— Отпуск! О да-а-а! — я блаженно потянулась и прикрыла глаза, смакуя редкое для меня слово.

Отпуск! Не нужно вставать ни свет ни заря, судорожно запихивая руку в рукав предположительно кофточки, свитера или платья, и скача сайгаком в одной туфле, искать вторую. Не нужно бояться промахнуться и попасть себе в глаз кисточкой от туши для ресниц или выбрать не тот тон помады. Не надо переживать, что опять придется ехать в метро, ибо пробки. И откуда они взялись в такую-то рань? Сосед-мужик не будет дышать на тебя вчерашним перегаром и портить воздух в радиусе трех метров, поэтому даже если повезет отвернуться и попытаться отойти на четверть шага, и даже если совсем повезет и на целых полшага, то стратегический маневр будет признан неудачным. А почему? А потому, что радиус покрытия перегаром намного шире, и это не предел. Наверняка по закону вероятности (или подлости) можно напороться на чей-то острый локоть, мокрый зонт или наглые руки.

Отпуск! Да! Можно есть шоколад тоннами, сидеть на лавочке или спать, спать, спать… Можно не брать трубку.

М-м-м? Опять звонят? Я сказала, не брать! Потому что меня нет. Да, это вообще не я. Я и близко рядом не нахожусь.

И даже противные мысли о последнем задании — кыш, кыш, кыш. И нечего так настойчиво лезть в голову! Подумаешь, я не согласна с выводами начальства об устранении опасной темной ведьмы. Ну, сказала я, что не согласна, а кто меня послушал? Говорят, судьба у нее такая, все решено, и Мойры нити сплели. Поэтому не думать, не думать и не вспоминать о ее огромных, печальных глазах. Жалко девку, конечно. Да. А что поделаешь?

На языке таяла шоколадка, на лицо медленно опускались мелкие ажурные снежинки. Я сидела в парке на лавочке и пыталась не думать. Не думать и не вспоминать.

В наушниках энергичные немцы что-то надрывно проорали, возвращая меня в день сегодняшний, причем проорали явно не то, что задумано первоначально. Очнувшись, заметила смазанное пятно, мельтешащее на периферии сознания. Вздохнув, посмотрела на раздражитель более пристально — действительно, маленькое, почти живое письмецо переливалось и настойчиво просилось в руки. Но, мне лень. Руки тянуть и всякую ерунду брать не хотелось, ведь меня вообще тут нет, я в отпуске! Отвернувшись, прикрыла веки и закинула в рот очередную дольку.

М-м-м… Прелесть, обожаю шоколад.

Что-то спикировало с ветки вниз и залепило снежком за шиворот.

Вздрогнув, ругнулась и чуть не сорвала наушники с ушей, когда синхронно моим нецензурным мыслям высказались немцы, мощно проорав: “Ду хаст! Ду хаст мищ!”

Перефразировав, поморщилась: кажется, я опять имею проблемы.

Окинув взглядом припорошенный снегом парк, я успела заметить ворону, несущуюся прямо на меня. Широко разевая клюв, она громко оглашала окрестности противным “кар-р-р” и тянула когти, пытаясь зацепиться за шапку и лицо.

Вот ведь накаркала!

Резко увернувшись, показала ей дулю. Знай наших! Но враг не дремал и проявил себя в треньканье телефона. На экране высветился знакомый до скрежета зубов номер. Скривившись, вздохнула и нажала прием: конверт погас, ворона растворилась. Да, моя начальница — мастер на выдумки, не так, хоть эдак да достанет.

— Добрый день Милочка, для тебя задание! — затараторила Босс, именно так, с большой буквы можно было обозначить эту деловую бизнес-леди.

— Но…

— Очень срочное задание, — не слушая меня, продолжала Афина Викторовна. — Необходимо отправиться сегодня, а еще лучше сейчас!

Последнее слово она произнесла уверенно и радостно. Бездна! Я же почему-то открывающейся перспективе не радовалась.

— У меня отпуск, Афина Викторовна, заслуженный отпуск! — попыталась отбиться от сомнительной перспективы провести каникулы черте где, а чтобы слова звучали убедительнее, вспомнила Договор: — Параграф 56. п. 5. “Каждый сотрудник имеет право на от…”

— Милана, это очень важный проект! Никого кроме тебя я отправить туда не могу! — перебила меня начальница.

— Тогда увеличьте мне отпуск и дайте разрешение на пользование переходом, раз я такая ценная!

— Вот вернешься, и мы подробно обсудим твои требования, — медовым голосом прокомментировала Афина мое заявление.

— Хорошо, — уныло согласившись, поинтересовалась: — Что там такое срочное? Опять светлым задохликам помочь победить бедного черного повелителя?

— Нет, — ответила она и загадочно замолчала.

— Продвинуть в цари очередное рыжее пугало или зазнавшегося геройчика? — сделала вторую попытку я.

— Нет, — продолжала отрицать начальница.

— Неужели спасти забитого и непонятого всеми черного повелителя? — третий раз обычно я угадываю.

— Угадала! А теперь бери конверт и вперед, помогать бедному черному повелителю. Он заждался, — выдав последнюю фразу, голос в трубке замолчал.

Вздохнув, грустно посмотрела на погасший экран. Вот люблю я свою начальницу за краткость, как говорится: краткость, сестра таланта, это про нее. И талантлива и кратка, и вообще — умница и красавица. Действительно, повезло мне. Очень.

В начале своей карьеры помощницы по завоеванию/освобождению мира (нужное подчеркнуть), я с этой краткостью и лаконичностью ох намучилась… Чего стоило хотя бы мое появление на первом задании? В тот день практически так же отправили несмышленую меня в Тмутаракань. Тогда, помнится, как раз нужно было неким трем представителям светлых сил помочь добраться до цитадели темного лорда. В светлые силы входил стандартный набор: прекрасный эльф, при виде которого “в зобу дыханье сперло”, рыжий гном и некий аристократ-командир-полководец, пытавшийся командовать двумя первыми балбесами. Почему балбесами? А потому! Кто отправляется на покорение великого и ужасного без карты, припасов и более-менее готового плана? Хорошо хоть оружие прихватили — и то хлеб. Хотя, как они доказывали, а точнее сквозь зубы презрительно процедили, план был! Очень хороший план — дойти и победить! Просто замечательный план! Я так и сказала, предварительно отвернувшись и тихо похихикав. Почему не в открытую громко поржав? Так страшно! Три мужика и так приняли меня за мелкое недоразумение с широко открытыми наивными глазами.

В конце концов, мы все-таки дошли и победили. Но сколько же нервов это мне стоило? Сколько потраченных в пустоту слов! В итоге я вынесла из всего этого несколько непреложных истин. Первое — это импровизация. Импровизация — наше все! Милая мордаха кирпичом вывезет везде и всюду. Второе — это хоть какая-то информация о месте действия, даже мизер, даже крохотулечка, иначе вранье будет недостоверным и откровенно наглым, а этого аборигены не прощают, проверено на собственной шкурке. Следующее, но не менее важное — костюм. Да! Костюм и соответствующий образ существенно упрощали принятие меня как непреложной истины. И последнее: не всегда нужно появляться пред светлые очи светлых и темных почитателей. Иногда проще действовать нагло и в тихую.

Но вернемся к нашим баранам, повелителю и иже с ним.

Тяжко вздохнув, я протянула руку и взяла одиноко висевший конвертик, быстро распечатала и принялась за инструкции. В принципе, все стандартно. Прибыть на место бла-бла-бла, втереться в доверие еще раз бла-бла-бла и выиграть. Кроме одной ма-а-аленькой приписочки в самом конце письма: “Представить честь отдела "Помощь в покорении/освобождении мира" под руководством А.В.П. (Афины Викторовны Паллады) в наилучшем свете”. Интересно, и что же сие значит?

Еще раз тяжко вздохнув и помахав мысленно отпуску ручкой, я засунула инструкции в карман и обиженно посмотрела на остатки шоколада. На меня уставились в ответ сиротливо лежащие три дольки. Все засунув в рот и мрачно зачавкав, потопала домой — собираться.

Несколько часов спустя я покинула пределы родного мира, чтобы, вдыхая тяжелый и терпкий воздух “заграницы” приступить к выполнению очередного задания.

И вот стою я…

Хм-м-м…

Наклонив голову, пристальнее посмотрела, возле чего же это я стою? На темную цитадель это строение не походило, даже на захудалый замок темных повелителей оно не тянуло. Ни капельки. Уткнувшись носом в карту, мысленно просчитав все варианты, пришла к неутешительному выводу — я на месте! И это место мне не нравилось. По определению, это должен быть замок. Но на гордое наименование “замок обыкновенный, подвид темный” это нечто не тянуло, так, “замочек”, “замкушка", “замчушка”? Нечто ветхое и небольшое, двухэтажное. С отодранными ставнями и шатающейся дверью. Темно-грязными пятнами непонятного происхождения на стенах.

И это нечто я буду считать своим домом ближайшие недели? Может поиграть в строителей и снести это безобразие? Всего-то пара ударов поможет обрести вечный покой старому как этот мир домику. Мне было его искренне жаль, а себя еще жальче. Если так выглядит замчушка, то кто же его хозяин? Причем я уверена, что именно так это строение и выглядит, на нем не было ни одного заклинания! Развалюшка была развалюшкой на любом уровне мироздания. Безобразие! Единственное, что соответствовало антуражу темного — это мрачность места. Огромные деревья тесным кольцом обступали домишко, загораживая его от солнечных лучей. Хоть какой-то плюс — светлым сюда так просто не добраться — на десятки километров вокруг тянулся такой симпатичный лесок с еще более симпатичными обитателями, гарантирующими теплый дружеский прием всем желающим.

Значит еще не все потеряно!

Злорадно ухмыльнувшись, просочилась внутрь домика.

Большой холл тонул в темноте, и только поднимающиеся на второй этаж две разрушенные лестницы слегка освещались тусклым светом. Кроме мелкой живности под кодовым названием “мерзость мелкая, живучая”, да горсти пауков с рулонами паутины на первом этаже, ничего интересного не было.

Зато на втором! А на втором этаже что-то громко грохотало и шипело.

Значит нам на второй.

Подниматься по не внушающей доверия лестнице совершенно не хотелось, но надо. Слегка попрыгав, установила определенную высоту на воздушной подушке сапог и поплыла наверх.

Прелесть.

Без проблем преодолев лестничные пролеты, остановилась возле одной из закрытых дверей. На удивление, здесь дверцы не болтались на честном слове, а были крепко закрыты, забиты и замурованы.

Как интересно.

Но мы не ищем сложных путей — выбивать дверь не обязательно. Я прошла сквозь препятствие и застыла. А посмотреть было на что. Все стены комнаты были в таких же темных потеках, как и внешние стены дома, а все это безобразие творил мальчишка лет десяти-двенадцати. С сосредоточенным видом он создавал маленькие бомбочки разных цветов и направлял их на стены, украшая и без того заляпанный натюрморт. Вдруг он замер и прислушался, а потом в упор посмотрел на меня.

Любопытно, по идее, парнишка не должен меня ощущать, все таки я не дилетантка, какой была лет двадцать назад.

Неожиданно малец ощерился, мгновенно превратился в Зверя и, подняв лапы, резко махнул в мою сторону. Капли со стен собрались и, набирая скорость, ринулись ко мне, облепляя фигуру с ног до головы, пытаясь пролезть в малейшую дырочку на костюме.

Кажется, по ноге уже что-то потекло. Неприятное, тепло-склизкое. Гадость.

Передернувшись, злорадно оскалилась.

А если так?

Я утратила материальность тела, капли с громким плюхом упали на пол и растеклись грязными лужами.

Мерзость, если бы не шлем Дарта Вейдера и более-менее герметичный костюм этого же героя, то они попали бы в глаза и рот! Фу-у-у… Пора заканчивать представление.

Я стала видимой, и монстр тут же бросился на меня, сверкая багряными глазами.

Да что ж такое-то, почему он такой нервный?

Мгновение — и подставленная подножка спасла положение. Тот, кем стал мальчишка, упал, но перекувыркнувшись, резво вскочил.

— А ну, стоять! — ух, голос у меня — прям как у сержанта на плацу. Но только кто б меня ещё послушал? Монстр, наклонив голову, ринулся на меня, как бык на тореадора. Я снова отошла в сторону и для надежности накинула сеть неподвижности на парня. Тот застыл памятником с гневными глазами.

— А вот теперь поговорим! Тебя не учили гостей встречать? Чай, кофе? Водички в конце концов с дальней дороги предложить можно.

Но мальчишка в ответ молчал и с удвоенной силой пытался выбраться из-под сети.

— Не хочешь говорить, давай помолчим, — материализовав кресло, уселась перед ним и достала из кармана печенюшки — дальняя дорога, а я проголодалась. Кто кроме меня любимой обо мне позаботится?

— Ты не будешь меня убивать? Или решил поиздеваться для начала? — глухим голосом спустя минут пять прошептал мальчик.

Я от неожиданности даже подавилась печенькой, хотя, наверно с его стороны вполне реально ждать нападения. Вон светлые нагрянут в гости месяца через два, если не раньше.

— А с чего это мне нужно тебя убивать?

— Мой дядя, разве не он вызвал тебя? Чем он тебя держит? — с вызовом спросил мальчишка.

Ух, е-е-е, еще и дядя тут замешан. Интересно, а кто у нас дядя? Надо проверить.

— Вообще то нет, у меня несколько противоположная миссия. Будем делать из тебя темного повелителя за два месяца.

Мальчишка усмехнулся, хихикнул, а потом откровенно захохотал. Сложив руки на груди, я сидела и ждала.

— Ну? Все? Может все же поговорим?

Я лежала и не могла понять, как я, такая всегда благоразумная, могла попасть в такое? Сейчас была бы всеми уважаемой матерью семейства, с квартирой и домиком в деревне. С намечающимися внуками или даже имеющимися в наличии. А что имею я сейчас? Сплошные проблемы. Хотя… Хотя, что уж говорить о благоразумности, выбора-то особо и не было. Или страшная смерть и непонятно что за ней, или такая вот нервная “работа”. Я выбрала работу. А кому хочется умирать в девятнадцать-то лет? Вот и я не захотела, хотя для всех погибла в авиакатастрофе. Там было такое месиво, что и не разберешь кто был, а кто уже нет… Тогда творился ад, и необычное предложение непонятно откуда взявшейся блондинки стало для меня даром небес. Причем не только в переносном смысле, но и в прямом. Тогда то я и познакомилась со своим шефом, хотя нет, чуток попозже, когда прошел шок и тихая истерика, но тот, последний день своей жизни, я не забуду никогда. Мне до сих пор по ночам снятся кошмары — горящая обшивка самолета, дымящиеся кресла, люди, мелькающие в мареве и истошно кричащие, ужасная вонь и затемненное, потрескавшееся, но еще очень крепкое стекло иллюминатора, за которым был чистый мир без огня.

Афина спасла меня. Зачем? Почему? Для меня до сих пор загадка. Просто она так захотела. И я благодарна ей. Зачем тогда истерю? Наверно усталость, все-таки отпуск после последнего задания был просто необходим. Наверно потому, что я не хочу снова встречаться с этим наглым эльфенышем, который, по последним данным, приедет со светлой оппозицией.

Первый раз я с ним столкнулась в самом начале своей необычной карьеры. Его тогда заметил Арес и взял в свой отдел. Опять же, почему? Кроме непомерной наглости и раздувшегося самомнения, ничего интересного в нем нет. Иногда казалось, что взяли циничного гада в пику Афине. Она берет неизвестно кого с улицы — то бишь меня, и Арес “прихватизирует” себе кого-нибудь непонятно-ушасто-нахального. Это противостояние у них давно, еще древние греки переживали, а по большему счету в тихую потешались над попытками Ареса уесть Афину. Но это дела давно минувших веков, а сейчас они опять взялись за старое. Игра “Кто круче? Или выиграй для начальства”. Афина поставила меня, а Арес выдвинул эльфа. Не хочу быть пешкой, хоть и с большими полномочиями. А еще этот неизвестный науке дядя. И откуда он вылез? Не было печали, так дядечку прислали… черти!

Вздохнув, повернулась набок, подробнее вспоминая наш недавний разговор.

Полгода назад мальчишка жил под опекой деда в этом самом замке. Оказалось, это все-таки замок, был, полгода назад. Причем вполне внушительных размеров, такой стандартный замок с огромными залами и высокими потолками, с башенками помельче и покрупнее. Просто он ужался до состояния хибары после внезапной для ребенка, но запланированной для дядюшки смерти деда. А сейчас, после смерти деда и атак дядечки, замок в вынужденной коме, и непонятно, выживет ли, или уйдет за черту вслед за своим старым владельцем и его наследником. Безрадостная перспектива, совсем.

И чего это я нервничаю? Подумаешь, начальники решили развлечься и чуток поиграть — все же редко себе позволяют такое, обычно задание без вмешательства соседних отделов. Подумаешь, вылезший из преисподни дядечка, что, я — демонов не видела, что ли? И не таким копыта обламывали, а крылышки в трубочку сворачивали. Мальчика жалко, видимо, материнский инстинкт не к месту проснулся, засуну его подальше, пусть дальше спит. Все это слабость, обычная человеческая слабость, но я уже не человек, давно не человек, поэтому… Держитесь дорогие, я вас встречу! Хм-м-м, с хлебом, солью…

С этой мыслью, наконец, заснула.

— Встава-а-ай и по-о-ой, — побитой ласточкой упав на кровать мальчишки, проорала я уже на следующее утро. Тот распахнул глаза и взглядом загнанной мыши уставился на меня, вроде и боится, и вместе с тем уже прибить хочет.

Хорошее начало дня!

— Ты кто? — озадаченно спросил он минуту спустя.

Хм-м-м… Я и забыла, что личико мое он еще не видел. Все-таки замечательная вещь киноиндустрия, столько образов, такой полет для фантазии.

— Не узнаешь, болезный? А так? — мгновение, и перед оторопевшим мальчишкой стоял грозный и практически непобедимый Дарт Вейдер. Хриплый, металлический голос довершил образ. — Ну?

Тот побледнел и, схватившись за голову двумя руками, зашептал:

— За что мне это? За что? Это сон всего лишь сон, — мальчик крепко зажмурился и резко открыл глаза.

Я исчезать не собиралась. Нетушки. Уж ежели взялась за дело, так доведу до конца.

— Так, хватит нюни разводить, ты не девица на выданье. У нас с тобой месяца полтора-два, а потом и гостей встречать будем. Подъе-е-ем! — иерихонской трубой завопила я, стекла задрожали, но устояли, видимо, дом все же держался и помирать не собирался — уже плюсик.

Схватив парня за шиворот, волоком потащила его во двор. Мелкий упирался ногами и руками, наверно, был против ранней побудки. А я как бы и не догадалась. Зацепившись за ножку кровати, он умудрился протащить ее в коридор через довольно узкий проход, даже не снеся двери — дом, испугавшись за оставшуюся целостность, слегка расширил косяки. Вслед за кроватью потащился потертый ковер, комод и почему-то штора, хотя я видела точно, с ковром и кроватью она не соприкасалась. С диким грохотом упала гардина и змейкой метнулась вслед за нами во двор. Прям как в сказке: дедка за репку, и вытянули ребенка на тренировку.

Я зла, ух как я зла! Тут со всей душой, можно сказать!

Грозно зыркнув, рявкнула приказ на построение. Киану, именно так звали мальчишку, вместе с домашним хозяйством, как заправские солдаты, встали в шеренгу.

Ну что ж, еще не все потеряно. Угу. Надеюсь.

Я прислонилась спиной к прохладному камню, стоящему возле тропинки и, закрыв глаза, машинально провела ладонями по шершавой поверхности. Неделя, прошла всего лишь неделя, а я что-то уже притомилась. Нет во мне педагогической жилки. Нет и не предвидится. Мальчишка попеременно то выл и стонал, то стиснув зубы и злобно сверкая глазами, выполнял мои указания. Прогресс был. Налицо. Точнее на лице. Моем. В виде перекошенной улыбки, плавно переходящей в оскал. Нет, парень был способен, даже талантлив, но талант необходимо было будить пинком с размаху, и моя нога тридцать восьмого размера с этим явно не справлялась. Вздохнув, развернулась к камню и слегка постучалась по нему головой. Может, какая умная мысль вдруг в гости забежит? Руки опять машинально прошлись по серой поверхности камня и наткнулись на подозрительные вмятины — почти на уровне моей головы оказались два углубления в виде довольно больших ладоней. Хмыкнув, открыла глаза и внимательнее посмотрела на находку, а потом, поддавшись интуиции, с размаху шлепнула ладонями по камню.

Мир задрожал, как будто кто-то бросил камешек в воду, а он потянул за собой очередь из кругов, отходящих от камня и моих ладоней. Перестроив зрение, увидела, как мир раздвоился, и уже от камня вдаль тянулась не одна еле заметная тропинка, а две почти одинаковых. Только вторая отсвечивала почему-то коричнево-золотым, с отблесками красного на склонившихся к дороге деревьях.

Похоже на нижний мир, точнее на то, что про него рассказывал мальчик, и что я вычитала в уцелевшей библиотеке дома. Почему бы не проверить догадки? Действительно, почему бы и нет? Мысленно кивнув, вздохнула, как перед прыжком в воду, и ступила на тропу. Казалось, время замедлилось, и я двигалась через густой кисель. Руки наткнулись на преграду, слегка пружинившую и не пускавшую вперед. С усилием надавив, прорвалась в нижний мир, с трудом удержавшись на ногах, а тонкая пленка с громким чпоком восстановила свою целостность.

Здесь тоже был камень с такими же углублениями-ладонями, была тропа и был лес. Даже Луны было так же две, только одна светила золотым, а вторая красным светом. И он, переплетаясь, падал на землю причудливым узором, создавая кроваво-золотые тени и тона на деревьях, камне, моих руках и одежде.

Зафиксировав для себя место выхода и установив на него точку быстрого телепорта, я отправилась в разведку. Прям как Штирлиц, все так же наобум — ничего не меняется в этой бренной вселенной.

Дорога оказалась не такой уж и длинной и вскоре вывела к возвышающемуся среди камней зданию. Прокравшись незаметно, очень надеюсь, что именно незаметно, к найденному дому, затаилась. Вид был отличный — все те же красно-золотые тона, очаровательные коряги и темная трава, пучками пробивающаяся сквозь насыпь камней. А посреди этого великолепия стоял Замок. Вот это замок, да. Вид — замок обыкновенный, подвид темный. Все как полагалось: мрачность, готичность, тварюшки каменные украшали лестницу — наверняка магические, как же без них. По идее, должны сожрать всяк сюда входящего. Зубчики, зубчики, бойницы-окошечки. Стандарт! Приятно работать! Знаешь наверняка, что ожидать от такого местечка. И самое интересное — эта прелесть стояла в аккурат на том месте, где в верхнем мире разваливался домик Киану. Это точно не тайное убежище деда, с его смертью найденный замок бы тоже пришел в упадок, да и неучтенных близких родственников у парня вроде не имелось. Неужели все-таки повезло, и это хоромы дядюшки?

Критически оглядев строение, цокнула языком.

Жируешь, дружочек. Надо бы исправить мировую несправедливость! А то мы, понимаешь, живем в разваливающемся не пойми где, в не пойми от чего и от кого! Непорядок!

Раз — масочка Дарт Вейдера на лицо, два — проверка невидимости, три — дематериализация, четыре — активация браслета нападения, пять — вперед!

Кто не спрятался — я иду искать. Бойся мерзкий вредитель чужой собственности, идет борец за справедливость, бугага.

Ужас. Аж самой смешно стало, хотя это очень близко к истине.

Мдам.

Красивая дверь — большая, внушительная, с потрясающе реалистичным изображением морды лица неизвестной кракозябры. Наверное, если попробовать постучать — оттяпает руку. Но мы стучать не будем, даже с пинка дверь тоже открывать не будем, все-таки практически произведение искусства, да и ногу жалко, да и невидимость с дематериализацией это вам не хухры-мухры. Пройдем сквозь — как обычно. И я, изображая призрака, прошла сквозь дверь, а вокруг тишина. Просканировав первый этаж, не обнаружила ни души. Поднялась выше — ни на втором, ни на третьем не обнаружила никого. Вымерли все, что ли? Осталось проверить башенки и подвал. Может погреметь несуществующими цепями, кто откликнется? Или повыть немного, совсем чуточек, а то тишина как в склепе, хочешь, не хочешь, а взвоешь.

Странно, вроде домина огромный, ухоженный, ни пылинки, ни соринки, разве что под кровати в комнатах на втором этаже не заглядывала. По моим скромным подсчетам, как минимум дюжина слуг не считая охраны быть должна. Но не было. Может дядюшка сам, как золушка с тряпочкой и веничком? Магии ведь особо не чувствую, так фонит слегка. И тут мне в голову пришла Мысль, причем именно Мысль, с большой буквы, а не мыслишка или скромная мысль. Ведь энергия из дома Киану тянется, и наверняка именно сюда. А жизненную силу дома можно не только накапливать, но и сливать за ненадобностью. Похоже, хозяин у нас предусмотрительный и рачительный — вон как все блестит и сияет.

И как же найти тебя? Чистоплюй ты наш?

Осталось обследовать подвалы и башенки, но я слегка притомилась, исследуя дом, и лишний раз передвигать ногами или левитировать было откровенно лень.

Усевшись на зеркальный пол, закрыла глаза. Предположим, слуг и охраны тут просто нет, значит, скорее всего, единственным живым, если вообще в этом склепе хоть кто-то есть живой, будет именно наш дядюшка. Сосредоточившись, в кромешной тьме подпространства нашла огонек жизни, пульсирующий строго подо мной. На уровне подвалов. Как банально.

В предвкушении пошла в подвал. Воображение рисовало образ высокого, широкоплечего, темноволосого падшего ангела с горящими глазами и мрачной улыбкой, готовящего гадости миру. Проскользнув через еще одну дверь, попала в большое, освещенное золотистыми шарами помещение. Практически в центре сего великолепия ползал по полу мужик, подметая широкими штанинами и без того чистый пол, мелом выводя замысловатую пентаграмму, в середине которой лежала непонятная картина. Чуть в стороне, на небольшом постаменте под энергетическим куполом, видимо чтоб никакая муха не накакала — пыли то тут нет, да и слуг тоже, ворующих все что хорошо лежит, стояла статуэтка, женская, величиной с ладонь. К ней тянулись голубоватые и зеленоватые нити энергии, вплетаясь в защиту и проскальзывая внутрь, а оттуда вверх выходило чистое и мягкое золотистое сияние. Похоже, я нашла душу дома, именно так ее описывал Киану, и она женская. Повезло, наверно, мне.

“Как же нам тебя не хватало, милая!”, мысленно запричитала я. Хочется и мягко поспать, и вкусно поесть, а готовить и убираться то в той хибаре, именуемой домом, совсе-е-ем не хочется. И как бы тебя незаметно ук… позаимствовать?

И я скосила глаза на увлеченно рисующего мужичка. Тот, пыхтя и сопя, выводил еще одну руну. Взгляд опять упал на статуэтку, та мигнула, и я готова была поклясться: так и просилась мне в руки. Задумываться о том правильно ли я делаю, совсем не хотелось. Ведь если Вы забираете украденное у Вас, то совесть спит. И скорее всего она даже не шевельнется, если Вы случайно прихватите со своим и чуточек чужого? И сейчас это маленькое “чуточек” так и просилось в карман.

Тем временем мужик запел высоким голосом, и я наконец рассмотрела его более подробно. Мое воображение всплакнуло и отвернулось, не выдержав издевательств реальностью. На придуманный образ мужичок совсем не походил. Да, в нем проглядывали какие-то черты моего подопечного, если сильно присматриваться, но в остальном?! Небольшого роста, хлипенький, с неопрятной козлиной бородкой и блеклыми волосенками, выступающим орлиным профилем а-ля “дарагой”, но если на многих представителях дружественного и не очень юга сей атрибут смотрелся вполне достойно, то тут… Я вздохнула и закрыла глаза, более несуразной физиономии давно не видела. Природа явно отдыхала по полной, с фуршетом, песнями и плясками, иначе как объяснить мелкие глазки в окружении длиннющих ресниц, описанный выше клюв, тенью падающий на тонкогубый рот и раздвоенный подбородок, проглядывающий сквозь бороденку, и вся эта красота на лице-блинчике?

Нота, старательно вытягиваемая мужчинкой, повисла и оборвалась. Я приоткрыла один глаз — интересно все же, что он делает. А дядюшка тем временем схватил картину, оказавшуюся портретом неизвестного очень представительного мужика, и опять заголосил, аки бабка на поминках.

Порчу наводит, что ли?

Успела подумать я.

Но в этот момент изображение поплыло, как будто его облили скипидаром, а вслед за этим мужик стал меняться — рост, осанка, волосы потемнели и стали гуще, черты лица потихоньку преображались, становясь копией портрета.

— Ну ни фига себе, — громко выдохнув от неожиданности, захлопнула себе рот рукой, и во все глаза уставилась на мужика. Тот замер, песня прекратилась, а на меня уставились два испуганных глаза непонятного цвета на недоделанной физиономии. Мысли пролетали в голове с огромной скоростью, и даже не мысли — мысль: “Ой ду-ура-а!”. И я ничего не придумала лучше, как мгновенно появившись, сказать:

— Бу!

Мужик выпустил из ослабевших пальцев картину, закатил глазки и упал мне под ноги. Слабенький какой!

Неужели притворяется?

Подойдя ближе, носком сапога слегка пихнула бесчувственное тело, но оно не отреагировало. Пихнув еще пару раз, пнула от души. Мужик лежал. Внимательно присмотревшись, поняла, что он еще и не дышал. Вот так глупо у меня еще никто не умирал, за все мои более чем двадцать лет работы. Прикусив губу, принялась рассматривать потолок. С одной стороны было жаль дядюшку, вроде как со мной он не пересекался, но с другой… Не будь этого хмыря, наверняка был бы жив дед Киану, а я сидела бы сейчас на лавочке где-нибудь на юге и мусолила мороженое, заслуженно отдыхая. Прищурив глаза, опять посмотрела на тело и пальнула по нему шальным огоньком из браслета. Вдруг уйду, а он поднимется? И в гости заявится: “Здравствуйте, я ваша дядя!”. Нет, мне такой радости не нужно. Подождав пару минут и удостоверившись, что от дядюшки ничего кроме маленькой горстки пепла не осталось, и ту раскидала сапогом, для перестраховки. А потом потянула свои загребущие ручки к статуэтке. Если до этого еще на периферии мелькала мысль о чужом добре, то сейчас она благополучно исчезла вслед за дядюшкой из этого мира. Теперь это добро принадлежало мальчишке, а я, как его непосредственный законный представитель, всего лишь забирала необходимое.

— Иди ко мне моя прелесть, — схватив статуэтку, и получив по пальцам нехилый такой разряд тока, я, недолго думая, переместилась по быстрому телепорту к камешку, во избежание так сказать, вдруг дом не переживет потери и схлопнется карточным домиком? А оттуда и в верхний мир.

— Все на моих хрупких плечах, — дуя на пальцы одной руки, трясла вместе со статуэткой другой, — И дом восстанавливай, и дядюшку упокаивай, а кушать хочется. Война — войной, а обед по расписанию.

С этой ясной мыслью я отправилась на кухню, пошуровать в остатках припасов и найти лед для слегка пострадавших ручек.

Жмуря от удовольствия глаза, я дожевывала первый бутерброд. А мысли были такие благодушные-е-е, ленивые-е-е.

— Вот сейчас доем, и пристрою я тебя, милая, на новую жилплощадь!

Статуэтка в ответ согласно мигнула.

Дверь распахнулась и в проеме показался Киану, резко побледнев, из-за чего на лице глаза стали казаться еще больше, пальнул в меня чем-то не очень приятным, я автоматически пригнулась и чуть не упала со стула.

— Ты что творишь? Ты в кого стреляешь, поросенок? — громко заорав на это безобразие, я резво вскочила, из-за чего второй бутерброд, наверняка тоже в расстроенных чувствах, иначе не объяснишь, шлепнулся на пол. Естественно, мясом вниз.

— Ми-ми-лана? — заикаясь, произнес он.

— А кто по твоему? Смерть в пальто? — рявкнула я.

— Да! — подтвердил он, медленно возвращаясь к своей естественной расцветке. От неожиданности я опять уселась на стул.

— Ты с чего это решил? Мелкий?

— Ты же сидела в библиотеке, должна была прочитать, — ответил тот.

А я схватилась руками за голову, соединив пальцы на затылке, и задумчиво стала разглядывать Киану. Симпатичный из него будет повелитель, как раз в духе моего воображения. И рост, и плечи, и мордашка с темными глазищами. Самое оно…

— Милана? Милан?? Мила-а-ан!!! — заорал над ухом этот ангелок.

— Мда?

— Ну я же тебе давал книгу. Такую, в темно-зеленой обложке.

— Да-а-а?

— Да! Вот эту! — метнувшись в коридор, он вскоре появился снова, а на руки мне упал здоровенный фолиант, отбив недавно зажившие пальцы.

— Киану, — простонав, я скинула книгу на стол и замахала кистями рук.

— Ты не отвлекайся, смотри, смотри, — перебил меня Киану.

— Это же сказки! Я и так столько литературы перечитала у тебя, до звездочек в глазах! А сказки и свои могу рассказать. Хочешь про курочку Рябу или репку? Очень интересная сказка.

— Это легенды!

Я открыла рот, который мне сразу же закрыли ладонью, причем с грозным напутствием:

— Не перебивай! Смотри!

Книга открылась, и, повинуясь невидимой силе, страницы зашуршали, перелистываясь, пока не остановились на главе “Смерть. Посланники смерти”.

— Вот! — Мальчишка ткнул пальцем на фразу: “А посланника сего вы узнаете сразу. Ибо черен вид его. Шелом закрывает очи, ибо кто узрит их — лишится духа и падет на землю мертвее мертвого”.

— И что? Стандартный мужик в черном и при шлеме. Вроде ничего страшного.

Кеану хмыкнул и перевернул страницу, с которой на меня уставилось изображение неповторимого Дарта.

— А теперь сравни себя и этого, как ты говоришь, мужика! — припечатал он.

Я склонила голову набок и еще раз пригляделась:

— Похож, — пролистнув страницы, попыталась в конце книги найти дату производства, как у нас принято, но к сожалению ни производителя, ни даты, ни автора указано не было.

— Ты чего ищешь?

— Да так… Сколько этой книжке лет?

— Пара тысяч.

— Оу-у-у. А больше пятидесяти и не дашь. Да-а-а… Знаешь, твой дядя, видимо, тоже сказки любил, наверное, это у вас семейное. И близко к сердцу принял, видимо… Но ты не переживай…

Мелкий непонимающе на меня смотрел. А я, не останавливаясь, и не давая сказать ему ни слова, продолжила:

— Зато смотри, какую чудесную вещь я нашла! Наверняка нашему домику понравится! — покрутив перед его глазами статуэтку, отправилась в подвальные помещения к библиотеке. Проведя аналогию с домом дядюшки, я была уверена, что душа должна находиться опять же где-то в подвалах. Но, обойдя библиотеку, ничего кроме книг не нашла.

— Где тут у тебя душа дома квартирует? Подселим к нему сожительницу.

— То есть, любил? — подал голос мальчишка, как зомби на автомате шествующий за мной. — И что это у тебя в руках?

— Да не переживай, ничего плохого с ним не произошло, для нас. И больше ничего не произойдет, что опять же хорошо. А это — ты посмотри, какая прелесть!

И я еще раз сунула статуэтку парню под нос, чтобы удобнее рассматривать было.

— Нашему дому так не хватает женской заботы и ласки. Вот эта красота делом и займется. Не стой столбом, давай показывай дорогу.

— Ну?! — через пару минут вопрошала я.

— Э-э-э…

— Где?

— Не знаю!

— Как?

— Ну-у-у, понимаешь… — и он опять замолк.

Разговор явно не клеился. Я потерла лоб статуэткой и внимательно посмотрела на Киану.

— Ты не знаешь где душа дома?

— Нет.

— А чего мычал тогда? И зачем я тут круги нарезаю?

— Я думал, ты знаешь куда идти.

— Мда, — Я еще раз использовала душу не по назначению. Удобная почесалка из нее выходит. Даже мысли иногда после этого в голову дельные заходят. Теперь внимательному осматриванию подверглась сама статуэтка.

— Ну что дорогая. Ищи жениха. Мы же не можем оставить его в столь бедственном положении, — и я обвела взглядом дом. Но миниатюрная невеста не подавала признаков жизни. То ли жених не впечатлил, то ли хозяйство будущее не понравилось — статуэтка не отвечала. Мысль оказалась не такой уж и дельной. Тяжко вздохнув, глянула на мальчишку. Тот смотрел на меня как на чумную больную — вроде и жалко, и подходить боязно, а иной раз и прибить хочется.

— Ну что уставился, искать давай. Видишь — невеста не шевелится! — рявкнула я и, развернувшись, пошла вдоль стен библиотеки, сканируя и простукивая их.

К концу четвертого часа мы с парнем перерыли всю далеко не маленькую библиотеку. Обшарили пол, стены, стеллажи и потолок. Итог довольно неутешителен: два подземных хода ведущих на границу леса к соседям, причем оба хода известны Киану давно, и не раз им опробованы. Уставшие и вымазанные в библиотечной пыли, мы отправились заедать горе на кухню.

Я сидела, помешивая варево, гордо именуемое едой, и листала книгу сказаний — всегда полезно знать от чего потенциальный враг может убежать в ужасе, а иной раз и на тот свет не запланировано отправиться. Буквы в книге с трудом складывались в понятные слова, а те с треском в предложения. Персональный встроенный переводчик явно не справлялся — книга была стара, написана от руки, хотя и довольно аккуратно. Но все лишние закорючки и загогулинки, призванные в свое время украсить текст, сегодня только мешали. Захлопнув книгу, закинула варево в рот и поморщилась. Нет, это есть можно только закрыв глаза, заткнув нос и глотая не пережевывая. Скосила глаза на парня. Тот был настроен к еде намного демократичнее, и с отсутствующим видом поглощал одну ложку за другой.

Перевела взгляд на импортер — небольшой деревянный ящик с дверцей, похожий на микроволновку. Именно он поставлял нам эту смесь. Принцип действия довольно прост, где-то за границей леса, в одной из таверн, готовился обед-завтрак-ужин, и ящичек переправлял нам порции, оставленные “сердобольной” хозяйкой, естественно за энную сумму денежек. Мальчишка говорил, что раньше еда была получше, но в последнее время, где-то месяца три, присылали вот такое месиво. Надо бы навестить хозяйку, да поговорить ласково с убеждением и фактами. А у меня хорошие факты, я злобно зыркнула на тарелку гадости. С такими не поспоришь. Решено, сегодня же отправимся в гости, тем более неизвестно, когда “наша милость”, зырк в сторону статуэтки, примется за выполнение своих обязанностей. Со злости шмякнула ложкой в тарелку, и тягучее комковатое что-то чуть не вылилось за край.

— Милан, что с дядей случилось? — внезапно спросил Киану.

— Умер, — буркнула я.

Мальчик помолчал пару минут, потом вздохнул и спросил:

— Это ты его?

— Нет, сам. Гостей, видимо, не любил, вот и отреагировал неадекватно на вежливое “Здравствуйте!”.

— Да-а-а? — он скептически приподнял бровь.

— Да-а-а! — передразнила я, и уже через мгновение спросила нормальным тоном: — Переживаешь?

— Нет. Хотя… — он двумя руками взъерошил волосы. — Я сам хотел с ним встретиться. Думаю, и отца с матерью тоже он за черту отправил.

— Ну, встречу с дядей не обещаю, по ветру я его развеяла хорошо, но вот дом осмотреть можно. Вдруг найдем что-нибудь интересное?

Глаза мальчишки загорелись предвкушением.

— Но не сейчас! — обломала его я. — Сейчас мы ищем душу дома! А потом отправляемся на встречу с “хлебосольной” хозяйкой! Мне надоели эти помои и этот сарай.

Отодвинув от себя тарелку с бурдой, вскочила и стала наворачивать круги вокруг пацана.

— Может у тебя план дома есть? Самый завалящий? Схемка простенькая? Квадратики-стрелочки хотя бы?

— Угу, а большими красными буквами на нем написано “Искать ТУТ!”. Да? — ехидно спросил мальчишка, руками изображая эту самую надпись.

— Не помешало бы! — я плюхнулась на стул и пристально посмотрела на мелкого. — Есть идеи?

Тот отрицательно мотнул головой.

— Так! — я постучала пальцами по столешнице. — Мы имеем в наличии первый и второй этажи, плюс чердак. Все?

Мальчишка согласно кивнул.

— За пределами дома вроде ничего не построено?

Неуверенное пожатие плеч в ответ.

— Но если не найдем тут, придется перекопать там, где вроде ничего не построено! Вперед! Начинаем с первого этажа.

Мы неохотно поднялись и начали осмотр многострадальной хибары с кухни, так как ей посчастливилось расположиться на первом этаже. Методично осмотрев квадратные метры по плану: стены, пол, потолок, обнаружили засохший кусок хлеба, рулон паутины с мясистым паучком и довольно узкий лаз, тянущийся в неизвестном направлении. Пущенный поисковик показал расширение лаза до двух метров в высоту и полутора в ширину, и протяженность в несколько километров. Нашей пропажи там явно нет, но на заметку взять стоит, вдруг пригодится.

Поиски плавно перетекли в холл, а оттуда и в боковую комнатку-кладовку, расположенную под лестницей, где опять же кроме вездесущих пауков с плетеным добром и какого-то старья ничего не обнаружили. Просмотрев оставшиеся три комнаты, уставшие, мы сели на нижние ступеньки левой лестницы, у правой такой роскоши в виде нижних ступенек давно не было.

— Тебе не кажется, что мы что-то пропустили?

Киану задумчиво кивнул, а я убрала с волос ошметки паутины. И уже мой задумчивый взгляд прошелся по тщательно проверенным комнатам. Внутренний голос настырно орал о том, что я пропустила нечто важное. Но вот что? Прикрыв глаза, попыталась составить план первого этажа: холл, кухня, кладовка, две лестницы, первая, вторая, третья комна… Третья! Я вскочила и пулей ринулась в третью комнату. Ничего не понимающий Кеа проводил меня ошарашенным взглядом, но с места не сдвинулся. Умаялся бедный.

Влетев в подозрительное помещение, я подбежала к окну, которое показывало очаровательный пейзаж, уже знакомые перекошенные деревья, плотным строем охраняющие наш покой, и ткнула пальцем в целое стекло. Целое! Но, насколько я помнила, у домика все окна на первом этаже были в непотребном виде. Мазнув по стеклу пальцем, магией нарисовала алый крест и выскочила во двор, сайгаком пробежав вдоль стены, но ни целое стекло, ни свой опознавательный знак так и не нашла.

Интересненько!

Мальчишка встретил мою улыбку до ушей недоуменным, вопрошающим взглядом. Я схватила его за руку и потащила показывать находку.

— И что? Твое художество? Вроде десять минут назад этого не было.

— Ты внимательнее смотри! — и я постучала по стеклу.

— Кто дома есть? Нет никого… — ответил он.

— Не язви, поросенок, а то моду выдумал, с меня пример брать. Ты давно вокруг дома бегал? Если нет, то устрою такое удовольствие. Забег на время на короткую дистанцию. Сегодня как раз тренировки не было.

— Я когда бегаю, по сторонам не смотрю.

— А надо бы, а то ращу на свою голову балбеса. А вдруг враг за кустом? А ты бежишь и прохлаждаешься! — взъярилась я.

— У тебя прохладишься, ага… — тихо ответил мелкий, как будто я не услышу, с моим то слухом. Но не будем усугублять ситуацию.

— Слушай Милан? А сколько тебе лет? — неожиданно выдал мальчишка.

— Много! — я пыталась пальцами прощупать поверхность окна и рамы.

— Странно. Много, а ведешь себя как маленькая, — буркнул он себе под нос. Как будто я сама не знаю. А что делать? Вон видела недавно Гефеста, вроде молодой еще мужик, всего-то тысячи три лет, а ведет себя как дед старый. Или Афина, тоже столько же примерно, а девочка девочкой, но умная, этого не отнять. Вот я и беру пример, по крайней мере, пытаюсь. И надеюсь все-таки с Афины.

— А все же, сколько? — не унимался мелкий.

— Никогда не спрашивай возраст девушки, если не хочешь испортить отношения, это неприлично! — буркнула я, все так же щупая окно и ничего не находя.

— У нас нечего портить, так сколько же?

Вот пристал как банный лист!

— Сорок три! — рявкнула и полезла под подоконник.

— Сколько?

— Много! Не услышал что ли? — кажется, разговор пошел по кругу.

— Так ты младше меня?

— Что? Ой, ма-а-а… — от удивления дернулась и со всей силы приложилась головой о мощный подоконник.

Вот несправедливость! Нужное почему-то в этом доме рассыпается на раз, а что не нужно, так крепкое. К счастью, голова оказалась все-таки крепче. Потирая намечающуюся шишку, я хмуро посмотрела на парня.

Тот, приоткрыв рот, уставился на окно. Проследив за его взглядом, присвистнула:

— Ого. Молодец я!

Еще раз потерев голову, приоткрыла пошире образовавшуюся вместо окна дверь. Как превратилось довольно широкое, но стопроцентное окно в большую и стопроцентную дверь — непонятно. Магия это или технология, или сплав двух направлений, подумаю потом, а сейчас нужно все же посмотреть, что я нашла на свою голову. Надеюсь не очередное г… кхм, нехорошее дело.

Взмахнула рукой, направив вперед мысленно вызванного из браслета светляка, и пошла вглубь коридора, показавшегося во тьме.

— Милан! — рявкнул Киану. — А если дверь закроется?

Умная мысль.

Вернувшись обратно, установила быстрый телепорт. И на всякий случай просканировала местность в радиусе пары километров на наличие нежданных гостей и повернула обратно в коридор.

— Вот теперь пусть закрывается! — только успела выдохнуть, как дверь с глухим щелчком захлопнулась, отрезая нас от слабенького света, каким-то чудом проникающего в комнату.

Заставив светляка гореть ярче, подумала и призвала еще парочку — при необходимости такая кроха превратит в пепел что угодно за считанные секунды — и пошла вперед, рассматривая окружающий пейзаж. Пейзаж явно не отличался разнообразием — голые стены из серого мелкопористого камня, ровный пол из него же и потолок, устремленный ввысь. Присмотревшись внимательнее, не обнаружила стыков между полом и стенами. Мягкие закругления там, где наверняка был бы угол в девяносто градусов. Коридор все больше напоминал длинную огромную трубу, но не с круглым срезом, а овальным. Впереди показалась дверь — овальная, выполненная из неизвестного темного сплава металлов, а на ней руль, очень похожий на те, что встречаются на подводных лодках, и необходимый для герметизации отсеков.

Интересно, что там закрыто такое важное или скорее страшное, от чего нужна такая сильная защита? Мощная дверь наверняка в ширину более десяти сантиметров, к тому же оплетена почти незаметными защитными магическими нитями. Причем они явно предназначены не для защиты закрытой комнаты от чужого вторжения.

Перевела взгляд на мальчишку, а мальчишку ли? По последним данным ему больше лет, чем мне. Еще один неразрешенный вопрос. Оставить его на потом?

Не-е-е…

Киану тоже особенно не спешил не то что открывать, но и прикасаться к дверце.

— Кеа? Солнышко ты мое ясное, так сколько тебе годиков? — пристально разглядывая замки как магические, так и обычный железный, спросила я.

— Ой много, — усмехнувшись спародировал он меня.

— А все же сколько? — а это уже была явно его фраза, но моими устами.

— Сто двадцать три. Но, может, потом о возрасте поговорим, тут такое дело, важное… — и он многозначительно посмотрел на замки.

— Одно другому не мешает! Сколько вы демоны вообще живете?

— Мы не демоны! — обиделся он.

— Какая разница, демоны, дайоны. Очень даже похоже: имеете вторую боевую форму, — загнула первый палец.

— Магичите, — второй палец.

— Долгожители, — третий палец присоединился к первым двум.

— А вот это украшение, — провела второй пятерней по волосам мальчишки, слегка задев маленькие, почти невидимые рожки, — так вообще можно назвать первым пунктом.

— Так сколько вы, демоны, живете? — хохотнула я.

— Много! — рявкнул обиженный Киану, уворачиваясь от моей ладони.

— Ну извини, не хмурься, а то морщинки раньше времени появятся, — покаялась, пряча ухмылку в кулак. — Давай все же попытаемся открыть это чудо.

— Давно пора, — буркнул относительно мелкий дайон, гипнотизируя взглядом дверь и прилегающее к ней богатство.

Богатство светилось мягким зеленоватым светом, ажурным рисунком оплетая мощную дверь и руль. Красиво. Но наверняка можно распустить эту красоту, если правильно потянуть за нужную нить. Только вот какая из нескольких десятков нужная? Взгляд блуждал по нитям, выхватывая из общей картины то одну, то вторую, то третью. Мысленно схватив за седьмую по счету, медленно потянула. Плетение угрожающе вспыхнуло, мелькнув болезненно зеленым. Не отпуская нагревающуюся нить, потянула еще одну, случайно прихватив чуть больше чем нужно. Рисунок налился ядовито-болотным, вспыхнул и разорвался на мелкие лоскутки, отбросив нас на несколько шагов назад.

— Ну, в принципе так тоже можно, — поднимаясь и отряхиваясь, прокомментировала я.

— Ну-ну, — отозвался мальчишка и кивнул на слегка обугленную дверь. — Ты бы сразу ее взрывала, эффект был бы тот же.

Не обратив внимания на подначивания парня, подошла к двери и провела рукой по замку. Потом, схватив руль обеими руками, повернула его несколько раз против часовой стрелки, и потянула на себя. Дверь бесшумно приоткрылась. Запущенный в щель поисковик обнаружил просторное помещение с живыми спящими неизвестными организмами. Плюнув через плечо три раза и собравшись плевать через следующее на удачу, поймала взгляд хмурого Киану, вытирающего рукавом физиономию. Передумав плевать, пошире открыла дверь.

Цепь светло-зеленых шаров опоясывала большую комнату, освещая пространство, заставленное металлическими и деревянными клетками и мебелью. Левую часть комнаты отгораживали тянущиеся ввысь шкафы, на полках которых расположились непонятные скляночки-баночки-колбочки и куча наверняка очень интересной кому-то макулатуры. Осторожно обойдя препятствие, чуть не наткнулась на большой металлический стол.

Вот и нашлась душа дома. Никогда бы не подумала. Если дядюшка Кеа, не мудрствуя лукаво, запихнул душу в толстенькую женскую статуэтку, то дед явно отличился. На столе, даже скорее над столом, в энергетическом коконе, как в авоське времен молодости наших родителей, висело спящее существо величиной с теленка. Россыпь мелких мерцающих огоньков плотными веревками обхватывали лапы и морду монстра. Еле видимые ленты зеленоватой энергии, оплетая “авоську” и существо в ней, рваными обрывками растворялись в пространстве.

Прям елочка новогодняя, дедушка и снегурочка — на выход, пожалста!

Задумавшись, пропустила появление Кеа, который явно неожиданно для себя, наткнулся на ничего не подозревающую меня, споткнулся, и чтобы удержаться на ногах, схватился за мою руку и шкаф. Шкаф прочно стоял на своих доисторических ножках, в отличие от меня. Не ожидавшая такой подлости от подрастающего поколения, по инерции налетела на стол, больно стукнувшись, и видимо что-то сдвинув, так как в образовавшейся после небольшого акробатического этюда тишине услышала судорожный вздох парня и увидела два ярких, зеленых глаза с любопытством уставившихся на двух слегка помятых молодых людей. Монстрятина, спеленутая не хуже постояльцев больницы Кащенко, разглядывала нас на удивление ясными и умными глазами. Пальцы сами потянулись потрогать вытянутую бархатистую морду, но мальчишка, все продолжавший держать меня за руку, резко дернул за нее с воплем:

— Куда лезешь, дура! — и припечатал многострадальную меня в шкаф. Шкаф опять устоял, даже не шелохнулся, а на моем бедном тельце появились новые синяки.

Неудачно-то как…

При этом все это некрасивое для меня действо сопровождалось сложной лексической конструкцией на местном языке. Единственно, что поняла, что бедный парень поседеет раньше времени с такой мелкой, лезущей во все неприятности особой, за которой нужен глаз да не один, причем эта наглая особа теперь находится именно на его, Киану, многострадальной шее, ибо является леди, а леди ли, опять же вопрос, но бесспорно существом женского пола, а мужественный лорд Киану Бла-бла-бла… именно мужчина, поэтому он будет тянуть сей тяжкий крест, ибо так положено! Или покладено? Не суть важно! Но если мелкая особь, по возрасту и росту, опять протянет свои загребущие ручонки к самому опасному из живущих в двух мирах хищнику, то грозный хозяин дома за себя не ручается, просто свяжет и запрет беззащитную меня в четырех стенах до лучших времен.

Я стояла будто оплеванная, но верный шкаф бережно поддерживал непутевого агента за спинку. Не зная, то ли зареветь, то ли истерично засмеяться, я даже сморщила мордаху от такого несправедливого обвинения, но заметила веселый взгляд “самого опасного хищника в двух мирах” — тот откровенно потешался, весело подмигивая одним огромным изумрудным глазом. И я поставила бы на кон что угодно: если бы морда монстрика была свободна, а не плотно спеленута светляками, то наверняка этот гад ржал бы в голос, аки конь.

Утро встретило меня оглушительным и неожиданным воплем Киану:

— Встава-а-ай и по-о-ой, мелкая! — а также попыткой стянуть одеялко.

Попытка с треском провалилась, небольшой кусок сего предмета остался в руках парня, остатки же одеяла были немедленно натянуты на голову, а вся моя фигура выражала явное презрение. Новоявленный диктатор не проникся и предпринял контрмеры, пытаясь достучаться до моего сонного мозга.

Вчера… Или уже сегодня? Мы легли очень поздно, или совсем не рано? В общем, если бы тут время измерялось петухами, то эти горластые птички уже кукарекали и не раз. Причем легли на голодный желудок: жадная хозяйка таверны решила нас забыть или скорее на нас забить, а есть остывшую бурду, которая и теплая-то была премерзкой на вкус, совершенно не хотелось. По поводу “великого и ужасного” мне прочитали еще одну лекцию, от которой голова трещала, и спать хотелось неимоверно, но обещание все же дала — без главы дома к монстрятине не подходить. Тот смотрел жалобными глазами побитой собаки, и это, вкупе с его незавидным положением выглядело … М-м-м, мне было его жаль, искренне. Но спать хотелось очень, причем в целом состоянии. Сунув под нос найденышу статуэтку и полюбовавшись на его ошарашенное выражение морды, я со спокойной совестью, прихватив Киану, отправилась спать.

Пусть знакомятся, голубки.

Все эти мысли-воспоминания со скоростью улитки проползали в сонном мозгу, и под монотонный бубнеж парня о том, что дел у нас состав из двенадцати вагонов и кучи тележек, сознание проваливалось в очередной сон. Случайно выхватив из списка очень и не очень важных дел кодовое слово “Завтрак”, я попыталась все же открыть глаза. Кушать хотелось. Не сказать, чтобы сильно, но хотелось, и ждать манны небесной от вконец обнаглевшей хозяйки таверны не представлялось возможным.

— Сейчас, сейчас. Встаю… уже, вот-вот, — усилием воли, медаль мне, я разлепила глаза, узрев рвавшегося в бой парня. В общем, навстречу прекрасному, вкусному и питательному завтраку мы отправились по одному из найденных подземных ходов.

Вот из лесу вышли, было… жарко, очень. Киану, на правах единственного мужчины в доме, знающего местные обычаи, настоял на темном плаще с глубоким капюшоном, ибо приличным леди, акцент на слове “приличный”, нельзя ходить в таких симпатичных штанах и рубашке, и то, что они женские — где на них написано такое? — сути не меняло.

Небольшой городок, находившийся рядом с лесом, опоясывала высокая, метров в пять, стена. На закономерный вопрос: “Зачем так изгаляться?”, был получен кивок в лес и посыл проведать лесную живность для установления наличия когтей, зубов и яда. Видела я их, очень милые, а иногда и пушистые ребята. Питаются всем, что на зуб попадет, так это нормально, всем кушать хочется. С такими рассуждениями мы наконец-то прошли в город, заплатив установленную пошлину в два эра, местную мелкую монету, и отправились искать таверну. Проплутав около получаса вдоль узких, мощеных мелким камнем улочек городишки, чуть не заляпавшись по уши в термоядерных помоях, метко вылитых толстой мамочкой большого семейства из окна прямо на головы незадачливых прохожих, мы все же нашли вожделенную таверну. Сие каменное здание привлекало внимание огромной, намалеванной яркими красками вывеской, видимо призванной изобразить толстенькую фрау, державшую в руках блюдо с разносолом, поверху которого шла слегка корявая надпись: “В гостях у Марцуки”.

— Ну что, встречай гостей, Марцуки. Мы пришли, голо-о-одные, — с такой мыслью я попыталась опередить Кеа на шаг и первой войти в таверну, но парнишка оказался шустрее. Пробежав три ступеньки, он галантно приоткрыл дверь в освещенное солнцем помещение, прошел внутрь и только потом пропустил меня, тем самым привлекая к нам внимание немногочисленных утренних посетителей.

Марцуки, а по всей видимости это была именно она, дородная, похожая на дрожжевое тесто пышечка, с круглым лицом и щеками, на которых видимо сидели пчелы и там же были и убиты, из-за чего глазки казались совсем маленькими, подплыла к нам и поинтересовалась: “чаво нужно уважаемым господам в столь ранний час в таком замечательном, хлебосольном месте как ее таверна?”. И начала перечислять такие блюда, в сравнении с которыми наше повседневное не “пойми что”, казалось откровенными помоями и издевательством над желудком. Сойдясь на местных блинчиках, холодном мясе, и еще паре-тройке “деликатесов”, мы устроились за одним из столиков, поближе к стене и окну.

Киану, накинувший морок представительного мужчины, очень похожего на встреченный мною ранее портрет, по-барски развалился на крепком стуле, я же, закутанная в темный плащ, казалась самой себе бедной родственницей. Мало того, что жарко и ничего толком не видно, так еще и кушать в таком балахоне было неудобно. Элегантно развязав тесемочки капюшона и откинув его на спину, широко улыбнулась нахмурившемуся мороку мальчишки. Чуть более худая копия Марцуки, скорее всего ее родственница, я назвала ее Марцуки номер два, колобком подкатилась к нашему столику и принялась немного неловко расставлять принесенные кушанья, все время косясь на парня и глупо хихикая.

Вот наглая! Совращает мне мальчишку.

Грозно глянув в ее сторону и слегка зашипев, отчего розовенькая мордочка девушки разом побледнела, а сама девушка за считанные секунды испарилась, я принялась за блинчики.

Да, было вкусно! Вот наглость!

Доедая очередной кусочек вкусного сочного блинчика, заметила выразительный взгляд Киану в мою сторону. Приподняв бровь, уставилась на него в ответ, и только после этого ощутила звенящую тишину, образовавшуюся в таверне — все разговоры других посетителей почему-то совсем стихли.

Не торопясь, прожевала кусочек и оглянулась, к нам приближался… приближалась точная копия морока Киану. Сглотнув, перевела ошарашенный взгляд на парня.

— Дядюшка?! — вопрос-утверждение мальчишки меня окончательно добил.

— Дядюшка? — выдавила я, — А к кому же я тогда в гости наведывалась?

— Ко мне? — удивился новенький и живой родственник. — Странно, я бы заметил такую очаровательную леди. Киану, представь нас друг другу.

— Лорд Геарден, — взмах руки в сторону вышеупомянутого лорда.

— Леди Милана, — учтивый кивок в мою.

— Айрон Геарден, — уточнил мужчина и, резво схватив мою руку, попытался приложиться к ней губами. На попытки отнять собственную конечность вцепился в нее более крепко и все-таки чмокнул, обмусолив полкисти.

— Такая очаровательная ладошка и такой некрасивый шрам, неловко-то как, — задумчиво произнес дядюшка, подушечками пальцев поглаживая полученный мною вчера от встречи с защитой статуэтки шрамик.

— Ничего страшного, я бываю иногда очень порывистой, — попыталась возразить я, попутно дергая руку.

— И где же Вы были столь порывисты? — родственничек вцепился в меня крепко и, видимо, надолго, а Кеа, настороженно прищурив глаза, следил за нашим обменом любезностей.

— Может, все же отпустите руку леди? — наконец вмешался он.

— Что? — встрепенулся собеседник, — О, простите, я иногда тоже бываю немного неловок и порывист. Так вы говорите, получили такую неприятность в моем доме?

— Нет, — со всей силы дернув руку и освободив свою собственность, с трудом удержалась на стуле, — я такого не говорила. Вам показалось.

Сделав круглые глаза, невинно улыбнулась. Как относиться к данному субъекту, я решительно не понимала, но уловив настороженность Кеа, приняла ее к сведению.

— Да, Вы знаете, такая неприятность, — он нехорошо сверкнул глазами. — Вернулся вчера в замок, а замка то и нет. Как и Сабио. Помнишь Сабио?

Мужчина повернулся к своему отражению.

— Вроде мой четвероюродный… дядя? Или брат? — начал гадать Кеану.

— Да, дальний родственник, очень дальний, — подтвердил дядюшка.

— Так что с ним?

— Не смог найти, как и замок, и свой любимый портрет, даже душа дома пропала, — и в упор посмотрел на нас.

— Что ж Вы привечаете не пойми кого? — влезла я. — Непонятный дальний родственник, а Вы ему наверно и доверяли? Раз такие ценности оставили. Как же вы теперь… без замка, без любимого портрета? — про душу дома я промолчала, но на моем лице без труда можно было прочитать и этот вопрос.

Дядюшка покраснел и заскрежетал зубами.

— А я к Вам в гости, вот, как раз думал, как лучше лес обойти. Проводите? Но лучше, конечно, деда подождем, с ним поспокойнее, все же его создания бегают, — немного успокоившись, выдал Геарден.

— Долго будешь ждать, может тебя лучше проводить к нему, за Черту? — сквозь зубы прошипел Кеа и, резко подорвавшись, бросился на родственника, в одной руке держа неизвестно откуда взявшийся тонкий нож, другой сметая со стола мой такой вкусный завтрак-обед.

Время замедлилось, и я отчетливо увидела удивленно-ошарашенное выражение лица дяди, он явно не ожидал не только последней фразы Киану, но и действия. Мгновение, и уже перед нами был не вальяжный господин, а боец, готовый ответить на любой удар.

— Брейк! — выкрикнула и, махнув рукой, поставила перед родственничками прозрачную стену, в которую тут же с одной стороны вляпался мой подопечный, а со второй какое-то заклинание Геардена.

— Хватит! Вы что творите?! — зашипела я. Возобновившийся было шумок в таверне вновь затих, и я чувствовала на себе не только яростно-обиженный взгляд Кеа и удивленный его старшего родича, но и заинтересованные непонятных личностей, смотревших на наше представление с открытыми ртами, разве что попкорна не хватало для полноты картины.

— Уважаемые? — Марцуки номер раз материализовалась грибочком-боровичком возле нашей троицы. Круглыми глазками осматривая место побоища, хмурилась, жмурилась, куксилась, но не знала, что же еще выдать. Все же ссориться с господами порой бывает накладно, и ловить проблемы на свое пухлое место ей не хотелось.

— У вас отвратительные неустойчивые столы! — на мое высказывание и без того расширенные глазки открылись еще больше, рот лорда растянулся в непонятной ухмылке, а его племяш недоуменно моргнул. Не останавливаясь на достигнутом, я добила уважаемую и хлебосольную мадам требованием все заменить и удвоить, ибо встретились родственники.

Разве она сама не догадалась?

И принести все это великолепие в апартаменты постояльца.

Как? Там нет стола и не хватает стульев? Не принято? Не может быть, в любой уважающей себя гостинице принят стол. И выполняют все желания таких замечательных посетителей как мы. Конечно, мы будем добры и подождем минуту, ведь это совсем несложно.

Подхватив под руки пришедших в себя родственничков, успев больно ущипнуть обоих, чтоб не вырывались и не устраивали очередной фарс, солнечно улыбнувшись, я поплыла на второй этаж.

Закрыв дверь перед любопытной мордочкой Марцуки номер два, успевшей все таки за то время, пока мы чинно поднимались наверх, принести поднос со съестным и организовать стол, я привалилась к двери и, сложив руки на груди, выжидающе посмотрела на двух оппонентов. Те изображали из себя лосей в бою за территорию, разве что рогами не звенели и копытом землю не рыли, а так похоже. И дядюшка, вроде взрослый человек, а все туда же!

— Кеа? Солнце ты мое ясное, объясни-ка дядюшке ситуацию.

Посмотрев на меня, Киану открыл рот, и плотину прорвало. Родственник узнал о себе много интересного и не очень. Судя по тому, как у него то распахивались глаза, куда уж шире, то рот, но практически сразу же закрывался еще плотнее, челюсти ходили ходуном, зубы поскрипывали, сам краснел-бледнел, но держал себя в руках. В общем, судя по внешним признакам, было не очень. Сгорбившись, лорд присел на край “неположенного” стола, и ногой отбивал неизвестную мелодию. Как только племяш закончил с обвинительной речью и, выдохнув, оседлал один из стульев, при этом не забыв достать уже виденный мною режуще-колющий инструмент, дядя вскочил и стал нарезать круги, пока резко не остановился и не уставился в окно. Вид там был как-то не очень — соседские окна, окна и еще раз чьи-то окна, ничего привлекательного, разве что для вуайериста, подсматривающего за чужой женой. Видимо тоже не обнаружив там ничего интересного, Геарден повернулся к нам и, тихо вздохнув, сообщил, что почти год был в Зеаре и приехал бы раньше, но последние полгода элементарно болел. Посмотрев на наши удивленные лица, выражающие скепсис последней фразой, утвердительно кивнул и добавил, что еще позавчера готов был распрощаться с жизнью, но вчера утром резко пошел на поправку. А почувствовав рвущиеся связи с душой дома, телепортами отправился в нижний мир и там ничего, кроме развалин, не обнаружил.

Я, как китайский болванчик, медленно кивала головой, в уме выстраивая логические цепочки. Словам дяди верила, тот не врал ни на процент. Поймав вопрошающий взгляд парня, еще раз кивнула и в упор посмотрела на рассказчика:

— И вы не знали о смерти деда?

Четкое:

— Нет! — и прямой взгляд из-под черных ресниц.

Да, он действительно не знал.

— Как он умер?

— Как? — мальчишка, уже снявший морок, рассматривал свои руки, словно пытаясь найти там ответ, потом поднял глаза, в которых плескалась боль, — Он рассыпался! Стоял, рассказывал очередную смешную историю, схватился за грудь, как будто сердце кольнуло… Но я то знаю, у него со здоровьем все в порядке было, жить да жить еще…

Киану говорил громко и быстро, как будто боялся забыть сказать важное.

— Потом рассыпался, стал пылью… Маленькой горсткой пыли, — последние слова он произнес шепотом, совсем тихо, закрыл глаза и сжал клинок сильнее, отчего костяшки пальцев побелели от напряжения.

