Глава 1

— Ваше желание исполнено.

Женщина передо мной, которая была ненамного моложе меня, посмотрела на меня долгим взглядом, полным недоверия и скепсиса.

— Да, да.

Я улыбнулась ей.

— Это правда. Эта работа будет вашей.

— Меня не возьмут на работу. Ни за что. Особенно после того, как я провалила собеседование.

— Я бы не беспокоилась об этом, — хотя она действительно всё испортила. Споткнуться о собственные ноги и врезаться в пожарную сигнализацию, в результате чего та непреднамеренно сработала, и всё здание было эвакуировано в разгар самых важных переговоров, которые компания вела за последние годы — это одно; когда прибывает пожарная команда, и вы вступаете в ожесточённый спор с одним из пожарных, потому что на прошлой неделе он изменил вашей лучшей подруге — ну, это совсем другое дело. Особенно когда этот спор заставляет вас вскинуть руку в театральном жесте и сбить парик с директора компании, который недавно решил, что лысина — это не тот факт, которым он хотел бы поделиться со всем миром. К счастью, я взмахнула волшебной палочкой и использовала магию, чтобы убедить его, что у него есть чувство юмора. Я была непреодолимой силой волшебного великолепия крёстной феи. Во всяком случае, я старалась быть такой… а все любят тех, кто старается.

— Держите свой телефон под рукой, — посоветовала я. — Они скоро позвонят.

Я посмотрела в сторону телевизора и увидела мелькающие изображения седовласого политика, который жаловался на состояние национальной прессы.

— Мы должны научиться доверять журналистике в этой стране! — возмущался он. — Морган Фергюсон и эта газетёнка, которую он называет «Дейли Сентинел», должны отстаивать правду, а не выдумывать ложь!

Я взяла пульт дистанционного управления и отключила звук. Молодая женщина слегка улыбнулась.

— Да, — сказала она. — Я думаю, что Арт Эдвелл тоже придурок. Именно из-за его политики мне так трудно найти приличную работу. То, что я не могу позволить себе работать неоплачиваемым стажёром, не означает, что я не могу сделать карьеру, о которой мечтаю.

— Что ж, — сказала я ей, — теперь у вас будет такая возможность. Я обещаю.

Она сжала руки на коленях.

— Я знаю, что стану выдающимся специалистом, если мне представится шанс. Но сначала мне нужен шанс доказать, на что я способна. Это та работа, о которой я всегда мечтала.

— Я прекрасно понимаю, что вы чувствуете, — сказала я и убрала волшебную палочку. — Вы получите эту работу, я вам обещаю. Будете ли вы великолепны в ней или нет, зависит от вас.

Я отступила назад. Атмосфера вокруг меня уже начала меняться, всё вокруг расплывалось, когда магия Метафоры решила, что моя работа завершена. Через несколько мгновений я перенесусь обратно в Офис Крестных Фей. Магия памяти означала, что как только я уйду, женщина забудет, кто я такая и что я для неё сделала. Не будет ни благодарственных открыток, ни букетов, которые говорили бы о том, какую потрясающую работу я проделала. Так уж всё устроено. Я могла с этим смириться — в основном потому, что я действительно проделала потрясающую работу, и мне не нужна коробка шоколадных конфет, чтобы подтвердить это.

Я улыбнулась в последний раз и присела в реверансе. Зазвонил её телефон, и меня потянули прочь.

Когда я вернулась в офис, Билли ждал меня с хмурым выражением на обветренном лице.

— Ты была у клиента.

Я просияла.

— Именно так. У нас есть ещё один удовлетворённый клиент, и всё благодаря мне. Я воплотила в жизнь чьи-то мечты, — я счастливо вздохнула. — Это лучшее чувство в мире.

Выражение его лица ни на йоту не изменилось.

— На тебе не было плаща. Когда ты выходишь за пределы офиса, тебе полагается надевать розовый плащ. Таковы правила.

Я показала ему язык. Билли добился для себя важной должности. У него не было клиентов и он не исполнял желаний, как мы, крёстные феи, и он жил в страхе, что у него отнимут его офисную работу. Чтобы этого не случилось, он взял за правило запоминать все существующие в этом заведении архаичные правила и предписания и отмечать, когда кто-то совершал малейшие нарушения. В результате он не только знал все тонкости работы офиса крёстных фей, но и все относились к нему с абсолютным уважением, чтобы избежать обвинений в нарушении мелких правил. Я раскусила его игру в первый же день.

— Тебе не обязательно продолжать в том же духе, — сказала я ему. — Сейчас здесь всё гораздо спокойнее, — это не так, но мы все притворялись, чтобы почувствовать себя лучше.

Он скрестил руки на груди.

— Аудит начинается завтра, Саффрон.

— Адвокат Дьявола — это плюшевый мишка. — перед моим мысленным взором возникло мрачное, точёное лицо Джаспера. Я бы определённо не отказалась пообниматься с ним. — С аудитом всё будет в порядке.

Билли фыркнул.

— Скажи это всем остальным в отделе. Ты знаешь, сколько раз мне говорили проверить системы здания? Всю прошлую неделю я потратил на то, чтобы убедиться, что всё в порядке, а директриса всё равно хочет, чтобы я задержался допоздна и всё перепроверил. Весь этот отдел сходит с ума.

Я оглядела офис открытой планировки. Аделина расхаживала между кабинетами, рявкая на каждого, у кого на столе была видна хотя бы пылинка. На стенах висело как минимум в два раза больше мотивирующих плакатов, чем на прошлой неделе. И мои ноздри щекотал всепроникающий аромат жимолости. Обычно это был приятный запах, но сейчас он стал настолько сильным, что вызывал у меня лёгкую тошноту. Он был таким стойким, что, вероятно, заглушил бы запах дорогого лосьона после бритья, которым пользуется Руперт.

Я нахмурилась.

— Я думала, мы должны были работать над тем, как свести стресс к минимуму.

Билли пристально посмотрел на меня.

— Так и есть. Вот почему у вас у всех через полчаса обязательная медитация.

— Мне нужно написать отчёт! У меня нет времени на медитацию.

— Тебе придётся выкроить время. Там должны присутствовать все.

Я заметила весёлые искорки в его глазах.

— Тебе это нравится, не так ли?

— Ом, — он сложил ладони вместе, словно в молитвенном жесте. — Медитация лучше, чем тайком добывать запрещённые наркотики, чтобы справиться со стрессом, и быть похищенным мстительными троллями.

У меня были сомнения на этот счёт. Я громко фыркнула, чтобы подчеркнуть, что я думаю по этому поводу, и направилась к своему столу.

Далила, которая занимала соседнее рабочее место, сидела за своим столом. Когда я села, она откинулась на спинку стула.

— Ты не поверишь, что я услышала, — выдохнула она.

Самый быстрый способ избавиться от подобных разговоров — это подыграть ей.

— Продолжай, — вздохнула я, включая компьютер в безуспешной попытке настроиться на многозадачность.

— Лидия не вернётся на работу, — сказала она. — Она решила, что отсутствие ушей и мизинцев — достаточная причина, чтобы потребовать выплату по нетрудоспособности и навсегда покинуть крёстных фей.

— Одно-то ухо у неё ещё есть, — заметила я. Бернард, тролль, похитивший её в попытке посеять ужас и разрушить будущее крёстных фей, отрезал ей левое ухо и оба мизинца, после чего отправил эти части тел нам в аккуратных коробочках, перевязанных маленькими бантиками. Я не винила Лидию за то, что она не вернулась. Я посмотрела на свои собственные пальцы и почувствовала острую боль. Я стряхнула с себя это чувство и ввела свой пароль, прежде чем на экране появился пустой бланк отчёта о желании.

— Вопрос об её отставке — не самая интересная часть, — сказала она и понизила голос. — Её видели обедающей с Адвокатом Дьявола. Дважды.

Я замерла.

— Что?

— Филиппа видела, как они мило беседовали тет-а-тет в субботу вечером у Патрека. А Мэтт из бухгалтерии видел, как они вчера вечером вместе шли по улице.

Я сглотнула. Это просто сплетни, они ничего не значили.

— Он, наверное, расспрашивает её обо всём, что она узнала о троллях, пока была жертвой их похищения.

Далила рассмеялась.

— О, я уверена, что он её расспрашивал. Просто, возможно, не о том, о чём ты думаешь.

Я принялась яростно печатать.

— Я очень занята. Мне нужно закончить этот отчёт до начала медитации, — я не отрывала глаз от экрана, но ещё несколько мгновений чувствовала на себе разочарованный взгляд Далилы. Затем она фыркнула и отвернулась к своей работе, а я уставилась на набранную с ошибками абракадабру.

***

— Закройте глаза.

Почему меня должно волновать, что Адвокат Дьявола делал с кем-то ещё?

— Расслабьте пальцы ног. И лодыжки. Снимите напряжение с икр, а затем с колен.

Не то чтобы Джаспер давал мне какие-то обещания.

— Почувствуйте, как тепло распространяется вверх.

Между нами на самом деле ничего не произошло.

— Отрешитесь от всего и сосредоточьтесь на своём сердцебиении.

Кроме одного страстного — хотя и притворного — поцелуя.

— Послушайте, какой звук оно издаёт. Та-дам.

Кроме цветов, которые он мне прислал.

— Та-дам.

Кроме того, что мы стали идеальной командой.

— Та-дам.

Кроме того, что я спасла его неблагодарную задницу от того, чтобы она не стала пищей для троллей.

— Вдохните и почувствуйте, как воздух наполняет ваши лёгкие.

Вот в этом и дело. Он великий и могущественный Адвокат Дьявола, и он нуждался в моём спасении. Теперь он чувствовал себя жалким.

— Выдохните.

Либо так, либо он решил, что я недостаточно хороша для него. Я не из подходящей семьи фей.

— Вдохните ещё раз.

В любом случае, я была слишком хороша, чтобы тратить время на то, чтобы тосковать по мужчине. Подобные выходки только помешали бы мне стать лучшей феей-крёстной, какую когда-либо видел мир.

— Представьте себя в своём счастливом мире.

Его зелёные глаза, волосы темнее тёмного и привлекательная, вызывающая трепет внешность раздражающе вспыхнули в моей голове.

— Вы никогда не чувствовали себя более расслабленными, чем сейчас.

— Ой, да отъе*ись, — сказала я вслух.

По всей комнате внезапно пронеслись шокированные вздохи. Ой-ёй. Я приоткрыла один глаз и медленно села.

— Извините, — пробормотала я. — Я думала кое о чём другом.

Во взгляде, брошенном на меня преподавателем, читался лёгкий упрёк. Взгляд, брошенный на меня директрисой, которая наблюдала за происходящим, но не участвовала в этом, был значительно более суровым.

— Саффрон, — отрезала она. — В мой кабинет. Сейчас же.

Я поморщилась, затем поднялась на ноги и перешагнула через распростёртые тела. Все остальные крёстные феи крепко зажмурились, но я заметила, как у многих губы подёргивались от сдерживаемого веселья. По крайней мере, я обеспечила офису хоть какое-то развлечение, кисло подумала я.

***

— В чём именно ваша проблема, Саффрон? — потребовала директриса. — Нужно ли напоминать вам, что вы до сих пор на испытательном сроке? Мы предпринимаем значительные шаги для улучшения благосостояния каждой феи в этом офисе. Похоже, вы полны решимости при любой возможности препятствовать этим шагам.

Это было немного несправедливо. С моей точки зрения, моё препятствование было минимальным. Если бы я действительно хотела помешать чему-то, я бы помешала, но это было прямо противоположно тому, что я хотела сделать. Однако мои отношения с директрисой всё ещё были неустойчивыми. Возможно, я больше не восхищалась ею так, как когда только начинала эту работу, но я всё равно хотела произвести на неё впечатление. Я всё ещё хотела быть лучшей.

Мне пришлось тщательно подбирать слова.

— Я не хотела, чтобы это случилось. Я просто… — да ёбушки-воробушки. Я не могла сказать ей, о чём я думала. — Я просто беспокоилась о троллях. Они не будут долго прятаться. Они наверняка планируют что-то ещё. Мы знаем, что их цель — превратить этот офис в руины, а саму идею фей-крёстных оставить в учебниках истории. Нам нужно что-то сделать, чтобы предотвратить следующий удар, прежде чем разразится катастрофа.

— Значит, когда вы сказали фее йоги, которую мы пригласили за большие деньги, отъе*аться, это было потому, что вы не могли найти в себе сил расслабиться?

Чёрт возьми.

— Я не говорила фее йоги отъе*аться.

Её брови поползли вверх.

— Я была там. Для меня это прозвучало именно так.

Всё шло не очень хорошо.

— Я сказала «отъе*ись», но я не говорила этого фее йоги. Я не обращалась к кому-то конкретному, — я поморщилась, чувствуя, как горят мои щёки. — Ну, если не считать воображаемых троллей в моей голове. Я не собиралась говорить это вслух.

— Яяясно, — медленно произнесла она. — Что ж, если мысль о троллях так сильно беспокоит вас, я могу организовать беседу с вами в отделе гигиены труда. Возможно, вам поможет психотерапия.

— Мне не нужна психотерапия, — во всяком случае, не по этому поводу.

Директриса мгновение смотрела на меня. Я упрямо вздёрнула подбородок. Я отказывалась ёрзать. Я заставила своё тело оставаться как можно более неподвижным и просто ответила на её взгляд, как я надеялась, со спокойной уверенностью.

— Да, — сказала она в конце концов. — Я не думаю, что она вам нужна, — она постукивала ручкой по столу. — В последнее время вы хорошо работаете со своими клиентами. Я читала ваши отчёты, и, хотя некоторые из ваших методов неортодоксальны, у вас есть талант проникать в суть того, чего они действительно хотят, и исполнять желания, которых они действительно желают. Некоторым крёстным феям требуются годы, чтобы научиться этому, — её губы сжались. — Некоторые так и не осваивают этот навык.

Я немного расправила плечи. Ай да я.

— О, спасибо. Я стараюсь быть лучшей крёстной феей, какой только могу быть.

— Ммм, — она ещё немного постучала по столу. — Я надеюсь, вы лучше… освоились, чем раньше, и у вас улучшились рабочие отношения с коллегами?

— Да, дела идут лучше, — сказала я. Не очень хорошо. Но всё же лучше.

— А как остальные относятся к угрозе, исходящей от троллей? — спросила она. — Они так же обеспокоены, как и вы?

На самом деле, я придерживалась мнения, что большинство других крёстных фей всё ещё притворялись, что оставшихся троллей не существует. Но в этом-то и проблема — именно из-за этого мы и попали в данную передрягу. Десятилетия назад вышедшее из-под контроля желание по неосторожности привело к гибели большинства троллей. Крёстные феи скрыли это и постарались забыть. Неудивительно, что на немногих выживших троллей это не произвело впечатления.

— Я не могу говорить за других крёстных фей.

— Нет, можете.

Я вздохнула. Ну ладненько.

— Я не думаю, что они обеспокоены настолько, насколько следовало бы. Бернард умер. Большинство фей, с которыми я разговаривала, похоже, считают, что на этом всё и закончится.

— Вы не согласны, — это был не вопрос.

— Не согласна, — тихо сказала я. Но я не шутила. Это не последнее, что мы слышали от троллей. Бернард принял мученическую смерть, но он не был лидером троллей. К тому же, другие тролли обвинят нас в нападках на их вид. Без сомнения, в этот самый момент они замышляли очередную кровавую месть — и из-за очень неожиданной смерти Бернарда у них было ещё больше причин ненавидеть нас.

Директриса, наконец, перестала постукивать ручкой и отложила её.

— К сожалению, — сказала она, — я согласна. Возможно, я и не провела много времени в качестве их пленницы — и большую часть этого времени была без сознания — но ясно, что их рвение чрезвычайно. Мы должны наступать. А не защищаться.

Слава богу, она всё понимала. Она не была настолько поглощена аудиторской проверкой, которая начиналась на следующий день, чтобы не заметить, в чём заключаются реальные проблемы этого офиса. Может быть, теперь она что-нибудь предпримет с троллями. Несмотря на то, что я использовала их как оправдание своей вспышки гнева, они действительно беспокоили меня. Сильно.

— Вот почему, — продолжила директриса, — я собираюсь создать специальную оперативную группу, чтобы найти троллей и выяснить, что они планируют дальше.

Я энергично кивнула.

— Это отличная идея. Ваш предупредительный подход действительно достоин восхищения.

Она посмотрела на меня долгим взглядом.

— Это уже не первая ваша неделя, — сказала она. — Перестаньте кривить душой. Я думаю, мы понимаем друг друга. Нам не нужны такие игры.

Я моргнула.

— Ладно, — уклонилась я. — Как бы то ни было, я думаю, что оперативная группа — это хорошая идея.

— Это даже к лучшему, — она сделала паузу. — Потому что вы будете её возглавлять.

Я уставилась на неё.

— Прошу прощения?

Она не растерялась ни на секунду.

— Вы можете выбрать, кто вам будет помогать, но на это следует тратить не более десяти часов в неделю. Многочисленные фракции фей уже отправились на поиски троллей, и, честно говоря, у них гораздо больше шансов на успех, чем у вас. Однако я не хочу, чтобы другие думали, что мы сидим сложа руки, — она пожала плечами. — И в прошлый раз вам действительно удалось найти троллей, так что, возможно, во второй раз у вас получится с таким же успехом.

Я была осыпана слабой похвалой; не похоже, чтобы директриса сильно верила в мои способности.

— Тролли прислали нам это на прошлой неделе, — сказала она мне, передавая листок бумаги. — Полагаю, вам следует знать об этом.

— Список желаний, — прочитала я вслух. Видимо, по крайней мере у одного из троллей есть чувство юмора. — Офис Крёстных Фей должен немедленно прекратить все операции.

Хах. Это был не такой уж большой список.

— Конечно, — сказала директриса, — этого никогда не случится. Прежде чем этот офис закроется, начнётся война, — она мрачно улыбнулась. — Я позабочусь об этом, — она погрозила мне пальцем. — Благодаря усилиям троллей мы всё ещё отстаем от намеченных на месяц показателей. Саффрон, из-за этой оперативной группы нельзя игнорировать ваших клиентов-людей. И я должна добавить, что вы всего лишь занимаетесь сбором фактов. В том маловероятном случае, если вы обнаружите троллей и раскроете их планы, вам не следует вступать с ними в бой. Есть множество других фей, которые лучше подготовлены к этому. Всё, что вам нужно сделать — это попытаться найти этих ублюдков, — последнее слово она выплюнула. Нетрудно было догадаться, как директриса относится к троллям.

Я расправила плечи.

— Поскольку мы, как вы выразились, хорошо понимаем друг друга, вы делаете это, потому что всё ещё хотите избавиться от меня? — я сама удивилась тому, насколько непринуждённо это прозвучало. В холодном взгляде директрисы промелькнула слабая искра одобрения, которая придала мне смелости продолжать. — Вы явно не думаете, что у меня получится. Если я их не найду, вы собираетесь использовать мою неудачу как повод уволить меня?

Её ответ был спокойным.

— Нет. Я имела в виду то, что сказала раньше: у вас действительно есть некоторые навыки, которые оказываются полезными, — она склонила голову набок. — И хотя я, честно говоря, не ожидаю результатов, я не обрекаю вас на неудачу. Я так же, как и вы, хочу, чтобы проблема этих троллей была решена. Если бы вы не попытались привлечь Бернарда к ответственности, всё могло бы обернуться для нас намного хуже. У вас уникальный взгляд на вещи, который мог бы нам помочь.

Я не была уверена, быть ли мне благодарной за эту возможность или с криком выбежать из офиса, пока у меня ещё был шанс.

— Вы можете отказаться, — сказала директриса. — Если вы откажетесь, это не отразится на вас плохо.

Вот только это отразится. И если я окажусь той феей, которая остановит троллей на их пути, это сотворит чудеса с моей растущей карьерой. Я верила в свои способности больше, чем директриса. Казалось, у меня не было выбора.

— Я сделаю это, — сказала я. — И я буду стараться изо всех сил, хотя, возможно, было бы лучше подождать окончания аудита.

— Вы начнёте завтра, — она снова взяла ручку, давая понять, что встреча окончена.

Ладно. Я склонила голову.

— Как пожелаете, — затем скрестила пальцы. Я надеялась, что не совершаю большой ошибки.

Глава 2

— Она издевается над тобой, — сказал мне Гарри позже тем же вечером за кружкой пива. — И она определённо обрекает тебя на провал.

Я сделала большой глоток янтарного напитка и вздохнула.

— Возможно, так оно и есть. Хотя я поверила ей, когда она сказала обратное.

— Это потому, что ты хочешь ей верить, — он одарил меня ехидной усмешкой. — Желание не делает это реальностью.

— Да, да. Проблема в том, что у меня есть свой список желаний, как и у троллей. И в моём списке тоже есть только один пункт.

Гарри ухмыльнулся. Мне не нужно было говорить ему о своём желании — он и так знал. И если руководство целевой группой поможет мне стать лучшей крёстной феей в мире, я с головой уйду в это дело со всем возможным рвением.

В этот момент из древнего музыкального автомата, стоявшего в углу паба, зазвучала музыка: King of Wishful Thinking в исполнении группы Go West. Я резко обернулась. Бармен прогуливался за стойкой, засунув руки в карманы и поджав губы, чтобы весело посвистывать. Все были комиками.

— Итак, — вполголоса обратилась я к Гарри, — в мире фей распространились слухи, что я крёстная фея?

— Ходят слухи, что ты, возможно, спасла всех крёстных фей. Продолжай в том же духе, Саффрон, и скоро тебя будут чествовать как героя по всей стране. В каждом уголке страны за тебя будут поднимать бокалы. Твою фотографию будут показывать в каждом…

— Хватит уже.

Он приподнял бровь.

— Слава тебя не захватывает?

— Ты же знаешь, что не захватывает. Я хочу быть лучшей в мире в своей работе. Мне всё равно, кто ещё об этом знает, — и затем, поскольку я ничего не могла с собой поделать, я добавила: — Я не Адвокат Дьявола. Мне не нужно, чтобы все знали, кто я такая, или почтительно приседали, когда я прохожу мимо.

— Ой-ёй, — Гарри наклонился ко мне. — Что случилось?

Я опустила взгляд.

— Ничего.

— Саффрон…

— Я не хочу об этом говорить.

Гарри знал меня лучше, чем кто-либо другой.

— Если бы ты не хотела говорить об этом, ты бы вообще не стала об этом говорить. И почему ты снова стала называть его полным титулом вместо имени? Ты одна из немногих фей, которым позволено называть его Джаспером, а не Адвокатом Дьявола.

— Я даже не знаю, почему у него такой титул, — сказала я. — Он не юрист. И я никогда не встречала никого, кто называл бы себя дьяволом, во всяком случае, в буквальном смысле. И, прежде чем ты что-то скажешь, это не уничижительный титул, потому что ему нравится спорить с тем, что делают все остальные феи. Он не просто спорит, он исследует и даёт советы. Он расхаживает повсюду со своими длинными ногами и широкими плечами, встряхивая блестящими волосами, как будто снялся в рекламе шампуня. Затем он бросает на тебя взгляд своих изумрудных глаз, и ты…

Я подняла глаза и заметила выражение лица Гарри, что-то среднее между абсолютным ужасом, ошеломлённым смущением и нескрываемым весельем.

— Он стоит за мной, не так ли?

Гарри широко улыбнулся.

— Привет, Саффрон.

Я медленно повернулась. Джаспера, похоже, не развеселило и не расстроило, что я говорила о нём; напротив, его глаза были полуприкрыты, а челюсти сжались. Казалось, он намеренно пытался скрыть от меня свои мысли. Однако ему с большим успехом удавалось нависать надо мной. Если и есть что-то, в чём он хорош, так это в нависании.

Гарри кашлянул.

— Я собираюсь заказать ещё по стаканчику.

— Ты к этому-то едва притронулся, — заметила я.

Он погрозил пальцем.

— Очевидно же, что я придумываю предлог уйти, чтобы вы двое могли немного поболтать в уютной обстановке. Не порти момент, — с этими словами он поднялся на ноги и направился к бару.

Джаспер остался на месте. В конце концов, устав чувствовать себя букашкой под микроскопом, я рявкнула на него:

— Ты собираешься сесть или это просто попытка запугать меня?

Тень улыбки промелькнула на его губах.

— Я не уверен, что мне удалось бы запугать тебя, Саффрон, — он сел на стул, который освободил Гарри, и откинулся на спинку. Он всё ещё выглядел настороженным, и я почувствовала, что неловкое молчание возобновляется.

Я начала что-то бормотать, чтобы разрядить обстановку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я. — Похоже, тебя выписали из больницы. Ты был очень плох после того, что случилось с Бернардом. Я уверена, что яд, которым они на тебя напали, оказал пагубное воздействие. Есть ли какие-то негативные последствия? Я не могу поверить, что тролль всё это время тайно управлял этим кафе. Я могла бы заподозрить, если бы знала, что тролли всё ещё существуют. Но я не знала, как они выглядят. Я определённо не знала, что они могут так легко пользоваться магией, не держа при этом в руках волшебную палочку. Я знаю, что ты можешь это делать — я видела, как ты это делаешь. Это потому, что это удобно при аудиторских проверках? Это трюк, который входит в твои должностные обязанности, или ты всегда умел творить чары без палочки?

Джаспер наклонился вперёд, сцепив пальцы под подбородком.

— На какой вопрос ты бы хотела, чтобы я ответил в первую очередь? — тихо спросил он.

Я приказала себе притормозить и вести себя как спокойная, рациональная фея, какой, как я знала, я была на самом деле. Или могла бы стать. Я глубоко вздохнула.

— Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, — ответил он. — Благодаря тебе. Потребовалась неделя или около того, чтобы яд троллей начал выводиться из моего организма, но, похоже, никаких длительных побочных эффектов не наблюдается. Это даже к лучшему. Я не хочу откладывать проверку без крайней необходимости.

— Возможно, задержка и к лучшему, — сказала я, скрестив руки на груди. — Феи в нашем офисе через многое прошли. Я знаю, что есть много проблем и много вопросов по поводу того, что происходило в прошлом, но я думаю, директриса ценит это. Она вводит множество новых замечательных инициатив. Сегодня у нас была групповая медитация.

— Звучит ужасно, — пробормотал Джаспер.

Я фыркнула и солгала сквозь зубы.

— Я нахожу это очень расслабляющим.

— Тогда я рад, — сказал он. — Но аудит определённо начнётся с завтрашнего дня. Задержка только усилит всеобщий стресс. Я ценю, что вносятся изменения, но всё должно измениться на институциональном уровне. Деятельность Крёстных Фей слишком долго не контролировалась.

— Кто в этом виноват? — съязвила я. — Их следовало проверить гораздо раньше.

— Не стану с этим спорить, — мягко ответил он. — Иногда колёса бюрократии вращаются слишком медленно, — он наклонился вперёд, и я уловила внезапный аромат корицы. — Похоже, мы внезапно оказались не в ладах друг с другом, Саффрон. Что-то случилось?

Если бы я сказала ему, что вела себя как угрюмый подросток, потому что ревновала к тому, что он, возможно, встречается с другой феей, я бы выглядела как идиотка. Чёрт, я и была идиоткой. Я велела себе взять себя в руки.

— Директриса попросила меня возглавить оперативную группу по расследованию троллей, — пробормотала я. — А также выполнять свои обычные обязанности крёстной феи. Я не совсем уверена, с чего начать и даже почему она обратилась именно ко мне.

Джаспер и глазом не моргнул.

— Она обратилась к тебе, потому что я посоветовал ей это сделать.

Я удивлённо отпрянула.

— Почему?

— Потому что единственная фея из всех, кого я видел, обладающая энтузиазмом и волей к успеху, превосходящими мои собственные — это ты, — просто ответил он. — То, чего тебе не хватает в опыте, ты компенсируешь решительностью.

Я строго отругала себя за то, что покраснела.

— Не уверена, что мне следует благодарить тебя за эту рекомендацию.

Он кивнул.

— Я понимаю это. И вполне возможно, что тебе не удастся узнать ничего нового.

Мои глаза сузились. Очевидно, директриса была не единственной, кто думал, что я ничего не найду.

— Никто не обрекает тебя на провал, Саффрон, — добавил он. — Если ты ничего не добьёшься, тебя не будут винить. Я обещаю.

Что ж, теперь у меня нет выбора, не так ли? Я должна найти троллей, положить конец любым дальнейшим гнусным планам и стать героиней, которую крёстные феи хотели видеть во мне. Я решительно покачала головой.

— Я найду их, — сказала я. — Просто следи за новостями.

Джаспер улыбнулся, и на мгновение он стал похож на другого мужчину. Как будто смягчился.

— Если кто-то и собирается выяснить, где тролли и что они задумали, так это ты. Мы должны попытаться. Я буду рядом и по возможности помогу. Аудит или не аудит, я буду рядом столько, сколько смогу, — он облизнул губы. — В конце концов, я Адвокат Дьявола. Титул, который изначально был дан не потому, что оно влечёт за собой довольно бессмысленную задачу спора. Вместо этого он предполагает поиск дьявольских неприятностей до того, как они начнутся, анализ того, оправданы ли такие неприятности, и сглаживание ситуации до того, как в результате прольётся кровь.

Ах, он услышал больше моих жалобных стонов, чем я предполагала.

— Так вот почему ты здесь? — спросила я. — Чтобы подбодрить меня?

Джаспер отстранился.

— Вообще-то нет, — он выглядел странно смущённым. — Я здесь, чтобы поговорить с тобой. Я… хочу поговорить с тобой.

Внезапно у меня пересохло во рту. В моей голове промелькнуло множество весёлых колкостей, но, в конце концов, я только моргнула.

— Возможно, тебя это удивит, — продолжил он, — но мне нелегко вести подобные разговоры. Моя работа часто исключает возможность общения. Других фей пугает моё положение. Я не провожу много времени вне работы с такими феями, как ты.

— Ты проводил время с Лидией Дюшан, — выпалила я, прежде чем смогла сдержаться. — Она такая, как я.

Или, по крайней мере, была такой раньше.

Он поёрзал на стуле, стараясь не смотреть мне прямо в глаза.

— Она — это совсем не то же самое, что и ты.

Мои глаза слегка сузились. Что это должно означать? Я не была из богатой, уважаемой семьи фей, как Лидия, но, несмотря на мои прежние подозрения, я действительно не ожидала, что мой более низкий статус будет беспокоить Джаспера. Возможно, я ошибалась.

— Лидия переживает трудные времена, — сказал Джаспер. — Я поддерживаю её. Она перенесла тяжёлое испытание, связанное с троллями, и ей трудно двигаться дальше.

Я не сомневалась, что это так. И я не сомневалась, что Джаспер действительно поддерживал её. Несмотря на свою суровую наружность, он был именно таким парнем. Но в этом было нечто большее, чем он мне говорил. Я не настолько глупая.

К сожалению, я начала понимать, почему он на самом деле хотел поговорить со мной.

— Я уверена, — осторожно сказала я, — что ты ей очень помогаешь.

Он поёрзал на стуле.

— Хотелось бы так думать, — он сложил руки на коленях и тяжело вздохнул. — Саффрон, у меня не так много друзей…

— И, — перебила я, игнорируя короткий укол разочарования, пронзивший мою грудь, — несмотря на сексуальное напряжение между нами, возникшее в результате того, что мы объединились, чтобы победить Бернарда, ты считаешь, что именно друзьями мы и должны быть, — я энергично кивнула. — Я полностью согласна. Было бы неуместно, если бы всё зашло так далеко, когда ты собираешься провести аудит в моём отделе. Нам обоим следует забыть о том, что мы, возможно, чувствовали раньше. На самом деле, — бодро добавила я, — я уже оставила это в прошлом. Будет забавно считать Адвоката Дьявола одним из своих друзей.

Джаспер скрестил руки на груди. Выражение его лица было непроницаемым.

— Забава — это не то слово, которое обычно ассоциируется со мной.

— Ну, — сказала я, — это потому, что большинство людей не очень хорошо тебя знают. Они думают, что ты большой, страшный волк, хотя на самом деле ты просто милый парень по соседству.

Он приподнял брови.

— Парень по соседству? Таким ты меня видишь?

Чёрт возьми, нет. Джаспер был таинственным мужчиной из замка по ту сторону леса, который вторгался в твои сны и мысли, и чьё подтянутое тело ты представляла себе потным и обнажённым в самые неподходящие моменты. Я сглотнула. Тпру. Мне действительно не следует думать в этом направлении. Он практически прямым текстом сказал мне, что мы должны быть просто друзьями. Я могла это сделать. Конечно, я могла. Я не какая-то сумасшедшая преследовательница. Я не испытывала к этому мужчине настолько сильного вожделения. Ну серьёзно.

— Ага, — мне удалось выдавить улыбку. — Держу пари, что, если бы у меня закончился сахар, ты был бы идеальным человеком, который одолжил бы мне стаканчик.

— У меня дома нет сахара. Я им не пользуюсь.

— Это потому, — сказала я с невозмутимым видом, — что ты и так достаточно сладкий.

— Сладкий.

— Ты прислал мне букетик одуванчиков. Это было очень мило.

— Угу, — на его челюсти дрогнул мускул. — А наш поцелуй в парке? Он был… милым?

Ну ёбушки-воробушки… Я не смогла бы убедительно солгать на этот счёт, у меня просто не хватило бы духу.

— Нет, — призналась я. — Это было так возбуждающе и сексуально, что у меня поджались пальцы на ногах.

Впервые с тех пор, как мы начали задавать вопросы, уголки губ Джаспера тронула лёгкая улыбка.

— Конечно, так оно и было.

Я нахмурилась. Подождите минутку. Он здесь, чтобы сказать мне, что мы должны быть просто друзьями, но он всё равно эгоистично доволен тем, что я призналась, что он меня завёл? Может быть, он сильнее похож на других мужчин, чем я думала.

— Ты ведь понимаешь, как высокомерно это звучит, правда?

— Это не высокомерие, если это правда, — он по-волчьи улыбнулся. — У меня никогда не было претензий.

— Для того, чтобы танцевать танго, нужны двое, приятель. Наш поцелуй был хорошим, потому что я была его второй стороной. Как ни странно, у меня тоже никогда не было претензий.

Улыбка исчезла с его лица.

— Значит, у тебя был большой опыт.

— Очевидно, у тебя тоже.

— Я… — в его зелёных глазах промелькнула череда противоречивых эмоций. — Я думаю, — натянуто произнес он, — у нас с тобой противоречивые цели. Я не хочу с тобой спорить, Саффрон.

— Ты хочешь, чтобы мы были друзьями.

Прошла секунда. Когда он заговорил, его ответ был тихим.

— Да.

Я фыркнула. Ну и всё тогда.

— Хорошо, что мы оба серьёзно относимся к своей работе, поэтому можем вести себя как взрослые люди и не обращать внимания на то, что произошло между нами. Мы не позволим этому повлиять на нашу работу.

— На самом деле, между нами ничего не было.

— Полагаю, нет, — я всмотрелась в его лицо, но оно ничего не выражало. — Что ж, — сказала я, — в интересах дружбы, могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

Джаспер поднялся на ноги.

— Нет, я лучше пойду. Мне ещё многое нужно подготовить до начала аудита.

— Я не могу дождаться, — сухо сказала я.

Он нахмурился, глядя на меня.

— Это серьёзное мероприятие, Саффрон.

Как будто я этого ещё не знала.

— Тогда тебе лучше хорошенько выспаться, — сказала я. «И, — добавила я про себя, — не проводить ночь, занимаясь безудержным, бурным сексом с Лидией Дюшан». Я неловко протянула ему руку. — Друзья.

Он поколебался мгновение, затем взял её, сжав сильнее, чем я ожидала.

— Конечно. Друзья, — он резко отпустил мою руку и ушёл.

Глава 3

На следующее утро я первым делом надела свой лучший костюм, который подчёркивал мои формы во всех нужных местах. Я хотела, чтобы Джаспер увидел, что он упускает. Затем я сняла его. Я не собиралась наряжаться только ради него. Меня больше не волновало, что он подумает. Кроме того, важно, чтобы он был хорошего мнения обо мне как о профессионале, поэтому я должна была приложить усилия, чтобы выглядеть как можно лучше. Я снова надела костюм. И снова сняла его.

В конце концов, я пошла на компромисс, надев не самую лучшую, но и не самую плохую рабочую одежду, и попыталась перестать думать об этом. Я сосредоточу все свои усилия на работе. Это сделает меня счастливой. Кроме того, у меня много дел; я была занятой, важной крёстной феей, не говоря уже о руководстве оперативной группой по троллям. Такими темпами мне потребуется придумать свою собственную музыкальную тему.

Я вышла из автобуса в конце улицы и последние несколько сотен метров до офиса прошла пешком. Я намеренно старалась держаться с важным видом, потому что это помогало мне чувствовать себя увереннее. Если я смогу ходить так, как будто моя жизнь принадлежит мне, и полностью контролировать каждую мелочь, возможно, рано или поздно это станет правдой. К сожалению, я была так очарована своей походкой, что столкнулась с шаркающим парнем, который без предупреждения свернул на мою дорогу.

Я моргнула.

— Извините, — сказала я и тут же пожалела о своих извинениях — я здесь та, кто придерживался прямой линии. Я пристально посмотрела на него, отмечая его неопрятный вид и общую растрёпанность. Мою кожу странно покалывало.

— Не беспокойтесь об этом, — пробормотал он, прежде чем продолжить свой путь.

Я посмотрела ему вслед, и что-то кольнуло меня в глубине души, затем я пожала плечами. Он, наверное, напомнил мне одного из моих старых клиентов фей кайфа. Он выглядел как тот тип людей. Я встряхнулась и продолжила свой путь.

Офис Крёстных Фей располагался посреди улицы, которая представляла собой странную смесь офисных зданий и жилых домов. По правде говоря, это не имело бы значения, даже если бы над дверью висела огромная мигающая неоновая вывеска; магия, окружавшая здание, означала, что здание почти не фиксировалось в сознании проходящих мимо людей. Так было безопаснее. В конце концов, крёстным феям полагалось оставаться инкогнито.

Неудивительно, что миссис Джардин уже была на ресепшене, когда я вошла. Она сидела, выпрямившись в кресле, без обычного глянцевого журнала, который всегда лежал перед ней. Приёмная всегда была сверкающей и свежей, но сегодня она выглядела ещё чище, чем обычно. Я чувствовала себя виноватой из-за того, что осмелилась пройти по залу, опасаясь, как бы подошвы моих ботинок не оставили следов. Очевидно, из-за скорого приезда Джаспера были применены максимальные меры.

Я посмотрела на часы. Он скоро должен был прийти, и меньше всего мне хотелось снова застрять с ним в лифте. Я ускорила шаг.

— Доброе утро, — прощебетала я.

— Доброе утро? Что в нём доброго? — миссис Джардин смотрела мимо меня, как будто ожидала, что Джаспер может появиться в любой момент. Учитывая, что именно так он и поступил, когда мы впервые встретились, я бы не удивилась, если бы он материализовался из воздуха.

Я бросила на неё сочувственный взгляд.

— Проверка закончится раньше, чем вы успеете оглянуться. Я уверена, что беспокоиться не о чём.

Она закатила глаза.

— Есть о чём беспокоиться. Почему вы так опаздываете?

Я посмотрела на часы. Едва пробило семь. Я приехала почти на целых два часа раньше.

— Все уже здесь, — сообщила она мне. — То, что у вас хорошие отношения с Адвокатом Дьявола, и вы спасли его от троллей, вовсе не означает, что вы можете порочить репутацию отдела.

Так, ну хватит уже.

— Во-первых, — сказала я, — мои отношения с ним, вероятно, не такие хорошие, как вы думаете. Во-вторых, я пришла рано. Если все остальные захотят прийти ни свет ни заря, это прекрасно, но аудит продлится четыре недели. То, что мы делаем сейчас, должно сохраняться в течение всего этого периода. Я понимаю, что мы все должны вести себя наилучшим образом, но если мы хотим, чтобы этот отдел действительно был лучшим, мы должны дать ему правдивую картину, а не то, как, по нашему мнению, всё должно быть на то короткое время, пока он здесь. Если мы не покажем ему правду, мы потерпим провал. Колоссальный.

Миссис Джардин посмотрела на меня как на сумасшедшую.

— Правда — вещь податливая. Мы должны показать ему нашу лучшую правду. На протяжении многих поколений этот отдел считался лучшим. Я не буду участвовать в том, чтобы менять чьё-либо мнение по этому вопросу. Вы тоже не должны этого делать.

— Даже если он не самый лучший и о нём никогда не следовало думать в таком ключе? — поинтересовалась я. Наша репутация может быть белоснежной, но мой недавний опыт показал, что репутация может быть очень обманчивой.

Лицо миссис Джардин приобрело завораживающий оттенок красного.

— Что бы ни случилось в прошлом, крёстные феи по-прежнему остаются лучшими среди всех фей!

Ну-ну. Спорить с ней было бессмысленно. Я слегка пожала плечами в знак согласия, оставила отпечаток большого пальца на регистрационном листе, вписала своё имя и направилась к лифту. Месяц обещал быть долгим.

Когда я добралась до своего этажа, стало очевидно, что я действительно пришла последней. Все остальные крёстные феи уже сидели за своими столами, опустив головы. В каждой кабинке царила атмосфера напряжённой самонадеянности. Возможно, мне следовало постараться прийти сюда ещё раньше; в конце концов, я всё ещё пыталась произвести хорошее впечатление. Затем я напомнила себе, что мне не обязательно приезжать посреди ночи, чтобы выполнить всю свою работу и сделать её хорошо. На самом деле, полноценный сон принесёт мне гораздо больше пользы. Я хотела быть лучшей, но не собиралась при этом убивать себя.

Я бросила сумку рядом со своим столом и быстро поздоровалась с Далилой, которая была одета в нехарактерный для неё чёрный костюм; она выглядела так, словно собиралась скорее на похороны, чем на работу. Затем я направилась на кухню, чтобы приготовить себе кофе. Однако, когда я открыла шкафчик, чтобы взять свою кружку, то обнаружила, что там пусто.

— Что за…?

— Аделина убрала все кружки, — протянул Руперт, стоя в дверях. — Она думает, что из-за случайной чашки чая или кофе мы все будем выглядеть бездельниками.

— Это нелепо, — мне, как и всем остальным, нужен был кофеин, чтобы нормально функционировать. Я предвидела, что до обеда произойдёт несколько эмоциональных взрывов.

— У меня в ящике стола есть немного контрабандного «Ред Булла», — подмигнул мне мой коллега, помешанный на сексе. Его взгляд прошёлся вверх и вниз по моему телу. — Или есть другие способы, которыми я мог бы дать тебе заряд энергии, в котором ты нуждаешься.

Я боялась даже подумать, какие именно.

— Я ценю твой порыв, — сухо сказала я. — Но я справлюсь.

— Вполне справедливо, — он продолжал улыбаться мне. — Ты сегодня прекрасно выглядишь, Саффрон, — он кивнул вниз. — И у тебя самые красивые ноги в этом офисе.

Я задумчиво постучала пальцем по губам.

— Знаешь, — сказала я, — такие замечания явно рассчитаны на то, чтобы заставить меня почувствовать себя неловко.

Он посмотрел на меня обиженным щенячьим взглядом.

— Я стараюсь быть милым, — запротестовал он. — Это комплимент.

— Это грязно, — я откинулась назад и заметила Билли, который шёл по другой стороне офиса. — Эй! — крикнула я. — Билл! Какова политика в отношении сексуальных домогательств в этом отделе?

Руперт начал заикаться.

— Что ты делаешь? Ты не можешь этого сделать!

Я скрестила руки на груди и спокойно посмотрела на него.

— Конечно, могу. Или ты пытаешься запугать меня, чтобы я не могла постоять за себя?

Аделина появилась из ниоткуда. У этой женщины была хитрая привычка появляться без предупреждения, когда она была меньше всего нужна.

— Саффрон, — сказала она. — Можно тебя на пару слов?

Я слегка улыбнулась Руперту.

— Конечно, Аделина. Но только если это означает, что ты вернёшь мне мою кружку.

Она бросила на меня сердитый взгляд и, не ответив, зашагала прочь. Очевидно, я должна была последовать за ней. Я вздохнула и побрела за ней, оставив Руперта пыхтеть у меня за спиной.

Кабинет Аделины был намного меньше, чем у директрисы, и в нём царила спартанская атмосфера. Я огляделась. Это первый раз, когда мне был предоставлен доступ, поэтому я предположила, что должна чувствовать себя особенной, а не беспокоиться о том, что вот-вот получу строгий выговор за какой-то пока ещё неназванный проступок.

Я задавалась вопросом, убрала ли она все свидетельства своей индивидуальности из комнаты из-за аудита или так было всегда. Я надеялась на второе. Мне не хотелось думать о том, что Аделина резко изменила своё поведение только из-за предстоящего приезда Джаспера. Если твёрдолобая ассистентка директрисы чувствовала, что должна играть роль напоказ, то у остальных из нас не было никакой надежды.

— Я понимаю, что ты, возможно, считаешь, что у тебя есть особое право поступать так, как тебе заблагорассудится, — ледяным тоном произнесла она. — Но, пожалуйста, помни, что ты не единственная фея в этом отделе. Мы все находимся под большим давлением, чтобы добиться хороших результатов, и если ты перевернёшь всё вверх тормашками, это повлечёт за собой последствия. Ты должна быть лояльна к нам.

Я склонила голову набок.

— Я всегда была предана этому отделу, — сказала я. — Независимо от аудита, я всегда буду делать всё, что в моих силах. Может, тебе стоит поработать над тем, чтобы все расслабились, и посоветовать таким феям, как Руперт, заниматься своими делами, а не создавать проблемы?

Аделина уставилась на меня; запоздало мне пришло в голову, что ей, возможно, не нужны мои предложения.

— Я знаю, что Руперт может раздражать, — сказала она, — но он происходит из уважаемой семьи, и его место здесь обеспечено. Есть некоторые вещи, которые мы не можем изменить.

— Вы уже посадили его в комнату Адвентуса, чтобы он не создавал проблем клиентам, — заметила я. — Возможно, Адвокат Дьявола собирается обратить внимание на такого рода семейственность.

Она застыла в тревоге.

— Он так сказал? Это то, на чём он планирует сосредоточиться?

— Я понятия не имею, что он планирует. Я просто высказываю предположение.

— Ты близка к Адвокату Дьявола. Он должен был обмолвиться о том, на чём сосредоточит свои усилия в первые несколько дней.

Я сделала шаг назад.

— Мы с ним не близки.

— Саффрон…

Я выдохнула.

— Я не пытаюсь указывать тебе, как выполнять твою работу, Аделина. Если уж на то пошло, я думаю, что обычно ты делаешь это очень хорошо. Однако прямо сейчас ты согнала всех сюда ещё до восхода солнца. Ты лишаешь меня кофе и усугубляшь общий стресс. Я понятия не имею, на чём сосредоточен Адвокат Дьявола, но я точно знаю, что в последнее время на этот офис было оказано достаточное давление. То, как все ведут себя в данный момент, в конечном счете только усугубит ситуацию. А Адвокат Дьявола не дурак. Он мгновенно раскусит любые попытки притворства.

— Я знаю, что у всех до сих пор стресс, — отрезала Аделина. — Как ты думаешь, почему у нас вчера была обязательная медитация?

Я вздохнула.

— Ты же понимаешь, что принуждение всех к медитации, скорее всего, раздражает их и вызывает ещё больший стресс? Ты крёстная фея, Аделина. Ты выше этого.

— Мы крёстные феи, — прошептала она.

Я кивнула.

— Всё верно.

— Ты права. Мы все должны вести себя нормально.

— Не вести себя нормально, — сказала я. — Быть нормальными.

— Хорошая мысль, — она посмотрела на меня. — Спасибо за откровенность, Саффрон. Мне следовало знать, что я могу на тебя рассчитывать.

Аделина едва ли осознала, что сказала, но от этого комплимента у меня запело сердце. Я улыбнулась про себя. В конце концов, все должно наладиться.

***

Ко времени утреннего инструктажа атмосфера в офисе стала гораздо более непринуждённой. Ко всеобщему облегчению, Аделина вернула кружки на место. Несколько галстуков были ослаблены, и в офисе слышался тихий говор. Обстановка была не такой расслабленной, как могла бы быть, но определённо наблюдалось улучшение.

Я поборола искушение сказать всем, что именно благодаря моему вмешательству мы все теперь чувствуем себя лучше, но, когда мы собрались в центре зала, чтобы выслушать объявления директрисы, это было непросто. Я напомнила себе, что никто не любит показушников.

Передо мной стояли Фигги и Алисия. Даже в обычный день они обе излучали безупречный, гламурный блеск. Сегодня они были так приукрашены, что у меня глазам было больно на них смотреть.

— Я слышала, — сказала Фигги чересчур громким шепотом, — что если мы провалим аудит, то все потеряем работу.

Алисия вскинула голову, слегка фыркнув для пущей убедительности.

— Ты можешь потерять работу, но со мной точно этого не случится. Никто не посмеет уволить меня. Я Бошан.

Стоявшая в нескольких футах от них Анджела из отдела кадров повернулась к ним.

— В последний раз, когда отдел провалил аудит, это были зубные феи. Это было в 1999 году.

— Видишь? — сказала Алисия. — Зубные феи всё ещё существуют. Их отдел по-прежнему силён.

— В течение нескольких недель после получения результатов аудита все до единой зубные феи были переведены, — категорично ответила Анджела. — Всё было переделано по-новой.

— Может быть, это потому, что там требовались капитальные изменения, — сказала я, игнорируя насмешливые взгляды всех трёх фей в ответ на мою дерзость присоединиться к их разговору. — Я никогда не слышала никаких жалоб на зубных фей. Возможно, это потому, что они научились на своих ошибках и теперь стали лучше.

Анджела скривила губы. Несмотря на всё, чего я достигла за короткое время, проведённое здесь, она презирала меня.

— Я уверена, ты слышала о Салморах? Трое членов их семьи были зубными феями. Хорошими феями, между прочим, — она сердито посмотрела на меня. — Мы все знаем, что с ними случилось.

— А я не знаю, — сказала я, повысив голос. — Но я не слушаю злобные сплетни.

Анджела бросила на меня злобный взгляд и отвернулась. Я толкнула Далилу локтем.

— Что случилось с Салморами? — спросила я вполголоса.

— Канализационные феи, — прошептала она. — Их работа — следить за тем, чтобы водные пути у нас под ногами не были засорены. Каждый раз, когда мы слышим об этих мерзких фатбергах, это потому, что Салморы что-то напортачили.

(Фатберг — слово, образованное по аналогии с «айсберг», но если айсберг — это глыба льда, то фатберг — это глыба застывшего пищевого жира в канализации, — прим)

Я скорчила гримасу. Фу. Тем не менее, мне казалось, что это важная работа. Иногда самая грязная работа является самой важной для общества.

— Это напряжённая работа, — добавила Далила. — Люди вполне способны сами позаботиться о канализации. Салморы проводят дни по локоть в дерьме, хотя им даже не обязательно там находиться. Они продолжают это делать, потому что думают, что им снова позволят стать зубными феями. Этого никогда не случится. Я это гарантирую.

Директриса прочистила горло, и мы все замолчали.

— Всем доброе утро. Я надеюсь, что вы все хорошо спали прошлой ночью и готовы ко всему, что может принести сегодняшний день. Я знаю, что многие из вас обеспокоены аудиторской проверкой, но я должна напомнить вам, что это марафон, а не спринт.

Билли наклонился к моему уху из-за моей спины.

— Она собирается метить в золото, — прошептал он, — и вставить как можно больше идиотских фразочек руководства.

— Это будет непросто, но я знаю, что могу на вас положиться. В конце концов, этот аудит принесёт только пользу. Мы будем действовать сообща, как команда, которой, я знаю, мы являемся, и это напомнит миру, почему мы — лучшее, что могут предложить феи. Всё, что нам нужно делать — это продолжать следить за мячом.

Я с трудом подавила смешок и толкнула Билли локтем. Он ткнул меня в ответ.

Директриса обвела всех нас взглядом.

— Адвокат Дьявола пробудет здесь четыре недели, в основном наблюдая, но иногда и участвуя. Самое лучшее, что вы можете сделать — это просто вести себя как обычно и быть замечательными феями-крёстными, какими, я знаю, вы и являетесь.

— В последнее время мы все переживали трудные времена. Отвратительные похищения и злобные тролли подвергли нас огромному напряжению. Однако бояться не стоит никому. Я создала специальную оперативную группу, которая выследит оставшихся троллей и привлечёт их к ответственности. Наша новая сотрудница, Саффрон Сойер, — она кивнула на меня, — возглавит оперативную группу, поскольку она уже успешно сталкивалась с различными троллями. В ближайшие несколько недель ей понадобится помощь. Я знаю, что если она попросит вас принять участие, вы примете вызов.

Все головы повернулись в мою сторону. Я улыбнулась и постаралась выглядеть скромной по поводу своего повышения и уверенной в успехе. Судя по ухмылкам на одних лицах и искреннему удивлению на других, я не была уверена, что мне это удалось.

— И наконец, — сказала директриса, — я хочу, чтобы вы помнили, что у меня политика открытых дверей. Если вас что-то беспокоит, если вы испытываете стресс или вам нужна помощь, вы можете обратиться ко мне в любое время. Адвокат Дьявола скоро увидит, что мы действительно одна большая счастливая семья.

Аделина отчаянно махала из дверного проема своего кабинета. Директриса кивнула и сделала глубокий вдох.

— Он здесь, — сказала она. На мгновение её взгляд стал жёстким, и она посмотрела на нас в последний раз. — Не подведите ни меня, ни славу этого замечательного офиса.

Словно слаженная танцевальная группа, мы одновременно повернулись к лифту, подняв головы и наблюдая, как поднимаются цифры на светодиодах. Я скрестила руки на груди, и по моим обнажённым рукам побежали мурашки. Я нервничала только потому, что хотела, чтобы у нас всё получилось. Вот и всё. Затем лифт достиг нашего этажа, и двери открылись.

Джаспер вышел вперёд, выражение его лица было мрачным и серьёзным. Если он и был удивлён, что все крёстные феи до единой стояли перед ним, он этого не показал. Он взглянул на нас, скользнув взглядом по мне. Он не пошевелился и не улыбнулся. Честно говоря, если его работа как Адвоката Дьявола когда-нибудь провалится, ему стоит серьёзно подумать о том, чтобы превратиться в живую статую. Он бы заработал чёртово состояние.

— Доброе утро, — сказал он. — Хотя я понимаю, что вы можете не разделять мои чувства, я с нетерпением жду возможности провести время со всеми вами. Я понимаю, что вы, возможно, нервничаете, но, пожалуйста, поймите, что это не охота на ведьм. Это возможность для каждого из вас продемонстрировать, что вы делаете. Моя роль заключается в том, чтобы просто искать способы совершенствовать то, что уже происходит, и помогать вам внедрять новые методы и идеи, которые улучшат ситуацию как для вас, так и для ваших клиентов.

Билли снова наклонился к моему уху.

— И, — прошептал он, — понизить вас всех на хрен, если вы не будете делать в точности то, что я вам скажу.

Я поморщилась.

Джаспер повернул голову, и взгляд его зелёных глаз остановился на Билли. Возможно, я и не могла видеть лица моего друга, любящего правила, но я почувствовала, как он вздрогнул.

— Лучшее, что вы все можете сделать, — сказал Джаспер, — это вернуться к своим рабочим обязанностям в обычном режиме. Садитесь за свои столы и продолжайте свою работу. В течение следующего месяца, когда придёт время, я поговорю с вами лично и познакомлюсь должным образом. А пока я не хочу вам мешать, — впервые он посмотрел прямо на меня. — Будьте уверены, я отношусь к своей роли так же серьёзно, как и вы к своей. Я приложу все усилия, чтобы быть справедливым и уравновешенным. Я на вашей стороне, — он отвернулся от меня и жестом показал, что мы можем расходиться.

Никто не пошевелился. Я чуть не рассмеялась вслух.

Директриса неловко кашлянула.

— Мы крёстные феи! — сказала она с несколько меньшим энтузиазмом, чем обычно.

Мы все, как один, хором ответили:

— Мы крёстные феи! Мы крёстные феи! Мы крёстные феи!

Джаспер повернулся к ней с озадаченным выражением лица.

— Это должно что-то значить? — спросил он.

Я усмехнулась. Затем присоединилась ко всем остальным и направилась в свою кабинку.

Глава 4

Я недолго просидела за своим столом. Несмотря на все мои усилия по сохранению спокойствия, присутствие Джаспера делало меня дёрганой — и это без учета напряжённой атмосферы, вызванной нервозностью моих коллег. В любом случае, я не стану самой блестящей крёстной феей, которую когда-либо видел мир, если буду неумелой в ведении записей.

Менее чем через двадцать минут я взяла досье на свою следующую клиентку и отправилась на встречу с ней через сверкающий зал Метафоры. Транспортная магия была доступна всем работающим феям, независимо от того, в каком отделе они трудились. Это определённо лучше, чем поездка на автобусе. Надеюсь, сэкономленное время также позволит мне сосредоточиться на моей новой оперативной группе.

