«Газета РУ» от 20-01-2022:

«Как заявила группа учёных из Калифорнийского технологического университета, им у далось выяснить, исследовав некоторые микрочастицы, который могут одновременно существовать в разных местах одно и то же время, что после смерти человека энергетическое поле, в просторечие именуемое душой, переходит в параллельную вселенную, и вселяется или в новорождённого или в человека, погибшего в течение сорока восьми часов с момента перехода «души» в параллельное пространство. Математические выкладки этой группы исследователей показывают, что существует двенадцать параллельных вселенных, которые и принимают «души» наших людей. Оттуда к нам попадают такие же души, которые вселяются в наших новорождённых. Сама идея параллельных миров не нова. И есть подтверждения в хрониках многих стран. Что иногда на их территории находили людей. странно одетых, и говорящих на неизвестном языке. также эти идеи существования параллельных миров часто обыгрываются писателями-фантастами…»***

Надя проснулась ранним утром. Колено немного ныло, но меньше, чем вчера. Содержание сна девушка не помнила, хотя там было что-то цветное и яркое. Теперь надо было привести в порядок свои мысли. Значит, хоть она и не верила военным, они её всё же перебросили в другой мир. Тело ей досталось хорошее. Тут грех жаловаться. Но вот кто в жизни эта Лариса Блинова, ещё предстоит узнать. Вроде. сегодня должны приехать в больницу её родители. Хотя, почему её? Теперь это родители Нади! Интересно, какие они? Ладно, увидим!

Примерно через час пришла медсестра. Она помогла пациентке выйти в коридор, провела её до туалета. А потом вернула в палату.

- Через час будет завтрак. А потом я повезу тебя на каталке к психологу и на процедуры. – Сообщила она девушке.

Так и произошло. В означенное время привезли на тележке тарелку манной каши и стакан сока. Надя с удовольствием поглотила всё принесённое медсестрой. Минут через двадцать привезли каталку. Надя уже самостоятельно на неё перебралась.

- Возьми сумочку с собой! – Приказала медсестра.

Пациентка молча подчинилась, и они отправились к психологу.

- Ну, Лариса Николаевна, сейчас я попытаюсь помочь восстановить вам то, что вы хорошо знали, а потом забыли. Вот, ваша идентификационная карточка. Вы же можете пользоваться ею?

- Да, - Надя продемонстрировала свои знания во владении эти девайсом.

- Так, хорошо! Теперь возьмите голофон. Попробуйте его включить.

Девушка осторожно взяла аппарат в руку и начала вертеть его, ища кнопку включения. Но никаких клавиш ни на основной плоскости аппарата, ни на его боку она не обнаружила. Поэтому беспомощно посмотрела на врача и пожала плечами.

- Странно. Карточку вы можете активировать, а голофон нет. Хотя у них один и тот же принцип включения…

В голове Нади пронеслись панические мысли, но, потом она вспомнила про полицейского. Поэтому девушка произнесла:

- Просто, когда я очнулась, увидала, как полицейский работал с карточкой, а этот "смартфон" он передал врачу, не активируя…

- Вот оно что! – Обрадовался психолог. – Тогда всё ясно. Теперь берите голофон в руку и тыкайте в его экран пальцем. Да, так. Что там написано?

- «Идентификация. Хозяйка опознана».

- Ну, вот, видите, экран зажёгся. Вся аппаратура такого класса тут включается после генной проверки. Если я сейчас возьму Ван аппарат, и ткну пальцем. То… видите, экран покраснел. Больше мне в него тыкать нельзя, сгорит вся внутренность голофона. Теперь поняли, почему полицейский не стал включать его?

- Да, он бы сгорел!

- Умничка! А так как стоимость этого аппарата не менее двух тысяч рублей, а зарплата у полицейского четыре тысячи, то он просто не может позволить себе уничтожить чей-нибудь голофон. Его снимут с работы, будут судить, и заставят возместить ущерб.

Надя удивлённо слушала всё, что ей говорил психолог. Такого точно не было в старом мире. Потом врач объяснил, что на этой Земле сейчас две тысячи девятнадцатый год, начало лета, третье июня. Скоро Ларисе заменят школьную идентификационную карточку постоянным документом. Ей дадут и банковскую карточку, которая тоже работает на геноме. Врач показал, что это такое.

- Как пользоваться ею, Лариса, вам объяснят родители, если забудете в банке спросить. Да, тут у нас голофон прямо включён у всех в Сеть. Видите жёлтая точка? Если сети нет, она покраснеет.

- Это что, Интернет? – Осторожно спросила пациентка.

- Нет. Интернет отдельно. Для него нужно иметь такой настольный компьютер или ноутбук. Но Интернет и Сеть взаимосвязаны, поэтому можно с одного на другое перебрасывать различные данные. Голофон имеет два режима – 2Д и 3Д. То есть, в первом случае изображение плоское, как на экране телевизора, а во втором – трёхмерное. Так называемая голограмма.

Потом пошли различные тесты, которые девушка прошла удовлетворительно.

- Память у вас постепенно восстановится, больше мы ничего не сможем сделать.

После этого медсестра отвезла девушку на процедуры. Пациентку посадили перед каким-то аппаратом, от которого пошли тёплые волны. Боль в колене сразу утихла. Надя ожидала, что после выключения аппарата боль вернётся, но к её удивлению, весь оставшийся день нога не ныла. Потом были ещё и водные процедуры, которые позволили мыслям лечь в нужные ячейки мозга. Надя решила впредь даже в мыслях называть себя Ларисой. После процедур её вернули в палату. Она попробовала согнуть правую ногу. Получалось плохо. Медсестра, зашедшая с тележкой, на которой был обед, увидев потуги пациентки, сказала:

- Тебе повезло, девочка. Ещё будет только три сеанса разных процедур, и больше тебе не понадобиться. У тебя почему-то всё быстро заживает. Обычно люди с такими травмами три- четыре месяца ходят с костылями или тростью. Врач сказал, что ты уже завтра сможешь сгибать ногу. Тебя хотели выписать через неделю, но при мне главврач уже позвонил твоему отцу. Они смогут взять тебя домой через два дня!

- А сегодня папа и мама придут?

- Да, сейчас пять часов, они должны подойти в восемь.

- Спасибо!

- Не за что!

Поглощая пищу девушка, окончательно , даже в мыслях, ставшая Ларисой, думала:

«Пока всё идёт нормально! Если что, то любой мой косяк можно будет объяснить амнезией. Но и слишком увлекаться не следует, а то можно попасть впросак».

После обеда Лариса начала терзать голофон. Она вышла в Сеть. Здесь было тоже самое, что и в земном Интернете. Случайно Лариса открыла музыкальный чат. По мере прочтения у девушки округлились глаза, а брови взлетели на лоб. Здесь. в этом мире было много известных девушке песен. Но вот автором большинства из них являлаяь какая-то кореянка Пак Джин Хо. Эту девушку хвалили на всех чатах, вместе с её подругой, Ким Мин Джи. Оказывается, они являются законодателями нового стиля танцев. Лариса чуть ен поперхнулась от смеха, когда прочла, что руководимый этими кореянками всемирно известный ансамбль К-поп, «Солбанг-Ул» (Кедровые шишки) является правообладателем таких песен и танцев, как «Каннам-стайл», «Ламбада» , «Ол май ловинг», «Хеппи нью йер», и многих других. Они не только оставили свой след в музыке, но и снимали такие филимы, как «Земля и космос. Звёздные войны-2», «Кумитё (Крёстный отец)», «Властелин колец»…

Вместе с этим они изобрели и летающие пояса, которые успешно применили на сцене, в строительстве и в других отраслях. Лариса с удивлением смотрела местный Ютуб, ролик с выступлением этой группы в Москве насколько лет назад. Она удивлённо потрясла головой, думая, что ей померещилось, когда две кореянки виместе с парой явно русских девчонок лихо спели «Синий, синий иней» и «Прекрасное далёко», сопроводив эти песни соответствующим танцем в воздухе…

«Что это? Неужели кому-то удалось пробраться с нашего мира сюда? Не может быть! А может, это просто совпадение? Но песни явно те, которые я знаю! Ладно, из меня певица, как из говна конфета!» - Думала Лариса, машинально накручивая локон на палец.

Внезапно открылась дверь. Вошёл знакомый врач, а с ним вместе в палате появились мужчина и женщина. Лариса вначале не поняла, кто это такие, но когда женщина с всхлипом: - Лариса, доченька! – Бросилась к сидящей на койке девушке, и сразу остановилась, когда девица удивлённо отстранилась.

- Что это? – Громко спросил мужчина врача. – Мне сообщили, что с дочерью всё в порядке, а она нас не узнала!

- Амнезия. Она забыла от удара многое. – Пробубнил врач.

- И что, она никогда не поправится? – Всхлипнула женщина.

- Этого никто не знает. Мы тут бессильны.

Тут Лариса поняла, что это её «родители». Она обратилась к растерянно стоящему доктору:

- Я сейчас вспомнила, что часто видела этих двух людей! По-моему, я жила рядом с ними! – Девушка сделала правдивые глаза, взглянув на врача.

- Слышишь, Валя! Эта пигалица жила рядом с нами! – Неожиданно развеселился мужчина. Женщина растеряно смотрела то на мужа, то на дочь.

- Лариса Николаевна, это ваши родители! – Строго сказал врач.

- Да? Хотя, вроде моя мама, как тут написано, - Девушка достала из сумочки идентификационную карточку и потыкала в неё пальцем, - Валентина Михайловна. Это вы? - Обратилась она к женщине.

- Да, доченька… - Беспомощно прошептала та.

- Значит, вы – моя мама? Рада познакомиться! – Лариса протянула руку для пожатия. Валентина Михайловна подняла заплаканные глаза на мужа.

- Лариска, что ты делаешь с мамой? Когда тебя выпишут, я тебе дома выпишу люлей ремнём! – С угрозой произнёс Николай Андреевич.

«Ещё правда всыплет, ладно, сделаю вид, что что-то вспомнила!» - Решила Лариса. – Ну, папа, я тебя сразу узнала, а вот маму нет! Извини, мамуля!

Все облегчённо вздохнули. Отец погрозил кулаком дочери:

- Потом, дома поговорим! Нога не болит?

- Нет, папа! сегодня, как сделали какие-то процедуры, сразу прошла. Медсестра сказала, что уже через два дня я буду нормально ходть.

- Это правда? – Обратился к врачу мужчина.

- Да! Мы сами удивлены. Такой быстрой регенерации не было ни у одного пациента с подобной травмой. – Ответил доктор.

- Ладно! Мы приедем через два дня!

- Документы на выписку я перешлю на ваш голофон.

- Спасибо! Выздоравливай, дочка. И больше так не шути!

- До свидания, папа, мама! – Лариса помахала рукой выходящим из палаты родственникам.

Следующие два дня были скучны и монотонны. Завтрак, процедуры, обед, путешествие по Сети. Вначале попаданка узнала, какие тут деньги крутятся в обращении. Удивилась, что все они прикреплены к золоту. Потом почитала историю этого мира. Да, она иногда резко отличалась от того, что девушка знала о истории старой Земли. Потом смотрела какие-то сюжеты о банковской системе «Кентавр». Прочитала статью о голофонах. Очень удивилась, увидев ролик о том, как переносить информацию с голофона на бумагу. Особенно поразил её голографический набор текста и его мгновенный перенос на бумагу с сохранением всех цветовых оттенков.

«Надо будет потом попробовать!» - Решила Лариса. Как и говорила медсестра, через два дня правая нога начала нормально сгибаться. Болей практически не было.

Наконец, наступило шестое июня. В десять утра к ней пришла вместе с врачом мама. Она принесла одежду: нижнее бельё и красивое платье вместе с туфельками на шести сантиметровых шпильках. Лариса переоделась, но вот с обувью вышла заминка. Девушка осторожно надела туфли и держась за тумбочку встала на шпильки. Мать с тревогой смотрела на дочь. Та сделала осторожный шажок. Потом второй…

Убедившись, что тело хорошо себя чувствует на такой высоте, и практически автоматически делает шаги, Лариса улыбнулась, и смело двинулась в коридор. Валентина Михайловна выскочила вслед за дочерью. Та устроила пробежку на шпильках по коридору от палаты и обратно. А потом широко улыбнулась и произнесла:

- Никогда не думала, что это так легко и здорово!

Затем они спустились на лифте в фойе. Там их встретил охранник в строгом костюме. Он вывел женщин из больницы, а потом открыл дверь шикарного автомобиля, который висел на высоте сорока сантиметров над полотном дороге.

«Ого! А у меня богатенькие родители!» - Подумала Лариса. - «Неужели, повезло, и у меня будет то, о чём я всю жизнь на той Земле только мечтала? Хорошо бы!».

Как только машина тронулась, сверху и со всех сторон её окружили чёрные летающие автомобили.

- Кто это, мама? – Спросила изумлённая девушка.

- Да, охрана государственная… - Нехотя сообщила ей мать.

- А ты, кто?

- Неужели, и это забыла? – Встревожилась Валентина Михайловна.

- Ну…

- Депутат я, в Госдуме заседаю.

- А папа?

- Он, генеральный прокурор Москвы!

У Лариски от удивления брови полезли на лоб.

«Вот это удача! Теперь что, я мажорка? Интересно, а как живут детки богачей?»

- Мама, а у нас большой дом?

- Прилетим. Увидишь!

К дому подъехали (или подлетели?) через час. Лариса во все глаза смотрела наружу. Пока «леталки» (так коротко аборигены называли эти машины), неслись по улицам здешней Москвы. Таких широких проспектов в прошлой жизни Лариса никогда не видела. Да и жила она не в столице страны, а в Оренбурге. Девушку поразил вид огромных небоскрёбов, на каждом этаже которых были разбиты цветники и росли вьющиеся растения. Такого точно не было на той, старой Земле.

Лариса вернулась к себе в комнату. Она достала флешки из сейфа и села за компьютер, просматривать, что там записано. Пять из них были абсолютно неинтересны. А вот остальные продемонстрировали интересы бывшей хозяйки тела. Оказывается, она ходила на фехтование, могла играть на синтезаторе, ездить на лошади. Потом шли фильмы. Лариса просмотрела один из них, а именно «Властелин колец». То, что она там увидела, вообще не походило на староземельный оригинал. Тут это был музыкальный фильм. Ларису заинтересовала статья о Алисе Селезнёвой, самой богатой бизнес-вумен России.

- Вот чёрт! И она из этих «шишек». – Разочарованно произнесла попаданка. – Хотя, их называют самой успешной группой за последнее десятилетие… А, ну-ка, прочитаю всё, что есть про них.

До вечера она была занята поглощением информации об этом «Солбанг-Ул». Из всего увиденного и прочитанного, Лариса сделала вывод, что в этом мире можно добиться того, чего невозможно сделать на старой Земле, но при определённых обстоятельствах. Если этим кореянкам пришлось много работать, и у них практически вначале не было никаких финансов, то она имеет под собой основу в виде капитала матери и отца.

Лариса посмотрела биографии родителей – они были в Интернете.

«Блинов Николай Андреевич – родился в 1972 году в городе Москва. Окончил юридический факультет МГУ. Работал на всех ступенях прокуратуры. Генеральным прокурором Москвы и московской области назначен, в 2015 году. Частной собственности в виде предприятий не имеет. Получил в наследство шесть миллионов после гибели родителей в 2007 году.

Блинова (в девичестве Волкова) Валентина Михайловна – родилась в 1979 году в Казани. Окончила Московский технологический институт. После смерти отца (мать скончалась при рождении второго ребёнка, сестры Валентины Михайловны, Виктории) Блинова получила в своё управление концерн «Русские сладости». После того, как она была выбрана депутатом Государственной думы РФ, согласно закону, на время работы в законодательном органе, Блинова передала концерн в руки государства. Общая оценка состояния Блиновой, по оценкам компетентных органов, двести двадцать миллионов рублей».

- Так, богатенькие у меня родичи! Поэтому эта Лариска и была такой хамкой! Но я, не она. Теперь надо подумать, что мне делать? Чем заняться? Ну, музыка, это не моё. Кино снимать я тоже не умею. Танцевать? Нет, это не для меня! кстати, а какая тут система образования? Я ведь мажорка, и могу поступить в ВУЗ! Это там мне путь был закрыт в институт. А здесь, наоборот!

Лариса поинтересовалась с помощью компьютера, какая здесь система образования. Удивлению девушки не было конца, когда она узнала о наличии двух систем образования – одна такая же. как на старой Земле, и вторая, телевизионная.

- Хорошо! Можно сидеть дома, и учиться! – Обрадовалась Лариса.

Она и на старой Земле практически не имела подруг, а отношения с противоположным полом у неё ограничились только несмелым поцелуем с нравившимся ей одноклассником. Потом работа, смерть бабушки и болезнь вообще вырвали девушку из привычного ритма жизни. Поэтому она решила, что парни подождут. Тем более, что сейчас она довольно красивая блондинка, и парни сами будут липнуть к ней. Этому будет способствовать и наличие богатых родителей, занимающих нешуточные посты в разных государственных структурах. Так и не решив, что она хочет, Лариса пообедала в одиночестве – отец и мать были заняты, и дома появятся только завтра. Об этом девушке сообщила домработница. После этого она просто легла спать…

До поездки к профессору, Лариса успела написать один рассказ о девочке и облаке. Ну, просто пересказала мультфильм, который она любила в прошлой жизни. Предварительно она через голофон узнала, что в этом мире такого мультика нет от слова «совсем». Девушка решила пока писать в в подразделе «Детская литература». Вначале она задумалась над ником. Под фамилией Блинова ей на сайте светиться не хотелось. Пусть будет литературный псевдоним. А что придумать? Писать под именем «Надежда Решетникова» ей не хотелось из-за пока неясного отношения к ней со стороны родственников. Целый час она думала, и решила, что будет печатать работы под ником «Рена», сократив фамилию и имя со старого мира.

Лето, конец июня. Лариса думала, что здесь тоже, как и в старом мире, люди ринутся в отпуска, на море. Каково было её удивление, когда на вопрос о поездке на курорт, мама рассмеялась и сказала, что большинство людей во время отдыха отправляются на Луну, в Селенатаун или на Марс, посмотреть первый посёлок учёных на Красной планете. Конечно, и на Земле есть места, которые посещают туристы, но полететь за двадцать тысяч долларов в Селенатаун или за сто тысяч на Марс считается более престижным, чем побывать в Венеции или отдохнуть на Мальдивах. Популярностью пользуются и туры в Антарктиду, сафари в Африке, бразильские карнавалы, которые стали устраивать три раза в год. Да и проблем с поездками нет – магнитные поезда и самолеты всегда готовы перевезти любое количество желающих посетить те или иные достопримечательности.

Получив эту информацию, Лариса зависла на полчаса. Выходит, что не всё так, как она думала.

- Дура я, дура! Компьютер и голофон ведь есть, можно было просто поинтересоваться, как тут с туризмом! – Кляла себя девушка, усаживаясь за монитор. Проведённое исследование показало, что мелкие туристические компании тут не выживают. Всё уже поделено между гигантскими увеселительными корпорациями, дочерние компании которых и занимаются обустройством разнообразных туристических маршрутов. В местной России это были Ростуризм, Росамтур, Росазтур, Роскосмостур, и ещё несколько других компаний. Они охватывали практически весь земной шар, предлагая визы в любую страну, обустройство в отелях, в зависимости от толщины кошелька туриста. Магнитные поезда вместе с обычными железными дорогами и самолётами позволяли за сравнительно небольшую плату пассажиру высадку практически в любой точке земного шара. Космический туризм появился сравнительно недавно, в конце местных девяностых, после создания надёжных термоядерных реакторов для космических кораблей. Сейчас есть три маршрута и орбитальные отели вокруг Земли, полёт на Луну, посещение Марса. А скоро ещё добавится облёт некоторых крупных астероидов .

- Мда! Вот так рушатся мечты… - Задумчиво сказала сама себе попаданка. – Потому мама и посмотрела на меня так подозрительно, когда я распиналась о своих хотелках! Просто, нереально организовать компанию в этой отрасли, не имея хотя бы пары миллионов долларов. Хорошо, что хоть сейчас пришло в голову проверить, как тут с туризмом. Нет, если я буду настаивать, мне родители , конечно, дадут деньги на открытие компании, но всё указывает на то, что скорее всего, я не выдержу конкуренцию с такими китами, как эти крупные корпорации…

Ларисе захотелось плакать, но, она смахнула покатившуюся по щеке слезу, и взяла себя в руки.

- Ладно, нет, так нет! Посмотрю пока, что там с моим романом. – Она включила голофон. Зашла на кошелёк и с удивлением обнаружила там двести тысяч рублей. Быстро посчитав в голове (слава богу, бабушка научила её устному счёту), Лариса сильно удивилась и вышла на литературный сайт. Всё правильно! Её роман купило уже пятьсот человек. Значит, за неполные три недели она заработала двадцать тысяч долларов, просто вспомнив произведение, прочитанное в старом мире. Чтобы успокоиться, она встала и подошла к окну. На лужайке перед домом техник копался в папиной «леталке». Наверное, что-то там испортилось… Почувствовав, что сердце перестало колотиться от радости, Лариса опять села за компьютер и стала читать комментарии.

К концу июля за оба романа у Ларисы на кошельке скопилось семьсот тысяч рублей. Поразмыслив, девушка решила «написать» прочитанный ею роман Елены Звёздной «Жена воина». Это она сократила название – длинные предложения Лариса не любила. Вначале она хотела опубликовать целую серию «Академию проклятий». Но поленилась, и остановилась на «космическом романе». Лариса просканировала литературный чат, и обнаружила, что больше всего читатели предпочитают что-либо связанное с космосом. Она читала на старой Земле такие произведения, но решила публиковать их после получения паспорта и банковской карточки. Поэтому, напечатав в начале августа «Жену воина», девушка опять стала ждать итогов своих литературных потуг. К концу месяца счёт на кошельке округлился до миллиона рублей.

- Так! Сто тысяч долларов у меня есть! – Удовлетворённая сказала Лариса, осматривая себя в зеркало. За три летних месяца она, занимаясь зарядкой, бегом и выполняя выбранный ею комплекс упражнений для женщин, попаданка значительно укрепила свои руки и ноги, спину и грудь. Хорошо прокачался и пресс. Лариса могла уже пять раз подтянуться на турнике, пятнадцать раз отжиматься от пола. Несмотря на то, что девушка любила плотно поесть, тем более, что были все возможности вкусно и хорошо питаться, она не полнела. Это её очень радовало. С прислугой установились нормальные отношения, и она время от времени помогала Ольге на кухне. Сергей немного поднатаскал Ларису в местной технике, и пару раз дал поводить «леталку» вокруг дома. И вот, наступило пятое сентября. Девушка с мамой отправилась получать паспорт и банковскую карту. Полетели в городское Управление документации. Лариса удивилась, узнав, что в местном варианте России все документы выдавались именно в этом учреждении, а не в полиции или каком-либо органе, связанном с министерством внутренних дел. Через час машина подлетела в небоскрёбу, где и находилось Управление.

На следующее утро девушка проснулась от звонка голофона:

- Алло! Вы Лариса Николаева Блинова?

- Да, а что такое…?

- Сейчас подъедет сотрудник посольства РФ в Дании, и вы полетите на аэродром. Самолёт вас уже ждёт. Вам надо присутствовать при похоронах ваших родителей.

- Понятно, а где я буду жить?

В гостинице «Москва». Всё за счёт Госдумы….

- А организация похорон?

- Тоже за государственный счёт.

Действительно, через несколько часов Лариса сидела в номере московской гостиницы. На следующий день посыпались звонки с соболезнованиями. Пришла группа депутатов, близких к погибшей Блиновой. На следующий день состоялись похороны. Они проходили на специальном государственном кладбище, где в этом мире хоронили государственных деятелей и чиновников. Народу было много, так как пришли все депутаты Госдумы, представители бизнеса, прокуратуры и сотрудники администрации президента. Было много венков и траурных речей. Прислугу похоронили рядом с Блиновыми, ни у Ольги, ни у Сергея родных не было. Поминки прошли организованно, и к вечеру Лариса, весь день простоявшая в специально купленном для похорон чёрном платье, с удовольствием растянулась на кровати в номере гостиницы. Через сутки девушку вызвали в Госдуму. Она пришла в кабинет, где сидело человек десять депутатов.

- Сейчас придёт юрист и зачитает вам, Лариса Николаевна, завещание родителей. – Сказал один круглый, как колобок, мужчина. Девушка удивилась такому способу ознакомления родственников с последней волей родственников. Она постаралась запомнить лица всех присутствующих в комнате депутатов…

Юрист пришёл через пятнадцать минут. После прочтения «завещания» девушке стало ясно, что его писали не родители. В бумаге было сказано, что Лариса обязана передать концерн на аукцион, отказаться в пользу государства от денежных накоплений родителей, и навсегда уехать из России.

Для виду попаданка поартачилась, наблюдая за теми депутатами, которые больше всех её уговаривали исполнить «последнюю волю» четы Блиновых. Через два часа она подписала все бумаги. Ей сказали, что она может лететь обратно в Копенгаген. Самолёт готов. Лариса долго не думала, и вечером уже сидела в номере копенгагенской гостиницы.

Следующий день начался со звонка голофона. Ей пришёл файл. Она открыла его. На нём был список восьми депутатов Госдумы, которые подозреваются в организации убийства Блиновых. Прямых доказательств нет, но именно эти люди лоббировали международную корпорацию «Земные сладости» в России. Были и портреты этих людей. Лариса их всех узнала.

«И что мне с этим делать?» - Подумала девушка. – «Пока я бессильна, но эти рожи я запомню».

Она ещё три дня прожила в Копенгагене. А потом полетела на автобусе в Брюссель. После заселения в частный пансионат – гостиницу, Лариса узнала из выпуска новостей, что состоялся закрытый аукцион. И концерн Блиновой был распродан по частям. Сорок процентов досталось корпорации «Земные сладости». По тридцать процентов получили государство и какой-то «Валдайский клуб». Про последнего фигуранта Лариса никогда не слышала. Поэтому поискала информацию в Сети. Оказалось, что в него входят политические деятели от некоторых партий (она увидала и голофото всех тех десяти депутатов, которые её уговаривали в Госдуме), министры здравоохранения и обороны.

«Значит. всё замыслили в этом клубе!» - Догадалась Лариса. – «Как-то у них всё тут быстро произошло. Да и меня поскорее выперли. Даже опекунов не назначили».

У неё испортилось настроение. Она поняла, что пока лучше не высовываться несколько лет. Да и нужно иметь деньги, много денег, чтобы поквитаться с этими богатыми преступниками. Так что, пора подумать о своём будущем. Лариса достала голофон и распаковала файл о котором говорила Валентина Михайловна. Там было написано:

Женя и Бо Рам впервые были во Франции, поэтому им всё было интересно. Они специально вылетели на день раньше, чтобы осмотреть Париж. Но ни одна из них не знала, что и Анси не менее интересен, чем остальная Франция.

Лариса встретила представителей «Солбанг-Ул» на вокзале и посадила их в такси. После того, как девушки устроились в её большом доме, посмотреть достопримечательности Анси захотела и сама Лариса, так как пока даже не выходила в город. Бо Рам привезла с собой кимчи и контейнеры с корейской едой.

- Она что, больная? – Тихо спросила Женю хозяйка шале.

- Нет! – Засмеялась Крайнова. – Просто все французские и европейские блюда для них недостаточно острые. А так, в Париже, Бо Рам пробовала французскую еду, но она ей не понравилась.

- Понятно! А теперь пойдём, я покажу вам свои наработки.

- Да у тебя просто готовый мультфильм! Только в 3Д его надо перевести. Это я здесь сделаю. - Заявила Женя. Голофон то есть. Подожди, я с Сон Ён поговорю. – Она набрала номер, и над голофоном появилась голова красивой кореянки.

Лариса не слушала, всё равно. разговор шёл на корейском языке. Потом Женя поговорила с Айяно.

- Значит, так! По твоим рисункам делаем мультфильм. Одновременно, пересылаем файлы с рисунками на Чеджу. Алиса и японская кинокомпания уже готовы начать съемки. Актёры подобраны. Чуть-чуть исправим место действия, перенеся его в Корею. Тизеры мультфильма запустим в Сеть через неделю. Посмотрим отклики на разных участках Сети и Интернета. Сразу делаем фильм на нескольких языках. Ты согласна?

- Да! – Только и сказала Лариса.

А дальше началась работа в сумасшедшем темпе. Лариса так никогда не уставала, старалась успеть за Женей и Бо Рам. Мультфильм был готов в рекордные даже для «Солбанг-Ул» сроки. Музыкальное сопровождение и песни для него прислали через шесть суток после конца работы над тизерами. Айяно сообщила, что уже начались съемки полнометражного художественного фильма на Чеджу. Для согласования с автором некоторых сцен несколько раз звонил режиссёр фильма. Сон Ён приказала успеть снять его к Новому году. Времени было мало, но «шишки» и их бывшие трейни привыкли работать в условиях цейтнота.

Вначале, к концу ноября, появились тизеры в электронных сетях. Подождав день, Лариса, Женя и Бо Рам вышли в чат.

Самолёт приземлился в аэропорту Асунсьона. Он находился в пригороде, который назывался Лука. Настя вышла из самолёта и посмотрела на здание этого крупного транспортного хаба Латинской Америки, носящего имя Сильвио Петтросси. Почти каждые двадцать минут садились и взлетали самолёты с разных стран. Настю удивило, что в аэропортах этого мира практически не было никаких взлётно-посадочных полос. Самолёты взлетали вертикально на антигравитационном движке, подскакивая на пятьсот метров, и только потом заводили основные реактивные двигатели, работающие на водороде. Пассажиров тоже было довольно много.

Неожиданно для себя, Настя сильно простудилась. Пришлось даже попросить соседей звонить в скорую помощь. Приехала она довольно быстро – минут за тридцать. В один из ближайших госпиталей города девушку доставили минут за десять. Больную осмотрел главврач больницы. Потом её проверили томографом. Взяли анализы.

- Госпожа Решетова! У вас установлено двустороннее воспаление лёгких. Лечение зависит от оплаты. - Прямо сказал профессор Игнассио Боливарес.

- Сколько будет стоить полный курс? - Поинтересовалась с трудом дышащая Настя.

- Десять тысяч долларов.

- А отдельная ВИП палата?

- Пять тысяч на всё время лечения.

- Куда перечислить?

- Вот номер счёта госпиталя.

- Перевожу! – Надя с трудом достала голофон и сбросила сумму на озвученный счёт.

Сразу прискакали дюжие медсёстры, и перенесли девушку в отдельную палату с регулируемой кроватью, отдельным сантехническим узлом и телевизором. Естественно, что там были и необходимые медицинские приборы, место для медсестры-сиделки. Меню составили исходя из диагноза. Как поняла из диагноза Настя, лежать ей здесь практически весь июнь.

- Ничего! Телевизор есть, а смотреть никто не запрещает. Как раз, увижу, что там колумбийцы сделают. Пока до этого дожить надо.

Мучила одышка. Температура у больной была около сорока градусов. Но врачи быстро её сбили. Кашель практически не кончался, но профессор сказал, что он продлиться недели три. Возили Настю на процедуры и лечение. Она и не знала, что существуют такие медицинские системы и аппараты, хоть и провела пять лет в больницах старого мира. Хотя, здесь другая вселенная, поэтому и оборудование может быть такое, о котором в старом мире и не слышали. Настя скучала. Ей казалось, что выздоровление идёт слишком медленно. Но лечащий врач был об этом процессе совершенно противоположного мнения.

- Вы очень быстро выздоравливаете! – Сказал профессор. – Но этот месяц побудете у нас.

- Хорошо!

Неожиданно, на голофон Насте, позвонили с незнакомого номера.

- Алло! Кто это?

- Вам звонят из приёмной президента! Не можете вы подойти к трём часам?

- К сожалению, я сейчас лежу в больнице с воспалением лёгких. Если хотите, то тут в палате находится мой лечащий врач. Можете поговорить с ним.

- Давайте его!

Профессор Боливарес струхнул, когда говоривший представился помощником президента по гуманитарным вопросам. Врач рассказал, как к ним попала Решетова, а потом просветил собеседника насчёт диагноза и продолжительности лечения.

- Хорошо! Сделайте так, чтобы эта девушка быстрее встала. Она нам нужна живой и здоровой!

- Хорошо, господин помощник президента!

Уже после этого разговора профессор Игнассио поинтересовался в Сети, кто такая эта пациентка, лежащая в ВИП палате его госпиталя. Он с удивлением узнал, что это известная парагвайская писательница русского происхождения, которую недавно наградили Национальной премией.

Надя почувствовала перемену в отношении к себе буквально на следующий день после звонка. Все медсёстры и сам профессор стали с ней подчёркнуто предупредительны. Одна из сотрудниц больницы читала её «Пеппи и её друзья», и в один из дней пришла брать автограф. После этого даже те медсёстры, которые не очень любили литературу, предпочитая ей бесконечные сериалы, заинтересовались и Пеппи и мушкетёрами, а некоторые нашли корейский мюзикл, и посмотрели его.

- Мда! Вот она известность! – Веселилась Анастасия, подписывая очередной автограф.

Из больницы она вышла в первых числах июля. Через два дня её пригласили во дворец президента.

- Вы нам очень помогли с перевооружением армии и полиции. – Крупный мужчина с типичным латиноамериканским лицом и холодными глазами, принял девушку у себя в кабинете.

- Но теперь нам опять потребовалась ваша помощь. Россия и Америка организуют общемировую конференцию по проблеме освоения ближнего космоса. Парагвай пока, в силу некоторых объективных и субъективных причин, не участвовал в таких мероприятиях. Но времена меняются…. – Мужчина задумался, а потом продолжил. – Всем странам предложены участки на Марсе для организации баз. Доставку людей туда обеспечат корабли РОНАС (объединённое космическое командование, созданное на основе Роскоссмоса и НАСА).

- Но при чём тут я? – Искренне удивилась Настя.

- Ну, тут всё просто! Вы можете спокойно переговорить с русскими о тренировках наших людей на их базе в Венесуэле. А для того, чтобы подвигнуть народ осваивать Марс, необходим пример. Вы, довольно известная личность в Парагвае, несмотря на то, что живёте тут недолго, и уже много сделали для страны. Поэтому, будет правильным, если первую группу наших «марсиан» возглавите вы!

Это было сказано тоном, не подразумевающим отказа. Настя решила подчиниться. После этого всё завертелось в бешеном темпе. Вначале девушку познакомили с сорока, будущими парагвайскими «марсианами». Потом Решетова вылетела в Нью-Йорк на конференцию, как глава делегации от Парагвая. Девушка думала, что будут скучные собрания всяких учёных с бесконечными докладами. Но приятно удивилась – каждый день шли переговоры делегаций, как двусторонние, так и многосторонние. Выполнить просьбу правительства Парагвая Решетовой удалось довольно быстро. Русские сразу назначили срок переброски парагвайцев в Венесуэлу. Тренировки должны были продлиться не более двух недель. Настя через Сеть узнала, что местные корабли типа «Земля» имеют термоядерные двигательные установки, позволяющие достичь Марса за две недели. Но вначале людей повезут на Луну, где они будут несколько дней привыкать к условиям пониженной тяжести.

В Венесуэлу Настя вылетела вместе с другими парагвайцами.

Неделю попаданка отдыхала, а потом решила начать писать «Марсианские хроники». Для этого она вначале в разделе литературного сайта «Публицистика» напечатала свои впечатления от полёта на Красную планету, и рассказала о времени, проведённом в марсианском посёлке. Одновременно с этим появилась фантастическая повесть «На Марсе», в которой рассказывалось об обнаружении Перврй звёздной экспедицией землян в системе звезды Тау Кита планеты, повторяющей Марс солнечной системы. Тут девушка и использовала прочитанного в детстве Брэдбери, сама додумала почти половину повествования, смешала всё это с читанным в последнюю неделю жизни на старой Земле романом по миру ЕВЕ. Получилась такая дикая смесь, что Настя принялась срочно сглаживать углы и причёсывать текст. В результате, отправка в Сеть нового романа «Второй Марс» затянулась на две недели. В конце августа роман объёмом в пять тысяч килобайт (5000К) появился одновременно во всех секторах Интернета. Как всегда, девушка написала его на испанском, английском, русском языках. После этого она дала себе отпуск и решила осуществить мечту о путешествии по Парагваю. Были наняты с помощью Трошина бойцы из ЧВК «Руссо Пара», и в середине сентября Настя отправилась по провинциям страны.

Парагвай разделён на восемнадцать департаментов, один из которых – столичный. Вначале туристка отправилась в департамент Сентраль со столицей в городе Арегуа. Он был ближе всех к Асунсьону. Но тут путешественникам не повезло – полил такой сильный дождь, что ничего толком в этом городе посмотреть не удалось. Такое же случилось и несколько раз впоследствии, в результате чего Настя не увидала города Сан-Педро, Сан-Хуан-Баутиста, Посо-Колорадо и Каасала. Девушке понравился городок Парагуари, столица одноимённого департамента. Там всё дышало спокойствием и теплом. Людей было немного (население не более двадцати пяти тысяч человек). Красивая природа, большие просторы навевали на попаданку лирическое настроение.

Через неделю попаданке пришлось стать сиделкой – заболела Вероника. Настя окружила больную дочь заботой, смотрела за ребёнком, рассказывала сказки, какие помнила ещё со старой Земли. Вера удивлённо слушала повествование матери о походе королевича Хуана за украденной трёх головым змеем Гонсало, принцессой Варслисой. Таких сказок никто и никогда детям не читал. Особенно повеселила девочку живущая в гасиенде на курьих ножках дуэнья Бабаягас.

Анастасия заметила неподдельный интерес своей дочери к переделанным на скорую руку русским сказкам (как посмотрела Настя в Сети, в этом мире была часть сказок, похожих на те, которые она слышала в детстве). Поэтому, как только дочка выздоровела, Настя принялась за печатание на испанском языке сборника «Сказки тётушки Эстель». Туда она кроме переделанных на испанский лад нескольких русских сказок, ввела и списанные у француза Перро «Кот в сапогах», и пару историй братьев Гримм из старого мира. Потом, закончив с этим, решила:

«Одну сказку у шведов я уже позаимствовала. А если теперь написать про Карлсона? Книжку я не читала, но помню мультфильм. Значит, так. Эту книжку я оснащу собственными иллюстрациями. Слава богу, есть тот французский аппарат. Ладно! Подготовлю сразу две книги!»

Через два месяца в Сети были опубликованы на испанском, английском и русском языках «Сказки тётушки Эстель» и «Карлсон, живущий на крыше». Отклик был неимоверный. Особенно читателям понравилась вторая книжка. В ней Настя решила «не отступать от традиций», и поселила Карлсона на одной из крыш Стокгольма. Через три месяца Девушке на голофон пришёл вызов из шведской академии искусств. Анастасии Решетовой дали Национальную премию в области литературы. В Швеции Настя никогда не была, поэтому. взяв за руку дочку, она полетела в Европу.

Пробуждение матери и дочери было нервным и странным. Первое. что включилось у обеих представительниц слабого пола, это слух. Зрение появилось потом. Настя услышала:

- Доктор, вы скоро?

- Сейчас они очнутся. О! Они уже слышат нас, примерно, минуты через две. Они смогут видеть, а ещё через пять минут начнут двигаться.

- А как с остальными?

- Плохо! Половина из них умрёт примерно через час. Уже пошло отмирание мозга, а остальная двадцатка отправится к праотцам за последующие трое суток.

- Интересно, где их набрали?

- Не знаю. Но такие экземпляры, причём все с высокими интеллектуальными показателями давно не попадалась нашим патрулям. Я бы посоветовал, капитан, оставить этих двух на корабле. С малышкой, ясное дело, пока ничего не выйдет. А вот с этой девушкой можно поработать. В этом случае лучше не скупиться! Из неё может выйти инженер десятого ранга. Нашему клану как раз не хватает технического персонала.

- Вы думаете, что нам это удастся?

Настя хмыкнула про себя. Неизвестные не знают, что она их давно слушает, сразу после того, как открыла глаза. Да и Вероника понимает, хоть мала, что лучше не двигаться. Она только сильнее вцепилась в руки матери. Ладно, послушаем дальше, хотя уже ясно, что с ними произошло….

- Капитан!

- А, Заган, что ты там обнаружил?

- Это люди с планеты, которая явно имеет высокий технический уровень!

- Но оружие у них ведь примитивное?

- Я бы так не сказал. Да, оно использует химическую энергию какого-то вещества, но довольно эффективное. Ребята попробовали – все найденные стрелялки делятся на короткие и длинные. У них и размер боеприпаса разный. Так вот, короткие могут прострелить наши скафы третьего ранга, гражданские, конечно, а вот длинные – пробивают некоторыми боеприпасами даже латы десантников!

- Ого!

- Это ещё не всё! У всех этих разумных оказались с собой вот такие аппараты. Попытка вскрыть один из них показала, что тут в качестве защиты приспособлена генетика! Поэтому второй аппарат вскрывали специальным дроидом-взломщзиком. Это оказалось примитивное подобие наших нейрочипов. Искины расшифровали записи и другую информацию. Правда, пришлось потрудиться. Так вот. Эти существа с планеты, которую они называют Земля. Себя они зовут людьми. Аппараты называются голофонами – они могут представлять информацию как в виде плоского изображения, так и в виде голограмм. На них есть и отделы, отвечающие за финансы…

- То есть, как и на наших нейрочипах. Наверное, они применяются и для связи?

- Да. Нам удалось выяснить частоту их работы. Странно, но она совпадает с частотой работы всего нашего оборудования!

- Ты хочешь сказать, что с помощью этих плоских коробочек можно включать наши приборы и получать информацию от искинов?

- Да, капитан. С части этих аппаратов удалось получить изображение ночного неба над планетой. Выходит, что этих людей притащили с другого края Галактики!

Настя сильнее прижала к себе дочку, и стала внимательнее слушать диалог, как она уже не сомневалась, представителей какой-то космической цивилизации. Её не пугало, что она находится далеко от Земли. В конце концов, она ведь на самом деле попаданка вообще из другой вселенной. Но об этом никто не узнает…

Между тем, инопланетяне продолжали разговор.

- Нам туда лететь минимум лет десять. Этим пиратским выродкам повезло, они где-то попали в аномалию, которая периодически схлопывается. Выкинуло бандитов прямо у этой Солнечной системы. Но аборигены уже начали освоение космоса, имеют базы на спутнике своей планеты, и Марсе – это вот эта красноватая планета. Вот, тут есть изображение их космолётов. Кстати, эта женщина уже летала в экспедицию, поэтому она быстро у нас освоится.

- А это что за маленькие плоские карты? Тоже какие-нибудь аппараты?

- Да. капитан! Это заменители наших банковских кристаллов. Причём для их использования не нужны ридеры. Они могут сами связываться друг с другом, а перевод сумм осуществляется вот так…

- Как просто! Почему у нас не догадались так сделать?

- Не знаю. Покажем руководству. Пусть у него голова болит!

- Ха, ха, ха! Правильно!

- Значит, оставляем этих людей у себя. А вот как женщину обучить профессии?

- Нейрочип вставлять ей опасно. Я посмотрел, у них немного по-другому устроены мозги. Даже ментоскоп не смог ничего прояснить. Отдельные образы, больше ничего. Я только понял, что женщина – гуманитарий. Но при желании может выучить и технику. У них нет такого чёткого распределения позиций, как в нашей цивилизации.

- Вы хотите сказать, доктор, что у неё индекс интеллекта таков, что она способна изучить нашу технику?

- Да! Причём, не только у неё. Практически у всех найденных люде самый меньший коэффициент равен ста двадцати, а самый больший – сто восемьдесят единиц. Даже у малышки он равен уже ста десяти, хотя у наших детей в её возрасти он не достигает и семидесяти.

- Да, такие кадры… Жаль, что живыми останутся только эти двое. Ладно! Займитесь ими доктор, а нам пора в рубку.

Настя уже нормально видела. Она вместе с Вероникой в обнимку лежали в широкой коробке, сделанной из какого-то непонятного материала. Как поняла девушка, кто-то проник на Землю и утащил в космос всех, кто попался под руку.

«Прямо, ЕВЕ какое то!» - Подумала попаданка. – «Ещё окажется, что нас украли работорговцы из Арвара!» - От этой мысли девушка улыбнулась. – «Но что произошло у водопада?».

- Вы уже видите меня? – К краю коробки подошёл высокий щуплый лысый человек. На нём был серый комбинезон.

- Да, доктор! – Неожиданно для себя сказала на незнакомом языке Настя. И удивилась.

- Значит, язык вам в мозг с гипнограмм перешёл. Это облегчает дело. Вставайте, вот там комбинезоны, одевайте на себя и на девочку. Потом пойдём, я вас покормлю.

Одевание местного «наряда» заняло полчаса. Больше всего времени взяла подгонка размеров комбинезонов на землянок. За время этих действий Решетова смогла осмотреть комнату, в которой они находились. Тут не было прямых углов, а до потолка можно было дотянуться, вытянув руку и встав на цыпочки. Вероника испуганно смотрела на мать, но молчала и дала себя одеть. В комнате стояли три квадратные коробки размерами примерно два на два метра. Стены помещения были гладкими, и светились ровным белым светом. Никаких пультов и экранов.

-Это медицинский отсек? – Спросила девушка.

- Вы слышали наш разговор? – Догадался доктор. – Тогда я вам после еды расскажу, что мы узнали о вашем попадании к нам.

Настя повела Веру за руку. Доктор провёл их по короткому коридору до широких металлических дверей. За ними была столовая. Там было пусто,, только стояли одноногие столики.

- Это синтезатор пищи? – Настя кивнула на висящий около дверей синий ящик.

- Да! – Доктор удивился. Он не в первый раз сталкивался с так называемыми «дикими», но впервые увидел, что женщина с отсталой планеты ничему не удивляется. И правильно определяет функции незнакомых ей аппаратов.

- А утилизатор где? – Спросила инопланетянка.

- Вот там! – Доктор показал на жёлтый цилиндр, стоящий около другой стенки. - Откуда вы так хорошо разбираетесь в технике?

- Я летала на соседнюю планету с нашей Землёй, да и многие предметы. похожие на ваши, у нас уже появляются. Не знаю ваш уровень в передвижении между звёздами, но думаю, что вы не на много опережаете нас.

Доктор хмыкнул. Он показал Насте, как пользоваться синтезатором. Естественно, что прямых аналогов земной еды тут не было. Поэтому девушка выбрала для себя и дочки кашу с нейтральным вкусом и сок. После окончания еды и уничтожения одноразовой посуды в утилизаторе, вся тройка двинулась в кают-компанию, как назвал это помещение доктор. Усевшись на стоящие вдоль стены комнаты мягкие диванчики, Настя и Вера приготовились слушать. То, что малявка тоже понимает местный язык, землянка уже убедилась. Доктор сел напротив матери и дочки.

- Итак, наш крейсер пограничной охраны перехватил судно бандитского клана «Лемех вечности». После короткого боя наши дроиды уничтожили весь экипаж работорговцев. Нашли в криокамерах двадцать три человека неизвестной расы. Я начал выводить всех вас из анабиоза. Но это не всегда удаётся, потому что пираты чаще всего применяют некондиционное оборудование. Поэтому. фактически, вы остались в живых благодаря тому, что заморозка в вашем случае не произошла, а вы просто уснули под действием сонного газа. Остальных сильно заморозило, что привело к фатальному результату. Вас захватили силовым лучом с бота, который быстро спустился на планету. Есть кадры, я их видел. Вы там стоите около падающей вниз воды вместе с этой девочкой. В вас кто-то стреляет с противоположной горы. Вдвоём вы летите вниз, и в это время вас и захватывает силовой луч бота работорговцев… Нахватав людей пираты решили побыстрее убраться, но были обнаружены и обстреляны каким-то вашим спутником. Это привело к преждевременному прыжку в подпространство в сторону, противоположную той. куда надо было пиратам. Они еле-еле успели попасть в аномальный проход между двумя частями галактики. Схлопывание червоточины привело к порче двигателя корабля. и его они скинули. Это вызвало взрыв огромной силы. Червоточина исчезла, а пираты без двигателей оказались прямо перед нашим крейсером.

- Значит, домой мы вернуться не сможем?

- Ну, если вы сможете приобрести линкор. Причём не один, то лет через десять – пятнадцать сможете долететь до того края Галактики, откуда вы родом. Так что, это пока нереально.

Ясно! И что нам делать? Нейрошунты вы нам поставить не можете.

- Да, вы слышали наш разговор. Но я подумал и предложу капитану, чтобы вам вернули эти ваши аппараты…

- Голофоны.

- Да. Язык мы вам внедрить гипногаммами можем, а вот профессию…

- У вас нет Вирт-капсул?

- А что это такое?

- Специальная камера с искином, внутри которой виртуально моделируются различные игровые и учебные ситуации.

- Никогда не слышал о таком! – Заинтересовался доктор.

- А тренажёры у вас есть?

- Это да, и спортивные, и военные, и для рабочих….

- Значит, вы не так безнадёжны! – Засмеялась Настя. – Скорее, у вас тут узкая специализация, основанная на интеллектуальных возможностях человека.

Доктор с удивлением смотрел на дикарку. Из записей ментоскопа он понял, что эта девушка – писатель. На планете их клана всё было согласно индексу интеллекта. Каждый знал своё место. А тут, целая непонятная планета, где всё перемешано, а жители могут менять профессии, как хотят…

После того, как он поговорил с этими странными, как они сами себя назвали, землянами, доктор поселил их (по приказу капитана, пришедшему на нейрошунт) в одну из пустых кают. Ему ничего не пришлось показывать инопланетянкам. Как только в руках у женщины оказался голофон, она попробовала его употребить. Для этого ей понадобилось секунд тридцать. Доктор с удивлением увидел голографичекие картинки, появляющиеся над плоскостью земного аппарата. Главное, что поразило врача, это надписи на его родном языке, и подстрочный перевод, выполненный непонятными значками. Ещё больше удивило врача, что управление оборудования каюты смогла освоить за полчаса и маленькая девочка-землянка. Врач пошёл к капитану. В рубке собрался весь экипаж кланового пограничного крейсера «Лапо». Их всего было восемь человек. Все уже знали, что везут ценный груз – будущего инженера клана. Доктор рассказал всё, что видел и слышал.

- Значит, обучаемость у них такая же высокая, как индекс интеллекта. Их аппараты можно применить и для обучения профессиям. – Главный техник корабля посмотрел капитана. – Я уже придумал схему. Гипнограммы же записаны на искинах. Так вот, с искина информация прямо передаётся на их голофоны. А уже с них эта женщина может учить профессию. Естественно, это раза в три медленнее, чем обычно. Но что делать? Пока будем лететь, она сможет выучить хотя бы первый ранг инженера. Завтра я поговорю с ней, выясню, что такое эти Вирт-капсулы. Может нам удастся построить простейший прототип этого устройства.

- Хорошо! А ка зовут эту женщину и её ребёнка? – Спросил капитан.

- Настя и Вера. А вот фамилия у них сложная Решетова.

- Ладно, пусть об их оформлении подумают компетентные органы. Нам хватит и имён, чтобы общаться с ними. – решил капитан.

С «утра» по времени звездолёта и на протяжении всего полёта Надя училась. Вере тоже дали, какую то детскую программу для изучения алфавита, Техники поняли принцип работы Вирт-капсулы. Поэтом последнюю треть пути к планете клана «Савлон» Настя провела на этом тренажёре. Поэтому, когда корабль появился в местной системе, принадлежащей клану, землянка уже выучила и подтвердила первые ранги пилота, техника, медика и инженера. Такая скорость обучения сильно удивила аборигенов. Да и дочь землянки очень быстро «расправилась» с местной азбукой.

Капитан уже сообщил руководству клана о находке землянок. Поэтому корабль направили на военную станцию. висящую на расстоянии в сто тысяч километров от клановой планеты. Настю и Веру провели в круглый зал. Там, за столами, сидело несколько человек в зелёных комбинезонах.

«Наверное, администрация».- Подумала землянка. Вначале их зарегистрировали и дали местные документы – светящуюся карточку с генной привязкой. Потом попросили рассказать о планете Земля. Настя вытащила голофон и стала с помощью аппарата рассказывать и показывать. Хозяева внимательно слушали, задавали наводящие вопросы. Аборигенов удивило наличие у землян нескольких баз на спутнике Земли и Марсе. После этого выступил главный техник крейсера «Лапо». Он показал данные использования примитивной Вирт-капсулы для обучения профессиям.

- И что вы использовали для при постройке этого аппарата?

- Наши тренажёры, искины и гипнограммы, соединенные определённым образом, и выполняющие специальные программные вставки.

- Пока вы были на боевом дежурстве. Группа учёных создала новый способ обучения с помощью гипнограмм. Передайте все ваши наработки этой группе специалистов. Настя, вы тоже перейдёте под контроль этих учёных. Если всё пройдёт успешно, то вы станете инженером за год. Согласны?

- Да! – Землянке не очень хотелось попадать в лабораторию, но перспектива быстрого обучения профессии, причём, не одной, позволяли получить твёрдую основу для существования в этом космическом мире. Настя поняла, что она попала в нечто похожее на мир Содружества, но тут не было огромных звёздных империй. Вся освоенная местным человечеством зона была поделена на клановые системные владения. Это были остатки мощной когда-то человеческой империи Лисит, которая развалилась после столкновения с непонятно откуда взявшимися безжалостными насекомыми, обладающими зачатками телепатии. У насекомых всем заправляли странные существа, которых называли королевами. Они управляли своими «гнёздами» через телепатов трутней. Остальная масса шестиногих насекомых была рабочими особями, которые беспрекословно выполняли все приказы трутней. Насте показали корабль Роя – так называли каждое из «гнёзд». По сути дела висящая в космосе конструкция была похожа на термитник, передачу про которые девушка видала ещё на старой Земле.

Пока между людьми и насекомыми боёв не было, но обе стороны опасались заходить на территорию оппонента. Насте выделили жилой блок на станции, рядом с лабораторией учёных, занимающихся созданием обучающей виртуальной системы. Теперь она будет учить профессии по разным методикам. С привлечением экспериментального оборудования учёные надеются увеличить скорость обучения в шесть раз. Если это произойдёт, то через год Настя станет сертифицированным инженером шестого класса десятого ранга. Ей будет обеспечена работа на местной верфи. Пока она на государственном обеспечении. Надо будет узнать цены на разные продукты и прочее. Девушка вздохнула. Дочкой она будет заниматься сама. Здешняя система образования не предусматриваетдетские сады.

Походы в лабораторию, занятия с Вероникой занимали всё время Насти. Профессии учились медленно, потому что их список местные учёные расширили вдвое, пытаясь выявить возможности земного мозга. Оказалось, что он производительнее аналога местного розлива примерно на треть. Полученные данные взволновали руководство клана. Если, хоть и очень далеко, но существует планета, где почти семь миллиардов людей с таким мозгом, то кто даст гарантию, что при военном столкновении земной и местной цивилизаций, несмотря на техническое преимущество аборигенов, земляне не разгромят клановые системы местных людей. Почему то учёные и стратеги этой части Галактики не преполагали варианта, когда смогут договориться с землянами о совместной обороне против насекомых. Скорее всего, им в этом мешала сама история бывшей империи, нынешняя разобщённость кланов и предубеждения.

Настя заметила некоторую отчуждённость, которая возникла между ней и местными людьми после общего собрания клана. Естественно, землянку туда никто не пригласил. Примерно через три месяца в жилую ячейку землянок ворвались вооружённые люди. Они не дали землянкам одеться, и погнали ничего не понимающих мать и дочь по коридорам станции.

Настя попыталась спросить, что происходит. На свой вопрос получила ответ:

- Земным свиньям не место среди людей!

Женщину и ребёнка вывели в ангар, заперли двери, ведущие на станцию, открыли выход в космос… Воздух выходил со свистом, Настя сумела зацепиться за крюк на стене ангара и прижать к себе дочь.

«Кислорода хватит ещё минут на двадцать…. Ну, что же! Хоть пожила ещё несколько лет. Только Веру жалко….».

Зачем с ними так поступают, попаданка не понимала. Ничего она плохого не делала, выполняла все указания хозяев. Почему у тех поехала крыша, землянка не знала. Дышать было трудно. Стало холодно. Скорее всего, разряжение воздуха достигло такой величины, что произошло охлаждение оставшегося в ангаре газа. На ресницах женщины и девочки появились льдинки…

«Там умирала в муках, и здесь то же самое!» - Борясь с угасанием сознания подумала Анастасия. Через несколько минут дышать стало невозможно, холод проник в каждую клеточку тела. Вероника уже давно висела в руках женщины безвольной куклой с закрытыми глазами, и практически не дышала.

«Бедное дитя!» - Успела подумать землянка. И сознание угасло скачком…

Прошло четыре года. Вероника уже учится во втором классе. У неё обнаружилась способность к языкам. Кроме испанского, русского и английского, она смогла самостоятельно освоить японский язык. Девочка решила, что станет писательницей, как мама. Она уже попробовала писать короткие рассказы о своих одноклассниках, учителях, Асунсьоне и его улицах. Настя всё это выложила в Сеть. Потом попаданка вместе с дочкой радовалась положительным оценкам читателей, злилась на срач неадекватных завсегдатаев литературного чата.

Когда у Веры были очередные каникулы, Настя решила, что хватит путешествовать по Южной Америке. Она уже была практически во всех странах этого континента. Теперь пришла пора осуществить мечту о кругосветном путешествии. Но ездить по гостиницам попаданка устала. Поэтому было принято решение о кругосветном путешествии. Настя проконсультировалась со знающими людьми, и решила плыть на яхте через океаны. Она зашла на сайт, где были данные о новых и бывших в употреблении кораблях. Ей не нужна гигантская яхта стоимостью в миллионы. Поэтому она позвонила Трошину, и попросила связать её с моряком.

- Есть такой! Кстати, тоже русский. Он уже на пенсии. Работал капитаном на сухогрузе «Парагвайос». Вот его номер.

Так Решетова познакомилась с капитаном Бодровым. Он сразу заинтересовался идеей покупки яхты и путешествия через океаны. Его два сына, тоже моряка, сидели без работы, поэтому было решено, что Бодровы станут экипажем корабля. Выбирали яхту в яростных спорах. Насте хотелось безопасного путешествия и комфорта, а это немного сложно совместить с приемлемой ценой. Но вот выбор сделан. Яхту пригонят из Европы в столицу Уругвая Моневидео. За корабль заплатили почти двенадцать миллионов евро, но производитель внёс в комплектацию корабля все пожелания заказчика. В Уругвай полетели все вместе. Монтевидео встретил путешественников жарой.

