Christine Palluy

Sophie Leullier

MISS AGATHA – PIÈGE À CONSTANTINOPLE

© Larousse 2023

© Перевод на русский язык. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

«Махаон»^®

Мисс Агата Кристи, юная англичанка, энергичная и сообразительная, обожает вести расследования и раскрывать преступления.

Арчибальд Кристи, старший брат Агаты, увлечённый великими изобретениями своей эпохи, охотно участвует в приключениях сестры.

Макс, маленький акробат, сирота, которого усыновила семья Кристи (см. книгу первую), изо всех сил старается помогать старшим детям и не отставать от них.

Клара Кристи, мать Агаты и Арчибальда, богатая молодая вдова с прогрессивными взглядами на жизнь, считает, что путешествия – лучший способ обучить детей.

Мисс Жанна, гувернантка-француженка, занимается обучением детей, а также заботится о послушании и приличном поведении команды юных сыщиков.

В годы, именуемые Прекрасной эпохой – на рубеже XIX–XX веков, – Агата с семьёй отправилась в большое путешествие по Европе. Они выехали из Лондона, несколько недель провели в Париже, осмотрев город и побывав на Всемирной выставке 1900 года, потом сели в знаменитый поезд под названием Восточный экспресс. По пути в Венецию они сделали остановку в Вене, затем продолжили свой путь, направляясь в Константинополь.

В начале декабря в Константинополе стояла тёплая погода. На широкой, мощённой булыжником улице конные повозки, гудящие автомобили и торопливые пешеходы двигались в разных направлениях, создавая весёлую суету.

– Макс, осторожнее, трамвай! Всегда смотри сначала налево, потом направо! – выразила беспокойство гувернантка-француженка.

– Мисс Жанна, я умею переходить улицу! – парировал шалун.

Леди Клара Кристи и её дети Агата и Арчибальд, выехав на поезде из Лондона полгода назад, совершали большое путешествие по Европе в компании малыша Макса, их друга-сироты, и гувернантки мисс Жанны. Посетив Париж, Вену и Венецию, любители приключений добрались до столицы Османской империи, откуда путь лежал дальше в Азию.

Прогулявшись вокруг храма Святой Софии[1], бывшего христианского собора, перестроенного в мечеть, английское семейство вернулось к себе, в отель «Пера Палас». Макс, который шёл впереди, толкнул стеклянную вращающуюся дверь, пробежал через холл, где останавливались богатые иностранцы, и обнаружил, что лифт занят. Не теряя ни минуты, прыгая через две ступеньки, мальчик взлетел вверх по лестнице. Он громко крикнул с площадки второго этажа:

– Агата и Арчибальд, кто раньше всех добежит до четвёртого этажа, тот первым пойдёт в ванную!

Старшие дети рассмеялись, но не стали его догонять.

Похожий на дворец, великолепный отель, построенный около десяти лет назад специально для пассажиров Восточного экспресса, был единственным в Османской империи, где имелся водопровод с горячей водой. Он был вторым после султанского дворца зданием в столице, куда провели электричество.

Вдруг со стороны лифта послышался сначала металлический лязг, а затем вопль. Обеспокоенные Кристи поспешили на третий этаж. Они увидели, что над Максом склонилась элегантно одетая пара.

– Ты не пострадал? Нет? – твердила седовласая дама, в то время как её муж гладил Макса по взъерошенным волосам.

Макс, хотя и оглушённый, был польщён внезапным вниманием и заботой и заносчиво задрал нос. У него на лбу вспухла огромная шишка.

– Ничего, мадам, со мной и кое-что похуже случалось, ведь я, знаете ли, акробат! – ответил он. – А тут всего-то задел головой открытую дверь лифта.

Леди Клара поднялась последней и извинилась за излишнюю резвость Макса. Дама мило улыбнулась и задержала её.

– Мы сами виноваты, мадам, это мы его не заметили… Зато благодаря этому бойкому мальчику нам представился случай познакомиться, – сказала она. – Вы ведь приехали в прошлую субботу?

Её муж поклонился леди Кларе и сдержанно поцеловал протянутую руку.

– Меня зовут Селим Солак, я представитель деловых кругов Османской империи, а это моя супруга Мирай. Мы уже месяц живём в апартаментах «D». В качестве извинения позвольте пригласить вас на чашечку чая или нашего превосходного турецкого кофе.

Леди Клара, сославшись на усталость, приняла приглашение, но только на завтрашний день:

– Хорошо, встретимся в Восточном салоне. Мы часто бываем там после обеда.

Войдя в свой номер, Агата тут же побежала выпустить из клетки золотистую птичку.

– Разомни крылышки, моя обожаемая Голди!

– Голди-ди-ди-ди! – подхватила птичка и стала осторожно пощипывать клювом волосы хозяйки.

Агата подошла к окну. Древний Константинополь недаром называли царём городов. Из номера открывался изумительный вид на залив Золотой Рог[2]. Девочка попыталась разглядеть четыре минарета и купол Святой Софии, потом её взгляд привлекли корабли. В закатном свете дым их труб казался ещё более серым.

– Мама, нельзя ли нам поплавать на одном из этих пароходов? – громко спросила Агата, так чтобы леди Клара слышала её из своей комнаты. – Мне бы очень хотелось отправиться на экскурсию, хоть на денёк…

Макс, плескавшийся в ванне, издал радостный вопль, а Арчибальд восхищённо присвистнул:

– Если я правильно помню, недалеко отсюда, в Мраморном море, есть дивные острова!

– Надо же, какой энтузиазм! – рассмеявшись, воскликнула леди Клара. – Завтра попросим у портье список морских прогулок, которые предлагает отель, – добавила она.

– Мама, зачем ждать? Я прямо сейчас схожу! – крикнула Агата и опрометью бросилась к двери.

Она выбежала из апартаментов, прошла по коридору, устланному красным ковром, и вызвала лифт. Служитель в шароварах и тюрбане распахнул перед ней решётчатую дверь кабины и пригласил войти.

– Мне нужно на первый этаж, – вежливо попросила Агата.

Какой-то молодой человек, тоже ехавший в лифте, жаловался своей даме, что никак не может найти свою табакерку – сувенир из Парижа.

– Вот досада, она была такой забавной, в виде пёсика в костюме, – вздохнула его юная спутница. – Дорогой, ты уверен, что положил её в чемодан?

– Знаешь, Эжени, теперь я в этом уже сомневаюсь, потому что, когда открыл чемодан, её там не было, – ответил мужчина.

Компания спустилась на первый этаж и направилась к стойке портье. Агата подошла последней и терпеливо ожидала своей очереди. Один нервный клиент требовал вернуть ему деньги за номер. У его ног крутилась визгливая болонка с розовым бантом на голове.

– Фройляйн Ясмин, моей милой Бабет совсем не нравится ваш отель. Подушки слишком жёсткие, рыба безвкусная, а напитки ей были поданы не в хрустальном бокале.

Портье, девушка в голубой форме с эмблемой отеля «Пера Палас», выглядела растерянной.

– Я сейчас всё разузнаю, герр Мюллер. Мне очень жаль, что вашей супруге не понра…

Окончательно раскипятившись, богатый немец взял на руки свою четвероногую спутницу и с упрёком указал на неё:

– Бабет – моя собачка, фройляйн Ясмин, вам следовало бы это знать!

С самого начала разговора болонка трясла розовым бантом и каждую фразу хозяина подтверждала сердитым лаем.

– Мне очень жаль… – тихо сказала девушка и, чтобы не расхохотаться, отвернулась и сняла телефонную трубку.

Агата не выдержала и вмешалась, напустив на себя как можно более серьёзный вид, она звонко заговорила:

– Мадемуазель, я полностью согласна с этим господином! Надо сказать, у моей птички сложилось такое же мнение, как у очаровательной Бабет. Моя Голди ужасно сердится, что повара чистят яблоки. Понимаете, она больше всего любит именно кожицу и семечки…

Девушка-портье обернулась. Из последних сил стараясь сохранять серьёзное выражение лица, она обратилась к недовольному клиенту:

– Герр Мюллер, директор отеля ждёт вас лично! Наш посыльный проводит вас в его кабинет.

Как только клиент ушёл, Ясмин вернулась к Агате.

– Вы меня развеселили, мисс Агата, я чуть со смеху не умерла, – сказала она, подняв мокрые от слёз глаза. – Чем я могу вам помочь?

– Мы хотели бы совершить морскую прогулку, – приветливо отозвалась девушка.

Ясмин предложила Агате выбрать круиз из тех, что были описаны в рекламном буклете. Перед отелем друг за другом остановились три автомобиля такси.

– Это пассажиры Восточного экспресса. Скоро подъедут и другие, – торопливо сообщила Ясмин.

Агата поняла, что ей пора уходить.

– Ясмин, большое спасибо, я разберусь сама. Встречайте новых гостей.

Агата устроилась подальше, в уголке, и стала листать каталог экскурсий. Вдруг из буклета выпали обрывки бумаги и рассыпались по полу.

Благодаря буквам и картинке Агата сумела сложить части головоломки. Она прочитала: «Посетите Принцевы острова». Ясмин, которая поспешила девушке на помощь, сразу поняла, что произошло.

– Сегодня утром я давала этот буклет родителям маленького Феликса. Этот проказник прячет у себя в кармане детские ножнички и вырезает ими всё, что попадёт ему под руку.

Агата и Ясмин рассмеялись как две подружки. Девушка аккуратно склеила кусочки бумаги.

– Это очень интересная экскурсия, я советую вам на неё поехать, – сказала Ясмин.

Тут её окликнул мужчина, нетерпеливо топтавшийся у стойки портье:

– Мадемуазель, мы с супругой вас заждались!

В семейной паре, обратившейся к Ясмин, Агата узнала коммерсанта и его супругу, маленькую женщину, серенькую и незаметную как мышка. «Где-то я уже видела этих людей, – подумала она, перебирая свои воспоминания. – Ну конечно! Мы ехали в одном вагоне в Восточном экспрессе из Парижа в Вену». Агата подняла руку и приветливо помахала им.

Миссис Уилсон в ответ улыбнулась девушке и повернулась к мужу.

– Друг мой, мисс Агата Кристи тоже здесь. Надеюсь, вы её помните, – тихонько сказала она.

Мужчина нахмурился и пригладил усы. Видно было, что он старательно пытается хоть что-то вспомнить.

