РАЗИК

— Ты голый.

Разик выругался себе под нос, не сбавляя темпа и продолжая нарезать овощи. Если бы он остановился, то с большой долей вероятности запустил бы этим ножом в эту особу, а это разозлило бы куда больше народу, чем он готов был терпеть. Сама же виновница его раздражения лишь рассмеялась бы, что выбесило бы его еще сильнее.

— Это моя пещера, — наконец проворчал он. — Что ты здесь забыла?

— Пришла задать вопрос, — ответила она, плюхнувшись на диван у открытого очага.

Он дорезал луковицу, вытер руки о полотенце и зашагал через комнату, чтобы поднять с пола штаны. Надо будет серьезно поговорить с Элизой насчет того, чтобы ограничить доступ этой особы к защитным чарам вокруг пещеры. Сама Элиза клялась, что та будет приходить только вместе с ней, но его близнецового пламени здесь явно не было. Более того, они не виделись больше недели.

— Элиза, — прорычал он через их связь.

— Что? — в ее голосе, отозвавшемся в его сознании, сквозило явное раздражение.

— Твоя королева здесь.

— И что?

— Сказала, что ей нужно задать мне вопрос.

— И какой?

— Она его еще не задала.

Последовала пауза, а затем по узам пришел изнуренный ответ:

— Ну так узнай, чего она хочет. Я занята, Раз.

— Элиза, — снова зарычал он.

Но в ответ было лишь красноречивое молчание. Молчание, за которое она позже заплатит. Возможно, прямо на столе…

Он почувствовал вспышку ее желания за мгновение до того, как она выдохнула:

— Ради всех богов, Разик. У меня совещание с Рейнером¹ и пятью генералами.

— Ты закончил жаловаться Элизе? — спросила Скарлетт, лениво перелистывая книгу, которую взяла с бокового столика.

Книгу, написанную на языке, который она даже не могла прочесть.

— Что такого важного стряслось, что тебе пришлось тащить свою задницу в мою пещеру, а не отправить послание через тени? Или вопрос еще лучше: почему ты не спросила своего брата? — потребовал ответа Разик, подходя к ней и вырывая книгу из рук.

Она была старой, ценной и принадлежала ему. Как и все остальные сокровища в этой пещере. Именно поэтому он хранил их здесь. Чтобы никто другой к ним не прикасался.

Игнорируя его вопиющую грубость, она скрестила руки и посмотрела на него снизу вверх.

— Как думаешь, Деврам когда-то мог называться иначе?

— Нет. А теперь выметайся.

— Но это ведь возможно, да? Как когда-то было с Нордриром?

Его пальцы сжались на переплете. Однажды, после пьяной партии в бильярд с этим чертовым Двором Огня он умудрился разболтать Верховной Королеве Странников между Мирами про Нордрир. С тех пор она не переставала донимать его расспросами.

— Если бы он когда-то назывался иначе, я бы явно об этом знал, и мой ответ не был бы нет. Это ты была в Девраме. Возможно, стоило задавать такие вопросы, пока ты находилась там, — резко сказал он, унося книгу обратно на кухню.

Что было бессмысленно.

Она тут же схватила другую вещь.

Еще одну ценную вещь.

— Я пробыла там недостаточно долго, чтобы задать все вопросы, которые у меня есть, — со вздохом сказала она, вертя в руках маленькую чашу. — А Джульетта предупредила, что возвращаться туда снова: значит слишком сильно искушать Судьбы. Что-то насчет того, что я теперь существо Хаоса. Но еще…

Скарлетт замолчала, и Разик взглянул на нее, поймав на себе ее пристальный серебристый взгляд.

— Если ты ждешь, что я буду умолять тебя продолжить, этого не случится. Я все еще предпочитаю, чтобы ты ушла и обсудила это с Сетином.

Она сердито на него посмотрела.

— Я не думаю, что мы закончили с Деврамом. И если кому-то придется туда вернуться, я считаю, что это должны быть ты и Элиза, — выпалила она, отбросив все притворства и предисловия.

Он замер, нож завис над картофелиной.

— Ты сейчас серьезно предлагаешь мне добровольно отвести мое близнецовое пламя в мир, где на фейри смотрят свысока и считают их низшими существами?

Ведь именно это то, что Скарлетт и Сорин сообщили им всем по возвращении. Они пробыли там всего несколько дней. Оракул предупредила, что слишком долгое пребывание безвозвратно изменит ход событий. После того как в их собственном мире воцарилось подобие мира, никто не хотел навлекать новые беды.

Особенно Скарлетт.