После разговора с дочерью Настя с трудом дошла до кровати и легла. Она сложила руки на груди и стала думать:

«Все-таки хорошо, что мне выпал такой шанс продлить свою жизнь. В обоих мирах я прожила почти шестьдесят лет. Да, иногда и на нашей улице бывает праздник!».

Она чувствовала, что жизнь покидает её. Уже охладели ноги, стали стынуть пальцы…

- Я готова принять свою новую судьбу! – Сказала Настя в потолок и улыбнулась… Потом она почувствовала, что поднимается над телом, с удивлением смотрела на свою тушку, лежащую внизу…

Насте были слышны все разговоры, она видела, как омывали её тело, как прощались с ним. Через сорок дней её потянуло куда-то вверх….

«Вот ты какой, северный олень!» - Подумала Настя, увидев светящийся проход. Она нырнула в него, но через небольшой промежуток времени оказалась в сплошной темноте. Вначале попаданка испугалась, но потом успокоилась. Раз она висит в непонятном месте, но мыслит, значит, существует!

- Вот это правильная постановка вопроса! – Над душой землянки вспыхнули красные глаза. – Так как вы переправлены из другой Вселенной сюда, так сказать, в целости и сохранности, то руководство решило продолжить эксперимент. Ваше сознание не будет стёрто, а перейдёт вместе с вами в человеческое существо, но в другой галактике. Вас направят в тело младенца. Согласны?

- Да! – ответила Настя. И провалилась в темноту…

Пробуждение было тяжёлым. Сознание выдавало всякую хрень. Но наваждение, наконец, прошло. Попаданка почувствовала тело. Оно было маленьким, и ничего не умело, кроме вбитых ему природой рефлексов. Попытка Насти осмысленно подвигать конечностями, ни к чему не привела. Руки и ноги просто не слушались, и действовали кто в лес,, кто по дрова. Тогда Настя попыталась настроить слух. Звуки долетали до места назначения, но в слова не выстраивались. Постоянно присутствовал какой-то фон, мешающий настроиться на внешние раздражители. Тогда была проведена попытка открыть глаза. Удалась она с третьего раза. Настя помучилась с фокусировкой изображения, но сумела добиться результата. Перед ней было лицо какого-то мужчины. Он смотрел на Настю с каким-то трепетом и радостью. Попаданка стала думать, кто это может быть. Но мысли улетали, очевидно, взрослое сознание пока не приспособилось к телу младенца.

«Ладно! Очевидно, я только родилась. Значит, надо подождать, пока тело и сознание найдут компромисс».

Настя попробовала открыть рот. Это удалось. хотя вместо осмысленных звуков из горла вырвалось только протяжное «А - а –а!». Настя почувствовала, что её куда-то понесли и положили. Она ощутила приятный запах еды, и рот автоматически схватил что-то круглое…

«Значит, пока я ничего не могу, кроме еды, сна и производства отходов. Придётся ждать взросления. Когда у нас девочки начинают говорить? По-моему, в полтора или два года…. До этого далеко. А зрение и слух у малышей, когда налаживаются?»

Перед внутренним взором Насти внезапно появилась страница руководства по уходу за ребёнком. Из неё она узнала, что полноценный слух у маленьких детей появляется через пять-шесть месяцев, а зрение становится нормальным через девять дней после рождения. Все цвета ребёнок различает уже через месяц.

Настя огорчилась.

«Ну, вот, полгода ничего не делать!».

Так как тело само, без вмешательства мозга, могло есть, спать и делать под себя, то Настя решила пустить всё на самотёк. Так прошло почти десять месяцев. Теперь Настя могла поворачивать голову, издавать возгласы удивления, огорчения, надувать губки. .. Руки и ноги тоже стали её постепенно слушаться. Никто не любит лежать в воде и грязи. Поэтому Настя стала голосом предупреждать тёток, которые следили за ней, о возможности «аварии на водопроводе и канализационной сети». Это вначале удивило, а потом восхитило женщин, которые постоянно находились рядом с Настей в одной комнате.

Пока попаданке по обстановке не удалось определить, в какой семье она родилась. Всё вокруг было аскетично, в белых и серых тонах. После установки нормального зрения Настя с удивлением увидала, что люди тут ходят с какими-то браслетами на руках. Эти девайсы дают голографические изображения. Через них аборигены говорят друг с другом. Имя попаданка узнала, так как его часто произносили, обращаясь к малявке. Теперь её звали Ниан. Однажды Настя попыталась повернуться с помощью рук, которые были практически свободны, как и ноги. Тут никто никаких ползунков или памперсов на ребёнка не надевал. Переворот ничего не дал, хотя Ниан (попаданка решила принять имя и откликаться только на него) сильно удивилась – она висела в воздухе на высоте пятидесяти сантиметров от пола!. Повозившист ещё, она ощутила невидимые стенки, кругом себя.

«Значит, я просто не смогу никуда вывалиться или вылезти!» - Сообразила малявка. Только потом она узнала, что в новом мире применяют силовые поля вместо кроватей. То, что это технически развитый мир, Ниан поняла давно. Правда, здесь женщины носили красивые платья, которые были похожи на такую же одежду землянок. Но однажды, вдруг завыла сирена, испугавшая тех тёток, которые всё время крутились около младенца. Ниан с удивлением отметила, что платья женщин неожиданно превратились в скафандры, а в руках у них появилось явно лучевое оружие. Саму девочку защитило что-то яйцеобразное, две половинки которого неожиданно материализовались снизу и сверху, и заключили Ниан в кокон. Тревога долго не продлилась, поэтому девочка успела увидеть, как скафандры служанок (что это обслуга, попаданка уже поняла) обратно превратились в платья, а оружие женщины убрали в маленькие сумочки.

«Интересно, как такие пушки поместились в эти миниатюрные сумки?» - Подумала Ниан. Внезапно в поле её зрения попали вбежавшие солдаты, руководимые именно тем мужчиной, который рассматривал девочку при её рождении.

- Графиня Саяна, баронесса Тиана, где моя дочь? – Спросил он у служанок.

- Милорд! С ней всё в порядке! Вон она, глазеет на папочку своими красивыми глазками. Капсула безопасности сработала чётко.

«Ага! Это мой папаша! Ничего, так на вид. Как он этих двух обозвал? Графиня и баронесса? Тогда я кто? Надо вспомнить эти средневековые титулы…»

Но вспоминать ничего не пришлось. С другой двери в комнату забежала женщина в шикарном наряде.

- Доченька! – Она подскочила к Ниан и схватила ребёнка на руки.

- С ней всё в порядке, ваше императорское величество! – Отчеканили служанки.

«Ни фига себе! Если это моя мама, а это точно она, запах от неё приятный, и напоминает о еде, то значит, я как минимум, принцесса!» - Ниан чуть не задохнулась в объятьях матери.

- Ну, хватит, Ламира! Дочку задушишь! Давай её сюда, мою наследницу. – Мужчина взял Ниан из рук матери и приподнял над головой. Девочка внимательно смотрела на императора.

- Государь! – В комнату зашёл человек, одетый в чёрный скафандр:

- Мятежники разбиты. Их линкор наши корабли сожгли на орбите планеты. Остатки нападавших блокированы в джунглях. Через полчаса их добьют из космоса.

- Спасибо, Раол, можешь идти! – Император посадил дочь на руки. Держать спинку ребёнок уже научился, поэтому спокойно сидел на руках отца. – Ламира! Нам надо перейти во дворец. Здесь нет тех защитных возможностей, как в Зангане. Да и готовить будущую наследницу лучше там.

- Ты прав, дорогой! Сейчас вызову флаеры.

- Дочка, тебе скоро исполнится семь лет. будет назначен бал, на который пригласят всех значимых графов, и баронов. Ты ведь знаешь, чем отличаются эти титулы?

Мать взглянула на Ниан.

- Конечно, мамочка! У графа могут быть две – три планетные системы и до пятидесяти крупных кораблей, типа крейсер или линкор. У баронов в собственности по одной системе, и до десяти крейсеров. – Отчеканила дочь.

Императрица улыбнулась. Она из докладов учителей знала, что у её дочери практически идеальная память.

– Кроме этого, Ни (сокращение имени принцессы в домашней обстановке), на бал придёт и твой дедушка.

- А где пройдёт само мероприятие, мама? – Радости от предстоящего бала у девочки не было. Она не очень любила массовые сборища.

- На Тонаге. Это планета-курорт. После бала ты поступишь на учёбу в Космическую Академию империи.

- А можно, я буду на балу в маске? – Поинтересовалась Ниан.

- Нужно! Там все будут в масках. Причём, учти, будет масса защитных устройств. Поэтому твои способности в пси диапазоне использовать ты не сможешь. Ты должна будешь познакомиться с отпрысками аристократических фамилий, попытаться отобрать для себя помощников. Это для того, чтобы, когда тебе исполнится восемнадцать лет, у тебя был свой двор.

- Зачем мне куча прихлебателей и лизоблюдов?! – Возмутилась принцесса.

- Одна ты не сможешь всюду успевать. Нужны люди, которым ты без опаски поручишь сделать какие-нибудь поручения, до которых у тебя руки не доходят. – Императрица остановилась, а потом продолжила. – Так и я с твоим отцом отбирали для себя помощников.

- Вы были помолвлены с детства?

- Да, при рождении. Ведь треть планет, которые входят в нашу империю, это моё приданное!.

- Я тоже с рождения с кем-нибудь помолвлена? – Ужас отразился на лице принцессы, и её мама весело рассмеялась.

Нет, доченька! Пока нет подходящего кандидата. У всех монархов пока не нашлось парней твоего возраста, а остальные старше тебя на шестьдесят и более лет. Поэтому, пока ты свободная птица.

-Фух! – Выдохнула Ниан. – Одной головной болью меньше!

- Тебе что, мужчины не нравятся? – С удивлением поинтересовалась мать.

- Не то, чтобы не нравились, но я считаю, что повелительница должна быть свободна от хотелок мужа. А то начнут своих родственников пихать на тёплые места, разворуют всё…

Императрица с удивлением слушала дочь. Зерно истины в словах принцессы было, но вот слушать такие разглагольствования от шестилетней шпингалетки, женщине пока не приходилось. Вспоминая себя в шестилетнем возрасте, императрица внезапно поняла, что её Ниам гораздо старше своих лет. Она проконсультировалась у учёных и специалистов Гин-Чу. Они ей сказали, что вполне возможно, при перерождении в Колесе Жизни (аналог буддийского Колеса Сансары), в новое тело попало сознание и душа человека, уже прожившего свою жизнь, и она не потеряла данных о прошлой жизни. В это объяснение укладывается и всё, что сейчас происходит с принцессой. То есть, в предыдущей жизни она уже встречалась с теми ситуациями, о которых говорит. Императрица, получив доклады, задумалась. Выходит, что она родила девочку с уже устоявшимся сознанием и характером. Как она будет действовать в разных ситуациях, предугадать невозможно. Но то, что она сама попросила начать учёбу, хотя было и рано – двухлетних детей обычно не нагружают знаниями, уже показывало, что личность вырастет неординарная, но верная семье и долгу. Свои соображения императрица переслала мужу. Тот велел проследить за принцессой, и через два года убедился, что выводы жены правильны.

В один из дней на Ниан одели новое платье-скафандр золотого цвета. Ей графиня дала сумочку:

- Госпожа! Вот ваша собственная сумка с подпространственным карманом. Туда входит до тонны груза.

- Как это? – Не поняла принцесса.

- Всё просто. Учёные тысячу лет назад открыли подпространство, которое при определённых условиях замыкается само на себя в небольшом объёме. Сумочка, и есть такой объём.

- Значит, как я поняла, если я туда запихну, допустим, вот этот стол…

- Да, принцесса. Вы его свободно унесёте, даже веса не почувствуете. Сумку можно мыслью растягивать в разные стороны, а после укладки вещи в неё она возвращается к первичным координатам, то есть сжимается. Для операций с этим девайсом нужна вот эта диадема! Видите? И у меня и у баронессы такая же, да и вашей мамы она есть. Возьмите!

Диадема принцессы

Ниан одела украшение и поинтересовалась, как управлять через этот девайс сумкой.

- Просто подумайте, принцесса, например, «Затянуть в подпространственный карман стул». – Подсказала баронесса. Ниан попробовала. Действительно, стул исчез, а над её сумочкой появилась надпись:

«Принят груз, вес восемь килограмм. До заполнения кармана осталось девятьсот девяносто два килограмма».

Потом девочка провела обратную операцию. Стул появился, а сумочка заявила, что в кармане ничего нет.

Сумочка принцессы.

- Кроме этого, госпожа, этот предмет может создать вокруг вас дополнительную защиту. Это он делает автоматически. Он может спасти от огнестрельного, лучевого и плазменного оружия. – Просветила графиня девочку. – Да, я забыла вам сказать, что с помощью диадемы можно управлять всем техническим оборудованием, давать задания искинам и дроидам.

- А андроидов у нас нет? – Спросила Ниан.

- Раньше были, но потом выяснилось, что на них можно воздействовать с помощью пси, и выпуск таких устройств прекратили.

- А на искины пси не действует? – Поинтересовалась девочка.

- Нет, у них стоят какие-то защитные системы, не позволяющие даже сильным псионам воздействовать на ИИ.

- А как мы попадём на ту планету, где будет бал? На корабле полетим? – С надеждой спросила принцесса.

-Нет! На кораблях прилетят графы, бароны и их дети. Вам, принцесса, по рангу, положено передвигаться с помощью порталов Ген-Чу.

Ниан замерла, переваривая полученную информацию.

- Значит, я не смогу летать в космосе? – С некоторой обидой спросила девочка.

- Конечно, сможете! – Засмеялась баронесса. – Для этого вы и поступите в Космическую Академию. Вначале вас объявят наследницей на балу, а потом в ваше распоряжение будет выделена дивизия космодесанта, имперский суперлинкор с эскадрой сопровождения. Но это будет только после окончания Академии.

- Понятно! – Ниан попробовала вызвать искин дворца. Тот немедленно откликнулся:

«Что желает моя повелительница?»

«Пока только проверяю возможности диадемы». - Ответила принцесса.

После этого разговора, примерно через час, Ниан с прислугой, под охраной прибывшего отряда гвардейцев и двух представителей Ордена Ген-Чу, прошествовали в ту часть дворца, где принцесса никогда не была. Шли минут пятнадцать, поворачивали два раза, проходили какие-то залы. Наконец, вся кавалькада оказалась на площадке, где находилось кольца, сделанного из материала, похожий на камень.

Служители Ген-Чу подошли и одновременно коснулись кольца. Внутренняя часть сооружения затуманилась, стала белой, цвета молока.

- Идите прямо в кольцо! – Приказал один из них.

Принцесса с охраной и прислугой смело вступила в это белое марево. Люди сделали два шага, и все очутились на площадке, стоящей в джунглях. Там их встретил другой отряд гвардейцев, которым командовал старик, одетый в форму Ордена Ген-Чу.

- С прибытием на бал, принцесса! – Сказал он.

Подали бронированные флаеры. Группа машин двинулась над джунглями в сторону океана. Там, над поверхностью воды, в клубящемся над ней тумане, висел дворец, возведённый в сказочном стиле.

Дворец

Аппаратура передавала на голоэкраны пассажирских флаеров изображение подлетающих со всех сторон к стенам дворцовой крепости аппаратов, привозящих гостей на бал. Через час флаеры отряда принцессы прибыли на место.

- Госпожа, на балу у всех будут маски, поэтому ориентируйтесь в подборе друзей только на свои чувства. Применять пси тут невозможно, могут быть ошибки. Вас подведут к детям аристократов, которые тоже должны поступить в Космическую Академию. Вас никто не будет знать в лицо. Это сделано для вашей же безопасности. Пока вас не объявят соправительницей отца, а это произойдёт в день вашего восемнадцатилетия, никто не будет знать, ваш внешний вид. Для всех вы будете одна из аристократок.

- А что, если кто-нибудь узнает, что я принцесса, что будет? - Поинтересовалась Ниан.

- Тут может быть всё. В нашей империи два герцогских рода. Трон у вас могут оспорить только в том случае, если вы станете недееспособной или умрёте. Конкурирующий род Боден будет стремиться определить, кто из поступивших – кандидатка в правители. Поэтому, будьте осторожны. Возможно нападение, похищение и другие пакости, вплоть до убийства. Кстати, вам не надо называть своё имя.

- А если я буду называть себя Настя или Анастасия?

- Сейчас! – Баронесса пощёлкала виртуальными кнопками планшета. – Нельзя! Такого имени нет в каталоге аристократов. Есть похожее – Анасия.

- Ну, пусть будет Анасия. – Вздохнула Ниан.

- Да, вам надо взять ещё и фамилию какого-нибудь мелкого рода, не занесённого в список аристократии. Например, дель Рас.

- Значит, мне всем представляться, как Анасия дель Рас? – Удивилась Ниан. Попаданка и не предполагала, что даже в космических цивилизациях могут быть такие сложности, связанные с престолонаследием. Она не думала, что и в космосе могут убить за трон, считая, что такое происходило только в глубокой древности.

- Да, госпожа. Теперь вы баронесса дель Рас.

- А враги не могут вычислить меня с помощью приборов?

- Нет, на вас будет платье-скафандр, меняющее ваши генетические данные.

Пока шли переговоры, отряд вошёл в дворец. Ниан завели в отдельную комнату, и надели маску.

- Преврати скафандр в платье. Пока ты будешь в нём. Тебя познакомят с дедом. Потом объявят, что ты принцесса и наследница трона. Затем ты переоденешься в другое платье, соответствующее званию баронессы. Сумочку и диадему можешь оставить. После этого тебя мама проведёт в комнату, где соберутся твои ровесники.

Так и произошло. Зал был полон народа. Все были в масках .

Вначале Ниан стояла, вместе с прислугой, рядом с императрицей. Затем пришёл отец, сел на трон, и объявил бал открытым. Полилась музыка, начались танцы. Они напоминали вальс, но исполняемый в воздухе. Пары начинали кружиться на мраморном полу дворца, а потом медленно поднимались в воздух, делая па уже в трёх измерениях. Причём соблюдался определённый порядок занятия высот. В самом верху кружились пары из герцогских родов, пониже танцевали в полёте графы, ещё ниже – бароны.

Ниан зачарованно смотрела на это зрелище. Мать тронула девочку за плечо.

- Ни, пошли, тебя хочет видеть дед!

Пройдя в боковой коридор, принцесса с императрицей зашли в большой кабинет. Там, за длинным столом из какого-то чёрного материала, по фактуре напоминающего дерево, сидел лысый мужчина с седыми усами и внимательным взглядом антрацитовых глаз.

Ниан стало не по себе. Она почувствовала, что кто-то пытается проникнуть к ней в мозги. От испуга она поставила такой мощный щит (этому её уже научили мастера Ген-Чу), что дед от удивления крякнул.

- Да! Это точно будущая правительница! – Мужчина улыбнулся. – Иди сюда, Ни! Снимай маску, хочу увидеть твоё лицо.

Принцесса выполнила просьбу деда, и уставилась на реального правителя империи.

- Ну, ну! Не сверли меня взглядом, дырку прожжешь! – Засмеялся дед. – Приготовься, сейчас я передам тебе часть своей псионической силы. Это поможет тебе, Ни, быстрее продвинуться в учении Ген-Чу.

Ниан с удивлением увидала, что от вытянутых пальцев деда к её солнечному сплетению протянулся зелёный луч. Она почувствовала тепло по всему телу.

- Ну, вот, больше нельзя. Ты ещё маленькая! Кроме этого вот тебе подарок! – Мужчина протянул девочке какой-то брусок длинною сантиметров шесть. – Приложи его к голове.

Ниан выполнила приказ деда. Брусок исчез.

- Через определённое время , когда, поймёшь сама, тебе не понадобятся для перемещения через портал служители Ордена Ген-Чу. Ты сама сможешь использовать любое портальное кольцо, и у тебя будет полная схема их сети в голове.

- Спасибо, дедушка! – Ниан сделала книксен.

- Иди сюда, внучка, обниму тебя перед представлением аристократии! – Дед прижал девочку к себе и поцеловал в макушку. – А теперь, надевай маску, пойдём в тронный зал.

Они вышли и двинулись к танцующим парам. Через десять минут музыка смолкла.

Все приглашённые на бал выстроились по родовитости перед троном императора.

- Сегодня вам будет представлена будущая правительница империи, принцесса Ниан! Я и мой сын назначим её соправительницей в день, когда ей исполнится восемнадцать лет. Иди сюда, внучка!

Ниан подошла к трону. Дед и отец положили ей на плечи руки, и вокруг девочки образовался чёрный кокон. Он скрыл принцессу, а потом исчез, впитавшись в девочку. Все присутствующие, кто с интересом, кто безразлично, а кто с нескрываемой враждебностью, смотрели на будущую правительницу. Сквозь маску девочка ясно ощущала все эти настроения толпы. Хоть пси и не действовало, но принцесса запомнила лица тех аристократов, которые не обрадовались её представлению. Как это получилось, Ниан узнала через много лет. Это было действие тёмной энергии Кун, которая зашла в её тело через чёрный кокон.

Бал продолжался. Все танцевали или закусывали за длинными столами, раскрытыми в соседнем зале.

- Ниан, пора! – Мать вывела девочку в отдельную комнату. Там на принцессу надели другое платье, велели снять маску, а затем повели в другое крыло дворца, где собрались отпрыски всех родов местной аристократии. Там было около двухсот детей возрастом от семи до десяти лет. Они стояли кучками. Ниан, которая сразу определила, где какой род, подошла и стала в ряд девочек с баронскими званиями.

- Тебя как зовут? – Спросила стоявшая рядом с принцессой девочка в голубом платье.

- Анасия дель Рас.

- А меня, Салиния дель Корс. Я поступаю в этом году в Космическую академию.

- Я тоже.

- Давай дружить! – Широкая улыбка Салинии располагала к себе. Да и чувства Ниан показывали, что она может верить этой девочке. Что же, надо иметь опору в массах. Из истории старой Земли, перешедшей вместе с памятью землянки принцессе, девочка знала, что наиболее верны империи дворяне нижнего звена. Здесь это бароны.

- Согласна. – Сказала Ниан и пожала руку Салинии. Вокруг ладоней обеих девочек возникла жёлтая дуга.

«Госпожа, эта баронесса стала вашей верной служанкой!» - В голове принцессы неожиданно раздался девичий голос.

«Кто это?»

«Я, ваша диадема! В отличие от других образцов, императорская диадема имеет свой искин, и может говорить с хозяином».

«Можно, я дам тебе имя Ди?»

«Рада служить, вам принцесса!».

Тем временем среди детей начался какой-то спор. Отпрыск герцогского рода, претендующего на корону, важно заявил сгруппировавшимся вокруг него детям графов и баронов:

- Мне совсем не понравилась эта Ниан. Она ничего собой не представляет, просто выскочка! Правителем стану я! Мне это твёрдо пообещали папа и мама!

- Но её уже представили, как кандидатку, а тебя нет! – Ответил баронский сын, стоявший в другом углу комнаты с четырьмя своими знакомыми или друзьями.

- Ты смеешь сомневаться в том, что я буду правителем?! – Взбеленился молодой герцог.

- Ага! – Улыбнулся баронет.

- Ваше сиятельство! Можно, я надеру уши этому невеже? – Обратился к герцогу один из его прихлебателей.

- Разрешаю! – Важно махнул рукой новоявленный претендент на корону.

Ниан думала, что делать, как предотвратить драку, но этого не потребовалось. Внезапно взвыла сирена:

«Атака системы флотом Симании, всем спуститься в бункер!».

Детей дроиды сопроводили к лифту, который опустился на двадцать этажей. Ребят завели в круглый зал, посадили на силовые стулья. Включился голографический экран. Началась трансляция с места столкновения флотов. Пока корабли только сближались. Ниан сидела и думала:

«Откуда, здесь, почти в центре империи могут оказаться вражеские звездолёты, да ещё в таком количестве? Порталов у противника нет, да и перебросить флот с их помощью просто нереально. Значит, кто-то нас предал, провёл врага точно к тому месту, где будет собрана вся аристократия империи. Может, предатели и диверсанты уже внутри дворца?»

В это время послышался гул, и стены заметно задрожали. Большинство детей перепугались. Ниан сидела в уголке и видела, как осветились радостью лица герцогского отпрыска и его приспешников. Экран погас. Открылись двери. И в зал зашли военные в неизвестных принцессе скафандрах.

- Ваше сиятельство! Мы присланы маршалом Улитом! Можете ли вы сказать, есть ни тут . среди вас, принцесса?

- Эта курица настолько всего боится, что даже не пришла знакомиться с детьми! – С хохотом заявил герцогский отпрыск.

- Идёмте с нами, ваше сиятельство! Ваш отец находится на нашем флагмане.

- Предатель, ты будешь болтаться вместе со своим папашей на одной виселице! – Крикнул баронет, поднявшись со своего места. – Ты никому тут не нужен, и никогда не станешь правителем нашей империи, ублюдок!

Герцогский сынок побагровел, и приказал солдатам:

- Убейте эту собаку!

Лучи бластеров скрестились на баронете, и от него осталась только кучка пепла. Дети в ужасе заплакали.

- Так будет со всеми, кто не признает меня своим правителем! – Заорал предатель.

В это время здание опять вздрогнуло.

- Быстрее, подошли два имперских флота. Нам надо спешить! – Солдаты схватили герцогского отпрыска и его прихвостней, и быстро выскочили из зала. Минут через двадцать появились космодесантники во главе с маршалом Раолом (его Ниан видела несколько раз, поэтому и помнила его лицо).

- Всех детей вывести! –Приказал маршал.

- Они убили баронета Панса! – Крикнул карапуз, сидящий на три ряда впереди принцессы. – Это герцог приказал им стрелять, как только баронет назвал его предателем!

- Проклятый выродок, говорил я императору, что давно надо было всю эту семейку уничтожить! – Прошипел Раол.

- Баронет, один из родственников маршала! – Прошептала на ухо принцессе Салиния. – Теперь за всеми прихвостнями герцога будут охотится, как за дикими зверями.

«Так, и тут процветает кровная месть! И это космическая цивилизация?» - С ужасом подумала Ниан. Теперь она убедилась, что казавшиеся ей ненужными приготовления, сохраняющие её инкогнито, позволили избежать гибели. Никто из детей не понял, что принцесса находилась среди них. Ни у кого из нападавших не было изображение лица Ниан, а изменённые костюмом баронессы генетические данные, не позволили врагам выяснить правду.

Как узнала впоследствии Ниам, герцог Боден, которому подчинялся один из пограничных флотов, тайно договорился с врагами империи. За возможность захвата трона он предложил противнику треть территории империи – все планеты и станции, которые в приданное получила императрица. Был разработан план проводки рейдерского флота Симании прямо к планете, где будут на балу все аристократы. Боден дал список тех дворян, которых надо уничтожить, чтобы у него не осталось оппозиции при восшествии на трон.

Но звездолёты симанцев были обнаружены за три системы до туристической планеты. Им дали подойти к Тонагу и высадить десант. Но вот аристократии во дворце враги не обнаружили. Кроме спущенных на двадцать этажей детей и дроидов никого там не было. Ловушка захлопнулась. Два имперских флота зашли в систему и нанесли удар, уничтожив сразу половину рейдеров Симании. Герцог с семьёй и приближёнными удрал за границу на корабле маршала симанцев. Гибель юного баронета вызвала негативное отношение как к Бодену, так и к его семье и родственникам.

По предложению императора, отца Ниан, во всех крупных и мелких государствах местной Коалиции звёздных империй, были арестованы счета герцога и его прихвостней. Кроме этого были закрыты все компании, связанные с семьёй Боден. В самой империи были арестованы все, не успевшие сбежать родственники и сторонники герцога. Всего было репрессировано более двадцати тысяч человек.

Главарей заговора допрашивали сами император и императрица. По рекомендации деда, принцессу тоже привлекли к этому процессу. Для этого Ниан пришлось срочно изучить под руководством мастера Ген-Чу определение степени правдивости слов обвиняемого. Ни принцессе была маска, поэтому её лица никто из арестованных не видел. Она сидела за столом. Приводили обвиняемого, на которого навешивали датчики, начинали допрос. Девочка фактически была в роли детектора лжи.

Часть арестованных пыталась юлить, оправдываться, клеветать на других. Но ничего им не помогало. Истину установили примерно за десять часов. Тем более, что были взломаны все искины заговорщиков. Как поняла Ниан, у деда были осведомители в среде приспешников герцога. Девочка подумала, и решила, что ей надо тоже создать подобную службу, подчиняющуюся только ей, принцессе. Это сложно, но надо попробовать. Только вот как это осуществить? Надо попытаться поэкспериментировать во время учёбы в академии. Первый кандидат – Салиния. Надо будет спросить у девочки, может у неё есть ещё подруги. Таким образом, можно будет получать информацию из среды баронов.

Работать детектором лжи Ниан понравилось. Она волновалась, когда ввели первого арестованного – брата герцога Бодена. Допрос начал император, потом подключилась и императрица. Ниан впервые узнала силу своей матери. Та взглядом заставляла кости и мышца допрашиваемого человека вибрировать с такой частотой, что по телу человека проходили волны жуткой боли, а мозги, потеряв контроль над ситуацией, проваливались в пучину ужаса. В этот момент и подключалась принцесса. Её отец ровным бесцветным голосом задавал вопросы арестованному, на которые тот непроизвольно отвечал, а в голове Ниан вспыхивало понимание, правду ли говорит арестованный или нет. Она же вела и протокол допроса, хотя всё, что происходит в пыточной, писалось на искин. Для чего это надо было, принцесса не поняла, но раз тут такая традиция, надо ей подчиниться.

Ниан использовали только для опроса двадцати главных обвиняемых. Сошек помельче раскалывали мастера из службы безопасности. Постепенно выявилась широта заговора. В нём кроме предателей из клана герцога Бодена, принимали участие несколько высших офицеров из Пограничного и Третьего флотов империи, часть графов, недовольных ущемлением своих прав новым указом императора. Баронов среди заговорщиков не было. Это ещё более укрепило принцессу в желании опереться в будущем на мелких дворян империи. Потом она просмотрела хроники, сравнила их с теми куцыми знаниями, которые ей достались от Насти, и пришла к выводу, что экономической основой империи является народ на планетах и пустотных объектах, а основной военной силой – мелкие дворяне (шевалье) и бароны. Именно они несут на себе всю тяжесть войны.

Ниан потом поинтересовалась у баронессы Таяны, знает ли она семью барона Панса.

- Да, госпожа! Бедный Прин, у него не осталось сыновей. Элден был его единственной надеждой на возрождение рода.

- У барона есть ещё дети?

- Да, пятилетняя Маника. Но как женщина, она не имеет возможностей стать наследницей.

- Почему? Я ведь объявлена будущей императрицей? – Удивилась Ниан.

- По закону, претендовать на руководство родом, могут только женщины с титулом не меньше герцогского.

- Но это же несправедливо! – Возмутилась принцесса.

- Что поделать, таковы традиции.

- Но это не даёт половине аристократии участвовать в управлении государством. Как стану императрицей, изменю этот порядок вещей! – Уверенно сказала семилетняя девочка.

- Это вызовет серьёзные потрясения, и может кончиться развалом империи! Вам просто не дадут этого сделать.

- Значит я не имею права помочь семье Пансов?

- Помочь можете. Но чем?

- Возьму Манику в свою свиту вместе с Салинией дель Корс! Я ведь должна иметь свой двор! – Заявила принцесса.

- Это действительно выход. – Немного подумав, сказала Таяна. – Фрейлинам принцессы положены привилегии. Да и возрастёт статус семьи Пансов. Тогда, по разрешению императора, Маника сможет стать во главе рода. Но вы, моя госпожа, должны действовать через свою маму. Для этого надо попросить аудиенцию у императрицы и внести письменное прошение о желании создать двор. Знайте, принцесса, что все, кого вы отберёте во фрейлины и пажи, а это должны быть дети возрастом не менее пяти лет, попадут вместе с вами в Космическую Академию. Чтобы сохранить инкогнито до восемнадцати лет, вы не должны выдавать себя . Пусть набранные вами фрейлины и пажи думают, что вы баронесса дель Рас. Всё обговорите со своей мамой. Если она согласиться с вашим предложением, то император не будет против.

Ниан начала исполнение своей затеи. Прошение написала на специальном бланке с позолотой («Космическая цивилизация, а занимаются архаичной канцелярщиной!» - Думала принцесса, пыхтя над формой изложения просьбы). Потом она составила список в соответствии с законом. Ей, по штату, было положено иметь четырёх фрейлин и двух пажей. В женскую часть своей команды она вписала пока троих:

Салиния дель Корс.

Маника дель Панс.

Анасия дель Рас.

Себя Ниан вписала в список по совету графини Саяны. Ведь никто не должен знать, что дель Рас на самом деле и есть принцесса. Насчёт пажей всё было ясно. Пока у наследницы престола будет один представитель мужского пола. Это тот карапуз, который сообщил о гибели баронета. Звали этого мальчика Висор дель Рейч.

Прошение принцесса передала матери через Саяну. На следующий день императрица сама пришла в комнату принцессы.

- Ни, ты уверена в этих детях? – Мама серьёзно посмотрела на дочь.

- Пока только в двух девочках, Салинии и Анасии. Манику я возьму под опеку, так что с ней проблем быть не должно. Ведь для семьи Пансов попадание дочери в мою свиту будет как манна небесная после гибели сына.

- Хорошо! А кто такая эта дель Рас?

- Ты не поняла, мама? – Засмеялась дочь. – Это же я! Меня же не должны знать, а вот баронессу дель Рас могут знать все.

- Это хорошая задумка! Кстати, дед тебе рядом с Академией купил особняк, где ты и будешь жить. Для твоих фрейлин я распоряжусь арендовать дома рядом с твоим особняком. Дед и отец выделят тебе охрану и домашних учителей по Ген-Чу.

- В Академии эту дисциплину не проходят?

- Нет! Кроме Саяны и Таяны дед приставит к тебе и сотрудников своих спецслужб. Они будут в твоём полном распоряжении. Тебе передадут и флаер без опознавательных гербов… Хотя, я распоряжусь, чтобы были нанесены гербы баронства Рас. так будет естественнее. И подозрений не вызовет.

- А мне можно будет поводить флаер? – С надеждой в голосе поинтересовалась Ниан.

- Тебя этому научит охрана от деда. Ладно, я позабочусь обо всём этом. Считай, что твоё прошение подписано. - Сказала императрица.

- Спасибо, мама! – Принцесса обняла императрицу, и та быстро покинула покои дочери.

Подготовка к переходу через портал на планету Алирия, где находилась Космическая Академия империи, заняла почти месяц. За это время Ниан узнала много нового. Она долго мучилась вопросом:

- Почему тогда во дворце на балу оставили детей?

- Так был задумано. – Дед погладил внучку по голове. - Не принято уничтожать молодое поколение, так как их всегда можно переубедить и использовать в своих целях. Никто не думал, что этот герцогский выродок даст приказ солдатам приказ открыть стрельбу. Ничего, внучка! Мы его достанем, где бы этот убийца, не прятался, со своим отцом и остальными родственниками. Запомни, девочка. Правителю часто выпадает принимать такие решения, о которых он может в душе и жалеет, но для существования империи, должен делать то, что требуется. Ты не должна иметь никаких сантиментов и колебаться в исполнении принятого решения!

- А как быть с тобой, мамой, папой? Я вас всех люблю. И не смогу сделать вам плохо! – Девочка тревожно посмотрела деду в глаза.

- Тут ты должна исходить из того же принципа: главное, империя, остальное вторично. Если кто-то один из нас оступиться, это приведёт к таким фатальным результатам, что погибнут много миллионов людей, а империя распадётся. Поэтому, нам надо согласовывать свои действия друг с другом. Я пришлю тебе двух моих людей. Один из них будет всегда докладывать мне о твоих действиях. Второго человека можешь использовать в своих интересах.

- Дедушка! Я хочу организовать свою службу информаторов, чтобы узнать настроения среди учеников академии и преподавателей. Ты можешь мне с этим помочь?

Дед внимательно посмотрел на внучку:

- Хочешь иметь собственный канал информации? Не рано ли?

- Нет, дедушка, не рано! Мне же надо проверить своих фрейлин и пажа в деле. Вот и проверю, кто и на что способен. Воевать они ещё не могут, должны учиться разным наукам. А вот собирать сведения и передавать их мне, они вполне способны.

- Хорошо придумала! Ладно, я скажу моим людям, они познакомят тебя с делом разведки и контр разведки. Но давай договоримся. Ты будешь делиться со мной важной информацией, а я тебе буду давать некоторые из сведений, касающиеся лично тебя. Идёт?

- Хорошо! Шпионить, так вместе! – Засмеялась принцесса.

И вот, сегодня Ниан перейдёт по порталу вместе со своими служанками и охраной на учёбу в академию. Опять кольцо затягивается туманом, люди заходят в него, а потом высаживаются около города. Он не похож на современные постройки в стиле хай-тек. Больше всего этот город, который называется Енион, смахивает на какой-то средневековый замок огромных размеров. Стены из материала, похожего на камень, поднимаются метров на шесть. Видны мощные башни, огромные входные ворота, охраняемые живыми людьми, а не дроидами. Внутри город так же выдержан в средневековом стиле. Только вместо карет по довольно широким улицам летают флаеры, а внутреннее убранство домов соответствует современным нормам жизни. Флаер принцессы с нарисованным на бортах гербом баронства Рас проплыл по проспекту и юркнул в один из переулков. Там он остановился перед симпатичным двухэтажным домом, окружённым садом.

Город Енион

Дом принцессы Ниан.

Прилетевших встретила охрана из имперских гвардейцев и двух мужчин, которые представились сотрудниками деда.. Вместе с ними была и какая-то девочка в маске и чёрном одеянии.

- Кто ты? – Принцесса спросила незнакомку, как только они оказались одни в комнате, выделенной под кабинет принцессы.

- Меня прислала ваша мама. Я из её свиты, монахиня культа Го-Лан. Я буду изображать вас, принцесса. Всегда буду в маске и чёрном одеянии. На моем платье нанесён слой, который имитирует ваш генетический код. Все приборы покажут, что я и есть принцесса.

- Но ведь могут попытаться убить тебя! – Встревожилась Ниан.

- Это не так просто, как кажется. – Спокойно ответила монахиня. Во-первых, я владею всеми видами оружия, во вторых, у меня собственный тройной щит, в третьих я владею частью техник Ген-Чу, и могу даже помочь вам принцесса в их овладении.

- Спасибо. Значит, я буду изображать твою любимую фрейлину. – Улыбнулась Ниан.

- Так и есть, принцесса.

- А я могу посещать своих подруг и фрейлин?

- Да, но только с охраной из людей вашего деда.

- Понятно!

Спальня принцессы не имела окон. Там была и ниша, из которой с помощью специального кода можно было попасть в замаскированный подземный ход, ведущий за город. В кабинете Ниан было небольшое окно. Там же стоял и диван, на котором девочка могла спать, если в случае опасности её место в спальне займёт монахиня. Кроме прислуги, которую Ниан знала, были и новые люди. Отец прислал повара с командой помощников, а мать – нескольких служанок для для обслуживания принцессы в качестве визажистов, диетологов и фитнес тренеров. Одновременно они выполняли работу дополнительной охраны.

Пока занятия не начались. Ниан решила пойти в гости к своим будущим фрейлинам. Для них были арендованы дома на соседней улице. она. Вместе с охраной и монахиней по очереди посетила своих фрейлин. Салинию она знала. Поэтому с ней всё было нормально. К Манике они отправились вместе. Их встретила немного испуганная хозяйка небольшого домика.

- Я фрейлина принцессы Анасия дель Рас! – Ниан улыбнулась и протянула руку Манике Панс. Та осторожно пожала протянутую ладонь, с испугом глядя на девочку в чёрной тунике и маске, и вторую фрейлину принцессы, Салинию Корс.

Маника дель Панс.

Салиния дель Корс.

Приглашение в Космическую школу, и в свиту принцессы, оказалось неожиданностью для Пансов. Отец и мать баронессы Маники, никак не могли поверить, что их дочь выбрала сама будущая правительница. Но когда пришло известие, что их сына посмертно наградили знаком «Погиб за империю», а на счёт баронства пришло почти двести тысяч, пришлось поверить. Снаряжали Манику в соответствии с новым статусом. Пришлось отправить с девочкой её кормилицу, двух, наиболее преданных слуг, и пять солдат. Отец подарил маленькой баронессе эсминец из своей эскадры. Лететь надо было через половину империи.

Но как только корабль с фрейлиной отправился в путешествие, в одной из систем его остановили имперские линкоры. Всех пассажиров эсминца спустили на планету местной системы, а потом переправили в нужное место с помощью портала. Всё это передала Маника своей маме через связной браслет. Это очень удивило семью Пансов. Такой чести не удостаивались даже графские отпрыски. Дочь порадовала родителей известие, что ей сразу выделили красивый домик с садиком, флаер с гербом баронства и отряд имперской стражи. Через двое суток мать и отец маленькой баронессы с удивлением слушали, как в гости к их дочери пришли ещё две фрейлины принцессы – Анасия дель Рас, которая живёт в одном доме с принцессой, и Салиния дель Корс, представившаяся подругой баронессы Рас. Вместе с ними была и одетая в черные одежды и маску девочка, которая могла быть только принцессой. Родители Маники поняли, что их дочери сильно повезло, и она сможет стать после окончания Академии наследницей и главой рода…

У родителей Салинии вызов на место в свиту принцессы большой радости не вызвал. Отец Салинии хоть и не был заговорщиком, но и не принадлежал родам, которые поддерживали нынешнего императора. Теперь, когда их дочь войдёт в свиту принцессы. Придётся быть намного острожнее в выборе друзей и союзников. Приол дель Корс мерил кабнет шагами, ходя из угла в угол. У него из-за этого предложения просто не было теперь выбора. Стать приспешником императора он не хочет, но и вступать в ряды оппозиции тоже не намерен. Таких, как он, будут при случае топить оба политических противника. Хотя, тут можно получить значительные преференции, если дочь будет внимательно слушать его советы. Да и открыто напасть на барона теперь никто не посмеет. Могут что-то сделать, но мелкое и не смертельное. Тут надо хорошо подумать….

Салинию, летящую с прислугой и охраной на лёгком крейсере, гвардейцы на линкорах тоже остановили в одной из систем. Девочку вместе с сопровождающими лицами спустили на планету, и переправили порталом. Она обрадовалась, когда увидела, что им подарил император – флаер и домик до окончания учёбы. Здесь маленькая баронесса проведёт почти двенадцать лет. Поэтому надо основательно устроиться в выделенном доме. Салиния обрадовалась, когда ей зашёл звонок от Анасии. Та была удостоена чести стать правой рукой и голосом принцессы. Это место давало Анасии большие привилегии, но Салиния никогда и никому не завидовала, и просто порадовалась, что у неё появилась такая могущественная подруга. Потом они вместе с одетой во всё чёрное принцессой и Анисией познакомились с третьей фрейлиной – Маникой дель Панс.

Разговор вначале не клеился. Но потом всё пришло в норму. Подруги рассказали Манике, что было на балу, и как погиб её старший брат. Малышка заплакала. Её успокаивали вместе обе фрейлины.

- А принцесса, что не умеет говорить? – Тихо спросила дель Панс у Анасии.

- Нет, говорить она умеет. Просто, по закону, её голосом стала я, и всё, что она желает сказать, будет озвучено мной.

- О! – Удивилась фрейлина. – А нам к ней прямо обращаться?

- Если что-то будет нужно или непонятно, говорите мне. А я передам принцессе, а потом скажу вам ответ.

- Как это немного неудобно и сложно! – Вздохнула Салиния.

- Ничего нельзя поделать. Таков закон! – Отчеканила Ниан. Фрейлины вздохнули.

- Хорошо, что я не принцесса! – Сказала Маника. – Столько ограничений, постоянный страх за свою жизнь…. Нет, я такого точно не выдержу.

Девочки перешли на обсуждение своих будущих обязанностей, поинтересовались у искина, как проходит обучение в Академии. ИИ ответил, что кроме обычных предметов, типа физики, математики и прочих, есть и такие, как сопряжение и совместное применение техники и возможностей мастеров Ген-Чу. Будут поединки среди владеющих этих искусством. А те курсанты, которым пси неподвластна, будут выяснять отношения на бойцовских рингах. Тестирование проходит не только по знаниям, но и по умениям их использовать, и идёт оценка физического и морального состояния курсанта на основе проведённых им поединков.

- Мы, что, драться должны будем с другими детьми? – Удивились фрейлины.

- Да, и не только с одногодками. Тот, кто не участвует в поединках на Полигоне, может не рассчитывать на хорошую оценку сос стороны преподавателей. – Заявил искин.

Это озадачило подруг. Ниан спросила у искина:

- А можно выступать командой?

- Да, это только приветствуется! Кстати, через час порталом будет доставлен первый паж принцессы. Его уже полетели встречать гвардейцы охраны.

- А сколько фрейлин и пажей может иметь принцесса?

- Четыре фрейлины и два пажа. Но герцогиня (это звание принцессы на данный момент) пока не собирается добавлять к нам ещё людей. – Сообщила Ниан подругам. – Пойдёмте. Я знаю, в каком доме поселят пажа, там его мы и встретим!

Стайка девочек под усиленной охраной двинулась на соседнюю улицу, куда уже подлетел флаер с гербами барона дель Рейча. Из машины вылез шестилетний карапуз в защитном скафандре.

Висор дель Рейч.

Увидев встречающих его девочек. Он немного растерялся:

- А вы, кто?

- Это принцесса! – Ниан показала на одетое в чёрное монахиню. – А мы её фрейлины! Ты ведь получил предписание, что теперь являешься пажом?

- Да. Но, почему говоришь ты, а не принцесса? – Поинтересовался баронет.

- Я выбрана её голосом! – Гордо заявила красивая девочка в платье баронессы. Висор различал гербы аристократии. Поэтому сразу определил, что перед ним баронесса дель Рас.

- И ты всё время будешь говорить вместо неё?

- Да, и заниматься будем вместе с ней. Ведь я живу в одном с ней доме. По закону, отвечать на вопросы преподавателей тоже буду я. Принцессе не положено это по рангу.

- А летать на истребителях тоже будешь ты вместо неё? - Засмеялся баронет.

- Нет! У принцессы истребитель двухместный. Впереди буду сидеть я, а на месте второго пилота - она!

- Понятно! Ладно, когда у нас тут занятия начнутся?

- Через два дня!

- Тогда предлагаю завтра с утра осмотреть город!

- Ура!- Захлопали девчонки. – Но мы все будем с охраной.

Монахиня наклонилась к Ниан, и прошептала:

- Скажи, что меня не будет.

- Вот, принцесса говорит, что она с нами пойти не сможет. – Заявила Ниан. - Она к нам подсоединится только во время учёбы!

- Ладно, сейчас разойдёмся, а завтра встретимся в десять утра около дома принцессы. – Решила свита Ниан.

Обед подали будущей правительнице на первом этаже её апартаментов. Всего было восемь блюд. Она одна есть не привыкла. Поэтому вместе с ней за стол сели её неизменные спутницы – Таяна и Саяна, монахиня, и два человека, присланных дедом. С ними девочка решила познакомиться вечером.

- Проходите, господа! – Графиня Саяна пропустила в кабинет принцессы представителей спецслужб.

- Садитесь! – Ниан показала на стулья. – Итак, кто из вас будет информировать о моих действиях деда?

Поднял руку неприметный человек в сером костюме – скафандре.

- Ваше звание и имя? – Принцесса с интересом посмотрела на шпиона.

- Тит Миклий, свободный гражданин. Звание – майор.

- Хорошо! Я не собираюсь вам мешать в работе, поэтому делайте то, что приказал вам мой дед.

- Спасибо, ваше сиятельство! – Подскочил Неприметный, и склонил голову.

- Так, а вы кто по званию? – Принцесса обратилась ко второму шпиону.

- Тоже майор, но барон. Меня зовут Лон дель Бари.

- Хорошо! Вас я назначаю начальником своей разведки и контр разведки. Можете набирать агентуру и консультировать меня по организации шпионской сети в Академии.

- Ясно, ваше сиятельство!

- Вам нужно что-нибудь?

- Деньги, немного не более пятисот тысяч.

- Этого достаточно?

- Да!

- Вот вам кристалл. Тут миллион. Отчитываться будете на каждую копейку!

- Будет исполнено!

Деньги Ниан получила от матери. У неё для себя были отложены кристаллы для мелких расходов, а такие крупные суммы она спрятала отдельно.

«Надо будет спросить, почему тут нет у местных голофонов никаких кошельков. Да и карточки, типа банковских, тут я не видела. Может, у них и нет никаких электронных денег, как я видела на второй Земле? Пока поищу ответы в Галонете, а потом спрошу у деда или отца». – Решила принцесса.

Довольные аудиенцией у принцессы, представители спецслужб отправились выполнять свои задачи. К Ниан зашла её «двойник».

- Ваше сиятельство, когда будем посещать лекции в Академии, не забывайте обращаться ко мне со словами «принцесса» или «герцогиня».

- Хорошо!

- Да, и идите всегда на три шага сзади меня. Так положено по этикету.

Ниан кивнула. Потом она с монахиней поужинали и стали играть в местные карты. Они были трёхмерными, но Ниан уже к ним привыкла. Правда, играла она посредственно, и монашка выиграла у неё три партии подряд. Приняв ванну, принцесса пошла спать. Во сне девочка видела некоторые сцены из своей жизни в теле Ларисы Блиновой. Почему это ей приснилось, девочка пока не поняла. Но вот после этого принцесса заметила, что теперь она может легко определять, если ли корабли на орбите или чувствовать приближение опасности.

Ниан проснулась рано утром. Поэтому девочка выполнила комплекс каждодневных упражнений, помылась холодной водой, а потом фехтовала холодным оружием с учителем. После еду, она вместе с двумя гвардейцами и служанкой из новых девиц, вышла из ворот дома. Через десять минут к ней со своими людьми присоединились Маника, Салиния и Висор.

- Ну, дамы, куда двинемся? – Баронет оглядел девичий отряд.

- А ты куда предлагаешь?

- Можно отсюда пройти на торговую площадь, стилизованную под рыночные площадки средневековья.

- А за чем это сделано? – Поинтересовалась Салиния.

- Для туристов. Ведь в империи сохранилось многое из того, чего сейчас не найдёшь ни в одном государстве Звёздной коалиции.

- А может, там и карманники имеются? – Улыбнулась Ниан.

- Нет, баронесса, такого никто не оставит! – Засмеялся Висор. – Ну, как, идём?

- Пошли! – Согласились девчонки. Отряд двинулся пешком. Флаеры решили не использовать, интересно было посмотреть сам город. Вначале прошли по улице, на которой были расположены красивые дома.

Дети с восхищением рассматривали стены, окна, балконы и двери. Девочки решили зайти в один из магазинов, который торговал сладостями.

Принцесса вместе с подругами накупили всё, что им понравилось. Баронет не стан ничего приобретать, но когда отряд дошёл до рыночной площади, он отыгрался, заходя во все магазины, где продавалось оружие и инструменты.

Рыночная площадь Ениона.

Дети гуляли по площади несколько часов. Конечно, тут не продавали средневековых товаров. Торговали вполне современными вещами. Были как оптовые, так и обычные магазины. Продавались дроиды, искины, оружие, скафандры, любая деталь от звездолётов и прочее. Ребята устали, поэтому отправились в местную точку общепита, над которой горела надпись «Таверна». Внутри было много столиков. Обслуга состояла из живых молодых девушек.

- Это студентки старших курсов медицинской академии и технологического университета. Они расположены в обоих концах города. – Проинформировал подруг баронет. Отряд занял четыре столика. К мету, где сидела Ниам с фрейлинами, подошла девушка с голографическим меню.

- Что желаете, девочки?

Дети выбрали блюда, и им сказали, что еду принесут через десять минут. Ребята сидели и тихо переговаривались о впечатлениях. Неожиданно в одном из углов большого зала поднялся шум. Через десять минут появились местные правоохранители. Неожиданно раздались выстрелы. Один полицейский упал. Вокруг принцессы и фрейлин возникло зелёное свечение. Щит отразил несколько прилетевших с другого конца зала иголок. Через плёнку защиты Ниан увидала, как стали разбегаться сидевшие за столиками люди. Наконец всё кончилось. Дроиды вынесли троих убитых людей.

Через час, уже отобедав, возвратившаяся домой Ниан узнала, что в «Таверне» были ликвидированы оставшиеся родственники герцога Бодена. Принцессу удивило отношение фрейлин и пажа к случившемуся в точке общепита. Ни кому из них не стало плохо, никто не побледнел. В сознании бывшей землянки не укладывалось такое отношение местных детей к смерти. Хотя, что она знала о них? Ведь прямо на её глазах испепелили баронета Панса, и только треть детей, сидящих в зале, ужаснулась. Остальная часть детей вообще не среагировала на смерть знакомого.

Её дома тоже «обрадовали». Захвачен стрелок, который пытался выбрать позицию напротив спальни принцессы. Снайпера повезли в отделение контрразведки, но по пути на флаер напал неизвестный отряд. В результате пять трупов, один из которых – наёмный стрелок. Из нападавших семь человек испепелила охрана, а двоим удалось сбежать. Но из города они выйти не могут. Сейчас полиция и служба безопасности вместе с гвардией императора проводят операцию по поимке бандитов.

«Что за судьба у меня? На первой Земле половину жизни умирала в больнице, на второй пытались меня убить. Сейчас это же продолжается и здесь. Правда, тут меры безопасности разработаны квалифицированными людьми, а не мною или какими- нибудь колумбийскими повстанцами…» - Ниан перевела дух. Ещё двенадцать лет, и она вступит на престол. Тогда её уже не достанут никакие враги. Но для этого надо играть роль баронессы дель Рас…

Выспалась принцесса хорошо. Опять был выполнен комплекс физкультуры, проведено занятие по овладению Ген-Чу. Пришла голограмма от матери. Она посетит Ниан, всё равно императрица должна присутствовать первый день при поступлении дочери в Академию.

Дед прислал документ, в котором было расписано, как правильно организовать разведывательную и контрразведывательную службу среди учеников Космической Академии. принцесса внимательно с ним ознакомилась, а потом вызвала обоих шпионов деда, попросила разъяснить непонятные ей места. Мужчины с большой охотой провели разъяснительную беседу с будущей правительницей. Как поняла Ниам, главное, иметь несколько независимых источников информации, чтобы не попасться на запущенную врагами фейковую новость. Наступил день. Опять принцесса занималась, но уже просматривали характеристики местных звездолётов, их чертежи. Конечно, она не будет инженером или техником, но надо иметь хотя бы общие сведения о том или ином типе кораблей. Ведь принцесса станет со свременем Верхрвным главнокомандующим империи. Значит, нужны сведения о ТТХ военной техники, чтобы разобраться в планах Генерального штаба. Вдруг, в ряды маршалов и генералов прокрался враг или какой-нибудь высокопоставленный военный пытается решить свои проблемы путём предательства.

- Сегодня мы пойдём в Академию. Занятий не будет, но …

- Да! Знаю, будет речь ректора, нас разделят на отряды (классы), познакомят с преподавателями…. – Ниан перевела дух. Монашка смотрела на неё округлившимися глазами:

- Откуда вы всё это знаете, ваше высочество?

- А, приснилось, что это не первая моя жизнь, и когда-то я ходила в школу в странном мире, где нет никаких звездолётов и прочего. Так там , во сне, были свои традиции. Например, первый звонок, для тех, кто только что пошёл в школу. Или выпускной вечер, для детей, окончивших учение….

- Так и тут, в Академии есть похожие традиции, принцесса! – Заволновалась монахиня. – Значит, вы перешли уже на следующий уровень Ген-Чу, и можете получать, хоть и в немного искажённой форме, информацию из будущего!

Ниан весело посмотрела на своего «двойника», и подумала:

«Хорошо, что традиции старой Земли и этого мира почти совпадают! Есть чем удивить аборигенов. Пусть думает, что я иногда вижу будущее….».

Начали собираться. На Ниан одели платье баронессы, усиленное дополнительными щитами. В руках у неё была сумочка с подпространственным карманом.

- Охрану внутрь Академии не пропустят.

- Сообщила монахиня. – Надо будет взять мечи.

- Раз надо, возьмём! – Принцесса протянула руку к шкафу, и у неё на ладони материализовался металлический цилиндр, диаметром сантиметра четыре, и длиной в треть метра. Такую штуку Ниан видела в фантастических фильмах о звёздный войнах, которые смотрела на обеих Землях, где ей пришлось жить. Настоящий меч был не с лазерным лезвием, а с плазмой. В ручке оружия стояла батарея питания и источник ионов . Как только меч включали, встроенный сверхпроводящий контур создавал магнитное поле нужной формы. И плазма вытягивалась вслед за магнитными линиями. Таким мечом можно было легко пробить самый мощный скафандр. Принцесса уже умела фехтовать, поэтому она забросила меч в сумочку, потренировалась в его вызове и мгновенной активации, затем, удовлетворённая собой, приказала:

- Выдвигаемся!

Все вышли во двор, а потом сели в два флаера. На первом, со знаками правящей династии, летела вместе с охраной монашка. А на второй машине ехала Ниан. К ним присоединились через пять минут флаеры фрейлин и пажа. Летели недолго. Перед окружённой каменной стеной территорией Космической Академии, была огромная площадка. На которую садились флаеры прибывших на учёбу курсантов.

Плазменный десантный меч.

Принцесса вышла из машины и встала рядом с монашкой. К ним присоединились, и остальные дети из свиты. Ниан заметила, что среди детей разных возрастов, стоящих перед воротами Академии прошёл шёпот, когда они увидели одетую в чёрную тогу и маску монахиню.

- Они думают, что я – принцесса! – Прошептала «двойник» на ухо Ниан.

В это время открылись ворота, и вся толпа детей двинулась внутрь. Там их построили перед трибуной, вокруг которой находились родители курсантов. Ниан осмотрела ряды курсантов. Всего было около тысячи учеников. В толпе родителей она увидала маму, окружённую охраной. Наконец, началось торжество. Вначале всех поздравил ректор, затем началось представление педагогов. От имени родителей выступила императрица. Затем началось формирование классов у первокурсников. Ниан вместе с фрейлинами и монашкой попала в группу 1741. В ней было всего двадцать курсантов. Десять из них были мальчиками, отпрысками баронских и графских родов. Ещё четыре девицы – аристократки с нескрываемой завистью смотрели на Ниан и её фрейлин. К группе подошёл педагог-куратор.

- Всем двигаться за мной! – Сказал он. И повёл детей внутрь огромного корпуса Академии.

Куратор привёл ребят в зал, похожий на амфитеатр.