Я знала, что ему больно. Все эти недели я пыталась его отвлечь, направив застоявшуюся энергию на тренировки и перепалки, иногда получалось. Но Киану упорно молчал о том, последнем, дне.

Да уж, отвратительный из меня наставник. Еще учиться и учиться.

— Почему мне не сказал? По кристаллу? — неожиданный возглас Геардена отвлек от самобичевания.

— Я был уверен — это твоя работа! — яростно возразил Киану. — Ты приходил в тот день! Я слышал, как ты угрожал деду!

— Да не мог я быть там! Не мог! — дядя, успевший сесть, снова вскочил, сжав руки в кулаки.

— А потом замок атаковали! Так что, дорогой дядюшка, у меня такие же развалины, как и у тебя! — ядовито добавил мальчишка. — И лишней кровати нет! Ковер могу выделить, один более-менее целый остался!

От дальнейшей перепалки и выяснения отношений спас неуверенный стук в дверь. Кеа замер и повернулся в сторону стука, готовый в любой момент бросить в противника клинок. Дядюшка, тоже не лыком шитый, приподнял руку, в которой красовался миленький такой огонек. И вся эта прелесть была нацелена в мою сторону. Увидев меня, так некстати стоящую на пути, мальчишка улыбнулся уголком рта, не отпуская оружия. Дядюшка слегка приподнял бровь, но руку так же не опустил. Удивленно взглянув на сию демонстрацию, повернулась к двери, откуда послышался повторный стук, уже более настойчивый. Нацепив радостную улыбку, приоткрыла дверь, в которую тут же попыталась пролезть Марцуки номер раз.

— Вы что-то хотели?

Марцуки, промычав нечто невнятное, попыталась взять дверь и меня, так неудобно для нее закрывающую вход в комнату, на абордаж.

— Что, что? — удивленно уточнила я.

Пыхтящая словно паровоз мадам, оставив свои бесполезные попытки хоть одним глазком осмотреть содержимое комнаты, обратила свой взор на меня.

— Постояльцы жаловались! — и она опять попыталась пролезть внутрь, что с ее габаритами упитанной свинки было проблематично, ибо я твердо стояла на ногах и так же упорно держала дверь.

— Что Вы говорите? — удивилась я, — Мы вроде не жалуемся.

На что Марцуки порозовела и приобрела еще большее сходство с вышеупомянутым животным.

— Что-то случилось, дорогая? — мужская рука обняла меня за талию и отодвинула слегка назад, а в чуть более приоткрытую дверь выглянул дядюшка, всем своим видом показывая, как ему мешают настырные хозяйки некоторых заведений.

— Постояльцы… — проблеяла хозяйка и закрыла рот, еще более покраснев, и став похожей на мясистый помидор.

— Что там у вас? — раздался из комнаты голос Кеа. — Вы кушать будете или вас можно не ждать?

Я посмотрела на смущенную мадам и заметила ее мелкую копию, выглядывающую с пролета лестницы и пытающуюся слиться с интерьером, что у нее не выходило. Бедная девушка пребывала в явном волнении и не знала что предпринять: вроде и интерес грыз нешуточный, но и ссориться с богатыми постояльцами тоже не хотелось. Увидев мой пристальный взгляд, она приняла окрас Марцуки номер один, и тут же скрылась, изобразив бурную деятельность.

— Дорогой, ты разберись, что тут постояльцам не нравится, — я скосила глаза на принимающую бордовый цвет мадам. — И возвращайся скорее, а то действительно остынет все.

Невинно улыбнувшись ошарашенной хозяйке, проплыла в комнату. Через пару секунд дверь хлопнула, и дядюшка с каменной физиономией промаршировав к столу, уселся, вперив в меня пристальный взгляд.

— Постояльцы уже не жалуются? — мой наивный вопрос был встречен гробовым молчанием.

Пожав плечами, приступила к обеду, который скорее всего уже ужин и уже остывший. Понаблюдав за моими манипуляциями, дядюшка одарил своим вниманием племяша, вяло ковыряющего мясо в своей тарелке, и опять перевел взгляд на меня, усиленно делающую вид увлеченно жующей особы.

— А что в этой всей истории делаете Вы? — все ждала, когда же он поинтересуется моей персоной, дождалась на свою голову. Хорошо хоть успела проглотить очередной кусочек мяса.

Я аккуратно вытерла рот салфеткой и обратила на каменного дядюшку свой невинный взор:

— Что простите?

— Кем вы приходитесь Киану и что здесь делаете? — темно-синие глаза еще раз внимательно прошлись по мне, сканируя не хуже ревнивой жены, пытавшейся найти волосок на пиджаке предположительно согрешившего супруга.

— В гости приехала, — а глаза такие честные-честные, — а тут…

Я любовно оглядела остатки раннего ужина и нацепила на вилку кусочек чего-то воздушного с вишенкой:

— А тут мы кушаем, не хотите попробовать?

Со стороны парня раздался приглушенный смешок, перешедший в вежливое покашливание. Мы же с дядюшкой игрались в гляделки, пытаясь в друг друге проделать по лишней дырке. Еще чуть-чуть и у кого-то из нас получилось бы, скорее всего у дяди. У меня было стойкое ощущение пылающего лба, видимо дырка намечалась там, но русские не сдаются. Широко улыбнувшись, поинтересовалась:

— Что-то не так?

Хмыкнув, откинувшись на спинку стула и сцепив пальцы домиком, он с любопытством еще раз меня оглядел.

И что он так уставился? Девушек никогда не видел? Не побоюсь этого слова сказать, симпатичных девушек, а местами и красавиц? Да, себя не похвалишь, никто не озаботится… Но, привлекателен, стервец. Всегда питала слабость к синеглазым брюнетам. Физиономия по-мужски красивая, без смазливости. И фигура, так… Очень хорошая у него фигура. М-м-м… Высокий, плечи, мышцы, все на месте. Единственное, волосы длинноваты слегка, даже очень длинноваты на мой вкус, но ему это как ни странно шло.

Взгляд блуждал по экземпляру мужского пола и цеплялся то за одно достоинство сидящей напротив особи, то за другое…

— Так и будем молчать? — холодный голос ворвался в мои довольно таки приятные мысли. Ну вот и недостатки начали вылезать, а так хорошо молчали.

— Как сказала леди, мы тут обедаем и решаем часть проблем, — Киану взял на себя обязанности главного по улаживанию конфликтов.

— Проблемы? — видимо это слово для любопытного родственника сродни красной тряпки для быка. Он внутренне подобрался и стал похож на огромного представителя кошачьих, готового в любой момент ринуться в бой.

— Да не то чтобы проблема, небольшая неприятность, которую все же нужно решить, — уточнил племяш. Да уж, когда этой неприятностью пытаешься питаться на протяжении пары недель, то она вырастает до огромных размеров Проблемы, причем именно с большой буквы.

— Ну что же, раз я единственный взрослый родственник мужского пола, значит и решением неприятностей, — особенно выделив это слово, — буду заниматься я.

Обрадовал он нас.

Опять? Да что ж такое то? У них тут у всех гипертрофированное чувство ответственности? И как я на этом фоне буду претворять в жизнь свой план?

— Что-то не так? — увидев, как меня перекосило от радостного известия, издевательски поинтересовался самопровозглашенный решатель проблем.

— Все чудесно, — выдавила я.

— Я так понимаю, Вы гостите у Киану?

— М-м-м, — вроде как и в гостях, и сама напросилась, но точно проживаю.

— Да, леди находится под моей опекой, — уточнил Кеа.

Еще один самопровозглашенный! И чем им так не нравится моя самостоятельность? Все чинно, мирно. Прекрасно командовала и сама опекала, и вот, получи фашист гранату. Видите ли возраст, ага, и пол, угу, и сама такая хрупкая, практически дурочка. Нужно срочно взять под свое крылышко!

Заметив мой прищуренный взгляд, обещающий немалые проблемы, мальчишка покровительственно улыбнулся и, повернувшись к дядюшке, начал объяснять нашу маленькую неприятность. Проникшись бедственным положением на линии фронта, видимо тоже покушать не любитель, дядюшка, уточнив некоторые детали, касающиеся договора с обнаглевшей хозяйкой сего интересного заведения, отправился наводить порядок. Киану, как более осведомленный о неприятности, вызвался его сопровождать, причем, чтобы не смущать общественность, накинул морок дядюшки. Меня же, “хрупкую леди”, оставили в комнате, ибо предстоящие разборки не предназначались для нежных девичьих ушек. С учтивой улыбкой дверь перед носом закрыли, не удивлюсь, если еще и запечатали магически, во избежание так сказать.

Присмотрелась — действительно, вот сетка от дядюшки, а вот замочек от племяша.

Издеваются…

Усевшись на кровать и поудобнее устроившись, стала думать, а чем мне грозит столь слаженное противодействие? И как использовать новоприобретенного родственника, ведь он, я так понимаю, надолго пропишется на нашей разрушенной жилплощади.

Невеселые мысли прервались раздавшимся с первого этажа грохотом. Видимо что-то перевернули тяжелое, или сломали, треск вроде тоже был…

Ох, а это что за вой?

Разглядывая неровный потолок, пыталась угадать, что же это было. Может хозяйка оттачивала на гостях свои вокальные данные?

Кошмар, потолок нужно не только выравнивать, но и красить…

Завывания утонули в неясном шуме, и все это замолкло после очередного грохота. Перевела взгляд на стены, комнатка конечно маленькая, но относительно чистая, а стены, ну детей крестить я тут не собираюсь…

Еще один сильный бабах…

И жить тоже, надеюсь…

Бабах…

Интересно, они там хоть что-то целое оставили? О-о-о, кто ж так опять взвыл то? Если все тут разнесут, выплеснув адреналин, не с друг другом ведь отношения выяснять, кто же нам готовить будет? Я в повара не нанималась…

Прислушавшись, уловила чьи-то причитания и уверения. После чего наступила относительная тишина.

Через минуту дверь широко открылась, и явились… Двое из ларца одинаковых с лица… На идентичных физиономиях расплылось одинаковое удовлетворение от хорошо выполненной работы.

Бедная Марцуки, интересно, что же там произошло?

Накинув плащ, ринулась осматривать поле боя. Быстро пробежав пролет, остановилась.

Нет, так не интересно… Все чинно-мирно, ну посетителей стало… М-м-м, скорее совсем не стало. И вот тут вроде еще парочка столов стояли, их тоже нет. И Марцуки, как будто слегка похудела и побледнела, но ей так даже лучше.

Увидев меня, мадам еще больше побледнела, и, присев в неловком реверансе, начала лепетать что-то о завтраке-обеде-ужине, которые господа хотят заказать. Совсем запугали женщину, изверги, но потом вспомнила, что и сама горела праведным гневом и мечтала принять участие в запугивании, ковыряясь ложкой во вчерашнем месиве. А представив его на вкус, окончательно растеряла всю жалость. Нехорошо то как, идти на поводу у желудка, но что поделаешь, люблю я покушать, люблю. И если есть такая возможность, почему нужно отказывать себе в маленьких слабостях?

Утвердившись в мыслях и расставив приоритеты, я принялась за обсуждение предполагаемого, а потом и утвержденного меню.

Вот как? Скажите, как я должна привлечь внимание мальчишки и договориться наконец о дальнейшей стратегии по отношению к дядюшке? Ведь это еще та язва оказался, в любую дыру залезет и все проверит-перепроверит, особенно после последних проблем. А то как это, он сплоховал, не заметил стороннего вмешательства? Почему не обратил должного внимания на необычное состояние организма? Да и последние события прошли как-то мимо него. Непорядок! И сейчас лорд с настойчивостью ищейки пытался додуматься-докопаться до истоков проблемы. Нет, конечно, я ему верила, он действительно не прикладывал свою загребущую ручку к нашим неприятностям, браслет об этом сообщил как о факте стопроцентном, но… Вот именно “но!” меня и смущало.

— Леди, Вам не хорошо? — участливый вопрос со стороны мысленно обсуждаемого объекта стал дополнительным минусом в копилку дядюшки.

Вот ведь, нехороший человек. Все то он заметил! И мое усиленное мигание и тяжкий вздох, и даже тычок локтем в сторону парня, а тот шел и не видел, или скорее делал вид, что не видел, не слышал, не замечал. Вот поросенок!

— Леди Милана?

— Да. Немного устала, эти плащи такие неудобные…

И ведь ни капли не соврала, еще метров пятьсот — и упаду не встану. Солнышко хоть и село, и уже не пекло как днем, но стоявшая духота вкупе с наглухо застегнутым плащом, опять же по настоянию Киану, медленно превращали меня в вареную курицу. Вот кто здесь увидит мой “непотребный” вид? Ах, дядя? Как будто он в таверне не видел мои штаны и рубашку? Или не увидит их дома, там платья носить я так же не собиралась. Не хватало мне еще навернуться и разбиться, зацепившись подолом за подгнившие доски. Нет уж.

Придя к однозначному выводу, остановилась и принялась развязывать тесемки плаща.

— Милана?!

Заметил таки! Поздно! Вот сейчас сниму этот предмет гардероба и поговорим по душам.

— Миледи? — О, дядюшка еще больше активировался. — Миледи, я бы не советовал Вам снимать плащ, все же какая-никакая, но защита от нечисти. В этом лесу колдовать даже я не решусь, магия преломляется, и результат может быть необычным. Удивляюсь, почему до сих пор не было нападения?

И он, прищурившись и положив ладони на клинки, огляделся вокруг.

Мда, может надо было все же тайным ходом, чтобы поскорее? Но мы с мальчишкой, не сговариваясь, пошли через лес, нам прогуляться захотелось. А зверье? Вон чья-то морда уже торчит любопытная и еще вроде бы парочка. Закрыв глаза, увидела вокруг нас с десяток светящихся точек разной яркости, и все любопытные, до жути. И если увидеть эту жуть неподготовленному человеку, да с наскоку, остаться заикой можно на раз-два…

Присмотрев камешек поуютнее, уселась и вытянула ноги. Никто о тебе так не будет заботиться как сама о себе. Это факт. Вздохнув, откинулась на сзади стоящее деревце. В мечтах нарисовалась чашечка чая и шоколадка. Красота, романтика. Вон звездочки какие яркие на глубоком, темно-фиолетовом поле, в городе таких не увидишь, и луны, м-м-м, жаль не художник, какой простор для творчества.

— Милана!?

— Миледи?

Что ж так орать то, в оба уха? Аж в голове зазвенело. А глаза то какие удивленно-ошарашенные, у обоих, причем явно сомневаются в моей психике. Дядюшка даже галантно собрался подхватить меня под руки и скорее всего дать ускорение, чтобы не прохлаждалась лишнюю минуту на опасной территории. Но все его порывы пресекла показавшийся на полянке морда, а потом и сама животинка.

— О-о-о, какая прелесть…

— Кто?

— Где?

— Фр-р-р? — одновременно воскликнули родственнички и живность. Последняя даже обернулась удостовериться, про нее ли речь. Увидев мой горящий энтузиазмом взгляд, даже отступила на шаг назад, но вспомнив, что клыки с когтями не просто так дадены, а с умыслом, пригнувшись, сделала шаг вперед.

Как в танце, прямо слово…

— Ну? Защищать меня будем или где?

Слегка оторопевшие мужчины выхватили оружие и закрыли широкими спинами беззащитную меня. А животинка действительно симпатичная, если бы вымыть, да отчистить… Великолепный экземпляр.

Хочу!

Сама величиной с пони, большая голова окружена костяным наростом с острыми шипами, темно-серебристая шкура с разводами посветлее, мощные лапы и хвост, украшенный небольшой палицей. А клыки! На радость дантистам для рекламы разнообразной ерунды — длинные, белые и острые. Интересно, эта прелесть меховая или чешуйчатая? А то плохо видно, луна за тучку спряталась. А вот глаза мультяшные, огромные, ртутные, с темным, крестообразным зрачком в темноте светились ярче, чем лампочка в сто ватт.

— Ф-фр-р, — низкий рык, и еще несколько особей вышли из-за деревьев, взяв нас в кольцо.

Интересно, кто-нибудь из присутствующих активизируется? А то смотр войск, что с одной стороны, что с другой слегка затянулся, и нападать почему-то никто не спешил.

— Ой, как страшно, — я стрельнула глазами на противников. Мда, как-то не натурально ойкнула. Сделав большие глаза, пискнула погромче и посолиднее, — О-ой-й, мамочки!

Радостный рык пронесся над поляной, и началось.

Кто ж так прыгает то, а?

Вот лоси, задавят и не заметят, а защищать вроде должны, хотя темные, что с них возьмешь. Но свои ноги постаралась убрать.

Мимо прошмыгнула непонятная тень, и я, чтобы ненароком не задели, решила залезть на дерево. Удобно устроившись на раскидистой ветке, достала припрятанное печенье. Обзор замечательный!

Хрум-м-м.

Луна опять же выглянула.

Ням-м-м.

Главное, чтобы сильно друг друга не пришибли, а то придется новых защитников создавать, а как, пока не разобралась.

Хрум-м-м.

Ну каков красавец! Сразу видно — вожак. Все таки не с пони размером, покрупнее. И умный зараза, вон как выделывается.

Зараза играючи отпрыгивала от выпадов дядюшки, отбиваясь то одной, то второй лапой. Дядюшкин плащ превратился в лоскутки, живописно свисающие на такие же лоскутки от рубашки и что там еще под ним было.

Все-таки неплохой дядюшка экземпляр, представительный. И пресс симпатичный, с кубиками. Раз, два… не видно. Плохо!

Свернув голову набок и вниз, попыталась досчитать, сколько и чего, не вышло. На другом конце поляны с радостным мявом два ларгуса гоняли мальчишку, пока остальные с любопытством следили за представлением.

Не, так дело не пойдет. Надо вмешаться. Черт! Что ж он творит то? Сам же знает что магичить здесь пока нельзя!

Дядюшка что-то сосредоточенно бубнил, создавая мягкое, темное марево.

— Стоять! — спрыгнула на середину и махнула рукой, тормозя поднятый над эрларгусом меч.

— Ложись! — на меня сверху упало что-то крупное, придавив к земле. Лицо уткнулось в землю и прелые листья. Хорошо, рот закрыть успела, а то прикусила бы язы…

Ой, тут что-то ползает.

На поляне раздалась череда взрывов.

— Тьфу, ой, — прелые листья попали в рот.

Гадость.

По щеке что-то проползло. Глаз узрел довольно крупное насекомое, похожее на таракана.

— А-а-а, — повторной взрывной волной от моего вопля снесло дядюшку, расположившегося сверху и закрывающего меня от неведомой опасности, Киану, находящегося рядом и ларгусов с вожаком. Подпрыгнув не хуже акробатов в московском цирке, я начала судорожно давить то место, где ползал страшный зверь.

— Ми-ми-миледи?

— А-а-а? А? — тщательно осмотрев место убийства и обнаружив раздавленный трупик, я наконец успокоилась и оглянулась. Ну что сказать. Поляна стала больше и однозначно светлее. По кругу ровными рядками лежали поваленные деревья и ларгусы. Эрларгус, прижимая уши к костяному воротнику, глазами-плошками осуждающе посматривал в мою сторону. Киану и Геарден закрывали свои уши руками, так же низко, как и зверь, прижимаясь к земле.

— Там что-то ползало! — уточнила я и еще раз попрыгала на могилке предположительно таракана. А потом, бросив обвинительный взгляд на дядю, выдала: — Вы что творите? Жить надоело?

За нашим разбором полетов следил весь прайм ларгусов, удивленно переводя взгляд от меня на дядю и обратно. Высказавшись обо всем и о каждом из нас конкретно, мы слегка перевели дух и злобно уставились друг другу в глаза. Ничего, что я ниже ростом и комплекцией полегче. Зато у меня убойные аргументы! Рядом лежат! Целых двенадцать штук. Ну-ка, попробуй что-нибудь вякнуть? Видимо правильно прочитав мой взгляд, родственничек, тяжело вздохнув, уселся на поваленное дерево.

— Милана? — Киану, прищурившись, оглядел меня и застывшую рядом живность, явно не подающую никаких агрессивных признаков. — Что это было?

— Знакомься, мелкий! Ларгусы, — и я широким жестом указала на развалившихся и уже пришедших в себя животных. — Правда, милашки? В общем, пообщайся поближе с охранничками, а я спать!

— Нет, это надо же было додуматься? — бухтела я. — В общем спать! Сами дойдете, не потеряетесь! А экзамен ты провалил! Двоечник! Не хотел в библиотеке сидеть, так знакомься лицом к лицу, тьфу ты, к морде с проблемой!

Махнув рукой, я телепортировалась в дом, в маленькую, незаметную комнату, выделенную отдельным телепортом и руной на браслете. Закрыв глаза, прислушалась, пытаясь обнаружить нежданных гостей, в итоге нашла только в нескольких километрах от дома топающих родственников. Пусть топают, раз думать и читать не умеют, а я спать! Спать, спать, спать, остальное — завтра.

— Здравствуй, счастье мое, соскучилась? — низкий мягкий голос осторожно прокрался в сон и материализовался в…

Чертов эльф! Принесла нелегкая, а так все прекрасно начиналось: я и бескрайние безлюдные просторы, серебристый мелкий песок, теплое, ласковое море, расцвеченное яркими красками уходящего солнца.

— Что-то хотел? — поворачиваться и разглядывать его не буду, и так знаю что красив, зараза. И вообще, много чести. Не видела почти год и еще столько же не видела бы…

— Зачем же так холодно, я скучал.

— И поэтому решил вломиться в мой сон? Не находишь это наглым и не достойным твоего высокого статуса? — голос ровный, ну почти. Стараюсь я, очень стараюсь. Главное не язвить, ни в коем случае не язвить, он же прицепится как репей.

— Какой статус между близкими друзьями? — мягко пожурил он, слегка выделив слово “друзьями”.

Убью заразу. А может просто зевнуть и не обращать внимания? Было бы здорово, но манеры, будь они не ладны. Хотя, какая разница? Все равно себя веду с ним не вежливо, оно мне надо?

— Ты неуловима, радость моя, пришлось прибегнуть к нетрадиционному методу.

И слава Богу, что нетрадиционному, видимо где-то защита сбоила, вот он и приперся!

— Замечательно, чувствуй себя как дома, — я все же повернулась к нежданному гостю и материализовала удобные кресла. — Присаживайся.

Эта зараза белобрысая во всю рассматривала мой купальник, а заодно и меня в нем. Неприятно. Но прикрываться поздно, да и зачем? Фигура хорошая, все на месте, лишнего нет, лежу на пляже, между прочем своем собственном, в собственном же сне, и почему это я должна чувствовать себя неловко? Не дождется!

И такой внимательно-выжидательный взгляд в его сторону, из разряда “Чего тебе надобно? Зар-раза-а!”.

Проникся, тяжело вздохнул и выдал:

— Решил посмотреть, чем занято мое сокровище. Не обижает ли кто? Не пристают?

Я может и сокровище, но не твое уж точно! По крайней мере не собираюсь в ближайшие лет дцать сотен им становиться, для тебя по крайне мере, эльфеныш белобрысый.

Но я в ответ промолчала и мило улыбнулась.

Как я понимаю Джоконду, такая женщина! Под соусом из такой улыбки можно преподнести все что угодно, и оппонент это съест, да добавки попросит.

Вот и я пользуюсь опытом известной тетеньки. Скромная, таинственная улыбка и ожидающий взгляд, ну… “чего приперся то”?

— Все хорошо, спасибо.

— Хорошо? — тихо повторил он и бросил задумчивый взгляд на пропадающее солнце. — Я слышал, тебя к темным отправили?

Хм-м-м, слышал он, наверняка стопроцентно узнал, отпираться смысла нет, все равно скоро ждать.

— Да, и скоро к нам в гости приедешь? — почему бы не уточнить сию знаменательную дату, да красным крестиком в календарике не отметить?

— К нам? Даже так… — сканирующий взгляд тонким скальпелем снимал всю шелуху с моего улыбающегося лица.

Фиг тебе! Все таки я не совсем зеленая девочка, хотя по сравнению с тобой я младенец. Но учусь, а что делать, иначе сожрут и не подавятся! Мона Лиза — гордись мной! Я твоя ярая поклонница!

— Надо поговорить с Афиной, незачем тебе якшаться непонятно с кем.

Вот так заявление! Хотя подобные и звучали периодически, а точнее последние лет двадцать, я к ним до сих пор не привыкла, ибо они все же достаточно редки, да и говорились обычно не таким прямым текстом.

— Амирен, это мило, конечно, что ты обо мне беспокоишься, но не стоит, я уже взрослая девочка, свои проблемы буду решать сама, — пшел вон из моего сна, не порти релакс! И опять милая улыбка. Но все же интересно, зачем он ко мне пристал? Вниманием не обделен, секретарша из приемной Зевса недавно жаловалась, что “бедному "мальчику" так тяжело”, ах, ах, “эти наглючие мамзели табунами так и ходють, так и ходють”.

— Взрослая? — приподнятая удивленная бровь, и опять сканирующий взгляд: лицо, шея, грудь и ниже по списку, а потом и обратно в той же последовательности. — Да, действительно, есть что-то.

Это сарказм или констатация факта? Да и прозвучало уничижающе.

— И все же, Амирен, чем обязана столь пристальному вниманию? — нечего пялиться на меня, нечего!

— Жди нас через месяц, в гости, — и милая такая улыбочка, видимо Моной Лизой не одна я восхищалась! Чтоб тебя!

— Нас? И сколько вас?

— О совсем немного, — опять задумчивый взгляд на почти севшее малиновое солнце. Минута тишины, и тихое: — Надо поспрашивать про твоего темного, да за тобой присмотреть, а то со своей взрослостью…

Секунда, и вокруг меня опять тишина и простор, море и остатки заката. Едва заметный ветерок коснулся обнаженного плеча, приподнял прядь светлых волос и поцеловал губы.

Я закрыла глаза и медленно выдохнула.

Убью когда-нибудь его, медленно, с чувством и расстановкой. И за внезапные появления, и за неприятные намеки, и за испорченный сон и пропущенный закат! За тот кошмар, который он устроил мне девятнадцать лет назад! За все!

В сторону моря полетела горсть песка, рассыпаясь серебристой пылью.

Почти не целясь выстрелила раз, второй, третий. Вскоре больше десятка аккуратных дырочек украшали далеко не симпатичную мордашку манекена, добавляя телу еще большую притягательность… для выстрела.

Ровненько в центр, ай да я! Ты мертв, Амирен! Ну, почти. Жаль что опять же во сне.

Увеличив дуло пистолета, выстрелила еще раз. Поверх маленькой, аккуратной, точно в сердце дырочки, образовалась уже не такая аккуратная дырень.

Да, жаль, что во сне. Конечно, от этого бы ты не умер, но повалялся месяца два в кровати уж точно. Да, жаль…

— Хороший выстрел. Кого убиваем? — рука слегка дрогнула, и огненный всполох пропорол бок манекена. — Нда, а этот не очень. Ко мне сейчас Коур-эгоу заглядывал, и знаешь, что просил?

— Догадываюсь…

— Я знала, ты умненькая. И что я ответила?

— Тоже, догадываюсь.

— Молодец. Когда, говоришь, он к тебе нагрянет?

— Обещал через месяц, но с учетом того, что Вы ответили… Спасибо Афина Викторовна! Я попрошу большую премию и много-много благ… разных. Если меня не переиграют.

— Постарайся уж. Я на тебя поставила одну милую вещицу, не хочу ее лишиться. Дай пистолет. Что за модель?

— М-м-м, не знаю, — я глянула на пистолет, удобно расположившийся в руке, и передала его начальнице. — Видела такой в одном фантастическом фильме и чуток исправила. Стреляет вроде неплохо.

— Новый манекен.

— Кого?

— Ну… — она помахала рукой, изображая какую-то загогулину, — На твой вкус давай.

Я опять создала копию Амирена Коур-эгоу.

— Как похож! Буквально одно лицо! Но ничего, мы сейчас его чуток поправим, — с радостным оскалом Афина разрядила пистолет в мило улыбающееся личико эльфика. Через минуту от головы остались лоскутки, да и сам обладатель этих жалких останков уже не идентифицировался. Интересно, кто ж ее сейчас так раздраконил? Вряд ли белобрысый нахал.

— Красота! Хорошее оружие, нужно будет как-нибудь тебя отправить в отдел проектирования. Хотя нет, такой талант отдавать неизвестно кому… — тут она слукавила, Гефеста, возглавляющего отдел, богиня знала прекрасно, — Да, хорошее оружие.

Посмотрев еще раз на пистолет, добила:

— Три недели, у тебя есть три недели Милана, чтобы сделать из парня хоть что-нибудь стоящее. А может даже и две с половиной.

С этими словами начальница покинула мой сон.

Вот! Вот как так? Это не сны, а проходной двор! Где я напортачила? И три недели, всего лишь три недели, и то если повезет! За что мне такое счастье?

Проснулась я злая. И не выспавшаяся. И поэтому еще более злая. И голодная… А когда я голодная, то злая вдвойне, и готова порвать всех и вся, как тузик грелку. Закрыв глаза и выдохнув, попыталась успокоиться. В голове проносились табунами неприятные мысли, вгоняя в еще большее уныние. Всего три недели, может быть, или меньше… И совершенно сырой материал, с перспективами конечно, но я до них не доживу, да и материал не доживет, что более вероятно. Вздохнув, одела чистые вещички и пошла штурмовать кухню. Умная мысля, приходит опосля… завтрака — народная мудрость, вот и будем ее придерживаться.

Ты погляди на них — сидят, а на столе и конь не валялся! Бросив хмурый взгляд на дорогих родственничков и буркнув дежурное “Доброе утро!”, протопала к микроволновке. Девственная чистота! И где мой завтрак? Глубоко вздохнув, уткнулась головой в дверцу переместителя и закрыла глаза. Попыталась досчитать до десяти… Три…

— Милан, а завтрака нет!

Медленно поворачиваюсь. Вот ехидны, неужели месть за вчерашний неуд?

— Где?

— Ты знаешь… Мы немного проголодались пока шли, а тут и ларгусы… Их эр толковый кошак, — а взгляд такой невинный-невинный.

Толковый значит, мой завтрак умял значит, ну-ну. Я тоже так умею… невинно смотреть…

— У тебя две с половиной недели, потом ты труп… Ты знаешь, о чем я, — оглядев ошарашенного парня и хмурого дядюшку, плюнула на конспирацию, добавив: — Начните с дома и души, а я на завтрак. Буду к обеду. Ба-а-ай…

На лице расползлась широкая улыбка.

Подавитесь!

Схватив плащ и остатки одной из ступенек, выскочила на улицу. Пара движений и удобный скейт неподвижно застыл в тридцати сантиметрах от земли. Надо успокоиться, а то разнесу случайно что-нибудь, а потом жалеть буду. Тяжелый вздох, выдох.

Фу-у-ух.

Жизнь прекрасна, по крайней мере у меня.

Прыгнув на скейт, замотала плащ на руке, чтоб не цеплялся за что ни попадя, нанесла невидимость и взмыла вверх.

Ветер трепал волосы, забирался в распахнутый ворот рубахи, отчего она пузырилась, а я была похожа на шарик на ножках. Широкая улыбка прочно приклеилась к губам. Скорость и адреналин — хотя бы за одно это можно полюбить малонаселенные и не технологичные миры. Тут не стоят на каждом углу бдительные полицейские, с надеждой во взгляде всматривающиеся в датчики скорости и вдаль. Тут нет маленьких юрких роботов, охраняющих границы и важные объекты и стреляющих на поражение во все, что движется без опознавательных знаков. Тут свободное небо без самолетов и проводов, огромное, бездонное небо и почти все мое.

Широко раскинув руки и поднявшись повыше, я попыталась обнять необъятное и рассмеялась. Ушли грусть и тоска по несбывшемуся и упущенному, мысли о коротком сроке до часа "Х" стали не такими пугающими, разбавившись потрясающими ощущениями от полета.

Да, я эгоистка, ведущая себя как подросток. А я и есть чуть выросший подросток, мне всегда девятнадцать. Даже в далеком будущем, когда мне исполнится двести сорок, заглянув в зеркало, я увижу свою девятнадцатилетнюю мордаху. И это здорово!

Городок приближался с пугающей скоростью, вот уже видны высокие стены и каменные аккуратные домики. Суетящиеся жители, похожие на муравьев, спешили по своим делам. Перемахнув через стену, направилась через узенький переулок к уже известной таверне. Закинув скейт на крышу таверны, накинула плащ и, сняв невидимость, вынырнула из-за угла.

А теперь будем изображать из себя добропорядочную гражданку.

Кажется, сегодня нерабочий день и, кажется, меня не ждали — несколько десятков пар глаз разглядывали меня пристально и нагло. Окинув взглядом большой зал, нашла пару свободных столиков, и оба почти в центре.

Мда, не очень то удобно.

Пробравшись к одному из них, удобно устроилась и стала ждать толстенький шарик по имени Марцуки, и не важно какой номер, один или два. Номер два оказалась пошустрее. Подробно меня рассмотрев, и явно не признав в плаще вчерашнюю посетительницу, Марцуки номер два кокетливо повертелась рядом и выдала:

— Чего желает господин?

Мда. Однако.

Я медленно сняла перчатки, развязала тесемки и откинула капюшон, наблюдая за разносчицей и гадая, а можно ли еще больше покраснеть? Оказалось можно! Яркая, красная помидорина жалобно взглянула и что-то промычала.

— Что, простите? — на мое уточнение я услышала еще одно жалкое мычание. Странная девушка, интересно, она перед всеми представительницами прекрасного пола так краснеет. Может болеет чем? Под моим внимательным взглядом номер два начала резко бледнеть. Действительно, странная.

— Что желаете? — девушка все же смогла связать два слова.

— Завтракать, милочка, завтракать.

— Н-но-о, уже…

— Да? Где?

Я преувеличенно внимательно оглядела стол, а потом опять взглянула на начинающую краснеть девушку. Мол посмотри сама, дорогая, ничего нет! Пусто! Видимо, наконец, заметив заминку за одним из столиков, к нам на всех парах принеслась сама хозяйка заведения, но наткнувшись на меня, резко затормозила. Тетенька оказалась с более закаленным характером. Оценив ситуацию и что-то прикинув в уме, она расплылась широкой улыбкой и стала предлагать разносолы, хваля особенно удавшиеся сегодня пирожки с печенью и местными ягодами, попутно пытаясь выяснить, а что это леди тут делает? И что желает? О-о-о, леди желает завтракать, и поскорее. А что делает? А что делает, панну Марцуки совершенно не касалось.

Пирожки действительно удались, и домашний морсик, и еще какой-то напиток, чем-то похожий на нашу медовуху, но слабее градусом.

Вкусно.

Пока желудок насыщался, мозг работал, пытаясь составить план дальнейших действий. А дел было действительно много, очень, а времени мало, и тоже очень… Откусив третий пирожок, перевела задумчивый взгляд на неизвестного типа, усердно протирающего дырку в моей персоне. Мощный, похожий на быка, он масляным взглядом ощупывал мою фигуру, задерживаясь на лице. Заметив мой интерес, ощерился, продемонстрировав внушительный ряд белых крепких зубов, с четырьмя слегка выступающими клыками. Замысловатая тату, тянущаяся от подбородка до лысого черепа придавала мужику зловещий вид.

И что это за неучтенный воинствующий экземпляр?

В памяти проносились потоки данных, почерпнутые в обширной библиотеке Киану. Миг, и перед глазами встала картинка, изображающая брата-близнеца сидящего рядом мужика. Братство убийц, ступень каранель, что-то типа майора, а вообще перец из клана Ортифус. Перевела взгляд на рядом сидящих, три таких же “красавца”.

Интересно, если здесь каранель, значит боевая семерка и где-то ходят еше трое. А это не есть гуд. Что они тут забыли?

Быстро пробежав глазами остальные занятые столики, натолкнулась на парочку заинтересованных взглядов. Хмыкнула и закинула остатки пирожка в рот, не забыв натянуть несколько щитов и активизировать браслет. Мало ли…

Значит так, нужно просмотреть ту макулатуру, в шкафчиках…

Вернулась я мыслями к своему плану.

Потом…

Потом резко закружилась голова, и темнота, накрывшая меня, отрезала от реальности.

Просыпалась я рывками. Удар сердца, и где-то рядом услышала шорох, набатом отдававшийся в тяжелой голове. Удар, и я выплыла из окружающего мрака, сквозь закрытые глаза ощущая слабенький свет. Удар, и наконец-то стала ощущать тело, связанное и спеленутое не хуже рождественского гуся, приготовленного и ждущего своего часа.

Ну что ж, тоже подожду, но недолго, времени и так нет на всякие глупости.

Не открывая глаз, просканировала помещение и свое состояние. Рядом никого, тело почти в порядке, только затекло от долгого лежания на чем-то твердом.

Жить стало интересней, жить стало веселей. Кто же это такой наглый обеспечил мне такое потрясающее веселье? Сразу вспомнилась суетящаяся хозяюшка и липкие взгляды Ортифус.

Бр-р-р…

Ну что ж, значит будем мелко пакостить, ибо на громкое Месть, этот незапланированный отдых не тянул, но радужные планы были грубо задвинуты на самый край сознания. А сейчас же во всей своей непривлекательности встал насущный вопрос: где здесь уборная? И кто-нибудь собирался меня туда провожать, даже желательно не прямо туда, а хотя бы до двери, ибо…

В животе огромные бабочки плясали канкан, весело дрыгая крылышками и ножками, отчего тошнота удушливой волной подкатывала к горлу.

Ой, как плохо то… Пирожки действительно удались, а вот морсик был все же слегка несвеж… Отравили, сволочи, а я попалась, как малолетка на первом задании. Ужас! Узнают, обсмеют. Надеюсь, все же не узнают, или скажу, что так и было задумано.

Замутило с удвоенной силой.

Черт, так не было задумано!

Пытаясь дышать через раз, нащупала браслет и с облегчением активировала один из камешков. Все же отдел Асклепия шикарно работает, не чета общепринятой медицине. Надо как-нибудь заглянуть к ним в гости и разжиться чем-нибудь приятным, для здоровья.

Камень, а точнее активированная им формула начала действовать, и уже через несколько минут ничего кроме неудобной позы да связанных конечностей не напоминало о недавних проблемах.

Итак, что мы имеем?

Оглянулась, умилилась: как же обо мне заботятся, сердечные. Чистая комнатка, похожая на мансарду, немного жестковатая кровать с опять же чистым бельем. Повезло. Глянула на высоко находящееся небольшое окошко, через которое проникал тусклый свет заходящего солнца. Значит, уже долго тут прохлаждаюсь.

И где же мои спасители? Хотелось бы на практике посмотреть, как отреагирует Киану на такую небольшую неприятность, и как будет ее решать. Если так же отвратительно как вчера, то можно уже сейчас готовить ему белые тапочки.

Полежала еще минут тридцать.

Ну, это ни в какие ворота! Руки затекли, да и кушать хочется. Где эти темные личности! Вот если ужинают, да без меня! Так, хватит лежать, наотдыхалась.

Немного вытянув руки, попыталась сжечь веревки. Те даже не задымились, зато я чуть опять было не уплыла в темноту от накатившей слабости.

Интересно, что это мне подсыпали? То-то никто проверять не идет мое тельце на предмет нахождения в комнате. Ну ничего, вы у меня тоже эту дрянь выпьете, я вам устрою бабочек, размером со слона!

Встряхнув руками, мысленно позвала.

Вот оно, родимое, все-таки технология, это не просто какая-то там магия, а нечто намного более мощное. Но больно то как!

Стиснув зубы, прокрутила рукой с браслетом, появившимися острейшими шипами прорезая веревки, да и руку вместе с ними.

Так, аккуратненько, иначе сухожилия с венами раскурочу.

Веревки поддались и лопнули, опадая красными обрывками. Теперь на ногах, главное на руку сейчас особо не смотреть. Аккуратно распилив оставшееся, занялась рукой. Вену все же пропорола… Плохо, вылечить сейчас не смогу. Оторвав кусок простыни, на удивление более-менее чистой, мне все же она важнее, чем Марцуки, плотно обвязала рану и прислушалась. Вдруг меня уже спасают? Да и злодеи где-то потерялись. Ничего! За дверью никого, а на улице обычный шум вечернего городка.

Кроме мозгов и браслета пусто: магии нет, особой физической силой не блещу… Жаль, конечно, но делать что-то нужно. Обычно в таких случаях героини прочитанных мною романов грудью бросались на баррикады, дурочки. Точно знаю, что семерка здоровенных Ортифус отдыхают где — то внизу, и если появлюсь в таком жалком виде, разделают под орех, а я себе целой больше нравлюсь.

Не-е-ет.

Задумчиво переведя взгляд на высокое окошко и прикинув все шансы, забраковала новую мысль как совсем уж бредовую. Застрять где-то посредине, сверкая пятой точкой, будет уж совсем глупо. Кроме как еще подождать, ничего умного не придумала. Да и тело требовало полноценного отдыха, а не акробатических кульбитов по крышам и махания ногами-руками-сподручными материалами перед гостями таверны. Поставив маячок на браслете, предупреждающий о появлении непрошенных посетителей, провалилась в сон.

Резко проснувшись, прислушалась. Слегка поскрипывали доски под тяжелыми шагами. Хм-м-м, у нас гости. Расслабившись, быстро просканировала состояние тела. Небольшой отдых явно пошел на пользу, рана на руке слегка затянулась, а на кончиках пальцев ощущалось слабенькое покалывание. Приятно все же. Направив маленький поток энергии с пальцев на руку, залечила ее полностью.

Шаги приближались, кто-то из убийц решил проверить и скрасить мой отдых. А я так ждала, так ждала! Свернувшись и опять приняв позу рождественской индейки, закрыла глаза. Еле скрипнув, дверь приоткрылась, заглянувший нелюдь слегка потоптался на месте и все же решил пройти внутрь.

Ну что ж, ты сам решил свою судьбу.

Хмыкнув про себя, подготовилась к атаке. Почувствовав наконец наклонившееся ко мне лицо, резко открыла глаза и рукой с браслетом ударила по шее местного камикадзе. Мгновение не ожидавший нападения нелюдь смотрел удивленными глазами, потом начал заваливаться на кровать и на меня соответственно. Успев выскользнуть из-под туши наемника, внимательно его осмотрела. Ряд аккуратных дырочек с алыми точками украшали шею. Немножко яда, и бревнышко готово. Приоткрыв веко и послушав дыхание полутрупика, решила, что перестраховаться все же не помешает. Яд быстрый, и вывестись из организма тоже может быстро. Настроив браслет и добавив чуток магии, спеленала мужчину.

Ну вот, красота. Один готов. Осталось шесть.

Щелкнув по носу первую свою жертву, отправилась делать пакости остальным.

Но сюда я еще вернусь, вот только захвачу чудесный морсик Марцуки!

Спустя полтора часа моего ценнейшего времени и пяток столов, когда-то ценимых Марцуки, стулья, тарелки и кружки не считала, я сидела на связанном каранеле и, упираясь ногой о стену, довязывала художественный бант на его помощнике.

Ну вот, любо-дорого посмотреть!

Обведя довольным взглядом дело рук своих, наткнулась на бледненькую мадам, выглядывающую из под уцелевшего углового стола. Как крупная дама смогла залезть под небольшой стол для четырех человек, явилось для меня сюрпризом. Улыбнувшись широко и радужно, направилась к последней жертве. Увидев мое пристальное внимание к своей персоне, Марцуки вздрогнула, отчего стол, безрезультатно пытающийся скрыть свою хозяйку, задрожал, и оставшиеся целыми тарелки посыпались на пол. Заметив результат своих телодвижений, мадам покраснела и, позабыв о страхе, выскочила из-под стола, опрокидывая его и окончательно добивая еще не разбитое.

А вот не надо на меня так смотреть, это уже не я, и это не я, и то — тоже не я. Не нужно таких бугаев приглашать на постой, и дела с ними иметь тоже не нужно!

Вперив в меня маленькие красные глазки и наставив указательный палец, более похожий на сосиску, Марцуки выдала интереснейшую тираду про меня, моих предков, моих друзей и знакомых, моих будущих детей и соседей, а также знакомых их друзей. Потеряв ее мысль где-то в дебрях знакомых прохожих соседней деревни, зевнула и подумала, что давно не ела, с самого завтрака, а на дворе то ночь, и где спрашивается мой ужин? И мои спасители? И можно в обратном порядке… И лучше с хлебом и мяском.

— Как сердцем чувствовала, давно извести надо было, жаль, мало сыпанула. Кто ж знал, что таку тощщу девку лошадиная доза не возьмет? — разъярилась еще более Марцуки.

— Что? — удивленно переспросила я.

Надо же, и чем это я ей не угодила? Никого не трогала, тихо, мирно, вежливо!

Поняв, что ляпнула явно что-то не то, Марцуки захлопнула рот и снова начала бледнеть, при это смотря на меня ненавидящим взглядом.

— Лошадиную дозу значит? Ах, тощая?! — заводилась я.

У меня замечательная фигура, вон связки на полу до сих пор слюни пускают! А лошадиная доза? Угробить меня решила? Если бы обычный человеческий метаболизм, да отсутствие браслета, то прости-прощай чудесный мир! Я была к тебе искренне привязана!

Ну, все!

В течении секунды спеленав зарвавшуюся мадам, ринулась на кухню, по запаху выискивая яд и морсик, любезно преподнесенный мне утром. В течение пары минут найдя и то, и другое, смешав коктейль, побежала обратно, не забыв прихватить ложку.

Ну держитесь, мадам!

Марцуки отчаянно сопротивлялась, отворачивалась и, стиснув зубы, мычала, всем своим видом посылая меня в далекое далеко. Я же, откинув ложку и радостно скалясь, материализовала воронку и, впихнув ее в стиснутые зубы жертвы, начала вливать ядреную смесь, приговаривая:

— Вкусно ли тебе девица, вкусно ли тебе красная! — увлекшись процессом, совсем забыла, что нахожусь все же в общественном месте, и чье-то ойканье, а потом и грохот чего-то тяжелого, стало для меня полнейшим сюрпризом. Резко обернувшись, увидела валяющуюся рядом Марцуки номер два со сковородой в руке, и стоящих над ней родственничков.

— Миледи? Вы что делаете? — ошарашенный возглас дядюшки сопровождался взмахом рук, замурованных в гипс.

— Милана! Развлекаемся? И без меня!? — расстроенный племяш тоже слегка помятый, но относительно целый, смотрел на меня с укором.

— А-ам-м… Мы тут это, — я указала на бутыль с ядом, — морсиком балуемся!

— Угу, — глубокомысленно согласился со мной Киану, окидывая заинтересованным взглядом разгромленную таверну и семь непонятных связок.

— Ага, — поддакнул ему Геарден, пряча за спиной загипсованные руки. — А мы за ужином пришли! Почему до сих пор не подан?

И нахмурив брови, грозно посмотрел в сторону Марцуки. Та, не ожидавшая подобной наглости, попыталась очередной раз что-то промычать, но с полным ртом морса выходило не очень понятно. Проглотив коктейль и выплюнув воронку, мадам широко открыла рот для очередного перла, но неожиданно закатила глаза и завалилась на бок, погребая под собой валяющиеся рядом осколки посуды.

Мда, обидно, не рассчитала я дозу.

В образовавшейся гулкой тишине отчетливо были слышны рулады моего предателя-желудка, поющего похоронную песнь несостоявшемуся ужину. Тяжело вздохнув, попыталась посмотреть на родственничков максимально жалостливо, даже слеза для такого случая выдавилась на “ура”. Возмущение на лицах мужчин потихоньку сглаживалось, но всю малину испортило хрюканье, раздавшиеся из угла, где аккуратными штабелями лежали связанные наемники. Кинув расстроенный взгляд в ту сторону, заметила покрасневшего от хохота каранеля, пытающего не захлебнуться смехом и одновременно выплюнуть мешающий кляп.

С новой силой накатила злость. Вспомнились и болезненные часы, проведенные наверху, и лошадиная доза неизвестного яда, чудом не убившая меня. Последней каплей стало звонкое подвывание голодного желудка, требующего немедленных действий, если не по насыщению его родимого, то по убиению конкретных личностей точно. Ласточкой взмыв с грязного пола, полетела к ухмыляющимся мордам, прихватив по дороге бутыль с остатками чудо морсика. Остался какой-то метр! Малюсенький метр отделял меня от уже удивленного и слегка испуганного наемника. Не заметив разлитое ранее вино, я поскользнулась, но была поймана сильными руками дядюшки, успевшего удержать меня от падения на лежащее по пути скольжения тело. Поймав за талию и приподняв над полом, дядюшка немного не рассчитал: пока ноги по инерции бежали по воздуху, руки жили своей, неожиданной для всех присутствующих жизнью. Одна с размаху вмазала стоящему сзади дядюшке по носу, вторая была более благоразумной, и запустила снаряд в виде открытой бутыли в уже побледневшего наемника, чудом сумевшего выплюнуть кляп. Треснувшись о твердый череп каранеля, бутыль разбилась, разливая остатки морсика по всей ошарашенной физиономии ортифуса, заливая рот, нос и стекая теплыми ручейками по лицу на уже грязный пол.

Прочно сжав челюсти и стараясь особо не дышать, поверженный уже который раз, наемник сверлил меня убийственным взглядом, обещающим глубокую и качественную могилку со мной по центру.

Ну-ну, это еще кто кого, вот отпустят, и я тебе покажу, где раки зимуют.

Дядюшка не отпускал. Тихо чертыхнувшись, он схватил меня поудобнее и прижал к себе, блокируя любые действия. Твердый гипс упирался в ребра, мешая дышать. Наверняка синяков наставит…

У-у-у! Да что за день такой?!

— Миледи, Вас совершенно нельзя отпускать одну, — сквозь зубы выговаривая, что можно делать воспитанной леди, а что нет, Геарден пытался оттащить брыкающую меня подальше от опасных и страшных наемников к белому и пушистому Кеа, охраняющему парочку Марцуки.

Усадив на стул и поправив на мне волосы и рубашку, отчего я впала в ступор, лорд повернулся к Ортифус и движением руки развязал валяющихся наемников, жестом приказав им принести стоящий в самом углу целенький столик и парочку стульев.

Та-а-ак, или я что-то не понимала, или дядюшка за нашими спинами творил свои секретные делишки, или этот же дядечка благополучно распрощался со здравым смыслом.

Бедняжка.

Приготовив браслет, я внимательно следила за действиями наемников. Те, с опаской поглядывая на меня, легко принесли стол и аккуратненько поставили его рядом. Тут же аккуратненько приставили стулья, на которые уселись дядюшка и каранель. Внимательно наблюдающий за этим безобразием, Киану отрицательно мотнул головой на приглашающий жест присоединиться и присесть на оставшийся стул. Прислонившись к стене и скрестив на груди руки, он пристально разглядывал всю честную компанию, делая какие-то ему одному известные выводы.

Как занимательно…

Взгляд прошелся по замысловатой татуировке каранеля, зацепил холодные глаза и плотно сжатые губы и перешел на каменное лицо лорда, с такими же холодными глазами и сжатыми губами. Приподняв брови, я вопросительно посмотрела на родственничка.

— Пять минут на объяснение, потом в этой комнате будет восемь трупов.

— Какая грозная леди… Вы так уверены в себе? — наемник вытащил кинжал и, покрутив его в руках, начал перечислять: — Мы не связаны, являемся лучшей семеркой братства, а Вы такая маленькая и хрупкая…

Сверкнув глазами, злобно прошипела:

— Я злая и голодная, и мне фиолетово, что вы про себя думаете!

— Хватит! — грозный рык Геардена прервал обмен любезностями, сосредоточив на себе наше внимание.

— Леди Милана, это недоразумение, — успокаивающий жест в мою сторону.

— А кое-кто не имел права брать дополнительные заказы, не уведомив меня предварительно, — змеиное шипение в сторону наемника. — И если я не услышу вразумительного объяснения в течение двух минут, то тут действительно будут трупы. Семь штук! И убери железку, у леди не настолько хрупкие нервы как мне хотелось бы.

Тихая усмешка, прозвучавшая в конце предложения, слегка приподняла мое настроение.

Надо же, как мило…

Медленно оглядев мое надменное личико, наемник, кивнув своим мыслям, так же медленно поднялся и, убрав металл, резко прижал сжатую в кулак правую руку к сердцу, и, глядя прямо в глаза, сказал:

— Лърерд Гтронту, каранел Братства.

— Леди Милана, наша гостья, — представил меня в ответ Геарден. — А теперь хотелось бы услышать объяснение вашему поступку, угрожавшему жизни леди.

Нечто невысказанное осталось за этими словами. Дядюшка исходил желчью, не понимая и не принимая того факта, что девушка, взятая им под защиту, оказалась на грани из-за его же подчиненных. В чем-то я его понимала, но все нельзя предусмотреть, есть множество разных тонкостей и нюансов, множество заморочек, зацепившись за одну из которых, можно здорово испортить жизнь не только себе, но и окружающим. А я, насколько я знаю, вляпываюсь во все встречающиеся неприятности в полной мере. Несколько дней, и данный факт дядюшка осознает окончательно и бесповоротно.

— Хозяйка таверны моя дальняя родственница, — выдавил из себя Гтронту.

Шикарно, просто расчудесно! Бросив взгляд на лежащую в прострации и прочно связанную Марцуки, стала разглядывать потолок, думая, что делать? Извечный вопрос!

Резко проснувшись, прислушалась. Легкое, почти неслышимое дыхание. За дверью.

Кто ходит в гости по утрам…

Быстрый взгляд в сторону окна.

Ранним, очень ранним утрам, тот поступает глупо! Тарам, парам, парам-парам, на то оно и утро!

Прикрыв глаза, притворилась глубоко спящей и стала ждать этого смертника.

Дверь бесшумно приоткрылась, пропуская внутрь мощную фигуру.

Каранель? Ба, какие нелюди! А что вы тут забыли, не поверю, что дверью ошиблись…

Легко пройдя внутрь, наемник прислонился к стене и, съехав по ней, уселся на пол, вытянув длинные ноги. Немного шума, совсем немного… Чтобы я проснулась?

Открыв глаза, повернулась на бок и, подперев голову рукой, стала рассматривать прекрасный образчик клана Ортифус. Кто пускает слюнки по экземплярам типа Терминатора, меня поймет. Но даже Железный Арни не дотягивал по многим показателям до развалившегося как у себя дома наемника. Осмотрев и оценив, задала животрепещущий вопрос:

— И-и-и?

— Доброе утро, Миледи, — и не намека на вчерашний флирт или пошлые мысли. Прямой взгляд карих глаз. Каменное выражение лица. Одним словом — элитный наемник. Неужели дядюшка озадачился моей безопасностью и решил няньку приставить во избежание различных неприятностей? Или все же это надзор? В комнате не запереть, но приглядеть нужно, а то мало ли… убегу куда? И опять же, вляпаюсь. А мы все-таки в ответе за тех, кого приручили…

— Доброе! И-и-и?

— Лорд Геарден беспокоится о Вашей безопасности, — сухая констатация факта, но в глазах, на самой глубине, мелькнул и тут же пропал непокорный огонек.

Ага, не согласен значит. Еще бы, как я вас вчера спеленала! Но против начальства не попрешь, вот и приходится приказы выполнять. А дядюшка то! Как бы мне его гипертрофированная забота боком не вышла. Необходимо как можно раньше разъяснить, ху из ху!

— А Вы не могли бы начать думать о моей безопасности чуток попозже? — еще один грустный взгляд в окно, — Часика через два? И не удобно наверно так, на полу, холодном… Вы идите, идите, попозже и поговорим.

Выпроводить наглого оккупанта не получилось. Все так же невозмутимо глядя на меня, он плавно подошел и, выдернув единственную тощую подушку из-под моей головы, устроился на прежнем месте.

Шикарно!

Медленно выдохнув и сверкнув глазами, поудобнее завернулась в одеялко. Еще не хватало лишиться и этого добра.

Поворачиваться спиной к нежданному защитнику было, откровенно говоря, страшновато. Но выставлять его за дверь? Вроде не одета… Неудобно как-то, голыми прелестями сверкать. Плюнув, закрыла глаза и попыталась заснуть. Убить не убьет, не успеет. Щиты навесила качественные, разве что сон попортит. Тьфу на него! Вместе с дядюшкой! Свалились на мою голову.

Так, бурча и вздыхая, провалилась в сон.

Легкий шорох, мгновенное движение руки, и в любопытный нос склонившегося надо мной Киану утыкается остренький кинжал. Рассмотрев большие глаза мальчишки, решила убрать колюще-режущий предмет.

— И что ты тут забыл?

— М-м-м… Хм-м… Милана, там Марцуки очнулась, плохо ей. Очень.

— Да ну? А мне было очень хорошо, когда я так же очнулась вчера, да еще связанная!

— Милан? Марица готовит намного хуже! — железный аргумент.

Оказывается, мелкая копия Марцуки зовется Марицей. И вчера вечером ей выпал удивительный шанс самостоятельно изобразить нечто съестное на кухне, без оглядки на всевидящую тетку. Эксперимент не удался. Полученное мясо есть было можно, но очень уж осторожно, а желательно вообще не есть. Но, голод не тетка, и скрепя от усердия зубами троица голодающих при поддержке семерки наемников в рекордные сроки умяла нечто под кодовым словом “еда”. Сегодня такой эксперимент повторять не хотелось.

Значит, приводим злобную тетку в чувство.

Сладко потянувшись, опустила ноги на холодный пол и поймала заинтересованный взгляд Киану. Глянула на дверь, там, удобно устроившись, развалился каранель.

— Дверь там! Не украдут, не потеряюсь! — и указала пальцем для наглядности. Ноль реакции! — ВОН!

Для ускоренного выполнения пожелания, активизировала браслет, скорректировав и направив поток воздуха, отчего незадачливых интервентов легонько припечатало в дверь.

— Еще чуток помочь или все же сами?

Хмыкнув, Киану открыл дверь и, весело улыбнувшись, приглашающим жестом указал наемнику правильное направление, видимо, чтобы тот не заблудился. Ага, в одной двери и косяке для нее. Тот, на прощание оглядев комнату и растрепанную меня, вышел, прихватив Кеа, и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Быстро одевшись, умывшись и расчесавшись, направилась в комнату болезной Марцуки, по дороге вспоминая свои, такие яркие и неприятные впечатления от вчерашнего морсика. На подходе к логову врага раздавались стоны и причитания. Как оказалось позже, стонала бледная до синевы мадам, причитала красная от переживаний Марица. Увидев меня, обе дамочки разразились бурным потоком слез-соплей-обещаний-угроз.

Даже не знаю, лечить или нет. Свое здоровье все же ближе к телу, оно очень дорого и ценимо, а ждать очередной пакости от злобной тетки совсем не хотелось. Нервы потом опять же лечить придется, а кто будет оплачивать сие дорогое “удовольствие”, непонятно. Задумчиво оглядев мадам, посмотрела в окошко. Солнышко светит, птички поют, красота!

— О-о-ох, — еще один душераздирающий вздох послышался со стороны Марцуки.

— А-а-а, — запричитала ее племянница.

— Миледи, может Вы все же осмотрите больную? — прошипев сквозь зубы, предложил сидящий тут, и видимо уже давно чертыхавшийся про себя, дядюшка.

— Думаете надо? — засомневалась я.

— Думаю, да! Все же женщина, в расцвете лет, такая талантливая повариха, — стал уговаривать лорд, — К тому же родственница Гтронту.

— Дальняя, — уточнила я из вредности.

— Единственная, почти, — указал на неточность каранель.

И почему меня не покидало ощущение, что наемник в тихую посмеивался, юморист чертов. Вот, опять, в глазах буквально на секунду промелькнули смешливые искорки. Вот, гад! О-о-о, да и дядюшка не далеко от него ушел, тоже наслаждался всей этой ситуацией. А я его еще про гипс не спросила, вернее он не соизволил рассказать. Видите ли “время позднее, миледи необходимо, жизненно важно хорошенько отдохнуть, а такие пустяки могут подождать и до завтра”.

Посмотрела на Марцуки, та уже не стонала, посеревшее лицо с капельками пота, закрытые глаза, плотно сжатые губы. Ей действительно было плохо. Необходимо действовать и поскорее. Сделать очередную ответную пакость успею всегда. Наверное. Приняв решение, поднесла браслет к запястью мадам. Взяв несколько капель крови, включила обработку данных на составление противоядия. На открывшемся маленьком экране замелькали ряды букв и чисел, пара минут и формула готова. Запустив связку между лабораторией и браслетом, стала ждать.

— Милан, а что это такое? — заинтересованный Кеа чуть ли не носом уткнулся в мой браслет.

— Браслет, ты его уже видел.

— Видел, — он потер подбородок, — Но этого, не видел. Так что это?

И аккуратно ткнул пальцем в экранчик.

— Часть браслета!

Экран свернулся, значит, все готово.

Пробуем. Фух, была, не была!

Отыскав подходящую вену на руке, приложила браслет и впрыснула противоядие. Теперь осталось только ждать. А ждать, разглядывая синюшную хозяйку и слушая далеко не мелодичные всхлипывания Марицы, совсем не хотелось.

— Ну что ж, лорды мои хорошие, не желаете поговорить? — я поднялась и оглядела названных лордов, но, судя по их взглядам и физиономиям, пытающимся не перекоситься, говорить они не желали.

Сцапав обоих под белы рученьки, повела на выход. Неплохо было бы конечно организовать завтрак, но, кинув последний взгляд на икающую красненькую Марицу, пожалела наши желудки. Второго такого испытания, каким вчера нас обрадовала расторопная девушка, я не переживу.

Захлопнув дверь перед вездесущим Гтронту, и навесив завесу тишины, повернулась к Кеа и Геардену, с удобством расположившимся в комнате.

Двое мужчин. Таких разных и похожих. Со своими принципами и установками, своими взглядами на мир. И мне сейчас жизненно необходимо получить их поддержку. Необходимо хотя бы ради них самих. Пусть я частенько считала Киану мальчишкой, но опыта иной раз у него было побольше моего, к тому же именно он ключевая фигура в это глупой игре. Но, не мне решать и не ему, и не тем более дядюшке. Дядюшка, тот еще фрукт. “Добрый” родственник, помешанный на кодексе джентльмена, с гипертрофированной опекой над семьей и принятыми в нее — с одной стороны, и расчетливый, опасный хищник — с другой. Более чем уверена, врагов он уничтожал на раз, два… Поэтому…

— Лорд Геарден, скажите, Киану уже ввел Вас в курс дела?

— Кое-что разъяснил, — дипломатично ответил дядюшка, — Но хотелось бы узнать полную версию от Вас.

— Хор-рош-шо… — собравшись с мыслями, продолжила, — Итак. Вкратце. Есть некие могущественные силы, заинтересованные в будущем Киану как обладающем властью молодом человеке, владеющим, допустим, энным количеством земли и подданных. Сюда естественно включается лес, прилегающие территории. Я думаю, мы захватим северные земли до реки и выхода в море. Восточные до моря. Юг еще не решила, запад до гор. Но это в перспективе. План составим чуть позже. Сейчас же перед нами более важная проблема, напрямую касающаяся нашего…

Тут я немного притормозила и задумчиво поправилась:

— М-м-м… Вашего выживания. Потому что еще одни некие, не менее могущественные силы, заинтересованы в скорейшем отправлении Киану за грань, ну и Вас вместе с ним. Я не думаю, что Вы оставите парня одного на растерзание эльфам. Как я уже говорила вчера, у нас осталось недели три. Эльфики активизировались. Кого еще они собираются привлечь, я не знаю.

Закончив свою прочувствованную речь с наполеоновскими планами, глянула на откровенно потешающегося Геардена. Нет, он не смеялся, но было видно, каких трудов ему стоило сдержаться.

Не поверил. А я и не сомневалась. Чувствовала, что не поверит и не побежит выполнять мои задумки и планы. Грустно усмехнувшись, облокотилась о стену и стала разглядывать лорда.

Опять все делаю неправильно, меня в который раз не воспринимают всерьез. Интересно, я говорю не то или выгляжу не так? Надо бы сходить на курсы повышения квалификации. Вроде кто-то из богов проводил нечто подобное. Но опять же время… Даже в отпуск не пускают, когда уж образованием заниматься?

— Вы просмеялись? — не дождавшись ответа, стала подходить к Геардену, постепенно меняя тело. Ядовито-зеленые глаза с вертикальными зрачками-щелками, мощные когти на руках, шикарный гибкий хвост и змеи на голове, “подарок” из одного далекого мира. Проклятие для Горгоны взято оттуда, но у нее, к сожалению, необратимо, в отличие от меня. Мгновение, и лорд, обвитый от кончиков забинтованных пальцев до локтей удлинившимся хвостом, притянут ко мне на расстояние ладони.

— Прос-смеялис-сь? — прошипела еще раз. Тонкий раздвоенный язык слегка коснулся побледневшей щеки.

— Не ш-шевелис-сь! — и часть змей, повинуясь мысленной команде, гипнотизируют мальчишку. Несколько минут я себе обеспечила, все же он нужен мне живым, а не каменным истуканом.

— Так ты не вериш-ш-шь? У меня нет времени тебя убеш-ш-шдать. С-совс-сем нет, — острый коготь слегка царапая кожу прошелся по скуле, коснулся уголка рта и спустился по мощной шее к наглухо застегнутому вороту рубахи. Мгновение, и с десяток пуговиц с треском разлетелись по сторонам. Да, шикарный у нас дядюшка, шикарный. Но опять думаю не о том.

Пристальный взгляд в ставшие черными глаза.

Хм, азарт, а ты не так прост, лорд. Азарт и недоверие, предвкушение и интерес. Ты позволил увидеть.

И что это значит?

— Ш-ш-што с-скажеш-шь?

— За три недели не успеешь. Как ты собираешься прибрать к рукам территории? Просто так их не отдадут. На весь твой план нужно как минимум лет пять. Наращивание мощи, разведка, дезинформация соседей. Да и Киану до вступления в силу пятьдесят лет как минимум.

— Мы не будем играть по правилам. Огранич-ч-чений нет! Проигрывать с-с-светлой с-сволоч-чи не с-собираюс-сь!

Резко размотав хвост, со всей силы ударила им по оказавшемуся рядом столу, через секунду разлетевшемуся на множество щепок.

Лорд прав, я уже думала об этом. Три недели — ничто! Необходимо действовать неожиданно, перетасовав карты на себя. Мухлевать и обманывать. Но ведь победителей не судят?

— Миледи? Я так понимаю, Вы многое обдумали?

— Да! Но ш-ш-што предлош-ш-шите вы?

— Ключевая фигура — Киану? — дождавшись моего кивка, Геарден задумчиво продолжил: — Значит, ему необходима максимальная защита, в моих запасниках было несколько интересных вещичек.

— У деда лабораторию посмотреть нужно. У него свалка всякой ерунды… Была, — тихо добавил Кеа.

Посмотрев на мальчишку, стала ходить по комнате, нарезая круги. Не знаю как другим, а мне помогает сконцентрироваться. Мужчины следили за мной и молчали. Злость отступала, тело менялось и уже через несколько метров-шагов пришло в норму. Хотя, что такое норма? Для меня и змеиный вариант тоже теперь норма. Мда.

