Лука.

«Черт! Вот поэтому никто не хочет иметь дел с этим цыганом!»

Все, вкус отличного кофе испорчен мерзкой сценой… С подступающим приступом тошноты смотрю как двое взрослых парней ползают по полу, вымаливая прощение у бати, вытирая кровь бегущую из их носов.

«Дерьмо. Ну и зрелище… Фу, выворачивает от подобного…»

Старик Даруш в своем стиле. Припадочно орет на них, словно они его шестерки. Да, сынки его недоделанные, крепко налажали. Но он же сам, все им спустит… Поорет, изобьет их до полусмерти и снова по кругу…

Поэтому, кроме меня, со стариком «Лютым» мало кто ведет дела.

Атмосфера в комнате стала душной и гадкой. Даже мне, человеку всякого повидавшего, это лицезреть, неохота. Я к цыгану по делу приехал.

Не говоря ни слова, встал и вышел на балкон. Покурю, пока старик не придет в себя.

Со второго этажа его огромной виллы, весь двор, как на ладони. Зажег сигарету и привычным движением тру затекшую шею. Морозный воздух приятно щекочет кожу. Внезапно, слышу чей-то требовательный голос:

— Сабин, не гони. Харе ломаться! Я же не какой-то левый пацан…

Смотрю, внизу стоят двое малолеток. Вечерние сумерки скрывают их от меня, хотя это лишь второй этаж. Через минуту глаза привыкли к темноте и я разглядел их. Он и она, стоят в кустах, как раз под моим балконом. Слышу каждое их слово. А они обо мне и не догадываются. Стоят по колено в снегу, не замечая никого.

Та к кому он обращается, стоит напротив в вызывающей позе, словно делая одолжение всему миру. Я не сразу понял, что это девочка. Одета она как пацан. Штаны и пайта с капюшоном на голове.

Но вот имя «Сабина» все поставило на свои места.

Дочь «Лютого»… Да. Точно она.

Эта мелкая пакость — головная боль Родиона и его единственная дочь. Все сыновья у него уже взрослые. Но слюнтяи и слабаки.

А эта, видимо, в отца пошла характером. Чистый яд. Злючая оторва, а не девка. Зачал дурак себе сомнительную радость на старость лет. «Лютый» Даруш бессилен перед ней. Хотя, она его терпение испытывает не по-детски. То деньги украдет, то смоется с друзьями из дома на несколько дней. В последний раз, он неделю ее искал.

А ей все равно. Старик от ее взбрыков на гавно исходит, но поделать ничего не может. Она его любимица. И малявка прошаренная, этим вовсю пользуется. На равных орет на него, словно демоненок.

И вот, сегодня, та же история. Привела пиздюка своего к «Лютому» во двор. Совсем мозгов нет или ей плевать на всех кроме себя. Если батя застанет ее с этим мелким хуем во дворе, он его кастрирует на раз. А ей и дела нет.

Да, это она… Узнаю по одежде. Эта ее вечная кепка с черным козырьком, надвинутым на хмурые, колючие, неприветливые глаза. Никогда ни с кем не говорит, не здоровается. Зайдет и смоется молча в свою комнату. Прямо с улицы, как есть в обуви расслабленно по прямой идет по его персидским коврам. Даже у меня, порой, руки чешутся оттянуть ее за дурацкий капюшон и заставить вести себя прилично…

Снова слышу как ее хахаль уговаривает ее.

— Я же не трахаться тебя со мной прошу. Это просто поцелуй, ты гонишь⁈ Думаешь мне приятно смотреть как мои друзья со своими женщинами сосутся. А я, даже обнять тебя не могу…

— Все сказал? Леденец пососи свой.

— Ну смотри… Только, как бы тебе не пришлось мой леденец во рту другой бабы видеть…

— Фууу. Так, отошел от меня! Фу бля, ненавижу когда мужики ноют. Когда решу сама, тогда и поцелую, ясно? Или тебе яйца прищемили, что ты уйти не можешь? Не нравится, вали, пусть тебе сосут другие.…

Я стою смеюсь.

'Уфф, вот адова девка… Язык, как бритва. На кой она ему? Зачем терпит? Вопрос… Она об него ноги вытирает, а он стоит и слушает… Топчется, уйти собирается, но не уходит. Просекла она, что слабак, вот и крутит им…

Снова парень голос обрел:

— Сабин, за словами следи…

— Ой, а вот это ошибочка, Андрей! Так, давай, вали! И сам следи, чтобы не наебнуться по дороге.

— Сабин, кончай, а! Ты еще долго злиться будешь на меня?

— Ты слышал меня? Вали!

— Я не спал с ней! Она к матери моей ходит, не ко мне. Это мамаша моя хочет чтобы мы встречались с Леной. Не я!

— И… Зачем мне эта информация? Ты сам свалишь, Андрей, или мне батю позвать?

— Я не уйду. Поговори со мной! Или ты моё кольцо, ради шутки на палец надела?

Я слушаю его и одобрительно киваю.

'Хорош. Ты глянь на него, не сдается! Малой яйца свои отыскал. О кольце заговорил…"

Видать, серьезно на дочку «Лютого» запал. Лох, конечно. Старик Даруш, точно не отдаст свою дочку за этого нищего ушлепка. Родион уже во всю сватает ее своим дружкам. Набивает цену, расхваливая эту змеюку, как идеальную невесту. Очень хорошие деньги обещает тому бедолаге, кто подпишется на это. Даже мне предлагал его зятем стать за долю в общем бизнесе. Да, ну нах…

Есть у нас с «Лютым» одно дело. Он вклинился в мой бизнес, когда я только начинал. Владеет небольшой долей. Много лет хочу я его долю выкупить, чтобы одному быть хозяином. Только не продает он. Ему выгоднее мне поднасрать, лишь бы за ним последнее слово оставалось. В этом весь «Лютый». Но если зятем его стану, обещал подумать…

Очень заманчивое предложение. Плюс, приданное очень щедрое отвалит. Но… даже я, не самый переборчивый человек на свете, ни за какие деньги не свяжусь с этой адовой девкой. Чур-чур меня! Даже мысль об этом, смешит.

И не один я так думаю! Никто не захочет родниться со старым цыганом и его малой бесовкой.

К тому же, я жениться не тороплюсь. От баб, одно зло, да растраты. Но если и надумаю, в жены возьму себе девушку приличную, воспитанную. А не эту хамоватую дрянь. Очень сомневаюсь что дочка «Лютого» все еще девственница. С десяток раз старик посылал своих шестерок, возвращать ее домой из сомнительных компаний… Откуда там девственности взяться?

Оттого мне жаль этого пацана. Он ее даже на поцелуй не развел. Малолетняя шлюшка просто мозги ему пудрит…

Я так увлекся наблюдая за малолетками, что не заметил, как позади меня дверь балконная открылась. Один из шестерок старика, громко окликнул меня.

— Лукьян, о тебе «Лютый» спрашивает. На ужин просит тебя задержаться, а там если захочешь и пару партий сыграем.

Я выругался про себя. Наверняка, теперь, те двое внизу поняли, что я их видел. Обернулся и раздраженно кивнул вместо ответа, закуривая новую сигарету.

— Подойду через пару-тройку минут. Скажи старику, что ужинать не буду, но на игру останусь.

Когда дверь за ним закрылась я вернулся к балкону. Смотрю вниз.

Никого.

«Черт! Все пропустил. Так и не узнаю чем дело кончилось у того пиздюка. Развел он ее на поцелуй или нет?»

Внезапно, слышу за спиной девичий голос. Дерзкий и немного хриплый:

— Ты что, извращенец? Любишь подглядывать за другими?

Растерялся. Не пойму откуда голос идет. Оборачиваюсь и вижу взгляд наглой, злобной кошки.

Сабина.

Малая оторва стоит внизу, с другой стороны балкона и смотрит на меня с презрительной миной. Но как только мы с ней взглядом встретились, не выдержала, глаза опустила, смутившись. Смотрит вниз, поправила козырек кепки, надвинув на глаза сильнее.

Я удивился тому, что она еще умеет смущаться. Хмыкнул на эту ее реакцию, насмешливо смерив ее взглядом.

«Хехе… что, нравлюсь?»

Лучше бы я этого не делал. Она делает шаг к лестнице и через секунду, уже свисает с моего края балкона. Придерживая одной рукой банку с пепси, совершенно без тени стеснения и глядя мне в глаза, кинула:

— Сигарету, дай мне!

— Нет.

— Будешь впаривать, что я еще маленькая и курить вредно?

— Нет, не терплю хамок и попрошаек. Или попроси у меня вежливо или отбери силой. Все просто.

— Ох ты ж, бозецьки мой! Сам Маркиз Гавнюк, к нам пожаловал! Мог просто сказать «нет», но тебе захотелось меня жизни поучить!

Я отвлекся, придумывая ответ. В этот момент, она молниеносно сигарету из моих пальцев выхватила и злорадно улыбаясь, затянулась, глядя на меня с вызовом.

Я не дал ей и пары секунд лишних насладиться этой победой. Выбил сигарету из ее рта, заехав ей по губам ладонью.

Сказать, что она рассвирепела, ничего не сказать.

Злобно охнув, провела рукой по своим губам и сверлит меня своими глазюками в пол-лица.

Ох, не нужно было отвлекаться на ее глаза. Упустил момент и не заметил что она в это время, банку с пепси рукой тряхнула со всей силы.

Я отреагировал, но поздно.

Малолетняя стерва вытянула руку вперед, окатив меня мощным фонтаном ледяного напитка. Сладкая пенная жижа залила меня всего. И лицо и одежду, и сигареты в моей руке… Рубаха и пиджак, все в липком дерьме!

«Бля!»

Смотрю как с моих волос течет вниз сладкая, липкая, жидкость и не могу поверить, что это все на самом деле происходит со мной.

А та мерзавка, уже внизу. Мне ее не догнать. В одно мгновение спрыгнула с балкона и показав мне средний палец, убежала в дом.

Я медленно сгреб руками снег и вытер им липкие пальцы. Намокшую пачку сигарет откинул в сторону.

Стою, матерюсь про себя, злой как черт.

«Встречу снова, убью, суку малую!»

Сабина.

— Открой!

«Отец ломится. Чего ломиться если закрыто? Не ясно, что я никого видеть не хочу? Видимо, начнет нудить из-за того придурка, которого я облила…»

— Сабина! Открывай, чертова кукла, или я дверь разнесу!

— Уходи!

«Колотит… Ну и пусть, если ему делать нефиг…»

Надела наушники и слушаю музыку на всю громкость. Открыла рюкзак и достала пригласительный буклет. Беру зажигалку и поджигаю с угла. Пока огонь разгорается, я беру один косяк из заначки и прикуриваю.

«Кайф…»

Смотрю как надпись на ненавистном буклете постепенно съеживается под пламенем огня.

«…состоится в общем бассейне ровно в 10.00. Приглашаем родителей посетить финальное выступление наших участников, для последнего…»

Слышу как скрипит дверной замок и вылетают болты из креплений. Подбегаю к окну и затушив косяк с сожалением выкидываю его в окно.

В этот момент батя, вместе с моим дебильным братцем Степаном, вваливаются как два обкуренных лося в мою комнату.

— Ты меня слышала? Почему не открыла? Слово отца тебе что шутки?

— Чего ты орешь на меня в моей комнате⁈

— Степан, проверь ее рюкзак!

— Не смейте трогать мои вещи! Не лезь в мой шкаф! Папа! Я не курила, просто дурачилась. Вот, я подожгла бумагу и все. Довольны⁈

— Найду сигарету, накажу. Месяц из дома не выйдешь! Решетки на окна поставлю!

— Ну и нахрен! Ставь! Я и так не могу у себя в комнате посидеть, чтобы ты не мешал мне! Иди проверяй! Я не курила! Все, иди к черту, фашист!

— Куда пошла⁈

— Куда хочу! Я дома у себя или в тюрьме?

— У меня гости, не шастай по дому в этом. Ты что шарамыга? Оденься прилично!

— Идите к черту, я не собираюсь наряжаться для каких-то придурков!

Отвернулась и не смотрю на них. Знаю, отец ненавидит когда я обижаюсь на него. Так и есть. Уже замолчал. Сейчас, начнется мычание.

— Степан, ну нашел?

— Ничего, вроде…

Я молчу, дожимаю…

— Сабина, дочка, я о тебе забочусь… Ты молодая, дурная, не понимаешь как легко эта дрянь портит здоровье. Моя дочка не курит, запомни!

Молчу.

Почти «готов». Вот слабак…

— А что это за пригласительный ты спалила, а? Бассейн… Ах ты ж… стерва такая, ты зачем сожгла⁈

«Черт, докопался…»

— Отвечай⁈

— Отстань!

— Я сам позвоню сейчас, все узнаю! Алло, Ольга Яковлевна это отец Сабины Даруш вас беспокоит… Что? Соревнование завтра? Приходить всей семьей… Вот как? Да, конечно, именно поэтому и звоню, сказать что придем. Пропустила две последние тренировки? Нет-нет, она уже здорова. Да, придем пораньше. Я сам, лично приведу ее. До свидания!

— Сам и ходи туда, раз тебе это нравится! Я не собираюсь!

— Рот закрой и сумку покажи. Где вся форма? Ты готова?

Я кинула ему под ноги мою сумку спортивную.

Отец все пересмотрел и когда убедился, что все на месте, довольно покачал головой.

— Завтра, если хоть что-то отсюда пропадет я с тебя шкуру сниму. Плавать ты будешь!

Я отвернулась не говоря ни слова, легла на диван и закрыла голову подушкой.

Отец знает, это означает, что теперь я с ним не разговариваю.

«Чертово плавание. Ненавижу!»

У отца манечка, он на этом плавании свихнулся. Придется идти, он не отстанет…

Через минуты три, оглянулась назад. Отец и брат, ушли.

Я заперла дверь и приподняв матрас, достала из тайника свой мобильный. Проверила мессенджер. Андрей прислал четыре сообщения. Подожду когда до десяти накопится, тогда отвечу.

Он что-то борзеть в последнее время начал. Это все его мать. Она меня не выносит. Прикормила его сокурсницу, Лену Завьялову. Ее папа ректор в универе, не барыга, как мой. И мать у нее, тоже медик, а не хер пойми кто, как моя мамаша-кукушка…

Я достала из тайника кольцо из белого золота с инициалами «А. С.».

Целую с нежностью и надеваю себе на палец. Я люблю Андрея, но он слабак. Если я не буду бороться за нас, мать его продавит. К тому же, мой батя во всю моим замужеством торгует, гад….

Месяц назад, мне Андрей предложение сделал. Скоро мне восемнадцать исполнится. Поженимся с ним. И тогда, я свалю навсегда из этого чертового дома.

В доме тихо. Значит, отец с дружками, ушли в подвал. В покер играют. Это хорошо. Я смогу на часок смыться из дома, он и не заметит.

Переоделась и взяла мобильный.

Андрей снова написал. Ответила.

«Я свободна на полчаса.»

Отправила. Надеюсь, он притащит свою задницу в темпе.

Взяла с собой пару банок пепси из холодильника. Стою и смеюсь. Я вспомнила рожу того лощеного придурка, что подслушивал наш с Андреем разговор на балконе. Ну и харя у него была когда я его освежила… Сам виноват. Ублюдок, по лицу мне заехал. Пусть радуется, что в ответ, я «счастливой» монеткой по его личику смазливому не прошлась.

Перекатываю между пальцами эту монету. Один ее край заточен острее лезвия. Любой материал режет как масло…

'Никто не смеет меня касаться! Но надо же… Не настучал на меня бате. «Молодец» какой… Или смелости не хватило? В любом случае, запомнит, что меня нельзя трогать безнаказанно."

Сообщение пришло от Андрея.

«Я подхожу. Жду тебя у ворот»

Накинула рюкзак и побежала по коридору. Тихо везде. Это будет очень просто. Открыла дверь и делаю шаг наружу.

«Бля!»

Тот самый упырь смазливый стоит на крыльце и курит возле своей тачки. Делаю морду кирпичом и не оглядываясь несусь вперед.

Но не прошла я и пары метров как чувствую что кто-то меня за рюкзак хватает сзади. Я бы заорала. Но если батя узнает, что я на улице в это время, мне хана…

Брыкаюсь и пытаясь лягнуть его. Но он только смеется. Тащит меня обратно в дом.

— Отпусти, придурок!

— Неа… Далеко собралась?

Я разрываюсь между страхом быть пойманной и желанием вцепиться и исцарапать когтями рожу этому гаду. Но вынуждена говорить едва слышно. Буквально, шиплю ему как змея:

— Заткнись! Не твое дело!

— А чего так тихо? Неужели ты чего-то боишься? Ты же такая смелая… А?

— Отпусти или пожалеешь!

Этот гад толкнул меня бесцеремонно на диван в гостиной. Сел рядом и не отпускает. Навалился плечом, рукой в капюшон вцепился, не вырвешься.

— Я отцу скажу, что ты меня лапал.

— Давай, зови! Мне тебя полапать, чтобы не зря жаловалась?

— Не звезди, я никогда не жалуюсь!

Он наклонился ко мне так близко, что его рот почти касается моей кожи. Чувствую его дыхание у моей шеи. Он говорит мне шепотом, оставляя горячий след на коже.

— Сядь и заткнись, Сабина. Думаешь я не знаю, что тебе нельзя выходить после девяти?

— Урод!

— На себя посмотри. Кусок говна, а не девочка.

— Фу, только не начинай, снова… Тогда, лучше отца зови, чем твой занудный треп слушать!

— Вот-вот… Рот как помойка. Тебя не помешает немного проучить.

— Как ты сам себя терпишь? Я бы застрелилась. Не надоело умничать? Может снова, освежить тебя пепси?

— Ты меня даже не знаешь, но только и слышно от тебя «урод", "гад». Ты всех мужчин ненавидишь?

— Нет, только тебя…

— Не знаю… Ты и со своим хахалем, вела себя как сука недотраханная. Или он тебя не удовлетворяет?

Я словно подавилась воздухом от гнева после этих его слов. Смотрю на него с ненавистью.

«Вот, пидор самовлюбленный… Он что меня шлюхой считает?»

— Это у тебя хахаль, уяснил? Ты только с девушками такой борзый?

— А кто здесь девушка, ты? Не похоже… Могу показать как выглядят девушки. Тебе повезло, у меня как раз фото моей будущей невесты в телефоне. Я покажу тебе какой должна быть девушка…

— Фу, блять. «Невестаааа…» Только твоих соплей розовых мне и не хватало. Отъебись от меня, а⁈

Я рванулась в сторону, но этот гад крепко держит меня.

Наклонился ко мне снова и я его вонючий парфюм до блевотного рефлекса занюхнула.

— Фу, воняешь, отвали!

— Потерпишь! Вот, смотри! Это Зарина, моя будущая невеста. Вот это девушка! Видишь, какая красивая! Не курит, читает книгу. В платье стоит рядом с родителями, а не с дружками. Волосы, как у русалки длинные. Видишь как ее огненные локоны переливаются на солнце… Вот на таких, женятся… А теперь, глянь на себя в зеркало. Ты же как мешок с гавном, что снаружи, что внутри… Прокуренная, озлобленная хамка…

Я выхватила у него из рук телефон и бросила его об стену. Жаль не разбился. Только защитное стекло треснуло.

Хочу поскорее выбесить его, чтоб он свалил. У меня времени мало. Андрей ждет.

«Ну, сейчас я тебя обрадую… Сам напросился…»

— Эта твоя невеста, Зарина, шлюха.

— За языком следи. То что я в свою сторону терплю, в ее сторону терпеть не буду.

— Не гони! Да на ней же пробы ставить негде. Ты девушку от шлюхи за километр не отличишь. Знаю я ее. У нее погоняло «ширинка», не просто так… И кстати, рыжие патлы на которые ты так дрочишь, у нее крашеные…

Смотрю, после моих слов красавчик напрягся, глаза на меня бычит, дым из ушей. Такое ощущение, что даже то, что она шлюха, ему норм. Но когда узнал, что волосы у нее крашенные, думала придушит меня от злости. Вот псих…

За запястье меня схватил больно.

— Откуда ты знаешь ее?

— От верблюда.

— Я так и знал, что врешь! Ты завидуешь ей. У Зарины есть то, что у тебя никогда не будет!

— Ну да, например, гонорея… Спасибо, пусть себе оставит!

— Она порядочная девушка, ты врешь из зависти! И о волосах ее врешь. Не крашеная она, тебя зависть душит…

— Ты тупой и она тебя накалывает. Она крашенная, я ее со школы знаю. Всегда была брюнеткой… Ты вчера родился? Зарина просекла, что ты при бабках и что тебе нравится такой типаж. Ну ты и лох… Если мне не веришь, детские фото у ее родителей спроси. Все, отвали от меня!

— Сиди и не рыпайся!

Я рванула вперед, сильнее и в этот момент у меня с пальца сорвалось мое кольцо.

Этот гад подобрал его раньше.

— Верни, немедленно!

— Как интересно. Инициалы «А. С.»… Хм, а «Лютый» в курсе, что у него зять есть?

— Если ты ему хоть слово скажешь, клянусь, я прикончу тебя!

— Не обещай того, что не сможешь закончить.

— Я смогу, хоть сейчас!

Он притягивает меня за руку к себе, очень близко, прижимает мою ладонь к своему лицу. Я смотрю в его глаза, темно-зеленые, почти черные. Он дышит так близко, что я слышу запах и тепло его кожи. Он касается пальцами моей щеки и произносит:

— Ну, чего медлишь? Я безоружен. Давай, вот моя шея, прикончи меня… Хм… Так я и знал, что ты сильна только языком молоть. Слабачка!

Я делаю вдох и с силой ударяю его коленом в пах. Он замычал и согнулся потеряв равновесие. Я выхватила из его руки свое кольцо и побежала к выходу.

«Придурок, пятнадцать минуть потеряла из-за него!»

…

Рано утром, сквозь сон слышу настойчивый стук в дверь.

— Идите к черту!

Слышу голос отца.

— Одевайся! Нам нужно быть в бассейне раньше. Тренер ждет. Живо!

Я прикрыла лицо подушкой, потому что хотелось кричать от злости. Нехотя открыла глаза, еле встала. Шатаясь поплелась в ванную комнату. Почистила зубы, собрав волосы, натянула худи и кепку.

Закинув сумку на плечо, вышла в коридор. Отец пошел к машине, а у двери оставил моего старшего брата. Тот встал в проходе и зубы проветривает, угорает с моего несчастного вида.

— Что ты здесь забыл? Или твоя жена снова загуляла?

— Рот закрой, чучело…

— Паааап, Степан меня оскорбляет!

Брат на меня испуганно шикнул и отвалил в сторону. А я пошла к выходу, злобно пиная ногой ненавистную сумку.

Отец с водителем уже ждали меня в машине. Через полчаса мы приехали в бассейн. Тренерша моя бате льет в уши елей. Раскошелился видно, щедро. Кружит она вокруг него, не знает как и чем еще угодить…

Я едва запихнула свои волосы в проклятую шапочку для плавания. Натянула купальник, проверила на месте ли зажим для носа. Всю нашу группу как придурков в психушке построили по росту и ведут к вышке.

Одно меня радует. Андрей мой, здесь. Он сам напросился. Сказал, будет за меня «болеть». Вот, дурачок… Но мне приятно, так и быть, пусть….

Он сидит впереди, ближе всех ко мне. Мой отец его в лицо не знает, это еще один плюс.

Мой выход, следующий. Вижу Андрея, улыбаюсь ему. Но он меня не видит. Его кто-то загораживает…

«Что? Какого черта этот слащавый гад, здесь делает? Решил отомстить за то, что я ему яйца пересчитала коленом? Черт! Мне пора выходить…»

Андрей ушел. А тот гад сел на его место и улыбается мне…

«Он больной на голову? Ненавижу…»

Забираюсь на вышку. Разгоняюсь и прыгаю. Все. Андрей так и не увидел мой прыжок…

«Убью этого гада!»

После тренера иду к отцу. Злая настолько, что могу воспламениться если меня тронуть.

— Моя чемпионка!

— Пааап, а зачем ты притащил того типа? Он мне не нравится!

— Потерпишь… Мне он тоже не нравится. Но у него есть кое-что, что твоему папе нужно. Я скоро избавлюсь от него.

Я смотрю на довольную рожу того придурка и теперь мне не так обидно. Мой ушлый батя что-то задумал против него. А если отец что сказал, то точно сделает.

Пока отец задержался в зале, общаясь с болтливой тренершей, я поспешила на улицу. Андрей ждал меня за стоянкой.

— Чего ты ушел?

— Знакомый твоего бати угрожал сдать меня ему, если не свалю. Сабин… мне пришлось…

«Я так и знала…»

Достала свою «счастливую» монету и пошла к машине этого умника.

Красивая, новая машина у него. Он явно прется по тачкам. Вчера, он на другой приезжал к нам… Тем приятнее будет сделать то, что я задумала.

Впечатав острие монеты в блестящую эмаль его дорогой тачки я с силой провела глубокую полосу вдоль всей длины, обойдя по кругу. Отличная полоса вышла. Вот теперь, у нас обоих есть приятные воспоминания о сегодняшнем дне…

Очень довольная я вернулась в нашу машину. Когда мы проезжали мимо, отец спросил того придурка, что случилось с машиной. Он молчал, а я приоткрыла свое окно и с наслаждением любовалась его реакцией. Ну и рожа у него была! Глаза пялит на царапину, явно говном исходит от злости, но не показывает… Типа, гордый. Переводит взгляд на меня и видок у него теперь, уже не очень веселый.

«Один-один, говнюк…»

…

Лука.

Я не должен был приходить в бассейн сегодня. Этим утром ожидал очень важное для меня событие. Мой коллекционный ретро Gullwing от Mercedes-Benz, редчайшего серо-голубого цвета, должны были доставить ко мне в гараж. Долгожданное украшение моей коллекции эксклюзивных ретро моделей. По бабкам, стоит как подлинный, но разумеется, это реплика.

Но в последний момент, планы изменились. Позвонили мои ребята с объездной и сказали что есть проблема.

Я все отменил и поехал на одну из моих точек. Увиденное там, мне не понравилось. Я застал грузовики с песком и прочие атрибуты строительной деятельности без согласования со мной. Все выглядело так, словно Даруш, собирается расширять свою часть автосервиса, довольно скромную. Но за счет чего? Вся земля, на километр вокруг, принадлежит мне. У меня возникли вопросы и я набрал цыгана. Даруш почти сразу сбросил звонок. Сказал что ему некогда сейчас обсуждать дела. Он везет дочь в бассейн.

Отшил меня как одну из своих шестерок. Мое расположение этот барыга воспринял как-то уж слишком расслабленно. Надо будет напомнить в какой реальности старик находится.

Уже хотел набирать своих ребят, чтобы они выкинули на хер всю его технику с моей земли. Но сделав два вдоха, передумал. Война мне не нужна. «Лютый» не так безобиден и может огрызнуться по-взрослому.

Решил поговорить с ним и не вечером, как он хочет, а немедленно.

«Везу дочь в бассейн…»

При упоминании Сабины, мои яйца заныли. Но не приятно, как после классного траха всю ночь с горячей девкой, а как после операции без наркоза.

Сам подначивал ее. Она не подвела. Не убила, конечно, но ощущалось это именно так. Злобная оторва. Смылась к своему писюну на свиданку. Хотел сдать ее «Лютому», но передумал. Старик поверит ей, а я останусь в дураках. Нет, я хотел сделать ей больно. Достаточно, чтобы она почувствовала это.

Но сперва, дело. Поговорил с цыганом. Старик дал отмашку и фуры с песком уехали обратно. Сказал, что это чья-то ошибка. Я не поверил ему. Оставил ребят на месте и сказал если снова появятся, жестко их наказать.

В здании бассейна полно народа.

Я рыскал глазами в поисках красной пайты и черной кепки Сабины, но ее нигде не было. Зато был ее дружок. Я его узнал по куртке. Сидел тихо в углу и не отсвечивал.

«Ну что за милая семейная сцена! Ромео ждет свою ненаглядную и она наверняка ждет его, знает, что он придет…»

Мысль об идеальной мести приятным елеем разлилась по моей душе.

Мне даже говорить ему ничего не пришлось. Намекнул что отцу Сабины, его присутствие здесь, не понравится. Жених обосрался. Попререкался вяло для вида, но свалил. Так скоро, что мне даже стало неинтересно…

Вторая часть мести должна была стать гораздо слаще. Я хотел видеть ее взгляд.

Обернулся, глядя в сторону девочек в одинаковых спортивных костюмах и ебучих резиновых шапочках на голове. Все на одно лицо. Какая из них Сабина, я не различаю. Ладно бы фигуру знал, толстая или худая. Но я ее только в этом мешке, типа одежды видел все время…

И тут ее имя объявили, чтобы приготовилась.

Я обернулся на фигурку в купальнике, идущую из темноты и сам не заметил как присел в кресле.

Для начала, у нее оказывается есть фигура. Нет, не так. ФИГУРА!

Талия тончайшая — уверен, я мог бы обхватить ее одной своей рукой. И если снизу талия перетекала в округлые девичьи бедра, не костлявые, а белоснежные манкие, как свежие булочки, то сверху у нее обнаружилась довольно развитая, для молодой девчонки, грудь. Вероятно, под купальником она носила спортивный лиф, потому что ее пышная грудь, беспокоя мое сознание, как две белоснежных горы возвышались у ее нереально длинной шеи.

Ножки у нее длинные и стройные. Не модельные, такие что от ушей, но стройные, идеальной формы. Больше всего мне понравились ее тонкие щиколотки, которые заканчивались аккуратными, маленькими ступнями. Завороженный я смотрел на то, как ее розовые пяточки мелькают в воздухе, поднимаясь все выше по ступеням…

В этот момент я наконец прикрыл отвисшую челюсть.

«Так вот какая ты на самом деле, дикая кошка! А это уже интересный поворот…»

Если бы дочка Даруша ходила в нормальной девичьей одежде «Лютому» пришлось бы отстреливаться от всех голодных молодых и не очень, писюнов, что толпились бы у его дома. Даже секунды не сомневаюсь в этом.

Хотя она, наверняка уже продемонстрировала свои «прелести» как минимум, этому ссыкуну своему. Даже жаль, что такое роскошное тело досталось этому незрелому ушлепку…

Я застал себя за тем, что нервно сглатываю, а моя рука настойчиво тянется к паху, ощущая пульсирующие позывы моего встрепенувшегося члена.

Не могу себя осуждать. Этого неожиданного превращения Сабины из гадкого утенка в охуенную молодую женщину, я сам не ожидал.

Она заметила меня и я выдавил улыбку, но в тот момент я начисто забыл о своей мести, мое сознание уже давно переместилось в пах.

Сабина забралась на вышку и взгляд на ее фигурку в купальнике, снизу, не разочаровал. Я был рад, что находился в правильном ряду, подальше от ее отца. Так пялиться при нем на его дочь и остаться с целыми зубами, нереально.

Первым делом я оценил ее торчащую задницу. Что подобно ее груди, гармонично уравновешивала все ее потрясающие изгибы…

Девчонка оттолкнулась от края трамплина и подпрыгнув вверх, сделала оборот в воздухе. Через секунду, потрясающе изогнувшись всем телом и вытянув руки она как стрела вошла в прозрачную воду и пенная, бурлящая стихия, сомкнулась над ней.

Я сидел открыв рот, понимая, что в этот момент у меня возникла устойчивая сексуальная фантазия… Прикрыл глаза и дышу так, словно пробежал марафон. Делаю выдох. Провел рукой по волосам и нервно засмеялся, понимая насколько нелепо я выгляжу со стороны.

«Ну и кретин…»

В этот момент я увидел Сабину, идущую вдоль дальнего бортика бассейна. Она видела как я смеюсь. Вероятно, решила что я торжествую, радуясь исполненной мести. В этот момент на ее лице было столько боли, злости и ненависти, сколько изначально я и хотел вызвать. Но теперь, меня почему то, это совершенно не радовало…

Напряжение в паху требовало внимания, пальцы сами набрали в телефоне номер. Услышав томный женский голос, я произнес:

— Я буду через полчаса. Прими душ. Только что из душа? Значит, прими его еще раз. К моему приезду хочу, чтобы ты была мокрая. Уже мокрая от предвкушения? Грязная девочка, молодец… Сделай, как я сказал.

Близость скорой сексуальной разрядки освободила мозги от навязчивых мыслей.

Я вышел на улицу и набрал еще один номер. Вчерашнее замечание этой малой занозы о том, что Зарина крашеная, не давали мне покоя.

— Зарина? Ты сейчас в университете? Дома. Хорошо. Ты получила цветы? Нет, может позже буду. Дела-дела… Ты скучала? Мне приятно. Само собой, я тоже. У меня появилась одна мысль… У тебя есть детское фото? Уверен, ты была ангелочком…

Заминка. Пауза. Говорит, но я слышу, что она врет.

— Не сохранились? Даже одно? Постарайся найти. Пришли мне, я жду. Да, сейчас.

Сбросила. Но она явно начала нервничать когда я про фото спросил… Несколько раз ее спрашивал натуральный ли у нее цвет волос, она мне в уши заливала, что в детстве ее «золотым одуванчиком» звали…

Рыжие, это мой фетиш. Одна мысль как огненное золото волос струится по белоснежной коже, невероятно заводит меня. Врожденная лисья натура, во внешности рыжеволосых девушек кажется мне очень привлекательной.

Крашеные, напротив, меня отвращают. Не терплю фальши, даже в малом.

Отвлеченный на свои мысли я подошел к своей новенькой бэхе, шестерке и замер, глядя на уродливую полосу через всю, мать ее, дверь. И дальше и дальше…

Сабина. Вот сука мстительная…

«Оторва малая, уже успела изгадить мне новый автомобиль!»

Я не собирался его оставлять, покатался пару недель и понял, не «моя» модель. Возмещение, влетит мне в копейку…

Видел лицо этой мстительной гадины, когда они с цыганом проезжали мимо. Она ухмылялась глядя на мою машину. Была так довольна, что светло-серые глаза ее, стали, почти черными. Ведьма, не иначе.

На ней снова была ее уродливая кепка и пайта, но я уже не мог воспринимать ее прежней. Остановить в своем сознании воспоминание с каким удовольствием мой взгляд скользил по ее женственным изгибам…

Черт, я должен злиться и я злюсь. Но не могу больше думать о ней как о дурном подростке…

Нет. И мой член, напоминал мне, что это все мне не показалось. У этой бесовки, охуенное тело и мне придется с этим знанием жить.

Я сел за руль и поехал по адресу. Одна из моих постоянных любовниц уже ждала меня. Как я просил, совершенно мокрая. Умница.

Не растрачивая время на слова, я властно обхватил одной рукой ее мокрые волосы, а второй, скинул ее полотенце вниз.

«Нет, все не то…»

Сказал ей, облиться снова. Пока я расстегивал брюки она послушно окатила себя водой и глядя как с ее торчащих силиконовых сисек течет вода, я уже не мог сдерживать себя.

Она присела у ног и захватила губами мой приподнятый писюн, нежно посасывая его, поглаживая вдоль длины, пока он не затвердел, являя рельеф каждой вены. Как только я почувствовал что почти готов кончить, я развернул ее к стене и придерживая резинку зачехлил свой истекающий предэякулятом, твердый член. Задержал минуту взгляд на каплях воды, что стекают по ее спине… Провел рукой по ее влажной белоснежной коже, касаясь ее задницы. Ладонь следует ниже. Ее киска уже течет, как по заказу…

В сознании то и дело прокручивается момент, когда Сабина изогнув спину, словно кончая от сильнейшего оргазма, делает разворот и погружается в пучину пены, разрезая воду своими пальчиками… Ее белоснежная кожа мелькнула на секунду перед моими глазами и исчезла в воде….

У той, которую я сейчас собираюсь трахнуть, кожа почти такая же бледная… Только она на десяток лет старше Сабины…

Я уперся лбом ей в мокрую спину и раздвинув ее ягодицы, стремительно вошел в в нее.

Сжимаю ее мокрые скользкие сиськи одной рукой, представляя в своих ладонях пышную, девичью грудь моей русалки….

Ох, мой член отдает в яйца такой сумасшедший заряд, что я ускоряюсь набирая темп вбиваясь с удвоенной силой.

Мокрые ягодицы профессионалки, что извиваясь стонет подо мной, липнут к моим бедрам делая их мокрыми. Ритмичные движения наших соприкасающихся тел больше похожи на схватку.

Я впиваюсь с силой в ее мокрую кожу, мои пальцы скользят вниз по ее бедрам, пока я прижимаю ее к стене толчок за толчком. Погружаюсь в нее почти на всю длину члена, замираю на секунду и снова ускоряясь, вколачиваю свой член в ее мокрую от соков щелку. Наконец я кончаю, замирая на пару мгновений, чувствуя такой сладостный спазм в своем члене и яйцах…

«Ебать… вот это было хорошо!»

Высвобождаюсь, стягивая гандон. Позволяю ей обмыть мое тело и мой уставший член, в душе.

Вышел на улицу иду к машине. Сел и положив руки на руль, задумался глядя на себя в отражении.

Что именно произошло полчаса назад?

«Я только что фактически и мысленно… оттрахал Сабину и это… было охуенно…»

Даже шлюха это отметила. Сказала что сегодня у меня явно боевой настрой… ей понравилось… Понимаю, она профессионалка и я щедро плачу ей. Она может насочинять и не такое за бабки. Но я и сам слышал как ее пизда дрожала, сокращалась вокруг моего члена и кончая, она орала довольно реалистично…

«Думаю, все же, это было на самом деле довольно неплохо…»

'Повторю ли я эту фантазию снова? Возможно. Но отдаю ли я себе отчет, кого я в этот момент буду трахать? Да или нет? Не уверен, что я контролирую себя.

Вот именно. Так и в зятья к цыгану попасть недолго… Лучше, удавиться сразу…'

Воспоминание об озлобленной роже старика избивающего до отключки своего непутевого сына, всплыл в моей памяти. Это отрезвило меня в одну секунду.

«Да, опасной дорожкой я пошел. Очень легко та малолетняя оторва могла бы подсадить меня на свою манкую пизденку… Замечтался, как дурачок… Уффф. Вовремя одумался…»

Звоню другой прошаренной девице. Веры в то, что Зарина не водит меня за нос, почти не осталось.

— Богиня моя, я не получил от тебя фото? Не нашла? Окей… Нет, сегодня не заеду. Не получится…. Сидишь с подружками в кафе? Умница, веселись. Целую…

«Шлюха хитрая, за дурака меня держит.»

Если по поводу волос Сабина о ней не соврала, то и про остальное, тоже, значит?

Злобно кручу руль напрявляясь домой к Зарине. Мне открыла ее мать. Мы виделись всего раз.

Я передал ей цветы для Зарины, словно я именно из-за них и приехал.

Она начала фальшиво охать, а я на ее лицо смотрю и на ее волосы… Брюнетка.

Попросил детские фото дочери. Сказал, что хочу сюрприз ее дочери сделать…

Мать, не чувствуя подвоха, принесла мне весь альбом.

Уже с первого фото я все понял.

Во-первых, я действительно кретин и тупица.

На фото, вообще другая девка.

Нос более мясистый, отпилила она его. И губы, она явно накачала себе… «Натуральная» моя невеста… Но, главное, волосы ее, сука, чернее ночи…

«Золотистый одуванчик… меня так папа звал…»

Попрощался и вышел на улицу.

Иду смеюсь…

«Ох и кретин я! Представляю как Сабина ржала надо мной, когда я ей втирал, что эта шалава лживая, моя будущая невеста…»

А девчонка у «Лихого» не дура. Злая и неуправляемая оторва, но точно не лицемерка…

Так стоп, снова она в мыслях!

Нужно срочно подумать о чем-то другом… есть!

Моя новая игрушка! Волшебный ретро Мерс Gullwing… Стоил мне чуть больше ста пятидесяти косарей американских. И это еще дешево, потому что реплика. Шестицилиндровый движок, мощность больше двухсот лошадок, четырехступенчатая механика. Разгон до сотки за восемь секунд и небесно-серые крылья-двери смотрящие в небо… красотка!

Она уже ждет меня в гараже…

Я с удовольствием развернул машину в сторону дома, набивая пальцами ритм мелодии.

Внимательно смотрю вперед, стараясь не замечать призрака, что поселился в моем сознании. Злобной девчонки, нереально красиво ныряющей в воду…

Лука.

Сижу в кресле и наблюдаю за тем, как неповоротливая мама Гуля воюет с кофеваркой. Новый аппарат мощнее, но чуть сложнее в использовании и она никак не привыкнет. Вижу едва сдерживается, но уже злится. Обычно, она все делает быстро, идеально и молча, за что ее люблю и ценю. Гуля — моя домработница, но за те восемь лет что она работает у меня, она уже гораздо больше, чем просто помощница по дому. Совершенно незаменимый для меня человек. Нечто среднее между тираном-диктатором и матерью, которую я едва помню.

У нас гости и моя помощница нервничает. «Лютого» она на дух не выносит и каждый его приезд это испытание для нее. Обычно, она меня в день гостей к кухне не подпускает, сама обдумывает меню, колдует. Старается чтобы мои гости получили все самое лучшее, но для Даруша и чаю не заварит.

И вот теперь, кофеварка заела как специально. Мама Гуля пыхтит краснея, волнуется что подводит меня. Я встал и пошел ей на выручку. Сказал ей, что сам кофе сделаю и попросил ее нести закуски.

«Лютый» приехал ко мне неожиданно и как обычно, без предупреждения. Не один приехал, со старшим сыном. Оба выглядели, на удивление, довольно прилично. Дорогие костюмы, часы, ботинки блестят…

Сидят в моей гостиной, обедают. Родион, между делом упомянул о большом потенциале нашего с ним автосервиса. Показал мне предварительный план-проект. Рассказывает как превратить наше СТО в крупный сервисный центр с кафе, маркетом и стоянкой.

Я не планировал расширяться. Напротив, хотел продать землю через год-другой. Активно развиваю новый бизнес и собирался завязать с сервисом. Но дело было не в этом…

Сегодня, я слушал цыгана особенно внимательно, наблюдая за ним. Даруш не знал, но мне кое-что известно обо всем этом. Поэтому, я не вникал в суть его трепа. Было интересно посмотреть на то, что именно он мне «заливать» будет.

Об этом его «проекте» я узнал раньше и больше, чем он думает. Накануне, мне позвонил один хороший знакомый. Петр Яковлев. Мы росли вместе в одном дворе, пока я в детдом не попал. Сейчас, он большим человеком стал, занимает серьезный пост в администрации города. Вот звонит он мне и спрашивает, насколько надежен Родион Даруш.

Я не хотел говорить ни «да», ни «нет». Ведь, с цыганом я по прежнему дела веду. Не мое это, за глаза судить. Отвечаю уклончиво:

— Ну, все относительно.

— С ним можно вести дела?

— Я не тот человек который за него поручится, хотя знаю его больше десяти лет.

— Хм… Ко мне обратился человек от него. Большой, интересный проект. Документы, земля, все кристально чисто с точки зрения закона. Я хотел сразу вписаться. Так и сделал бы, несмотря на то, что сумма довольно серьезная. Одна загвоздка, это предложил Родион Даруш… А о нем, инфа противоречивая, мало кто знает его, кроме тебя…

Я серьезно задумался. В курсе почти всех серьезных дел Даруша. Но таких крупных и тем более «чистых», у него и близко нет. Ответил другу:

— Что-то странное… Нет у него реальных проектов твоего уровня…

— Хм… Ладно. Говорю как есть. Есть мелкий автосервис на отшибе, с хорошим куском земли. Секрет в том, что через год рядом собираются провести дорогу областного значения, проект уже утвердили. И каждый сантиметр земли там через год будет стоить в сто раз дороже.

— Автосервис за южной балкой?

— Да… А ты откуда в курсе?

— Я в курсе, потому что я и есть владелец. Этого, уверен, в «документах» Даруша не было… не так ли?

— Не было… Он упомянул, вскользь, что есть второй участник, чисто номинальный, «беспонтовый», у которого незначительная доля и устранение его, он может сам легко решить. О том, что мы знакомы, он естественно, не в курсе… Ясно. Вот и выяснил. Наебнуть, значит хотел и не только меня…

— Ну, доля Даруша, 12 процентов в этом сервисе есть. Он уже 10 лет обещает мне ее продать, да все отмазками кормит… Но фактически, да, сервис и земля — мои. Поэтому все документы чистые. А для затравки, «Лютый» тебе прислал только ту часть, где его имя было указано.

— Понял. Ну, теперь, ты тоже в курсе. Цыган тебя продал и хозяином себя мнит, будь начеку. Уверен, он не только ко мне обращался… Ладно, Лукьян, бывай… и это… Ты серьезно купил «мерина» из бондианы за пол-ляма баксов, как говорят?

— Пол-ляма? Интересно девки пляшут… Сумма смешная, но да, есть такое.

— Во как! Надо будет напроситься в гости, посмотреть что за чудо-юдо. Блин, завидую тебе! Холостой, живешь как хочешь, мечту исполнил мою, пока я лысею и язву долечиваю…. А мои девки, всю жизнь из меня вытрясли. Три бабы в доме, вернее, две уже… Старшую, замуж недавно выдал, слышал наверное… Сколько бабок вбухал, до сих пор глаз дергается. А денег, как оказалось, папа гне печатает, всему миру должен теперь… Хм… Ну то дело такое, наверстаю… Главное, дочь пристроил. Теперь, ее капризы — забота ее мужа… Вот бы и мне тоже, прикупить ретро Бугатти, сесть за руль и до горизонта не оглядываясь, послав нафиг все. Только, куда я денусь⁈ Жена с младшей дочкой меня и на том свете достанут со своими хотелками… Добро… Спасибо, что сказал по Дарушу. Я подозревал, что он мутный. Рад был слышать тебя. Бывай, Лукьян!

Я был рад старому знакомому, но после этого разговора, отвратнейший осадок на душе остался. Замечал я, что цыган изменился, среди общих знакомых сплетни слышал, но не верил… Теперь, мне стало понятно почему Даруш, в последнее время, часто в гости звал. Внимание усыпляет. Прикармливает. Изменения нахрапом хотел внести, уже и бульдозеры нагнал. Хитрый жук… Моими руками сделать все приготовления, а потом, отжать все разом.

Я сразу работников на вторую базу перевел. Оставил на месте пару спецов для диагностики. Охрану удвоил. Чтобы были начеку. Неспокойное теперь это место…

И вот, цыган, сам в гости пришел. Вдруг…

Я заварил гостям кофе и оставил Гулю продолжать колдовать, накрывая на стол.

Смотрю в окно и удивленно глаза таращу. Подзавис на минуту.

Сабина.

Не знал что «Лютый» еще и с дочкой ко мне приехал. Странно. Никогда он не брал ее раньше. Видимо, боится, что убежит бестия малая.

Спросил Родиона:

— Дочь твоя не заскучает там, одна?

В ответ цыган только раздраженно отмахнулся, резко кивнув в ее сторону.

Ясно. Снова поругались.

Пока Даруш молчал, его сынок, с улыбкой имбицила, повторив отцов жест, махнул пренебрежительно в сторону сестры. Жадно запихиваясь бужениной, Степан начал говорить с полным ртом, возмущенно плюясь:

— Вот уж дура психованная… как есть! Нельзя ее вообще никуда брать. Она только позорить нас умеет. Разъебала всю мебель у Зариповых, ненормальная…

В этот момент он осекся, прервавшись. Потому что увесистая и звонкая затрещина от отца, остановила поток его красноречия.

— Слушай ты, ублюдок чертов! Тебе кто разрешил рот открывать, здесь? Это наши семейные дела, да⁈ Тебе слова никто не давал так о сестре говорить… Вставай, давай! Иди лучше к машине, смотри за ней! Что смотришь? Пошел!

Степан с красной смущенной миной поплелся на улицу. Как только он вышел за ворота, тотчас схватил сестру за руку. Сабина лягнула его в пах и вырвалась, забежав ко мне во двор. Степан, корчась от боли говорил ей что-то невнятное, требуя чтобы она слушалась. Она в ответ лишь «фак» засветила. Идет к моему дому…

Я чуток занервничал. Сабина как раз у вольера остановилась. Если еще на пару шагов приблизится к сетке, то встретится с моим псом. Ахиллес — белоснежный восьмимесячный щенок алабая, размером с теленка. Добряк, но не к чужакам.

Вот и он. Уже рвется из вольера. Лает на нее.

Девчонка оглянулась на моего пса, но не убежала. Напротив. Подошла ближе, улыбается, говорит что-то ему. Если начнет его дразнить, придется вмешаться. Иначе его не заткнешь после. Смотрю…

«Черт, что она делает?»

Открывает задвижку вольера…

«Да, чтоб тебя!»

Некогда пялиться. Бегу на улицу, в том в чем был. Времени нет, пока я добегу, там черти что может случиться…

Выбегаю во двор и смотрю на них удивленно, пытаясь отдышаться.

Эта детина дурная, пес мой, в полсотни кг весом, лежит на земле, а Сабина, сидит рядом с ним и пузо ему чешет…

Степан стоит у входа во двор, за кирпичной стеной. Крикнул на Сабину, снова, чтобы отошла от пса и немедленно вернулась в машину.

Ахилл услышал его крик и бросился к воротам на него. Парень только и успел, что дверь закрыть. Еще секунда и без жопы остался бы.

Сабина смеется. Ей это явно по душе.

Я подошел к ней. Выдыхаю, привожу мысли в порядок, чтобы не срываться сразу:

— Ты… что творишь⁈ Кто тебе разрешил выпускать пса?

Девчонка встала и смотрит на меня диким зверьком, прячась за моим же псом. Ахиллес меня увидел и заплетаясь в собственных ногах, засеменил виновато ко мне, отводя взгляд. Остановился и смотрит в сторону вольера. Знает, что покидать вольер нельзя.

«Умный».

Говорю ему строго:

— Место, Ахилл!

Пес медленно побрел к вольеру. А эта малявка дерзкая догнала его и тормозит за ошейник. Не дает войти в вольер.

— Пусть он немного погуляет! Самого себя в клетку не хочешь загнать⁈

Ахиллес только того и ждал. Сел у ее ног, зевнул и голову на лапы положил. Все. В вольер уже никто не идет…

Я раздражен. Злюсь, что она в легкую у меня дома, мои же правила переиначивает. Теперь, уже и мой собственный пес меня не слушается. Хочу быть строгим с этой малолеткой и не могу. Меня смех душит. Стою, едва сдерживая улыбку, смотрю как она гладит моего пса. Но собрался и говорю ей, резко:

— Командовать будешь дома у себя! Я не твой отец. Мне плевать, что ты там думаешь. Отойди от вольера. Ахилл, место! Я кому сказал⁈

Пес понуро опустив голову потопал за сетку вольера.

— Садист!

— Угу… А если бы он тебе горло порвал, кто бы отвечал?

— Ахиллес меня не тронет! Он чувствует, что я его не боюсь.

— Ну и дура, что не боишься. Страх — естественная, адекватная реакция. А если ее нет, повод задуматься, что с головой не все в порядке…

— Ха! На себя посмотри! Тебе что, десять лет? У тебя Халк на футболке… Не староват ты для этого?

— Я твоего мнения не спрашивал. К собаке не лезь. Иди, тебя брат зовет!

Из-за ворот как раз выглянула голова Степана. Он осмелел в моем присутствии и повторил более уверенно:

— Сабина, в машину вернись, быстро! Отец сказал!

— Отстань!

Не стал слушать их перепалку, вернулся в дом.

«Черт, Халк… Я и забыл, что я в этой старой футболке. Подколола…»

Даруш с сыном приехали внезапно, когда я домашними делами занимался. Не стал переодеваться, только пиджак накинул сверху… Вылетело из головы, что у меня кто-то из супергероев на футболке…

Вернулся в гостиную, как раз когда Гуля принесла нам свежий кофе. Сама заварила, умница.

«Лютый» продолжил заливать, как много денег принесет новый сервис, если расширить дело…

Я слушаю его в пол уха и смотрю в окно. Пью кофе и невольно улыбаюсь тому, что вижу.

Ахиллес встал на задние лапы возле сетки вольера и смотрит через решетку на Сабину, радостно виляя куцым хвостом. Секунду спустя эта несносная малолетка, естественно снова его выпустила. Пес радостно пробежался вокруг нее и снова завалился на бок. А она, смеясь, поглаживает его короткие, мохнатые уши.

Двойственное чувство испытываю глядя на это. Злит, что она игнорирует мой запрет, но восхищает ее бесстрашность и свободолюбие…

— Отчаянная девчонка, дочь твоя. Вон, мой Ахиллес ее слушается как ручной.

Вместо ответа Лютый выдохнул и покачал головой.

— Этой дури в ней, как говна за баней. Животных она и правда любит. Все просит у меня купи-купи, хочет этого… курсо-коро… Не вспомню породу… название дурацкое. Пес здоровенный, как собака баскервилей.

— Кане-корсо?

— Точно, такого. Только, знаю я. Сегодня она хочет, завтра перехочет. Следить за ним, некому… Тем более, недолго ей в отцовском доме осталось жить. Но это если повезет… Вот, избаловал ее, адова девка… Устроила она мне сегодня у Зариповых то…

— Не знал, что ты ведешь дела с ними.

— Ага! Куда там! Хотел бы… Но такие как семейка этих выскочек, меня и на километр не подпустят. У них дед прокурор. Там вся семья такая. Но доча моя, мне поможет. Старшему сыну, Зариповых, Сабинка моя, видно, приглянулась. Тьфу-тьфу… Но как бы после сегодняшнего, не сорвалось бы…

— Так ты сватать ее, ездил?

Он нехотя кивнул. Мнется, но вижу, сейчас все расскажет. Закинул в рот кусок буженины и сверху опрокинул коньяк.

— Ох… Видишь, да? Вырядился я. Костюм по случаю купил. Все предусмотрел, чтобы ни-ни.

Приехал с сыном, ну и она с нами. Сабинка. Все чин-чином. Принял нас, Зарипов. Я дочке сказал, что дела у меня. Оставил ее одну в гостиной. Жена Зарипова, с ней общается и все устраивалось, как я и хотел. Поговорили они, вроде все хорошо, понравилась ей дочка моя. Затем, сам этот пацан, ну «жених» вышел к ним. Хотел сесть рядом с дочкой на диван, а она взбрыкнула.

Отошла от него. Нахмурилась. Сказала, что уходит домой. Ну, пришлось мне вмешаться. Сказал, чтобы общалась с людьми нормально и пока я здесь, она не поедет никуда. А эта чертовка, представь, берет и толкает с психу, стол. Прямо как есть, ногой со всей дури. Да так, что он в стену отлетел и в щепки.

Все всполошились, а этой паразитке, того и надо. Сбежала домой. Пришлось, все перенести. Объяснил им, что разволновалась дочка. Вроде, поняли. Теперь, вот, с собой вожу, чтобы не сбежала. Ведь, поняла, что я о ней договорился уже. Дурная… От своего счастья бежит! Да кто ей лучше условия чем Зариповы, предложит?

Слушаю я цыгана и так неуютно на душе стало от этих его откровений. Если раньше я и испытывал негатив к этой девчонке, то сейчас, мне ее даже жаль стало.

Даруш, вспомнил о деле:

— Ну что, Лука, подумаешь над расширением?

Я не сразу ответил. Пришел в себя и отрицательно головой качаю.

— Нет. Автосервис расширять не буду. Но я, все еще жду твою долю.

— Вот как… Отказываешься. Жаль. А что до этого… Доля — моя, пока что… Надо было в зятья ко мне идти. Пока ты крутил носом, все, считай, уже сбагрил девку! Продать долю, говоришь…. Не думаю. Времена сложные. Может, внукам оставлю в наследство… Глядишь, с Зариповыми породнюсь, заживу… А доля, она кушать не просит…

Цыган встал, отряхнул мятые брюки и стал собираться. Я вышел провожать его во двор. Смотрю, Ахиллес заперт в вольере.

«Сама его закрыла…»

Провел гостей к воротам и заперев замок, вернулся в дом. Слышу, звонок домофона, через минуту.

Возвращаюсь нехотя к воротам.

Даруш с сыном стоят за воротами, растеряно озираясь. И машины их, рядом нет.

Степан уже получил по физиономии. С левой стороны, как раз, морда особенно красная.

— Что произошло?

— Ну, следил этот… недоделаный… Сбежала! Сабина, смылась на моей машине. Как на зло, оба телефона в кабине остались — мой и дурака этого, которого я присматривать оставил. Документы, деньги, ключи… Все!

— У нее права есть?

— Да. Сам ей разрешил, дурень. Год назад она получила права. Но до этого… черт, как его? Восемнадцатилетия… нельзя. Да, и не в штрафе дело. Чую, надолго это… Ищи ее теперь… А нам завтра к Зариповым. Хотел снова вернуться с ней…

— Вызову вам такси. Вы домой?

— Нет, к менту одному своему заеду. Он ее по сигналу найдет, как в прошлый раз… Правда и отвалить пришлось немало… Ух, надо было решетки на окна ставить! Надо было…

Я смотрел как такси подъехало и когда они скрылись из вида, усмехнулся. Отчего-то, ее побег меня обрадовал. Но знаю, цыган упрямый и дело свое доведет до конца.

Два дня спустя я уже забыл про этот случай. Подвернулась возможность сгонять в соседнюю область. Открывал там новую точку. По возвращению, проверил телефон и заметил три пропущенных от Даруша.

Я хотел сбросить. Ни рожу его видеть, ни слышать, не было желания. После его подставы, нет. Единственное что оставалось — любопытство. Было интересно, нашел он дочь или нет? Днем дел было немного. Решил все же заехать к цыгану.

Приехал, вошел в дом. А там ни музыки, ни разговоров. Похоронная тишина. Уже недоброе подумал.

— Что за срочность? У меня времени не много…

Даруш мне навстречу вышел. В том же костюме, в котором у меня был почти неделю назад. Явно, пил не просыхая последние сутки или больше. Бледный, заросший. Без «здравствуйте», сразу:

— Лука, у тебя говорят люди есть в верхах, типа ФСБ или кто-то из силовиков?

— Допустим…

— Помощь нужна. Сабина, неделю не объявляется. Даже менты не могут ее найти…

— Подруги?

— Неа. Там… Хм, дело хуже. Зариповы позвонили мне, через пару дней как эта стерва малая сбежала. Она им дозвонилась. Сказала, чтобы я не ждал ее. Что она… замуж вышла и… у своего мужа теперь живет…

После этих слов Даруш замолчал что-то едва слышно проговаривая себе под нос, явно не в себе от отчаяния и гнева.

Я задумался и первым делом того малолетнего пиздюка вспомнил. С которым Сабина встречалась во дворе и позже, в бассейне.

«Как там его? Андрей… точно. Что-то о кольце говорил… Видимо, он и есть, счастливый супруг малой бестии… Муж и жена, оба идиоты… Детский сад.»

Вида не подал, что знаю о шашнях этих малолеток. Сделал равнодушное лицо.

— Интересный поворот. Ну… и при чем тут я?

— Верни ее!

— Нет. Мне это неинтересно. Твои проблемы. В это я лезть не буду…

— Долю ту, хочешь?

— Родион, это не лучшее место и не время. Ты пьян. Да и не верю я тебе на слово. Уж извини, как есть говорю. Твои отговорки устал слышать. Лучше, не начинай.

— Степан! Позови мне, того типа, нотариуса! Тащи его сюда! Чего расселся задницей своей, шевелись! Я четвертую ночь не сплю, а никого не дозовешься!

Сын его побежал, пригнув голову. Слово сказать боится. Видимо «Лютый» и правда, до ручки дошел и всех довел.

— Найди ее, Лука! И того пиздюка, с кем она будет, тоже. Я с него лично, шкуру сниму, а она у меня под замком до конца жизни проведет… Вот до чего добро доводит. Ни разу на нее руку не поднимал. Все у нее было… И она, тварь такая, так мне отплатила… Подставила меня. Я как узнал, что она… с мужчиной живет… Как шлюха… То, если бы застал их там, убил бы. Клянусь, не дрогнула бы рука…

Вошел Степан, а за ним, низкорослый дядька в очках. Я его уже видел раньше. «Прикормленный» его нотариус.

Я согласился. Составили дарственную в мою пользу. Только отказался я подписывать, пока мой юрист не прочтет. Нотариус сказал, чтобы с юристом я заехал к нему завтра.

Родион все это еле дослушал. Не волнует его ничего.

— Я свою часть выполнил. Все по честному…

Меня, это его «по честному» разозлило и рассмешило.

— По честному? Так же, как ты собирался у меня бизнес отжать? А теперь, я понадобился? Пока тебе дочь яйца не прищемила, ты же кинуть меня собирался… Сервис мой отжать себе. Ну и как ты считаешь, не пошлю ли я тебя?

Цыган зыркнул на меня зло. Не ответил. Пошел к стойке со спиртным. Выпил жадно коньяк. Вытер рукавом рот и не сказал, а рявкнул:

— Вон пошли все из комнаты! У меня разговор серьезный. Степан, стой… дай, нотариусу сколько он скажет! Все, пошел!

Когда мы остались одни, Родион прошел и сел в кресло. Смотрит на меня и посмеивается.

— Да, все верно. Собирался… Настучали уже. Ясно… А я, Лука, подарочков от жизни не жду. Привык их брать сам. Или ты до этого не знал, какой я? Знал…. А все же, ты здесь. Значит, братец, похожи мы с тобой. Похожи… Потому что этим рожам высокомерным, таким, как Зариповы, с нами водиться неохота… Ни ты, голь детдомовская, безродная им не упал, ни я, цыган. Ну, что же… Я так понимаю, ты помогать мне не собираешься… Для вида, согласился…. Чтобы отомстить мне? Ладно… Уходи, тогда… Свое, ты уже получил!

— Я не ты, «Лютый»… Мое слово, чего-то стоит. Дочь твою, я поищу. А что до пацана, с которым она мутит. Это не ко мне. Я еще в своем уме. Захочешь его найти, найдешь.

Он посмотрел на меня, опустив плечи. Кивнул согласно, сжав бессильно кулаки.

— Спасибо тебе, Лука. Делай как знаешь. Верни ее, только.

Сабина.

Я попала в адский переплет.

Отец меня продал каким-то чванливым засранцам. Когда я взбрыкнула он взбесился. Заставил с ним повсюду ездить. Привез меня к тому придурку лощеному, которому я бэху «украсила». Я и не знала чей это дом, пока он ко мне не вышел.

Сказал бы спасибо, что я его пса глажу. Ахиллес такой классный, даже жаль что пес у такого гада живет.

Тот не успел выйти, начал орать. На пустом месте прицепился, как всегда.

Стоит в это футболке дурацкой и пялится на мои сиськи. Типа я не вижу куда он смотрит…

Одевается стремно, но фигура у него, зачетная. Когда он наклонился ко мне у него футболка задралась. Я успела заметить все, что нужно. Плечи, да и пресс у него нормальный такой. Чисто внешне, он ничего так. Если бы не вел себя, как придурок.

Он ушел и понимаю, что отец вот-вот вернется, шанс у меня смыться только сейчас и есть. Степан по нужде отошел, дурачок, ну я и уехала на отцовом ауди, пока братца не было.

Домой не вернусь. Теперь, когда все решено с Зариповыми, меня не выпустят.

У отца в машине я знала, всегда есть деньги.

Кинула все что нашла в рюкзак. Деньги, документы и телефон отца. Я конечно злюсь на него, но подставлять его не собираюсь. В его документах много всякого. Передам их ему позже, когда устроюсь.

Телефон сразу выкинула. В прошлый раз он меня и выдал.

Купила новый.

Поехала к дому Андрея, моего парня и вроде как, будущего мужа.

Знаю, что сегодня он на сборах, а в зал им запрещено брать телефон. Написала ему, что это я и чтобы он перезвонил как только увидит сообщение. Жду.

Сижу в машине. Пальцы на руле дрожат. Перевожу взгляд с его колечка, что блестит на моем безымянном пальце, вверх, туда где светятся его окна.

Андрей еще не дома. Иначе его машина стояла бы у входа… Смотрю подъехал автомобиль. Не он. Такси. Вышла девчонка. Высокая, в короткой шубе и сапогах по самое не хочу. Идет к подъезду и волосенки свои длинные, поправляет когтями росомахи….

«Лена. Вот прилипала….»

Для меня не секрет к кому она идет сейчас. Пока Андрея нет, они «лучшие подруги» с его матерью…

«Подхалимка дешевая. Никакой гордости…»

Слышу звонок.

Андрей. Наконец-то.

— Привет. Я сбежала. Жду возле твоего подъезда. Нет, я не на улице. Ты меня что, первый день знаешь? В машине. Нет, не в такси. Уфф… короче, не ори. Да, я угнала ее. Не будь таким ссыклом. Это машина моего отца. Что он мне сделает? Короче. Ты скоро? Я не ела еще. Потому что! Хотела тебя дождаться. Ну вот такая я. Чего ты улыбаешься? Приятно? Что я тебя жду пообедать? Ты странный. Кстати, у тебя в гостях Лена. Снова… Я ничего не додумываю. Жду тебя как мы и договаривались. Если ты не уверен, говори сразу. Я просто уеду в другой город. Здесь, для меня опасно. Нет? Ты уверен. Окей… Я жду тебя. Серебристая ауди… Нет, меня никто не видел. Я далеко от твоего подъезда стою… Ты уже едешь? Хорошо, жду!

Сбросила вызов, выдохнула и улыбнулась. Теперь, мне стало гораздо легче. Разговор с Андреем наполнил меня приятными воспоминаниями. Мы давно планировали это. Много раз обсуждали, как будем жить вместе.

Вижу его машину. Он подъехал ближе. Остановился у своего подъезда, но не выходит из машины. Звонит мне.

— Что-то случилось, Андрей? Будешь ждать возле старой школы? Хорошо. Нет, не хочу салат. Мне все равно. Ну хорошо, пусть будет с двойным сыром… Окей. Я скоро буду.

«Вот ссыкун мамкин!» Побоялся светиться рядом с моей машиной. Сказал, что купит нам кофе с бургерами, пока я отгоню машину в соседний двор.

Я покружила по району, пока не завела ауди в тупик между домами. Припарковала у какого-то унылого подъезда. Взяла рюкзак и тщательно осмотрела машину, чтобы не оставить ничего важного и ценного.

Вышла. Прошлась пешком, пока не заметила машину Андрея.

Он как раз говорил по телефону. Я села на переднее сиденье и выхватив телефон у него из руки, откинула в сторону. Он взбесился. Я сложила руки на груди и смотрю на него совершенно спокойно. Меня не волнуют его психи. Говорю ему:

— Ты знаешь как я это ненавижу. Первые пять минут всегда мои. Мне плевать какие у кого проблемы, хоть сердечный приступ.

— Бля, Сабин!.. Я о квартире для тебя, договаривался!

— Мне пофиг. И что значит «для тебя»? А ты?

Сидит мнется.

— Сабин, давай так, я перееду, но не сегодня.

— Нет, я не останусь одна в чужом доме!

— Это на день-два… Дай мне все уладить. Я тоже не думал, что все сегодня случится. Рванул к тебе сразу после тренировки, даже в душе еще не был.

Андрей наклонился и поцеловал меня. Я обняла его и пока мы целовались, наш кофе остыл.

Прервались мы только на звонок его телефона. Звонил тот же приятель на счет квартиры. Андрей поговорил с ним недолго и сбросил.

— Сабин, есть неплохая квартира в центре. Новый дом. В квартире никто не жил. Моему корешу ее оставили родители. Он у подруги живет уже полгода, у нее дом с бассейном, квартира эта, ему пока что не нужна. Ну что, посмотрим?

Я закивала с улыбкой, переводя дыхание.

Андрей подмигнул мне и мы поехали.

Квартира оказалась отличная. Светлая и просторная с большим балконом.

Он позвонил приятелю и сказал, что мы ее берем. Первое время решили, что я выходить никуда не буду. Андрею пришлось три раза ездить в магазин, чтобы купить мне все необходимое. Воду, продукты и всякие штуки для ванной.

Заказали пиццу, болтали, обнимались. Было очень классно. Я не хотела чтобы он уходил. Провалялись целуясь еще около часа и он уехал.

Я смотрела ерунду по телеку и не заметила как заснула. Андрей мне писал всю ночь. Но я не видела его сообщений. Прочла только утром.

Написал, что звонил тренер и с утра они уезжают на новую базу, но она дальше. Впереди финальный кубок и тренер изматывает их тренировками. Не знает во сколько будет сегодня, но постарается раньше.

Целый день я промаялась в квартире. Не знала, что ничего не делать так утомительно. Хотела выйти прогуляться, но не решилась. Рискованно, вдруг кто-то из друзей отца меня заметит. А то, что отец с братьями, с вчерашнего дня ищет меня всеми доступными ему способами, не сомневалась.

Но я была спокойна. Обо мне с Андреем никто не знал…

«Стоп. Вот я дура! Тот гад со слащавой физиономией видел нас с Андреем тогда с балкона и после, в бассейне… Наверняка, он запомнил его в лицо…»

Я стала волноваться, что меня найдут. Набирала Андрея, но бестолку. Даже вызов не идет.

Села и успокаиваю себя тем, что тот тип и отец не ладят. За последнюю неделю он ни разу не появился. К тому же, отец сказал, что он ему не друг…

Это меня убедило я легла на диван и бездумно клацала каналы. Пока не заснула. Меня разбудил звонок.

Андрей.

— Я спала… Уже десять вечера? Не приедешь? Остался на сборах… Не можешь говорить? Отец приехал к тебе, поддержать… Не мог оставить его… Ясно. А завтра? Не молчи, говори как есть. Не знаешь… Я не психую, это ты так решил. Окей. Не можешь говорить, отец зовет? Спокойно ночи, да. Я тоже тебя целую…

На его «люблю тебя» я не ответила. Выключила телефон и раздраженно откинула его в угол.

Как же я была зла! Ходила из угла угол как раненая тигрица. Открыла балконную дверь и легла на диван глядя на звездное небо. Морозный ветер привел меня в чувство. Я словно в клетке. Но меня злит не изоляция, а пассивность того, на чью поддержку я так рассчитывала. В любой момент меня могут вернуть отцу и он посадит меня под замок. Не выпустит, пока не продаст подороже… Убежать снова, будет гораздо сложнее. Сейчас, у меня хотя бы есть деньги. Уверена, мои карты отец через секунду заблокировал и больше я ни копейки не увижу.

Одна я живу или с парнем, но мне придется учиться жить заново. Отец контролировал все сферы моей жизни. Я ничего не умею. Кроме аттестата лицея у меня нет другого образования. Мы с Андреем планировали пожениться как только мне стукнет восемнадцать. Это уже скоро. Но я не думала о том, что будет если мы с Андреем так и не поженимся… Я совершенно не умею жить одна. Даже чай заваривать не умею, если он не в пакетике…

Легла спать взволнованная и расстроенная. Ночью пришло сообщение от Андрея. Написал что очень скучает и точно приедет ко мне завтра, сразу после сборов. Я улыбнулась глядя на его сообщение и мои тревоги исчезли.

Андрей приехал рано и мы с ним даже вышли гулять. Шутили, дурачились, гуляли у реки до вечера. Накупили вкусняшек и кормили уток с моста.

Вернулись домой счастливые. Но после, кое-что произошло, что нас снова рассорило.

С начала нашего знакомства я сказала Андрею, что девственница и секс, только после росписи в ЗАГСе… Он согласился с этим. Сказал, что счастлив быть моим первым мужчиной. Но со временем, он изменился. Так или иначе уламывал, чтобы мы занялись сексом раньше. Что это уже формальность и мы и так вместе…

Вот и сегодня. Мы лежали, целовались, и раз, он полез мне под трусики за что сразу огреб.

Но не отошел, как раньше, а напротив стал настаивать, уговаривая меня поддаться ему. Я снова оттолкнула его. Тогда он схватил меня за руку и удерживая силой, залез мне под топ и сжал мою грудь пальцами до боли, продолжая целовать хотя я была против. Мне пришлось оттолкнуть его ударив в нос.

Андрей завопил проверяя идет ли кровь.

— Ты совсем⁈ Ведешь себя как психованная!

— А ты кто? Ты не уважаешь мое решение!

— Потому что это тупо! Я все равно тебя трахну, Сабина, говорю как есть… Какая разница когда? Через пару месяцев или сегодня? Или у тебя другой вариант есть? Сомневаюсь, что найдется тот, кому охота впрягаться во все это дерьмо! И терпеть твои закидоны!

Он сказал и замолчал.

— Бля… Уфф… Сабин! Извини меня, детка… Я не хотел… Конечно я так не думаю… У меня просто снесло крышу оттого, что ты рядом. Я мужчина и хочу тебя. Это же ненормально терпеть столько месяцев…

Я молчу и не смотрю на него. Но мы оба понимаем, что дело не только в сексе…

Спросила его:

— Ты останешься?

Молчит.

— Завтра? Когда ты придешь насовсем? Ты поговорил с родителями?

— Я… эм… Поговорю, обещаю. Завтра, отец уезжает, без него с матерью поговорить будет проще.

— Значит, ты переедешь послезавтра?

— Сабин, не дави на меня…

— Ясно.

Андрей подошел ко мне и обнял. Я дала себя обнять, но не поцеловала его.

Все рушилось так стремительно и я не могла это остановить.

На следующий день Андрей не смог приехать из-за отца. Написал много слов, но это больше не утешало меня.

Сутки я была одна. Он приехал неожиданно, поздно вечером. Выпивший. Мы поговорили, помирились… Сидели и целовались в кресле, когда ему позвонили. Его мать. Сказала, что у них в гостях родители Лены, ректор его универа с женой. Мать попросила его поскорее быть дома.

Я промолчала иначе это была бы очередная ссора. Андрей ушел и в этот день ничего мне не написал. Я ждала до ночи, пока не уснула.

Прислал сообщение днем, но я уже не воспринимала его оправдания всерьез.

Снова пришел поздно. Я остановила его в дверях.

— Пока ты не вошел, скажи, ты говорил с матерью?

— Зай, у меня была адский день… Не доебывайся, а. Слышишь? Я поговорю… Все навалилось сразу. Но я же, здесь. Я пришел и на сто процентов с тобой, ну…

Обнял меня. Я поддалась и мы поцеловались, а после, пошли на улицу. Когда вернулись, настроения все еще не было ни у него, ни у меня.

— Сабин, я буду завтра…

— Будешь или переедешь?

— Не знаю.

— Тогда лучше не приходи, совсем.

— В смысле?

— Коромысле! Встречаться время от времени не моя мечта. Мне нужен мужчина который отвечает за свои слова.

— Сабин, не гони, а… Ну не могу я сейчас съехать от матери! Она задолбает расспросами, чего я так резко свалил. Захочет знать где я живу и с кем. А ты сама знаешь, если узнает что с тобой…

— Ну да… да…

— Отец с тренером на созвоне, мне в затылок дышат. Как тут будешь в порядке, когда бегаю как загнанный…. Детка, все будет, просто позже…

— Когда?

— Не знаю… Точно не сегодня и не на этой неделе… Ну пойми же!

— Нет, не записывай меня в терпилы… Я могла уехать в другой город. Ты сказал нет, живем вместе. Ты настаивал, чтобы мы поженились. Не я. В итоге, я одна и тебе совершенно все это не ко времени. Я ненавижу чужие дома, ты знаешь это. Не могу быть одна днем и ночью… Но хуже всего то, что теперь, я сомневаюсь хочу ли я, чтобы ты переехал. Не говоря уже о браке…

— Даже так⁈

— Да.

Андрей зло дернул свою спортивную сумку за ручку и взбешенный вышел, саданув дверь.

На следующий день я не выходила из дома. Андрей звонил, но я не брала трубку.

Он приехал поздно вечером. Я уже не ждала его. Оделась теплее, потому что хотела прогуляться вечером. Он пытался помириться. Все шло нормально пока он снова не попытался залезть мне под трусики. Я оттолкнула его.

— Задрало все! Сабин, знаешь, я тоже о многом думаю, теперь. Скажу откровенно, была бы ты посговорчивее, может я и переехал раньше…

— Ну, окей, все сказал? Где выход, знаешь?

Андрей снисходительно хмыкнул и резко открыл дверь. В этот момент двое громил ворвались к нам в квартиру сбив его с ног.

Я закричала. Они уронили Андрея лицом вниз, а меня усадили на кресло, удерживая на месте.

И тут я увидела его. Тот самый гад со слащавой физиономией. Очень довольный собой вошел в квартиру и направился прямиком ко мне.

Но он опоздал, со своим злорадством. У меня и без его прихода вечер выдался паскудный.

Сел рядом со мной:

— Ну привет, Сабина. Меня прислал твой отец.

Я хотела встать, но он удержал меня. Связал мне руки и подошел к Андрею. Те два амбала, что были с ним, перевернули его.

— Значит так. Сейчас, ты смоешься так быстро, как можешь. Или останешься и мои люди отвезут тебя к ее отцу. «Лютый» очень этого ждет. Переломает тебе ноги. Ее братья это хорошо умеют делать. Как думаешь, твой отец будет рад тому, что его сын останется инвалидом?

Андрей молчал опустив голову.

— Ты меня слышал?

— Да…

— Отлично. Машина твоя, немного пострадала, это чтобы ты помнил, что я не шучу. Если вернешься, сделаю как обещал. Свободен!

Андрей встал и прошел мимо меня, не глядя, словно мимо тени. Я закрыла глаза и как ни старалась сдержать слезы, бесячие капли покатились из моих глаз, вниз по щекам.

— Проследите чтобы он точно ушел и ждите в машине.

Когда амбалы ушли он вернулся ко мне.

— Детский сад… Только не говори, что мне придется вытирать тебе нос. Он что, действительно так хорош?

Я не обращаю внимания на его слова. Пытаюсь высвободить руки, пока он треплется.

