напоминая, зачем я здесь.
– И это болото может исчезнуть, когда мы пройдем его? – поинтересовался Влад.
– Да. Если… пройдем.
Он осторожно развернул меня в своих руках, заглянул в глаза.
– Мы пройдем.
Голос Влада звучал спокойно, а глаза сияли ровным янтарным светом без тени сомнения.
– Мне бы твою уверенность, – вздохнула я.
– Ты точно справишься с чарами, потому что ты – Фиона Астахова. Сильная, смелая ведьма, не привыкшая отступать и вытрепавшая мне столько нервов за это время, что уму непостижимо.
Я усмехнулась, не удержавшись, и внутри стало чуточку легче. Влад явно не пытался сейчас меня вывести из себя, лишь отвлечь и подбодрить, и за это я была ему бесконечно благодарна.
– Хорошо, – выдохнула я, расправляя плечи. – Сейчас я отпущу светлячка, и он поведет нас по безопасной тропе. Относительно безопасной, – поправилась, окинув взглядом болото. – Так что смотри и под ноги, и по сторонам. Постарайся ни к чему не прикасаться лишний раз – ни к воде, ни к мху, ни к этим корягам. Если светлячок замерцает красным, значит, опасность… смертельная, замри и не двигайся.
– Понял, – серьезно ответил Влад.
Я сделала еще один глубокий вдох и разжала ладони. Золотистый шарик взмыл вверх, повис на мгновение и плавно полетел вперед над кочками.
– Ну что, ведьма, – тихо сказал Влад, решительно сжимая рукоять меча, – веди нас.
Я сделала первый шаг и тотчас замерла, потому что болото моментально заволокло пеленой. Но туман был не белый, какой случается по утрам над рекой, я серый, тяжеловатый и почти осязаемый. Он стелился над водой, обволакивал коряги, лип к одежде и лицу, заставлял с трудом делать вдох. Вдали он превращался в плотную стену, за которой ничего было не разглядеть.
Но хуже всего стало ощущение враждебной силы, от которой на спине выступил холодный пот.
– Фиона, – голос Влада и его живое теплое прикосновение вывело меня из оцепенения. – Не смотри туда. Не надо.
Я моргнула, тряхнула головой и кивнула. Влад успокаивающе сжал мое плечо. Я нашла глазами светлячка, зависшего над следующей кочкой, разгонявшего туман вокруг нас, и сделала следующий шаг.
Мы шли медленно и осторожно, каждый шаг проверяя светлячком. Он иногда замирал, и замирали вместе с ним и мы, затаив дыхание, прислушиваясь к тому, что происходит в тумане. Пока нам везло, мы избегали любой, какой бы то ни было опасности, но напряжение внутри меня росло. Ведьминская интуиция вопила, что впереди ждет что-то очень плохое.
Шагнув на очередную кочку, я поскользнулась и чуть не упала, но Влад моментально поймал меня и прижал к себе. Чувствуя его спиной, ощущая едва уловимое дыхание на макушке, тепло его рук, я тихонько вздохнула, успокаиваясь.
Едва слышный до этого всплеск воды стал громче, и вдруг разом со всех сторон послышались чавкающие и хлюпающие звуки, и из глубины болота, проступая очертаниями сквозь туман, от чего становилось в разы страшнее, начали подниматься монстры, тела которых напоминали огромные пни, заросшие тиной и ряской, а морды пугали жутким оскалом. Светящиеся зеленые глаза, острые зубы и когти четко дали понять, что это – болотная нечисть, которая встречалась разве что в детских страшных сказках.
– Влад… – мой голос сорвался на шепот.
Он молча достал меч и коротко велел:
– Держись рядом и следи, чтобы мы не сбились с пути.
И буквально в следующую секунду все эти чудовища набросились на нас. Я пискнула от ужаса, но этот звук потонул в начавшейся битве. Теперь я только и видела, как сверкал в руке Влада меч и падали в воду сраженные монстры. Врагов было столь много, что вскоре Влад применил частичный оборот. Теперь в ход шли и его когти, и зубы. Он кружил возле меня и рычал каждый раз так, что хотелось подпрыгнуть на месте, – низко и угрожающе на все болото, когда хоть кто-то из ретивых монстров оказывался близко ко мне.
Таким диким, хищным, невероятно сильным я этого мужчину еще не знала. Сейчас он буквально расшвыривал вокруг нас вопящих врагов и был совсем не похож на того вожака, который ехидно спорил со мной у костра, носил на плече и кормил земляникой. Здесь был зверь. Опасный и смертоносный. И этот зверь защищал меня, как никто другой бы не стал…
Эх… а я вот совсем беззащитна перед нечистью и ничем не могу ему помочь. А еще ведьма называется!
Тут я осознала, о чем подумала, ругнулась про себя. Это надо же настолько испугаться болотных чудовищ, что забыла о своей силе.
Я нырнула в сумку, достала зелья и… флаконы вспыхнули в моей руке, осыпаясь искрами. Та же участь постигла абсолютно все мои зелья, оставив сумку практически пустой, не считая запасной одежды и мелочей. Созданная ловушка не позволила использовать никакую магию, кроме поискового светлячка, буквально развеивала ее. С досады прикусив губу, понимая, что ничем не смогу Владу помочь, кроме как бежать дальше за светлячком, я увернулась от очередного монстра, который пытался мной подзакусить. В следующее мгновение он рухнул, сраженный мечом Влада.
Вскоре чудовища стали редеть и отступать, а неподалеку показалась небольшая поляна, за которой тянулась твердая и сухая тропа. Именно там и замер мой светлячок, горя ровным золотым светом. Значит, это место безопасное.
Влад, все еще прикрывая меня своей могучей спиной, настороженно осматривался, не спеша прятать меч. И только когда стало совсем тихо, убрал оружие и повернулся ко мне.
В следующее мгновение его глаза вспыхнули, словно огонь, полыхнув яростью. Он подхватил меня и буквально перекинул на поляну с такой скоростью, что из груди вышибло воздух, а в глазах потемнело.
Едва я рухнула на землю, как, не обращая внимания на боль от удара, вскочила.
Влад дрался с огромным и страшным монстром – выше моего оборотня в два раза, с пастью, полной черных зубов, с когтями, истекающими ядом. Похоже, тот выбрался из болота как раз на том месте, где я стояла секунду назад.
Еще несколько мгновений – и Влад вонзил в грудь чудовища когти, снося другой рукой с мечом голову. Монстр завалился в болото, утягивая за собой и Влада. Вода взметнулась, опадая, но моего оборотня я так и не увидела.
Не помня себя от ужаса, забыв обо всем на свете, я рванула к тому месту, где он ушел под воду и, не мешкая, нырнула в самую глубину. Вода, словно омут, потянула за собой, болото обрадовалось новой добыче, но я искала в ней Влада и, когда нашла, потащила за собой. Задыхаясь, чувствуя, как немеют руки и ноги, как перед глазами становится все темнее, я не сдавалась. И, наконец, вынырнула рядом с безопасным берегом.
Выплевывая воду и жадно ловя ртом воздух, несколько секунд приходила в себя, а после с неимоверными усилиями вытащила нас обоих из воды на середину поляны. Болото шипело вслед, булькало, казалось, так и тянулось, чтобы заманить обратно, но уже тщетно. Я никому не позволю забрать у меня этого мужчину – ни болоту, ни нечисти, ни смерти. Только не его.
Рухнув рядом, тяжело дыша, успокаивала трясущиеся руки и ноги, осознавая, что Влад так и не пришел в себя. Бросилась к нему, прислушиваясь к стуку сердца, которое, к счастью, билось. Затем зажала ему нос и нажала на грудь, заставляя выплюнуть воду, и только тогда и заметила растекающееся по рубашке алое пятно.
Рана в плече оказалась глубокая, но самое страшное – в нее попал яд того жуткого чудовища, и он расползался по телу черными нитями, забирая капля за каплей жизнь.
– Нет-нет-нет! – зашептала я, трясущимися руками стягивая с Влада одежду и проверяя, не зацепило ли его когтями еще где-то. – Ты не смеешь умирать, слышишь?
По щекам потекли слезы, но я вытерла их, шумно вдохнула и потянулась за сумкой. Должно же в ней остаться хоть что-то нужное!
Чистая запасная одежда, фляга с водой, бинты и ничего больше. Я промыла рану, перевязала ее, но это не поможет от яда. Он так и полз все дальше. Губы Влада синели, лицо становилось бледным. Я умывала его, стирала грязь и кровь, в панике думая, что могу сделать, как спасти и вытащить этого мужчину из лап приближающейся смерти.
Я прижалась к нему, обхватила лицо ладонями, ища хоть какой-то признак жизни. Его дыхание уже едва ощущалось…
Я не могу его потерять. Только не его! Всю душу он из меня вытряс, все сердце растревожил, всю жизнь перевернул… Эти чувства так и жгли сейчас изнутри, просились наружу и, когда под пальцами вспыхнула магия, я, не думая, опустила ладонь над его раной, отдавая всю, до капли.
– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть он живет! – шептала я неизвестно кому это странную молитву, и огонь внутри все рос и рос.
Я опутывала сейчас своей магией Влада, вливая в него силу, вытягивая яд, что попал в него, наверное, вечность. И когда его дыхание выравнялось, а кожа стала теплее, взглянула снова на рану, которая начала затягиваться.
Получилось! Не знаю почему вдруг моя магия проснулась и сработала, когда те же зелья пришли в негодность, но это сейчас не имело значения. Главное, Влад теперь вне опасности. Я обессиленно уткнулась ему в другое плечо, всхлипнула, не в силах от усталости даже двигаться.
Туман вновь затягивал пространство вокруг, отрезая нас сейчас от всего мира, когда я немного успокоилась, а Влад вдруг застонал, заворочался. Я встрепенулась, нависла над ним, ожидая, что откроет глаза, но вместо этого он, так и не приходя в себя, находясь в каком-то забытье, притянул меня ближе и впился в губы таким отчаянным поцелуем, будто я была его воздухом.
Не осталось ничего. Ни опасностей, ни болота, ни моего недавнего страха. Только он. Только его губы, от которых горели мои. Только сильные руки, не отпускающие и сжимающие так крепко, что не вырваться, даже если захочешь. Волчья хватка.
Когда Влад отпустил, я обессиленно опустила голову на его плечо, не в состоянии с него сползти.
– Никому тебя не отдам, ведьма, – пробормотал он. – Ты только моя.
Я замерла, вгляделась в его лицо. Бредит. Однозначно, бредит. И не понять, то ли это последствия яда, что попал в рану, то ли болото чем-то одурманило.
Я вновь прислушалась к его уже ровному дыханию, осознавая, что Влад провалился в сон. Так даже лучше, отдых исцелит его.
Посмотрев на сгущающийся туман и прислушиваясь к знакомой уже тишине болота, я закрыла глаза и провалилась в сон.
Проснулась я от того, что подо мной кто-то дышал. Я лежала прямо на Владе, уткнувшись носом в его шею. Тепло его тела согревало так, что я нежилась в нем и не хотела просыпаться, не хотела открывать глаза, не хотела возвращаться в реальность, где это ужасное болото с монстрами.
Зевнув, я все же открыла глаза и тут же обожглась от взгляда Влада. Такого знакомого, янтарного, живого… Его пальцы запутались в моих волосах, перебирали пряди, гладили… И от этого по спине бежали мурашки.
– Испугалась? – тихо и с легкой хрипотцой спросил он.
– А как ты думаешь? – выпалила я, сползая с него в сторону. – Свалился в болото, потерял сознание, истекал кровью, чуть не умер от яда того чудовища, а мои зелья все не действуют, обратились в пыль. Как так можно?
Я не удержалась и легонько ударила его кулаком в плечо, но тотчас осознала, что он же был ранен, а я тут об этом не подумала на эмоциях-то.
– Больно? – запаниковала я, пытаясь разглядеть, не пошла ли кровь сквозь повязку.
Влад посмотрел на мои дрожащие руки и вдруг сгреб меня в охапку. Прижал к себе так крепко, что я даже пискнула от неожиданности.
– Живой я, ведьма, – выдохнул мне в макушку. – Живой. Даже не надейся избавиться от меня так легко и просто.
– Дурак, – просипела я, чувствуя, как в глазах защипало. – Чуть не погиб, а такое говоришь!
– Ну, хоть рыдать передумала, – усмехнулся он. – А то это прямо хуже всех монстров вместе взятых.
– Что? Я хуже всех монстров? – прорычала я, не зная, что сейчас с этим волком сделаю. Притоплю в болоте, наверное. Хотя, как можно! Он же мне… жизнь спас. Из-за меня оказался ранен.
– Ну что опять? – возмутился Влад, заметив сменившееся выражение моего лица и сильно напрягаясь.
– Ты меня от того чудовища спас… И еще от полсотни остальных.
Он немного удивленно приподнял бровь, словно это было само собой разумеющееся, спасть одну ведьму от когтей монстров.
– Спасибо, Влад.
Я сказала это тихо, но в этих словах для меня было все: и моя огромная благодарность, и страх, что не отпустил.
Влад буквально пронзил меня взглядом.
– Взаимно, Фиона, – мягко отозвался он. – Я ведь тоже цел благодаря тебе. И в болоте не утонул, и раны ты мои, судя по всему, магией залечила, и даже ночь я провел в тепле.
Влад улыбнулся так широко, что я даже глазами захлопала, а когда разглядела прятавшиеся искры смеха…
– Ты просто невыносим! – выпалила, чувствуя, как щеки заливает краской, а желание его чем-нибудь стукнуть снова непреодолимо. – И как меня угораздило с тобой связаться, волк?
– Полагаю, это был риторический вопрос, – весело хмыкнул он.
Я хотела снова возмутиться, но вдруг поняла, что он специально отвлекает меня от воспоминаний и вчерашнего страха, и даже сердиться из-за этого на Влада не получается.
– Давай лучше завтракать, по ощущениям моего зверя, скоро рассвет. Да и переодеться и привести себя в порядок не мешало бы, прежде чем двигаться дальше, – спокойно сказал он, вновь поглаживая меня по спутанным волосам и улыбаясь.
– Хорошо, – ответила я. – Но сначала давай я посмотрю и перевяжу твою рану.
Я аккуратно сползла с него, потянулась за сумкой, вокруг которой кружили светлячки. Даже странно, что они появились среди болота, все еще тонувшего в тумане.
Достав бинты, я бережно принялась снимать повязку с плеча Влада, одной рукой опиравшегося о землю и не сводившего с меня глаз. А я, пока пальцы касались ткани, чувствовала жар, исходящий от этого мужчины, опутывающий меня, проникающий внутрь, лишающий здравых мыслей… И собственные пальцы показались чересчур чувствительными, когда коснулись его кожи.