Несмотря на то, как сильно она его раздражала, он должен был признать: она принимала свою роль защитницы этого мира близко к сердцу. Халайя была ее высшим приоритетом, и даже он видел, каким грузом эта ответственность порой ложилась на ее плечи.

— Ты будешь там с ней, — рискнула Скарлетт, и ее обычная самоуверенность дрогнула. — И я думаю… — она нахмурилась и пробормотала: — Я думаю, ты там будешь полезнее, чем я.

Он ухмыльнулся, откладывая нож.

— Кажется, тебе было больно это признавать.

— Так и есть, — огрызнулась она.

Тут же снова став серьезной, она добавила:

— Кто бы ни пошел, это должен быть авонлеец с Источником, так что наши варианты ограничены. Если ты откажешься, остаются Сайрус и Касс, а у Кассиуса всего несколько лет опыта во взаимодействии с магией. Не то чтобы я думала, что он не справится, но…

— Когда это ты начала говорить херню? — прервал ее Разик, возвращаясь к нарезке овощей.

Скарлетт метнула в него гневный взгляд.

— Если бы я могла вернуться, я бы это сделала. Может, мне все-таки стоит просто пойти туда и велеть Судьбам пойти на хер, — проворчала она, откидываясь на диван.

Разик ничего не ответил, продолжая резать овощи и бросать их в котел. Он был на взводе, и присутствие Скарлетт не помогало. Но ничего и не помогло бы, пока он не увидит Элизу, с которой не виделся целую неделю. Более того, последнюю неделю он много летал, потому что вел разведку в горах Олвен вместе с Сетином и Лией.

Именно поэтому он почти не видел Элизу. Ну, это и еще тот факт, что их графики никогда не совпадали. В Авонлеи всегда царила ночь, а его близнецовое пламя была ранней пташкой, и вставала с первыми лучами солнца, пока он еще спал. Она жила в Солембре, он был здесь. Но во время разведки именно он тратил больше всего магии, так как у него был Источник, в отличии от Сетина.

Он оглянулся на диван и увидел, что Скарлетт погружена в свои мысли. Он давно не видел ее такой подавленной. Пожалуй, с тех самых пор, когда она пыталась придумать, как спасти силу Сорина и континенты. А это могло означать только одно: она что-то замышляет, и какого черта она притащилась делать это именно сюда, он не понимал.

Со вздохом он высыпал последние овощи в котел и накрыл его крышкой. Затем повернулся к ней:

— Почему ты думаешь, что я лучший вариант?

Она снова выпрямилась, упершись руками в спинку дивана.

— Ты старый, — вздохнула она.

— Отличный способ меня убедить, — съязвил он.

Она ухмыльнулась, выпрямляясь.

— Ты много знаешь. О многом. Там есть точно такой же мужчина, который тоже обожает свои книги. Ему порой не хватает здравого смысла, но я не думаю, что это полностью его вина. В любом случае, ты знаешь, что у меня есть теории насчет того, что они делают со своими так называемыми метками Источника. Ты разберешься в этом быстрее. — Она помолчала и добавила: — Это был комплимент, если что.

— Я в курсе, — ответил он, отходя от стойки. — Ты говорила об этом с Элизой? Или хотя бы с Сорином?

— Нет, — буркнула она. — Но, полагаю, мы сейчас как раз об этом и поговорим.

Он не сразу понял, что она имеет в виду, но через секунду все прояснилось. Он почувствовал, что Элиза появилась здесь, но присутствие Сорина ощутил лишь мгновением позже. Они оба вошли в пещеру, обсуждая какие-то рабочие моменты прошедшего дня.

Все внутри Разика напряглось от ее близости.

Его магия жаждала ее.

Его дракон жаждал.

Он сам жаждал.

А тут еще, блядь, Принц Огня и Верховная королева.

А может, похер на них?

Серые глаза встретились с его взглядом при этой мысли, и он ухмыльнулся Элизе.

— Заставь их уйти, mai dragocen², — передал он по связи.

— Скарлетт задала свой вопрос?

— Мы вообще-то здесь, — проворчала Скарлетт.

— Вы двое постоянно перешептываетесь по своей связи, — парировала Элиза. — Хватит ныть.

Скарлетт скрестила руки, поудобнее устраиваясь на диване, а Сорин подошел и поцеловал ее в макушку.

— Я удивился, узнав, что ты здесь.

— Мы с Разиком обсуждали Деврам.

— Нет. Она обсуждала Деврам. А я говорил ей проваливать, — вмешался Разик, все еще не сводя глаз с Элизы.

— Деврам? — переспросил Сорин. — А что с ним? Темураль снова с тобой связался?

— Нет, — осторожно ответила Скарлетт.