Взгляд наткнулся на перебинтованные руки дяди. Неплохая регенерация. Вчера гипс, сегодня бинты. А что вообще случилось?

— Что у вас с руками?

— Небольшая неприятность.

— Ага, небольшая, — усмехнулся Киану.

Переведя взгляд на Киа, заметила усмешку, практически тут же пропавшую. Ну не хотите говорить, как хотите. И снова любопытный взгляд в сторону лорда. Интересно же.

— Угу… Вы с душой то разобрались? — если бы не смотрела в глаза дяди, то не заметила бы тень недовольства, мелькнувшего в глубине. Ему не понравились мои вопросы или у них проблемы с душой? Зубы то у монстрика острые и большие. А еще их много! Может покусал? Жаль под бинтами не видно.

— Или как раз с ней и случилась “небольшая неприятность”?

— Милан, а ты знала?

— Что я знала?

— Что турсин к себе никого не подпустит?

— Догадывалась…

— Ну ты и… Нехороший ты человек, Милана!

— Киану, солнце мое, я не человек! А вообще думать нужно! Думать!

— Миледи права, — видимо дяде надоело наше препирательство, и он решил вмешаться.

— Да? — удивился мальчишка, и недовольно буркнув, добавил: — Ну не знаю, это же не я без рук чуть не остался.

— Тебе дико повезло! — подойдя к парню, щелкнула его по лбу. — Что это не тебя покусали. А то действительно, остался бы без рук!

— А я к нему не лез, как некоторые. Поэтому все мое при мне, — и он помахал перед моим носом ладонями.

— Хватит! — рявкнул Геарден. Он явно злился и явно на себя. Ну что ж, хватит, так хватит.

— Зверь сейчас связан?

— Да. Что Вы хотите с ним делать?

— Поговорить, может быть. А там посмотрим.

Хмыкнув, дядюшка направился в сторону двери. Думает уже все? Не так быстро!

— Лорд Геарден?

— Да?

— Еще один очень важный вопрос, — я выжидающе посмотрела на лорда.

Геарден приподнял бровь, приглашая продолжить.

— Боевая семерка?

— Миледи, Вы все хотите проверить и перепроверить?

— Да!

— Они подчиняются мне. Полностью, — в темно-синих глазах угадывалось продолжение ответа. Ну что ж, в принципе понятно. Иначе семерка не подчинилась бы и благополучно отправила неудачника за Черту. Интересно, дядюшка, а какую ступень в Братстве занимаете Вы?

— А вчерашний инцидент?

— Не повторится, миледи. Не повторится! — стопроцентная уверенность в своих словах. И почему мне кажется, что на семь охранников у меня стало больше? Как… скучно то!

Между тем, лорд, улыбнувшись, прошел к двери и, открыв ее, повернулся к нам, приглашающим жестом указывая на выход.

— Я думаю, завтрак уже готов миледи.

Завтрак, так, завтрак. Покушать я всегда “за”. Надеюсь, готовила не Марица.

Задумчиво наблюдая за парочкой наемников, изображающих из себя поваров на кухне, раздумывала, можно ли кушать месиво, аккуратно поставленное передо мной в синенькой тарелочке. Двое амбалов ловко орудовали кастрюльками и поварешками, разливая остатки чего-то похожего на кашу-размазню по тарелкам. Еще по одной синенькой тарелочке поставили перед дядей и племяшем. Вооружившись ложками, те, как ни в чем не бывало, приступили к трапезе, заедая тянущуюся как резина кашку ломтиками мяса. Секунда, и передо мной кружка морса. Такие же поставили перед остальными.

Как меня любят то, как заботятся. Но я, пожалуй, воздержусь. Неприятные воспоминания о вчерашнем морсике отбили охоту пробовать этот.

Помешав кашку, зачерпнула ложечку. Глянула на соседей. Повара присели за соседний столик и с энтузиазмом поглощали смущавшее меня месиво. Закрыв глаза, попробовала запихать в себя ложечку еды. Быстро прожевав, попыталась проглотить. Каша противным комком застряла в горле. Выплевывать некрасиво, запивать морсом страшно. Несчастными глазами и с полным ртом гадости смотрела на родственничков.

Как это можно есть? Ну как?

Заметив мой взгляд, Киану пакостно улыбнулся и запихнул в рот последний кусочек мяса.

— Милан? Ты не голодная? Учти, обед не скоро. Марцуки еще не поправилась, — любезно просветил он, дожевывая единственное, что было съедобно на этом столе.

Вот поросенок, а? Стопроцентный поросенок! Заботятся обо мне, ага, как же, прямо искры летят!

С трудом проглотив кашу, отодвинула тарелку.

Ну, я тоже заботливая, такая заботливая что ух! Пешочком пойдем, господа хорошие, нечего телепортами скакать! Тренировки, тренировки и еще раз тренировки. Да и с местностью знакомиться вам нужно.

Зорким взглядом осмотрев завтракающих мужчин и их тарелки на предмет съестного и на готовность скорого выдвижения из уже родной таверны, обнаружила парочку кусочков мяса за соседним столиком.

Ах, вы мои родные! Вам одиноко? Ну ничего, мы быстро исправим несправедливость судьбы!

Ловко выхватив тарелку прямо из-под носа потянувшегося за мясом наемника, отошла к окошку. Вдруг заберут? Питаться одним воздухом все же не привыкла, жаль. Доев остатки былой роскоши, предложила выдвигаться, а то такими темпами мы и до обеда к дому не дойдем.

Ага, мы не дойдем, мы добежим, по пересеченной местности.

Окинув еще одним внимательным взглядом семерку наемников, остановилась на каранеле.

Будешь лошадью, дружочек! Поехали?

До дома мы добрались хорошо, просто даже замечательно.

С относительным комфортом, восседая на широкой спине наемника, с превосходством поглядывала на остальных, бегущих легкой рысью. Подбадривала замечаниями и предложениями. А то, что некоторым противным мальчишкам и их дядям ситуация явно не нравилась, не моя вина. Задача была ясна: прибыть из пункта А в пункт Б с наименьшими потерями времени. И эту задачу я старалась претворить в жизнь с наименьшими потерями для себя.

Сосредоточенные наемники тихонечко пыхтели, пробегая очередную стометровку, стараясь не запнуться об случайный корешок или поваленное дерево. Ловко перепрыгивая ямки и другие мелкие препятствия. Более усердно пыхтящий Киану кидал на меня злобные взгляды, обещая как минимум оставить без обеда.

Ну-ну.

Хмыкнув, посмотрела на дядюшку. Красота. Его бы за нашу сборную выставить. Граждане из жаркой Африки, выигрывающие почти все забеги на олимпиадах, остались бы далеко позади. Легко огибая и перепрыгивая препятствия, бесшумно, не делая лишних движений, он перетекал из одного места в другое. Чем больше наблюдала за ним, тем больше убеждалась — лорд опасный противник. Но как тогда его чуть не угробил этот их дальний родственник, случайно отправленный мной на тот свет? Не понимаю.

За кривыми деревьями мелькали тени, двигающиеся с такой же скоростью что и мы.

Еще одни охраннички. Как бы проверить их в боевых условиях? Необходимо наверняка знать, какие козыри имею на руках. Но это чуть позже. Завтра? Может быть, может быть.

Моя невольная “лошадь” замедлила бег. Перед нами во всей своей развалившейся красе предстал домик.

Мда, еще одна проблемка. И где разместить этих троглодитов? Семь здоровых мужиков на такой маленький домик. Опять их штабелями уложить?

— Миледи? — меня аккуратно отодрали со спины каранеля и поставили на землю.

Освобожденный от почетной должности “лошади”, с удовольствием размял плечи и, кинув на меня хмурый взгляд, приказал подчиненным осмотреть местность.

Правильно мыслите товарищи, осматривайте! А я в дом. Застолбить комнату, одеяло и подушку. Мое! Не хватало еще как и в таверне лишиться чего-нибудь жизненно необходимого. И так судьба подарками не радует.

Навесив охранки и щиты на свою комнату, отправилась проведать души. О том, что необходимо присутствие Киану, я благополучно забыла. Да и зачем тревожить парня? После сложной пробежки просто необходим качественный отдых. Ага.

Зайдя в лабораторию, ошарашено огляделась. Тусклое зеленое сияние показало во всей красе основательный бардак. Поломанные шкафы, потеки на стенах, осколки стекла на полу и кучки непонятного происхождения навевали мысли о разрушительном урагане “Катрин” местного разлива. В одном из углов послышался шорох и скрябанье когтей, потом тихий вздох и скулеж, резко оборвавшийся на высокой ноте. Приглядевшись, заметила огромную лапу, выглядывающую из-под деревянных досок, бывших видимо остатками шкафа. Отодвинув пару дощечек, наткнулась на поцарапанную морду, заляпанную засохшей кровью.

Монстр, монстром, хоть и “самый страшный хищник” бла-бла-бла, но такого издевательства над животным моя тонкая ранимая душа не вынесла. О том, что эта монстрятина совсем недавно чуть не лишила рук лорда, я благополучно забыла.

Разобрав завал, обнаружила статуэтку, плотно прижатую монстриком к могучей груди. Умилилась. Неужели любовь? Сморгнув несуществующую слезу, принялась за осмотр пациента, не забыв все-таки его обездвижить. Так, на всякий случай. Как вскоре оказалось, совсем не напрасно.

Проведя рукой по загривку на предмет поиска ран, нащупала огромную шишку. Твердую и холодную. Подобравшись поближе, разглядела большой изумруд, вживленный в тело. И что это такое? Но красиво, красиво… И дорого!

Какой, однако, у нас ценный зверь — триста кг костей, мяса, ценная шкурка… еще и драг камни на себе носит. А зубы? Неплохие зубы… На черном рынке можно выручить приличную сумму. Подсчитывая в уме прибыль от убиения монстра, а также возможную выгоду от его спасения, не прекращая, ощупывала, выискивая раны. Ничего существенного и страшного, мелкие порезы не в счет. Так чего же мы лежим? Хмурый взгляд на морду с закрытыми глазами не прояснил ситуацию.

Потянувшись, попыталась забрать статуэтку. Глаза животного резко распахнулись, из сомкнутой пасти раздалось угрожающее рычание, лапы дернулись.

— Так… и кто у нас притворяется больным и немощным? Ай, ай, ай! Нехорошо!

— Р-р-р…

Шмяк по морде. Нечего на меня рычать!

Удивленное:

— Р-рфр-р? — и еще один рывок. Безрезультатный. Ну еще бы! Ты еще как минимум пару часов проваляешься.

Подумав, привалилась к теплому боку, почесала за ухом, даже не делая попыток забрать статуэтку. Не хочет отдавать и ладно. Мне она не особо то и нужна.

Зверь урчал хорошим, мощным мотором, прикрыв глаза от удовольствия.

— Голодный?

— Р-рав-в…

— Бедненький ты мой, страдалец…

— Р-ро-оу…

— Договариваться будем?

— Р-р-р?

— Ну не знаю… Договор о сотрудничестве? С меня относительная свобода для тебя, кормежка и все условия пятизвездочного отеля. С тебя естественно помощь в организации этих самых пяти звезд. Ну и защита дома, само собой.

— Р-р-р!?

— А как ты хотел? Кому легко?

— Раф?!

— Ты учти! Думать некогда, в твоем распоряжении три недели, а потом “Милости просим, дорогие гости! Чтоб вам пусто было!”

— Р-р-р?

— Не говорила? Мда, скорее всего не говорила. Смотри! — и я приложила руки к мощной голове. Зверь, дернувшись, прикрыл глаза.

— Ну, что скажешь?

— Р-ра-ав. Р-р-р?

— Ну естественно, твоя любовь при тебе! Даже помогу ей принять более соблазнительный вид. Тело можешь выбрать сам! Устраивает?

— Рав!

— Хорошо, значит договор. Я, Милана, бла-бла-бла и Душа Дома…

— Хр-р-р!

— Извини, а кто ты? Сейчас ты занимаешь эту почетную должность. Да и браком потом сочетаться будешь тоже с Душой! И родятся у вас маленькие душинята!

— Р-р-р!?

— Нет, не издеваюсь! Это правда жизни, дорогой ты мой Душ! Итак, продолжим…

Спустя час препирательств, рыков, грубых высказываний и слезных уверений, мы договорились. После чего чуть ли не в обнимку решили посмотреть на предполагаемый объем работ.

Заценив разрушения на первом этаже, бочком по разрушенной лестнице добрались до второго, где располагались более-менее уцелевшие комнаты, в которых квартировались мы с Киану, а возможно и дядюшка, на предложенном любящем племянником коврике. Свою обитель я в порядок привела еще пару недель назад, поэтому решила поближе посмотреть на другие помещения, направив стопы в комнату Кеа. Скользнув взглядом в сторону своей двери, ошарашено встала, пытаясь закрыть рот, самостоятельно открывшийся в беззвучном крике.

Дверь в мою комнату, мою очень хорошо защищенную комнату была распахнута настежь и держалась на честном слове. А на постельке, моей лелеемой постельке с чистыми простынками, одеялком и подушкой прямо грязной з… зным задом в штанах не первой свежести сидел каранель. Киану же что-то увлеченно искал под кроватью.

— Ну, нашел?

— Неа, — гулкий голос из-под кровати.

— Не, должно быть что-то, иначе зачем дверь защищать?

— А кто их девчонок поймет? Может блажь такая?

— Это вряд ли, уже два дня вашу миледи знаю, она точно просто так ничего не делает! Так что ищи!

— Сам ищи! Хотя может хватит уже? Вдруг Милана сейчас придет?

— Не придет, я ее не чувствую!

Не чувствует он, как же! Залез паршивец в шифоньер, что там можно почувствовать?

— Точно?

— Точно, точно…

— А неплохо она устроилась, — и мальчишка, уже севший на мою кроватку слегка попрыгал на ней.

— Интересно, где это она все взяла, в доме точно не было… — и еще несколько прыжков на кровати. В грязных штанах…

— Ага, — глубокомысленно согласился с ним наемник, залезая на полочку с нижним бельем и вытаскивая белое кружевное.

— Все-таки она ругаться будет! — прыг еще по моей кровати, теперь уже ногами… Р-р-р…

Буду ругаться, еще как буду!

— Ну… — задумчиво протянул каранель, растягивая за резиночки черное с кружавчиками. И просматривая сие великолепие на свет.

Убью! Как пить дать, убью! Сначала зверски поиздеваюсь, а потом убью! Или покалечу!

Взгляд, метавшийся по коридору в поисках предмета для зверского издевательства с последующим убиением, наткнулся на огромную тушу притаившегося турсина. Ага!

Ну держитесь!

Вытолкнув сопротивляющегося турсина поближе к сломанной двери, затаилась. Тот оглянулся на меня и тоже решил уйти в партизаны, но, увидев яростную мимику, призывающую изобразить из себя страшного зверя, тяжело вздохнул и поплелся к входу в комнату.

Первым заметил Душа Киану, очередной раз подпрыгнув на кровати, он глянул в сторону двери, отчего физиономию мальчишки тут же перекосило, а правая рука потянулась вперед. Не знаю, что он там собрался делать, может дверь закрыть или зверя потрогать на предмет материальности.

Но выдавил одно:

— Ой?

— Что? — уточнил каранель, залезший с головой в шифоньер. Интересно, он никогда женских вещей не видел или собрался стащить для себя парочку?

— Р-р-рав? — подал голос турсин, заинтересованным взглядом оглядывая открывшуюся картину.

— Т-т-там! — указал направление Киану, запустив в душу обездвиживающее заклинание. Тот не будь дураком, прикинулся ковриком, слившись с полом.

Видимо поняв, что просто так зверь не дастся, а убивать его низ-з-зя, все же Душа Дома, а в руинах жить не хочется, Киану начал плести щит, периодически кидая в турсина заклинания обездвиживания, вдруг хоть одно подействует. Не подействовало. Душ тихим сапом пробирался к двери, сливаясь то с одной стеной, то с другой, то опять с полом.

— Все! — выдохнул Кеа.

Что такое “все” уточнил Душ, наткнувшись на слабенький щит, заменивший дверь.

— Может его, того? — внес свежую мысль наемник, показав знакомый всем мирам жест, трактуемый просто — “убить”.

— Это Душа дома, нельзя, — выдохнул напряженно следящий за щитом мальчишка.

— Турсин?

— Ага, дед отличился.

Каранель кивнул с умным видом, как будто сам периодически баловался ловлей самого опасного хищника в двух мирах. Хотя почему опасного? На мой взгляд, это просто здоровенная черная псина. Хотя может чего не знаю? Надо бы библиотеку еще раз посетить, наверняка что-нибудь интересное найду.

Душ, носом вжавшись в невидимую преграду, оскалился и начал тихонечко по ней шкрябать, видимо роя подкоп. Разговоры стихли и два напряженных взгляда следили за успехами монстрика.

А я человек добрый и отзывчивый, поэтому конечно помогу! Душу! А нечего в моей комнате сокровища искать, тем более в шкафу на полочке для нижнего белья! И парня мне портить не надо! Хоть бы чему хорошему научил! Хотя… Я оглядела наемника, примеривающегося оторванной ножкой стула к лобастой голове зверя. Чему может научить данный экземпляр? Как можно использовать имеющиеся рядом предметы для нападения и защиты или как правильно сносить зачарованные двери? Потом скорее всего пойдут лекции и практические занятия на тему “Как правильно убить” и “Как быстро унести ноги от превосходящих сил противника”. В принципе достойный материал, темному повелителю все пригодится. Вот и я проведу урок “Как быстро плести нужные щиты”! Начали!

Душ усиленно пыхтел, царапая защиту, я же, нащупав ниточку заклинания, начала ее распускать. В итоге постороннему наблюдателю казалось, что огромная злобная псина сносит приличный щит. Заметив образовывающуюся дыру, Киану принялся ее латать, накладывая новое плетение, которое постигала трагическая участь прежнего. Душ, заметив результат наших действий, усиленней зашкрябал, высунув от усердия язык.

Мальчишка вскоре присоединился к пыхтению турсина, так же высунув кончик языка, плел макраме заклинаний, развязывающихся с моей помощью довольно легко. Каранель, нахмурившись, переводил взгляд с одного пыхтелкина на другого, пытаясь понять степень опасности, и на всякий случай держа наготове ножку стула. Наивный, как будто эта ножка на самом деле спасла бы их от дикого хищника.

Хмыкнув, продолжила урок. Думаю, минут десять пусть еще попыхтят, а там и поближе познакомимся. Но лазанье в моих вещах я запомню… и напомню об этом в подходящий момент.

— Что это вы тут делаете, миледи? — сзади неожиданно раздался вкрадчивый голос дядюшки.

Вот принесла нелегкая! Не ждала, мда… зато теперь знаю, что двигается сей родич незаметно.

— Миледи?

— Учу вашего племянника и вашего подчиненного не совать свой нос в мои вещи! — прошипела я, расплетая очередной шедевр Киану.

— Да? — и дядюшка заглянул в коридорчик, ведущий к моей двери, где узрел азартно виляющего хвостом турсина, пытающегося прорыть дыру в щите, дверь, снесенную с петель, побледневшего племянника, плетущего этот самый щит и наемника, с грозным видом державшего ножку от мебели.

— Турсин? — удивился дядя, мгновенно приготовив в руках по усыпляющему шару.

— Мы заключили договор.

— Миледи, будьте любезны уведомлять меня о своих столь масштабных действиях заранее, — дядюшка расслабившись, отвернулся от творимого цирка и посмотрел на меня выжидательно.

— Конечно, лорд Геарден, — с честными глазами пропела я. Если вспомню, ага…

Чему-то кивнув, лорд подошел к разрушающемуся щиту. Подождал, пока его заметят “враждующие” стороны, и, тыкнув в коридор пальцем, рявкнул:

— Через минуту в библиотеке! Оба!

Вау, а я и не заметила, когда это дядюшка успел снять повязки. Вместо них на руках были черные перчатки, поблескивающие металлическими заклепками. И вот этот палец, черный, с аккуратной заклепочкой, практически упирался в нос стоящего в дверях Душа, с подозрительно гастрономическим интересом взирающего на внушительный перст.

Заметив сию картину, Кеа слегка побледнел, и кивнул головой в сторону турсина:

— Дядя?!

— Ну? — рыкнул тот.

— Ты бы с рукой аккуратнее, что ли?

Лорд резко развернулся и уставился на обнюхивающего палец зверя. Ткнув ему пальцем в нос, произнес:

— Ты тоже! В библиотеку! Миледи? — темно-синие глаза полыхнули чернотой. — Вас тоже попрошу пройти туда же! — и, развернувшись, быстро скрылся в направлении первого этажа.

Растерянный взгляд парня наткнулся на удаляющуюся спину дяди, прошелся по коридору, зацепив вальяжно развалившегося зверя и остановился на мне.

— Милана?

— Киану! Солнце ты мое ясное… Что-нибудь нашли? — тихий, участливый, слегка любопытный голос. А вдруг и правда нашли? Чего-нибудь? А я и не знала, что в моей комнате богатства спрятаны!

— Г-г-где?

— В моем шкафу! А ну, брысь оттуда! — рявкнув не хуже лорда, дождалась, пока оккупанты покинут помещение, развернулась и, прихватив Душа, пошла в библиотеку. Действительно, надо поговорить с лордом, и план на ближайшую неделю составить. А то время бежит, бежит зараза.

В библиотеке, в одной из ниш, дядя установил круглый стол, за которым и ждал нас, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице. Приглашающе махнув рукой на свободные стулья, сам уселся в кресло, изображая из себя лорда-главнокомандующего. Может и не изображая, а показывая свою сущность? Все может быть. Но этот военный совет он проводил со знаем дела, делая скидку на подрастающее поколение (Киану) и меня, как гостью не знакомую с порядками близлежащих стран.

Кратко рассказав напряженному каранелю о существующей ситуации, подвел итоги вчерашнего разговора в таверне, главной мыслью выделив безопасность парня, и, наконец, наметил план на ближайшую неделю, обозначив основные пункты. Естественно, лаборатория деда, естественно, замок самого дяди, ларгусы, как же без них, разведка обстановки у соседей, с возможной последующей диверсией, ну и на закуску, а возможно как и основное блюдо — Душа дома, выполняющая контракт.

Я кивала здравым мыслям дяди, думая, а где же подвох. Умный же мужик, наверняка блюдет свои интересы, которые выражаются… В чем? Как бы узнать сей животрепещущий вопрос без последствий для себя? О том, чтоб вывести дядюшку из игры на этом этапе, не могло быть и речи. Он слишком нужен мне. Нужны его связи в Братстве, нужны знания об этом мире, нужен опыт интриг, намного превышающий мой. Да и мужчины, как бы обидно это ни звучало, все же играют доминантную роль в этом мире. Так зачем же лезть вперед батьки в пекло? Пусть исполняет роль паровоза, а я вагончиком за ним прицеплюсь. Надеюсь, потом успею вовремя отцепиться, не подставляя Киану. Иначе все это будет зря.

— А теперь, Лърерд, я хотел бы услышать, что вы с Киану делали в комнате миледи?

Ага-ага, я тоже бы хотела послушать ваш увлекательный рассказ.

— Учились снимать щиты, мой лорд, — и честный открытый взгляд на меня и лорда.

Угу, в шкафу вы тоже снимали щиты… ага…

Посмотрела на Киану, тот тоже глянул на меня честно и открыто. Спелись, голубчики. Ну-ну…

И начались трудовые будни.

Я, конечно, понимаю, что осталось три недели. Сама бегала как ошпаренная кошка, доказывая всем и каждому что времени нет! Но! Это не означает, что нужно с утра пораньше изображать из себя жаворонков, более похожих на охрипших петухов, и организовывать у меня под окном слет юных пионеров, всегда готовых к труду и побудке ближнего своего. Это похвально! Где-нибудь далеко, за километрик от меня. Но не под моими же окнами! Тем более за вчерашний погром я не отомстила! А то, что на ужин не всем хватило десерта, так не надо по сторонам глядеть. И вообще, раньше кто-то себя пяткой в грудь бил, доказывая, что мужчины сладкое не едят и не любят. Вот не любят! Ни на грамм! Ну значит меч вам в руки и на тренировку. Похоже, эти гаврики вняли моему красноречию и решили не откладывать сие полезное действо в долгий ящик. А то, что площадка для тренировок находится с противоположной стороны дома, видимо благополучно забыли.

Пытаясь спрятаться от шума в тощей подушке, я потерпела полное поражение. Злая, выглянула в окно. Семерка в полном составе плюс один балласт в лице мальчишки, блестя потными торсами, бегали по неизвестно откуда взявшимся препятствиям. Оперативно работают. Вчера такой красоты еще не было. Пара гимнастических стенок и козел не в счет.

Красиво бегут, мышцы буграми вьются, вид сосредоточенный, видимо, проблему вселенского масштаба решают. И каранель зычным голосом периодически орет, подбадривает наверно, выражая всю свою любовь и признательность. Угу. Прелесть. Но вот каждое утро три недели подряд слушать эту прелесть?! Мои бедные ушки, моя любимая головушка. Может замок придет в норму, и это безобразие я больше не увижу? Мечты, мечты…

Наскоро одевшись, спустилась на кухню. Что сегодня нам послали уважаемая Марцуки и ее менее уважаемая родственница? Ужин вроде был неплох. Особенно после кулинарных изысков Марицы и каранеля с сотоварищами. Открыв дверцу переместителя, обнаружила блюдо с булочками и кругленькие котлетки, обсыпанные мелкими черными семечками. И что это такое? Хочется верить, что своего дальнего любимого родственника и его начальство они травить не собираются. Оглядев кулинарный шедевр, решила все же попробовать пару кусочков. Надеюсь, за мой хладный труп все же отомстят.

Разложив вкусно пахнущий завтрак на столе, принялась дегустировать. Неплохо. Очень даже неплохо. Кажется, шаг за Грань отодвигается на неопределенное время. Мням…

Итак, по плану на сегодня у нас реконструкция замка и обследование библиотеки с лабораторией. Если очень повезет, что-нибудь найдем. И очень надеюсь, это нечто будет не старыми книгами с преданиями и легендами.

На кухню, бойко стуча когтями, ввалился Душ. Поведя большим мокрым носом, безошибочно направился к котлеткам. Бухнувшись мне на ноги и навалившись всем весом, отчего стул зашатался, он умудрился непостижимым образом развернуться и тоскливо посмотреть мне в глаза. Огромные, зеленые омуты выражали такую вселенскую скорбь, что моя тонкая душевная организация не выдержала и дала сбой, запихнув одну котлетку в огромную пасть. Котлетка исчезла. За ней вторая и третья. Взгляд нахала стал пронзительнее, при этом неуловимо косясь на все блюдо.

Я, конечно, люблю братьев наших меньших, но так наглеть… даже я не умею.

С трудом отодвинув от себя огромную тушу, заела усилие пирожком, под аккомпанемент тяжких вздохов, издаваемых “обиженным” турсином.

— Ты же охотился сегодня!

— Роу?

— Откуда знаю? Да просто на зубах у тебя еще мясо осталось. Лучше прячь следы преступления!

Пристыженный Душ, отвернувшись, прочавкался, видимо убирая эти самые следы.

— Р-р-р? — повернувшись, показал здоровенные зубы.

— Угу, чисто уже. Но! Ты уже завтракал! К тому же сейчас ввалится толпа голодающих. Как ты им объяснишь отсутствие завтрака?

— Р-рвау-у?

— Думаешь, поверят? Котлетами то пахнет, да и булочки вот они. Я знаю, что их ты тоже можешь съесть. Но сам знаешь, восемь здоровых мужиков и один подрастающий организм — это внушительная сила.

Душ протяжно вздохнул, бухнул свою здоровенную морду мне на колени и стал гипнотизировать огромными блестящими глазами, периодически косясь на котлетки.

— Ах ты мой страдалец, — страдалец еще раз вздохнул, показывая всю степень своего страдания. — Держи, последняя!

Очередная котлетка моментально исчезла в огромной пасти. Вздохи продолжились. Мда, если сейчас никто не подойдет на завтрак, то и завтрака не останется. При этом я прекрасно понимала, что турсин просто издевается, вынуждая его кормить. Но, что не сделаешь ради такого талантливого актера. Тем более, сама я уже поела.

На кухню влетел взмыленный, растрепанный Киану, и попытался схватить одну из булочек, отчего получил по рукам и обиженно на меня посмотрел.

— Руки!

— Ну руки, а чем еще брать то? — и снова загребущая конечность тянется за булкой.

— Чистые?

Мальчишка озадаченно посмотрел на ладони и на размазанную на них грязь. Шустро вытерев руки об штаны, сделал повторную попытку схватить булку.

— Иди умойся, горе ты мое грязное. А то подцепишь страшную болезнь под названием диарея. И то, в лучшем случае.

— Чего?

— Брысь умываться!

Кеа обиженно шмыгнул и вылетел из кухни, видимо умываться.

— Доброе утро, миледи, — аккуратно причесанный, одетый и выбритый дядюшка, задумчиво посмотрев на племянника, присел к столу.

— Я думаю, артефакты нужно поискать в лаборатории, дед был относительно организован, — с места в карьер начал дядя, попутно накладывая себе завтрак и наливая травяной настой.

— Угу, там после вашей маленькой войнушки разве что-то можно найти?

— Не преувеличивайте, миледи, все не так страшно, как кажется, — лорд невозмутимо откусил булочку, не уронив ни крошки.

Постучав пальцами по столу, еще раз оглядела это совершенство. Очень похож на белобрысого чудика, очень… Порой даже мурашки по коже табунами пробегают. Не внешностью, нет. Разный цвет волос, глаз, комплекция, но поведение практически идентично. Что даже странно. Но, не будем о грустном. Столкнув с колен морду Душа, еще не потерявшего надежду на очередную котлетку, направилась в лабораторию. Чем скорее начнем, тем лучше.

— Я в лабораторию, жду вас там.

— Секундочку, миледи, — аккуратно вытерев рот салфеткой, мужчина встал и, придержав дверь, пропустил меня вперед. — Прошу.

Поблагодарив кивком, собралась было выходить, но успела только вовремя увернуться от промчавшегося мимо Киану, сияющего чистой физиономией. С голодным блесков в глазах, тот резво запихал в себя пару котлеток, запил стаканом чая и, прихватив пару булок, повернулся ко мне с решительным видом.

— Я готов! Вы куда?

Мда, мне бы столько энергии и энтузиазма, иногда чувствую себя старой бабкой, кошмар… Пока осматривала это жующее чудо, дядюшка просветил:

— В лабораторию.

— Может ты сядешь и спокойно поешь?

— Не, а вдруг там будет что-нибудь интересное, и без меня? — откусив очередной кусок, мальчишка ринулся на поиски приключений.

Тайный вход в коридорчик, ведущий в лабораторию не открывался. Мы обстучали весь подоконник, само окно, попытались даже выбить стекла, все было впустую. Механизм заклинило. Геарден уже посматривал на меня, как на последнюю, открывавшую вчера дверь, с заметным напряжением.

А вот нечего! Я когда там была? Честно можно сказать давно, и ничего что вчера, а сегодня уже давно сегодня. К тому же, тут кроме меня еще девять подозрительных экземпляров ходит, двое из которых секрет точно знают. Поэтому на задумчивые взгляды, бросаемые дядюшкой в мою сторону, я предпочитала реагировать со здоровым пофигизмом. Не я! Не была! Не знаю! Не привлекалась, и за руку не ловили!

Окинув дядюшку таким же задумчиво-напряженным взглядом, заметила, как Киану залез под подоконник и с сосредоточенным видом простукивал стену снизу.

— Может кладку разобрать? — а что, вполне дельное предложение, но стоящие рядом Геарден и Душ, так почему-то не думали.

— Не надо!

— Р-р-р!

Пожав плечами и понаблюдав пять минут за действиями Киану, отвернулась. О том, что можно было бы установить привязку и настроить телепорт в лабораторию, я совершенно забыла. Уж, да… Умная мысля приходит что-то чересчур уж опосля. Плохо! А вообще эту комнату мы уже простукивали, не думаю, что здесь можно что-либо найти.

— Да что же это такое! — Лорд не сдержавшись, грохнул кулаком по подоконнику, отчего сбоку чуть выдвинулся камень. Минута и перед нами тайник, из которого ловкий Киану достал подсвечник. Озадаченно оглядев находку, он нырнул рукой в углубление еще раз. Раздался еле слышный щелчок, и спустя несколько секунд, окно пошло рябью, превратившись в дверь.

Переглянувшись, мы наконец-то зашли.

Ну что сказать? Бардак, бардак, бардак. Как здесь можно найти интересующие нас вещи, непонятно. Пристроившись возле двери, стала наблюдать за действиями мужчин. Киану, постукивая по бедру найденным подсвечником, оглядев беспорядок, глянул на лорда, как самого старшего и умного. Тот, так же окинув предстоящее поле поисков, но уже взглядом умудренного опытом полководца, посмотрел на меня. А что я? Я скромно пожала плечами и вернула взгляд. Кто там говорил, что не все разрушено и “не так страшно”? Вперед! Флаг в руки, барабан на шею.

Поджав губы, Геарден отвернулся и, осторожно ступая, пошел по периметру комнаты, обходя завалы. Вздохнув, отправилась смотреть другую сторону. А что стоять то? Так и до завтра не управимся.

— Чего ищем? — в гулкой тишине, разбиваемой лишь сопением Душа и нашими осторожными шагами, раздался нетерпеливый голос Киану.

— Что-нибудь необычное!

— Необычное? Ну вот у меня в руках непонятно что! Это подходит?

— У тебя в руках как раз обычный подсвечник. Что в нем непонятного? Хотя неизвестно, что он делал в тайнике.

— И для чего он нужен? Подсвечник?

— Свечу вставляешь в углубление и зажигаешь, а потом она у тебя красиво стоит и блекло горит.

— Зачем? Можно же огонек зажечь? Не мешает и горит ярко!

— Угу, вот и я думаю, зачем твоему деду подсвечник? Хотя симпатичный, серебряный, — я остановилась возле уцелевшего шкафа и заглянула внутрь, отчего голос прозвучал слегка приглушенно.

— Что? — уточнил мальчишка.

— Занятная говорю вещь, может ценная как память? Да и на дубинку похожа, представляешь, как здорово ею от комаров отмахиваться?

Краем глаза заметила Киану, испытывающего подсвечник на манер биты, взмахнув пару раз найденным предметом, тот недовольно скривился.

— Не коротковат, хотя и тяжелый.

— Чего, до комаров не дотянешься?

— Ха, ха, ха!

— Киану, не хочешь помочь? — любезно поинтересовался дядюшка из-за каких то развалин.

— Ага, — буркнул тот и направился к одной из непонятных кучек. Потыкав ее ногой, стал разгребать, используя подсвечник в качестве палки-копалки.

Вздохнув, повернулась к своему шкафу.

Спустя пару часов на расчищенный от завалов центр комнаты были принесены наши находки. Несколько десятков кило записей, деревянный ящик заполненных и туго закрытых подписанных колбочек, мешок с непонятными приспособлениями и ящик, обитый железными листами, заполненный различными предметами с еле уловимым магическим фоном.

Взволнованный Киану, поблескивая глазами, оглядывал богатства. Не долго думая, нырнул в мешок, откуда раздалось металлическое позвякивание и вскоре вылетела непонятная железная загогулина.

— Это для пыток? — я подняла железку и оглядела. Странное переплетение колец с мощным захватом.

— М-м-м, — дядюшка осмотрел найденный предмет, увернулся от еще одной железяки, выкинутой мальчишкой из мешка, и пожал плечами. — Нужно посмотреть в записях деда. А почему Вы решили что это для пыток? — и с недоумением посмотрел на меня.

Продемонстрировала. Сжала кольца, отчего захват открыл зубастую пасть и щелкнул несколько раз.

— Хм-м-м, может быть, может быть, — покивав головой, мужчина принялся перебирать колбы, внимательно читая названия и рассматривая содержимое на свет.

— Чистый луч. Ясная голова. Черное пламя. Семь из одного… А вот это… — бормотание стихло, заинтересовавшись, повернулась к нему лицом, лорд с фанатичным блеском в глазах бережно держал небольшую колбочку с прозрачной водичкой.

— И что это?

Дядюшка, вынырнув из своих мыслей, непонимающе посмотрел в мою сторону, но наткнувшись на заинтересованный взгляд, ответил:

— Эликсир для переноса души.

Услышавший кодовую фразу “перенос души” турсин, до этого тихо посапывающий возле двери, приподнял голову, внимательно оглядел кучу и нас заодно.

— Р-ро-оу?

— Подойдет для переноса души статуэтки в живое тело? — перевела дяде вопрос псины.

— Скорее всего, — лорд бережно поставив колбочку на место, взял другую.

— Р-р-рав?

— А ты тело нашел?

— Р-р-р, — грустно вздохнул тот.

— Вот найдешь, и поговорим, а пока не отвлекай, — и дядя снова зарылся в колбочки.

— Р-рф-ф, — Душ, фыркнув, демонстративно улегся и “заснул”, периодически открывая зеленый заинтересованный глаз и осматривая территорию.

Пока Кеа шуршал в мешке, а дядя любовно перекладывал колбочки, решила заняться сундуком. Старый тапок, складывающаяся трость с забавным набалдашником в виде огромной головы с большими круглыми ушами, чучело воробья, еще один старый тапок, кувшин. Ох ты, в нем даже что-то булькнуло. Приподняв крышку, понюхала. Пахло цветочным сиропом. Далее на свет показался кожаный нагрудник с металлическими клепками, мешочек с браслетами и колечками разной конфигурации, мешочек с мягкими шариками, размером с голубиное яйцо и большой прозрачный куб со скошенными краями, на которых изображены непонятные символы.

— Это что? — Киану заглянул мне через плечо и, выхватив куб, принялся его вертеть.

— Вроде я такое уже видел у деда на столе…

— Видел, видел. Дай сюда! Редкая вещица, не думал, что тут она найдется, — дядюшка, забрав игрушку у мальчишки, провел пальцами по граням и, нажав на символы, поставил на пол.

Куб слегка засветился, и в сгустившемся над ним воздухе показалось слегка размытое лицо, а потом и сам каранель, увлеченно отчитывающий одного из подчиненных.

— Здорово, а почему не слышно? И не очень хорошо видно?

— А ты как хотел? Визор можно настроить только с животного. К тому же без звука, где ты видел говорящую тварь адекватно воспринимающую реальность?

Мы дружно обернулись к турсину, тот фыркнул и закрыл любопытный глаз.

Геарден, нагнувшись к кубу, нажал несколько символов, отчего фигуры наемников поплыли, на минуту пропали, а потом стали видны с нижнего ракурса. Здоровенные ноги, колоннами уходящие ввысь и теряющиеся где-то в небе. Внезапно появилась чья-то огромная конечность, опускающаяся сверху. Секунда и изображение резко погасло.

— Э-э-э? — Кеа тыкнул пальцем в туман, и наклонился ближе. — Где?

— Раздавили, поэтому визор и редок, толку от него почти нет. Так, игрушка. Хороший маг слежку почувствует и затрет изображение, те, за которыми нужно было бы подсмотреть, защиту покупают, остальные неинтересны.

— Жаль, а я хотела использовать его в разведке.

— Можно с высоты птичьего полета передвижение армии или отряда отслеживать. А так… — лорд пожал плечами и заметил раскрытый мешочек с небольшими шариками.

— Интересная вещичка, — выключив куб, Геарден подхватил мешочек и поднес к глазам.

— И что это? — наши любопытные носы практически уткнулись в шарики.

— Сжатое заклинание. Боевое.

— Какое? — нос Киану слегка отодвинулся от раскрытого мешочка.

— Что делает? Взрывает, обездвиживает, накрывает эмоциями, что? — я же чуть не поцеловалась с шариками, пытаясь найти хоть какую-нибудь маркировку на их кругленьких боках. Кроме цвета они были идентичны.

— Миледи, аккуратнее, — лорд отодвинул от нас мешочек, — Что делают, определим позже, опытным путем, или по записям деда. Сейчас рассмотрим все остальное и на сегодня достаточно.

Спустя три часа я сидела, привалившись спиной к теплому боку Душа, и лениво листала дедушкины записи. Много нового и интересного, очень много. Зевнув, посмотрела на остальных. Геарден, перебрав и разложив содержимое мешка и сундука, занимался другой кучкой макулатуры. Быстро пробегая глазами страницу за страницей, он раскладывал их по стопкам. Кеану, пересмотрев все интересные на его взгляд вещицы, поигрался кубом, разглядывая семерку наемников со всех ракурсов, напялил на себя нагрудник, погремел браслетами и, наконец, со скучающим видом прислонился к стене, отстукивая подсвечником веселенький мотивчик. Первым не выдержал дядюшка.

— Киану?

— А-а-а? — стук, стук, ду-ду-дум…

— Ты мешаешь сосредоточиться!

— Угу, — минута тишины и новое, ту-тум, ту-ту-тутум…

— Киану!!!

— Ску-у-учно! — ту-ту-тум…

— Киану. Ты бы нашел Лърерда, с ним наверняка интересно!

— И что с ним делать? У Миланы мы уже были… — ты-ты-тым…

Вот, поросенок! Если не прекратит, сама ему устрою тытытым! По мягкому месту!

— Да что хотите, делайте! — взорвался, не выдержав такого издевательства дядюшка. — Хоть на потолке висите, хоть на крышу залезьте!

— На крышу? — мальчишка задумчиво прищурился. — Хочу на крышу!

Очередной ты-ты-тым и тишина.

На месте, где только что сидел Киану, никого не было.

— Ларгусы… Ла-а-аргусы, черного леса “приветы”…

Напевая под нос и зевая, я листала пачку макулатуры, где покойный дедушка подробнейшим образом расписал анатомию, питание и среду обитания этих “интереснейших” животных, рядом лежал другой солидный труд об их физиологической переделке.

Мимо мелькнула и пропала довольная рожица Киану, нашедшего новую игрушку. После его вчерашнего исчезновения, мы с дядюшкой перерыли всю лабораторию, и, не обнаружив пропажу, выскочили во двор. На какую крышу захотел сигануть мальчишка, непонятно, ибо на нашей его не было. По тревоге подняв бравую семерку, начали масштабные поиски, пока некто долго дрыхнувший не сообщил, что судя по его ощущениям, потеряшка находится на чердаке. Ощущения не подвели. Среди нагромождения старых вещей, паутины и пыли сидел слегка бледноватый мальчишка, прижимавший к груди массивный подсвечник.

Как оказалось позже, мы все-таки нашли интересный артефакт — переместитель. Вот только работал он слегка странно. Вместо заданной точки Б, пользователь данного чуда оказывался в точке С, странно удаленной от первоначально заданной. При этом менялись метраж и вектор перемещения. Даже захотев попасть по уже пройденному маршруту А-Б, но естественно планируя оказаться в С, никогда не попадали. Артефакт стабильно менял вектора, и вот экспериментатор уже в Д, Г или другом неожиданном месте.

Широко зевнув и закрыв глаза, попыталась заснуть. Перед внутренним взором прайд ларгусов в порядке очереди плавно перелетал через заборчик. Сверху светило солнышко, снизу зеленела травка… Внезапно морда одного из прыгающих охранничков поднялась, и вместо нее нарисовалось хмурое лицо каранеля, бодро прооравшего:

— А ну не спать! Реще двигай руками, реще!

Открыв глаза, уставилась в потолок, медленно приходя в себя.

— Я что сказал? — из распахнутого окна раздавался зычный голос, повествующий о криворукости и косоногости подчиненных.

Утро начинается?

Сфокусировав взгляд, с недоумением узрела второе окно, которого еще вчера не было. Комната явно увеличилась в размерах. Здорово… Но второе окно, выходящее опять же на поле для тренировок семерки… Надо бы предложить Душу идейку устроить под окнами фонтанчик или цветничок из цветочков-людоедов, чтоб кто попало не скакал и не орал, мешая спать.

Зевнув, потянулась. Можно, конечно, и дальше поваляться, тогда словарный запас пополнится рядом интересных идиом, на которые Гтронту мастер, но нужно вставать. Дел на сегодня вагон. Как же не хочется то-оу-уо…

Зевок вышел что надо.

Но… Встаем, встаем… Одна нога, вторая, сползаем, сползаем…

В распахнутое окно влетела мелкая ощипанная птичка, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся чучелом воробья. Спикировав на голову и устроившись там в гнезде из волос, пернатое недоразумение важно прочирикало приветствие, и голосом дядюшки попросило поскорее зайти в библиотеку. Потом, потоптавшись и запутав волосы окончательно, кусок летающего безобразия улетел.

В библиотеку, так в библиотеку. С трудом расчесавшись и приведя себя в порядок, отправилась на встречу. Что сегодняшний день готовит? Лучше не думать, нервные клетки восстанавливаются плохо.

За уже знакомым круглым столом сидели хмурый дядя, перебирающий карты земель, и Киану, разглядывающий мертвого вестника. Рядышком разлегся Душ, посапывая и обнимая огромный мосол. Идиллия.

— Доброе утро, Миледи. Присаживайтесь. Сейчас подойдет Лърерд и начнем. Посмотрите пока карту. Вот эту область. — Лорд ткнул в небольшой городок, расположенный к югу от границы леса.

Городок как городок, ничего особенного. Стоит на землях замка, нашего. Километров сто до него, если не путаю. Далековато.

— Начнем, пожалуй, — на свободный стул уселся наемник, блестя капельками воды и благоухая свежестью.

Хм-м, приятно работать с чистоплотными военными. Не то, что на предпоследнем задании. Вроде приличные мужчины… Как оказалось после, слово “приличный” к ним не относилось ни по каким показателям. Сплошная антисанитария и хамство. А еще светлые эльфы. Гадость! Эти остроухие товарищи придерживались священного правила: “Настоящий мужик должен быть могуч, вонюч и волосат”. И кто я такая, чтобы спорить с этим? Главное не нюхать. Ага…

— Милана? Передайте, пожалуйста, карту Лърерду.

— К сожалению, она не подробна. Но тут видно, что городок на наших землях! — мы с наемником синхронно кивнули.

— И на наши, — лорд особенно выделил слово "наши", причем с ним я согласна обеими руками и ногами. Наши и все тут! — Земли покушаются. Ларгусы заметили нездоровую активность на границе леса. Необходимо проверить и принять меры.

— Здорово! Хоть куда-нибудь сходим, прогуляемся — воодушевленно выдал Киану.

— Нет. Ты с миледи останетесь здесь. Манускрипты…

— Постойте! Какие манускрипты? Мне просто жизненно необходимо своими глазами увидеть территорию! Как иначе планировать? Нет, дорогой лорд, я с вами. И это не обсуждается!

— Миледи, это обычная вылазка на территорию врага. Ничего интересного и важного. Территории и потом можно посмотреть.

— Лорд Геарден, давайте совместим приятное с полезным. Я понимаю, что вы не хотите с нами возиться, но придется.

— Хорошо, допустим! И как вы представляете себе такую толпу? Это привлечет внимание!

— А Вы думаете, семерка профессиональных убийц и неизвестный лорд не привлекут внимание? Не смешите.

— Миледи!

— Лорд! Мы просто сочиним легенду. Например, Вы, как мой любимый дядюшка, предложили мне посмотреть страны. Перед, ну не знаю, что у вас в девятнадцать лет делают? Учатся? Женятся? Подарок за хорошее поведение, в конце концов. А тут мой младший брат, Киану, услышав о путешествии, загорелся и напросился с нами. Не повезете же вы двоих практически детей по странам в одиночку? Вы наняли охрану, в лице каранеля с подчиненными.

— Как складно у вас получается, — ехидно прокомментировал дядя, — Вот только убийц не нанимают в охрану!

— Это вы знаете, что не нанимают! А обычное население вряд ли. К тому же вы любящий, и пекущийся о безопасности деток дядюшка. Как вы можете не нанять?

— Могу и не найму!

— Наймите! И поехали! Тут столько километров! До вечера можем не успеть!

Киану заинтересованно переводил взгляд с меня на дядю, наемник так же, слегка прищурившись, следил за пикировкой. При слове “поехали” он вздрогнул и отодвинулся подальше.

— Хорошо! — с угрозой в голосе согласился лорд. — В этой вылазке Вы слушаете меня от и до! Миледи?!

— Ладно, — попыталась успокоить лорда.

— И вы не будете говорить, что устали и плащ не удобен! Пойдете в платье! Туфлях! Шляпке! Как леди! — забил последний гвоздь в гроб моего образа дядюшка.

— Хор-рош-шо… — выдохнула… В платье, так в платье! Что, я платьев никогда не носила? И длинные и короткие, с кринолином и без, с перьями и костями, кожей и камнями… Подумаешь, платье… Гад!

— Так, — дядюшка, задумавшись, разглядывал карту, постукивая пальцами по столу.

— Значит так. Телепортируемся в Камиш, оттуда в Троинь. Используем вашу легенду. Живем в Аргуше, столице Отарры, заинтересовались темным лесом, хотим поймать нечто необычное. Все. Собирайте необходимое на неделю. Отправляемся через полчаса.

— Лорд, вы действительно живете в Аргуше? Если нас пригласит граф Котбус, нужно врать достоверно.

— Я достаточно там известен. Поддержать разговор смогу, не переживайте. — Оглядев нашу компанию, добавил: — Через полчаса выходим. Миледи, платья в сундуках на чердаке, подберите себе что-нибудь… Не успеете, будете добираться самостоятельно. Киану тебя это тоже касается.

Полчаса, так полчаса. Вскочив, побежала на чердак. Что можно успеть за полчаса? Изверг.

Двадцать девять минут спустя я слетела со второго этажа, путаясь в длинных юбках, придерживая шляпку и волоча нечто, похожее на саквояж. Оказывается, если сильно поторопиться, можно многое успеть. Но полчаса? Пусть лорду будет стыдно за мой внешний вид. Совсем не бережет племянницу, паршивец!

Демонстративно оглядев представленный пред его темные очи наряд, и меня соответственно в нем, поджатые губы и огромный доисторический саквояж, лорд вздохнул, и стал приводить открывшийся кошмар в божеский вид.

Вскоре удовлетворенно хмыкнув, оглядел собравшуюся команду, дал несколько ценных указаний Душу, инструкций нам, забрал саквояж, тут же всучив его одному из наемников, и со словами:

— Отправляемся, — направился в пустующую ранее комнату, за ночь изменившуюся кардинально.

Теперь стены украшали высокие и широкие зеркала, подернутые черной дымкой. Подойдя к одному из них, лорд пробежал пальцами по небольшим синим камням, ярко блеснувшим фиолетовым светом и погасшим. Дымка посветлела, только в углах зеркала скопилась темнота. Отойдя в сторону, Геарден пропустил каранеля с двумя подчиненными, мгновенно растворившимися в зеркале. И потянул следом меня, аккуратно поддерживая за руку. Резкий перепад температуры, почти незаметный из-за быстрого перемещения, и мы уже в похожей комнате, но всего с четырьмя зеркалами.

— Добрый день господин, — оказывается, в углу стоял незамеченным маленький столик со стулом, с которого подскочил тощий высокий мужчина в сером плаще, учтиво склонившийся и замерший в ожидании указаний.

— Добрый. Уважаемый, настрой нам телепорт в Троинь. На десять персон.

Быстро оглядев нас и появившихся следом Киану с остальными наемниками, еще раз поклонившись, мужчина принялся настраивать одно из зеркал.

— Все готово, господин, — получив монетку, он отошел в сторону, пропуская нас к голубоватой глади телепорта.

Еще один резкий перепад, и мы в такой же комнате в Троине. По крайней мере, толстенький мужичок, сидящий за столиком в уголке, обозначил наше место пребывания именно так. Красочно, со вздохами и ахами расписав все прелести такого милого городка, как Троинь, посоветовав особо не приближаться к лесу и получив монетку, служащий телепортной благословил нас в путь, особенно настаивая на том, что нам стоит остановиться в гостинице “Толстый Трин”.

Троинь встретил нас солнцем. Ярким, ослепительным, бьющим по глазам. Спасибо лорду, на мне шляпка. Надвинув на глаза, как оказалось, очень важный предмет женского гардероба, огляделась. Двух-трехэтажные дома из белого с серым вкраплением камня, крытые зеленой черепицей. Довольно широкие мощеные улицы, на удивление чистые, и маленькие кругленькие клумбочки с неизвестными цветами. Миленько, веселенько и все наше! По крайней мере, находится на нашей земле. Видимо, лорд и племяш пришли к таким же выводам, оба одинаково ухмыльнулись довольной улыбкой зажиточного помещика, оглядывающего родные просторы. Подхватив меня под локоток, Геарден, следуя совету работника телепортной, направил свои стопы в гостиницу, оказавшуюся практически клоном таверны Марцуки. Мда… Или хозяева родственники, или строил один архитектор, штампующий подобные заведения на раз-два. Единственное отличие от подобного домика в Калише — изображение на вывеске. На огромном щите “Толстый Трин” намалеван не радушный мужик, приглашающий в гости на чаек, а три огромные кружки с пенным напитком и здоровенная рыбина, ухмыляющаяся во все свои полторы сотни зубов. Не обращая внимания на заинтересованные взгляды прохожих, спешащих по своим делам и оглядывающих нас с некоторой опаской, лорд победоносным крейсером вплыл в гостиницу.

Ну что сказать? Впечатление мы произвели. Злобная физиономия каранеля при поддержке товарищей напрягла всех присутствующих. Шум в зале значительно стих. Удивленные, испуганные, настороженные, злобные взгляды слегка нервировали, но ведущую роль как всегда играл дядюшка. Надменно осмотрев задымленный зал, поджал губы и направился к стойке бармена, за которой невысокий круглый мужичок с черными глазами и темными вихрами на голове усиленно протирал стакан. Пришлось соответствовать. Не буду же я размазней при таком то дяде. Нос кверху и вперед, вот только юбки не забывать придерживать, ибо растянуться на полу не комильфо.

— Уважаемый, нам четыре комнаты на несколько дней, — довольно громко заявил дядя.

— Э-э-эм, — мужик за стойкой мялся, судорожно переводя взгляд с дяди на наемников и куда-то вглубь зала.

— Уважаемый?

Да уж, сказано таким тоном, что ни о каком уважение речь и не идет, так, пыль под ногами. Мужчина, ясно почувствовавший низость положения в глазах посетителя, решил исправиться. Крепко вцепившись в стакан и расправив плечи, выдавил:

— К сожалению, не могу предложить комнат…

— Уважаемый, а вы подумайте и предложите. Четыре, — мягко уточнил дядя.

— Э-э-э, — завел шарманку бармен но, разглядев кого-то за нашими спинами, побледнел и затих.

— Уважаемый хозяин хочет сказать, что гостиница не работает. Временно. Приезжайте через неделю, — скрипучий голос подошедшего разрезал тишину зала.

— Вы, простите, кто? — дядюшка брезгливо оглядел мужчину в серо-зеленом мундире. Среднего роста шатен был бы практически не заметен в толпе, если бы не рваный шрам, украшающий уголок глаза и скулу.

— Не важно, но советую вам сейчас же покинуть город. Вы же не хотите, чтобы с таким красивым цветком, — неприятный взгляд в мою сторону, — и с мальчиком случилась неприятность?

— Угрожаете? — дядя удивленно оглядев гостиницу, еще раз осмотрел серо-зеленого.

— Советую, — сквозь зубы прошипел мундир.

Ого. Окинув взглядом зал, заметила восемь военных в таких же серо-зеленых мундирах. Значит здесь их, по крайней мере, девять. И все внимательно следят за разговором.

— И последний совет, не делайте резких движений, когда пойдете на выход.

А вот это он зря. Неужели наглец действительно думает, что мы уйдем? Наивный. А все-таки, сколько этих серо-зеленых в гостинице и в городке?

— Удовлетворите мое любопытство? Кому жалобу подавать на неуважительное поведение мелких подчиненных? — холодно поинтересовался дядя.

— Не думаю, что граф Котбус соизволит рассмотреть вашу жалобу, — неприятно усмехнулся мундир.

— А вы не думайте, думать трупам вредно, — посоветовал лорд, глядя в стекленеющие, широко раскрытые глаза неизвестного серо-зеленого, придерживая его рукой и вытаскивая стилет. Тело мужчины только начало оседать, а семерка уже ловко устраняла остальные мундиры. Две минуты, несколько точных движений — и в зале между опрокинутых столов лежат шесть трупов и двое связанных, с кляпами во рту. Серьезные, очень серьезные противники, убийц нельзя недооценивать.

Тонко усмехнувшись, дядюшка повернулся к хозяину заведения:

— Нам четыре комнаты. Чистые. Сейчас.

— К-кон-нечно… — проблеял хозяин, выползая из-за стойки.

— Аника, Тала! Девочки, четыре комнаты приготовьте. Скорее девочки, скорее, — из незаметной двери за стойкой выскочили две невысокие девицы, с пышными формами, тут же застывшие побледневшими статуями с круглыми глазами. Картина впечатляла. Разгромленный зал, несколько резко протрезвевших посетителей вжимались в стены, сливаясь с местностью, и четверо наемников, складывающих трупы мундиров в уголке.

— Быстрее, девочки, быстрее, — поторопил красавиц хозяин заведения. Те, ожив, горными козочками поскакали наверх, оглядываясь через каждую ступеньку.

Хозяин же разливался соловьем, попеременно кланяясь лорду и поглядывая на мундиры. Его речь лилась прерывисто и экспрессивно, видно было, жить мужику хотелось, и желательно подальше от наших разборок. Моментально определив сильнейшего, он выдал информацию, рассказав все как на духу. И что напасть то такая приключилась, и власть то сменилась вот буквально за вчерашний вечер. Но они конечно же всем городком против были, да кто ж их горемычных послушает. Поставили перед фактом, что отныне принадлежат их земли графу Котбусу. Но сам хозяин конечно дико рад нашему появлению и избавлению от напасти. “Ей, ей не вру” — убеждал мужик, в очередной раз поглядывая на трупы. Потом замолк и неожиданно спросил:

— А что делать дальше, господин, будете? — а взгляд хитрый, хитрый, сразу видно, выгоду свою не упустит.

— А что интересного еще расскажете? — поинтересовался дядюшка, окидывая юркого хозяина холодным взглядом. Тот сглотнул, глянул на работу наемников и проникновенно сообщил:

— Так ведь, вон какое дело… Их жеж отряд был. Стало быть ходют по городу остальные. Кто в загон отправился, а кто и по лавкам пошел осмотреться…

— Отряд значит, — задумчиво повторил лорд.

— Отряд, отряд, — китайским болванчиком закивал мужик.

Интересно, а отряд у графа это сколько? Тут девять условно человек, или не человек. В общем, их было девять. А осталось?

— Рудек, — обратился лорд к одному из наемников, — закрой двери и окна, не нужно, чтобы нам мешали.

Потом, оглядев пришибленных посетителей, изображающих декор интерьера и две аккуратные вязанки с мундирами, поинтересовался:

— Ну что, уважаемые, поговорим? И начнем, пожалуй, с вас, — легко подхватив одну из вязанок, прислонил ее к стенке и, вынув кляп, спросил:

— Как в город попали? Не думаю, что летать умеете, а городские явно не дураки, вооруженный отряд запускать. Ну? Молчим? — связанный молчал, и говорить желания не изъявлял.

— Плохо, плохо, — прокомментировал дядюшка, — Очень плохо… Для тебя.

Оглядевшись, заметил наши любопытные физиономии.

— Детки? Займитесь чем-нибудь другим, комнаты проверьте, запасы у хозяина?

Мы дружно мотнули головами, изображая твердое “нет”.

— Ну нет, так нет. Тогда учитесь, может, что новое узнаете. Лърерд сумку с инструментами мне, а то тут уважаемый из себя героя строит, — и дядюшка злобно ухмыльнулся.

Вскоре мы обладали всей информацией, вытрясенной из горожан, хозяина гостиницы и оставшихся в живых мундиров. Оказалось все просто. Все очень просто. Отряд из пятнадцати человек, элитный отряд, участвовавший во многих стычках на границах владений, был направлен в Троинь для захвата городка, а также являлся первым разведывательным отрядом в глубь леса. Попали в городок товарищи военные благодаря парочке горожан, а также существенной сумме в кожаном мешочке. Остатки отряда скорее всего действительно, как и говорил хозяин таверны, в загонах или в торговых рядах. Слухи же о том, что владелец лесного замка скончался, курсировали давно, а то, что его не видно и на связь дед не выходил, только подтверждали их достоверность. Вот граф, недолго думая, и отправил людей, пока его более сильные противники граф Гриц и герцог Любек не позарились на чужое. Король далеко, да и политически слаб, чтобы уследить за подданными. Поэтому кто успел, да удержал, того и земли. Как скоро появится второй отряд и появится ли в ближайшее время, опрашиваемым неизвестно. Больше ничего существенного вытрясти не удалось.

Задумчиво оглядев пленных и уточнив место жительства обогатившихся предателей, дядюшка приказал прибраться в зале к приходу остальных солдат графа. Глянув на притулившихся в уголке горожан, уточнил:

— А вы посидите пока. Никуда не торопитесь? Нет? — те дружно помотали головами. — Вот и замечательно. Я думаю, уважаемый хозяин ради такого дела достанет бутылочку самогона.

Пятнадцать минут спустя в гостинице ничего не напоминало о смерти. Тот же легкий дымок, те же мужики с кружечками самогона, тот же хозяин за стойкой с неизменным стаканом в руках. Только мы, решившие пообедать, да парочка наемников, столбиками застывшие в дверях для тщательного фейсконтроля.

Лорд Геарден развернул в гостинице бурную деятельность по поимке и допросу подозрительных элементов, но вскоре, видимо узнав все что нужно, засобирался и исчез на втором этаже в одной из комнат. Прислонившись спиной к его двери, раздумывала стучать или нет? Вопросов по дальнейшим действиям было не просто много, а очень много. Но главный из них звучал совсем знакомо: "Что делать?" Забрав на себя функцию командования и составления планов, дядюшка оставил меня практически за бортом, а быть обычным наблюдателем без права голоса и возможности хотя бы на чуть-чуть изменить ситуацию, не хотелось. Что делать? Поговорить! А там посмотрим. Придя к такому выводу, постучала и вошла.

— Лорд, прошу прощения… — дверь за собой захлопнула и закрыла на замок. А нечего тут ходить, у нас "сурьезный" разговор намечается!

Дядюшка стоял возле небольшого зеркала, прикрывая его спиной. Бросив быстрый взгляд в мою сторону, отвернулся и продолжил монолог, кратко и четко инструктируя невидимого собеседника, указывая время и место, а также другие нюансы. Значит, не одни пойдем на абордаж Котбуса, радует. Пока пыталась углядеть неизвестного подчиненного, разговор закончился, лорд взмахнул рукой, смывая изображение. Зеркало потемнело, подернулось серебристой дымкой и приняло прежний вид.

— Миледи? — лорд отошел от зеркала и уселся напротив меня.

— Хотелось бы узнать Ваши дальнейшие планы, действия.

Геарден задумчиво осмотрев, отвернулся к зеркалу и застыл на несколько мгновений.

— Планы… Хорошо давайте будем откровенны друг с другом, — прямой взгляд. Глаза в глаза. — Я нужен Вам, примерно представляю для чего, но и Вы играете в моих планах значимую роль. Сегодня, сейчас я сижу здесь только благодаря Вам. Сижу живой. Что уж там произошло недавно с Сабио, не знаю… Но догадываюсь. Мелкий паршивец был связан с одним из руководителей Братства. Как и с кем — сейчас уточняют мои люди. Поэтому, как видите, я в подвешенном состоянии. Повторный удар может последовать в любой момент. Скорее всего, противник затаился и ждет результатов… — лорд злобно усмехнулся, блеснув потемневшими глазами, — но ненадолго.

Он сделал паузу и внимательно меня изучил.

— И, дорогая моя, никто не знает о Вас. С моей стороны я гарантирую Вам любую помощь, но и от Вас я жду того же. — Дождавшись кивка, продолжил: — Тогда на сегодня имеем два направления действий. Первый, как мы и хотели, захват графства Котбус. Это земли до реки. Благодаря жадному недоумку, все пройдет быстро. Никто слова лишнего не скажет, — злобный и одновременно довольный прищур глаз. — Мы отвечаем лишь ударом на удар. И второе. Моментальное устранение соперника или соперников. Кто из двух лордов со мной играет, вскоре выяснится. И тогда… Миледи, я надеюсь на Вашу помощь.

Ожидание в глазах, в позе. Лучше знать все заранее, Вы правы, лорд. Вы правы.

— Конечно, лорд Геарден, конечно… Я так понимаю, Вы уже разработали план захвата графства?

Улыбнувшись, дядюшка кивнул головой.

— Выезжаем сегодня. На лигардах, — заметив удивленно приподнятую бровь, уточнил: — Наши знакомые были столь благородны, что решили оставить подарок, посмертно. Возьмем восемь животных. Киану поедет с кем-нибудь из парней. Доберемся до города часа за четыре. Дополнительно вызвал две семерки. Одна из них будет ждать в Котбусе. Вторая подъедет через несколько часов после нас. В общей сложности три семерки, думаю, этого достаточно. Графство небольшое, при должном подходе и небольшом везении управимся за пару дней.

Три семерки — и графство наше за пару дней. Это более чем хорошо, но захватить власть не значит ее удержать. И лорд должен знать этот тезис как никто другой. И что потом? Заметив мои сомнения, дядюшка мягко успокоил:

— Не волнуйтесь, миледи, графство будет наше. Сыграть на чувствах людей я смогу. Да и Вы, я думаю тоже.

— Значит, выезжаем сегодня?

— Да, примерно через час. Нельзя давать графу преимуществ. Проще убрать его одного, чем сражаться с армией, — поднявшись и тем самым ставя точку в разговоре, лорд подошел к двери. Приоткрыв ее, обернулся. — Отдохните, я собью порталы в Котбус. Пусть думают о небольших неполадках, пока пришлют сюда людей, мы будем на месте, — вежливо кивнул и вышел.

Ну что ж, примерно так я себе все и представляла. Только не такими темпами. Хотя лорд прав, захват именно этого графства лучше провести мгновенно.

Визг, крики, обвинения… После нескольких минут непонимания и тишины, зал взорвался какофонией звуков. Бледный граф, упав на колени, трясущимися руками обхватил тело супруги, прижимая его к груди. Растерянные посветлевшие глаза, дрожащие губы, он не воспринимал слов, обвинений, сыплющихся на него со всех сторон. Толпа в экстазе атаковала впавшего в немилость человека: женщины, охая и ахая, изображали обмороки, мужчины обвиняли Котбуса во всех смертных грехах. И это те люди, которые совсем недавно с радостью пользовались благосклонностью хозяев.

Противно.

Переместившись за спину Киану и обняв его за плечи, прошептала:

— Смотри, несколько человек — это уже толпа, безумная, безмозглая, и неважно, кто они, лорды или простолюдины… Лишь одна ошибка — и неугодного разорвут на части. Учись управлять толпой. Правильное слово, правильный жест — и ты король… оступишься — и ты труп.

— Зачем?

— Зачем она умерла?

— Да…

— Она опасна. Была. Женщины бывает порой намного опаснее, смертельно опаснее мужчин.

— Я чувствовал…

— Это хорошо… Пошли, сейчас здесь делать больше нечего.