Моей клиенткой была 79-летняя женщина по имени Роуз Блэрмонт, которая жила в Лейк-Дистрикт. Я понимала, что это сельская местность, но ничто не подготовило меня к тому зрелищу, которое предстало передо мной, когда магия Метафоры сотворила свои чудеса и я обнаружила, что стою перед её коттеджем.

Там была однополосная дорога. Если не считать ветхого каменного фермерского дома чуть дальше, в котором, похоже, никто не жил с девятнадцатого века, поблизости не было других зданий. Тем не менее, пейзаж был потрясающим. Вдалеке мерцали голубые воды озера Баттермир, их переливчатые цвета контрастировали со множеством оттенков зелёного — от тёмной листвы на некоторых деревьях до более светлого шартреза на близлежащих полях.

Я вдыхала свежий воздух и любовалась видом. Несмотря на уединённость и то, как трудно, должно быть, здесь достать пинту молока, я могла понять, почему кто-то решил жить в таком месте. От красоты перехватывало дух.

С тех пор как я устроилась на эту работу, я быстро поняла, что информация в досье на моих клиентов практически бесполезна. Чтобы найти что-нибудь, что я могла бы использовать для исполнения желаний, мне приходилось потратить время на выслеживание и расследование. К сожалению, слоняться вокруг дома Роуз Блэрмонт и следить за ней, когда она в конце концов выйдет из него, здесь не получится. Местность слишком сельская. Если только я не пойму, как воспользоваться волшебной палочкой, чтобы замаскироваться под овцу, я буду выделяться, как бельмо на глазу.

У меня не оставалось другого выбора, кроме как постучать в её дверь и встретиться с ней лицом к лицу. Это не вызовет проблем. Магия памяти, которая срабатывала автоматически всякий раз, когда я заступала на работу, означала, что она не вспомнит обо мне при каждом визите, так что я могла сколько угодно раз приходить и разговаривать с ней, чтобы получить нужную информацию. Тем не менее, я напомнила себе, что не стоит выпаливать глупости; так я поступила со своим самым первым клиентом, когда исполнила его желание выпить кофе, прежде чем задуматься о том, что делаю.

Я подняла руку и резко постучала в её дверь. Никто не ответил. Я нахмурилась и постучала сильнее. Я знал, что она дома; магия Метафоры не перенесла бы меня сюда, если бы её не было. Может быть, она вставала поздно и была ещё в постели, а может быть, она вставала рано и уже отправилась вздремнуть. В любом случае, я не собиралась уходить, пока не поговорю с ней лично и не составлю хорошее первое впечатление. Как только у меня будут какие-то базовые детали, я смогу вернуться в офис и продолжить расследование, не вставая со своего рабочего места.

Когда Роуз так и не открыла дверь, я решила поберечь кожу на костяшках пальцев от дальнейших издевательств и обойти коттедж с другой стороны. Я перешагнула через колючие сорняки, едва не раздавила нескольких жирных слизней и заглянула в окна. Я не заметила никаких признаков жизни, но внутри коттедж выглядел ухоженным. Он был опрятным, но казался обжитым, чему способствовали свежие цветы, которые я заметила на одном маленьком столике, и несколько вскрытых писем, которые я заметила на другом.

Прикусив нижнюю губу, я выглянула из-за угла в сад за домом. Роуз явно умела выращивать растения. Несколько лоз и лиан, которые мой нетренированный глаз не смог бы опознать, были аккуратно привязаны к бамбуковой шпалере. Перед ними было множество различных трав, каждая из которых была аккуратно помечена изящным почерком. Яркие цветы, заботливо посаженные вдоль задней стены, создавали потрясающий калейдоскоп красок.

Сад, как и окружающий пейзаж, был прекрасен. Я протянула руку, и мои пальцы задели единственную нежную розовую розу, которая запоздало распускалась в конце сезона. В этот момент я услышала глухой стук в доме и выпрямилась. Я направилась к задней двери.

— Роуз? — позвала я. — Роуз Блэрмонт?

Ответа не последовало.

Я попробовала ещё раз.

— Роуз? — может быть, она упала и получила травму. Семьдесят девять лет — это по человеческим меркам ещё не древнее ископаемое, но она может быть хрупкой. Я наклонилась и повернула дверную ручку. Она задребезжала, но не сдвинулась с места.

Несмотря на аудит, мне всё ещё нужно было выполнять свои задачи. Отбросив всякую осторожность, я достала волшебную палочку и направила её на дверь. Раздался громкий щелчок. Удовлетворённая, я кивнула сама себе и снова взялась за дверную ручку. На этот раз она легко повернулась.

Я приоткрыла дверь на несколько дюймов и позвала ещё раз.

— Роуз? Вы в порядке?

Не было ничего, кроме тишины. С каждой секундой ситуация становилась всё более странной. Я полностью распахнула дверь и вошла в тёплую кухню. Приятный запах пчелиного воска щекотал мне ноздри, пока я осматривалась. В старой, с выщербленными краями раковине у окна, выходящего в сад, лежало несколько грязных тарелок.

Я подошла к плите и протянула руку, чтобы дотронуться до полосатой кружки, стоявшей рядом. Недопитый чай в ней был ещё горячим. Ах. Она, вероятно, запаниковала, решив, что я какой-то сумасшедший незваный гость. Она не совсем ошибалась.

— Роуз, — громко позвала я. — Меня зовут Саффрон Сойер. Я из полиции. Я здесь, чтобы убедиться, что с вами всё в порядке. В данном районе произошла серия краж со взломом, поэтому мы опрашиваем всех наших местных жителей, чтобы узнать, не пострадали ли они или не замечали ли они чего-нибудь странного в последнее время, — я сделала паузу. — Эй? Вы здесь?

Она по-прежнему не отвечала. Доводить пожилую женщину до паники не входило в мои обязанности, поэтому я не стала настаивать; лучше всего будет отправиться в ближайшую деревню и поговорить с жителями, чтобы узнать, не удастся ли мне что-нибудь узнать от них.

Я начала отступать. Есть несколько способов достичь желаемого.

— Я собираюсь оставить вас, Роуз, — сказала я. — Я загляну в другой раз. Вам не о чем беспокоиться.

Я обернулась как раз в тот момент, когда на меня бросилось маленькое белое тельце. Я едва успела среагировать, выставив вперёд палочку и остановив его на полпути, заставив застыть на середине броска. Я только успела заметить, что это Джек-Рассел-терьер с оскаленными зубами и тёмными глазами, сверкающими чистой ненавистью, как раздался безошибочный звук взводимого курка.

Я медленно подняла глаза. В дверном проёме, размахивая дробовиком, стояла седовласая женщина в безупречно чистой куртке от Barbour, зелёных резиновых сапогах и с сильно накрашенным лицом.

— Кто ты? — выплюнула она. — И что, чёрт возьми, ты сделала с моей Тыквой?

Я снова подняла руку, чтобы повторить тот же трюк с палочкой на Роуз. Она тут же нажала на спусковой крючок дробовика. Пуля пролетела мимо моего уха и выбила окно на её кухне. Очевидно, Роуз Блэрмонт не шутила.

— Брось прутик! — прорычала она.

Я решила, что разумнее всего будет подыграть её желаниям. Я всё равно могла творить магию, не используя палочку, но это было намного сложнее, и у меня от этого ужасно болела голова. Кроме того, я могла рухнуть безвольной тушкой. Но всё же это лучше, чем искушать судьбу. Я выпустила палочку из пальцев, и она со стуком упала на кухонный пол.

— Меня зовут Саффрон Сойер, — сказала я, стараясь говорить как можно осторожнее и спокойнее. — Я из полиции. Я проверяю, всё ли у вас в порядке, потому что недавно произошло несколько краж со взломом. Несколько близлежащих домов были разграблены. Если бы вы могли просто опустить ружьё, тогда…

— Ты, наверное, думаешь, что я вчера родилась! Мне семьдесят девять, ангел мой. А не семь. Я знаю, кто ты.

Нет, она не знала.

— О, да? — всё равно спросила я. — Кто я?

— Ты одна из них, — её голос был полон отвращения. — Ты работаешь на него. Не пытайся это отрицать.

Хм. Я понятия не имела, как действовать в такой ситуации. Я могла притвориться, что согласна с ней, и выяснить как можно больше деталей, но в этом случае я рисковала получить пулю в живот. Или я могла не согласиться и попытаться выяснить, что, чёрт возьми, происходит. Но при таком раскладе я также рисковала быть застреленной. Из руководства для крёстных фей я не помнила ничего о том, как вести себя в подобных ситуациях. Мне просто придётся импровизировать.

— Роуз, — тихо сказала я. — Посмотрите на меня, — я развела руками. — Я не представляю для вас угрозы. Я обещаю.

Она не сводила с меня глаз.

— Что ты сделала с моей собакой? Это противоестественно! Что ты сделала?

— Ничего! — я стиснула зубы и взмахом руки сняла магию. Моя голова взорвалась от внезапной боли, когда Тыква прыгнул к моей ноге и вонзил в неё зубы. Я вскрикнула.

— Тыква! — закричала Роуз. — Назад.

Пёс немедленно отпустил меня и попятился. Он всё ещё рычал. Я чувствовала, как тёплая кровь стекает по моей икре. Ну ёбушки-воробушки… моё утро должно было пройти совсем не так.

— Я собираюсь взять свою… свой прутик, — еле слышно сказала я, — и уйду.

Роуз взмахнула ружьём.

— Ты никуда не пойдёшь. Ты будешь… — она замолчала на полуслове, и её лицо исказилось. — Ты пришла не одна.

Какое-то мгновение я понятия не имела, о чём она говорит. Затем я услышала шум мотора снаружи, как раз перед тем, как его заглушили. Приехал кто-то ещё.

— Я одна! — запротестовала я. — Я не знаю, кто там снаружи!

— Скажешь ещё хоть слово, — прошипела Роуз, — и ты покойница.

Я закрыла рот. Она указала на меня ружьём. Сделав, как она велела, я наклонилась, морщась от боли в ноге. Тыква ни на секунду не сводил с меня глаз.

Раздался громкий стук в парадную дверь.

— Роуз! — раздался громкий мужской голос. — Мы знаем, что вы здесь! Всё пройдёт проще, если вы выйдете сами.

— Не понимаю, почему вы все считаете меня такой глупой, — пробормотала Роуз.

— Не усложняйте ситуацию, — крикнул мужчина. — Вы слишком стары, чтобы бегать. Я сделаю это быстро, если вы просто выйдете.

У меня отвисла челюсть.

— Он здесь, чтобы убить вас? — прошептала я в ужасе. В какую, чёрт возьми, ситуацию я попала?

Роуз закатила глаза.

— Ну, он же не чёртова леди, предлагающая косметику Avon, не так ли? — она жестом подозвала свою собаку. — Тыква. Иди сюда.

Джек Рассел для пущего эффекта зарычал на меня в последний раз, затем повернулся к своей хозяйке и прыгнул ей на руки. Одной рукой она держала его, а другой ружьё. Почему-то я не думала, что она впервые берёт в руки оружие.

— В угол, — приказала она. — Сейчас же.

Я сделала, как она сказала.

— Роуз, если вы подождёте…

— Заткнись.

Справедливо. Я сглотнула и кивнула. Прежде чем я успела сообразить, что же, чёрт возьми, я могу сделать, чтобы эта странная ситуация не усугубилась ещё больше, раздался громкий треск и звук раскалывающегося дерева.

Роуз хихикнула.

— Дверь, укреплённая сталью, — сказала она. — Так он не войдёт, — она подошла к задней двери и взялась за ручку.

Краем глаза я заметила движущуюся фигуру. Я зашипела, когда появилась рука в перчатке, сжимающая чёртов пистолет. Я заметила лицо в балаклаве и пару холодных тёмных глаз и взмахнула руками, используя свою природную магию, чтобы отбросить незваного гостя назад. Мгновение спустя я стояла на четвереньках, и меня сильно рвало.

Наполовину ослепнув, я пальцами нащупывала волшебную палочку. Я едва успела схватить её, когда что-то схватило меня за шиворот и потащило вверх. Ярко-голубые глаза Роуз уставились на меня.

— Возьми себя в руки! Скоро их будет ещё больше. Нам пора идти.

Я была не в том состоянии, чтобы спорить. Я слабо кивнула, направив палочку на себя, чтобы получить магическую поддержку, которая помогла бы мне устоять на ногах. В Роуз не было ничего безопасного, но, выбирая между ней и человеком, напавшим на её коттедж, я знала, с кем мне будет лучше. Менее чем через пять секунд мы все трое — женщина, фея и пёс — выскочили из задней двери и бросились бежать.

Глава 5

Роуз, казалось, знала, куда направляется. У меня не было другого выбора, кроме как стараться не отставать, хотя меня искренне раздражало, что я с трудом поспеваю за 79-летней женщиной. Да, магия, которую я была вынуждена сотворить без палочки, дорого мне обошлась, и Роуз дышала на удивление тяжело даже для своего возраста, но я также чувствовала, что она сдерживается ради меня.

Я чувствовала невероятную тошноту и не могла избавиться от тумана замешательства. Что же, чёрт возьми, произошло в этом милом маленьком домике пенсионерки? Я годы проработала феей кайфа, общалась с опасными персонажами и была свидетелем множества сомнительных сделок с наркотиками, но никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Сложно было уложить в голове тот факт, что сейчас я бегу через поле, спасаясь от бандита в маске.

Спустя милю или две я почувствовала, что ко мне возвращается равновесие.

— Куда мы направляемся? — выдохнула я. — У вас есть на примете пункт назначения?

Роуз не удостоила меня ответом. Вместо этого она ускорилась и свернула в сторону небольшой рощицы. Я решила пока воздержаться от вопросов и последовала за ней. Когда я заметила старый джип, стоящий под раскидистым дубом, меня охватило облегчение — по крайней мере, до тех пор, пока связные мысли не вернулись ко мне, и меня не поразило пугающее осознание.

— Вы знали, что это должно было случиться, — сказала я. — Вы планировали это. Вот почему здесь стоит этот джип. Вот почему ваша дверь усилена сталью.

Сначала я подумала, что Роуз не собирается мне отвечать. Она, казалось, была сосредоточена на уборке мусора с джипа, время от времени останавливаясь, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, затем продолжала свою работу. Её щёки раскраснелись, а на лбу блестели капельки пота. Этот забег утомил её сильнее, чем я предполагала.

Прежде чем я успела выразить беспокойство, она пробормотала, не поднимая глаз:

— Знаешь, что самое ужасное в старости? — она не стала дожидаться ответа. — Потому что это не грёбаный артрит, хотя и это достаточно плохо. Дело не в том, что я больше не могу носить туфли на шпильке или что мне приходится носить чёртовы кардиганы плохой вязки. Дело даже не в том, что с каждым утром я всё ближе к могиле. Нет, — она покачала головой. Хуже всего то, что люди, кажется, постоянно считают меня глупой. Что я дряхлая, слабослышащая и в некотором роде умственно неполноценная.

— Я не предполагала…

Она раздражённо вздохнула.

— Кто ты на самом деле? Ты определённо не из местных копов, это уж точно.

Я не знала, что ответить.

— Э-э, я не из тех парней, которые пытались вас убить.

Она снова вздохнула, на этот раз громче.

— Видишь? Ты обращаешься со мной так, будто у меня нет и двух мозговых клеток. Я знаю, что ты не с ним, чёрт возьми. Думаешь, я бы взяла тебя сюда с собой, если бы это было так? Одного взгляда на выражение твоего лица, когда он появился, было достаточно, чтобы понять, что ты его не знаешь. Я умею читать людей, дорогая. Никто в этом мире не настолько искусен во лжи, чтобы одурачить меня.

Она сунула руку под колесную арку джипа и вытащила связку ключей, затем с резким щелчком отперла дверцу. Тыква тут же запрыгнул на переднее сиденье, освободив обе руки Роуз, чтобы она могла снова направить дробовик в мою сторону.

Я облизала губы.

— Вы знаете, что я не с этим мужчиной. Вы также должны знать, что я не представляю для вас угрозы.

Она подняла дуло на дюйм или два выше и прищурилась, готовясь прицелиться.

— Скажи мне чёртову правду.

— Вы не поверите.

Выражение её лица не изменилось.

— Ты этого не знаешь.

Я знала. Затем пожала плечами. Раз уж назвался груздем…

— Я ваша крёстная фея.

Она уставилась на меня, затем запрокинула голову и загоготала.

— Что ж, — сказала она, — оказывается, один из нас всё-таки умственно отсталый.

Я многому научилась после своего первого клиента. В досье на Роуз, которое у меня имелось, не было много информации, кроме её имени, адреса, сведений об отсутствии родственников и даты её рождения. Однако, оно сообщало мне о том, как её имя оказалось в моём списке.

Я вздёрнула подбородок и встретилась с ней взглядом.

— Это правда. Около шести недель назад, 21 августа, вы случайно проходили мимо небольшого кафе в Кендале. Вы зашли внутрь, купили себе кекс со свечкой и поздравили себя с днём рождения. Вы, должно быть, одновременно загадали желание. Я здесь, чтобы исполнить это желание, — я поджала губы. — Или некое его подобие, — я махнула палочкой в её направлении. — Это не прутик. Это палочка. Волшебная палочка, если быть точной.

Я ожидала услышать ещё больше безумного смеха. Вместо этого Роуз задумчиво посмотрела на меня.

— Ты что-то сделала своими руками. И не только с моим Тыквой. Ты также сделала кое-что, что сбило с ног придурка в моём доме. Ты ведьма.

Это оказалось проще, чем я думала.

— Я фея, — поправила я. — Но да, то, что я делала там, было магией. Мне сложно творить много магии без палочки, но если я сосредоточусь, то обычно могу что-нибудь сделать, Причина, по которой меня начало тошнить, заключается в том, что я использовала магию без палочки, — я демонстративно шмыгнула носом. — Если бы вы не заставили меня бросить её до появления того человека, всё было бы намного проще для нас обеих.

— Это немного дерьмово, не так ли? Приходится полагаться на чёртов прутик? Поэтому ты его не убила?

Я спокойно посмотрела на неё.

— Я не убила его, потому что я не убийца.

Роуз выглядела озадаченной.

— Но ты исполнишь моё желание?

— Да.

— Тогда, — сказала она, — я желаю всем, кто пытается меня убить, ужасной смерти в течение следующей минуты.

Я раздражённо нахмурилась.

— Я не могу этого сделать, — сказала я. — Я не могу исполнять желания такого рода. И это, само собой, не то, чего вы изначально желали, — если бы это было так, её имя было бы помечено как желание крови. Поскольку я новичок, такого рода вещи были далеко за пределами моей компетенции.

— Итак, — сказала Роуз, забавляясь. — Чего же я тогда хотела?

— Не знаю. Я должна выяснить, что сделает вас счастливой, и потом исполнить это желание. Большинство моих клиентов сами точно не знают, какое у них самое сокровенное желание. Моя работа — выяснить это, прежде чем взмахнуть волшебной палочкой.

Роуз смотрела на меня с непреклонным спокойствием.

— Мне семьдесят девять лет, и я вполне способна сама решать, чего хочу. Моё самое заветное желание — чтобы ты убила моих грёбаных врагов.

Я уже сказала ей, что это невозможно, так что нет смысла продолжать спорить с ней по этому поводу. В любом случае, что-то в её взгляде подсказывало мне, что на самом деле она не хотела, чтобы я убивала её врагов.

— Вы восприняли это невероятно хорошо, — сказала я вместо этого.

— Что? — её губы скривились. — Тот факт, что ты крёстная фея, или тот факт, что кто-то пытался перерезать мне горло?

— И то, и другое, я полагаю.

Она слабо улыбнулась.

— На своём веку я повидала достаточно дерьма, чтобы поверить во что угодно, — она передёрнула затвор дробовика. — Не то чтобы я говорила, что верю тебе, — добавила она. — Просто я воздержусь от суждений, — она на секунду подняла голову и нахмурилась. — Нам нужно идти. Даже если этот первый ещё не встал на ноги, остальные скоро будут здесь. Ты можешь поехать со мной, — она снова мотнула ружьём, напоминая мне, что оно всё ещё у неё. — Во всяком случае, пока что.

Честно говоря, я бы предпочла вернуться в офис, раздеться догола, разрисовать кожу фломастерами и покрутить хула-хуп на глазах у моих коллег, директрисы и Джаспера.

— Отлично, — радостно сказала я. — Давайте сделаем это.

Я подошла к пассажирской двери и открыла её. Тыква поднял голову и зарычал на меня.

— Брысь, — сказала я ему. — На заднее сиденье.

— Нет, — скомандовала Роуз. — Это его место. Это тебе придётся сесть сзади.

Я уставилась на неё.

— Оно всё в грязи, — по крайней мере, я надеялась, что это была грязь. С того места, где я стояла, потрескавшиеся кожаные сиденья казались покрытыми чем-то коричневым и шершавым.

— Садись на заднее сиденье, — сказала она, — или оставайся здесь. Решать тебе.

Невероятно. Я покачала головой. Затем забралась на заднее сиденье.

***

Примерно через час, после того как Роуз наотрез отказалась отвечать на какие-либо вопросы или рассказать мне что-либо ещё о том, что происходит, её джип въехал в Карлайл. Вместо того, чтобы направиться в центр города, она свернула к опрятному жилому комплексу на окраине.

— Смотри в оба, — проинструктировала она. — Нам нужна модель постарше, которой никто не хватится в течение нескольких дней.

Совершенно сбитая с толку, я покосилась на неё.

— Прошу прощения?

— Раньше всё было намного проще, — сказала она. — По газетам на крыльце или грудам молочных бутылок можно было определить, кто уехал в отпуск. В наши дни всё намного сложнее, — она свернула направо, в тупик, а я продолжала таращиться на неё. — Ага, — сказала она с довольной улыбкой. — Сегодня день вывоза мусора. Это то, что нам нужно.

Я покачала головой.

— Я всё ещё не понимаю.

— Ты, чёрт возьми, не самая сообразительная фея, не так ли? Вот мне повезло-то. У меня появилась крёстная фея, но оказалось, что от неё толку меньше, чем от шоколадного чайника, — она начала излишне старательно произносить свои слова. — Сегодня день вывоза мусора. Перед всеми этими домами на обочине выставлены мусорные баки, готовые к сбору. Нам нужен дом, перед которым нет мусорного бака на обочине. Это те, кто уехал в отпуск. Это означает, что, когда мы угоним их машину, они не хватятся её, пока не вернутся. Это даст нам больше времени.

Я моргнула.

— Угоним машину?

Роуз цыкнула языком.

— Этот джип не зарегистрирован. Есть риск, что нас остановят копы и внесут в базу данных, которая укажет плохим парням наше местоположение. Если они не видели, как мы отъезжали, и не взламывают систему АРНЗ, пока мы разговариваем.

— АРНЗ? — переспросила я, чувствуя себя очень глупой.

— Автоматическое распознавание номерных знаков, — отрезала она.

О, неудивительно, что раньше мне не приходилось об этом беспокоиться.

— Нам не обязательно угонять машину, — заметила я. — Мы можем взять её напрокат.

— Ради всего святого. Для этого нужны документы, удостоверяющие личность. И кредитные карточки. С таким же успехом мы могли бы просто сдаться и приготовиться к неминуемой смерти.

Я не была уверена, что меня особенно радует, что Роуз продолжает говорить о нас во множественном числе. Я не была потенциальным преступником в бегах.

— Вы должны признаться, — строго сказала я. — Кто именно за вами охотится и почему?

— Вот! — воскликнула она. — Вон тот дом! — она резко повернула машину вправо, выехала на тротуар и чуть не сбила несколько молодых деревьев. Затем она выскочила из машины, а Тыква последовал за ней. Проклятый Джек Рассел вилял хвостом, как будто мы собирались просто погулять.

Я отстегнула ремень безопасности и протиснулась между передними сиденьями, чтобы присоединиться к ней. Она уже шагала по подъездной дорожке к гаражу уехавших в отпуск.

— Роуз! — закричала я. — Мы не собираемся угонять чёртову машину!

— Перестань быть такой чопорной. Это не так сложно, как ты думаешь.

Я выругалась.

— Моего имени нет ни в одной базе данных, и я могу воспользоваться магией, чтобы арендовать машину и убедиться, что её не отследили. Честно. Для феи с моими навыками это не так уж сложно.

Она начала дёргать дверь гаража, пытаясь её открыть.

— Во-первых, для этого мне пришлось бы поверить, что ты умеешь колдовать, а не просто показывать фокусы на вечеринках. Во-вторых, и это более важно, мне пришлось бы поверить, что у тебя это хорошо получается. Я пока не видела никаких доказательств ни того, ни другого.

Я аж запнулась.

— Я помешала тому парню-убийце выстрелить вам в голову! Вы меня видели!

— С таким же успехом тебе могло повезти, чёрт возьми. И я бы прекрасно выбралась оттуда сама.

— Я заморозила вашу собаку в воздухе, чтобы она на меня не напала!

— Тыква никогда бы ни на кого не напал, — ответила она, делая вид, что забыла о том, что произошло менее часа или двух назад.

Дверь гаража поддалась и поднялась вверх.

Да ёбушки-воробушки.

— Кто-то наблюдает за нами из дома напротив, — сказала я. — Они, наверное, уже поднимают трубку, чтобы вызвать полицию.

Роуз на удивление быстро повернула голову.

— Что? Ты уверена?

— Я увидела, как дёрнулись занавески, — сказала я ей.

Её глаза сузились.

— Ты говоришь это, потому что пытаешься помешать мне взять эту машину?

— Нет.

Она сверкнула глазами.

— Это так.

Я всплеснула руками.

— Это не так!

Тыква внезапно издал пронзительный лай, запрыгал вокруг, а затем бросился через улицу. В дверях своего дома стоял мужчина в халате и наблюдал за нами. Он проигнорировал Тыкву и крикнул:

— Чем я могу вам помочь, дамы?

— Я же вам говорила, — пробормотал я.

— Он может помочь нам, если наденет какую-нибудь чёртову одежду, — сказала Роуз. — Кто ходит в халате в это время дня?

Я вздохнула.

— Может быть, он работает по ночам.

Тыква добрался до ног мужчины в тапочках и приплясывал перед ними, издавая лай каждые несколько секунд. Мужчина поднял ногу, держа её в воздухе.

— Отзовите его, или я его пну, — крикнул он.

— Если ты пнёшь мою собаку, — яростно заорала Роуз, — я выдеру тебе кишки через пупок! — она выбежала из гаража и бросилась через улицу.

Я провела рукой по лбу. Добром это не кончится. Я закатила глаза и подбежала к ней, одновременно вытаскивая палочку и быстро взмахивая ею.

— Я вырву у тебя волосы и…

— Добрый день, сэр, — сказала я, прерывая Роуз и наклоняясь, чтобы взять Тыкву. Я сунула собаку ей в руки и изобразила улыбку. — Меня зовут Саффрон, а это Роуз. Позвольте мне отнять у вас минутку времени и рассказать о том, какую хорошую работу проводят Свидетели Иеговы в этой области.

Мужчина отступил на шаг.

— Мне это неинтересно, спасибо, — он начал закрывать дверь.

— Не хотите ли почитать «Сторожевую башню» на досуге? — окликнула я.

(Сторожевая башня — религиозный журнал, издаваемый свидетелями Иеговы, — прим)

Дверь захлопнулась.

Роуз уставилась на меня. Даже Тыква выглядел сбитым с толку.

— Что именно только что произошло? — спросила она.

Я потерла затылок.

— Я использовала магию, в которую вы до сих пор не верите, и всё ещё не уверены, что у меня достаточно навыков, чтобы владеть ею должным образом. Всё, что я сделала — это заставила его забыть, что он видел нас в гараже своего соседа.

— Ты можешь это сделать?

— Я только что это сделала.

Роуз поджала тонкие губы. Она огляделась.

— Впечатляюще. Хорошо, мисс Крёстная Фея. Мы поступим по-твоему. Ты можешь взять напрокат машину на своё имя и делать всё, что в твоих силах, чтобы сохранить это в тайне. Но если это какая-то странная афера, я натравлю на тебя Тыкву.

Пёс уставился на меня со злобным блеском в глазах. Ему отчаянно хотелось откусить ещё немного от моего вкусного мяска. Я знала это точно так же, как знала, что моё собственное имя прекрасно звучит и лирически приятно для слуха.

— Это не афера, — коротко ответила я. — Начните доверять мне, Роуз, и я найду для вас достойный выход из этого положения.

Она наклонила голову, и лёгкий ветерок взъерошил её седые волосы.

— Тогда давай, — сказала она. — Показывай дорогу, — она сделала паузу. — И что, чёрт возьми, за имя такое — Саффрон?

Я вздохнула.

Глава 6

Это заняло гораздо больше времени, чем я ожидала. Было почти четыре часа, когда мы нашли подходящее место для проката автомобилей, спрятали джип в тихом переулке и подыскали тихий отель, который соответствовал требованиям Роуз.

— Мне нужен номер на первом этаже, — сказала она мне. — С хорошим видом на улицу и несколькими возможными путями отступления.

— Человек, который вас преследует, не может знать, что вы в Карлайле.

— Он в состоянии знать больше, чем ты думаешь. И Карлайл — ближайший город к моему дому. Это логичный пункт назначения, и он это поймёт.

— Роуз, — вздохнула я, — вам придётся рассказать мне, что здесь происходит.

— У тебя в руках магия. Ты должна суметь разобраться в этом.

— Я не всеведуща.

— Какой смысл в твоей волшебной палочке, если она не может рассказать тебе то, что тебе нужно знать?

Мне не удалось придумать на это достойный ответ. Что бы я ни говорила и как бы ни старалась, она отказывалась сообщить мне какие-либо подробности о том, кто за ней охотился и почему. В конце концов я сдалась и сказала ей, что вернусь на следующий день, чтобы ещё немного помочь ей. Она слегка опешила, узнав, что я оставляю её одну, но не стала скрывать этого, недвусмысленно заявив мне, что вполне способна справиться без меня.

В идеальном мире я бы осталась с ней. Как только я уйду, она забудет о моём существовании, и мне придётся начинать все сначала. Однако, к сожалению, Роуз была не единственной моей клиенткой, не говоря уже о том, что мне ещё нужно что-то сделать с созданием моей оперативной группы по борьбе с троллями, прежде чем все уйдут из офиса на ночь. Меня так долго не было, что люди, вероятно, начали задавать вопросы. Редко случалось так долго общаться с одним клиентом во время самого первого визита.

Лучшее, что я могла сделать на данный момент — это наложить короткое сдерживающее заклинание, чтобы удержать Роуз на территории отеля, если только её жизни не будет угрожать непосредственная опасность. Я добавила завитушку, создав сложную систему оповещения, которая также сообщит мне, если кто-нибудь придёт в отель в поисках Роуз. И то, и другое было временными мерами, но на данный момент их достаточно. Я не была готова использовать свою магию для чего-то другого — по крайней мере, пока не узнаю больше об этой странной пожилой женщине. С таким же успехом она могла оказаться хладнокровной убийцей.

Несколькими взмахами палочки мне удалось привести в действие магию Метафоры. Я ничего не ела с тех пор, как ушла на работу сразу после рассвета, и ужасно проголодалась. Столовая для персонала была уже закрыта, но я надеялась, что у Далилы в столе найдётся что-нибудь вкусненькое. В противном случае, я полагала, что всегда могу рассчитывать на помощь Билли. С аудитом или без, но я не смогла бы работать на полную мощность на пустой желудок. Даже лучшие крёстные феи нуждались в дозаправке.

В офисе было на удивление тихо. Большинство сотрудников, похоже, ушли к клиентам. Это необычно для данного времени суток, но предсказуемо, учитывая, что происходило в отделе.

Я неторопливо направилась к своему столу, задержавшись у рабочего места Далилы в поисках еды. К сожалению, всё, что я смогла найти — это одна леденцовая конфета. Я положила её в рот и чуть не подавилась, когда Аделина закричала на меня с другого конца комнаты, и я случайно проглотила её целиком.

— Саффрон! Где ты была?

Я кашлянула и повернулась в её сторону.

— Работала, — сказала я. — Я была в Лейк-Дистрикте с новой клиенткой. Думаю, мне нужна с ней помощь, потому что…

— В комнате отдыха проходит важное совещание, и твоё отсутствие было замечено. Ты и так опаздываешь на десять минут.

— А я не могу это пропустить? — спросила я. — Я должна… — я не закончила фразу; выражения лица Аделины было достаточно, чтобы я запнулась. Я прокляла себя за то, что не заглянула в календарь. Последнее, чего я хотела — это прославиться как сотрудник, который опаздывает на собрания, как будто мне наплевать на время остальных. Я напомнила себе, что, несмотря на всё остальное, что происходило, моя миссия стать незаменимой и исключительно преданной своему делу крёстной феей продолжалась.

Когда я вошла в комнату отдыха, все головы повернулись в мою сторону, и раздалось несколько приглушённых возгласов. Я кашлянула и пробормотала извинения. К сожалению, оказалось, что собрание ведёт Анджела. Она бросила на меня ледяной взгляд.

— Как мило, что ты присоединилась к нам, Саффрон.

Меня по-настоящему разозлил её тон. Я вовсе не прогуливала. Совсем наоборот: я выполняла свою чёртову работу и чуть не погибла в процессе. Я извинилась один раз, и этого было вполне достаточно.

Я подняла голову и одарила менеджера по персоналу своей лучшей улыбкой.

— Это не проблема, Анджела. Спасибо, что пригласили меня присоединиться к вам.

Её взгляд стал ещё свирепее.

— Постарайся быть хорошей девочкой и не прерывать это важное совещание дольше, чем это необходимо. В конце зала есть свободное место.

Оно действительно было, но, к несчастью для неё, я уже заметила свободное место впереди. Большинству людей не нравится быть впереди всех, но мне это нравилось. Я подошла, села и аккуратно сложила руки на коленях.

— Пожалуйста, продолжайте, — попросила я, заметив присутствие Джаспера по другую сторону стола. Он мрачно хмурился. Теперь у меня не было выбора; я должна была отбросить свои опасения по поводу Роуз, свои планы относительно оперативной группы и все остальные мысли и сосредоточиться на том, чтобы вести себя как самый умный человек в этой комнате. Если не считать Джаспера, мне всё ещё предстояло многое наверстать, если я собиралась произвести впечатление на своих коллег.

— Как я уже говорила, — сказала Анджела, решительно отводя от меня взгляд, — отдел кадров в этом офисе уже давно является отличным инструментом, предназначенным для поддержки всех вас в вашей карьере и обеспечения того, чтобы все мы достигали наилучших результатов. Обсудив этот вопрос с Адвокатом Дьявола и изучив, как работают другие команды кадровиков, мы перешли от модели, основанной на процессах, к модели, основанной на инсайтах. Это повысит эффективность нашей работы и напомнит всем вам, что мы на вашей стороне.

Очевидно, что Анджела могла бы затмить Директрису по части напыщенных речей. Я хотела ответить соответствующим образом и показать, что отношусь к её словам серьёзно, поэтому откинулась на спинку стула и уставилась в потолок, показывая, что глубоко обдумываю её слова. Я несколько раз кивнула для пущего эффекта. Это сработало бы лучше, если бы мой желудок не воспользовался моментом и не заурчал так громко. Анджела снова сердито уставилась на меня так, словно я намеренно приказала своему животу заурчать. Я была совершенно уверена, что, если бы Джаспер не присутствовал здесь, она бы сделала выговор моему организму.

— Боже мой, — я похлопала себя по животу и поморщилась. — Приношу свои извинения. Я ещё не обедала.

— Именно об этом я и говорю, — сказала Анджела, скрестив руки на груди. — Недавние события доказали, что уделять время заботе о себе жизненно важно. Тот факт, что Саффрон не дала себе возможности пообедать, является важным инсайтом, на основании которого мы можем действовать, — её губы изогнулись в улыбке. — К счастью, Саффрон, у меня есть идеальное решение. Мы запускаем курс по тайм-менеджменту. Ты можешь быть самой первой в списке.

Туше. Если бы только у меня было время посещать курсы по тайм-менеджменту.

— Итак, Анджела, — сказала я, — ты хочешь сказать, что не только обрела новый инсайт, но и действуешь на основании этого инсайта в течение нескольких мгновений после того, как узнала об этом. Такая спонтанная реакция — это то, чему я могла бы поучиться. Огромное спасибо. Вот это и есть настоящее видение, которое ты демонстрируешь, — я взяла лист бумаги и ручку и написала слово «видение», а затем обвела его несколько раз.

Я подтолкнула Фигги, которая сидела рядом со мной.

— Круговорот видения, — сказала я ей. — Впечатляет, правда?

Фигги энергично кивнула.

— Ух ты, да, — она уставилась на Анджелу широко раскрытыми глазами. — Отличная работа.

Джаспер поёрзал на стуле. Ему не на что было жаловаться: в конце концов, он сам вызвался присутствовать на этом дурацком собрании. У остальных из нас не было выбора.

Анджела взяла лежавший перед ней пульт дистанционного управления, повернулась к экрану и включила его. Презентация. Замечательно. Я выпрямилась и сделала всё возможное, чтобы показать, что это лучшее, что случалось со мной за весь день. К сожалению, если не считать предыдущего комплимента Аделины, так оно, вероятно, и было.

***

К счастью, Анджела проигнорировала дальнейшие возможности привлечь ко мне внимание. Тем не менее, я не думала, что была единственной, кто обрадовался, когда она, наконец, завершила бессмысленное совещание.

Когда она повернулась к Джасперу и сразу же начала обсуждать другие свои идеи, основанные на инсайте, я выдохнула и направилась к выходу, пока у меня ещё был шанс. У меня могло бы получиться, если бы Алисия не встала у меня на пути.

— Саффрон, — сказала она. — Как дела?

Я моргнула, бросив на неё настороженный взгляд и гадая, не собирается ли она вытащить нож и пырнуть меня в грудь, если я скажу ей, что со мной всё хорошо.

— Я в порядке, — осторожно ответила я. — Как ты?

Она пренебрежительно махнула рукой.

— Прекрасно. Ты мне не очень нравишься.

Она почти не делала пауз, чтобы перевести дух между предложениями.

— Я знаю об этом, — сказала я. Вряд ли это было прозрением века.

— Но я думаю, что это хорошо.

— Угу, — я понятия не имела, к чему она клонит.

— Думаю, я тоже тебе не нравлюсь, — продолжила она.

Честно говоря, я не знала её достаточно хорошо, чтобы утверждать что-либо подобное. Кто её знает, вдруг в выходные она спасала котят и была образцом доброты. Она определённо была задирой, но часто задиры сами оказываются жертвами, и им просто нужен небольшой толчок, чтобы исправиться.

— Ну… — начал я.

— И всё же, — перебила она, — мы по-прежнему хорошо работали вместе, когда штурмовали «Мост в никуда», чтобы спасти похищенных фей и нейтрализовать Бернарда.

— Мы не убили друг друга, — сказала я. — И миссия прошла успешно. Так что да, конечно. Мы хорошо сработались, — я внимательно наблюдала за ней. Было очевидно, что она к чему-то клонит.

Алисия улыбнулась, и на её идеальной коже на идеальном лице появилась идеальная ямочка.

— Блестяще. Я уверена, ты поймёшь, что мне будет трудно подчиняться твоим приказам, но это показатель того, насколько я тебя уважаю, раз готова забыть о своей инстинктивной неприязни к тебе.

С меня хватит.

— Алисия, почему бы тебе не сказать, чего ты на самом деле хочешь?

Она сделала вид, что не услышала меня.

— И я действительно уважаю тебя, Саффрон. Ты усердно работаешь. Ты предана своему отделу. Это то отношение, которое я могу поддержать.

Я облизнула губы.

— Алисия, тебе придётся мне помочь. Чего ты хочешь?

— Оперативную группу, конечно же, — она снова улыбнулась. — Мы все знаем, что война с троллями не за горами. Я не хочу ничего пропустить. Включи меня в состав оперативной группы.

Я ожидала услышать от неё что угодно, но только не это.

— Зачем? — тупо спросила я.

Алисия сунула руку в карман и достала леденец. Как ни странно, я подумала, что она собирается предложить его мне. Вместо этого она развернула его и демонстративно отправила в рот. Возможно, это своего рода странное соблазнение. В этом имелся какой-то смысл: Алисия наконец-то поняла, что я на пути к вершине, и была готова на всё, чтобы стать ближе к моей восходящей звезде.

Ага, конечно.

— Я хочу работать с тобой, Саффрон. Вместе мы сможем победить троллей. Я многому могу научиться у тебя и твоих победоносных методов, — её голос был нежным и напевным, что в сочетании с тем, как она продолжала улыбаться мне, склонив голову набок и широко раскрыв глаза, было невероятно отталкивающим.

Я понизила голос и последовала примеру Директрисы.

— Я не нуждаюсь в том, чтобы меня целовали в зад, Алисия. Назови мне настоящую причину, по которой ты хочешь попасть в оперативную группу.

Она вынула леденец изо рта, и её глаза сверкнули. Затем она пожала плечами.

— Последнее, что нужно этому офису, — сказала она мне, — это чтобы такие, как ты, снова становились героями. Я получила очень мало заслуг за ситуацию с «Мостом в никуда». Ты позаботилась о том, чтобы все почести достались тебе. Ты не единственный талантливый сотрудник в округе, знаешь ли. Если будет что-то интересное, я хочу в этом участвовать.

— Ты хочешь сказать, ты хочешь славы.

Она наклонилась вперёд.

— В этом отношении я не так уж сильно отличаюсь от тебя. И ты знаешь, что я более чем способная.

К сожалению, она права. Несмотря на своё часто неприятное отношение, Алисия умела стильно и содержательно владеть волшебной палочкой. Держи своих врагов поближе…

— Нет никакой гарантии, что оперативная группа добьётся чего-либо в обнаружении троллей или пресечении их дальнейшей террористической деятельности, — отметила я. — Если они начнут действовать снова до того, как нам удастся их остановить, нам не видать ни капли славы. Гораздо вероятнее, что вместо этого мы подвергнемся порицанию.

Выражение её лица не изменилось.

— Я не беспокоюсь об этом. Если оперативная группа потерпит неудачу, вина ляжет на тебя.

Я приподняла брови.

— Думаю, ты об этом позаботишься.

Она тихонько хихикнула.

— Ты просила сказать правду.

Я наблюдала за ней ещё мгновение.

— Спасибо, — сказала я в конце концов. — Я действительно просила правды. Ты её предоставила.

Алисия тряхнула волосами и снова принялась сосать леденец.

— Лучше быть заколотой спереди, чем сзади.

Я не была в этом так уверена; честно говоря, я бы предпочла, чтобы меня вообще не пыряли ножом. Однако, учитывая, как обстояли дела в тот момент, это выглядело маловероятным.

— Итак? — спросила она, притопывая ногой. — Когда мы начинаем?

Я стояла на своём.

— Я ещё не сказала, что ты принята. Если я решу, что ты в деле, ты узнаешь об этом первой.

Она улыбнулась приторно-сладкой улыбкой.

— Я — лучший кандидат.

— Это ты так говоришь. Завтра к концу дня я сообщу тебе, будешь ты участвовать или нет.

— Не забудь, — она пронеслась мимо меня и зашагала прочь. Она действительно была полна решимости оставить за собой последнее слово.

— Так и сделаю! — крикнула я ей вслед.

— Хорошо! — бросила она через плечо, набирая скорость.

— Я рада, что ты… — я запнулась. Ну ёбушки-воробушки — она уже удалилась. Одно очко в пользу Алисии. Я не могла не восхититься её верой в себя. Возможно, она была бы хорошим кандидатом для оперативной группы. Я поджала губы и снова двинулась в путь. Увы, далеко я не продвинулась.

— Саффрон, — сказала Анджела холодно и с тем же явным сарказмом, который она использовала ранее. — Большое тебе спасибо, что нашла время прийти на встречу.

Я могла только догадываться, что она подумала, будто я не заметила её недовольства в первый раз, и решила выразить его ещё раз. Я присела в реверансе.

— Не за что.

Мой любезный тон только ещё больше разозлил её.

— Я думаю, тебе следует знать, что твое поведение, оставляющее желать лучшего, и нежелание быть командным игроком были замечены. Поддержание морального духа в офисе — часть моей компетенции. Я не позволю тебе портить всем настроение своими глупыми рисунками и нелепыми комментариями. Мы все должны работать сообща, чтобы поддерживать настрой. В команде нет буквы «Я».

— И буквы «ты» там тоже нет, — ляпнула я, не подумав.

Температура в комнате понизилась ещё на несколько градусов.

— Нет, — сказала она и скрестила руки на груди. — Поскольку ты так легко комментируешь другие вопросы, возможно, у тебя есть какие-то идеи о том, как мы, простые работники отдела кадров, можем улучшить работу офиса для всех, — она приподняла брови, давая понять, что я не имею права комментировать её идеи, если у меня нет своих собственных.

Я уже собиралась сказать ей, что она прекрасно справляется со своими обязанностями и что я бы не посмела вмешиваться в её хорошую работу, когда Джаспер пробормотал вежливые извинения и прошёл мимо нас. Я смотрела ему вслед, мельком отметив, как вьются его волосы на затылке и почти задевают широкие плечи. Его дорогой чёрный костюм напоминал полночь в самой глубокой и тёмной пещере. Возможно, ношение мрачной, наводящей уныние одежды было обязательным условием его работы. Возможно, Лидия предпочитала, чтобы он был в чёрном.

Я взглянула на Анджелу. Она тоже была одета в сдержанные цвета, которые не очень-то гармонировали с её цветом лица. Поскольку она была натурой, любящей броские украшения всех форм и размеров, я ожидала увидеть больше красок в её повседневной одежде. Далила, похоже, тоже сегодня была одета как на похороны.

Больше красок принесло бы пользу всем феям-крёстным. Предполагалось, что эта работа приносит радость; тёмно-серый, тускло-чёрный и чернее чёрного не подходят для исполнения желаний или изменения жизни. Неудивительно, что власти предержащие всё время пытаются напялить на нас эти дурацкие плащи. Хоть они и были неподходящими, но, по крайней мере, придавали какой-то колорит.

— Радужная Пятница, — внезапно сказала я.

Анджела удивлённо посмотрела на меня.

— Прошу прощения?

— Радужная Пятница, — повторила я. — Каждую пятницу вы выбираете один из цветов радуги, и все в офисе должны одеваться в этот цвет. Это поднимет настроение всем и напомнит нам, что мы несём ответственность за распространение радости по всей стране. Например, на этой неделе все должны быть в красном. На следующей неделе нам всем нужно будет надеть оранжевое. И так далее.

— Это ужасная идея, — усмехнулась она.

По крайней мере, я попыталась.

— Ну, это всё, что у меня есть. Наверное, это к лучшему, что я не работаю в отделе кадров.

— Действительно, — она поморщилась. — Постарайся не опоздать на тренинг по тайм-менеджменту, Саффрон, — отрезала она и развернулась, оставив меня осознавать, что последнее слово снова осталось не за мной. С этого момента мне определённо придётся стараться ещё лучше.

Направляясь к своему столу, я ещё раз прокрутила в голове этот разговор. Я представила себе несколько сценариев, в которых я одерживала верх. Воображаемая Анджела ворковала от моего великолепия и извинялась за то, что когда-то сомневалась во мне. Я как раз представляла, как она вызывает Директрису на разговор и требует повысить мне зарплату, когда в воздухе раздался странный звук. Сначала он показался мне не таким уж и страшным, но через несколько секунд стал пронзительным. Я сбилась с шага.

Руперт пронёсся мимо меня.

— Эвакуируйтесь! — проревел он. — Всем немедленно выйти!

Остальные уже были на ногах и направлялись к лестнице. Я почесала в затылке.

— Что такое? Почему мы должны выходить?

— Пожар, конечно! — бросила Фигги через плечо, быстро шагая вперёд.

Я нахмурилась и огляделась. Не было ни дыма, ни повышения температуры, ни пламени. Затем я заметила Джаспера, который стоял в стороне и наблюдал за эвакуацией. Значит, это проверка. Я закатила глаза и фыркнула. Да, важно убедиться, что все наши процедуры выполнялись в полном объёме и что все знали, что делать в случае чрезвычайной ситуации, но разве это не могло подождать? Я хотела вернуться к работе. Я не хотела проводить на улице целый час, дрожа от холода.

У меня возникло искушение проигнорировать приказ об эвакуации и потратить своё время на что-нибудь более полезное, но я почувствовала на себе его взгляд. Я не собиралась становиться феей, которая всё испортит, поэтому вздохнула, направилась к двери и встала в очередь. «Если бы это был настоящий пожар, — подумала я, — мы бы все бросились врассыпную, расталкивая друг друга. Команда или не команда, но желание выжить было бы слишком сильным, чтобы позволить нам вежливо стоять в очереди».

Я вышла из здания одной из последних. Мы собрались у чёрного хода и ждали, когда нам дадут добро вернуться. Билли расхаживал взад-вперёд с папкой-планшетом в руках. Его лицо было напряжено от беспокойства.

— В алфавитном порядке! — крикнул он. — Вы должны быть в алфавитном порядке!

Я шаркающими шагами прошла на положенное место. Всё, что угодно, ради спокойной жизни.

— Потрясающе, — услышала я голос одной из крёстных фей у себя за спиной. — Я очень надеюсь, что к нам заглянут какие-нибудь симпатичные феи огня.

Я закатила глаза.

— Феи огня не тратят своё время на учебную тревогу.

В воздухе раздался треск. Долю секунды спустя перед нами сгустился тёмный дым, и внезапно появились пять фигур, одетых в красную трикотажную форму отдела фей огня. Ха. Они, не теряя времени, побежали к фасаду здания, и на кончиках их пальцев уже сверкала магия обливания.

Я огляделась. Хотя лицо Директрисы ничего не выражало, она стояла прямо, скрестив руки на груди. Аделина стояла лицом к зданию, её взгляд перебегал от окна к окну.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, затем покинула своё место и подошла к Джасперу. Я его не боялась. Нет, ни капельки. Кроме того, мы были друзьями.

— Я думала, это учебная тревога для целей твоего аудита, — тихо сказала я. — Но это не так, верно?

— Тебе следует вернуться в строй, Саффрон, — сказал он.

Я не сдавалась так легко.

— Да ладно тебе, Джаспер. Это учебная тревога?

Какое-то мгновение он не отвечал, затем повернулся и пристально посмотрел на меня.

— Насколько мне известно, нет, — сказал он наконец. Он держался напряжённо.

— Не было никаких признаков пожара.

Глаза Джаспера блеснули.

— Это может быть неисправность электричества.

— Мы с тобой оба знаем, что система сигнализации настроена магическим образом. Не существует такого понятия, как неисправность электричества, по крайней мере, в этом здании.

— Ладно, — согласился он с оттенком нетерпения, — это магическая неисправность.

— Я-я-ясно, — я кивнула про себя. Затем двинулась в том же направлении, что и огненные феи.

Джасперу потребовалось всего три секунды, чтобы догнать меня.

— Что ты делаешь?

Я не замедлила шага.

— Осматриваюсь.

— Саффрон, позволь огненным феям делать свою работу. Это то, для чего они обучены.

Я проигнорировала его и продолжила идти.

— Ты не неуязвима, — огрызнулся он. — Ты не можешь заходить в каждую опасную зону и ожидать, что выйдешь оттуда невредимой. Если там пожар…

— Нет там пожара. Ты знаешь, что его нет, — я помолчала. — И это не неисправность. Я знаю, каким осторожным был Билли в последние пару недель. Он проверял и перепроверял каждую систему. Если бы что-то было не так, он бы это обнаружил. Он не стал бы рисковать, если бы что-то подобное произошло во время твоего аудита.

— Ты хватаешься за соломинку, — сказал Джаспер, когда мы подошли к парадным дверям. — То, что ты не видела пожара, ещё не значит, что его нет. Это большое здание.

— Не такое уж большое.

— Саффрон.

Двери открылись, и все пятеро фей огня вышли наружу, положив конец нашей перепалке. Ближайший из них сглотнул при виде Джаспера, прежде чем перевести дух.

— Сэр, — сказал он. — В здании никого нет. Пожара нигде нет.

Я торжествующе посмотрела на Джаспера.

— Видишь?

— Должно быть, это неисправность в системе, — продолжил фей.

Я нахмурилась.

— Спасибо за быструю реакцию, — поблагодарил Джаспер. — Вы молодцы.

Краем глаза я заметила, как огненные феи выпятили грудь. Они меня больше не интересовали. Я присела на корточки, протянув пальцы к дымчатому стеклу сбоку от двери. В углу, едва заметное, было маленькое круглое отверстие. Моё тело дёрнулось, когда я дотронулась до него. Я с шипением отпрянула.

— Магия, — пробормотала я. — Могущественная магия.

Джаспер опустился на колени рядом со мной и осмотрел дырку. Он повернулся и окинул взглядом улицу. Там никого не было, но это не имело значения. Мы оба знали, что произошло: кто-то послал в офис заряд магии, который пробил стекло и привёл в действие сигнализацию. Не было никаких призов за то, чтобы угадать, кто виноват.

— Тролли, — сказал он, стиснув зубы.

Да. Странный, пронзительный страх пробежал у меня по спине. Стало ясно, что неуловимые тролли не залегли на дно окончательно и уже претворяют в жизнь свои обновленные планы. Вопрос в том, какие именно планы. И зачем.

Глава 7

Опасаясь каких-либо ловушек, мы медленно продвигались по кабинету. Директриса, Аделина и Джаспер осмотрели каждый уголок в поисках признаков вторжения троллей, но ничего не обнаружили. На мой взгляд, это вызывало больше беспокойства. Тролли проверяли нас и наши системы на наличие слабых мест, и это не предвещало ничего хорошего. Моя оперативная группа ещё не сформирована, а у нас уже началась полоса неудач.

Далила отодвинула своё офисное кресло на несколько дюймов и протянула мне пакет с чипсами.

— Хочешь их? — спросила она. — Это из моих запасов на случай непредвиденных обстоятельств. Судя по тому, как бурчал твой желудок на той встрече, ты нуждаешься в них больше, чем я.

Я с благодарностью потянулась за чипсами.

— Спасибо, — сказала я. — Я ценю это.

Далила не выпускала пакет из рук.

— Я думаю, тебе следует пригласить меня в оперативную группу, — сказала она. — В конце концов, я твоя офисная приятельница. Нам будет легко совещаться, потому что мы сидим рядом.

Я отдёрнула руку.

— Ты пытаешься меня подкупить? Должна сказать, что я предпочитаю чипсы с солью и уксусом, а не с сыром и луком.

Далила выглядела обиженной.

— Я бы не стала пытаться тебя подкупить. Если не хочешь чипсы, просто скажи. Я просто подумала, что могла бы стать хорошим дополнением к твоей команде.

— Это может быть опасно.

Уголки её губ опустились.

— Я знаю.

— У нас может не получиться.

— Это я тоже знаю, — она фыркнула. — Но если получится, наши имена войдут в историю. Ты знаешь, что случилось с Марсией Колман после того, как она договорилась с болотными феями и убедила их помочь остановить постоянные разливы Темзы?

Я тупо уставилась на него.

— Кто такая Марсия Колман?

— Неважно, — она беззаботно махнула рукой. — Важно то, что ты можешь рассчитывать на меня, Саффрон. Я отличный член команды, и у меня есть несколько хороших идей о том, как найти остальных троллей.

— Приятно это слышать. Я ещё не решила, кого приглашу в оперативную группу. Я дам тебе знать завтра, — я не хотела поддаваться давлению из-за сегодняшних действий троллей и делать то, о чём мы все могли бы пожалеть. Мне нужно, чтобы рядом со мной были нужные люди. Эта оперативная группа добьётся успеха; мы не могли допустить провала.

Далила заметно сдулась.

— Оу. Ладно, — она колебалась. Затем она потянулась к своей сумке и порылась в ней. — Вот, — сказала она. — Соль и уксус.

Я бросила на неё странный взгляд, но чипсы всё равно взяла.

Пятью минутами позже мне удалось сосредоточиться на своей работе, и я просматривала различные интернет-базы данных в поисках сведений о таинственных организациях, которые могли быть связаны с Роуз Блэрмонт, когда у меня за спиной появился Руперт.

— Секси Саффрон! — промурлыкал он, положив руку мне на плечо и сжав его. — Ты выглядишь напряжённой. Хочешь массаж?

Я подскочила.

— Убери от меня свои руки.

Он сделал, как я просила.

— Как пожелает моя леди, — он присел на корточки рядом со мной. — Никаких обид за то, что произошло ранее. Я знаю, что ты испытываешь сильный стресс.

Я повернулась к нему лицом.

— Я ещё не приняла никакого решения о том, кого я собираюсь пригласить в оперативную группу. Я сообщу всем завтра.

Он надулся.

— Равенство на рабочем месте важно, Саффрон, — сказал он. — Нельзя, чтобы в команде были только женщины. Это было бы нечестно.

Я зарычала на него.

— Я занята. Отвали.

Он встал и попятился.

— Как пожелаешь. Но будь непредвзятой, когда будешь принимать решение. Ты же не хочешь, чтобы тебя обвинили в фаворитизме.

Я закатила глаза.

