Автор идеи, креативный и генеральный продюсер – Алексей Лебедев.

Персонажи из мультипликационного сериала «Приключения Пети и Волка», 2019–2022 гг., режиссер: А. Лебедев, автор сценария: А. Лебедев.

По лицензии ООО «Союзмультфильм»

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Городской мальчик. Любит технику, гаджеты и покой. Хотя после знакомства с Волком покой ему только снится. Петя – добрый и отзывчивый, слегка пугливый. У него хорошо развита смекалка, которая включается в критические моменты. Сказочный Волк постоянно втягивает Петю в приключения, и Пете приходится путешествовать через другие миры и решать проблемы существ, о которых он до этого читал в книгах. Ответственный: не бросает дело, за которое взялся.

Говорящий Волк. Возраст неизвестен. Волк часто позиционирует себя как уставшего от жизни профессионала. Спокойный, ироничный, редко теряет самообладание, эгоистичен. Волк легко помещается в различные небольшие замкнутые пространства – гардеробы, дупла деревьев и т. п. Через них он перемещается в параллельный мир, где занимается решением проблем самых необычных существ. В отношении Пети Волк нетерпелив и настойчив, не всегда понимает его обстоятельства и по наивности может отрывать Петю от учебы и домашних дел.

Хорошая хозяйка. Рациональна и практична. Любит Петю, мужа, своего папу, мир. Оптимистка. Верит, что все всегда будет хорошо. Пытается всех успокоить и умиротворить, найти компромисс. В контактах со сверхъестественным поначалу пугается, но потом адаптируется и ведет себя со сказочными существами так же, как с родными людьми.

Считает себя главой семьи, несмотря на конкуренцию со стороны Дедушки, отца Мамы. Умен и начитан. Переживает за все и за всех. Легко впадает в панику. Совестлив, эмоционален. Чрезмерно и комично изводит себя чувством вины.

Истинный глава семьи. Все повидал, все про всех знает. В бытовых условиях беспомощен. Верит в себя, в хитрость, а также в силу житейского опыта. Легко сходится с незнакомцами. Дедушка тесно общается с Петей, поэтому становится основной «жертвой» визитов постоянных гостей из других миров.

Если вы считаете, что жизнь сказочной нечисти проста и незамысловата – знай себе пугай крестьян, похищай девиц да выходи на поединки с добрыми молодцами, то вы глубоко ошибаетесь. На самом деле у нечисти ужасно много дел, и чем она солиднее, тем больше обязанностей. Кощею, например, приходилось заботиться о своих владениях круглые сутки: мало ли что.

Тот день начался с рутины: Кощей обновлял опись своих сокровищ, пересчитывал, раскладывал, каталогизировал. Если бы он переехал жить в мир Пети, его с руками оторвала бы любая крупная финансовая компания: такой бухгалтер и полкопейки не упустит.

Кощей придирчиво осмотрел содержимое очередного сундука. Согласно описи, в нем хранилось волшебное зеркало, шапка-невидимка и серебряное блюдечко с наливным яблочком. Все было на месте и в идеальном состоянии. Ну, почти. Рисунок на блюдечке слегка поистерся от частого использования, и оно явно нуждалось в чистке. Кощей аккуратно отложил сокровище в сторону, чтобы по окончании аудита привести блюдце в порядок, как вдруг раздался стук в окошко.

Кощей по привычке захлопнул сундук, навесил сверху три волшебных замка и только потом сообразил, что он в башне и от ее окон до земли – саженей двадцать, ни один богатырь не допрыгнет. Да и стук был слабый, вовсе не от палицы или копья. Но осторожность не помешает. Кощей для верности накрыл сундук и блюдце бархатным покрывалом и только после этого обернулся.

На узеньком карнизе по ту сторону решетчатых ставень нахохлившись сидел большой ворон и блестел хитрыми глазами. Под крылом у него виднелась туго набитая переметная сумка.

– Что стряслось? – буркнул Кощей. Он не любил неожиданностей и внезапных появлений, особенно посреди рабочего дня.

– Кар-р-р! Кур-р-рьер-рская доставка. Ср-р-рочное междунар-р-родное отпр-р-равление! Получите и р-р-распишитесь, – хрипло прокаркал ворон, сверкнув глазами.

Кощей задумался. Письма ему приходили нечасто, и доставка эта казалась весьма подозрительной. Но ставень все же приоткрыл. Ворон, не теряя времени даром, сунул длинный клюв в сумку и вытащил бланк получателя и что-то круглое, похожее на мяч, разрисованный узорами.

– Откуда-откуда? – непонимающе нахмурился Кощей.

– Из-за мор-р-ря-окияна! – каркнул ворон, аккуратно уронив ношу в ладони Бессмертному.

Кощей не знал, сердиться ему или удивляться, поэтому одна бровь его опустилась, а вторая поползла вверх, отчего лицо его приобрело странное выражение. Однако почтовым воронам он привык доверять: эти точно не позарятся на его сокровища, не то что сороки. И все же…

Он не глядя подписал бланк – и крылатый почтальон унесся в облака, оглашая окрестности хриплыми криками. А Кощей задумчиво взглянул на послание… То, что он принял за мяч, оказалось маленьким подобием черепа, раскрашенного в яркие цвета. Странный сувенир…

Он поднес посылку поближе к глазам, чтобы рассмотреть, как вдруг череп ловко вывернулся и щелкнул челюстями, едва не тяпнув получателя за палец. Потом загадочный сувенир повис в воздухе, в его глазницах загорелись желтые огоньки, а затем он внезапно заговорил скрипучим голоском:

– Дорогой кузен! Мы очень по тебе скучаем. В ближайшую среду в Мексике начинаются праздники в честь духов усопших и их проводников. Соберутся все друзья и родственники. Устраивают шикарный праздник с карнавалом, песнями, танцами и фейерверками. Будем очень рады тебя видеть! Смертельно любящие тебя кузен Самди и кузина Катрина. – Череп завершил речь типичным мексиканским «Тр-р-р-р-р-йаха!», умолк и опустился на подоконник.

Кощей несколько секунд сидел, задумчиво моргая. Он не удивился письму, нет. Но приглашение казалось одновременно и заманчивым, и почему-то зловещим. Бессмертный перевел взгляд на большой портрет на стене, на котором красовался он сам с Катриной и Самди в компании Анубиса и Харона. Как давно это было? Лет двести назад?

Письмами они с родней обменивались часто, но встречались реже редкого. У всех были свои дела, но, в отличие от остальных, Кощей слыл домоседом и почти никуда не выезжал. Конечно, можно было сослаться на дела, защиту замка от коварного Водяного и недалеких богатырей, мечтающих явить всему миру силушку… Ему довелось провожать души на ту сторону, но даже это он делал по долгу службы. А тут его позвали… отдохнуть?

Судя по тому, что Кощей слышал от Пети, Мексика – отличное место для отдыха. Курорты там ничуть не хуже их Дивнолесья, только теплее и море рядом. Причем спокойное, не то что вокруг острова Буяна.

Конечно, дома дел тоже хватало. Кощей с тоской посмотрел на сундук, потом – на притихшее говорящее послание. Снова на сундук. И снова на послание. Эх, была не была! Ничего за неделю с его замком не случится. Наладит охрану получше, оставит кого-нибудь на хозяйстве… А сам с родственниками повидается, будет что вспоминать долгими вечерами, когда придется чахнуть над златом.

– Ай-ай-ай-ай-ай!

Брям-м. Брям-м.

Если бы Колобок мог заткнуть уши, то непременно так бы и сделал. Вот уже третий час бесконечное «Ай-ай-ай-ай-ай, компанья» разносилось по замку, отскакивая от мрачных стен. Заунывное бряцанье гитары неслось вслед.

– Ай-ай-ай-ай-ай!

Брям!

– Ай-ай-ай-ай-ай!

Брям!

Все, кто мог и успел, попрятались. Водяной вылез из озера, громко выразил протест, но Кощей его не слушал (точнее, не слышал) и продолжал терзать струны. Ну что такое три часа по меркам бессмертия? Это другие ничего не понимают в высоком искусстве, а ему нужно тренироваться, чтобы впечатлить дальнюю родню.

Пауки попрятались в самых глубоких щелях, плотно затянув выходы паутиной, мыши разбежались, а Колобок, которому деваться было некуда, сгреб в кучу подушки и перины и зарылся в них целиком. Впрочем, это не помогло.

Однако музицирование (на счастье слушателей) ждал закономерный финал. После очередного «бряма» раздалось совершенно немелодичное «дзынь!».

Кощей грустно посмотрел на лопнувшую струну и с неохотой убрал гитару, а его соседи по волшебному царству и обитатели замка наконец вздохнули с облегчением.

Что ж, раз музыкальные занятия пришлось прервать, стоило попрактиковаться в языках – все-таки в другую страну ехать.

Кощей взял со стола древний разговорник, который нашел в обширной библиотеке Горыныча (и откуда он там только взялся?), подошел к зеркалу и принялся громко, с выражением читать:

– Буэнос ночес. Ме льямо дон Уэсо. Ун хуго де наранха, пор фавор!..[1] Тьфу ты, язык сломаешь, – проворчал Кощей и поморщился. Но не сдался: трудности, как известно, закаляют характер.

Он отложил книгу и примерил черную шляпу с мелкими помпончиками на полях, короткую курточку с вышивкой в виде алых роз и костей и черный плащ. Эти нарядные вещи в честь праздника прислали ему родственники в прошлом году.

Кощей прокрутился перед зеркалом.

– Хорош! – похвалил он сам себя.

– Головокружительно! – тихонько согласился Колобок, который незаметно подкатился сзади. Он был ужасно рад, что пытка музыкой наконец закончилась.

– Грасиас[2]. – Кощей снял шляпу и поклонился. Казалось, он уже вжился в образ. – А так?

Он забормотал что-то невнятное, сделал несколько пассов руками и пощелкал пальцами, как кастаньетами[3], будто танцует фламенко[4]. Бессмертного окутал дым, как фокусника в цирке, а мгновение спустя он уже щеголял в яркой гавайской рубашке, стильных штанах-бермудах и соломенной шляпе. Только вместо цветов на ней почему-то оказалось птичье гнездо с пестрыми яичками.

– Что-то не то… – озадаченно протянул Кощей, рассматривая шляпу. – Надо еще потренироваться.

– Так тоже хорошо, – подбодрил его Колобок.

Кощей вернул себе обычный наряд, придирчиво осмотрел себя в зеркало и остался доволен. Он снова щелкнул пальцами; хлопнули дверцы шкафа, и наружу выкатился походный сундук на колесиках и с длинной ручкой, украшенный цветными наклейками. На последней, с адмиралтейским шпилем, стояла дата их знакомства с Петей и его дедушкой. А предыдущая, с островом Буяном, украшала сундук и вовсе с семнадцатого века. Кощей вздохнул. Надо что-то менять… Нельзя всю жизнь сидеть сиднем на одном месте. Вон Яга с Горынычем постоянно куда-то летают, даже Водяной нет-нет да и сплавает на курорт. В самом деле, чем он хуже?

Кощей упаковал в сундук удочки, волшебное зеркало, чтобы фотографировать, подарки и сувениры (гармошку для Самди, павловопосадский платок для Катрины и всякие мелочи для прочей родни и знакомых), крем от загара… Сверился со списком. Взглянул на покосившиеся часы с сонной кукушкой. Без пяти минут полночь. Надо сказать, часы на первый взгляд всегда показывали одно и то же время, и только Кощей знал, как правильно его определять.

«Пора!» – сказал Бессмертный сам себе и повернулся к Колобку, который все еще катался позади него в ожидании распоряжений.

– Ты! – Костлявый палец ткнул ему в лоб. – Остаешься за старшего. Чтоб в замке порядок был. Через неделю вернусь. Буду… Как это Петя говорит?.. Вне зоны доступа. Если что-то совсем срочное – звони на яблочко. Для всех прочих: я в отъезде по важным делам. – Кощей помолчал и добавил: – Даже для Пети.

– И для Волка? – осторожно уточнил Колобок.

– И для Волка.

В этот момент раздалось «бом-бом!», кукушка в неработающих часах открыла один глаз и сонно прокукарекала. Кощей поднял череп-послание на ладони, как шекспировский Гамлет Йорика, и глаза у «артефакта» вспыхнули алым огнем.

Дальняя стена, где раньше красовался пейзаж Тридевятого царства, вздрогнула, и с нее посыпалась штукатурка. Пауки в испуге бросились в стороны. Вспыхнуло мягкое фиолетовое мерцание, будто кто-то волшебным мечом резал по камню. Огненные линии забегали по стене, а потом сложились в замысловатый рисунок: великолепные двери с надписью из непонятных букв. На верхней части арки красовалась маска с разинутой пастью и глазами-щелочками. Косяками служили две скрещенные косы, оплетенные шипастыми розами, листьями табака и сахарного тростника. Кощей замер, рассматривая роскошный портал. Вот бы ему все двери в замке так же отделать!

«Вас приветствует служба перемещений загробного мира, – послышался невесть откуда мелодичный и в то же время пугающий голос. – Если вы собираетесь совершить путешествие, встаньте ровно перед входом и вложите свое приглашение в слот. – Между створками двери проявилась еще одна маска, в рот которой как раз поместился бы череп-послание. – Если нет, игнорируйте это сообщение. Приглашение аннулируется через тринадцать минут. Если слот не открылся, обратитесь в центр обслуживания».

– Фу-ты, ну-ты! – фыркнул Кощей. Ничего себе «сервис»! Он выждал минуту, внимательно следя за яркой стрелкой на «замке», которая медленно приближалась к красной зоне. С другой стороны, чего он ждет, раз уж решился?

Кощей ухватил сундук за ручку, второй рукой сжал приглашение-череп – и сделал шаг в сторону отдыха.

Двери снова замерцали и с тихим звоном распахнулись, открывая зев мрачного портала. Порыв ветра с той стороны принес с собой аромат кофе и жареной кукурузы.

Портал за спиной Кощея закрылся. Бессмертный очутился в невероятно красочном месте. Кругом было шумно, со всех сторон доносилось жизнерадостное «Оле!», звуки гитарных переборов и шорох маракасов. Пахло жареной кукурузой и кофе. Над улицами появлялись длинные гирлянды разноцветных бумажных флажков и ярких фонариков. Мимо пробежала, едва не сбив его с ног, стайка не то привидений, не то детишек в броских костюмах и накидках. Такую пестроту и разнообразие Кощей видел лишь на новогодние праздники, да и то не везде.

Вся эта суматоха привела гостя из Тридевятого царства в смятение (если не в ужас), и сначала он подумал, не юркнуть ли обратно в портал, потом – не спрятаться ли в тени, пока его никто не заметил. Слишком ярко и непривычно выглядел чужестранный город. Впрочем, к Кощею быстро вернулось самообладание, а потом верх взяло любопытство.

Зазывалы наперебой расхваливали товар, завлекая гостей в сувенирные лавки. Сперва Кощей крепился: не хватало еще потратить богатство на ерунду, не для того он его столько сотен лет копил! Но в конце концов не удержался.

Ближайшей оказалась лавка с костюмами. Хозяин расплылся в улыбке и, бормоча на непонятном языке, потащил гостя к вешалке с роскошными плащами, черными с золотой вышивкой. Гость недоверчиво покосился на хозяина лавки (знает он этих торгашей: они спят и видят, как оставить его без полушки[5]!), но все же решился на примерку.

Когда Кощей подошел к огромному ростовому зеркалу, хозяин лавки уже притащил круглый столик, заваленный большими и маленькими цилиндрами с бахромой и фонариками по краю, с украшениями из перьев, костей, зубов, ленточек и черепушек. Кощей осторожно снял корону и со всей бережностью и тщательностью затолкал на дно своего дорожного сундука – чтобы не стащили. Потом он примерил один цилиндр, затем – другой. Посмотрелся в зеркало. А хорош! Костюм как будто на него шили!

Однако удовольствие от собственного отражения быстро сменилось тревогой. Сколько с него попросит ушлый торгаш? Кощей ни слова не понимал в скороговорках, которыми сыпал хозяин лавки. Бессмертный и так был не силен в испанском, а уж торговаться на незнакомом языке – дело и вовсе непростое. К тому же это не Тридевятое царство, здесь он – простой турист. Кощей еще раз взглянул в зеркало, на этот раз – с грустью. Отражение ответило таким же взглядом и начало с неохотой стягивать обновки.

Вдруг мелодично звякнул колокольчик на двери, а сидевший на жердочке старый попугай открыл один глаз и хрипло крикнул:

– Эль патрон[6]! Пиастры! – и снова задремал.

От дверей пахнуло холодом, влажным лесом и дымом костра, а потом мелодичный голос воскликнул:

– Примо мио[7]! Вот ты где! А мы тебя по всему центру ищем!

– Нам сообщили, что ты прибыл, и мы отправились навстречу. А ты решил сувениров прикупить? – добавил дружелюбный басок, и лавка наполнилась ароматом сигар и рома.

Хозяин лавки охнул и рассыпался – судя по тону – в вежливых и уважительных приветствиях. Кощей обернулся.

На пороге стояла пара, которой даже на пестрых местных улицах не удалось бы слиться с толпой – так они выделялись. Роскошная дама в старинном платье, мантилье, венке из шипастых роз, с поясом, украшенным изображениями часов и весов, а с ней – плотный усатый господин в черном, ярко расшитом костюме и в цилиндре с пестрыми ленточками.

Кощей и глазом моргнуть не успел, как его уже стиснули в объятьях.

– Как мы рады, что ты все-таки согласился! – томным контральто протянула дама.

– Давно пора! – поддержал усатый господин.

– Самди! Катрина! – гость даже слезу пустил от умиления и радости. – Я тоже до смерти рад! Сколько времени уже в гостях не был! Все дела, дела – то над златом чахну, то сокровища пересчитываю… – посетовал он.

– Вот и правильно, – поддержала Катрина, обмахиваясь большим веером из перьев ара. – Отдыхать тоже нужно. Мы раз в год обязательно позволяем себе отпуск. Иначе так можно и сгореть на работе.

Самди пообещал разобраться с продавцом, отошел к прилавку и завел не то спор, не то беседу с хозяином. Судя по жестам и эмоциональным выкрикам вроде «Какаролес[8]!» или «Ке ба[9]!», они отчаянно торговались. Кощей был восхищен, хотя не понимал ни слова. А Катрина тем временем влекла его к выходу – мол, умельцы сами разберутся, можешь не волноваться за свой костюм.

– У нас в планах большая культурная программа! – проворковала Катрина, взяв кузена под локоть. – Экскурсия по мемориальному кладбищу «Мост в рай», торжественный обед в честь Дня усопших… Послезавтра начнется симпозиум по обмену опытом между богами загробного мира и проводниками душ. А пока – отдыхай, осваивайся…

Катрина трижды звонко хлопнула затянутыми в кружевные перчатки ладонями. Откуда ни возьмись прилетели несколько ярких птичек размером с бабочку (кажется, Петя говорил, что они называются колибри) и подхватили сундук гостя.

Кощей вцепился в ручку. Покушаться на его сундук?! Да как они посмели?!

– Не волнуйся, – усмехнулся в усы Самди, который как раз догнал своих родственников. – Они доставят твой багаж в склеп-отель в целости и сохранности. У нас не принято воровать у жителей Мира мертвых, тем более в праздник. Мы ведь и обидеться можем. – Хранитель перекрестков сердито сдвинул брови.

Кощей поверил не сразу. Конечно, родня не станет его обманывать, но как-то не привык он выпускать из рук личные вещи. Все надо держать под контролем, иначе обязательно что-нибудь пропадет – не по злому умыслу, так по случайности. А вдруг ему что-то внезапно понадобится? Например… смена одежды?

– По городу лучше ходить налегке, – продолжал уговаривать кузен. – И руки свободны, и в толчее не застрянешь. А сегодня карнавал, народу будет тьма! – Он усмехнулся и добавил загадочно-предостерегающим тоном: – Так что готовься: дети будут липнуть, закармливать тебя конфетами, опаивать кофе и пытаться с тобой сфотографироваться. Вот, держи. – Он сунул костяную руку в глубокий карман жилета и протянул гостю огромные темные очки. – Чтобы от вспышки не ослепнуть.

– Местные хранители традиций, конечно, всех предупреждают, чтобы выключали вспышку, но разве ж кто слушает! – пожаловалась Катрина.

«Как в музее», – подумал Кощей и нехотя отпустил ручку сундука. Колибри взвились в небо вместе с тяжеленным багажом, будто он весил не больше их перышка, и унеслись на запад. Гость проводил свое имущество тоскливым взглядом, а потом спросил:

– А разве люди вас не боятся?

– Что ты! Они нас чтят и уважают! – довольно произнес Самди. – В общем, если тебе что и грозит, так это обилие внимания и куча подарочков, большая часть которых тебе совершенно не нужна. Но ты их все же принимай – из вежливости. Если будут приносить записки с желаниями – тоже бери. Можешь сам исполнить, можешь передать коллегам. Хотя там иногда такое пишут!..

– Ладно бы просили у нас и предков удачи в любви, здоровья… А то «пусть духи помогут выиграть в лотерею», «мечтаю ни дня не работать» или «хочу получить главную роль в сериале»… – пожаловалась Катрина.

– И как же вы их исполняете? – осторожно поинтересовался Кощей.

– А мы шутим, – усмехнулся Самди.