Урок жесток, очень жесток для ребенка. Но я хочу, чтобы он жил, нормально жил и реально воспринимал окружающий мир. Может быть то, как мы с лордом учим парня, жестоко. Да даже не может быть, наверняка, неверно. Но я постараюсь показать ему и другую сторону жизни, благородство, верность и честь, преданность и любовь.

— Пойдем…

— Милан, я хочу остаться до конца. — парень упрямо мотнул головой и сжал губы. Ну что ж, это твое право. Давай досмотрим это представление до конца.

А действие вокруг развивалось. Геарден решил обратить внимание на себя, командный уверенный голос влился в общий поток.

— Лорды, леди это ужасная трагедия… — лорды и леди плевать хотели на комментарии дядюшки, они самозабвенно доказывали всем и каждому, что они то знали о гнильце в душе новоиспеченного вдовца, они прямо печенками чувствовали, что ничем хорошим этот довольно таки долгий брак не закончится…

Поняв всю бесполезность относительно спокойного тона, дядя набрал в легкие больше воздуха и рявкнул:

— Молчать! — гости ошарашено закрыли рты, леди, изображающие обморок приоткрыли глаза, пропустить новый акт в дешевой трагедии никто не хотел.

— Уважаемые! — уважаемые прислушались, ловя каждое слово, — Это ужасная трагедия! И здесь в зале скорби не место веселью и праздности! Вам стоит разойтись по своим комнатам, а лучше покинуть эту обитель печали.

Дядюшка многозначительно посмотрел на дверь, мгновенно раскрытую наемниками, чей внушительный вид говорил: "да, действительно, покинуть гостеприимный дом просто необходимо, а то мало ли что…". Наглядный пример в виде злобных физиономий и различного оружия заставлял работать фантазию, представляя во всех красках, что же это может быть.

— Э-э-э, позвольте, а Вы вообще кто такой, уважаемый? — худой молодой человек в черном протиснулся ближе к лорду, блеклыми голубыми глазами окидывая неподвижное тело женщины, и державшего его на руках мужчины.

Презрительно осмотрев черноволосого парня, дядюшка процедил:

— С кем имею честь?

— Я племянник леди Котбус! И имею право знать, на каком основании Вы приказываете в этом доме? — звонкий голос парня внимательно слушали все гости, довольные развитием событий, и явно не хотевшие покидать сие интересное место.

— На основании представителя пострадавшей стороны, это во-первых, а во-вторых, как имеющий опыт в улаживании различных конфликтов.

— Вы пострадавшая сторона? — некрасиво взвизгнул молодой человек. — Только из-за вас погибла тетушка Галира! Если бы не вы, со своими беспочвенными обвинениями и необоснованными претензиями!

— Так-так, Вы, уважаемый, я так понимаю, любимый племянник покойной? — заинтересованно поинтересовался Геарден. — Какая жалость, такая женщина и погибла во цвете лет…

— Да! И если бы не вы! Вы! Никто не знал… А вы… Это из-за вас она умерла! Да кому нужен этот паршивый Троинь! Он ничейный… тетушка была права… Это вы толкнули ее на шпагу дядюшки! — запальчиво продолжал парень.

— Хватит! — холодный голос лорда прервал излияния молодого человека. — Никто не может обвинить меня в смерти вашей тетушки, это страшная случайность. В своей непричастности я могу поклясться! А вот что вы говорили про Троинь? И про то, что "никто не знал"? И в чем же права была леди Котбус?

— Что? Да как Вы смеете! Вы не можете ничего доказать! — голос племянничка достиг небывалых высот, отчего многие гости поморщились, а леди попытались прикрыть ушки, но тут же убрали ладони, боясь пропустить новую порцию скандала.

— Молодой человек, мне не нужно доказательств, я предположил, и этого достаточно. С Ваших оговорок всем ясно, что городок предполагалось отдать скорее всего в Вашу собственность. А вы были в курсе всех замыслов покойной! Не правда ли, лорд Котбус? — все дружно посмотрели на поникшего лорда.

— Что? — вяло поинтересовался тот.

— Вам нужно отдохнуть, мои люди займутся телом леди. Но прежде чем уйти, скажите, Ваша супруга делилась планами с любимым племянником? — заботливо поинтересовался дядюшка.

— Да, скорее всего да, — безразлично сказал мужчина, аккуратно укладывая тело жены на пол. Он был раздавлен, он был слаб. В этой семье действительно заправляла всем графиня, и без ее тяжелой руки граф не справится. Понимающий ситуацию Геарден решительно брал власть в свои руки, устраняя возможных и предполагаемых конкурентов, в данный момент в лице тощего племянничка покойной.

— Лорды и леди, прошу вас все же покинуть этот дом! Такая трагедия, графу крайне необходимо прийти в себя. — Наемники лорда недвусмысленно показывали гостям на выход, сужая кольцо вокруг разряженных представителей местной элиты.

Гости нехотя покидали залу, брыкающегося молодого человека, поддерживая за белы ручки, выводил один из охраны, так же, но более бережно вывели графа. Ну, вот и все. Нет ожидаемых рек крови, нет особых истерик, по крайней мере, пока. Завтра будет новый день, граф, скорее всего, придет в себя, племянник так же будет пытаться предъявлять претензии, но это завтра.

— Парни, тело перенесите в одну из комнат, прикажите слугам все прибрать, — отдав последние распоряжения, дядюшка повернулся к нам.

— На сегодня все? — я до сих пор стояла, придерживая Киану за плечи.

— Да, останемся на пару дней во дворце. Дела в порядок приведем… Да, все… — проведя ладонью по лицу, дядюшка еще раз посмотрел на меня, пытаясь через глаза заглянуть глубже. Не думаю, что получится, лорд. Не думаю…

— Тогда мы пойдем? — руки на плечах мальчишки слегка напряглись, удерживая того от любопытных фраз. Надеюсь, он поймет намек.

— Да, да, конечно. Если вдруг решите поговорить, парни проводят, — кивнув на прощанье, он отвернулся, следя за действиями наемников, аккуратно перекладывающих тело на плотный кусок полотна. Ну что ж, пора…

— Пошли, теперь точно все, — тихий шепот, и я тяну не сопротивляющегося парня к выходу.

Сон не шел, перед глазами как в замедленной съемке прокручивались сцены сегодняшней трагедии. В подсознании усиленно стучала маленькими молоточками противная мыслишка, какая-то незавершенность, предвещающая неприятности. Что я пропустила? Потерев виски, встала с постели и подошла к окну, луны освещали мягким светом ухоженный парк и каменные тропинки. В тени мелькали силуэты наемников, охраняющих покой дома. Что не так? Вздохнув, решила посмотреть на тело женщины, надеюсь, слуги привели его в порядок.

Скользнув в темноту коридора, пошла по еле уловимому следу, тонкой нитью аромата оставленного в воздухе. Коридор, еще коридор, поворот, лестница наверх… Куда же они ее принесли? Вот, наконец, нужная дверь, странно, ни одного из семерок, куда все делись? Прислушавшись, зашла внутрь. Два блеклых огонька освещали только лицо женщины, вся остальная комната тонула в темноте. Подойдя ближе, пригляделась. Мертва, иначе быть не может. Шпага попала точно в сердце, рана не совместима с жизнью, с человеческой жизнью. Что не так?

Подхватив кресло, села подальше от покойницы. Чем черт не шутит?

Минуты текли одна за другой. Надо бы поспать. Уже час прошел, даже больше, и ничего не происходило. Может, перенервничала? Уже решившись оставить свой добровольный пост, поднялась с кресла и, сделав пару шагов, услышала еле уловимое дыхание. Испугавшись, обернулась к телу. Не она. Кто? Прижавшись к стене, затаилась и прислушалась.

Дверь медленно открылась, пропуская худую высокую тень. Попав в мягкий отблеск огоньков, она трансформировалась в безутешного племянника леди. Воровато оглядевшись, он подошел вплотную к покойнице и нагнулся к лицу.

— Как же так, тетушка? Нехорошо оставлять любимого племянничка без обещанного. А как же ваша клятва? — молодой человек еще ниже нагнулся, и, глядя в закрытые глаза, шипел: — Не уйдете! Не скроетесь за Гранью! Я не разрешал!

Резко распрямившись, он положил ладонь на лоб графини, и вскоре к блеклому сиянию светильников добавился чуть более яркий свет, исходящий из-под пальцев парня. Мертвенно-голубая дымка покрыла лицо женщины, отчего казалось, оно пришло в движение. Племянник убрал ладонь, дымка потянулась следом, образуя все утоньшающуюся нить. Раскручивая нить, словно веретеном, второй рукой отцепил, и еще раз крутанув, подкинул ввысь. Нить натянулась, и стала похожа на рыбачью леску, а парень, изображая заядлого рыболова, потянул ее на себя. С трудом, нить поддавалась, излишки мягко впитывались в кожу женщины.

— Ну же, тетушка, не противьтесь… Я вас поймал! — оскалившись, парень удвоил усилия, было видно, что нить дрожала и на том, далеком, невидимом конце кто-то бился, пытаясь сорваться с крючка.

— Не получится… Не сопротивляйтесь! Вы же не хотите меня разозлить! — еще один резкий рывок и в неясном свете показалась призрачная фигура женщины, тонкой голубой нитью связанной со своим телом.

— Ты что-то хотел, Кларенс? — тихий, шелестящий звук раздался в комнате.

— Ай, ай, ай… Какая же вы забывчивая, тетушка! Я хотел, я многого хотел, и кое-что из этого вы мне обещали! Например, графство Реинтур! И что же я вижу? Вы соизволили умереть!

— Дорогой племянник, сейчас мне нет никакого дела до твоих хотений! К сожалению, а может и к счастью, я скоро окончательно уйду за Грань…

— Не так быстро, уважаемая, — перебил родственницу племяш. — Не так быстро. Ваша клятва все еще в силе! К тому же не боитесь, что о ваших делишках узнают остальные? Например, горячо любимый муж? Или все эти стервятники, с таким любопытством наблюдавшие сегодня за Вашей кончиной?

— Нет, не боюсь! Сейчас мне все равно! Я мертва, дорогой! Мертва! А если ты будешь несдержанным на язык… ну что ж, поплатишься первым. Это я тебе гарантирую!

Поджав губы, парень упрямо мотнул головой:

— Клятва, тетя, клятва! Мне крайне нужно графство, вы же не хотите оставить родного сына без ничего? Иначе так и будет… — демонстративно замолчав и "подумав", продолжил: — Даже не так, скорее всего Ваш сыночек присоединится к Вам, не выдержав позора матери. Ай, ай, ай, какая трагедия.

Кларенс театрально приложил к глазам белый платок.

— А Вы, дорогая тетушка, будете вечно сидеть в этой комнате, привязанная к своему разложившемуся трупику. Как… негигиенично. Ведь Вы дали клятву, любимая тетенька, и пока не выполните ее, не освободитесь.

— Не вечно, "дорогой" племянник, не вечно. Пока жив ты! Я помню условия сделки.

— Ну, я пока к Вам присоединяться не собираюсь, может быть потом, лет через… двести, если повезет, триста, — прикидывал в "уме" свое долгожительство молодой человек.

— Раньше… если… — темные провалы глаз призрака в упор посмотрели на меня, — Вы не отдадите ему графство?

Я молча покачала головой.

— Не отдадите… — лицо женщины исказилось. — А мой сын? Он еще слишком молод, может быть глуп… Я хочу, чтобы он жил! Не трогайте его!

— Вы с кем разговариваете? — парень стал с прищуром всматриваться в темноту, в упор разглядывая меня и не видя.

— Поклянитесь, что не тронете его! Он не должен платить за мои грехи, — о каких особых грехах говорил призрак, я не знала, да и не хотела знать… А клясться? Нет!

— Я не буду давать клятву. И вы знаете почему.

— Кто? Кто здесь, — взвизгнул молодой человек. — С кем Вы говорите?

Парень достал тонкий кинжал и стал всматриваться в темноту, повторяя одну и ту же фразу:

— Кто?

Нервный. Визгливый. Противный… Ничего путного из него не вырастет, все что можно уже … сплошной сорняк. Мда. Все же прополка не помешает.

— Я тут, я… — моя персона, наконец, показалось на границе света и тени.

— Девчонка? Я тебя помню, ты была с этим, — Кларенс брезгливо помахал в воздухе рукой, видимо пытаясь изобразить дядюшку.

Мерзко ухмыльнувшись и поигрывая оружием, сделал пару шагов ко мне.

— И что же тут забыла такая куколка? Ищешь острых ощущений? Ты по адресу, я могу тебе их предоставить.

— Не думаю, — спокойно качнув головой, глазами следила за каждым движением парня.

— Можно без клятвы, только прошу… попробуй не причинять ему вреда, — напомнила о себе леди.

— Если мальчишка не совсем глуп и сам не полезет в петлю… Постараюсь.

— Да, хотя бы так… И передай, если встретишь, я люблю его.

— О чем вы разговариваете? Какое передай? Эта малышка сейчас присоединится к тебе, дорогая тетушка, мне не нужны свидетели. А потом, мы снова с тобой поговорим… — произнося последние слова, парень бросился на меня, метя кинжалом в живот.

Глупый…

Графиня захохотала, тихий зловещий смех странно приглушил свет огоньков.

— Что? — заорал парень, — Хватит смеяться! Сейчас разберусь с этой…

Зачем ждать новых слов, лучше закончить сейчас. К тому же, не дай Афина, Киану все же выглянет из-за двери и решит принять участие в поимке этого сумасшедшего. Мгновенно трансформировавшись, спеленала неповоротливого парня. Нет, для человека, если конечно этот тип принадлежал к расе людей, он двигался очень быстро, но не для меня. И это радует.

— Каш-шетс-ся мы чуток поменялис-с-сь местами? — немигающие глаза с удлиненными зрачками смотрели в расширившиеся от страха глаза Кларенса. — С-сейчас-с ты будеш-ш-шь более веш-ш-шлив. Ведь ты уш-ш-ше не такой с-с-смелый?

Парень судорожно сглотнул:

— Кто ты? Что?

— Твоя с-с-смерть… Твое ос-с-свобождение… от этой жиз-з-зни… — пристальный взгляд в глубину души. Черная, какая же черная и мерзкая душонка. Не жалко. Под пронизывающим взглядом парень умирал, превращаясь в камень. Вот и все. Размотав хвост с образовавшейся статуи, я скользнула немного назад и с размаху саданула хвостом по темному камню, бывшему всего несколько минут назад человеком. Вот и все. Мелкое крошево устилает пол комнаты. Вот и все…

— Вс-с-се! — зацепив мерцающую нить, порвала остатки связи, окончательно освобождая призрака. Хохот затих, пламя огоньков выровнялось, кидая темные тени на женщину.

— Спасибо, — тихий шелест коснулся ушей, — Передай ему, люблю… и мужу… прощаю… все.

Призрак истончился и исчез, окончательно покидая этот мир.

— Киану? Выходи! — пусть выходит, поросенок. Может провести с ним разъяснительную беседу?

Тело принимало первоначальный вид, сбрасывая напряжение, скованность и ощущения недоделанности. Теперь действительно все.

Лицо графини утратило настороженность и надменность, оно расслабилось, уголки губ улыбались, мягкость черт поражала. Она была красивой леди, когда-то. Мир жесток, если вместо мужчин в нем сражаются женщины, сражаются оружием и интригами, улыбками и ядами, жизнью и смертью.

— Все услышал?

За моей спиной раздавалось еле слышимое дыхание Киану.

— Милан, понимаешь, я… — мальчишка начал говорить, пытаясь оправдать любопытство и свое присутствие в комнате покойной.

— Я должен был знать, куда направляется этот тип! — решив, что лучшее оправдание это нападение, предъявил претензии и мне: — Ведь ты тоже тут что-то делала?

— Я тебя ни в чем не обвиняю…

— И вообще, ты же видишь, этот родственничек опасен! Не понимаю, куда наемники дяди… Что?

— Я. Тебя. Не. Виню. Ни в чем!

— Но… — мальчик смутился.

— Урок Киану, урок… Из любой ситуации необходимо извлекать пользу. Даже из трагедии. Все мы любим, ненавидим, страдаем, подчиняемся, верим, обманываемся… Да много чего. Посмотри, она счастлива. Интересно, правда? Сегодня днем не была, а там… И самое интересное, на пороге она переживала не за себя, за сына. Она оказалась лучше, чем я думала.

— Ну да, а этот тощий заморыш хуже!

— Точно! Все порой бывает не таким, каким кажется… А теперь, разворачивайся и спать. Тут делать больше нечего.

— Уверена? А если еще какой-нибудь родственник наведается?

— Ну и пусть! Охранку поставим, бабахнет так, что все проснутся и прибегут с инспекцией. Все! Спать.

Выйдя в коридор, тщательно запечатала дверь и мы отправились спать.

— Милан? А пошли завтра в город погуляем? Тут скучно будет. Верно этот говорил, — Киану мотнул головой в сторону двери, — стервятники налетя-я-яат…

Кеа широко зевнул, прикрывая ладонью рот.

— Я подумаю…

— Угу, подумай.

Попрощавшись, мальчик зашел в свою комнату и тихонько прикрыл дверь. А вот и моя дверца, кроватка… родимая… мягкая… м-м-м… Последней мыслью, мелькнувшей в уплывающем сознании, была "а где все-таки охрана?".

— Милана, — Киану настойчиво пытался поймать мой взгляд, — Ты обещала!

— Да-а-а? Разве? Не помню… — перелистнула следующую страницу.

— А если напомнить?

Зачерпнув новую ложку чего-то вкусного и запихнув это нечто в рот, посмотрела на парня поверх фолианта. Тот, навалившись на стол грудью, с ожиданием в глазах ждал ответа.

— Рискнешь? — и снова глаза бегают по страницам книги. Занятная вещица "Все о душе и ее производных", с трудом отыскала в запасниках местной библиотеки.

— Мила-а-ан… — вновь начал будить мою совесть заскучавший мальчишка. А зачем будить то, что давным-давно померло?

— М-м-м?

— А кто-то… вчера ночью… — затянул волынку мелкий непоседа.

— А кто-то если рот не закроет, то за завтраком… — мрачным взглядом окинула засидевшегося за столом Кеа.

— Так, так… Миледи, и что же было вчера ночью? По моим данным Вы должны были видеть десятый сон, — ласково поинтересовался дядюшка.

— Воплощала сон в реальность! — и что тут о классификаторе то пишут… Душа… Призрак… Ловец душ?

— Со зрителями! — встрял Киану, прищурив глаза. Вот… шантажист, добьется все же своего! Не выдержу и воспользуюсь знаниями не по назначению — припечатаю мелкого по темечку, чтоб не повадно было.

Хмыкнув и отпив из бокала, дядюшка как бы невзначай бросил:

— Племянник леди Котбус потерялся… Не находили?

Киану, не вовремя набравший в рот сока подавился, выплеснув содержимое. Успев закрыться от брызг фолиантом, осуждающего покачала головой… Умеет же лорд задавать вопросы не вовремя. Талант.

Откашлявшись и шмыгнув носом, Кеа еще раз отхлебнул, пряча глаза.

— Так как? Это недоразумение замок не покидало.

— А он при всем желании ноги сделать уже не сможет.

— Поподробнее миледи. Парень был не опасен. Вы же сами были против лишней крови.

— Я ошибалась.

— Миледи… — пытался надавить дядя.

— Киану… — перевела стрелки.

— Киану? — удивленно поднятые брови. — Значит Киану! Рассказывай.

Парень пыхтел и усиленно пытался найти в бокале хоть что-то интересное.

— Киану!.. — поторопил дядя.

— Да я не знаю кто он такой! Был… — подняв несчастные глаза, мальчишка искал у меня сочувствия. У меня! До этого пытаясь этим же и шантажировать. Вот наглость, а? Ну все, мелкий, ты мне должен.

— Ловец Душ он. Начинающий. Специализировался по призракам. По крайней мере, мне так показалось. И если конечно вот это — постучала пальцем по книге, — не врет.

— Разрешите? — взяв книгу и быстро пролистав страницы, отдал ее обратно. — Может и не врет. Как узнали?

— Притянул и привязал призрак леди к телу. Если правильно поняла, использовал родственные связи и силу клятвы. Кстати, наш бедный замок вместе с городком предназначался действительно этому проныре.

— И где тело?

— Рядом с тетей каменная крошка. Это оно.

— Миледи… — протянул лорд, — Если друг что-то в следующий раз произойдет, не забудьте сказать, очень Вас прошу.

Дождавшись пожатия плеч, уточнил:

— Еще трупы или остатки трупов имеются?

— Нет.

— Замечательно.

— Угу, — я уже потеряла интерес к разговору. Нужное сообщила, и то хлеб. Сейчас же все мое внимание поглощала книга. Согласно ей, ночной посетитель мог затолкать призрак обратно в тело, причем живым оно бы не было. Ведь тело мертво. Так, ходячий умный трупик. С приятными бонусами: без запаха, без разложения, полная копия умершего человека и самое главное, подчиняется всем приказам хозяина — повелителя. Поддерживается сие чудо постоянным притоком энергии, являясь по сути маленьким, практически незаметным паразитом на теле своего повелителя. Чем-то похоже на зомби, о которых так любят писать наши фантасты, но не то. Организация на несколько порядков тоньше и сложнее.

— Милан? Может все же сходим в город? — на краю сознанию послышался нудящий голос Киану.

— Угу, угу… — повторяла как попугай… Следующая страница. А тут про души. Оказывается, их можно "легко" получить. Вышибаешь потоком магии желаемое из тела, и душа готова. Тело в коме… интересно, а если…

— Киану, ты сейчас идешь со мной на подписание вассалитета. Граф ожидает нас через пятнадцать минут. Опаздывать нельзя, так что собери себя в кучку… и не смотри жалостливо… ты не миледи, так как у нее, у тебя не получится… К сожалению, миледи, мы Вас не возьмем, это исключительно мужская встреча. Не скучайте.

— Угу, — все же интересно, а если тело уничтожить, то что делать с душой? Можно ли подселить в другое живое тело?

Через несколько минут в столовой кроме меня родимой и огромной старой книги никого не осталось. Еще через пару минут, заметив отсутствие шумового фона, непонимающе огляделась. Стулья напротив пустовали. И где? Где мой персональный мелкий трехнедельный раздражитель? Куда направил стопы дядя? Что я успела пропустить? Подумав, вспомнила последние брыкания Киану и слова лорда о мужской встрече. Вскочила со стула, чуть не опрокинув остатки завтрака. Меня не взяли!? А если что-то пропущу?!

Взгляд блуждал по небольшой комнатке, отмечая мелкие незамеченные ранее детали, но так и не находя выхода из ситуации: на встречу, в кабинет, даже если я его и найду, меня не пустят. Наверняка отнекаются какими-нибудь глупыми мужскими понятиями. А посмотреть, что же там будет, ужасно хотелось, и как назло, найденный артефакт по подглядыванию остался дома, да и не факт, что он будет тут работать. Что в таких нечеловеческих условиях делают пронырливые попаданцы? Они мужественно ищут… что?

В открытое окно на пару минут залетела большая цветастая бабочка, помахав крылышками, развернулась попой и улетела восвояси, все же подарив напоследок идею. Нет, не превращения в бабочку и не использования этих милых созданий для слежки.

Мужественные попаданцы всегда ищут тайные ходы! Особенно в таких довольно старых замках. А как они ищут эти ходы? Вспомнив опыт поиска необходимо в замке Кеа, приуныла. Нереально. Плюнув, решила пойти прямым путем. Подхватив книгу, выскочила в коридор, где, поймав первого попавшегося наемника, хмуро поинтересовалась, где находится кабинет графа? Послушав путанные объяснения припертого к стенке парня, заблудилась в "если пойти прямо, потом налево, потом направо, завернуть, спуститься, подняться налево…". Схватившись за голову, внимательно посмотрела на представителя славного клана Ортифус. Не издевается ли? Топографическим кретинизмом я никогда не страдала, но даже страдающему этой страшной болезнью стало бы ясно, что следуя столь извилистым маршрутом можно попасть куда угодно, но точно не туда куда нужно. Может он действительно меня послал? Сделав "страшные" глаза, всмотрелась в парня. Не проникся. Какой закаленный боец! И где только дядюшка находит таких на мою голову? Змеиные глазки его, видите ли, не пугают! Мысленно плюнув в парня и попав на самое дорогое, отправилась дальше. Кто-то же должен знать, где находится этот кабинет! И этот кто-то обязательно скажет… наверное…

Сзади раздался еле слышимый смешок. Тьфу на вас, еще один мысленный плевок. Точно в цель…

Пятнадцать минут плутания и ни одного живого лица в округе, как и вожделенного кабинета в зоне видимости. Еще чуток и я сама себе буду напоминать того мужика, из фильма "Чародеи", до-о-олго искавшего выход. "Люди-и-и, где же вы люди… Ортифус, черт бы вас побрал!"

Десять минут спустя я все же обнаружила вожделенную дверь. Это судьба! Я просто обязана узнать, о чем же там говорят, и никакие хмурые физиономии, никакие каранели, да Гтронту, именно каранели мне не помешают. Не обращая внимания на трех наемников, подпирающих стенки возле горячо искомой и, к счастью, нашедшейся двери, прильнула к маленькому глазку, точнее дырке для ключа, открывающей "великолепный" обзор. Чья-то широкая спина в темном отлично прикрывала периодически показывающийся в обозрении широкий кусок стола. Вот, ведь! Мало того, что дверь здоровая и скважина для ключа маленькая, так и какой-то… всю малину портит.

— Миледи! — сзади раздалось деликатное покашливание.

— М-м-м? — мда, так дело не пойдет, может подслушать удастся?

— Миледи, лорд просил его не беспокоить… — вежливо сообщил каранель.

— Вот и не беспокойте! — Как бы подслушать? Ухом? Развернувшись, прижалась ухом к скважине. Охрана топталась на месте и отводила глаза. А что им еще остается делать, приказа в отношении меня не получали. Видимо дядюшка понадеялся на запутанность ходов, здраво рассудив, что обычный человек, столкнувшийся с таким безобразием, плюнет на полпути и займется своими делами… Наивный. Мое дело за дверью. Вот им я и занимаюсь.

Слышимость была отвратительной. Скажем прямо. Монотонный бубнеж и резкие всплески басов принять за слова, и главное суметь их разобрать было сложно. Но так хотелось… А если сильно хочется, это просто необходимо получить для собственного душевного спокойствия. О том, что я выгляжу мягко говоря глупо, старалась не думать. Все равно меня воспринимали как некое неразумное существо. Так почему бы этим не воспользоваться? Действительно, почему?

Поднявшись, с невозмутимым видом отряхнулась, приводя в порядок мятую юбку. Расправив складки, подхватила книгу и широко улыбнувшись, резко открыла дверь. Явив себя народу.

— Милана, дорогая, ты несколько не вовремя! Ты же знаешь, я был против твоего присутствия здесь. — Первым опомнился Геарден, поднимаясь с удобного кресла и откладывая в сторону папку с бумагами, строго глянул на каранеля.

Тот попытался аккуратно оттянуть меня за дверь, за что получил каблуком по коленной чашечке, сквозь зубы выдохнув, отпустил. Понял, видимо, что боевой каблук не дремлет, и строго нацелен на вторую, пока целую чашечку.

Нахмурившись, Геарден произнес:

— Лорды, позвольте представить вам мою племянницу, леди Милану.

Четыре пары глаз удивленно рассматривали мое "взволнованное" лицо. Но когда меня смущало излишнее внимание? Да никогда!

— Дядюшка, это несправедливо! — и каждый, кто в этот момент заглянул в мои глаза, понял: действительно, несправедливо! Что именно, не важно! Несправедливо и все тут! Стараясь закрепить достигнутый эффект, давила на слушателей:

— Мне не хотелось оставаться там одной… Незнакомые стены, здесь конечно очень мило, но пустынно… Вы знаете, — обратилась к сухонькому старичку, понижая голос, — я видела призрака… Прозрачного призрака!

У дедка от неожиданности расширились глаза, а когда я трагичным шепотом добавила:

— Призрака леди Котбус, — левый глаз дернулся. Так, этот готов.

— Граф… — на меня взирал бледный как полотно граф, — Вы же не будете против, если я немножко здесь посижу?

И умоляющий взгляд несчастных голубых глазок. Откашлявшись, граф мотнул головой и расстегнул несколько пуговиц у горла. Значит, не будет, примем за согласие.

— Вот видишь, дядя, никто не против! — наивно взглянув на оставшихся двоих мужчин, один из которых и был обладателем широкой спины в черном. — Ведь да?!

— Конечно, леди, такой очаровательной девушке нельзя оставаться одной, — ответил один из них. Кареглазый шатен с небольшой бородкой.

— Лорд, — обратился сухонький дедок к Геардену, — Наверное пусть девочка посидит, ничего страшного не случится?

Нет, конечно, что может случиться, если я буду тут? Видимо поняв и осознав, дядюшка величественно кивнул головой. Приподняв юбку, проплыла к свободному креслу, прижимая к груди фолиант, естественно буквами к народу. Пусть любуются, не буду же я врать по пустякам?

Граф вздрогнул. Прочитал? Ну что ж, тем лучше.

— Лорды, давайте все же вернемся к вопросу! Вы знаете мои требования! Пожалуйста, лорд Судья?

— Да, да лорд Геарден. Я прекрасно вас понимаю… — быстрый взгляд в мою сторону. — Все же я вас поддержу. Вы правы в своих претензиях.

— Что? — поднявшийся мужчина в темном стукнул кулаком по столу. — Где доказательства? Пока мы видим только тело леди Котбус. Здесь пострадавшая сторона граф!

Я показательно вздрогнула и побледнела. Это не сложно. Сложнее обратить на себя внимание, когда мужчины так увлеченно спорят. Лорд заметил, молодец.

— Дорогая, вот поэтому я и просил тебя посидеть в комнате, ты и так вчера многое пережила… Такая трагедия… — а молодец, заливает соловьем, все заслушались.

— Прошу прощения, миледи, — кивнул головой мужик в темном. Здоровый, похожий на медведя, вот только с холодными серыми глазами, оценивающими всех по ему одному известной шкале.

— Лорд Дознаватель, — обратился к нему мужик с бородкой, — если бы Вы были правы в своих предположениях, то лорд Геарден ни за что не потащил бы сюда ребенка, — кивок в сторону немого как рыба Киану. — И уж тем более юную впечатлительную леди. Это Вы должны уж понимать!

— Нда… Леди, а что у Вас за книга? — молча подняла и показала название.

— "Все о душе и ее производных", — громко прочитал лорд Дознаватель, — Интересная литература. Почему? — острый, пронизывающий взгляд. В ответ кристально честный.

— Я действительно видела призрака. Мне же нужно знать, как от них защищаться? — крик души "блондинки" был услышан и правильно воспринят.

— Нда, действительно…

— Км-м-м…

— Не приставайте к девочке, лорды, — пожурил дедок мужиков.

— Э-э-э… леди, а покойная леди Котбус вам что-нибудь сказала? — все же поинтересовался дознаватель. Приставучий гад.

— Лорд, вы издеваетесь? Покойные не умеют говорить, — возмутилась и тут же добавила: — Но призрак сказала.

Мужики затаили дыхание, недоверчиво разглядывая мое одухотворенное лицо. Киану же паршивец с трудом сдерживал смех. Кинув презрительный взгляд в его сторону, выдала:

— Она сказала, что прощает лорда Котбуса, за все прощает.

Торжественную минуту молчания разорвал судорожный вздох графа.

— Интересно, — холодные глаза лорда Дознавателя перемещались с меня на графа и обратно. — А за что прощает?

— Не знаю, сказала за все… Спросите у графа он должен знать, за что его прощают, — перевела стрелки. Пусть граф отдувается. И все же этот балаган нужно заканчивать, настырный тип начинает задавать неприятные вопросы. Дядюшка, дядюшка, дя-я-я… Мысленный крик был услышан, но не дядей.

— Это все очень интересно, уважаемые, но я спешу. При всем своем уважении к вам, лорд Дознаватель, я принимаю сторону лорда Геардена в его требованиях к графу Котбусу в полном объеме. А насчет призрака, дорогая леди, вам не стоит волноваться, он Вас больше не потревожит, — дедок успокаивающе мне улыбнулся.

— Почему? — я конечно знаю, что леди уже отбыла за грань, но все же любопытно, почему так считает судья?

— Не привязанные к телу призраки не задерживаются возле живых дольше суток. Тело мы осматривали, никакой привязки нет. Так что не волнуйтесь, дорогая, леди Котбус полностью ушла за Грань, — разъяснив и успокоив, а потом и по максимальному быстро подписав лежащие на столе документы, старичок раскланялся и попрощавшись, закрыл за собой дверь. Быстрый дедок, прямо таки реактивный.

— Ну что ж, значит дело закрываем, — взяв со стола подписанные судьей бумаги, дознаватель поставил свои размашистые автографы. После там же красовались подписи неизвестного бородатого лорда, графа и дядюшки, придавая полновластную силу составленному документу. Значит все. Интересно, а о чем все же они договорились?

— Всего доброго, лорды… леди Милана. Граф, с вами я бы хотел побеседовать чуть позже, скажем через неделю. Еще раз соболезную вашей утрате. Всего хорошего.

Вскоре в кабинете кроме нас троих — меня, Киану и дяди, никого не осталось. Плеснув в бокал вина из стоящего рядом графина, дядюшка развалился в кресле, закинув ногу на ногу.

— Это было нечто, — хохотнул Кеа, поднимаясь с кресла и начиная ходить из одного угла кабинета в другой.

— Действительно, миледи… "Бедная девочка"… Знали бы они, что девочка собственноручно…

— Не преувеличивайте, лорд! — поднявшись, взяла чистый бокал и налила на пробу. Бр-р-р… похоже на портвейн.

— Дорогая, я преуменьшаю…

Взяв документы, пробежала глазами по строкам. Замечательно… Теперь земли графа официально принадлежали нам, а он, являясь нашим вассалом-наместником, снимал их в аренду с правом дальнейшего возможного выкупа, даже при этом оставаясь в рамках вассалитета. Просто замечательно.

— Как Вы нашли кабинет?

— Это было… сложно, — улыбнулась, вспоминая долгий путь и множество "хороших" слов. — Но не невозможно! Признайте, мое присутствие помогло! Ну, хоть капельку, лорд…

— Помогло, помогло… А теперь… — аккуратно убирая стопку документов, Геарден посмотрел тяжелым взглядом. — Дайте мне пару часов отдыха? Утро под прицелом дознавателя слишком даже для меня.

— Хорошо… — пожав плечами, отправилась на выход.

— Милана! Ты обещала! — от вопля Киану лорд поморщился и потер виски. — И не говори, что не помнишь! Все ты помнишь и знаешь! Дядя, мы в город!

Поставив в известность родственника, Кеа подхватил меня под локоть и с настырностью тяжеловоза потащил к двери. Да я и не против, засиделась что-то. Погода на улице замечательная и уже завтра мы будем дома, так что… гулять!

— Миледи, пожалуйста, во имя моего спокойствия, возьмите охрану!

Переглянувшись с Киану и одинаково сморщив носы, посмотрели на наемников. Три здоровенных лба невозмутимо подпирали плечами стены. Разве можно с такими спокойно погулять?

— Мы аккуратненько! — повернулась к дядюшке и растянула улыбку. Тот не поверил.

— Да, да, аккуратненько пришибете кого-нибудь… Гтронту, идешь с ними! Все, идите, идите, — махнув рукой, налил новую порцию алкоголя. — Дверь не забудьте закрыть. Идите!

Идем, а что еще остается делать?

Обычный бар с танцполом и ВИП-зоной, ди-джеем и девочками-танцовщицами. Обычный, таких тысячи, сотни тысяч на Земле и в мирах. Шумная толпа, колыхающаяся внизу, двигалась под рваные ритмы. Девочки и мальчики на сцене зажигающе двигались, создавая напряжение и драйв. Все как везде… практически.

Пролистнув толстенькое меню, ткнула пальцем в нечто ярко-синее в высоком пузатом бокале. Не знаю, что за дрянь, но если в разделе для людей, то пить можно. Скорее всего. Меню для представителей других рас лучше не заказывать. Опыта с коктейлем "Ти-Тэ" более чем достаточно — высокая ярко-желтая колба с плотной металлической крышкой и дымком внутри. Метан. Гадость. Кому-то нравится.

Секунда — и за столиком заказанный бокал с резким цитрусовым ароматом. Нечто похожее на "Мохито", но с более выраженным вкусом и нотками яблока. Глотнула и закрыла глаза, откинувшись на удобную спинку диванчика. Здесь никто не помешает, никто не будет задавать дурацкие вопросы и кидать косые взгляды. Заинтересованных, жаждущих общения здесь тоже нет. И не будет. Как не будет и вонючих запахов от потных тел, косячков или неприятных отходов от продуктов жизнедеятельности. Только если я захочу. Захочу больше реальности и экстрима. Только тогда будут драки и выяснения отношений, что тоже бывает забавно. Это мой сон. Моя реальность. Мои законы и правила. Только здесь по одному движению ресниц или даже мысли живут люди и нелюди. Но даже здесь я оставила маленькую лазейку для Случая. Иначе ведь не интересно. И это скоро произойдет, скоро. А пока… здесь намного приятнее отдыхать, чем в тавернах Котбуса, намного.

Бывалым путешественникам Котбусу предложить нечего, ну совсем нечего. Заштатный городок со стандартными торговыми рядами, гордо именуемыми "Рынок графства", неширокими грязными улочками, двух-трехэтажными домами серых и белых оттенков с красными и синими крышами и тавернами, в которых рабочий и не очень рабочий люд праздновал разгар, а позже и завершение дня.

Здесь было свое очарование, особенно ярко ощущающееся после недель практически безвылазного сидения в развалившемся замке. Но хотелось большего. Все же я городской житель, что особенно остро ощущается в такой глуши.

И если вдвоем с Киану мы могли бы найти приключения, то с возвышающимся за спиной каранелем с сотоварищами это было нереально. В славном городе Котбусе дураков, захотевших потягаться с убийцами, просто не было.

Побродив по улочкам, осмотрев местные достопримечательности, заглянув мельком в пару трактиров, заглянув — потому что пить хотелось, а вот мельком… Ведь леди крайне нежелательно находиться в подобных заведениях. А то, что в похожем мы ночевали совсем недавно, никого не волнует, мы были с его сиятельством, что полностью покрывает все возможные грехи.

Скучно, скучно, скучно и грустно.

Вечерняя траурная церемония сожжения добавила негативных эмоций. Скорбные лица, наигранные переживания, напыщенные слова. Графине уже все равно, ее души здесь нет, только тело, бренная оболочка, мгновенно вспыхнувшая и исчезнувшая в колдовском огне. Все что осталось — маленькое ярко-алое каменное сердечко, занявшее пустующую нишу в семейном склепе. Ненавижу похороны. Меня тоже хоронили, я видела "свое" тело, холодную землю, принимающую его и каменные физиономии родственников, пытающихся скорбеть. Скорбеть, ибо так положено. У них не очень то и получалось. Умерла, и слава Богу.

К черту их. Утром выезжаем домой, а пока… Новый глоток ярко-синего алкоголя. Мне просто необходимо расслабиться.

На четырех высоких и толстых столбах вокруг танцпола кружились под музыку элементали. Они лучшие танцоры из всех, кого я видела. Чувствуют мелодию как себя. Каждый нюанс, каждую ноту, каждое движение. Ярко, страстно, жизненно. Когда выйду на пенсию, обязательно открою свой клуб. Не на Земле, точно нет, может в мире Энрии? Там неплохо…

Девочка с голубыми волосами — вода. Поднималась и опадала, струилась вокруг высокого серебряного шеста. Никакой пошлости. Только эротизм и энергия. Великолепно. Жаль так не умею, жаль.

Новый глоток.

— Не возражаете? — высокая, сероглазая брюнетка. Люблю брюнетов. Мужчин. С великолепной фигурой. К сожалению, передо мной дама. Ну и ладно. Рубашка, брюки… интересный крой. И она не местная, не мое воображение. Сюрприз? Тот самый Случай?

Пожав плечами, кивнула головой на соседнее кресло. Я же собралась отвлечься, а цедить алкоголь в одиночестве? Моветон. Устроим девичник?

— Что закажешь? — мысленно подталкиваю к ней меню. Пролистывая страницы, девушка удивленно приподнимает брови, поглядывая на меня с интересом.

— Шикарный выбор. Не в каждом баре найдется подобное…

Да уж, я старалась… Люблю вкусно покушать и вкусно выпить, из-за чего в базе данных действительно огромный выбор.

— Давай вот это. Кстати меня зовут Шери, можно Шер, особенно после этого бокала. Возражать не буду.

— Милана, Мила, — руки встречаются в крепком рукопожатии. Изящная, на удивление сильная ладонь с аккуратным маникюром.

— Неплохо. Забавный у тебя сон, — Шер развалилась в кресле, смакуя огненную жидкость.

— Почему? Обычный бар, только весь мой.

— Нет, не это, хотя и это тоже. Ты контролируешь все параметры сна. Да и… зачем это все? — она обвела изящной рукой окрестности. — Пошла бы в обычный.

— Так захотела. Сейчас несколько занята, нет времени по барам шастать, к тому же ты сама давно была в "обычном" ночном заведении? Мальчики-мажоры не пристают, не?

Расхохотавшись, девушка парочкой глотков осушила бокал и, тыкнув в меню, заказала следующий.

— Не любишь парней?

— Люблю. Как же без них. Только желательно трезвых, умных, с хорошей фигурой, симпатичных…

— Э, подруга, да у тебя целый список!

— Как будто у тебя такого нет? Не думаю, что сама позаришься, например, вон на того экземпляра, — нагнувшись через перила, указала предположительно на мужской субъект, пытающийся удержаться на ногах.

— Вон тот? Рыженький? — Шери встала рядом и указала на кого-то в толпе. Проследив за рукой, передернула плечами. Такие тощенькие мужички с козлиными бородками и блуждающими взглядами меня так же не прельщали.

— Да хотя бы этот. Как он тебе?

— Бе-е-е. У тебя и воображение, однако!

— Не совсем! Я наверняка его где-то видела! А все же? Ты на такого даже бы и не посмотрела!

— А если у него душа золотая? — попыталась пойти на попятную девушка. — И сам он нежный и ласковый?

— Ну да, с такими уделанными глазами?

— А может у него горе? — не сдавалась гостья.

— У него? Думаешь?

— Да! Тяжелая жизнь рабочего с маленькой зарплатой. Дома жена-стерва и четверо детей, а теща-ведьма так и пилит, так и пилит!

— Что-то он молод для четверых детей!

— А они близнецы. Раз — и сразу четверо!

— Ты издеваешься? Если бы у него была душа золотая, то он как примерный семьянин помогал бы сейчас любимой жене в воспитании четверых детей. По крайней мере, вместо ночи в дорогом баре твой рабочий с тяжелой судьбой пахал бы на второй работе или делал бы карьеру! Так что не вариант. Не убедила.

— Хорошо. Ты права. Ладно, посмотри вон на того красавца.

— Вон тот блондин в белой рубашке? — я кивнула в сторону мускулистого мачо, оседлавшего барный стул и с презрением в глазах разглядывающего вихляющие верхние и нижние девяносто окружающих девушек.

— Да, например он. Высокий, мускулистый, голубоглазый… Голубоглазый?

— Ага, глазки голубые.

— Ну вот. Мечта, а не мужик, — вынесла вердикт о данном экземпляре моя новая знакомая.

— Кобель, а не мечта, — поправила ее я.

— Почему? — Шер кинула на меня удивленный взгляд и принялась более тщательно исследовать обсуждаемый объект. — Он славный.

— Сейчас увидишь, какой он славный.

— Э, нет. Не корректируй сон.

— Не буду, — подняла ладони вверх, — просто этого гада я встречала раньше. Смотри, смотри.

Дружно перегнувшись через перила, мы внимательно наблюдали за действиями парня. Тому, видимо, надоело сидеть и быть обычным наблюдателем. Грациозно поднявшись, он направился на "охоту". Пара танцев в окружении возбужденных девушек. Ничего особенного. Обтиранья, обжимания с согласия обеих сторон. Выцепив одну из девочек, провел к барной стойке. Разговоры, нежные касания, заказанный коктейль.

— Ничего особенного, — разочарованно протянула Шер. — Десять минут и ничего. Стандартное поведение.

— Смотри дальше.

Заговаривая и обнимая девицу, на несколько секунд отвлек ее внимание от бокала. Ловкое движение руки и в напитке растворяются прозрачные капли какой-то химии.

— Видела?

— Что он подсыпал?

— Эта дрянь ослабляет внимание, волю, ну и еще кое-что. Смотри дальше.

Действие на площадке развивалось. У девчонки закружилась голова и подогнулись ноги. Парень же, как галантный кавалер, "обеспокоенный" состоянием спутницы, поддерживая за талию, повел в коридор, в одну из гостевых комнат.

— Куда они?

— Смотри, — махнув рукой, создала экран, транслирующий ситуацию с места событий.

Длинный коридор, одна из многих дверей, за ней светлая комната с огромной кроватью, украшенной коваными спинками.

Бросив ничего не понимающую девушку на кровать, блондин сложил руки на груди и прищурился, цинично оглядывая добычу. Начав раздеваться, оглянулся. В незакрытую дверь зашли два парня, явно готовые к открывшейся картине. Весело переговариваясь, они, закрыв дверь, разделись, скидывая одежду на мягкий ковер. Три симпатичных, высоких, с хорошей фигурой кобеля. Вот зачем им это все нужно?

Раздев девчонку, двое стали оглаживать ее, третий подошел к стоящей рядом тумбе со множеством ящичков. Смазки, резинки, множество игрушек…

— Достаточно? — я уже не смотрела на экран, и без наглядности зная, что там будет.

— Да, убирай. Ну и мразь! Ты знала?

— Да, случайно оказалась в не то время в не том месте. Он мертв. В реале. Как сюда попал, даже не знаю, видимо случайная величина.

— Веселенькое у тебя заведение, — покачав головой, Шер отошла от перил и села в кресло. — Здесь есть адекватные, нормальные люди?

— Есть. Только им нет дела до страдающих в одиночестве девушек. Так что… что будешь заказывать? Кухня отменная, гарантирую. И может поговорим о тебе? О Повелителях снов практически ничего не известно… А так хочется узнать хоть что-то! — сделав умильную мордашку, усиленно помахала ресницами. Фыркнув, Шер зарылась носом в меню.

— Шери? Будь хорошей гостьей.

— Буду, буду. Что хотела узнать?

— Ну… — пожав плечами с любопытством уставилась в красивые серые глаза. — Все!

— Родилась, выросла, парня нет, мужа нет. Путешествую по снам. Изредка.

— И все? Почему нет? И изредка?

— Ищу вторую половину, к тому же я так молода… А сны? Сны это хобби. Это как в пятницу после тяжелой трудовой недели пойти с друзьями в бар. Что-то вроде, — она помахала рукой с бокалом перед собой, изображая это "вроде".

— Ты же не человек?

— Нет, и что?

— Какая пятница, какая трудовая неделя?

— Не придирайся к словам. Общий смысл ведь понятен?

— Ну да, — отпив из бокала, решила ковать железо пока горячо. — Я слышала, Повелители Снов грозные противники?

— Может быть. Ты тоже не белая и пушистая.

— Ага…

— Не ходи вокруг да около, — лукаво улыбнувшись, посмотрела в глаза. — Что хотела узнать?

— Убить во сне. Можно? Залезть в сон и убить?

— Можно, все можно. Но сейчас твой сон защищен, параметры разрешенного указаны четко, сама знаешь. Меня это то и привлекло, забавный сон. Четкие параметры и неизвестная величина. Забавно.

Кивнув, отвернулась. Значит можно. Плохо.

— Как защититься, если изначально параметры не заданы и сон спонтанный? Обычный сон?

— А никак. Только проснуться. Если же в игре некто из моего клана, сбежать в реальность не сможешь, разве что у самой способности к управлению снами есть.

— Печально.

— Такова жизнь. Всегда есть кто-то сильнее, кто-то слабее. У тебя с этим проблемы?

— Нет, пока нет.

— Так, хватит предаваться меланхолии. Пойдем на танцпол. Это грех, слушать музыку и не танцевать. Подъем, детка, — схватив за руку, Шери потянула меня вниз, в людскую толпу. Действительно. Такой шикарный сон, а я занимаюсь ерундой.

Микс из известных синглов и новых мелодий будоражил кровь, заставляя двигаться, упиваться каждой нотой. Закрыв глаза, я растворилась в толпе, ощущая лишь легкие прикосновения случайных попутчиков. Теплые ладони коснулись тела, направляя движение. Открыв глаза, заметила довольную ухмылку Шер.

— Поиграем? — стройное тело извивалось рядом, задавая амплитуду и ритм. Поиграем. Пусть сон и реакция окружающих более чем прогнозируема, но почему бы и нет? Тем более скоро, очень скоро меня посетит еще один гость. Поиграем. Чувственное, легкое скольжение. Ба, да девушка не брезговала уроками стрип-пластики. Может тоже сходить? Красивые уверенные движения завораживали, и я завидовала. По-доброму, но все же. Пытаться повторить акробатические этюды явно тренированного тела с ходу бы не получилось, жаль. Ну и черт с этим, танцую как умею, и плевала на всех с высокой колокольни. Призывно улыбнувшись, подыграла, мягкими движениями подхватывая заданный ритм.

Вокруг нас образовалось пространство, заполненное яркими, возбуждающими эмоциями. В кои то веки я привлекаю внимание на танцполе. Приятно. Следуя за телом девушки, извивалась и кружилась. Глаза в глаза. Волосы змеями струятся по спине. Жаль что она не парень. Так не хватает сильных мужских рук. Словно услышав мои мысли, на бедра ласково легли ладони, прижимая к твердому горячему телу. Откинув голову назад, прикрыла веки, впитывая ощущение. Мне уже не нужно было смотреть в удивленные глаза Шер, я знала кто управляет моими движениями.

— Привет, Амирен. Давно не виделись. — обернувшись, уставилась на плотно сжатые губы. — С чем пожаловал?

— Развлекаешься?

— Да, чувствуй себя как дома, — хмыкнув и удобно устроившись, эльфеныш хозяйски прошелся по мне взглядом, ухмыльнувшись, перевел взор на Шери.

— Представишь?

Пожала плечами. Почему бы и нет? Мне не жалко.

— Это Шери, это Амирен. Всем приятно, все довольны.

— И все? — удивленно приподнятая бровь.

— Все! Мой сон, мои условия.

— Ближе к делу, дорогой. — заказав новый бокал, стала разглядывать блондина. И ждать. Чем удивит? Ждать я умею, но не люблю.

Эльф разглядывал девушку с каким-то нездоровым любопытством. Пристально и агрессивно. Прищурив глаза и поигрывая бокалам в тонких длинных пальцах. Так красивую девушку не разглядывают. Так ведут себя с…

— Значит Шери?

— Вы знакомы? — взгляд метался со спокойного с небрежной улыбкой лица Шер на собранного, готового в любой момент напасть эльфа.

— Не-е-ет, не имела чести. — грациозно потянувшись, девушка удобнее устроилась в кресле.

— Действительно, такое существо как ты чести не имеет, — прошипел блондин.

— За языком следи, остроухий! Еще одна подобная фраза и не досчитаешься конечностей, — тихий шепот подобравшейся девушки звучал угрожающе. Серые глаза потемнели, наливаясь чернотой.

— Не угрожай, — и в мою сторону, слащаво, с легким оттенком презрения к новой знакомой, — Счастье мое, ты знаешь, что в клане Повелителей снов, собственно, по снам могут путешествовать только мужчины? Так что познакомься дорогая, твой гость — Шер.

— Что? — интересненько…

— И откуда же ты такой просвещенный взялся? — черты девушки поплыли, как и она сама. И вот уже рядом со мной улыбающийся красивый брюнет со стальными глазами и длинными волосами, собранными в хвост. — Так лучше?

— Кстати дорогая, — знакомец ласково улыбнулся и коснулся колена теплой ладонью, — можешь называть меня Шери.

— Потрясающе… А из тебя вышла великолепная девушка, я даже не заметила несоответствий.

— Нет? Приму за комплимент, не возражаешь?

— Может хватит обмениваться любезностями? Не пора ли тебе вежливо распрощаться и сделать ноги? — эльф с трудом себя сдерживал. Вцепившись в подлокотники кресла, буравил напряженным взглядом кажущегося расслабленным брюнета. Какой же он забавный, ненавидит конкурентов. Во всем. Даже в офисе при представителях противоположного пола пытается метить территорию. И зачем? Девчонки и так к нему липнут как мухи на мед.

— Даже не думаю, а вот тебе пора! — щелчок сильными пальцами, и в моей реальности только мы.

— Значит Ше-ери-и?

— Да.

— Как интересно…

— Может быть. И… нет, не расскажу! Сейчас, — наклонившись ко мне, и пристально глядя в глаза, поцеловал. — Спокойной ночи, дорогая.

— Миледи? Миледи! Ми-ле-ди!

Над головой бабахнуло, осыпав мелкими капельками воды. Повернувшись, сконцентрировалась на Геардене. Дядюшка с аристократичной сдержанностью прожигал меня взглядом, пытаясь что-то донести до моего затуманенного сознания. Потрясающий сон. И брюнет, совсем как я люблю. Пусть сон, скорее всего в реале он будет похож на того рыжего с куцей бороденкой, но во сне. Ах… Расплывшись в глупой улыбке, попыталась уйти в прострацию.

— МИЛЕДИ!

— Да?

— Слава всем богам, Вы с нами?

— М-м-м…

— Завтрак окончен и нам пора выезжать.

— М-м-м, — взгляд опять подернулся туманной дымкой. Серые глаза, брюнет — сплошная эротика. Уложив локти на стол и подперев ладонями подбородок, мысленно покинула реальность. Хочу. Сильно хочу. У меня давно не было нормальных отношений. Парни пролетали мимо со скоростью реактивного самолета, а если и задерживались, то буквально через день-два исчезали в неизвестном направлении внезапно и без объяснения причин. Мда… Хотя с чего я решила, что эти отношения будут нормальными? Тоже испарится, не помахав ручкой, и поминай как звали! Нахмурившись, грозно посмотрела на дядюшку.

— Что-то не так? — удивленно приподняв брови, мужчина нагнулся и, прищурившись, оглядел мою физиономию, — У Вас все в порядке?

— Да, да. — поднявшись, направилась в свою комнату, — Спущусь через десять минут.

Не задумываясь, покидала вещи в сумку и посмотрела в зеркало. Все та же я, ничего нового. Вот только глаза подозрительно блестели, и вид весь такой возбужденный.

Дыши глубже милая, это сон. Всего лишь сон.

Интересно, а зачем приходил Амирен?

— Милан? — в открытую дверь заглянула голова Киану, — Ты долго еще?

— Нет, все, — в багаж аккуратно легла парочка книг. Думаю, граф не сильно расстроится пропажей. Он не похож на любителя подобной литературы, а мне такое чтиво очень даже по душе. — Кажется, ничего не забыла.

— Ну да, кажется, ты взяла даже лишнее? — мальчишка глазами показал на толстенький томик о душах.

— Тебе показалось, — рука быстро закрыла сумку, скрывая от любопытных глаз доказательство преступления.

— Угу, — глубокомысленно кивнув своим мыслям, Кеа отправился вниз, негромко бурча: — И чему ты учишь подрастающее поколение? Кошмар!

Чему я учу? Очень полезным и важным вещам. Например, любви к книгам!

— Готовы? — собранный дядюшка и кучка наемников со скукой на физиономиях ожидали наше появление, — К сожалению, телепорт в Троинь сбоит, в замок попасть так же невозможно, отправляемся на лигардах.

— Что? — перед глазами предстали километры и километры дороги на спине этих чудесных животных. Поясница и то, что пониже, усиленно запротестовали.

— Лорд, Вы знаете, я наверно своим ходом. Появлюсь там пораньше, посмотрю как дела, обедом для вас или ужином озабочусь, в общем, счастливого пути! — широко улыбнувшись и махнув ручкой, телепортировалась домой, успев заметить широко открытые дядюшкины глаза, в которых отражался… страх?

Великолепно! Прекрасно! Просто расчудесно! И где были мои мозги? Пошли погулять на зеленых лужках в компании сероглазых брюнетов?! Подобрав к своей персоне пару-тройку эпитетов позаковырестей, все равно никто не слышит, стукнулась головой о ровненькую каменную кладку.

Вот как так? Нонсенс!

Самобичевание пошло по новому кругу. Умная мысль о том, что сейчас необходимо подумать и состряпать какой-никакой план, отошла в сторонку и с любопытством наблюдала за моими потугами разложить себя любимую по полочкам. А раскладывать было что, моя глупость, тупость или недальновидность, без разницы как называть это состояние, эффект одинаков, просто поражала. Нет же, мы не будем слушать умных людей о том, что телепорт в замок невозможен, мы же благополучно забудем о перестройке замка, зачем это нам? Особенно когда перед самым носом открываются волнительные перспективы многочасового торчания в седле. В итоге, мое тощее тельце оказалось буквально замуровано в каменном мешке, в котором не то что сесть удобно нельзя, но и стоять, не задевая грудью, попой и локтями стены, элементарно невозможно. Слава всем звездам и удаче особенно, я не впечаталась своей нетерпеливой частью тела в одну из стен, хотя все же можно было быть и поудачливее, например, аккуратненько приземлиться в креслице библиотеки, на худой конец с той стороны стены было бы весьма и весьма не плохо.

Дотянуться до браслета и перенастроить на обратное отправление не получится. Плохо. Очень. Очередной стук головушкой о твердую стенку. Тяжкий вздох. Дядюшка дома появится не раньше ужина, искать меня начнут хорошо бы к завтрашнему дню, если начнут. Опять же плохо, очень. Себя родимую ругать больше не получается, не выгодно и неинтересно, да и не виноватая я. Оно само! Кто в конце концов перестроил замечательную комнатку в это безобразие, тому и уши драть. А если этот блохастый и слюнявый кто-то не появится в ближайшие полчаса, пока не затекли ноги от неудобного стояния и срочно не приспичило посетить комнатку задумчивости… У-у-у, выйду ведь, ох буду злая… А может поорать? Интересно, как здесь со звукоизоляцией?

Набрав воздуха побольше, открыла рот пошире:

— ДУ-У-УШ! — со звукоизоляцией тут оказывается просто отлично! Отразившись от стен, мой крик долбанул в мои же ушки, яростным звоном постучав по голове.

— Ду-уши-ик, — тихонечко протянув, прислушалась. Сейчас я напоминала сама себе Волка из "Ну, погоди!", где бедный серый хищник творчески взывал к зайцу высоко в горах. Тут слава всем Святым, не горы, лавины не предвидится, но и тут физика действует на все сто. Обидно, опять же очень.

Решив, что терять кроме слуха мне сейчас нечего, а выбраться очень уж хочется, приготовилась:

— Душ-ш-ш! Ду-у-уш! Душик-к-к! ДУ-У-Ушик! — художественно выкрикивая имя, периодически прислушивалась. Ноль. Полный.

— Ду-у-уш, солнце ты мое ясное? Ты где?!

Устало прислонившись лбом к стене, задумалась. Как выберусь, надо бы обязательно на браслетик аварийную кнопку нацепить. Действующую силой мысли. Раз и все! Хоп и выбралась! И красота! Была бы…

— Р-р-роу?

Мда, уже галлюцинации. Тревожный симптом.

— Р-р-рав?!

Или не галлюцинации? Неужели блохастик придумал новый вид связи?

— Душ? Ты где, малы-ы-ыш? — и нежности побольше, побольше. Где этот гад ходит?!

— Рау!

— Как сзади? Там стенка!

— В-в-врав!

— Сам дурак! Я на этой стене уже все кирпичи попой обтерла!

— Р-роу-у?

— Уверена, уверена! — намереваясь доказать клыкастому ошибочность его мнения, прислонилась к обсуждаемой стене. Попыталась прислониться. Спина не встретила сопротивления и мягко пошла на сближение с горизонтальной поверхностью.

— Знаешь, дорогой? Это издевательство! — сидя на полу, потирала ушибленную поясницу. Ушастое разумное недоразумение, являющееся по совместительству душой дома, широко зевнув, высунул ярко-розовый язык. Видимо показывая свое отношение ко мне и к ситуации в частности. Насмешливо блестя глазами, Душ разлегся рядышком, лениво перебирая хвостом. Шерсть блестела и лоснилась, а сам он напоминал начищенный раритетный пятак. Даже обидно.

— И с чего ты весь светишься? Как невеста на выданье?

— О-оу-у!

— Почти угадала?

— Р-р-рав!

— А поподробнее?

— Рвау, р-ро-оу!

— Да ты что? Прямо девушка твоей мечты? И где ты нашел такое сокровище? Это во-первых, а во-вторых, ты не забыл про кое-кого?

— Р-р-роу!

— Только тело? И все такое замечательное? — Душ тяжко вздохнул и закатил глаза. Мда, что делает любовь со зверем? Превращает грозного воина в домашний меховой половик, деградация, мда. Или прогресс?

— Р-р-рф!

— Окей! Обещала, помню! А сам что? Никак?

— Рф.

— Только унюхал? Душ, зайка моя, а как ты понял, что она именно то, что тебе надо? По запаху?

— Р-р-р!

— Хорошо! С какой стороны ветром то надуло? Энтот неземной аромат?

— Раур-р-ра.

— Болото Туманов? — утвердительный кивок, — Значит болото. И кто меня за язык тянул? Там наверняка мерзко и вонюче.

— Р-р-ры.

— Да посмотрю. Вот встану и посмотрю! — пошевелив конечностями, дабы удостовериться в их нормальной функциональности, поднялась и оглянулась. В принципе, библиотека за несколько дней отсутствия кардинальных изменений не претерпела. И то хлеб. Пройдя вдоль стеллажей, отыскала раздел географии. Выбрав пару книг, уселась тут же. А зачем далеко ходить? Коврик под попой, мягко и тепло.

Итак. Двойной Мир Тарах, это я уже знаю. Миры идентичны практически, каждый имеет по три материка и существенную цепь островов. И это тоже знаю. Населяют, ух какой список… и эльфы, куда же без ушастых. Мда, никуда. А жаль! Так, а вот и наше царство-государство. Неплохой объем земель. Просто даже замечательный! Неплохо бы все под себя подмять, почитай пол материка был бы наш. Мечты. Так, а вот и болотце. Немаленькое такое болотце. Размеры данного безобразия я оценила в первое знакомство с географией мира, но тогда топи меня не заинтересовали. Ну вот не любительница я шастать по трясинам. А сейчас. Эх.

Углубившись в чтение, протяжно вздохнула. Продешевила я с договором. Душ паршивец, всего лишь замок восстановил. Можно сказать свою прямую обязанность выполнил. А мне топай к черту на кулички. Надо бы дядюшку подключить. А то как же? Потрясающее приключение и без него? Непорядок.

А болотце то занимательное. Гиблое болотце. И если в наших трясинах народ клюкву с удовольствием собирает, и уток на ура стреляет, то тут, тут полный трындец! Можно смело переименовывать в Болото последнего пути, ибо ступивший на тропу в туман, никогда не возвращался обратно. Что или кто обитает в таком загадочном месте, неизвестно. Но по крайней мере турсины там расхаживали как у себя дома. Если конечно у Душа нюх не отбило.

Прислонившись к стеллажу, задумчиво посмотрела на псину. Раскинув лапы, черное шерстяное чудо поглядывало на меня "кавайными" глазками, усиленно изображая милую прелесть. Хлопнув ресничками, приподнял уши:

— Р-р-ра?

— Гад, ты, Душ!

— Р-р-ры?

— Не догадываешься? Сколько турсинов унюхал в болоте?

— У-у-у, — хлоп ресничками.

Паршивец.

— Одну, значит, ну-ну. И у нее нет ни мужа, ни брата, ни свата, отца? А то неловко получится.

— Врав!

— Угу… Все равно гад! И не смотри так на меня.

— Р-р-рыау?

— Не хочу! Зачем трупу новые апартаменты? Меня живую и старая комната устраивала.

— Р-р-р.

— Обещала! Помню! Надеюсь все не так страшно как выглядит, — взгляд опять уткнулся в куцые строчки, повествующие о болоте Туманов. Мда, будем надеяться, все не так страшно как кажется.

— Милан? — где-то хлопнула дверь, и торопливые шаги эхом разнеслись по пустом залам. За время нашего отсутствия замок преобразился, и уже ничем не напоминал крохотную развалюху. Огромный, мощный, чем-то похожий на дворец дядюшки в параллели, но более величественный. Сейчас это действительно был замок темного повелителя, по крайней мере, будущего. Душ постарался, и сейчас, как бы мне не хотелось, необходимо выполнять свои обещания.

— Милан? С тобой все в порядке? — в библиотеку ворвался растрепанный Киану. Увидев меня, демонстративно вздохнул. — Вот скажи?!

— М-м-м?

— Нет, вот ты мне скажи?! Обязательно было так делать? Я ведь переживал! А если бы с тобой что-нибудь произошло? Ты вообще слушала, что дядюшка говорил?

— Когда?

— Перед твоим показательным исчезновением? Не слышала? Напомнить?!

Поморщившись, качнула головой.

— А я напомню! Телепорт в замок невозможен из-за нестабильности полей! По крайней мере сейчас. А ты! — тычок пальцем в мою сторону. — Ты элементарно могла оказаться дома в разобранном состоянии! И это взрослый человек! Указывающий, что мне нужно делать! Ты вообще обо мне думала?

Я тяжко выдохнула и попыталась улыбнуться. Видимо кривая улыбка на губах не принесла Кеа должного успокоения.

— Да что с тобой говорить?! — махнув рукой, мальчишка уселся рядом. — Что читаешь?

И вот, уже маленький любопытный нос залез в книгу.

— Про болота.

— Зачем? — и удивленно, приподняв брови. — Болото Туманов?

— Занадом! Готовься морально, дорогой, пойдем доставать невесту для Душа.

— А может не надо? Я молодой, жить да жить еще. Хотелось бы долго, и по возможности счастливо. И кстати, знаешь, там тебя дядя ищет. У него важное дело. Так что может не пойдем? А-а-а? — огромные вопрошающие глаза буквально уговаривали бросить это гиблое дело, вторые такие же, только принадлежащие турсину, взывали не слушать грешные предложения некоторых мелких и подумать о благополучии отдельно взятой ячейки общества.

— А что лорд хотел? Не знаешь? — Кеа, воспрянув духом, видимо решив для себя, что заговорить и отвлечь меня от неприятных планов будет довольно просто, затараторил.

— Не сказал, но пока ехали, письмо получил. Срочное. Так что не сиди, он в кабинете ждет.

— Наверно не сильно срочно? Вестника то нет, — подниматься и искать новое помещение совсем не хотелось. По моим прикидкам оно могло быть где угодно, а километры пути… К тому же, почему это я должна к нему топать? Мне и тут хорошо!

— Как нет? Вот! — над ухом, на одной из полок сидел нахохлившийся воробей, явно не довольный ожиданием. Поймав мой взгляд, пернатый важно прочирикал:

— Миледи! Срочно жду Вас! Киану проводит! — с чувством выполненного долга птах улетел. Проводив взглядом мелочь, пожелала счастливого и быстрого полета. Чтоб не нагадил нигде, тут раритетные издания.