— Боже упаси.

Когда Руперт направился к своему столу, я заметила, что ко мне приближаются ещё две крёстные феи. Боже мой. Бормоча что-то себе под нос, я быстро встала и зашагала в противоположном направлении. Где-то здесь должно найтись более тихое место. Было уже далеко за пять — наверняка все скоро разойдутся по домам, чтобы я могла спокойно закончить свою работу.

— Развлекаешься? — поинтересовался Билли. Теперь, когда его работу больше подвергали сомнению, а в том, что сработала сигнализация, обвинили троллей, он стал гораздо веселее и расслабленнее. Хотела бы я того же самого для себя.

Я цыкнула.

— Похоже, я внезапно стала самой популярной личностью в офисе. Каждая фея мечтает попасть в оперативную группу по борьбе с проклятыми троллями.

Он ухмыльнулся.

— За это тебе следует благодарить Адвоката Дьявола.

Я напряглась. Джаспер вмешивался?

— Отлично. Мне только этого и не хватало.

Билли пожал плечами.

— Я бы не стал его сильно винить. Фигги спросила его за обедом, потеряем ли мы все работу, если провалим аудит. Он сказал, что всем, кто старается изо всех сил, не стоит беспокоиться. Я думаю, все поняли это так, что если они присоединятся к твоим поискам троллей, то будет считаться, что они делают достаточно. Особенно после той пожарной тревоги, — он немного подождал, прежде чем добавить, — в которой не было моей вины.

— Подобные комментарии от Адвоката Дьявола не помогают, — я поморщилась. — И, как я уже не раз пыталась напомнить всем, мы должны уменьшать стресс, а не усугублять его.

Кто-то должен сказать об этом троллям.

Билли приподнял бровь.

— Я могу записать тебя на дополнительную медитацию, если ты чувствуешь давление.

Я наградила его сердитым взглядом искоса.

— Не смей.

— Означает ли это, что ты не собираешься приглашать меня в оперативную группу?

— А ты хочешь быть в оперативной группе?

Он поджал губы.

— Мне бы не помешало немного поразвлечься, помимо проверки систем. Кроме того, я не думаю, что на Адвоката Дьявола произвели большое впечатление мои энциклопедические знания о нарушениях правил фей. Вполне возможно, что Директриса воспользуется этой возможностью, чтобы избавиться от меня. Она обвинит во всём аудиторскую проверку, а не тот факт, что я знаю о тайнике с водкой в левом ящике её стола.

Я уставилась на него. Он рассмеялся, как будто пошутил, но я не была уверена, что это шутка.

— Я ещё не решила, кто будет в оперативной группе, — сказала я в миллионный раз. — Я дам тебе знать завтра.

— Спасибо, — он склонил голову набок. — Я хорошо чувствую магию, ты же знаешь. Я более чувствителен к ней, чем большинство других фей. Если бы ты не заметила эту магическую дырочку во входной двери, то это сделал бы я, — Билли не хвастался, он просто констатировал факт.

Я одобрительно кивнула. Ложная скромность мне ни в коей мере не помогала.

— А пока, — сказала я, — есть ли где-нибудь поблизости место, где я могла бы поработать, не опасаясь, что меня снова прервут?

— Ты могла бы заглянуть в старую библиотеку. В последнее время ей почти не пользуются. Если кто-нибудь спросит, где ты, я скажу, что ты снова куда-то ушла.

— Я была бы признательна.

Билли взял меня за руку.

— Я на твоей стороне. У меня есть потенциал стать отличным охотником на троллей.

— Да, да, — я вздохнула. Мне нужно принять решение как можно быстрее. Я больше не могла с этим справляться.

***

Отбросив свои вполне реальные опасения по поводу троллей, я позволила себе полчаса на то, чтобы продолжить изучение прошлого Роуз. Даже если её конечным желанием было избавиться от подозрительных типов, которые пытались её убить, мне нужно знать больше, чтобы убедиться, что это желание сбылось. В таком сценарии могло быть задействовано много людей, и это могло иметь серьёзные последствия. Это значительно сложнее, чем отправить кого-то на бал в красивом платье и дурацких туфельках. Крёстная фея Золушки и не подозревала, как легко она отделалась.

Я по-прежнему утыкалась в тупик, и я мало что узнала о Роуз, кроме того факта, что она более тридцати лет проработала в почтовой службе. В конце концов я сдалась. Всё, чего я добилась — это подтверждения того, что мне придётся убедить её рассказать мне об убийцах. Я понятия не имела, как мне это удастся. И ярким показателем того, насколько я сбита с толку, служил тот факт, что выслеживание группы троллей, которые прятались последние несколько десятилетий, казалось более простой задачей.

Я записывала различные неосуществимые идеи на листе бумаги, лежащем передо мной, когда услышала, как открылась дверь библиотеки. Не поворачивая головы, я крикнула:

— Если ты здесь для того, чтобы спросить, можешь ли ты присоединиться к оперативной группе, тебе придётся сначала проявить себя, купив мне что-нибудь поесть.

На мгновение воцарилась тишина, затем воздух наполнил знакомый голос Джаспера.

— Хорошо, что я подготовился. Хотя я здесь не для того, чтобы присоединиться к оперативной группе. Я буду доволен, если ты будешь сообщать мне о своих находках и привлечёшь меня, когда обнаружишь троллей. Они явно становятся смелее. Мы должны быть настороже.

Я резко развернулась, чуть не упав при этом со стула.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, как будто он был незваным гостем, забредшим с улицы.

Я оглядела его с головы до ног. Он выглядел таким же свежим и ухоженным, как и этим утром, его унылый чёрный костюм подчеркивал тёмные волосы, что вызывало раздражение. И это ничто по сравнению с тем, как его галстук был завязан идеальным виндзорским узлом. Потом я поняла, что у него в руках пакет, из которого исходили восхитительные запахи кардамона, тмина и карри. Он действительно пришёл подготовленным.

Когда он заметил мой голодный взгляд, на его лице появилась слабая улыбка.

— Я подумал, что тебе может понадобиться что-нибудь перекусить. И мне кажется, что отношениями между нами сегодня были какими-то натянутыми.

Я прикусила губу. Это моя вина — Джаспер не сделал ничего плохого. Я была той, кто хотел большего, чем его дружба, и я не могла винить его, если он не разделял моих чувств.

— Аудит оказался более напряжённым, чем я ожидала.

Он не сводил с меня глаз.

— Похоже, у тебя также возникли проблемы с отделом кадров.

Я неловко пожала плечами.

— У нас с Анджелой с самого начала не ладились отношения. Мы всё решим.

— Я уверен, что у тебя всё получится, — он окинул взглядом моё тело с ног до головы. — Ты сегодня хорошо выглядишь.

Я слегка рассмеялась.

— Если это комплимент, то тебе придётся постараться получше.

Он посмотрел на меня.

— Я не хочу переступать границы нашей дружбы.

— В таком случае, — сказал я ему, — ты тоже хорошо выглядишь.

Он, казалось, расслабился.

— Мне нравятся твои волосы в таком виде. Дикие и неукротимые. Тебе идёт.

Э-э…

— Я не уверена, что это комплимент, но спасибо. Твои волосы, — я подыскивала подходящее слово, которое не выдало бы, как отчаянно мне хочется запустить руки в его тёмную гриву, — аккуратные.

Джаспер приподнял бровь.

— Аккуратные?

— Опрятные, — ну ёбушки-воробушки, как же неловко. — И костюм у тебя очень… чёрный.

Он шагнул ко мне.

— Хммм. Над твоими комплиментами тоже не мешало бы поработать.

Тогда ладно. Если мы собирались действовать таким образом, то вызов принят.

— Он очень хорошо сидит на тебе. Цвет подходит к твоим волосам и подчёркивает твои глаза. Сейчас они такие зелёные, что напоминают мне сорняки.

Его губы скривились.

— Стойкие сорняки?

— Самые стойкие.

Он позволил себе по-настоящему улыбнуться и поклонился.

— Спасибо.

Я улыбнулась в ответ.

— Не за что.

Мы оба остались на своих местах, глядя друг на друга. Когда я вошла, воздух в библиотеке не казался мне жарким и удушливым, но теперь мне казалось, что надо открыть все окна, чтобы прохладный ветерок успокоил мою вспотевшую кожу.

Джаспер кашлянул, и на какой-то странный миг я была уверена, что сейчас мы оба отбросим осторожность и перепихнёмся на ближайшем столе. Неосознанно я скрестила пальцы, прежде чем осознала, что делаю.

Джаспер разрушил чары, отведя взгляд.

— Думаю, ты была права. Романтических отношений между нами никогда бы не получилось. Мы оба слишком сосредоточены на своей карьере, и я сомневаюсь, что мы действительно подходим друг другу — помимо очевидного. Срывать друг с друга одежду, исследовать тела друг друга, чувствовать твою нежную кожу и биение твоего сердца, когда я…

Он покачал головой, в то время как у меня отвисла челюсть и по коже побежали мурашки.

— Мы бы избавились от первоначального влечения, а потом у нас не осталось бы ничего, кроме неловкости и замешательства. Игнорировать сексуальное напряжение между нами — гораздо лучшая идея. В конце концов, — сказал он без тени враждебности, — ты уже намекала, что считаешь меня своевольным и заносчивым. Вместо этого нам следует работать над поддержанием профессиональных, но в то же время тёплых отношений в этом офисе и оставаться друзьями за его пределами. Нет смысла всё усложнять, — он приподнял бровь. — Если, конечно, ты не хочешь подробнее обсудить этот вопрос. Я хотел бы предоставить тебе такую возможность.

— Я… — ну ёбушки-воробушки.

Я поёрзала. Мне нечего было сказать — больше нечего было обсуждать. Всего несколькими фразами Джаспер заставил моё сердце биться чаще и в то же время занял превосходящее положение.

Я напомнила себе, что мои подростковые годы остались далеко позади, и у меня нет оправдания тому, что я веду себя так, будто до сих пор учусь в старшей школе. «Сосредоточься, Саффрон». Я дёрнула себя за волосы и отвела взгляд.

— В обсуждении нет необходимости. Ты прав, — сказала я ему. — Всё, что я испытывала к тебе, уже умерло быстрой смертью. Кроме того, мне ещё многому нужно научиться, и я должна сосредоточиться на своей работе, как и ты, — я сглотнула. — Слишком многое поставлено на карту для всех нас. Я умею вести себя профессионально. Я и есть профессионал. У меня есть пятилетний план стать самой лучшей крёстной феей в мире. Романтика в этом не фигурирует.

Ответ Джаспера был отрывистым.

— Хорошо. Я рад, что мы хоть в чём-то пришли к согласию, — он поднял пакет. — А теперь тебе нужно поесть. Пропускать обед — ужасная идея. Когда я голоден, я становлюсь ворчливым, и я подозреваю, что ты такая же. Я не знаю всего, но точно знаю, что лучшая крёстная фея в мире никогда не должна быть ворчливой.

Я поморщилась. Я переигрывала на собрании и действительно была ворчлива. Несмотря на враждебное отношение Анджелы, мне надо приложить больше усилий, чтобы привлечь её на свою сторону. Я поклялась, что буду стараться усерднее.

— Приносить мне еду — это заботливо, — пробормотала я.

— Может, я и Адвокат Дьявола, Саффрон, — сказал Джаспер, — но я также хороший парень.

Я подняла глаза и заметила странный блеск в его зелёных глазах. Он быстро это скрыл.

— Иногда.

Я заёрзала.

— В таком случае, — сказал я, — могу я внести мягкое предложение?

Он замолчал.

— Продолжай.

Я говорила осторожно.

— Причина, по которой Бернарду и другим троллям удалось так успешно осуществить свой план похищения, отчасти заключалась в том, что некоторые крёстные феи были в таком стрессе, что их выманили обещанием наркотиков, которые помогли бы им почувствовать себя лучше. Я знаю, что аудит усилит стресс у каждого, независимо от того, как ты его проводишь, но я думаю, что есть способы снизить давление. Сказать всем, что они не потеряют работу, если будут работать сверхурочно — не один из таких способов. Они и так много работают.

Джаспер нахмурился.

— Я сказал это, чтобы успокоить их.

— Ну, — возразила я, — это возымело обратный эффект. Прошёл всего один день, а мы уже выбиваемся из сил. Проверь табель учёта рабочего времени, если мне не веришь, — я попыталась смягчить свой голос. — Я знаю, что аудит важен, и я знаю, что результаты могут быть разрушительными, но если ты немного ослабишь давление, я думаю, это поможет всем. Счастливые сотрудники — это продуктивные сотрудники.

Он взглянул на меня.

— Я уверен, что читал ту же фразу на мотивационном плакате в мужском туалете.

Я поморщилась.

— Я не пытаюсь быть слащавой или использовать бессмысленный жаргон.

Джаспер кивнул.

— Я понял. Я приму твою конструктивную критику к сведению. Спасибо за честность, — он сократил расстояние между нами, прежде чем передать мне пакет с едой. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и я почувствовала разряд электричества. Я уставилась на него, но выражение его лица было непроницаемым. — Ну вот, — сказал он. — Я оставлю тебя, чтобы ты могла спокойно поесть и продолжить свою работу.

— Ты не пообедаешь со мной?

— У меня есть своя работа, которой я должен заняться, — он остановился. — Если только тебе не нужна помощь?

Я покачала головой.

— Нет, я в порядке, — я облизнула губы. — Возможно, позже мне понадобится поделиться с тобой парой идей.

Его губы изогнулись.

— Аделина устроила меня в одном из свободных кабинетов внизу. Заходи, когда захочешь.

— Спасибо, — затем, поскольку я не знала, что ещё можно сделать, я уткнулась носом в пакет и вдохнула пьянящий аромат карри мадрас. Когда я снова подняла глаза, Джаспера уже не было.

С некоторым запозданием до меня дошло, что единственным, кто позволил мне оставить за собой последнее слово, был Джаспер, и ему меньше всего нужно было что-то доказывать. Но, с карри или без карри, я действительно упустила свой шанс с ним. Мне лишь хотелось верить, что это к лучшему.

Глава 8

Оказалось, что я была не единственной, который умел учиться на своих ошибках. Когда на следующее утро я закрыла зонтик и вошла в вестибюль, миссис Джардин одарила меня искренней улыбкой во весь рот.

— Доброе утро, Саффрон. Как ты сегодня?

Застигнутая врасплох, я подозрительно посмотрела на неё.

— Кто вы? — спросила я. — И что вы сделали с миссис Джардин?

Она продолжала улыбаться.

— У тебя всегда отличное чувство юмора. Разве сегодня не чудесный день?

Я нахмурилась. Мне ведь не померещился проливной дождь, не так ли? Я оглянулась, заметив полосы на стекле. Чтобы быть абсолютно уверенной, я похлопала себя по спине, и ладони у меня стали влажными от мокрых брызг, от которых меня не защитил зонт. Может быть, эта миссис Джардин была троллем. Может быть, они могли творить магию гламура с такой же ловкостью, как Джаспер, и одна из них теперь изображала из себя секретаршу в приемной Крёстных Фей. Я решила проверить свою теорию.

— Отличный день, Миранда, — сказала я, осмелившись назвать её по имени. — Просто великолепный.

Её улыбка не дрогнула. Я начала пятиться. Это определённо не вспыльчивая миссис Джардин; она, должно быть, тролль в одежде секретарши. Вот в чём заключалась вчерашняя магическая атака — в подмене нашей миссис Джардин самозванкой.

— Небольшой дождь благотворно влияет на растения, — пробормотала она. — Фермеры и утки будут невероятно счастливы. Не говоря уже о болотных феях.

Я полезла в карман и вытащила свою волшебную палочку, направив её на неё заострённым концом.

— Кто вы на самом деле?

За моей спиной открылась входная дверь, и я услышала цоканье каблуков.

— Что-то не так? — спросила Алисия. Фигги, стоявшая рядом с ней, нервно хихикнула.

— Судите сами, — пробормотала я.

Миссис Джардин продолжала счастливо улыбаться. Алисия слегка нахмурилась.

— Что ты наделала? — спросила она меня вполголоса. — Почему Миранда так странно выглядит?

Фигги отступила на несколько шагов и обхватила себя руками.

— Мне это не нравится, — прошептала она.

Миссис Джардин недовольно цыкнула.

— Неужели вы думаете, что что-то не так просто потому, что у меня хорошее настроение?

Мы обменялись взглядами.

— Когда в последний раз у вас было такое хорошее настроение? — спросила я.

— У меня всегда хорошее настроение! — запротестовала она. — Хотя, должна признать, последнее сообщение от отдела кадров помогло.

— Что это за сообщение? — спросила я, всё ещё отвлекаясь на её ослепительную улыбку.

— Радужная Пятница! — просияла она. — Каждую пятницу мы будем одеваться в разные цвета. На этой неделе будет красный. Просто потрясающе. Это придумала Анджела. Я думаю, это потрясающий способ объединить нас всех. Эта женщина — гений.

Внезапно Алисия заинтересовалась.

— У меня в самом деле есть замечательное новое красное платье, которое давно пора выгулять в свет. Молодец, Анджела, — пробормотала она.

Фигги опустила руки.

— Какая замечательная идея! Она такая умная. Это будет невероятно весело.

Я нахмурилась.

Миссис Джардин поманила нас вперёд.

— Это ещё не всё. Дальше ещё лучше! Подойдите и взгляните на это.

Я подняла волшебную палочку на дюйм выше. Радужная Пятница или нет, но секретарша всё равно вела себя очень странно. Я была не единственной, кто так подумал; Алисия осталась на месте, твёрдо стоя на ногах.

Однако Фигги сделала, как ей было сказано, и неохотно подошла к столу миссис Джардин. Она посмотрела вниз и громко ахнула, когда увидела, на что указывала миссис Джардин.

— Это…?

Секретарша радостно кивнула.

— Это кусочек индиго. Адвокат Дьявола сказал мне, что это с Гавайев, — в её взгляде читалась гордость. — Это, знаете ли, Радужный штат.

Мы с Алисией посмотрели друг на друга и подошли к столу. Там, заключённый в маленький стеклянный шар, был завиток цвета глубокого индиго. Хм.

— Требуется большое мастерство, чтобы запечатлеть даже мельчайший фрагмент радуги, — сообщила нам миссис Джардин. — Это большая редкость.

Я уставилась на него, прежде чем взглянуть на её сияющее лицо.

— Что ещё сказал Адвокат Дьявола?

— Что я отлично справляюсь с работой привратника у крёстных фей, — она вздохнула и закрыла лицо руками. — Если забыть об его пугающем характере, он действительно довольно симпатичный, не так ли?

Я кашлянула.

— Если вам такое нравится.

Алисия пожала плечами.

— Я бы не отказалась. Вся эта пульсирующая мощь…

— Нам стоит подняться наверх, — поспешно вмешалась я. — Мы не можем стоять здесь и всё утро трепать языками.

Мой периодический враг подтолкнула меня локтем.

— Наверное, тебе стоит сначала опустить свою палочку.

Я поняла, что всё ещё размахиваю ей перед собой, и быстро опустила руку, после чего убрать палочку в карман. Я по-прежнему была настроена подозрительно. Надеюсь, вскоре восстановится нормальное функционирование. Радостные улыбки — это одно, но комфортная предсказуемость имеет свои преимущества.

Когда мы, наконец, добрались до офиса, стало ясно, что настроение миссис Джардин было не единственной аномалией. Мимо, напевая что-то себе под нос, прошла Аделина. Она сделала паузу, чтобы бодро сообщить нам, что утренний инструктаж начнётся пораньше, и не упомянула ни о чём, что касалось бы учёта рабочего времени

Я медленно повернулась, обводя взглядом своих коллег. Из каждого угла доносился приятный гул болтовни. На самом деле атмосфера в просторном помещении была значительно светлее, чем накануне.

Я едва успела бросить сумку на стол. Далила, которая уже поднималась на ноги, подняла руку в знак приветствия.

— Адвокат Дьявола явно хорошо провёл прошлую ночь, — сообщила она мне.

Э-э-э…

— Прошу прощения?

— Это единственное объяснение, — сказала она, сама не предлагая никаких объяснений.

Мы собрались в центре комнаты. Директриса вышла вперёд с папкой-планшетом в руке.

— Доброе утро всем. Сегодня утром я встречалась с Адвокатом Дьявола, и он высказал некоторые опасения по поводу аудита и нашего отношения к нему. Начиная с завтрашнего дня, никому не будет разрешено входить в этот офис до восьми часов. Нет необходимости, чтобы кто-либо приходил раньше этого времени. Хотя иногда может потребоваться сверхурочная работа, это будет скорее исключением, чем нормой. Мы оказываем нашим клиентам огромную медвежью услугу, если слишком измотаны, чтобы должным образом выполнять свою работу. Частью аудита будет оценка морального состояния и командного духа. Мы должны действовать надлежащим образом и быть счастливыми.

— Независимо от того, счастливы мы или нет, — услышала я шёпот Билли рядом со своим ухом.

— Анджела из отдела кадров уже на три шага опережает всех нас. Она предложила замечательную идею Радужных Пятниц, о которой вы все получили электронное письмо. Мы все можем поучиться у неё такой умной инициативе.

Я украдкой взглянула на Анджелу. Она выглядела чрезвычайно довольной от громкой похвалы. Ну естественно.

Директриса продолжила.

— Я понимаю, что после вчерашних событий есть опасения по поводу троллей, но я полностью верю в Саффрон Сойер. Мы скоро найдём этих скользких ублюдков и положим конец их гнусной деятельности. Они больше не будут нас беспокоить.

Я выдавила улыбку. Хотелось бы мне быть в этом уверенной.

— Работайте умнее, люди! — заявила директриса. — Не усерднее! И помните, мы крёстные феи!

Мы все послушно повторили эти слова хором. Несмотря на мои опасения, я не могла не заметить, что многие крёстные феи вокруг меня выглядели более расслабленными. Интересно, скольким из них Джаспер подарил подарки и мило побеседовал с ними? Потом я подумала, не могу ли я поставить себе в заслугу улучшение атмосферы. В конце концов, именно я посоветовала Джасперу расслабиться; именно мне пришла в голову дурацкая идея Радужной Пятницы. Возможно, я бы нашла способ изложить оба момента в непринуждённой беседе с Директрисой, чтобы она могла восхититься моим талантом. Это казалось маловероятным.

Я повернула голову и увидела, что этот мужчина стоит, прислонившись к стене, и наблюдает за происходящим. В отличие от вчерашнего, на нём не было галстука или пиджака. Его белая рубашка была расстёгнута у ворота, открывая крошечный участок гладкой загорелой кожи. Заметив, что я смотрю на него, он поднял руку, шутливо отдавая честь. Я в ответ подняла большой палец вверх. Джаспер только широко улыбнулся.

— У меня есть ещё чипсы с солью и уксусом, — сказала Далила. Она сняла с плеча сумку и открыла её. Я заглянула внутрь. — Хочешь? Можешь взять столько, сколько пожелаешь.

Руперт вскочил.

— Не хочешь ли кофе, Саффрон? — спросил он. — Я могу принести тебе прямо сейчас, если нужно.

Ммм. Оказалось, что нынешнее настроение солнечного расслабления было лишь поверхностным; они по-прежнему были достаточно обеспокоены своим будущим, чтобы отчаянно желать присоединиться к охоте на троллей.

— Мне нужно пойти навестить клиента, — сказала я. — Но я разберусь с размещением оперативной группы сегодня днём. Обещаю.

Чем скорее, тем лучше. Всё это становилось слишком нервирующим.

***

Я была на полпути к залу Метафоры, когда Анджела припёрла меня к стенке.

— Вот, — сказала она, протягивая мне листок бумаги. — Подробности о курсе по тайм-менеджменту. Он начинается сегодня. Не опаздывай.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещала я.

— Ты способна на лучшее. Ты, кажется, считаешь себя особенной, потому что спасла похищенных крёстных фей и остановила троллей.

Я поджала губы.

— То, что я сделала, было весьма особенным.

— Это не значит, что ты можешь расслабляться, пока все остальные вкалывают не покладая рук.

Я мысленно сосчитала до десяти.

— Может, я и пробыла здесь не так уж долго, но, насколько мне известно, не было никаких признаков того, что я расслабляюсь, — я сделала паузу. — Кстати, отличная идея. Ну, знаешь, насчёт Радужной Пятницы.

На щеках Анджелы появились два ярких пятна румянца.

— Тебе не следовало пытаться выставить меня дурой на вчерашнем собрании, — прошипела она. — Ты не такая умная, как тебе кажется.

Я вздохнула. Возможно, вчера я зашла слишком далеко, но на самом деле я достаточно умна. Именно это постоянно твердила мне моя мама.

— Я думаю, мы начали не с той ноги. Можем ли мы начать всё сначала?

— Отдел кадров — жизненно важная часть нашей организации. Мы здесь не для того, чтобы развлекать тебя.

Я встретилась с ней взглядом и решила попытаться разрядить обстановку.

— Ты когда-нибудь задумывалась, почему отдел кадров называется «человеческими ресурсами»?

(Если переводить с английского буквально, то «отдел кадров» действительно звучит как Человеческие Ресурсы, Human Resources. Отсюда же идет сокращение HR, — прим)

— Что?

— Мы не люди. Почему это не называется «Ресурсы фей»?

Анджела упёрла руки в бока.

— Вот теперь ты издеваешься.

— Это искренний вопрос.

Она сердито посмотрела на меня.

— Ты тратишь впустую моё и своё время. Вот почему тебе нужен курс по тайм-менеджменту! Перестань докучать мне нелепой чепухой, — она удалилась, вызывающе вскинув голову.

Я посмотрела ей вслед. Надо сказать Джасперу, чтобы он поскорее заглянул в отдел кадров; им определённо не помешало бы немного его дьявольской пыльцы фей, чтобы улучшить настроение, даже несмотря на Радужную Пятницу на горизонте.

***

К счастью, магия Метафоры доставила меня прямо к выходу из гостиничного номера в Карлайле, где я оставила Роуз накануне. Это означало, что моя сдерживающая магия сработала и удержала её в безопасности в стенах здания. Это не поможет мне исполнить её желание, но даст мне возможность выяснить, что происходит.

Я подняла кулак, чтобы постучать в дверь, но не успела, как с другой стороны послышался топот лап, за которым последовало злобное гавканье. Как бы напоминая мне об этом, неглубокая рана на ноге снова начала пульсировать. Ах, Тыква. Я совсем забыла о нём.

Звякнула цепочка, и мгновение спустя дверь приоткрылась. Оттуда выглянуло лицо Роуз.

— Кто вы? — спросила она. — Что вам нужно?

Я изобразила свою самую лучшую, самую профессиональную улыбку.

— Доброе утро! Меня зовут Саффрон, и я здесь, чтобы убедиться, что всё в вашем номере соответствует вашим требованиям.

— Это же не отель «Ритц».

— Возможно, — любезно предложила я, — я могу зайти и посмотреть, что вам ещё нужно.

Взгляд Роуз стал ещё яростнее.

— Полотенца. Мне нужно больше полотенец.

Я едва расслышала её слова из-за протестов Тыквы.

— Я принесу. Почему бы мне не зайти и не убрать грязные вещи?

— Ты не войдёшь! Ты можешь быть кем угодно!

Я вздохнула про себя. Было бы намного проще, если бы можно было отключить магию памяти, и Роуз вспомнила, что я была с ней вчера. Я быстро сообразила. Мне нужно как-то расположить её к себе, чтобы она открылась мне. К сожалению, единственное, что, как я знала, ей нравилось — это дробовики и злые собаки.

— Я могу поменять вам постель, — предложила я.

— Моя постель в порядке, — огрызнулась она. — И я занята. Просто принеси мне чёртовы полотенца, которые я просила.

— Наш отель предлагает множество услуг, — поспешно сказала я, пока она не закрыла дверь у меня перед носом. — Должно же быть что-то, что я могу сделать, чтобы сделать ваше пребывание здесь более комфортным.

Судя по выражению её глаз, она собиралась отказаться, но затем на её лице появилось лукавое выражение.

— Много услуг?

— О да, — я сделала паузу. — Вы здесь по делам или просто для развлечения? Возможно, мы могли бы присесть, и я рассказала бы вам о лучших местах, которые стоит посетить в Карлайле. Или я могу организовать индивидуальную экскурсию… — я хваталась за соломинку. Я знала это, Роуз знала это, и даже чёртов Тыква знал это.

— Можешь вывести собаку поссать. Он уже несколько часов изводится.

Я не хотела разговаривать с этой проклятой собакой, я хотела поговорить с Роуз. Однако, прежде чем я успела что-либо сказать или сделать, она открыла дверь пошире и толкнула его в мои руки. Его маленькое тельце задрожало. В любую секунду он мог укусить меня за руку так же сильно, как за ногу.

— Желаю повеселиться, — сказала Роуз, и по её тону было ясно, что она знала, что это будет совсем не так. Затем она закрыла дверь, оставив нас с Тыквой в коридоре.

Наверное, это лучше, чем ничего. Если я смогу понравиться её собаке, возможно, Роуз расслабится и даст мне что-нибудь, что могло бы мне пригодиться. Это был рискованный шаг, но в тот момент я была готова попробовать всё.

— Что скажешь, Тыква? — спросила я. — Не желаешь ли прогуляться?

Он оскалил зубы и зарычал в ответ. Ему повезло, что я была преданной своему делу феей-крёстной. Тем не менее, у меня возникало ощущение, что это утро обещает быть очень долгим.

Глава 9

Я отвела Тыкву на лужайку за парковкой отеля. Каждые несколько минут он, казалось, вспоминал, что презирает меня, и рычал соответствующим образом. Затем он снова принимался обильно поливать мочой всё, что попадалось ему на глаза.

Мимо проходила молодая семья.

— Какой милый пёсик! — воскликнула мать, когда её сын подошёл, чтобы погладить Тыкву.

— Не подходи. Он злой, — предупредила я.

Её глаза испуганно расширились, женщина потянулась к сыну, чтобы оттащить его, но Тыква бросился вперёд. Я нащупала свою волшебную палочку, испугавшись, что вот-вот разразится катастрофа и малыш будет растерзан, но прежде чем кончики моих пальцев нашли то, что я искала, Тыква уже обслюнявил мальчика, с энтузиазмом облизывая его и виляя хвостом с такой силой, что было удивительно, как тот оставался прикреплённым к его телу.

Когда семья ушла, я присела на корточки.

— Если ты можешь быть добр к ним, — жалобно спросила я, — почему ты не можешь быть добр ко мне? Я здесь, чтобы помочь.

Тыква уставился на меня своими большими шоколадно-карими глазами. Из его горла вырвалось тихое рычание, затем он повернулся ко мне спиной и начал приседать. Ну ёбушки-воробушки. У меня не было с собой пакетов для какашек.

Вздохнув, я огляделась в поисках чего-нибудь, чем их можно было бы заменить. Заметив выцветший пакет из супермаркета, зацепившийся за фонарный столб, я наклонилась, чтобы поднять его. В этот момент на парковку въехала машина, и из неё вышли двое мужчин.

— Зачем старухе приходить в эту дыру? — спросил один из них.

— Кто, чёрт возьми, знает, зачем она что-то делает? Давай зайдём и выйдем, пока никто не поднял тревогу.

Холодная дрожь пробежала у меня по спине. И не только у меня. Краем глаза я заметила, как Тыква ощетинился. Судя по тому, как он стоял, он собирался броситься на них.

Я бросилась назад и схватила его.

— Прекрати, — прошипела я со смутной надеждой, что он меня поймёт. — Мы не можем позволить им увидеть нас.

Тыква корчился и извивался из стороны в сторону. Я никак не могла продолжать удерживать его. Я высвободила одну руку и потянулась за своей волшебной палочкой, махнув ею в сторону пса как раз вовремя. Как только он перестал двигаться, я выдохнула и снова обратила своё внимание на мужчин. Они уже входили в отель. Мне нужно добраться до Роуз. И как можно скорее.

Вместо того чтобы последовать за мужчинами через главные двери, я срезала путь. Одной рукой я держала притихшего Тыкву, а другой крепко сжимала волшебную палочку. Хорошо, что Роуз попросила номер на первом этаже. Мне оставалось только скрестить пальцы и надеяться, что потенциальным убийцам потребуется немного времени, чтобы определить номер её комнаты. Если повезёт, я вытащу её оттуда до того, как они поймут, что она ушла.

Я пробежала по краю автостоянки, завернула за угол и выскочила на поросшую травой обочину. Через несколько мгновений я нашла пожарный выход, который, как я знала, приведёт меня в место в нескольких метрах от её комнаты. Я направила на дверь свою волшебную палочку, и из неё потекла небольшая струя магии. К сожалению, выброс адреналина в мой организм возымел большее действие, чем я предполагала; дверь распахнулась с такой силой, что с громким стуком ударилась о стену, и посыпалась штукатурка. Но я не могла сейчас беспокоиться о повреждениях. Я должна была добраться до Роуз.

Я выбежала за дверь и помчалась по коридору, но, добежав до её номера, резко остановилась. Я постучала в дверь и крикнула:

— Роуз! Они здесь! Мы должны бежать!

Ответа не последовало. Я подавила нарастающий страх и снова подняла палочку. Однако, прежде чем я смогла воспользоваться ею, чтобы открыть дверь в комнату Роуз, ручка повернулась, и она оказалась прямо передо мной. Она была босиком, и на ней не было ничего, кроме гостиничного халата — и всё же только вчера она необычайно презрительно относилась к мужчине, которого мы видели в подобном наряде.

— Какого чёрта ты вернулась сюда? Моему Тыкве нужно как следует погулять! — она махнула на меня рукой. — Иди. Проваливай!

Я открыла дверь и схватила её за руку.

— Нам пора, Роуз. Сейчас же.

Она оттолкнула меня с неожиданной силой.

— Я никуда не пойду.

— Здесь мужчины, — сказала я, задыхаясь. — Я не знаю, кто они, но они ищут вас. Я думаю, у них оружие. Нам нужно уходить.

Роуз не выглядела удивлённой.

— Они уже здесь? — спросила она. — Это было быстро.

Я уставилась на неё.

— Вы знали, что они придут?

Она растянула губы в подобии улыбки.

— Я пригласила их.

— Что?

Роуз погрозила пальцем.

— Не вздумай делать глупости, например, вызывать полицию. Пока что нет. Просто забери отсюда моего Тыкву. Я приду и найду вас позже, если смогу, — она наморщила лоб и перевела взгляд на мягкую игрушку у меня под мышкой. — Где моя собака?

У нас было в лучшем случае всего несколько секунд. Я бы и Роуз превратила в мягкую игрушку, если бы это означало, что я смогу уберечь её от бандитов, которые охотились за ней. Я прекратила разговор и снова схватила её, крепко держа за руку. На этот раз она не оттолкнула меня.

— Мы уходим, — я вытащила её, почти волоча по коридору.

— Что ты делаешь, чокнутая сучка? Отпусти меня! — она повысила голос и начала кричать. — Помогите! Пожар! Помогите!

Своим кошачьим воем она лишь привлечёт внимание убийц. Застряв с игрушечным Тыквой и визжащей пенсионеркой, мне было нелегко направить палочку в нужное русло, но я справилась с этим.

— Извините, — пробормотала я. — Но необходимость требует своего.

Почти сразу же Роуз замолчала. Я украдкой бросила быстрый взгляд на её лицо. Её голубые глаза широко распахнулись от растущей паники, но губы оставались крепко сжатыми. Её магическое молчание не продлится долго, но пока этого будет достаточно.

Она начала ещё яростнее вырываться из моей хватки. К счастью для меня, её халат был размера на три больше, чем нужно, и свободная ткань, путавшаяся вокруг её голых ног, не давала ей уйти далеко. Однако продолжать тащить её было слишком трудно. В конце концов, я стиснула зубы и перекинула её через плечо в манере пожарного, когда мы вырвались на свежий воздух.

Я побежала к автостоянке, благодаря свои счастливые звёзды за то, что у меня хватило предусмотрительности оставить ключи от арендованной машины в замке. Я затолкала Роуз в машину, бросила Тыкву на заднее сиденье и завела двигатель. Пришло время выбираться.

Я едва успела включить передачу, когда Роуз решила, что она ещё не закончила борьбу. Она вцепилась в руль, делая всё возможное, чтобы вырвать его у меня. Когда я попыталась снова оттолкнуть её, при этом не навредив ей, из-за угла появились двое мужчин. Один из них закричал и указал в нашу сторону, и они оба бросились прямо на нас.

У меня внутри всё перевернулось.

— Ты чёртова сука! — зашипела Роуз на меня, когда действие временной магии, которую я наложила на её губы, исчезло. — Моё ружьё в гостиничном номере. Я была готова к встрече с ними, а ты всё испортила.

— Да, да, — я в последний раз отпихнула её локтем. — Оставайтесь на своём месте, или вы никогда больше не увидите Тыкву.

Она ахнула.

— Ты же не навредишь моей собаке!

Нет, я бы не стала ей вредить, но Роуз не обязательно было это знать. Я сдала задним ходом, и колеса взвизгнули. В зеркале заднего вида я увидела, как тот, что повыше, поднял пистолет и прицелился. Я вильнула влево. Ветровое стекло одной из ближайших машин разлетелось вдребезги, когда в него попала пуля. Я проигнорировала это, переключила передачу и выехала с парковки, сжимая руль и волшебную палочку.

— Где моя грёбаная собака, идиотка? — потребовала Роуз, пока я мчалась прочь, отчего красивые улицы Карлайла превращались в размытое пятно.

— На заднем сиденье, — я удовлетворённо кивнула, обнаружив главную дорогу, ведущую из города.

— Я не знаю, кто ты на самом деле, — выплюнула она, — но если ты думаешь, что я какая-то глупая старуха, которая готова поверить, что лежащее там чучело имеет какое-то отношение к моему Тыкве, тогда…

Я взмахнула волшебной палочкой, превращая Тыкву в его обычную раздражительную натуру. Он, не теряя времени, прыгнул на моё сиденье и принялся скрести когтями моё плечо.

— Отзовите его, — процедила я сквозь стиснутые зубы, — или я превращу его обратно.

Я чувствовала, что Роуз пристально смотрит на меня.

— Ты что, ведьма?

— Нет, — я переложила палочку в правую руку на случай, если она попытается её схватить. — Отзовите. Его.

— Тыква, сидеть, — скомандовала она. Пёс послушался и опустил все четыре лапы. Он продолжал рычать, но, по крайней мере, больше не пытался содрать с меня шкуру заживо. Маленькие радости жизни.

Я продолжала ехать по главной дороге ещё несколько минут, прежде чем приняла решение свернуть на более тихую проселочную дорогу. Роуз раздражённо фыркнула, кипя от злости рядом со мной. Если я надеялась, что она воспользуется этой возможностью, чтобы рассказать мне, что происходит, я жестоко ошибалась. Она закрыла рот и скрестила руки на груди. Ей не нужно было ничего рассказывать; её свирепый взгляд говорил сам за себя.

В конце концов, обнаружив небольшую стоянку, я заехала на неё и заглушила двигатель. Я повернулась к ней.

— Самое время, — сказала я напряжённым и сердитым голосом, — чтобы вы рассказали мне, что именно происходит.

— Вообще-то, — ответила она, — я думаю, тебе следует рассказать мне, что происходит, — она ударила себя в грудь для пущей убедительности. — Кто ты, чёрт возьми, такая?

Я глубоко вздохнула.

— Вы, наверное, не помните, но я была с вами вчера. Как минимум один из этих людей приходил к вам домой. Мы выбрались через заднюю дверь и побежали в ближайший лес, где вы спрятали джип. Затем мы приехали в Карлайл.

— У меня нет слабоумия! Если бы ты была там, я бы запомнила! Кроме того, — фыркнула она, — я не убегаю. Я боец.

Если я что-то и узнала о Роуз Блэрмонт за последний день, так это то, что она боец.

— Я знаю, — сказала я. — Но я думаю, что моё присутствие усложнило ситуацию и вынудило вас покинуть свой дом, — я сделала паузу. — Что очень жаль, потому что это действительно красивый коттедж. Особенно со всеми этими увядающими розами, вьющимися по стенам.

Её глаза полыхали огнём.

— Тебя там не было.

— Я была там, — спокойно ответила я. — Причина, по которой вы меня не помните, в том, что я фея. На самом деле, я крёстная фея. Ваша крёстная фея. Со мной связана магия, которая означает, что вы не помните меня от визита к визиту.

Роуз открыла рот, чтобы продолжить спор, затем взглянула на Тыкву, который немедленно сменил своё продолжающееся рычание на жалобное поскуливание.

— Либо ты временно превратила мою собаку в игрушку, либо я схожу с ума.

— Я сделала это только потому, что Тыква увидел этих людей и был на грани того, чтобы взбеситься и напасть на них.

— Хороший мальчик! — просияла Роуз.

— Они бы его убили.

Она нахмурилась.

— Никто не смеет обижать мою собаку.

— Что ж, — сказала я, — они бы посмели. И я сомневаюсь, что они пролили бы из-за этого хоть слезинку. А теперь скажите мне — кто они такие и почему охотятся за вами?

Роуз вскинула голову.

— Я ничего тебе не скажу, — её взгляд метнулся к зеркалу заднего вида, прежде чем снова скользнуть в сторону.

Меня охватило подозрение, и я обернулась, чтобы посмотреть назад. Там ничего не было — пока. Я приложила все усилия, чтобы подавить внезапную вспышку раскалённой ярости, которая пронзила меня.

— Отдайте это мне, Роуз.

Она невинно моргнула.

— Отдать что?

— Мобильный телефон, который вы прячете в кармане, — сказала я. — Отдайте его мне.

Роуз сморщила носик.

— Это мое. Ты не можешь это забрать.

— Я могу делать всё, что захочу. Вы подвергаете риску не только свою жизнь, но и мою.

Она пожала плечами.

— Мне всё равно. Я тебя не знаю.

— Ладно. Вы также подвергаете риску жизнь Тыквы, — как по команде, собака снова заскулила.

Роуз отвела взгляд.

— Да пошла ты, — она полезла в карман своего халата и вытащила телефон.

Я выхватила его у неё.

— Так вот как вы их «пригласили»? — спросила я.

Она мотнула головой.

— В наши дни даже не нужно набирать номер и с кем-то разговаривать. Всё, что вам нужно сделать — это включить свой телефон, и полмира сможет найти вас, если захочет, — она возвела глаза к небу и вздохнула. — Разве технологии не удивительны?

— Просто замечательно, — бесстрастно произнесла я.

Я опустила стекло и выбросила телефон. В этот момент на вершине холма позади нас появилась ещё одна машина. Я взмахнула волшебной палочкой, направив её влево от живой изгороди, окаймлявшей узкую дорогу. Послышался треск ломающегося дерева, за которым последовал громкий скрип; мгновение спустя дуб проломился сквозь изгородь и со стоном упал на дорогу. Это замедлит этих ублюдков.

У Роуз отвисла челюсть.

— Ты действительно ведьма, — сказала она.

— Крёстная фея, — я завела двигатель. — Как я и сказала.

Она покачала головой.

— Я живу на свете семь десятилетий, но никогда бы не подумала о таком. Почему я не слышала о вашем существовании раньше? Ты единственная крёстная фея в мире? Почему пришла ко мне?

— Это всё правильные вопросы, — сказала я, — но прямо сейчас я не склонна отвечать ни на один из них, — тем более, что она не запомнит ни одного из ответов.

— Хм. — Роуз отвернулась. — Значит, я могу загадать желание?

— Ага, — я улыбнулась, увидев, что машина позади нас резко остановилась за поваленным дубом. Оба мужчины вышли, и я с удовольствием отметила, что за этим последовало немало сотрясания кулаками.

Роуз опустила стекло, вытянула руку и показала им средний палец.

— Я думала, вы хотели, чтобы они поймали вас, — сказала я.

— Только для того, чтобы я могла убить их до того, как они убьют меня, — сухо ответила она. — То, что из-за твоего вмешательства стало значительно сложнее, — она теребила золотое кольцо на среднем пальце. — Теперь, что касается этого желания.

Я отвлеклась от всё ещё разъярённых головорезов.

— Да?

Роуз улыбнулась.

— Я хочу, чтобы ты отвалила и оставила меня в покое.

Я покачала головой, нажимая на педаль газа.

— Это так не работает.

По меркам пожилой женщины она на редкость хорошо умела надувать губы как маленький ребёнок.

— Но таково моё желание.

— Облом. Мое отсутствие — это не то, чего на самом деле желает ваше сердце. Я здесь для того, чтобы дать вам то, чего вы действительно хотите, Роуз, нравится вам это или нет.

Она упрямо вздёрнула подбородок.

— Людей, которых я презираю, не так уж и много, — сказала она, — но ты приближаешься к началу моего списка.

Какая же я везучая.

Глава 10

Я была почти уверена, что большинство других крёстных фей просто исполнили бы желание Роуз и быстро забыли бы об её существовании. В отчете это выглядело бы не очень хорошо, но никто не стал бы утверждать, что они не сделали того, чего хотела их клиентка. Проблема заключалась в том, что я не похожа на большинство крёстных фей. Я не просто хотела, чтобы все думали, что я лучшая; я хотела быть лучшей. А это означало, что я должна сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь Роуз, даже если она была сварливой старухой в компании рычащего пса-зверя.

— Куда мы направляемся? — спросила Роуз меня в сотый раз. Казалось, она в совершенстве научилась придавать своему голосу ровно столько нытья, чтобы создать оптимальный уровень раздражения. — Может, ты и крёстная фея, но тебе следует знать, что жестокое обращение с пожилыми людьми — это серьёзная проблема. Ты не можешь похитить такую пожилую пенсионерку, как я. Я уязвима, — она указала на себя. — Я имею в виду, посмотри на меня. Я не одета для этого. На мне только банный халат!

— Я отвезу вас туда, где смогу за вами присмотреть.

— Я не собираюсь быть твоей пленницей! — закричала Роуз. Её внезапное изменение тона вызвало у Тыквы новую серию тявканья и лая.

Я потерла лоб. У меня определённо начиналась головная боль.

— Вы не пленница, — сказала я.

— Тогда отпусти меня!

— Не раньше, чем мы разберёмся со всей этой неразберихой. Вместе.

— Значит, я твоя грёбаная пленница!

Я на мгновение задумалась, а потом пожала плечами.

— Да, — сказала я. — Хорошо. Вы моя пленница. А теперь делайте, что я говорю, и не шумите.

Она громко хмыкнула и поправила халат.

Я прибавила скорость; чем скорее мы доберёмся до Колчестера, тем лучше. Единственное, что было хорошего во всех тех часах, что мне пришлось провести на автостраде вместо того, чтобы заняться чем-то более продуктивным — это то, что у меня было достаточно времени подумать и спланировать. При условии, что в какой-то момент Тыква и Роуз будут достаточно милостивы или достаточно устанут, чтобы даровать мне немного покоя.

***

Проехав большую часть пути на большой скорости, около полудня я, наконец, добралась до места назначения. Голова Роуз была запрокинута назад в том же положении, в котором она находилась последние два часа. Её седые кудряшки падали на лоб, а из уголка рта змеилась струйка слюны. Тыква уже некоторое время не двигался со своего места, свернувшись калачиком на заднем сиденье, но, благодаря непрекращающемуся храпу, я не могла забыть об его присутствии.

Моя шея затекла и болела, и я была, по выражению одного темноволосого Адвоката Дьявола, очень, очень раздражительной. Хорошо, что я успела позвонить Винсенту по дороге, и он уже ждал меня на пороге своего дома.

Оставив Роуз и Тыкву подремать ещё немного, я отстегнула ремень безопасности и вылезла из машины. Каким-то образом бывший наркоторговец выглядел намного старше, чем когда я видела его в последний раз, но, по крайней мере, на его щеках появился румянец, и он немного располнел. Регулярное питание оказывает на человека такое влияние.

— Мисс Крёстная Фея! — проревел он. Я вздрогнула. — Как поживаете?

— Было бы лучше, если бы ты не афишировал на весь мир, кто я такая, — сказала я ему. — Крёстные феи должны оставаться инкогнито. Если я облажалась в прошлом месяце, и магия памяти, которая заставляет других людей забывать, кто я такая, на тебя не подействовала, это ещё не значит, что ты можешь кричать о моём существовании всем своим соседям.

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Пффффф. Даже если бы кто-нибудь из моих соседей услышал меня, они бы не поверили. И не из-за того, кто ты, а из-за того, кто я, — он одарил меня широкой, желтозубой улыбкой. — А теперь расскажи подробнее об одолжении, которое я могу тебе оказать.

Очевидное удовольствие, отразившееся на его лице, стало для меня более чем достаточной причиной, чтобы нахмуриться.

— Хотя я ценю твою помощь во многих отношениях и по многим причинам, я не исполню твоё желание в обмен на это единственное одолжение, Винсент. Я могу дать тебе денег или как-то помочь, но ты уже получил от меня одно желание, которое не должно было исполняться. Второго ты не получишь.

— Ооо, Саффрон.

Я скрестила руки на груди.

— Я серьёзно. Я ценю твою помощь, но всему есть предел.

Винсент захлопал ресницами. Полагаю, он думал, что это придаёт ему очаровательный вид, но, к сожалению, это придавало ему больше сходства с серийным убийцей.

— Даже если бы моим желанием было помочь кому-то другому?

— А это так?

Он ухмыльнулся.

— Не-а. Я хочу знать, какие лотерейные номера будут выигрышными на этой неделе.

— Не бывать этому, — я порылась в кармане и вытащила несколько смятых банкнот. — Восемьдесят фунтов. Хочешь соглашайся, хочешь отказывайся.

Винсент быстро выхватил деньги у меня из рук.

— Спасибо, милая, — прежде чем брать у меня деньги, ему следовало спросить, чего я от него хочу. Ему не потребуется много времени, чтобы понять, что я заключила потрясающую сделку.

— Не за что. Всё, что тебе нужно сделать — это присмотреть пару дней за милой старушкой и её милой дворняжкой. Она в опасности, и мне нужно, чтобы она была в безопасности и не попадалась мне на глаза.

Винсент кивнул.

— Я могу это сделать. Вот только…

— Вот только что?

Он указал вниз по улице.

— Ты имеешь в виду ту пожилую леди? — спросил он. — Ту, которая только что вышла из твоей машины и улепётывает в ту сторону?

Да ёбушки-воробушки. Я повернула голову налево и сразу же заметил Роуз метрах в тридцати от себя, её халат развевался вокруг икр, пока она бежала. Я пробормотала проклятие и вытащила свою волшебную палочку, раздражённо взмахнув ею в направлении Роуз. Мгновение спустя хлопковый пояс на её талии развязался. Она споткнулась об него и раскинула руки, когда тротуар ринулся ей навстречу.

На долю секунды у меня возникло искушение предоставить ей самой разбираться с последствиями, но затем я снова взмахнула палочкой и смягчила её падение. Тыква, которого она держала на руках, выбрался из-под неё и развернул своё упитанное тело в мою сторону.

— Этот пёс только что наградил тебя недовольным взглядом? — с любопытством спросил Винсент.

— Меня уже ничто не удивит, — я закатила глаза и направилась к несчастной парочке.

— Роуз, — сказала я, — бегством от меня делу не поможешь. Я здесь, чтобы помочь вам.

— Мне не нужна твоя помощь, — она всё ещё лежала лицом вниз на асфальте, поэтому её слова были несколько приглушёнными. Тыква заскулил и ткнулся носом в её руку, прежде чем вернуться и свирепо посмотреть на меня.

— Ваша жизнь в опасности, Роуз. Я могу что-нибудь с этим сделать, если вы хотите.

Не меняя своего распростёртого положения, она фыркнула.

— Потому что ты моя чёртова крёстная фея?

Я улыбнулась.

— Вот именно.

— У таких людей, как я, не бывает крёстных фей. Жизнь попросту устроена не так.

— Жизнь устроена именно так, — я наклонилась, чтобы помочь ей подняться на ноги. Тыква зарычал и оскалил зубы, так что я передумала и отступила. — Я не могу никого убить ради вас, Роуз, но я могу заставить этих убийц прекратить преследовать вас, если вы этого хотите.

Она фыркнула и махнула рукой.

— Руку дай.

Я попробовала ещё раз. На этот раз Тыква отступил и позволил мне поднять её. Она отряхнулась и затянула пояс на халате.

— Я не хочу, чтобы они отступали, — сказала она, избегая моего взгляда. — Я хочу, чтобы они напали на меня, чтобы я могла убить их сама. Я сама могу сделать свою грязную работу, — она посмотрела через моё плечо. — Кто этот мутного вида парень, который пялится на нас?

— Мой… э-э-э… — я поморщилась. Винсент не был моим другом или коллегой. И он определённо был мутным с виду. — Мой знакомый, — неуверенно закончила я. — Он присмотрит за вами, пока я не вернусь.

Она резко повернула голову в мою сторону.

— Почему? Куда ты идёшь?

Я вздохнула. Моя жизнь была бы намного проще, если бы я могла разобраться с Роуз и её проблемами прямо сейчас, но у меня были другие дела, которые я должна была сделать.

— Мне нужно вернуться в свой офис. Как только я уйду, вы не вспомните, кто я такая, и нам придется повторить всё сначала, когда мы увидимся в следующий раз, — однако я надеялась, что её подсознание дрогнет ровно настолько, чтобы сказать ей, что она может начать доверять мне.

— Мне не нравится, как он выглядит.

— Он не такой изворотливый, каким кажется, — я, конечно, солгала.

Не помогло и то, когда Винсент подошёл, размахивая руками и с маниакальной улыбкой на лице.

— Привет, дорогуша, — проворковал он. — Меня зовут Винсент, и я собираюсь присмотреть за тобой некоторое время.

— Я не чёртов ребёнок, — огрызнулась Роуз. — Не нужно говорить со мной так, будто я только что в первый раз справила нужду самостоятельно.

Улыбка Винсента стала ещё шире.

— Она мне нравится, — просиял он.

Полагаю, это уже что-то.

— Постарайся, чтобы её не убили. Я вернусь завтра утром, и мы разберёмся со всем этим раз и навсегда, — я сделала паузу. — И постарайся не убить её сам.

— Саффрон, дорогая, тебе не о чем беспокоиться. Между нами всё вспыхнет как горящий дом, — он обнял Роуз за плечи. — А теперь скажи мне, дорогая. У тебя есть дети? Внуки? Ценный антиквариат, который ты собираешься кому-то завещать в ближайшем будущем?

Я закатила глаза. Я уже знала, что это очень плохая идея, но сейчас это лучшая плохая идея, которая пришла мне в голову.

***

Я чувствовала себя грязной и усталой, когда прошла через зал Метафоры в офис. Чего мне хотелось, так это хотя бы пять минут побыть в тишине и покое с чашкой горячего чая и чем-нибудь шоколадным. К сожалению, оказалось, что это последнее, на что я могла рассчитывать.

Анджела, которая, должно быть, следила за дверью, как ястреб, ожидая, когда я вернусь, бросилась ко мне и преградила путь.

— Где ты была?

— Работала, — устало сказала я. — Я весь день была с клиентом.

Она поджала губы.

— В мой кабинет. Сейчас же.

У меня возникло искушение отказаться. Анджела, как, впрочем, и любой другой сотрудник отдела кадров, была в самом конце моего списка вещей, о которых я переживала. Затем я краем глаза заметила Джаспера; он стоял у моего стола, скрестив руки на груди, и выражение его лица говорило о том, что он хочет серьёзно поговорить со мной. Я не думала, что у меня хватит сил дважды за один день вести себя хорошо рядом с ним, поэтому вместо этого вздёрнула подбородок и улыбнулась Анджеле.

— Конечно. Как скажешь.

Она прищёлкнула языком, давая понять, что моё согласие ей ни в малейшей степени не понравилось. Вероятно, она надеялась, что я откажусь, чтобы она могла назначить соответствующее наказание. Но я пыталась ладить со всеми в офисе, и я не добьюсь стремительного взлёта к директорскому креслу, которого заслуживала, если не останусь на хорошем счету в отделе кадров, поэтому я последовала за ней.

Анджела села, поманила меня к себе и показала, что я должна встать перед её столом. Я сделала, как она велела, затем сложила руки и постаралась изо всех сил казаться кроткой и готовой исправить те недостатки личности, на которые она упорно указывала.

— Сегодня ты должна была посетить тренинг по тайм-менеджменту, Саффрон.

— Прошу прощения. У меня не было времени.

Взгляд Анджелы стал жёстким.

— Ты пытаешься шутить?

— Это просто происходит само собой, — слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела их остановить. Я вздрогнула. — Я имею в виду, нет, Анджела, я не пытаюсь пошутить. У меня сейчас очень сложный клиент. Честно говоря, мне бы не помешало кое-какое наставление. Видите ли, есть некоторые покуше…

— Мне не нравится, когда из меня делают дуру! — прошипела Анджела. — Я отправила тебя на этот курс с большим риском для себя. Адвокат Дьявола слышал, как я это делала! Он был в этой чёртовой комнате! Если ты пытаешься выставить меня в плохом свете, то поздравляю! Ты достигла своей цели, — её нижняя губа задрожала, и на один ужасный момент мне показалось, что она вот-вот заплачет. Несколько запоздало до меня дошло, что моё непосещение тренинга действительно плохо отразилось на ней. Аудит, проводимый Джаспером, оказывал на неё такое же сильное давление, как и на всех остальных. Даже больше.