— Скарлетт, — предостерегающе произнес ее муж.

— Ну что, Сорин? — раздраженно воскликнула она, всплеснув руками. — Кто-то должен туда вернуться. Джульетта говорит, что это не могу быть я…

— И это правда, — перебил ее Принц Огня. — Ставки слишком высоки, ты нужна здесь. Если тот мир проиграет свою битву, мы должны быть готовы к следующему шагу Ахаза.

— Поэтому я считаю, что это должны быть Разик и Элиза, — заявила она, указывая на них.

Элиза замерла, глядя на свою королеву, но Разик наблюдал именно за Элизой, оценивая ее реакцию. Он все еще не знал, как она к этому относиться, но если Элиза не захочет идти… разговор окончен. Пусть посылают Кассиуса и Сайруса.

Ему похер.

— Скарлетт, — вздохнул Сорин, потирая лоб большим и указательным пальцами. — Это называется вмешательством.

— Нет, Принц, — отрезала она. — Это называется обеспечение успеха для всех сторон.

— О, боги… началось — пробормотал он.

— С какой стати нам с Разиком нужно в Деврам? — вмешалась Элиза, подходя к своим правителям.

Разик скрестил руки на груди, снова прислонившись к стойке, продолжая наблюдать за ней.

— Я кое-что оставила Тристину. Чтобы он мог позвать на помощь в крайнем случае, — пояснила Скарлетт. — Как я уже говорила Разику, с его десятилетиями чтения книг, и обширными знаниями он был бы там… полезен. — она посмотрела на Сорина. — Ты не можешь с этим не согласиться.

— Да, — ответил тот, потирая челюсть. — Это весомый аргумент.

— И тот, кто пойдет, должен уметь слиться с толпой. Разик как представитель Наследия, а Элиза как его… Ну, просто его. Но тот, кто отправится, должен обладать Источником. Так что либо мы, либо они, либо Сайрус и Касс.

Сорин наклонился вперед, упираясь локтями в колени и сцепив пальцы.

— Это все весьма весомые аргументы, — сказал он. — Но если они не захотят идти, мы не станем их заставлять. Возможно, Деврам должен сражаться в своих битвах самостоятельно, так же, как пришлось нам.

— Ты это серьезно? — Скарлетт вскочила на ноги. — После того, что мы там видели? Как ты можешь спокойно относиться к тому, что там происходит?

— Я не отношусь к этому спокойно, — ответил он, глядя, как жена мерит комнату шагами. — Именно поэтому у нас такое не происходит. Но там другой мир, Скарлетт. Перемены не случаются за одну ночь.

— Перемены вообще не случатся, если они не будут знать, что все должно быть иначе! — в ярости воскликнула она.

Сорин встал, пытаясь притянуть ее к себе, но она в раздражении отстранилась.

— Вот почему я сначала пришла сюда.

— Это несправедливо, Скарлетт.

— Нет, несправедливо — это жизни, которыми фейри вынуждены жить в Девраме. Ты видел Тессу. Видел других. Видел, как с ними обращаются. Я не могу просто сидеть и знать об этом, не пытаясь что-то сделать.

— Мы не можем спасти всех, любовь моя. У нас есть обязанности здесь. Есть те, кто нуждаются в нас не меньше. Те, кто зависят от нас.

— Именно поэтому мы посылаем их, — возразила она, снова кивнув на Элизу.

— Что именно мы будем там делать? — спросила Элиза, стараясь звучать непринужденно, но Разик знал ее слишком хорошо.

Он уловил эту крошечную нотку любопытства в ее голосе. Такую же, как когда он учил ее читать на авонлейском языке или когда она спрашивала его об оружии из книги, которую он ей подарил.

— Я не знаю, — призналась Скарлетт. — Я не знаю, что там будет происходить, если и когда им понадобится помощь. Тесса… она…

— Психованная. Вот какая Тесса. Она слегка не в себе, — вставил Сорин.

— Она хаотичная, — возразила Скарлетт.

Разик издал насмешливый смешок, и когда все повернулись к нему, он сказал:

— Она твоя кузина. Я ни капли не удивлен.

Скарлетт метнула в него язвительный взгляд, одновременно показав средний палец.

— Моя кузина — не единственная проблема там. Есть еще…

— Вам обоим пора уходить, — перебила ее Элиза, комкая пальцами края рукавов своей туники.

— Что? — опешила Скарлетт.

— Уходите, — повторила она. — Дайте нам это обсудить. Завтра мы дадим ответ.

— Разве мы не должны обсудить это все вместе? — рискнул предложить Сорин.