– Зажило, – прошептала я, поглаживая едва заметный след от раны. – Твоя волчья регенерация – просто невероятная!
– Или твоя магия, – хрипло заметил Влад. – С ядом все же даже я, каким бы выносливым оборотнем ни был, за несколько часов не справлюсь.
Я посмотрела в его глаза, ощущая, как что-то безвозвратно изменилось между нами, когда он, не думая о себе, защищал меня от болотной нечисти, а я, забыв обо всем на свете, бросилась за ним в темную опасную воду.
– Влад…
– Фиона…
Мы заговорили одновременно и замерли, немного растерявшись от неловкой ситуации. Несколько вездесущих светлячков ткнулись между нами, и мы, не сговариваясь, отогнали их руками от лица и… разом подскочили.
Светлячки кружили вокруг нас, переливаясь золотистыми искорками, летали между деревьями, появившимися из туманной завесы, тянулись в начавшее сбрасывать черноту, но еще полное звезд, небо.
Я неверяще оглянулась и не нашла жуткого болота, которое еще долго будет сниться мне в кошмарах. Мы стояли на краю светлого соснового леса. Высокие стволы уходили вверх, теряясь в предрассветной синеве, а земля была покрыта ковром темно-зеленого мха. На том месте, где вчера были кочки, росли низкие кустики черники, усыпанные спелыми ягодами, блестевшими от капель росы. На пригорке то тут, то там мелькали ярко-алые в белый горошек шляпки мухоморов. Где-то сбоку зазвенел ручей.
Вдали ухнул филин, по ветке передо мной проскочила рыжая неугомонная белка, обсыпав землю хвоей.
Влад медленно и спокойно вытащил меч и прижал меня к себе, прислушиваясь и принюхиваясь. Я на миг закрыла глаза, отпуская свою интуицию. Уж она-то как нельзя лучше чуяла опасность.
– Это не морок, – выдохнула я, открывая глаза. – Мы прошли ловушку, Влад, разрушили ее. Мы справились! – радостно улыбнулась я.
Он шумно выдохнул, убрал меч, расслабляясь и решительно направился к так никуда и не исчезнувшей за ночь тропе, ведущей через лес. Замер перед ней, словно наткнулся на невидимую стену.
– Что такое? – спросила я, подходя ближе и тут же осознав, что на пути стоит магическая преграда.
– Не пускает, – тихо заметил Влад, в голосе которого послышалась тоска.
Он сжал кулаки, вглядываясь в глубь леса, в расползающийся последний туман, который открывал еще часть широкой тропы, уходящей в гору, поросшую соснами и усыпанную огромными валунами, покрытыми мхом.
Мой путевой светлячок спустился откуда-то сверху, замер как раз перед этой внезапной преградой.
– Там твой дом?
– Да, – он даже не обернулся, сейчас явно был мысленно уже там, в той закрытой для нас части леса. – Если подняться по этой тропе в гору, увидишь долину с рекой, где расположено волчье поселение.
Я подошла совсем близко, протянула руки к невидимой преграде, и Влад тотчас обнял меня, чтобы пробудить мою силу. Пальцы коснулись магии, я ощутила легкое и немного теплое покалывание, высветился очередной узор. Вязь была настолько причудливой, что я долго рассматривала светящиеся завитки, проверяя следы чужой враждебной магии, но ее не было.
– Хм… Похоже, это просто часть защиты, которая выбилась из того купола и переместилась сюда. Мне нужно полистать бабушкин гримуар, чтобы понять, как ее снять и вернуть обратно.
Он кивнул, оставаясь спокойным, но я видела, как неохотно Влад отводит взгляд от тропы и отворачивается. И мне так захотелось положить руку на его плечо, погладить и пообещать, что все будет хорошо. Я прикусила губу, прогоняя непрошенное чувство.
– Сходи пока к ручью, умойся и переоденься, а я займусь завтраком, – сказал, ничем не выдавая больше своих чувств.
Я не стала спорить, лишь тихонько вздохнула. Привести себя в порядок и правда следует. Я вся грязная, и одежда, и волосы пропахли болотной водой. Удивительно, что Влад с его-то волчьим нюхом ни разу не повел носом и не поморщился.
Я подхватила свои вещи и ушла к ручью. Вода, конечно, была ледяной, но желание снова стать чистой, победило. Я отмывалась до скрипа, а после, одевшись и стуча зубами от холода, добралась до костра, который разжег Влад. Над огнем уже висел котелок, в котором побулькивала заячья тушка. Пока я мылась и стирала одежду, Влад успел и поохотиться. С таким мужчиной, похоже, не пропадешь и никогда не останешься голодной.
Поймав себя на этой последней мысли, я смутилась и еще чуть ближе придвинулась к костру.
Влад, в этот момент перебирающий чудом уцелевший походный мешок, который, как я недавно выяснила, он забросил на поляну вместе со мной, достал плащ и накинул мне его на плечи.
– Держи, так явно теплее будет.
– А ты?
– А мне не грозит простыть и шмыгать носом, – хмыкнул он, подхватывая свои вещи и направляясь к ручью.
– Вот же… волк, – проворчала я вслед, кутаясь в теплый плащ и вдыхая аромат готовящейся похлебки.
В ответ раздался едва слышный смешок Влада.
Несколько минут я сидела, согреваясь, прислушиваясь к плеску воды в ручье, где купался Влад, смотрела на восходящее над лесом солнце, щедро разливающее краски, а после полезла в бабушкину книгу. Или уже в мою, если так подумать. Пора к этой мысли привыкнуть. Однажды ведь я тоже передам ее своей старшей дочери или, если вдруг в ней не проснется дар, кому-то другому.
Я просматривала внимательно записи, но пока ничего не нашла.
– Неугомонная, – вырвал меня из невеселых размышлений Влад.
Он снял котелок с огня, разлил похлебку по мискам, привычно протянул мне еду.
– Есть такое, – сказала, проглатывая первую ложку обжигающей ароматной похлебки.
Влад бросил на меня взгляд, по-доброму усмехнулся и тоже приступил к завтраку.
И едва закончив есть, мы вдруг услышали волчий вой. Я вздрогнула от неожиданности, заоглядывалась.
– Не бойся, это Дамир. У нас был договор, что он через сутки проверит заколдованную чащу.
Тут Влад нахмурился и как-то обреченно вздохнул.
– Что-то не так?
– Правда того, что за ним придет вся стая, я как-то не ожидал, – выдохнул он и скрестил руки на груди, смотря в сторону леса, где из-за деревьев показались и волки, и сидящие на них дети и женщины.
Через несколько минут нас окружили.
– Живы, Великая Белая Волчица! – довольно и радостно похлопал Дамир по плечу Влада.
– А мы так за тебя переживали, вожак! – раздался чей-то взволнованный голос.
– Ночь не спали!
– Извелись!
– И решили утром на подмогу идти!
– А я для тебя сахарный крендель припасла, – выдохнула Василина.
Влад оглядел свою шумную стаю, перевел строгий взгляд на Дамира.
– Приказа никого не брать, ты не давал, – развел он руками. – А я разве вожак, чтобы удержать этих чересчур ретивых и искренне любящих тебя оборотней. Переживали так, что я чуть не взвыл, – пожаловался он. – И как ты вот со всем нами справляешься, Влад?
– С трудом, – ответил Влад. – Мы только ловушку успели пройти, еще одну преграду не сняли.
– Так мы ставим здесь лагерь, вожак? – деловито поинтересовался Зорий, из-за спины которого выглядывали любопытные волчата.
– Вы что же, все с собой принесли?
– А как же! – раздался довольный голос кого-то из волков. – Куда вожак, туда и мы!
– Помогать будем, чем можем!
– Так что, можно нам остаться? – поинтересовался Дамир, и все взгляды жадно уставились на Влада.
– Можно, – махнул он рукой. – Фионе разбираться с магической завесой не мешать! – добавил тут же.
Влад отошел, принялся коротко раздавать распоряжения об обустройстве лагеря и назначать каждому какую-то работу.
Несколько минут я смотрела на начавшийся ажиотаж. Волки шумно ставили шатры, сооружали навесы и разгружали мешки с вещами с небольших телег. Дети носились по лесу, гоняясь за непугаными бабочками и мгновенно перемазались черникой.
Через время Влад снова подошел ко мне, протянул кружку с горячим чаем и сахарный крендель. Я, улыбаясь, разломала его на две части, одну из которых протянула волку. Он совсем странно покосился на меня, но отказываться не стал. Так мы и стояли, попивая чай и смотря на то, как волки шустро обустраивают лагерь.
– Тебе требуется какая-то моя помощь? – спросил он, кивком показывая на преграду.
– Пока нет. Я поизучаю гримуар. Раз чары накладывала бабушка, то о них должны быть записи.
Я знала это наверняка, потому что бабушка всегда своими магическими знаниями и опытом делилась с книгой, считая, что они могут пригодится ее будущим правнучкам.
– Хорошо. Я сейчас отдам необходимые распоряжения, и, если что… буду для тебя свободен. Зови в любой момент, – уверенно пообещал он.
Я кивнула. Влад забрал из моих рук пустую кружку и направился в сторону большого разведенного костра. Я же глубоко вдохнула, вытащила книгу и устроилась чуть в отдалении от стаи, погружаясь в свою работу.
Фиона сидела под деревом, вновь полностью погрузившись в ведьминский гримуар и ничего не замечая вокруг. Иногда она забавно морщила нос или прикусывала губу так, что внутри у меня все вспыхивало. Заходившее солнце золотило ее русые, заметно отдающие рыжиной волосы, делая девушку еще красивее.
– Подойти-то и помочь своей паре не хочешь, Влад? – спокойно поинтересовался Дамир, с которым мы, закончив час назад традиционную вечернюю тренировку, разбирали записи о расходах стаи.
Я с трудом отвел от Фионы глаза, тихо вздохнул.
– Нет.
За этот день она прерывалась только на еду да несколько раз подходила к куполу, проверяя какие-то свои догадки. Я не отвлекал ее и не позволял это делать никому из волков. От нее одной сейчас, как и раньше, зависело, вернемся ли мы домой. Но как же невыносимо было держаться от нее даже на этом ничтожном расстоянии!
– Как все запущено, однако, – покачал он головой. – Влад, почему ты не хочешь признать, что чувствуешь к Фионе не только физическое притяжение, что срабатывает не просто волчий инстинкт пары? – серьезно поинтересовался Дамир. – Ведь каждое твое действие говорит, что ты ее принял. Нежность, собственнический взгляд, забота, отклик на ее малейшую эмоцию или жест… Поймай любого волка из стаи и спроси, насколько я не прав, если не веришь.
– Я уже признал, – ответил тихо.
– Слава Великой Белой Волчице! – выдохнул Дамир. – Так и знал, что ты оценишь эту девушку.
Я удивленно приподнял брови.
– И характер ее, и смелость.
– Ты про то, что она все нервы мне меньше чем за месяц вытрепала? И про то, что, когда я узнал, что Фиона бросилась за мной в болото, ныряя на глубину, чуть не поседел от страха? – не удержался я.
Стоило только представить, как она рисковала собой ради меня, ни о чем не думая, так хотелось взвыть. Впрочем, чего я от нее ожидал? Что сбежит? Спрячется? Или оставит меня раненого, с ядом монстра в крови? Сдастся, когда не сработали ее зелья – единственная ее защита на тот момент?
Как же долго я не хотел видеть очевидного! Отрицал, находил тысячи причин, чтобы только не принять это свое «люблю». И почему-то только оказавшись на этом болоте, вдвоем, где, что ни шаг – грозят чьи-то когти или гибельная топь, все для меня окончательно стало ясным. Изменили действительность ее отчаянная бездумная храбрость, ее дрожащие руки, что я чувствовал в лихорадочном плену, из которого не мог никак выбраться сам, ее слезы, обжигающие мои щеки, ее трясущийся голос, когда она просила, чтобы я жил…
– Я про то, что ты, наконец, осознал, что твое счастье под носом, вон, – прервал мои мысли Дамир.
– Понять бы, что теперь с этим осознанием делать, – покачал я головой, невольно снова бросая взгляд на Фиону.
И рад бы не смотреть, сосредоточиться на делах, да не получается. Так и хочется подойти, стиснуть в своих руках, зарыться носом в ее волосы, вдыхая сладкий аромат. Век ведь не надышусь, до самой смерти.
– А у тебя есть варианты? – удивился Дамир.
– Думаешь, оценит, если я ее в охапку и никуда больше не отпущу? – поинтересовался я.
Дамир вытаращился на меня так, будто ослышался, но в следующее мгновение в его глазах мелькнуло веселье.
– Если что, мы в стае спрячем все метлы, – серьезно заявил он, явно намекая, что про то случайное колдовство известно всем волкам. – И поможем всем, на что хватит нашей фантазии.
– Вот этого я порой и боюсь, – фыркнул я. – До сих пор не понимаю, как отряд из шести волков, которые должны были через сутки проверить, пали ли чары чащи, превратился во всю стаю.
– Так и не привык, что за тебя переживает кто-то, кроме двоюродного брата, да дяди с тетей? – понимающе улыбнулся он. – Ничего, время это поправит.
Ответить я не успел, потому что Фиона поднялась и направилась к куполу. Прижалась к нему, глубоко и как-то тяжело вздохнула, будто готовилась шагнуть в пропасть, и я тотчас, почувствовав ее эмоции, вскочил на ноги.
В следующее мгновение из-под ее пальцев полилась золотистая сила, вливаясь в магическую завесу, делая ее мерцающей и колеблющейся, словно морская волна. Оборотни, забыв о своих делах, замерли, не сводя с Фионы глаз.
Я тоже смотрел, чувствовал ее радость от того, что окончательно освоила силу, и непонятную горечь, которая при этом терзала ей душу.
По куполу прошла сильная рябь, и он, словно хрупкое стекло, осыпался искрами. Загомонила шумно и довольно стая, взвыло несколько волков, не сдержав эмоции, но я по-прежнему смотрел только на Фиону, опустившую руки.
Она обернулась, нашла меня взглядом, в котором сквозило что-то непонятное и пугающее меня. Я буквально сорвался к ней, оказываясь рядом.
– Ты ранена?
– Нет. Все в порядке, – тихо ответила она, что совсем не соответствовало истине, и от этого мой зверь готов был рвать и метать.
Ей явно плохо, но признавать она это не хочет.
– Устала? Замерзла? Хочешь пить или есть? – я искал причину ее чувств, цепляясь за самые простые и предсказуемые варианты.
Покачала головой, поманила светлячка.
– Пойдем вдвоем, проверим тропу на всякий случай, – сказала она, смотря в сторону собравшейся за моей спиной стае, – прежде чем все остальные пойдут.