Кощей, хоть и сам был сказочным злодеем, нервно икнул, живо представив, на что способны его устрашающие родственнички с их-то чувством юмора.

– Кстати, почти все вокруг нас – не совсем люди, – рассказывала кузина. – Из обычных смертных сюда допускают только бокоров[10] и ведьм-жриц.

– Тогда кто же это?

– Духи. Предки, родственники, главы семейств, даже любимые питомцы. Но в час, когда открываются врата между мирами живых и усопших, духи навещают свои прежние дома, и порой их сложно отличить от обычных людей.

– И никто не теряется?

– Бывает, – вздохнула Катрина. – Но на этот случай у нас есть помощники – игуаны и колибри, которые собирают заплутавшие и отставшие души и возвращают их на место. А мы контролируем.

Кощей молча кивнул. Трудно было представить, что будет, если эти врата вдруг заклинит или их хранители надолго отлучатся. Ужас что начнется! Все будут шастать туда-сюда. Вдруг его старый зáмок, который то и дело осаждали богатыри и назойливый Водяной, показался Кощею тихим и уединенным местечком. Да уж, к местному колориту ему еще привыкать и привыкать!

Однако постепенно он перестал обращать внимание и на шум, и на пестроту, и на суету вокруг. Голова уже не звенела, в глазах не так рябило, и гость из Тридевятого царства потихоньку начал получать удовольствие от прогулки по Городу духов.

На центральной площади собралась толпа. На импровизированной сцене в виде пирамиды майя симпатичная черноволосая девушка в короне из роз и пауков играла на гитаре и пела красивую балладу. Судя по отдельным словам, посвящалась эта баллада кузену Самди. Кощей аж прослезился. Он далеко не все понял (еще не освоился с местными языками), но больно уж хороша была мелодия!

Рядом под навесом Анубис и Харон играли в шашки фигурками-лодочками из слоновой кости и черного дерева. Устрашающая Кали беседовала с бледной красоткой в греческом одеянии – видимо, женой Аида. Чуть в стороне китаянка в бело-красных развевающихся одеждах помешивала в котле варево. Ароматы оттуда доносились такие аппетитные, что Кощей невольно устремился к ней. Кузен поймал его за руку.

– А вот у нее угощаться не советую. Это Мэн По. Она «суп забвения» варит. Глотнешь – и забудешь, кто ты есть.

«Надо будет познакомить ее с Ягой, – подумал Кощей. – Та тоже обожает готовить».

Вокруг бегали дети, чинно прохаживались пары в своих лучших костюмах, и никто не удивлялся гостям из других миров. Кощей стал с любопытством оглядываться по сторонам… а через сотню шагов уже влился в общее веселье. За пять минут его задарили цветочными гирляндами, накормили мороженым и научили лихо греметь маракасами (этому гость был очень рад).

Мимо пролетело существо, похожее на Змея Горыныча, но почему-то в шубе из разноцветных перьев. За ним проследовала стая попугаев, один из которых тащил деревянную табличку с надписью: «Экскурсии к пирамидам майя. Каждую ночь. Стоимость – один золотой пиастр. Льготным категориям – богам и их помощникам – бесплатно».

Кощей проводил любопытным взглядом «рекламную кампанию».

– Очень рекомендую, – поддержал Самди, заметив интерес гостя. – Такого ты больше нигде не увидишь. Главное – не отстать от экскурсовода, – добавил он, подмигнув.

– А почему бы нет? – согласился Кощей. Будет о чем рассказывать Яге и Горынычу долгими вечерами.

Самди вытащил из бездонного кармана маракас и потрещал им, привлекая внимание «турагента».

– Один билет для нашего гостя из Тридевятого царства, – сказал он подлетевшему попугаю.

– Льготные билеты только на послезавтр-р-ра! – прокричал тот.

– А нам раньше и не нужно, – ответил Самди. – Запишите на после второго карнавала.

– Петя, я тебя спрашиваю. Что это такое?

В дверях комнаты стояла рассерженная Варвара Николаевна в переднике и с поварешкой в одной руке. В другой руке она, грозно потрясая в воздухе, сжимала отполированную до блеска лопаточную кость неизвестного животного, испещренную сетью зарубок и насечек, будто буквами таинственного алфавита.

Петя настолько погрузился в свои мысли, что услышал маму не с первого раза, чем только сильнее ее рассердил. Варвара Николаевна готова была мириться со всякими странностями в виде тающих снегурочек или телепатических социальных сетей, но категорически не выносила посягательств на ее законную территорию (то есть кухню) без разрешения и даже без спроса.

– Петя, объясни наконец Волку, что не надо хранить свои заначки в моем кухонном шкафу! А то за вашими, с позволения сказать, артефактами уже кастрюли со сковородкой не разглядеть!

Петя устало покосился сперва на поварешку у мамы в руке, потом – на кость, похожую на экспонат из Музея северных народов, и помотал головой. Какая заначка? Он в упор не мог припомнить, откуда взялась эта штуковина и Волк ли ее принес. С момента их знакомства в квартире перебывало столько всего, начиная с Царевны-лягушки и заканчивая инопланетянами, что он уже ни в чем не был уверен. Но вид не на шутку рассерженной мамы не внушал желания спорить. И даже задавать вопросы.

– Угу, – мрачно буркнул Петя, забрал у мамы трофей и задумчиво повертел его в руках. Он старался вспомнить, где они с другом побывали в прошлый раз и не могли ли прихватить оттуда этот «артефакт», но это не помогло.

«Может, в школьный музей ее отнести, если настоящий хозяин не найдется?» – подумал он и вернулся к компьютеру. Варвара Николаевна удалилась с гордым видом, помахивая поварешкой.

«Ничего, скоро повзрослеет – и закончится наконец этот дурдом», – успокаивала себя Варвара Николаевна, старательно нарезая морковку для борща. Она покосилась на дедушку, который увлеченно читал журнал «Невероятное», и засомневалась: может, и не закончится.

Из шкафчика под раковиной раздалось до боли знакомое «Пф-ф!», дверцы распахнулись, и в кухню выпрыгнул серый мохнатый клубок с большим румяным караваем в лапах.

Варвара Николаевна сперва удивилась, что незваный гость не заявился прямо в комнату к сыну, но потом вспомнила, что во время уборки накануне «случайно» подперла дверцу шкафа стулом. Тот был достаточно увесистым, и сдвинуть с места его было нелегко. Конечно же, Волк не смог открыть ее с первого раза, вот и нашел другой способ проникнуть в квартиру.

Варвара Николаевна уже готова была высказать Волку все, что думает о его наглой серой морде и умении появляться в самый неподходящий момент, но заметила, что тот не с пустыми руками (то есть лапами), и почти сменила гнев на милость.

– Здравствуйте, – вежливо произнес Волк, водружая ношу на стул, – простите за вторжение. А Петя дома?

– Уроки делает, – улыбнулась Варвара Николаевна и немного смущенно добавила: – Не знала, что ты с гостинцами. Я сейчас чай заварю…

– Никакой я не гостинец! – вдруг раздался невесть откуда тонкий детский голосок.

Варвара Николаевна чуть не выронила чайник от удивления, Николай Семенович поперхнулся, а «каравай» открыл глаза и, улыбаясь до ушей (точнее, до того места, где они обычно находятся), представился: – Я Колобок, Колобок, по сусекам наскребён, на сметане замешён.

– Ясно, – вздохнула мама Пети, разом утратив остатки хорошего настроения. Значит, не угощение, а еще один бездельник. И, не скрывая разочарования, крикнула: – Петя! К тебе гости!

– Спасибо, – быстро поблагодарил Волк и погрозил Колобку лапой. – Посиди тут пока. Я позову Петю.

И скрылся в коридоре – только мелькнул серый хвост. Варвара Николаевна даже не успела вспомнить про «заначку в шкафу» и учинить ему допрос с пристрастием.

Вслед Волку неслись хвастливые речи Колобка:

– Это что! Я и от Лиха ушел, и от Лисы, не говоря уже обо всех остальных!..

Как и ожидалось, Петя корпел над уроками. Еще бы: когда в классе распределяют доклады, он всегда вытягивает короткую спичку по важности и сложности. Учителя будто сговорились и, видимо, назначили его то ли гением, то ли магом, который способен проникать в тайны наук и истории Вселенной. Проникать в тайны Петя действительно умел (точнее, он туда вляпывался, и почти всегда – не по собственному желанию), но это были совсем не тайны науки, и проникал он в них вовсе не ради докладов.

История коренного населения Южной Америки, в отличие от Атлантиды и Китежа, в дневнике его исследований не значилась. Но это мало кого волновало. Так что хоть тресни, а доклад к следующему понедельнику принеси. Оттого визит Волка вызвал у мальчика двойственное чувство: он всегда был рад встрече с другом, но появление пушистого означало одно – новое опасное и страшно срочное приключение.

– Привет. – Волк бесцеремонно запрыгнул на диван и подложил под спину подушку.

– Привет, – отозвался Петя, не отрывая взгляда от экрана. Там у мальчика была открыта очередная научная статья, которая только и могла, что усыпить – ничуть не хуже кота Баюна.

– У нас проблемы.

Волк, как обычно, не утруждал себя «заходом издалека». Фраза «у нас» всегда означает авантюру с непонятным исходом, но отказаться от нее невозможно. И Петю это раздражало. Слегка. Поэтому он не сразу обернулся.

У мальчика внутри шла борьба между желанием сделать передышку от мозгодробительного доклада и здравым смыслом. Чувство ответственности молчало, поскольку его одинаково устраивали оба варианта. Однако озадаченность на серой морде разбудила любопытство.

– Что случилось?

Волк быстро огляделся, как будто боялся, что их подслушают, приподнялся на цыпочки и, приложив лапу к пасти, громким шепотом произнес:

– Кощей пропал.

– В смысле? – Петя растерянно нахмурился. Кощей мог отправиться куда угодно, никого не предупреждая, и никто не стал бы его беспокоить. В конце концов, он заслуженный сказочный злодей, а не Мальчик-с-пальчик. – Наверное, ушел куда-нибудь. По своим делам. Может, он у Бабы-яги или у Змея Горыныча в гостях?

– Нет его там. – Волк продолжал нагнетать пугающую таинственность. – В том-то и дело, что никто не знает, где он. Колобок говорит, в отпуске.

Петя смотрел на Волка с возрастающим недоумением. Друг говорил какую-то ерунду, и от всей этой чуши у мальчика уже кружилась голова. Зачем Кощею отпуск? Куда он мог деться, да еще и так, чтобы никто об этом не знал (это ведь не в лес за грибами сходить)? А если кто-нибудь знает, то чего беспокоиться? Кощей хоть и злодей, но очень ответственный и свое добро надолго не бросил бы.

– Он поехал в гости к родственникам, – продолжал разъяснять Волк, в запале размахивая лапами. – По крайней мере, так сказал Колобок. И должен был вернуться, но не вернулся.

Петя нахмурился сильнее. В романах или фильмах если говорится, что пропавший герой поехал к родственникам, это означает похищение. Но хотел бы он посмотреть на того дурака, который решится похитить самого Кощея Бессмертного. А выкуп, интересно, уже потребовали?

Кажется, все это Петя проговорил вслух, потому что Волк помотал серой головой.

– Я тоже об этом подумал, но нет. Зато в замке бардак, и Колобок прикатился ко мне в панике – мол, шеф пропал. И все пропало.

Петя громко вздохнул. У него уже возникло желание померить Волку температуру (может, он в бреду?), но друг соскочил с дивана и поманил мальчика за собой.

– Пойдем, расспросим его еще раз, поподробнее. Сомневаюсь, что он привирает, но явно что-то недоговаривает.

– Ладно, – сдался Петя, поднимаясь со стула, – заодно и чаю попьем, а в то в горле пересохло от этой науки…

Когда Петя и Волк вошли в кухню, за столом собралась вся семья Семенковых, а Колобок увлеченно пересказывал историю своего чудесного спасения от Лисы и Лиха. Он сильно преувеличил опасности и собственные подвиги, а друзья, судя по его рассказу, будто и вовсе только рядом постояли.

– Балабол, – резюмировал Волк, недовольно покосившись на Колобка. Петя сердито кивнул.

– Чаю? – предложила Варвара Николаевна, увидев на пороге сына и гостя.

Петя и Волк, конечно, согласились, а Колобок, заметив подошедших друзей, вдруг замолчал и даже, как им показалось, подрумянился. Видимо, в присутствии настоящих героев сочинять небылицы ему было стыдно.

– Мам, мы чаю в моей комнате попьем, если ты не против, – вмешался Петя, которому вовсе не хотелось, чтобы родственники слышали всю правду. То, что Волк рассказал про Кощея, казалось не слишком правдоподобным, но эта история пахла приключениями… или хотя бы короткой прогулкой в Тридевятое царство. Стоило убедиться, что все в порядке и поводов для паники нет.

Варвара Николаевна затею не одобрила, но и не возражала. Только напомнила, что недавно там убиралась. Петя пообещал не сорить, забрал поднос с чашками и вареньем и отправился к себе в сопровождении Волка и непривычно молчаливого Колобка.

– Ну, рассказывай с самого начала! – Волк плюхнулся на диван с кружкой в лапах.

– А что рассказывать-то? – забеспокоился Колобок, и Петя даже сперва заподозрил его… нет, не в обмане, а скорее в преувеличении. Из этого произведения сказочного кулинарного искусства мог бы выйти неплохой писатель, если бы он был способен усидеть на месте и не хватался бы за все дела разом, не всегда доводя их до конца.

– Что у вас стряслось? – настойчиво повторил Петя.

Колобок вздохнул и печально заговорил:

– Пропал шеф. Кощей то есть. Уже три дня как должен был появиться в замке, а его все нет и нет. И наливное яблочко не показывает, где он.

Петя хотел уже сказать, что не видит повода для паники. Однако даже самый зоркий артефакт волшебного мира не смог обнаружить Кощея, и это звучало странно, если не сказать пугающе. Он посмотрел на Волка. Тот задумчиво дул на чай, обхватив кружку лапами.

– Так, давай по порядку, – потребовал Петя. – Куда он пошел и зачем? Насколько я знаю Кощея, он не большой любитель путешествовать.

– Вот именно! – поддержал Волк, сделав большой глоток из кружки и почесав за ухом.

– Понимаете… – начал оправдываться Колобок. – Ему пришло письмо.

– От кого? – нахмурился Петя.

– От родственников.

– От кого?!

Петя от удивления выронил баранку, а Волк поперхнулся чаем. Они мало что знали о родне Кощея, но едва ли та была миролюбивой и безопасной вроде Кота Ученого или курочки Рябы. Но если это не Баба-яга или Соловей-разбойник, то кто тогда? Их бы Колобок назвал сразу, не стал бы отделываться общими словами. Да и с какой стати им похищать своего приятеля?

– Что за письмо? – откашлявшись, прохрипел Волк. – Ты его видел?

– Нет. – Колобок покатался туда-сюда по ковру – это заменяло ему качание головой. – Но знаю, что откуда-то из-за моря-окияна. По крайней мере, так сказал почтальон.

Петя и Волк переглянулись. Звучало это все абсурдно.

– Так-так. И что дальше?

– Шеф сказал, что уедет на недельку на курорт – то ли в отпуск, то ли на какую-то конфету из редьки по обмену опытом…

– Конфету? – Слова Колобка окончательно сбили Волка с толку. – Из редьки?

– Наверное, он имеет в виду «конференцию», – предположил Петя.

– Ага! – согласился Колобок.

– А-а… – задумчиво протянул Волк, снова почесав за ухом. – А кто его туда позвал, ты тоже не помнишь?

– Нет, – грустно вздохнул Колобок, – но я постараюсь вспомнить. Имена были такие какие-то… простые…

– Так, а дальше что? – перебил Петя, чтобы не затягивать ненужную паузу.

– Меня за главного оставил. Чтобы я за порядком следил, значит.

– И в чем же тогда проблема?

Колобок снова глубоко вздохнул, как актер из мелодраматического сериала, скорчил мрачную физиономию и поведал странную историю…

Рассказ Колобка поначалу напоминал инструкцию по подготовке крепости к штурму. В отсутствие хозяина он развил бурную деятельность.

Первым делом Колобок повесил на двери таблички с надписью «Кощей не принимает. Замок закрыт на генеральную уборку» и всячески поддерживал иллюзию, что хозяин на месте, а если куда и отлучался, то разве что в сокровищницу. Колобок даже позвал в гости Бабу-ягу и Змея Горыныча. Те, правда, не пришли, но в целом постановка выглядела достаточно правдоподобно.

Однако время шло, и водить за нос любопытных и назойливых соседей становилось все труднее. Водяной настойчиво крутился вокруг замка, даже пытался затопить подвал. К счастью, противоаварийная система, установленная Кощеем (не без помощи Пети), работала исправно (пока что).

Под конец недели, когда хозяин должен был вот-вот вернуться, появились витязи. Каждое утро вместо пения петуха округу оглашал звук мощных ударов в ворота и немузыкальных воплей: «Выходи, вражина, биться будем!» Визиты участились, а у Колобка уже заканчивались идеи. Просто кричать в окно «Никого нет дома!» или «Я занят, зайдите попозже!» было и бесполезно, и глупо.

А Кощей будто и думать о замке забыл. Он не только не появлялся, но и не давал о себе знать. Первый день после назначенного срока Колобок еще не слишком волновался. Всякое могло случиться: задержался, заболтался с родственниками, да и разницу во времени никто не отменял. На второй день хлебную голову начали посещать тревожные мысли. Кощей не объявился и на третий день, вестей от него по-прежнему не было, а наливное яблочко на серебряном блюдечке упорно настаивало, что абонент вне зоны действия. Тогда Колобок перепугался не на шутку и кинулся разыскивать Волка.

Петя выслушал сбивчивое повествование, больше похожее на пересказ начала фильма ужасов, и хмуро уставился на Колобка.

– То есть ты хочешь сказать, что оставил замок без присмотра? Тебя же охранять его поставили!

Колобок опять зарумянился, опустив глаза, а потом затараторил:

– Да я ж на минуточку! Только с тобой посоветоваться! Туда и обратно!

– А вдруг богатыри уже его приступом берут? Как потом отчитываться будешь?

– Я кота Баюна последить попросил. Он мигом усыпит их, если буянить будут. Целую бочку молока обещал! – заверил Колобок таким беспечным тоном, что Петя заподозрил подвох.

– А с чего ты взял, что случилось что-то страшное? – продолжал расспросы мальчик, скрестив руки на груди. Сперва Пете показалось, что его водят за нос. Однако внутренний голос подсказывал, что, возможно, Колобок развел панику не на пустом месте. – Может, просто яблочко разладилось? Есть у вас там сервисная мастерская волшебных вещей? Его бы умельцу какому показать, а?

Петя и сам понимал, как глупо звучало его предположение, но ему сейчас очень не хотелось в Тридевятое царство – как будто их с Волком там поджидает ужасная западня. Или на него внезапно напал несвойственный приступ лени?

Мальчик и Волк переглянулись. Судя по насупленным бровям и настороженным ушам, Серый тоже беспокоился. Вот только о чем – о Кощее или о подвохе?

– Загляните к нам на минуточку, да и все. Одна нога здесь – другая там. Посмотрите, что случилось, и домой, – умолял друзей Колобок.

Петя задумался. Еще ни разу их прогулки «на минуточку» не укладывались меньше чем в день. Мальчик покосился на экран монитора, на котором все еще висела научная статья, и решительно выключил компьютер. И правда, почему бы не подышать свежим воздухом? Вдруг мысли какие по теме доклада появятся?

– Хорошо. – Он примирительно кивнул. – Пойдем, осмотрим «место преступления». Только быстро, пока мама не заметила и ругаться не начала.

Владения Кощея встретили гостей тишиной и запустением. Точнее, тишина была условная: прямо под стенами, распугивая местную живность, храпели дюжина витязей и их кони. А прямо посередине главного зала сидел кот Баюн и сосредоточенно вылизывался.

– Кощей! – позвал Петя для верности. Ему не хотелось вот так, без приглашения и предупреждения, врываться в чужой дом.

Нет ответа.

– Кощей!

– Что орете? Нет его, – послышалось в ответ недовольное мурлыканье.

– То есть его сейчас нет или он вообще не приходил? – уточнил Петя.

– Если бы он заходил – я бы так и сказал, – надменно отозвался Баюн, как умеют делать только коты, и продолжил вылизываться.

Петя повернулся к Колобку.

– Где ты в последний раз видел Кощея?

– В его кабинете, – ответил тот и поскакал вперед, указывая дорогу.

Кабинет оказался пуст. Волк обшарил шкаф и сообщил, что пропал один из сундуков (очевидно, дорожный). Потом он вдруг насторожился, забегал туда-сюда, как гончая, взявшая след, и забормотал себе под нос. Петя и Колобок ошарашенно наблюдали за его метаниями, но предпочли не отвлекать.

Наконец Волк остановился возле стены напротив двери и ткнул в нее когтем.

– Тут, – заявил он с видом Шерлока Холмса, который только что обнаружил главную улику. – Тут был портал.

– Прямо в стене? – удивленно пробормотал Петя. Кощей тот еще затейник, но едва ли у него есть и такие таланты. Все остальные путешественники, кроме Волка, пользовались более привычными средствами перемещения. – И как он его наколдовал? Он разве умеет?