— Нет, — коротко отрезала она. — Раз уж вы двое явно решили остаться в этом мире. Если мы решим отказаться, тогда обсудим другой план.

— Но… — начала Скарлетт, но Сорин уже мягко подтолкнул ее к выходу, положив руку на спину.

— Завтра, любовь моя, — сказал он, и в следующее мгновение они исчезли. Сорин переместил их.

Разик подождал, наблюдая, как Элиза кусает нижнюю губу, глядя куда угодно, только не на него. Лишь когда ее серые глаза наконец встретились с его взглядом, он произнес:

— Иди сюда.

Она презрительно фыркнула в этой своей невыносимой манере.

— Нет. Нам нужно это обсудить, а если я подойду к тебе, мы точно не будем разговаривать.

— Иди сюда, — снова прорычал он, видя, как румянец заливает ее шею, и чувствуя ее собственное желание через их связь. — Обсудим это позже.

— Раз…

— Клянусь Судьбами, Элиза. Я не видел тебя несколько дней. Иди сюда.

Она поджала губы, но сделала один шаг. И этого ему было достаточно. Он преодолел расстояние между ними в несколько широких шагов, взял ее лицо в ладони и прижался губами к ее губам. Ее язык скользнул по его губам, и он впустил ее, пробуя на вкус то, чего жаждал столько дней.

— Нам нужно пересмотреть наши договоренности, — пробормотал он ей в губы. — Девять дней проведенных в разных постелях больше никогда не повторятся.

— Заткнись, — огрызнулась она, обвивая руками его шею, пока ее губы спускались к его челюсти.

— Я думал, ты хотела поговорить, — насмешливо бросил он, перехватывая ее за бедра и приподнимая вверх.

Но она не ответила. Вместо этого она ногами обхватила его талию, и застонала, когда он прижался к ней всем телом. Губами она коснулась его шеи, и начала сосать, прикусывать кожу. Разик резко втянул воздух, вонзаясь пальцами в ее бедра. Он двинулся к стене, прижимая ее к камню, его хватка стала крепче.

— Ты, кажется, возомнила, что здесь все под твоим контролем, mai dragocen, — прошептал он, запуская руку в ее волосы и дергая, заставляя ее посмотреть ему в глаза.

— Это ты сказал, что не хочешь разговаривать, — парировала она. — И все же мы стоим и болтаем вместо того, чтобы трахаться.

Снова утробный рык, и ее губы изогнулись в вызывающей ухмылке, когда он скользнул рукой между ними, стягивая свободные штаны, которые натянул при появлении Скарлетт. Элиза уже избавлялась от своей одежды, одной рукой стаскивая тунику через голову. Она крепче вцепилась в его шею, используя магию, чтобы сжечь ленту, стягивающую ее грудь.

— И штаны тоже, — прорычал он, припадая к одному соску.

— Сам с этим разберешься, — выдохнула она, запрокидывая голову и выгибаясь навстречу ему.

— Не могу, — прохрипел он. — Резервы на нуле после недавней разведки.

Элиза замерла.

— Почему ты ничего не сказал?

— Потому что трахнуть тебя сейчас гораздо важнее! — пробормотал он, переходя к другой груди.

— Нет, не важнее! — возразила она, пытаясь оттолкнуть его, но он перехватил ее запястья одной рукой, пригвождая их к стене над ее головой.

— Элиза, если мне придется выбирать между полными резервами и тем, чтобы засадить тебе по самые гланды или до самого упора, то я каждый гребаный раз буду выбирать твою киску и твой грязный ротик, — сказал он, чувствуя, как ее дыхание участилось от его слов. — Штаны! Немедленно! — рыкнул он, когда она продолжила пялиться на него.

Она тяжело сглотнула, и секунду спустя ее штаны исчезли. Между ними не осталось ничего, кроме голой кожи.

И боги…

Он просто хотел чувствовать ее каждой клеточкой. Внутри нее. Везде.

Ему было плевать на все остальное.

Он подтолкнул бедра, и она всхлипнула, когда он вошел в нее. Это был его любимый звук во всем мире. Единственный момент, когда она была уязвима и позволяла кому-то другому забирать власть. Только ему, потому что она была его, а он — безвозвратно ее.

— Боги! — выдохнула она, когда он вошел полностью.

Ее голова легла ему на грудь, а ногти впились в плечи. Разик провел ладонью по ее волосам.

— Девять дней — это слишком долго! — рыча повторил он.

— Слишком долго! — простонала она, впиваясь пятками в его спину.

Ее тело прижалось к его вплотную, грудь к груди. Она начала двигаться вместе с ним, принимая каждый его толчок.