Я впился в нее взглядом, но спорить не стал. Мы все так долго ждали этого мгновения – вернуться домой, что удержаться и не пойти по тропе к поселению прямо сейчас, нереально. Да и если какая-то нечисть или ловушки, с этим лучше разобраться сразу.
– Хорошо.
Я обернулся к замершим оборотням.
– Всем оставаться здесь, пока не позову. Мы идем проверять опасности.
Волки закивали, жадно смотря в сторону заветной тропы.
– Дамир, ты за главного. Делаем, как договаривались, – тише сказал я другу, к которому прижималась сейчас жена.
– Да, Влад, понял. Так, первый и второй отряды, рассредоточиться по поляне. Василина, собери женщин возле костра. Зорий, принеси запас воды. Тиберий…
Вслушиваться в остальные распоряжения Дамира, я больше не стал, вновь повернулся к притихшей Фионе, которая вызывала у меня недоумение. Что с ней? По ощущениям, вот-вот готова расплакаться, но никаких причин для этого у нее нет.
– Идем, Влад, – позвала за собой, шагая на тропу.
Светлячок поплыл перед нами, освещая путь, но, не пройдя и нескольких шагов, Фиона остановилась.
– Тут были магические огни, верно? – кивнула она на пни.
– Да.
Ее рука взметнулась вверх – плавно, спокойно, будто Фиона делала это сотни раз, и магия наполнила лесные светильники привычным мягким светом, который с наступлением сумерек всегда освещал моей стае путь. Они загорались один за другим – вдоль тропы, высвечивая скалы, покрытые мхом, вековые сосны и заросли ягод, бросая золотистые тени на тропу.
– Как невероятно красиво! – выдохнула Фиона так, словно и не она сотворила только что это волшебство.
Что она со мной творит? Нет, это невозможно! В охапку ее и…
– Идем, волки ждут, – позвала она, обрывая мои мысли.
Я глубоко вдохнул, осознавая, что хотел поговорить с моей парой о своих чувствах прямо сейчас, практически при всех, забыв, что у меня есть долг перед оборотнями. Ничего, осталось немного – убедиться, что злые чары не коснулись поселения волков, а потом… останется лишь Фиона. И от этого осознания по венам бурлила кровь, и желание растекалось по всему телу.
Эта мечта на время примирила меня с реальностью. И сейчас я просто позволил себе идти по тропе за той, что навсегда украла мое сердце, и прислушиваться к происходящему в лесу.
Сила послушно и легко текла по пальцам, зажигая лесные светильники, стоящие вдоль тропы, созданные еще моей бабушкой.
Золотистый свет разгонял полумрак, делая лес сказочным, нереальным и словно зачарованным. Кружили светлячки, оглушала тишина, но не тревожная, как на том болоте, а уютная и мягкая.
Я медленно шла по тропе, старательно сосредотачиваясь на ощущениях, чтобы если что не пропустить ловушку или какую-то иную опасность, но мыслями была далека, потому что рядом шел Влад. Мужчина, который незаметно за считанные дни стал для меня всем.
Стоя возле той магической преграды я шептала не заклинания, а вспоминала его сильные, надежные руки на моей талии, чувствовала встревоженный взгляд, который не отпускал меня, кажется, уже не на мгновение, словно он в любую секунду был готов вскочить и закрыть меня собой от любой опасности, горела при мыслях о нашем первом горячем поцелуе… И это жившее во мне, настоящее, пылавшее с невероятной силой в сердце, оказавшееся могущественней любой магии и сделало невозможное – разрушило чары и открыло заветную тропу…
Люди зовут это чувство любовью. Я просто не сразу поняла, что она пришла и ко мне. Думала, у нас просто договор. Думала, привыкла к этому практически невыносимому волку – его подколкам, ухмылкам, упрямству. А оно оказалось совсем другим. Гораздо большим.
Я не признала эту любовь даже тогда, на болоте, когда Влад умирал от яда. Я опутывала его своей нечаянной магией, радуясь, что случилось чудо, она откликнулась в такой подходящий момент… И не поняла, что она была рождена не просто из желания защитить и спасти одного упрямого волка, а из искренней и сильной любви, способной справиться с чем угодно. Здесь не нужны ни зелья, ни заклинания. Только… любить. И тогда даже самая древняя и могущественная магия, какой бы она ни была, будет бессильна против этого чувства, отступит и сдастся.
Только любить.
Да… о таком не прочитать в оставленной в наследство бабушкиной книге. Это то, что ведьма должна понять сама. Прожить, прочувствовать до самой глубины, до дрожи, до боли…
И теперь я не представляла, как буду жить с этим чувством дальше.
Впрочем, с этим у меня еще будет время разобраться. Сейчас нужно просто идти по тропе, когда близость моего волка сводит с ума, и выполнить до конца свою часть сделки. Влад уже со своей справился – подарил мне магию, сделав настоящей ведьмой. Она и проснулась-то от того, что он появился в моей жизни. До чего же я была наивной, раз раньше считала иначе!
Мы взобрались на гору, вышли на каменную площадку, на краю которой высилась пушистая сосна. Над головой уже вспыхнули первые редкие звезды, и через пару часов ночь вступит в свои права, но сейчас и она замерла, давая возможность вдохнуть. Влад нетерпеливо подошел к самому краю, и я тихо последовала за ним.
Там, внизу, раскинулась долина, укрытая лесом, через которую серебрилась река, и виднелись разбросанные крепкие домики с разбитыми садами и огородами.
– Словно и не было того ледяного проклятья… – глухо заметил Влад, жадно вдыхая воздух и поглаживая шершавый ствол дерева. – Ты чувствуешь какую-то опасность, Фиона? – спросил, даже не поворачиваясь, явно не в силах оторваться взгляда от своего дома.
– Нет.
Влад шумно вдохнул, сверкнул ярко-желтыми, чисто звериными глазами и издал протяжный рык, полный такой тоски и радости, что защипало глаза.
Ему откликнулись радостными голосами другие оборотни. Прошли считанные минуты, когда стая буквально ворвалась на площадку. Огромные волки, на спинах которых сидели дети и женщины, заполонили пространство, радостно порыкивая и в нетерпении подергивая хвостами.
Я улыбнулась, испытывая и счастье за всех них, уже не чужих мне волков, а деливших со мной все эти дни кров, пищу, тихие радости и неприятности, и легкую грусть от предстоящего расставания. Я свою часть сделки выполнила, чары развеяны, и волки вернулись домой. Больше я здесь не нужна.
Я медленно сделала шаг назад, а потом – еще один, пока не оказалась в тени пушистых сосен. Скользнула за них, выходя на знакомую освещенную светлячками тропу, и принялась спускаться.
Вот вроде бы все сделала правильно, но почему мне сейчас так тяжело? Будто там, на горе я оставила всю себя…
Вскоре я оказалась в брошенном лагере. Посмотрела на всегда горевший, а теперь потухший большой костер, который согревал в стае каждого, бросила взгляд на поставленные шатры и не до конца разобранные за день вещи. И, вздохнув, отправилась за своими немногочисленными вещами.
В сумку к моему гримуару легла запасная одежда и шкатулка с мелочами, которыми успела обжиться в лагере оборотней. Вот по-прежнему и все мое богатство. Никакие зелья, травы, все необходимое для приготовления ведьминских эликсиров я забирать не стала. Пусть оборотни пользуются, себе я еще сделаю.
Проглотив возникший в горле ком, я покинула лагерь. Подумав, создала путевой светлячок, прошептав нужное заклинание, чтобы вывел меня к Лесной Благодати, и направилась по едва заметной тропе через лес.
Сейчас я не боялась ни диких зверей, ни нечисти, знала, что справлюсь магией. Но что делать с сердцем, которое так невыносимо болит? Чем дальше я уходила от стаи, от дома, который даже не стал моим, тем горше текли по щекам слезы.
Я остановилась прямо посреди тропы, сошла с нее в подступающий со всех сторон темнеющий лес и села на поваленное дерево, жалобно хлюпая носом. Куда вот я иду? Туда, где меня никто не ждет? Где нет его, моего невыносимого волка? И главное – зачем? Если все, что мне нужно, тот, кто мне нужен, остался там… Если я люблю его так сильно и отчаянно, что это чувство развеяло чары и открыло путь.
Что же теперь со всем этим делать?
А если вернуться… есть ли у меня хоть крошечный шанс, что я ему нужна, что ответит на мои чувства взаимностью? Но даже если нет, мой дом все равно там, где он. И хоть вой сейчас от безнадежности.
Я снова всхлипнула и так и замерла, когда из-за кустов бесшумно выскочил донельзя знакомый волк с янтарными глазами и обернулся Владом. Тяжело дышащий, с встрепанными волосами, в которых виднелись хвоя и листики, будто он мчался ко мне через непроходимую чащу, злющий… жуть просто!
– Ну и куда ты собралась? – вкрадчиво поинтересовался он, и в его голосе прозвучало что-то такое, отчего у меня мурашки побежали по спине. – Ни на секунду нельзя одну оставить!
Он рявкнул так, что я оторопела, да так и осталась сидеть, хлопать глазами, не в состоянии сказать ни слова.
– Ну? – хмуро спросил Влад, скрещивая руки на груди.
– В смысле куда? – выпалила я, приходя в себя. – Сделка же завершена.
Влад шагнул еще ближе, буквально сдернул меня с бревна, обдавая таким огнем в глазах, что, казалось, я сейчас вспыхну.
– Может, заключим другую? – спокойно поинтересовался он.
Так спокойно, что если бы не этот его опаляющий взгляд и недавний рык, ни за что бы не поверила в происходящее.
– Какую другую? – просипела я, чувствуя, как сердце сейчас, бедное, совсем сходит с ума.
– Ту, что на всю жизнь, Фиона, – сказал Влад тихим хриплым голосом, от которого я всегда забывала, как дышать. – Где все, что у меня есть, – твое. И мой дом, и мое сердце, и я весь твой.
Я неверяще смотрела в его янтарные глаза, боясь, что ослышалась.
– Все равно я без тебя не смогу, – добавил Влад, так и не дождавшись моего ответа. – Ты – моя истинная пара, Фиона.
– Вот оно что, – с горечью заметила я, чувствуя, как внутри все обрывается. – Так ты поэтому бросился вслед и предлагаешь мне… быть вместе? – спросила я, и мой голос дрогнул. – Из-за звериных замашек и зова крови, что привязали тебя ко мне?
От этого было больнее, чем когда я уходила из его поселения.
– Нет, самая невозможная ведьма на свете, – выдохнул Влад так нежно и уверенно, что мир снова стал разбиваться вдребезги. – Истинность – это физическое притяжение, вероятность идеальной пары, не больше, ощущение твоих эмоций, которые я почти не отделяю от своих. Она вовсе не означает любовь и счастье. И с этими звериными замашками, как ты сказала, и зовом крови, в отношении тебя я живу уже с первого мгновения, когда тебя даже не встретил, лишь почувствовал. И научился справляться. Ну, почти…
Он усмехнулся, а я медленно осознавала происходящее и разом находила объяснение всему тому странному и непонятному в поведении и словах оборотней, с которыми жила, когда дело касалось моих отношений с Владом. И возможность купаться в его личной заводи, и стоящий в двух шагах шатер, и то, что его волк спит у меня едва ли не под боком… Я-то думала, он приглядывает за ведьмой, старается сделать все, чтобы я выполнила наш договор, а он…
– Я люблю тебя, Фиона. Наверное, с того самого первого взгляда.
– Да неужели? – не удержалась я.
– И со второго люблю, и с тысячного. С каждого взгляда, – согревая незнакомой для нас обоих нежностью во взгляде сказал Влад.
И я таяла от этих слов, кажется, готовая простить ему все на свете, даже это ожидание столь важного признания.
– Пусть и не сразу… признал это.
– Сопротивлялся до последнего, – поняла я. – Наверное, ждал покладистую девицы с милым характером, а не ведьму.
– Я тебя ждал, – сказал он так, что к горлу подкатил ком. – И нужна мне именно ты. Упрямая, вечно со мной спорящая, ехидная…
– Ну, знаешь… – возмутилась я столько сомнительным комплиментам.
– Безрассудно смелая, искренняя и настолько сладко пахнущая, что так бы и съел, – Влад забавно щелкнул зубами, явно подразнивая меня, но вместо этого по телу пошла волна жара, а дышать стало трудно.
– Вот же, волк! – просипела я, буквально сраженная его напором и признаниями.
– Учти, я тебя больше не отпущу, – вдруг прорычал он. – А вздумаешь сбежать – найду и снова похищу. Навыки у меня имеются, – грозно заявил Влад, но в его глазах явно прятался сейчас страх… страх потерять.
– Ты… Ты…
Я силилась хоть что-то сказать ему, потому что сейчас меня буквально разрывало и от злости, и от обиды, и от невыносимого счастья. А он стоял и смотрел на меня так, будто я – вся его жизнь.
– Люблю тебя, Влад, – созналась тихо. – Всем сердцем.
Он шумно выдохнул, не сводя с меня сияющих глаз, от которых коленки подгибались, а мысли начинали путаться.
– Хоть ты и невыносимый, невозможный, – стукнула я его плечо кулаком, – самый лучший…
Влад усмехнулся. Недалеко же я от него ушла.
– И я вот даже не знаю, чего мне сейчас хочется больше после того, как все нервы вытрепал, – погонять тебя метлой или поцеловать.
– Давай начнем со второго варианта, краса моя ненаглядная, – обнимая меня, прошептал он.
– Надеешься, что потом у меня сил не останется? – просипела я, потому что его руки медленно скользили по спине, пока не запутались в волосах.
– Не надеюсь, а обещаю, – и накрыл мои губы жарким и нежным поцелуем.
Это было какое-то безумие, потому что мы все целовались и целовались, не в силах остановиться и выпустить друг друга из рук хоть на мгновение. А потом Влад вдруг замер, выдохнул и втянул носом воздух – глубоко, по-звериному, перебирая пальцами мои волосы.
– Тебе придется терпеть меня вечно, – хрипло заметил Влад.
– Тебе меня тоже, – заметила я и слегка куснула его за ухо.
– Эй, кто из нас двоих волк? – возмутился он с явным смехом в голосе.
– Можно подумать, тебе жалко.
– Да при чем тут это! Просто… я едва сдерживаюсь с тобой рядом, – со вздохом сознался он. – И ты, судя по всему, рядом со мной тоже.
И, не дав мне ответить, снова впился в мои губы поцелуем, да таким, что ноги совсем перестали слушаться, и очнулась я, вцепившись в его рубашку, тяжело дыша и ничего не соображая от любви к моему волку.
– Все, теперь точно домой.
– Думаешь, я дойду? – просипела, наконец, отдышавшись.
– На себе отнесу, – заявил он и на миг прислушался к тишине леса.
– Опасность? – встрепенулась я, создавая магический шар.