— Сейчас, я позвоню твоему отцу и он за тобой приедет.

Я молчу.

— Кстати, меня зовут Лука… А то, как то невежливо. Я твое имя знаю, а ты моё нет. Ты не разговорчива, сегодня. Ну, окей.

Он отвернулся к телефону, и стал набирать номер. В этот момент я высвободила руку. Схватила первый же предмет и со всей дури саданула его по голове. Это был кувшин или ваза, я не разглядела.

Та штуковина оглушила его и он упал на пол. Разбившись она посекла ему лицо осколками. Все было в крови. Ужасное зрелище…

Он лежит у моих ног без сознания и истекает кровью….

Я попятилась назад по осколкам… Смотрю на свои пальцы в крови и меня накрывает ужас.

Стекло разлетелось по всей комнате. Первой мыслью было бежать и как можно скорее… Я уже подошла к двери, но оглянулась назад. Он лежал в луже собственной крови и не двигался…

«Черт, а если он… Если я его…»

Меня трясет. Не могу даже мысленно произнести это слово.

Вернулась. Присела рядом и осторожно по плечу его треплю.

— Эй, как там тебя… Ты живой?

Говорю дрожащим голосом и чувствую, что меня тошнит от вида крови.

Он никак не реагирует. У меня сердце похолодело от осознания, что я натворила. Встала и только хотела сделать шаг назад. Как внезапно, этот гад, хватает меня с силой за ноги и валит на пол, притягивая к себе…

Пытаюсь сопротивляться, но он гораздо сильнее. Удерживает меня, пытаясь рукавом остановить кровь, что хлещет из раны на лице. У него большой порез на щеке. Встал и потащил меня за собой в ванную. Стоит, шатаясь, смывает кровь с лица.

Я прижата к нему и вынуждена смотреть на него. Он конечно, монстр. Даже не дрогнул от вида крови.

Вылил спирт на рану, пару раз промокнул салфеткой и оставил как есть.

Повернулся и смотрит на меня.

— Ты могла убить меня, чертова ты дура….

— Ты это заслужил!

— Твой папаша дорого заплатит за это, обещаю.

Я вырываюсь, толкая его локтем.

— Мне плевать. Тебе лучше держать меня сильнее, иначе я снова тебя чем-нибудь пырну, уже серьезнее! Я не вернусь домой!

Его не впечатлили мои угрозы. Он лишь усмехнулся.

Я дернулась, на секунду высвободив руку. Но даже шага не успела сделать, как он схватил меня за капюшон. Я вывернулась, оставив пайту с кепкой у него в руках. Но он не попался на этот трюк. Отбросил одежду в сторону и сбил меня с ног. Я упала на спину, прямо перед ним. Заколка что держала мои волосы отлетела в сторону и распустившись, волосы тяжелой волной упали мне на лицо.

В комнате повисла тишина…

Тяжесть его тела удерживает меня придавленной к полу. Его рука медленно и осторожно скользит вдоль моего лица. Он откинул мои волосы назад, но не отпустил их, удерживая в своей ладони. Склонился надо мной и пялится на меня лежащую перед ним, словно чокнутый извращенец…

— Ты… Рыжая. Я не знал этого….

— Отвали от меня, маньяк. И, кстати, я крашеная, так что слюни подбери!

— Я думаю ты врешь… Но это, я обязательно проверю.

Он молчит и снова касается моих волос, бережно поглаживая их пальцами. От этого пристального и совершенно неадекватного взгляда его темно-зеленых глаз, мне стало не по себе.

— Ты совершенно больной тип… Тебе лечиться нужно!

Он не ответил мне. Все еще удерживая меня за руку, набрал номер и сказал коротко:

— Это Лука. Я нашел ее…

Лука.

Пенная, горячая вода щедро льется мне на голову, на плечи и руки, смывая пыль и мерзость этого дня с моей кожи. Пытаюсь остудить свое перегретое сознание, но пока что, не выходит…

Сегодня, я купил человека.

Впервые.

И это не кто-нибудь. Я купил ее. Ту, о которой не мог не думать последние двадцать четыре часа…

Но сам факт, что я сделал это, заплатил за живого человека и хлопнув по рукам забрал ее жизнь себе, словно вещь, меня выворачивает. Отвращает от самого себя.

Я не наивный. Жизнь не была ко мне мягкой и я отвечал ей взаимностью. Бывало всякое. Легко могу выбить дурь из любого. Не боюсь испачкать кулаки в крови или же, плачу чтобы вместо меня это делали другие. В моем мире, это нормальная практика.

Но эта молоденькая девчонка не быковатый мужик и не пахнущая псиной, лярва, что продает себя подороже…

Нет, Сабина хоть и с гонором, но обычная девчонка. Малолетка, которой не повезло с отцом… Увы. У меня не было выбора. Она дочь «Лютого», этого куска дерьма, что понимает только язык силы или денег.

Я первым делом, как только вернул ее домой, пошел к Дарушу:

— Есть серьезный разговор. Деловой.

Цыган удивленно хмыкнул, взглянул на мое лицо, пялясь на рану на щеке. Он сразу понял, кто именно оставил мне этот шрам. Его это позабавило.

— То что малая тебе физиономию украсила, обыграв взрослого мужика как ребенка, не моя вина. Я щедро с тобой расплатился… Или о чем, разговор?

— Не о чем, а о ком. Как раз о ней. О Сабине. Я забираю твою дочь.

— Что?

— Я забираю ее себе. Женюсь на ней.

— Ты меня разыгрываешь, мать твою⁈ А ты не хочешь, сначала, спросить отдам ли я ее за тебя?

— Отдашь. За эту неделю, слух о том, что она сбежала с мужчиной, разнесся далеко. Теперь, за нее ты не получишь даже десятую часть того, что хотел…

— Это мы еще посмотрим.

— Нет. Ты меня не понял. Я не спрашивал у тебя разрешения. Просто предупредил тебя. Как отца.

Цыган сел обратно в кресло и смотрит себе на руки. Затем, решительно хлопнул себя по коленям, встал и говорит:

— Чертов Лука, все у тебя не как у всех! Прав ты или нет… подумать есть о чем. Дурного я о тебе не слышал… Добро! За тебя, отдам… Но только, все по-людски сделай! Даже если она и не…

Он запнулся и понуро опустил голову, сжав кулаки… Пауза, вызванная не столько переживанием по поводу дочери, сколько мыслями, не прогадал ли он в бабках.

Я встал, показывая ему, что тороплюсь.

— Мое слово ты знаешь. Короче, не вижу смысла растягивать это. Как и оставаться Сабине, здесь, даже на сегодняшний вечер. Пусть собирается.

— Сейчас? Так просто, значит… Удивил ты меня. Что ж, впору радоваться… Но черт, привык я к ней… Ну решил, забирай тогда! Но, приданое ее, только после свадьбы получишь….

— Мне не нужно ничего. Оставь себе, как откуп за хлопоты.

Он нахмурил лоб и сжал губы. Не ждал и этого. Отвернулся от меня и тяжело ступая по лестнице, заорал громко, призывая сына.

— Степан! Веди сестру сюда!

— Она закрылась на замок, гадина!

— Вот, бесова девка, я сейчас…

— Оставь ее. Я сам с ней поговорю.

Я поднялся наверх и постучал в дверь ее комнаты. Она не открыла. Послала меня туда же, куда и братца. Я взял топор и высадил замок. Открыл дверь и вошел.

Сабина сидит на кровати и взволнованно смотрит на меня загнанным волчонком, снизу вверх. Переводит возмущенный взгляд с топора в моей руке, на меня.

Я кинул ей на постель ее рюкзак и сказал коротко:

— Собирайся.

— Что? Нет, отвали!

— Ты едешь со мной. Бери, что хочешь. Только в темпе.

— Иди к черту!

— Повторяю, последний раз. Ты, теперь, со мной. Я говорил с твоим отцом. Он согласен. Здесь, ты больше не живешь. Забирай все, что тебе дорого, сейчас. Ты не вернешься сюда, больше…

Смотрю как в ее глазах застыли недоумение, страх, возмущение. Дрожащие губы силятся сказать очередную брань. Но она сдерживается. Не из осторожности, от отчаяния. Осознала, что ее продали. То, чего она так боялась, произошло. И именно я стал тем, кто ее купил.

Да, уж… если до этого она меня просто не выносила. То теперь, она меня хорошенько так возненавидит.

Ведь, именно я прогнал ее зарвавшегося пиздюка, показав ей, чего его любовь стоит. Именно я нашел ее и вернул обратно к отцу.

И после всего, купил ее, словно вещь…

Сабина сжалась, опустив голову. Недоверчиво качает головой и глаза налились слезами. Отодвинулась к стене и кричит, возмущенно срываясь на слезы:

— Папа!

Вошел Степан.

Мгновенно ее личико преобразилось и она крикнула ему гневно:

— Иди к черту! Я не тебя звала…

— Отец не придет, Сабин. Он передал, чтобы ты слушалась Луку и шла с ним. Ты теперь, его забота. Собирайся…

Я смотрю как ее дрожащие, тонкие пальцы с силой впились в обод кровати.

Прощание затягивалось. Решил разом прекратить это.

Взял ее рюкзак, побросал в него все ее вещи, что видел. Через пару минут, сборы были окончены. Я подхватил ее под руку и решительно потянул за собой к выходу. Но путь это оказался непростым.

Девчонка орет, отбиваясь от меня как злобный хорек, но мне все равно. Не понимает, что я для нее, еще неплохой вариант. Все могло быть гораздо-гораздо хуже…

Выволок ее на улицу и буквально, затолкал в свою машину.

Когда пристегивал ремень мне пришлось, буквально, удерживать ее силой на месте. Руки проскользнули вниз, касаясь ее девичьих бедер. Ее тонкие пальчики мгновенно отреагировали. Взгляд по-прежнему испепеляет меня мрачно, но на щеках, вижу, вспыхнул румянец. С силой оттолкнула мою руку от нее, дышит глублоко и часто.

Мне понравился этот ее жест. Что-то в нем было целомудренное, если это вообще применимо к ней. После всего, что было…

Заметида что смотрю на нее и тотчас скрыла свое лицо за капюшоном и кепкой. Я позволил ей это. Только сейчас, ненадолго… Избавлюсь от этой ее мерзкой, мешковатой одежды, сразу как только мы приедем.

Я защелкнул замок, глядя ей в лицо. Мой подбородок прямо над ее взволнованной грудью. Задержал на секунду взгляд на ней. Девчонка отвернулась, но перед этим, ее взгляд задержался на моих глазах, отчего она покраснела. Я проверил ремень и заблокировал ее дверь, чтобы лишить ее искушения выпрыгнуть из машины на ходу.

Сел за руль. Она не смотрит в мою сторону. Отвернулась к окну, молчит.

Я тоже не говорю ничего.

Смысл? Нужно время. Причем, нам обоим…

Завел машину, поехали.

Привез ее домой. С тем, чтобы она вышла из машины, тоже пришлось повозиться.

Тяну ее наверх в ее комнату. Она сыплет проклятия и отказывается идти, лягаясь как припадочная телка. Пару раз, почти попала коленом в пах.

Мама Гуля выскочила из спальни на шум и крики. Увидела орущую девчонку со мной и нахмурилась.

Я сказал ей уйти обратно к себе. Впервые я говорил с ней так резко, вроде, как с прислугой.

Гуля послушалась. Ушла, обиженно отвернув голову.

«К черту! У меня сейчас, есть заботы и посерьезнее…»

Завел Сабину в комнату и закрыл дверь изнутри… Толкнул ее в кресло, кинув ее рюкзак рядом на пол.

Эта змеюка малая сидит и шипит на меня без остановки:

— Если ты меня пальцем тронешь, я убью себя или тебя!

Я провел рукой по волосам и сел в кресло у входа, отдохнуть и отдышаться. Делаю глубокий вдох и глядя на нее, произношу максимально спокойно, но твердо:

— Все сказала?

— Ты кто, извращенец? Не нашел тетки себе по возрасту⁈ Я не буду с тобой спать, лучше из окна выброшусь!

— Неа, не выйдет… На окнах этой комнаты, решетки. Перестань орать. Заткнись на секунду и выслушай меня.

— Я, Н Е Х О Ч У! Слышал меня⁈ Отвали, уже!

— Нет. Сначала мы поговорим. Я не враг тебе. Итак… Начнем с начала… Прежде всего…

— Ты оглох? Мне плевать! Я не слушаю твой бред! Ты не въехал⁈ Я не останусь здесь!

— Еще как останешься. И послушаешь. Так, вот… Сабина… Как я и сказал, меня зовут Лука. И теперь, ты будешь жить со мной в этом доме.

— Нет! Никогда!

Я подошел и наклонившись к ней, приложил пальцы к ее губам.

Она не ожидала этого жеста и наконец, замолчала.

— Вот, так лучше. Сабина… Я не горжусь тем, что мне пришлось забрать тебя из семьи, так… Но это в прошлом. Твой дом, теперь, здесь. Привыкай. Не дворец, но тебе понравится…

Сабина облизнула высохшие губы и снова зашипела на меня:

— Бла… Бла… Повторяю для тупых… Мне плевать на твой дом и тебя, вместе с ним! Сдохни! Гори в аду! Я тебя ненавижу!

— Мне все равно, что ты думаешь и говоришь, сейчас. Это ничего не меняет. Когда я говорю, что это твой дом. Значит, ты здесь хозяйка. Поняла? Что до остального… Я не извращенец и не сексуальный маньяк. Я не собираюсь насиловать тебя или приставать к тебе… Дам тебе время привыкнуть ко мне и наоборот… И напоследок, хорошо так, запомни. С той секунды как ты переступила порог этого дома, мое слово для тебя, закон. Ты не кричишь, не сквернословишь и не споришь. Я говорю, ты делаешь. Все просто.

— Я тебе не долбанная рабыня!

— Нет, ты — моя будущая жена.

Как только я произнес эти слова, ее глаза распахнулись и рот приоткрылся в изумлении. Она откинулась назад в кресле и вся сжалась, словно ожидала удара. Перспектива стать моей женой, явно не обрадовала ее. Ее лицо накрыла мрачная тень и глаза, словно потухли…

— Дом, покажу утром, а сейчас, отдыхай. Если что-то понадобится, говори моей домработнице, маме Гуле, она передаст все, мне. Гуля, знает об этом доме если не все, то многое. Она принесет тебе поесть, если ты голодна.

— Подавись своей жратвой, гад вонючий! Я не куплюсь на твой голос добренького дяденьки, извращенец чертов! Я не выйду за тебя, скорее, повешусь.

— Выйдешь. Фактически, ты уже, моя жена. Свадьба, что состоится очень скоро, это просто формальность. Так что, чем раньше ты привыкнешь к этому факту, тем проще будет нам с тобой общаться.

— Ни фига! Ты чокнутый маньяк, я сбегу от тебя!

— Нет, не сбежишь. Идти, тебе некуда. Но об этом, ты лучше меня знаешь.

Она смотрит на меня и вижу как в ее груди застряли слова и ее бьет истерика. Я сел рядом с ней, но она отвернулась. Произнесла лишь одно слово, скорее устало, чем в гневе:

— Уйди…

Я решительно покачал головой.

— Нет. Здесь, все решаю я. Помнишь? И вот еще, что…

Я протянул руку и надел ей на палец помолвочное кольцо с небольшим камнем. Сабина вырвалась и глядя на колечко на своем пальце, отшатнулась назад. Мгновенно сорвала кольцо с руки и отшвырнула его под шкаф.

— Нет! Ты меня не заставишь, гад!

Я встал и молча прошел к двери. Обернувшись, я сказал ей:

— Захочешь выйти из комнаты, найдешь кольцо и наденешь его обратно на свой палец или останешься в комнате голодная.

— Лучше, сдохнуть от голода!

— Нет… Ты избалованная и не привыкла терпеть. Могу поспорить, что завтра ты его наденешь… Мама Гуля очень вкусно готовит. Тебе понравится.

Обернулся и смотрю на ее бледное лицо и мрачный взгляд. Она все еще злится, но сейчас, она уже не в таком отчаянии, в каком пребывала еще час назад.

Вышел из ее комнаты и запер за собой дверь. В общем, я был доволен тем, как прошел наш первый разговор. Она успокоилась, это главное.

А вот я, напротив. Сейчас, я был уже совсем не так уверен в правильности принятого решения. Справлюсь ли я с этой капризной и дикой кошкой? Еще днем, мне казалось это более простым делом. Но теперь, чувствую невероятное сожаление, что так усложнил свою жизнь.

«Стоит ли она того?»

Я клял себя за минутную слабость и потерю связи с реальностью.

«Но был ли у меня шанс, поступить иначе?»

Тогда, днем, когда Сабина повернулась ко мне, распахнув огромные глаза и ее волосы тяжелой, золотой волной упали ей на лицо, я думал что брежу. Такой охуенный вид у не был в тот момент, я дар речи потерял…

Даже трогая пальцами ее волосы, не мог поверить, что она реально такая… Совершенно бесподобная. Невероятная, как мечта…

Хищное, непреодолимое желание обладать ею, возникло у меня, немедленно и пустило свои корни очень глубоко и серьезно.

Девчонка эта, словно алмаз, который я случайно вымыл в песке… Хотел без промедлений забрать ее себе. Никуда и никому не отвозить. Чтобы ни одна душа не знала, где она. Где мы оба… Утащить ее в свою пещеру и спрятать от всех…

Как только я увидел ее огненные волосы, для меня прежнего, все было кончено. Мои похотливые, хаотические мысли о ней и то желание, что она вызывала во мне все эти дни, соединились в конечный образ.

«Я забираю ее!»

Эта фраза прозвучала в моем сознании, как только пальцы коснулись ее красновато-рыжих прядей.

Я не хотел ее покупать, словно девку… Но это был единственный способ забрать ее из того проклятого дома. Теперь, я не мог ее отпустить. Не собирался с нею расставаться, даже на час.

Родион Даруш не зря волновался не прогадал ли он, отдавая дочь за меня… Если бы он только знал, что чутье не обмануло его.

За эту девчонку я отдал бы ему все…

Все.

Сабина.

— Все нормально?

— Хмм… да.

— Если что-то не так, сразу говори!

— Ясно… Скажу.

— Продолжаем?

— М… угу.

«Достала… Зачем переспрашивать, если ты, изначально, не доверяешь мне?»

Камила… Стилист или вроде того. Мнит себя гуру моды — «я училась на дизайнера в Европе… мне доверяют лучшие…»

Зануда и фальшивка… К тому же у нее башка забита словечками вроде «ресурсный вайб» и «токсичный лук»… Хочу чтобы эта гламурная глиста, нанятая Лукой, отвязалась от меня. В его унылом доме, она со своим парижским шиком, как НЛО. Принесла мне кучу шмоток, обуви… и нижнее белье.

«Спасибо, но трусишки я и сама себе в состоянии выбрать…»

Тот гад, Лука, не шутил. Всерьез взялся за меня. Но и я не сдамся так просто.

Лука Гасанов…

Еще пару дней назад я о нем и не знала ничего. Вспоминала, лишь в связи с тем, что врезала ему по яйцам и позже, исцарапала его новую «бэху»…

Но теперь, я здесь. Живу вроде как, у него…

Он ненормальный.

Видит меня третий раз в жизни и с серьезной физиономией заверяет: «ты — хозяйка здесь».

«Ну да! Если ты купил себе девку, она вовсе не хозяйка, а шлюха с привилегиями, в полной твоей собственности…»

Мой брат, Степан, гаденыш, небось, до сих пор бухает от радости. Помню его рожу довольную:

«Собирайся давай, Сабин. Не жди. Отец не придет!»

Продали меня как чертову куклу… Как шлюху, на радость «синей бороде»…

Только попав в дом Луки, я поняла кто именно купил меня. Его фамилия — Гасанов, печально известна среди местных девиц. Прозвали его «синяя борода», потому что он жадный как крот и бабы от него бегут как от маньяка…

Ни одна не задержалась дольше месяца. Эта сказочка, не про щедрого папика… К тому же, там скелетов в шкафу столько, что лучше не лезть…

А отец, взял и продал меня этому мутному типу. Представляю, как Зарина рада моей подставе… Тупая дура. Короче… Задолбало все.

Раздраженно смотрю на яркие шмотки в стиле гламурной кисы, что набросала мне эта «дизайнерша». На меня ей плевать. Болтает по телефону с кем-то…

Посылаю все на хер и ухожу. Поднимаюсь наверх по лестнице в свою комнату. Закрылась на замок. Стянула с пальца чертово обручальное кольцо и кинула в ящик стола.

Да, ношу помолвочное кольцо.

Чертов Лука, оказался прав. Как только с утра запахло выпечкой на весь дом, я не выдержала. Ведь, сутки не ела ничего. Натянула это дурацкое кольцо на палец и решила спуститься в столовую.

Вышла из комнаты — никого. Тихо. Словно издевка над моим голодом, повсюду аромат свежей сдобы с корицей.

Спустилась вниз. В кухне, только та его прислуга. Гуля.

Огромный стол в центре и ряд стульев, мебель дорогущая. Я знаю, у Зариповых похожую видела, но здесь, круче… Несколько больших блюд стоят с моей стороны. Как в ресторане, прикрыты серебристыми крышками.

Я молча села за стол. Поочередно поднимаю крышки и с любопытством разглядываю, что в тех тарелках. Пахнет аппетитно. Гарнир из риса, салат, мясо с овощами, закуски и творожный пирог… Взяла себе всего понемногу.

Ем. Неплохо. Даже вкусно. Лука не соврал. Эта его повариха вкусно готовит. Наелась и вернулась к себе в комнату. Так же молча, как и пришла.

Сам хозяин, к счастью, мне не встретился.

Позже, когда вышла погладить пса в вольере, охранник сказал, что Лука уехал в другой город, еще утром.

То, что Лука свалил, отличная новость. А я думала он будет меня доставать как в первый вечер: «слушай меня…. я здесь закон, бла… бла… делай как я сказал…»

Я по прежнему одна в огромном чужом доме. Вторые сутки пошли как я здесь.

Обошла всю усадьбу Гасанова…. Никто меня не останавливает и никто не контролирует. Могу делать что хочу…

Только, вот в этом проблема. Я ничего не хочу. Здесь, не мой дом. Мне нечего здесь делать.

К отцу, тоже не вернусь. После того как он меня продал «синей бороде», ни за что! Да и там, точно, не лучше.

«Дерьмо…»

Камила, свалила. Кроме меня в доме пара охранников и Гуля. Ненормальная домработница Луки… Но ей, нет до меня дела. Она целыми днями полирует вещи хозяина. Я так и не поняла до конца, она его любовница или мамочка? Странная тетка…

Андрей слился, как слабак. Свалил и оставил меня наедине с этим ненормальным маньяком. Этот его малодушный поступок мне будет сложно забыть. Доверилась ему, как лохушка последняя. Хотела всю жизнь прожить с ним вместе… Верила, что мы поженимся.

«Вот, дура…»

Но… в глубине души, я не виню его. Когда тебя хотят отпиздить два амбала, обещая переломать ноги, ты делаешь то, что скажут. К тому же, наша с ним совместная неделя была тем еще испытанием…

Вспоминаю и злюсь еще больше. Я скучаю по своему парню, но больше не верю в нас.

Андрей хороший мальчик из правильной семьи. Мамкина сыночка-корзиночка. И гадство в том, что его это устраивает. В любом случае, если сбегу, меня найдет этот придурок, Лука…

А он, совершенно ненормальный. Ему плевать на меня. Лука помешан только на моей внешке…

Была мысль, пока его нет дома, побриться налысо, чтобы обрадовать говнюка… Представляю рожу Гасанова…

'Ты — моя будущая жена… Фу. Ну да, сплю и мечтаю чтобы меня сношал какой-то престарелый мужик!"

Скорее я толстожопому сыну Зариповых отдамся. Он, как минимум, мой ровесник… Высокий дятел, в волейбол играет. Да, Деня тупой, как кубик «лего», но зато с него песок не сыплется, как с Луки…

«Интересно, сколько Гасанову лет? Сорок? Шестьдесят? Фу… На что он рассчитывал? Что меня очаруют его бабки?»

Я все еще в своем худи. Гуля пыталась выбросить мою одежду, как Лука ей приказал. Но я не отдала. Гуля не решилась спорить, пока хозяин не вернется. Мне понравилось, то как она держит дистанцию со мной. Тут, Лука, не соврал. Ко мне все относятся, как к хозяйке. Никто не перечит. Не учит жить. Не заставляет делать то, что я не хочу… Говорят, только когда я о чем-то спрашиваю. Кайф… Да, за ворота и на улицу, мне нельзя. Но весь дом и участок с садом вокруг, полностью в моем распоряжении…

И псина. Малыш Ахиллес — мой любимчик и моя единственная радость. С ним я провозилась целый день.

Но в общем, скукота… Звонить некому, новостей нет. Поговорить не с кем. Брожу по пустому дому. Я уже была везде, даже в кабинете Луки. Та же скука. Все вполне ожидаемо. Большой дубовый стол и куча документов.

Сегодня, как и вчера, к нему приходил его юрист. Скользкий тип, глазки маленькие близко к носу. Шуршит как змея папками своими. Тихо ушел — тихо пришел. Он все за Луку делает. Даже самые простые счета из магазина на нем… Видимо, ему «синяя борода», щедро платит.

В кабинете Луки нет ни личных фото, ни его вещей. Вся обстановка нейтрально-занудная, без эмоций и воспоминаний. Как в гостинице. Куча журналов с ретро тачками. Прайсы на автомобильные запчасти…

Но был один момент удивления. Когда я нашла в его столе детские книжки для чтения.

«У Луки есть ребенок?»

Если и есть, то ему не больше пяти-шести лет. Книги эти, для совсем малых… И странное дело, там же, были советы от врачей: логопед, нейропсихолог, дефектолог… Все это лежит в папке его юриста…

«Может, Лука в разводе и его бывшая не дает общаться с ребенком? Или его ребенок болен?»

Чем больше узнаю, тем больше вопросов…

Не знаю, кто эта бывшая, но могу ее понять. Я бы тоже ушла. Лука ненормальный и дом у него странный. Холодный. Вроде, все есть, но это не дом… Все дорого, но стерильно, как в больнице. Никаких личных, памятных вещей, ничего. Маньячный дом, мурашки от него.

Сижу в кресле Луки и заметила ключи на крючке в нише. Подошла и покрутив их в руке, задумалась. Автомобильный значок…

«Гараж! Там я еще не была…»

Спустилась вниз и хотела открыть дверь, но было заперто. Засов с огромной шайбой… Без шансов вскрыть.

Вспомнила, что в доме отца, мы входили в гараж из дома.

«Может и у Луки есть такая дверь?»

Осмотрела все помещения, ничего. Осталась кухня. Дождалась когда Гуля уйдет и пробралась в столовую.

Бинго! В самом углу, незаметная, стальная дверь. Ключ идеально подошел к замку. Проскользнула внутрь. Иду по темному коридору на запах машинного масла и чего-то еще…

«Не пойму, что за запах… Женские духи? Знакомый аромат…»

Шум льющейся воды, меня заинтересовал.

Пробралась в само помещение. Там несколько комнат расходятся от одной главной.

Посредине зала, стоит какая-то блестящая тачка под тентом. Освещение над ней как в музее. Гасанов, ярый коллекционер старинных тачек. Теперь ясно, почему он не женат. Он надрачивает на редкие автомобили. Ну, или не только на автомобили…

Я прислушалась и замерла где стояла. В приоткрытой двери одной из дальних комнат заметила свет и очень характерные звуки.

Кто-то жарко трахается. Я подошла ближе, скрывшись за нишей и заглянула в комнату.

Камила… Стоит послушной самкой у дивана, а сзади ее резво так трахает Лука. Никуда он не уехал. Хитрый гад. Заперся в своей пещере, как маньяк и тихо следит за всеми… У него явно «не все дома».

Я укрылась за стеной ниши и наблюдаю издалека. Они меня не видят.

«Дизайнерша» пытается «играть» лицом, услужливо улыбаясь, даже когда ее жестко ебут…

«Вот дура. Ему это совершенно безразлично…»

Лука, обнаженный по пояс, возвышался над ней и придерживая ее за задницу, просто всаживал ей по полной, резко и безэмоционально. Словно диван трахал. Даже не смотрел на нее. Его голова откинута назад и глаза закрыты.

Как завороженная я залипла на его взмокшем, оголенном торсе. Рассматриваю его тело, даже, с интересом… Его сильные пальцы впились в плоть ее бедер. Ягодицы сокращаясь прижимаются все ближе к ней. Его толстый член, ненадолго замирая погружается в нее все сильнее, ритмично впечатываясь яйцами в ее задницу.

Я сжала руки не понимая что со мной. Заметила что дышу глубже и внизу живота появилась дрожь и очень знакомая тяжесть.

«Меня это возбуждает?»

Очевидно, да. Моя киска дрожит и во всем моем теле вспыхнул внезапный жар.

Я облизнула губы и сама не заметила, как моя рука проскользнула между ног. Ладонь с силой сжала мою киску, вызвав сладостный рой мурашек по всему телу…

Закрываю глаза, кусая губы и чувствую как внутри меня нарастает жар возбуждения. Облокачиваюсь на стену и пытаюсь успокоиться.

«Стоп. Я не нимфоманка, как этот ненормальный… Просто, немного сбита с толку от неожиданности…»

Убрала руку в сторону, сжав пальцы в кулак с силой. Вернулась к стене и подсматриваю за ними, снова. Я заинтригована, смущена, возбуждена, но не могу перестать смотреть.

«Хм… Лука… не такой уж и старый…»

Его руки с красивым рельефом, смуглые и жилистые. Грудь, тоже прокачена, но не перекачена. Все в меру. Плоский живот с рельефным рядом мышц, дорожкой черных волос ведет к его огромному херу… Каждый раз когда он ненадолго высовывал его из щелки этой гламурной телки, не могла не заметить, что размер его елдака, совсем немаленький…

Камила стонет театрально и громко. То ли играет, то ли и вправду кончает так, словно сейчас умрет…

Вот это развлечение, по мне… Больше, мне не скучно. Никогда не видела как ебутся вживую. Пару раз я заставала мою подругу Алену с ее парнем, но это была лишь секунда. Когда не закрыв замок, они трахались в его ванной. Но чтобы наблюдать весь процесс вживую, так откровенно и открыто — нет.

Наконец, негромко охнув, Лука кончает. Он опустил голову и выждав немного, опершись на стену ладонью, отстранился. Да, теперь я видела его член полностью. Даже чуть обмякший, его размер впечатлял. Лука повернулся спиной, демонстрируя свою красивую спину, плечи и упругую загорелую задницу. Не сразу поняла что именно он делает. Пока он не скинул презик с писюна в контейнер, неподалеку…

«Боится детишек наделать?»

Игнорируя обнаженный зад Камилы, он скинул брюки и боксеры на пол. Полностью обнажившись, он неторопливо прошел в соседнюю комнату, расслабленно прикрывая член ладонью. Не стану врать, забылась и засмотрелась на него в этот момент.

Слышу шум воды. Видимо, это ванная комната.

Камила приподнялась с дивана, разочарованно оглядываясь в поисках своей одежды. Неторопливо натянула свое платье, вытирая бумажными полотенцами «кормилицу» и подошла к двери ванной. Стучит и говорит с ним тихим, заискивающим голосом:

— Лук… Лукьян Рустамович… Мне приходить к вам, завтра?

Что он ответил, мне не слышно. Но она, снова отвечает ему.

— Хорошо. Буду в это же время.

Лука, снова говорит ей из-за двери. И вероятно, речь обо мне. Дизайнерша капризно нахмурила лоб, но все также послушно отвечает ему:

— Я была занята подбором ткани и не заметила когда она ушла. Этой девице следует привить вкус… Что? Извините. Конечно… Я сказала это не подумав. Этого больше не повторится. Прошу прощения. Я непременно принесу что-то другое. Да, до завтра…

Шум воды прозвучал громче, поглотив это ее «до завтра…»

Камила прошла к столу и взяла нехилую такую пачку денег, предварительно пересчитав их, быстро шевеля коготками. Положила привычным жестом купюры себе в сумочку, защелкнув ее. Подойдя к зеркалу, она поправила волосы. Затем, повернулась в сторону ванной комнаты, где принимал душ Лука и показав запертой двери средний палец. Усмехнулась и пошла к выходу, уверенно ступая на высоких на каблуках.

Я прыснула от смеха, но спешно прикрыла рот, чтобы не выдать себя.

Качаю головой, презрительно глядя на нее.

«Дешевка. Тебя никто не принуждал приходить и давать трахать себя как безвольную овцу. „Фак“ показала, типа крутая, но бабки взяла… Типичная шаболда продажная, в дорогих шмотках.»

Через минуту я вернулась в столовую заперев дверь. К счастью, меня никто не видел.

Запомнила время.

Не знаю зачем мне это, но ни за что не пропущу завтрашний приход Камилы. Лука снова будет трахать «дизайнершу» в это же время… И я, хочу это видеть.

На следующий день все повторилось.

Пришла Камила. Смотрю на нее с вызовом. Она меня не волнует и ее болтовня, тоже. Одна из девок Гасанова, не будет мне указывать как мне жить и как одеваться.

«Должна ли я ревновать или беспокоиться? Ведь Лука, типа, мой будущий муж…»

Нет, мне фиолетово в кого он тыкается своей громадной елдой. Уверена, эта Камила у него, далеко не единственная.

Лука, смазливый тип. К тому же, на шлюхах он явно не экономит.

Хотя… Не уверена, что все бабки предназначались ей лично. Дизайнерские шмотки, что она сегодня принесла в пакетах от самых известных брендов, немало стоят. Их, точно оплатил Лука.

«Синяя борода» расщедрился? Все из-за своего фетиша? Вот ненормальный. Я точно что-то сделаю со своими волосами, чтобы подпортить ему кайф."

Как и вчера, я отказалась менять свою одежду. Ничего не примеряла. Слушала в пол-уха ее болтовню. Хотела чтобы Камила поскорее закончила все дизайнерские дела и спустилась вниз к нему.

Наконец, она «ушла».

Я выждала десяток минут и пробралась в столовую.

Открывая дверь, заметила, что я так взволнована ожиданием, что ладони вспотели.

Тихо иду в главный зал. Приглушенный свет скрывает меня от всех. Да слышу ее духи. Камила, уже здесь.

Подошла неслышно и осторожно посмотрела в их сторону.

Лука сидит в кресле, его рубашка расстегнута. Вижу его загорелую, накаченную грудь и рельефный пресс на животе. Камила стоит на коленях у его ног. Толстый член Луки у нее во рту.

Они чуть ближе ко мне и мне их отлично видно. К моему удивлению, у него почти нет татуировок. Одна надпись под рукой на ребрах. Вторая на ноге, сзади.

Но, тем не менее, он эффектно выглядит, как для старпера….

Снова чувствую невероятною тяжесть внизу живота. Сжимаю ноги, силясь с искушением запустить руку себе в трусики.

Смотрю на торчащий мокрый член Луки и мой рот переполнен слюнками.

Но я отвлеклась на кое-что более интересное. Заметила новую деталь, что перевернула его образ в моем сознании.

Мое внимание привлек пирсинг. Только заметила. Пирса в его левом соске меня удивила. Но вот вторую я увидеть не ожидала. Там. На его члене.

Приглядевшись, поняла, что не ошиблась. Под головкой члена в районе уздечки, характерный серебристый блеск.

Как по мне, это безумие, но и… нереально сексуально…

Факт что у Луки пирсинг в таком чувствительном месте, мгновенно возбудил меня.

Я смотрю на них, инстинктивно, не задумываясь, сжимаю с силой одну грудь. Поглаживая возбужденные, твердые бугорки моих сосков, дышу все громче. Легкая, приятная дрожь пробежала по моей спине.

На секунду я замерла. Лука прервался и встал. Возвышаясь над ее головой, властно удерживает ее за плечи. Затем, продолжает трахать ее рот своим членом, стоя. Не оставляя ни малейшего шанса для ее инициативы.

Меня настолько завела эта сцена, что я не стала сдерживаться. Сползла вниз и присев у края стены, запустила руку под трусики. Я стала ласкать себя, глядя на Луку и его девку.

Слышу ее мычание и хлюпающий звуки идущие с их стороны. Представляю как толстый член Луки погружается в ее рот. Беззвучно охаю, мои пальцы все резче скользят по моей возбужденной, ноющей киске.

Я прикрыла глаза. Он скоро кончит. Я слышу как часто и прерывисто он дышит.

Лука громко хмыкнул и я открыла глаза.

Член Луки возвышается над головой Камилы и в этот момент его сперма выстреливает ей на лицо и в открытый рот.

Меня трясет от переизбытка возбуждения и я падаю на спину, не в силах больше сдерживаться. Я сильно кончаю, выгибая спину и кусаю губы, чтобы стон не выдал меня.

Пару секунд и я прихожу в себя. Стараюсь дышать ровно. На моем лбу выступил пот…

Лежу на ковролине в полутьме и в моих глазах вспыхивают салюты, а все мое тело содрогается от сильнейшего оргазма, который испытала только что. Я и раньше мастурбировала. Но никогда не ощущала ничего подобного…

Мои волосы выбились из под капюшона и упали на лицо. Я поднялась с пола, откинула их назад и снова накинула капюшон. Подошла к стене, смотрю.

Ничего не происходит. Лука расслабленно сидит в большом кожаном кресле и спокойно смотрит на свои руки, что властным жестом лежат на его коленях.

Его рубашка по прежнему расстегнута, демонстрируя мне его загорелую грудь, пирсу и татушку на ребре. Его брюки застегнуты, видимо, в душ он не собирается на этот раз…

Камила стоит недалеко. Топчется на одном месте, поправляя прическу и ожидая чего-то. Говорит ему:

— Я могла бы снова с ней поговорить…

— Нет. Больше не приходи. Сам позвоню, если что-то изменится.

Она явно разочарована. Но послушно кивает. Взяв с края стола конверт, разворачивается и уходит, произнеся нелепое «до свиданья».

Лука не повернул головы в ее сторону. Он по прежнему сосредоточенно смотрит вниз. Сжал руки в кулаки, сплетя их замком, словно обдумывая нечто серьезное. В какой-то момент он выдохнул, откинул голову назад и закрыл глаза.

Я решила, что сейчас, лучшее время чтобы уйти незаметно. Делаю шаг назад и слышу за спиной свое имя.

— Сабина…

Замираю.

Голос Луки.

— Тебе понравилось то, что ты видела?

Я вспыхиваю и не разбирая дороги со всех ног несусь к двери. Толкаю ее и лечу в свою комнату не чувствуя опоры под ногами. Лишь когда дверь в мою комнату захлопнулась я села на пол и зажмурилась.

'Черт! Черт! Идиотка! Я должна была об этом подумать, в первую очередь… Раритетная машина за пол ляма… Естественно, там обязаны быть камеры! Значит… Лука меня увидел вчера и… Ох, нет! Сегодня он снова посмотрит запись и… увидит меня, когда я кончала… Нет, я умру со стыда!"

Встаю и еле передвигая ногами обессилено падаю лицом на кровать и ору в подушку. Закрываю глаза и стараюсь ни о чем не думать. Но в моей голове повторяются его слова:

«Сабина… Тебе понравилось то, что ты видела?»

…

Лука.

Подхожу к машине.

В бликующем автомобильном стекле вижу себя. Недолгий ироничный взгляд на свое отражение.

Хмыкнул недобро, повернувшись той щекой, где рана. «Красивый» шрам оставила злючка рыжеволосая. Как и во всем что ее касается — Сабина и в этом не разочаровала.

Сегодня сняли швы. Врач что меня штопал, с серьезным лицом, почти трагически объявил, что "шрам останется.'

Слушаю его в пол-уха. Меня это совершенно не волнует. Если бы решал я, то сделал бы его еще уродливее. Меня и до этого подбешивала моя внешность. Этот шрам стал тем самым другом, которого мне не хватало.

Сижу в машине рядом с водителем. Слышу шум игры, в которую он залипает все время. Ждет когда я определюсь с маршрутом. Путь не близкий. Он должен отвезти меня в соседнюю область. Открываю еще одну точку. Но настроение дрянное. Нет никакого желания заниматься делами. Но и домой ехать не хочу.

Решил переиграть по-своему. Вернулся домой. Дал понять охране, что для всех «меня нет». Не хочу чтобы домашние, знали где я.

«Домашние»…

Сижу и смеюсь над собой. Какая-то мелюзга за пару дней выжила меня из моего дома. Прячусь от этой занозы, Сабины, в своем бункере.

«Отпустить ее? Ни за что. Нет. Не хочу. Но и рядом с ней, не закипая от гнева, пока что не могу быть. Это моя злобная кошка, осталось придумать как ее приручить…»

Потягивая обжигающе терпкую, янтарную жидкость, перебираю пальцем грани стакана. Снова пялюсь в планшет на нее. Камеры у меня по всему дому. Это неплохое развлечение на то время, пока не придумаю, что мне делать с этой чертовой рыжей куклой.

Девчонка быстро освоилась. Свободно ходит по дому. Даже секундной паники нет.

Сейчас, она в моем кабинете. Крутится в моем кресле… Вопрос о том, можно ли ей было в мой кабинет входить — риторический.

Ящик закрыт, но не для нее…

«А вот и отмычка в ее ловких пальцах.…»

Даже смотреть больно как она ножом по полировке чиркает.

«Да, к черту мой итальянский стол за сто штук…»

Когда она достала серую папку с заметками врачей, я немного напрягся.

«Уф, а вот это, я бы не хотел чтобы ты видела…»

Да на мозгоправов у меня денежки исправно утекают. Только не помогло это… Пусть смотрит. Все равно не поймет. Но рано или поздно, сама узнает.

Ее позвали спуститься вниз. Глаза в пол и лицо тотчас нахмурила. Поправила кольцо на руке и пошла. Не снимает мое кольцо. Хотя меня нет рядом, могла бы и не делать вид…

Пришла дизайнерша-стилистка с отпадной задницей. Камила. Я уже и забыл что нанял ее. Помню только почему нанял. Ее загорелая фигурка, очень неплохо смотрелась на столе, когда я отымел ее, прямо там в своем офисе после собеседования.

Сабина игнорирует ее. Не слушает, отвернулась. Но здесь, я на стороне моей злюки. Камила, стала в позу «ты никто, слушай сюда». Соперничает с малолеткой. Зачем ей это? Смотрит сверху вниз. Что слова, что жесты, наигранные, фальшивые. Не удивлен что девчонка взбрыкнула и ушла.

Злюсь. Вот и верь блестящим рекомендациям после этого…

«Манерная и недалекая. Тебе, шлюшка, не за это, довольно щедро платят…»

Но…. я лицемерю. На собеседовании, Камила неплохо проявила себя. Во всех смыслах. Воспоминания о нашем сексе разогрели мысли и яйца. Не против и сейчас чуть развлечься. Набрал ее и попросил спуститься ко мне. Она охотно согласилась.

Вошла и даже пары слов не сказала. Улыбнулась и сразу опустила бретельки платья. Я подошел к ней. Обхватил пальцами ее обнаженную грудь и опустил руку вниз. Отодвинул её трусики, настраивая ее киску на дружелюбный лад. А затем, просто отымел ее там, где был. В моем личном, подземном гараже.

Камила была послушной, очень вежливой и очень болтливой. Утомила быстро. Пожалел, что не заткнул ей рот моим членом, прежде чем она стала говорить.

Оставшись один, прилег на диван и проспал пару часов после душа и отличной разрядки.

Проснулся в два ночи…

Разогрел бургер и потянулся за планшетом. Хотел посмотреть, чем занималась дикая рыжая кошка в мое отсутствие.

Но… Начиная с того самого момента как Сабина взяла ключи от гаража, я забыл про бургер. Откусываю булку не чувствуя вкуса и не могу оторваться от того, что вижу на экране.

Девчонка была здесь. Стояла и смотрела как мы трахаемся… Все это время.

Рассмотрела меня обнаженного со всех ракурсов….

Ставлю на паузу, увеличиваю зум.

Как преобразилось ее лицо, когда она увидела нас. Смятение, удивление. Но нет неприязни. Ей нравится то, что она видит.

«Грязная девчонка…»

Яркий румянец на ее щеках. Кусает губы и не отводит взгляд.

Улыбаюсь, как дурак, глядя на нее.

Ее руки меня заинтересовали. Пальчики сжимаются в нетерпении. Когда ее ладонь потянулась вниз я почувствовал как мой член отозвался.

Повторил этот ее жест, только вживую и на себе. Поглаживаю член через брюки.

Она остановилась. Тяжело дышит. Руки отвела в стороны словно не доверяет себе.

Нет-нет, я разочарован.

Вижу как она уходит. Но уже на кухне, когда она заперла дверь, задержалась. Стоит, улыбается задумчиво, покусывая свои губы. Смотрит взглядом «подвисшим», в никуда.

«Что ты задумала?»

Камила пришла на следующий день и я уже ждал этого. Но даже не старался делать вид, что она меня заводит.

Я точно знал, что малолетняя фурия уже взяла ключи и спускается ко мне. Осознание что эта девчонка смотрит на нас, добавило остроты моему оргазму, когда я кончал той шлюшке на лицо.

Не собирался раскрывать Сабине, что знаю ее секрет. Но все вышло из под контроля. Я сам захотел заговорить с ней. Искушение было слишком велико.

Ее реакция разочаровала меня. Сбежать, вот так, словно ребенок. Так не похоже на нее. Обычно, она не упускает случая дерзить мне. Вид обнаженного мужчины не должен был ее смутить. Сабина девочка юная, но далеко не невинная. Учитывая все ее побеги с теми ушлепками с которыми она тусовалась…

Вечером мне пришлось поехать на проблемное СТО. Снова был налет на точку, местные, становились все наглее. Пришлось выставить охрану. Договорился о встрече с одним из тех, кто их «крышует».

Вернувшись поздно ночью хотел лечь спать, но вспомнил про видео.

Я был уставший и глаза слипались. Включил кофеварку и автоматически пролистал кадр за кадром, почти не глядя на видео.

«Стоп! Что это было?»

Замер. Перемотал. Сел в кресло и снова пересмотрел.

Завис на секунду глядя на экран. Не верю в то, что вижу. Время, будто остановилось.

Запах гари, перегретой стали и шипение остатков выкипевшей воды и кофе, своевременно отвлек меня. Я встал, не глядя выключил кофеварку и вернулся обратно в кресло. Снова перемотал и смотрю эту запись с начала.

«Нет, не то…»

Нетерпеливо перематываю к тому самому моменту. Смотрю на Сабину. Ее дыхание, ее взгляд, ее жесты — все полны желания. Вот она прижалась к стене и ее ладонь проскользнула под пояс ее спортивных брюк. Лаская себя, другой рукой, она сжимает пальчиками свою грудь с силой. От этого ее жеста у меня мозги закипели.

Смотрю как обессиленная она падает вниз. Лежит на полу и ее рыжие волосы, словно огни пламени бликуют под софитами ламп. Ее ресницы чуть дрожат, возбуждённый приоткрытый рот, ловит воздух. Она зажимает свои пальчики между бедер и сильно кончает. Кусает влажные губы, но спустя пару мгновений ее лицо словно преображается от удовлетворенной, хмельной улыбки.

Не видел никогда Сабину такой счастливой…

Снова и снова просматриваю этот момент… Как завороженный я любуюсь ее пластичным телом, что извивается на полу от одолевшего ее желания.

Посмотрел видео сто раз не в силах перестать думать о ней.

Пить кофе перехотелось. Налил себе кое-что покрепче, обдумывая, что я сделаю завтра.

…

Сабина.

Я провожу ладонью по шелковистой, коричневой шее лошади. Никогда не была так близко. Почти час я провела в седле. Взволнована этим опытом, не могу вздохнуть. Сердце, словно разрастается и душит.

Мою лошадь зовут Айра. С этого дня, три раза в неделю я буду заниматься верховой едой и это больше чем мечта. Не хочу уходить. Мне грустно до слез расставаться в ней. Но время первого урока вышло.

Как только я увидела Айру, я сразу поняла что я хочу кататься именно на ней. Прекрасная и гордая. Она уводила голову в сторону, чуть опустив ее. Но настороженный, внимательный взгляд, не выпускал меня из виду.

Тренер подает мне руку и я спрыгиваю вниз на землю. Он ловит меня в воздухе, держит, подстраховывая под руку. Благодарю тренера и не могу удержаться. Оборачиваюсь и снова глажу ладонью свою лошадь.

Поворачиваю голову назад… и моя улыбка исчезает.

Лука.

Я не сразу заметила его. Сидит на каменной тумбе, закинув ногу на ногу. Он смотрит в другую сторону, но я то знаю, что он по мою душу вышел из машины…

Приехать на ипподром это была его идея. Внезапно, рано утром он просто так решил. В тот момент, я еще не знала куда мы поедем. Послала мысленно, к черту. Не хотела с ним пересекаться.

С того вечера в гараже, я избегала Луку. И мы оба прекрасно знали почему. Мы не говорим об этом. Но это, теперь, есть между нами.

Я осталась в комнате и не вышла к ужину. Гуля принесла его мне в комнату.

Утром я хотела дождаться когда Лука уйдет, чтобы спуститься к завтраку. Но неожиданно он сам появился.

Я отказалась идти. Тогда, он выволок меня из комнаты, почти силой. Усадил за стол напротив себя и продолжил молча есть.

Гуля подала мне мой завтрак. Отличную запеканку, но я едва съела треть.

Слышу голос этого монстра:

— Мы кое-куда съездим с тобой.

Поднимаю голову и смотрю на него, но встретившись с его взглядом, опускаю глаза. Не могу отделить его образ от того, что я видела в гараже…

Он, возбужденный и отстраненный с этой женщиной… Вижу его голову откинутую назад. Его громкое, возбужденное дыхание. Сильные, жилистые руки поглаживающие его член.

Поэтому… я не могу поднять глаз и тем более спорить с ним. Лука наверняка уже видел «то самое» видео где я… Но ведет себя так, словно ничего и не было.

Я бы и сама так думала, если бы не его слова. Хотела бы я забыть.

«Это игра для него? Он так забавляется?»

Похоже…

Он знал, что я нахожусь там. Намеренно или нет, но он позволил мне наблюдать за ним.

Его голос снова прервал мои мысли:

— Сегодня ты поедешь со мной. Мне кажется ты заскучала одна. Я мало уделял тебе времени. Иди, переоденься!

На это, следует уже привычный мой ответ.

— Нет.

— Разве я спрашивал твое мнение? Я зайду за тобой через двадцать минут.

Я с силой бросаю вилку в сторону и она со звоном ударяется о блюдце. Ухожу в свою комнату. Не собираюсь переодеваться в те шмотки, что выбрала для меня его шлюха.

Лука вошел в мою комнату и смотрит на меня, стоящей перед ним в прежней одежде.

Молча открывает мой шкаф и перебрав пару вещей, бросает несколько костюмов на кровать.

— Надевай.

Я не двигаюсь. В тот же миг, я слышу его ор над своим ухом.

«Гуля!»

Его помощница появляется в двери почти сразу, переминаясь с ноги на ногу и взволнованно переводя взгляд с меня на него.

— Помоги ей переодеться!

Гуля подходит ко мне и неторопливо подает мне верх костюма.

Я не двигаюсь. Стою у стены и испепеляю пол под своими ногами. Потому что на лицо этого гада, я все еще не могу взглянуть.

Лука произносит спокойно и холодно:

— У тебя есть выбор: или ты переодеваешься с Гулей или я сам сейчас сниму с тебя всю эту одежду.

Я прикрываю глаза и говорю:

— Хорошо. Выйди и я переоденусь!

— Нет. У тебя был шанс сделать все правильно и сразу. Эта ситуация, следствие твоих поступков. Чем больше ты сопротивляешься, тем хуже будут твои условия.

Достал. Перехожу на крик.

— Выйди! Я не буду переодеваться при тебе!

Лука сжал кулаки и встал в полный рост с кресла. Сказал Гуле выйти. Она не сразу, но подчинилась.

Все внутри холодеет когда вижу, что он подходит ко мне. Если он меня только пальцем тронет…

Я даже не заметила как быстро в его руке возник нож. Он провел лезвием вдоль ворота и притянул меня к себе за воротник пайты.

Ждет, что я испугаюсь. Не дождется. Психованный гад.

Я даже не успела охнуть, как он молниеносно разодрал по линии надреза мой верх. Скинул вниз остатки и стоит молча, оставив меня полуобнаженную, в одном топе.

Поднимаю лицо к нему и смотрю ему в глаза. Они у него сейчас не зеленые, а почти черные.

Прикрываю ладонью грудь, вжимаясь в стену.

Лука откинул нож на стол и протянув руку, обхватывает мое запястье, на миг касаясь моей груди, отчего я вздрагиваю.

Сильно и властно он разворачивает меня за руку лицом к стене. Отведя мои руки назад, прижимается ко мне всем своим телом.

Я не двигаюсь. Дышу тяжело. Не знаю что предпринять. Я растеряна. Чувствую как его пальцы скользят по моей шее. Он убирает мои волосы в сторону. Наклоняется ко мне очень близко. Его щека прижата к моей.

То с какой невозмутимой решимостью его тело удерживает меня в тисках между стеной и ним, заставляет мое сердце колотиться как бешеное.

Никогда мужчина не был ко мне так близко. И эта внезапная близость не испугала меня. Напротив. Прислушиваюсь к звукам своего тела, что говорит мне нечто новое…

Его голос не пугает. Он тихий и обволакивающий, словно шепот змеи:

— Сабина… Я в любой момент мог воспользоваться тобой. И заставить тебя исполнять любую мою прихоть. Любую… С той самой секунды как ты оказалась в моем доме я мог позволить себе все. Но я, не сделал этого. Я уважаю твои чувства. Так будь добра, уважать меня.

Он отошел и сел в кресло, не глядя на меня.

Я тяжело дышу и молча тру запястье. Делаю рывок в сторону стола и хватаю его нож.

Лука смотрит на меня, но не делает ничего. Спокойно скрестил руки на груди и вытянув ноги, наблюдает за тем, что я намерена делать с его ножом.

Я растеряна, но не подаю вида.

«Он думает я не способна причинить ему вред? Он удивится…»

Я подхожу к вещам, что он выбрал для меня и несколько раз с силой, провожу по ним ножом. Лезвие действительно острое и режет ткань очень легко. Безнадежно уничтожая все, что мне подобрала Камила.

Протягиваю руку за спортивной курткой и накидываю ее сверху. Прячу волосы под кепкой и выдыхаю. Смотрю ему в глаза и говорю.

— Я одета. Можем ехать.

Лука медленно встает и идет ко мне. Его взгляд не обещает ничего хорошего. Я вытягиваю вперед нож, показывая, что я не шучу. Если он намерен причинить мне вред…

Лука легко выбивает нож из моих рук. Я опускаю руки и замираю. Он срывает кепку с моей головы. Зачесав рукой свои волосы назад, надевает ее.

Затем, берет меня за руку, крепким захватом и ведет за собой, прочь из моей комнаты.

Я подчиняюсь. Иду за ним. Мои длинные, непослушные волосы, лезут в глаза, но я не обращаю внимания. Смотрю только на его спину впереди.

Мы во дворе. Ахиллес радостно лает, требовательно скуля, завидев нас. Провожу ладонью по сетке вольера, трогая его мокрый нос.

Но Лука уводит меня к машине. Захлопнул дверь за мной и заблокировал. За рулем уже сидел его постоянный водитель. Долбодятел, что все время втыкает в игры. Лука, сел рядом и сказал ему только одно слово:

— Ипподром.

Я никогда не была в таком месте. Не знаю почему Лука решил привезти меня именно сюда. Без предупреждения. Рано утром.

Это было необычно. Лошади. Их так много. Из всех подарков мира, этот был самый крутой. Но даже он не такой крутой как моя свобода. Ее он мне не подарит. Увы.

На секунду, когда Лука взбешеный моим поведением, вел меня к машине я подумала, что он хочет вернуть меня отцу.

Нет. Знаю точно, надеяться глупо. Лука меня не отпустит. Поняла это когда он смотрел на нож в моей руке и улыбался. Я таких упоротых знаю. Кайфует от опасности. Его мои угрозы либо смешат, либо заводят. Оба варианта, отстой…

Я не принимаю его. Жду шанса на побег. Стараюсь радоваться тому, что есть. Вот как сейчас.

Я никогда не была на ипподроме. К тому же, не особо горела желанием делать что-либо вместе с «синей бородой». Не знала что меня ждет, поэтому отказывалась идти.

Согласилась выйти только при условии, что Лука останется в машине.

И он согласился. За мной пришел тренер и отвел к лошадям.

Я была так счастлива. Мне показали конюшни и через пару мгновений они вывели ее, Айру. Такую красивую, гордую и умную…

Два часа пролетели как один миг.

Осознание, что я вернусь сюда через пару дней радует меня, но одновременно и злит.

Я чувствую что эта поездка — уловка, чтобы я стала сговорчивее.

Лука умный. Он ничего не делает случайно. Пытается быть «добреньким дядюшкой», чтобы я растаяла и как его шлюхи, поскорее легла под него…

Пусть мечтает. Не собираюсь становиться подстилкой «синей бороды».

Черт, надо возвращаться.

Лука смотрит на меня, именно той стороной где я его порезала… Опускаю лицо. Этот его шрам, ужасен… Но ему, словно все нипочем.

Прохожу мимо. Накидываю капюшон и игнорируя Луку, просто иду к машине.

Уже за воротами, оглядываюсь назад на Айру. Лошадь послушно опустив голову, стоит там же. Все еще не сводит своих настороженных глаз с меня.

Надеюсь мы поедем домой. Закроюсь в комнате и выдохну.

Но долгая дорога все не кончается. Лука молчит. Я тоже.

Мы приехали на какую-то заброшенную строительную площадку и остановились. Повсюду лежит снег. Темный. Чуть подтаявший.

Неподалеку вижу другой автомобиль. Не знаю что происходит. Никто ничего не объясняет.

— Заблокируй машину когда я выйду и кончай играть!

Это Лука сказал водителю. На меня, он даже не посмотрел.

Пошел к двум здоровенным лбам, что стояли у крутой тачки. Поздоровался.

Сначала они говорили спокойно. Но в какой-то момент их беседы, Лука нервно улыбнулся, посмотрел под ноги и поправив волосы обернулся в нашу сторону. Мне это показалось тревожным сигналом.

Что-то нехорошее назревает.

Так и оказалось. Разговор стал резким. Лука остался на месте, а те отвечали громче, пренебрежительно жестикулируя. Пока Лука говорил с ними, третий, что сидел в машине, сделал очень знакомый жест руками. Так делали мои братья когда надевали кастеты.

Это плохо. Я не выдержала и говорю водителю:

— Мне кажется, что-то серьезное происходит. Ты не должен следить или вроде того?

Долбодятел водитель лениво полулежит за рулем в кресле. Он даже не оторвал глаз от игры. Вздохнув тяжело, нехотя кинул быстрый взгляд вперед. Пожал равнодушно плечами и ответил, продолжая играть:

— Угу… Но мне, не за это платят.

Я раздраженно откинулась назад на сиденье и продолжаю смотреть в окно.

«Ну и что теперь? Выбежать из машины? Кричать: 'Осторожно у него кастет! Или что?»

Ситуация дурацкая. Как реагировать не знаю…

Внезапно, все пошло по плохому сценарию. Тот с кастетом, со всей дури заехал Луке справа. Лука согнулся, качается. Двое других подбежали и валят его на землю. Ебашат ногами по голове и спине… Втаптывая его ногами в талый снег.

«Ничего себе!»

Я закрыла лицо руками, подглядывая в небольшую пространство между пальцами.

А водитель Луки, словно в другой реальности находится. Ему, все равно совершенно. Не выдержала и снова толкаю его в плечо.

— Они… бьют его!

Снова вздох. Смотрит.

— Он еще в сознании. Если отключится — мы уедем. Расслабьтесь, нам, точно, ничего не угрожает…

Я совершенно не понимаю что здесь происходит.

Смотрю, Лука весь в крови. Но не сдается. Схватил за ногу одного из нападавших. Того, который был с кастетом. Завалил его и сел сверху. Впечатывает кулаками его голову в промерзшую землю. Все руки и шея в крови и грязи.

Поднял безвольно висящую руку утырка и снял с него кастет. Встал, шатаясь. Перехватил одного из бугаев на ударе, заехав ему в голову. Тот шатаясь рухнул назад. Лежит на темном снегу, в отключке. Лука пнул его ногой, но тот даже не пошевелился. Третий, пока Лука дрался, свалил к тачке и сев за руль, драпанул с того места.

Лука шатаясь прошел пару метров и поднял с земли кепку, что отлетела в сторону от удара.

Надел ее на голову и идет к нам.

Я смотрю на него и не узнаю в этом окровавленном куске отбивной, того лощеного придурка, которым он обычно прикидывается. Я шокирована увиденным. У моего отца и братьев тоже были подобные сходки. Но они никогда о них не рассказывали мне.

Меня трясет. От волнения, страха или всего вместе.

Лука, истекая кровью подошел к машине и показал мне жестом, открыть дверь и выйти к нему.

Я открыла. Он говорит тихо:

— Сзади… в багажнике упаковка воды.

Открыла и точно. «Evian» огромная коробка. Штук тридцать там.

Достала одну бутылку и открыла ему.

Он сделал глоток и протянул мне.

— Слей мне на руки… Э… черт, стоп! Не пойдет… Я все загажу кровью. Помоги мне раздеться.

Я молча подхожу к нему.

Он опирается на мое плечо ладонью. Я расстегнула рукав куртки и стянула ее с него.

Теперь, его рубашка.

«Черт, не тупи, Сабин. Это просто рубашка, быстро расстегнешь и все. Ты его голым видела. Харе смущаться…»

Да, такая близость к нему меня смутила. Делаю лицо пожестче и расстегиваю ряд пуговиц обнажая его торс.

Среди кровавых синяков на ребрах вижу надпись «Миранда». Та самая татушка.

Стараюсь не пялиться на его пирсинг. Но плохо выходит. Особенно, когда я на секунду подняла взгляд и заметила, что Лука усмехнулся. Он отвернулся, сплевывая в сторону кровь, что по прежнему течет из разбитой губы и из раны на щеке. Те уроды, хорошо его отделали.

У меня мерзнут руки, но я не останавливаюсь. Снимаю с него рубашку, слегка касаясь пальцами его обнаженной кожи. Он горячий. Слышу его голос:

— Если крови боишься, говори сейчас.

— Нет.

— Хорошо. Тогда, лей не торопясь. Начинай с головы.

Я лью воду ему на лицо и плечи. Но вода словно скользит сверху, не смывая ничего, толком.

Беру вторую бутылку и решаюсь. Протягиваю руку и помогаю пальцами. Осторожно касаясь его лица, стираю кровь и грязь. Так, дело пошло быстрее.

Держу четвертую бутылку, смываю с шеи кровь, уже без стеснения осматривая синяки и раны на его теле.

Хотела долить еще воды, но он остановил меня.

— Сзади за сиденьем в пакете, чистая рубашка.

Я достала ее. Сняла упаковку и протягиваю ему, расправляя. Думала, он попросит меня и ее застегнуть. Но он молчит. Взял ее сам и отвернувшись, отошел с рубашкой в сторону. Хотела поднять его куртку. Но он остановил меня.

— Не трогай! Не выпачкивай руки. Вернись в машину и жди. Сейчас, тебя домой отвезут.

«Ни спасибо. Ни благодарю. „Гад“ вернулся…»

Я отвернулась и сев на заднее сиденье, громко хлопнула дверью.

Лука сложил окровавленные куртку и рубашку в пакет и кинул их в багажник.

— Отвези девчонку домой. А после, поедем к Вяземскому. Его дежурство сегодня. Пусть подлатает меня….

Лука захлопнул переднюю дверь и идет ко мне. Открыл мою дверь и сел рядом. Без предупреждения и лишних движений. Опустил голову мне на колени и прикрыл глаза рукой. Так и ехал всю дорогу, не глядя ни на кого и почти не двигаясь.

Смотрю на этого мужчину на мои коленях. Не знаю, что и думать. Изредка решаюсь бросить взгляд на него. Рассматриваю его осторожно.

Смотрю на его посеченую ладонь в ссадинах. На густые волосы, что скрыты под моей черной кепкой. На рану в уголке рта. Глядя на эту рану, невольно задержалась на форме его губ. На них я точно не обращала внимания раньше.

Он спит. Смуглое лицо побледнело, его дыхание едва слышно.

Я откинула голову назад и тоже прикрыла глаза, глубоко вздохнув.

Но сейчас, мне впервые, не грустно.

Напротив, мне хорошо.

Сабина.

Лука не показывается уже третий день. В доме только я и Гуля. Она оказалась нормальной теткой. Я не собираюсь звать ее «мама Гуля» как это делает Лука. У меня есть причина держаться от этого слова подальше. Особенно остро это стоит сейчас.

Она снова появилась. Марина — моя мать. Раз в несколько лет она появляется как привидение и написывает мне жалобные сообщения, желая встретиться. Обычно, я игнорировала ее, без малейшего снисхождения. Она его не заслуживает.

Однажды, я поверила ей. Хотя отец был против, он поддался на ее уговоры и отпустил меня с ней. Я была ребенком и не понимала ничего, дала ей второй шанс… Я так хотела иметь нормальный дом и маму которая любит и заботится обо мне… Но увы.

Марина, не продержалась в роли заботливой матери и двух недель. Однажды утром она тихо собрала все свои вещи и… смылась с очередным мужиком. Не забыв забрать деньги, которые отец оставил для меня. Когда я вернулась со школы, дом был пустой. Я просидела почти сутки одна надеясь что она вернется. Но не дождалась и позвонила отцу. Он приехал почти сразу и забрал меня к себе обратно.

Память об этом ее поступке, помогала мне держать ее на расстоянии все эти годы.

Я не называю ее «мама». Именно «благодаря» ей, для меня это не доброе слово. Зову ее по имени — Марина. Она бесится, но терпит.

И вот, она снова появилась. Раньше, я бы просто кинула ее в блок. Но теперь, я колебалась. Сейчас, моя жизнь не принадлежит мне. А Марина, при всех ее недостатках, единственная, кто мог спасти меня от навязанного брака с чужаком.

В этот раз, в отличие от предыдущих, Марина, сразу позвала меня жить к себе. Заверяла что изменилась. Уверяет, что прошла курс терапии… Но главная новость в том, что она вышла замуж. За какого-то голландца. Ее новый муж узнал обо мне и хочет познакомиться. Марина сказала что этот ее Густав, всегда мечтал о детях и очень обрадовался когда узнал, что у нее есть дочь.

«Интересно, сказала ли она ему, что бросила меня когда мне не было и года? Не думаю…»

Мне было плевать на Марину и на ее голландца. Но я увидела в этом реальный шанс избавиться от Луки. Отец не лишил мать родительских прав. Пока мне нет восемнадцати, она может меня забрать к себе. Тогда, Лука, своим «опекунством» купленным у моего отца, может подтереться…

Поэтому, впервые за много лет, я ответила ей на сообщение.

Марина очень обрадовалась. Клялась, что стала другой. Мы поговорили с ней. Недолго. Мне показалось, что она вроде как, действительно изменилась.

Я не говорила с ней в доме. Там слишком много «ушей». Вышла на улицу. Несмотря на весну, все еще было холодно. Я выпустила Ахиллеса из вольера и играла с ним, говоря по телефону.

Через минут десять, я скорее почувствовала, чем увидела, что за мной наблюдают.

Лука.

Появился во дворе, как тень. Постоял минуту, поглаживая по спине Ахиллеса, что скулил радуясь его приходу. И ушел. Ни слова мне не сказал.

Последний раз мы говорили с ним когда его хорошо так отметелили. Да и сам он, круто их отделал, но его лицо до сих пор хранит память о той драке. А у меня внутри все еще противоречивые воспоминания об этом опыте. Как минимум, я больше не считаю его слащавым придурком. Скорее, психованным занудой.

До сих пор потрясена увиденным тогда. Как он завалил тех уродов… Их было больше, но он не сдался.

Меня не пугают эти воспоминания. Скорее, смущают. Эта драка заставила меня взглянуть на него под другим ракурсом. Это первое воспоминание о нем, которое не вызывает во мне отторжения. Напротив, уведенное взволновало меня и не уходит из памяти. Это плохо. Я боюсь привыкнуть к этому занудному молчуну.

Стараюсь не думать о нем. Не вспоминать, как Лука, шатаясь от усталости и боли, упрямо искал в снегу мою кепку. Забыть ту капельку крови, что запеклась в ранке в уголке его причудливо изогнутых губ. Не помнить как ледяная вода скользила по его загорелому торсу. И… что его кожа, была такой горячей под моими пальцами. А после всего… самое сильное воспоминание, что стоило бы стереть из памяти — как он спал лежа на моих коленях…

Но с того дня — тишина. Лука не говорит со мной, даже не смотрит в мою сторону. Если возвращается домой, уходит сразу в свой бункер в гараже. То что он там, мне Гуля сказала. Она ему еду носит. Расстроилась, потому что он не ест ее сырники, а питается фаст фудом.

Причина изменения в его поведении мне неизвестна. Злюсь. Меня достали его эмоциональные качели.

«К черту. Надоело! Уже жалею, что он не слащавый ловелас. Такого, игнорить проще…»

Общаясь тайно всю неделю через сообщения, я наконец решилась встретиться с Мариной и ее новым мужем.

Дома навру, что с подругой нужно встретиться. Главное, чтобы Лука отпустил меня…

После ужина иду к Гуле.

— Можешь сказать номер телефона Луки или его соцсети? Что там у него, не знаю… Мне нужно спросить кое-что у него…

— Это бесполезно. Он не читает сообщения.

— Уф… А записку? Ты же можешь ему передать. Как раз отнесешь с ужином.

— Лучше, скажи так, я передам ему на словах.

— Хм… Нет, это личное.

— Я не сплетница. Ты, девочка моя, можешь говорить мне все.

— Угу… Спасибо, конечно… А что, передать записку трудно?

— Не трудно. Просто, он не прочтет.

— Пф… Скажи что от меня! Прочтет не прочтет… Это уже не твоя печаль!

— Моя. Я читаю всю его переписку.

— Эм… что? Ты так просто это говоришь⁈ Вы все здесь, ненормальные, что ли⁈

Я делаю раздраженный вдох. Поражена самоуверенным поведением Гули. Хочу уйти. Но вспоминаю насколько это важное дело для меня. Осталась, пытаюсь успокоиться. Делаю последнюю попытку:

— А я сама могу увидеться с Лукой?

— Извини, но он сказал не впускать тебя.

— Ох! Тогда просто передай ему записку. Но не читай!

— Сабина, ты неправильно все поняла. Если хочешь чтобы Лука узнал, что в записке, мне придется прочесть ее!

Все, я сдаюсь. Гуля видит мое замешательство и делает вдох. Нехотя говорит негромко:

— Лука не очень любит афишировать… Он — дислектик. Не умеет читать, букв не разбирает… Поэтому, все что ему пишут, читаю я или его юрист.

Я удивленно пячусь назад и присаживаюсь в кресло.

— Ого… Я не знала. А эта дисле… как ее там. Это что-то психическое? Лука что, шизик или вроде того?

— Нет-нет! Дислексия, это другое. Он не может распознать смысл написанного. Проще говоря, читать и писать. Обычно, он все запоминает на слух.

— И… это навсегда? Разве такое не лечат в детстве?

— Когда я только начинала работать у него, он пытался исправить это. Но Лука вспыльчивый, упрямый, его выдержки ненадолго хватило. Месяц-другой поездил к очередному дефектологу-мозгоправу и бросил. А там, нужна система. Терпение. К тому же, время упущено. Гарантии, что это поможет, нет. А на счет детства… Лука с сестрой, детдомовские. Некому было лечить. Он из-за этого школу бросил. А ведь он способный парень, далеко не глупый.

— Уф… ясно. Ну, окей. Ты извини, что я на тебя наехала. Я не знала.

— А ты спрашивай. Я не кусаюсь.

Гуля улыбнулась и ждет.

— Ну… Так что ты хотела спросить у него?

— Эм… Мне нужно встретиться на этих выходных… С близкой подругой… эм… старой знакомой.

Гуля глаза опустила и мнется.

— А твоя подруга может встретиться с тобой после этих выходных?

— А что не так?

— На эти выходные… Лука… Он не отпустит тебя.

— Почему?

— Этого не могу сказать. Просто не отпустит и все.

— Ясно. Совсем забыла, что я здесь пленница. Спасибо, напомнила… Тогда, забей. Ничего ему не говори! Сама разберусь.

— Сабина…

Я уже шла в свою комнату, раздираемая злостью и мне было не до вежливости.

Даже Ахиллес может свободно бегать по двору. Только я на привязи в этом доме. Схожу с ума в четырех стенах.

Захлопнула дверь и врубив музыку на всю, упала на кровать.

Слышу звук сообщения. Марина ответила мне. Ждет меня в эти выходные.

В горле душат слезы.

«Черт! Я должна встретиться с ней… Это мой единственный шанс на свободу!»

Приподнялась на кровати и задумалась, вытерев слезы с щек.

«Выходные, Лука выбрал не просто так… Что он задумал?»

Плакать перехотелось. Мне стало интересно что у «синей бороды» на уме. Вышла из комнаты и пошла бродить. В последнее время в доме было много суеты. Какая-то перестановка. Привозили мебель и какие-то коробки.

Я не обращала внимания. Была занята общением с Мариной.

«А не связано ли это с тем, что Лука планирует сделать в эти выходные?»

Вошла в его кабинет и сразу на глаза попалась огромная бежевая коробка. Лежит на его столе, занимая почти всю площадь. Сверху коробки, толстенный каталог и надпись "Свадебные платья'.

У меня от одного взгляда на эту фразу свело желудок до тошноты.

«Нет-нет…»

Беру каталог в руки и нервно, рывками перелистываю страницы. Одни и те же гламурные тетки в стремных платьях.

Я и не думала о свадебном платье. Никогда. С моим парнем, Андреем мы планировали расписаться по простому. Без этой фигни с фатой. Андрей знал, что всю эту девочковую тему я терпеть не могу…

Открыла коробку.

Свадебное платье. Для меня, видимо…

«Ох… нечем дышать!»

Отбросила крышку на пол. Отошла. Пячусь назад, словно оно ядом пропитано.

Вышла из кабинета и шатаюсь на слабых ногах, вот-вот рухну. Как же тяжело на сердце у меня сейчас! Еще месяц назад я планировала свое будущее. Хотела стать женой моего любимого парня. Уехать подальше из этого проклятого города. А теперь, я невеста «синей бороды»…

«Вот почему меня не отпустят! На этих выходных, он планирует… эту постылую свадьбу?»

Лука предупреждал меня, что это произойдет «в самое ближайшее время…»

Значит, мне нужно торопить Марину. Я не могу выйти за этого ненормального! Должна смыться до свадьбы. Исчезну раньше, чем он распустит свои руки и все, что шевелится в его брюках…

Иду в ту сторону дома, куда новую мебель заносили. Хочу войти, но дверь, в ту часть дома, заперта. Вскрываю ножом замок. Вхожу.

Огромная двойная комната. Спальня и кабинет. Целые апартаменты… Свежий ремонт еще пахнет краской. Все новое. Белоснежное.

Столик с зеркалом. Гардероб с шелковыми вешалками и стеклянными полками до потолка. Мебель с зеркалами. Духи в коробках. Косметика… Комплекты роскошного постельного белья…

«Домик блядской Барби. Ни дать, не взять… А я, видимо, вроде той безмозглой куклы, которую хозяин планирует в этот кукольный домик поселить и потрахивать, когда ему захочется…»

Смотрю на все это и от волнения и гнева у меня снова кружится голова. Меня сейчас стошнит прямо на его белоснежные обои…

«Нет, не будет этого! Я тебе этот праздник испорчу!»

Пишу Марине, правду, как есть.

«Спаси меня! Я в беде. Ты можешь встретиться со мной?»

«Что случилось?»

'Я живу не у себя дома. Отец продал меня одному из своих дружков. Если ты серьезно настроена меня забрать, решайся сейчас! Я попробую сбежать от него…"

«Дочка, конечно. Я готова тебя забрать. Буду ждать тебя в гостиничном номере в любое время. Скажешь свое имя портье и он тебя проведет. Номер 112.»

«Хорошо. Я все запомнила.»

Бегу в комнату к себе за вещами. Стою и оглядываюсь по сторонам.

'А что здесь мое? Ничего. Кроме той одежды, что сейчас на мне. Даже кепки моей нет… Она теперь, все время у Луки. Я ему не нужна. Его фетиш — мои волосы… Мои рыжие патлы и дорогие тачки, вот и все что его интересует."

Возвращаюсь в его кабинет. Гнев от этой дурацкой свадебной коробки подсказывает следующий ход.

Привычным щелчком расчехляю нож и мою заточенную «счастливую» монетку.

Достаю свадебное платье из коробки и бросаю его на пол. Белоснежная фата — туда же… Пришлось повозиться. Она длинная. Исполосовала ножом весь фатин. Становлюсь ногами на платье и в два приема делаю разрез крест накрест…

«Отличный дизайн. В таком виде мне оно больше нравится…»

Стою и думаю.

«Поджечь или нет, свадебный каталог, вместе с этим дорогим барахлом?»

Передумала. Дым привлечет внимание.

Встала на стол ногами. Рву страницы из свадебного каталога и разбрасываю по кабинету. На одном снимке из каталога я задержалась. На фото, девчонка стоит босая в воде. На ней короткая, пышная белая юбка с кроп-топом. Необычно. Даже мне зашел такой стиль свадебного платья.

Вырываю страницу и втыкаю это фото в стену, своим ножом. Подписываю маркером сверху:

«Вот это, идеальный наряд невесты! А все остальное — дерьмо!»