— Я же говорил! — довольный собой, мальчишка подпрыгнул и, схватив за руку, потянул к двери, — Давай скорее.

Тяжко вздохнув, и посетовав на тяжелую одинокую судьбу бобыля, Душ поплелся за нами.

— Миледи! Наш договор в силе? — дядюшка не стал ждать и взял быка за рога, с порога озадачив некорректным вопросом.

— Э-э-э, да! — интересно обижаться или нет? Вроде все договора выполняю. Пытаюсь.

— Замечательно! Выезжаем в столицу. Через неделю Братство устраивает Большой Сбор. По моим данным намечается смена власти.

— Потрясающе. Какая интересная, разнообразная программа мероприятий на ближайшее время! Глаза разбегаются, даже не знаю, за что хвататься!

— Миледи?

— Душ вот предложил за невестой до болот прогуляться, Вы за властью до столицы!

— Замечательно, — мужчина кивнул своим мыслям. — Столица, потом болота.

— Лорд, мы поступим по-другому. Сначала болота, потом столица! Мертвым власть не нужна.

— Мила-а-ан? — жалобно протянул Киану, — Я бы туда не пошел. Я конечно не трус, но…

— Но я боюсь, — закончила за парня еле слышно.

— Что?

— Да так.

Мы стояли на границе владений де Реинтур. Позади расчудесный лес с милыми корягами и темной зеленью, впереди мертвенно белый туман, поглощающий звуки и тела. Вытянутая рука практически исчезла в белесом плотном воздухе.

— Миледи, думаю это была не очень хорошая идея, — задумчиво потирая подбородок, дядюшка вглядывался в неприветливые дали или близи, ведь даль особенно не проглядывалась, что плохо.

— У вас есть другие предложения? — втянув в легкие "благоухание" болот, откашлялась. Ну и мерзость.

— Конечно же Душа дома не мог унюхать свою леди где-нибудь в другом месте?

— Лорд, это любовь, видимо, а она дама злая, — подумав, спросила, — Обвяжемся веревкой? Вдруг там утонуть можно?

— Будет сковывать движения. Если предстоит сражение, станем неповоротливы.

— А где вы там развернуться собрались? Ничего не видно ведь? Да и потеряться можно. А запахи и звуки, на болоте своих достаточно.

Немного поспорив, решили сделать связки из пяти человек. Первая возглавлялась лордом, туда входили три наемника и Киану, вторая каранелем, и состояла опять же из троих убийц и меня, затесавшейся посредине. Образовав цепочки, двинулись вперед, хлюпая ногами по темной воде. Веревка, плотно обхватывающая талию, слегка провисала, практически касаясь мутной жижи, но я почему то верила, если провалюсь, меня вытащат. Должны. Этот факт успокаивал.

Родной мрачный лес затерялся в тумане, и если бы не маячок, установленный на одном из высоких деревьев, охраняемых ларгусами, то мы имели огромный шанс заблудиться в белесом мареве. Чувства обострились, тело частично трансформировалось, готовое наброситься на неосторожного любителя свежатинки. Глаза. Вспомнив о них, поменяла зрение. Неплохо иметь частичную трансформацию змеи, в этом черте-где навык опознавания теплокровных просто необходим. Главное вовремя об этом вспомнить. Теперь спина наемника, маячившего впереди, представляла собой размытые радужные очертания. Более теплые, желтые и даже красные цвета на открытых участках кожи и голове и холодные, зеленые, синие на всем остальном. Интересная картинка. Хмыкнув, прислушалась, показалось, что кроме наших шагов, поглощаемых туманом, слева раздалось осторожное движение, шуршание чего-то… длинного?

Спина впереди напряглась, замедлив движение, веревка на поясе натянулась, наемник сзади остановился, прислушиваясь к посторонним звукам.

Что это? Показалось? Слева кроме вездесущей мутной жижи и небольших кочек, возвышающихся над ней, ничего не было. Точнее не было движения.

Веревка ослабла, ортифус, шедший сзади, приблизился. Резко обернувшись, наткнулась взглядом на широкую грудь, светящуюся синим и фиолетовым.

— Все в порядке леди, это не животное. Опасности нет. — тихий шепот-шорох растаял в тумане.

Не животное? А почему меня не покидает ощущение чьи-то настырных глаз? Нервы расшатались? Все может быть. С такой профессией просто крайне необходимо каждые полгода проходить курс лечения в мягких белых стенах. Для моего же блага. Не животное, так не животное, примем за факт, раз они не смогли углядеть его или унюхать. Дыши глубже, дорогая. Пусть это будет ветер, большой глазастый ветер, одушевленный моим воображением. Тьфу.

Жижа противно чавкала под ногами. Почти два часа блуждания по болоту, и ничего. Это странно, так не должно быть. Уже надоело реагировать на каждый подозрительный шорох, при ближайшем рассмотрении оказывающийся неудачно упавшей каплей, вылетевшей из под сапог впереди идущего, или чем то подобным.

Место казалось мертвым. Все казалось мертвым. Вонючая вода, мелкие и крупные кочки, оплетенные непонятными растениями, напоминающими проволоку, отравленный воздух, который все мы пыталась вдыхать как можно меньше. Хотя как могут быть мертвы живые растения? Если это все же растения, а не плод моего воображения, навеянный мрачной действительностью.

Ноги коснулись твердой поверхности без противного чавкающего звука. Посмотрев вниз, удостоверилась… Каменистое плато, испещренное мелкими трещинами, сквозь которые проглядывала уже знакомая проволочная трава. Мерзкое местечко, понятно, почему нет подробных карт этих "благословенных" болот. Кто в своем уме попрется на такой курорт, разве некто, совсем с головой не в ладах. Например, мы.

Сделав пару шагов, хотела было предложить остановиться и обсудить дальнейшие действия, не вечно же тут плутать, но открыв рот, тут же закрыла. Из тумана материализовывалась огромная туша с тонкими длинными ногами в количестве восьми штук. Божешь ты мой! Таких огромных пауков я еще не встречала. Тонкий крик-писк разрезал туман словно масло, болью отдаваясь в ушах. Ему вторил второй, третий. И вот уже новые темные силуэты с огромной скоростью неслись на нас. Новый неприятный писк на грани слышимости заставил мелкие волоски на руках подняться дыбом, а волосы на затылке зашевелиться. Что-то неприятное, на грани восприятия пронеслось над болотами.

Невероятно, значит здесь все же обитают живые существа. Обидно, я бы предпочла так и не узнать этот любопытный факт. Вот ни капельки бы не расстроилась.

Браслет трансформировался, рука лежит на удобной рукояти меча, похожего на японскую катану, единственное отличие от оригинала, это огненные алые всполохи, играющие на тонком длинном клинке. Парой движений разрезав удерживающие веревки, заметила наемников, уже бросившихся в бой.

Пауки приближались, быстро перебирая полосатыми оранжево-черными лапками, покрытыми множеством тонких волосков. Первый, не останавливаясь, слегка пригнул брюшко к воде и подпрыгнул, перелетая одного из наемников, выше, чем нам хотелось бы. Меч, поднятый вверх, даже не чиркнул по казалось бы беззащитному животу.

Какой же огромный! Величиной с небольшой автомобиль, он легко двигался на прочных длинных лапах, не замечая мелких препятствий. Появившегося передо мной арахнида покрывала короткая жесткая щетина, похожая на мех. Ожерелье из восьми черных глаз ловило каждое движение. Челюсти двигались слегка прикрытые педипальпами, оканчивающимися острым когтем. Темно коричневое с оранжевыми пятнами тело вздрогнуло. Издав новый клич, паук выплюнул желтоватую струю, практически мгновенно рассеявшуюся в тумане. Что за гадость?

Не дожидаясь новой партии членистоногих, бросилась на ближайшего. Не люблю пауков. Я конечно не против живности, но такие большие и наглые… Меч плавно прошелся по сочленениям ног монстра, вынуждая того опереться на головогрудь. Уворачиваясь от челюстей и тянущихся ко мне педипальпов, уперлась мечом в темный глаз животного. Легкое движение, и паук тонко запищал, отбрасывая меня от себя жесткой лапой. Упав, тут же вскочила, принимая на меч огромные движущиеся челюсти. Оружие вспыхнуло, опалив зеленоватые волоски вокруг пасти и застряло в твердом хитине, не желая двигаться ни вперед, ни назад.

— Бейте в брюхо! — рядом раздался приглушенный крик.

Ну да, как же. Что ж так поздно то даете советы, господа?! Увернувшись от пронесшегося над головой когтя, дернула меч, и чертыхнулась. Тот застрял окончательно. И торчал из раззявленной пасти как огромная острая зубочистка. Рассеяв уже бесполезное железо, кинула заклинание огня, целясь в приподнятое брюхо. Новый тонкий крик и новая порция желтоватой дурно пахнущей жидкости, от которой закружилась голова.

— Еще трое! С болот, — мимо, прижимаясь к земле, пронеслись наемники.

Дымящееся тело паука воняло, а сам он тонко пищал, перебирая оставшимися лапами, на секунду замолчал, вспыхнул факелом, и взорвался.

Какая же вонь! Прижав руку ко рту, огляделась, пытаясь найти Киану и Геардена, но в белом киселе, властвующим в топях, увидеть что-то определенное не получалось. Темные тени метались по болоту, и кто из них кто, я не понимала. Отряхнув с рукава ядовито-желтые ошметки, пошла на шум. Какая то огромная тень резво подпрыгивала вверх и тут же прижималась к земле. Издалека создавалось впечатление огромной собаки, по приказу хозяина выполняющей простенькие трюки. Собак тут нет, но есть паучки. Неужели они их дрессируют? Представив картинку, усмехнулась, но тут же сморщилась и зажмурилась. Голова раскалывалась, глаза слезились от вони, волнами накатывала тошнота. Неужели траванулась? Все может быть. Выбираться нужно отсюда, желательно скорее. Но уходить без заслуженного трофея?

— Сзади, заходи сзади!

— Лорд, жарьте этого!

— Киану! Все Боги! Да куда ты лезешь!

Рядом раздался новый маленький взрыв сверхновой. Под ноги шлепнулся кус хитина с частью лапки, судорожно пытающейся зацепиться за воздух, камень, клочки проволочной травы. Пнув в сторону конечность паука-неудачника, подошла ближе к группе наемников. Двое убийц склонились над третьим, с поврежденной ногой. Тот сидел с каменным выражением лица, вцепившись руками в острые булыжники и траву. Штанина чуть выше колена пропиталась красным. Ортифус, с маленьким колечком в ухе легко разорвал окровавленную материю, обнажая рану.

— Они ядовитые?

— Да вполне.

— Думаю прижечь нужно.

— Угу, думай, это не твоя нога.

— Ничего, захочешь остаться целеньким, прижжешь. Там действительно может быть яд.

На побледневшем лице наемника выступила испарина. Мелкие капельки пота скатывались, огибая надбровные дуги. От обычной раны на ноге не может быть такой реакции, разве что задели бы бедренную артерию, но тогда кровь текла бы обильнее и намного быстрее. Яд, быстро проникающий в организм. Но вряд ли смертельный. Пауки никогда не убивают своих жертв сразу, только обездвиживают.

— Прижигайте! Яд уже действует, но хоть инфекцию не занесет, и может выжжет что плохое.

Наемник с колечком кивнул и достал широкий плоский кинжал.

Со стороны топи раздался новый свист, но уже одиночный, и какой-то тонкий. Слишком тонкий. Я обернулась туда, всматриваясь в расплывающиеся очертания.

— Опять?

— Что там?

— Новая партия? Свист вроде другой.

— Это они тебе привет передают. Твой второй ноге.

По воздуху поплыл сладковатый запах жареной плоти. Наемник с раненой ногой стиснув зубы, терпел.

— Готово. Красота! — назначивший себя врачом, с удовольствием осмотрел результаты труда. Пара движений и раненое бедро прикрыто свежей повязкой.

— Что тут у вас? — из тумана показался лорд, крепко сжимающий в руках рукояти парных мечей, заляпанных слизью.

— Трента зацепило.

— Где остальные? — дядюшка, коротко глянув на раненого наемника, огляделся, в ближайшей видимости была только половина нашего отряда. — Киану?

— Тут я, тут, — мелкая темная фигурка вынырнула из клубов дыма недалеко от меня. — Здорово? Да Милан?

Черные глаза блестели от предвкушения, волосы разлохматились и торчали во все стороны, рубашка порвалась и свисала лохмотьями, но рука твердо держала широкий короткий меч.

— Потрясающе! — угу, просто великолепно.

Нахмурившись, Геарден слегка покачал головой. Да уж, если мне тут тусоваться осталось всего парочку недель, и при благоприятном исходе можно будет весело и от всей души помахать ручкой на прощанье, то дядюшке воспитывать своего младшего родственничка до совершеннолетия еще ой как долго. А глядя на счастливую мордаху мальчишки, с удовольствием участвовавшего в бою и, как чувствую, лезущего во все дыры, лорду остается лишь посочувствовать и пожелать удачи в нелегком деле.

— Ждем остальных и выдвигаемся.

— Милан! Ты представляешь? Эта громада появилась почти рядом со мной! — Кеа, подбежав ближе, взахлеб принялся расписывать свои ощущения, размахивая руками и изображая действо в лицах, — А как завизжит, так мурашки по всей коже!

— Ты представляешь?! — понизив голос до едва слышимого шепота, признался, — Я думал, заору так же громко как он!

— Представляю… — покивав, отодвинула острый кончик меча от груди.

— Ой, извини. — оружие исчезло в небольших ножнах на поясе. — Хорошо дядя был рядом и поджарил его. Я тоже добавил, само собой!

— Ага! Само собой. Слушай, это у вас паук прыгал, как болонка за косточкой?

— Что? Какая болонка?

— Животное такое, ма-а-аленькое, — показала размеры предполагаемой собаки. — Поднимаешь руку со съедобным, и она подпрыгивает, пытается забрать.

— Не-е-е, наш только один раз прыгнул в сторону, пока не взорвался.

Из тумана показались массивные фигуры остальных наемников, возглавляемые мрачным каранелем.

— Мы нашли кое-что. Это нужно видеть.

Подхватив вещи и ослабевшего раненого, с трудом державшегося на ногах, но с упорством мула продолжающего идти, плотной группкой направились за Гтронту. Сейчас мы замедлились, стали менее маневренны, но оставить одного из семерки на верную смерть не могли, как не могли и отправить его в замок. В этом мире переносной телепорт еще не изобретен, его аналог, найденный Киану и похожий на подсвечник, работает со сбоями, мой же персональный телепорт способен перенести только меня любимую. Поэтому… Можно попробовать сгенерировать противоядие, но время… Время решает все. И мы идем вперед, вслушиваясь, всматриваясь и стараясь не нюхать окружающий воздух.

Камень под ногами слегка прогибался, и оставшийся след тут же исчезал, будто стертый огромным ластиком. Относительно ровное, испещренное шрамами плато, осталось позади. Сейчас мы шли по мягкому, слегка текучему материалу под небольшим уклоном вверх. Внезапно угол наклона резко поднялся, и каменная плита ушла ввысь, изломанной линией теряясь в белесом тумане.

— Это где-то тут, — еле слышно прошептав и вытянув перед собой руки, каранель осторожно переступал влево, стараясь не касаться пальцами темной скалы.

Причудливый разлом возник перед глазами, как бы приглашая заглянуть внутрь.

— Приготовьтесь.

Этого можно было не говорить. К этому приготовиться нельзя. Я не люблю пауков! Я ненавижу пауков, таких огромных! О том, что это гнездо членистоногих, просто кричало наличие туго натянутой паутины, парусами растянутой среди камней. В этом белом царстве свет практически терялся, создавая зловещий полумрак. Поежившись, материализовала меч. Надеюсь, он мне поможет, не поможет, буду думать потом. Сейчас же, по одной проблеме за раз.

Краем глаза следила за остальными попутчиками. Мне одной не по себе? А вот и нет! Бравые наемники зыркали по сторонам, осторожно ступая на покрытые тонкой паутиной камни. Славно! Надеюсь и табун мурашек, бодрым строем промаршировавших по холодной спине, не только у меня.

Сколько здесь может быть пауков, даже не представляю. Но точно знаю, что как только мы коснулись паутины, они узнали о нашем появлении. У пауков нет ушей, у нормальных пауков, милых и маленьких, обитающих на родной Земле. На сколько я помню, они слышат благодаря тонким волоскам, в огромном количестве расположенных на ногах. У тех же экземпляров, отправленных нами за Грань, этого добра хватало, и, на мой взгляд, было в избытке.

Ближайшая паутиновая простыня задрожала и прогнулась под тяжестью огромной туши, тут же получившей огромным мечом в брюхо. Тонкий крик разнесся над головой, вызывая тихую панику и новый табун мурашек. А мы пришли, а нас не ждали. А зачем мы сюда пришли? Все же интересно. Поинтересоваться этим животрепещущим вопросом не успела. Паруса из паутины пришли в движение, сообщая о приближении хозяев. Боже, надеюсь их не очень много! У меня дел вагон и тележка, и просто нет времени на каких то мелких, ну ладно, пусть огромных и ядовитых пауков. О Боже…

Десяток тварей попытались атаковать нас одновременно, но благодаря своей внушительной комплекции, мешали друг другу. Мы же, образовав круг, методом тыка судорожно выискивали незащищенные места в плотном хитиновом корпусе нападающих. Поджарить, их надо бы поджарить, но мягко касающаяся лица паутина вспыхнет очень быстро, и нет никакой гарантии, что мы не загоримся вместе с ней.

Наемники молча сражались, отбивая выпады длинных лап. Геарден же кидал что-то, от чего паучьи ноги склеивались. Убрав меч, настроила браслет. Эта штука должна подействовать. Тонкий разрушающий луч ударил в ближайшее тело арахнида, по инерции успевшее сделать к нам несколько шагов. Запнувшись, монстр взорвался, мелкими и крупными кусками разлетаясь в замкнутом пространстве паутины.

— Миледи?! Предупреждайте! — рядом раздался возмущенный вопль Геардена и наемников, очищающих лица от ядовито-желтых ошметков.

— Извините, — откашлявшись, открыла глаза, и тут же убрала с носа маленький кусочек хитина. Какая гадость.

— Залп! — новый луч ударил в ближайшую тварь, разрывая существо на части. Пауки вздрогнули и отступили. Не дураки, явно.

— Залп! — луч коснулся третьего, отправляя как и первых двух за Грань. Паутина опустела, в образовавшейся тишине было слышно лишь наше тяжелое дыхание и ни звука от легко перебирающих лап.

— Знаете, миледи? — рядом стоящего лорда можно было узнать лишь по яростно блестящим темно-синим глазам, — Я, конечно, вам благодарен, но, — закрыв глаза и попытавшись рукавом вытереть лицо, опять уставился на меня, — Выбирайте понятные выражения. Мне не знакомо слово "Залп!"

— Эм, это значит "стреляю". А что вам не нравится?! Мне вот, например то, что мы делаем в конкретном месте? На этом болоте можно найти планер и посимпатичнее!?

— Не смешите. Ваш многоуважаемый Душ отправил нас именно сюда. — Геарден показал нечто похожее на компас, где маленькая стрелочка указывала вглубь паутины.

— Бред! С чего вы решили, что турсин сунулся к паукам? Судя по Душу, они вроде умные твари.

— Прибор ведет именно сюда. Так что готовьтесь, миледи.

— Да всегда пожалуйста! — фыркнув, скинула с рубахи особенно здоровый кусок чего-то бледно-желтого.

Тихонько препираясь, пошли дальше. Звук собственного голоса в напряженной тишине меня лично слегка успокаивал, думаю остальных тоже. Ибо даже обычно молчаливые наемники перебрасывались словами, подкалывая и подбадривая друг друга. Пауки же затихли, но я знала, чувствовала, они внимательно наблюдают за нами своими огромными черными глазами.

Паруса паутины расступились, открывая огромные, свисающие откуда то сверху сероватые коконы.

— Что это? — Кеа осторожно дотронулся до ближайшего.

— Сейчас узнаем, — дядюшка легко разрезал мечами плотную стенку и отошел назад. Кокон дернулся, выпуская из своих недр облако вонючего газа, и распался на несколько частей, похожих на лепестки. Посреди сердцевины образовавшейся "ромашки" скрючившись замерла сморщенная фигура.

— Это человек?

— Похож…

Каранель осторожно приблизился к фигуре и нагнулся, касаясь того, что было шеей.

— Он мертв.

Дружно подняв глаза, мы стали рассматривать остальные коконы.

— Там тоже кто-то есть. Может быть живой. — Киану озвучил наши общие мысли.

Удобнее перехватив мечи, двинулись вперед.

— Не расходимся! Двое вспарывают коконы, остальные следят за местностью.

Логично.

Но, поздно. Для всех было поздно. Мечи мелькали, легко разрывая стенки смертельных тюрем, вытаскивая на приглушенный свет останки несчастных, погибших когда-то давно или совсем недавно. Они были мертвы, все были мертвы. Тела, похожие на мумии, высушенные до хруста кожи, до скрипа костей. Это были только тела, уже не люди, не нелюди, просто тела. Пища для монстров.

Продвигаясь вперед, кромсая паутину и коконы, мы заметили приглушенный, пульсирующий свет, исходящий из земли. Огромный продолговатый предмет, глубоко вдавленный в породу, судорожно светился. Мелкие тонкие линии змейками пробегали по поверхности и тут же исчезали, вновь вспыхивая уже быстрыми разрядами, освещающими мрачные паучьи паруса, играя на них радужными цветами. Было страшно и красиво, страшно красиво. Волны неизвестной энергии расходились после каждого вспыхивания предмета.

— Радиация. Отсюда и пауки, и болото тоже, скорее всего, поэтому.

— Что? — Геарден в упор посмотрел на меня, пытаясь понять неизвестное слово.

— Эта штука. Она изменяет все живое, да и не живое. Нам бы убраться отсюда поскорее, а то приобретете подарочек. Третий глаз например, или пятак вместо носа.

— Вы уверены?

— На все сто!

Как-то я видела фотографии, сделанные после аварии на Чернобыльской АЭС. Неправильные фотографии, страшные, нереальные. Не может быть у цыпленка шести лап, а у коровы свинячьего пятачка. И это только цветочки, о ягодках никто не говорит, об этом предпочитают молчать.

Глянув на "компас", лорд мотнул головой.

— Турсин здесь, совсем рядом. Надо найти ее и убираться.

Вглядываясь в паутину, двинулись по кругу, огибая яму со светящимся камнем. Новые коконы, и снова ничего, кроме уже мертвых тел и отвратительного, выворачивающего наизнанку запаха.

— Это последние, — каранель указал мечом на два кокона, висевших близко, очень близко к яме. Два взмаха мечами и из распоротых "цветов" выпадают два тела. Более крупное турсина, и маленькое, совсем маленькое ребенка лет шести.

Прижав руку ко рту, кинулась к ребенку. Сморщенное личико, высохшее тело. Мальчишка, это был мальчишка, когда-то живой, полный жизни и смеха. Сейчас он поломанной куклой лежал рядом.

— Мертв. — может это и хорошо, такое пережить в детстве не каждый сможет. Точнее не сможет никто, не повредившись рассудком. Сейчас это просто тело, душа ушла и когда-нибудь возродится. В новом теле. Более сильном, более удачливом, более…

— Что с турсином?

Тело животного по сравнению с откормленным Душем казалось очень уж мелким. Оно было теплым, еще теплым, за счет замкнутого пространства кокона, но уже не живым. Мы опоздали на какие то часы. Совсем на чуть-чуть. Оглянувшись на лорда, покачала головой.

— Опоздали.

Резко нагнувшись, Геарден пробежал пальцами по когда-то мягкой шерсти, сейчас свалявшейся в огромный колтун. Закрыв глаза, он начал что-то шептать, вкладывая в слова силу, надавливая ладонями на морду и грудную клетку. Животное дернулось и застыло, покрываясь тонкой корочкой льда. Подхватив оледеневшего турсина на руки, лорд еще раз пристально посмотрел на тело ребенка.

— Убираемся отсюда. Скорее. И миледи?

— Да?

— Как только выйдем, спалите тут все подчистую, отправьте этих тварей за Грань, желательно без перерождения.

Уже стемнело, когда мы добрались до замка, темной громадой возвышающегося над лесом. Удивительно, как всего за пару дней неказистая развалюшка с отвалившимися ставнями и потрескавшимися стенами превратилась в мощное великолепие.

Мы шли и молчали. Каждый о своем. Даже Киану. Ни единого звука, ухмылки, лишнего прищура глаз. Просто холодные, ничего не выражающие лица. Маски. Наверняка каждый из них видел и страшнее, и неприятнее, да и я сама, чего уж говорить, повидала достаточно. Но все же. Все же. Что-то было в высохших телах — обреченность, неправильность, незавершенность. И было правильным предать эту обреченность очищающему огню.

Он вспыхнул ярко, и, пожалуй, был единственным живым, достаточно живым и необходимым в гнезде. Жаркое пламя моментально поглощало ткань паутины, веселыми искрами вспыхивая, забираясь все выше и выше. Приглушенными взрывами и тонкими криками, полными ярости и боли, сообщая о качестве работы. О, огонь старался, он как уверенная в своих силах горничная, убирал, очищал, забирал, оставляя после себя лишь черный пепел, ровным, маслянистым слоем покрывающий камни. И это было правильно.

Мы не ждали окончания огненной феерии, мы быстро уходили, унося неприятные воспоминания и тело.

Двери бесшумно раскрылись, приглашая в огромный зал, освещенный лунным светом, проникающим сюда через высокие стрельчатые окна. Душ, с нетерпением в огромных глазах, шумно обнюхал каждого входившего, пока не остановился на Геардене, аккуратно прижимающего к себе покрытое ломким льдом тело.

— Р-ро-оу, — тоскливый вой разрезал тишину, и тут же прекратился, сменившись агрессивным рычанием.

— В лабораторию, быстро, — оттолкнув от себя ощерившегося турсина, лорд прошел дальше, остановился и рявкнул, — Быстро! В лабораторию!

— Душ, скорее, — подойдя ближе к разъяренному животному, заглянула в глаза, — Ну же…

Коротко рыкнув, он развернулся и побежал, периодически останавливаясь, оглядываясь на нас, рыча и торопя. Пробираясь по длинным коридором, петляя, проходя сквозь защиты, добрались до широкого низкого стола, металлически поблескивающего в приглушенном свете зеленоватых огоньков.

Положив ношу на поверхность, Геарден подошел к одной из бумажных стопок, аккуратно стоявших возле сломанного шкафа. Я думала, лаборатория изменится, но нет, все осталось лежать на своих местах, кучи неизвестных приборов, сломанные шкафы, разбитые колбы. Все так, как и несколько дней назад.

— Миледи? Вы позаимствовали кое-что у графа? — перебирая бумаги и не глядя в мою сторону поинтересовался лорд.

— У-у-у… у какого графа?

— Книгу о душах. Несите ее сюда.

— М-м-м. Угу.

— Поскорее пожалуйста, я не знаю сколько тело можно продержать в стазисе.

Развернувшись, попыталась схватить за шкирку турсина, но успела лишь вовремя отдернуть руку, перед щелкнувшими рядом острыми зубами.

— Душик, милый, где моя комната?

Прищуренные злые глаза на мгновение закрылись, и тут же распахнулись, полные боли. Поднявшись, турсин помчался прочь из лаборатории. И опять бег по длинным темным коридорам, лестницам, через арки и залы.

— Рау! — морда зверя уткнулась в закрытую мощную дверь, обитую металлическими пластинами. Наверняка способную выстоять и перед тараном.

Преобразившаяся комната, комнаты, несколько. Чистые, просторные. Встав посреди одной из них, с раздражением оглянулась. И где здесь искать позаимствованные книги?

— Где?

— Р-р-ры?

— Книга. На кровати нет, — излазив вдоль и поперек футбольное поле, именуемое кроватью, посмотрела на виновника неудачных поисков.

— Рвав?

— Сейчас покажу как выглядит, — приблизившись к душе дома, обхватила руками морду и стала всматриваться в глаза, представляя искомый предмет.

— Грау, — Душ дернулся, сбивая настрой, и вслед за изображением книги я случайно передала вид паучьего логова с жертвами и яркими всполохами огня.

— Во-о-оу, — несчастные глаза всматривались в мои.

— И зачем ты так сделал? — уткнувшись мокрым носом в живот, зверь тяжело вздохнул. Прижав к себе огромное тело и потрепав шерсть на голове, оттолкнула. — Ищи скорее. Попытаемся все исправить.

Геарден прав, попытаться можно. Умерло только тело маленькой турсин, клетки же мозга и нервные окончания живы. Значит, все возможно, нужно только постараться.

— А вот и я, что тут у вас? — влетев в лабораторию, огляделась.

— Тш-ш-ш, — Киану, сделав большие глаза, приложил палец ко рту и указал головой на сосредоточенного дядю, выводящего на полу шестиугольную звезду.

— Что он делает?

— Не знаю, сказал сидеть тихо и не отвлекать.

— И ты послушался?

— Интересно же, — легкое пожатие плечами.

— Лорд? — отойдя от мальчишки, повысила голос, — Я книгу принесла. Помочь чем-нибудь?

— М? — отвлекшись от вырисовывания толстой прямой линии, Геарден поднял голову, — Нет, спасибо. Книга больше не нужна.

И тут же отвернулся, разглядывая четкий рисунок.

Фыркнув, села рядом с Киану, рядом, навалившись всем телом, приземлился тяжело вздыхающий Душ.

Закончив рисунок, дорисовав звезду и круг в центре, дядюшка аккуратно положил в него тело турсин и статуэтку. Не обращая на нас внимания, взял лежащий рядом мешочек и новый мел. Подходя к каждому лучу, вычерчивал на конце какой-то символ и клал сверху темный округлый камень, вынимая его из мешочка.

— Что за Грань?! — тихо чертыхнувшись, лорд задумался.

— Что?

— Да нет, думаю все нормально. — и еле слышимое, — Надеюсь.

— Эм, лорд, вы знаете что делаете? Мне кажется, вы несколько неуверенны?

— Нет! Все в порядке. Неужели Вы думаете, я не делал этого раньше? — насмешливо посмотрев на меня, Геарден отвернулся, дорисовывая символ.

— Я знаю, вы делали, в статуэтке же душа вашего дома. Просто вы сами говорили, что не переносили душу в живое тело. Вот и…

— Миледи! Я знаю, что делаю!

— Хорошо, хорошо… — успокаивая, подняла руки вверх в примиряющем жесте. Ну знает, так знает. Зачем так нервничать? Да и за книгой, зачем бегала? Для развлечения?

Дорисовав символы и разложив камни, лорд кинул мешочек с оставшимися камешками на пол. Оценив композицию, нахмурился, но, вздохнув пару раз, начал обходить лучи заново, закрывая ладонью каждый камень и что-то сосредоточенно шепча. Воздух в помещении уплотнился, камни засветились. По рисунку прошла рябь, как будто кто-то включил шнур в розетку и белая гирлянда, любовно уложенная на полу, засияла мягким белым светом. Камни вспыхнули, став похожими на прожекторы, ударили в потолок направленным цветным лучом. Забавно… Каждый Охотник Желает Знать… О боже! Почему лучей шесть, а не семь?

Нахмурившись, Геарден поднял мешочек и вынул седьмой камень. Посмотрев на ладонь, он попытался шагнуть дальше от пиктограммы, но не успел. По пальцам руки, вымазанной мелом, прошел слабый электрический разряд, и камень вспыхнул, добавляя в игру на потолке новый луч — фиолетовый. Цветные пятна, заиграв в воздухе, скрестились строго над центром пиктограммы, ударяя широким столбом чистого белого света вниз, поглощая тело турсин и статуэтку.

Дернувшись, лорд упал на колени, руками стирая часть рисунка. Новая конвульсия и дикий, страшный крик.

— Дядя! — успев схватить Киану за талию, крепко прижала к себе, получая беспорядочные болезненные удары.

— Отпусти! Ему нужно помочь…

— Нет! Не…

Новый пронзительный крик-вой, тело лорда выгибаясь под неестественным углом, дрожало. Скрюченные пальцы с отросшими когтями скребя по ровной поверхности пола, тянулись к засветившейся статуэтке, но, не добравшись буквально несколько сантиметров, замерли. Геарден застыл и стал таким же мертвым, как и тело турсин перед ним. Погасла пиктограмма, исчез свет, осталась неестественная тишина, давящая на уши.

— Отпусти! Дядя…

— Сиди! Да успокойся ты! — одной рукой удерживая мальчишку, второй попыталась схватить за лапу Душа, вскочившего и бросившегося к потухшей звезде. Не получилось, пинок по ребрам и едва не откушенные пальцы.

— Дядя? — опустившись на колени, Кеа тряс родственника, останавливался и прислушивался, пытаясь поймать дыхание.

— В-вру-у, — не отставая от мальчишки, Душ бегал вокруг статуэтки и тела турсин, подвывая и тыкаясь в обоих носом.

Поднявшись на колени, подползла к застывшему мужчине. Приложив ухо к груди, прислушалась. Еле слышимое "тук" через каждые несколько минут.

— Что с ним? Милан?

— На кому похоже. Только это не кома.

— А что?

— Не знаю. Тело относительно живо, душа отправилась погулять. Скорее всего. Не ощущаю души, — открыв веко, отшатнулась, наткнувшись на огромный застывший зрачок, смотрящий в никуда.

— В-в-воу?

— Откуда я знаю! Где он ритуал взял? — подняв рукопись деда, пробежалась глазами по плотным, мелко исписанным листам. Трудно различимые каракули с треском складывались в более-менее понятные слова.

— Милана, сделай что-нибудь!

— Делаю! — разозлившись, заорала на мальчишку. — Я все делаю! Какого лешего твой дядя решил проводить ритуал без подготовки?

— Он подготовился!

— Да ну на?! Он подготовился, — указала рукой на неподвижное тело, — Не вижу!

— Он же проводил подобный ритуал, — Киану упрямо поджал губы, с трудом сдерживая слезы, застывшие в широко раскрытых глазах.

— Подобный! Киану, подобный, но не такой! Он не переносил душу, запертую в камне, находящуюся под охранкой, в живое тело! Этого он не делал!

— Мила-а-ан?

— Что Милан! Почему вечно г***но разгребает Милана?! — уткнувшись в рукопись, быстро пролистывала страницы. Мозг фиксировал расчеты и данные, схемы, чертежи. Откинув в сторону уже не нужные бумаги, пролистала книгу. Надеюсь получится. Если верно поняла, Геарден проводил настройку души на параметры тела, с последующим переносом и закреплением. Но не учел маленький нюансик. Совсем крохотный. Простенькую ловушку в статуэтке, стандартную, установленную им же самим при изготовлении Души для своего дома. Наверняка где-то взял готовую формулу и использовал ее не вдаваясь в подробности, вот и получил, по лбу.

— Помоги, — подхватив руки лежащего мужчины, потянула в центр пиктограммы, — Хватай за ноги.

— Ты уверена?

— Уверена, уверена. Хуже точно не сделаем, — а может и сделаем. По хорошему, нужно чертить звезду из семи лучей, но сейчас у нас два тела и вместилище, содержащее две души. Неугомонный родственник наблюдает за нами из масенькой толстенькой каменной тетеньки. Интересно, как он там помещается? Представив напыщенного и гордого лорда, борющегося за квадратные сантиметры с законной хозяйкой обиталища, усмехнулась и едва удержать от того, чтобы не засмеяться в полный голос. Да уж. Подвывающий Душ и с трудом сдерживающийся Киану меня не поймут. Закусив губу, попыталась сосредоточиться на последующих действиях. Вроде отпустило, угу…

Уложив тело лорда рядом с турсином, с трудом утрамбовала покомпактнее его длинные руки и ноги. Отрастил конечности, на мою голову.

— Что теперь?

— А теперь дружно отошли и сели, подальше отошли и сели! Киану?! Ду-у-уш! Хватит подвывать, вы мне мешаете. К двери отошли! И чтобы не звука, ясно? — проследив, как две понурые фигурки прижались к дверям лаборатории, схватила мел и принялась дорисовывать пиктограмму.

Не знаю, что получится, но что-то точно получиться должно. В голове с огромной скоростью вертелись прочитанные данные, выстраиваясь в подходящие к нашему случаю схемы. Дочертив звезду, поправила символы и заново уложила камни, последний, седьмой, установила в центр пиктограммы, посредине прижавшихся к другу дружке тел. Ну, с Богом. Коротко выдохнув, стала напитывать камни силой, осторожно обходя каждый луч.

Вновь уплотнился воздух, новая рябь пробежала по толстым меловым линиям, ослепительно засверкав, сконцентрировав свет в камни. Красный, оранжевый, желтый… и седьмой, фиолетовый лучи сплелись в яростном танце под потолком лаборатории, через несколько мучительных минут ударив мощным белым лучом в фиолетовый камень, поглощая его, засверкавшую статуэтку и две неподвижные фигуры.

Ну же, ну… Сглотнув, попробовала посчитать до десяти, если не пошевелятся, придется перерыть все имеющиеся в замке бумаги. Терять Геардена так глупо не хочу, он еще нужен живым. Черт возьми! Еще две недели, а потом хоть трава не расти! Хоть заэкспериментируйтесь тут до изнеможения!

Ну же, ну…

Словно почувствовав мой мысленный вопль, лапы турсин дернулись, когти прошкрябали по полу, задевая лежащего рядом Геардена. Тот вздрогнул, инстинктивно отмахнулся от мощного удара и случайно оттолкнул лежащую рядом статуэтку, практически сразу же рассыпавшуюся в пыль.

— Лорд? — подойдя ближе, попыталась вглядеться в темно-синие глаза, полыхнувшие зеленым. — Лорд? Как вы себя чувствуете?

— Дядя?

— Р-р-роу???

Геарден все лежал, пытаясь сосредоточить взгляд на наших лицах и мелькавшей рядом морде.

— Лежите. А пока… Кто тут у нас получился? Такой замечательный и пушистый? Душ, принимай невесту. Как же мы тебя назовем, красавица? Турси?

Турсин, перебиравшая в воздухе лапами, затихла и что-то тихонько провыла.

— Ты наша красавица. Как тебе имя? Не нравится, давай подберем другое, — рука коснулась и зарылась в мягкой темной шерсти.

— Прелесть, а не девочка. Душик? Ты что завис?

Душ подобрался ближе и ткнулся мордой в тело турсин. Шумно обнюхал и отпрянул.

— Фр-р-р?

— Что не так?

— Ррау!

— Почему не нравится? Слушай, Душ, я устала, когда я устала, я злая. Получи невесту и распишись! Все вопросы завтра! Киану, хватай дядю и в комнату его, а то застудит здесь самое дорогое, обижаться будет.

— Он тяжелый, — кряхтя, мальчишка попытался поставить родственничка на ноги, — Помоги…

— Угу, — подхватив с другого бока, повернулась к Душу, — Показывай дорогу. А то время уже вставать пора, а мы не ложились.

Но душа дома, коротко рыкнув, преградил путь.

— Ду-у-уш! — во мне закипала злость, хотелось на все плюнуть и послать далеко и надолго. Сколько можно препираться? Не нравится ему! Сам просил, а теперь не нравится! Ценитель прекрасного!

— Р-р-рау!

— Что я перепутала?!

— Рвав!

— Не могла я тела перепутать!

— Рва-а-ау!

— Душ! — а может и могла. — Сейчас проверим. Киану, опускай дядю.

Посадив тело мужчины на пол и прислонив его к стене, взяла ладонями голову и наклонилась ближе, всматриваясь в расфокусировавшиеся глаза. Душа в теле присутствует, только болтается там неприкаянная как на американских горках. На чужих горках. Без страховки и карты, без билета. Вот! Резко распрямившись, подошла к турсин. Тот же блуждающий взгляд, но более сильная душа пыталась зацепиться за реальность. Установить свои связи с телом, вопреки всему. И скоро, очень скоро, если этому не помешать, процесс будет невозможно остановить.

— Ло-о-орд! — простонав, ударила кулаком об пол. Вот как так? Нельзя сразу засунуть себя в свое же тело? Нет же, мы не ищем легких путей. Оставить его там что ли? Конечно, будет сложнее, но мы ведь справимся?

— Киану? Слушай, может тебе дядя больше понравится в теле турсин? Ты погляди какие возможности!? Когти, зубы… Их же вроде хищниками самыми грозными считают? Правда не знаю почему, такие милашки. Но все же, ты представь? Он же всех врагов одними зубами загрызет? А? А что не загрызет, то зажует! У Душа вон аппетит замечательный, у лорда наверняка такой же будет. М?

— Милан, как ты можешь?!

— Р-р-р!

— Могу, Киану! Могу, почему нет?!

— Р-р-рав!

— А что дети? И дети будут, наверное… если дядя не откажет.

— Ты бредишь. — мальчишка недоверчиво покачал головой.

— Я устала! — Но, о-о-о! Что-то делать действительно нужно. Как менять души между телами в трактатах не написано. По крайней мере в тех, которые я читала. Закрыв глаза, потерла руками лицо и задумалась. По идее, это не должно быть сильно сложно. Души в телах еще не закрепились и их достаточно легко можно было бы вышибить наружу. Если получится вытурить из тел, то потом их нужно во что-то посадить, зацепить в этой реальности, чтоб не убежали за грань. А потом уже каждую посадить в свое тело, что уже проще. Вытурить, зацепить, посадить. Всего то.

— Мне нужно два предмета. Простых, лучше деревянных. И поскорее.

Взяв мел, стала чертить новую звезду, чуть дальше еще одну. Ритуал уже знаком, проблем особых не должно быть.

— Подойдет? — в раскрытой ладони Киану держал две почти одинаковые деревяшки, бывшие когда то ножками шкафа. Мда, надеюсь, лорд не сильно расстроится из-за своего временного убежища. Хотя о чем думать? Сам виноват!

— Ну что ж, приступим, — была не была, я иду со двора, кто не спрятался, я не виновата. Посмотрев на лежащих сломанными куклами Геардена и турсин, легко улыбнулась. Эти точно не спрячутся. Начинаем.

— Милан! — над ухом неожиданно проорало и что-то грохнуло. Проигнорировав клич, перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову.

— Милан?! — кровать затряслась как при пятибалльном землетрясении, которое я мужественно "не заметила", забравшись с головой под подушку и попытавшись снова попасть в объятия Морфея.

— Милан? Ты представляешь? — подушку оперативно содрали с моей головы и куда-то закинули. — Оказывается, дяде вызов прислали!

— М-м-м, да? И он назначил меня секундантом? — тяжело вздохнув, приоткрыла один глаз и уставилась на непотребно довольную физиономию Киану.

— Секундантом? Не, не знаю что это, но его пригласили в жюри. Сегодня выезжаем, а завтра соревнования будут. Правда, здорово?!

— Какие соревнования? Какое жюри?! Счастье мое, сейчас сколько времени? Солнце то встало? — кинув задумчивый взгляд в окно, обнаружила радостное утро, бодрым шагом переходящее в день.

— Угу, давно. Мы легли, оно уже встало, но это не главное! Завтра начнутся ежегодные соревнования среди университетов по боевой магии. Я слышал, их всегда проводят внезапно, чтобы команды были готовы в любой момент. Правда здорово?

— Потрясающе… И с чего лорду такая честь привалила?

— Я разве не сказал? — удивленно хлопнув глазами, мальчишка широко улыбнулся, — Дядя закончил Илурийскую академию, и его, как одного из лучших учеников пригласили судить.

— Здо-о-рово, — широко зевнув, покосилась на мягкую, теплую и такую родную постельку, — И лорд к обеду пораньше решил просветить своего любимого племянника. Угу. Кстати, когда он встал?

А то ишь, шустрый какой, его вчера — сегодня, всю ночь и утро, гоняло из одного тела в другое, а он бодрячком! Непорядок! Даже завидки берут.

— А он и не встал, пытается только. Мне Душ по секрету сообщил о письме, я сразу к дяде, а он к тебе отправил, говорит разбудить нужно обязательно. Готовность проверить…

— Киану, солнце ты мое лучистое. План выполнен, иди сообщи дяде? Окей? — подушка манила, и не было в этой комнате ничего более достойного и привлекательного.

— Милан, не принимай меня за идиота! Я прекрасно понял дядюшкины намерения, — довольный мальчишка уселся в одно из кресел и вытянул ноги.

— Да-а-а? А что же ты тут тогда делаешь?! — вой пожарной сирены наверняка распугал всю живность в округе. Я старалась. Откашлявшись, злобно посмотрела на мелкое недоразумение. Понял он. Изверг. Малолетний. И почему в этой кампании меня приписали не к эльфам? Упущение! Может исправить?

— Мне скучно! Да и дядю жалко, выглядит он не очень.

— А меня, меня не жалко? Я выгляжу очень? — рыкнув, пыталась нащупать на кровати что-нибудь убойно-тяжелое, к сожалению ничего не нащупывалось. Можно конечно оторвать и столбик от кровати, но будет слишком… Не комильфо с тремя столбиками спать.

— Очень! Ты великолепна! — заискивающе улыбнувшись, Киану вместе с креслом отодвинулся подальше от линии огня. — Может пойдем собираться? А?

— Какая м-м-м… встреча, — не оборачиваясь, продолжаю любоваться рисунком на стали. Вытянув руку с клинком, кольнула воздух, проверяя баланс оружия. Неплохо. Очень неплохо.

— Надеюсь, приятная? — блондин подошел близко. Слишком близко. От теплого дыхания шевелились волоски на затылке.

— Надейся. Но… Нет.

— Какая жалость.

— Переживешь.

— Дорогая, попроси свою собачку убрать острие от моего затылка. Достаточно неприятное ощущение. К тому же… щенок нужен тебе целым? В городе достаточно опасные подворотни, мало ли. Не хочу лишний раз подвергать тебя опасности.

— Госпожа? — от дверей раздался тихий бас охранника.

— Все в порядке, Махул. Это мой старый знакомый.

— Милая, не такой уж я и старый.

— Вы так в себе уверены? Ну, насчет Махула? — мда, без мальчишки никуда. Не мог промолчать, любознательный ты наш.

— Более чем. Дорогая, познакомишь нас? Я так понимаю, это твое задание? Как было бы легко и просто, закончить все дела сегодня. М-м-м. Как думаешь?

— Мила-а-ан?

— Кеа, счастье мое, я тебе говорила о данном господине.

— Это он?

— Это я. Ну так что, милая?

— Ты не посмеешь, — быстрый разворот, и острый кончик кинжала упирается в кадык эльфа. О, да. Я так долго тренировалась, доводила движение до автоматизма. Во сне. Какая жалость, что только во сне. И как обидно, что лишь там рука не замирает, а легко двигается дальше. Но чем судьба не шутит?

— Очаровательно выглядишь. В платье. Это редкость, — холодные голубые глаза не спеша скользнули по лицу и опустились ниже.

— Приходится следовать традициям. Взрослею видимо. — взглядом охватываю и точку соприкосновения кожи с клинком, и растянутые в улыбке губы, и выражение глаз. А ведь даже не вздрогнул. Как будто постоянно ходит с железом у горла. Даже пульс не ускорился.

— Может уберешь игрушку? Я пораниться могу, — блондин качнулся на лезвие, буквально на пару миллиметров, и вот уже по белой коже скатываются несколько капель ярко-алой крови. — Досадно.

— Действительно, неприятность. Не дыши дорогой, а то мало ли, — дернись зараза, ну же, сделай конец дня приятным.

— Тебе будет меня не хватать?

— Я переживу. А вот выдергивание волос в офисе вряд ли, — мда, щебечущий полк мамзелек, способных на одном адреналине неплохо разукрасить лицо, серьезное испытание, а если на десерт еще и выговор от Афины… Легкий скорее всего, поэтому скорее всего переживу.

— Хорошо, уговорила, — Амирен приподнял ладони в шутливом жесте, — возможно, я постараюсь уговорить тебя чуть позже. Актаруна небольшой городок. Кстати, неплохой сай. Рекомендую, — ухмыльнувшись, эльф резко отодвинулся и покинул помещение под тоненькое дзынь.

— Актаруна небольшой городок? — из угла раздался выдох Киану. — Может надо было все же его того? — легкое движение ладони по горлу. Ну, ну, того. А мне потом кучу бумажек писать, сочинять. Причина конфликта, нежелание избежать оного, и так далее и тому подобное.

— Мастер, так сколько вы хотите за сай? — не обращая внимания на взбудораженного мальчишку, вновь пригляделась к клинку. Интересная вязь, филигранное исполнение. Хочу!

— Великолепный кинжал! Вы видели как легко он проткнул кожу ушедшего господина? Это оружие просто создано для красивой женской руки, — быстро пришедший в себя дедок, принялся расхваливать оружие, охая, ахая и цокая языком. — А какие грани, какой металл. Посмотрите госпожа.

Узловатый палец ткнул в тонкую вязь рисунка на клинке.

— Видите? Очень интересная работа, единичный экземпляр. Двести пятьдесят зулутов!

Сзади раздался судорожный вздох мальчишки и еле слышимый скрип зубами охранника. А дедулька то непрост. Да за такие деньги можно купить половину его лавки, большую половину.

Поцокав языком, буквально так же как и старик минуту назад, небрежно повертела сай в руке.

— Жаль. Такие кинжалы всегда идут парой. А один… неполный комплект. Неизвестное происхождение и сплав металлов. Сюрпризы могут быть на каждом шагу. Вы понимаете, что за такое оружие больше двадцати зулутов вам не получить.

— Госпожа, — дедок театрально закатил глаза и взмахнул руками, — Вы раните меня прямо в сердце, — обе руки дрожа прикоснулись груди, где бился хитрый агрегат старика.

— Госпожа, моя семья живет на доходы только от этой лавки. Двести тридцать зулутов!

— Мастер, я очень уважаю вашу семью. У вас великолепное оружие. Но данный экземпляр… Сами понимаете. Двадцать пять!

Судорожный вскрик, вновь театральное прикладывание ладоней к груди.

— Госпожа, режете меня без ножа! Исключительно из уважения к вашей молодости и красоте, двести двадцать!

— Милан? Чем он так тебе понравился, — взяв оружие, Киану повертел его перед глазами. — Ерунда какая-то. Пойдем?

Сай с легким звоном опустился на прилавок.

Мрачно разглядывая нечто съедобное на тарелке, поковыряла ложкой. Похоже на кашу. А почему с комками? И что это такое желтенькое, напоминающее жучков? И запах странный, немного цветочный. Интересно, бывают жуки, воняющие цветами? Или в тарелку добавили вкусовые заменители и усилители запаха. Странно, вроде бы этот мир до такого еще не дожил. Вроде бы… Тогда что это такое? Осторожно перевела взгляд на Киану, также с сосредоточенным видом ковыряющегося в тарелке, потом на лорда, тот внимательно слушал нашего радушного хозяина… и не ел. А кушать хочется…

Магистр Карим, не замечая наших затруднений, увлеченно рассказывал Геардену о возможных фаворитах этого сезона, от кого по последним данным можно ждать сюрпризов, а на кого особо и не надеяться. Оказывается альма-матер лорда — Илурийский университет из Нижнего мира уверенно несет пальму первенства. Приятно. Ему на пятки наступает Джаридский драконов из Верхнего мира и замыкает тройку лидеров Эльгиямский, опять же из Верхнего мира, но принадлежавший местным эльфам. Ну и далее по списку десяток, полтора университетов менее именитых и известных, но, конечно же, достойных принимать участие в ежегодных соревнованиях.

— Магистр, скажите, а как добираются участники с других континентов, я слышала стационарные телепорты на большие расстояния не работают.

— По морю, юная леди, — неопределенно пожал плечами магистр, — Две недели более чем достаточно. Всего же на подготовку дается двадцать дней. За это время учебные заведения должны подать заявку, представить список участников и быть готовыми к бою. Странно, что ваш дядюшка об этом вам не рассказал.

— О-о-о, знаете магистр, я так далека от всего этого — война, бои, соперничества… Мне кажется что магия, особенно боевая — это все же прерогатива мужчин, — сделав "круглые" глаза, слегка пожала плечами, поймав ошарашенный взгляд Киану и уловив выражение скептицизма, промелькнувшее на лице лорда. Мда что я творю, что делаю… Дуру из себя делаю, вот что! Наверное все от недосыпания, точно, точно… — Да и дядюшка очень занятой… человек. Ни минутки покоя…

— Конечно, конечно, милая леди. Я вас полностью поддерживаю, война — мужское занятие. Но все же очень рекомендую посмотреть соревнования. Очень красивое зрелище. Да, очень. Нам повезло, что в этом году университеты встречаются в нашем славном городе. Да, очень повезло. У нас великолепный Колизей. После завтрака Махул проводит вас в вашу ложу, она рядом с судейской. Великолепный обзор, удобные кресла. Я уверен, Вам наверняка понравится, как и молодому лорду. Лорд Геарден упомянул, что вы молодой человек хотели бы выбрать университет для дальнейшего обучения. Это великолепная возможность. Как раз увидите, оцените, выберите. …

Магистр говорил и говорил, расписывая предстоящее действо в ярких красках, рассказывая о достоинствах и недостатках тех или иных факультетов в упомянутых ранее учебных заведениях. Внезапно прервавшись, внимательно осмотрел наши ошалелые физиономии и спросил:

— А что же Вы не кушаете? Неужели все же на диете? — заботливое выражения лица хозяина дома вызвало умиление.

Похлопав глазами, беспомощно уставилась в тарелку. Уж лучше бы и дальше разглагольствовал о правилах соревнований и других довольно таки любопытных вещах.

— Не переживайте, я специально приказал повару приготовить на завтрак эльфийское паэли.

Вот это? Эльфийское? А зачем тогда насекомые?

— Эм… это так мило с Вашей стороны, уважаемый магистр, — продолжая ласково улыбаться, усиленно думаю, как бы потактичнее отказаться от сего шедевра. — Просто немного непривычно. А-а-а… что входит в состав блюда?

И опять глазами хлоп. Не обижать же магистра, старается, заботится. А мы не ценим. Сбоку приглушенно кашлянул Киану. Ну да, поперхнулся бедняжка, или простуда замучила?

— Хлебное зерно и цветки финзира, если не ошибаюсь. И специи, само собой. Очень полезное и питательное блюдо.

Ага, цветки финзира, само собой, и как я не догадалась. Аккуратно подцепив ложечкой странную массу, незаметно выдохнув, запихнула ее в рот. Тщательно прожевав, сглотнула. Мягкое и хрустит. Есть можно. Особенно если особо не задумываться, что может быть мягким и хрустеть.

— Ну, — Киану заелозил на стуле и с любопытством естествоиспытателя уставился сначала в мою тарелку, потом на ложку, потом на лицо. Видимо выискивал признаки отравления. Не нашел.

— Интересный вкус. Попробуй. — новая ложка отправилась в рот. Надеюсь, не отравлюсь. Помню в аптечке точно был мезим, который для желудка незаменим, активированный уголь и на крайний случай рвотное. А там уж и регенерация поможет.

Вскоре завтрак благополучно подошел к концу, лорд с магистром отбыли в Колизей, для последнего осмотра арены, наведения щитов и других нужностей, нам же до выхода из дома выделили час — навести лоск, марафет и боевую раскраску для меня, причем советовали особенно не увлекаться, дабы "не шокировать своей неземной красотой местное население". Услышав последнюю фразу, фыркнула, а то я сама не знаю, что сегодня и сейчас, как впрочем и завтра и послезавтра, я изображаю уважаемую леди, юную племянницу опять же уважаемого лорда Геардена, и далее по списку.

Значит юную и уважаемую. Окинув взглядом просторную гардеробную, где весьма одиноко висело единственное праздничное платье, задумалась о вечном. О вечном женском вопросе — что надеть? Казалось бы вот оно, решение всех проблем — симпатичное, светло-голубое, достаточно модное по меркам Актаруны. К нему даже туфельки прилагались. Да в конце то концов, ведь больше и смотреть то не на что — просто нет ничего. Удобные штаны и рубашки к выбранному образу не подходят. Ан нет. Хочется чего-то эдакого. Тьфу! Все же придется посетить местные магазины. Не ходить же в одном и том же несколько дней.

Тяжело вздохнув, натянула на себя шедевр местного портновского искусства, и пошла покорять бомонд. Только кто мне дал? Не успела выйти, как в руку вцепился решительно настроенный Киану с кучей вопросов в голове.

— Ты сказала?

— Что сказала?

— Дяде?

— Угу.

— И……

— Что?

— А он что?

— А он решил не нервничать и отправился на судейство.

— И все?

— А что ты думал?

— Ну… не знаю…

— Вот и мы не знаем, посмотрим, что Амирен дальше предпримет, тогда и решим.

— А он не сможет меня сам убить? А то как-то боязно, странный он, — мальчишка передернул плечами и обнял себя руками, как будто бы замерз.

— Не волнуйся, ты мне нужен живым и здоровым.

— А мертвым и расчлененным? Не нужен?

— Тьфу на тебя. — подхватив Киану под руку, потянула к выходу, — Ты как вообще, готов к зрелищам?

— Ну как бы да.

— Значит вперед.

Внизу, возле дверей, нас ожидало сопровождение в лице уже знакомого Махула, благополучно позабывшего факт запускания огненного шара во вчерашнего неизвестного противника. Бравый страж был искренне уверен в нашем безвозмездном желании помочь страждущим… Поэтому вчерашнего инцидента просто не было, и бабах объяснялся на удивление логично — сработала индивидуальная защита любимого дядюшки, распознавшая в дебоширах врагов. Что касается встречи с Амиреном, то на нас свалилась неожиданная радость в виде столкновения со старым добрым знакомым. И это правильно — мы с Киану чистые и прозрачные аки горная слеза, особо не способные противостоять суровой реальности. Пусть бдит. Да и магистру Кариму лишнего знать не обязательно. Ведь там, где что-то известно одному — известно многим, а это не есть гуд.

— Госпожа, молодой господин, — поприветствовав нас легким наклоном головы, телохранитель сообщил радостную новость.

Оказывается, Колизей находится достаточно далеко от резиденции многоуважаемого магистра, поэтому данный магистр обеспокоился нашим передвижением и приказал приготовить повозку. Очень мило. Но вот почему-то при слове "повозка" перед глазами возникло изображение некой телеги с расхлябанной осью и кривыми колесами, запряженной флегматичным осликом. Ан нет, у ворот стояла элегантная карета из светлого лакированного дерева, покрытая замысловатой резьбой. Да и в упряжке, вместо воображаемого осла, недовольно вертели мордами два лигарда. Внутри также ощущалась нотка актарунского шика — мягкие кожаные сиденья, обитые светлой плотной тканью стены и множество маленьких ярких подушечек, разбросанных в живописном беспорядке. Красота.

Удобно устроившись, заметила за легкой светлой занавеской полоску нежно-сиреневого неба и краешек местного светила, важно плывущего по небесному морю.

— О чем думаешь? — неугомонный Киану успел обнюхать и потрогать все, до чего дотянулся его любопытный нос. Отодвинув шторку с моей стороны, он также оценил окрестности, фыркнул и уселся обратно, развалившись на сиденьях и вытянув ноги.

— Да так. Ты внимательно слушал магистра? Сегодня групповые соревнования или все же одиночные?

— По-моему групповые, — выдал Киану, задумчиво посмотрев в аккуратное окошко, полуприкрытое занавесочкой. — Магистр так много всего рассказывал…

— Угу, очень общительный мужчина. Значит завтра одиночные, а послезавтра? Смесь?

— Не, послезавтра итоговые бои на титул победителя. Но я хочу посмотреть все. Никогда не видел, как пятерка взаимодействует, да и одиночки, говорят, очень интересно дерутся.

— Пятерка? Сегодня? А почему пятерка. Почему не семерка или шестерка. Как-то я это пропустила.

— Не знаю, это азы. А ты вроде всю библиотеку пересмотрела? — мальчишка с удивлением взглянул на меня.

— Перечитала, вроде бы. Но про пятерку не помню. Рассказывай.

— Да там все просто. Принято считать, что пять — самое стабильное число. В магическом плане. Некоторые народы ее называют звездой, с пятью лучами, некоторые кулаком.

— Кулаком?

Киану вытянул руку вперед и растопырил пальцы, потом резко сжал раскрытую ладонь в кулак.

— Вроде бы так.

— А почему тогда у Гтронту наемники семерками бегают? Если пять такое замечательное число.

— Так они не маги, а воины. У воинов семерки.

Мда, логика где-то есть. Но вот только где?

Карета резко дернулась и остановилась. В открывшемся проеме двери показалась раскрытая ладонь охранника. Вот и приехали. Замечательно.

Прямо перед нами возвышалось внушительное белоснежное здание прямоугольной формы, украшенное стрельчатыми окнами на уровне второго и третьего этажей и четырьмя высокими башенками, увенчанными острыми шпилями. Внушительные кованые ворота приглашали внутрь всех желающих, многие из которых специально приехали в славный морской город, бросив все свои дела. Интересно, может и Амирен посетил порт с этой целью? Он всегда интересовался необычными заклинаниями, и насколько я помню, довольно успешно применял их на практике.

С нашей стороны Колизея я насчитала три входа. В два боковых народ шел стройными колоннами, в средний же тек тоненький ручеек. Как объяснил Махул, нам необходимо к среднему, именно эти ворота вели к привилегированной ложе и ложе для судий. Участники соревнований заходили на арену с другой стороны, для них также был отдельный вход, который вел во внутренние помещения, с комнатами отдыха и целительскими, и специальным входом на арену.

Махул шел впереди нас, возглавляя процессию, беспардонно тараня людскую массу. Следом поспевали мы, замыкающим же был неизвестный клон охранника, почему-то никак не представленный. Со слов телохранителя, данный индивид назначен в нагрузку к Махулу для мелких поручений, а также для прикрытия тылов, во избежание, так сказать… Ну во избежание, так во избежание.

Кованые ворота, любезная охрана, тщательно проверившая пригласительные, светлый разветвленный коридор, лестница наверх и вот, наконец, достаточно просторная ложа на двадцать персон, откуда открывался шикарный вид на овальную арену, покрытую белым песком. Ложа отделялась от других вип и не очень вип высокими бортами, закрывающими обзор и козырьком над головой, защищающим от солнца.

Подойдя ближе к бортику, отделяющему нас от выхода на арену, заглянула вниз. Подобная нашей ложа, но только на десять кресел, поставленных в ряд, пустовала. Еще ниже уже толпился народ. Видимо там располагались стоячие места. По бокам от нас так же находилось несколько лож, уже наполовину занятых.

— Куда сядем? — Киану, также осмотревший открывающиеся ракурсы, бухнулся на середину ряда. — Тут?

— Как хочешь, — в принципе можно сесть где угодно, щиты включены по максимуму, сзади дышит в затылок телохранитель, да и гости наверняка в вип-зоне будут с сюрпризом, кто-нибудь помочь да сможет.

Устроившись рядышком, расслабилась. Как быстро организм привыкает к хорошему. И эксклюзивное трехразовое питание, и эскорт сопровождение, и подушечки, чтоб мягче сиделось, да и лучшие места на представления по дороге не валяются.

— Хорошего дня, юная леди, господин, — рядышком степенно уселся пухленький господин в длинном темно-зеленом камзоле и с тростью в руках.

— Хорошего дня.

— Вы в первый раз на соревнованиях? — приподняв брови, мужчина весело блеснул глазами.

— Да. Так заметно?

— О, не переживайте, не заметно. Просто я Вас раньше не видел, вот и поинтересовался.

— А Вы их часто посещаете? — Киану вывернулся и удивленно посмотрел на собеседника.

— В последние несколько лет каждый год.

— И не надоело? Они же ученики, ничего нового не придумывают. Пользуются только известными заготовками и связками.

— Не скажите, молодой господин, иногда встречаются очень интересные маги, самородки. Вот помню, три года назад был очень выдающийся молодой человек. Любопытно комбинировал известные заклинания, неожиданно.

— И как? Выиграл тогда?

— Да, очень способный молодой человек. Сейчас, на сколько я знаю, у него полевая практика где-то в эльфийских землях.

— Ого… — быстро переглянувшись, мы с замиранием стали ждать продолжения рассказа о необычном и очень способном молодом человеке. Надеюсь, Амирен не додумался откопать данный самородок. Мало ли что он из себя представляет. Но пухленький господин, представившийся Виеном Де”Сеалем, перевел разговор на предстоящие бои, попутно растолковывая понятия и рассказывая правила. Коих оказалось не так уж и много:

1. Начинать бой только после сигнала судьи;

2. Не использовать заемную силу и накопители;

3. Не пользоваться амулетами;

4. Остановить бой после сигнала судьи.

Ложа заполнялась новыми существами, вежливо кивающими в нашу сторону и иногда совсем не вежливо нас разглядывающими. Шепотки, комментарии, все как везде.

С угловых башенок разнесся по Колизею резкий, низкий гул.

— Что это?

— Первое предупреждение. Всего их три. Сейчас будут выходить команды.

Ворота, выходившие на арену, раскрылись, и с двух сторон на песок стали выходить участники соревнований. Разные фасоны плащей, цвета, какие-то нагрудные ленты. Проходящее внизу напоминало начало карнавала, или скорее конец циркового представления, когда на арену приглашаются все артисты, участвовавшие в шоу. Так и тут. Группки в основном молодых людей, реже девушек, заполняли арену в строго определенном порядке.

— Они становятся по университетам, впереди младшие курсы, сзади старшие.

Молодые люди построились и замерли. На арене воцарилась тишина, прерываемая вторым предупреждением.

— А это предупреждение о появлении судей. — И правда, нижняя ложа стала стремительно заполняться. Минута, и все десять существ, людьми их назвать было невозможно, стояли перед своими креслами, внимательно всматриваясь в лица участников соревнований.

Новый гул, последний, пронесся по арене. И вскоре, со всех сторон раздался уверенный, мощный голос, приветствующий собравшихся участников и зрителей, почтивших своим присутствием арены боя.

— Магистр Бервик, он выбран в этом году главным судьей Соревнований, вот и открывает первый день боев. Сейчас будет представлять участвующие университеты.

— Актарунский университет магии и чародейства, — группа из шестнадцати человек в белых плащах синхронно сделала шаг вперед и резко ударила сжатым кулаком по левому плечу, при этом нечто громко проорав.

— Вентарийский университет высшей магии, — эти товарищи в количестве двадцати человек, как сказал нам наш словоохотливый сосед, двадцать человек это максимум, который может выставить университет, были в темно-зеленом. Так же ударив по плечу и проорав приветствие отступили назад.

Святые угодники. Действо все больше напоминало римский Колизей, где подобные группки выходили вперед, скандируя всем известную фразу: "Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!" Надеюсь бои без смертельных исходов? Тут дети, в конце-то концов. Взгляд метнулся на сидящее рядом дите.

Далее шли еще десяток неизвестных для нас названий университетов с тремя уже знакомыми. Джаридской школой высшей магии, Илурийским университетом высшего мастерства и Эльгиямской светлой академией. Мда. И в этом мире эльфы выделились. У всех школы как школы, университеты, как университеты, пусть высшие, зато у эльфов именно светлая. И с чем это связано? Может с завихрением в мозгах?

— Объявляю двести пятьдесят шестые Соревнования по боевой магии открытыми. Участники, займите свои места.

Арена опустела в ожидании первого командного боя.

— Хм-м-м, достаточно оперативно. Я думала приветственные речи растянутся на час на полтора.