– Нет, мое счастье, – мягко ответил он. – Но, если что, я тебя защищу, не бойся. Я проверял, нет ли кого поблизости из стаи. Они слишком рвались помочь тебя вернуть.
В голосе Влада послышались ревнивые нотки.
– Влад, я только твоя и никуда больше не сбегу, – выдохнула я.
– Обещаешь? – так тихо, что едва слышно, спросил он.
– Небо, неужели ты так и не осознал, насколько сильно я тебя люблю! У меня даже магия меняется, преграды сносит напрочь при одних только мыслях о тебе, и с того света тебя вернула!
– И ты мне не сказала, – прохрипел Влад, шумно вдыхая воздух. – Вместо этого… сбежала!
В его голосе послышался рык, а глаза сверкнули так ярко, что меня прямо всю окутало огнем.
– Я так больше не буду, – пообещала тут же. – Ну куда мне бежать, если нужен один ты, волк ненормальный? Ты такой недоверчивый, оказывается… С ума с тобой сойти можно. Или больше… от тебя.
Я не выдержала, притянула его к себе и поцеловала так сильно, так жадно, что через минуту обнаружила, что меня прижимают к дереву всем телом.
Мы, тяжело дыша, смотрели друг на друга.
– Вместе, – прохрипела я.
– И навсегда, – выдохнул Влад, отпуская и отходя немного в сторону, чтобы обернуться огромным волком.
Дорога к волчьему поселению заняла совсем мало времени. Влад буквально летел, а не бежал. Темный лес мелькал стеной, а разглядеть уже успевшие высыпать на небо звезды я не смогла.
Я хорошо понимала, что именно Влада заставляло так мчаться домой. У меня самой от счастья и то и дело вспыхивающего желания, стоило только представить, что совсем скоро он станет моим, сердце выскакивало из груди, а губы расплывались в улыбке. Это смесь предвкушения и волнения будоражила кровь сильнее любого зелья.
А еще я наслаждалась тем, что беззастенчиво изучала зверя, у которого сидела на спине. В тот единственный раз, когда Влад возил меня на себе в облике волка, ничего подобного я просто не успела. Зато сейчас… Зарывалась пальцами в жесткую, отливающую серебром луны шерсть, теребила мягкие уши, смеялась, когда Влад игриво фыркал или порыкивал, временами отвлекаясь и оборачиваясь ко мне. Глаза у него сияли янтарным светом, а зубы при этом сверкали в чисто звериной ухмылке. Какой же красавчик мне достался, даже в волчьем обличие.
Замер Влад ненадолго только на пригорке, позволяя мне рассмотреть волчье поселение. В свете луны, звезд и кружащих повсюду светлячков оно казалось еще более сказочным, чем раньше. Манили уютом зажженные в домах огни – золотые, теплые, обещающие защиту. Ветки сосен, лежащие временами прямо на черепичных крышах, словно пытались заботливо укрыть жилища, навевали ощущение таинственности.
– Добро пожаловать домой, Влад, – тихо сказала я, наклоняясь и теребя его ухо.
Он обернулся и от души лизнул мое лицо.
– Ты опять! – возмутилась я. – Ну, сколько можно, – отмахнулась от него, норовившего, похоже, облизать меня всю.
В волчьем рыке послышались смех и веселье.
– Опять дразнишься, несносный волк!
Влад, конечно, не ответил, лишь сорвался в такой стремительный бег, что я аж взвизгнула от неожиданности и вцепилась в него сильнее прежнего.
Когда он затормозил и остановился, перед глазами аж звездочки посыпались.
– Ну, кто так делает! – тяжело дыша, возмутилась я, с трудом сползая с него. – Я же на ногах теперь еле стою.
Влад моментально обернулся человеком, и в следующее мгновение я была уже в его руках, таких надежных и родных.
– И не надо. Теперь у тебя я есть, носить буду… – заявил так непререкаемо, что я закатила глаза.
– Понятно, так и будешь развлекаться.
Тихий бархатистый смех Влада, который потерся носом о мою шею, заставил меня буквально растаять.
– Вернул нашу ведьму, слава Великой Белой Волчице! – раздался чей-то мужской голос, и я невольно повернулась, заметив Зория, выныривающего из толпы.
– Мою, а не вашу, – решительно заявил Влад, и я невольно улыбнулась.
– Будто кто-то в этом сомневался! – тепло улыбнулся Дамир, смотря на нас с такой отеческой гордостью, что у меня даже в глазах от переизбытка чувств защипало. – Наш вожак, да свою пару упустит… – Он хитро прищурился. – Свадебный обряд когда планируете провести?
– Сейчас, – заявил Влад.
– Ты с ума сошел? – выдохнула я, чувствуя, как сердце ухает куда-то в пятки.
Он приподнял брови, впился в меня горящим взглядом и так невозмутимо уточнил:
– А что не так?
– Да у меня даже платья нет! – выпалила первое, что пришло в голову.
– Это единственная причина? – хрипло спросил Влад и в его глазах плеснуло что-то настолько горячее и нежное, что я подумала, свадебный наряд – это, право слово, мелочь.
– Значит, единственная, – кивнул он, поняв мой ответ и так. – Василина, Анита, Ульяна, Вероника, с нарядом поможете? – раздались в его голосе властные нотки.
– Конечно, вожак, – раздался радостный гул голосов.
– Разумеется, если ты выпустишь свою невесту из рук, – посмеиваясь, заметила Василина, и ее глаза лукаво блеснули в свете пылающего неподалеку костра.
Рядом раздались и другие смешки, добрые и понимающие. Волки тут же заспешили по домам за праздничной посудой, зашептались, строя планы. Вся стая разом пришла в движение, радостное и суетливое.
Влад наклонился и ласково поцеловал меня в нос.
– Встретимся через полчаса, мое солнечное счастье.
– Как через полчаса? – раздался возмущенный голос Аниты. – Да мы же не успеем ничего!
– Я в вас верю, – сверкнул белозубой улыбкой мой жених, опуская меня на землю. – Дамир, костер и все остальные приготовления к обряду на тебе.
– Сделаю, Влад, – кивнул мудрый оборотень, в глазах которого появилась такая решимость, словно в бой собрался.
Влад тотчас обернулся волком и нырнул в толпу любопытствующих. Я только и моргнуть ему вслед успела, когда девушки увлекли меня в один из ближайших домов.
Жилище оказалось просторным, пахнущим деревом и травами. Мебель была украшена искусной резьбой – волки, луна, сосны, – и я невольно засмотрелась на эту красоту, пока меня усаживали перед зеркалом.
– Сиди спокойно, – велела Василина, и в ее руках оказался гребень, и она тотчас принялась за мои волосы. – Ульяна, ленты в шкатулке в верхнем ящике комода, принеси. Ох, и задал нам задачку, твой нетерпеливый волк, – хмыкнула она. – Полчаса ждать согласился… надо же!
Я шально улыбнулась.
Пока Василина возилась с прической, вплетая в косу ленты, вернулись остальные девушки и принесли свои лучшие наряды. Они весело их перебирали, то и дело делясь со мной впечатлениями от нашего появления в стае с Владом.
– Я-то думала, когда мы еще на временной стоянке жили, наш вожак на тебя горячо смотрит, но, когда он сегодня тебя принес и в руках стиснул… Этим пламенем все костры в нашем поселении можно было зажечь! – выдохнула Анита.
– И как ты против него такого столько держалась? – поинтересовалась Ульяна.
– С трудом, – рассмеялась я.
Девушки тоже прыснули смехом, согревая меня теплом. Они еще недавно были для меня чужими, а теперь незаметно становились подругами. Суетились вокруг меня, поправляли ленты в прическе, спорили, какой цвет мне лучше к лицу.
Общими усилиями мы подобрали свадебный наряд. Ярко-алая ткань, расшитая золотой нитью, струилась, переливаясь при каждом движении. Платье облегало фигуру, подчеркивало талию, а пышные, но короткие рукава, придавали образу что-то сказочное и колдовское.
– Готово! – выдохнула Василина, отступая на шаг и давая рассмотреть себя, с горящими щеками и сияющими глазами, в зеркале.
В следующее мгновение в дверях появился мой нетерпеливый волк, одетый в белоснежную рубашку, темные брюки и жилетку с вышитыми мной мухоморами. Замер, тяжело дыша, не сводя с меня сверкающих глаз. А в них столько любви плескалось, что весь мир начал исчезать. Остался только мой Влад.
– Так, девочки, мы тут явно лишние, – раздался голос Василины, но я так и не смогла отвести взгляда от моего волка. – Пойдемте-ка, проверим, как там наши мужчины с приготовлениями справились.
Девушки, переглядываясь и посмеиваясь, прошмыгнули мимо Влада.
– Ты так и будешь там стоять? – сипло уточнила я, чувствуя, как пылаю уже вся.
Влад гулко сглотнул.
– Ты красивая, аж до дрожи, – хрипло заметил он. – Я никому на свете тебя не отдам.
– Вот ни на мгновение не сомневалась, что ты тот еще собственник, – хмыкнула я, пытаясь унять волнение.
Влад подошел ко мне, все еще сидящей возле зеркала, не обращая внимания на разбросанные вокруг вещи, присел на корточки и вытащил из небольшой поясной сумки шкатулку. Едва раскрыл ее, и свет ближайшего светильника заиграл бликами на жемчужной нити бус и серьгах.
– Это мне? – прошептала я, завороженная такой красотой.
– А есть варианты? – удивленно поинтересовался Влад, вытаскивая жемчуг из шкатулки и надевая на меня.
Кажется, он волновался не меньше меня, потому что его пальцы подрагивали, когда касались моей кожи. У меня же от этого вспыхивали искры, и сбивалось дыхание.
– Через час я не оставлю на тебе ничего, кроме жемчуга, Фиона, – прошептал он на ухо, от чего по телу прошла жаркая дрожь.
– Я на тебе вообще ничего не оставлю, – выдохнула в ответ и сама удивилась своей смелости.
В следующее мгновение его губы нашли мои, и поцелуй смел нас огненным шквалом. Влад целовал так жадно, будто мы не виделись вечность. Его руки ласкали шею, плечи, спину… и платье оказалось слишком тонким, чтобы не чувствовать его.
Если бы не появившаяся в комнате Василина и выглядывающие за ее спиной любопытные волчицы, про свадьбу мы бы, наверное, и не вспомнили.
С сожалением оторвались друг от друга, тяжело дыша. Влад шумно втянул носом воздух, явно наслаждаясь моим запахом.
– Сладкая… до одури, – прошептал так, чтобы услышала только я.
Кажется, я сгорю от этих слов прямо сейчас. Спасите меня немедленно.
– Василина, все готово? – не сводя с меня глаз, поинтересовался он.
– Да, Влад, я потому к вам и заглянула, – кивнула она, улыбаясь.
Влад пробежался пальцами по моей щеке, сверкнул глазами.
– Не хочу тебя отпускать ни на мгновение, – сообщил, немного хмурясь.
– Не отпускай, – шепнула я, даже не догадываясь, на что сейчас подписалась.
В следующую секунду Влад поднялся и подхватил меня на руки.
Перемещался он снова с ненормальной скоростью, что на него было совсем непохоже. Я видела же раньше, как плавно он двигается… Кажется, с нами обоими от любви творится что-то непредсказуемое.
Площадь, выложенная прочным камнем, сияла в свете огромного костра, который горел в центре, поднимая искры к звездному небу. Вокруг собралась вся стая, радостно гомоня и приветствуя нас.
Из толпы выскользнул жрец, седой, но еще могучий мужчина, с пронзительными темно-желтыми глазами, одетый в ритуальные белые одежды. До этого момента я даже не подозревала о его существовании в стае. Кажется, мне еще узнавать и узнавать волков. И еще запоздало поняла, что не поинтересовалась, как проходят свадебные обряды у оборотней, заволновалась.
Влад, обнимающий меня все это время, явно почувствовал мои эмоции. Он моментально напрягся и тотчас впился в мои губы коротким, но таким сладким поцелуем, что он медом растекся по телу, забирая все глупые переживания. Какая разница, как проходит обряд и чьему народу принадлежит, главное – я прохожу его с моим Владом.
– Этой летней ночью мы проводим связующий обряд между вожаком нашей стаи Владом Белым и его истинной парой Фионой Астаховой, – раздался громкий и торжественный голос жреца. – Священный огонь Великой Белой Волчицы соединит их тропу в одну навсегда.
Он щедро бросил в костер какие-то травы и порошки, и они вспыхнули и зашипели, наполняя воздух магической силой. Жрец запел низко и протяжно, будто призывал кого-то из глубины веков. И вот вроде я ведьма, тысячу раз видела и бабушкино колдовство, и сама могла творить магию, но эта была такой древней, мощной, что по спине побежали мурашки, а сердце замерло в благоговейном трепете.
Голос жреца усилился, достиг самой высокой ноты и оборвался.
Я охнула, когда пламя взметнулось ввысь, выше сосен, к самой луне, и закрутилось, стало вихрем, рассыпая искры. Оно потянулось ко мне и Владу, окутало коконом, закрывая от всего мира.
Пару мгновений я таращилась на огонь, не в силах поверить, что он не обжигал, а окутывал, словно чье-то теплое прикосновение… Будто неведомая мне богиня, та самая Великая Белая Волчица, оказалась рядом, готовая соединить наши пути навеки, как и обещал жрец.
Влад ласково и успокаивающе погладил меня пальцами по щеке. Я заглянула в его сияющие любовью глаза, сгинула в них…
– Это пламя рождено вашей любовью, – раздался откуда-то издали голос жреца. – И благословлено Великой Белой Волчицей. Принесите же торжественные клятвы любви и верности на крови!
Влад бережно порезал когтем наши ладони, и пламя тотчас окутало наши руки, соединяя и немного покалывая кожу. Но мне не было от этого страшно. Влад рядом. И вместе с ним я справлюсь с чем угодно.
– Я люблю тебя, единственная, – уверенно произнес Влад хриплым голосом. – Клянусь защищать и беречь от любой беды, любого врага, любой тьмы. Клянусь быть верным тебе до последнего удара сердца, до последней капли крови, до последнего вздоха.
Он смотрел на меня прямо и полностью открытый. Полностью такой… мой.
– Ты ворвалась в мою жизнь, изменила ее до неузнаваемости, согрела мое сердце так, как никто никогда не сможет. Я даже не подозревал, что настолько могу любить… до потери рассудка, до готовности разнести весь мир ради твоей улыбки. Моя ведьма. Моя половинка. Моя пара. Моя судьба и моя единственная любовь. Клянусь, что так будет всегда.
От этих проникновенных, буквально пронизывающих меня слов, от того, с какой непередаваемой любовью он сейчас смотрел на меня, подкашивались ноги и с ума сходило сердце. Я с трудом сдержалась, чтобы не броситься к моему волку, не осыпать его поцелуями. Вместо этого, растроганная, всхлипнула.
