Примечание: Действия данного произведения происходят в альтернативной вселенной. Возможны отклонения по истории, политическому, экономическому или социальному устройству общества. Законы физики здесь заложники авторского произвола. Все совпадения случайны, все изменения намеренны.

Два дня пролетели как один миг. Совершенно незаметно. Всё это время жил как хомячок. Ел, спал, крутил беговое колесо, не видя ничего за пределами своей клетки. В школе наступил период затишья перед бурей, когда все были слишком заняты своими делами. До окружающих им просто не было дела.

Когда объявили о завершении тренировок, радовался, как ребёнок. Наш отряд гоблинов так и не стал сплочённой командой. Скорее измотанной, задёрганной бандой, без командира и мотивации. Последняя тренировка произвела на мистера Сандерса особое впечатление, когда мы чуть не передрались за очередь в медицинский пункт к очаровательной медсестре мисс Миллз. Созвонившись с заместителем директора, он с ним о чём-то минут десять разговаривал, после чего довёл до нашего сведения, что особо отличившихся гоблинов ждут награды. Им закроют пропуски и автоматом поставят хорошую оценку по одному из предметов. На выбор. К сожалению, не годовую, а за триместр. Впрочем, народ всё равно воодушевился. Отличников в наших рядах не было. На этой позитивной ноте распустили по домам, посоветовав, как следует выспаться.

Следующим утром наблюдал занимательную картину. Как сонная Нора прямиком из своей спальни отправилась в мою. Намереваясь разбудить пораньше. Какие забавные у неё были растерянно-испуганные глаза, когда выскочила оттуда с воплем, — Эрик не ночевал дома. Только потом заметила меня в кухне, за столом, полностью одетым, причёсанным, пьющим крепкий кофе. Смотрящим на неё донельзя ехидным взглядом.

— Наверное, ночует у подруги. Повзрослел наш мальчик, да? — невозмутимо осведомился мнением старшей сестры.

— Ах ты поганец. У какой ещё подруги? — рассердилась Нора, пытаясь скрыть смущение.

— Время знакомства с родственниками ещё не пришло, так что расслабься, — отшутился, не желая признаваться в её отсутствии.

— Ну-ну, — скептически хмыкнула Нора. — Рассказывай. Зачем так рано встал? Такое ощущение, будто вообще не ложился.

Спросила, даже не подозревая, насколько была близка к правде. Ночью сильно разболелась голова, поэтому не мог уснуть. Чтобы отвлечься, почти всю ночь просидел за компьютером в шлеме виртуальной реальности. Начав свою войну с рыцарями раньше положенного. Несмотря на это, усталости практически не чувствовал, что несколько настораживало. На всякий случай влил в себя пол-литра крепкого кофе, чтобы не отрубиться в самый неожиданный момент.

— Не спалось, — улыбнулся, вводя её в заблуждение.

— Ааа, — понимающе протянула Нора. — Фестиваль. Волнуешься? Не переживай, всё будет хорошо. Ради такого случая я и мама сегодня отпросились на работе. Придём поболеть за вас с Ханной. Вчера решили, что она с Мартой отправится к Ханне, а я с Эдит, к тебе.

Даты проведения осеннего спортивного фестиваля старших и средних школ не совпадали. Это было сделано как раз для подобных случаев. Чтобы старшие могли поддержать младших и наоборот.

За завтраком, сегодня он был более праздничным и обильным, Ханна несколько раз подкалывала меня своими шуточками. Советовала взять побольше мази для лечения ушибов и растяжений. Учила, какими словами довести рыцаря до бешенства. Обосновывала необходимость взять с собой лопату. Допытывалась, выучил ли уже гоблинский язык, будут ли трофеи, принесу ли их домой, или там закопаю. Попросила Эдит выдать мне лист бумаги и карандаш, чтобы смог нарисовать карту сокровищ. Словом, белокурая язва издевалась, но, без оскорблений и унижений. По-семейному, с улыбкой, так что отвечал ей тем же.

Интересовался, когда уже принесёт домой связанного жениха. С большой шишкой на голове. Намекая, что иначе так и останется в девках, сидя у меня на шее. Я же её не прокормлю. И вообще, пусть в этот раз награды берёт деньгами. Не менее трёх. А ещё мне нужен золотой кубок мечника, с которым обещал сфотографироваться, чтобы похвастаться перед друзьями. Поспорил с ними на шоколадку.

От расправы, озверевшей от такой наглости сестры, спасла Нора. Она же одарила профилактическим подзатыльником. Сказав, если не перестану доставать Ханну, с завтрашнего дня именно она начнёт будить меня по утрам. И что-то старшей сестре подсказывало, что мне это не понравится. Пришлось срочно примиряться, отдав Ханне свой кусок черничного пирога. Судя по тому, как резко успокоилась довольная жизнью любительница сладкого, тут же сообщив, что прощает, кажется, кого-то только что облапошили.

Воспользовавшись удачным моментом, с невинным видом ангелочка Эдит протянула мне свой новый рисунок, попросив оценить. На котором я в роли маленького, уродливого ушастого карлика, в одних коротких штанишках восседал на плечах здоровенного рыцаря. Приложив ладонь ко лбу, сделав козырёк от солнца, тот усиленно вглядывался в даль, с озадаченным выражением лица и тремя вопросительными знаками над головой. Я в это время яростно лупил его по шлему маленьким молоточком.

— Что скажешь? — затаив дыхание, спросила маленькая коварная девочка, готовясь обратиться за защитой к Норе, чтобы та меня отругала.

— Что заплачу пять фунтов, если лицо рыцаря будет похоже на лицо Ханны.

— Э? — опешила Эдит, ожидавшая другой реакции.

Впрочем, деньги мелкой всегда были нужны. Список покупок у неё составлен на два месяца вперёд, так что в глазах вольной художницы разгорелся нешуточный интерес, не оставшийся незамеченным. Ханна тут же попыталась запугать Эдит, решив отделаться словами, а не деньгами, чем совершила большую ошибку. Иногда проще договориться, а не полагаться на грубую силу. Дальше с удовольствием наблюдал за схваткой двух тигриц. Вот только кто меня просил предлагать Марте сделать ставку на то, кто победит?

В итоге, в битве четырёх сестёр опять проиграл… брат. Не скажу, что расстроился. Нам было полезно немного повеселиться, сбросить напряжение. Всё же и я, и Ханна перед фестивалем нервничали, пусть и пытались это скрыть. Так же, как переживающие за нас остальные члены семьи.

Выйдя на улицу, собираясь идти на остановку общественного транспорта, заметил перед домом незнакомую легковую машину. Возле неё стояло две девушки и двое парней, ровесников Ханны, одетых в школьную форму частной школы Хэмстед.

— Ханна, давай быстрее, — призывно замахала рукой одна из девушек, увидев мою сестру, выходящую следом. — Нам ещё за Ленни заезжать.

— А это кто? Твой парень? — с любопытством кивнул на меня высокий старшеклассник.

Настоящий красавец с аристократическим лицом и спортивной фигурой. Он мне уже не нравится. А рядом с сестрой, вдвойне.

— Привет всем. Это мой брат, Эрик, — кивнула на меня мимоходом.

Интерес ко мне как-то сразу пропал. Словно я стал невидимкой. Лишь невысокая девушка с короткой причёской мазнула оценивающим взглядом, дальше которого заходить не стала.

— Хочешь взять с собой? Он тоже участвует в спортивном фестивале? — предположил второй парень, крепыш.

Судя по внешности и акценту, типичный выходец с юга Англии.

— Засылаешь в ряды врагов своего шпиона? Одобряю, — улыбнулась длинноволосая девушка с красным платком на шее.

Чья одна только брошка стоила больше школьной формы моей сестры, включая обувь и сумочку.

— Нет. Эрик выступает за местную школу. У них своя песочница.

Отношение ко мне вновь немного изменилось. Переключившись с безразличия, на небольшое уважение и дружелюбие. Подумали, что я один из условных своих. Из операторов фантомной брони, состоящего в клубе фехтовальщиков своей школы.

— В команде? — задал уточняющий вопрос высокий красавец модельной внешности.

Заметивший мой недовольный взгляд, отчего стал шире улыбаться.

— Да. Гоблинов. Будет на лесной тропе поджидать наших собратьев, школьных рыцарей. Грабить и унижать. Без трофеев домой даже не возвращайся, — шутливо пригрозила мне Ханна, после чего поторопила своих друзей. — Всё, поехали за Ленни.

Спокойно уселась на заднее сиденье автомобиля, подавая пример. Её друзья рассмеялись. Из вежливости пожелав удачи, через минуту всей развеселившейся компанией уехали. Напоследок ни разу не посмотрев в мою сторону, кроме чем-то недовольной Ханны. Проводив удаляющуюся машину долгим взглядом, пошёл на остановку, чувствуя, как испортилось настроение. Почему-то мне было неприятно вспоминать эту встречу.

Занятия на сегодня были отменены, поэтому сбор учащихся проходил на школьной автомобильной стоянке. Оттуда нас должны отвезти на специальный полигон, где будет проходить спортивный фестиваль. Там уже подготовлены трибуны, все необходимые площадки, зоны отдыха, технические помещения.

Вместо автобуса, зарезервированного для нашего класса, я отыскал предназначавшийся для отряда гоблинов. У его открытой двери стоял мистер Сандерс, отмечая на электронном планшете прибывших. Сразу занимать место в салоне не стал, оставшись подышать свежим воздухом. Так поступил не только я, поэтому вскоре перед автобусом собралась небольшая толпа.

— Питерсон, Гарт, убрали пачку, — строго попросил бдительный мистер Сандерс. — Никаких сигарет. Забыли, где находитесь? Хотите получить дисциплинарное взыскание? Подождите до полигона. Там найдутся укромные места, где можно подымить.

— Но мы сейчас хотим, — недовольно проворчал одетый как хулиган Питерсон, с рубашкой навыпуск, расстёгнутыми пуговицами и подвёрнутыми рукавами.

У него ещё железная цепочка с ремня свисала, выглядывая из-под рубашки.

— Я тоже много чего хочу, но терплю же. И вы потерпите, — безапелляционно потребовал мистер Сандерс. — Мария. Ты девочка, а не поросёнок. Хватит мусорить. Здесь нет голубей. В автобусе чипсы не жрать. Пустые мятые упаковки не разбрасывать. Пальцы о сидения не вытирать. Левонски, я всё вижу. Уж лучше бы ты курила. Макалистер, не доставай Барлоу. Мне не нужны дезертиры.

— А мародёры? — ничуть не смущаясь поинтересовался рослый парень.

— А мародёров мы будем судить по всей строгости закона. Засунь руки обратно в карманы. Удивляюсь, как ты их достал. Думал они к ним пришиты.

Пока мистер Сандерс наводил порядок, вышел навстречу Гарри, который пришёл проводить. Он вручил мне пару шоколадных батончиков и пожелал успехов. Сказал, что специально пересядет в сектор трибун, ближе всего расположенный к месту проведения соревнования Лесная тропа. Приятно было услышать слова поддержки.

— А где Фред? — удивлённо осмотрелся по сторонам.

Расстроившийся Гарри смущённо отвёл взгляд.

— Он не захотел идти. Остался у нашего автобуса. Общается с Бенджамином и его подручными, — сухо объяснил, не желая вдаваться в подробности.

— Они что, его достают? Заставляют что-то делать? — встревожился.

— Нет. Скорее Фрэд сам выслуживается. Первым к ним подошёл, поздоровался. Встал рядом. Насколько понимаю, хочет подружиться. В идеале, влиться в их компанию.

Неприятная новость. То, что между мной и бандой Бенджамина после фестиваля будут разборки, уже всем известно. Разумеется, одноклассники не сомневались в победе своего лидера, которому большинство из них симпатизировало. Сильных, красивых, да ещё успешных людей все любят. Думают, что это приносит удачу. Видимо, Фрэд очень не хотел оказаться на стороне проигравших, решив сдаться до боя. Избежав предстоящих побоев и трудностей. Глупо. Привыкнет гнуть спину в школе, боясь дать отпор хулиганам, так и продолжится, сначала в университете, потом на работе. Таких, как эта троица, полно. Они везде. Эти ещё не самые худшие представители рода человеческого. Кто-то за чужой счёт самоутверждается, кто-то решает свои проблемы, кто-то зарабатывает, а кто-то использует в качестве разменных монет.

Чтобы не расстраивать Гарри, по-настоящему переживающего за пока ещё друга, больше этой темы не касался. Поблагодарил за тёплые пожелания, похлопал по плечу. Услышав призыв мистера Сандерса садиться в автобус, быстро попрощался.

Патрисия Рэдклиф не любила принимать поспешных решений. При её должности они обходились очень дорого. Некоторое время внимательно наблюдала за ходом соревнования Лесная тропа вместе со всеми зрителями. Сохраняя невозмутимое выражение лица. Попросив планшет у своего секретаря, Джулии Роуэл, запустила прямую трансляцию непосредственно с места событий. Переключаясь между установленными там камерами, выбирая нужный ракурс, приближая или удаляя картинку, ставя на паузу, подтвердила свои догадки. Получив больше информации для размышлений, не поворачивая головы спросила.

— Джулия, тебе не кажется знакомой модель фантомного доспеха, используемая этим молодым человеком?

Уточнять, кого имела в виду, не пришлось. Джулия не просто так считалась одной из её лучших сотрудниц. Из тех, кому доверяла и на кого могла положиться. Она уже заметила интерес начальницы, начав наводить справки даже раньше, чем был задан вопрос. К тому же всеобщее внимание сейчас было приковано только к одной фигуре.

— Совершенно верно, госпожа Рэдклиф. Это наша экспериментальная модель Созвездие, находящаяся в стадии разработки.

Посмотрев в сторону площадки, где собирались ученики пяти школ, до которых ещё не дошла очередь выйти на полосу препятствий, Патрисия нахмурилась. Она ясно видела пятерых девушек в бело-зелёных одинаковых фантомных доспехах. В отличие от взволнованных и поражённых зрителей, видевших, что происходило на Лесной тропе, участники соревнования этого преимущества были лишены. Поэтому они по-прежнему спокойно дожидались своей очереди, даже не догадываясь, что за ужас их там ждёт.

— Поправь меня, если ошибаюсь, но Кейси сейчас должна стоять в зоне подготовки к выходу.

— Да госпожа.

Достав из сумочки телефон, Патрисия позвонила охраннику своей дочери, попросив ненадолго вывести её за пределы площадки, на которой блокировалась сотовая связь.

— Мам, я сейчас сильно занята, — недовольно заявила Кейси, как только удалось ей дозвониться. — Давай потом поговорим.

— Я ненадолго. Только уточнить. Ты используешь основной комплект силового снаряжения? — спросила ровным голосом, не позволяя дочери ни о чём догадаться.

— Да. А что? — удивилась Кейси.

— Ты кому-нибудь передавала один из экспериментальных наборов, что я прислала для испытаний?

— Никому, — без задержки, честно ответила Кейси.

— Тогда, где они сейчас находятся?

— Заперты в комнате отдыха. Под охраной одного из дядиных сотрудников безопасности. А что?

— Ничего. Будь добра, не выходи пока на полосу препятствий. Дождись моего следующего звонка. Нужно кое-что уточнить.

Патрисия бросила косой взгляд на секретаршу, которая немедленно принялась кому-то названивать. Через пару минут сообщила, что три набора силового снаряжения действительно находятся в комнате отдыха команды школы Святой Анны. Однако, при более детальной проверке обнаружилась подмена. Приказав Джулии разобраться в её причинах, в записной книжке телефона нашла нужный номер.

— Ало. Директор Бишоп? Вы сейчас видите то же, что и я?

Так получилось, что директор отдела исследований и разработок корпорации Рэдклиф тоже присутствовал на трибунах, вместе с разработчиком этой модели фантомной брони. Придя сюда не ради школьных забав, а того, что должно произойти после, на отдельной, закрытой части полигона, где планировались полевые испытания Созвездия.

— Хорошо. Надеюсь, у вас найдётся то же объяснение происходящему, что и у меня? — поинтересовалась Патрисия с оттенком угрозы. — Разве это не ваших рук дело? Нет? Уверены? Странно. Тогда, что на это скажет главный конструктор Созвездия? Как она оценивает результаты применения своего детища. Правда? — искренне удивилась.

Выслушала краткий ответ директора Бишопа, переговорившего с сидящей рядом чокнутой индианкой. Передав только суть сказанного. Не давая оценок. Воздержавшись от комментариев. Госпожа Рэдклиф во время их разговора сумела расслышать очень быструю, эмоциональную речь восторженной женщины, с сильным акцентом, что говорило о высокой степени её волнения. Пестревшую незнакомыми словами и терминами.

Насколько Патрисия поняла, увиденное превзошло ожидания Рашми Чамар, утверждавшей, что текущий оператор силового снаряжения каким-то образом сумел запустить ядро Оракула. На данный момент это ещё никому не удавалось. Пока проходили только испытания корпуса фантомного доспеха, его приводов, сенсоров, энергоузла, интерфейса, с чем особых проблем не возникало. Если вспомнить отчёты директора Бишопа, то проект применения ядра Оракула был на грани закрытия. Признан бесперспективным. Вместо него в эту модель фантомного доспеха он предлагал установить вычислительное ядро другой конструкторской группы, названное Сердцем гидры. Именно поэтому Кейси отправили два набора силового снаряжения. Сегодня директор Бишоп намеревался доказать свою точку зрения путём наглядной демонстрации. Но, всё пошло не по плану.

Пока оставалось неясно, почему Чамар утверждала, что фантомный доспех оснащён ядром Оракула, а не каким-то другим. С этим можно разобраться позже. Патрисию не интересовали технические подробности и внутренняя кухня отдела исследований и разработок. Ей нужен был результат. Посмотрев на ошеломлённые лица окружающих её людей, занимающих сектор VIP персон, из уважаемых, богатых семей, приняла решение. Приказала Джулии, не поднимая шума позаботиться о том, чтобы силовое снаряжение было возвращено компании. Если потребуется, с привлечением юристов. Связаться с пресс-службой. Передать её распоряжение не давать никаких комментариев. Ничего не опровергать, но и не подтверждать. Заполучить все записи, сделанные службой технического контроля полигона. В первую очередь, телеметрию, поступающую из этого фантомного доспеха. После чего проконтролировать удаление всех копий. Даже если для этого придётся кого-то подкупить или взломать сервера. Разработки корпорации Рэдклиф не должны уйти на сторону. Пусть отдел Бишопа разберётся и предоставит доклад, почему невозможное возможно? А отдел собственной безопасности начнёт внутреннее расследование. Выяснит, в чьих интересах работает директор Бишоп. Как их силовое снаряжение попало в чужие руки.

— Что по поводу оператора силового снаряжения? — уточнила секретарша, составляя список задач.

— Не трогать. Собрать всю возможную информацию. Установить скрытую слежку. Всё должно быть сделано аккуратно. В контакт с ним не вступать.

— Будет сделано, госпожа Рэдклиф.

Джулия не стала задавать глупых вопросов. Патрисия сама с удовольствием бы их задала. Если бы знала кому. Пребывая в растерянности. То же самое хотело сделать огромное количество людей. Задающихся вопросом, какого хрена это чудовище делает на поле? Кто додумался выпустить против обычных школьников настоящего, а не названного рыцаря? Да ещё настолько опытного! Это какое-то издевательство. И кто-то за него должен ответить. На электронном табло до сих пор высвечивалась цифра ноль, показывая количество успешных прохождений полосы препятствий. Если бы система идентификации не продолжала утверждать, что этим злым гоблином был семнадцатилетний Эрик Йохансон, ученик старшей муниципальной школы имени Хемильтона, то разъярённая толпа уже ринулась бы требовать справедливости. Что-то госпоже Рэдклиф подсказывало, что эта осень директору школы Хемильтона покажется очень жаркой. Чему она тоже поспособствует. Хотя семнадцатилетний рыцарь явление не уникальное, но всё же очень даже выдающееся. Следовательно, его можно и нужно использовать в своих целях. Иначе это сделает кто-то другой.

— Что значит, не можете убрать его с поля? — с натянутой, неестественной улыбкой, чуть ли не прорычал в трубку директор школы Хемильтона.

Пытаясь делать это как можно тише и незаметнее. Покрываясь испариной. Чувствуя на себе десятки пристальных взглядов.

— Заблокировал телефон? Ну так отправьте кого-нибудь на его замену. Срочно! Боитесь, что он набросится на замену? Скандал будет? Он уже его вызвал. Да ещё какой!

Директор едва сдерживался, чтобы не выругаться в полный голос.

— Ты идиот. Чему радоваться? Какой ещё успех? Только что закончилось соревнование лучших мечников пяти школ. Занявший на нём третье место, отправился в медпункт, не сумев оказать Йохансону никакого сопротивления. Не продержавшись и десяти секунд. И это один из лучших бойцов школы Короля Георга V. Он выбыл, не сумев пройти даже первую контрольную точку. Угадай, что у меня спросят, как только этот балаган закончится? Почему Йохансон не в нашей команде и почему не принимал участия в турнире? Если я ещё могу подделать документы, зачислив его задним числом, то вот объяснить, почему он в шкуре гоблина унижает других учеников, уже не получится! Рыцарь, мать его, не должен быть в рядах гоблинов, среди неудачников и случайных людей. Что о нас подумают? В общем, думай, как его оттуда убрать, пока я не убрал тебя. И ещё. Снимай учеников нашей школы с этого соревнования. Всех. Не дай бог, кого-нибудь из них пропустит, по знакомству, из жалости, случайно, тогда точно не избежим позора. Не хватало ещё проблем с ассоциацией.

«Откуда он взялся? Почему именно сейчас?!» — расстроенно подумал директор.

Если бы узнал о том, что в его школе тайно обучается рыцарь, хотя бы на день раньше, то прыгал бы от счастья. Однако историю можно переписать, но нельзя изменить. Теперь из этой ситуации придётся как-то выходить. Оскорблять школы Святой Анны и Короля Георга V ему категорически не хотелось. Там учились дети аристократов из элитных семей, обладающих огромным влиянием на промышленность, экономику, политику. Кроме того, они были связаны с рыцарскими орденами, что ещё страшнее, которые непременно обратят свой пристальный взор на его школу. Интересуясь, в какие игры он играет? И не прячет ли ещё какие-нибудь приятные сюрпризы?