- Это ваш класс. Обращаю внимание тех, кто не знает. В вашей группе будет учиться принцесса. К ней не подходить. Общаться с ней можно через «голос» - это баронесса дель Рас. Встаньте. Пусть все видят первую фрейлину принцессы.

Ниан встала. Она почувствовала на себе ненавидящий взгляд. Краем глаза она определила, откуда шла волна неприязни. Сзади фрейлин сидели две девчонки в графских платьях. Одна из них была довольно красива для своих лет, и смотрела на всех свысока. Вот от неё и и шла неприятная волна ненависти.

Тем временем преподаватель повесил в воздухе голограмму с расписанием уроков. Все ученики скопировали её в свои браслеты.

- Занятия начнутся завтра, в девять утра. Опоздавших курсантов ждёт наказание. Во время занятий покидать территорию Академии запрещено. Таких учеников просто выгоняют, и они теряют возможность получения высшего образования. Урок идёт сорок минут. Перемены тут по двадцать минут. Столовая открыта в двенадцать, в три и в шесть часов. Кормёжка бесплатная. На переменах можно устраивать поединки. За всем следят искины, всё фиксируется. Поэтому даже сегодня можно получить первые баллы, которые зачтутся вам в дальнейшем. Вы должны выбрать командира группы, которому будете подчиняться. На этом всё! Я вас покидаю, знакомьтесь друг с другом. - Преподаватель вышел. За ним вышла монахиня. Увидев, что «принцессы нет, к Ниан подскочила та графиня, которая посылала её в спину волну ненависти.

- Ты, малявка, занимаешь не своё место, такие, как ты не могут быть «голосом» принцессы! Вызываю тебя на дуэль!

- Только не говори, что бой будет с использованием Ген-Чу. – Спокойно сказала Ниан.

- Почему? – Удивилась графиня. Все курсанты с интересом смотрели на пикировку двух девиц.

- Потому что, потому! – Ниан протянула руку в сторону стены. Из пальцев девочки вырвался бирюзовый луч, который оставил на стене небольшое углубление.

Один из курсантов присвистнул в наступившей тишине:

- Да, Гинада, ты немного промахнулась!

Графиня бросила на него гневный взгляд, а потом объявила:

- Тогда драться будем на мечах! – В руках графини материализовались два меча

Мечи графини Гинады оль Тивас.

- Ого! Двумечница! – Восхитились курсанты.

Ниан тоже вызвала из сумочки свой меч. Поединок начался. Графиня была очень быстрым противником. Принцесса с трудом успевала отбивать атаки. Через три минуты соперницы разошлись, тяжело дыша. Гинада была удивлена мощью ответных ударов девочки, которую она посчитала намного слабее себя. Да и демонстрация возможностей в Ген-Чу, показанные оппоненткой вызывали тревогу за судьбу поединка. Соперницы опять сошлись. Через минуту графиня потеряла один из мечей – баронесса дель Рас ухитрилась перерубить рукоятку одного меча оль Тивас. Тогда графиня применила новую разработку – у неё меч удлинялся примерно на треть, если нажать соответствующую кнопку.

Графиня с удлинённым мечом.

Вначале это дало ей преимущество, но ненадолго. Неожиданно соперница отскочила к стене, и у неё в руке оказался меч с двумя лезвиями. Правилами это не запрещалось, и вызвало восхищение курсантов. Такие мечи были редкостью. Они остались от Первой галактической империи, существовавшей почти пять тысяч лет назад.

Принцесса Ниан с мечом, имеющим два плазменных лезвия.

Графиня поняла, что проиграла. Сопротивляться смысла не было. Она загасила лезвие своего меча, и сказала:

- Баронесса, я была не права, ты достойна, быть «голосом» принцессы!

Ниан тоже погасила лезвия и сказала:

- Вы достойный соперник, графиня. Я похлопочу перед принцессой, чтобы вас приняли четвёртой фрейлиной! – Ниан повернулась и вышла из зала. За ней вышли её подруги и паж.

Графиня стояла с отвисшей челюстью. Она не слышала, что её поздравляли одногруппники. Уже вечером, когда Гинада была дома, на её браслет пришёл файл, который при распаковке показал ролик. Одетая в чёрную тогу и маску принцесса поздравила девочку с поступлением в отряд фрейлин с завтрашнего дня. Уже посланы соответствующие документы в канцелярию императора, родителям графини. Было предложение и самой юной леди оль Тивас, а вернее приказ, прибыть завтра на флаере в восемь часов утра к дому принцессы.

На следующий день группа флаеров опустилась перед воротами академии. Группа 1741 прибыла на учёбу. Первый урок – физкультура. Пришлось всей двадцатке курсантов показать свои умения. Турник, отжимания, брусья и другие спортивные снаряды приняли экзамен на выносливость, гибкость и другие параметры.

«Зачем нужны такие сложности? Ведь есть виртуальные капсулы для занятий спортом». - Думала Ниан, пробегая по бревну. Пока ответов на её вопросы не было. Результаты у группы были средние, хоть и все дети аристократов до учёбы тренировались.

Следующим уроком была математика. Точные науки не нравились принцессе. Но пришлось под напрячься, ведь без знания математики и физики трудно водить звездолёты в подпространстве. Высунув от напряжения язык, Ниан пыталась справиться с заданием – интегрированием одной из функций, описывающих провал корабля в гипер. В результате, в конце урока, она получила средний балл. На перемене к её двойнику и фрейлинам пытались прицепиться третьекурсники. Но Гинада, Маника и Салиния выхватили из сумочек мечи, заставив слишком настырных старшекурсников отступить.

Начался урок литературы. Преподаватель – графиня оль Синар, задала курсантам вопрос:

- Кто из вас может рассказать какую-нибудь историю, которых нет в анналах наших электронных библиотек?

Все дети смущённо молчали.

- Можно мне? – Ниан встала и под одобрительное покачивание преподавателем головой начала рассказывать роман «Не женское дело!». Главы возникали перед её глазами, и девочке просто надо было читать текст. Все ученики с отвисшими челюстями сидели и слушали рассказ «голоса принцессы». За пять минут до звонка учительница литературы с сожалением остановила рассказчицу.

- Очень хорошо, дель Рас! Надеюсь, что ты знаешь ещё много таких историй!

На перемене одногруппники окружили Ниан.

- Не знала, что ты такая выдумщица! – Салиния улыбалась во всю ширь своего рта.

- Да! Интересно, а что дальше? – Висор дель Рейч вопросительно уставился на Ниан.

- Пока не придумала! – Отбрехалась девочка.

На следующем уроке дети пытались применить навыки Ген-Чу для управления аппаратурой виртуальной капсулы. Половина детей имели низкие показатели пси энергии. Поэтому у них ничего не получалось. Ниан смогла с ходу выполнить задание преподавателя. Она включила усилием мысли капсулу, залезла в неё, а потом, не касаясь кнопок пульта и экранной виртуальной азбуки, она управляла полётом виртуального истребителя в космосе и атмосфере планеты. Правда, девочка сильно устала и у неё заболела голова, но принцесса получила «отлично» за выполнение задания. Салиния и Гинада получили «хорошо», а Маника - «посредственно». Паж не участвовал в этом испытании. У него был очень низкое пси. Поэтому он и не стал даже пробовать.

Домой принцесса вместе с монашкой прибыли уже в десять вечера. Там их застал полный разгром в комнатах. Везде валялись трупы в незнакомой военной форме – тогах лилового цвета. Около убитых лежали плазменные мечи. Ни одного бластера или лазерного пистолета у трупов не обнаружили. У защитников дома погибла вся прислуга, три гвардейца охраны. Везде ходили имперские следователи.

- Что произошло, кто эти люди?

Принцесса вертела головой, пытаясь охватить всю картину разгрома.

- Госпожа! Это монахи ордена Вират. Они выступают против власти императора. Они послали отряд своих убийц, чтобы расправится с будущей правительницей. Но, скорее всего, они выполняли заказ герцога Бодена. Ведь орден Вират по данным нашей разведки, тайно финансируется специальным фондом императора Симании. Неясно только, как они узнали, в каком доме поселилась принцесса.

- Наверное. кто-то во дворце работает на врага. Другого объяснения нет! – Жёстко сказала принцесса.

- Это дело контрразведки. У нас другая функция. – Начальник группы свидетелей посмотрел на девочку. – Кстати, почему вы говорите вместо принцессы?

- Я её голос!

- Понятно! – Через час следователи откланялись. Трупы убрали. Прибыла новая прислуга. Она начала приводить дом в порядок. Через час Ниан позвонил дедушка:

- Внучка! Принято решение, что ваш дом будет охранять рота гвардейцев. Кроме этого будут установлены щиты от линкоров, и введена пропускная система, контролируемая искинами. Тебе надо составить список людей, которых они смогут пускать к тебе.

Половину ночи принцесса составляла список. Она краем глаза смотрела репортаж Галонета об уничтожении имперской гвардией ордена Вират. Линкоры императора нанесли удар по всем монастырям и строениям, принадлежащим этому ордену. На улицах городов всех планет и коридорах пустотных объектов членов этого ордена прямо уничтожали, не заморачиваясь разшениями судебных органов.

«Средневековье какое-то!» - Подумала Ниан. Потом пошли кадры ареста людей, сочувствующих этому монашескому ордену. Их оказалось почти два миллиона. Часть монахов успела убежать в сторону Симании. Всех арестованных просто сослали на рудники и в дебри планеты Накар, где жило много пси активных хищников.

Уже больше месяца будущая правительница ходила вместе с фрейлинами и пажом в школу. За это время состоялись три поединка свиты Ниан с разными курсантами, вызвавшими приближённых принцессы на поединки. Висор отдубасил второкурсника из группы 896. Пятилетняя Манника смогла, хоть и с трудом, победить в поединке с применением Ген-Чу. Потом малышку три часа откачивали в медкапсуле. Какой-то придурок с третьего курса вызвал на поединок графиню оль Тивас. Бой проходил во дворе. Его видели практически все курсанты и преподаватели. Был даже задействован тотализатор. Поэтому победителю поединка досталось почти семь тысяч.

Бой начал уверенный в себе отпрыск графского рода оль Этор. Он хорошо владел мечом, был чемпионом своего курса. По росту и силе он также превосходил графиню. Но никто, кроме одногрупников фрейлины принцессы, не знал, что графиня использует в бою сразу два меча. Это и сыграло свою роль, да и возможность оружия графини удлиняться в любой момент, по желанию хозяйки, вызвала нешуточный интерес к достижениям учёных графского рода Оль Тивас. Через полчаса рубки победила графиня, выбившая меч из рук противника. После этого случая к группе принцессы никто не подходил с вызовом на поединок. Но это было временное явление. Поэтому, все фрейлины и паж оттачивали свои умения.

Руководствуясь данными от деда, Ниан стала создавать агентурную сеть среди курсантов. Салинии удалось подключить к добыче информации двух своих родственниц на один и два курса старше самой баронессы дель Корс. У Висора был хороший знакомый среди первокурсников. Графиня подключила к разведдеятельности свою кузину, которая училась уже на четвёртом курсе. Тоненькая струйка информации стала стекаться к Ниан. В большинстве своём это были слухи, ничем не подтверждённые факты, болтовня в среде курсантов. Но среди этого нагромождения принцессе удалось выявить и тоненькую ниточку, которая привела к одной из планет окраинной системы империи. Сама Ниан этим, конечно, не занималась, а переправила полученные сведения деду. Его люди вышли на след шпионской организации пасаронской деспотии. Было арестовано пять агентов и один из них оказался преподавателем Космической Академии. Он передавал списки курсантов пасаронцам, а те делились этой информацией и с симанцами. Удалось выйти и на шпиона этой страны. Им оказался владелец одного из домов, которые были арендованы для фрейлин принцессы. Теперь стало понятно, откуда симанцы узнали, в каком здании живёт принцесса. Ниан удостоверилась, что любая, даже случайная информация, может иметь жизненное значение. Фрейлину Манику, через которую принцесса вышла на шпионов других империй, торжественно наградили в узком кругу. Роль госпожи опять играла монашка. Баронессе дель Панса был пожалован новый эсминец, только что сошедший со стапелей. Также на её счёт пришло двадцать тысяч, а родители получили разрешение присоединить к своей системе ещё одну, в которой находилась шахтёрская станция.

В столовой для принцессы и её свиты был выделен отдельный столик. Вокруг него было много свободного места. Если другие курсанты становились в очередь и так брали еду, дойдя до прилавка, где стояли подносы с разными блюдами, то для принцессы и её свиты были выделены специальные слуги. Они спрашивали, что желает герцогиня, составляли список хотелок её свиты, и приносили заказы в течение пятнадцати минут. Некоторых аристократов такое подчёркнутое возвышение принцессы и её людей коробило. Но после состоявшихся поединков никто не рисковал вызывать фрейлин и пажа на дуэль. Монахиня предупредила Ниан, что могут быть попытки насолить приближённым принцессы другим способом. Так оно и вышло. Примерно через три месяца во время еды Салинии стало плохо. Девочка побледнела. У неё закатились глаза, и тело сползло со стула. Монахиня вскочила и подбежав к баронессе силой открыла ей рот, вытащила язык:

- Анасия! Влей ей воду из графина!

Ниан выполнила требование «принцессы», и примерно через минуту Салиния открыла глаза.

- Не трогайте тарелку и стакан баронессы дель Корс! Всех задержите. Никого из столовой не выпускайте! – Стала раздавать приказы монахиня.

В зале было приблизительно семьдесят курсантов. Их построили. А потом ректор прибором обошёл ряды учеников и вывел посеревшую курсантку четвёртого курса из группы 230. Её допросили, а потом отчислили с Академии. После этого случая свите принцессы раздали специальные определители ядов. Ниан поинтересовалась, можно ли определить отраву, используя Ген-Чу.

- Можно! Но есть такие вещества и биологические компоненты, которые не видны в пси диапазоне. – Проконсультировала будущую правительницу монахиня. – Те индикаторы, что нам дали, универсальные.

Теперь перед каждой едой фрейлины и паж проверяли принесённую пищу и питьё.

«Мда! От скуки не помрёшь! Тяжело быть принцессой». – Думала Ниан.

Занятия шли своим чередом. Математику принцесса невзлюбила. Да, она знала, что этот предмет нужен, но в её мозги математические истины влезали очень туго. Другое дело – литература! Чтения романов, написанных в прошлой жизни подвело Ниан к желанию опубликовать их в Галонете. Да и учительница литературы посоветовала проверить, понравятся ли аборигенам эти произведения. Принцесса с помощью искина дома за две недели вспомнила и отправила в Галонет все романы, написанные Настей. Они вышли под общим названием «Рассказы баронессы Анасии дель Рас». Когда на следующий день Ниан пришла вместе со всеми на занятия, её вызвал к себе ректор. Девочку провели по длинным коридорам учебной части в половину, где жили преподаватели и располагалась администрация Академии. Её впустили в кабинетректора. За столом сидел полноватый мужчина в старинном сюртуке. В этом одеянии принцесса видела ректора впервые.

- Садитесь, баронесса! – Мужчина указал на мягкое кресло. Ниан села на краешек, и уставилась на ректора.

- Ваши рассказы, а вернее, романы, вызвали небывалый ажиотаж в Галонете. Такого тут не читали лет семьсот. Мне о вашем литературном даре сказала ваша учительница. Так как всё, что делают курсанты Академии идёт по нашим каналам, то и ваши произведения, баронесса, были посланы в Галонет под эгидой нашего учебного заведения…

«Вот, как! Интересно!» - Подумала девочка, но вслух ничего не сказала.

- Галонет откликнулся положительно на ваши потуги. И на счёт академии легла круглая сумма. Ведь прочтение какого-либо текста или просмотр ролика стоит один кредит!

Ниан навострила уши, и не прогадала.

- По закону семьдесят процентов того, что заработает курсант, остаётся у академии. а остальное ему выдают на платёжных кристаллах. Вот вам двадцать таких «кошельков». На каждом лежит по миллиону! Прославляя себя, вы прославляете и Академию, фрейлина. Я бы только попросил, если вы будете придумывать новые истории, чтобы они были больше связаны с космосом. Всё-таки, у нас Космическая Академия!

- Я учту вашу просьбу, господин ректор! – Ниан взяла платёжные кристаллы, заложила их в свою сумочку. И вернулась на занятия.

На перемене её окружили фрейлины и паж.

- Ну, что сказал ректор? – Поинтересовалась Гинада.

- Деньги дал. Целых двадцать миллионов! – Засмеялась Ниан.

- Ты что, его родственница? – Округлил глаза Висор.

- Нет! Это за те романы, что я вам читала на уроках литературы. Я их в Галонет отправила, а там чтение стоит один кредит. Вот и пришла деньга в академию. А ректор мне дал мою долю.

- Ух, ты! – Обрадовалась свита принцессы.

- Послезавтра выходной. Все поедем за город! Я приглашаю! – Расщедрилась Ниан.

- Ура! – Завопили дети, вызвав удивлённые взгляды других курсантов, стоящих в коридоре.

Дома принцесса поинтересовалась, можно ли купить на полученные деньги космический корабль. Искин вывел ей таблицу с ценами:

Время неумолимо шло вперёд. Ниан сама не заметила, как вместе со своей свитой сдала тесты и перешла на второй курс. На неё и её фрейлин и пажей курсанты смотрели уже с некоторым страхом. Попытка коллективного вызова на дуэль от группы четверокурсников показала многим, что лучше не связываться со свитой принцессы. Дуэлянты расположились во дворе Академии. Вокруг собралась толпа учащихся. Из окон здания на всю эту кутерьму смотрели несколько преподавателей. Четверокурсники дураками не были, поэтому предложили смешанное единоборство. Поединок начали на мечах, но после определённого сигнала можно было использовать псионику. Они понадеялись на щиты своих скафандров и большую, чем у оппонентов физическую силу. По Ген-чу эта группа курсантов была на позициях середняков.

Бой начался тем, что графиня и Ниан на высокой скорости атаковали противника, а потом выбили у оппонентов мечи из рук. Те закрылись щитами, но это не помогло. Раздвоив свой меч, принцесса, вертя оружие над головой, через минуту сокрушила защиту противника, а графиня удлинила свои мечи, и поразила соперников. В это время бароны из свиты будущей властительницы прикрывали собой Манику дель Панс, отбивая атаки трёх мечников. Наконец, прозвучал сигнал, разрешающий применять Ген-Чу. Вот тут четверокурсникам резко поплохело. Барон дель Рас выпустил видимую глазом волну энергии, которая так всколыхнула и нагрела воздух вокруг противников, что те попадали на землю, их щиты схлопнулись, а мечи в руках накалились, стали крсно-жёлтого цвета. Следом сработала дель Панс, и на оппонентах лопнула одежда. Раздался гонг. Прибежали медики, и всех четверокурсников утащили в лазарет.

Уроки на втором курсе были длиннее на пять минут, а перемены сократились до пятнадцати минут. Опять дети учили математику, физику, химию и прочее. Ниан решила написать что-либо из космических романов. За образец она взяла фильм «Звёздные врата», но только саму идею портала. В результате у неё получилась смесь из нескольких земных произведений. Ниан использовала идею А. Круза (она читала его "Один билет до Одессы"), Хорта «Шахтёр» и много других. У неё получилась странная вселенная, где одновременно существовали и Содружество, и клоны из «Звёздных войн», пираты и порталы, управляемые тёмными фараонами. Описание битв с насекомыми она списала с фильма»Звёздный десант». При помощи искина она разместила и рисунки, которые пришли ей в голову. Объёмный ролик «Дикарь» вышел на просторы Галонета.

Через три недели принцесса подсчитывала прибыль. Теперь она составила сто миллионов кредитов.

- Анасия, а продолжение будет? – Дель Рас и окружавшие его фрейлины с надеждой смотрели на Ниан.

- Нет, я планирую написать роман из жизни нашей Академии, но в юмористическом стиле. – Засмеялась принцесса.

- Почему? – Поинтересовался дель Рейч.

- Космические приключения это хорошо, но они быстро наскучат читалям. Поэтому их надо публиковать понемногу, перемежая с романами другой тематики.

- Ты говоришь, как профессиональный писатель. – Удивилась Гинада.

- Может быть, я и есть такой писатель. Вернее, была в предыдущей жизни, а сейчас это проявилось. – Засмеялась девочка. – Ладно, пошли на физкультуру, а то учитель ругаться будет, если опоздаем.

Но писать роман принцесса не стала. Прилетел дед, и на год Ниан вместе с «двойником» перевели из Академии а Школу Ген-Чу. Занятия псионикой были интенсифицированы. Ниан вставала в пять утра, разминалась, ела. А потом весь день её тренировали в разных умениях Ген-Чу. За год ей удалось подняться на три ступени в познании энергии пси и её применении. Теперь она сравнялась по силе с баронетом дель Рас. Принцесса стала чётко видет любые каналы движения энергии разного вида, могла зафиксировать вылет души из тела умершего человека. Её, как представительницу царствующего дома, обучили использованию тёмной энергии Кун. Теперь Ниан могла проморозить противника до печёнок. Когда она вернулась с монахиней в Академию, её свита уже сдала этесты на третий курс. Все фрелины и пажи упорно грызли гранит науки. В один из дней состоялось соревнование на специальном полигоне. Каждая группа демонстрировала своё мастерство, проходя все препятствия, которые неожиданно возникали. Группа 1741 тоже продемонстрировала свои возможности. Все дети слушали приказы от «голоса» принцессы. Отряд шёл под общими щитами, постоянно меняя направление похода. Это позволило обойти многие препятствия, и потерять на трассе только двух человек. Время прохождения от старта до финиша у ребят было в пределах норматива, но на нижнем уровне. Зато уничтожение целей составило почти девяносто восемь процентов, это оказался самый лучший показатель среди всех третьекурсников.

Занятия продолжились обычным порядком. В этот год всё было спокойно. Разведывательная сеть принцессы пополнилась ещё пятью новыми информаторами. Теперь принцесса знала практически всё, что происходит в школе. Потом удалось завербовать ещё и трёх студентов Медицинской академии. Вот там и была выявлена ячейка агентов герцога Бодена. При захвате шестерых шпионов произошла перестрелка между силами безопасности, погиб один офицер деда. Ниан присутствовала при допросе предателей. Им была поставлена задача слежки за принцессой и её свитой. Противник до сих пор не имел изображения Ниан. Готовилась операция по уничтожению всей группы принцессы и её свиты. Кто и где её осуществит, шпионы не знали. Поэтому были приняты чрезвычайные меры охраны. Теперь Ниан спала в кабинете на диване, а в спальне «прописалась» монахиня. При выезде на занятия вокруг флаеров свиты и будущей властительницы появились тяжёлые бронированные «танки» службы безопасности. Эти меры помогли отразить два нападения. Одно было совершено на дом Ниан. Бой длился три часа – нападавших было около семидесяти, и их поддерживали три бронированных флаера и корвет, неожиданно появившийся над домом. Ниан и монахини не было в здании – их увели по подземному ходу за город. После разгрома нападавших выяснилось, что это была сборная солянка из нескольких наёмных отрядов, которым заплатили большие деньги люди герцога. Принятые ранее меры помогли, например, установленные щиты от линкора не позволили наёмникам прорваться внутрь здания. После этого, убедившись, что дом штурмом не взять, агентура герцога Бодена устроила нападение на двигающуюся из Академии колонну со свитой принцессы. Но успеха это нападение не имело. А через двое суток были арестованы и основные шпионы предателей в городе. Последующие годы учёбы прошли мирно. С пятого курса начались полёты на истребителях. И изучение основ технических специальностей. Ниан сидела вместе с монахиней в кабине аэрокосмического имперского истребителя типа ИИ-15.

Ниан ничего не поняла. Перед глазами возникла вспышка, и девочка отключилась. Пришла в себя принцесса через пятнадцать минут, если судить по записям искина. Пять истребителей висели в пустоте космоса, освещаемые жёлтой звездой.

- Где мы? – Пришедшая в себя монашка стала пытать искин. Ниан связалась с другими машинами. Вся её свита была цела и невредима. Но дети были сильно напуганы неизвестностью. Месторасположение отряда определили через семь часов.

- Нас занесло на другой конец галактики. На этих истребителях мы обратно не вернёмся! – Монахиня чуть ли не плакала.

- Интересно. в этой системе есть планеты? – Спросила Салиния по радио.

- Да! Восемь штук. – Баронет дель Рас передал всем изображения и характеристики планет.

- Ого! Кислородный шарик! Это интересно! Полетели туда! – Маника восторженно посмотрела на полученную информацию.

- Надо быть осторожными. Всем включить защиту!

Полёт к выбранной планете продлился почти сутки. Наконец, истребители зависли на орбите.

- Перехвачены сигналы нескольких мощных радиостанций! – Сообщил искин.

- Включай! – Ниан с удивлением услышала выпуск «Новостей Терры Новы» на русском языке, какую-то постановку на английском, и получасовую передачу научного характера на испанском. Из услышанного она поняла, что люди здесь недавно. На Терру Нову они прибывают при помощи древнего портального кольца, которое учёные смогли активизировать на материнской планете. На Терре Нове тоже есть два кольца. Первое служит для приёма грузов и людей с местной родины аборигенов, а вот второе никто не смог активировать. Туда вскоре направится экспедиция местных испанцев и латинос.

«Где-то такой сюжет я читала!» - Ниан задумалась. – "Неужели, это что-то похожее на Новую Землю Круза?"

- Интересно, что болтают аборигены? – Поинтересовались дети.

- Я могу сказать. Даже языки эти все знаю.

- Языки?

- Да, говорили на трёх наречиях – русском, английском и испанском. – Ниан пересказала всё, что узнала из передач местных радиостанций.

- А ты откуда знаешь эти языки?

- Сами всплывают в голове, а почему, не знаю! – Слукавила принцесса. – Значит, так. Искин, сможем ли мы спустится у второго портального кольца?

Через час был получен отрицательный ответ. Из-за магнитной аномалии в районе портала, истребители могут сесть только за сто двадцать километров от него. Остальной путь придётся проделать или пешком или на транспорте аборигенов.

- А зачем нам портал? - Удивились фрейлины.

- Подумайте! Если есть портал, который из конца галактики доставляет людей сюда, то второе кольцо отправит нас в сторону, откуда мы были перенесены в эту систему.

- Но ведь его аборигены не могут активировать!

- Они пытаются делать это техническим путём, а мы ведь владеем Ген-Чу. Поэтому, что не получается у них, может получиться у нас. Правда, истребители нам придётся бросить…

- Другого варианта нет?

- Нет.

- Тогда, спускаемся на планету, в точку, указанную искинами.

Ниан вместе со свитой опустилась на «Вихре» прямо перед дворцом. Принцессу встретила мама со своими фрейлинами:

- Где ты была, дочка! Целй год вас искали три флота, но даже следов не нашли. Это убийца, Боден, объявил себя чуть ли не новым императором, попросил помощи у некоторых империй. Но все отказали ему.

- А откуда у него корабли появились?

- Это наёмники. У него оказались тайные счета. На эти деньги он и нанял всякий сброд. Купил корабли, и заявился прямо к столице. Ты успела вовремя. И где вы были?

- Нас выкинуло на другой край галактики. Там оказалась планета, которую при помощи портала осваивает одна техногенная цивилизация. На этой же планете оказалось второе кольцо портала. Вот мы и высадились через него на станцию Первой империи, тут нам просто повезло. Нашли «Вихрь», а потом прыгнули сюда. Этот древний крейсер работает только на энергии Ген-Чу. Но вот скорость у него такая, что фактически мы сюда добрались за полсекунды.

- Принцесса почему-то знала несколько языков аборигенов, у нас с такой переводчицей проблем не было. Вот, одну из этих землянок пришлось с собой взять. - Сказала монахиня, указывая на Мануэлу.

Все посмлтрели на покрасневшую землянку.

- Да! Мануэла, это моя мама, она императрица. Ты принята в мою свиту, станешь баронессой дель Рас. Не стой с открытым ртом. А то муха влетит! – Засмеялась Ниан. - Сейчас тебя поведут на обследование, а потом ты присоединишься к нам.

Зашли два служителя культа Ген-Чу, увели новую фрейлину принцессы.

В это время в комнату зашёл император:

- Спасибо дочка! Вовремя ты появилась! Да ещё и с оружием Первой империи. Жаль, что сынок этого Бодена не был рядом с ним.

- Ничего, найдём и этого говнюка! – Подошёл дед. – Я вижу, твоя свита уже знает, что принцесса именно ты.

- Да! А этот дель Рейч откуда узнал?

- Он ничего не узнал. Его убили до вашего отлёта, а вместо него послали клона. Слава богу, что более трёх суток эти клоны не живу.

- Клона? А откуда у них они появились? - Удивилась Ниан.

- Да, был в Симании чокнутый учёный. Он их и изобрёл. Только вот его ферме клонов не повезло. Она взлетела на воздух вместе со всем персоналом и изобретателем. У симанцев остался один зародыш, который они и применили, подменив Рейча. - Дед вздохнул. – Баронет Висор дель Рейч посметрно награждён знаком «Погиб за империю». Его брата, Синда дель Рейча завтра примут в твои пажи, Ниан!

- Хорошо!

- Но это ещё не все потери. Погиб ректор вашей Космической Академии. Предателем оказался его заместитель.

- Мда! – Принцесса оглядела свою свиту. – Вот так, ребятки, живут принцессы! Кругом одни враги и предатели!

Её фрейлины с недоумением посмотрели на свою госпожу, а потом поняли. что она просто пошутила, и несмело заулыбались.

Вечером весь Галонет застыл после показа ролика о принятии решения императором о назначении референдума по вопросу коронования принцессы Ниан на пост соправительницы империи, несмотря на её пятнадцатилетний возраст. Император спрашивал у своего народа разрешение на коронование принцессы в виде исключения, так как она спасла страну от гражданской войны. На следующий день состоялось голосование. За то, чтобы короновать Ниан уже сегодня, проголосовало семьдесят процентов граждан империи. Коронация проходила в Тронном зале. На голову Ниан опустили золотой венок, и она сразу преобразилась – теперь на девушке было платье императрицы, вокруг неё горел личный щит монарха. В голове у Ниан появилась полная карта порталов, и теперь она знала всех руководителей различных служб империи. Никаких банкетов или балов не было.

Пропущенный год учёбы надо было навёрстывать. Детей порталом доставили обратно на Алирию. Заниматься они начнут только завтра. Поэтому Ниан решила вместе со свитой прогуляться по городу. Теперь повсюду её сопровождали гвардейцы. «Вихрь» в автоматическом режиме перелетел вслед за принцессой на Алирию. На орбите планеты застыл находящийся в подчинении соправительницы империи огромный суперлинкор.

Суперлинкор «Империя»

Принцесса шла по городу. её все узнавали, приглашали войти в магазины, дарили подарки. Ниан не ожидала, что её так любит народ. Вроде она ничего выдающегося не сделала, а тут такие почести… Её свита, особенно. Мануэла, были удивлены таким отношением граждан империи к своей правительнице. Город обойти до вечера не удалось, поэтому «туристы» вернулись в свои дома.

Ниан в пятнадцать лет

На следующее утро флаеры со свитой принцессы приземлился перед воротами Космической Академии. Теперь Ниан с фрейлинами и пажом была по решению нового ректора включена в группу 1809. Юноши и девушки из этой группы с тревогой смотрели на входящих в зал. Они сразу узнали правительницу Ниан и её свиту. Бывшую принцессу нельзя было вызывать на поединок, а насчёт силы её свиты курсанты были уже просвещены старшекурсниками.

Начались занятия. Опять были такие предметы, как математика и физика, литература и многие другие. Кроме этого были занятия на истребителях. Курсанты учились их ремонтировать. Часть предметов изучалась на Вирт-капсулах. Занятия физкультурой и фехтования на мечах проводились два раза в неделю.

Мануэла постепенно привыкла к обстановке вокруг неё. Она упорно овладевала приёмами боя различными видами оружия, в том числе и плазменным мечом. Девушка довольно быстро научилась летать на истребителе, но откровенно плавала на физкультуре и в точных науках. Как и обещала её принцесса, землянке выделили дом с прислугой, за ней прилетал каждое утро флаер. То, что она занимает довольно высокое положение, Мануэла поняла, когда к ней стали подходить незнакомые девушки из среды курсантов, которые искали дружбы с Мануэлой. Когда она об этом спросила у Салинии и Гинады, те ей сказали:

- Эти отпрыски аристократических семей пытаются с твоей помощью сблизиться с Ниан, чтобы получить в будущем некоторые преференции.

Поэтому Мануэла сближалась с новыми людьми очень осторожно. Это взбесило некоторых курсантов, и Мануэлу три раза вызывали на поединок. Первый раз её оскорбил какой-то курсант из старшей группы. Поединок прошёл с применением Ген-Чу. Уверенный в себе парень попытался с ходу сбить псионикой землянку с ног. Но к своему удивлению он не смог даже сдвинуть, казалось бы, хрупкую девушку с места. Зато она выбросила вперёд обе руки, и вылетевшие из её пальцев лучи подбросили противника метров на пять вверх, а затем висящее в воздухе тело начало вращаться со всё увеличивающейся скоростью. Через десять минут парень потерял сознание, и его уложили в медкапсулу.

Второй поединок состоялся на мечах. Соперницей Мануэлы оказалась очень быстрая девчонка из одного графского рода, который был среди противников нынешнего императора. Мануэла с самого начала отступала, так как напор графини был довольно силён. Ещё немного, и Мануэла оступилась. Это её спасло от удара мечом по голове, и, падая, она успела ткнуть соперницу в ногу. Поединок прекратили. Была зафиксирована ничья. Через месяц та же графиня вновь вызвала Мануэлу на новый поединок. Но теперь поединок носил иной характер. Попытка графини повторить свой первоначальный успех, привела к быстрому поражению, так как фрейлина принцессы оказалась теперь вооружённой двойным мечом, которым владела лучше, чем одинарным аналогом. В результате бой закончился поражением графини. Больше никто не вызывал свиту соправительницы империи на дуэли.

Но зато большинство групп попытались отыграться в боях на истребителях. Тут всё зависело от коллективных действий. Поэтому бои протекали с переменным успехом. Но постепенно мастерство Ниан и её людей выросло настолько, что через год в Академии не было никого, кто смог бы справиться с группой истребителей под руководством попаданки. На следующий год Ниан со свитой освоили фрегаты, их ремонт, и управление кораблями этого типа. Следующей ступенью стало освоение эсминцев. Теперь до окончания Академии остался год. Его Ниан вместе с фрейлинами и пажами (два года назад в группу добавился младший Рейч), была послана в окраинную систему, на базу пограничников.

Первый месяц правительница со своими людьми проходила практику в составе патруля. Начиная со второго месяца её группу выпустили на самостоятельную охрану границы. Неделю было спокойно. Потом была попытка прорыва корвета симанцев , но его отогнали обратно сосредоточенным огнём фрегатов, на которых теперь служила группа 1809. Ещё через день произошло столкновение с эсминцем республики Твирк. Откуда он тут оказался, никто не понял. Заметил нарушителя искин. Навстречу эсминцу двинулись все три фрегата. Догнали пересекшего невидимую линию границы корабль довольно быстро. Неожиданно с эсминца окрыли огонь. Летевший первым фрегат получил повреждения двигателей, и застыл на месте. Ниан повела свой корабль по дуге, поэтому с эсминца её не заметили, да и третий пограничник открыл ответный огонь по нарушителю. Пока они бодались, фрегат Ниан подкрался и произвёл залп по двигателям эсминца-нарущителя. Теперь графиня, оба пажа и Мануэла, одетые в тяжёлые десантные скафандры, двинулись на абордаж. Их заметили и попытались обстрелять. Но им удалось высадиться на обшивку нарушителя, и вскрыть её сразу в двух местах. Через пять минут бой начался в центральном коридоре эсминца. Получили ранения Графиня и дель Рейч. Дель Рас использовал Ген-Чу, и заслон из пяти республиканцев был просто сметён. Мануэла первой ворвалась в рубку и проткнула мечом какого-то сидящего в кресле мужчину. Второй сразу сдался. Оказалось, что это контрабандисты. У них что-то испортилось, и эсминец выкинуло в неизвестном им районе космоса. То, что где-то тут проходит граница, контрабандисты знали, но решили попробовать проскочить…

После этого случая Ниан и её люди прослужили на границе ещё полгода. Больше ничего интересного не произошло. Правда, один пограничник спьяну вызвал дель Рейча на дуэль, но после минуты боя предпочёл сдаться. Пребывание на этой базе соправительницы благотворно повлияло на снабжение и укрепления этой пустотной станции. А сама Ниан увидала, что и как делается для укрепления границы.

Выпускной вечер вся свита правительницы, и другие ребята из группы 1809 отпраздновали в самом дорогом ресторане города. Веселье затянулось до утра. Многие опьянели, но никаких эксцессов не было. Ниан не пила, и вернулась домой, таща на себе Манику и Салинию. Отоспавшись, все фрейлины и пажи предстали перед своей госпожой.

- Ну, ребятки, теперь наступает время работать! Веселье и приключения кончились. Завтра мы поднимемся на орбиту, на мой «Вихрь», а оттуда стартуем на столичную планету. Та коронация, которая была проведена три года назад, будет повторена уже в присутствии прессы и представителей других государств. Мне в управлении дадут пока треть планетных систем империи. Вы будете моими министрами, канцлерами и маршалами. Я знаю, что у вас уже есть команды из друзей, на которые вы будете опираться в работе. Поэтому я решила:

- нашим министром финансов будет Салиния,

- пост министра обороны займёт дель Рас;

- канцлером я назначаю графиню;

- главой службы безопасности и разведки станет Маника;

- дель Рейч будет курировать бизнес;

- Мануэла станет моим личным секретарём.

Всё понятно?

- Да, ваше императорское величество! – Гаркнула свита. После завтрака Ниан со своими людьми отправилась на свой корабль. Как только она зашла в рубку «Вихря», у неё в мозгах появилась полная схема порталов по всей галактике, а не только имеющиеся пути в империи. Такой полной карты не было даже у монахов Ген-Чу. Ниан решила не афишировать свои знания ни перед кем. За доли секунды Вихрь» перенёс правительницу к столичной системе. Там все было готово для торжества. Под звуки фанфар Ниан подошла к отцу и деду. Они уже приготовились начать коронацию, когда раздался мощный взрыв и на императоре и его отце скрестились лучи бластеров…

- Только я имею право быть императором! – В Тронный зал ввалился в боевом скафандре сын Бодена. - А ты, как была курицей, так и останешься! – Он стрельнул Ниан в голову. Но луч бластера не дошёл до девушки. Путь ему прегладила Маника, а дель Рас использовал свои знания и силу Ген-Чу. Все ворвавшиеся вместе с графёнком во дворец симанцы были сметены огненной рекой, вышедшей из пальцев дель Раса. Графиня выхватила из сумочки оба своих меча, и активизировав их, Бросила в сына Бодена. От первого меча он сумел увернуться, а второй прожёг его насквозь. Взбешённая Ниан тоже использовала Ген-Чу, и голова врага лопнула, как гнилой арбуз. В это с пола время поднялся дед Ниан:

- Я один проведу церемонию коронации!

Всё повторилось, как в прошлый раз. Но теперь рядом с Ниан уже не было ни отца и ни мамы. На императрицу напал подкупленный симанцами дворецкий, который пронзил женщину плазменным мечом. Манику откачали в медкапсуле. Первым делом хмурая Ниан, восседая на троне, объявила войну Симанской империи, которая поддерживала врагов императора. Уже через три дня флот империи под предводительством «Вихря» прошёл, как нож через масло по всей Симании. Выла взята штурмом столичная планета этой империи, а потом все высшие аристократы симанцев были показательно казнены. Ниан присоединила Симанию к своей империи.

Вся Звёздная коалиция увидела силу «Вихря», который одним залпом непонятного оружия просто смёл все защитные системы и флот Симании, защищавшие столичную планету. Затем императрица Ниан Первая начала проводить реформы, которые урезали права местной аристократии. Это вызвало недовольство, а потом и открытое восстание высших сановников и их приспешников. Но руководимые Маникой силы безопасности смогли заранее выяснить, где соберуться силы заговорщиков. В результате все враги молодой императрицы оказались за решёткой. Ниан их показательно казнила. А все их системы и корабли конфисковала, раздав всё это своим людям и их родственникам. Управлять звёздной империей – дело хлопотное. Поэтому у молодой императрицы оставалось мало времени на себя. Но она не переживала. Так много ещё предстоит сделать, чтобы стабилизировать ситуацию.

После войны надо было реформировать флот и послать колонистов на планеты. освобождённые от симанцев. Чтобы не получить нож в спину, Ниан просто их всех изгнала из захваченных систем. Планеты империи были перенаселены, поэтому люди с энтузиазмом отправлялись на новые места, где не надо будет трястись за каждый квадратный метр площади или стоять в очередях за продовольствием для бедных. Ниан не могла в одночасье изменить все порядки, и сделать людей счастливыми. Императрица решила пойти по пути развития внекланового хозяйства. Для этого она учредила Торгово-промышленный банк, который давал баронам и шевалье кредиты на постройку заводов, пустотных объектов, верфей. Как грибы, стали появляться акционерные общества. Были попытки аферизма, но таких умников быстро находили и прилюдно казнили.

Маника развивала спецслужбы. Ей в этом помогал дед Ниан, который объединил две разведывательные сети в Службу информации. Каждый день перед молодой императрицей на голоэкране проходило тысяча донесений из всех концов империи и освоенного людьми космоса.

Бизнес развивался хоть и медленно. Уже через пять лет появление большого количества рабочих мест стало заметным – безработица сократилась в два раза, вырос экспорт продукции в другие государства Звёздной коалиции. Финансовая структура империи зафиксировала резкий рост накоплений в казне из-за появления большого количества новых предприятий по всему космосу. Была проведена и реформа образования. Дети учились в школе независимо от пола и знатности десять лет. После этого самые способные из простолюдинов, продолжали учёбу или в ВУЗах типа Космической Академии, или в Ремесленных училищах. Так, постепенно, росла мощь империи, что радовало императрицу больше всего.

Двести пятьдесят лет спустя

- Слева вы видите голограмму великой императрицы Ниан Первой. Рядом с ней её верные фрейлины и пажи, занявшие впоследствии все важные государственные посты. Здесь им всем по восемнадцать лет. А вот библиография произведений, написанных самой императрицей Ниан, начиная от самого первого авантюрного фантастического романа «Не женское дело!». Всего великая императрица Ниан успела написать более пятидесяти романов и триста рассказов. Есть и сборник её стихов. На этой голограмме вы видите, какую территорию занимала империя до восшествия Ниан на престол, и теперь сравните это с нынешней Второй Галактической Нианской империей. Как видите, почти девяносто пять процентов объёма нашей галактики принадлежит Второй Империи. Исключение сделано только для одной планеты Земля, откуда родом была фрейлина Мануэла дель Рас Гонзалес. Они известна тем, что была личным секретарём императрицы, и озвучила её последнюю волю. Вот портрет Маники дель Панс, грозы всех бандитов, пиратов и шпионов. Она погибла, сорвав последний заговор, направленный на убийство императрицы Ниан. Вот голограмма графини Оль Тивас. Она спасла галактику от нашествия Жуконогов из соседнего звёздного скопления. На месте её гибели теперь вращается специально переведённая туда планета Гинада, где и находится усыпальница национальной героини галактики. Вместе с ней захоронено и сто девяносто гвардейцев, принявших удар армады Жуконогов на себя. А вот здесь на голограмме, туристы могут увидеть изображение великолепного образца архитектуры нашей галактики – космический дворец-усыпальница лучшей подруги и первой фрейлины императрицы Ниан, Салинии дель Корс. Она закрыла собой нашу правительницу во время покушения твингов, когда в результате предательства и нападения врага на столицу, погибло половина аристократических родов империи. Эта голограмма посвящена мужу нашей императрицы, барону дель Расу и его другу, дель Рейчу. Они много сделали для укрепления вооружённых сил империи, участвовали во всех войнах и конфликтах….

- Правительница! Правительница! – Все люди повернули головы к спускающемуся флаеру. Из него вышла копия первой императрицы, её внучка Ниан Вторая. Все преклонили колена.

- Встаньте. Я не люблю всех этих церемоний! – Мелодичный голос правительницы заставил людей подняться.

- Тётя Ниан, а правда, что ваша бабушка улетела на звезду Тинок? – К императрице подошла маленькая девочка с кудрявой головой и красивыми глазками. Правительница засмеялась. Подняла малышку на руки и стала ей рассказывать:

- Когда бабушка Ниан почувствовала, что силы покидают её, она позвала нас, своих детей и внуков. Затем тётя Мануэла прочла послание бабушки. Из него мы узнали, что на самом деле нашу Ниан зовут Надежда Решетникова, и она в результате эксперимента попала в нашу вселенную, но на планету Земля, которая находится в другой галактике. далеко отсюда. Там она прожила свою жизнь под разными именами, стала знаменитой писательницей, а потом Высшие силы перебросили её в тело только что родившейся принцессы Ниан. Она сделала то, что должна была сделать. По завещанию бабушки. Её тело положили в «Вихрь», и он прыгнул в звезду Тинок. Когда это произошло, в короне звезды возникла фигура бабушки. Она выглядела так, как во время окончания Космической Академии, а вокруг неё стояли все её фрейлины и пажи. Я сама видела это! все услышали напутствие бабушки:

«Любите, друг друга, берегите друг друга, жизнь прекрасна! Я буду наблюдать за вами. И, если будет необходимость, вмешаюсь, направлю течение событий в нужное русло! Прощайте, и помните всех нас!».

Затем видение погасло. Тётя Мануэла прожила ещё десять лет. Она была секретарём моего папы, императора Эолана. Монахини культа Го-лан признали её святой. На планете Земля нашей империи есть огромный комплекс-мавзолей, в усыпальнице которого спит вечным сном Мануэла дель Рас. На её лице застыла вечная улыбка, с которойпокинула этот свет. Как нам потом сообщили мастера Ген-Чу, произошло слияние сознаний Мануэлы с сознаниями Ниан и её свиты. Это зарегистрировали и приборы в виде ментального всплеска, который появился одновременно во всей галактике в момент смерти Мануэлы. Круг Жизни сделал свой оборот.

Малышка сидела на руках императрицы. И внимательно слушала её рассказ. А потом спросила:

- Тётя Ниан, а мы все тоже потом попадём на звёзды?

- Да, девочка! – Ниан Вторая погладила малышку по кудряшкам. – Мы все рождаемся из звёздной пыли и уходим в звёздную пыль…

Девочка подняла голову наверх, посмотрела на облака, потом вздохнула, и еле слышно произнесла:

- Хочу стать звездой!

- У тебя ведь есть машина?

- Да! Грузовой вариант "Опеля». А что?

- Работать хочешь?

- А кто не хочет?

- Есть тут такие… Фото твоего авто, у тебя в телефоне есть?

- Да!

- Перекинь на мой номер!

Утром поехал в местный автосервис. В огромном гараже стояли десять машин разной степени побитости. Вокруг них суетились около двадцати человек.

- Что надо? - К моему «Опелю» подошёл мужчина лет пятидесяти.

- Хочу броню поставить, чтоб меня не сразу пуля нашла!

- Эта машина хороша только для города, а если есть деньги, лучше купи бронетраспортёр. Мы на него дополнительные экраны навесим, чтобы крупнокалиберный пулемёт не пробил.

- А сколько стоит БТР?

- С установкой пулемета и щитов – 36000 рублей.

- Готовые есть?

- Есть! Можешь продать нам своего «немца» - вычтем из стоимости БТР 13 000. А пулемёт у тебя свой есть?

- Да, «Корд»! Привезу сейчас. Только покажите, БТР.

- Сейчас!

Прошло три дня, и нас вызвали в штаб. Там собрались все отряды, участвовавшие в поисках попаданцев.

- Мы решили проверить, что находится за периметром, который контролирует наш город. Как вы знаете, он расположен вдоль реки и представляет из себя длинный прямоугольник. Из промышленности у нас кирпичный завод, самодельная ГЭС и дизель электростанция, автомастерские. В 70 километрах к западу - океан, куда и впадает наша речка. Кстати, надо подумать над её названием, а то двадцать лет здесь находимся, а названия не придумали. К югу, по дороге на расстоянии 100 километров наши бригады перерабатывают в бензин нефтяное озеро. Знающие люди подсчитали, что нефти нам хватит лет на сто, даже при десятикратном увеличении численности населения. Сейчас нас около семидесяти тысяч. Да, дорога кончается в двести семидесяти километрах к югу от города поселением Таунхолл, которое стоит на берегу громадного озера.. Там поселились англоязычные попаданцы. Их около 12000. Мы с ними торгуем, да и денежная единица у нас одна - рубль. На восток наши владения простираются на 120 километров и ограничены огромным лесом. За нашей рекой - степь. Мы туда еще не ходили. От леса до океана на всей территории разбросаны фермы. Их около трёхсот. Вот карта контролируемого нами участка.

Начальник штаба положил на стол лист ватмана с рисунком, выполненным без всякого масштаба.

- Мы хотим совершить рейд на сто километров в сторону степи. Для этого подготовлены плоты, с помощью которых мы переведём на другой берег БТР Важи и ещё десяток машин - джипы и грузовик. Связь будем держать постоянно. Вооружиться лучше по максимуму. мы дадим вам гранатомёты с натовского склада и два миномёта. Все знают, как с ними управляться?

Люди закивали головами.

- Ну, тогда давайте собираться!

Подготовка и само форсирование реки заняло пять часов. Чуть не утопили грузовик.

Следующую неделю мы развозили грузы по разным адресам. Искать попаданцев нас не вызывали. Теперь надо было выполнять обещанное - справить свадьбу. Для этого арендовали ресторан на четыре вечера, когда все приглашённые будут свободны. Практически все гости пришли с подарками - в углу было сложена домашняя утварь, несколько единиц автоматического оружия, новое бельё. Всё это после окончания торжества мы погрузили на наш БТР и отвезли домой. На следующий день мы отдыхали, и решили отправиться на пикник, за город. Отъехали километров десять к востоку, нашли небольшую рощицу. Мясо мы привезли с собой - Соня была категорически против охоты. Мангал мне сварили из листового железа в автомастерской, там же сделали и шампуры. Соня никогда не видела, как делается шашлык, поэтому с интересом наблюдала за моими манипуляциями.

Работы по ремонту корабля начались через два дня. Я думал, что для этого у пришельца будут использованы дроиды, но оказалось, что их применяют только на не сложных ремонтных работах стандартных узлов, а основную работу делают сами люди - техники и инженеры с помощью различных инструментов. Тем более, что у пришельца на корабле дроидов не было - они довольно дорого стоят. Работы проводили втроём - я только помогал, всё делали Соня и Ардис. Вначале для ремонта обшивки корабля с ботов сняли пластины, покрывающие их корпус. Ими залатали дыры в корпусе звездолёта. Потом с помощью Лейлы мы проверили реакторы на ботах. Их мощность была меньше, чем у реактора на корабле, но я предложил их выходы спараллелить - там выходило высокочастотное напряжение, проходящее через специальный инвентор для преобразования в переменный ток нужного напряжения. Ардис сказал, что так никто не делает, но затем согласился попробовать - других реаторов у нас не было. Три дня экспериментов привели к успеху. Спараллеленные реакторы давали в полтора раза больше мощности, чем старый корабельный.

Реакторы инопланетян работали на бороводородном топливе, упакованном в специальные стержни метровой длины. На такой "карандаш" с торца подавался импульс с мощного лазера, который испарял топливо, превращая его в плазму. Вокруг стержня наводилось электромагнитное поле, которое обеспечивало разжигание термоядерной реакции. В результате получался чистый гелий, который попадал на электроды и давал высокочастотный ток. Один стержень хватал для обеспечения энергией корабля на стандартные галактические сутки. На складе звездолёта Ардиса хранилось ещё 250 топливных стержней. Главный прыжковый двигатель работал на электричестве - он выбрасывал в пространство электромагнитные импульсы большой мощности и позволял набирать скорость около 30 000 км/с, чтобы звездолёт провалился в подпространство. На меньшей скорости этот же двигатель использовался для подлёта к планетам, а для посадки применялись термоядерные ракетные двигатели, работающие на водороде.

Ремонт продлился неделю. Мы сильно уставали, но основные проблемы с энергией были решены. Осталось проверить другое оборудование и наладить его. Мы отдыхали у нас дома, когда к нам прибежал Саша.

- Быстрее собирайтесь и идите в штаб, тревога! Нападение на Таунхолл!

Наша тройка появилась на совещании через полчаса. Нам сообщили, что утром в Таунхолл вошла американская рота, попавшая сюда из Афганистана. Командир этой группы полковник Аронс узнав, что здесь другая планета, но есть нефть и другой город с большим населением, обвинил живущих в Таунхолле в предательстве Америки и Запада, сотрудничестве с врагом. Когда мэр городка напомнил ему, что здесь нет никакой Америки, полковник приказал расстрелять главу города. После этого солдаты загнали всех жителей по домам, но двое мальчишек сбежали и через фермеров предупредили Северск по радио об опасности. Американцы были на бронемашинах с пулемётами, всего у них было до сорока таких броневиков. По утверждению сбежавших пацанов, янки решили захватить нефтяное озеро, а затем диктовать свои условия.

Поэтому навстречу им выдвигалась колонна из "Тигра", моего БТР и пятидесяти джипов с пулемётами и гранатомётами. Янки могли проехать не только по дороге, но и ещё в двух местах. Поэтому решено было организовать засады на этих направлениях. Ардису я вручил автомат и приказал сидеть в БТРе. Фермеры передали, что американцы выедут через час - дети подслушали разговор янки. Поэтому наша колонна двинулась к нефтяному озеру. Там в боевое положение была приведена бригада охраны. Через три часа наши подразделения заняли позиции. Как сообщили фермеры, янки двигались двумя колоннами - одна по дороге, а другая шла параллельно первой, но восточнее на расстоянии в 10 километров. Эта группа первой попала под удар. "Тигр" открыл огонь из рощицы. уничтожив последнюю и первую бронемашины янкерсов.

И вот наш звездолёт опускается рядом с городом. Администрация Северска встречает экипаж и увозит Ардиса в штаб, чтобы узнать итоги нашей экспедиции. Да и статус губернатора планеты ему дали.... Пусть начальники сами разбираются в своих полномочиях, а мы с Соней едем домой, отдыхать.

Лейла разбудила нас к вечеру. Соня быстро приготовила лёгкий ужин.

- Ну, как? Понравилось тебе летать? - Спрашиваю жену.

- Да! Новые места, новые впечатления. Вот где бы я смогла увидеть этого торговца с гребешком на голове? Пострелять и на планете можно, бандиты ещё не перевелись, да и животные могут сюрприз преподнести, но в космосе интереснее!

- Да! Заиметь бы свой корабль.... Но даже такой старый, как у Ардиса, стоит полмиллиона купров. Интересно, а как наши переведут эти галактические деньги в рубли? Какой будет курс?

- Поживём - увидим! Нас не спросят, начальники такие вопросы будут решать! - Соня немного подумала, и продолжила: - Да, хорошо бы иметь свой звездолёт.... Но пока придётся на других работать. Это тебе повезло, что в ящиках золото оказалось и теперь мы богаты, конечно, по сравнению с другими горожанами. И мне тоже повезло, что тогда с Виктором поехала.... Но так всегда не будет!

На следующий день мы поехали искать попаданцев. На этот раз нас отправили к Восточному лесу. Четыре часа поиска, и Соня заметила между деревьями какую-то ржавую, поваленную набок машину. Пришлось идти пешком. Это оказался броневик инкассаторов. Их останки в виде скелетов лежали рядом с автомобилем. Оружие уже пришло в негодность, поэтому мы его не брали.

Два года мы возили на продажу продовольствие. Его объём вырос до 100 тысяч тонн в месяц, поэтому мы наняли грузовое судно, которое могло перемещать такую массу груза, а сами охраняли его в полёте. Каждый месяц нам перепадало 5 миллионов купров. За год скопилось на моём счету 50 миллионов. Остальное ушло на зарплату экипажам, и обслуживание звездолётов. За это время Ардис успел жениться на Наде - однокласснице Сони (она отказала простому офицеру из штаба и предпочла губернатора). Мы с женой тоже были на свадьбе. Она надела все свои украшения и купила красивое платье. После этого и начались наши злоключения. Надя от злости что - то нашептала мужу на ухо, и Ардис решил, что перевозить продовольствие можно и без меня. Он аннулировал аренду своего корабля, но забыл, что у него нет экипажа, а самому губернатору вылетать с планеты нельзя.

Этой промашкой воспользовались вояки, которые уже построили торговую станцию. Их интенданты начали спускаться на Торн и за копейки покупать у населения продукцию. Это нанесло удар по городской казне. Против военных Ардис ничего предпринять не мог. Поэтому его злоба, подогреваемая женой, обратилась против нашей семьи. Он организовал ограбление нашего дома, когда мы были на орбите, но просчитался. Деньги я давно перенёс с городского банка на счёт в Галактический, а Соня свои украшения держала на крейсере. Ничего не получив, Ардис и его жена решили нас лишить экипажа - всех наших людей неожиданно призвали в армию по представлению губернатора. Но недруги не знали, что крейсером "Соня" можно управлять вдвоём, без экипажа. Через несколько дней меня предупредил знакомый военный, чтобы я убрался из системы как можно раньше - Ардис начал готовить покушение на меня и Соню. Я отблагодарил информатора миллионом купров и наш крейсер стартовал в систему, где находились представительства империй. Там я поменял идентификаторы на свободного торговца - исследователя и мы улетели во фронтир. До этого, по подсказке Лейлы, я закупил партию ручных ИИ первого - пятого поколений, а Соне мы приобрели ИИ шестого поколения, который она назвала Кузей - ей нравился этот персонаж мультфильма. Саму Лейлу мы усилили - докупили блоки памяти и другие нужные приблуды. У бывшего военного я приобрёл целый чемодан миниатюрных дронов - разведчиков, предназначенных для сбора информации на планетах с населением. В одном из торговых рядов мне на глаза попался миниатюрный комплекс по обработке металлов и геологический сканер.

Затем мы полетели на верфь, где за 13 миллионов нам сделали увеличенную копию крейсера с улучшенным вооружением и защитой. Скорость нового корабля была в два раза больше. Теперь он был не четвёртого, а шестого поколения, и мог справится с большинством кораблей фронтира. Старый звездолёт мы продали за 200 тысяч.

- Куда полетим? Теперь у нас нет дома. - Грустно поинтересовалась Соня. Наш домик на Торне сожгли прихлебатели губернатора, а участок реквизировали.

- Мы полетим искать планету, где люди ещё живут в средних веках. Затем организуем в той системе баронство и зарегистрируем его в Галактическом Совете. Это будет наше государство, а ты станешь его королевой. Тебе уже девятнадцать лет, пора подумать о ребёнке. Но детей лучше рожать на планетах.