– Благодаря проницательности мисс Агаты и её друзей вы получили назад свои украденные деньги, – подсказала женщина с некоторым возмущением в голосе.

Коммерсант, судя по всему, выудил что-то из недр своей памяти и, скупо улыбнувшись, кивнул Агате. Ясмин в это время окликнула посыльного:

– Абди, проводите наших гостей в номер 212.

Затем она обратилась к мистеру и миссис Уилсон:

– Приятного пребывания в отеле «Пера Палас»! Наш носильщик доставит ваши чемоданы в номер, как только привезёт их с вокзала.

Торопясь рассказать мальчикам новости, Агата поднялась на лифте и вернулась в апартаменты. Вся семья собралась в маленькой гостиной.

– Портье зовут Ясмин, и мы с ней подружились! – сообщила девушка. – Она предложила нам на выбор несколько экскурсий. Решено: в ближайший понедельник мы проведём день на Принцевых островах!

Арчибальд достал свой путеводитель и прочитал вслух:

– Девять Принцевых островов расположены в Мраморном море, к юго-востоку от Константинополя. Прекрасный выбор, сестрёнка, я не против!

Мисс Жанна, которой не хотелось портить весёлое настроение, поджала губы.

– Дети, вы, кажется, забыли, что по понедельникам у нас занятия: сначала утром, потом днём, после обеда.

– Это правда, – подтвердила леди Клара. – Перенесём прогулку на другой день. Можно поехать завтра?

Не дожидаясь ответа Агаты, Макс воскликнул:

– Нет! Завтра мы пьём чай с Селимом Солаком. Он обещал нас угостить!

На следующий день Кристи долго гуляли по константинопольскому порту, пока не наступило время дневного чая. Не успев выйти из лифта, все почувствовали чудесный аромат померанцевой воды.

– Идите за мной, это здесь! – воскликнул Макс, убегая вперёд по коридору.

Чайный салон находился всего в нескольких метрах от лестничной площадки. Семейство Кристи переступило порог великолепного зала с расписным деревянным потолком, над которым возвышались шесть куполов с круглыми цветными стёклами. В дальнем углу музыкант играл на пианино. Агата осмотрелась. Среди посетителей, одетых по-восточному, она заметила Селима Солака. Он полулежал на красном бархатном диване, в окружении подушек всех цветов и размеров. За его столом уже расположился один гость – пожилой турок в тюрбане.

– Леди Клара, позвольте представить вам Али Алькасима, великого мастера османской миниатюры. Здесь, в Константинополе, мой друг проездом. Он любезно принял приглашение на чай.

Художник, одетый в шаровары и длинный кафтан, встал и в знак приветствия почтительно поклонился леди Кларе.

– Я всего лишь скромный художник, мадам, но хорошо разбираюсь в искусстве своих предков. Осмелюсь отметить, что они иллюстрировали османские рукописи, – сказал мужчина, приглаживая бороду.

Селим Солак рассмеялся:

– Полно вам, Али, ваш талант настолько велик, что султан Орхан пригласил вас лично реставрировать самые ценные книги из императорской сокровищницы! Добавлю, что мой дорогой родственник говорил о вас очень много хорошего!

Арчибальд ткнул сестру локтем.

– А кто его родственник? – прошептал юноша.

Художник только скромно улыбнулся и сменил тему, обратившись с вопросом об их интересах к леди Кларе и её сыну. Арчибальд сообщил, что увлекается техническими изобретениями.

– Молодой человек, получайте образование и переезжайте в Константинополь: так поступают многие европейцы! – воскликнул Селим Солак. – Древняя Османская империя стремится стать современной: у нас появились трамваи, банки, электричество, автомобили. Вы непременно найдёте, в какой области сделать карьеру!

Официант поставил на стол поднос со сладкой выпечкой. Уже несколько часов Макс мечтал о пироге: большой, блестящий, сочащийся мёдом, не длинный, не треугольный, с фисташками, но без миндаля.

Макс поднял руку и нацелился на выбранную жертву – пахлаву в форме гнезда, потрясающее медовое лакомство с фисташками. Однако мисс Жанна остановила его колючим взглядом.

– Никто не предлагал тебе самому что-то брать! – строго шепнула она.

Селим улыбнулся и указал рукой на блюдо:

– Прошу вас, угощайтесь!

Леди Клара, женщина светская, продолжила разговор о Константинополе. Агата воспользовалась моментом и заговорила с Али Алькасимом.

– Вы знаете, я очень люблю живопись! Мисс Жанна водила нас в императорский музей, – сказала она. – Я видела там миниатюры, они нарисованы множеством цветов. По-моему, они удивительны!

Пожилой художник объяснил девушке, что эти краски такие яркие, потому что в них добавляют золото, серебро и разные минералы.

– Наш потрясающий синий ультрамарин имеет в своей основе лазурит, полудрагоценный камень, который ремесленники растирают в мельчайшую пудру. Красный делается из другого минерала, он называется «киноварь».

Макс внимательно слушал. Облизав липкие от мёда пальцы, он присоединился к разговору:

– Нужно работать очень тоненькими кисточками, чтобы нарисовать такие мелкие детали, да?

Господин Алькасим сообщил мальчику, что пользуется кисточками из беличьего меха. Агата и Макс недоверчиво переглянулись. Художник рассмеялся.

– Милые дети, я говорю вам правду! Я могу вам их показать у себя в номере, если ваша гувернантка согласится вас сопроводить.

Мисс Жанна их не слышала. Она участвовала в беседе леди Клары и Арчибальда с Селимом Солаком. Мальчик прошептал на ухо сестре:

– Когда Селим упоминает о своём родственнике, то становится очень важным, но я так и не понял, о ком идёт речь.

– Я тоже представления не имею, – ответила Агата. – Но Ясмин, портье, возможно, сумеет внести ясность.

Несколько минут спустя группа разделилась. Леди Клара поднялась в свои апартаменты, Арчибальд спустился в холл, к стойке портье, а мисс Жанна пошла с младшими детьми в номер к Али Алькасиму.

Художник-миниатюрист открыл пенал, где были аккуратно сложены его инструменты.

– Вот они! У белки на хвосте волоски упругие и тонкие, – начал рассказывать мастер, указывая на одну из кистей. – Иногда мне больше нравится работать кистью из шерсти персидской кошки, например такой. – Он достал другую кисть. – Посмотрите: длинные волоски собраны в пучок и вставлены в полый стержень птичьего пера.

Мисс Жанна и дети засыпали художника вопросами о его работе. Старик, повеселев и оживившись, внезапно достал из своей сумки тщательно упакованную книгу. Он развязал узкую бежевую тесёмку, развернул толстую коричневую ткань, защищавшую манускрипт, осторожно его открыл и, задержав дыхание, показал миниатюры. На них был изображён султан Сулейман Великолепный.

– Сегодня утром султан Орхан поручил мне отреставрировать эту редчайшую рукописную книгу из сокровищницы Османской империи. Друзья мои, она датирована 1550 годом! – взволнованно прошептал он. – Только взгляните на эти яркие цвета, на эту тонкую работу… Как бы я хотел, чтобы она принадлежала мне, чтобы я мог каждый день ею любоваться!

Вдруг тихонько скрипнула дверь. Пожилой мастер вздрогнул:

– Вы слышали?

Он поспешил к входной двери, но там никого не было. Художник вернулся встревоженный: он был уверен, что за ним следят.

– Какой же я болван! Мне ни в коем случае нельзя было доставать эту книгу из тайника. Она такая ценная! Пообещайте, что никому про неё не скажете. Никто не должен знать, что я прячу её у себя в номере, – попросил он, осторожно закрывая манускрипт.

Мисс Жанна, Макс и Агата успокоили Али Алькасима, поблагодарили и поспешили к выходу.

– До вечера! Сегодня я ужинаю с Селимом Солаком и его женой Мирай, может быть, удастся встретиться с вами там. Господин Солак – известный коллекционер османской миниатюры, – сообщил мастер, закрывая за гостями дверь.

Когда Агата и Макс поднялись к себе, Арчибальд уже был в комнате. Юноша стоял к ним спиной, лицом к окну, и играл с Голди, которая перепрыгивала с одной его руки на другую. Арчибальд обернулся, явно рассерженный.

– Что-то вы задержались, рассматривая три кисточки! – недовольно проворчал он. – Я вас повсюду искал. Даже сюда заходил…

Агата его перебила:

– Али Алькасим показал нам настоящее чудо, и представь себе…

Арчибальд, в свою очередь, не дал сестре договорить:

– А я тем временем собрал информацию о родственнике Селима Солака. Я ушам своим не поверил, когда Ясмин назвала мне его имя.

Юноша нарочно выдержал паузу, чтобы разжечь любопытство ребят. Макс подошёл к нему вплотную и стал щекотать, чтобы разговорить. Арчибальд почти сразу сдался.

– Итак, вы не поверите, но его двоюродный брат – султан Орхан собственной персоной!

Как и рассчитывал Арчибальд, его сообщение произвело сенсацию.

– Ты понимаешь, что мы сидели за одним столом с членом королевской семьи! – внезапно охрипнув, проговорила Агата.

– Всякий раз, приезжая в Константинополь, Селим посещает своего двоюродного брата во дворце Йылдыз[3], что значит «Звёздный дворец», – продолжал Арчибальд. – На прошлой неделе он тоже там был.

Арчибальд добавил, что Ясмин предложила ему заглянуть в книгу знаменитых гостей отеля «Пера Палас». Директор собирал в ней газетные статьи, посвящённые семье султана.

– Мне не терпится побольше узнать о нашем новом друге! Вы со мной? – бросила Агата, её глаза блестели от возбуждения.

– Идите туда без меня! Мы с Голди лучше поиграем, – заявил Макс, вытаскивая из коробки оловянных солдатиков.

Четверть часа спустя брат и сестра расположились на диване в холле отеля напротив стойки портье. Они внимательно изучали толстую книгу, лежавшую на низком столике.

– Смотри-ка, Селим чуть было сам не стал султаном! – заметил Арчибальд, листая страницы. – Он должен был наследовать трон после своего дяди, у которого долго не было детей.

– Бедный Селим, он, наверное, был расстроен появлением двоюродного брата, – вздохнула Агата. – Сколько лет ему было, когда родился Орхан?