— А это не все.

— О?

— Не закончен политес, да и жеребьевка, а по традиции ее проводит как раз представитель королевской семьи, не имеющий магических способностей. Смотрите внимательно на арену или на королевскую ложу. Она как раз напротив.

И действительно, напротив нас как раз находилась богато украшенная ложа, пестревшая цветами и яркими шелками. Оказывается королевская. Ну надо же, кто бы сомневался.

Магистр Бервик громогласно поприветствовал королевскую семью, поблагодарил за предоставление в распоряжение университетов Колизея и т. д. и т. п. Чернобородый мужик в белом тюрбане с тонкими золотыми вставками благосклонно кивнул в ответ и представил свою многоуважаемую супругу, оказавшую честь всем и вся своим присутствием. Именно эта славная и многоуважаемая дама и будет сегодня тянуть жребий. Скорее бы. Я конечно понимаю, что без торжественной части и расклинивания никуда, но хотелось бы увидеть бои, ради которым мы собственно сюда и пришли.

Легкая музыка, красочный салют из призрачных цветов, отправленных вопреки всем законам тяготения вверх, а не вниз. И из глубины королевской ложи под еле слышимый вздох общественности выплывает внушительная фигура, затянутая в яркие шелка. Замысловатая прическа, ярко подведенные слегка прикрытые пушистыми ресницами глаза, плотно сжатые губы, королева несла свои килограммы с достоинством, какое не снилось большинству наших пухленьких соотечественниц, и глядя на нее на ум приходило только одно: Женщина, именно так, с большой буквы и никак иначе.

Перед королевой возник шар, похожий на вместительный круглый аквариум, заполненный облаками. Женщина изящно протянула руку, с блестевшими перстнями прямо в аквариум и вскоре показала всем небольшой ярко-желтый шарик, через мгновение поднявшийся над ареной и выросший в размерах.

— Джаридская школа. Категория Бели. — объявил магистр.

Следующий шарик оказался белым. Королева недовольно поджала губы, но так же как и первый, высоко подняла и показала всем. Белый шар присоединился к желтому.

— Актарунский университет. Категория Бели. — безэмоционально прокомментировал магистр.

— Что такое категория Бели, господин Де”Сеаль?

— Предвыпускной класс или те, кто претендуют на это звание. Обычно это четвертый-пятый курс. Они всегда выступают до перерыва. После полудня сражаются выпускники, они в категории Али. Обычно это самые интересные бои, но не всегда.

Пока сосед рассказывал и пояснял тонкости предстоящего действа, королева определила всех соперников первого тура. В воздухе над ареной ярко сияли пары шаров, показывающие, кто с кем и когда будет сражаться. Двенадцать университетов-участников, шесть пар шаров. Шесть боев продолжительностью от пяти до пятнадцати минут. В категории Бели каждый университет предоставил только по одной боевой пятерке, поэтому все действо займет не так уж и много времени. Шесть победителей, которых сегодня ждет еще один бой, и всего четверо тех, кто будет сражаться в финальных боях за титул, за престиж, за награду в третий день соревнований.

— Не повезло актуранцам. Против драконов они не потянут.

На арене друг против друга замерли участники. Без парадных плащей, без лент, медальонов. Чистая сила, сдерживаемая лишь усилием воли, ждущая лишь сигнала, раздавшегося внезапно, громко и протяжно.

Актарунцы — люди, пусть сильные, пусть способные и перспективные, но люди. Без дополнительной защиты и амулетов им долго не продержаться, и, кажется, парни эту простую истину осознали на все сто. Трое более массивных бойцов встали на переднем фланге, один стоял в середине, двое чуть сзади. При сигнале, средний, довольно хрупкий парнишка растянул над своей пятеркой несколько мгновенных щитов, и с напряжением держа их, тут же стал плести дополнительные, отражающие мощные атаки драконов. Основной щит мелькал, похожий на мыльный пузырь, готовый лопнуть в любой момент под яростным огненным дождем драконов. Мальчишка бледнел, периодически прикусывал губу и шептал, шептал, шептал. Один из парней, стоявших на задней линии, перестав атаковать, стал помогать в защите. Новая тонкая вязь — защита от огня. Мыльный пузырь заиграл оранжевыми бликами, закрывая в себе сосредоточенные лица актарунцев.

Один из драконов стоящих на переднем фланге усмехнулся и, сделав пас рукой, раскрыл ладонь, растопырив пальцы, как бы забирая в себя весь жар, бушующий в переливающейся защите противника. Мгновение, ладонь запылала оранжевым, мах рукой и огненный шар столкнулся с защитой актарунцев, разбивая ее на мелкие капли, распыляя по песку. Пятерка людей вздрогнула и чуть пригнулась к земле. Выкрик бледного парнишки и новый щит, поставленный за мгновение до массовой атаки джаридцев. Защита не выдержала, парней снесло единой воздушной волной, раскидав по горячему песку.

Актарунцы сражались отчаянно, они даже смогли пробить мощную защиту драконов, слегка помяв безупречные белые рубашки, растрепав цветные волосы, уложенные в замысловатые косы. Но этого мало, это было ужасно мало для победы. Последняя слаженная атака драконов доказала превосходство студентов Джаридской школы категории Бели на своим сегодняшним соперником — Актарунским университетом.

Перед противниками возникла высокая клубящаяся облаками завеса, отрезающая путь наступающим драконам на уже поднявшихся с песка людей.

— Бой закончен! — громкому голосу главного судьи вторил рокот толпы.

Проигравшие, но явно не побежденные актарунцы, как и их более умелые и удачливые соперники подошли к мерцающему барьеру.

— В данном поединке категории Бели победа присуждается Джаридской школе высшей магии. Приготовиться следующим участникам.

Завеса спала, первая пара участников покинула арену, пропуская на свое место других.

Но гул на трибунах нарастал. Толпа бесновалась, и если бы не усиленная защита арены, на ней наверняка происходил бы еще один, незапланированный бой. И уже наверняка неравный. Фанаты местного университета были настроены серьезно и выкрикивая оскорбления, рвались доказать свою правоту, показать драконам их место.

— Все как всегда, — тонко усмехнулся наш сосед. — Где бы не происходило соревнование, местные всегда правы.

— Почему? — удивился Киану. — Видно же, что Джаридская школа явно сильнее. Использовать чужую защиту для нападения…

— Ну тут могло и получиться. Если бы актарунец успел замкнуть щиты, а не просто вплести в них огненную линию, тогда все могло кончиться совсем по-другому. Да, совсем по другому. И новые атаки драконов только бы питали щит. Однако парнишка об этом заклинании или только слышал или у него не хватило сил, да и умений. Сложное заклинание. Результат очевиден. А толпа, побушуют слегка и перестанут. Вот уже и новый бой начался.

И действительно, начался новый бой. Пятерка, бывшая в темно-зеленом — Вентарийский университет против пятерки в синем — Джимарский университет. Эти противники были примерно равны. Защита одних уравновешивалась довольно неплохими атаками других. Скучный бой. Правильное исполнение стандартных заклинаний, правильная их нейтрализация и уклонение или поглощение. Ничего интересного и нового. Поэтому мыслями вернулась к первому бою. Как можно замкнуть защиту на себе, закольцевать ее, чтобы атаки противника только подпитывали ее, не разрушая, а наоборот, укрепляя, упрочняя узлы. И как можно прервать это заклинание, забирая свободную энергию для атаки? Наверняка данные можно найти в библиотеках Актарунского университета, даже возможно нечто подобное есть в доме нашего многоуважаемого хозяина. Получается, у меня есть три дня для решения этого вопроса. Всего три дня.

— Бой закончен! — на арене вновь возвышалась облачная, достаточно прозрачная завеса, отрезающая противников друг от друга, запрещающая, мешающая вести бой, поставить финальную точку в затянувшемся противостоянии. Одинаково потрепанные, они буравили взглядом друг друга, выискивая на противнике признаки поражения или наоборот, победы.

— Победа присуждается Джимарскому университету.

Трибуны вновь взвыли, несогласные с решением. Я же посмотрела на сидящих рядом. Киану откинулся на кресло, его этот бой также не впечатлил, как и меня, и он развлекался разглядыванием противоположных лож и виднеющейся внизу беснующейся толпы. Господин Де”Сеаль же согласно кивал, слегка пожевывая губу. Вентарийцы на арене так же были недовольны решением судей. Один из них вышел ближе к судейской ложе и подняв руку, крепко сжатую в кулак, что-то прокричал.

— Что он сказал? — Киану заинтересовался парнем и нагнулся ниже, рассматривая недовольного вентарийца.

— Спросил причину. Его право. Если в первом бою в принципе все понятно, то тут довольно неубедительные как победа, так и поражение. На его взгляд.

— Мне показалось, джимарцы сильнее в атаке, а эти парни ушли в оборону. Что тут непонятного?

— Они решили применить тактику выматывания. Силы на атаку у противника кончались, и возможно в реальных боевых условиях молодые люди и смогли бы протянуть чуть дольше, а возможно даже выиграть.

Да уж, опять возвращаемся к питающимся от противника щитам, очень интересная вещь, но вентарийцы явно не знакомы с этой техникой.

— В реальных боевых условиях более сильный, концентрированный удар в одну точку и эти щиты бы лопнули, — Киану энергично махнул рукой в сторону проигравших и скривил губы.

— Вы правы молодой человек. Вот поэтому они и проиграли. И это хорошо, что Вы осознаете эту простую истину. В данном случае так бы и произошло.

Да, в данном случае.

Внезапно я почувствовала на себе чей-то взгляд. Незнакомый и неприятный, прошедшийся по мне словно грязная губка по не очень чистой посуде. Мгновение, и ощущение пропало. Что это было? Амирен? Наверняка он тут, и уж стопроцентно любуется боями, выискивая для себя интересное и новое. Но взгляд явно не его. Чужой. Теперь я сама блуждала глазами по ярким ложам, по скамьям и креслам, заполненным нарядными, взбудораженными зрелищем существами, но того, кто минуту назад смотрел — не нашла.

Третий бой подходил к завершению. Здесь в одной из команд было две девушки, как чуть позже подсказал наш добровольный гид по местным боям, это представители Луриянского университета боевой магии. Одна из девушек довольно успешно занималась защитой. Периодически откидывая со лба синюю прядку, она, сверкая темными глазами и пренебрежительно улыбаясь соперникам, плела тонкую вязь заклинаний. Только сейчас, наблюдая третий бой, ко мне пришла здравая мысль. Почему я вижу плетение? Заклинание — это дело нескольких секунд, иногда доли секунд. Почему именно сейчас кажется, что время на арене слегка замедленно? Чтобы мы видели мастерство участников? Или чтобы судьям было проще следить за происходящим на арене? И как об этом спросить, не выходя из образа кукушки-неумехи?!

— Господин Де”Сеаль? Мне кажется или заклинания на арене как-то долго делаются?

— Плетутся, молодая леди, заклинания плетутся, — с легкой улыбкой поправил мой "промах" самопровозглашенный гид.

— Да, простите. Плетутся… Мне казалось, все должно происходить несколько быстрее? Киану? Что ты думаешь об этом?

— Ты права, все должно происходить быстрее.

— Конечно… Просто под ареной установлен артефакт замедления времени, хотя это не точное название. Суть его вот в чем. Эта вещица замедляет магические временные потоки. Поэтому и мы и уважаемые судьи видят в точности до миллисекунды то, что происходит перед нами. Очень полезный артефакт. Магистры в любой момент могут замкнуть заклинание или развеять его, если что-то пошло не так и это "не так" опасно для жизни. Да и судить так проще. Все видно.

Лурияне выиграли, о чем и сообщил бесстрастным голосом магистр Бревик.

Девушки на арене улыбнулись, и, послав воздушные поцелуи, с достоинством покинули взрытый заклинаниями песок. Окруженные тремя парнями они гордо вышагивали к арке, не замечая свиста и приветливого крика толпы.

— Хорошие девочки, сильные. — слегка кивнул головой в сторону уходивших господин Де”Сеаль. — Если и дальше так будут работать, имеют неплохие шансы попасть в финал.

Четвертый бой, и вновь две пятерки. Вновь шепот заклинаний и определение победителей.

Пятый бой. Я ожидала увидеть илурийцев или эльгиям. Ни тех, ни других. Вновь точные движения, правильные атаки, нападение, защита. Вновь облачная стена и взгляд глаза в глаза. Вновь победители и проигравшие.

— А вот сейчас будет действительно интересно. И почему то мне кажется Эльгиямской академии сейчас не повезет. — ухмыльнулся мужчина и положил руки на округлый живот. — Смотрите. Сейчас будет действительно нечто интересное.

Объявили шестой бой, вызвав к черте представителей Илурийского университета высшего мастерства и Эльгиямской светлой академии. Фиолетовое против светло-зеленого. Верхний мир против нижнего.

Колизей замер, внимательно следя за выходившими на арену парнями. Илурийцы — никаких украшений, только форма, и явно не парадная, удобная, уже ношеная и наверняка побывавшая во многих переделках. Киану подался вперед, так же как и я, как и многие тут, пытался разглядеть студентов любимого дядюшкой университета. Каждый из звезды настроился на бой, внутренне сдерживая рвущуюся на волю силу, рассматривая противника, выискивая слабые места. Казавшиеся расслабленными, они были сжатой пружиной, взведенным курком револьвера, готовым в любой момент выстрелить, и победить.

Эльгиям — эльфы, и этим все сказано. Прилизанные и надменные хлыщи. Вот что с них взять?! Кроме довольно любопытных открытий, которые впрочем и происходят то довольно редко? Ничего! Не люблю остроухих. За все двадцать с лишним лет, что я бродила по мирам, выполняя задания Афины, я не видела ни одного эльфеныша, ведущего себя достойно, а не презрительно и с пренебрежением по отношению к представителям других рас. Они эльфы, все остальные пыль под ногами "царственных" и утонченных длинноухих. Исключение — драконы. Ну еще бы. Эти кого хочешь сами положат на лопатки и даже не споткнутся. Поэтому не считается. Остается — эльфы, эльфы, эльфы! Со своим раздутым "Я". Даже мир, где эльфы занимают далеко не господствующее положение, даже там они умудряются задирать нос. Все-таки у остроухих что-то не то с психикой. Что-то явно не то. Или я просто видела не тех эльфов?

— Бой закончен. Победа за Илурийским университетом высшего мастерства.

— Молодцы парни, верны традициям. — цокнул языком довольный победой Илурии господин Де”Сеаль. — Молодцы…

Арена опустела, раздался новый гонг, возвещающий об окончании первого тура.

— Уважаемые господа зрители и участники соревнований. Первый тур категории Бели подошел к концу. Победителями тура являются: Джирадская школа…

— Милан? Я спущусь вниз на несколько минут. Не теряй меня. — наклонившись к моему уху прошептал Киану.

— Зачем?

— Я ненадолго.

— Возьми охранника, если что кричи.

— Да не волнуйся ты так. Сам справлюсь. — отмахнулся мальчишка, направляясь на выход из ложи.

Наблюдая за удаляющейся спиной Кеа, поймала внимательный взгляд Махула, и, кивнув, отправила того за мальчиком. Пусть присмотрит. Амирен сейчас предпринимать ничего не должен, но мало ли. Как говорится береженого Бог бережет.

— Участники. Готовность ко второму этапу соревнований в группе Бели. Ваше Величество прошу.

Перед королевой вновь возник аквариум, заполненный запертыми в нем облаками из которого ей вновь предстояло тянуть жребий, распределяя победителей в пары для последнего боя.

Колизей затих.

На душе было неспокойно. Интуиция завывала пожарной сиреной, орала и срочно требовала активных действий, причем не намекая, что именно от меня требуется. Следя краем глаза за довольно таки интересным боем между джимарийцами и лурией, пыталась поймать отголоски ощущений Киану. Прошло пять минут после внезапного ухода мальчишки. Долго. Или он все никак не может найти нужную комнату, что маловероятно, ибо отправился не один, а с местным сопровождением, знающим каждый угол и каждую собаку. Или там очередь, что опять же маловероятно, в мужские кабинеты задумчивости почему-то никогда не бывает очередей, они все собираются исключительно в женские. Или с ним все же что-то случилось. А зная Киану…

— Вы тоже уходите? Жаль, можете пропустить самое интересное, — огорчение господина Де”Сеаля ясно читалась на его округлом и добродушном лице. В подтверждение слов толстячка, трибуны взвыли, приветствую первого финалиста. Им оказался Луриянский университет. В принципе я не сомневалась — девочки с мальчиками из Лурии все же посильнее своих побежденных противников. Что, впрочем, они сейчас и продемонстрировали.

— Я ненадолго господин Де”Сеаль. Братишка куда-то запропастился. Я волнуюсь… — улыбнувшись соседу, торопливо отправилась на выход. Интуиция советовала двигаться быстрее, а не раскланиваться с любезными соседями.

— Да, да конечно, молодость… Да, вот помню я в свое время тоже искал приключений. Так что не судите строго молодого человека… Возраст такой…

— Конечно.

Выскочив в коридор, не замечая удивленного взгляда Махула, оставшегося в охране при моей ценной персоне, побежала вниз по лестнице. Пролеты мелькали под ногами, внутренний голос вопил, Махул пыхтел сзади, наверняка подумывая о моей неадекватности. Но ничего… Пусть. Мне с ним детей не крестить. Еще пара дней и прости прощай Актаруна, нас ждут великие дела…

Резко остановившись на развилке коридоров, огляделась. Недалеко виднелся выход из Колизея, охраняемый бравым стражником. Направо простирался довольно длинный коридор, поворачивающий налево. В другую сторону шел такой же коридор, но явно поворачивал уже направо. Так куда? Интуиция потянула налево. Налево так налево. В крайнем случае, сделаю круг почета по коридорам этого спортивного сооружения. А то отсидела себе всё за два часа…

Повернув налево, понеслась по коридору, провожаемая удивленным взглядом стражника и сопровождаемая наверняка таким же удивленным охранником. Несясь на всех парусах, чуть не пробежала практически незаметную закрытую дверь, ведущую на лестничную площадку и саму лестницу, уходящую вниз.

— Что там?

— Нижний коридор. Соединяется с комнатами отдыха и коридором, ведущим к комнатам участников соревнований, — бодро отрапортовал Махул.

Значит комнаты участников соревнований. И что там забыл этот постреленок? В том, что Киану направился именно туда, я не сомневалась. Вот только зачем?

Подхватив юбки, вновь понеслась по лестнице, автоматически проверяя имеющиеся в наличии щиты и заготовки боевых и не очень заклинаний. Браслет на руке мигнул, извещая о полной готовности. Пролетая лестницу, ворвалась в очередной коридор, чуть не сбив по пути парочку девушек, оживленно о чем-то шушукающихся.

— Прошу прощения, леди, — обогнув препятствие, оставила за собой секундную удивленную тишину и довольно громкое пожелание "смотри куда скачешь, курица хромоногая". Какие невежливые леди! Мстительно ухмыльнувшись, кинула под ноги невоспитанным девушкам простенькое заклинание, затрудняющее передвижение нижних конечностей. Вот и посмотрим, кто из нас теперь "хромоногий"! А зачем меня обижать? Я ведь извинилась? Извинилась, а хамство лечить нужно. Поиграем в докторов.

Новый коридор и ряд дверей. Что же все-таки ты тут забыл, мелкий? Приоткрыв одну из дверок, осторожно заглянула. Неожиданно, но почему-то весьма предсказуемо. Довольно большая комната с удобными стульями и группа парней в углу, окруживших мое чудо.

— Говорю вам, это тот мальчишка. Я его вчера видел, после того как нас раскидало взрывом, — так-так, а кто это у нас тут такой глазастый? Кто нас вчера мог видеть? Любитель цветочков и клумбочек? Перед глазами возник образ взъерошенного непонятно кого с торчащими из волос икебанами.

— Зей, я никогда не поверю, что это мелкое недоразумение смогло справиться с двумя боевыми пятерками и парочкой свободных магов! — рядом стоящий парень с длинным блондинистым хвостом мотнул головой. И правильно делаешь, блонди. Нельзя всему верить. Вредно для здоровья.

— А кто сказал, что это он? Наверняка какой-нибудь амулет защиты с собой таскал, — вякнул третий участник незапланированных дебатов. Слегка рыжеватый тип в светло-зеленом.

— Ты в это веришь? Скорее всего мелкий рядом проходил, может услышал что, вот и решил посмотреть, — выразил сомнение блонди.

— Ну да, ну да. Ты посмотри на его физиономию! С такой обычно во все щели лезут, — скептически протянул любитель икебан.

— Нормальное у меня лицо, — недовольно пробурчал Киану. — А будешь тыкать пальцем, тыкалку отгрызу!

— Ой, какой грозный?! Господа, кто у нас такой грозный и страшный? — встрял в разборки еще один блондин. Наверно брат-близнец блонди с хвостом.

Парни весело хмыкнули и пододвинулись к мальчишке ближе. Запугать, что ли решили? Наивные.

— Какие грозные демоны пошли. Заметили господа? — хмыкнул пятый член пятерки, имеющий толстую серебристую косу.

— Сам ты демон! Я дайон. Не разбираешься в расах иди, учись. Неуч. А еще выпускной курс, гонору то, гонору, — язвительно прокомментировал ошибки эльфа Киану. В том, что это эльфы, я уже не сомневалась. Острые ушки были видны даже отсюда. Странно, что они меня еще не заметили. Хотя может и не странно, ласково погладив браслет, про себя хмыкнула, защита настроилась автоматически, прелестно. А вот почему они Махула не ощущают? Надо бы поинтересоваться чуть позже. И… я огляделась… а где прохлаждает второй охранник, почему Кеа один?

— А мы еще обзываемся и оскорбляем представителей светлого Эльгияма? Мне кажется, нужно преподать кое-кому урок вежливости. Как вы на это смотрите господа? — внес деструктивное предложение серебристокосый.

— Положительно, господин Лейрерил, — хмыкнул брат-близнец блонди.

— Поддерживаю господа, — угукнул любитель икебан.

— Только попробуй руку поднять. Пожалеешь, — прошипел Киану.

Похоже, нужно вмешаться. Опять придется изображать истеричную старшую сестрицу. Кошмар… Но не разрешать же этим остолопам обижать моего мелкого? Это моя прерогатива, и Амирена… через парочку недель.

— А что такое? Позовешь охранника? Или девку, с которой был вчера? Мы конечно о-о-очень пожалеем… — похабно усмехнулся икебанист.

Девку?! А вот за это можно и по наглой моське получить!

— Рот закрой, — прошипел Кеа.

— А то что? — хохотнул один из пятерки, и тут же упал, отброшенный на спину мгновенно трансформировавшимся Киану.

Ой, мама…

— Хватай его, парни, — злобно рявкнула икебанка.

Я вам хватану! Куда руки тянете, убогие?! Резко распахнув дверь, влетела в комнату и завизжала, предварительно плотно закрыв уши ладонями, и усилив визг магически. Уж если изображать нервную барышню, то качественно. Чтоб стекла дрожали и народ наземь осыпался. К сожалению стёкл в явно подвальном помещении не наблюдалось, но эльфеныши загнулись по плану. Косички и хвостики, как впрочем и коленки дружно подметали относительно чистый пол, пока руки пытались заткнуть остренькие ушки. Ошарашенный и дезориентированный Киану принял прежний вид и присоединился к эльфам — уборщикам по наведению чистоты на отдельно взятом кусочке пола.

— Кеа? Милый, я та-а-ак испугалась… — заткнувшись, сделала "большие" глаза, и сжала ладони возле груди, изображая экзальтированную барышню.

— Милан? — с трудом поднявшись и сфокусировав взгляд, мальчишка задал вопрос, который очень сильно мучил и меня, — А что ты тут делаешь?

— Дорогой?! — скрестив руки на груди и слегка постукивая носком туфли по каменному полу, мотнула головой в сторону двери, — Проводи меня пожалуйста до ложи. Надеюсь, ты освободился?

— А… Ага, — оглядев поднявшихся хмурых эльфов, Кеа стряхнул воображаемую пылинку с рукава рубашки и широко улыбнулся, — Вполне. Пойдем?

— Минуточку… — схватив Киану за руку, вперед подался любитель флоры, высокий стройный эльф с смазливой физиономией и решительностью докопаться до истины на этой самой физиономии.

— Господа мы торопимся, — попытка договориться миром не увенчалась успехом. Господа ухмыльнулись и подались вперед.

— Госпожа сказала что-то непонятное? — из-за спины раздался низкий бас Махула, явно недовольного всей ситуацией в целом и отсутствием второго охранника в частности.

— Ну что вы, мы просто хотим задать вашим подопечным парочку вопросов, — решил прокомментировать ситуацию остроухий с серебристыми волосами. Симпатичный цвет, интересно, как он будет смотреться на моих волосах?

— Вы же не возражаете? — улыбнулся "блонди", вкладывая в улыбку бездну обаяния и чуточку магии. Была бы среднестатической курицей, растеклась бы лужицей возле его ног. А так… Не повезет какой то дурочке. Но не мне.

— Возражаем… Мы так торопимся, так торопимся, — пропела я, вкладывая в свои слова не меньше энтузиазма и самую чуточку гламора. Может я и изображала недалекую девочку, но не из деревни же Кукуево!

Эльфеныши расслабились и даже попытались улыбнуться. Красота. Даже скандалить не пришлось. Мы запомнимся им милыми, замечательными и почти что пушистыми — Киану, слегка подпортивший картину не вовремя принятой боевой ипостасью, не в счет.

— Развлекаешься? — тщательно продуманный эмоциональный настрой рухнул. Остроухие встрепенулись. Флорист крепче ухватился за руку Киану.

Прикрыв глаза, и не переставая улыбаться, досчитала до десяти.

— Сегодня прекрасный день. — повернулась к обладателю приятного баритона и добавила, — Был.

Передо мной во всей красе стоял ОН. Привлекательный, ухмыляющийся, остроухий. Мечта каждой встречной девочки из наших отделов. Первый парень на деревне… Афина, вот скажи, что он тут делает? Конечно, я знала, что Амирен ни за что не пропустит бои, но бои то идут на арене, а никак не в подвалах Колизея.

— Да, чудесный день моя дорогая леди. — тщательно осмотрев меня с ног до головы, перевел взгляд на композицию из эльфов на заднем фоне.

— Твои хлопцы? — слегка кивнула на остроухих.

— Нет, конечно, — Амирен поморщился. — Совершенно сырой материал. Позже будет толк, сейчас… Кстати, как насчет моего предложения? Подумала?

Слегка покачала головой. Незачем окружающим знать о наших отношениях. Или этот гад специально меня вылавливает и грязные намеки намякивает? Какое может быть предложение у представителя длинноухих к уважаемой юной леди? У блондинистых любителей цветов итак глаза загорелись и распахнулись шире некуда. Стоят и ловят каждое слово, сплетницы юные.

— Киану, мы опаздываем. Уважаемый, отпустите чужую руку. Он вам ее не дарил и не обещал, — флорист откинул чужую конечность и сощурил глаза, что-то прошептав про себя. Переводя взгляд с меня на Амирена, ухмыльнулся.

— Леди опа-а-аздывает? — вальяжно протянув, скрестил руки на груди. Ой зря это он. Насколько я помнила, пошлые намеки по отношению ко мне и в присутствии блондинистого недоразумения, стоящего рядышком позволительны только этому блондинистому недоразумению. Всем остальным строго запрещены, во избежание тяжких последствий. Есть такой бзик у Амирена. Бороться с этим бесполезно, поэтому …

Подхватив Киану под руку, рванула к двери. Разбирайтесь сами, кто круче и у кого что длиннее. А мне пора. Нам пора.

— А теперь объясни, солнце ты мое ясное. Что ты там забыл? — не обращая внимание на хмурого Киану, с крейсерской скоростью пробиралась на выход из этих катакомб. Мальчишка и охранник не отставали, наступая на пятки.

— Понимаешь, Милан… — протянул Кеа и заглох.

— Ну? Не понимаю?! Объясни, какого лешего тебе понадобилось на нижних этажах Колизея?

— Я увидел твоего Амирена.

— И что? Я его вчера, да и сегодня тоже увидела. И он не мой. Он скорее по твою душу. И даже если ты его увидел, ноги в руки и ко мне. Тебе жить надоело?

— Ты же сама сказала, что он наверное ничего пока предпринимать не будет. Вот я и хотел узнать может не нужно меня убивать? Ни сегодня, ни через две недели? А жить я хочу сегодня, да и потом тоже… долго желательно.

— Киану, дорогой мой, что непонятного в слове "наверное"? Я же не сказала "наверняка" и "точно"?

Мальчишка шел рядом и молчал, хмуро поглядывая по сторонам.

— И как? Догнал?

— Нет, он исчез. Мне показалось, он зашел в ту комнату, где ты меня нашла. А там эти… вчерашние.

— Ну и вышел бы сразу.

— Я их не узнал и вежливо спросил, не видели ли они лорда Амирена.

— И как?

— Не видели, — тяжело вздохнул Киану. — А потом ты пришла… Слушай, Милан, а в ложу идти в другую сторону. Ты не заблудилась?

— Нет. Мы не в ложу. Они там все равно отбабахались, сейчас перерыв. Ну или скоро будет. Пойдем, погуляем, воздухом подышим. Мне жизненно важно подышать свежим воздухом. Ясно?!

— Ага.

Выйдя из недр каменного здания, остановилась и вдохнула полной грудью. Хорошо. Солнышко светит, птички поют, цветочками пахнет. И все такое чистенькое, беленькое, ухоженное. Нигде не написано — "Здесь был Вася!". Красота.

— Пойдем, — подхватив Киану под руку, вновь примерила роль недалекой девушки, наивно хлопнув глазами и поджав губки бантиком. А что важно для молоденькой мамзель? Правильно! Магазины. Кстати на данный момент они мне тоже важны. Не ходить же в одном и том же платье три дня подряд. Соседи по ложе засмеют! Или не поймут как минимум. Значит, будем вписываться в образ.

— Махул? А где тут у вас магазины готового платья?

— Госпожа? Скорее всего, они закрыты. Сейчас многие жители города в Колизее.

— Ничего страшного. Что-то да открыто! Веди! — отворачиваясь от телохранителя, поймала взгляд одного из охранников, стоящих при входе в Колизей. Брезгливо-пренебрежительное выражение мелькнуло и тут же пропало, сменившись пофигистко-каменным. Хм-м-м, роль удалась. Аплодисменты.

Киану обиженно пыхтел, Махул изображал Сусанина, я же вернулась мыслями к недавней сцене. Что там делал Амирен? Какую игру вел? То, что он что-то задумал, не вызывало сомнений. Вот только что? Те парнишки — эльфики не его весовой категории. Использует, сожрет, не подавится, даже ушей не оставит. Зачем тогда привел к ним Киану? Посмотреть, что из себя мальчик представляет? Так ежу понятно, еще мельче и зеленее эльфенышей, значит НИЧЕГО! Или приглядеться к местным эльфам и их молодому поколению? Так разве не нагляделся за пару недель, пока я в замке замок строила? Мне пяти минут хватило подглядывания и подслушивания. Опять же ничего особенного. Стандарт… Эх, не люблю бродить в потемках…

— Какие одинокие путники, — от затемненной стены отделилась мощная фигура и перекрыла нам проход.

— И наверняка куда-то торопятся? — сзади возникла похожая фигура.

— А не составить ли им компанию? — третий представитель местных гопников поигрывая широким мечом предстал справа. Трое? Всего? Они издеваются? Хотя… мы же с Киану беспомощные и нежизнеспособные. Трое в самый раз. Мда.

— Господа, прошу прощения, мы торопимся, — попыталась обогнуть впереди стоящего громилу слева.

— Действительно, Трен. Леди торопится… — ухмыльнулся гопник с мечом. Громила спереди шагнул влево, отчего я чуть не стукнулась носом о мощную грудную клетку. Мужик явно тяжести тягает. Природа таким добром обычно не разбазаривается. Рука "штангиста" решила лечь на мое плечо. Наивный. Щиты были против, мужика откинуло на пару шагов.

— Что за? — сзади раздался вскрик, это Махул вытащил свои железки и активно ими воспользовался.

— Глушите охрану, детки мои! — мерзко нам улыбнувшись, гопник пошел на нас, слегка расставив руки. Поднявшийся штангист злобно сверкнув глазками и, достав такой же широкий меч, направился к Махулу. Не дошел, уже используемое сегодня заклинание нарушения координации ему в этом очень помогло.

— Значит магией балуемся. Ну, ну. Ненадолго. — В темных глазах мелькнуло предвкушение, свободная рука поднялась и покрылась маленькими голубыми разрядами.

Как страшно, боюсь, боюсь.

— Кеа… — "испугавшись" спряталась за спину мальчишки. Он же мужчина? Ему положено первым идти в бой. А я чуток помогу. Чем смогу.

Киану понял правильно. Заняв позицию, он начал колдовать, не подпуская темноглазого ближе. Атака на нас, и первый труп готов. Сегодня мы били на поражение. Я же не виновата, что бывший маг оказался неучем незнакомым с заклинанием возврата? Его проблемы, хотя, глядя на свежий труп, с до сих пор пробегающими по телу разрядами, никогда не подумаешь, что у него остались какие-то проблемы.

— Бей штангиста. Со вторым Махул справится.

— Какого штангиста, Милан? — особо не раздумывая, Киану поджарил обоих. Махул, так же не долго думая упокоил их наверняка, распоров грудную клетку и отрубив головы.

— Мда, так тоже можно… — вздохнув, посмотрела на чистый горизонт, пустые улицы и трех красавцев, валяющихся в белесой пыли.

— Все? Воздухом подышала? Возвращаемся? — уперев руки в бока, и откинув челку с глаз, спросил Киану.

И почему сразу возвращаемся? А платье? Да и обед никто не отменял.

Кажется, платье мне сегодня не светит. Как впрочем и обед, давно и благополучно пропущенный. Обидно.

Небо постепенно темнело, зажигались первые звезды. Довольные сегодняшним днем люди и нелюди расходились по домам, самозабвенно обсуждая увиденное и услышанное, мы же недовольные сидели в местном управлении правопорядка. Благодаря стараниям Махула, четко обозначившим свое и наше положение в местной иерархической системе, мы все же были вежливо посажены в довольно неудобные кресла и угощены местным напитком, вместо совсем уж неудобных камер с презентами в виде тяжелых браслеток. И то хлеб. Разглядела я те каморки. Врагу не пожелаешь. Можно смело жаловаться в общество защиты прав потребителей и общество защиты животных. Разве можно так издеваться над тараканами и пауками, и вроде как мышами. Нечто мелкое периодически пробегало возле стен. Про людей я тактично промолчу.

— Капитан, — картинно прижав белоснежный платок к губам, приоткрыла глаза пошире. — Это непозволительно! Я буду жаловаться. Вы послали за дядей? Вы предупредили уважаемого магистра Карима?! Это произвол!

— Уважаемая леди, — капитан скрипел зубами, сдерживаясь изо всех сил. Своим нытьем я довела бедного мужика, но он мужественно сдерживался, гордо неся на голове тюрбан, а на груди серебряные пуговицы.

— Уважаемая леди… Произвол — это на улицах нашего славного города устраивать кровавые расправы!

— Кровавые расправы?! — мой визг разнесся вокруг, отразился от стекол и завяз зубной болью у присутствующих.

— Леди, — капитан демонстративно качнул головой и похлопал себя по уху.

— Капитан?! Вы считаете, было бы лучше, если бы мостовую украсила собой я, а не эти презренные…?

— Конечно же нет, уважаемая леди, — капитан сверкнул глазами, в которых ясно отражалось "Конечно же да! И заткните ее кто-нибудь!"

— Капитан, вы не ответили! Вы предупредили о случившемся нашего дядю? Или магистра? — Киану тоже решил внести свою лепту по доведению стражей порядка.

— Да! — рявкнул не выдержавший атаки капитан и подорвался с места.

— И где же они?

— Я же сказал, лорд Геарден задействован в судействе. Он не может сейчас подойти! Магистр Карим так же занят ответственной работой по поддержанию порядка в Колизее… — проскрипев в очередной раз одну и ту же отговорку о невозможности скорого прибытия старшего поколения, капитан направился к двери. Видимо решил сбежать, оставив свои проблемы подчиненным.

Решив его окончательно добить, пустила слезу и воскликнула:

— Киану, милый мы же пропустили сегодняшние бои. Ты так хотел их посмотреть… так хотел! Не переживай, дорогой.

Капитан не стал дожидаться окончания патетичной речи и хлопнул дверью. Хлюпнув носом, посмотрела на оставшегося стража порядка. Молоденький солдатик опасливо взглянул на меня в ответ и попятился к спасительным дверям.

— Уважаемый, куда же Вы? У меня закончился чай… И Вы должны обязательно выяснить, когда закончатся соревнования. Мне кажется уже…

— Д-д-да, да, — слегка заикаясь, служивый скрылся следом за начальством, оставляя нас в пустом помещении любоваться открывающимся видом из окна.

Дверь хлопнула, за ней послышались быстро удаляющиеся шаги. Усмехнувшись, посмотрела на Киану, развалившегося в кресле и с любопытством изучающего метаморфозы на моем лице.

— Ты не переигрываешь?

— Думаешь?

— Ага. А может и нет, — Киану весело улыбнулся, закидывая руки за голову. — Но капитан наверняка проклинает всех богов за свое сегодняшнее дежурство и нас с тобой в частности за шикарное времяпровождение.

— Сам виноват. Отпустил бы и не нервничал.

— Милан, там же три трупа. Он не может. По протоколу не положено.

— Пусть положит!

— Милан?!

— Что Милан? Я предлагала уйти с места преступления. Да кто ж меня послушал?! — Киану попытался открыть рот, и что-то вякнуть.

— Можешь не отвечать! Это был риторический вопрос. Ты лучше скажи, когда у тебя совесть проснулась? Давай мы ее упокоим? Чтоб в дальнейшем не мешала?!

— А это риторический вопрос? Можно тоже не отвечать?

Фыркнув, отвернулась, пытаясь сосредоточиться на деревце за окном. Симпатичное такое деревце, чем-то на пальму похожее, только широкие листья, свисающие с сердцевины до земли не обычного зеленого цвета, а с красной окантовкой и бархатной бахромой. И цветочек вон из серединки симпатичный растет — шевелится. Хищник? Или так, погулять вышел? А вообще сил моих нет. Если просидим еще полчаса, то взвою! Благодаря совестливым Кеа и телохранителю, в этом здании мы прохлаждаемся уже часов пять. Между прочим, я предлагала по быстрому сбежать. Никто бы даже не узнал, что трупы и кровь остались на мостовой благодаря острым лезвиям Махула и точным попаданиям Киану. Затереть все следы нашего там пребывания и все дела. Не-е-ет! Нам же нужно обязательно рассказать о нападении местным стражам порядка, нам же жизненно необходимо их обрадовать тремя трупами на ночь глядя! Ничего что это был полдень, где это видано, чтобы полиция/милиция/что-то еще работало оперативно? Вот и получается, что я наблюдаю за окном картину наступающей ночи, Киану сидит рядышком и зевает, а Махул вообще, где-то в соседнем помещении, под специальной охраной как особо опасный экземпляр. Безобразие!

— Ты куда собрался? — отвернувшись от окна, смотрела за мальчишкой, осторожно пробирающемуся к двери.

— Милан? Я скоро! — поймав мой насупленный взгляд, он тяжело вздохнул и выпрямился. — Я на минутку.

— Ты уже ходил на минутку! До обеда! Которого не было! Поэтому сядь и не двигайся!

— Мила-а-ан, — мальчишка заканючил и слегка присел. — Мне очень надо! Я правда быстро!

Просканировав Кеа вдоль и поперек, хмуро кивнула и пробурчала:

— Минута! Если не успеешь…

— Ага! — ага раздалось чуть приглушенно уже за захлопнувшейся дверью, Киану ускакал, оставив меня наедине с довольно таки неприятными мыслями. Что "хорошего" может сегодня еще случиться? Вот что? Мы в так называемом полицейском участке. Что может здесь произойти? Ничего. Наверное. Тут же куча стражей порядка. Опасных заключенных нет, насколько я поняла, их сразу в местную тюрьму определяют. Ну что здесь может быть опасного? Мальчишка ведь не дурак, на улицу один не сунется. Особенно после последних нападений. Что может произойти в туалете? Не засосет же его в унитаз?

Успокоившись, взглянула на пальму. Тридцать секунд. Еще тридцать и пойду кое-кого спасать. Пусть этому кое-кому будет стыдно. Двадцать пять. На двадцать четвертой секунде здание затрясло. Кресла заходили ходуном, я подпрыгнула на месте вместе с креслом, очаровательная картинка на стене, изображающая какого-то неизвестного грозного дядьку с пышными усами с тихим "трень" осыпалась на пол. Последними упали усы. Стол покосился и решил, что четыре ножки для жизни многовато, сойдет и три, а пальма за окном. А что пальма? Мерзавка гордо стояла не шелохнувшись. Лишь яркий цветок задумчиво вытянулся в сторону окна, похлопал лепестками и принял прежнее положение. И самое интересное! По моим ощущениям, эпицентр землетрясения располагался приблизительно в районе туалета. А там Киану… был…

Вскрикнув, рванула на выход. Как чувствовала, нельзя его одного выпускать. Никуда. В следующий раз даже в туалет пойдем за ручку, и пусть только попробует вякнуть! Потерпит как-нибудь две недели.

Распахнув дверь в коридор, узрела суетящихся стражей, клубы пыли и дверь туалета, одиноко висящую на одной петле. Остатки стен, отделяющие комнату от коридора, частично осыпались, открывая полностью разрушенную заднюю стену, выходящую в какую-то подворотню.

— Где? — дико озираясь, пыталась понять, где мальчишка.

— Леди, пройдите пожалуйста в комнату, здесь может быть опасно, — ко мне подлетел капитан в пыльном сюртуке и блеклых серебряных пуговицах. На щеке красовалась широкая царапина, припорошенная известкой. Схватив меня за талию и не слушая возражений, он открыл дверь ногой и попытался запихать извивающееся тело в комнату, приговаривая сквозь зубы:

— Леди, будьте благоразумны! Я вас очень прошу! Леди…

Благоразумной? Я? Я никогда не была благоразумной по чьей-либо указке! Извернувшись, пнула бравого служаку по коленке и громко взвизгнула.

— Леди?! — охнул мужик, вцепившись в меня крепче.

— Где? Где мой брат?

— Мы выясняем подробности, сейчас мои подчиненные обследуют место происшествия.

— Вы издеваетесь? — рявкнув, укусила капитана, наступила шпилькой на ботинок и добавила по уже поврежденному колену, выбив его из чашечки. Мужик побагровев, провыл нечто непроизносимое и осел на пол, сверля меня бешеными глазами. Хватит! Поиграли в пушистых и беспомощных! Хватит! Это надо же, ребенка средь бела дня, почти дня прямо из под носа увели! И кто?

Оторвав дверь, забралась в разрушенную комнату и огляделась. Белесая пыль осела на развороченные камни, железная арматура клыками диковинного животного устремлялась в звездное небо, в открывшийся проем заглядывали любопытные прохожие и ни следа мальчишки. Ни единого! Как будто бы его здесь и не было.

Кто? Злость кипела в крови, грозясь выплеснуться наружу и угробить шаткую конструкцию, оставшуюся от этой части здания. Кто посмел?! Мои планы! Мои тщательно лелеемые планы на эти несчастные две недели!

Закрыв глаза, стиснула зубы. Кто бы это ни был, я его найду. И он очень пожалеет, что разрушил мой план. А сейчас… вдохнув и выдохнув, успокоилась, попыталась нащупать энергетический след одного маленького демоненка. Такой яркий и живой, как сам мальчишка. Ну конечно же, вот он. Тоненькая серебристая ниточка уходила из здания и тянулась куда-то вдаль. Сильно в даль. Далеко. В этом городе мальчишки уже не было. Но он был на этой планете. Еще на этом континенте. Так близко и так далеко.

— Милана? Дорогая? С тобой все в порядке? — открыв глаза, увидела взволнованное лицо лорда. Неужели отсудился? Почему он пришел так поздно? Где он был пять минут назад… Афина! Какие-то пять минут!

— Милана? Все хорошо девочка, все хорошо, — Геарден резко прижал меня к себе, прислоняя голову к груди. Нагнувшись, он прошептал в самое ухо. — Возьмите себя в руки! У вас глаза уже трансформировались. Ну же!

— Леди Милана? — рядом раздался новый голос, явно принадлежащий магистру Кариму. — Юная леди с вами все в порядке?

Теплая рука легла на голову, по телу побежали мурашки. Магистр явно сканировал меня на возможные повреждения.

— Да, спасибо, магистр, — лицо упиралось в грудь лорда, отчего голос звучал жалко и приглушенно.

— Милое дитя, сейчас мы разберемся со всем этим недоразумением, и вы окажетесь дома, в постели. — Карим квохтал рядом, словно курица-наседка возле неразумного птенца. Удостоверившись в моем относительно адекватном состоянии, магистр обрушил свой гнев на стражей и капитана, судя по звуком до сих пор пытающегося подняться с пола и со скрипом сжимающего зубы.

Две минуты. За это время вполне возможно вправить и залечить ногу. Отвратительно работают местные лекари. Отвратительно. Как впрочем и стражи порядка.

— Капитан, может вы все же соизволите сказать, что здесь произошло? Почему мои гости находились у вас?

— Уважаемый магистр… — выплюнув слово "уважаемый" капитан с ненавистью сверлил взглядом мою спину, — Ваши гости оставили после себя побоище. И я просто не имел права отпустить их восвояси! А сейчас они оказали сопротивление стражам порядка и нанесли оскорбление лично мне! И я требую…

— Капитан Вы забываетесь! Насколько я узнал, Махул действовал в порядке самообороны. Для этого он и был приставлен к детям! — гаркнул в ответ магистр, прокашлялся и присмотрелся к бледному капитану, — А что с Вашей ногой? Вы не в состоянии работать? Теперь понятно, почему Вы не можете обеспечить порядок в городе! Это же надо же… Разбойное нападение на улицах нашего города! На моих гостей… Я подниму вопрос о вашей компетентности. А все-таки, что с Вашей ногой?

Прошипев непечатное выражение, капитан поковылял в свой кабинет.

— Капитан, здесь леди! — в разговор решил вмешаться лорд.

— Леди? — взвился капитан, тыкая в меня пальцем. — Эта с вашего позволения "леди" отдавила мне ногу и сломала другую!

— Девочка в шоке! И если будете тыкать пальцем, в шоке будете прибывать уже Вы! Магистр, уходим. Здесь мальчика нет. И я хотел бы задать последний вопрос непосредственно капитану, скажите уважаемый, как можно было проворонить ребенка у себя под носом? — язвительно протянув последнюю фразу, Геарден потянул меня на улицу, где ждал уже знакомый экипаж.

— Куда? — каркнул капитан.

— Капитан, если возникнут вопросы, жду вас в своей резиденции, — чопорно ответил магистр. — Всего доброго!

Уходя, Карим резко хлопнул дверью, ставя жирную точку в неприятном разговоре.

— Поговорим позже, — прошептал Геарден. — Здесь как всегда куча любопытных.

Позже, так позже. Как раз будет время подумать, во что все же я ввязалась, принимая на себя обязанности хранителя маленького демоненка. Кто стащил парня, почему, и как все исправить.

За окошком, прикрытым легкой занавеской, проплывал вечерний город, освещенный яркими фонарями и домашним светом, льющимся из распахнутых глаз домов. Нарядно одетые люди спешили по своим делам, с любопытством окидывая взглядом степенно покачивающуюся карету. А куда спешить? Мы уже опоздали. Опоздали всего на каких то паршивых несколько минут. Но в следующий раз я обязательно успею прийти вовремя.

Прислонившись к теплой деревянной стене таверны, пониже натянула капюшон. Прошли сутки с моего бесславного поражения. Хотя вчерашнее недоразумение, поражением считать не собираюсь. Просто непредвиденное обстоятельство. Так случается. И тешу себя надеждой, что случается не только у меня одной. У всех. Это просто небольшая заминка, маленькое приключение для мальчишки и для меня. В том, что Киану жив и относительно здоров, мне бодро рапортовала тоненькая серебристая нить, связывающая его со мной. Она мерцала и искрилась, иногда дергала запястье и пыталась куда-то тянуть. Куда именно, я уже обнаружила. Ужасный городок. Отвратительный. Грязь и слякоть. Озера луж и реки помоев. И непрерывный, непрекращающийся ни на минуту дождь, размывающий окрестности, погружающий землю во мрак. Мерзость.

А еще сутки назад… теплое солнышко, полезный морской воздух, овощи — фрукты. Хлеб и зрелища. Мдам…

— Амирен?

— Нет! — сказал как отрезал эльф.

— Ну-у-у… — прикусив губу, сделала глаза понесчастнее.

— Ты меня за идиота держишь? — мужчина рявкнул и отошел к широкому ажурному окну.

— Нет, конечно, как ты мог подумать? — конечно же "ДА!", просто замечательно, что ты этого не видишь и мысли не читаешь. Хотя, с твоим-то опытом… их и читать-то не нужно. Плохо. Рассматривая напряженную спину мужчины, тяжело вздохнула.

— Хорошо! — облокотилась на стоявший рядом стол и положила голову на скрещенные руки. — Давай поговорим, как взрослые люди…

— Хм-м-м…

— Нелюди! Как взрослые, уверенные в себе нелюди! Давай мыслить логически? Это же элементарно! — продолжила я атаку.

— Элементарно?! — передразнил меня Амирен, — Дорогая, твоя логика далека от общепринятой! Ты прекрасно знаешь мою цель и мое кредо, которое в данном случае совпадает стопроцентно с целью — "Нет человека, нет проблем!" Зачем мне напрягаться и спасать твоего пацана?

— А затем, дорогой, что мальчишка может болтаться неизвестно где годами! Ты собираешься сидеть в этом мире и ждать у моря погоды, надеясь, что оно смилостивится и парня все же упокоят?

— Значит так? — удивленно приподняв бровь, мужчина облокотился на один из стеллажей.

— Это во-первых! — не сдавалась я.

— И что же во-вторых?

— А во-вторых, мой дорогой, согласно условиям договора, Киану должны отправить в мир иной твои подопечные под твоим чутким руководством. А мы только что с тобой выяснили любопытную деталь… — довольно улыбнувшись, закончила: — В рапорте я особо укажу этот интересный факт. Ты думаешь, Арес обрадуется?

— Стерва! — буркнул эльф, наблюдая мою расползающуюся улыбку. Теперь он точно никуда не денется. Пойдет вытаскивать парня как миленький. Главное, чтоб он его потом, "случайно" раньше времени не ухайдакал. В пылу боя, так сказать, а потом не списал на "производственные расходы". Этот может.

— Прекрасно! — потянувшись, откинулась на спинку кресла. — Сейчас составляем договор о неприкосновенности объекта во время операции и …

— Милая? Какой договор? В таких условиях ты можешь понадеяться только на мое честное слово!

— Амирен? Ты издеваешься? В таких условиях и честное слово?

— На большее не рассчитывай!

— Ну уж нет! — вскочив с кресла, уперла руки в бедра и подняла повыше подбородок. Это же надо же? Умный какой!

— Ты меня совсем за дуру держишь! Значит, мы вытаскиваем объект и ты его благополучно упокаиваешь? Нет, дорогой, так не пойдет! Черт с ним, пусть посидит там месяц-два-три-год. Зато цел останется, может быть. Будет спортивная ничья! С Афиной я как-нибудь договорюсь! Или договор или гори оно всё ясным пламенем!

В установившейся тишине был слышен отчетливый скрип зубов. Надеюсь до эльфеныша все же дошла вся пикантность ситуации. Слышала, Арес довольно скор на расправу. А тут такая подстава.

— Моя дорогая. Нам нужно срочно поговорить! — дверь в библиотеку глухо щелкнула, и в тишине раздались четкие, чеканные шаги Геардена.

— Моя дорогая? — саркастически, одними губами прошептал Амирен, недовольно прищурив глаза. — Ты тут работаешь или личную жизнь строишь?

— Мой дорогой!? Я же не заглядываю к тебе под одеяло и не слежу за твоей работой! — огрызнулась я. Как же он меня раздражает!

— Я не против, прошу, — шутливо поклонившись, эльф застыл, внимательно разглядывая подошедшего лорда.

Темные глаза Геардена также прошлись по напряженному мужчине и остановились на застывшей мне.

— Эльф? Светлый? Как… интересно… Миледи, ничего не хотите мне сказать?

Казалось, воздух в комнате застыл, и напряжение, возникшее между двумя мужчинами, можно было есть ложкой, чуток перемешав и посолив. Перчить не нужно, эта специя присутствовала в избытке.

— Зачем? Господин эльф уходит, он тут несколько подзадержался!

— Напротив, — протянула ушастая зараза. — Я так понимаю, начинается самое интересное? Как же я тебя оставлю? А наш договор? Ты забыла, милая?

Удивленно приподняв бровь, гаденыш честными глазами посмотрел на слегка покрасневшего лорда и добил:

— Ты разве не рассказала господину, извините не знаю как вас зовут, о наших отношениях?

Два мужских взгляда скрестились на мне. Один снисходительно-насмешливый — Амирена и второй — недоуменно-обиженный Геардена.

— Миледи?

— Запамятовала! Вы знаете — дела, дела! А тут еще и отношения! Совсем из головы вылетело!

— Милая… — нежно протянул эльф.

— Милый! — рявкнула в ответ. — Или ты принимаешь условия и мы составляем договор или вали на все четыре стороны!

— Не надо нервничать, радость моя, мы составляем договор! — сквозь зубы прошипел Амирен, безуспешно пытаясь сохранить маску превосходства на лице. Справившись с задачей, он, не замечая напряженного лорда, подошел к столу и взял лист бумаги.

— Магический, дорогой!

Ни слова не говоря, он мазнул по бумаге взглядом, та слегка засветилась и, вскоре, на белоснежном поле, стали проступать четкие слова, определяющие условия договора.

— Проверь.

Взяв лист в руки, пробежалась по нему глазами. Та-а-ак… Неплохо… Почти идеально, почти. Но вот этот пункт мы немножко подправим. Слова изменились, и вместо часа неприкосновенности после операции я поставила сутки. Думаю, теперь все замечательно. Заверив бумагу, отдала ее на подпись Амирену, тот, проверив, задумался на мгновение, но все же подписал.

Забрав свой экземпляр и аккуратненько его сложив, посмотрела на лорда. Тот с каменной физиономией наблюдал за нашими действиями, внешне вроде бы расслабленный, но внутренне… он был похож на натянутую стрелу, готовую в любой момент нанести единственный смертельный удар. Вот воспитанный человек, видит — люди делом заняты, не вмешивается. Молодец! Хотя, по глазам видно, что жаждет. Интересно, в какую даль завели его фантазии?

— Лорд Геарден? — вежливо улыбнувшись, обратилась к дядюшке. — Вы хотели поговорить?

— Наедине, миледи. — уточнил лорд.

— Какие могут быть секреты между партнерами? — "удивился" эльфеныш, кивая на договор.

— Между партнерами — никаких, — огрызнулся дядя. — А с Вами, уважаемый, простите не знаю Вашего имени, мы партнерами не являемся! Покиньте помещение!

Множество темных коридоров — широких и узких, наполняла смешанная магия. Разбираться в плетениях не было ни желания, ни времени. Внутренности цитадели чем-то напоминали лабиринт минотавра, с его длинными и ведущими в никуда ответвлениями, странными тупиками, уходящими в глубь колодцами. Посмотрев в один темный конец коридора и такой же темный другой, решила идти напрямик. Сквозь стены. Старательно обходя неизвестное скопление магической энергии. Прикрыв глаза, сосредоточилась, и вот, в мозгу ясно вспыхнула яркая точка, обозначающая Киану. Маленькое пятнышко неровно пульсировало серебристым, неожиданно перемежаясь кровавыми всполохами.

Что они с ним делают?

— Куда? — на плечо тяжело опустилась рука спутника.

— Я вижу его. Лучше пройти сквозь стены, быстрее. А там посмотрим.

— А неплохо тут народ устроился, — задумчиво прокомментировал Амирен, шагая за мной, и так и не отпуская мое плечо. — Надо бы в своей резиденции устроить что-нибудь подобное.

— У тебя есть резиденция?

— Да, радость моя, и ты знала бы о ней, если бы приняла мое приглашение.

— Которое? Их было так много…

— Любое, малыш, любое.

— Насколько помню, девочки из отделов, мечтающие принять любое из твоих приглашений, говорили всего лишь о квартире. Ты расширил свою жилплощадь?

— А ты слушаешь сплетни? Я польщен.

— И не надейся. ТАКИЕ сплетни и сказанные ТАКИМ голосом сложно не услышать.

Эльф немного помолчал и мягко уточнил:

— Нет… Сейчас я говорил не о квартире.

Стены сменяли друг друга, пропуская нас сквозь себя довольно легко, и это было странно. Почему хозяин не почувствовал нашего вторжения? Конечно, он оказался не так уж и крут, и впечатлившая меня вчера защита была усовершенствованной вязью Абери. И как разглядела я позже, накладывалась не одним существом, а несколькими. Но все же? Не такие же они дураки!? Элементарная сигналка, передающая импульс от потревоженного заклинания. Или они просто не рассчитывают на хождение сквозь стены и не думают о такой возможности в принципе? Ведь в этом мире, как и в нижнем, таких заклинаний нет. Но всегда же бывает что-то в первый раз. Априори.

— Сколько еще? — выдох от шепота эльфа потревожил маленькие волоски на затылке. Поежившись, ответила:

— Почти пришли.

Очередные лесенки в узеньком коридорчике ведущие вниз, и последняя стена, пройденная на удивление легко. Создается впечатление, что узенькими коридорами пользовались чаще, чем широкими, при этом они почти не пересекались. Они шли как бы параллельно друг другу, но не все, далеко не все. У достаточно широких коридоров, оканчивающихся глухой стеной, дублеров не было. Странно, подумаю об этом позже, если вспомню.

Перед глазами появился ряд дверей, уходящих вдаль, подсвеченных магическими светильниками. Мы на месте. Серебристая нить вела к одной из них, закрытых на довольно таки простенький замок.

— Здесь…

— Да? Тут заключенные или пансионат по оздоровлению? — эльф подошел ближе к нужной двери и прислушался.

— Почему так решил?

— А где ты видела, чтобы охраняли так безобразно? — он с пренебрежением махнул рукой на хлипкую преграду.

— Может видимость? Морок?

— Не сочиняй, прекрасно знаешь — нет, — скривив губы, он открыл дверь и заглянул внутрь. — А вот и твоя пропажа. Забирай.

На стене, крепко впаянный в нее серой паучьей сетью с мелкими ячейками, висел мальчишка. Услышав слова, он приподнял голову и зажмурился от мягкого света, рассеявшего мрак в крошечной комнатушке.

— Киану? Милый? — осторожно подойдя к парнишке, осмотрела паутину. Почти стандартная, почти. Она забирала у Кеа энергию, оставляя того в сонном состоянии. Интересная вещичка. Конфискует лишнее и в то же время подкармливает чем-то своим, видимо для того, чтобы узник совсем ноги не протянул. Во мне ни к месту проснулся исследователь, всегда совавший свой любопытный нос во все интересное и непонятное. Вот и сейчас. Но… к сожалению не время и не место. Запомнив плетение, отложила знание до лучших времен, и аккуратно потянула найденный хвостик заклинания.

— Быстрее! — прошипел Амирен. — Пойду, посмотрю, кто в остальных камерах.

Аккуратно сняв апатичного мальчишку со стены, приобняла, вкачивая в него крохи своей энергии. Совсем немного, лишь самое необходимое для быстрого отступления из этого странного места. А что место довольно неординарное, не вызывает сомнений. Это точно тюрьма. Но где тогда стражники? Охрана какая-никакая, но присутствовать должна. Проверяющие где? Где? Свалятся нам на голову, когда будем выбираться по лабиринту? Или как?

Встряхнув мальчишку, поймала сонный взгляд удивленных глаз.

— Милана? — еле слышно прошептав, Киану вцепился в меня наподобие клеща, из последних сил сжимая побелевшими пальцами рукава плаща.

— Милан? Это правда, ты? — не веря, уточнил он. Что они с ним сделали? Бледный, апатичный, похудевший — ребра выпирают… Увижу, урою… Все таки такие помещения, да и испытания не для маленьких. Тут взрослые то с ума сойти могут, вися в темноте неизвестно где, а это ребенок.

— Правда, правда. Это я! — успокоив паренька, подтолкнула его к выходу. Уходить надо, причем срочно.

В распахнутую дверь заглянула недовольная физиономия Амирена. Оглядев мощи мальчишки, недовольно поджал губы.

— Прибили бы его лучше. От трупа не отличить.

Киану застопорился и попятился назад.

— Милан?

— Все нормально. Он так шутит.

— Да? — удивился эльф. Поймав мой бешеный взгляд, растянул губы в улыбке, — Ну да! Бегом на выход. Не задерживаемся. У меня на вечер по расписанию куча дел, а я тут с вами время теряю.

Не обращая внимания на Амирена, подтолкнула мальчишку к выходу, и уже сама застопорилась на пороге буквально через пару секунд.

— Это кто?!

По коридорчику из распахнутых дверей выползали… существа. Не видя перед собой ничего кроме выхода из камер, они с настойчивостью бульдозера, придерживаясь стен, медленно двигались, пытаясь покинуть страшное для них место. Иссохшие тела, туго обтянутые кожей лица, бледные, с темными кругами вокруг воспаленных глаз, дрожащими руками, но каким-то упрямым блеском в глубине зрачка и упрямо сжатыми губами.

Глядя на Амирена, еле слышно прошептала:

— Они не вытянут.

— Знаю. Это… — он кивнул на узников. — Наш дополнительный шанс.

Это — шанс? Когда "это" вылечат через месяц — другой, тогда "это" и будет шансом, но сейчас? Они слишком истощены, слишком больны. Они держатся лишь на одном желании — выжить… им бы энергии чутка подлить. Хотя бы капельку… Но… запихнув обратно в спячку не вовремя поднявшее сонную голову человеколюбие, качнула головой и поддержала падающего мальчишку. Я не всеобщая благотворительная организация для спасения всех страждущих. Не ООН, и не "Врачи без границ". Я — эгоистка со своими проблемами. Одна из которых опять пытается упасть.

Эти же существа… Незнакомые, со своими трудностями, историей и неприятностями. Может они местные Чикатило? Или Джеки Потрошители? Эльф их выпустил, не оставил в камерах — молодец. Флаг ему в руки, и все остальное на шею. Пусть берет на себя за них ответственность. А какие уж он при этом благом, кстати еще неизвестно, благом ли, деле преследовал цели — опять же его проблемы. Пусть сам мучается совестью, если она у него есть, что вряд ли. Глядя на стояние- не стояния на своих двоих бывших заключенных, я, почему-то, прихожу к выводу, что совесть, как объект, даже как слово, эльфу не знакомо. Но это опять же его дело!

Подхватив Киану и прижав к себе покрепче, направилась за бывшими узниками по коридору, лабиринтом уходящему в неизвестную даль. Странный он какой-то. Коридор. Вроде бы и чистый, но не особо хоженый. Замок явно старый, но плиты под ногами совсем не истерты — лежат и блестят новенькими боками.

Особо проворный зэк, наверное выпущенный эльфом одним из первых, заполз за угол. И тут же, через мгновение, всех нас ослепила яркая вспышка, приглушенная лишь расстоянием. Мы замерли. Проморгавшись через несколько минут, поймала удивленный взгляд Амирена.

— Ловушка?

За углом ни крика, ни стона. Тишина. Как будто и не было среди нас того заключенного. Запустив поисковик, присмотрелась. Такой же тихий коридор как у нас, вот только посреди него стоит одинокая скрюченная фигура с широко распахнутыми пустыми глазами.

— Он живой, но какой-то странный. Сердечный ритм рваный, да и дыхание совсем поверхностное, прерывистое.

— Шок? — эльф спросил и сам себе ответил, — Да, шок… И не только. Он, похоже, ослеп…

Ослеп и стоит в шоковом состоянии. А при таком истощении он может пребывать в том коридорчике как минимум сутки. До следующего движения, потом новый слепящий свет и снова шок. Бр-р-р… Минус один, в нашей не дружной компании. Минус один… Интересно, сколько же там ловушек?

— Я чувствую источник излучения. В стене. Шага три за поворотом. Простенькая ловушка, реагирует на любое движение. — подтвердил мои подозрения Амирен.

— Сможешь нейтрализовать?

— Да, пару секунд. — казалось, время замедлилось и пара обещанных секунд растянулась на десять минут, — Все. Можно идти.

Наши спутники недоверчиво качали головами, и так и не отлепившись от стен, продолжали наблюдать за действиями эльфа.

Хмыкнув и пренебрежительно осмотрев сжавшиеся фигуры, эльф завернул за угол. И… ничего.

— Быстрее, радость моя. Тащи свое сокровище. Время идет.

Дружно выдохнув, пленники поковыляли вперед, изо всех сил стараясь меня опередить. Обогнув Амирена и застывшего первопроходца, они, не дружной толпой, потекли дальше. Поначалу разглядывая стены и всматриваясь в окружающий полумрак, а потом… Кто-то вскрикнул. Фигуры остановились и засуетились, следя за идущим впереди человеком. Он продвигался медленно, с каждым мгновением замедляя движение. Распущенные, всклоченные волосы, слегка колыхавшиеся за его спиной, застыли и странно повисли в воздухе. Вскоре он стал похож на непонятный, нереальный снимок. Удивительно живой и неподвижный. Одновременно теплый и мертвый.

— Что с ним? — глухо спросил седой старик в каком-то грязно-зеленом балахоне.

— Искажение времени, — прошелестел его двойник, такой же седой, с длинной бородой старик в полуистлевшей одежде, — Я слышал о таком, давно. Думал легенды. Ан, нет! Говорят, в таком состоянии существо может провести годы. Для нас пройдут десятилетия, для него секунды. Вечная жизнь!

Старик дико ухмыльнулся и весело захихикал. Но почему-то вместо обычного, живого смеха, у него получалось странное воронье карканье, наждачной бумагой прошедшее по обнаженным нервам.

— Ну? Что будете делать? — он повернулся к нам и обнажил в широкой улыбке темные пеньки, оставшиеся от когда-то крепких белых зубов.

— Что? Эта не та финтифлюшка, — он дернул рукой назад, показывая на оставшегося далеко позади первопроходца-неудачника.

— А я скажу что! НИ-ЧЕ-ГО! Ничего вы с этим не сделаете! Мы все умрем! Да! — глаза говорившего блестели безумным блеском, — А я не умру! Я умный, знаете, что я сделаю? Нет? Узнаете! Я вам покажу! Смотрите и завидуйте, я буду жить вечно!

Старик, отвернувшись, неожиданно резко побежал в застывший временной поток и, так же как и десяток насекомых вокруг, вскоре застыл, слегка приподняв ногу и расправив скрюченные руки, похожие на сломанные крылья побитой огромной птицы..

Существа впереди были похожи на цветной стоп-кадр, вырезанный безумным режиссером и претворенный в жизнь неизвестным, талантливым мастером по восковым фигурам. Мадам Тюссо в свое время дорого бы отдала за такие экземпляры — живые, настоящие, с капелькой безумства в глазах.

