Holly Webb

THE HOMESICK KITTEN

Text copyright © Holly Webb, 2023

Illustrations copyright © Sophy Williams, 2023

Иллюстрации Софи Вильямс

© Пудова Е., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Харпер ускорила шаг, как только они свернули на дорогу к дому. Она ничего не могла с собой поделать.

– Он там? – воскликнула её сестра Эйва, устремляясь за ней, и Харпер услышала, как их мама смеётся.

– Да!

Харпер улыбнулась младшей сестре, а затем махнула рукой в сторону дома. Она знала, что махать коту немного глупо – вряд ли Лучик стал бы махать в ответ, – но ей было так приятно снова видеть его там, в окне, на спинке дивана.

– Я думаю, он спит, – сказала она Эйве. – О, нет, он просыпается, я вижу его золотистые глазки! Привет, Лучик!

– Лучик!

Эйва приподнялась на цыпочки, чтобы посмотреть из-за садовой ограды, как полосатый котёнок, потягиваясь, выгибает спину дугой. Затем он поставил передние лапки на подоконник, образовав крошечный мостик с дивана на окно. Девочки увидели, как у него широко открылся рот, когда он взволнованно мяукнул, показывая маленькие белые зубки. Харпер была уверена, что никогда в жизни ей не надоест это зрелище. От вида ждущего их Лучика у сестёр становится каждый раз так радостно на сердце.

Даже если был трудный день в школе, Лучик всегда поднимал настроение.

Когда они впервые привезли маленького котёнка из приюта, он тут же принялся карабкаться по краю дивана, словно взбирался на гору. Мама вздохнула и принесла ворсистое одеяло, чтобы прикрыть обивку. Диван был хороший и почти новый, и она не хотела, чтобы он пострадал от маленьких когтей. Теперь, месяц спустя, Лучик был уже достаточно большим, чтобы двумя мощными прыжками запрыгивать на сиденье дивана, а затем и на спинку. Это было его любимое место, где он мог сидеть и наблюдать из окна за тем, что творится на улице. Харпер считала, что кот всегда в курсе происходящего.

– Мамочка! Пойдём! – позвала Эйва, и, как только Лучик увидел, что мама держит в руке ключ от входной двери, он быстро метнулся вдоль спинки дивана и исчез.

Харпер почувствовала, как её губы растягиваются в улыбке. Теперь кот, должно быть, уже по другую сторону двери, только и ждёт, чтобы, продолжая мяукать, виться вокруг их ног. Конечно, он проголодался, но дело было не только в этом. Он хотел, чтобы Харпер и Эйва присели на корточки рядом с ним, чтобы забираться к ним на колени и слезать обратно, цепляясь за их школьные кофты, а ещё – обязательно ткнуться носом им в подбородки. Однажды Лучику даже удалось залезть Харпер на голову, но это было не очень приятно и даже больно: он был слишком мал, чтобы понимать, что нельзя цепляться когтями за кожу.

Харпер и Эйва прислонились к двери и захихикали, услышав, как Лучик мяукает.

– Он скучал по нам! – радостно воскликнула Эйва, и Харпер кивнула.

– Не понимаю, почему такой маленький котик производит столько шума, – сказала мама, поворачивая ключ.

– Осторожнее, Лучик!

Харпер проверила, не стоит ли тот слишком близко, но Лучик уже был очень умным и знал, как не стоит вести себя у дверей. Он отступил в сторону, готовый броситься к ним, как только они зайдут.

Харпер опустилась на колени на полу гостиной, и Лучик отчаянно мурлыкал, пока она его гладила. Он такой красивый, подумала девочка.

Они с Эйвой сразу же влюбились в него, как только увидели фото на сайте приюта. Харпер нравились его огромные уши и толстые лапы, а Эйва из-за его тёмных пятен считала, что он леопард, и рассказала всем в классе, что они хотят завести леопардёнка. Как-то раз один мальчик подошёл к Харпер на площадке и спросил, правда ли это.

Мама сказала, что ей всё равно, какого котёнка они возьмут, главное, чтобы он хорошо относился к людям. Они не решались завести кошку, пока Эйва не пошла в школу и не стала немного благоразумнее, но кошке с некрепкой нервной системой всё равно было бы трудно жить в их довольно шумной квартире, хотя она и располагалась на первом этаже и у них даже был небольшой садик. Сотрудники приюта сказали, что котёнок поначалу может быть немного пуглив, но скоро привыкнет, всё так и получилось. Лучику понравилась их квартира, и Харпер была уверена, что хозяев он тоже полюбил. Сейчас он прижимался к её ладони и мурлыкал так сильно, что она чувствовала, как вибрирует всё его маленькое тельце.

– Сегодня вечером бабушка придёт на чай, – сказала мама, направляясь на кухню. – Так что, если у тебя есть домашнее задание на завтра, постарайся сделать его сейчас, чтобы провести с ней немного времени.

Харпер кивнула и подхватила Лучика одной рукой, а свой рюкзак другой.

– Мне нужно сделать задачи по математике.

Она прошла за мамой на кухню и задумчиво спросила:

– Бабушка ведь уже приходила на чай в понедельник… С ней всё в порядке?

Мама со вздохом села за кухонный стол и огляделась в поисках Эйвы.

– Она пошла снимать форму, – сказала Харпер.

У неё стало неспокойно на душе. Почему мама не хотела, чтобы Эйва услышала то, что она собиралась сказать?

– Бабушка становится старше, Харпер, и она всё ещё скучает по твоему дедушке. Она быстро устаёт, и ей трудно ходить по магазинам или готовить еду. – Мама потёрла глаза, выглядела она при этом уставшей. – Так что я покупаю для неё всё, что нужно, и завожу к ней после работы, но ей приятно было бы иногда пообедать или поужинать у нас. Тогда ей не придётся лишний раз готовить, и она сможет повидаться с нами. Это поднимает ей настроение.

Харпер с тревогой посмотрела на маму. Всё это звучало вполне разумно, но…

– С бабушкой что-то не так? – спросила она.

Девочка сама услышала, что её голос звучал тихо и испуганно.

– Нет, я так не думаю. Просто нам нужно присмотреть за ней, хорошо?

Мамин ответ не очень успокоил Харпер, но она кивнула.

Когда позже приехала бабушка, Харпер украдкой поглядывала на неё, пытаясь понять, всё ли у неё в порядке. Но бабушка, казалось, была счастлива поболтать с Эйвой и поиграть с Лучиком. Она действительно выглядела немного уставшей, но не более того. Возможно, ей просто нравится проводить время с ними, с надеждой подумала Харпер, наблюдая, как Лучик плюхается на диван рядом с бабушкой, демонстрируя ей свой пятнистый животик.

– О, ты хочешь подразнить меня? – пробормотала бабушка. – Ты ведь прыгнешь мне на руку, если я попробую погладить твоё пушистое пузико, а? Именно так каждый раз поступала моя старая кошка Бонни.

Харпер улыбнулась.

– Он так прыгнул на мою руку сегодня утром.

Однако Лучик не выказывал никаких признаков того, что намеревается атаковать бабушкину руку. Он просто устроился на её юбке, прикрыв глаза и хрипловато мурлыкая, пока она гладила его за ушами и щекотала под подбородком.

– А когда у тебя была Бонни, бабуля? – спросила Харпер, пытаясь вспомнить. – Я видела её фотографии, но её саму не помню.

– Да ты и не можешь её помнить, – сказала бабушка, слегка наморщив лоб. – Дай-ка подумать, Бонни, должно быть, умерла, когда тебе было около двух лет. А тебя ещё даже и в планах не было! – добавила она, обращаясь к Эйве, которая свернулась калачиком на другом конце дивана. – Потом долгие годы я даже думать не могла о том, чтобы завести другую кошку, – Бонни было двадцать, и она прожила со мной так долго. Хотя, возможно, этот замечательный малыш заставит меня передумать. Вам так повезло, что он у вас появился.

Харпер кивнула. Бабушка была права – им действительно повезло. Лучик был само совершенство и прекрасно подходил их семье. Она и представить себе не могла, что его у них могло не быть.

Лучик закрыл глаза и счастливо растянулся, наполовину на диване, наполовину на бабушкиных коленях.

Ему нравилась бабушка. Она была спокойной и молчаливой и никогда не вскакивала, как только он решит устроиться поудобнее… Теперь она почёсывала пальцем под его подбородком так же, как это делала Харпер, и ему нравилось. Лучик громко мурлыкал, задрав подбородок к потолку. Харпер сидела рядом с бабушкой, и Эйва была рядом, и он слышал, как мама что-то напевает себе под нос на кухне. Вся семья там, где и должна быть, и ему было тепло, сытно и хотелось спать. Всё было хорошо.