— Вот так, mai dragocen, — прохрипел он, пока вбивался в нее. Он сильнее прижал ее к стене, наращивая темп. Он подцепил рукой ее колено, дергая на себя, и ее голова снова откинулась назад в стоне.

— Еще! — задыхалась прокричала она, раздирая когтями его руки и плечи. Держась за него и двигая бедрами, она уже была близка к оргазму.

И он давал ей все, чего она хотела, не в силах отказать ей.

Он почувствовал, как она содрогнулась в оргазме за секунды до того, как кончил сам. Оба, потные и запыхавшиеся, они замерли. Элиза обмякла в его руках, полностью опустошенная. Он держал ее так несколько минут, пока они восстанавливали дыхание, прежде чем она ушла приводить себя в порядок. Он сделал то же самое, и когда она вернулась, одетая лишь в одну из его туник, в ее руке был кинжал.

— Это может подождать… — начал он, но она уже полоснула лезвием по предплечью, прямо поверх метки Источника.

— Иди сюда! — передразнила она его, протягивая руку, по которой стекала кровь.

Он подошел без колебаний.

— Видишь, как легко я подчиняюсь приказам?

— Заткнись! — со смехом ответила она, и этот звук согрел его душу. Он взял кинжал, надрезал ладонь и обхватил ее руку.

Прилив был мгновенным. Ее огонь слился с его драконьим пламенем, который жадно начал поглощать силу. Элиза привалилась к нему, и он принял весь ее вес, осторожно усаживая на диван.

— Почему ты не попросил меня раньше? — прошептала она, пока он вытягивал из нее всё больше и больше магии.

— Ты была занята, — проворчал он, наслаждаясь тем, как заполняются резервы его силы.

Десятилетиями он жил без Источника, и пока не появилась Элиза, он успел забыть эту эйфорию. Хотя, скорее всего, дело было в ней самой, а не в магии. Или в сочетании того и другого.

— Я никогда не бываю слишком занята для тебя, — возразила она. — Ты это знаешь. Я всегда буду рядом, когда понадоблюсь.

— Ты всегда мне нужна, mai dragocen.

— Вовсе нет, — фыркнула она. — Ты не из тех, кто постоянно требует внимания.

— Именно из тех! — сказал он, наконец чувствуя, как ноющая пустота истощенных резервов отступает. — Я могу обойтись. Я всегда находил выход при подобных ситуациях.

Она нахмурилась, глядя на него снизу вверх.

— Тебе больше не нужно просто находить выход, Раз.

Он коснулся губами ее виска, увлекая ее за собой на диван. Она устроилась на нем сверху, положив подбородок на руку и глядя на него, а он убирал волосы с ее лица.

— Что ты думаешь о предложении Скарлетт?

Ее взгляд метнулся в сторону.

— Не знаю.

— Знаешь, — сказал он, его пальцы скользили вверх и вниз по ее позвоночнику. — Ты заинтригована!

— Это другой мир. Конечно, я заинтригована.

— Тебе этого мира мало?

— Я здесь счастлива, — поправила она его.

— Я и не говорил, что нет. Но ты не создана для того, чтобы сидеть сложа руки. Это не в твоей крови.

Она все также не смотрела на него, когда произнесла:

— Иногда я чувствую вину за это. За то, что мне мало того, что есть. Ведь нам должно быть достаточно. У нас хорошая спокойная жизнь, и…

— Хватит, — в его голосе прорезался рык. — Если ты хочешь пойти, мы пойдем, когда придет время. И никакого чувства вины.

— Это серьезный шаг, — сказала она. — А вдруг что-то случится, и мы не сможем вернуться? А если одного из нас убьют, и другой останется один? Что если…

— А что, если мы выберем жить, вместо того чтобы просто сидеть и смотреть, как бессмертная жизнь проходит мимо? — перебил он.

Она вздохнула, поерзала и уложила голову ему на грудь.

— Ты понимаешь, о чем я, Раз. Нам нужно подумать.

— Как пожелаешь, — ответил он, не прекращая поглаживать ее спину.

— Я желаю еды, — сказала она, зевнув.

— У меня томится рагу. Знал, что тебе захочется подкрепиться после того, как я заберу силу. Но для блюда нужно еще немного времени.

Она кивнула, и на них опустилась та уютная тишина, которую он не находил больше ни с кем. Он не удивился, когда она погрузилась в сон: ее ровное дыхание заставило напряжение окончательно покинуть его тело. В глубине души он знал, что они отправятся в Деврам. Он надеялся, что она этого захочет, но дело было не только в ней. В других мирах — другие знания. В ином мире можно раскопать любые секреты.

И, возможно, даже разрушить метку Проклятия.