— Вау! Не знала, что брат такой сильный, — восхищённо воскликнула Эдит, широко раскрытыми глазами глядя на экран.

С трудом сдерживая желание немедленно раскрыть альбом и начать рисовать. Переполненная яркими эмоциями.

— А ещё безрассудный, — растерянно добавила Нора, глядя на электронное табло, показывающее количество успешных прохождений Лесной тропы.

Потрясённая не меньше сестры. Отказываясь верить собственным глазам. Пока не до конца понимая, что теперь делать? Как с этого дня изменится жизнь Йохансонов?

То, что происходит что-то странное, участники соревнования поняли не сразу. Им не были доступны огромные плазменные экраны, создающие эффект кинотеатра, зато они могли видеть табло с результатами. Количество учеников понемногу сокращалось, а на нём всё ещё сохранялась цифра ноль. Сильнее всего шокировало отсутствие показателей лучшего времени прохождения каждой из пяти контрольных точек. Это означало, что ни одна из них ещё не была пройдена. Рвение участников сменилось настороженной задумчивостью.

— Господин судья, а с таблицей результатов точно всё в порядке? — в очередной раз задали вопрос судье.

— Да. — коротко ответил мужчина с военной выправкой и короткой стрижкой, сохраняющий неразговорчивость.

Продолжая выполнять свои обязанности, он пригласил следующего в очереди ученика подойти к линии старта.

— Вы хотите сказать, что ещё никто не прошёл даже первую контрольную точку? — недоверчиво изумился один из участников.

— Да.

— Бред какой-то, — теряя уверенность в себе, парень огляделся по сторонам, оценивая поведение тех, кто остался.

С каждой минутой беспокойство учеников возрастало. Они не понимали, что происходит. Начинали выдумывать объяснения, одно фантастичнее другого.

— Господин судья, я прошу объяснений, — не выдержал аристократ из команды Короля Георга V. — Иначе выглядит так, будто это задание из разряда невыполнимых.

Немного подумав, получив через наушник инструкции, судья дал подсказку.

— Лесная тропа проходима. Однако в этом году её охраняют очень сильные гоблины. Не ищите лёгких путей.

Сказал бы больше, но не под объективами же телекамер.

— Не понял. Это каких же монстров туда выпустили? — озадачился ученик, удивлённо посмотрев на удаляющихся учеников школы Хемильтона, коллективно сдавшихся минуту назад.

Чем ещё сильнее напрягли команды других школ, заподозривших подвох. Посчитав это признаком некоего коварного плана.

— Браун, ты идёшь следующим, — приказал капитан команды Короля Георга V. — В лоб не пробились, значит изменим подход. Посмотрим, получится ли у кавалеристов то, что не получилось у латников. Избегай дорогу и гоблинов. Иди по краю леса. Плевать на ловушки, на контрольные точки, на время.

— Капитан, я не такой слабак, как эти черепахи. Позвольте проверить, так ли уж хороши гоблины, как о них говорят, — с жаром попросил тщеславный парень, рассчитывающий покрасоваться перед столькими зрителями.

Собираясь доказать, что он лучше других. Не веря в то, что какие-то гоблины могут его остановить.

— Делай как я сказал, — хмуро потребовал сильнейший боец Короля Георга V, оказав на близко стоящих рыцарей давление своим А-полем.

Заставив их испуганно отойти. Перед глазами учеников появились предупреждающие сообщения о перегрузке силовых полей, повышенном расходе энергии, нарушении синхронизации.

Кивнув, парень послушно отправился выполнять приказ. Когда судья позвал следующего, а ноль так и не сменился единицей, капитан его команды лично отправился узнать, в чём там дело. Оставшиеся ученики, притихнув, позабыв про соперничество и разделение на школы, собрались вместе. Подошли ближе к ограничительным барьерам, с сомнением вглядываясь в тёмную полосу леса. Веря, если не справится лучший мечник пяти школ, выигравший золотой кубок турнира фехтовальщиков, значит, ни у кого из них тем более нет шансов. Капитан команды Короля Георга V был своего рода королём школы как по личной силе, так и по влиянию. Он один из немногих, кто достиг ранга оруженосца, о чём многие из собравшихся могли только мечтать.

Злость давно прошла, сменившись сосредоточенностью и непоколебимым желанием удержать эту позицию. Доказать в первую очередь себе, что я не слабак. Обидно было осознавать, что мои усилия не ценили ни тогда, ни сейчас. Мистер Сандерс с чего-то потребовал убраться с тропы и не мешать нормально проводить соревнование. Нормально, это как? Накричал. Обвинил в том, что специального его подставил, не поставив в известность. Не пойму, о чём он? Хотя уже всё равно. Пусть хоть из школы отчисляют за невыполнение дурацких распоряжений. Я не сдамся. Это мой бой.

Вернулся из леса на тропу, разобравшись с придурком, который с чего-то решил, что он самый умный, и вновь демонстративно встал посреди неё. Бросая вызов очередному желающему извалять меня в грязи. Долго ждать не пришлось. В этот раз участник соревнований заметно отличался от предыдущих. Я не узнал модель его фантомного доспеха, украшенного красивым красным плюмажем, узорами, фигурными накладками. На щите красовался незнакомый герб. Выглядел он прямо как настоящий благородный рыцарь. Доспех явно сделан под индивидуальный заказ, что немногие могли себе позволить. Неужели наконец-то дождался серьёзного противника? А то до этого приходили одни похожие друг на друга Ополченцы в типовых доспехах, окрашенных в цвет одной из пяти школ. Принял его за элитного Латника из элитной же школы. Из Короля Георга V, раз уж Святая Анна предназначалась только для женщин.

Поскольку не был уверен, сколько ещё продержусь в здравом уме и твёрдой памяти, с прелюдиями решил не затягивать. Того и гляди, в любой момент окончательно спячу, потеряв ощущение грани между реальностью и фантазией. Мне определённо досталось сломанное силовое снаряжение.

После сближения, внимательно следя за противником, совершил провокационный удар дубиной, подставляя ему открытый бок. Не поддавшись на уловку, рыцарь блокировал удар, отведя дубину в сторону, после чего нанёс стремительный удар мне в живот. Выдвинув корпус вперёд, чтобы затем сбить меня с ног.

Легко отпрыгнув, не только не чувствуя веса фантомного доспеха, но и наоборот, став в нём куда подвижнее, чем без, избежал попадания. Молниеносным рывком обойдя его сбоку, резко пойдя на повторное сближение, ударил в плечо. Рыцарь, ловко развернувшись, подставил щит. Не только заблокировал атаку, но и закрыл мне обзор. Готовясь контратаковать. Однако от чудовищного удара его откинуло назад, вынудив потерять равновесие. Сбив стойку. На щите образовалась внушительная вмятина. Вновь бросившись вперёд, поднырнул под меч. Он успел сориентироваться, попытавшись меня достать. С широким замахом ударил рыцаря в колено, ломая правую ногу. Выгнувшись под неестественным углом, она привела к заваливанию противника на бок. Не останавливаясь на достигнутом, сразу же нанёс сильный удар сверху, чем заставил упавшего рыцаря уйти в глухую защиту. Едва не сломав ему руку. Край щита выгнуло, отпечатав в нём контур дубины, на которой это никак не отразилось. Не оставив ни царапинки. Прочность моего воплощённого оружия была выше всяких похвал.

Пускай рыцарь двигался быстрее, чем муха в сиропе, но всё равно казался мне очень медлительным. Мир вокруг словно замедлился. Кроме того, как и в прошлые разы возникло странное чувство, словно всё это уже где-то видел. Вызвав что-то вроде ощущения дежавю. Будто я бесчисленное количество раз сражался с этим учеником. Где каждая наша схватка выглядела немного иначе, заканчиваясь по-разному.

Воспоминания не прекращали появляться до тех пор, пока не начинал им следовать. Сосредотачиваясь на одной из цепочек событий. Веря в её реальность. После чего эти образы становились основными, наиболее чёткими и полными, замещая все остальные. Окружающий мир вновь становился единым, реальным, идеально с ними сливаясь. До тех пор, пока не появлялась очередная точка отсчёта вероятностей, образующая новые ответвления.

Имея эти воспоминания, дарующие драгоценный опыт, я старался не совершать ошибок, ведущих к нежелательным результатам. В итоге любое моё действие получалось крайне эффективным и предусмотрительным. Не обошлось без недостатков. На данный момент контролировать поток воспоминаний не удавалось. А ещё заглянуть в них дальше, чем на пять минут, или осмыслить слишком много мелких деталей. Мозг не выдерживал такой нагрузки. Впрочем, даже текущих возможностей хватало с избытком, чтобы не испытывать трудностей в сражениях с моими противниками. Когда знаешь свои ошибки, предугадываешь, что они сделают в следующую секунду, к каким последствиям приведут те или иные наши действия, всё упрощается до предела. Кажется слишком лёгким, притупляя остроту ощущений. К тому же происходящее сильно давило на психику. Размывало ощущение времени, пространства, целостности личности. Затягивать с этим было опасно.

Чтобы облегчить задачу, старался не отвлекаться на посторонние мысли. Отложил все вопросы на потом. Например, почему я без труда пробивал защитные поля участников соревнований? Почему они казались такими слабыми, хрупкими и медлительными? Почему в несбывшихся воспоминаниях им ни разу не удалось пробить моё защитное поле? Почему они меня боялись? По этой причине принимал всех поверженных учеников за простых Ополченцев. Исходя из того, что это не я такой сильный, а они такие слабые.

Впрочем, текущий противник поколебал мою уверенность. Сделав довольно неожиданный ход, на который Латник был не способен, что наводило на определённые размышления. Отпустив погнутый меч, роняя его на землю, сумевший встать на колено рыцарь напрямую использовал своё А-поле для нанесения урона. По его мнению, внезапного и сокрушительного, на который я никак не должен был успеть отреагировать. Однако, уже сталкиваясь с ним в прошлом, или в будущем, или в настоящем, до сих пор теряюсь в этих странных ощущениях, всё равно легко уклонился. Начав двигаться раньше, чем сфокусированные в одной точке частицы Авроры, образовав сгусток плазмы, вызвали направленный выброс энергии. На секунду окрасив лес в голубой цвет. После чего без колебаний сломал его вытянутую руку, которой он пытался направить эту атаку.

Поверженный рыцарь почти без задержки попытался отбросить меня своим силовым полем, резко уплотняя и расширяя его, создав аналог удара щитом, но успеха не добился. Я остался неподвижен, как морской утёс во время шторма. Когда огромные волны бессильно о него разбивались, поднимая тучу брызг. С ближайших деревьев осыпалась листва и сломанные ветки, показывая, что это не было плодом моего воображения. Короткая схватка была закончена.

Оставив бедолагу спешащей сюда медицинской бригаде, потеряв к нему интерес, вернулся на контрольную точку. Возжелав реванша, он ещё мог отключить фантомный доспех, после чего, перезагрузив систему, воплотить его заново, неповреждённым, но сомневаюсь, что на это пойдёт.

Благодаря синхронизации, боль от сломанной ноги и руки ученик ощущал, как собственную. Пусть и не в полной мере, иначе бы не избежал болевого шока. Эти конечности потеряли прежнюю подвижность, сковывали движения. Когда деактивирует силовое снаряжение, то обнаружит, что в этих местах на теле появились здоровенные синяки. Возможны растяжения и мелкие внутренние травмы. А-поле штука коварная. Плюс, были серьёзно повреждены механизмы и опорный скелет, скрывающиеся под фантомной бронёй. В ней он уже не боец.

Если же рискнёт пойти на превозмогание, то останется с разряженными батареями. Процесс фазового перехода фантомной материи очень энергозатратен. Я и так неплохо их просадил, перегружая его А-поле своим. Несколько раз пробил защиту. Так что ему осталась только одна дорога, в медпункт. Восстанавливаться для участия в следующем соревновании. Если успеет.

— Да вы шутите, — поражено заметила Джессика Сомерсет, глядя на табло результатов.

Раз уж судья пригласил следующего участника, значит, предыдущий уже выбыл с дистанции. Желающих бросить вызов Лесной тропе с каждой секундой становилось всё меньше и меньше. Ученики усомнились в своих силах. Если бы отсюда можно было связаться с кем-то снаружи, узнать, что происходит, они бы уже давно это сделали. Впрочем, долго завеса тайны не продержалась. Отошедший в туалет ученик, вернувшись, принёс шокирующую новость.

— Народ, можно расходиться. В этом году сложность прохождения тропы задрали до небес. Прикиньте, там на первой точке стоит гоблин в ранге рыцаря. Да ещё жутко матёрый волчара. Никто из наших его даже ни разу задеть не смог. Всех сразу в лазарет отправляет. Играючи.

— Ты уверен? — насели на него с расспросами поражённые ученики, обступив со всех сторон.

— Информация подтверждённая. Разве не видите, что на трибунах творится? Это они не нас поддерживают, а им восторгаются. Наблюдатели из рыцарского ордена сейчас спорят с судьями из спортивной ассоциации по поводу того, стоит ли что-то менять. Или отменять. Похоже, ребята из ордена побеждают. У них там какие-то свои разборки. Пошли отсюда. Чего зря время терять.

Немногочисленные оставшиеся ученики в ранге Ополченец и Латник сдались сразу. Не желая связываться с рыцарем. Разочарованные не столько несправедливыми условиями соревнования, сколько тем, что их не предупредили.

— Послушайте, а разве это не против правил? — нахмурился один из участников.

— Нет. Самое поразительное то, что этот рыцарь такой же ученик, как и мы. Из старшей школы Хемильтона. Из третьего В класса. Поэтому, формально нарушений нет. Радуйтесь, что он там, а не среди нас. Участвует всего в одном соревновании.

Изумлённые ученики принялись громко обсуждать эту шокирующую новость. А кое-кто, обдумывать. Находя её заманчивой.

— Если следующий участник не подойдёт к стартовой черте, то соревнование будет завершено, — предупредил судья.

Неожиданно для всех, одна из двух оставшихся учениц школы Святой Анны решительно вышла вперёд, готовясь к выходу.

— Кейси, ты уверена? — с большим сомнением окликнула её Джессика.

— Попытаться-то можно. Есть у меня одна идейка. Не получится, скоро вернусь.

Следующую противницу, ещё одну ученицу в фантомном доспехе, сделанном под заказ, встретил, как и предыдущих. Вышел навстречу с намерением хорошенько её стукнуть. Хотела бы другого отношения, вступила бы в кружок домашней выпечки или вышивания крестиком. Раз уж одела броню, взяла в руки оружие и вышла на поле битвы, то пусть не ждёт к себе особого отношения. В реальном бою никто её жалеть не будет. Пусть лучше расстанется с иллюзиями в учебном. Ханна на этот счёт многое могла рассказать.

Не доходя нескольких метров, стараясь выглядеть как можно безобиднее, не вынимая оружия из ножен, девушка сделала довольно неожиданное предложение. Вогнав меня в ступор.

— Предлагаю пятьдесят тысяч фунтов, если отойдёшь в сторону. Сделав вид, что меня не видел. А если поможешь пройти Лесную тропу, заплачу сто тысяч. По рукам?

С таким подходом я ещё не сталкивался. Предложение было очень заманчивым. Деньги семье Йохансонов нужны. Они позволили бы закрыть многие вопросы, отложенные до лучших времён, которые всё никак не наступали. Сложный моральный выбор заставил задуматься, что для меня важнее. Свою школу я не любил. Администрацию не уважал. Другие гоблины мне не друзья. Даже не знаю, как большинство из них зовут. Мистер Сандерс всего лишь временный куратор нашей зеленокожей банды. Неприятности с классом и так обеспечены. Отстранение от занятий не пугает. Запрет участвовать в других школьных мероприятиях приму за подарок. Что мешает согласиться?

— Ну так я пошла? — уточнила ученица, не выдержав неопределённости.

Пауза затянулась. Выждав ещё минуту, она осторожно начала меня обходить, не сводя напряжённого взгляда. Видя, что я по-прежнему расслабленно стоял на месте, продолжая смотреть вперёд, словно её не замечал, поверила в то, что молчание, знак согласия. Посчитав, что находится за пределами досягаемости моей дубины, девушка развернулась и со всей доступной скоростью бросилась бежать ко второй контрольной точке. Пока не передумал.

В эту секунду я резко развернулся, выхватывая из специального крепления нож. Метнул практически не глядя, точно в цель. Полностью доверился тому непостижимому, призрачному чувству предвидения, направляющему мою руку. Сколько попыток ушло на то, чтобы понять, как, с какой силой и куда его бросать, не сосчитать. Я пережил эту сцену десятки раз. Такое ощущение, словно попал во временную петлю, из которой вырвался только чудом. Зато приобрёл ценный опыт, которого в реальном мире у меня не было.

Моя воля была сжата и направлена в одну цель. Вложил в неё всю свою силу, эмоции, надежду, веру. Мысленно фокусируясь на ноже. Словно ведя его вперёд, к уже увиденному результату. Виртуальный интерфейс высветил предупреждающий сигнал. Информируя о резком всплеске мощности А-поля. Об изменении его конфигурации. Я неосознанно, на одном непоколебимом желании сумел применить усиление броска, зарядив своё оружие энергией Авроры.

Стрелой пронёсшись в воздухе, нож навылет пробил удаляющийся фантомный доспех. Показалось, будто в момент попадания по нему разошлись энергетические волны. От чудовищной силы удара рыцаря сбило с ног. Пролетев несколько метров, он с грохотом врезался в грунтовую дорожку, оставляя в ней глубокий след. Если бы метательный снаряд прошёлся несколькими сантиметрами левее, девушка определённо была бы мертва. Ей сильно повезло. Хотя в этом случае никакого везения не было. Я знал, что так и будет, поэтому сохранил спокойствие.

Замерцав, фантомный доспех девушки рыцаря растворился в воздухе. Держась за грудь, тяжело дыша и морщась от боли, бледная девушка уселась на дороге. Не заботясь об изысканности позы.

— Сволочь. Сказал бы сразу, нет, значит нет. Чуть головы не лишилась. А если бы промахнулся? Предупреждать же надо! — нервно заорала.

Кажется, на неё накатила истерика. Глаза злые, широко раскрытые, ругается, обвиняет, дрожит. Получила незабываемые впечатления. Оценив своё состояние, понял, что я тоже всё. Немного энергии в батарее ещё осталось, а вот сил уже нет. Голова больше такого издевательства не выдержит. Ещё немного, и кровь пойдёт не только из носа, но и из ушей. Мозг уже закипел. Прямое ментальное воздействие на А-поле послужило последней каплей. Понять бы ещё, как я это сделал. Единственно, что не вызывало вопросов, почему так поступил.

Просто в какой-то момент понял, что пусть остальные гоблины мне ни друзья, ни знакомые, ни родственники, но они свои. Мы в одной команде, делаем одно дело. У нас будет одна на всех победа или поражение. Взять деньги, означает предать их. Деньги, как легко пришли, также легко и уйдут, не сильно задерживаясь, а воспоминание об этом поступке останется на всю жизнь.

Самой трудной будет первая сделка с совестью. Вторая, пройдёт легче. Десятую, даже не заметишь. Пусть я останусь глупым, но зато гордым идиотом с принципами. Именно это отделяет меня от таких уродов, как Бенджамин и его дружки. В конце концов, я дал слово, что не пропущу ни единого человека, кеми бы они ни были.

Прежде чем успел подать сигнал о замене, намереваясь покинуть Лесную тропу, появилось уведомление о завершении этого этапа спортивного фестиваля. Оно пришло не с нашего школьного сервера, а с центрального пункта управления полигоном. Следовательно, это не было уловкой мистера Сандерса или школьного совета Хемильтона.

— Странно. Думал будет больше участников. Разве чемпионы школ не заинтересованы в получении дополнительного количества очков? — озадачился. — Неужели переоценил значимость этого этапа? Ну да, разве они будут заинтересованы в эстафете и преодоление полосы препятствий, — убедил сам себя. — Для этого достаточно свиты и шестёрок. Должна же мелочь себя проявить.

Перестав об этом беспокоиться, спокойно направился к выходу. Подумав о том, какие сейчас выражения лиц у моих сокомандников, которых нещадно готовили к этому соревнованию, набрав целую толпу, ухмыльнулся. Должно быть они злы и разочарованы. Возможно, будут винить меня в том, что до них так и не дошла очередь. Мало ли что говорили о нежелании участвовать в фестивале. У подростков натура противоречивая. Говорят одно, делают другое, хотят третьего. А уж что творится в голове девочек подростков, вообще лучше не задумываться, чтобы сохранить непорочность психики.

Учитывая, что всё внимание зрителей досталось мне, поздравлений от сокомандников не ждал. С этой минуты мы вновь стали друг другу чужими. Без взаимных долгов и обязательств. Пусть даже в школе у меня добавилось недоброжелателей, будет больше уродов, которые начнут задирать, я ни о чём не жалел. Чуть ли не впервые испытывая настолько сильное, потрясающее чувство удовлетворения и свободы. Гордился тем, что сделал.

Когда из-за деревьев показалась площадка для обслуживающего персонала, отведённая для зоны ожидания участников отряда гоблинов, приготовился к неприятностям. Ожидая их от мистера Сандерса, на чьи команды просто забил. Вряд ли он спустит мне это с рук. Однако, учитель на удивление был подозрительно молчалив и растерян. Показалось, будто даже опасался, решив держать дистанцию. Ученики, все с отключённым силовым снаряжением, собравшись вместе, как-то странно на меня смотрели. Словно впервые видели. Деактивировав своё силовое снаряжение, не обращая на них внимание, дошёл до столика с минеральной водой. Одну бутылку целиком выпил, а другую вылил на голову. Взял из стопки чистое полотенце, вытер лицо. Немного взбодрившись, почувствовав себя лучше, с удивлением посмотрел на ребят, которые до сих пор продолжали молча стоять на месте, чего-то ожидая. Так и не сделали попытку подойти, высказаться, как-то отреагировать на произошедшее. Возникло ощущение, словно между нами возникла невидимая пропасть.