— Мне жаль, — начала я.

— Анджела, — позвала её одна из коллег. — Ты не могла бы взглянуть на это для меня?

На лбу у неё запульсировала крошечная вена.

— Подожди здесь, — выплюнула она, с трудом поднимаясь со стула, прежде чем подойти к несчастной фее, которой требовалась её помощь.

Я вздохнула. Пару дней назад мне казалось, что всё в мире находится под моим контролем, но за какие-то сорок восемь часов всё пошло прахом. Я сидела верхом на сумасшедшей лошади, бешеным галопом несущейся в хаос.

Я опустила плечи и сделала глубокий вдох. Мне нужно было вести себя с Анджелой более корректно. Я не хотела настраивать её против себя каждый раз, когда мы разговаривали, но почему-то, когда она смотрела на меня, у меня язык поворачивался сам собой, и в итоге я именно так и поступала. Мне нужно вести себя более корректно.

Пытаясь отвлечься, я сосредоточилась на предметах на столе Анджелы. Её обширная коллекция безвкусных безделушек, которые одновременно озадачивали и забавляли меня, была такой же яркой, как и всегда. Я потянулась за снежным шаром, не в силах устоять перед искушением встряхнуть его. Я смотрела, как белые блёстки плавают вокруг того, что казалось крошечной копией Букингемского дворца. Я вздохнула, затем вернула шар на стол Анджелы и засунула руки в карманы.

— Я хочу, чтобы ты знала, — прошептал Билли мне на ухо, заставив меня подпрыгнуть, как испуганного котёнка, — что украшать свой рабочий стол таким образом — это против правил. Так что даже не пытайся ничего замышлять. Тебе разрешается поставить одну маленькую семейную фотографию, и всё.

Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Если бы я не знала его лучше, то решила бы, что мрачная искренность на его круглом лице была страшным предупреждением.

— О, да? — я ухмыльнулась. — Если это так против правил, почему Анджеле это сходит с рук?

Он наклонился вперёд, перенеся вес тела на носочки.

— Потому что она единственная достаточно пугающая и устрашающая фея в этом офисе, чтобы это сошло ей с рук. Если я ей что-нибудь скажу, боюсь, что от взгляда, который я получу в ответ, у меня волосы на голове дыбом встанут.

— Ты и так лысый, Билли.

На его лице отразился ужас.

— И как ты думаешь, почему?

Я усмехнулась. Шутки Билли не помогут мне привлечь Анджелу на свою сторону, но это было забавное развлечение.

— Раз уж ты здесь, — сказала я, — я хотела спросить тебя, что ты знаешь о магии памяти.

Его улыбка исчезла.

— О, нет. Речь ведь не об этом человеке, не так ли? О том, кто помнит, кто ты такая? — он зловеще покачал головой. — Для него это плохо кончится, если он будет создавать проблемы. Тебе это тоже не понравится.

— Ты имеешь в виду Винсента. И нет, он тут ни при чём. Это насчёт моей нынешней клиентки.

Теперь уже насторожившийся, Билли скрестил руки на груди и слегка выпрямился.

— Дай-ка я угадаю, — сказал он. — Тебе трудно понять, в чём заключается её желание. Ты хочешь убрать магию памяти, чтобы она помнила, кто ты такая, и тебе было легче исполнить желание её сердца.

Я просияла.

— Да! Как ты узнал?

Билли вздохнул и недовольно фыркнул.

— Это то, через что проходит каждый новичок. Они осваиваются, а потом думают, что смогут повысить эффективность своей работы, если немного похимичат с системой. Не знаю, почему я думал, что с тобой всё будет по-другому.

Я нахмурилась.

— Но это было бы эффективнее! Это значительно упростило бы весь процесс.

— Саффрон, ты когда-нибудь пыталась остановить магию памяти, когда была феей кайфа?

Я скрестила руки на груди.

— Нет, но на той работе не было необходимости. На этой, если бы я могла заставить своих клиентов временно запомнить меня, я бы смогла заставить их больше доверять мне и…

— И ничего, — голос Билли звучал ровно. — Я знаю, что моя зацикленность на правилах обычно чрезмерна и нелепа. Ты знаешь, почему я так поступаю. Но ты также должна понимать, что некоторые правила не следует нарушать.

Я нашла нужную мне лазейку.

— Не следует нарушать, но нарушить его возможно? — настаивала я.

— Даже не думай, Саффрон, — предупредил он. — Оно того не стоит.

— Да, но…

Билли вскинул голову и посмотрел через моё плечо.

— Она возвращается. Я ухожу отсюда, — он быстро зашаркал прочь. У меня было такое чувство, что это связано не столько с его предполагаемым страхом перед Анджелой, сколько с его желанием прекратить наш разговор.

Я уставилась ему вслед. Я на время закрою тему, но не стану забывать об этом. Моё предложение о том, чтобы поиграть с магией памяти, было связано не с тем, чтобы я проблемная или хочу создать кому-то неприятности, а с желанием создать оптимальную среду и ситуацию для моих клиентов. То, что крёстные феи всегда поступали определённым образом, вовсе не означало, что это правильно. Перемены могут быть полезными. Для всех нас.

Мой взгляд расфокусировался, когда я представила, как Директриса вручает мне награду за самую инновационную и новаторскую работу. «Пока не появилась ты, Саффрон, — гордо заявила она в моей голове, — мы и не подозревали, что может быть другой способ добиться успеха. Ты показала нам свет. Без твоих усилий мы бы до сих пор пребывали в Средневековье и следовали старым путям. Ты великолепна во всех отношениях».

— На чём я остановилась? — спросила Анджела, возвращаясь к своему креслу и снова садясь. Она подняла на меня глаза. Я поспешно стёрла мечтательную улыбку со своего лица и посерьёзнела. — О да. Твоё поведение. Твоё желание выставить всех остальных в этом офисе в самом негативном свете, насколько это возможно.

— Я этого не желаю! — запротестовала я.

Она приподняла бровь.

— Руперт заходил сюда чуть раньше. Он был очень расстроен тем, что ты сказала о нём Билли.

У меня сердце ушло в пятки.

— Ладно, но он это заслужил.

— Ты даже не представляешь, какой удар я получу, если он пожалуется своему отцу, — отрезала она. — Мир не вращается вокруг тебя, Саффрон.

Я прикусила губу.

— Я буду стараться изо всех сил, Анджела.

— Лучше бы ты так и сделала, — она открыла ящик стола и порылась там, в конце концов достала маленький белый бумажный пакетик и достала из него леденец. — Я знаю, что Руперт — засранец. Все знают, что Руперт — засранец, — она отправила конфету в рот. — Но нам от него никуда не деться. Тебе нужно научиться… — её глаза широко раскрылись, и она начала задыхаться.

— Анджела? — встревоженно спросила я. — С тобой всё в порядке?

Она не ответила — и с ней определённо было не всё в порядке. Её лицо приобрело тревожный багровый оттенок, а руки в тревоге затрепетали.

С этим я могла справиться. Не колеблясь, я подскочила к её столу, подняла её извивающееся тело со стула и обхватила руками, готовая выполнить маневр Геймлиха.

Анджела резко ткнула меня локтем под рёбра.

— Что ты делаешь? — воскликнула она.

— Я… — я потерла лоб. — Я подумала, ты подавилась.

Она посмотрела на меня.

— Я и подавилась, идиотка. Из-за тебя я проглотила свою конфету целиком.

Я не могла понять, в чём моя вина. Тем не менее, я решилась спросить нерешительно:

— С тобой всё в порядке?

Анджела схватила снежный шар и слегка погладила его, прежде чем вернуть на стол.

— Да, теперь, когда мой шар вернулся на своё место, я в порядке, — я уставилась на него: он не мог сдвинуться больше чем на сантиметр. — Не трогай мои вещи!

— Э-э… извини.

Она фыркнула.

— Просто уходи, Саффрон. Возвращайся к тому, что ты делала. Я запишу тебя на тренинг заново. В следующий раз обязательно приходи.

Я осталась на месте.

Анджела сердито посмотрела на меня.

— Я думала, что сказала тебе уходить.

Я облизнула губы.

— Анджела, — сказала я, — ты слышала о группе, которую я возглавляю?

Глава 11

Гарри пододвинул ко мне ещё один напиток, и выражение его лица было завороженным.

— Но почему именно она? Из всех крёстных фей, с которыми ты могла бы работать, ты выбрала сумасшедшую сотрудницу отдела кадров?

Я ухмыльнулась.

— В моём безумии есть метод.

— Я поверю в это, когда увижу собственными глазами.

Я погрозила ему пальцем.

— Ты не видишь того, что вижу я. Во-первых, Анджела безжалостна. Она украла мою идею Радужных Пятниц и присвоила себе все заслуги.

Гарри отхлебнул пива.

— Ты же знаешь, что это действительно глупая идея, не так ли?

— Глупые идеи — самые лучшие, — беззаботно ответила я. — Наряжаться — это весело. В любом случае, если мы хотим остановить троллей от дальнейших актов насилия, мы должны быть готовы действовать коварно, — я сделала глоток, прежде чем продолжить. — Во-вторых, Анджела отлично подмечает детали. Её снежный шар был сдвинут со своего места всего на сантиметр, и она всё равно заметила, что его передвинули. Наконец, как бы она ни презирала меня, она любит офис Крёстных Фей. Она сделает всё, чтобы добиться успеха. Она искренне заботится об этом отделе. И она не такая, как большинство других. Она видит недостатки и признаёт их такими, какие они есть, а затем либо использует их в своих интересах, либо полностью игнорирует, потому что они не вписываются в её планы. Честно говоря, — закончила я, — именно поэтому я ей не нравлюсь. Я нарушаю её планы и не позволяю ей использовать меня. В этом есть много достойного восхищения.

— Ну и оперативная группа. Ты и ещё один сотрудник? Далеко вы не продвинетесь.

Я не позволила пессимизму Гарри повлиять на меня.

— О, ты, неверующий. Многие другие тоже работают на меня. Руперт прочёсывает зал Адвентуса, сосредотачиваясь на желаниях, исполненных примерно в то время, когда у троллей всё пошло наперекосяк. Он ищет всё, что хоть как-то упоминает их.

Гарри фыркнул.

— По-моему, это напряжённая работа.

Моя улыбка стала шире.

— Напряжённая работа, в которой Руперт превосходен.

— Это всё?

— Нет, — я протянула руку и демонстративно похлопала себя по спине. — Я привлекла всех, кого только могла. Все, кто хочет быть в оперативной группе, уже в ней. Далила лучше всех из тех, кого я когда-либо встречала, разбирается в сплетнях. Она ходит по улицам и прислушивается ко всему, что может намекнуть на местонахождение троллей. Если кто-то и услышит какие-то слухи, то только она. И ещё есть Алисия. Она, должно быть, одна из самых потенциально опасных фей, которых я когда-либо встречала, — я покачала головой. — Честно говоря, она упустила своё призвание. Она должна была стать ниндзя, раз уж так умеет подкрадываться к людям и наносить удары в спину.

Гарри наклонился вперёд.

— Так чем же она занимается?

— Тренировки атак, — я самодовольно кивнула. — Мы ищем наилучшие способы атаковать троллей и защищаться от них.

— А что насчёт Билли? — спросил он. — Разве он тоже не хотел участвовать?

— Да, хотел, — я огляделась по сторонам, стараясь, чтобы нас никто не подслушал. — Ты не должен никому об этом рассказывать, — сказала я.

— Ты можешь мне доверять.

— Я серьёзно, Гарри. Никто не должен знать.

Он прижал руку к сердцу в притворной обиде.

— Саффрон. Всё, что ты мне скажешь, я унесу с собой в могилу. Клянусь честью лепрекона.

— Ты ненавидишь лепреконов.

Его глаза сверкнули.

— Маленькие вороватые ублюдки, — проворчал он. — Они должны охранять чёртово золото в конце моей радуги, а не брать его, когда им вздумается.

— Гарри, — напомнила я ему, — половина твоей семьи — лепреконы.

Он кивнул.

— Вот почему я могу причислять себя к их числу и в то же время презирать их. Ты знакома с моими кузенами. Ты знаешь, о чём я говорю, — он усмехнулся. — В любом случае, я никому не скажу. Что ты заставляешь Билли делать?

Я наклонилась вперед.

— Он просматривает архаичные книги правил. Не только для крёстных фей, но и для всех фей. Он ищет что-то, что могло бы помочь мне снять с троллей ответственность за то, что произошло с похищениями.

У Гарри отвисла челюсть.

— Снять ответственность?

— Шшшш, — прошипела я. — Говори потише, чёрт возьми!

— Саффрон, — произнёс Гарри с болезненным выражением на лице, хотя он, по крайней мере, говорил тише, — тролли похитили пятерых фей. Семерых, если считать Директрису и Адвоката Дьявола. Они искалечили их на всю жизнь, и было бы гораздо хуже, если бы ты их не остановила. Они замышляют уничтожить всех крёстных фей, ради всего святого. Они злые.

— Возможно, — тихо ответила я, — зло зависит от того, по какую сторону баррикад ты находишься.

— Сафф…

Я подняла руки.

— Я не оправдываю то, что произошло в прошлом месяце. Эти похищения были жестокими и отвратительными действиями. Но они были организованы не только одним троллем, которого больше нет с нами, и они произошли из-за того, что мы с ними сделали. Тролли были уничтожены из-за нас, Гарри. Это крёстные феи виноваты в том, что вся их раса практически вымерла.

— Ты сказала мне, что это был несчастный случай.

Я сглотнула.

— И я верю, что так оно и было. Но если бы большинство из нас, фей, было убито одним махом, разве ты не хотел бы, чтобы виновные были наказаны?

Гарри заёрзал на стуле, явно смущённый моими доводами.

— Возможно, — сказал он. — Но то, о чём ты говоришь, было несчастным случаем, и это древняя история. Нас не было в живых, когда тролли были почти полностью истреблены! Это не наша вина, что так случилось. Чёрт возьми, до прошлого месяца мы даже не знали, что это произошло!

— Да, — согласилась я, — потому что в то время крёстные феи скрыли это. Они сделали это, потому что знали, что их поступок постыден, неправилен и, откровенно говоря, совершенно ужасен. Не забывай, — добавила я, — что ты знаешь об этом только потому, что я тебе рассказала. Даже сейчас мы всё ещё скрываем то, что произошло.

Он тяжело вздохнул, признавая это, но не сдаваясь окончательно.

— А как насчёт того, что тролли сделали вчера?

— Никто не пострадал, — заметила я. — Мы просто ненадолго эвакуировали людей из здания. Это было сделано для того, чтобы заставить нас понервничать ещё больше. Они хотят, чтобы мы думали, что вся власть в их руках.

Гарри в смятении покачал головой.

— А что, если у них действительно есть вся власть? Их нужно как-то остановить, Саффрон. Ты предлагаешь разрешить троллям отомстить? Мы должны позволить им продолжать терроризировать крёстных фей до тех пор, пока весь ваш офис не закроется навсегда?

— Конечно, я не предлагаю такой вариант, — я пыталась найти правильные слова, чтобы объяснить. — Но какова здесь конечная цель, Гарри? Мы убьём всех оставшихся троллей, чтобы больше не было угрозы? Завершим геноцид, который мы начали, случайно или нет?

— Нет, но…

— Но что? Либо мы найдём способ привлечь оставшихся троллей на нашу сторону, посмотрим на вещи с их точки зрения и предотвратим дальнейшие зверства, либо рано или поздно выбора не останется, и нам придётся убить их всех. В противном случае это никогда не прекратится. Единственный путь вперёд — это достижение какого-то прочного мира, такого, в котором мы искупим вину за прошлое, и они тоже. «Око за око» никогда не приведёт ни к чему иному, кроме как сделает нас всех слепыми.

Гарри скрестил руки на груди, скрывая свои эмоции в нехарактерной для него манере. Я нервно наблюдала за ним; впервые за всё время нашего знакомства я не была уверена, о чём он думает. Затем он поднял на меня глаза.

— Я беру свои слова обратно, — сказал он наконец. — Тебя не обрекли на провал. Ты, безусловно, лучший кандидат, который мог бы возглавить эту оперативную группу.

Я выдохнула с облегчением, что он смог принять мою точку зрения. Если бы я не смогла убедить своего лучшего друга взглянуть на вещи с точки зрения троллей, я не смогла бы убедить никого другого.

— К сожалению, — сказала я полушёпотом, — убедить троллей прекратить их вендетту будет нелегко. Пожалуй, это даже невозможно. Но мы должны попытаться — это единственный способ выжить. Если Билли сможет найти какие-нибудь старые правила, которые помогут мне воззвать к лучшей натуре троллей, все, возможно, выйдут из этой ситуации с некоторой долей удовлетворения. У меня пока нет плана. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы найти троллей и помешать им сделать что-нибудь ещё, что настроит нас, фей, против них. Я придумываю всё это дерьмо по ходу дела.

Гарри одарил меня быстрой улыбкой.

— Честно, Сафф? Если кто-то и может это сделать, то только ты, — он чокнулся со мной своим бокалом.

Я сделала глоток и улыбнулась в ответ, но заметила тень на лице моего старого друга. Несмотря на его ободряющие слова, я знала, что в глубине души он считал, что у меня нет ни малейших шансов на успех. К сожалению, в глубине души я была с ним согласна.

***

Несмотря на оперативную группу по троллям, у меня всё равно были другие обязанности крёстной феи. На следующее утро я поставила будильник на абсурдно раннее время и, спотыкаясь, выбралась из постели с ноющими конечностями и затуманенным взором. Я чувствовала себя недостаточно бодрой, чтобы тратить время на беспокойство о своём гардеробе; я просто надела первую попавшуюся одежду, которую вытащила из комода, выпила чашку крепкого кофе и направилась прямиком проведать Роуз и Винсента, прежде чем заявляться в офис.

Теперь, когда старушка была в Колчестере, мне не нужно было использовать магию Метафоры, чтобы перенестись к ней. Пока они с Винсентом не поубивали друг друга, я могла поздравить себя с такой отличной предусмотрительностью.

На улицах было тихо, лишь изредка можно было увидеть прохожих, совершающих утреннюю пробежку, и дворников. Хотя я сомневалась, что Винсент любил вставать рано, я предположила, что Роуз, вероятно, вставала ни свет ни заря. Именно с этой мыслью я уверенно постучала в дверь Винсента, пока местный почтальон не вышел из отделения сортировки. Когда дверь открылась буквально через несколько секунд, я поняла, что мои инстинкты меня подвели.

Винсент выглядел так, будто вообще не спал. Одетый в поношенный халат необычного розового оттенка, он моргал, глядя на меня.

— Слава богу, бл*дь, ты здесь, — сказал он, и на его лице отразился непривычный страх. — Я не могу этого сделать. Я больше не могу этого выносить. Эта старуха чокнутая, и я хочу, чтобы она убралась из моего дома.

— Винсент! — я услышала, как Роуз рявкнула откуда-то изнутри. — Кто это? Чего они хотят?

Он вздрогнул.

— Честно говоря, — пробормотал он, — я думал, что моя мать — страшная женщина. Она вообще не смогла бы тягаться с этой старой цыпой.

Раздался звук открывающейся двери. Мгновение спустя пухлое белое тело Тыквы метнулось к нам. Я отскочила назад, не желая ещё больше подставлять свою плоть под острые зубы пса, но он резко затормозил у ног Винсента. Его маленькое тельце задрожало от нерастраченной ярости, но, к счастью, пока он предпочёл остаться на месте.

Роуз, шаркая, направилась к нам. Она явно одалживала вещи из гардероба Винсента; вместо вчерашнего гостиничного халата на ней были джинсы слишком большого размера и футболка, которая советовала мне «Сохранять спокойствие и скрутить косячок».

— Винсент! — рявкнула она. — Сейчас не время принимать дам в гости! Мы ещё не начинали убирать кухню. И если ты думаешь, что я собираюсь драить твой отвратительный пол, пока ты будешь трахаться с этой, — она с презрением оглядела меня с ног до головы, — личностью, то подумай ещё раз.

— Чёрт возьми, — простонал он. — Ты сказала мне, что у тебя всё в порядке с памятью. Это Саффрон. Она была здесь вчера. Она привела тебя сюда вчера.

— Не будь смешным. Я никогда в жизни её не видела. Вряд ли я смогу забыть кого-то с такими волосами, не так ли? Я думала, в семидесятые и восьмидесятые всё было достаточно плохо, но я никогда не видела такой ужасной химической завивки, как эта.

Я сморщила нос. Да, мои кудри можно было бы назвать густыми и неопрятными, но они были совершенно натуральными.

— Приятно снова видеть тебя, Роуз.

— Откуда, чёрт возьми, ты знаешь, как меня зовут? — она повернулась к Винсенту. — Ты рассказал ей обо мне? — она оглядела меня с ног до головы, и я сразу поняла, что она проверяет, нет ли на мне предательской выпуклости пистолета. Что-то неуловимо изменилось в языке её тела. В этом не было никаких сомнений: Роуз всё ещё была в полной боевой готовности, ожидая появления своих потенциальных убийц.

Винсент провёл рукой по своим сальным волосам.

— Я не понимаю. У неё не было никаких проблем с памятью, помимо этого.

— Это не её вина, — объяснила я. — Когда я работаю, меня окружает магия. Это значит, что мои клиенты забывают обо мне, как только я ухожу.

Он нахмурился.

— Я тебя запомнил.

— Официально ты никогда не был моим клиентом, — объяснять, что Винсент всегда помнит меня из-за моей собственной ошибки, было слишком сложно, поэтому я дала ему объяснение, которое его удовлетворило. Учитывая нынешние обстоятельства Роуз, мне нужно было поддерживать с ним хорошие отношения. — Ты особенный.

Щёки Винсента порозовели настолько, что стали под цвет его халата.

— Ну, — он кашлянул, — мы это уже знаем.

— Я, чёрт возьми, этого не знаю, — огрызнулась Роуз. Она продолжала сверлить меня взглядом. — Кто ты на самом деле?

— Я Саффрон, — я сделала паузу. — Твоя крёстная фея.

— Фея чего?

Винсент посмотрел на меня.

— Тебе это не кажется утомительным?

— Ещё как кажется, — пробормотала я. — Мы можем зайти в дом, и я снова всё объясню Роуз в помещении?

Он отвесил небрежный поклон.

— После тебя.

Тыква покусывал меня за лодыжки, когда я шла по коридору. В воздухе стоял сильный запах дезинфицирующего средства, который, я была уверена, был скорее делом рук Роуз, чем Винсента.

Я свернула налево, в маленькую гостиную. Обои были старыми и выцветшими, а кое-какая мебель знавала лучшие времена, но она оказалась на удивление уютной, а на стенах висели интересные произведения искусства. Я залюбовалась морским пейзажем и вопросительно подняла бровь, глядя на Винсента, когда заметила, что подпись внизу принадлежит ему. Он неловко пожал плечами и пробормотал что-то насчёт чая, прежде чем оставить меня наедине с Роуз и Тыквой.

— Ты одна из его клиентов, не так ли? — Роуз усмехнулась. — Он сказал мне, что больше не торгует наркотиками, но, если кто-то сволочь, он всегда сволочь.

— Нет, Роуз, — сказала я. — Я действительно ваша крёстная фея. Возможно, вы не помните, но мы встречались уже дважды. Я приходила к вам в коттедж. Как и несколько вооружённых людей, которые хотели пустить вам пулю в лоб. Мы приехали сюда вместе, чтобы избежать встречи с ними. — продолжила я на одном дыхании, надеясь, что тихий блеф поможет мне выяснить, что происходит. — Вы рассказали мне всё о них и о том, почему они охотятся за вами.

— О, да? — она сардонически улыбнулась. — Единственная причина, по которой ты могла бы знать о них, — это если бы ты сама была одной из них.

Без предупреждения она бросилась на меня. По какой-то причине я подумала, что она собирается напасть на меня слева. Я развернулась вправо, чтобы увернуться от неё, и в итоге она оказалась у меня за спиной, а её руки обхватили моё горло и крепко сжали. Это произошло так быстро, что я только моргала в замешательстве. Не говоря уже о боли.

— Роуз, — прохрипела я, — это не помогает делу.

Услышав возню, Винсент просунул голову в дверь, и его глаза выпучились, когда он оценил ситуацию.

— Э-э…

— Ты сдал меня, придурок! — провизжала Роуз. — Это не заняло много времени, не так ли? Я вычистила твой чёртов туалет, а ты сдал меня!

Он почесал в затылке.

— Ты фея, — сказал он мне. — Тебе нужно самой разобраться с этим, — он пошёл на попятную. По-видимому, перспектива ссоры между двумя женщинами была для него невыносима, даже если одна из этих женщин была пожилой пенсионеркой, которая находилась на грани того, чтобы задушить меня.

— Человеческий организм — сложная штука, — прорычала Роуз мне на ухо, — но у него есть свои слабые места. Если я нажму вот здесь, приток крови к твоему мозгу прекратится, и ты потеряешь сознание. Если я буду продолжать в том же духе больше нескольких минут, твой мозг начнёт умирать.

Я не была человеком, но у меня всё равно имелись те же физические недостатки, о которых говорила Роуз. То, что может лишить сознания человека, точно так же подействует на фею. Мне в голову пришла случайная мысль: убивал ли клиент когда-нибудь свою крёстную фею? Или мне не повезёт первой?

Опустив руки, я потянулась за своей волшебной палочкой, которая в данный момент лежала в одном из моих карманов. Мои пальцы обхватили её деревянный наконечник, и мне удалось пошевелить им, когда перед глазами всё начало расплываться. Роуз резко вскрикнула и отпустила меня.

Я пошатнулась вперёд, едва не задев Тыкву, и развернулась к ней лицом.

— Роуз, — выдохнула я, — я вам не враг. Я здесь, чтобы помочь вам.

Она потерла висок, слегка ошеломлённая.

— Что ты со мной сделала?

Я поморщилась.

— Я могла бы задать вам тот же вопрос.

— Я использовала естественные законы биологии. Ты поступила совершенно противоестественно, — она посмотрела на меня с настороженным подозрением. — Ты не нормальная, — она сделала шаг вперёд, пошатываясь на ногах.

Я потянулась к ней, внезапно забеспокоившись. Вспышка магии, которую я послала в её сторону, была неконтролируемой и вызванной паникой. Я прикусила губу. Теперь мне стало интересно, убивали ли когда-нибудь крёстные феи своих клиентов.

Я помогла ей сесть на ближайший стул. Тыква запрыгнул к ней на колени и принялся лизать её с неистовым отчаянием. Роуз с каждой секундой становилась всё бледнее. Пёс заскулил и лизнул её ещё раз. Я глубоко вздохнула и взяла её за руки, когда её глаза закатились, а тело обмякло. Ну ёбушки-воробушки.

Первая помощь фей была отличной штукой, но я не могла просто взмахнуть палочкой, чтобы Роуз почувствовала себя лучше. Я должна была точно знать, что с ней не так, чтобы направить свою магию в нужное место и по нужным причинам. Формально я не должна была использовать свою силу, чтобы помочь ей подобным образом, но, поскольку я довела её до такого состояния, я решила, что мне это сойдёт с рук.

Её дыхание было прерывистым, и я могла видеть, как пульсирует жилка у неё на шее. Я мысленно заглушила звуки Тыквы и звон посуды, доносившийся с кухни Винсента, и покрутила волшебной палочкой против часовой стрелки. Почти сразу же магия сделала своё дело, и мои уши наполнились неровным звуком сердцебиения Роуз. Оно было слишком быстрым.

С трудом сглотнув и осознав, что мои ладони стали скользкими от пота, из-за чего мне было трудно так крепко сжимать палочку, я приказала себе успокоиться. Я не могла выпустить ещё один всплеск неконтролируемой магии. Если я это сделаю, это может убить её на месте.

Очевидно, я не единственная, кто это почувствовал. Тыква перестал облизывать её и повернул ко мне голову, оскалив зубы и зарычав. В его тёмных глазах отразилось больше угрозы, чем я видела раньше. Он обвинял меня в плачевном состоянии Роуз. К сожалению, он вполне мог оказаться прав. Я больше не могла терять времени.

Взмахнув волшебной палочкой, я послала слабый разряд магии в грудь Роуз. Я закрыла глаза и сосредоточилась, внимательно прислушиваясь. Что я действительно сделала, так это использовала магию так же, как врач может использовать бета-блокаторы. Однако мой способ был гораздо быстрее, и сердце Роуз начало биться медленнее, возвращаясь к более размеренному ритму.

Тыква сразу почувствовал перемену. Он оставил свою атакующую стойку и снова сосредоточился на Роуз. Его тело, казалось, расслабилось, когда она начала приходить в себя.

Её веки затрепетали, и она пошевелилась.

— Что… что случилось?

— Вы потеряли сознание, — сказал я.

Роуз поднесла руку к сердцу.

— Мои таблетки, — прошептала она себе под нос.

Я напряглась.

— Какие таблетки?

На мгновение воцарилась тишина, прежде чем она ответила. Она поднесла руку ко лбу.

— Парацетамол, — сказала она мне. — У меня болит голова.

В этот момент в комнату вбежал Винсент с двумя кружками в руках. Он взглянул на нас обеих и расслабился, увидев, что мы больше не вцепляемся друг другу в глотки.

— Чаю? — бодро спросил он.

Я кивнула, и в этот момент зазвонил мой телефон. Я достала его и взглянула на экран. Звонили из офиса. Ну естественно, чёрт возьми.

Я поднесла трубку к уху.

— Сейчас неподходящее время.

— Саффрон, ты опаздываешь. Тебе нужно поторопиться и приехать сюда.

Аделина. Я стиснула зубы.

— Я с клиенткой. Я не могу её оставить.

— Тебе нужно быть здесь на утреннем инструктаже. Что бы ни происходило с твоим клиентом, это может подождать.

Я не думала, что сердечный приступ может подождать. Я посмотрела на Роуз. К её щекам возвращался румянец, а дыхание нормализовалось. Ей больше не угрожала непосредственная опасность, но это не означало, что я могла спокойно уйти отсюда.

— Вместо чая, — сказала я Винсенту, — я думаю, нам следует пойти с Роуз в приёмный покой больницы, чтобы её осмотрели.

— Отвали, — выплюнула Роуз. — Я не собираюсь ни в какую больницу.

— Просто на обследование, — я попыталась ободряюще улыбнуться. — Это не займёт много времени.

Она приподнялась, отодвинула Тыкву в сторону и неуверенно поднялась на ноги, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Никаких докторов. Кем бы ты ни была, ты не можешь заставить меня пойти к врачу. Я в порядке, — она покружилась на цыпочках. — Видишь?

Голос Аделины продолжал звенеть в трубке.

— Ты должна быть здесь, Саффрон. Это не подлежит обсуждению. Адвокат Дьявола уже заметил твоё отсутствие. Сколько времени тебе понадобится, чтобы добраться сюда?

— Кем бы ни была эта женщина, — обратилась Роуз к Винсенту, и её голос лишь слегка дрожал, — уведи её отсюда к чёртовой матери.

Винсент сглотнул и посмотрел на меня.

— Может быть, тебе лучше уйти, — сказал он. — Ты можешь вернуться и попробовать ещё раз позже. Я присмотрю за ней. Не волнуйся. Она чертовски надоедливая, но я не из тех, кто позволяет маленьким старушкам умирать у меня на руках. По крайней мере, не в моём собственном доме. Если я решу, что ей нужно обратиться в больницу, я позабочусь, чтобы она туда обратилась, — он помолчал, прежде чем грубовато добавить: — На самом деле она не такая уж страшная. Втайне, она мне немного нравится.

В глазах бывшего наркодилера была искренняя серьёзность, которой я, как мне казалось, раньше не замечала. Я увидела лёгкий румянец смущения на его щеках и слегка улыбнулась. Я решила, что он говорит правду, и Роуз ему очень понравилась.

— Не прошло и дня, — сказала я, — а она, кажется, уже доверяет тебе.

— Мы на одной волне, — ухмыльнулся он.

— Я всё ещё здесь, знаете ли! — огрызнулась Роуз. — Вы не должны говорить обо мне так, будто я мертва! — она сверкнула глазами. — Давай, дамочка. Убирайся отсюда к чёртовой матери!

Даже без приказа Аделины уехать казалось лучшим вариантом.

— Дай мне знать, если отвезёшь её в больницу, — сказала я Винсенту. — В противном случае никуда не уходи. Я вернусь самое позднее через пару часов.

Роуз становилась всё более взбудораженной, и это состояние никак не могло пойти на пользу её сердцу.

— Убирайся к чёрту! И не смей, чёрт возьми, возвращаться!

Я повернулась к двери. Я поняла, что у меня начинается полоса неудач. Я бросила на Винсента многозначительный взгляд, и он кивнул. Затем я поспешно ретировалась.

Глава 12

Я бежала всю дорогу до офиса Крёстных Фей и добралась туда меньше чем через двадцать минут, обливаясь потом. Я ворвалась в стеклянные двери, заставив миссис Джардин, сидевшую на своём обычном месте за столом администратора, резко поднять голову.

— Ты опоздала, Саффрон.

— Я была с клиентом, — сказала я, запыхавшись.

Она поджала губы.

— Сначала ты должна были связаться с нами. Что ты делаешь с клиентом в такую рань?

У меня не было возможности ответить ей. В этот самый момент двери лифта с лязгом открылись, и вышел Джаспер, держащий руки в карманах. Он резко повернул голову в мою сторону, затем его зелёные глаза, казалось, смягчились.

— Тебя не было на утреннем брифинге, — тихо сказал он.

— И тебе доброе утро, — пробормотала я, когда капелька пота скатилась по моему лбу и попала в глаз, отчего его защипало. Я яростно заморгала.

Через секунду Джаспер был рядом со мной.

— Ты в порядке? — спросил он. — Ты не очень хорошо выглядишь.

— Я в порядке, — я потёрла глаз и, прищурившись, посмотрела на него. — И, строго говоря, я вовсе не опаздываю. Я была с клиентом.

Он нахмурился.

— Но ты не заходила сегодня в Метафору, и у тебя нет клиентов, которые живут поблизости.

На мгновение я забыла, что мне жарко, я вспотела, я задыхаюсь, и удивлённо уставилась на него. Он знал всё это потому, что не доверял мне? Или потому, что беспокоился о том, где я нахожусь?

— Ты проверял меня?

— Я Адвокат Дьявола, — сухо сказал он. — Я провожу тщательный аудит всего, что происходит в этом офисе. Конечно, я проверял тебя. Это моя работа.

— Я не единственная крёстная фея, которая здесь работает, — отметила я. — Ты запомнил клиентов всех здешних сотрудников? — тон моего голоса был несколько резче, чем я намеревалась; вместо дерзкой игривости в моём голосе прозвучали раздражение и язвительность. Мои плечи опустились. — Извини, — пробормотала я. — Я не хотела, чтобы это так прозвучало. У меня сегодня трудное утро.

Выражение лица Джаспера не изменилось.

— Я вижу это, — он полез в карман и вытащил белоснежный носовой платок. — Вот, — сказал он. — Похоже, тебе это не помешает.

Я взяла её у него, слегка вздрогнув от лёгкого прикосновения его пальцев, когда он передавал её мне, и вытерла лоб.

— Спасибо, — я протянула платок ему обратно, но он покачал головой.

— Оставь себе.

Какое-то время мы оба стояли молча. В конце концов я прикусила губу, заметив, как взгляд Джаспера скользнул по моим губам.

— Мне пора, — сказала я.

— Конечно, — он не двинулся с места, по-прежнему практически преграждая мне путь. — Вчера вечером ты не зашла ко мне в офис, чтобы обсудить свои идеи насчёт троллей. Как продвигается работа с оперативной группой?

— Хорошо, — я кивнула. — Хорошо. Потрясающе, — Джаспер приподнял бровь. Я пожала плечами. — Ну, во всяком случае мы начали.

— Ммм. А ты задумывалась о том, какова будет конечная цель? Директриса давала тебе какие-нибудь указания? — его глаза впились в меня.

Зная, что миссис Джардин с интересом наблюдает за нами, не говоря уже о реакции Гарри на мои планы, когда я рассказала ему о них прошлой ночью, я тщательно подбирала слова.

— Только то, что наша задача — найти троллей и выяснить, что они задумали.

— Действительно, — он ещё мгновение наблюдал за мной. — Зайди ко мне позже, и мы сможем это обсудить. Большую часть дня я буду у себя в кабинете.

Остаться в маленькой комнатке с Джаспером и объяснять ему, почему я решила, что нам следует дать троллям поблажку? Я не могла дождаться.

— Так и сделаю, — пообещала я. — Если найду время.

Что-то промелькнуло в выражении лица Джаспера.

— Я могу заказать ещё карри, если хочешь. Мы можем обсудить наилучший план действий. И если ты всё-таки найдёшь троллей, постарайся не приближаться к ним сама. Я сделаю первые шаги.

Он по-прежнему не доверял мне справиться с троллями в одиночку. Приятно это слышать, кисло подумала я.

— Как велит Адвокат Дьявола, — сказала я вслух.

Его глаза слегка сузились.

— Саффрон…

— Спасибо за вчерашнее карри. Оно было восхитительным. Но тебе не нужно заказывать для меня ещё. Я могу купить что-нибудь в столовой, пока она не закрылась, — я выдавила улыбку. Ай да я. — И за носовой платок тоже спасибо, — я быстро кивнула. — Мне лучше подняться наверх, пока Аделина окончательно не взбесилась.

Джаспер отступил в сторону.

— Хорошего дня, — пробормотал он.

Я опустила взгляд.

— Тебе тоже.

Я вздохнула, когда он ушёл. Что, чёрт возьми, со мной не так? Разговор с Директрисой не заставлял меня чувствовать себя так неуютно. И я уже испытывала горечь романтического отвержения раньше и превосходно справлялась, так что проблема не могла сводиться к этому. Я напомнила себе, что Джаспер был Адвокатом Дьявола и всего лишь выполнял свою работу, в то время как я всё ещё была начинающей феей-крёстной, выдумывающей всякую чушь на ходу. Я покачала головой. Чем скорее закончится эта проверка, тем лучше.

***

Решив, что единственный способ предотвратить выговор от Аделины — это встретиться с ней лицом к лицу, я направилась прямиком в её маленький офис, как только вышла из лифта. Она была погружена в кипу отчётов и что-то бормотала себе под нос, отмечая галочками различные пункты, но, несмотря на это, жестом пригласила меня войти.

— Я понимаю, ты недовольна, что меня не было на брифинге, — сказала я, — но я была с клиентом. Произошло что-то вроде… чрезвычайной ситуации.

— Как ты могла быть с клиентом? — спросила Аделина. — Ты не пользовалась комнатой Метафоры, и ни один из твоих клиентов не живёт в Колчестере. Ближайший, который у тебя есть на данный момент, находится в Манчестере, — я уставилась на неё, и она пожала плечами, хотя её глаза смотрели пронизывающе. — Я бы добавила, что именно Адвокат Дьявола указал мне на это. Он пристально следит за тобой, Саффрон. Я надеюсь, это не потому, что ты даёшь ему повод для беспокойства.

Сначала я испытала удивительное облегчение от того, что сплетни о моих отношениях с Джаспером — или их отсутствии — не достигли её ушей. Затем я почувствовала прилив раздражения. Я также не хотела выглядеть плохо. Я пробуду здесь ещё долго после того, как Джаспер уйдёт, и мне нужно было создать репутацию, если я собиралась продолжать свой путь к успеху.

— Это потому, что я также возглавляю оперативную группу по борьбе с троллями, — поспешно сказала я. — Он знает, что у меня много забот, и, очевидно, хочет быть в курсе того, что я делаю. Нельзя забывать о троллях.

— Действительно, нельзя, — она постучала ногтями по столу. — Опаздывать тоже нельзя. С этого момента я ожидаю видеть тебя на каждом утреннем брифинге. Считай, что тебя пристыдили.

Я склонила голову.

— Этого больше не повторится.

На какой-то момент я с надеждой подумала, что Аделина позволит мне уйти и вернуться к работе. Вместо этого она указала на стул перед собой. Я неохотно села.

— Расскажи мне, в чем проблема с этим клиентом и почему он внезапно оказался в Колчестере.

Я перевела дух. Слава богу, мне не помешал бы совет.

— Это пожилая женщина. Я думаю, она, возможно, больна. За ней охотятся убийцы, поэтому я забрала её из дома и отвезла к Винсенту, человеку-наркоторговцу, который знает, что крёстные феи существуют. Он присматривает за ней. Я пытаюсь заставить её сказать мне, чего бы она хотела пожелать, но легче сказать, чем сделать. Вчера она считала себя моей пленницей. Позавчера она чуть не прострелила мне голову из ружья. Сегодня, я думаю, у неё чуть не случился сердечный приступ. Мне нужна помощь, потому что…

— Саффрон, — еле слышно произнесла Аделина, — пожалуйста, помолчи.

— Что?

Она уставилась на меня, её лицо побледнело.

— Пожилая женщина, которая является твоей клиенткой, пыталась застрелить тебя. Её преследуют убийцы. Ты сделала её своей пленницей. У неё был сердечный приступ.

— У неё чуть не случился сердечный приступ. Я думаю, сейчас с ней всё в порядке.

Аделина в смятении покачала головой.

— Не рассказывай мне больше ничего.

— Но…

— Правдоподобное отрицание, Саффрон, — она взмахнула руками в воздухе. — Если Адвокат Дьявола снова придёт ко мне, чтобы поговорить о твоих клиентах, последнее, чего я хочу — это рассказывать ему то, что ты только что рассказала мне. Я сделаю вид, что ничего этого не слышала. Помни, мы занимаемся тем, что помогаем людям. А не убиваем их. И не пленяем их.

— Я помогаю ей! — запротестовала я. — Или, по крайней мере, пытаюсь. Это легче сказать, чем сделать, потому что она мало что рассказывает.

Взгляд Аделины посуровел.

— Не говори больше ни слова. Я не хочу ничего знать. Разберись с этим клиентом как можно быстрее, и мы больше не будем говорить на эту тему. И если Адвокат Дьявола начнёт расспрашивать, придумай что-нибудь. Мы не можем допустить, чтобы он подумал, будто мы хулиганы, — она посмотрела на меня. — Даже если это так.

— Ты хочешь, чтобы я солгала ему?

— Я хочу, чтобы ты не рассказывала ему, что похитила маленькую старушку и довела её до сердечного приступа. А что касается того факта, что ты снова связалась с этим человеком-наркоторговцем, который знает о нашем существовании из-за твоих действий… — её голос затих. — Нет. Больше не заговаривай со мной об этом. Больше ни с кем не заговаривай об этом. И больше не упоминай при мне эту клиентку или что-либо о ней, — она недовольно фыркнула. — Никто другой не попадает в подобные ситуации. Или, — добавила она, — если и попадают, то слишком благоразумны, чтобы сказать мне об этом, — она посмотрела на меня. — Иди, Саффрон. Кыш.

— Я…

— Кыш!

Я вздохнула и сделала, как она велела. Оказалось, что, по крайней мере, в том, что касалось Роуз, я была предоставлена самой себе.

***

Я медленно направилась к своему рабочему месту, обдумывая всё произошедшее и пытаясь сообразить, как лучше поступить. Далила разговаривала по телефону, но она широко улыбнулась и подняла большой палец, прежде чем прикрыть трубку.

— С кем ты трахалась прошлой ночью?

Я моргнула.

— Прошу прощения?

— У тебя должна быть веская причина опоздать. Давай. Скажи мне, кто это был.

Я указала на её телефон и сделала вид, что застёгиваю рот на молнию. Далила надулась, но я притворилась, что не заметила. Я села и включила компьютер. Две минуты спустя, воспользовавшись компьютерным решением крёстных фей, я получила доступ к основным записям Камберлендской больницы, ближайшей к дому Роуз.

Далила положила трубку и наклонилась ко мне.

— Знаешь, тебе не обязательно держать язык за зубами со мной. Теперь, когда мы друзья и я по сути работаю на тебя, потому что ты возглавляешь оперативную группу по борьбе с троллями, ты должна знать, что можешь мне доверять. Я сохраню твои секреты. Чем ты занималась прошлой ночью?

Отвлёкшись, я едва взглянула на неё.

— Ты не должна никому рассказывать, — начала я.

— Я не буду, — выдохнула она.

— Я серьёзно, Далила.

— Обещаю!

Я вздохнула.

— Хорошо. Я опоздала сегодня утром и пропустила инструктаж не потому, что была в постели, а потому, что была у врача.

— Нет! — выдохнула Далила. — Ты заболела? Что случилось?

Я покачала головой.

— Не у такого врача, — я указала на свой нос. Затем на грудь. Это именно та ложь, которая с радостью займёт её на несколько дней.

У неё отвисла челюсть.

— Ты планируешь сделать операцию?

— Я теперь крёстная фея, Далила. Вы все такие очаровательные, что мне нужно что-то придумать, чтобы соответствовать.

— Но ты выглядишь великолепно!

Я улыбнулась.

— Спасибо.

— Я никому не скажу, — пообещала она. — И ты должна знать, что потрёпанный вид сейчас в моде, Саффрон. На выходных я видела девочку с точно такой же прической. Она тоже была очень милой. Ей было всего около шести лет, и всё лицо у неё было перемазано шоколадом, и…

Ладно, хватит об этом. Я перестала слушать Далилу и открыла историю болезни Роуз. Поиск нужной мне информации не занял много времени. Найти необходимые подробности было несложно: у Роуз были проблемы с печенью и хроническая сердечная недостаточность. Даже с помощью сложного коктейля из сильнодействующих лекарств, ни одно из которых, как я видела, Роуз не принимала, потому что, вероятно, ей пришлось оставить их в своём коттедже, ей оставалось жить всего несколько месяцев. В том, что случилось этим утром с её сердцем, во многих отношениях была моя вина. Мои плечи опустились. Ну ёбушки-воробушки.

Отчаянное заламывание рук ни к чему не приведёт. Я позволила себе на мгновение впасть в отчаяние, но тут же стряхнула его. Роуз не погрязла в страданиях, и я тоже не буду.

Я на мгновение прикусила нижнюю губу, затем выдвинула нижний ящик стола и вытащила массивный том, озаглавленный «Правила и предписания для крёстных фей и феев. Издание 119». Да, я перечитала её уже несколько раз, но эта чёртова книга была толщиной больше 10 см, и я могла запомнить лишь некоторую часть информации, не сойдя при этом с ума.

Я пролистала в конец, к содержанию, и провела пальцем по списку, пока не нашла нужный раздел. Я должна была убедиться в этом, прежде чем составлять какой-либо план дальнейших действий. Я мысленно отметила нужную страницу и затем перешла к соответствующему разделу.

Магия, разрешённая всем феям-крёстным, включает в себя способность исцелять незначительные болезни. Однако следует отметить, что ни одной крёстной фее или крёстному фею в ходе исполнения каких-либо желаний не позволено распоряжаться жизнью и смертью самих себя, клиентов или лиц, указанных клиентами. В случае естественной неизлечимой болезни феям-крёстным не разрешается что-либо предпринимать, кроме как для облегчения боли и смягчения последствий. Естественный порядок вещей — и саму Мать-природу — совершенно определённо нельзя узурпировать. Любая крёстная фея или крёстный фей, которые исполнят такое желание, чтобы продлить жизнь или остановить её, будут уволены по уважительной причине и предстанут перед судом для ответа за свои действия.

Что ж, тогда всё чётко и неоднозначно. Не то чтобы Роуз просила меня вылечить её или я была не согласна с этим правилом. Даже я понимала, что продление человеческой жизни может привести ко всевозможным неприятным сценариям.

Я нахмурилась. Ни в одном из трёх случаев, когда мы встречались, Роуз не намекала на то, что она больна. Во всяком случае, не намеренно. Конечно, я не могла быть уверена, но я не думала, что она хотела улучшить своё здоровье; она была слишком прагматичной и прямолинейной, чтобы пытаться избежать неизбежности смерти. Однако она чего-то хотела. И я подозревала, что она всё ещё этого хочет.

Я хрустнула костяшками пальцев и поднялась на ноги, прежде чем подойти к столу Билли. К сожалению, его место пустовало. Я обернулась, размышляя, с кем бы ещё поговорить. Мне нужен кто-то, кто мог бы дать мне ответ, который мне требовался.

Я не хотела раздувать из-за этого проблему. При других обстоятельствах я бы пошла к Аделине, но она ясно дала понять, чтобы я больше не поднимала с ней тему Роуз. Она, вероятно, не слишком благосклонно отнеслась бы к моему предложению поэкспериментировать с нарушением правил, невзирая на смягчающие обстоятельства.

Здесь был ещё один специалист, который мог располагать необходимой мне информацией. Я собралась с духом. В стремлении к исполнению желаний ничто не могло встать у меня на пути. Даже мое собственное уязвленное самолюбие.

Глава 13

Дверь во временный кабинет Джаспера была приоткрыта. Поколебавшись мгновение, я резко постучала в неё и вошла, не дожидаясь продолжения.

Он откинулся на спинку стула, когда я вошла, и приподнял тёмную бровь.

— Саффрон, — сказал он. — Я не ожидал увидеть тебя снова так скоро. Ты уже продвинулась в поиске троллей?

Я не отводила взгляда и подавила искушение потеребить свои манжеты.

— Нет, — ответила я. — Я собираюсь поговорить со всеми членами оперативной группы примерно через час. Это касается… другого вопроса.

В его зелёных глазах вспыхнул огонёк.

— Продолжай.

— Это связано с одним из моих клиентов.

Выражение его лица сразу же стало непроницаемым, и я почувствовала, как внутри у меня что-то сжалось. С чем ещё, по его мнению, я могла к нему обратиться?

— Я не уверен, что я лучший кандидат, которому можно обратиться за помощью. Возможно, тебе стоит попытать удачи с Аделиной.

— Э-э… она занята, — вроде как. Она ясно дала понять, что я не должна обсуждать Роуз с Джаспером. Но я не обсуждала Роуз. Не совсем. Всё это было связано с образом действий фей. Именно в этом и заключалась работа Джаспера.

Он некоторое время наблюдал за мной.

— Не хочешь ли присесть?

— Нет, — сказала я. Я не хотела устраиваться поудобнее. В любом случае, это не займёт много времени. Я вдохнула, набрала в лёгкие побольше кислорода и перешел к делу. — Ты помнишь, что случилось с Винсентом? Человеком, который знает, что я крёстная фея?

Джаспер сложил пальцы домиком.

— Ты имеешь в виду тот факт, что ты обошла магию памяти, представившись ему как фея, когда не работала и, следовательно, не была защищена.

— Да, — кивнула я.

— Я вряд ли забуду, — Джаспер помолчал. — Как и он, к сожалению, тоже.

— Он держал рот на замке, — запротестовала я. Вроде как. — Он неплохой парень.

— Ты имеешь в виду, помимо того, что он наркоторговец.

Я кашлянула.

— Перевоспитавшийся наркоторговец. Благодаря мне, — я прикусила губу. — То есть, нам.

Джаспер наклонил голову, но я поняла, что он настороженно относится к тому, к чему я клоню.

— Если сейчас ты скажешь мне, что он собирается шантажировать тебя, чтобы ты исполнила ещё несколько его желаний…

— Нет, — я решительно покачала головой. — Ничего подобного. Просто у меня есть другая клиентка, у которой ограничено время. Мне довольно трудно заставить её открыться мне, и не помогает то, что каждый раз, когда я её вижу, она не помнит, кто я такая. Мне приходится начинать с нуля.

Джаспер сжал челюсти.

— В этом ты вряд ли уникальна. У каждой крёстной феи одна и та же проблема.

Возможно. Но не у каждой крёстной феи есть пожилые клиенты, за которыми охотятся как люди, так и их собственное здоровье. Время Роуз истекало, и если она в ближайшее время не скажет мне, чего хочет, я не успею ничего предпринять, и она окажется в гробу. Я не позволю такой простой вещи, как смерть, помешать мне выполнять свою работу.

— Магия памяти существует не просто так, Саффрон, — мягко сказал Джаспер. — Я понимаю, что это может расстраивать, но это неизбежное зло. Феи нуждаются в такого рода защите.

Я не сдавалась.

— Да, но должен же быть способ временно отключить магию памяти. Если Винсент Гамильтон помнит меня, должен быть способ заставить мою клиентку тоже вспомнить меня. Из каждого правила есть исключения. Она не похожа на других клиентов. Если я смогу заставить её помнить, кто я такая, от визита к визиту, тогда я смогу заставить её доверять мне. И если она мне доверяет, я, возможно, смогу исполнить её желание, прежде чем она умрёт.

— Я полагаю, ты говоришь о клиентке, к которому ходила сегодня утром. Той, которая сейчас находится в Колчестере, — он потянулся через стол и взял папку из плотной бумаги. Я увидела своё имя на обложке и сглотнула. Джаспер раскрыл её и взглянул на список моих назначений. — Это явно женщина. Микаэла Спринг? Патриция Джонс? Роуз Блэрмонт? Которая из них?

Если я ему скажу, Аделина слетит с катушек.

— Её имя не имеет значения, — поспешно сказала я. — Я только хочу знать, возможно ли заблокировать магию памяти. Ненадолго.

— Это невозможно. Правила охраны здоровья и техники безопасности, касающиеся людей, неприкосновенны, — он поднял голову и посмотрел на меня. — И если она умирает, мы все знаем, каково будет её желание. Мы не собираемся нарушать естественный порядок вещей, Саффрон. Она умирает, и ты должна позволить ей умереть. Любые отклонения от…

— Я не собираюсь исполнять никаких желаний о продлении жизни, Джаспер.

Его челюсти сжалась.

— Я очень надеюсь, что нет, — он скрестил руки на груди. — Магию памяти нельзя ставить на паузу.

Я облизала губы. Судя по тому, что сказал Билли, я была уверена, что это неправда. Это не та уловка, к которой я стремилась бы прибегать с каждым клиентом, но я была убеждена, что прекращение действия магии памяти позволит мне более эффективно помочь Роуз, прежде чем она либо убьёт меня, либо сама упадёт замертво.

Было бы желание, а способ найдётся. То, что Джаспер не пожелал рассказать мне, что это за способ, не означало, что я не могла найти его другими способами. Если бы я могла рассказать ему всю историю, я была уверена, что он согласился бы с тем, что я поступаю правильно.

— Это всё, что мне нужно было знать, — сказала я, как будто его сдержанный ответ не представлял для меня ни малейшей проблемы. — Спасибо, что уделил мне время.

Его губы изогнулись в лёгкой улыбке.

— Я здесь, чтобы помочь, — его взгляд скользнул по моему лицу. — Я рад, что ты почувствовала, что можешь обратиться ко мне за советом, — тихо сказал он. — И, что касается троллей, я в самом деле доверяю тебе возглавить оперативную группу. В противном случае я бы никогда не рекомендовал тебя. Но я хочу быть уверен, что ты не пострадаешь в процессе и не совершишь ничего безрассудного без поддержки. Если мы чему-то и научились, так это тому, что тролли одновременно опасны и непредсказуемы.

Я наклонила голову и внимательно посмотрела на него.

— Ты умеешь читать мысли? — выпалила я. — Кажется, ты часто точно знаешь, о чём я думаю.

Джаспер издал короткий невесёлый смешок.

— Саффрон, последнее, на что я способен — это знать, о чём ты думаешь. Ты на удивление хорошо умеешь скрывать свои мысли.

Он встал и, обойдя свой стол, остановился менее чем в полуметре от меня. Выражение его лица было напряжённым и целеустремленным, и по причинам, для понимания которых не требовалось быть гением, я вздрогнула.

— Видишь? — пробормотал он. — У нас все хорошо складывается. Мы поддерживаем тёплые, дружеские отношения. Это намного лучше, чем альтернатива, когда мы позволяем нашей взаимной страсти взять верх над нами. Я уверен, что между нами всё равно будут какие-то неловкие моменты, но мы оба взрослые люди. Мы преодолеем их, — в уголках его глаз появились морщинки, когда он улыбнулся. Однако я не могла не отметить, что он старался не прикасаться ко мне, несмотря на свою близость.

Смуглая кожа на его шее казалась соблазнительно гладкой по сравнению с полосой щетины на подбородке. Чёрт.

— Обязательно, — бодро ответила я. — Ай да мы! Спасибо за помощь, Джаспер. Я лучше займусь работой. Я больше не буду тебе мешать.

— Возвращайся и отвлекай меня после обеда, — сказал он. — Ты обещала держать меня в курсе своих успехов с троллями.

Если я действительно чего-то добьюсь. Я всё равно кивнула.

— Да. Увидимся позже.

Я укрылась в относительной безопасности главного офиса. Я знала, что мои щёки пылали, а пульс участился. Ёбушки-воробушки. Джаспер двинулся дальше, а я едва могла сдерживаться в его присутствии. «Сосредоточься на своей работе, Саффрон». Вот что было важно. Роуз нуждалась во мне, и, что бы ни говорил Джаспер, я по-прежнему была убеждена, что есть способ временно остановить магию памяти. Я просто должна его найти.