Агата быстро подсчитала разницу в возрасте двоюродных братьев:

– 1871 минус 1852: девятнадцать лет! Селиму было девятнадцать, когда родился его двоюродный брат.

– В тот день он потерял надежду на трон! – заметил Арчибальд.

Агата внимательно рассматривала фотографию коронации Орхана: сорокалетний Селим в парадном облачении стоял рядом с новым султаном.

– Селим, судя по всему, ничуть не обижен на брата: он только о нём и говорит!

Агата и Арчибальд смолкли. К ним подошла Ясмин и сообщила:

– Леди Кристи только что нам звонила. Она хочет, чтобы вы поднялись в номер и подготовились к ужину.

В восемь часов вечера члены семьи Кристи в вечерних нарядах чинно вошли в ресторан, ярко освещённый сверкающими хрустальными люстрами. Официанты, словно танцовщики, порхали между столиками, покрытыми белыми скатертями. Как джинн из волшебной лампы, перед ними появился метрдотель:

– Леди Кристи, мы перенесли ваш столик поближе к окну, позвольте вас проводить!

Агата шла вместе с остальными. По пути она поздоровалась с парой молодых французов, которых встретила в лифте, и задалась вопросом, нашли ли они потерянную табакерку. Девушка вежливо кивнула миссис Уилсон и улыбнулась герру Мюллеру, гладившему свою капризную собачку. Метрдотель наконец подвёл их к столику и отодвинул стул леди Кларе. Мирай Солак, которая сидела по соседству вместе с Селимом и Али Алькасимом, поприветствовала семью Кристи едва заметным жестом. Платье молодой женщины было сшито по турецкой моде из золотой парчи и сияло столь же ослепительно, как её улыбка.

– Какая удача, дорогие друзья, мы сидим за соседними столиками! Как ты себя чувствуешь, милый малыш Макс?

Мальчик показал ей свой лоб: шишка уже спала. Мирай ласково ему улыбнулась и продолжила:

– Я очень сожалею, что ужасная головная боль помешала мне присоединиться к вам за обеденным чаем.

– Завтра обязательно попробуйте пахлаву в форме гнезда, – посоветовал ей Макс.

Немного поговорив с Селимом и Али Алькасимом, члены семьи Кристи стали планировать будущую экскурсию. Мисс Жанна, которая ходила за забытыми в номере очками, вернулась с ними и с новыми идеями.

– Как вы отнесётесь к тому, чтобы посетить ещё и построенную римлянами Цистерну Базилику[4]? – предложила она. – Я слышала, это впечатляющее зрелище.

– Что это такое? – спросил Макс.

– Это древнее подземное водохранилище времён Византийской империи для сбора дождевой воды, – пояснила гувернантка.

Леди Клара похвалила мисс Жанну за блестящую идею, но ни Агата, ни Арчибальд ничего не ответили. Они прислушивались к разговору Али Алькасима с супругами Солак.

– Они говорят о знаменитой рукописной книге Сулеймана Великолепного, – шёпотом сообщила Агата брату. – Султан показывал её Селиму, когда они встречались в субботу.

– Мирай еле сдерживается, чтобы не зевнуть, – усмехнулся Арчибальд. – Ей до смерти надоели бесконечные разговоры о реставрации и османской миниатюре.

Внезапно у Али Алькасима дрогнула рука, и он пролил немного соуса на рубашку. Он смутился и вскочил со стула:

– Какой же я неловкий! Скоро вернусь: нужно избавиться от этого пятна.

Мастер спросил у официанта направление уборной и вышел из столовой. Его не было минут десять, а то и больше, и он вернулся почти с таким же пятном, с каким и ушёл. Компания продолжила разговор с того места, на котором остановилась, и беседа не прерывалась до самого десерта.

– Друг мой, давайте продолжим за чашечкой чая, – настаивал Селим Солак. – Сейчас ещё только одиннадцать вечера.

Однако пожилой художник отказался под предлогом раннего пробуждения, тепло поблагодарил друзей и направился к лифту. Леди Клара поднялась из-за стола.

– Последуем его примеру! Нам тоже давным-давно пора укладываться спать, – заявила она.

На четвёртом этаже Кристи пожелали художнику доброй ночи, увидели, как он поворачивает ключ в замке, и направились в сторону своего номера. Внезапно раздался крик. Али Алькасим с безумным видом выскочил в коридор. Он был очень расстроен и непрерывно бормотал:

– Манускрипт… Манускрипт Сулеймана Великолепного… его нет в сумке! Кто-то обокрал мой номер! – с дрожью в голосе простонал мастер, всё семейство Кристи прибежало к его двери.

Леди Клара поспешила к себе в апартаменты, чтобы позвонить портье и сообщить о происшествии.

– Вы позволите мне войти? – спросила мисс Жанна. – Сегодня днём вы были взволнованы. Может, забыли положить книгу на место.

Художник, от смятения потерявший дар речи, отступил и дал ей пройти. Макс проскользнул в номер следом за гувернанткой. Сумка была открыта, книги нигде не было.

Арчибальд остался в коридоре, он размышлял, почёсывая подбородок:

– Не понимаю, как это возможно. Агата, ты ведь тоже заметила, что Али Алькасим открывал дверь своим ключом?

Агата подтвердила, что слышала, как художник повернул ключ в замке, и тщательно изучила состояние двери. Никаких повреждений и следов взлома на ней не было.

– И как, в таком случае, вор без ключа проник в номер Али Алькасима?

Агата заглянула внутрь и тут же вернулась, нахмурив брови:

– Все окна плотно закрыты.

Полиция, прибыв на место происшествия, установила то же самое, что и юные детективы Кристи. Полицейские проверили выходы из отеля, опросили постояльцев, но так ничего и не добились, да и вообще вести расследование глубокой ночью было бесполезно. На следующий день ход событий ускорился.

Час был ещё ранний. Мисс Жанна и леди Клара завтракали у себя в гостиной. Макс неслышно разбудил Агату.

– Когда я завтракал, – прошептал он, – услышал, как в коридоре громко разговаривают какие-то мужчины, и я за ними проследил. Угадай, что я увидел?

Девочка подскочила в кровати:

– Говори скорее, Макс! Что ты видел?

– Трое полицейских уводили Али Алькасима. Сначала они обыскали его номер, потом объявили, что берут его под арест по приказу султана Орхана.

Агата почувствовала, что сердце готово выскочить у неё из груди. Мастер миниатюры, несомненно, был невиновен, он честный человек… Девочка решительно сбросила одеяло на пол. Эту несправедливость нужно было срочно исправить.

– Сейчас оденусь. Ты предупредил Арчибальда?

– Да, но он хочет спать и рычит на меня, как медведь.

В три минуты Агата облачилась во множество нижних юбок и верхнее платье, застегнула миллион крошечных пуговиц на корсаже и воротнике, натянула шерстяные чулки, надела ботинки и собрала волосы в пучок. Юная барышня на ходу сжевала тост и выпила несколько глотков чая.

– Мама, мы с Максом спустимся на минутку к портье. Мы хотим узнать, как дела у господина Алькасима.

Леди Клара согласилась, но при условии, что они вернутся в номер до её поездки к банкиру.

– Не забудьте, что у нас ещё урок французского языка! – крикнула им в след мисс Жанна.

Ждать лифт было слишком долго, и Макс с Агатой побежали по лестнице. На стойке портье мадемуазель Ясмин подтвердила, что полицейские забрали господина Алькасима.

– Они подозревают его в краже ценной книги, – продолжила девушка. – Мне, как и всем служащим отеля, пришлось отвечать на бесконечные вопросы.

Ясмин добавила, что её смена закончилась накануне в девять часов вечера, и ей казалось, что всё было как обычно.

– Они арестовали его по ошибке, – вздохнула Агата. – Господин Алькасим такой приятный человек!

Ясмин с лукавой улыбкой возразила, что самые коварные воры порой кажутся очень симпатичными.

– Вчера вечером Солонго стал свидетелем одной подозрительной сцены, – по секрету рассказала Ясмин. – Он дал показания, и после этого господина Алькасима арестовали.

Агата прежде не слышала этого имени.

– Кто такой Солонго? – спросила она.

– Носильщик, – ответил Макс, гордый тем, что знает больше, чем Агата, и может с ней поделиться. – Солонго ездит на вокзал и забирает багаж клиентов отеля, потом разносит его по номерам. Когда клиенты уезжают, он делает то же самое, но в обратном порядке: забирает чемоданы из номеров и – опля! – доставляет их прямо к поезду в конной повозке. Он сам мне рассказал!

Макс добавил, что Солонго обещал когда-нибудь прокатить его по отелю на своей багажной тележке на колёсиках. Ясмин рассмеялась:

– Боюсь, ему запрещено катать тебя по коридорам вместе с чемоданами! – Девушка посерьёзнела и добавила: – Господин Алькасим в тюрьме, вероятно, он предстанет перед судом султана. Скорее всего, мы его больше не увидим.

Вернувшись в номер, Агата и Макс обнаружили, что Арчибальд с аппетитом завтракает. Они подробно рассказали ему обо всём, что узнали. Арчибальд доел яичницу с беконом, положил сахар в чай и задумался.

– Никто, кроме вас и мисс Жанны, не знал, что Али Алькасим прячет у себя в номере ценную книгу, не так ли? – спросил он.

Агата и Макс кивнули. Юноша медленно помешал серебряной ложечкой в чашке и снова заговорил:

– Первое: дверь не была взломана. Второе: никто не мог проникнуть через окно. И наконец, третье: в комнате был порядок. Я не удивлён, что полиция его арестовала. – Арчибальд в тягостной тишине отпил глоток чая и добавил: – Я также не буду удивлён, если окажется, что он виновен. Он мечтал стать владельцем старинных миниатюр. Может, он разыграл это ограбление?

Агата подскочила на стуле.

– Ерунда какая! – буркнула она. – Он невиновен, потому что…

Она предпочла не говорить о том, что художник – приятный человек: Ясмин уже над ней посмеялась.

– Потому что он невиновен, и всё тут! – отрезала она.

Агате не хватало аргументов. Девочка сжала зубы, и вдруг её осенила идея:

– Ясмин сказала, что полиция обыскала номер Али Алькасима, но книги не нашла. Где, по-твоему, он мог её спрятать? Под кафтаном, что ли? – ехидно спросила она.