Волк снова принюхался и помотал головой, возразив:

– Не он. Запах другой. Похоже, ему открыли дверь с той стороны. Пригласили, так сказать.

Петя в недоумении почесал затылок.

– А что, так можно было?

– Понимаешь, – пустился в объяснения друг, – некоторые существа – особенно божества – могут влиять на пространство и время и открывать проходы в другие миры. Не все и не всегда, конечно, но всё же… Помнишь историю с мумией и Анубисом?

Мальчик задумчиво кивнул. Он отлично помнил, как они всей семьей искали исчезнувшего папу по разным мирам. Неужели и Кощею так же не повезло? Но едва ли он сунулся бы в неизвестность…

– А можешь по следу определить, куда его занесло или кто его пригласил? – спросил Петя.

Волк поскреб ухо лапой.

– Попробовать можно, но стопроцентной гарантии дать не могу.

Он снова деловито обнюхал стену, а Петя повернулся к Колобку:

– Ничего больше не вспомнил?

Колобок отвернулся, приняв сосредоточенный вид. Похоже, ему было стыдно признаться, что нет. В этот момент сломанные покосившиеся ходики на стене пробили полночь (хотя на улице был день), и из окошка высунулась сонная кукушка.

– Кукушка-кукушка, может, ты что-то знаешь? – встрепенулся Волк. Петя и Колобок тоже посмотрели на птицу с надеждой. Та ответила угрюмым взглядом.

Надо было как-то ее мотивировать. Мальчик порылся в карманах и наскреб крошки печенья.

Кукушка вывалилась из окошка, ловко склевала крошки и снова вернулась в часы. Спустя минуту «размышлений» она вдруг каркнула.

Петя и Волк непонимающе переглянулись. А птица ехидно хмыкнула, фальшиво протянула: «Ай-ай-ай-ай, компанья!» – и снова исчезла в часах. Дверца захлопнулась.

Воцарилось молчание. Друзья озадаченно смотрели друг на друга.

– Вспомнил! – вдруг радостно подал голос Колобок. – Я еще кое-что слышал!

– Что? – в один голос спросили друзья.

– Кощея пригласили в гости родственники из Южной Америки. У них там какие-то дни памяти, что ли…

– Точно! – Волк торжественно поднял лапу вверх. – То-то я и думаю – запах странный. Заграничный… – Он принялся расхаживать по комнате туда-сюда, сцепив лапы за спиной, и рассуждать вслух: – Если его позвали в гости родственники, они должны быть не меньше, чем боги. Кощей однажды помогал проводникам душ. Значит…

– …значит, его могли позвать другие божества загробного мира, – заключил Петя, припомнив недавно прочитанную статью. – Если это Южная Америка, то, наверное, тамошние боги и духи. Например, барон Самди. Там как раз в это время празднуют Дни мертвых. Может быть, они ему и портал открыли? – предположил он.

Волк прекратил беготню и уставился на Петю.

– Пожалуй, так и есть. В любом случае это нужно проверить.

– Только давай сперва сгоняем домой, – попросил Петя. – Надо собрать рюкзак. Мало ли что в дороге понадобится?

Мальчик еще не знал, что их с Волком ждет на той стороне портала, но интуиция подсказывала, что лучше экипироваться заранее. Петя был почти уверен, что прогулка займет совсем не пару часов.

– Зачем?

– Волк, ты говоришь по-испански?

Вопрос был дурацкий, но весьма своевременный.

– Пару выражений типа «Аста ла виста» или «Карамба» знаю, – озадаченно почесав за ухом, признался Волк.

– Тогда нам нужен хотя бы разговорник, – решительно заявил Петя. С этим аргументом было не поспорить.

Петя думал, что привык к любым неожиданностям. Где им с Волком только не приходилось оказываться – и в пещерах, и в ящиках, и в телефонных будках, и даже в шкафчиках для переодевания. Но могила – это что-то новенькое.

– Неужели другого выхода не нашлось? – проворчал он себе под нос, с трудом отодвигая каменную крышку саркофага.

Волк сделал вид, что не слышал. Он сосредоточенно принюхивался.

– Пахнет едой, – произнес он наконец. Петя нахмурился. Какая еда может быть на кладбище? Но спустя несколько секунд он и сам уловил запах жареной кукурузы и чего-то сладкого.

Друзья осторожно выбрались из мрачного склепа, аккуратно задвинув крышку и прикрыв дверь, чтобы не плодить беспорядка, и… попали не на скорбный погост, к каким привык Петя в родном и соседних городах, а буквально на праздник.

Склепы и надгробия вокруг были раскрашены в яркие цвета. Некоторые напоминали по форме кровати или изящные беседки. Повсюду висели гирлянды из разноцветных флажков, цветов и лент.

Тут и там разместились аккуратные подсвечники, миски и плошки с едой. Между могилами бродили нарядно одетые пары в черном и алом, в масках черепов, бегали детишки в балахонах, похожие на привидения. Скелет кота охотился на скелет мыши в тени надгробий. На «перекрестках» тропинок, больше напоминавших улицы во время карнавала, торговали леденцами в виде черепов, жареной кукурузой в сахарном сиропе и воздушным рисом.

– Эль Диа де лос Муэртос, – со знанием дела произнес Волк. – День памяти усопших.

Петя в изумлении вертел головой. Он читал о таком и даже смотрел документальные фильмы в интернете, но происходящее все равно не укладывалось в привычную картину.

Мимо прошагал небольшой оркестр: два гитариста, барабанщик и два трещоточника. Сопровождавшие их дамы в пышных платьях взмахивали цветными платочками и что-то выкрикивали в толпу.

– Я правильно понял, что они зовут всех на карнавал? – на всякий случай уточнил Петя у Волка.

– Я не больше тебя понимаю по-местному, но думаю, что ты прав, – согласился тот и добавил: – По легенде, в эти дни духи усопших возвращаются в мир живых, навещают друзей и родственников. Чтобы они пришли, зажигают свечи и оставляют еду. Если этого не сделать, дух может решить, что про него все забыли, и обидеться. А от обиженных привидений добра не жди.

С этим Петя был полностью согласен. Что ж, хотя он совершенно не так представлял себе День поминовения, кажется, они попали туда, куда нужно. Но как в этой толпе отыскать Кощеевых родственников?

– Извините, пожалуйста, – как можно вежливее обратился мальчик к пробегавшему мимо «привидению» в ярких обносках и с цветочной гирляндой на шее, – нам бы поговорить с организатором этого чудесного мероприятия. Вы не подскажете, как и где его можно найти?

Незнакомец (или незнакомка?) остановился и вопросительно посмотрел на того, кто его побеспокоил.

– Эй! – Волк потянул мальчика за рукав куртки. – Ты уверен, что тебя поймут?

Петя сверился с разговорником и повторил вопрос. Даже через маску-череп было заметно, как «привидение» удивилось. Потом оно сделало несколько кругов вокруг незнакомцев и что-то прощебетало.

«Вы одеты неподобающим образом», – услужливо подсказал переводчик на телефоне мальчика.

– Дискульпе[11], – смущенно извинился Петя, как бы невзначай стряхивая с плеча паутинку, которую подхватил в склепе (вместе с пауком, который возмущенно запищал, замахал лапками, попытался цапнуть наглеца за палец и ускакал прочь). – Э-э… у нас костюмы с собой, – брякнул мальчик первое, что пришло на ум, и кивнул на рюкзак на плече. – Мы перед началом переоденемся. А пока надо обсудить пару вопросов с организаторами.

– Мы артисты, по обмену опытом, приехали издалека, – вступился за Петю Волк, – всех ваших культурных особенностей пока не знаем.

Привидение несколько раз моргнуло и исчезло в толпе. Петя и Волк решили, что это приглашение, и поспешили следом.

Пробираться через пеструю толчею, не спотыкаясь и не наступая никому ни на ноги, ни на платья, да еще и не терять из виду своего проводника было нелегко.

От лотков с уличной едой расходились ароматы буррито и тако[12], и у Пети начало урчать в животе. Он уже подумал, не запустить ли руку в неприкосновенный запас бутербродов, когда маленький провожатый выскочил на площадь и остановился.

В кольце домов, в самой середине, возвышался постамент с паланкином наверху, украшенный цветами и горящими темными свечами. Под навесом на причудливом троне сидела стройная женщина в старинном черном платье, расшитом алыми и фиолетовыми цветами. На голове у нее, с которой на плечи спадала кружевная мантилья[13], красовался шипастый венок из роз. Незнакомка опиралась на длинный предмет, похожий на косу.

У Пети от ее устрашающе-величественного вида холодок пробежал по спине.

– Кажется, нашли, – раздался за спиной громкий шепот Волка. – Это Катрина, одна из мексиканских покровительниц загробного мира.

Проводник лихо вскарабкался на постамент и пропищал что-то незнакомке. Та обратила к гостям бледное лицо, похожее на череп с ярким макияжем, и от ее взгляда друзей буквально пробрало до печенок.

– Бьенвенидос[14], путники, – прозвенел в воздухе голос, от которого полотнища навесов и створки окон заколыхались и захлопали, будто от порыва урагана. – Что привело вас? Вы явно не просто решили посетить праздник.

Петя сделал шаг вперед и вежливо поклонился. Скрывать от грозной дамы из потустороннего мира цель прибытия было по крайней мере глупо.

– Буэнос тардес, сеньора[15]. Меня зовут Петя Семенков, а это, – он указал на спутника, – Волк…

Волк тоже отвесил галантный поклон. От волнения Петя позабыл про разговорник и перешел на русский, но Катрину такие мелочи, похоже, совсем не смущали. Она будто видела его мысли насквозь.

– Мы ищем нашего друга, Кощея из Тридевятого царства. Он поехал в гости и пропал, – объяснил мальчик. – Мы все за него волнуемся.

Говорить так прямо было рискованно (вдруг Бессмертного и правда похитили, что случается в Южной Америке), но не терять же время на пустые разговоры?

Женщина поднялась со своего трона и как будто выросла. Небо, на котором до этого не было ни облачка, вдруг заволокли тучи, и где-то вдали раздался гром. Пете стало совсем не по себе. Он живо представил, как чувствовал себя папа, когда его по ошибке похитил Анубис. А что, если его сейчас тоже сцапают и привлекут к работе, в которой он совершенно не разбирается?

– Я помню, кузен о вас очень тепло отзывался, – прогремел над толпой голос женщины. – Только ничем не могу вам помочь.

Петя вздрогнул и открыл рот, но не мог произнести ни слова. Как так? Неужели ошибка?

– Он был здесь, – будто прочитав его мысли, пояснила женщина. Она начала медленно и величественно спускаться к подножию постамента-алтаря, опираясь на свою устрашающую косу. С каждым шагом ее фигура постепенно уменьшалась (видимо, чтобы не приводить в ужас и без того испуганных гостей) и наконец обрела нормальные человеческие размеры – примерно с Варвару Николаевну.

– И куда он направился дальше? – осторожно спросил Волк. Слова Катрины внушали почти нереальную, но все-таки надежду.

– Это мне неизвестно. – Покровительница загробного мира вздохнула, породив очередной порыв ветра, и переплела тонкие пальцы в трагическом жесте. – Он пропал.

Повисла такая тишина, что было слышно, как вращается Земля. Петя и Волк замерли, разинув рот и пасть, и во все глаза уставились на Катрину. Та, спокойно дожидаясь, пока к ним вернется дар речи, добавила:

– Мы сами его ищем.

– Как?! – в один голос спросили Петя и Волк. Последние надежды на быстрое решение дела таяли, как мороженое на жаре.

– Этого мы тоже не знаем. Он сказал, что хочет посмотреть заброшенный город древних индейцев, и после его больше никто не видел. Заброшенный город – одна из наших главных достопримечательностей, – в голосе собеседницы звучали нотки гордости.

Это уже было лучше, чем ничего, – хоть какая-то отправная точка.

Петя собрался с мыслями. Кощея видели недавно – это плюс. Значит, он все-таки добрался до родственников, а не исчез по дороге. Наверняка он все еще где-то поблизости. С другой стороны, если это так, то почему местные ничего не знают? Или он скрывается? Но от кого и почему? На все эти вопросы нужно было найти ответы, и побыстрее, пока в Тридевятом царстве не случилась катастрофа.

– Очень хорошо, что вы здесь, – продолжила Катрина. – Чем больше друзей придут на помощь, тем лучше.

– Прямо сейчас и отправимся на поиски, – пообещал Петя. – Но не могли бы вы рассказать поподробнее, что случилось и когда?

– Значит, он поехал на экскурсию в пирамиду? – на всякий случай уточнил Волк еще раз.

Петя все сильнее волновался. Все казалось очень просто и оттого еще более зловеще. Обычно так безобидно начинались все жуткие детективные истории и детские страшилки, которые любят рассказывать темной ночью на чердаке, завернувшись в одеяла. Не хватало только фонарика в глаза для пущего эффекта.

– Да, – подтвердила Катрина, всплеснув руками, – четыре ночи назад… точнее, теперь уже пять.

– Может, он просто заблудился? – предположил мальчик. Ему было неловко в присутствии божества из загробного мира.

– Мы тоже так подумали, когда он не вернулся вовремя, – ответила Катрина. – И сами отправились его искать.

– И даже следов не нашли?.. – в продолжение собственных мыслей пробормотал мальчик. Устрашающая дама вздохнула и покачала головой.

– И если бы только в этом было дело! Но кузен Самди лично занялся поисками… – Она сделала паузу, и в воздухе ощутимо пахнуло могильным холодом, так что друзья невольно поежились. – Он тоже пропал.

– Что?! – разом воскликнули Петя с Волком. Каменные горгульи на воротах мемориального погоста, мимо которого проходили друзья, обернулись и смерили нарушителей покоя неодобрительными взглядами пустых глазниц. Одна даже покрутила лапой у виска, явно намекая на умственные способности «туристов».

Катрина снова кивнула, сокрушенно взмахнув краями мантильи.

– Две ночи тому минуло.

Петя как стоял – так и рухнул на удачно подвернувшуюся каменную скамейку у ограды. Волк с ворчанием бухнулся рядом. Этого еще не хватало! Мало им потерявшегося Кощея – так теперь еще и это! А они-то собирались все быстро разузнать и вернуться домой к еще не остывшему маминому борщу!

Дело принимало скверный оборот. Петя с надеждой посмотрел на Катрину, но грозная богиня выглядела потерянной… если это выражение применимо к лицу, больше напоминающему череп.

– Постойте, вы хотите сказать, что барон пропал, когда разыскивал нашего Кощея? – как можно вежливее переспросил Петя.

– Я так и сказала! – в тоне собеседницы послышались нотки обиды, и друзья снова вздрогнули.

Пете было совсем не по себе. Что за беда стряслась с обоими пропавшими? Допустим, Кощей – турист, он вполне мог заблудиться. Но барон Самди – местный! Неужели их кто-то похитил и собирается требовать выкуп – половину загробного мира или чью-нибудь душу? Отберет у Кощея его любимые сокровища? Или они оба угодили в неведомую магическую ловушку? Но почему тогда раньше ничего подобного не происходило (а если бы произошло, Катрина наверняка об этом знала бы). Вопросы плодились, как дрожжи в тепле, ответы не находились, а тревога росла и мешала ясно соображать.

Петя решительно поднялся на ноги. Какой смысл высиживать? Раз ничего не понятно, надо действовать эмпирическим путем (в их случае – осмотреть место исчезновения).

– Уважаемая сеньора Катрина, можете проводить нас к той пирамиде? – попросил мальчик.

– Конечно, – согласилась она. По ее тону было ясно, что мальчик и животное – не та помощь, на которую она надеялась, но лучше, чем ничего. Возможно, им повезет.

Волк деловито обнюхал каждый камень у входа и в глубокой задумчивости прижал уши.

– Они тут точно прошли, – уверенно заявил он. – Но вот выходили ли – непонятно. Не спустимся внутрь – не узнаем.

Петя с подозрением посмотрел на небо. Солнце висело у самых верхушек джунглей, зацепившись за край соседней пирамиды. На фоне яркого неба древние постройки казались особенно зловещими. Стоит ли идти внутрь в темноте и без провожатого, знающего все ходы и выходы?

– Там внутри – лабиринт, – пробормотал он, разворачивая прихваченный на входе бесплатный туристический буклет. – Несколько уровней. И под землей тоже.

– Но у нас ведь есть карта, – бодро возразил Волк. – Будем стараться идти по ней.

«Будем стараться» не внушало серьезной уверенности – скорее уж опасения. Конечно, если они заплутают, утром наверняка придет новая группа с гидом и их выведут наружу. Петя не хотел думать о том, что в музее может быть, скажем, выходной по случаю праздников, и тогда проводника надо будет ждать дня два. А еще Волк может не найти подходящего места для телепорта. Бутербродов на столько времени им не хватит.

Впрочем, если сосредотачиваться на плохом, оно обязательно случится. Мальчик отгонял скверные мысли, пусть те и лезли в голову, как надоедливые мухи – в банку с вареньем.

Петя порылся в рюкзаке и достал фонарик. Проверил заряд батареи.

– Ну, пошли, – как можно более уверенно проговорил он. – Ночью в джунглях лучше быть под крышей, чем снаружи. Мало ли кто водится там, в лесу?

Будто в подтверждение его слов из теней донеслись подозрительные шорохи, рык и чавканье.

Волк был совершенно согласен с другом. Не то чтобы он боялся обитателей зарослей, но один оставаться не хотел. Храбрые путешественники поспешили ко входу.

Внутри было темно. Даже очень темно. Петя пожалел, что он – не кот. Фонарик пронзал мрак узким лучиком, время от времени выхватывая скопления непонятных пиктограмм и пологих барельефов, сгустки паутины, мелкий мусор (вот же свиньи эти туристы!) и разбегающихся в страхе насекомых.

Мальчик не страдал клаустрофобией, но начинал понимать тех, кто боится замкнутых пространств. Даже Волку, привыкшему к узеньким и тесным простенкам, было не по себе. Он фыркал, жаловался на пыль и экономность музейных сторожей, которые, как назло, погасили весь свет, как только последний экскурсант вышел наружу.

– Мы точно правильно идем? – не выдержал он, когда луч фонарика выхватил из темноты погнутый указатель и несколько предупреждающих знаков.

На одном из них оживший скелет гнался за туристом, перелезшим через ограждение, и ниже стояла надпись: «Но треспасо[16]» с двумя восклицательными знаками, как принято в испанском языке – перевернутым в начале и обычным в конце. На другом гигантский паук с тремя рядами клыков (где они такого видели?) собирался поужинать зазевавшимся гостем, который накарябал что-то на стене. Судя по мусору, а кое-где и «автографам», этот плакат нужного влияния на умы туристов не оказал. Третий знак гласил: «Куидадо. Бахо течо»[17], – а нарисованный на нем турист с огромной шишкой на лбу бился головой о перекрытие.

Петя задумчиво изучал знаки и растерянно смотрел по сторонам.

– Ну давай еще раз со схемой сверимся. Хотя что-то мне подсказывает, что на ней только та часть лабиринта, которая открыта для посещения. Если бы Кощей заблудился тут, его бы уже нашли. Или хотя бы следы.

– Тогда, наверное, нам туда нужно? – Волк сунул нос в схему, а затем указал лапой на коридор, перегороженный полосатой доской, на которую был приколочен знак с рисунком злобного скелета-охранника.

Петя посветил фонариком в проход. Там что-то зашуршало и зашевелилось. И даже как будто блеснули чьи-то недобрые глаза. Мальчик покопался в рюкзаке и вытащил репеллент. Неизвестно, поможет ли он от мумий или ходячих трупов, но от пауков, многоножек и прочей мелкой живности защитить должен.

Волк посмотрел на спутника с сомнением, но отговаривать не стал.

Усилием воли заглушив здравый смысл, во весь голос предупреждавший о том, что нарушать правила поведения в незнакомой стране опасно (в конце концов, им не впервой), друзья осторожно перелезли через полосатую доску, преграждавшую им путь. Они подождали несколько минут – не сработает ли сигнализация и не появится ли охрана, чтобы выставить нарушителей за порог, – и двинулись в темноту.

Идти оказалось на удивление легко. Коридоры были хоть и тесные, но довольно чистые (если не сказать ухоженные) и не истоптанные туристами. Похоже, никто, помимо ученых, сторожей, а теперь еще и Пети с Волком, сюда не захаживал.

На стенах сохранились красочные (насколько об этом можно было судить при свете карманного фонаря) и более многочисленные надписи и барельефы. Правда, судя по всему, гораздо более древние и оттого еще менее понятные. Кривоватые человечки с угловатыми ручками и ножками и в огромных полукруглых шапках плясали, занимались повседневными делами, воевали и пышно хоронили сородичей. То тут, то там встречались простенькие изображения солнца, дождевых и грозовых туч, кукурузы и пирамид.

В очередной раз наугад повернув за угол, Петя и Волк очутились в квадратном зальчике (после узких проходов он показался им удивительно просторным). В три стороны из него разбегались в темноту коридоры, а на четвертой стене красовалась пирамида в разрезе.

– Гляди! – Волк указал на рисунок лапой. – Кажется, это то, что нам нужно!

Друзья подошли поближе. Волк покрутился по залу, принюхиваясь, разыскал что-то похожее на остатки факела (что удивительно, совсем не такого древнего, как эти стены). Петя чиркнул спичкой. В зале стало ненамного светлее, но рисунки на стене проявились четче. И Петя чуть не подпрыгнул от восторга. Вот это удача! Перед ними был подробный план лабиринта!