- Ты всё уже решил.... Хотя, ты прав. Я очень хочу ребёнка. Да, тут я познакомилась с одной врачихой - у неё на этой станции своя клиника. Она предлагает за десять миллионов нанокапсулы для увеличения срока жизни. Нам надо вместе пойти и проверится. Она скажет, насколько мы сможем продлить свою жизнь.

Мы посетили эту клинику и узнали, что большинство людей живёт от 80 до 120 лет. Но есть дорогое средство, доступное только богачам, которе позволяет удвоить и утроить продолжительность жизни. При проверке выяснилось, что мы оба сможем прожить 200 -220 лет, если нам сделают инъекцию этих нанокапсул. Я и Соня согласились. Пришлось сидеть в клинике неделю - врачиха проверяла какие - то параметры на своей аппаратуре. Потом она сказала, что капсулы раскрылись и начали действовать. Теперь мы не будем болеть, а порезы и раны будут затягиваться в четыре раза быстрее, чем обычно.

Звёздные империи занимали четверть объёма местной галактики. Поэтому мы прыгнули за границу обитаемого космоса. Там по карте было несколько разведанных новых систем и целый участок, где ещё никто ничего не проверял.

Три недели полёта в гипере и мы вываливаемся у одной звезды с парой малых планет и десятком водородных и метановых гигантов. Тут ничего нет. Двигаемся в соседнюю систему - тоже самое. Так проходит месяц. Уже думаю изменить курс, но в очередной системе с жёлтым карликом натыкаемся на шесть планет земного типа, мощный пояс астероидов и тройку газовых гигантов. Обследуем планеты одну за другой. Нам везёт - на третьей от звезды планете кислородная атмосфера. Нет никаких радиосигналов с поверхности. Зависаем на орбите и запускаем дроны. Приблизительно месяц собираем информацию. На планете один огромный материк. Есть люди, полностью похожие на нас, существует несколько довольно крупных государственных образований во главе которых стоят короли. Они иногда воевали друг с другом - дрон снял одно из сражений. У воинов в руках были мечи и копья, Часть была вооружена арбалетами и луками. У аристократов высокого ранга были тяжёлые мушкеты и по паре пистолетов довольно примитивной конструкции. Уже появились небольшие пушки, которые использовались для разрушения ворот замков и крепостей. До мин пока не додумались.

- Ну вот, Соня! Быть тебе королевой! Нам повезло, напоролись на то, о чём я говорил. Теперь надо сделать для нас латы и оружие - мечи и луки, а так же возьмём наши пистолеты, автомат и винтовку.

Дроны нашли пустынное плато, расположенное вдали от местных государств. На тысячу километров вокруг не было ни одного человека. С помощью купленного комплекса по переработке металла сделали из титана хорошие латы, которые не могли пробить местные стрелы и мечи. Неделю тренировались - ходили в них целыми днями. Внеся нужные усовершенствования в защитную амуницию сделали что - то похожее на катаны и кинжалы.

Наша колонна растянулась метров на пятьсот. Впереди ехали наёмники из охраны, а по бокам шли с копьями охранники из отрядов купцов, организовавших этот караван. Телеги с грузом и людьми медленно двигались по довольно хорошей каменной дороге. Я и Соня сидели на одной из пассажирских телег вместе с семьёй аристократа - барона Каварен. Его жена о чём-то тихо говорила с Соней, а сын с интересом смотрел на моё оружие. Да и сам Варнан (так звали аристократа) бросал взгляды на мою катану и ружьё - пистолет они не видели, я его спрятал в рюкзак.

- Барон Самад, а что это за интересный меч? - наконец решился спросить Варнан.

- Это не меч, а катана. Меч обоюдоострый, а она заточена только с одной стороны. А чтобы было удобно отбивать удары, её конец немного загнут. - Я вытащил катану из ножен.

- Какой странный металл, я не видел никогда такого.

Он попытался пощупать заточенную часть, а я еле успел остановить его.

- Варнан, никогда не хватайте лезвие катана. Вот, смотрите.

Я подбросил платок из тонкого материала, который был обвёрнут вокруг моей шеи и пока он летел вниз, одним движением разрезал его на две части.

- Вот это заточка! - восхитились барон и его сын.

- Волки! - закричали шедшие справа от телеги охранники. Мы посмотрели в сторону леса, идущего вдоль дороги. Из-за деревьев покзалось около двадцати зверей, совсем непохожих на земные аналоги. Рост местного волка достигал полутора метров, шкура была рыжего цвета, а пасть, снабжённая пилообразными зубами, сильно выдавалась из морды. Караван остановился. Пять лучников выпускали одну за другой стрелы, но половина из них отскакивала от шкуры волков. Ни у кого, кроме нас, огнестрельного оружия не было. Я и Соня подготовили свои автомат и винтовку. До волков оставалось пятьдесят метров, а лучники смогли ранить только двух зверей. У нас в магазинах были бронебойно-зажигательные патроны - на всякий случай я захватил только такие, не надеясь, что обычная пуля сможет пробить металлически латы местных.

- Огонь! - скомандовал я, и мы практически одновременно выстрелили. Два волка кувыркнулись через голову и остались лежать на земле. Последовало ещё четыре залпа и ещё пять зверей уткнулись мордами в траву. Волки завыли и повернули назад - очевидно они поняли, что сегодня добычи не будет. К нашей телеге подошёл главный караванщик.

- Барон Самад! Вы спасли нас! Хорошо, что у вас есть такое скорострельное оружие. Правда, я никогда не видел, чтобы мушкеты так быстро перезаряжались. Сейчас слуги снимут шкуры с убитых волков - они по праву принадлежат вам. Одна такая шкура стоит 200 золотых. если вы мне их продадите, то можем рассчитаться прямо сейчас.

- А что делают из таких шкур?

- Хорошие доспехи. Вы ведь видели, что стрелы их не пробивают.

- Сейчас проверим! - Соня достала арбалет и заложила самую лучшую стрелу, насквозь пробивающую латы местных - мы это проверили на разбойниках, напавших на графиню Эгреллу. Она метров с сорока всадила бронебойную стрелу в тушу волка. Наконечник зашёл примерно на половину и застрял.

- Да, очень твёрдая шкура! - моя жена пощупала бок убитого зверя. - Ладно, берите шкуры, давайте деньги!

Довольный купец отсчитал нам тысячу четыреста золотых. Приблизительно через полчаса караван тронулся и мы двинулись дальше.

Я и моя жена разобрали оружие на виду у барона и его семьи, почистили его, а затем собрали обратно.

- Какое сложное устройство! - воскликнул Вернан. - Я видел и держал в руках мушкет, но он так не разбирается. Приходится долго чистить ствол после каждого выстрела.

- Мы могли и не очищать сейчас оружие, но так лучше.

- А где у вас порох? - сунул свой нос в разговор младший Каварен.

Я видел, что от нас не отстанут, поэтому достал патрон от винтовки и осторожно разобрал его.

- Вот пуля, а в этой части находится порох - показал я на гильзу. - Не надо ничего засыпать в ствол. Вы ведь видели, как мы стреляли.

Я медленно передёрнул затвор винтовки и барон с сыном увидели, как к стволу подошёл выпрыгнувший из магазина патрон. Закрыв затвор я сказал:

- Всё, мой мушкет заряжен. Если теперь нажать на скобу курка, он выстрелит.

- А где вы приобрели такое хорошее оружие?

- Нигде! Нам его сделал отец Сони. - Мы с женой всё время озвучивали эту версию. - Больше таких мушкетов не существует. Даже, если кто и украдёт у нас их, без наших патронов оружие стрелять не будет. Допустим, что у нас украли и патроны. Всё равно. Надо знать, как заряжать, разбирать и чистить оружие, иначе оно заклинит после первого же выстрела. - Сгустил я краски.

- Да, всё верно! Вор фактически ничего не выиграет и продать мушкеты тоже не сможет.

- А ваши латы из какого металла сделаны?

- Не знаю! - соврал я. - Их делал отец жены. Но можете попробовать их пробить.

Вернан достал кинжал и ткнул в титановую пластину. - Крак! И лезвие его оружие треснуло посередине..

- Это лучший кинжал мастера Паронда! Значит ваши латы не пробьёт и стрела.

- Ну, они тоже от всего не защитят. В бою всё может быть. Если будет опытный копейщик, наверное, он сможет повредить эти латы, если я его допущу к себе на длину вытянутого копья.

- А на сколько стреляет ваш мушкет?

- Он точно убьёт рыцаря в латах на расстоянии в 600 - 800 шагов, а так пуля летит и на 1000 шагов.

- Ого! Обычный мушкет стреляет на 200-250 шагов. Да, великолепное у вас оружие!

Через три часа медленной езды мы въехали в деревню. Крестьяне снимали перед нами шапки и кланялись. Я посмотрел на их одежду. Выглядели они опрятно.

Весь следующий месяц занимались приведением деревни в порядок. За 6000 монет и кормёжку староста нанял бригаду строителей. Для этого пришлось отправиться с ним в ближайший городок, принадлежащий графу Дурмонту. Там находилась биржа, где фиксировались все свободные бригады строителей. Вместе с этим нам надо было купить и материал для пошива одежды на 500 семей. Всего в деревне обитало 1000 взрослых и 2763 человека возрастом от 1 месяца до 20 лет. Совершеннолетие в этом мире наступало с 21 года. Пришлось купить 10 000 метров ткани. В гильдии обувщиков заказали 1200 сапог разных размеров, а для остальных детей заказали 3000 полуботинок. За всё это я заплатил при помощи чековой книжки 4000 золотых. До осени строители обещали построить 500 домов, 3 амбара, стену вокруг деревни и усадьбу барона из дерева. Лес был рядом, поэтому проблем с материалом не возникало. Здесь уже были пилорамы, приводимые в действие водяными колёсами. А полученные доски на сутки погружали в раствор, получаемый из сока одного местного растения, которое называли "штак". Пропитка не позволяла дереву гнить и гореть. Поэтому дома простоять без ремонта почти сто лет. Надо сказать, что до первого снега бригада из 45 человек успела выполнить все условия договора. В результате моя усадьба выглядела, как небольшой деревянный дворец.

Зима прошла спокойно. На этот раз снега было меньше, что позволило продолжить тренировку войска. Здесь в зимний период никто не воевал, поэтому солдаты не были обучены вести боевые действия в холодное время года. Для моих бойцов я приказал сшить белые балахоны и купить в городке сто лыжных комплектов. Два месяца они учились ходить на них, маскироваться в снегу, сражаться в условиях зимы. Только к весне у них начало что - то получаться. Из меди я отлил в местной кузне стволы для миномётов. Решил не делать пушки из-за их тяжести. Местные орудия использовались только для осады замков и крепостей.

Зима прошла как обычно. А как только сошёл снег, ко мне в поместье прибыл посланец графа. Он привёз пакет с похожими на сургучные печатями. Я вскрыл письмо. Меня с моим отрядом приглашали на смотр войск графства. Одновременно надо было заплатить налог в королевскую казну в размере десяти тысяч золотых, с последующей ежегодной выплатой в 6000 монет. Смотр назначался на день летнего солнцестояния, так что время было.

Беременная Соня, хоть я и отговаривал её, пошла с экспедицией в лес, и через две недели вернулась с образцами железного магнетита и серебряно - цинковой руды, где металлы были почти в равных долях. Мой комплекс позволял получить отливки из железа, стали или чугуна весом до десяти килограмм. Поэтому, после доклада жены и оценки мощности найденных месторождений, я решил организовать добычу железа и цинка. Несколько десятков человек были направлены в лес для организации добычи. За месяц добыли 170 килограмм железа, пятьдесят кило цинка и сорок - серебра. Мне удалось получить латунь из меди и цинка, но она была хуже, чем та, к которой я привык на Земле и Торне. Из железа я в своём комплексе получил стальные стволы, которые по прочности уступали земным, но были вполне приемлемы для создания ружей по типу мосинских винтовок. Удалось сделать все детали из полученной стали - компьютер комплекса по образцу мог выплавить любую штуку так, что требовалась минимальная доработка до нужных размеров. А вот пружины на затворы мне сделать не удалось - я не знал состав стали для них. Пришлось импровизировать. В результате пружину надо было менять через сотню выстрелов. Всего удалось собрать ещё тридцать винтовок и сотню дополнительных стволов к ним. Из самодельной латуни удалось получить вполне приемлемые гильзы и ко времени нашего отправления на смотр смогли сделать тысячу патронов хорошего качества. Этим руководила Соня, которая поздней весной родила близнецов. Сына мы назвали Иван, а дочь - Линой. Цех по производству нашего пороха и патронов разместили в новом сарае. Туда отобрали около ста сообразительных парней и девушек из наших крестьян и сделали для ускорения работы по производству ружей и патронов подобие конвейера. Основные траты приходились на местный порох, который надо было покупать.

На смотр выдвинулся отряд в семьдесят мушкетёров, сотни копейщиков в кожаных рубахах, усиленных железными пластинами, двадцати пяти латников с катанами и титановыми доспехами. На подводах мы везли свои боеприпасы и провиант. Замыкала нашу колонну полевая кухня, установленная на усиленной телеге. О ней я вспомнил в начале лета, поэтому первый образец делал впопыхах, стараясь успеть к смотру. Но даже такой, сделанный на коленке экземпляр довольно хорошо прошёл испытания. Теперь я мог кормить своих солдат на привале горячей едой и греть воду. Миномёты мы не взяли - никто не возил на смотры пушки. Да и раскрывать свои секреты полностью я не хотел. Свою артиллерию я поставил на башни - количество миномётов за прошедшее время увеличилось до шести единиц, и к каждому было по двадцать мин. Тридцать телег шло с нами. До главного города графства двигались четыре дня. К нам присоединились отряды соседних баронов - Варнана Каварена и Кавернака Тарагона. Их солдаты с завистью смотрели на то, как мои бойцы на каждом привале сразу получают горячую еду и им не приходится ждать, пока разожгут костры и приготовят пищу. Бароны заинтересовались полевой кухней и нанесли мне визит. Я им вкратце показал и рассказал, что это такое. Они сочли изобретение очень полезным, но посоветовали не афишировать его перед другими. Я прислушался к их пожеланиям и когда к нам присоединились ещё два незнакомых мне барона со своими войсками, стал прятать полевую кухню в лесу, благо, он окружал дорогу до города.

Наконец, вечером четвёртого дня похода, мы подошли к довольно крупному городу Лоширанку, столице графства Дурмонтин. Все войска восьми баронов расположились на поле перед стенами. Утром начался смотр. Граф Дурмонт и королевский посланник объезжали войска. В их свите были и казначеи, поэтому бароны сразу выплачивали налоги. Хорошо, что я взял с собой не десять, как было указано в письме, а двадцать тысяч. Оказывается я должен был платить ещё и графу 3000 монет в год. То есть ежегодный налог составлял 8000 золотых. Придётся мне учесть это в своих планах. Посланник специально ничего не сказал - если бы у меня не оказалось при себе денег, то граф наложил бы на меня дополнительный штраф, который удвоил бы сумму выплат.

После предварительного осмотра войск и сбора налогов граф и королевский посланник приказали выделить для проверки мастерства по нескольку солдат каждого вида войск. Я послал по три арбалетчика и лучника, пять латников и пять мушкетёров. У пяти баронов вообще не было этого рода войск, а у двух остальных всего было по три мушкетёра.

Устроили соревнование, которое выиграла мои солдаты. За это мне вернули 500 золотых в виде приза. Особенно поразило графа Дурмонта и его свиту скорострельность моих мушкетёров, и твёрдость лат моих меченосцев. Их заинтересовала и катана - таких мечей, которые пробивают толстые кожаные и металлические латы местного производства, они ещё не видели. Мушкетёры соревновались на дистанции в 200 метров. поэтому о дальнобойности моих винтовок пока никто не узнал. Меня вызвали к графу. Это был полный. но очень подвижный русоволосый мужчина с длинным носом и красными щеками. У него был очень тяжёлый колючий взгляд. Рядом с ним сидел высокий тощий королевский представитель. Он был лыс. Его почти чёрные зрачки буравили собеседника, заставляя человека чувствовать себя неуютно.

- Барон, вы не могли бы продать моим войскам свои мушкеты и мечи. Если, конечно у вас есть ещё кроме того, чем вооружён ваш отряд?

- Ваша светлость! Я начну делать и продавать мушкеты моего образца со следующего года. Катаны тоже - нужно хорошо обработать железо для их получения. Латы я производит не могу - я не знаю, из какого металла делал их отец моей жены - тайну он унёс в могилу. Кроме того надо определить вашу потребность - сколько оружия нужно для вашего войска.

- У меня две тысячи солдат. Всем им нужны новые мечи и ещё должен быть полуторный запас. Мушкетёров у меня пока пятьдесят. Значит, к концу следующего года я жду пять тысяч мечей, и сто пятьдесят мушкетов.

- Ваша светлость! Кроме этого для мушкетов понадобятся патроны - мои изделия стреляют не свинцовыми шариками, а вот такими пулями. - Я достал и показал патрон и отдельно пулю. - На одно сражение каждому солдату нужно сто таких патронов. Нижнюю часть можно использовать повторно, но для этого гильзы - так они называются, надо будет собирать после боя и возвращать на производство.

- Но тогда это выходит очень дорого!

- Я подсчитал: мушкет моего образца обойдётся вам в 400 золотых, а сто пуль к нему ещё триста монет. Так что, цена ружья с боеприпасами равна цене обычного мушкета. Сто пятьдесят экземпляров с набором патронов вам обойдётся 105 тысяч монет. Как крупному заказчику партию патронов в количестве 15 000 штук я сделаю за 30 000 золотых. Катаны стоят дороже ваших мечей, и названное вами количество потянет на 25 тысяч монет. Покупка оружия вам обойдётся в 160 тысяч. Обучение стрелков я возьму на себя.

- Такой расклад меня устраивает! Сейчас я вызову моего казначея и заключим договор.

Вошёл невысокий старичок с жиденькой бородкой. Мы проспорили с ним полчаса. В результате мне сейчас предварительно оплачивали 25% заказа, а остальные деньги я получу только после выполнения взятого обязательства. Крайний срок исполнения - начало зимы следующего года. Если произойдёт задержка, то я выплачу неустойку в размере 50 000 золотых.

- Если вы вовремя и главное, качественно, выполните этот заказ, то королевская армия заключит с вами контракт на изготовление мушкетов и мечей сроком на пять лет. - Сказал своё слово королевский представитель. Мне дали чек на сорок тысяч золотых. Я поклонился и вышел.

Целый год до зимы мы тренировали наши отряды и крестьян. Заказ графа выполнили в срок. Кроме 120 тысяч, полученных за сделанное оружие, у меня набралось ещё семдесят тысяч после переработкт "конкреций и чеканки новых монет. Марина вместе с Соней присматривали за нашими рудниками и поместьем. Была построена двухэтажная больница, где лечились не только наши крестьяне, но и холопы моих союзников. Для армии организовали передвижной госпиталь на десяти телегах. В середине лета мы устроили общие учения. Полторы тысячи солдат с винтовками и наша переносная артиллерия (двенадцать миномётов) тренировались во взятии укреплений. Войсками командовал Саша. Впервые мы использовали два лёгких пулемёта ЕПК.

В один из летних дней Лейла сообщила по мыслесвязи, что в нашу систему вошёл неизвестный корабль без идентификационных знаков. Он быстро приближается к Диону. ИИ следит за пришельцами и укажет, где приблизительно сядет неизвестный звездолёт. Я собрал своё войско и предупредил по рации Соню, чтобы она была готова в нужный момент вывести из нашего крейсера БТР или поднять сам корабль.

Через семь часов стало ясно, что неизвестные сядут на земле соседа Вернана, прямо около деревни. Туда нам идти три часа. Поэтому я отдал приказ на выдвижение. Но мы немного опоздали - деревня уже горела, неизвестные вели в корабль приблизительно четыреста пленников, а одна группа пиратов вела огонь по отряду барона Тринка, хозяина этих земель. Наше появление озадачило работорговцев, тем более, что мои солдаты сразу открыли залповый огонь. На пиратах были лёгкие скафандры, поэтому наши пули смогли их пробить. Лейла мне сообщила, что подчинила себе ИИ корабля - пришельца. Через полчаса перестрелки пираты сдались. Из двадцати шести человек экипажа мы убили восемнадцать, а остальные получили ранения. Мы собрали трофеи в виде двадцати автоматов и трёх пистолетов. Это оружие уступало нашему в дальнобойности, так как было предназначено для боя внутри звездолёта. "Небесные люди", как их называли крестьяне и аристократы, время от времени появлялись на Дионе, и захватив пленнико улетали. Я опросил пиратов. Они поведали, что уже десять лет хватали людей на Дионе, а потом продавали на рабских рынках некоторых звёздных империй. Планету они обнаружили двенадцать лет назад, но не зарегистрировали. Поэтому о Дионе никто не знает. Они очень удивились, когда я обратился к ним на общегалактическом. Их направили в одну из наших шахт, пусть работают.

Барон Тринк очень удивился, когда увидал моё войско:

- Откуда вы узнали, что нам нужна помощь?

- Барон, у меня налажена разведка на территории всего графства. - соврал я. - Это попросил меня сделать сам граф Дурмонт. Поэтому мы и пришли, как только увидели, что "небесные люди" - это обычные работорговцы, только из другого мира.

- А разве существуют другие миры?

- Конечно! Их множество. Многие из них намного превосходят Дион в развитии - вы же видите, что у них корабли летают по небу. Но я вам скажу, что они летают и среди звёзд. Каждая звезда - это солнце, вокруг них кружатся такие миры, как наш Дион.

- Откуда вы всё это знаете?

- Я, моя жена и её брат попали в плен к "небесным людям", которые разорили земли нашего баронства. - Врал я. - Мы несколько лет были в одном из миров. Нам повезло, нас освободили. За время мы научились водить такие корабли. Пройдёмте, барон. Я вам покажу, что там внутри...

- Важа, приехали представители графа и короля!

- Ведите их сюда!

Властям я повторил сказку о нашем пленении "небесными людьми". Люди графа и короля косились на огромный, по их меркам, летающий корабль.

Целый год мы спокойно торговали продуктами, привозя вместо них различные предметы и инструменты, которых не было на Дионе. Королевство богатело, армия короля выросла до 60 000 человек, вооружённых огнестрельным оружием. Часть сделали мои мастерские, а остальное привёз граф с торговой станции. Правда, эти образцы были предназначены для боя внутри звездолётов, и имели недостаточную дальнобойность для сражений на планетах.

Но войны не случилось. Граф, претендовавший на престол неожиданно скончался. Он погиб упав с лестницы после одного из пиров. Оставшись без главного козыря его приспешники разъехались по своим замкам и затаились. Королевская власть ничего не могла предъявить им, кроме дружбы с умершим претендентом. Поэтому король приказал следить за ними, но ничего против этих баронов не предпринимать.

Я и Соня решили собрать собственную эскадру звездолётов. В этом нам помогли знакомые армейцы за 10% от выплаченной за корабли суммы. Они же бесплатно передали сотню нейрошунтов для моих будущих экипажей. Теперь у губернатора Диона, барона Самад, которому пока нельзя было покидать по имперским законам обустраиваемую планету, было три крейсера пятого поколения, которые охраняли два грузовоза, принадлежащих барону Анису. О наличии у меня и Саши эскадры никто на Дионе не знал, кроме наших жён.

Но ещё через год император Ламанта издал указ, что посты губернаторов на планетах Баронсв, коих всего двенадцать, отменяются. Почему это было сделано, никто не знал. Зато теперь я мог свободно летать куда хочу на своём "Таране". Соня осталась дома, с детьми. Отряд наших крейсеров под моим руководством направился в неисследованную область пространства, за десять систем от Диона.

Три дна полёта в гипере и наш отряд вывалился прямо в гущу сражения неизвестных кораблей. С каждой стороны их было по двадцать единиц, похожих на усечённые конусы, но размерами они были примерно в пять раз меньше, чем наши крейсера. Ни на одном незнакомце не было никаких идентификаторов, поэтому, включив защитные поля, мы открыли огонь из всех видов оружия. Неизвестные бросились в разные стороны.

- Их оружие не может пробить наших щитов! - Сообщил мне артиллерист. Первым залпом удалось превратить в плазму три звездолёта неизвестных, а вторым - ещё два.

- Прекратить огонь! - скомандовал я. Наши крейсера зависли около пятой планеты системы. Наши ИИ с помощью датчиков сканировали космическое пространство и установили, что обе враждующие группы направились ко второй планете, но сели в разных полушариях. Я приказал сбросить разведывательный модуль на этот зелёно - жёлтый шар, закрытый в некоторых местах синими и розовыми облаками. Через двое суток мы узнали из радиоперехватов и донесений модуля, что планета называется Ерор. Я от смеха чуть не свалился под пульт, когда мне об этом сообщил Сай. Находящиеся в рубке дионцы не могли понять, что развеселило их барона. Отсмеявшись и вытерев появившиеся на глазах слёзы, я им объяснил, что с одного из языков, которые я знаю, это название переводится как "Ошибка".

- Ха, ха, ха! Планета Ошибка! - гоготал вместе с мной экипаж. - А жители - ошибки природы!

Повеселившись мы приступили к обработке поступивших данных. На Ероре было два огромных материка. На первом существовала империя Роло, а на втором - Фарон. Ерорцы создали техногенную цивилизацию, которая сумела выйти в космос обследовать все планеты системы. Сейчас велась борьба в космосе за ресурсы. Каждая империя пыталась захватить пояс астероидов и ближайшую к Ерору планету. Мы попали как раз в разгар боевых действий. Появление явно инопланетных кораблей, да ещё таких мощных, взбудоражило власти и население. Императоры Роло и Фарона встертились впервые за много лет, и договорились о совместных действиях против пришельцев. Вначале решили попробовать мирно договориться. Для этого к пятой планете вылетел один из кораблей с переговорщиками на борту. Мы подождали трое суток, за которые парламентёры добрались до нас. С их корабля подавали сигналы, которые Сай определил, как "не стреляйте". Я спросил у Лейлы. которая появилась из браслета на моей левой руке:

- Ты можешь подключиться к их компьютерной системе ( искинов у ерорцев пока не было)?

- Да, мой капитан!

Я со смешком смотрел, как округлились глаза этих гуманоидов, когда на их примитивном мониторе появилось изображение моей рубки.

- Командир, они сами к нам подключились! - Заорал один из сидящих около пульта с экраном ерорцев. Сай нам переводил мгновенно, сохраняя все интонации говорившего.

- - Вызови вашего переговорщика! - приказал я полностью офонаревшему гуманоиду.

- Они уже расшифровали наш язык, коргон (командир)!

К экрану подсел седой гуманоид в форме с большим количеством нашивок:

- Я представитель планеты, уполномоченный нашими властителями на ведение переговоров с вами....

- Наша планета называется Дион и находится за десять систем отсюда. Я барон Самад, а это моя эскадра крейсеров. Наша планетарная система входит в качестве самостоятельной единицы в одну из звёздных империй, которая называется Ламанта. Чтобы вам было ясно, с кем вы имеете дело, я скажу, что в нашу империю входит около двухсот населённых систем. У нас живут люди такого вида, как мы, несколько рас гуманоидов, некоторые из которых похожи на вас, и одна негуманоидная цивилизация. А чтобы вы не делали глупостей, сообщаю, что те четыре корабля, которые вы сейчас видите - устаревшие, их продают любому, у кого есть общегалактические деньги. Они называются купры. У военных империи корабли на четыре поколения опережают гражданские транспортники. Как я понял, у вас свои системные планетолёты, и к звёздам вы ещё не летали. Поэтому предупреждаю. На моём месте могли оказаться пираты, которыми кишит космос или работорговцы. Их корабли чаще хуже вооружены и защищены, чем моя эскадра, но на вас и их хватит. У вас техногенная цивилизация, а на Дионе. откуда мы прилетели - средние века. Ещё несколько лет назад там огнестрельное оружие стоило очень дорого. Теперь там всё постепенно меняется. Если вы присоединитесь к нашей звёздной империи, то для охраны вашей системы прибудет военная эскадра на линкорах. Вам поставят губернатора, который будет представлять ваши интересы перед империей, а во внутреннюю жизнь планеты никто вмешиваться не будет.

- Я передам всё сказанное вами императорам .

- Хорошо, мы задержимся тут на несколько суток по вашему времени, подождём ответ.

Начался интенсивный радиообмен между переговорщиком и планетой. Через да дня императоры решили лично направиться в систему с регистрационной станцией. Я приказал подцепить корабль переговорщика и мы просто прыгнули к планете, достигнув её за семь часов. Один и кораблей я приказал посадить на космодроме империи Роло, а другой - на космодроме её противника. Мы взяли местных императоров с охраной и двинулись обратно. Через неделю эскадра пришвартовалась к знакомой мне станции. Я повёл прилетевших со мной гуманоидов в кабинеты имперских чиновников. Через час вся их система под названием Ерориг вошла в состав империи Ламанта. Мне, как отказавшемуся от найденной планеты в пользу представителей местной цивилизации, выплатили сто миллионов купров - так было положено по закону об открытиях новых систем. Дальше ерорцы разбирались в законах сами. Я решил купись списанный линкор и модернизировать его. Удалось за семьдесят миллионов, из которых двадцать были банальной взяткой военному коменданту станции, обзавестись линкором восьмого поколения. Таких было построено только две штуки, но военным они не понравились из-за дороговизны.

Тридцать разнообразных кораблей вышло из гипера в одной из систем далеко за границами фронтира. Большая часть из них была транспортниками, а впереди каравана летел переделанный в носитель шахтёрских кораблей старый лёгкий авианосец третьего поколения. С флангов и в арьергарде колонны шли пять линкоров второго поколения, не имевших электромагнитной и плазменной защиты - во время их постройки двести лет назад основную защитную функцию выполняла броня корпуса.

Мне стукнуло пятьдесят, а Соне было тридцать семь. Старший сын Иван водил караваны в империю вместо меня. Лина с десятком новых крейсеров отправилась в экспедицию. Она должна была обследовать весь звёздный кластер, в который входила наша система. Все шло по накатанной колее, пока возвратившийся с имперской торговой станции Иван не рассказал, что против нас готовиться выступить эскадра, нанятая корпорацией "Новые металлы" Нам удалось отхватить 25% рынка добычи руды, это резко увеличило интерес определённых кругов к королевству. Знакомые военные сказали Ивану, что за корпорацией стоит граф Лораниг, один из представителей императора в этой части государства. Он хотел бросить против нас военных, но министр обороны отказал - ведь это внутренние войны, а не нападение извне. Тогда корпорация и наняла двести разнообразных кораблей наёмников. В отряд входили крейсера и линкоры восьмого и девятого поколения.

У нас уже было сто двадцать новых крейсеров, оснащённых самым современным оружием и мощными трёхслойными щитами. У имперских кораблей защита была одинарной. Нам повезло - на одном из астероидов был обнаружен неизвестный металл. Его исследование проводилось на протяжении восьми лет. После этого мои учёные, которых я переманил с разных планет, сообщили, что если покрыть этим металлом, который назвали "эрол", корпуса наших кораблей, то защитное поле усилится сразу на 45%. Потом они придумали сегментную защиту, с полями, находящими друг на друга. Ещё три года исследований привели к разработке трёхслойной полевой защитной системе, которую не пробивали самые мощные орудия любого класса. О возможностях наших крейсеров противнику не было известно, так как караваны охраняли наши старые, но модернизированные корабли, и линкор "Звезда Диона".

Обвинив наше королевство в демпинге граф Лораниг сам повёл флот вторжения в нашу систему. Саша предложил перехватить врага на пути, но после изучения законов империи пришлось отказаться от партизанских налётов. По закону на представителя власти можно было напасть только в том случае, если его эскадра вторглась в твою систему. В противном случае всё оборачивалось против тебя - на помощь чиновнику мог прийти любой из близко базирующихся флотов империи. Тогда мы создали в соседних системах сплошные минные поля, оставив вход только со стороны, где находились наши пограничные силы. Уверенные в своей силе отряды графа ринулись со всех направлений на нашу систему без всякой разведки. Это привело к подрыву на наших минах нескольких линкоров и крейсеров противника. Увидев, что нахрапом нас не взять, граф сконцентрировал свой флот и направил в пограничную систему. Наши старые крейсера медленно отходили к выходу их системы. Погибли все корабли пятого и четвёртого поколения. Остались "Таран", крейсер "Соня" и линкор. У противника было уничтожено десять и повреждено семь кораблей. Мы отступили к Ансу.

Враг, очевидно думая, что победа уже в кармане, вывалился из гипера и стал строиться в усечённый конус большим основанием обращённый к нам. Мы подождали, пока не выйдут все корабли противника, а затем включили все защитные системы. Открыли огонь автоматические батареи и активизировались мины. У противника сразу сгорело тридцать крейсеров, а семь линкоров получили тяжкие повреждения и вышли из боя. Пока враг расправлялся с артиллерийскими платформами и пытался пробиться через минные поля, во флаг ему ударила группировка из шестидесяти наших новых крейсеров. Эта эскадра прошла сквозь вражеские порядки не потеряв ни один корабль. Зато флот графа лишился не только половины боеспособных единиц, но и командования - линкор, на котором была ставка Лоранига попал под одновременный залп восьми наших крейсеров и развалился на части. Противник заметался, но выйти из системы не мог, были включены сразу три глушилки. С фронта запаниковавшего врага атаковала вторая эскадра новых крейсеров. Разгром был полный. не ушёл ни один звездолёт врага. Через три дня мы полетели в регистрационную систему и представили на станцию, где находились судебные органы, запись сражения. Постановление суда позволило нам взять в свои руки и продать корпорацию "Новые металлы" со всеми её активами и пассивами. Нам за неё дали 800 миллиардов купров.

После появления в Галонете кадров разгрома флота графа все его родственники, завопившие о якобы применённом нами ядерном и термоядерном оружии сразу стихли, но их эскадры попытались напасть на наши караваны. Столкнувшись с необычными крейсерами моего королевства, которые теперь охраняли наши транспортники, и потеряв около семидесяти звездолётов, они отступились. Нанятый имперский юрист посоветовал подать на них в суд. В результате наша казна пополнилась сотней миллиардов купров. Галактический банк признал наши монеты равными купрам и вскоре они распространились на многих планетах нашей части космоса.

В это время на потрёпанном крейсере вернулась наша дочь. Остальные девять кораблей погибли после встречи с огромной армией галактических кочевников, двигающихся в направлении той части галактики, где располагались звёздные империи. Мы выслали предупреждение всем через Галонет. Императоры устроили совещание и разрешили всем вооружиться ракетами с ядерными боеголовками. Наш эскадра пошла вместе с тремя флотами Ламанта. Каждое звёздное государство отправили от пяти до десяти тысяч кораблей для остановки кочевников. Через месяц состоялась битва, в которой погибло 80% звездолётов объединённой армии. Кочевники были разбиты и бежали, оставив в системе, где шла битва, в виде обломков 90% своего флота. У нас вернулось только пятнадцать кораблей, остальные погибли. Пока происходили эти события, мои учёные сделали несколько открытий, которые позволяли резко усилить защиту, энерговооружённость и мощь оружия наших звездолётов. Опять помог "эрол". Его хватило на строительство сорока новых линкоров. Больше этого металла в системе не было. Поэтому мы разослали по всем направлениям разведчиков, которые искали только астероиды с "эролом". Два года работы и у нас восемьдесят линкоров, которым нет равных в звёздных империях.

"Так, голова болит, ох!"

Открываю глаза. Где я? Лежу на чём-то мягком. Поднимаю руку. Она почему - то уменьшилась и больше похожа на юношескую. Шевелю пальцами. Боль в голове прошла. Встаю. Оказывается, я лежал на кровати. Рядом другая, такая же, как моя, больничная кровать. Там лежит девочка лет шести. Онс спит. Вглядываюсь в её лицо. Оно мне знакомо. Но кто это? Минут пять думаю, пока меня не стукает: "Это же Соня! Только маленькая."

Значит маяк нас перенёс, и судя по кроватям и палате, мир похож на Землю двадцатого века. Может он и во времени нас перенёс? Потом узнаю... Подхожу к спящей девочке и трясу её:

- Соня, проснись!

Она нехотя открывает глаза, трёт их маленькими пальчиками и смотрит на меня:

- Важа, это ты?

- Я, я! Мы попали в какой - то мир, похожий на Землю века двадцатого. Хотя может и переместились во времени. Потом я узнаю. Главное, ты не волнуйся...

- Ой! Я что, я такая маленькая?

- Я тоже не тридцатилетний. Там между нами была разница в тринадцать лет, а здесь мне около двенадцати, а тебе шесть. Ну, я говорю по виду...

- Значит мы дети?

- Так выходит. Пока неизвестно, что с нами будет. Вдруг нас усыновят или сдадут в какой - нибудь детский дом! Мы должны держаться вместе.

- А мы не можем назваться братом и сестрой?

- Не знаю, будущее покажет. Кстати, ты не слышишь, что мы говорим на каком - то другом языке. Скорее всего это местный язык.

Открылась дверь и вошли три врача.

- О, вы встали! Вот профессор, этих детей обнаружили в лесу без сознания и привезли к нам в больницу. Генетически они не являются родственниками, так показал анализ, но, очевидно, друг друга знают. Их генная карта показала, что они нигде у нас в стране не зафиксированы. Скоро придёт представитель полиции и они ответят на некоторые вопросы.

- Харат, а они не могут быть латиками?

- Нет, профессор! У тех генная карта совершенно другая.

- Извините, доктор! А кто такие латики? - Соня посмотрела на замолчавших врачей.

- Вы не знаете7

- Нет! В первый раз слышим!

- Это люди, пострадавшие от эпидемии Лати, болезни, которая изменяет генетический код. Их изолируют от общества на одном острове, но иногда они сбегают. Из какой вы глуши к нам попали, что не слышали об этом?

- Это буду выяснять я! - В палату зашёл человек в форме с папкой под мышкой.

- А, констебль Тронт! Можно нам присутствовать при допросе? - Спросил профессор.

- Можно! Они же не преступники. Итак, начнём. Юноша, ваше имя, фамилия, что вы помните.

- Важа Самад (в голове откуда -то вспыхнули слова: остров, вулкан, извержение, обручение), двенадцать лет, жили мы с Соней на острове - а она моя будущая жена, мы обручены несколько месяцев назад родителями. Потом началось извержение вулкана и землетрясение. Мы бежали вместе к лодкам, держась за руки... Больше я ничего не помню - очнулся здесь.

- А ты, девочка?

- Соня Самад - при обручении мне дали фамилию будущего мужа. Помню только, что мои папа и мама упали, и их накрыла лава, а потом мы упали... Меня здесь разбудил Важа. - Мгновенно сориентировалась Соня.

- Имена у вас немного странные, но на островах я и не такие слышал. Сейчас посмотрим, где у нас было извержение... - Полицейский достал из кармана что - то похожее на планшет и начал нажимать виртуальные кнопки, появившиеся на экране. Через пять минут появился какой - то текст с фото.

- Так. Вчера взорвался вулкан Тамато на островке Рипо. Все жители, а их было около четырёх тысяч, погибли, а остров погрузился в океан. Взрыв был такой силы, что разбитые лодки остатки жилищ и горячие камни нашли в трёх километрах от нашего города. Рипо ведь находился всего в пятнадцати километрах от нас. Доктор, а те, кто привезли детей, что - нибудь рядом с ними обнаружили?

- Да, я попросил им написать, что они видели. - Он протянул полицейскому лист с каким - то текстом, написанным от руки.

- Так, читаем. "Вчера в 12.00 наша группа студентов Кайского университета отправилась на уикенд в лес около города. Пока мы разводили костёр, наша подруга, Ломата Дойс, отошла в кустики облегчиться. Но тут же прибежала бледная с криком:"Убили, убили!". Мы еле её успокоили, а потом все вместе выдвинулись в указанное ею место. Там было обнаружено два тела - юноши и девочки, которые лежали в порванной одежде, но крепко держались за руки. Сверху на них был насыпан чёрный пепел и какие - то мелкие деревянные обломки. Среди нас был студент - медик, который проверил пульс и сказал, что оба живы, но без сознания. Он посоветовал повезти ребят в больницу. Это мы и сделали." Так. Время написания объяснительной,Подписи... сколько их? Раз, два... всего тридцать. Тут всё в порядке. Значит, если обломки лодок занесло сюда, то могло выбросить на большое расстояние и людей, тем более детей. Доктор, на них были ранения?

- Нет, только небольшие ушибы. Но, констебль, они могли упасть на ветви елей - вы сами знаете, какие мощные деревья в пригородном лесу. Тогда и становится понятным, как они больше ничего себе не повредили.

- Ладно, этот вопрос выяснили. Значит они действительно с островка. К сожалению мы не можем сдать их в государственный детский дом - туда определяют только детей возрастом до трёх лет. Документов у них нет и не должно быть - возраст не тот.

- Я могу временно взять их к себе, - Подал голос профессор. Моя семья месяц будет отдыхать на Карпо, а я занят здесь, в госпитале.

- Хорошо! Я поговорю с начальством. Скорее всего определим их в какую - нибудь спец школу. По представлению полиции их туда примут. Главное, не проболтайтесь где - нибудь, чтобы журналисты не узнали. А то съедят нас вместе с потрохами. Я сам предупрежу студентов, чтобы помалкивали.

Взрослые вышли в коридор и направились в кабинет главного врача. Соня встала, посмотрела им вслед, а затем, прикрыв дверь, спросила:

- Откуда ты знал о вулкане и извержении?

- А я и не знал, просто в голове промелькнули слова - остров, извержение, вулкан. Вот и скомпоновал...

- Наверное это всё маяк подстроил.

- Точно мы не знаем.

- Трудно играть роль шестилетней, когда мозги у тебя взрослой женщины! - Вздохнула Соня. - Тебе легче, всё - таки двенадцать лет это не шесть. Интересно, про какую спец школу говорил этот констебль?

- Главное, мы живы и у нас есть шанс прожить ещё одну жизнь. И мы будем вместе в этой школе, может и в разных группах, но рядом. Ладно, давай поспим. Может потом нас покормят.

До вечера мы вычитывали нужную информацию из местного интернета. Про систему обучения нашли только, что вначале дети ходят до шести лет в ясли и детский сад. Потом богатые родители отдают свои чада на десять лет в школы Приора. Оттуда, после сдачи тестов, они идут в разные школы Управления: первый уровень - клерки в банках и офисах, второй уровень - среднее звено корпораций, третий уровень - высшие посты в разных частных фирмах. Куда именно попадёт тот или иной выпускник, зависело от набранных при тестировании баллах. Перед поступлением в школу Управленя парни и девушки проходили шестимесячные военные сборы.

Если семья учащегося небогата, то он идет учится в федеральную школу. После этого выпускники, пройдя военные сборы, сдав тесты, поступали в профессиональные школы. Из них выходили инженера, учителя и другие подобные специалисты в разных областях.

Если человек не хотел идти в такую школу, или у него был низкий балл по тестированию, то он шёл в подобие ПТУ - оттуда выпускали рабочих и обслуживающий персонал.

Спец школы, в одну из которых мы попали, были предназначены для детей, потерявших родителей. Они были похожи по структуре на Суворовские школы или кадетские училища. Зато окончивший их человек выходил уже со специальностью и военным званием. Если он шёл в армию, то сразу получал звание лейтенанта и зарплату. При выборе гражданской профессии выпускник после трёхлетней отработки практически сразу находил себе место - таких людей с удовольствием принимали на работу любые организации из - за высокого профессионализма и дисциплинированности. Выпускники спец училищ также проходили шестимесячные сборы, но в отличие от других они были костяком армии Федерации, и в случае войны сразу шли на фронт.

Мы пошли в столовую к шести часам, пока не прозвенел звонок. Там опять хорошо подкрепились и вернулись обратно в комнату. На следующий день надо было уже идти на учёбу. Я выглянул в окно. На дворе школы стоял строй учащихся, перед которым выступал директор. Что он говорил, было не слышно, поэтому я сел на свою кровать и раскрыл учебники.

- Соня, а ведь мы свободно читаем и, наверное, пишем на местном языке!

- Ты сейчас только сообразил? - Съехидничала жена. - Вот, я уже тренируюсь!

Она показала тетрадь, где были её рукой выведены буквы алфавита. Я присоединился к ней и попробовал что - либо написать. Вначале получилось коряво, но уже через пять минут я быстро выводил на бумаге целые предложения.

Открылась дверь и в комнату вошли высокий беловолосый парень с острым носом и густыми бровями, и низкая девушка, румяная, с высокой грудью и круглым лицом.

- Вас к нам определили? - Спросили парень.

- Да, мы тоже помолвлены с детства. - Ответил я.

- А откуда вы? - Поинтересовалась его подруга. - Ой, забыла представиться! Меня зовут Карола, а это мой будущий муж Савалор. Мы из провинции Ликато.

- Отвечаю по порядку! Меня зовут Важа Самад, а это моя невеста Соня Самод. Мы с погибшего два дня назад острова Рипо - там взорвался вулкан, живыми остались только мы.

- Какой ужас! - Побледнела Карола.

- Но ведь Рипо затонул! Нам об этом на вечернем построении директор говорил. А как вы выжили? Вас спасатели подобрали? - Забросал нас вопросами Савалор.

- Никакие спасатели не успели, всё произошло в течении получаса. Нас нашли в пригородном лесу без сознания какие - то студенты. Единственная версия у полиции - что нас выбросило взрывом вулкана через пролив, и наше падение смягчили ветви деревьев. Сверху мы были присыпаны обломками камней и деревянных частей лодки, до которой не добежали каких - то два шага.

- Да, чего только не бывает на свете! -Философски произнёс Савалор, а Карола сидела бледная, с вытаращенными глазами и открытым ртом. Потом она пришла в себя и спросила:

- А вы ничего не чувствовали?

- Мы просто крепко держались за руки, когда бежали к лодке, а вот после этого очнулись уже в больнице.

- Понятно! Да, вы в какой группе?

- Вроде в 34! - вступила в разговор Соня.

- Так и мы в этой группе! - Обрадовалась Карола. - Завтра утром вместе пойдём на занятия.

- А какие завтра уроки?

- Военная подготовка, математика, иностранные языки, физкультура.

- Хорошо, а когда надо вставать?

- Мы вас разбудим в пол седьмого утра. В семь построение во дворе и маршировка. К восьми идём в столовую. В девять начинаются уроки.

Утром мы проснулись сами в шесть часов. Успели помыться, посетить туалет, который был рядом с комнатой и делился на женское и мужское отделения. Рядом с туалетом была душевая, но мылись школьники три раза в неделю, а сегодня "банный день" в расписании не был. Мы одели куртки и к семи часам вышли во двор. Там уже начали скапливаться другие дети. Мы встали в строй, вышел какой-то мужик и начал командовать..

- Выровнялись! Подтянулись! На месте шагом ма - а - а - арш! Раз, два, раз, два! - Затем вся колонна стала передвигаться по периметру двора. Шли кто и как хотел. никакого чёткого марша не было. Так мы топали до 07.45, а после пришла команда:

- Всем в столовую!

Раскрасневшиеся учащиеся гурьбой двинулись внутрь здания. В столовой я и Савалор взяли еду на нашу четвёрку, а наши девчонки оккупировали свободный столик. Поели, а затем отправились в коридор. До начала занятий было ещё полчаса.

- А здесь не маршируют под музыку или песню? - Спросил я наших соседей по комнате.

- А как это? - Округлились у них глаза.

- Очень просто! Идёшь под специальную музыку, она марш называется. Если есть слова у марша, то поёшь.

- Покажи, никогда об этом не слышали! - Вокруг нас собралась наша учебная группа, всего я насчитал шестнадцать человек.

- Соня, давай, научим их!

- Давай!

Мы начали маршировать по коридору и петь:

Прошло три дня. Мы занимались вместе с группой: учили какое - то произведение местного писателя, ставили опыты в химическом кабинете, штудировали физику. Отдельным предметом шло управление автомобилем и мотоциклом. Нам читали основы аэродинамики для того, чтобы в старших классах начать учить пилотированию лёгких самолётов и вертолётов. Через день мы занимались сборкой и разборкой различного стрелкового оружия, его чисткой, а затем стреляли по мишеням на школьном стрельбище.

- Завтра и послезавтра уроков не будет! Ура! - Карола начала подпрыгивать на месте от радости.

- Почему не будет? - удивилась Соня.

- Выходные дни! Но будет собрание группы, так сказал староста.

Утром никто не пошёл на маршировку. Все подтянулись к столовой в восемь, поели, а потом старосты повели свои группы в классы. Когда мы уселись за свои парты, Нако начал свою речь:

- Как вы знаете, у нас двое новеньких - Важа и Соня. Они лучше всех стреляют и быстро проходят полосу препятствий. Скоро групповые соревнования с другими школами. Нам надо не только хорошо выступить, но и сделать так,чтобы нашу группу запомнили представители армии, которые будут в жюри. Я вас собрал, чтобы решить, что нам для этого сделать. Директор дал согласие на тренировки по маршировке и обращению друг к другу, как нам показали новички. Но кроме этого желательна песня, с которой мы будем выходить. Что вы можете нам предложить, Важа, Соня?

Мы переглянулись и я встал:

- Маршей с песнями я знаю много, но как их перевести на наш язык? Нужна помощь, потому что при переводе теряется стихотворный ритм. Ни я, ни Соня не поэты и не литераторы. Поэтому нужен человек. который превратить переведённое в стихи, и музыкант, чтобы песня у нас соответствовала мелодии. Насчёт приёмов маршировки - я смогу вас хоть немного обучить. Надо ещё ввести субординацию...

- А что это такое ? - Стали спрашивать ребята.

- Разве в армии Федерации нет командиров и солдат может делать, что хочет? - Спросила Соня.

- Вовсе нет! - Вмешался староста. - Командир по уставу даёт задачу и контролирует её выполнение.

- А как отличить командира от солдата? - Спросил я. В один из вечеров я смотрел по планшету, как одеты местные армии. Очень удивился, когда увидел, что практически нет знаков различия званий. Солдаты знают своих командиров в лицо.... и всё! На всех одинаковая форма, поэтому можно легко спутать рядового и командира, если не знаешь, кто есть кто.

- Субординация, это наука, как обращаться к командиру, получать от него задания и их выполнять. Это чёткое следование установленным правилам взаимоотношений между лицами с разными армейскими чинами. На Рипо это было, но практически смазано в армии Федерации. Вот этому мы с Соней вас научим.

- А для чего это нужно?

- Всё просто. Если я рядовой, у меня должен быть командир, дающий задания, которые он получает от вышестоящего военного начальника. И не может быть никаких отказов. Для этого на Рипо была введена Следующая структура:

- отделение - десять человек во главе с сержантом;

- взвод - два отделения, которые имели одного командира, лейтенанта;

- рота - пять взводов, ими командовал майор (все названия чинов и подразделений я произносил по русски, благо, все думали, что это рипанский диалект).

Майор даёт задания лейтенантам, а те сержантам. которые доводят задачу до рядовых. Это помогает и на войне - если убьют майора, войском станет управлять самый опытный лейтенант. При гибели лейтенантов - сержант, то есть, войска остаются боеспособными, пока есть хоть один, пусть младший, но командир. Я смотрел хронику недавнего конфликта на Юго-Западном материке (местная Южная Америка). Как только погибал командир, все бросали оружие и бежали, потому что не было человека, который мог взять на себя командование по уставу. Тоже самое будет и с войсками нашей Федерации. С рипанцами такого бы не случилось, так как на место убитого военачальника становился подчиненный по ему уставу командир более мелкого подразделения или назначенный приказом высшего командования самый смышлёный рядовой.

- Да, я помню, мне дед рассказывал, что во время Великой войны рипанцы не бежали, как остальные, а организованно отступали, нанося врагу урон. Часто только их отряды удерживали фронт. Поэтому и погибло более ста тысяч рипанцев, их количество после войны так и не восстановилось, а теперь и оставшиеся погибли. - Встал юноша среднего роста с худощавым лицом и вьющимися волосами. Как я узнал позже, его звали Нилак.

"Хорошо, что не пришлось что - то придумывать про остров" - подумал я, а вслух спросил: - Но почему забыли этот опыт?

- Не знаю, я же не правительство и не генералитет! - Ответил мне парень.

- Так вот, я предлагаю нашу группу разделить на два отделения по восемь человек. Семеро будут рядовыми, а восьмой - сержантом. А вся группа будет взводом, лейтенантом станет наш староста. Нас ведь шестнадцать?

- Семнадцать! - поправил меня Нако.

- Ну, тогда всё просто! Поздравляю тебя со званием лейтенанта. Но ты должен отличаться от солдат и сержантов чем - то...

- Погонами! - Вступила в разговор Соня. - На наши куртки прицепим двухслойным скотчем погоны из картона. У рядовых на них ничего не будет, сержантам приклеим на каждый погон плоскую пуговицу, а нашему лейтенанту - по две пуговицы на каждый погон.

- Здорово! - Радостно загомонили ребята.

- Для примера покажу, как обращаться к лейтенанту. Нако, стань в проходе!

Староста выполнил мою просьбу.

- Для получения приказа или при наличии какой - нибудь проблемы или просьбы сержант или рядовой делает так!

Я промаршировал до стоящего старосты, остановился в двух шагах. приложил руку к виску и произнёс:

- Господин лейтенант, разрешите обратиться!

- А я что должен делать? - староста удивлённо посмотрел на меня.

- Ты тоже приложи правую руку к виску, как это сделал я , и произнеси: "Разрешаю, сержант" или "рядовой", смотря кто к тебе обращается. Если ты сам должен отдать приказ, например, мне, то ты меня вызываешь: "рядовой Самад! явится ко мне в такое - то время". После получения приказа, я подтверждаю:"Приказ понял!", а ты Нако говоришь: "Свободен! Иди выполнять приказ!". Я и ты отдаём друг другу честь - прикладываем руку к виску, я поворачиваюсь через левое плечо и ухожу строевым шагом - так это называется! - Я продемонстрировал всё сказанное.

- Как сложно! - Приуныл Нако.

- Это так кажется! - Влезла Соня. - Просто надо потренироваться.

Ровно в двенадцать часов мы всей группой вошли в столовую. По пути ребята обсуждали всё услышанное. После приёма пищи мы отправились по жилым блокам. Девочки начали делать погоны из плотного картона, который попросили у завхоза, и лепить их к курткам. К шести часам всё было готово, и мы разделились по отделениям и промаршировали, правда, пока не в ногу, к дверям столовой. Другие группы с удивлением смотрели на наш отряд.

- Группа, стой! - Скомандовал староста. - По отделениям в столовую, шагом марш!

Эти приказы и действия ребят мы репетировали два часа. Всё воскресенье мы тренировались, поэтому в понедельник утром наша группа строем промаршировала на построение. Мужчина, руководивший маршировкой, с удивлением смотрел на чётко марширующий отряд с нацепленными на плечи курток зелёными картонками, на краях которых стояло число "34"...

Он удивился ещё больше, когда староста отдал своим одногруппникам команды:

- Взвод, стой! Построиться по отделениям! Сержанты Самад и Торкин, ко мне!

Названные юноши подскочили к старосте, приложили к вискам ладони, вытянулись и гаркнули:

- Есть!

- Построить взвод по отделениям в две шеренги!

- Есть! - Названные незнакомым словом "сержант" парни повернулись через левое плечо и печатая шаг двинулись к ребятам из группы. - Отделение, стать по одному в ряд на длину вытянутой руки, грудь не выпячивать! Расстояние между первым и вторым отделениями - два шага. - "Скомандовал "лейтенант".

Мужчина с открытым ртом наблюдал за быстрым построением группы в две шеренги.

- Стоп! Равнение на меня! - Командует староста, а затем повернувшись к руководителю маршировки и подойдя к нему отрапортовал:

- Группа номер тридцать четыре к маршировке и дальнейшим действиям готова! - Командир отряда, лейтенант Нако Турст! Разрешите начать занятия!

Вышедшие на двор другие учащиеся с интересом наблюдают за происходящим. Опешивший руководитель выдыхает:

- Разрешаю!

- Есть!

Турст возвращается к своей группе, и командует:

- Налево! По периметру двора, шагом марш!

Две шеренги более менее правильно выполнили приказ "лейтенанта" и вытягивая носки двинулись по маршруту, указанному командиром.

- Песню, Самад! - Кричит староста. Самад начинает петь что - то явно боевое, но слов никто не понимает - языка никто не знает. Даже без музыки эта песня куда - то зовёт...

https://www.youtube.com/watch?v=nPh01W6aR6A

Учёба продолжалась. Ребята научились помогать друг другу учить предметы. Это вывело нашу группу в передовые.Я предложил физкультурнику и военруку попробовать, как наша группа пройдёт полосу препятствий с небольшой нагрузкой, например, с автоматами. Они поговорили с директором и тот разрешил провести эксперимент. Староста собрал группу и объявил:

- Нам дирекция дала неделю для подготовки к эксперименту. Нам дадут по автомату и мы попытаемся преодолеть все препятствия на физкультуре. Самад нам расскажет, как надо готовиться.

- Будем вставать в шесть всей группой, делать зарядку, потом строем с песней идём на маршировку и дальше, как обычно - уроки и так далее. Упражнения следующие: отжимание, прыжки на месте, подтягивание на турнике - вот я всё написал в тетради, всего десять упражнений, каждое выполняется по десять - пятнадцать раз. За неделю мы втянемся, а потом самостоятельно продолжим. Первые результаты появятся через месяц два. Тогда и попросим повторить эксперимент, но уже с увеличенным весом груза.

- А зачем это надо? - спросила одна из девочек.

- Вы все знаете, что в случае войны нас первых отправят на фронт. А там у солдата кроме автомата много чего есть, что придётся таскать самому. Поэтому надо развивать выносливость. Я смотрел тренировки армейцев. Не думаю, что они смогут совершить поход в пятьдесят километров в полной выкладке, там ведь килограмм тридцать - сорок веса. Нам надо готовиться к этому, а то будем выглядеть, как эти вояки. - Я скинул всем на планшеты ролик из местного Ютуба. Там группа солдат только с автоматами на спине еле прошла десять километров, и первым на траву повалился командир. Все запыхались и отходили часа два. И это называется армия? Вообще, как они тут воюют? Поэтому наверно местная Вторая мировая война, называемая Великой, принесла так много жертв - неподготовленные в физическом плане солдаты, отсутствие хотя - бы зачаточной субординации...