– К тому же в какой момент он мог её украсть? – воодушевился малыш Макс. – Мы всё время были с ним…

Арчибальд, уверенный в своих догадках, всё же не хотел расстраивать Макса и Агату. Он покачал головой.

– Вчера вечером Али Алькасим надолго выходил из-за стола, чтобы оттереть пятно от соуса. Вы заметили, что, когда он вернулся, пятно было на месте?

– Ну и что? Я уверена, что этому есть какое-то объяснение, – пробормотала Агата, начиная сомневаться.

Её спас Макс: он подозревал другого человека.

– А вдруг вор – это Селим Солак? Каждый раз, когда он приезжает в этот отель, Солонго таскает его дорожную сумку с рукописными книгами. Носильщик мне говорил, что никогда не видел клиента, настолько помешанного на старых книгах.

– Пфф! Во время ужина он постоянно был рядом с нами, – пробурчала Агата: Макс её не убедил.

Девочка открыла свою записную книжку юного сыщика и внесла туда имена вероятных преступников. Она неохотно записала двоих – Али Алькасима и Селима Солака. Внезапно в комнату вошла мисс Жанна. Стоя на пороге, гувернантка предупредила детей, что ей нужно кое-что купить и она ненадолго выйдет из отеля в город. Мисс Жанна попросила своих подопечных подготовиться к уроку французского языка к её возвращению.

– Садитесь за стол и повторяйте спряжение глаголов, – сказала она, выходя из номера.

Когда за ней закрылась дверь, Арчибальд прошептал:

– Занеси в список подозреваемых и мисс Жанну. Она знала, где спрятан манускрипт, и перед самым ужином поднималась на четвёртый этаж, к себе в комнату за очками.

Дети расхохотались. Агата неожиданно вспомнила о предложении девушки-портье.

– Арчибальд, который час? Ясмин может познакомить нас с Солонго сегодня в десять утра.

Арчибальд долго копался в кармане жилета, но всё напрасно.

– Моя цепочка… и мои золотые часы… Я… я…

Распрямившись, он подскочил как пружина, подбежал к ночному столику, заглянул под кровать, влетел в ванную комнату, потом, обессилев, понуро сел на кровать.

– Я их потерял! – выдохнул юноша, чуть не плача. – Папа сделал на них гравировку с моим именем, он подарил их мне на двенадцатилетие, а я их потерял…

– Не беспокойся, Голди их найдёт, она всегда всё находит, – подбодрил его Макс.

Мальчик открыл золочёную клетку, но птичка напрасно летала кругами по всему номеру – она не нашла часы хозяина.

– Мама, наверное, знает, где они, – шепнула Агата, желая утешить брата.

– Ты права, часам негде быть, кроме как здесь, – с надеждой подхватил он.

Через несколько минут ребята спустились вниз, чтобы встретиться с Солонго. Мужчина лет тридцати, высокий, черноволосый и крепкий, заканчивал грузить чемоданы и сумки в конную повозку. Взяв последний, маленький коричневый, местами потёртый чемодан, он поздоровался с Максом.

– Я уже несколько раз видел этот чемодан на вашей тележке! – удивлённо заметил мальчик.

– Все они похожи один на другой, я их, знаешь ли, десятками перевожу, – ответил ему Солонго, выходя на улицу.

Он вернулся и заприметил Агату, которая собиралась с ним поговорить.

– Ага, юные сыщики, вы хотите узнать, что я видел вчера? – насмешливо спросил он. – Ясмин мне сказала, что вы ведёте собственное расследование, чтобы вызволить Али Алькасима из тюрьмы. Вы смельчаки!

Щёки Агаты и Арчибальда стали красными, как портьеры в «Пера Палас».

– Вчера вечером около восьми часов я собрался домой и, когда выходил из отеля, заметил Али Алькасима: он шёл через холл и нёс под мышкой небольшой свёрток. Он выглядел взволнованным, поэтому я пошёл за ним. Я увидел, как он передал этот свёрток какой-то женщине в баре отеля.

– Можете описать мне этот свёрток? – спросила Агата, перебив носильщика.

– Погодите, сейчас соображу…

Солонго вспомнил, что это был свёрток из коричневой ткани, обвязанный бежевой тесёмкой. Макс и Агата разочарованно переглянулись. Али Алькасим стал главным подозреваемым.

– Так была упакована и книга, которую мы видели, – шепнула брату Агата.

Носильщик не понял, почему ребята так расстроились, и извинился:

– Простите, мне больше ничего не известно, я торопился домой и тут же ушёл из отеля. Вряд ли то, что я рассказал, поможет вам в расследовании!

Дети поднялись к себе в номер и расположились в комнате мальчиков, чтобы подвести итоги расследования. После рассказа Солонго все подозрения пали на Али Алькасима. Мастер-иллюстратор, скорее всего, передал книгу своей сообщнице. Но это ещё нужно было доказать…

Забравшись на пружинную кровать Арчибальда, Агата села по-турецки и изложила свой план действий.

– Начнём разрабатывать версию с таинственной незнакомкой. Необходимо сходить в бар отеля. Кто пойдёт туда со мной сегодня днём?

– Точно не я, – заявил расстроенный Арчибальд. – Сегодня после обеда мама везёт меня к портному, но вы идите: у мисс Жанны будет выходной, и вам никто не помешает.

Каждый вечер понедельника гувернантка оставляла для отдыха. Больше всего ей нравилось гулять на свежем воздухе, и она развлекалась тем, что сравнивала парки в разных городах, которые посетила во время путешествия по Европе.

Макс настаивал на том, что им нужно проследить за Селимом Солаком.

– Я думаю, книгу украл именно он. И знаете почему? Потому что он без ума от старинных книг.

Старшие отвечали ему рассеянно, сосредоточившись на уже имеющейся информации. Агата, которой очень хотелось обойти всех в поиске улик, воскликнула:

– Надеюсь, что полицейские ещё не допрашивали людей в баре!

Хотя друзья не обращали на него внимания, Макс, огорчённо вздохнув, продолжил излагать свой план.

– Маленьких никогда не слушают… Но иногда полезно быть маленьким. Например, госпожа Солак меня любит, потому что я маленький. Значит, вести расследование в семье Солак должен я. Вы согласны?

Макс не получил ответа. Он обиженно пожал плечами и решил больше ничего не говорить.

Входная дверь негромко хлопнула. На пороге, нахмурившись и поджав губы, появилась гувернантка.

– Вы проспрягаете мне глагол «ослушаться» во всех временах и во всех наклонениях, – процедила она сквозь зубы, снимая шляпку. – Разве я не велела вам приступать к учёбе?

Трое её учеников молча сели за стол в гостиной. Тот, кто решился бы в тот момент поспорить с мисс Жанной, немедленно получил бы двойное наказание.

– Макс, бери свою тетрадь и начинай читать вслух сказку Шарля Перро «Мальчик-с-пальчик». Старшие, откройте учебники по французской грамматике!

Урок, за которым последовали дополнительные задания в наказание за непослушание, продолжался целое утро. Позже днём леди Клара на вопрос сына о часах ответила, что не находила их и никуда не убирала. Арчибальд, чуть не плача, пообещал себе, что, как только приедет от портного, перевернёт свою комнату вверх дном.

Вторая половина понедельника началась так, как и предвидели дети. Мисс Жанна отправилась гулять. Арчибальд с матерью готовились к отъезду. Агата не пожелала составить им компанию, сославшись на то, что ей нужно закончить рисунки.

– Мама, а ещё Макс попросил почитать ему волшебные сказки. К тому же нам хотелось бы хоть что-то разузнать о деле бедного господина Алькасима, – добавила она.

Леди Клара дала свое согласие при условии, что они не будут выходить из отеля.

Как только они с Максом остались одни, Агата предложила сбегать в бар и начать расследование. Макс, у которого уже был свой собственный план, отказался пойти с ней.

– Потом мне расскажешь. Нет необходимости ходить вдвоём, к тому же мне нужно кое-что сделать, – только и ответил мальчуган.

Озадаченная такой таинственностью, Агата попыталась выудить из него чуть больше информации, но, увидев, что Макс не поддается, да и стрелка часов словно ускорила бег, поспешила в бар. Наконец оставшись один, Макс обмакнул ручку в чернила и написал послание на листе бумаги. Свернул его пополам и положил на кружевное покрывало на кровати Агаты. Сосредоточившись на своей цели, он снял с крюка клетку с Голди и вышел в коридор.

В тот день, когда Макс заработал себе шишку, он узнал, что Селим Солак поселился в апартаментах «D» на третьем этаже. Чтобы не привлекать к себе внимания, мальчик решил спуститься по лестнице. Он остановился перед большим зеркалом на третьем этаже и тихонько повторил то, что собирался сказать:

– Добрый день, госпожа Солак, мне нужно уйти, но наша птичка плохо переносит одиночество. Не могли бы вы сегодня ненадолго оставить её у себя?

Макс показался себе очень убедительным. Он одёрнул курточку и направился к номеру «D», довольный тем, как хорошо всё придумал. Не имеет значения, согласится или не согласится Мирай Солак оставить у себя птичку. В любом случае его пригласят войти, и он этим воспользуется, чтобы найти в номере какие-нибудь улики. Наконец Макс негромко постучал в дверь номера четы Солак, но никто ему не открыл. Он немного подождал и постучал посильнее, но тут незапертая дверь приоткрылась сама собой.

– Есть тут кто-нибудь?! – громко спросил мальчик, заглядывая в номер.

Птичка в клетке принялась верещать изо всех сил. Макс, который испытывал непреодолимое желание войти, понял, чего она от него хочет. Он вытащил Голди, посадил себе на плечо, а клетку спрятал за растениями в горшках, которые стояли в углу коридора.

– Голди, теперь ни звука! Мы с тобой ищем улики, – шепнул маленький акробат.

Двоюродный брат султана жил в просторных апартаментах. Макс осмотрел первую комнату, служившую приёмной для гостей. Потом он вошёл в одну из дверей. За ней располагалась гостиная с толстым ковром на полу. Здесь стояли бархатные кресла, рояль и великолепная расписная ширма. Отсюда в другие комнаты вели ещё две неплотно прикрытые двери. Макс принялся искать манускрипт Сулеймана Великолепного. Его взгляд остановился на открытой старой книге, которая лежала на столике. Сердце мальчика забилось сильнее, когда он заметил на одной из страниц цветную миниатюру. Макс подошёл поближе, присмотрелся и понял, что эта книга даже на вид была куда менее старой, чем драгоценный манускрипт, который показывал им Али Алькасим.