Искры кольнули руку, напоминая, что теперь моя очередь.
– Я люблю тебя, единственный, – сказала тихо, чувствуя, как от разрываемых меня эмоций дрожит голос. – Клянусь быть с тобой рядом, чтобы ни случилось. Клянусь, что никакая сила не разлучит нас. Клянусь быть тебе верной до последнего удара сердца, до последней капли крови, до последнего вздоха.
Влад тихонько выдохнул и сжал мои пальцы.
– Ты ворвался в мою жизнь, разрушил все мои «нельзя» и «зачем», навсегда похитил вовсе не меня, а мое сердце. Раньше я думала, для меня нет на свете ничего сильнее ведьминской магии, а оказалось, что есть. Моя любовь к тебе. Она всегда спасет, защитит, вытащит из когтей смерти и не погаснет даже на самой опасной и непредсказуемой тропе. Мой любимый волк. Мой самый желанный. Мой единственный. Клянусь, так будет всегда.
Я перевела дыхание, не скрывая катившихся по щекам слез, смотря в сияющие ярче солнца, глаза Влада.
Огонь, окутавший наши ладони, ослепительно вспыхнул в последний раз, рассыпаясь и оставляя на коже брачные узоры.
– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно прогремел голос жреца.
Последние слова жреца потонули в радостных возгласах волков и расступающемся пламени.
Влад же притянул меня к себе, припадая к губам. Поцелуй вышел жарким и страстным, как и наши недавние признания и клятвы. Кажется, я сейчас умру от счастья.
Очнулись мы, когда нас обсыпали хмелем и мелкими монетками на счастье и благополучие, но расцепить объятий мы так и не смогли. Стояли, горящими взглядами смотря друг на друга, почти не слушая все звучавшие поздравления оборотней. Долго, впрочем, не продержались, снова потянулись целоваться, забыв обо всем на свете. Вечность, наверное, прошла, не меньше, когда мы, хватая ртами воздух, остановились и, не сговариваясь, рассмеялись.
– У меня от тебя такого грозит остановится сердце, – нашлась я.
– У меня с момента нашей первой встречи оно останавливалось уже тысячу раз, – улыбнулся он.
Затем уже совсем привычно подхватил меня на руки и понес к нарядно накрытому белоснежной скатертью столу с серебряной посудой. И когда оборотни успели это все организовать…
Я покосилась на них, весело танцевавших на площади под музыку, на гору свадебных подарков, неподалеку от нас, на горящие костры, на которых жарилось мясо, и осознала, что празднование нашей свадьбы совсем в разгаре.
– Кошмар! – выдохнула я, когда Влад сел, устроил меня у себя на коленях и потянулся к блюду с мясом, присыпанным ароматными травами.
– Что такое? – встревожился Влад, замирая с куском в руке. – Церемония не понравилась?
– Да нет, – я покачала головой. – Она была невероятно… волшебной. Но вот всю остальную часть праздника… я, кажется, пропустила. И что вот я теперь нашим детям буду рассказывать?
– Что ты сильно меня любишь, – невозмутимо хмыкнул Влад.
– Нахал, – фыркнула я, но улыбка так сама и расплылась на губах.
– Сама такого выбрала, – напомнил он, улыбаясь так коварно, что я рассмеялась. – Давай я тебя покормлю, а то наверняка проголодалась, пока от меня по лесу бегала.
– А тебя убежишь, как же… – подколола я. – Один волк ну очень-очень быстрый, если судить, насколько внезапно случилась наша свадьба,
– С одной упрямой ведьмой другим быть и нельзя, – нашелся Влад, решительно принимаясь кормить меня с рук.
Он подносил кусочки мяса к моим губам, смотрел как я жую, и в его глазах плескалось столько нежности, что даже спорить больше не хотелось. Кажется, кто-то дорвался до одной ведьмы.
Несколько волчиц, проходящие мимо нас, споткнулись. Видимо, даже для них то, что вытворял сейчас Влад – их суровый и властный вожак, было за гранью добра и зла, а я же… просто наслаждалась его заботой и любовью, тая от счастья.
И, когда накормив меня, Влад начал игриво целовать мои пальцы, смотря с невероятным жаром, сдерживаться стало совсем невыносимо.
– Влад… – простонала я, чувствуя, как по телу разливается огонь, и он взглянул на меня с таким голодом, что я сглотнула.
Понял все и сразу, ничего не уточняя.
– Хочу в охапку тебя и отнести домой, – прошептал он, опаляя дыханием мою кожу. – Как тебе идея?
– И там ты будешь окончательно мой? – капризно уточнила я, зарываясь пальцами в его волосы.
– А ты – моя, – подтвердил Влад. – Нам пора уже исправить это недоразумение, стать частью друг друга.
Я почувствовала, как щеки заливает жаром, и опустила глаза, проникаясь всеми его неприличными намеками.
– Никого до меня? – прошептал Влад в самое ухо, так чутко, как всегда, улавливая мои эмоции, что я не знала, куда деться.
– Никого, – выдохнула еле слышно, чувствуя, как его руки прижимают к себе еще крепче.
– Лапушка моя, – невозможно нежно выдохнул он и столь же нежно поцеловал, лишая последнего здравомыслия.
Мы стояли возле его дома, теперь уже и моего тоже, возвышающегося на небольшом пригорке. За двухэтажным жилищем из светлого дерева, покрытым темно-зеленой черепицей, стелился лес из высоких сосен, что подпирали макушками звездное небо. За нашими спинами серебрилась река с переброшенным над ней крепким мостом.
– Ну как? – спросил Влад, и в его голосе я услышала легкую тревогу.
Похоже, мой волк боялся, что мне не понравится.
– Словно ожившая мечта, – выдохнула я, искренне улыбаясь. – Такой надежный, основательный, красивый…
– Все, как я и обещал, – расслабился Влад, обнимая меня со спины и целуя в макушку. – Открывай, душа моя.
Массивная дверь без малейшего скрипа отворилась, но перешагнуть через порог мне Влад не дал. Подхватил на руки и внес в просторную гостиную, залитую лунным светом. Пока я осматривала добротную резную мебель – стол со стульями в углу, комод, диван и кресла у очага, и брошенные небрежно шкуры диких животных под ногами, Влад зажег светильник.
– Уюта, конечно, не хватает, но, думаю, ты это исправишь, – хрипло сказал Влад.
– А если нет? – повернулась я к нему, заглядывая в глаза. – Тебе настолько он важен в доме?
– Мне важно, чтобы в нем была ты, – тихо ответил он.
И я не выдержала, сама потянулась к нему и впилась в его губы. Влад ответил жадно и страстно, сжимая меня в своих руках. Всего несколько минут – а я опять не могу стоять на ногах, настолько мой волк на меня действует.
– Остальной дом осмотришь потом, ладно? – прошептал, скользя губами по шее.
В ответ я смогла только простонать и безропотно позволить ему снова подхватить меня на руки. По лестнице на второй этаж он взлетел моментально, больше не спрашивая ни о чем и не сомневаясь. Только по тому, что я оказалась на большой и мягкой кровати, которую осветил лунный свет, льющийся в окно, я и поняла, что мы оказались в спальне.
Он целовал меня горячо и нежно, нетерпеливо стягивая с меня одежду, не давая прикрыться и смутиться, вырисовывая на коже смелые узоры пальцами и губами, от которых внутри меня все дрожало. Временами Влад порыкивал, низко и гортанно, у него явно не получалось сдерживаться, и от этого его ласки становились только слаще. От очередного его откровенного прикосновения я выгнулась, вцепилась в его плечи и простонала, чувствуя, что больше не могу ждать. Хочу его всего и прямо сейчас.
– Влад… – прошептала в его губы, – ты совсем меня с ума решил свести, да?
– А ты меня уже свела, – прохрипел он, прижимая к себе еще крепче, давая почувствовать его желание.
И, наконец, накрыл меня собой – такой сильный, желанный, мой… Я вскрикнула в его губы, не отпускающие мои, шептавшие сейчас одно-единственное слово – «люблю» с такой нежностью, что я окончательно пропала.
– Не отдам, – выдохнула, едва смогла дышать после его горячего поцелуя. – Никому тебя не отдам, мой волк.
– А еще говорила, что это я собственник, – прохрипел он и медленно двинулся во мне.
Я простонала в его настойчивые губы и полностью отдалась во власть его ласковых сильных рук. Теперь каждое его движение отдавалось во мне огнем. Я задыхалась, тонула, почти сорвала голос, когда меня накрыло ослепительной волной наслаждения.
Влад рыкнул, прижал меня к себе и решительно укусил в плечо. Я вскрикнула от неожиданности и от переполнявших меня чувств, мгновенно чувствуя, как его волчья метка горит на коже, вплетается в мою кровь, магию, душу… Влад ослабил хватку, забеспокоился, но стоило выдохнуть, и меня вновь смело моим мужчиной – страстным и невозможно любящим. И устоять перед ним таким, как вскоре выяснилось еще абсолютно бесстыжим и горячим, было просто невозможно. И еще удивительнее оказалась его нежность после, с которой он выцеловывал оставленную метку, не вызывая даже мысли возмутиться, что не предупредил об этом. Впрочем, на это у меня не осталось и сил. Вообще никаких сил не осталось, только счастье, да такое огромное, что не помещалось в груди.
– Сколько же я о тебе еще не знаю, мой любимый волк, – просипела я, осознавая, что голос все же сорвала, сдерживаться во время нашей близости не получилось не только у Влада.
– Я сам о себе, оказывается, много чего не знал, – ответил он, перебирая пальцами мои волосы, – пока ты не ворвалась в мою жизнь.
– Это кто еще в чью жизнь ворвался, – хмыкнула я. – Это ты меня похитил, между прочим.
– А ты особо и не сопротивлялась, – сверкнул он белозубой улыбкой.
– Когда ты в обмороке, знаешь ли, это сделать сложно, – ехидно заметила я.
– А я-то думал, дело в моем волчьем обаянии, – фыркнул Влад и игриво куснул меня за плечо, щекоча дыханием кожу.
Я рассмеялась, заглядывая в его неприлично упоительные, прекрасные глаза, поглаживая мощное тело, наслаждаясь теплом моего мужчины. Век бы от него не оторвалась, но усталость брала свое, и я сладко зевнула.
Влад моментально притянул меня к себе, устраивая на груди поудобнее.
– Спи, мое счастье, – прошептал в макушку.
– Ты будешь рядом? – сонно поинтересовалась я.
– Куда же я от тебя денусь.
Я улыбнулась, закрывая глаза и проваливаясь в сладкий сон.
* * *
Я проснулась от солнца, которое щекотало лицо. Сладко жмурясь и потягиваясь, наслаждаясь теплом и счастьем, переполнявшим и тело, и душу, открыла глаза и огляделась. Влада рядом не было. Жаль, конечно, но у него наверняка дела, не стоит забывать, что только вчера волки вернулись в свое поселение, а мой мужчина – вожак.
Я выскользнула из постели, кутаясь в простыню, и направилась к двери, ведущей в умывальню. Улыбнулась, увидев полную лохань воды, которую мне не проблема согреть теперь магией, чтобы вымыться, озадаченно заглянула в две огромные корзины. В одной обнаружились разные средства для ухода за собой – куски душистого мыла, травяные настойки для волос и крема, а в другой – яркая, исключительно женская одежда, которую носили оборотни.
Какой заботливый и предусмотрительный у меня муж, однако. Счастливо улыбаясь, и то и дело вспыхивая жаром от воспоминаний о прошедшей ночи, я принялась приводить себя в порядок.
Одевшись в белую рубашку и темно-синий, расшитый серебряными колокольчиками сарафан, я вышла в пустой, но чистый коридор и удивленно замерла, рассматривая еще четыре двери в соседние комнаты.
Дом-то, оказывается, большой. Это вчера, увлеченная Владом, я не успела оценить, насколько. Заглянула везде и озадачилась еще больше. В комнатах почти не было мебели, и здесь явно раньше никто не жил.
Я спустилась в гостиную, нашла просторную кухню, где и обнаружила Влада, накрывающего на стол. Не успела даже поздороваться, как он метнулся ко мне, заключил в свои объятия и горячо поцеловал. Так горячо, что мне понадобилось время, чтобы отдышаться. Улыбнулась, уткнувшись в его плечо, чувствуя, как руки Влада прижимают к себе, как он вдыхает мой запах, довольный и счастливый.
– Как ты? – спросил, заглядывая в глаза.
– Лучше не бывает.
Влад выдохнул, потерся носом о мою щеку. Жест такой доверчивый, родной, что внутри все перевернулось.
– Дом успела осмотреть?
– Немного. Он… пустоват, – нашлась я. – Похоже, этот дом действительно ждал свою хозяйку.
– Он ждал тебя, – уверенно заявил Влад, кажется, способный очередным своим признанием опалить меня.
– И не страшно тебе доверять дом ведьме. Ведь такого могу натворить… – подразнила я.
– Переживу, – широко улыбнулся мой муж.
– Ты такой сговорчивый, что мне страшно, – созналась честно.
Влад рассмеялся и ласково чмокнул меня в нос.
– Давай завтракать. Нам столько еды нанесли с утра, что мне даже на охоту не было смысла выбираться.
Он нехотя выпустил меня из своих рук, вытащил из печи чугунок с ароматно пахнущим тушеным мясом и поставил его на стол рядом с тарелкой с лепешками и блюдом с пирожками. Я принюхалась, пирожки были с черникой. Значит, шустрые оборотни уже и ягоды успели утром собрать, и напечь лакомство. И то, что явно старались для нас с Владом, приняли меня, как свою, было еще приятнее.
– Садись, – Влад отодвинул для меня стул, и, дождавшись, когда я устроюсь, сам сел невозможно близко, так, что касался меня то бедром, то плечом.
– Ты бы еще на колени меня посадил, как вчера, – хмыкнула я, принимая из его рук тарелку с мясом.
– А что, отличная идея! – тут же оживился он, и в янтарных глазах сверкнули озорные искры. – Заодно и проверим, как моя ведьма завтракает в моих объятиях.
– Не вздумай! – отодвинулась я на самую малость.
– Почему это? – с самым невинным видом посмотрел на меня мой волк. Таким невинным, что я сразу заподозрила подвох. – Я просто хочу побыть рядом с женой. Разве это преступление?
– Ты хочешь не просто побыть рядом, а меня отвлекать, – фыркнула я.
Влад понял, что его раскусили, горестно вздохнул, и я сразу же сдалась. Спорить с ним, когда так счастлива в этом доме, пахнущем деревом и свежей выпечкой, вспыхивающей то и дело от обжигающего меня взгляда, совсем не хотелось.