– Хорошего дня, Лучик, – пробормотала Харпер, нежно поглаживая его по макушке.

Маленький полосатый котёнок, похоже, по утрам всегда хотел получить дополнительную порцию ласки и внимания. Харпер была уверена: Лучик понимает, что они идут в школу и какое-то время он будет предоставлен сам себе, потому и старается как будто бы наверстать упущенное – время без них.

– Я бы хотела взять тебя с собой, – сказала она ему. – Но сегодня понедельник, а это значит, что у меня контрольная по правописанию. Я тебе точно говорю, ты бы не очень хотел сегодня попасть в школу. – Девочка потрясла головой, и её высокий хвостик закачался.

Котёнок с интересом следил за ним. Харпер, смеясь, покрутила хвостиком перед его носом, а он сел на задние лапки и бешено замахал передними, чтобы поймать её волосы. И вдруг замер: в кармане у мамы внезапно зазвонил мобильный. Мама слегка поморщилась – она как раз пыталась помочь Эйве надеть пальто.

– Алло? Да… О! О, нет…

Харпер взглянула на неё, и Эйва тоже, услышав в мамином голосе испуг. – Да. Я приеду, как только смогу.

– Что случилось? – спросила Харпер, а Эйва смотрела на маму круглыми глазами.

– Звонили из больницы. Бабушка упала. – Мама застегнула молнию на пальто Эйвы и подхватила её рюкзак. – Всё нормально. Но мне нужно завезти вас двоих в школу и как можно скорее ехать в больницу. Придётся отменить мою смену в магазине, но они должны понять…

– А мы не можем поехать с тобой? – испуганно спросила Харпер.

Она вспомнила, какой усталой и медлительной выглядела бабушка в последние несколько недель. Как мама даже помогала ей подняться с дивана, когда она приходила на чай. Мама погладила её по щеке.

– Я знаю, ты волнуешься, любимая моя, но я не думаю, что вам двоим стоит ехать в больницу. Мы не знаем, что происходит, и вам, вероятно, придётся просто сидеть в вестибюле. Они позаботятся о ней, Харпер, правда, она в надёжных руках.

Девочка знала, что мама права, но лучше от этого ей не становилось. Они выбежали из дома, и на этот раз Харпер была слишком растеряна, чтобы посылать воздушные поцелуи Лучику, который, как обычно, сидел на спинке дивана и смотрел им вслед.

Позже мама позвонила в школу, чтобы сообщить девочкам, что с бабушкой в целом всё в порядке: она сломала запястье, у неё было несколько синяков, но больше ничего серьёзного. Однако Харпер всё ещё волновалась и в конце дня выбежала из школы, надеясь, что у мамы будут ещё новости.

– Как бабушка? – спросила она, как только увидела маму. Та улыбнулась ей и помахала рукой Эйве, которая вышла из школы и оглядывалась, высматривая их.

– Эйва, иди сюда! У бабушки всё хорошо. Кстати, я приехала за вами на машине, так что мы можем навестить её.

– В больнице? – Голос Эйвы прозвучал испуганно.

– Да, но всё в порядке. Бабушка чувствует себя не так уж плохо, и врачи надеются, что она сможет вернуться домой через несколько дней.

– Мы можем подбодрить её, – сказала Харпер, обнимая младшую сестру. – Уверена, в больнице очень скучно.

– Точно, – мама кивнула. – Но мы должны вести себя там хорошо, Эйва, помни об этом. Не скачи и не мешай другим людям.

Весь долгий путь по больничным коридорам Эйва прошла на цыпочках и вела себя тихо, как мышка. Харпер уже однажды была там, когда упала с батута в гостях у своей подруги Майи, но только в небольшом отделении неотложной помощи. Сама больница была огромной, казалось, они прошли несколько километров. Было очень тихо, и Харпер подумала, что им нужно не дышать, когда мама подвела их к бабушкиной кровати.

– Ты привезла девочек!

На лице бабушки сияла улыбка, и Харпер сразу же немного успокоилась. Она ожидала, что бабушка будет выглядеть очень больной, но, похоже, с ней и правда всё было в порядке, если не считать гипса на запястье, к тому же она была так рада их видеть. Мама позволила Эйве пару минут поболтать с бабушкой о школьных делах, а затем вмешалась – рассказы Эйвы могли продолжаться бесконечно.

– Послушайте, девочки. Нам нужно с вами поговорить. Мы с бабушкой подумали…

Харпер обеспокоенно посмотрела на неё – было в мамином голосе что-то, означавшее: разговор будет серьёзным. Бабушка улыбнулась.

– У нас появилась одна идея. Не пугайся, Харпер. Дай маме объяснить. Бабушка чувствует себя немного одинокой, теперь ей всё труднее выходить на улицу. И было бы хорошо, если бы рядом был кто-нибудь. И… мы подумали, что, возможно, нам стоит переехать к ней и пожить с бабушкой.

– А как же наша квартира? – нахмурившись, спросила Харпер.

Они прожили в этой квартире так долго, что она с трудом припоминала дом, который был у них раньше, когда они ещё жили все вместе – с папой и мамой.

– Ну, это будет уже не наша квартира. Кто-то другой будет снимать её, а мы будем жить в бабушкином доме, там так много места.

– У вас могли бы быть свои собственные комнаты. Вам больше не придётся делить одну на двоих, – вставила бабушка, улыбаясь Харпер и Эйве.

– Моя собственная комната! – пискнула Эйва. – А можно она будет фиолетовой?

– Посмотрим, – рассмеялась мама.

– Харпер? А ты что думаешь? Я знаю, это большие перемены, но ты была бы не против собственной комнаты, правда? И бабушкин дом ближе к школе. По утрам у нас было бы меньше спешки.

Харпер уставилась на одеяло на больничной койке и попыталась представить, как они разместятся в бабушкином доме со всеми их вещами…

– А как же Лучик? – вырвалось у неё.

Бабушка протянула здоровую руку и накрыла ладонью руку Харпер.

– Для меня это было бы ещё одной радостью, – сказала она. – Со мной рядом были бы вы трое, и у меня в доме снова появилась бы кошка. Я уверена, с ним всё будет в порядке, Харпер. Сколько он у вас? Всего пять недель? Он достаточно мал и привыкнет к новому месту.

– Мы бы подержали его несколько дней у бабушки дома, не выпуская на улицу, – добавила мама. – До тех пор, пока он не привыкнет.

Харпер кивнула с некоторым сомнением. Лучику нравился их крошечный садик. Он целую вечность мог греться на солнышке и пытался ловить пчёл. Ему не очень-то нравилось оставаться взаперти. Однако она понимала, что мама права. Лучику точно не стоит сразу выходить на улицу у бабушки. Он может испугаться, если выбежит через старый кошачий лаз, сделанный для Бонни, и окажется в совершенно незнакомом саду. Лучше ему сначала привыкнуть к бабушкиному дому.

– А когда мы собираемся переезжать? – спросила Харпер.

Девочка всё ещё не понимала, как она относится к этой идее. Конечно же, нужно помочь маме присматривать за бабушкой, но это такая большая перемена в их жизни! Нужно время, чтобы всё обдумать… Мама и бабушка обменялись взглядами.

– Скоро, – мягко сказала мама.

– Доктор, с которым мы разговаривали, считает, что мне нужен кто-то, кто бы присмотрел за мной, когда я вернусь домой из больницы, – объяснила бабушка.

– Но… ты сказала, что это будет всего через несколько дней! – Харпер услышала удивлённый писк. Мама кивнула.

– Я собираюсь поговорить с владельцем нашей квартиры и всё ему объяснить. Мы постараемся переехать на этой неделе.

На этой неделе! Харпер попыталась кивнуть и улыбнуться, но и представить себе не могла, что всего через несколько дней будет жить в другом месте…

Лучик встревоженно наблюдал, как в маленькую прихожую квартиры принесли ещё одну сумку. Он не понимал, что происходит. Котёнку нравились сумки и коробки: он забирался в них – и оказывался «в домике», это было очень здорово. Однако Лучик догадывался, что коробки появились там не для его игр. Каждый раз, когда он заходил в комнату, ему казалось, что она меняется. Мебель передвинули, всё лежало не на своих местах, и, котёнок был уверен, даже пахло по-другому. Сегодня утром мама унесла его миску, едва он поел, – даже не дала ему времени вылизать усики. Одеяло, на котором Лучик обычно лежал на спинке дивана, тоже исчезло, и рядом не было корзин с бельём, в которых он мог бы уютно устроиться. Куда ни посмотри, везде было что-то не так, и ему это очень не нравилось. Кот сердито подошёл к Харпер, прижав уши и помахивая хвостом, и потёрся головой о её носки. Она присела на корточки, чтобы почесать его за ушками, как он любит, но при этом не смотрела на него, а продолжала разговаривать с мамой. Его обеспокоило то, как звучал её голос – дрожащий и взволнованный.