Я уже на взводе. Теперь, обратного пути нет. Я далеко зашла. Бегу в спальню «будущей миссис».

Все до чего смогла дотянуться крушу и ломаю. Выбрасываю из упаковки на пол. Разбиваю и рву.

Вроде все сломала и разрушила… Ага… Еще одно дело, последнее и самое важное.

Беру в руки ножницы и подхожу к белоснежному покрывалу кровати.

Смотрю на себя в зеркало. Удерживаю крепко в руке свои волосы. Подношу лезвие ножниц ближе. Делаю выдох и быстро режу, зажмурившись, пока не передумала.

«Все, срезала!»

В моем кулаке зажат густой водопад, почти метра рыжих волос. А из зеркала на меня смотрит девчонка в худи с коротким каре…

Смеюсь, глядя на себя с этой стрижкой… Сколько себя помню у меня всегда были длинные волосы… Наверное, я и вправду «прибацаная на всю голову», как Степан, братец дебилоидный, меня называет.

Оставляю срезанные волосы на белом покрывале кровати и над спинкой пишу черным маркером. Прямо на белоснежных обоях:

«Это мой свадебный подарок, жениху. Дрочи на них, не стесняйся! Теперь, у тебя есть все, что ты хотел!»

Очень довольная собой, выхожу из комнаты. С удовольствием представляя как Лука будет «рад», когда прочтет это…

Внезапно, до меня доходит какая же я идиотка…

Лука и его дис… эпилепсия или типа того… Та его психо-фигня о которой Гуля рассказала. Он же не умеет читать! Зачем тогда я все это сделала?

«К черту все! Нет времени задерживаться. Захочет, поймет!»

Я надеваю капюшон на голову. Без конского хвоста на затылке, голове значительно легче…

«Круто! Сменила стиль…»

Я знаю, что после двенадцати у охраны обед. Они все время в телефон залипают. К тому же, из вольера Ахиллеса есть выход напрямую на крышу гаража.

Иду спокойно к песелю. Ахиллес радостно скулит.

«Вот за кем я точно буду скучать!»

Обнимаю щенка, прижимаясь к мокрому носу щекой и грустно улыбаюсь. Кинула ему, припасенное для него лакомство, на прощание.

По сетке взбираюсь на крышу и довольно быстро перебираюсь через стену. Минута и я уже внизу с той стороны. Под самым забором у ворот, стоит одна из машин Луки. Та самая «бэха», новенькая шестерка, что я исцарапала.

«Повезло… Они еще не отогнали ее в гараж.»

Пробую дверь. Открыта. Завод без ключа, азы которым меня братья еще в десять лет научили. Тихий рев мотора и я срываюсь с места.

Черт! Охрана выбежала из ворот.

«Поздно лохи. Вы все проспали!»

Видят меня и бегут обратно к своей машине. Орут что-то в рацию. Но я уже ускоряюсь, уезжая как можно дальше.

Улица такая длинная. В самом конце, развилка. Свернула на шоссе и заметила, что за мной почти сразу свернул белый минивэн.

«Может показалось?»

Вылетаю на шоссе. Еду на максимальной скорости лавируя между легковушек и грузовых фур.

Белый минивэн не отстает. Сзади в зеркале вижу еще одно авто. Вроде джипа.

«Это не охрана Луки…»

Минивен отстал, а джип, напротив, набирает скорость. Нагоняет и поравнявшись со мной, блокирует меня сбоку. Я съезжаю в кювет, стараясь не глушить мотор. Но джип перекрыл мне выезд, а белый минивэн заблокировал сзади.

Едва успеваю отскочить от водительского кресла. Слышу звон стекла и ор. В зияющей дыре, огромный бычара наставил на меня ствол.

Бугай протягивает руку и открывает дверь. Разочарованно оглядывает салон. Матерясь, в припадке бешенства, он бьет кулаком по крыше. Говорит с кем-то по телефону.

Пока он отвлекся, хочу сбежать. Но с той стороны меня тотчас хватают за руки, связывают их за спиной, зажимая мне рот… Я брыкаюсь, ору и кусаюсь. Но второй бугай, крепкий как бетонный столб.

Слышу как тот, первый, сказал кому-то по телефону:

— Машина пустая. Луки не было. Не знаю… Какая-то девка была за рулем. Нет, на одну из его шалав не похожа… Хорошо, привезем ее.

— Не смей меня трогать, урод! Ты знаешь кто мой отец? Только тронь, «Лютый» с вас живых кожу снимет!

— Так ты, выблядлок этого старого пидораса? Я цыгана давно проучить хочу… Вот так фартануло! Ну сегодня ты у меня отработаешь всеми твоими дырками девчуля, за каждый факап твоего папаши…

Я кричу, не даюсь ему в руки.

— Отвали! Вот тебе гад. Не тронь меня! Лука, тебя найдет и прикончит, тварь!

— Очень на это надеюсь! Иначе, нах ты нужна. Глуши ее… задолбала.

Как только он это произнес я почувствовала удар по голове, сзади.

Последнее что помню, как мои ноги обхватывают, вынося из машины. Отключаюсь…

…

Прихожу в себя. Но глаза не открываю полностью. Осторожно осматриваюсь. Меня везут в джипе. В том самом. Я лежу на заднем сиденье, под курткой.

Голова болит и печет. Я осторожно трогаю рукой чуть выше затылка. Волосы слиплись. Там кровь.

Эти два урода трепятся о чем-то. Им не до меня. Ногой осторожно давлю на ручку двери. Но она не поддается. Заблокирована. Самое время паниковать.

«Меня никто не спасет… Никто не спасет…»

Голова кружится от накатившей паники. Чувствую что снова, вот-вот потеряю сознание. Внезапное торможение припечатывает меня сначала к сидению. Затем, роняет вниз на пол. Я ушибла кисть и не чувствую пальцев.

Слышу визг тормозов, но мы не останавливаемся. Джип виляет из стороны в сторону, делая крутой разворот. Тот, что сидит за рулем, орет:

— Стреляй, точнее, блядь! Или придется лоб в лоб идти на таран!

Второй тоже орет. Но звон разбитого стекла прерывает его на полуслове. Его голова, залитая кровью, безвольно падает на руль. Второй перехватывает руль и выравнивает машину. Едва остановившись, он в одно касание хватает меня за волосы и притягивает к себе. Я брыкаюсь и кусаю его за руку. Он с силой ударяет меня по лицу, отчего у меня идет носом кровь.

На улице я слышу перестрелку. Этот урод выталкивает меня впереди себя, прикрываясь мной.

Вижу раскуроченный минивен и два окровавленных тела, что лежат ничком.

Машина охраны Луки, неподалеку. Двери открыты. Но никого рядом.

Лука.

Я не сразу заметила его. Он стоял позади минивена и впечатывал кулаки в чью-то харю. Заметил меня и встал во весь рост.

Смотрит мне в глаза. Я на него. Его лицо и руки в крови. Одна брючина потемнела. Ткань брюк внизу, разрезана, словно ножом. Он ранен.

Встал и хромая идет к нам. Я хочу двинуться к нему, но этот упырь как клещ в мои волосы вцепился. А другой рукой у моей шеи держит еще теплый, после выстрелов, ствол.

Я чуть высвобождаю пальцы рук, что связаны у меня за спиной и нащупав монетку, крепко сжимаю ее пальцами.

Лука приближается к нам. Произносит, негромко:

— Отпусти девчонку и я дам тебе шанс уйти…

— Стой где стоишь! Или… я снесу этой сучке пол башки, если ты хотя бы моргнешь резко в мою сторону…

Я делаю вдох и сорвавшись вниз, чиркаю заточенной монетой по ноге этому уроду, что было сил.

Тот орет, хватаясь пальцами за окровавленный порез. Успевая двинуть кулаком мне по лицу. Я падаю на землю. Последнее, что слышу как выстрел одного из охранников вырубает его.

Резкий запах. Открываю глаза. Мы в больнице. Я лежу на койке. Рядом сидит Лука. На его ноге огромный шрам, заштопанный совсем недавно. Вижу вид свежей раны и меня мутит. Едва успеваю отвернуться в сторону. Меня рвет в мусорное ведро.

Медсестра принесла мне салфетки и воду. Вышла.

Лука молчит. Я тоже.

Он не смотрит на меня. Просто сидит рядом.

Мне плохо. Но не от моей раны или его. От его прежней холодности.

Лука встал с койки и прошел хромая к двери. Думала он уходит. Но он не ушел. Закрыл дверь на замок и возвращается обратно.

Сел со мной рядом. Мое сердце бьется так громко. Лука смотрит на меня. Чувствую его ладонь в своей руке. Спрашивает:

— Они, тебя… тронули?

Качаю головой, не отрывая взгляда от него.

— Нет. Не успели.

Он поднимает руку и осторожно поправляет мои короткие волосы, что теперь, едва прикрывают уши.

— Тебе больно?

— Нет…

— Испугалась?

— Нет…

Опустила голову, отвернувшись от него.

Какое-то время он не двигается. Снова ощущаю тепло на коже. Это его рука на моей. Вторая его ладонь скользит по моему лицу.

Лука хватает мою руку и прижимает меня всю к себе. Я сопротивляюсь, но он еще сильнее держит. Обхватил мою голову и прижал к своей груди. При этом, заботливо так поглаживает ладонью, приговаривая как ребенку:

— Ш-шшшш…

Я бью его по груди, сопротивляясь все слабее и не знаю почему, начинаю плакать. Реву, захлебываясь в собственных эмоциях. Прижимаясь щекой к его плечу, дышу так глубоко, что едва хватает сил для следующего вдоха.

Постепенно успокаиваюсь и делаю облегченный выдох, погружаясь в тепло его рук, его тела.

Лука встает, не выпуская меня из объятий. Ведет меня к выходу, прижимая к себе. Я не отстраняюсь. Иду рядом, уткнувшись в его плечо, прямо к машине.

Через минут двадцать мы снова были у ворот его дома.

Лука вышел из машины, по прежнему крепко держа меня за руку. Ведет за собой.

Я на секунду застопорилась у входа.

Лука заметил это. Говорит негромко, словно и не мне:

— Я и сам частенько не чувствую себя здесь дома. В такие дни я ночую у себя… Хочешь со мной?

Смотрю на него и согласно киваю. Впервые он спросил меня.

Открыл дверь и мы спустились к нему в его «убежище».

Лука завел меня в гостиную. Небрежным жестом, кинул подушку и заставил меня лечь на диван, укрыв сверху пледом.

Встал и выключил верхний свет.

Я спросила его:

— Ты… уходишь?

— Нет.

Я одобрительно киваю, улыбаясь. А он, просто смотрит на меня.

Пододвинул большое кресло к изголовью моего дивана. Сел и выпрямив ногу, одобрительно охнул, устало откинув голову назад.

Я смотрю на его руку со сбитыми костяшками. Она совсем рядом.

Не думала ни о чем в этот момент. Просто порыв. Протянула ладонь и обхватила его пальцы своими.

Лука замер. Так, словно случайно поймал птичку в руки и боится что навредит ей, если сожмет слишком сильно.

Я обхватила второй рукой его ладонь и спокойно вздохнув, прикрыла уставшие глаза.

Лука.

Шелк ее коротких, огненных волос на моем лице. Слышу как беззвучно ее губы хотят произнести мое имя, но сдерживаются, силясь сделать вдох. Ее нежная кожа под моими пальцами. Смуглые ножки обхватили мои бедра и упираются коленями в обивку кресла. Откинул пальцами ее непослушные волосы назад. Меня заводит ее новая прическа. Такой, она мне еще больше нравится. Дерзкая и непокорная. Моя рука скользит по ее вспотевшей шее к девичьей, упругой груди, что вздымаясь, скользит мимо моих губ.

Она снова стонет, принимая меня всего, раз за разом. Не даю ей отвернуться, удерживаю ее лицо рядом с моим. Гибко извиваясь и приподнимая бедра, она скачет на моем члене, двигаясь все быстрее. Ее губы ловят воздух и я смотрю ей в глаза. Еще… снова и снова ее бедра касаются моих. Вот она устало хнычет от нетерпения и закусив губу, стонет едва сдерживаясь. Я приподнимаю ее аккуратную, упругую задницу, погружаясь в нее все резче и все глубже. Ее искусанные губы такие манкие, хочу их поцеловать, но она ускользает, повторяя мое имя.

— Лука… Лука!

Приоткрываю глаза и вижу ее лицо.

«Стоп… Нет!»

Я снова закрыл глаза, тщетно пытаясь нагнать остатки той прекрасной исчезающей иллюзии. Чувствую тепло прикосновения на моей руке. На этот раз реальное. Сабина нежно касается меня. Намеренно долго задерживает руку на моем запястье. Но как только я открыл глаза, она убрала свою руку. Отстранилась.

В который раз, ловлю в ее взгляде желание и протест. Как это в ней соединяется одновременно? Ее тело, ее жесты такие «говорящие», но выражение лица отрицает, что ее тянет ко мне. Снова смотрит на меня и во взгляде этом, будто сожаление, что она лжет и мне, и себе…

Наконец, решается заговорить, хоть и смущена.

— Ты стонал так громко. Тебе больно?

Тяжело дышу и проведя рукой по волосам, пытаюсь сообразить что происходит. Но скорее, это долбанная уловка, чтобы скрыть от нее мой взгляд. Спешно смотрю вниз. На моих ногах, плед.

«Это хорошо. Плед скроет от девчонки мой утренний стояк…»

И да. Мне было «больно». Но по другому поводу. Наш секс, случился, только в моих иллюзиях. Это раздражает. На этот раз, она сама пришла ко мне в сон. Оседлала меня на этом самом кресле и так сочно трахнула… Только вот я не успел досмотреть, кончила она или нет? Жаль, сон не перемотаешь чтобы повторить…

Сабина делает попытку улыбки и тот час, словно одергивает себя. Смешная.

— Это не моя футболка на тебе?

Смотрит вниз на себя и кивает, равнодушно пожимая плечами.

— Я принимала душ, не хотела возвращаться к себе. Ты против, что я в твоей футболке? Все равно тебе этот Халк не по возрасту…

Она усмехнулась и тряхнула своим огненным каре.

Смотрю на нее не мигая и не пойму что происходит. Мне кажется или она заигрывает со мной? Решил не торопиться с выводами, чтобы не спугнуть ее настрой… Отвечаю максимально нейтрально:

— Нет. Напротив, рад что ты чувствуешь себя здесь, комфортно. Хм… Тебе не трудно сделать мне кофе?

Сабина охотно кивает и идет к машине.

'Принимала душ и после, надела мою футболку… На ней сейчас, ничего нет под ней?"

Хоть футболка моя, Сабине, почти до колен, но от вида ее голых ножек, загорелых и стройных, мои мысли идут только к члену, минуя голову.

«Черт… Я и без этого все еще возбужден. С этим каре, сексуальная такая…»

Пользуюсь тем, что она отвернулась к кофемашине и скрываюсь в ванной, оставив плед на кресле.

Закрылся в ванной комнате, а мысли все еще о ней.

«Принимала душ… Здесь. Я мог в любой момент проснуться. Она это знала, но не ушла к себе. Осталась со мной… Зачем? Смотрела как я сплю? Что у тебя на уме, Сабина? Знать бы…»

Провел ладонью по своему торчащему писюну и включил воду в душе.

«Черт, нога. Я и забыл…» Вяземский, сказал никакого душа пару дней. Хорошо что сухожилия не повредили мне… Иначе, все было бы печальнее.

Опустил крышку толчка, привычным жестом потянулся к лубриканту. Включил воду сильнее. Усмехнулся.

«Как голимый подросток, дрочу в тайне, боясь что меня спалят…»

Рука скользит вдоль возбужденного члена, что так хорошо отзывается на голосок Сабины. Она настойчиво зовет меня из комнаты, через дверь.

— Эй, тебе с молоком или просто черный?

«Эй…» Имя мое сознательно избегает….

Не отвечаю, потому что в этот момент дышу словно зверь, представляя как ее мокрое, обнаженное тело еще час назад было здесь, в моем душе… Крутанув рукой воду на максимум, заглушаю все звуки.

«С молоком… с молоком, малышка. Не дождусь чтобы и тебя залить всю своим молоком… Это, ох как в тему сейчас…»

Представляю это вживую и довольно быстро кончаю. Намотав ворох бумажных полотенец, убираю за собой. Стараюсь успокоить дыхание.

Ополоснулся в раковине. Почистил зубы. Хотел причесаться, но передумал. Не хочу чтобы она подумала, что я специально для нее… А, хотя, к черту…

Смотрю на себя в зеркало. Бледный как труп. Ну и видок у меня… Как у покойника восставшего из могилы… На вид, мне лет сто. Физиономия помятая, словно я в запое неделю провел или год в рудниках отпахал…

Но и месяц этот, непростой оказался, как физически так и морально. Не вывожу я, с непривычки… С тех пор как Сабина вошла в мой дом, моя жизнь стала похожа на бесконечную череду ссор, проблем и разборок. Тут уж и задумаешься о цыганском сглазе. Увел у цыгана дочь, лови беду…

Увел. Моя она, не отказываюсь. И вроде, даже в ней это откликнулось. Явно, есть потепление между нами. Но не верится…

Снова ее фигурку вспоминаю. Какая у нее задница торчащая. Даже свободная футболка этого не скрывает. А ее грудь… Вживую, наверно еще охуенее, чем в том купальнике… До сих пор, утренний сон у меня в глазах стоит. Как ее соски скользят по моим губам… А ее губы, так жадно ловят воздух. Во сне она была так близко…

Злюсь.

"Какого черта я играюсь с ней в недотрогу? С каких пор я стал таким щепетильным к чужим чувствам? Девчонка задурила мне голову. Но мне не семнадцать, я взрослый мужик. Позволил малолетке, запутать себе мозги настолько, что в собственной ванной подрочить боюсь?

Окей, я обещал, что не трону ее. Секс наш… Будет. До выходных подожду с этим, но не дольше… Сделаю все правильно, как и обещал ее отцу. После росписи… Но, блять… Поцелуй! Какого черта я не могу получить ее поцелуй? Сабина, прямо сейчас, здесь, рядом со мной. Я у себя дома. Мы одни…"

Проблемы? Нет проблем.

Я выхожу из ванной комнаты и решительно иду к ней. Хотя, «иду» это только на словах. Заштопанная голень сумасшедше ноет и приходится хромать словно долбаному калеке. Тем не менее, эффект неожиданности я не упустил.

Сабина стоит спиной ко мне. Отставила свою чашку с кофе в сторону. Оборачивается и смотрит на меня, обнаженного по пояс и идущего прямиком к ней. Девчонка удивленно и взволнованно распахивает глаза и рот одновременно. Очень вовремя…

Я обхватываю рукой ее шею, ведя ладонью вдоль ее лица и целую. Мои губы захватывают ее приоткрытый горячий рот и мой язык ласкает ее губы, впиваясь в нее со всей страстью. Секунду она не двигается, сбита с толку. Но ее губы отвечают мне. Ее язык скользит по моим губам. Она громко выдыхает. Ее горячее дыхание со вкусом молочного кофе, попадает мне в рот, еще больше распаляя меня.

«Ох, да… То что нужно! Вот это кайф! Сладкая и горькая одновременно…»

Полминуты спустя она с силой отталкивает меня.

— Нет! Прек… Прекрати, блин! Фу… Какого черта ты делаешь⁈

Отошла и дышит тяжело, поспешно вытирая свои губы. Смотрит на меня как на врага.

Я развел руки в стороны и не пойму в чем мое преступление.

— Что⁈

Смотрю на нее с вызовом, не оставляя и шанса, командовать здесь. Нет, это моя территория. А про себя только и думаю о том, что она сказала «фу» моему поцелую.

«Черт возьми, я может и подрастерялся немного, но это точно не было 'фу»…"

Сабина спешно натягивает носки. Игнорирует меня. Оглядывается в поисках своих брюк от костюма. Явно намерена уйти. Бубнит гневно под нос:

— Ты не имел права… Я не разрешала тебе! Черт… вот, так и знала! Почему я решила, что ты мог измениться? Ты все испортил, понял⁈ Не способен общаться нормально? Привык все силой брать? Не со мной, бля, не со мной! Только тронь еще раз! Только попробуй!

— Пфф… не разрешала она… Детский сад. Я сам себе разрешил. Ты забыла? Я говорю — ты слушаешься. Я хочу — ты не споришь! Ты блять, что о себе возомнила? Последний месяц проблем мне подкинула, до неба. Я плохой? Терплю все твои загоны и психи молча. Жду когда ты мой дом спалишь. По твоей милости, вчера не отдыхал после работы, а блять долбаным сайгаком мчался по трассе, спасать тебя от очередных проблем, которые ты как магнит притягиваешь! Чудом, жив остался. Пуля по касательной чиркнула. На ребрах живого места нет. Ногу вспороли, восемь швов, теперь, на одной прыгаю! Но это я, значит, сука обнаглел? Это я, не имею права… Да, блять?

Чувствую, что хорошо я так завелся…

Сабина слушает и губы кусает раздраженно. Смотрит на меня, ничуть не испуганно. Бросила высокомерный взгляд и отвернувшись от меня, через плечо кинула, собираясь уходить:

— Ты мне отвратителен… Я больше не хочу тебя видеть! Ты никогда не изменишься. Хочешь знать? Сейчас, ты ничуть не лучше тех вчерашних уродов…

Я подхожу к ней ближе.

— Секунду, что? Что ты сказала?

Она голову подняла и смотрит на меня с вызовом.

— То самое, что слышал… Не подходи!

— Да, что ты говоришь! Вот так, значит⁈

Говорю ей, а в голове моей уже ни одной зрелой мысли — один яд и псих мной управляет. Ощущаю, что натворю я сейчас многое, если она не замолчит, а молчать она и не думает. Головой своей упрямой, рыжей мотает и под финал, словно спичку на порох бросила:

— Да…

Ответила и на меня смотрит. Только куда-то вся уверенность ее испарилась. Поняла по моему побледневшему от злости лицу, что ее слова попали в цель. Делает разворот и давай убегать. Я хоть и не такой шустрый, как со здоровой ногой, но догнать ее успел. Подсекаю и валю на пол. Она орет и уползает от меня, цепляясь пальцами за ковролин.

Я ржу, но не от веселья, а скорее как помешанный.

«Все, довела, зараза малая!»

Поймал ее и подмял под себя на полу. Собственным весом удерживаю, навалился на нее сверху. Стараюсь не думать о том, что она без белья, в одной футболке подо мной. Между нашими телами только тонкая ткань…

Прикрываю ей рот ладонью, пальцами ощущая ее разъяренное дыхание. Она старается высвободиться, брыкаясь и ерзая подо мной…

— Спокойно, лошадка моя ретивая… Я не один из твоих пиздюков, которым ты мозги трахаешь. А может и не только мозги, трахала им… А⁈ Я тебя насчет девственности, заметь, не проверял. Взял, какая была…. Хотя, скрывать не буду, у меня яйца как два камня от воздержания. Потому что я слово твоему отцу дал, что секс у нас будет только после росписи в загсе. Поэтому, радуйся детка, что я джентльмен и только язык тебе в рот засунул, а не мой член.

— Ты… Ты… Гад… С кем это я трахалась? Я не такая! Что ты о себе возомнил⁈

— Ого, «не такая»…. А какая⁈

— Не собираюсь с тобой говорить! Отпусти меня, гад. Ненавижу тебя!

Дышит так горячо, когда злится. Рот ее, как назло такой, что целовать только создан. Я блин, хочу ее, сил нет сдерживать себя. Да, к черту все!

Прижимаю ее за шейку к себе. Захватываю ее рот своим и целую. Она сопротивляется, а мне только это и нужно. Ладонью под задницу ее упругую веду, сжимая в руке….

«Ох, горячая какая!»

Она орет и серьезно так, коленом хотела садануть меня. Я ноги ее раздвинул и прижался бедрами к ее киске. Рот ей закрыл ладонью и смотрю на нее.

— Все, не целую больше, змеюка упрямая. Не хочешь ласки. Окей! Не ори! Слышала, что я сказал⁈ Я слово дал, значит не трону тебя. Блядь, не ори… Слушай меня! Вот так. Сейчас я уберу руку и мы поговорим с тобой как взрослые, адекватные люди…

Медленно ладонь убираю. Молчит. Смотрит на меня, делая вдох.

— Молодец. Кое-что ты все же усвоила…

Вижу, ненадолго молчание ее, смотрит меня с такой ненавистью…

— Ты девчонка с гонором, я понял это еще в первый день… Но нам пора поговорить, о том что происходит у нас. Хочу понять, что в твоей голове спрятано глубоко-глубоко… Ты меня в тупик загнала своим поведением. Разберись с головушкой, иначе я путаюсь. Сказать мне «урод, гад…» несложно. Но зачем говоришь это мне, если ты так не считаешь⁈

— Ты и есть, гад. Я тебя ненавижу!

— Пфф… Окей. Ну а как быть со всем остальным, Сабина? Ты заснула вчера, обнимая меня. Пледом укрыла меня во сне. И не ври, что это из благодарности было… Зачем осталась со мной до утра?

— Я… уже жалею! Поверь!

— Это еще не все… В тот день, когда я дрался на пустыре… Помнишь, ты меня раздевала. Водой обмывала? Вот-вот, щеки твои покраснели… Вижу, не только помнишь, но и понимаешь о чем я говорю. Да, об этом самом… Ты пальчиками своими ни сантиметра моего тела не упустила. Помнишь, где руки твои были? У меня чуть член не загорелся, тогда. Ты же это сама делала. Я тебя не просил меня руками мыть…. Мне пришлось тебя дважды окликнуть, чтобы ты перестала на меня полуголого пялиться…

Сабина от возмущения рот приоткрыла и только воздух захватывает и ни слова…

— Ты… Ты… специально это говоришь, чтобы обидеть… Гад неблагодарный! Вот теперь, сам себе помогай, хоть загнись! И… не пялилась я, размечтался…

— Шшш…. Было это, не лги! А сегодня утром? Почему ты до сих пор в моей футболке? И… Я уже молчу про поцелуй. Ты могла сразу оттолкнуть меня. Но нет. Ты ответила мне, поцеловала меня, а как только поняла это, смутилась и оттолкнула. Что, этого тоже не было?

Сабина все отрицает. Мотает головой, насмешливо закатывая глаза. Однако, алый румянец на ее лице, все разрастался, густо покрывая ее щеки. Так забавно это наблюдать… Не видел ее смущенной.

«Блин… Я ей нравлюсь?»

— Сабина, ну кончай…. Тебе не пять лет! Ты взрослая девушка… Признай наконец, что мои прикосновения и мои поцелуи тебе не так уж и неприятны. Разрешаю это проверить, прямо сейчас. Мои губы рядом, можешь повторить. Потому что, честно говоря за те полсекунды я не понял, умеешь ли ты целоваться, вообще…

— Пфф… Поверь, умею! Но я не собираюсь это делать с тобой! Но конечно, ты же прав, потому что сильнее!

— Да, я прав, и я сильнее. Но мы не об этом говорим… Мы говорим о том, что ты врешь.

— Нет…

Смотрю на ее постоянно открывающийся для глубокого вдоха алый, мокрый рот.

— Блин, твои губы отвлекают меня… Так почему, нет? Хочешь ты это признавать или нет, похоже, я тебе нравлюсь, Сабина…

— Уфф… О, боже…. Да, отвали от меня уже! Ты украл меня и сам, ничем не лучше моего отца! Отстань! Избавь меня от своих дурацких вопросов!

— Не сравнивай меня с «Лютым»! Ты даже не знаешь в чьи руки тебя собирались продать. Далеко бы ты не убежала… Спасти тебя хотел, глупую и сам попал. Да, выкупил тебя… Пылинки с тебя сдуваю, но ты, неблагодарная!

— Ой, спасибо, добрый хозяин! Какая я неблагодарная… Купил меня как куклу-шлюшку для сексуальных забав. А я против. Не оценила твоей заботы, да?

— Кукла-шлюшка? Ты в себе? Никогда я не вел себя с тобой, так. Дом в твоем распоряжении. Я неделями в отъездах. Что ты несешь⁈ Я дал тебе время. В доме ты живешь как полноправная хозяйка. Вежлив с тобой, даже когда ты мне хамишь. Хочу заботится о тебе и делаю все для этого. Уважаю твои чувства. Да и внешне, не урод, вроде. Шрамом, это ты меня украсила — ни слова не сказал тебе… Так что мне сделать, ответь, чтобы ты пришла в себя? Чтобы наконец подумала: «Хм… Лука, наверное, не такой и гад. Скажу-ка я ему спасибо… А?»

Сабина отвернулась, но я ее лицо удерживаю.

— Я не выпущу тебя, пока не ответишь мне!

Сабина вспыхивает и почти орет мне в лицо ударяя меня маленькими кулачками:

— С П А С И Б О! Ты доволен⁈ Да, вчера ты спас меня. Но этого бы не случилось, если бы ты не выкрал меня и не вернул отцу. Ты ждешь правду? Окей! Во первых — ты старый и скучный, это очевидно всем, кроме тебя! С чего мне любовь к тебе изображать⁈ Приди в себя! Во вторых — ты бандит и ты психованный. Ты — смешон со своими надеждами! Я не люблю тебя, ты мне противен! Можешь взять меня силой, но ты не изменишь этого. Я лишь буду ненавидеть тебя сильнее… И самое главное — я не свободна, здесь! Плевать мне на всю твою заботу. Я этого не просила! Теперь, сделай одолжение, отъебись от меня и дай мне уйти!

Смотрю ей в лицо, молча. Отпускаю ее и приподнимаюсь. Сел рядом. Помогаю ей встать. Отвернулся от нее. Иду хромая к креслу, на ходу хватая чашку с остывшим кофе. Выпиваю растерянно залпом и оглядываюсь назад…

Думал ее и нет уже здесь. Нет, стоит и смотрит на меня. Хотела бы уйти — ушла бы, сто раз. Но нет, стоит. Что у нее в голове? Смотрит на меня. Не равнодушно смотрит, а так, словно накосячила и думает как исправить.

«Какого черта она мне мозги морочит?» Повторяю уже вслух, но немного иначе:

— С какого черта ты решила, что я старый? Мне тридцать два, и то, будет… Не пятьдесят… И, кстати, я не бандит. Мой бизнес, абсолютно законный. Я плачу налоги. Не усмехайся. Плачу! И это блять, не маленькая сумма. Да, мне частенько приходится защищать мой бизнес кулаками. От таких, как те, что ты видела вчера. Но такова цена за успешность моего дела. Всегда есть желающие отнять, отжать, взять на слабо. Что до остального…

Я подошел к ней и смотрю на нее откровенно.

— Прошлое не изменишь. Да, я выкупил тебя… Времени ухаживать за тобой, не было… Но здесь, не моя вина… Ты вела себя со мной, как психопатка. Вдобавок, ты из чокнутой семейки… А на счет того, что я тебя совсем не привлекаю… Я уже сказал, и могу повторить. Ты очень большая лгунья, Сабина.

Прижимаюсь к ней крепко, упирая ее спиной в ближайшую стену. Говорю ей на ухо, касаясь губами ее шеи:

— Почему ты до сих пор не ушла? Зачем, все еще слушаешь меня, старого зануду? Я слышу как ты дрожишь и твое дыхание глубокое и прерывистое. Хочешь я скажу тебе, почему?

Я провожу рукой по ее животу, ведя ладонь вниз к ее бедрам. Сабина останавливает мою руку, но я обхватываю ее ладонь и прижимаю своей рукой к ее киске.

— Ощущаешь это? Почувствуй свою киску. Когда я так близко к тебе, она дрожит… Я уверен в этом, как и в том, что ты хочешь меня. Давно хочешь… Мне даже доказывать этого не нужно. Мы оба знаем, что ты уже кончала, глядя на меня…

Сабина тяжело дышит и молчит. Отвернулась. На ее лице раздражение и усмешка. Не искренняя улыбка. Она растеряна. Произносит «нет», слабее чем раньше.

Я обхватил ее лицо и заставил посмотреть мне в глаза.

— К черту твои слова! Они не стоят ничего. Я может и псих, но я не вру себе. Да, я хочу тебя. Но ты, хочешь меня не меньше! Знаю это, вижу это в тебе. Я же не пацан… Не беру тебя силой, но не только из-за обещания. Ты нравишься мне. Очень… Жениться хочу на тебе. Нормальной жизни хочу. Скажи мне, в чем здесь преступление?

Сабина подняла на меня глаза и молчит. Вижу, задумалась. Не орет, уже неплохо.

В этот момент открылась дверь со стороны столовой и в комнату вошла Гуля.

— Лука, прости за беспокойство. Я стучала тебе, несколько раз. Там у ворот какие-то люди. Если я не вовре…

Моя помощница не закончила фразу. Заметила Сабину, что стоит у стены рядом со мной. К тому же, девчонка в моей футболке с голыми ногами. Гуля переводит осуждающий взгляд на меня. Но внезапно, Сабина сама ей ответила:

— Не нужно этих взглядов! Я не трахалась с ним. Мы просто спали в одной комнате…

Сабина накинула куртку и прошла мимо Гули. Поднялась по лестнице и вышла, не оглядываясь на меня.

Я провел ее взглядом и усмехнулся ей вслед.

«Упрямая…»

Гуля смотрит на меня, все еще встревоженно. Я махнул рукой.

— Не бери в голову. Так что там за суета? Соседям, снова Ахиллес свои лаем мешает?

— Нет, Лука. Там что-то серьезное. Полиция. Я не стала говорить при девочке. Какая то женщина с адвокатом. Говорит, что она ее мать.

— Что? Не понял, чья мать?

— Сабины…

— Что за… Сколько Даруша знаю, он все ныл, что мать Сабины бросила ее сразу, как грудью кормить перестала… Он ей платил за каждый день, чтобы не бросила младенца, еще раньше… Это какая-то аферистка, денег с меня срубить хочет… Набери Кузьму, пусть ребята привезут его. Звони ему и срочно!

Смотрю в камеру на пульте охраны. Они держат прибывших на расстоянии от ворот. Впереди, двое. Женщина с мужиком долговязым. Мужик с портфелем, похоже, это их адвокат. Сзади, для полноты картины полицейских двое переминаются. Даже участковый наш, здесь. Его физиономию хорошо знаю.

«Серьезно подготовились…»

Присматриваюсь к женщине. Сомневался кто она, пока не увидел ее волосы. Рыжая, густая грива, точь-в-точь огненная, как у Сабины. Одно хорошо. Значит, девчонка моя не подделка крашенная. Огонечек настоящий, рыжий. Плохо, что это на самом деле, мать ее… Пока Сабина несовершеннолетняя, закон будет на стороне ее матери, даже той, что бросила. Мое опекунство… Каковы его шансы, теперь?

Кузьма, мой юрист приехал и сразу стал общаться с посетителями. Набрал меня. Сказал, что я могу выйти, но чтобы ни слова, без согласования с ним.

Я переоделся. Надел костюм. Взял все документы по опекунству. Свидетельство и документы самого Даруша, что дочь воспитывал, без матери. Вышел к ним. Все юристу, Кузьме, передал. Тот не торопится им все показывать. У себя оставил документы.

Мать Сабины, как меня увидела, подняла крик:

— Вот он, преступник! У меня есть несколько недавних сообщений от дочери, что ее удерживают здесь, насильно.

Кузьма попросил предоставить ему эти сообщения. Они показали.

Он обернулся на меня и взгляд его не сулил ничего хорошего. Однако, он и не подал виду, когда вернулся к разговору с ними.

— Мой клиент, единственный официальный опекун Сабины Даруш. У меня есть множество свидетельств социальных работников, которые лично опрашивали подопечную моего клиента и остались безусловно удовлетворены условиями ее проживания. Без постановления суда, вы не можете требовать встречи с ней. Тем более, забрать ее у моего клиента.

Мать Сабины, несмотря на успокоительные жесты ее мужа и адвоката, после заявления Кузьмы, вспылила. Подняла ор, что я преступник, педофил и насильник. Смотрит на меня ненавидящим взглядом. Ее прямо трясет. На все уверения моего адвоката, кричит одни проклятия.

Мужу удалось заглушить ее на время. На все его спокойные, монотонные реплики она раздраженно закатывала глаза и недовольно фыркала, точно также как это ее дочь делает.

«Так вот в кого Сабина такая строптивая… Я думал это у нее от цыгана.»

Та, не унимается.

— Завтра, рано утром, постановление судьи у нас будет! Ты вернешь мне мою дочь, гад! Бандит! Урод! Подонок! Если узнаю что ты ее хоть пальцем тронул! Берегись! Ты за все ответишь!

Ее адвокат пытается «остудить» ее, но тщетно. Она уже кричит проклятия в мою сторону. Заодно, досталось и моему юристу.

Кузьма очки поправил и с прищуром за ней наблюдает. Я его знаю много лет, он что-то задумал. Отвечает ей, подчеркнуто вежливо.

— Мой клиент заинтересован в законном разрешении конфликта. Его подопечная находится в идеальных условиях проживания, о чем у нас есть официальное подтверждение. Всего вам хорошего.

Кузьма взял документы. Прежде чем попрощаться, он сказал мне:

— Лука, те сообщения от девушки, серьезная проблема. Но я это решу. Все счета, справки и свидетельство ее отца, неплохой ход. Мы докажем, что ее мать неидеальный кандидат в опекуны. Тем более, мне показалось что у нее проблемы с алкоголем, однако, это еще нужно проверить. Вдобавок, она вспыльчива, это нам на руку. Но, проблема не в этом. Судья непременно будет спрашивать Сабину, без свидетелей. Если она выберет мать в качестве опекуна, судья послушает ее. Деньги, здесь не помогут, Лука. Только желание девушки.

Он ушел, а я вернулся в дом.

Значит, у меня остался один день… В том, что завтра Сабина захочет уехать с матерью. Я даже не сомневался…

Сабина.

«Дочка, скоро будешь дома! Виделась сегодня с твоим „опекуном“. Гасанов Лукьян… или как там его… Тот еще урод. У него на побитой роже, все написано. Явно, бывший зэк с двумя классами образования. Наехала на него жестко. Он не тронет тебя. Будь уверена. Решение судьи почти у нас. Собирай вещи, милая, скоро встретимся!»

Читаю сообщение от Марины и двойственное чувство испытываю. С одной стороны я рада, что дело движется к моему освобождению. Но отчего-то мне стало неловко за ее поведение перед Лукой.

«Это глупо. Я живу у него не по своей воле. Он заслужил. Так отчего мне неловко?»

Хочу откинуть телефон в сторону, но взгляд цепляет на экране ту папку, куда направлялись все непрочитанные сообщения от Андрея. Палец уже листает ленту.

Первое сообщение Андрей прислал ночью, через день как нас с ним нашел Лука. Оно шокировало меня.

«Ну что, тебя уже трахнул этот старый козел? Понравилось? Не захотела мой член, а теперь жалеешь. Я прав?»

Следующее сообщение, через два дня. Совсем другое.

«Сабина, детка. Умоляю, извини меня за ту ебучую тупость. Я был зол и пьян. Напился и нес бред. Если бы я мог удалить то сообщение…. Прошу, не читай его!»

Поздно. Я уже прочла. Странно, но мне даже понравилось. В том сообщении был характер. В остальных, прежнее нытье и жевание соплей ни о чем…

Три сообщения в один день. Он был на сборах.

«Друзья говорят, трахни кого-нибудь, но я хочу только тебя. Мать достала с учебой. У меня проблемы с сессией. Все пофигу…»

«Если ты забыла меня, напиши это. Я не разлюбил. Я твой, Сабина. Тренер и батя мой, грузят чемпионатом. Пацаны купили мне шлюху. Я их послал.»

«Я пьян. Мать отняла у меня ключи от машины, пока не исправлю оценки в универе… Поебать. Ты одна мне нужна.»

Последнее его сообщение две недели назад.

«Думаю о тебе, детка. Я пьян.»

Больше ничего.

«Прошла любовь или Лена-прилипала, утолила сексуальный голод?»

Злюсь на него, но все еще реагирую на его слова о любви. Хоть это и тупо. Наша с ним совместная неделя очень явно показала, что мы не пара. Андрей слабак, малейшая сложность вводит его в ступор. Не защитил меня, даже от своей матери. Тянул время, пока Лука с дуболомами не увезли меня от него.

«Тогда почему мое глупое сердце, все еще тянется к нему? Окей… Не буду загадывать. Главное, оказаться на свободе…»

Решила заранее приготовить свои вещи. Открыла шкаф и то немногое, что было у меня, сложила в рюкзак. Ищу наушники. Их нет нигде. Посмотрела под кроватью, тоже нет. Короткие волосы все время падают мне на лицо, закрывая обзор.

«Чертовое каре!» Ужасно раздражает невозможность собрать волосы в хвост. Только из-за этого жалею, что отрезала их…

— Не это ли, ты ищешь?

Лука. Его голос.

Оборачиваюсь и резко встаю, поправляя футболку на спине. Непослушной волной волосы снова падают мне на лицо, но я не убираю их. Лука протягивает мне наушники, но не смотрит на меня. Его лицо бледнеет и сосредоточенный взгляд скользит по открытым шкафам и моему рюкзаку. И без слов ясно, что я собиралась.

Но он не говорит ни слова об этом.

— Иди позавтракай, я буду ждать внизу. Сегодня, мы вместе поедем на твои занятия.

— Занятия? — Переспрашиваю удивленно.

— Да или ты уже передумала? Конный спорт. Мне показалось тебе это нравилось.

«Черт, я совсем забыла…»

Одно воспоминание об Айре и мое сердце затрепетало… Очень хочу увидеть снова свою лошадь.

Лука закачал головой, равнодушно взглянул на меня и после на свои часы. Я сбита с толку. Не могу понять, он играет или на самом деле ему все равно? Почему ведет себя так, словно ничего не произошло?

Это утро было безумным. Мы провели эту ночь на одном диване, но это не помешало нам разругаться, снова… И тот наш диалог, на полу в его убежище. Лука поцеловал меня… Не раз. Неужели это мелочь? То, что он сказал мне, нельзя так просто забыть… Но он ведет себя так, словно ничего не произошло…

К тому же, ему еще пришлось выслушивать обвинения от Марины. Уверена, это был очень неприятный визит, но Лука и об этом упорно молчит.

Не собираюсь играть в его равнодушные игры. Смотрю на него и отвечаю резко:

— Я никуда не поеду!

Произнесла первое, что пришло в голову. Не думая. Просто назло ему, даже не пытаясь скрыть досаду от нелогичности своего решения. Ведь, я и правда, люблю свои занятия.

Лука поднимет на меня лицо и спокойно произносит:

— Поедешь.

Выходит и закрывает дверь. Почти сразу ему вдогонку летит мой кроссовок, что ударяясь о стену, падает на пол.

Через десять минут, я спускаюсь вниз, уже в спортивной куртке. Слышу голос Луки из столовой.

— Переобуйся. В той коробке специальная обувь для верховой езды.

Открыла коробку и с восторгом смотрю на новые черные сапоги. Едва сдерживаю улыбку. Примерила. Мягкие и удобные. Подошли идеально. Я кручусь у зеркала, предвкушая занятия. Заметила, что Лука смотрит на меня. Откинула сапоги в сторону и отвернулась.

Сели завтракать. Гуля молча поставила передо мной тарелки с закусками и отошла. Сегодня она молчаливее чем обычно. Почти не говорит. Отвернулась и овощи нарезает. Время от времени беспокойно поглядывает на своего хозяина. Ее собачья преданность меня раздражает.

Идем к машине. Лука молчит. Я тоже. Внезапно, он останавливается. Набирает по телефону водителя:

— Отбой. Я сам ее отвезу. Скажи охране, что я «мерс» хочу выгулять. Да, тот самый.

Он берет меня за руку и ведет за собой в столовую. Я не сопротивляюсь. Иду следом. Проходим мимо Гули. Она немного сбита с толку из-за того, что мы за руки держимся. Лука открывает ту самую скрытую дверь и ведет меня вниз, в свое любимое «убежище».

Включает освещение. Но не только. Тент над красивой, серебристой машиной, что стоит посредине падает на пол.

Лука поднимает дверцу вверх, обходит и поднимает вторую.

— Садись.

На его лице блуждает улыбка. Он по прежнему хмурый, но вид этого автомобиля явно поднял ему настроение.

Я немного колеблюсь. Насколько надежна, эта старинная тачка? Спрашиваю:

— А это безопасно? Понимаю, не дура, что это «мерс» и все такое… Но она же долго стояла…

— Нет. Все знают, Лука Гасанов никогда не тратит деньги зря. Я не трачу силы и средства на что-то ненадежное или то, что не работает. Всегда плачу за лучшее и то, что точно, мое.

Последние слова Лука произнес четче, с акцентом на последней фразе, намекая на меня.

«Ну да, очень приятно, что ты меня с бездушной железякой сравнил! Льсти себе! Так распирает его… Облезешь! Меня, ты не купил!»

Я села на переднее сиденье рядом с ним. Лука снял пиджак, оставшись в одном черном поло с короткими рукавами. Мой взгляд невольно проскользнул по жилистому, рельефному силуэту его загорелой руки с красивым рисунком вен до самых пальцев.

Он в хорошей форме, не могу отрицать этого.

«Мне, тридцать два. И то, будет…»

Вспоминаю эти его слова и вес его тела на мне. Он властным жестом раздвигает мои ноги и я чувствую его бедра, что крепко прижимаются ко мне. Отчего довольно явно ощущаю его член.

Облизываю губы и делаю невольный вдох. Вспомнила, что тогда, сразу после моего ответа, Лука меня поцеловал, снова. Я забывала дышать, когда раз за разом его губы захватывали мой рот. Целуется он круто. Его губы, упругие и мягкие, не были губами старика… А тот его властный жест, когда его ладонь с силой сжимала мою задницу пока он целовал меня… Это было очень горячо… На секунду, я даже потеряла связь с реальностью. Но его привычка брать силой то, что не дается — меня, однозначно бесит.

Мурашки от этих воспоминаний поползли по моей спине. Я невольно приподнимаю руку, потому что горячий импульс, отдается током мне в грудь, делая твердыми и заметными мои бугорки.

Но я волнуюсь напрасно. Он не увидит. Лука ненадолго отошел, чтобы открыть ворота гаража. Он все еще сильно хромает из-за раны на ноге. Смотрю на его фигуру.

'Моему старшему брату, Степану, двадцать девять. Луке — тридцать один. Он не намного его старше. Так почему я решила что он старик? Из-за отца и его дружков? Лука совсем не похож на них… Но, зачем я вообще сейчас об этом думаю?

Лука возвращается и захлопывает дверь за мной. Садится и заводит свой мерс. Приятный гул мотора радует его слух и Лука усмехается поглядывая на блестящую приборную панель.

Наблюдаю за ним и невольно заражаюсь его воодушевлением и хорошим настроением. Он сейчас так счастлив. События этого утра не были приятными для него. Тем не менее, он и слова мне не сказал. Не жаловался, ни обвинял.

"Он никому не доверяет. Упрямый и гордый как дундук. Привык все в себе держать. И эта поездка, странная… Захотел поехать на коллекционном автомобиле… Но почему со мной? Все это, немного похоже на прощание…'

Мы выезжаем из гаража и охрана следует за нами. День такой солнечный.

Жаль, что в этой ретро-модели не опускается крыша. Конечно, еще слишком холодно для кабриолета. Мы замерзнем за секунду…

Я приоткрыла окно и наслаждаюсь свежим весенним ветром, что треплет мои волосы. Надела темные очки, потому что солнце невероятно слепит в глаза. Слышу голос Луки:

— Подай мне мои очки, они в сумке.

Оглядываюсь на него. Он указывает взглядом на сумку сзади. Достала из сумки футляр с очками и открыв, протягиваю ему. Но он качает головой.

— Надень на меня!

Делаю вдох и надеваю очки, касаясь его щеки пальцами. Замираю на секунду, пялясь на него. Эта модель солнечных очков ему очень идет. Выглядит впечатляюще. Все малолетки, просто уссались бы от одного его вида…

Лука усмехнулся заметив мой подвисший на его лице взгляд.

«Черт, он прекрасно знает как выглядит… Выставила себя наивной дурой… Дешевенький ход…»

Злюсь, что повелась на один из его трюков. Отворачиваюсь и раздраженно поправляю свое дурацкое каре. Короткие пряди от ветра, то и дело лезут мне в рот.

К счастью, мы уже на месте.

Я еще издали заметила Айру, мою лошадь. Открыла дверь и бегу к ней. Тренер стоит рядом с лошадью. Одна из директрис этой конюшни — Снежана, опытная наездница, тоже. Уже ждут нас. Тренер оставил меня в седле, передав поводья той директрисе. Он ушел с Лукой поздороваться, а наездница эта, трещит, заливает сколько Лука всего делает для ее лошадей.

Я пропускаю ее треп мимо ушей. Жду тренера и кормлю Айру молодой морковью.

Естественно, раритетный «мерс» Луки привлек всеобщее внимание. Сижу и жду пока все поохают и нафоткаются.

Наконец, мой тренер вернулся, а директриса, напротив, поспешила к Луке. От меня не укрылось, что отходя, она расстегнула верхние пуговицы на платье. Последнее, что я видела, как она звонко смеялась над тем, что Лука ей рассказывал. При этом, хлопала его по руке и все время прижимаясь к его плечу вываленными сиськами….

Обычно, мне все равно, что на него пялятся женщины. Но в этот раз, меня это задело. Возможно, дело в том, что цвет волос этой Снежаны, с рыжинкой. Не совсем как у меня, но близко. К тому же, она гораздо старше и опытнее…

Удерживаю поводья, а мысли мои с этими двумя, там у машины. То с какой настойчивой заинтересованностью эта кобылица обхаживает Луку, раздражало. Весь урок я вертела головой поглядывая на тех двоих, что все еще говорили.

Наконец, я спрыгнула на землю. Поблагодарила тренера и обняла Айру, прежде чем уйти.

Иду к машине. Снежана сидит в его машине на моем месте. Закинув ногу на ногу, она увлеченно рассказывает ему что-то, живо жестикулируя и смеясь. А Лука, нависая над ней сверху, явно с интересом ее слушает и тоже смеется.

Он даже не заметил, что я подошла. Не смотрел на меня, когда я занималась…

«Почему меня это так злит? Я что, такая собственница? Это тупо! Завтра меня уже не будет в его доме! Плевать что он делает и с кем заигрывает… Пусть хоть потрахаются в этой машине! Она, явно, только этого и ждет! Думаю, все идет к этому. Снежана эта, так к нему прилипла, что и таблички 'трахни меня!» не нужно…"

Только когда я резко кинула сумку на крышу машины Лука обернулся. Директриса разочарованно замолкла и ойкая потянулась к его руке. Он подал руку помогая ей встать, отчего я «закатила» глаза и раздраженно фыркнула.

Как только она освободила место я плюхнулась на сиденье, разочарованная тем как прошло сегодняшнее занятие.

Лука попрощался со Снежаной, что еле оторвалась от его штанов, и вернулся к машине. Закрывая дверь он спросил меня, все еще улыбаясь после разговора с той кобылицей:

— Как… эм… прошел твой урок?

— Нормально.

Я даже не старалась скрывать свое отвратительное настроение. Буркнула это, так привычно хмуро и грубо, словно отцу отвечала. Лука сразу заметил перемену во мне. Задержал руку и не захлопывает дверь.

— Глянь-ка на меня! Что-то случилось? Чем ты разочарована? Это лошадь? Тренер? Нет… Вряд ли… Он лучший, среди всех…

Я раздраженно дергаю ногой и не глядя на него, бросаю резко:

— Хмм… Никто! Избавь меня от этих занудных расспросов! Мы можем просто поехать уже⁈

Голос Луки после моих слов мгновенно утратил веселье, мягкость и заботу. Прежняя холодность вернулась очень быстро. Отвечает мне глухо и властно:

— Нет, не можем. Пока ты не сменишь тон и не ответишь мне нормальным голосом, что именно тебе не понравилось.

— Все понравилось! Так, ты доволен⁈ Почему тебе непременно нужно мое мнение знать⁈ Какой же ты зануда! Хоть раз, просто молчать нельзя, нет⁈

Лука стоит и не двигается. Затем, наклоняется ко мне и поворачивает ладонью мое лицо к себе. Я отворачиваюсь и отталкиваю его руку в сторону. Жду когда он уже психанет и просто отвезет меня домой.

Но он не двигается. И тут, я слышу его смех. Сначала тихий, а после, громче.

Обернулась и смотрю на него, закипая. Лука присел на корточки рядом со мной и с дурацкой усмешкой смотрит на меня, довольно откровенно, качая головой.

— Так вот как это выглядит…

Скрещиваю руки на груди и максимально холодно спрашиваю, не глядя ему в глаза и покусывая нижнюю губу:

— Что именно⁈

Лука не сразу ответил мне. Он встал, потянулся вверх за дверцей и прежде чем ее закрыть, наклонился ко мне и сказал:

— Ревность.

Я издала насмешливое «пфф». «Закатила» глаза, показывая ему как сильно он далек от истины. Сказала, что он смешон и это нелепо. Хотя в этот момент, мои щеки горели от гнева я из последних сил изображала «бесстрастность».

Он сел за руль и только по звуку заработавшего двигателя, поняла что мы наконец-то едем домой. Я не смотрела на него. Сидела отвернувшись к окну. Отъехав на пару сотен метров от ипподрома, Лука внезапно съезжает на обочину и останавливается.

Оборачиваюсь и смотрю на него, не понимая почему он решил остановиться здесь.

Лука смотрит на руль и снимает медленно свои очки. Откинул их назад на сиденье. Затем, снял очки с меня и бросил туда же.

Я молчу, удивленно подняв глаза на него. В этот момент он наклоняется и его лицо приближается ко мне. Его рука обхватывает меня вокруг талии прижимая к нему. Второй, он откидывает прядь волос с моего лица.

Все что я ощущаю в следующую секунду, это горячее дыхание его губ, что касаются моих.

Пытаюсь отталкивать его ладонью, но он убирает ее, все более властно поглощая мой рот. Это было так чувственно и так потрясающе, что я сама не поняла каким образом мои руки оказались на его шее.

Обняла его, захватывая пальцами его волосы и прильнув к его рту, с жаром отвечаю на его поцелуй. Он подхватывает меня под задницу и увлекает к себе на сиденье.

Мгновение мы смотрим друг на друга тяжело дыша. Его ладони крепко прижимают мои бедра к нему. Я перевожу взгляд с его глаз на его приоткрытый рот и уже сама целую его. Лука перехватывает мои губы впиваясь в меня все более страстно. Я скольжу ладонями по его спине, прижимаясь к нему все ближе. Делаю глубокий вдох, пока его губы скользят по моей шее, оставляя рой мурашек на моей коже. От удовольствия я стону, откидывая голову назад, произнося на выдохе его имя:

— Лука…

Сабина.

— Сабина, детка, через десять минут будем ужинать!

— Хорошо, я сейчас.

Голос Марины раздается из коридора. Ручка двери моей комнаты чуть прокрутилась и замерла.

Я в своем привычном стиле, заперлась на замок и теперь, она это поняла. Все затихло. Я выдохнула.

Марина старается, но слишком рано требовать от меня игры в дочки-матери. Не хочу врать. Не могу изображать то, чего нет. Она мне чужая. Возможно, время это исправит, но сейчас это так.

Сажусь в кресло и поджимая ноги под себя, включаю свой любимый трек в наушниках. Бросаю взгляд на свои руки и только сейчас замечаю его.

Кольцо.

Помолвочное кольцо, которое мне дал Лука в первый же вечер…

Я уже так привыкла носить его… Забыла оставить.

Невольно привыкла к этому символу потери свободы. Как окольцованная птица носила метку чужого дома потеряв надежду вырваться.

Касаюсь пальцами холодного белоснежного металла. Сияющие бриллианты переливаются, бликуя разноцветными огнями в свете ночника. Пытаюсь снять его и не могу. Не идет. Только с третьего раза получилось освободить себя от этой метки невольной невесты.

Задумалась. Не знаю где теперь его оставить. В этом доме для него нет места. И как вернуть, тоже, не представляю…

Снова звонок на мой мобильный. Я знаю кто это. Он в который раз звонит.

Это Андрей.

Ругаю себя за секундную слабость. Позвонила ему сразу, как только оказалась на свободе. Зачем? Не знаю.

Паника? Трусость? Попытка спрятать в прошлых отношениях мысли о другом мужчине? Возможно.

Я сама позвонила ему. Но как только услышала равнодушное с претензией «Да…» своего бывшего парня, пожалела о своем звонке, но все же выдавила из себя:

— Это я…

— Я догадался.

— Хм… это все что ты можешь сказать?

— Сабина, я писал тебе почти месяц. И ни единого, блядь, сообщения в ответ… Так с чего мне радоваться?

— Мне тебя пожалеть? Или ты заткнешься и девочкой, снова я буду?

В ответ он лишь хмыкнул. Я сбросила вызов и выругалась на себя.

«С чего я решила, что он обрадуется моему звонку? Почему ни разу не написала ему?»

У меня не было ответов.

За окном уже темно. Слушаю музыку, что на всю громкость орет в моих наушниках. Но я не слышу музыки. Я прячусь в ней. В моей душе сейчас такая путаница… И только в голове, все четко. Мои мысли ясны и в них только один человек. Но думаю я сейчас, не о своем бывшем парне. Совсем нет.

Я думаю о мужчине которого так привыкла ненавидеть, что уже свыклась с его постоянным присутствием в моей жизни.

Лука.

«Где он? Уже дома? Почему не звонит? Почему не ищет меня? Почему не стучит во все двери, требуя вернуть меня назад, в его дом…»

Смотрю на свой безымянный палец без кольца и касаюсь своих губ. Вспоминаю сегодняшний день и то безумие, что произошло между нами в его машине, неподалеку от ипподрома.

Вспоминаю хмурый взгляд его темно-зеленых глаз, что скользит по моему лицу. Его руки, что так цепко и не колеблясь обнимали меня, прижимая к его сильному телу. Его губы с легкой усмешкой… Мягкие и горячие, что целовали так нежно, что не ответить на его поцелуй я не могла.

Но не было в этом порыве и секундного ощущения неприязни. Мы оба поняли это.

Почти одновременно эта мысль пришла нам в голову. Сразу же, после первого поцелуя. Посмотрели друг другу в глаза и поняли. Все что было между нами недосказанного, исчезло. Но теперь, нечто неконтролируемое и пугающее, посильнее прежней вражды вошло в нашу жизнь… То что я увидела в его глазах напугало меня. Спешила поцеловать его, чтобы не думать ни о чем больше.

Мы оба были так заведены, что совершенно потеряли контроль. И без этого, все зашло довольно далеко…

Лишь громкий сигнал телефона привел нас обоих в чувство.

Лука нехотя ответил на звонок, по прежнему крепко прижимая меня к себе. Он был зол, что его прервали и отвечал кратко, стараясь восстановить дыхание.

Ответил: «Наберу чуть позже, ничего не предпринимайте» Выключил телефон и едва слышно, выругался в сторону.

Я сидела у него на коленях и мои руки по прежнему обнимали его шею.

Мне не было неловко. Мне было хорошо.

Но с каждой секундой после отрезвляющего сигнала телефона, я все больше думала о том, что именно здесь происходит, приходя в себя после временного помешательства.

«Я что, сошла с ума? Что я делаю у него на коленях? Зачем я позволила этому зайти так далеко?»

Чувствую его проницательный взгляд на моем лице, но отвожу глаза. Лука аккуратно пересадил меня обратно в кресло. Наклонившись ко мне, он нежно провел ладонью по моему лицу, поправляя мои непослушные волосы, что падали мне на глаза.

— Мне придется уехать ненадолго, но я очень скоро вернусь. Сейчас, я отвезу тебя домой. Взял бы тебя с собой, но там тебе будет очень скучно.

— Эта встреча, не будет… как тогда?

Лука понял что я имею в виду, ту его драку с бугаями на стройке.

— Нет, мне нужно заехать на одну из моих точек СТО. Там какие-то разбирательства с властями. Неожиданная проверка. Я собственник, без меня они не могут начать.

— Сейчас уже четыре, очень странное время для проверки…

Лука закачал головой, усмехнувшись. Сделал непринужденное выражение лица, но я ему не поверила.

Он выдохнул и молча завел машину. Мы ехали домой не глядя друг на друга и почти не разговаривая. Но и без этого, все наши мысли были таким громкими.

Прежде чем я вышла, почувствовала тепло его руки на своей. Лука намеренно коснулся кончиков моих пальцев когда я открывала дверь, задержав мою ладонь в своей.

Оглянулась. Секунду задержала свой взгляд на его лице, но смутившись, тотчас вышла из машины, так ничего и не сказав.

Он уехал, а я вошла в дом.

Зашла в свою комнату и не села, а рухнула в кресло. На минут пятнадцать просто зависла в воспоминаниях, закрыв ладонями лицо.

Я была смущена, сбита с толку и… ужасно зла. На себя.

«Какого черта я так все запутала?»

В кармане куртки завибрировал телефон.

Марина.

«Дочка, мы у ворот. У нас постановление судьи на право опеки. Все документы на руках, но нас не пропускает охрана этого Гасанова. Постарайся выйти ко мне. Я увезу тебя сейчас же!»

Смотрю на это сообщение и понимаю, что время для рефлексии прошло. Вот и решение.

«Остаюсь или ухожу?»

Долго думать я не стала. Схватила рюкзак с вещами, свои наушники и помчалась вниз по лестнице, во двор.

Мой прежний ход за ворота, через вольер Ахиллеса был все также актуален.

Обняла на прощание радостного пса, скормив ему мой бутер.

— Ты был лучше всех, малыш. Я буду за тобой скучать…

Поднялась по крыше вольера и перемахнула через забор. Одно касание перекрытия внизу и я за воротами.

Вижу Марину. Она стоит возле машины и с ней рядом какой-то седовласый мужик. Они увидели меня, улыбаются.

Я тоже выдала некое подобие улыбки. Подыгрываю, чтобы смягчить момент первой встречи. Мне совершенно не весело. В моем сознании сейчас землетрясение, разрушающее меня всю изнутри. В голове пожар из чувства вины и непонятной тоски…

Бегу к ним. Марина обнимает меня и спешно уводит в машину. Почти сразу мы срываемся с места и едем на большой скорости прочь. Смотрю в окно как дом, в котором я провела последний месяц все быстрее удаляется от меня. Падаю в омут забвения, стирая эту главу моей жизни.

Марина что-то говорит, но я не слушаю ее. Обрывки фраз долетают до сознания: «у тебя отдельная, самая красивая комната…», «Густав, молится за нас с прихожанами…», «большой двор с садом…».

Переспрашиваю ее:

— Прихожанами? Что за прихожане?

— Мой муж, Густав — пастор. Лютеранский священник, проповедник. Сейчас он со своими прихожанами остался в кирхе, чтобы молиться за исход нашего дела. Ты его увидишь, он очень хороший человек!

— Хм… Он священник⁈

— Да, но в лютеранстве, все проще. Любой достойный муж паствы может быть рукоположен в священники. Я и сама теперь принадлежу к его вере, разумеется.

— И ты, теперь, жена священника или как?

— Жена пастора. Да. Чем горжусь и очень счастлива. Всю жизнь сокрушалась, что не была замужем. Вот, дождалась свое счастье. Я же не вышла замуж за твоего отца. Иначе, Густаву не разрешили бы жениться на разведенной.

— Ясно и что это за… кер… кирка?

— Кирха. Наш храм. Хотя в нашем случае, это скорее, дом для духовных собраний. Небольшой, но светлый и просторный.

После слов Марины, я серьезно так разволновалась. Она оказывается теперь, в какой-то религиозной секте. И я, похоже, попала заодно вместе с ней к этому сектанту-пастору…

— И… что вы в этой… Кирхе делаете?

— Сабина… у тебя такой взгляд испуганный, словно мы секта какая-то! Лютеранская церковь одна из старейших. Обычный приход, где мы молимся, слушаем проповедь, поем, играем на музыкальных инструментах. Но главное, слушаем и слышим друг друга. Как захочешь прийти, мы будем рады.

— Нет-нет, я пас. Это не мое. Я не религиозна. А твой муж не будет против, если я не буду ходить, в эту… кирху?

— Густав, терпеливый, умный и очень добрый человек. Он все понимает. Мы — семья. Никто тебя ни к чему не собирается принуждать. Как я и сказала, у тебя своя отдельная комната, где тебя никто не будет беспокоить. Пошли, покажу тебе ее и заодно, весь дом.

Скромный, двухэтажный дом окруженный небольшим садом, был словно зажат с обеих сторон высотками и другими коттеджами. В конце улицы было невысокое каменное здание с высоким крестом. Вероятно, это и есть их кирха.

Прошлись с Мариной по дому. Небольшой, но уютный.

На полке в гостиной, фото мамы с этим Густавом. Выглядит лет на пятьдесят с небольшим. Высокий, светлоглазый и почти лысый. Везде улыбается. Обнимает Марину на всех фото. Выглядят счастливыми. Здесь и мои фото есть. Два. На одном, мне около года и я у нее на руках. На втором я в бассейне, здесь, мне около семи.

Через час пришел Густав. Марина права, он оказался довольно приятным в общении. Хорошо говорит по-русски, с акцентом, но совсем небольшим.

Он рассказал о них, я рассказала о себе…

Густава заинтересовали мои занятия плаванием. Спросил не хочу ли я продолжить это. Оказалось у прихода есть спортивный центр с огромным бассейном. Я ответила что подумаю, но призналась, что мне ближе конный спорт.

Он одобрительно закивал.

— Лошади прекрасные существа. Я рад что ты находишь время для саморазвития, это очень похвально.

В этот момент мой телефон зазвонил. Я взглянула на номер и сбросила вызов. Андрей не унимался. Густава заинтересовал мой хмурый взгляд.

— Прошу прощения, Сабина, это твой молодой человек?

Я переглянулась взглядом с Мариной. Она тотчас жестом руки остановила Густава от расспросов. Тот погладил ее по руке, но ждал моего ответа.

Я выдохнула и нехотя, ответила:

— Да, это мой бывший парень. Мы расстались месяц назад. Но он, видимо, не понимает этого.

— Значит, осталось недопонимание. Можно мне поговорить с ним?

— Нет, извините!

В этот момент телефон снова зазвонил.

Я раздраженно смотрю на экран и сдаюсь. Протягиваю Густаву свой телефон.

Тот поздоровался и перекинувшись парой фраз, неожиданно, пригласил Андрея к нам на ужин.

Я сижу бледная и раздраженная.

Густав вернул мне телефон и сказал:

— Иногда мы тратим годы, чтобы не замечать проблемы. Их скорейшее, мирное решение, поможет всем. Для этого, мы здесь с тобой.

Я пожала плечами и согласилась. Хуже, точно не будет.

Марина накрыла на стол. Андрей приехал через полчаса. Вошел в гостиную и сразу встретился взглядом со мной.

Густав вышел вперед и протянул ему руку.

— Я — Густав, отчим Сабины. Это ее мама, Марина. Я слышал, что вы, Андрей, спортсмен. Капитан команды. Волевой человек, способный объединить многих, это достойно уважения. Приглашаю разделить с нами этот ужин, приготовленный руками моей любимой жены. И вы, расскажете нам больше о себе.

Я стояла с офигевшими глазами, так же как и Андрей. Он топтался на месте и переводил взгляд с праздничного стола на меня, затем, на тех двоих.

Перед ужином Густав произнес краткую молитву и мы приступили к ужину. Первые минут десять, беседа не клеилась, но хозяин дома своевременно задавал темы для беседы. К концу ужина мы даже смеялись, слушая про его поход в горы.

После ужина, Густав отвел Андрея в сторону и о чем-то поговорил с ним.

Андрей вернулся назад, с покрасневшим лицом, но довольный.

Он поблагодарил Марину за ужин и позвал меня на улицу на крыльцо.

Мы вышли и он утянул меня подальше от окон, в угол.

— Сабин… Ты прости, что я повел себя как козел.

— Андрей, не стоит. Я все понимаю. Это был справедливый наезд…

Он взглянул на меня сверху вниз и покачал головой, улыбаясь.

— Ты офигенная с этим каре… еще горячее. Детка, я так скучал…

— Андрей… я тебе никогда не врала и сейчас, не буду. Пригласить тебя на ужин, была не моя идея. Не хотела бы…

Он закивал головой, пятясь назад. Побледнел, кусая раздраженно губы.

— Все норм. Мне и Густав этот сказал, чтобы я уважал «твое право на личное пространство…».

— Он так сказал?

— Угу… Не, норм мужик. Он мне понравился. И ужин этот, все было круто. Всегда хотел пообщаться с твоей семьей.

— Они мне не семья.

Андрей посмотрел пристально на меня и покачав головой, сказал:

— Ты уверена? А вот мне показалось, иначе. Извини, Сабин, но мне кажется ты слишком быстро принимаешь решения, боясь лишиться мифической свободы. Никто у тебя ее не забирает. Ладно, пошел я. Твой характер при тебе, как я вижу… Я чего звонил. У нас полуфинал будет в эту субботу. Этот твой Густав сказал, что они с твоей матерью, придут меня поддержать. Ну, а ты, если захочешь прийти… Буду рад.

— Когда ты успел им рассказать про полуфинал?

— Сабин, я за ужином только об этом и говорил…

— Уфф… Извини, видимо, я задумалась в тот момент.

— Ладно… Обнять я тебя могу перед уходом? Или это запрещено и гореть мне в аду?

Я усмехнулась и согласно закивала головой.

Андрей прижал меня к себе и я растаяла. Погрузилась в приятное тепло такого привычного мне запаха его парфюма, что у меня закружилась голова. Ощущаю как его руки все сильнее прижимают меня к нему и не останавливаю его. Прижалась щекой к его плечу и громко выдохнула.

Андрей наклонился ко мне и поцеловал меня в макушку, чуть задержав свои губы на моих волосах.

— Сабина, ты уверена, что не хочешь чтобы я…

Андрей не договорил. Замолчал, осекся.

Я подняла глаза на него. Вижу, что он смотрит поверх меня куда-то в темноту. Я не поняла что произошло и почему он так замер, вдруг. Повернула голову в сторону дороги и только в этот момент заметила его.

Лука.

Он вышел из своей машины и смотрит на нас двоих из темноты сумерек.

Поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Наш безмолвный диалог длится всего пару секунд.

Из дома вышла Марина. Следом, вышел Густав. Глядя на Луку и приехавшие следом автомобили, он произнес серьезным тоном:

— Сабина, детка, зайди пожалуйста в дом со своим другом…

Андрей не стал возвращаться в дом вместе со мной. Он махнул мне на прощание и поспешил к своей машине, мрачно оглядываясь на Луку.

Я вошла в дом и побежала в свою комнату. Хватаю ртом воздух, потому что от волнения мне нечем дышать.

Из моего окна как раз открывается вид на улицу и дорогу. Марина и Густав уже говорят с Лукой и его юристом. Подъехали еще какие-то люди, несколько машин.

Я смотрю с тревогой на улицу, опасаясь, что сейчас начнется нечто невообразимое. Но я ошиблась.

Все закончилось неожиданно быстро. Юрист взял все документы и закивал в ответ на то, что ему сказал Лука. Они оба скрылись в машине и через пару минут они уехали. Следом за ними, уехали и остальные. Никого не осталось, словно и не было их.

Марина выглядит растеряной. Явно не ожидала такого развития событий. Смотрит на мужа и удивленно пожимает плечами. Негромко что-то говорит Густаву, он ее обнимает. Через минуту они оба вернулись в дом.

Я вышла из комнаты и спустилась к ним в гостиную.

Марина увидела меня и подбежала ближе, говоря на ходу:

— Дочка, все закончилось! Это так странно… Гасанов, тот, приехал с новым решением судьи, отменяющим мое право опеки. Не один приехал, с участковым, адвокатами и своими головорезами… Я так испугалась, что он заберет тебя! Но внезапно, он почему-то передумал. Согласился подписать отказ от опекунства. Наверное, это от того, что Густав поговорил с ним. Он понял тебя, дорогой…

Густав закивал и обнял Марину, успокаивая ее.

Я развернулась и пошла в свою комнату.

Только когда закрыла дверь, я села на пол и закрыла глаза.

«Он отпустил меня…»

И я прекрасно поняла, почему.

Ну, что ж, как минимум, я свободна.

Но думаю я не об этом.

А о том, как Лука смотрел на меня… Тот его взгляд, когда он увидел меня в объятиях другого мужчины. Тяжелый, безумно тяжелый, тянущий в такую тьму, где нет надежды.

У меня сердце заполнило грудину. Нечем дышать. Делаю вдох. Еще один. Открыла поскорее балконную дверь, легла на пол и дышу холодным весенним ветром.

Пролежала так около получаса. Внезапно, в тишине ночи, я услышала едва различимый шорох колес автомобиля. Он остановился у нашего дома.

Я приподнялась взволнованная.

«Лука!»

Это его авто. Я не спутаю этот звук, ни с чем. Много раз я слышала его, когда Лука возвращался поздно ночью…

Выглянула вниз.

Он.

Но не выходит.

«Почему он не выходит из машины⁈»

Из дома снова вышел Густав. В халате поверх пижамы.

Лука вышел из машины навстречу. Передал ему папку и какой-то большой пакет.

Густав одобрительно закивал и прощаясь, протянул ему руку. После секундного колебания, Лука пожал его руку. Кивнул и пошел обратно. Скрылся в своей машине и через секунду уехал.

«Это и… все. Конец? Он просто отпустил меня?»

Смотрю вниз, стоя на балконе и меня душат слезы. Теперь их так много, что моим глазам не вместить их.

Слышу стук в дверь. Это Марина.

— Доченька, ты не спишь?

Я прошла к двери и нехотя открыла ее.

Она вошла и не сдерживая эмоций стала тараторить:

— Он подписал! Все подписал! Гасанов отказался от опекунства. Больше не увидим его бандитскую физиономию! Он позвонил Густаву сам. Привез документы и уехал. Ах, да… Гасанов, передал тебе какой-то пакет. Я хотела выкинуть. Чтобы ничто не напоминало тебе о жизни там. Но Густав настоял, чтобы я отдала его тебе. Сказал: «Сабина имеет право выбирать сама, каким путем ей следовать по жизни». Ни слова не дает мне сказать. Ох, люблю его…

— Ма, твой Густав, классный. Мне он понравился.

Марина удивленно смотрит на меня. Замерла и молчит.

Я не поняла что случилось, переспрашиваю:

— Что не так?

— Ты впервые сказала мне «Ма»…

Она осторожно коснулась моей руки и улыбнувшись, вышла.

Я закрыла за ней дверь и держу в руке пакет.

Открыла его.

Мои сапоги для верховой езды.

Смотрю на эти сапоги и отчего-то дурацкие слезы сами закапали из глаз, падая вниз.

Откинула пакет в сторону и как была, прямо в одежде легла на кровать. Включила телефон. Тотчас, замерла с улыбкой.

На весь экран морда Ахиллеса. Подборка от приложения. Лучшие фото месяца. Усмехнулась, вытирая слезы.

Помню как снимала это. Такой день был солнечный. Смеюсь, рассматривая его мордаху довольную.

На одном фото я задержала взгляд. Там, сзади. Мне кажется или… Нет, точно.

Лука.

Увеличила фото и смотрю на него.

Он, видимо, ненадолго вышел из своего любимого укрытия. Стоит в двери и смотрит на нас с Ахиллесом. Я и не заметила его, когда играла с псом. Сняла случайно.

Стоит в своей дурацкой футболке «с халком». Пьет кофе и… улыбается, глядя на нас с псом.

Невероятно. Никогда я не видела его таким. Искренним и счастливым…

Смотрю в темноту, делаю глубокий вдох и закрываю глаза. Прижимаю к себе телефон и засыпаю…

Лука.

Как понять, что правильно, а что нет? Для всего ли есть идеальный момент? Как это работает? Приходит время и ты чувствуешь это, хватаешься за него. Так? Даже если все адекватные, здравые причины против этого.

Значит, я все делаю верно. И ночная дорога по которой я еду сейчас к ней, моей девочке, в два часа ночи, единственная свидетельница моего спонтанного безумия…

…

Сразу как я отвез Сабину домой, поехал на окружную, меня уже ждал мой юрист Кузьма и толпа проверяющих. Слушаю их разговоры, а голова витает в совсем других картинах…

Сабина.

Тепло ее кожи смешанное с моим. Взгляд ее серых глаз, такой требовательный и полный решимости и… Целует меня, сама. Впервые сделала это…

Улыбаюсь, вспоминая вкус ее распаленных губ. Даже то, что я далеко сейчас не мешает мне прокручивать этот момент в своей голове. Хотя сейчас, вряд ли подходящий момент для этих мыслей.

Кузьма, просматривает стопку претензий и актов что составили ловкие чинуши. Слушаю их претензии и смотрю как вальяжно бродят они по пустынному участку моего СТО. Мне совершенно ясно, что они здесь не по зову профессионального долга, но по чьей-то наводке. Это больше чем догадка. Мой человек из налоговой предупредил своевременно. Заинтересовались моим СТО серьезные люди и намерены меня «топить».

«Не дает кому-то спать потенциал будущей трассы, что пройдет не так далеко. Делят мою собственность, заранее. Ну, посмотрим…»

Как только проверяющие ушли, Кузьма сказал что пришлет все, как обычно, аудио файлом. Я кивнул ему и поблагодарив, поспешил к машине, где вот уже пару минут разрывался мой телефон.

Ответил. По инерции рука сама потянулась завести двигатель, чтобы дослушивать в дороге, не теряя времени.