– Ладно, – сдалась я, и Влад светло улыбнулся. – Но, предупреждаю, что, если испачкаю рубашку, отстирывать сам будешь.
– Не буду. У меня жена – самая лучшая ведьма на свете, которая возвращает своими зельями вещам первозданный вид, – хмыкнул Влад, перетаскивая меня к себе на колени и утыкаясь носом в шею.
– Это ты про те, которые сделали твою одежду недавно прозрачной? – ехидно уточнила я. – Никак хочешь повторения?
– Ну… – он сделал вид, что задумался. – Если ты будешь на меня так же смотреть, как прошлой ночью… я на любое безобразие с зельями готов. Главное, на своей одежде не пробуй, – поспешно добавил супруг.
Я рассерженно запыхтела, и Влад тотчас сунул мне в рот пирожок. Делать было нечего, принялась жевать, наслаждаясь вкусом. Влад молча ждал, а после нежно поцеловал меня.
– Задабриваешь? – усмехнулась я.
– А у меня получается? – уточнил он, улыбаясь и придвигая ко мне тарелку с мясом.
Я только глаза закатила на его вопрос.
– Ешь. У тебя сегодня дел много.
– Каких это? – удивилась я.
– Дом обживать, остальные подарки распаковывать…
– А ты уже начал без меня их вскрывать? – возмутилась я.
– Только с одеждой и средствами для ухода. У меня для тебя совсем ничего не оказалось. Вот, кстати, тебе и по лавкам пройтись стоит, прикупить необходимого. Позже покажу, где я деньги храню и шкатулку с драгоценными камнями, – заявил Влад.
– И когда я все это успею? – удивилась я.
– До вечера, потому что я уже соскучился по тебе за утро до одури, хоть бы день продержаться, чтобы тебе передышку дать…
Я так и поперхнулась куском лепешки, и Влад встревоженно протянул мне кружку с ягодным взваром.
– А зачем ждать, – просипела я.
– Ты у меня такая хрупкая, нежная… – с ненормальной заботой протянул он, что я даже растерялась. – Ешь давай.
Я снова принялась за еду, так и не подобрав никаких слов, но стоило мне посмотреть на Влада, как наши взгляды встречались, и я забывала, зачем взяла ложку.
– Ты почему на меня так смотришь? – не выдержала я.
– Любуюсь.
– На голодную жену?
– На красивую, – довольно хмыкнул он, отодвигая от меня пустую тарелку и придвигая блюдо с ягодными пирожками. – И от еды явно подобревшую.
– Ну, знаешь… – возмутилась я, но закончить предложение не успела, потому что один наглый волк меня поцеловал.
Я прижалась к нему вновь, уткнулась в его шею, вдыхая родной запах и тая от счастья.
– Знаешь, а так завтракать, действительно, удобнее.
– И ты только сейчас заметила? – усмехнулся Влад.
– Ты невыносим, – выдохнула я, зарываясь пальцами в его волосы.
– Я тоже тебя люблю, ненаглядная моя.
Я потянулась за пирожком, старательно пытаясь не отвлекаться, когда Влад то и дело то целовал мои волосы, то плечо, то терся о мою шею, вдыхая аромат и ненормально счастливо улыбаясь. Получалось у меня не очень. Сердце колотилось, губы горели, а от каждого прикосновения бросало в жар.
Наконец, с завтраком мы закончили, и я выпорхнула из его рук, принимаясь убирать со стола. Посуду сделала чистой, используя бытовую магию, и тотчас прикинула, сколько и какие чары необходимо наложить на дом, чтобы сделать его комфортным.
– Так-так, знаю я этот взгляд, – поднимаясь из-за пустого стола, хмыкнул Влад.
– О чем это ты? – нехотя отвлеклась я, уже готовая начать плести заклинания.
– О том, что сейчас про все на свете, даже про одного несчастного волка забудешь, увлекшись любимой работой.
– Ой, такой уж ты несчастный… – хмыкнула я. – И сам мне, между прочим, разрешил делать с домом, что захочу.
– Делай. Но не сейчас, – заявил Влад, уткнувшись в мою макушку и вдыхая мой запах.
– Почему это не сейчас? – выдохнула я, с трудом сохраняя разум от близости самого желанного мужчины на свете.
– У меня для тебя сюрприз.
– Хм…
– Тебе понравится, обещаю.
Влад только загадочно улыбнулся, но пояснять ничего не стал.
– Вот же… интриган!
Мы вышли из дома, прошли по мосту, перекинутому через реку, на другой берег. Наверное, никто еще не добирался до него так долго, как мы, потому что то и дело останавливались, целовались и забывались в объятиях друг друга. Так что возле небольшого домика, сложенного из толстых добротных бревен, я оказалась запыхавшаяся и с трудом вспомнившая, зачем мы шли.
– Нам сюда, – кивнул Влад и распахнул дверь, пропуская меня в просторное помещение, залитое солнцем, что чудом пробивалось в давно немытые окна.
Здесь пахло деревом, пылью и травами.
Я оглядела высокие потолки, полки вдоль стен и прилавок, лестницу, ведущую, судя по виду снаружи, на чердак. Затем заглянула во второе помещение, чуть поменьше, но с огромным столом, возле которого стояли мешки в половину моего роста.
– Ну как, нравится? – замерев на пороге, тепло поинтересовался Влад. – Подойдет моей ведьме для торговой лавочки?
Я обернулась, неверяще уставилась на него, сначала пытаясь понять, не шутит ли, а после уперла руки в бока.
– Боишься, что я наш дом разнесу? – ехидно уточнила.
– Ночевать под кустом мне бы, конечно, не хотелось, – со смехом ответил он, и я возмущенно уставилась на него. – Но я просто хотел порадовать свою очень непоседливую жену, если честно. Неужели не нравится? Неужели о таком не мечтала?
– Нравится. Очень. Он просто… идеален, – выдохнула я, чувствуя, что растрогана его поступком до глубины души.
Влад тепло улыбнулся, а я бросилась к нему и крепко обняла. Кажется, он даже растерялся от моих, быстро меняющихся эмоций.
– Мне чудится, или ты тут ни с того ни с сего рыдать собралась? – уточнил он через минуту, вздергивая мой подбородок и с тревогой заглядывая в глаза.
– Я просто про бабушку вспомнила…
– Вот оно что…
Влад ласково потеребил мои волосы, заправил прядь за ухо.
– У тебя больше никого из родных не осталось? – спросил тихо.
– Отец есть, – растерянно ответила я. – Хотя назвать его родным человеком вряд ли можно. Когда мама умерла, он через время уехал в город и оставил меня с бабушкой. Там вскоре женился, у него еще две дочери растут, я с ними и мачехой даже не знакома.
– И с отцом не видишься? – поглаживая меня по щеке, уточнил Влад.
– Раз в год по осени он заглядывает в Лесную Благодать на пару часов, когда возвращается с обозниками.
– То есть скоро приедет, – сделал закономерный вывод Влад.
Я кивнула, прикусила губу.
Встречи с отцом, даже такие редкие, всегда оставляли у меня лишь чувство неловкости, грусти и ощущение ненужности. Он так и не забыл мою маму, и я – живое напоминание о ней, причиняла ему боль.
Влад, почувствовав мои эмоции, прижал к своей груди, защищая и согревая своим теплом.
– Теперь у тебя есть я, Фиона, роднее и не придумаешь, – мягко напомнил он. – Самый лучший мужчина на свете.
– И самоуверенный, как… как… волк!
Влад рассмеялся, осыпая мое лицо поцелуями и отвлекая на время от всех грустных мыслей, а потом снова стал серьезным.
– Фиона, вариантов решить ситуацию с твоим отцом, у нас немного. Первый – оставить все как есть. Твой отец будет считать, что ты погибла в пожаре, погорюет и станет жить дальше.
– А второй? – спросила я.
– Встретится с ним, но не в Лесной Благодати, а в Тарте, через него все торговые обозы проходят. Я могу отправить туда пару волков, и они сообщат, когда он там окажется, почуют его по крови.
– То есть ты готов познакомиться с моим отцом? – удивилась я.
– Я готов сделать так, как для тебя будет лучше, мое счастье. Мне дорого твое спокойствие.
– Я так сильно тебя люблю, – сказала, чувствуя, как в горле опять встает комок.
Влад молча притянул меня к себе и опалил страстным поцелуем, после которого всегда подгибаются мои колени.
– Кажется, рано мы из дома выбрались, – пробормотал, едва отпустил.
– Угу.
– Неужели моя ведьма хоть в чем-то со мной согласна?
Я закатила глаза и фыркнула.
– Просто один оборотень ну очень хорошо умеет уговаривать, – выдохнула я. – Изобрел поцелуйный способ и нагло им пользуется. У-у… коварный волчара!
Влад вытаращился на меня и самым бессовестным образом расхохотался.
– Можешь тоже его использовать, и со мной сработает безоговорочно, – ухмыльнулся, зарываясь пальцами в мои волосы.
– Учту, – пообещала я.
– Что с отцом решила? – спросил он тут же, меняя тему.
– Что-что… Второй вариант. Он сложнее, но…
– Сложнее был бы первый, потому что тебе бы пришлось набрасывать чары, когда покидаешь волчье поселение. Может кто-то из односельчан встретиться, слухи пойдут всякие…
Но он все равно был ради меня на него согласен. От нежности и любви у меня снова защемило на сердце.
– Влад, а что ты… мы… моему отцу скажем?
– Что ты в самых надежных руках на свете, пусть не беспокоится, и что живешь теперь весьма далеко от этих мест, но раз в год повидаться в Тарт приехать, по-прежнему, сможешь. Если захочешь, разумеется, – спокойно ответил Влад.
– Ну, скорее, в самых надежных лапах, – не удержалась я.
– И это тоже, – ухмыльнулся Влад. – Только про лапы останется самой большой нашей тайной.
Он по-волчьи щелкнул зубами, сверкая янтарем во взгляде и смеша меня этим.
– Нет, я тут – самый грозный волк, а моей жене весело! – возмутился он, а после неожиданно подхватил меня на руки и закружил по комнате, не меньше меня переполненный счастьем.
– О, да очень грозный, – все еще посмеиваясь и поправляя растрепанные волосы, заметила я, спустя время, когда меня отпустили. – Спасибо за еще одну мою исполнившуюся мечту, – обводя руками пространство, улыбнулась я. – Хотя… если честно, больше всего я мечтала о тебе.
– Как я удачно, однако, исполняю твои мечты, моя пара.
– И вот что с таким невозможным мужем мне делать?
– Любить и обожать, – тут же нашелся он и потянулся к моим губам за очередным поцелуем, но тотчас замер и как-то обреченно вздохнул.
Я не успела понять, что случилось, как раздались женские голоса, а в комнату с легким смущением заглянули Василина, Анита, Ульяна и Вероника.
– Доброе утро, – поздоровались хором.
– Доброе, – кивнул Влад, хмурясь так, будто у него только что отобрали радость. – Что-то случилось?
– А мы не к тебе, вожак, – улыбнулась Василина. – А вон, Фионе помочь лавку привести в порядок, заглянули.
– Ой, спасибо! – улыбнулась я.
Конечно, я бы справилась и магией, но отказываться не стала. Явно же хотят не только помочь, но и посплетничать.
– Если еще моей паре покажете лавки с одеждой и обувью, буду весьма признателен, – неожиданно добавил Влад.
– Не вопрос, – заулыбались девушки.
Влад посмотрел на меня.
– Тебе нужно идти по делам, да? – догадалась я.
– Да. Справишься без меня?
– Не волнуйся. Я же ведьма, – нашлась, стараясь не вздыхать, что нам так быстро предстоит расстаться. – Может, тебе какая-то моя помощь нужна? – встрепенулась тут же, готовая приготовить и зелья, и применить заклинания.
– Нужна, – серьезно ответил Влад.
– Какая? – жадно уставилась я на него.
– Не влипай в неприятности, пока меня нет рядом, – сказал он, и в его голосе прозвучало ехидство.
Замершие волчицы, старательно делавшие вид, что их тут нет, скрыли ладонями улыбки.
– А с тобой, значит, можно влипать? – уточнила я, скрестив руки на груди.
– Со мной тебе некогда будет в них влипать, – хмыкнул Влад, и его взгляд стал таким откровенным, что меня бросило в жар. – Найдем другое занятие.
Ответить я не успела, потому что снаружи, как раз со стороны нашего дома, раздался грохот, и я подскочила и метнулась к окну. Волчицы, в отличие от меня, остались спокойными, только теперь, не скрываясь, улыбались, а Влад тотчас оказался рядом и обнял со спины.
– Волки для нас решили баню построить в качестве еще одного свадебного подарка, – пояснил Влад, когда я озадаченно уставилась на поляну, где собралось с десяток молодых волков под руководством неизменных наставников, которые легко и спокойно перебрасывали бревна друг другу. – Пошумят немного.
– А еще меня, маленькую ведьму, боятся – фыркнула я.
Влад развернул меня к себе, подарил долгий нежный поцелуй.
– До вечера, ненаглядная, – попрощался, отпуская и направляясь к выходу.
Волчицы расступились, даже не скрывая, что смотрели на нас все это время. Глаза их так и сверкали любопытством. Чувствую, допрос мне устроят сейчас еще тот.
– Как же, до вечера, – не удержалась Василина, улыбаясь. – Хоть бы до обеда выдержал.
Девушки засмеялись, а я немного смутилась. Все же не привыкла, что оборотни так открыто говорят о моих отношениях с их вожаком.
– Он весь так и сиял от счастья! – выдохнула Анита.
– И вчера никого к тебе не подпустил. Как зыркнет на моего брата, что цветы хотел подарить, – добавила Вероника.
Признаться, я этого даже не помнила, так была увлечена Владом.
– Ну а что ты хотела? Все волки – собственники, а уж наш вожак… – покачала головой Василина.
Так, переговариваясь и обсуждая отношения оборотней со своей половинке, мы и принялись за уборку. Я все же магией убрала пыль, грязь и паутину, и нам осталось только освежить помещение чистой водой и разобрать мешки с моим инвентарем и собранными ранее и высушенными травами.
Через час к нам заглянул кто-то из волков и передал мне от Влада букет астр.
– Забор у тетушки Малики починил, только у нее такие красивые цветы и растут, – пояснила Василина, когда я поставила букет в воду.
– Вот оно что… – прикусила я губу, пытаясь погасить вспыхнувший внутри огонь ревности.
– Да не переживай ты, – понимающе махнула рукой Василина. – Ей сто тридцать пять исполнилось уже. Муж у нее за два года до ледяного проклятья погиб во время охоты, а дочки встретили пары в других стаях. С собой ее звали, да отказалась она, в стае своей так и осталась. Влад и другие мужчины у нас всегда помогают одиноким женщинам по хозяйству.