«Что это с ними?» — озадачился странной реакцией.

Ожидал встретить негодование и осуждение, а тут, какой-то ступор. Первой ожила секретарь школьного совета, стоявшая с алюминиевым кейсом. С несколько натянутой улыбкой, и, о боже, что я вижу, робостью, осмелилась ко мне подойти.

— Ээ, Йохансон, — на секунду подвисла, разглядывая моё бледное лицо, — по-поздравляю. Это футляр для снаряжения. Будь добр, сдай его. Только аккуратно. Пожалуйста, — вежливо попросила.

Сняв набор, небрежно положил его на стол, где стояли бутылки с минеральной водой. Заметив, что кроме меня подобной чести никто не удостоился, поинтересовался.

— А остальным сдавать не нужно?

— Остальные сами дойдут до раздевалки и сложат свои наборы, — сообщила, даже не посмотрев в их сторону. — Не хочу рисковать. Если с этим снаряжением что-то случится, боюсь наша школа не сможет за него рассчитаться.

В отличие от меня секретарь осознавала, насколько отличалась стоимость типового учебного снаряжения Ополченца от новой модели класса Рыцаря. Успела покопаться в сети, поискать, что за фантомный доспех я использовал. То, что не нашла, заставило её напрячься. В случае поломки починить или заменить его станет очень большой проблемой. Это же не кустарная поделка из гаража.

— Вы как нельзя правы, — из-за спины послышался незнакомый женский голос.

К нам подошли три человека, одетых в дорогие деловые костюмы. Женщина и двое серьёзных мужчин.

— Меня зовут Джулия Роуэл. Я представляю корпорацию Рэдклиф. Это адвокат Харп.

Третьего мужчину, судя по всему, являющегося охранником, представлять не стала. Вынув из внутреннего кармана пиджака визитку, протянула её мне.

— Это силовое снаряжение принадлежит нам. Мистер Харп.

Адвокат раскрыл кожаный дипломат, из которого вынул несколько бумажных листов, подав их госпоже Роуэл.

— Вот копии документов. Можете с ними ознакомиться.

Документы были переданы секретарю школьного совета.

— Простите, но как тогда оно оказалось у нас? — спросила нахмурившаяся девушка.

— По ошибке. В связи с чем приносим вам свои извинения, — слегка поклонилась в мою сторону. — Возвращаем ваш комплект силового снаряжения.

По её знаку, охранник, принёсший такой же алюминиевый кейс, поставил его у ног секретаря школьного совета.

— Если у вас есть какие-то возражения или сомнения, можете обсудить их с мистером Харпом.

Адвокат, судя по золотым часам и ботинкам за несколько тысяч фунтов, из высокооплачиваемых мэтров, приглашающе улыбнулся. Посмотрел на секретаря школьного совета, как удав на кролика.

— Господин Йохансон, могу я с вами поговорить? — обратилась ко мне госпожа Роуэл, зачем-то добавив эту приставку.

— Нет, не можете. Если у вас есть какие-то возражения, то можете обращаться к моему адвокату.

Нора советовала подальше держаться от адвокатов и никогда им не верить. Если же возникнут неприятности с законом, то сразу звать её.

В ответ на моё заявление госпожа Роуэл удивилась.

— Могу ли узнать, почему?

— У меня сейчас нет ни сил, ни желания, ни времени выслушивать ваши пожелания, а ни чем иным ваши слова быть не могут. Вопросами получения и распределения силового снаряжения я не занимаюсь. Отчитываться перед вами не намерен. Делиться личными данными, тем более. На имущество корпорации Рэдклиф не претендую. Если хотите заключить какое-то соглашение, то без согласия своего семейного адвоката ничего подписывать не буду. Других тем для разговора не вижу. На этом всё. Желаю вам хорошего дня.

Госпоже Роуэл потребовалось всего пару секунд, чтобы обдумать мои слова. Сохранив на лице маску невозмутимости, попросила.

— Понимаю. Не смею вас задерживать. Когда найдёте свободное время, будьте добры, позвоните по номеру, указанному на визитке. Мне бы хотелось услышать ваше мнение о нашем фантомном доспехе. Всего лишь задать несколько вопросов. Разумеется, компенсировав доставленные этим неудобства.

На мгновение стрельнула взглядом в сторону прислушивающихся к нам школьников и мистера Сандерса.

— Я подумаю над этим, — мысленно добавив, — «Когда-нибудь».

Не захотев общаться с кем-либо из присутствующих, самовольно ушёл в раздевалку. Спиной чувствуя множество пристальных взглядов, от которых едва не ускорил шаг. Пусть от неприятностей это не избавит, а только отложит их, но я действительно сейчас был не в настроении выслушивать чужие нотации. Вымотался после соревнования.

Услышав звонок телефона, посмотрел на экран. Увидев высветившееся имя Норы, обрадовался. Надеюсь, моё выступление ей понравилось.

— Слушаю.

— Эрик, ты сейчас где? — послышался взволнованный голос сестры.

— Иду переодеваться, — удивился неожиданному вопросу.

— У тебя всё в порядке?

— Да.

— Тогда, слушай меня внимательно. Быстро собирайся и на выход. Я с Эдит будем ждать тебя у третьего служебного выхода. Такси уже вызвала. Нам нужно отсюда смыться, пока не поднялась шумиха. Журналисты, прихватив камеры, уже куда-то дружно сорвались с места. За ними отправилось несколько странных типов. Словом, потом выбираться отсюда будет хлопотно.

— Что им от меня нужно? Я же не нарушал правила, — не понял, с чего такая бурная реакция.

— Поговорить о том, КАК ты их НЕ нарушал. До тебя ведь ещё никто не успел добраться? — спросила с обеспокоенностью.

Рассказал сестре о встрече с сотрудниками корпорации Рэдклиф, которые пришли с адвокатом.

— Что ты им сказал? — встревожилась Нора.

— Как учила. Почти слово в слово. Послал их.

— Эрик, я тебе дома рот с мылом вымою. Я учила вежливо отказывать людям, а не посылать их. Вот поэтому нам и нужно серьёзно поговорить до того, как наделаешь глупостей. Особенно сейчас.

Немного помолчав, словно собираясь с духом, Нора внезапно похвалила. С искренней теплотой в голосе.

— Молодец. Хорошо потрудился. Я горжусь тобой. То, что не взял деньги, было правильным решением. Хотя Эдит со мной не согласна. Назвала тебя большим дураком. Недовольно чего-то бурчит под нос. Не обращай внимание. Она тоже тобой очень гордится. По глазам вижу. Всё, отключаюсь. Мы тебя ждём.

После её слов на моём лице появилась счастливая улыбка. Настроение значительно поднялось. Даже как будто сил прибавилось.

— Стой! — крикнула бегущая за мной девушка в контактном комбинезоне бело-зелёного цвета.

Неожиданно выскочив из того же прохода, откуда я вышел минуту назад. Узнал её сразу. Именно она предлагала мне деньги, за что чуть не поплатилась головой. Быстро оправилась от потрясения. Неужели захотела отомстить? К сожалению, кроме нас в коридоре больше никого не было, так что утихомиривать буйную придётся самому. Учитывая, что она из элитной команды по фехтованию, члены которой тренировались не только мечами махать, это будет проблематично. И, скорее всего, больно.

Добежав, девушка пристально вгляделась в моё лицо. Достав телефон, посмотрела на уже загруженную новостную страницу, сверяя с ним одну из фотографий.

— Ты тот гоблин, что поставил всех на уши?

— А ты та самоуверенная принцесса, у которой много денег? — несколько грубовато задал встречный вопрос.

Мне не понравился её тон.

— Ага. Значит, всё-таки ты, — обрадовалась. — Многое хотела бы сказать, невоспитанное чудовище, но, буду краткой. Моё предложение всё ещё в силе. В этот раз отказа не приму.

Что эта сумасшедшая имеет в виду? Контузия оказалась серьёзнее, чем я думал? Заметив моё изумление, девушка пояснила.

— Следующее соревнование, захват флага. Я хочу, чтобы ты присоединился к нашей команде. С учётом того, что школа Короля Георга не заработала очков на Лесной тропе, если мы выиграем Захват флага, то можем занять первое место на осеннем фестивале. Эстафета наша. Турнир мечников за ними. Лесная тропа, ничья. Если возьмём Захват флага, то у нас будет два очка, у них одно. Даже если сольём Осаду, то назначат дополнительное соревнование. К тому времени все их сильнейшие бойцы уже будут выведены из строя. Двое уже легли в лазарет и к концу фестиваля восстановиться не успеют.

Моё мнение о ней немного улучшилась. Девушка, отбросив личные обиды, думала о благе команды. Умела расставлять приоритеты.

— Во-первых, я не член команды Святой Анны. Меня это не касается. Во-вторых, с чего ты решила, что буду тебе помогать? В-третьих, если не заметила, мне тоже требуется отдых. В-четвёртых, силовое снаряжение у меня уже забрали. Максимум, чем могу помочь, пожелать удачи.

Выслушав, не перебивая, девушка столь же обстоятельно ответила на каждый пункт. Подозреваю, импровизируя на ходу. Только что этот план придумала. Обрадовалась своей гениальности, помечтала о том, как всё задуманное будет замечательно смотреться, принялась натягивать желаемое на действительное.

— Во-первых, ты не член команды школы Хемильтона. — поправила. — Я проверила список их участников. Поэтому тебя можно включить в команду Святой Анны. Оформим всё так, будто месяц назад подал заявку на участие в программе открытия класса смешанного обучения нашей школы. В качестве эксперимента планируется проверить, как это повлияет на успеваемость учениц Святой Анны, их мотивацию, улучшение навыков общения с противоположным полом. Попутно усилив парнями те направления клубной деятельности, в которых мы отстаём. Такие планы существуют на самом деле. В этот класс должны будут отбираться самые выдающиеся кандидаты, чтобы заставить учениц тянуться вверх. Дать им пример для подражания. Повысив стандарты качества обучения. Ну и заводить полезные знакомства, о чём вслух не говорят. Пока программа всё ещё в стадии утверждения. Но кто сейчас будет разбираться в наших внутренних делах. Сделаем вид, что твоя заявка прошла конкурс и была утверждена. После фестиваля разберёмся, найдём ошибку в оформлении документов, извинимся, признаем, что ты не наш ученик, но, будет уже поздно. Всё это я беру на себя. Одна моя близкая подруга, президент школьного совета, другая, капитан команды. К тому же моя семья входит в попечительский совет школы, выделяя на её развитие немалые деньги. В спорткомитете у нас тоже есть свои люди.

Её послушать, так устроить подобную аферу проще простого. Нужны только деньги и связи.

— Допустим. А дальше?

Заинтересовался, как она будет обходить остальные препятствия.

— Во-вторых, — уверенным тоном продолжила меня убеждать, — если мы с твоей помощью победим, получишь сто тысяч фунтов. В списке богатых семей Англии фамилии Йохансонов я не видела, а значит, эти деньги вам пригодятся. В-третьих, сейчас будет обеденный перерыв. Не только тебе требуется отдых перед следующим соревнованием. Тихую комнату, душ, обед и всё необходимое обеспечу. Будет как в лучших гостиницах. В-четвёртых, предоставлю силовое снаряжение. То же самое. Я знаю у кого оно. В-пятых, ты мне должен! — громко возмутилась. — Ты меня чуть не убил. До сих пор грудь болит, голова гудит, ноги дрожат.

Что-то не видно. Неужели думала, я её должен был встречать с цветами? На жалость давит? Пытается за счёт своей симпатичной мордашки мною манипулировать? Обойдётся. Жизнь с четырьмя сёстрами научила быть стойким. А ещё, бедным. Вспомнилась Эдит, рисующая огрызками карандашей на обычной бумаге. Марта, жалующаяся на слабенький, старенький компьютер. Ханна, берегущая свою школьную форму, как национальное сокровище, редко куда выбирающаяся с подругами. Потому что в старых вещах идти не хочет, а новых нет. Нора, питающаяся на работе всякой гадостью, чтобы не тратить деньги на кафе и рестораны. Задерживающаяся допоздна из-за частых переработок. Мама, следящая за графиком распродаж в крупных торговых сетях внимательнее, чем за прогнозом погоды. Рвущийся наружу ответ, что и кому я должен, пришлось оставить при себе.

Подумав, раз уж нырнув в воду, всё равно сухим не остаться, неохотно согласился.

— Хорошо. Я не против посмотреть, что выйдет из этой затеи. Не потому, что мне тебя жаль. И не потому, что мне больше нечем заняться. Перечисляешь сто тысяч фунтов авансом, и я готов за тебя сражаться в следующем соревновании.

Прозвучало как-то пафосно.

— У тебя десять минут, чтобы подкрепить свои слова делами. Если не сможешь, забудь об этом разговоре.

— Десять минут, говоришь? — задумалась девушка.

Размяв пальцы, как пианист перед выступлением, принялась немедленно обзванивать нужных людей. Радуя их своей внезапной инициативой и гениальным планом. Демонстрируя королевские замашки, начинающиеся со слов, — Я так хочу.

Звонок Кейси стал для Патрисии неожиданностью. Вместо того чтобы идти к школьному врачу, проверить состояние здоровья, беспокойная дочурка куда-то подевалась. А потом внезапно объявляется и ничего не объясняя, просит денег, дополнительный фантомный доспех, согласие прикрыться её именем перед тренером. Пришлось притормозить разогнавшуюся лошадку. Выяснять, зачем ей срочно понадобилось экспериментальное снаряжение, которое случайно попало в руки того школьника. Ставшего причиной раскрытия его настоящего ранга. Будь он в доспехе ополченца, школа Хемильтона могла бы извлечь из этого немало выгоды. Теперь же все заслуги уйдут Йохансону, выставив директора и тренера команды в невыгодном свете. Выложивших свой козырь раньше времени.

Если не пытались сохранить его истинную силу в секрете, то почему не сделали капитаном команды? Нацелились на что-то серьёзнее осеннего спортивного фестиваля? Использовали соревнование в качестве проверки? Если же и сами о ней не знали, то им же хуже. Патрисия не сомневалась, в ближайшее время найдётся много желающих заполучить такого перспективного молодого рыцаря. В помойке, под названием Хемильтон, Йохансон надолго не задержится. Если его там не держат какие-нибудь особые обстоятельства. Рэдклифам и самим рыцарь не помешает. Хотя бы для того, чтобы показать ещё более выдающиеся достижения с их снаряжением, в рекламных целях. Или помочь в испытаниях новых разработок, как сегодня. Госпожа Чамар уже потребовала немедленно выдать ей Йохансона чуть ли не в личную собственность. Для опытов. Иначе обещала очень сильно расстроиться, что отразится на уже утверждённых инвестиционных планах. Гениальные учёные люди эксцентричные, немного безумные, поэтому от них всего можно ожидать. К сожалению, это не тот случай, когда капризного сотрудника можно с лёгкостью заменить.

Выслушав просьбу дочери, Патрисия задумалась. Предоставив своё силовое оборудование в рамках соглашения, можно выставить всё так, что случайность превратится в запланированную демонстрацию и заявку. Сделать на этом неплохую рекламу своей компании. Повторно протестировать новинку, собрав по ней больше данных. Помочь команде дочери, одним из спонсоров которой являлась корпорация Рэдклиф, пройти в следующий этап межшкольных соревнований. Сделав её известнее. С какой стороны ни посмотри, выгоды перевешивали риски.

Дав разрешение, Патрисия связалась с мисс Роуэл, приказав предоставить дочери всё необходимое. Оплатить услуги Йохансона за счёт компании. Провести их через бухгалтерию, чтобы подстраховаться. Следом позвонила директору школы Святой Анны, собираясь поставить его в известность. Ограничиться только согласием школьных подруг у Кейси не получится. Без, пусть молчаливого, неявного, но одобрения сверху, её план может провалиться в любой момент. Лучше избежать последствий сейчас, чем устранять их потом. Дороже обойдётся.

С директором школы Святой Анны Патрисия была хорошо знакома. Он давний друг их семьи. Марк Шелтон согласился не заметить шалости её дочери. Поставив условие. В случае успеха, заслуги достанутся школе. В случае неудачи, вся вина ляжет на Кейси. Ему очень хотелось получить кубок осеннего фестиваля. Заслужить почётное звание лучшей школы района для обучения рыцарей. Ещё лучше, если этого добиться оружием противника. Вовремя его перехватив. После случившегося он был зол на директора Хемильтона. Рассчитывая отыграться. К тому же был совсем не прочь заполучить юного рыцаря для своей команды и на более длительный срок. Именно Марк продвигал идею по созданию смешанного класса обучения.

Следом на очереди у Патрисии был звонок знакомому рыцарю ордена Южного креста, сидящему среди судей. С которым Рэдклифы давно уже взаимовыгодно сотрудничали. Немного лести, денег, обещаний помогли прикрыть и это направление. Хорошо, что дочь предупредила, не став сама лезть к судьям. Патрисия и слова могла подобрать правильные, и вес они имели совсем другой.

Если использовать современные термины, то орден Южного креста представлял собой национальное объединение операторов А-поля. В Шотландии это был орден Единорога. В Уэльсе орден Красного дракона. В Ирландии, орден Изумрудного дракона. Выше них стоял монарший орден Золотого льва. Ниже, орден Чёрного ворона. Пристанище наёмников и авантюристов, которым не сиделось дома. Если где-то в мире начиналась заварушка, подобные им ребята слетались туда как стервятники, предлагая свои услуги любому нанимателю. Лишь бы вовремя платили.

Членство в ордене не являлось обязательным. Часть операторов А-поля предпочитала поступать на службу аристократам. В чём были как свои плюсы, так и минусы. Часть расходилась по крупным компаниям. Некоторые и вовсе сами становились аристократами или основателями собственных финансовых империй. Всё зависело от величины их способностей и удачи. Ну и, конечно же, королевской воли.

Тяжелее всего дался не поход в гости к женской команде по фехтованию из школы для избранных, где меня не ждали, а звонок сёстрам. Их боялся больше, потому что они мне не безразличны. Пришлось срочно выдумывать причину, по которой остался на фестивале. Врать не хотелось, поэтому отправил Норе сообщение следующего содержания.

«Познакомился с девушкой. Она пригласила меня на обед. Потом сходим погулять. Домой вернусь поздно. Не волнуйтесь, буду осторожен. В аптеку зайду.»

Набирал в спешке, сразу же отправив, поэтому не сообразил, как последнее предложение может повлиять на смысл всего сообщения. Это я вспомнил просьбу матери, которая два дня назад просила купить средство от расстройства желудка. Вчера упрекнула за забывчивость. Вот и попытался загладить вину, найдя повод, чтобы не сильно ругали.

Увидев, что сообщение уже прочитано и удалить его не удастся, запаниковав, перевёл телефон в режим, — абонент недоступен.

— Твою мать. Ну что сегодня за день такой, — огорчённо вздохнул.

Девушка, представившись именем Кейси, попросила немного подождать в коридоре. Убежала проверить обстановку. Вернувшись, провела меня на территорию, отведённую для школы Святой Анны.

— Проходи, — приглашающе открыла одну из дверей, воровато оглядевшись по сторонам, не заметил ли нас кто.

— Что-то не так? — насторожило её поведение.

— Всё так. Не хочу твоей преждевременной встречи с тренером. Аманда её отвлекла, но скоро она вернётся. Лучше, если тренер узнает о твоём участии в самый последний момент. Когда с этим уже ничего не поделаешь. С Ледяной ведьмой трудно договориться. Она у нас женщина злая, суровая. А ещё жутко упрямая. С ней даже директор побаивается связываться. Наверное, потому что у неё…

Бойкая девушка была слишком разговорчива и неосмотрительна. Только сейчас повернувшись в сторону открытой комнаты, увидев, кто там находится, испуганно замерла с приоткрытым ртом.

— Продолжай. Потому что у неё… что? — бесстрастно попросила закончить предложение кареглазая брюнетка в тёмном костюме, без макияжа, чьи собранные на голове волосы были скреплены гребнем, украшенным фигурками снежинок.

Глядя на Кейси пугающе острым взглядом.

— … в крови мало кофеина. Госпожа Эмма, вам принести горячего кофе? — преобразившись, заботливо спросила Кейси.

С вежливой улыбкой и невинным выражением лица.

— Рэдклиф, ты правда настолько низкого мнения о моих умственных способностях? — слегка приподняла бровь тренер, глядя ей прямо в глаза. — Я вас пигалиц насквозь вижу. А теперь вошла и быстро рассказала, что задумали на этот раз? Только правду. Иначе тренировочный лагерь вам покажется райским островом.

Кажется, предстоит самая быстрая потеря работы, что у меня была. Очередная короткая заминка, с быстрым анализом ситуации и Кейси мгновенно сменила маску, подстроившись под ситуацию.

— Тренер, у меня хорошие новости, — радостно заявила, будто только этого и ждала. — Я нашла способ, как выиграть осенний спортивный фестиваль. Теперь мы точно надерём зад ученикам из школы Короля Георга. Как вы и учили, воспользовалась стратегией, — Обрати силу противника против него самого, — задабривая, польстила наставнице. — Знакомьтесь. Моё тайное оружие, — жестом пригласила зайти в комнату.

Как оказалось, внутри находилась не только Ледяная ведьма. Наставница собрала всю команду, чтобы отдельные личности не успели ничего провернуть за её спиной. Не сговорились. Кроме неё в комнате присутствовало ещё девять девушек в одинаковых облегающих комбинезонах.

«Уровень доверия в коллективе аж зашкаливает», — подумал с иронией, отмечая, какими взглядами нас встретили.

— И? Где оружие? — поинтересовалась одна из учениц, насмешливо нас разглядывая.

— У тебя есть шпион в команде Короля Георга? — удивлённо предположила другая.