***

Билли всё ещё не было за своим столом, поэтому я прямиком направилась в комнату Адвентуса. Формально мне не разрешалось заходить внутрь, но я решила, что в моём положении руководителя оперативной группы это сойдёт мне с рук.

Я подошла к двери и крикнула через неё.

— Эй, Руперт! Это Саффрон. Мне нужно с тобой поговорить!

Ответа не последовало. Я поджала губы и задумалась. По недавнему опыту я знала, что Руперт обладает избирательным слухом, но была уверена, что смогу привлечь его внимание, если подберу правильные слова.

Я прочистила горло и повысила голос, надеясь, что меня будет слышно за дверью.

— Эй! — снова закричала я. — Секси Руперт!

Если повезёт, этого будет достаточно. Я не могла сподвигнуть себя на что-то большее. Когда раздался глухой стук, дверь открылась, и Руперт улыбнулся мне, я поняла, что добилась успеха. Я не испытывала гордости за себя, но ситуация вынуждала.

— Привет, дорогая, — протянул он, растягивая слова. — Я знал, что рано или поздно ты образумишься, — он опёрся одной рукой о дверной косяк, чтобы мне было лучше видно его накачанные мышцы. — Когда ты пригласила меня в оперативную группу, я знал, что твои жалобы на домогательства вызваны только тем, что ты строишь из себя недотрогу.

Его ухоженные брови поползли вверх, и он понизил голос до того, что, как я предполагала, задумывалось как сексуальная хрипотца.

— Должен тебе сказать, что мне нравится лёгкая погоня, — он ухмыльнулся для пущего эффекта. — Но лучше, когда погоней занимается девушка.

Я непонимающе посмотрела на него.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь.

Руперт одарил меня самодовольной улыбкой.

— Ты звала меня, — промурлыкал он. — И ты назвала меня сексуальным.

— Нет, я этого не делала, — я изо всех сил постаралась выглядеть сбитой с толку и нахмурилась. — С чего бы мне это делать?

Улыбка Руперта погасла.

— Ты сделала это. Я слышал тебя.

Я махнула рукой, показывая, что он настолько не прав, что и спорить не стоило.

— Как скажешь. В любом случае, я здесь, потому что хотела напомнить, что в одиннадцать у нас первое заседание оперативной группы. Я забронировала самый большой зал для совещаний.

К счастью, он казался скорее сбитым с толку, чем обиженным. Он засунул палец в ухо и покрутил им, затем вытащил, чтобы рассмотреть комочек ушной серы, который он извлёк. Он лукаво ухмыльнулся.

— Я буду там.

— Сначала я хотела бы услышать о том, что ты обнаружил, — быстро сказала я. — Могу я войти?

— Ты хочешь побыть со мной наедине.

О, ради всего святого.

— Я…

— Боюсь, нам придётся пойти в другое место. У меня были большие неприятности, когда я в последний раз впустил тебя сюда. Комната Адвентуса — это бьющееся сердце этого офиса. Предполагается, что она тщательно охраняется, и проникновение туда допускается по минимуму.

— Пффф! Я теперь возглавляю оперативную группу, Руп. Это даёт мне особые полномочия, — я отступила назад. Мне было влом спорить — существовали и другие способы получить нужный мне ответ.

Я отказалась от попыток проникнуть в комнату Адвентуса ради того, чтобы Руперт предоставил мне необходимую информацию.

— Выбор за тобой. Если хочешь, мы можем остаться здесь. Расскажи мне, что ты обнаружил. Я бы не хотела, чтобы у тебя были неприятности с Аделиной.

Его глаза прищурились. Руперт никогда не отличался сообразительностью, но и не был таким уж наивным.

— Буквально вчера ты пыталась втянуть меня в неприятности с ней.

— Это потому, что ты это заслужил, — я поморщилась. Я позволила разговору завести меня в тупик. — Но теперь ты в моей оперативной группе, так что мы можем забыть прошлое. Что ты нашёл?

Он отбросил притворство и надулся.

— Не очень много, — сказал он, и уголки его губ опустились. — И прежде чем ты что-нибудь скажешь, я всё утро искал. Единственное упоминание о троллях, которое я смог найти в прошлых отчётах о желаниях, касалось женщины, которая хотела, чтобы её муж превратился в тролля, потому что у него была интрижка на стороне. Из того, что я понял, в любом случае, это её вина. Она занималась с ним сексом всего пару-тройку раз в неделю, а у мужчины есть потребности, — он оскалил зубы. — Ты же понимаешь?

— Нет, Руперт. Я не понимаю, — я нисколько не удивилась, что он ничего не нашёл. Как Гарри и предполагал, Руперт выполнял всего лишь рутинную работу. Но это не означало, что он не мог быть полезен. Тот факт, что он пытался это выяснить, доказывал, что он заботился об этом отделе и о целях троллей не меньше, чем все мы.

— Ты думаешь, — уклонилась я от ответа, — что в отчётах Адвентуса нет информации о троллях, потому что магия памяти препятствует этому?

Руперт нахмурился.

— Но магия памяти не имеет ничего общего с троллями. Она на них не действует. Она только для людей.

Я притворилась, что он ничего не сказал.

— Если бы только был способ временно приостановить действие магии памяти, — размышляла я. — Тогда у нас был бы шанс опросить прошлых клиентов и выяснить, знают ли они что-нибудь о маленьких ублюдках.

— Ты имеешь в виду что-то вроде гинкго билоба?

Я склонила голову набок. Ха. Я знала, что что-то существует.

— Что это?

Выражение лица Руперта было непроницаемым.

— Чтоб мне провалиться, если я знаю, но я видел, как это использовалось в некоторых старых отчётах. Некоторые крёстные феи давали это своим более трудным клиентам, когда им нужно было, чтобы они помнили определённые вещи. Им не пользовались десятилетиями — по-моему, его запретили, — он протянул руку и погладил меня по голове. — Это не принесло бы нам никакой пользы, Саффрон. Мы не можем давать это каждому бывшему клиенту на тот случай, если он разговаривал с троллем. У нас нет ни времени, ни сил. Это всё равно что найти стог сена, полный иголок.

— Конечно, — сказала я. — Или даже иголку в стоге сена.

Теперь Руперт выглядел ещё более сбитым с толку.

— Да.

Лучше закончить этот разговор, пока у меня ещё есть возможность.

— Что ж, — сказала я, — спасибо за попытку, Руперт. Увидимся позже на совещании.

Он подмигнул.

— Непременно. И Саффрон?

— Да?

— Я знаю, ты назвала меня сексуальным. Не волнуйся, я никому не скажу, — он улыбнулся. — Я тоже считаю тебя сексуальной. К тому же, мне очень нравится, что ты планируешь операцию. Женщинам важно заботиться о своей внешности, — он указал на мою грудь. — После операции они всё ещё будут ощущаться естественно? Потому что я могу проверить, если ты не уверена…

— Пока, Руперт.

Глава 14

Я знала, что если буду действовать быстро и эффективно, то смогу достать всё необходимое для Роуз и вернуться как раз к совещанию моей оперативной группы по троллям. Возможно, мне даже удастся немного осмотреться в доме Роуз; не исключено, что она оставила где-нибудь какие-нибудь подсказки, которые могли бы помочь нам обеим. Всё, что мне нужно сделать — это настроить магию в комнате Метафоры так, чтобы я перенеслась обратно в коттедж Роуз, а не к самой Роуз. Я зайду внутрь, найду таблетки и лекарства, которые помогут её сердцу и предотвратят новые приступы, близкие к смерти, и передам их Винсенту вместе с гингко билоба. Тогда дело будет сделано.

Если изменение магии памяти для Роуз сработает успешно, я использую доказательства, чтобы обратиться к Директрисе с просьбой разрешить нам применять это чаще в каждом конкретном случае. Если это не сработает, никому не нужно знать. Я решила, что лучше просить прощения за свои поступки, а не разрешения. Никто и никогда не менял мир, не проявив немного смелости.

День был пасмурный, серый, но отсутствие золотистых солнечных лучей не умаляло красоты маленького домика Роуз. Пожалуй, это только подчёркивало цвет вьющихся роз на фоне побелённых наружных стен. Должно быть, ей было нелегко покинуть это место. Я сжала губы и молча пообещала, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы позволить ей вернуться и спокойно дожить свои последние дни.

Я направилась в сад, намереваясь, как и в прошлый раз, воспользоваться её задней дверью. От открывшегося передо мной зрелища у меня перехватило дыхание. Прекрасный сад был практически уничтожен. Растения были вырваны с корнем, что могло быть только актом мелочной ненависти. Повсюду виднелись большие следы ботинок. Грязи было больше, чем зелени.

Я выпрямила спину и сердито посмотрела на сад, как будто одни только сердитые взгляды могли вернуть его былую славу. Когда это не сработало, я вытащила свою волшебную палочку. Я такого не потерплю. Такое разрушение никому не пошло на пользу.

Полузакрыв глаза, я представила сад таким, каким он был раньше. Мой желудок сжался, и я почувствовала, как по венам потекла энергия, усиленная волшебной палочкой. Струи магии вырвались наружу, не только восстановив ущерб, нанесённый саду Роуз, но и придав мне сил. В конце концов, я возвращала жизнь.

Неудивительно, что нам запрещено изменять продолжительность жизни людей; дело не только в том, что вы бы издевались над природой — пьянящий прилив адреналина от власти, вероятно, ошеломил бы даже самых сильных фей.

Моя кожа покрылась мурашками, а по телу пробежала приятная дрожь. Я никогда раньше не испытывала ничего подобного — восторг был неописуем. Когда я отдавала энергию земле, земля возвращала энергию мне. К тому времени, как я закончила, я тяжело дышала и раскраснелась. Кто-то должен собрать это чувство и разлить по бутылочкам, подумала я ошеломлённо. Они заработали бы целое состояние.

Сад не был таким захватывающим, как раньше, но всё же был близок к своему изначальному состоянию. Я с гордостью огляделась по сторонам, отмечая необычные заросли, созданные моей магией, от яркого и необычного оттенка люпинов в углу до кустов обильно цветущих роз. Земляной аромат, исходивший от зелени, был восхитителен. Я широко улыбнулась. Даже опытная болотная фея была бы впечатлена моими стараниями.

Удовлетворённая, я повернулась на каблуках и осмотрела сломанную дверь. Хотя Роуз и не заперла её, когда мы убегали отсюда, человек, который пришёл убить её, всё равно выбил её ногой. Я могла видеть отпечаток его ботинка. Хорошо, что у Роуз нет близких соседей; я подозревала, что любой, кто помешал бы жестокой атаке убийцы, оказался бы на линии его огня. Буквально. Это также означало, что полиция ещё не привлечена, что значительно облегчало моё положение. Это означало меньше переменных, которые нужно учитывать.

Стараясь избегать осколков стекла, я протиснулась в приоткрытую дверь и оглядела кухню. Там всё было перевернуто вверх дном. На кафельном полу валялась разбитая посуда, и содержимое каждого шкафчика было не на своих местах. По комнате словно пронёсся торнадо. Я упёрла руки в бока и осмотрела нанесённый ущерб. Не похоже, что убийца что-то искал — всё было слишком бессистемно и жестоко. Честно говоря, состояние комнаты больше походило на результат гигантской истерики.

Несмотря на то, чего я достигла с садом, я не Мэри Поппинс. Чтобы привести в порядок это место, даже с помощью магии, потребовалось бы больше времени и усилий, чем я могла себе позволить. У меня так и чесались руки привести всё в порядок, но я ограничилась тем, что взмахнула волшебной палочкой, чтобы починить дверь и вернуть её в исходное состояние. Это защитит меня от воров-подражателей или любопытных диких животных. Я смогу вернуться позже и разобраться с остальным.

Я подумала, что Роуз, как и большинство людей, вероятно, хранит свои лекарства в шкафчике в ванной. Я осторожно прошла по кухонному полу в коридор, отметив, что гостиная слева, похоже, была в таком же состоянии, как и кухня. Справа находилась узкая лестница.

Прежде чем я успела поставить ногу на нижнюю ступеньку, где-то у меня над головой раздался громкий скрип. Я замерла. Я сделала опасное предположение, что я здесь одна. Внезапно я перестала быть уверенной, что это так.

Раздался ещё один скрип. Затем ещё один. Я сглотнула. Это не половицы старого дома, стонущие сами по себе. Там, наверху, определённо кто-то есть. Мгновение спустя, когда до меня донеслись хриплые, но отчётливые слова, я поняла, что была неправа. Там аж двое незнакомцев.

— Здесь ничего нет. Мы зря теряем время.

— Босс велел нам проверить каждый уголок, поэтому мы проверим каждый уголок. Если только ты не хочешь быть тем, кто скажет ему, что сдался на полпути.

Послышался треск ломающегося дерева, вероятно, один из них сломал ещё один предмет мебели.

— Она не глупа. Улик не будет.

— Мы должны убедиться.

Я обдумывала варианты. Хотя мои инстинкты подсказывали мне сорваться с места и бежать так быстро, как только позволят мои маленькие ножки, я знала, что это прекрасная возможность. Очевидно, тот, кто находился наверху, имел какое-то отношение к убийцам Роуз. Возможно, мне просто повезёт, и я узнаю, почему они охотились за ней.

Моя магия могла унести меня только на некоторое расстояние, и я не хотела рисковать и выдавать себя. Я могла легко скрыться, используя магию Метафоры. Но что было быстрее — летящая пуля или магическая транспортная система? К сожалению, я сильно подозревала, что первое. Находиться здесь было действительно очень рискованно.

Звук шагов заставил меня принять решение. Я не собиралась убегать без крайней необходимости. То, что я узнала здесь, могло помочь Роуз, и это бесценно. Я сделала единственное, что могла, и поспешно нырнула к крошечной дверце под лестницей, открыла её с помощью волшебной палочки и заглушила звук. Я спряталась за древним пылесосом и стопкой старых картонных коробок и затаила дыхание.

Кто бы там ни был, ему было наплевать на производимый им шум. Они протопали вниз по лестнице, отчего у меня над головой посыпалась пыль. У меня защекотало в носу, и я прикрыла его рукой. Сейчас неподходящее время для приступа чихания.

— Она всего лишь маленькая старушка. И без нашей помощи она скоро умрёт.

Я поморщилась. Говоривший определённо был мужчиной. В его речи слышался слабый акцент — возможно, американский.

— Именно поэтому мы должны найти её и разобраться с ней сами, — ответил его приятель. Его произношение было скорее британским. — Ей больше нечего терять. В любом случае, это её вина. Она сама обратилась к Фергюсону. Маленькая старушка или нет, но она сама навлекла это дерьмо на свою голову. И не стоит её недооценивать. Возможно, она провела большую часть последнего десятилетия, играя с вязальными спицами и собирая пазлы, но в пору своего расцвета она была более смертоносной, чем все мы, вместе взятые.

Послышалось фырканье.

— Ты хочешь сказать, что она могла убить меня большими пальцами? Да как же.

— Два слова для тебя. «Лебединое озеро».

Возможно, я и не поняла отсылки, но другой мужчина, несомненно, понял.

— Она? Ты меня дуришь.

Ответ был категоричным.

— Это правда. Спроси у босса, если мне не веришь, — последовала пауза. — А вот и он, вернулся, чтобы забрать нас.

Я наклонила голову и прислушалась усерднее, уловив звук автомобильного двигателя, прежде чем он выключился. Неудивительно, что на улице не было машин: двоих мужчин высадили здесь, вероятно, чтобы не вызывать подозрений у местных жителей, которые могли проезжать мимо и задаться вопросом, почему возле коттеджа старой Роуз Блэрмонт припаркована странная машина. Сюжет определённо сгущался.

Я услышала, как открылась ещё одна дверь, и раздался низкий голос без акцента. Он показался мне смутно знакомым, но, хоть убей, я не могла понять, откуда его знаю.

— Ну что? Вы что-нибудь нашли?

— Наверху есть старый компьютер. Похоже, что с него стёрли всю информацию, но мы забрали жёсткий диск. Возможно, ваши спецы смогут что-нибудь на нём найти.

— И ещё кое-какие украшения, — добавил другой грубый голос. — Я нашёл бриллиантовое колье, которое выглядит настоящим. Должно быть, стоит целое состояние.

Раздалось недовольное ворчание.

— Меня не интересуют безделушки.

Первый мужчина вскочил на ноги, явно желая произвести впечатление на своего работодателя.

— У нас целая куча таблеток. Самые разные. Без них она долго не протянет.

Босс вздохнул.

— Если только ей не удастся найти врача. Они есть и в других частях страны, знаете ли. Тем не менее, мы могли бы что-то с этим сделать. Если нам повезёт, — он выругался. — Она не могла уйти одна. Что насчёт таинственного человека, который, должно быть, помог ей сбежать и которого нет ни на одной записи с камер видеонаблюдения? Есть какие-нибудь зацепки о нём?

Я напряглась. Это была я — он говорил обо мне. Искать будет нечего. Здравый смысл подсказывал, что я существовала, но магия памяти стёрла все остальные мои следы. Неудивительно, что Билли и Джаспер были так заинтересованы в том, чтобы я не шутила с ней; если бы я это сделала, моя жизнь вполне могла бы оказаться в опасности. Возможно, эта опасность всё равно существует.

Для моих ушей собственное дыхание звучало невероятно громко. Я крепче сжала волшебную палочку. В любой момент мне могло понадобиться применить магию Метафоры, и я должна быть готова.

— Что это там? — спросил мужчина. — Болейн сказал, что он разгромил сад. На мой взгляд, он не выглядит таким уж разрушенным.

Мои глаза расширились. Ёбушки-воробушки.

— Что вы имеете в виду? — последовал немедленный ответ. — Мы зашли с той стороны. Там настоящая грязевая ванна. Болейн сделал то, что сказал. Это было… — последовала долгая пауза. — Ха. Раньше всё выглядело по-другому.

Я готова была дать себе пощёчину. Аномалия внезапного восстановления сада сбивала с толку всех троих мужчин до тех пор, пока я оставалась в доме. Как только я уйду, магия сделает так, что они не заметят, что что-то изменилось. Мне нужно было убираться отсюда прямо сейчас.

— А этот шкаф? Что здесь? — спросил босс.

Ладненько. Я покрутила палочкой, вызывая магию Метафоры, которая вернёт меня в безопасное место в офисе. Я уже достаточно рисковала. Пора возвращаться домой.

— Мы там ещё не смотрели.

«Давай, магия. Делай своё дело».

— Я же сказал вам проверить каждый чёртов уголок.

Я снова взмахнула палочкой. Не сработало. Почему не работало?

— Тогда давайте. Открывайте. Мы не можем оставить ни один камень без внимания, ни одну дверь незапертой.

«Работай! Грёбаная магия! Работай!» Я заработала палочкой ещё яростнее, размахивая ею из стороны в сторону на случай, если энергичность движения заставит её сделать то, что мне нужно.

Дверца шкафа открылась, и я инстинктивно пригнулась, щурясь от яркого света. Раздался взрыв шума и ещё одна ругань, затем, когда моё зрение приспособилось, я разглядела чёрное дуло пистолета и потрясённое, разъярённое, покрытое шрамами лицо, смотрящее на меня.

— Выбирайся оттуда на хрен.

Я взмахнула палочкой. Это по-прежнему ничего не дало.

— Я сказал, — повторил человек со шрамом, — выбирайся оттуда, пока я не вышиб тебе мозги.

Продолжая держать волшебную палочку, хотя с таким же успехом я могла бы засунуть её в левую ноздрю, настолько она была бесполезна, я подняла руки.

— Не стреляйте в меня, — пискнула я. — Пожалуйста, не стреляйте в меня!

Он поднял пистолет на дюйм выше. Я прекратила свои слабые протесты и сделала, как он велел, при этом опрокинув коробки и пылесос. Когда я вышла из шкафа и встала, то увидела троих мужчин, которые пристально уставились на меня.

Я была поражена, когда узнала того, что пониже ростом — его аккуратно причёсанные седые волосы и безукоризненный костюм выдавали в нём политика, каким я его знала. Всего несколько дней назад он был на телеэкране моей клиентки. Блеск в его глазах подсказал мне, что он заметил мою реакцию, и я прокляла себя за то, что была полной дурой.

— Ты знаешь, кто я.

— Нет, — я покачала головой из стороны в сторону, отрицая это. — Я никогда в жизни вас раньше не видела.

— Конечно, видела, — он шагнул ко мне, протянул руку и приподнял мой подбородок. — Ты можешь сказать правду. Всё в порядке. Никто здесь не причинит тебе вреда.

Пистолет в руке другого парня опровергал это.

Я тянула время — мне нужно было собраться с силами. Я должна найти выход из этого положения.

— Вы Арт Эдвелл, — сказала я. — Я видела вас по телевизору. Вы политик, а я уверена, что политики всегда лгут.

Моя авантюра оправдала себя, Арт Эдвелл запрокинул голову и рассмеялся, вместо того чтобы немедленно приказать своему человеку всадить мне пулю в глаз.

— Только не этот.

— Можно мне взять у вас автограф? — спросила я. Может, если я сыграю роль полной идиотки, он подумает, что я не представляю угрозы.

Эдвелл перестал смеяться и одарил меня заученной улыбкой.

— Ну, конечно, — протянул он, растягивая слова. Он не сводил с меня глаз, разговаривая с третьим мужчиной. — Дайте мне лист бумаги и ручку.

— Босс…

Эдвелл не стал утруждать себя повторением, он просто ждал. Его громила понял намек и удалился в маленькую гостиную.

— Итак, — обратился Эдвёлл ко мне, — как тебя зовут?

— Саффрон, — прошептала я.

— И что ты здесь делаешь, Саффрон?

— Я уборщица у миссис Блэрмонт. Я прихожу каждую неделю, — я попыталась изобразить испуг. Это было нетрудно. — Я подумала, что кто-то вломился в дом. Я бы позвонила в полицию, но забыла свой телефон дома.

Эдвелл продолжал улыбаться; он был олицетворением очаровательной, убийственной грации.

— Но на улице нет другой машины. Как ты сюда добралась, Саффрон?

Ну ёбушки-воробушки.

— Э-э… Я пришла пешком. Это всего в миле или двух от моего дома, — я неопределённо указала на задний двор. — Мой парень собирается заехать за мной. Он будет здесь очень скоро.

— Рад за него, — пробормотал Эдвелл.

Мужчина появился снова и протянул мне листок бумаги и ручку.

— Это всё, что я смог найти.

Эдвелл взял их у него, нацарапал своё имя и протянул листок мне. Я сглотнула и протянула свободную руку, но, как только мои пальцы обхватили её, Эдвелл выбросил вперёд свою руку и обхватил моё запястье ладонью как мясистыми наручниками. Его улыбка стала ещё более гадкой.

— Где Роуз? — потребовал он ответа.

— Я не знаю! — я дёрнулась, пытаясь освободиться, но он только усилил хватку.

— Ну же, Саффрон. Если ты скажешь мне, где она, всё будет в порядке. Я обещал, что не причиню тебе вреда, но, возможно, мне придётся причинить вред твоему парню, когда он появится. Если, конечно, он появится.

— Вы делаете мне больно! — запротестовала я.

Эдвелл сжал меня ещё сильнее, и я ахнула от боли.

— Это не более чем ласка, — сказал он. — Не будь такой слабачкой, — он цыкнул языком. — Честное слово, ну и молодёжь пошла.

На мои глаза навернулись слёзы.

— Пожалуйста, отпустите меня.

— Просто скажи мне, где Роуз.

— Я не знаю. Клянусь, я не знаю.

Эдвелл уставился на меня.

— Раньше ты была неправа, — сказал он. — Не все политики лгут, — он улыбнулся. — Но я не такой, как все политики, — он посмотрел на своих головорезов. — Этой женщине нечего нам сказать, но она может меня опознать. Пристрелите её, — он отпустил меня и начал отворачиваться.

Я непроизвольно дёрнула палочкой в ответ. Как только я это сделала, я почувствовала толчок. Это сработало, магия Метафоры вернулась. Я почувствовала свист в тот самый момент, когда человек передо мной начал нажимать на курок. «Что ж, — уныло подумала я, — вот и ответ на мой вопрос». Когда дело доходило до противостояния несущейся пули и магии Метафоры, магия побеждала. Но лишь с небольшим отрывом.

Глава 15

Поначалу знакомые блестящие стены комнаты Метафоры были слабым утешением. Острая боль пронзила мою грудь, как будто меня действительно подстрелили.

Я хватала воздух ртом, мои лёгкие раздувались, и я согнулась пополам, когда к горлу подступила желчь. Я не видела, как моя жизнь промелькнула у меня перед глазами — что, вероятно, было к лучшему — но я была уверена, что мои мгновения сочтены. Я находилась на волосок от смерти. Настоящей, замедляющей пульс, обрывающей жизнь, означающей конец мира Саффрон смерти. Но я выжила, чтобы рассказать эту историю.

Когда тошнота и боль прошли, я медленно выпрямилась с идиотской улыбкой на лице. Мои руки, возможно, всё ещё дрожали, но я вдруг почувствовала, что могу сделать всё, что угодно.

Дверь Метафоры открылась, и внутрь заглянула Фигги. Её лицо просветлело, когда она увидела меня.

— О, отлично! Значит, снова работает! Получается, мы опережаем график. Эти феи-технари знают, что делают.

— Прошу прощения? — если бы они знали, что делают, я бы не побывала на грани смерти.

Она моргнула, и её длинные загнутые ресницы подчеркнули растерянность на лице.

— Техническое обслуживание, — она обвела рукой маленькую комнату. — Ну, знаешь, чтобы убедиться, что всё в идеальном состоянии, а магия Метафоры работает безупречно, — она тихонько хихикнула. — Ты можешь себе представить, что случилось бы, если бы кто-то из нас попал в беду, и магия перестала действовать, и мы оказались бы в ловушке?

Я уставилась на неё.

— Да. Я действительно могу себе это представить, — я сделала паузу. — Это… техническое обслуживание было запланированным?

— О да, — Фигги кивнула, и её блестящие волосы сверкнули в свете прожекторов Метафоры. — Это было запланировано за несколько недель. И директриса напомнила нам об этом на утреннем брифинге.

Невероятно. Единственный раз, когда я пропустила утреннее собрание, и оказалось, что это единственный раз, когда раздавали важную информацию. Я закатила глаза. Это не имело значения. Я обманула смерть и из-за этого всё ещё чувствовала себя супер-пупер потрясающей.

Я вышла, чтобы Фигги могла вернуться и подготовиться к встрече со своим клиентом.

— Саффрон! — позвала она. — Ты обронила это.

Я обернулась и увидела, что она держит в руках клочок бумаги с автографом Эдвелла. Я взяла его. Это служило доказательством того, что политик замешан в каких-то очень тёмных делах. Ну, относительным доказательством, во всяком случае.

Я разгладила бумажку и обдумала то, что узнала. Тот факт, что сальные пальцы Арта Эдвелла были замешаны в заговоре с целью убийства Роуз, был на удивление захватывающим. Я наткнулась на что-то вроде реального человеческого заговора. Учитывая проблемы, которые у нас возникли с троллями, было приятно осознавать, что у людей тоже есть свои проблемы.

Я немного пофантазировала о том, как натравлю троллей на Эдвелла и наоборот, а сама буду сидеть с попкорном в руках. Затем я напомнила себе, что это не игра и на кону стоят реальные жизни. Кстати, мне нужно вдохновлять оперативную группу. Пришло время пошевеливать задницами и выяснить, какую информацию, если таковая имелась, раскопали остальные. Я сунула листок в задний карман и двинулась дальше.

— Ты не можешь провести собрание здесь, — сказала мне Филиппа, когда я подошла к открытой двери своей комнаты для совещаний. Она стояла, скрестив руки на груди, и постукивала ногой. — Я забронировала это помещение несколько месяцев назад.

— Ты не могла этого сделать. Место было свободно. Я перепроверила.

— Значит, произошла какая-то ошибка. В любом случае, у меня приоритет, потому что я здесь дольше.

Я стиснула зубы.

— Нет, у меня приоритет, потому что это делается для оперативной группы по борьбе с троллями.

Филиппа закатила глаза.

— Кому какое дело до троллей? Их лидер мёртв. Мы уже победили их. Они не вернутся.

Они, чёрт возьми, ещё как вернутся. Я шагнула к ней.

— Мы не знаем, сколько здесь троллей и что они планируют дальше. И погиб не их лидер. Несмотря ни на что, они не собираются забывать о том, что мы сделали с ними много лет назад.

— Мы крёстные феи, — Филиппа вскинула голову, и кончик её длинного блестящего конского хвоста ударил меня по лицу. — Им нас никогда не победить.

У меня были серьёзные сомнения на этот счёт. Из того, что я узнала, тролли оказались хитрее и сильнее, чем мы думали. Им удавалось скрывать своё существование десятилетиями; даже теперь, когда мы знали, что они где-то поблизости и охотятся за нами, мы всё равно не могли найти никаких их следов.

Пытаться убедить таких, как Филиппа, в том, что мы, крёстные феи, не являемся ни непогрешимыми, ни непобедимыми — это бессмысленная задача. Прямо сейчас я даже не могла убедить её, что мне эта чёртова комната нужна больше, чем ей.

К счастью, на этот раз Алисия была на моей стороне — по крайней мере, временно. Она проскользнула мимо нас и уселась на стул во главе стола.

Филиппа перевела взгляд с неё на меня и обратно.

— Ну и ладно, — пробормотала она. — Если тебе так нужна эта комната, можешь её занять, — она удалилась.

— О, прости, Саффрон, — хихикнула Алисия. — Я не хотела садиться на твоё место.

— Ты можешь садиться, где захочешь, Алисия. Мне не нужен план рассадки, чтобы знать, что я возглавляю эту оперативную группу.

Улыбка Алисии исчезла. Я напомнила себе, что мне не нужно настраивать её против себя, и что язвительные комментарии не помогут.

— Я имею в виду, — сказала я, — что, по-моему, эта оперативная группа выше таких мелочных проблем. У нас есть гораздо более важные вещи, о которых стоит беспокоиться.

— Я согласен, — проворчал Билли. — Что это за история с твоей пластикой носа?

Я взглянула на Далилу, которая демонстративно смотрела в другую сторону.

— Не обращай внимания, — сказала я, стараясь не усмехнуться. Учитывая, что Билли всё утро не было в офисе, Далила действительно хорошо справилась с распространением информации. — Давайте начнём это совещание. Я не хочу отнимать у вас много времени. Я знаю, что помимо троллей, у вас у всех есть клиенты, с которыми нужно иметь дело.

Алисия фыркнула.

— У меня есть парень, который твёрдо уверен, что больше всего на свете хочет, чтобы его пенис увеличился на 12 сантиметров. Это пятый клиент в этом году, который желает того же самого, — она фыркнула.

— Я совершенно доволен своим членом, — заявил Руперт. — Он совершенно точно достаточно большой, чтобы справиться с работой.

Я мысленно помолилась, чтобы он не вытащил его, чтобы показать нам. Или продемонстрировать, как он «справляется с работой».

— Верно! — поспешно перебила я. — Что у нас есть? Давайте начнём с тебя, Далила. Что ты слышала на улицах? Должны же ходить слухи о том, где прячутся тролли.

Она нахмурилась, явно недовольная.

— Насколько я знаю, нет. Я, конечно, продолжу пытаться, но если кто-то и знает, где они, то не говорит.

Я почесала в затылке.

— Хорошо. Я уже поговорила с Рупертом и…

— И, — продолжил он за меня, — я не нашёл ничего полезного ни в одном из старых отчётов Адвентуса. Даже до того, как большинство троллей было убито, они держались от нас подальше.

— Угу, — я посмотрела на Алисию. — Ну, — сказала я, — в случае, если мы всё-таки найдём троллей, ты обнаружила что-то, что поможет нам с ними бороться?

Алисия достала тюбик блеска для губ и аккуратно нанесла его на губы, прежде чем ответить.

— Их магия сильнее нашей. Им не нужно использовать волшебные палочки, чтобы творить могущественные заклинания. В схватке один на один, тролль с феей, фея обязательно проиграет. У нас есть шанс, если нас будет больше, но если они застанут нас врасплох… — она пожала плечами. — Прощайте, крёстные феи.

Я вздохнула.

— Так что, по сути, у нас ничего нет. Мы не знаем, сколько здесь троллей. Мы не знаем, где тролли. Мы понятия не имеем, что тролли могут планировать. Мы совершенно невежественны и в полной заднице, — я теребила пуговицу на манжете. Я не ожидала, что это будет легко, но я ожидала, что хотя бы один из нас что-нибудь найдёт.

Я подняла брови, глядя на Билли, но он в ответ скорчил мне гримасу. Мы все пришли с пустыми руками. Это дерьмово.

— Вообще-то, — сказала Анджела, — я думаю, у меня что-то есть.

Мы все повернулись к ней. Я была не единственной феей, в сердце которой вспыхнула надежда. Алисия подалась вперёд, подперев руками подбородок. Глаза Далилы широко распахнулись, Билли начал слегка покачиваться на стуле, а Руперт почесал яйца, что, как я предположила, в его мире считалось признаком волнения.

Купаясь в лучах нашего пристального внимания, и всё это без помощи презентации в PowerPoint, Анджела улыбнулась.

— Офис отдела кадров находится в передней части здания. Из окон открывается прямой вид на улицу. Мне пришло в голову, что, скорее всего, тролли по-прежнему следят за нами. В конце концов, они наверняка беспокоятся о том, что мы задумали и не приближаемся ли мы к ним. И они, должно быть, наблюдали за нами долгое время. Похищенных крёстных фей выманили наружу. Единственный способ, которым это могло бы сработать — это если бы тролли приставили к этому зданию наблюдателей.

Это очень хорошее замечание. Я поздравила себя с тем, что у меня хватило дальновидности взять Анджелу в команду, вместо того чтобы зацикливаться на том факте, что я сама должна была подумать о троллях-шпионах, околачивающихся поблизости.

— Итак, — спросила я, и мои пальцы сжались в предвкушении, — ты видела каких-нибудь троллей за окном? Наблюдающих за нами?

Алисия вздрогнула.

— Уф. Это так жутко.

— Ублюдок, которого я заметила сегодня утром, определённо жуткий, — сказала Анджела. — Он должен быть троллем. Во-первых, у него почти нет шеи как таковой, — она подняла плечи к ушам, чтобы показать нам, что она имела в виду. — Его кожа покрыта прыщами, а выражение глаз говорит о том, что он какой-то психопат.

Я нахмурилась, глядя на неё.

— Я думала, ты наблюдаешь за ним из окна на этой стороне улицы. Как ты могла разглядеть, какие у него глаза?

— У меня отличное зрение, — чопорно ответила она, аккуратно складывая руки на коленях.

Руперт фыркнул.

— И бинокль в верхнем ящике стола.

Ухмылка Билли подсказала мне, что Руперт прав.

— Бинокль? — тихо спросила я.

— Она использует его, чтобы поглазеть на парня, который работает в офисе напротив, — губы Руперта скривились в усмешке.

Далила широко улыбнулась.

— Тот, которого ты преследовала?

К моему удивлению, щёки Анджелы порозовели.

— Всем нам время от времени нужно немного отвлечься. И это не преследование, если тебе никогда не удаётся встретиться с ним лично или узнать о нём какие-либо подробности. Я посмотрела адрес, где он работает. Насколько я могу судить, там не указана ни одна компания.

— Видишь, — пробормотала Далила. — Преследование.

Руперт фыркнул.

— Этот мужчина должен быть красивым. Лично я не вижу этой красоты.

Анджела покраснела ещё сильнее. Наблюдение за этим завораживало.

— Он очень хорош собой, — сказала она, как будто это могло что-то изменить. — Невероятно хорош собой. Он мог бы составить конкуренцию даже Адвокату Дьявола.

Алисия усмехнулась.

— Ты хочешь сказать, что он пугающий и смотрит на тебя так, будто ты всё утро топила щенков?

Я удивлённо покосилась на неё.

— Джаспер не такой.

— Да, — сказала она с сарказмом, — под всеми этими жёсткими гранями он просто большой пушистый монстр-обнимашечка.

— Ну, он высокомерный и своевольный, но он также… — начала я, прежде чем заметила, что Билли весело ухмыляется мне. — Неважно, — я кашлянула. — Давайте сосредоточимся на мужчине, которого заметила Анджела. Есть ли что-нибудь, кроме его внешности, что указывает на то, что он тролль?

— Он похож на тролля, — сказала она. — В своём отчёте ты сказала, что в них было что-то странное. Когда ты подошла поближе, что-то в них показалось тебе неправильным. Что ж, это определённо относится к этому парню. И его поведение весьма подозрительно.

— В каком смысле?

Она поджала губы.

— Будет проще, если я покажу вам всем, — она отодвинула стул и поднялась на ноги. — Пойдёмте со мной.

Мы переглянулись и сделали, как она сказала. Анджела посеменила из комнаты, напевая что-то себе под нос, а мы все последовали за ней, как Крысолов со своими крысами. Я заметила Джаспера, который стоял в дверях своего кабинета и наблюдал за нами. То, как он смотрел на нас, действительно напоминало суровый взгляд, говорящий: «Вы убили моего щенка». Я одарила его улыбкой, но он не расслабился. Если уж на то пошло, он стал выглядеть более суровым.

Пожав плечами, я последовала за остальными в отдел кадров. Анджела остановилась у своего стола, достала из верхнего ящика то, что на самом деле было биноклем, и подошла к окну. Другие сотрудники отдела кадров наблюдали за ней со смесью насмешки и зависти. Она подняла бинокль и причмокнула губами.

— Он всё ещё там, — заявила она. — Он всё ещё делает это.

Я протянула руку и взяла у неё бинокль. Вглядываясь в бинокль, я прищурилась, чтобы понять, о чём она говорит. Я медленно повернулась влево и невольно ахнула, когда мужчина, которого она описала, повернул голову и посмотрел прямо на меня из открытого окна.

Я узнала его: это тот самый мужчина, с которым я столкнулась на улице на днях. Тот, от кого у меня мурашки побежали по коже.

— Видите? — торжествующе воскликнула Анджела. — Предполагается, что это место окутано магией, которая не позволяет людям заметить, что здание существует, но он всё утро смотрел в эту сторону. С таким же успехом он мог наблюдать за нами так неделями. Даже месяцами.

Билли расправил плечи.

— Тогда пойдёмте туда. Прямо сейчас. Давайте встретимся с ним лицом к лицу и выясним, в чём дело.

Я пригладила руками юбку и постаралась не слишком волноваться из-за того, что мы на что-то наткнулись.

— Нет, — я покачала головой; разговаривать с этим типом лицом к лицу было очень плохой идеей. Сегодня у меня уже был один неприятный случай, когда я беспечно забрела в здание, будучи совершенно неподготовленной. Такого больше не должно повториться. — Нам нужно действовать очень осторожно. Если он шпионит за нами, мы не хотим, чтобы он знал, что мы за ним следим. Помните, что наша задача — найти троллей и выяснить, что они планируют дальше, а не предпринимать какие-либо шаги, которые могут рвануть нам в лицо.

— Или, — пробормотала Алисия, — взорвать нас. Не забывайте, что сделал Бернард, когда взорвал те бомбы.

Остальные внезапно побледнели.

— И что же нам делать? — спросила Далила.

— Мы ведём себя как обычно, — сказала я. — Анджела, ты можешь присматривать за ним со своего рабочего места. Дай нам знать, если он уйдёт или если увидишь, что кто-то ещё входит и выходит. Билли, ты чувствителен к магии. Сходи куда-нибудь пообедать и случайно пройди мимо этого здания. Посмотри, что сможешь уловить. Я поговорю с Адвокатом Дьявола и найду какой-нибудь способ проникнуть туда. Когда стемнеет, я прокрадусь одна и посмотрю, что смогу найти. Там могут быть какие-нибудь компрометирующие записи или оборудование. Нам нужно знать, с чем мы имеем дело, прежде чем предпринимать что-либо против этого типа.

— Если ты пробираешься туда тайком, — сказала Далила, — тогда я иду с тобой.

— Я тоже, — сказал Билли.

Алисия кивнула.

— И я.

Руперт пожал плечами.

— Полагаю, это означает, что я тоже.

— Нет. Нам нужно действовать скрытно и тихо. Чем меньше людей, тем меньше шансов, что нас поймают.

— Но…

Я свирепо посмотрела на Билли. Я не собиралась терпеть никаких возражений.

— Я пойду одна, — сказала я. — И точка.

Глава 16

— Ты не можешь пойти одна. Я пойду с тобой.

Я скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на Джаспера.

— Нет, не пойдёшь.

— Да, пойду.

— Нет, чёрт возьми, ты не пойдёшь. Мы не знаем наверняка, кто этот парень, и я вполне способна справиться с таким небольшим проникновением в одиночку. Он, вероятно, обычный парень, который понятия не имеет о существовании фей или троллей.

— Вы видели, как он наблюдал за этим зданием.

Так и было, и я почувствовала что-то похожее на магию, исходящую от его тела, но я не была полностью уверена, что он был кем-то иным, кроме человека. Ещё нет.

— Это не делает его троллем, даже если магия заставляет людей избегать этого места. Не стоит делать поспешных выводов.

Джаспер непримиримо уставился на меня.

— Да, — согласился он. — Но если это тролль, ты подвергаешь себя смертельной опасности. Возможно, он там не один. На самом деле, всё здание может кишеть троллями. Ты не узнаешь, пока не окажешься внутри.

— Я не собираюсь сражаться с ними в одиночку, — раздражённо сказала я. — Всё, что я сделаю — это поищу подтверждения того, что там есть тролль или тролли. Это тайная операция по установлению фактов, а не самоубийственная миссия.

Он даже не дёрнулся.

— Это не имеет значения. Ты не пойдёшь туда без меня.

— Разве тебе не нужно заниматься аудиторской проверкой?

— Всё идёт как по маслу. Я вполне могу позволить себе отлучиться на пару часов, — Джаспер помолчал и понизил голос. — Или ты боишься оставаться со мной наедине? — он начал поигрывать с кружкой, стоящей перед ним, и его длинные пальцы слегка поглаживали её край. — Мы должны быть друзьями, но, возможно, ты думаешь, что, учитывая произошедшее между нами, ты не сможешь контролировать себя рядом со мной.

— Что? — я вытаращилась на него. — Конечно, это не так! И я хотела бы напомнить тебе, что между нами ничего не было.

— Ммм, — он продолжал поигрывать с краем кружки. — Мне не следовало бы снова поднимать эту тему, но тот поцелуй в парке.

— Мы оба знаем, что это было ошибкой, — натянуто произнесла я. — И в любом случае, это был притворный поцелуй.

Я заметила мимолетное веселье на его лице, и мои глаза прищурились. Серьёзно, что он задумал? Он сам положил конец нашим предполагаемым отношениям. Почему он настаивал на том, чтобы упоминать о случившемся между нами моменте? У меня в голове зародилось подозрение, но Джаспер сменил тему, прежде чем я успела собраться с мыслями.

— Как бы то ни было, — сказал он. — Мы войдём вместе. Моя магия сильнее твоей. Если это действительно тролль, тебе потребуется соответствующая поддержка.

Я фыркнула.

— Я думаю, ты помнишь, что в прошлый раз именно тебе понадобилась поддержка. А не мне.

Джаспер сжал челюсти.

— Это потому, что тролли сильны. Они прятались десятилетиями, поколениями, и были сосредоточены только на одном — отомстить крёстным феям за то, что они сделали. Мы не можем недооценивать их. Никогда.

Его тон был достаточно мрачным, чтобы я прекратила свои протесты.

— Если они в том здании, — сказала я, — и если мы их найдём, что дальше? Я могла бы возразить, что их планы мести оправданы. Большая часть их расы была уничтожена из-за того, что сделали крёстные феи.

Джаспер выдержал мой взгляд.

— Есть пять крёстных фей, которые могут возразить, что оставшиеся тролли заслуживают самого сурового наказания.

— Ты разговаривал с Лидией Дюшан, — ответила я. — Много разговаривал. Она одна из тех пяти фей. Она этого хочет? Чтобы всех троллей в этой стране повесили, разрубили на куски и четвертовали?

— Даже самые кровожадные феи не захотели бы этого. Мы живём не в Средневековье.

Он пытался уйти от ответа, и мы оба это знали.

— Это была фигура речи, — сказала я, — как ты прекрасно понимаешь.

Джаспер вздохнул и провёл рукой по своим чёрным, как смоль, волосам.

— Из того немногого, что я узнал за то короткое время, что был их пленником, я понял, что тролли не остановятся, пока не уничтожат Отдел Крёстных Фей. У меня такое чувство, что они невероятно зациклены на этой цели. Они долго ждали своей мести, и ничто не встанет у них на пути.

— Уверена, мы могли бы прийти к какому-то соглашению, которое устроило бы всех, — тихо сказала я. — Соответствующее наказание для тех, кто участвовал в похищениях, и возмещение ущерба от нас за то, что случилось с их родом много лет назад.

Что-то неуловимое изменилось в языке тела Джаспера, и он, казалось, расслабился.

— Это были бы рациональные меры, — согласился он, почти улыбаясь. — Но я думаю, мы оба знаем, что трудно мыслить рационально, когда в деле замешаны эмоции.

Я изучала его лицо и размышляла над его словами.

— Так вот почему ты проводил время с Лидией, — сказала я, внезапно всё поняв. — Если жертвы троллей смогут просить о снисхождении, то остальным из нас будет гораздо труднее настаивать на более суровом наказании, — я уставилась на него. Между Джаспером и Лидией вообще ничего не было. Я всё поняла совершенно неправильно. — Какого чёрта ты не сказал мне об этом раньше?

Он облизнул губы.

— Я не был уверен, как ты к этому отнесёшься. Если я что-то и узнал о тебе, так это то, что ты можешь быть невероятно сосредоточенной, когда хочешь, чтобы что-то произошло. Возможно, ты хотела, чтобы тролли умерли за то, что они сделали, вместо того, чтобы понимать, что непреднамеренная боль и страдания, причинённые этим офисом, также должны быть приняты во внимание.

— Если ты не был уверен в моих взглядах, почему ты рекомендовал мне возглавить оперативную группу? — по мне пробежала холодная дрожь обиды. — Это было не только из-за моей решимости и желания добиться успеха, — натянуто произнесла я, медленно обдумывая услышанное. — Это потому, что ты думал, что сможешь контролировать меня. Что ты сможешь остановить меня от безумного желания уничтожить троллей в моём собственном акте мести, если бы я посчитала, что это необходимо.

Долгое время Джаспер молчал. Когда он заговорил, и тон, и выражение его лица были извиняющимися.

— Прости меня. Эта мысль действительно приходила мне в голову. Я убеждён, что наше внимание должно быть сосредоточено на предотвращении дальнейших злодеяний, а не на создании возможности для того, чтобы случались ещё худшие вещи. Я не знал, будешь ли ты придерживаться того же мнения. Коммуникация, по крайней мере, в том, что касается тебя, до сих пор не была моей сильной стороной. Мне следовало обсудить это с тобой гораздо раньше.

— И, — добавила я, — ты должен был понять, что я способна сопереживать троллям. Я не согласна с тем, что они делают, но это не значит, что я не могу посмотреть на вещи с их точки зрения, — я поколебалась. — Я должна была оказать тебе такую же любезность. Мы оба виноваты в этом, — я невесело рассмеялась. — Мы определённо не были бы хорошей парой. Мы даже не можем нормально разговаривать друг с другом.

Джаспер слегка нахмурился.

— Ммм.

Внезапно почувствовав себя неловко, я переступила с ноги на ногу.

— В любом случае, — сказала я, сосредоточившись на главной теме разговора, — если ты собираешься настаивать на том, чтобы присоединиться ко мне, и мы оба собираемся пробраться в это здание на охоту на троллей, нам следует дождаться темноты. Скажем, часов в десять? Тебя это устроит?

— Отлично, — Джаспер приподнял брови. — А как насчёт другого вопроса — твоей клиентки, которая умирает? Тебе удалось разрешить эту ситуацию?

Ой-ёй.

— Почти, — сказала я с фальшивой бодростью. — Если бы моя клиентка могла что-нибудь вспомнить обо мне, она была бы в восторге от моих успехов. Я уверена, что в ближайшее время исполню её желание и перейду к другим своим клиентам.

Джаспер потёр подбородок.

— Если ты так считаешь.

Я поднялась на ноги.

— Я действительно так считаю. Кстати, раз уж мы заговорили об этой клиентке, я должна вернуться к ней, пока у меня есть возможность.

— Надеюсь, всё пройдёт хорошо.

Я кивнула, направляясь к двери.

— Я тоже! — прощебетала я.

— Если она снова навредит тебе, — пробормотал Джаспер, — ты всегда можешь передать её другой крёстной фее.

Я вздрогнула.

— Что ты имеешь в виду?

— Твоё запястье. Ты как-то странно держишь его с тех пор, как вошла сюда. Очевидно, оно травмирован.

— О, — я неловко замялась с ответом. — Моя клиентка этого не делала.

Джаспер холодно посмотрел на меня.

— Тогда кто же это сделал?

— Это был просто несчастный случай, — я отвернулась. — Не о чем беспокоиться.

— Если ты настаиваешь, — сказал он. Затем добавил более тихо: — К сожалению, твои навыки коммуникации тоже оставляют желать лучшего.

***

Я быстро отправила сообщение остальным, сообщив им, что мы с Джаспером проникнем в здание напротив, как только наступит ночь, а затем использовала вспышку магии, чтобы залечить самые серьёзные повреждения на моём запястье. Самый страшный синяк остался, но, по крайней мере, он уже не так сильно болел. Краем глаза я заметила, что Аделина наблюдает за мной. Я расправила плечи и подошла, чтобы поговорить с ней.

— Директриса хотела бы знать, как у вас идут дела с троллями, — сказала она. — Есть ли какой-нибудь прогресс?

Я рассказала о том, что обнаружила Анджела, наслаждаясь приятным удивлением Аделины.

— Это хорошая работа. Как только вы подтвердите, что там есть тролли, немедленно отступите и сообщите нам. Мы разберёмся с этим вопросом.

— На самом деле, — сказала я как можно небрежнее, — я думаю, что Адвокат Дьявола собирается взять ситуацию в свои руки.

Её улыбка сменилась недовольством.

— Ему следовало бы сосредоточиться на аудите.

— Возможно, то, что происходит с троллями, является частью проверки, — сказала я ей. — В конце концов, похоже, что их судьба и судьба этого офиса тесно связаны.

Брови Аделины сошлись на переносице.

— Они похитили наших людей. Они отрубили им пальцы! И как минимум одно ухо! Мы не можем допустить, чтобы подобные действия остались безнаказанными.

— Я уверена, что этого не произойдёт, — тихо сказала я. — Но мы не можем отрицать роль этого отдела в том, что тролли стали такими, какие они есть сегодня.

Она, похоже, была не в восторге от этого заявления.

— Нас нельзя винить в несчастном случае, произошедшем десятилетия назад. А похищения произошли в прошлом месяце!

Я прикусила губу, но не собиралась молчать, не тогда, когда дошло до этого.

— Я не знала, что у геноцида есть срок давности.

— Едва ли это был геноцид, Саффрон! Это была ошибка.

— Не уверена, что тролли так на это смотрят, — сказала я, ступая осторожно. — Особенно учитывая, что мы скрыли это и практически забыли, что они когда-либо существовали.

Она открыла рот, чтобы продолжить спор, но тут же закрыла его снова.

— Чёрт возьми, — пробормотала она. — Что за бардак.

Я кивнула.

— Да, — я вздохнула. — Мы должны найти их и поговорить с ними, прежде чем кто-нибудь сделает что-то, о чём мы все пожалеем.

Её плечи опустились.

— Хорошо. А что насчёт другого вопроса? Та твоя клиентка, из-за которой ты пришла ко мне на встречу.

Я удивлённо подняла брови.

— Я думала, ты хотела правдоподобно отрицать всё, что касается её.

— Да, — она ждала.

Ах.

— Но ты не хочешь, чтобы это выглядело так, будто ты не обращаешь внимания на то, чем я занимаюсь. Менеджмент среднего звена — это сложная задача.

На мгновение выражение её лица изменилось, и в нём появилось удивительно уязвимое выражение. Затем она встряхнулась.

— Да, это так, — сказала она. — Расскажи мне всё начистоту, без предосудительных подробностей, и я посмотрю, смогу ли я чем-нибудь помочь.

Я подумала об этом.

— Что ж, — сказала я наконец, — кажется, я выяснила, кто её ассасины. Ты слышала об Арте Эдвелле?

— Он какой-то политик, ведь так?

— Да. Он хочет убить мою клиентку, потому что, насколько я могу судить, у неё есть на него информация, которую он не хочет, чтобы кто-то ещё узнал.

Аделина сморщила носик.

— Так это просто. Исполни её желание и заставь его забыть о ней.

— Она уже умирает, — сказала я. — Не думаю, что её волнует, что он хочет её смерти.

— Ну, её должно волновать, — отрезала Аделина. — Вряд ли ты поступаешь плохо, заботясь о её интересах и не давая какому-то подлому политику убить её. Взмахни волшебной палочкой и покончи с этим. Не каждый клиент знает, чего он хочет, Саффрон. Иногда приходится принимать важные решения за них.

— Ммм, — это был самый простой выход. Я хотела убедиться, что делаю для Роуз всё, что в моих силах.

— Не надо мне «ммм», — предупредила Аделина. — Просто разберись с этим и двигайся дальше.

— Да, Аделина, — я дотронулась до воображаемой шляпы, затем поколебалась.

Она вздохнула.

— Что?

— «Лебединое озеро» тебе о чем-нибудь говорит? — спросила я.

Аделина выглядела сбитой с толку.

— Кроме балета?

Фигги вышла из зала Метафоры и прошла мимо нас.

— О, я обожаю балет, — выдохнула она, убрала свою волшебную палочку, кончик которой, как я заметила, был украшен прелестным маленьким красным бантиком, и сделала нам пируэт. — «Лебединое озеро» всегда было моим любимым, когда я была маленькой. По крайней мере, так было до тех пор, пока та женщина не погибла, упав с балкона Королевского Альберт-холла в то же самое время, что Зигфрид и Одетта. Даже сейчас я не могу смотреть его, не услышав её крика, — она выпятила нижнюю губу. — Она испортила мне всё. В последнее время я предпочитаю «Щелкунчика» и «Жизель». От лебедей у меня мурашки по коже.

Я замерла.

— Кто умер?

— Зигфрид и Одетта. Они герои, Саффрон. Я знаю, ты, наверное, никогда не была на балете, потому что там, откуда ты родом…

— Я не про них, — прошипела я. — Меня не интересуют вымышленные персонажи. Женщина, которая упала с балкона. Реальная женщина. Кто это был?

Фигги нахмурилась.

— Я не знаю. Какая-то чокнутая женщина-политик. Она очень громко кричала. И она чуть не убила билетёра, когда падала, — она щёлкнула зубами, давая понять, что мёртвой женщине следовало быть гораздо осторожнее.

Аделина посмотрела на меня.

— Я не совсем понимаю, что здесь происходит, но, похоже, тебе предстоит проделать ещё кое-какую работу, Саффрон.

Я глубоко вздохнула. Так и есть.

Глава 17

Я уставилась на экран своего компьютера с чашкой остывшего кофе в руке. Инцидент, описанный Фигги, произошёл на самом деле.

Шестнадцатью годами ранее, во время представления «Лебединого озера», многообещающая женщина-политик по имени София Твист упала с балкона, когда балет достигал своей кульминации. Была даже видеозапись; один из зрителей снимал сцену с заднего ряда.

Из-за яркого света фонарей было трудно разглядеть, что именно произошло, но движение тёмных теней, за которым последовал громкий крик, указывало на то, что это не было несчастным случаем. И это не было самоубийством, совершённым в неподходящий момент. Несмотря на потасовку, когда полиция допросила всех и не нашла очевидных подозреваемых, смерть Твист в конечном итоге была квалифицирована как несчастный случай. Учитывая то, что я услышала в коттедже Роуз, мне было невероятно трудно в это поверить.

Отбросив свои дурные предчувствия, я постаралась быть одновременно прагматичной и бесстрастной. Я сказала Джасперу не делать поспешных выводов; пока у меня не будет доказательств обратного, я собираюсь попытаться сделать то же самое.

Я ввела в поиск Софию Твист и просмотрела появившуюся информацию. Она была необычно молода для человека её положения, её избрали членом парламента от небольшого избирательного округа из числа графств, окружающих Лондон. Формально этого округа больше не существовало, поскольку он был объединён с другим округом. Перевес голосов за Твист был небольшим, но работа, которую она проделала после того, как за неё проголосовали, получила признание даже от её недоброжелателей. Она поддерживала работу местной больницы, несмотря на серьёзные сокращения, и боролась за репатриацию человека из Юго-Восточной Азии, после того как он угодил там в тюрьму по сомнительным обвинениям. Она также входила в состав какой-то умопомрачительно скучной парламентской комиссии, изучавшей пути улучшения железных дорог. Насколько я могла судить, её биография была на удивление лишена скандалов.