Однако, то что мне сообщили парни из охраны, заставило меня остановиться. Слушаю. Коротко ответил и сбросил вызов. Делаю выдох, постепенно осознавая что именно я сейчас услышал…

Откидываю голову назад и закрыв глаза беззвучно смеюсь над иронией моей судьбы. Что опередила меня, наслаждаясь в полной мере своем беспощадным остроумием. Судьба снова поймала меня на счастье, как лоха наивного…

Сабина покинула мой дом… Убежала через вольер, обманув охрану. Сама встретилась с матерью и не колеблясь села в их машину. По собственной воле. Все законно. Постановление судьи…

Еду домой, погруженный в собственные мысли. Уже не так спешу. За окном мелькают деревья с той же частотой как и пленка в моем мозгу, которая отматывает все хорошие воспоминания этого дня, чтобы собрать их все и спрятать в самый дальний ящик сознания с пометкой «не в этот раз».

Вошел во двор. Радостный пес, увидев меня, нетерпеливо завыл. Засиделся за сеткой вольера, но желания подходить к нему у меня нет.

Вошел в дом. На пороге столовой меня встретила помощница Гуля с зареванным лицом.

— Она уехала. Нашу девочку забрали…

Я киваю и отвернувшись от нее молча прохожу мимо прямиком к себе в убежище, в свой гараж. Не хочу грубить ей, а я очень близок к этому.

Стою у двери. Задумался. Передумал идти вниз. Вернулся в дом и поднялся к Сабине в комнату.

Ну… теперь, уже просто в комнату…

Все так же, как и когда она была здесь. Только вот, неправда это. Изменилось разом все. Без нее, здесь все серое. Словно свет выключили. Не только в этой комнате. Вообще, во всем доме.

Набрал Кузьму, моего юриста, описал ситуацию. Он человек умный, за что и уважаю его. Не торопится бездумно исполнять поручение, всегда на шаг вперед смотрит. После небольшой паузы, он спросил меня: «Чего хочу я?».

Хороший вопрос. Вот я и задумался…

В любой другой день я бы повторял одно и то же. Хочу вернуть ее. Но сегодня, все изменилось. Да, вероятно, это выглядит незначительным событием, наше дневное приключение у ипподрома… Но это могло стать началом.

Могло. Но Сабина этого не захотела. Уехала. Обманула охрану. Словно только и ждала этой секунды.

Меня это задело. Чувствую себя преданным. Но хуже этого то, что отпустить ее так просто не могу. Решил действовать по привычному сценарию.

— Верни ее.

Кузьма сказал, что перезвонит как только будут готовы все документы и это не будет быстро.

Все оформление заняло около четырех часов, может больше. Когда мы уже были в дороге, я перебирал в уме все варианты того, что поможет произойти и как мне реагировать. Это неплохо разгружало мозги и тушило злость.

Я предполагал, что Сабина будет смущена моим приездом, но не захочет вернуться. Я был готов к тому, что ее мать сделает все, чтобы я не смог забрать ее. Но я не был готов к тому, что увидел сразу, как вышел из машины.

Я не ждал встретить соперника. Сабина времени не теряла. Позвонила своему бывшему парню. Довольно быстро, как по мне. Поэтому, моя реакция была более сильной и тяжелой. Я не сразу увидел его. Не узнал.

А вот, Андрей этот, почти сразу меня заметил. Уж он то хорошо меня запомнил. Не могу его винить за это. Я его девушку забрал себе…

Забрал и снова это сделать собираюсь.

Увидел его и все мои подготовленные сценарии рухнули. Этому парню в отличие от меня, не нужно завоевывать доверие ее матери. Ему, как я вижу, в этом доме все рады, включая Сабину.

Но все оказалось еще хуже. Когда я понял, что не просто так тот парень стоит на крыльце.

Она была там. Вместе с ним.

Чувствую как земля плывет и обрушивается под моими ногами, утягивая меня вниз. А я, просто стою и смотрю. Осознавая, что где-то там в глубине его объятий находится она.

Это ее щека лежит на его плече и это ее руки обнимают его… Ее руки, что еще сегодня касались моего лица и точно так же, обнимали меня…

Ну что же… Это было полноценное возмездие за тот вечер в гостинице когда я точно также выбил у него почву из под ног…

«И что мне делать теперь? Разве это не красноречивое „пошел нах“ от них двоих?»

Нет я, конечно, много чем могу сейчас ответить на это… Кузьма все подготовил. У меня в руках есть и права и возможности увести Сабину с собой…

Но чтобы я не делал… Орал бы, нагнал ребят, подключил юристов… Все без толку.

Этого мне уже не изменить и не забыть. Не получится «развидеть» то, что она его обнимала… Не смогу простить ей это…

Кузьма вышел из машины и первым подошел к матери Сабины. Но сказать он не успел ничего, только постановление вручил. Я вмешался. Уже знал, что сделаю дальше. Сказал ей, вернее почти прохрипел, так как сил в голосе у меня почти не осталось:

— Вы можете забрать ее. Я все подпишу. Мой юрист все оформит. Он скажет что нужно делать.

Кузьма оглянулся на меня, недоумевая что именно сейчас произошло. Переводит растерянный взгляд с меня на не менее опешивших родителей Сабины… Адвокат переспросил меня и получив повторное подтверждение, сказал что оформит все за час.

Как только Кузьма пошел оговаривать нюансы этого дела с ними, я вернулся к машине. Не собирался задерживаться здесь. Поехал домой. Хотя понимал, что это чертов побег от реальности, которую мне сложно вынести.

Вернулся в дом и словно по заказу, все что видел напоминало о ней. Но не было больше щемящей тоски. Я был зол… или скорее, раздавлен. Но не был настроен на плаксивый тон, что испытывал до того, как обнаружил ее в объятиях другого мужчины….

Ахиллес снова радостно прыгал по вольеру приветствуя меня. Не знает бедняга, что я всерьез подумываю продать его. Пес, стал невольным напоминанием о ней. А мне этого не нужно.

Вошел в дом и снова засада. Пакет с сапогами для занятий верховой ездой, стоит у двери. Отнес в машину, закинул в багажник. Отвезу на днях…

Нет. Сейчас отвезу. Покончу с этим, заодно и документы отдам. Все разом удалю из сознания, сегодня же…

Уже в дороге позвонил им. Вышел муж опекунши. Нормально с ним пообщался. В отличие от матери Сабины, не слышал от него и слова негатива в мою сторону. Он поблагодарил меня и пожелал доброй ночи. Был приятно удивлен его отношением.

Сел в машину и только когда отъезжал заметил как нечто знакомое мелькнуло вверху. Огненное каре. Сабина стоит на балконе. Значит, смотрела на меня все это время.

Меня бы это порадовало пару часов назад, но не сейчас. Нет.

Вернулся домой и еле ноги свинцовые переставляю. Думал в гараже остаться на ночь, но передумал. Поднялся в столовую.

Решил выпить кофе, заодно поработать с документами. Эта внезапная проверка, серьезная. Кузьма, оставил с десяток записей, нужно послушать, что там за претензии ко мне…

Мама Гуля вошла. Молчит, только носом шмыгает. Лицо опухшее. Видимо, снова ревела. Решил ее развлечь, хотя и у самого, настроение хуже некуда.

— Гуля, все к лучшему. Зачем эти слезы? Прекращай… Месяц назад, ты прекрасно жила и так. Теперь, снова одна хозяйничать будешь. Никто не будет командовать на твоей кухне. Все, как ты любишь!

Мои слова ее совершенно не успокоили. Даже, как мне показалось, разозлили.

— Извини Лука, но ты такую ерунду говоришь, что и отвечать не хочу. Да я этот месяц нарадоваться не могла! С того дня как ты привез Сабину, дом преобразился. Она такая удивительная девочка. Смышленая, независимая, яркая… Я все ждала когда вы поладите… Но видимо, не сумел ты оценить счастье, когда оно постучалось в твои двери. Вот и ушла она…

— Ничего себе… Ты что там кофе с коньяком пила? Это я, значит, еще и виноват? Так выходит⁈

— А кто? Торчал днями и ночами в своем подвале, как старый сыч. Бросил молодую девочку совсем одну среди чужих людей. А когда появлялся, она слова доброго от тебя не слышала. Только «на», «дай» и «ты должна». Хозяйка, говоришь, в доме… Да разве это дом? Это же склеп пустой. Я удивлена, что Сабина месяц вытерпела. Как она еще раньше не сбежала⁈

— Ты так говоришь, словно я ангела в дом привел. Поверь, Сабина сама виновата, что с ней так вел себя. Другого языка она просто не понимает… Я тебе ее «художества» покажу! Она всю комнату разворотила… Может тогда ты прозреешь, что это за «тихая девочка»…

— Да видела я все! Ты, словно в вакууме живешь… Кто в доме убирает, по твоему? Ведешь себя как диктатор, как ей до тебя достучаться еще? Если всерьез считал ее своей невестой, то спросил бы ее мнение. Но ты решил за нее. Словно она кукла бездушная… Ты хоть понимаешь, что такое день свадьбы для девочки? Бесчувственный ты, Лука. Разочаровал меня, очень… Можешь меня увольнять за слова эти. Я и сама не хочу в пустом доме сторожем быть. Так надеялась, что поладите. В кои то веки, приличную девочку привел. А не этих, твоих, проституток, на которых клейма негде ставить…

— Ох, Гуля… Вот тут, ты очень ошиблась на счет Сабины! Невинная девочка… бля. Это точно не про нее!

— Да⁈ Какой ты умный, я погляжу! Не знаешь ты ничего, поэтому и говоришь чушь!

— Что-что⁈ И чего такого я не знаю? Говори, а я посмеюсь над твоей наивностью…

Смотрит на меня и гневно полотенце в руках теребит.

— Как бы тебе локти не кусать, Лука… Я не сплетница, как ты знаешь. На той неделе случилось. Вы с Сабиной после ипподрома вернулись. Ты уехал. А она после занятий ко мне пришла. Сидит, бледная. Вижу, поговорить хочет, а неловко ей. Я прямо ее спросила. Она ответила, что у нее после занятий, кое-что случилось и ей к врачу нужно, срочно. Женскому. Но, чтобы я тебе не говорила. Я дочке позвонила, та ее к своему гинекологу отвезла. В итоге, все хорошо закончилось.

— Ничего не понял. Так что с ней было?

— Ох, строго между нами. Мне дочь рассказала. Врач Сабину осмотрела и успокоила, что та, все еще девственница. А кровотечение изредка случается от интенсивных занятий… Понял? Не наговаривай на нее. Порядочная Сабина девочка, хотя я и не сомневалась в этом.

— Девственница? Сабина? Уфф… Бред, не верю! Она с парнем жила неделю… Да и до этого убегала из дома не раз…

— Это врач сказала, мне незачем выдумывать. Сабина немного диковатая, все же без матери росла, откуда там нежности взяться? Но нет в ней и капли распущенности, это сразу видно.

— Почему ты мне сразу не рассказала?

— Это не мой секрет. Чтобы Сабина меня потом сплетницей считала? Доверие, Лука, очень хрупкая вещь. Его всю жизнь зарабатываешь, но одним разом потерять легко…

Я молчу. Словно пришибленный услышанным, сел в кресло и думаю. Вспоминаю разные детали и теперь, иначе они мне видятся.

Помню как Сабина оттолкнула парня своего, когда он к ней лез. И позже, в той гостинице его вещей не было. Одну зубную щетку в ванной видел, когда физиономию от крови отмывал… А тот жест ее, когда я случайно ног ее в машине коснулся. Сабина тогда вздрогнула и прикрыла рукой себя. Мне это показалось довольно милым и невинным жестом, для такой оторвы как она.

А жест этот, значит, на самом деле таким и был… невинным.

Тру лицо и вспоминаю что я творил. Как вел себя с ней… Высмеивал, орал на нее. Обращался как с распущенной девчонкой или в лучшем случае, игнорировал. Оставил одну в четырех стенах и спрятался в норе как крыса.

Мне казалось что я великодушно терплю ее, но это она терпела меня… Я еще и возмущался, что она хмурая и резкая со мной…

А вчера, в подвале на полу… бля, зажал ее и лапал, как одну из моих девок…

Когда она меня к Снежане приревновала меня это лишь позабавило. Да, увлекла и завела ее страстность, рассчитывал на гораздо большее, чем поцелуи в тот момент. Если бы телефон не отвлек… Кто знает что бы я натворил?

Сабина в первый раз сама поцеловала меня, а я сделал вид, что ничего не было. Уехал молча.

Права мама Гуля. Как Сабина еще раньше не сбежала от меня?

Я кретин. Несмотря на то, что я творил, каким-то чудом я сумел заинтересовать ее. Она мне доверилась. И что в итоге? Сам отказался от нее, потому что у меня гордыня взыграла…

Вспоминаю взгляд Сабины после ее поцелуя. Она смотрела на меня как на своего мужчину. Дала понять, что я нравлюсь ей и она готова мне довериться. А я не понял ее. Принял это за похоть и был очень горд, что неприступную девчонку распалил…

«Так… как понять, что правильно, а что нет? Я упустил свой идеальный момент?»

Ругаю себя, но не это в мыслях… Куда делась злость? Отчаяние? Почему кровь в венах так играет, что пульс отдает в висках. Знаю это состояние. Чувствую неотвратимость безумного и неудержимого порыва, что переполняет мое воспаленное сознание. Знаю, что делать буду.

Хожу по комнате. Понимаю, что ничего я не надумаю, сидя в пустом доме… Ноги сами бегут на улицу. Спустился к машине, завел двигатель.

Ночная дорога по которой я еду сейчас к ней, к моей девочке, единственная свидетельница этого сомнительного решения…

Я на месте. На часах почти два ночи. Смотрю вверх. Знаю, ее балконная дверь не должна быть закрыта. Балкон удобно над карнизом возвышается. Поднялся на первый этаж без проблем, оттуда перепрыгнул через ограждение балкона. Старые деревья скрывают меня со стороны улицы.

Стоя в сумраке ночи у входа, задумался. Растерянно смотрю на приоткрытую дверь…

«Этот шаг все изменит. Нужно определяться, зачем я здесь? И решать нужно, прямо сейчас… Что это для меня? Трофейная охота? Я от того, что она девственница перевозбудился или мне просто нравится нарушать запреты?»

Ни первое, ни второе. Она нужна мне. И голова моя перегретая не даст соврать. Я вдали от нее дурной совсем…

Делаю шаг в ее комнату и понимаю что сказать мне ей нечего. Ничего нового во мне нет. Не появилось. Я по прежнему я. Изменилось лишь то, что ее больше нет рядом и это, я отказываюсь принять.

Делаю шаг и замираю. Вижу ее силуэт на кровати.

Ступаю аккуратно. Останавливаюсь у двери потому что старый паркетный пол жутко скрипит. «Разбужу.»

Потоптался с минуту на одном месте, глядя на ее силуэт в темноте и развернулся обратно. Прикрыл глаза и качаю головой, насмехаясь над собой.

«Ну я и кретин!»

— Лука… Не уходи. Я не сплю.

Обернулся на ее тихий голос. Вижу, на кровати сидит.

Я медленно подошел и сел на пол рядом с ней.

Молчим минуты две, пока она снова не заговорила:

— Зачем ты подписал отказ?

Молчу. Обернулся и пытаюсь рассмотреть лицо ее в темноте. Она вздохнула так тяжело и на выдохе спрашивает:

— Это из-за Андрея? Мы не вместе. Он просто прощался. Ты идиот, ревнивый…

Я поднял руку и притянул ее всю к себе. Встал на колени у ее кровати и удерживая в ладонях ее лицо, целую ее, ведя по ее лицу губами. Она отвечает, пылко, но не торопится… Робко так, меня пальчиками касается и взволнованно ловит ртом воздух, после каждого поцелуя.

Внезапно осмелев, наклонилась ко мне и обняла меня, нежно так, обеими руками. Такой жест чистый, трогательный. Голову мою к пышной груди своей девичьей прижала…

И все. Это оно. Вот ради этого, я и ехал сюда… Забыл все то, что хотел сказать. Что собирался спросить и требовать… В один момент все сознание подчинилось одной этой нежности и ничего в этот момент важнее не было. Я дышу как зверь в плену, сдерживая все то, что напряглось в силу естественной физиологии.

Обнял ее вокруг талии и не отпускаю. Так и сидим с ней в темноте. Я на полу. Она у меня на руках. Шепчу еле слышно ей в шею:

— Хочешь остаться?

— Не знаю… Не поняла еще. Мне нужно время. Но это не значит, что я… Что ты…

— Я услышал тебя. Но ответить мне нечего. Что согласен, не скажу. Не уверен, что не сорвусь и не заберу тебя обратно. Вот так же, одной темной ночью.… Мне плохо без тебя. Говорю как есть…

Произнес это и еще ближе к себе прижимаю, чувствуя как ее горячее тело льнет ко мне… Ее руки ласкают меня все нежнее. Рот ее горячий приоткрытый, ищет мои губы все настойчивее.

Целую ее, еще и еще, смешивая свое дыхание с ее стонами. Прижимаю крепко к себе и проведя ладонью вдоль шеи, останавливаю себя. Опускаю ее на кровать и прижавшись губами к ее голове, шепчу едва слышно:

— Я уйду сейчас. Но не отпускаю тебя… Нет.

Сжимаю ее руку и ощущаю на ее пальце кольцо. То самое, мое… Не оставила, носит. В голову словно молотом ударили… Делаю вдох и отворачиваюсь, заставляя себя уйти.

Спускаюсь вниз и прежде чем сажусь в машину, закуриваю… Поднимаю голову и вижу ее. Светлая фигурка в ночной рубашке. Улыбается мне…

Я поспешил скрыться в машине. Опустил лицо вниз, потому что из меня самого улыбка прет… Сел за руль и заведя машину поехал домой.

Сколько ехал столько и вспоминал губы ее горячие на моем лице и холод обручального кольца на тоненьком пальчике…

Сабина.

Холодное утро на ипподроме встретило нас туманом. Это утро совершенно иное, чем в те дни, когда я приезжала сюда с Лукой.

Айра еще в конюшне. Я с удовольствием спешу поздороваться с ней. Мне навстречу вышла Снежана. Если и был человек которого я меньше всего хотела видеть сегодня, то это была именно она…

— Сегодня, я одна буду тренировать тебя, малышка.

— Хорошо. Но, прошу вас, называйте меня, Сабина. Не нужно никаких прозвищ…

Ее брови взлетели вверх и холодный взгляд на секунду замер на поводьях. Натянув дежурную улыбку, она закивала головой:

— Хм… конечно… Сабина, начнем тренировку.

Час занятий прошел в довольно интенсивном темпе. Хоть и не выношу ее, но свое дело Снежана знает отлично. Моему тренеру далеко до нее.

Все это время Марина с Густавом стояли у ограды тренировочного манежа. Они махали мне и подбадривающе выкрикивали слова поддержки.

Все это выглядело мило и очень по семейному. Но меня это совсем не радовало. Мое сердце казалось заполнило всю грудную клетку, пытаясь разорвать грудь от тоски. Так ноет внутри. Меня раздирает вакуум ожидания и осознание, что его здесь нет.

Лука.

Только он в моих мыслях. После его внезапного и такого прекрасного ночного вторжения в мою спальню, прошло уже больше недели. Все эти дни вдали от него, мне кажутся невыносимо долгими.

Весь следующий день после нашей ночной встречи, я была сама не своя. Вспоминала звук его голоса, тепло его тела, наши поцелуи…

Прошло три дня и я стала думать о той ночи словно о нереальном сне…

Недавно, ко мне приехал мой бывший парень Андрей. Предложил прокатиться к нашим общим друзьям. Я отказалась, под предлогом, что хочу побыть дома, с тех пор как вернулась. Он понял, что это неправда. Ответил «хорошо», но я видела, что он обиделся. Ушел.

Так странно не ощущать к нему прежних чувств. А ведь я планировала с ним прожить всю жизнь… Очень поспешное и легкомысленное решение. Из-за прихода Андрея я задумалась и о своем отношении к тому, о ком думаю все эти дни. Лука.

«Не повторяю ли я тот же сценарий? Что я чувствую к нему на самом деле? Не тороплюсь ли я нырнуть из одного приключения в другое? Заполнить пустоту внутри лишь бы кем? Или мне дорог именно этот мужчина?»

Лука, однозначно волнует меня и не только внешне. Он умный и страстный, этого не могу отрицать, но также, он довольно холоден и своенравен. Когда хочет появляется и исчезает. Не играет ли он со мной, как кот с мышкой…

Всю ночь я ворочалась и не могла уснуть. Каждую секунду мне казалось, что я слышу шум колес его машины под моими окнами. Но это, были лишь видения.

Заснула под утро.

И вот я здесь, на ипподроме, в том самом месте с которым у меня столько приятных воспоминаний о нас с ним…

Так надеялась, не знаю почему, встретить его. Как только Марина предложила отвезти меня утром на занятие я не могла успокоить себя. С вечера предвкушала нашу возможную встречу. Ведь Лука точно знал, что я буду сегодня здесь.

Но его нет. Занятия окончены. Мы скоро поедем домой и я снова окажусь в четырех стенах своей немой комнаты…

Мама и Густав пошли к машине. Ждут когда я попрощаюсь с Айрой.

Снежана предложила мне чтобы я сама отвела лошадь в конюшню.

Я взяла пучок моркови веду свою лошадь к столу. Айра мотает головой, но послушно идет за мной. Закрываю щеколду и внезапно, улавливаю знакомый запах парфюма. Через секунду тепло таких знакомых рук погружает меня в крепкие объятия.

Лука.

Он нежно притягивает меня к себе и не отпускает, прижавшись щекой. Я разворачиваюсь к нему и встречаюсь с взглядом усталых темно-зеленых глаз. В сердце одновременно и взрыв эмоций от радости и яд обиды, что он оставил меня так надолго одну.

Качаю головой и отстраняюсь. Возмущенно ударяю его по груди ладонью.

— Нет… Ты не можешь просто появляться время от времени в моей жизни. Не можешь выдергивать меня из спокойствия когда тебе вздумается. Не можешь забирать меня себе, только когда у тебя есть на это желание… Я не хочу так!

— Ш-шшш…

Он отводит мои руки за запястья и целует их.

— Я лишь дал тебе то, что ты хотела… Это ты просила дать тебе время. Было или нет?

Он снова наклоняется и целует меня. Я отвечаю ему, но тотчас отстраняюсь.

— Прекрати это! Да, я говорила что мне нужно разобраться в себе… Но ты мог как-то дать понять, что ты рядом? Не просто исчезнуть. Нет, не хочу так. Ты намерено сводишь меня с ума. Думаешь, привязать этим покрепче? Я была искренна с тобой. Хочешь игр? Тебе скучно? Я пас. Не со мной! Прошу, уходи!

Лука тяжело дышит и смотрит на меня. Его взгляд серьезен. Он раздосадован и взбешен моим ответом, но не подает вида. Молча кивает и отходит в сторону, отпуская меня.

Отвернулся и делает пару шагов вперед. Но останавливается. Наклоняет голову вперед и закрыв глаза, с горькой усмешкой произносит:

— Черт. Это сильно. Не ждал, что ты отошьешь меня. Уфф… Окей. Если ты так хочешь… Иди.

Я поправляю волосы и облизнув губы, решительно иду к выходу.

Но у самого выхода Лука перехватывает меня за куртку и прижимает весом своего тела к стене. Смотрит мне в глаза. Затем, наклоняется к моему лицу, прижимаясь своей заросшей щекой, но не целует меня. Какое-то время мы просто стоим так.

Я закрыла глаза и не в силах сдерживать себя, нежно обнимаю его вокруг шеи, прижимая к себе. Чувствую его горячие руки, что сошлись на моей талии, притягивая меня к нему ближе. Слышу его голос:

— Я не хотел обидеть тебя, милая. Поверь, я безумно скучал. Совершенно чокнулся. Даже на Гулю наорал…

Я улыбнулась на это его признание и выдохнула облегченно. Как же хорошо мне сейчас… Но тотчас вспоминаю, что меня ждут.

— Отпусти, мне нужно идти…

— Нет…

Я хотела сказать что-то еще, но в этот момент его губы накрыли мой рот, перехватив мое дыхание. Целую его в ответ так же жарко и с тем же нетерпением, как скучала по нему. Делаю глубокий вдох и опускаю руки.

Отстраняюсь и отойдя в сторону, толкаю дверь конюшни. Выхожу не оборачиваясь и спешным шагом устремляюсь вперед. Иду так быстро, как могу.

Мама вышла из машины мне навстречу.

— Как ты себя чувствуешь, доча? Я уже начала волноваться.

Я не ответила ей. Села в машину и накинув капюшон куртки на голову, прикрыла глаза.

Отвернулась к окну и до самого дома не произнесла ни слова, не желая ничем прерывать то, что произошло в конюшне между мной и Лукой.

Еду и растерянно улыбаюсь, не понимая что мне делать дальше. Знаю одно, все что я хочу сейчас, это помнить. Сохранить воспоминание об этой встрече, как можно дольше таким же реальным.

Пальцами касаюсь своей щеки и прикрываю глаза. Моя кожа все еще хранит тепло его прикосновений и разгоряченное дыхание, которое я все еще ощущаю на своих губах.

…

Весь следующий день прошел в хлопотах. Мы с Мариной остались одни. Она ненавязчиво пыталась выведать у меня как со мной общался Лука и что именно я у него там делала целыми днями.

Я описала как жила там. В общем, все так как оно и было. Рассказала о его помощнице Гуле, об Ахиллесе. Это не совсем то, что она хотела услышать, но она не настаивала.

Внезапный вечерний звонок в дверь, удивил нас обоих. Мы никого не ждали. Но внезапные визиты в дом пастора это уже привычное дело, даже если происходят поздно вечером.

На этот раз, это были не прихожане.

Доставка. Мне лично.

Огромный фургон приоткрыл заднюю стенку и мы все втроем — Марина, подошедший Густав и я, смотрим на блестящий, роскошный автомобиль с огромным черным шелковым бантом, что выгружают на нашу лужайку.

От удивления и шока у меня нет слов, я замерла и не могу вздохнуть. Тот самый, жутко дорогой, коллекционный ретро-мерседес Луки.

В кабине огромная коробка. Открыв ее, на меня пахнул аромат белоснежных ландышей….

Курьер передал Марине, как моему опекуну, документы на подпись.

Все документы на право владения машиной, оформлены на мое имя.

Я едва дышу от волнения. Еле скрываю улыбку от мамы и Густава, как и то, насколько я счастлива сейчас.

Марина спорит с представителем фирмы, которая доставила автомобиль. Отказывается подписывать документы.

— Это какая-то ошибка. Если и нет, это слишком дорогой подарок. Мы отказываемся. Моя дочь не примет его! Это исключено. Ничего от этого человека в моем доме я не потерплю!

Я прошу курьера фирмы оставить нас на минуту. Отвожу Марину в сторону и говорю:

— Мама. Я приму его подарок.

— Нет, дочка, ты еще слишком юная чтобы знать какие мерзавцы есть в этом мире. Не понимаешь, что тобой просто манипулируют, зная что ты неопытная и доверчивая.

— Я не маленькая девочка и далеко не наивная. Не хочу напоминать тебе где и с кем я росла, когда ты меня оставила. Повзрослеть пришлось довольно рано. Поэтому, тебе придется смириться с тем, что все решения в своей жизни я буду принимать сама.

Смотрю на Марину так, чтобы она поняла, что я серьезна.

Она побледнела после моих слов. Еще колеблется, но через минуту подзывает курьера и подписывает все документы.

«Машина моя!»

Я отнесла цветы себе в комнату и смотрю на ключи в моей руке. Они жгут мне руку, не терпится сесть за руль… Мне хочется кричать и прыгать от восторга. Так давно мечтала иметь свой автомобиль. А эта машина идеальная. Такая красивая и наполнена воспоминаниями о нас с ним…

Улыбаюсь глядя на документы и словно вижу лицо Луки в тот момент, когда он решил сделать мне этот сумасшедший сюрприз.

На следующий день с утра я первым делом побежала в гараж. Сняла чехол и села за руль. В тот самый момент встретилась взглядом с Густавом у входа.

— Не могу позволить это, Сабина. Я разделяю и понимаю твой восторг и нетерпение. Но по закону, тебе нельзя за руль пока нет восемнадцати.

— Густав, прошу вас, я недалеко! Невозможно ждать и просто смотреть! Тем более, мне уже скоро восемнадцать…

— Тогда тебе придется или заглушить мотор, или ехать с сопровождением. Иначе, твоя мама расстроится что я позволил тебе уехать.

Я делаю разочарованный выдох и соглашаюсь с тем чтобы он был «надзирателем».

Села за руль и завела мотор. Густав помог прикрыть крылья моей малышки и мы отправились кататься по району. К сожалению, мой занудный сопровождающий, все время ограничивал предел скорости на которой я должна была ехать. В итоге мы еле-еле ползли по району. Удивленные прихожане узнавая своего пастора кивали или радостно махали нам вслед, показывая на нас рукой.

Ужас. Я за рулем убийственного мерса и мне скучно. Не такой поездки я ждала. Решила вернуться домой на радость Густаву и Марине, что уже поджидала нас у крыльца дома. Ее холодный взгляд был красноречивее слов. Вероятно, ее мужу достанется за эту поездку.

Густав вышел из машины и подойдя к Марине обнял ее, глядя в ее возмущенные глаза. Всячески нахваливал машину и мои навыки вождения. К тому же, он довольно смешно рассказывал как знакомые реагировали на него в роскошном авто. Марина рассмеялась с его рассказа и сдалась. Обняла его и увела в дом.

Густав, конечно, зануда и педант, но простой и добродушный. Рада за Марину, они действительно счастливы. То как он тушит любую вспышку ее гнева, поразительно.

Завела машину в гараж и провела пальцами по приборной панели. Заметила внизу конверт.

Открыла. Ключи. Я узнала их, это ключи от его дома. Вот так просто. И разумеется ни слова от него. Понимаю, что Лука просто не смог бы написать. Знаю это… Улыбнулась и вернулась в дом.

Вечером после ужина пошла в комнату.

Слушала музыку и смотрела на соревнования по прыжкам в воду.

«Вот блин, мне кажется я скучаю по бассейну…» Этого я от себя не ожидала. Густав и мама точно будут рады. Они уже дважды спрашивали не хочу ли я вернуться.

На часах двенадцать ночи. Я выключила свет и смотрю в потолок. Думаю о Луке, сейчас. Как хочу прижаться к нему и заснуть в его объятиях…

Нереально.

Тишина за окном не дает уснуть, в голове моей не затихает шум от эмоций…

Встала и включив ночник смотрю на ключи от дома Луки.

«Я тоже могу сделать ему сюрприз…»

Переоделась и осторожно, стараясь не шуметь, спускаюсь по лестнице вниз. В доме давно все спят, к счастью, мне никто не помешает.

Лечу в гараж и открываю мою серебристую малышку.

— Наконец-то мы только вдвоем!

Завожу мотор прислушиваясь к его приятному, урчащему рычанию.

Еду. Меня всю колотит. От страха быть пойманной за рулем и от того что я задумала. Если вчера я еще колебалась, то сегодня нет. Я хочу этого. Хочу быть с ним.

Подъезжаю к дому, но не беспокою охрану. Поднимаюсь к вольеру и подзывая Ахиллеса натыкаюсь на мохнатого и очень радостного белого мишку. Пес так обрадовался мне, что даже заскулил. Дала ему припасенный кусок ветчины и погладив еще немного, закрыла вольер и прошла во двор.

Все звуки и шумы, мне знакомые и родные.

В доме не горит свет. Только ночники у входа и вдоль дорожек.

Открываю замок своим ключом. Улыбаюсь, предвкушая реакцию Луки. Испытываю приятное, щемящее чувство радости и нетерпения. Наверное, именно так себя чувствуют возвращаясь домой? Точно не знаю. У меня не было возможности ощутить это. Но сейчас, я однозначно, счастлива.

Вошла. Так тихо. В свете тусклых ламп поднимаюсь по лестнице. Еще совсем недавно мне казалось, что я больше никогда не захочу видеть этот коридор. Тот самый, что ведет к моей бывшей комнате.

Я знаю Лука сейчас, там.

Об этом, мне Гуля сообщила. С тех пор как я уехала, она пару раз писала мне. Всегда, только о нем. Где Лука был, что делал… Словно боится, что я забуду его. Все же, она странная.

Тихо приоткрываю дверь моей бывшей комнаты. Внутри темно и прохладно. Вместе с окном настежь открыта балконная дверь. С улицы доносится приглушенный ночной шум смешанный с сильными порывами ветра.

Запираю дверь на замок и еще возле порога делаю то, что давно хотела. Снимаю пайту и неторопливым жестом расстегиваю свои джинсы. Вся моя одежда с тихим шелестом падает на пол. В темноте иду к кровати поеживаясь от свежего ветра, что скользит по моей коже оставляя рой мурашек на ней.

Вижу темный силуэт его фигуры в моей бывшей постели.

Запах его тела смешанный с его парфюмом, дурманит мое сознание. Слегка пахнет ментолом. Значит, он после душа. Его любовь к ментоловым запахам, мне известна…

Я вся дрожу. Еще не поняла от волнения или холода.

Тихо присела с краю кровати положив руку ему на грудь.

— Кто здесь?

Его низкий голос с сонной хрипотцой заставляет меня улыбнуться.

— Только я.

Пауза. Щелчок.

Теплый свет ночника над кроватью осветил нас двоих. Сонный взгляд Луки завис на моей обнаженной фигуре.

Он приподнялся и сел на кровати. По прежнему смотрит на меня, но теперь, с улыбкой. Никогда не видела такой открытой и счастливой улыбки у него.

Лука наклоняется ко мне и прижимает ладонь к моей щеке, ведя пальцами по моим волосам.

Затем, его губы касаются моей шеи заставляя меня закрыть глаза.

— Как ты приехала⁈

— На твоем подарке… Ты не жалеешь, что отдал его мне?

— Нет. Это было самое легкое решение в моей жизни. Этот мерс, отравлен мыслями о тебе… А твоя мама? Она не была против?

— О, да! Была… Еще как! Но я ее переубедила…

Не прерывая наш диалог, Лука продолжает целовать меня, спускаясь вдоль моих плеч все ниже, заставляя меня дрожать сильнее.

Я разворачиваюсь и наклоняюсь к нему. Он ловит мой рот в поцелуе, снова и снова захватывая мои губы своими. Целует меня прерывисто дыша и ненадолго отстраняется. Затем, делает глубокий вздох и замирает. По этой паузе я поняла, что он собирается сказать нечто такое, что мне не понравится.

— Сабина… Кх… Я должен…

— Нет, стоп! Лучше не продолжай…

Я отстраняюсь от него, откинув волосы назад. Резко встаю и иду к двери, бросая на ходу реплики полные разочарования.

— Ясно, очередное бла-бла… Еще не время… Мне нет восемнадцати… Так и знала!

Я не заканчиваю свою фразу, потому что его сильные руки, властным жестом подхватывают меня и бросают обратно на кровать.

— Я еще не закончил говорить.

Лука возвышается надо мной, такой гневный, страстный и серьезный. Я вся дрожу от возбуждения и предвкушения. Не могу дождаться когда снова окажусь в его объятиях.

Улыбаюсь ему, хотя и лежу перед ним совершенно обнаженная. Но меня это мало волнует.

Он не выдерживает и тоже улыбается мне. Склоняется надо мной и снова целует. Мой живот, затем мою грудь. На ней он задерживается, слегка постанывает когда целует ее. Ласкает губами твердые бугорки сосков, затем шею и снова погружает меня в откровенный поцелуй. Мои руки скользят по его телу. Я тяну его одежду, приподнимая пальцами его футболку вверх. Он позволяет снять ее. Но останавливает мою руку, когда я коснулась его ремня на брюках.

— Нет. Не так… Ты помнишь, кто хозяин в этом доме? Я еще не разрешал. Ты готова принять это? Будешь слушаться меня?

Я согласно киваю и закусываю губу, игриво улыбаясь.

— Хочу это слышать, Сабина.

— Да, буду…

— Нет, ты меня не убедила…

Я смеюсь и приподнимая ногу, провожу тыльной стороной щиколотки по его бедру.

Он прикрывает глаза и захватывает мою ногу рукой, целуя мое колено.

— Сабина… Я жду.

Я приподнимаюсь ближе к нему и обнимая его лицо ладонями, говорю негромко:

— Лука, я обещаю, что буду слушаться тебя!

Он одобрительно кивает и в его глазах я замечаю то, что так давно хотела увидеть снова. Желание. Неприкрытое и совершенно неадекватное. Как в тот первый вечер в гостинице, когда я разбила вазу, об его голову…

Лука откинул рукой непослушную прядь волос со своего лица и склонился надо мной. Медленно развел мои ноги в стороны и произнес: «детка, ох, ты невероятная…» Я выгнула спину и подалась чуть вперед. Смотрю на него, слегка смущаясь того, что он видит меня всю.

Очень нежно касаясь ладонью моего холмика, Лука смотрит на мою киску, поглаживая ее пальцами и слегка касаясь моих складок.

— Ты, такая красивая… Хочу ощутить тебя на вкус. Десятки часов я представлял какая же ты сладкая… Ты позволишь сделать это?

Я согласно киваю, касаясь его руки на моем бедре.

Его плечи возвышаются надо мной всего пару секунд. Он обхватил мою ногу одной рукой и его голова скрылась у меня между ног.

Через секунду, я тихонько ойкнула от необычных чувственных ощущений, когда его приоткрытый рот прильнул к моей киске. Его губы такие теплые и мягкие. Он следуют языком вдоль складок, целуя и захватывая их ртом. Он ласкает меня все более настойчиво, погружаясь языком между складок все глубже.

Каждое его прикосновение отдается пульсирующей дрожью в моей киске. Я охаю задерживая дыхание от накатившего возбуждения. Перестала следить за его движениями и полностью отдалась этим новым ощущениям.

Иногда они были такими сильными, что я не могла терпеть, пытаясь сжать ноги. Но Лука останавливал меня, продолжая ласкать все более настойчиво. То посасывая мой клитор, то стремительно погружаясь в мою киску языком….

Я откинулась назад и всхлипывая стону, не сдерживаясь. В один момент, горячее, яркое зарево погружает мое сознание во тьму. Моя кожа вся горит от горячего сильного импульса, что вспыхнул глубоко внизу живота и растекаясь сильной волной сотрясает мое тело, заставляя меня вскрикнуть. Обессиленная, я падаю назад на подушку, не выпуская из своих сжатых пальцев шелковое покрывало.

Лука приподнялся и целует мои бедра. Скользя губами по животу вверх вдоль моей груди, возбужденной и покрытой мурашками, он снова прильнул к моему рту.

— Так давно хотел слышать как ты впервые испытаешь оргам со мной. Это было еще круче, чем я представлял себе…

Смотрю на него и касаюсь его брюк, где и без предположений я вижу и ощущаю как напрягся его твердый, возбужденный член.

Но он медлит, просто лежит рядом, обнимая меня и целуя.

Приподнимаю голову и спрашиваю его прямо:

— Ты не хочешь меня?

Лука смотрит на меня и качает головой улыбнувшись.

— Не хочу тебя? Это нереально. Сабина, я хочу тебя так сильно и так давно, что одна мысль о том как я буду заниматься с тобой сексом, делает меня твердым и мокрым…

— Тогда… я не понимаю… Почему мы не продолжаем… Я же сама хочу этого. Хочу тебя, Лука…

— Ох… ты меня убиваешь своей откровенностью. Я ценю это, поверь очень. Но… Сабина, ты еще наивная девочка. Не спорь, это так. И я мог бы воспользоваться этим. Причем, я едва сдерживаюсь чтобы не поступить сейчас, именно так… Но я вижу наш первый раз иначе. И случится это не раньше, чем произойдут две вещи.

— Две?

— Да. Тебе исполнится восемнадцать и…

Я смотрю на него и опускаю глаза вниз, бледнея от догадки. Произношу сама вслух:

— Ты по прежнему хочешь, чтобы я вышла за тебя?

— Да. Это проблема для тебя?

— Честно? Не знаю. Так сразу не могу ответить. Недавно у меня был шанс осознать, что замужество это слишком серьезный шаг.

— Ого! Рассуждаешь очень здраво. Не знаю в чем причина, но рад этому.

— Хм… Лука… А это второе условие, нельзя отложить на время?

Он молчит, но я вижу по его глазам, что он расстроен моим ответом. Тем, что я не сильно обрадовалась его предложению пожениться…

Приподнялась на кровати и говорю не глядя на него:

— Наверное, мне стоит вернуться пока меня не хватились.

Лука останавливает меня и его руки возвращают меня в его объятия.

— Ты невероятно упрямая. Но нравишься мне этим еще больше… Нам не обязательно торопиться. Я сам отвезу тебя чуть позже. Хорошо?

Я киваю и обнимаю его в ответ.

— Уфф… детка, а теперь, позволь я отлучусь ненадолго в ванную комнату. Иначе у меня загорятся штаны от тебя обнаженной и прости за мат, такой охуенно горячей…

— Лука… А я могу пойти с тобой?

Он оборачивается на меня и одобрительно качая головой, протягивает ко мне руку, захватывая мои пальцы. Помогает мне подняться с дивана и затем, произносит глядя вниз на свои брюки:

— Думаю, теперь ты можешь снять их…

Я улыбаюсь и подойдя ближе, протягиваю руку к его поясу. Расстегиваю ремень и медленно спускаю его брюки вниз.

Лука оставляет их позади и делает шаг ко мне, прижимая ладонью свой твердый и возбужденный член. Не могу перестать смотреть на него.

На секунду замираю и мой взгляд касается того самого пирсинга на уздечке.

— Вижу, ты меня хорошо рассмотрела в прошлый раз…

Лука улыбается и я смущенно отвожу взгляд. Он тянет меня за руку с собой в душ. Прижимая к себе, позволяет теплой воде душа струиться по нашим телам.

Я поглаживаю пальчиками его загорелый торс, рассматривая его пирсинг и татуировки. Лука поднимает мой подбородок и требовательно захватывает ртом мои губы. Он нежно ведет ладонями по моему мокрому телу, снова и снова заставляя меня дрожать всем телом от возбуждения в его объятиях…

Лука.

Я стою у широкой входной двери с кованым замком и жду когда хозяева этого дома, откроют мне. Сейчас, около восьми. Вряд ли они обрадуются мне. Но мой визит, это не вопрос их желания.

Дверь открылась и на пороге возникла Марина.

Она отшатнулась назад не ожидая встретить с утра, именно меня. Подошел Густав. Он все еще был в футболке и пижамных штанах. Салфетка у него под шеей намекала, что вероятно я прервал семейный завтрак. Густав перехватил мой взгляд, заметил салфетку и убрал ее в сторону.

Прошел вперед, улыбнулся и протянул мне руку в знак приветствия.

— Доброе утро, Лукьян, мы с женой как раз завтракаем, не желаете ли присоединиться?

— Доброе утро. С удовольствием.

Я прошел мимо Марины, вручив ей в руки цветы, что я принес с собой.

Она все еще пребывала в прострации и рассеяно взяла их, не совсем понимая что происходит.

За круглым светлым столом появились лишние приборы и тарелка для меня.

Густав подождал Марину и когда я сел, сел последним из нас.

Молчание продлилось пару минут, ровно до того момента когда в комнату вбежала босая и сонная Сабина, в светлой пижаме. Такой милой и по домашнему расслабленной, я никогда не видел ее за весь тот месяц, что она провела в моем доме.

— Доброе утро, всем! Не могу найти куда дела свои сапоги для верховой езды… Кто-то звонил в дверь или мне показалось?

Захватив на ходу тост, она остановилась у стола и наконец, заметила меня.

Ее реакция на мой приход, была один-в-один как и у ее матери. Она замерла там где стояла. Широко распахнув удивленные глаза, смотрит на меня. Нервно сглотнула и ее щеки стали розоветь.

Однако, плохо сдерживаемая улыбка, появившаяся через секунду на ее лице, сказала мне, что Сабина рада меня видеть.

Отчасти, ради этой ее, настоящей реакции на меня, я и пришел сегодня в этот дом.

Но не только ради этого…

…

Возможно, всего этого и не произошло, если бы не наш разговор с Сабиной три дня назад. Серьезный разговор.

Она поставила меня перед выбором и ушла. Вернее, не оставила мне выбора.

Это произошло в ту самую ночь, когда она сама пришла ко мне, обнаженная.

В ту секунду, когда свет ночника осветил силуэт ее голой груди, я захотел ущипнуть себя. Убедиться, что я не сплю и это все реально.

Ее нежные, мягкие губы, что целовали меня так часто и щедро. Откровенные прикосновения ее пальчиков и громкий чувственный стон, когда она кончала после моих ласк. Сначала в спальне и второй раз в душе, когда ее мягкая, скользкая от мыльной пены кожа, дрожала от прикосновений моих рук. Прижимаю ее к себе. Скольжу пальцами по ее киске, позволяя воде стекать с моей руки вниз по ее стройным ножкам.

Мое возбуждение не было скрыто от нее. С каким неподдельным интересом, все больше распаляясь, она смотрела на мой мокрый, пульсирующий член, инстинктивно облизывая губы. Через секунду ее рука уже скользит вдоль моей руки, легонько касаясь пирсинга на головке. Я убрал свою руку позволяя ей продолжить. Любуюсь тем, с какой умилительной серьезностью и интересом, она ласкает мой член.

Я сжимаю в ладони ее упругую грудь и зависаю взглядом на ее сияющей коже, усыпанной мерцающими каплями воды… Ощущать ее нежные пальчики, что скользят по стволу моего члена, невероятный опыт. Ее возбужденный взгляд вызывает во мне ответную реакцию и настойчивые ласки ее трепетных пальчиков на моем члене не оставляют мне выбора. Я сильно кончаю, бессознательно падая спиной на прохладную стену позади меня.

Сабина смотрит на семя, что стекая с моего члена скользит по моему животу и моим ногам. Погружает свои пальчики в сперму пробуя ее на вкус… Подняла глаза и смотрит, игриво улыбаясь.

Я серьезен, но лишь потому, что пытаюсь до последнего не поддаваться тому сумасшедшему влечению, что эта девочка рождает во мне.

В этот момент, Сабина обвивает руками мою шею. Ее пальцы скользят по моим мокрым волосам. Она целует меня, настойчиво завладевая моими губами.

Ее ласки становятся все более хищными. Она кусает мои губы, лаская их языком. Все более и более властно целует меня. Захватывает мои губы, своим мокрым чувственным ртом, так яростно, что у меня сбилось дыхание. Я отстранился, делая вдох, все еще приходя в себя.

«А девочка, быстро учится…»

Это наша первая совместная ночь. Каждую секунду думал, что вот сейчас сорвусь. Хотел подмять ее обнаженное, сочное тело под себя и затрахать ее до беспамятства. Смешать свою сперму с ее соками, ее стонами и ее оргазмами…

Каждый наш вздох с ней, был пропитан в ту ночь безумной и обоюдной жаждой секса. Хотел ее. Очень. Видел по взгляду Сабины, что это обоюдное желание и более чем взаимное.

Но не сделал этого. Намеренно. Не только потому, что берегу ее чувства. Нет. Я щажу и свои чувства, не меньше.

Темперамент этой девчонки не был тайной для меня задолго до того как она очутилась в моем доме. Ее манера обходиться с чужой жизнью так, словно все принадлежит ей, мне хорошо известна.

В последнее время Сабина очень лихо прошлась по моей жизни. Это тревожит меня. Ей уже не достаточно моего внимания или желания. Ей нужен я. Весь.

Но моя жизнь не принадлежит никому. И это единственное условие которое я не нарушаю. Я достаточно долго прожил доверяя лишь себе и не планирую менять это.

Сабина сексуальная, нежная, чувственная девочка. У нее вспыльчивый характер и мозги незрелой пацанки, но ее темперамент, что невероятно гармонирует с ее роскошной фигурой, все компенсирует. Сделаю ее своей женщиной, возможно, женой. Все что обещал, выполню. Но большего, не планирую. Чувства не входят в мои планы. А она, ждет именно этого от меня.

После душа, лежа на кровати Сабина ждала от меня гораздо большего, чем просто поцелуи или сосредоточенное молчание. Не только секса. Она ждала от меня проявления каких-либо чувств.

И один момент, чуть не заставил меня дрогнуть.

Когда она, мокрая и дрожащая, прижалась к моему обнаженному телу. Водит пальчиками по моей груди.

Я спросил ее:

— Что ты делаешь?

— Пишу кое-что… Попробуешь прочесть?

Она медленно ведет пальцем по моей коже и улыбаясь смотрит на меня.

Первая буква полукруг, вероятно это «С», продолжением, очевидно будет «А».

— Сабина?

— Не угадывай, доверься ощущениям. Кто знает, может я окажусь лучше всех твоих психологов и ты поймешь что я хочу сказать.

— Хм… Значит, тебе известно об этом?

— Да, Гуля мне рассказала.

Я молчу и смотрю на ее лицо. Она продолжает водить пальчиками по моей коже.

— Первое слово ты угадал. Второе, сложнее.

Медленно выводит первую букву. Похоже на «Л».

— Мое имя?

— Букву ты угадал, но нет, это не твое имя.

Она продолжает писать.

— И… третье слово.

Снова пишет. Угадываю по очертанию первую «Л» и после, «К».

— Ну, это точно похоже на мое имя.

— Да. Третье слово, твое имя. Лука.

— Так, что ты написала?

Она мотает головой и смеется, целуя меня.

— Тебе придется самому это прочесть.

Ее лицо в этот момент, вдруг, утратило детскую наивность и дурашливость. Она сосредоточенно смотрит на меня. Неожиданно серьезный взгляд ее серых глаз взволновал меня. Что-то в нем было недосказанное, хрупкое и одновременно грустное.

Сабина прильнула ко мне всем телом и обняв мое лицо ладонями, прижалась губами к моим. Не целует, а просто касается. Я одновременно тронут и растерян.

Ощущаю в голове горячий и стремительный жар. Внезапное желание, что уже несется к моему члену, накрывает меня и на секунду я теряю контроль. Этот порыв ее чувственной нежности, мгновенно завел меня.

Подминаю ее под себя и начинаю страстно целовать, скользя губами по ее шее, жадно захватывая ртом ее грудь. Сжимаю руками ее бедра, прижимая ее все ближе. Ласкаю ее всю так откровенно, как хочу уже очень давно. Она стонет, отвечая на каждый мой резкий, рваный поцелуй, тяжело дыша и повторяет тихое «да… да».

Я приподнимаюсь над ней и видя ее всю, возбужденную и раскрасневшуюся, понимаю что облажался и лечу в пропасть. Останавливаюсь, с силой сжимая пальцы…

«Нет…»

— Прости детка… Уф… Я виноват. Это не правильно…

Отстраняюсь от нее и встаю с кровати. Иду к бутылке с водой, что стоит на столе. Делаю глоток, даже не пытаясь скрывать от Сабины мой торчащий, возбужденный член. Всем своим видом подтверждая, как адски он хочет быть внутри нее, сейчас. Внезапное затмение сознания и возбуждение, сковавшее мой разум, постепенно ослабевало, растворяясь словно туман.

— Лука, посмотри на меня, прошу…

Я оборачиваюсь на нее, по прежнему тяжело дыша.

Сабина встала в полный рост передо мной. Стоит обнаженная и прекрасная. Прядь огненно-рыжих волос прикрывает ее лицо, но ее взгляд, решительный и гневный я отлично вижу.

— Запомни меня такой, Лука. Я ухожу.

— Постой, я же сказал, что отвезу тебя. Или ты не это имеешь в виду? Ты уходишь? В смысле — совсем?

— Да. С меня хватит твоих игр.

— С чего ты взяла, что я играю?

— Играешь. Может я не так умна как ты, но меня ты не обманешь. Я для тебя, как коллекционная модель. Играешь мной, меняя под свой вкус. Как ты хочешь и когда тебе удобно. Я не хочу притворяться и делать вид, что меня это устраивает. Я женщина, Лука, не машина. Меня нужно просто любить. Но ты, не знаешь что это такое.

Она прошла к шкафу и открыв его, бесцеремонно взяла одну из моих белых рубашек и надела на себя. На ее фигурке, огромная рубаха, словно платье. Застегивает. Я пытаюсь найти хоть какие-то слова. Говорю ей:

— Оригинальный наряд.

— Да. Ты против?

— А мой ответ повлияет на что-то?

— Нет.

Она решительно застегнула все пуговицы и идет к своей обуви, бросая мне на ходу резким тоном:

— Вызови мне такси!

— Хм… А твоя машина?

Она насмешливо хмыкнула, когда я это произнес.

— «Моя машина…» Серьезно? Ты не подарил мне ее. Нет! Ты как испуганный мальчик, откупился от напоминания о твоей слабости. Как и от всего, что напоминает о чувствах. От всего, что больше, чем тупо сексуальное влечение. Это так же, как и с моим опекунством…

— О чем ты?

— О твоем страхе принадлежать кому-то. Ты увидел меня с другим, почувствовал что-то и запаниковал. Воспользовался моментом и освободил себя от обязательств. Теперь, взбалмошная и вспыльчивая девчонка, не нарушит твоей безмятежной стабильности. Ты надежно пристроил ее.

— Это не так.

— Конечно… Ведь, это не весь план. Я же «та самая». Правильный цвет волос и фигура что надо, да? Происхождение жаль, подвело, папа мой барыга и цыган… Но ты наймешь мне шлюшного стилиста и она сделает из меня идеальную жену… К тому же, я явно зависла на тебе. Как удобно. Можно наговорить ерунды о душевных терзаниях и исчезнуть. Но не навсегда. Ведь у тебя большие планы на меня. После того, как сделаешь меня «трофейной женой». Собираешься потрахивать меня время от времени, но не более. В свою привычную, стабильную жизнь, ты меня не впустишь. Ведь я ее разрушу. Поэтому ты и держишь меня на расстоянии. Неплохо задумано. Но я пас.

Слушаю ее с ироничной усмешкой, но на самом деле я был озадачен ее недовольством. Я не скрывал какой я. Однако, девчонка неплохо анализирует, для ее возраста… «Шлюшный» стилист, это сильно…

Сабина распаляется, не прерывая свою речь. А я не столько слушаю, сколько любуюсь ею. В моей рубашке она выглядит очень горячо. Борюсь с желанием отнести ее обратно на кровать и сорвав все пуговицы, сделать с ее роскошным телом все, что захочу.

Наконец, она затихла. Стоим, молчим оба. Я не стал ни спорить с ней, не разубеждать. Натянул брюки и надев куртку на голое тело, произнес:

— Сабина, позволь мне отвезти тебя домой.

Она не смотрит на меня. Нетерпеливо и громко выдыхает, но соглашается.

Отвез ее домой. Ехали молча. Сабина всю дорогу просидела отвернувшись к окну. Когда приехали, вышла хлопнув дверью. Не попрощалась и не обернулась.

Я вернулся домой. Сколько ехал, столько образ Сабины в моей рубашке надетой на еще влажное, обнаженное тело, всплывал в сознании. Вспоминаю ее улыбку, ее дыхание и ее чувственный рот, что с одинаковой страстью как целовал меня, так и гневно высказывал мне это все…

«Черт! Я не должен вестись на ее манипуляции…»

Знаю себя. Завтра это наваждение выветрится из моей головы. Но сейчас, все мое сознание по хорошему отравлено ею.

Утром, проснувшись по привычке вышел во двор и сразу наткнулся на «мерс», оставленный Сабиной. Я завел его в гараж и накрыл тентом. Хотел позвонить Кузьме, чтобы он выставил его на продажу. Но передумал.

Пасмурная погода сделала мое пребывание на улице, тоскливым. Вернулся в дом.

Возле выхода, на столе, заметил связку ключей от дома. Их я отправил Сабине вместе с машиной. И рядом… Кольцо мое.

Оставила его.

Сабина не снимала его ни разу с тех пор. Хотя, я вел себя хуже. Значит, серьезно взъелась на меня.

Поднялся на кухню к Гуле, но не застал ее там. Позавтракал один, в тишине пустого дома, обдумывая все, что произошло накануне. Ничего не надумал. Откинул раздраженно ложку в сторону. Пролетев через весь стол, с громким звоном она отлетела к холодильнику.

«К черту это все!» Тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого образа в своем сознании. Как ладони Сабины касаются моего лица и ее мягкие, нежные губы прижимаются ко мне. Вспоминаю взгляд серьезных серых глаз. Такой искренний и проникновенный…

Настойчивый телефонный звонок, вывел меня из оцепенения.

Кузьма. Сказал, что ко мне на СТО пожаловал странный гость. Петр Яковлев. Тот самый друг детства, что предупредил о строительстве трассы. Я задумался о причине его визита. Почему он не позвонил, не приехал ко мне домой? Ведь, знал и мой адрес и мой телефон.

Такая манера вести дела, обычно используется быдлом, когда хотят «давить весом».

Яковлева, я считал своим другом. Но так ли это? Мы уже оба не дети.

Оделся и спустился в гараж. Это внезапный визит на время заглушил мои мысли о Сабине.

Через полчаса я был на месте. Мой друг был непривычно хмур и настроен на серьезный разговор. Не слушал меня, озирался с задумчивым видом, словно потерял что. Не шутил и не травил байки как обычно. Кивнув головой на мое приветствие, он не тратил время на долгие разговоры. Прямо спросил:

— Сколько хочешь за участок?

Я ждал этот вопрос. Яковлева заинтересовал мой участок с тех пор, как Даруш хотел провернуть сделку, в обход меня.

Смотрю на него и медлю с ответом. Яковлев расслабленно и вальяжно ходит вдоль всей территории, словно уже все решено и он отмеряет шагами свое. Мне не понравились ни его манера говорить со мной, ни весь этот визит — наезд.

Нервная скованность в его жестах выдавала в нем того, кому позарез нужны деньги. Словно, этот участок земли на отшибе, ему жизненно необходим. Странно. Петр довольно обеспеченный человек, занимает серьезный пост. Я был уверен, что кто-кто, а он, при его должности и связях, точно не нуждается в деньгах.

Я не стал тянуть с ответом, ответ был готов у меня сразу как я пришел. Нет. Отказал ему. И взгляд мой был такой, говорящий, что не передумаю. Если бы Петр сразу, нормально со мной говорил, я бы объяснил почему. Но не в это раз. Не удостоил его объяснением причин.

Он вспылил. Требовал, чтобы я передумал. Я спокойно выслушал его.

— Нет. Все что хотел, я сказал.

Яковлев поправив волосы на вспотевшем лбу и закурил.

— Скажу честно, Лука. Разочарован твоим решением. Это недальновидно и…

Он сделал паузу.

— … опасно. Я по-дружески хотел избавить тебя от гемора. Многие, в курсе планов на трассу. Они будут говорить с тобой, не так вежливо, как я это делаю. Подумай еще раз…

— Мой ответ, нет.

Он дернул плечами, повернувшись ко мне спиной. Сплюнул на землю и вяло махнув мне рукой в знак прощания, скрылся в своей машине. Через минуту он уехал.

Теперь, я точно знал, кто именно посылает проверку за проверкой на мое СТО. С Яковлевым стоит быть осторожнее. Он хорошо знает меня и против него не помашешь кулаками. Он может быть опасен.

Вызвал Кузьму и дал ему задание. Срочно закрыть эту точку СТО и даже охрану там не оставлять.

Вернулся домой. Гуля молча готовит на кухне. Съел сделанный ею сэндвич. Она спросила:

— Что планируешь делать завтра? Составить список блюд? Могу испечь торт, но ты же никогда не празднуешь…

Я усмехнулся и ответил ей:

— Завтра, дам тебе выходной, Гуля.

— Гостей никаких не позовешь?

— Нет. Сам поеду в гости…

Гуля посмотрела на меня серьезно и заметив мою улыбку, спросила, немного смущаясь:

— Как там наша девочка?

— Как всегда. Считает, что я бесчувственный гад. Вот, поеду завтра, разуверять ее в этом.

— Зачем? А вдруг поссоритесь? Да еще, в такой день…

— Какой, такой⁈ Обычный день. Всего то, тридцать два года исполнится, даже не юбилей…

Я весело подмигнул Гуле и пошел к себе в убежище.

…

Рано утром, надев свой лучший костюм и купив цветы для матери Сабины, я стоял у их двери требовательно нажимая кнопку дверного звонка.

То, что меня пригласят позавтракать было неожиданным бонусом. На сегодняшний день у меня не было никаких четких планов. Решил отдаться на волю случая. Единственным условием было провести этот день с моей девочкой. С Сабиной.

Ее улыбка дала мне надежду, что мой план может и сработать.

Сабина села напротив меня за столом и молча завтракала, макая тост с джемом, в свой кофе.

Молчание прервал Густав.

— Лука… У вас есть какие-то вопросы к нам или к Сабине?

— Да.

Он выжидающе посмотрел на меня. Я протянул руку к тосту Сабины и откусил его, при этом, перехватив ее взгляд.

— Сабина, я намерен провести этот день с тобой. Как ты смотришь на небольшую прогулку?

Малышка подняла на меня глаза и молчит. Вижу по ее взгляду, что сейчас ее сознание разрывает одновременно и гнев, и радость, и любопытство.

Внезапно, хоть и ожидаемо, мама Сабины подала голос:

— Я против! Говорю это вам, как официальный опекун.

Густав растерянно пожал плечами и сказал весьма здравую вещь:

— Ну… Прежде всего, думаю, девочка должна ответить. Сабина, ты хочешь этого? Ответь пожалуйста нам. Никто в моем доме не заставит тебя согласиться на то, чего ты не хочешь.

Вместо нее, снова ответила Марина.

— Без разницы, что думает моя дочь. Она никуда не поедет с этим человеком. Как опекун я имею право запретить ей. Напоминаю, восемнадцать ей все еще не исполнилось.

Я встал из-за стола и поблагодарил их за завтрак. Затем, обошел стол и сев рядом с Сабиной, смотрю на нее. Она повернулась и тоже на меня смотрит.

Взял ее за руку и крепко держу ее пальчики в своей ладони. Она не отняла своей руки, просто сидит молча и ждет, чем все это закончится.

Марина встала со своего места, явно намереваясь сказать очередной протест.

Я опередил ее. Встал и не выпуская руки Сабины из своей, говорю ее матери:

— Марина. Я пришел в этот дом открыто, в знак уважения к семье моей девушки. Но я не спрашивал у вас разрешения. Просто ставлю вас обоих в известность о моих планах, относительно меня и Сабины. Что до опекунства, не советую злоупотреблять моим щедрым жестом. Я могу отозвать опеку в любой момент. Мне известно о вас достаточно. Встаньте у меня на пути и я обеспечу вам завтрак не в этом милом доме, а кое-где похуже.

Мать села обратно на кресло и испуганно опустила глаза. Она правильно все поняла.

Я решил что нам с Сабиной, пора уходить. Говорю хозяину дома:

— Густав, благодарю за ваше гостеприимство. Обещаю, что верну Сабину домой не слишком поздно.

Густав ничего мне не ответил. Решительно встал со своего места и преградил нам путь. Спокойно повторил свой вопрос, глядя только на Сабину:

— Сабина, я хочу чтобы ты сама ответила. Ты хочешь пойти с Лукой или нет?

Она подняла глаза и закивала в ответ.

— Да, я хочу пойти с ним.

Густав отошел в сторону, вернувшись к жене за стол.

Я потянул Сабину за собой в коридор. Уже возле входа, она громко запротестовала.

— Лука, ты же не думаешь что я пойду на улицу вот так, в пижаме!

— Мне, все нравится…

Она закатила глаза и хлопнула меня по груди ладонью. Побежала наверх по лестнице, кинув на бегу:

— Буду через минуту!

Я перехватил ее возле перил. Схватил за руку и надел ей кольцо на палец.

— Ты потеряла его.

Сабина удивленно смотрит на свою руку с кольцом, затем, на меня.

— Это… другое кольцо…

Я киваю в ответ и улыбаюсь. Это кольцо, явно, понравилось ей. На большем не настаиваю. Даю ей самой решать, оставлять кольцо на пальце или нет. Вижу, хочет спорить, но промолчала. Не сняла кольцо, сжав пальчики крепче. Побежала наверх по лестнице переодеваться.

И та откровенная улыбка, что снова появилась на ее лице, сообщала мне, что день этот начался, как минимум, неплохо…

Сабина.

Как только дверь в мою комнату закрылась, я не побежала одеваться, как хотела еще пару секунд назад. Стою и смотрю невидящим взглядом впереди себя.

'Что я делаю? Это же манипуляция. Он ничего не понял. Снова, все решил сам. Принял решение за нас двоих… И я «помогаю» ему. Ну, как же! Сам, Лука, пришел за мной. Честно и гордо, как герой. И я просто потекла, польщенная этим его внезапным вторжением. Побежала собираться, готовая на все…"

Дал мне поскучать пару дней и появился, как всегда внезапно, желанным гостем…

«Пфф… И я еще жду уважения к себе? Растоптав чувство собственного достоинства? Так почему Лука должен волноваться, что я поведу себя иначе?»

Да, я совершенно растаяла увидев его у нас дома за общим столом. Но сейчас мои чувства уже пришли в более спокойное состояние. Оттого, торопиться вниз мне вовсе не хочется.

«Да, я безумно скучала по нему. Но если я спущусь вниз, знаю, поддамся уговорам… Что делать?»

Ну и утро! Марина в шоке. Скажет, потом, в своем стиле:

'Это не тот мужчина, который сделает тебя счастливой. Социопат и хам! Одумайся, дочка…"

Ее мнение мне не изменить. Но я не хотела, чтобы и Густав воспринимал Луку врагом. Поэтому я ответила «да» и я не врала. Я хотела поехать с ним. Но не поеду. После того, что произошло между нами накануне. Нет.

Лука не может распоряжаться моей жизнью как хочет и когда пожелает. Он умен. Рассчитывал, что я не откажу ему. И был прав.

Я не отказала. Ну и что же мне делать? Не могу уйти с ним, так… И отказать — нет сил. Единственное, что приходит на ум. Побег. Срочно.

«Я должна покинуть эту комнату. Уйти на весь день!»

Как только решилась, все подавляемые чувства и эмоции, словно испарились. Стало гораздо легче.

Выдохнула и подошла к шкафу. Хочется надеть нечто непривычное… В обычной одежде Лука меня «вычислит» быстро…

Посмотрела на ряд вешалок с однообразными худи, джинсами и спортивными костюмами… В самом углу заметила черный кроп-топ с длинными рукавами и короткую юбку с плиссированными складками ему в тон.

Усмехнулась. Этот наряд я оставляла на финальный матч сборной, для моего бывшего парня, Андрея…

«Ну вот и пришло время показать себя…»

Примерила кроп-топ, затем, юбку. Кокетливо торчащие короткие воланы юбки на моей заднице позабавили меня.

Застегнув молнию, не без удовольствия я оглядела свои ноги, что выглядывали из под черных складок. Короткая юбка визуально, делала ноги еще длиннее.

«Неплохо, но не совсем то… Сильно бледная кожа. Нужен какой-то акцент…»

Достала черные гетры и натянула их выше колен…

«Отлично. Женщина-кошка… Ну, может не совсем женщина. Но вид у меня, что надо…»

Особенно приятно будет вышагивать в таком виде там, где «всевидящее око» Луки меня не достанет…

Открываю балконную дверь. Хочу спуститься вниз, как это еще недавно делал Лука. Вышла и внизу на полу заметила пакет со своими сапогами для верховой езды.

«Отлично! А я их обыскалась. Идеально под мой наряд. К тому же… Вот и идея куда я поеду сейчас, в первую очередь…»

Накинула на плечи джинсовую куртку и подошла к краю балкона. Закинула небольшой рюкзак на плечо и спустилась вниз.

Как только мои ноги коснулись земли, я выдохнула. Потрясающее чувство свободы заставило меня улыбнуться. А небольшая паника от риска обнаружения, прошлась по коже мурашками. Меня немного колотило, но я не собиралась отступать или возвращаться.

Минута и я уже бегу между коттеджами тихого городка к остановке местного автобуса, что доставит меня в центр. Жаль я свою машину вернула Луке. На серебристом ретро-мерсе убегать было бы прикольнее…

Еще издали я заметила небольшое маршрутное такси, что медленно отъезжало от остановки. Я ускорилась, активно крича и жестикулируя ему вслед.

Автобус остановился и задние двери распахнулись, к моей радости. Запрыгнула в нее почти на ходу. Иду по полупустому салону вглубь. Отсканировала телефоном код для оплаты проезда. Все. Еду.

Заняла место у окна. Спросила у женщины по соседству, куда следует этот маршрут. Оказалось не совсем в центр. За балку, в «Зеленый городок». Это за городом. Ипподром тоже за городом, но совершенно в другой стороне.

Зато, там, за балкой находится дом человека которого я не видела уже больше месяца.

Мой отец. И дом, где я выросла.

Это именно то место, что мне нужно. Потому что там, я уверена:

1. Мне будут очень рады.

2. Лука не будет искать меня у отца.

3. Меня накормят нормальным завтраком, без всей этой здоровой лабуды вроде свеклы со шпинатом и клюквенных соков, которые так любят мне навязывать Марина с Густавом…

Двадцать минут и я уже почти на месте. Вижу знакомые очертания домов и цветущие, белоснежные шапки вишневых и абрикосовых деревьев…

Прохожу к выходу и в этот момент мой телефон завибрировал.

Посмотрела на номер.

«Марина»

Снова мурашки. Сжалась мысленно, вся. Словно я все еще нахожусь в своей комнате. Сбросила звонок и улыбнулась.

Вышла из маршрутного такси и иду к дому отца, по узкой, густо посыпанной гравием дороге.

Снова вибрация. Два сообщения следом, от нее же.

«Милая, где ты?» Что произошло?"

"Ты можешь ВСЕ мне рассказать. Я НИКОМУ не скажу где ты.'

Это ее «никому» капсом, подсказало мне, что Лука все еще находится у них дома.

'Ох, как я счастлива!"

Убежать от Луки, было безумным решением. Не думала, что решусь воплотить это в жизнь.

Естественно, это не первый мой побег… Но этот, один из самых приятных.

Потому что Лука и я, мы оба отлично понимаем, что я не собираюсь всерьез убегать от него. Только проучить хочу, что уходить и приходить когда пожелает, может не только он.

Подумала о Луке и улыбнулась. Почувствовала его, словно вижу прямо сейчас. Его упрямое, сосредоточенное выражение лица. Темно-зеленые глаза смотрят на дорогу. Но в его голове, я уверена, уже масштабный план действий, с неизменной поркой меня, в конце…

Да, он сейчас зол, уязвлен и взбешен, но и знаю, смеется про себя с этого моего поступка.

Внезапно, я вспомнила кое-что важное… Лука купил мне новое кольцо!

Голубоватый искристый камень с ярким переливом граней в идеальной оправе, был таким утонченным и нежным, как капля океана. Кольцо было очень красивое и сразу понравилось мне. Но главное, оно было куплено лично для меня.

Не как то, первое, что больше напоминало дорогую, усеянную бриллиантами «метку» хозяина для очередной безликой, но послушной куклы.

Отвлеклась от мыслей. Иду. Еще не подошла к дому, как издали заметила знакомую фигуру.

Отец. Родион Даруш собственной персоной.

Немного сутулясь, отец стоит возле распахнутых ворот нашего дома и поглаживая по голове старого пса Шейха, настороженно смотрит в мою сторону.

Я не стала медлить. Подбежала и обняла его. Он тоже меня обнимает. Слышу, смеется. Пытается делать строгое лицо, но секунду, не больше. Растаял. Знала, что так и будет. От него пахнет его любимыми сигарами и алкоголем. Значит, снова сидели всю ночь с дружками и играли в его подвале.

— Ты чего удумала? Сбежала?

— Нет.

— Чего лицо виноватое? Мне, не ври.

— Если и сбежала, то не из-за того о чем ты думаешь.

— Что ты несешь чертова девка⁈ Снова мозги всем пудришь?

— Па. Я есть хочу. Пошли в дом!

— Стой. Успеется. Там, все на столе. Мои привычки ты знаешь. Стол у меня не пустеет. Не то, что у твоего Гасанова… Ну так что, Синяя борода и тебя довел? Если он слово нарушил и был грубым с тобой… Я с него шкуру спущу…

— Нет. Он хороший человек, пап…

— Свадьба была?

— Нет.

Отец помрачнел. Я тороплюсь ответить.

— Па… Лука хочет жениться на мне. Просто помешан на этом. Все время говорит о женитьбе. Это я тяну. Мне же еще нет восемнадцати, помнишь?

— Точно… Значит, говоришь, хочет жениться? Что же это за мужчина, что не убедил тебя?

— Убедил. Но я — Сабина Даруш, а не очередная подстилка Луки Гасанова и хочу чтобы он это понял, прежде чем мы поженимся.

Отец раскраснелся от гордости когда я это произнесла. Он довольно хмыкнул и ударил кулаком по руке.

— Ладно… А что пешком? Такси бы взяла… Или Гасанов, этот черт, экономит на тебе?

— Нет-нет, никогда! Лука, напротив, все самое лучшее мне дарит. Недавно вот, машину мне подарил. Знаешь какую?

— Какую?

— Ту самую, что два года ждал.

— Тот мерседес за полляма?

— Да.

Отец, снова гордо хмыкнул.

— Так и надо… Моей дочери — только лучшее! Ясно, надо же, не ожидал…

— Да. И вот, смотри! У меня на пальце кольцо его, помолвочное… Не вру я, понял!

Я протянула руку и показываю отцу.

Он внимательно посмотрел на мое кольцо. Пальцы вертит на солнце. Опытным взглядом сразу оценил каратность и чистоту бриллиантов. Все. Но было в этом его взгляде, что-то еще. Хмыкнул и задумался.

— Что ты так смотришь, пап?

— Знаю я этот камень. Лука, лет семь назад, у меня же его и купил. Тогда я еще занимался ювелиркой, перегонять тачки я позже начал. Ты не можешь помнить, еще дитем была.

Так вот, камень этот, стоил как наш дом. И сейчас, не меньше. Повезло мне. Редчайшей чистоты брюлик попался и цвет необычный, с синевой. Так вот, Лукьян торговался как черт. Месяца два меня изводил. Но я, ни копейки не уступил ему, а уж Синяя борода торговаться умеет.

Я еще удивился, отчего он так настаивает. Бриллиантов много. Перепродать он его, тотчас, за ту же сумму, не сможет.

Согласился он. Купил у меня камень.

Я спросил, зачем он ему? Деньжищи такие, в его возрасте, мудрее было бы в дело пустить. Он сказал, что дела всегда будут. А это важнее. И камень этот, продавать не собирается.

Сказал: «Как жену свою будущую встречу, кольцо закажу с этим камнем. Но только если найду ту, которая будет достойна его…»

Слушаю отца и у меня сердце печет в груди, дышать тяжело. Эта история, лишила меня голоса и уверенности в своей правоте. Ком в горле. Стою и под ноги себе смотрю, взволнованно.

Лука.

Он даже на расстоянии остается верен себе и снова выбивает почву у меня из под ног…

Отец видит, что я бледная стою, серьезная. По своему понял это.

— Пошли, накормлю тебя завтраком, дочка. Расскажешь мне, что и как у тебя в жизни.

Он отвернулся, а я остановилась и с силой ударила его ладонью по плечу. Крепко стукнула. Отец обернулся и удивленно смотрит на меня. Растерялся не поймет, что у меня на уме.

Я громко и уверенно говорю ему, тыча в него указательным пальцем:

— Это тебе за то, что продал меня ему! Я тебе не вещь, чертов барыга! Я, твоя единственная дочка! Мог, хотя бы попрощаться, а ты как трус спрятался!

— Чертова девка, я и отвык от твоего характера! Ты мне не бузи… Я… я тебе не твой, женишок тот… Мигом по физиономии дам, если нужно, уяснила⁈

— Ага, а я дам сдачи! Да так, что пожалеешь!

Отец разозлился, но через секунду засмеялся. Я тоже засмеялась.

Он обнял меня и выдохнул. После паузы, сказал прерывающимся от эмоций голосом:

— Виноват, да. Но тогда и чёрт бы меня не заставил. Не мог я выйти! Прощаться с тобой, дочка, тяжелее чем так вот отпустить, не глядя. Но ты лишнего обо мне, не думай! Что я, зря тебя с пеленок сам, в одиночку взрастил? Знал, Лука хороший парень. Не было за ним гнили. Но все равно, пил я две недели не просыхая. Даже Степан от меня к жене бывшей убежал. И на рога свои ветвистые не посмотрел, так ему туго со мной было. Один Антоха меня досматривает со своей толстухой женой….

— Минка его, не родила еще?

— Нет, перехаживает. Ворчит, сноха моя старшая, как медведица. Вот, я целыми днями в подвале и провожу. С ребятами в картишки балуемся.

Мы вошли с отцом в мой прежний дом. Запах родной, но теперь, такой далекий.

Старший брат с женой, стол накрыли, горячее принесли, закуски. За неторопливой беседой и вкусной едой, два часа пролетели как десять минут…

Пока чай остывал, я поднялась к себе в комнату. Отец тоже, но не вошел, по привычке, в дверях остался.

Я смотрю на всех своих кукол на полках, свои книги и все мои фото на стене… Слезы на глаза набежали. Здесь, все так и было, как я оставила. Очень чисто. Словно я только ушла в школу и вот-вот вернусь.

— Я все оставил как было и запретил лишний раз шастать. Никто не трогал ничего.

— Спасибо, пап… Это лучший подарок.

Внезапно, телефон отца зазвонил. Он достал из кармана свой телефон и удивленно посмотрел, сначала на экран, затем, на меня.

Ответил.

— Надо же… Второй сюрприз за один день. Вот кого я и не ждал услышать! И тебе доброго дня, Лукьян… Неплохо, не жалуюсь.

Я показываю отцу настойчивым жестом, чтобы он не говорил Луке, что я здесь, у него.

Отец сделал короткую паузу и прочистив горло, спокойно продолжил говорить с Лукой. Он вышел в коридор и теперь, отвечал на все его вопросы осторожно подбирая слова.

Только я уже знала, что вся эта конспирация напрасна… Выдохнула разочарованно и села на свою кровать.