– Вот тут, – он указал на маленькое отверстие слева вверху, – мы вошли. А вот тут… – он ткнул в маленькую фигурку в квадрате в центре, – мы сейчас.

– А вот, значит, наш путь, – подтвердил Волк, начертив когтем воображаемую линию, и добавил: – Если Кощей заблудился в этих закоулках, он должен был рано или поздно здесь оказаться. А значит, и эту схему тоже видел!

– Согласен. – Петя вытащил телефон, несколько раз сфотографировал картинку с разных углов, а потом повернулся к другу: – Ну что, пойдем исследовать другие коридоры?

– С какого начнем? – воодушевился Волк.

Петя неопределенно махнул рукой в сторону противоположной стены.

– Ну, вот хотя бы с этого.

Петя окончательно убедился, что они заблудились, когда в третий раз увидел странное изображение, похожее на Волка в шляпе и костюме эпохи конкистадоров.

– Волк! – позвал мальчик убежавшего вперед товарища.

Рядом послышалось пыхтение.

– Чего? – спросили из темноты.

– Кажется, мы кругами ходим.

Несколько секунд Волк молча принюхивался, а потом вздохнул.

– Похоже на то.

– Что делать будем?

– Не знаю, – проворчал Волк. – Телепортироваться отсюда не получится: ни тебе чуланчика, ни щелки, ни норки.

– А по запаху выход найти тоже не получится? – Петя, которого никогда раньше не мучили приступы клаустрофобии, почувствовал, как спина покрывается мурашками. Ему вдруг ужасно захотелось маминого борща.

– А здесь везде одинаково пахнет, – ответил друг. – Древностью, пылью. И вот теперь еще нами.

– Может, будем знаки на стенах оставлять? – предложил мальчик первое, что пришло в голову, вспомнив многочисленные легенды и приключенческие романы. – Или привяжем веревку и будем разматывать, на сколько хватит? Я на всякий случай с собой захватил. – Мальчик порылся в рюкзаке и вытащил толстый моток.

Волк с сомнением обнюхал его, но согласился, что идея разумная. И уж точно лучше, чем рисовать на стенах.

Петя огляделся в поисках чего-нибудь, к чему можно привязать веревку. Вскоре на стене обнаружился держатель для факела. Петя завязал петлю на одном конце веревки, но накинуть ее с первого раза, да еще и при свете единственного фонарика, не получилось. Только третья попытка увенчалась успехом.

Мальчик изо всех сил потянул на себя, затягивая узел. В ответ послышался омерзительный скрежет, а с потолка осыпался песок. Вдруг что-то загрохотало во мраке, стены и пол задрожали. Одна из плит под ногами накренилась, и за ней открылся провал, темнота в котором была еще гуще, чем в лабиринте. Волк и взвизгнуть не успел, как кубарем укатился во тьму.

Петю охватил ужас. Крепко держась за веревку, чтобы не упасть, он подобрался к краю провала, опустился на четвереньки и принялся безуспешно высматривать друга.

– Волк! – закричал он что было сил. – Во-олк!

– А-а-апчхи! – донеслось в ответ.

От эха содрогнулись камни, и на макушку Пете снова осыпалась солидная горсть истории.

– Волк, ты как?

– Апчхи! Нормально, только пыльно очень! – послышалось снизу. – Спускайся сюда, тут неглубоко.

Петя еще раз проверил, крепко ли держится веревка и надежен ли «замок потайного хода», чтобы точно знать, что дверь не захлопнется так же внезапно, как открылась, и не отрежет ему путь назад. Иначе их найдут только археологи. Лет через пятьсот. Да и то в виде скелетов.

Потом мальчик осторожно спустился по веревке. Ноги скользили. Петя даже зажмурился (все равно ничего не видно, а так хотя бы не очень страшно).

Глубина и правда оказалась небольшой: очень скоро кроссовки Пети коснулись пола. Потолок здесь был намного ниже, и стоять приходилось сгорбившись, чтобы не задеть его головой. Пыль висела в воздухе. Первым делом Петя расчихался так, что даже испугался, как бы у него не оторвалась голова и как бы камни не посыпались на макушку. Впрочем, не случилось ни того, ни другого. Но мальчик все-таки вытащил из кармана платок и повязал его на лицо. Дышать стало чуть-чуть легче.

– Тайный проход? – пробубнил он.

– Очень похоже, – процедил сквозь зубы Волк, а потом аккуратно, чтобы снова не наглотаться пыли, принюхался и предположил: – Наверное, его мы и видели на той старой карте.

Петя проверил заряд батареи в фонарике (только бы хватило!) и перевел его в энергосберегающий режим. Светить будет тусклее, но зато продержится дольше.

Слабый луч заскользил по стенам, сплошь покрытым неизвестными иероглифами и непонятными рисунками.

Судя по затхлому запаху, если здесь кто и бывал, то нечасто и, скорее всего, давно. Будто в доказательство догадок отважной парочки, под ногами что-то глухо захрустело, навевая совсем не радостные мысли о тех, кто шел этой дорогой раньше. Петя решил без сильной надобности под ноги не смотреть.

Здравый смысл подсказывал, что бродить в темноте по неизвестным коридорам смертельно опасно, но где авантюристы – а где здравый смысл?

– Пойдем поглядим, что там дальше? – предложил Волк. – Может, там подсказки найдем. Или хотя бы выход.

Петя был с ним согласен. На последнее особенной надежды не было, но стоять на месте и ждать, что догадки сами посыплются на голову, как песок, было еще хуже. Уж если попал в безвыходную ситуацию, нужно двигаться хоть куда-нибудь.

Мальчик пошарил фонариком в темноте. К удивлению обоих путешественников, на пыльном замусоренном полу проступали две не слишком четкие цепочки следов. Главное – следить за зарядом фонарика, не терять из виду ориентиры (если удастся их найти) и не падать – в том числе духом.

– Пошли, – кивнул он, поправив лямки рюкзака и крепко ухватившись свободной рукой за веревку. Будут действовать по методу Ариадны. В лабиринте Минотавра сработало.

Из любой безвыходной ситуации (даже если вас проглотил дракон) всегда можно найти выход, и лабиринт – не самая сложная из них.

Петя вдруг вспомнил афоризмы про свет в конце тоннеля: в коридоре, бесконечном на первый взгляд, вдруг стало чуть-чуть светлее. Сперва кромешный мрак сменился полумраком, затем – густыми сумерками. Потом в затхлые проходы проник сквозняк. Он принес с собой аромат морской соли, горячего песка и других запахов, которые обычно витают над побережьем.

Друзья переглянулись. Выход! Но выход куда? Единственный способ узнать – дойти до него и осмотреться.

Веревка уже закончилась, поэтому Петя подобрал с десяток камушков и выложил на полу стрелку-ориентир. С лабиринтами шутить не стоит. Сколько беспечных туристов в них заплутали!

Коридор вывел друзей в неглубокую пещеру с низким потолком. Сюда уже долетал плеск волн, крики птиц и даже обрывки музыки и разговоров. После нескольких часов глотания пыли у отчаявшихся путешественников разом прибавилось сил. Им было уже все равно, куда ведет этот путь. Главное – наружу, к солнцу, теплу и свежему воздуху.

Петя потер глаза, привыкая к яркому свету. Прямо от края пещеры начинался пляж с мелким песком, ярким и белоснежным, как сахар. Тут и там из него торчали зеленые пучки финиковых и кокосовых пальм, чуть поодаль в изобилии росли бананы и ананасы, а еще дальше зеленели кофейные деревья и какао. В воздухе резвились мелкие яркие пичужки, плавно и вальяжно пролетали мимо величественные ара. Из песка, по которому сновали крабы, выглядывали разноцветные раковины. Пляж упирался в бирюзовую гладь моря, которое у горизонта перетекало в такое же бирюзовое небо. Красота – да и только!

– Где это мы? – спросил Петя. Впрочем, он не надеялся на ответ, потому что едва ли Волк знал больше него – иначе сразу бы сообщил. – Похоже на курорт.

– А еще похоже, что мы тут не одни, – отвечал Волк, прислушиваясь. – Предлагаю сходить на разведку и расспросить местных.

Петя кивнул, и друзья выглянули из пещеры. Снаружи было жарко, а ноги у них тут же утонули в мягком песке. Волны лениво накатывали на берег, в море кто-то плескался и плавал на надувных матрасах и досках для серфинга. Пете показалось, что незнакомцы не совсем похожи на людей, но он не придал этой мысли значения.

С дальнего конца пляжа ветер принес соблазнительный запах жареных лакомств. Оглядевшись, мальчик заметили у самой кромки воды ряды пестрых пляжных зонтиков.

«Наверное, подземный ход вывел нас к популярному месту отдыха», – решил Петя. С одной стороны, было обидно, что результат поисков оказался таким банальным, с другой – они нашли выход из лабиринта и тех, у кого можно спросить дорогу. Непонятно только, почему идти пришлось так мало: если вспомнить уроки географии, побережье должно быть гораздо дальше.

Впрочем, вскоре легкое разочарование сменилось подозрениями. Чем ближе друзья подходили к «курорту», тем больше появлялось странностей. Не было спасательных вышек, вездесущих торговцев, семей с детишками, да и сами отдыхающие выглядели необычно – как будто собрались на карнавал, а не поплавать.

– Непохоже на обычный пляж. – Петя проводил задумчивым взглядом загорелого мужчину в обносках моряка шестнадцатого века. Здоровяк нес под мышкой сап. На плече у него грыз орех скелет обезьянки. – Что-то мне тут не нравится.

– Мне тоже не очень, – согласился Волк.

Утопая в песке, друзья наконец добрались до маленькой жаровни для барбекю, на которой жарились початки кукурузы и шашлычки из помидоров и картошки. Волк с наслаждением потянул носом: пахла еда божественно.

– Вам погорячее или попрохладнее? – пробасил худой чернокожий повар, похожий на жреца вуду. – У нас есть прекрасное мороженое с кокосовой стружкой и дульсе де лече[18].

Не дожидаясь ответа, он ударил в маленький гонг. Откуда-то из-под тележки выбрались две тряпочные куколки, бодро выкопали из песка контейнер и распахнули крышку. Внутри лежали аппетитные рожки.

– Совершенно бесплатно! Только лишь для всех и только лишь всегда! – заявил продавец, заметив, что Петя сунул руку в карман.

Куклы вытащили два рожка и протянули гостям. А чернокожий торговец уже зазывал к себе новых клиентов.

– Ты что-нибудь понимаешь? – озадаченно спросил Петя, осторожно лизнув мороженое. Он совсем забыл первое правило любого путешественника: ничего не есть в подозрительных местах. Но мороженое оказалось удивительно вкусным – как раз такое, какое Петя обожал с детства, – и опасно оно было разве что тем, что неминуемо привело бы к простуде, если кусать слишком быстро и слишком много.

– Не-а, – признался Волк, расправляясь со своей порцией.

– Простите, пожалуйста, – мальчик окликнул пробегавшую мимо легконогую девушку в хитоне, похожую на греческую нимфу. – Не подскажете, где мы?

Нимфа остановилась, задумчиво посмотрела на незнакомцев, а потом звонко рассмеялась. Надо же, какие непонятливые!

– Вы на райском острове отдыха и развлечений! – объяснила она тоном учительницы, которая узнала, что ее ученики в пятом классе не знают таблицу умножения, а затем поспешила дальше.

Петя и Волк переглянулись. О таком месте они ни разу не слышали и ни в одном трактате не читали. Что же это такое и откуда взялось?

Когда друзья наконец подошли к рядам шезлонгов с пестрыми зонтиками, мороженое как раз закончилось. И тут их ждал главный сюрприз.

– Эй, ребята, а вы как тут очутились? – вдруг окликнул их знакомый голос. Друзья застыли, не веря своим ушам, и медленно обернулись.

На несколько секунд воцарилось молчание, от удивления никто не мог найти слов. А потом Петя воскликнул:

– Кощей? Это ты?

– А кто же еще? – ответил жизнерадостный, немного ворчливый голос. Джинн, который сидел в соседнем кресле и играл сам с собой в шахматы, покосился на незваных гостей, проворчал что-то вроде «нигде покоя нет», потом взял доску и улетел, прихватив коктейль.

Кощей в соломенной шляпе, растянувшись на полосатом шезлонге, принялся потягивать через соломинку кокосовое молоко прямо из ореха и выглядел вполне довольным жизнью.

Петя и Волк переглянулись. Похоже, его никто не похищал. Иначе слишком уж странное преступление получалось: никто Кощея силой не удерживает, в цепи не заковывает и выкупа не требует. Еще более странным казалось то, что Кощей больше не трясся над сокровищами: корона и перстни лежали на столике, рядом со связкой бананов. Конечно, на «райском острове» их едва ли кто-нибудь рискнет украсть, но разбрасываться ценными вещами было не в характере сказочного скряги.

– Кощей… так с тобой все в порядке? – осторожно спросил Петя.

Пляж скорее напоминал съемочную площадку фантастического фильма и плохо сочетался с представлениями друзей о реальности (а представления эти у них и так были не самые обычные).

– А что со мной может быть не в порядке? – искренне удивился Кощей, жизнерадостно улыбаясь, и гостеприимно указал на соседний шезлонг. – Солнышко, тепло, кормят отлично. Одно слово – курорт!

Если бы вежливость позволила Пете разинуть рот и вытаращить глаза – он бы так и поступил. Хорошо, что вовремя сдержался.

– Мы тебя обыскались, – с укором произнес мальчик, когда к нему наконец вернулся дар речи. – Тебя дома заждались! Все твои знакомые тревогу бьют!

И вдруг Кощей сказал нечто еще более удивительное:

– А что такого? Подумаешь, задержался на денек-два. – Он беспечно махнул костлявой рукой. – Ничего страшного не случилось. Да и что там, дома, сделается?

– Т-то есть к-как это ничего не с-сделается? – от удивления Петя даже начал заикаться. – А как же твоя сокровищница? А зáмок? Его богатыри и Водяной со своими русалками приступом берут! Колобок и кота Баюна привлек – так и вдвоем они едва справляются.

– Сокровищница? – при звуках этого слова во взгляде Кощея мелькнуло знакомое выражение старого сквалыги. Он нахмурился… Но радоваться было рано: всего мгновение, и он опять безмятежно улыбался. – Да что ей будет-то? Зáмок у меня крепкий, сам строил. За тридевять сотен лет никто не взял, ни одна стена не рухнула. И сейчас ничего не случится.

Петя едва не брякнул, что все когда-то бывает в первый раз, и не стал напоминать Кощею о потопе и о том, как хитрый сосед Водяной чуть не присвоил его сокровища.

– Тебе совсем домой неохота? – с трудом выговорил он, не веря своим ушам. Чтобы Кощею – и не было дела до самого дорогого? Это уже перебор!

А Бессмертный вдруг рассердился. Он отбросил полупустой кокос, который сразу утащили вездесущие крабы, и уселся на шезлонге, скрестив костлявые руки на груди.

– Между прочим, знаешь, сколько сотен лет я не отдыхал по-настоящему, а?! – капризно возмутился он. – Вот у тебя каждый год по четыре раза каникулы. У родителей и учителей – отпуск, дедушка и вовсе на пенсии. А я, горемычный? – Кощей трагично вздохнул и принялся загибать пальцы: – Сокровища считай – я, бди над ними и чахни – тоже я. Замок от богатырей дубиноголовых защищай – снова я. Царя и всяких девиц взбалмошных пугай – всегда я. А хоть кто-то спросил: может, пособить чем? Кощей, хочешь, новые сундуки тебе справим… или замок поможем сторожить? Так ведь нет! Не дождешься! Все сам, все сам…

В голосе сказочного злодея слышалась такая искренняя обида, что Пете стало чуточку стыдно. Впрочем, он все равно начинал потихоньку раздражаться.

– Лучше присоединяйтесь к нам. – Кощей снова сменил капризный тон на радушный. – Хотите фруктов? Или молока кокосового? Тут так здорово! И компания отличная, а главное – никто ничего не заставляет делать!

– Нет, – решительно отказался Петя и посмотрел на Волка в ожидании поддержки. У того на морде застыло философски отсутствующее выражение. – Нас дела ждут. Отдых, конечно, дело полезное и важное – но в меру. Кстати, барон Самди пошел тебя искать и пропал…

Кощей бросил на друзей озадаченный взгляд, осмотрелся и со смехом махнул рукой.

– Ну и горазды вы шутить, ребяты! Как так пропал? Вот же он!

Костлявый палец указал на дальний конец пляжа, где песчаный берег изгибался в форме полумесяца, образуя маленькую лагуну. Там между двумя невысокими скалами была натянута сетка. Небольшая компания весело гоняла мяч, и окрестности время от времени оглашались криками «Пасуй!» и «Гол!». Среди игроков Петя разглядел барона Самди. Тот даже на жаре не расставался со своим любимым цилиндром – прямо как на портретах. Там были и другие странные существа, похожие на древних божеств (или просто в костюмах) – леопард, обезьяна, кто-то похожий на греческого духа смерти – в черном плаще, застегнутом на все пуговицы, и с крыльями за спиной… Вокруг компании с лаем и воем радостно скакал Цербер, пытаясь всеми тремя головами сразу перехватить мячик.

Если бы Петя увидел эту сцену в кино, он решил бы, что режиссер спятил или поддался невероятным фантазиям и перестал различать границы жанров.

– Так он тоже здесь? – пробормотал мальчик. Петя уже совсем ничего не понимал. Может, он сошел с ума и все это ему мерещится?

– Где ж ему еще быть? Он ведь меня нашел, – уверенно заявил Кощей. – Так что мы оба никуда не пропадали. Просто решили немножко отдохнуть от забот.

«Отдохнуть решили они? Ну-ну…» – сердито подумал Петя, провожая взглядом фрисби[19] из банановых листьев и промчавшегося следом за ней счастливого Цербера. Пес затормозил возле компании, чтобы обнюхать Волка, но услышал свист и потрусил дальше.

– А как же Катрина? И Колобок? – не отставал мальчик. – Они волнуются! И…

– А вы передайте им, пожалуйста, что с нами все хорошо, – перебил Кощей. – Мы передохнем немного – и вернемся. Честное волшебное! – Бессмертный улегся на шезлонг, надвинув на глаза шляпу и сложив руки на груди, как покойник.

Петя не стал ничего говорить в ответ и тем более – выговаривать. Он был очень сердит и твердо уверился в одном: в этом странном месте, похожем на райский остров, на всех нападают неконтролируемые приступы лени. Подходящих слов, чтобы уговорить Кощея и Самди вернуться, у мальчика пока не нашлось. Он даже толком не мог понять, что тут происходит и почему. Нужен был мозговой штурм в спокойной обстановке. Стоило вернуться в город и посоветоваться с Катриной.

– Пойдем, Волк, – позвал он друга. – Предупредим остальных. Да и дела надо закончить.

И вдруг случилось то, чего Петя никак не ожидал. Волк посмотрел на Кощея, на него… и не двинулся с места.

– Ты, наверное, иди один пока, – немного виновато произнес он. – А я тут побуду. За Кощеем, опять же, пригляжу. И вообще, – добавил он деловито, – дела никуда не убегут. Как говорится, работа не волк… – он запнулся, поняв, что у него случайно вышел каламбур, и тут же исправился: – Ничего страшного не случится. Я, кстати, вспомнил, что целую неделю не отдыхал. А то и месяц. Так что, пожалуй, задержусь на денек-другой. Разведаю, что да как…

Слова Волка о разведке звучали не слишком убедительно, зато когда речь заходила об отпуске, он говорил совершенно уверенно и искренне. Петя растерялся и не на шутку встревожился. Шустрый товарищ не отличался ленью и всегда первым был готов броситься навстречу опасным приключениям. Может, он просто перегрелся на солнце? В любом случае оставлять друга одного в таком странном месте Петя не собирался – по крайней мере, пока они не разберутся, что тут происходит. А потому он решительно настаивал на своем.

– Пойдем, – еще раз сказал Петя. – Вместе подумаем. Одна голова – хорошо, а две – лучше. – И, решив подать пример, он зашагал в сторону темнеющего среди скал пещерного зева.

Волк нехотя побрел следом. Но шел он с каждой минутой все медленнее и медленнее: лапы будто сами увязали в песке и так и норовили повернуть обратно.

У самого входа Волк остановился. Он обернулся, с тоской взглянул на теплое море, белоснежный пляж и счастливых отдыхающих… и повернул назад.

– Я догоню! – крикнул он вслед Пете, но не слишком громко и уверенно.

Из пирамиды Петя выбрался на рассвете и уже в одиночестве.

Петя не знал, что делать. Мысли ему не поддавались. Не сказать, что это ощущение было совсем ему незнакомо. Иногда они с Волком вляпывались в такие экстремальные приключения, разок-другой поддаться панике немудрено, хоть это и недостойно героя. Хуже было то, что на грани паники была Катрина. Если вам сложно представить, чем может грозить такое состояние у божества, вообразите цунами, ураган, землетрясение и извержение вулкана разом – и это будет только половина.

А еще паника совсем не помогает разработать план – даже не гениальный, а просто годный. И на этот раз рядом не было Волка. Как же не хватало сейчас его смекалки! Да что там – обсудить идеи было не с кем. Они нашли Кощея и Самди – и это хорошо, но что теперь-то делать?