— Мальчик, ты не заблудился? — с фальшивым участием спросила ещё одна нахальная особа.

С чувством собственного превосходства, Кейси снисходительно на неё посмотрела.

— Агата, уж не тебе об этом говорить, — многозначительно ответила, пытаясь её уколоть. — Я наняла специалиста, который поможет нам захватить флаг. Устроив так, что он будет временно зачислен в команду, — несколько приукрасила действительность, опустив детали, стараясь не смотреть на капитана команды.

Удивлённые ученицы недоверчиво переглянулись, желая узнать, как на эту смехотворную новость отреагируют остальные. Только тренер, немного прищурившись, сохранила спокойствие. Когда на Кейси вновь собрались изучающие взгляды, она поспешила объясниться.

— Знакомьтесь, это гоблин. Тот самый, — похвасталась, ожидая увидеть прозрение, сменяющееся восхищением команды.

Готовясь принимать поздравления.

— Рэдклиф, конечно, о вкусах не спорят. Мы видим, что он не красавец. Но, не могла бы подождать с этим до конца фестиваля? — рассмеялась девушка, чьи русые волосы были заплетены в толстую косу.

Та же самая, что спрашивала, не заблудился ли я?

— Очень смешно. А вот всем участникам соревнования Лесная тропа, включая Грега, победителя турнира мечников, было не до смеха. Этого рыцаря, — сделала ударение на этом слове, — зовут Эрик Йохансон и он только что разнёс в пух и прах пять команд. Угадай, кто принесёт нам больше пользы, ты или он? — ехидно поинтересовалась.

Долгожданная реакция порадовала Кейси. Скрывать уже было нечего, поэтому она с гордостью раскрыла свой «гениальный» план. Превращая свидетелей в соучастников. Единственно, не став разглашать коммерческую составляющую нашего соглашения. Списав всё на свою харизму и вроде как личное знакомство.

— Предложение заманчивое, но пока он не попадёт в официальный список участников, нереалистичное, — объявила тренер, обозначив свою позицию.

— Через полчаса список должен обновиться. Президент школьного совета уже отправила его данные в систему. Капитан команды, со своей стороны, внесла изменения в состав участников соревнования Захват флага, — сдала подругу. — Вызвав из резерва замену выбывших игроков основной команды. Минуя второй состав со скамейки запасных. Йохансон будет зачислен туда задним числом. Список резерва у нас закрытый, так что никто ничего не заметит. После турнира двое отправились на лечение, получив травмы, — напомнила. — Всё равно собирались столько же добирать, чтобы нас вновь стало двенадцать человек. Одного из них подменим Йохансоном. Как только судьи разрешат провести замену, он попадёт в список.

— А они разрешат? — тренер внимательно посмотрела на Кейси.

— Да, — подтвердила девушка, не подавая вида, что не до конца в этом уверена.

— Тогда продолжай следовать своему плану. Если через полчаса не увижу обновления списка, с мистером Йохансоном мы попрощаемся. Из резерва будет вызвано три ученицы. Третья заменит тебя. И последнее, директор знает?

— Нет, — признала забеспокоившаяся Кейси.

— Хорошо. Пусть так и остаётся. Вы меня услышали? — обвела пугающим взглядом членов команды. — Если у Рэдклиф получится, тогда и поговорим, — сообщила специально для меня. — Пока не определится список участников, обсуждать тактику команды преждевременно. Отдыхайте. Набирайтесь сил. Кто будет доставлять неприятности, столкнётся с последствиями, — предупредила ещё раз, подразумевая, не только неумение держать рот на замке.

У директора школы были свои заботы и задачи, у тренера свои. Поняв, что она не против этой затеи, Кейси расслабилась. Чтобы ученицы чувствовали себя свободно, полноценно отдыхали, без оглядки на неё, Эмма Фаулер, по прозвищу Ледяная ведьма, покинула комнату команды Святой Анны. Получив одобрение, обрадованная Кейси тут же нашла для меня удобное кресло с откидной спинкой и подлокотниками. Отдельный столик, с зеркалом. Притащила небольшой переносной холодильник с напитками. После чего убежала хлопотать насчёт обеда. Грозно предупредив девушек, чтобы ко мне не лезли. Я очень важный гость, устал, просил не беспокоить и всё такое. Ответственно относясь к своему обещанию устроить нормальные условия для отдыха.

Закрыв глаза, удобно устроившись в кресле, вдыхая приятно пахнущий воздух, сильно отличающийся от того, что был в мужской раздевалке, расслабившись, наслаждался тишиной целых пять минут. На три дольше, чем ожидал. Подсев поближе, любопытные ученицы принялись закидывать меня вопросами. Поражаясь тому, насколько я спокоен на чужой территории. Почему не нервничаю, не разглядываю тайком прекрасных фей? Почему игнорирую их, не пытаясь поговорить или понравиться? Почему не пытаюсь познакомиться? Всё это вызывало жгучее любопытство, придавая мне ореол таинственности и недоступности. Заставляя задуматься, уж не из тех ли я мужчин, которых называют козлами или лицами нетрадиционной ориентации.

Спрашивали, как давно стал рыцарем? Посчитал, имея в виду общее обозначение участников спортивного фестиваля. Насколько силён? Откуда я? Чем занимаюсь? Что связывает с Рэдклифами? Почему согласился им помочь? Какие имею достижения? Правда ли то, а это, а можешь ли… У меня от них голова разболелась. Зная, ответив на один вопрос, вызову пять новых, даже не стал пытаться что-то объяснять. Мы из совершенно разных миров, которые завтра вновь разойдутся. Девочки вернутся в сверкающие дворцы, а я отправлюсь обратно в своё болото. Эффект новизны пропадёт, и я им вновь стану неинтересен. Так зачем впустую стараться производить на них впечатление? Тем более, тут наверняка полно аристократок.

— Тихо! — сердито рявкнул, не выдержав усилившегося давления. — Не все сразу. Что вы как сороки налетели? Прошу унять любопытство и заняться своими делами. Я тут временно. Лишняя информация вам ни к чему. Спасибо за внимание.

— Зачем грубить? — обиделась одна из учениц, чья красота и прекрасный голосок не вызвали должной реакции.

— Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Я гоблин, милая, а не эльф. За политесами не ко мне.

Решил отыгрывать того, кого наняли. У меня мало опыта общения с прекрасным полом, помимо сестёр. Попытавшись им всем понравиться, скорее всего, буду выглядеть жалко и подобострастно. Никогда не любил симуляторы свиданий.

Закрыв глаза, сделал вид, что перестал обращать на них внимание.

— У этой вздорной девчонки и друзья такие же невоспитанные, — пожаловалась уязвлённая ученица.

— Эбби, ты за словами-то следи, — с угрозой осадила её одна из подруг Кейси.

— Успокоились, обе, — приказала капитан команды тихим, хорошо поставленным голосом.

В комнате сразу наступила тишина, что говорило о высоком авторитете этой девушки.

— Оставьте в покое мистера Йохансона. Дайте ему отдохнуть. Он в одиночку вытянул всё соревнование и немного не в духе. Невежливо нарушать правило не лезть в чужую личную жизнь.

Больше меня не беспокоили. Даже во время обеда, когда привезли девять застеленных скатертями тележек с горячей едой ресторанного уровня, разложенной на тарелки, прикрытой хромированными колпаками. Первое блюдо, второе, третье, фрукты, булочки, кофейники, чайники, чего там только не было. Вспомнив стол с сэндвичами из супермаркета и чаем в маленьких пластиковых бутылках, предложенных гоблинам из школы Хэмильтона, понял, насколько же далеки мы друг от друга. Желание побить учеников из школы Короля Георга V стало ещё сильнее.

Искоса поглядывая на девушек, постарался перенять столовый этикет. Запомнить, для чего используются многочисленные столовые приборы. Тут их было больше, чем два. Не торопиться с приёмом пищи. Большими кусками не резать. Не чавкать. Соусами и бульонами не брызгать. Руки о скатерть не вытирать. Хотя такого даже дома себе не позволял. То, что не стремился с ними подружиться вовсе не значило, что мне всё равно, что они обо мне думали.

Когда сообщили о приходе массажиста, принимающего в отдельном кабинете, вновь вспомнились слова мистера Сандерса. Поскорее бы всё это закончилось. В родном «болоте» мне как-то свободнее и привычнее. Послеобеденный короткий сон, сам не заметил, как заснул, убаюканный голосами и тихим, мерным звуком кондиционера, прервало возвращение чем-то довольного тренера. Следом за ней вошла ещё одна девушка в форме команды Святой Анны.

Немного взволнованная ученица, стараясь выглядеть уверенной и решительной, вежливо поздоровалась, обращаясь сразу ко всем присутствующим. Представилась. Сказала, что рада с нами поработать, не подведёт, будет стараться. Попросила старших не стесняться, давая ей советы.

— Рэдклиф, ты помилована. Можешь выдохнуть. Только что объявили списки участников Захвата флага, — поздравила Ледяная ведьма. — Надеюсь, вы все отдохнули и готовы к подвигам. Марш в комнату для совещаний. Йохансон, тебя это тоже касается, — распорядилась командным тоном.

Когда заняли места в маленьком зале тактической подготовки, я уселся в самом конце, заработав несколько косых взглядов, брошенных украдкой. Убедившись, что все готовы, тренер приступила к разработке плана действий. Повторила правила. Напомнила, кто чем должен заниматься. Дала несколько советов. Описала наших противников, пройдясь по ним поимённо. Поскольку я с этой информацией был незнаком, слушал её внимательно. Запоминал, делал выводы. Судя по одобрительному взгляду тренера, следившей за мной, ей понравилось такое серьёзное отношение к делу.

— Бедфорд, — обратилась к капитану команды, устроив ей проверку. — Вас двенадцать человек. Столько же противников. Каков план игры? Как разделишь команду? Решила, кого поставишь в защиту, а кого отправишь в нападение?

— Разобью команду на четыре уже готовые стандартные тройки. Две отправлю в атаку с разных направлений. Одну посажу в засаду у базы. Вторую, отправлю на разведку. Если получится, она отвлечёт на себя внимание одной из вражеских групп. Заманит её к засаде. Рыцаря поставлю охранять флаг, — почти не задумываясь выдала девушка по имени Маргарет.

Невысокая, стройная, с короткой причёской каре, платинового цвета. Маленькая грудь, не особо соблазнительная задница. Скорее милая, чем красивая внешность. Серьёзное, спокойное выражение лица. Однако от Маргарет ощущалась незримая властная сила и твёрдость характера, не позволяющие воспринимать её легкомысленно. Недооценивать. Эта девушка была опасна. Сравнил бы её не с пламенем костра, что на виду, или с яркой молнией, что внезапно прорезает ночное небо, а с зимним прудом, в глубине которого спит чудовище. Чья поверхность обманчиво спокойна, неподвижна, по-своему красива.

— Советую поступить иначе. Нестандартно. Сможете удивить врага, считайте, сделали половину дела. Разбей команду на три неравные части. На шестёрку, четвёрку, двойку. Шестёрку оставь охранять нашу базу. Двойку, в которую войдёт рыцарь, отправь на захват их флага. По возможности, действуя скрытно. Сама же с тремя бойцами отправляйся на охоту за вражескими тройками. При столкновении у вас будет преимущество в численности. Пройдись по флангам, как и задумывала. Выматывай их. Создавай угрозу обхода и удара в тыл. Используй тактику, бей-беги.

— Но, разве не лучше рыцарем обезопасить свой флаг? — удивилась одна из девушек. — В защите он очень хорош, что продемонстрировал на Лесной тропе.

— Противник тоже это обязательно учтёт. Скорее всего, будет играть от обороны. Сначала разобьёт атакующие группы, потом проведёт разведку, поскольку считать умеет, и только потом всей командой попытается добраться до нашего флага. Избегая прямого столкновения с Йохансоном. Если не дураки, нападут одновременно с разных сторон. Хотя бы один из них сумеет его заполучить. Останется лишь быстро доставить ценный трофей на свою базу. Поэтому рыцаря следует отправить в нападение. Дать ему больше поля для манёвра. В крайнем случае Йохансон успеет перехватить группу Короля Георга V с захваченным флагом. Да и при встрече с вражеским разведчиком имеет больше шансов от него избавиться до того, как тот поднимет тревогу.

— А если они соберутся все вместе и встанут возле флага? Будут нас ждать, не реагируя на провокации.

— Тогда собираете команду в кулак и бьётесь стенка на стенку. С учётом перевеса сил, сильно сомневаюсь, что они на это пойдут, — уверенно спрогнозировала Эмма. — Недооценивать тренированного рыцаря непозволительная роскошь. Чтобы выиграть, они должны рассчитывать на опережение в захвате флага. С чем будут осторожничать, пока не выяснят, чем занят Йохансон. Он станет той тёмной лошадкой, что будет ломать им планы на игру.

— А он сможет сработаться с напарницей? Координировать действия с другими членами команды? У нас не было совместных тренировок. Мы ничего не знаем о способностях друг друга. О манере боя. Как он себя поведёт в случае прямого столкновения два на три, или шесть на шесть? Будет ли помогать остальным, или действовать независимо? Не хотелось бы попасть под дружественный огонь.

Перечислила опасения судя по акценту, француженка. Всё же одиночный умелый боец и командный, умеющий биться в плотном строю, это совершенно разные вещи. Не всегда сочетающиеся в одном человеке.

— К тому же, кто будет главным? Бедфорд или Йохансон? — задала не менее важный вопрос.

Не пытаясь кого-нибудь задеть, а всего лишь уточняя детали, чтобы знать, как реагировать в той или иной ситуации. Вопросы были уместны, поэтому все затаили дыхание в ожидании ответов. По лицу Бедфорд трудно было определить, как она к этому относится. Девушка оставалась спокойной и собранной, демонстрируя хорошую выдержку. Но, чувствую, монстр в глубине прудика шевельнулся.

Тренер не стала спешить с принятием решения.

— Йохансон, у тебя есть опыт групповых или командных рыцарских боёв? Согласно общедоступной информации, которой я не верю, ты нигде не состоял, не был, не участвовал, не привлекался. До этого дня словно не существовал, как оператор А-поля. Так не бывает, взял меч и сразу стал королём. Хотя нет, один пример у нас есть, но эту легенду трогать не будем.

Призадумался. Если Кейси принесёт силовое снаряжение, в котором выстоял на тропе, то возможно всё. Я не был таким уж глупцом, не понимающим, за счёт чего выиграл все те поединки. Непонятно, почему сами им не воспользуются? Спрашивать об этом не стал, поскольку я себе не враг. Вдруг передумают. Откажутся от сотрудничества, потребуют вернуть деньги. Нужно постараться этого избежать.

— Если Рэдклиф, — запомнил её фамилию, — предоставит мой доспех, не вижу никаких проблем с отсутствием боевой слаженности. У меня достаточно разностороннего опыта, чтобы не мешаться под ногами при любом развитии событий, — заверил с полной уверенностью.

Игрового опыта как командных, так и индивидуальных боёв у меня и в самом деле предостаточно. Тысячи часов набегал в различных симуляторах на самой высокой сложности. Где была такая галочка, даже запредельной. Поэтому столь быстро освоился с фантомным доспехом, оснащённым ядром Оракула. Без которого конвертировать его в реальный опыт мне бы не удалось. Это совершенно разные вещи. В одном случае задействованы мозг и рефлексы, в другом, тело и дух.

— Сработаемся. Действуйте так, как привыкли. Без оглядки. Приноравливаться к незнакомой манере игры соратников мне не впервой. Как и брать под командование небольшие группы случайных людей. Однако в данном случае я считаю, что командиром рыцарей Святой Анны должна остаться Бедфорд. Мисс, — вопросительно посмотрел на француженку, — Виардо, — подсказали из зала, — полностью права. Лучше поставить во главе человека, который хорошо знает, на что способны её подчинённые, чем того, который видит их впервые в жизни. Также я против двоевластия, что значительно ухудшит управляемость отрядом. Готов во время соревнования выполнять все её команды, — уважительно кивнул Бедфорд, подтверждая полномочия действующего капитана.

Так и ответственность с себя сниму, и профессионализм подчеркну, отрабатывая деньги. Заодно избегу вероятных конфликтов по поводу того, кто должен быть сверху, а кто снизу, с богатыми, независимыми, сильными женщинами, как любят говорить по телевизору. Пусть лучше мозг своим родителям выносят.

Мои слова произвели положительное впечатление на большую часть команды. Послышались изумлённые охи-вздохи. Остальные посчитали, что слишком выпендриваюсь. Пытаюсь набить себе цену. Только Бедфорд не изменила выражение лица, по-прежнему хорошо контролируя свои эмоции. В пристальном изучающем взгляде Ледяной ведьмы заметил возросший интерес. Не любовного плана, а профессионального.

— Любопытно. Где же вы успели приобрести столь ценный опыт?

— Там, — ограничился одним словом, изображая шкаф двухстворчатый, пустой.

— И с кем же вы ТАМ его набирались? — с иронией.

— С ними, — ответил в том же духе, сохраняя полную серьёзность.

Послышались короткие смешки девушек. Тренер поняла, что дальше расспрашивать не стоит. Намёк был очевиден.

— Будем считать, что это правда, пока не докажешь обратное. Бедфорд, ты главная. Кого поставишь в пару к Йохансону?

— Браунфельс. Пятёрку защитниц возглавит Сомерсет. Тройку нападающих возьму на себя. В паре Йохансон-Браунфельс лидером будет рыцарь.

Тренер одобрительно кивнула.

— Согласна. Латник бы его замедлял. От слабой мечницы пользы в этой связке не будет. Скорее ему придётся отвлекаться на её прикрытие.

Дальше пошло обсуждение состава групп, из которого узнал ранги всех присутствующих. Команда располагала одним оруженосцем, Маргарет Бедфорд. Двумя кавалеристами, Джессикой Сомерсет и Эльзой Браунфельс. Остальные девочки находились в ранге латника. Обладая хорошей силой и величиной синхронизации. Слабых латников, чьи показатели мощности А-поля были в минимальных значениях, в команде не держали. Брали только тех, у кого они выше среднего. Кандидатуры ополченцев даже не рассматривались. Они записывались в отдельные кружки самодеятельности, боевой подготовки, спортивных дисциплин. К элите их и близко не подпускали.

Согласно данным разведки, школа Короля Георга V насчитывала двух оруженосцев и трёх кавалеристов. Но, после встречи со мной один оруженосец и один из кавалеристов отправились на больничную койку. Восстановиться к следующему соревнованию они не успевали. Следовательно, нам будет противостоять один оруженосец, два кавалериста и девять латников. Силы были примерно равны.

Тут я не учитывал собственный ранг, за счёт силового снаряжения приравнивая себя к сильному латнику, так что в оценке сильно ошибался.

Закончив обсуждение тактики, перешли к экипировке. Девушки начали одевать и проверять исправность силового снаряжения. Меняли батареи, запускали проверку программного обеспечения, выбирали оружейные карты памяти. У каждой имелся целый набор, размещённый в подобие раскладного кошелька, предназначенного для хранения кредиток. Арсенал включал в себя не только оружие разного вида, но и броню. На все случаи жизни. Я на их фоне почувствовал себя нищим. У меня один фантомный доспех, одна фантомная дубина, один цветовой камуфляж, и то, выданные на время. Кстати, о птичках. Вопросительно посмотрел на Рэдклиф.

Та с кем-то переговорила по телефону. Пока ждали доставку, предложила переодеться в её запасной контактный комбинезон. Представив, как буду в нём выглядеть, отказался.

Через несколько минут в комнату зашли две женщины. Виденная мною раньше мисс Джулия Роуэл и какая-то индианка. Они принесли кейс силового снаряжения и два небольших раскладных чемоданчика, на одном из которых стоял знак красного креста, а на другом, гаечного ключа и отвёртки.

— Эрик Йохансон? — пожирая меня голодными, блестящими глазами, обрадованно спросила индианка.

Женщине было лет тридцать, может, чуть больше. Из-за накинутого на плечи белого халата принял её за врача. Убедившись, что не ошиблась, не обращая внимания на посторонних, которых для неё словно не существовало, индианка развила бурную деятельность. Не забывая жаловаться на отсутствие нормального оборудования и времени. На то, что пришлось отбирать кое-что у медицинской службы полигона, кое-что у технической, кое-что у местной лаборатории. Арендовав в срочном порядке в пределах дозволенного. Узких и скудных, по словам Рашми Чамар. И во всём этом виноват был только я.

Женщина деловито, не спрашивая разрешения, принялась делать замеры, обвешивать разными датчиками, задавать вопросы, где что болит, как себя чувствую, какие принимал препараты, какой веду образ жизни? Впрочем, поскольку вела себя доброжелательно, без грубости, действуя аккуратно и профессионально, просто очень напористо, послушно выполнял все команды. Зная, что с врачами лучше не спорить. К тому же мисс Чамар, подключив через проводное соединение маленький переносной компьютер, что-то настраивала в моём силовом снаряжении. Это напомнило процесс подгонки костюма в ателье по его пошиву. Только там было достаточно рулетки, булавок и шаблонов, а здесь требовались более сложные инструменты. Недоумение вызвало только взятие анализа крови и слюны. Будем считать, что это тоже необходимо. Ни наркотики, ни лекарства, ни алкоголь не принимал, поэтому скрывать мне нечего.

Через некоторое время понял, что как-то тут подозрительно тихо. Оказывается, за тем, как меня изучали, раздев до пояса, с большим интересом наблюдали ученицы Святой Анны. Неловкую обстановку нарушила тренер, ненадолго покидавшая помещение.

— Так, я не поняла? Вы чем заняты? На показ мод пришли? — недовольно спросила у девушек. — Кто собрался, на выход. Остальным ускорить подготовку. Не отвлекаться. Будете на улице по сторонам смотреть. Если что-то смущает, это ваши проблемы. Живее! — строго на них прикрикнула.