Я рассматривала её фотографии. Она была яркой женщиной; её каштановые волосы всегда были аккуратно собраны в тугой пучок, и она обычно носила сшитые на заказ бежевые костюмы. Бежевый цвет обычно не ассоциируется у меня с блеском, но он подходил к смуглому лицу Твист и выделял её на фотографиях — даже на тех, где она конкурировала за внимание с такими крупными личностями, как Арт Эдвелл. Было несколько их совместных фотографий, на которых он часто обнимал её за плечи. В нескольких некрологах она была описана скорее как его протеже, чем как самостоятельная влиятельная женщина.

Я прикусила нижнюю губу, затем распечатала все фотографии и разложила их на столе в нужном порядке. Первая фотография была сделана на следующий день после её избрания, последняя — за неделю до её смерти.

Далила высунула голову из-за перегородки, любопытство взяло верх.

— Чем ты там занимаешься? Это как-то связано с троллями?

— Нет, — я сморщила нос. — Я думаю, это связано с одним из моих клиентов. Это… сложно, — я переводила взгляд с фотографии на фотографию. На каждой фотографии выражение лица Арта Эдвелла было практически одинаковым. У него была заученная улыбка акулы. София Твист тоже улыбалась на всех фотографиях, но были небольшие различия.

Я взяла первую и последнюю фотографии и показала их Далиле.

— Женщина, — сказала я. — В бежевом костюме. Она кажется тебе другой?

Делайла нахмурилась и посмотрела на обоих.

— На этом снимке она расслаблена, — сказала она, указывая на первую фотографию. — И явно трахается с этим парнем.

— Откуда ты можешь знать?

Она усмехнулась.

— Я всегда могу сказать.

— Далила…

— Она прижимается к нему с фамильярностью, которая появляется только после соития.

Я уставилась на неё, и её улыбка стала шире.

— Вот откуда я знаю, что вы с Адвокатом Дьявола не делали этого, несмотря на слухи об обратном, — она полировала ногти о свою блузку. — Я в некотором роде эксперт по языку тела. В прошлом году я убедила Аделину разрешить мне пройти курс обучения. Знаешь ли ты, что, когда кто-то дёргает себя за мочку уха, это обычно указывает на нерешительность?

— Каждый день узнаешь что-то новое, — я посмотрела вниз и задумалась, как много я о себе рассказываю. — Помогает ли понимание языка тела? — спросила я. — Я имею в виду, в работе крёстной феи.

Далила фыркнула.

— Чёрт возьми, нет. Но это здорово помогает узнавать о более интересных событиях, происходящих в этом офисе, — она восторженно поиграла бровями. — Я многое могу рассказать тебе о здешних взаимоотношениях.

— Угу, — еле слышно сказала я, надеясь, что она этого не сделает. — Что ты видишь на этом последнем фото? Что она чувствует здесь?

— Она ненавидит его.

Я рассмотрела снимок поближе.

— Потому что она отодвинулась от него?

— Конечно, — Далила указала пальцем. — И потому что её кулак сжат.

Я изучила фотографию более внимательно. Видна была только одна рука Софии, но она действительно была сжата в кулак. Интересно.

— Спасибо, — пробормотала я.

— Нет проблем, — Далила просияла и отвернулась. Я мысленно взяла на заметку перестать ёрзать в её присутствии. Или двигаться. Или делать что-нибудь, что могло бы подсказать, о чём я думаю. Это было чертовски жутко.

Я включила видеозапись и наблюдала, как репортёр BBC News у Королевского Альберт-холла серьёзным тоном объявил, что София Твист трагически погибла. Как только я убедилась в том, что видела, я выключила компьютер и поднялась на ноги. Пришло время поговорить с Роуз.

***

Благодаря Арту Эдвеллу и его вооружённым головорезам, мне не удалось заполучить лекарства Роуз в свои загребущие ручки. Сейчас меня это не особенно волновало. Состояние сердца Роуз беспокоило меня не так сильно, как до моей вылазки в её коттедж. Осознание того, что твой клиент может оказаться хладнокровным убийцей, безусловно, является одним из способов уменьшить симпатию.

Когда магия Метафоры перенесла меня прямо к маленькому домику Винсента с террасой, я не стала поднимать руку, чтобы постучать в дверь. Вместо этого я оглядела улицу и направилась прямиком к небольшому ряду магазинов в дальнем конце. Если повезёт, я всё равно смогу найти то, что мне нужно.

Я прошла мимо газетных киосков с дверями из проволочной сетки и самодельными плакатами, рассказывающими о вечно оптимистичных поисках потерявшихся кошек и работе уборщицы, затем миновала индийскую закусочную навынос, аромат карри в которой напомнил мне о Джаспере. Я перешла улицу, где, к счастью, обнаружилась маленькая аптека.

Колокольчик над дверью звякнул, когда я вошла, но женщина в белом халате за стойкой даже не подняла головы. Я осмотрела полки, нашла то, что мне было нужно, и подошла к кассе, чтобы расплатиться.

— Так, так, так, — протянул знакомый голос позади меня. — Не ожидал встретить тебя здесь. Забираешь прописанный доктором метадон?

Фармацевт вскинула голову, прищурившись, в то время как я повернулась и впилась взглядом в Винсента.

— Я могла бы задать тебе тот же вопрос, — фыркнула я и посмотрела ему за спину. — Где Роуз?

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Дома. И прежде чем ты начнёшь, — добавил он, предупреждая моё раздражение, — она получила чашку чая и смотрит «Дома с молотка». Эта маленькая старушка в полной безопасности и никуда не денется.

— Ты этого не знаешь, — в конце концов, он видел доказательства того, что Роуз пыталась сбежать.

Винсент полез в карман и вытащил связку ключей.

— Я запер её, — просто сказал он.

Я повернулась к фармацевту, выражение лица которого становилось всё более мрачным.

— Моя мать, — солгала я без необходимости. — У неё деменция. И дурная привычка бродить по улицам, если мы не будем держать её взаперти, — я не знала, зачем мне понадобилось придумывать оправдание, ведь я работала и была под действием магии памяти. Фармацевт ни черта не запомнит, как только я выйду из её маленькой аптеки.

Моё объяснение лишь слегка успокоило её, но, когда она взглянула на флакон, который я держал в руках, она, казалось, смягчилась.

— Это, знаете ли, не поможет ей избавиться от слабоумия. Научные исследования, посвященные гинкго билоба, оказались неубедительными. Вам лучше отвести свою маму к настоящему врачу.

Я кашлянула.

— Я подумала, что стоит попробовать. Вреда ведь от этого не будет, правда?

Она поджала тонкие губы.

— Полагаю, что нет.

Я расплатилась с ней и вышла на улицу подождать Винсента. Мне было страшно подумать, что он покупает в аптеке. Наверное, виагру. Я слегка передёрнулась.

— Как у неё дела? — хрипло спросила я, когда он вышел и присоединился ко мне.

— Лучше, — сказал он. — Она почти не двигалась, но и не умерла, — он оскалил зубы в улыбке. — Я бы посчитал это победой.

— Угу, — кивнула я, когда мы направились обратно по улице к его дому. — Она тебе хоть немного открылась? О чём-нибудь?

— Она сказала мне, что песочное печенье — это для неудачников, и если в нём нет шоколада, это не считается, — сказал он и указал на бутылочку. — Это поможет с магией памяти?

— Надеюсь, что поможет, — мрачно пробормотала я. — Нам с Роуз нужно серьёзно поговорить, и я устала от всех этих экивоков.

Винсент моргнул.

— Эки чего?

— Не прикидывайся дурачком, — посоветовала я ему. — Тебе это не идёт.

Он ухмыльнулся.

— Но мне нравится, когда люди недооценивают меня. Так легче манипулировать ими.

— В твоём доме сидит пожилая пенсионерка, которая думает точно так же, — сказала я. — И она гораздо лучше тебя умеет манипулировать людьми.

Он подмигнул.

— Как ты думаешь, почему она мне так нравится?

Я фыркнула, но сдержалась, когда мы подошли к его входной двери, и он вставил ключ в замок, поворачивая его, пока не раздался щелчок.

— Милая! — крикнул он, когда дверь открылась. — Я дома!

Я была рада видеть, что Роуз выглядит гораздо здоровее, чем утром. Она фыркнула в ответ, когда Винсент вошёл в комнату. Когда я последовала за ним и она заметила меня, она запустила кружкой мне в голову с такой стремительностью, что я едва успела увернуться. В итоге я всё равно оказалась забрызгана чуть тёплым чаем.

— Кто ты, чёрт возьми, такая? — взвизгнула она.

Винсент вздохнул.

— Роуз, — сказал он, — это Саффрон. Ты уже встречалась с ней раньше. Она привела тебя сюда. Ты видела её сегодня утром, когда у тебя из-за неё остановилось сердце.

Я пристально посмотрела на бывшего наркодилера.

— Это не поможет делу.

— Это правда, не так ли?

— Я не дура! — закричала Роуз. — То, что я старая, ещё не значит, что я полная идиотка! Однажды ты состаришься и тогда увидишь, каково это! — она упёрла руки в бока. — Уведи отсюда эту женщину. Я не знаю, кто она, и не хочу знать.

— Поскольку Роуз умудрилась опрокинуть свою чашку чая, — сказала я, — я собираюсь поставить чайник и заварить ещё одну, — я огляделась, внезапно занервничав. — Где Тыква?

— Откуда ты знаешь о моём Тыкве? — огрызнулась Роуз, когда из-под подушки высунулся любопытный нос пса. Он уставился на меня своими глазками-бусинками, но, похоже, решил, что на этот раз я не стою таких усилий. Я почти улыбнулась. Может быть, я всё-таки чего-то добивалась.

Я наклонилась и собрала осколки разбитой кружки.

— Пойду заварю чай, — быстро сказала я и скрылась на кухне, пока Тыква не передумал или Роуз не решила швырнуть в меня чем-нибудь более смертоносным.

Когда я вернулась, она снова откинулась на спинку стула. Тыква сидел у неё на коленях. Он приподнял одно веко, когда я вошла, но никак не отреагировал. Да. Определённый прогресс. Возможно, магия памяти не действует на животных.

Даже Роуз выглядела более расслабленной. Очевидно, Винсент обладал каким-то магическим даром — либо это, либо «Дома с молотка» были настолько захватывающим шоу, что моё присутствие больше не имело значения.

— Вот, — сказала я, протягивая дымящуюся чашку Роуз, — выпейте это.

— Ни за что на свете, — проворчала она. Хорошо. Значит, не так уж и расслаблена. — Кто знает, вдруг ты пытаешься меня отравить.

— Не пытаюсь, — сказала я. — Обещаю, — чтобы придать вес своим словам, я сделала глоток чая. Гинкго билоба придало чаю горьковатый привкус, но он не был таким уж неприятным. — Теперь вы пейте.

— Ты только что пила из моей чашки, — сказала Роуз. — Это негигиенично. Неизвестно, чем я могу заразиться. Теперь я не собираюсь, чёрт возьми, пить из неё, ясно?

Я волью это лекарство ей в глотку, если придётся.

— Выпейте, — сказала я и заставила себя улыбнуться. — Вам станет легче.

— Давай, Роуз, — настаивал Винсент. — Это пойдёт тебе на пользу.

Ворча, Роуз взяла чашку, сжимая её обеими руками. Чтобы не показаться слишком нетерпеливой и лишний раз не отговаривать её от этого проклятого чая, я села в кресло напротив и уставилась на экран телевизора. Там была молодая пара, увлечённо ломавшая стену кувалдой. Выглядело как отличный метод терапии. Я понаблюдала за ними несколько мгновений, прислушиваясь к тому, как Роуз прихлёбывает чай.

— Странный вкус, — пробормотала она. Я оглянулась. Она сердито посмотрела на меня. — Ты уверена, что это не отравлено?

— Это, должно быть, из-за твоих таблеток, Роуз, — успокаивающе сказал Винсент. — От них у чая будет странный вкус.

— Чёртовы таблетки, — пробормотала она. — Они меня доконают. И я не хочу умирать, накачавшись наркотиками по самые уши. Я хочу быть с ясной головой и бороться, а не вялой и немощной.

Я медленно повернула голову к Винсенту.

— Её таблетки? — спросила я. Мой голос звучал пискляво и пронзительно. Он удивлённо посмотрел на меня.

— Да. Она оставила их дома, так что я взял новый рецепт. Я сделал заказ сегодня утром. Половина из них была у них на складе, но мне пришлось забрать остаток после того, как они были заказаны. Как ты думаешь, зачем ещё я был у аптекаря?

О нет. Страх пробежал у меня по спине. Я уставилась на Роуз и на едва заметную улыбку, играющую на её тонких губах.

— Ты идиот, — выдохнула я.

Винсент выглядел обиженным.

— Я?

— Все мы, — я вскочила на ноги. — Нам нужно убираться отсюда. Немедленно.

— Почему?

Потому что я слышала, как Арт Эдвелл говорил, что он мог бы использовать лекарство Роуз, чтобы выследить её. Он был высокопоставленным политиком; вероятно, он мог запустить свои грязные лапы в любую чёртову базу данных, какую только захочет. Судя по выражению лица Роуз, она тоже это знала.

— Возможно, вы отчаянно пытаетесь столкнуться с ним лицом к лицу, — огрызнулась я на неё, и моя ярость росла, — Но это не значит, что вы имеете право подвергать риску всех нас.

— Я не понимаю, о чём, чёрт возьми, ты говоришь, — сказала она, указывая руками и полное отсутствие понимания того, что я была не в себе.

— Рецепт был на её имя? — спросила я Винсента.

— Да, но…

— Тогда, — сказала я, — мы уходим. Идёмте.

Тыква предупреждающе гавкнул, давая мне понять, что мне лучше успокоиться и не волновать его хозяйку. Я пристально посмотрела на него, мысленно говоря, что снова превращу его в мягкую игрушку, если он не будет себя держать себя в лапах. Он затих достаточно долго, чтобы я успела подхватить его и сунуть в руки Винсенту. Затем я рывком поставила Роуз на ноги.

— Что ты делаешь, сучка? Убери от меня свои руки!

— Заткнитесь, — огрызнулась я и взглянула на её чашку. Она выпила больше половины содержимого. Этого должно было хватить. — Идёмте.

— Винсент, дорогой, — дрожащим голосом произнесла Роуз, — что происходит? Почему эта странная женщина так себя ведёт? Я не сделала ничего плохого.

— Перестаньте притворяться, — сказала я, потянув её к входной двери и приоткрыв её, чтобы выглянуть наружу. Единственным прохожим был бегун, чьи раскрасневшиеся щёки и остекленевшие от напряжения глаза не позволяли ему быть подозреваемым.

— Чей адрес был указан на рецепте? — спросила я, поворачиваясь к Винсенту. — Это был адрес твоего дома?

Он стоял позади нас с Тыквой в руках и озадаченным выражением лица.

— Нет. Это был адрес Роуз. Я сказал им, что она приехала погостить на несколько дней.

Я выдохнула. Это уже что-то. Если Арт Эдвелл действительно просматривал медицинскую карту Роуз, у него должно быть имя фармацевта, но ничего больше. У него должно быть представление об этом районе, но не точное местоположение. Это дало нам время.

— Саффрон, — жалобно произнёс Винсент, — ты собираешься объяснить мне, что происходит?

Я вышла на тротуар, волоча за собой протестующую Роуз.

— У нас нет времени. У тебя есть машина?

— Нет, — он вышел следом за нами.

Тыква начал скулить, заставив Роуз сильно нахмуриться.

— Я настаиваю, чтобы ты немедленно меня отпустила! — она повысила голос. — Помогите! Пожар! Помогите!

— Заткнитесь! — прошипела я и указала вниз по улице, в сторону от аптеки. — Туда, — решительно сказала я. — Мы сядем на автобус или что-нибудь в этом роде.

— Саффрон… — начал Винсент. Затем его голос дрогнул.

Я оглянулась и увидела, что он смотрит в противоположный конец улицы. К аптеке подъехал чёрный автомобиль с седаном, из которого выходили трое мужчин. Двоих из них я узнала. Ёбушки-воробушки.

— Они здесь из-за Роуз, — прошептал он. — Я прав?

— Ты прав.

Роуз снова открыла рот, и я поняла, что она вот-вот заорёт, привлекая их внимание. Ну серьёзно, этой чёртовой женщине жить надоело. Я зажала ей рот рукой, чтобы она нас не выдала.

— Гаражи, — сказал Винсент, наконец осознав опасность. — В конце улицы поверни налево.

Я уже двигалась в ту сторону.

— Я думала, ты сказал, что у тебя нет машины.

— У меня её нет. Но у меня есть мотоцикл.

Сгодится. Я стиснула зубы как раз в тот момент, когда позади нас раздался громкий крик.

— Эй! Стойте!

Они увидели нас.

Глава 18

Не теряя больше времени, я развернулась, схватила Роуз за талию и взвалила её на плечо в манере пожарного. Затем я побежала так быстро, как только могла. Когда ему оставалось беспокоиться только о Тыкве, Винсент рванул с места и быстро догнал меня. Раздался резкий треск, и из стены справа поднялось облако пыли.

— Они стреляют! — закричал Винсент. — Они, бл*дь, стреляют в нас!

— Я знаю, — крикнула я в ответ. — Просто беги, чёрт возьми!

— Это ты тут владеешь магией, фея. Сделай что-нибудь! Останови их!

Я бросилась вперёд, опустив голову. Роуз начала громко вопить.

— Отпусти меня! Я сама разберусь с этими ублюдками!

Да, да.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала, Винсент? Я не могу их убить.

— Преврати их в грёбаных лягушек или во что-нибудь в этом роде! — крикнул он.

Я закатила глаза и продолжила бежать. Как будто подобная магия превращения была лёгкой вещью, когда ты несла на руках протестующую пенсионерку и пыталась спастись бегством. Тем не менее, я свободной рукой вытащила волшебную палочку и выставила её перед собой. Мне придётся что-нибудь придумать, если мы не доберёмся до мотоцикла в ближайшее время.

Мы свернули за угол. Я увидела небольшой ряд гаражей, о которых говорил Винсент. Взмахнув волшебной палочкой, я послала достаточно магии, чтобы все гаражные ворота поднялись. Они скрипели и стонали, но сделали то, что мне было нужно. Опережая меня, Винсент пробежал мимо первых двух дверей и нырнул в третью. Тяжело дыша, я догнала его с Роуз. Он уже был на мотоцикле и вытаскивал его из гаража.

— Дай мне добраться до них! — закричала Роуз. — Я им покажу!

— Заткнитесь, — я опустила её и почти силой усадила на заднее сиденье мотоцикла, затем забрала Тыкву у Винсента и сунула собачонку ей в руки. — Держите свою чёртову собаку крепче, — сказала я ей, затем уселась позади неё. Моя задница едва поместилась, но я не сдвинулась с места.

Я потянулась и схватила Винсента за бицепс, создавая барьер, который помешал бы Роуз совершить какую-нибудь глупость, например, спрыгнуть. Моя палочка по-прежнему была неловко зажата в моих пальцах.

— Заводи двигатель! — крикнула я. — Давай убираться отсюда!

Первый из троих мужчин завернул за угол. Винсент нажал на кнопку стартера, и я напряглась, готовясь держаться изо всех сил. Двигатель заурчал секунду или две, затем снова заглох.

— Винсент…

— Я знаю! — крикнул он. — Я пытаюсь!

Двое других мужчин появились как раз в тот момент, когда первый потянулся за пистолетом и поднял его. Это был ублюдок со шрамом из коттеджа. Он прищурился и приготовился стрелять.

Я изогнула пальцы, сосредоточившись на своей палочке. Мне удалось правильно направить её, и волна магии прокатилась по воздуху. Земля под ними задрожала, сбив человека со шрамом и одного из его приятелей с ног. Толчки отразились в нашем направлении, и мотоцикл тряхнуло, когда Винсент снова попытался завести двигатель.

Третий мужчина полез во внутренний карман своей кожаной куртки. Я взмахнула волшебной палочкой, на этот раз целясь в мотоцикл. Правильный магический толчок заставил бы нас умчаться в считанные секунды. К сожалению, я не смогла направить его в нужном направлении. Я пробормотала проклятие.

— Роуз, — прошептала я ей на ухо, — если вы слезете с мотоцикла, клянусь, я превращу вас и вашу собаку в садовых гномов, — я встала и снова направила волшебную палочку на мотоцикл. — Увидимся там, где мы впервые встретились, — сказала я Винсенту. — Если я не буду там к шести часам, значит, я не выбралась живой.

— Саффрон! — взвизгнул Винсент, и его лицо исказилось от страха.

Я взмахнула волшебной палочкой. На этот раз старый ржавый двигатель мотоцикла заурчал.

— Поезжайте! — крикнула я.

Я повернулась к троим мужчинам. Теперь я разозлилась и не собиралась убегать от них во второй раз. Вместо этого я планировала вывести их из строя на как можно более длительный срок.

Я услышала, как мотоцикл завёлся и тронулся с места. Я улыбнулась.

— Давайте, ублюдки, — прошептала я. Это будет как раз плюнуть.

Я переложила палочку из одной руки в другую ловким движением, которое, как мне казалось, выглядело угрожающим.

— Что ты собираешься с этим делать, девчушка? — усмехнулся человек со шрамом, и на его лице не отразилось узнавания. — Уколоть меня этим? Выколоть мне глаз?

Я улыбнулась и повернула запястье, целясь в рассыпанный по земле гравий.

— Вообще-то, это неплохая идея, — несколько маленьких острых камешков полетели вверх с такой скоростью и с такой силой, что человек со шрамом даже не успел поднять руки, чтобы прикрыть лицо. Я не была законченным монстром: я направила их только в один его глаз, а не в оба.

Он закричал от боли, его ноги подкосились, и он упал на колени.

— Она ослепила меня! Эта сука ослепила меня!

Двое его спутников теперь были более осторожными и не желали тратить на меня время.

— Прикончите её и займитесь старухой, — прорычал ближайший.

Другой мужчина завёл руку за спину и вытащил пистолет, который он засунул за пояс, где, без сомнения, его дуло находилось между его ягодицами. Я не была уверена, что это полностью гигиенично. Я поморщилась и снова взмахнула палочкой, нагревая металл пистолета до невыносимо высокой температуры.

— Бл******дь! — он выронил пистолет и в ужасе уставился на свою руку. На его коже уже образовывались уродливые красные волдыри. Он уставился на них, а затем на меня. — Кто ты? Что ты сделала?

Теперь лицо последнего человека было белым как мел. Да. До них, наконец, начало доходить. Никогда, ни в коем случае не стоит связываться с крёстной феей.

Он поднял руки ладонями наружу.

— Хорошо, — сказал он. — Ты можешь идти. Мы не будем тебя останавливать.

Он прав. Всё оказалось проще, чем я думала. И довольно весело. Возможно, Роуз, в конце концов, была не такой уж плохой клиенткой. Но тут взгляд мужчины метнулся к чему-то позади меня. Мой желудок сжался, и я начала поворачиваться, но было уже слишком поздно.

Что-то твёрдое опустилось мне на затылок. У меня было достаточно времени, чтобы почувствовать вспышку боли, прежде чем мир перевернулся вверх тормашками и всё потемнело.

***

Я не знала точно, как долго я была без сознания, но этого оказалось достаточно, чтобы головорезы Арта Эдвелла притащили меня обратно в дом Винсента. Когда мои глаза открылись, и я с трудом огляделась, я поняла, что сижу в том же кресле, в котором ранее сидела Роуз. Поразительно, но по телевизору всё ещё показывали «Дома с молотка».

— Мне нравится дневное телевидение, а тебе? — протянул Арт Эдвелл. — Конечно, сейчас у меня не так много времени, чтобы наслаждаться этим, но когда у меня появляется такая возможность, я нахожу, что это даёт мне интересную возможность заглянуть в жизнь обычных людей.

Он опустился на колени так, что его лицо оказалось на одном уровне с моим, и одарил меня ослепительной улыбкой. У меня мелькнула странная мысль, что он пытается завладеть моим голосом. Затем он ударил меня тыльной стороной ладони по щеке.

Я ахнула, на глаза навернулись слёзы. Мои пальцы шарили в поисках волшебной палочки, но её нигде не было. Я моргнула и снова посмотрела на Арта Эдвелла. Он вертел её в руке, как какая-то мажоретка.

— Ты это ищешь? — спросил он, взмахнул ей в одну сторону, потом в другую, затем направил в мою сторону. — Абракадабра!

Я вздрогнула, скорее из-за близости острия палочки к моему глазу, чем из-за страха, что Эдвелл может что-нибудь сотворить. Он не был феем и не имел магии. Волшебная палочка сработает у него с таким же успехом, с каким она сработала бы у Тыквы.

— Мои люди сказали мне, что ты использовала это для совершения магических трюков, — Эдвелл поджал губы. — Я не верю в магию, поэтому не верю и своим людям. Они склонны к полёту фантазии, особенно когда их побеждает маленькая женщина с нелепой причёской пуделя. Сейчас, знаешь ли, уже не восьмидесятые, — он хихикнул. Ха, чёрт возьми, ха. Откуда-то из угла донеслись сдержанные смешки его людей.

— Ты их хорошо выдрессировал, — прохрипела я.

Эдвелл ухмыльнулся.

— Они знают своё место, — он приподнял брови. — Некоторым людям ещё предстоит научиться этому.

Я облизала губы. Из этой ситуации существовало несколько выходов, и всё, что мне нужно сделать — это выбрать лучший. Я не боялась — по крайней мере, пока. К сожалению, Эдвелл, похоже, это понял.

— Тогда продолжай, — сказала я. — Где же моё место?

Эдвелл всё так же изучал меня взглядом, забавляясь.

— Я пока не уверен, но скажу тебе, как только пойму. Итак, — произнёс он на одном дыхании, — что тебя связывает с Роуз Блэрмонт?

Я могла бы солгать, но в этом не было особого смысла.

— Я её крёстная фея.

По крайней мере, он не смеялся.

— Она немного старовата для роли Золушки, не так ли?

— Каждый раз, — я вздохнула. — Каждый раз, когда я говорю кому-либо, что я его крёстная фея, они вспоминают Золушку, как будто она воплощение всех, кто загадывает желания, — я покачала головой. — Ты действительно не представляешь.

— Тогда давай. Просвети меня.

Я поёрзала на стуле, чувствуя, что мои конечности всё ещё кажутся вялыми и тяжёлыми. Я не хотела творить магию без палочки, пока в этом не возникнет крайней необходимости. В отличие от Джаспера, мне, как и большинству других фей, было невероятно трудно использовать любую магию без помощи волшебной палочки. Я могла это делать, но часто это приводило к серьёзным физическим последствиям. Учитывая, что я уже ослаблена, мне надо быть осторожной и выбирать подходящий момент.

— В этом нет смысла, — сказала я, отвечая ему на данный момент. — Ты не запомнишь этот разговор.

Из угла послышалось насмешливое фырканье. Эдвелл проигнорировал это.

— И почему же? — спросил он, делая вид, что ему просто любопытно.

— В моей сущности есть магия, которая означает, что вы скоро обо мне забудете. Вы все даже не вспомните, что я существую.

— Чушь собачья.

Настала моя очередь улыбаться.

— Это правда. Я сейчас официально работаю. А когда я официально работаю, меня защищает магия памяти. Назовём это своего рода страховкой от разоблачения, — моя улыбка стала шире. — Мы уже встречались сегодня один раз, на севере, в коттедже Роуз, — я бросила на него вопросительный взгляд. — Как вы так быстро добрались сюда?

— Вертолёт, — не теряя ни секунды, ответил Эдвелл. Казалось, он действительно поверил всему, что я ему рассказала. Это было необычно. — После того, как мы подожгли коттедж и наблюдали, как он сгорает дотла. А ты?

— Магия, — ответила я, поморщившись при мысли о том, что дом Роуз может быть разрушен.

Политик некоторое время наблюдал за мной.

— Босс, — сказал один из его головорезов, — она явно чокнутая. Разве мы не можем просто убить её и покончить с этим?

— Вы уже пытались это сделать, — рассеянно заметил Эдвелл. — Ничего не вышло.

Мне стало интересно, думал ли он, что я, вдобавок к магии, обладаю ещё и бессмертием. Неуязвима для пуль. И боли. Потом я вспомнила, что ему удалось вырубить меня, так что он прекрасно понимал, что я не неуязвима. Пульсирующая боль в затылке напомнила и мне об этом факте.

Я уставилась на Эдвелла, а он уставился на меня. Чего он хотел? У меня возникло неприятное чувство, что он хочет от меня чего-то большего, чем информация о местонахождении Роуз.

Он выпрямился и начал расхаживать по комнате.

— Не самая приятная обстановка, не так ли? Ты здесь живёшь? — спросил он меня. — С Винсентом…

— Гамильтоном, — услужливо подсказал один из мужчин.

Эдвелл кивнул.

— Ах да. Гамильтоном. Ты знаешь, у нас пока не было возможности провести расследование в отношении него, но ты должна знать, что у него несколько судимостей за хранение наркотиков. Его также посадили за торговлю наркотиками. Я не уверен, что он из тех, с кем тебе стоит общаться, — он помедлил. — Кстати, как тебя зовут?

Для меня не имело значения, знает он это или нет.

— Саффрон, — сказала я. — Саффрон Сойер.

Он почесал подбородок.

— Твои родители хиппи?

— Нет, — я услужливо улыбнулась. — Феи. И я не очень хорошо знаю Винсента. Но за эти годы я поняла, что не стоит судить о ком-то по тому, как он зарабатывает на жизнь. В конце концов, — продолжила я, — ты должен быть уважаемым членом парламента, но посмотри на себя.

Один из его людей зашипел, но Эдвелл только рассмеялся. Я решила, что он слишком сильно наслаждался собой. Возможно, он какой-то психопат. Меня бы это не удивило.

— В самом деле, — сказал он. — В самом деле, — он взял старую книгу с загнутыми страницами и пролистал её, прежде чем снова отбросить. — И ты говоришь, что зарабатываешь на жизнь как крёстная фея.

— Да, — я вздёрнула подбородок. — У меня очень хорошо получается. На самом деле, я, наверное, лучшая из всех в этой сфере. Только никому больше не говорите — мои коллеги по работе, как правило, немного завидуют.

— Коллеги по работе, которые не признают чьего-либо таланта, могут раздражать, не так ли? Я знаю, каково это, — он встретился со мной взглядом. — Я думаю, мы с тобой родственные души.

Я в этом сильно сомневалась.

— Что ж, — сказала я, делая усилие, чтобы подняться на ноги. — Мне пора идти. У меня назначены различные встречи, и я ненавижу опаздывать. Меня и так уже записали на тренинг по тайм-менеджменту.

Эдвелл моргнул.

— У вас там есть тренинги?

— Я должна быть на высоте, Арт! — весело сказала я. — Приятно было снова встретиться с тобой, — я с надеждой посмотрела на него. — Может быть, ты позволишь мне забрать мою палочку?

Один из мужчин в углу подошёл ко мне, положил тяжёлую руку мне на плечо и заставил меня опуститься обратно в кресло.

— Осторожнее, Генри, — пробормотал Эдвелл. — Мы же не хотим, чтобы у неё были синяки.

Учитывая, что это, вероятно, Эдвелл ударил меня по затылку, и это определённо он сильно ударил меня по лицу, заявление казалось глупым. Он, казалось, понял это, потому что ухмыльнулся мне и понизил голос, желая заставить меня думать, будто он посвящает меня в какой-то особый секрет.

— Делай, что я говорю, — сказал он, — но не делай того, что делаю я. Вот что делает меня таким замечательным.

— Рада за тебя, — пробормотала я, откидываясь на спинку кресла. На самом деле я не ожидала, что он позволит мне удалиться, даже не оглянувшись, но недолгое пребывание на ногах дало мне возможность оценить текущее состояние моего здоровья и энергии. Если не считать лёгкого прилива крови к голове, из-за которого у меня закружилась голова, я чувствовала себя лучше, чем ожидала. Я решила, что ещё несколько минут спокойного восстановления сил, и у меня хватит сил сделать свой ход и убраться отсюда к чертовой матери.

— Итак, — сказал Эдвелл лёгким, непринуждённым тоном, который был гораздо более устрашающим, чем гортанное, угрожающее рычание, — что означает быть крёстной феей? Ты помогаешь Роуз найти её прекрасного принца? Потому что я должен сказать тебе, что, по-моему, время для этого прошло, — он снова присел на корточки. — Если только, — задумчиво произнёс он, — ты не можешь обратить процесс старения вспять.

— Нам не позволено идти против матери-природы, — сухо сказала я. Меня беспокоило, что дорогой лосьон после бритья Эдвелла приятно пахнет; по правде говоря, исходящий от него аромат должен был бы напоминать вонь кошачьей рвоты. — Мы не можем лечить опасные для жизни травмы или заболевания, а также создавать или продлевать жизнь. Однако мы можем помочь с получением доступа к надлежащему медицинскому лечению.

Эдвелл покачался на пятках, обдумывая это.

— Значит, ты не можешь вылечить Роуз, — это не было вопросом. — Она всё равно умирает, — он счастливо улыбнулся. Да, он определённо психопат. — Приятно это слышать. Но если ты не помогаешь ей со здоровьем, то в чём же ты ей помогаешь? Пожалуйста, не говори мне, что ты помогаешь ей в её стремлении разделаться со мной. Ты начинаешь мне нравиться, Саффрон. Я не хочу наживать врага в твоём лице.

— Я не знаю, — честно призналась я ему. — Я всё ещё пытаюсь понять, чего хочет Роуз.

— Вот как? — он, казалось, был очарован. — И сколько же желаний она получит? Почему именно она?

Чёрт возьми. Так много вопросов. Мне уже надоело притворяться милой, и я почувствовала себя намного сильнее. Пришло время спланировать свой уход.

— Может быть, — сказала я, — тебе стоит рассказать мне, в чём заключается твой интерес к Роуз.

— Она хладнокровный ассасин, который гораздо опаснее, чем кажется, — не задумываясь, ответил Эдвелл. — Тебе следует быть с ней поосторожнее. Честно говоря, — мрачно добавил он, — такие, как она, не заслуживают ни желаний, ни магии, ни крёстных фей.

Я сглотнула.

— Можно мне?.. — я облизнула губы. — Можно мне, пожалуй, попить воды?

— Оу, — Арт Эдвелл одарил меня заботливой улыбкой. Он потянулся к маленькому журнальному столику и взял кружку с чаем, настоянным на гинкго билоба, от которого Роуз отказалась ранее. — Вот, пожалуйста, — сказал он. — Выпей это.

— Я бы предпочла воду.

Эдвелл пожал плечами и понюхал чашку.

— Это всего лишь чай. Он тебе пойдёт на пользу. Сейчас немного холодно, но мы же не хотим рыться в шкафах мистера Гамильтона в поисках стакана, правда, ребята? Этот человек — наркоторговец. Там может быть что угодно.

— Перевоспитавшийся наркоторговец, — процедила я сквозь стиснутые зубы. Я протянула руку за кружкой. Полагаю, это лучше, чем ничего.

Политик этого не заметил.

— Я и сам не прочь попить, — сказал он. — Допросы действительно оказывают на меня такое воздействие. Если ты этого не хочешь, я выпью сам, — он снова понюхал чай и поднёс его ко рту.

— Стой! — пискнула я.

Эдвелл посмотрел на меня.

— Почему?

— Эта кружка, — сказала я. — Это… — «Ну ёбушки-воробушки. Думай, Саффрон». — Она отравлена!

— Правда? Очень любопытно. Жаль, что я тебе не верю, — он запрокинул голову, осушил кружку и причмокнул губами. — Хм, — сказал он. — У напитка действительно странное послевкусие.

Мужчина со шрамом, правый глаз которого всё ещё был слезящимся и красным, появился в поле моего зрения.

— Босс, — настойчиво спросил он, — вы хорошо себя чувствуете?

Эдвелл на мгновение задумался, прежде чем ответить.

— В полном порядке, — его взгляд вернулся ко мне, проникая в самую душу. — Что на самом деле было в той кружке?

Меня охватила паника. Возможно, это не сработает. У меня не было никаких доказательств того, что гинкго билоба предотвращает действие магии памяти; к тому же Эдвелл выпил не так уж много. Я уставилась на него, лихорадочно изучая его лицо. Я знала, что пока смотреть будет не на что. Но это не помешало мне поискать.

— Саффрон, — сказал Эдуэлл твёрдым голосом. — Что было в той кружке?

Я не знала, что сказать. Мои губы шевелились, но я не могла вымолвить ни слова. Я яростно замотала головой из стороны в сторону. Что, если это действительно подействовало на него? Что, если после этого он вспомнит, кто я такая? Арт Эдвелл — это не Винсент и не Роуз, он опасный человек, который мог использовать информацию о существовании крёстных фей для каких-то очень гнусных целей.

Я быстро сообразила.

— Я солгала, — поспешно сказала я. — Прости. Это моя ужасная привычка. Когда на меня давят, ложь так и льётся из моих уст. Я ничего не могу с собой поделать. Я не крёстная фея, — я выдавила из себя смешок. — Это смешно. Крёстных фей не существует! То, что я сделала на улице, было просто ловкостью рук. На самом деле я… эм… на самом деле я ассасин. Такой, какой, по твоим словам, была Роуз. Я хотела убить её сама, но твои люди встали у меня на пути, — я несла чушь и понимала это, но ничего не могла с собой поделать. — Я хладнокровная убийца, — громко заявила я. — И к тому же сочинительница безумных историй.

Эдвелл полез в карман и достал пластинку жевательной резинки. Он неторопливо развернул её и отправил в рот.

— Ассасин, говоришь?

— О да, — я кивнула и подняла руки. — На этих пальцах кровь сотен людей.

Человек со шрамом нахмурился и прищурился.

— Я не вижу крови.

— Метафорическая кровь, придурок, — пробормотала я. Я пыталась скрыть это. То, что только что произошло, могло быть очень, очень плохо. Кардинально изменить мою жизнь. Мне нужно было напрячь свой ум. Применить хитрость против всех этих людей не должно было быть так уж сложно. Я надеялась на это.

На мгновение мой взгляд метнулся к пустой кружке. Я не то чтобы улыбнулась, но на мгновение выражение моего лица изменилось. Когда я оглянулась на Эдвелла, я поняла, что он это заметил, как и его люди.

Один из них откашлялся.

— Босс, — осторожно произнес он, — женщины ведь часто используют яд, не так ли?

— Только не говорите, что я вас не предупреждала, — прошептала я.

Все в комнате бросились действовать. Все трое мужчин рванули к Эдвеллу, когда он выплюнул жвачку, а затем засунул палец в рот, пытаясь вызвать рвоту. Человек со шрамом хлопнул его по спине; это не помогло, но, я полагаю, так он почувствовал себя полезным. Я наблюдала за этой четвёркой. «Давай, чёрт бы тебя побрал. Блюй. Выблюй всё это».

Эдвелл снова содрогнулся в рвотном позыве, но это не помогло. Его палец не справлялся с работой. Ему надо было протолкнуть его глубже, и он не сумеет справиться с этим самостоятельно.

Я собралась с духом, задействовав все свои резервы. Я хотела использовать свою врождённую магию, чтобы спастись; заставив Арта Эдвелла блевануть, я как раз спасу себя.

Сильно сосредоточившись, я направила поток магии ему в живот. Его тело дёрнулось, глаза расширились, затем он согнулся пополам и начал извергать содержимое желудка. Пока его люди наблюдали за ним, я, не теряя больше времени, направилась к двери гостиной. Это мой единственный шанс выбраться оттуда, и я должна была использовать его по максимуму.

Я рывком распахнула дверь, когда человек со шрамом заметил это и бросился на меня. Я ударила его локтем в живот. Он застонал, и я побежала. Я промчалась по короткому коридору, затем рывком распахнула входную дверь.

Чей-то кулак обрушился на мою голову, отбросив меня в сторону. Я собрала ещё одну отчаянную вспышку магии, которая отбросила моего противника назад, затем я оказалась на свежем воздухе и изо всех сил бросилась бежать. Они догнали бы меня за считанные секунды, поэтому я сделала единственное, что мог, и бросилась под колеса одинокой машины, ехавшей по улице Винсента.

Водитель ударила по тормозам и выскочила из машины с выражением ужаса на лице.

— Ты идиотка! — закричала она. — Ты выбежала прямо передо мной! У меня есть видеорегистратор, ты знаешь! Я всё это засняла!

Я улыбнулась. Иногда невозможно превзойти технологию. Это не сработало бы, но Эдвелл этого не знал.

— Простите, — выдохнула я. — Я не обращала внимания. Это моя вина, а не ваша, — я застонала от притворной боли, и она бросилась ко мне. — Оооо, — я схватилась за живот. — Больница, — я слабо помахала ей рукой. — Пожалуйста, отвезите меня в больницу.

Она помогла мне подняться, её тело дрожало от избытка адреналина, и с её помощью я, спотыкаясь, направилась к её машине. Когда я оглянулась, на тротуаре остался только один мужчина, наблюдавший за нами. Остальные благоразумно остались внутри, после того как несчастная женщина-водитель упомянула о своей камере.

Приспешник Эдвелла скрестил руки на груди и уставился на меня. Я слабо моргнула и сумела пристегнуться. Мгновение спустя мы уехали.

Глава 19

И снова всё было на грани срыва. Слишком близко. Я позволила своей уверенности взять надо мной верх. Я поморщилась. Если бы кто-нибудь услышал, что я чуть не позволила такому грязному ублюдку, как Арт Эдвелл, запомнить, что он встретил крёстную фею, меня бы уволили в ту же секунду. Было удивительно, что мне всё сошло с рук, когда то же самое случилось с Винсентом, хотя это произошло при совершенно других обстоятельствах.

Я поморщилась. Если подумать, если кто-нибудь узнает о том, что я сделала, меня не просто уволят. Меня бросят в тюрьму фей и оставят там гнить до конца моей естественной жизни. Я бы не смогла пожаловаться на это. Я заслужила бы каждую чёртову секунду одиночного заключения.

Я выдохнула, в то время как женщина рядом со мной топнула ногой и запыхтела от нервного страха.

— Я имею в виду, — сказала она, сворачивая за угол, — о чём ты думала? Ты что, так и не выучила правила дорожного движения?

Я пробормотала что-то невнятное, жалкое в ответ. Эдвелла вырвало; я видела его рвоту собственными глазами. Магия памяти всё ещё была активна, и он уже забыл меня. Я держалась изо всех сил, и никто не должен был знать, насколько близка я была к полной катастрофе.

Заметив впереди перекресток, я повернулась к женщине.

— Честно говоря, — сказала я, — думаю, сейчас я чувствую себя хорошо. Я не думаю, что мне нужно ехать в больницу. Вы можете высадить меня здесь.

Она поперхнулась.

— Ты могла умереть там, на месте! Ты всё ещё выглядишь так, будто можешь умереть, — она покачала головой. — Нет, я отвезу тебя в больницу, и ты пройдёшь надлежащее обследование. Я не позволю, чтобы кто-нибудь сказал, что я сбила тебя на своей машине, а потом просто бросила.

Я прикусила губу.

— Вы действительно милая женщина, — тихо сказала я. — И если бы у меня всё ещё была с собой волшебная палочка, я бы так не поступила. Я очень сожалею, что доставила вам столько хлопот, — затем я наклонилась и вывернула руль.

Женщина закричала и ударила по тормозам. Нас обеих бросило вперёд. Я, не теряя времени, отстегнула ремень безопасности и выбралась из машины. Я захлопнула дверцу и выбежала на тротуар, с трудом сглотнув, наблюдая за происходящим. Маленькая машина стояла под углом, её колеса упёрлись в бордюр, а двигатель заглох. Женщина нахмурила брови и выглядела очень сбитой с толку.

Расправив плечи, я подошла к водительскому месту и постучала в стекло. Она опустила стекло и посмотрела на меня.

— С вами всё в порядке? — спросила я.

Она поднесла руку к горлу и слабо кивнула.

— Думаю, да. Я не знаю, что произошло. Должно быть, я на секунду отключилась, — она потёрла лоб. — Или, может быть, я потеряла сознание. Я не знаю, — она взглянула на камеру на приборной панели. — По крайней мере, у меня есть эта штука, — сказала она. — Она подскажет мне, что я сделала не так.

— Вы не сделали ничего плохого, — заверила я её. — Абсолютно ничего, — хотя, к сожалению для неё, видеорегистратор не смог бы предоставить никаких доказательств этого. Магия, которая окутывает человеческую память, распространяется и на технологии. Ничто не будет указывать на то, что я когда-либо была в её машине.

Мне было искренне жаль, что я испортила ей день.

— Как вас зовут? — спросила я Может быть, я смогу узнать, загадывала ли она когда-нибудь желание и мелькало ли её имя в комнате Адвентуса. Может быть, я смогу загладить свою вину, подыскав ей крёстную фею. Мы не должны вот так использовать систему в свою пользу, но я прекрасно понимала, что это случалось. В конце концов, это же Офис Крёстных Фей, где коррупция всё ещё таилась в нескольких уголках.

— Мэй Смит, — пробормотала она. — Меня зовут Мэй Смит, — она подняла на меня глаза. — Мы знакомы?

— Нет. Я шла по тротуару и увидела, что произошло, — я похлопала её по плечу. — Есть кто-нибудь, кому я могла бы позвонить для вас?

Мэй уставилась на меня с отсутствующим выражением лица.

— Мой муж, — сказала она наконец. — Вы можете позвонить моему мужу, — она нащупала свой телефон и протянула его мне. — Вы так добры, что остановились и помогли мне.

Меня охватило чувство вины.

— Я знаю, что вы поступили бы точно так же, если бы мы поменялись местами, — я попыталась улыбнуться, а затем сделала звонок.

***

Я не была в парке Сент-Клементс с того дня, как оттуда похитили директрису и Джаспера. Маленький магазинчик, который тролли использовали как наблюдательный пункт и в котором продавались самые непривлекательные сэндвичи, которые я когда-либо видела, уже сменил владельца. Судя по всему, теперь там будет индийская кухня на вынос. Это определённо шаг в правильном направлении.

Не обращая внимания на пульсирующую боль, которая, казалось, охватила всё моё тело и проникла так глубоко в кости, что было трудно вспомнить, каково это — не чувствовать боли, я, прихрамывая, перешла улицу и вошла в ворота парка. К счастью, Винсента и Роуз сразу же было видно. Первый наклонился, рассматривая что-то на земле, в то время как вторая сидела на старой парковой скамейке с опущенными плечами и бледным лицом. Я знала, что она чувствовала.

Когда я подошла, она вскинула голову. В глубине души я ожидала, что она начнёт расспрашивать меня о том, кто я такая. Вместо этого выражение её лица напряглось, и она что-то пробормотала Винсенту.

Бывший наркодилер выпрямился и с облегчением улыбнулся мне. Было удивительно приятно, что он рад видеть меня живой. Затем он протянул стебелёк одуванчика и помахал им в моём направлении.

— Я загадал желание! — заявил он. — Я хочу, чтобы кто-нибудь сделал ремейк «Лодки любви», — он вздохнул. — Я обожаю этот сериал.

Я пристально посмотрела на него.

— Прежде всего, — сказала я, — достанется ли тебе крёстная фея, которая исполнит твоё желание — это лотерея. Очень немногим людям везёт настолько, что в конечном итоге на их стороне оказывается такой преданный сотрудник, как твоя покорная слуга.

— Но шанс всё равно есть, — сказал Винсент. — Я имею в виду, что если Роуз посчастливилось получить тебя, то, конечно, у меня есть шанс обзавестись собственной феей-крёстной. Чем больше желаний я загадаю, тем больше у меня шансов, верно? Мне просто нужно продолжать мечтать. Вчера я нашёл ресничку и загадал желание на супермодель. Какую-нибудь длинноногую блондинку, которая любит гладить бельё, — его губы изогнулись в улыбке, в которой определённо был какой-то пошлый оттенок. Я закатила глаза.

— Во-вторых, — сказала я, как будто он меня не перебивал, — все желания считаются недействительными, если ты расскажешь о них кому-либо, кроме своей крёстной феи.

Винсент наморщил лоб.

— Хм, — затем он расслабился. — Но ничего страшного. Ты же крёстная фея, так что я всё ещё в безопасности.

— Я не твоя крёстная фея, Винсент. Кроме того, Роуз тоже здесь. Это означает, что никаких супермоделей и «Лодки Любви» не будет.

Он надулся.

— Это несправедливо. Что, если?..

Я подняла руки, показывая взглядом, что, если он хочет продолжить разговор в том же духе, я не отвечаю за свои действия. Винсент понял намёк и умолк.

Я повернулась к нему спиной и сосредоточилась на Роуз.

— Вы помните, кто я такая? — спросила я.

Её голубые глаза блеснули, давая мне ответ, который был мне нужен, прежде чем она успела открыть рот.

— Да, — сказала она, медленно поднялась на ноги и, шаркая, направилась ко мне. Я улыбнулась; мне нравилось, когда клиенты выражали свою благодарность. От этого у меня возникали такие тёплые и пушистые чувства.

Роуз прочистила горло.

— И теперь я знаю, что если бы не ты, я бы сейчас не оказалась в этой чёртовой передряге. Ты стоишь у меня на пути уже несколько дней! Я бы уже давно во всём разобралась, если бы не твоё вмешательство.

Тыква выскочил из зарослей неподалёку, без сомнения, встревоженный осуждающим тоном Роуз. Что бы вы ни говорили об этом проклятом псе, он знал, как быть верным. Он остановился на четырёх лапах у ног Роуз и зарычал на меня. А я только подумала, что мы тоже начинаем становиться друзьями.

Избегая смотреть прямо на Тыкву, чтобы не разозлить его ещё больше, я не отрывала взгляда от Роуз.

— Я чуть не погибла, пытаясь спасти вас! — запротестовала я. — Вам не обязательно падать ко мне в ноги, но небольшая благодарность была бы кстати.

Роуз вздёрнула подбородок и посмотрела на Винсента.

— Если тебе нужна крёстная фея, можешь забирать эту, — заявила она. — Она мне не нужна.

Я выругалась.

— Это так не работает.

Она упрямо сжала губы.

— Ну, это должно так работать, — она уперла руки в бока. — Я не нуждаюсь в твоей помощи и не хочу её. Отвали.

Я подавила порыв сказать ей «ладно» и что я была бы более чем счастлива уйти. Боль, которую я испытывала, делала меня раздражительной, но Роуз всё ещё нуждалась во мне, даже если и не осознавала этого. Честно говоря, она получит мою помощь, хотела она того или нет.

Некоторые клиенты требуют более деликатного обращения, чем другие. Это будет хорошей проверкой моих совершенствующихся способностей крёстной феи. Если я могла справиться с кем-то вроде Роуз, которая, вполне возможно, была хладнокровным ассасином, а также упёртой пенсионеркой, и при этом несколько раз чуть не погибла при этом, я бы стала лучшей феей. Каждый опыт был для меня уроком.

Я внутренне поморщилась; я провела слишком много времени среди мотивирующих плакатов.

— Роуз, — осторожно сказала я, — я ваш друг. А не враг.

— Ты мне, черт возьми, не друг, — огрызнулась она, хотя в её тоне не было особой пылкости. — Мои подруги знают, как правильно привести себя в порядок. Ты выглядишь так, словно тебя только что ударило током. Почему бы тебе не побрить голову или что-нибудь в этом роде?

Это было особенно мелочное оскорбление. Во вспышке озарения я поняла, что была на грани полного размягчения Роуз, и она это знала. Она наращивала усилия, чтобы оттолкнуть меня, прежде чем обнаружатся все её уязвимые места.

Это открытие заставило меня расслабиться. Даже боль в костях, казалось, немного утихла.

— Знаете, — сказала я, — может, я и правда побреюсь налысо. Это сэкономит мне целое состояние на кондиционере для волос.

Винсент широко улыбнулся.

— Дерзай, девочка.

Роуз прищёлкнула языком и отвела взгляд.

— Тогда ладно. Я хочу, чтобы ты побрила свою голову. А теперь проваливай.

Я слегка улыбнулась ей.

— Пожелания для крёстной феи исполняются по-другому. Это не тот случай, когда ты произносишь слова, а я взмахиваю волшебной палочкой. Мы должны работать вместе, чтобы выяснить, чего вы на самом деле хотите, — я коснулась середины своей груди. — В глубине души. Иногда клиенты сами не знают, чего хотят, поэтому мы работаем вместе, чтобы выяснить, чего же желает их сердце, — я взглянула на Винсента. — Это никогда не бывает так просто, как просить о супермодели или телешоу.

Роуз фыркнула.

— Не нужно быть гением, чтобы понять, чего он хочет, не так ли? Он хочет любви.

Винсент моргнул и покраснел. Моя улыбка стала шире.

— А как насчёт тебя, Роуз? Как вы думаете, чего вы хотите?

— Я умираю, — сказала она с сердитым видом. — Я ничего не хочу. У меня ни на что нет времени, — внезапно у её ног заскулил Тыква. Тело Роуз дёрнулось от этого звука.

Я смягчила свой голос. Это, наверное, был первый раз, когда пожилая женщина решила рассказать о себе что-то реальное. Наконец-то я чего-то добилась. Использование гингко билоба было правильным решением.

— Вы ещё не умерли, Роуз. Почему бы нам не пойти куда-нибудь и не поговорить обо всём, что происходит? — я серьёзно посмотрела на неё. — Я действительно могу помочь.

На землю упало несколько капель холодного дождя. Винсент нахмурился и поднял глаза.

— Куда мы можем пойти? Мы не можем вернуться ко мне домой.

Я прикусила губу и задумалась. Я могла бы пригласить их обоих к себе домой, но у меня очень скоро была назначена встреча с Джаспером — и, надеюсь, с несколькими троллями. Я не могла это пропустить. Существовала более простое и близкое решение. Учитывая обстоятельства, я решила, что мне это сойдет с рук.

Я улыбнулась им обоим.

— Следуйте за мной.

Глава 20

Я знала, что после вмешательства Джаспера по поводу рабочего дня большинство крёстных фей (если не все) уже покинули офис и разошлись по домам. В противном случае, я бы, возможно, не решилась отвести Роуз, Винсента и Тыкву в магически укреплённое здание. Пары предостерегающих взглядов от Аделины и миссис Джардин было бы достаточно, чтобы свести меня с ума, тем более что я уже водила туда Винсента в прошлый раз. В результате миссис Джардин меня отчитала.

— Вот оно! — воскликнул Винсент, когда я подтолкнула его к входной двери. — Я несколько раз пытался найти это место, но у меня ничего не получалось. Обычно я отлично ориентируюсь, но по какой-то причине это здание ускользало от меня.

Я пристально посмотрела на него.

— Ты и не должен его найти. В стенах заключена магия, которая не позволяет людям заметить этот здание.

— Правда? — он выглядел заинтригованным. — Как же мне тогда победить эту магию? Есть ли здесь напиток, похожий на тот, что ты давала Роуз?

Я искренне надеялась, что нет.

— Нет, — решительно ответила я. — И этот напиток был по особому случаю. Вы с Роуз — исключение из правила, согласно которому люди не должны помнить о существовании крёстных фей. Я хотела бы напомнить тебе, чтобы ты держал язык за зубами насчёт этого, — я взглянула на Роуз. — Я знаю, что ты умеешь хранить секреты. Я доверяю тебе, что ты сохранишь в тайне и моё существование, и существование этого здания.

Роуз пожала плечами.

— Как скажешь, — я знала, что она не шутит; несмотря на все её усилия скрыть это, её дыхание снова стало прерывистым и резким. Я искренне надеялась, что она не упадёт замертво прямо на моих глазах. Если она это сделает, всё это будет напрасным.

Я вошла в вестибюль, трое моих спутников последовали за мной. Хотя я была уверена, что поступаю правильно, приведя их сюда, где, как я знала, они будут в безопасности от махинаций Арта Эдвелла, я испытала облегчение, увидев, что там никого нет. До сих пор я не была до конца уверена, что у миссис Джардин есть дом, куда можно пойти. Иногда казалось, что она постоянно сидит за сверкающей стойкой администратора.

Винсент, бывавший здесь раньше, притворился равнодушным, но по тому, как он вдыхал воздух, пропитанный ароматом жимолости, я поняла, что он всё ещё испытывает благоговейный трепет. Роуз была непривычно тихой, её взгляд перебегал из одного освещённого угла в другой.

Удивительно, но больше всех был ошеломлён Тыква. Его лапы скользили по мраморному полу в мультяшной манере, а когти пытались нащупать опору. Он поскользнулся и проехал несколько метров, пока ему, наконец, не удалось восстановить равновесие. Когда он это сделал и смог ходить, не шлёпаясь на задницу, он, не теряя времени, подбежал к пустому столу миссис Джардин и задрал ногу. Я издала тревожный крик. К сожалению, было уже слишком поздно, и ущерб был нанесён.

— Ты мог бы сделать это, когда мы были на улице, — пробормотала я собаке.

Он повернул голову в мою сторону и запыхтел; на его лице безошибочно читался собачий восторг. Я вздохнула и сделала мысленную пометку поискать какие-нибудь чистящие средства и помыть стол, чтобы на следующее утро кто-нибудь не заметил жёлтое пятно.

— Обычно мы не приводим сюда клиентов, — вполголоса сказала я остальным. — И всё пройдёт лучше, если никто не узнает, что вы были здесь. Я отведу вас в один из конференц-залов. Там мы сможем поговорить и выработать наилучший путь продвижения вперед.