У моего отца много сильных качеств. Но, как цыган, он обладал существенным «недостатком». Он ужасно врал. Не умел, совсем.

Даже будучи ребенком и играя с ним в карты, вот это его «кх… кх» в голосе, было явным признаком, что он блефует. Я частенько выигрывала у него и не только я. Поэтому отец всегда играет в карты на копейки, только чтобы поддержать интерес, иначе бы все уже продул до нитки.

Лука, часто играл с ним. Хорошо знает повадки моего отца. Уверена, он понял, что отец врет и я рядом…

Скоро Лука будет здесь. Наверняка, уже идет к своей машине, пока говорит с моим отцом.

Я побежала вниз и попросила у Антохи ключи от его «неубиваемой» девятки. Свою новенькую «бэху» он вряд ли мне уступит. Пообещала, что верну целой.

Отец спустился к нам вниз и смотрит растерянно на меня, ничего не понимая. Я обняла отца и попрощавшись, побежала к машине.

Восемнадцать мне исполнится послезавтра, в субботу. Но еще год назад я выпросила у отца эти «права», пока настоящие не получу. Поэтому, могу свободно кататься.

Выехала с улицы и еду по объездной, окольными путями, чтобы не встретиться случайно с Лукой.

Щеки горят и дрожу вся. Словно он, прямо за спиной у меня…

Только о нем подумала и тут же вижу его. На трассе ведущей к поселку его блестящий, черный «мерс» пронесся словно молния.

«Как чувствовала…»

Я подождала немного и поехала на максимально допустимой скорости по трассе в другой конец города. На ипподром.

Думаю, там он уже был сегодня. Не станет меня искать второй раз, в том же месте. Хотя, Лука становится совершенно безумным, если все идет не так, как он задумал… Но и я не готова сдаться так просто.

Прежде чем он меня найдет, заставлю его побегать…

Лука.

Сижу в гостиной цыгана и осматриваю уже подзабытую обстановку. С тех пор как Сабину забрал к себе, первый раз здесь.

Делаю глоток коньяка, что Родион мне налил, «за встречу». Его старший сын с женой, минут пятнадцать посидели вместе с нами для приличия, но ушли не выдержав моего молчания, вулканически полыхающего гневом.

«Ну и к лучшему. Говорить нам, и не о чем. Я их не знаю…»

Но и без того, сейчас, я не самая дружелюбная компания. С тех пор как Сабина так вежливо исчезла в своей комнате, как оказалось совсем, мое настроение стало шалить от «разнесу все к чертям» до «мне пох».

Не знал что эта девчонка взбрыкнет и устроит мне горки по эмоциональным зигзагам ее настроения. Не был готов к этому и честно говоря, всерьез думаю о том, чтобы все оставить. Не сегодняшние поиски беглянки. А саму, ее. Послать Сабину Даруш подальше. Красивая она девка и все в ней идеально. Но то ли я такой простой, а она сложная. То ли, действительно, слишком взрослый я дядя чтобы под ее детские заебы танцевать…

Отвлекся от своих «веселых» мыслей и вижу, что Родион Даруш снова идет ко мне. Несет документы.

— Вот, держи. Это дарственная на землю.

«Лютый» протягивает мне папку и снова тычет пальцем на имя в графе «собственник».

— Все на дочку оформил. Как узнал что ей лошади понравились, так и понял что подарю вам на свадьбу. Вот, выкупил. Участок у реки, пять гектар земли. Катайся хоть всю жизнь, место под все есть…

Нехотя беру эту папку. Понимаю, не возьму — обижу. Киваю ему, натянув дежурную улыбку.

— Я отдам ей, покажу, когда увижу. Если она захочет… найтись.

Отвернул лицо, замолчал, успокаивая в себе ту злость, что снова закипала во мне.

Даруш сразу понял о чем я говорю.

— Вот напрасно ты терпишь. Оставь это.

— Что?

— Послушай меня, старика. Я эту адову девку сам вырастил и она, неуправляемая. Будешь ей потакать — она тебя доконает. Даже не пытайся понять, что она творит. Взбалмошная, вся в мать!

— В Марину?

Даруш недовольно скривил физиономию.

— Неа. Та просто с придурью, да гулящая. А Сабинка, в мою мать пошла гонором. Амину Даруш. Ох. Бывало как матери в голову что втемяшится и фьють! Умчалась. Нет ее. Отец мой, первые годы — бегал, искал ее, возвращал. А потом, перестал. И как только он перестал и она угомонилась. Понял меня? Ты ее поменьше уговаривай. Оставь ее наедине с ее дурью. Она и успокоится…

Я усмехнулся на это и пожав ему руку попрощался с ним. Вышел из дома, сел в машину.

Разговор с цыганом меня как-то успокоил. Вот уж, чего точно не ожидал…

Сабина показала ему свое кольцо. От этого, мне и хорошо и плохо. Не стала бы она о кольце отцу говорить, если бы не хотела замуж за меня.

«Но сбежала, чертовка…»

Снова гнев накрывает. Вспоминаю торжествующую физиономию ее матери, Марины, когда та поняла, что дочка сбежала от меня.

Цокает языком и говорит, растягивая слова как змея:

— Ну… нет ее в комнате, молодой человек. Видимо, передумала гулять с вами. Доченька моя, умнее оказалась, чем я думала… Не могу не порадоваться за нее.

Густав как обычно, оказался умнее. Прошел впереди жены и пожав плечами сказал:

— Когда девочка объявится я вам позвоню. Вы тоже, если раньше нас встретите, сообщите, что нашлась и все в порядке.

Согласно киваю, пожал ему руку и вышел из дома.

Иду к машине. Первым делом в голове возник ипподром. У Сабины сегодня урок.

Подъехав к тренировочной базе, сразу заметил Айру, любимую лошадь Сабины. На ней, сейчас, другая девчонка занимается. Значит, не было Сабины здесь. Плохо…

Зато, Снежана на месте. Заметила меня и уже спешит к машине. Пришлось выйти, поздороваться. Хотел уехать сразу, но она утащила меня с собой в офис.

— Не отпущу! Не в твой день рождения. У меня, смотри, торт! С самого утра поджидаю именинника со сладким…

Сильный запах духов и откровенное декольте, настойчиво намекали мне, какие еще сладости подразумеваются в ее «меню».

Уфф… я и забыл когда на чужие сиськи смотрел. А у Снежаны с сиськами полный порядок. Выставлять их она любит и там есть на что посмотреть. Только мне сейчас не до этого. Кастрировала меня эта ведьма малая…

Я подмигнул Снежане и отговорками отшучиваюсь. Выхожу.

— Лука, куда ты⁈ А торт?

— Съешь сама, за мое здоровье. И… если Сабина появится, маякни мне, будь другом.

На это «будь другом» брови Снежаны выгнулись раздраженной дугой. Словно кошку против шерсти погладил.

Сам виноват. Стоило нам с ней один раз по пьяни потрахаться лет пять назад и теперь, она ведет себя словно мы в отношениях. Бесит это, но и конного клуба, уровня ее центра, нет другого в городе.

Уже сидя в машине я взглянул на земельный участок Даруша… Огромный надел земли. Щедро. Очень. Даже мой, довольно большой дом, потерялся бы как соринка в тех просторах.

Выдохнул.

«Может и правда, послушать цыгана? Оставить Сабину с ее дурью наедине?»

Все внутри меня протестовало. Был взбешен ее поступком и жаждал возмездия…

Но когда встал выбор — колесить по городу, в поиске мест где Сабина могла быть или передумать. Я быстро принял решение. Крутанул руль вправо и спокойно направился в сторону своего дома.

Еду и отчего-то улыбаюсь… Чем больше думаю о совете ее отца, тем разумнее он мне кажется. Уже предвидел недоумение в серых глазах… Сабине проще считать меня дикарем, вспыльчивым собственником, «синей бородой» или кем угодно, но она ненавидит когда я поступаю не так, как она ожидает.

Приехал домой, переоделся. Окликнул Гулю и тотчас вспомнил, что сам же дал ей выходной…

Ахиллес тычет мокрым носом мне в ладонь. Обнаглел совсем. Зашел в дом в поисках меня. Выпустил его из вольера погулять на часок и тот, верный ученик своей хозяйки, живет по принципу: «дашь палец, откусит руку»…

«Хозяйка…»

Способна ли Сабина быть спокойной, домашней женщиной? Или эти ее взбрыки и есть вся наша будущая семейная жизнь? Темперамент такой, только в спальне хорош. Уверен, секс с ней будет незабываемым, но я хочу и жену. Вероятно, слишком много хочу и сразу… Ей только восемнадцать исполнится со дня на день. Девчонка, считай… Придется мне самому лепить из этого темпераментного существа, послушную женщину.

Слышу, дверь хлопнула. Негромко, но отчетливо. Шаги слышу. Знакомые, очень.

Ее это шаги.

Я полулежу в кресле в главной гостиной, как есть, в светлой футболке и серых, домашних штанах. Смотрю разные подкасты на огромной плазме и ем сэндвичи с курицей и салатом.

Дверь в зал приоткрылась.

Сабина.

Вошла в комнату расслабленно и спокойно. Словно и не сбегала. Смотрит на меня. Оценила мой внешний вид и то, что я совсем не тороплюсь оленем по городу за «ее величеством» скакать…

Настойчиво мне в глаза смотрит, очаровывает. Видимо, на ее малолетних пиздюков этот взгляд а-ля «капризная сучка» имеет магическое влияние. Меня же он посмешил:

«Ну, дите-дитем…»

Все, кроме фигуры ее…

Она куртку сняла небрежно и у входа оставила.

Скольжу рассеяным взглядом по ее фигурке и чувствую как салат мне поперек горла встал. Ноги, грудь, талия и задница орехом… Черный топ с длинными рукавами, имел довольно эффектный разрез вдоль белоснежной груди, слегка приоткрывая совсем не по-детски роскошное декольте…

Вся она в этой одежде, как голая, на показ… Взгляд мой голодный, без остановки «гуляет» по всем ее женственным впадинам и возвышениям. Ноги… а там, черные гетры натянуты на белоснежных ляжках до самых девичьих бедер…

Горячо. Как же идет ей этот образ. Мой член был готов выпрыгнуть из брюк, когда я смотрел как струилась по ее ножкам, эта короткая, шелковая юбка, облегая ее торчащую задницу… Инстинктивно сжимаю пальцы, потому что мысленно, уже задрал эту юбку и усадив Сабину себе на колени, заставил принять весь мой член здесь и сейчас…

Эта мысль выбила во мне весь гнев и весь здравый смысл.

Сабина упала расслабленно на соседнее со мной кресло и смотрит на меня. Наклонилась ко мне и перебравшись ближе, села рядом и обнимает меня.

Еще час назад, я бы отправил ее обратно домой. Но сейчас, я не мог удержаться вдали от ее тела и ее губ…

Она целует меня и выдыхая мне в рот, прижимается лбом к моей шее. Говорит тихо:

— Лука… Почему я узнаю о том, что у тебя сегодня день рождения от твоих телок? Это нормально, по твоему?

— Ну, от меня ты это узнать не захотела…

— Ты сам виноват.

— Вопрос спорный. Ну, допустим…

Она подставила мне свой чувственный, приоткрытый рот и захватывает им мой язык, который раз за разом ласкает ее губы. Смеется беззвучно. Прильнула вся ко мне и выдохнула расслабленно на моей груди.

Я очень хочу сохранить хладнокровие и строгость, но странное чувство, очень похожее на счастье, заполнило каждую частичку моего воспаленного сознания от такой близости к ней.

Подняв голову к экрану она спросила:

— Что ты смотришь?

— Выставка автомобилей. «Монстр Джем» в Орландо, это в Штатах…

— Ясно… Ты, я вижу, вполне доволен как твой день проходит?

Понимаю, чего именно она ждет и этот ее вопрос — чистая провокация. Но намеренно иду на усугубление. Делаю равнодушное, расслабленное выражение лица и зеваю для убедительности.

— Ага… Все зашибись! У меня куча записей сохранено. Следующим на очереди, у меня просмотр главной североамериканской выставки автомобилей.

Сабина чуть отстранилась, внимательно посмотрела на меня, затем, снова на экран.

Я максимально играю «непонимающего». Она еще немного посидела у меня на руках. Выдохнула и раздраженно откинув назад рукой свое непослушное, отросшее каре, встала. Смотрит на меня, надевая куртку.

— Лука, я ухожу…

— Ясно. Тебя проводить домой?

— Хм… Я не собираюсь домой. Еще рано! Ты издеваешься⁈

— Нет… Ну, окей. Сабин, решила — иди! Или ты чего-то от меня хочешь?

Она вспыхнула. Ничего мне не ответила. Вышла, хлопнув дверью.

Сел в кресле. Выдохнул. Усмехнулся, но не смешно. Совсем. Мне стоило немалых усилий удержать себя в этом кресле и не рвануть следом за ней.

Опасался я, что в таком состоянии, она способна наделать глупостей. К тому же, ее откровенно провокационный наряд, теперь, не выходит у меня из головы, добавляя тревог. Да и ее бывший парень, Андрей, никуда не делся. И могу поспорить, сегодня, она заедет к нему…

Через час меня набрала Снежана.

— Твоя Сабина чудит. Приехала второй раз. Оплатила лишние два часа с другим тренером…

— Спасибо, Снежан, сейчас подъеду. Торт еще остался?

— Остался… Для тебя, Лука, у меня всегда найдется десерт, не волнуйся…

Почему-то ее постоянное заигрывание, прозвучало в моем сознании не горячо, а жалко. Поспешил сбросить вызов, потому что мне стало неловко. Неплохая она женщина, но капец, душная.

Сменил брюки и поверх футболки надел черную рубашку. Неторопливо иду к машине. Выбрал не свою обычную, а серебристый ретро-мерс, который Сабина вернула мне.

Сел за руль и не без удовольствия завел эту красивую как конфетка, тачку.

Еду. Только приехал и сразу увидел ее. Сабина пронеслась мимо моей машины, уверенно сидя в седле, словно амазонка, а ее высокие, блестящие сапоги, только подчеркивали это.

«Горячая девка, ничего не скажешь, есть это в ней…»

Усмехнулся и мысленно поблагодарил Даруша за его отличный совет. Хотел заглушить движок, но в этот момент, шальная мысль в голову мне втемяшилась. Не заглушил мотор, а напротив, стал разгоняться. Объехал толпу посетителей и несусь на скорости к открытому пространству за ипподромом. Нагоняю Сабину, сравнялся с ней и держусь на одной линии.

Она бросила через плечо удивленный взгляд на меня, неотступно следующего рядом.

Я заметил улыбку на ее алых губах, которую она тот час не без труда, подавила. Поняла что я задумал. Пришпорила Айру и пытается вырваться вперед, но я не отстаю.

Дорога не очень ровная. То и дело попадаются ямы и ухабы. Приходится быть осторожным. Отвлекся и чуть замедлил ход, отстал. Сабина ушла вперед. Обернулась, улыбается. Не скрывая демонстрирует мне свое ликование по поводу своего лидерства. Поглаживая свою лошадь, смотрит на меня, высоко подняв голову.

Через полминуты я снова догнал ее. Здесь, дорога ровнее. Я выбился вперед и обогнал ее без труда. Вижу как она рассержена. Сосредоточена, волнуется, но не сдается. Хотя, этот быстрый ритм езды, ей непривычен.

Я ускоряюсь, усложняя ей задачу, но не жду что она нагонит меня. Нет. У меня другой план.

Разворачиваюсь и еду обратно в спорт клуб.

Пронесся мимо недоумевающей Сабины, словно я и не соревновался с ней. Оставил ее далеко позади. Остановил машину у обочины и вышел.

Иду медленно, не оглядываясь прямо к домику администрации. Снежана вышла на крыльцо вместе с вторым тренером. Оба уже явно подвыпившие. Подхожу к ним.

Пьяненькая Снежана обняла и расцеловала меня в обе щеки, повторно поздравляя с днем рождения. Это было очень кстати. Впервые, притязания Снежаны на меня, были так уместны.

Именно в этот момент мимо нас промчалась Сабина. Раскрасневшаяся, она пришпорила свою лошадь и понеслась вперед к дальнему ограждению, на такой скорости, словно за ней гонятся.

Я провел в домике тренера около получаса. Подумал, что достаточно. Пора нам с Сабиной нормально поговорить. Вышел и выглядываю ее.

Вижу Айру привязанную возле конюшни. Спросил у ее тренера где Сабина.

— Уехала. Минут двадцать назад.

— На такси?

— На машине своей. У нее «Девятка», довольно потрепаная.

А вот это плохо, на своей машине она куда-угодно может поехать. Брата машина у нее. Помню, этого «монстра», не машина, а ведро с болтами…

Позвонил своей охране. У моего дома ее не видели. Покружил еще минут пятнадцать и набрал Густава. Спросил, не появлялась ли она.

— Нет, но она звонила маме. Сказала что будет позже, потому что ее пригласили на футбольный матч. Сегодня молодежная сборная играет товарищеский со словаками. Я бы и сам поехал, но мигрень не отпускает.

Я сбросил вызов и смотрю на руль, сжимая его все крепче.

«Вот и Андрей нарисовался…»

Ударил с силой по хромированному ободу. Выдыхаю…

Черт. Она же это просто на зло эту дичь творит. Не сомневаюсь, что она искренне хочет быть со мной и я нравлюсь ей. Не обмануть ей меня эти побегами… Слишком трепетными и горячими были ее поцелуи в моем кресле…

Хорошо, допустим, я доверяю ей и она не переступит черту.

«Но так ли это? Как далеко она готова зайти в желании показать мне свой независимый характер, свободолюбие и прочую хрень, которой полна ее головушка?»

Подъехал к стадиону. Толпа людей хлынула мне навстречу. Я опоздал. Матч завершился. Кружу в поисках свободного места для парковки, достаточно удаленного от популярных мест, чтобы очередной пьяный фанат не испортил мне машину.

Нашел неплохое место у стены за стадионом и поднимаюсь к главному входу. Внезапно, вижу их. Андрея, Сабину и еще человек десять их друзей. Они все идут к машинам, собираясь куда-то еще. Команда Андрея выиграла матч. Значит, едут отмечать в какой-то клуб. Я спешу обратно к своей машине. Завожу и выждав немного, осторожно следую за ними.

Сабина оставила машину брата на парковке стадиона. Села в машину к Андрею. Они вдвоем там. Это плохо. Значит и после клуба, именно Андрей отвезет ее домой или куда-угодно…

Да, мое воображение все «красиво» нарисовало и их двоих в номере гостиницы и то, как этот качок-переросток снимает черные гетры с ног моей девочки…

Они остановились у довольно популярного клуба. Вошли внутрь. Я жду в машине. Еще не решил хочу ли я подняться в клуб и застать их на чем-то более пикантном, или подожду в машине и посмотрю куда они поедут после. Время длится довольно долго. Меня хватило на сорок минут. К этому моменту я был накручен настолько, что уже не соображал ничего. Любой, кого я сейчас увижу рядом с Сабиной станет законной целью моей неадекватной агрессии, из смеси ревности и гнева.

Поднимаюсь в зал и вижу их. Вся их компания топчется у стены, попивая что-то слабоалкогольное. Редкая толпа периодически скрывает их от меня. Еще довольно рано и народ только подтягивается в клуб.

Андрей стоит чуть поодаль от всех. Сабина стоит рядом. Он наклонился и пытается в этом шуме, услышать то, что она говорит ему. Но его взгляд, что то и дело скользит по ее фигуре, когда она отворачивается, я хорошо заметил.

Заиграла музыка и пара девушек из их компании начали танцевать, утягивая своих парней в центр зала. Сабина улыбнулась Андрею и я помрачнел.

«Какая же она красавица…. Черт! Ни одна из девушек, здесь, даже близко с ней не сравнится…»

И дело не только во внешности. Она такая открытая, общительная, сексуальная. Двигается в такт музыке, привлекая к своей фигуре все больше взглядов… Огонь…

Вдруг, я заметил как ладонь Андрея касается ее ноги. Сабина обернулась и отвела его руку, сердито качая головой.

Тот перевел все в шутку, но через секунду, снова захватывает ее рукой вокруг талии и уже крепче удерживает ее рядом. Она высвобождается, но он перехватывает ее руку и подносит ладонь к ее лицу.

Но не касается, потому что я уже рядом с ним и держу его за шею. Он может и хочет рыпнуться, но думаю, он отчетливо ощутил, как мой нож ему в ребра упирается…

Я не дурак и на этого лося с голыми руками не пошел бы.

Сабина наконец увидела меня и стоит неподалеку от нас двоих, растерянная и испуганная.

Подоспели дружки Андрея, обступили нас. Я сказал Сабине отойти в сторону.

Андрей прохрипел своим, чтобы не вмешивались. Сказал, что у него со мной «личные счеты»… Я уже мысленно разминаю шею готовый бодаться…

Очень не вовремя громкий ритмичный бит, популярного трека, заиграл рядом с нами в огромных колонках.

Естественным продолжением будет выйти на улицу. Силенки не равны. Их, человек восемь. Нас двое. Я и нож. Все как в детдоме… Где меня хорошо научили не бояться неравенства сил…

Но внезапно, ко мне подходит Сабина и прижимаясь ко мне всем телом, откровенно целует. Крепко и горячо, обнимает меня за шею не отступая и на шаг. Я прячу нож и удерживаю ее руками скорее по инерции. Сабина хватает меня за руку, совершенно опешевшего и решительно тянет за собой в центр зала.

Я иду за ней, оглядываясь на Андрея и его дружков, что сцепив зубы, словно побитые псы пошли к выходу.

Сабина не выпускает мою руку. Танцует рядом со мной, очень эротично прижимаясь всем телом ко мне. Время от времени ее ладони скользят по моей груди, поднимаясь выше к лицу и поглаживая меня по щеке.

Я стою и просто офигеваю от того, что она творит. Смотрю на ее руки, что она подняла над головой и закусив нижнюю губу, раскачивает бедрами, ударяясь телом об меня в такт ритму. Пока она танцует я придерживаю ее ладонью вдоль спины, поглаживая ее бедра. Развернувшись спиной ко мне, Сабина улыбнулась и прижалась ко мне всем телом, положив ладони поверх моих. Почти легла на меня, покачивая бедрами и настойчиво прижимаясь упругой задницей к моему паху.

Я уже не столько растерян, сколько возбужден. Очень, очень сильно… Никогда и ни с кем не танцевал. А этот ее танец был невероятно сексуальным и откровенно провокационным, приглашающим…. к дальнейшим действиям. Если у кого в этом зале и были сомнения с кем эта девушка, то после этого танца, сомнений не осталось…

Андрей и его компания давно покинули клуб.

Громкий бит затих.

Медленный ритм приятной, обволакивающей мелодии, заполнил зал. Сабина смотрит на меня, откровенно улыбаясь. Я притянул ее к себе, чувствуя как ее пальчики обнимают меня. Прижался щекой к ней и прикрыл глаза.

Мы танцуем с ней, медленно кружась и словно нет никого вокруг нас. Я захмелел от удовольствия. Не знаю… Может это все на контрасте после всплеска адреналина из-за грозящей драки, но такого кайфа, какой я ловил сейчас, обнимая свою девочку на глазах у всех, в моей жизни не было…

Спустя минут десять пальчики Сабины все еще держали меня за руку, когда я вел ее к своей машине.

Она откинулась на сиденье и смотрит на меня глазами полными секса.

Я завел машину. Мы молчим, но то, что витает между нами сейчас, не нуждается в комментариях. Ее рука поглаживает мою ладонь, в ответ, я осторожно сжимаю ее пальчики, поднося к своим губам. Слышу её голос.

— Лука… Я еще не хочу к себе домой…

— Мы и не едем туда.

Сабина смотрит на меня и улыбается.

Усмехнулся, перехватив ее молчаливое послание. Мы уже близко. Заворачиваю к своему дому, заезжаю во двор. Выходим.

Позволяю счастливому Ахиллесу попрыгать рядом с Сабиной скуля от радости пару минут. Она охотно и радостно обняла его. Гладит, но не спускает настороженного, откровенного взгляда с меня.

Я оставил Ахиллеса во дворе и тяну Сабину за руку за собой в дом.

Вошли. Я включил свет везде.

— Кофе хочешь? Напитки? Может, ты голодна?

Сабина молчит и смотрит на меня облизывая губы.

— Я хочу, но не всего этого…

Она подходит ко мне и откровенно захватывает своим ртом мои губы, лаская и покусывая их как и тогда в клубе.

Я отхожу от нее и отрицательно качаю головой.

— Нет, не так. Не сегодня…

Сабина растерянно смотрит на меня. Вспыхивает и делает шаг назад, возмущенно глядя на меня. Ее гневные слова уже готовы сорваться с ее губ, но я опережаю ее. Подхожу к ней и целую ее в приоткрытый рот. Нежно, едва касаясь ее губ.

Затем, наклоняюсь и подхватываю ее на руки. Несу в дальнюю комнату. Ту самую, нашу с ней белоснежную, «семейную» спальню.

Открываю дверь ногой, отчего Сабина засмеялась и крепче прижалась ко мне, удерживаясь за мою шею и уткнувшись губами мне в щеку.

Я опускаю ее на кровать и медленно склоняюсь над ней… Ее руки скользят по моему лицу, пока я все более жадно захватываю ее рот, раз за разом целуя ее все более откровенно. Стягиваю ее куртку и отбрасываю в сторону. Тяжело выдыхаю и спрашиваю:

— Сабина…

— Да?

— Колечко на твоем пальце, может остаться просто украшением… Я не буду больше настаивать. Пока ты сама не скажешь, что согласна разделить со мной не только одну ночь…

Сабина обнимает ладонями мое лицо и отвечает, глядя мне в глаза:

— Лука… я согласна.

Я не ждал никакого ответа… Поэтому, был удивлен.

— Что, прости? Повтори это, прошу…

— Я согласна. Хочу стать твоей. Навсегда.

Я уронил голову ей на грудь и неожиданно для самого себя засмеялся. Она тоже смеется.

Целую ее улыбку и ее смех тонет в моих губах. Снова говорю ей, тихо:

— Возможно, это не самая подходящая поза и это странное место для того, что я собираюсь сказать… Но для нас тобой, странности, дело обычное.

Сабина смеется, но не перестает смотреть на меня, взволнованно бледнея.

Я продолжаю:

— Сабина Даруш… Ты станешь моей девушкой, моей женщиной, моей женой, моим всем, не меняясь ни на миг и оставаясь все такой же чокнутой и самой охуенной на свете?

Она приподнялась на кровати и обнимая меня, с готовностью кивает головой.

— Да! Я — Сабина Даруш, хорошо обдумав все риски, вполне осознанно и с большим желанием, хочу стать твоей единственной, Лука «Синяя борода» Гасанов…

Я засмеялся и прижался своим лбом к ее. Смотрю ей в глаза…

Наклоняюсь к ней и наше дыхание смешивается в самом безумном и жарком из поцелуев.

Стоны, насмешки, укусы, нежные ласки, грязные слова и волнение — все слилось в нем. Пространства между нами оставалось все меньше. Дыхание Сабины стало прерывистым, громким и горячим. Она оттолкнула меня и не отрывая ладоней от моей груди, смотрит мне в глаза.

Мой взгляд потемневший от желания не разочаровал ее. Я подмял ее дрожащее от возбуждения тело и едва слышно, произношу:

— Сабина…?

С нетерпением облизнув губы, она произнесла, горячо выдыхая мне в шею:

— Да… я очень хочу тебя, Лука… Прошу, не останавливайся…

Сабина.

Секс… Весь этот вечер был пропитан им.

О чем бы мы не говорили, некое накопительное желание, незримо витало между нами. С момента, как я увидела Луку в том клубе, я поняла, что все случится сегодня…

Но… Осталось одно неоконченное дело.

Андрей. Мой бывший парень и несостоявшийся жених…

Не вышло у нас расстаться по хорошему. Но и он сегодня проявил себя во всех ролях. Его попытки приударить за мной, я отвергла. Мне еще на прошлой неделе стало известно, что они с Леной, официально пара. На радость его маме и самой «прилипале»… Мне все равно. Пара и пара, его выбор.

Но все последующие действия Андрея, совершались им словно под амнезией. В машине пытался поцеловать меня. Наорала на него и сказала что уйду, если он не успокоит свое либидо.

Он извинился, сказал что накурен и не соображает что делает. Последующие попытки Андрея показали, что он явно рассчитывает на большее от меня в этот вечер. Решив добрать это силой.

Лука.

Я не знала что он появится в клубе. Ожидала, что он найдет меня. Но не так скоро…

Спонтанная идея открыто показать всем мой выбор, появилась вовремя. Андрей с друзьями свалили и я выдохнула.

Как приятно было видеть удивление на лице Луки когда я танцевала для него… С каким нескрываемым, откровенным желанием его восторженный взгляд скользил по моей фигуре. Могла ли я сомневаться чем именно закончится этот вечер?

Но прежде, был тот самый момент. Наш с ним, не совсем «нормальный» медленный танец. В тот момегт яно поняла, что этот мужчина, очень важный человек для меня. Растаяла окончательно в его руках.

Смотрю в глаза этого красивого мужчины и понимаю, что сейчас, он не контролирует ничего. Я в его объятиях, но фактически, он весь мой… Зная независимый характер Луки, это очень заводит. Наслаждалась каждой секундой.

Его руки сплетенные с моими, тихое биение его сердца, когда он обнимал меня, поглаживая ладонями вдоль моей спины… Его щека прижата ко мне. Аромат его парфюма, смешанный с запахом его тела, что томит и опьяняет такой близостью к нему.

Лука молчал, но в его мыслях были только мы. Могу спорить на что угодно. Это был очень интимный момент. Только наш с ним.

Войдя в дом взгляд Луки изменился. Его глаза потемнели как у хищника, и в них было все… Он неприкрыто пылал желанием. Не видела его таким заведенным и счастливым, никогда.

Все равно сделал все так, как хотел. Отнес меня в «нашу» спальню, ту самую, белоснежную как «безе»… Меня это его упрямство позабавило, но показалось милым.

Рухнули на постель. Ласкались, дурачились, говорили… Смотрю на этого серьезного, красивого мужчину, что так внезапно ворвался в мою жизнь и у меня нет ни малейшего сомнения, что только так все и должно было случиться.

Хочу, чтобы это был только он. Лука. Моим первым мужчиной. Очень хочу.

Он приник к моим губам и поцеловал меня так горячо, что у меня закружилась голова. Его член, прекрасный, твердый и мощный, который я так давно хочу ощутить внутри себя, намекал мне, насколько он возбужден.

Прохладный весенний ветер из распахнутого окна, проносился по нашей коже, немного остужая наши разгоряченные тела и мысли.

Лука целует мои губы, а его руки медленно лишают меня остатков одежды. Сперва кроп-топ, затем юбка… Оставив меня в одних гетрах, он сорвал мои трусики, откинув их к остальным вещам.

Задержал взгляд на мне и покачал головой, восхищенно любуясь.

— Сабина, что бы я не сказал… Слова не выразят мое состояние. Ты даже не понимаешь насколько ты прекрасна сейчас… Если бы я не был так чертовски возбужден, то оставил бы тебя лежащей вот так передо мной на всю ночь…

Ох, твои раздвинутые ножки в этих гетрах и твой смущенный взгляд на меня, полный желания сквозь огненные пряди волос… Твое горячее дыхание и твои искусанные губы… Твои пальчики, что так целомудренно скрывают от меня твою обнаженную грудь… Нет-нет… Не убирай их. Все идеально…

Ты подарок судьбы и если я чокнусь сегодня, ты стоишь того. Запомни прошу мои слова и если я снова поведу себя как холодный, надменный и своенравный козел… Вспомни этот момент. Я у твоих ног, моя нежная девочка. Я покорен, разбит и уничтожен. Не шучу… Мое сознание и мой член, советуют мне ускориться… Но ох… Ты победила, я подчинюсь любому твоему желанию…

Лука упал лицом мне на живот и громко застонал от удовольствия…

Я смеюсь.

Провел пальцами по моей груди, нежно лаская ее губами, продвигается ладонью к моим бедрам.

Чуть раздвинув мои ножки, настойчиво целует мои бедра двигаясь все ниже. Шепчет мне нежные слова, не переставая целовать и покусывать мои бедра, спускаясь к моей киске. Я уже настолько мокрая, что мне неловко…

Горячее дыхание Луки и его поцелуи, что следуют вдоль моих бедер, касаются моей влажной киски.

Меня охватила мелкая дрожь. Выгибаю спину и тихо всхлипываю. Кончик его языка ласкает меня, заставляет покусывая губы, довериться уже знакомым ощущением гарантированного наслаждения…

Лука гладит и ласкает меня пальцами, нежно и неторопливо. Проникает внутрь моих складок сначала одним, затем двумя пальцами, заставляя меня громко охнуть. Это чувствительно и приятно. Мурашки смешались с весенним ветром на моей коже. Десяток новых ощущений заполнили мое сознание. Ловлю ртом воздух, пытаясь не забывать дышать.

Лука ускоряется, проникая глубже, вызывая в моем теле дрожь. Ненадолго отстраняется попеременно захватывая ртом то всю мою киску, то лишь клитор, лаская его губами и языком.

Я стону и инстинктивно тяну свои пальцы к нему, касаясь его волос. Мое тело танцует на белоснежном покрывале под ним. Изнывая от возбуждения, откидываю голову назад и закрываю глаза.

Не могу вздохнуть. Лишь, беззвучно открываю рот, кусая свои губы. Лука снова проник пальцами, лаская и погружаясь все глубже и интенсивнее. Мои белоснежные ноги в гетрах то и дело силятся сомкнуться над ним, чтобы остановить это сладостное мучение.

Не в силах больше сдерживать в себе переполняющие меня желания я стону гораздо громче, чем ожидала.

— Лука, ох, да… да!

Он не останавливается. Прикрывая рот пальцами, я покусываю их, чтобы хоть как-то сдержать нестерпимое удовольствие, что взрываясь внутри меня вспышкой света, разливается по телу. Хнычу и задыхаюсь, мое сознание затуманивается и я громко кончаю. Откинула голову назад и выдохнула. Обессилено смеясь, я касаюсь пальцами его волос, играясь с его прядями и поглаживая его высокий, вспотевший лоб.

Лука приподнимается надо мной. Прижимает мои бедра к себе, обняв меня за талию.

Я чувствую как его эрекция пульсирует у моего живота. Он ласкает мою грудь, захватывая мои соски своим ртом. Чувствую как его член касается моей киски. Мою кожу, словно, пронзает электрический заряд. Его член так близко.

Скольжу взглядом по его обнаженному телу. Зависла рассматривая его всего. Но на его обнаженном члене, мне особенно приятно задержать взгляд… Улыбаюсь, смутившись, но поборола это и подняла глаза к его лицу.

Я привыкла отмечать характер Луки, порой, совершенно забывая, как он красив. Залюбовалась им.

Обычно он такой серьезный, резкий, категоричный, но сейчас это совершенно другой мужчина. Он нежен, счастлив и возбужден. Его прекрасное, обнаженное тело сплошное концентрированное желание.

Мой взгляд скользит по рельефным мышцам груди к его пирсингу в сосках, что тотчас отзывается сильным импульсом в моей киске. Я прикасаюсь пальцами к его татуировке на ребрах и следую ниже…

Должна признать, без одежды, Лука, еще красивее.

Игриво закусываю губу и тянусь рукой к его члену, что уже призывно истекает в ожидании нашего секса… Смотрю на небольшую серебряную пирсу в основании головки…

Лука наблюдает за мной с очарованием и легкой усмешкой.

Борюсь со стеснением и искушением. Как хочется…

Поддаюсь запретному желанию, осторожно касаясь его члена кончиками пальцев.

Наклоняюсь и нежно скольжу губами вдоль вздрагивающей головки. Ласкаю ее языком, с удовольствием и любопытством касаясь его пирсы.

Лука прикрыл глаза и закинул руки за голову одобрительно урча, как довольный лев.

Я не впервые касаюсь его члена. Но так, еще никогда не делала…

Мои губы никогда не касались мужского члена. Вероятно, сегодня я разрушу не один барьер из моих девственных «не»…

Я не… ласкала губами член…

Я не… посасывала головку с пирсой, чувствуя приятный стальной привкус на языке.

Я не… получала наслаждение просто от того, как красив член моего мужчины…

Да, это так. Очень красив.

Ощущаю себя настолько потрясающе, что голова кружится. Приходится контролировать свое дыхание. Я взволнована, но и одновременно чувствую все более нарастающий жар внутри моего тела.

С удовольствием провожу рукой вдоль члена Луки по всей длине, касаясь каждой прожилки. С удовольствием ощущая как он увеличивается и пульсирует от моих прикосновений. Ласкаю, перебирая пальчиками, легко касаясь головки и следуя вниз, восхищенно поглаживаю твердый ствол.

Другой рукой касаюсь его яиц… Они крупные, именно такие как и его характер. Я облизала губы наслаждаясь тем, что вижу перед собой. Уже так возбуждена. Предвкушаю как член Луки будет чувствоваться внутри меня, заполняя меня по эти самые яйца.

Прикрываю глаза от нового импульса в моей киске, довольно сильного. Непроизвольно касаюсь пальцами своей груди сжимая ее с силой. Жар в моем теле разгорается все сильнее, требуя немедленного вмешательства.

Лука заметил это. Наклонился ко мне, провел ладонью по моему лицу и откинул мои волосы чуть назад. Привлек к себе. Обхватывает обеими руками мои бедра и так удерживает меня. Ведет пальцами вдоль бедер, медленно снимая с меня гетры. Целует мои оголенные ножки и произносит, глядя мне в глаза:

— Подними свои нежные руки Сабина и обними меня, покрепче.

Я делаю как он говорит. Моя грудь взволнованно вздымается, во рту пересохло. Смотрю на него и слышу звук шороха, а затем, разрыв того, что вероятно было упаковкой презерватива. Через секунду он, снова со мной.

Его рот жадно захватывает мои губы и прежде чем я успеваю сделать вдох, его член настойчиво толкается в мою киску. Впиваюсь в его спину пальцами, обнимая его крепче. Я смотрю на его спину и его бедра, что покачиваясь прижимаются ко мне ближе. Делаю вдох, чувствуя как его член твердо и решительно растягивает мою киску погружась в меня все глубже. Первые несколько секунд небольшая боль заставляет на пару секунд задержать дыхание.

Его губы касаются моей шеи. Он нежно целует меня повторяя: «Нежная моя девочка, ты такая узкая… Доверься мне, расслабься…»

Делаю вдох, отдавшись этой связи наших тел. Ощущаю на своей коже его дыхание и стук его сердца.

Лука делает более стремительное движение, отчего я охнула, прижавшись лбом к его плечу. Чувствую, как он заполняет меня раз за разом и это невероятное ощущение единения с моим мужчиной. Это не с чем сравнить.

Улыбка на моих губах, дает Луке тот самый «знак», которого он ждал. Он приподнимает мои бедра и буквально врывается в меня снова. Контролируя степень погружения, раскачивает меня на своём члене словно на горке.

Я шепчу ему, что хочу все время чувствовать его в себе…

Лука застонал после моих слов. Прижал губы к моей шее, ускоряя темп, проникая в меня все резче.

На смену боли, пришло чувство жара и удовольствия. Уверенные движения моего мужчины, становятся все более частыми и сильными. Я стону и мое учащенное дыхание подсказывает Луке, что я близка.

Он смотрит на меня, улыбаясь моему блаженному выражению лица, забирая меня всю без остатка. Наши тела блестят от пота, я обнимаю его, но чувствую, что теряю силы и мои пальцы немеют.

Прильнула к нему и в этот момент, Лука наклоняет голову ко мне и его губы жадно захватывают мой рот.

Я дрожу и прижимаюсь к нему ближе, отвечая на этот поцелуй. Внезапный жаркий импульс, словно разряд тока, пронизывает меня всю.

Задыхаюсь от переполненности этим ощущением. Лука все еще вбивается в меня, быстрее и интенсивнее. Я кусаю губы, хнычу или стону, уже не пойму сама… Он прижимает меня к себе и ловит мои губы, поглощая угасающие стоны своим ртом.

Он и сам, тяжело дышит. Ощущаю как он замирает, словно все его тело пронзает спазм. Прижимает мои бедра с силой. Наконец, сильно кончает с глухим стоном. Его затухающие толчки, медленные, сильные и глубокие.

А от сильного захвата его рук я чувствую себя невероятно легко.

Мои глаза прикрыты, наблюдаю за всем происходящим, словно во сне.

Мощное, вспотевшее тело Луки все еще прижато к моему.

Он развернулся и рухнул на кровать, вместе со мной. Оба без сил. Тяжело и громко дышим, улыбаясь молча, но счастливо.

Поглаживая мою спину ладонью, Лука целует меня прижимая к себе. Обхватил ладонями мое лицо, всматриваясь в мои глаза. Каждый раз, когда он снова целует меня, я одариваю его поцелуем в ответ.

Отпустила все мысли и просто кайфую от того как его обалденные, чувственные губы целуют меня.

Быть в его объятиях, отвечать на поцелуи его горячих губ, вот как сейчас… Наслаждаться видом его обнаженного прекрасного тела. Чувствовать его всего, растворяясь в нем — все чего я хочу.

Лука отвел усталый и довольный взгляд, уткнувшись лбом в мою шею. Смотрю в его темно-зеленые глаза и растворяюсь в них.

Моя рука лежит на его груди. Я смотрю на него, такого счастливого, красивого, расслабленного…

«Это мой мужчина, мой будущий муж…»

Колечко на моем пальце, не тяготит меня больше. Невероятное чувство.

Да, я все еще была собой. Но, теперь, ощущала себя совсем иначе.

Положила голову ему на грудь не прекращая, любоваться им.

Молчала и улыбалась. Приникла к его груди, неторопливо целуя его глаза, его губы, вдыхая запах его кожи и наслаждалась каждой секундой, этой близости с ним…

Лука провел пальцами по моим волосам, задержав ладонь на моей щеке.

— Я был не прав, Сабина. Признаю, я дурак, а ты умная.

— Что?

— Я все ждал идеального момента, правильного случая… Не понимая, что ты сама по себе идеальная и самым правильным было просто поддаться тебе… А я, занудный болван… понял это так поздно.

Смеюсь и не оспариваю это, киваю ему одобрительно.

— Но теперь, ты мой болван.

— Абсолютно…

Я смотрю на Луку и у меня в глазах словно все в дымке. Пытаюсь что-то сказать, но язык меня не слушается. По коже пробежал озноб и после него я словно отключилась на мгновение. Я растеряна, не могу сосредоточиться.

Лука сразу понял, что со мной что-то происходит.

— Сабина⁈

— Я… сейчас… держи меня крепче, прошу…

— Мне не нравится твой взгляд. Маленькая моя, ты как себя чувствуешь?

— Я не знаю… не могу понять… Все кружится…

Лука перевернул меня на спину и сел рядом.

— Сабина, у тебя кровь идет из носа. Не двигайся, я сам… Дыши глубже и не переставай отвечать мне. Говори, все что хочешь. Только говори! Малышка! Ты со мной?

— Да… Но я тебя плохо слышу… Лука⁈

— Сабина, я здесь, милая… Ты что-нибудь ела-пила?

— Только в клубе. Валик… Друг Андрея… Он дал мне какой-то коктейль и чипсы…

— Что за коктейль? Его бармен налил?

— Нет, банка с коктейлем уже была у него в руке…

Лука подхватывает меня на руки. Накидывает свою футболку на меня и спешно застегнув брюки, несет меня к своей машине.

Через секунду мы уже едем по ночному городу. Так быстро, что я не вижу деревьев, лишь мелькающую полосу неба.

Мне холодно и я не чувствую ног. Лука не выпускает мою руку из своей.

— Сабина, говори со мной, прошу. Ты слишком бледная…

— Лука, мне холодно… Все кружится…

— Мы уже рядом с клиникой. Сейчас… Все будет хорошо… Слушай мой голос!

Сабина…

Лука.

— Лука, пока что, нашли этих троих, есть еще несколько, но они все «в хлам». Кто бухой, кто укуреный. Допрашивать их бесполезно.

— Того самого, который «Валик» нашли?

— Да, мы его прямо из спальни в труселях в участок повезли. Мамаша вой подняла до неба, что дитачку обижают. Но когда комнатку его пошуршали, нашли много чего интересного. МамO, сама теперь в шоке от размаха «бизнеса» сыночки.

— А главный их… Андрей, капитан где?

— С ним, сложнее. Там такое дело, непростые люди за него вписались. Тренер с серьезными дядьками подъехал. Забрали его.

— Забрали? Так я верну.

— Не вернешь. Его уже отвезли в надежное место, чтобы пока все не утихнет, не «светить» молодую гордость нации… Но он зачем тебе, смысл его брать? Все и так ясно. Друг его признал вину. Говорит, просто шутка. Хотел подарок капитану сделать в честь победы сборной. «Подсластил» коктейль… чтобы девчонка посговорчивее была. Все орал, что нет криминала, если у них, вроде как, отношения были…

— Он в участке?

— Да. Пока Сабина твоя не придет в себя, останется в СИЗО. А там или дополнительно статью получит или на той останется за сбыт и хранение.

Я поблагодарил Кузьму и хотел позвонить паре знакомых, чтобы выяснили где прячут главного пиздюка, Андрея, бывшего парня Сабины… Но выйдя на улицу передумал. Сбросил вызов и сел за руль.

Главное, теперь известно что именно за наркотик попал ей в кровь. Осталось молиться чтобы не было последствий. Врач сказал, что эта «химия» тем и опасна, что не сразу проявляет себя. Сначала симптомов нет, а затем убивает орган за органом и вплоть до фатального исхода…

Еду в клинику. По пути набрал «Лютого».

— Это я.

— Не старайся, я уже у клиники. В курсе. Мои ребята замешивают цемент для упаковки тех уебков, кто мою девочку тронул. Ответь только мне, Лукьян, как ты проморгал это? У тебя под носом ее наркотой накачали, бля, слов нет у меня…

— Ты хочешь вопросы позадавать? Приди и задай их мне лично, без бабских истерик. Я к невесте тороплюсь. А тебя звонил не на мозги мне капать, а как отцу моей девочки…

Даруш недовольно хмыкнул и сбросил вызов.

В коридоре клиники я сразу наткнулся на Марину. Она уже отошла от первой волны ненависти и просто игнорирует меня. Сидит бледная рядом с мужем. Густав еще бледнее. Сонный. Какие то пилюли глотает каждую минуту.

Стоило мне подойти к двери палаты Сабины как Марина включила истерику:

— Из-за тебя моя доченька лежит там! Я знала. Свяжется с тобой и быть беде. Как таких земля носит⁈

— Вон там, мамаша твоего обожаемого Андрея, который Сабине наркоту дал! Иди и ей лично расскажи, что ты там знала… И вот что… Пока я у Сабины буду, чтобы не входила. Ты поняла меня⁈

Густав, сделал тяжелый вдох, хочет вступиться за нее. Плохо выглядит мужик, словно его отравили тоже. Но говорит бодро, проповедник все же…

— Прошу вас! Сохраняйте терпимость и уважение друг к другу… Сабине вы не поможете своей ненавистью. Девочке нужен покой, наша общая любовь и поддержка.

Вышел врач и жестом показал, чтобы я вошел с ним. Значит, пришла в себя.

Подлетел к двери и распахнув ее в два шага уже был у кровати Сабины.

Моя сероглазая русалка лежит на больничной койке бледная словно мел. Глаза открыты. На меня смотрит. Узнала меня. Пытается улыбнуться, но сил явно не хватает. Трубки капельницы ведут к руке. Губочки бледные.

Я прижался к ее лбу щекой, целую. Говорю ей:

— Малышка, как ты? Ни на секунду не оставлю тебя. Ни о чем не волнуйся… Лучшие врачи здесь. Мы вовремя успели. Немного отдохнешь и завтра уже дома будешь…

Чувствую как ее рука меня по лицу гладит. Пальчики ее горячие, мне в волосы нежно вплелись.

— Это я виновата… Такая глупая. Могла целый день с тобой провести. Только все испортила. Еще и в твой день рождения…

Сабина дышит тяжело, вижу по щекам слезы бегут.

Обнял и целую ее глаза, губами касаюсь ее кожи. Горячая словно кипяток.

— Стоп! Прекрати это, прошу. Мы его ещё сто раз отметим. Но… у нас сегодня, и без дня рождения, не все так плохо было. Или я не прав?

Сабина смущенно улыбнулась. Тянется ко мне пальчиками, охотно кивает, понимая о чем я… Поцеловал ее и так и задержался у ее губ.

Дверь в палату открылась и вошла Марина. Оглянулся на нее. Не особо дружелюбно смотрю. Выругался про себя. Просил же не беспокоить нас с Сабиной. Но эта женщина неуправляемая.

Вошла и сразу с порога в слезы. Давит эмоциями.

— Доченька, это мама…

Сабина смутилась. Растерянно смотрит. Перевела взгляд с меня на нее и так смотрит мне в глаза, словно извиняется. Вижу по ее лицу, что нужна ей сейчас мать, даже такая.

Черт… И не хочу уходить, но понимаю, что нужно оставить их двоих.

Только к двери подошел, новый стресс. Родион Даруш в палату ломится, не обращая внимания на медсестру, что безуспешно его останавливает.

«Ну, вот. Вся семья…»

Даруш руку мне не подал, но кивнул. Смотрит мрачно под ноги себе. Вошел и как бывшую свою, Марину, заметил, побледнел. Подошел, присел на стул рядом с Сабиной. Говорит ей:

— Ну, чего удумала, доча? Давай выздоравливай! Еще не знаешь, а ты теткой стала. У Минки и Антохи дочка родилась. Все свистел нам соловьем, что на УЗИ сын, сын… Дочка. Без вариантов. Анной назвали…

Сабина улыбается и на меня у двери издалека смотрит. Я ей подмигнул и головой киваю, показываю, что не уйду далеко, рядом буду.

Вышел.

Ее врач ничего нового не сказал. Менты подъехали. Привезли в лабораторию все что выгребли у того пиздюка в комнате. Таблетки и остальную дрянь, что у нашлась в щедром количестве.

Вижу родителей Андрея. С ними «левый» мужик, видимо, его тренер… Дежурят неподалеку от опекунов Сабины, как два коршуна. Уже Густаву «на уши присели», обрабатывают, чтобы заявление на их сыночку не подавали.

Даруш вышел из палаты и прямиком к родителям Андрея пошел. Начал им говорить что-то. Громко. Оптимизма и решимости у них, сразу поубавилось. «Лютый» может сказать. Наверняка, намекнул что их сына ждет, если Сабине хуже станет.

От Даруша, никакой тренер не отмажет. Ребята «Лютого» хорошо работают. У него связи есть везде. То, что он Андрея найдет, дело времени, давно за ним охотится. А друг его, Валик, тот уже труп можно сказать. Не повезло молодому придурку. Не ту девчонку он подложить под капитана хотел. В тюрьме или в дурке, его «Лютый» найдет за секунду. Уверен, он уже нащупывает кого-то подходящего среди «погонов» прикормленных…

Я отошел к окну и смотрю в темноту. Отчего-то руки у меня дрожат. Вспоминаю взгляд девочки моей.

«Как это возможно? Еще пару часов назад мы с ней были вдвоем. И все было так безумно хорошо… Такая красивая и счастливая у меня на груди лежала. Губы ее мягкие и требовательные помню, что так нежно целовали меня. Тело ее горячее, хрупкое и дрожащее подо мной вспоминаю каждую секунду… И… вот так все это должно закончиться? Проклятый я, что ли? Не быть мне счастливым? Или за сердце мое холодное небо наказывает?»

Все время я сам Сабину отталкивал. Да и не по любви ее к себе взял. По жадности и одержимости. Вот и бьет меня судьба…

"Сам то я кто? Падаю на дно и девчонку тащу за собой… Но и отпустить не смогу. Теперь, нет. Связаны мы с ней накрепко. И может хорошо, что была эта ночь у нас. Забрал ее всю себе. Все…

Но, словно она меня спасла чистотой своей, а я ее чистоту и свет мараю… Вот и лежит она в клинике, едва живая… Беспокойно мне. В голове одна мысль хуже другой. Есть у меня мрачное предчувствие, что высоко я замахнулся… Не отдаст мне так просто ее судьба. Вытрясет из меня всю душу за нее…"

Подумал о Сабине и понял, что видеть ее хочу. Немедленно. Тянет к ней.

Вошел палату. Марина по прежнему у ее кровати. За руку дочь держит. Я подошел и мать мне сразу грубит:

— Уйди! Оставь нас с дочкой!

Намеренно, гадина, идет на конфликт. Знает, что при Сабине я не отвечу и за шиворот не вытяну ее из палаты. А очень хочется именно так остудить ее гонор. Наглая тварь, сверх меры…

Молчу. Просто подошел и встал с другой стороны кровати.

Марина снова рот свой открыть захотела, но уже Сабина остановила ее.

— Мама, я хочу чтобы Лука остался. Нравится тебе или нет, я сделала свой выбор. Мы… поженимся скоро. Слышишь меня? Я его женой буду. Не примешь его и обо мне тогда забудь.

Не ожидал я, что она так скажет ей все. Но в этом вся она, Сабина. Пальчики ее в руке держу. Смотрю, и не нравится мне как она побледнела. Тяжело дышит. Ей хуже. Марина открыла дверь и окликнула врача.

Внезапно, Сабина закричала громко.

— Лука, Лука… Ты где⁈

— Я здесь милая! Я рядом с тобой. Мою руку чувствуешь. Это я…

— Лука! Мама! Я не не вижу вас! Все темно! Я ничего не вижу…

Держу ее за руки и безвольно смотрю как из ее красивых серых глаз текут слезы. Сабина хватает меня за руку и взволнованно дышит.

Врач попросил нас отойти. Спрашивает ее, что она чувствует.

— Я ничего не вижу… Ничего не вижу!

Сабина раз за разом повторяет это и каждое ее слово заставляет и у меня в глазах потемнеть.

Ослабла. Упала на подушки. Потеряла сознание. Врач попросил всех выйти. Два медбрата развернули кровать и вывозят ее из палаты. Врач не отходит от нее ни на секунду. Надел ей на лицо кислородную маску.

— В реанимацию, срочно!

Марина провела взглядом дочь и испуганно прикрыла рот рукой. Я отошел к стене. Следую за ними до реанимации. Дальше меня не пускают.

Родион Даруш сел и обхватил голову руками. Причитает громко, покачиваясь взад-вперед. Четки перебирает, глаза закрыл, впервые от него слышу, как по-цыгански говорит что-то…

Марина села с ним рядом. Плачет. За руку его взяла и вместе они повторяют те слова. Она явно знает о чем речь. Густав не вмешивается в это. Понимает, родители есть родители.

Мать Андрея и тренер поспешили смыться.

Я чувствую что мне воздуха не хватает. Вышел на улицу. Хочу выговориться, но позвонить мне некому.

Набрал первый номер сверху и говорю:

— Мама Гуля ты мне нужна сейчас. Говори что хочешь, только прошу не переставай.

— Что случилось с Сабиной?

Вот это мой человек…. Как поняла, не знаю.

— Она в реанимации сейчас. Не видит и не дышит. Ей наркотик подсыпали в напиток, дружки ее бывшие.

— Бедное дитя. Я чувствовала дурное. Сон приснился, нехороший. Я и дочке сказала. Хочется поехать к Луке предупредить…

— А толку… Откуда мне знать?

— Лука. Я тебе добра желаю, поэтому послушай меня, серьезно. Твоя гордыня причина всех твоих бед. Сабина светлая девочка. Это не ее наказывают, а тебя.

— Знаю, Гуля, сам так думаю.

— Хорошо, что думаешь. Береги ее чистоту. В легкую, невинную девочку хотел получить, не меняя своей сути? Вот и возмездие. Сабиночка молодая и крепкая. Она борец. Выстоит. Но это испытание для вас обоих и, боюсь, не последнее…

— Да и у меня есть такое ощущение… Все верно сказала. Это и хотел услышать. Ты и сама, большой дар мне, мама Гуля. Береги себя.

— Лука, ты хочешь чтобы я ревела? Мне приехать? Чего я спрашиваю? Дочка привезет меня сейчас. Где эта клиника?

— Нет, не нужно. Один побыть хочу. Извини родная я и так тебя всполошил на ночь.

— Звони мне, сообщи все что будет. Не молчи, слышишь?

— Да, хорошо.

Я вернулся в клинику. Через час вышел врач и сказал что кризис позади. Сабину стабилизировали и ей гораздо лучше. Она спит.

Я уже и не ждал хороших новостей. Выдохнул. Пару часов еще посидел в коридоре со всеми. Марина так и осталась сидеть рядом с «Лютым». Я ее даже не узнал. Словно очистилась от демонов. Тихо говорит со всеми, вежливо.

Подошла и протянула мне стаканчик со свежим кофе. Я взял, но пить не стал. Да такой я. Злопамятный. Менять себя, ломая, не умею.

К утру Сабину перевели из реанимации обратно в ее палату. Она крепко спала под успокоительными.

Набрал Гулю и сообщил ей эту новость. Сказал, чтобы шла спать.

Сбросил вызов и сам побрел к своей машине. Подремал пару часов. Проснулся от звонка. Врач звонил. Сказал, чтобы я к нему зашел.

Шел к кабинету и понимал что из-за ерунды он бы не просил меня зайти. Так и вышло.

— Сабина пришла в себя. Ее общее состояние моего беспокойства не вызывает, но ее зрение пока что, без изменений. До полного обследования делать выводы рано. Потеря зрения может быть временным явлением, но если наркотик успел повредить больше, то боюсь, это может быть необратимо.

Слушаю врача и дышу так, словно сердце у меня сжимается в маленькую точку.

Съездил в ближайший маркет купил все цветы, что увидел. Вернулся. Попросил сестру поставить цветы в ее палате.

Сабина не одна. С матерью общается.

Иду по коридору. Вижу, Родион Даруш спит на кресле возле палаты дочери. Густава нет, уехал.

Марина, наконец вышла. Я встал с кресла. Постарался придать своему лицу и голосу более бодрый вид и пошел к моей малышке.

Сабина сразу поняла что это я.

— Лука, я тебя ждала. Твой гель для душа еще из коридора услышала. Уже час сидишь там. Что, не самые хорошие новости, верно? Не страшно… Подумаешь, не вижу… Мне и так повезло выжить. Буду радоваться тому что есть.

Я не смог это прокомментировать. Слова в горле застряли. Но глядя на нее я видел, что ей лучше. Держится прямо, голос бодрый. На щеках даже румянец проступил.

Пытается говорить уверенно, но по ее дрожащим губам, вижу что страшно ей. Эту ее черту все в себе закрывать, не первый раз наблюдаю. Не дал ей больше и слова сказать. Подошел и обнял ее крепко. Всю к себе прижал, почти душу в объятиях. Говорю ей, касаясь губами ее щеки:.

— Ш-шш… отдай свои тревоги мне. Я здесь для этого. Не скрывай от меня ничего.

Сабина тяжело дышит, как и тогда, начинает плакать, прижавшись к моему плечу. Горько так ревет, как ребенок. Прижимаю ее личико мокрое к своей груди и шепчу ей:

— Я здесь с тобой. Ты даже устанешь от меня, так близко я буду все время, поняла? Врач сказал, что нужно время. Пока, ничего не ясно. Прошу, не надумывай лишнего, не рви сердце. Договорились?

Сабина тяжело вздохнула, все еще приходя в себя. Я ее личико целую, губочки искусанные ласкаю нежно.

— Ты навсегда моя русалка, не покидай меня. Я очень испугался Сабина, этой ночью.

— Испугался… Ты?

— Да. Но мне льстит, что ты считаешь это невероятным.

— Лука… А ты можешь сделать кое-что для меня?

— Пфф… Милая, ты же понимаешь, что список твоих желаний неограничен?

— Подумай хорошо. Потому что я хочу самое невероятное и сложное.

— Заинтриговала… Я сделаю. Говори, что?

— Почитай мне…

— Хм… И это твое желание? Малышка… Я тебе самолет личный мог купить…

— Я учту… Но мне хочется это.

— Ясно… Ты хочешь чтобы я позорился и бекал-мекал при тебе?

Сабина засмеялась и обняла меня.

— Лука… Я все равно не увижу как ты смущаешься и краснеешь…

— Хм… Рад, что характер твой не изменился.

Она снова смеется и мне от звуков ее смеха, словно свет в сердце пустили.

— Так что, ты хочешь прямо сейчас?

— А ты можешь?

— Ну, у меня в машине найдется пара книг. Остались с занятий.

— Тогда, давай, но прежде, подойди ко мне…

Я наклонился ближе. Сабина обхватила мое лицо пальчиками и целует.

— Лука… Я не хочу чтобы то, что произошло между нами этим вечером, было забыто, только потому что я здесь. Понимаешь, я не хочу забывать…

— Малышка, обещаю у нас с тобой будут еще не только ночи, но и дни.

— Лука… Поцелуй меня пожалуйста как тогда, чтобы не заканчивался твой поцелуй…

Я присел на кровать и обхватив ее лицо прижался к ее губам. Щедрых минут пять не отрывался от ее рта. Не знаю кому это больше зашло, ей или мне, потому что в какой-то момент я и сам захмелел потеряв счет времени.

Сабина улыбается. Выдохнула, упав на подушки.

— Теперь, я спокойна… Все, я тебя жду, неси книжки.

Я перевел дыхание. Смотрю на нее. Провел ладонью по ее румяной щеке с нежностью.

— Сабина, я….

Осекся. Отвернулся и пошел к выходу.

Марина с Дарушем сидели в коридоре. Подошел к ним.

— Едьте домой. Отдыхайте. Сабина хочет чтобы с ней остался только я.

Марина явно хотела поспорить, но удержалась. Даруш согласно кивнул. Они оба вошли к дочери. Пробыли минуты две и вышли. Цыган перед уходом пожал мне руку. Марина пошла за ним следом и мне было любопытно наблюдать что и уехали они оба, на его машине.

Я взял не глядя пару книг из стопки на сиденье и вернулся к Сабине.

Она легла на бок, приподняв подушки и приготовилась слушать меня.

Раскрыл книгу.

— Ну, готовь свои ушки к ужасным звукам.

— А что за книгу ты будешь читать?

— Стивен Кинг…

— Серьезно⁈

— Пфф… Сабина, я едва различаю свое имя. Ты серьезно поверила что я смогу? Ладно. Эта книга попроще Кинга, процентов на… тысячу. Но тебе понравится. Предупреждаю, если засмеешься я все брошу.

— Я не буду смеяться, обещаю!

— Посмотрим… Ты еще не знаешь название книги: «Гуси-гуси га-га-га…»

Сабина сжала губы крепче. Вижу ей очень хочется смеяться, но она сдержалась. Протянула руку ко мне и попросила сесть рядом с ней.

— Мне эту книгу всегда папа читал на ночь. Я ее очень хорошо помню и смогу помочь или что.

— Я рад, что ты веришь в меня. Так, начнем… Здесь на картинке две каких-то птицы возле реки. И, первое слово…

Сабина сжала мою руку в знак поддержки и поглаживает пальчиками.

Я смотрю на размытый фон с текстом и пытаюсь напрячь память и сознание:

— У… Тэ… О, нет. Е… Эту не помню букву. Теперь… Ка. Думаю, первое слово — утка.

Сабина нетерпеливо сжимает мою руку в своих горячих ладонях.

— Лука, у тебя очень приятный голос когда ты читаешь… Но… не угадывай. Там не «утка» написано, читай до конца.

— Хм. Так, второе слово все равно не одолеть с наскока. Окей. Заново прочту. УТ… Е… Эн… Ка… Нок…. Утенок!

— Да, молодец, правильно. Лука, отлично!

Я взял книгу удобнее и прилег рядом с Сабиной. Она прижалась щекой ко мне и слушает. Так внимательно, словно я не одно слово десять минут читаю по слогам, а целую главу. Решил идти до конца. Проговариваю второе слово.

— Ц… Ы… Пэ… Эл… Так, ну это по логике цыпленок.

— Да. Теперь, все вместе прочти.

— Утенок и цыпленок… Третье слово. Пэ… О… Ша… Эл… И. Пошли… Ка… У… Пэ… Дальше сложно. Я не понимаю. Ка… У… Пэ. Ага! Купаться! Ясно, они пошли купаться.

Сабина от моего нудного бубнения задремала. Я замолчал, чтобы не разбудить ее. Сквозь сон она говорит, чтобы я продолжал. Положила голову мне на плечо, обняла и сказала читать дальше.

Я прижал мою девочку к себе покрепче и продолжил эту пытку цыпленком и утенком. За час я одолел полторы страницы. Сабина, к этому времени, крепко спала. В результате я узнал что цыпленок и утенок пошли купаться, но цыпленок не смог, а утенок смог.

Скорость моего чтения удручала как и качество. Но похоже, Сабину это не волновало. Каждый раз когда я останавливался, она просыпалась и просила меня продолжать…

В итоге за этот час с ней, я прочел больше, чем за пять лет с десятью специалистами. Еще час спустя, я уже увереннее соединял слова в пары, читая по слогам, а не раздельно по буквам.

Сабина проснулась. Мое унылое чтение, серьезно отвлекло ее от страхов и тревог. Она по настоящему «болела» за каждую правильно произнесенную мной сложную букву. А за каждое верное прочтенное слово целиком, восклицала с таким восторгом, словно я олимпиаду выиграл…

Такая милая… Смотрю на нее и мне дышать ею хочется. Эта малышка разбередила во мне нечто посильнее благодарности и нежности. Вовремя напоминаю себе, что она уже моя невеста и я, вполне себе счастливый гад.

Заслуживаю или нет, но факт, Сабина — моя. Осталось, каким-то чудом, не испортить то, что промелькнуло между нами. Не хочу обманываться, но то как долго она мою руку держит в своей. То как целует, задерживая дыхание и постанывая мне в рот, не только о ее страстности говорит… Но и о кое-чем еще…

Лука.

— Лука… Лука… Проснись!

Вздрагиваю. Открываю глаза. Сам не понял когда я заснул.

Теплые пальчики Сабины нежно обнимают меня за лицо и ее волосы щекотно по лицу скользят.

— Извини что я тебя разбудила, но ты так кричал во сне…

Смотрю на нее очарованно и ничего не соображаю спросонья. Скольжу взглядом по ее белоснежным плечам и спускаюсь ниже, где тонкие бретели топа едва удерживают ее полную грудь. Окинул довольным взглядом всю хрупкую фигурку Сабины в моей постели. Улыбаюсь и только в этот момент понимаю что пока спал, забыл в какой реальности нахожусь.

Малышка моя, моя красивая девочка меня не видит.

В памяти проносятся безумные двое суток без сна… Диагноз врачей и вся надежда только на чудо и время…

Сонное личико Сабины все еще бледное. Она легла на подушки и внимательно прислушивается к моему дыханию…

Но не видит меня. Никого не видит и неизвестно увидит ли снова….

Улыбка моя, после этих мыслей окончательно к чертям исчезает. Делаю тяжелый вдох и прижимаю мою девочку к себе. Она голову мне на плечо положила и нашептывает мне нежности…

Я наклонился к ее губочкам. Целую и говорю ей:

— С днем рождения, русалка моя…

Сабина смеется смущенно. Удивлена, что я помню. Ощущаю как ее ладони скользят вдоль моей шеи и через секунду ее губы уже слились с моими в поцелуе.

Сабину вчера днем выписали. Здесь, у нас дома, со мной она со вчерашнего вечера. Не собирался ее отдавать никому больше.

Марина, мать ее, устроила ор на всю клинику. Но мой юрист, Кузьма, вовремя вмешался, поговорил с ней… о ее правах и обязанностях. Она стала гораздо тише, молча проводила нас недовольным взглядом до машины. Крикнула Сабине что будет ждать ее звонка.

Сабина обернулась, помахала рукой на ее голос и прижавшись ко мне, села в мою машину. Говорит с улыбкой:

— Я очень хочу домой!

— Тогда готовься…

— К чему?

Спросила и ее брови лезут вверх, а улыбка становится игривой.

— Хм… Ход твоих мыслей мне приятен, но нет. Дам тебе отдохнуть денек-другой, с сексом еще наверстаем…

— Но кто, тогда?

— Мама Гуля тебя ждет. Торт тебе испекла.

— Но мне восемнадцать, только завтра!

— Я помню. Но этот торт, по случаю твоего возвращения. Гуля даже твоему отцу звонила чтобы узнать какой ты любишь.

— Ты серьезно?

— Сам удивился. Теперь и я знаю, что ты любишь этот со сливками…

— Сметанник.

— Точно. Вот его Гуля и приготовила.

— Поехали Лука, я хочу мой сметанник!

Притянула меня руками к себе. Целует. Довольно уверенно держится. Сидит в кресле расслабленно, не суетится, не хандрит. Если бы не знал, что она не видит и не понял бы… Волевая девчонка у меня, с характером. Этого у нее не отнять.

Приехали. Час не мог заглушить эту банду. Еле оторвал мою невесту у мамы Гули и моего пса, Ахиллеса. Не знал что буду третьим лишним в их списке.

Увел Сабину с собой, к нам в спальню. Легли на нашу кровать. Пару минут поговорили. Обнял ее и отключился в секунду. Последние дни меня добили.

Но и Сабина сейчас, не в том состоянии, чтобы я с ней секс-марафон устраивал… Хотелось бы думать, что много горячих дней и ночей еще будет у нас с ней. Но о нашей совместной жизни не загадываю и не мечтаю. Потому как на каждую такую надежду у меня десять плохих фактов появляется.

— Лука… О чем ты задумался? Я слышу по твоему дыханию, что ты снова подвис в своих мрачных мыслях.

— Ты умница. Но нет. Мне вчера вечером голосовое от Кузьмы пришло. Ему знакомые из ментовки «маякнули» на счет моего участка на пустыре… Что-то нехорошее назревает. Вот об этом и думал.

— Хм… Но сейчас же все хорошо, не так ли?

— Намек понял. Я здесь и весь твой. Будем праздновать твой день рождения, так как ты хочешь.

— Отлично!

Не делая пауз Сабина недвусмысленно прижалась ко мне всем своим горячим телом. Целует меня в шею, спускаясь к моей груди и ниже. Пальчиками своими ловко так мой член высвободила и поглаживает. Так приятно, нежно моих яиц касается.

Я сдержанно улыбаюсь, пытаясь ее остановить, но у самого в мыслях уже один секс.

— Сабина… Я не уверен, что тебе уже можно. Но я вроде… похоже, готов.

Она смеется и кусает меня в плечо, игриво улыбаясь.

— Лука, никаких «вроде», твой член твердо настроен на секс и я тоже…

Сабина берет мою руку и прижимает к своей писечке, что уже довольно влажная. Я задерживаюсь на ней пальцами, настойчиво лаская ее киску, отчего Сабина охнула и прижалась губами к моему плечу.

— Какая же у тебя писечка отзывчивая… Я счастливейший из мужчин. И да… мой член в твоих пальчиках это было охуенно, не спорю. Но ты еще слабая.

— К черту эту ерунду! Я хочу тебя Лука. Это мой день, помнишь?

Сабина смеется и снимает топ, оголяя свою грудь и протягивая ко мне свои пальчики.

— Поймал себе, русалку с гонором… Красивая ты, черт! Ну как тут устоишь? Хочу тебя… иди ко мне!

Я властно поднял ее за руку и привлек к себе. Захватил ее рот своими губами. Целую ее, прижимая всю к себе. Ласкаю ее и в каждом моем откровенном прикосновении, намерение сделать это еще горячее. Снова и снова с жадностью захватываю ее губы, не жалея покусываю их. Улавливаю ее удивленный вздох полный желания. Подмял под себя и покрываю ее тело десятком поцелуев скользя губами вдоль ее бедер. Каждый мой откровенный жест как метка, что ее тело и вся она принадлежит только мне.

Сабина полностью доверилась мне, прикрыла глаза и тяжело дышит. Ее тело ритмично вздрагивает от каждой моей ласки и каждого прикосновения. Сажусь на кровать и притягиваю ее к себе. Толкаю ее спиной на простыни. Одной из подушек приподнимаю ее бедра на один уровень со мной…

Сабина откинула руки вверх сложив их над головой, отчего две ее полные, белоснежные налитые сиськи, просто убийственно смотрятся с этого ракурса.

— Сабина, ты моя роскошная… Один взгляд на твою грудь делает мой член еще тверже… И как тут остановишь себя?

Наклонился и поочередно захватываю ртом ее соски, посасываю их наслаждаясь. Она развела ноги в стороны и тихо постанывает, прижимая мою голову к себе и рукой захватывая мои волосы.

Ласкаю ее писечку пальцами, ритмично скольжу между складок, поглаживая и похлопывая ее клитор. Она охнула, сжимая ножки вокруг моих бедер. Делает вдох и приподнимает голову. Полуоткрытыми губами произносит с улыбкой…

— Как жаль что я не вижу тебя сейчас… Я хочу ощутить его… Твой член.

Сабина сжимает свою грудь руками и выгибает спину навстречу мне.

— Лука… трахни мои сиськи. Я знаю, ты тоже этого хочешь…

На секунду я замер. Думал, что ослышался…

— Саби… у меня галлюцинации от счастья или ты и вправду сказала «трахни мои сиськи?»

Она засмеялась и качает головой, сжимая свою грудь в руках и лаская затвердевшие соски пальцами.

Я приподнялся и уперся коленями ей в бедра. Облокотился одной рукой над ее головой целуя ее, а другой рукой веду мокрой, пурпурной головкой члена по ее соскам…

Она улыбается и просит «еще» и «глубже»…

Я с удовольствием, неторопливо, раз за разом погружаю свою пульсирующий член между ее белоснежных сисек оставляя влажный след предэякулята на ее нежной коже.

Сабина тяжело дышит и качает головой:

— Да… Хорошо… Мне нравится…

Я двигаю бедрами ведя членом по ее груди и дурею от ощущений.

— Какой кайф… Ох, это так долго было моей фантазией. Даже не верю, что делаю это сейчас… Ты просто с ума меня сводишь, Сабина… Но… я хочу большего…

— Что угодно… Я твоя, ты знаешь это…

— Повтори, прошу…

— Я твоя, Лука Гасанов… Доверь мне то, что ты хочешь.

— Уф… Секунду… Хочу чтобы ты сама почувствовала это и ответила, нравится тебе или нет…

Я отстраняюсь от нее и обхватив ее ножки прижимаю свой член к ее влажной щелке. Осторожно толкаясь вперед, постепенно заполняю ее узкую писечку своим членом.

— Чувствуешь…

— Да… Ох… Чувствую… Ты не надел защиту?

— Верно. Хочу чтобы ты по настоящему стала моей… Позволишь мне это?

Сабина шепчет мне «да» и кивает, закусив губку.

Смотрю на ее приоткрытые глаза, на раскрасневшиеся щеки, вздымающуюся грудь и громкое дыхание.

Высвобождаю свой член почти полностью из ее тугой киски. Делаю это только для того чтобы через секунду снова растянуть ее, вбиваясь с каждым разом все резче и глубже.

Сабина охает, выгибая спину. Откидывает голову назад, впиваясь пальцами в простыни.

Наслаждаюсь ее белоснежным, мягким телом подо мной, ее упругой горячей грудью, ее бедрами, что так жарко прижимаются ко мне. Прядь ее огненных волос упала ей на лицо, но она не убирает ее, полностью отдавшись своим ощущениям.

Смотрю на нее дрожащую подо мой и словно воспарил мысленно. Хочу осознать до конца этот момент, запомнить каждую секунду этого.

Ее фигурка упругая и крошечная по сравнению с моим телом. Ее фарфоровая кожа касается моей — грубой и загорелой. Такой контраст и эта различие между нами заводит меня еще сильнее.

Мои ягодицы сжимаются от частых толчков, мои яйца словно две гири перенасыщены возбуждением. Я едва терплю. Вбиваюсь все быстрее, чувствуя как ее киска пульсирует от каждого сильного толчка.

Громкий вдох и ее пальцы впиваются в мои плечи. Ее тело обмякло. С искусанных губ срывается тихий стон. Волна оргазма заставляет ее ловить ртом воздух и через пару секунд она явила мне самую охуенную улыбку на свете. Падает обессиленная на подушки прикрыв глаза ладонью.

Взгляд на ее довольную улыбку заставляет и меня улыбнуться, но я не останавливаюсь.

Сабина слегка приподнимается, обхватывая ногами мои бедра. Мой член все еще с силой толкается внутри нее. Ритмичное скольжение превращается в мощные и быстрые толчки.

Сабина смеется и хнычет обессиленно хватаясь за меня. Она вращает бедрами подо мной, а ее киска все быстрее скользит по моему члену. Мои руки со стоном сжимают ее бедра. Затем, она снова громко стонет от нового оргазма, что застает ее так внезапно, неожиданно для нее самой. Именно такое выражение лица у нее сейчас — удивленное блаженство… Она кончает и ее киска сжимает меня так чертовски сильно, что почти вырывает оргазм из моего тела.

Ох… Не сдерживаюсь и даю себе расслабиться. С тихим рыком, придерживаю свой член, накачивая своим семенем мою драгоценную русалку. Уже не верил, что это произойдет и я почувствую ее своей. И теперь, не сдерживался. Отпустил все лишние мысли.

Ничто больше не имело значения. Кроме того, что Сабина здесь, в моих объятиях. Ее вспотевшее тело прижимается ко мне. Чувствую как мои мальчики выстреливают в ее горячую киску. Я офигенно счастлив. Улыбаюсь, не позволяя и капле моего семени попасть мимо.

Выдыхаю и обессиленно падаю рядом с ней, крепко удерживая ее за руку. Сабина проводит пальчиками между ног с заинтересованным удивлением ощущая всю ту влагу которой я щедро ее заполнил.