Когда все, активировав фантомные доспехи, собрались у ворот выхода на поле, одна из девушек спросила, почему я не сменил расцветку на командные цвета? Почему мой доспех не бело-зелёный с эмблемой школы святой Анны? У них хранилось достаточно запасных карт с различными цветовыми покрытиями. На что Ледяная ведьма со зловещей усмешкой заметила, что лучше оставить меня в шкуре гоблина, использовав её в качестве инструмента психологического давления. Чтобы больше боялись. Сделав этаким пугалом, пока ещё свежи воспоминания о предыдущем соревновании. Раз уж парня невозможно выдать за одну из учениц Святой Анны, то следует подчеркнуть его значимость. Переоценивая меня, противник начнёт недооценивать остальных членов команды, за что его следует наказать.

— Я баронесса Эльза Браунфельс, — подошла ко мне одна из девушек, встав рядом. — Твой напарник.

Помимо небольшого тесака на поясе, она была вооружена алебардой. Кроме того, несмотря на одинаковую расцветку, доспех Эльзы был не английским, а немецким, предназначенным для тяжёлых латных кавалеристов. На прикреплённом к наплечнику маленьком щитке был изображён герб её рода. Не знал, что мне в пару досталась потомственная иностранная аристократка, из-за чего пришлось справляться с внезапной вспышкой робости. Задавил её в корню. Решил воспринимать Эльзу как неотделимое дорогое украшение к оружию, иначе ничего хорошего из предстоящей затеи не выйдет.

«Я в игре и я в жизни, это два разных человека. Пора настраиваться на серьёзную игру», — напомнил себе ещё раз, очищая голову от лишних мыслей.

Получалось не очень эффективно.

— Эрик Йохансон, рад знакомству.

Как-то странно посмотрев на мою дубину, немка приготовилась ждать. Было незаметно, что она волнуется или чем-то недовольна. Мне её молчаливость и собранность были только на руку, позволив расслабиться. Чему не помешали завистливые взгляды Рэдклиф.

После сигнала, выйдя на поле, команда лёгким бегом направилась к своей базе. Разделяясь на заранее согласованные группы. Слыша, как из-за спин доносился многоголосый ор зрителей, заполнивших трибуны, между которыми располагался наш выход. Отчего испытал непривычные ощущения, будоражащие кровь. Почувствовал прилив адреналина. Страх не оправдать их надежд. Чувство, словно я оказался голышом на многолюдной площади.

«Лучше бы сегодня оставался дома. За закрытыми дверьми и шторами», — помечтал о несбыточном.

Для меня подобное пристальное внимание разгорячённой толпы было непривычным и отчасти неприятным. Чем-то вроде боязни сцены.

Спортивный фестиваль проводился перед выходными для того, чтобы после него ученики могли отдохнуть, успокоиться. Настроиться на продолжение учёбы в привычном ритме. Зная об этом, высыпался впрок. Упрямо не желая вставать даже после того, как проснулся. До тех пор, пока мочевой пузырь не предупредил, либо я встану с сухой простыни, либо с мокрой, но всё равно встану. Не оставив выбора. Пришлось подчиняться.

Отчасти нежелание вставать было связано с тем, что хотел перенести встречу с сёстрами на более поздний срок. Когда они подобреют. Где-то после замужества. Вчера меня пожалели, всего-то изобразил умирающего лебедя, а вот сегодня обещанный Норой серьёзный разговор должен состояться. Спрашивается, чего они на меня взъелись? Откуда я знал, что являюсь сильным оператором А-поля? Всё равно это нам ничего не даёт. У Йохансонов нет денег отправить ещё и меня в специализированную школу обучения рыцарей, как в случае с Ханной. Тут либо один, либо другая. Я свой выбор в пользу сестры сделал ещё вчера, незаметно сбежав с полигона.

Потянувшись, разминая затёкшие мышцы, поёжившись от утреннего холода, прямо в пижаме отправился в туалет. Отопление в Англии, как и медицина, были доступны не всем и не в полном объёме. Кстати, о медицине. Задумавшись, с удивлением понял, что головная боль со вчерашнего дня не возвращалась. Поэтому чувствовал себя превосходно выспавшимся, полным сил. Побоявшись спугнуть удачу, не стал радоваться раньше времени.

Погрузившись в свои мысли, не заметил необычного утреннего явления. Пока меня не окликнули.

— Эрик, пойди-ка сюда на минутку, — обманчиво ласковым голосом позвала мама, поманив пальчиком.

Повернув голову, увидел, что вся семья была в сборе, рассевшись за пустым столом, глядя на меня с серьёзными хмурыми лицами. Что-то стало тревожно. Как давно они тут сидят? Да ещё так тихо, что пока не позвали, не замечал их присутствия. А уж взгляд Ханны и вовсе пугал. Она-то чего злится?

— Ты ничего не хочешь нам рассказать? — всё тем же фальшиво мягким, располагающим тоном, требовательно спросила мама.

— Да-да, — подтвердила Ханна, скрестив на груди руки.

— Это не я съел последний пудинг Ханны. Марта всё врёт. Вы ничего не докажете. И вообще, как ты могла забрать мой свитер с рисунком оленя? — возмущённо посмотрел на доносчицу, переходя в наступление.

— Да фиг с ним этим пудингом, почему ты нам ничего не рассказал? — взорвалась Ханна, не в силах больше терпеть.

— Кто ты, и куда дела мою сестру? — изумлённо посмотрел на сладкоежку, готовую убивать за воровство её лакомств. — Мама, звони в полицию.

— Ханна, не выражайся. — неодобрительно посмотрела на неё мама. — Эрик, прекрати паясничать. Сядь. Хотя, нет. Сначала принеси сюда свой телефон. Он ведь у тебя всё ещё выключен?

— Да. Вчера какие-то шутники без перерыва названивали. Баловались. Пришлось отключить.

— Да-да и не только тебе, — иронично улыбнулась Нора, выглядя наиболее ко мне доброжелательно настроенной.

Озадаченно почесав спутанные волосы, принёс телефон. По пути всё же забежав в туалет, чтобы если уж пугаться, то без последствий. Сев за стол, включив, обалдел от количества пропущенных звонков и сообщений с незнакомых номеров.

— Дай-ка сюда, — протянула руку Хелен. — Как я и думала, — бросила быстрый взгляд на экран. — Итак, молодой человек. Мы вас внимательно слушаем. Как давно?

— Что? Ты не так всё поняла. Между нами ничего нет. Я даже номер её телефона не взял. Мне что, уже и за ручку с девушкой нельзя подержаться, не получив вашего одобрения?

— Ты о чём? — удивилась мама.

— А ты? — начал догадываться, что не так её понял.

— Как давно ты стал рыцарем? — спросила прямо.

— Может, гоблином? — вежливо поправил, желая помочь.

— Идиотом! — рассмеялась Нора. — Мам, позволь мне. Думаю, я знаю брата чуть лучше вас. Скажи, какой у тебя ранг оператора А-поля и сколько процентов уровень синхронизации?

— G-ранг, шестьдесят шесть процентов, — отчитался.

Семья посмотрела на меня с большим сомнением. Мама ещё и нахмурилась, а Ханна сильнее разозлилась.

— Гхм, — прокашлялась Нора, давая сигнал остальным, чтобы не мешали выводить разговор на уровень доверительной беседы. — Это тебе вчера интерфейс фантомного доспеха показал?

— Нет, результаты школьного обследования.

— А интерфейс? — Нора стала похожа на охотничью собаку, взявшую след.

— Он глючный какой-то был. Врал о С ранге и о синхронизации в 99.2 %.

— Сколько?! — округлила глаза Ханна, дёрнувшись так, что чуть со стула не упала.

— А вот этого я не знала, — изменившимся голосом прошептала поражённая Нора. — В общем, поздравляю, это не было ошибкой. И теперь у нас большие проблемы. Нельзя игнорировать такой чудовищный талант, но и развивать его нам не по силам. Это же… — не смогла подобрать подходящих слов. — Возможно, призвание. Мы не хотим загубить твоё будущее.

Старшая сестра с несчастным видом посмотрела на маму. Обратившись за советом. Та грустно улыбнулась.

— А моё, значит, можно? — уже спокойнее проворчала расстроенная Ханна, смирившись с неизбежным.

Печально вздохнула, прекрасно понимая, что теперь выгоднее вкладывать ресурсы семьи в брата, а не в неё. Как по отдаче вложений, так и по репутационным соображениям. Мне видеть её в таком поникшем состоянии было очень неприятно. Почти больно. Уж лучше бы буянила и ругалась.

— Не забивайте голову разными глупостями. Не хочу я становиться рыцарем. Слишком хлопотная и нервная профессия. Моя мечта стать разработчиком компьютерных игр и открыть собственную студию. Что я, дурак что ли, идти туда, где меня могут побить? Только мягкое кресло, пончики и компьютер, — торопливо принялся их убеждать. — И никаких начальников.

— Эрик…

— Что Эрик? — рассерженно повысил голос, — Я уже семнадцать лет Эрик. И ничего, как-то раньше жил. Если не выпьете всю кровь, ещё столько же проживу.

Увидев, что включил ослиное упрямство, мама со старшей сестрой не стали давить. Отложили продолжение этого разговора на потом. Дали время осмыслить новую информацию, свыкнуться с ней. Я её пока серьёзно не воспринимал. Да что там, ещё до конца не поверил. Как-то уж слишком фантастично выглядела. К тому же у меня промелькнула идея, как можно заработать на своём ранге, особо в него не вкладываясь. По типу вчерашней подработки. Однако над этим тоже нужно будет хорошенько подумать, избегая преждевременных заявлений. Не хочу показаться сёстрам легкомысленным хвастуном. Про заработанные деньги решил пока не говорить.

Оставив волнительную тему в покое, мама спросила, чем собираюсь сегодня заняться?

— Ничем. Посижу за компьютером. Поиграю в игры.

У меня не было никаких планов на эти выходные.

— Что по поводу журналистов, которые очень хотят с тобой пообщаться? Выйдешь к ним? Они с раннего утра толпой дежурят под нашими окнами, — пожаловалась мама.

— Пусть стоят, если им больше нечем заняться. Не хочу их видеть. Если дотерпят до понедельника, скажу no comments, по всем остальным вопросам обращаться к моему адвокату. Твоё агентство скоро станет очень популярным, — улыбнулся Норе. — Может, тебе за это даже премию дадут. За бесплатную рекламу по телевидению. Если будут предлагать хорошие деньги, продай им мои старые фото из альбома. А за очень большие, можешь ещё и носки в придачу отдать. Хоть какая-то польза будет от этого дурацкого фестиваля. Взамен, купим новые. А вот если сунетесь к моему нижнему белью, сильно обижусь, — предупреждающе посмотрел на младших сестричек, греющих уши.

Поднял всем присутствующим настроение, настраивая на позитивный лад.

— Потом какая-нибудь пьяная звезда опять переспит не с тем, с кем ложилась. Политик станцует в неположенном месте, в неположенное время. Селёдка из Северного моря начнёт мигрировать в Балтику. В чём начнут искать след того, кого нужно. Найдут деньги у честнейших людей из правящей партии, или обычную муку, подкинутую человеком невидимкой. По крайней мере, так скажут авторитетные эксперты неавторитетных изданий. Или объявят об очередных каверзах иностранных государств, к которым и в этот раз никто не был готов, зная о них заранее. Вот увидите, скоро журналисты умчатся в поисках новых сенсаций, которые ещё не успели надоесть непритязательным читателям. Дважды рассказывать об одном и том же, признак плохого тона. Можно без работы остаться. А уж если какой-нибудь известный рыцарь помочится на стены уважаемого старинного заведения, скажем, Британского музея естествознания, то побегут наперегонки, отпихивая друг друга копытцами. Повизгивая от восторга. В нашем безумном мире постоянно что-то где-то происходит. Нужно либо набраться терпения, либо патронов.

Выслушав, Нора решительно заявила, что подпускать меня к журналистам однозначно плохая идея. Потребовав отдать ей телефон. С незнакомыми дяденьками не разговаривать. Тётенек избегать. Побольше жевать, поменьше говорить. В этом наши желания сошлись.

Ожидание спокойного выходного денька не оправдались. К нам повадились ходить непрошеные гости. Некоторым из них даже удалось быть выслушанными. К обеду заявился представительный господин из ордена Южного креста, ради агитации вступать в их ряды. Обещая, что там обо мне позаботятся. Будут платить, кормить, обеспечивать фронтом работы. Напирал на отличные условия социального обеспечения, уважения общества, программы поддержки и развития молодых дарований, различные преференции от государства и ордена. Выслушав, пообещал над этим подумать. Другого ответа, а он действительно старался его получить, не дождался. Перед уходом попросил сильно не затягивать со вступлением в орден.

Потом приходили ещё несколько представителей различных ассоциаций операторов А-поля, предлагая работу, учёбу, а кое-кто ещё и переезд в другое графство, получив тот же ответ. Оперативно сработало Министерство рыцарей британской короны, прислав пакет документов. Рекомендовали как можно скорее пройти государственную экзаменационную комиссию на присвоение официального ранга и получение действующей лицензии. Без неё государство меня в этом качестве не признавало, а значит, не имело обязательств. Могли возникнуть проблемы при устройстве на государственную работу, службу, с законом, определяющим границы дозволенного применения способностей, с оплатой налогов.

Нам прислали несколько приглашений посетить популярные ток-шоу. Оказывается, моё имя промелькнуло в заголовках новостной ленты вот их продюсеры и решили этим воспользоваться, подсуетившись, поймать волну. В итоге отправили их в урну. Приглашения, поскольку сами продюсеры не пришли. Мы для них были всё ещё недостаточно известны и значимы.

Потом в мою комнату ворвалась злая Ханна, заявив, что её друзья только и делают, что звонят да расспрашивают о брате. Начав меня пытать на тему, как я стал таким сильным? В чём секрет? Неужели и правда, как пишут в некоторых чатах, чуть ли не с младенчества тайно тренировался, жрал горстями целебные травы, сидел под водопадом, и вообще, являюсь секретным правительственным агентом? Иначе, как объяснить наличие навыков, которых одним внезапным пробуждением силы не получить? А может, я приёмный? Пробудились наследственные силы. Являюсь внебрачным сыном какого-нибудь аристократа. И такая тема тоже бурно обсуждалась в молодёжных чатах. Ещё имелась версия про вселение души умершего китайского мастера боевых искусств. Правда, не очень популярная, продвигаемая фанатами восточных литературных произведений. На вопрос, почему именно китайского, а не японского или, скажем, итальянского, смутившаяся сестра не ответила. А что, пиццу люблю, несколько слов на итальянском знаю. Чем не доказательство?

Обвинив в издевательстве над сестрой, шутя попыталась побить. Только для вида, в воспитательных целях. Показалось, что сегодня она вела себя немного иначе. Более эмоционально, с некоторой зажатостью и растерянностью. Словно что-то изменилось. Старая модель поведения перестала подходить. Похоже, ошеломительные новости оказали на неё больше влияния, чем она думала. Борьба стала чем-то вроде проверки. Ведь ещё вчера Ханна возилась со слабым, ничем не примечательным, бесполезным братом, за которым нужно было присматривать, а сегодня узнала, что он очень силён и знаменит. Всё изменилось буквально за один день. А ведь она очень хотела показать брату и старшей сестре запись своего выступления на спортивном фестивале. Похвастаться успехами. Получить заслуженные похвалы. Доказать, что она лучшая. Теперь Ханне об этом было стыдно упоминать. Сама почти половину ночи несколько раз изумлённо пересматривала запись Норы. Листала новостные сайты, читала чаты, не в силах поверить в случившееся. В то, что брат осуществил её мечту, чем вызвал приступ жгучей ревности и детской обиды на несправедливость. Смириться с этим было непросто.

Согласно прогнозам, в скором времени она могла претендовать на ранг кавалериста, но вот открытие ещё большего количества нейроузлов, необходимых для получения ранга оруженосца, было под большим вопросом. Не всё зависело от стараний. А уж о настолько шокирующем значении синхронизации даже мечтать не приходилось. Это было нечто бросающее вызов небесам.

Прекратив маяться дурью, чувствуя себя немного стыдливо и неуверенно, прячась за фальшивой злостью, отчего казалась слегка грубоватой, накинулась с расспросами. В чём секрет? Как удалось стать рыцарем? Что для этого делал? Заставляя чистосердечно признаться. Обещая никому не говорить. Пойдя на крайние меры. Предлагая за информацию делиться пудингами. Пришлось постараться, убеждая, что оно само так получилось, раз и всё, я уже рыцарь. Своим искренним извинением окончательно смутил сестру, убежавшую из комнаты. Поскольку напоследок обозвала привычным словом, думаю, всё закончилось хорошо.

Следом пришла Нора, которая также считала, что мы не всё обсудили на семейном собрании. Принялась допытываться, кто эта девочка, с которой я вчера гулял? Как зовут? Есть ли её фотография? А адрес личной странички в интернете? Насколько у нас серьёзные намерения? Предлагала услуги советчика. Нужно только исповедаться и всё будет хорошо. Ненадолго. Пока вновь собранный женский совет не решит мою участь.

Довела до такого, что уже я хотел сбежать из своей комнаты, чувствуя, как предательски горят щёки. Нашла какие задавать вопросы, — Предохранялись ли мы? Еле выпроводил смеющуюся сестру, прилипшую, как липучка.

Ещё через десять минут постучала Эдит. Попросила попозировать для рисунка, на котором потом нужно было расписаться.

— Тебе нужен автограф? — удивился.

— Нет, это не для меня. Вот здесь ещё на двадцати пустых листах распишись, потом сама наделаю копий. Вроде бы Миранда просила полуобнажённого, в банном халате, после принятия ванны, — прикусив губу, припомнила заявку подруги. — Ладно, с этим сама справлюсь. Там фантазия нужна. Мышцы будут рельефные, как у Самсона. О, а это хорошая идея, — почудился образ электрической лампочки, загоревшейся в глазах сестрёнки.

— Иди отсюда, предпринимательница, — вспылил, ещё не отойдя после визита Норы. — Настоящий художник должен рисовать для души, а не для кошелька.

— Так я и собираюсь рисовать для душ, страждущих искусства, — объявила Эдит, не видя в этом ничего зазорного. — Я уже и список клиенток составила. Предлагаю делить прибыль семьдесят на тридцать.

— Выйди, — указал на дверь.

— Хорошо. Шестьдесят на сорок. Соглашайся. Тебе же ничего делать не нужно. Вся работа моя, — принялась уговаривать.

— Мам, Эдит хочет продавать рисунки голого брата. Мне соглашаться? — применил запрещённый приём.

— Эдит! — из глубины дома раздался возмущённый вопль.

— Тц, — недовольно цыкнула сестрёнка, — ты ещё об этом пожалеешь. Ладно, придётся работать по памяти. Вот и сиди без денег, — тряхнув волосами, с гордым видом покинула комнату.

Выходные провёл в осаде сестёр, следящих за каждым моим шагом. В понедельник легче не стало. Упорные репортёры меня всё же дождались. В основном со второсортных каналов и частных новостных агентств, у которых не прекращалась вечная гонка за рейтингом. Впрочем, им это не помогло. Воткнув в уши капельки наушников, надев кепку, накинув капюшон толстовки, с непроницаемым выражением лица отправился в школу, игнорируя репортёров. Один из них, самый наглый, преградил дорогу. Не давал пройти, пока не отвечу на его вопросы. Почти тыкал в лицо диктофоном.

Спросив, как его зовут, на что он довольно заулыбался, подумав, будто добился своего, позвонил в полицию. Сообщил, что гражданин такой-то меня преследует, пристаёт, лишает права на свободу передвижения. Попросил проверить, уж не извращенец ли это. Под смешки коллег, побледневший мужик резво уступил дорогу, ругаясь на чокнутую молодёжь. А кто нас такими сделал?

До уровня эстрадных звёзд, известных актёров или политиков мне было очень далеко, поэтому до школы добрался спокойно, без помех. Никто на меня не заглядывался, пальцем не тыкал. Горожане продолжали жить своей повседневной жизнью, слабо интересуясь вещами, выходящими за пределы их круга общения или рабочих обязанностей. Подумаешь, объявился ещё один рыцарь подросток. Вот в любимом пабе пиво подорожало на пять пенсов, соседка изменяет мужу не с ними, а Ливерпуль проиграл Челси на своём поле, это серьёзнее. Лишь приблизившись к школе стал ловить на себе всё больше заинтересованных взглядов учеников. Они, да, показывали пальцем, оборачивались, активно между собой шушукались, фотографировали на телефоны, глупо улыбались, когда на них смотрел. Для учеников Хемильтона тема спортивного фестиваля была основной.

Кроме Гарри и Фреда почти ни с кем не контактировал. Большим количеством знакомых похвастаться не мог. Был достаточно замкнут, из-за чего просто так подойти ко мне и завязать разговор ребята не решались. Зато очень многие дружелюбно здоровались, чего раньше не было. Заметил и враждебные взгляды тех, кто поддерживал или относился к школьной команде по фехтованию. Когда зашёл в класс, народ замолчал, прервав разговоры. Стало непривычно тихо. Повернув головы в мою сторону, проводили взглядом до самой парты. Через несколько секунд, сломав лёд отчуждения ко мне начали подходить одноклассники. Поздравляли с победой, делились впечатлениями, хвалили. Назвали героем класса, которым гордились. Рассказали о слухах, возникших вокруг моей персоны и расспросах других учеников школы. Вели себя словно давние друзья, которые всегда ко мне хорошо относились, только стеснялись об этом сказать. На фоне такого оживлённого столпотворения Гарри не решился подойти. Издали показал поднятый вверх большой палец. Когда пришли Бенджамин Кросс и Аманда Льюэл, класс вновь ненадолго затих. Возникла напряжённая обстановка. Никто не знал, как отреагирует эта парочка на изменения моего статуса.