— Йодль-одль-ай-хи-ху! — крикнул Винсент. Его голос громко отразился от мраморного пола и стен, и я съежилась.

Я повернула к нему голову.

— Какого хрена, по-твоему, ты делаешь?

— Да ладно тебе, Саффрон. Акустика здесь потрясающая. Только не говори мне, что ты никогда этого не пробовала.

Я впилась в него взглядом.

— Это серьёзное место, где проводится серьёзная работа, — строго сказала я. — К магии нельзя относиться легкомысленно.

— Можно, когда у тебя такие же волосы, как у тебя, — сказала Роуз.

Я глубоко вздохнула и сосчитала до десяти. Затем расправила плечи.

— Сюда.

***

Мы поднялись на лифте и оказались на главном офисном этаже. Хотя в некоторых помещениях горел свет, а из-под закрытой двери кабинета Джаспера пробивалось свечение, большинство столов погрузилось в тень. Я кивнула, довольная тем, что мне не придётся отвечать ни на какие вопросы о моих спутниках-людях, и повела их в ту же комнату для совещаний, где ранее собиралась оперативная группа по троллям.

Роуз огляделась.

— Это просто дерьмовый офис, не так ли?

Я бодро кивнула.

— Ага.

Она уставилась на один из плакатов.

— «Некоторые люди желают, чтобы что-то происходило», — прочитала она вслух, — «А вы это воплощаете», — её губы скривились. — Почему рядом фото лобстера?

Я прищурилась.

— Кто знает? — я закатала рукава и села.

— А почему у тебя на руке татуировка в виде уродливого кота? — спросила она.

Я улыбнулась.

— Потому что я самая преданная своему делу фея-крёстная по эту сторону Атлантики, — я указала на пустые стулья. — А теперь позвольте мне доказать это.

К счастью, Винсент и Роуз сели. Тыква тоже запрыгнул на один из стульев. Я бросила на него сердитый взгляд на случай, если он решит, что единственное, чего не хватает этой комнате — это собачьей мочи, и откинулась на спинку.

— Пришло время сказать правду, Роуз, — сказала я. — Вы знаете мою правду. Теперь расскажите мне свою.

Она фыркнула и опустила глаза.

— Меня зовут Роуз Блэрмонт. Мне семьдесят девять лет. Раньше я работала на почте, сортировала письма. Сейчас я с удовольствием занимаюсь садоводством и гуляю по Лейк-дистрикту со своей собакой.

Я могла бы догадаться, что это будет не так-то просто. Я подпёрла подбородок руками и пристально посмотрела на неё.

— И что? — подтолкнула я.

— Что — и что?

— Вы ведь также были ассасином, не так ли?

Винсент, который до этого момента что-то радостно напевал себе под нос, внезапно замолчал и выпрямился.

— Прошу прощения?

Роуз не смотрела на него.

— Нет, — она скрестила руки на груди. — Я и есть ассасин.

Винсент начал отодвигать свой стул.

— Э-э-э…

Роуз фыркнула на него.

— Если бы я хотела, чтобы ты умер, — сказала она ему, — ты бы уже был мёртв.

Я приподняла бровь.

— Скажите это Арту Эдвеллу.

Она поморщилась.

— Это совсем другой случай. В любом случае, я пыталась сказать, что если ты однажды стал ассасином, ты остаёшься ассасином навсегда… Это никогда не покидает тебя. Это как езда на велосипеде.

— Только с большим количеством крови? — спросила я, прежде чем смогла сдержаться.

Она нахмурилась.

— Только иногда.

Я пристально посмотрела на Роуз. Имеют ли ассасины право на помощь крёстной феи? Почему-то это казалось несправедливым, но, несмотря на мой ужас от её беспечного признания, я всё ещё была нездорово очарована.

— Расскажите мне побольше.

Она молчала так долго, что я чуть было не протянула руку, чтобы встряхнуть её. Когда она, наконец, заговорила снова, она явно уклонялась от ответа. Несмотря на свою браваду, Роуз не особенно гордилась своими прошлыми достижениями.

— Я была очень молода, когда меня завербовали, — сказала она дрожащим голосом. — В то время всё это казалось очень гламурным. Вы должны помнить, что это были 1960-е годы. Другими моими вариантами были работать в магазине или секретаршей у какого-нибудь идиота. У меня бы на это никогда не хватило терпения.

Я подалась вперед.

— Кто вас завербовал? — спросила я, ожидая услышать про какой-нибудь сомнительный картель организованной преступности.

Роуз моргнула.

— Правительство, конечно. МИ-5.

Я сглотнула.

— Об этом нет никаких записей. У нас есть доступ ко всем видам файлов, даже к сверхсекретным, и я потратила много времени, изучая вас, Роуз.

Она хмыкнула.

— Ты же не думаешь, что они на самом деле вели надлежащий учёт таких, как я, не так ли? То, что я делала, было строго неофициально. Я уверена, что где-то есть доказательства, но они, конечно, не будут оцифрованы. Они бы никогда не пошли на такой риск.

— Правительство разрешило тебе убивать? — спросил Винсент со смесью недоверия и ужаса.

— Если это, чёрт возьми, было достаточно хорошо для Джеймса Бонда, — ответила она, — почему бы этому, чёрт возьми, не быть достаточно хорошим для меня? — она пристально посмотрела на него. — Я не всегда была заперта в этом дряхлом теле, знаешь ли.

Он поднял руки, словно опасаясь, что Роуз собирается его убить.

— Забудь, что я спрашивал.

Роуз тяжело вздохнула.

— Проблема с правительствами в том, — сказала она, — что они приходят и уходят. Отношение меняется. Меняются и намерения. Я совершила несколько хороших поступков. В те дни Россия была серьёзной проблемой, как и ИРА. (Ирландская Республиканская Армия, — прим) В Германии царил хаос, и о том, что замышляли американцы, едва ли стоит задумываться, — она слегка передёрнулась. — Война была ещё свежа в памяти многих, и враги были со всех сторон. Позже враги изменились, но они по-прежнему угрожали нам. Они угрожали нашей стране. Поэтому, когда это было сочтено целесообразным, я заботилась о некоторых из них. Я и такие, как я.

Её взгляд стал жёстким, на мгновение выдав её внутреннюю сущность. В тот момент я без проблем поверила в то, что она ассасин.

— Некоторые из этих людей сделали — или могли бы сделать — очень неприятные вещи для этой зелёной и славной страны. Я искренне верю, что то, что случилось с большинством из них, было оправданным, — она приподняла бровь. — Знаешь, жизнь — это не только пыльца фей, магия, и блестящие желания.

Я действительно знала. Я облизнула губы, опасаясь откровений, которые могла предложить Роуз.

— Так что же изменилось? Что-то изменилось, иначе вы не оказались бы в том положении, в котором вы сейчас, — мне отчаянно хотелось спросить о Софии Твист, но я не хотела форсировать события или вкладывать слова в уста Роуз.

Её взгляд был устремлён куда-то вдаль.

— Я не имела права знать причины, стоящие за отданными мне приказами. Мне было приказано… позаботиться о ком-то, и я сделала, как мне было сказано. Часто было нетрудно понять, почему определённые люди привлекали к себе внимание правительства — об этом говорило то, в каких кругах они вращались. Или их действия. И, в зависимости от обстоятельств, их предсмертные заявления также многое говорили. Но я никогда не должна была знать, по правде говоря. Обычно, — размышляла она, — мне было всё равно. Я доверяла своему правительству.

Уголки её губ опустились.

— Большую часть своего времени я проводила, работая на почте. Это была хорошая история для прикрытия. Других моих… заказов становилось всё меньше. Мне казалось, что работа иссякла, — она пожала костлявыми плечами. — Но я не становилась моложе и была гораздо менее эффективной, чем раньше. Я была на грани выхода на пенсию. Я практически перестала быть полезной, — она сделала паузу. — Затем я получила приказ, который изменил все.

Можно было бы услышать, как упала булавка. Даже Тыква перестал пыхтеть и смотрел на Роуз. Я поёрзала на стуле, невольно заставив его скрипнуть. Винсент бросил на меня сердитый взгляд, и я перестала ёрзать, стараясь держаться как можно спокойнее.

Роуз продолжила.

— Мне дали имя, — сказала она. — И место. Очень людное место. Это было необычно, но не уникально. Только позже, когда всё дерьмо выплеснулось наружу, я поняла, что не должна была сбежать после выполнения работы. Предполагалось, что меня поймают с поличным и отправят в тюрьму. То, что я унесла ноги, было чудом, — её голос затих, а взгляд был рассеянным, когда она вспоминала. Судя по тому, как она держалась, она явно всё ещё была в ярости из-за этого. Я её не винила.

— Продолжайте, — мягко произнесла я.

Роуз вздохнула.

— В Королевском Альберт-холле во время представления «Лебединого озера» я сбросила с балкона молодого, подающего надежды политика. Её звали София Твист, и она не сделала ничего плохого, за исключением того, что сунула нос в дела одного из своих не слишком благонравных коллег. У неё был роман с ним, и она узнала о нём больше, чем он хотел кому-либо сообщать. Так что, — добавила она как ни в чём не бывало, — он использовал меня, чтобы оборвать её жизнь.

Её пальцы переплелись.

— Единственная причина, по которой мне удалось сбежать, заключалась в том, что я не хотела, чтобы кто-то ещё пострадал. Я подождала, пока она встанет и пойдёт к выходу, чтобы сходить в туалет, и только потом стала действовать. Это означало, что я была близка к выходу. Как только она упала с балкона и я увидела, что мужчины направляются ко мне, я поняла, что случилось и что произойдёт, если я останусь там. Я убралась оттуда как можно быстрее. Если бы они не задержали меня, они не смогли бы обвинить меня публично.

У меня было такое чувство, что я попала на страницы шпионского романа. Всё это едва казалось правдоподобным, и всё же я могла в это поверить. Я действительно в это поверила.

— Вас засняли на камеру.

Роуз бросила на меня заинтересованный взгляд.

— Правда? Я видела запись. Было неясно, сбросил ли кто-то Софию с балкона.

Я покачала головой.

— Я имею в виду, за пределами театра. Там есть запись репортера Би-би-си, который объясняет, что с ней случилось, а вы на заднем плане. Вы появляетесь там всего на секунду, но вы определённо там засветились.

Роуз немного помолчала.

— Что ж, — сказала она наконец, — вот и всё. Интересно, есть ли у Моргана Фергюсона этот клип. Если он опубликует эту историю, это добавит правдоподобности. Я надеюсь, что он это сделает. Эдвелл заслуживает того, чтобы его посадили.

— За этим заказом стоял Арт Эдвелл?

Роуз кивнула.

— Мой отдел был неофициальным, но этот заказ был ещё более неофициальным. Нигде не осталось никаких следов, по крайней мере, формальных. Сначала мой начальник решил, что я взбунтовалась, но у нас с ним были хорошие отношения. Я убедила его, что просто выполняла приказ.

Она слабо улыбнулась.

— Конечно, помогло то, что у меня были свои доказательства. Я познакомилась с Эдвеллом за неделю до этого и тайно записала, как он заказывал это убийство. За эти годы я многому научилась — я не была полной идиоткой. Независимо от того, что это был за заказ, я всегда следила, чтобы у меня была подстраховка.

Я уставилась на неё.

— Но если у вас были доказательства того, что он отдал приказ, как Эдвеллу это сошло с рук?

— Мне заплатили, — резко сказала она. — Было сочтено невыгодным для страны, чтобы член парламента был уличён в том, что нанял одобренного правительством ассасина для убийства коллеги. Это замяли. Эдвеллу было велено скрыться в темноте, как и мне.

Хотя я и ожидала услышать всё это, я всё равно была потрясена.

— Он не выполнил свою часть сделки, не так ли?

Она поморщилась.

— Нет. Он подал в отставку якобы по состоянию здоровья и несколько лет держался подальше от политики, но такого ублюдка долго не удержишь. Мой прежний босс умер от рака лёгких, и вскоре после этого старый добрый долбаный Арт вернулся к общественной жизни и снова баллотировался в президенты. Если кто-то ещё знал о том, что он натворил, он либо подкупал их, либо убеждал, что всё это ложь, — она сморщила нос от отвращения. — Ему всё сошло с рук. Несмотря ни на что. Он погубил моё доброе имя и чуть не упрятал меня за решётку как какую-то террористку.

Её горечь была ощутима.

— Я долго планировала свою месть. Единственная разница между Артом Эдвеллом сейчас и Артом Эдвеллом тогда в том, что теперь он использует для своей грязной работы частных подрядчиков, а не государственных.

Я покачала головой.

— Почему вы никому не сказали об этом раньше, Роуз? — прошептала я. — Зачем ждать до сих пор? Этого человека нельзя допускать к должности — он не должен находиться нигде, кроме тюрьмы. Что насчёт того, что он мог сделать с другими людьми?

Она издала короткий, неожиданный взрыв холодного смеха.

— Меня не волнуют другие люди. Я была ассасином, дорогуша. Я убивала людей. Если будешь делать это достаточно часто, то потеряешь все следы того человека, которым ты когда-то была или могла бы стать. Сочувствие может быстро стать чем-то чуждым. Кроме того, это мои руки убили Софию Твист. Я виновата не меньше, чем Эдвелл, — её тон стал мрачным. — Если бы я призналась и раскрыла себя, я оказалась бы в одной лодке с ним. И я, как и он, не горела желанием провести остаток своей жизни в тюрьме.

— Но ты всего лишь выполняла приказы, — спокойно возразил Винсент.

— Как и большинство нацистов, — ответила она, моргнув и глазом. Он вздрогнул. — Я рассказываю эту историю только потому, что умираю. Мне больше нечего терять.

Я задумалась, правда это или нет. Сколько лет Роуз размышляла, стоит ли ей говорить правду? Насколько сильно она чувствовала себя виноватой? Мне хотелось верить, что она сожалела о том, что не сказала ничего раньше, но, возможно, я выдавала желаемое за действительное. Может быть, это всего лишь месть, но я предпочитала думать иначе, даже если это всего лишь моя оптимистичная натура феи-крёстной.

— Чего я всё ещё не понимаю, — сказала я, — так это почему вы так стремились лично противостоять Эдвеллу и его людям. Может, у вас и неизлечимая болезнь, но в какой-то момент вы казались вполне готовой позволить им выстрелить вам в голову и покончить с этим.

Роуз скорчила гримасу.

— Ты думаешь, я хочу умереть на больничной койке, подключённая к миллионам аппаратов и покрытая собственной мочой и слюнями? — она расправила плечи и встретилась со мной взглядом, на мгновение став похожей на хладнокровного ассасина, которым она когда-то была. — Если я смогу забрать кого-нибудь из этих ублюдков с собой в ад, я совершу доброе дело. Особенно если один из них — сам Арт Эдвелл.

Я некоторое время наблюдала за ней.

— Это преднамеренно, — сказала я наконец. — Вы хотите встретиться с Эдвеллом лицом к лицу. Вы хотите, чтобы он пришёл за вами.

Роуз выглядела чрезвычайно довольной собой.

— Он влиятельный политик. Если приблизиться ко льву в его логове невозможно, то выманите его оттуда, чтобы он пришёл к вам. Я связалась с Морганом Фергюсоном из «Дейли Сентинел» и рассказала ему о том, что мне известно. Этому придурку из таблоида потребовалось целых пять минут, чтобы разобраться и насторожить Эдвелла. Это был чертовски хороший план.

Она вздёрнула подбородок и посмотрела на меня.

— Если бы ты не вмешалась, всё уже закончилось бы, и никто из нас сейчас здесь не сидел бы.

Как ни странно, я не чувствовала ни малейшей вины за то, что вмешалась. Чем меньше трупов, тем лучше. Мне нравилось жить по этому правилу.

— Скорее всего, — скептически заметила я, — он убьет вас задолго до того, как вам удастся убить его. Я понимаю, что у вас есть навыки, Роуз, но с ним целая команда.

Старуха постучала себя по носу.

— Он не сможет убить меня сразу, — самодовольно сказала она. — У меня ещё есть запись, та, где он приказывает мне убить Софию Твист.

Я выдохнула.

— Ваша подстраховка.

— Действительно. Я обязательно сказала Фергюсону, где она находится. Она находится в камере хранения на складе в Лондоне. У меня есть код. Фергюсон считает, что в случае моей смерти некое третье лицо сообщит ему код.

— Фергюсон считает? — повторила я, сосредоточившись на её словах. — Он на самом деле не получит код?

Впервые в глазах Роуз промелькнуло чувство вины.

— Это длинный код, — сказала она. — Я не могу сразу его вспомнить.

У Винсента отвисла челюсть.

— Да ты издеваешься.

Роуз нахмурилась.

— Я записала это, чтобы не заучивать.

— Где записала?

— На листке бумаги.

Я стиснула зубы.

— И где же этот листок бумаги?

— Дома, — просто ответила она. — В Лейк-Дистрикте. Где же ещё ему быть?

У меня сердце ушло в пятки. Возможно, я не видела этого собственными глазами, но я поверила Арту Эдвеллу, когда он сказал, что сравнял дом Роуз с землёй. Если она не помнит этот код, скорее всего, он потерян навсегда. Я решила пока не раскрывать эту информацию. Это делу не поможет.

Долгое время никто не произносил ни слова. Я прокручивала всё в голове, пытаясь решить, как лучше поступить. Винсента слегка подташнивало, и без сомнения, он жалел, что встретил кого-то из нас. Роуз только улыбнулась про себя.

В конце концов Винсент прочистил горло.

— Ты крёстная фея, Саффрон, — сказал он. — Исполни её желание и заставь Арта Эдвелла упасть замертво. Тогда мы все сможем разойтись по домам.

— Я не могу этого сделать, — сказала я. — У меня нет власти над жизнью и смертью. Я не могу убить кого-то по желанию, но и продлить жизнь тоже не могу. Это так не работает.

— Он плохой человек, — запротестовал Винсент. — Он этого заслуживает.

— Это не имеет значения. Даже если бы я захотела, я бы не смогла. Моя магия так не работает, — я взглянула на Роуз. — В любом случае, Роуз не этого хочет. Я права?

Она фыркнула.

— Возможно, ты всё-таки не такая уж тупая. Я буду той, кто покончит с жизнью Эдвелла. Если я не смогу этого сделать, никто не сможет, — она подняла дрожащий палец и указала им на меня. — Она уже знает, чего я хочу.

Я откинула назад волосы и вздохнула. Да, я знала. В глубине души, во всяком случае.

Винсент перевёл взгляд с меня на Роуз и обратно.

— Что? Чего она хочет?

Внезапно снаружи конференц-зала послышался гул голосов. Я нахмурилась, посмотрела на часы, и внутри у меня все сжалось.

— Послушайте, — сказала я, — у меня есть другие дела, с которыми я должна разобраться сегодня вечером. Я была бы признательна, если бы никто не узнал, что я привела вас сюда. Вы уже знаете, что это здание защищено магией. Здесь вы пока будете в безопасности, — я помассировала шею. — Я не могу оправдать убийство другого живого существа, — сказала я Роуз, — независимо от того, что они сделали, чтобы заслужить это.

— Не твоё дело вмешиваться, — парировала она. — Ты моя крёстная фея. Ты должна быть на моей стороне. И вообще, ты не обязана помогать мне убивать Арта Эдвелла — тебе нужно только убедиться, что ты не встанешь у меня на пути, когда я это сделаю.

Я не знала, смогу ли согласиться на это. Я вздохнула.

— Послушайте, — сказала я, — вы оба можете пока остаться здесь и воздержаться от любых попыток убийства в ближайшие несколько часов? Винсент?

— Я не хочу оставаться с ней наедине, — сказал он.

— Ты взрослый мужчина, — напомнила я, — а она маленькая старушка.

Роуз ощетинилась от моих слов, но, к счастью, промолчала. Мы все знали, что она, вероятно, могла бы сделать и с Винсентом, и со мной, если бы захотела.

— Хорошо, — наконец сказал Винсент. — Я останусь.

Роуз засипела, и этот хриплый звук заставил нас всех подпрыгнуть. Её рука на мгновение взметнулась к груди, прежде чем она снова опустила её.

— До рассвета, — объявила она чересчур громко. — Не больше. Моё время на исходе.

Я не знала, куда отвести взгляд.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Располагайтесь поудобнее, а я вернусь, как только смогу.

Глава 21

Я вышла из конференц-зала, чувствуя лёгкую слабость. Было ли это из-за полученных травм или из-за откровений Роуз, я не могла сказать. В любом случае, я была настолько погружена в себя, что чуть не выпрыгнула из собственной шкуры, когда из полумрака офиса раздался голос.

— Кто там? — Джаспер шагнул вперёд, пока не оказался в лунном свете, просачивающемся из ближайшего окна. Это придавало его коже иномирный блеск. С другой стороны, он был иномирным. Мы все были такими. — Кто в той комнате?

Я облизнула губы.

— Никто, — ответила я.

Он пристально посмотрел на меня.

— Саффрон, — он произнёс моё имя так, словно это была ласка. Затем его голос изменился. — Не принимай меня за дурака.

Я пригладила блузку и глубоко вздохнула.

— Ладно, — сказала я. — Я оставила там… своих друзей.

Джаспер тут же двинулся вперёд. Я преградила ему путь.

— Послушай, — сказала я, — я знаю, что ты здесь для проведения аудита. Я знаю, что твоя работа заключается в том, чтобы расследовать наши действия. Но если мы действительно друзья, ты можешь оставить это без внимания? У тебя нет причин заходить в ту комнату. Для всех будет лучше, если ты этого не сделаешь. В этом нет ничего предосудительного, я тебе это обещаю, и это временно. К утру они исчезнут. Давай сосредоточимся на том, что произойдёт в ближайшее время. То, что творится в той комнате, тебя не касается.

Я сцепила руки. «Пожалуйста, Джаспер, — молча взмолилась я. — Оставь это». Я могла справиться только с одной головной болью за раз.

На его челюсти дрогнул мускул.

— Хорошо, — сказал он наконец, и мои плечи с облегчением опустились. — Может, и к лучшему, что я не знаю.

— То, чего ты не знаешь, не может причинить тебе вреда, — прощебетала я, прежде чем смогла себя остановить. Затем я вздрогнула. Это было уже лишним.

Его взгляд скользнул по мне.

— Если ты так говоришь, — он скрестил руки на груди. — Ты в ещё худшем состоянии, чем была несколько часов назад. Если ты не хочешь рассказать мне, что происходит, то, по крайней мере, достань свою волшебную палочку и приведи себя в порядок. Ты выглядишь полумёртвой.

Эм…

Джаспер прищёлкнул языком.

— Что?

Я скривилась.

— Я вроде как потеряла свою волшебную палочку.

— Ты… потеряла её? — в его голосе звучало недоверие.

— Эм, да. Я положила её куда-то и теперь не могу найти.

Он тяжело вздохнул.

— Саффрон, мы собираемся взломать дверь предполагаемого убежища троллей, а у тебя нет с собой волшебной палочки для магической поддержки? Тролли могут колдовать без использования инструментов. Я тоже могу. У тебя нет такой роскоши.

— Это был несчастный случай, — тихо сказала я. — И спасибо тебе за то, что указал на другие мои недостатки. Если бы ты этого не сказал, я бы никогда не поняла, что моя палочка так важна.

Он фыркнул.

— Не надо сарказма. Это ты её потеряла, — он покачал головой и отвернулся. — Билли!

Я опешила. Что он здесь делал?

Дверь во временный кабинет Джаспера открылась, и оттуда выглянуло лицо Билли.

— Да? Что я могу сделать? — он заметил меня и улыбнулся с явным облегчением. — Я рад, что ты вернулась, Саффрон. Я сделал, как ты просила, и несколько раз прошёл мимо того здания. Там определённо есть магия. Мужчина, которого видела Анджела, должен быть троллем. Другого объяснения практически нет.

Я выдохнула. Возможно, удача повернулась ко мне лицом. Затем я посмотрела мимо своей подруги и заметила знакомые фигуры Анджелы, Алисии и Далилы, которые тоже стояли там. Так вот чьи разговоры я слышала. Хотя это не объясняло, что они здесь делали.

— Почему вы все здесь собрались? — спросила я.

Алисия протиснулась мимо Билли и вскинула голову.

— Мы — часть оперативной группы. Ты не можешь просто отодвинуть нас в сторону, когда пришло время действовать, Саффрон. Может, мы и не пойдём с вами в здание, но мы вам понадобимся для прикрытия, если что-то пойдёт не так. И если там есть тролли, как считают Билли и Анджела… — её голос затих, и она пожала плечами. — В любом случае, ты, может, и лидер, но ты не наш босс.

Никогда ещё не было сказано более правдивого слова.

Анджела нахмурилась и пристально посмотрела на меня.

— Что с тобой не так? — спросила она. — Ты дерьмово выглядишь.

— Это невежливо, — запротестовала Далила. Затем она моргнула, глядя на меня. — На самом деле, ты неважно выглядишь, Саффрон. Может, тебе стоит воздержаться от участия.

Джаспер провёл рукой по волосам.

— Билли, ты можешь найти замену волшебной палочке Саффрон?

Билли вздрогнул и уставился на меня.

— Ты потеряла свою палочку?

— Я уверена, что она ещё найдётся, — слабым голосом сказала я. Может быть, мне повезёт, и Эдвелл оставил её в доме Винсента. Крёстная фея тоже могла загадывать желание.

Он громко выругался.

— Это очень серьёзно, Саффрон. Мне придётся написать отчёт. Правила гласят, что…

Я махнула рукой. Я уже начинала думать, что он тратил столько времени, повторяя различные правила, что теперь был вынужден это делать независимо от того, хотел он этого или нет.

— Я знаю, что говорится в правилах. И мне очень жаль. Но если у тебя есть запасная…?

Он закатил глаза и потопал прочь.

— Я принесу.

Послышался звук открывающейся двери. Я обернулась и с замиранием сердца увидела, как Винсент высунул голову наружу.

— Сафф, — сказал он, — не могли бы мы перекусить? Если мы закажем пиццу, сможет ли водитель доставки нас найти? — он оглядел остальных и заметил Джаспера. — Привет! — просиял он. — Рад видеть, что ты жив и здоровёхонек, приятель!

Джаспер уставился на него, а затем перевёл взгляд на меня. Алисия, Анджела и Далила изумлённо уставились на него.

— Я что-нибудь организую, — быстро сказала я.

Винсент ухмыльнулся.

— Класс. Спасибо, — он приподнял брови. — Вы все крёстные феи?

— Винсент, — предупредила я, прежде чем он начал приставать к ним с просьбами загадать желание.

Он махнул на меня рукой.

— Я ухожу, я ухожу! Прости! — его голова исчезла, и дверь снова закрылась.

Все посмотрели на меня. Я опустила взгляд.

— Это долгая история. С ними не будет проблем. Я обещаю.

— О, Саффрон, — выдохнула Далила, широко раскрыв глаза. — У тебя будут большие…

Дверь снова открылась.

— Винсент! — огрызнулась я. — Ты…

Это была Роуз.

— Мне нужно отлить, чёрт возьми, — сказала она. — Где здесь туалет?

Я провела рукой по лбу.

— Там, внизу, — сказал я, указывая.

Роуз хмыкнула и зашаркала прочь.

— Саффрон, — начал Джаспер.

— Не надо, — сказала я. — Просто не надо. Я сама разберусь с этим.

Билли вернулся, держа в руках новую волшебную палочку. Он протянул её мне, а затем огляделся.

— Что со всеми происходит? — спросил он. — Что-то случилось?

Появился Руперт.

— Извините, я опоздал, — сказал он, качая головой. — Вы не поверите, я только что встретил в коридоре маленькую старушку? Человеческую старушку?

Когда я буду писать свои мемуары и захочу точно определить момент, когда у меня всё пошло наперекосяк, наверное, это может быть вот этот самый момент.

— Тролли, — сказала я, повысив голос так, что он эхом разнёсся по комнате. — Мы здесь для того, чтобы найти троллей.

— Иии-хааа! — Руперт потряс кулаком в воздухе. — Давайте перережем их как свиней и все станем героями!

Я должна быть благодарна, что мне не потребовалось много усилий, чтобы отвлечь его.

— Это миссия по установлению фактов, — строго сказала я. — Резни не будет. Не сейчас, — и никогда. — Мы с Джаспером выясним наверняка, есть ли тролли в здании напротив нас и сколько их там. Мы не будем ничего предпринимать, только проведём расследование. Мы не собираемся быть героями, мы просто ищем. Вы все здесь на случай, если что-то пойдёт не так. Вы не должны входить в здание, пока я не разрешу иначе.

— Эти люди тоже здесь в качестве прикрытия? — невинно поинтересовалась Алисия.

Да ёбушки-воробушки. Я должна была догадаться, что она найдёт способ вернуть разговор к ним.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь язвительное в ответ, но передумала. Я по-прежнему была Саффрон Сойер, и во мне по-прежнему было стремление быть умнее среднестатистической крёстной феи.

— Они здесь, — заявила я, — в качестве советчиков. У каждого из них есть особый набор навыков, которые помогут нам в этом деле. И, — добавила я, — очевидно, что они оба защищены магией памяти, так что их присутствие здесь не будет проблемой.

Джаспер бросил на меня пронизывающий взгляд. Он, конечно, знал, что магия памяти не применима к Винсенту. Он также мог догадаться, что Роуз была клиенткой, для которой я спрашивала его о том, как снять с неё действие магии памяти. Я не смотрела на него.

— Какие особые навыки? — подозрительно спросил Билли.

— Винсент разбирается в наркотиках, — сказала я, импровизируя, — и мы знаем, что тролли использовали наркотики против нас и раньше. Если они попытаются сделать это снова, Винсент сможет нам помочь.

Анджела скрестила руки на груди.

— А зачем здесь старушка? Тактика скрытного ниндзя?

Она бы удивилась.

— Она здесь, — сказала я, — потому что собирается помочь нам выяснить, кто на самом деле находится в этом здании, — я вспомнила, что сказала Роуз. — Ключ к успеху здесь не в том, чтобы войти в логово льва и преподнести себя на блюдечке с голубой каёмочкой. Главное — заманить льва к нам.

Послышалось фырканье. Роуз, возвращаясь, остановилась и наблюдала за мной с лёгким удивлением. Когда все повернулись в её сторону, она не сводила с меня глаз. Затем она почти незаметным движением наклонила голову, и я слегка расслабилась. Она поняла и решила подыграть.

— Вот именно! — сказала она вслух. — Вы должны контролировать ситуацию и не позволять ей управлять вами.

— Да, — сказала Далила, — но как нам это сделать?

Алисия кивнула.

— Как нам заставить их выйти и как определить, тролли они или нет?

Роуз ухмыльнулась.

— Я не могу ответить на второй вопрос. Но на первый ответить легко, — она посмотрела на меня. — И это убьёт двух зайцев одним выстрелом.

***

Мы заняли свои позиции. Я понятия не имела, сработает ли это на самом деле, но Роуз снабдила нас подходящим планом. Это было намного лучше, чем всё, что придумывала я или, на самом деле, кто-либо другой. Предложение Руперта о том, чтобы мы вооружились ракетными установками и стёрли здание с лица земли, исключалось. Естественно.

Я притаилась в тени, прячась за припаркованной машиной, на случай, если потенциальный тролль-подглядыватель выглянет из окна. Я крепко скрестила пальцы. Если это сработает, меня признают гением.

— Итак, — тихо произнёс Джаспер рядом со мной, — ты собираешься рассказать мне, что происходит на самом деле?

— Мы охотимся на троллей, само собой, — сообщила я ему. У меня не было другого выбора, кроме как проявить непроходимую тупость и неправильно понять его вопрос. — Этот способ намного лучше, чем штурм здания. Это гораздо безопаснее.

Последовала долгая пауза, прежде чем он заговорил снова.

— Я был неправ, когда не доверил тебе свои опасения по поводу того, что случится с троллями, когда мы их найдём. Я открыто признаю это. Независимо от того, что ещё ты можешь думать обо мне, Саффрон, ты должна знать, что можешь доверять мне в ответ.

— Моё молчание о присутствии людей в здании не имеет ничего общего с доверием, — честно призналась я. — Я попала в небольшую передрягу и работаю над тем, чтобы выбраться из неё. Будет лучше, если ты не будешь знать, что происходит, — я прикусила губу. — Ты проводишь аудит, Джаспер. Ты мне не противник, и ты не пытаешься заполучить меня или разрушить Офис Крёстных Фей. Возможно, мы действительно друзья. Но я знаю, насколько серьёзно ты относишься к своей работе, и если я расскажу тебе всю историю, это может повлиять на твой аудит. Нет, — поспешно добавила я, — не потому что я делаю что-то не так — я так не думаю. Это сложная ситуация, которая упростится, если я не буду вовлекать в неё никого другого.

Даже если бы Аделина не предостерегала меня от разговоров с Джаспером о Роуз, я знала, что поступила правильно. Я делала всё, что могла, для Роуз как для своей клиентки, но в глубине души я понимала, что действовала неумело.

— Тебе что-нибудь угрожает?

— Нет, — больше нет. Я была почти полностью убеждена в этом.

— А что насчёт Гамильтона? И пожилой леди?

Я покачала головой.

— С Винсентом всё будет в порядке. Старушка… — я поколебалась. — Да, она в опасности. Но она этого хочет. Она сама напросилась, — я почувствовала, что Джаспер пристально смотрит на меня из тени. — Честно говоря, спустя неделю в это же время она будет всего лишь ещё одной довольной клиенткой.

Джаспер потянулся ко мне, и его руки коснулись моей обнажённой кожи. По мне словно пробежал электрический разряд.

— Тебе всё ещё больно, — хрипло заметил он.

Я неловко пожала плечами. Я несколько раз взмахнула запасной палочкой и исцелила самые серьёзные повреждения, но у меня не было ни времени, ни сил справляться со всеми своими болячками.

— Я в порядке.

— Нет, это не так, — он пробормотал что-то себе под нос, затем пошевелил запястьями. По мне начало распространяться тепло, и я ахнула. Джаспер не остановился. Он опустил руки вниз, поглаживая мои бёдра. Везде, где он прикасался, зарождалось покалывание. Закончив, он отодвинулся и посмотрел на меня настороженным взглядом.

— Тебе всё равно следует показаться врачу, — сказал он, и в его словах прозвучала резкость. — Возможно, у тебя есть внутренние повреждения. Что бы ты ни делала, это явно было невероятно опасно. Тебе нужно лучше заботиться о себе.

— Что я могу сказать? — я пожала плечами. — Это часть работы.

Джаспер поджал губы.

— Как твой друг, — пробормотал он, — я должен убедиться, что ты сама о себе заботишься. Если ты серьёзно пострадаешь, Саффрон, я не уверен, как отреагирую. Я знаю, тот факт, что я провожу аудит в твоём офисе, делает наши отношения странными, но я забочусь о тебе, — он помолчал, прежде чем понизить голос до хрипоты. — Очень сильно.

Я уставилась на него.

— Я тоже забочусь о тебе, Джаспер, — прошептала я.

В его глазах жил такой интенсивный свет, что невозможно было отвести взгляд. У него не было никаких отношений с Лидией, теперь я это знала, но я же думала, что он хотел быть только друзьями. Неужели и в этом я тоже ошибалась? Я отчаянно хотела спросить его, но не хотела портить момент и не хотела снова получить отказ. Я не была уверена, что моё сердце выдержит это. Вместо этого мы просто смотрели друг на друга. И смотрели. И смотрели.

С одной или двух улиц от нас донёсся звук небольшого двигателя. Джаспер отстранился. Я изогнулась и подобралась к краю машины, чтобы оглядеться. В свете фонарных столбов впереди я смогла разглядеть приближающийся скутер.

— Это он, — сказал я. Или она. Отсюда было трудно определить.

— Понял.

Когда скутер подъехал ближе, я собралась с духом.

— Готов?

— Да.

— На счёт раз, два, — выдохнула я, — три.

Джаспер направил магию на передние колёса скутера. Двигатель заглох, и он начал крениться. Водителя отбросило вперёд, и он с испуганным визгом взмыл в воздух. Я прищурилась. Значит, мужчина.

Я выбежала из-за машины с волшебной палочкой в руке. Я повернула её как раз вовремя, так что, когда он приземлился, он ударился о землю безопасно и с лёгким подпрыгиванием.

Анджела выскочила вперёд с другой стороны дороги. Я схватила скутер и откатила его на несколько метров, а она опустилась на колени рядом с водителем.

— Божечки! С вами всё в порядке? — она дотронулась до его щеки через открытый визор, и он застонал. — Не пытайтесь двигаться. Возможно, вы повредили спину. Я вызову скорую. Позвольте мне снять с вас шлем.

— Уууух…

— Ш-ш-ш, — пробормотала Анджела. Она осторожно повернула и потянула шлем, затем передала его в мои руки. — Не разговаривайте. Всё будет хорошо. Вы, должно быть, попали в выбоину или что-то в этом роде.

Пока она хлопотала над ним, я побежала назад и перекинула ногу через скутер. Джаспер вскинул голову, и я кивнула. Я скорее почувствовала, чем увидел, как магия заставила двигатель скутера снова ожить. Мгновение спустя, хотя и немного пошатываясь, я сорвалась с места, направляясь к тому месту, которое, как мы надеялись, было убежищем троллей, прямо напротив Офиса Крёстных Фей. Где лучше спрятаться, чем у всех на виду? И где можно одновременно шпионить за своим смертельным врагом?

Я только-только освоилась с скутером и почти наслаждалась поездкой, когда подъехала к зданию. Я остановилась и слезла с него, направляясь сначала к багажнику скутера и коробке, которая там стояла.

Я открыла её. Чёрт. Винсент заказал ветчину с ананасами, и она действительно вкусно пахла. Я вдохнула аромат, прежде чем достать пиццу. К картонной коробке был прикреплён чек вместе с адресом. Я удовлетворённо улыбнулась. Это добавит ещё больше аутентичности тому, что я собиралась сделать, и именно по этой причине мы не заказали пиццу с доставкой к нашему зданию.

Я опустила визор шлема, чтобы скрыть своё лицо. Пришло время для небольшого шоу.

Глава 22

На двери дома, который, как мы надеялись, был логовом троллей — или, по крайней мере, местом их засады — не было дверного звонка или молоточка. Я также не заметила никаких признаков камеры, но, если они обладали такими магическими способностями, как мы предполагали, она им могла и не понадобиться. Как бы то ни было, они, похоже, не приветствовали незваных гостей. Это не было доказательством присутствия троллей, но, безусловно, соответствовало нашим подозрениям; они вряд ли захотели бы, чтобы в течение дня их беспокоили случайные посетители. Было бы не очень приятно, если бы разъярённый тролль отрубил голову какому-нибудь бедному благотворителю только за то, что он пытался заручиться финансовой поддержкой для спасения ежей и постучал не в ту дверь.

Подавив искушение оглянуться и проверить, готовы ли остальные, я сделала глубокий вдох, подняла кулак и заколотила им по внешней стороне двери. От моих усилий деревянная рама затрещала. Я покачалась на пятках и стала ждать.

Один удар, два, затем послышался скрежет цепочки, и дверь приоткрылась. В полумраке было трудно разобрать, но мне показалось, что выглянувшее лицо принадлежит тому самому парню со шрамами от прыщей, которого я видела в бинокль Анджелы. Тот самый тип, с которым я столкнулась.

— Что? — его голос был тонким, как тростинка, и высоким. Это не то, чего я ожидала от тролля, но я научилась не делать предположений о своих противниках.

— Пицца! — я подняла коробку, чтобы доказать это.

— Я не заказывал пиццу, — он попытался закрыть дверь, но этого не случилось.

Я просунула ногу в щель и не дала ей закрыться.

— Это Поупс-лейн, 12, верно?

Он коротко кивнул.

— Ну, тогда всё верно. Мне этот адрес и назвали.

— Мне всё равно. Я не заказывал пиццу. У меня непереносимость лактозы. Я не могу есть сыр, — он отступил ещё дальше. — А теперь убери ногу с моего порога, пока я не вызвал полицию.

Я скорее почувствовала, чем увидела, как щупальца нежной магии скользнули мимо меня, обвиваясь вокруг двери. Это была опасная часть, потому что мы не знали, насколько тролли чувствительны. Если этот тип заметит, что кто-то за моей спиной использовал магию, чтобы расслабить его, всё будет потеряно.

— Не звоните в полицию! — в тревоге сказала я. — Я всего лишь выполняю свою работу! Попробуйте получать минимальную зарплату за то, что вы стучитесь в двери незнакомцев. Это не так просто, как кажется.

Послышался тяжёлый вздох. Я не заметила никакой агрессии со стороны мужчины, скорее смирение. Это означало, что он не почувствовал магию — и это сработало.

Цепочка снова звякнула, и дверь полностью отворилась открывая его. Это определённо тот же парень, что и раньше. Я оглядела его с ног до головы, пока он проделывал то же самое со мной. Был ли он троллем? Я не могла сказать. Было бы намного проще, если бы у них были рога и кривые ноги, как в старых историях.

— Сними шлем, — сказал он.

Я подняла визор, стараясь отвернуть лицо так, чтобы большая его часть оставалась в тени.

— Я не могу, — сказала я. — Он слишком мал для меня, и надевать и снимать его — сущий кошмар. Когда я работаю, я всегда оставляю его на голове, — я снова подняла пиццу, чуть ли не сунув её ему в лицо. — Послушайте, — сказала я, — за пиццу уже заплачено. Вы не можете её забрать? Иначе у меня будут неприятности.

Он фыркнул.

— Чтобы потом ты смогла обвинить меня в том, что я украл пиццу, которая мне никогда не принадлежала? Без шансов.

Я указала на чек.

— Но пицца действительно на этот адрес. Возможно, кто-то заказал её для вас. Возможно, друг.

Он опустил голову.

— У меня нет друзей.

Я посмотрела мимо него.

— Значит ли это, что вы один? Если там есть кто-то ещё, может быть, им понравится пицца.

Откуда-то изнутри донёсся громкий стук. Я посмотрела на этого типа, а он посмотрел на меня.

— Мои соседи, — сказал он. — Я живу один.

Ага. Я сунула ему коробку с пиццей, не оставляя ему другого выбора, кроме как взять её.

— Вот, — сказала я. — Подержите это секунду, а я возьму свой телефон. Я позвоню в магазин и узнаю, что они скажут. Должна же быть какая-то процедура для такого рода вещей, — я виновато пожала плечами. — Честно говоря, я не так давно этим занимаюсь. Это довольно дерьмовая работа, но мне нужны деньги.

Он неловко держал пиццу, пока я рылась в кармане, доставала телефон и набирала цифры. Прошло несколько гудков, а затем я заговорила.

— Привет, — сказала я в трубку, используя код, который мы в общих чертах придумали заранее. — Я на Поуп-стрит, и мужчина здесь говорит, что не заказывал пиццу.

— Поуп-лейн, — пробормотал он. — Это Поуп-лейн.

— Извините. Поуп-лейн, — я на мгновение прислушалась, наклонившись вправо, чтобы дать Алисии достаточно места для точного выстрела. — Я уже на месте, — сказала я.

Ничего не произошло. Я стиснула зубы.

— Сейчас.

Мужчина нахмурился, и в этот момент у моего уха послышалось тихое шипение и дуновение воздуха. Я потянулась вперёд и схватила сначала пиццу, а затем мужчину, прежде чем он рухнул бы на пол передо мной. Он оказался снаружи… а я оказалась внутри.

Я поспешно затолкала его обмякшее тело обратно в коридор, на случай, если мимо проедут какие-нибудь автомобилисты и проявят любопытство. Билли появился у меня за спиной и потянулся за пиццей.

— Винсент ждёт в вестибюле через дорогу, — сказала я.

— Люди могут подождать, пока мы здесь не закончим, — фыркнул Билли.

— Теоретически да, — ответила я, пока остальные подбегали к нам. — Но эти люди особенно нетерпеливы, и я могла бы обойтись без их вмешательства. Это займёт их, чтобы они не мешали нам.

— И их нужно держать подальше от нас, потому что они на самом деле не специальные советники?

Я послала ему предупреждающий взгляд.

— Пожалуйста, Билли.

Он закатил глаза, но, по крайней мере, сделал, как я просила.

— Итак, — сказала Алисия, — мы ещё не знаем, тролль он или нет?

Руперт нахмурился.

— Откуда ты знаешь, что мы не знаем?

— Саффрон сказала Поуп-стрит, — ответила Далила. — Согласно кодексу, «стрит» означает «не уверена».

— Я думал, что «роуд» означает «не уверена», а «стрит» — «определённо да».

— «Роуд» означает «определённо нет». «Стрит» означает «не уверена». «Лейн» означает «определённо да».

Он почесал в затылке.

— А как насчёт террасы? Что это значит?

Трудно поверить, что когда-то я считала, что все в Офисе Крёстных Фей — самые умные и лучшие из всех, кого может предложить наш мир.

— Ш-ш-ш, — прошипела я. — Я не думаю, что он один. Мы не можем оповестить тех, кто ещё здесь находится!

По крайней мере, это предупреждение заставило всех троих замолчать, но они по-прежнему смотрели на меня так, словно я испортила им всё веселье.

Слева от меня из темноты появился Джаспер.

— Анджела осталась с разносчиком пиццы, — сказал он. — С ним всё в порядке. Она скоро заберёт его скутер и отправит его восвояси.

Я кивнула.

— Хорошо.

Билли подошёл ко мне вплотную. Вид у него был недовольный.

— Я даже не услышал благодарности от этого желтозубого долговязого человека. Я сказал ему, что есть в вестибюле запрещено правилами. Казалось, ему было всё равно. Он уже достал кусочек из коробки. Если он размажет сыр по всему полу…

— Я всё уберу, — пообещала я. — А теперь идите все по домам. Мы с Джаспером этим займёмся.

Далила, Алисия, Руперт и Билли упёрли руки в бока. Я уставилась на них, гадая, не собираются ли они пуститься в пляс.

— Мы состоим в оперативной группе, — сказала Алисия. — Мы идём с вами.

Сколько раз нам придётся проходить через одно и то же дерьмо?

— Идите по домам, — прошипела я. Мы не могли стоять здесь и спорить на пороге проклятого дома троллей, когда где-то внутри были другие. — Сейчас же!

Ни один из них не пошевелил ни единым мускулом. Джаспер коснулся моей руки, и это лёгкое пожатие в точности сказало мне, что он думает. Наверное, я должна быть благодарна ему за то, что он не стал подрывать мой авторитет перед ними, но я всё равно была раздражена. Мы так не договаривались. Когда я в следующий раз буду руководить оперативной группой, я убежусь, что все будут делать всё, что я им скажу.

— Ладно, — прошептала я. На самом деле ничего не было ладно. — Но если вас поймает тролль и съест на ужин, не приходите ко мне жаловаться, — я свирепо посмотрела на них. — И это просто разведка. Мы здесь не для того, чтобы сражаться.

Алисия улыбнулась. Она подтолкнула Джаспера локтем и сказала ему:

— Вы ведь напишете об этом в своём отчёте, верно? Что я рисковала своей жизнью, чтобы помочь остановить троллей? Сделала всё возможное?

Далила всплеснула руками.

— И я! Я сделала то же самое!

— И… — начал Руперт. Его прервал стон парня, который, предположительно, был без сознания, и который всё ещё лежал позади нас.

Я выругалась.

— Просто зайдите и закройте эту чёртову дверь.

На этот раз они все сделали так, как я просила. Это было практически чудо.

Джаспер с лёгкостью поднял мужчину, протащил его в первую комнату справа и положил на пол. Он осмотрел его с обеспокоенным выражением на лице.

— Он не тролль, — решительно заявил он. — Этот мужчина — человек, — он поднял голову и посмотрел на меня. — Ты допустила ошибку.

Я поджала губы. Ну ёбушки-воробушки.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— Мы что, вломились в дом к какому-то человеку и вырубили его? — спросила Алисия, повысив голос. — Мне не нужно, чтобы Билли говорил мне, что это против правил, — она уставилась на меня. — Это была твоя идея, Саффрон. Ты здесь главная. Это твоя вина. Я бы никогда не пришла сюда, если бы не ты, — она скрестила руки на груди. — Это ты виновата во всем.

Я стиснула зубы.

— Никогда не было ясно, что он тролль! И я говорила тебе не входить. Ты сама решила войти.

Она фыркнула.

— Ответственность всё равно лежит на тебе.

В её словах был смысл. Я пробормотала проклятие себе под нос.

— Он смотрел прямо на меня, — сказала я, обращаясь скорее к самой себе, чем к кому-либо ещё. — Магия, окутывающая Офис Крёстных Фей, должна была сделать невозможным, но он определённо смотрел прямо на нас. Когда я столкнулась с ним на улице, я почувствовала магию. То же самое почувствовал Билли, когда проходил мимо этого здания несколько часов назад.

Джаспер нахмурился.

— У него есть слабая магическая аура, но она недостаточно сильна, чтобы предположить, что он не человек. Вероятно, его предок был троллем, или крёстной феей, или кем-то в этом роде. Независимо от того, смотрел он на тебя или нет, Саффрон, это не настоящий тролль.

— Может быть, тебе просто показалось, что он смотрел на тебя, — вмешалась Далила.

— Мне это не показалось, — заявила я.

Алисия бросила на Джаспера многозначительный взгляд.

— Кто-то здесь слишком старается. Ты же знаешь, что я не тролль, правда, Саффрон?

— Это Анджела первая… — я вздохнула и сдалась. Не было смысла продолжать спор. — Давайте уберём этот беспорядок и уберёмся отсюда.

Раздался ещё один приглушённый удар. Мы все замерли. Джаспер кивнул Руперту и Алисии.

— Выясните, что это было, — приказал он. — Если здесь есть другие люди, проследите, чтобы они оставались наверху.

Я была удивлена, что никто из них не щёлкнул каблуками и не отдал честь. Они развернулись, чтобы отправиться выполнять его приказы. Приятно быть Адвокатом Дьявола, а не такой неудачницей, как я.

Билли, который до этого момента вёл себя на удивление тихо, начал метаться по комнате, как зверь в клетке. Он качал головой.

— Что-то здесь не так, — пробормотал он и потёр затылок. — Такое ощущение… что что-то не так.

Далила взяла со стола открытый конверт.

— Аарон Джонс, — прочитала она вслух и вытащила из него листок бумаги. — Он задолжал по счёту за электричество.

Мужчина, о котором шла речь, снова застонал; его глаза оставались закрытыми, но он явно услышал её.

— Вы видели, сколько они запросили? — прошептал он. — Я не оплатил счёт, потому что он грабительский. Может, я и живу в этом большом старом доме, но это не значит, что я богат. Это проклятое место принадлежит моей тёте, и она в больнице. Если вы хотите что-нибудь украсть, пожалуйста, но я не думаю, что вы много чего найдёте.

Бедный парень.

— Мы здесь не для того, чтобы что-то красть, — сказала я ему. — Мы приняли вас за кого-то другого, — я посмотрела на Далилу. — Ты можешь его вылечить? Нам нужно убираться отсюда как можно быстрее, и пусть магия памяти сделает своё дело. Мы причинили Аарону достаточно проблем.

— Конечно, — Далила положила конверт и подошла к нему. — Привет, Аарон, — проворковала она. — Ты можешь открыть глаза? Я не собираюсь причинять тебе боль. Я просто хочу тебя осмотреть.

Джаспер пересёк комнату и присоединился к Билли, который перестал двигаться и тупо уставился в стену напротив. Я наблюдала за ними обоими, ожидая хоть какого-то намёка на то, что подсказывало Билли его шестое чувство.

— Я знаю тебя, — услышала я бормотание Аарона. — Ты работаешь через дорогу, — я медленно повернулась к нему. Он смотрел на Далилу широко раскрытыми, полными страха глазами. — Что это вы там делаете? — спросил он. — Вы что, состоите в какой-то преступной организации? Так вот в чём дело?

Джаспер повернул голову и сверлил Аарона пристальным взглядом своих суровых зелёных глаз.

— Даже если у тебя есть небольшая магическая жилка от предков, ты не смог бы обойти заклинания, окружающие это здание, чтобы увидеть, кто там находится, — он подошёл и поднял Аарона на ноги. — Что ты делал? Кто ты на самом деле?

Аарон начал лепетать.

— Никто! Я никто!

— Далила, — позвала я, и по спине у меня пробежал холодок подозрения, — на какую сумму был выставлен счёт за электричество?

— Больше тысячи, — спросила она. — Либо у него на чердаке спрятана фабрика по производству марихуаны, либо ему определённо начислили слишком много.

Я взглянула на Билли. Он не обращал ни на кого из нас никакого внимания; вместо этого он упёрся обеими ладонями в стену и продолжал хмуриться.

— Там что-то было, — сказал он. — Теперь это исчезло, — он покачал головой. — Я не понимаю.

— Что находится по соседству, Аарон? — спросила я.

Все посмотрели на меня.

— Какой-то офис, — сказал он. — Я не знаю, чем они занимаются, но они создают много шума. И, кажется, никогда не уходят домой. На прошлой неделе я заходил к ним, чтобы попросить их вести себя потише.

Я втянула глубокий вдох.

— И что?

Аарон опустил голову.

— Они были не очень любезны. Но они не вламывались в мой дом и не угрожали мне, — кисло добавил он.

— Саффрон, — тихо спросил Джаспер, — что такое?

— Я была такой дурой, — прошептала я.

— Что? — настаивал Джаспер. Он отпустил Аарона и подошёл ко мне. — Что такое?

— Причина, по которой мы заподозрили Аарона, — натянуто сказала я, — заключалась в том, что Анджела заметила его, когда шпионила за симпатичным парнем, работавшим по соседству. Необычайно симпатичным парнем. Она попыталась выяснить, чем он зарабатывает на жизнь, но не смогла найти компанию, когда занялась поиском. Очевидно, кем бы они ни были, они стараются оставаться в тени, — я кивнула на неоплаченный счёт Аарона. — Возможно, даже до такой степени в тени, что они решили красть электричество от этого здания, чтобы избежать обнаружения.

— Кто бы мог пойти на такие меры, чтобы сохранить анонимность? — нервно спросила Далила.

Никто из нас не произнёс ни слова. Мы уже знали ответ.

— Билли? — позвала я.

Его лицо было мрачным.

— Сквозь стены определённо просачивается магия. Это объяснило бы, почему на этом человеке остались следы магии, и почему он смог увидеть Офис Крёстных Фей, несмотря на охранные заклинания.

В дверях снова появились Алисия и Руперт.

— Больше никаких странных звуков не было, — весело сказал Руперт.

— И нигде нет никаких признаков присутствия троллей, — добавила Алисия. — На самом деле, там вообще ничего не видно. Всё чисто.

Я указала на стену.

— Это потому, что они не прячутся здесь. Они по соседству.

Аарон рассмеялся. Я не поняла, что смешного в этой ситуации. Он заметил выражение моего лица и объяснил.

— Если вы говорите о моих соседях, то их там больше нет. Те звуки, которые вы слышали, были от их ухода, — я уставилась на него, и он пожал плечами. — Я же говорил вам, что они шумные ублюдки. Нетрудно догадаться, что они делают. Я мог бы сказать, что они собирают вещи и готовятся к отъезду.

Билли кивнул.

— Это совпадает с тем, что я чувствую.

— Может быть, — предположила Далила, — они знали, что мы приближаемся к ним, и решили, что пришло время убегать, — она оскалила зубы. — Как подлые ублюдки, которыми они и являются на самом деле.

Руперт улыбнулся.

— Они боятся нас, как и должно быть. Иначе почему они так долго прятались от нас?

Я встретилась взглядом с Джаспером.

— Они прятались не потому, что боялись. Они прятались, потому что выжидали подходящего момента и планировали свой следующий шаг. Они эвакуировали наше здание в качестве проверки — по какой-то причине они хотели, чтобы оно опустело. До недавнего времени все работали сверхурочно из-за аудита, и наши офисы почти никогда не пустовали. Если бы тролли наблюдали за нами, они бы об этом знали.

Джаспер подхватил мою мысль.

— Но после того, как я велел всем прекратить круглосуточную работу, не было необходимости включать пожарную сигнализацию, чтобы освободить здание. Все крёстные феи уходили в обычное время.

— Тролли, должно быть, уже поняли это. Единственная причина, по которой они решили спрятаться прямо напротив нас, прежде чем внезапно начать массово уходить — это…

Я сглотнула.

А потом мы с Джаспером бросились к двери.

Глава 23

Входная дверь в Офис Крёстных Фей была закрыта, но это ничего не значило. Когда мы с Джаспером ворвались в неё, мои худшие подозрения подтвердились. Вместо обычного аромата жимолости в воздухе витало что-то гораздо более горькое. Я поняла, что это не только из-за того, что Тыква немного помочился. В здании были тролли, и что бы они ни замышляли, ничем хорошим это не светило.

— Нам нужно подняться по лестнице, — предупредил Джаспер. — Если мы воспользуемся лифтом, они узнают, что мы приближаемся.

Я поморщилась. Так мы потеряем драгоценное время, а Винсент и Роуз были наверху, и никто не мог их защитить.

— Нам придётся бежать, — сказала я.