– Это будет так странно – возвращаться домой к бабушке после школы…

– Для меня это тоже странно, Харпер. Я знаю, что это огромная перемена.

Голос мамы тоже звучал по-другому, и Лучик немного отодвинулся.

– Сегодня у меня будет новая комната! – взвизгнула Эйва, спрыгивая с нижней ступеньки лестницы и обнимая маму. Лучик отпрянул назад, а его хвост дико распушился. Мама и Харпер засмеялись, но он точно чувствовал: в воздухе витало какое-то странное, совсем не весёлое ощущение. Всё казалось неприятно звенящим и острым, это пугало. Кот протиснулся в узкое пространство между двумя огромными коробками. Там, в темноте, ему было лучше. Он смотрел, как Харпер, Эйва и мама отправляются в школу, и очень надеялся, что, когда они вернутся, всё снова будет хорошо и привычно.

Лучик несколько раз уже побывал в кошачьей переноске – в то первое путешествие из приюта, которого уже почти не помнил, и во время поездок к ветеринару, где ему делали прививки. Он ненавидел эти поездки. Сейчас он стал больше и смелее, поэтому извивался и вертелся, и ему почти удалось ускользнуть, но мама закрыла проволочную дверцу за секунду до того, как он успел выскочить. Лучик яростно выл почти всю дорогу. Он ожидал, что, когда они выйдут из машины, снова окажется у ветеринара, но это было совсем другое место. Кот выбрался из корзины на негнущихся лапах и очень злой. Он увидел пол в кухне, вымощенный плиткой, и коробки, которые громоздились повсюду, – опять они!

– Привет, Лучик… Всё в порядке. Не волнуйся…

Лучик взглянул на маму. Куда они попали? И где Харпер и Эйва? Что происходит? Он был так зол, что шерсть встала дыбом.

– Я уверена, ты скоро привыкнешь, – ласково сказала мама и провела ладонью по его спине, приглаживая взъерошенную шёрстку, отчего он почувствовал себя немного лучше. Котёнок потёрся подбородком об её руку и на мгновение закрыл глаза, чтобы хоть ненадолго забыть о непривычной обстановке. По крайней мере, мамина ладонь была ему знакома. Мама возилась с коробками, пока Лучик осторожно обнюхивал всё на кухне.

– Вот ты где, малыш, – сказала она, ставя рядом с ним миску с водой.

Лучик удивился: это была его миска, из которой он каждый день пил дома. Что она делала здесь?

– Давай-ка положим тебе немного той суперъеды, – пробормотала мама. – Тех дорогих консервов из баночек, которые Харпер и Эйва просили купить для тебя. Я нашла их, когда разбирала кухонные шкафы…

Она порылась в коробке на столе, а затем поставила перед Лучиком миску, в которой было что-то вкусное и аппетитно пахнущее. Но Лучик отшатнулся от неё. Он был голоден, но есть здесь ему не хотелось. Всё это казалось неправильным…

– О, Лучик…

Мама обеспокоенно взглянула на него.

– Харпер и Эйва скоро вернутся, возможно, это тебя немного развеселит.

Лучик забился под кухонный стол, где, как он думал, его никто не сможет достать. Он сидел там скрючившись и смотрел на мамины ноги, пока она суетилась, открывая коробки. Появилось ещё больше вещей, которые показались ему знакомыми, – возникли запахи, которые он узнавал, запахи дома. Зачем здесь все эти домашние вещи, если это не дом? Когда мама вышла из кухни, хватая пальто, висевшее на спинке стула, Лучик пошёл следом, гадая, не собирается ли она пойти домой. Может, возьмёт и его с собой? Он обеспокоенно мяукнул, и мама бросилась к нему, чтобы в последний раз быстро погладить.

– Я ненадолго, Лучик. Заберу бабушку из больницы, а потом девочек из школы. Мне нужно идти, иначе я опоздаю!

Она вышла, громко хлопнув дверью, и Лучик остался один, растерянно озираясь по сторонам. Наконец он вернулся в коридор, заглядывая в комнаты и чихая на пыльную мебель. Дом казался большим, пустым и каким-то неправильным…

Харпер не знала, что думать, когда они с Эйвой вышли из школы. Она была взволнована, обеспокоена и опечалена одновременно. У неё будет своя комната! Она не особо возражала против того, чтобы делить комнату с Эйвой, – было так мило, когда её младшая сестра иногда забиралась к ней в постель по утрам. Но ей всегда приходилось класть свои ценные вещи на верхнюю полку, чтобы Эйва не утащила их куда-нибудь. Не то чтобы сестра хотела что-то сломать, но она была ещё маленькая и не особо заботилась о сохранности вещей. Но теперь Эйва больше не будет одалживать её лучшие ручки только потому, что их легко взять, – она постоянно забывает надевать колпачки. И больше никаких исчёрканных домашних заданий.

Жить с бабушкой будет очень даже хорошо, а особенно сейчас, когда ей нужна помощь. Им не придётся беспокоиться о том, что бабушке одиноко, а то вдруг она снова упадёт, – и некому будет помочь…

Бабушка лучезарно улыбалась им из машины – она выглядела такой счастливой оттого, что они все будут вместе. Но квартира… Это был её дом.

Харпер очень жалела, что им пришлось переезжать в учебный день. Несмотря на то, что они уже перевезли часть вещей к бабушке, всё равно пришлось всё делать в спешке – пытаясь умыться и позавтракать в квартире, почти полностью забитой вещами. У неё не было времени как следует попрощаться со старым домом…

Но, по крайней мере, она хотя бы понимала, что происходит. А бедный Лучик, скорее всего, был в полном замешательстве. Она прикусила губу, слушая, как мама успокаивает Эйву: конечно, грузчики поставили её кровать в новой комнате, и её кукольный домик, и отнесли туда её пиратский наряд…

– С Лучиком всё в порядке? – перебила Харпер, когда Эйва на секунду перестала задавать вопросы, чтобы перевести дух. – Ему нравится у бабушки?

Мама вздохнула.

– По-моему, он немного сердит. Он не стал ничего есть, но мы должны дать ему немного времени привыкнуть к новому дому, Харпер. Не волнуйся. Я уверена, с ним всё будет в порядке.

Харпер кивнула, но всё ещё с сомнением прикусывала губу. Мама тоже любила Лучика, в этом Харпер была уверена, но всё же не так, как она. Харпер всё равно играла с котёнком больше всех и всегда спускалась вниз по утрам, чтобы покормить его. Она ухаживала за ним и даже чистила его лоток. Теперь Лучик почти каждую ночь спал на её кровати. Девочка не могла избавиться от ощущения, что кот принадлежит главным образом ей. Она должна была убедиться, что с ним всё в порядке.

Когда машина подъехала к дому, Эйва бросилась скорее увидеть свою новую комнату, в которой теперь были её вещи. Мама помогла бабушке подняться на крыльцо. Они повесили одежду на крючки – как всегда, но сейчас всё было по-другому. Теперь это был и их дом тоже. Харпер надеялась, что Лучик подбежит к ней вприпрыжку, как обычно, но нигде в коридоре не было видно маленького серого пятнистого котика…

– Он там, за корзиной, – пробормотала бабушка у неё за спиной, а когда Харпер удивлённо взглянула на неё, улыбнулась. – Я заметила, что ты оглядываешься в поисках кота. Не волнуйся, Харпер. Он скоро привыкнет к новому месту.

Харпер кивнула, улыбнувшись в ответ, а затем присела на корточки, чтобы заглянуть за корзину. Оттуда на неё смотрела маленькая сердитая полосатая мордочка. Харпер очень хотелось протянуть руку и взять Лучика, но она решила, что лучше оставить его в покое, чтобы он вышел, когда сам решит. Он и так был рассержен и точно не хотел бы, чтобы его хватали.

– Я могу принести тебе еды, – прошептала она, пытаясь сделать так, чтобы её голос звучал мягко и убедительно. – Хочешь?