Поведение Аманды удивило многих, включая меня, застав врасплох. Эта улыбающаяся стерва спокойно подошла и принялась заигрывать, набиваясь в друзья. Никого не стесняясь, строила глазки. Заявила, что на фестивале я был очень мужественен. Практически неотразим. Произвёл на неё большое впечатление. Ей всегда нравились рыцари в сияющих доспехах. Была бы не прочь куда-нибудь после школы со мной сходить, поговорить на эту тему. Шутливо упрекнула в том, что раньше не обращал на неё внимание. Специально встала так, чтобы выгоднее подчеркнуть изящную шейку, видневшуюся из-за расстёгнутой блузки ключицу, роскошные волосы, донести запах дорогих духов. Ещё бы ножку подогнула и напоминала бы девушку с обложки. Чего скрывать, Аманда обладала потрясающей внешностью, вызывающей повышенное слюноотделение у озабоченных подростков. Состояла в десятке самых красивейших девочек школы. Ходила на гимнастику. Всегда знала, чего хочет добиться, двигаясь к цели напролом.

За всем этим наблюдал мрачный Бенджамин, сжимая и разжимая кулаки. Не став подходить, с недовольным видом уселся на своё место. Похоже, разговор с ним состоится позже, без свидетелей, и он мне определённо не понравится.

Патрисия Рэдклиф в пятый раз, с неприязнью посмотрела на серую картонную папку, без надписей и маркировок, лежащую на краю рабочего стола. Она не любила подобные носители секретной информации, после прочтения которых приходилось принимать непростые решения. Перемены, вот что они несли.

Прочитав доклад службы внутренней безопасности, решительно перешла к отложенной папке, пришедшей из отдела исследований и разработок. Переданную ей Рашми Чамар лично в руки, в обход своего директора. Сообщив секретарю, что ближайшие полчаса она будет занята, беспокоить только в крайних случаях, приступила к основательному изучению отчёта гениальной индианки, ежемесячно обходившейся корпорации в солидную сумму. По мере ознакомления, просмотра графиков и таблиц, Патрисия то хмурилась, то удивлённо поднимала брови, то озадаченно хмыкала. Несколько раз прерывалась на обдумывание отдельных частей многостраничного документа.

То, что ядро Оракула трём разным тестовым группам так и не удалось запустить, а попытка виртуальной симуляции в беспилотном режиме привела к серьёзному сбою, директор Бишоп уже успел отчитаться. Приглашённый со стороны рыцарь также не смог с ним работать, заявив, что у него появлялись бредовые галлюцинации и начиналась сильная головная боль. Не выдержавл и минуты синхронизации с ядром Оракула. Опираясь на результаты испытаний, посоветовал закрыть проект. Заниматься дорогостоящими разработками продукта, предназначенного всего для одного, пусть даже нескольких человек, обладающих какими-то уникальными особенностями, слишком расточительно и нецелесообразно. Корпорация не получит прибыли, а значит, у совета директоров возникнут к нему серьёзные претензии. Терять высокооплачиваемую престижную работу он не хотел.

Закрыв жалюзи, несколько минут просидела в тёмной комнате с закрытыми глазами, глубоко задумавшись. Поставив локти на стол. Переплетя пальцы рук. Открыв глаза, нажала кнопку автоматического открытия штор. Серую папочку засунула в шредер, позаботившись, чтобы от неё осталось только бумажная пыль. После чего по селектору вызвала секретаря.

— Мисс Роуэл, пожалуйста, подготовьте приказ о выделении конструкторской группы госпожи Чамар из структуры подразделения исследований и разработок в отдельную команду с кодовым обозначением Колыбель. Подчинённую только мне. Чтобы совет директоров не имел права запрашивать какую-либо информацию или вмешиваться в её работу. Это должна быть абсолютно закрытая команда с уровнем секретности и допуска три нуля. Передайте в бухгалтерию, что её финансирование будет осуществляться с моего личного счёта. Юридический отдел пусть составит договор, по которому все права на интеллектуальную собственность команды Колыбель должны принадлежать исключительно мне. И будьте добры, вызовите госпожу Чамар. У меня к ней деловое предложение.

Как и дочь, Патрисия тоже не любила делиться своими игрушками. Особенно такими.

Директор школы Святой Анны задумчиво посмотрел на телефон, завершив очередной звонок. Сегодня ему позвонили многие старые знакомые, поздравить с победой в школьном фестивале. С получением очень выгодного ученика, попавшего на первые полосы газет. Вызвавшего фурор. Приглашая встретиться, вместе выпить, поговорить. Ученик рыцарь менял многие расклады, приковывая к его школе повышенный интерес.

Напомнили о себе некоторые члены попечительского комитета, выразив полную поддержку действиям руководства школы. Согласились пойти навстречу в вопросах, в которых раньше отказывали. Выделить больше денег. Хотя только недавно эти же лицемеры заявляли о том, что не довольны его политикой, а теперь хвалят и радуются, будто в этом была и их заслуга.

Позвонили из Министерства рыцарей британской короны, потребовав не загубить юное дарование. Не позволить юному рыцарю стать приверженцем радикальных взглядов. Увлечься религиозными или националистическими идеями экстремистского толка. Поддерживать неправильные взгляды, идущие вразрез с официальной политикой государства. Нужно воспитать в рыцаре любовь к королю и родине. Это его прямая обязанность, как директора школы. Они ждут хороших результатов, за что готовы награждать и баловать, в зависимости от ситуации.

Звонили из телерадиокомпании, желая сделать репортаж. Родители весьма непростых детишек, интересуясь, правда ли создан класс совместного обучения. Кто ещё, кроме Йохансона в него войдёт? Желая понять, нужно ли привлечь своих детей к участию в этом проекте, пока ещё не поздно, или лучше подождать? Посмотреть, что из этой затеи выйдет. Всё же высокая репутация цветника Святой Анны была широко известна. Многие уважаемые люди женаты на выпускницах этого заведения.

Школа Святой Анны входила в четвёрку лучших в Англии, наряду с Первой королевской, школой Рыцаря Парсеваля, и школой Алой розы. Это были элитные учебные заведения, с ограниченным количеством мест, куда поступали отпрыски королевских фамилий, высшей аристократии, цвета рыцарства и самых могущественных людей Британии. Попасть туда было очень сложно. И уж точно, не с улицы.

Хотя школа Короля Георга V считалась элитной и достаточно знаменитой, но всё же уступала этой четвёрке, занимая лишь вторую линию. Даже превосходя Святую Анну по военной мощи своих клубов за счёт того, что там училось множество парней. Аристократов из сильных родов. К тому же следовало учесть, что Святая Анна принимала лишь дочерей, да и то, не самых выдающихся. Чтобы заводить связи, конкурировать с сильнейшими, зарабатывать больше влияния и находить выгодных женихов, большинство родителей отправляли наследниц в Первую королевскую или в школу Алой розы. Школа Рыцаря Персиваля имела уклон военной академии и предназначалась для тех, кто выбрал военную карьеру. Зато для тихих, домашних девочек, третьих-четвёртых дочерей, чья свобода была ничем не ограничена, школа Святой Анны подходила лучше всего. Давала им не только знания, но и хорошее воспитание. Основу того, что должна знать каждая благородная дама или деловая леди. За счёт пансиона, уча их самостоятельности. Предоставляя безопасную, уютную площадку для взросления, отгороженную от внешнего мира высоким забором, заросшим плющом и виноградом.

Если вспомнить школу Хемильтона, а Марк Шелтон как раз сейчас о ней думал, то её место было где-то в пятой линии.

Пока шла вызванная для беседы тренер команды по фехтованию, Марк на своём компьютере успел просмотреть несколько электронных документов.

— Добрый день, госпожа Фаулер, — доброжелательно поздоровался директор, жестом приглашая присесть. — Поздравляю с получением кубка осеннего фестиваля, — посмотрел в сторону шкафа, где за стеклом стояло несколько золотых кубков.

Те, что полагались за отдельные виды соревнований, были розданы участницам, а выданный за итоговую победу, остался в его кабинете. Став приятным дополнением коллекции трофеев, доступных для обозрения гостям этого кабинета. К сожалению, пока заполняя не всё свободное место на полках. Несмотря на это, если появится повод для оптимизма, Марк был готов хоть сегодня заказать новый шкаф.

— Как ваши девочки? Восстановились? Надеюсь, не получили серьёзных травм, требующих лечения? — заботливо поинтересовался.

— Благодарю. Ученицы сохранили хорошую физическую форму и высокий боевой дух. Готовы после отдыха вернуться к обычному графику тренировок, — невозмутимо отчиталась госпожа Фаулер. — Поводов для беспокойства нет.

— Как вы оцениваете результаты их совместной работы с рыцарем Йохансоном? Да и в целом. Как он смотрелся в составе команды? Был ли полезен? — директор задал неожиданный вопрос, продолжая смотреть на неё с прежней добродушной улыбкой.

Чуть наклонив голову вправо, Фаулер ровным тоном уточнила.

— Что вы имеете в виду?

— Стоил ли он усилий, приложенных для его включения в команду?

Получив подтверждение, директор попросил дать на Йохансона профессиональную характеристику.

— Скрытен. Осторожен. Явно обладает внушительным опытом, чей источник совершенно неясен. Быстро адаптируется к смене обстановки. Насколько силён, сказать сложно. Йохансон даже близко не показал реальные возможности рыцаря. Ровно столько, сколько нужно для победы над учениками Короля Георга V. Что уже показательно. Действовал экономно, но в то же время жёстко и эффективно. Его подготовка не относится к стандартной программе школьных клубов. Не тот стиль. Не пытался играть в благородство, делая поблажки противнику. Не рассчитывал на честный бой по правилам. Нет той крохотной рефлекторной задержки после успешной атаки, что в классическом спорте отводится на ожидание реакции судьи. Судя по увиденному, Йохансон предпочитает действовать из засады. Наносить быстрые удары в критические точки. Принимать неожиданные решения. В схватке упор делал на скорость, а не на изящество. Свободно читал своих противников, полагаясь либо на очень хорошую интуицию и наблюдательность, либо, опять же, на богатый опыт. Не пропускал ни одной ошибки противника. Мог бы в одиночку положить всю вражескую команду, однако предпочёл остаться в тени, сыграв роль поддержки. Больше всего подобная подготовка характерна для бойцов спецподразделений. Однако, он определённо всё время был на виду. Надолго из поля зрения не пропадал. Учёбу не пропускал. Из дома не сбегал. Белых пятен в биографии не нашла. Телосложение не развито. Шрамов на теле не заметила. Поэтому теряюсь в догадках. Если это врождённые инстинкты, то Йохансон настоящее чудовище. При должном обучении, будущий чемпион турниров. Оценить потенциал развития не могу. Нет доступа к его медицинским данным. Достиг ли потолка, или ему ещё есть куда расти. Единственное, что заметила, у парня очень высокий уровень синхронизации. Если не высший, то точно высокий. Двигался слишком легко, плавно, словно совсем не замечал сопротивление А-поля.

— Подытожим. Как приобретение, он выгоден? — Марк был серьёзен, задавая этот вопрос.

— Да, — незамедлительно ответила Фаулер, выжидательно посмотрев на директора.

Догадываясь, что это не праздное любопытство.

— Хорошо. Давайте продолжим игру девочек, что они начали. Кто инициатор? Рэдклиф? Данные, что она внесла в учётную систему Святой Анны, неполные. Допущены мелкие ошибки в оформлении. Пусть исправляет. А дальше… я их завизирую, — улыбнулся коварный директор. — Отправим спасителю принцесс официальное приглашение на перевод в нашу школу. Благо родительский комитет и попечительский совет дали окончательное добро на проведение эксперимента с классом совместного обучения. Посмотрим на его реакцию. Глядишь, чья-то вчерашняя фантазия станет завтрашней реальностью. Вы же со своей стороны поможете замотивировать парня вступить в нашу доблестную команду по фехтованию?

— Хотите расшевелить этот сонный серпентарий, запустив туда мангуста? — заинтересовалась Фаулер. — Хорошая идея. На это стоит посмотреть. Правильная мотивация им тоже не помешает. Можете на меня рассчитывать. Без рыцаря нам не выиграть следующий этап, на кубок графств. Думаю, он будет хорошо смотреться в этом шкафу, — Фаулер ненавязчиво подогрела желание директора заполучить Йохансона.

Ледяная ведьма серьёзно заинтересовалась гоблином. У неё ещё тогда появились на этот счёт свои мысли, делиться которыми ни с кем не собиралась.

— Несомненно, — согласился Марк, придя с ней к согласию.

Со второй половины уроков меня сняли, вызвав к директору. Сильно недовольный мужчина минут десять распекал за непослушание и выходку с оказанием помощи команде Святой Анны. Кричал, — Что всё это значит? Ты хочешь перевестись в их школу? А как же чувство ответственности и товарищества? Они в меня столько сил вложили, заботились, а я, неблагодарный мальчишка, собирался подло поступить по отношению к родной школе. Бросить её. Предать доверие одноклассников и учителей, надеявшихся на то, что теперь я мог сделать их жизнь более приятной. Помочь гордиться своим учебным заведением. Прославить его. В котором, внимание, учится большая часть моих соседей. И вообще, почему я не ценю учителей, проявлявших повышенное понимание к моей низкой успеваемости? Они даже один раз согласились отсрочить очередной платёж за обучение. А сколько раз закрывали глаза на моё плохое поведение? На то, что провоцировал драки. Мусорил в неположенных местах. Ругался. Разлагал дисциплину. О чём не сообщали родителям, чтобы не доставлять мне лишних неприятностей.

Речь директора изобиловала призывами к патриотизму в отношении школы Хемильтона. Напомнил обо всех моих прегрешениях, накопившихся за годы учёбы. Предложить-то ему особо было нечего, по сравнению со школой Святой Анны. Это понимали мы оба. Зато директор мог угрожать, что и сделал. Не напрямую, уклончиво, но донёс всю серьёзность последствий, если немедленно не вступлю в их команду по фехтованию. Вместо свободного посещения и сдачи экзаменов при любом количестве правильных ответов, меня ждут придирки по любой мелочи. Я мог бросить школу, но и школа могла так испортить мои характеристики, переходные табели успеваемости и прочие документы, вплоть до постановки на учёт, как психа и социопата, что с ними меня не только в университет, в дворники не возьмут.

Не успел вернуться в класс, как был перехвачен капитаном команды по фехтованию. Специально караулил, чтобы отвести в клуб. Заявив, что меня туда уже записали. На что получил ответ, пусть тот, кто записывался под чужим именем, сам в него ходит. Я-то тут при чём?

Капитан команды, накачанный здоровяк, постоянный клиент спортзала, дипломатичностью и мягким характером не отличался. Не дав уйти, прижал меня к стене. Тихим, угрожающим голосом напомнил, что хотя административных ресурсов у него нет, но есть физическая сила. Это в фантомном доспехе я непобедим, а вот в реальной жизни всё обстоит немного иначе. Нет, бить меня он не станет, осознавая последствия, но и на защиту от школьных хулиганов могу не рассчитывать. О чём им сообщит лично. Мало ли придурков в этой школе. О моих проблемах он уже успел всё разузнать. Зато, если присоединюсь заместителем, а не начальником, могу в этой школе делать всё, что пожелаю. Бить кого и когда хочу. С президентом школьного совета он этот вопрос решит. Ещё бы со своим двоюродным братом не смог договориться.

Под завершение этого «чудесного» дня, после уроков меня поймал злой Бенджамин, которого начала игнорировать Аманда. Плюс одноклассники стали косо посматривать, с осуждением и улыбками. Ранимая душа футбольного нападающего этого не выдержала. Найти повод для ссоры труда не составило. Выставил меня крайним. Знал, сволочь, на какие болевые точки давить, чтобы я вспылил и повёлся на провокацию. За что вскоре поплатился.

Заведя в укромный уголок, Бенджамин со своими приятелям избил меня. Потешил самолюбие победой над героем спортивного фестиваля. Ещё насмехался, спрашивая, что скажут другие ученики, узнав, что настоящего рыцаря избила в подворотне какая-то малолетняя шпана? Где окажется моя репутация? Сделав несколько снимков на телефон, пригрозил, если кому-нибудь об этом расскажу, то сольёт их в интернет. Получит свою порцию скандальной известности, прославившись на весь район.

Довольные собой школьники ушли развлекаться. Напоследок пообещав, что завтрашний день мне тоже не понравится, как и послезавтрашний. Оставлять такое без последствий я не собирался, так что не стал падать духом. Ещё посмотрим, кто будет смеяться последним. Проиграно сражение, а не война. Во время спортивного фестиваля во мне словно что-то переключилось. Сломался психологический барьер. Я больше не боялся этих уродов. Считал их жалкими, никчёмными людишками.

Разрабатывая планы мести, как стать сильнее, чтобы подобное не повторилось, вернулся домой. Поскольку в этот раз под воздействием эмоций Бенджамин не сдерживался, ну дурак, что с него возьмёшь, сёстры узнали о произошедшем с первого взгляда. Прочитав всё по моему лицу.

— Что произошло? — потребовала объяснений разъярённая Нора.

— Упал.

Свои проблемы намеревался решать самостоятельно, не вовлекая в это родных. Чтобы в случае чего у них не было неприятностей. Не буду же всю жизнь прятаться за чью-то юбку. Я же мужчина. Я гоблин! Дикий, жестокий, который вскоре отведает крови зазнавшихся крестьян.

— Ханна, иди сюда. Нужен специалист по падениям, — рявкнула старшая сестра, вызывая подмогу.

А там и младшие подтянулись, заинтересованные причиной поднятого шума. По голосу Норы поняв, что что-то случилось. Вскоре меня взяли в плен, посадив на стул. Негодница Эдит ещё и свет настольной лампы в мою сторону направила.

— Кто? — нахмурившись, спросила Ханна, безошибочно определив характер повреждений.

— Где? — невинно спросил, изображая простодушного дурачка.

— Значит, не скажешь? — угрожающе прищурилась Нора. — Это уже зашло слишком далеко. По-видимому, самостоятельно справляться с неприятностями у тебя не получается. Какие к чертям детские игры? Становится только хуже. Ханна, селёдка вяленная. Я тебя о чём просила? — сорвалась на смутившейся сестре, виновато опустившей взгляд.

— Так я ходила, трижды. Всё было нормально. Не могу же за ручку каждый день его водить в школу. У меня тоже расписание есть. И так много раз опаздывала, — попыталась оправдаться.

Испепеляющие на неё посмотрев, Нора отобрала мой телефон.

— Раз наш пень не колется, нужен информатор. Которого не жалко. У него же должны быть друзья, которые в курсе, что в этом зверинце происходит. Заблокировано. Кто знает пароль?

— Я знаю, но не скажу, — ухмыльнулся, поморщившись от боли в разбитой губе.

— Я знаю, и я скажу, — радостно сообщила семейная взломщица гаджетов, Марта.

На вопрос откуда, заданный мною, довольная собой Марта показала язык. Нора быстро нашла номер Гарри, вспомнив, что я как-то приглашал этого парня в гости. Задумчиво оглядев выжидательно замерших сестёр, остановила выбор на Эдит.

— Позвони ему. Прикинься влюблённой соседкой и пригласи на вечернее свидание. Встречу назначь через полчаса на пересечении девятой и Гравер-стрит. В сквере, за круглосуточным. Где детская площадка. У тебя самый мягкий и сексуальный голос. Ханна точно всё запорет. Парень подастся в бега раньше времени.

— Вы не посмеете! — испугался за Гарри.

Попытался вскочить и отобрать телефон, но меня снова силой усадили на стул. Чтобы не брыкался, Марта сбегала и принесла бельевую верёвку, которой меня шустро привязали к стулу.

«Во что играют эти плохие девочки? Я так последнего друга потеряю», — забеспокоился.

— Ещё как посмеем, — со зловещей улыбкой подтвердила Нора.

— Сестрёнка, ты же меня любишь? — жалобно посмотрел на Эдит, призывая отказаться.

В момент пугающей смены выражения её лица, по телевизору как раз началось выступление музыкальной группы, играющей безумную музыку с бешеным ритмом. С барабанами, трубами и саксофоном. Увидев широченную, хищную улыбку маньячки, меня передёрнуло от ужаса.

— Нет!!!

— Скотч или ванная? — задумалась вслух безжалостная Нора.

В итоге сошлись на том, что Эдит будет звонить с улицы. Захватив с собой клюшки для игры в крикет, банда Йохансонов, в одинаковых кроссовках, тёмных толстовках и медицинских масках отправилась выбивать информацию. Марту, как самую маленькую и невинную, я бы с этим поспорил, оставили за мной следить. Нора ей что-то нашептала на ушко, после чего любые попытки подкупа бдительного надзирателя оказались тщетны.

Вернулись сёстры поздно, мрачные и задумчивые. Ханна сразу ушла к себе в комнату, избегая смотреть мне в глаза. Молчаливая Нора, развязав, с большим сожалением сказала, — Дать бы тебе идиоту клюшкой по голове, да инструмент жалко портить.

— Почему раньше ничего не говорил? Неужели не верил, что мы можем помочь? Считал нас настолько слабыми?

С заблестевшими от влаги глазами внезапно сильно обняла. Почувствовал себя очень неловко. Виноватым. Мысленно проклинал всю эту чёртову школу и её учеников, сделавших моей сестре больно.

— Да всё в порядке. Не травят меня в школе. Да, кое с кем натянутые отношения. Иногда дерусь со всякими придурками. Но я не плачу вымогателям, не нуждаюсь в покровителях и не прячусь по углам. Где-то денька через три разберусь с обидчиками. Вот увидишь, — попробовал её приободрить. — Я уже самостоятельный.

— Да-да. Мы тоже. Завтра же натравлю на Хемильтон комиссию по делам школьного насилия. Ты там не один учишься. Наверняка грязного белья накопилось выше крыши. Раз пованивать начало. Заодно подам анонимную жалобу в департамент образования. Я заставлю заплатить школьную администрацию за халатность, а Ханна займётся воспитательной работой с учениками. У неё на подхвате целая банда отморозков. В этом районе твою сестру до сих пор уважают и боятся. Не говоря уже о друзьях из Хэмптона, которые перевернут тут всё. Каждому футболисту по накаченному мячику в задницу засунут, — разошлась воинственная Нора, не сдерживаясь в выражениях.