— Я не пойду туда, — достаточно молодой мужчина медленно качал головой и неуверенными шагами отходил назад. Потом, опомнившись, быстро взглянул на оставшиеся где-то позади камеры. — Не-е-ет… Туда, тоже не хочу! Здесь должен быть выход! Должен! Они же как-то приходили! Я знаю! Где выход? Вы должны знать! Как вы сюда пришли?! Как?

Рванув к эльфу и схватив его за грудки, попытался потрясти.

— Хватит! — резко оттолкнув нападающего, Амирен с брезгливым выражением лица отряхнул себя и посмотрел на упавшее ошарашенное существо, медленно отползающее в сторону. Шаркая сапогами по полу, пытаясь оттолкнуться ими, мужчина затравленно оглядывался, ища спасение.

— Дверь! — резко, неверяще вскрикнув, он перевернулся и, поднявшись на четвереньки, пополз к одной из стен.

— Какая дверь? — присмотревшись, ничего не нашла, кроме странного сгустка магии, похожего на маленький куб.

Мужчина вползал в мерцающее нечто, что-то бормоча себе под нос, а мы с ужасом замечали изменения в его движениях, его позе, его фигуре.

Кто-то ринулся за ним, пытаясь схватить безумца за ногу, но был остановлен резким окриком Амирена:

— Не двигаться!

— Но он… — неудавшийся спасатель дернулся и остановился, переводя на нас растерянный взгляд.

— Поздно, ему уже не помочь. Стой где стоишь, иначе можешь последовать за ним.

Минус четыре. Всего за несколько минут мы потеряли четырех человек. Четыре живых существа. В полном безмолвии мы следили за исчезающей фигурой, меняющей пропорции и плоскости. До нас все еще доносились искаженные слова полные боли:

— Почему она удаляется? Я почти… Догнал… Дверь…

Фигура исчезающего человека исказилась, напоминая работы некоторых художников-импрессионистов — те же ломаные линии, те же нереальные цвета и сумасшедшая надломленность. То же чувство обреченности.

Цитадель сумашедшего дикаря, психопата. Ни одна из ловушек добровольно не выпустит своего пленника. Кто-то за нами придет. Может рано, может поздно, возможно, уже некто стремится сюда. А может быть никто и никогда, и пленники-неудачники так и останутся здесь навечно.

Выход. Должен быть выход. Из этого чертового лабиринта должен быть второй выход!

Взгляд метался по стенам, замечая все неровности и шероховатости, цепляясь за крошечные выступы и трещины. На стенах, как раз в зоне временной аномалии темнели непонятные точки, складывающиеся в огромные буквы "Х". По пятьдесят точек размером со спичечную головку. Даже если я займусь одной стеной, а Амирен другой, на снятие заклинания может уйти уйма времени, которого у нас просто не было.

— Что-то придумала? — эльф подошел ближе и проследил за моим взглядом.

— За стеной второй коридор, практически параллельный.

— Предлагаешь пробить стену?

— Да! Не искать же этот несуществующий выход. А так — раз и все!

— Да, милая! Раз и все! После этого мы наверняка привлечем нежелательное внимание. Или тебе скучно? Не хватает адреналина? В таком случае — желание дамы закон! Где пробивать?

— Думаю — тут, — подойдя ближе к стене, очертила предполагаемый размер дыры, — так мы не заденем аномалии.

Весело усмехнувшись, Амирен сжал руку в кулак и прицельно ударил воздушной волной, снеся достаточно крепкую стену коридора. Заклинанием сети поймав разлетевшиеся камни, подошла к бреши и заглянула внутрь. Тишина и покой, и узенький коридорчик. Надеюсь, он все же приведет нас к выходу. Надеюсь… в наших рядах осталось всего пять заключенных. Не считая Киану, разумеется.

Повернув голову, кашлянула, привлекая внимание:

— Чего стоим? Кого ждем? Прошу, господа.

Господа, покрытые осевшей белесой пылью, неуверенно замерли, со страхом поглядывая друг на друга и на дыру. Плюнув, схватила мальчишку за руку и нырнула в проем, таща его за собой на буксире. Следом двинулся Амирен, оставляя позади себя бывших узников.

Внимательно глядя по сторонам и под ноги, мы аккуратно продвигались вперед, в любой момент ожидая неприятный сюрприз. Но как ни странно, подозрительных плетений я не видела, только тонкий, мерцающий рисунок на стенах, похожий на неизвестные письмена.

— Милан? А ты уверена? — Киану слегка потянул руку, и попытался остановиться.

— Уверена, уверена, топай давай. — Не снижая скорости, покивала, доказывая свою правоту и потянула парня дальше.

— Ловушек нет… Подозрительно как-то, — тихо протянул Кеа через некоторое время.

Хмыкнув, все же остановилась и оглянулась на мальчишку. Лицо уже не такое бледное, думать начал, да и двигается несколько быстрее. Прогресс.

— Подозрительно, подозрительно. Шевели ногами. — согласившись с очевидным, рванула вперед. Парнишка, угукнув, поднажал следом, стараясь не отставать, но и особо не успевая, так и болтаясь в кильватере.

Очередной поворот и лесенка, выходящая в разветвляющийся коридор.

— Куда? — Амирен нахмурившись, посмотрел по сторонам. Прям как в сказке: налево пойдешь — коня найдешь, направо пойдешь — в подземелье попадешь, а прямо пойдешь — неприятностей огребешь. Прямо вел коридор, переходящий в лестницу, ведущую наверх, а там я чувствовала живых существ. Причем прибывающих в явном раздражении. Направо меня не привлекало — неизвестно что там за подземелья. И есть ли в них выход. А вот налево… лошадки… Что очень хорошо. Пиликать под мерзким дождем до городка пару километров с Киану за плечами. Жалко пацана. Значит нам налево.

Повернув в выбранном направлении, прибавила ходу. Эти коридоры явно отличались от другого, оставленного позади, более широкого и привлекательного, напичканного ловушками по самое не хочу. Стены, высотой два метра и шириной полтора, истертые плиты на полу, явно давно отшлифованные сотнями ног, отсутствие пыли, а также застрявших в воздухе насекомых, навевало мысли о частом использовании именно этих коридоров. Замечательно.

Перед глазами, за очередным поворотом, появилась массивная дверь, закрывающаяся на простенькое заклинание. Прислушавшись к легкому шуму за ней, мы застыли, поглядывая друг на друга.

— Там должна быть конюшня, — просветила своих спутников.

Понюхав воздух, эльф поморщился:

— По запаху догадалась? — и действительно, из-за двери доносился еле различимый, тонкий аромат мокрой кожи и шерсти.

— Почти! Действуй, — легко кивнув эльфу на дверь, прижала Киану к стене и прошептала заклинание невидимости.

— Только ради вас, моя прекрасная пери, — куртуазно поклонившись в нашу сторону, Амирен легонько приоткрыл дверь, и как и я, воспользовавшись невидимостью, заглянул в конюшню. Открыв дверь шире, он ветром ворвался в помещение, за пару секунд убирая лишних свидетелей. Так, как он привык — раз и навсегда. И вот уже три совсем недавно живых существа в темных камзолах и штанах сломанными куклами лежат на покрытом соломой каменном полу. Животные в стойлах замерли, прислушиваясь к посторонним звукам, шумно внюхиваясь в знакомый, сладковатый запах крови. А что я хотела? Это все же не лошади — те шарахаются от всего неизвестного как пугливые изнеженные барышни, это же лигарды. Они хищники, испокон веков привыкшие убивать свой обед.

Быстро пройдя к одному из загонов, вывела понравившееся животное. Черный красавец с рыжими полосами на боках, недовольно мотнул головой. Но посмотрев на мой сжатый кулак перед своим носом и злой блеск в глазах, успокоился. С трудом вспоминая уроки верховой езды на этом "замечательном" животном, подняла повыше висящее тут же седло и с шипением опустила на напряженную спину. По черной коже пошла рябь, лигард явно пытался воспротивиться грубому обращению, но, получив кулаком по носопырке, совсем по-человечески вздохнул и глазами, полными вселенской тоски, уставился куда-то вдаль.

— Потерпи, мой хороший, — успокаивающе похлопав "лошадку" по лоснящемуся боку, закрепила петли и пряжки. — Молодец, красавчик… Умница мой. Пойдем немного прогуляемся. На улице шикарная погода, просто загляденье…

Лигард недоверчиво покосился на меня, слегка обнажив зубы.

— Не веришь? Умная животина… Киану? — оглянулась на мальчишку, — Залезай.

— Милан? Там какой-то шум в коридоре.

— Да? Залезай скорее, сейчас посмотрю.

Подойдя к распахнутой двери в коридор, прислушалась. И правда. Торопятся. И не понятно, кто именно, обитатели замка или соучастники побега, оставленные нами в коридоре с ловушками. Если вторые, конечно, пусть бегут, животных на всех хватит. А если первые? Резко захлопнув дверь, закрыла ее на замок, а для надежности навесила щитов. Стандартных. Способных задержать преследователей на несколько минут. Откроют конечно, но на меня по почерку не выйдут. А большего и не надо.

Дождь лил как из ведра, с маниакальной упертостью стараясь попасть на открытые участки кожи, просочиться сквозь плащ и штаны. Ветер с радостью поддерживал друга, бросая полные ладони воды в лицо, заставляя прищуривать глаза. Даже щит, автоматически натянутый на нас с мальчишкой, не спасал от стихий. Вода, постоянным потоком скатываясь по мощной шее животного под седло, неприятно хлюпала, создавая иллюзию пребывания в луже. Стиснув зубы от очередной порции воды, прислушалась и оглянулась. Все-таки не показалось! Сзади действительно что-то кричали. Приглядевшись, заметила несколько темных фигур лигардов, с прижатыми к их шеям наездниками. Уже за нами? Прошло всего лишь несколько минут, как мы покинули загоны, несясь вперед по дороге, больше похожей на болото. И вот — сюрприз! Что-то я не учла.

Вновь оглянувшись, рассмотрела ближайшего преследователя. Хотя, что там рассматривать то? Темный плащ-балахон полностью закрывал фигуру, а капюшон прятал лицо. Только по комплекции можно было бы предположить, что нас догоняет мужчина, и то… Видала я таких женщин, в сравнении с которыми данная фигура окажется хрупкой и изящной.

Бросив под ноги преследовавшего нас животного заклинание "не стояния", похвалила себя за результат. Ноги лигарда запутались, и он на огромной скорости полетел вперед, возомнив себя птицей. Явно с подрезанными крыльями. Земля радушно приняла его в свои объятия, укутав килограммами грязи и мягкой глины. Всадник, явно не ожидавший от всегда послушного лигарда таких кульбитов, вывалился из седла, пропахал носом дорожку в ближайших кустах и затих, не подавая признаков жизни.

— Развлекаешься? — скакавший чуть впереди эльф, притормозил и, оскалившись, обернулся на преследователей. — Кто там у нас?

— Какие быстрые ребята, — ребята, впечатленные акробатическими трюками мужика из кустов, поднажали и с решительным гиканьем зарядили в нас чем-то явно болезненным. Но… безопасным для нас. Пока безопасным. Неприятные заклинания с тихим чпоканьем поглотились щитами.

— И не вежливые. — задумчиво протянул Амирен, успевая поглядывать и на дорогу в обе стороны, и на приближающихся магов. — Проучим!

Презрительно скривив губы, сформировал несложное плетение, и размахнулся, посылая в преследователей мощный энергетический импульс. Заклинание мгновенно достигло цели, отправляя балахонщиков отдыхать в колючие кусты. Красота… Нет, не буду я играть с эльфенышем в боулинг. Никогда. Даже на корпоративе меня никто не заставит. Явно провальное дело. Так красиво положить движущиеся объекты может только профессионал. Я же никогда не выбивала страйк даже на неподвижных кеглях. Обидно.

— Что там? — нос Киану высунулся из теплого кокона, сделанного мной специально для мальчишки из найденного на конюшне одеяла.

— Уже ничего.

Действительно! Что там смотреть? Пустую дорогу и темные мокрые кусты по краям? Абсолютно ничего интересного.

— Угу… — нос спрятался обратно, тело мальчика вздрогнуло и поежилось, я же прижала его к себе сильнее. Ничего, скоро доберемся, вон и городок виднеется, а там и телепортная.

Возвращение в город, на удивление, прошло без эксцессов. То ли дождь напугал городских стражников, и обычного для этого времени суток патруля мы так и не встретили, даже на воротах мы прошли неожиданно легко. То ли удача, наконец, повернулась к нам передом и решила дать послабление, ограждая незадачливых путников и рьяных стражей порядка от проблем в нашем лице. Или все же дядюшка решил проявить инициативу и отправил своих молодцев на устранение лишних преград, но по городку мы, в кои то веки, скакали в гордом одиночестве, наслаждаясь неожиданной тишиной и покоем.

Мощные лапы животных мягко ступали по камням мостовой, еле слышно шлепали по лужам. Большие морды иногда отфыркивались от вездесущей воды. Металл на сбруе тихо звякал, и даже эти звуки заглушались непрерывным потоком дождя, льющимся с небес на грешную землю.

Не привлекая внимания, придерживаясь тени от стен без окон, завернули в одну из подворотен, находящуюся недалеко от телепортной. Сквозная улочка, и мы на месте. Вот уже виден и яркий, теплый свет, струящийся из полуприкрытых окон здания, широко распахнутая дверь и темный силуэт на пороге.

— Все в порядке? — фигура подошла к остановившимся животным и слегка повернулась, отчего полоса света упала на лицо. — Миледи?

— Да. Заберите мальчика, — мальчишка в коконе услышал голоса и дернулся, со звоном ударив в подбородок темноволосой макушкой.

— Киану! — прошипев, тряхнула головой.

— Ой прости. Я случайно, — синющие глаза блеснули. — Я сейчас… вылезу.

— Сиди уж, чудо.

К нам подошел один из наемников дядюшки и аккуратно сгрузил парня на небольшое крылечко, покрытое относительно сухими каменными плитами.

— Давайте быстрее, через пять минут активация. Не хотелось бы быть разорванным на части во время телепорта. — Поторапливая нас, дядюшка и сам вошел в здание.

Быстрее, так быстрее. Спрыгнув с лиграда, отвела того под навес. С собой я его точно не заберу. Животное не пройдет в телепортер по габаритам. А жаль. Такая симпатяга.

Погладив гладкую морду и почесав полосатый бок, направилась в здание, старательно обходя лужи и грязь.

Четыре минуты. Успеваю.

— Ничего не хочешь сказать? — Амирен бесшумно вынырнул из темноты и обнял за плечи, пытаясь притянуть спиной к своему телу. Сдержав движение локтем, и расслабив ладони, пытающиеся схватить ножи, выдохнула.

— Что за дурацкая привычка хватать? Я же могла и ударить.

— Не могла, я контролировал ситуацию. — мужчина самодовольно хмыкнул и нагнувшись ближе, прошептал на ухо, — И все же? Как же "Спасибо за помощь" и "До новой встречи"? М?

— Спасибо, дорогой! Это был незабываемый вечер. Пойдет? — повернувшись, посмотрела в холодные глаза. Сдерживая злость, улыбнулась. Нахал! Конечно, от "спасибо" меня не убудет, но не таким же тоном его требовать, да и не в данной ситуации! Пытается выставить себя благородным рыцарем в сияющих доспехах, бегущим и падающим на помощь беззащитной мне. Угу… А о том, что эта операция нужна была не только мне, но и ему самому, благополучно забыл. Может, напомнить?

— Нет.

"Нет" не напомнить, или "нет" не пойдет. Хотя в любом случае:

— Жаль, — "расстроено" протянув, напомнила: — Милый, я тороплюсь. У меня только пара минут.

— И… — сделала небольшую паузу, — по нашему договору в запасе сутки. Ты не забыл?

— Нет, милая… К сожалению, не забыл.

— Ну что ж, — отступила на пару шагов, — встретимся через неделю. Прощай, дорогой.

Скатертью дорога, "милый". Уходя, услышала за спиной размеренный стук дождя и тихую фразу:

— Не рассчитывай, радость моя, мы встретимся раньше.

Вот еще. Неделя! Хочу как минимум неделю! Разве я многого прошу?! Афина! Почему он меня так бесит? Этими своими претензиями, наставлениями, мнимым превосходством и личным эго, размером с небольшую планетку! Почему он всегда преподносит себя этаким "подарком богов", получив который, мы, ничтожные смертные должны прыгать от счастья?! Жаль, в общем-то, если его слегка перекроить, он был бы совсем и не плох. Хотя, какая дурочка решит заняться таким неблагодарным делом?

Тут же вспомнились толпы поклонниц и почитательниц несравненного. Вздохнув, призналась себе. Эти дамочки готовы съесть его с потрохами, особо не заморачиваясь выискиваемыми мной несовершенствами и прегрешениями. Они возносят эльфеныша на пьедестал и каждый день укрепляют эфемерный трон вздохами, охами и ахами. Так что о каких дурочках я говорю? Наивная… Таких просто нет. И черт с ними!

— Пообщались? Долго что-то, — недовольно пробурчал Геарден, прерывая мои грустные мысли. — Полторы минуты. Вперед.

Полторы, так полторы…

Подошла к окну и залюбовалась великолепным садом, играющим яркими красками. Изумрудные, салатовые, нежно-зеленые, ярко-желтые и хищно-красные цвета привлекали глаз, соревнуясь между собой за право называться самым-самым. Странные формы и агрессивные цвета, и все на небольшом клочке земли.

Сейчас мы с Киану находились на местном экваторе, одновременно похожим и непохожим на сотни своих собратьев. Яркие краски, жизнь и рай — с одной стороны, и бесплодный край песка — с другой. Мы находились почти на черте, на границе, отделяющей песнь жизни от мертвого жаркого ада.

В это не верилось, это казалось странным, но всего в полукилометре от нас застыло бесконечное, опаляющее море золотого песка, простирающееся до горизонта и дальше, насколько хватало глаз. Здесь же об этом ничего не напоминало, даже находящееся почти рядом небольшое прозрачное озерцо, прохладное и прекрасное, отрицало одно существование царства песка.

Прошел второй день, как мы под покровом ночи, словно воришки, покинули столицу Отарры. Заметая следы, используя щиты и невидимость, мы ушли в тень, чтобы скрыться во множестве телепортов, на множестве дорог. Небольшой городок на краю пустыни был выбран нашим домом на несколько дней буквально наугад. Закрыв глаза, я просто ткнула сюда пальцем и решила: почему бы и нет? Чем это место хуже или лучше других, подобных местечек на этом континенте? А ничем! Почти те же люди, способные за деньги помочь с едой и кровом, не задающие вопросов за отдельную плату, и закрывающие глаза на странности клиентов за дополнительный серебряный, нэру или же зулут. Наша хозяйка довольствовалась серебряным. За несколько же монет мы получили две неплохие комнаты, стол и обслуживание в номер без раздражающих расспросов и разговоров. Конечно, остается некое любопытство, свойственное всем людям без исключений, но с этим приходится мириться, все же живем мы в обществе, а не в непроходимым лесах и болотах. Я бы выбрала что-нибудь попроще и что-нибудь менее многолюдное и желательно безлюдное вообще, но кушать хочется сытно, а спать мягко. Зачем же ради непонятного, призрачного шанса остаться незамеченными, лишать себя всех благ цивилизации? Я не мазохистка и не садистка — кормить бутербродами и непонятно чем растущий организм мальчишки не буду. Ему и тренировок хватает, и так приползает в комнату на последнем издыхании.

О том, что мы отпочковываемся от дядюшки и идем своей тропинкой, я сказала мальчишке сразу, не долго думая и переживая. Надо — значит, надо! Перед фактом поставила — взял ноги в руки, сумку на плечо и вперед, покорять просторы родимой планеты. Он, конечно, попытался сопротивляться неизбежному, но логика — убойная штука, особенно, если она моя, и я уверена в ней на все сто.

Хмыкнув, посмотрела за плечо. Киану с сосредоточенным видом тренировался в построении защиты. Все-таки хорошими темпами мы идем. Мальчик умненький, талантливый — все шансы победить. Надеюсь, против него бесспорных лидеров не поставят? Кеа хоть и настойчив в достижении успеха, но все же маленький. Какой же он все-таки маленький…

Дома такие мальчишки, забыв обо всем, гоняют с друзьями в футбол, обсуждают тачки и рокеров, играют в компьютерные игры — живут, не думая о выживании. И это правильно. Детство нельзя забирать. Никому.

— Ну как? — тихонько сопя себе под нос, Кеа выплетал одну из сложнейших защит, известную в этих мирах.

— Нормально. Почти. Нижнюю линию слегка натяни, а то она у тебя болтается странно.

— Так? Угу, вижу. Ты права, — мальчик изменил натяжение и рисунок заиграл, наливаясь силой. — Здорово!

— Уф-ф-ф, устал, — несколько минут спустя, впитав в себя остатки заклинания, он бухнулся на кровать, раскинув руки и ноги наподобие морской звезды.

— Куда? С ногами! А ну, кыш! — на чистом покрывале, между прочим моей кровати, образовалось приличных размеров темное пятно.

— Я устал… Пойдем покушаем, а-а-а? — мальчишка, приподняв голову, состроил жалобное выражение лица и умоляюще на меня посмотрел.

И куда в него столько влезает? Маленький, маленький, а кушает за четверых…

Кинув взгляд на зеркало, поправила морок.

— Пойдем.

— Милан? — Киану осторожно дернул меня за рукав и, дотянувшись до уха, тихо спросил: — Чего это он нас так рассматривает?

"Он" — грузный дядечка лет пятидесяти, работник телепортной одного из городков, действительно поглядывал на нас с каким-то подозрительным прищуром. Прикрыв обширное пузо раскрытой книгой, он даже слегка нагнулся вперед, всматриваясь в лицо мальчика.

— Что-то случилось уважаемый, — нависнув над мужиком, благо рост очередного морока мог позволить такое, я сложила руки на груди и грозно нахмурилась.

Мужик перевел взгляд на меня и тоже нахмурился. Светлые глазки сощурились, темные ресницы хлопнули, и вот вместо подозрительного и всех подозревающего мага сидит обаятельный, "свой в доску" товарищ, готовый и сказку рассказать и в огонь за другом броситься. Удивительные метаморфозы.

— Уважаемый?

— Уважаемая, вы видимо не так поняли мой интерес! — широко улыбнувшись, маг вскочил со стула, отчего книга упала на пол, и была тут же задвинута ногой под стул.

Удивленно приподняв бровь, ждала дальнейшего объяснения. Интересно, а как я должна была понять столь пристальный интерес неизвестного человека к моему подопечному?

— Понимаете, — затараторил мужик непрерывно улыбаясь. — Просто мальчик очень похож на сына моего знакомого! Он сейчас как раз учится в Даридской академии, учебный год в самом разгаре, я и удивился…

Мужчина замолчал и неверяще покачал головой:

— Так похож, так похож… Только глаза зеленые.

— Так вы все же поняли, это не ваш знакомый? — уточнила я.

— Конечно, конечно, простите за мою назойливость… очень похож, очень.

— Бывает, — буркнул Киану отвернувшись.

— Да, да… Так куда, вы говорите, сейчас телепортируетесь? — погладив светлую бороденку, мужчина сложил руки на животе.

— В Саену уважаемый! — напомнила я. Все же подозрительный мужик. Опять глазенками поблескивает, конечно, может это моя паранойя проснулась, но лучше перестраховаться.

Пока маг настраивал телепортер и пялился на мальчишку, я оперативно слепила простенькое заклинание сна с таймером, поставленным на три минуты. Думаю, нам хватит. И действительно, минуту спустя мужчина все так же улыбаясь, пожелал нам приятного дня, мы махнули рукой на прощанье и … Сладких снов дяденька! Мы в другом городе, настройки телепорта после нас сбиты так, что путь не отследишь, а подозрительный мужчина приглашен в апартаменты Морфея как минимум на сутки.

— Если бы он так и не перестал на нас глазеть, я бы ему врезал! — пробухтел Киану выходя из здания телепортной в Саене и вдыхая свежий морозный воздух. — Ух… что-то холодно… И есть хочется… Куда теперь?

— Скажите уважаемый, — заглянув обратно в телепортную, поинтересовалась у дежурившего там пожилого мага. — Где таверна?

Подняв взгляд сонных глаз, и немного проморгавшись, дедок кряхтя поднялся и, подойдя к двери, махнул на право.

— Туда! — развернулся и молча уселся обратно в кресло, тут же прикрыв глаза, и, мне даже показалось, издал звук, напоминающий храп.

— Туда! — подтвердила я, сначала проводив деда глазами, а потом посмотрев в указываемое направление.

— Туда, так туда. Пойдем? — приободрившись, подтвердил Кеа и бодренькой рысью помчался в сторону таверны.

— Я буду это, и вот это… и это! — указывая пальцем на названия местных блюд, Киану нетерпеливо вертелся, посматривая то на виднеющуюся левее кухню, откуда шел одуряющий аромат поджаренного мяса и какой-то специи, то на невозмутимого разносчика, демонстрирующего пофигизм английского пэра.

— О-о-о, кого я вижу? Молодой господин… Киану? Хорошего дня! — на стол легка кругленькая, размытая тень и пухлая рука, затянутая в темно-синюю перчатку.

Приподняв голову, с раздражением проследила взглядом по руке вверх и наткнулась на добродушное лицо, выглядывающее из-под темного капюшона. Виен Де”Сеаль, собственной персоной. Как тесен мир, оказывается! Я-то думала, это у нас на Земле все сплошь и рядом большая деревня, ан нет… и тут такая же история.

— Господин Де”Сеаль? — взгляд Кеа нехотя оторвался от меню и переместился на нового посетителя. — Рад вас видеть! Секундочку… И пока все, если что, я еще закажу.

Отправив разносчика за первой порцией еды, мальчишка расслабился и вновь повернулся к знакомому.

— Рад вас видеть, ищете тут новые таланты?

— Ну можно и так сказать, — ловко скинув плащ, знакомец уселся рядышком. — А что же Вы один? Где ваша очаровательная сестра?

— А-а-а… — Кеа быстро посмотрел на меня.

— Леди в поместье. Простите, Вы кто? — наклонившись ближе к толстячку, внимательно посмотрела в его глаза. Не думаю, что он может меня узнать под этим мороком, даже если он и маг, то довольно слабенький, силой не фонит и особой угрозы не представляет. Сейчас Де”Сеаль видел перед собой рослую девицу с иссиня-черными короткими волосами, незапоминающимися чертами лица, явно проводящую все свое свободное время на боевых тренировках и увлекающуюся бодибилдингом. Этакий Шварценеггер в юбке.

— О, простите, уважаемая. Виен Де”Сеаль к вашим услугам. — приподнявшись, мужчина склонил голову. — Мы с Киану добрые знакомые.

Даже так? Когда это они успели стать добрыми знакомыми? Час сиденья в одной ложе по-моему не дает такой привилегии.

— А Вы? — тут же поинтересовался "добрый" знакомый.

— Микаэла! Охраняю молодого господина. — На удивленно округленные глаза, пояснила: — Мы путешествуем. А вы сами знаете, сколько вокруг опасностей и нечистоплотных на руку людей.

— Да, да, вы правы. И куда власти только смотрят, — покачав головой согласился Де”Сеаль. — Значит, Вы тут проездом? Надолго?

— День, два, — уточнил Киану, вылавливая первый кусочек мяса из подливки. Первое блюдо уже принесли, и ему сейчас было явно не до разговоров. Хотя и слушал очень уж внимательно, не пропуская ни одного слова.

— День-два? Тогда я вас приглашаю к себе. У меня тут дом совсем рядом, буквально в трех шагах. Вы же хотели остановиться в таверне? — мужчина оживился и постарался поймать взгляд Киану, явно выделяя его как главного в нашем дуэте.

— Ну-у-у, — усиленно работая челюстями, Кеа в свою очередь бросил выразительный взгляд на меня.

— Да, говорят тут неплохое обслуживание.

— Конечно, конечно — тут же подтвердил знакомец, слегка морщась. — Но согласитесь, в доме вам было бы намного уютнее.

В течении следующего получаса мы завтракали, а Де”Сеаль приводил неоспоримые аргументы в пользу гостевого крыла своего дома. И лучше, и удобнее, и теплее, и вкуснее, и мягче, при этом тонко шутя, рассказывая смешные истории и анекдоты. Последним и важным на мой взгляд аргументом явился рассказ о финале третьего дня Соревнований, произведший сокрушительное действие на тонкую психику мальчишки. В итоге, Киану смотрел на меня умоляющими глазами, пытаясь выдавить согласие на посещение резиденции господина Де”Сеаля.

Выдавил. Ведь меня тоже таверна как место жительства не прельщала. Как оказалось зря…

— Вот мы и пришли, — мужчина горделиво улыбнулся, останавливаясь у шикарных кованых ворот. — Прошу, прошу. Сейчас я вам все покажу.

Ворота распахнулись, пропуская в сад, состоящий преимущественно из хвойных деревьев и кустарников, дающих обильную тень и свежий запах зеленой хвои. Каменная дорожка, начинающаяся прямо у ворот, выводила в круглый дворик, с установленной посредине статуей черного лигарда. Мощные задние лапы и хвост, устрашающий оскал производили неизгладимое впечатление. Животное казалось живым и лишь на секунду застывшим в камне.

— Впечатляет? — Де”Сеаль подошел к лигарду и погладил каменный бок. — Красавец, я долго искал подобное совершенство, и, как видите, мне повезло.

— Но что же мы встали? Входите, скорее входите! — мужчина распахнул массивную дверь и первым вошел в величественный трехэтажный особняк.

Свет, падая через цветные окна преломлялся, рисуя причудливые узоры на белокаменном покрытии пола. Большой холл, две лестницы полукругом уходили на второй этаж, два коридора в глубь дома.

— Вот мы и пришли, — мужчина встал в центре залы и с улыбкой наблюдал за нами. Его глаза предвкушающе блеснули и как будто бы буквально на секунду посмотрели за наши спины.

— Вот и пришли… — повторил он.

Я напряглась, ощущая еле заметное движение воздуха, успела активировать браслет, как вдруг ощутила легкую сеть, сотканную буквально из воздуха, за мгновения опустившуюся на нас сверху.

— Что это? — Киану рядом попытался дернуться вперед, перетекая в боевую трансформацию, но с приглушенным криком боли застыл, яростно блестя глазами.

— Ничего личного, мальчик мой. Ничего личного! Ты всего лишь заказ, — продолжая дружелюбно улыбаться, он перевел взгляд на меня и прищурился.

— Какая неожиданность! Леди Милана? Очень приятно Вас здесь видеть… Значит, Вы все же не в поместье? Забавно.

Забавно? Это что за сеть у него такая? Что-то я не помню, чтобы нечто подобное могло убирать мороки!

— Но тем лучше! Не переживайте, дорогая, я найду куда вас пристроить! — Де”Сеаль подошел ближе и, вглядываясь в мое недоуменное лицо, протянул руку. — Не дергайтесь, леди. Будет больно.

Рука мужчины провела по сети над волосами, большой палец аккуратно прошелся по брови, спустился по скуле.

— Да, я определенно найду Вам применение. Как думаете, леди, сколько вы стоите? Красота, знатность, да ко всему этому такие неординарные способности. И не надо так блестеть глазками…

В груди поднялась волна злости. Ах ты наглый червяк?! Решил найти мне применение! Значит, решаешь сколько я стою! Много, оч-ч-чень много!

Сузив глаза, отпустила свою сущность. Будет больно? Не думаю… Да даже если и будет, когда это я сдавалась?

Глаза менялись с поразительной скоростью. Не замечая легкой боли, посмотрела на мир сквозь тоненькие щелочки зрачков — змеиных зрачков. Теперь будет забавно, для меня.

Мужчина удивленно расширил глаза и попятился. Резко отдернув руку, прижал ее к себе, пытаясь оторвать взгляд от моих глаз.

— С-сюрприз-з, — кончик длинного языка показался меж губ. — Ничего лиш-ш-шнего… Гос-с-сподин.

Склонив голову набок, с любопытством наблюдала за попытками предавшего нас человека сдвинуться с места. Теперь он мой, он не уйдет, не сможет, никогда.

— Стреляйте! Чего вы ждете? — мужчина заорал и вновь дернулся, пытаясь поднять ногу и сделать шаг назад. — Убейте ее, ну же!

Несколько стрел с неприятным щелчком отскочили от кожи и сломанными, бесполезными прутьями упали на пол.

— Куда ж-ж-же вы? Господин Де”с-с-сеаль? Уж-ж-же не хотите уз-з-знать мою с-стоимос-сть? Ж-ж-жаль…

Под моим взглядом человек медленно каменел, превращаясь в произведение искусства. Если я, конечно, захочу. А я захочу?

Усмехнувшись своим мыслям, смотрела на побледневшего от ужаса охотника за головами, пытающегося что-то сказать, что-то крикнуть, о чем-то умолять. Поздно…

Резко взмахнув отросшими когтями, попыталась порвать сеть.

— Не так быстро, леди. Не знаю, что уж Вы с ним сделали, но со мной этот фокус не пройдет, — сзади, тихо ступая, подошел человек. — Не дергайтесь, леди. Вы в моей власти и будете выполнять то, что я скажу. И если не договоримся…

— То что?

Кожа на затылке, почувствовала холодок и легкий укол. М-м-м? Даже так?

— Убью! Все просто. Мне нужен мальчик, о Вас же разговора не было.

Закрыв глаза, прислушалась к своим ощущениям. Кроме нас с Кеа в помещении двое. Люди? Не, это точно не люди. Замечательно. Один сзади пытался проткнуть позвоночник, а второй где?

— Эй! Убери руки! — яростное шипение Киану. Глухой удар и тишина. Вот и второй. Молчаливый и смелый, с обездвиженным-то. Но мальчишка мой, а мое не отдам! Руки оторву.

— Тише, тише, леди, мы не причиним ему особого вреда, — усмехнулся первый, проводя холодным металлом по сети оплетающей спину и позвонки.

— Что вы сделали с Де”Сеалем? Первый раз такое вижу… Отвечайте!

— Ничего страшного, просто на один шедевр прикладного искусства в этом доме будет больше, — не спеша цедила слова, вливала силу из браслета в когти. Кажется готово. О да! Теперь поиграем. Быстро наклонившись вперед, не обращая внимание на раздирающую боль, повернулась, махом руки разрывая сеть и насаживая на острые, отливающие металлом когти податливую живую плоть. Взгляд левее, концентрация на бросившимся ко мне существе. Вот теперь нам никто не помешает.

Мужчина охнул и дернулся, пытаясь отодвинуться и соскочить с острых лезвий. Сильные руки вцепились в мои предплечья, удерживаясь и отталкивая, губы сжались, не давая сорваться новому стону.

— Вот теперь поговорим! И сейчас, — выделив слово, усмехнулась, — Сейчас Я буду диктовать вам условия. Если захочу!

— Т-т-ты… — выдавил мужчина, явно полукровка, смесок, взявший у своих родителей лучшее. Неплохой экземпляр. Внимательно оглядев нанизанное на когти, словно бабочка, существо, посмотрела на мальчишку. Тот стоял спеленатый по рукам и ногам как мумия, и косил глазами на плотный кляп, торчащий изо рта.

Скинув с себя остатки сети, одной рукой держа мужчину, второй разорвала веревки Киану.

— Ф-ф-фу, — выплюнув кляп, тот поморщился. — Почему меня в последнее время пытаются связать и запихать в рот какую-то дрянь?

Отплевавшись, он потянулся и случайно задел второго нападающего, превращенного мной в камень. Статуя качнулась и накренилась. Второе касание, уже специальное, и фигура упала, расколовшись на множество мелких кусков.

— Ой, прости, — мальчишка поморщился, разглядывая горку камней. — Я не хотел… почти.

И посмотрел на нас невинными глазами.

— Что с этим? — кивок головы в сторону моего пленника.

Совсем недавно бывшее загорелым лицо последнего живого наемника побледнело, медленно ползущая по виску капелька пота сорвалась и упала на когда-то белые плиты, покрытые красными разводами. Мужчина, покачиваясь и с трудом удерживаясь на ногах, рассматривал меня мутными глазами, пытаясь найти ответ только на ему одному ведомый вопрос.

— Кто? — просипев, он наклонился ближе, глубже насаживаясь на острые лезвия.

— Смерть, — ласково улыбнувшись, провела когтем второй руки по бледной щеке полукровки, — Кто нанял? Скажи, и возможно, я облегчу твои мучения.

— Не знаю, — в глазах существа напротив что-то мелькнуло, что-то мне совсем не понравившееся.

— НУ! — повысив голос, резко дернула руку, сминая внутренности и кости.

— Не знаю, — булькнул он в ответ и захлебнулся розовой пеной. Рот полукровки изогнулся, сумасшедший смешок сорвался с губ.

Вот же ж! Выдернув кисть, мазнула взглядом по существу и вновь махнула когтями, отправляя его за Грань.

— Киану! Вещи и уходим! — стряхнув руку, попыталась очистить ее от крови.

— А-а-а…

— Что?

— Глаза! — хватая свою сумку, он развернулся и побежал на выход.

Да, глаза. Вздохнув, вернула себе более-менее нормальный облик и накинула простенький морок. Вид сильно не изменит, но грязь и кровь от любопытных глаз прикроет.

Уже сделав несколько шагов в сторону распахнутой двери, оглянулась на каменного Де”Сеаля. И что с ним делать? Оставить в качестве наглядного пособия? Пусть знают и боятся? Или? Нет…

Особо не раздумывая, кинула сгусток энергии в камень. Вот теперь можно и уходить, и побыстрее. Конечно, чужую собственность разносить некрасиво, а угрожать и доставлять нам неприятности? Красиво!? Распрекрасно!

Метнувшись на улицу, схватила Киану за руку и потянула к воротам. Десять секунд, девять.

— Мы торопимся? — не отставая, мальчишка бежал за мной к телепортной.

— Ага.

Две секунды, одна.

За нашими спинами раздался хлопок, и поместье Де”Сеаля сложилось карточным домиком, погребая под собой оставшиеся не разбитые камни. Вот теперь пусть думают, что же там случилось. Живых нет… да и мертвых тоже.

Остановившись посмотреть на взрыв, Киану повернулся и завороженно протянул:

— Красиво.

— Угу, — глянув через плечо, согласно кивнула головой. Над бывшим особняком поднялось серебристое облако, в лучах солнца переливающееся всеми цветами радуги. Действительно красиво. Оказывается, и разрушение обладает дикой красотой.

Но нам пора. Чувствую, на сегодня наши проблемы не закончились. Не даром ведь полукровка так ухмылялся, ой не даром.

— Уважаемый? — энергично тряся мага за плечо в попытках разбудить, наклонилась к самому уху деда и рявкнула погромче: — Уважаемый!

— А-а-а?! — дедок подпрыгнул со стула, темечком ударившись в мой подбородок, отчего зубы у меня клацнули и издали неприятный дребезжащий звук.

Киану хмыкнул и отошел дальше с зеркалу, даже отвернулся, поросенок, в бесплодных попытках скрыть широкую улыбку.

— Доброго дня, уважаемый! Нам бы куда-нибудь, — неопределенно помахав перед носом дедка рукой, указала на телепортер.

— И куда? — зажмурившись и мгновением позже шире открыв глаза, дед свернул губы в трубочку и с удовольствием потянулся.

— Давайте в горы, говорят там климат хороший… Что посоветуете? — склонив голову набок, внимательно следила за действиями служащего.

Поднявшись с кресла и потерев поясницу, мужчина подошел к зеркалу и задумчиво погладил подбородок.

— Ну что я могу сказать… Что посоветовать? — чуть подслеповатые глазки старика блеснули и предвкушающе закрылись. — Был я значится в горах… да… Горы… Можно и в Шикару, можно в Вайкир, а можно и в Лирль.

— Потеплее, — подал голос Киану слегка ежась и кутаясь в куртку.

— Теплее? Ежели ж теплее, то Вайкир самое оно, — дедок задумчиво посмотрел на слепяще-холодное солнце за окном.

— Вайкир? — испытующе посмотрев мне в глаза и дождавшись кивка, дед принялся задавать координаты. — Там таверна хорошая "Жребий Арабуны". И стол, и постель — все как полагается.

Неспешно рекламируя прелести города, маг советовал попробовать и фирменное блюдо, и напиток, и местный оружейный ряд, благо молодой господин в том возрасте, который самое оно… "для интересу к оружию".

Зеркало телепортера покрылось мутной пленкой и приглашающее завибрировало, сообщая о готовности к перемещению. Поблагодарив и оставив монету за услуги и информацию служащему, потянула Киану к стеклу, как вдруг краем глаза заметила рябь на соседнем зеркале прибытия и первых посетителей, ступивших сквозь небо в относительно теплое помещение телепортной.

Развелось же народу и все сплошь в черных плащах. Мода у них что ли такая? Черноплащовая? Хмыкнув, уже отворачиваясь от вновь прибывших, уловила движение. Фигура высокого мужчины, вышедшего первым, резко рванула в нашу сторону и уже поднимала руку с блеснувшей в ней сталью.

— Это они! Задержать! — зычный голос раздался в стремительно заполняющемся помещении.

Резко обернувшись, насчитала восемь воинственно настроенных плащей и ошарашенного дедка, жавшегося к стене.

— Уходим, — схватив мальчишку за руку, прыгнула в зев телепортера и одновременно кинула назад маленький сюрприз.

Яркая вспышка, темнота и удар обо что-то плоское и явно пыльное.

— Киану? — не отпуская руки мальчишки, поднялась на колени и второй рукой ощупала лежащего рядом парнишку.

— Кеа? — завершив судорожными движениями тактильный осмотр парня на предмет повреждения, позвала еще раз, — Киану!

Глаза автоматически перестроились на ночное зрение, мир резко сузился и вновь расширился. Темень, окружающая нас, обрела множество тонов и оттенков серого, приобрела объем и глубину. Внимательно осмотрев парнишку, заметила небольшую шишку на лбу и уже знакомую сеть. Ее товарка только сегодня пеленала нас в бывшей резиденции ныне покойного Де”Сеаля.

Быстро, очень быстро. Скорее всего, подкрепление вызвал полукровка, а если нет? Как они нас находят? Маячки, запах, что? Методы в обоих случаях схожи, хотя в этой группе явно присутствовал достаточно сильный маг.

Мерзость! Хлопнув сжавшимся от злости кулаком по полу, подняла клубы пыли. Откашлялась и тут же отругала себя за резкость движений.

Стараясь не дышать и лишний раз не шевелиться, легко разрезала сеть и, прикрыв глаза, прислонилась к холодной каменной поверхности. Какая же мерзость! Ненавижу чувствовать себя зверем с открытым лимитом на охоту, ощущать каждой порой и волоском на коже дыхание погони, ее радость и страсть, чужое, в предвкушении трепещущее сердце, догоняющее желанную добычу.

Не-е-ет… Нет! Не на ту напали. Хотела тихо мирно пересидеть до часа Х? Наивная! Нас выслеживают и травят, а этого терпеть я не намерена. Придется все-таки помочь Геардену в прореживании врагов. Слишком уж много их на квадратный метр.

Зачем все же они вылавливают Кеа?

Взгляд метнулся к тихо сопящему парнишке, до сих пор пребывающему в беспамятстве.

Зачем ты им нужен, мальчик? Похвальное рвение в выслеживании нас, я так понимаю, и силы брошены немалые, и деньги уплачены не хилые. Зачем? Дядюшка принял совет и затаился, спрятался, умер для мира?

Приблизив лицо к мальчику, вслушалась в поверхностное дыхание.

Плохо. Неужели сильно ударился? Только больного пацана для полного счастья на руках мне и не хватает.

Положив ладонь на влажный лоб, настроила браслет на сканирование, и тут же голубоватая дымка оплела тело Киану, выискивая невидимые повреждения, создавая виртуальную модель для последующего лечения. Браслет мигнул оранжевым, сообщая о предварительном результате и запрашивая разрешение на дальнейшие действия. Пальцы пробежались по кнопкам, тонкая игла выстрелила в шею, впрыскивая необходимый реагент, и вновь дымка, исследующая действие препарата на организм мальчика.

Вот и все. Теперь осталось только подождать и решить, что же делать дальше? Судя по ощущениям, я не в Вайкире, и даже близко не там. Не думаю, что обслуживающий персонал, да и власти города содержат телепортную в таком безобразном состоянии.

Взор, не цепляясь, блуждал по окружающей действительности, фиксируя проступающие из мрака высокие стены небольшой круглой комнаты с единственным выходом, ведущим в никуда. Находящийся рядом телепортер чернел матовой поверхностью и явно не подавал никаких признаков жизни, внося в нашу изобилующую событиями жизнь существенный плюс. Телепортер был мертв окончательно и бесповоротно, отрезая преследователей от нас, хотя тут же вырисовывался и жирный минус — мы также отрезаны от окружающего мира, находясь в неизвестной дыре, явно отсутствующей на официальных картах материков.

Я уже примерно представляла то, как мы сюда попали. Опять же благодаря дурацкой случайности, этот момент можно назвать положительным. Явно брошенное кем-то резвым в след нам заклинание, вошло в резонанс с моим сюрпризом, отчего нас просто выкинуло черт-те куда, а не разорвало в пространстве на множество маленьких Милан и Киану. Плюс, плюс… огромный плюс… Все же я эгоистка, и на зло врагу люблю себя целым комплектом, со всеми ногами, руками, головой и другими частями тела.

Со стороны мальчишки раздался судорожный вздох, шуршание и хриплый кашель.

— Очнулся, болезный?

Приподнявшись на локтях, Киану попытался оглянуться, мутными глазами рассматривая окружающую действительность, но тут же охнув, поморщился и потер висок ладонью.

— Что?

— Как себя чувствуешь?

— Голова болит. Где мы?

— Не знаю, но точно не там, куда метили, — слегка пожав плечами, вновь положила ладонь на лоб паренька, — Секунду, не двигайся.

Удерживая руку на горячей коже, запустила сканер браслета. Минута — и новый результат. Обнадеживающий.

— Двадцать минут поваляешься и пойдем.

— Куда?

— А куда предлагаешь? — Хмыкнув, обвела пространство рукой.

— Телепортер? Не?

— Не! Помер, мир его праху…

— Жаль, — вздохнув, Кеа пошарил руками вокруг себя и поднял к глазам кусок сети, — Это что? Опять?

— Угу, как думаешь, что это?

— Ну, сеть…

— И все?

— Ну… Такая же как была…

— Дальше?

— Не знаю! Милан, у меня голова болит.

— Ничего, поболит и перестанет, а вот если ее тебе вообще снесут, новая не отрастет.

— Знаешь, Милан! Я поражаюсь твоей доброте!

— Не переживай! Сама себе поражаюсь! Так все-таки, как думаешь, что это?

— Милан! — взвыв, Киану закрыл глаза руками и отодвинулся от меня на добрых полметра. Вроде как дальше сел, и я не достану? Глупенький! Когда это я упускала возможность поучить подрастающее поколение? Тем более, такой шикарный повод!

— Киану, солнышко мое ясное! Не отлынивай, вот это, — приподняла лоскут и помахала им у парня перед носом, — наверняка тебе пригодится меньше чем через неделю! Так что думай, вспоминай… Что ты чувствовал, когда сеть попала на тебя?

— Слабость.

— Еще!

— Боль, когда двигался.

— Еще? Ощущения, запахи, вкус! Ты ее не пробовал жевать?

— Я дрянь всякую в рот не беру! — рассерженно засопев, мальчишка растопырил пальцы и посмотрел на меня сквозь образовавшиеся щелочки.

— Да ладно, не переживай, даже если и берешь, я никому не скажу, — хохотнув, тут же спросила совершенно серьезно. — Запах? Вспоминай!

— Запах? Слушай, ты права, она пахла. Травой какой-то. Что это было?

— Травой? Не магией?

— Нет. Травой. Может ее вообще вырастили и она живая? — поднеся поближе к глазам кусочек сети, Кеа всмотрелся в нити и, чуть погодя, лизнул.

— Кеа!

— Бе-е-е… — сморщившись, отплевался и глянул на меня. — Гадость какая! Горькая и вязкая.

— А если она ядовитая? Не подумал?!

— Что? — прекратив плеваться, широко раскрыл глаза, — Ты же сама предлагала!

Хлопнув себя по лбу, провела рукой по лицу, закрывая рот, сдерживая нервный смешок.

— Смейся, смейся! Вот помру молодым! И буду являться к тебе злобным духо-о-ом, — подняв руки и скрючив пальцы, Киану провыл последние два слова, изображая неприкаянного зомбика-свежачка.

— Угу, угу, — покачав головой, снова хохотнула. — Хватит разлеживаться, злобный дух, труба зовет! Подъем!

Показав на собственном примере, что действительно лежать более чем достаточно, встала, отряхнулась и, закинув сумку на плечо, с ожиданием посмотрела на подопечного.

— Знаешь, Милан, — поднимаясь, мальчишка засунул в карман огрызок сети. — Я знаю, что это.

— Мда? Просвети.

— Это нитки паучьи, чем-то пропитанные.

— Неужели распробовал?

— Вспомнил. У нас на болоте похожие были. Помнишь? Когда ты нас за самкой турсина водила.

Вспомнила, прониклась. Поежилась.

— Слушай, там наверняка что-нибудь осталось? — глаза мальчишки предвкушающе загорелись, — Там же этой паутины висело… Мне точно хватит. Давай, как выберемся, туда рванем? А?

— Вот как выберемся… А пока вспоминай магические сети и способы противодействия, — подойдя к темнеющему проему, выглянула в коридор. — Нам долго идти… очень долго. Пока идем, вспомнишь все. А там, глядишь, и сам что новое изобретешь.

— Слышишь? — застыв, Киану удивленно оглянулся на меня.

Покачав головой, прислушалась. Гулкая тишина, да и по ощущениям в радиусе нескольких километров никого. Странно, что он мог услышать? Может попали в очередной кошмар, и не заметили? Не хотелось бы.

— Пойдем! — нахмурившись, мальчишка рванул вперед, но через несколько метров остановился и вновь оглянулся на застывшую меня, взирающую на него с недоумением.

— Милана, скорее! — рявкнув, побежал, уже не оглядываясь и не озираясь. Поправив сумку на плече, бросилась следом. Не хватало опять потерять объект черт-те где. Ой, не везет мне на этом задании, ой не везет…

Поворот, новый поворот, и перед нами большой зал, окруженный высокими колоннами, увитыми странным серым растением. Неожиданно в нос ударил запах пота и крови, резко диссонирующий с въедливым запахом пыли и старых вещей, сопровождающий нас на протяжении нескольких километров коридоров. Крики, вой, ругань. Рядом с головой, всколыхнув воздух и срезав прядь волос, пронесся арбалетный болт.

Ошарашено оглянувшись, заметила быстро передвигающиеся тени и резкий рывок Киану, толкнувшего меня за одну из колонн. Пригнув головы и вжавшись в каменный пол, переглянулись.

— Что? — прошептав одними губами вопрос, недоуменно посмотрела на Киану.

— Дядя! — так же одними губами прошептал он в ответ и счастливо растянул рот в улыбке.

— Кто?! — грязная ладошка тут же заткнула мне рот, не давая вырваться громкому воплю.

Кто? Дядя? Как? Афина, что он тут делает?

Мысли роились в голове словно рассерженные осы, реагирующие на нежданного незнакомца, наглым образом проникшего в их улей.

Отвернувшись от мальчишки, всмотрелась в происходящее. А посмотреть было на что.

Семерка Гтронту сражалась с высокими темными фигурами, укутанными с головы до пят. Ни одного кусочка кожи, ни одного украшения. Сплошная чернота.

— Семерку вижу, дядю нет, а это кто? — тихонько прошептав, указала пальцем на одну из черных фигур, двигающуюся с невообразимой скоростью.

— Я не знаю, — Киану медленно покачал головой, — Я даже не слышал о таких.

— Тогда на рожон мы не полезем, поступим некрасиво и уничтожим этих товарищей со спины, — удобнее устроившись, прицелилась. Парализующий луч коснулся одной из фигур, до минимума замедлив движение. — О боже!

— Что?

— Они должны остановиться полностью! — вопреки всему, фигура двигалась, медленнее, как сквозь толщу воды, но двигалась. — Вот зараза!

— Почему ты их не убьешь, как то… — мальчишка замялся и качнул головой в сторону оставшегося позади коридора.

— Можно было бы, но нас могут ненароком зашибить, не разобравшись в ситуации — новый прицел, новая фигура, еще один вышел из строя.

Бой стихал, среди каменного щебня, почти в центре залы, стояли окровавленные наемники и один неизвестный в темном. Он прижимал одну руку к груди, вторую держа перед собой с чем-то круглым, покрытым красным.

Новые крики, какие-то условия, объяснения.

— Что он говорит? — прошептала, наклонившись ближе к Кеа.

— Не все понимаю, что-то про последний взрыв.

— Что? — взгляд метался от напряженной семерки к темному. Тот весело скалился, поднимая выше предмет.

Какой взрыв? Да тут разнесет все к чертовой матери! А мне всего несколько дней осталось! Наглость!

Словно в замедленной съемке, темный шире раскрыл рот и что-то крикнул, подбрасывая предмет вверх, наемники медленно шагнули назад, не успевая спрятаться. Пли! Луч ударил точно в центр предмета, разрывая его на миллионы маленьких частей, блестящим дождем осыпающимся на удивленного темного. Он вспыхнул. Огромным факелом. Истошно орущим и воняющим горелой плотью.

О Боже! Глаза автоматически закрылись, а меня буквально на секунду перенесло в воспоминания, где я была в горящем самолете, где я горела, где я умирала, но безумно хотела жить. О Боже! К горлу подступила тошнота, перед веками замелькали яркие круги, пульсирующие в такт ударам сердца.

— Милан? — пальцы мальчишки сжались на плече, вырывая из прошлого. Поднявшись, он что-то крикнул наемникам и махнул рукой, делая несколько шагов вперед.

Вздохнув, тоже поднялась и приветливо кивнула, готовая в любой момент дать отпор. Мало ли что произошло за пару дней нашего отсутствия? Ведь правда? Да и лорда что-то не видать.

— Миледи? — вежливо кивнув головой, каранель внимательно осмотрел нас и кинул взгляд за колонну.

— Хорошего дня. Не подскажите, где милорд?

— Он ря… — недалеко от нас, в одном из коридоров, примыкающих к зале раздался приглушенный взрыв, сопровождающийся яростным криком и клубами черного дыма.

— А вот и он, — бросив на меня и за меня еще один подозрительный взгляд, Гтронту развернулся и направился в сторону взрыва.

Вбежав за каранелем в раскуроченный коридор, осмотрелась. Когда-то светлый камень потемнел от осевший на него копоти, несколько грязных фигур в с трудом узнаваемых черных плащах лежали скрючившись, а перед нами, держась за стену, стоял мужчина. Порванный камзол, из под которого торчали клочки грязной рубахи, ленты штанов на ногах, и хмурое лицо с грязными разводам, на котором яростно блестели знакомые глаза лорда.

Увидев подчиненных, он выпрямился, и, стараясь не опираться на стену, поинтересовался:

— Что там у вас?

— Мертвы.

— Долго… Обыскать трупы, на них должны быть амулеты, — тут его блуждающий взгляд наткнулся на нас с Киану.

— Миледи? — саркастическая улыбка коснулась губ. — Вы не поверите, я просто счастлив Вас видеть! Как успехи по обучению подрастающего поколения?

Пристальный взгляд почерневших глаз прошелся по фигуре мальчишки и вновь переместился на меня.

— Потрясающе! Милорд! А уж я как рада-то! Как тесен мир, однако… — посторонившись, пропустила пару наемников, с сосредоточенными лицами отправившихся мародерствовать. Не люблю я это дело, но без него порой никак. Проследив глазами за одним из мужчин, наблюдала, как он подошел к ближайшему трупу и, опустившись на колени, оперативно прохлопал тело руками, вынимания вскоре на свет спрятанный на груди медальон. Небольшой, темного металла кругляш, величиной с советский рубль и украшенный точно по центру довольно крупным рубином, слегка потускневшим и утратившим игру красок. Подняв находку, наемник посмотрел на лорда и, дождавшись кивка, принялся за следующий труп.

— Интересный медальончик, — скосив глаза на Геардена, с раздражением заметила открытую кровоточащую рану. Что-то разворотило плечо лорда, открывая кусок белой кости. Дядюшка неловко повернулся и, скривившись, привалился к стене, вновь закрывая полученное ранение.

Поднявшись, подошла ближе и, не слушая возражений, отодвинула ткань и внимательно осмотрела повреждение.

— Ого, — выдохнув, так же поморщилась. Боль наверняка жуткая.

Часть плеча и предплечья лорда напоминала кратер от воронки с рваными краями размером с кулак взрослого человека. Порванные мышцы и сухожилия, нарушенная целостность кости. Мдам… Теперь ясно, почему рука висит плетью. Да и бледный вид всегда пышущего здоровьем лорда вполне объясним.

— Миледи… — зашипев, дядюшка попытался отодвинуться, но уперся в потемневшую стену и чуть проехался по ней спиной, оставляя после себя размытые полосы.

— Да успокойтесь Вы! Киану! — рявкнув, обернулась и тут же наткнулась на озабоченную мордаху парня. — Сумку дай свою. Там фляжка. Ну и рубашку какую-нибудь чистую.

— Собрались лечить? Я и не знал, что вы столь талантливы, — скрипнув зубами, дядюшка прикрыл глаза.

— О, уважаемый, Вы и не догадываетесь обо всех моих талантах. Киану скорее!

— Вот! — в руках тут же оказалась небольшая фляжка, даже скорее флакон, и чистенькая свеженькая рубашка, небесно-голубого цвета, смотревшаяся в этой обстановке особенно дико.

Аккуратно отвинтив крышечку, отодвинула флакон как можно дальше. Запах от него тот еще. Надо бы потом поэкспериментировать с ароматом, а то дышать невозможно.

— Это что? — мальчишка сморщился и отошел на пару шагов, с безопасного расстояния наблюдая за моими манипуляциями.

— Мое новое изобретение, — намочив край рубахи вонючей жидкостью, приложила к ране.

— Что? — чуть не взвыв, дядюшка широко раскрыл глаза.

— Да не кричите вы так, ничего страшного. Не совсем мое изобретение. Между прочим очень полезная жидкость, необходимая для заживления и обеззараживания открытых ран, — громко объяснив корчившемуся под моими руками мужчине и стоящим рядом наемникам, наблюдающим за мной с подозрительностью, добавила совсем тихо про себя. — Просто я ее слегка доработала. Вот и проверим результат на практике.

Обработав рану, отстранилась, с гордостью осматривая дело рук своих. Результат не заставил себя ждать. Лицо дядюшки еще сильнее побледнело, по телу прошла судорога, потом еще одна, но уже по руке. Рот пациента раскрылся в немом крике и тут же захлопнулся, послышался отчетливый скрежет зубов.

— Милан?! — пальцы Киану вцепились в рукав моей куртки. Сзади полукругом обступили готовые к бою наемники.

— Миледи? — в затылок дышал разъяренный каранель, прожигая спину яростным взглядом. — Потрудитесь объяснить свои действия!

Ой, какие мы грозные. Вот сейчас возьму и объясню.

— Миледи! — прохрипев, лорд попытался отползти, но тут же уткнулся в стену и затих, с недоумением разглядывая на глазах заживающую рану.

— Ого, — Киану подался вперед и прикоснулся к краю исчезающей на глазах воронки.

— Ш-ш-ш… — дядюшка резко дернулся и стукнулся головой о стену.

— Киану! Ты что творишь! — рявкнув, отодвинула парнишку подальше.

— Прости, — пискнув, он, не отрывая взгляда, продолжал наблюдать на образующимся ярко-розовым рубцом, — Здорово…

— И что это? Никогда не слышал, — спросил лорд, подняв на меня потемневшие от боли глаза.

— Неплохая вещь, да? — попятившись назад, притянула мальчишку к себе поближе.

— Что-то не так? — наблюдая за моими передвижениями, удивленно поинтересовался Геарден.

— Все… — тут мужчину резко скрутило и подбросило вверх, его руки и ноги самопроизвольно дернулись, началась неконтролируемая трансформация.

— Все так, — шепотом продолжила я, отодвигаясь еще дальше и оглядывая возвышающуюся махину, подпирающую головой потолок, — Все просто великолепно… Теперь…

— Миледи! — громогласный рев ударил по барабанным перепонкам, заставляя морщится.

Огромная морда, в которой с трудом угадывалось лицо Геардена, наклонилась вперед и, разглядывая меня черными, чуть вытянутыми к вискам глазами, поинтересовалась:

— Это все? Или еще сюрпризы ожидаются?

— Все! — выдохнув, оглядела мощное тело. Темно-бордовая кожа, переходящая в черный, выпуклые мышцы, слегка удлиненные руки с длинными острыми когтями на пальцах и шипами на локтях. Красавчик!

Грудь закрывал черный доспех, удерживаемый пересекающимися черными лентами с металлическими заклепками, больше похожими на шипы. Вот на него-то я и уткнулась взглядом, рассматривая неизвестные символы, тонкими линиями изображенные на металлической поверхности.

— Успокойтесь, лорд. Действие настойки скоро завершится… А что это такое? У Киану вроде не было, — палец коснулся линий и прошелся по одной из них.

— Знаки отличия. Ему еще рано, — издевательски просветил демон, отодвигаясь и медленно перетекая в обычное состояние.

— Прекрасное заживление, лорд, — констатировав исчезновение открытой раны и превращение ее в тонкий розовый шрам, поймала бешеный взгляд лорда и, сделав вид, что не заметила, развернулась к каранелю, стоявшему рядом с отрешенно — безмятежным выражением лица. Похлопала по руке и поинтересовалась:

— Так кто на вас напал? Сколько тут… — глаза просканировали поле боя. — Три, пять, десять, восемнадцать тел! И все такие одинаковые… и все с амулетом, — палец подцепил один из кругляшиков, лежащих тут же горкой. — Это не ваше Братство, не?

— Нет! — рявкнул лорд, и подойдя к горке амулетов магией сплавил их в один большой блестящий ком, — Нет… Это не Братство. Но мне очень интересно, как это существо узнало о храме.

— Лорд Мерт? — предположил каранель.

— Мерт? — переспросил Геарден и, задумчиво осматривая найденное оружие, склонил голову на бок и сжал кулаки. — Не хотелось бы.

Внимательно осмотрев каждого бойца, отмечая легкие ранения и небольшие порезы, лорд нахмурил брови и, разворачиваясь в глубь коридора, скомандовал:

— За мной! — сделав пару шагов, добавил чуть тише. — Навестим старого приятеля.

Ввалившись в просторную комнату, замерла, оглядывая разрушенное помещение. Неизвестный знакомец дядюшки сильно постарался, придавая бывшему кабинету своеобразный колорит. Все же это кабинет, наверное. Вон и остатки стола, разрушенные стеллажи с книгами, эти огрызки дерева вообще не поддавались идентификации. А ковер жалко, красивый был ковер. Наверное, светло-бежевый, интересно, с рисунком был или без? Сейчас, по крайней мере, почти в центре когда-то шикарного полового покрытия красовалось огромное выжженное пятно, откуда явственно несло не только гарью, но и сладковатым запахом крови и мяса. Бе-е-е. Кого-то сожгли.

Вот что за день такой? Или уже неделя?

— Осмотреть особняк, — лорд отдал приказ наемникам и, не обращая внимания на валяющиеся кругом вещи, подошел к столу, окидывая взглядом раскиданные на нем бумаги. Осмотрев несколько из них, кинул обратно и нагнулся, рукой что-то ощупывая в недрах стола.

— Не думаю, что вы кого-нибудь найдете. Тут ни души. — прислонившись в чистому участку стены, прикрыла глаза и просканировала местность. Точно, никого, кроме нас и разбежавшейся семерки.

— Милан? Ты уверена? — рассматривая остатки чего-то металлического, Киану скривив губы, глянул на меня.

— Более чем. А что?

— Ну ты в подземелье тоже была уверена… — ехидно напомнив мой просчет, мальчишка склонил голову на бок и весело блеснул глазами.

— Была… непредвиденные обстоятельства… С кем не бывает? — пренебрежительно пожала плечами. — Ты тоже ориентировался по родственной связи.

— Да, — поежившись, он поколупал железкой по пятну на ковре.

— Миледи? — не найдя в столе искомое, лорд подошел к окну и выглянул наружу. — Вы так и не рассказали, как оказались в катакомбах Храма. Опасное место… Я думал, Вы найдете что-нибудь более…

Помахав в воздухе рукой, он с любопытством посмотрел на меня.

— Да так, — скопировала жест лорда. — Ничего более не нашлось.

Ну да, конечно, тут не только не нашлось, тут элементарно не дали найти. Ищейки как с цепи сорвались в попытках нас достать и убить. Понятно, что намечается нечто грандиозное, и лорд с племяшкой к этому моменту должны быть мертвы, но что намечается? И как это что-то согласовывается с моими планами?

Отвратительно! Честно признаюсь сама себе, отвратительно согласовывается… Или никак.

— Никого, — аккуратно распахнув дверь, доложил обстановку каранель и прошел внутрь.

— Жаль…

За окном скрипнули ворота, раздался уверенный топот нескольких пар сапог.

— Гости? — снова выглянув в окно, лорд неприятно скривился и подошел к телепортеру, — Уходим. Тут делать нечего.

Задав координаты и дождавшись, пока Киану с наемниками исчезнут в дымке зеркала, дядюшка весело мне подмигнул и оставил почти возле нас ярко переливающуюся сеть с интересным сюрпризом.

— Прошу, — приглашающе махнув рукой в телепортер, пошел следом, активируя заклинание.

Интересно, кого он увидел за окном, м?

И где мы?

Подозрительно огляделась, отмечая знакомые элементы обстановки. Три внушительных зеркала, мрачность, камень.

— Как я соскучился по дому… Есть хочется, да и спать, — всем сообщив о своих желаниях, потянувшись и зевнув, Киану скрылся за дверью.

Несколько секунд спустя дверь телепортной распахнулась, пропуская огромную черную морду с влажным носом и хитрющими глазами. Просканировав помещение, в комнату неторопливо вошел турсин. Еще раз подозрительно оглядев дядюшку и бойцов, задержав взгляд на порванной рубахе, многочисленных порезах и пятнах крови, остановился на мне. Ярко-зеленые глаза в этот момент выразили муки всех кругов ада, которые прошел Душа дома благодаря нам. Его глаза буквально кричали: "А не могли бы уважаемые хозяева притащить свои достопочтимые тела чуть раньше, и желательно без происшествий?" И тут же сам себе отвечал "Не могли!".

— Докладывай! — оценив артистические способности хозяина дома, внимательно всмотрелась в изумрудные глаза. Мгновение, и мозг затопила вереница образов.

Вцепившись в шею животного, качнула головой, прикрывая веки.

Итак, что там у нас?

Под номером раз можно поставить неизвестных лазутчиков, пользующихся птицами для осмотра территории. Цель — замок и обитатели, результат нулевой. Оказывается, во время отсутствия кровного хозяина, замок принимал нежилой вид. Что-то типа маскировки, отпугивающей нежеланных посетителей.