Соня заинтересовалась хроникой этой войны, пошарила в сети, и нашла хронику. Там была заснята атака местных американцев на позиции Федерации. Артобстрел поверг в ужас обороняющиеся войска, которые почему - то сидели на позициях за каменными укреплениями, а не в окопах. Потом в атаку пошли танки, и тут большая часть федералистов стала бросать оружие и отступать. На позициях остались только трупы и раненые, которые не могли уползти, и около роты солдат под командованием офицера непонятного звания. Но он умело руководил подчиненными. Тем удалось поджечь три вражеских танка и отбить атаку пехоты. В этот момент включился комментатор:

- Это последние кадры героической обороны посёлка Тарапат. Оставшиеся одни, после позорного отступления большинства подразделений, рипанцы продержались четыре часа. Они все геройски погибли, но враг не прошёл. Отрядом с Рипо было уничтожено семь танков Сенатской республики, два бронетранспортёра и около трёхсот пехотинцев врага. Вот имена и фамилии восьмидесяти героев, которые спасли столицу от прорыва республиканцев.

Дальше идёт список погибших. Я читаю и с удивлением вижу:

Самад Торп - получил ранение и взорвал себя вместе с окружившими его врагами.

- Ты читала этот список? - спрашиваю Соню.

- Нет, а что?

- Смотри на эту фамилию!

Она читает и у неё от удивления округляются глаза.

- Скорее всего это наш "дедушка" или один из "родственников". - Говорю я. - Теперь можно всем показывать, как воевали рипанцы. Тут не показывают фронтовые кадры. Считают, что это приведёт к деморализации общества. Ведь Федерация не блистала на поле боя.

Этот разговор состоялся три дня назад. Теперь я скидываю кадры хроники ребятам на планшеты и говорю:

- Это старые кадры отражения атаки на столицу в Великую войну. Посмотрите!

Все с интересом смотрят сюжет.

-Неужели вы хотите быть похожи на этих паникёров, что побросали оружие и удрали?

- Нет!

- Там, среди рипанцев, погиб наш родственник, Самад Торп. Мы должны тренироваться так, чтобы быть достойными героев! Как я понял, шестьдесят лет мира сильно расслабили всю Федерацию, плохо отразились на армии. Кто теперь будет защищать страну, если к нам вторгнется враг? Солдаты недоучки, которые не могут с оружием пройти и десяти километров? Рипанцев уже нет - остались только я и Соня. Значит, при такой атаке, как в хронике, все войска дадут дёру, и некому будет защитить наши города и сёла?

Ребята выпучив глаза слушали мою речь. Только теперь они поняли, что под огонь врага в случае войны они попадут первыми, и скорее всего быстро погибнут.

- Чтобы наша жертва не было напрасной, нужно тренироваться в разы интенсивнее, чем это делается сейчас. Поэтому и нужен эксперимент. Я и Соня знаем рипанские методы подготовки, поэтому попытаемся их применить для подготовки всей нашей группы. Может наш опыт учтут в министерстве обороны, ведь, как узнала Соня, все данные о нас дирекция направляет именно туда!

Ребята согласились со мной. Неделя прошла в тренировках. Наступил день эксперимента. Военрук выдал всем штурмовые винтовки и мы стали попарно проходить полосу препятствий. Хоть у нас за спинами и были автоматы, никто не упал в яму с водой и не запутался в колючей проволоке. Все пары прошли препятствия практически за одинаковые отрезки времени - разница не превышала десяти - пятнадцати секунд. Физкультурник был доволен результатами и побежал докладывать директору. Тот посмотрел запись, а потом дал разрешение на продолжение эксперимента.

Прошло шесть лет. Я с Соней и Савалор с Каролой были официально признаны супругами, и нам дали соответствующие документы. Но реально пока девушкам не исполнялось шестнадцать лет, ни о каком сексе не было и речи - за этим строго следили преподаватели и администрация. Все юноши подросли, а девицы округлились в нужных местах. Наша группа теперь представляла собой сплочённый коллектив, имеющий приличную воинскую подготовку. Мы начали практически осваивать транспортные средства - легковые автомобили, грузовики, а потом должны были перейти на вождение БТР и танков. Девушки гоняли по двору на мопедах и мотороллерах. Следующим этапом нашей подготовки, которая кроме вождения транспорта и стрельбы из различных видов огнестрельного оружия стали полёты с инструктором на легкомоторном самолёте типа германского "Аиста" - здесь его называли "Пар-10".

Прошёл ещё год. Наступил момент сдачи тестов. Мы с Соней не волновались, как другие наши товарищи. Кароле и ещё двум девушкам даже пришлось давать валериану, чтобы они смогли успокоиться и собраться. Семьи сдавали тесты парами, а остальные поодиночке. Вначале пришлось отвечать на литературные вопросы, затем решать математические и геометрические задачи. После этого шли вопросы по химии и физике. Я немного завис на местной истории, а Соня застопорилась на теории музыки. У других ребят сдача тестов также не вызвала больших затруднений. Первый день тестировани кончился. Утром на построении нам объявили результаты. Если у других групп к сдаче следующих тестов могло готовиться не более половины состава, то отряд номер тридцать четыре допускалась на последующие экзамены полностью.

Днём прошло тестирование по сборке и разборке разных видов огнестрельного оружия и стрельбе на дистанции в 10 и 25 метров для пистолетов, и на 100, 300 и 500 метров для штурмовых винтовок. Затем проверялись навыки применения холодного оружия. Второй день закончился объявлением результатов. Опять наша группа была "впереди планеты всей" и директор поздравил нас с переходом на последний тур экзаменов. С нами вместе на тестирование попали по три - четыре человека с каждой группы. Это в Федерации считалось нормальным, а вот выход в "финал" целого отряда вызвал ажиотаж в министерствах образования и обороны. На третий день они прислали своих представителей, которые присутствовали при практических тестах по вождению мотоциклов, легковушек, грузовиков, БТР и танков.

Я и Соня прошли их без нареканий со стороны экзаменаторов. У наших соседей по жилому блоку возникла заминка только при вождении танка, а часть ребят нашей группы еле "влезли" в нормативы, но всё - таки сдали тесты. На четвёртый день мы должны были продемонстрировать навыки управления самолётами разных типов. Кроме нашего отряда, который присутствовал в полном составе, на экзамен было допущено ещё восемнадцать человек. Поэтому вначале пустили на тестирование именно их. Когда наступил наш с Соней черёд, то мы довольно быстро отлетали на легкомоторном винтовом самолёте и реактивной "Осе". Причём удалось удивить экзаменаторов, заставив аппарат зависнуть на некоторое время на небольшой высоте. Этот фокус мы готовили втайне, после того, как хорошо разобрались в возможностях этого самолёта. На истребителе - бомбардировщике наша чета выполнила несколько простых фигур высшего пилотажа. Хорошо прошли тест и остальные ребята с нашей группы, правда они на последнем самолёте продемонстрировали только взлёт, горизонтальный полёт и посадку. Зачёт кроме отряда тридцать четыре получили ещё двенадцать человек.

Утром пятого дня нас выстроили во дворе. Директор прочитал результаты тестирования. Вся наша группа направляется на учёбу в Высшую Академию министерства обороны после прохождения шестимесячных курсов. Остальные ребята, пошедшие экзамены, после полугодовых сборов направляются в свои провинции на работу на военные объекты. Днем прибыли представители министерств образования и обороны. Нам выдали дипломы об окончании спец школы, направление на прохождение военных сборов и приглашение на первый курс Высшей Академии. Мы собрали свои вещи и строем покинули ставшей родной школу. Теперь мы могли отдохнуть несколько дней - каждому дали выходное пособие, равное средней месячной зарплате рабочего. Нако побежал на вокзал и забронировал билеты - на полигон мы ехали за свой счёт. Поэтому эти три дня отдыха в гостиницах мы деньги расходовали только на еду и оплату номеров, где жили.

Наконец, на четвёртое утро мы загрузились в поезд, в плацкартный вагон и поехали на полигон. Я и Соня с интересом смотрели в окно. Были видны проплывающие мимо засеянные каким - то злаком поля, горы на горизонте, деревенька около леса.

В последующий месяц мы ходили в походы в горы. Нас поднимали по тревоге ночами, погружали в вертолёты и высаживали а различных местах, откуда мы должны были вернуться в Центр подготовки новобранцев. Сотрудников этого учреждения удивляло, что всегда первой выполняла задания вся наша группа. Другие новобранцы терялись, действовали поодиночке - почему -то тут не было принято обучать будущих солдат групповым действиям. Некоторые новобранцы не выдерживали и удирали. Их при поимке не возвращали в Центр, а посылали на трехлетние работы на шахты или заводы. Такие люди сами перечёркивали своё будущее. Через три месяца сборов кроме нас на этой военной базе осталось только триста человек из пятисот, прибывших на сборы. Двое погибли - один утонул в реке, а второго нашли под поваленным деревом с разможжёным черепом. У нас в отряде за всё это время только одна девочка при неудачном приземлении после прыжка вывихнула руку. Парни резко пошли в рост, а девушки расцвели, как майские розы. Сотрудники Центра уже привыкли к нашему стилю тренировок, поэтому никто рано больше не просыпался от наших песен и маршировок.

Шёл четвёртый месяц сборов, когда нас подняли по тревоге. Начальник Центра выступил перед построившимися солдатами и объявил:

- Сейчас прилетят вертолёты и вас отвезут на границу. Нужна помощь пограничной охране - границу перешёл крупный отряд контрабандистов. Они хорошо вооружены - уже погибли два пограничника. Будьте внимательны, зря под пули не лезьте.

Через час мы уже высаживались на поляне в лесу. С нами полетело ещё шестьдесят человек. Когда винтокрылые машины поднялись и исчезли в светлеющем утреннем небе, к нам подошли трое пограничников. Мы поздоровались и они рассказали, что контрабандисты высадились на резиновых лодках, везут с собой несколько десятков килограмм порошкообразного сырья для подпольной фабрики по производству какого - то дефицитного в Федерации товара. Их должны встретить несколько легковых машин в ста километрах вглубь нашей территории. Это узнали из радиоперехвата - контрабандисты выходили в эфир открытым текстом. Сами они вооружены автоматами и пистолетами, есть ручной пулемёт. Их заметил наряд пограничной охраны при высадке и открыл огонь, предупредив заставу, Но сколько могли удерживать вооруженные старыми винтовками двое пограничников отряд в сорок человек. оснащённый современными автоматами? Поняв, что они обнаружены, и скоро начнётся погоня, контрабандисты двинулись в лес - идти по дороге было бы полным идиотизмом с их стороны.

- Вот, это лес! - Развернул карту один из пришедших. - Тут всего два выхода - у гор и по дну высохшей реки. На заставе всего шесть человек, поэтому мы и попросили помощь.

- А не могут нарушители разделиться? - Спросила Соня.

- Наверное могут. Поэтому мы и попросили сто человек, чтобы перекрыть оба выхода.

- Нас семьдесят семь человек с автоматическим оружием. Только мы с женой имеем боевой опыт. - Вступил в разговор я.

У собравшихся вокруг ребят из нашей группы и прибывших с нами новобранцев от удивления глаза стали похожи на блюдца. Ну что же, я вас ещё больше удивлю:

- Надо послать погоню по следам бандитов, и одновременно перекрыть выходы из леса.

- Погоня уже послана, они у нас на связи.

- На сколько бандиты опережают ваших людей?

- Примерно на полчаса - час.

- Мы можем быстро переместиться на точки выхода?

- Да, через сорок минут можно добраться до горного ущелья на краю леса, а русло реки рядом, в километре.

- Нако, ты с первым отделением перейдёте туда и возьмите всех прибывших с нами. Я и Соня со вторым отделением и пограничниками двинемся ко второму выходу прямо сейчас. Нужна скорость, иначе, при наличии большого отряда, нам не успеть - сам знаешь способности и выучку новобранцев.

- Хорошо! - Староста принялся командовать и ему помогали наши ребята. Через десять минут крупный отряд двинулся за одним из пограничников по направлению к указанной позиции. Мы же довольно быстро двинулись по тропинке за проводником. Через полчаса он сильно устал, и нам пришлось его практически тащить, чтобы он указывал нам дорогу. Ещё через полчаса мы пришли к ущелью. Ребята заняли позиции и замаскировались - благо, вокруг было полно кустов. В ожидании время тянулось медленно. Я всех предупредил, что стрелять только по моей команде, ребята молча кивнули. Это их первый бой, и хоть никто не показывал это явно, но было заметно, что они сильно волнуются. Пограничник лежал рядом со мной и слушал рацию.

- Погоня их нагнала, немного постреляли, а потом они разделились на три группы. Первая двинулась к руслу реки, вторая идёт сюда, а третья их прикрывает. Примерно через полчаса они тут появятся. - Сообщил он мне после прослушивания переговоров. Действительно, примерно через сорок минут появились люди с оружием и большими рюкзаками на спинах. В ущелье зашло человек тридцать. Проход между холмами был узкий, поэтому они шли по одному друг за другом. Когда весь отряд втянулся в промежуток между холмами, я крикнул:

- Огонь по первым и последним!

Затарахтели автоматы - наши девять местных "калашниковых" сразу вынесли человек десять. Остальные попытались отстреливаться, но поняли, что их позиция не пригодна для обороны. Они бросили оружие и подняли руки вверх. Пограничник смотрел, как мы связываем сдавшихся бандитов, подбираем оружие убитых. Он сказал:

- Это первая за шесть лет удачная операция. А у вас, как я заметил, подготовка довольно высокая, такой нет не только у новобранцев, но и действующей армии, а я там служил три года.

Я ничего не ответил. Мы двинулись обратно, ведя четырнадцать пленных. Когда подходили к руслу реки, увидели восемь трупов с большими рюкзаками. Рядом толпились наши ребята.

- Ну как дела, Нако?

- Не очень. У нас двое раненых и погиб пограничник. Они меня не послушали и открыли огонь раньше времени. Эти залегли и ответили - у них был пулемёт. Хорошо, что его после нескольких очередей заклинило, иначе было бы больше потерь.

- Ничего, староста, не всегда всё идёт так, как мы планируем.

Через час прилетели вертолёты, приехали полицейские и люди из пограничного управления. Мы погрузились в вертолёты и отбыли в Центр подготовки.

Прошло ещё три года. Теперь, по закону, мы могли покинуть армию, для которой подготовили почти восемьсот солдат. С нашей помощью были написаны методички для офицерского состава, введены погоны, субординация. На манёврах, которые проводились раз в два года, наша часть постоянно "громила" соперников независимо от того, находилась она в обороне или атаковала. За это вся наша группа получила грамоты и повышение зарплаты до 250 иногов каждому. Мы собрались вместе в последний раз, чтобы поговорить о будущем.

- Я и Соня собираемся перейти в бизнес. Сначала инженерами, а потом, может быть, откроем свою фирму.

- Мы с Каролой решили пойти вместе с вами. - Вступил в разговор Савалор. - У нас сельскохозяйственная провинция, там нет никаких перспектив.

- А ты Нако и вы ребята?

- Мы все остаёмся в армии. Нам просто некуда идти. А здесь всё знакомо, нас уважают, зарплаты, как у министра обороны. - Улыбнулся он. - Вы умнее и образованнее нас, Важа, это мы уже давно поняли. Идите своей дорогой, но не теряйтесь! Номер коммутатора части вы знаете!

Ребята закивали головами. Вечер прошёл довольно весело, а наутро наша четвёрка, попрощавшись с выстроившейся на плацу группой и командиром части, вышла через ворота в новый, незнакомый мир...

Надо было найти жильё и работу. Савалор предложил вначале купить планшеты - те, которые мы всё это время использовали пришлось сдать, так как это была собственность министерства обороны. Быстро нашли нужный магазин, и через полчаса стали обладателями новейших девайсов, которые по мощности и быстродействию превосходили прежние в три раза. Деньги мы скопили за все четыре года службы - у нас с Соней было около тысячи иногов, а у Савалора с Каролой - восемьсот. Планшеты приобрели за 75 иногов каждый. Мы пошли в парк, сели на длинной скамейке, и Карола влезла на сайт наёма и продажи квартир и частных домов. Наших средств точно бы не хватило даже для покупки старого сарая. Однокомнатная квартира на окраине города стоила не менее пяти тысяч. Сдавали комнаты в непрестижных районах за 100 иногов в месяц, но там не было санузов - они были отдельно, на дворе. Но зимой тут температура иногда падала до минус двадцати, поэтому можно было легко отморозить сидалище и всё остальное. В престижных районах месячная оплата за квартиру составляла триста монет для однокомнатных домиков со всеми удобствами. Поэтому мы реешили не мелочиться, и отметили несколько таких адресов. Стали звонить хозяевам. Два раза нам не повезло - жильё уже было сдано, просто хозяева забыли снять заявки из сети. Следующий звонок принёс удачу - через час мы стояли перед воротами, ведущими к домик,у окружённому садом.

Защита проектов удачно прошла у обеих наших групп и двух наших конкурентов. У третьего соперника всё было почему - то построено на применении зарубежных двигателей, хотя генеральный конструктор предупредил всех о необходимости проработки своих конструкций.

- Хорошо! Все ваши проекты приняты! Теперь мы отправимся на завод ракетных двигателей и вы начнёте воплощать свои разработки в металле.

Полгода понадобилось, чтобы построить ЖРД (жидкостный реактивный двигатель) на водороде, керосине и кислороде для первой ступени спроектированной моей группой ракеты. Зато двигатель мог выдержать десять полётов в космос - я сразу нацелил группу на создание многоразовой техники, такие возможности у местной промышленности были. В результате получился компактный, весом всего в две тонны движок.

Весь отпуск мы занимались своей школой. Патентовед привёл рабочих, и они за три недели отремонтировали всё здание спортзала. По совету учительницы музыки мы приобрели музыкальные инструменты, осветительные приборы и различную электронную аппаратуру. Были куплены видео камеры и достигнута договорённость с телевизионщиками, которых знала чета музыкантов, что они обеспечат нам трансляцию конкурса танцоров, который мы задумали провести через полгода после открытия школы.

Купили и всё нужное для занятий - зеркала, низкие брусья и многое другое. Были приняты на работу техники, музыканты оркестра, два тренера по спортивной гимнастике, гримёры. Первыми начали тренироваться друзья из бывшей институтской группы патентоведа - десять парней и десять девушек. Плата за обучение быда пятьдесят иногов месяц, что позволяло многим желающим поступить в нашу школу. Но на первый раз ограничились только десятью парами. Заодно заплатили одному айтишнику, который составил программу для нашего компьютера, позволяющую более менее объективно судить о качестве выступления танцоров. Оркестр разучивал музыку к танцам, которую я сумел вспомнить. В детстве мать водила меня на грузинские, а потом и латиноамериканские бальные танцы. Поэтому удалось почти правильно воспроизвести мелодию и вспомнить движения не только "Ламбады", но и "Румбы" и "Аргентинского танго".

https://www.youtube.com/watch?v=7jsE1zBDH6o

https://www.youtube.com/watch?v=Pd7IwWuHYHY

https://www.youtube.com/watch?v=RAsCAkeN2Wo

Вместе с вальсом, запись которого была у нас на планшете после вечера в ресторане, эти произведения составили костяк первой программы школы "Ламбада". Через четыре месяца музыканты и танцоры хорошо освоили мелодии и движения, поэтому для привлечения публики в компьютерную сеть были запущены одно минутные нарезки со всеми четырьмя танцами. Предварительный анализ показал. что они вызвали большой интерес в музыкальном чате. В одной из центральных газет даже промелькнула заметка о новой школе танцев, где разучивают что - то необычное. Телевидение и просмотр прямых трансляций по местной компьютерной сети были платными. За просмотр телепередач потребитель платил до десяти иногов месяц, а трансляция по интернету обходилась от одного до пяти иногов. Поэтому нам телевизионщики пообещали за прямой репортаж с конкурса танцев заплатить сто тысяч монет. Узнав о предстоящем шоу, которое покажут по телевидению на всю страну, и проведав, что это действо продлится часов пять, к нам обратились несколько компаний, желающих рекламировать в паузах между выступлениями танцоров свою продукцию. Был набран портфель таких заказов на семьдесят тысяч. Вначале мы провели внутренний конкурс, и по его результатам определили четыре лидирующие пары. Я собрал всех танцоров и объявил, что пара, выигравшая предстоящее соревнование получит 5000 иногов в виде приза.

Наконец, всё было готово. Приехали телевизионщики, расставили свои камеры, и остановили перед залом передвижную телестанцию. Шоу началось с вальса, который исполнили четыре лучшие пары. Затем вышли только девушки и коллективно станцевали "Ламбаду" После этого начался основной конкурс - соревновались между собой десять пар. Они станцевали оба уже показанных танца и ещё румбу и танго. Компьютер судил по сто бальной системе точность исполнения движений (при помощи камер, подключённых к сравнивающему блоку) и позиций, занимаемых танцорами во время исполнения. Неожиданно победителем стала не одна из лучших групп, а середняки. Им под торжественную музыку вручили деньги и грамоту. После конкурса в школу захотело поступить много молодёжи, но столько мест у нас не было. Поэтому было решено проводить приём раз в полгода, а пока ограничились увеличением коллектива ещё на двадцать молодых людей.

На следующий день все столичные газеты писали о нашем конкурсе. Наша учительница музыки. которую мы назначили директором школы, давала интервью корреспондентам различных изданий. В Федерации за это газеты и журналы платили человеку, с которым беседовали 50 монет. Таким образом Лимако заработала для нашей школы ещё две тысячи. С прямой трансляции по интернету было получено ещё двести тридцать тысяч, хоть мы и установили минимальную плату за час просмотра - один иног.

Карола сидела и подводила баланс нашим расходам и доходам. По всему выходило, что на одном конкурсе мы не только покрыли все наши расходы на создание школы, но и получили прибыль в 60 тысяч. "Как хорошо, что мне и Савалору повстречались эти Важа и Соня! Без них мы бы сейчас или прозябали в какой - нибудь части, и скорее всего не в столице, а где -нибудь на окраине Федерации, или работали бы инженерами за 150 - 200 иногов на каком -нибудь задрипанном заводе. Надо за них держаться, им всегда везёт. Вот, например, этот конкурс. Я никогда не думала, что танцами можно столько заработать! Хорошо, что Савалор всегда советуется со мной, и послушался меня, когда я предложила уйти из армии вместе с четой Самад. Если дело пойдёт хорошо, то мы сможем через три -четыре года купить участок с собственным домом, и наконец заведём детей. Двоих или троих, как бог пошлёт.... Ну ладно! Размечталась! Надо работать!". Окрылённая своими мыслями Карола села писать отчёт для Сони, которая в это время была на работе. Мы договорились, что будем по очереди по одному дню проводить в школе.

Через неделю начало твориться что - то непонятное. Вначале позвонили из школы танцев:

- Срочно приезжайте, только вы сможете с этим разобраться!

Так как на работе не было никаких дел, наша четвёрка, вооружённая маузерами - нам, как сотрудникам министерства обороны можно было передвигаться по городу с оружием, остановила такси и поехала к школе. Через пятнадцать минут мы выскочили из машины и бросились к входу в здание. Там несколько человек пытались открыть заблокированную изнутри сотрудниками школы дверь.

- Что тут происходит?

- А ты кто такой? - Ко мне подскочил какой - то мужик с листом бумаги с текстом, под которым стояла печать красного цвета.

- Я владелец этого заведения, а это мои компаньоны! - Киваю в сторону держащих в руках маузеры Сони и остальных.

- Не может быть! Разве владелицей школы была не госпожа Лимако?

- Нет, она работала у нас директором! Если не верите, зайдите на сайт налоговой инспекции, и прочитайте, кто чем владеет.

Мужчина стушевался, а потом парень из его окружения достал планшет и включил нужный сайт. Почитав там всё о школе, мужчина воскликнул:

- А почему они дали мне разрешение приватизировать это здание? - Он показал листок с печатью. Там было написано, что гражданину такому - то разрешается приватизировать здание школы в связи со смертью владелицы объекта, госпожи Лимако, из-за отсутствия у неё наследников. Подписал сей опус председатель районного управления Федерации. Я с помощью планшета связался с этим типом:

- На каком основании вы выдали разрешение на приватизацию школы "Ламбада"?

- Нам позвонили из гвардии Совета Федерации и сообщили, что владелица, госпожа Лимако погибла сегодня, попав под колёса автомобиля. Так как у неё нет наследников, то всё её имущество переходит в собственность района. Уже опечатана и выставлена на торги её квартира...

- Насчёт квартиры не знаю! Но школа - моя собственность, а Лимако работала там на должности директора. Прежде, чем раздавать чужую собственность, посмотрите поинтересуйтесь, кому она принадлежит у налоговой инспекции!

- Но нам позвонили из гвардии, поэтому я сразу и поверил им...

- Доверяй, но проверяй! Если я подам в суд за покушение на частную собственность, то вы сами знаете, что с вами будет!

- Хорошо... Не будем ругаться... Я аннулирую своё постановление... Извините!

- Ничего, хорошо, что быстро разобрались. Вы не подумали, что вас просто могли подставить, чтобы посадить на ваше место своего человека?

- Но звонил хороший знакомый!

- Вот такие "знакомые" часто и строят различные козни! До свидания! - Я выключил планшет и повернулся к мужику с бумагой. - Вы всё слышали. Скорее всего это какие - то внутренние дрязги, борьба за тёплые местечки.

- Наверное так и есть! Извините, до свидания! - Он повернулся и пошёл к машинам, стоящим около тротуара. За ним потянулись и его люди. Сотрудники школы открыли нам двери, как раз подошёл и наш юрист - патентовед:

- Моему отцу угрожали какие - то гвардейцы из СФ, требовали продать им здание.

- У нас тоже неважно - погибла Лимако.

- Что?! Я с ней говорил утром. а потом она пошла на работу...

- Скорее всего это заказное убийство, но доказать мы ничего не сможем. На неё наехала машина. Уже была попытка захвата здания. К этому бардаку причастен кто - то из гвардии. Нас хотят уничтожить, а нашу школу прибрать к рукам. У вас с отцом деньги в каком банке?

- В Государственном, а что?

- Срочно перенесите счета на офшор. Мы уже сделали это. Школу придётся закрыть. Вам лучше уехать из страны, мы тоже собираемся эмигрировать. Назревает что - то серьёзное, как бы не попасть под каток репрессий.

- Я поеду к отцу. У него скоро встреча с одним крупным бизнесменом, который хочет купить мой спортзал.

- Продавай! А потом быстро уезжайте.

Патентовед бросился обратно. Я собрал сотрудников и объявил, что школа с филиалами закрывается, а им будет выдано полугодовое выходное пособие.

- Что будем делать с оборудованием? - Грустно поинтересовалась Карола.

- Придётся продать!

- Опять всё начинать сначала... Так было же уже на Торне и на Дионе. - Помрачнела Соня. - Здесь опять... Наверное это карма! - Сделала она философский вывод. Мы говорили на русском, чтобы никто нас не понял.

За три дня нам удалось избавиться от собственности. Патентовед с отцом уехали в республику Евра. Все наши инженеры неожиданно получили расчёт. Поэтому мы собрались, и стали решать, куда нам переехать из Федерации.

- Деньги мы спрятали, но ни в одну страну лучше не ехать. У Совета есть спец подразделение, которое они могут заслать в любое государство и выкрасть нас или убить. - Сказал один из инженеров.

- Но тогда куда нам деться? - заволновались остальные.

- Австралия пуста! Спутниковая связь там работает - я был на побережье этого материка во время манёвров. Вглубь идти запрещали - кругом джунгли. Но если купить соответствующую экипировку и запастись патронами, можно обосноваться там. Искать нас в Австралии никому в голову не придёт!.

Так и решили. Зафрахтовали судно, которое должно было нас доставить к побережью материка. Плыли неделю, пока наконец не показался берег. Мне что - то не давало покоя, поэтому я приказал нашей четвёрке вооружится маузерами и пистолет - пулемётом. Мы закупили до отправления двадцатикратный запас патронов для нашего оружия. О маузерах знали все, а о "Скорпионе" - никто, кроме нашей четвёрки. Под утро я услышал шорох у двери, быстро разбудил жену и Савалора с Каролой. Мы вооружились. Тихо открылась дверь, и в неё вошёл тот инженер, который и предложил переселяться в Австралию. В руках у него был пистолет с глушителем. За ним двигались ещё три человека, вооружённые местными "калашниковыми".

Соня сразу открыла огонь. Очередь из ПП прошила предателя насквозь, стоящий рядом с ним приспешник получил ранение в плечо. По выстрелу сделали и мы с Савалором. Потом допросили раненого. Он сказал, что предатель служил агентом в службе безопасности СФ. Всех наших людей они убили за ночь, а трупы спустили в океан. Капитан судна знал об операции, а экипаж нет. Я лично пристрелил капитана, а потом собрал моряков и сказал:

- Берите шлюпку, часть продовольствия и рацию. Как мы отойдём от вас миль на десять, можете вызывать спасателей. если спросят, скажете, что судно погибло, а вы спаслись случайно.

Когда они отплыли, Савалор спросил:

- А ты не боишься, что они нас выдадут?

- Пока пусть поплескаются в океане. В рации, что я им дал, отсыревшие батареи, я три дня назад проверял, когда её их принесли на ремонт. Так что, плавать они будут минимум неделю, пока их кто - либо заметит. За это время мы обогнём Австралию, и высадимся на островах Новой Зеландии. Там тоже никто не живёт. Корабль спрячем, будем через спутник принимать новости, надо знать, что в мире происходит. Соня, посмотри, что с запасами и топливом.

Ревизия показала, что горючего нам хватит. Продовольствия было взято почти на год, так что и с этим проблем не было. Через неделю мы действительно высадились в Новой Зеландии. Патроны пока берегли - всё равно еды было достаточно, так что на охоту мы пока не ходили. Каждый вечер слушали радиостанции разных стран. Интересующие нас события произошли через два месяца после нашего бегства:

- В столице Федерации идут тяжелые бои между гвардией Совета и частями министерства обороны. Волнения начались после попытки службы безопасности арестовать министра. Уже погибли десятки тысяч мирных жителей. Гвардия потеряла почти пятьдесят процентов состава и всю бронетехнику. Военная часть номер сто двенадцать под командование самого министра обороны захватила здание правительства и расстреляла больше половины СФ. Потом они обратились к нации с призывом уничтожать коррумпированных чиновников и брать власть в свои руки. После посылки гвардейцев для освобождения здания Совета от заговорщиков и развернулись бои в столице. Авиация и флот выступили на стороне заговорщиков, поэтому были разбомблены все опорные пункты правительственных войск, а флот захватил несколько прибрежных городов. Отряды службы безопасности попытались привести из Центров подготовки новобранцев, но это не удалось...

Через три дня мы услышали следующее:

- Пылает столица Федерации. После того, как в одном из боёв был тяжело ранен и скончался министр обороны, правительственным войскам удалось освободить правительственный комплекс. Но бои перекинулись на провинции. Отбиваясь от остатков гвардии и службы безопасности часть номер 112 прошла через всю страну, погрузилась на корабль, который ей предоставил флот и отправилась в сторону Австралии. Моряки отвели все корабли в порты Азиатской империи и сдали их, туда же перелетела и авиация...

Мы вышли на нашем корабле к северному побережью Австралии. Четверо суток поочерёдно дежурили у рации, пока, наконец, Карола не поймала передаваемый каждые пять минут текст на русском языке:

- Грюпа тлидцать четыле ищет Самада...- Это пароль, который знал только Нако.

- Берите пеленг на маяк! - Ответила Карола.

Мы включили аппаратуру, но одновременно вооружились - лучше приготовиться ко всяким неожиданностям. Через три часа показался небольшой транспорт. Ещё через полчаса мы обнимались с остатками нашей группы. Всего уцелело семь человек во главе с бывшим старостой. Две девушки погибли в самом начале гражданской войны, а остальные четверо - во время отступления. Наш небольшой караван обогнул Австралию и направился к Новой Зеландии. Ребята рассказывали о боях, о расправах службы безопасности над мирными жителями, которых заподозрили в сочувствии к сторонникам министра обороны. Мы следили по радио за дальнейшим развитием событий. Федерация объявила о причастности спец служб Азиатской империи к трагическим событиям. Азиаты потребовали доказательств, но их у правительства островного государства не было. Азиатская империя обратилась в Международный суд с требованием, чтобы Федерация выплатила ей компенсацию за ложь. Но СФ отказался платить. Тогда войска империи совместно с флотом сенатской республики и Южного царства высадили десант на острова. Обороняться федератам было нечем, поэтому интервенты разграбили столицу и все города, которые повстречали на пути своих войск. Правда, мирное население они не убивали. Всё награбленное было объявлено контрибуцией за ложь. После этого интервенты ушли, оставив за плечами полностью разорённую страну.

- Что будем делать, Самад? - Нако и все ребята смотрели на меня с надеждой.

- Вы все понимаете, что на населённые материки нам нет хода лет десять. Поэтому организуем экспедицию вглубь острова. Может что - либо интересное найдём.

- Хорошо!

Мы две недели готовились, а потом вышли в джунгли. Нам попадалось по пути большое количество разноцветных попугаев, сидящих на ветвях деревьев.

Корабль стоял в огромном шлюзе. Входной люк был открыт. Мы прошли внутрь - я направился в рубку, а Соня - в двигательно - реакторный отсек. Через час осмотр был окончен. Реакторы работали так же, как и на крейсерах нашей старой Вселенной. Был запас толпливных стержней в 2000 штук, что хватит минимум на 7- 8 лет. Вооружение было в основном энергетическим - шесть плазменных пушек и 12 лазеров. Для обороны стоял ракетный комплекс с сотней снарядов, управляемых простенькими искинами. Двигатели были довольно мощными - корабль мог прыгать сразу на десять систем. Плазменно - электромагнитная двойная защита позволяя отклонять снаряды от электромагнитных орудий. На самом крейсере тоже стояло 200 миллиметровая ЭМ пушка, но вот снарядов к ней было всего два. Синтезаторы пищи - таких не было в нашей бывшей Вселенной - позволяли набирать на планетах любые биоматериалы, а потом перерабатывать их в полноценную еду. Здесьтоже использовали способ набора скорости в одну десятую световой с последующим провалом в подпространство.

- Когда наши друзья окончат занятия? 0 Спросил я у Шустрика.

- Приблизительно через 96 часов. А меня вы когда перенесёте в корабль.?

- Сейчас займёмся! А дроидов у тебя нет?

- Нет! Раньше были, но последние обитатели станции взяли их с собой.

- Если понадобится что - нибудь покупать у аборигенов, чем тут у вас расплачиваются?

- Деньги раньше были электронные, но теперь общая финансовая сеть не действует. Мне удалось перехватить несколько сообщений, что стали расплачиваться за товар кристаллами углерода или золотом.

- Ты хочешь сказать, что употребляют алмазы и золотые слитки?

- Да!

- А каково соотношение?

- Не знаю, как попадём в обитаемый космос, подключусь к галактической сети - её обрывки сохранились во многих местах после войны. Вполне возможно, на каждой цивилизованной планете свой курс валюты.

- Соня, давай уже перетащим Шустрика в рубку!

За четыре часа мы с помощью ручных инструментов, которые были в техническом отсеке крейсера, отсоединили ИИ от сети станции, перетащили его броне капсулу в корабль, и вновь включили в систему питания, но уже на корабле.

Час искин проверял своё состояние, а затем перешёл на тестирование корабельных систем.

- Готовность к полёту - 96%. - Доложил он . - Капитан, а как назовём крейсер? У него сейчас только порядковый номер.

- А как тут у вас с регистрацией?

- Пока не выйдем к какой - нибудь системе или торговой станции, ничего не узнаем. Я сделаю идентификаторы по старому образцу.

- Тогда напиши название корабля "Соня - 3", империя Дион.

- А разве такая есть?

- Нет, но будет! Ведь никто не знает, может где -то такая и появилась после войны.

- Хорошо, капитан.

- Можешь называть нас по именам, я тебе сейчас перекину их.

- Получил, Капитан Самад.

Мы четыре "дня" грузили на корабль то, на что указывал искин. Это были в основном контейнеры с деталями от двигателей, инструментами, несколько скафандров. Наконец, начали появляться ребята. Когда все собрались, их накормили при помощи синтезатора, а затем Соня повела их знакомится со своими рабочими местами на крейсере. Через пять суток, когда ребята более менее освоились со своими обязанностями, я собрал всех в кают компании.

- Кто - нибудь из вас жалеет, что попал в космос?

- Нет, капитан! - Ответил за всех Нако. - Нас ничего хорошего на Земле не ждало. Поэтому, хоть ты с женой и оказались не теми, за кого себя выдавали, мы пойдём с вами. Хоть жизнь интересную проживём - будет, что рассказывать внукам в старости!

Все закивали головами.

- Тут такое дело, ребята. Наш корабль я назвал "Соня -3", потому что в той вселенной у нас было два крейсера с таким именем. Искин корабля назван "Шустрик" и откликается на это имя. Мы летим в неизвестность. После галактической войны тут скорее всего бардак - пираты, небольшие государства на две, три звёздные системы. Практически они не владеют всей информацией об окружающем их космосе. Поэтому мы будем называться дионцами. Такая планета действительно есть, но в моей старой Вселенной. Наша задача - побольше узнать, а потом найти планету с кислородной атмосферой, желательно без людей, и там обосноваться.

- Но нам понадобятся ещё люди! - Вступил в разговор Савалор.

- Не бойся, мы найдём кучу желающих - различные беженцы, рабы - да, да, не удивляйся Карола, и в космических цивилизациях процветает рабство. По данным Шустрика после войны тут опять вернулись в денежных расчётах к золоту и алмазам.

- Но почему?

- Исчезла общая финансовая сеть, где были электронные деньги. Мы собрали всё, что по мнению нашего ИИ можно будет продать на станции. Вы все знаете, как управляться с огнестрельным оружием. Да и попали мы с ним сюда, не выбрасывать же его. Правда немного. на несколько боёв хватит. Шустрик рассказал, что хоть и существуют здесь лучевые пистолеты, они очень дороги, и у большинства экипажей есть только огнестрел. Искин изучил наши патроны. Бронебойные пули легко повредят некоторые виды местных скафандров, но против тяжёлых военных образцов нужны крупнокалиберные пулемёты, а их у нас нет. Поэтому при нападении пиратов или ещё кого, мы просто попытаемся удрать - нельзя доводить до абордажа, иначе нас сомнут числом. Если придётся принять бой, то только на средней и дальней дистанциях. Ладно, готовьтесь, через час вылетаем.

Стартовали после моей команды. Шустрик вывел "Соню -3" из шлюза и корабль начал набирать скорость. Примерно через полтора часа мы провалились в подпространство, и двинулись к ближайшей цели, обозначенной на голографической карте искина - торговой станции. Выход в нужную систему прошёл, как обычно.

- Капитан, станция не отвечает на запрос.

- Полетели прямо к ней, включи защиту. Ребята, приготовиться к бою!

Долетели до огромного шара торговой станции за семь часов. Её обшивка была пробита во многих местах, шлюзы и ангары открыты. Подлетели ближе. Всё было покрыто льдом и пылью, очевидно тут уже давно никого не было. Решили лететь в следующую систему, разогнались и вошли в гипер. Через восемь часов выскочили в нормальный космос.

- Крейсер "Соня -3", империя Дион, озвучьте цель прилёта на нашу станцию! - Включился диспетчер.

- Торговля! - ответил я.

- Идите по восьмому коридору, сразу за транспортом "Зуг".

Шустрик повёл корабль по указанному маршруту, и через полтора часа мы уже пристыковались к шлюзу станции.

- Тут есть местная сеть, капитан.

- Поищи клиентов на наш товар!

Через полчаса искин доложил, что связался с одним из торговцев, который хочет взять по средним ценам 80% того, что мы привезли. Я дал приказ на совершение сделки. Через час прибыла колёсная платформа. на которой сидело три человека. Они проверили содержимое контейнеров, расплатились и уехали, оставив гору золотых слитков общим весом в три тонны.

- А что мы можем на эту сумму приобрести? - Поинтересовалась Соня.

- Много чего! На м нужны снаряды для электромагнитной пушки, хотя бы пара ремонтных дроидов, одиннадцать тяжёлых военных скафандров, некоторые запчасти. крупнокалиберное оружие. За всё это придётся отдать 1900 килограмм золота. Остальное можете разделить между собой. Мне пока не нужны блоки памяти, но для улучшения управления кораблём лучше за 100 килограмм купить искин, на два класса ниже, чем я. Тогда он будет подчиняться мне - рулить кораблём, а мои мощности будут перекинуты на электронную разведку и управление оружием в бою.

- Хорошо, Шустрик, действуй!

Мы проторчали на станции ещё четыре часа, пока не закупили всё нужное. Ребята оделись в скафандры, вооружились крупнокалиберными винтовками. Было приобретено восемьдесят снарядов для ЭМ пушки и помощник для нашего ИИ, которого назвали Боцман.

Теперь мы летали отрядом из трёх крейсеров. Командирами кораблей стали Савалор и Нако. Мы разбавили наши экипажи девушками из клана. Все наши запасы золота ушли на обновление доставшихся нам кораблей. Линкор под командованием Орф оставили для охраны планеты. С помощью Шустрика изменили идентификаторы на всех захваченных звездолётах. Крейсера назвали "Карола" и "Земля", а линкор - "Сияющий Дион". Для развития нам нужны были средства, но пока наши поля не могли дать нужного количества пищи даже для населения городка, спасала охота и ловля рыбы. Тех полудрагоценных камней набрали ещё около двух тонн, поэтому получили только 1000 килограмм золота на торговой станции. Этого количества хватило только на покупку двух искинов и нескольких дроидов - цены на технические приспособления выросли из - за отсутствия их массового производства. После крушения империи только несколько систем сохранили промышленный потенциал, на остальных заводы и добывающие предприятия были уничтожены. Металла добывали мало - осталось только три шахтёрских клана, работающих на астероидах. Корабли разных государств и пираты рыскали по бывшей территории империи и искали случайно сохранившееся оборудование довоенного времени. Мы тоже включились в эту гонку. Несколько раз нам встречались отряды искателей, но так как делить было пока нечего, расходились мирно.

Если в поисках техники и оборудования нам не везло, то это компенсировалось находками забытых колоний. Нам удалось снять с одного из спутников газового гиганта в системе красного карлика около пяти тысяч человек. Они были сотрудниками одной из научных станций, когда началась война. Система находилась на отшибе, на самой границе Фронтира и неосвоенной части космоса, поэтому эту колонию просто забыли. Когда мы добрались до них, они были готовы на всё, лишь бы покинуть надоевший им планетоид. Все запасы биоматериалов для синтезаторов пищи у них подходили к концу. Их ждала или голодная смерть или каннибализм и вымирание. У нескольких разумных уже поехала крыша и их пришлось пристрелить. Один из крейсеров мы отправили за транспортом - несколько тысяч человек на наши корабли просто бы не влезли. Ждали две недели. Наконец посланцы появились. Но кроме транспорта они приволокли ещё два шахтёрских кораблика и тридцать семей шахтёров. Их нашли по сигналу СОС, перехваченному в одной транзитной системе. У рудокопов не было звездолёта, чтобы покинуть систему, где уже не было металла - за двадцать лет они переработали все астероиды, но их компания обанкротилась, а потом начались боевые действия, и клан надолго застрял на старом месте. Они посылали время от времени сигнал СОС, но шли годы, а никто не отвечал. Когда на их локаторах появился наш крейсер, они вначале затаились - никто из их руководителей никогда не слышал ни о какой империи Дион, но затем всё - таки ответили на запросы корабля.

В различных походах прошло пять лет. Соня больше со мной не летала - она смотрела за Арилатой и нашими детьми - двойняшками Лейлой и Ликой, и Алексеем. Близнецы были всего на год меньше принцессы, а Алекс - на три. Пока они все были слишком малы, чтобы их взять с собой в космос, но уже ходили с матерью в лес, плескались под присмотром на озере, и даже ездили в разросшийся город Митол. Вместе с ними в эих походах и играх принимали участие и дети моих слуг. Старый учёный, которого я поставил управляющим моего графского имения, организвал группу из молодых коллег, которые занялись разработкой проекта нового корабля. У нас были чертежи крейсеров и старого линкора, а также более новый и совершенный по сравнению с ними крейсер империи Грин. Поиски нужных материалов производил шахтёрский клан. Им были найдены нужные компоненты для производства стержней реакторов. Также хорошо продавались металлы, добытые в поясе астероидов, но при помощи моих учёных рудокопам удалось увеличить обогащение руды до 90%, что принесло нам немалые прибыли. В одном из походов мы нашли около разграбленной и сожжённой дотла планеты разваленную на четыре части космическую верфь. Для её восстановления понадобилось три года, но теперь мы могли выпускать корабли самых тяжёлых классов. Вначале решили переделать линкор "Сияние Диона". Этот старый корабль был разобран, а затем кардинально модернизирован.

Ещё десять лет прошло с момента коронации моей приёмной дочери. За это время империя значительно окрепла. Некоторые близлежащие государства предпочли войти в состав Дионской империи на тех же условиях, что и королевство Саймакс. Треть звёздных систем предпочла развиваться независимо, наладив с нами торговые связи. Остальные так испугались, что создали Союз звёздных государств, который объявил нам войну. Боевые действия начались с нападения на пограничную эскадру Дионской империи. Отряд наших кораблей смог сдержать флот противника до подходя крупной эскадры, которая сожгла в первом же залпе три четвёртых звездолётов агрессора. Остальные удрали восвояси. После этого началась антидионская компания в части Галонета, которая контролировалась Союзом. Истерия достигла пика после спровоцированного нападения на караван одного из государств, входящего в Союз. На нас двинули шесть флотов, общей численностью в четыре тысячи кораблей. У нас было только шестьсот крупных звездолётов класса линкор и крейсер, а остальные две тысячи были эсминцами. Поэтому были созданы эскадры рейдеров, оснащённые подпространственными торпедам. В состав каждой из десяти таких эскадр входили транспортники с боезапасом. Эти отряды нападали на отдельные эскадры противника, уничтожая залпом крупные корабли и сразу отступая.

Такая партизанская тактика принесла успех. До границ Дионской империи добралась только половина вражеского флота, а наши потери были минимальны. И вот, состоялось генеральное сражение - против наших шестисот звездолётов враг бросит чуть более двух тысяч кораблей, из которых тысяча была линкорами и авианосцами с сотней истребителей на каждом, а другая половина состояла их крейсеров и эсминцев. Сделав залп из ЭМО, дионцы начали отступать вглубь системы, в объёме которой проходило это сражение. Враг двинулся за нами и выпустил все свои истребители, но те столкнулись с нашими малыми автоматическими кораблями, которые закрутили круговерть, выбивая неприятельские машины лазерами и плазмой. Видя. что истребители застряли, враг бросил вперёд миноносцы и крейсера, но их с дальней дистанции расстреляли дионские линкоры. Реальных потерь у нашего флота не было - не считать же за потери сгоревшие несколько десятков автоматических истребителей. Противник двинул все свои главные силы . Но тут в систему с двух сторон ввалились полторы тысячи дионских эсминцев, и произвели залп торпедами. Через пятнадцать минут от флота Союза ничего не осталось кроме обломков, падающих на местную звезду или близлежащие планеты. Наши потери были смехотворны - шестьдесят семь автоматических малых кораблей, один старый крейсер и два эсминца.

После этого сразу после битвы дионский флот в полном составе двинулся на оставшиеся без защиты системы Союза. Я приказал не церемонится, и начались бомбардировки планет. Три месяца понадобилось, чтобы все пятнадцать систем врага были вбиты нашими кораблями в каменный век. Уничтожены были все остатки цивилизации на этих планетах. Сколько погибло людей, нас не интересовало. Показательная экзекуция безумцев, хотевших уничтожить Дион, транслировалась по всем сетям Галонета. После этого к нам обратились все оставшиеся системы с просьбой принять их в нашу в Империю. Через пять лет была сформирована Единая космическая империя Дион, где все присоединившиеся королевства и другие страны стали обычными провинциями. Исключение было сделано только для королевства Саймакс, у которого остался прежний статус. На трон Империи взошёл при моём содействии мой сын - Самад Второй. После этого через три года состоялось его бракосочетание с королевой Арилатой. Десять месяцев спустя родился наш внук - принц Сабон. Я с Соней через пять лет отошли от дел. Мы решили найти местную Землю, откуда нас перенесла в космос волновая станция. Приблизительно её месторасположение мы вычислили. Но нужен был большой корабль, который смог бы пересечь за приемлемое время всю галактику. Строительство двух таких звездолётов заняло пять лет.

Седой старик устало отложил пастовую ручку. Такими уже давно не пользовался никто, только для него, бывшего императора сделали исключение. Он считал, что лучше написанного на бумаге человечество ещё ничего не выдумало. Хотя его воспоминания и дублировались искинами и другими техническими устройствами, старый император хотел оставить потомкам, а их у него уже набралось более ста тридцати, воспоминания о своей жизни и приключениях в виде книги, созданной по старым земным технологиям. Для него специально и был и сделаны несколько томов. Рисунки помогал делать специальный робот - андроид.

Старик задумался. Прошло более семидесяти лет. За это время Межгалактическаяч империя выросла в два раза. Были и войны, и даже один раз стоял вопрос о выживаемости этого объединения людских и гуманоидных цивилизаций, когда из одной параллельной реальности ворвались в человеческие вселенные насекомоподобные существа. Они шли волна за волной, мириады прожорливых существ, поедающих на своём пути всё, что попадалось. Только придуманный учёными метод зацикливания портала позволил справиться с напастью. Пойманные в такие ловушки прожорливые существа, которых назвали дакенсами (всеедами), отстреливались у звёзд через порталы в Искажённую реальность, где царили непонятные физические законы. Туда не было хода людям и гуманоидам, и там, в этой черноте навсегда сгинули эти злобные фурии.

Несмотря на успехи медицины жизнь людей удалось удлинить только до ста пятидесяти лет. Старик вздохнул. Сейчас ему уже исполнилось, если считать с момента рождения на первой Земле около двухсот лет. Портальный маяк тогда омолодил его, дал возможность прожить вторую жизнь...

Но всё имеет начало и конец. Нет уже тех пятерых товарищей, которые остались от бывшей группе тридцать четыре, но остались их многочисленные потомки...

Мужчина дал мысленную команду, и искин включил запись. Прямо перед ним кружилась в красном платье молодая женщина, его единственная любовь - Соня. Вот, новая запись - они вместе с детьми и внуками купаются в озере у леса, а в километре от них виден дворцовый комплекс... А это их первая встреча на Торне - по первому тому воспоминаний сняли голофильм, который имел огромный успех у зрителей. Тут конечно нет актёров, только голограммы, но фильм понравился и автору воспоминаний... Потом сняли вторую серию - "Барон с Диона", а недавно выпустили третий голофильм - "Становление империи".

Старик тяжело вздохнул и выключил запись. Соня, его Соня покинула этот мир и ушла в Вечность десять лет назад. Врачи ничего не смогли сделать. На похороны бывшей императрицы собралась вся аристократия . Тело положили в восстановленный по воспоминаниям самой усопшей и её мужа первый крейсер "Соня". Включились двигатели, и корабль величаво поплыл в корону местной звезды... На Торне был поставлен памятник - голограмма, изображающий молодую семнадцатилетнюю Соню. К нему приводили школьников, тут расписывались молодожёны...

Старик вспомнил затухающий взгляд умирающей жены, её руку в своей ладони, улыбку на постаревшем лице, и слова:

- Я тебя жду в Вечности, любимый!

Через две минуты после этих слов Соня испустила последний вздох... Тогда он вспомнил и прочитал ту молитву, которой его научили на Торне чехи:

Земля 2657 год от р. х.

Командор космического разведфлота Земли внимательно читал сообщение агента Галактической разведки. Сообщалось, что найдена необычная система, в которой всего пять планет, но они все земного типа, никаких газовых гигантов и астероидов в ней нет. Все планеты движутся вокруг звезды, напоминающей Солнце, строго в одной плоскости по абсолютно круговым орбитам. У третьей планеты, разительно похожей на Землю, есть спутник, полностью копирующий Луну. Попытка высадки разведгруппы на поверхность провалилась - там оказывается не действуют технологии землян: кристаллические искины выходят из строя, электроника сгорает, оружие, основанное на лазерных и плазменных технологиях неприменимо. Пострадали и сами разведчики - чипированные мозги людей, привыкшие за 350 лет с момента введения нейросетей к действиям только вместе с биоэлектронными устройствами, отказываются обрабатывать информацию. Поэтому люди просто отключаются. Удалось выяснить при помощи биоискинов, где нет ни капли электроники, что на планете в общественных отношениях аборигенов царствует что - то между средними веками и техномиром. Но это какой - то странный симбиоз технологии и то, что местные называют "магией" - был заснят эпизод сражения между двумя отрядами, когда один из пёстро одетых людей метнул в противников электромагнитный заряд без каких - либо технических устройств - "молния" вылетела из протянутой руки "мага" и сожгла двух человек вместе с лошадями. А другие люди бились на мечах, обстреливали друг друга с арбалетов. Но в это время на дороге появилась конструкция, напоминающая автомобили начала земного двадцатого века. В ней сидел другой пёстро одетый человек, которые жестом руки остановил экипаж, а затем вытянул правую руку с каким - то браслетом на запястье в сторону сражающихся, нажал на чётко видимый на снимке значок. в которой эксперты по древностям опознали руну Уруз.

Дорога была довольно широкой, приблизительно. как трёхполосное земное шоссе. Она была вымощена огромными каменными плитами. Соня попыталась просунуть между ними лезвие кинжала. но потерпела неудачу.

- Очевидно они так называемой магией сцеплены. Видишь, и поверхность их чистая, как будто к нашему приходу специально подмели!

- Да, читота неимоверная. Интересно, как они этого добились? - жена начала внимательно рассматривать дорожное покрытие.

- Смотри, это разве не руны?

Указала она на небольшой квадратик с начертанными в нём значками. Я присмотрелся. Такие квадратики шли приблизительно через каждые десять - пятнадцать метров. В них было по три одинаковых руны. Так, допустим первая отвечает за целостность отдельной плиты, тогда вторая регулирует сцепление плит друг с другом, а третья заботится о чистоте покрытия...

Ознакомил Соню со своими умозаключениями. Она подумала и согласилась.

"Хозяин, мне удалось проанализировать внутреннюю структуру одной из рун. Фактически на ней специальным кодом из энергетических линий, а их семь, и все разно гоцвета, записана программа действия. Но надо будет разбиратьсясо всем по отдельности. Да, в каждой руне есть источник энергии, который поддерживает её в рабочем состоянии." - включился в разговор наш биоискин.

"То есть, это определённым образом запрограммированные структуры. Только программа не цифровая, а энергетическая." - Сделала вывод Соня.

- Ладно, время ещё будет с этим разобраться, а теперь пошли. До первой деревни почти пятнадцать километров.

мы успели пройти километров шесть, когда нас нагнал отряд из семи человек. Впереди на вороном коне ехал аристократ в полном вооружении рыцаря.

Здесь движение было более интенсивным. Часть попадались кареты и что - то похожее на автомобили первой половины двадцатого века. Чаще всего на них передвигались маги, а аристократы шествовали на самодвижущихся каретах, окружённых отрядами охранников. На дверцах таких повозок были изображены гербы владельцев. После небольшой остановки для заполнения бензобака из бочки, я посоветовался с Соней и с помощью биоискина и материлизатора нанёс на дверцы машины с обоих сторон герб выдуманного баронства. Приблизительно через каждые двадцать километров стояли заставы со стражниками, проверяющими документы.

От центрального "полотна" дороги в разные стороны отходили "одноколейные" ответвления.

- Давай посмотрим, куда они ведут. - Попросила жена. - Нам ведь никто не указал сроков прибытия в столицу, поэтому можем и немного по своевольничать. Вдруг главное не в столице, а в каком - нибудь графстве, а мы его упустим.

Я согласно мотнул головой. и на первом же ответвлении повернул машину в сторону от центрального тракта. Дорога проходила по живописным местам. Вокруг была девственная природа.

Пройдя несколько километров от дорожной заставы, мы решили повернуть на уходящую вбок довольно хорошую дорогу. Может нам снова повезёт, и найдём что - нибудь интересное? На этот раз наш отряд двигался между высокими холмами. Чтобы обезопасить себя, приказал выслать вперёд разведку. И как оказалось, не зря. В одном из мест, была засада, причём руководил ею аристократ, да и солдаты были с его гербами на щитах. На склонах двух рядом стоящих холмов были замаскированы лучники, человек двадцать, а на выходе из горного ущелья стоял наготове отряд из пятидесяти конников с копьями и мечами.

Снега навалило довольно много, но дороги, обработанные рунами, были чисты. Просто зимой здесь было принято сидеть дома. Я и Соня позавтракали в гостином зале, как называла это помещение моя жена, в обществе своих слуг и детей. Жанет и её брат вначале отказывались есть с нами за одним столом, говоря. что так не принято, но я приказал им это сделать, и слуги подчинились. Зал освещался электричеством - для этого пришлось синтезировать материализатором дизель - генератор с бочкой топлива к нему, провода и электрические лампочки с патронами.

Сейчас нас было за столом четверо: я, Соня, и две голограммы биоискинов - Умника и Чародея.

- Я не думаю, что всё так просто, как описал Умник. Поэтому Чародей и загрузил нам гипнограммы с обработанного учебника магов. - Начал я разговор.

- Хозяин, я поделился той информацией. которую нарыл тут за несколько стен лет. - Стал оправдываться Умник.

- Никто тебя ни в чём не винит! - Вступила в разговор Соня. - Просто то, что ты узнал - только часть информации по техномагии. Сейчас нам предстоит узнать азы местной магии, чтобы мы смогли сдать экстерном экзамен в их Академии и получить дипломы. Интересно. а как они узнают силу будущего мага?

- Ну, это я могу вам сказать! - Умник начал выдавать более полную информацию. - Там, во время проверки абитуриентов их подводят к Радужному Шару. Человек касается его и шар окрашивается в определённый цвет, соответствующей силе будущего мага. Но вот какие цвета чему соответствуют, я не знаю.

- Это написано в учебнике. - Чародей вывел перед нашими глазами страницу книги. - Шар потому и называется Радужным, что способности большинства людей, способных использовать руны, а это около 14% населения Земы, укладываются в цветовую палитру радуги, но есть ещё и добавка - чёрный и белый цвета.

- Каждый охотник желает знать. где сидит фазан! - выпалил я.

- А это к чему? - Не поняла жена.

- Это поговорка, позволяющая детям заучить расположение цветов в радуге. На Земле нас так учили, но ты ведь родилась на Торне, и поэтому не знаешь это.

- И что это означает?

- Тут по первым буквам слова определяется цвет. Получается линейка: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный,голубой, синий фиолетовый.

- Но у магов перед красным добавлен чёрный. а после фиолетового - белый. - Вставил свои пять копеек Чародей. - Они могут синтезировать молнии того цвета. какая у них "магия" определилась на шаре. Самая слабая - красная молния, а сильнее всех - фиолетовая. Но есть архимаги - черные и белые. У них сила воздействия с помощью рун в три раза превышает самую большую у обычного мага.