— Брат, извини. Я сотру каракули, что тайно нарисовала на твоём столе. Снизу, — повинилась Эдит. — И прощу тебе две, нет три украденные шоколадки.

«Она их что, считает?» — недоумённо на неё посмотрел.

После того как сёстры ушли, оставив меня в смятенных чувствах, с яростью принялся звонить Гарри, посмевшему расстроить моих сестёр. Довести их до такого состояния. Уж лучше бы они на меня злились, чем извинялись. Как назло, телефон был отключён. Ладно, завтра с ним разберусь.

Однако, завтрашний день принёс ещё больше сюрпризов. Утром сёстры обнаружили возле нашего дома удивительную картину. Припаркованный напротив входа роскошный лимузин с тонированными стёклами. Водителя в тёмном костюме, перчатках, фуражке, навытяжку стоявшего возле задней двери автомобиля. Мелькающие в окнах любопытные лица соседей. Как только мы вышли, в одно время разбегаясь по своим учебным заведениям, водитель предупредительно открыл дверь.

Одетая в красивую школьную форму: зелёный пиджак, плиссированную клетчатую юбку, высокие гольфы, из машины вышла Кейси Рэдклиф. Мило улыбнувшись, помахала мне рукой. Теперь не удастся оправдаться, что она тут случайно. Заблудилась. Страдальчески вздохнул, предчувствуя, что начинаются настоящие неприятности. Вчера была только разминка.

«Почему именно сейчас, при сёстрах? — поднял глаза к небу, словно спрашивая, — За что мне это?»

Они все выходные допытывались, кто та девочка, имя которой упорно скрываю. Вот и встретились. Интересно, что ей от меня понадобилось?

— Эрик, кто эта девушка? — полюбопытствовала мама, закрыв ключом входную дверь нашего маленького дома.

Окинув нечитаемым взглядом лимузин и водителя. Что-то у меня неприятно засосало под ложечкой с той стороны, где шли сёстры. Остановившиеся сразу, как она мне помахала.

— Рот закрой и улыбайся, — сквозь зубы прошептала Ханна ошеломлённой Марте.

— Эрик? — бархатным тоном поддержала вопрос Нора.

Может, я и сумел бы придумать правдоподобное объяснение, но великая Кейси сделала свой следующий шаг. Подойдя ближе, вежливо поклонившись, поприветствовала мою родню.

— Здравствуйте, меня зовут Кейси Рэдклиф и я подруга вашего сына. Не возражаете, если ненадолго его заберу? Обещаю доставить в школу вовремя, в целости и сохранности, — по сути, не оставила им выбора.

— Приятно познакомиться. Да-да, конечно. Эрик, веди себя хорошо, — строго предупредила мама, продолжая с застывшей улыбкой смотреть на Кейси.

— Не задерживайся после школы. Мы сегодня собирались поиграть в крикет… с тобой, — выразительно посмотрела на меня Ханна, выделив последнее слово. — А то в последнее время стал о нас забывать.

«Кажется, сегодня я позавидую Гарри. Интересно, если добежать до посольства Эквадора, мне дадут там убежище? Не выдадут?» — сокрушённо подумал, сохраняя прежнее выражение лица.

Под пристальные взгляды родных, которые почему-то никуда не спешили, с важным видом сел в машину, позволив водителю закрыть за мной дверь.

— Что привело вас к моему дому, мисс Рэдклиф? — вежливо полюбопытствовал у девушки, усевшейся напротив.

Ездить в лимузинах ещё не доводилось, но мне определённо нравилось здесь больше, чем в автобусе. Уже за одно это ей можно сказать спасибо.

— Мне вновь нужна твоя помощь, — грустно призналась Кейси, посмотрев на меня глазками брошенного щеночка.

Рассказала о том, что её с президентом школьного совета вызвали к директору Святой Анны. Поздравив с победой на спортивном фестивале, он укорил их за небрежно выполненную работу. За недостаточно тщательный подход к афере, из-за чего у школы возникло недопонимание с Министерством образования.

Кейси, как человека, принёсшего Святой Анне победу, винить сложно, да и уже поздно. А вот её подругу, за махинации с документами, самое время. Она внесла в учётную систему неполные личные данные Йохансона, оформив их наспех, с ошибками, на что Министерство образования обратило внимание. Задав вопрос, в таком случае на каком основании школа приняла решение о зачислении Йохансона? Теперь, чтобы избежать расследования, ограничившись получением устного замечания, требовалось оформить всё, как полагалось. Даже для того, чтобы просто отклонить заявку, которой не было, что тоже вызывало вопросы. В итоге директор поставил их перед выбором. Либо Кейси достаёт недостающую личную информацию Эрика Йохансона, с копией всех документов и подписанным заявлением, либо её подруга лишается своего поста. Получает дисциплинарное взыскание. Будет сама разбираться с последствиями, получившими огласку.

Подставлять подругу, часто её выручавшую, Кейси не захотела. Заявила, что сегодня же их привезёт. Президент школьного совета сможет оформить всё должным образом, закрыв эту историю ко всеобщему счастью. Попросила выручить. Напомнила, что деньги за эту работу я уже получил. Пообещала взамен угостить обедом в дорогом ресторане. А ещё вспоминать хорошими словами, хвалить и рекомендовать подругам.

Поддавшись на уговоры этой хитрой лисы, попросил отвезти обратно домой, где написал заявление с просьбой о переводе в школу Святой Анны. Поставил подпись. Отправил на заранее выданный номер её телефона фото паспорта и свидетельства о рождении. Вернувшись в лимузин, помог заполнить анкету.

— Всё?

— Да, ты мне здорово помог. Спасибо, — поблагодарила Кейси, убирая аккуратно собранную стопку листов в папку. — А что у тебя с лицом? — только сейчас об этом спросила, перестав переживать о судьбе близкой подруги.

— Тренировался.

— Оу. Занимаешься боевыми искусствами? — похвалила.

— Нет. Скорее это цена за допущенную ошибку. Принял неверное решение при оценке тактической ситуации, — описал произошедшее своими словами.

— Сурово, — посочувствовала Кейси, присматриваясь к моему лицу, наклонившись ближе.

Поняв, как это смотрится со стороны, смущённо отстранилась.

— У нас Ледяная ведьма хоть на тренировках и зверствует, но до такого не доводит. Кстати, а где ты тренируешься?

Пока ехали в школу Хемильтона, позабыв про время, успели довольно непринуждённо поговорить. Пришлось прибегнуть к небольшому обману и изворотливости, чтобы избежать рассказов о себе.

Наше прибытие произвело неизгладимое впечатление на школьников. Собравшись в толпу, они с восхищением и завистью разглядывали блестящий чёрный лимузин. Гадая, кто же это пожаловал? Что за знаменитость? До тех пор, пока водитель не выпустил меня из машины, продолжая выполнять обязанности профессионального дворецкого. Поскольку Кейси осталась внутри, показалось, будто это был мой лимузин. Увидев, какими взглядами провожали меня ученики, постарался побыстрее войти в школу, пока не окружили. Жалея о минутной слабости, поддавшись на уговоры подвезти меня прямо до ворот.

Слухи о столь пафосном прибытии в школу распространились подобно лесному пожару. Вызвав фурор. На переменах возле нашего класса постоянно собиралась толпа, приходившая посмотреть на местную знаменитость. Меня теперь повсюду сопровождали желающие увидеть, что ещё такого выкину. Следили за каждым шагом. И… генерировали всё больше необоснованных слухов. Благодаря чему, ни Бенджамин, ни капитан клуба фехтования не рискнули создавать мне неприятности. Выжидали подходящего момента.

Поняв, в чём дело, вовсю пользовался этим преимуществом, водя по школе паломников. Устраивая собрания и экскурсии. С умным, понимающим видом ходил по клубам, под предлогом интереса к тому, как они живут. Делился авторитетным мнением. Чему их польщённые члены радовались, как дети, получившие признание взрослых. В столовой целую речь произнёс, благодаря всех за поддержку и усилия, приложенные на фестивале. Мне даже похлопали.

Часто замечал задумчивую Аманду Льюэл, попадающуюся на глаза то тут, то там. Якобы случайно. Подобно хищнице, преследующей добычу, кружила вокруг меня в ожидании подходящего момента. Ей сильно не нравилось повышенное внимание к моей персоне со стороны других учениц. Так что за ними они следила не менее пристально, отгоняя самых смелых.

С чего вдруг у Аманды проснулась ревность, догадывался, поэтому никаких иллюзии на её счёт не питал. Игнорировал, или обходил стороной. То же самое, но в отношении меня, предпринимал Гарри. Только в его случае ясно виднелся мучивший парня стыд, перемешанный с чувством вины. Моральные страдания Гарри ручейком пролились на пламя моей мести, погасив её. Так что временно мы друг с другом не разговаривали. Такое раньше уже случалось, это не первая наша ссора. Думаю, денька через два опять будем общаться как ни в чём не бывало. Мы же друзья.

После обеда вновь вызвали к директору, где тот объявил, что завтра у меня возьмут интервью. Должны подъехать какие-то его знакомые с телевидения, с которыми всё обговорено. Выдал готовый сценарий с вопросами и ответами, приказав заучить. Предупредил, никакой импровизации, всё должно быть строго по бумажке. Пусть только попробую завтра опозорить его или школу. И вообще, сегодня мне ещё нужно подойти к редактору школьной газеты. По поводу очевидных следов участия в драке не сказал ни слова. Похоже, заключил взаимовыгодное соглашение с капитаном команды по фехтованию.

Подтвердив, что всё понял, забив на последний урок, поехал домой. Сценарий выкинул в первую попавшуюся урну. Находиться в этой школе мне нравилось всё меньше и меньше.

— Хочет получить интервью? Будет ему интервью. Целую пресс-конференцию устрою. Сегодня же обзвоню все центральные телеканалы. А перед выходом на сцену навещу своего друга Бенджамина, Карлсона и Митте, — припомнил всех достающих меня хулиганов. — Выскажу в лицо всё, что о них думаю. О половой ориентации, умственных способностях, внешних данных и даже о фетишах. О, это будет эпичное интервью, — в предвкушении облизнул пересохшие губы. — Закрыть глаза на царящий здесь бардак уже не получится.

Насчёт капитана школьной команды по фехтованию тоже были варианты. Я ведь могу и согласиться на его предложение, получив доступ к силовому снаряжению. Неужели этот идиот не понимает, что такое неосторожное обращение с оружием?

Тёмного властелина изображал из себя ровно до возвращения сестёр. Потом мне быстро объяснили, чем обычно заканчивается борьба добра с ослом. И кто тут главные героини. Замаячила перспектива вновь освежить воспоминания о стуле, верёвке и лампе имперского дознавателя. Сёстры жаждали подробностей того, чему они были свидетелями этим утром. Кто эта богатая красотка они уже выяснили. Телефоны с доступом в интернет были у всех. Набрать в поисковике фамилию Рэдклиф труда не составило. Пришедшая с работы мама не только не прекратила это безобразие, наоборот, возглавила его. Убеждал, что с Кейси знаком поверхностно, так, пересекались пару раз на спортивном фестивале. Никаких планов на её счёт не строю. Заехала к нам потому, что ей было по пути. Стало скучно. Вряд ли ещё раз встретимся.

Успокоенная мама вздохнула с облегчением. Она нашу дружбу явно не одобряла, считая, что ничего хорошего при таком разрыве в материальном положении из этого не выйдет. Семья Рэдклиф не одобрит подобной связи и будет смотреть на Йохансонов свысока. Ни во что не ставя. Друзья Кейси будут надо мной смеяться. Говорить гадости за спиной. Я же им неровня. Её любимого сыночка ждёт разочарование, и в конечном счёте унижение. К тому же быть в роли бедного родственника, которого жалеют, она не хотела.

Сёстры хоть и отстали, но смотрели с такой подозрительностью, что даже я начал сомневаться, нет ли у меня с Кейси тайных отношений. А судя по глазам Марты, ещё и запретной связи. Уж не знаю, в чём она должна выражаться.

На следующий день планы большого количества людей обернулись прахом. Директор, я, Бенджамин, капитан команды по фехтованию и многие другие были вынуждены вести себя предельно примерно. В школу внезапно нагрянула проверка из Министерства образования. Ещё объявились правозащитники из комитета защиты прав детей. Почти сразу всплыло несколько неприятных историй, из-за чего обильно потеющий директор вынужден был отменять интервью. Притормозить выпуск статьи в школьной газете, чтобы не привлекать к моей персоне лишнего внимания проверяющих органов.

Ещё сильнее занервничал, когда вечером какие-то хулиганы проникли на школьный стадион и подрались с футбольной командой, в результате чего её главному нападающему сломали ногу. На следующее утро всплыл ещё один неприятный факт, бросающий тень на репутацию Хемильтона. Один из учеников, Стив Карлсон был задержан полицией за непристойное поведение. Видеоролик с его участием, снятый на улице случайными прохожими, быстро набрал большое количество просмотров и комментариев. Согласно показаниям Стива, вечером на него напала какая-то сумасшедшая старшеклассница, прячущая лицо за маской, подловив у магазина. Затащила в подворотню. Угрожая расправой, раздела догола и выгнала на многолюдную улицу. Заставив по ней пробежаться. Все его вещи оставила на месте, не взяв ни денег, ни телефона.

Кроме того, на ближайших к школе остановках неизвестные расклеили качественно нарисованный фоторобот другого ученика Хемильтона, по фамилии Митте. Сделанный неотличимым от полицейских ориентировок. На которых граждан предупреждали об орудующем в этом районе извращенце, пристающим к пожилым женщинам. С просьбой при его обнаружении звонить на указанный номер. Причём это был номер городского телефона в квартире, где проживала семья Митте. Министерские тут же начали проверять, нет ли связи между этими происшествиями?

В случайности я не верил, тем более время отсутствия сестёр с ними совпадало. Когда позвали на разговор с проверяющими, мило улыбаясь поведал о том, что ни о каком школьном насилии мне неизвестно. Пострадал на тренировке, дома. И вообще, меня тут все любят. Директор даже пообещал помочь вступить в клуб любителей чая и домашней выпечки. Страсть как люблю готовить и угощать печеньками. Можете у него сами спросить. Директор подтвердит. Подтвердит-подтвердит, куда он денется.

Вроде бы только всё начало налаживаться, как судьба подкинула очередной сюрприз. Курьер принёс официальное письмо из школы Святой Анны о зачислении меня в какой-то особый продвинутый класс. С просьбой родителям прийти в школу подписать пару документов. В толстом, запечатанном бумажном пакете, помимо письма на гербовой бумаге было расписание занятий, рекламный буклет, справочная информация, книжка со школьными правилами.

Вначале, получившая пакет мама, решила, что его прислали по ошибке. Перепутали адрес. Однако убедившись, что адрес указан верный, да ещё с припиской, для Йохансонов, растерялась. Заинтригованно пролистав буклет, с фотографиями старинного дворца, перечислениями имён таких покровителей и лучших выпускниц, что хотелось за голову хвататься, созвала срочный семейный совет. Не прочитав до конца письма, принялась играть в детектива. Поскольку школа была женской, методом исключения из списка подозреваемых вычеркнула меня. Затем Марту, как самую маленькую и Нору, как уже окончившую школу.

— Кто из вас двоих заразился звёздной болезнью? Может это не у Эрика, а у вас появился очень богатый ухажёр? Мне идти за таблетками от сердца? Или за валерьянкой? Я даже спрашивать боюсь, во сколько обойдётся обучение в этом… логове старой аристократии. Спятили? — повысила голос. — А ну, живо признавайтесь, на что пошли, чтобы вас зачислили в эту школу?

Вот что её беспокоило на самом деле. Боялась, что её детей будут там притеснять.

— Это не я, — тут же подняла руки Эдит.

Крайне удивлённая Ханна, взяв письмо, быстро его прочитала.

— Офигеть. Мам, это Эрика приняли в элитную женскую школу. Как?! — посмотрела на меня со смесью восхищения и потрясения.

— Может это ошибка, — выхватила у неё письмо Нора. — Хотя нет, не похоже. На шутку тоже. А ещё тут сказано, что это не он будет платить за обучение, а ему. Если Эрик будет участвовать в программе подготовки рыцарей. Да у него стипендия будет больше, чем у меня зарплата. Какого…, — осеклась, не став ругаться при детях. — Ты подавал документы на поступление в школу Святой Анны? — повернулась ко мне.

Вспомнив, что делал в лимузине, вынужденно кивнул. Эдит посмотрела на меня как на волшебника.

— Мам, но Эрик же парень, — озадаченно напомнила Марта, не понимая, как это возможно.

— Я знаю, милая. И он тоже это знает. Эрик, зачем ты подал документы в школу Святой Анны? — у матери голова пошла кругом от попытки найти логическое объяснение.

— Потому что там учится моя подруга, Кейси Рэдклиф. Она помогла с подачей заявки, — сообщил несколько заторможено, загипнотизированно разглядывая буклет.

Не было времени придумывать что-то иное. Сам был в шоке от такой новости. Всё происходило слишком быстро. Я не успел свыкнуться с тем, что стал рыцарем, а теперь ещё и это.

После моего заявления возникла напряжённая пауза. На меня смотрели очень внимательно, с оттенком угрозы. Причём все. Даже, такое ощущение, стоявшее на полке в рамочке фото отца. Прячущий под суровым взглядом гордость и одобрение, но так, чтобы не заметила мама.

— Так что ты там говорил по поводу того, что не строишь никаких планов в отношении Рэдклиф? Мол, между вами ничего нет. Правда? — ехидно напомнила Нора.

— Эрик Йохансон, я требую объяснений, — построжел голос матери.

Переход на официальный стиль общения означал, что она в гневе. Я посмел её обмануть.

— Хотел, как лучше. Получилось… как получилось. Ты же сама говорила, нужно стремиться к лучшему. Лучше этой школы не нашёл. Она на порядок престижнее, чем Хемильтон. Если смогу её закончить, представляешь, какие передо мной откроются перспективы? — вдохновлённо начал искать оправдание.

— Но она же женская, — привела довод Хелен, смущающий её больше всего.

— И что? Пусть те, кто об этом знают, завидуют. Диплом Святой Анны подчеркнёт мою исключительность. Разве ты за меня не рада? — сместил акценты обсуждаемой темы.

— Рада. Очень, — признала мама. — Но Эрик, а ты подумал, что делать дальше? Поступить, не означает успешно закончить.

Дальше разговор перешёл из эмоционального в конструктивное русло. Переместившись всей семьёй к компьютеру, принялись искать подробную информацию об этой школе. Чем тщательнее я обдумывал подвернувшуюся возможность, тем больше она мне нравилась. Вовсе не тем, что вокруг будут одни красивые девчонки. Получу особое отношение. Почувствую себя частью элиты. Школа Святой Анны действительно могла стать той ступенькой, которой мне не хватало, чтобы взлететь. До сих пор болтался на волнах унылой повседневности, как бесхозная лодочка. Плывя по течению. Это был шанс всё изменить. Как недавно правильно заметила Нора, дальше так продолжаться не может. Я жаждал перемен, краешком прикоснувшись к сказочному миру общества, живущего на верхних этажах социальной лестницы. Куда однажды поднимусь не только сам, но и вытяну сестёр. Нельзя сказать, что не был им благодарен за всё, что они для меня делали. О чём стеснялся признаться вслух. Мне нужно стать сильнее и храбрее, чтобы преодолеть этот барьер. Ничто так не способствует укреплению характера, как переход в более суровую среду обитания, чем та, к которой привык.

Задумчивая Хелен, решив завтра съездить в школу Святой Анны, узнать всё на месте, проговорилась, что нам, скорее всего, придётся брать кредит на обучение. Школьные принадлежности, обеды, форма, поездки, различные сборы, всё это требовало денег. На что решительно возразил. Убеждённо заявил, что на своё обучение заработаю сам. После чего показал счёт в сто тысяч фунтов, полученных от Рэдклиф. На первое время нам всем их хватит с запасом, а там, посмотрим. Семью такие откровения окончательно добили. Сильно завидующая Ханна предложила поднять меня за ноги и хорошенько потрясти, вдруг ещё какой-нибудь секрет вывалится.

В этот вечер вся семья засиделась допоздна, в сомнениях, обсуждениях и спорах. Даже когда легли, мы не сразу уснули. Я заметил, как сёстры, запершись в комнате Эдит, устроили секретное совещание. Настолько секретное, что, приложив перевёрнутый стакан к двери, бесстыдно их подслушивал. На нём был поднят вопрос, что делать, если меня начнут обижать и в новой школе? Там совершенно другой уровень учеников и преподавателей. Если здесь сёстры Йохансоны ещё могли навести шороху в кустах, то там они смотрелись не крупнее мелкотравчатых грызунов. Это их серьёзно беспокоило. Ещё узнал о проблемах Ханны. Даже успел их решить, не сходя с места. Оказывается, на неё в Хэмптоне тоже начали давить с просьбой устроить перевод брата к ним. До такого беспредела, как в Хемильтоне не доходили, но всё же. Теперь от неё отстанут, так как конкурировать со Святой Анной побоятся. Ханну начнут больше уважать и одноклассники, и в команде. Если раньше я завидовал сестре, тоже желая учиться в Хэмптоне, то теперь всё стало наоборот.

На следующий день Хелен посетила школу Святой Анны, подтвердив, что меня на самом деле туда приняли. После поездки была под сильным впечатлением. Купила на радостях бутылку вина, сделав праздничный ужин. С умилением и гордостью смотрела, как мы ели. Делилась впечатлением, рассказывая об этом, как о походе в музей. Сёстры зачарованно слушали, охали и страшно завидовали. Даже Нора. Марта пока плохо понимала, куда я попаду, поэтому попросила привезти оттуда сувениры. Хотя бы магнитик на холодильник.