Просить совета у Катрины мальчик побаивался. Он все ей рассказал и даже провел ее тайным ходом в доказательство своих слов. Но она едва ли могла помочь. Сперва богине нужно было успокоиться – иначе, не ровен час, случится настоящее стихийное бедствие, а то и не одно (а если еще и мертвые восстанут из могил и взбунтуются?).

Итак, первым делом – взять себя в руки. Затем – вернуть друга в нормальное авантюрно-суетливое настроение. Потом – втроем составить план.

С первым пунктом Петя справился благодаря десяти минутам дыхательных упражнений от шаолиньских монахов и осознанию своей беспомощности (почему-то от этого стало легче).

Со вторым пунктом было сложнее. Как спасти Волка от лени? Петя покосился на Катрину, которая нервно куталась в мантилью. Вид у нее был одновременно расстроенный и устрашающий. «Думай! – приказал себе Петя. – Что так важно для Волка, что он может забыть даже об отдыхе?»

Мальчик выглянул из пещеры и в отчаянии осмотрелся, изо всех сил напрягая мозги. Кругом были только пальмы, бесконечный пляж да море до горизонта… Вдруг его взгляд упал на торчавший из песка старинный сундук с проржавевшими петлями – будто позабытый пиратами клад.

Точно! Как же он раньше не догадался? Путешествия!

– Уважаемая Катрина, – как можно вежливее попросил мальчик, – подождите меня, пожалуйста, здесь. А то вдруг этот вирус лени и на вас подействует? А в пещере безопасно.

– А тебя он не одолеет? – отрешенно поинтересовалась богиня, и листья на пальмах грозно зашелестели от ее голоса.

– Видимо, он не работает на простых смертных, – не слишком уверенно предположил Петя и мрачно добавил: – Во всяком случае, буду на это надеяться.

Мальчик решительным шагом направился к пестрым пляжным зонтикам, которые напоминали колонию инопланетных поганок.

Найти Волка оказалось несложно. Он растянулся на шезлонге у самой кромки воды, подставив серое брюхо солнышку, и потягивал кокосовое молоко через соломинку. Вид у него был крайне довольный. Петя сначала даже постеснялся отвлекать друга от блаженной праздности. Но дело есть дело, а совесть сейчас только повредит.

– Волк! Эй, Во-олк! – позвал мальчик.

Волк не отреагировал. Только после ощутимого и совсем невежливого толчка в плечо он сдвинул на нос солнечные очки и буркнул:

– Чего надо?

Это было ему совсем несвойственно, и Петя сперва чуть было не поддался раздражению, но вовремя спохватился. Виноват не Волк, а неведомый вирус. Значит, надо не злиться, а спасать товарища по приключениям. Петя старательно подбирал слова, чтобы они звучали не грубо, но доходчиво.

– Послушай, Волк, – заговорил он после трех минут тщательных раздумий, – неужели тебе не надоело просто так лежать пузом кверху?

Волк, перевернувшись набок, растерянно взглянул на друга поверх очков. «Как может надоесть отдых?» – читалось в его взгляде.

– Знаешь, Петь, – отозвался он, не выпуская из пасти соломинки, отчего часть звуков смешно зажевывалась, – я вдруг понял… Что это я все время куда-то бегу, кого-то ищу, откуда-то что-то вытаскиваю?.. Я за все эти годы не отдохнул ни разу! Вот сам посуди, неужели отпуск – это так плохо? Вот у тебя есть… эти… каникулы. Что плохого, если я полежу немножко, отдохну денек? Или два. Или недельку. – Он сладко зевнул во всю пасть.

Петя озадаченно почесал затылок. Да, каникулы у него, конечно, есть. И больше всего во время них хочется ничего не делать. Но если просто сидеть или лежать, быстро заскучаешь. Другое дело составить дедушке компанию – покататься на роликах или пойти на рыбалку. Даже сидеть с удочкой у реки – уже занятие!

Петя опустился на соседний шезлонг, усилием воли стряхнув незаметно подкравшуюся лень.

– Согласен, но отпуск и просто ничегонеделание – это разные вещи, – продолжал он. – Разве тебе не скучно?

Фр-р-р-р! Волк громко втянул в себя остатки кокосового молока и потянулся за следующим орехом.

– Не-а.

– А как ты собираешься путешествовать? – не сдавался Петя. – Лежа, что ли?

Расчет оказался верный. Услышав знакомое слово, Волк встрепенулся и зашевелил ушами. Он долго молчал. Внутри него явно шла борьба лени и любимого занятия.

– Слушай, Петь, я так давно не отдыхал… – признался он виноватым тоном. – Лучше присоединяйся. Отдохнем вместе. Смотри, как здесь здорово!

Петя окинул унылым взглядом ряды шезлонгов, на которых дремали «туристы» из разных миров – волшебные существа, божества, духи. Он, конечно, обожал каникулы, как и все школьники, но не привык бежать от ответственности, которую взвалил на себя сам.

– Потом, – уклончиво ответил он. – У нас вообще-то дело есть. И оно не может ждать.

Петя сам не ожидал, что так сильно рассердится. Он готов был перевернуть лежак и скинуть Волка на песок, – даже прикидывал, с какой стороны лучше взяться. Похоже, на обычного питерского мальчика сказочный вирус действовал противоположно: вызывал раздражение и жажду действия.

Кресло скрипнуло. Волк нехотя поднялся. Петя улучил момент, схватил его за лапу и потащил ко входу в пещеру – лишь бы друг не пошел за новым коктейлем. Тот даже не сопротивлялся – только громко жаловался, что ему не дают отдохнуть, и ворчал на тему прав сказочных хищников. Он еще не до конца пришел в себя.

Выход оставался один. Оказавшись под защитой пещеры, Петя вытащил из рюкзака бутылку с водой и плеснул Волку в морду. Тот недовольно зафыркал, потряс головой… и взгляд его из отстраненного вдруг стал осмысленным.

– Что это было? – сердито спросил он, приглаживая шерсть лапами. Петя отвернулся и облегченно вздохнул.

– Тебя лень сморила, – объяснил он, копируя ворчливый тон друга.

– А-а… – протянул Волк, покачав головой. – Спасибо, что привел в чувство. На меня как будто нашло что-то… – Он потер лапами глаза. – И голова болит, как у людей после праздников… Меня что, каким-то зельем опоили?

– Тебя каким-то колдовством окурили, – передразнил Петя. Он был несказанно рад, что к другу начало возвращаться сознание, но пока сохранял недовольный вид. – Кощея и остальных, кажется, тоже. Не тронуло только Катрину, потому что она сюда не ходила, и меня, потому что на людей эта штука почему-то не действует. По крайней мере, на современных.

– Ясно, – буркнул Волк. – Тогда надо торопиться. И еще… – добавил он немного смущенно, – у тебя не будет таблетки анальгина?

– В рюкзаке аптечка.

– Ну и как же теперь быть? – озадаченно спросил Волк, пока друзья брели по пещере на встречу с Катриной.

– Для начала – понять, что это за место, почему оно таким стало и как с ним бороться, – ответил Петя. Больше всего его беспокоила мысль о том, может ли быть слишком поздно для спасения. Вдруг обитатели этого пляжа пробыли там так долго, что их уже не излечить от лени? А еще мальчик так и не понял, как работает это наваждение, почему на него оно не действует вообще, на Волка – частично, а на Кощея и его кузена – по полной программе.

– Наверное, стоит прочитать надписи в пирамиде, – предположил Волк.

– А ты сможешь? – засомневался мальчик.

– Нет.

– И я нет… – протянул Петя и крепко призадумался. Где найти специалиста по таким древностям? Конечно, логичнее и проще всего на первый взгляд было бы вернуться в Санкт-Петербург и заглянуть в университет на кафедру древней истории или лингвистики. Но к кому там обратиться? Долго ли придется искать специалиста? Вдруг на это уйдут месяцы, даже годы – а счет идет на дни?

Поэтому для начала Петя обратился к Катрине. Вдруг богиня разбирается во всех языках на свете…

Она минут пятнадцать задумчиво изучала надписи, а потом только плечами пожала.

– Могу сказать, что это не на испанском, – заявила она.

Петя чуть было не ляпнул: «И что с того?» – но вовремя прикусил язык. Вдруг обидится?

– Я не читаю эти картинки, – продолжила Катрина таким тоном, будто это вовсе не проблема – и уж тем более не ее личная.

– Вы не изучали язык майя? – осторожно спросил Волк, почесав ухо.

– Их письмена? Нет, конечно. Зачем мне это? – снова пожала плечами Катрина. – Мои подданные поют гимны и возносят молитвы вслух – этого вполне достаточно.

Петя грустно вздохнул: он понял, что легкого пути нет. Мальчик чуть было не предложил привлечь к делу Кота Ученого, но тому вряд ли удалось бы надолго покинуть важный государственный пост. Петя с тоской взглянул на свое отражение в большом кристалле… и вдруг его осенило. Решение было непростым, но почему бы не попробовать?

– Волк, – повеселев, сказал он, – помнишь моих клонов? Они ведь серьезных высот добились – в спорте, в науке. Может быть, один из них поможет нам с расшифровкой? «Если получится его уговорить, конечно», – мрачно подсказал внутренний голос.

– И где мы будем его искать? – продолжал недоверчиво хмуриться Волк, почесывая лапой ухо. – Твои клоны, насколько я помню, тебе не докладываются. Да и не сказать, что рады с тобой общаться.

В последнем Волк был прав. Клоны Пети вели себя как самые настоящие братья, которые не могут поделить внимание родителей. Сам Петя, признаться, отвечал им взаимностью, особенно после того как мама с гордостью продемонстрировала им с папой очередную пачку фотографий, на которых другие Пети покоряли вершины, совершали научные открытия и укрощали стихии родной планеты. У нее уже все стены в комнате были увешаны свидетельствами их достижений!

Поэтому, если бы не жизненная необходимость, «Петя-старший» о них с радостью не вспоминал бы. А теперь еще придется гоняться за ними по всей Земле!.. Стоп!

Петю осенило так внезапно, что он аж подпрыгнул, немало удивив собеседников.

– Знаю! – воскликнул мальчик, вытащил телефон и принялся увлеченно листать новости, бормоча себе под нос.

Волк и Катрина, растерянно переглядываясь, наблюдали за ним. Не напекло ли Пете голову?

– Вот! – наконец он торжественно ткнул пальцем в экран.

Там красовалась фотография палаточного лагеря на фоне саванны. «Археологическая экспедиция из Санкт-Петербурга обнаружила руины древнего города, ранее неизвестного науке», – гласил заголовок. На следующем кадре, чуть ниже, был мальчик, как две капли воды похожий на Петю, только в походном костюме, пробковом шлеме и с ярко-зеленым шейным платком.

– Волк, – затараторил Петя, тыча пальцем в экран, – сможешь перенести нас в это место?

Волк задумчиво принюхался к телефону и кивнул.

– Смогу. – Он подбежал к стоявшему поблизости плетеному коробу, по виду смахивающему на гроб, и гостеприимно распахнул крышку. – Вперед! – воскликнул он, запрыгивая внутрь. – Время не ждет!

– Пф-ф! – раздалось из дупла одинокого бутылочного дерева, и перепуганная мелкая живность бросилась врассыпную. Изнутри вырвалось облачко пыли. Следом наружу показалась серая лохматая голова с торчащими ушами. Черный нос зашевелился, нюхая воздух, а потом голова с некоторым сомнением кивнула.

– Кажется, здесь. Вылезай.

Друзья не без труда выбрались из узкого дупла. Снаружи оказалось душно и пыльно – как и должно быть в саванне. Рядом мирно паслось стадо антилоп. Они повернули головы и посмотрели на незнакомцев, но совершенно не испугались. Похоже, они привыкли к археологам в заповеднике и не боялись тех, кто не причиняет вреда.

«А если его нет в лагере?» – закралась паническая мыслишка, но Петя быстро загнал ее поглубже, запер дверь и подпер для верности воображаемым камнем. О том, что в этих местах могут водиться львы, крокодилы и еще кто-нибудь не менее опасный, он предпочел не вспоминать.

В лагере исследователей горел костер, вокруг него сидели человек пять, еще несколько бродили между палатками. Поразмыслив здраво, Петя и Волк решили пока не попадаться им на глаза. Кто знает, как отнесутся ученые к появлению незнакомцев, тем более «соотечественников», в краях, где на многие километры, кроме зверья, никого днем с огнем не найти!

– Давай поищем его, – прошептал Волк. – Я пойду направо, а ты – налево. Встретимся на той стороне лагеря. Идет?

Петя кивнул.

Прячась за высокой травой, редкими кустами и палатками, друзья обследовали лагерь по кругу. Петя нутром чувствовал, что его клон здесь, но как ни старался, не мог его разглядеть. Все обитатели лагеря выглядели совершенно одинаково в своих рабочих комбинезонах и круглых пробковых шляпах.

Он уже успел отчаяться, как вдруг в зарослях неподалеку послышалась возня, тихая ругань, а потом кто-то свистнул и умолк. Оглядевшись, не заметил ли кто (но ученые не обращали на посторонние звуки никакого внимания), Петя бесстрашно рванул вперед. Ему даже в голову не пришло, что в кустах притаился хищник, а из оружия у него с собой – только фонарик и перочинный ножик.

В зарослях по земле катался невнятный пестрый клубок. Серая его часть была, очевидно, Волком, а другая – его противником. Петя, не задумываясь, бросился на помощь.

Теперь перевес был на их стороне: вдвоем с одним, пусть даже и тренированным соперником справиться проще. Пете удалось схватить его, а Волк на всякий случай зажал ему рот лапой, чтобы тот не поднял тревогу.

Теперь, когда пыль улеглась, всем наконец удалось разглядеть друг друга. На земле рядом с охапкой веток для костра сидел… Зеленый клон Пети. Друзья поверить не могли в свою удачу.

– Ты? – удивленно воскликнул мальчик. Это был глупый вопрос, но ничего другого Пете на ум не пришло.

В ответ прозвучало рассерженное «бу» – видимо, это означало «я».

– Я тебя отпущу, если не будешь орать и драться, – пообещал Волк с грозным видом.

Клон, может быть, и хотел поднять шум, но подумал – и мотнул головой. Волк выждал пару секунд и убрал лапу.

– Двое на одного – очень по-человечески, – проворчал клон, отряхиваясь и без стеснения отплевываясь от пыли и шерсти.

– А ты мог бы спросить или посмотреть, прежде чем нападать и драться, – обиженно проговорил Волк.

– Откуда мне было знать, что это ты?! – буркнул Зеленый. – Здесь, знаешь ли, чаще змеи шастают.

Волк не стал спрашивать, чем он похож на змею, – ему бы больше понравилось, если бы его сравнили со львом.

– Извини, – прервал спор Петя. Он был сердит не меньше, но друзья не болтать пришли.

– Что вы двое тут забыли? – не унимался клон. – Я уж думал, что в ближайшие лет… десять вас не встречу.

Петя не стал спорить. Он, признаться, был того же мнения. Ему прошлой встречи хватило.

– Просто так мы бы и не пришли, – сказал Волк. – Но мы по делу. Ты ведь ученый теперь?

– Ну? – буркнул Зеленый, поднимаясь и подхватывая вязанку.

– Нам нужна твоя помощь… – начал было Петя, но поймал недружелюбный взгляд «сводного братца» и замолчал.

– Точнее, не нам, а жителям нескольких миров, и нашего тоже, – перебил Волк многозначительно. – Без ученого-археолога нам не справиться.

– С чего бы? Как беда пришла – так ко мне прибежали? – Зеленый обиженно шмыгнул носом. – Как тогда, с уроками? Ты забыл, как меня за человека не считал и в семью принимать не хотел?

– А ты забыл, как вы вчетвером собирались стереть мою личность, чтобы занять мое законное место?! – Петя рассерженно упер руки в бока, а потом ткнул пальцем в «близнеца» и тоном, которым говорил дедушка Колобка, произнес: – Не пора ли вернуть должок?

Волк на всякий случай сделал несколько шагов, втискиваясь между спорщиками. Мало ли что? Разнимать дерущихся мальчишек в его планы не входило. Он не хотел, чтобы они рассорились и разбежались. Как им тогда искать управу на вирус в одиночку?

Зеленый клон вздохнул. Он рад был бы возразить, но несносный «сводный братец» был прав.

– Ладно, – сдался он, не скрывая недовольства. – Что вы от меня хотите?

– Чтобы ты помог расшифровать письмена древних майя, – произнес Петя зловещим тоном, выдержав паузу ровно такой длины, чтобы клон успокоился и у него пробудилось любопытство.

Зеленый встрепенулся. Если Петя не лжет и не ошибается (Волк бы точно не ошибся, а он не возражал и не поправлял товарища), предложение изучить древние письма звучало довольно заманчиво. С другой стороны, он не привык бросать дело на середине – это свойственно обычным людям.

– А подождать ваше дело не может? – проворчал Зеленый. – У нас вообще-то важные раскопки.

– Если бы могло, мы бы и пришли потом, – возразил Волк, недружелюбно щелкнув зубами. Ему надоели бессмысленные хождения вокруг да около.

– Так ты пойдешь с нами или нам к кому-то другому обратиться? К Красному или Синему, например? – спросил Петя.

И уловка снова сработала безотказно. Любопытство, которое все клоны унаследовали от мальчика обыкновенного, тут же пробудилось. Клону не хотелось, чтобы загадка досталась кому-то другому.

Он с тоской взглянул на лагерь на холме и вздохнул:

– Ну, если не очень долго. А то здесь работы много.

– Надеюсь, что недолго, – кивнул Петя. Чем дальше, тем больше мальчик опасался, что они не успеют.

Петя Зеленый внимательно всматривался в ряды иероглифов и пиктограмм, некоторые зарисовывал в блокноте, бормоча себе под нос: «Интересно… очень интересно… Просто невероятно!» – и еще что-то неразборчивое. Он хмурился, улыбался, чесал то затылок, то нос. Петя и Волк наблюдали за ним с плохо скрываемым любопытством и нетерпением.

– Ну, что там написано? – не выдержал Волк, заглянув в блокнот клона.

– Подожди. Не мешай… – равнодушным механическим тоном ответил тот. – Еще немного подумать надо…

– А он в зомби не превратится? – с опаской шепнул Петя другу на ухо. – Может, на клонов эта штука тоже действует… только… э-э-э… по-другому?

– Я не зомби, – слуху Пети Зеленого мог бы позавидовать даже Волк. – Пожалуйста, не отвлекайте меня… так-так… Солнечный диск на западном склоне открывает путь к обеду… нет. К отдыху. Да… – Его слова опять слились в неразборчивое бормотание.

«Интересно, – подумал Петя-старший, – все ученые становятся занудами? Тогда, пожалуй, с наукой стоит быть поаккуратнее… и папу надо предупредить, пока еще не поздно!»

На жаре и в полумраке от вынужденного ничегонеделания друзья успели задремать. Поэтому от победного вопля клона: «Я понял! Эврика!» – эхом отразившегося от стен и едва не обрушившего потолок, они подпрыгнули на месте. Петя даже головой стукнулся.

– Зачем же так громко? – проворчал он, потирая затылок. Теперь точно шишка будет.

– Это сенсация! – Глаза Зеленого горели от восторга, как будто он нашел путь в Эльдорадо, не меньше. – С ума сойти можно!

– Что там? – Волк вскочил, подвывая от нетерпения.

Зеленый подошел к стене и направил фонарик на непонятную схему, в центре которой красовалась пирамида. Над ней был нарисован путь Солнца по небу, а у подножия собрались уже знакомые схематичные человечки с квадратными телами, угловатыми руками и ногами и в полукруглых шляпах. Одни размахивали початками кукурузы, другие загорали на берегу моря, третьи водили хороводы с необычными существами – гигантскими попугаями, леопардами и крылатыми змеями, чем-то отдаленно похожими на Горыныча.

– Это что еще такое? – Волк нахмурился от растерянности.

Зеленый откашлялся, как лектор перед докладом, принял пафосную позу и заявил:

– Это генератор отпуска древних майя!

– Генератор чего? – в один голос переспросили Петя с Волком.

– Генератор отпуска, что непонятного? – немного обиженно повторил клон Пети и продолжил: – Эта пирамида – уникальный механизм. Точнее, сам механизм спрятан у нее внутри. У жрецов и правителей, а тем более у богов уйма работы. Нужно и погоду хорошую обеспечивать, и урожаи, и защиту племени…

– Ясно, – перебил Волк. – Зачем он нужен-то был?

– Многие годы службы, – продолжал Зеленый, не обращая внимания на выпады собеседников, которые не слишком много понимают в археологии, – и ни одного выходного. А бросить любимое – и, более того, важное – дело они не могли.

– Так недолго и на работе сгореть, – мрачно подытожил собеседник, рассматривая одну из пиктограмм – бегущего человечка с костром из веток на голове.

– Прямо как папа, – грустно проговорил Петя.

– Угу.