– А! Там книжный шкаф! Поищем ещё немного и пойдём! – обратился он к Голди.

Внезапно хлопнула дверь, и Макс услышал голоса Селима Солака и его жены Мирай. Он принялся озираться, в панике ища, где бы спрятаться. Голди оказалась проворнее своего хозяина.

Не теряя ни секунды, Макс нырнул за ширму следом за птичкой. И как раз вовремя: Селим Солак вошёл в комнату и уселся в кресло, а его жена пересекла гостиную и, открыв одну из дверей, скрылась в спальне.

– Мирай, дорогая, до пяти часов у нас нет никаких встреч, так что давай отдохнём! – произнёс Селим.

Съёжившись в своём убежище, Макс слушал размеренный шелест газетных страниц. Видимо, родственник султана углубился в чтение и не собирался в ближайшее время покидать гостиную.

– Голди, надо поискать место получше! – еле слышно шепнул Макс. – За мной!

Юный акробат ползком направился к выходу из комнаты. Он беззвучно прополз во вторую дверь и медленно прикрыл её за собой. Макс очутился в маленькой, очень тёмной комнатке. Он встал и принялся на ощупь искать дверцу шкафа или дверь в туалет, пока не почувствовал под рукой большую дверную ручку. Он повернул её, дверь открылась, и мальчик оказался в просторном коридоре отеля.

– Победа! Голди, мы с тобой такие смышлёные! – произнёс он, аккуратно закрывая дверь.

Птичка не ответила.

– Голди!

Макс почувствовал, как его сердце неистово забилось: Голди осталась в апартаментах, а потайная дверь, к несчастью, открывалась только изнутри. В полном смятении и унынии он опустился на корточки в коридоре.

– Если успокоюсь, то смогу найти способ войти к ним в номер, – сказал он сам себе и в тот же миг услышал звук приближающихся мягких шагов.

В баре отеля витал чудесный аромат кофе. Несколько клиентов-европейцев дружеской компанией сидели за столиком и отдыхали, наслаждаясь окружавшим их восточным великолепием. Агата заметила за стойкой усатого бармена в феске – традиционной для Османской империи красной шапочке без полей, сшитой из тонкого войлока. Уверенными плавными движениями бармен, ловкий как цирковой жонглер, мыл и протирал стаканы. Он заметил удивление на лице Агаты, с улыбкой поставил бокал на стойку и взял из корзинки апельсин.

– Хотите свежевыжатого сока, мадемуазель? – спросил он.

Агата с досадой порылась в кармане, но не нашла ни одной монетки.

– Вы ведь клиентка «Пера Палас», – продолжал он. – Просто назовите мне ваше имя и номер комнаты, в которой живёте. Я запишу стоимость напитка на счёт ваших родителей.

– Вижу, вы читаете мои мысли, месье! – радостно отозвалась она и присела за стойку. – Я мисс Агата Кристи, апартаменты «B», четвёртый этаж.

Выжимая прессом апельсины, бармен объяснил, что наблюдательность – необходимая часть его профессии. Он добавил, что хороший бармен должен знать своих клиентов в лицо, помнить их привычки и вкусы. Он аккуратно налил сок в высокий стакан.

– Сегодня утром ко мне приходили полицейские и задавали вопросы об одной посетительнице, и, несмотря на то что я видел её у себя в баре всего один раз, я сумел её описать. Это была невысокая, ничем не примечательная женщина с тёмными волосами и довольно крупным носом.

Агата затрепетала от радости: разговорчивый бармен уже сказал ей всё, что она хотела узнать.

– Она очень тихо говорила с пожилым господином, я ничего не мог расслышать, – доверительно добавил бармен.

Ему пришлось прервать рассказ: к стойке подошёл официант с новым заказом.

– Оставлю вас в покое, мне часто говорят, что я слишком много болтаю, – сказал бармен и занялся приготовлением напитков.

Он нагрел воду в медной турке, добавил молотый кофе и сахар и поставил закипать на раскалённый песок, а сам тем временем приготовил на подносе две чашечки для кофе по-турецки. Агата попыталась возобновить разговор.

– Вы говорили о даме, с которой, как я предполагаю, встречался Али Алькасим. Жаль, никто не знает, кто она такая, – произнесла она и тайком скрестила пальцы.

Агата добавила, что показания этой незнакомки могли бы очень пригодиться тем, кто ведёт следствие.

– Мисс Агата, вы тоже интересуетесь вчерашней кражей? Я знаю только, что та женщина живёт не в этом районе, потому что она уехала на коляске, – ответил он. – Впрочем, она кое-что забыла на стуле.

Он порылся в ящике и вытащил платок. Агата оживилась и засыпала его целой кучей вопросов.

– Как выглядел кучер? Думаете, мне удастся его найти? Полиция уже в курсе?

Агата расспрашивала его с таким рвением, что бармен улыбнулся и выразил юной сыщице своё восхищение: полицейским не пришло в голову расспросить его о кучере. Он долго рассуждал о том, что тоже с удовольствием расследовал бы преступления. И наконец ответил на вопросы Агаты.

– Кучер Басир – человек пожилой, он часто поджидает клиентов у отеля «Пера Палас». У него коляска с откидным верхом, запряжённая белыми с коричневыми пятнышками лошадьми. Сегодня его искать здесь бесполезно: он повёз туристов на экскурсию.

Бармен принялся заваривать чай для новых гостей, потом договорил:

– Попробуйте завтра. Думаю, он будет стоять перед отелем.

Агата, очень довольная, допила апельсиновый сок и сказала бармену «спасибо». Благодаря его наблюдательности расследование, возможно, сдвинется с места. Две минуты спустя девочка вбежала в номер.

– Макс, я почитаю тебе сказки, но у меня есть отличные новости. Сейчас расскажу! – воскликнула она. – Представь себе…

Но ответа она не дождалась, обошла все комнаты и обнаружила, что её друга нигде нет. На кровати она нашла листок, как оказалось, это была записка от Макса. Агата развернула её и нахмурилась. Зачем ему понадобилось оставлять ей зашифрованное послание?

Агата медленно прочла вслух послание Макса: «Ухожу следить за Мирай и Селимом».

Девочку охватила тревога: если книгу действительно украл Селим Солак, то в эту минуту Макс находился в страшной опасности. Она попыталась успокоить себя тем, что единственная надёжная версия связана со вчерашней незнакомкой, и позвонила на стойку портье.

– Ясмин, помогите мне, пожалуйста, меня ждёт Мирай Солак, а я забыла, в каком номере она живёт, – солгала юная сыщица.

Выбежав из номера в спешке, возле лифта она столкнулась с Арчибальдом, который, желая поскорее вернуться в отель, оставил леди Клару делать покупки без него. Юноша торопился, потому что хотел продолжить поиски своих часов.

– Я иду искать Макса, когда вернусь, помогу тебе! – пообещала сестра брату и побежала вниз по лестнице.

Агата промчалась по пустынному коридору третьего этажа и приложила ухо к двери апартаментов «D», слишком толстой и солидной, чтобы можно было расслышать, о чём говорят внутри. Она в растерянности вернулась назад, чтобы отыскать хоть какие-нибудь следы Макса. Внезапно от ужаса у Агаты перехватило горло. Она заметила за горшками с растениями опрокинутую клетку Голди, которая была открыта и пуста.

Арчибальд принялся методично обследовать свою комнату, когда в дверь номера постучали. Думая, что вернулась сестра, он открыл и оказался лицом к лицу с двумя полицейскими.

– Вы господин Арчибальд Кристи? – войдя, спросил старший по званию. – Нам нужно задать вам несколько вопросов.

Полицейский с подозрением рассматривал юношу. Удивлённый Арчибальд провёл их в гостиную и пригласил присесть.

– Вы любите старинные османские миниатюры? – отрывисто пролаял младший полицейский. – Вы знакомы с господином Али Алькасимом?

Почему эти двое ведут себя так агрессивно? Чего они от него хотят? Арчибальд проглотил слюну и кивнул.

– Да, немного знаком с ним, – ответил он.

– А вот господин Алькасим вас не знает, по крайней мере, не настолько, чтобы приглашать вас к себе в гости! – отозвался старший и с торжествующим видом запустил руку в карман. – Можете объяснить, каким образом эта вещь оказалась в его номере?

Арчибальд узнал свои часы с именной гравировкой.

– Сейчас я сам вам скажу, – продолжал младший полицейский. – Вы зашли к Али Алькасиму, чтобы проследить за ним, потому что знали, что он прятал у себя ценную рукописную книгу. Вы подождали, пока он откроет свой тайник, и ушли. И по странному совпадению в тот же вечер эта книга была украдена.

У Арчибальда загудело в голове.

– Да нет, я… – торопливо забормотал он.

– Не лгите! – зарычал шеф. – Господин Алькасим слышал шум у входной двери. Это были вы, и его гости могут это подтвердить. Говорите!

Арчибальд несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять сердцебиение, потом стал рассказывать, что случилось на самом деле. Шеф издал ехидный смешок.

– Вы обязательно рассказали бы всё вашей сестре, которая в тот момент находилась в гостях у господина Алькасима, – сердито отрезал он. – Но вы вошли крадучись, а потом без всякой причины вышли, не обнаружив себя! Какая чепуха!

Арчибальд всё больше и больше приходил в замешательство.

– Портье действительно сообщила мне, в каком номере живёт господин Алькасим, чтобы я мог найти свою сестру, нашу гувернантку и друга, но, подойдя к двери, я счёл, что будет лучше подождать их снаружи.

– Молодой человек, со мной этот фокус не пройдёт! – грубо оборвал его полицейский.

В этот момент, напевая что-то себе под нос, в номер вошла мисс Жанна с порозовевшими от прогулки на свежем воздухе щеками и в прекрасном настроении. Она остановилась как вкопанная в дверях гостиной.

– С кем имею честь, господа? – удивлённо спросила она.

Гувернантка-француженка была воплощением строгости и справедливости, но когда она чувствовала опасность, то превращалась в мать-волчицу. Чопорно опустившись на стул и высоко держа голову, мисс Жанна молча выслушала обвинения полицейских. Когда они закончили, она с достоинством возразила:

– Месье Кристи – честный молодой человек, я могу вам это гарантировать. Впрочем, кража, как мне кажется, была совершена во время ужина. Как хорошие полицейские, вы должны были знать, что этот молодой человек неотлучно находился в ресторане в окружении членов своей семьи с восьми до одиннадцати часов вечера, как раз в то время, когда кто-то проник в номер господина Алькасима.