Мама оглянулась – она была на середине лестницы и следовала за Эйвой.

– Харпер, я положила ему немного корма из одной из тех шикарных маленьких баночек. Но, может быть, он хочет свой обычный сухой корм? Я спущусь через минуту, мама, и заварю тебе чаю.

Харпер кивнула. А потом поняла, что даже не знает, где на бабушкиной кухне лежит пакет с кошачьим кормом, и вздохнула. Неудивительно, что Лучик был расстроен.

– Пойдём, хорошая моя, – бабушка взяла её за руку. – Пусть мама покажет всё Эйве. У неё и так достаточно забот, я сама поставлю чайник, и уверена, что в холодильнике есть сок. Я могу налить его тебе, если хочешь, а ты поищи, куда она положила кошачий корм. И расскажи, как прошёл твой день. Мне так нравится тебя слушать.

Харпер встала, оглянувшись на корзину. Возможно, она волновалась из-за пустяков. Бабушка разбирается в кошках и считает, что с Лучиком всё будет в порядке.

– Он прибежит сюда с минуты на минуту, – успокоила её бабушка, пока Харпер открывала дверцы буфета в поисках кошачьего корма.

Он лежал на полке у раковины, точно так же, как и у них дома. Харпер нахмурилась: она имела в виду – в их бывшем доме. Пора начинать думать об этом доме как о родном. Всем пора…

Она пошуршала пакетом с кормом и с надеждой посмотрела в сторону коридора. Да… Он выглядывал из-за корзины, чтобы узнать, что происходит. Харпер ещё немного пошуршала пакетом, а затем с облегчением широко улыбнулась бабушке, когда Лучик целеустремлённо зашагал по коридору. Может быть, всё будет хорошо?

– Лучик… Ну, давай… – прошептала Харпер котёнку.

Она пыталась привлечь его внимание с тех пор, как вернулась из школы, но это было непросто. Лучик, кажется, совершенно не хотел играть, что было на него не похоже. Девочка взяла одну из его любимых игрушек, маленький мячик со звенящим колокольчиком внутри. Обычно, если она катала его перед носом кота, тот гнался за ним и напрыгивал сверху, как тигр на добычу. Иногда он даже пытался поднять его лапами, в итоге получалось кошачье жонглирование. Харпер всегда смеялась, глядя на этот номер.

– Смотри, Лучик.… У меня твой мячик, – сказала она, с надеждой поднимая игрушку. Лучик сидел у кошачьего лаза, скрючившись так, что его лопатки торчали наружу. Он сердито сверкнул на неё глазами, хотя Харпер видела: он определённо заметил мяч. – Давай, – проговорила она ласково, постукивая мячиком по кухонному кафелю. – Смотри, как я катаю его для тебя! Подойди и посмотри!

Хвост Лучика дёрнулся, и девочка не смогла сдержать улыбку, будучи уверена, что кот хочет погоняться за мячом.

Она очень надеялась, что за неделю Лучик освоится в их новом доме, но пока было не похоже: кот продолжал бродить, как будто что-то искал, и его очень смущала лестница. Он целую вечность просидел на нижней ступеньке, глядя вверх, но так и не попытался взобраться на неё. Харпер так хотелось взять его на руки и показать свою новую комнату, но она не решалась, хотя и скучала по тому, как он сворачивался калачиком и засыпал на её кровати. Рано или поздно Лучик придёт сам, твёрдо сказала она себе.

Лучику не нравилось проводить целые дни взаперти. Он подолгу сидел у запертой дверцы кошачьего лаза на кухне, постукивая по ней лапкой. Потом с упрёком оглядывался на Харпер. Обычно девочке удавалось отвлечь его игрушкой или лакомством, но она была уверена, что, пока она в школе, он царапает кошачью дверцу и пытается выбраться в сад. Бабушка всё ещё чувствовала себя усталой и больше лежала, ей трудно было вставать, чтобы погладить котёнка.

Харпер было жаль Лучика, сидевшего под домашним арестом, но нужно было подождать, пока он освоится. Мама сказала, что, по её мнению, недели достаточно, и котёнок сможет прогуляться в саду в выходные, когда за ним кто-нибудь будет присматривать. Хорошо, что уже настала пятница!

– Харпер, ты закончила распаковывать вещи?

В кухню вошла мама, убирая рукой волосы со лба. Всю неделю она пыталась всех обустроить в новых комнатах, присматривала за бабушкой и работала, и теперь выглядела усталой. Харпер виновато взглянула на неё. Она не распаковала большую часть своих коробок – достала только немного одежды.

– Я пыталась немного развеселить Лучика…

– Я знаю, доченька, но эти коробки нужно вернуть грузчикам, ты не забыла? Ты не могла бы сейчас разобрать их?

– Можно я займусь этим завтра? – взмолилась Харпер. – У меня будет куча времени. А сейчас я почти уговорила Лучика поиграть с мячом.

– Так ведь завтра ты хотела выпустить его в сад, – напомнила мама, – и тебе нужно будет приглядывать за ним, ведь правда? Сегодня с ним всё хорошо, а утренняя прогулка наверняка ещё улучшит его настроение.

Харпер вздохнула и направилась наверх. Конечно, мама весь день распаковывала вещи, прибиралась и работала, но она-то была в школе, что тоже было работой! Казалось, никто не беспокоился о Лучике так, как она. Это было несправедливо.

Лучик протопал в гостиную, жалобно подёргивая хвостом. Он собирался погоняться за мячом, но тут Харпер снова ушла, на этот раз вверх по лестнице. Он не любил лестницы, они казались ему необычными и какими-то неправильными… В его доме не было лестниц.

В гостиной была бабушка, сидела в своём любимом кресле с журналом. Она протянула ему руку. Лучик ткнулся головой в её пальцы, но не запрыгнул на колени. Он всё ещё чувствовал раздражение, растерянность и злость – и, что гораздо хуже, ему хотелось писать. Дома он бы воспользовался своим лотком или выскочил в сад через кошачий лаз, но здесь всё было сложнее. Лаз не открывался, как он ни старался, а лоток всё время оказывался на новом месте. Сначала он стоял в углу кухни, потом в маленькой комнате по соседству, а теперь вообще исчез, и он не знал, куда.

Ему срочно нужно было в туалет. Котёнок поскрёб небольшой коврик в углу комнаты, подальше от бабушки. Это было неправильно, он точно знал, но ничего не мог с собой поделать! А что ему оставалось, если его не выпускают? Он виновато огляделся, присел и начал писать. Раздался взволнованный возглас бабушки:

– О боже, не делай этого, Лучик…

Но было слишком поздно. Лучик снова поскрёб коврик, а затем метнулся за диван, чувствуя себя ужасно несчастным.

– Эмма! – Бабушка с трудом поднялась со стула и вышла в коридор, оставив Лучика за диваном. Он почувствовал запах мокрого пятна, которое оставил на коврике, и он был не таким, как от его лотка. Ему точно не следовало этого делать.

– Что случилось? Ты в порядке? – крикнула мама с лестничной площадки, и Лучик услышал, как она торопливо спускается.

– Да, да, я в порядке, не пугайся, милая. Но вот с Лучиком произошло кое-что неприятное.

– Неприятное? – Лучик услышал обеспокоенный голос Харпер. – Он не ранен?

– Нет, ничего такого. С ним всё в порядке, но он написал на ковёр в гостиной.

– О нет… – выдохнула мама. – Только этого нам сейчас как раз и не хватает.

Она вошла в гостиную и присела на корточки у коврика. Лучик с несчастным видом наблюдал за ней из-за дивана и видел, что она тоже расстроена.

– Его можно стирать в стиральной машине? Мне так жаль, мама. Честно говоря, я не понимаю, почему он вдруг так сделал.

– Это не его вина! – Лучик вздрогнул от резкого голоса Харпер. Это из-за него она так сердита? – Я же говорила, что ему грустно!

– Но это не значит, что он должен ходить и писать повсюду! – отрезала мама. – И не разговаривай со мной таким грубым тоном, пожалуйста.

– Но я же тебе говорила!

– Харпер!

В дверях появилась Эйва и, заглянув в комнату, спросила:

– Мамочка, почему ты кричишь? Что Харпер сделала?

– Не лезь не в своё дело! – прорычала сестра.

– Я думаю, это моя вина, – вмешалась бабушка, и Лучик почувствовал, как его шёрстка, вставшая дыбом, немного улеглась обратно.

Маму и Харпер, похоже, тоже отвлёк от ссоры её тихий голос, и они обернулись.