Джаспер кивнул, снова начиная движение.

— Держись за мной.

Да как же. Джаспер направился к лестнице, а я всё равно двинулась к лифту. Мне было всё равно, знают ли проклятые тролли о моём прибытии, я не оставлю Роуз и Винсента на их милость ни на секунду дольше, чем это было необходимо. Я несла за них ответственность. На стороне Джаспера и остальных будет элемент неожиданности; я отвлеку их внимание до того, как они доберутся туда.

Не успев хорошенько подумать, я влетела в лифт и нажала кнопку, чтобы закрыть двери. Я услышала крик Джаспера, но он опоздал. Лифт уже плавно поднимался вверх.

Сначала я прижалась спиной к левой стене, распластавшись всем телом в тщетной попытке стать невидимой. Но даже если бы наложение на себя заклинаний невидимости было одним из моих талантов, это не обмануло бы троллей. Хотя попытки спрятаться могут сработать. К сожалению, в лифте негде было спрятаться, и притворяться, что я могу замаскироваться на фоне блестящих стен, было глупой затеей.

Я оставила попытки и вытащила волшебную палочку, приняв стойку для атаки с широко расставленными ногами. Я была готова к тому, что кто бы ни ждал меня там. Лифт вздрогнул, добравшись до главного офисного этажа. Я затаила дыхание и напряглась, когда двери открылись.

Всё оказалось на удивление разочаровывающим. Орды троллей не напали. Не было слышно ни боевых криков, ни магических разрядов. В офисе было так тихо, как и следовало ожидать в это время ночи.

Я быстро оглядела помещение и расправила плечи. Приоритеты. Я должна вытащить отсюда Винсента и Роуз.

Пригибаясь, я на цыпочках прокралась в комнату для совещаний. Дверь была плотно закрыта, что я восприняла как хороший знак. Возможно, мои друзья-люди дремали где-нибудь в углу и понятия не имели, что в здание проникли тролли-террористы. Я с трудом сглотнула и помолилась, чтобы так оно и было, затем толкнула ручку и вошла внутрь.

Боковым зрением я заметила, как что-то блеснуло, устремляясь в мою сторону. Хотя я и попыталась сдвинуться в сторону, а также создать магический щит, чтобы защитить себя, у меня просто не было времени, прежде чем ножки одного из металлических стульев ударили меня по голове. Я рухнула, как мешок с картошкой, и перед моими глазами заплясали крошечные огоньки.

— Чёрт! Саффрон! — Винсент мгновенно оказался рядом со мной. — Я думал, ты одна из них! Ты знаешь, что в этом офисе есть люди? Ты знаешь, почему они здесь? Потому что мы их видели, и я могу заверить вас, что это хитрые придурки, которые не имеют ничего общего с феями-крёстными. Один из них разбил несколько компьютеров! Они взломали несколько ящиков и… и…

— Успокойся, — пробормотала я.

— Ты жива! Слава богу!

Я потёрла висок. Ну ёбушки-воробушки, как же больно.

— Если ты думал, что я мертва, — прошептала я, — почему ты продолжал говорить?

Он пожал плечами.

— Это нервное. Я ничего не могу с собой поделать, — он наклонился и подал мне руку, чтобы помочь подняться на ноги. — Мне очень жаль. Я не знал, что это ты.

Я поморщилась, затем направила палочку на себя и несколько раз резко взмахнула ею. В голове всё ещё слегка пульсировало, но уже не так плохо. Каждые несколько часов мне приходилось лечить с помощью магии те или иные раны. Такими темпами я скоро стану экспертом в области целительства.

Я встряхнулась и огляделась, и моё нутро сжалось, когда я увидела, что Винсент один.

— Где Роуз?

Лицо Винсента исказилось.

— Я не смог её остановить, — прошептал он.

Страх растёкся по моим венам. О нет. Не дожидаясь ответа, на какой безрассудный шаг решилась Роуз, я резко развернулась. Я быстро отдала Винсенту приказ убираться к чёртовой матери из здания, пока у него есть такая возможность.

Если бы я была троллем, одержимым идеей уничтожить крёстных фей раз и навсегда, куда бы я пошла? Отдел кадров? Нет. Им не требовалась никакая помощь на фронте разрушения. Кабинет Директрисы? Возможно, но, несмотря на свою должность, она была всего лишь одним сотрудником.

Похолодев, я обернулась и посмотрела на лестницу, ведущую в комнату Адвентуса. Она была источником всех поступающих желаний и хранилищем всех прошлых желаний. С такой мишенью ничто не сравнится.

Двигаясь быстро, но стараясь не шуметь, с гулким биением сердца в ушах, я поднялась по лестнице. Дверь в комнату Адвентуса обычно была закрыта, и, чтобы открыть её, нужно было владеть её особой магией. Троллей это не волновало. Насколько я могла судить, они разработали свой собственный метафорический магический таран и, по сути, проделали огромную дыру в стене, чтобы проникнуть внутрь. Она всё ещё дымилась.

Я с трудом сглотнула и на цыпочках двинулась вперёд, пока не остановилась у порога. Их было несколько, хотя они вели себя на удивление тихо, занимаясь своими делами. Они находились примерно в середине комнаты, выдвигали ящики и рылись в старых открытках с желаниями. Каждые несколько секунд раздавался грохот, когда кто-то выдвигал ящик и отбрасывал его в сторону. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что тролли искали что-то конкретное.

Я отстранилась и задумалась. Должно быть, они ищут доказательства того, что крёстные феи сделали с ними в прошлом — подробности неисполненного желания, которое чуть не привело к полному уничтожению расы троллей.

Учитывая, что численность была определённо не в мою пользу, у меня возникло искушение оставить всё как есть. Роуз нигде не было видно. Возможно, она не пошла им навстречу, а поступила разумно и скрылась. Пока Джаспер и другие феи не поднялись по лестнице в качестве подкрепления, я не была уверена, что смогу что-то сделать.

Я начала отступать. Я подожду у запасного выхода, чтобы рассказать Джасперу о том, что я уже узнала. Он разозлится, что я проигнорировала его приказ держаться позади и воспользовалась лифтом, но, по крайней мере, в результате у меня была хоть какая-то информация, которой я могла поделиться с ним.

Это было бы разумным решением. К сожалению, когда я отступила назад, то наткнулась на что-то тёплое и твёрдое. Длинные пальцы обхватили моё горло, сжимая достаточно сильно, чтобы причинить боль.

— Привет, фея, — проворковал низкий мужской голос мне на ухо.

Да ёбушки-воробушки.

Я дёрнула запястьем; инстинкт направлял мою руку и приказывал мне использовать волшебную палочку, чтобы вызвать достаточно магии, чтобы избавиться от этого ублюдка. Однако он уже был на шаг впереди меня. Он что-то пробормотал, и внезапно палочка, которую я сжимала, раскалилась докрасна. Я резко вскрикнула и уронила её. У меня не было выбора, кроме как позволить ей со звонким стуком упасть на мраморный пол. Тролль позади меня тихо рассмеялся.

— Теперь ты мало что сделаешь, не так ли? Ваша чрезмерная зависимость от примитивных инструментов приведёт вас к краху.

Да, да. Я перестала сопротивляться и заставила свои мышцы расслабиться. До сих пор, несмотря на все свои зверства, ни один из троллей на самом деле не убивал крёстных фей. Мне оставалось надеяться, что они по-прежнему следуют этим путем.

— Эй, ребята! — крикнул тролль. — Смотрите, кого я поймал! — он втолкнул меня в комнату Адвентуса. Его приятели прекратили свои занятия и повернулись, чтобы посмотреть на меня. Их было даже больше, чем я предполагала. Это плохо.

Из задних рядов группы вышел тролль и шагнул вперёд. Он был одет во всё чёрное, как обычно одеваются лучшие злодеи. Что-то в том, как он держался, и в поведении остальных, наблюдавших за его приближением, подсказало мне, что это их лидер. Был ли он их главным лидером или просто ещё одним подчинённым, вроде Бернарда, похитителя и террориста-смертника, я не могла сказать.

Когда он подошёл ближе, и черты его лица стали более отчётливыми, я поняла, что это, должно быть, тот самый мужчина, на которого смотрела Анджела. У него были точёные скулы и уложенные светлые волосы; честно говоря, он был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. Неудивительно, что он привлёк её внимание. Она была достаточно умна, чтобы понять, что тролли где-то рядом, и достаточно глупа, чтобы думать, что одним из них был жутковатый человек, а не этот бог секса. Как минимум, у предводителя троллей должен быть уродливый шрам на загорелом лице или плохие зубы. У этого парня не было ни того, ни другого.

— Кто ещё с тобой? — его голос был обманчиво мягким.

Имя, звание и личный номер — это всё, что я могла ему сообщить.

— Я Саффрон Сойер. Я крёстная фея.

Он наблюдал за мной, забавляясь.

— Рад познакомиться с тобой, Саффрон, крёстная фея. Я Итан, тролль, — он подошёл ближе. — Кто ещё с тобой?

Тролль позади меня сжал мне горло. Я задохнулась.

— Никого, — прохрипела я. — Я одна..

— Ты вернулась в офис посреди ночи, чтобы поработать сверхурочно?

— Я очень предана своему делу, — выдавила я из себя.

Один из троллей прочистил горло.

— Я знаю её, — сказал он. — Это она напала на Бернарда.

Мои глаза расширились.

— Я не нападала на него! Он сам себя взорвал. Это всё его рук дело!

Выражение лица Итана не изменилось.

— Я никогда не был большим поклонником Бернарда, — пробормотал он. О, хорошо, может быть, я получу благодарность, а не подвергнусь пыткам. — Но он всё равно был одним из нас.

Ёбушки-воробушки.

— Тогда, возможно, ему не стоило похищать крёстных фей и отрезать им части тела, — подначила я. Чем дольше мы с Итаном будем трепать языками, тем больше шансов будет у Джаспера добраться сюда.

К сожалению, тролль был не настолько наивен. Он нежно улыбнулся мне и отдал приказ остальным троллям.

— Возвращайтесь в главный офис. Убедитесь, что там никого нет, а затем заблокируйте входы. Мы ещё не закончили, — он наклонился ко мне. — Ты можешь быть нашим свидетелем, Саффрон Сойер. Ты можешь увидеть, как мы навсегда положим конец деятельности крёстных фей. Похищения Бернарда были непродуманными. Мой план будет иметь гораздо более серьёзные последствия.

— Вы не можете убить нас всех, — сказала я ему. — Вы никогда не победите.

Итан усмехнулся.

— Я не занимаюсь убийствами. Никто из нас не занимается подобным, хотя Бернард был близок к этому. Наши замыслы намного грандиознее простого убийства, — он ухмыльнулся. — Наша цель — уничтожить этот офис раз и навсегда, — он облизнул губы в неподдельном предвкушении. — И есть только один способ, которым мы можем это сделать.

Я знала, что он задумал; ему не нужно было объяснять мне, но он всё равно это сделал. Он указал на гигантский котёл, который висел у нас над головами.

— Если вы не будете получать никаких желаний, — тихо сказал Итан, — значит, вы не сможете их исполнять. Спустя год от сегодняшнего дня Служба Крёстных Фей превратится в далекое воспоминание. Поучительную историю для всех фей о том, как опасно вмешиваться в дела, выходящие за рамки их собственных интересов.

— Это глупо, — сказала я в отчаянии. — Я сожалею о том, что с вами всеми случилось, правда сожалею. Но это было десятилетия назад. Мы усвоили урок. Сейчас приняты меры предосторожности. Я понимаю, вы всё равно хотите отомстить, но есть и другие способы добиться этого. Мы могли бы сесть и обсудить компенсацию. Я уверена, крёстные феи будут более чем счастливы принести официальные извинения и…

Впервые в голубых глазах Итана вспыхнул настоящий гнев.

— Официальные извинения? — переспросил он. — Официальные, бл*дь, извинения?

Тролль, чья рука обвилась вокруг моей шеи, ответил на его гнев усилением хватки.

Итан прошипел:

— Возможно, я и не родился на свет, когда мой вид был почти уничтожен, но я слышал истории. А ты? Мужчины, женщины и дети были раздавлены каменной лавиной, из них без всякого предупреждения вышибли дух. Бежать было некуда. Не было возможности спастись. На их головы обрушились тонны камней. Никто не спасся.

Он покачал головой.

— В тот день живым не ушёл ни один тролль. Единственная причина, по которой кто-либо из нас выжил, заключается в том, что старые и немощные, а также те, кто о них заботился, не смогли отправиться в путешествие. В противном случае мы были бы стёрты с лица земли. И всё потому, что крёстные феи решили исполнить желание безвестного валлийского землевладельца, которому нужна была причина, чтобы остановить разработку его земель. Ваша братия, — он выплюнул это слово, — ваши предполагаемые чудотворцы, даже не проверили заранее, кто там был. Вы взмахнули своими дурацкими волшебными палочками и учинили бойню.

Он сделал глубокий вдох, явно пытаясь взять себя в руки.

— А потом, чтобы ещё больше оскорбить нас, вы скрыли это. Вы притворились, что ничего не произошло. Вы, — его голос дрогнул, — вели себя так, как будто нас, троллей, никогда и не существовало. Но ведь мы не настолько важны, чтобы о нас беспокоиться, не так ли? Мы не грёбаные феи.

Боль Итана до сих пор была сильна. Я на мгновение прикрыла глаза, пытаясь поставить себя на его место. Я никогда не смогу в полной мере оценить, что значит быть троллем, или почувствовать то, что чувствовал Итан, но это не значит, что я не соглашалась с ним в том, что мы, феи, заслуживаем наказания.

— Мне жаль, — сказала я. — Я искренне, неподдельно сожалею.

Он пристально посмотрел мне в глаза. Вспышка ярости в его глазах погасла.

— Я верю, что так оно и есть, — сказал он. Его челюсти сжались. — Но это ничего не изменит, — он склонил голову и сосредоточился на котле. Он был настроен на этот курс.

Отчаявшись, я ухватилась за всё, что могло помочь.

— Уничтожение котла и уничтожение крёстных фей не помогут вам почувствовать себя лучше. Это не возродит ваших предков и не повернёт время вспять. Это только ухудшит ситуацию. Вы спровоцируете всеобщую войну.

Итан изобразил беззаботность.

— Да будет так.

— Мы меняем жизни людей к лучшему, — настаивала я.

— Мне всё равно.

Я стиснула зубы.

— Ну, а мне не всё равно. Я не могу позволить тебе это сделать.

Итан рассмеялся.

— У тебя нет выбора.

Раздался торжествующий женский голос.

— Я нашла! — я обернулась и увидела, что она размахивает карточкой желания. Я нашла! Это желание докажет, что эти ублюдки сделали с нами.

Итан отвернулся от меня. Я больше не была для него важна.

Тролль подбежала и протянула ему карточку. Он взглянул на неё, и на его красивом лице было написано удовлетворение.

— Молодец, Тесс. Теперь мы действительно можем победить, — он улыбнулся небольшой группе троллей. — Уничтожьте это, — приказал он. — Уничтожьте всё.

Я закричала, собрав всю оставшуюся во мне слабую магическую энергию и объединив её одним махом. Магия вырвалась наружу, взорвавшись волной фиолетового света с такой силой и размахом, на которые я и не думала, что способна.

Тролля, державшего меня за шею, отбросило назад, как и большинство других троллей. Итан пошатнулся; ему удалось удержаться на ногах, но не более того. Я выкрикнула свой боевой клич так громко, как только могла, а затем бросилась на него, как обезумевший бык. Сейчас мной двигал чистый адреналин. Если бы я остановилась и подумала о том, что делаю, у меня бы никогда это не получилось.

Я врезалась в туловище Итана. Его руки метнулись ко мне, схватив за волосы. Я завизжала, как банши, и бешено забила ногами. Когда это, похоже, не сработало, я начала молотить его кулаками, нанося удары по всем частям его тела, по которым только могла попасть.

Итан откинул голову назад, а затем нанёс шокирующий удар головой вперёд.

Я отлетела, заскользила по полу, и у меня перехватило дыхание. Какой бы внезапный порыв ни удалось мне вызвать, он исчез в мгновение ока, и у меня больше не было сил двигаться. Я лежала на спине, как подкошенная. Я только и могла, что хватать ртом воздух.

Итан подошёл ко мне, и его лицо нависло надо мной.

— Я же говорил тебе, что мы не занимаемся убийствами, — сказал он. — Но в твоём случае я готов сделать исключение, — он склонил голову. — Мои соболезнования твоей семье.

Он вытянул ладонь, держа её в стороне. Я моргнула, перед глазами всё расплывалось, когда один из троллей вложил в неё что-то, странно похожее на пистолет. Итан поднял его, направив дуло на меня.

— Хорошо, — сказал он, — что мы пришли подготовленными.

Откуда ни возьмись, раздался пронзительный крик и что-то похожее на лай.

— Оставь её в покое…

Итан повернулся и нажал на спусковой крючок. Мне показалось, что Роуз продолжала двигаться ещё несколько секунд, как будто не поверила, что в неё выстрелили. Кровавый след на её груди был заметен безошибочно, но она всё равно добралась до Итана, схватила его за рубашку и посмотрела на него так, как могла только Роуз. Затем свет в её глазах начал меркнуть, и она упала.

«Нет». Слёзы навернулись мне на глаза, но я подавила их. Я собрала все свои силы и перекатилась к ней. Я нащупала рану, сильно надавила на неё, пытаясь остановить кровь, но она продолжала литься из неё и стекать по моим пальцам.

— Роуз!

Её веки дрогнули, и она посмотрела на меня.

— Я сделала это, — прошептала она мне. — Я не умерла на больничной койке. Я погибла, сражаясь.

— Ты ещё жива!

Она слегка улыбнулась.

— Исполни моё желание, Саффрон.

— Роуз…

— Исполни его.

Я опустила голову.

— Я сделаю это.

Роуз расслабилась, и её глаза закрылись. Я ахнула, охваченная душевной болью.

— Сделай что-нибудь, — умоляла я Итана. — Спаси её. Используй свою магию.

— Я не могу, — его голос звучал странно, бестелесно.

— Никакая она, бл*дь, не крёстная фея! Она человек!

— Я ничего не могу поделать. Она уже скончалась.

Я покачала головой.

— Это не так. Она всё ещё здесь. Она…

Тыква заскулил и поддел Роуз носом, затем повернулся и лизнул мою окровавленную руку. Я застонала. Грудь Роуз приподнялась в последний раз, прежде чем она издала последний, нежный вздох, и её тело погрузилось в себя.

Долгое время никто не произносил ни слова. Я перестала пытаться сдержать слёзы и позволила им литься свободно, как будто это была какая-то волшебная сказка, и я могла исцелить её своей собственной соленой болью.

— Уничтожьте котёл, — сказал Итан, отворачиваясь. — И давайте убираться отсюда.

Тыква зарычал. Он оскалил зубы и бросился на тролля комочком белой шерсти и клыков. Я вскрикнула в слабой попытке остановить его. Я не могла допустить, чтобы Тыква тоже погиб. Затем откуда-то снаружи раздался звук взрыва, и весь ад вырвался на свободу.

Воздух наполнился криками. Движение вокруг меня стало размытым. Я услышала какофонию знакомых голосов — Алисии, Анджелы, Руперта и других. Что-то горячее и незнакомое схватило меня, и я почувствовала, как меня поднимают вверх. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит. Я увидела в полуметре от себя Тыкву, которого Итан держал одной рукой. Я была схвачена другим троллем.

В поле зрения появилось мрачное, разъярённое лицо Джаспера.

— Отпусти её.

— Фею? — спросил Итан. — Или собаку?

— Обоих, — прорычал Джаспер. Казалось, с каждым словом он становился всё выше. — Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, на что я способен. На этот раз меня не отравили. Тронь хоть волосок с её головы, и я прикончу тебя.

Я была уверена, что меня вот-вот вырвет. Я услышала смешок Итана. Я смутно подумала, что сейчас не время смеяться; сейчас самое время причитать и брать одежду напрокат. (Брать одежду напрокат — имеется в виду для похорон, — прим) Я попыталась потрясти головой, чтобы прояснить зрение, но от этого у меня только сильнее закружилась голова.

— Она тебе небезразлична, — сказал Итан. — Это написано у тебя на лице, — он снова рассмеялся. — Кто бы мог подумать, что могущественный Адвокат Дьявола будет ослаблен простой крёстной феей?

— Я досчитаю до трёх, — ответил Джаспер. — А потом ты отпустишь её.

Я пыталась вырваться из рук Итана, но это было бесполезно. У меня больше не осталось сил сопротивляться ему.

— Я так не думаю. Нас больше, чем вас. И у меня всё ещё есть пистолет, — я услышала щелчок и почувствовала, как что-то тёплое и металлическое прижалось к моему виску.

— Конечно, — сказал Джаспер, — но у нас преимущество родной территории. Нажми на курок, и вам не поздоровится, — его слова резанули воздух. — Для вас и так всё складывается не лучшим образом.

На мгновение воцарилась тишина, прежде чем Итан заговорил снова.

— Мы знали, на что идём. Мы знали, что, как бы тщательно мы ни готовились, мы можем не выбраться отсюда живыми. Наше дело того стоит.

— Нет, не стоит, — тихо сказал Джаспер. — Выход ещё есть. Не уничтожайте себя.

— Мы не единственные оставшиеся тролли, — прорычал Итан. — Не думайте, что это все мы.

— Это не имеет значения. Если вы продолжите в том же духе, — сказал ему Джаспер, — на этой планете не останется ни одного тролля. Я лично прослежу за этим.

У меня подкашивались ноги. Если бы Итан не поддерживал меня, я бы не устояла на ногах. Я облизала губы и попыталась заговорить. Ничего путного не вышло.

— Я требую безопасного прохода для меня и моих людей, — заявил Итан. — Как только мы благополучно выберемся из этого здания, я отпущу малышку Саффрон.

Я попыталась заговорить снова.

— Не делай этого, Джаспер, — прошептала я. — Он убил Роуз. Не дай ему уйти, — я была почти без сознания, но ярость, которую я испытывала из-за того, что случилось со старой женщиной, поддерживала меня. Если Джаспер не прикончит Итана, это сделаю я сама. Она этого не заслуживала, она не должна была умереть вот так. Я привела её сюда, чтобы обеспечить её безопасность, а вместо этого всё, что я добилась — это её смерти. Она…

— Ладно, — сказал Джаспер. — Но попробуй выкинуть что-нибудь отчаянное — на самом деле, попробуй вообще хоть что-нибудь — и от троллей не останется даже костей, которые могли бы обглодать вороны.

— Нет, — запротестовала я. — Только не так.

Было слишком поздно. Итан уже тянул меня прочь.

Казалось, прошла целая вечность. Остальные тролли окружали нас плотным кольцом, пока мы спускались в лифте на первый этаж. Джазовая музыка, лившаяся из динамиков, была похожа на пощёчину. Я хотела чего-нибудь зловещего, похоронного песнопения. Я не хотела этого. Но, похоже, я была не в состоянии принимать какие-либо решения по какому-либо поводу. Самое большее, что я могла сделать — это заставить себя бодрствовать. Я не теряла сознания. Во мне ещё остались силы бороться. Я в долгу перед Роуз.

Двери лифта открылись. Рука Итана крепче обхватила меня за талию, и он потащил меня вперед. Порыв холодного воздуха ударил мне в лицо. Мы оказались на улице, и Итан уже собирался уходить.

Послышался скрежет колёс, и подъехал фургон. Задние двери открылись, и другие тролли бросились в него, забиваясь внутрь.

— Мне жаль, — сказал Итан.

Я повернула голову и уставилась на него.

— Я ненавижу тебя, — прохрипела я. — Ты убил её.

Его лицо было бледным под загаром.

— Мне жаль, — повторил он. — Я не хотел. Она появилась из ниоткуда, и я отреагировал. Этой ночью никто не должен был умереть.

Слёзы обильно текли по моему лицу.

— Но она умерла! Роуз умерла! Она была для тебя никем. Она… она… — я судорожно глотала воздух.

— Это была ошибка, — его голубые глаза печально моргнули, глядя на меня. — Теперь, — добавил он более спокойно, но не без чёрствости, — ты немного понимаешь, каково это.

Он отпустил меня, и я упала на колени на холодный, твёрдый асфальт. Итан отвернулся и забрался на пассажирское сиденье фургона. Что-то маленькое и белое выпорхнуло из его кармана на дорогу, и я не могла отвести от этого взгляда. Мгновение спустя двигатель фургона взревел. Когда я снова подняла глаза, он уже исчезал в темноте в конце улицы.

Я начала всхлипывать, боль пронзала мою грудь. Что-то холодное и мокрое коснулось моей руки, и я посмотрела на Тыкву. Он открыл пасть, и белая карточка, которую уронил Итан, упала мне на колени. Я уставилась на неё невидящим взглядом, прежде чем встряхнуться и засунуть её в задний карман. Затем Джаспер оказался рядом и заключил меня в объятия.

— Как ты могла быть такой глупой, Саффрон? — прошептал он, крепко прижимая меня к себе, словно боялся, что я ускользну. — Как ты могла пойти туда и попытаться справиться с ними в одиночку? — его голос дрогнул. — Я думал, что потерял тебя.

Я заглянула в тепло его зелёных глаз. Наконец, я ослабила контроль над собственным сознанием и позволила тьме завладеть мной.

Глава 24

Когда два дня спустя я вернулась в офис, я не была уверена, что именно там обнаружу. В вестибюле не было никого, кроме миссис Джардин, которая чинно сидела за своим столом с авторучкой в руке.

— Доброе утро, Саффрон, — сказала она. — Приятно видеть, что ты успела на утренний брифинг.

Я хмыкнула в ответ. Теперь я знала, как всё будет происходить: я поднимусь наверх, и мне в недвусмысленных выражениях прикажут освободить мой стол. Из-за меня чуть не был уничтожен офис Крёстных Фей. Хуже того, моя клиентка погибла из-за меня. Я заслуживала увольнения.

Я не смогла выдавить из себя ничего, кроме ворчливого ответа фее-администратору.

— Доброе утро, миссис Джардин, — я подошла к регистратуре и оставила отпечаток большого пальца.

— Миранда.

Я в замешательстве подняла глаза.

— А?

Она наклонилась и похлопала меня по руке.

— Зови меня Мирандой, — она посмотрела на мои ноги и мрачно нахмурилась. Я заметила на краю её стола распылитель с дезинфицирующим средством. Ах да. Я совсем забыла о маленьком происшествии с Тыквой, и у меня так и не было возможности всё отмыть.

Я уставилась на неё, ожидая упрека, но она только фыркнула, отвернулась и занялась открыванием и закрыванием своих ящиков. Я решила, что она убивает меня добротой; она знала, что больше никогда меня не увидит, так что ей нечего терять, если она будет любезной.

Я направилась к лифту. Когда я подошла к нему, в моей голове промелькнуло воспоминание о том, как я была в нём в последний раз. Лучше пойду по лестнице.

Я запыхалась, когда, наконец, добралась до офиса. Я толкнула дверь и вышла навстречу знакомому гулу утренней болтовни. Мне стало интересно, будет ли кто-нибудь скучать по мне после того, как я уйду, и мои плечи опустились. Я сомневалась в этом.

Билли заметил меня первым. Он поднялся на ноги, даже не улыбнувшись.

— Саффрон.

Остальные услышали его. Я увидела, как из угла, где мы оба работали, поднялась Далила. Алисия сделала то же самое. А затем Фигги. Руперт, Филиппа и все остальные встали, бросив свою работу, чтобы посмотреть на меня. Теперь я знала, каково это — быть животным в клетке в зоопарке. Вот вам и деликатность фей.

В дверях своего кабинета появилась Аделина. Я посмотрела на них всех, прежде чем опустить голову. Всё это было слишком странно.

Когда это началось, я не поняла, что это такое. Сначала это был тихий звук, едва различимый, но вскоре он становился всё громче и громче. Я нахмурилась и подняла глаза. Они хлопали в ладоши. Меня охватил гнев: может, они и рады избавиться от меня, но аплодисменты по поводу моего увольнения — это уже чересчур.

Анджела шагнула вперёд, выходя из отдела кадров.

— На тебе нет красного, Саффрон.

Я уставилась на неё.

— Что?

— Сегодня Радужная Пятница. Предполагается, что ты должна быть одета в красное, — она покачала головой. — Честно говоря, ты продолжаешь говорить, что являешься частью этого офиса и командным игроком, но я до сих пор этого не вижу.

Я огляделась и поняла, что все действительно одеты в красное. Учитывая, сколько крови пролила здесь Роуз, это казалось невероятно неуместным. Кого волновала эта грёбаная Радужная Пятница? Я открыла рот, чтобы сказать об этом Анджеле, но, прежде чем я успела, она наклонилась вперёд и заключила меня в объятия. Я замерла.

— Как бы то ни было, — прошептала она мне на ухо, — я рада, что с тобой всё в порядке. Скажи кому-нибудь, что я это сказала, — продолжила она на одном дыхании, — и я отправлю тебя на все скучнейшие курсы по технике безопасности труда, которые попадутся мне на глаза, — она отстранилась и кивнула мне, прежде чем уйти.

Сбитая с толку, я несколько раз моргнула и направилась в свою маленькую кабинку. Я уронила сумку и почувствовала, как что-то легонько коснулось моего плеча. Я подпрыгнула и резко обернулась, сердце бешено колотилось в груди. Аделина стояла в нескольких дюймах от меня.

— Не делай так, — рявкнула я.

Она нахмурилась.

— Что не делать?

— Не подкрадывайся вот так!

Аделина даже не дёрнулась, она просто долго смотрела на меня.

— Хорошо, — сказала она наконец и мотнула подбородком. — Директриса хочет тебя видеть.

Я опустила глаза. Я потянулась за маленькой фотографией в рамке, стоявшей на моём столе, и расстегнула молнию на сумке, прежде чем запихнуть её внутрь. Я снова подняла сумку и перекинула её через плечо. Мне следовало подготовиться. Аделина проследила за моими движениями, но никак не прокомментировала.

Я заставила себя улыбнуться.

— Великолепно! — бодро сказала я, расправила плечи и направилась в другой конец комнаты, постучав в дверь Директрисы со всей уверенностью, которой на самом деле не испытывала.

Очевидно, она ждала меня. Дверь тут же открылась. Я вошла, заметив, что Джаспер стоит в углу, скрестив руки на груди. Какая-то часть моего сознания отметила, что в нагрудном кармане его тёмного костюма аккуратно сложен алый носовой платок. Яркая цветовая гамма ему подходила. Даже Директриса, похоже, участвовала в Радужной Пятнице. На шее у неё был повязан ярко-красный шейный платок, как у какой-нибудь строгой стюардессы, которая вот-вот выбросит меня из самолёта во время полёта. Я сказала себе, что это здорово, что все принимают в этом участие.

— Присаживайся, Саффрон, — Директриса указала на роковое кресло, стоявшее перед её большим дубовым столом.

— Я постою, спасибо.

Она поджала губы.

— Присаживайся.

Я села. Я сидела чинно, с прямой спиной и сумкой на коленях. Через несколько коротких минут всё это закончится, и я смогу вернуться к прежней жизни.

— Мы в неоплатном долгу перед тобой, — торжественно произнесла Директриса.

Я кивнула.

— Я понимаю. Можно ли будет получить рекомендацию, основанную на моей прошлой работе? — затем я нахмурилась. Подождите минутку. Я подалась вперёд. — Что вы сказали?

Директриса постучала пальцами по столу и посмотрела на меня так, словно я была крайне недалёкой.

— Я сказала, — повторила она, — что мы в неоплатном долгу перед тобой. Все в этом отделе прекрасно понимают, что без твоих усилий тролли уничтожили бы комнату Адвентуса. Они украли бы и наше прошлое, и наше будущее.

Я облизала губы и прищурилась.

— Ага.

— Я просмотрела события, — продолжила Директриса. — Хотя и вызывает сожаление тот факт, что твоя клиентка была убита, стало ясно, что её смерть наступила в результате её собственных действий, и что она уже была одной ногой в могиле.

Одной ногой в могиле? Я моргнула, не веря своим ушам. Какой бессердечный способ выразить это. Мой взгляд скользнул к Джасперу. Выражение его лица было непроницаемым; я понятия не имела, что творится у него в голове, и что происходит в этом кабинете.

— Я выдвинула твоё имя на соискание особой благодарности, — сказала Директриса. — Могу себе представить, что после твоих героических действий ты будешь гарантированным победителем.

Я почесала в затылке.

— Я не понимаю, — сказала я. — Я всё похерила.

— Крёстные феи, — строго сказала Директриса. — особенно крёстные феи твоего уровня, не матерятся.

Я встретилась с ней взглядом.

— Да ещё как матерятся, бл*ть, — выдохнула я, игнорируя Джаспера, который перестал изображать крутого парня и с беспокойством наблюдал за мной. — Я привела в этот офис двух человек, хотя знала, что это против правил. Один из этих людей погиб из-за моих действий.

— Вряд ли ты виновата в том, что она решила напасть на троллей, — сказала Директриса. — И очевидно, что у тебя не было другого выбора, кроме как привести этих людей сюда. Их жизни были в опасности. Ты сделала логичный выбор. Кроме того, магия памяти означает, что никто из них ничего не помнил бы об этом месте.

Я снова поднялась на ноги. Я ничего не могла с собой поделать.

— Теперь ты можешь идти, Саффрон, — сказал Джаспер, вмешиваясь в разговор. Глаза Директрисы сузились, но она склонила голову в знак согласия.

Я посмотрела на них обоих. Я никуда не собиралась уходить.

— Винсент Гамильтон, мужчина-смертный, который был здесь — тот же самый человек, на которого магия памяти не влияет. Я сказала ему, что была крёстной феей, когда официально не работала.

Брови Директрисы поползли вверх.

— Тот парень, что торговал наркотиками?

— Да, — сказал я.

— Что ж, — кашлянула она. — Я уверена, мы сможем поговорить с ним и прийти к соглашению, которое пойдёт на пользу всем нам. Очевидно, до сих пор он доказывал, что ему можно доверять, и хранил твой секрет, — она выдавила улыбку. — У тебя хорошее чутьё на людей, Саффрон, — она указала на дверь. — Теперь ты можешь идти. Я уверена, что твоим коллегам не терпится поговорить с тобой и узнать, как у тебя дела.

Я осталась на месте.

— Роуз Блэрмонт, — сказала я, — моя клиентка, тоже больше не защищалась магией памяти, — я старалась не смотреть прямо на Джаспера. — Я дала ей гинкго билоба. Мне нужно было, чтобы она вспомнила, кто я такая, и доверилась мне настолько, чтобы открыться. Я искренне верила, что иначе никогда не смогла бы исполнить её желание.

На лбу Директрисы запульсировала крошечная жилка.

— Обычно мы не одобряем такого поведения, — сухо сказала она. — Но ты объяснила причину своих действий. После её трагической смерти нет опасности, что она расскажет о нашем существовании кому-либо ещё.

Что, чёрт возьми, происходит? У меня появилось отчётливое ощущение, что я могла бы сказать Директрисе, что несу ответственность за убийство Франца Фердинанда, и она бы просто отмахнулась от этого. Роуз погибла из-за меня. И если бы я была более настойчива, тролли никогда бы и близко не подобрались к проклятой комнате Адвентуса.

— Джаспер недвусмысленно сказал мне не связываться с магией памяти, — сказала я вслух. — Но я всё равно это сделала.

Он переминался с ноги на ногу.

— В то время у меня не было всех фактов.

Директриса махнула рукой.

— Ну, вот и всё. Ты сделала то, что сделала, чтобы исполнить желание твоей клиентки, — она посмотрела вниз. — Знаешь, я думаю, было бы здорово завести домашнего питомца в офисе. Особенно такого, который так хорошо себя ведёт.

Тыква, который всё это время решительно стоял у моих ног, внезапно, казалось, почувствовал, что стал темой для разговора. Он поднялся и направился к столу Директрисы. Он на мгновение повернул ко мне голову с понимающим блеском в карих глазах. Он задрал ногу.

Директриса вскрикнула, затем её лицо исказилось, и она разразилась смехом.

— Ха-ха. Как мило. Он метит свою территорию, как и положено всем хорошим собакам.

Я перевела взгляд с неё на Джаспера, потом на Тыкву. Наконец-то до меня дошло.

— Вы не хотите, чтобы кто-нибудь узнал, — выдохнула я. — Вы не хотите, чтобы другие феи узнали, что этот офис почти вымер под вашим присмотром. Это не потому, что я поступила правильно, а потому, что вы не хотите, чтобы стало известно о произошедшем. Речь идёт о вашей репутации.

Выражение её лица стало ледяным.

— О нашей репутации. Ты всё ещё остаешься частью этого офиса, Саффрон.

Джаспер шагнул ко мне. Я посмотрела на него.

— Ты не можешь одобрить такое, — сказала я. — Ты не можешь допустить ещё одного сокрытия.

Он покачал головой.

— Ты неправильно поняла, что происходит, Саффрон.

Я отодвинулась.

— На самом деле, я думаю, что всё поняла.

Он глубоко вздохнул.

— Очень немногие понимают, как близко тролли были к тому, чтобы всё здесь уничтожить. Сомневаюсь, что даже сами тролли это понимают.

— Держу пари, что их лидер Итан понимает, — парировала я.

— Не будь так уверена. Заявление уже опубликовано, — сказал он. — Мы изложили тот факт, что тролли проникли на территорию офиса, и намекнули, что это была специальная операция, организованная нами и направленная на раскрытие личностей троллей, — он многозначительно посмотрел на меня. — В конце концов, это входило в компетенцию твоей оперативной группы с самого начала. Ты достигла своей цели.

— Но это не была грёбаная спецоперация.

Джаспер коротко кивнул мне в знак согласия.

— Нет, — признался он. — Это не так. Но худшее, что мы можем сделать — это посеять панику из-за того, на что способны тролли. Они хотят беспорядков. Они хотят посеять страх. Вот как они победят.

— По их мнению, они победят только тогда, когда крёстные феи будут уничтожены.

Джаспер выдержал мой взгляд.

— Чувство вины и страх могут быть разрушительнее бомб, — он вздохнул. — В этой ситуации нет ничего идеального.

Я с отвращением покачала головой.

— Чтобы разрушить карточный домик, не нужно много усилий, — сказала я. — И если всё, что вас обоих волнует — это репутация, построенная на лжи, этот домик рухнет ещё быстрее, — мои плечи опустились. — Я здесь закончила, — я повернулась, чтобы уйти.

Джаспер потянулся и схватил меня за руку. Я многозначительно посмотрела на него, и в тот же момент тело Тыквы задрожало от рычания. Джаспер опустил руку.

— Саффрон, — тяжело произнёс он, — как ты думаешь, что произойдёт, если феи поверят, что тролли — это фигуры силы и могущества, которые настолько поглощены местью, что им всё равно, кто или что встанет у них на пути? Ты знаешь, что рано или поздно тролли будут побеждены. Их партизанская война не продлится долго. Это не только для нашего блага, но и для блага троллей. Страх порождает ненависть, а ненависть порождает насилие. Если страхи фей будут направлены против троллей, ситуация скоро выйдет из-под контроля. И если это перерастёт в полномасштабную войну, никто не выиграет.

Он понизил голос.

— И до сих пор есть вероятность, что ситуация закончится именно так. Но пока у нас есть шанс предотвратить эту ситуацию, мы должны им воспользоваться. Выбора нет.

Директриса прочистила горло. Я почти забыла, что она была в комнате.

— В интересах полной открытости, — сказала она вслух, — меня беспокоит только репутация этого офиса. Я подозреваю, что война с троллями неизбежна, но пока крёстные феи выходят оттуда благоухающими розами и живут, чтобы сражаться в следующий раз, мне всё равно, что случится с этими ублюдками. Презирайте меня сколько хотите, но я несу за это ответственность. Я сделаю всё, что потребуется, чтобы защитить себя и своих сотрудников, — она пристально посмотрела на меня. — И я включаю в это и тебя, Саффрон.

Долгое время я ничего не говорила. Когда я наконец нарушила молчание, мои слова были чуть громче шёпота.

— Это был несчастный случай, — я сглотнула. Возможно, я и хотела бы, чтобы мои злодеи были воплощением чистого зла, но жизнь гораздо сложнее. Я вздохнула и продолжила объяснять. — Когда Итан стрелял в Роуз, он не хотел этого делать. По выражению его лица я поняла, что он был в ужасе от того, что натворил. Но это не помешало мне почувствовать абсолютную ярость. Если бы я могла убить его, я бы это сделала. Он оборвал жизнь другого живого существа, и я бы с радостью прикончила его в отместку.

— Что ты чувствуешь по этому поводу сейчас? — тихо спросил Джаспер.

— Я не знаю, — наверное, грусть. И очень, очень много чувства вины. Я отвела взгляд. — Я хочу сказать, что отчасти понимаю, почему тролли так одержимы жаждой мести. Жить с такой болью и гневом внутри? — я покачала головой. — Я не уверена, что они когда-нибудь прекратят эту кампанию. Они почувствовали вкус крови и идут за нами.

— Вот только, — сказал Джаспер, — они могли напасть на это здание, когда в нём было полно народу. По какой-то причине они дождались ночи, когда решили, что оно пустует.

Я присела на корточки и почесала Тыкву за ушами. Я решила, что собака — отличное прикрытие для любых ситуаций. Я погладила его, чтобы собраться с мыслями. Затем Тыква укусил меня, и я зашипела от боли. Я снова встала.

Расстегнув молнию на сумке, я достала запачканную карточку.

— Тыква подобрал это на обочине дороги. Итан будет ругать себя за то, что потерял её.

Директриса глубоко вздохнула.

— Это…?

Я кивнула.

— Да, — я шагнула вперёд и очень осторожно положила её перед ней. — В этой карточке желания есть все подробности о том, что произошло в Уэльсе. Там чёрным по белому написано о том, как желание, случайно исполненное этим офисом, привело к гибели тысяч троллей.

Директриса посмотрела на неё так, словно это было взрывное устройство.

— К счастью, это не попало в чужие руки.

Мммм. Я бросила взгляд на Джаспера.

— Иногда, — сказала я, — признание суровой правды может улучшить репутацию в долгосрочной перспективе. Если вы не можете признаться в том, что на самом деле произошло прошлой ночью, возможно, есть кое-что, что вы можете сделать вместо этого.

Его глаза заблестели.

— Действительно, — пробормотал он. — Это докажет, что руководство понимает, что совершало ошибки, и берёт на себя ответственность. Это говорит о внутренней силе, которая выходит за рамки нормы. Для того, чтобы поступать правильно, требуется мужество. Это послужит убедительным сигналом троллям о том, что мы готовы загладить свою вину.

Я слабо улыбнулась. Выражение лица Директрисы стало задумчивым, и я подумала, что, если Джаспер подтолкнёт её, она действительно поступит правильно. Даже если это произойдёт с опозданием на несколько десятилетий.

Я указала Тыкве жестом на дверь, взяла свою сумку, и мы оба вышли. В конце концов, я и так пропустила два рабочих дня. У меня были другие клиенты, которые нуждались в моём внимании.

Глава 25

— Знаешь, — сказал мне Гарри, — все только об этом и говорят. Тот факт, что Отдел Крёстных Фей официально заявил, что они несут ответственность за то, что случилось с троллями много лет назад… — он покачал головой и присвистнул. — Я не думал, что вы когда-нибудь признаете подобную ошибку, — он приподнял брови. — Как ты думаешь, официальное извинение как-то повлияет на троллей?

Я вздохнула.

— Понятия не имею. Итан посмеялся над этим предположением, но, возможно, это потому, что он никогда не верил, что такое может случиться. Тролли, возможно, всё ещё верят, что это не более чем слова. Действительно ли извинение компенсирует то, что может быть расценено как нечаянный геноцид? Может, мы и сделали первый шаг, чтобы загладить свою вину, но нам потребуется много времени, чтобы сделать даже это. Только время покажет, улучшит ли это ситуацию. Давай не будем забывать, что им тоже нужно загладить свою вину.

Я откинула назад волосы.

— Я остаюсь наивной оптимисткой. И что бы там ни думали Итан и остальные тролли, они нам этого не говорят — они снова залегли на дно. Но мы не можем позволить им сделать следующий шаг. Директриса сказала, что хотела бы встретиться с ними, чтобы обсудить надлежащие меры по возмещению ущерба. Остальным из нас придётся подождать и посмотреть.

Гарри чокнулся со мной своим бокалом.

— Тебе следует перестать винить себя в случившемся. Ты сделала всё, что могла. Всё могло быть намного, намного хуже.

Я невесело усмехнулась.

— Я не уверена, что это хорошая жизненная мантра. Саффрон Сойер: она облажалась, но не так сильно, как могла бы.

— Сафф…

Я коснулась его руки.

— Всё в порядке. Я справляюсь с этим.

— А пёс? — спросил Гарри. — Что ты сделаешь с ним?

Я посмотрела на Тыкву, который свернулся калачиком у моих ног и смотрел на весь мир так, словно ему здесь самое место.

— О, — сказала я, — он здесь надолго.

Он приподнял брови.

— Серьёзно?

— Таково было желание Роуз, — просто сказала я. — Она могла справиться со всем остальным сама. Единственной проблемой, которую она не смогла решить, было найти место, где Тыква мог бы жить после её смерти. Мне следовало понять это гораздо раньше. Эта дворняжка была единственной, о ком она заботилась, — мои губы поджались. — Жизнь, полная насилия, привела к этому.

— Что ж, удачи, — пробормотал Гарри Тыкве. — Тебе это понадобится.

Я улыбнулась.

— Мне хотелось бы, чтобы Роуз прожила достаточно долго, чтобы довести свой план до конца. Я не верю, что Итан или другие тролли — сплошное зло, но я верю, что это относится к Арту Эдвеллу. Этот человек настолько отвратителен, насколько это вообще возможно. Роуз хотела разобраться с ним сама, — я прикусила губу. — Если бы она не умерла, она бы это сделала. Вместо этого ему всё сойдёт с рук.

Гарри поморщился, затем поднял глаза.

— Кое-кто пришёл повидаться с тобой, — пробормотал он.

Я повернулась на стуле и заметила Джаспера у входа в «Стаггер Инн». Он наблюдал за мной, но вместо того, чтобы приблизиться, ждал, когда я подойду к нему. Я собралась с духом, борясь с бабочками в животе.

— Я скоро вернусь, — сказала я.

Гарри помахал мне рукой.

— Я буду здесь. Не торопись.

Отодвинув стул, я встала и подошла к нему.

— Привет, — неловко сказала я.

— Привет, — Джаспер засунул руки в карманы. — Как у тебя дела?

— Хорошо, — я помолчала. — Есть что-нибудь от Итана?

Он покачал головой.

— Пока нет.

— А как аудит?

— Дела идут своим чередом. Скоро я перестану вас беспокоить.

— Угу, — я переступила с ноги на ногу. — Буду с нетерпением ждать твоих рекомендаций.

Джаспер продолжал наблюдать за мной.

— Надеюсь, между нами всё в порядке, — сказал он наконец. — Когда ты… — он поморщился. — Когда тебя ранили, я забеспокоился. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

У меня пересохло во рту.

— Мне повезло, что у меня есть такие хорошие друзья, как ты.

— Друзья, — он дёрнул головой. — Да, — его глаза встретились с моими, пригвоздив меня к месту. — Потому что между нами больше ничего нет, — тихо сказал он. — Мы уже это решили.

— Да. Мы так и сделали.

— Конечно, — тихо сказал Джаспер, — мы можем передумать. Люди постоянно меняют своё мнение.

Я уставилась на него. Он встряхнулся.

— В любом случае, — сказал он, — у меня есть кое-что для тебя, — он потянулся к сумке, стоявшей у его ног. — Одежда, которая была на тебе в ту ночь. Медик-фея отдала её мне после того, как мы привезли тебя на осмотр. Я бы вернул их тебе раньше, но сначала постирал. Я подумал, что ты не захочешь получать вещи обратно, если они будут в крови.

— Это было предусмотрительно, — сказала я, и это действительно было так. Я подумала, что не имеет значения, что я никогда больше не смогу их надеть и выброшу в ближайшую мусорную корзину.

— В одном из карманов был клочок бумаги, — сказал Джаспер. — Я не знал, важно это или нет, но подумал, что лучше сохранить на всякий случай.

Я заглянула в пакет и нахмурилась. Когда я увидела его, то сразу поняла, что это. Я вытащила его и посмотрела на автограф Арта Эдвелла. Я фыркнула.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Но могу тебя заверить, что не собираюсь хранить это у себя.

Я перевернула его, собираясь скатать в шарик и поджечь, когда что-то нацарапанное на обратной стороне привлекло моё внимание. Я уставилась на цифры, написанные там. Затем я закрыла глаза и рассмеялась.

Джаспер нахмурился.

— В чём дело?

— Иногда, — сказала я, — злодеи оказываются самыми настоящими. И иногда они даже получают по заслугам, — я широко улыбнулась. — Мне пора идти, — я помахала перед ним бумажкой. — Я должна разобраться с этим.

— Это опасно?

— Ни в малейшей степени, — заверила я его. — Всё, что мне нужно сделать — это передать эти цифры редактору одного таблоидного издания. Он знает, что с ними делать.

— Я не понимаю.

— Давай просто скажем, — сказала я ему, — что в данном случае справедливость действительно восторжествует. Спасибо тебе за это.

Я приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать Джаспера в щёку. В последний момент он повернул голову, и наши губы встретились. Меня пронзил восхитительный электрический разряд.

— Иди и сокруши их, — сказал он, отстраняясь.

Я выдохнула.

— Да.

***

Я позвонила из одной из немногих оставшихся телефонных будок в Колчестере. Имея в руках код от складской ячейки Роуз, Морган Фергюсон из «Дейли Сентинел» будет обладать всем необходимым, чтобы рассказать миру об убийственных деяниях Арта Эдвелла — при условии, что он сам этого захочет. Если я чему-то и научилась у Роуз, так это тому, что, будь то крёстная фея или нет, люди должны сами распоряжаться своей жизнью и принимать собственные решения. Не то чтобы я сильно сомневалась в том, как поступит Фергюсон. Это была история десятилетия, если не столетия. По крайней мере, в том, что касалось людей.

Я как раз вешала трубку и направлялась обратно в «Стаггер Инн» в безумной надежде, что Джаспер ещё может быть там, когда из темноты до меня донёсся голос.

— Ты достаточно быстро пришла в себя, — сказал Итан.

Я напряглась и остановилась, нащупывая свою палочку. Тыква резко обернулся, его шерсть встала дыбом. Если бы я не крепче сжала поводок, он бы напал без колебаний. Несмотря на реакцию собаки, я не обернулась. Я всё ещё не была уверена, что достаточно доверяю себе.

Однако, похоже, Итан не собирался оставлять мне выбора. Он шагнул вперёд и стал приближаться, пока мы не оказались в нескольких дюймах друг от друга. Тыква продолжал рычать, пока я не утихомирила его. Его тело дрожало, но он замолчал. В некотором роде, это был прогресс.

— Прерогатива быть крёстной феей, — сказала я. — Я уверена, что тролли тоже способны ускорять своё исцеление. Верно?

— Я мог бы рассказать тебе, — пробормотал он, — но тогда мне пришлось бы убить тебя.

Это было даже отдалённо не смешно.

— Ты поэтому здесь? — громко спросила я. — Чтобы убить меня?

— Нет, — он сжал челюсти. — Вопреки недавним событиям, я на самом деле не хочу никого убивать, кем бы они ни были. То, что случилось с пожилой леди, — его голос на мгновение дрогнул, и он вздохнул, прежде чем продолжить, — то, что случилось с ней, не было преднамеренным.

— Ты убил её. Ты выстрелил в неё.

— Да, — сказал он. — Я это сделал, — он наблюдал за мной в темноте. — Я также не собираюсь оправдываться. Я виноват. Если ты скажешь мне, кем она была, я свяжусь с её семьей и предложу компенсацию.

Я облизнула губы.

— А компенсация что-нибудь изменит для тебя и других троллей в отношении того, что крёстные феи сделали с тебе подобными?

Это была не шутка. Я задавала серьёзный вопрос.

— Честно? — спросил он. — Я не знаю. Полагаю, это будет зависеть от предложенной компенсации, а также от честности и неподдельности, которые за ней стоят. Тот факт, что никто не позаботился предложить нам что-либо, пока мы не начали сопротивляться — это минус вам.

Я встретилась с ним взглядом.

— Большинство из нас до весьма недавнего времени ничего не знали о том, что произошло.

Итан поколебался, прежде чем ответить.

— Это не совсем говорит в вашу пользу.

Я кивнула.

— Я знаю, — я повертела в руках свою палочку. — У неё нет семьи, — сказала я. — У женщины, в которую ты выстрелил. Она была одна, — я подняла брови. — Но я помогала ей. Я была на её стороне. Когда мы работаем с клиентами, мы делаем для них всё, что в наших силах. Мы помогаем людям. Это не что-то плохое.

— Вы помогаете немногим избранным, — сказал Итан. — Разве это справедливо? И кого на самом деле волнует, что делают люди? Они должны сами отвечать за свою жизнь.

Я знала, что мы могли бы стоять здесь часами и спорить об этом. Никто из нас не собирался уступать.

— Почему ты здесь, Итан? — спросила я вместо этого. — Не думаю, что ты собираешься сдаться полиции.

Он слегка рассмеялся, и вокруг его глаз появились морщинки.

— Нет. Это не входит в мои планы. Я пришёл сказать тебе, что мы услышали ваши извинения. Мы… сейчас удаляемся, чтобы продолжить обсуждение. Наш список желаний временно отложен. Тот факт, что Директриса сама признала, что было сделано с нашими людьми, на самом деле немного изменил ситуацию, — в его голосе звучало удивление. — Я не думал, что так будет, но я ошибался.

Я задавалась вопросом, поверю ли я когда-нибудь, что они прекращают враждебные действия, пусть даже временно.

— Мы жили во тьме невежества и долгое время были забыты миром, — сказал мне Итан. — Мы всё ещё жаждем мести, но какое-то время будем сдерживаться. В будущем мы можем выдвинуть свои требования или решим, что нет ничего важнее мести, — выражение его лица было искренним. — По правде говоря, всё могло пойти по-другому, — он протянул руку и потянул себя за мочку уха, и я подумала о Далиле.

Я пристально посмотрела на него.

— И ко мне ещё раз придут с подобным визитом, когда вы примете решение?

Он вздёрнул подбородок.

— Да. Ярость была частью нашей души на протяжении многих лет, но мы не лишены чести.

— Похищение людей — это нечестиво. Отрезание пальцев и ушей фей — это нечестиво. Вламываться в наше здание и уничтожать результаты многовековой работы — это нечестиво.

Итан печально улыбнулся.

— Мы должны были как-то привлечь ваше внимание, — он сдвинулся с места, готовясь раствориться в темноте.

— Это не было секретной операцией, — выпалила я. — Вы почти достигли своей цели. Вы были на волосок от того, чтобы всё испортить. Они солгали о том, насколько вы были близки к цели, чтобы сохранить их репутацию, и потому что они не хотели, чтобы все ненавидели вас настолько сильно, что началась бы полномасштабная война. Они хотят найти способ покончить с этим.

— Они? — мягко спросил он.

Я прикусила губу.

— Мы.

Итан надолго замолчал.

— Спасибо тебе за это, — сказал он наконец. Затем он ускользнул.

Я оставалась на месте несколько секунд. Тыква всё ещё дрожал. Я наклонилась и нежно погладила его.

— С тобой всё в порядке, — прошептала я. — Всё в порядке. Часть меня до сих пор хочет убить его, — я встала и повернула голову. — Это было достаточно хорошо? — спросила я громче.

Через пару секунд воздух наполнился странным треском, за которым последовал клуб тёмного дыма, и на тротуаре передо мной появился Джаспер.

— Я должен был догадаться, что мы не сможем долго тебя дурачить, — сказал он. — Но дело было не в том, чтобы манипулировать тобой, Саффрон.

— Вам нужно было, чтобы я поверила в это сообщение, — сказала я. — Вам нужно было, чтобы я передала это Итану, потому что я верила, что это правда, — я сделала паузу. — Ведь так?

Джаспер ответил мгновенно.

— Так и есть. Мы не хотим войны. Нам нужно, чтобы тролли тоже это поняли. Единственное, что сейчас может предотвратить новые смерти — это тщательно продуманная дипломатия. Мы подозревали, что они снова обратятся к тебе, и оказались правы.

— Я не собираюсь всегда позволять вам использовать меня подобным образом, — сказала я ему.

Он выдержал мой взгляд.

— Я понимаю это.

Я выдохнула.

— Между нами что-нибудь реальное?

Он наклонил голову, пока его лицо не оказалось над моим.

— Более реальным, чем кто-либо другой может себе представить, — он улыбнулся мне, приподняв уголки губ. — Доброй ночи, Саффрон.

Я выдавила из себя слабую улыбку в ответ.

— Доброй ночи, Джаспер.

Продолжение следует…

Чтобы не пропустить продолжение этой серии, а также прочитать другие серии автора, переведенные нами, подписывайтесь на наши сообщества:

ВК: https://vk.com/vmrosland

Телеграм: https://t.me/rosland_translations