Я выдохнула от облегчения и ласково погладила ярко-розовые лепестки, снова возвращаясь к уборке.
Еще через час очередной волк передал от Влада пирожки с ягодами и кувшин кваса.
– А это от кого? – поинтересовалась я, пока мы с девушками, сидя прямо на полу, потому что стульев и лавок здесь не было, поедали гостинец.
– А это от Лукерьи. У нее сын младший никак оборот пройти не мог, вот Влад и помог, похоже, используя силу вожака.
Перекусив, мы принялись разбирать мешки со всем моим ведьмовским добром. Лавка оживала прямо на глазах. На столе оказался котелок и мои инструменты, на полках, как бывало в нашем с бабушкой доме, ровными рядками встали ингредиенты для зелий. В первое помещение – он же торговый зал, мы унесли флаконы с зельями и сборы трав. Запас пристроили на чердаке.
Мы уже спускались с лестницы, как в лавку заглянули волки, вновь отправленные моим мужем. Девушки, посмеиваясь, наблюдали, как они ставили несколько удобных лавок и заботливо укрывали их шкурами, а после интересовались, куда пристроить и стулья.
Когда справились с этим немудреным делом, один из них передал мне от Влада кошелек, полный монет, на покупки, а второй вытащил из мешка внушительный ларец и поставил его на прилавок.
– А это…
– Вожак вложил записку внутрь, – ответил оборотень, не дождавшись даже окончания моего вопроса.
Я поблагодарила волков за помощь, попросила передать Владу, что я пока не влипла ни в какие неприятности, и под смешки девушек проводила оборотней взглядом до двери. И вот только тогда под любопытными взглядами подруг открыла ларец, полный полудрагоценных камней и минералов.
Девушки восторженно заохали, а я, вытаращившись на это богатство, вскрыла записку Влада.
Я перечитала записку еще дважды, прежде чем смогла хоть как-то утихомирить вспыхнувшие эмоции.
– Что такое? Неужели не понравились? – охнула Вероника.
– Да как такое внимание может кому-то не понравится! Выдумаешь тоже! – покачала головой Анита, но покосилась на меня, немного все же сомневаясь.
– Девочки, вот скажите, у меня одной возникает порой желание мужа и расцеловать, и покусать? – не выдержала я.
Ответом мне стал веселый смех.
– Это и называется любовь, – мечтательно вздохнула Ульяна, пока не встретившая свою пару, но тут, думаю, дело не за горами. Видела я, как на нее Арнарий, брат Вероники заглядывается, и как от этого каждый раз вспыхивают ее щеки румянцем.
Я не удержалась, зарылась пальцами в самоцветы, поражаясь их разнообразию. Тут и бирюза, и гранат, и аметист, и малахит… и множество других, которым я и названий-то не знала.
– Если хочешь, можем на днях к Руслане сходить вместе со всем этим богатством, – предложила Василина. – У нее глаз наметан, подскажет, что лучше из них сделать. У нее и отец, и муж, и братья, и сыновья – лучшие мастера по работе с камнем среди волков. А сама Руслана такие шали вяжет, вплетая мелкие самоцветы… что и правительницам не стыдно носить будет.
– Уговорила, – рассмеялась я. – Только я бы часть и для зелий, пожалуй, особо редких, приберегла.
– Не эти камни. Они тут, сама видишь, какие. Отборные, самые-самые лучшие и красивые. Такие продают на вес золота, – серьезно заметила Василина.
Я прикусила губу, понимая, что жена Дамира права.
– Фиона, да ты не переживай, – улыбнулась вдруг Ульяна, заметив, что я немного расстроилась, потому что у меня, как и у любой ведьмы, внутри буквально зудело пустить эту красоту в дело. – Влад тебе, полагаю, еще столько ларцов надарит, что ставить некуда будет. У нас на территории стаи богатое месторождение всяких камней и минералов. Мы из них и украшения делаем, и шкатулки, и поделки, и посуду… На что фантазии хватит. А после продаем в разных городах и поселениях. У Влада даже связи с заморскими купцами имеются.
Так вот откуда столь редкий в наших краях жемчуг, что он мне подарил перед нашей свадьбой. Я впечатлилась еще больше, сразу прикидывая возможность сбывать и свои зелья, и сборы трав. А уж если амулеты освою…
Видимо, выражение моего лица стала совсем предвкушающим, потому что девушки захихикали, а после помогли мне убрать ларец под прилавок и терпеливо ждали, пока я наложу на них чары. Конечно, из оборотней никто не покусится на мое сокровище, как заверили меня подруги, но с чарами мне как-то было надежнее.
– Ну что, теперь за одеждой и обувью? – весело поинтересовалась Анита.
– Давайте.
Я поморщилась от непрекращающегося грохота снаружи и подумала, что надо изучить звукоизолирующее заклинание. Оно, конечно, сложное, но, чую, что после бани будет что-то еще.
Поселение волков, через которое мы шли, мне очень понравилось. Вчера я его толком и рассмотреть не успела, зато сегодня любовалась крепкими домиками, аккуратными садиками и огородами, вдыхала смолистый, смешанный с цветочным, запах сосен и улыбалась всем приветствовавшим меня волкам и волчицам.
Девушки, щебеча и рассказывая, как у них тут все устроено, вскоре вывели меня на улицу с лавочками. Вышла я оттуда часа через четыре после всех примерок и разговоров слегка ошеломленная и уставшая, так как совсем не привыкла к такому. Помимо одежды и обуви, которую понесли в дом молодые волки, в кармане платья лежал теперь и список необходимых торговцам зелий, а так же – даты и время, когда я приду к ним накладывать на лавочки самые разные заклинания.
Я поблагодарила девушек за помощь, договорилась заглянуть к ним, по возможности, в гости, и мы распрощались на центральной площади. Я оглянулась, прикидывая, возвращаться ли домой или поискать Влада, вдруг уже освободился, и зацепилась взглядом за таверну, примостившуюся на углу площади.
Влад наверняка, занятый делами, даже поесть не успел. Недолго думая, я заглянула внутрь, попросила сурового с виду волка и его улыбчивую жену, хозяев этой таверны, собрать мне с собой еды для мужа, и пока волчица сноровисто паковала все в корзину, поинтересовалась у ее мужа, не нужна ли им в чем помощь ведьмы.
Как оказалось, очень нужна. Кажется, без работы я точно не останусь.
Довольная тем, как все сложилось, я вышла на улицу и поинтересовалась у первого попавшегося волка, где могу найти вожака. Подхватив корзину, направилась в нужную сторону, сгорая от нетерпения увидится со своим мужем. Полдня всего прошло, а я так соскучилась, что готова сорваться и бежать, лишь бы поскорее обнять его.
Моя мечта исполнилась раньше, чем я дошла до нужного места. Влад вынырнул из проулка, мгновенно оказался рядом со мной и отобрал у меня корзину.
– Ты что такие тяжести носишь! – возмущенно рыкнул на меня.
– Да там всего ничего, обед любимому мужу, – ответила я, так и тая от его заботы.
– Ну, раз любимому мужу… – он смягчился и сверкнул глазами, с нежностью смотря на меня. – На первый раз, так и быть, прощаю, – добавил тут же, заставив меня фыркнуть. – Но, чтобы больше ничего тяжелого не вздумала в руки брать. Тебе еще наших волчат вынашивать, – на полном серьезе заявил Влад.
– У ведьм девочки рождаются, – сообщила коварно.
– Ну-ну, – кивнул он, ни капли не смутившись. – У Глеба Волкова, вон, тоже ведьма в паре, и недавно сын родился. В крови оборотней же тоже есть сила, пусть она и иная, чем магия.
Мы замерли, смотря друг на друга, и время в этот момент будто остановилось.
– А ты кого хочешь? – спросили хором и рассмеялись.
– Я буду рад и сыновьям, и дочкам, ненаглядная, – улыбнулся Влад.
И в его глазах зажглись те самые искры, которые обычно и сводили меня с ума.
– И я, – прошептала в ответ, немного смущаясь.
– Ну, раз так… пойдем, покажу тебе одну укромную полянку, – наклоняясь к моему уху и слегка прикусывая его, сказал Влад.
Меня обдало жаром, и сердце тут же понеслось вскачь.
– А я-то думала, муж голодный, обедать хочет, да заодно узнать, как у его любимой жены день прошел, – подразнила я.
– Ты даже не представляешь, насколько я голодный, – сообщил он, снова игриво кусая мое ухо и щекоча дыханием шею. – А про твой день мне все уже рассказали.
– Что? – возмутилась я. – Ты за мной следил?
– Да как же. Просто волки… любопытные, а я… ну никак не мог мучиться в неизвестности. А вот после обеда… можешь мне и лавку показать, и подарки остальные распакуем, и расскажешь, какие камни из шкатулки приглянулись больше всего.
– У тебя, что же, на сегодня так быстро дела закончились? – удивилась я.
– Нет. Просто я так успел по тебе соскучиться, что с решением самых необходимых вопросов стаи, мне поспешили помочь сегодня все освободившиеся нечаянным образом волки, – признался Влад, переплетая мои пальцы со своими и сворачивая в проулок.
– Какая у тебя хорошая стая.
– У нас, – поправил он, и в его голосе прозвучало невероятное тепло. – У нас, мое счастье. Скоро в этом убедишься. Я уверен, они вот-вот вспомнят, что моя жена – сильная ведьма, и в очередь встанут за твоими зельями. Еще и выкрадывать тебя придется с работы.
– Ты мне льстишь, право слово. У меня в списке пока что только двадцать три оборотня.
– Пока что? – возмутился Влад.
– А в будущем я хочу и для заморских купцов зелья делать, а как научусь, еще и амулеты создавать для всех желающих. Мне сказали, у тебя есть самые разные связи среди торговцев, – поглядывая на Влада, заметила я.
– Неугомонная… – только и покачал он.
– Ты что же, против? – поразилась я.
– Нет, конечно. Помогу и поддержку.
Я улыбнулась и мечтательно сощурилась.
– А волкам твоим амулеты пригодятся? – поинтересовалась тут же.
– Так, все. Я украду тебя прямо сейчас, пока у меня есть шанс.
– Сам ведьму выбрал!
Я, хохоча, прижалась к его плечу, чувствуя, как меня переполняет огромное счастье. В следующую минуту губы Влада накрыли мои, заставляя забыть обо всем на свете.
– И куда ты грязными лапами по моему, только что вымытому полу! – возмутилась я, когда на кухню влетел огромный серый волк, сверкая янтарными глазами.
На спине у него гордо восседал с букетом редких лесных колокольчиков, цепляясь за шерсть, перемазанный до ушей соком лесной малины, наш четырехлетний сын – Артур, точная копия Влада. Такой же темноволосый, пока что кареглазый, цвет глаз у волков меняется в первый оборот, и с милыми ямочками на щеках, когда лицо озаряла улыбка.
– Мама, смотри какие мы с папой для тебя колокольчики нашли! Правда, красивые? – выпалил сын.
Артур скатился со спины Влада, подлетел ко мне, и я подхватила его на руки, вдыхая сладкий аромат цветов и тепло улыбаясь.
– Очень красивые, – ответила сыну.
– Я хотел тебе, правда, жука подарить, но он улетел, а забраться за ним на сосну папа не разрешил. Говорит, ни к чему нам белок пугать, они же совсем маленькие, таких защищать надо.
Артур размахивал руками, явно пытаясь изобразить белку, сверкая глазами-огоньками от переполнявших его впечатлений.
Я тихонько улыбнулась, восхищаясь тем, что Владу удалось уговорить нашего сорванца от очередной авантюры. У моего мужа тут просто талант.
– Зато мы вместе тебе ягодок насобирали, и еще папа показал мне, что значит, мчаться, как ветер, – выложил сын все, чем занимались полдня мои самые любимые мужчины.
Влад, держащий в зубах корзину со всеми подарками для меня, осторожно поставил ее на стол и обернулся. Повел носом в сторону печи, где стоял чугунок с тушеным мясом и овощами, а на блюде под полотенцем остывал сладкий яблочный пирог.
– Мы голодные, жуть! – сознался он, наклоняясь и целуя меня в щеку.
– А я думала, вы ягод наелись, – хмыкнула ехидно, передавая завертевшегося на руках сына мужу и щелкая пальцами, чтобы убрать грязные следы на моей чистой кухне.
– А что у нас сегодня на обед, мама? – тут же поинтересовался Артур. – Не будет же, как у папы вчера, подгорелой каши?
Я весело хмыкнула и покосилась на невозмутимого Влада, который так и не освоил эту мудрость – сварить крупу так, чтобы молоко не убежало. В итоге мы ели только верхний слой, соскребая его ложкой прямо с котелка. И каша казалась самой вкусной на свете, потому что ее готовил для меня и сына Влад.
– Каши сегодня не будет, – тем не менее ответила я, приглаживая его лохматые волосы. – Все твое самое любимое и вкусное.
– Ура! Хочу!
– Вымоешь нашего волчонка? – поинтересовалась у Влада. – А я пока на стол накрою.
– Но мама, я не хочу мыться, я уже в реке сегодня успел побывать, так что я – чистый!
Я недобро уставилась на Влада.
– И что вы в воде делали? – уточнила, упирая руки в бока, начиная подозревать, что оба, пока кто-то мчался, как ветер, просто в реку свалились.
– Корешки тебе копали! – гордо заявил сын. – Папа сказал, нечего тебе в эту грязь лезть, раз у тебя мы есть, сильные и смелые добытчики!
И как вот на них таких сердиться?
– Заботливые мои, – улыбнулась я, целуя сына в макушку.
– А меня? – тут же нашелся Влад, сверкая глазищами так, что колени стали подкашиваться.
Коротко коснулась его губ, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться, так сильно я соскучилась по своему несносному волку. Судя по вспыхнувшему ответному пламени в его глазах, по мне тоже скучали. Вон как носом втягивает мой запах, шально улыбаясь и смущая.
– Мы скоро, – пообещал Влад, быстрым и широким шагом покидая кухню.
Несколько секунд я стояла, прислушиваясь к их голосам, а потом принялась накрывать на стол и разбирать принесенные мне из леса подарки. Не удержалась, потянула сочные ягодки в рот и опомнилась, когда на кухню влетел Артур, а следом, в одних штанах, поигрывая мускулами, вошел Влад.
Мы встретились взглядами, обожглись, и, если бы не сын, загремевший стулом, надолго выпали бы из реальности.
– Мам, а можно я сегодня буду сначала пирог есть? – спросил Артур, усаживаясь на свое место и нетерпеливо болтая босыми ногами.
– Сладкое только после вкусного маминого обеда, – уверенно заявил Влад, и сын даже не подумал с ним спорить и принялся уплетать мясо с овощами за обе щеки.
Влад приобнял меня за плечи, уткнулся носом в шею и шумно вдохнул. По спине побежали мурашки. Что вот он творит?