– Я выкинула содержимое его лотка, – объяснила бабушка, – и хотела насыпать ему нового наполнителя, но не смогла открыть пакет из-за этого дурацкого гипса. Я собиралась попросить тебя или Харпер помочь мне, но потом эта мысль просто вылетела из головы. Его лоток остался пустой в кладовке. Так что бедняжке просто некуда было пойти.

– О… – только и смогла вымолвить мама.

Харпер сердито посмотрела на неё.

– Вот видишь! Лучик ни в чём не виноват! Я же говорила, что он тут ни при чём! Я говорила, что он расстроен!

– Харпер, просто иди наверх, пожалуйста. У меня нет ни времени, ни сил слушать, как ты грубишь. Наверх! Сейчас же!

Харпер выбежала из комнаты, а Лучик смотрел ей вслед, прижав ушки. Он слышал, как она поднимается по лестнице, – его усики вздрагивали при каждом её шаге. Куда она ушла? Почему все так разозлились? Мама аккуратно завернула коврик и направилась к двери, по пути остановившись, чтобы открыть окно.

– Я не думаю, что протекло на ковёр. Если мы проветрим комнату, через некоторое время всё будет в порядке. Пойду отнесу это в стирку и разберусь с его лотком.

– А я приготовлю нам чай, – сказала бабушка, выходя вслед за ней, и Лучик остался в гостиной один, дрожащий и грустный.

Лучик сидел за диваном, прислушиваясь к голосам и шагам. Он чувствовал себя совершенно несчастным. Ему не хотелось оставаться здесь. Котёнок хотел вернуться в квартиру, в свой настоящий дом, где всё было так, как и должно быть. Там его миска с едой, поилка и лоток снова окажутся на своих местах, он был в этом уверен. И Харпер тоже станет прежней – будет играть с ним сколько угодно и позволит уснуть в своей кровати. Она не будет такой сердитой и шумной, как здесь. Нужно вернуться домой! Как угодно.

Запах испорченного коврика всё ещё витал в комнате, но был и другой запах. Бодрящая волна свежего воздуха, смешанного с запахом машин и влажных тротуаров, – запах улицы. Раз он может чувствовать этот запах, подумал Лучик, и его усики возбуждённо задергались, значит, он может выбраться на улицу. Он прошёлся по комнате, следуя за запахом, а затем вскочил на спинку дивана. Да вот же откуда он! Окно было открыто – даже распахнуто настежь!

Лучик уже ни о чём не думал, просто вскочил на подоконник и глубоко вдохнул уличный воздух. Через несколько секунд он уже был на клумбе под окном и наслаждался ощущением рыхлой земли под лапками.

Котёнок оглянулся, гадая, заметил ли кто-нибудь его отсутствие, но всё было тихо. Он протопал по маленькому палисаднику перед домом и проскользнул сквозь прутья металлической калитки. Выйдя на тротуар, Лучик остановился, задумчиво принюхиваясь. Он знал лишь, что хочет домой, и не думал, как туда доберётся. Но какой-то глубинный инстинкт подсказывал, куда идти. Кот точно знал, где находится его родной дом. Он в последний раз оглянулся на дом бабушки, на мгновение засомневался, но затем поспешил прочь по тротуару. Лучик слышал, как вдалеке проносятся машины, вскоре одна из них стала приближаться. Беглец прижался к садовой ограде, ощущая рокот проезжающей машины. Он раньше выходил на улицу перед своим старым домом, но всегда предпочитал сады и аллеи. Там было спокойнее. Безопаснее. Его усы встопорщились. Может, стоит вернуться: вскочить на подоконник и проскользнуть обратно в дом – пара пустяков. Мимо прогрохотала ещё одна машина…

Лучик нетерпеливо встряхнулся. Ничего страшного, можно просто держаться от машин подальше. Он знал, что его ждёт дом, и был на пути к нему.

Харпер лежала на кровати, зарывшись лицом в подушку. Она надеялась, что так никто не услышит её стенаний о том, как несправедливо поступила с ней мама и как она хочет обратно домой. Она забарабанила ногами по кровати, и её любимое покрывало с котятами-единорогами сбилось.

Девочка со вздохом перевернулась на спину. Мама постелила ей это покрывало в день их переезда. Её пушистое одеяло тоже было тут. Мама знала, что Харпер, укладываясь спать, заворачивается в него. Мама позаботилась о том, чтобы все любимые вещи лежали сверху и их можно было сразу достать в ту первую ночь в бабушкином доме. Бабушка… Харпер снова вздохнула. Они действительно были нужны ей. На этой неделе она казалась счастливой, несмотря на то что рука всё ещё болела, и уже не выглядела такой уставшей. Ей нравилось, что Харпер и Эйва болтали с ней за завтраком, рассказывая о школе. Может быть, Харпер всё же была несправедлива? Мама так волновалась за бабушку, и ей пришлось паковать все их вещи, она ещё и работала, а в промежутках постоянно разговаривала по телефону: сообщала всем о смене адреса, искала грузчиков и так далее. Это было очень много. То, что Лучик пописал на ковёр, на самом деле не было концом света, но, возможно, это просто была последняя капля?

Харпер села, обхватив колени руками и размышляя, не стоит ли спуститься вниз и извиниться перед мамой. К тому же кому-то нужно было покормить и приласкать Лучика – он, наверное, расстроился из-за того, что написал где не надо. Харпер подошла к двери и тихонько её приоткрыла. Мама и бабушка разговаривали на кухне, их голоса вовсе не звучали сердито. Она просто подойдёт, обнимет маму и попросит прощения.

Мама и бабушка одновременно подняли головы, когда Харпер вошла. Бабушка улыбнулась, но мама выглядела обеспокоенной, и у Харпер скрутило живот.

– Прости, доченька. Мне не следовало кричать на тебя, – сказала мама.

– Я спустилась, чтобы сказать то же самое!

Харпер обняла маму за плечи и прижалась к ней.

– Ты действительно расстроена из-за Лучика? Он не хотел…

– Конечно, нет, это не его вина. Я просто немного устала, – мама вздохнула. – Давай покормим его?

– Я сейчас всё сделаю.

Харпер достала пакет с кошачьим кормом и с улыбкой огляделась, ожидая услышать топот лапок бегущего Лучика. Но ничего не произошло. Должно быть, он всё ещё очень расстроен. Мама тоже выглянула в коридор, слегка нахмурившись.

– Ты думаешь, он прячется за коробками? Наверное, ему не понравилось, что мы поссорились.

– Сейчас проверю.

Харпер положила еду в миску Лучика и вышла в коридор, гадая, не забрался ли тот снова за корзину. Но грустного котёнка там не оказалось. Возможно, он всё ещё был в гостиной? Войдя туда, Харпер заметила, что неприятного запаха уже не было, и это было хорошо. Но затем будто ледяная рука сжала её сердце. Запах исчез, потому что мама оставила окно открытым. Через него и сейчас проникал приятный свежий ветерок. Харпер подбежала к окну в надежде, что там лишь небольшая щёлка, слишком узкая, чтобы Лучик мог в неё пролезть, но уже понимала, что это не так.

– Мама! – закричала она в панике. – Мама, окно открыто!

– Да, я открыла его, чтобы немного проветрить, – раздался ответ. На мгновение воцарилась гнетущая тишина, затем мама тоже подбежала к окну.

– О нет… – пробормотала она. – Я даже не подумала об этом. Лучик! Лучик!

Она испуганно огляделась.

– Его здесь нет. – Харпер сглотнула. – Мне кажется, он выпрыгнул из окна!

– Всё будет хорошо.

Мама ободряюще похлопала Харпер по руке, но в её голосе не было особой уверенности.

– Что случилось? – спросила, выходя в коридор, бабушка.

А вниз по лестнице уже спешила Эйва.

– Лучик убежал! – Харпер огорошила сестру новостью. – Мы оставили окно открытым… Нужно скорее найти его!

– Он, наверное, просто осматривает сад перед домом, – успокаивающе сказала бабушка.

Харпер ринулась к входной двери и выскочила в сад.

– Лучик! Лучик! – позвала она.

Девочка старалась, чтобы её голос звучал спокойно и дружелюбно, но сама слышала, как он превращается в испуганный писк. Они собирались приучать котёнка к прогулкам постепенно, под присмотром, чтобы можно было чем-то вкусным приманить его обратно. Но всё пошло наперекосяк.

– Лучик, где ты? Мама, ты его видишь?