Моя женщина…

Сколько раз, мечтая, я представлял изгибы ее белоснежного тела под своими бедрами, упругость ее роскошных сисек и вкус ее чувственного рта… Нереально здорово ощущаю себя сейчас. Так расслаблен и горд. Сбылась еще одна моя мечта…. И в этот момент, ничего кроме этой близости между нами, не имеет цены для меня.

Тяжело дышу ей в шею и произношу негромко:

— Сабина, я счастлив только рядом с тобой.

Она молчит, но ее пальчики что прижимают мою голову к ее груди дрожат от волнения.

— Лука… я чувствую себя так же. Но вслух мне это отчего-то страшно говорить. Чтобы та радость, что переполняет меня сейчас, не исчезла. Понимаешь?

— Да. Я сам боюсь. Жалким трусом стал с тех пор как ты появилась у меня. Я серьезно!

Сабина смеется и наклоняясь, тянется губами ко мне. Подхватываю ее приоткрытый рот своими губами и целую, переворачиваясь с ней на спину.

Она смеется и я дурачусь целуя ее всю, кусаясь и рыча как голодный зверь.

Завернул ее в простынь и кинув на плечо, отнес в душ.

— Лука, я и сама могла дойти до душевой!

— Не сегодня. Я буду носить тебя на руках…

— Согласна, но опусти меня на минуту, у меня голова кружится!

Смеясь я прижимаю ее к себе. Водопад горячей воды скрывает наши тела.

Завернувшись в полотенце мы идем на кухню, где мама Гуля уже во всю старается, накрывая стол.

— Гуля у тебя же выходной сегодня.

— Не гони меня, Лука! Я накрою вам завтрак и уйду. Дочка заедет за мной через пять минут.

Гуля схватила сумку и топчется у порога. Пока лично не убедилась что Сабина села есть, не угомонилась. Пожелала нам хорошего дня и довольная ушла.

Я поправил полотенце на бедрах и придвинув стул ближе к Сабине, сел рядом с ней. Выхватил вилку из ее рук.

— Я хочу тебя сам покормить.

— Нет, это уже слишком!

— Я хочу!

— Хорошо, но только если ты наденешь мою розовую футболку и проходишь в ней весь день!

— Пф… Легко! Так, давай мне вилку, хочу покормить мою невесту.

Сабина смеется и послушно открывает рот. Я смотрю на нее и кайфую глядя на нее такую довольную и расслабленную рядом со мной.

Внезапный звонок телефона прервал нас. Я подмигнул малышке и отошел. Ответил. Звонили с пульта охраны.

— Да… Полиция? Кузьме звоните. Обыск? Что за… Сколько их? Двое… Пропустите. Сам поговорю с ними.

Сабина взволнованно смотрит в мою сторону.

Я скинул полотенце и надел брюки. Неожиданная мысль, что пришла мне в голову позабавила меня. Потянулся к креслу и надел ту самую ее розовую футболку.

— Все по честному детка. Я в твоей футболке.

Сабина не поверила. Протянула руку и с улыбкой нащупала знакомый принт.

— Ты безумный. Я же шутила!

— А я серьезно. Детка, я поговорю с полицией. Там дел, на одну минуту. Кузьма уже в пути. Он все уладит и мы поедем в город праздновать, окей?

Я не успел договорить. Вижу в окно, что эти два наглых лося в форме, прямо в дом прутся. Словно я их приглашал.

— Сабина, сейчас я отведу тебя в гараж. Пока я буду говорить с ними, подождешь меня там. Что-то мне не нравятся их физиономии…

Я открыл запасную дверь и провел ее вниз. Включил свет и усадил Сабину на диван. Прикрыв за собой дверь иду к тем дятлам.

Они без «здравствуй», сразу с наезда разговор начали. Обязан ехать с ними и все. Зачитывают бумажку мятую, на коленке написанную. «Бла-бла… статья УК. Немедленно доставить в отделение к следователю…» Ксивы свои суют мне под нос.

Почти поверил им.

Но как только они мой многострадальный участок на объездной упомянули, то сразу полегчало на сердце. Ну, это точно «заказ». Смотрю на их жесты и вальяжные позы. Нехорошо стоят. Внимательно за мной секут. Явно с богатым опытом «убеждения». Все им уже ясно. Им я, лично, нужен. Кузьма напрасно едет.

Дело хреновое. «Закрыть» меня решили и невиновность ничья, здесь не важна. Кто-то расщедрился. «Лепят» мне мошенничество в особо крупных… Адвоката моего никто и слушать не будет.

Я выдержал паузу. Смотрю на них оценивая их физические параметры и уязвимость. Отвечаю им:

— Девчонки, я занят сегодня. Мой адвокат через пару минут объяснит, куда вам все эти бумажки засунуть. Даю вам минуту, выйти за ворота.

— Дохуя уверенный в себе? Напрасно. Адвокат тебе не поможет. А выйдем мы отсюда, только с тобой вместе….

Смотрю, у второго ствол в руке появился.

'Паршиво… Охрана далеко. Не помогут. Они частники. Рисковать задницей за меня не будут и против полицейских погонов не пойдут…"

Я усмехнулся и погладил себя по футболке.

«Прости детка… Запачкаю я твою футболочку сейчас…»

Делаю выпад и выбиваю оружие из рук первого. Бью наотмашь в лицо и тотчас резко головой об лутку двери. Тот сползает по стеночке вниз без признаков сознания. Второй пытается рыпаться, но у меня уже ствол его напарника в руке. Снимаю с предохранителя и стреляю в стену.

— На пол!

— Гасанов, ты себе таких проблем отхватил… Даже не представляешь на кого залупаешься «борода»!

С задумчивым видом слушаю его полсекунды, затем, двинул его прикладом по голове с силой. Вот и второй, есть.

Лежат рядом, пуская слюни в пол. Их же наручниками им руки за спиной защелкнул.

Набираю юриста, Кузьму. Описываю ситуевину и выслушав его ругань и мат, ответил ему, что мне все равно.

— Мне нужен этот день, Кузьма! Сделай это! Не можешь? Окей… Тогда, держись подальше и не мешай мне.

Набираю «Лютого». Описал ситуацию с ментами и говорю:

— Хочу дочку твою сегодня побаловать. Мне этот день нужен, Родион. Я ее не оставлю, сегодня. Пусть вяжут меня. Но не в ее день рождения…

После этих слов мне даже объяснять ничего не пришлось.

— Увози ее. Антоха с ребятами подъедут, все решат. Охрану свою предупреди только. Как Сабина?

— Отлично. Она в надежном месте. Ждет меня. Мы на ипподром едем, а после, к нам на тот участок, что ты подарил.

— Отдыхайте дети. Не волнуйся, Лука. Все сделаю. Береги мою девочку.

Я поблагодарил цыгана и сбросил вызов.

Поднялся к ней в комнату. Набрал в ее шкафу пару вещей и спустился вниз.

Сабина ждала меня стоя у окна.

— Зачем встала? Тебе не стоит ходить одной…

— Я волновалась за тебя.

— Ну нужно. Я живучий. Поехали гулять, милая. Я же сказал, что быстро вернусь. Твой отец звонил. Просил поздравить тебя за него.

Сабина молчит.

Я подошел к ней ближе и крепко сжимаю ее пальчики в своей руке.

— Ты такая серьезная. Что-то не так, малышка?

— Лука… Почему у тебя руки и лицо в крови⁈

— Нет-нет, все хорошо… Это не моя кровь. Но я не могу рассказать… Так, стоп… Как ты поняла что у меня лицо в крови?

— Не знаю. Лука… Я… взглянула на тебя и… увидела.

Сабина охает и от волнения теряет почву под ногами. Хватает ртом воздух, шатаясь.

Подхватываю ее. Присел у ее ног и трясу ее за плечи.

— Сабина, посмотри на меня! А сейчас, видишь⁈

— Да…

— Так, сколько пальцев я показываю?

— Четыре…

Я подхватываю ее и прижимаю себе. Ору диким криком от радости. Подхватываю ее на руки.

— Ты ж моя умница! Как же я охуенно счастлив, милая! Моя девочка видит! Не соврал, врач. Сказал что зрение может вернуться когда вся эта дрянь у тебя из организма уйдет…

Сабина плачет и меня обнимает. Я ее слезы вытираю с щек и крепко целую. Снова и снова прошу повторить, что она видит.

— Лука! Хватит! Ты меня задушишь! Мне нечем дышать.

— Все, поехали!

— Куда?

— Секрет. За руль я тебя конечно, не пущу. Рановато еще. Подарок от меня и твоего отца, давно тебя дожидается.

— Лука, остановись! Мне и так хорошо. Без подарков. Мы можем просто вместе провести этот день, спокойно?

— Даже к Айре не поедем?

Сабина улыбается и взволновано смотрит на меня. Лошади, это не то, что она пропустит.

— Хм… Ну, если ненадолго только…

Протянул ей одежду. Жду когда выберет себе подходящий наряд. Надела короткое светлое платье и ботинки с курткой. Ей идет.

По привычке веду ее за руку к двери машины. Сабина села на переднее сиденье и смотрит на меня серьезно.

— Лука, ответь мне честно, у тебя что, проблемы?

— Да.

Не стал ей врать, тем более ее это явно коснется в ближайшее время. Она руки сжимает и снова спрашивает:

— Это серьезно?

— Да. Но я все решу.

— Это опасно?

Молчу.

Сабина прижалась ко мне и обнимает крепко, уткнувшись лицом мне в плечо.

— Я с тобой, Лука, чтобы не случилось. Мы вместе.

Отстранился и держу ее лицо в ладонях. Переполняют меня чувства к этой рыжеволосой девчонке. Просто через край захлестывают. И держать их в себе все труднее.

Сабина смотрит на мой растерянный взгляд и учащенное дыхание. На секунду мне показалось, что она прекрасно поняла о чем я думал. Ни слова не сказала. Поцеловала меня нежно и тихо добавила:

— Лука…

— Да?

— Сколько у нас времени?

— Сколько хочешь.

— Я серьезно.

— Этот день, точно.

— Хорошо… Тогда, поехали!

Сабина.

Шум искусственного водопада над нашими головами заглушает мой голос. Подплываю к Луке и обнимаю его за шею. Он смеется, подхватывает меня увлекая за собой под стену воды, что льется сверху. Я охаю, задерживаю дыхание и прижимаюсь к нему ближе. Мы выныриваем вместе с ним за водопадом и прижавшись плотно друг к другу целуемся, чувствуя тепло наших губ и прохладный, терпкий вкус воды. Выплываем обратно. Я пытаюсь отдышаться, оглядываюсь вокруг. Огромный аквапарк полностью в нашем распоряжении. Лука выкупил его для нас на это утро.

Мы с ним в одном из бассейнов с подводными гейзерами. Бурлящая вокруг наших тел прозрачная вода, приятно щекочет кожу.

Лука смотрит с нежностью, наклонился и проводит ладонью по моему лицу. Поправляет мои волосы убирая их назад.

— Посмотри на меня, милая. Как ты себя чувствуешь?

— Я счастлива! Впервые я в бассейне просто плаваю и наслаждаюсь водой. Не знала что плавать вот так со своим мужчиной, это такой кайф. Вдвоем интереснее, чем одной…

— Со своим мужчиной? Мне нравится как ты это произносишь. Еще раз можешь повторить?

— Мой прекрасный мужчина, целуй меня и не переставай, прошу.

Лука проводит пальцами по моей коже вдоль шеи, затем наклоняется и целует меня. Его мокрые от воды волосы падают ему на лицо. Я отвечаю на его поцелуй и прижимаюсь к нему всем телом. Захватываю его губы более властно, приподнимаясь над ним в воде. Целую его, лаская языком его губы и чуть покусываю с игривой улыбкой.

Лука вернул мне мой поцелуй укусив меня за нижнюю губу, довольно чувствительно. Я ойкнула и засмеялась оттолкнув его.

Он снова поцеловал меня, хотя я и сопротивлялась. Игриво подмигнув мне он упал на спину обратно в воду. Отплывает, утягивая меня за руку на глубину. Я плыву за ним, удерживаясь за его плечи руками.

Он нырнул проплыв подо мной и я последовала за ним. Вынырнув у бортика с гейзерами я оглянулась назад. Лука опередил меня. Вышел из бассейна и сидит с краю, поправляет свои черные как смоль волосы и наблюдает за мной.

Я подплыла к нему и тяну его за ноги в воду. Он смеется и не дает мне это сделать, обрызгивая меня водой.

Отплываю от него и провожу рукой у себя за спиной пытаясь нащупать завязки купальника. Стянув свой лиф, бросаю в него и засмеявшись стремительно отплываю как можно дальше. Лука поймал мой купальник и приложив его к губам смеется, качая головой.

Спрыгивает в воду и ныряет за мной. Лука неплохо плавает. Довольно скоро нагнал меня и нырнув подо мной, крепко обхватил меня за талию и прижал к себе.

Мы целуемся в воде, ласкаясь и играясь как два сумасшедших дельфина. Я отталкиваюсь от него и снова устремляюсь к ступеням. Выхожу из бурлящей воды на ступени и облокачиваюсь спиной на высокий мозаичный бортик.

Лука подплывает и взбирается рядом. Сел чуть ниже и проведя ладонями по моему животу, наклонился и ласкает губами мою оголенную, мокрую грудь. Целует неторопливо, скользя губами по моей коже, негромко постанывая и заставляя меня прикрыть глаза от удовольствия.

— Лука… Я хочу тебя. Это место просто идеальное для занятий сексом. Но не знаю, не выгонят ли нас за это?

— Увы, малышка. Прежде чем арендовать бассейн, об этом я первым делом спросил.

— Ты разыгрываешь меня?

— Нет, я абсолютно серьезен. Секс с моей русалкой это же мой фетиш. Но оказалось, это строго запрещено и вечный бан за нарушение. Я и сам на грани, но не хочу лишать нас этого прекрасного места. Хотя, глядя на твои роскошные сиськи и всю тебя такую мокрую и скользкую, все о чем сейчас я думаю, это с какой радостью я наделал бы волн, насаживая твою мокрую киску на мой член…

— Лука! Ты специально заводишь меня? Зачем ты произнес это⁈ Ну вот, блин, придется так и сидеть сжав ноги, чтобы твои слова перестали возбуждать меня…

Лука проводит ладонью по моему животу, ведя рукой вниз к моим бедрам. Прикоснулся к моему лобку, обхватив весь холмик с силой, отчего я застонала закусив губу. Он притянул меня за руку к себе. Я ложусь ему на грудь, пока наши ноги все еще в воде.

Касаюсь пальчиками его живота, ведя ладонью к его мокрым плавкам и запустив руку под резинку, поглаживаю его твёрдый член.

— Такой прекрасный стояк пропадает зря…

— Немного терпения принцесса и мы это исправим… Просто, не здесь… Но твои пальчики на моем члене делают это ожидание более сладким.

Я целую его в шею и веду губами ниже, захватывая его сосок и с удовольствием ласкаю языком холодную сталь пирсы.

— Как же меня заводит твой пирсинг… Когда я заметила что у тебя проколоты соски, я впервые подумала о тебе как о своем мужчине… Хорошо помню этот момент…

— О, да… Учитывая что в этот момент я трахал другую женщину у тебя весьма избирательный взгляд…

Смеюсь, смущенно пряча глаза и кусаю его за подбородок…

— Ты трахался так дерзко и одновременно, отстраненно, словно приручал строптивую лошадь, заставляя ее подчиняться тебе. Это было так горячо, что у меня мгновенно трусики стали мокрые…

— Саби, для девственницы ты довольно откровенная в своих желаниях. Это весьма редкое качество и отдельное удовольствие для меня. Ты естественна, что в сексе, что в жизни, нет в тебе ханжества и показной фальши. При этом, ты весьма скрытная и целомудренная девочка моя.

Я провожу пальцами по татуировке на его ребрах и задумчиво спрашиваю:

— Лука… все хотела спросить. Кто такая Миранда, из-за которой ты сделал эту татуировку?

Лука не ответил. Смотрит на меня. Задумался. При этом, взгляд его стал жестким. Я была удивлена его молчанием. Обычно, он легко отвечал мне. Меня это задело. Ревность к неизвестной девице, что лишила моего мужчину дара речи одним только упоминанием о ней, накрыла мое сознание с головой.

— Не хочешь говорить о ней?

— Обычно да, не хочу. Но ты, Саби, моя будущая жена и мне бы не хотелось чтобы у нас были тайны друг от друга…

— Если это что-то грустное, то не нужно. Не мучь себя. Она что, умерла? Прости, что заставила тебя об этом вспомнить.

— Нет. Она не умерла. Это я умер в тот день когда мы расстались… Это случилось восемь лет назад. Я был моложе, глупее и звали меня иначе. Жил за границей, на Кипре. Занимался не совсем легальной пересылкой неких грузов в нашу страну. Круг моих знакомых был гораздо хуже, чем друзья твоего отца. Но самым опасным из них был некто Испанец. Он крышевал все сделки в порту. Именно его женщиной и была Миранда. Даже за откровенный взгляд в ее сторону, можно было получить нож под ребра.

Мне было двадцать пять, ей тридцать. Как только увидел ее, понял, что пропал. Просто помешался на ней. В один из дней когда мы остались одни, сказал ей прямо, что я хочу на ней жениться и увезти с собой. Она посмеялась надо мной. Но я не терял времени и заткнул ее смех своим ртом. Чем больше она сопротивлялась тем настойчивее были мои поцелуи.

Чтобы я отстал ей пришлось приставить реальную пушку к моей голове. Но она не тронула меня и любовнику своему об этом не рассказала. Через два дня, ночью, Миранда сама пришла ко мне в отель без предупреждения. И это был самый жаркий секс в моей жизни. Так мы стали любовниками. Встречались тайно почти год. Это она взяла меня на «слабо», сказала что я не сделаю пирсинг на члене… Я сделал. И татуировку эту я набил намеренно, хотя она была против. В день когда мы с ней расписались, Миранда тоже сделала себе татуировку с первой буквой моего имени на запястье.

— Вы расписались⁈

— Да. В местной мэрии. Когда Испанец об этом узнал, грозился убить меня и отобрать у нее их ребенка. Эмилю, их сыну, было около десяти лет или чуть больше. Я часто проводил время с ним. Сейчас он уже совсем взрослый… Ну… вот, прошло еще три месяца и мои дела после ссоры с Испанцем стали очень плохи. Работы не было, со мной боялись связываться. Мы стали ссориться с женой из-за денег. На те сбережения что остались у меня я решил увезти Миранду и ее сына с собой на родину. Поговорил с ней. Она не ответила сразу. Но в итоге, отказалась ехать. Сказала, что любит меня, но не уедет, иначе муж отберет у нее сына… Добавила, что я беден и не смогу обеспечить тот уровень жизни к которому она привыкла.

Мы поссорились, она ушла от меня и подала на развод. Еще через неделю я узнал, что она вернулась к Испанцу. Тогда я купил билет и уехал оттуда навсегда. Сменил имя и начал жизнь с нуля. Первое время мне было очень плохо, хотел вздернуться, от осознания что не увижу ее больше. Много пил. Почти все что заработал я потратил на выпивку и шлюх. Единственное разумное что успел сделать, купил тот дом в котором мы сейчас живем. Именно тогда в моей жизни появилась мама Гуля. Она не дала мне скатиться на дно. Прятала мое спиртное и заботилась обо мне. Стала мне матерью, которой я не знал… Вот и вся история.

— Лука… у меня нет слов. Не знала что ты способен на подобный поступок. Такие чувства… Думала, ты более холодный, рациональный.

— Сейчас, я такой, да. Жизнь научила или сердце мое умерло, тогда. Не знаю. К черту любовь. От нее одна суета и боль. Нет в ней ничего высокого, зато на тот свет она легко может отправить.

Я внимательно слушаю то, что говорит сейчас Лука и ловлю себя на том, что я злюсь. Злюсь на ту его женщину и на эти его слова о любви.

Я не романтична. Не выношу сопливых мужиков, что лезут со своими чувствами. Однако, осознание что мой мужчина не планирует любить и значит, не чувствует ко мне ничего подобного, стало неприятным открытием.

Отстранилась от него и говорю тихо:

— Я замерзла, хватит с меня воды. Хочу уйти отсюда…

Лука взглянул на меня и взяв меня за руку не дает уйти. Удерживает возле себя и в глаза смотрит.

— Все хорошо?

— Да, а что?

— Ну, как минимум то, что ты врешь. Поэтому я спрошу еще раз. Сабина, все хорошо?

— Лука, оставь это мне.

— Нет.

Не отпускает меня. Я потянулась за лифом и надела купальник. Отвернулась и говорю ему:

— Я благодарна, что ты доверился мне. Но теперь, я чувствую себя второстепенным человеком в твоей жизни и это меня злит. Ты уже любил и был женат… Не уверена, что смогла бы подбить тебя даже на малое безумие ради меня.

— Сабин, ты ревнуешь к моему прошлому? Черт, мне приятно. Но это глупо, не стоит детка…

Он прижал меня к себе и целует мое лицо. Смотрит на меня как и прежде с нежной улыбкой.

— Сабина, с тобой я начал свою жизнь с нуля. Ты такая чистая и дикая, моя прекрасная русалка. Я выбрал тебя, потому что ты особенная и второй такой нет. Саби… ты оставила мне этот шрам. Думаю, это достаточно безумно… Нет?

Он посмотрел на меня и я молча кивнула ему в ответ. В душ мы пошли раздельно. Но сколько я не намыливала себя под горячей водой, мой гнев и раздражение только разгорались… Понимала что это очень по-детски и незрело предъявлять ему претензии за то, что случилось много лет назад. Но чувствовать себя теперь вечно второй, мне неприятно.

«Ты особенная, я тебя выбрал… Выбрал…»

Только в этот момент я поняла, что Лука ни разу не говорил со мной о чувствах. У него всегда есть план и он ему следует. Я для него лишь удобная жена? Нет-нет… Это во мне говорит злость… Да, Лука не делал признаний в любви, как это делал мой бывший Андрей, но из-за меня Лука не раз жизнью рисковал… Так не поступают те, кому все равно…'

Я села в машину и мы поехали с ним куда-то за город. Едем молча.

— Саби, ты весь день собираешься меня наказывать молчанием?

— Лука, извини, но я не хочу пока говорить.

— А я хочу. Скажи мне хоть что-то…

— Окей, куда мы едем, Лука?

— Есть одно место за городом, которое я давно должен был тебе показать. Это… подарок. От твоего отца.

— Родион Даруш на что-то расщедрился? Ты не шутишь?

— Нет. Ехать туда примерно час. Так чего ты насупилась, рассказывай?

— Сначала, ты. Почему ты сменил имя на чужое?

— Хм… хороший вопрос. Имя мне не чужое. Обе фамилии принадлежат моей семье. Сейчас, моя фамилия Гасанов, а тогда я был Лукьян Тимохин.

— Тимохин? Ничего себе… Лука, хочу знать больше.

— Это долгая и грустная история. Моя мать, Тимохина Надежда, встретила моего отца, Рустама Гасанова. Несмотря на протесты ее семьи они поженились. Через год появился я. Меня назвали Рустамом, в честь отца. Когда мне исполнилось восемь, мой отец погиб. Моя мама ждала второго ребенка и вот-вот должна была родить мне сестру. У нее начались преждевременные роды. Скорая увезла ее и больше я ее не видел. Она родила дочь, но так и не пришла в сознание.

— Лука…

Я плачу и поглаживаю его по плечу…

— Милый, останови машину. Нет надобности сейчас спешить. Расскажи мне все спокойно.

Лука остановил машину и повернулся ко мне. Я села рядом, обняла его и целую.

— Сабина… Ну и что это черт возьми за день рождения такой у тебя получится?

— Отличный… Мы семья. Я хочу знать все о тебе. Ты эту боль в себе один носишь. Поделись со мной, чтобы тебе было легче… Значит, у тебя есть младшая сестра?

— Да, Ляся. Ляйсан. Вы с ней похожи. Она очень смешливая и такая же вспыльчивая как и ты.

— Ты никогда не упоминал, что у тебя есть сестра. Так, а где она сейчас?

— Не знаю.

— Что?

— После смерти мамы, ее отец, мой дед стал нашим опекуном и первым делом сменил наши имена на русские. Мое имя стало — Лукьян Тимохин. Это в честь моего прадеда, фронтовика, а сестра Ляйсан, стала Лилей.

Когда мне исполнилось четырнадцать лет, дед умер. Нас с сестрой отправили в детдом. Ляйсан было пять и ее почти сразу удочерила семейная пара с севера. Они знали, что у нее есть старший брат и мужу я понравился. Но его жена хотела только девочку. Взрослый подросток ей не был нужен…

Они забрали Лясю с собой на север. В первый год они пару раз приезжали, потому что сестра скучала по мне. Но перестали. Больше я ее не видел.

— Ты не пытался искать ее?

— Нет.

— Почему⁈

Лука молчит, затем, неторопливо отвечает.

— Боялся. Я уже потерял почти всех. Пока я не знал, представлял что она счастлива в своей семье. Может, она и не помнит ни меня, ни нашу семью… Зачем все это бередить? Я сменил фамилию и оставил все в прошлом.

— Я думала это у меня детство самое печальное. Лука, я буду тебя обнимать часто-часто, чтобы ты отпустил все печали и на самом деле оставил все в прошлом…

Лука смотрит на меня и недоуменно качает головой:

— Ты меня удивляешь. Такая колючая и зубастая как волчонок и вдруг, вся эта нежность. Нравятся мне эти контрасты в тебе… Очень нравятся.

Он завел машину и мы поехали снова. Через пол часа выехав за город я с удивлением оглядывалась на бескрайние зеленые поля, невысокие горы и блестящую реку. Не знала что за городом есть такие живописные места у нас. Лука свернул за реку и подъехал ближе к огороженному участку земли. Остановил машину и взяв меня за руку повел за собой.

— Вот это и есть подарок твоего отца на нашу свадьбу. Держи ключи от ворот. Они автоматические, сработают сразу.

Мы прошли за стальные ворота по каменистой тропинке к огромному зеленому полю усеянному цветами.

— Какое чудесное место. Красота! Но почему участок не до конца огорожен?

— Огорожен. Но это далеко, почти за горизонтом.

— Лука⁈

Он кивает и продолжает показывать в даль.

— Да-да, от реки до той скалы и лесочка, все это наша с тобой земля… Родион очень хотел чтобы ты каталась на своей лошади сколько хочешь и не только в клубе…

Я улыбаюсь и бегу вперед, утопая ногами в пестрых полевых цветах.

— Лука, я не могу поверить! Даже у моего клуба меньше территория… Но у меня же лошади нет. Хотя, Айру я бы забрала к себе. Но кто мне ее отдаст…

— Как удачно, что ты об этом заговорила. Смотри, что у меня есть?

Лука протягивает мне документы и договор купли-продажи. Отдает с загадочной улыбкой.

— Что это?

— То самое…

— Но, здесь написано…

— Да, Айра твоя. Это мой подарок. Пока не достроят наш дом, она временно побудет в клубе. Но после, ты сможешь ее забрать в любой момент.

Я смотрю на документы и не сдерживаясь верещу от радости. Подбежала к Луке и повисла у него на шее.

— Лука… Ты даже не представляешь как давно я мечтала об этом!

— Представляю. Поэтому и подарил. Со временем, помоложе кого-то прикупим. Айре все же почти восемь лет…

— Я читала, что от пяти до десяти лет — это самый мудрый возраст у лошадей. Айра моя, я ее обожаю и ни на кого не променяю!

— Все, вопрос закрыт… Ну что, как насчет пообедать в нашем новом доме?

— Лука, а где этот дом?

— Здесь, просто добавь немного воображения.

Лука указал на всю землю перед нами и после, постучал себя по голове.

Я улыбаюсь и смотрю на него с восторгом. Он ушел к машине и вернулся через минуту с покрывалом и огромной корзиной для пикника.

— Мама Гуля приготовила все. Сабина, милая, где именно на нашем участке ты хочешь чтобы наш дом стоял? Веди меня…

— Так… Дай мне минуту… Подальше от дороги. Не близко к воде, но хочу чтобы реку было видно из окон. Ну и горы с другой стороны. Вот там, с краю, мне кажется неплохое место.

— Согласен. Идем туда.

Лука пришел на место которое я выбрала для дома и постелил плотное покрывало на траву. Сел сам и тянет меня за руку к нему.

— Надеюсь ты проголодалась? Пообедаем?

Я смеюсь и падаю рядом с ним на ароматный цветочный ковер. Он подхватил меня и перевернул на спину, прижав к покрывалу всем весом своего тела.

— Кстати, здесь наши желания не под запретом…

— Так ты об этом голоде говорил? Я думала у нас на обед нечто другое.

— Хм… Никогда не откажусь подогреть аппетит твоими сладкими губами.

Он прижал меня к себе и целует настойчиво и страстно, отчего я стону ему в рот. Откровенные поцелуи Луки запустили во мне мгновенную реакцию, останавливать которую я не могла и не хотела.

Ловлю его губы и ласкаю его язык, впиваясь пальцами в его волосы. Чуть отстраняюсь и задрав его футболку, целую его грудь и живот. Лука приподнимается и падает на спину. Я оседлала его сев на него сверху и не особенно медля, расстегнула пояс на его брюках.

Он поглаживает мои ноги руками глядя на меня с улыбкой. Я приподнимаю свое платье и удерживая его руки в своих, провожу ими по моим бедрам. Его пальцы решительно стягивают с меня кружевные трусики, настойчиво касаясь моей дрожащей от возбуждения киски.

Не убираю его руки, но придерживая его возбужденный, пульсирующий член, сажусь на него сверху, чуть наклоняясь вперед.

Лука опустил бретели моего платья, оголив мою грудь. Прижался губами посасывая ее, пока я медленно покачивая бедрами позволяла его члену заполнять мою киску.

Откинула голову назад, наслаждаясь тем как мой мужчина ласкает мою грудь сжимая пальцами мои соски до боли. Я все резче насаживаюсь на его член приподнимаясь и снова прижимаюсь к его бедрам до упора. Мои руки скользят по его груди. Я прикрыла глаза раскачиваясь с ним в такт.

Лука помогает мне ускориться приподнимая мои бедра руками. Довольно скоро я кончаю, но он не останавливается. Дав мне отдышаться он переворачивает меня, лицом от себя. Оперев мои запястья и колени на одеяло, приподнялся надо мной и сжал мои бедра с силой. Откинув мое платье и проведя пальцами по моей мокрой киске, он снова стремительно входит в меня заставив меня издать громкий вдох.

Настойчивыми и быстрыми толчками он вбивается в меня, растягивая мою киску своим твердым членом, заставляя мое тело дрожать и извиваться под ним. Я теряю силы, захватывая ртом воздух. Опираюсь руками на нашу корзинку для пикника, чтобы удержать равновесие, пока Лука с силой, раз за разом с дикой прытью берет меня.

Я кусаю губы и хнычу едва выдерживая такой ритм, но Лука не дает мне опомниться. Крепко прижав мои бедра к себе он ласкает пальцами мой клитор все ускоряя темп.

Еще один вдох и в моих глазах темнеет. Чувствую горячую волну внизу живота. Сжав бедра я кончаю с громким стоном, ощущая сильнейший оргазм каждой клеточкой своего тела.

Обмякаю, пока Лука насаживает меня на свой член по самые яйца и наконец громко выдохнув, замирает, прижав мою задницу к себе. Пару секунд спустя ощущаю как его горячее семя течет по моим ногам.

Обессиленные и вспотевшие мы падаем на мягкое одеяло, глядя в бескрайнее голубое небо над нами.

Спустя пару мгновений Лука приподнялся надо мной и задрав подол моего платья бережно вытер свою сперму с моих бедер бумажным полотенцем.

— Какой кайф… Я бы занимался этим целый день. Нет ничего более желанного для меня, чем видеть твою писечку такой чувственной, дрожащей и мокрой с моей спермой в ней…

Я улыбаюсь и поглаживаю его руку, что касается моей кожи…

Он прилег рядом и мы просто лежим взявшись за руки, глядя друг на друга, отчего умиротворение растекается по нашим венам.

— Мне кажется, теперь, мы точно оба проголодались…

Лука приподнял меня и усадив к себе на колени, подтянул корзину для пикника ближе.

— В моей коллекции сексуальных фантазий твоя попка подо мной и твои руки на этой корзине, в тот момент когда мы занимались сексом, навсегда связаны… Я не смогу теперь ездить на пикник без стояка, вспоминая какой охуенный вид был передо мной…

Эти слова заставили нас обоих засмеяться. Приподняв крышку корзины мы расставили все закуски и десерты вокруг нас. Угощая друг друга и обмениваясь шутками, мы с удовольствием наслаждались обедом, делая перерывы только для поцелуев.

Это был самый прекрасный день рождения… Я по настоящему почувствовала нас с ним семьей.

Когда мы ехали домой Лука не отпускал мою руку. Его взгляд был полон нежности, но стоило ему отвернуться, как выражение его лица менялось. Он становился сосредоточенным и задумчивым.

— Лука, что-то случилось?

— Нет, ничего.

— Лука!

— А ты по прежнему, строптивая, русалка моя… Саби, помнишь тех полицейских что приходили утром?

— Да.

— Я сделал небольшую глупость и теперь у меня проблема. На меня завели уголовное дело, совершенно фиктивное. Но я немного усугубил свое положение.

— А из-за чего, то самое дело?

— Тот заброшенный участок у трассы. Помнишь? Он им нужен. Меня предал мой бывший друг детства. Петр Яковлев.

— Лука. Это же просто пустырь. Стоит ли он того, чтобы из-за него сесть в тюрьму?

— Дело не в участке, Саби. Яковлев думает прогнуть меня. Если я соглашусь с подобным отношением к себе. Кем я буду?

Прижалась щекой к его плечу.

— Я боюсь за тебя, Лука.

Он наклоняется и целует меня, захватывая мои губы все сильнее.

— Не волнуйся. Я решу это. Кузьма уже вовсю «копает» и твой отец, тоже. Он в курсе всей ситуации. Прорвемся.

Еще подъезжая к дому мы заметили несколько автомобилей у ворот дома и красно-синие огни полицейской машины.

— Лука… Это за тобой?

— Боюсь, что да. Извини, Саби, похоже я все же испортил тебе день рождения…

— Нет. Я была сегодня счастлива потому что мы были вместе. Ты — мой главный подарок, Лука.

Он усмехнулся и прижал меня к себе. Целует, но не смотрит в глаза.

— Угу, я тот еще подарок… Глупыха моя, я не стою тебя. Береги мое колечко. Свадьбу нашу никто не отменит. Ты будешь самой красивой невестой, обещаю тебе… Ну что, милая… Дай мне поцеловать тебя еще раз… И, пора.

Лука вышел из машины удерживая меня за руку. Сам пошел навстречу полиции. Его юрист, Кузьма, тоже здесь.

Я смотрю как моему мужчине надевают наручники и затем, двое полицейских ведут его к служебной машине. Через пару минут они уезжают, а я стою одна на пустынной улице и не понимаю как так быстро погас весь свет вокруг?

Сабина.

Я отвлеклась на громко чирикающих птиц завидуя их беспечности. Второй час ожидаю нашего юриста. Светло-серое трехэтажное здание с решетками на окнах выглядит неприметно и совсем не похоже на место где решаются судьбы. Внутри душно и пахнет свежей краской. Вышла во двор. Сижу в машине и поглядываю на тех, кто как и я ожидают разрешения на свидание с родными.

«Родными…»

Отношения с Лукой мы не узаконили и теперь, это проблема.

Юрист Луки, Кузьма, вышел из здания и идет ко мне. Не особо торопится. Значит, все серьезно и вряд ли мне стоит ждать радостных известий…

— Сабина, у меня две новости — хорошая и плохая.

— Я слушаю.

— Определились с суммой залога. Хотят они немало, но для Лукьяна сумма вполне подъемная. Обычно это решается не более 72 часов, так что выйти под залог у него шанс есть.

— Так это отличная новость! Я могу его увидеть?

— Вот теперь, плохая новость.

— Ты о том, что мне придется подождать пару дней? Это же пустяки…

— Сабина… Есть серьезная проблема и я над ней работаю. В отсутствие Луки, мне поручено заботиться о тебе. Дело в том, что тебе придется покинуть ваш дом. Я уже присмотрел несколько вариантов по недвижимости. Как только ты одобришь я сегодня же распоряжусь перевезти все вещи… которые позволят вывезти, туда…

— Что? Почему? Это в связи с залогом?

Кузьма мнется и смотрит на меня смущаясь.

— Хм… Обнаружился человек который является законным совладельцем всей собственности Лукьяна.

— Чушь! Это точно не мошенник? Лука и партнерство? Не похоже на него…

— Это первое о чем я подумал. Но все законно. Более чем. В связи с появлением… хм… этого человека, многое изменится. Лукьян просил тебе передать чтобы ты ни о чем не волновалась и не делала выводов заранее. Сказал, что постарается все исправить быстро.

— Что исправить? Хм… каких выводов? Простите Кузьма, но я не понимаю. Объясните нормально, что происходит? Лука в опасности? Кто этот человек?

— Его… жена.

— Жена? Я верно все услышала?

— Боюсь, что да.

Набираю побольше воздуха в легкие и делаю пару шагов назад, пытаясь осознать услышанное.

«Лука женат? Все обман? Нет. Он… не стал бы…»

Я вспоминаю историю о той его женщине и меня накрывает еще большее потрясение. Почти кричу ее имя и без того растерянному Кузьме.

— Миранда⁈ Это она вернулась?

— Да.

— Но они же в разводе. Лука мне сказал…

— Он сам не знал. Это давнее дело. Был молод и не удосужился проверить. Оказалось, Миранда не заплатила пошлину и их развод так и не вступил в силу. Мне жаль, но у нее все права жены и она вольна распоряжаться всем его имуществом. Что она сейчас и делает…

— Значит… Все его машины? Его земля? Дом? Бизнес…

— Все. Она заморозила все его активы. Кстати, они уже виделись этим утром. Миранда согласилась развестись, но требует себе половину его имущества. Это очень большие деньги.

Я усмехнулась, вспоминая прозвище Луки «синяя борода» из-за его жадности.

— Лука никогда не согласится. Он в тюрьму готов сесть даже из-за мелкого участка.

Кузьма покачал головой.

— Я тоже так думал. Но он уже согласился. Принял все ее условия не посоветовавшись со мной.

— Нет! Зачем⁈ Неужели другого способа не было, кроме как поддаться ее шантажу?

— Я предлагал ему оспорить ее притязания. Тем более, я еще не до конца проверил все ее документы. Но Лука непреклонен. Он совершенно неадекватен рядом с этой женщиной. Никогда не видел его таким упрямым и категоричным. Повторяет, что ему нужен развод любой ценой и плевать сколько это будет стоить.

— Ясно. Когда я увижу его?

— Не раньше, чем его выпустят под залог. До этого я помогу вам переехать в другой дом.

— Сколько у меня времени?

— Миранда… Хм… она уже там, у вас дома. Лично слышал как она требовала свои ключи. Вам не стоит туда возвращаться. Я сам заберу все ваши вещи и привезу их в новый дом.

— Нет. Я не подарю ей этого. Хочу с ней встретиться.

Я села за руль своей машины и поехала к нашему дому.

У входа я увидела отъезжающие машины охраны. Она отпустила их. Не хочет свидетелей. Небольшой грузовик стоял неподалеку. Двое крепкий ребят заносят во двор новую мебель и вещи. Ее вещи.

«А она быстро осваивается…»

Я прошла мимо пункта охраны. Непривычно не видеть никого за пультом. Ахиллес трогательно завыл когда увидел меня. Я выпустила его из вольера и почесала за ухом.

Внезапно, пес зарычал и стал лаять. Я обернулась.

Она. Миранда. Стоит на крыльце дома, закурив сигарету и пристально смотрит на меня.

— Вероятно… Вы и есть та самая Сабина? Возлюбленная моего мужа…

Я не торопилась отвечать. Смотрю на бывшую любовь моего мужчины.

Красивая. Невысокая, яркая брюнетка. Густые, черные как смоль волосы в идеальном каре, падают ей на лицо. По кошачьи зеленые глаза. Полные губы и тонкие черты лица. Стройная, но очень женственная.

Она сделала пару шагов ко мне, ступая мягко как кошка. При этом ее блестящие волосы треплет ветер, но она их и не думает поправлять. Одета в широкие черные брюки и в… светлую рубашку Луки. Я узнала ее сразу. Это уже больше чем просто случайность. Его рубашка на ней не просто так…

Миранда посмотрела на мое растерянное, хмурое лицо и засмеялась.

— Да не смотрите вы на меня как на злодейку! Я просто шутила. Полагаю, вы на меня посмотреть приехали, не так ли?

— Я приехала за Ахиллесом.

— Ахиллес? А… это тот пес! Отлично! Я уже собралась в службу отлова звонить. Этот жуткий зверь не замолкает ни на секунду… Хм… А вы не выглядите взрослой. Сколько вам, шестнадцать?

— Какое вам дело, сколько мне?

— И правда, никакого. Спорю, вы моложе моего Эмиля. Единственное напоминание о первом браке — мой сын. Лука, обожал его, нянчился с ним как с родным… Но не обращайте внимания, у нас с Лукьяном давняя история.

— Я в курсе всего. Лука рассказал мне о вас. Если вы ждете сцены ревности, то ее не будет. Вы его прошлое, я — будущее.

— Хм… Неужели? Тем не менее, за все это время Лука так и не избавился ни от татуировки с моим именем, ни от пирсинга. Ой, а что же это с моими манерами⁈ Что будете — кофе? Чай?

— Я не собираюсь задерживаться. Мне все равно кого вы тут пытаетесь из себя изображать. Я заберу Ахиллеса и уйду.

— Даже так… Ну, тогда все еще проще. Прошу вернуть мне ключи…

— Что? Какие ключи?

— От машины, детка. Тот серебристый ретро «мерс» на улице. Он тоже мой, теперь.

«Машина которую Лука подарил мне…»

Я побледнела и едва сдержав гнев, смотрю вниз. Делаю глубокий вдох. Спокойно вынула из кармана ключи, но не дала ей их в руку, а намеренно уронила. Отвернулась и пристегнув к ошейнику Ахиллеса поводок, вышла с ним за ворота.

Мне вслед неслись ее слова:

— А вещи? Заберите их! Что мне с ними делать?

Я не стала останавливаться. Шла на полной скорости до конца улицы, на радость псу. Дошла до шоссе и присела на стальное ограждение. Набрала в телефоне Марину, но тут же сбросила. Не хочу давать матери лишний повод злорадствовать над ситуацией с Лукой.

Набрала отца.

Долгие гудки. Он или спит или в подвале с дружками играет.

В этот момент мимо меня проезжает блестящий, навороченный джип и останавливается напротив. Дверь в мою сторону открывается и из глубины салона звучит молодой, хриплый голос с легким акцентом:

— Принцесса, потерялась? Садись, подвезу!

Смотрю на того, кто произнес это. Водителя мне не видно. Его лицо скрывает капюшон и темные очки. Говор не местный. Каждое слово произносит медленно, тщательно подбирая слова, словно выпивший или нарк.

Я решительно толкаю рукой дверцу его авто обратно и коротко отвечаю:

— Свободен, сама разберусь.

Отворачиваюсь и иду к шоссе. Слышу дверца хлопнула. Оборачиваюсь. Из джипа вышел высокий парень. Странно одет. Местные так не одеваются. Дорогие очки, крутой темно-синий спортивный костюм, а ноги босые. В одних сланцах идет как гопник. Он капюшон опустил и очки снял. Смотрит на меня, а я на него.

Волосы у него короткие, черные, чуть вьющиеся. Такой же смуглый как и мой старший брат, Антоха. Степан, тот гораздо светлее.

Парень подошел ко мне и за руку бесцеремонно хватает. «Пошли мол».

Я офигела от его напора. Хотела уже садануть его коленом в пах, но удержалась.

Странный тип. На мой гнев ему явно плевать. Смотрит на меня и улыбается как неадекват. Его хищное выражение лица словно застывшее в высокомерной полуулыбке мне не понравилось. Но вот глаза, красивые. Продолговатые, с непривычно длинными как для парня ресницами. Упрямый. Не отстает. Снова моей руки касается.

— Поехали, покатаемся. Я добрый сегодня.

— Слушай. Не знаю что ты там пыхнул, но я с нариками не катаюсь. Отвали, иначе я тебя огорчу.

— Я не нарик. А пес, твой?

Не стала отвечать ему. Спросила вопросом на вопрос:

— Ты цыган?

Он головой мотает. «Нет». И снова за свое:

— Поехали!

Смотрю на него и не меняя выражения лица, согласно киваю. Не знаю почему я решилась сесть к нему в машину. Но сделала это.

Он выехал на шоссе и только в этот момент спросил:

— Ты замужем?

— Вперед смотри.

Он засмеялся. Странный.

— Так, где ты живешь? Скажешь куда ехать?

— Пока что, прямо.

— А ты дерзкая. Ты только со мной такая или всех парней…? Он защелкал пальцами пытаясь вспомнить подходящее слово.

— … не любишь! Вот. Сложный русский… Черт!

— Ты дурачек?

— Нет. Но ты забавная.

Я показала ему где свернуть. Куда собираюсь идти не хочу ему «светить». Попросила остановить на развилке. До дома отца здесь недалеко. Пройдусь.

Парень заглушил двигатель и смотрит на меня. По голове курчавой гладит себя рукой и сощурив глаза забавно скривил физиономию.

— Давай, по кофе? Не уходи!

Я отрицательно головой качаю и отвернувшись бужу Ахиллеса. Пес послушно лежал все это время на заднем сиденье. Наклонилась назад, распутывая его поводок чтобы взять удобнее.

В этот момент незнакомец наклонился ко мне и обхватив мое лицо рукой, прижал к себе и впился в мои губы, страстно целуя. Хорошенько так мне язык свой в рот засунул и мои губы засосал, со знанием дела. Бью его рукой по лицу. Отшатнулась назад, но не сразу. Пару раз облобызать мои губы этот озабоченный успел. Выдыхаю и вытирая рот рукой, отталкиваю его от себя с силой. Отточенным жестом выхватила и приставила к его горлу мою «счастливую» монетку с заостренным краем как у бритвы.

— Только шелохнись, придурок и я тебе вторую улыбку нарисую! Не сомневайся, рука у меня не дрогнет!

Он спокойно слушает меня, не сопротивляется. Ни испуга, ни паники в глазах. Не боится он. Смотрит на мое лицо, словно запоминает. У меня от его ненормального взгляда холод по спине пробежал.

Хватаю рукой поводок и выхожу из машины, вытирая губы после поползновений этого маньяка. Ахилесс спрыгивает вниз и я захлопываю дверь.

Снова слышу позади хриплый голос этого незнакомца:

— Телефон хоть дай!

Я даже усилия не делала чтобы реагировать на это. Молча, не оборачиваясь подняла руку со средним пальцем повыше, чтобы он видел мой «ответ» и спешно пошла по тропинке к дому отца.

Как я и ожидала, отец играл со своими дружками в покер.

Я накормила Ахиллеса и отпустив его гулять, вошла в дом. Встретилась на лестнице с сонным Степаном.

— Ты какого черта этого пса притащила в дом⁈

— Я ненадолго, расслабся.

Звоню Кузьме. Он сказал что нашел дом недалеко от реки. Машина которую он послал за мной приехала через час.

Новый дом и правда был красивый. Небольшой, но с бассейном. Ахиллес уже во всю мотался по двору вдоль забора, облаивая птиц.

Звонок телефона. Гуля.

Я с раздражением выдохнула. Не была готова с ней говорить. Но все же ответила.

— Сабиночка, я заеду через час и привезу ужин. А завтра привезу свежее. Это Лука просил позвонить. Да я и сама бы приехала, пока это улыбчивая гадюка в вашем доме поселилась.

— Ты знаешь Миранду?

— Еще как! Она из Лукьяна душу вынула, когда они расстались. Только-только жить начал как человек и явилась… Не случайно она приехала, помяни мое слово. Еще и сына привезла с собой. Слышала, он, тот еще отморозок. Говорят и уехали они потому, что сынок весь в отца бандита, успел наворотить дел.

— Сына ее я не видела еще…

— И хорошо, что не видела. У этой гадюки все ядовитое и потомство тоже. Ну вот, снова начинаю волноваться. Все, буду у тебя через час.

Я открыла окна и включила телевизор, сама не заметила как заснула глядя передачу. Звонок в дверь разбудил меня. Гуля передала мне ужин и поспешила обратно в машину к дочери.

Поблагодарила ее и вернулась в дом. Не стала ужинать, убрала все в холодильник. Аппетита совершенно нет. Завтра очередной урок в школе верховой езды. Теперь, когда я получила Айру в подарок, нового занятия жду с нетерпением. Это меня точно отвлечет.

В доме душно и жарко. Взяла поводок и вышла на прогулку с Ахиллесом. Когда проходила мимо соседнего дома, заметила знакомую машину. Она стояла с погасшими фарами недалеко у моего дома. Блестящий джип, точь-в-точь как у того парня. Может показалось? Жаль, номер я не запомнила.

Вернулась домой. Легла и ворочаюсь в постели, не могу уснуть. Пошла на кухню и разогрела ужин. Гуля приготовила мою любимую запеканку.

Взяла свой телефон и вспомнила кое-что важное, что хотела сделать для Луки.

«Я не знаю где моя сестра…»

Набрала в поисковике «найти человека». «Имя-фамилия-отчество», подбираю разные. Нет подходящих совпадений. Меняю город и фамилию.

Появился один результат, но на севере. Лука упоминал что приемные родители Ляйсан с севера. Жаль, фото нет и всего одна отсылка на это имя: «Победительница в триатлоне, от университета.»

Перехожу по ссылке. Нет информации, все удалено. Упрямо ищу ее фото и нахожу старое. Золотые медалисты местной школы и на нечетком фото сзади в профиль черноволосая девчонка. Не улыбается. Смотрит вниз, словно глаза прячет. Один в один также Лука смотрит.

От волнения дышу тяжело. Ладони вспотели. Сохраняю фото и ищу по нему, дальше. Нашла телефон ее одноклассницы. Пишу сообщение.

«Извините, что поздно. Я разыскиваю вашу одноклассницу Лилию, от имени ее родственников, буду рада любой информации, гарантирую вознаграждение.»

Почти сразу приходит ответ.

«Отвечу завтра. Я не дома. Да, есть информация. Мы были близкими подругами.»

Я даже не ожидала, что мой случайный поиск даст результат так быстро.

Утром, как только проснулась и позавтракала, снова написала этой школьной подруге.

Нет ответа. Жду час. Ничего.

Набираю. Не берет трубку. Снова набираю. Отключила номер.

«Что происходит?»

Внезапный звонок на телефон застал меня у выхода. Вижу номер той подруги.

Спешно отвечаю.

— Да. Я слушаю!

— Не знаю кто вы, но не звоните сюда, больше.

— Что? Почему? Я просто хочу узнать, что с Лилей. Ее ищут родственники.

— Это неправда. Она сказала, что у нее нет никаких родственников и вы мошенница. Не пишите и не звоните мне больше или я на вас заявлю!

Она сбросила вызов оставив меня в тишине и недоумении. Смотрю на погасший экран телефона и со злости кидаю его в угол. Прихожу в себя и снова пишу сообщение той подруге:

«Пусть Лилия свяжется со мной, это важно! Передайте ей этот номер. Спасибо.»

Ответа не последовало. Мое сообщение так и осталось непрочитанным. Видимо, подруга добавила меня в бан. Но я не собиралась сдаваться. Уверена, что эта девушка и есть сестра Луки. Надо будет, поеду в тот город и найду ее.

Разочарованная неудачей я все же была рада поездке на ипподром. Надела худи, сапоги, вызвала такси и поехала на занятия.

Сразу у входа я встретила Снежану с моим тренером. Они привели мне лошадь для занятий. Другую. Отличную лошадь, гораздо моложе моей. Но это была не моя Айра.

Я с недоумением и тревогой смотрю на тренера, он глаза отвел, курит молча.

— Где моя Айра?

Снежана, дергая своим накрашенным как у куклы лицом, нехотя отвечает мне:

— Эм… хм… Новый совладелец запретил выводить ее для занятий.

— Что? Какой еще совладелец? Айра, моя лошадь, у меня все документы.

— Какие-то проблемы, принцесса?

Эту фразу произнес не тренер, и не Снежана.

Оборачиваюсь назад на знакомый, хриплый голос. Вижу нахальную улыбку вчерашнего незнакомца, что меня подвез. Он подмигнул мне и облокотился на забор вольера.

— Твоя кобылка, теперь, моя. Хочешь поскакать на ней, попроси.

Смотрю на него со всей злостью и неприязнью на которую была способна.

«Сын гадюки… Гуля верно подметила»

Игнорирую его самодовольную улыбку.

— Значит, ты и есть тот самый Эмиль?

— Воу! Ты обо мне слышала и что говорят?

— Говорят, что ты малолетка который живет со своей алчной мамашей слабой на передок.

— Хм… Это и вся злость на которую ты способна? Слабачка. Я разочарован. Только и слышал: «Дочь Лютого и в хорошем настроении злюка»… Все вранье… Что, легла под старика и характер свой похерила? Бросай его и я позволю тебе поскакать на моем жеребце.

Он засмеялся и снял темные очки, глядя на меня в упор.

Я проигнорировала его не удостоив ни взглядом, ни ответом. Оседлала свою тренировочную лошадь и последовала за тренером. Эмиль, присев на скамейку, смотрел посмеиваясь мне вслед, не собираясь уходить.

Сабина.

— Ты справишься?

Смотрю на потемневшие, почти черные глаза Луки и уверенно киваю.

— Да.

Последние минут пять мы с ним провели наедине, общаясь едва слышно щека к щеке. Говорил, в основном, он. Каждое слово Лука произносил четко, без тени иронии. Многое из того, что он рассказал, мне было непонятно. Но я доверяла своему мужчине. Внимательно вслушиваюсь в каждое его слово, стараясь запомнить все до мельчайших деталей.

Лука замолчал и сосредоточенно посмотрел в сторону, словно вспоминая не упустил ли он нечто важное.

Вглядываюсь в его лицо.

Он осунулся, выглядит старше. Все в том же костюме, что был на нем в день ареста. Сейчас у этого дорогого костюма жалкий вид. Лука, обычно, такой щепетильный по поводу своего внешнего вида. То, каким неопрятным он вынужден предстать передо мной, отдельная мука для него.

Его нечесаные волосы сбились в непонятный хаос, непослушными прядями падая ему на лицо. Заросшие щеки украшены густой, черной как смоль щетиной. Из-за заросшей бороды Лука кажется выше и угрюмее. Этот отстраненный, мрачный, дикарский вид лишил его внешность выхолощенной, слащавой обаятельности.

Но таким он мне нравится больше. Наклонилась к нему и провела пальчиками по его бороде.

— Красиво. Тебе идет.

Взяла его за руку, отчего он вздрогнул. Мягко, но настойчиво убрал свою руку из моей.

— Нет, я же тебя попросил…

— Что? Я помню, Лука, но думала, пока мы здесь…

Он устало выдохнул. Сменив тему, спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Ты бледная. Скажи Кузьме, пусть отвезет тебя к врачу сегодня же.

— Я в порядке. Была в больнице в начале недели. Врач сказал я в норме, учитывая все случившееся со мной…

Произнесла эти слова словно робот. Мне кажется ни он, ни я сейчас не вслушиваемся в то, что говорим. Мысли наши далеко за гранью будничной суеты.

Сейчас мне безумно не хватает его объятий. Находясь от него так близко я поняла, что скучала по нему гораздо сильнее чем думала.

Пожираю голодными глазами его губы. Скольжу взглядом по заросшим щекам, вниз к шее, задерживая взгляд на его хоть и поникших, но мощных плечах.

От Луки не укрылся мой откровенный интерес. Смотрит на меня так же. И взгляд его, без всякого притворства раздевает меня. В комнате душно и я тяжело дышу пытаясь словить свежий ветерок. Отчего Лука ненадолго зависает глядя на мой приоткрытый рот.

Он протянул руку и неторопливо провел ладонью по моей щеке, нежно касаясь большим пальцем моих губ. Но не задержал свою руку. Убрал. Посмотрел в сторону и произнес спокойно:

— Зря Кузьма послушал тебя и устроил это свидание. Не хочу чтобы ты приходила сюда. Больше не нужно, поняла меня?

Лука отстраняется и ищет зажигалку чтобы закурить.

Смотрю на него пару секунд молча, приходя в себя. Но захлестнувшие меня обида и раздражение толкают на необдуманные шаги. Выхватываю из его рук зажигалку и отбрасываю ее в сторону, глядя на него с вызовом.

Лука ничего не сказал, смотрит выжидая. Я отталкиваю его от себя и с силой ударяю ладонью по его груди. Отстраняюсь, собираясь уходить.

— А тебе все это нравится, Лука, не так ли⁈ Кайфуешь, только когда что-то недоступно? Все эти муки запретов тебе явно по душе… А по нормальному жить и любить, можно? Желать друг друга потому что хорошо и хочешь, а не потому что табу! Ты поэтому прогоняешь меня⁈ Привык всю жизнь жить изгоем. Отталкиваешь меня, потому что без запрета и страданий уже не встает? Нет, не отвечай! Все, с меня хватит. Я ухожу!

Лука не дает мне уйти. Хватает меня за запястья и прижимает к себе, тяжело выдыхая. Наклоняется и целует меня с нетерпением захватывая мои губы. Я оттолкнула его и отошла в сторону. Лука спокойно пододвинул одной рукой стул и сел на него.

Я игнорирую его. Надеваю куртку и отворачиваюсь. Он наклоняется и прежде чем я отошла достаточно далеко, хватает меня за пояс юбки и тянет к себе. Как я не сопротивлялась, он ухватил меня за талию и усадил к себе на руки.

Раздраженно покусывая губы и раскачивая ногой сижу у него на коленях, но намеренно не смотрю в его сторону.

Лука уткнулся лбом мне в затылок и тихо говорит.

— Не привязывайся. Рядом со мной опасно. Видишь, какая тема пошла. Залог отклонили. Когда жлобье от больших денег отказывается, то дело дрянь. Если бы не мои связи меня уже давно обнулили бы. Каждый безопасный день в этих стенах, мне немалых денег стоит. Не знаю как долго это продлится. Ты еще так молода, зачем тебе связывать свою судьбу с банкротом?

Я слушаю его и мои брови ползут вверх. Лука никогда не жаловался. Это не в его стиле.

Не узнаю моего мужчину. Он или очень устал или намеренно провоцирует меня на то, чтобы я сама ушла. Из всего сказанного им, я не услышала ничего нового. Еще вчера Кузьма все объяснил по залогу. Но вот с тем, что Лука снова меня отталкивает, я не хотела мириться. Даже ради того рискового дела, что он задумал.

Встала. Поправила юбку и обернувшись произнесла спокойно перед уходом.

— Ну, окей… Я тебя выслушала. Лука, если у тебя нет других просьб, я ухожу. У меня Ахиллес закрыт в доме один, а сейчас жарко.

Лука откинулся на стуле и с недоумением смотрит на меня. Сначала холодно, затем, на его лице появляется привычная улыбка.

— Ахиллес ждет? Это серьезно. Но… пару минут у нас еще осталось. Скажу тебе два слова… и уйдешь.

Чувствую он что-то задумал. Но не реагирую. Было невероятно сложно устроить эту встречу с ним. Миранда, его бывшая и это украла у нас. Как законная жена она имеет право на два свидания в месяц, в отличие от меня…

Мне отец помог, прошелся по своим связям. Выхлопотал пятнадцать минут для нас с Лукой. Это стоило ему недешево. И что в итоге? Такого холодного приема от Луки, я не ждала.

Да-да… Он все объяснил мне и я поняла его. Потерплю. Но то, как он ведет себя со мной сейчас, вне моего понимания. Не узнаю его…

Я не стала отходить от двери. Раскрыла сумку чтобы достать свои документы и пропуск.

Слышу шаги за спиной. Горячее тело Луки позади меня. Решительно обхватив мои запястья он прижал меня к стальной двери всем весом своего тела.

Я пыталась вырваться, но лишь из вредности. На самом деле, я прикрыла глаза наслаждаясь теплом его прикосновений ко мне. С удовольствием ощущаю как его руки скользят по моему телу, лаская и поглаживая меня. Задержавшись на груди, он опустил ладони к моим бедрам. Его пальцы проникают ко мне в трусики, сжав всю мою киску с силой в своей руке, заставляя меня охнуть от неожиданности.

— Ш-шш… Не нужно громкий звуков. Да, раньше я был именно таким. Ты права. Но все изменилось. Ты — моя женщина, мое единственное счастье и причина выживать каждый день, здесь. Я хочу чтобы ты запомнила мое прикосновение, а я хочу запомнить тепло твоей кожи и влагу твоей писечки на моих пальцах. Мой член сейчас такой твердый, что будь у нас с тобой не две минуты, а час, даже его не хватило бы насытить мое желание. Чтобы трахнуть тебя на том уровне, как сильно я хочу тебя, мне нужна как минимум неделя. Но не в этой убогой конуре пахнущей чужим потом и дешевым ремонтом… Нет.

Твоя писечка останется нетронутой пока я не выйду и не заберу тебя всю. Тогда я с нетерпением сожру тебя целиком не оставив не обласканным и миллиметра твоей кожи. И об этом я думаю каждую долбанную секунду находясь здесь. Веришь?

Я молчу и медленно поворачиваюсь к нему лицом.

Смотрю в его темно-зеленые глаза и обхватив его лицо ладонями, целую его губы, прикрыв глаза.

— Нет — решительно отвечаю я, но не прекращаю целовать его. — Нет, я не верю тебе.

Лука усмехнулся, целуя меня в ответ. Его ладони прижимают мои бедра к нему. Улыбаюсь ему, нежно обнимая его руками и говорю упрямо кивая головой:

— Я уйду и НЕ буду думать о тебе каждую секунду. И по вечерам, я НЕ буду засыпать в твоей футболке, что все еще пахнет тобой. И просыпаясь без тебя по утрам, я НЕ буду плакать от того как сильно мне тебя не хватает. Этого не будет. Да… и кстати, я ненавижу твой запах и сейчас он НЕ сводит меня с ума. И… да, я вовсе НЕ хочу тебя сейчас, так сильно что могла бы закричать… И… Я ненавижу твои прикосновения ко мне, Лука, а еще я ненавижу…

Мои последние слова утонули в его губах, что с новым рвением захватили мой рот. Его отросшая борода щекотно колется заставляя меня смеяться и ойкать. Лука задрал мою блузу, настойчиво обхватив своей ладонью мою грудь. Нетерпеливо целует меня кусая и терзая мои губы, заставляя меня постанывать от удовольствия, выбивая дыхание. Нам жарко и тесно, но мы не замечаем этого. Я дрожу от возбуждения прижимаясь к нему так близко как могу, запоминая эти страстные, вырванные у невозможности, секунды близости.

Настойчивый стук в дверь напоминает нам о времени. Свидание окончено и Луку уводят обратно.

Еле иду к машине раздавленная этим визитом. Я возбуждена, зла и растеряна.

Кузьма отвез меня домой. Я выгуляла Ахиллеса и подходя к дому заметила машину отца.

Он приехал узнать новости о Луке. Я вкратце описала нашу встречу, но тотчас спросила о другом. Есть ли у него связи, чтобы найти человека. Рассказала ему о сестре Луки. Отец удивился, но пообещал узнать о ней все у своих знакомых в полиции. Попил кофе и уехал.

Этот неожиданный визит был очень кстати. Я немного отвлеклась. Позже позвонила мама. Я недолго поговорила с ней. Сбросила звонок когда Марина стала ругать Луку, настаивая чтобы я вернулась жить к ним.

На часах восемь. Спать не хочется. Делать нечего. Решила прокатиться в ближайший супермаркет купить мороженое.

Завела машину и выехав за ворота едва не столкнулась с уже неприятно знакомым черным джипом.

Эмиль. Его довольно частое появление в моей жизни стало напрягать. Почти каждый день я так или иначе натыкаюсь на него. С тех пор как я узнала, что он забрал Айру, мою лошадь — игнорирую его. Не здороваюсь и не общаюсь с ним.

Пытаюсь объехать его авто, но Эмиль намеренно блокирует мои попытки объехать его джип.

Я совершенно не в настроении для этих игр. У меня был довольно паршивый день и я едва держалась чтобы не взорваться. Но этот пацан явно напрашивается на проблемы.

Вышла из автомобиля и иду к его машине. Бью кулаком со всей силы по двери водителя и кричу чтобы он оставил меня в покое.

Дверь открылась. Вижу насмешливый взгляд наблюдающий за мной из салона.

Эмиль вышел из машины и идет ко мне. На нем неизменное черное худи. Я развернулась и смотрю на него с вызовом.

— Ты еще не понял, что я не шучу с тобой? Убирайся с дороги и из моей жизни!

— Маловато гнева. Одно из двух: или ты добрая, что сомнительно, или я тебе нравлюсь. Значит, мне стоит быть настойчивее и заявить на тебя права.

— Отвали от меня, придурок! У тебя хотелка не выросла на меня права заявлять, уяснил?

Он выслушал мои ответ молча и внезапно распылил что-то едкое у моего лица. Едва сделав пару вдохов я поняла, что задыхаюсь. Из последних сил устремилась к дому, но сделав лишь пару шагов, проваливаюсь в темноту.

…

Очнулась я в неизвестной комнате. Сколько времени я здесь провела, не знаю. Огляделась вокруг — темно, лишь едва заметный отблеск впереди.

Постепенно прихожу в себя осознав, что лежу на каком-то диване у камина.

Хочу встать и с ужасом понимаю, что на мне нет одежды. Я абсолютно голая. Единственное, что скрывает мою наготу это легкий плед которым я укрыта.

Ищу свой телефон. Напрасно. Его нет. Он наверняка остался в машине.

«Сколько я уже здесь и что этот маньяк задумал?»

Словно ответ на мои мысли дверь открылась и в проеме света я увидела силуэт высокой мужской фигуры.

Эмиль. Он вошел и первым же жестом снял с себя худи. Затем, стал расстегивать пояс на брюках.

Я отчетливо поняла, что он собирается делать. Делал ли он что-либо со мной до этого — не знаю. Еще не до конца очнулась и все мои чувства сейчас, словно в тумане. Единственное что точно понимаю и хочу — вырваться отсюда.

Смотрю на обнаженный силуэт приближающийся ко мне и в моей груди сердце бьется миллион раз в секунду.

Эмиль снял брюки и остался в одних боксерах. В его пальцах блеснула связка ключей. Он оставил их на тумбе вместе с мобильным.

Подошел ко мне и присев в кресло напротив, закурил сигарету, спокойно поглядывая на меня.

Это выглядело странно. Я немного опешила от его расслабленного поведения. Думала он сразу набросится на меня или как минимум свяжет мне руки.

Но нет. Он просто сидит и пялится на меня. Его не волнует что я убегу? Любит рисковать? Он псих? Я не раз, показала, что не из тех, кто будет терпеть… Он или очень уверен в себе или глуп. Но глупым он мне не показался. Все это очень странно.

Пока он курил, задумчиво поглядывая на огонь в камине, я оглядывалась вокруг себя в поисках предмета потяжелее. Мой прошлый опыт подсказывал, что какая-нибудь тяжелая ваза могла мне пригодиться сейчас. Заметила на ближайшей тумбе большую стеклянную пепельницу.

«Отлично… надо лишь отвлечь его внимание…»

Эмиль докурил и наконец заговорил со мной:

— Ты молчишь. Мне это нравится. Обычно, девки суетятся. Орут, ноют или требуют их отпустить. Ты точно особенная, Сабина Даруш…

— Когда Лука узнает обо всем, он убьет тебя.

— Хм… посмотрим. Но я сомневаюсь. Я ему вроде сына. Ты глупая, если еще не поняла…

— Что именно?

— Твой старик не вернется к тебе. Что бы Лука тебе не рассказывал, ты для него очередная девка для потрахушек. Лука любит мою мать и никогда не переставал любить только ее.

— Чушь. Я знаю Луку, однозначно, лучше чем ты.

— Угу… Я был с ними, когда мать и Лука встретились впервые, там в тюрьме. Их общение было очень жарким. Настолько, что они меня выставили на улицу и полчаса оставались наедине. Чем они занимались все это время, рассказать?

Я молчу, шокированная этими подробностями. С каждый его словом теряю уверенность. Невольно вспомнила каким странным и отстраненным был сегодня Лука. А те слова Кузьмы, его юриста:

«Рядом с этой женщиной Лука совершенно голову теряет…»

Я растворялась на фоне его бывшей, великолепной Миранды, постепенно становясь Луке никем. На душе стало так тяжело, что я едва делаю вдох, с трудом сохраняя четкость мысли.

— Зачем ты раздел меня? Ты озабоченный с недотрахом⁈

— Не льсти себе, детка. У меня девчонок выше моей головы и их не нужно уговаривать. Прыгают мне на член сами, даже пальцем поманить не успеваю. Думаешь, я очаровался твоей кислой физиономией? Разочарую тебя. Мне пообещали триста косарей зелени за то, чтобы я трахнул тебя. Триста тысяч это хорошие деньги. Но я отказался.

— И…? Я должна растаять от того какой ты герой?

— Неа… Я еще не закончил говорить. Отказался я, только потому, что ты стоишь не меньше полляма. Через год мне неплохая сумма на карман упадет, по сравнению с которыми полляма, копейки. Но никогда не стоит упускать выгоду. Этому меня отец научил… Толковый мужик, зря мать развелась с ним из-за Луки. Уф… не о том я говорю… Итак… Ты, я, полляма и долгая-долгая ночь… Не думаю что нас может что-то задержать.

Эмиль встал и вместо того, чтобы подойти ко мне, отошел в сторону.

— Как ты уже поняла, твоей одежды здесь нет.

— Где она?

— Я сжег ее в камине. Мне понравилось раздевать тебя. Ты очень хороша… У Луки отличный вкус на женщин…

Сказав это он тушит сигарету и одним движением стягивает свои боксеры вниз, обнажая свой возбужденный член.

Придерживая его рукой Эмиль садится напротив меня и откровенно смотрит мне в глаза.

— Между нами больше нет тайн. Убери покрывало, Сабина. Покажи себя. Предупреждаю, повторять дважды не собираюсь или накажу…

Я поняла, что если хочу выбраться отсюда о стеснении придется забыть. Приспускаю одеяло оголяя себя по пояс. Эмиль кивает с довольной физиономией.

— Умная девочка…

Сижу и только и думаю о том, чтобы он подошел ближе, тогда я исполню свой план. Понимаю, что единственным действием которым я могу затянуть время будет поцелуй.

Не стала медлить, обхватила его голову ладонями и прильнула к его губам. Эмиль не ожидал моего поцелуя. Растерялся и подзавис едва касаясь меня рукой. Довольно сдержанно целует в ответ. Словно и не планировал это. Но постепенно, стал целовать более откровенно и решительнее, распаляясь.

Оттого он и не понял что произошло через пол минуты. Когда я, изо всех сил, что у меня были обрушила ему на голову пепельницу.

Эмиль мгновенно отключился, рухнул на меня, придавив весом своего тела к дивану. В динамике этот парень не казался крупным, пока я не почувствовала его вес на себе сверху. Еле выбралась из под него.

Не стала проверять в порядке ли он. Закутавшись в покрывало тотчас побежала к тумбочке на которой Эмиль оставил связку с ключами.

Выбежала наружу. Коридор и комнаты. Наконец, выход.

Заперла за собой дверь и побежала к джипу, оставляя проклятый дом позади. Не представляю где именно я нахожусь. Но это и не важно. Главное, уехать отсюда как можно скорее.

Села в джип и выехала на дорогу. В навигаторе вбиваю адрес и с радостью обнаруживаю что я не очень далеко от города.

Через минут тридцать когда показались знакомые районы города, с облегчением выдыхаю. Но чем больше хочу успокоиться, тем сильнее меня начинает трясти от волнения и страха. Стресс от пережитого, словно тревожная заноза в душе. Чувствую ком в горле, но отчего-то не плачется.

Подъехала к дому. Вижу свой автомобиль. Он так и остался стоять у ворот. Решила отогнать его во двор, но передумала. Меня отвлек слабый свет фар неизвестной машины, показавшийся вдали.

Я слегка паникую, с тревогой вглядываясь в темноту. Машина приближается. Ускоряясь, едет в мою сторону.

Схватила телефон, закрыла свою машину и делаю шаг назад. Бегу к дому. Там за воротами я буду в безопасности.

Неизвестный автомобиль с громким шорохом гравия тормозит сзади. Слышу поспешные шаги в темноте. Кто-то бежит следом, но я уже почти у двери. Хватаюсь за ручку, но меня останавливают с силой удерживая за плечи.

Громко кричу и не глядя с силой ударяю незнакомца. Внезапно, в темноте я слышу свое имя:

— Сабина, милая, это я!

Оборачиваюсь и не верю своим глазам.

Лука.

Бросаюсь ему на шею и от волнения слезы наконец покидают мою грудь, вырываясь из меня громкими беззвучными всхлипами. Я прижимаюсь к нему и ощущаю, что мои ноги больше не слушаются меня. Подхватив меня на руки, Лука распахивает ногой дверь ворот и бережно прижимая к себе, несет меня к дому. По пути набрал номер своего юриста. Слышу как сильно бьется его сердце, а частое и громкое дыхание выдает его мысли. Гневный, решительный голос, срывающийся на хрип нарушил тишину.

— Это я. Сабина дома, прекращай поиски. Нет, не все. Захвати с собой ребят из охраны, тех что покрепче и срочно ко мне!

Лука.

— Сабина, если ты не выйдешь через десять минут, я выбью дверь!

Тишина в ответ. После того как ушел врач, она сказала что хочет принять душ. Заперлась и не показывается больше часа. Воды не слышно. Меня все это уже хорошенько так напрягает. Волнуюсь за нее.

«Черт, нужно было иначе ей это сказать. Сорвался…»

На одном месте сидеть тошно. Порвать хочу собственными руками сынка Миранды. Пиздюк охреневший, возомнил, что я не трону его. Ну, ошибся он. Только представлю что он мог касаться моей девочки — закипаю.

Двинул с силой стул, что попался мне на пути. Злюсь. Еще шаг и вот уже стул летит в конец комнаты. Жду возле этой чертовой двери. Как волк в клетке, круги нарезаю. С психа крушу мебель, что попадается мне по пути. Тесно мне здесь. Не на мебели хочу размяться, а на костях Эмиля, недобитого во всех смыслах. Еле терплю… Но не делаю ничего. Из-за нее.

Из-за Сабины. Попросила меня. Не как капризный ребенок попросила. Как моя женщина, чтобы ничего не предпринимал пока не выйдет. Не сразу, но согласился. Не стал добавлять ей тревог.

Час жду и на грани уже. Заперлась и на любые мои попытки с ней поговорить — отшивает.

«Дай мне немного времени!» Четыре раза слышал это, да только ничего не меняется…

Каким наивным, счастливым лохом я был этим утром. Внезапно, мне одобрили залог. Не сказал Сабине. Думал, сделаю приятный сюрприз моей девочке. Хотел увидеть ее радостное личико. Приехал один и тайно. И нашел лишь пустой дом и воющего от тоски, запертого пса.

Тишина и неопределенность — худшее что может случиться, когда беду не ждешь.

Увидел ее машину у ворот с открытой дверью, брошенную без присмотра и за секунду почувствовал как холодеет кровь. Охраны нет. Камера на входе сдохшая. Дом новый, не все продумал Кузьма. Просто не успел.

От осознания бессилия хотелось крушить все вокруг. На этот раз меня не было рядом, чтобы помешать подонкам.

У меня жизнь в тот момент остановилась и по новому счетчику пошла. Поднял всех на ноги кого мог, обещал золотые горы за любую инфу, только напрасно все. И где мне ее искать? Каждую минуту ожидания медленно в кипятке неизвестности варился, представляя самое худшее. За эти три часа обзвонил всех кого мог. И прежде всего, отца Сабины. «Лютый» мне еще прошлый раз с ней не простил. Взбесился как черт. Не в чем винить его. Прав он.

— Ублюдки! Порешу всех, но найду дочь. И ты мне ответишь, «борода»! Клянусь, если моя дочка пострадает, я лично порву уебков. Они уже считай смертники, но и ты мне ответишь! Тебе моя дочь что, шутка? Почему ее так легко могут похитить, отравить? Не пеняй на то, что тебя не было. Ты сам знаешь с какой падалью мы работаем. Мог сделать все, чтобы она как в крепости жила. По старинке живешь, словно холостой, да? Все копейки считаешь, чертяка⁈

Я все выслушал, со всем согласился, лишь бы это помогло. Уже на чудо надеюсь. Через пару часов «Лютый» позвонил снова. Таким голосом говорил, в котором и жизни не было. Сказал, что никто не отозвался. Следа Сабины нигде нет. Как испарилась. Всех спросил — ни враги, ни друзья не причастны…

Я тоже не сидел без дела, проверил все варианты, включая бывшего ее. Только напрасно все. Что дальше? Где ее искать не знаю и с каждый часом надежды найти ее невредимой, все меньше.

Когда пошел шестой час я запаниковал по настоящему. Почему тогда домой вернулся уже и не помню. Заметил фары неизвестного джипа у дома и рванул на полной скорости.

Узнал ее фигурку и словно ожил снова. Но когда понял что девочка моя полуголая и босая, в чужом пледе у ворот стоит — потемнело в глазах. Все плохое, что виделось в страшных мыслях, обрушилось на меня реальностью. И когда слезы на ее щеках увидел, понял что не прощу себя никогда за них.

Сабина моя, крепкая девчонка, слез от нее не дождешься. Поэтому, поплохело мне, серьезно… Тяжелее этого ничего не чувствовал. Беспомощен я был перед слезами этими. Обнимаю ее, к себе прижал и одно радовало, что живая вернулась.