– А вы есть будете или снова только целоваться? – поинтересовался сын, не давая нам отвлечься.
Влад весело хмыкнул, подхватил меня на руки и усадил за стол под любопытным взглядом сына. И, пока я приходила в себя, принялся за обед, подмигнув Артуру.
За обедом, даже когда поедал пирог, Артур болтал без умолку, рассказывая и про секретную поляну с колокольчиками, цветы с которой сейчас стояли в центре стола, и про то, как папа рычал на барсука, решившего вылезти на поляну и поживиться тем, что в их корзинке.
Мы слушали сына, поддакивали, но между нами по-прежнему будто искрило.
Когда закончили, Артур предсказуемо перебрался на колени к Владу. Муж гладил его по волосам, беспечно улыбаясь и поглядывая, как по кухне летают под действием моей магии посуда и продукты, размещаясь по своим местам.
– Уснул! – через несколько минут тихо сказал Влад, поднимаясь, чтобы привычно унести его в детскую.
Я даже не попыталась отвести взгляда от мужа и не скрывала этого. Так и стояла, и ждала, когда он вернется, осторожно прикроет дверь и подхватит меня, чтобы усадить на стол. Руки Влада скользнули под юбку, губы – по шее, покусывая и дразня. Я застонала, вцепилась в его плечи. На какое-то время мы были потеряны для всего мира, задыхаясь от счастья.
– Надо же, я сегодня, наконец, поймал собственную жену перед тем, как она умчится в свою лавку делать очередной заказ на амулеты для заморских купцов или бытовые зелья для стаи, – водя носом по моему плечу, хрипло заметил Влад час спустя, держа меня в своих объятиях.
Я закатила глаза и фыркнула.
– И к чему это ехидство? Ты меня почти каждый день так ловишь, волк.
Он щелкнул зубами, сверкнул глазами и зарылся носом в мои волосы.
– Эй, я опять после твоих волчьих замашек волосы не смогу расчесать, – возмутилась я.
– Кто же виноват, что ты так сладко пахнешь, – подразнил он меня и снова впился в губы жарким поцелуем.
* * *
Солнце клонилось к закату, освещая макушки сосен, и в волчьем поселении уже зажигались огоньки, маня теплом и уютом.
Я стояла на высокой горе с одинокой пушистой сосной рядом с Владом, на спине которого сидел Артур, вертя во все стороны головой с небывалым любопытством и вглядываясь в освещенную светлячками тропу.
За нами собралась вся стая. Мужчины переговаривались вполголоса, дети вертелись под ногами, женщины оправляли наряды и яркие украшения. Но и они с трудом сдерживали нетерпение от предстоящей встречи.
– Папа, ну что? Дядя Ильгар и тетя Злата с Ильзой и Любавой уже здесь, в нашем лесу? – нетерпеливо спросил Артур, наклоняясь к волчьему уху.
Влад принюхался к воздуху, сощурил янтарные глаза и кивнул.
Двоюродного брата Влада с его женой и двумя маленькими дочками мы ждали с самого утра всей стаей. Жили мы весьма далеко друг от друга, выбирались в гости не так часто, как хотелось бы. С ними, как и с родителями Ильгара, вырастившими моего мужа, я познакомилась через четыре месяца после нашей свадьбы, когда мы, управившись с делами стаи, отправились в начале зимы навестить их.
Я тогда так волновалась перед встречей с родными мужа! Но, как оказалось, совершенно напрасно! Ильгар, с виду суровый и строгий, но с мудрым и теплым взглядом, и Злата, добрая, нежная, с лучистыми глазами встретили меня так тепло, будто мы всю жизнь знакомы. Жена Ильгара оказалась магом жизни, способной творить настоящие чудеса.
До сих пор не могу забыть, как она прямо у меня на глазах вырастила яблоню среди зимы, угощая нас свежими фруктами. Ее светлая магия покорила с первого взгляда. Мне такая была недоступна. Ведьминская наследственная сила и та, что дарится богиней оборотней – Великой Белой Волчицей, сильно отличаются друг от друга самой сутью. Но это не мешало мне и Злате дружить и делиться секретами в пусть и редких письмах. Магические шары, изобретенные Даной Волковой, мы использовали в исключительных случаях, очень уж на них много сил требовалось.
– А дядя Глеб, тетя Дана и Шон с Тиром? – тут же спросил сын, не давая нам и минуты покоя.
Влад снова принюхался и опять кивнул, улыбнувшись во всю волчью пасть. Артур еще пуще завертелся на спине отца, вглядываясь в лес. И когда на тропе появилась первая пара – Ильгар со Златой и детьми на спине, он тотчас соскользнул вниз и с радостным визгом бросился им навстречу, размахивая руками.
Влад стремительно и красиво обернулся человеком и двинулся к Ильгару. Синеглазый беловолосый вожак северной стаи, его двоюродный брат, был так похож на моего мужа и одновременно так отличался – более спокойный, мудрый.
Они по-дружески обнялись, хлопая друг друга по плечам, и я услышала их низкий, довольный смех. Я обняла Злату, радостно улыбаясь.
– Как вы добрались? – спросила, оглядывая ее, такую же счастливую от нашей встречи и, кажется, ни капли не уставшую в пути.
– С моими-то непоседами? – хмыкнула она, кивая на дочек, которые кружили вокруг Артура. – Да я уже все сказки, какие знала, им рассказала, чтобы отвлечь.
– Моего вот непоседу сказками не отвлечешь, – засмеялась я. – Только обещанием поймать майского жука. Скоро их в этом лесу, чую, совсем не останется. Сбегут! Так что сказки… это не про моего Артура!
– Это кто сказал? – раздался веселый голос сбоку.
Я обернулась и увидела Дану. Она как раз спрыгнула со своего волка легко, по-кошачьи плавно, и, откидывая толстую рыжую косу за спину, уже потянулась ко мне обниматься. Глеб, ее муж, тем временем тоже обернулся человеком, деловито поправил ножны с мечом на поясе и открыто улыбнулся.
С Даной и Глебом Волковыми я познакомилась тогда же, когда и со Златой и Ильгаром. Эта пара как раз той зимой приехала к ним повидаться, обменяться новостями и привезла в подарок кучу заказанных волками в стае Ильгара амулетов и зелий.
С Даной, бойкой на язык, улыбчивой и готовой на всевозможные ведьминские эксперименты, невозможно было не подружиться. А еще мне очень помогли в первое время ее советы, пока разбиралась с рецептами и заклинаниями. И именно Дана научила меня накладывать настоящие ведьминские сглазы, чего моя бабушка не умела. Правда, за эти годы опробовать их на недоброжелателях мне так и не удалось. В стае меня искренне любят, а когда я с мужем оказываюсь в городе или людском поселении, Влад с меня глаз не сводит, оберегая. Но кто знает, как может повернуться жизнь? Я считала, что знания лишними не бывают.
Я радостно улыбнулась, бросила взгляд в сторону, отмечая, что Шон и Тир, сыновья Даны и Глеба, взахлеб что-то рассказывают Артуру и моим троюродным племянницам.
– Даже интересно, надолго их хватит, прежде чем мы опять будем разбитые носы лечить и штаны с рубашками чинить? – задумчиво посмотрела в сторону детей Дана, но в ее глазах плясали смешинки.
– Ой, да справимся! Ведьмы мы или кто? – хмыкнула я, поправляя на поясе мешочек с зельями, взятыми на всякий случай. – Я, кстати, тут такой эликсир занятный изобрела…
– Да ты что! – Дана подалась ко мне, глаза загорелись знакомым азартным блеском. – Лучше, чем тот, что делает одежду полупрозрачной?
– Лучше, – я сделала таинственное лицо и понизила голос. – Он вообще одежду испаряет.
– Ох, хочу! – выдохнула Дана, потирая руки.
– И я – поддержала Злата, и в ее глазах тоже заплясали озорные огоньки.
– Чую, нам будет весело, – раздался совсем рядом голос моего Влада.
Его рука легла на мою талию привычно собственнически и ласково.
– Две ведьмы и маг жизни вместе… – Глеб покачал головой, с трудом пряча смех.
Мужчины никак не забыли, как мы колдовали втроем во время последней встречи в поселении, где живут Глеб и Дана. Тогда и крыши домов во все цвета радуги раскрасили, и шишки на елках в поселении сделали золотыми и серебряными. Колдовство, радуя волков, продержалось сутки, а после растаяло. Вроде бы все красиво получилось, сказочно, если не считать того, что мы задумывали лишь иллюзии.
– Да ты не переживай, Влад, если что мы поселок тебе заново отстроим, – похлопал его по плечу Глеб.
Мы с Даной, не сговариваясь, уперли руки в бока и возмущенно уставились на них.
– Я рад всем твоим сюрпризам, мое солнышко, – тут же нашелся Глеб, притянул жену к себе, чмокнул в нос.
– А я тебя очень-очень люблю, счастье мое, – сориентировался и Влад, обжигая меня смеющимся взглядом, от которого внутри все так и вспыхнуло огнем.
– По-моему, у нас без шансов, девочки, – улыбнулась счастливая Злата, которую тоже поймал в объятия ее муж – Ильгар.
– Кто бы говорил! Без нас они просто не могут, – коварно напомнила я.
– И не хотим, – хором заявили мужчины, и мы рассмеялись.
– Смотри, ваши сейчас тоже целоваться будут, – раздался задорной голос Артура. – Мои всегда так делают, когда обнимаются.
– Все тайны наши семейные выдал, – хмыкнул Влад, подхватывая сына на руки и целуя в макушку.
Но тут же отпустил его к друзьям, так как дети звали его играть.
– А давайте наперегонки, кто первый прибежит к поселку? – предложил Артур.
Дети загалдели, а наши мужчины моментально посерьезнели и перекинулись взглядами с волками, следившими за безопасностью. Я и Дана щелкнули пальцами, накладывая защиту посильнее. Мало ли, увлекутся, не заметят корней под ногами или веток возле лица.
Через минуту детвора, к которой присоединились и вся малышня из нашей стаи, мчалась с горы в окружении огромных волков, скользивших белыми и серыми тенями, подстраиваясь под скорость маленьких ног, заливисто смеясь от восторга.
В этот момент на поляну въехали с полдюжины плотно набитых повозок.
– Гостинцы от наших семей, – весело хмыкнул Ильгар, поражая количеством.
– Спасибо, – поблагодарили я и Влад почти одновременно. – Дамир, займешься доставкой до нашего с Фионой дома?
– Конечно, Влад, – тепло улыбнулся старый волк, обнимавший свою Василину неподалеку от нас.
– А что там внутри? – не удержалась я от любопытства, смотря, как волки сноровисто управляются с повозками, спускаясь с горы.
– Фрукты, овощи и растения в горшках, – сказала Злата. – Розы получились у меня просто дивными, нельзя не поделиться.
– А от нас ткани и одежда с искусной вышивкой, плюс шкуры диких животных, – улыбнулась Дана.
– Ой, девочки, а я вам тоже такие подарки приготовила… Самоцветные! – улыбнулась я, вспоминая сделанные на заказ наборы украшений, в которые я вплела обережную магию. – И зелий наварила новых… все опробуем!
За эти годы я полностью освоила все, что было в бабушкиной книге, а теперь, как и любая ведьма, изобретала свое. Моя лавка процветала, зелья расходились и среди волков, и среди торговцев, которым их отвозил мой муж, только так. И ко мне, как бывало и в Лесной Благодати, то и дело обращались не только за магической помощью, но и просто за добрым советом. Моя душа всему этому бесконечно радовалась.
– Ну что, приглашаем всех на центральную площадь на угощение и танцы, – улыбнулся Влад.
– А может, тоже наперегонки? – весело подмигнул Глеб, вызывая смех.
– А давай, – вдруг поддержал его Ильгар. – Злата, ты со мной?
– И это грозные волки, называется, – хихикнула Дана и бросилась к своему мужу, забираясь ему на спину.
– Влад, Фиона, а вы с нами? – оглянулись на нас.
– В другой раз, – спокойно ответил Влад, и в его голосе прозвучало что-то такое, отчего мужчины как-то понимающе обменялись взглядами, а я напряглась.
А потом, залихватски рыкнув, они помчались с горы под веселый смех своих половинок. За ними сорвались все остальные волки, с небывалым радостным азартом. И на горе возле сосны остались только мы с Владом.
– Ты уже знаешь, – выдохнула я, разворачиваясь к мужу и заглядывая в его сверкающие глаза.
– Угу, – сощурился он, смотря на меня с таким выражением, что я не могла понять, он сердится или радуется.
– И откуда…
– Мне наш сын по о-очень большому секрету на ушко по пути сюда сообщил, что мама сказала ему о сестренке, которая скоро родится.
То, что у нас будет именно дочка, сомнений нет. Ее нам предсказала Великая Белая Волчица, в храм которой мы приносили дары каждый год в благодарность за наш дом, за нашу стаю и наше счастье.
Влад скрестил руки на груди и уставился на меня так, что стало не по себе.
– Дырку на мне протрешь! – проворчала я, не зная, что делать-то.
Не так я надеялась порадовать его новостью о дочке.
– Ты почему мне не сказала, что у нас будет еще одно счастливое пополнение в семье?
– Да я не успела.
– Ты серьезно?
– Да. Сама узнала за полчаса до встречи с друзьями, – выдохнула я, кусая губу. – Пока еще и перепроверила дважды зельем…
– А Артура, значит, обрадовать успела.
– Его мне надо было отвлечь от попытки поймать в чистой одежде очередного майского жука, чтобы похвастаться перед волками, – созналась я, разводя руками.
Влад хмыкнул коротко и с чувством.
– И ничего смешного! Вот появится у тебя еще одна ведьмочка, пусть и маленькая, и посмотрю я на одного вожака стаи, как он управится! – я ткнула в него пальцем, и улыбка Влада стала запредельной.
– Я так тебя люблю, Фиона, ты даже не представляешь, – сказал он тихо.
– Сильно-сильно? – спросила я, немного вредничая.
Ответ-то на этот вопрос мне давно известен, просто хочется его слышать снова и снова.
В глазах Влада плеснуло столько счастья, тепла и любви, что я забыла, как дышать, и в признаниях уже и не нуждалась. Просто когда на тебя смотрят вот так… все понятно без слов.
– Сильно-сильно, – серьезно подтвердил Влад.
Он сделал разделявший нас шаг и прижал к себе так бережно, что я чуть не всплакнула, растрогавшись.
Поцелуй вышел долгим, нежным, головокружительным, как это бывает от невозможного счастья. Того самого, что приходит к тебе в облике наглого и невыносимого волка, способного перевернуть твою жизнь. Главное – однажды не побояться ступить на незнакомую тропу и открыть сердце навстречу любви.