– Пока нет, – пробормотала мама. – Ш-ш-ш, давайте помолчим минутку. Вдруг мы его услышим…

Они замерли, надеясь уловить звяканье крошечного колокольчика на ошейнике Лучика или, может быть, тихое мяуканье. Но в саду не было ни звука – только за оградой проехал автомобиль.

Лучик был уверен, что ушёл уже на приличное расстояние и скоро вернётся домой. Всё снова будет хорошо. Он растянется на диване у окна и будет наблюдать за людьми и машинами, проезжающими на безопасном расстоянии. Но куда же дальше?.. Лучик медленно пошевелил усиками и понюхал воздух. Да, ему нужно было идти вниз по улице. Он бодро зашагал по тротуару, гадая, будет ли его уже ждать миска с едой, приготовленная Харпер. Голод уже ощущался довольно сильно, ведь он с самого утра ничего не ел.

Однако следующая дорога отвлекла котёнка от мыслей об ужине. Она была намного шире, чем любая из тех, которые он переходил до сих пор, – машины неслись сплошным потоком. Дикий рёв автомобилей напугал Лучика, он не мог определить, с какой скоростью они движутся, – казалось, только что были далеко, а уже в следующий миг с визгом проносились мимо. Путь до противоположного тротуара казался очень долгим, но кот был почти уверен, что его дом где-то на другой стороне. Вроде бы совсем рядом, но он не был уверен, хватит ли у него смелости перейти дорогу.

Мама, Эйва и Харпер искали беглеца, казалось, уже несколько часов. Они ходили взад и вперёд по улице, зовя Лучика, а бабушка стояла на террасе, ведущей на задний двор, потряхивая упаковкой с его любимыми лакомствами.

Они ненадолго вернулись в дом, чтобы попить чаю с бутербродами, но Харпер просто разломала свой на маленькие кусочки. От волнения у неё так пересохло в горле, что она не могла ничего проглотить. Лучик был всего лишь котёнком, он был ещё таким маленьким! Как он мог справиться один там, на улицах, если даже не знал, где находится?

– Наверняка он в любую минуту заскочит обратно через кошачий лаз, – сказала бабушка.

Харпер понимала, что та пытается её утешить, но это не сработало. Как Лучик мог заскочить через кошачий лаз, если он никогда не выходил через него? Он совсем не знал бабушкиного сада! Не понимал, что это теперь его дом, куда он может вернуться, подумала Харпер, пытаясь сдержать слёзы. Она даже не была уверена в том, что котёнок хочет возвращаться. Ему здесь не нравилось, и, похоже, он не любил их столь сильно, чтобы захотеть остаться с ними. И это было хуже всего на свете. После чая бабушка пошла укладывать Эйву спать, а мама и Харпер снова отправились на поиски. Было бы здорово прогуляться до детской площадки в конце улицы, если бы не Лучик. Сейчас это было ужасно. Каждый раз, когда они проходили мимо кого-нибудь, приходилось говорить: «Мы потеряли котёнка, он серый и пятнистый, ещё совсем маленький, пожалуйста, не могли бы вы сообщить миссис Эллинсон из дома сорок четыре, если увидите его?»

– Мы должны написать объявления, – с несчастным видом сказала Харпер. – С твоим номером телефона, мам. Тогда люди, которые его увидят, смогут отправить тебе сообщение.

Во взгляде у мамы скользнула неуверенность.

– Может быть… Я надеюсь, что бабушка права и Лучик вернётся домой сам. Он может быть совсем близко, просто испугался и прячется ото всех. Или, возможно, оказался заперт в чьём-нибудь гараже. Давай подождём до завтра, прежде чем расклеивать объявления. Бабушка уже обзвонила всех соседей и попросила их тоже поискать его.

Она вздохнула.

– Уже темнеет. Думаю, нам пора возвращаться домой.

Харпер вложила свою ладонь в мамину. Руки у обеих были ледяные. Мама выглядела такой же обеспокоенной и несчастной, как и она сама. Если бы только они не поссорились!

«Я бы заметила, что окно открыто, если бы не убежала наверх», – с тоской подумала Харпер, жалея, что не может вернуться в прошлое и всё сделать по-другому.

– Как ты думаешь, он вернётся? – спросила она.

Мама крепко обняла её.

– Я не знаю, милая. Но я надеюсь. Я действительно очень надеюсь.

Когда сгустилась ночь, машины начали слепить котёнка ярким светом своих фар, и казалось, что они ревут ещё громче. Лучик спрятался под кустом на краю дороги. Шипение шин вызывало у него страх, и он не решался взглянуть в сторону дороги. Беглец съёжился в пыли и сухих листьях, вздрагивая каждый раз, когда мимо проезжала машина, пока не провалился в беспокойный сон.

Котёнок проснулся, когда небо начало светлеть, и осторожно выглянул на дорогу. Было очень тихо. Воздух стал свежее, и он вытянул лапы, ощущая, как затекло всё его тельце после ночи на холодном асфальте. Дом был уже совсем близко. Если набраться смелости и броситься через дорогу, он был бы почти у цели.

Вперёд! Сейчас!

Лучик выскочил на улицу и побежал со всех ног. Вот и тротуар. Он проскочил под густой изгородью, тяжело дыша, но довольный собой. Получилось! А теперь… Кот медленно повернул голову. Сюда? Да…

Он завернул за угол, повинуясь странному внутреннему инстинкту. Его огромные уши вытянулись от волнения. Скоро он окажется дома, и Харпер будет там, в нужном месте, и накормит его завтраком; в животе уже урчало от голода. Потом она позволит ему поспать у себя на коленях или, возможно, он устроится между ней и Эйвой на диване… Вот он и добрался! Вот и знакомая квартира, и его окно, выходящее на улицу. Лучик радостно толкнул дверцу кошачьего лаза на задней двери и нырнул внутрь, горя желанием найти Харпер и свой завтрак.

Но всё оказалось не так. Он почувствовал это, как только его лапы коснулись кухонного кафеля. Часть мебели всё ещё стояла на прежнем месте. Он точно помнил, когда его коготки оставили царапины на ножке этого стула. Но были и новые вещи. Та тележка с овощами, что стоит рядом с задней дверью, – раньше её там не было. Но самым неправильным был запах. В квартире пахло не так, как у Харпер, Эйвы и мамы. Пахло вовсе не им! Когда Лучик это понял, он тут же попятился к кошачьему лазу. Здесь был другой кот. Его дом больше ему не принадлежал, подумал он, оглядываясь в ужасе, – и увидел её.

Она сидела на холодильнике и смотрела на него сверху вниз. Огромная чёрная кошка с ярко-золотистыми глазами. От ярости у неё шерсть встала дыбом, и Лучик подумал, что она, должно быть, раз в шесть больше него. Кошка зашипела – долгим, медленным, сердитым шипением, – вытянула свои толстые чёрные лапы и прыгнула. Лучик съёжился, когда она приземлилась перед ним, всё ещё шипя, а затем повернулся и бросился к своему старому кошачьему лазу, слыша за спиной завывания чёрной кошки. Лучик выбежал в сад, выгнув спину. Он видел, что кошка наблюдает за ним через лаз, но, похоже, не собирается его преследовать. По крайней мере, пока. Котёнок бросился бежать, слишком напуганный, чтобы хоть о чём-то думать. Наконец в переулке он заметил большой мусорный бак на колёсах и нырнул под него, чтобы перевести дыхание.

И что ему теперь делать?..

Харпер проснулась со странным ощущением: что-то не так. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что именно, тем более новая комната всё ещё казалась непривычной. Она наклонилась, чтобы погладить Лучика, и обнаружила, что тёплый комочек рядом с ней – вовсе не Лучик, а Эйва. И тут всё вспомнила.

Посреди ночи Харпер проснулась от плача младшей сестры. Та просто захлёбывалась слезами и бормотала: «Я хочу, чтобы Лучик вернулся!» Харпер позволила Эйве забраться к ней в постель и обнимала её, пока та, выплакавшись, не заснула.

– Привет. – Мама открыла дверь и улыбнулась ей. – Я не смогла найти Эйву и подумала, что она должна быть здесь. Прости, Харпер, я не слышала, как она проснулась.

– Всё в порядке. – Харпер с надеждой посмотрела на маму. – Лучик вернулся?

Вечером бабушка предложила расстелить на пороге любимое одеяло Лучика, чтобы у него был знакомый запах, если он захочет вернуться. Харпер заснула, думая о том, как проснётся и увидит Лучика, свернувшегося калачиком в ожидании, когда его найдут. Мама вздохнула.