Понял я в тот момент, насколько дорога мне эта маленькая рыжеволосая девочка и что значит она для меня. Закончился Лука — «Синяя борода», кто я, не понял ещё, но весь ее я теперь.

Пока Кузьма собирал ребят я увел малышку. Заходить в дом Саби не захотела. Попросила меня остаться с ней на улице.

Сидим. Она рядом, обняла меня и прижавшись щекой к моей груди, пса гладит. Смотрит на меня, но сама словно в прострации. Видел я уже такой взгляд. Опоили чем-то и дрянь это еще не выветрилась…

Рассказала мне все. Говорила медленно, подбирая слова. Но видел я, что-то ее тревожит.

Кузьма привез врача. Он заверил что волноваться нет причин. Вколол ей успокоительное и уехал.

Полночь уже. Сабина от меня ни на шаг. Каждый раз когда я хотел поехать за сынком Миранды, останавливала. Просила с ней остаться. Слово с меня взяла, что я дождусь пока она душ примет. Вот и жду. Но уже дошел до той стадии что и Сабина меня не удержит. Не могу больше ждать.

— Лука… Подойди ко мне.

Задумался и не заметил как Сабина вышла из душа. В одном полотенце вышла. Босыми ногами переминается на одном месте, волосы влажные ей на лицо падают, но она их не поправляет. Смотрит на меня задумчиво, с тревогой.

Хотел заговорить с ней, но она остановила меня. Схватила за руку крепко и тянет на диван. Я подчинился. Иду за ней.

Сел на диван и ее к себе на руки утянул. Малышка села мне на колени и за шею обняла пальчиками. К щеке прижалась и молчит. Понимаю, не просто так она молчит. Жду. Физически ощущаю все ее тревожные мысли и что тесно им в головушке ее огненной.

Наконец, зазвучал ее голос.

— Лука, знаю что задержалась. Знаю, что тебе тяжело. Но мне нужно было подумать и вспомнить все в деталях…

Я понимающе закивал, жду. Слышу ее вдох тяжелый. Вероятно, собирается отговаривать меня. Я головой мотаю и говорю ей сразу «Нет». Мой отказ ее не удивил.

— Лука… я не собираюсь отговаривать тебя. Но… хочу защитить тебя.

— Меня? Детка…

— Да, тебя. Ты должен меня выслушать. Уверена, что не ошибаюсь.

— Хм…

— Это ловушка, Лука. Мое похищение — фикция. Не качай головой… дослушай! Эмиль, лишь исполнял свою часть обмана, тянул время. Сам подумай… Отсутствие веревок, ключи, открытый автомобиль, пустой дом… Мне удалось сбежать, потому что так и было задумано!

— Окей, продолжай…

Убедившись, что я внимательно слушаю, Сабина стала говорить более спокойно, по прежнему удерживая пальчиками мою ладонь.

— Второй этап — твое внезапное освобождение под залог… Ты сам сказал, что даже Кузьма не ожидал этого. Они создали ситуацию с моим похищением, чтобы поймать тебя на эмоциях. Понимаешь? Ждут, что ты отреагируешь в своем стиле…

— Хм… допустим. Я понимаю о чем ты… Но в чем смысл, провоцировать меня? Я и так уже за решеткой. Дважды посадить меня, они не смогут…

— Ты сам сказал, что твое освобождение дело пары недель. Возможно, тебя хотят подставить делом посерьезнее. Не знаю как убедить тебя, но знаю что не ошиблась. Все случившееся не совпадение и ты в опасности.

Я смотрю на нее, но думаю о другом. Все что она сказала осветило темные пятна в моем сознании. В ее рассказе был смысл. Даже если ошиблась, проверить не лишнее. Смотрю на нее и прижимаю к себе.

— Давай договоримся, малышка…

— Да…

— Ты больше не спасаешь меня, хорошо? Говоришь мне все и сразу. А я сам решаю как с этим поступить. Это я отвечал за твою безопасность и облажался. Повезло, что ты не пострадала сильнее. Надолго ли хватит твоего света сдерживать мое невезение? Милая… Тебе не нужно волноваться о том, что со мной будет или, что я натворю… Натворю и еще не раз. Это часть моей обыденной жизни. Но больше не допущу, чтобы она касалась тебя.

Сабина отстранилась и села напротив меня, выпрямив спину. Смотрит на меня сердито и головой качает.

— Нет! Так не будет! Ты попросил меня стать твоей женой и разделить с тобой наше совместное будущее. Я согласилась на это, зная какой ты! Мы вместе, Лука! Хочешь ты или нет, я разделю с тобой каждую секунду этого. Даже не думай закрываться от меня! Я не буду прятаться в комнате, закрыв глаза и уши, когда на тебя объявили охоту!

Меня злит ее упрямство. Снова забыл с кем говорю. Она дочь «Лютого» и ее реакция, ожидаемая. Отвечаю, едва сдерживая улыбку:

— Будешь! Ты послушаешься меня. И если я скажу, ты будешь сидеть и молчать, прячась в комнате! Тебе ясно⁈

— Да… Я послушаю тебя, но не раньше, чем сделаю все, чтобы позаботиться о тебе так, как могу. Согласен?

Ну и характер… Обнимаю ее и целую в лоб. Делаю глубокий вдох и смотрю на нее с усталой улыбкой.

Она приподнимается и захватывает своим горячим ртом мои губы. Я распахиваю ее полотенце и прижимаю ее обнаженную, немного влажную фигурку к себе. Целую ее изящную шею спускаясь к упругой, горячей груди. Возбужденно торчащие сосочки радуют мой взгляд. Ласкаю ее грудь губами прикрыв глаза, но через минуту останавливаюсь.

В моем сознании все отравлено часами ожидания и гневом. Не могу расслабиться пока история с похищением не закончена. Никто не наказан и это не правильно. Отстраняюсь от моей девочки и смотрю на нее серьезно.

Сабина сразу поняла о чем я думаю.

— Не теряй время, Лука. Иди и сделай все так, как ты задумал. Я слишком хорошо знаю этот твой настырный и тревожный взгляд. Не сомневаюсь, что ты все сделаешь правильно…

Смотрю на нее и качаю головой.

— Саби… За всей это суетой я упустил кое-что важное… Как, из невыносимой оторвы ты превратилась в такую умненькую девочку?

Она улыбнулась и шутливо хлопнула меня по плечу. Я притянул ее за полотенце к себе и снова целую. Страстно и откровенно. С жадностью поглощаю ее губы, прижимая ее дрожащее тело все ближе. Она отвечает на мои поцелуи с улыбкой. Делает вдох и обнимает меня крепко и нежно. Ее влажные волосы касаются моих губ, сплетаясь с моей бородой. Сабина притихла на моей груди как пойманная птичка. Неторопливо поглаживаю ее ладонью по оголенной спинке, кайфуя от долгожданной близости с ней.

Звонок моего телефона заставил ее вздрогнуть.

«Лютый».

— Твой отец. Отправим-ка его в тот дом, к засранцу Эмилю! Как тебе такой поворот?

Сабина удивленно смотрит на меня не понимая, что я задумал. Она не ошиблась, я задумал.

— Дождусь твою охрану и наконец, поеду пообщаюсь с моей законной супругой, раз она так настойчиво этого добивается через своего сына…

— Ты поедешь к ней, к Миранде?

Не отвечаю, просто киваю.

Сабина задержала взгляд на мне. Ее тревога не укрылась от меня. На сосредоточенном курносом личике все эмоции разом — ревность, гнев, растерянность, волнение.

Смотрю на нее вблизи, впервые, после нашей разлуки. Какая же она юная… Ей всего восемнадцать. А я с ходу погрузил ее в свой мрак… Может и права Марина, что хотела забрать эту девочку у меня… Малышка еще с пацанятами не нацеловалась, не натанцевалась, а я запер ее в своем душном, черном мирке.

«Какую жизнь я ей готовлю?»

«Лютый» прав, я все еще живу как холостой… Но я, больше не один. Вот она — моя птичка — такая хрупкая и сколько боли, когда ее ранят… Привык, что сам-то я, потерплю. С ней, так нельзя… Красивая, нежная… рыжуля моя. Придется все менять, начав с себя. А это непросто…

Мама Гуля, бережно обнимая Сабину, заваривает две чашки чая. Нарезала пирог и поглядывает с беспокойством на меня. Я подмигнул ей и пошел к выходу. У двери почувствовал как пальчики Сабины обхватили мою руку.

— Я провожу тебя к воротам.

Обнял ее и мы пошли через двор, всю дорогу натыкаясь на мокрый нос приставучего Ахиллеса. Я сел в машину и повернувшись к Сабине, поцеловал ее, прежде чем повернуть ключ в зажигании.

— Оставьте и мне пирог. Я постараюсь недолго.

Сабина кивает, но вижу что не верит ни моему веселому тону, ни в это «недолго». Я и сам не верю себе. Мне предстоит снова увидеться с той, которая уже однажды, очень легко забрала мою душу.

Еду. В темноте знакомой улицы заметил мой бывший дом. Защемило в сердце. Привык я к нему за эти годы. А думал ничего не испытываю.

Вышел из машины и остановился, сжав кулаки. Ворота приоткрылись и сработало автоматическое освещение. Вижу ее. Миранда. Вышла за ворота и идет ко мне. На ее лице волнение, которое она довольно неплохо скрывает уверенной улыбкой.

— Тихо-тихо, Лука. Не трать свой гнев зря… Как видишь, мне все известно. Сына, здесь нет. Где, не знаю. Не веришь, можешь обыскать…

Подошла ко мне ближе, соблазнительно покачивая бедрами в этом обтягивающем платье. Попыталась провести ладонью вдоль моего лица, но я остановил ее.

Она усмехнулась, но задержала руку на моей груди. Неторопливо поглаживает, глядя мне в глаза.

— Поговорим, Лука?

Смотрю на нее. Красивая… Черт, хоть и ядовитая как змея… Блестящие, черные волосы упали ей на лицо. Она облизнула губы и выдохнула. Опустила взгляд, глядя себе под ноги.

— Лука, может решим все, как раньше? Успокою тебя, как никто не сможет…

— Не нужно говорить со мной так, словно твой сын окно разбил в моем доме. Зная меня ты, думаю, догадываешься что его ждет. Поэтому и устроила этот театр…

Чувствую как моей ладони коснулась ее рука. Миранда крепко обхватила мои пальцы своими и не отпускает. Прижалась всем телом и уткнувшись мне в шею горячо дышит.

— Ты не тронешь его! Ради меня, не тронешь!

— Ради тебя, я все еще говорю с тобой, на этом все. Ты подписала документы на развод?

Ее лицо так близко, что в горле першит от навязчивого аромата ее духов. Миранда смотрит на меня и в ее глазах появился недобрый блеск.

— Нет, не подписала и не собираюсь… Что, Лука? Торопишься приступить к брачной ночи с этой малолеткой? Зачем? Милый, я знаю тебя лучше всех… Правильные девочки не для тебя… И наша связь, тому первое подтверждение.

— Моя жизнь и мой выбор, тебя не касается. Я что, похож на идиота? Не тяни время и звони сыну!

Миранда откинула волосы и засмеялась, уткнувшись лбом мне в плечо.

— Да… Ты похож на идиота! Знаешь, почему? Потому что ты все тот же трусливый мальчик, что смотрит на меня восхищенно со стороны, задержав дыхание…

— Пфф… Забудь… Наша история в прошлом. Меня интересует только развод…

— Ты говоришь нет, а твой член меня узнал… Или думаешь сотня шлюх заставит тебя забыть меня? Идиот… Ты еще не понял? Я та самая, которая вырвет твое сердце если пожелает. И к моему счастью, ты, мой дорогой и красивый муж, любишь именно этот вид мучительного удовольствия…

Миранда обхватывает мой воротник и приподнявшись на высоких шпильках целует меня в шею, скользя губами вверх. Затем, запускает когти мне в бороду и с силой сжимает пальцы, заставляя меня чувствовать адскую боль. При этом ее вторая рука уже на моих брюках. Обхватила мой член и поглаживая рукой, продолжает говорить:

— Ну что, вспомнил мои пальчики? Уверена, ты не сказал своей малышке, как сильно ты любишь мои жестокие шалости.

Миранда провела когтями по моей груди. Сорвав пуговицы, она отодвинула края рубашки в стороны, оголяя мою грудь. Смотрит на мою татуировку. Провела острым блестящим ногтем по надписи с ее именем и торжествующе усмехнулась.

Я замер где стоял. Больше не сопротивляюсь. Не знаю что именно за отрава в ее прикосновениях, но безумно хочу попробовать ее всю. Последнее что помню, как ее блестящий рот, темнеющий от яркой помады соединился с моим и я стер своими губами этот дерзкий, алый цвет. Миранда расстегнула верхние пуговицы на своем платье и обхватив мою руку, ведет меня к себе. Уже войдя во двор, слышу звонок на свой телефон.

«Лютый».

Сбросил. Мне не до него.

Вошел в дом и смотрю на новую обстановку.

Неплохо. Дорого, изысканно и уютно. Личные вещи, одежда и косметика, разбросанные повсюду чуть портят впечатление, но такова Миранда. Дисциплина и порядок это не про нее. Но тем не менее, вкус у нее всегда был отличный.

Без лишних разговоров Миранда наполняет хрустальный стакан в своей руке коньяком и протягивает мне. Беру. Опрокидываю один и совсем скоро, второй. Ощущаю, что начал хмелеть. Сквозь туман сознания рассматриваю ее в свете ночников. Красивая, очень. Роскошная, чувственная и дерзкая. Такая женщина сводит с ума очень легко. Идеально подходящая мне по уму и темпераменту женщина… Сабина, по сравнению с ней, незрелый ребенок…

Я откинулся на спинку дивана, позволяя губам моей бывшей любовницы ласкать меня так откровенно как она хочет.

Ее грубые ласки и царапающие, хищные прикосновения заостренных ногтей заставляют меня тяжело дышать, доводя до пика возбуждения в секунду. Она знает мое тело и мои привычки как никто. Каждое касание ее губ и языка, словно выстрел снайпера. Ощущаю нереальное напряжение в паху, ловлю ртом воздух и улетаю за грани наслаждения.

Миранда садится мне на колени и снова захватывает своим алым ртом мои губы. При этом поглаживает мои руки, направляя их к ее заднице.

Пока я с силой сжимаю ее ягодицы она прижимается бедрами к моему твердому члену, что подрагивая и истекая, бурно реагирует на ее ласки.

В секундном просветлении я попытался встать, пока все не дошло до секса. Но не смог даже приподняться — после такого количества выпитого, похоже, я обмяк и не чувствую ног. Качаюсь из стороны в сторону, глядя на нее маслянистым, хмельным взглядом полным желания. Миранда смеется над моей слабой попыткой уйти от нее и толкает меня обратно на подушки.

Требовательный звонок в дверь отвлек ее. На вопрос кто это, ей ответили. Она удивилась столь позднему визиту. Но разрешила впустить.

— Лука, у нас гости… Думаю, тебе стоит привести себя в порядок. Хотя, ты очень забавен с моей помадой на твоем лице…

Я смотрю на нее словно в тумане, не соображая о чем она говорит. Смотрю на все окружающее как будто это сон.

Спустя минуту я увидел этого ночного гостя.

Дверь открылась и в комнату где мы с Мирандой полулежали на диване, вошла Сабина.

Я выругался и попытался приподняться. Удалось мне это с трудом. Миранда засмеялась, пряча свое лицо на моей оголенной груди. Закинув ногу на ногу, она медленно потягивала коньяк, с удовольствием наблюдая за моей реакцией.

Смотрю растерянно на Миранду, затем снова на ту, что стоит у двери.

'Какого черта малышка делает здесь? Зачем она пришла?"

Сабина смотрит на меня, пьяного и полураздетого на чужом диване в объятиях бывшей. В разодранной рубашке с расстегнутым поясом на брюках. Смотрит на Миранду, что вальяжно опирается на мое плечо поглаживая мое лицо, яркими когтями.

Внезапно, я вспоминаю про ее помаду и провожу по своим губам рукой. Миранда громко смеется, глядя на мои попытки скрыть следы ее поцелуев.

Покачиваясь из стороны в сторону, я тщательно тру рукой лицо, смазывая рукавом алые следы помады со своих губ.

То чем мы занимались, не секрет… Тем нелепее выглядят мои попытки скрыть все следы. Упрямо вытираю лицо и затуманенным взглядом смотрю на эту девчонку у входа.

В сравнении с Мирандой она выглядит уязвимой и незрелой. Даже пьяный я это вижу. Никогда ей не стать настолько породистой, холеной сукой как та, что улыбаясь торжествует сейчас. Очевидно, именно этого триумфа Миранда и ждала. Да, она знает меня слишком хорошо. И я помнил об этом. Спрятал на много лет это чувство в себе. Но я, больше не сопротивлялся ему, позволяя сладкому яду Миранды наполнить мою кровь.

Я перестал суетиться и опустив руки, отвернулся от Сабины. Миранда обняла меня и притянула мое лицо к своей груди, прижав мои губы к своим горячим, полным сиськам.

Смотрит на девчонку у входа. Томным голосом с легкой насмешкой, произносит громко:

— Тебе еще не надоело пялиться на нас?

Сабина побледнела, но ответила почти сразу:

— Ты не первая шлюха из прошлого Луки с которой он развлекается. Я пришла за своим мужчиной и не уйду без него.

— Бедняжка… Как видишь, он не торопится к тебе… А знаешь почему?

Сабина молчит.

— Потому что он уже дома, со своей женщиной. Уходи!

— Я подожду, когда он сам скажет мне это.

— Жалкое зрелище… Ты лишаешь меня удовольствия соперничества на равных. Самое забавное, что мне даже не пришлось уводить его. Он сам пошел за мной… Тебе жизни не хватит понять, почему даже самые верные мужчины уходят к таким женщинам как я. Ты ждешь его, напрасно…

— Мне плевать, что ты там из себя давишь. Я не уйду без Луки.

— Сабина, иди домой! Я… Хм… буду позже. Не жди меня!

Это произнес я. Сабина приоткрывает рот и растерянно ловит ртом воздух не находя фразы для ответа.

— Лука, я не…

— Ты хорошо слышала меня или мне повторить?

Молчит. Мне не нужно смотреть на неё, чтобы понимать какие чувства сейчас отражаются на ее лице.

Миранда обнимает меня и усмехаясь, игриво кусает меня за мочку. Затем, снова смотрит в сторону двери и произносит с очередным смешком:

— У меня есть пару грязненьких фантазий которые я хочу разделить с моим мужем. Будь хорошей девочкой, закрой за собой дверь когда будешь уходить.

Сказав это Миранда повернулась ко мне и захватила ртом мои губы не дожидаясь когда Сабина выйдет.

Слышу как хлопнула входная дверь. Все. Сабина ушла.

— Серая и бесцветная мышка… Где ты находишь этих дурочек? Насколько нужно не уважать себя, чтобы просить вернуться? Черт, я теряю надежду глядя на юное поколение этих серых, безвольных шлюшек…

Я не ответил ей. Приподнялся и попытался встать. Миранда не дает мне уйти, игриво тянет меня обратно к ней.

— Секунду, киска… Черт, похоже я сильно перебрал. Мне нужно в ванную, иначе я загажу твою дизайнерскую мебель.

Я встал и ступая на нетвердых ногах, сильно шатаясь, побрел по коридору. Едва дошел к ванной комнате. Закрыл за собой плотно дверь и повернул замок. Включил воду, сделав максимальный напор.

Поднял голову, глядя на свое перекошенное отражение в зеркале. Ополоснув руки в ледяной воде и несколько раз провел ими по своему лицу.

Выпрямил спину. Встал ровно, встряхнувшись. Откинул влажные волосы назад, решительно глядя перед собой, со сдержанной усмешкой.

Пока я наедине, мне больше не нужно изображать «хмельного Луку». Спектакль окончен. Но это только часть представления, которое было необходимо для моего плана.

Моя бывшая, очевидно, спелась с моими врагами, но выяснить что она задумала, могу лишь сблизившись с ней. «Влюбленный Лука» потешил её самолюбие и отключил бдительность. Моя девочка, тоже неплохо справилась. Мы обговаривали её роль, когда я был в тюрьме. Сабина отлично сыграла «отвергнутую невесту». Знаю, это было непросто для нее. На секунду мне показалось, что она начала сомневаться в том, что это «постанова». Но об этом, я подумаю позже.

Спешно набрал «Лютого».

— Что у тебя? Только коротко!

— Черт, какого ты сбрасываешь⁈ Нас с Степаном чуть не грохнули час назад. Когда мы подъехали к тому дому, нас ждал жмур с огнестрелом на пороге. И вдруг, над головой два выстрела. Откуда, стреляли, неясно. И тишина. Явно ждали нас. Мы бегом сваливать, но полиция уже ждала за углом. Стали нас паковать, но участковый, которого я по твоему совету взял с нами, остудил их пыл. Видел бы ты их рожи!

— Понятно. Ты уже на месте?

— Почти… Сынка ее мы пока не нашли. Но мои люди настроены очень серьезно на твою премию. Если он еще в городе, найдем.

Я не мог говорить дольше. Сбросил вызов. Отключил телефон и ополоснув лицо, закинул таблетку опохмеляющего в стакан с водой. Выпил залпом и небрежно вытер рот.

Выключил воду и стянув с себя испачканную помадой рубашку, вышел из ванной. Растрепал волосы и присел на пол в коридоре. Закрыл глаза и опустил голову вниз, изображая «отключку».

Минут через пять Миранда пришла за мной. Пытается привести в чувство «мертвецки пьяного».

Разумеется, ей это не удалось. Разочарованно толкает меня обратно, не особо церемонясь и уходит. Вернулась с охранником. Вдвоем они оттащили меня на диван, где я продолжал исполнять свою роль пьяного «овоща».

Убедившись в том, что я не реагирую на ласки и заигрывания, Миранда сменила тон, перестав притворяться сексуально тигрицей. Щелкнула зажигалкой. Курит. Взяла телефон, набирает номер.

«Отлично. Это то, чего я жду…»

Миранда отвернулась и затянувшись, откинулась назад в кресле, покачивая ногой. Слышу долгий сигнал вызова. Голос низкий, мужской ответил ей. Прикрыв ладонью динамик, она тихо, холодно и спокойно ответила:

— Это я. Не ори! Лука заявился ко мне домой. Нет, не ушел. А ты бы мог уйти? Конечно соблазнила… Это что, ревность? Я сама решу как далеко я захочу зайти с ним. Что у тебя? Почему дерьмово? Менты были на месте? Участковый… Черт… Это уже стоило нам очень дорого… Ты сказал все будет просто. Но пока что, я не вижу этого! Нет, не приеду. Побудешь один сегодня… На час? Хорошо. Нет, не проснется. Он угашен. Говори адрес гостиницы… Черт, секунду. Там какая-то возня на улице. Повиси на линии…

Миранда кинула телефон на кресло и выбежала во двор, где орала сирена. Я встал и приподняв ее телефон, хотел запомнить номер. Но этого не понадобилось. Четыре четверки в конце. Знакомый номер. В моем телефоне звонивший, подписан как Яковлев…

Слышу шаги. Едва успеваю добежать до дивана принимая прежнюю позу. Миранда вошла и взяла телефон.

— Сигналка на машине сработала. Подозрительно? Ну приедь и проверь сам! У меня один охранник и тот, ленивый как тюлень… Все, не зуди, я уже еду!

Миранда сбросила вызов. Проверила, крепко ли я сплю и погасив свет, вышла. Через пару минут я услышал рев двигателя «мерса».

Уехала.

Я встал и не теряя времени пошел к своему бывшему кабинету. Вскрыв замок в двери, вошел. Сел за стол и просматриваю все до чего могу добраться. Читаю, благодаря мысленно мою девочку, за это. Пусть, медленно, но понять что за документ лежит передо мной, могу. Доки на недвижимость и прочее. Банковские выписки со счета… Миранда времени не теряла, активно тратя мои деньги…

И бинго, нашел. Новый план участка на объездной. В графе владелец новое имя. Моя бывшая уже бредит миллионами. Друг детства, ставший крысой, затеял большое дело вместе с Мирандой.

Набрал Даруша.

— Моя малышка с тобой?

— Где ей быть? Отчитывает меня. Слова не могу вставить. Уже и забыл какая это отрава, ее характер! Ты там скоро?

— Почти закончил.

Убираю телефон в карман и разворачиваюсь к двери. В тот же момент чувствую как в затылок упирается холодная сталь приклада.

— А ты не лох, как моя мать думает… Мозгами пошурудел и все понял или подсказал кто, а Лука?

Смотрю в наглую, ухмыляющуюся физиономию Эмиля, который держит пушку у моего лица.

— Для тебя, я Лукьян Рустамович, падаль. Насколько ты доверяешь своей игрушке?

— На сто процентов. Не промажу. У меня был хороший учитель — ты.

— Тогда, у меня для тебя плохие новости.

Выбиваю ствол из его рук и с лету бью его в лицо со всей силы несколько раз, слыша хруст лицевых костей и глухой вой подонка. Думаю, это было больно.

— Тебе следовало запомнить, что не стоит трепаться, пока не закончил дело. Спасибо моей девочке. Она подсказала что ты кончаешь от звуков своего голоса. Обычно, такие самовлюбленные плохо держат концентрацию…

Эмиль скрючился у стенки, сплевывая кровь текущую изо рта и носа.

— Да, я мог иметь твою девку сколько хотел! Твоя драгоценная Сабина, светила голым задом, прежде чем я использовал ее как наживку…

— И какого ты свой рот открыл? Мог же отделаться просто беззубым ртом, красавчик. Ну, готовь очко. Сейчас, тебя вздрючат…

Эмиль поднял голову и смотрит на меня зло, с вызовом, но глаза, что испуганно бегают, выдают его.

Я стою на месте и показываю пальцем, чтобы он обернулся.

Эмиль повернул голову и его глаза удивленно округлились.

За его спиной в проеме двери стоял широкоплечий, седой и смуглый цыган с охотничьим ружьем в руке. Лютый резким движением приклада, вырубает длинноногого к чертям. Тот падает и замирает у его ног в позе эмбриона.

Вынырнувшая из-за отцова плеча рыжая голова в капюшоне нетерпеливо вопрошает:

— Чего так долго возитесь⁈

Смотрю улыбаясь на эту капризную мордаху. Подхожу к ней и притянув ее за капюшон, нетерпеливо прижимаю к себе. Сабина улыбается, глядя на меня, но я не даю ей засмеяться. Жадно целую ее улыбку, не обращая внимания на недовольные хмыкания Даруша.

Девочка моя, горячо обняла меня в ответ и с удовольствием отвечает на мои поцелуи, прильнув к моим губам.

Сабина.

Я прижалась щекой к колючей бороде Луки, не шелохнусь. Даже дышу тихо, так хорошо мне в его объятиях…

— Так, а-ну, завязывайте! Степан! Иди сюда! Черт, где его носит?

Отец орет на весь дом. Я испуганно озираюсь по сторонам. Не удивлюсь если его ор и на улице слышно было. Хочу отойти в сторону, но Лука не отпускает меня. Схватил за руку и держит крепко. Сжимаю его пальцы и стою рядом. Он накинул пиджак на голый торс и говорит отцу, снижая голос:

— Давай потише… Вы что, всем табором сюда заявились? Это по-твоему «незаметное» появление?

— Ха-ха… Очень смешно. А тащить этого гамадрила длинноногого, ты будешь?

Крупная фигура брата появилась в дверном проеме. Степан без пауз, с привычным смирением, забросил бесчувственного Эмиля себе на плечо. Словно ковер несет. Не задавая вопросов, без эмоций. Через секунду уже нет его в кабинете. Ушел к запасному выходу, что вел в гараж. Отец следом вышел, бросив на меня беспокойный взгляд перед уходом.

Я задержалась, рассматривая бывший кабинет Луки.

— Саби, тебе тоже стоит поторопиться.

Киваю головой на реплику Луки, но не двигаюсь с места. Смотрю на все те документы что лежат огромной, бесформенной кучей на столе.

— Скажи… это ты здесь все бумаги разбросал или у нее привычка такая из всего делать хаос?

Лука удивленно огляделся и закивал головой, соглашаясь со мной.

— Хм… это точно не я. Ты права, Миранда не самый организованный человек. Сколько помню, она всегда такой была… А почему тебя это заинтересовало?

Хотела ответить, но замерла подняв руку вверх. Прислушиваюсь к звукам идущим с улицы. Шум автоматических ворот и характерный шорох гравия под колесами, намекал, что пора исчезнуть.

Мои пальцы все еще в руке Луки. Не хочу разнимать их и похоже Лука тоже не торопится это делать. Тяжело мне расставаться ним, даже ненадолго.

Но внешне, не подаю вида. Неторопливо провожу ладонью по его лицу, нежно касаясь его шрама. Поднялась на цыпочки и игриво чмокнула его перед уходом, чувствительно укусив за нижнюю губу.

— Это тебе за то, что мне пришлось выслушать сегодня!

Лука шлепнул меня по заднице и хмыкнул с довольным видом.

— Тебе не понравились наши ролевые игры? Жаль. Ты была очень убедительна. Я был бы не против повторить еще какую-нибудь сцену, но без свидетелей.

Он наклонился целуя меня в шею, отчего я ощутила рой мурашек на коже. Смотрю на него и жалею, что у нас нет времени продолжить этот диалог. Лука заметил мой взгляд полный нереализованных желаний и привлек к себе. Шепчет мне, касаясь горячими губами моей шеи:

— Задержи этот взгляд на часок… Хорошо?

Я откровенно улыбаюсь на эту его фразу и нехотя разорвав наши объятия, бегу в гараж, за отцом и братом.

Лука остался в доме исполнять свою часть плана. Оставалось надеяться, что все получится как он задумал.

Благополучно преодолев забор через запасную дверь, мы покинули двор. Осталось дождаться когда Лука освободится. Каждая минута тянется как вечность. Почти час прошел и ничего.

Степан, сидя рядом со мной, бесцеремонно ткнул меня в бок локтем.

— Не дергайся, малая, Лука не новичок в таких делах. Ты мешаешь мне пройти уровень.

Я психую и выбиваю телефон Степана из его рук. Брат в привычной манере замахивается на меня. Упс… ошибка. Бью его локтем под дых заставляя упасть вперед ничком и выдыхать, гневно ругаясь. Отец задремавший на пару минут проснулся от его криков.

— Эй? Угомонитесь оба. Лучше думайте, что с мажористым пиздюком делать будем. Он очнется через час.

Мне нет дела до Эмиля. С волнением считаю минуты, всматриваясь в темноту дороги.

— Почему Лука так долго? А что если стерва его не отпустит или заставит остаться? Вдруг, они там все-таки…

— Лука не тот, кого можно заставить, дочка… Вон он, едет! Я знал…

Вглядываюсь в темноту. Он. Узнаю его автомобиль. Пытаюсь унять радостную улыбку на своем лице. Выдохнула. Угомонила счастливое волнение и подошла к его машине. Он смотрит на меня спокойно и немного насмешливо. Я плюхнулась на переднее сидение и закрыла дверь. Жду когда домой поедем.

Но Лука не торопится заводить двигатель. Ощущаю как его рука тянет меня за капюшон к нему.

— Посмотри на меня!

Поднимаю лицо на него. Знаю, он ждет что я «растаю» от радости. Вспоминаю его самодовольное лицо минуту назад и не хочу дарить ему это так просто. Смотрю на него с вызовом, намеренно равнодушно. Однако не выдержав насмешливый взгляд его зеленых глаз, невольно краснею. Опустила глаза, смутившись. Но не поддаюсь, даже не улыбаюсь.

— Эй⁈ Ты мне не рада? Не подскажешь, где делась та сексуальная девочка, что выпрыгивала из трусишек полчаса назад?

— Час назад…

Лука проигнорировал мой упрек. Сплел наши пальцы вместе и игриво подмигнул мне. Ощущаю тепло его руки и вспоминаю как давно я не была с ним так близко. Как же мне хочется забыть обо всем. Прильнуть к нему сейчас и не отрываться от его губ и горячего обнаженного тела несколько дней. Осталось, преодолеть мой характер…

Лука наклонился ко мне, почти касаясь губами моего лица, но не целует. Ждет. Я удивленно поднимаю глаза. Молчу. Он усмехнулся и прижал меня к себе.

— Мне безумно нравятся эти огоньки в твоих глазах когда ты ревнуешь.

— Я… не ревную. Просто устала ждать.

— Хм… то есть, если я сейчас вернусь к ней в дом, ты не будешь ревновать?

Этот его вопрос в секунду убил все мое настроение. Чувствую, что начинаю раздражаться.

— Пфф… Делай что хочешь. Если твоя цель моя ревность, попробуй…

Не глядя на него, равнодушно смотрю в одну точку. Сама понимаю, если бы я с самого начала не разыгрывала холодность, этого диалога не возникло бы. Но не поддаюсь. Такой у меня сволочной характер. Себя переделать не могу так быстро, даже ради него. Слышу его голос. Уже без ноток смеха.

— Я хочу услышать это…

— Что?

— Скажи мне это: «Лука, ты можешь идти к ней. Я не против. Мне все равно.»

— Можешь идти к ней! Мне все равно, делай что хочешь!

Произнесла это и тотчас почувствовала себя так, словно в сердце кулаком ударили.

Лука отстранился от меня. Пристегнул ремень и резко завел машину. Делает разворот и уводит машину с дороги в заросли деревьев, где уже припаркована машина моего отца. Остановился и заглушил мотор. Поправил волосы упавшие ему на лицо и не глядя на меня, вышел из машины.

Смотрю ему вслед. Лука задержался на секунду, сказав пару фраз моему отцу. Обошел машину и не оглядываясь назад, неторопливо пошел обратно по дороге, прямо к дому Миранды.

Я сижу одна в его машине и чувствую себя такой дурой. В моих глазах стоят слезы и едва дышу не понимая, что мне делать теперь. Ничего уже не вернешь. Я сама отправила его обратно к бывшей…

Слышу стук по стеклу. Оглядываюсь с надеждой, что это Лука, но это Степан. Торопит меня. Показывает жестом, что осталось мало времени и нужно торопиться.

Вышла из машины и иду следом за братом. Ноги мои, еле идут. Открываю дверь отцовской машины и понимаю, что если сяду в нее, то у меня сердце остановится.

Стою рядом. Даю себе пару секунд подумать. Но поздно. Ноги уже несут меня вперед. Бегу в темноте, обратно к дому. Тороплюсь изо всех сил, ощущая с непривычки сильное покалывание в боку. Подбегаю к темным воротам и смотрю на них. Высоко. Мне не преодолеть их.

«К черту, я не отдам ей моего мужчину, так просто!»

Решительно иду к главному входу и тянусь к звонку. В этот момент, кто-то хватает меня за запястье. Чувствую как некая сила утягивает меня назад к зарослям деревьев.

Испуганно оглядываюсь и в темноте вижу только огонек зажженной сигареты и насмешливый взгляд Луки.

— Уже соскучилась?

Я смущена и зла. В бешенстве бью его по груди ладонью. Освободила свою руку от его захвата и отвернувшись, решительно делаю шаг в сторону.

Но только шаг.

Лука подхватывает меня сзади и пятится назад, едва удерживая меня, брыкающуюся и пинающую его. Внезапно он теряет опору и мы оба падаем в густую траву за густыми зарослями деревьев. Он успел смягчить мое падение подставив руки под мою спину.

В темноте ночи я вижу только силуэт его возвышающейся фигуры надо мной. Тяжесть его тела заставляет кровь в моих висках стучать громче. Я тяжело дышу глядя перед собой и через секунду его губы накрывают мой рот. Даже не пытаюсь сопротивляться. С невероятной жаждой и нетерпением целую его в ответ, прижимаясь к нему всем телом. Скольжу ладонями по его горячему, оголенному торсу, прижимаясь ближе. Лука стягивает мое худи, приподнимая рукой мою футболку.

Его губы ласкают мою шею, пока его рука с силой сжимает мою грудь. Приглушенный стон сорвавшийся с моих губ, тонет в очередном поцелуе. Его руки настойчиво поглаживают мои бедра. Он раздвинул мои ноги и отодвинув мои трусики в сторону, провел пальцем по моей киске, что была довольно мокрой после его откровенных поцелуев.

Слышу треск шелка и охаю когда Лука срывает с меня трусики. Он поднес их к своему лицу, сжимая в руке.

— Как же неебически прекрасно пахнет твоя влажная писечка. Я не расстанусь с ними… клянусь.

Он настойчиво поглаживает мою киску пальцами и в какой-то момент я чувствую как его твердый член толкаясь вперед, проникает в меня. Наслаждаюсь каждой секундой от чувства наполненности им. Впиваясь в его плечи, делая вдох за вдохом.

Лука, неторопливо, постепенно ускоряясь погружается в меня, прижав лицо к моей щеке. Ощущаю аромат его кожи и пьянею от нашей близости. Мои ноги обвились вокруг его ягодиц. Я приподнимаюсь, раскачиваясь в такт все более ускоряющимся толчкам. Делаю очередной прерывистый вдох, впиваясь пальцами в его густые волосы. Прижимаюсь губами к его шее и тихо постанываю от накрывающих меня ощущений.

Горячий, сладостный комок возбуждения внутри живота, буквально выстреливает в меня, проносясь жаркой молнией вдоль позвоночника. Меня трясет от сильного оргазма. Я покусываю губы, пытаясь прийти в себя.

Ощущаю как замедляя толчки, Лука с силой прижимает свои бедра ко мне. Выдохнув, он обессиленно опустил голову мне на плечо. Чувствую теплую жидкость, что стекает вниз по моим бедрам. В темноте я касаюсь своих ног с удовольствием погружая свои пальчики в его сперму.

Лука негромко произносит в тишине:

— Безумие… Почему у нас все не как у людей? Близость к тебе лишила меня остатка мозгов, малышка. Но я совершенно чокнулся в разлуке с тобой…

Лука смеется не поднимая головы. Обнимаю его и прижимаясь губами к его лицу, горячо и нежно целую.

— Я скучала, милый… Очень.

— Милый?

— Да.

— Но постоянно мне этого «милого» не ждать. Я верно тебя понял?

— Лука. Я не могу измениться сразу… Но очень хочу.

— Забудь. Мне это не нужно. Если внутри ты хотя бы на один процент такая же нежная и чувственная как сейчас — окей.

— Внутри, я недоверчивая и злая. Тебе не нужно туда.

— Ну, строго говоря, я все еще… внутри тебя и пока что, мне все нравится.

Я тихо смеюсь и Лука смеется тоже.

Он приподнимается надо мной. Поднимает пиджак и из верхнего кармана пиджака, достает большой платок. Нежно поглаживает им по моим бедрам.

— Стопроцентный французский шелк… Для твоей писечки, идеально нежная ткань. Костюм за полторы тысячи долларов, я с радостью угробил ради спонтанного секса в траве… Не думал что буду этим вечером трахаться под звездным небом, как сексуально голодный подросток…

Он притягивает меня к себе. Сажусь рядом с ним в траве. Обняла его вокруг голого торса и прижавшись щекой к его груди, слушаю как бьется его сердце.

Провожу пальчиками по его разгоряченной коже и по-привычке пишу любимую, хоть и наивную фразу: «Лука + Сабина =…»

Лука отстранился от меня и сказал:

— Еще раз напиши это…

Я растерянно смотрю на него. Замерла. Не шевелюсь. Взволнованно осознала, что он понял эту фразу. Мое сердце бьется чаще и сильнее.

«Теперь, он знает…»

Лука берет мои пальцы и подносит их к своим губам. Снова произносит:

— Повтори…

Я смотрю на него и поднимаю руку. Медленно вожу пальцем по его груди. Пишу то же самое, что и всегда писала. Его имя, мое имя и… третье слово, которое гораздо легче написать, чем признать или произнести вслух.

Лука прижал мою руку к своей груди и не отпускает. Молча смотрит на меня. Не улыбается. Серьезно так смотрит. Затем, медленно качает головой и опустив голову вниз, произносит негромкое:

— Черт…

Произнес он это, не особо радостно. Я отстранилась и не стала анализировать почему он так отреагировал.

«Ждала ли я другой реакции? Я не знаю чего я ждала и ждала ли…»

Надела худи и поправила шорты. Обхватила его руку когда он помог мне встать. Лука обнял меня и повел за собой по дороге. Я прижалась к его плечу и смотрю вверх на звездное небо. Такой полной и красивой луны я давно не видела.

Лука смотрит на небо вместе со мной не нарушая тишины.

Когда мы вернулись на прежнее место, то наслушались от моего отца всякого. Они уже собирались уезжать. Не думая, что мы вернемся.

Я не слушала отца. Смотрела на Луку и думала обо всем, что произошло сегодня. Появилось ощущение, что нечто важное произошло в нашей с ним жизни и как прежде уже не будет.

Лука изменился. Пусть это не так явно и почти не заметно, но я сразу уловила другое отношение.

Он по прежнему не отпускает мою руку, но касается нежнее и заботливее. Беспокойно и более ревностно смотрит когда я отхожу от него. Появилось ощущение постоянной неразрывной близости между нами, даже на расстоянии.

Лука молчал пока отец не замолкая рассказывал что они делали пока ждали нас.

— Пришлось заново вырубить вашего мажорчика. Он побрыкался, конечно. Степан свернул ему нос и он затих. Только не на долго. Повидал я психов в своей жизни. Но этот, самый настоящий.

Лука закивал в ответ на его слова. Но я видела, что история эта его ничуть не тронула. Он посмотрел на меня и спросил:

— Так какой план, детка? Ты уже решила? Мой ответ ты знаешь. Отбил бы ему все, что двигается. У меня он быстро потерял бы страсть к похищениям.

Я молча пожала плечами.

— Он так носится со своей элитарностью. Я бы оставила его без штанов на виду у всех. Пусть ощутит каково это очнуться голым в незнакомом месте.

Брови Луки уползли вверх. Он усмехнулся.

— Знаю подходящее место рядом со стадионом.

Отец одобрительно кивнул, понимая о каком месте речь. Ушел к машине и поехал первым. Мы следом.

По дороге я вспомнила кое-что, что не давало мне покоя все это время.

— Лука, а в какое время можно позвонить Кузьме?

— Хм… интересный вопрос. В любое. Я ему достаточно плачу за это. А что, у тебя есть вопрос к нему?

— Хм… Не совсем вопрос. Нужна его консультация. Есть одна догадка, хочу чтобы он проверил.

— Секунду, малышка, задержи эту мысль.

Лука вышел из машины и помог отцу с братом вытащить пленника. Они раздели Эмиля и привязали его к рекламному щиту над дорогой.

Привели его в чувство. Его рот был запечатан клейкой лентой, поэтому он молчал. Его отекшая физиономия, перепачканное засохшей кровью была искажена злостью, паникой и недоумением. Он оглядывался по сторонам, мотая головой и мыча ругательства. Но его выражение лица говорило скорее о страхе, чем о гневе.

Я вышла из машины и сделала несколько снимков на телефон, сохранив их в облаке.

Голый и униженный Эмиль смотрел на меня первые пару секунд с вызовом и ненавистью. Но заметив, что я не испытываю ни злорадства ни удовольствия, был удивлен, не зная как реагировать на мое молчаливое спокойствие.

Уже уходя я сказала ему обернувшись:

— Не стоило меня трогать… Ты сам выбрал этот путь.

Накинула капюшон и вернулась к машине отца.

— Все. Вы можете ехать домой. Дальше мы сами справимся. Спасибо за все, пап…

— Ну, смотри… Я конечно поговорил с ним по-душам, рассказал, что его ждет если он снова появится в твоей жизни… Была бы моя воля, то пускал бы он пузыри в ставке за городом, четыре метра под водой. Надеюсь, ты подумала хорошо?

— Да, я хорошо подумала.

Обняла отца и кивнула брату на прощание. Когда их машина скрылась в темноте, я вернулась к Луке.

Мы отъехали не сильно далеко. Остановились у обочины и ждем.

Лука заглушил двигатель и смотрит на меня.

— Так, что там за тема о которой ты хочешь поговорить с моим юристом?

— Я не уверена на сто процентов. Это скорее на уровне ощущений и догадок…

— А конкретнее? О чем речь?

— О ком, скорее. Миранда и ее привычки… Беспорядок, устроенный ею в твоем кабинете, натолкнул меня на одну мысль. Эмиль сказал, что его мать развелась с его отцом и ушла к тебе…

— Да. Было дело…

— Ну вот… Я подумала, если твоя бывшая не до конца оформила ваш с ней развод, каковы шансы что и первый ее развод оформлен верно?

— Первый развод? Хм… Черт… Я никогда не думал об этом. Очень в ее духе. Вполне возможно…

Лука смотрит на меня ошарашенный этой догадкой. Трет лицо и обдумывает то, что услышал. Не ожидала, что он так серьезно отнесется к моей идее.

Он вышел из машины и взволнованно прохаживаясь набрал номер Кузьмы. Ввел его в курс дела. Говорили они недолго. Почти сразу сбросил вызов. Я была разочарована.

— Что он ответил?

— Ничего. Сказал, нужно связаться со своим коллегой на Кипре.

Я улыбнулась, но Лука, по прежнему серьезен. Смотрит на меня откровенно, но как то странно. Словно держит дистанцию.

Говорю ему:

— Пора. Думаю, часа вполне достаточно чтобы проучить его.

Лука сдержанно кивнул и поехал обратно к стадиону. Мое решение ему явно не по душе, но он позволил мне это.

Вышли из машины и идем к рекламному щиту. Эмиль по прежнему висит привязанный над дорогой, демонстрируя свои мудя всей трассе.

Лука срезал все тросы и сорвав пластырь с его рта, кинул ему под ноги его одежду и обувь.

— Уверен, дорогу домой ты и сам найдешь…

Эмиль молчал. Отвернувшись от нас, медленно натягивал на себя одежду, собирая ее с земли. Мы отвернулись и пошли к машине, оставив его одного.

Этот день был слишком долгий.

Лука завел двигатель. Я прижалась щекой к его плечу. Он посмотрел на меня, по прежнему без тени улыбки, расслабленным жестом обнял меня, прижав к себе.

Через полчаса мы были дома. Лука въехал во двор и закрыл ворота. Я прохожу мимо вольера Ахиллеса и вижу, что он пустой.

— Лука, а где малыш?

Обычно, Ахиллес первым делом бросался нас встречать. Не увидеть сразу с порога этого белоснежного медвежонка и его черный, любопытный нос, было странно.

Заглянула в вольер и слышу громкий голос Луки. Окликнув меня по имени он с силой тянет меня к себе. Я обернулась, но поздно.

Высоченные лбы в камуфляжной форме обступили нас с Лукой. Прижали к воротам и оглушающим ором, прямо над ухом повторяют, толкая прикладами в спину:

— Уголовный розыск! Лечь на землю! Руки за спину! Не двигаться!

Лука.

— Даруш Сабина Родионовна, это вы?

Низкий, женский голос громко и требовательно произносит имя моей девочки. Я не вижу ни черта. Хорошо держат бойцы. Едва головой шевелю. Сжал зубы от гнева.

«Почему она? Нашли, бля, преступницу века… Трое лбов малолетку держат!»

Достало все. Я устал и зол. Хочу разъебать все к чертям, думаю как защитить свою девочку. Но ярость от беспомощности, глушит все здравые мысли.

Слышу возмущенный голос Сабины. Но ни капли страха в ее голосе. Моя злючка верна себе.

— Я! Это я… Какого черта здесь происходит⁈

— За словами следите. С какой целью вы пытались получить доступ к аккаунту сотрудника министерства внутренних дел республики Хакасия?

Шорох гравия и суета сбоку. Слышу, что ее подняли с земли. Так лучше… То о чем говорит эта суровая мадам, меня удивило. Взлом аккаунта? Республика Хакасия? Это звучит как бред или ошибка. Слышу голос малышки. Снова дерзит:

— Что за чушь⁈ Я не делала это! Ваш аккаунт, мне сто лет не…

Внезапно, ее голос замирает. Сабина молчит пару секунд, затем, начинает вопить радостно:

— Э…. Это вы! Ничего себе! У меня получилось!

Я повернул голову и пытаюсь понять, что происходит. Сабина стоит спиной ко мне. Посмотрел вверх на ту которая ее допрашивала и у меня самого челюсть отвисла.

Сабина повернулась ко мне, улыбается. Счастлива как ребенок.

— Это она! Я нашла ее! У меня получилось!

Все тот же строгий, женский голос из-за ее спины, звучит уже не так уверенно:

— Что происходит⁈ Даруш, отвечайте на вопрос!

Ситуация дурацкая, но я и сам улыбаюсь, потому что уже все понял. У Сабины руки за спиной наручниками скованны, но ей все нипочем. Стоит по-деловому, словно не ее пять минут назад задержал спецназ.

— Вы — Лиля? Андреева Лилия Игоревна, верно⁈

Майорша бледнеет и растерянно делает шаг назад. Полицейские позади меня замерли. Не понимая, что здесь происходит, ослабили хватку. Я воспользовался их заминкой и немного приподнялся, пытаясь сесть. Меня тотчас остановили, возвращая в положение «мордой в пол». Делаю рывок и поднимаю голову. Набираю в легкие воздуха побольше.

— Ляйсан! Посмотри на меня! Это я, Лука! Я… твой старший брат…

Услышав это слово «брат», она делает шаг назад и удивленно ловит ртом воздух. Ее взволнованное лицо бледнеет. Подошла ближе и смотрит на меня словно на призрака, широко раскрыв глаза. С недоверием качает головой, но в темно-зеленых глазах, очень похожих на мои — слезы. Подняла голову в сторону бойцов и с трудом сохраняя твердость в голосе, произнесла:

— Снимите наручники…

А те, не особо торопятся. Застыли и смотрят на ее взволнованное лицо.

Она повторяет:

— Снимите, мать вашу, наручники с него!

Тот что был ближе всех, подсуетился и вместе с подоспевшим напарником подняли меня на ноги, размыкая наручники. Тру запястье и первым же делом девочку мою к себе прижал покрепче. Сабина ко мне прильнула и молча смотрит на них всех.

Майорша достала дрожащими пальцами пачку сигарет из кармана офицерского кителя и закурив одну, отвернулась в сторону, делая несколько быстрых затяжек. Обернулась, стирая слезы щек и негромко произнесла:

— Все, отбой. Оставьте нас, ребята. Ждите снаружи!

Один за другим парни в камуфляже неторопливо покидают наш двор, прикрывая за собой дверь.

Мы стоит втроем и молчим. Сабина пальчиками мою руку сжала и словно подталкивает меня вперед. Сама отошла в сторону, присев на каменное ограждение. Умница. Понимает, что поговорить нам будет проще, наедине.

Отряхнул брюки, пиджак поправил. Не хочу сомнительным внешним видом своим смущать ее еще больше.

Всматриваюсь в лицо этой невысокой, черноволосой девчонки в офицерской форме, что переминаясь с ноги на ногу, минуты две пялится себе под ноги. Сигарета в ее пальцах дымит, но она явно забыла о ней и не прикуривает.

Медленно подхожу к ней. Перехватываю сигарету из ее пальцев. Затянулся пару раз, затушил и отбросил в сторону.

Поднимаю взгляд на нее и выдохнув, говорю:

— Ямочки у тебя на щеках точь-в-точь как у мамы. Я и забыл о них… Совсем взрослая, стала. Вон какая вымахала, тыквочка…

Смотрю на нее и улыбку едва сдерживаю. Да, ни капли у меня сомнений, что это и есть моя младшая сестра, Ляйсан. Тут и теста ДНК не нужно. На свою точную копию смотрю. Только она ниже на две головы и волосы у нее вьются один-в-один как у мамы. Еще и ямочки эти…

Как только она это слово «тыквочка» услышала, ожила. Вспомнила свое прозвище детское. Только я ее так звал.

Сестра пытается ответить, сказать что-то, но губы дрожат, приоткрывает рот и ни звука…

Пора спасать. Прижал ее к себе. Она уткнулась лбом мне в плечо. Крепко так обнимает, словно боится, что я исчезну. Слышу, носом шмыгает. Слезы потекли рекой. Плачет.

— Все хорошо… Не держи это в себе. Это слезы радости. Где еще тебе реветь, как ни у старшего брата на плече…

Она выдохнула громко, на меня глазищи подняла с мокрыми черными ресницами. Смешная и трогательная. А у меня, сразу отклик в сердце — мое! Давно я этого отклика не слышал. Уже и не думал, что почувствую его. Усмехнулся, ладонь вытер и аккуратно с ее щек слезы вытираю.

— И как звать мне тебя, теперь, Лиля или Ляйсан?

Смеется, шмыгая носом и икая говорит на выдохе:

— К… Как хочешь, зови, мне в… все равно… Л… Лука… не верю что ты это…

— Я. Не сомневайся. Второго такого нет, уж поверь. Буду тебя Лясей звать, как в детстве, пойдет?

Она кивает и снова ко мне прижалась крепко, обняв меня руками.

Спустя час, сидим все за столом на кухне, в этом доме к которому никак не привыкну. Сабина рядом со мной, напротив сестра и один из ее коллег. Как я понял, это друг ее лучший — майор как и она.

Говорим обо всем и ни о чем, но главное, вместе мы теперь. Сэндвичи съедены, кофе выпито. Чуть коньяка пригубили за встречу.

Ляйсан улыбается мне, сидит по простому, откинувшись назад в кресле. Курит, обдумывая все, что я ей о своих мытарствах рассказал.

Сначала я не хотел ничего обсуждать. Не хотел грузить ее этим, ни сегодня ни позже. Но сестра сама все выпытала. Профессиональная деформация сказывается. Но зато как по близкой ей теме разговор пошел, расслабилась. Беседа пошла ровнее, без пауз. Понимаю, ко мне ей снова привыкнуть нужно. Не стал спорить. Все как есть, рассказал.

Сабина слушала нас, изредка отвечая, когда сестра ее спрашивала. В отсутствии мамы Гули, именно моя девочка хозяйничала. Я не просил ее, она сама все сделала. Стол накрыла, идеальный. Как в лучшем ресторане сидели. То кофе заварит нам свежий, то десерт с фруктами принесет к коньяку. Идеальная моя девочка, сам удивился. Не знал что она такой заботливой может быть, такой кроткой, нежной…. Не нарадуюсь. Общаюсь с сестрой, но сам, втайне любуюсь невестой своей…

Сестра как только узнала, что мы всю ночь на ногах провели, стала собираться.

— Отдыхайте! Не последний раз видимся. Сабиночка, спасибо родная, все очень вкусно. Беру тортик, беру! Лука, набери меня вечером как проснешься, хорошо⁈ Обязательно. Документы все что есть, хочу видеть. И Кузьму, юриста твоего, тоже. Все что есть, неси. У нас с прокуратурой вашего района неплохие отношения. Поспрашиваю, что это за хрен с горы, Яковлев… Я его не помню, маленькая была. Но найти его, точно, не проблема…

— Ляся… Я бы не хотел чтобы из-за меня, ты работой рисковала. Давай, ты прямо сейчас успокоишься и все забудешь. Побудешь мне младшей сестрой, а не майором. Договорились?

Ее коллега сощурил глаза и засмеявшись, закивал головой.

— Забыть? Наша Лилия Игоревна, не тот человек который легко что-то «оставляет». Тебе Лукьян еще предстоит познакомиться с характером нашего майора.

Сестра фыркнула и покачала перед носом друга указательным пальцем.

— Александр Николаевич… друг мой, я же и обидеться могу….

Сабина усмехнулась и добавила негромко:

— О, значит, упрямство, это у них семейное…. Проще выполнить, чем переубеждать. Лука, хоть раз в жизни, доверься сестре!

Ляйсан одобрительно кивнула на слова Сабины и встала из-за стола, надевая свой полицейский китель.

Я шлепнул Сабину по попке и взяв за руку, повел за собой на улицу следуя за гостями.

Ляйсан перед выходом обернулась, широко улыбнувшись.

— Не могу поверить… Десять лет искала тебя. Даже в Грецию ездила. Везде отказ. Нет данных. Если бы не Сабина… так и не увиделись бы с тобой, родной мой!

Я подошел к ней. Обнял, целую нежно ее в темноволосую макушку. Глаза отвожу в сторону. Режет в горле от ее слов и таких искренних, трогательных сестринских объятий.

— До вечера, сестренка.

Стоим с Сабиной и смотрим как служебная машина отъезжает от нашего дома. Закрыл ворота. Навестил Ахиллеса в вольере. После слоновьей дозы транквилизатора наш медвежонок еще сутки проспит.

— Он в порядке, Лука. Ого, уже почти десять утра. Я едва держусь. Сейчас в душ и спать. Нет, хочу ванную. У меня все тело ломит…

Я ополоснулся под душем и повернул вентиль. Потянулся за полотенцем и промокнув лицо смотрю на Сабину. Малышка лежит закрыв глаза в ванной полной ароматной пены. Подошел к ней, сел рядом и потянувшись за мочалкой, веду пенной губкой по ее гладкой ножке. Сабина открыла глаза, улыбается. Села и облокотила голову мне на руку. Смотрит на меня своими кукольными глазами с мокрыми ресницами.

Целую ее в щеки, в лоб, ласкаю губами подбородок поднимаясь к ее губам.

Она улыбается устало, но отвечает мне очень нежно и чувственно, захватывая своими горячими губами мой рот.

Улыбается, смотрит на меня так расслабленно, полностью доверившись мне. Я обнял ее и глубоко выдыхаю, чтобы сердце мое вернулось на место после всех этих мытарств.

— Сабина…

Она поднимает на меня глаза и смотрит вопросительно.

— Неправильно это.

— Что, неправильно?

— Жениться….

Сабина отстраняется и смотрит серьезно на меня, выпрямив спину.

Я забыл о чем говорил. Отвлекся на ее упругую, роскошную, мокрую грудь по которой стекает пенная вода в ванную.

— Лука, ты о чем?

— Нельзя мне жениться на тебе, пока не сделаю кое-что…

— Ну, да… Пока твой развод не оформлен…

Я отмахиваюсь от упоминания моей бывшей. Сабину этот мой жест рассмешил. Но я серьезен.

— Посмотри на меня малышка. Я не могу жениться, пока не сделаю одну вещь.

— Это что-то важное?

— Да. Самое важное. Ты же знаешь когда я вру, так?

Задумалась. Смотрит на меня нахмурив брови.

— Ну… обычно, ты говоришь правду. Думаю, я пойму если ты врешь.

— Хорошо. Тогда посмотри мне в глаза. Смотришь?

Сабина серьезно кивает и послушно смотрит, растерянно хлопая ресницами.

— Я люблю тебя.

Малышка охает и ее глаза после моих слов становятся круглыми, словно пуговицы. Улыбнулась, засмущалась и прикрыв лицо ладонями — бултых и ушла под воду.

Я смеюсь. Жду ее.

Выныривает. Вытерла лицо. Смотрит на меня, тяжело выдыхая и молчит. Улыбается, смущенно отводя от меня глаза, скрыла лицо в ладонях и смеется качая головой.

Я наклонился и привлек к себе ее горячий, мокрый рот. Целую, смущая ее еще больше.

Она меня обняла, прижалась губами к моей щеке и дышит взволнованно. Чувствую, решается сказать. Не тороплю ее.

— Лука… Я никогда не думала, что это ты. Мой мужчина… Не думала, что этим человеком, будешь ты. Ты помнишь? Как сильно я не хотела этого. Сделала все, чтобы этого не произошло. Ты и я. Никогда! Эти слова в моем сердце прожили так долго. Ты сам свидетель как долго я держалась. Но… Не знаю почему, вопреки всем моим стараниям, я… Я безумно люблю тебя, Лука Гасанов… Люблю, люблю, люблю тебя!

Ее признание, эти ее «люблю» оглушающим эхом повторяются в моем сознании, разрушая остатки моих предубеждений. Я улыбаюсь, хмелея от прикосновения ее губ, что нежно целуют меня. Держу ее руку, помогая покинуть ванную. Секунда и наконец, я прижал ее всю к себе, такую мокрую и чувственную. Покрываю ее лицо поцелуями.

— Мое счастье, ты мое счастье и мое спасение… Любимая моя девочка!

Я потянулся за полотенцем и укутал ее в него. Поднял на руки и понес в спальню. Опустил ее на прохладные простыни и рухнул рядом. Прижал ее горячее, чуть влажное, обнаженное тело к себе и укрыв нас белоснежным, воздушным покрывалом, выдохнул, улыбаясь собственным мыслям.

Из недр одеяла показалась рыжая голова и ее счастливое личико.

— Скажи еще раз…

— Не веришь?

— Верю.

— Я люблю тебя.

Сабина смущенно улыбнулась и скрылась под одеялом, смешно хмыкнув при этом. Чувствую как ее пальчики обнимают меня. Прижалась щекой к моей груди и закрыв глаза, произнесла:

— Сладких снов… любимый.

…

За окном была глубокая ночь когда меня разбудила вибрация телефона. Осторожно потянулся за ним, глядя на экран. Четыре пропущенных. Тру сонное лицо с трудом приходя в себя. Словно сон, вспоминаю события безумной ночи и не менее странного утра…

Миранда, соблазняющая меня, Эмиль с голым задом… Даруш со Степаном… Похищения… и позже, даже дома мне нет покоя. Люди в униформе…

Сабина — ее гнев и ее страсть украсили этот вечер… Безумный и прекрасный секс с моей девочкой под открытым небом… Ее страстные, громкие стоны и силуэт ее обнаженного тела на фоне звезд…

Долгая дорога домой. И внезапная встреча. Ляйсан… Моя сестренка.

Этих событий вполне хватило бы на месяц приключений. Как мы с Сабиной не свихнулись еще от постоянных испытаний — загадка…

Смотрю на экран телефона. От сестры пришло два сообщения. Написала, что она недалеко от меня и если я не сплю…

Ответил, что жду ее.

Натянул домашние штаны и накинув худи, бросил взгляд через плечо. Сабина крепко спала, закинув обнаженную ножку поверх одеяла. Улыбнулся, не в силах сдержать то счастье, что вырывалось из меня при одном взгляде на нее. Стараясь не шуметь, вышел из спальни, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Выпустил Ахиллеса из вольера чтобы тот размялся после вынужденного отдыха. Пес, виляя куцым хвостом, сонно кружил вокруг меня.

Я вышел за ворота и сразу увидел служебную машину с госномерами. Подошел ближе и открыв дверь, сел на переднее сидение.

Смотрю на родную улыбку с ямочками на смуглом лице. Так тепло на душе, что не один я теперь на свете. Есть она, сестренка моя.

Ляйсан меня за руку держит, не отпускает.

— Выспался? Слушай… Здесь есть кафешка какая-нибудь поблизости?

Я киваю. Показываю дорогу. Через пять минут мы на месте. Небольшое кафе с приятной музыкой. Сели в углу, взяв кофе. Перекидываемся короткими фразами с долгими паузами.

— Замужем?

— Да, восемь лет уже.

— Дети есть?

— Двое пацанят. Рустам и Илья…

— Рустам? Но… Ты же не могла его помнить…

Она кивает и сжимает мою руку.

— Я помню это имя лучше других из-за тебя. Ты так часто рассказывал мне маленькой о нем…

— А твои родители, опекуны, живы?

— Да. Живут за городом. Оба на пенсии. Отец подполковник в отставке. Именно из-за него я пошла в органы работать.

— Надо же как нас с тобой судьба развела в противоположные стороны…

— Да… Я когда тебя искала, узнала многое о своем идеальном, старшем брате, который мне сказки рассказывал на ночь… Серьёзно ты играл с огнем, Лука… Почти нашла тебя, но ты из страны уехал. Искала тебя в Греции и на Кипре… Но когда сказали, что ты, вроде как погиб и нет следов дальше, жизнь померкла. Вот, вроде бы не одна — любимый муж, двое маленьких детей, родители… Но все не то. Потерянной себя чувствовала все эти годы. Словно домой не могу вернуться. И надо же, твоя невеста… Сабина. Бойкая она у тебя девчонка, боевая. Понравилась мне. Молодая. Сколько ей?

— Восемнадцать, но да, зубастая не по годам.

— Серьезно все у вас?

— Да… Как только разберусь с прошлым, поженимся.

— Хорошо. Сабина девчонка красивая, видная, наверняка по ней многие сохнут. Но, видишь, ждет тебя, несмотря на все проблемы. Думаю, ты ей очень дорог.

Молчу. Не стал отвечать на это. Вспоминая тихое «люблю» согревающее мне душу.

— Лясь, хочу прояснить один момент. Со своим прошлым я завязал много лет назад. Считай, что тот человек — умер. Нет меня прежнего. Десять лет назад я все начал с нуля. В моих делах нет ничего противозаконного, можешь проверить. Это я к тому, что брат твой старший серьезный бизнесмен. Все что у меня есть, я заработал своим умом, а не мутными схемами. Краснеть за меня не придется. Если тебе что понадобится, мое плечо все такое же надежное как и в твоем детстве. Помни об этом, договорились?

— Лука. Ты не изменился. Вот этот твой характер я узнаю. Мог и не говорить. Да, ты чист, это я в первую очередь проверила и была приятно удивлена. Спасибо, что хочешь позаботиться обо мне. Но я лишь одного хотела — найти тебя. Это для меня важнее всего! Так… ты что и вправду, миллионер?

Я усмехнулся и приподняв иронично одну бровь, подмигнул ей. Сестра кинула в меня виноградом и засмеялась.

— Молчание, очень красноречивое. Ну, ты по прежнему крутой брат у меня… А если серьезно, Лука, я чего приехала… Поговорила с прокурором по поводу твоего дела. Не очень он был рад мне. Что-то мутное здесь творится. Отцу даже позвонила. Рассказала все, попросила подергать свои старые связи чтобы разворошить это осиное гнездо. Это уже не только тебя касается. Серьезные люди из госструктур проверят, как у вас правосудие работает. Гарантирую, будет громко. Мои коллеги заинтересовались этим твоим Яковлевым. Рано он своей неприкасаемостью стал упиваться. Та его подруга, иностранка, Миранда Диас, она что и правда твоя…

— Да, бывшая жена.

— Еще одна «зубастая»? Любишь ты женщин с ядреным характером, братец…

Смеюсь. Заказал нам еще кофе и десерт для сестры. Звонок на мой телефон прервал нас.

Кузьма, мой юрист.

— Добрый… Нет не занят… Что у тебя? Хочешь чтобы я сел, если стою? Ну, я сижу, говори! Получил ответ? Это точно? Аннулировали? Черт… С меня премия, Кузьма! Это слишком хорошие новости, чтобы в них поверить… До завтра, отдыхай.

Сестра растерянно вглядывается в мое взволнованное лицо. Сижу, замерев с дурацкой улыбкой и все еще не могу отойти от услышанного.

— Хорошие новости?

— Да… Сестренка, у тебя есть какие-нибудь планы на завтра, примерно на десять утра?

— Я планировала спать.

— В другой день поспишь. Завтра в десять жду тебя возле центрального ЗАГСа.

— Центральный ЗАГС?

— Да, свидетельницей со стороны жениха, будешь.

— Но… Я думала что ты, с той бывшей…

— Уже нет. Только что узнал от адвоката, что брак аннулирован. Я по прежнему холост, но это ненадолго…

Сестра засмеялась и обняла меня.

— Поздравляю, Лука! Я так рада. Конечно я буду! Мне твоя Сабина очень понравилась. Чувствуется, что вы на одной волне. Где ты ее встретил?

— Украл у цыган…

— Ты шутишь?

— Нет. Выкупил у ее отца.

— Она тебя любила, поэтому?

— Неа… Сабина меня ненавидела, по-настоящему.

— Кх… и сейчас, она… Вы с ней… Ну и ну!

— Да. Сейчас, она моя любимая девочка и на мое счастье, это взаимно.

— Лука… С тобой, точно не скучно… Ну вы оба даете! Стоп, так она же несовершеннолетняя была?

— Угу… Никакого криминала, товарищ майор полиции. Я был ее опекуном. Все законно. Я же сказал, что честно веду дела.

— Да-да… Честно. Не нужно рассказывать больше ничего… Мне и этого достаточно! Я просто порадуюсь за вас!

— Спасибо, Лясь. Давай остальное завтра, хорошо? Поздно. Не хочу малышку оставлять одну. Да и сам еле держусь, глаза слипаются. У нас с Сабиной не самый простой месяц был…

— Да, конечно. Поехали, отвезу тебя…

…

Мы у моего дома. Я вышел из машины.

— Завтра в десять, не забудешь?

— Приду… Такое событие не пропущу…

— До встречи, тыквочка…

Сестра улыбнулась мне, пожелав доброй ночи. Подождал когда огни фар скроются из виду и пошел к себе.

Вошел в дом и стянул с себя пайту, зевая. Пару чашек кофе не особо помогли. Безумно хотелось спать…

Мои глаза все еще не желали мириться с бодростью и я не стал с этим бороться. Скинул остатки одежды и занырнул под горячее одеяло к моей спящей рыжуле. Обнял, прижав ее горячее, обнаженное тело к себе. Закрыл глаза, прислушиваясь к ровному дыханию моей девочки.

'… Я безумно люблю тебя, Лука Гасанов…'

Ее слова… В темноте ночи, погружаясь в сон, чувствую как счастливая улыбка вновь появилась на моем лице.

Лука.

— Ты уверена?

— Да. Прошу, доверься мне!

Затуманенным от боли взглядом, смотрю на свою отчаянную девочку и не могу поверить, что собираюсь позволить ей это.

Подошел к краю каменного парапета и опустил взгляд вниз. Под нами лазурная поверхность бассейна. Он расположился во внутреннем дворе и в это раннее время пустовал. С балкона четвертого этажа до него не близко. Но сейчас, этот бассейн был единственным путем к спасению. Пусть и сомнительным, но реальным шансом, для одного из нас.

Выдыхаю и буквально выдавливаю из себя слова которые все изменят:

— Хорошо. Я согласен. Делай это.

Сабина смотрит на меня своими огромными, серыми глазами с потекшей тушью. Ее свадебное платье испачкано в моей крови. Белоснежный фатин ее короткой, пышной юбки изодран, а черные ботинки заляпаны чужой кровью и пеплом сигарет. Но даже в таком наряде для меня она самая красивая невеста.

Сабина сплетает на моей шее свои нежные пальчики и с детской непосредственностью прильнув ко мне, целует, прижимаясь словно испуганный котенок. Целует меня так горячо и так страстно, словно в последний раз.

Я укрыл ее всю в свою руках. Обхватил здоровой рукой за талию, так сильно, что думал раздавлю в объятиях. Целую ее и чувствую на своих губах соль. Плачет моя златовласка, не переставая целовать меня. Плачет, потому что разлука эта может продлиться гораздо дольше чем сама жизнь…

Снова сползаю на пол. Сквозное пулевое ранение в боку добивает меня. Из руки хлещет кровь через повязку, медленно заполняя пол вокруг меня созвездием черно-красных капель.

В голове шум. Сердце бьется тысячу раз в минуту, но нет у меня чувства, что этот бой я проиграю. Нет. Не будет этого. Пока эта девчонка рядом со мной.

А она со мной. Час назад, Сабина стала моей женой в присутствии родных и самых близких людей.

Именно она, эта рыжеволосая, прекрасная женщина, одним взглядом своих бездонных глаз возвращает меня к жизни. Вкус ее губ — живительная капельница на которой я держусь. Ради нее, я вырву наше счастье у любой беды. Любой…

Шепчу моей молодой жене:

— Не нужно слез… Мы же не прощаемся. Вот увидишь, все у нас будет. Ты мне еще сына родишь и не одного. И дом, знаешь какой красивый отгрохаем. Да что там — несколько домов! Ты в Испанию хотела на соревнования поехать? Вот там, еще один дом купим. В Испании лошадей много и бассейны знаешь какие? Прыгай, хоть каждый день. Как все закончится, непременно полетим с тобой на Майорку. Будем загорелые как черти ходить по пляжу и пробовать все самые острые соусы которые ты так любишь…

— Лука…

— Что, не хочешь в Испанию?

— Хочу. Но после сына, пусть у нас будет дочка…

Смотрю на нее, усмехнулся. Вытираю ладонью слезы с ее щек, что беззвучно катятся и падают вниз, смешивась с моей кровью. Даже в этом мы неразлучны.

Обнял ее и снова приподнимаюсь, опираясь на край каменного ограждения балкона оставляя красные следы на камне.

— Конечно, любимая. И дочка… Рыженькая красотка, как ее мама… Договорились? Черт… Высоко. Четвертый этаж… Так. Давай еще раз подумаем. Высоковато. Довольно хреново все это выглядит сверху. Милая, наверное я поторопился дать добро… Не могу тебя отпустить, что-то придумаю другое…

— Лука, не двигайся. Снова кровь идет. Подожди, я завяжу повязку крепче. Вот так… Не сильно больно? Вроде кровь прекратила… Так, все. Не будем спорить. Я сделаю это. Если я останусь, ты погибнешь! Я — твоя уязвимость! Любимый, я с восьми лет в прыжках и выше прыгала, гораздо выше. А здесь, ерунда, метров шесть-семь… Все равно, что тренировка… Я справлюсь. Лука, посмотри на меня! Я люблю тебя… помни. Очень тебя прошу, сохрани себя. Мне больше ничего не нужно. Вернись ко мне живой, понял⁈

Сказав это, Сабина вытерла слезы, размазывая тушь с щек. Отошла от меня, качая головой на мои руки, что пытаются ее остановить. Вытянула ладонь вперед, останавливая меня, чтобы я не шел следом.

Отвернулась. Взбирается на каменный край балкона.

Я смотрю на ее хрупкую фигурку в этой нелепой, короткой, пышной юбке и в белоснежном корсете. Роскошное декольте. В нем ее грудь выглядит умопомрачительно, не смотря на полосы крови на нем. Ее длинные, стройные ножки, даже в этих огромных черных ботинках не менее соблазнительные.

Эх… Нам бы сорвать эту ебучую одежду с наших тел, пить шампанское пятьсот долларов за бутылку и угощаться французскими десертами… А после, заниматься законным и страстным сексом… до утра в ожидании медового месяца.

Но наша с Сабиной удача оказалась продажной шлюхой. В день нашей свадьбы, мы с моей красавицей женой играем в смертельную рулетку. Выбираем: кому из нас прыгать с четвертого этажа, а кому остаться и разбираться с десятком отморозков для которых убийство это работа…

Сабина идет по ограждению, спокойно глядя вниз, разминая спину и руки перед прыжком.

— Лука, кинь мне бутылку с водой…

Бросил. Она словила и открыв крышку, выплеснула часть воды вниз. Дождалась пока по водной глади бассейна пошли круги и рябь. Закивала со знанием дела. Показывает мне большим пальцем «окей». Вылила остаток воды вниз и откинула бутылку в сторону.

Ширина каменного парапета сантиметров двадцать, не больше. Возвращается к стене. Прижалась спиной, вытянувшись как струна.

Глубокий выдох. Подняла голову. Делает шаг. Один. Второй. Третий… Все.

Четвертый шаг повис воздухе, унося мою девочку в неизвестность.

Каждая секунда после прыжка Сабины отсчитывала срок моей жизни. Я смотрел вниз на ее маленькую фигурку в белоснежном свадебном платье, что удалялась от меня, навстречу многометровой пропасти и мое сердце на это время, словно остановилось.

Застывшим взглядом смотрю как моя безумно храбрая девочка словно божественная русалка или ангел падающий с небес, коснулась глади бассейна и исчезла в его водах, вызвав лишь легкие волны на поверхности.

Жду.

Секунда. Две. Три…

Вижу темный силуэт в воде движется. Через секунду, вытянув вверх руки, Сабина появляется над водной синевой. Машет мне и спешно отплывает к краю бассейна.

«Она смогла… Получилось… Умница!»

Как и договаривались, она сразу ушла с открытого пространства. Выполнила все так, как я учил. Никаких задержек. Сейчас, каждая секунда важна. Теперь, ей нужно срочно покинуть отель, а значит, выжить у нее больше шансов. Больше, чем если останется здесь, со мной в этом проклятом номере…

Поднимаюсь, опираясь на стену. Еле волоку ноги, возвращаюсь обратно в номер. Но все равно, смеюсь, не в силах сдержать радость, оттого, что моя девочка справилась…

«Безумная оторва… Угораздило же влюбиться именно в такую!»

Любовь к моей женщине, сейчас, словно адреналин играет в моей крови. Не сомневаюсь, что Сабина мне самой судьбой послана. Ну не бывает так, чтобы вот настолько идеально все совпало. А в ней все так, словно из огня и желания. В одном ее взгляде сама страсть, при этом нежная как котенок и красивая как ангел…

«Жена моя…»

Кольца на моем и ее безымянных пальцах и где-то оставленные свидетельства о браке, не дадут соврать…

«Жена…»

Повторяю это новое для меня слово и усмехаюсь, пытаясь унять обжигающую боль в боку и спазм в грудине.

В меня дважды сегодня стреляли, ушибы по всему телу и вероятно, рука сломана… Но именно прыжок Сабины, чуть не прикончил меня раньше, чем ранение.

Если бы существовали олимпиады невозможных ситуаций, то я получил бы золото за самый быстрый инфаркт, наблюдая как моя молодая жена прыгает с балкона четвертого этажа в бассейн. А Сабина, несомненно выиграла бы все награды за идеальное сальто под дулом автоматов…

И вот, кстати, вовремя я автоматы помянул…

Заметил, что двое из тех упырей приближаются к нашему номеру. В их руках именно такое оружие. Сцепив зубы, волоку свою простреленную тушу ближе к выходу. Закрыл балконную дверь здоровой рукой и поспешил сесть в кресло, поправляя на ходу повязку на ране.

Когда дверь номера открылась я смотрел на тех кто вошел, уже совсем другими глазами. В отсутствии моей девочки, теперь, я мог позволить себе разыгрывать совершенно другой сценарий. Тем более в пальцах моей единственной уцелевшей руки, зажата одна счастливая монетка с заостренным краем — подарок моей любимой. И это, сейчас, чертовски кстати…

…

День этот сумасшедший, начался еще ночью. Стоило мне крепко заснуть после встречи с сестрой в кафе, как нудное гудение вибрации телефона заставило меня открыть глаза.