– Вот именно! – поддержал клон. – Поэтому мудрецы майя… – луч его фонарика, словно указка, очертил сидящих в кругу бородатых человечков с длинной трубкой мира, – …решили, что нужно организовать коллегам отдых. – Луч переместился на человечков, тащивших подобие чемоданов, пляжный зонтик и круг для плавания. – Но как, если они не хотят бросать работу? Мудрецы обратились к богам. – Зеленый посветил на гепарда, змея и попугая. – А ведь им тоже иногда нужен отдых, верно? И тогда… – фонарик выхватил из темноты картинку с маленьким бугорком с пальмами посреди моря, освещенным закатными лучами солнца – точь-в-точь как на туристическом буклете одного из ведущих агентств Санкт-Петербурга, – …они создали райский остров. Каждый, кто попадал туда, забывал о делах и заботах и наслаждался жизнью. Пляжем, игрой в мяч, купанием… напитки там сами готовились, как и сытные блюда…

На следующей картинке двое человечков гоняли кокос по пляжу, рядом еще двое потягивали коктейли через трубочку и уплетали различные яства. У Пети и Волка заурчало в животе: обед они случайно пропустили.

– А вход на остров был как раз через эту пирамиду, – закончил доклад клон.

– Так вот что произошло с Кощеем, Самди и остальными! – осенило Петю. – И с тобой, Волк, чуть не случилось!

Догадка казалась совсем простой – такой простой, что в нее трудно было поверить. Петя недоверчиво нахмурился. Если все настолько логично, то почему никто из гостей Ленивого острова не пропадал насовсем? Ну, допустим, про жрецов было мало что известно, но если там еще и боги волю теряют, то почему они не остались заперты в ловушке? А если тогда магия острова на них не действовала, то почему действует сейчас?

– Погоди, – замахал лапами Волк и озвучил их совместную догадку: – Они, что же, на веки вечные там застревали? Тогда какой в этом «отдыхаторе» смысл?

– Нет, конечно. – Луч фонарика переместился дальше. На соседней пиктограмме довольные жизнью человечки выскакивали из пирамиды на радость друзьям и родственникам, которые встречали их целой толпой. – Здесь сказано… ну, насколько я смог разобрать… – пояснил Зеленый, – внутри механизма был встроенный таймер. Его устанавливали на определенный срок – скажем, на две недели. А когда отпуск подходил к концу, механизм срабатывал, «будил» отдыхающих и отправлял домой.

Фонарик погас, обозначив конец лекции.

– Тогда почему этого сейчас не происходит? – с подозрением спросил Волк.

Повисла пауза. Петя, Волк и Петя Зеленый смотрели друг на друга.

– Не знаю, – наконец вздохнул клон. – Здесь про это не написано.

– Может, с годами что-то разладилось? – осторожно предположил Петя. – Времени-то прошло ого-го сколько! Майя здесь давно не живут. А только они, похоже, и знали, как обслуживать этот механизм. Вот он и вышел из строя. Если разобраться, что к чему, можно его заново настроить и починить… наверное.

– Ты прав, – согласился Волк и повернулся к третьему участнику экспедиции. – Ты можешь узнать, где находится эта штука?

Зеленый помолчал минуты две и ответил, тоже не слишком уверенно, невольно скопировав тон Пети:

– Думаю, смогу. Надо только еще раз схему и документы изучить, – словом «документы» клон называл длиннющие ряды иероглифов на стенах.

– Помоги нам, пожалуйста! – попросил Петя и добавил, как бы невзначай: – А если разберемся, как устроена эта штуковина, – представь, какое будет научное открытие!

Зеленый ответил не сразу. Он взялся обдумывать заманчивое предложение. Он хоть и был клоном, но ничто человеческое (например, здоровое честолюбие) ему не было чуждо. Спустя пару минут луч фонарика снова упал на стену.

– Что ж, давайте поищем этот загадочный механизм…

Дорога в недра пирамиды на этот раз была короче. Во-первых, большую часть пути отважные исследователи уже знали. Петя Зеленый безошибочно находил нужные повороты, камни и рычаги, которыми открывались потайные ходы, и лишь изредка сверялся с подсказками, оставленными на стенах древними строителями. Теперь он гораздо реже останавливался возле пиктограмм и верениц иероглифов, с восторгом разглядывая каждую закорючку, как это было в начале. Сам Петя пытался считать, сколько раз они поднимались и спускались (отмечать каждый поворот он давно бросил), но сбился на втором десятке.

Но были и неприятные сюрпризы. То пришлось переплавляться (точнее, перепрыгивать) через не слишком широкий, но бурный поток, который пересекал один из подземных залов. Мост или давно разрушился, или вовсе не был задуман архитекторами. То они чуть не заблудились (что немудрено: коридоры выглядели совершенно одинаково и вели примерно в одну и ту же сторону), и нужно было возвращаться к последнему повороту.

А еще попадались ловушки. Конечно, бóльшая часть из них за сотни лет вышла из строя, но кое-какие оказались вполне рабочими и весьма опасными. То пол под ногами вдруг проваливался, открывая бездонные колодцы, то из стен со свистом вылетали заостренные куски камня или толстые железные иглы. Приходилось терпеливо ждать, иногда подолгу, прежде чем удавалось расшифровать надписи.

Поэтому Петя и Волк вздохнули с облегчением, когда очередной потайной проход вывел их в квадратный зал с высоченным потолком. Посреди него высилась то ли копия пирамиды, то ли постамент, а на нем – здоровенный каменный диск, богато украшенный непонятными картинками и письменами.

– Ничего себе! – вырвалось у Пети.

– Себе… себе… себе… – откликнулась эхо, и с потолка ему на макушку привычно осыпалась горсть песка. Понятно: нужно говорить тише, чтобы не прилетело что потяжелее.

– Это что, и есть тот самый «отдыхатор»? – полушепотом спросил Волк.

– Думаю, это он! – с восхищением, которое может испытать только ученый в шаге от открытия, ответил Зеленый. – Копия календаря майя! Настоящий шедевр!

Петя не мог разделить восторгов «близнеца», из чего сделал вывод, что археология – все-таки не для него. А клон обошел календарь несколько раз, присматриваясь к каждой мелочи, там осторожно сдул пыль, здесь поковырял пальцем… Потом зачем-то попытался его сдвинуть, но сил одного мальчика на это, разумеется, не хватило.

– С ним что-то не так? – Волк нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Пока не знаю, – пробормотал Зеленый, рассматривая какие-то дырочки и бороздки. – Но он и правда не работает.

– Почему?

– Будем разбираться… – ответил клон, включил фонарик и полез куда-то под диск.

Следующий час, два, а то и больше зал оглашали только шорохи, поскрипывания, бормотание и тихие «бухи» и «бахи». Это Зеленый сантиметр за сантиметром исследовал древнюю конструкцию. А Петя с Волком, сидя в сторонке на большом камне (наверное, это была скамейка для смотрителя), успели доесть последние бутерброды, заскучать и начали клевать носом.

Когда над ухом раздалось знакомое «эврика» (правда, оно звучало скорее задумчиво, чем радостно), друзья сонно разлепили глаза.

– Сколько времени? – спросил Петя, потягиваясь.

– Понятия не имею, – отозвался Волк. – Возможно, уже вечер.

Оба посмотрели на покрытого пылью Зеленого почти как на врага, потому что нет страшнее преступления, чем разбудить их. Впрочем, клона (который не знал, что такое усталость и скука) это нисколько не смутило. Он честно ждал, пока друзья перестанут дуться, пробудятся окончательно и вспомнят, зачем они сюда пришли.

– Что ты выяснил? – поинтересовался Петя, наконец придя в себя.

Зеленый деловито отряхнул куртку от пыли и объяснил:

– Плюс: мы не ошиблись, это тот самый механизм, который нам нужен. Минус: он сломан.

– Починить его можно? – с надеждой спросил Волк.

– В нем не хватает некоторых деталей, – развел руками клон. – Если их заменить, то он, вполне вероятно, снова заработает.

С друзей разом слетели остатки сна, а робкая надежда сменилась энтузиазмом.

– А знаешь, что это за детали?

Зеленый еще раз взглянул на схему в блокноте и кивнул. Друзья с облегчением вздохнули. Это была лучшая новость за прошедшие несколько дней.

– Так. – Волк расхаживал туда-сюда по верхней ступеньке пирамиды, задумчиво подергивая хвостом. – Чего, ты говоришь, не хватает?

Он повернулся и выразительно посмотрел на Зеленого Петю.

Туристы и экскурсоводы давно разошлись, и теперь никто не мог помешать «мозговому штурму». Магия Катрины скрыла их от глаз охраны национального парка, и теперь сторожа в упор не заметили бы безбилетных посетителей, даже если бы столкнулись с ними нос к носу.

Клон Пети подобрал короткую палочку и начал чертить в пыли странные фигуры, кривули и загогулины.

– Календарь-диск, – напомнил он, выводя на земле неровный круг, – программирует таймер. Чтобы его завести, нужен ключ. Судя по всему, он разрушился от времени, поскольку был сделан из мягкого камня… ну, или его сломали.

Петя задумался на минуту, потом вытащил телефон и погрузился в недра интернета. Волк не стал его отвлекать и кивнул собеседнику – мол, продолжай, слушаем.

– К нему прилагалась стрелка. Она должна быть из более прочного материала. – Клон изобразил на круге подобие стрелки часов. – Думаю, что из обсидиана.

– Почему? – удивился Волк.

– Он прочный, но обрабатывать его легко, – коротко пояснил Зеленый. – Древние майя его очень любили. – Он показал на телефоне несколько фотографий украшений и ножей из музейной коллекции. – Стрелка двигалась по кругу и отмечала, когда отпуск должен закончиться… Далее – шестеренки. Их было много. Одни приводили в действие механизм, как в обычных часах. – К картинке добавилась цепочка из зубчатых кружков разного размера. На вид она напоминала бусы из ежей. – А заводилась вся эта конструкция рычагом. – Клон нарисовал очередную загогулину. – Этот рычаг наверняка был самой прочной и долговечной частью конструкции.

– Как же он тогда сломался? – недоумевал Волк. – Магия? Землетрясение?

– Я думаю, его украли, – подал голос Петя-старший, не отрываясь от изучения просторов глобальной сети.

Все разом обернулись и вопросительно уставились на него. Петя от такого внимания даже немного смутился.

– Ну… помнишь, ты сказал, что нашел следы золота? – обратился он к «близнецу». Тот кивнул. – Наверное, рычаг был позолочен. А когда в эти края нагрянули конкистадоры, они решили, что он целиком золотой, и своровали. Может быть, тогда механизм и разладился. Или, может быть, майя хотели сохранить тайну, застопорили механизм, а потом лишились важной детали…

Несколько секунд висела пауза: собеседники обдумывали услышанное. А потом Зеленый воскликнул:

– Эврика!

Петя чувствовал себя почти гением. Но следующий вопрос Волка так резко вернул его на землю, что мальчик едва не заработал воображаемую шишку.

– Где же нам теперь его искать? Наверняка жулики утащили его далеко-далеко, сейчас и следов-то не сыскать.

– Предлагаю начать с местного музея. – Петя не собирался вешать нос. У него уже созрел план. – И проверить местные рынки. Ведь грабителей тоже могли ограбить. Да воры и сами могли потерять добычу. Рано отчаиваться! Погодите-ка…

Он снова уткнулся в телефон, но на этот раз ненадолго – собеседники даже не успели заскучать. Через несколько секунд Петя развернул к ним экран. На нем красовалась фотография потрескавшегося каменного кругляша.

– Нам, случайно, не такой диск нужен?

Зеленый прищурился и внимательно вгляделся в экран. Помолчал немного, что-то прикидывая в уме, а потом кивнул:

– Похож. Но надо проверить. Где ты его нашел?

– В рекламе выставки частных коллекций. Это здесь, в городе, – объяснил Петя, убирая телефон. Мальчик был бы рад записать себя в герои, но рано: надо сперва проверить, не ошибся ли он. О том, как доставать нужную деталь, он подумает позже.

Примерно через час вся компания стояла у дверей музея. Разумеется, он был закрыт, поскольку ночью большинство галерей не работают – хотя бы потому, что посетителей нет.

– Что думаешь делать? – поинтересовался Волк, задрав морду и оглядывая внушительное здание. – Не будем же мы его грабить!

– Не будем, – согласился Петя, – да нам и не нужно. Нам только проверить, тот ли это диск. Зеленый, мы сможем сделать копию, если у тебя будут все чертежи и материалы?

Клон задумчиво пожал плечами.

– Могу попробовать.

– Мы попросим местных тебе помочь, – воодушевился Петя. – Сколько нужно времени?

– Не знаю. Полчаса, может, минут сорок.

Петя кивнул и повернулся к Волку:

– Можешь телепортировать нас внутрь так, чтобы нас не застукали?

– Без проблем. – Волк сложил когти в кольцо. – Надо только найти подходящий сундук или ящик.

В музее было темно и безлюдно. Горело только дежурное освещение.

– Не наступите на сигнализацию, – на всякий случай предупредил Петя.

Волк застыл на полушаге и глянул вниз: в паре сантиметров от его лап на стене притаилась коробочка, моргающая недружелюбным красным глазом. Такая же виднелась на противоположной стенке. Сам луч было не видно. Не заметить и задеть проще простого!

– Спасибо, вовремя, – пробормотал Волк и осторожно переступил через опасную преграду.

Компания шла небыстро. Надо было не только не заблудиться и ни обо что не споткнуться в лабиринте темных залов и зальчиков, но еще и не нарваться на охрану и не поднять на ноги весь персонал и полицию в придачу. Они успешно прошмыгнули мимо спящего вахтера. Но что, если он проснется и решит устроить обход? Включить фонарики тоже было нельзя: вдруг кто-нибудь заметит свет в окнах? Загреметь в тюрьму за попытку ограбления музея никому не хотелось. Как они докажут, что не хотели ничего стащить? Может, просто не успели? Пришлось полагаться на свет от экранов мобильных телефонов и тусклых лампочек в витринах.

Петя глазел по сторонам в поисках нужного экспоната и старался не отвлекаться. Он чувствовал себя ужасно глупо. Конечно, он сам предложил осмотреть экспозицию, пока в музее нет посетителей и никто не мешает. Вдобавок он сомневался, что днем их пустят с животными, а без Волка никак не обойтись. Но ему еще не приходилось вламываться в музей, пусть даже они не воры и зашли «только посмотреть».

– А ты уверен, что эта штуковина сейчас здесь? – Волк остановился напротив высокого каменного идола с головой, очень похожей на его собственную, с крыльями попугая, кошачьими лапами и бусами из черепов и клыков на шее. – Может, выставка еще не открылась? Или уже закончилась?

Петя был уверен, но все равно заглянул на страничку музея в интернете. Нет, он не ошибся.

– Все правильно, – громким шепотом сказал он. – Выставка открылась две недели назад и закрывается послезавтра, так что стоит поторопиться, – добавил мальчик, выключив экран и убирая телефон в карман. – Нам в зал номер шесть.

– А сейчас мы где?

– Зал номер девять, – подсказал Зеленый. Он стоял возле стеллажа с бусами из нефрита, наконечниками копий и каменными ножами и внимательно изучал схему пожарных выходов. – Нужно пройти через зал номер четыре, вернуться в зал номер двенадцать и подняться на второй этаж. Дальше, через первый зал, мы попадем в шестой. По крайней мере, здесь так написано.

Петя и Волк озадаченно переглянулись. Загадочность мексиканской души окончательно сбила их с толку. А вот Зеленый оставался невозмутимым: очевидно, привык к странностям разных стран и их музейной организации.

– Кстати, – добавил он, указывая на стеклянную полку рядом, – вот и обсидиан. Из осколка можно сделать стрелку – главное, чтобы по длине подошел.

Петя удивился непосредственности «близнеца». Клон говорил так, будто у него в кармане лежит с полдюжины заготовок. Даже если они раздобудут кусок обсидиана, то как его обрабатывать? У них ни инструментов, ни навыков. А у Волка – вообще лапки. Но неужели Зеленый предлагает «вернуть» экспонат в пирамиду?

– Где же его взять?

– В местных сувенирных лавках наверняка что-то да найдется, – пожал плечами клон и добавил страдальческим тоном: – Люди еще со времен фараонов грабили захоронения и тащили все, что блестит. А потом продавали. В научных журналах постоянно про это пишут. А ученым из-за этого иногда исследовать уже нечего…

Петя со вздохом согласился. Во все времена и во всех мирах жителей тянуло к прекрасному, причем далеко не всегда из лучших чувств.

Благодаря схеме компания исследователей без труда добралась до нужного зала, почти не плутая.

Драгоценный диск, потертый и выветрившийся от времени, покоился на постаменте в центральной витрине.

«Портативный календарь майя, IX век. Использовался древними племенами для определения времени и в ритуальных целях. Принадлежал правителю Чичен-Ицы[20]», – гласила табличка.

– Ерунда какая, – фыркнул мальчик, прочитав первые строчки. Где владельцы экспоната нашли эту версию, знали только они сами. В интернете прочитали, не иначе. Вместо диска с такой подписью в витрине могло лежать все что угодно.

Пока клон фотографировал диск со всех сторон и делал наброски в блокноте, стараясь случайно не разбудить бдительную систему охраны, а Волк стоял в дверях и смотрел, не идет ли кто, Петя бродил по залу в поисках других частей механизма. В одной из витрин обнаружилась длинная узкая пластина из черного прозрачного камня. Мальчик прикинул в уме – по размеру должно подойти. Может быть, это и есть стрелка? На всякий случай Петя вытащил телефон и сфотографировал находку.

– Я готов, – наконец громким шепотом произнес клон, убирая телефон и блокнот в сумку. – Теперь есть с чего делать копию. Опытному мастеру этого должно хватить.

Петя не стал говорить о том, что опытного мастера еще придется поискать. Он понадеялся на связи Волка в других мирах. Наверняка где-то есть и подходящая техника, и умелые руки. Вот где бы пригодился папин опыт с его «матрёшками-шрёдингерёшками», но, если рассудить здраво, едва ли раскрашивание деревянных котов поможет восстановить старинный артефакт. А вот его коллеги, возможно, и смогли бы…

– Пора! – громким шепотом поторопил Волк. – Я слышу, как кто-то внизу ходит. Вдруг сторожа и сюда решат заглянуть?

Петя кивнул. Убегать от охраны в его планы точно не входило.

– Тогда ищем место для телепорта, – шепнул он в ответ.

– Тут поблизости только распределительный шкаф, – мрачно отозвался клон, осторожно выглянув за дверь. – Но, кажется, он отключен. Если внутри нет панели, мы туда поместимся.

Получать разряд тока в планы Пети также не входило, но Зеленый был прав. Друзья едва успели влезть в тесный шкаф (на счастье, тот оказался пуст), когда по лестнице заплясал луч фонарика.

Пф-ф! Через секунду ловить уже было некого.

Крышка пустого мусорного бака откинулась, напугав уличного кота. Изрядно уставшие и перепачканные друзья, больше похожие на персонажей из местных мрачных легенд, выбрались наружу. Петя не стал ругать Волка за выбор места для выхода: думать об этом явно было некогда. По крайней мере, они не попались, и у них теперь была схема необходимой части механизма.

– Предлагаю привести себя в порядок, – сказал Петя, снимая в головы банановую кожуру, – и обсудить планы на будущее. С шестеренками дело чуть проще. Когда мы вчера проходили мимо свалки всякого барахла на окраине, кто-то как раз выкидывал старинные часы. Возможно, они все еще там. А в них таких деталей много. Утром я туда прогуляюсь и проверю. А потом можно пройтись по лавкам: сейчас они наверняка закрыты.

Зеленый щелчком пальцев скинул с плеча стаканчик из-под кофе, а Волк по-собачьи встряхнулся. Петя посчитал, что это знак согласия.

Петя угадал: часы грустно стояли, подпирая собой стену ветхого сарая, и ждали, пока их кто-нибудь подберет… или хотя бы разберет. Волк предложил взять их сразу, чтобы никто другой не сделал этого раньше, и найти место поудобнее (например, в глубине парка), где никто не будет мешать. Да и вдруг в бесхозных часах обнаружатся еще какие-нибудь полезные детали?

Втроем унести громоздкую конструкцию оказалось довольно легко. Конечно, два мальчика и «пес», несущие ранним утром по улице сломанные часы с маятником, выглядели более чем странно. Но в это время большинство любопытных жителей спали, а остальные (например, уборщики) не привыкли задавать прохожим вопросы. Мало ли кто и куда несет часы?

Находку припрятали в полом стволе старого гигантского фикуса, и вопрос с шестеренками можно было временно считать закрытым.

– А дальше что?

Компания устроилась на большом камне в тени ветвей фикуса и рассматривала фотографии из музея.

– Теперь надо бы сделать копию диска, подходящую по размеру и форме. Я все замерил, так что ошибиться будет сложно, – объяснил Петя Зеленый. – Лучше всего из камня, но подойдет и другой прочный материал. Нам нужно, чтобы календарь проработал как можно дольше.

Друзья задумались. При всех талантах резать по камню никто из них не умел. Значит, придется обращаться за помощью.

– Можно напечатать на 3D-принтере, – продолжил клон, пожав плечами. – В моем родном мире что хочешь напечатают. Но натуральный материал все-таки лучше.

Петя не мог не согласиться. Тем более, от предыдущего визита в технологичный мир клонов на душе остался слишком неприятный осадок. Да и где гарантия, что его снова не заманят в ловушку? Впрочем, судя по выражению лица клона, тот и сам не рвался домой: в мире Пети ему нравилось куда больше.

– А если привлечь древнего мастера из другого мира? – встрял Волк.