– Нет. Мне жаль, милая. Ещё нет. Я проверяла.

Харпер выбралась из постели, стараясь не разбудить Эйву.

– Будем расклеивать объявления?

Мама кивнула.

– Начинай их писать, а я пока приготовлю завтрак.

– Эмма? Харпер? – позвала из своей комнаты бабушка.

Харпер удивлённо взглянула на маму. Обе подошли к бабушкиной комнате и заглянули в дверь.

– Всё в порядке, бабушка? Ты что-то хотела?

Бабушка сидела на кровати с книгой.

– Всё хорошо, не волнуйся. Но у меня возникла идея. Прежде чем развешивать объявления, может быть, следует пойти и проверить вашу старую квартиру? А вдруг Лучик убежал туда? Я слышала истории о том, что кошки могут находить дорогу назад за много миль, а ведь это всего в десяти минутах ходьбы, ведь так?

Харпер распахнула глаза.

– Да! – воскликнула она, а потом вспомнила, что Эйва ещё спит, и, прикрыв рот рукой, прошептала:

– О да! Бабуля, это же вполне возможно! Мам, мы можем пойти прямо сейчас?

Мама покачала головой.

– Прямо сейчас – нет. Ещё слишком рано, тем более что сегодня суббота. Нам придётся немного подождать. Но это отличная идея, мама.

Харпер кивнула, хотя мысль о том, что придётся ждать, была ужасна.

– Я на всякий случай сделаю объявления. Но уверена, что он будет там и они нам не понадобятся! Когда мы вернёмся вместе с ним, я смогу порвать их на мелкие кусочки.

Она уже представляла, как рвёт ненужные бумажки – или скатывает их в плотный шар, чтобы Лучик за ними гонялся. К тому времени, когда мама решила, что им можно идти, Харпер сделала шесть объявлений с нарисованными на них милыми котятами, описанием Лучика и маминым номером телефона. Она переводила взгляд с кухонных часов на входную дверь, отчаянно желая уже добраться до их старой квартиры.

Наконец мама кивнула, и Харпер побежала за курткой и кроссовками. Эйва всё ещё спала, но бабушка пообещала, что присмотрит за ней. Харпер всё время вырывалась вперёд, и ей приходилось возвращаться к маме. Каждый раз ей хотелось сказать: «Он ведь будет там, правда?»

Мама взяла с собой переноску для кошек, так что, похоже, тоже надеялась, что они его найдут. Но было трудно представить, как Лучик пробирался по этим улицам, особенно как он перешёл главную дорогу. Харпер не хотела бы переходить её в одиночку, так как же маленький котёнок смог это сделать?.. Но они были уже действительно близко и вот-вот должны были всё узнать. Внезапно девочка испугалась.

– Ну же, – пробормотала мама, сжимая её руку. – Всё будет хорошо, Харпер. Даже если они не видели Лучика, мы вернёмся и развесим твои объявления. Мы найдём его.

Харпер кивнула, но от волнения почти перестала дышать, когда мама позвонила в дверь их старой квартиры. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем кто-то подошёл к двери, а затем на пороге появился высокий мужчина и вежливо улыбнулся.

– Здравствуйте! – сказала мама высоким от волнения голосом. – Я хотела спросить, не видели ли вы нашего котёнка? Мы съехали на прошлой неделе – это была наша квартира, – и он исчез. Мы подумали, может, он вернулся сюда…

– О, нет, извините.

Мужчина покачал головой, и Харпер почувствовала, как на её глаза навернулись слёзы.

– Как он выглядит? Мы будем следить, вдруг он появится. Может быть, вы дадите мне свой номер телефона?

Харпер стояла, крепко прижавшись к маме, и смотрела, как из кухни к ним направляется огромная красивая чёрная кошка. Её шерсть была взъерошена. Возможно, она не любит незнакомцев, подумала Харпер. Или ей не понравилась квартира, как Лучику, не нравился бабушкин дом. Девочка оглянулась, когда они уходили, и увидела, что кошка сидит на спинке дивана и наблюдает за ними из окна, совсем как раньше Лучик. Ей хотелось просто взвыть от горя, так что пришлось даже зажать рот рукой. На месте Лучика теперь жила какая-то чужая чёрная кошка, а её маленький пятнистый котёнок бродил где-то совсем один!

Лучик уставился на тротуар и на шагающие мимо ноги. Что же ему теперь делать? Он отчаянно хотел найти свой родной дом, но там, куда он так настойчиво шёл, дома у него больше не было. Он ожидал, что всё будет по-прежнему, так, как и должно быть. Но теперь понимал, что так не будет. Квартира теперь принадлежала другой кошке. Котёнок вздрогнул, вспомнив о её сердитом шипении. Означало ли это, что у него больше нет своего дома? Лучик съёжился ещё сильнее. Он что, и правда остался совсем один? Или, возможно, он искал не то, что нужно?

Ведь остались Харпер и мама, которые накладывали еду в его мисочку. Эйва, которая забиралась на диван, чтобы вместе с ним выглянуть в окно. Харпер, у ног которой он сворачивался посреди ночи, та самая Харпер, благодаря которой он чувствовал себя защищённым и любимым. Его дом был там, где были они, а вовсе не какое-то место. Нужно найти их. Но как? Он ещё не успел познакомиться с новым домом. А знал ли он вообще, как вернуться? Лучик медленно выбрался из-под мусорного бака и побрёл по тротуару, пытаясь вспомнить, каким путём пришёл сюда. Он был уверен, что шёл вдоль этой стены перед тем, как попасть к их старому дому. Но потом… он прижал ушки. За стеной снова была та же большая дорога. Лучик пробрался между двух припаркованных машин и остановился, прислушиваясь. Безопасно ли было теперь бежать через дорогу? Кажется, всё тихо. Кот выскочил на проезжую часть и на мгновение застыл в испуге, увидев, что на него несётся машина. Затем бросился вперёд и в последний момент успел увернуться от колёс. Машина понеслась дальше – а люди в ней вообще заметили, что чуть было не произошло? Он чуть было не погиб!

Лучик вскарабкался на стену. Надо успокоиться. Он лизнул лапу и провёл ею по ушам и усам, пытаясь забыть о горячем дыхании машины, треплющем его шёрстку. Потом ещё и ещё раз, пока наконец не почувствовал себя немного лучше. Затем спрыгнул на землю и вновь двинулся в путь, стараясь возвращаться строго по своим следам. Завернув за угол, кот уловил в воздухе слабый знакомый запах. Что-то, напоминающее о доме… Харпер! Он торопливо пошёл вперёд, надеясь увидеть её, но улица, простиравшаяся перед ним, была пустой и чужой. Неужели он ошибся дорогой? Но… там всё ещё был этот запах. Лучик был так занят, пытаясь поймать его снова, что не заметил собаку, пока они не оказались практически нос к носу. Похоже, пёс был удивлён не меньше. Он отскочил назад, широко раскрыв глаза и подняв уши, и заскулил. Затем присел, вытянул передние лапы и хрипло залаял. Лучик в ужасе отступил. Он никогда не приближался к собакам и не знал, что делать. Пожилая женщина, державшая пса на поводке, оттащила его назад.

– Что там, Пити? Нет, оставь котика в покое!

Лучик тихо зашипел и со всех ног помчался прочь через заросли кустарника. Он не собирался давать этому огромному псу шанс подобраться ближе. Наконец котёнок увидел открытое пространство, усеянное людьми. Вдали, на другой стороне лужайки, качели взлетали в воздух и что-то кричали дети. Лучик был уверен, что никогда здесь не бывал. Он отступил обратно в кусты, чувствуя сильную усталость. И понятия не имел, куда идти дальше.

– Но где же он? – требовательно спросила Эйва, глядя на маму и Харпер поверх своей миски с овсянкой.

Когда она проснулась, бабушка рассказала ей, куда они ушли, и теперь не могла понять, почему у них в переноске не было Лучика.

– Мы пока не знаем, – попыталась объяснить ей мама. – Но мы продолжим поиски. Харпер написала объявления. Мы пойдём и развесим их на всех фонарных столбах. Если кто-нибудь увидит Лучика, он сразу же позвонит нам.

Эйва только покачала головой.

– Мы должны найти его. Он наверняка проголодался. Он пропустил завтрак и даже чай!

Харпер размазывала по тарелке овсянку, смаргивая слёзы. Эйва, конечно, была права. Но она была слишком маленькой, чтобы понимать: от слов ничего не изменится.

– Я доела кашу, – сказала Харпер. – Пойдёмте развесим объявления.