Мисс Жанна от природы была женщиной властной: если она отдавала приказ, ей немедленно повиновались. Она встала и всем своим видом дала понять, что разговор окончен.

– А теперь, господа, оставьте нас. Прошу вас провести обычную в таких случаях проверку, опросив официантов и портье.

– Хорошо, мадам. – Растерянные полицейские послушно заторопились к выходу.

Когда они ушли, мисс Жанна снова обратилась к юноше всё тем же строгим тоном:

– Месье Арчибальд, это слишком серьёзное происшествие, чтобы я сама решала, как вас наказать. Мы поговорим об этом с вашей матерью. А где Макс и мисс Агата?

Хотя в голове Арчибальда стоял шум, он сообразил, что не может ответить на вопрос гувернантки.

Когда мимо проходила горничная, Макс спрятался за угол. Чтобы освободить Голди, он решил пойти на хитрость и смело постучал в дверь четы Солак. Ему открыла Мирай. Её муж в этот момент говорил в гостиной по телефону. Макс состроил ангельское личико.

– Извините, что беспокою вас, госпожа Солак, но у вас моя волшебная птица. Можно мне её забрать?

Уверенным шагом Макс вошёл в номер. Мирай последовала за ним и поинтересовалась, каким чудом пернатое создание могло очутиться в закрытом номере. Макс заранее придумал, что соврать, и спокойно произнёс:

– Раньше Голди принадлежала могущественному колдуну, который научил её проникать сквозь стены. Вот она иногда и тренируется.

Макс хлопнул в ладоши, и Голди уселась ему на голову. Селим и Мирай Солак молча уставились на мальчика. Воспользовавшись их замешательством, Макс метнулся к двери.

– До свидания, мадам. До свидания, месье. Надеюсь, наша шалунья вас не очень потревожила! – выпалил он.

– Макс, всё-таки объясни…

Но проказник уже исчез за поворотом коридора, и Мирай, не договорив, закрыла дверь номера.

Агата испытала облегчение, когда увидела Макса и Голди.

– В номере у Солака не оказалось ничего интересного, – вздохнул мальчик и посадил птичку в клетку. – Я видел там одну старую книгу, но не ту.

В апартаментах семейства Кристи атмосфера стояла напряжённая. Обычно мягкая леди Клара говорила колючим тоном, её взгляд был мрачен. Агата и Макс молча выслушали рассказ Арчибальда о визите полицейских.

– Сын, ты повёл себя безрассудно, когда без разрешения вошёл в номер Али Алькасима, – сурово сказала мать. – К тому же ты два дня скрывал, что потерял часы.

Расстроенный Арчибальд сидел с опущенной головой в ожидании наказания. Приговор был вынесен несколько секунд спустя:

– Сегодня ты не пойдёшь ужинать в ресторан. Если проголодаешься, мы попросим принести тебе хлеба.

Агата, которая любила брата, вспыхнула. Она, чуть не плача, бросилась к матери:

– Мама, это отчасти и моя вина! Я не позвала Арчи пойти с нами к Али Алькасиму. Меня тоже нужно наказать.

Макс не хотел оставаться в одиночестве и тоже встал на сторону лишённых ужина. Леди Клара, втайне гордясь детьми, проявившими такую солидарность, объявила, что наказаны будут все.

Чуть позже тем же вечером трое начинающих детективов, жуя хлебные корочки, обобщали информацию по делу об украденном манускрипте. Агата наметила план дальнейших действий:

– Завтра я иду с мамой и мисс Жанной в турецкие бани. В это время вы будете разрабатывать версию с незнакомкой в баре. Заберите её платок!

– Это если кучер будет стоять у отеля! – уточнил Арчибальд.

В эту секунду Голди вылетела из клетки и уселась на макушку своей хозяйки. Поглядывая на Макса, она сначала издала звук, похожий на звонок телефона, а потом прочирикала, подражая голосу Селима Солака:

– Пррринеси… Сулеймана… Спрятан… Спрятан… Для… Укрраден… Меня… Вели… Вели… колепно… Манускррррипт…

Дети изумлённо переглянулись.

– Голди, ты слышала, как это говорил по телефону Селим Солак? – спросил у птички Макс. – Повтори!

Но как ни старались ребята, какие гримасы ни строили, Голди больше ничего не произнесла.

Во вторник утром, как и было запланировано, Агата с матерью и мисс Жанной отправились в традиционные турецкие бани. В Константинополе было множество старинных хаммамов, но они, по совету Ясмин, решили сходить в бани недалеко от отеля.

– Будьте внимательны: нам следует войти в отдельную дверь для женщин! – предупредила мисс Жанна, пытаясь найти вход.

Когда они вошли, молодая турчанка выдала каждой из дам по полотняной простыне, вдобавок вручила тонкие шаровары и сандалии на толстой деревянной подошве.

– Дамы, завернитесь в простыни и не забудьте шлепанцы, чтобы не обжечь ноги о горячий пол, – сказала девушка. – Сначала вам следует помыться в первом зале – тёплом. Потом вы проведёте какое-то время в жарко натопленном зале – хаммаме, а в конце посещения отдохнёте в прохладном.

Подшучивая друг над другом, Агата с матерью и гувернанткой рассмотрели свои странные наряды и выбрали места для отдыха. В первом зале, тёплом и влажном, стайками сидели женщины в окружении маленьких детишек и весело болтали.

Агата первой решила заглянуть в горячий зал. Пробираясь на ощупь через густые облака пара, она нашла место на мраморной скамье, уселась и принялась потеть.

– Говорят, кожа от этого становится очень нежной, – мысленно подбодрила она себя.

Чтобы скоротать время, девочка прислушалась к разговору двух женщин, сидевших совсем рядом, но всё равно невидимых в клубах пара.

– Ты знаешь, мой муж наконец нашёл прекрасный серебряный чайник, раньше принадлежавший его матери. И знаешь где? У торговца на Грандбазаре.

Её подруга сидела чуть дальше, и её слова долетали до Агаты обрывочно, гласные звуки как будто испарялись в жарком воздухе.

Агата поняла, что сказала вторая женщина, и тихонько повторила вслух: «На базар приносят краденые вещи, и торговцы их продают».

От этих слов у неё в голове словно вспыхнул фейерверк. Как она раньше не подумала о Гранд-базаре? Девочка поднялась и стала пробираться в прохладный зал. Нужно было во что бы то ни стало попасть на этот гигантский крытый рынок и походить по нему. Если взяться за дело с умом, можно уговорить маму пойти туда после хаммама.

А мальчики тем временем отыскали кучера. Старик Басир в ожидании клиентов чистил щёткой своих лошадок. Когда Арчибальд заговорил с ним о незнакомке, его взгляд загорелся.

– Да, я хорошо помню ту маленькую милую женщину с тёмными волосами: мне показалось, что она слишком бедна для клиентки отеля «Пера Палас», – сказал он. – Я высадил её в районе, где живут простые люди.

Арчибальд не дал ему опомниться:

– Можете отвезти нас туда, господин Басир? Мы хотим вернуть ей платок, который она обронила в отеле.

Когда мальчики устроились на кожаном сиденье, кучер тронул поводья, и лошади неспешно зацокали копытами по булыжникам мостовой. Вскоре экипаж уже прокладывал себе путь среди пёстрой толпы на Галатском мосту. Этот знаменитый переход соединял новые европейские кварталы Константинополя со старыми, более бедными. Вскоре компания остановилась у какого-то дома на немощёной улице. Кучер повернулся к мальчикам:

– Моя клиентка прошла вон в ту дверь под навесом, видите, вон там, за маленьким рынком. Мне вас подождать?

– Да, если можно, мы ненадолго!

Арчибальд заплатил господину Басиру и потащил Макса между рыночными прилавками, заваленными товарами. Дверь вела в большой двор, где несколько ремесленников разрезали разноцветные камни на маленькие кубики.

– Похоже, это мастерская мозаики, – озадаченно проговорил Арчибальд.

В глубине двора темноволосая женщина перетирала что-то каменным пестом. Она подняла взгляд и заметила свой платок в руках одного из вошедших мальчиков. Женщина поднялась со своего места, поправила покрывало на голове и направилась навстречу гостям.

– Большое спасибо, я забыла его в «Пера Палас»! – поблагодарила она, забирая платок. – Вас прислал господин Алькасим, да? Он, наверное, торопится?

Арчибальд уже собирался ответить, как она снова заговорила, слегка запинаясь:

– Я немного задержала заказ, но, может, вы передадите ему, что завтра он точно будет готов? Мне трудно было найти лазурит такого же оттенка, как тот образец, который он мне принёс, но я уже растёрла все остальные краски. Он будет доволен.

Арчибальд ничего не понимал. Макс объяснил ему, что Али рисовал свои миниатюры беличьими кисточками и красками, сделанными из растёртых в пыль минералов.

– Значит, в том свёртке, который передал вам господин Алькасим в воскресенье вечером, были только образцы камней? – спросил раздосадованный Макс.

Мастерица улыбнулась и ответила, что эти драгоценные образцы позволили ей найти именно те цвета, которые нужны художнику для работы.

Арчибальд, тоже сильно разочарованный, решил её предупредить:

– Завтра приходить бессмысленно, мадам. Али Алькасиму пришлось выехать из отеля. Мы сообщим ему, что заказ готов, и он сам заедет его забрать.

В экипаже, на обратном пути в отель, мальчики подавленно молчали. С самого начала все их версии разваливались, а невинного человека продолжали держать в тюрьме.

– Может, Агата придумает, как спасти Али Алькасима, – сказал Макс, толкнув створку вращающейся двери и проходя в лобби отеля.

Агата поджидала мальчиков в номере, одетая в традиционный турецкий наряд. Когда они вошли, она спросила:

– Как я вам нравлюсь с этими пышными рукавами и вышитыми цветочками? – Девочка поправила платок, прикрывавший её лицо. – После того как мы сходили в хаммам, мама купила мне этот наряд на Гранд-базаре[5].

Мальчики, ни слова не говоря, с восхищением разглядывали Агату. Леди Клара, смеясь, разложила на диване в гостиной костюмы, которые заказала для мальчишек, желая сделать сюрприз.