Под номером два значатся опять же безуспешные попытки жителей близлежащих городков проникнуть на территорию леса. Цель неизвестна, результат известен — отрицательный. Тут постарались ларгусы, напугавшие непрошенных гостей до дрожи в коленях.

И, наконец, на сладкое, номер три. В лесу обнаружено неизвестное существо мужского пола, несколько часов назад пытавшееся проникнуть в замок телепортом, но отброшенное защитой в лес, где на данный момент и пребывает, бродя кругами вокруг дома.

— Как он выглядит? — открыв глаза, посмотрела на Душа. Кого там нам Бог послал? Явно не кусочек сыру…

— Р-рав-в р-р-роу р-р-р… — поделился впечатлениями Душик.

— Помятый мужчина, предположительно блондин?

Наблюдавший за нашим разговором дядюшка, подался вперед. Заметив его движение, поинтересовалась:

— Вы его знаете?

— Блондин? — уточнил Геарден.

Я кивнула.

— Несколько часов назад? — вновь переспросил дядя, на что получил повторный кивок. — Та-а-ак, что-нибудь срочное? Или это все?

— По мелочи. Слежка, интерес со стороны местных. Ничего такого, — пожав плечами, все же решила последовать примеру мальчишки и пойти на кухню. Кушать и правда хотелось, а с гостями… пусть с ними Геарден разбирается. Его обязанность. Захочет подробностей, поспрашивает душу, он пес общительный всем поделится, все расскажет, покажет и укажет.

— Ну, чего вы там? — в телепортную, едва не натыкаясь на меня, влетел Киану, запихивая в рот огромный ломоть хлеба, украшенный приличным куском мяса. — Там эрларгус спрашивает, вести незнакомца к дому или пусть еще побродит? А? Мням…

Прожевав и откусив еще, ожидающе посмотрел на дядюшку, меня и семерку.

— Пусть ведут, посмотрим, кого к нам занесло… хотя и есть у меня предположения, — лорд вздохнул, провел рукой по волосам, проводил взглядом последний кусочек бутерброда Кеа и отправился встречать нежданного гостя.

Поддавшись уговорам лорда, накинула морок приличного платья "для леди", прекрасно закрывающий потертые походные штанишки и куртку. Приняв "благообразный" вид, прислонилась к балюстраде из темного камня, с интересом наблюдая за высоким плечистым мужчиной, вышедшим из леса и гордо, несмотря на легкую хромоту, шествующим к дому.

— Давно не виделись, Айрон. Вот, думаю, не заглянуть ли в гости к старому другу? Выглядишь ты…м-м-м… не очень… — остановившись напротив нас, он поставил руки на бедра и холодным сканирующим взглядом прошелся по нашей компании.

— Знаешь, Эйвери, ты тоже не блещешь… Не думаю, что травяные пятна и кровь на одежде являются последним веянием моды. Да и листья в волосах? Подражаешь эльфам? — не остался в долгу дядюшка и, спустившись вниз, вытащил из волос блондина сломанную ветку. — Зря, зря…

— Что произошло? — уже совсем другим тоном спросил он чуть погодя.

— Я тоже хочу знать, что? Всего несколько часов назад … Может пройдем в кабинет? Это довольно серьезный разговор, — неприятный взгляд мужчины остановился на мне и перешел на парнишку, с задумчивым видом поглощающего третий бутерброд.

— Конечно… — кивнул головой Геарден. — Пока позволь представить моего племянника Киану.

Кеа с достоинством кивнул на приветствие.

— И… мою племянницу… Милана. Мальчик мой, дорогая, это мой старый друг Эйвери Мерт.

Мило улыбнувшись, подала руку "старому другу", подозрительно разглядывающему мою персону. Дядюшка, видимо, решил не заморачиваться и представить меня просто, по родственному, но то ли забыл, что друг действительно "старый", хотя мужчине на вид не дашь более тридцати пяти, и наверняка знает родословную лорда, то ли действительно имеет какую-нибудь дальнюю родственницу, очень дальнюю, с полным правом носящую титул "племянницы".

Ну что же, племянница, так племянница. Роль знакома, опробована и неплохо сыграна. Зрители остались довольны. Получив заслуженный поцелуй запястья, "смущаясь" опустила глаза, изображая нежную барышню.

Мужчины не стали терять время на пороге и пошли в кабинет, расположенный стараниями Душа на втором этаже. Душа дома видимо вошла во вкус, перестраивая и дополняя по своему разумению комнаты, залы и коридоры. Если он на этом этапе не остановится, то надо бы посоветовать организовать таблички с указателями и за дополнительную плату проводить семинары на очень важные и животрепещущие темы, ну например "Попробуй найди свою комнату" или "Схема расположения туалета и способы его нахождения". Можно также запускать экспедиции в поисках особ, страдающих топографическим кретинизмом. Вариантов масса…

Поспевая за лордами в кабинет, я запоминала расположение коридоров и рассматривала напряженную спину Мерта. Кто же его так? Приласкал? Уж не знаю, о какой моде заикался Геарден, но бомжи у нас, и те одеваются приличнее, единственное отличие от распространенных во всех столицах людей без определенного места жительства от пришельца — новенький благоухал довольно таки приятно — хвоей, болотцем и лесными цветами.

Почесав нос, свербящий от настойчивого запаха тины, чуть не уткнулась в спину впереди стоящего мужчины, вовремя успев сделать приличный шаг назад. Дверь распахнулась, открывая святая-святых каждого огромного дома — мужской кабинет. Много места, света, массивных предметов и кожи. Пытаясь пройти вслед за гостем, наткнулась на холодный взгляд, чуть поднятую бровь и вопрос, произнесенный каким-то сухим, безжизненным тоном:

— Леди Милана? Вы что-то хотели?

— Да… конечно, — взглядом показав, что хотела бы пройти, а не протирать камень под ногами перед кабинетом.

— Леди… — приподняв бровь выше, Мерт тщательно осмотрел мою персону и остановился на глазах, распахнутых в ожидании его дальнейших действий и слов. — Леди, прошу прощения, но это мужские разговоры!

Ошарашив фразой, резко захлопнул дверь перед носом, оставив удивленно взирать на красивую, массивную деревянную дверь, обитую железными полосами.

— Что?

Перевела недоумевающий взгляд на хрюкающего рядом Киану. Его тоже не пустили. Видимо, апеллировав в уме на малый возраст. Закрыв ладонью рот, он привалился к стене и пытался сдержать смех, рвущийся наружу.

— Киану! — рявкнув, уперла руки в бока.

Тот не выдержал и откровенно заржал, сползая по стене на пол.

— Киану! Не уподобляйся лошади! Тебе не идет!

— Кому? — вытерев рукавом выступившие слезы, мальчишка проморгался и со смешинками в глазах уставился на меня.

— Да-а-а… Какая разница, тебя тоже не пустили… Но меня? — подняв руку, уже хотела бабахнуть ею изо всех сил по закрытой двери, но потом остановилась. А зачем? Ну что нового я могу там услышать? Общую картину и так примерно представляю, а частности? Послушать под стаканчик вина, как доблестный Геарден вот этими вот руками разбросал два десятка неизвестных перцев, а не менее доблестный Мерт одной левой уложил нападающих, разгромивших его кабинет? Оно мне надо? Нет. Если уж что и будет интересного, дядюшка обязательно расскажет. И поэтому… Где кухня? Надо бы навестить сие место. Желудок в подтверждение тихонечко булькнул.

Куда идем мы с пятачком, большой, большой секрет, и не расскажем мы о нем о нет, о нет, о… моя сумка. Мы бодреньким шагом прошли мимо телепортной и завернули в основную залу, где я и бросила свою нежно любимую собственность. Подхватив сумку, свернула в новый коридор, и вот, святая святых каждого дома. Для женщины. Кухня.

Огромная, прекрасно оборудованная комната с несколькими дверями, ведущими предположительно в кладовки и на задний двор. Это место ничем не походило на небольшую кухоньку, запомнившуюся мне по прошлому пребыванию в замке. Помещение сияло чистотой и начищенными кастрюлями и сковородками. Несколько полок с бутылками темного стекла, много другой всякой всячины, плиты, разделочные столы и по самому центру — внушительный деревянный стол на мощных ножках. За которым уже устроились расслабившиеся бойцы каранеля, с серьезным видом поглощающие нечто мясное из персональных блюд. Оглядев композицию, мы с мальчишкой переглянулись и потянулись к общему котлу, накладывая это нечто вкусное и себе.

Расправившись с обедом/ужином в одном лице, откинулась на спинку стула и задумчиво посмотрела на мальчика, с чувством выполненного долга поедающего последний кусочек жаркого. Отбив пальцами бравурный марш, заглянула в сумку, вынимая на свет стопку еще неоткрытых и непрочитанных фолиантов. Осталось всего несколько дней, и моя задача — вместить в умную головушку мальчишки как можно больше информации.

Заметив расширяющиеся зрачки Киану, согласно кивнула и растянула губы в улыбке. Умница, все верно понял, все верно.

Судорожно глотнув, Кеа сделал глаза несчастнее и жалобным голосом протянул:

— Милан? Может попозже а? Я уста-а-ал…

— Конечно же Кеа… конечно же… нет! Выбирай, с какой начнем? Щиты, нападение или маскировка?

— А это что? — палец мальчишки ткнул в потертый талмуд. — Что-то знакомое…

— О-о-о, это "Все о душе и ее производных" у графа Котбуса позаимствовала. Интересная вещица. На ночь само то…

— Да? — без особого энтузиазма поинтересовался Киану.

— Угу, — со злорадной усмешкой кивнула я.

— Аха… ну давай… начнем с маскировки, почему-то мне кажется, что бегать придется долго, — определившись с направлением, Кеа взял нужную книгу и, сморщив лоб, открыл на первой странице.

— А ничего так… познавательно, — спустя пару часов мальчишка потянулся и зевнул.

Подняв голову со столешницы, на которой благополучно заснула, посмотрела на паренька, похожего на довольного котяру, сожравшего у бабки крынку сметаны.

— Прочитал? Уже?

— Да, там кое-что было знакомо, остальное не так сложно, как казалось.

— Замечательно, — пододвинула оставшиеся книги. — Выбирай.

— Вы уже поужинали? — на кухню, где кроме нас с мальчишкой никого не оказалось, блестя глазами вошел дядюшка, за ним, почти не отставая и хмуря брови, строевым шагом топал Мерт, принявший более цивилизованный вид.

— Да, присоединяйтесь, — согласно кивнув, оглядела вновь прибывших. Те явно пришли к какому-то выводу. Оба держались уверенно и целеустремленно.

— Завтра совет. Выезжаем на рассвете.

Уже завтра? А кто говорил о трех днях? Ну нашим лучше, разберемся и по матрешкам. А там, глядишь, и Амирен со своими бойцами подтянется.

Уходя искать свою комнату, всучила Киану парочку книг и поймала Геардена, случайно оказавшегося в коридоре в гордом одиночестве, без вездесущего лорда Эйвери.

— Скажите, лорд, меня очень мучает один вопрос.

— Да?

— Почему я не ощущала живых существ в коридорах Храма? Да и звуки боя были не слышны? — подозрительно всматриваясь в глаза мужчины, с напряжением ждала ответа. Хоть я раньше и сказала Киану, что-то о непредвиденных обстоятельствах и издержках производства, но это не так. В моей работе нет места обстоятельствам, есть только расчет и погрешности, в которых я виновата и которые я не рассчитала и не учла.

— Там аномальная зона. Странно, что вы вообще на нас вышли. По лабиринту можно плутать годами, — озадачив ответом, он направился к показавшемуся в коридоре Мерту. Видимо, обсуждать дальнейшие планы и мероприятия по убиению неугодных.

— Отдыхаем? — рядом раздался недоуменный женский голос, легкий скрип песка и удовлетворенный вздох. — Неплохо… Хорошие у тебя сны, не хочешь заняться их исполнением и продажей? Я слышала, производство снов дело крайне выгодное.

Приподняв края шляпы, рассмотрела сквозь ресницы устроившуюся на соседнем шезлонге высокую стройную блондинку в ярко-оранжевом купальнике с металлическими кольцами.

— Афина Викторовна?

— Да? — молодая женщина вытянула руку, в которой буквально через секунду появился высокий запотевший стакан, его содержимое источало явный персиковый аромат. — Да, хорошо… И температура в самый раз и ветерок, а сервис… ты подумай, подумай, я после этого безобразия себе отпуск устрою, да и на тебя выпишу… как и обещала. А там, глядишь, и новый бизнес разовьем, надо расширять поле деятельности. Не вечно же заниматься разными неудачниками.

— Сновидения вроде епархия Повелителей Снов? Они не терпят конкуренции.

— Ничего… Потерпят… — в приятном бархатистом голосе собеседницы послышались стальные злобные нотки, сделав большой глоток и довольно прикрыв глаза, богиня резко их распахнула и повернулась ко мне:

— Так, я все не о том … совсем замоталась. Как делишки, как детишки? — на меня в упор смотрели большие серые глаза, способные выморозить что угодно и кого угодно. Не зря ее почитали древние скандинавы, под другим именем правда, но не суть важно.

— Некоторые трудности… как обычно. Думаю, завтра — послезавтра разрешатся. И… — резко опустив ноги на песок сложила руки на груди в умоляющем жесте и жалобно протянула:

— Афина-а-а Викторо-овна-а… Дайте дела по тем несчастным, которых натравили на моего подопечного? А? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… А?

Пройдясь взглядом по моей скуксившейся мордашке, дама усмехнулась и сделала новый глоток, ополовинив содержимое бокала.

— Милана, дорогая моя. Это против правил.

— Ну может как-нибудь? В обход? Неявно, намеками? Между прочим, Амирен ознакомился с мальчишкой вдоль и поперек. Разве что не препарировал его бедного! — сдав эльфа с потрохами, наблюдала за реакцией начальницы.

— Правила… — пропела та, допивая стакан до дна и заказывая новый. — Правила, чтоб их Аид побрал, никто не отменял. Что тебе мешает в конце концов самой познакомиться с избранными?

— Когда? Я как белка в колесе верчусь. Когда я буду по море-океану искать задрипанный кораблик со светлыми на борту?

— Ничем не могу помочь, — пожав плечами, Афина поинтересовалась: — Что там за история была пару дней назад? С похищением мальчишки?

— Местные разборки, чтоб они не ладны были! — емко выразив свое отношение к происходящему, последовала примеру богини и закала бокальчик морсика. Клюквенного. Говорят, витамин С и антиоксиданты повышает работу мозга и производительность труда. Надеюсь, не врут.

— Я примерно так и подумала, но что там делал Коул-Эгоу? Арес очень интересовался, — темные ресницы прикрыли блеснувшие лукавством глаза.

— Амирен настрочил отчет? — интересно, что он там написал и как озаглавил? "Совместная операция по спасению будущего объекта устранения во избежание затягивания задания на годы и столетия?" бред…

— Конечно… и я не заметила от тебя такой же или подобный на своем столе…

Подперев рукой подбородок озадаченно уставилась на ухмыляющуюся богиню.

— А…м-м-м… да там ничего особенного… Ма-а-аленькое совместное мероприятие… — показала большим и указательным пальцами, насколько маленькое, сжав их до буковки "о" и не оставляя простора для воображения. — Он все равно торчал рядом, вот я и подумала, почему бы не воспользоваться опытом и наработками соседнего отдела. Так сказать, обмен опытом в полевых условиях.

— Без согласования начальства? Ай, ай, ай… — проконтролировав мое "смущение" и "осознание", она спросила:

— Вы с ним сговорились? — Афина протянула мне руку, с появившейся в ней стопкой бумаги. — Открой страницу два, там выделено.

Взяв документы, просмотрела заглавие, звучащее коротко и ясно "Совместные учения". Так… цели, задачи… а вот и выделенные жирным черным цветом слова "обмен опытом и наработками с соседним отделом"… " совместная работа в полевых условиях"… Он что, мои мысли читает?

Облизав пересохшие губы, протянула отчет обратно.

— Что скажешь?

— Как-то примерно так…

— Детали?

Какие детали? Амирен верно указал… почти… Дружба меж конкурирующих отделов — форева! Ага. Даже сама верю. Все остальное знать не обязательно.

— Нет. Все прошло чудесно. Мы прекрасно сработались… Думаю, в дальнейшем проблем быть не должно, — отбарабанив положенные фразы, честными глазами посмотрела в непроницаемое лицо начальницы. Правда, конечно, во всем этом присутствует, как без нее, но серединка на половинку. Сработались, думать мне никто не запрещает, как и мечтать о хорошем… вот только сбудется ли оно, хорошее?

— Хорошо, — протянув, Афина испарила стакан, документы и уже сама исчезая, добавила. — Жди гостей через три дня, — заметив мое резко нахмурившееся лицо, рассмеялась, щелкнула пальцем по моему стакану, наполняя тот зеленоватой жидкостью и исчезла окончательно.

Замечательно! Расчудесно! Это я так замоталась, что потеряла счет дням, или кто-то торопит события? По моим подсчетам, дней пять у меня в запасе было. Где украденные два дня? Безобразие!

Понюхав напиток, сделала маленький глоток. А ничего так. Вкусненько.

Отпив еще несколько, внутренне кипя, прищуренными глазами следила за огромным светилом, опускающимся в ласковые воды моего воображаемого океана.

Прокручивая прошедший разговор, вспомнила предложение Афины. Что-то все таки есть в нем. Может и приму. Сны у меня всегда удавалась, так почему бы не попробовать сделать на этом деньги? Тем более знакомые среди Повелителей Снов имеются, глядишь, похлопочет за меня с лицензией. А не получится, всегда можно вернуться к прежней работе. Миров много, ведьм, колдунов и правителей тоже, а уж светлых… у-у-у пруд пруди.

Эх, мечты, мечты. Мысли плавно перетекли на завтрашний день. Воображение взыграло, представляя меня в роли этакого терминатора — вершителя судеб, с легкостью, одной левой, разбрасывающую неизвестных врагов в темных капюшонах, а правой за шкирку держащую самого главного злодея, почему-то тоже спрятанного под черным капюшоном и пытающегося вырваться из моей крепкой хватки.

Коротко хохотнув, допила остатки напитка и провалилась в сон без сновидений.

"Рано утро-о-ом, на рассвете… леди Мила-а-а ставит сети-и-и… бла-бла-бла-ла ла-ла-ла-ла…"

Мысленно напевая, я ползала под невидимостью по закоулкам замка Братства и устанавливала аудио— и видеоаппаратуру, придерживаясь принципа: на магию надейся, а сама не плошай.

Стерев с лица новый слой пыли, заглянула за угол, подождала, пока пройдут новоприбывшие делегаты, и вновь, с энтузиазмом пионера, приступила к выполнению своего плана. Довольно простого, но эффективного — отметиться в каждом уголке и закоулке замка, поставить под наблюдение каждый квадратный сантиметр пространства во избежание нежелательных последствий. А в том, что они намечаются, сомневался разве что глухой, слепой и увечный на все части тела.

В огромный дворец, носящий гордое и непонятное название "Плата Таинта" мы прибыли часа два назад и разместились в довольно комфортабельных комнатах на четвертом этаже Восточного крыла.

Если смотреть на замок сверху, то он похож на крест, лучи которого смотрят строго в стороны света, отчего и происходят названия крыльев и башен, украшающих каждое крыло. Башни служат скорее для украшения и устрашения врагов, а вот крыло является временной резиденцией каждого из руководителей Братства. Нам принадлежит почетное Восточное. Почему почетное, и почему Восточное, неизвестно, Геарден на все вопросы загадочно промолчал, но отметил, что Мерт довольствуется Южным, хотя по типу темперамента я бы присудила ему Северное. Северное крыло и Мерт — идеальное сочетание. Остаются соответственно Западное — там обиталище незнакомого пока товарища по фамилии Квердук, и Северное, принадлежащее опять же еще не встреченному нами Тревиру.

Прибыв на место телепортером и оккупировав положенную по статусу территорию, отправилась на разведку, предварительно сославшись на головную боль, недомогание и элементарный недосып. Мне поверили… все. Что еще можно взять с экзальтированной барышни, которую и с собой-то таскать страшно, но и дома оставлять боязно, мало ли… вдруг враги нагрянут, а она в маске и в пеньюаре? Моветон! Все поверили, почти… кроме Геардена и Киану… те с важным видом покивали и остались в апартаментах, обсуждать тактику, стратегию и утренний завтрак.

И вот теперь я, напоминая помесь агента 007 с человеком-пауком, ползла по стене, попутно стирая тонкий слой пыли, и расставляла свои любимые жучки. Тут народ древний, все на магию уповает, которой не пользуется разве что младенец, а мы люди не гордые… Раз жучок, два жучок. Помех тут еще не придумали, а даже если бы и придумали, я своих крошек доработала в лабораториях Гефеста почти до идеального состояния. Почему не до идеального? Так в нашей жизни такого нет… к сожалению, всегда найдется что-то лучше, кто-то круче, некто умнее… а жаль.

Сто двадцать пятый жучок занял свое законное место, и я, с чувством выполненного долга, отправилась в комнаты. Надо же явить народу свою измученную мордашку, да Киану проконтролировать, не дай Афина, вляпается куда-нибудь, пока меня на месте нет… Не посмотрю что взрослый, всыплю по самое не могу.

В последний раз осмотрев зал для малого Совета, удовлетворенно вздохнула. Эффект присутствия будет гарантирован. К сожалению, лорд отказался брать меня на встречу, мотивируя отказ строгим кодексом, запрещающим присутствовать на малом собрании не членам Совета и не их ближайшим помощникам. А так как место ближайшего, к сожалению, оказалось занято Гтронту, то дядюшка развел руками и тяжело вздохнул, мол "никак". Мой пристальный взгляд в сторону Мерта также был пресечен на корню. Сойти за его помощника мне так же не удастся, тот погиб смертью … не очень достойной, но, к сожалению уже лорда Эйвори, очень быстрой, а посему, достойный лорд пойдет один, ибо правила… И опять тонна лапши на уши.

Ну и пусть, нашим лучше. Буду сидеть в комфорте и безопасности. Да и мальчишка под носом, никуда не денется, не пропадет, не исчезнет. Зыркнув в сторону объекта, удовлетворенно кивнула. На месте, слава Афине.

Озадачив паренька новой макулатурой, принялась настраивать сеть оповещения, ловя сигналы всех жучков и выводя их в единую базу. Вскоре, данные потекли ровным потоком, поступая со всех точек замка и объединяясь в общую картину. На экран браслета, расширенный до максимального размера, выводились интересующие меня данные: прибывающие люди и их передвижение. Замок гудел, как растревоженный улей, заполняясь тестостероном по самые башенки. Каждый из прибывших лордов счел своей обязанностью притащить не только ближайшего заместителя, но и группу поддержки, выглядящую грозно.

Геарден заселил свое крыло уже знакомыми мне семерками, Мерт тоже вызвал подозрительных личностей, нашпигованных оружием по самые уши. Прибывший Кредук, не высокий блондин с чуть отдающими в рыжину волосами и цепкими глазами, вел за собой строй мрачных мужиков в черном, промышляющих явно не сбором средств на Храм святой Марфы, покровительницы убогих и больных… Появившийся следом Тревир — огромный мужчина, похожий на медведя, не отстал от компании. Его окружали такие же огромные викинги, один в один наши земные скандинавы во время набега, лицо кирпичом, угрюмо насупленные брови и мощные ручищи на рукояти боевых топоров.

В общем и целом, мужчины пришли не на чай с тортиком, а на маленькую войнушку, грозящую перерасти в нечто глобальное и всеобъемлющее.

— Ого… — над ухом раздалось умеренное чавканье, а на плечо посыпались крошки от хлеба.

— Киану!

— Прости, — рука мальчишки смахнула с ткани следы преступления. — Здорово…

Обернувшись, внимательно оглядела жующее чудо.

— Что? — тот не понял моего взгляда, постарался засунуть весь бутерброд разом в рот и чуть не подавился.

— Где взял? Дай мне, — протянув руку потребовала и свою порцию, а то время к обеду, а во рту с утра маковой росинки не было.

— Угу, — прожевав, Кеа достал из объемной сумки новые бутерброды и фрукт, напоминающий яблоко, отдав мне один, откусил от своего и тут же от второго оставшегося бутера, блестящими глазами вглядываясь в действо, происходящее на экране. А посмотреть было на что.

Малый зал Советов заполнялся. Исключительно лордами и их заместителями. Семь человек, или точнее будет сказать существ, собрались вокруг небольшого круглого стола. Семь, потому что бедный Мерт находился в гордом одиночестве, за спиной у мужика была лишь гордость и рукоять фамильного меча. Нисколько не смущаясь сим фактом, он с царственным видом развалился в кресле, из-под опущенных век наблюдая за устраивающимися напротив членами Братства.

Геарден, сев рядом, наклонился вперед, и, сложив пальцы рук домиком, попеременно останавливал пронзительный взгляд на каждом, находившемся за столом. Стоявший за ним каранель изображал каменного идола с острова Пасхи. Такой же большой, непонятный и туповатый на вид, но опять же только на вид. Насколько я помню, тугодумностью данный экземпляр не страдал.

Тревир со своим подчиненным заняли места напротив Мерта, рядом же с ним, но по правую руку сел чему-то улыбающийся Кредук. Оглядев присутствующих, он шире растянул губы в улыбке и, положив ладони на стол предложил начать Совет.

— Да, пожалуй, начнем… — поддержал соседа Тревир. Окидывая присутствующих карими глазами, остановился на дядюшке, — Айрон?

Кивнув, лорд кратко изложил все свои перипетии и возникшие за последние несколько месяцев претензии, закончив отчет недавней стычкой в лабиринте заброшенного Храма. Замолчав, он вновь оглядел братьев, видимо дожидаясь вопросов и возражений.

Наблюдая за мужчинам со стороны, заметила, что Кредук уже не улыбался, его глаза потеряли бесшабашный блеск и смотрели на мир настороженно и агрессивно, насупленные брови здоровяка Тревира также выдавали его негативное состояние.

— Кто? — тихий бас последнего разорвал тишину.

Усмехнувшись и выдержав паузу, Геарден бросил новую бомбу:

— Кто-то из нас.

— Что? — рявкнул Кредук, его пальцы держались за крышку стола, костяшки побелели, и на каменный пол уже начала осыпаться труха.

— Оставь в покое стол, Мидан. Я думал так вначале, сейчас мнение несколько изменилось. Я точно знаю, что ты и Ирдон в этом не участвовали.

— Ты так думал, — нагнувшись вперед, Мидан Кредук в бешенстве посмотрел на сохраняющего спокойствие Геардена. — Ты посмел так думать!

— Мидан, Мидан… А что бы подумал ты? Если бы ты с трудом выкарабкался с Грани, твоего ближайшего родственника и наследника похитили, а все нити вели бы ко мне? Чтобы предпринял ты?

— Мы поняли твою точку зрения, — тяжело положив руку на стол, Ирдон Тревир дождался, пока взгляды всех присутствующих остановятся на нем. — Эйвери?

— У меня все проще… — оглядев напряженных мужчин, Мерт продолжил: — Предательство и покушение на жизнь. Видимо, Крестин нашел траву позеленее.

— Нет, нет, нет Мидан. В этом замешан не один Крестин, — перебил дядя, увидев как лорд Западного крыла решил было открыть рот, — Атака шла с нескольких направлений. И из твоего аппарата, в частности, тоже. Предатель сейчас сидит среди нас.

Холодные глаза Мерта и Геардена скрестились на подчиненном Кредука, сделавшим шаг назад.

— Тасон? Далеко собрался? — ласковый голос дядюшки остановил пятившегося бледного мужчину в черном костюме.

Казалось, время замедлилось. Рука бледнолицего потянулась к ножнам, доставая острый кинжал, расслабленно сидевший Мерт сорвался с кресла, перехватывая поднимающуюся руку со смертоносной сталью, стоящий за спиной своего начальника, подчиненный Тревира резко шагнул вперед и опустил рукоять топора на голову предателя.

Время побежало.

Тело с грохотом осело на пол, мужчины переглянулись и с напряжением уставились друг на друга.

— Доказательства? — побелевшими губами прошептал Кредук. Вскочив, он возвышался над телом заместителя, готовый к любым действиям, как к защите своей собственности, так и к возможному нападению от нее.

— Милан? А у нас гости… — вздохнув, Киану отстранился и застыл, вслушиваясь в жизнь замка.

— Угу, уже две минуты как…

Информация поступала с камер наблюдения, заставляя картинку, настроенную на малый зал Советов пойти рябью и смениться телепортной, захват которой прошел мгновенно и почти бескровно. Сидящий на своем посту маг склонил курчавую голову на стол и сладко посапывал, а два охранника, приставленные к нему, были отправлены за Грань одним из сложных заклинаний Смерти, и, лежали на полу, прислонившись друг к другу.

Довольно просторная комната заполнялась уже знакомыми людьми в черных плащах, закрывающих лица капюшонами. Новая рябь телепортера и в образовавшееся свободное пространство ступил мужчина. Невысокого роста в темной неприметной одежде и тонкой цепочкой с маленьким ключиком на шее. Осмотрев помещение цепким тяжелым взглядом, он кивнул головой и отправил несколько человек вперед. Дверь, ведущая в коридор, внезапно приоткрылась, пропуская внутрь темноволосую голову, а потом и самого обладателя головы. Еще один любитель черного, и, кажется, я его видела, в охране лорда Кредука. Находившиеся в комнате капюшонщики замерли, наблюдая за медленным приближением человека, его глубоким поклоном и льстивой улыбкой.

— Та-а-ак… — постучав пальцами по подлокотнику кресла, поджала губы. Сколько же в организации предателей? Прям рассадник какой-то! То, что человек в черном являлся им, у меня не вызывало сомнений. Вон как стелется перед пришельцем. Кстати, кого нам Бог послал?

— Киану? Кто это такой? — указав на человека с ключом, вновь окинула того внимательным взглядом. Темноволосый, сзади волосы собраны в низкий не длинный хвост, глаза неопределенного цвета. Вначале казались темными, сейчас, под другим углом зрения и с другой точки камеры кажутся зеленоватыми. Прямой нос, чисто выбрит… В принципе, обычный среднестатический мужчина каких тысячи, увидишь и забудешь, если не заглянешь в глаза. Глаза цепляют — умные, глубокие и страшные.

— Не знаю… Не видел никогда, хотя ключ, где-то слышал о таком… Прости Милан, не помню, — покачав головой, мальчишка тоже наблюдал за вторжением, — Надо бы дяде сказать, а то они там переубивают друг друга, такие страсти кипят.

— Надо бы, надо бы и охрану предупредить… — протянув, сменила точку обзора, заставляя показать зал Совета.

Мужчины спорили. Связанный бывший помощник Западного лорда, похожий на мешок картошки, такой же коричневый и побитый, валялся в одном из кресел. На столе блестел уже знакомый медальон. Кредук склонился над бывшим подчиненным и выглядел мрачнее тучи. Вцепившись одной рукой в ворот предателя, он что-то рычал тому в лицо, и все время встряхивал его как грушу, добиваясь нужной реакции и ответов.

Северный лорд до сих пор сидел за столом. Пододвинув амулет ближе, внимательно его разглядывал, хмуря брови и кидая взгляд на допрос шпиона. Дядюшка так же сидел в кресле и к чему-то прислушивался, а на удивление всегда спокойный Мерт что-то яростно орал успевающему огрызаться Кредуку. Каранель и заместитель Тревира стояли позади своих начальников и сверлили взглядами их затылки. В общем весело.

Поймав один из жучков, предназначенный не только для прослушки, но и для переговоров, попыталась переключить во второй режим, но… с удивлением потерпела неудачу.

— Что за… — пробормотав себе под нос безобидное ругательство, заметила удивленный взгляд Киану и повторила попытку. Жучок молчал, настройки не менялись. И что делать? Мысленно заорав, обратилась к Геардену… ну же, ну, ты же умный дядька? Чего сидишь? Где твоя интуиция? В отпуске?!

Что делать? Мчаться в зал совета и предупредить мужчин? А смысл? Не успею, телепортная находится ближе к ним, чем наши апартаменты, да и о Киану нельзя забывать. Он моя задача номер раз. Сверля взглядом дядюшку, направила еще несколько жучков, поставленных в зале в его сторону, может хоть так почувствует внимание, может озадачится?

Что там у нас по плану? Охрана?

Выведя на экран одну из комнат, принадлежащую наемникам, все таки смогла установить связь, отчего находящиеся там трое мужчин, играющие в какую-то карточную игру вздрогнули и зажали уши. Прокашлявшись, продолжила:

— Прошу прощения, господа, говорит леди Милана. Нападение на замок через телепортную. Количество нападающих около пяти десятков.

— Леди Милана? — один из мужчин удивленно оглядел пустое помещение, выискивая мое изображение, проекцию или меня саму во плоти. Не найдя, пожал плечами.

— Это племянница лорда, — уверенно высказался второй, так же шурша глазами по квадратным сантиметрам. — А где она? Может чудит девочка? Развлекается?

— Подъем! — взвыв, добавила в голос командных ноток, — Быстро каранеля сюда! Пока связь держу.

Командный голос сработал, третий из наемников подорвался и рванул к двери, распахнув которую столкнулся носом во входящего внутрь начальника второй семерки. Как удачно, даже странно… Трент. Буквально брат близнец Гтронту. Неплохой мужик.

— Что происходит? — обведя настойчивым взглядом троицу, остановился на ближайшем, застывшем памятником самому себе. Отмерев, наемник попытался объяснить ситуацию:

— Э-э-э леди Милана…

— Приветствую, Трент, — перебив мямлившего наемника, явно не знающего, куда глаза девать, тихонечко вздохнула. Предстала бы перед ними с самого начала в адекватном виде, восприняли бы всерьез, а сейчас сиди, доказывай что ты не жираф и вполне даже можешь представлять авторитет и угрозу, размахивая железом, а не пришивая и вышивая цветочки на платочках.

— Общий сбор, нападение из телепортной. Пять десятков. Сильные маги и воины. Семерка Гтронту сталкивалась с ними пару дней назад. Выполнять.

Глаза Трента блеснули, но то ли он уже слышал что-то обо мне от заместителя Геардена, то ли подействовал тон, но мужчина коротко кивнул и двинулся на выход. Пропустив подчиненных вперед, остановился.

— Миледи?

— Слушаю?

— Вы предупредили остальных?

— У меня нет связи с советом, что-то глушит сигнал, остальные же… кто поверит маленькой хрупкой девушке? И… каранель… будьте осторожны, у нас целый вагон предателей, в основном в западном крыле. Север чист, юг под вопросом.

— Есть, леди.

Вздохнув, откинулась в кресле. Посмотреть, что творится в остальных частях замка? Предупредить? На ум пришел самый первый урок по ОБЖ, в котором я участвовала будучи ученицей первого класса. Тогда я дико испугалась незнакомого металлического голоса, казалось раздавшегося из ниоткуда, и только благодаря грамотным действиям нашей учительницы, этакого генерала в юбке, стайка перепуганных первоклашек образовала стройную попарную колонну и резво вышла из школы, заняв подобающее место на обширном школьном дворе. А почему бы и нет?

Определив все жучки, способные вещать, настроила их на единую линию. Несколько фраз, и все предупреждены. Может это и спасет кому-то жизнь. Откашлявшись, начала:

— Внимание. Боевая тревога. Нападение со стороны телепортной. Пять десятков существ. Специализация: маг, воин. Внимание… — относительную тишину замка разорвала имитация воздушной тревоги и мой голос, слегка измененный, но уже не узнаваемый. Пусть думают, что сработала защита замка. Тайная.

— Это что? — заткнув уши, прошептал Киану. Огромные глаза пацана ошарашено блестели.

Ой, кажется перестаралась, снизить звук, что ли? Но зато теперь точно никто не скажет, что не услышал! Вновь прокрутив сирену и команды, настроилась на комнату Совета. Поди ж ты! Услышали! Замечательно…

Шесть человек замерли, достав оружие и вглядываясь в закрытую дверь. Пока закрытую. Широкая металлическая дверь, усиленная магическими щитами стала странно подрагивать. Небольшие вмятины, образующиеся по центру, увеличились. Новый удар, грохот. Дверь ласточкой полетела вперед и с громким бабахом упала в двух метрах от проема. Слабый скрип болтающийся петли, и вот в арке сложив руки на груди и презрительно щуря глаза стоит мужчина. С хвостиком и с ключиком на шее.

Мда, все таки лорды не слышали сирены… Запустить сейчас? Обрадовать народ? А почему бы и нет?!

Злобно ухмыльнувшись, пробежалась кнопками по браслету.

— Внимание! — звонкий голос раздался в каждом уголке замка, — Нападение на малый зал Совета. Повеселимся?

Повеселимся!

Глядя на вытянутое в удивлении лицо мужчины, оглядывающегося в поисках неизвестной обладательницы голоса, весело рассмеялась.

Я скользила, я летела, я неслась по коридорам дворца, оставляя позади десятки метров каменного пола и стен, фиксирующихся в сознании лишь сплошным смазанным пятном.

Резко остановившись, вздрогнула. Двери, ведущие в апартаменты оказались завалены упавшим перекрытием потолка, забаррикадированы вздыбливающимся плитами пола. Сердце гулко стучало в груди, отдаваясь в ушах болезненным шумом. Не успела?

Судорожно оглянувшись, и уже вцепившись руками в одну из плит, заметила легкое сияние телепорта и проявляющуюся фигуру. Что за? Мысли испуганными зайцами скакали, выстраиваясь в строгую заячью колонну с одним единственным известным. Телепорт… здесь… значит…

— Десять секунд, Милана. Молодец, — в коридоре, на одном из плоских камней, видимо когда-то бывших потолком, удобно устроилась девушка.

Поглядывая на внушительные часы на запястье, она растянула губы в довольной улыбке и блеснула глазами в мою сторону. Внимательно оглядев взъерошенную меня с ног головы, приподняла брови и недовольно поджала губы.

— Ты чем тут занимаешься? — глаза богини остановились на клинках, покрытых засохшей и потемневшей кровью. — Развлекаешься? Девочка моя, война — это святое, я прекрасно понимаю, но сама знаешь, у нас…

В коридоре послышался топот нескольких десятков ног, сопровождаемый явственно слышимым пыхтением. Вот и дядюшка с сотоварищами мчится…

— Объекта там нет? — тяжело вздохнув и слегка успокоившись, кивнула на завал.

— Нет, конечно. Но с защитой ты, дорогая, перестаралась, пришлось слегка намусорить, пока выковыривала парнишку из комнаты, — пренебрежительно осмотрев окружающую разруху, она щелчком пальца отбросила упавший рядом кусок мозаики. Красивая на стене картина была, совсем недавно… Что-то эпическое и мужественное, насколько помню, один из прошлых владетелей Восточного крыла и его запечатленный для благодарных потомков бой с неизвестным чудовищем.

Стремительно поднявшись, Афина посмотрела на показавшихся в конце коридора наемников и, фыркнув, создала золотистый овал телепорта. Одним взглядом, силой мысли… Эх, тоже так хочу… Мне же, чтобы переместиться куда-либо, необходимо сначала побывать в этом "куда" и оставить маячок, на который я, собственно, и настраиваюсь при телепорте. Да и то данная технология действует только на заданиях, на Земле запрещена, во избежание недоразумений с местным населением, да и потоки там другие, пробиться и пройти могут лишь боги, мне же до них… как до облака Магеллана на собранных землянами космических кораблях. Мдам…

Тяжело вздохнув, последовала за начальницей. Уже исчезая в этом мире, обернулась на крик Геардена и одними губами прошептала:

— Все будет хорошо…

Надеюсь, все будет хорошо!

Да чтобы светлых Аид в гости пригласил! На постоянное место жительство… Да чтобы…

— Афина, дорогая, что с твоей сотрудницей? — мягкий баритон елеем растекся в воздухе.

— Все в порядке, Арес, дорогой… Ты же знаешь, девочка была на задании. Мир агрессивен, желающих встретиться с дядюшкой Аидом предостаточно… Милана просто помогла им в этом благородном стремлении.

Не удостоив взглядом высокого, темноволосого мужчину в кожаных брюках и темно-синей шелковой рубашке, она подошла к десятку мониторов, мягким светом озаряющих круглую комнату и проверила какие-то настройки.

— Милочка? У тебя полчаса, приведи себя в порядок. Ванная прямо по коридору и направо.

— Хорошо, Афина Викторовна, — кивнув начальнице, поймала угрюмый взгляд скрипнувшего зубами Ареса и отправилась отмываться. Тридцать минут, вполне.

А ничего тут ванная. Шесть звезд… жаль что на все про все выделили какие-то жалкие тридцать минут. Но… лучше так, чем…

В зеркало на меня смотрела растрепанная особа с блестящими глазами, слегка покромсанной одежке и кровавыми разводами на лице и руках. Пошевелив бровями, показала отражению язык и хмыкнула. Надо, надо умываться, по утрам и вечерам, а нечистым Милочкам… Мдам…

Душ, ванная, шикарно… Что тут у нас? У какой запах! Кошмар… А это? Это тоже в сторону… Говорят, Бог любит троицу, открываем новый флакончик и… бинго!

Подбадривая и подгоняя себя, старалась не думать о парнишке. Не получалось. Действо начнется через полчаса, наверное, и на сколько я помню, продлится ровно сутки. Ровно двадцать четыре часа. Для одинокого мальчика, противостоящего пятерым избранным, это слишком много. Хоть бы посмотреть заранее на этих избранных, хоть бы одним глазком? Чтобы уж точно знать, к чему готовиться. Нет, глаза закрывать при неудаче я не собиралась, да и помочь в принципе уже не могла… Говорят, мысли материальны, и если сильно захотеть… Я буду очень сильно желать ему удачи, может получится…

Пятнадцать минут спустя, посвежевшая и в чистом платье, оказавшемся тут же в одном из шкафчиков, отправилась в Центр управления. Кому принадлежало место, не знала, но точно не Аресу и не Афине, там я бывала и не раз, а это, может нейтральная территория? Для успокоения нервов каждой из сторон? Все может быть…

Такое странное задание мне доверили в первый раз, надеюсь и последний. Встречаться в командировке с другими подчиненными Ареса, или, на худой конец, другого бога, совсем не хочется. Отправляют одну и замечательно. Твори что хочешь, сама себе хозяйка, главное — потом отчеты правильно настрочить, и под правильным соусом подать.

Неслышно зайдя в комнату, огляделась. Народу прибыло. В удобных креслах, стоящих полукругом в два ряда в противоположных друг от друга концах сидели Афина с Аресом, за ними, ближе к начальнику, развалился сам эльфеныш. Рядом с ним подчиненная Ареса, фигуристая брюнетка Юлечка с ноутбуком на коленях, профессиональная секретарша и ярая поклонница эльфика, в данный момент одаривающая его влюбленным взглядом.

— Садись рядом, вот почитай, — не поворачиваясь назад, но явно обращаясь ко мне, Афина чуть приподняла папку с коленей и помахала ею в воздухе.

Оставшиеся трое синхронно повернулись и одарили меня взглядом, каждый своим, запоминающимся. Юлечка — злобно-доминирующим, причем при повороте аккуратная ладошка с ярким маникюром, как бы невзначай, легла на плечо сидевшего рядом Амирена, предъявляя на мужчину права. Сам эльф — внимательно-предвкушающим и явно не замечающим ногти Юлечки возле своего носа, Арес — скучающим и слегка пренебрежительным. Еще бы, агент конкурирующего отдела, и причем довольно таки успешного и при этом женского… безобразие! И куда только Зевс смотрит, разрешая подобное? Ай, ай, ай…

Шовинист!

Приветливо улыбнувшись оглянувшимся, процокала каблуками найденных там же в ванной туфель по темному паркету и аккуратно уселась в кресло рядышком с начальницей.

Тяжелая папочка. И озаглавлена то как замечательно — "Избранные светлые".

Благодарно улыбнувшись Афине, уткнулась в чтиво. Занимательно, с картинками, с пояснениями. Просто чудо. Итак, чудо номер раз. Под номером один значился светлый эльф. Стандартный такой эльфик — светленький, голубоглазенький, молоденький аристократ из бедных, третий сын второго сына… С огоньком в глазах и явной жаждой приключений и борьбе со злом. Флаг ему в руки и веревку на шею!

Следующий номер, светлый — номер два. Опять эльф. Внимательно всмотревшись в данный экземпляр, перевернула лист обратно, и снова назад. Одно лицо. Клонируют их что ли? При внимательном чтении данных клон оказался двоюродным братом первого. Второй сын третьего сына. Кошмар, а говорят эльфы вымирающий вид. Точно не эти. Эти, судя по всему, плодятся как кролики.

Мдам, значит два эльфа, два братца-акробатца.

И какие же у вас данные? А данные у вас…

Сморщившись, оглянулась на Амирена. Тот с каменной рожей слушал лепет Юлечки и косил взглядом на папку в моих руках. Чуть приподняв данные, мельком показала фото эльфа номер два и широко растянула губы в улыбке. Даже не улыбке, вежливом оскале.

Бг-г-г… да с такими избранными мой мальчик справится одной левой. Славненько. Разве что у них в загашниках ничего не припрятано.

Амирен скривился и склонил голову к секретарше, изображая внимательного собеседника. Ха! Отвернувшись, вновь уткнулась в чтиво. Ой, как занимательно! Под номером три шел бледный молодой человек. Именно человек с горящим взором темных глаз. Явно похожий на непризнанного поэта, отправившегося погибать на чужбину за возвышенные идеалы. Рассмотрев фото со всех ракурсов, прочитала данные. Менестрель. Владеет холодным оружием. Ножом и вилкой что ли? Хмыкнув, представила вьюношу с вилкой наперевес, бегущего за Киану с песней на устах, что-нибудь из "Неуловимых мстителей" но слегка переделанных, качнула головой и прочитала дальше. И правда владеет. Кинжалом. Молодец… Надеюсь владеет коряво, на уровне пользователя — взять, подержать и положить обратно, при этом умудрившись не порезаться.

Номер четыре. А номер четыре … Четвертый номер взирал гордо из-под насупленных бровей. Гном. Опять же стандарт: светлая борода, усы, зеленые глазки, почти спрятанные в обширной растительности, добротная кольчужка на бочкообразном теле. А гном у нас индивидуал… при хорошем раскладе. Насколько помню, гномы этого мира очень редко покидали свои поселения. Не любители они путешествовать, особенно светлые гномы, темные еще изредка выбирались из деревень и оседали в столицах, но не светлые. Эти чистоплюи не опускались до обычных граждан, толпами шляющихся по площадям и торгующихся за последний медяк. Товарищи светлые свою продукцию сдают оптом по баснословной цене практически не снижая первоначально заявленной стоимости, и у них берут. А что остается делать? Качество отменное, сталь великолепная, исполнение замечательное. Если уж не можешь себе позволить — топай мимо, не задерживай народ и потенциального покупателя со звонкой монетой.

Вот и интересно, что же делает уважаемый светлый гном в странной компании неудачников, готовых грудью идти на мировое зло и покромсать оное в капусту? Приключений ищет? Взгляд упал на внушительный молот, крепко удерживаемый светлым крепышом. Может и ищет, с такой-то мухобойкой и птеродактиль не страшен.

Вздохнув, посмотрела на пятого избранного. Оборотень. И, сдается мне, самый опасный противник из этой команды. Крепкий мужчина в возрасте с циничным блеском в глубине глаз, и упрямо сжатыми губами совершенно не вписывался в общую картину, нарушая гармонию и ломая четко выстроенные мысли.

Уставившись на волевое лицо, задумчиво подперла ладонью подбородок и скосила взгляд на Афину. Как это понимать? Мужик на фото и на светлого-то не тянул. Явно темный в энном поколении. Да и по возрасту не подходит. Умудренный опытом оборотень в компании желторотых юнцов? Что он здесь забыл? Одна надежда, что он превращается в какого-нибудь безобидного зайчика или белочку, ну может птичку колибри, а грозный вид это так, маскировка. Чтоб народ не приставал?

Перевернув страницу, вчиталась в анкетные данные. Ан нет. Волк. Самый натуральный. Не белочка, не зайчик и даже не воробышек ни в одном глазу! Волк! Где справедливость? Матерый волчара с многолетним опытом против моего зайки?

Злобно сжав челюсть обернулась к Амирену, тот заметил мой интерес и лениво приподнял бровь. Зараза! Сощурив глаза, отвернулась. Схлопнув папку, постучала по обложки ногтями и… Вновь открыла. Теперь уже более внимательно изучая противника, вчитываясь в сухие строчки и всматриваясь в жизненные фото.

Итог оказался неутешительным. Пятерка взрослых существ, в целом представляла собой таки внушительную команду. Если ребята сработаются, прикрывая недостатки друг друга и опираясь на достоинства, они таки укокошат ребенка. Если сработаются… Два сильных мага — эгоцентрика — эльфы, два сильных бойца — одиночки — оборотень и гном, неплохое владение луком и кинжалом и… глаза уткнулись в вьюношу. Идейный вдохновитель? Этот-то что забыл в столь занимательной компании? Песни плясать и пляски напевать? Или гимн слагать? Тьфу!

С шумом закрыв папочку, обратила внимание на вновь прибывших. Секретарша Афины — Томочка, бойкая девушка-шатенка с выразительными большими "кавайными" глазками, севшая позади нас, но явно желающая примоститься ближе к Амирену. Мультяшные глазки Томочки выражали то ревность в сторону довольно улыбающейся Юлечки, то тревогу вкупе с розовыми сердечками и амурчиками на расслабившегося эльфеныша. Тот лениво улыбнулся Томочке, отчего бедная девушка стала стрелять глазами усерднее. Теперь из очей страдалицы вылетали сердечки помассивнее, явно нацеленные сломить оборону непробиваемого эльфа. Эльф не выдержал артобстрела и отвернулся, попутно подмигнув мне.

Закатив глаза, усмехнулась и посмотрела в сторону двери. Там застыл, оглядывая присутствующих карими глазами, внушительный мужчина с элегантной тростью в руках, необходимой скорее для красоты, чем для поддержки. Гефест. Не верьте всему, что читаете в мифах! По ним этот представительный дядечка выходит этаким субъектом, не умеющим два слова связать и застывающим от неземной красоты Афродиты. Бред. Умнейший человек… точнее бог. Начитанный, интеллигентный, интересный… не мужчина, мечта! Единственный недостаток — не умеет пиариться, за счет чего и числится букой. Но не переживает и смотрит в будущее с позитивом, еще бы. Курирует собственный отдел разработок новейших технологий. Не работала бы с Афиной, пошла бы к нему. И жилось бы мне там как за каменной стеной. И не шлялась бы я по мирам, и отпуска бы меня никто не лишал… и наглых компаньонов никто бы не приписывал, и сидела бы я в лабораториях над колбочками и реторточками…

Представив себя в данном амплуа, денно и нощно изобретающую новые формулы и предметы, скривилась. Денно и нощно не смогу, взвою от недостатка адреналина. Ладно, черт с ним, останусь с Афиной, а отпуск? А отпуск я все же выбью… на жалость и закон еще никто не запрещал давить.

Улыбнувшись присевшему рядом Гефесту, проследила за последними прибывшими. Две дамы — Фемида и старшая из ее дочерей, Мойр — Атропос.

Все интереснее и интереснее. Взглянув на Афину, сидящую со спокойной уверенностью и Ареса, со скучающим превосходством, перевела взгляд на мамашу с дочкой. Легендарные личности. Что они-то тут делают?

Фемида — высокая брюнетка в элегантном брючном костюме антрацитового цвета, с маленькой сумочкой и очками в тон, полностью закрывающими ее глаза. Сколько раз видела ее — всегда в очках, причем всегда в темных очках. В управлении периодически муссируются слухи, ну как периодически — набираются новенькие — так и слухи ползут. Кто-то утверждает что она действительно слепа, но глядя на уверенные движения женщины этого не скажешь, кто-то ссылается на популярных сейчас вампиров и их исключительную светобоязнь, связанную со слабой сетчаткой глаза и чувствительностью всей поверхности кожи. Ничего подобного — дама любит солнышко и посещает популярные курорты, выкладывая за эксклюзив и звездность крупные суммы денег. А кто-то…

Почувствовав на себе взгляд Фемиды, кивнула и глянула на ее старшенькую.

Когда я только начинала работать в отделе Афины, перелопатила горы литературы, выискивая данные о богах и их детках. Расчет был прост, что-то да окажется верным. Что-то и оказалось. Мойры, например, действительно пряли судьбы, но не все и не всех. При большом желании все же можно взять свою жизнь в свои руки и, не обращая внимания на страждущих помочь, идти своей дорогой. Это тяжело, но возможно. Таких уважают, таким преклоняются, таким ставят палки в колеса, сбрасывая с пути, такие становятся богами. Редко, очень редко, но становятся.

Итак, Мойры, старшая — Атропос — великолепная явная гречанка с длинными, курчавыми волосами, обожающая скорость и драйв. Мотоциклы, гоночные машины, частные маленькие самолетики — ее стихия. Как и будущее. Атропос — неотвратимая, необратимая смерть. Как-то я ее спросила, как она справляется с восемью миллиардами жителей только в нашем мире, не считая других, в общей сложности биллионами существ. Оказалось, ее работа эксклюзив, и божественное внимание перепадает лишь избранным, а это всего несколько сотен на все миры.

— Ну что же, — дождавшись стопроцентного внимания, Фемида, оставшаяся стоять перед нами, подошла к аппаратуре и вывела на экраны несколько картинок, — Пожалуй, начнем. Время.

— Итак, как вы знаете, участники спора Афина, — вежливый кивок моей начальнице, — и Арес, — такой же кивок начальнику конкурирующего отдела, — поставили на кон некую вещицу. Гефест, прошу.

В руках мужчины появилась небольшая закрытая шкатулка. Продемонстрировав оную, дождался кивка Фемиды и вновь убрал в подпространство.

— И… — продолжила богиня, видимо выбранная сегодня на роль судьи, — повышенное влияние в двойном мире, откуда собственно и вызваны наши персонажи.

На шести экранах крупным планом возникли пять лиц избранных и одно очень знакомое и практически родное — Киану.

— Итак, цель — выжить. Время — двадцать четыре часа. Место — необитаемая территория их родного Нижнего мира. Сейчас за два часа нашего времени, избранные проживут свои двадцать четыре, за которые им необходимо выполнить не только поставленные задачи, но и постараться показать себя. По результатам поединка присуждается победа. Думаю, все просто. Начнем.

Ухмыльнувшись, Фемида развернулась к панели управления и нажала одну из кнопок. Экраны мигнули и показали далекую реальность, бывшую мне совсем недавно каким-никаким, но домом.

На экране появилась светловолосая голова, мелькнуло остренькое ухо, и крупным планом предстала озадаченная физиономия эльфа номер…

Оглядев означенного эльфа, присвоила все же номер два. У номера один челка уложена на другой бок.

Номер два тяжело вздохнул и увернулся от лианы, тяжелым канатом упавшей сверху. Подняв голову к небу, погрозил кому-то кулаком, дернулся в сторону от упавшего рядом и расколовшегося кокоса с ярко-красным содержимым, увернулся от второго и получил по лбу третьим. Сверху кто-то весело заагукал и заколотил по дереву.

Кряхтя, номер два поднялся и побрел дальше, в видневшийся среди деревьев просвет.

Камера дернулась и показала эльфа номер один. Номер раз действительно щеголял челочкой, когда-то аккуратно зачесанной на другой бок и белой рубашке с воланчиками. Воланчики и челочка не пережили встречи с грубой реальностью и приказали долго жить.

Растрепанные волосы эльфа стояли дыбом, а сам эльф мчался среди черно-красных зарослей, освещаемых одной из лун и, падая, цеплялся остатками рюшей за ветвистые кусты, щедро одаренные природой колючками. Еще раз упав, он судорожно оглянулся назад и, широко распахнув рот, громко заорал, встав на четвереньки, перебирая ногами и руками, пополз дальше.

Подавшись вперед, мы молча наблюдали за внушительным хищником семейства кошачьих, настороженно вышедшим к эльфу. Зверь оскалился, демонстрируя огромные белые клыки, и рыкнул, вторя ору несчастного эльфа, вновь оглянувшегося и пытающегося нащупать на боку ножны с кинжалом. Продолжая орать, эльф вытащил оружие и дрожащей рукой выставил его перед собой.

Прыжок зверя, болезненный крик, камера дернулась, показывая кусок темнеющего неба, багряную землю и опавшую листву. Хрип. Камера погасла.

— Ой, мамочки, — сзади раздался судорожный вскрик Томочки. Ей вторил прерывистый всхлип Юленьки.

— Сожрали… — констатировал увиденное Гефест и вытянул ноги, откинувшись для удобства на широкую спинку кресла.

— Минус один, — хмуро добавил Арес и глянул на спокойную Афину. — Четыре в одному. Дорогая, ваши шансы стремительно растут.

Кошмар, подумала я, наблюдая уже за участником номер три.

Гном, похожий на компактный танк, пробирался сквозь кустарник, оставляя за собой довольно широкую просеку. Пыхтя и что-то бурча в бороду, влетел в паутину и, отплевываясь, отступил, вытирая лицо широкой ладонью, оставляя разводы и пятна. Вдруг гном прислушался и повернулся назад.

— Э-э-э, ты где там? Чего отстал? — громкий бас испугал мелкого паучка, запутавшегося в бороде, собрав хиленькие силы, насекомое рвануло на волю, оставляя место дислокации, — Тьфу ты… мелкий, ты идешь, али как?

Камера развернулась, показывая свежесрубленную тропинку. По ней, осторожно огибая валяющиеся ветки и висящие сверху лианы, двигался участник номер четыре.

— Харе природой любоваться! — рявкнул толстячок, прищурив глаза.

Менестрель, придерживая одной рукой гитару на плече, второй потер живот.

— Что опять? Болезный?

— Кушать хочется, может остановимся, а? — жалобно протянул вьюноша, закусил губу и моргнул ресничками.

— На Френсиса похож! — не выдерджав накала страстей, громким шепотом прокомментировала Томочка, — Такой же тощий и жрать постоянно просит.

И действительно. Внимательнее разглядев менестреля, согласилась с выводом девушки. Похож. Одно лицо. Френсис, один из подчиненных Гефеста, программист, действительно ходит по отделам с видом неприкаянной невинности и с радостью присоединяется к чайным посиделкам, жалобным взглядом выпрашивая то печеньку, то кусок тортика, то бутербродик с икоркой. В общем, что бог пошлет.

— Тьфу! — выразительно плюнув в сторону четвертого избранного, гном развернулся и вновь махнул топором, прорубая путь к светлому будущему.

Новая картинка. Лес. Джунгли. Подвывания ночных животных, шорох. Никого.

Никого, никого… Интересно, кого вообще мы должны увидеть с такого ракурса? Местную живность?

По показанному крупным планом листу, как раз ползло насекомое. Довольно внушительных размеров и яркой расцветки. Явно ядовитое. Длинные усики, шесть лапок и клешни на голове.

— Какая мерзость! — сзади зашуршало. Явно со стороны Юлечки. На пол что-то упало. Послышался тихий ойк.

— Юлия, будьте любезны, аккуратнее обращайтесь с ведомственной техникой! Иначе я вычту ее стоимость из вашей зарплаты! — недовольно прошипел Арес, складывая руки на груди.

— Хорошо, Арес Викторович, — прощебетала Юленька, с благодарной улыбкой принимая от Амирена уроненный ею ноутбук.

— Девушки, будьте добры, не отвлекайте! Иначе я попрошу ваших начальников заставить вас покинуть помещение! — рявкнула Фемида, грозно оглядываясь на притихших помощниц. А и правильно, нечего им тут делать, а то устроили сеанс фильмопросмотра.

Девушки переглянулись и слегка покраснели.

А действо на экране развивалось. Там, пригнувшись к влажной земле и прелым листьям, медленно брел здоровый волчара. Участник номер пять. Подняв черный мокрый нос, он шумно принюхался и осторожно перебрал лапами, сделав пару шагов.

Крепко сжав папку с данными, я во все глаза наблюдала за внушительным зверем черно-бурого окраса, чувствовавшим себя в лесу более чем вольготно.

Оглядев массивную тушу, скрипнула зубами. Этот экземпляр действительно представляет опасность для Киану. Плохо…

Между тем, шерсть на загривке оборотня приподнялась, как и верхняя губа, демонстрируя окружающим крепкие острые клыки, уши плотно прижались к голове. Оборотень вдруг сжался, наподобие мощной пружины, и резко прыгнул через кусты, на замершего на поляне здорового полосатого кошака. Мощные челюсти щелкнули возле глотки кота, ловко увернувшегося и ударившего нападающего здоровой лапой с растопыренными когтями.

Волк коротко взвизгнул и отпрыгнул. Несколько тяжелых капель крови упало с разодранного носа и потерялось в черной траве. Нагнувшись к земле, оборотень протяжно завыл, отчего у меня, сидящей в миллионах километров от места действия по коже побежали мурашки.

Секунда — и застывшие фигуры пришли в движение. Стараясь достать друг друга, разодрать, ранить, убить. Минуты борьбы, распоротый бок волка, содранная кожа на спине у кошака. Рассчитанное движение и челюсти оборотня сомкнулись на шее кота, прерывая хищнику жизнь.

Сзади вновь раздался шорох и всхлип. Камера показала всю поляну. Если бы не ночь и не красноватый свет одной из лун, то поляна бы предстала во всей ужасающей красе. Среди темной травы и взрытой земли сейчас ясно виднелось тело, одетое когда-то в светлую рубашку, украшенную рюшечками, и имеющее светлые волосы.

Оборотень подобрался ближе. Камера сместилась. Я сглотнула и отвернулась. Того, что увидела вполне достаточно, чтобы понять. Это был эльф. Совсем недавно. Молоденький эльфик с надеждой и яростным блеском в глазах. Желающий быть истинным, и наверняка единственным победителем Черного Повелителя. Иначе он не шел бы один, выискивая в зарослях моего подопечного, иначе он не валялся бы растерзанный на черной проплешине среди леса.

Странная штука, мораль. Странная и грустная вещь жизнь. Сейчас охотишься ты, с верой в избранность и непогрешимость идей, а через секунду убивают тебя, росчерком стали или ударом клыков прерывая твои мечты и надежды, с мыслью о своем безоблачном будущем. Когда-нибудь потом, после чужой очередной смерти.

Волк подошел в плотную к телу, лизнул бледную щеку и, развернувшись скрылся в ночной мгле.

Вновь томительное ожидание и вот первые лучи восходящего солнца окрашивают тяжелые ветви бордовым. На горизонте важно поднимается светило, играя красками, сминая тьму ночи, предъявляя свои права.

Подавшись вперед, следила за перемещением камеры.

Настоящие джунгли. Массивные деревья, увитые толстыми канатами лиан, хищные цветы, яркие насекомые и… Одна из коряг темная, почти черная, внезапно дернулась и медленно поползла, подставляя под тонкие лучи, с трудом пробивающиеся сквозь темную массу, свои блестящие бока.

Изображение пошло рябью, за кадром зашуршало и прояснилось. Перед нами все еще живой братец номер два, похожий не на светлого эльфа, а на свеженький труп, недавно собственными силами вставший из могилы. Слегка шатаясь, избранный брел вперед, придерживаясь за деревья и свисающие сверху растения. Споткнувшись обо что-то, эльф удержал равновесие, вцепившись в одну из ярко-зеленых толстых лиан, рядками свисающих из мощной кроны рядом возвышающегося дерева. Лиана извернулась, и змеей поползла по руке несчастного, сжимаясь, заставляя его орать от боли. Эльф дернулся, второй рукой пытаясь стянуть живую массу, но, поскользнувшись на прелой листве, упал чуть вперед, придерживаемый лишь цепями из растений. Ряд лиан всколыхнулся, и ближайшие, потревоженные телом эльфа, потянулись к нему, оплетая свободную руку и туловище. Эльф захрипел, выкрикивая какие-то слова. В зеленую массу ударил маленький шарик, еще один, еще. Живые плети запульсировали, и, не отпуская эльфа, попытались поднять его наверх.

Новый удар в волнующуюся, копошащуюся массу. Длинные стебли загорелись, моментально вспыхивая и опадая вниз жирным пеплом, смертельные объятия разжались, отпуская жертву. Эльф упал, лицом пропахал грязь и, собрав оставшиеся силы, отполз вперед, всего на пару метров. Застыл и остался лежать лицом вниз.

Игривый солнечный зайчик прошелся по некогда светлым волосам и исчез в темнеющей рядом чаще.

Придерживая одной рукой длинный подол платья, второй я вцепилась в шляпку, не смотря на ленты, туго стянутые под подбородком, так и норовящую отправиться в свободный полет над океаном.

Пристально следя за слаженной работой грузчиков, затаскивающих наш багаж на великолепного парусного красавца, оглянулась и нашла Киану. Мальчишка уже давно пришел в себя и с любопытством первооткрывателя исследовал принадлежащий нам на ближайшие пару недель фрегат. Сейчас его темноволосая голова мелькнула на одной из мачт, и вскоре маленькая фигурка застыла, вцепившись в канаты на головокружительной высоте. Приглядевшись, я хорошо разглядела счастливую мордашку с широко распахнутыми глазами, ожидающими чудо.

Три дня назад, сняв дрожащего Киану с крыши его замка, я не стала слушать разглагольствования Ареса о возможной перетасовке результата, я с каменным лицом приняла сухое поздравление Амирена, и я все же выбила себе отпуск. Не на два года, Афина оказалась прижимиста. Всего на три месяца. Но какие это будут три месяца! В кратчайшие сроки завершив необходимые дела в управлении, сдав отчеты и проверив квартиру, подхватила Киану и потащила его познавать мир.

Дядюшке еще предстояло разгребать бардак, в котором очутилось Братство, но это их проблемы, я же…

Глубоко вдохнув портовый воздух, скривилась. Рановато вдохнула, надо было бы дождаться все же открытого моря. Вонючее амбре, заполнившее легкие, не прибавляло оптимизма, но я знала, что там, за горизонтом я могу дышать и не думать ни о чем целых три месяца!

Почувствовав легкий толчок, оглянулась. Местный воришка попытался украсть кошелек, свисающий у меня с пояса. Наивный…

Усмехнувшись, наблюдала, как вор отбежал на несколько метров и остановился, что-то отбрасывая от себя и визжа.

А нечего у меня красть. Нечего!

Шумная толпа схлынула, образовывая круг и оставляя в его центре бледного, дрожащего паренька, прижимающего руки к груди и с надрывом причитающего:

— Я не виноват… Заберите это… заберите…

— Миледи, что-то произошло? Вам помочь? — сзади кто-то аккуратно коснулся плеча. С губ уже срывались слова благодарности и отказа, когда взгляд уткнулся в широкую грудь и поднявшись, встретил серые, насмешливые, похожие на штормовое море глаза.

Сделав шаг назад, удивленно приподняла бровь и внимательно всмотрелась в лицо:

— Шери?

Губы мужчины чуть дрогнули, в уголках серых глаз появились смешливые лучики:

— Привет…

Недоверчиво улыбнувшись в ответ, качнула головой. Кажется, жизнь решила снова преподнести сюрприз?

— Я вот тут подумал, а почему бы не устроить себе отпуск? Где-нибудь на островах? Что скажешь?

Что я скажу? А почему бы и нет?!

Улыбнувшись шире, кивнула на фрегат:

— Поплыли?