– Дай мне полчаса, хорошо? – ответила мама. – У меня есть телефоны всех местных ветеринаров и приюта для животных. Сначала мы должны позвонить им – узнать, не нашёл ли кто-нибудь Лучика и не приютил ли его.

Харпер кивнула. Это имело смысл.

– Тогда я напишу ещё несколько объявлений. Или, может, мне пойти и начать их расклеивать?

– И мне! – Эйва вскочила из-за стола.

– Нет, не ходите без меня, пожалуйста. Я постараюсь сделать всё как можно скорее, обещаю. Я знаю, что ждать тяжело, но позвонить ветеринарам тоже очень важно. Вероятно, кто-то уже нашёл Лучика.

– Я тоже буду делать объявления, – сказала Эйва, взяла лист бумаги и начала рисовать котёнка.

Харпер последовала за мамой в гостиную.

– Мам, а можно я просто пойду по улице и развешу несколько объявлений? Я недалеко и не буду переходить дорогу.

Мама вздохнула, глядя на свой телефон и список номеров.

– Хорошо. Но только до конца улицы, ладно? Не ходи дальше парка.

– Не пойду, обещаю, – кивнула Харпер.

Конечно, кто-то мог уже найти Лучика, но невозможно было просто сидеть и ждать. Она всё время думала о том, что где-то на улице её маленький котёнок ходит совсем один, потерянный и перепуганный. От переживаний даже разболелся живот.

Харпер остановилась у входа в парк, размышляя, не повесить ли объявление на ограду. Многие смогли бы его тут увидеть, но, возможно, где-то была доска объявлений или нечто подобное.

– С тобой всё в порядке, милая?

Харпер обернулась и увидела пожилую пару с собакой. Она застенчиво кивнула.

– Я собиралась повесить объявление, – объяснила она. – Наш кот пропал. Вернее, котёнок – серый полосатый котёнок.

– О!

Женщина посмотрела на дорогу.

– Серебристая шкурка? С пятнышками?

– Да! – Харпер чуть не уронила объявления. – Да, у него пятнышки! Вы его видели?

Супруги кивнули друг другу.

– Мы действительно видели маленького котика. Боюсь, Пити напугал его, – сказал мужчина. – Он очень добрый, но котик, конечно, этого не знал и убежал, кажется, в один из тех садов. – Он указал на дорогу, ведущую к бабушкиному дому.

– Это было минут пятнадцать-двадцать назад, – сказала женщина. – Мне жаль, что мы не заметили, куда именно он побежал.

– Но вы его видели! – Харпер неуверенно улыбнулась. – Спасибо! Я продолжу поиски.

– Удачи тебе! – крикнул мужчина, помахав ей на прощанье.

Харпер прислонилась к забору. С Лучиком всё в порядке! Люди видели его – пятнистого котёнка с серебристой шкуркой, это ведь был он, правда? Она поспешила обратно по дороге, с надеждой выкрикивая его имя:

– Лучик! Лучик, иди сюда, малыш! Где ты?

Девочка была уверена, что вот-вот увидит, как котёнок выбегает из сада навстречу, и продолжала звать и звать, но ничего не происходило. Он мог, наверное, пойти дальше по улице, решила Харпер, тем более его видели уже четверть часа назад. Она бежала по тротуару, останавливаясь, чтобы заглянуть через заборы и под машины, и всё время звала. Примерно на полпути между парком и домом она увидела, как что-то серое метнулось под калитку, и, ахнув, подбежала ближе, чтобы заглянуть в сад.

– Лучик! Я здесь, Лучик, выходи!

На мгновение воцарилась тишина, а затем из-за высокого папоротника на неё выглянула маленькая мордочка. Кот немного походил на её котёнка, но у него были белые лапы и подбородок. Это был не Лучик. Харпер с трудом сглотнула, подавляя разочарование. Ей придётся продолжить поиски…

Вдруг она осознала ужасную вещь. Пожилая пара, должно быть, что-то перепутала. Они, наверное, видели эту кошку. Молодая, маленькая, серебристо-полосатая – всё совпадало.

Получается, что никто не видел Лучика!

Лучик вздрогнул и проснулся в кустах на краю парка, услышав знакомый голос. Он был почти уверен, что это Харпер. Она была здесь, звала его!

Кот вскочил, подбежал к краю тропинки и оглянулся: не видать ли пса? Он вспомнил, как тот, с блестящими глазами, нетерпеливо сопел ему вслед. Хвост Лучика снова распушился, став вдвое толще. А что, если пёс всё ещё здесь, ждёт его? Здесь, под кустами, было безопасно, а там, на открытом месте, негде спрятаться. Кот присел под низко нависшими ветвями в нерешительности. Но он должен был идти на голос Харпер, нельзя снова потерять свой дом! Лучик выбежал на улицу, надеясь увидеть девочку, которая искала его. Но там никого не было.

Харпер вытерла глаза рукавом. Она знала, что слёзы делу не помогут, но ничего не могла поделать – только что так радовалась, была уверена, что вот-вот вернёт Лучика… Малюсенькая надежда, которую внушили слова пожилой пары, улетучилась, и девочка чувствовала себя ещё несчастнее, чем прежде.

Похоже, пора возвращаться домой, с грустью подумала Харпер. Может быть, у мамы есть какие-то хорошие новости… Затем она посмотрела на объявление в своей руке и пробормотала:

– Я не должна сдаваться. Мы найдём его. Мы просто должны его найти.

Но, медленно шагая по дороге, она уже не звала котёнка. Шла, опустив голову, стараясь не расплакаться.

Девочка уже собралась приклеить объявление скотчем к мусорному контейнеру у ворот парка, когда услышала мяуканье – тоненькое, отчаянное. Она резко огляделась вокруг, у неё перехватило дыхание. И тут из кустов выбежал серебристо-пятнистый котёнок.

– Лучик! – Харпер подхватила его на руки. – Они действительно видели тебя! Куда ты убежал? Мы должны вернуться к маме – она всем звонит и спрашивает про тебя. О, я уронила объявление!

Девочка протянула руку, чтобы поднять листок, а Лучик забрался к ней под куртку и уткнулся в неё носом, не переставая мурлыкать. Затем она сунула ненужное больше объявление в мусорный контейнер и прошептала в его мохнатую макушку:

– Пойдём домой!

Когда Харпер внесла Лучика в дом, его захлестнула волна счастья и облегчения. Он чувствовал, что все они любят его – Харпер, Эйва, мама и бабушка. Кот ходил за ними по пятам весь день, даже свернулся калачиком у бабушки на коленях, пока они обедали.

Дом по-прежнему казался немного чужим, но Лучик понял, что начинает ощущать себя здесь своим. Его лоток теперь стоял в тихом уголке, а игрушки были разбросаны повсюду. На спинку дивана было накинуто одеяло, от которого пахло Харпер. Он мог растянуться на нём и смотреть на улицу, а ещё наблюдать за птицами в саду.

Вечером, когда Эйва и Харпер отправились вверх по лестнице в свои комнаты, Лучик поставил лапку на нижнюю ступеньку и мяукнул.

– Он хочет пойти с вами! – смеясь, сказала мама.

– Лучше помогите бедному котёнку, – согласилась бабушка, и Харпер взяла его на руки и отнесла к себе в комнату. Ему понравилась эта комната – там был удобный подоконник, и он подумал, что завтра, возможно, будет погожий денёк и можно посидеть здесь, греясь в лучах солнца. В доме оказалось так много интересных мест, которые можно исследовать, так много манящих запахов.

Он зевнул и пару раз повернулся вокруг своей оси, сминая пуховое одеяло, чтобы оно лежало так, как нужно.

– С ним всё в порядке?

Эйва обеспокоенно посмотрела на него, и Лучик потёрся носом о её щёку.

– Думаю, да. – Харпер улыбнулась. – Он привыкает, Эйва, с ним всё хорошо. Он просто устраивается поудобнее. Ложись и ты. Мама сказала, ты можешь спать в моей комнате, только если пообещаешь не болтать.

Обрадованная Эйва залезла в кровать сестры, а Лучик устроился в гнёздышке из одеяла между девочками и начал мурлыкать. Да, теперь он живёт в другом месте, многое изменилось, но традиция спать, свернувшись калачиком в ногах у Харпер, осталась неизменной. Именно здесь он и должен быть, здесь его настоящий дом. Харпер нежно погладила отыскавшегося беглеца за ушком, и он услышал, как она сонно сказала:

– Не волнуйся, Эйва. Лучик вернулся домой.