- Ну, а как отличаются маги друг от друга в реальности?

- Это я знаю! - Вступил в разговор Умник. Если первести в коэффициент интелекта, то красные молнии выпускают люди с КИ в 150 единиц. Дальше идёт возрастание КИ на двадцать единиц . То есть маг с оранжевой молнией имеет КИ -170, а с жёлтой - 190, и так далее. А у архимагов этот коэффициент колеблется от 500 до 800 единиц. Там своё разделение по силе, выражаемое оттенками белого или чёрного.

- Это планета белых магов, так написано на учебнике.

- Ну ладно! Лдавай Чародей, начинай нас учить, как правильно магичить! - Сказала Соня

- Итак, начнём! Простых рунных знаков, из которых выкладывают цепочки, всего двести девять. Вот некоторые из них.

Мы подошли к архимагу после окончания проверки последнего претендента на звание мага.

- Ну, что? Решили?

- Да! Мы согласны.

- Хорошо! Но вам предстоит пройти курс защитной рунной магии. Это займёт два месяца. Но для устройства дел в имеющемся баронстве вам даётся месяц.

- А что было бы, если бы мы отказались?

- Вы бы прошли курс защитной магии, а потом пять лет работали бы королевскими магами в том феоде, куда пошлют. Это конечно безопаснее, чем служба на границе, но и оплачивается не очень.

Попрощавшись с архимагом, вернулись в трактир. Через час нас опять вызвали в Академию. мы подписали согласие на службу в пограничной области Павра. Архимаг показал на карте, где нам предстоит организовать новое баронство. Судя по атласу, мы будем охранять единственный проход в горах, по которому ходят караваны торговцев между империей и королевством. Горная гряда довольно высока, и к тому же, практически непроходима, есть только один узкий и извилистый путь сквозь горы, по которому и ходят торговцы. Перед горной грядой расположена широкая равнина, наполовину покрытая лесом. есть река, берущая начало в горах, а потом проходящая по долине.

- Раз есть горы, то для строительства замка нам понадобиться камень, а тут его навалом! - Сказала Соня, когда мы с заполненными и подписанными документами шли с королевскую канцелярию для регистрации нового баронства.

- И могут быть полезные ископаемые, которые принесут нам дополнительный доход! - Продолжил я её мысль.

- Всё может быть! - Улыбнулась жена.

В канцелярии нам дали полное описание наших новых земель, карту. Мы получили документ, согласно которому имеем право взять в банке кредит в тридцать тысяч золотых под 10% годовых. Срок возвращения денег вместе с процентами - десять лет. ещё нас направили в комиссию по вилланам. Она находилась на другом конце города. Там была небольшая очередь - бароны брали разрешение на покупку крепостных на рабском рынке, расположенном в западной части столицы. Постояли два часа, но потом нужные документы и направления получили за десять минут. оказалось, что нам положено до пяти тысяч крепостных, которых нам передадут в феоде Керон, когда через два три месяца мы двинемся осваивать пограничные земли.

Завершив дела в столице. мы вернулись в своё баронство. Умник оказался хорошим управляющим, поэтому мы оставили его на хозяйстве. Солдат у него забирать тоже не стали. Умник должен был каждый год присылать нам по три тысячи золотых из полученного дохода. Месяц отдыха прошёл довольно быстро, и мы опять вернулись в столицу, учить защитную магию в академии.

Учёба проходила довольно однообразно, но мы поняли, что рунные знаки могут с помощью "магического" поля планеты, постоянно подпитываемого звездой, создавать щиты против плазмы, лазера, отклонять различные летящие предметы, летящие в мага. Но всё это до определённых пределов. В качестве защитных мероприятий, охраняющих планету от вторжения из космоса, архимаг, ведущий курс, привёл перенос системы Земы в то место, где она сейчас находится. Оказалось, что во вселенной магов ведуться войны между чёрными и белыми магами. Разведка Земы узнала, что на планету должны напасть объединённые силы трёх "чёрных" систем. Поэтому, тспользуя очень сложные руны и магическую пятиконечную звезду огромных размеров, "намагиченную" пятью архимагами Земы на пути движения в космическом пространстве местного Солнца, был создан портал, с помощью которого вся система была перемещена в нашу вселенную. Сам портал был ликвидирован . Ещё одним примером успешного использования рун для защиты стало уничтожение автоматического корабля землян. Для этого использовали местную звезду в качестве гигантского бластера, вызвав рунами мощный электромагнитный импульс, который и сжёг звездолёт.

- Не кажется тебе, что архимаги применили тот же метод, как и портальный маяк, перебросивший нас в другую вселенную? - Спросил я Соню, когда мы сидели в номере гостиницы. В магической Академии не было общежития или других подобных учреждений, поэтому учащиеся жили на квартирах или в гостиницах.

- Наверное, ты прав! И здесь и там - пятиконечная звезда. Но здесь рунные знаки на её лучах, а там люди и камни... Но методика похожа.

- К сожалению, нас этим рунам не научат - это прерогатива архимагов. Но мы выяснили, как они попали к нам!

- Значит задание "небесной канцелярии" выполнили! Интересно, как с ними связаться?

"Хозяин, я уже передал по особому каналу связи все полученные вами данные "ангелу", как вы его называете!" - Подключился Чародей. - "Он просил вам передать, что можете жить, как обычно. Больше вас не побеспокоят, а "МММ" сам исчезнет. как только выработает ресурс. Спецканал закрыт, больше связи нет".

"Слышала, Соня?"

"Да!"

"Теперь осталось передать данные о рунной магии землянам, и мы свободны!".

"Тогда надо послать сигнал! Пусть бот пришлют на пустошь. Я поеду на машине вместе с двумя андроидами и Чародеем, а ты продолжай учёбу. Через неделю приеду!"

"Хозяин, никуда ехать не надо! Я пошлю в тубусе с рунами маяк - передатчик. мне его дал командор. Все данные запишем на бумаге, и учебники по магии пошлём, пусть разбираются. Только самый большой тубус купите!"

Так и сделали. месяц спустя запустили тубус в сторону пустоши. Через три часа пришёл ответ, что бот забрал данные. связь с землянами теперь можно поддерживать при помощи мощного биоискина, доставленного на пустошь прилетевшим ботом. У него есть блок мыслесвязи, который может достать до земной базы на границе системы и до нашей группы на расстоянии в шесть тысяч километров. Земляне ещё раньше выяснили, что местные маги не имеют понятие о возможностях мыслесвязи, и используют её только на коротких расстояниях. Галактическая разведка согласна с нашим предложением, обосноваться на Земе. Командор надеется, что мы добудем и другие важные данные, которые помогут землянам наладить отношения с магической планетой.

- Всё, Соня! Твоя мечта начинает сбываться. Теперь Зема станет нашим новом домом.

Три года мы укрепляли свои владения. Для этого использовали все денежные ресурсы, полученные от прохода караванов. Кроме этого удалось добиться получения стабильных урожаев, обеспечивающих выросшее до ста тысяч человек население баронства. Гвардия в тысячу андроидов охраняла замок и опорные пункты в виде крепостей. Для отражения внешнего нападения было набрано и проверено на верность с помощью Чародея пятнадцать тысяч человек. Из них были созданы пять полков по три тысячи воинов. Армия была снабжена мечами, копьями, кинжалами, луками и арбалетами. На щитах у солдат и на кольчугах красовался герб баронства. Всю амуницию сделали на двух заводах, которые организовала Соня. Железо, медь, свинец и цинк пошли в дело. Были открыты пять рудников. Часть железа в виде слитков мы продавали королевской казне. Я пока не применял материализатор, у него остался маленький заряд - как это определить, выяснил Чародей. Для мобильности созданной армии были куплены две тысячи лошадей, сделаны самоходные телеги, управляемые рунами. Таких телег было двести, но вот "шоферов" к ним удалось найти только пятьдесят - специальный отбор на "магичность" среди моих вилланов позволил выявить этих людей. Остальные телеги перемещались лошадями. Железа и другие металлы добывали механические роботы, а перерабатывающая мини фабрика отливала из них слитки нужного состава. Была получена высококачественная сталь, из которой Соня делала мечи и всё остальное. Часть оружия шла на экспорт в другие баронства королевства. Наши телеги были бронированны - получились своеобразные танки, которым кроме молний магов ничего не угрожало. На заводах была конвейерная система, поэтому количество и качество продукции было на уровне. достаточном как для удовлетворения наших нужд, так и для экспорта.

Ещё через год мы сделали двойную стену с башнями вдоль границ нашего баронства. Около стен расположили минные поля. Этой работой занимались роботы и андроиды. Была построена гидроэлектростанция на реке, которая полностью обеспечила нас энергией. Для вилланов не было чуждо магическое освещение, но их удивило, что теперь любой человек может щёлкнув выключателем, зажечь довольно мощный источник света. Провода, электроарматуру и сами лампы накаливания пришлось синтезировать с помощью "МММ". Теперь в материализаторе осталось только 10% энергии для синтеза. насколько этого хватит, я не знал, и поэтому жадничал. Генераторы (две штуки) для нашей ГЭС были сделаны на шими мастерами - если знаешь, как делать и есть материалы, то получишь, что хочешь. Также Соня создала два сварочных трансформатора. Хозяйки в нашем баронстве дрова использовали только в исключительных случаях. Еду готовили на электроплитах, обогревались зимой электрокаминами.

С гигиеной в королевстве была на уровне - даже были заводы по производству сантехники. Поэтому нам ничего придумывать не пришлось. Все наши вилланы знали, как пользоваться ванной, смесителем и унитазом. Я организовал производство этих вещей после того, как роботы - шахтёры нашли небольшое месторождение каолина. В отличие от местных образцов, окрашенных в тёмные цвета, наша сантехника сияла белыми фарфоровыми корпусами. Смесители и другую арматуру мы делали из латуни - медь и цинк у нас были. Роботы обнаружили ещё одно месторождение золота, но мы его превратили в слитки, и спрятали на чёрный день. Караваны, проходящие через баронство в империю и обратно, с удовольствием приобретали нашу продукцию. Поэтому молва о качественных вещах, выпускаемых нашими заводами быстро распространилась как в королевстве, так и в империи.

Втайне от всех я и Соня с помощью искинов создали в горах базу. Там у нас началось производство огнестрельного оружия из местных материалов.. Всё было автоматизировано, поэтому не пришлось нанимать рабочих. Остаки энергии материализатора я использовал для синтеза ещё тысячи андроидов, трёх миллионов капсюлей и нескольких сотен тонн нитропороха для производства патронов и снарядов. Кроме казнозарядных единорогов, установленных на крепостях, былм сделаны десятки миномётов и мины к ним. Новый отряд андроидной гвардии потренировался в использовании артиллерии. были проведены тайные учения, которые показали, что гвардия великолепно справляется со своими задачами.

По совету Сони я продал первое баронство бывшей владелице, а всех вилланов и своих солдат вместе с Умником мы перевезли в наше приграничное баронство. Примерно через шесть месяцев после этого к нам прилетел тубус из канцелярии короля. Сообщалось, что началась война со Свободными Графствами которых поддержала соседняя империя. Королевские войска потерпели поражение и отступают к столице, а с востока, обходя с двух сторон моё баронство, прорвались через другие участки границы имперские войска в количестве двухсот тысяч солдат. Войска графов не имеют возможности окружить столицу королевства, и они попросили помощи у империи.

Я поднял войска, и они заняли внешние стены баронства. Туда же были переброшены миномёты, и гвардия с винтовками и двумя пулемётами. К полудню на расстоянии в полкилометра от стены появились вражеские войска. Я приказал андроидам открыть залповый огонь из винтовок и миномётов. Грохот разрывающихся мин, осколки которых пропахали в плотных рядах врага широкие аллеи, жужжащие вокруг пули, собирающие кровавую жатву, повергли противника в шок. Потеряв более тысячи убитыми и столько же раненными, имперцы отступили. Но это был передовой отряд. Через три часа подошли основные части врага. Для проверки они пустили конную лаву. Я приказал без приказа не стрелять. Конница набрала скорость и проскочив поле нарвалась на минные поля в ста метрах от стены.

- Огонь! - Крикнул я, и пулемёты, винтовки и стрелы покосили людей и коней, которые остались живы после взрывов мин. Трёхтысячный отряд конницы прекратил своё существование. До вечера ничего нового не произошло. Но ночью враг попытался подлезть к стенам и одновременно группа имперцев вошла в горный проход между двумя странами. Но там было активировано минное поле, поэтому противни. потеряв треть отряда, отступил. А подползающих к стене солдат империи мы высветили прожекторами, которых было штук двадцать. По ним был произведён залп миномётов. В результате противник вновь отступил.

Ещё неделю мы отбивали атаки имперцев, уничтожив до сорока тысяч врагов. наконец, поняв, что за стену им не проникнуть, имперцы отступили. В это время другая часть войск империи соединилась с отрядами Свободных баронств и полностью блокировала столицу королевства. Я послал туда тубус с донесением о происшедшем. оттуда пришла просьба ударить по врагу с тыла. Соня повела наши бронированные повозки и тысячу гвардейцев с огнестрельным оружием в сторону столицы. Эта группа провела несколько боёв с бандитствующими войсками врага, но через неделю вернулась - кончились боеприпасы. Было уничтожено ещё несколько тысяч имперцев. тубус с донесением опять полетел в столицу. Оттуда прислали сообщение, что если не случится чуда, столица падёт через неделю. Я запросил связь с биоискином на Пустоши. Он связал меня с эскадрой землян. перед глазами появилось изображение командора Галактической разведки.

- Требуется срочная помощь! Иначе королевство падёт, а потом погибнем и мы.

- Что вам надо?

- У вас есть атмосферные бомбардировщики без электроники в системах управления?

- Да, на нескольких планетах такое оружие есть. Управляется биоискинами.

- А простые бомбы, без блоков наведения?

- Да!

- Тогда спустите пару таких аппаратов вместе с боекомплектом на территорию моего баронства.

- Ждите! На эту операцию нужно три дня.

Через три дня прибыл только один самолёт. Другой упал вместе с ботом после обстрела с земли и взорвался. Я вывел своё войско и двинул в сторону столицы. Через три часа произошло первое столкновение, используя миномёты и самолёт, разбомбивший противника. Мы разбили двадцатитысячный отряд. Не было времени гоняться за разбежавшимися мелкими отрядами врага. Поэтому мы продолжили свой путь. По пути к столице, который продлился три дня, мы разбили ещё два отряда общей численностью около тридцати тысяч человек. Наше появление смешало карты графов и имперцев. а полномасштабная бомбардировка и артиллерийский обстрел заставили проивника отойти от стен столицы. Из ворот города к нам навстречу вышел конный отряд в две тысячи всадников, которым руководил знакомый мне барон Лаворо.. К нам потом добавились маги и городское ополчение. на следующий день состоялась битва,в которой мы победили. Решающую роль в нём сыграла моя артиллерия, огнестрельное оружие моих гвардейцев и самолёт, который был сбит врагом к концу боестолкновения, но успел разбомбить резервы противника. Имперские войска. потеряв две трети состава, стали беспорядочно отступать к границе, а от отрядов Свободных графств осталось только несколько десятков человек, которые сдались в плен. Лаворо с присоединившимися к нему другими баронами начал преследовать имперцев, а моё войско быстрым маршем за трое суток добралось до границы с графствами. Потом мы ещё неделю брали замки врага - их было семнадцать. Прилетел тубус с королевской канцелярии. мня назначали наместником на захваченной территории графств. Теперь я становился аристократом среднего звена - мне вручили заверенную рунами грамоту короля, где он провозглашал меня графом Самадом и дарил захваченные земли. Теперь под моей рукой было шестьсот тысяч человек, восемь городов, семнадцать крепостей, двадцать две деревни. Титул графа получил и Лаворо. Понадобился целый год для стабилизации ситуации и возвращения к мирной жизни. У меня не было больше "МММ", но зато работали заводы по производству огнестрельного оружия. Его тайну маги так и не узнали. Хоть мне и полагались по штату, как наместнику и графу, не менее двенадцати магов, я от них отказался. Полностью без местных "чародеев" меня не оставили, в приказном порядке прикрепив к новоявленному графу шесть магов. заводы остались в баронстве. на границе, поэтому я не волновался - там Умник и Чародей крепко держали людей в своих "руках".

На новом поприще пришлось начинать всё сначала. Бывшие владельцы и руководители Свободных Графств потому и напали на королевство, что не смогли нормально организовать работу мануфактур и вилланских хозяйств, а это и привело к резкому уменьшению доходов. Понадобилось около трёх лет, чтобы добиться нормализации ситуации с урожаем и занять имеющиеся производственные мощности выполнением заказов казны.

Биоискины сообщали, что вновь возобновилась проводка караванов через наше баронство в империю и обратно. Дважды я и Соня были на королевском балу - оказалось, это тут привилегия графов, герцогов и королевской семьи. Пока большая часть приглашённых веселилась, король созвал совещание в узком кругу.

- Есть сведения, что нападение на нас было спровоцировано каким - то "Орденом". Кто в нём состоит, пока неясно, но там точно есть маги и аристократы. простые вилланы. рабочие или купеческое сословие не заинтересованно в войнах. Архимаги тоже обеспокоены. У них пропали несколько древних книг, где описывалось оружие с использованием огня...

- Ваше величество, вы хотите сказать, что этот "Орден" может где - то в тиши создать огнестрельное оружие? - Спросил я.

- Не огнестрельное, такого никогда не было, а стеклняные сосуды, заполненные какой - то магической смесью. Они разрываются от удара о предмет и он начинает гореть, причём потушить этот огонь нереально.

- Я знаю, из чего сделано это оружие - называется коктейль. Это наш семейный секрет! - Начал я свою речь. - Ваше величество, я готов дать рецепт архимагам!

На меня уставилось десять пар глаз:

- А почему вы, граф Самад, не применили его в войне?

- У меня коктейли не были готовы, и я применил летающую повозку, которая помогла нам несколько раз разбить противника, пока её не сбил проклятый маг.

- Это правда, граф Лаворо?

- Да, ваше величество! Этот монстр из металла обрушил на врага что - то вроде бочек, которые с грохотом падали на землю, и косили много врагов. Повозка уничтожила несколько отрядов и резервы врага. пока не снизилась и в неё не кинул молнию маг.

- У вас ещё есть такие повозки, самад?

- Нет, ваше величество! Было всего две - подарок моего отца. Но первая была сбите ещё во время движения моей армии к столице, а про вторую вы знаете. А вот как их делать. я не имею ни малейшего понятия.

- жаль! Ну. ничего! Значит вы сказали, что знаете рецепт этого, как он называется, кок...?

- Кок тейль, ваше величество!

- Вот именно! Значит, завтра вы просветите архимагов, и мы начнём на моём заводе их выпускать.

- Ясно, ваше величество!.

Мы ещё поговорили об мероприятиях, необходимых для быстрейшего искоренения последствий войны. а потом разошлись, с разрешения короля.На следующий день я зашёл в Магическую Академию. Меня проводили кв кабинет, где собрались все архимаги планеты.

- Ну. Самад, вы принесли список необходимых ингредиентов?

- Я принёс уже готовый образец! - На стол была поставлена стеклянная бутылка, в горлышке которой была смесь зелёных кристаллов сероуглерода и крупиц белого фосфора. Основной объём бутылки был заполнен черной маслянистой жидкостью - нефтью.

- Сейчас я продемонстрирую вам её действие! - Я открыл окно, и снял пробку - внутрь горлышка попал воздух. Через несколько секунд стекло нагрелось, и бутыль была брошена на каменную плиту. От удара она раскололась, и стала гореть растекаясь по поверхности камня. Архимаги зачаровано смотрели на огонь.

- Тушить это пламя можно только большим кличеством песка, вода не может сбить пламя. - проинформировал я архимагов. Из всго многообразия горючих смесей я выбрал КС, так как компоненты к ней были найдены в горах роботами - шахтёрами. К тому же запал самовоспламеняется при попадании воздуха на место касания фосфора и сероуглерода. После ознакомления с чертежом и компонентами смеси архимаги заторопились - очевидно хотели побыстрее проверить моё сообщение.

В один из дней меня вызвали к архимагу.

- У вас хорошие воины, граф! Можете мне их одолжить?

- Нет! А для чего они вам понадобились?

- Сотрите на карту. Вот, видите место, где написано "Рандайн"?

- Да, оно в трёхстах километров от моего пограничного баронства. Но что вам там надо?

- Там упала огромная металлическая повозка пришельцев, корабли которых дежурят на границе нашей системы. Мы хотели организовать туда поход и выяснить, что это такое.

- А если это не их корабль, а других существ?

- Вы что - то знаете, Самад?

- Мир огромен, и кроме вас и этих, о которых вы сказали, тут могут быть и другие существа. - Одновременно разговаривая с архимагом, я мысленно связался с Чародеем, которого всегда возил с собой в машине. По моей просьбе он провёл сеанс связи с биоискином на пустоши. Уже через минуту стало ясно, что ни один земной аппарат не приближался к Земе. Поэтому я спросил архимага:

- А почему вы не свяжетесь с землянами, так по моему называют этих на границах системы, и не спросите у них?

- У нас нет канала связи с ними. Они не могут жить у нас на планете, а мы не можем летать за пределы планеты. Да и язык их мы не знаем.

- Я знаю и их язык, и могу помочь установить с ними связь! Дело серьёзное, поэтому я готов помочь.

- Вы их агент?

- Не совсем. Я землянин, но на шестьсот лет старше этих, кто меня доставил на Зему. Они нашли меня и мою жену, а она тоже по происхождению землянка, хотя и родилась на планете Торн, в железной повозке около одной из своих планет. Мы отличаемся от них, но не от вас - вон и магия нам доступна, а теперешним землянам - нет, они слишком зависимы от своих устройств, которые стоят у них в головах. Мне и жене нравится на Зене, и мы не собираемся вредить вам или планете. Прсто мы передали учебники по магии и выяснили, как попала сюда эта планетная система из другой вселенной. Больше их ничего не интересовало. Они не собираются нападать на вас, так как всё равно не смогут тут жить. Но сотрудничать с вами в космосе они могут. Только ваша магия там не действует.

- Да, Самад, удивили вы меня! Мы подозревали, что вы засланы землянами, но об этом потом. У вас ведь есть канал связи с ними?

- Да, я отсюда могу связаться с их начальником разведки. Вернее, я уже поговорил с ним. Ни один земной звездолёт не приближался к Земе на протяжении последних двух лет. Значит, это корабль третьей цивилизации. Земляне могут нам помочь своими автоматическими аппаратами, ведь мы не знаем, кто к нам пожаловал. Главное, что в вашей атмосфере не работает лучевое и плазменное оружие. То есть, у предполагаемого противника нет возможности нас испепелить. Но зато он может применить вот это! - Я положил на стол пистолет.

- А, ваш артефакт! Мы так и не разгадали, как он работает! - Воскликнул архимаг.

- Ваше счастье, что нынешние земляне утеряли технологию его производства. Это обычное оружие в моё время жизни на Земле. Пользоваться им может даже ребёнок. Тут нет магии. Мои солдаты вооружены более мощными образцами, чем пистолет. - Я указал на лежащее на столе оружие. - Просто я не хочу, чтобы такие вещи попали в руки недобросовестного мага или аристократа. Таким оружием можно завоевать всю вашу планету. От него не спасут ни руны, ни ваша примитивная техника. И это - самые слабые образцы. Есть и намного мощнее. Когда я родился на Земле, от последней мировой войны, в которой погибло более пятидесяти миллионов человек, прошло двадцать лет. Тогда было применено и оружие распада - одна бомба. размером с две большие дубовые бочки, был уничтожен город со 125 тысячами человек. Это случилось уже в конце войны...

- Неужели, земляне такие воинственные и кровожадные? - Испугался архимаг.- Столько людей не найдётся на всей Земе, колько погибло в этой вашей мировой войне!

- Сейчас не очень, но за себя постоять сумеют. Поэтому мне и нравится Зема, что здесь мало людей. ну, ладно! Сейчас я принесу моего помощника - искусственный мозг, который обеспечит нам связь с командором землян.

Я вышел и поднял в кабинет к архимагу сундучок с Чародеем.

- Знакомтесь, это мой главный помощник, его зовут Чародей! давай, включи связь с землянами. - Попросил я возникшую из сундучка фигуру в военной форме. Она исчезла, и вместо неё появилось изображение начальника Галактической разведки.

- Извините, командор! Экстренная ситуация. тут в одном месте по утверждению архимага то ли сел, то ли упал какой - то звездолёт. непонятно, если это не земной корабль, то значит в систему проник чей -то другой аппарат.

- Пока ничего не могу сказать, сейчас проверю. Вообще - то мы контролируем практически весь Млечный путь. Так что, если это кто -то разумный, то только из соседней галактики Андромеда.

- Сейчас, командор, нужно прислать сюда несколько автоматических ботов с биоискинами, чтобы мы быстро доставили магов и моих андроидов к месту приземления неизвестных.

- Мы разработали дроидов с биоискинами, так что сможем поддержать ваших солдат.

- Они вооружены?

- Нет!

- Тогда я им дам огнестрел. наверное. крупнокалиберные пулемёты - они помогут при необходимости остановить высадку неихвестных. И миномёты тоже возьму с собой, вдруг понадобится. Когда появятся боты с дроидами?

- примерно через четыре часа. куда их посадить?

- давайте, прямо около столицы. сколько штук прилетят?

- Шесть. В каждом по сотне дроидов.

- А для перевозки людей нам понадобятся ещё несколько единиц.

- Тогда я прикажу подготовить ещё четыре аппарата!

- -Хорошо!

- У меня столько пулемётов нет. Ладно, вооружу их винтовками. Как раз с завода привезли две тысячи штук. А вы пока проведите переговоры с представителем Земы. - Я кивнул архимагу и вышел. Как потом мне сказал Чародей, стороны договорились, что после совместной экспедиции к неизвестному звездолёту, маги разрешат построить на местной Луне космодром и станцию с военным гарнизоном. Зема будет поставлять землянам экологически чистые продукты, а мои сопланетники обучат несколько экипажей из местного люда, и подарят им устаревшие корабли.

Через три с половиной часа на поле рядом со стеной село шесть земных ботов. Из них выбежали и построились пятьсот пятьдесят дроидов.

- Всем пассажирам, срочно в спасательные капсулы! - Орал искин пассажирского звездолёта " Звезда Ориона", перекрикивая воющие сирены тревоги. - Корабль подвергся удару выброса нейтронной звезды, критические повреждения!

Спросонок ни я, ни Соня с нашим ребёнком, ничего не поняли, и это нас спасло. Мы остались в своей герметичной каюте, которая вместе с часть корпуса гибнущего звездолёта была отброшена выбросом в направлении, противоположном траектории полёта. Нас болтало и вертело вместе с нашими вещами, беспорядочно перемещающимися по всему объёму каюты. Соня судорожно прижимала испуганного Васо к себе, пытаясь защитить мальчика от сильных ушибов. Наконец останки корабля куда - то ощутимо потяпуло, а затем раздался хлопок. У каюты оказались собственные тормозные двигатели и аварийный пилотажный искин. Не ожидал от землян такой предусмотрительности. ИИ повёл нашу каюту вниз, на какую - то планету, которую он нащупал локатором. Навалились перегрузки, но было терпимо - мы успели зацепиться за скобы на потолке. Я ещё думал, зачем они нужны... Через минут двадцать ощутили толчок, а потом каюта завалилась так, что потолок оказался на месте пола. На нас с открывшейся ниши упали лёгкие скафандры. ИИ скрипучим голосом сообщил, что надо покинуть помещение. Запас пищи и находится в ящике под нишей, а некоторые нужные предметы - в ещё одной нише, которая сейчас откроется. Мы натянули скафандры на себя и ребёнка. Они автоматически подстроились к росту и фигуре каждого из нас.

- А где запасы кислорода? - Поинтересовалась Соня. Искин проинформировал нас, что на планете кислородная атмосфера, но живительного газа в ней 18%, поэтому потерпевшим крушение выдаются комбезы со специальными фильтрами в шлеме. Другие компоненты атмосферы негативного влияния на людей не окажут. Сверху в это время грохнулся контейнер с едой, а потом упал небольшой ящичек красного цвета. Там мы нашли автоматические аптечки, которые сразу использовали - надо было убрать синяки, заработанные нами при вращении каюты. Я и жена оделись в предложенные скафандры, подхватили контейнер с едой и радиомаяк - больше ничего в красном ящичке не было. Потом вынесли через открывшуюся стенку бывшей каюты наши вещи. Расположились рядом с останками корабля, и поинтересовались, что у нас есть. Оказалось следующее:

1. Биоискины Умник и Чародей в специальных сундучках;

2. Неактивированный андроид с пистолетом и тремя магазинами патронов;

3. Четыре катаны и два кинжала.

4. Пистолет - пулемёт МП -38 с четырьмя сотнями патронов в небольшом рюкзачке.

5. Еда и вода в контейнере - их хватит по подсчётам жены дней на двадцать.

6. Радиомаяк, который я сразу же включил и отдал своему сыну.

Мы поели, а потом осмотрелись. Каюта приземлилась на берегу какого - то водоёма, имеющего овальную форму. Вокруг был лес из похожих на грибы деревьев.

Детей мы оставили под присмотром Деда и Умника на корабле. Наша четвёрка вместе с андроидом медленно шла мимо витрин местных магазинов. Я предупредил землян, чтобы не отрывались от нас, а то могут попасть в руки пиратов или работорговцев. Здесь не было личных щитов на скафандрах - просто не существовало ёмких источников тока малых размеров. Соня попыталась использовать руны. Это удалось частично - защитные свойства наших скафандров повысились на 10%. Пули в "шмайсере" и пистолете были обработаны рунами, поэтому их бронебойность была выше обычных - перед выходом на станцию я пострелял в трюме и выяснил, что наше оружие пробивает средние и лёгкие скафандры, а катаны и кинжалы, снабжённые рунными знаками, легко режут тяжёлые скафы. Оружие нам сразу же пригодилось, как только мы перешли из центрального коридора в ответвление, ведущее к лифту.

- Стойте, здесь за проход надо платить! - На нас двинулись пятеро мордоворотов, в руках которых были десантные ножи и электрошокеры. Стрелять я и Соня не стали, а задвинули землян за андроида, выхватили катаны и заняли оборону. Боя как такового не получилось - квалификация бандюг в применении холодного оружия оказалась на уровне уличных хулиганов, поэтому вскоре они лишились рук, а их главарь - головы. Наш искин связался с охраной, которая подъехала на колёсной платформе.

- Что тут произошло, кто вы такие?

- Дипломатическая миссия империи Дион. Вот пропуска, что нам дали на въездном контроле! - Протягиваю офицеру карточки, похожие на банковские. Он проводит их через ридер, и возвращает обратно. - Эти пятеро попытались стрясти с нас денег, и вот итог! - Показываю на мёртвых.

- А может это вы на них напали? - Пытается наехать на нас полицейский.

- А вот этого не надо! - Я даю мысленный приказ Чародею, и перед опешившими полицейскими возникает голографическое изображений случившегося в цвете и со звуком. Таких технологий здесь нет. Поэтому офицер, руководящий отрядом охранников говорит после проверки карточек убитых:

- Вам положено по закону нашей свободной торговой станции всё имущество этих ублюдков. Но после вы должны перечислить 20% подоходного налога вот на этот счёт! - Он протягивает бумагу с цифрами. - На оборотной стороне написан номер блока, который принадлежал этой банде.

После ухода полиции мы идем к месту обитания разбойников. Вот он, блок 12 - 78. Нашли его только после часового блуждания и опроса местных. Здесь нет карты станции, которую должны скидывать на нейросети туристам и торговцам. Легко открываем дверь - электронный замок для Чародея не помеха. Внутри обнаруживаем трёхкомнатнную квартиру. Вместо мебели - какие - то топчаны и колченогий платиковый стол. Никакой техники. Андроид начинает поиск захоронок. Через пятнадцать минут он обнаруживает в стене, на высоте десяти сантиметров над полом, скрытую под пластиком дверцу. Несколько секунд, и она открыта. робот достаёт из глубокого сейфа три хороших тяжёлых военных скафандра, один лучевой пистолет без зарядов, пенал с какими - то кристаллами. жена Дика быстро их считает - там двадцать штук. некоторые прозрачные, а другие - окрашены в синий и жёлтый цвета. Чародей передаёт изображение найденного Деду на бот. Через три минуты приходит ответ:

"Вами найдены:

1. Лучевой военный пистолет "Кан" - цена на местной бирже -500 доллов;

2. Скафандры десантников "СД - 14" выпуска империи Тлин - цена штуки в зависимости от сохранности - 8000 доллов;

3. Семь банковских кристаллов без шифра (синие);

4. Восемь зашифрованных банковских кристаллов (прозрачные) - их не вскрыть, поэтому можете выкинуть;

5. Пять жёлтых кристаллов знаний.

Чтобы прочитать, что находится на кристаллах, надо приобрести универсальный ридер "Чтец -643". Его стоимость - 12000 доллов".

Мы всем отрядом возвращаемся в центральный коридор, заходим в офис полиции. Там демонстрируем ножи, шокеры и три скафа, а также пенал с прозрачными кристаллами. Остальное спрятано в рюкзаке с Чародеем. Нам возвращают только скафандры, а остальное списывают на 20% налога.

- Скорее всего у них есть аппаратура для дешифровки таких кристаллов, поэтому они и взяли их. там может быть сумма в несколько раз больше, чем та, которую мы припрятали! - Говорит Дик.

- Я тоже так думаю. - Отвечает Соня. - Может мы и продешевили, и нас надули, но на ошибках учатся.

Быстро находим нужный нам магазин. Сдаём два скафандра.. Продавец сканирует их специальным прибором, устанавливает, что они работоспособны на 80%. Вместо денег берём ридер нужной нам марки, а на оставшиеся 800 доллов покупаем ручной сканер "Око-89". Он предназначен для проверки разнообразного мелкого оборудования и оружия - скафов, инструментов и других предметов. Потом возвращаемся на корабль, едим, начинаем проверять кристаллы. Тами, как коротко зовём жену Дика, составляет список:

1. Желтые камушки - знания по профессиям "Техник 4 - 5 ранга", "Инженер 4 - 5 ранга", "Навигатор 1- 5 ранг", "Оператор дроидов 1-3 ранг", "Галактический юрист 1- 4 ранг".

2. Синие банковские кристаллы: на трёх сумма не превышает ста доллов, а вот на остальных около ста тысяч монет.

- Полетели на какую - нибудь торговую станцию любого государства. не нравится мне эта свободная территория, больше на пиратский анклав похоже. - Заявляю я. Через час мы стартуем. Только отлетели на три миллиона километров, как включается наш главный искин:

- За нами погоня. Тот крейсер, который мы пропустили при подлёте и с ним два фрегата. - Сообщает Дед.

- Мы можем от них уйти?

- Свободно! Увеличиваю скорость.

Через пять часов ныряем в гипер около газового гиганта. Выскакиваем через несколько минут - тут есть такая функуция - "Принудительное отключение гипердвигателя". Разгоняемся за пятнадцать часов, ныряем в подпространство около звезды. так проделываем несколько раз, а потом возвращаемся на первоначальную траекторию в сторону империи Дора.

Полёт с помощью генератора нуль - перехода продлился на этот раз семь минут. Около планеты мы увидели летающие по низкой орбиты обломки. Обследовали их на протяжении двух недель. Нашли только пару разбитых дроидов. Дед и Джо начали сканирование планеты. Через час пришёл ответный сигнал от планетарного искина. Мы приземлились около горы. Андроид быстро нашёл модуль регистрации. Пришлось всем людям прикладывать ладони к рисунку на открывшейся панели. После этого нас пропустили на базу. Переговоры с искином, который получил имя Жмот, проходили целых три дня. Он не хотел отдавать нам реакторы. Но после того, как Дед пригрозил нанести удар из космоса, Жмот согласился на наши условия. Оказалось, что если бы мы подождали три дня, то всё взяли бы без различных сложностей - у Жмота кончалась энергия. Такой искин нам не был нужен. Поэтому пришлось перерезать энергошину, питающую капсулу Жмота. Потом он был изолирован от датчиков. Целых три месяца мы перетаскивали с базы всё, что там нашли:

- ремдроидов со 100% работоспособностью - 2000 штук;

- андроидов - 880 штук;

- лучевых пистолетов - 3000 с зарядными батареями;

- медкапсулы разного назначения с обслуживающими роботами - санитарами - 100 единиц;

- реакторов для малых кораблей - 56,

- реакторов для эсминцев - 12,

- реакторов для крейсеров - 8,

- реакторов для линкоров - 10.

Двигателей для различных типов военных кораблей - 108. Бронеплит - около десяти тысяч. Лазерные орудия большой и средней мощности 450 единиц. Плазменных орудий - 30 штук. Ракетных установок - 234. Самих ракет - 6000 единиц, снарядов к ЭМО - 580 штук. Скафандров различного назначения - 1000. Инструментов и ЗИПа - двадцать огромных контейнеров. Кристаллических искинов - 567 штук разных рангов.

Все помещения и половина коридоров линкора были забиты снятым с базы хабаром. Жмота уничтожили - Дед стёр ему память. Всё что хотели в этой системе, мы сделали, а теперь отправлялись к третьей бывшей имперской планете. До неё лететь четверо суток. Установили на линкор вместо старых новые реакторы. Теперь он был полностью вооружён, и закрыт трёхслойным щитом.

- Всем собраться в боевой рубке. Андроидам выслать представителя. - Скомандовал я. - Будет решаться вопрос о создании нашего государства, которое мы назовём империей Дион. У нас будут сословия. Люди и биоискины будут баронами, графами, герцогами. Императора у нас не будет. Андроиды будут сословием воинов и купцов, а дроиды - рабочими и фермерами. будет два основных клана - Самад и Рос. Итак, у нас девятьсот андроидов - они все будут виконтами. Их и дроидов делим пополам на два клана - по тысяче четыреста пятьдесят единиц. Биоискины получат звания баронов, наши дети - графы, а мы, взрослые - герцоги. Андроиды и биоискины могут за заслуги перед империей получить в своё владение кристаллические искины. Все согласны с этим делением?

- Да, да, да! - Пришли ответы со всех сторон.

- Теперь о геральдике. У меня и Роса есть гербы. Всем представителям моего клана надо нанести на скафандры и капсулы мой герб, а росовцам - его. Дроиды подчиняются андроидам, андроиды - биоискинам, а те нам. Если погибнет биоискин, то его андроиды будут подчиняться прямо людям, также будет и в случае гибели андроида - дроиды будут подчинены людям. Приступаем к делению и организации кланов.

Итак, была организована "империя Дион". Она имела ВКФ, в составе которой были четыре бота, фрегат и линкор. На бортах ботов были знаки герцогов - то есть гербы мои и Роса. На линкоре красовалось оба герба, а фрегат не носил никаких знаков - всё - таки разведывательный корабль. Прибытие к третьей интересующей нас планете ознаменовалось стычкой с неизвестными кораблями. Это были три фрегата и один эсминец какого - то пиратского клана. Они нашли на спутнике планеты базу со стоящими недостроенными кораблями - двумя крейсерами и четырьмя эсминцами. Но там ничего больше не было, поэтому пираты решили просто снять часть оборудования и продать. А тут появляется огромный линкор, который сходу открывает огонь... Пираты ушли на тот свет, ничего не успев предпринять. Но и нам не повезло - на планете ничего не было. Поэтому мы полгода потратили на достройку доставшихся нам кораблей. Теперь у кланов было по крейсеру, по два миноносца и по два бота. Были использованы имеющиеся в трюмах линкора двигатели. реакторы и бронеплиты. Корабли и боты немного перепроектировали и хорошо вооружили.Это делали исходя из данных, которые скачал Дед с местного галонета. Теперь переделанные боты действительно были вооружены лучше местных крейсеров. У них были ещё больше усилены щиты. Эсминцы нашей империи могли один на один сражаться с линкорами, а крейсерам и линкору вообще не было конкурентов. Для того, чтобы при выходе из гипера корабли выходили одновременно, боты перевозились в трюме линкора, а эсминцы и крейсера специальными захватами укреплялись на корпусе нашего флагмана. При разгоне работали двигатели всех закреплённых на линкоре кораблей. Это позволило уменьшить время разгона до восьми часов. такая сцепка прыгала сразу на пятнадцать систем.

Огонь лизнул мои босые пятки. Я дернулась, и веревки больно впились в тело. Они, в отличие от пламени, были настоящими.

Гуманная, черт побери, казнь⁈ Мне вынесли смертный приговор лишь потому, что я захотела остаться собой, не отказалась от дара, посмела воспользоваться силой ведьмы. И ведь ничего плохого не сделала! Никому не причинила вреда, не желала зла. Наоборот…

Языки пламени плясали на уровне талии. И голова стала тяжелой. Яд в крови тоже настоящий.

«Ты ничего не почувствуешь».

Ложь. Я чувствую обиду. Я не понимаю, почему люди, одаренные магией, вне закона. Не понимаю, отчего нас считают проклятыми. Магия — это не добро и не зло. Светлой или темной ее делают люди.

Малыш, заливающийся счастливым смехом, должен был умереть. Ямочки на розовых от мороза щеках. Прядка белокурых волос, выбившаяся из-под шапки. Чистый невинный взгляд. Это врезалось в память так же отчетливо, как и огромная сосулька, сорвавшаяся с козырька крыши. Никто не успел бы помочь. И у женщины, везущей санки, матери или няни, не хватило бы времени отреагировать на крик. И я стояла слишком далеко, чтобы оттолкнуть санки с опасного места.

Но я могла отшвырнуть в сторону сосульку, изменить траекторию ее падения. Всего лишь одно движение руки и…

Мне не повезло. Рядом, как назло, оказался охотник. Он почувствовал всплеск силы, меня вычислили и нашли по записям с уличных камер. И приговорили к смерти. Не потому, что я спасла малыша. Потому что я — ведьма.

Ведьму положено жечь на костре. Чем страшнее казнь, тем меньше желающих последовать дурному примеру. Однако судьи приняли во внимание спасенную жизнь. Я умирала не от огня, а от яда, привязанная к деревянному столбу. Языки пламени, пожирающие мое тело — всего лишь иллюзия, голографическая проекция.

Мысли путались.

«Будьте вы все…»

— Эй-эй, поосторожнее с желаниями, детка! — перебил меня кто-то, не позволяя закончить проклятие. — Здесь они могут и исполниться.

Голос мужской, незнакомый. Вроде бы источник звука… справа? В глаза ударил яркий свет, и я зажмурилась, не успев рассмотреть говорившего.

— Вел, ты кого притащил?

Другой мужчина? Его голос глубже, раскатистее, мощнее.

— Понятия не имею, — ответил первый. Видимо, тот самый Вел. — Мара попросила помочь, сопроводить душу.

— И с каких пор ты на побегушках у Мары?

Я попыталась открыть глаза. Безуспешно. Свет слепил. И пошевелиться не удавалось. Сопроводить душу? Это меня, что ли? Выходит, мифы и легенды не врут, после смерти душа попадает… Вот куда-то, да попадает. Или все гораздо проще. Яд добрался до мозга, и у меня галлюцинации.

— Мальчики, не ссорьтесь. — В разговор вступила женщина. — Свят, Мара и меня просила помочь. Тут… взаимный интерес. Маре жаль девчонку, а Триглаву, вроде бы, нужен кто-то… для восстановления справедливости.

— Так это же ба… — Свят осекся и откашлялся. — Девка.

— А ты хочешь, чтобы мы в тело девочки мужчину подселили? — рассердилась женщина. — Извращенец!

— Полегче, Лель! — рявкнул Свят. — Чем эта девка лучше той?

— Она ведьма!

— Я это… пойду, пожалуй, — сказал тот, кого звали Велом.

— Стоять! — рявкнули хором Свят и Лель.

— Я не при делах, — возразил Вел. — Сами разбирайтесь.

— Судьбу этой души… — Подозреваю, что тут Свят ткнул пальцем в меня. — … решит Триумвират. Третьим будешь.

Триумвират — союз трех мужей? Логично, что Мара и Лель вне игры.

Мара… Лель… Триглав…

Что-то знакомое.

Свят… Святогор? А Вел — Велес. Меня занесло в пантеон славянских богов? Забористая, однако, галлюцинация.

— Вот чего она? — В голосе Вела послышалась обида. — Галлюцинацией обзывает…

Лель хихикнула.

— Она нас слышит⁈ — воскликнул Святогор.

И наступила тишина.

Следующее «включение» с уверенностью можно назвать судьбоносным. Очнулась я как-то внезапно, без перехода между сном и явью, без шума в ушах и рези в глазах, без тошноты и головокружения. Беседка, увитая виноградной лозой. Аромат спелых гроздьев «Изабеллы». И женщина, сидящая напротив меня. Лель?

— Мара, — представилась она.

Черные волосы заплетены в косу, небрежно перекинутую на плечо. Сарафан с красными маками. Ремешки босоножек оплетают ноги до середины голени. Разве Мара… не богиня смерти? Ей положено быть мрачной, холодной. А эта…

— Ты мыслишь шаблонно, — сказала Мара.

Похоже, они тут все телепаты.

— Смертные громко думают. Яромила, ты должна выбрать. Жизнь или смерть?

— И в чем подвох? — поинтересовалась я.

Странно, но никаких эмоций я не испытывала: ни страха, ни любопытства. Возможно, потому что уже умерла? И если мне предлагают выбрать между жизнью и смертью, то навряд ли жизнь будет легкой и беззаботной.

— В обязательстве, что ты на себя возьмешь. Обычно мы не вмешиваемся в людские судьбы. И такая замена… Она легко выполнима, технически. Однако последствия могут быть…

Мара юлила, тщательно подбирая слова. Замена? Я все еще не понимала, чего от меня хотят.

— Это другой мир. И другая жизнь. Не твоя. Ты умерла в своем мире. И та, другая, тоже умрет, если ты не займешь ее место. То есть… у тебя есть шанс выжить, у нее — нет.

Ага, кое-что проясняется. Известный сюжет книг и фильмов в жанре фантастики. Некто умирает, но не совсем. Он перемещается в другой мир, в другое тело, и там…

Нет, это все же галлюцинации. Предсмертные.

— Да хоть бы и так. — Мара улыбнулась. — Можешь считать происходящее сном или игрой воображения. Принципиально лишь твое согласие.

Собственно, а что я теряю?

— Что конкретно я должна сделать? Выжить?

— Выжить, — согласилась Мара. — И доказать невиновность… одного человека.

— В чем его обвиняют?

— Жизнь или смерть? — перебила меня Мара. — Ты все узнаешь… в свое время. Если выберешь жизнь.

Можно подумать, тут есть из чего выбирать!

— Жизнь, — сказала я.

— Этого достаточно.

Беседка исчезла, Мара — тоже. Я не уловила момент перехода. Моргнула и…

Жар. Запах гари. Боль.

Это обрушилось на меня, заставило скорчиться… на земляном полу. Болело все тело, будто меня избили, переломав кости. Огонь не бушевал вокруг, но был близко. Я его чувствовала. Лопнуло стекло в небольшом окне, занялась огнем солома, сваленная в углу.

И это, по мнению Мары, жизнь⁈ Из огня виртуального меня сунули в огонь реальный. Да я вот-вот сгорю в каком-то сарае! Ни пошевелиться не могу, ни закричать. И дара своего не чувствую.

Я попыталась встать, превозмогая боль, но добилась лишь тьмы в глазах. Последнее, что запомнилось, треск падающих досок и низкий мужской голос, поминающий бесов и исчадий ада.

Хотелось пить.

Приятное чувство. Если меня мучает жажда, значит, я жива. Во всяком случае, хотелось в это верить.

А вот боли или иного дискомфорта я не испытывала. И это странно. Если меня избили и бросили в огонь, должны остаться синяки и ожоги? То есть, не у меня, а…

Нет, уже у меня. Беседу с богиней Марой я помнила ясно и четко.

Как и то, что зовут меня Яромила Морозова, и мне семь лет от ро…

Стоп! Как… семь? И имя… имя… и мое, не мое! Одновременно!

Я распахнула глаза, забыв, что хотела притворяться спящей до того момента, как приведу мысли в порядок. Впрочем, в комнате никого и не было.

Или в палате? Светлые стены и потолок, широкое окно без штор. Стекла снизу закрашены светлой же краской. Пустая кровать у окна. Вторая — моя, у противоположной стены. Все это я смогла рассмотреть при свете тусклой лампы, стоящей на тумбочке у кровати. За окном — ночь.

Почему я решила, что это палата? Я ведь как-то лежала в больнице. Там на окнах висели жалюзи, на стене — телевизор, и кровати были другими, и тумбочки. Может, из-за запаха? Он больничный, лекарственный, замешанный на ядреной хлорке. Или, потому что Яромила здесь не впервые.

Яромила. То есть, я.

Я посмотрела на свои руки. Маленькие, детские, с неряшливо обломанными ногтями на тоненьких пальчиках. Ощупала лицо, хоть это и не помогло мне представить, как я выгляжу.

Меня все так же мучила жажда, а ощущение нереальности происходящего… притуплялось.

Яромила Морозова. Семь лет. И… всё. Кто я? Кто мои родители? Как я попала в горящий сарай? Ничего из этого я не помнила. Вернее, не знала. А моя прошлая жизнь… ускользала.

Как меня звали? Яромила? Возможно. Но не Морозова, нет. И уж точно я не была ребенком. Возраст? Двадцать пять. Или двадцать семь? Я попыталась сосредоточиться. Кем я была? Ведьмой. Определенно. Но дар приходилось скрывать. Я — медсестра? Нет, но… связь с медициной… Провизор! Профессия позволяла мне варить зелья, не вызывая подозрений. Я жила… жила… одна? С родителями? С мужем?

Я потерла виски. Странные ощущения. Будто воспоминания стираются. Но не все. Все, связанное с ведьмовским даром помню хорошо. И казнь. И беседу с Марой. Возможно ли, что все это привиделось Яромиле Морозовой? Приснилось?

Нет. Я не ощущала себя ребенком. Скорее, сумасшедшей.

Хотелось пить. И еще — взглянуть на себя в зеркало.

Босые ноги коснулись холодного пола. Тапочек у кровати не оставили. А одета я в пижаму из тонкой ткани в цветочек: штаны на завязочках, на рубашке не хватает пуговицы.

Дверь не заперта. Я выглянула в пустой длинный коридор. И темный. Вдалеке светилась единственная лампа. Кажется, на медсестринском посту.

Мне туда.

Шла я осторожно, прислушиваясь. И не сказать, что страшно, просто все еще непонятно, чего ждать от этого места. Впрочем, страшно тоже. Неизвестность пугала.

— … ребенок, — донесся до меня приглушенный мужской голос. — Она не может отвечать…

Конец фразы я пропустила мимо ушей, обрадовавшись, что понимаю говорящего. Сомнения были, все же мир другой, если верить Маре. Насколько он похож на мой, я не знала.

Я пошла на голос, и вскоре остановилась перед дверью с надписью «Ординаторская». Значит, и читать на местном языке я умею.

— И все же, я настаиваю. — Мужской голос теперь звучал четче. — Это нарушение… — Пауза. — Да о чем вы! — Пауза. — Нет. Я составлю отчет и отправлю жалобу. — Пауза. — Да.

Кажется, мужчина говорил по телефону. Я потянула за дверную ручку, намереваясь войти в ординаторскую.

— Ты почему не спишь?

Я взвизгнула от испуга. Хотя, нет, не я, а маленькая Яромила. Я же мысленно поморщилась, так мне не понравился собственный голос. Тоненький, писклявый.

— Не шуми, — строго сказала незаметно подошедшая медсестра. — Из какой ты палаты?

— Я… — С этим кошмаром надо что-то делать! Я откашлялась. — Я пить хочу. Сильно.

Получилось так себе, но все же лучше, чем писк полудохлой мыши.

— Погоди… Ты из седьмой, что ли? — медсестра ахнула. — Зачем встала? И… как⁈

— Что тут происходит?

На шум вышел мужчина, чей голос я слышала из-за двери.

— Вот, Николай Петрович, ваша пациентка, — несколько растерянно произнесла медсестра. — Разве она не должна спать после того, как…

— Мария, — сердито перебил ее Николай Петрович. — Разве не ты должна следить за порядком в отделении? Вечно вы спите на дежурстве!

Николай Петрович хоть и выглядел грозно, но мне страшным не показался. Он был немолод. Если время течет здесь так же, как и в моем мире, то навряд ли ему меньше пятидесяти. Немного седой, с первыми морщинами на круглом лице, в круглых же очках и белом халате, он чем-то напомнил мне… доктора Айболита, доброго персонажа из детской книжки. Правда, доктор Айболит лечил зверей.

Странно. Я помнила сказку, но не могла понять, кто ее читал: я в прошлой жизни или маленькая Яромила в этой.

— Мила, детка, ты чего-то хотела?

Николай Петрович наклонился ко мне, взял за плечо, и промелькнувшее воспоминание исчезло без следа.

— Воды, — вздохнула я.

И поджала босую ногу. Все же пол холодный.

— Мария, подогрей молока, добавь туда ложку меда и принеси в палату. Мед в шкафу, в ординаторской.

— А молоко у нас из крана идет, вместо воды! — всплеснула руками Мария.

Николай Петрович бросил на нее такой взгляд, что даже у меня по коже побежали мурашки.

— Сейчас все сделаю, Николай Петрович, — пробормотала Мария, бросаясь прочь.

— Хватило бы воды, — сказала я, глядя ей вслед. — Правда, очень пить хочется.

— Молоко сейчас полезнее.

Николай Петрович вдруг подхватил меня на руки.

— Я сама…

— Босиком. Простудишься, — коротко произнес он, размашистым шагом идя по коридору. И добавил, уложив меня на кровать: — Лучше бы ты не вставала, Мила. Вот же кнопка вызова персонала.

Кнопка, и правда, была. Я ее не заметила.

Николай Петрович зажег верхний свет, поставил рядом с кроватью невесть откуда взявшийся стул. Его я тоже не заметила? Положил ладони на мои ступни.

Из рук его полилось тепло. Ощутимое, обволакивающее.

— Вы… колдун? — вырвалось у меня.

— Колдун? — Он улыбнулся. — Можно и так сказать.

— Но как же… вы же… вас же…

Меня охватил ужас. Как он не боится так открыто использовать магию? Пусть Яромила ребенок, но вот-вот в палату придет медсестра.

— Что тебя так напугало? — спросил Николай Петрович, слегка нахмурившись.

«Любой врач — маг. — Я словно услышала шепот в своей голове. — Быть магом — не преступление».

Кажется, мне повезло с миром.

— Я… я ничего не помню, — сказала я вслух. — Почему я здесь? Что произошло? И где… где мои… родители?

Надеюсь, у Яромилы есть родители. Хотелось, чтобы мои вопросы звучали естественно. Это же нормально, когда семилетний ребенок интересуется, где его мама и папа?

Николай Петрович не ответил. И погрустнел. Зато он явно обрадовался, когда в палату влетела медсестра с кружкой молока.

— Вот, Мила. Пей и спи, — сказал он, протягивая мне кружку. — Память вернется. Постепенно.

Такой ответ удовлетворил бы маленькую девочку, но не меня. Я замечала то, на что ребенок не обратил бы внимания. Врач определенно не хотел говорить со мной ни о родителях, ни о причинах болезни. Кстати, какой? Я чувствовала себя превосходно. А еще я помнила горящий сарай и боль. Но…

— Хорошо, — послушно произнесла я.

Не стоит спешить. Все, что меня интересует, я узнаю. Постепенно. Сейчас же можно напиться сладкого молока и поспать. Глаза уже слипались, веки тяжелели. И, наверняка, не от молока с медом.

Теперь Мара пришла в палату. Или мне это приснилось?

За окном едва брезжили утренние сумерки. Все в том же сарафане и босоножках Мара расположилась на подоконнике, закинув ногу за ногу.

— У меня мало времени, — сказала Мара. — Ночь уходит. Не задавай глупых вопросов.

Когда кто-то владеет информацией, то любой вопрос от несведущего покажется глупым. Я же, и вовсе, чувствовала себя то ли потерянной, то ли сумасшедшей. Возможно, и тем, и другим в равной степени.

Я села, свесив ноги с кровати.

— Память… стирается, — произнесла я. — Так и задумано?

— Сейчас это необходимо. — Мара поморщилась. — Разум приспосабливается к новым условиям. Ты не сможешь обработать всю информацию сразу, сойдешь с ума. Ты ведь, и так, порой считаешь себя сумасшедшей.

— И что в итоге? Я забуду себя и стану ребенком?

— Какой в этом смысл? — Мара повела плечом. — Тогда не стоило заморачиваться с переселением души.

— Тогда… уйдет девочка?

— Она уже ушла. Умерла там, в сарае. До того, как ее вынесли из огня. Тебе нужны ее воспоминания. Будет легче адаптироваться.

— Она… особенная?

Должна быть причина. Допустим, меня выбрали, потому что подходила по каким-то параметрам, понятным лишь богам. Но почему спасли ее? Почему Маре, да и не только ей, важно, чтобы Яромила Морозова жила?

— Обычная, — ответила Мара. И уточнила: — Была обычной.

— Тогда почему? — настаивала я. — Почему она?

— Я могла бы соврать, что это моя прихоть. — Мара улыбнулась, кокетливо поправляя бретельку сарафана, сползшую с плеча. — Но и всей правды сказать не могу. Боги редко вмешиваются в жизнь смертных.

Это я уже слышала.

— Всякий раз есть веская причина, — добавила она. — Тебе не нужно о ней знать.

Что ж, настаивать бессмысленно. Осталось выяснить то, что знала лишь Мара.

— Кого я должна спасти?

— Приятно, что ты помнишь об обязательствах, — сказала она. — Его ты уже не спасешь. Его казнили… некоторое время назад. Казнили, как государственного преступника, объявили врагом империи. Но его обвинили в том, чего он не совершал.

— Подставили? — спросила я. — Или ошиблись?

— Это ты выяснишь. И найдешь доказательства его невиновности. Восстановишь его имя, его род. Вернешь все, что ему принадлежало.

— А я… справлюсь?

— Только попробуй не справиться. — Мара вновь улыбнулась, но теперь как-то недобро. Зловеще. — Не разочаровывай меня, Яромила.

Мое имя она произнесла по слогам. И голос ее стал похож на шипение змеи.

— Но я ребенок, — напомнила я.

Так, на всякий случай. Мало ли…

— Вырастешь. Выучишься. Учись хорошо, Яромила. Прилежно. И не рассчитывай на мою помощь. Если не справишься, другого шанса у тебя не будет.

— Вы определенно уверены, что я буду стараться. — Я смотрела на Мару без страха. Трудно испугать того, кто уже умер. — Есть сроки? Или еще какие-то условия?