– Феска! Я так о ней мечтал! – воскликнул Макс, хватая красную шапочку.

Агата приложила палец к губам:

– Не так громко! У мисс Жанны ужасно болит голова, она отдыхает у себя в комнате.

Немного позже, когда Арчибальд любовался своим чёрным турецким кафтаном, Макс рассказал Агате, что версия с незнакомкой отпала сама собой. Агата таинственно прошептала:

– Это не страшно, я нашла другую улику: повозка нашего носильщика сегодня стояла у Гранд-базара. Вам это не кажется странным? Что там делал Солонго?

Мальчики всем своим видом показывали, что ждут продолжения, и только после этого будут готовы удивляться. Агата продолжила:

– Судя по всему, воры иногда продают свою добычу на этом базаре. Может, Солонго искал там рукописную книгу?

– Значит, нам тоже нужно туда, – оживившись, заявил Арчибальд.

Агата побежала к матери и попросила разрешения показать мальчикам Гранд-базар. Леди Кларе не хотелось отпускать детей одних.

– Базар очень велик, мисс Жанна плохо себя чувствует, а я сегодня иду к подруге и вернусь поздно. Хочу добавить, что юной англичанке не следует гулять в подобном месте без сопровождения взрослых!

– Мама, я надену этот наряд и прикрою лицо платком, как будто я местная!

В лифте по дороге в ресторан леди Клару наконец удалось уговорить. Макс надолго застрял в холле, болтая с носильщиком. Агата прокралась за ним, чтобы подслушать, о чём они говорят.

– Один клиент забыл забрать украшение на Гранд-базаре, – рассказывал Солонго. – По его просьбе я быстро съездил туда, забрал и привёз владельцу перед самым отходом Восточного экспресса. И, между прочим, получил хорошие чаевые!

Объяснение было простым и правдоподобным. Испытав облегчение от того, что его друг не замешан в краже старинной книги, Макс решил поделиться с ним планами и с гордостью сообщил:

– Сегодня днём мы пойдём на Гранд-базар. Мисс Агата считает, что воры находятся там.

– Что ж, удачи вам! – улыбнулся Солонго.

Одетые в турецкие костюмы, юные англичане вошли в широкие, украшенные каменной резьбой ворота. Старый базар состоял из многочисленных крытых галерей со множеством входов со всех сторон.

– Войдём здесь. Повозка Солонго как раз тут и стояла, – сказала Агата, указывая на маленькую площадь.

Юные сыщики смешались с шумной толпой. Одни мужчины в элегантных костюмах неспешно прогуливались вдоль торговых рядов, другие – в простых длинных рубахах тащили тюки товаров или ехали верхом на ослах. Здесь были женщины и с закрытыми лицами, и в европейской одежде. Посетители рассматривали товары, азартно торговались, пили кофе с восточными сладостями.

– Я читал, что на этом базаре шесть тысяч лавок и мастерских, – выпалил Арчибальд, немного растерявшись от толчеи и суматохи.

– А что ещё мы можем сделать? Наше расследование зашло в тупик, – прошептала Агата через накинутый на лицо платок. – Будем осматривать прилавки и надеяться, что нам повезёт.

К сожалению, поиски миниатюр и старинных книг ни к чему не привели, но вдруг Агата поманила ребят к себе:

– Присмотритесь повнимательнее к этому прилавку: я только что заметила на нём вещицу, которую уже несколько дней не может найти молодая французская пара!

Макс, как всегда наблюдательный, показал пальцем на табакерку в виде пёсика в костюме, купленную молодыми путешественниками в Париже. Арчибальд его похвалил, но при этом нахмурился.

– Этот предмет, вероятно, был похищен из отеля, как и книга, – сказал он. – Думаешь, в Константинополе найдётся ещё одна точно такая же табакерка?

– А давайте спросим! – воскликнул Макс.

Не дожидаясь разрешения друзей, он окликнул торговца, бородача в тюрбане, сидевшего на толстой подушке:

– Господин, я уже где-то видел эту красивую табакерку. Сколько их здесь, на базаре?

– Одна-единственная! – со смешком ответил торговец. – Ты, наверное, видел её в воскресенье у продавца ковров, вон там, слева. Тебе не повезло, её купил я, но тебе, если хочешь, могу уступить за хорошую цену!

Агата поблагодарила бородача и утащила Макса, пока тот не наговорил лишнего.

– Вот видишь, – возбуждённо проговорил Макс, – мы теперь знаем, откуда у него эта табакерка!

– Да, хорошо, но ты не должен действовать в одиночку, это опасно, – отчитывала его Агата. – А если бы это и был вор? Нужно вместе всё обдумать.

Арчибальд, не привлекая к себе внимания, отправился к лавке с коврами. И вскоре услышал разговор двух мужчин в задней комнатке. Ему удалось разглядеть их в промежутке между коврами, и он с довольным видом вернулся к Агате и Максу:

– Ни за что не догадаетесь, кого я там видел! Похоже, Селим Солак ругается с Солонго!

– Но ведь носильщик весь день занят работой в отеле! – удивилась его сестра. – Пойду посмотрю!

Агата тоже подошла к лавке с коврами и вернулась встревоженная. Мужчины-торговцы не отрываясь смотрели на ребят. Девочка прошептала:

– Похоже, они меня засекли, отойдём подальше!

Троица сыщиков остановилась в проходе между рядами.

– Селим меня точно узнал и сразу же отвернулся, и это мне кажется странным, – снова заговорила Агата. – Другой мужчина хоть и был похож на Солонго, но это не он, я уверена!

Юные англичане бродили по базару и продолжали рассуждать. Если двойник Солонго стащил у французов табакерку, он запросто мог совершить и другие кражи. Может, этому человеку и звонил Селим Солак? Макс вспомнил непонятные слова, которые повторила Голди:

Ребята попытались понять смысл этой фразы. Арчибальд остановился и поднял указательный палец, привлекая их внимание.

– Я знаю! – воскликнул он. – Вот эта фраза в правильном порядке: «Принеси манускрипт Сулеймана Великолепного, украденный и спрятанный для меня».

– Браво, Арчи! И что теперь будем делать? – спросила Агата.

Сосредоточившись на задаче, которую предстояло решить, ребята не заметили, как к ним подошёл торговец.

– Я слышал, вы говорили о книге Сулеймана Великолепного, – вполголоса сказал он.

Мужчина стал подозрительно озираться, потом снова негромко заговорил:

– У меня есть одна такая рукописная книга со множеством прекраснейших миниатюр. Пойдёмте со мной, я продам её вам по сходной цене.

Вне себя от радости, трое незадачливых детективов последовали за мужчиной в комнатку за лавкой, где торговали всякой всячиной. На полках громоздились мётлы и тазики, рядом висели платки и халаты. Всю эту свалку освещало только одно маленькое окошко.

– Подождите здесь, сейчас принесу ваше сокровище! – шепнул он.

Торговец ушёл, затворив за собой дверь. Прошло несколько минут, и двое старших тревожно переглянулись.

– Он уже должен был вернуться, тебе не кажется? – произнесла Агата.

– Ты права, сдаётся мне, это ловушка. Уходим! – ответил Арчибальд и рывком открыл дверь.

И тут же попятился: ему преградили путь двое высоких коренастых мужчин.

– Вам тут не нравится, маленькие барашки? – пробурчал первый, заталкивая их обратно в каморку. – Шнырять да разнюхивать – это утомительно, так что вам придётся отдохнуть денёк-другой. Правда, здесь не так удобно, как в «Пера Палас».

– Кричать бесполезно, место тут шумное, никто не обратит на вас внимания, – добавил второй и закрыл перед ними дверь.

Несчастные пленники плюхнулись на кипу ковров.

– Они знают, где мы живём, это дурной знак, – вздохнул Арчибальд.

Агата решила действовать. Она вскарабкалась на верхнюю полку и попробовала открыть окошко.

– Тьфу, тут железная решётка! – буркнула она. – Может, есть другие идеи, как нам выбраться из западни?

– Подсадите меня, я открою люк в потолке, – задрав голову, прошептал Макс.

Арчибальд помог Максу, подставив свою спину. Ловкий акробат достал до крышки люка, поднял её и в два счёта забрался на верхний этаж. Вскоре в отверстии показалась его голова.

– Поднимайтесь, здесь есть маленькое окно!

Арчибальд подсадил Агату, и та первой забралась на пыльный чердак, следом, подтянувшись на руках, вскарабкался и Арчи. Единственное окошко выходило на крыши.

Дети Кристи вернулись в отель около четырёх часов. Макс, ещё не оправившийся от приключения с заточением, сел на диван рядом с мистером Уилсоном, английским коммерсантом, который торговал пряностями, и его супругой. Он вполголоса сообщил миссис Уилсон:

– На Гранд-базаре нас поймали бандиты и заперли в каморке за лавкой, но мы ловко улизнули. Им не понравилось наше излишнее любопытство, потому что мы узнали, что господин Солак дружит с вором.

Удивлённые Уилсоны вопросительно посмотрели на Агату. Она утвердительно кивнула.

– К счастью, нам удалось сбежать.

– Какое богатое воображение! – хмыкнул мистер Уилсон.

Миссис Уилсон смотрела на них так ласково и внимательно, что Агата продолжила рассказ:

– Селим Солак – двоюродный брат нынешнего султана Орхана. Он увлекается османской миниатюрой. Мы думаем, он замешан в краже старинной книги из номера Али Алькасима.

Миссис Уилсон прищурилась. Она слышала разговор Селима Солака с его женой Мирай и теперь, узнав новые подробности, поняла его смысл. Она сообщила об этом юным Кристи.

– Недавно, когда супруги Солак ждали лифт, дверь в наш номер была полуоткрыта и мы стали невольными свидетелями сцены между ними. Судя по всему, Мирай была в бешенстве, она упрекала мужа в чрезмерной зависти. Верно я говорю, друг мой?

Мистер Уилсон неохотно кивнул в подтверждение слов супруги. Миссис Уилсон приободрилась и продолжала:

– Селим ей ответил: «Поздно отчитывать меня, она уже час как моя. Поскольку мне не удалось стать султаном, дайте мне хотя бы порадоваться, что я лишил родственника того, что ему было так дорого».

Агата вскочила с дивана.