– А это идея! – Петя воодушевился. – Но кого? Кто из мастеров владеет такими техниками? Разве что Леонардо да Винчи…

– Или Дедал, – напомнил Волк, в чьей серой голове уже созрел план. – И Гефест. С последним я даже однажды, давным-давно, встречался. Может, кто-нибудь из них окажет нам услугу? Чертежи у нас есть, мастерить греческие герои и боги любят.

– Согласен, – поддержал Петя, – а 3D-принтер оставим про запас.

– Тогда я побуду здесь. – Зеленый явно не горел желанием отправляться ни в Древнюю Грецию, ни за Кудыкины горы: то ли не считал себя прирожденным ходоком по мирам, то ли до сих пор сердился на друзей за драку в кустах. – Изучу пока архивы и механизм. Лишним не будет.

Петя не стал его уговаривать: в конце концов, клона звали совершать открытие, а не шастать по мирам. Да и в компании с одним Волком путешествовать было привычнее. Петя одолжил у «близнеца» чертежи, фотографии и список материалов. И понадеялся, что поход будет успешным. Очень уж не хотелось прибегать к запасному варианту.

Договорились встретиться у пирамиды. Если потеряют друг друга – писать СМС.

– Но сперва, – остановил Петя Волка, который уже присматривал подходящий ящик или коробку для портала, – давай пройдемся по лавочкам и рынку. Вдруг найдем обсидиан для стрелки.

– Давай, – согласился Волк. – Заодно и запасы пополним.

В первых нескольких лавках, куда заглянул Петя, ничего не оказалось. Точнее, там было полно товара, но совершенно неподходящего. Друзья прикупили разве что пару сувениров, за которые пришлось поторговаться. Петя пустил в ход весь словарный запас, который почерпнул из разговорника и интернета, и даже, кажется, придумал парочку новых выражений. Волк честно прикидывался псом и делал вид, что не умеет говорить, хотя иногда ему очень хотелось прокомментировать интеллектуальные способности продавцов и их жадность.

– По-моему, это бесполезно. – Петя уже готов был сдаться. Они с Волком остановились поесть мороженого на углу маленькой площади с фонтаном. – Может, мы ищем не там?

– Предлагаю выдохнуть и осмотреть еще пару лавок, – попытался ободрить друга Волк. – Если и там ничего не найдем – подумаем, что делать.

Петя не стал спорить, хотя надежды на то, что они найдут что-нибудь ценное, почти не осталось.

Маленькую лавчоночку с пыльной вывеской, втиснутую между двумя более крупными и яркими соседками, Петя и Волк даже не сразу заметили. Она и на глаза-то попалась случайно. Скрипучая дверь впустила друзей в замусоренный полумрак и захлопнулась за спиной, как челюсть крокодила.

Петя удивленно осмотрелся. Так, наверное, выглядел подвал рыцаря в поэме Пушкина, которую Марья Ивановна однажды заставила его учить наизусть. Ну или замок Кощея, если бы в нем лет сто не наводили порядок. Полки, стеллажи, ящики и коробки теснились друг к другу, и среди них едва можно было пройти. Чего здесь только не было: яркие пончо и шали, связки амулетов самых невероятных видов и цветов, музыкальные инструменты (по большей части старые и потертые), посуда, украшения, оружие, маски и горы совсем уж непонятного и ненужного хлама, вроде ржавых гвоздей.

– Кажется, мы попали в мексиканскую комиссионку, – пробормотал Петя.

– Или в дом мусорщика, – шепотом добавил Волк, разглядывая свое отражение в пыльном зеркале с ручкой в форме ящерицы.

Друзья настороженно переглянулись: следующая догадка, пришедшая на ум им обоим (что, если владелец – скупщик краденого?), откровенно пугала. У Пети даже возникла мысль сбежать подобру-поздорову, пока их не заметили и не ограбили. Он мрачно посмотрел на тряпочную куколку, сидевшую на полке. Та посмотрела на него в ответ глазками-пуговицами и как будто с ухмылкой подмигнула. Петя поежился и с надеждой взглянул на дверь.

Но было поздно. Раздались тихие шаги, и чей-то негромкий голос сказал:

– Буэнос диас! Что вам угодно?

Волк тут же перестал разглядывать сувениры и встал на все четыре лапы, прикинувшись обычным псом.

Петя обернулся. За тесным прилавком (в единственном прибранном месте в магазине) стоял маленький старичок с круглой лысиной на макушке. Он чем-то напоминал Николая Семеновича, только загорелого и без бороды.

– Подарки маме с папой, – брякнул Петя не моргнув глазом.

– О, тогда вы пришли по адресу! – Человечек потирал узловатые руки, глаза его блестели, а в голосе слышался звон монет. – У Стефана есть все! Все самое лучшее!

«Ну началось…» – мелькнуло в голове у Пети.

За следующие десять минут ему предложили столько совершенно ненужных вещей, что у него голова закружилась.

– Вот бусы! Точь-в-точь такие были на дочери последнего императора майя в день свадьбы! Вот пончо из шерсти альпаки! Очень теплое, можно носить зимой в горах!.. А ваш папа любит историю? У меня есть нечто удивительное! Рукоятка меча самого Кортеса[21]! Только для вас и только сегодня – тридцать тысяч песо!

Петя слушал хозяина лавки со скучающим видом. Пончо он, может быть, и взял бы (но разве что в придачу), а меч Кортеса, который, наверное, в этих краях и не бывал ни разу, – это уже перебор. Поэтому, пока старичок выплясывал вокруг него, мальчик сосредоточенно копался в коробке с мелким хламом – гвоздями, иглами для ковров, вязальными крючками и рыболовными блеснами.

И наконец удача ему улыбнулась. На самом дне лежало что-то длинное и блестящее. Петя осторожно вытащил трехгранный осколок камня. Видимо, раньше эта штуковина была ножом или наконечником копья.

– О, это древнее оружие майя! – воскликнул хозяин лавки, заметив интерес мальчика, и добавил загадочным шепотом: – Заговоренное на победу!

В этот раз Петя готов был с ним согласиться и даже собирался поторговаться за находку. Вещица как раз подходила под описание заготовки для стрелки. На вид она была очень похожа на обсидиановые экспонаты из музея.

Стоило Пете подумать об этом, как раздался громкий вопль. Оказывается, Волк споткнулся и теперь с воем потирал ушибленную лапу, стараясь не ругаться по-человечески.

– Опять она, карамба! – буркнул хозяин и добавил: – Чертова кочерга! Мне ее из старого дворца губернатора принесли. Говорят, об нее лет двести все спотыкаются. – Он расширил глаза и зловеще прошептал, потрясая худыми руками: – В ней живет дух!

«Видимо, дух уборки, которому не нравится бардак», – подумал Петя. И тут его осенило. Чем не рычаг для механизма? Железяка на вид была прочной, с удобными изгибами – прямо готовая деталь.

– Пожалуй, мы вас от нее избавим, – предложил он задумчиво, переглянувшись с Волком. – Скидку сделаете? За доброе дело?

Петя порылся в карманах. Чем заплатить за это «сокровище»? Ни один торговец не отдаст свой товар просто так! Вдруг мальчик кое-что вспомнил. Несколько лет назад они с дедушкой увлеклись коллекционированием монет. Особенно ценных среди них не было, но несколько юбилейных рублей в копилке хранилось (еще со времен Советского Союза). Потом интерес угас, увлечения сменились, но парные монетки для обмена Петя по-прежнему таскал с собой то в рюкзаке, то в кармане. Он все не мог найти время отнести их нумизмату, с которым папа познакомился во время эпидемии «коллективного разума»[22]. Пара штук очень кстати завалилась за подкладку.

– А взамен я оставлю вам вот это. – Петя с гордостью выложил на стол блестящие металлические кругляшки. – Они тоже старинные, и здесь вы точно таких не найдете.

Старичок взял одну из монет, попробовал на зуб, нахмурился, а потом сгреб со стола остальные и сжал в морщинистом кулаке.

– Этого, конечно, маловато, но ради дорогих гостей… – Он расплылся в улыбке. – Можете выбрать амулет в качестве подарка.

– Мне одному кажется, что он выставит наши рубли в витрину и будет всем говорить, что ими еще Ленин платил, когда его ветром занесло в Мексику? – задумчиво спросил Петя Волка, когда они вышли на улицу.

– Ага, – кивнул тот. – И выманит за них целое состояние у доверчивых туристов. Так куда пойдем? – Волка так воодушевила нежданная удача, что он совсем забыл и о жаре, и об усталости.

– Давай сначала в Грецию, – предложил Петя, аккуратно укладывая приобретения в рюкзак. – С камнем хотя бы все ясно. А что делать с ручкой – решим потом… Хотя, – признался он, помолчав, – я даже не представляю, как покрывать ее золотом. Это ужас как дорого! Да и кто возьмется?..

– Тут как раз никаких сложностей! – хитро прищурился Волк. – Есть у нас один умелец в Тридевятом царстве. И ты очень хорошо с ним знаком.

– Нам что, на самый верх снова лезть?

Петя и Волк стояли у подножия Олимпа. Вершина горы терялась в облаках, а склоны были недружелюбно крутыми. Табуна пегасов, желающих подвезти усталых путешественников с ветерком, в окрестностях не паслось.

– В этот раз нет, – успокоил его Волк, пристально осматриваясь. – Дом и мастерская Дедала должны быть недалеко.

У них над головой послышался стрекот, переходящий в отвратительный скрип, будто в небе пролетал гигантский кузнечик. На миг тень странной формы заслонила солнце, а потом раздался резкий свист, как будто кто-то запустил сверху камнем… С громким «А-а-а!» тень спикировала в ближайшие заросли розмарина, с треском ломая ветки. Шмяк! Из кустов донеслось «Уйа-а-а!» и ругань на древнегреческом.

– Кажется, мы его нашли, – прокомментировал Волк. Друзья бросились на помощь неудачливому воздухоплавателю.

Из кустов торчали сломанные палки с обрывками грубой веревки и толстой кожи и чьи-то худые загорелые ноги в сандалиях.

– Вы целы? – крикнул Петя, раздвигая ветки. – Погодите, мы вас сейчас вытащим! Навались! Раз, два, взяли!

Петя и Волк ухватились за ноги, поднатужились – и вот все трое уже катились по жухлой траве. Спасенным оказался растрепанный грек со всклокоченной бородой и в перепачканном хитоне.

– Спасибо, – выдохнул он и протянул руку. – Я Дедал. А вы кто, добрые чужестранцы? Какие необычные на вас хитоны… – Он удивленно подергал рукав Петиной куртки.

– Я Петя, а это мой друг, Волк, – представился мальчик. – Мы издалека. Ищем великого изобретателя.

– Рад знакомству… – улыбнулся грек, но, повернувшись к кустам розмарина, застонал, обхватил руками голову и даже выдрал клок волос. – О боги! Мое изобретение! Горе мне, горе! Все пропало!

– Ничего еще не пропало, – утешил расстроенного ученого Петя. Волк благоразумно промолчал. – Вы не с такой высоты упали, чтобы крылья нельзя было починить. А мы сейчас поможем вам их собрать и донести до дома.

– Благодарю вас, добрые путники! – снова принялся благодарить грек. Он кряхтя поднялся на ноги и ощупал себя (много ли поставил синяков?). – Моя мастерская совсем рядом.

Изобретение великого мастера Древней Греции действительно пострадало не очень сильно, и новый знакомый Пети и Волка заметно повеселел.

Чтобы убить время и не производить впечатление полного профана, Петя завел с Дедалом беседу о физике. Правда, он старательно избегал скользких тем (вроде вращения Земли вокруг Солнца). Грек был весьма впечатлен и с удовольствием рассказывал о своих изобретениях (к слову, далеко не все сохранились в мифах).

За приятной беседой, да еще и втроем, дело спорилось. Вскоре сломанные крылья удалось не только дотащить до дома, но и привести в относительный порядок. Дальше требовалась тонкая работа мастера, в которой Петя и Волк уже едва ли могли помочь. Заодно друзья уговорили Дедала не проводить испытания сразу, а отложить хотя бы до завтра. Им с лихвой хватило наблюдений за «пикирующим соколом». Вместо этого они выслушали лекцию о технических новинках Древней Греции и сходили на экскурсию в мастерскую.

Когда же немного утомленный, но довольный лектор угощал благодарных слушателей нектаром, Петя решил, что пора поговорить о деле.

– Уважаемый Дедал, – начал он, отставив пустую чашу и поблагодарив за напиток. После такого угощения мальчику казалось, что он может горы свернуть. Теперь понятно, почему греческие боги и герои не знали у́стали! – У нас к вам просьба. Насчет одного редкого механизма.

Когда легендарный мастер услышал волшебное слово «механизм», глаза у него заблестели.

– Так вы тоже изобретатели? – воскликнул он. – Я должен был догадаться! Вы так ловко управлялись с моей техникой. А где вы учились? В Афинах или в Фивах?

– Вообще-то в Санкт-Петербурге, – пробормотал Петя и тут же сменил тему, пока его не засыпали вопросами, где это, какие философы там живут и можно ли с ними обмениваться опытом. – Но этот механизм – не наше изобретение. Просто он сломан, и мы хотим его починить.

Петя вытащил из рюкзака пачку листов – чертежей, которые сделал Зеленый, и фотографий. Чтобы не шокировать древних греков сотовым телефоном и не объяснять им технологию, которую сам не до конца понимает, перед отправлением в Грецию мальчик заглянул в фотоателье и распечатал несколько снимков.

Грек воодушевился больше прежнего. Он почти выхватил листки из рук гостя и принялся с интересом их изучать, бормоча себе под нос.

– Невероятно! – наконец воскликнул он. – И чем же я могу помочь?

– Нам нужен вот этот маленький элемент. – Петя указал на верхнее фото в потрепанной стопке. – Календарь. Все размеры там указаны. Но у нас нет инструментов, да и мы не такие мастера, как вы.

Петя малость приукрасил – мастер из него был совсем никакой – но, к счастью, никто не предложил ему показать свои умения на деле.

– Проще простого! – Легендарный грек просиял. – Для меня это будет замечательный опыт. Только придется немного подождать. Нужно найти подходящий кусок мрамора… – он вдруг замолчал, а потом прижал листки к груди и бросил на гостей умоляющий взгляд. – Можно попросить вас об ответной услуге?

Петя с Волком настороженно переглянулись. Хорошо бы не пришлось работать летчиками-испытателями. Петя из мифов знал, чем заканчиваются такие эксперименты, не говоря уж о том, что сегодня видел это своими глазами. Волк был того же мнения. Но Дедал снова их удивил.

– Оставьте мне эти чудесные таблички.

К такому друзья были не готовы. Фотографии – куда ни шло, но чертежи Зеленого им еще пригодятся.

– Картинки, наверное, оставим. – Петя очень постарался, чтобы его отказ звучал как можно вежливее. А то вдруг грек обидится? Тогда он и помогать не станет. – А вот чертежи…

– О, я скопирую их и верну вам! – пообещал Дедал. Мысленно он уже собирал неведомые конструкции… Он скрылся в мастерской, и вскоре оттуда донеслись позвякивание и бормотание.

На изготовление копии диска у легендарного мастера ушла всего пара часов и еще полчаса – на снятие копий.

– Как думаешь, – шепотом спросил Петя Волка, – он не решит соорудить второй календарь майя?

– Вряд ли. По крайней мере, не сейчас, – покачал головой Волк. – Пока что у него одни полеты на уме. Отложит чертежи в долгий ящик… а потом, может, и вовсе забудет. Так что исторические нестыковки нам не грозят.

– Это хорошо, – с облегчением вздохнул Петя. – А то я уже подумал про Фестский диск[23].

Издалека было слышно, что Горыныч дома: ударная установка громыхала на весь лес, распугивая птиц и белок. Правда, все равно не сказать, что друзья пришли вовремя. Петя сперва громко крикнул, чтобы на них обратили внимание, но это не принесло результатов. Волку повезло больше.

– Горыныч, позолоти ручку!

Музыка стихла, и вместо нее раздался оглушительный грохот: челюсти всех трех голов синхронно ударились об пол. Такой наглости легендарный змей не ожидал даже от непредсказуемого Волка.

– Чего?! – взревела средняя голова (она была самой уравновешенной, поэтому и пришла в себя первой).

– Ручку позолоти, говорю, – невозмутимо повторил гость.

– Ты рехнулся?! – прорычал змей, упер лапы в бока и грозно наклонил все три головы. Из ноздрей валил дым, а глаза налились кровью – вот-вот начнет пыхать огнем направо и налево.

Положение спас Петя. Он как раз закончил воевать с застежками рюкзака и извлек на свет что-то кривое, завернутое в старую газету. Нечто напоминало монтировку, что совсем не добавляло визиту дружелюбия.

– Горыныч, ты не понял! – затараторил он, пока змей не превратил гостей в два сочных бифштекса. – Вот ручка. – Мальчик аккуратно развернул газету и протянул Горынычу загогулину. – Ее надо покрыть позолотой.

Змей чуть было второй раз не уронил челюсти – теперь от изумления. Похоже, рехнулся не только Волк, но и его товарищ из другого мира. Интересно, это заразно?

– Зачем? – с подозрением спросил Горыныч, на всякий случай отодвинувшись от явно чокнутых гостей.

– Это долгая история, – с видимой беспечностью махнул рукой Петя. – Если вкратце, нам надо починить одну штуковину. А поскольку штуковина волшебная, то и ручка должна быть золотая… Ну или хотя бы позолоченная.

Горыныч озадаченно почесал лапой один из затылков. История приятелей звучала совершенно нелепо и потому вполне могла оказаться правдой. Вникать в планы этих двоих – только голову ломать. А то и все три разом. Поэтому, как ни любопытно было змею, подробности он выспрашивать не стал, только поинтересовался, с опаской покосившись на загогулину:

– А проклятия на ней нет?

– Нет, – заверил его Петя. – Пока это просто железяка. Мы ее у старьевщика выменяли по дешевке.

Зачем тратиться на то, что можно совершенно бесплатно найти на любой свалке, Горыныч тоже не понимал, но и мнение свое держал при себе. Он осторожно дотронулся лапой до «ручки». Та не превратилась в монстра, за палец его не цапнула и не обратила его в жабу. Странно…

Змей еще раз подозрительно посмотрел на мальчика, потом – на Волка, взял штуковину и поднес к глазам.

– И что мне с ней делать?

– Дыхнуть, – подсказал Волк, – и наплавить золото. Тонким слоем.

– Пожалуйста! – попросил Петя. – Это не просто так, шутки ради. Это чтобы Кощея домой вернуть. А то он застрял в другом мире.

– То-то я погляжу, не видать его, не слыхать… – задумчиво протянула одна из голов.

– А точно сработает, если золотом покрыть? – поддержала вторая.

Кощей, конечно, старинный приятель, но… альтруизмом сказочные злодеи не отличались. К тому же все еще слишком подозрительно звучала история с «золотой ручкой».

– Ну не знаю… – протянула третья голова тоном «а что мне за это будет?».

Петя нисколько не сомневался, что рано или поздно разговор сведется к этому, и потому он подготовился.

Сперва мальчик хотел забрать сувенир домой, но потом решил, что еще успеет выбрать что-нибудь для себя, а сейчас важно было уговорить сомневающегося Горыныча.

Петя снова порылся в рюкзаке и достал оттуда вышитый полотняный мешочек, внутри которого что-то загадочно гремело и шуршало.

– Вот, – мальчик протянул «сувенир» Горынычу. – Это тебе за труды.

Глаза всех трех голов загорелись любопытством. Змей отложил железяку, схватил мешочек и пошарил в нем лапой. Потом заглянул. Любопытство на мордах сменило удивление, а потом – почти детский восторг.

– Набор перкуссиониста? – Одна из голов чуть не прослезилась. – Настоящий?

Петя кивнул.

– Из Мексики.

Горыныч схватил мешочек покрепче и воровато огляделся, как будто подарок могли украсть или отобрать. Потом головы переглянулись, и змей махнул лапой.

– Ла-адно. Ждите тут, – велел он, подбирая загогулину и бережно накрывая ударную установку чехлом. – Посмотрим, что можно сделать…

Клон дожидался Петю и Волка возле входа в пирамиду. Он уже наковырял из сломанных часов с десяток шестеренок разного размера и теперь писал в блокноте какие-то формулы.

Петя с гордостью достал из рюкзака будущий рычаг. Горыныч постарался на славу: загогулина сияла, как солнечный луч. Это был последний элемент головоломки. Диск и стрелка уже брякали на дне рюкзака и грели душу надеждой на удачный исход приключения.

– Теперь все готово? Можно начинать сборку? – Волк поглядывал на небо, с нетерпением переминаясь с лапы на лапу.

– Да, – кивнул Зеленый. – Фонарики зарядили?

Петя показал свой фонарь, потом вытащил из кармана запасные аккумуляторы.

– Тогда идем. И лучше поторопиться. Вдруг понадобится что-нибудь еще?

Петя и думать об этом не хотел. Он надеялся, что на этот раз все будет в порядке. Судя по выражению морды Волка, сказочный зверь думал так же.

– Всё! – Клон Пети проверил последнюю шестеренку и отряхнул руки. – В принципе, можно перезапускать. Посмотрим, что получилось и нужно ли исправлять. Но все по инструкции и должно работать исправно.