— Определенно будешь, — кивнула Мара. — И… нет. Я не нагряну к тебе с проверкой. Ты будешь стараться, потому что у тебя нет выбора. Ты будешь стараться для себя.

И все же хотелось бы знать, отчего такая уверенность…

— Твой отец, Яромила.

Быстро же я забыла о телепатии. Но… мой отец? Мой⁈ Да я его в глаза не видела! И вообще, как…

— Отец Яромилы Морозовой, — произнесла Мара. — В конце концов, прими уже тот факт, что она — это ты. Кое-что вспомнишь. Остальное узнаешь… — Она задумалась. — Да хоть из газет. Или тебе напомнят… добрые люди. Ты — дочь врага Российской империи. К слову, уже не Морозова. Ваш род полностью уничтожен. Ты последняя, Яромила. И поверь, есть те, кому сильно не нравится тот факт, что тебя пощадили.

Очевидно, «добрые люди» — это те, что пытались сжечь меня в сарае. И… Российская империя. К черту подробности, какой теперь год⁈

— Увидимся, когда ты справишься с заданием, — пообещала Мара, легко соскакивая с подоконника. — Не рассчитывай на помощь богов. Мы сделали для тебя все, что могли. Разве что…

Она подошла и поцеловала меня в лоб. Я невольно отпрянула.

— Вел просил передать, — насмешливо произнесла Мара. — А это… — Еще один поцелуй. — Это удалось выпросить у Свята. И, пожалуй, самое бесполезное, но от чистого сердца — от Лель.

Ее губы коснулись моего лба в третий раз.

— Воспользуешься дарами, когда придет время, — пообещала Мара.

Она подмигнула мне и исчезла. Растворилась с первыми лучами восходящего солнца.

Я ущипнула себя за руку. Однако, больно. Я не сплю.

Внезапно я поняла, что верить или не верить Маре — вопрос решенный. Я уже поверила, уже приняла решение. И теперь попросту глупо сомневаться в реальности происходящего.

Упав на подушку, я долго пялилась в потолок. Просто так, без всяких мыслей. А потом…

Российская империя или Римская — без разницы. Мне придется выживать в ином мире и в ином времени. Позаботиться обо мне, похоже, некому. Значит, я сама о себе позабочусь. И проблемы буду решать по мере их поступления.

В коридоре хлопнула дверь, громыхнули чем-то металлическим. Я завернулась в одеяло, закрыла глаза и притворилась спящей.

Первый этап — сбор информации. Пока воспоминания разрозненные и нечеткие, придется вести себя осторожно. Николая Петровича не удивляет потеря памяти, значит, часть нелепостей, которые я, безусловно, совершу, можно списать на нее. Главное, не расслабляться. И понять уже, наконец, где я нахожусь. В смысле, какая она… Российская империя.

Начало дня прошло бестолково. Утренние процедуры, завтрак — все, как в обычной больнице. В деталях разница чувствовалась. Тот же завтрак: пшенная каша, кусок масла, кусок белого хлеба, сладкий чай. В моем мире его принесли бы в палату, каждое блюдо — в отдельном контейнере, чай — в пакетике. И заваривать его я отправилась бы к кулеру. Здесь же…

Медсестра принесла мне тапочки и байковый халат, расчесала волосы и заплела их в косу, отвела в столовую. Там мне выдали кашу в тарелке, подтаявший кусочек масла и ломтик батона на блюдце, а чай налили в жестяную кружку из такого же жестяного чайника с носиком. Кажется, Российская империя несколько отстала в развитии от моего родного мира. С другой стороны, я легко узнала и кашу, и масло, и чай. И вкус у них был такой же, как в моем мире.

— Новенькая? — спросила соседка по столу, сероглазая блондинка с бледной прозрачной кожей.

Я кивнула, наворачивая кашу. Есть хотелось так же сильно, как ночью — пить.

— Мура, — представилась она, размазывая свою порцию по тарелке. — Тебе сколько лет? Мне двенадцать.

Я чуть не поперхнулась кашей. Выглядела она от силы на восемь. Или на девять, с натягом.

— Яромила, — все же ответила я. — Семь.

Воровато оглядевшись, Мура предложила:

— Хочешь добавки?

— А можно? — От добавки я не отказалась бы, но что-то подсказывало, что в больничной столовой мне ее не получить.

— Ага. Поменяемся тарелками, пока никто не видит.

Я не согласилась бы. Мура определенно плохо питалась. Не знаю, по какой причине, но выглядела она заморышем. Отбирать у таких еду, даже по их желанию… как-то некрасиво.

Но Мура уже вцепилась в мою опустевшую тарелку, потянула ее к себе, подпихивая мне свою.

— Как не стыдно!

Возле нашего стола материализовалась медсестра. Не подошла, а именно выскочила откуда-то, как черт из табакерки.

— Яромила, нельзя отбирать еду у слабых! — Ее голос звучал громко, звонко, и все присутствующие обернулись в нашу сторону. — Немедленно отдай тарелку Мурочке!

У меня челюсть отвисла от такой наглости. То есть, я еще и виновата? Да я пальцем не прикоснулась к чужой тарелке!

Мура молчала, отвернувшись. Подставила — и в кусты.

— Я ничего не отбирала, — четко произнесла я. — Если не верите, поищите на тарелке отпечатки моих пальцев. Их там нет!

Последнее, пожалуй, лишнее. Что, если в этом мире ничего не знают о дактилоскопии? К тому же, оболганный ребенок семи лет навряд ли будет так оправдываться. А, ладно! Если что, скажу, что люблю детективы. Имею право.

— Она не брала, — вдруг сказал кто-то за моей спиной. — Мурка опять есть не хочет. Я все видел и слышал.

Обернувшись, я увидела мальчишку, такого же пациента, как и остальные дети. Старше меня года на два или три, во всяком случае, внешне. Темноволосого и… симпатичного.

— Да? — Медсестра растерялась, но на своей правоте не настаивала. — Хорошо, Матвей. Я тебе верю. Спасибо. — И опять обратилась ко мне: — Яромила, прости, пожалуйста. Доедай и возвращайся в палату. А ты… — Теперь она повернулась к Муре: — Или съешь все сама, или придется кормить тебя через трубку.

Губы Муры задрожали, по щекам покатились слезы. Я поспешила запихнуть в рот бутерброд, чтобы избежать душераздирающей сцены. Терпеть не могу больницы! И больных детей! И…

— У нее анорексия. Знаешь, что это такое?

Я обнаружила, что стою в коридоре, у окна, обеими руками вцепившись в подоконник. Да так крепко, что костяшки пальцев побелели. А рядом — тот самый мальчишка, что спас меня от несправедливого обвинения.

— Знаю, — выдохнула я.

— Она уже идет на поправку. И она не злая. Ее прокляли.

— Мне это зачем?

Не хотелось быть грубой, но и вести беседу о чужой болезни, когда в своих проблемах не разобралась, выше моих сил.

— Не знаю, — ответил Матвей. Кажется, так его звали. — Может, так будет легче ее простить?

— Я не злюсь.

— Заметно, — усмехнулся он, кивнув на мои руки. — Или тебя тоже прокляли?

— Меня сожгли, — вырвалось у меня против воли.

Матвей побелел и отпрянул.

— Ты… та самая…

Веселая же меня ждет жизнь, если тут даже дети знают, кто я такая! Знают… и ненавидят. Впрочем, продолжить Матвей не успел.

— Мила, вот ты где! — К нам подошел Николай Петрович. — Пришел следователь, он хочет с тобой поговорить. Пойдем.

— Но я ничего не помню, — запротестовала я.

Только следователя и не хватает! Я еще ни в чем не разобралась!

— Пойдем, — мягко произнес Николай Петрович, беря меня за руку. — Ничего не бойся.

Следователя, лысого дядьку с пивным пузиком, определенно не интересовали подробности произошедшего. Он спросил, как меня зовут, и я ограничилась именем, памятуя о словах Мары, что я уже не Морозова. Его это вполне устроило.

— Расскажи, что случилось, — попросил он.

— Не помню, — ответила я.

— Совсем ничего?

Его голос звучал ровно и безразлично. Ни участия, ни удивления, ни раздражения. Ничего, что могло бы выдать отношение следователя ко мне. А взгляд он прятал. Не думаю, что специально. Скорее всего, не видел никакого смысла в том, чтобы на меня смотреть. Гораздо эффективнее сразу составлять протокол, чем он и занимался, используя подоконник вместо стола.

— Огонь помню, — сказала я. — И боль.

— Девочку доставили к нам в тяжелом состоянии, — вмешался Николай Петрович. — Два треснутых ребра, множественные гематомы, ожог верхних дыхательных путей…

— Я читал отчет, — перебил его следователь. К слову, он даже не представился. — С вами мы побеседуем позже. Сейчас я пытаюсь выяснить, что она помнит.

— Амнезия в ее состоянии вполне объяснима, — не унимался Николай Петрович. — Она скоро пройдет, и вы могли бы…

— Позвольте мне поговорить с девочкой, — перебил его следователь.

Треснутые ребра? Гематомы и ожоги? Горящий сарай мне не почудился. А медицина тут воистину чудодейственная. Я с уважением посмотрела на Николая Петровича. Ведь это он меня вылечил, никаких сомнений.

— Яромила, что последнее ты помнишь? Где ты была, что делала? — вновь обратился ко мне следователь.

— Ничего не помню, — вздохнула я. — Только имя.

Вот теперь следователь удостоил меня взглядом. И в нем я прочла снисходительную насмешку.

— Что ж, так и запишем, — сказал он, убирая в папку лист, на котором делал записи.

— Как? — растерялся Николай Петрович. — Уже все? — Следователь развел руками, выходя из палаты. — Мила, подожди, я сейчас вернусь.

Ждать я не стала, рванула следом. И правильно сделала. В коридоре было оживленно, и следователь с врачом вышли на лестничную площадку. Дверь, ведущая туда, находилась рядом с моей палатой. Я еще раньше поняла, по характерному запаху, появляющемуся время от времени, что там курилка.

Еще одна деталь, отличающая мой мир от этого. У нас давным-давно запрещено курить в больницах. А уж если бы кто-нибудь узнал, что медперсонал детской больницы дымит на лестнице, скандал с последующими увольнениями, вплоть до главврача, не заставил бы себя ждать.

Дверь открывалась без скрипа, и я легко выскользнула на лестничную площадку. Банка с окурками стояла у окна, на пол-этажа ниже, я же села на ступеньку чуть выше своего этажа.

— Послушайте… — Николай Петрович говорил тихо, но в лестничном колодце его голос разносило эхо. — Девочку жестоко избили и заперли в сарае. И этот пожар… Он же не случаен?

— Ведутся следственные мероприятия, — уклончиво ответил следователь.

— Кем бы она не была, это преступление против закона! — горячо произнес Николай Петрович. — Император лично подписал приказ о запрете преследования ребенка. Яромила — маленькая девочка. Она не отвечает за то, что совершил ее отец!

— Вы правы, — согласился следователь. — Но что вы от меня хотите?

— Чтобы вы нашли преступников, разумеется!

— Она ничего не помнит.

— Но есть же способ узнать, что она видела.

— Вы о ментальном допросе? Прокурор не подпишет разрешение.

— Почему⁈ — воскликнул Николай Петрович.

— Право слово… — Следователь понизил голос. — Вы не понимаете? Серьезно?

Наступила тишина. Я дернулась было к двери, подумав, что сейчас мужчины поднимутся, но Николай Петрович вновь заговорил.

— То есть, расследование будет формальным, — произнес он. — Потому что это никому не нужная сирота из проклятого рода.

— Вы и сами все прекрасно понимаете.

— Я понаблюдаю за девочкой до завтра. И ее придется выписать. Она вернется в тот же приют?

— Скорее всего.

— И ее жизнь снова будет в опасности.

— Вы так печетесь о дочери преступника. — В голосе следователя послышался сарказм. — Не боитесь?

— Ничуть, — твердо ответил Николай Петрович. — И она… правнучка моего учителя.

— Который, к счастью, не дожил до позора, — добавил следователь. — Так позаботьтесь… о правнучке своего учителя. Чтобы ей не пришлось возвращаться в приют. Прошу прощения, мне пора.

Я успела улизнуть до того, как мужчины заметили, что их подслушивают.

Отличные новости. Я живу в приюте, и меня пытались убить. И, похоже, сочувствующих моему положению мало. Николай Петрович… и все. Может, стоит как-то поспособствовать тому, чтобы он забрал меня из приюта? Заманчиво. Но я ничего о нем не знаю. Он добрый человек, он лечит детей. Но этого мало.

Вскоре Николай Петрович вернулся в палату. Он заставил меня лечь и осмотрел. Сначала — не прикасаясь, водя ладонями над моим телом. А после стучал по грудной клетке, щупал живот, считал пульс, просил высунуть язык.

Мне показалось, что Николай Петрович хочет что-то сказать, но боится начать разговор. Помочь ему, что ли…

— Все в порядке, Мила, — наконец произнес он. — Ты здорова, завтра я тебя выпишу.

— Домой? — спросила я, воспользовавшись случаем. — А где мама? Почему она не пришла?

Не знаю, угадала я или нет, но на этот раз он не ушел от ответа.

— У тебя нет мамы.

Пришлось изобразить испуг и растерянность. Я не могла вести себя, как взрослый человек. Семилетний ребенок будет плакать, узнав, что у него нет мамы? Расстроится — определенно.

— И папы нет, — добавил Николай Петрович. — Ты еще вспомнишь, но… у тебя никого нет.

— К-как… — выдавила я.

И скорчила лицо, будто собираюсь заплакать.

Бездарная театральщина! Аж самой противно от этой фальши!

Но Николай Петрович поверил. Он привлек меня к себе, обнял. Стал утешать, поглаживая по спине. Я особо не прислушивалась к тому, что он бормотал. А главное он произнес, глядя мне в глаза.

— Хочешь, я стану твоим опекуном?

— Наверное… да, — ответила я тихо, пряча взгляд.

Радостно соглашаться вроде бы нет причин, но отказываться как-то глупо. А попросить время на раздумья может взрослый, но не ребенок.

— Я узнаю, как это можно сделать, — сказал Николай Петрович, повеселев. — Мила, выше нос! Даже если придется вернуться в приют, это ненадолго. Поняла?

— Ага, — согласилась я.

А после того, как он ушел, меня накрыло воспоминаниями Яромилы. Не всеми разом, но я узнала, каково девочке жилось в приюте.

Яра не знала, как исчезли мама и папа. Позже кто-то сказал, что их забрали ночью. Кто? Зачем? Непонятно. Ночью Яра спала.

Утром няня покормила Яру завтраком, велела сидеть в детской и ушла. Яра и сидела, пока ей не надоело. А потом…

По дому ходили незнакомые люди, мужчины в форме полицейских. И рылись в вещах. Ни родителей, ни слуг… И Яра испугалась. Заплакала. Ее вновь отвели в детскую. Ничего не объяснили. Пообещали, что за ней придут.

Яра хотела убежать. Да хотя бы к соседке, тете Лине, и уже от нее позвонить бабушке. Номер Яра помнила наизусть. Ей нужен был кто-то знакомый, кто мог рассказать, что происходит, кто мог утешить, объяснить.

Но ее не пустили. У детской дежурил полицейский. А после, вечером, когда Яра устала бояться, за ней, и правда, пришли.

Женщина в строгом сером костюме велела одеваться. Из вещей Яры она выбрала самое невзрачное платье и самые простые туфельки.

Там, куда она привезла Яру, и это отобрали. Выдали другую одежду — некрасивую, из грубой ткани. И обувь, что тут же натерла ноги.

Несколько дней Яра провела в приемнике-распределителе. Она почти не ела, плохо спала, звала маму и плакала. С ней не обращались плохо. Просто не обращали внимания. И других детей Яра не видела.

А потом…

Потом ей сказали, что мама и папа за ней не придут. Что она, Яра, сирота. И что папа совершил преступление, и боярского рода Морозовых больше нет, и никому она не нужна. Она теперь просто Яромира, не боярышня, и жить будет в приюте, вместе с другими бедными детьми-сиротами.

В приюте для девочек Яру приняли неплохо, но там все казалось другим, непривычным. Не было отдельной комнаты и мягкой постели: одна спальня на всех и кровати в два яруса. Ели в общей столовой, и кормили сытно, но однообразно: каши, супы, а из мяса только котлеты. На прогулку девочек выпускали во двор. И все носили одинаковую одежду.

Яра… как-то справлялась. И с горем, что прятала ото всех. И с непривычным образом жизни. С новыми обязанностями. Девочки по очереди дежурили: следили за порядком, помогали накрывать на стол, убирали посуду, подметали двор. Но ей все казалось, что этот кошмар закончится, что мама и папа вернутся, заберут ее домой, что они будут жить, как прежде. Она мечтала об этом, представляла и как-то… проговорилась. Поделилась мечтами с подружкой, тихой девочкой Соней, с которой они незаметно сблизились.

Соне нравились рассказы о жизни настоящей боярышни, однако хранить секреты она не умела. Или их разговоры подслушали. Яра предпочитала думать, что подслушали. Определенно, кто-то из старших, потому что Яра не знала, какое преступление совершил ее отец. А те, кто избивал ее по ночам, знали наверняка, потому что называли дочерью предателя, дочерью врага. И били зло, жестоко, без пощады.

Я стояла у окна, прислонившись лбом к холодному стеклу. Окно выходило в больничный двор, и я видела голые деревья, кусты и дорожки парка, присыпанные снегом.

Зима. Яра жила в приюте где-то полгода. А потом ее убили.

Не забыть бы поблагодарить Мару при следующей встрече за то, что воспоминания смазанные, нечеткие. Общую картину я представляла, но без подробностей. И без них… слишком тяжело.

Слишком тяжело представлять, как маленького ребенка накрывают одеялом и бьют… ни за что. Из-за классовой ненависти? Из-за того, что она посмела родиться аристократкой? Или из-за того, что сделал ее отец? Видимо, он совершил ужасное преступление, если даже дети в приюте вымещали злобу на его дочери.

Воспоминаний Яры не хватило, чтобы составить представление о мире, но с этим я как-нибудь разберусь. Пока достаточно того, что нет проблем с языком, чтением и прочими обычными вещами. Гораздо сильнее волновало то, что завтра меня вернут в приют. К убийцам Яры, которые навряд ли обрадовались ее чудесному спасению.

Может, это все же совпадение? В сарае ее заперли, а огонь — случайность? Яра не помнила подробностей.

Я не помнила. Надо привыкать, что она — это я. Иначе, и правда, с ума сойду.

На обед я пришла с опаской. Если Матвей понял, кто я такая, и растрепал остальным, то ожидать можно всякого. Бить, наверняка, не будут, все же это больница, тут полно взрослых, но перевернуть на меня тарелку супа могут вполне.

Однако я ошиблась. На меня никто не обращал внимания, и удалось пообедать спокойно. Мура сделала вид, что меня не заметила. Матвей и вовсе не появился в столовой. Наверное, его выписали.

А после и вовсе повезло. Новая дежурная медсестра Верочка вела себя приветливее Марии. И, кажется, Николай Петрович попросил ее приглядывать за мной. Она принесла мне в палату книжки и вкусные булочки с корицей, а я воспользовалась случаем, чтобы узнать больше о Николае Петровиче.

Верочка с удовольствием болтала, пока я помогала ей крутить тампоны из марли. Сворачивать из полоски ткани аккуратный треугольник я научилась быстро.

Николай Петрович Михайлов — светило магической медицины, детский хирург, один из известных врачей Москвы. Настолько известный и уважаемый, что у него свое беспрофильное отделение, где он лечит самых тяжелых пациентов всех без исключения сословий.

Тут я не выдержала и спросила о Матвее. Стало интересно, чем он был болен, что оказался в отделении у чудо-доктора.

— А, Матвейка, — улыбнулась Верочка. — Обаятельный мальчишка. Он и тебе понравился? — Она лукаво улыбнулась.

Мне⁈ Да он сопляк, ребенок… Я вовремя прикусила язык. «И ты ребенок, Милочка», — сказала я себе. К слову, Милой меня звал только Николай Петрович. Остальные просто сокращали имя до Яры.

— Он с дерева упал, — продолжила Верочка. — И на металлический прут напоролся. Откровенно говоря, тут врач с седьмым уровнем справился бы, но Матвейка из Шереметевых, сам старый князь просил Николая Петровича им заняться.

Морозовы — бояре, Шереметевы — князья. Империя, значит. Не удивлюсь, если император — Романов. Москва вот есть. Причем, не столица. Столица — Санкт-Петербург.

Я никогда не увлекалась историей, но основное, безусловно, помнила. На сестринском посту мне удалось узнать дату из календаря. Шестнадцатое января тысяча девятьсот семьдесят седьмого года. Я же жила в двадцать втором веке. Если представить, что эти два мира относительно одинаковые, то разница во времени — лет двести. И одно важное отличие: в этом мире не было революции семнадцатого года. Или была, но победили не большевики. И, кажется, магия пришла в этот мир раньше, чем в мой.

Откровенно говоря, воспринимать действительность стало проще, когда я провела параллели и зацепилась за знакомые факты. Подробности узнаю позже, а пока достаточно и этого.

— А Николай Петрович кто? Князь или граф? — спросила я, напоминая Верочке о теме разговора.

— Ой, что ты, — засмеялась она. — Он из казаков.

Если я ничего не путаю, то казаки — это бывшие крестьяне, в том числе, и беглые.

— А вот жена его — из дворян, — продолжала Верочка. — Лариса Васильевна с семьей порвала, выйдя замуж за Николая Петровича. Впрочем, и его семья от такой жены не в восторге. Чистый мезальянс! Ой, ты же не понимаешь. — Она засмеялась. — Ничего, вырастешь — поймешь.

— Дети у них есть? — поинтересовалась я. И даже объяснила свое любопытство. — Николай Петрович хочет забрать меня из приюта. Но я боюсь, что буду… лишней.

Подозреваю, что девочки в семь лет так не рассуждают. Или все же могут, учитывая пережитое? Впрочем, Верочке мои слова странными не показались.

— Был у них сын, — сказала она. — Юрий. В войну погиб. Он был пилотом разума.

— О-о-о… — протянула я уважительно, хотя ничего не поняла.

— Вообще, как Лариса Васильевна решит, так и будет, — заключила Верочка. — И, скажу тебе по секрету… — Она перешла на шепот. — Она — ведьма.

Вот уж испугала ведьму ведьмой! Конечно же, я промолчала, но про себя подумала, что мне, пожалуй, именно к ней и надо. При условии, что мои способности сохранились.

К себе я вернулась, стащив у медсестер какую-то старую газету. Новости всяко поинтереснее детских книжек.

«В соответствии с программой исследования космического пространства 10 декабря 1977 года в 4 часа 19 минут столичного времени в Российской империи осуществлен запуск космического корабля „Романов-26“, пилотируемого экипажем в составе командира корабля подполковника Романенко Юрия Викторовича и бортинженера Героя Российской империи пилота разума Гречко Георгия Михайловича. Корабль выведен на расчетную орбиту. Программой полета предусмотрено проведение совместных экспериментов…» [1]

Старая мне попалась газета, практически месячной давности. Называлась она «Вестник культуры», и начиналась со статьи о космонавтах, которых тут называли пилотами разума. Это получается, сын Николая Петровича космонавтом был? И погиб… на войне? Тут звездные войны шли, что ли?

Впрочем, космонавтов и у нас называли летчиками. А летчик — это тот, кто управляет летательным аппаратом. Пилот разума? Неужели управление… силой мысли?

В моем мире такого добились только в конце двадцать первого века, когда научились вживлять в мозг человека нейрочипы. Подозреваю, что тут обошлись без высоких технологий и искусственного разума. Магия. Или даже… пси-способности. Телекинез.

В целом, новости культуры ничем мне не помогли. Насколько события двухсотлетней давности моего мира соответствуют местной культурной жизни, я оценить не могла. Поздравляли лауреатов и победителей конкурсов, писали о роли кино для сельских клубов, о театральных премьерах, об особенностях многосерийных фильмов и почему-то о фигурном катании.

В детские книжки я все же заглянула, в целях ознакомления. В одной обнаружила историю о приключениях маленькой ведьмы, в другой — рассказы о животных. И это ничем не отличалось от книжек моего детства, за исключением, разве что, ведьмы. С тех пор, как в моем мире магия перестала быть чем-то недоказуемым, общество решило, что прекрасно обойдется без магов. Откровенно говоря, те первые колдуны и ведьмы изрядно напакостили, пытаясь установить свою власть. И войну развязали, и жизней людских забрали немало, в том числе, и для жутких черных ритуалов. В итоге магию объявили вне закона, и, если ребенок рождался с даром, магию блокировали. Вспомнить бы еще, как мне удалось избежать подобной участи…

Короче, книжки о приключениях ведьмы в моем детстве быть не могло. Скорее, это была бы обычная девочка.

— Мультики идешь смотреть?

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась лохматая мальчишечья голова.

Матвей?

— Тебя же выписали, — вырвалось у меня.

— С чего бы? — Он открыл дверь шире.

— Ну… я не видела тебя на обеде.

— Дед приходил, мы в кафе обедали. — Мальчишка довольно улыбнулся. — Ты меня искала?

— С чего бы… — пробормотала я, повторяя его слова.

— Может, поблагодарить хотела?

Теперь в его голосе определенно слышалась издевка.

Вот же… сопляк!

— За что? — холодно спросила я.

— За чудесное спасение.

Он же из князей. А я — простолюдинка. Наверное, здесь принято пресмыкаться перед аристократами. Вот этот мелкий княжич и ждет благодарности.

— Я и сама доказала бы, что не брала чужую еду, — огрызнулась я. — Но если тебе так важно…

Я соскочила с кровати и отвесила Матвею низкий поклон.

— Благодарю, ваше сиятельство!

Челюсть у него отвисла.

— Ты чего? Юродивая, что ли?

Опять не угодила! Возмутиться я не успела, Матвей сам нашел объяснение моему поведению.

— Николай Петрович говорил, что у тебя с памятью проблемы. Наверное, сильно голове досталось.

В его взгляде появилось сочувствие, и челюсть отвисла уже у меня. Но ведь… маленький же. Пусть не семь, как мне, но не старше десяти. И так играть? Или он… искренне?

И вообще! Зачем он пришел? Поиздеваться? Я же помню ужас и отвращение на его лице.

— А я рад, что так совпало, — заявил Матвей.

Он зашел в палату без приглашения и уселся на соседнюю кровать. У меня так и не появилось соседки.

— Чему ты рад? — уточнила я, жалея, что не могу взять мальчишку за шиворот и выкинуть в коридор.

Во-первых, мне всего семь, можно и сдачи получить. Во-вторых, Николаю Петровичу не понравится такое поведение, и он может передумать. Решит, что я невоспитанная хулиганка и не заберет из приюта.

— Точно, тебе не рассказали, — кивнул он. — Тебя вчера сюда принесли, потому что ваш приют недалеко. Скорая повезла бы в другую больницу. Или даже возиться не стали бы. А тот, кто тебя спас, он знает Николая Петровича. Но его, скорее всего, не вызвали бы, если бы он уже не был здесь.

— Почему не вызвали бы? — тихо спросила я.

— Травмы, несовместимые с жизнью. Яр, я не придумываю. Я их разговор слышал. Николая Петровича и деда. Николай Петрович тебя с того света вытащил.

— Он был тут… потому что лечил тебя? — догадалась я.

— Ага. — Матвей кивнул. — Вот этому совпадению я и рад. Если бы я с дерева не свалился…

Он замолчал, криво усмехнулся.

— А ты зачем на дерево полез?

Мне не хотелось продолжать разговор о совпадениях. Так можно додуматься до того, что этого мальчишку с дерева богиня столкнула, чтобы Николай Петрович оказался вовремя в нужном месте.

— Да-а-а… — протянул Матвей и махнул рукой. — На спор. И знал же, что оно сухое, что ветка в любой момент надломиться может. Короче, сам дурак.

Кажется, все же обошлось без божественных вмешательств. Хорошо, что в итоге… все живы.

— Тогда я, и правда, должна тебя поблагодарить. Только прости, я не знаю, как правильно. Забыла… как к княжичам обращаются. Спасибо, что спас мне жизнь.

Я решила быть вежливой, но внимательно наблюдала за реакцией Матвея на мои слова. Его же они определенно смутили. И не притворно, искренне. Даже уши покраснели.

— Да я пошутил, Яра! — воскликнул он. — Ну… развеселить хотел.

Похоже, я и в другом ошиблась. Ужас и отвращение Матвей испытал не ко мне, а к тому, что со мной сделали. Он слышал разговор взрослых, то есть, знал о девочке, которая пострадала в пожаре. И когда я сказала о том, что меня сожгли, понял, что та девочка — я.

— Ладно, — сказала я вслух. — Где там… твои мультики?

Матвей обитал в отдельной палате, больше похожей на номер дорогой гостиницы. С телевизором. Правда, выглядел тот для меня, привыкшей к плазме и голограммам, несколько странно: ящик с выгнутым экраном и черно-белым плоским изображением. И без пульта управления. И переключатель каналов… рычаг. Короче, допотопная техника. Но здесь, как я поняла, и такое считалось роскошью.

Матвей пригласил к себе «на мультики» всех детей из отделения. И они набились в комнату, расселись на его кровати, на подоконнике, на полу. Кое-кто даже стоял. И все уставились на экран.

— Пожалуй, я не сильно люблю мультики, — сказала я Матвею.

Не хотелось лезть в толпу детей. Я еще не настолько стала Ярой.

— Я тоже, — отозвался он. — Хочешь на рыбок посмотреть?

Золотые рыбки плавали в большом аквариуме в приемной отделения. Здесь же, на стене, висело большое зеркало, и я, наконец, смогла себя рассмотреть. При Матвее пялиться на собственное отражение было как-то неудобно, но я хотя бы поняла, как выгляжу. Рыжие волосы, веснушки. Узкое худое лицо, маленький нос, пухлые губы. И глаза непонятного цвета — то ли голубые, то ли зеленые. Цвет морской волны?

— Яра, ты здесь? — В приемную заглянула Верочка. — А, и ты, герой, тут. Пригласил всех, а сам без мультиков остался?

— Да пусть смотрят, мне не жалко, — пробурчал Матвей.

— Пойдемте, я вам в сестринской телевизор включу, — расщедрилась Верочка. — Заодно отваром Яру напою. Николай Петрович прислал.

Отвар был горьким, мультики — глупыми. Но Верочка угостила нас с Матвеем конфетами. И сидеть рядом с ним на диване в сестринской было как-то… спокойно.

Так спокойно я чувствовала себя впервые с тех пор, как стала Ярой Морозовой.

[1] Газета «Советская культура» № 100 (5108) за 13 декабря 1977 года. Часть статьи «На орбите — научный комплекс» с первой полосы, практически дословно. Автором заменено название государства и «летчик-космонавт» на «пилот разума».

В приют я вернулась через три дня.

Николай Петрович собирался выписать меня раньше, однако, осматривая мое энергетическое тело, обнаружил, что потоки силы находятся в дисбалансе. Это я услышала и запомнила, а суть поняла не сразу.

Объяснения я получила от Матвея, который остался в отделении по той же причине.

— Врач десятого уровня может восстановить тело быстро. И физиологические процессы тоже. Физиология — это…

— Процессы, что протекают в организме, — перебила я. — Знаю, дальше рассказывай.

— Уверена? — Он прищурился. — Приведи пример.

Меня жутко бесила эта его снисходительность старшего к младшей. Еще бы! По факту, я была старше, и намного. Но приходилось терпеть. Не знаю, почему этот мальчишка ко мне привязался. От скуки, должно быть. У него хватало поклонниц даже в отделении. Могла поклясться, что он так же популярен в школе. И, наверное, это даже справедливо. На мордашку симпатичный, не заносчивый, хоть и княжич, доброжелательный, отзывчивый, вежливый. Наверняка, обычная семилетняя девочка была бы счастлива такому вниманию со стороны старшего мальчика. А Яра — и подавно, ведь она изгой. А мне вот… приходилось терпеть. Я утешала себя тем, что Матвей охотно делился со мной информацией, которой мне так не хватало. К тому же, в моем положении с княжичем лучше дружить. Возможно, это знакомство пригодится в будущем.

— Тебе какой? — Я довольно улыбнулась. — На уровне клеток? Тканей? Органов? Систем органов? Или…

Иногда я не выдерживала… и проговаривалась.

— Откуда ты все это знаешь? — таращился Матвей. — Ладно, убедила.

Я отговаривалась тем, что увлекаюсь биологией лет с пяти. Попался в мои загребущие ручки медицинский учебник… и понеслось. Я же правнучка врача, учителя Николая Петровича. Значит, это звучит правдоподобно.

Правда, об энергетических телах и особенностях их восстановления я ничего не знала, но Матвей не придавал этому значения.

— У обычного человека энергетическое тело обычное, — объяснял он. — И восстанавливается одновременно с физиологическими процессами. У одаренных каналы сложнее, видов энергии больше, и для восстановления правильной работы нужно время. Вот нас с тобой залатали, мы выглядим здоровыми, чувствуем себя здоровыми, а наш дар пока… э-э-э… хромой. Николай Петрович следит за тем, как циркулирует сила, поправляет кое-где, если нужно. Потому и не выписывает.

Яра не считалась одаренной. Ее способности к магии были слабыми, едва натягивало на единичку, по местным меркам силы. Насколько я успела понять, степеней всего десять, и все, что ниже трех всерьез не воспринимается. От трех до пяти — средние показатели, от пяти до семи — высокие. Все, что за семеркой — высший класс.

У Николая Петровича, к слову, десятая степень. Или уровень, это одно и то же.

Одаренный ребенок или нет, становится понятно примерно между пятым и седьмым годами жизни. Полагаю, к единичке Яры добавились мои собственные силы, и не сразу, потому Николай Петрович и заметил «дисбаланс» только на вторые сутки после того, как я поступила в отделение.

Из-за возраста и пережитого стресса он решил, что это позднее пробуждение дара. Но о степени говорить отказывался.

— Вот восстановится полностью, тогда и можно будет измерить. И, заодно, понять, будет ли дар усиливаться.

Еще одна особенность: дар можно развить, но не всякий. Матвей вот хвастался, что у него пятерка с потенциалом. У Яры же была предельная единица.

В день выписки я узнала, что у меня предельная четверка.

— Неплохо. И даже хорошо! — радовался Николай Петрович. — С четверкой ты сможешь выучиться, например, на зельевара. Очень достойная профессия.

И чем она отличается от фармацевта? Те же яйца, только в профиль. Да, я смогу использовать свою силу открыто, без страха быть наказанной. Но как мне это поможет вернуть доброе имя отца? Ответ очевиден. Никак.

— С четверкой тебя переведут в другой приют, — пообещал Николай Петрович. — Для одаренных детей.

О том, чтобы забрать меня в свою семью, он больше не заговаривал. То ли передумал, то ли ведьма-жена его не поддержала, то ли следователь оказался прав, и связываться с дочерью преступника попросту опасно.

Я так и не узнала, какое преступление совершил мой отец. Расспрашивать открыто опасалась. И даже смалодушничала, когда Матвей поинтересовался, какой род меня опекает.

— Я сирота, — ответила я. — Не знаю, кто мои родители.

— У тебя дар, хоть и слабый, — сказал он. — Значит, мать или отец из аристократов.

— У простолюдинов не бывает дара?

— Очень редко, — признался Матвей. — И, скорее всего, именно у бастардов. Исследование не проводили, но… так говорят.

Я ушла из больницы, не попрощавшись с Матвеем. Зачем, если я его больше не увижу? Он и жил не в Москве, а в Санкт-Петербурге. Сюда он приезжал с дедом на каникулах. Да хватало и того, что он княжич, а я — никто. Между нами пропасть.

Николай Петрович пообещал навещать меня в приюте. И поторопить перевод. Но…

Дать отпор тем, кому не давал покоя сам факт моего существования, придется самой. Я больше не буду девочкой для битья.

Встретили меня настороженно. Лучше бы равнодушно, но я чувствовала на себе взгляды, полные страха и ненависти. Стоило обернуться — и все отворачивались. Они боялись, что я видела их лица. Боялись и ненавидели. И ждали, не начну ли я говорить. Не укажу ли пальцем на обидчиков.

Ко мне подошла только Соня.

— Я… рада, что ты вернулась, — выдавила она.

Теперь мне хватало жизненного опыта, чтобы понять: Соню сломали. Она слишком слабая и зависимая, чтобы иметь свое мнение. Старшие дождались, когда мы сойдемся, а потом ей отвели роль доносчицы, а мне — жертвы. Как жертва, я, безусловно, удобнее.

— Я ничего не помню, — сказала я. — Даже тебя.

Отстанут ли от меня хоть ненадолго, узнав о потере памяти? Я надеялась провести спокойно хотя бы несколько дней.

— Покажешь, где моя кровать? — предложила я Соне.

Это я помнила смутно, потому боялась ошибиться.

Она кивнула, к кровати отвела. И, воспользовавшись тем, что в спальне никого не было, схватила меня за руку.

— Яра, давай сбежим! Я ключи стащила. Анна Гавриловна искала, ругалась, но не нашла. Никто не знает, что ключи у меня, я их хорошо спрятала. Давай сбежим!

— Куда? — спросила я, отцепляясь от Сони. — Куда бежать? Где-то будет лучше, чем здесь? И далеко мы убежим… без денег?

Почему-то казалось, что меня провоцируют на побег. Хотят подстроить очередной «несчастный» случай? Чтобы как с сараем? «Не мы его подожгли, он сам загорелся».

— Яра-а-а… — Соня заплакала. — И зачем ты вернула-а-ась…

— Скажи им, что я ничего не помню. Это правда. А насчет побега… подумаю.

Я в упор смотрела на Соню, и она смутилась, спрятала взгляд. Я попала в точку, но все еще не представляла, как буду выкручиваться. Не спать всю ночь? Допустим, один раз получится. Но я не могу вечно обходиться без сна. Знать бы, кто воду мутит! А Сонька не скажет, их она боится сильнее, чем меня.

Пережить первую ночь мне помог Матвей.

Когда сказали, что ко мне пришли, я ожидала увидеть Николая Петровича. Но в гостевой меня встретил Матвей.

— Ты ушла, не попрощавшись! — заявил он в лоб.

— Княжич, ты меня пугаешь. — Я не лукавила, произнося эти слова. — Я понимаю разницу между тобой и мной. А тебе нужно было убедиться? Ну, смотри.

Я покрутилась на месте, демонстрируя серую одежду из грубой ткани. Приютскую одежду. Отличительный признак нищих детей.

— Зачем ты так… — поморщился он.

— А как надо? Сделать вид, что мы друзья? Письмами обмениваться? Ездить друг к другу в гости на каникулы?

— Дедушка сказал, что ты не обрадуешься, если я тебя навещу, — кивнул он.

— Он прав, — огрызнулась я. — Чему радоваться? Поводу для зависти? Или ты думаешь, я сама себя избила?

Я говорила с ним не как маленькая девочка, но он этого не замечал.

— А я подарки принес. Для всех. Чтобы тебя не обижали, — сказал Матвей.

И я закрыла рот. Серьезно? Я ему… нравлюсь, что ли?..

Матвей поманил меня пальцем, словно хотел доверить какой-то секрет. А я настолько опешила, что шагнула к нему, не задумываясь. Он и шепнул… на ухо:

— Ты только не придумывай ничего. Это я дедушку задобрить пытаюсь.

— Зачем? — выдохнула я.

— Он меня за дерево выдрать пообещал. А он обещания держит. Вот и веду себя… хорошо. Может, меньше достанется.

И опять снисходительная усмешка в глазах. Нет, я отказываюсь его понимать. Он, видать, сам головой хорошо приложился, когда с дерева летел. Вот и ведет себя странно.

— Благодарю за все, ваше сиятельство, — произнесла я, отстраняясь. — За спасение, за помощь, за участие. Прощайте.

— Эй, погоди, — окликнул меня Матвей.

— Чего еще⁈

— «Ваше сиятельство» — так к князьям обращаются. К графам, баронам. А ко мне — нет. Учи этикет, Яра. Пригодится.

Он подмигнул мне и ушел.

А подарки, что он принес для девочек, и подарили мне спокойную ночь. Конфетами нас не баловали, а тут каждая получила по большому кульку со сладостями: конфетами, печеньем, мармеладом, зефиром, пастилой. А еще в столовой поставили огромный таз с румяными яблоками и такой же — с мандаринами. Тоже для всех.

Анна Гавриловна объявила, от кого подарки. И добавила, что княжич Шереметев — мой знакомый.

— Ладно, пока живи, — услышала я за спиной.

Обернулась быстро, но рядом уже никого не было.

Возможно, меня не трогали бы дольше. Кто его знает, ведь княжич Шереметев мог и вернуться, чтобы одарить сироту чем-то еще. И весь приют в накладе не остался бы.

Подарками нас не баловали, постоянных благотворителей у приюта не было. Яру не интересовало, откуда другие сироты, а я разобралась сразу: мы все — дети преступников, осужденных кто на тюремное заключение, кто на каторгу. Пожалуй, нет ничего удивительного в том, что озлобленные волчата объединились против той, чьего отца казнили.

Но они потерпели бы. Отложили бы расправу, если бы из-за меня их жизнь стала чуточку слаще. Можно сказать, я сама нарвалась.

Буквально на следующий день я увидела, как старшие девочки обижают Соню. Похоже, она понимала, что конфеты отберут, поэтому съела почти все, пока Анна Гавриловна следила за порядком.

При Анне Гавриловне девочки вели себя тише, скромнее. Та была воспитательницей строгой, но справедливой. И обижать младших она не позволяла. Могла и уши надрать, если кто-то, по ее мнению, выходил за рамки дозволенного.

Другая воспитательница, Екатерина Федоровна, за дисциплиной следила своеобразно. Она назначала старшую из числа своих любимиц и позволяла ей устанавливать свои порядки. При ней старшие девочки вели себя развязно, не опасаясь последствий.

Бедную Соню зажали в углу спальни и дергали за волосы — в наказание за то, что она съела почти все сладости, не поделилась с «подругами». Соня заливалась слезами. И так тихо, обреченно, что внутри меня словно что-то надломилось.

Яра прошла бы мимо. Яра сделала бы вид, что ничего не заметила. А я — не смогла. Даже зная, что все мои беды из-за Сони, из-за ее слабости.

Жаловаться друг на друга в приюте было не принято. Таких девочек называли доносчицами, и жилось им вряд ли лучше, чем Яре. Она, а вместе с ней и я, помнила лишь об одном таком случае. В столовой разбили две тарелки, и Анну Гавриловну почти уговорили, что это произошло случайно, но одна из новеньких девочек заявила, что это ложь, что она видела, что посуду портили нарочно. И виновных наказали.

Мы с Ярой помнили и то, как ябеде устроили темную.

Я предпочла бы, чтобы Яра делилась со мной светлыми воспоминаниями. Ведь они, наверняка, есть. Лучше бы я узнала о том, как ей жилось дома, с родителями. Чему и как ее учили, кем были ее мать и отец. Однако все, что происходило с Ярой до приюта, от меня спрятали. И приходилось «вспоминать» лишь ужасы.

В очередной раз сказав себе, что Яра — это я, и наоборот, я отправилась в комнату воспитателей. Екатерины Федоровны там не было, это я знала точно. Вечерами она предпочитала пить чай в компании поварихи, на кухне. Зато там стоял телефон.

Впервые я осознала, какая здесь связь, еще в больнице. Пузатый аппарат с трубкой, присоединенной к корпусу пружинным проводом, с диском и нарисованными на диске цифрами. От аппарата тянулся провод к розетке, но не электрической, а телефонной. Я решительно отказывалась понимать, как работает эта допотопная техника. Но пользоваться телефоном научилась.

Доносчиков не любят? Плевать. Хуже, чем есть, не будет. Спорить с старшими, ввязываться в драку — это проигрыш. И Соне не помогу, и сама огребу. Разговаривать с Екатериной Федоровной тоже бесполезно. Но в больнице я узнала, что есть отдел, оперативно реагирующий на жалобы о нарушении закона. Да от Матвея и узнала. Он спросил, отчего я не пользуюсь возможностью, если меня обижают. Пришлось объяснять, что тот, кого бьют, номер телефона не наберет. А после… на кого указать, если я не знаю, кто бил?

Короче, мне этот способ не подходил. А вот Соне поможет.

Номер телефона я запомнила. И набрала его без колебаний.

— Слушаю. — Голос в трубке показался мне сухим и безэмоциональным.

Я отбарабанила адрес приюта и сообщила, что прямо сейчас старшие девочки избивают малышку с одобрения дежурного воспитателя.

Матвей говорил, что все звонки на этот номер записываются. То есть, проигнорировать сообщение можно, чисто теоретически, а практически никто не рискнет так поступить, потому что при разбирательстве будут доказательства, что сигнал был, а реакции не последовало.

«Если скажешь точный адрес, сотрудник безопасности появится сразу, — учил Матвей. — Практически мгновенно».

На мой вопрос, как такое возможно, он не ответил. Улыбнулся загадочно… и все. Скорее всего, сам не знал. Подозреваю, что здесь и телепортация в ходу. И…

— Где? — За моей спиной раздался мужской голос. — Показывай.

Я испугалась так, что подавилась криком. Он, и правда, телепортировался⁈ Или…

Мужчина в черной форме. Ни погоны, ни значок на мундире мне ни о чем не сказали. Не разбиралась я еще в местных знаках отличия. Только и хватило сил, чтобы отвести его в спальню, где старшие, войдя во вкус, щипали Соню, наслаждаясь ее плачем.

— Воспитатель? — все так же сухо спросил мужчина.

— На кухне, — выдохнула я.

В дальнейших разборках я, само собой, участия не принимала. Все случилось как-то быстро и тихо. Соню куда-то увезли, зачинщиц заперли в чулане, Екатерину Федоровну отвели в кабинет директора. Вскоре в приют примчался и сам директор, полновато-лысоватый Борис Борисович.

Матвей оказался прав, замять происшествие не удалось.

О моем участии знали все, потому что видели, что это я привела мужчину, оказавшегося сотрудником службы имперской безопасности. Побеседовал он и со мной.

— Как… Соня? — спросила я.

— С ней работают психологи, — сказал мужчина, представившийся Александром Ивановичем. — Над ней давно издевались?

— Давно.

— Почему не сообщила раньше?

— А где я могла узнать ваш номер? — спросила я в ответ.

— Кстати, как ты его узнала? — Он усмехнулся.

— Знакомый один подсказал. Княжич.

— А, Шереметев…

Его осведомленность не показалась странной. Для человека, умеющего так быстро перемещаться в пространстве, узнать обо мне все — пара пустяков.

— Соня вернется?

— Да. Но здесь не будет тех, кто ее обижал.

— Появятся другие. И я не уверена, что вы взяли всех. Это исполнители. Есть кто-то, кто руководит…

— Имена?

— Не знаю. — Я отрицательно качнула головой. — Если бы я знала…

— Недавно здесь избили тебя.

— Здесь постоянно кого-то бьют.

Александр Иванович помолчал, словно обдумывая что-то.

— До утра доживешь? — спросил он вдруг. — Я постараюсь помочь.

— Придется. — Я повела плечом. — Куда деваться-то…

Что-то, и правда, сдвинулось с мертвой точки. Похоже, я постучала в нужную дверь.

Но силу злости тех, чей покой был нарушен жалобой, я недооценила. В том, что мне будут мстить, я не сомневалась. Полагала, что не сразу, но ошиблась.

Они пришли на исходе ночи, едва забрезжили утренние сумерки. Я не спала, и, скорее, почувствовала, чем услышала, осторожные шаги.

Один… Два… Три!

Я резко вскочила на кровати, отбрасывая одеяло.

— Держи ее! — крикнул кто-то.

«Хватай ведьму!» — раздалось в ушах.

Я и без того была зла, а сейчас и вовсе слетела с катушек. И, наверное, сыграл роль и тот факт, что тут я не боялась быть ведьмой.

Воздух вокруг меня заискрил, затрещал. Запахло озоном.

— Прочь! — рявкнула я. — Прокляну!

Кто-то испугался, отступил. А ведь вокруг моей кровати собрались… все. Да, пожалуй, все в приюте ненавидели дочь врага Российской империи.

— Куда? Она же ничего не может! Если бы могла…

Все, я предупреждала.

— Вы не люди, вы звери! — взвизгнула я, выпуская проклятие. — Свиньи! Овцы! Курицы!

Бабахнуло. И наступила тишина.

Длилась она недолго. Через мгновение я чуть не оглохла от поднявшегося шума. В животных девочки не превратились, но хрюканье и блеянье определенно преобладало над кудахтаньем.

В спальне вспыхнул свет. Меня все еще потряхивало от сотворенного проклятия, но фигуру в черном, застывшую в дверном проеме, я узнала.

Позади Александра Ивановича маячил кто-то еще, тщетно пытаясь протиснуться в комнату.

— Да что там…

Александр Иванович шагнул вперед. Из-за его спины тут же выкатились двое в форме. Определенно сотрудники того же отдела, но значительно моложе Александра Ивановича. Может, стажеры?

— Твою ж… — выдохнул один из них.

Я отметила, что в этом мире матерятся так же забористо и вдохновенно, как в моем.

— Рот закрой! — рявкнул Александр Иванович. — Тут дети!

— Эти, что ли? — хмыкнул другой, понаглее.

Я мысленно согласилась с обоими. И «твою ж», и зверинец вместо спальни для девочек.

— Работайте, — велел Александр Иванович. — Ведьму я забираю.

Он в упор посмотрел на меня, а я лишь повела плечом. Мог бы и сказать, что засаду устроит. Глядишь, и я не прокляла бы этих дур.

А проклятие вышло крепким. При свете я рассмотрела, что внешне девочки все же изменились. У кого-то нос превратился в пятачок, у кого-то в клюв, а кое-кто обзавелся шерстью, завернутой в колечки.

Александр Иванович поманил меня пальцем и кивнул на дверь. О, это с удовольствием! Только рада буду убраться из этого дурдома.

Впрочем, двое его напарников уже «работали»: погружали пострадавших от проклятия в сон. Наверное, так правильно. В первую очередь, «зверье» нужно успокоить.

Едва мы с Александром Ивановичем вышли из комнаты, он присел на корточки и ощупал меня. И руками вдоль моего тела поводил.

— Цела? — спросил он, наконец.

Я пожала плечами.

— Не стыдно? — задал он другой вопрос.

— А вам? — дерзко ответила я.

Правда, тут же об этом пожалела. Я вновь чуть отдалилась от Яры, забыла, что должна вести себя, как ребенок.

Александр Иванович молча встал, взял меня за руку, и мир вокруг потерял четкость.

Я испугалась. Воздух будто уплотнился, потяжелел, и такое чувство, что мне на нос надели очки с толстыми стеклами. Тот же коридор, но иной. И под ногами… песок? А над головой уже не потолок, а небо — темно-синее, насыщенное, с россыпью кроваво-багряных облаков.

Шаг, другой… И вокруг меня уже не воздух, а желе. Переставлять ноги трудно, но Александр Иванович не выпускает моей руки, тянет за собой. Третий шаг самый трудный. И…

Отпустило.

Глаза слезятся, но я понимаю, где нахожусь. Обычный мир, обычный кабинет. Стол, заваленный бумагами. Стулья. Металлический шкаф. За окном — рассвет.

— Что ты видела? — поинтересовался Александр Иванович.

— Что это?

Я проигнорировала вопрос. Голос мой звучал испуганно, и в том не было ни капли притворства.

— Что ты видела? — повторил Александр Иванович терпеливо.

— Не знаю, — ответила я. — Оно… странное. Тягучее, как резинка.

Он кивнул и усадил меня на стул. Осмотрелся и, сняв мундир, накинул его мне на плечи. Я поежилась. Только теперь поняла, что мне холодно. Еще бы, из спальни меня уволокли, не позволив одеться.

Из ящика стола Александр Николаевич достал носки. Шерстяные, связанные не спицах.

— Никогда не угадаешь, что пригодится, — пробормотал он, натягивая их на мои босые ноги.

После он включил чайник — воткнул вилку в розетку. Из другого ящика стола извлек заварку в картонной коробке и кусковой сахар.

Мы оба молчали. Александр Иванович сосредоточенно заваривал чай. Я куталась в мундир, пытаясь согреться.

— Пей. — Передо мной поставили чай в подстаканнике. Пододвинули ближе блюдце с сахаром. — Лучше сладкий, быстрее согреешься.

Александр Иванович собрал со стола все бумаги, запер папки в металлическом шкафу.

— Дверь на замке, сюда никто не зайдет, — сказал он. — Пей чай, я скоро вернусь. — Он вздохнул. — Яромира, без глупостей. Договорились?

— И не собиралась, — заверила его я.

Чай был крепким, сахар — сладким. А вернулся Александр Иванович, и правда, быстро. Минут через десять, если верить часам на стене. Я даже не успела подумать о том, что меня теперь ждет.

Честно говоря, думать не хотелось. Мысли текли как-то лениво, плавно, сонно. Чай согревал, и лечь бы сейчас, свернуться клубочком. Вот хотя бы на этом диванчике в углу кабинета. И как я его раньше не заметила…

— Да ты спишь совсем, — усмехнулся Александр Иванович, взглянув на меня. — Яра, сосредоточься, пожалуйста. И отвечай честно. Ложь я почувствую.

Я кивнула.

— Это твое первое проклятие?

— Ага.

— Ты понимала, что делаешь?

— Я точно понимала, что меня это все достало. Сотворила ли я проклятие осознанно? Нет. Оно… само. Я и не знала, что получится. У меня четверка. Предельная четверка.

— Шесть с потенциалом роста.

— Что?

— И способности эспера в перспективе.

— Кого?

— Эспера, — повторил Александр Иванович. — Странная ты девочка, Яра. Телефон секретного отдела службы имперской безопасности знаешь наизусть. А кто такие эсперы… не слышала?

— Я же говорила, кто сказал… — вскинулась я.

— Тише, тише, — перебил меня он. — Я помню. У младшего княжича Шереметева длинные уши. И длинный язык.

— Ему ничего за это не будет? — спохватилась я. — Я думаю… он просто хотел помочь… потому что я… потому что меня…

— Он не сделал ничего плохого. — Александр Иванович не спускал с меня внимательного взгляда. — Он хотел помочь, ты права. И он помог. И ты ни в чем не виновата. Ты защищалась, я тому свидетель. Но, Яра, запомни на будущее. Если вновь кого-то проклянешь, это тебе с рук не сойдет. Сейчас ты не понимала собственной силы, защищалась, действовала на эмоциях. Но если захочешь повторить, это расценят, как злоумышленное преступление.

— Я поняла. А если мне вновь придется защищаться?

— В тот приют ты не вернешься, если ты об этом.

— В другом будет иначе?

— Зависит от тебя. Но сомневаюсь, что ты будешь жить в приюте.

— А где же еще?

Александр Иванович рассмеялся.

— В этом кабинете вопросы обычно задаю я, странная девочка Яра.

— Ничего не странная, — пропищала я капризно, старательно изображая обычного ребенка. — Я устала. Вы же и сами все обо мне знаете.

— Ладно, кто такие эсперы, я тебе позже расскажу. Сейчас хорошо бы проклятие снять.

— И не подумаю! — воскликнула я.

— Яра…

— Они сами виноваты!

— С этим сложно спорить, — согласился Александр Иванович. — Но проклятие надо снять.

— Вот сами и снимайте!

— Так… оно твое. Ты его сотворила, тебе и…

— Думаете, я знаю, как⁈

— Желание, Яра. Искреннее желание.

Вот с ним у меня проблемы. И Александр Иванович, похоже, это прекрасно понимал, потому что подошел ко мне, погладил по голове и произнес почти ласково:

— Надо, Яра. Не бери этот грех на душу. А хочешь, давай поменяемся? Ты снимешь проклятие, а я исполню любое твое желание.

— Любое? — поинтересовалась я не без ехидства.

— Все, что в моих силах, — пообещал Александр Иванович.

Вернуть мне родителей точно не в его власти. А из возможного… о чем бы попросить? Интуиция подсказывала, что мелочиться не стоит. Но…

— Расскажите, что сделал мой отец, — попросила я. — Какое преступление он совершил?

Александр Иванович ничего не сказал, но выражение лица его стало презабавным. Вот уж не думала, что этого дядьку можно так удивить.

— Вы полагаете, мне кто-то говорил об этом? — добавила я. — Я даже не понимаю, за что меня ненавидят! Просто расскажите все, как есть.

Это всяко быстрее, чем копаться в архивах. Еще и ждать пришлось бы, когда меня в эти архивы пустят. А еще он, наверняка, знает больше, чем написано в газетных статьях.

— Эм… Может, лучше об эсперах? — Александр Иванович все же отмер. — Я не уверен, что смогу объяснить…

— Тогда девчонок сами расколдовывайте, — заявила я.

И обиженно оттопырила нижнюю губу.

Получилось очень даже по-детски. Я уже поняла, что тут можно и на своем настоять. То, что я сотворила, вполне могло ухудшить жизнь Яры. При желании меня обвинили бы в преступлении, и скидку на возраст делать не стали бы. И клеймо дочери врага Российской империи помогло бы забыть о смягчающих обстоятельствах. Однако Александр Иванович обращался со мной хорошо: не кричал, не бил, не запугивал. Причиной тому навряд ли стала его личная симпатия. Скорее, уровень моей силы и «способности эспера в перспективе». Не зря же он спрашивал, что я видела при переходе. Или правильно назвать это телепортацией?

А еще он прав, мне ни к чему отягощать свою и без того непростую жизнь. Девчонок я наказала, этого вполне достаточно. Пусть живут дальше… обычными дурами.

— Яра, ты еще мала, не сможешь понять… — Александр Иванович все еще пытался увильнуть от ответа.

— Объясните так, чтобы поняла, — не уступала я. — Простыми словами.

Он вздохнул, прошелся по кабинету. Налил себе чаю, сделал глоток и отставил стакан. И сдался.

— Ладно, слушай. Только без соплей. Начнешь реветь, отправлю туда, где нянчиться с тобой никто не будет, — сказал он жестко.

Я согласно кивнула.

— Твой отец… убил много людей. — Он тщательно подбирал слова, но от этого правда становилась лишь тяжелее, безжалостнее. — Вернее, они погибли по его вине.

— Вы же знаете, что я потеряла память после пожара? — спросила я, так как он замолчал. — Она все еще не восстановилась полностью. Я не помню, кем был мой отец.

И, пожалуй, прозвучало это цинично. Известие о том, что погибли люди, маленькая девочка проигнорировала. Зато ее интересуют подробности. Но, похоже, Александр Иванович уже смирился с моими странностями. Или считал, что я веду себя так из-за стресса. Я же предпочитала не фальшивить, не выдавливать из себя слезу. Да и ложь он почувствует, а это не в моих интересах.