Затуманенным, сонным взглядом читаю в буквы на экране.

«Дэ… Да… Эр… Вероятно, это Даруш. Отец моей девочки. С чего это цыган встал в такую рань? Не его это время!»

— Да…

— Лука, объяснять некогда. Слушай меня: быстро валите из дома! Не знаю сколько у вас времени. Мы уже на трассе. Семья со мной. Чудом ноги унесли. Дому моему хана, да и похрен. Главное, сами живы!

— Какой дом, какие еще «они»? Я ни черта не понял. Ты о ком, о ментах? Снова заявились? Хотят меня обратно вернуть в клетку? Да, пох? Значит десять адвокатов найму. Пусть приходят!

— Что ты, блядь, несешь⁈ В задницу, твоего адвоката… Да у этих людей министр, мать его, внутренних дел и прокуратура с руки едят. Лука, приди в себя! Это не уличные разборки! Ты перешел дорогу очень кровожадным и влиятельным зверям. Даже я, видавший многих отморозков, о таких, лишь слышал. Столкнуться с ними не желаю никому. Это очень опасные типы. Кто-то от твоего имени разворошил гнездо главного папы и добром это не кончится. Люди Психа включились в дело и это такой ад, которого лучше не знать. От Психа, не спрячешься. Успеешь уехать из страны в течение часа — считай, счастливчик. Но даже это, ни черта не гарантирует… Они пришли не вопросы задавать, они пришли решать проблему, если ты понял… Как только буду на месте, поспрашиваю кого смогу. Может есть шанс договориться? Но много крови это будет стоить тебе и всем кто с тобой связан… Считай, вся семья под ударом…

Вызов прервался, как и мой сон. Я кручу в голове знакомое слово.

«Псих…»

Вспоминаю все, что связанно с этой темной личностью. Не много знаю. Я, со своими детскими делами, для людей уровня этого негласного «папы» — мошка, о существовании которой он не узнает. Да и лучше бы, чтобы никогда не узнал. То что слышал о людях Психа, не особо успокаивает. Если они в теме, очень плохо это для всех, кто им встретится.

Я встал и первым же делом сестру набираю. Вышел из спальни, чтобы Сабину не разбудить.

— Привет, извини, что разбудил…

— Не спишь? Что-то никто не спит кроме меня. Ляйсан, чего у тебя голос дрожит? Ты где? В отделении? Работаешь сверхурочно… Что? Ты задержана? Стоп! Так, теперь подробно. Вышла на Яковлева? Административная проверка… Превышение полномочий вменяют? Черт, это я тебя втянул в проблемы… Что значит, сама выпутаешься? Задницы надерешь, не сомневаюсь. Но адвокат не будет лишним. Кузьма приедет через минуту к тебе. Так, у меня еще один звонок. Наберу тебя чуть позже. Держись, я скоро буду. Старший брат сшибет их дурные головы, пусть только попробуют огорчить сестренку мою. Поняла? Все…

Переключаю на второй звонок.

— Да, мама Гуля… Ты где сейчас? На даче с дочкой? Собирайтесь. Да, не показалось. Все серьезно. Я отправлю к вам охрану. Побудете в безопасном месте, пару дней. Заодно, поможешь мне кое-что организовать… Напишу позже. Хорошо. Я буду осторожен.

Откинул телефон в сторону. Тру лицо, чтобы окончательно проснуться.

Вышел в ванную комнату, сполоснул лицо и вытер полотенцем, обдумывая следующий шаг. Главное близких и наши семьи уберечь…

Натянул брюки и пайту. В сумку закинул свой новый итальянский костюм в чехле.

Усмехнулся глядя на его роскошный крой и безупречные линии. Однодневный прикид стоимостью в мой заработок за два месяца… Ну да… Не каждый день я женюсь. Надо соответствовать…

Да, я сегодня имею четкое желание жениться на своей девочке и ни одна падаль, вроде Яковлева, мои планы не отменит…

Проверил еще раз все ли доки на месте и спешу к машине.

Сабина полулежит в кресле, ее глаза прикрыты. Накинула капюшон на лицо. Видны только ее огненные локоны что отросли и вьются, скрывая ее глаза. Она спит.

Выезжаю на основную дорогу и вижу весьма характерные темные силуэты вдали. Несколько джипов в это время суток на этой сонной дороге…

«Спасибо, „Лютый“, что предупредил…»

Резко сдаю назад и делая круг сворачиваю в небольшое пространство между участками. Этот проезд не видно со стороны дороги.

Местами, довольно тесно и разросшиеся кустарники с громким скрипом царапают полировку машины. Но сейчас, меня это не волнует.

Сабина проснулась и посмотрела на меня взволнованно, но не стала ничего говорить. Я рассказал ей о ситуации.

Молчит, потому что доверяет мне и знает если что-то изменится я скажу, а пока что, все под контролем.

Опустила капюшон и смотрит назад, где на заднем сиденье лежит наш пес. Ахиллес крепко спит, довольный что мы его взяли с собой.

Набираю маму Гулю.

— Ну что, ты на месте? Арку с цветами доставили? Уже даже собрали? Быстро. Нет, мы пока что еще в пути. Лосось? По закускам смотри сама. Если считаешь что нужно еще, действуй.

Выключил телефон и смотрю с усмешкой на удивленное лицо моей малышки. Она переспрашивает:

— Лука-а? Ты что-то задумал? Цветы, лосось… Я думала мы в опасности!

— Ты не в опасности, пока со мной. Но у меня есть просьба. Даже, две просьбы. Первая: позвони Марине и попроси ее приехать вот по этому адресу…

Я протягиваю ей свой телефон.

Сабина удивленно смотрит на адрес.

— Так это же наш…

— Да, наш с тобой дом у реки за городом. Ну… на дом он еще мало похож. Но сегодня, нам этого и не нужно.

— Сегодня?

— Угу… Так вот, вторая моя просьба… Так секунду…

Я выехал на трассу. Огляделся по сторонам и не заметив ничего и никого подозрительного, поехал прямо. Но не к полицейскому участку. Сестре и моему юристу придется немного подождать нас. Мы едем в центр города.

Сабина нетерпеливо ерзает в кресле. Касается моей руки пальчиками. Я прижимаю ее горячую ладонь к своим губам и смотрю на нее серьезно.

— Так что за вторая просьба, Лука?

— Хм… Любимая, ты выйдешь за меня, сегодня?

— Что…. Сегодня? Лука!

Она выпрямилась в кресле, удивленно улыбается, но смотрит с недоверием. Я одобрительно киваю.

— Угу… Если быть точным, то через один час сорок минут. Именно на это время нас ждут в центральном ЗАГСе.

— Но я думала… Ты и твоя бывшая…

— Это как раз то, что тебя еще больше обрадует. Ты оказалась права. Моя невеста, очень умная девочка. Как ты и предполагала, Миранда не оформила развод с первым мужем. Наш брак аннулировали. Я холост и очень сильно хочу покончить с этим состоянием через час тридцать восемь. Ну что, ты со мной или все отменим?

Сабина смеется и обнимает меня, обвивая руками мою шею. Отстраняется и смотрит критично на себя, поправляя черную пайту.

— Не думала что буду выходить замуж в этом…

— Не будешь. Именно поэтому у нас есть в запасе час.

Я протягиваю ей смятый лист из журнала, который достал из кармана брюк.

— Это свадебное платье тебе еще нравится или другое посмотрим?

Сабина развернула лист и охнула.

— Лука, ты сохранил?

— Конечно. Твоя надпись на этом фото очень искренне и доходчиво звучит:

«Вот так и должно выглядеть мое свадебное платье, говнюк!»

Я смеюсь, а Сабина смутилась.

— Сейчас, мы с тобой едем в самый дорогой свадебный салон в городе. Твое платье заберем. Я предупредил их, что девочка моя стройная. Сказали что возможно, понадобится подогнать его по фигуре. Но если нет, мы другое выберем…

— Мне это нравится. Очень! А как тебе оно?

— Малышка, мне нравится платья с тебя снимать, а не надевать. Ты красивая у меня девочка, тебе все идет.

Сабина прильнула ко мне, целуя. Я ответил на ее поцелуй, останавливаясь у главного входа. Смотрю на мою невесту сонную и улыбаюсь. Но ровно секунду. Возле входа у свадебного салона странные люди стоят. Машин слишком много. Или это мне уже все кажется подозрительным…

Три навороченных джипа и один черный «гелик». Обычно, все паркуются в другом месте.

Не тороплюсь выйти из машины. Набрал директрису салона, узнать что здесь происходит.

Она ответила и почти сразу, вышла к нам лично.

— Лукьян Рустамович. Прошу прощения, но произошла… кх… нестыковочка. Вы можете приехать на примерку в другой день? У нас сейчас очень-очень серьезный клиент.

— Серьезный? Я тоже умею в серьезность, поверьте… Придется им потерпеть нас с моей невестой. У нас свадьба через час.

Решительно вышел из машины и взял Сабину за руку. Идем к входу, следом за раскрасневшейся директрисой.

У входа два таких нехилых по высоте амбала стоят размером с гору. Один из них меня останавливает, преграждая своим необъятным туловом вход.

— Одну секунду, милейший…

Я усмехнулся и выдыхаю. Последнего кто меня называл «милейший» я надолго разучил так говорить.

Жду. Обдумываю что делать. Второй «дуб» поднес к нам сканер и провел им сзади и спереди. Не выявив никакого оружия, приоткрыл дверь и впустил нас внутрь, но только после отмашки директрисы.

В просторном, светлом салоне пахло духами и кофе. Еще один из охраны здесь, тоже.

«Президент или губернатор приехал, не иначе…»

В центре зала в роскошном белом кресле сидит молодая, светловолосая женщина с маленьким пацанчиком лет пяти. Бокалы и французское шампанское в запотевшем ведерке со льдом остались нетронутыми.

Девчонка эта была одета довольно просто: белая футболка, темные очки, синие джинсы, розовые кроксы на ногах.

Малыш ее, бегал вокруг нее по салону и все комментировал. Видно, что смышленый парнишка. В руках он сжимал книгу и требовал чтобы она почитала ему…

Когда мы с Сабиной вошли, в зале повисла тишина которая мне не понравилась. Напряжение такое нехорошее возникло, подозрительное. Не то чтобы нам были не рады. Но очень близко к этому.

Заметив нас, девчонка посмотрела за спину, на невысокого парня в черной кепке что сидел в соседнем кресле. Его я не сразу заметил и вероятно, он к этому и стремился.

На вид ему было лет двадцать пять. Темные очки, черная футболка, дорогие кроссовки, брюки известного бренда. Его лицо скрыто под кепкой. Вся шея и руки забиты татуировками. В ушах наушники.

Его расслабленный вид не обманул меня. Татуировку пумы у него на шее я заметил сразу. Запоздалая догадка холодным ознобом прошлась по моей коже. Что со мной случается не часто. Только сейчас понял, что мы с моей малышкой побеспокоили людей которым лучше бы не попадаться на глаза.

Лично, никого из них я так близко никогда не встречал. К счастью для меня же. Да и не того поля я ягода. Так, мелкая рыбешка со своей парой миллионов. Эти ребята очень серьезными и опасными делами ворочают. Слышал я о них достаточно. Это люди из группировки «Психа», негласного главаря местного криминала.

Того парня с татуировкой пумы, что так расслабленно посмеивается рядом с малым пацаном, зовут «Кот». Настоящее его имя Макар и на его счету убитых людей больше, чем волос на моей голове. Он правая рука «папы» и стало быть если Макар здесь, то эта светловолосая девчонка — женщина его босса, а малой— их сын.

Очень я пожалел в этот момент о своем настойчивом решении… Умнее и безопаснее было бы сразу уйти. И не светить здесь, ни свое лицо, ни мою невесту…

Но поздно. Мы уже здесь.

Сабина ушла вместе с одной из помощниц хозяйки за своим платьем. Я присел на ближайшее кожаное кресло, стараясь особо не глядеть по сторонам. Прислушиваюсь к обстановке.

Малой с книжкой продолжает приставать к матери чтобы она ему почитала. Вернулась хозяйка и подошла к ним, но не близко. Держит дистанцию. Дрожащим голосом, полным медовой услужливости показывает ей свадебное платье, которое два помощника выкатили в центр для демонстрации.

— Вот, ваше платье! Великолепное, не правда ли⁈

Девушка не прониклась ее тоном. Обняв сына она спросила у него:

— Ну что, Игнат? Это платье ты хотел, чтобы мама надела?

Малой взглянул и радостно закивал.

— Да!

Я услышал имя малыша «Игнат» и окончательно убедился в том, что я сижу в эпицентре неебической опасности. Я не ошибся. Это женщина Игната Кучера, по-прозвищу «Псих». Говорят, он странный, до дичи. Никогда не спит. Знает о чем думают другие и может одним взглядом заставить обоссаться от страха. Видеть его семью так близко, серьезный риск для любого.

Я снова включил уши. Мать малыша говорит с хозяйкой салона:

— Сын выбрал мне свадебное платье. Проезжали мимо витрины и он сказал: «Мама, смотри какие бабочки красивые. Ты будешь как волшебница…»

— У вашего сына отличный вкус. Эль Сааб, конечно узнаваем. Но крой и дизайн юбки необычный. Эксклюзивная модель, в единственном экземпляре у нас в стране. Мы только заказали его и вдруг, ваш неожиданный визит к нам. Мы это очень ценим… Пожалуй, теперь примерим….

Один из здоровяков встал и пошел следом за девушкой. С пацанчиком остался только Макар. Но малой у него не задержался. Сделав круг по залу он неожиданно подошел ко мне.

— Ты можешь прочитать мне⁈

Взглянул на обложку книги и усмехнулся.

«Утенок и Цыпленок». Киваю ему одобрительно.

— Я могу. Но только уж очень плохо я читаю.

— Почему?

— Не умею. вот такая напасть, читать хочу, но не могу. Буквы убегают от меня. Ты еще слишком мал чтобы знать, это… называется дислексия.

— Я знаю. У меня тоже разбегаются…

— Тоже?

Он закивал и тычет пальчиком нетерпеливо в книгу.

Макар вынул наушники и подошел к нам. Сел в соседнее кресло, но не вмешивается. Опустив голову вниз, просто слушает, не отвлекая пацаненка.

Мне все равно делать нечего. Я согласно киваю и говорю малому:

— Знаешь, как я научился? Я делал вдох перед каждой буквой и так смог прочесть. Ты буквы какие-нибудь знаешь?

— Да! Мы с мамой все буквы выучили. И у Эльвиры Дмитриевны я тоже учил…

— Эльвира Дмитриевна это воспитательница?

Мотает головой.

— Нет. Она в больнице. Мы с ней поем буквы.

— Угу… знаю такое. Я тоже пел, только мне это не помогло. Иди сюда, смотри в книгу. Ты сможешь сказать, что за буква написана?

Пацаненок с любопытством посмотрел сначала на меня, затем на книгу.

— Это буква «У»!

— Точно. Остальное буквы попробуй назвать. Давай…

Молчит.

— Вдох, помнишь?

Он вдохнул и старательно повторяет.

— У… Тэ…

— Молодец, давай дальше! Дыши, не забывай.

— У… Тэ… Е… Эн… О… Я забыл эту букву…

— Это Ка. Так у, т, е, н, о, к… Какое слово получается?

Он смотрит и про себя читает тихо:

— Ут… Уток… Утка!

— Нет, давай еще разок. Дыши, помнишь?

Он еще дважды повторил буквы, пока «утенок» ему не дался. Весь процесс осознания занял у малыша гораздо меньше времени, чем у меня. Но радовался я за него так, словно сам заново научился.

С простотой, свойственной только детям, малыш сел мне на руки и продолжал громко повторять буквы. Медленно по слогам осваивал первое предложение. На него у нас ушло десять минут. На второе уже семь.

Пока малой читал я и сам увлекся процессом. Не заметил, что его мама вышла из комнаты примерки и внимательно слушает как ее сын читает. Я поднял взгляд в ее сторону и понял что она плачет. Отвернулась в сторону, но по ее щекам по прежнему текли слезы.

Она вытерла глаза и тихонько подошла к нам. Подождала когда ее сын закончит читать и крепко обняла его. Он радостно воскликнул когда увидел ее.

— Мама, ты слышала? Я читал!

— Слышала, сыночек! Ты замечательно читал…

— Смотри! Это утенок и цыпленок. Они пошли купаться. А это не утка!

Она подхватила сына и держит его на руках. Обнимает, прижимая к себе. Обернулась на меня и по лицу вижу, переполняют ее эмоции.

— Простите, вы наверное, врач?

— Нет, я не врач. Но знаю каково это. У меня дислексия с детства. Научился читать совсем недавно.

— Это невероятно. Сын врачам не доверяет. Мы пол года ходим и прогресс такой медленный, а вы за двадцать минут сотворили чудо… Не знаю как вас отблагодарить. Спасибо! Такая удача, что мы вас встретили!

— Я сам был рад…

Она оглянулась и радостно сжала руку того парня с татуировкой.

— Макар, ты слышал как он читал⁈

Тот едва заметно кивнул, почти без тени эмоций. Она не удивилась этой сдержанности. Явно привыкла к подобной манере общения.

В этот момент в зале появилась Сабина и переключила мое внимание на нее. Бежит ко мне, в руке огромный бумажный пакет с платьем.

Наклонилась ко мне и поцеловала. Глаза сияют, счастливая, едва стоит на месте. Я с недоумением смотрю на объемный пакет в ее руке.

— Так… а почему ты не в нем? Ты примеряла платье?

— Конечно! Оно идеально мне подошло! Пфф… я не буду его показывать здесь! Это мое платье, тебе, пока что его видеть нельзя! Потерпи час!

Она схватила меня за руку и мы пошли к входу. Слышу, нас окликнула та девушка с пацаненком.

Малой подбежал ко мне и сказал «спасибо», оглядываясь назад, на маму.

Я протянул ему руку и он удивленно, но серьезно пожал ее. Весьма уверенно. Затем, достал из кармана пластиковые фигурки зверей.

— Это динозаврик и его друг, бегемот.

Протянул мне одну игрушку. Не сразу, слегка колеблясь. Видно, что это его любимые фигурки.

— На, это тебе! У тебя будет бегемотик. Он хороший друг.

Тронут его поступком. Смотрю на него, сдерживая улыбку.

— Спасибо, Игнат. Я сохраню его.

Когда мы уже были на улице, Сабина остановилась и удивленно посмотрела на мое довольное лицо, не понимая что это было.

— Впервые вижу как ты с детьми разговариваешь. Хм… А у тебя это неплохо получается…

— Я не разговаривал с ним как с ребенком.

— И… снова вернулся мой хмурый жених, за что и люблю.

Смотрю на Сабину, на ее открытое лицо в веснушках и мягкие, полные губы что так и хочется поцеловать.

«Моя будущая жена…»

Прижал ее к себе, целую в рыжую макушку тяжело выдыхая, и это странно, ведь на душе у меня сейчас, как никогда легко…

Идем к машине. Ахиллес нас уже заждался. Высунул нос в приоткрытое окно и призывно скулит.

Осталось заехать за сестрой и почти вся суета позади…

Когда подъехали к участку, Ляйсан и Кузьма стояли рядом с машиной неторопливо беседуя. Я вышел и обнял сестру первым делом.

— Как все прошло?

Сестра комично закатила глаза, но ее игривый настрой меня порадовал.

— Они пытались юлить, но твой Кузьма, крутой юрист. Он не оставил им и шанса. Я свободна, но мне нужно будет уехать. На меня рапорт накатали. Вызывают на ковер.

— Это серьезно?

— Я заместитель прокурора, братик, у меня нет не серьезных дел. Разберусь. Эти крысы не на ту напали. Я им еще устрою фейерверк, только соберу своих. Ну что мы едем или нет⁈

Сестра заговорщицки посмотрела на меня и перевела взгляд на Сабину. Я качаю головой и отвечаю.

— Она уже знает.

Ляйсан улыбнулась, обняла меня, радостно хлопнула ладонями и пересела на переднее сиденье в машину Кузьмы.

Сабина не слышала ее. Только вернулась. Все это время она говорила с матерью по телефону. По ее лицу я понял что разговор был непростой. Но ее спокойствие сказало, что она уладила это.

— Марина с Густавом только что выехали…

Обхватил ее пальчики рукой и тяну за собой к машине.

— Хм… Тогда, стоит поторопиться! Кстати, ты еще не забыла как сидеть в седле?

Сабина остановилась, распахнула глаза и смотрит на меня удивленно.

— Не забыла… Только не говори, что там будет…

— Айра, твоя лошадь? Конечно будет. У моей девочки будет все. Как я и обещал.

— Лука!

Я обхватил ее взволнованное личико ладонями и притянул к себе. Целую ее улыбку, лаская ее приоткрытые, горячие губы. Шепчу, прижимаясь губами к ее щеке:

— Поехали жениться, любимая!

Лука.

Белоснежные разделительные полосы раскаленного дорожного покрытия исчезали под мощными протекторами блестящего, черного как ночь гелендвагена, что несся на предельной скорости словно чернокрылый ястреб, едва касаясь земли.

Впереди и сзади следовали бронированные джипы охраны. Те немногие прохожие, что успели застать величественную процессию, замирали, недоуменно пялясь вслед сияющим автомобилям, что подобно стальной волчьей стае, следовали за вожаком. По сути, так оно и было.

Макар, правая рука Психа, главного человека в этом городе, сидел на переднем сиденье. Его холодный, безэмоциональный взгляд хищника, следил за дорогой. Откинувшись в кресле он общался с кем-то в мессенджере, неспешно покачивая головой музыке в наушниках.

Я сидел сзади и расслабленно откинув голову назад, смотрел по сторонам, не до конца воспринимая реальность из-за конской дозы обезбола. Все происходящее очень похоже на невероятный сон.

Прикрыв глаза я расслабленно выдохнул, думая только о моей девочке, что ждет меня. Этот день у судьбы я выиграл.

Но еще пару часов назад я так не думал. Истекая кровью, ждал когда откроется дверь. Два амбала охранника, что «пасли» вход, были моими целями. Как только они вошли, я наказал их за беспечность…

Но… все началось еще раньше.

…

Этим утром, идеально спланированное празднество казалось мне безопасным.

Мы с моей рыжеволосой невестой мчались на регистрацию в ЗАГС. Во второй машине, ехали наши почетные свидетели. Моя родная сестра — Ляйсан и мой друг и юрист, Кузьма. Все остальные ждали нас за городом. Свадебные гуляния должны были начаться через час.

Мы на месте. Сестра помогла Сабине переодеться в свадебный наряд.

Заиграла торжественная музыка и моя девочка в белоснежной фате с трехметровым шлейфом вышла ко мне. Ее ножки в дерзких черных ботинках неторопливо ступали по ковролину. Белоснежная и пышная короткая юбка подчеркивала идеально тонкую талию и божественной красоты декольте над корсетом. Хотя ее лицо скрывала вуаль фаты, я видел, что Сабина улыбается мне.

Когда она поравнялась со мной я приподнял вуаль и взял ее за руку. Сабина дрожит и взволнованно смотрит на меня, совершенно неадекватным от счастья взглядом. Сжал ее пальчики и подмигнул.

Моя девочка повторила за мной свое «да» и мы оставили пару росчерков. Как только прозвучала фраза «можете поцеловать вашу жену» я подхватил Сабину на руки. Она не ожидала этого и громко засмеялась. Я крепко прижал ее губы к себе и она, обхватив ладонями мое лицо, откровенно целовала меня не стесняясь никого.

Мы сделали это. Моя любимая — отныне, моя жена и как же хочется верить, что это навсегда.

Времени было слишком мало, чтобы растянуть удовольствие от момента.

Нужно было спешить в аэропорт, провожать сестру на рейс. Я стоял и смотрел через огромное стекло на самолет, что уносил Ляйсан в безопасную даль и с удивлением осознал, что уже скучаю по ней. Оглянулся — Сабины нет рядом.

Она стоит чуть дальше, смотрит на тех, кто спешит на посадку.

— Малышка, если мы хотим успеть разрезать торт до темноты, надо ехать…

— Лука, глянь…

Я посмотрел туда куда она показывает и невольно отшатнулся, с неприязнью впиваясь взглядом в силуэт этих двоих, что шли внизу.

Миранда, рядом с ней высокий парень в темном худи. Вероятно, Эмиль. Через секунду они скрылись за ограждением, пройдя на посадку.

Все это время я почти не думал о моей бывшей. Встретить ее сегодня было чертовски символично. Словно темное прошлое наконец-то отпускало меня.

Когда юристы аннулировали наш брак, первым делом я заблокировал свои счета. События последней недели навсегда избавили меня от романтической ностальгии по прошлому. С Мирандой меня больше ничего не связывает и если она появится снова, я буду уже не таким добрым…

Сабина обняла меня и ее нежные губы вырвали меня из плена мрачных мыслей.

— Поехали любимый, я хочу показать родителям своего мужа.

— Повтори…

— Моего любимого мужа.

— Гасанова Сабина, я полностью в твоей власти. Веди меня!

Малышка засмущалась когда я назвал ее так. Улыбается. Ей явно по душе ее новая фамилия. Я и сам хмелею от осознания, что наша женитьба — состоялась и эта безумно красивая, дерзкая малолетка — моя женщина, моя жена. Вся моя, без остатка…

Веду ее к машине и к сожалению, отвлекшись на эмоции не сразу заметил что нас «пасли». Два амбала попытались заблокировать нам проход. Я толкнул Сабину в машину и спешно сорвался с места. Нам вслед послышались выстрелы. Один, второй…

Срезая повороты и проносясь в узких переулках пытаюсь запутать следы, но надолго избавиться от них не удается.

— Лука, у тебя рубашка в крови!

Я не сразу заметил, что меня задело. Пока, вел машину Сабина осторожно осмотрела меня.

— Держись крепче. Хм… Задело неглубоко, но надо обработать. Потерпи. Эм… Верно говорят, бойся своих желаний…

Я тихо заскулил от острой боли. Чувствуя как антисептик въедается, обжигая кожу.

— Ты о чем это? Почему «бойся желаний»?

Сабина приподняла бровь и процедила, саркастично усмехаясь:

— Татуировка с ЕЕ именем. Царапнуло глубоко. Теперь, вместо имени, будет шрам. Который… я очень буду любить.

Я засмеялся после ее комментария, щурясь от боли.

— Ох, так и зацеловал бы тебя…

Внезапно выросший впереди джип заставил меня сделать резкий финт. Чудом не вылетел на встречку. С трудом вырулил.

Те упыри со стоянки, снова нагнали нас. Прогремели два выстрела. Ощущаю острую боль, от которой темнеет в глазах. Выстрелом пробило дверь, задев меня со спины.

— Са… Саби… Придержи руль. Похоже, меня задело. Могу отключиться. Меняйся со мной местами. Так. Помнишь как я тебя учил? Верно, на полной скорости. Давай!

Сабина уверенно держит руль, ускоряясь. Бросает на меня взволнованный взгляд. Вероятно, я выгляжу херово, иначе она не была бы такой испуганной сейчас…

— Лука, милый, как ты?

— Терпимо. Ты девочка молоденькая, не хочу пугать тебя подробностями.

— Не скрывай ничего, прошу!

— Так… У меня чуть ниже талии сквозная дыра, которую я, как только проблююсь от боли, заткну чем-то, помимо своей рубашки…

Сабина остановила джип заехав в заросли кустарника. Прикрыв лицо рулоном бумажных полотенец, я спешно высунул голову из машины. Пока из меня не вышел весь завтрак, мне не полегчало.

Вылил на рану спирт. Затем, открыл начатый джин, залив в себя треть. Сабина протянула руку к бутылке и щурясь сделала небольшой глоток, тоже.

Я заткнул рану мотком салфеток, тихо завыв от боли.

— Лука, тебя нужно перевязать…

— Ну, до больнички продержусь и так…

— Доверься мне! Я попробую. У нас дома, все время кого-то штопали после разборок…

Я не все слышал из того что она говорила. Вероятно, отключился ненадолго.

Когда пришел в себя, пахло нашатырем. Лежу на земле, животом на своем пиджаке. Автомобильная аптечка разобрана и ее содержимое рассыпано вокруг. Бочина онемела. Боль есть, но терпимая…

— Лука, ты меня напугал… Легче, сейчас? Я вколола тебе обезбол в задницу. Много. В советах в сети пишут, что нужно сразу много колоть первый раз. Надеюсь, я все правильно сделала… Как по повязке? Не сильно плотно?

— Нет… идеально. Ты, детка, мой ангел хранитель! Все верно сделала… с боевым крещением тебя, жена моя!

Сабинка улыбнулась и когда я забрался в машину, снова выехала на дорогу. Но скорость не увеличила. Напротив, сбрасывает.

— Лука…

Я очнулся, смотрю вперед. Поперек дороги стоят два джипа. Явно, не друзья. С боков деревья и дома. Не объехать. Сзади еще один джип подпирает. Сабина снова завела двигатель, но автоматная очередь по колесам, завершила нашу поездку. Я притянул жену к себе и расчехлив один из ножей, зажал его в ладони.

Дверь открылась и приклад автомата у моей головы, ничего хорошего не сулил.

— Не рыпайся… Твое счастье, что живым тебя доставить приказано….

Второй, тоже автомат у спины Сабины держит. Неплохой ход, намек я понял. Но не отпускаю Сабину и на сантиметр от себя. Впился в нее мертвой хваткой. Ее у меня отнимут только с моей жизнью. В висках кровь пульсирует, требуя действий. Но при любом раскладе, проиграю, пока у них моя жена на мушке. Рыпаться нельзя. Сабина, моя уязвимость.

Ведут нас к машине. Один смелый, попытался нас с женой разделить и остался без пальцев, заорав матами на всю округу. Второй, двинул меня прикладом, но я увернулся, выбив ствол у него из рук.

Двое других подоспели и повалили меня на землю, хорошо пройдясь ногами по лицу и спине. Чувствую, рука онемела, острая боль от кисти до локтя. Запястье ноет и руки не чувствую. Перелом, как минимум…

Сабина закричала и ко мне рванула. Один из дуболомов ее за волосы оттянул. Я метнул нож ему в руку. Крепко прижимаю свою девочку к себе.

Главный вышел из машины и заорал, перекрикивая маты и стоны своих бойцов:

— Это вы, сукины дети, так его проверили⁈ Он ушатанный уже четверых заминусил. Оставь девку с ним! Едем, нет времени на эту возню!

Привезли нас в непонятное место, за город. Заперли в номере небольшого отеля. Весь этаж оцеплен бойцами в камуфляже. Иностранцы. Морды бесцветные как у трупов. Ни жизни, ни души, ни сердца. В глазах пустота. Куда бы не влез Яковлев, эти спецы не ради меня, здесь. Покрупнее рыбу ждет.

«Но зачем ему целая армия?»

Осмотрел номер. Ничего толкового. Вышел на балкон. Высоко, балкон узкий, не полезть вниз. Под нами пропасть в четыре этажа и бассейн.

Сабина как только бассейн увидела, затараторила, что можно прыгнуть… Смотрит на меня с мольбой. Остудил ее пыл.

— Мне моя шея еще дорога и мозги еще на месте…

— Это не высоко, главное, группировка. Доверься мне, Лука. Я покажу, как…

— Нет! Забудь… А глубина? Это не спортивный центр…

— Бассейн стандартный. Метра три-четыре, достаточно. Главное, ногами в воду войти… Это шанс! Ну не будь таким дундуком упрямым!

— Я услышал тебя, милая. Может я и болван, но это самоубийство. У меня рука сломана, с ранением я не вывезу этого прыжка и тебя не смогу защитить…

— Лука посмотри на меня? Ну останемся мы и что? Нас живыми выпустят? Ответь честно!

Смотрит на меня и слезы по щекам беззвучно катятся прямо в ее роскошное декольте…

«Черт!»… Прижал ее к себе.

— Меня — не выпустят. Но за тебя я и с дьяволом договорюсь. Яковлев меня не тронет, пока доки не подпишу.

— Я не хочу спасаться без тебя.

— Не глупи… Тебе восемнадцать. У тебя вся жизнь впереди. Спасаем тебя, поняла⁈

— Нет… не говори так… А если прыгну только я? Позову на помощь. У отца есть связи…

— Нельзя. Здесь наемников целый взвод. И в отличие от «Лютого», они профессиональные убийцы… Зря погибнет.

Сабина снова смотрит вниз на бассейн.

— Я — обуза, отпусти меня. Я прыгну и все будет проще! Без меня, он шантажировать тебя не сможет. Стой, у тебя снова кровит…

Она наклонилась и отодрав кусок от своей юбки, перебинтовала мне бочину.

— Лука, ты должен поверить мне!

Я смотрю на ее заплаканное лицо и понимаю, что она права. Я должен ее отпустить. Но это невозможное решение. Я, считай, уже труп. Как только подпишу передачу собственности, меня ликвидируют… Но у Сабины будет шанс… Смотрю на нее и говорю:

— Хорошо. Делай, как задумала…

Следующие пять минут, я всеми силами удерживал себя, чтобы не подходить к краю балкона, где стояла Сабина…

Считаю время до прикосновения ее ножек к воде вместе с замершим биением сердца….

Получилось. Она смогла.

Дождался пока любимая, накинув на голову гостиничное полотенце, скрылась внутри одного из номеров. Все. Теперь, один звонок Дарушу и она в безопасности…

Я вернулся в номер поджидая братков. Первых двух мне удалось вырубить довольно легко. Еще двоих на лестнице и одного на этаже.

Спустился к лифту. Здесь, удача отвернулась. Открылись двери явив четверых бойцов в форме. Они обступили меня, вырубив для надежности.

Очнулся я в затемненном холле. Слышу знакомый голос. Яковлев. Сидя в кресле, строит из себя крутого решалу, окружив себя взводом наемников.

— Лука…. Ты блядь, с головой совсем не дружишь? Тебе деньги предлагали, живи и не отсвечивай! Но ты, кусок упрямого дерьма, устроил шоу… Какого черта ты морочишь мне голову? Думаешь, ты такой герой? Да ты обычная шваль, детдомовская. Чего ты пыжишься, ублюдок⁈ Ты же мог сразу отдать мне этот гребанный участок. Он что, мать твою, стоит того, чтобы твою девку мои бойцы по кругу пустили? Ты этого хочешь⁈ Окей! Приведите ее! Я покажу, где твое место… Тебе не стоило меня злить…

Я пропустил мимо ушей треп Яковлева. Кровь, от удара прикладом залила мне лицо. Подсохшая липкая жижа слепила веки, мешая видеть выражения его морды, когда он все поймет.

Жду…

Мне нужен этот момент маленькой радости. Я не мог быть там, но с удовольствием представлял то нелепое недоумение на их лицах, когда поднявшись в номер, они не нашли Сабину.

Я усмехнулся…

«Моя сумасшедшая фурия переиграла их всех…»

Слышу невнятное бубнение охраны. Следом, ожидаемый мат и ругань Яковлева. Он подошел и с размаху врезал мне в челюсть. Единственная здоровая рука у меня, наручниками скована, именно поэтому он такой смелый.

— Ты до хера умный, думаешь? Мы ее найдем, не сомневайся… Мои люди прочесывают каждый сантиметр в здании. Ей не спрятаться… Советую тебе переписать чертов участок на объездной… Иначе с твоей симпатичной девочкой произойдут очень плохие вещи.

Вместо ответа я молча сплюнул кровь с зубов ему на ботинки. Он заорал и снова замахнулся, но непонятный шум отвлек его. В комнате послышалась непонятная возня и чьи то шаги. Поднял голову вверх.

Несколько человек гигантского роста в аккуратных костюмах неторопливо заполняли периметр комнаты, вытесняя в центр наемников Яковлева.

В двух метрах от себя я заметил амбала в костюме, со знакомым лицом. Я видел его этим утром. Именно он проверял сканером нас в свадебном салоне.

'Так вот от кого Яковлев пытался спастись целой армией… Это люди Психа. Если он Игнату Кучеру перешел дорогу, то это его последняя ошибка…"

Если то, что я слышал о группировке Психа правда, хоть на 1 %, тогда наёмникам Яковлева придётся очень туго…

"Какой же ты, идиот, мой жадный, бывший друг…'

Бойцы в камуфляже засуетились, топчутся на месте, ожидая приказа. Однако, вид у них был теперь, не очень уверенный.

Яковлев прошел к выходу. Что-то негромко обсуждает с одним из незваных гостей. Получив ответ, который ему очевидно не понравился, заорал матом:

— Ты, сука, со мной так говорить не будешь! Ты что-то попутал, пацан… Знаешь, чей я племянник? Еще одно слово и ты со своими гориллами землю у меня жрать будешь!

Он не закончил эту фразу. Фраза закончила его. Весьма ожидаемо раздались два негромких хлопка. По характерному звуку и падению массивной туши на пол, я понял что Яковлев допизделся до своего логичного и бесславного финала.

В рядах наемников онемение и ступор. Главный из них дал сигнал не поднимать оружие. Меньше чем за минуту импортные мальчики-зайчики в форме спешно испарились из гостиницы. Нет заказчика, нет проблем. Удобно.

Смена власти произошла. Что будет дальше со мной, не ясно. Присел на пол, так как рана в бочине дала о себе знать острой болью.

Двое крепышей в костюмах подошли ко мне и оттащили меня к окну, усадив в одно из кресел. С меня сняли наручники. Кинули в руки бутылку с водой и салфетки.

Я вытер лицо. Большую часть салфеток приложил к ране. Запястье на сломанной руке, отекло и распухло. Я откинулся на спинку и полулежу, приходя в себя и накапливая силы…

Дверь в комнату открылась и я увидел того самого парня с татуировкой пумы на шее. Правая рука «Психа». "Кот', он же Макар. По прежнему в кепке и черной футболке с неизменными наушниками в ушах.

Он неторопливо подошел ко мне, безэмоционально осмотрев меня, словно кусок мяса. Позвал взглядом одного из толпы охраны. Тот впустил в комнату щуплого, лысоватого мужчину с весьма характерной сумкой на плече.

Оказалось, врач.

Я был удивлен. Появилась слабая надежда, что если это и не спасение, то неплохая заявка на это. То, что я знал об этих людях не внушало мне особых иллюзий. Они не благотворительностью пришли заниматься. Стоило хорошо думать над каждым своим словом и жестом.

Я позволил их эскулапу осмотреть меня. Он поколдовал над моей раной и осмотрев руку, сказал двоим из охраны перенести меня на диван. Затем, обратился к Макару:

— Ничего критичного. Я могу все сделать здесь, но конечно, лучше в больнице.

«Кот» бросил ему короткое «здесь» не оставив других вариантов.

Меня так часто зашивали, за последние пару месяцев, что уже легко отличаю профи от дилетанта. Этот был профи. Когда врач ушел, я сел в кресло, осматриваясь. Плотная повязка сидела на моем свежезаштопанном пузе, как корсет. Обезбол работает. Шину на сломанной руке, надежно удерживает бандаж через плечо.

Круто. Починили меня за пятнадцать минут.

Макар встал и отправил всех из комнаты. Сам остался стоять.

Через пару минут дверь снова открылась и в комнату вошел рослый, темноволосый мужик в потертой кожаной куртке. Примерно моего возраста или чуть старше. Глядя на его неторопливую походку, застывший ледяной взгляд и отсутствие реакции на то, что происходит вокруг него, я интуитивно сжал пальцы в кулак.

Понял кто это, еще до того как он подошел ближе.

Я никогда не встречался с Психом, но не сомневался что передо мной именно он. Не знал, паниковать или гордиться. Ведь, не каждый день встречаешь лицом к лицу людей его уровня влияния.

Его настоящее имя — Игнат Кучер, но только для близких… Для остальных, он — неизбежная, безликая и безусловная сила.

Его тело плотно забито татуировками, от головы и кончиков пальцев. Глаза темные, почти черные. Он в отличной форме. Жилистый, без капли лишнего жира, но не худой. Идет неслышно, как зрелый, опытный хищник, счет жертв которого несущественен, ведь он живет вне этих категорий.

Игнат Кучер подошел и сел рядом со мной у стола в соседнее кресло. Откинулся назад, словно я не в плену у них нахожусь, а в кафе. И он, один из моих друзей, что выходил заказать себе выпить и вернулся.

Ни в его жестах или взгляде нет демонстрации силы или угрозы. Но я точно не чувствую себя в безопасности, сейчас.

Смотрит, словно сквозь меня, считывая мой взгляд, мои жесты, даже кажется мой пульс ему слышен. Взгляд тяжелый у него, странный. Он словно в собственной реальности находится.

Я обдумываю стратегию поведения. Скрывать мне нечего. Дела веду открыто. Не сомневаюсь, что меня его люди уже проверили. Ни просить, ни доказывать что-либо я не собираюсь. Молчу. Жду, что дальше будет.

Игнат мельком взглянул на мои вещи, что хаотично свалены в кучу на столе перед ним. Это наемники Яковлева освободили мои карманы.

Слышу его негромкий голос.

— Синяя борода… Нелепо звучит. Значит, ты и есть, Лука. О тебе немного инфы и это плюс. Участок за объездной, стоил больших денег одному из моих людей… Некто Яковлев, заявил, что ты в доле и ответственность за передачу участка на тебе… Но судя по тому что я вижу, это не совсем так. Зачем тебе эта суета, Лукьян Гасанов? Чем это участок так ценен для тебя?

— Ничем.

Псих неторопливо откинулся назад в кресле и внимательно смотрит на меня. Сейчас его глаза стали по кошачьи желто-зелеными… как у тигра. Следующий его вопрос был неожиданным для меня:

— Девчонка, что прыгнула с балкона, кто она тебе?

— Невеста…

Я осекся и исправился с грустной усмешкой.

— Не невеста, жена. Не привык еще. Женаты, всего пару часов…

Псих посмотрел на меня внимательно, нахмурив лоб.

— И каково это смотреть как твоя женщина падает в бездну?

— Дерьмово. Это было не мое решение. Хоть и верное.

— Ты позволил ей?

— Я не позволял, но не остановил, да.

Хотел добавить «потому что люблю». Но промолчал. Он усмехнулся, словно услышал это.

— Доволен, что решился жениться?

— Я не решался. Когда нашел свою женщину, все остальное стало несущественным.

Он усмехнулся и откинулся в кресле, бросив взгляд на стол. Одна вещь привлекла его внимание. Он протянул руку и достал из под моих ключей маленькую пластиковую игрушку бегемотика.

в этот момент, его лицо, впервые за все время обрело человеческие эмоции. Он несомненно узнал игрушку своего сына.

Он поднял руку и Макар, что сидел все это время позади, подошел к нему. Игнат показал ему игрушку сына. «Кот» внимательно посмотрел на меня. Медленно перевел глаза на своего босса и утвердительно покачал головой.

И все. Ни единого слова не произнес. Мне бы с моими людьми такой уровень взаимопонимания.

Он жестом дал знак Макару оставить нас одних, все еще не выпуская из рук игрушку сына. Я думал он начнет говорит об этом, но я ошибся.

Все с тем же нейтральным выражением лица, он спросил:

— Полагаю, ты в курсе строительства трассы. Иначе не дал делать из себя отбивную ради грошового участка… Или… дело ведь, совсем не в деньгах? Да?

Я молчу.

Он одобрительно закивал.

— Идти с заточенной монетой против семерых, глупо. Но интересно не это, а почему ты сдался?

— Мне есть для кого жить.

Он одобрительно закивал и прикрыл глаза.

— Цена участка на объездной, на сегодняшний день — три миллиона. Через год эта сумма вырастет в сто раз. Ты получишь их сейчас и закроем вопрос. Согласен?

Я очень старался адекватно оценивать серьезность обстоятельств. Но я здесь, именно потому что однажды вместо меня уже все решил Яковлев, точно так же.

«Ради чего я испортил себе здоровье и подгадил своим близким? Ради того, чтобы тупо поднять бабла?»

Сам не верю что собираюсь ответить отказом, но все равно, отвечаю именно так.

— Мой ответ — нет.

Игнат не удивился. Напротив. Мне показалось, что он ждал мой отказ. Следующую фразу он произнес тише. Процедил ее сквозь зубы, словно змея. И это прозвучало совсем не добродушно:

— Окей… Допустим, мне интересно поторговаться. О какой сумме идет речь?

Я решил говорить откровенно. Давить на принцип до конца, не предавая свои убеждения.

— Никакая сумма меня не интересует. Я ничего не продавал и пока что, не продаю. Когда решу, тогда и определюсь.

— Вне зависимости от суммы?

— Да.

— Почему?

Я по простому пожал плечами, потирая ноющий бок. Поднял глаза и смотрю ему в лицо.

— Потому что, это не я решил. А в своей жизни, решения принимаю только я сам.

Не знаю, о чем думал в этот момент глава криминального мира… Но после моего ответа, он больше не задавал вопросов.

Он обдумывал что-то скрытое от всех, глядя сквозь меня. Затем, встал и спокойно протянул мне фигурку бегемотика.

Я взял игрушку из его рук и невольно усмехнулся. С приятным теплом вспоминая с каким важным лицом его сын подарил мне ее. Моя реакция не укрылась от него. Он поправил ворот куртки и отвернувшись, неторопливо вышел из комнаты.

Оставшись наедине я тер лицо, кляня свою принципиальность. Не знаю, отпустят они меня или прикончат. Ну и пофигу. Я выдохся от чужой суеты…

Никого не было минут десять. Затем, вошел Макар. Следом за ним, тот же врач и два человека из охраны.

Врач осмотрел меня, пощупал пульс, проверил повязки и довольный увиденным, одобрительно кивнул.

— Учитывая серьезность ранения, он в порядке. Даже, я бы сказал он в отличной форме. Крепкий организм, правильный образ жизни. Он быстро восстановится, гарантирую.

Макар внимательно выслушал его и когда врач ушел, повернулся ко мне и сев рядом, сказал:

— Есть разговор…

Я впервые услышал его голос. Немного насмешливый с хрипотцой.

Молчу и смотрю на него спокойно. Он удивился моему молчанию. Усмехнулся и сел в кресло. Расслабленно откинувшись на спинку, он положил ногу на ногу подошвой вверх. Сабина точно так же любит сидеть. Сразу видно, другое поколение…

— Выдыхай, Гасанов. Скоро будешь дома. Тебя латали не для того, чтобы грохнуть…

Игнорирую его насмешливый тон.

— Что за дело? Это имеет отношение к участку?

Макар сощурив лоб, хмыкнул.

— Участку?

Тотчас отмахнувшись от моего вопроса как от несущественной ерунды. Его ответ ввел меня в ступор. Но я не успел обдумать это, так как он продолжал говорить.

— Думаю, ты понял кто с тобой общался. Такие люди, как мой босс, просто так вопросов не задают. Короче говоря, это была проверка и, очевидно, ты ее прошел.

— Хм… Тогда о чем речь?

— У босса есть работа для тебя…

— Хм… Что за работа?

— Моя.

Макар произнес это слово, кратко как выстрел и прикрыв глаза, недовольно цыкнул, словно разговор со мной, он считает бессмысленным и несет ему, лишь суету и дискомфорт. Недоверчивый гад. Уважаю таких.

Я удивленно смотрю на него, не понимая правильно ли я понял его. Уточняю, на всякий…

— Твоя?

— Угу. Я, вроде как, отваливаю. Похоже, ты именно тот, кого он выбрал мне на замену. Скажу честно, я в тебе ничего неебического не вижу. Но босс в людях не ошибается. Он давно искал кого-то не вовлеченного, но адекватного его ценностям. Поэтому, он лично с тобой говорил. А это дааалеко не с каждым происходит. Уж поверь.

— Хм… у меня есть своя жизнь, бизнес, семья… Я пол жизни стараюсь завязать с прошлым.

— И продолжай. Никому нет дела до твоего бизнеса. Живи как жил. Но безопасность твоей семьи это немаловажная деталь, не так ли?

— И… какова цена этой безопасности?

— Хм… Смотри. Твоя обыденная жизнь, сегодня, чуть тебя не прикончила. Ты жив только потому, что мы вмешались. Поймешь все, со временем. И на будущее. Если согласишься работать с Игнатом, отвыкай искать двойное дно в его решениях. Кому-то доверять все равно придется.

— Я доверяю только себе.

— Хм… А ты тот еще упрямый говнюк, я понял. Не зря тебя босс приметил. Короче, ты думай, время есть. Я с тобой еще свяжусь.

Он встал. Я тоже. Иду за ним, разминая затекшее плечо на котором бандаж.

Вышли. Впереди нас словно стена из спин его охраны. Человек восемь дубов у входа и каждый на две головы выше меня.

Стоило выйти из дверей гостиницы на улицу, как яркий солнечный свет ослепил меня. Последние пару часов я провел в полумраке и уже свыкся с этим.

Макар спросил куда меня отвезти. Я набрал номер Сабины. Все это время только и думал о том, дома моя девочка или нет.

Долгие гудки добивают. Жду. Наконец, слышу родной голос и выдыхаю.

— Лука, любимый, это ты?

— Да, Саби, все хорошо…. Ты где сейчас?

— Меня отец отвез к себе, сразу как только я убежала… Любимый, я уже не надеялась твой голос услышать…

Плачет.

— Я скоро приеду… Не плачь. Меня заштопали, я как новенький…. Не нужно слез. Как приеду, хочу видеть тебя улыбающейся, хорошо?

— Да…

Слышу, голос уже не такой напряженный.

— Жди. Мы скоро будем.

— Кто это «мы»?

Я не стал отвечать на этот вопрос. Сбросил и поспешил к машине.

Через полчаса, кортеж блестящих, черных автомобилей рассекал высокие заросли травы на загородной дороге.

Вдали показались высокие ворота участка Даруша. Среди нескольких людей, что вышли за ворота, мой взгляд сразу выхватил невысокую фигурку моей девочки. Сабина стояла позади братьев и вместе с остальными завороженно наблюдала за нашей внушительной процессией. Рядом с ней я заметил нашего пса, Ахиллеса. Он метнулся к воротам, но его остановил Даруш. Пес завыл и скребет лапами по сетке ограждения, скуля и радостно виляя хвостом.

Джип охраны развернулся поперек дороги. Только в этот момент, гелендваген остановился.

Прежде чем попрощаться, Макар протянул мне руку. Я охотно пожал его руку в ответ и молча вышел, захлопнув дверь. Когда они отъезжали, то заметил усмешку на его лице.

Я выдохнул и пошел к дому. Мой внешний вид был весьма удручающим. Пока шел, поправлял пиджак, прикрывая разодранную рубаху в темных пятнах крови. Вижу «Лютого». Он первый идет ко мне. Обнял меня как родного. Кивнув в сторону дороги, спросил:

— Лука, ты серьезно приехал с ними? Ты в курсе, что это те, о ком даже думать не следует громко?

Я усмехнулся, вспоминая мой недавний разговор с Макаром.

— Да, слышал такое….

— Ничего себе! Ну ты и везучий гад, Лукьян. Я чуть не обосрался когда их номера увидел… Умеешь ты удивлять. Но расписали тебя не они, верно?

Я слушал его, глядя поверх его плеча на мою девочку. Сабина нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, поедая меня взглядом. Я похлопал цыгана по плечу и сказал:

— Родион, давай, позже…

Он перехватил мой взгляд и согласно закивал.

— Ждет тебя. Всех на ноги подняла! Чуть сердце мне не вырвала, адова девка, что не поехал за тобой, сразу…

Он отошел к сыновьям, а я к ней иду.

С каждым шагом что приближал меня к Сабине, физически ощущаю как исцеляюсь от боли и тьмы в моем сердце…

Малышка не удержалась. Выбежала за ворота. Несется мне навстречу, все в том же свадебном платье.

Лишь в тот момент когда горячие ладони моей девочки обняли меня, так горячо и трогательно, я поверил, что это все, на самом деле реально. Я здесь, с ней.

Прижал ее личико к своему, ощущая на щеках теплые слезы моей любимой.

— Ш-шш. Ты же обещала мне… Я здесь. Надо радоваться, а не плакать.

— Я радуюсь…

Притянул Сабину к себе покрепче, пьянея от аромата ее кожи и прислушиваясь к ее трепетному дыханию.… Малышка прильнула ко мне, нежно перебирая пальчиками по моим волосам… Так мы и стояли какое-то время, не двигаясь и не обращая внимания ни на кого. Нам обоим это нужно.

Смотрю на нее. Сабина улыбается, не отпуская моих рук из своих. Длинные золотистые локоны упали ей на лицо, заставляя меня, как и прежде, задержать дыхание.

— Твой отец прав, я — везучий гад. Ничем иным не могу объяснить, почему ты со мной…

— Лука… — Произнесла она на выдохе, а ее алые губы уже тянулись к моему лицу.

Не в силах бороться с искушением я прижался губами к ее приоткрытому, чуть дрожащему рту. Горячие и нежные губы моей жены, ответили мне, целуя меня так искренне и пылко, что ни в моем сердце, ни в моей душе не осталось и следа тьмы сомнений.

Той тьмы, что я пронес через всю свою жизнь. Пробираясь в одиночку через невзгоды, даже и не мечтал встретить ту, которой смогу довериться.

Так, как сейчас я открыт перед ней. Моей Сабиной. Моей женой. Моей единственной и безумно любимой женщиной…

Где то, над водами Атлантики…

Две высокие девушки, в довольно откровенной униформе частной авиакомпании, подчеркивающей все их аппетитные изгибы, неторопливо суетятся, стараясь перещеголять друг друга в услужливости. Одинаковые прически у обеих. Короткое, светло-русое каре с челкой, что игриво падает на их прекрасные, юные лица. Золотистый загар их длинных стройных ног из под довольно коротких и тесно облегающих их ягодицы юбок, так и манит к себе взгляд.

С хищными улыбками юные девы пожирают глазами сегодняшних пассажиров — двух мужчин, что расслабленно расположились в креслах частного джета, курсирующего между Европой и Азией.

Тот, что моложе, с татуировкой пумы на шее, не интересует их. Весь полет он равнодушно пялился в телефон, надвинув кепку на глаза. Все время в наушниках, периодически делая краткие реплики второму.

Его коллега немного старше. Отвечает ему, но не сразу. Посмеиваясь, прикрывает глаза, неторопливо просматривая что-то в тонком планшете, что очень органично смотрится в его аккуратных, длинных пальцах. Именно к этому второму мужчине весь полет было приковано повышенное внимание этих девушек. Если бы в мире не существовало красивых мужчин, то он, определенно стал бы первым.

Высокий и рослый, но не перекаченный. Смуглый брюнет с ультракороткой стрижкой иссиня-черных волос и очаровательными родинками на лице. Даже, отчетливо заметный шрам на левой щеке не портит его внешность, добавляя брутальности.

Каждый раз когда он поворачивал свое лицо к ним с какой-либо просьбой, девушки робели, залипая на красивой артикуляции его пухлых, причудливо изогнутых губ. А потрясающий, глубокий взгляд его темно-зеленых глаз с длинными, черными ресницами, приковывал к себе внимание даже этих, избалованных вниманием, красоток.

Этого мужчину они видят не в первый раз. И каждый раз он лишает их сознание покоя. Не только своей тонкой мужской красотой, но и неизменной отстраненностью и таинственной немногословностью.

Все в этом мужчине было идеально, от аккуратной формы носа до ухоженной недельной щетины на его подбородке. Его неторопливые, точные жесты выдавали человека сдержанного и вдумчивого. Когда они подавали ему кофе или уносили поднос с напитками, изысканный, едва уловимый аромат его дорогого парфюма все еще оставался с ними, обволакивая и путая их сознание, заставляя их фантазию рисовать откровенные сцены с этим невероятным мужчиной…

Их жаждущий взгляд впивался в его широкие плечи, скользя по его фигуре. Которую идеально подчеркивал костюм отличного кроя антрацитового цвета, а неброские часы на его запястье, по цене примерно равной стоимости этого джета, делал его желанным «трофееем». Девы, подобные этим двоим красоткам, так просто таких «питательных» клиентов не упускают.

Не имея недостатка в поклонниках, девушки, в этот раз были неприятно удивлены отсутствием внимания этих мужчин к ним. Не желая упускать шанс, они пускали в ход все «рабочие» приемы, чтобы завладеть вниманием или хотя бы спровоцировать этого хладнокровного молчуна на ответ.

В очередной раз, демонстрируя откровенное декольте, одна из девушек склонилась над Лукой, уточняя всем ли он доволен, предложив ему плед и незаметно выглаживая его ногу ладонью… Макар, сидя напротив и наблюдая за настойчивыми потугами стюардессы соблазнить Луку, не выдержал и рассмеялся. Заставив тем самым, незадачливую девушку ретироваться, смущенно сминая плед в руке.

Когда бизнес-джет приземлился на частном аэродроме, таинственные мужчины покинули салон. Однако, перед самым выходом хладнокровный красавчик внезапно «ожил». Просматривая сообщения в своем телефоне, он задержался у выхода и обернувшись, одарил девушек самой откровенной и сногсшибательной улыбкой от которой даже их развращенные сердца, дрогнули.

Когда красавчик покинул салон частного борта, девы не удержались от комментариев:

— Офигеть! Я думала таких красивых мужиков не существует! Обычно, рядом с такой внешкой сразу подпись «арт нейросетей».

— Точно. А здесь, такой племенной самэц и без кольца. Ты заметила?

— Хм… Через секунду как он вошел! Ох… От его улыбки у меня овуляция началась раньше времени…

— И не говори… Нет, не верю, что он свободен. Думаю, там все хуже….

— Понимаю о чем ты. Думаешь, он гей? Ухоженный красавчик и костюм на нем сидит так, словно вторая кожа… Обычные мужики, точно не такие…

— Да. За пять лет, что летаю еще не один натурал не проигнорировал мой фирменный наклон «систренок» в декольте. И если сказать невинным голоском «Я оставлю плед у вас на коленях. Хорошо? Немного прохладно в салоне…» — и все, «стояк» обеспечен! А здесь, все мимо…

Подруга усмехнулась, с огорчением глядя вслед удаляющейся высокой фигуре их непреступного «краша».

Лука. А это был именно он, спускался по трапу джета вслед за Макаром и по прежнему не мог унять улыбку, что пробивалась сквозь железобетонную серьезность его настроения. Все из-за фото, что послала ему жена две минуты назад.

На этом снимке их малыш сидит на лошади в огромной ковбойской шляпе, крепко удерживая поводья в своих крохотных ручках. Рядом стоит Сабина, счастливая и рыжеволосая в коротком зеленом платье и ковбойских сапогах.

Лука.

Смотрю на фото и не могу унять улыбку. Это так похоже на нее…

Сабина… Как только наш сын сделал первые шаги она тотчас посадила его на лошадь. Старушка Айра все еще неплохо держится. Маленькому Рустаму через неделю исполнится два года. И именно с ним все мои мысли сейчас.

«Мой сын…» Повторяю про себя с трудом сдерживая счастливые эмоции, что переполняют меня.

Когда мы с Сабиной узнали пол нашего первенца, она была еще счастливее чем я. Закричала на весь кабинет радостно:

— Я говорила что будет сын⁈ Ты проспорил мне! Купишь «Красотку»!

«Красотка» — безумно дорогая, белоснежная лошадь андалузской породы. Моя жена бредила ею последние полгода. В шутку сказал, что за сына подарю эту лошадь и будут у меня две красотки дома, — а Саби, запомнила. Что ж, «пришлось» выполнять обещание.

Цветочное поле у нас за домом стало ипподромом. А моя рыжеволосая девочка верхом на этой бесподобной лошади — отдельное эстетическое удовольствие. Могу смотреть часами как она занимается.

Как это все время у нас с Сабиной происходит, нашего первого ребенка, мы «прозевали». В тот момент, мы все еще приходили в себя после бесконечной череды наших «приключений». И к счастью, последующая семейная жизнь у нас с любимой, протекала тихо.

Встреча с Макаром, что спустя месяц вернулся с прежним предложением работы, изменила мою жизнь безвозвратно. После некоторых раздумий, я согласился и, что важнее всего, Сабина поддержала меня.

Постепенно я закрыл почти весь свой бизнес и завершил свои прошлые дела. Осваивался в новом амплуа. Частые поездки и перелеты, теперь, занимали все свободное время.

Вероятно, скучая по прежней близости, мы с моей женщиной с еще большей страстью предавались нашей любви когда я возвращался домой. И все равно, беременность Сабины о которой я узнал довольно забавно, удивила нас обоих.

Все это время мы с любимой планировали нормальную свадьбу вместо той, что у нас так и не случилась…

На очередной примерке платья у Сабины закружилась голова. К счастью, она была не одна, а с женой моего босса, Евой. Пока все суетились, Ева попросила одного из их охраны купить тест в ближайшей аптеке. Вот так примеряя свадебное платье, Саби узнала что у нас будет ребенок.

Узнав результат теста, моя рыжеволосая жена прислала мне забавное фото из примерочной. В нем она стоит в свадебном платье с положительным тестом в руках, зажмурив от радости глаза и высунув язык.

«Любимый, меня в этом платье тебе можно видеть, потому что через три месяца в день нашей свадьбы оно на меня не налезет. Поздравляю, Лука, ты станешь папочкой!»

В этот момент я направлялся с боссом на весьма непростые переговоры с очень неприятными людьми. Новость о беременности накачала меня таким зарядом энергии и позитива, что всей этой встречи я добавил совершенно иной вайб. Отчего, внезапно, они не только согласились на встречу, но и провели ее сразу, без предварительных условий и договоренностей. Мы даже пожали руки в конце.

Босс пристально вглядывался в мое лицо весь полет обратно. Лишь перед тем как уехать в своей машине, Игнат сказал:

— Я сам побуду в клубе сегодня, едь домой. Важнее этого дела, сегодня уже ничего не будет.

Не знаю как он это делает. Но босс всегда в курсе того, что происходит вокруг… Поэтому, я просто усмехнулся и сев в машину, на полной скорости своей новенькой «ауди», помчал домой к своей беременной девочке. По пути раз двадцать останавливался у цветочных ларьков. Два джипа что следовали за мной, были под завязку в цветах.

Я вышел и отпустив охрану, перенес все цветы в дом. Заставив ароматными букетами все свободное пространство.

Пошел к ней. Было раннее утро и конечно, Сабина еще спала. Разбудить ее поцелуем, осыпая сотней лепестков роз было именно тем, что я хотел в тот момент.

Сабина открыла глаза и радостно воскликнув повисла у меня на шее. Она пыталась меня дождаться и заснула всего полчаса назад… Прильнула ко мне. Отвечает на мои ласки, игриво покусывая мои губы во время поцелуя.

Совершенно ожидаемо, в следующую секунду мой галстук за семьсот долларов и рубашка за пять тысяч полетели на пол. Моя девочка заведена и собиралась отметить эту новость так, как мы оба любим. Минуту спустя, ее обнаженная попка прижимается к моим бедрам, а ее руки с силой впиваются в дизайнерские шелковые простыни.

Сабина выгибает спину, прижимая бедра ближе ко мне принимая меня всего. Разгоряченное тело моей женщины ритмично покачивается от сильных толчков моего члена. Я крепко удерживаю ее бедра и наклонившись, скольжу губами по ее загорелой, стройной спинке, целуя глубокую ложбинку и ямочки на плечах.

Прижимаюсь ближе, захватывая руками ее объемную, упругую грудь, что приятной тяжестью чувствуется в моей ладони. Сжимаю ее с силой пальцами, слыша ее возбужденных вздох и нежный шепот…

Забываюсь, вбиваясь все более интенсивно. Слышу, дурея от желания, ее едва сдерживаемые стоны, смешивая свой пот с ее. Громко охнув я сильно кончаю, чувствуя как содрогается от повторного оргазма ее хрупкое тело. Заваливаюсь обессиленный на кровать, осторожно подмяв ее под себя. Нежно поглаживаю ее животик и шепчу своей русалке слова любви.

Утопая губами в ее нежной шейке, запускаю свои пальцы в ее длинные, золотистые волосы. И совершенно обалдевший от счастья любуюсь, как ее локоны, огненной волной струятся по шелку простыней…

Сабина смеется глядя на мое захмелевшее от радости лицо. Прильнула и кусает меня за бороду. Я наклоняюсь к ней и покрываю поцелуями ее губы, глаза, плечи… Шепчу ей, что она мой дар, самый светлый и самый ценный в жизни. И не было более важного и более опасного дела у меня, чем вырвать ее у судьбы, для себя.

Любимая переворачивается на спину и обхватив своими ножками мои голые ягодицы, прижимается ко мне всем телом, обвивая руками мое лицо. Жадно, раз за разом захватывая мои губы своим ртом, уничтожая все неприятности каждым пылким поцелуем, каждым прерывистым вздохом полным желания и нетерпения… Я смотрю на нее и улыбаюсь, счастливый до безумия. Опьянен моей страстной русалкой. А в голове словно сирена, орет эта новость:

«У нас будет ребенок!»

Я мечтал стать отцом очень давно. Но раньше это было лишь частью моих рационально-гипотетических планов на жизнь. «Выберу достойную девушку, женюсь, она родит мне много детей. Продолжу свой род, стану достойным примером своим детям».

В итоге, узнав что стану отцом, я еще больше влюбился в эту девчонку — невыносимо упрямую и дерзкую, хрупкую и нежную, любящую и бесконечно желанную мной.

Думаю сейчас не о будущем ребенке, а о моей жене, прежде всего. Страх потерять ее засел мрачной тенью в сознании. Сабина — мне, дороже жизни, а наш с ней ребенок, это… Здесь, я теряюсь, не находя подходящих слов… Ребенок от любимой женщины, это уже за гранью моего понимания счастья.

Когда анестезия первых часов счастья прошла, меня накрыла паника. Я и без того боялся оставлять жену одну, а беременную жену, оставлять в сто раз сложнее… Оттого, первые недели и месяцы после известия о беременности я стал нервным до предела… Опасаясь всего. Привычка ждать беду когда я счастлив, уже неразрывно следовала за мной.

Макар, он же «Кот», правая рука Игната, на место которого я изначально и пришел, передумал уходить. Но не жалею ни секунды об этом.

Кот — профи, работать с ним мне легко. Если бы еще его характер не был как у шестнадцатилетнего подростка, как и его шутки….

Узнав о беременности Сабины он стал подкалывать меня в связи с этим. То и дело разыгрывал меня, отвлекая всякой ерундой. Расшатывая мою и без того угашенную психику. И чем больше я психовал, тем изощреннее были его подколы. На мои претензии, Макар лишь отшучивался. Говорил, что делает мне одолжение по-дружески… И что мне нужно выпустить пар или у меня «крыша поедет»…

Объясняя жене почему в очередной раз я вернулся домой перепачканный в краску, я вспылил и впервые разорался при ней. Сабина обняла меня, нежно так и спросила:

— Почему ты ему это позволяешь?

— Детка, я этого пацана на семь лет старше. Кто-то из нас двоих должен быть умнее. Хочу своей выдержкой показать ему, что ему пора повзрослеть…

— Пфф… Напрасно теряешь время. Он тебя достанет! Любимый, Макар в чем-то прав. Тебе не помешает разрядка. Давай ответим⁈ Соглашайся, развлечемся! Лука, ты так загоняешься из-за моей беременности, что расслабиться тебе не повредит. К тому же, я уже придумала кое-что очень гадкое! Тебе понравится!

Я сомневался, но не стал спорить с моей беременной девочкой. Прислушался к ее доводам и решил реализовать то, что ей пришло в голову. На следующее утро вместо своего протеина, Макар выпил снотворное. А когда восемь часов после, он очнулся за городом, запертым в морге, то понял какова на вкус месть.

Два дня он молчал. Затем, прислал мне короткое сообщение капсом: «КАБЛУК». Сразу понял, что за моим ответом стоял кто-то его возраста и типа мышления.

Я наивно думал, что наша с Макаром рокировка на этом и закончится, не подозревая, что игра в «слабо» затягивает. В итоге, наши взаимные розыгрыши стали постоянной и уже любимой традицией. Даже Сабина зовет нас «токсичным тандемом». Иногда, конечно, нас с Макаром заносит за берега, но иначе уже не чувствуется соль подкола.

Так произошло на нашей с Сабиной свадьбе.

Макар торопился к нам из Европы, успевая прилететь в последний момент. Он не мог не прийти, он мой друг и главный свидетель. Я, узнав его рейс, заранее позвонил сестре и попросил ее через свои связи задержать Макара на полный досмотр в аэропорту.

Они продержали его два часа, проверив стерильность моего напарника до гланд.

Я же в предвкушении его физиономии, специально задержал церемонию, ожидая его у нас дома. Когда Макар покинул аэропорт, он ни слова мне не написал о досмотре. Хотя, прекрасно понял кто это ему устроил.

Он был на пути к нам домой, когда отправил мне сообщение «Спешу к вам, лечу с ветерком!»

Я не придал значения этим его словам. Думал, что он выражается метафорически. Как же я ошибался!

В тот момент мы находились в саду вместе с немногочисленными гостями, завершая последние приготовления перед церемонией. Ждем только его. Четыре ряда стульев у огромной арки из белоснежных роз и ландышей, стол с подарками и шарики с цветами, аккуратно привязанные по всему периметру места торжества.

Внезапно, мы слышим гулкий звук. Характерное такое гудение в воздухе. Видим, к нам приближается вертолет. Я сразу понял кто летит в нем.

Вертолет не приземлился сразу, а еще какое-то время покружил над нами, сдувая к черту все. Шарики, коробки, стулья и цветы улетели к бассейну. Гости спрятались в доме. Обслуживающая фирма в шоке. Охрана не поймет что делать.

Только Сабина смеялась так, что ей даже пришлось присесть в кресло. Она к этому времени была на шестом месяце беременности и я, хоть и смеялся вместе с ней, но больше всего опасался, что ее волнение может повлиять на ребенка. Напрасно. Все обошлось.

Вертолет благополучно приземлился распугав собак и лошадей. Макар вышел из кабины невозмутимый аки Джеймс Бонд. В смокинге и в неизменных белых кроссовках. Как ни в чем не бывало подошел к нам и обняв, поздравил с днем свадьбы.

Мы не стали ничего приводить в порядок. Вернули только стулья. Вот так, Макар подарил нам по настоящему незабываемые воспоминания.

Сама свадебная церемония была простой. К импровизированному цветочному «алтарю» Сабину вел ее отец, Родион Даруш. Цыган был невероятно горд, что скоро станет дедом. Он подвел дочь к белоснежной арке и вручил ее руку мне.

Я смотрел на мою прекрасную беременную жену в длинном, атласном платье, что облегало ее округлый животик.

Густав вел саму торжественную церемонию, не как священник, но как член семьи. Каждая его реплика поддерживалась одобрительными возгласами Марины, что сидела неподалеку и уже немного «накатила» с отцом невесты.

Краснея от радости и волнения с неизменной улыбкой, Густав произнес прекрасную притчу о любви и верности. Пожелал нам долгих лет счастья и соединив наши руки, он объявил нас счастливой любящей парой и будущими родителями.

Пол ребенка мы уже знали с Сабиной, но держали это в секрете от всех, наслаждаясь тайной. Друзья и родные донимали нас вопросами, не зная что дарить. Но все прояснилось, когда в один прекрасный осенний день появился наш первенец.

Сына мы назвали в честь моего отца. Причем, Сабина сама предложила это имя. Когда маленькому Рустаму было три месяца, моя сестра Ляйсан прилетела в гости увидеть племянника. Приехала не одна, с детьми и мужем.

Они провели у нас две недели. Катали ее пацанят на лошадях, а Сабина тренировала их в бассейне. За три дня моя жена привила им любовь к прыжкам с вышки.

Пока дети сестры гостили, к нам часто приезжала Ева, жена моего босса с сыном. Дети Ляйсан почти одного возраста с ее малым — один старше на год, другой младше. За неделю, пацанята крепко сдружились.

Сабину Игнат-младший обожает и не зря, ведь она его тренер. Не пропустил ни одну тренировку. Иногда его отец, мой босс, сам приводит сына. Сидит в кресле и все два часа смотрит на их тренировку. Отметил, что Сабина ведет себя «чисто», ней в нет фальши и суеты. Не заискивает, не давит, только направляет, оставляя пространство для инициативы.

Мне как мужу это было приятно слышать. Хотя и так это знал. Моя девочка умеет быть умницей, если дело ей нравится.

Марина, мать Сабины приезжает редко. Они с Густавом еще пол года назад вернулись к нему на родину, чему я был только рад. В ее редкие визиты, со мной она общается минимально. В одном доме нам по прежнему сложно ужиться. Марина видела Рустама когда ему был год. Собирается приехать через неделю на двухлетие внука.

Кого мне по настоящему не хватает, так это мамы Гули. Ее дочь вышла замуж за португальца и забрала мать с собой. Я иногда навещаю ее, когда бываю в Европе проездом. Но это, совсем не то…

Теперь, у нас личный повар, вся еда исключительно вкусная и питательная, но иногда мне так хочется услышать ворчание мамы Гули на кухне: «Лукьян, не топчись у двери, я позову сама! Это сюрприз, увидишь, когда приготовлю…»

Воспоминания накрыли волной. Устал. Еду из аэропорта прикрыв глаза от пестрых мелькающих огней за окном. Снова смотрю на фото моих любимых. На Рустаме моя ковбойская шляпа. Сабина подарила мне ее на тридцатипятилетие. Она купила ее в Штатах, когда мы отдыхали с моим боссом и его женой, Евой. Только там, в специальном парке для альпинистов мы увидели насколько офигенно Ева поднимается по скалам. Мы с Сабиной стояли открыв рты, глядя как она за две минуты взобралась на высоченную гору нависающую над водой…

В этом году мы тоже планировали поехать вместе. Но Игнат все отменил, не объясняя причин. Только спустя время, мы узнали что Ева была беременна. Мне Сабина рассказала.

Пока Ева не родила второго сына, ее беременность держали в тайне. Сабина переживала за них, как о своей семье. И в каком то смысле за эти три года, что я работаю на него, мы и стали семьей. Игнат с женой часто приходят к нам с обоими детьми. Отдыхаем, общаемся. Я очень рад, что моя жизнь сложилась именно так.

Оглядываюсь. Машина выехала за город и довольно скоро я увидел огни нашего дома. Дал знать охране, что до утра останусь здесь. Заехал на территорию нашего участка глядя по сторонам. За эти годы он оброс множеством деревьев и дополнительных построек. Здесь и мини-конный центр, и бассейн с вышкой, и огромный сад. А в центре, недалеко от реки, наш прекрасный дом.

Мы въехали в него уже когда Сабина была на последнем месяце. Она обставила детскую комнату для сына сама. Его спальня находится рядом с нашей. Но первое время сын спал с нами. Мне было невыносимо оторваться от его голубых глаз-бусин даже на секунду. У Рустика с рождения густые, чуть вьющиеся черные волосы, один-в-один как у меня. Немного сожалел, что он не рыжий, как его мама. Надеюсь, когда у нас появится дочка, то у нее непременно будут мамины огненные локоны.

Я иду по широкой, вымощенной камнем дорожке. Ахиллес заметил меня и уже бежит мне навстречу вдоль вольера. Я обнял пса и угостил его лакомством. Немного поиграл с ним и выпустил погулять на ночь по участку. Уже почти девять вечера. Я прохожу через датчик движения, набираю очередной код. Вхожу в дом. Закрываю дверь и включаю сигнализацию.

Поднимаюсь наверх. Наверху пахнет духами жены, выпечкой и цветами. У лестницы натыкаюсь ногами на пластиковый автомобиль сына, подарок дедушки Даруша внуку. Он хотел подарить барабаны, но Сабина сказала что барабаны она поставит у него в доме и Рустам будет приезжать и колотить в них, прямо у него под ухом. «Лютый» передумал и подарил внуку мини-«феррари».

Иду по освещенному ночниками коридору, снимая пиджак и оставляя его на вешалке. На тумбе возле столовой, где я обычно люблю сидеть вечером, стоит небольшое блюдо с крышкой.

Любимая ждала меня. Уже знает мои привычки. Поднял керамическую крышку, а там мои любимые домашние сочники с изюмом. Раньше их Гуля готовила мне, теперь, жена. Откусил один и зажмурил глаза от удовольствия. Идеальные.

Открыв дверь в гостиную вошел в комнату. Телевизор включен и негромко вещает о погоде на завтра.

На диване лежит моя рыжеволосая красота. Спит. Ее лицо так расслабленно, даже жаль будить. Одна ее рука обнимает сына. Маленький Рустам лежит у нее на плече, забавно откинув маленькую ручку вверх. Вторая его крошечная ручка на мамином округлом животе. Мы с Сабиной ждем второго сына и он должен появиться уже скоро, этой зимой, в первом месяце нового года.

Рустаму всего два, но он понимает что у него будет маленький братик. Так трогательно обнимает живот Сабины, показывая что там малыш. В такие моменты я не могу найти слов чтобы выразить свои чувства. К подобной нежности и счастью не был готов.

Я подошел к ним ближе, сел у дивана и смотрю на них. Сабина приоткрыла глаза и улыбается мне сонно. Наклонился и прильнул губами к ее улыбке. Поцелуй жены действует на меня как анестезия.

«Что это? Самовнушение? Или это любовь действует так?»

Стоит мне после долгого, сложного дня поцеловать мою жену, прижать к себе моего маленького сына, как вся усталость и тревоги исчезают. Никого нет кроме нас. Лишь мы втроем. Сабина, я и наш маленький сын.

Их любовь, забота и нежность, словно высокие стены ограждают меня от любой тревоги и мрака. И все, ради чего я живу, это их радость. Делаю все, чтобы мой сынок смеялся и моя любимая рыжеволосая девочка продолжала улыбаться и смотреть на меня так, как смотрит сейчас, глазами полными любви, нетерпеливого желания и нежности.