Он очень гордился собой. И было за что! Мало кому даже из взрослых солидных ученых удавалось восстановить такой редкий древний механизм лишь по чертежам давно умерших конструкторов.

Петя-старший и Волк дружно выдохнули с облегчением.

– Спасибо! – от души поблагодарил «близнеца» Петя. Теперь, когда механизм работает, невольные пленники Ленивого острова наконец-то смогут вернуться домой. Дата наступления мирового хаоса пока отодвигается. Дело за малым…

– Стойте! – воскликнул Зеленый, и друзья вздрогнули от неожиданности. – Я сказал «можно запускать», а не «запускайте немедленно».

– Ты о чем? – с подозрением уточнил Волк. Не хватало еще мелких недочетов, когда они в шаге от успеха, а времени совсем мало.

– Вы уверены, что на острове никого нет? – серьезно спросил клон.

Петя и Волк замерли в недоумении: вопрос застал их врасплох.

– А разве механизм не отправит в наш мир тех, кто там застрял… ну… автоматически? – осторожно уточнил Петя.

– А вот этого мы не знаем. – Зеленый развел руками. – В описании сказано, что должен. Но! Никто не знает, что случится с теми, кто попал в ловушку, когда механизм был неисправен. Вдруг они попадут во временную петлю или застрянут там навечно? А что, если портал закроется и мы не сможем снова его открыть? Мы ведь не проводили испытания. Как устройство будет работать после простоя? Стоит ли так рисковать пленниками острова?

– Да, дела-а… – озадаченно протянул Волк, почесав нос.

Петя разом вспомнил все прочитанные фантастические книги с похожим сюжетом и отдернул руку от рычага, будто тот был раскален добела. Ему не нравилось, чем заканчивались такие истории. И правда, стоит ли так рисковать?

– Что же делать? – растерянно спросил он.

– Надо сначала вытащить всех оттуда, потом закрыть портал и перезапустить механизм, – решил Волк.

– Но как? – спросил Петя, который стремительно впадал в отчаяние. А как хорошо все шло!.. – Вспомни, ты же сам ни в какую не хотел уходить с пляжа, хотя пробыл там совсем чуть-чуть и тебя наваждение почти не коснулось! А они там сколько времени уже расслабляются?!

Волк снова почесал нос, подергал ухом и нахмурился. Ответа у него не было. Если Кощей останется на острове насовсем, то что же будет с его замком и сокровищницей? Подумать страшно! Да и в Тридевятом царстве без него беда случится! Тут уже магическим дисбалансом попахивает! Нет, так дело не пойдет.

Друзья вопросительно посмотрели на клона Пети, но даже у известного на всю планету исследователя решения не нашлось.

Петя усиленно думал, расхаживая туда-сюда перед механизмом, который безучастно наблюдал за ним всеми своими шестеренками. Так обычно бродил по комнате папа, когда хотел разрешить сложную научную проблему. Значит, это должно помочь и Семенкову-младшему. И помогло!

Внезапная догадка заставила мальчика замереть. Волка, когда тот попал на остров, все перестало интересовать. И только напоминание о любимом деле привело его в чувство, да и то не сразу. Но что, если…

– А что, если выманить их с острова? – продолжил рассуждать Петя уже вслух. – А потом закрыть портал и перезапустить механизм. Даже если сбой снова произойдет, он никому не навредит. А если нет – все просто будет работать, как раньше.

– Чем? – тут же перебил Волк. – Они о делах и слышать не желают, хотят только отдыхать и развлекаться!

– Вот именно! – с воодушевлением воскликнул Петя. – Развлеченья и веселье! Этим мы их и выманим. У меня есть идея, – тараторил он, будто боялся забыть мысль. – Но нам понадобится помощь Катрины и тех участников праздника, которые еще не попали в ловушку.

– Что вы такое удумали? – Катрина посмотрела на мальчика с сомнением, услышав план.

– Карнавал, – повторил Петя, стараясь звучать как можно увереннее.

– Но разве это поможет?

– Попробовать стоит, – поддержал товарища Волк. – Если не сработает – придумаем что-нибудь другое. Но это, по крайней мере, не работа, от которой все на острове отлынивают. Это – праздник.

– К тому же, – с воодушевлением продолжил Петя, – важная часть карнавала – это шествие. Во время него можно заманить всех в пещеру с порталом. Один из нас будет дежурить у механизма, и когда все покинут Ленивый остров, мы подадим сигнал. Тогда дежурный закроет портал и перезапустит «генератор отпуска».

Катрина все еще смотрела на Петю с недоверием, но хотя бы согласилась, что задумка неплоха.

– Ну хорошо, – сдалась хозяйка загробного мира.

«Главное, чтобы никто не заподозрил подвох, – подумал Петя, – всё же пленники острова – не простые люди, а боги и волшебные существа из разных миров!»

– Вам на остров ни в коем случае нельзя. А то вдруг на вас тоже эта зараза подействует? – между делом предупредил Волк.

– Чем же я могу помочь?

– Если вы не против, подождите нас у входа в пещеру, – попросил Петя. – Мы с Волком все организуем, а вы, пожалуйста, отрядите нам своих помощников. Лучше зверей, колдунов-людей или… ну… бывших людей. На них лень действовать не должна. На меня же она не подействовала…

Катрина помолчала, задумчиво поигрывая часами на поясе, а потом кивнула.

– Ждите меня здесь на закате, – сказала она.

План был не такой уж и сложный, но мальчик все равно волновался. Друзья решили, что Петя встанет во главе процессии, Волк будет замыкающим, а когда последний пленник острова окажется в безопасности, тут же переместится к механизму, и они вместе с Зеленым запустят «обратный отсчет». В зал притащили небольшой деревянный ящик из-под бананов, чтобы Волку было куда телепортироваться. Ржавый пиратский сундук, который Петя заприметил накануне, перетащили в пещеру. Все должно было пройти гладко… Хотя друзья старались не терять бдительности.

– Надеюсь, все сработает и не придется изобретать новый план, – вздохнул Петя, наблюдая за Волком, который примерял огромный головной убор из перьев, листьев и бус.

Он ни разу еще не проводил карнавальное шествие, но видел множество записей из разных стран. Вроде бы ничего сложного, но все равно было тревожно. Вдруг их замысел разгадают?

Мимо промаршировали два высоких то ли скелета, то ли колдуна в костюмах скелетов, ритмично гремя маракасами, третий следовал за ними с гитарой и, бряцая по струнам не всегда в лад, громко распевал непонятную песню.

– А что, если я не умею танцевать латинские танцы? – проворчал Волк. В образе индейского шамана он смотрелся комично. Веселее было бы, только если бы он нацепил кокошник.

– Мама говорит, что это несложно, – постарался ободрить друга Петя. Он в странных одеяниях вряд ли смотрелся намного лучше. – Она ходила на занятия.

– А почему бросила?

– Папе не понравилось. У него-то ничего не получалось.

Волк наконец крепко приладил громоздкую шапку к голове. Сверху он нацепил еще и маску и в полном облачении стал совершенно непохож на себя. Теперь его точно никто не узнает – разве что по голосу.

– Сеньор, пор фавор[24]! – окликнул Петя ближайшего колдуна. – Вы не покажете, как надо танцевать?

Незнакомец скрипуче рассмеялся и сперва затараторил что-то непонятное, а потом хлопнул себя по лбу костлявой рукой. Он вручил Волку и Пете по паре маракасов, встал перед друзьями и жестами велел повторять за ним.

Выходило у них странно и неуклюже, но вполне сносно. А местные погремушки Волку пришлись по душе – он вовсю развлекался. Петя даже подумал, что, если потренироваться, из него получится неплохой перкуссионист.

Спустя полчаса друзей уже было не отличить от других участников процессии – ни по одежде, ни по походке. Для верности они сделали тренировочный круг по старому погосту, дружно распевая песни на всех известных языках. Катрина, принимавшая парад, похоже, была не в восторге («На троечку», – сказала бы Марья Ивановна), но сильно критиковать не стала – только дала несколько дельных советов. Из них Петя усвоил, что главное – выпендриваться, но в меру.

Когда солнце повисло над самыми верхушками деревьев, а от пирамид по земле пробежали длинные зловещие тени, процессия была готова выдвигаться. Заметно похолодало, и Петя кутался в разноцветное пончо, которое выдал ему жалостливый колдун. Мальчик еще раз сверился с картой лабиринта, чтобы не заблудиться, и собрал помощников на финальный инструктаж. Пока они совещались, Волк несколько раз переместился из зала в пещеру и обратно – проверял надежность портала. Заодно принес вести от Зеленого: тот готов и ждет сигнала.

Петя мысленно пожелал им всем удачи и махнул рукой.

На острове, где царило вечное лето, даже закат был ярче. Сочные, как на открытках и картинах, краски расцвечивали небо алым, розовым, оранжевым и фиолетовым. По морским волнам бежала золотая солнечная дорожка.

Петя, как самый защищенный от магии острова, отправился на разведку в компании парочки колдунов, оставив Волка на страже. Спутники распевали задорные песни (которые напомнили Пете знакомые любому жителю России частушки), а мальчик раздавал заранее сделанные листовки каждому встречному и громогласно объявлял:

– Не пропустите великолепное зрелище! Только сейчас и только для вас – веселый карнавал, песни, танцы и выступление артистов! Приходите! Не пожалеете!

Петя тщательно скрывал, как сильно волнуется. В каждом взгляде ему мерещилась подозрительность. Когда две девушки-мумии, египетская и китайская, спросили его, где и когда начнется шествие, он испугался так, что не мог подобрать слова. Выручили задорные спутники, у которых нашлись ответы на все вопросы, и масса комплиментов в придачу. Петя мысленно поблагодарил их и порадовался, что решил проводить рекламную акцию не один.

Сложнее всего было отделаться от любопытных и навязчивых помощников продавца-жреца, куколок вуду. Они следовали за гостями почти до самой пещеры и едва не сорвали план. Пришлось забрать едва ли не все содержимое тележки с едой (впрочем, никто не обиделся: все участники карнавала как следует перекусили перед началом).

Когда «разведчики» вернулись в пещеру, Волк с порога набросился на друга с расспросами.

– Ну как? – Он нетерпеливо прыгал вокруг Пети, отчего казался особенно похож на своих дальних родственников, обычных собак.

– Кажется, они ничего не заподозрили. – Петя снял тяжелую маску, вытер пот со лба и про себя добавил: «Надеюсь».

– А как отнеслись к нашей идее?

– По-моему, с воодушевлением. Так что можно отправлять наших помощников расставлять декорации и реквизит.

Петя только сейчас почувствовал, что сильно устал. Но понимал, что отдохнуть сможет, только когда они вызволят пленников с острова и закроют сломанный портал. Волк немного успокоился и присел рядом.

– Слушай, я тут подумал… – произнес он после паузы. – А что, если портал закроется навсегда? И больше никто не сможет отправиться в отпуск на остров.

– Едва ли, – Петя дернул плечами, – но даже если так – потеря невелика. Зато больше никто не застрянет и не заразится бесконечной ленью.

– И то правда, – вздохнул Волк. Хотя ему, если честно, было немного жаль. Само по себе местечко приятное – море, солнышко и мороженое! – Когда начнем? – спросил он, чтобы не поддаться коварным мыслям.

– Когда солнце полностью сядет, – сообщил Петя.

Все было готово к карнавальному шествию. Когда солнечный диск погрузился в волны моря, окружавшего остров лени, на пляже зажглись факелы, воткнутые прямо в песок. Они с двух сторон очерчивали длинную широкую дорогу от пещеры к рядам сложенных зонтиков.

Петя еще раз повторил с Волком план действий и взмахнул рукой. Музыканты заиграли задорный пасодобль, танцоры в масках и ярких нарядах начали весело отплясывать – и вся процессия с песнями шумным потоком вылилась из пещеры. На притихшем было пляже стало шумно и весело.

Вскоре возле танцующих начала собираться толпа. Отдыхающие – пленники Ленивого острова – слушали песни и хлопали в ладоши.

– Берите их за руки и затягивайте в круг, – тихо скомандовал Петя. – Потом выстраивайтесь в колонну. Я и музыканты – впереди, Волк – замыкающий, как и договорились.

Как ни боялся Петя, никто на острове ничего не заподозрил. Все были совсем не прочь повеселиться, тем более в такой разудалой компании. Кощей лихо гремел маракасами в радостной толпе отдыхающих. Петя тихо порадовался, что никто не выговаривает ему за игру на одной ноте и на одной струне.

Наконец процессия растянулась почти на весь пляж. В воздух взмыла хлопушка. Это был сигнал, что все в сборе.

– Вперед! – произнес Петя и, подхватив под руку оказавшуюся рядом танцовщицу, повел шумную процессию в сторону пещеры. Двигались они довольно медленно, но слишком торопиться не стоило: вдруг кто-нибудь заподозрит подвох. Или, например, попросит снять маску.

Спасительный зев пещеры становился все ближе. Петя шагнул через порог и пошел обходить пространство по кругу, чтобы процессия встала в хоровод: все-таки внутри тесновато, а вместить надо было три десятка веселящихся и танцующих людей, духов и божеств.

Волк заскочил в пещеру последним. Он улучил момент и бросился к припрятанному среди камней сундуку. Откинул крышку… Пф-ф! И вот он уже выскочил из старого ящика из-под бананов в зале с календарем, где его дожидался Петя Зеленый.

– Все в сборе! Запускай! – крикнул Волк, переводя дух.

Зеленый кивнул, выставил стрелку на ноль и потянул рычаг на себя. Хрясь! Каменный круг засветился, пошевелился… и не двинулся с места.

– Заело! – воскликнул клон. – Слишком давно механизм не работал. Хотя я его смазывал…

– Держись! – Волк разбежался, подпрыгнул, ухватился лапами за рычаг и начал раскачиваться на нем, как на турнике. Он даже не подумал, что под весом двоих рычаг может сломаться… Повело: волшебное дыхание Горыныча не только украсило, но и укрепило хрупкую железяку.

Треск! Хрум!

Механизм вздрогнул, посыпался песок… но каменный круг снова пошевелился и начал медленно вращаться.

– Получилось! – радостно закричал Волк, отпуская рычаг и спрыгивая на пол. – Фу-уф! – устало выдохнул он и выставил лапу вперед. – Дай пять, коллега!

Петя с тревогой следил за входом в пещеру, пока его спутники – помощники Катрины – отвлекали ничего не подозревавших участников шествия. Мальчик успел сосчитать до пятидесяти, и вот наконец что-то ярко вспыхнуло, а потом свет резко погас.

Несколько секунд царила тишина, потом раздались удивленные возгласы на разных языках, в три глотки недовольно зарычал Цербер. А когда участники процессии снова зажгли факелы, все в изумлении увидели, что второго выхода из пещеры больше нет: на его месте оказалась сплошная гладкая скала.

Гости острова снова заголосили – Петя чуть было не оглох. Потом что-то громко бахнуло (видимо, праздничная хлопушка), и в наступившей тишине раздался успокаивающий голос Волка (в суматохе никто, даже Петя, не заметил, как он исчез и снова вернулся).

– Уважаемые гости, не волнуйтесь! Маленькая техническая заминка. Сейчас мы всех вас выведем. А пока предлагаем испить воды из священного источника!

Петя снял маску и вытер лоб.

– А где Зеленый? – спросить он у Волка.

– В зале остался, – шепнул тот. – Следит, чтобы больше не было сбоев. Завтра верну его на раскопки. – А потом он добавил еще тише: – Только сам ничего не пей. Я взял этот напиток у духа памяти, чтобы привести наших отдыхающих в чувство. Вдруг забудешь или, еще хуже, вспомнишь что-нибудь не то?

Мальчик благодарно кивнул и пожал Волку лапу. У них получилось!

– Петя! – вдруг послышался рядом усталый знакомый голос. Обернувшись, мальчик увидел Кощея, кутавшегося в пляжное полотенце. – А ты что тут делаешь?

– Отдыхаю, – вздохнул Петя.

– Что со мной было? – Кощей нахлобучил корону прямо на соломенную шляпу. – Что ж так голова-то болит?

– Это у вас солнечный удар, – заверил его Петя. Теперь-то он почувствовал, насколько устал от беготни, и едва не пожалел, что на остров больше не попасть. Сейчас бы на каникулы!.. – Я потом расскажу, что случилось. А сейчас нам на выход пора – дома заждались.

Провожать «туристов» вышла вся компания участников карнавала во главе с Самди и Катриной. Волк едва тащил рюкзак, набитый гостинцами. Кощей сердечно прощался со всеми, а Петя не терял ни секунды – усердно фотографировал все вокруг. Когда он в следующий раз побывает за океаном, да еще и в таком обществе? Жаль, что оценить их похождения сможет только Марья Ивановна, которая и сама успела совершить несколько сказочных подвигов.

Пора было возвращаться домой. Волк присматривал удобное местечко для портала в Тридевятое царство (решено было сперва вернуть домой Кощея, а уже потом – Петю). Но Катрина и Самди переглянулись и попросили его не спешить.

В ответ на удивленные взгляды барон снял с головы цилиндр, а Катрина ловко накрыла его своей мантильей. Они вдвоем что-то прошептали, подмигнув друг другу. Из-под мантильи вырвался легкий цветной дымок и рассыпался искорками. Барон, как заправский фокусник в цирке, вытащил из цилиндра… нет, не кролика и не голубя, а толстенный древний фолиант в кожаном переплете с золочеными буквами и рисунками пирамид и необычных существ.

Самди с поклоном протянул книгу удивленному Пете.

– В знак благодарности и за смекалку прими небольшой подарок, – торжественно произнесла Катрина.

Петя покосился сперва на Кощея, потом – на Волка, но оба сделали вид, что знать ничего не знают и вообще просто любуются ночным небом.

«Ничего себе подарочек!» – подумал мальчик, взвешивая фолиант на ладонях. Весил он килограмма два, а то и все три.

– Теперь тебе никакие домашние задания не страшны, – со знанием дела заметил Волк, с любопытством разглядывая фолиант через Петино плечо. – Любые доклады будешь щелкать, как орехи!

– Но как? – удивился мальчик. – Я ж не знаю испанского! А древних языков – тем более…

Мексиканские родственники Кощея понимающе усмехнулись, а потом Катрина весело подмигнула гостям.

– Ну с нами вы как-то общались без переводчика!

Петя открыл было рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказал. Он сам не понимал, как такое получилось. А покровительница усопших ободряюще кивнула:

– Попробуй, открой!

Петя недоверчиво взглянул на нее исподлобья, но осторожно приподнял толстую обложку. Внутри, как он и ожидал, вились строчки из непонятных букв. Но не успел Петя разочароваться, как золотое изображение календаря майя вспыхнуло, будто маленькое солнце, завертелось волчком, строчки смазались… А через несколько секунд, когда они снова прояснились, а символ погас, на страницах появились слова на русском языке!

– «Уважаемый читатель, – прочел вслух взволнованный Петя, – перед тобой книга мудрости древних племен…»

Катрина довольно улыбнулась. «Вот видишь!» – читалось на ее черепоподобном лице.

– Эта книга – особенная даже среди волшебных вещей. Ее можно читать на любом языке, – объяснил барон и предостерег мальчика: – Но будь осторожен. В ней хранятся тайны, которые в неумелых или недобрых руках могут привести к большой беде.

– Спасибо, – от души поблагодарил Петя, пожимая костлявую руку. – Я буду очень аккуратно с ней обращаться. «И спрячу получше, чтобы никто не нашел. Особенно дедушка», – добавил он уже про себя.

Петя поискал глазами Волка. Тот переминался с лапы на лапу возле большого пиратского сундука. Мальчик сердечно со всеми попрощался и, зажав фолиант под мышкой, поспешил за Кощеем к порталу. За доклад он теперь был совершенно спокоен.

Доброй ночи (добрый вечер). Меня зовут дон Кощей. Апельсиновый сок, пожалуйста (исп.).

Спасибо (исп.).

Испанский парный музыкальный инструмент в виде двух деревянных ракушек на шнурке. Его используют танцоры фламенко и других традиционных танцев.

Испанское музыкальное искусство, включает танец, игру на гитаре и пение.

Мелкая монета.

Покупатель (мексиканский диалект исп.).

Мой кузен (исп.).

Когда хотят сказать «черт побери», чтобы случайно не призвать нечистую силу, поминают колючие морские ракушки.

Да ты что! (исп.)

Жрец вуду.

Извините (исп.).

Национальные мексиканские блюда.

Женская кружевная накидка на голову.

Добро пожаловать (исп.).

Добрый вечер, сеньора (исп.).

Нет прохода (исп.).

Осторожно, низкий потолок (исп.).

В Латинской Америке тоже любят вареную сгущенку, только называют ее по-своему. А по вкусу – ничем не отличается от той, что обожают соотечественники Пети.

Ее еще называют «летающей тарелкой». Фрисби кидают друг другу или собакам. Бывает из пластмассы или плетеная.

Этот город был столицей империи майя на полуострове Юкатан.

Эрнан Кортес (1485–1547) – испанский конкистадор, экспедиция которого привела к падению империи ацтеков.

Речь идет об истории из 15-й и 16-й серий «Приключений Пети и Волка» («Дело о нейросети»).

Артефакт, найденный на раскопках микенской цивилизации (существовала с XVI по XI век до н. э.). До сих пор не расшифрован.

Пожалуйста, сеньор! (исп.)