— Инженер-конструктор по ракетостроению.

Ракеты, значит. Космодром? Черт, мы в Москве жили или…

Память Яры сжалилась надо мной, подсказала ответ.

Мы с мамой жили в Москве, папа — где-то в степях. Точное местоположение космодрома или завода по строительству ракет Яра не знала. Скорее всего, эта информация была засекречена. Перед трагедией папа взял отпуск на несколько дней, чтобы присутствовать на семейном торжестве. Он не мог пропустить семидесятилетие своей матери, моей бабушки. Однако… в его отсутствие на заводе что-то пошло не так?

Яра случайно услышала телефонный разговор. Дверь в кабинет отца была приоткрыта. Она не подслушивала, просто хотела зайти к папе, но он говорил по телефону, и она ждала, когда разговор закончится, чтобы не мешать.

«Нет, я против… Я категорически против… Испытание нужно отложить, это преждевременно!»

Он говорил с паузами, злился, даже кричал на собеседника. И в конце раздраженно бросил трубку. Яра побоялась его тревожить, ушла к себе.

— Твой отец отсутствовал во время важного испытания, — продолжал Александр Иванович. — Настолько важного, что на полигоне собрались… важные лица государства. В том числе родной брат императора, великий князь Петр Михайлович.

«Но папа был против испытания!» — чуть не завопила я.

Не время. Яра — не надежный свидетель. Разговор, что она услышала, мог быть о чем-то ином.

— Он тоже… погиб? — спросила я, наконец-то почувствовав настоящий ужас.

Такой, что мороз пробежал по коже. Смерть члена императорской семьи… и важные лица государства… Министры? Военачальники? Да уж…

— Погибли все, кто находился в радиусе десяти километров от эпицентра взрыва, — сказал Александр Иванович. — Несколько населенных пунктов были стерты с лица земли.

Тут у меня и вовсе челюсть отвисла. Весьма непритворно. На чем у них ракеты летают⁈ Взрыв был ядерным? Хотя… там вроде бы радиус поражения шире…

Информации отчаянно не хватало. Мне определенно будет чем заняться в ближайшие годы.

— Вина папы… была доказана? — выдавила я.

— Он признал вину.

— Признал или доказана? — не удержалась я. — Ведь есть разница!

— Нет, Яра. Разницы нет. При трагедии такого масштаба нет никакой разницы.

И вот как в таких условиях доказывать невиновность отца? Он взял вину на себя, потому что не смог настоять на своем? Потому что его не было на полигоне?

— А мама? Бабушка?

И где все остальные родственники? Их тоже казнили? За что?

— Ты просила рассказать об отце. В твоем помиловании есть условие: никакой связи с бывшими родственниками.

— То есть… они живы⁈

Александр Иванович отрицательно качнул головой.

— Нет, Яра. Я выполнил свое обещание. Теперь твоя очередь выполнить свое.

Я поняла, что больше он ничего не скажет. Что ж, о родственниках узнаю позже. Сейчас я не горю желанием с ними встречаться. Все же… незнакомые люди.

— А об эсперах… когда? — поинтересовалась я, сообразив, что мы возвращаемся в приют. — И… потом… Куда мне потом? Вы оставите меня в приюте?

— Снимешь проклятие, соберешь вещи…

— У меня нет вещей.

— Тепло оденешься, — терпеливо пояснил Александр Иванович. — Мне мундир нужен, знаешь ли. В приюте я тебя не оставлю.

Умеет он уходить от ответов…

Но и обещаний не нарушает.

Снять проклятие получилось легко. Впрочем, я не знала, сложно ли снимать проклятия. И тем, и другим я занималась впервые. Наверное, Александр Иванович был прав, достаточно искреннего желания. Я не простила, но посчитала наказание достаточным. И этого хватило, чтобы лица девчонок приобрели знакомые черты: исчезли пятачки и клювы, исчезла овечья шерсть.

А людей из отдела безопасности стало больше. Одевшись, я ждала Александра Ивановича в медпункте. И даже задремала на кушетке.

— Яра, пойдем. — Александр Иванович тронул меня за плечо. — Ты точно ничего не хочешь взять? Из вещей?

Не хочу. Я и эту одежду оставила бы, но другой у меня нет. Я ограничилась тем, что отрицательно мотнула головой в ответ.

— Тогда дай руку.

— Опять? — поморщилась я.

Переход уже не пугал, но все же приятного в нем мало.

— Не понравилось? — Александр Иванович усмехнулся. — Ты все же что-то видишь. Обычно люди ничего не замечают. Для них это всего лишь шаг из одного места в другое. Только эсперы видят Испод.

Я, наконец, услышу, кто такие эсперы? Пожалуй, я догадываюсь… но лучше бы знать наверняка.

В кабинете Александра Ивановича стало людно. Начался рабочий день, и сотрудники носились туда-сюда, как очумелые зайцы. В основном, по приказу самого Александра Ивановича. Но были и те, кто заглядывал в его кабинет с поручением, в поисках каких-нибудь бумаг или за сплетнями.

К слову, последних Александр Иванович игнорировал. На все вопросы о ночном происшествии он отвечал кратко:

— Все изложу в отчете.

И, кажется, над этим отчетом он и работал, устроив меня на диванчике и велев вести себя тихо.

Я пыталась дремать, но безуспешно. В первую очередь, из-за того, что не понимала, зачем я здесь, что такое это «здесь» и где оно находится. Отдел имперской безопасности — расплывчатая формулировка. Если я правильно догадалась, и Александр Иванович — эспер, а эсперы — это те, кого в моем мире называли псиониками или людьми с паранормальными способностями, то я сейчас у эсперов или у безопасников? Если у эсперов, то интерес Александра Ивановича вполне объясним. Если у безопасников, то есть, чего опасаться. Например, того, что высшее начальство не согласится с Алесандром Ивановичем, и меня ждет что-то пострашнее приюта.

Сотрудники обращались к нему не только по имени-отчеству. Кто-то величал «вашим благородием», кто-то «господином капитаном». На любого капитана найдется свой генерал, навряд ли в этом мире офицерские чины принципиально иные.

Неопределенность нервировала. А еще до меня как-то лучше стало доходить, что произошло ночью. Само собой, в своем мире я никого проклясть не пыталась. И не уверена, что у меня это получилось бы. А у Яры магия была слабой. О паранормальных способностях и вовсе думать страшно. И что это? Те самые подарки богов, что передала мне Мара?

Я с раздражением думала о том, что вопросов становится лишь больше. А понимания, что мне делать дальше — меньше. Боги поставили передо мной заведомо невыполнимую задачу. И, вишенкой на торте, у меня проснулся такой зверский аппетит, что живот свело.

Мне казалось, Александр Иванович вовсе обо мне забыл, потому несколько удивилась, услышав вдруг свое имя. Правда, обращался он не ко мне.

— Девочку зовут Яра. Отведи ее в столовую и накорми. Заодно расскажешь, кто такие эсперы.

Молодой парень, стоящий перед Александром Ивановичем навытяжку, едва заметно поморщился. В чем-то я его понимала. Мало кто из мужчин любит возиться с маленькими детьми. Однако начальнику не откажешь.

Я и в своем мире ничего не понимала в знаках отличия, и в этом узоры на погонах мне ни о чем не говорили. Но в том, что Александр Иванович выше по званию, чем этот парень, сомнений не было.

— Слушаюсь, господин капитан, — отчеканил тот.

— Глаз с нее не спускай, — добавил Александр Иванович. — И не обижай.

— И в мыслях не было, господин капитан. Видел я, что она делает с теми, кто ее обижает.

— Степан, я серьезно.

— Прошу прощения, Александр Иванович.

— Яра, чего застыла? Ты же все слышала.

А это уже мне, не поворачивая головы. Вот же…

— Александр Иванович, вы читаете мои мысли?

Тут он удостоил меня взглядом, строгим и насмешливым одновременно.

— Нет. С чего ты взяла?

— Я голодная. А вы… вот… — Я отчего-то смутилась.

— Я знаю, что ты не завтракала. А столовая открылась только что.

— Но… вы можете? — не унималась я.

— Яра, ты о чем?

— Мысли читать.

— Яра, иди. Этого юношу зовут Степан. Он тебе все расскажет. Об эсперах. И он знает, кто ты, поэтому вопросов о родственниках не задавай. Будь добра, не превращай его в поросенка, если вдруг разозлишься.

— Постараюсь, — буркнула я, сползая с дивана.

Юноша Степан вежливо открыл передо мной дверь. Но едва мы очутились в коридоре, бросил через плечо:

— Не отставай.

И быстрым шагом устремился вперед.

До лестницы я честно пыталась за ним угнаться. Но, во-первых, на меня навалилась странная усталость. Или не странная, учитывая произошедшее. Я едва переставляла ноги, да и голова кружилась — то ли от истощения сил, то ли от голода. А, во-вторых, длина наших шагов была несоизмерима. Александр Иванович оказался еще и провидцем, поднимаясь по широкой парадной лестнице, я злилась. Мысленно и весьма аккуратно, памятуя о том, что проклинать сотрудника отдела имперской безопасности категорически нельзя.

В итоге я безнадежно отстала. И, так как Степан исчез, присела на ступеньку лестницы. Вернуться к Александру Ивановичу? Не уверена, что найду его кабинет. Коридор длинный, и одинаковых дверей много. Наверняка, они пронумерованы, но я не обратила внимания на цифры нужного кабинета. Можно попросить кого-нибудь о помощи, мимо меня люди проходили. Только отчего-то никого не интересовал бесхозный ребенок. Видят ли они меня? И, может, не стоит… привлекать к себе внимание?

Проблема решилась просто: Степан вернулся.

— Ты чего? — сердито спросил он. — Я же сказал не отставать.

— Это сложно, — честно ответила я. — Ты очень быстро ходишь, а у меня нет сил, чтобы бежать.

Я обратилась к нему на «ты» неосознанно. Сработали старые установки. Степан выглядел совсем юным, и я прежняя ощущала себя старше него.

— Тебя на ручки взять? — поинтересовался он не без ехидства. — И как обращаться к старшим, тебя не учили?

Я поднялась со ступеньки, одернула платье.

— Прошу прощения, — произнесла я вежливо. — Не знаю, как к вам правильно обращаться.

Откровенно говоря, я просто устала. И не хотела ни ссор, ни скандалов. А еще боялась, что если поведу себя как-то иначе, то сорвусь и наделаю глупостей. Но Степана мой ответ удовлетворил.

— Степан, — сказал он и протянул мне руку. — Можно на «ты».

— Яромира, — ответила я, аккуратно отвечая на рукопожатие.

— Так тебя отнести? — Теперь вопрос прозвучал вполне дружелюбно.

— Нет, спасибо, — отказалась я. — Сама дойду, если не бегом.

В столовой Степан предложил мне выбрать все, что пожелаю. И в любых количествах. Я окинула взглядом раздачу и переложила ответственность на Степана, сказав, что съем все, что он принесет.

Знал бы он, чего мне это стоило! В нос ударили одуряющие запахи выпечки и прочих блюд, и запахи эти отличались от ароматов приютской кухни. Там вечно пахло вареной капустой. Мне хотелось мяса и пирогов. А еще кофе — настоящего, крепкого. Но на кофе надежды не было, детей не угощают эспрессо. А в остальном… Я не желала выглядеть жадной или жалкой.

Неужто кровь боярышни Яромилы проснулась?

Степан выбрал то, что, по его мнению, можно есть детям: картофельное пюре с котлетой. И булочки притащил — плюшки с сахаром. И чай с молоком.

Есть медленно я не смогла, как ни старалась. И Степан молча принес добавку. А булок и пирогов набрал побольше, с запасом.

В столовой, кроме нас, никого не было. Разве что кто из низших чинов прибегал за выпечкой для начальства. Я так решила, наблюдая за тем, как юноши, вроде Степана, уносят из столовой пакеты с пирогами и булками. Ну, и узор на погонах сравнила. Такой же, как у Степана. А еще поглядывала туда, где стояла большая кофемашина, этакий монстр в стальном кожухе.

— Так ты расскажешь? — спросила я, утолив первый голод. — Об эсперах? И что такое Испод?

Степан взглянул на меня как-то странно. Вроде и без злости, и без снисходительного отношения старшего к глупенькой маленькой девочке. Но от его взгляда я покрылась мурашками. А Степан поднялся и отправился к кофемашине. Я наблюдала за ним с завистью. Плюнуть на здравый смысл и попросить кофе? Может, боярышни с раннего детства пьет кофе! Пусть и с молоком…

Чашку с черным кофе Степан поставил передо мной. И сказал в ответ на мой удивленный взгляд:

— Пей. Ты же хотела.

А когда у меня отвисла челюсть, добавил:

— Я не читаю мысли, но чувствую эмоции. Это одна их способностей эсперов. Или вот…

Он едва шевельнул пальцами, и тарелка с пирожками проехала по столу.

— Эмпатия, телекинез, телепатия, ясновидение, яснослышание… — перечислял Степан. — А Испод — это изнанка мира. Через нее можно ходить короткими путями.

Что ж, мои догадки верны.

— А подробнее можно? — попросила я.

И, наконец, отпила кофе.

Степан подробно объяснил, что такое эмпатия, телекинез и прочие способности эсперов. Заодно, войдя во вкус, рассказал и о магии. Кое-что я от Матвея слышала, например, об уровнях или степенях магической силы. Но, оказалось, это далеко не всё.

Местная магия, в принципе, разная: стихийная, системная, кровная, природная. Особняком — некроманты, которые работают с мертвой энергией. Эсперы, и вовсе, привилегированная каста. Как я поняла, исключительно из-за того, что дар этот редкий. И… мужской.

К слову, среди сотрудников этого заведения я не видела ни одной женщины. Разве что тут, в столовой, на раздаче.

— Женщина не может быть эспером? — спросила я. — Ни одной не было?

— Если и были, я о них не знаю, — ответил Степан. — Тут палка о двух концах. С одной стороны, женщине трудно быть эспером. Испод — место опасное, там такие твари водятся, что одной магией не одолеешь. Нужны сила, выносливость, ловкость.

Что-то я там ни одной твари не заметила. Наверное, Александр Иванович ошибся. Хотя… понимал же он, что я не мужчина…

— С другой, — продолжал Степан, — этот дар не наследуется по мужской линии.

— Э-э…

— Ты совсем еще ребенок, — вздохнул он. — Вот ты… похожа на папу и на маму, так?

Мне не нужна была лекция по основам генетики, но я согласно кивнула.

— На кого-то больше, но суть в том, что ты унаследовала черты обоих родителей. С магией иначе. Дар наследуется целиком от одного из родителей, часть — по мужской линии, часть — по женской. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Ага, — кивнула я. — То есть, у эсперов-мужчин дети-эсперы не получаются.

— Именно, — обрадовался Степан. — Но и женщины под вопросом.

— Потому что женщин-эсперов нет, — добавила я.

— Не было, — возразил он. — Однако Александр Иванович утверждает, что ты что-то видишь в Исподе.

— Вижу, — подтвердила я. — Кроваво-красные облака, например.

— Может, ты о них где-то слышала? — прищурился Степан.

— Может. — Я не стала возражать. — Я память потеряла после пожара. Так что, может, мне показалось.

Вот что-то нет никакого желания ломать систему. Ведьма я, и точка. Мало мне клейма на всю биографию⁈ Первая женщина-эспер точно станет подопытным кроликом. А если… размножаться заставят⁈

От такой перспективы у меня аппетит пропал. Или я наелась. Но на тарелку с оставшимися на ней пирожками я уже не облизывалась.

— Не расстраивайся, память вернется, — утешил меня Степан.

Он, и правда, не мог слышать мои мысли, иначе понял бы, из-за чего у меня испортилось настроение.

— Ошибся Александр Иванович или нет, будет понятно лет через десять, — продолжил Степан. — Способности эспера раскрываются после восемнадцати лет.

Обрадовал! Это лет десять за мной будут наблюдать? Хотя… Все одно, будут. Ведьмовской дар ни с того, ни с сего расти начал. Оставят они меня без присмотра, как же!

— А мы сейчас… где? — спросила я, поколебавшись.

Все же в столь юном возрасте есть свои преимущества. Мне позволительного многого не знать.

— Управление Государственной службы безопасности Российской империи, — отчеканил Степан. И улыбнулся. — Где ж еще, малышка?

Ага, глупость спросила. Тут, наверное, все дети знают, где служат эсперы. Ой, и правда…

— То есть, эсперы всегда… на службе госбезопасности? — Я уставилась на Степана, старательно тараща глаза.

— В основном, да. Есть еще отделы, а где, тебе знать необязательно.

— Секрет?

— Секрет, — согласился Степан. — Ты наелась? Любопытство твое я удовлетворил? Тогда шагом марш в обратном направлении.

Как минимум, один отдел должен быть при императоре. Это ж невозможно, чтобы император — и без эспера. И какие-нибудь секретные объекты, вроде того, где работал мой отец.

Мой отец? Пожалуй, мне все легче давалось это слияние с Яромилой Морозовой. Это хорошо, меньше опасности выдать себя глупым поведением. Только бы какой-нибудь эспер-телепат не вздумал бы читать мои мысли. Степан сказал, что это неприятная процедура, что проводится она при крайней необходимости, что получить разрешение сложно.

Никто не будет копаться в голове маленькой девочки без особой причины. Только мерещилось мне, что девочка-эспер, пусть и под вопросом, причина веская. Сейчас я во всем видела подвох. И возвращаться в кабинет Александра Ивановича как-то не хотелось.

— Я наелась, но есть еще вопросы.

Степан закатил глаза, однако терпеливо ответил:

— Задавай.

— А вот… пилоты разума… тоже эсперы?

— Нет, это другой дар. Это способность становиться единым целым с механизмом. Как бы тебе объяснить…

— Не надо, — смилостивилась я. — Сама разберусь.

— В школе узнаешь, на занятиях по теормагии, — пообещал Степан. — Ты в каком классе? В первом?

— Не помню, — ответила я. — Но читать и писать умею.

— Еще вопросы?

— Да. А что я делаю… в управлении Государственной службы безопасности? Вы еще не решили, что со мной будет? Меня накажут… за проклятие?

— Яра, где ж еще тебе быть, — вздохнул Степан. — В приюте? Ты и так… нестабильна. Наказывать тебя не за что. Ты просто… ждешь.

— Жду? Чего?

— Кого. Опекунов.

— К-каких?

Я разволновалась всерьез, оттого и начала заикаться. Не все родственники исчезли? А кто еще захочет опекать такую, как я!

— Подробностей не знаю. Александр Иванович сказал, что разрешение они получат уже сегодня. Это всё?

Степан определенно выражал нетерпение. У него, небось, своих дел полно. А у меня от волнения все вопросы из головы вылетели.

Откровенно говоря, не от волнения, а от страха. Кому меня отдадут? Что это за люди? Как они будут ко мне относиться?

— Яра, ты сильно не переживай, — сказал Степан. — Абы кому точно не позволят быть твоими опекунами. Теперь ты под нашей защитой.

— Ага, — согласилась я.

Все именно так, как я и предполагала. В покое меня не оставят, будут присматривать.

А, может, это к лучшему? Как дочь врага государства я не представляю никакой ценности. Когда Николай Петрович следователя вызвал, тот лишь отмахнулся, не пожелал выяснять, кто пытался меня убить. Но будущего эспера-женщину будут, как минимум, охранять.

Главное, придумать, как самостоятельной стать. А то ведь заставят… детей с даром эспера рожать, в рамках эксперимента. Но впереди лет десять, выкручусь как-нибудь.

Напоследок я все же озадачила Степана, попросила принести мне газеты или журналы, любые, чтобы не умереть от скуки в ожидании опекунов. К счастью, детских книжек в управлении не нашлось, и газет он притащил целую пачку.

На первой же статье я и уснула. И кофе не помог.

Разбудил меня Александр Иванович.

— Яра, пойдем. Пора возвращаться.

— Куда? — пробормотала я спросонья.

— В Москву.

— А мы… где?

— В Петербурге.

Тут я окончательно проснулась. А ведь могла бы и раньше сообразить, что управление Государственной службы безопасности Российской империи находится в столице. Хороший телефончик мне Матвей подсказал…

Уточнить бы, во что ему эта помощь выльется. Ведь навряд ли это телефон службы спасения.

Однако поговорить с Александром Ивановичем я не успела. Он утащил меня в Испод, едва я натянула пальто и шапку.

Я таращилась изо всех сил, пытаясь рассмотреть что-то кроме причудливо окрашенного неба, но сквозь мутные стекла несуществующих очков не видела практически ничего. Только темные пятна: очертания то ли камней, то ли деревьев. Все те же три шага в вязком, как желе, воздухе. И резкая, до слез, боль в глазах.

— Яра, послушай…

Александр Иванович присел на корточки рядом со мной. Заметил слезы, стер их с щек подушечками больших пальцев.

— Глупый ребенок. Ты пыталась увидеть Испод? Рано, Яра. Рано.

Прозвучало это тихо. И даже как-то… нежно, что ли? Так мог бы обращаться отец к дочери.

— Я не мужчина, — пробурчала я, исключительно из вредности. — И не буду эспером.

— Посмотрим. Я другое хотел сказать. Используй шанс, что дала тебе судьба. Радуйся жизни, учись. И не думай о будущем.

Не думать о будущем? Странный совет. Однако я согласно кивнула.

— Хорошо. Спасибо вам, Александр Иванович. И… Матвею передайте…

Я замолчала, пытаясь понять, угадала или нет. Кажется, они близко знакомы.

— Что передать? — усмехнулся Александр Иванович.

— Спасибо. И не ругайте его, пожалуйста. Я обещаю, что забуду этот номер. И никому не скажу…

— Нет, милая моя. Номер не забывай, — возразил он, перебивая. — Если что, непременно звони. У тебя мое личное разрешение. Пойдем, тебя ждут.

Он поднялся, а я, наконец, осмотрелась. Мы стояли на тихой улочке, у деревянного забора, выкрашенного в синий цвет. Напротив калитки росла липа. Ее я опознала исключительно потому, что изучала ботанику. Все же зима, деревья голые.

— Выше нос, — сказал Александр Иванович и толкнул калитку.

Асфальтированная дорожка вела к дому. К крыльцу, облицованному рыже-бежевой плиткой. А дом был кирпичным, одноэтажным, с деревянными ставнями на широких окнах.

Мы точно в Москве? Скорее всего, где-то на окраине…

— Наконец-то! Мы заждались! Проходите, проходите!

На крыльцо вышел хозяин дома, и я чуть не взвизгнула от радости. Он все-таки не забыл об обещании!

Николай Петрович приглашающим жестом распахнул дверь.

— Я, пожалуй, пойду, — сказал Александр Иванович. — Все формальности улажены. Прошу прощения, у меня много дел.

— Ларочка огорчится, — вздохнул Николай Петрович. — Но я понимаю. Благодарю вас, Саша.

А ведь они знакомы. И знакомы хорошо…

Я перевела взгляд на Александра Ивановича, и он улыбнулся мне, подмигнул — и исчез.

— Мила, заходи в дом, холодно, — поторопил меня Николай Петрович.

Он помог мне снять пальто и отвел в гостиную. Там, на кожаном диване, сидела женщина: миниатюрная, немолодая. Черные волосы гладко зачесаны и уложены на затылке в витиеватый пучок. Острый нос, жесткий взгляд, поджатые губы. Темно-синее платье и белый кружевной воротник.

У ног женщины лежал огромный пес: черный дог с белым пятнышком на груди. Едва я вошла, дог поднялся и направился ко мне, цокая когтями по паркету. А я ему обрадовалась. Всегда хотела собаку, но не могла себе позволить. И хорошо, что не завела. С кем бы остался пес после моей казни?

— Мила, не бойся, он только понюхает, — сказал Николай Петрович. — Лорд — умный мальчик.

Я протянула Лорду руку. Он обнюхал кисть, ткнул влажным носом в ладонь, вильнул хвостом и вернулся к хозяйке. Принял. А вот жена Николая Петровича мне не обрадовалась.

— Какое убожество, — поморщилась она, смерив меня презрительным взглядом.

Поздороваться я не успела, а после этих слов язык, и вовсе, прилип к нёбу.

— Николаша! — Она повернулась к мужу. — С этим надо срочно что-то делать!

— Делай, как считаешь нужным, Ларочка, — ответил ей Николай Петрович. — Поезжайте в ателье или вызови портниху на дом. Наверное, сегодня проще купить готовое платье?

Так это она не обо мне, а о моей одежде? Я выдохнула.

— Здравствуйте…

И замолчала. Как мне к ней обращаться?

— Лариса Васильевна, — произнесла она. — Так это ты проклятьями разбрасываешься?

— Это… случайно получилось.

— Ведьма не должна полагаться на случай, — строго сказала Лариса Васильевна. И повернулась к мужу: — Николаша, покажи Яромиле ее комнату. А я, пожалуй, позвоню Любочке. Пусть снимет мерки и найдет какое-нибудь готовое платье, на первое время.

Мы с Ларисой Васильевной определенно друг другу не понравились. Однако она приняла меня в своем доме, пусть и по просьбе мужа. И рядом Николай Петрович, который не даст меня в обиду. На крайний случай, у меня есть телефон эспера из Государственной службы безопасности Российской империи. Жизнь определенно налаживалась.

А я последую совету Александра Ивановича. Буду радоваться жизни и учиться. И не думать о будущем. День, когда мне придется вспомнить об обещании, данном богине Маре, непременно настанет. В этом нет никаких сомнений.

В Петербург возвращались поездом.

Дед молчал, но не оттого, что злился на внука. Похоже, обдумывал что-то важное. В дела рода Матвея еще не посвящали. Правда, легкое недовольство все же ощущалось. Легкое, но справедливое. Каникулы в Москве безнадежно испорчены, а дед не любил, когда ломались его планы.

Матвей тоже молчал. Делал вид, что читает книгу, даже страницы перелистывал, однако мыслями находился в другом месте. В приюте, где осталась рыжая девочка с красивыми, но печальными глазами. Сначала Матвея потрясла ее история, а потом…

Дед ворчал, что Матвей слишком чувствительный. Даже эмпата в нем подозревал. Дар эспера, может, и примирил бы деда с тем, что нет в характере Матвея суровости и рациональности, присущих мужчинам рода Шереметевых. Однако при переходе через Испод Матвей ничего не увидел, и деда это заметно расстроило.

Матвей не был любимым внуком. Скорее, самым неустроенным. Мать сбежала за границу с каким-то французом, когда сыну едва исполнилось два года. Матвей ее не помнил. Фотографий и портретов не осталось, все уничтожили по распоряжению деда. Отец же исчезновения жены вроде бы и не заметил, как не заметил до того рождения сына. Младший из дедовых отпрысков был увлечен наукой: жил ею, дышал ею. И воспитанием Матвея занималась кормилица, она же няня, женщина малограмотная, но добрая.

Няня и научила Матвея милосердию и состраданию. Дед называл это глупым бабским воспитанием, однако и он обратил внимание на младшего внука далеко не сразу. У главы рода Шереметевых хватало дел.

Матвей сам виноват в том, что дед его заметил.

Собственно, сложно проигнорировать мальчика, явившегося в Думу в драных штанах, грязной рубашке и галошах на босу ногу.

А что Матвею оставалось делать? Няня вернулась с рынка в слезах. Ей нахамила молочница, обсчитал мясник, а потом у бидона с молоком сломалась ручка, и молоко разлилось в трамвае, испачкав какую-то важную даму. Дама устроила скандал и отобрала у няни деньги, на чистку костюма, угрожая полицией.

— Как так с людьми можно… как так… — причитала няня, утирая широкое лицо передником. — Как же законы… для кого законы…

Законами занимался император. А еще — дедушка. Матвей слышал от взрослых, что дед «с утра до ночи в Думе». Туда и отправился. За справедливостью.

А что? В восемь лет он вполне соображал, как добраться до Таврического дворца. Переодеться вот забыл, торопился. До того он с ребятами с соседней улицы в футбол играл на пустыре. Он давно знал, как улизнуть туда, где всяко веселее, чем в собственном прилизанном дворе. А галоши, и вовсе, нянины. Что первым попалось, то и надел.

Дед тогда чуть со стыда не сгорел. Еще бы! Матвей так и заявил охране на входе, что пришел к дедушке. Ему не поверили, хотели выгнать взашей, но Матвей показал золотого льва на запястье, символ рода Шереметевых, и деда все же позвали. И шуму было…

Тогда Матвею не попало. Дед сказал, что нет вины мальчика в том, что никто не занимается его воспитанием. И забрал внука в свой дом. Няню, правда, не обидел: содержание определил, квартирку подарил. Не в Москве, а там, где она попросила, к родне поближе. А за Матвея взялся всерьез. Репетиторов нанял по всем предметам, по этикету, по верховой езде, по фехтованию. В лицей перевел, где кузены учились. И требовал — послушания, рационального поведения. Правда, и баловал тоже. В Москву вот на каникулы повез, хотел музеи показать, театры.

Матвей же опять поступил нерационально. Попросту говоря, глупо. Они с дедом в парке гуляли, недалеко от дома. Дед знакомого встретил, они разговорились, а Матвею стало скучно, он дальше по аллее пошел, а там девчонка маленькая плакала. Ее котенок убежал, залез на дерево и не мог спуститься. Мама, вроде бы, за помощью побежала. А Матвей на дерево полез. И ведь понимал, что ветки сухие, тонкие. И полез.

В итоге и котенка не спас, и сам на штырь приземлился. Ему потом сказали, что железка в сантиметре от сердца прошла.

Глупо? Определенно. Мог бы девочку успокоить, объяснить, что котенку обязательно помогут. Мог бы деда позвать. Он, может, и не эспер, телекинезом не владеет, однако внуку в просьбе не отказал бы, организовал спасение котенка.

Как не отказал, когда Матвею захотелось навестить Яру в приюте.

К слову, дед не спрашивал, отчего Яра. Матвей и сам толком не понимал. Просто… она была милой. Матвей не отказался бы от такой младшей сестренки. А еще она вела себя независимо. Ничего не просила, ничего не ждала. Ее хотелось защитить. Ей хотелось помочь. Он и сделал все, что мог, прекрасно понимая, что навряд ли они когда-нибудь встретятся.

А на то, что дед смягчится, Матвей не надеялся. Давно уж усвоил, что все свои обещания дед выполняет. Сказал, что выпорет по возвращении, значит, выпорет.

К счастью, откладывать наказание дед не стал. Матвей и так истомился ожиданием.

— Будешь готовиться к поступлению в кадетский корпус, — сказал дед, запирая дверь кабинета.

— Но я не хочу быть военным, — возразил Матвей.

— Я разве спросил, чего ты хочешь? — спокойно поинтересовался дед. — И чего застыл? Не знаешь, что нужно делать?

Матвей знал.

В этот раз боль казалась ничтожной по сравнению с обидой. Но кто он против главы рода? Деду подчиняются все Шереметевы. И Матвей подчинится, у него нет выбора.

Буквально на следующий день в гости заглянул один из Матвеевых дядьев. Не родной, двоюродный. Матвей торчал дома, потому что учеба еще не началась.

— Дедушка ушел, — сказал он, встречая гостя. — Не сказал, когда вернется.

— Знаю. Матвейка. Я к тебе.

— Ко мне? — удивился он.

— Ага. Не стой столбом, предложи мне чашку чаю.

Сказано это было полушутя, но Матвей, спохватившись, обязанности хозяина выполнил исправно. Дядя же, дождавшись, когда слуга покинет гостиную, сказал:

— Вот не знаю, что с тобой делать. По идее, надо наградить. Но надрать уши хочется сильнее.

— За что, дядь Саш⁈ — возмутился Матвей. — Если за дерево, так дед уже… надрал. Больше я ни в чем не виноват.

— А я разрешал тебе раздавать номер телефона друзьям? Я, в принципе, тебе его давал? — прищурился дядя. — И не смотри на меня невинным взглядом! Научился разговоры старших подслушивать…

— С ней все в порядке? — выдохнул Матвей, чувствуя легкое головокружение.

Дядя Саша, он же Александр Иванович Шереметев, определенно не злился. И племянника не отчитывал. Так, журил слегка. И, опять же, справедливо.

— В полном, — ответил дядя. — И я даже благодарен тебе за то, что ты сделал. Вот только больше так не поступай, договорились?

— Дядь Саш, я ей помочь хотел. Я больше никому, честное слово! Хочешь, клятву дам?

— Не хочу, — отказался дядя. — Слова достаточно.

— Расскажи, что произошло, — попросил Матвей. — На нее опять напали? Она позвонила, да? Ты их поймал? Их накажут?

— Нет, Матвейка, не расскажу. — Дядя отрицательно качнул головой. — И ты никому не говори, ладно?

— И… ему? — Матвей имел в виду деда.

— Никому, — повторил дядя. — И о девочке этой забудь. С ней все в порядке, правда.

— Хорошо. — Он повел плечом. — Все равно мы с ней никогда не встретимся.

— А это, Матвейка, как судьба распорядится, — вздохнул дядя.

Спорить с ним Матвей не стал. Говорят, эсперы и будущее видеть способны. Хотя… Какая судьба? Судьбой Матвея распоряжается дед. А он никогда не позволит, чтобы безродная девочка из приюта находилась рядом с его внуком.

Николай Петрович умер внезапно. И смерть его была… глупой. Так говорили.

Откровенно говоря, и я так считала. Как можно лечить других и не думать о собственном здоровье? Как можно не обращать внимания на недомогание?

У Николая Петровича болело сердце, а он откладывал визит к врачу. Как-то его вызвали в больницу поздно вечером: автобус с детьми попал в аварию. Всю ночь он возился с самыми тяжелыми из пострадавших, спас всех. Под утро ушел в ординаторскую, чтобы немного отдохнуть. Уснул — и уже не проснулся. Медсестры его не тревожили, и рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь.

На похороны пришел весь город. Во всяком случае, и дом, и двор, и улица были заполнены людьми. И они шли и шли, чтобы проститься с чудо-доктором. С доктором, который спасал их самих, их детей, но оказался бессилен перед собственной смертью.

Лариса Васильевна постарела в один день. Белое фарфоровое лицо покрылось сетью глубоких морщин и старческих пигментных пятен, взгляд погас, волосы потускнели. Куда-то исчезла балетная осанка, превратив красавицу в сгорбленную старуху.

У нас с Ларисой Васильевной взаимной любви не случилось, хотя с ней я проводила гораздо больше времени, чем с Николаем Петровичем. Для него я была любимой внучкой, а для нее — внучкой ее любимого мужа, досадным недоразумением. Меня она терпела, но и научила многому. Я не любила ее за вредный характер, за вечные придирки, за требования соответствовать ее идеалам, и за это же была благодарна. Такой, какой я стала к семнадцати годам, меня сделала Лариса Васильевна.

А мужа она боготворила. Впрочем, как и он ее. Они никогда не ссорились. Он терпел ее вредный характер и выполнял все капризы, а она заботилась о нем, как о единственном любимом ребенке.

Лариса Васильевна следила за тем, чтобы муж был сытно и вкусно накормлен, идеально и стильно одет. Она ревностно охраняла его покой и организовывала его досуг. На званые вечера в дом Михайловых не считали зазорным попасть все местные аристократы, несмотря на то что брак потомственного казака и графской дочери считался мезальянсом. Во-первых, близкое знакомство с таким врачом, как Николай Петрович, могло пригодиться в любой момент. Во-вторых, торты и пирожные Ларисы Васильевны снискали такую славу, что за рецептами к ней обращались даже столичные кондитеры. Правда, она всем отказывала, хранила секрет. И всегда готовила их сама, выгоняя из кухни прислугу.

Когда мне исполнилось двенадцать, Лариса Васильевна привлекла меня в помощницы.

— Не будь дурой, наблюдай, — сказала она. — И учись, если сообразительности хватит.

Я чистила орехи, взбивала белки и смотрела во все глаза. Записывать она ничего не позволяла, однако рецептуру я скоро выучила наизусть. А вот секрет разгадала недавно.

Ведьмовская сила хороша тем, что ее можно использовать на уровне интуиции. Безусловно, есть теоретическая база: состав зелий, порядок ритуалов, азбука рун. Но чем сильнее ведьма, тем проще ей колдовать без «костылей», силой желания.

Лариса Васильевна хотела, чтобы ее торты и пирожные нравились тем, от кого зависело благополучие ее мужа. Николай Петрович был прекрасным врачом и плохим дипломатом. Многим аристократам не нравилось, что он лечит и бедных, тратит на них время. Стараниями Ларисы Васильевны они меняли свое мнение и жертвовали деньги в благотворительный фонд, организованный ею же при больнице.

Ведьмовским премудростям Лариса Васильевна никогда не учила меня специально. Но во всех ее уроках, будь то этикет, готовка, шитье, музыка или нечто еще, присутствовал флёр ведьмовства. Я поняла это не сразу. И полагала, что у меня достаточно времени, чтобы перенять всё ее мастерство, но смерть Николая Петровича изменила мою жизнь.

На похоронах Лариса Васильевна не проронила ни слезинки. Я заливалась слезами, а ее лицо оставалось бесстрастным. И, одновременно, неживым. Будто она умерла вместе с мужем, и лишь по какому-то недоразумению не лежит рядом с ним в соседнем гробу, а провожает в последний путь того, кого любила больше жизни.

Как оказалось, я почти не ошиблась.

На следующий день после похорон Лариса Васильевна позвала меня в кабинет Николая Петровича.

— Мне жаль, что приходится говорить тебе об этом сейчас, до твоего совершеннолетия, но откладывать разговор я не могу, — сухо сказала она, едва я уселась.

Она заняла место Николая Петровича за столом, и это выглядело так неестественно, так нелепо, что мне казалось, будто я сплю.

— Впрочем, до твоего восемнадцатилетия осталось немного, так что Николаша меня простит, — продолжала Лариса Васильевна. — Он не скрывал от тебя правду, просто ты была мала. Он щадил твои чувства. Хотел, чтобы ты росла, ощущая себя свободной и равной среди сверстников.

Свободной? По спине пробежал легкий холодок.

— Николаша дал тебе свою фамилию. Однако выкупить тебя ему не позволили.

Выку… Что⁈

— Одно из условий твоего помилования, подписанного императором, — пояснила Лариса Васильевна. — Ты крепостная, Яромила. Государственная крепостная.

— Крепостное право отменили, — возразила я.

И поняла, что голос мой больше похож на писк полудохлой мыши.

— Отменили, — согласилась Лариса Васильевна. — Слово осталось. По сути, тебе ограничили свободу выбора. Ты прикреплена к государству, и это означает, что ты должна приносить ему пользу. Каким образом, решит император.

— После того, как мне исполнится восемнадцать?

Еще и во рту пересохло. Зря я расслабилась. Зря думала, что богиня ошиблась, что мне не придется бороться за право быть собой.

— Это не оговорено. Полагаю, когда появится необходимость, тебя призовут. Если появится, — уточнила Лариса Васильевна.

То есть, могут припомнить, кто я, а могут и забыть? На плохую память я не рассчитывала. С тех пор, как я поселилась в доме Николая Петровича, эсперы обо мне не вспоминали. И у меня не было необходимости связываться с Александром Ивановичем. Однако навряд ли он обо мне забыл.

— А как же… школа? — спросила я. — Там ведь видели мои документы.

— О, договориться с ними было несложно. Николаша и с директором гимназии договорился, и учебу оплатил. Так что в ближайшие два года тебе есть, где жить. И хватит времени, чтобы подумать, что делать дальше. Разумеется, если ты не понадобишься императору.

— Я ничего не понимаю, — призналась я. — Как… есть где жить? Мне нельзя здесь оставаться? Вы меня выгоняете?

— Яромила, успокойся. — Лариса Васильевна поморщилась. — Среднюю школу ты заканчиваешь через месяц, а гимназия находится в Санкт-Петербурге. Николаша решил, что тебе нужно учиться мастерству, развивать навыки. У тебя высокий уровень дара. Эта гимназия — лучшее заведение для одаренных девочек. Если хорошо проявишь себя, получишь стипендию на учебу в университете.

Это так неожиданно! Николай Петрович никогда не обсуждал со мной будущее. А я была уверена, что продолжу учиться здесь, что есть время обдумать, кем я хочу быть.

— Я не смогу о тебе заботиться, — продолжила Лариса Васильевна. — Даже если могла бы, то как? Замуж мне тебя не выдать. Кто захочет взять в жены такую, как ты? А учеба и профессия — твоя забота.

— Я могла бы… заботиться о вас… — пробормотала я.

Да, мы не любим друг друга, но ведь как-то ладим уже десять лет. И как она… тут одна? У нее же никого не осталось.

— Я скоро умру, — сказала Лариса Васильевна.

Прозвучало это обыденно и страшно одновременно. Я как-то сразу поверила, что так и будет, она знает, что умрет. И все же спросила:

— Почему? Что за…

— Помолчи, — перебила она. — Иначе не узнаешь правды. К тебе она не имеет никакого отношения, но я хочу, чтобы ты знала. Ты тоже ведьма, и ведьма сильная, хоть еще и не понимаешь этого. А молодые ведьмы бывают весьма глупыми. Тебе ведь рассказывали… историю нашей с Николашей любви?

— Ну… я слышала… — призналась я, так как она ждала ответ.

Лариса Васильевна удовлетворенно кивнула.

— А теперь послушай правду, — сказала она.

Юная Ларочка Забельская воспитывалась в строгости, казавшейся старомодной. В возрасте шести лет ее отдали на обучение в закрытую школу для благородных девиц. Десять лет она провела там, возвращаясь домой лишь на короткие новогодние каникулы. На лето Ларочку отправляли за границу, в такие же закрытые школы для девочек, чтобы совершенствовать иностранные языки: немецкий, французский, английский, итальянский. Она изучала музыку и бальные танцы, литературу и живопись. Особое внимание в закрытой школе уделяли домоводству. Девочек учили готовить, рукодельничать, вести хозяйство.

Родители знали, что Ларочка уродилась ведьмой. Ведьмами были ее прабабушка и бабушка по материнской линии. Род отца магическими способностями похвастаться не мог, и оба старших брата Ларочки получились вполне обычными людьми. Впрочем, один сделал карьеру при дворе, служа в личной охране императора. Другой же стал художником.

Ларочка — поздний ребенок, и разница с братьями в десять лет сделала дружбу с ними невозможной. Учеба в закрытой школе, и вовсе, ограждала ее от знакомства с мужчинами. Ларочку готовили к выгодному замужеству, наивность и невинность должны были повысить ее цену. Как она поняла позже, отец испытывал финансовые трудности, а оба сына ничем не могли помочь роду. Художники бедные по определению, военные же — госслужащие, на жалование дела рода не поправить.

Когда Ларочке исполнилось шестнадцать, она вернулась домой. И почти сразу уехала вновь, на сей раз в Екатеринодар, к тетке. Там, по замыслу отца, она должна была познакомиться с губернатором, богатым вдовцом в поисках молодой супруги. И сделать так, чтобы он захотел жениться на Ларочке.

Дар ведьмы ей развивать не позволяли, но и не блокировали его. Воспользоваться приворотом, неосознанно, разве это преступление?

Папенька не учел одного: ведьма с неконтролируемым даром, вырвавшаяся на свободу, становится неуправляемой.

Ларочка влюбилась. Но не в губернатора, а в молодого студента-медика. Встретились они совершенно случайно, в библиотеке. Ларочка зашла туда по поручению тетушки. Ждала, когда подберут нужные книги. А Николя Михайлов заскочил туда по пути, за новым номером медицинского журнала.

Высокий красавец с модными усиками сразил юную неискушенную барышню наповал, не ударив пальцем о палец. Он ее, собственно, и не заметил, увлеченный своим журналом. Ларочка подошла к нему сама, поборов природную скромность. И строгое воспитание не уберегло ее от столь опрометчивого шага.

Ларочке пришлось пустить в ход ведьминское обаяние, чтобы уговорить Николя на встречу. Он пригласил ее сам, она лишь чуточку помогла ему решиться.

Обманывать тетушку было просто. Ларочка говорила ей, что идет в церковь. Или вовсе сбегала, подкупая прислугу. А с Николя они… гуляли. По Александровскому бульвару, по городскому саду, по Чистяковской роще, по Кубанской набережной. Николя угощал Ларочку мороженым и развлекал медицинскими анекдотами. И длилось это недолго, всего-то пару недель. Потом Ларочка получила известие, что родители едут в Екатеринодар, так как папеньку беспокоило, что губернатор до сих пор не сделал Ларочке предложение.

Да она и думать забыла о губернаторе! Однако и Николя не спешил назвать ее своей. И Ларочка… опять помогла. Но на сей раз так, чтобы наверняка. Папенька не оставил ей выбора. Ларочка прекрасно понимала, что по приезду родителей о Николя придется забыть навсегда.

Ритуал… Он был несложным, но из запрещенных. Не просто приворот, привязка. Ларочка нашла описание в старой книге из тетушкиной библиотеки. Как она туда попала? Загадка, которая Ларочку ничуть не волновала. Хватило волоска, незаметно снятого с рукава рубашки. И капельки собственной крови. Главное, Ларочка желала, чтобы их с Николя судьба переплелись воедино. Желала всем сердцем, искренне, неистово.

Приворот сработал. Николя предложил побег, Ларочка согласилась. Они обвенчались тайно. И… был скандал. Папенька отрекся от дочери. И родители Николя крупно поссорились с сыном, но невестку не приняли.

Михайловы уехали в Москву, едва Николя стал дипломированным врачом. Он был весьма одаренным юношей, потому получил приглашение пройти ординатуру при императорской детской клинической больнице. И поначалу было сложно, но они справились. Сын у них родился. И все наладилось. Только…

— Глупой я была, — сказала Лариса Васильевна. — Не понимала, что у всего есть своя цена. Юрочка совсем молодым погиб, а я все думаю, что в том моя вина. Нельзя красть чужое счастье. Я же Николашу… увела. Невеста его в станице ждала. Я того не знала, но…

Она зябко повела плечами. Я же молчала, боясь даже дышать. И ведь десять лет рядом прожила, а ни о чем таком и не догадывалась.

— Наши с Николашей судьбы связаны. Умер он, умру и я. Скоро. Так правильно. И это мой последний урок, Яромила.

Лариса Васильевна вздохнула и взглянула на меня как-то иначе.

— От нас тебе в наследство ничего не останется. Дом не наш, его Николаше в пожизненное пользование выделили. Деньги и драгоценности я церкви жертвую. Но, как я уже сказала, учеба твоя оплачена. И содержание на время учебы. Забрать эти деньги ты не сможешь. И еще вот… — Она положила мне на колени узкую бархатную коробочку. — Это от меня. На память. Взгляни.

В коробочке лежал браслет. Причудливое плетение: колечки из обычного золота чередовались с колечками из зеленого металла.

— Это зеленое золото, — сказала Лариса Васильевна. — На замке — клеймо императорского двора. Этот браслет подарили моему брату. Подозреваю, что была у него любовница из императорской семьи. Брат отдал браслет мне. Я же оставляю тебе. Это все твое наследство, Яромила. Распорядись им с умом.

Она ошибалась. В наследство от четы Михайловых я получила гораздо больше. Право носить их фамилию. Десять лет спокойной жизни. Бескорыстную доброту Николая Петровича. И бесценные уроки его жены.

Словно выполняя последнюю волю мужа, Лариса Васильевна дотянула до моего дня рождения. Восемнадцатилетие — неполное совершеннолетие по местным законам. Можно жить отдельно от родителей, уезжать из города без их согласия, устраиваться на работу. То есть, мне больше не нужны опекуны. Однако моим официальным «опекуном», а попросту говоря, хозяином, является император. Когда мне исполнится двадцать один год, ничего не изменится. Разве что мне как-то удастся выкупить себя у государства.

Об этом придется подумать позже.

Я попрощалась с Ларисой Васильевной. Хоронить ее помогали друзья Николая Петровича. Но одевала ее я: так, как она хотела выглядеть, встретившись со своим Николя-Николашей. Те же друзья договорились о том, что дом я освобожу через месяц после похорон и помогли купить билет до Санкт-Петербурга.

Я уехала бы раньше. Собрать вещи недолго, их у меня немного, включая зимние. Однако пансион при гимназии принимал иногородних учениц с определенного числа. К этой дате я и отправилась… покорять столицу.

Ехала я налегке, со спортивной сумкой на плече. Багаж отправила отдельно, и доставить его по адресу должны на следующий день после моего приезда. В сумку я положила смену белья, гигиенические принадлежности и зонт. Если верить прогнозу погоды, в Петербурге шел дождь.

Лариса Васильевна не одобрила бы мой внешний вид. Я облачилась в джинсы и рубашку, а волосы оставила распущенными. Все это она называла моветоном. И, наверняка, пришла бы в ужас, если бы узнала, что модные синие штаны из джинсы и рубашку из такого же материала подарил мне Николай Петрович. Я еще удивлялась, глупая, почему он сказал, что эта одежда пригодится мне во время учебы.

В моем гардеробе было еще несколько модных вещичек. Их я купила сама, мне давали деньги на карманные расходы. Кроме брюк, Лариса Васильевна не одобряла мини-юбки и спортивный стиль в повседневности. Она не желала понимать, что я хочу выглядеть так, как мои сверстницы, не выделяясь из толпы. Спасала ученическая форма, но на школьные вечера она оправляла меня одетой, как в театр. Поэтому я брала что-то из купленной «запрещенки» с собой и переодевалась в туалете.

Мне казалось, что будет тяжело вновь переживать детство, отрочество и юность. Подчиняться правилам, ходить в школу, учить уроки. Но поначалу я успокаивала себя тем, что так безопаснее. Я изучала незнакомый для меня мир постепенно, не боялась ошибиться, выдать себя. А потом привыкла.

Учиться было интересно. И легко. Я подробно занималась историей, географией, литературой, языками. В прежней жизни из иностранных языков я знала лишь английский, здесь же, не без помощи Ларисы Васильевны, осилила французский и немецкий. Математика, физика и химия ничуть не отличались от того, к чему я привыкла, и им я почти не уделяла внимания. Возможно, поэтому Николай Петрович решил, что у меня тяга к гуманитарным наукам, и определил в гимназию.

Больше всего мне нравилось изучать магию. В основном, теорию, практики у нас было мало. Считалось, что дар сильнее раскрывается к совершеннолетию, тогда и следует выбрать направление и оттачивать навыки. И далеко не все в классе были одаренными. Однако теорию преподавали всем.

Кроме природной ведьминской силы я научилась пользоваться магией стихий. Знала, как создать огненный или водяной шар, как управлять потоками воздуха или големом, умела создавать щиты и собирать энергию даже из камней. Также освоила основы системной магии, самостоятельно, но без практики. Системку преподавали в высших учебных заведениях.

А вот об эсперах не узнала ничего нового. Да, редкий дар. Да, только у мужчин. И даже в истории ни слова о том, когда люди научились ходить через Испод.

Удивляло, что Александр Иванович не объявился после смерти опекунов. Знает, что я никуда не денусь, что приеду в Петербург? Возможно. Или он как-то понял, что никакого дара эспера у меня нет и быть не может.

И это последнее, что меня сейчас волновало. Я начинала самостоятельную жизнь, ехала в незнакомый город. И я была крепостной Его Императорского Величества.

Последнее изрядно нервировало.

Его Величество Император, Всеслав Михайлович Романов, кротким нравом не отличался. Не тиран, вполне себе адекватный правитель, но не без придури. В народ любил хаживать, по молодости. Вроде бы даже в стройотряде работал целый месяц, никем не узнанный. Или вот с пьянством боролся радикальными методами, опять же, в юные годы: велел вырубить все виноградники, а владение самогонным аппаратом приравнял к владению незарегистрированным оружием. И с домочадцами не церемонился: племянника не пожалел, когда того с наркотиками поймали, в тюрьму посадил. А сына родного сослал на Сахалин, простым матросом на рыболовецкое судно, за участие в уличных гонках.

Может, это и нормально для императора. Мне сравнивать было не с чем. И собственные перспективы я оценивала исходя из характера Всеслава Михайловича — взрывного, своенравного и непредсказуемого.

Опять же, ему ничего не стоило расправиться с целым боярским родом из-за мнимой вины его главы. Не может быть, что у императора нет плана, как меня использовать.

А что я могу? Что я могу… Что я могу…

Мысли в голове стучали в такт колесам. А ведь у любой медали две стороны. Я не хочу быть крепостной императора. Однако так встретиться с ним мне будет проще? Ведь только император может обелить имя моего отца.

В Петербурге шел дождь. Я могла бы взять такси, друг Николая Петровича и денег мне дал, на первое время. Но я решила экономить. Для начала выяснить бы, что означает «содержание», и смогу ли я устроиться на подработку. Поэтому к месту назначения я ехала на метро, а после — на автобусе. И оказалось, что пансион, где мне предстоит жить, находится в пригороде.

Везет же мне на домики, утопающие в зелени сада! Этот, безусловно, отличался от московского. Хотя бы тем, что имел два этажа.

Меня встретила хозяйка, женщина лет сорока, с гладко зачесанными волосами, собранными в пучок на затылке, в домашнем платье и переднике.

— Мы живем на первом этаже, комнаты для гостей — на втором, — сказала она. — Там же ваша ванная комната. Лестница ведет наверх из прихожей, нет необходимости заходить на нашу территорию. За исключением времени, отведенного на завтрак и ужин. Обедать будешь в гимназии.

Антонина Юрьевна, так звали хозяйку, показала мне столовую. Муж ее, как я поняла, находился на работе, а обе дочери отдыхали в летнем детском лагере.

— У меня пятеро постоялиц, — говорила она, поднимаясь по лестнице. — Новеньких двое, ты приехала первой. Комнат три. Для тебя забронировали отдельную.

Глаза наполнились слезами. Николай Петрович и об этом успел позаботиться! Знал, что мне будет сложно делить с кем-то личное пространство.

Я точно знала, что мои опекуны никогда не посещали столицу. Полагаю, это из-за того, что аристократическое общество их отвергло. Летом мы вместе отправлялись на отдых. Лариса Васильевна обожала Рицу, Николай Петрович — Кисловодск. Две недели мы проводили на Черном море, две — на Кавказе. А в Петербург не ездили никогда.

И как же он нашел для меня такое чудесное место? Здесь тихо, чисто и уютно. Комната без излишеств: шкаф для одежды, кровать и стол для занятий, вот и вся мебель. Ни телевизора, ни телефона. Антонина Юрьевна сказала, что телевизор нам ни к чему, он отвлекает от учебы. А телефоном можно пользоваться в случае необходимости, но не для того, чтобы болтать ни о чем.

Три моих соседки, ученицы второго курса гимназии, каникулы проводили дома. Другая первокурсница должна появиться послезавтра. Нам с ней, в отличие от старших, есть чем заняться до начала учебного года. Надо съездить в учебную часть, получить пропуск и форму, взять книги в библиотеке, составить расписание. Часть предметов обязательные, часть — по выбору.

— Пока учеба не началась, можешь обедать у меня, — сказала Антонина Юрьевна. — Бесплатно. И вообще, не стесняйся, обращайся, если что нужно.

— Почему? — спросила я.

Может, это и невежливо, но… ведь неспроста? Она не могла не видеть мои настоящие документы.

— Николай Петрович. — Она грустно улыбнулась. — Царствие ему небесное. Он меня вылечил. Неужто я его внучке не помогу?

— Приемной внучке…

— Да без разницы.

Что-то такое я и подозревала.

В тот день я никуда не пошла, устала с дороги. Да и погода к прогулкам не располагала. А на следующий день решила, что гимназия подождет. Вернее, я подожду другую новенькую, вместе веселее. Свободный же день потрачу на то, чтобы прогуляться по центру города. Благо дождь, наконец, закончился, и выглянуло солнышко.

По-настоящему сложно было привыкнуть к тому, что здесь нет смартфонов и компьютеров. Последние уже изобрели, но они сильно отличались от привычных мне устройств, не говоря о том, что доступ к ним имели лишь специалисты. Поэтому, чтобы не заблудиться в незнакомом городе, пришлось брать с собой обычную бумажную карту.

Куда пойти, я не знала. Хотелось просто посмотреть город, в котором мне предстояло жить в ближайшие два года, познакомиться с ним. Так почему бы не начать с центра?

Зимний дворец императорская семья давно оставила. Основная резиденция Романовых — в Царском селе, а дворец передали художественному и культурно-историческому музею. Вслед за Романовыми боярские и княжеские рода отказались от «родовых гнезд», и центр Санкт-Петербурга превратился в огромный музейный комплекс из дворцов и парков, открытых для туристов. За исключением нескольких зданий, вроде того, где располагалась Дума.

В музеи меня не тянуло. Я просто гуляла: по площадям и набережным, по улицам и паркам. Пыталась проникнуться атмосферой, почувствовать дыхание города. Но, наверное, я выбирала неправильные места. Дворцы и особняки, бывшие резиденции бояр и князей, поражали великолепием. Но и только. А, может, мешала суета. И туристы.

Из центра я сбежала, наугад выбрав направление. Долго шла, сильно устала и присмотрела кафе, чтобы перекусить. Обычное, как мне показалось, кафе с неброской вывеской «Пышки». Во-первых, о знаменитых петербургских пышках я и в Москве слышала. Во-вторых, стало любопытно, каков на вкус бочковой кофе.

Дверь я толкнула, но дальше предбанника попасть не удалось. Швейцар в ливрее смерил меня слегка удивленным взглядом.

— Э-э-э… Барышня? — спросил он, будто не понимал, как относиться к моему появлению.

— Я могу пройти? — поинтересовалась я, заподозрив, что зашла куда-то не туда.

— К какому роду вы принадлежите?

Швейцар определенно не хотел меня пропускать. Однако… принадлежность к роду? С таким я столкнулась впервые.

— Это обязательно? — огрызнулась я, уже понимая, что придется уйти.

И поискать место, куда пускают всех, а не только отпрысков дворянско-боярских родов.

— Просто покажите знак рода, — попросил швейцар.

В его голосе прорезались извиняющиеся нотки.

У каждого рода есть свой герб. Символ или знак рода — элемент герба, и располагался на запястье. Он появлялся и исчезал, повинуясь магии крови. Вроде как татуировка, но не постоянная.

Естественно, я свой знак предъявить не могла. Его отобрали, когда мой род был уничтожен.

Я развернулась, чтобы уйти, и чуть не врезалась в мужчину, застывшего позади меня. Я не слышала, как он вошел.

— Прошу прощения, — пробормотала я, пытаясь его обойти.

— Ты куда, рыжик?

Меня грубо схватили за руку. Я в гневе подняла взгляд. Мужчина, но молодой. Может, даже мой ровесник. Блондин с голубыми глазами и ямочками на щеках. Не просто красивый, а уверенный в своей неотразимости.

Я дернулась, но он лишь сильнее сжал пальцы.