– Спасибо, миссис Уилсон, вы нам очень помогли! – в восторге воскликнула она. – Пойдёмте, мальчики, нам нужно всё обдумать!

Не прошло и трёх минут, как дети сидели в гостиной и обдумывали новые данные сведения. Итак, Солак под влиянием зависти организовал кражу, и этим утром он встречался с вором на Гранд-базаре. Возможно, он и приказал торговцам заманить их в западню…

– Селим Солак не мог провернуть это дело один. В отеле у него есть сообщник, и нам нужно установить его личность, – решительно заявил Арчибальд.

– Каким образом продавец ковров мог свободно перемещаться по отелю, и его никто не задержал? – рассуждала Агата вслух. – К тому же он входит в номера, не взламывая замки…

– У него, наверное, есть универсальный ключ, как у Солонго, – предположил Макс. – Забавно, что эти двое так похожи друг на друга.

Агата запустила пальцы в волосы, напряжённо размышляя. Вероятно, им следовало остерегаться Солонго. Только ему было известно, что они собирали информацию на Гранд-базаре. К тому же он мог войти в любой номер «Пера Палас» и…

– А если Солонго и есть тот сообщник, которого мы ищем? – неожиданно спросила она. – Я уверена, что тот маленький коричневый чемоданчик, который ты видишь каждый день, Макс, принадлежит ему!

– Правильно, ведь у богатых людей не бывает таких потёртых чемоданов, – согласился Макс.

Агата продолжила:

– Когда клиенты уезжают, Солонго должен забрать их чемоданы из номеров. И, прежде чем вынести их в коридор, – опля! – он в них роется, находит что-нибудь ценное и потом прячет добычу в свой старый чемоданчик.

Арчибальд с восхищением посмотрел на сестру. Иногда она была прямо-таки гениальна.

– Солонго доставляет багаж к поезду, и путешественники обнаруживают пропажу, только когда приезжают домой, – добавил он. – Дорога длинная, они могут подозревать кого угодно!

Хитрость действовала и в обратном направлении: когда путешественники прибывали в отель, носильщик их обворовывал ещё до того, как разнести чемоданы по номерам. Вот как исчезла французская табакерка и другие вещи, о которых владельцы не заявляли. Однако это открытие не объясняло кражу из номера Али Алькасима.

– Селим Солак воспользовался услугами носильщика, чтобы заполучить манускрипт, – высказал свою догадку Арчибальд.

Молодой человек посмотрел на свои часы. Поезд в Вену отправлялся через два часа, у них оставалось крайне мало времени, чтобы проследить за Солонго.

– Останемся в турецких костюмах, так ему будет труднее нас заметить, – сказал он.

Спрятавшись неподалёку от стойки портье, переодетые сыщики наблюдали за носильщиком: тот, как обычно, грузил в повозку роскошные чемоданы и сумки, чтобы отвезти постояльцев на вокзал. Маленький коричневый чемоданчик тоже отправлялся в путешествие. Арчибальд ненадолго отлучился, потом вернулся, улыбаясь.

– Вперёд! Коляска господина Басира свободна! – сообщил он.

Дети едва успели забраться на сиденье позади кучера, как Солонго тронул поводьями своих лошадей, и его повозка начала разбег. Старый Басир поехал за ним.

На середине пути лошади Солонго замедлили шаг. Макс подпрыгнул.

– Попался: он останавливается у Гранд-базара!

– Вижу торговца коврами, видимо, он поджидает Солонго, – добавила Агата.

Арчибальд попросил старика кучера подъехать поближе к двоим мужчинам.

– С ума сошёл? Они нас заметят! – забеспокоился юный акробат и выпрыгнул из коляски. – Я маленький, и, когда шпионю, меня почти не видно! Оставайтесь здесь.

Он поглубже натянул свою феску, одёрнул кафтан и юркнул за повозку носильщика. Спустя несколько минут Макс вернулся. Он был взволнован и подтвердил, что продавец ковров открывал потёртый чемоданчик.

– Я видел шарфы и разные небольшие вещицы. Потом торговец сказал: «Солонго, ты правильно сделал, что нас предупредил. У этих птенчиков теперь отпадёт желание вмешиваться в наши дела, мы нагнали на них страху! По крайней мере, они не видели, как Селим Солак уходил с книгой».

– Он прав: мы этого не видели, но теперь знаем, что он её забрал! – усмехнулась Агата.

– Кстати, я ещё кое-что понял, – с улыбкой произнёс Макс.

Старшие широко открыли глаза, ожидая интересного открытия.

– Солонго – брат торговца коврами! – важно сообщил Макс. – Один ворует, другой продаёт!

Трое сыщиков радостно пожали друг другу руки.

– Господин Басир, можно возвращаться в «Пера Палас», – весело выпалил Арчибальд. – Нам нужно разработать план атаки!

Дети увидели Селима Солака у стойки портье. Они не приостановились, чтобы подслушать.

– Подготовьте мой счёт, барышня! Завтра в десять утра я выезжаю из отеля! – резко проговорил господин Солак.

Ясмин напомнила ему, что он отдал на хранение ценные вещи и они лежат здесь, в сейфе.

– Разумеется, я их не забуду! – ответил мужчина и вышел на улицу.

Было три часа ночи, когда походный будильник Арчибальда зазвонил у него под подушкой. Мальчик отключил его, пока никто не услышал шума. Настал момент привести план в действие. Он тихонько растормошил Макса.

– Иди и разбуди Агату, – шепнул он.

Через несколько минут дети в домашних халатах поспешно спустились по центральной лестнице, ведущей в холл первого этажа. Спрятавшись за кадками с растениями, они стали ждать, когда ночной дежурный отправится в обход. В тот момент мужчина спокойно читал книгу.

– Ясмин мне сказала, что он уходит каждый час на пятнадцать минут и осматривает этажи, – прошептала Агата.

– У нас будет очень мало времени. Надеюсь, его нетрудно будет открыть, – отозвался Арчибальд.

Когда ночной дежурный наконец покинул свой пост, дети ринулись за стойку. Маленькая лампа на рабочем столе освещала несколько шкафчиков и столик, заваленный журналами регистрации гостей.

– Сейф там, но нужны одновременно ключ и шифр, – встревожился Макс.

– Я займусь шифром. А вы с Арчи ищите ключ! – ответила Агата.

Арчибальд открыл несколько ящиков и в одном из них нашёл коробочку с четырьмя ключами, более или менее похожими на ключ от сейфа.

Агата установила метки на ручках напротив самых затёртых букв: P-E-R-A. Арчибальд повернул в замке первый ключ, и – о чудо! – дверца сейфа открылась. На полке лежала старинная книга, завёрнутая в коричневую ткань и перевязанная бежевой тесёмкой.

– Это она! – в один голос прошептали Агата и Макс.

Под тесёмку был подсунут конверт. Дети открыли его и прочли:

«Господин Солак, надеюсь, вы сдержите слово и, получив манускрипт, позволите мне и дальше заниматься нашим с братом маленьким, но выгодным делом – продажей предметов роскоши».

– Внизу стоит подпись: Солонго. Попались оба! – подпрыгнула от радости Агата.

– Уходим, дежурный вот-вот вернётся! – прошипел Арчибальд.

Сыщикам хватило десяти секунд, чтобы закрыть сейф и выскочить в холл.

– Идите спать, негоже детям разгуливать по ночам! – проворчал дежурный, с которым они столкнулись на лестнице.

На следующее утро полицейские, вызванные Арчибальдом, открыли сейф в присутствии Селима Солака и носильщика Солонго. Оба были тут же арестованы.

Во время завтрака посыльный принёс леди Кларе письмо от его величества султана Орхана, которое она поспешила открыть.

– Господина Алькасима освободили? – поинтересовался Макс, намазывая маслом тост.

– Да, Макс, но есть и другая хорошая новость: султан Орхан ждёт нас завтра в старинном дворце Топкапы[6].

Агата запрыгала от радости. Она попросила разрешения взглянуть на письмо.

– Вы только представьте себе! Его величество султан приглашает нас осмотреть императорскую сокровищницу и знаменитую библиотеку! – восторженно сообщила девочка, дочитав до конца.

Тем же утром из порта вышло судно, подняв все паруса и набирая ход. На его борту семейство Кристи в полном составе наконец отправилось на прогулку к Принцевым островам.

– Наше судно напоминает мне египетское, – мечтательно проговорила леди Клара. – Что, если нам поехать туда на месяц-другой? Зима – самое лучшее время, чтобы посетить эту волшебную страну…

Собор Святой Софии, или Айя-София, – один из важнейших памятников архитектуры в Стамбуле (до 1930 года город назывался Константинополем). Храм начали строить во времена Византийской империи в 532 году. Более 900 лет Святая София была главным православным храмом и считалась самым большим собором в мире. Когда в XV веке город был захвачен османами, собор превратили в мечеть.

Золотой Рог – бухта у входа в пролив Босфор, расположенный между Европой и Азией и соединяющий Чёрное и Мраморное моря. Бухта узкая, имеет изогнутую форму. Она разделяет европейскую часть Стамбула на северную и южную половины.

Дворец Йылдыз, или Йылдыз-сарай, – комплекс зданий, который был построен в XIX веке и некоторое время использовался как главная резиденция османских султанов. Вокруг дворца разбит парк. Это последний османский дворец. Внутри – традиционная для султанов роскошь: великолепные хрустальные люстры и светильники, в каждом зале и на лестницах восточные ковры ручной работы, двери инкрустированы перламутром, а стены и потолки украшены лепниной, позолотой и росписями.

Цисте́рна Бази́лика – древнее подземное водохранилище в Стамбуле по соседству рядом с собором Святой Софии. Цистерна Базилика была построена в 532 году. Расположено подземное водохранилище на глубине 10–12 метров. Длина – около 145 метров, ширина – около 65 метров, вмещало оно около 80 000 кубометров воды. В настоящее время функционирует как музей.

Гранд—база́р – один из крупнейших крытых рынков в мире. Строительство базара турки начали, как только завоевали Константинополь. В последующие годы рынок неоднократно перестраивался и расширялся. Базар образован несколькими десятками улиц, на которых торгуют самыми разными товарами.

Топкапы́ – дворцово-парковый комплекс в Стамбуле, долгое время служил главной резиденцией султанов. «Топкапы» переводится как «Пушечные ворота»: каждый раз, когда султан покидал резиденцию, должен был раздаваться пушечный выстрел.