Следующим утром, сияя лучезарной улыбкой, поработал вестником хороших новостей. Желая поделиться радостью с окружающими, в первую очередь навестил директора. Послушал, как он орёт, брызгая слюной. Запрещал, угрожал не подписать мой перевод. Извинялся. Просил одуматься. Помахав на прощание ручкой, пожелал крепкого здоровья. Затем встретился с Гарри, попрощался. Сводил в кафе, угостил мороженым, как бы странно это ни звучало. Заверил, что несмотря на смену школы, он по-прежнему остаётся моим лучшим другом. Возникнут проблемы, пусть звонит. Появится желание, заходит в гости. Будет возможность, замолвлю за него словечко.

Следующие несколько дней упорно готовился к предстоящей учёбе. Понимая, насколько сильно отстаю от учениц Святой Анны. Штудировал учебники, занимался, восстанавливал забытые знания. Начал по утрам бегать, посещать детскую площадку, где находился общественный турник. Отмечал на календаре приближающуюся дату, указанную в приглашении. Школе Святой Анне требовалось время, чтобы утрясти все организационные вопросы. Сформировать список учащихся особого класса. Внести изменения в учебный план. Найти других парней.

Когда времени осталось всего ничего, встал вопрос со школьной формой, аксессуарами. В обычных магазинах её не продавали. Секретарь школьного совета прислала мне на почту утверждённые эскизы мужской формы. Встал вопрос, где её достать? Мамина знакомая, тётя Чуань, могла взяться, она шила для всех, всё, дёшево и быстро, но не знала из чего. Выбор материала и его качества ложился на плечи заказчика. Подумав, Хелен решила, а Нора донесла до исполнителя, чтобы не выглядеть белой вороной, ученицы Святой Анны наверняка легко могли отличить оригинал от подделки, мне нужна помощь подруги. В то, что Кейси ей не является, верил только один Йохансон, я. Пришлось звонить на номер, по которому отправлял фотографии документов. Наличие которого, отрицаемое несколько дней назад, только подтвердило их убеждённость.

— Добрый вечер. Это Кейси Рэдклиф? — вежливо уточнил на случай, если это не её телефон.

— Да. Йохансон? — сразу узнала меня девушка, явно удивившись звонку.

— Во всём своём величии. Ты завтра свободна?

В ответ тишина. Даже подумал, что бросила трубку. С сомнением на неё посмотрев.

— Ещё не знаю. А что? — ожила подозрительно напрягшаяся Кейси.

— Помнишь, ты должна мне обед? Самое время отдать долг. Кроме того, мне нужна твоя помощь. Хочу пройтись по магазинам. Составишь компанию?

Кажется, предложение прозвучало несколько двусмысленно. Из-за неловкости и волнения, которые всячески пытался скрыть, с красноречием возникли проблемы. Раньше малознакомым девушкам, по вечерам, да ещё из высшей лиги, я не звонил. Не знал, как себя вести. Поэтому принял решение быть кратким, решительным и прямолинейным. Эдит сказала, девушкам такое нравится. Она же меня не обманула? Или лучше было посоветоваться с Норой?

Очередная непродолжительная пауза, во время которой почудился скрип шестерёнок в голове Кейси.

— Это… довольно неожиданное предложение. Обычно всё происходит наоборот. А почему выбрал меня? — заинтересовалась.

— Потому что хочу приобрести форму и учебные принадлежности школы Святой Анны, но понятия не имею, где они продаются. Полагаю, ты можешь подсказать. Раз уж втравила в эту историю, — не мог не заметить с лёгкой иронией.

— Кто-то из твоих подруг переводится в мою школу? — сделала логичный вывод.

Такое впечатление, с лёгким разочарованием, поскольку ожидала услышать нечто другое.

— Почти. Форма нужна мне, — дал подсказку.

— Зачем тебе женская форма? — изменившимся от удивления голосом спросила Кейси, представляя, как буду в ней выглядеть.

Отчего не удержавшись, прыснула в кулачок от смеха.

— Мужская. Рэдклиф, давай без очередных безумных фантазий. Я перевожусь в вашу школу. Поскольку мы не в Шотландии, юбка мне ни к чему, — начал сердиться, подумав, что она специально надо мной подшучивает.

— Но она же женская, — повторила затупившая девушка.

— Понятно. Перезвоню через две минуты. Никуда не отлучайся.

Прервав звонок, сфотографировал пригласительное письмо, переслав ей. После чего перезвонил.

— Угадай, — серьёзным тоном продолжил прерванную беседу, — каким образом мои документы оказались на столе вашего директора?

— Так он что, правда принял тебя к нам? — обалдела Кейси от такой новости.

— Рэдклиф, сними очки, посмотри ещё раз на фотографию, — посоветовал.

— Я без очков.

— Тогда одень. Благодаря твоей выходке выгнали со старой школы и без моего ведома приняли в новую. Женскую. Где я буду выделяться как кактус, выросший на поле с одуванчиками. Продолжают доставать репортёры. Не дают прохода соседи. К тому же после твоего визита моя семья думает, что мы встречаемся. У тебя совесть есть?

— Нет, но могу купить. Ладно, не злись, — примирительно попросила широко улыбнувшаяся девушка.

Договорились, где и когда завтра встретимся. Только завершил разговор, как в комнату со словами, — Я же говорила, — вошла Эдит с пустым стаканом в руках. Что-то мне это напомнило. Не дав опомниться, сестра созвала экспертный совет, который должен будет определить, в чём я завтра пойду на свидание. От робкого замечания, поскольку их было больше, что это деловая встреча, три королевы пренебрежительно отмахнулись. Им виднее. Перевернув вверх дном мой гардероб, после продолжительных споров друг с другом, выбрали наряд.

— Издеваетесь? — критически осмотрел вещи, о существовании которых даже не подозревал.

Не помню, чтобы их покупал. Не иначе, подкинули враги.

— Я иду в торговый центр, а не в цирк. На сцену.

— Это модно, — оскорбились сёстры, чьи усилия не были должным образом оценены.

— Вот пусть модники их и носят. Я хочу что-нибудь неяркое, практичное. Незаметное.

— А чёрные очки, костюм и пистолет тебе не нужен? — поинтересовалась Ханна.

— Астон Мартин к ним прилагается? — уточнил с серьёзным видом.

— Велосипед. Скромнее нужно быть.

— И это говорят те, кто выбрал…, — возмущённо показал на разложенные на кровати вещи, не в силах их охарактеризовать.

Да что там, не уверен, что смогу правильно классифицировать. Не пойму, они пытаются помочь очаровать или разочаровать Кейси? Двойные агенты, работающие на маму?

Посовещавшись с семьёй, взвесив все за и против, неохотно согласился последовать совету Кейси. На примере Ханны убедившись, что тратить кучу времени и сил на дорогу очень утомительно. Школа Святой Анны находилась слишком далеко от нашего дома. Дальше Хэмптона. Добираться туда без машины будет сложно. Придётся подавать просьбу о заселении в общежитие. Заодно избавлюсь от надоедливых репортёров.

Перед выходом из дома, направляясь в новую школу, каждая из сестёр посчитала своим долгом подойти, дать полезный совет. Напутствие. Проверить, хорошо ли выгляжу. Поинтересоваться, ничего ли не забыл? А платочек, платочек-то взял? Точно? Объясняя, как глупому, наивному брату нужно вести себя с коварными, злыми, плохими, лживыми, лицемерными девочками, к которым они отнесли абсолютно всех учениц Святой Анны. Просив не доверять никому. Только им, потому что они не такие.

Если вдруг какая-нибудь школьница пригласит, неважно куда, немедленно звонить и консультироваться. Ханна дополнительно проинструктировала, как нужно вести себя при повторном знакомстве с командой по фехтованию. Что говорить. На вопрос, а может я сам со всем разберусь, без их советов, решительно возразили. Сказали я ещё маленький, глупенький. Услышать такое от Марты, было несколько обидно. Но мило.

До школы добрался на такси. Пройдя пост охраны, предъявив удостоверение личности, моё имя уже было занесено в базу учеников, попал на обширную, ухоженную территорию школы. Хотя больше она напоминала загородный клуб, разместившийся посреди парка. Главный корпус, с прилегающими к нему пристройками, был выполнен в викторианском стиле. Перед школой даже старинный фонтан имелся. Не хватало только карет. И всюду, куда ни глянь, по дорожкам ходили только юные леди в одинаковых пиджаках и юбках зелёного цвета. Ведя себя подчёркнуто пристойно. Не заметил никаких неформальных правил ношения одежды, безумных расцветок волос, неряшливого внешнего вида. Такое ощущение, словно попал в какой-то заповедник ушедшей эпохи.

— Хорошо. Бог не выдаст, свинья не съест, — глубоко вдохнув, набираясь смелости, отправился покорять Святую Анну.

Не прошло и нескольких минут, как на меня сначала начали оборачиваться, потом разглядывать, шептаться между собой, а затем и вовсе провожать удивлёнными взглядами. Дойдя до одной из остановившихся учениц, с забавно округлившимися глазками, попросил отвести в учительскую. Молча проводила. С застывшим выражением лица и прямой спиной. Постоянно искоса поглядывая, будто каждую секунду ожидала внезапного нападения. Что это с ней? Неужели боится? Да я же душка.

Классным руководителем класса 1АА, необычное название заставило подивиться, оказался сэр Эштон Коуч. Отставной седовласый рыцарь, покинувший орден Красного дракона по состоянию здоровья. Обладатель пышных усов выглядел благообразным старичком в старомодном сером клетчатом костюме тройке. В отличие от простых, ранговых, незнатных рыцарей, этот титул был присвоен ему самим королём, за заслуги перед страной, что делало сэра Коуча дворянином, пусть и не самого высокого полёта. Ему поручили приглядывать за образцовым классом, в который вошло шесть мальчиков и десять девочек, переведённых из других классов. Под предлогом, что только самые лучшие и выдающиеся будут этого достойны, перед остальными ученицами повесили мотивационную «морковку». Создавая своего рода альтернативный элитный класс в элитной школе. Только, более закрытый. В Святой Анне лучшим классом до нашего появления считался 1А, куда стекались все сливки местного общества. Предчувствую, появлению 1АА они будут не рады.

На моё неосторожное высказывание о вероятном соперничестве, седовласый рыцарь только добродушно усмехнулся. Сказал, что это наименьшая из наших проблем. Мальчики в этой школе должны быть не самыми сильными или умными, чтобы отстоять свою честь, а самыми быстрыми и незаметными. Иначе при таком численном перевесе и царящих здесь нравах нас очень быстро подомнут под себя не лучшие из лучших, а худшие из худших. Пока одни продолжат карабкаться вверх по иерархической лестнице, ступенька за ступенькой, соблюдая правила, другие предпочтут воспользоваться лифтом.

Мне в этом отношении повезло больше. Ещё на фестивале заработал славу отморозка, на лесной тропе безжалостно побив дубиной всех, невзирая на пол и статус. Выходка в Берри только подстегнула слухи о моей свирепой, безудержной натуре. Когда безоружный, презрев опасность, вопреки здравому смыслу напал на опасных преступников. Почти террористов. Чуть ли не разорвав на части за то, что посмели шуметь над ухом. Мигом подавив их своей властностью. Голыми руками пробив А-поле, взяв за горло обоссавшегося от страха главаря, грозно рычал, — Да как ты смеешь!

Улыбающийся сэр Коуч охотно делился школьными сплетнями, подготавливая к тому, чего следовало ожидать. Чем дольше слушал, тем больше приходил в недоумение. Кто всё это выдумал? Словно не обо мне рассказывали. Любит же народ приукрашивать. Похоже, от прозвища Гоблин уже не избавлюсь.

Следуя указаниям классного руководителя, отыскал наш кабинет. Если сравнивать, то до этого я учился в тёмном чулане. Кругом сплошная роскошь. Боюсь даже представить, сколько будет стоить что-нибудь здесь сломать или разбить. Широкие парты из натурального дерева. Бархатные шторы на высоких, почти трёхметровых окнах. Керамические вазы, надеюсь, не из гробниц китайских императоров. Большие картины в тяжёлых рамах на стенах. Не удержавшись, сделал несколько фотографий, отправив Ханне с подписью, — Представляешь, тут каждому ученику положено по отдельному кабинету. Этот мой.

Немного приукрасил действительность. В ответ почти сразу пришло всего одно слово, — F**к!

Через минуту получил сообщение от Эдит. Фотография мольберта с ценником.

— А ещё сфотографируй их класс рисования. Собери образцы красок. Узнай, по какому учебнику занимаются. Отправь фото. Постранично. За это уберусь в твоей комнате. О том, что найду, никому не скажу. А я ведь обязательно найду!

Как много всего в одном маленьком сообщении. Не иначе Ханна постаралась. В отместку переслала моё сообщение Эдит. Вот негодяйка. Постепенно класс начал наполняться учениками. Убрав телефон, сел на привычную для меня заднюю парту. К удивлению, пятерых девушек из десяти я уже знал. Маргарет Бедфорд. Кейси Рэдклиф. Джессику Сомерсет. Эльзу Браунфельс. Пятой, неожиданно оказалась та тихоня, к которой приставали на улице. Послужившая причиной появления дурацких слухов. Встреча со мной её сильно удивила. Девушка чуть не споткнулась от неожиданности, застыв, словно её парализовало. Одна из одноклассниц, сжалившись над бедняжкой, неправильно поняв её реакцию, усадила одеревеневшую стесняшку на вторую парту.

Стало чуть легче, когда появилось ещё пятеро парней, распределив внимание на нас всех. Двое, ничуть не смущаясь, сели спереди. Демонстрируя отменную толстокожесть и привычку быть в центре женского внимания. Один разместился в середине крайнего ряда, у окна. Отстранённо уставившись на улицу, игнорируя окружающих, о чём-то задумался. Оставшиеся двое переместились ко мне, в конец класса.

Справа сел хорошо сложенный молодой человек с копной непослушных волос пшеничного цвета.

— Привет. Меня зовут Даниэль Митчел. А ты, так понимаю, наша восходящая звезда, Эрик Йохансон, по прозвищу Гоблин. — С располагающей улыбкой поздоровался сероглазый сосед, дружелюбно протянув руку для знакомства. Он показался мне общительным, прямолинейным человеком, в чьих глазах не заметил злого умысла. Мысленно напомнив себе о желании начать новую жизнь, необходимость избавляться от вредных привычек, преодолев секундное замешательство, пожал её.

— Всё верно. Рад знакомству.

Я не очень хорошо умел заводить знакомства. Надеюсь, Даниэль не посчитает, что делаю это с неохотой.

— Ну как тебе здесь? Успел осмотреть здешние красоты? — полюбопытствовал сосед, взглядом показав на учениц.

Они уже объединились в группы подруг или с теми, с кем были знакомы. Подсознательно искали поддержку в новом коллективе. Уже сейчас выстраивая будущую иерархию класса. Но, как и в любой большой группе, не обошлось без одиночек. Тех, кто не хотел или не мог по-другому. К таким относились: мечтательный парень у окна, замкнутая ученица в очках, прячущая лицо за причёской, ещё одна недружелюбная, неулыбчивая особа с пугающе холодным взглядом. А ещё высокая темноволосая девушка со спортивной фигурой. Обратил внимание, что она была очень наблюдательна, обладала крепкими нервами и хорошей координацией. Любопытное сочетание. Быструю, раздражающую болтовню близняшек за спиной, постоянно перескакивающих с темы на тему, говоривших обо всём и ни о чём, понимающих друг друга с полуслова, выдерживала с ангельским терпением. Но, с каждой минутой всё сильнее желала оторвать им головы. По глазам видел. Трагедии помогла избежать Бедфорд, которой тоже это надоело. Быстро их угомонила. Кстати, одна из близняшек красила волосы в голубой цвет, а другая в розовый. В остальном, полные копии друг друга. Даже голоса похожи.

Передо мной сел ещё один парень, тоже выбрав место поближе к окну. Повернувшись, представился.

— Джеймс Бейли. Приятно познакомиться, парни. Буду учиться с вами.

Отдав дань вежливости, отвернулся. Он не пытался набиваться в друзья. Не стремился оставить о себе хорошее впечатление. Сделал это не из опасений. Всего лишь поступил так, как считал нужным.

— Привет Бейли. Наши имена ты уже слышал, — дружелюбно откликнулся Даниэль.

— Привет. Извини, ты не хотел бы поменяться со мной местами? — к Бейли подошла Кейси с неожиданным предложением.

— Нет, — не раздумывая ответил невысокий худощавый парень, имеющий привычку сутулиться.

— Ну, пожалуйста. Сделай одолжение, — мило захлопала ресничками Кейси, придав своему личику жалобно-просительное выражение.

Как у голодного лисёнка.

— Нет, — всё тем же ровным тоном отказал бессердечный Бейли, похоже, не любящий животных.

Кейси недовольно насупилась, сменив маску. Я и Даниэль с интересом наблюдали за этим представлением. Ожидая, чем оно закончится.

— А за тысячу фунтов? — сделала заманчивое предложение Рэдклиф, прибегнув к излюбленному методу решения вопросов.

— Хорошо, — смилостивился Бейли, доставая телефон. — Диктуй номер карты. Сейчас скину. И будь добра, после этого оставь меня в покое.

Не удержавшись, глядя на забавное выражение лица потерянной Кейси, замершей с пустым взглядом, тихонько рассмеялся. Так же поступила и Джессика, хорошо знающая подругу. Наблюдая за ней со стороны.

— Кейси, иди сюда. Я заняла тебе хорошее место. Под своим тёплым крылышком, — позвала, решив выручить.

— Джес, меня обижают, — пожаловалась Кейси, бросившись к подруге за утешением.

— Да-да-да. Мы его потом накажем.

Джессика обняла Рэдклиф, ласково похлопав по спине, увлекая за собой.

— Я бы на твоём месте отнёсся к её угрозе серьёзно, — беззаботно предупредил Даниэль. — Леди Сомерсет страшна в гневе. А ещё, довольно злопамятна. Я её знаю.

— Пока рано придавать этому значение. Вероятность угрозы моему здоровью не превышает пяти процентов, — убеждённо заявил Бейли.

— Ты что, пророк? — удивился Даниэль.

— Я математик! — с важностью и ещё большей гордостью объявил Джеймс Бейли.

Выпрямился, расправил плечи, задрал подбородок. Если бы мог, сверкнул глазами. Вот это я понимаю, раздутое самомнение.

— Чувствую, не зря сюда перевёлся. Будет весело. А теперь, кто же вы, мистер Йохансон? — широко улыбнулся, показав белые зубы.

Глядя на меня с любопытством, Даниэль боком улёгся на парту. Оперев руку на локоть, положил голову на ладонь. Тем же вопросом задавалась Бедфорд, чьи уши ловили каждое наше слово, выделяя их из общего гомона. Не поворачивая головы, достоверно изображала занятость совсем другим делом. Не подозревая о том, что в классе присутствовало ещё как минимум два человека, занимающихся тем же самым. Подслушиванием.

Ещё две особы размышляли на эту же тему в других местах. Эмма Фаулер в учительской, в который раз пересматривая запись инцидента в Берри. Пытаясь определить, кто же Эрик такой? Суперпрофессионал, маскирующийся под замкнутого, заурядного школьника. Весьма опасный и расчётливый тип, с которым следовало вести себя осторожно. Гений, рождающийся раз в столетие. Или везучий идиот, полагающийся только на инстинкты. Исходя из ответа следовало выбрать подход к этому ребёнку. Понять, как и чему его учить. Пока загадка никак не хотела разгадываться и это её… злило. Бросало вызов умению оценивать людей.

Второй была Амелия Адамс, что с медицинской маской на лице сидела в классе 1А, украдкой глядя на телефон, спрятанный под стол. В школьном чате Святой Анны появлялось всё больше коротких роликов о новых учениках. Снятых во дворе, в коридорах, на лестнице. Не стоило недооценивать информационно-разведывательную сеть женской школы. Сообщения в общем чате мелькали с такой скоростью, что их не успевали прочесть до конца. Одного из этих парней Амелия узнала с первого взгляда. В её памяти воспоминания о том злосчастном дне оставались всё ещё очень яркими. Глядя в телефон, девушка испытала сожаление. Она ведь даже не поблагодарила своего спасителя. Была в стрессовом состоянии. Мысли постоянно перескакивали с одного на другое, да и прибывшая полиция быстро всех развела в стороны. Когда об этом вспомнила, было уже поздно. Неизвестный парень ушёл. Его спутница, имя которой Амелия не запомнила, несмотря на то, что до недавнего времени вместе учились в одном классе, что-то сказала полицейскому и их сразу отпустили. Хотя какой он уже неизвестный.

Несмотря на попытки убедить себя, что ничего страшного не произойдёт, в столовую заходить не решился. В последний момент передумав, свернул к магазинчику. Со словами, — Я храбрый, но осторожный.

Ажиотаж первых дней, после прихода в эту школу парней, у учениц Святой Анны всё ещё не спал. Напротив, в их среде зародились какие-то непредсказуемые процессы. Однообразная, устоявшаяся школьная жизнь внезапно оживилась, забурлила с удвоенной энергией. Ещё бы, ведь пошатнулись вековые устои, как к такому остаться равнодушным?

У каждого из шести школьных «принцев», как нас окрестили с чьей-то лёгкой подачи, сделав местными знаменитостями, для некоторых, почти кумирами, появились собственные группы тайных сторонников. Особо двинутые школьницы, из тех, кто занимал нижнюю прослойку местного общества, из не самых богатых, знатных или влиятельных семей, по сравнению с высшей аристократией, пошли ещё дальше. Стали воздыхательницами и… немножечко преследовательницами.

В противовес им появилось движение, — Мы против. Ученицы, что требовали вернуть всё, как было. Предупреждающие невинных дев об опасности похотливых, коварных, озабоченных животных, движимых одними лишь инстинктами, что пришли разрушить это царство непорочных цветов. Они были очень убедительны в описательной части. Ещё что-то говорили про желание парней полакомиться вишней. Требовали установить над нами жёсткий контроль со стороны их сообщества. Пугали, что мы обязательно будем подглядывать за переодевающимися девочками из клуба плавания и лёгкой атлетики. Занимающихся там-то, во столько-то, с наиболее подходящих для этой цели таких-то и таких-то мест. Хотели даже карту повесить в холле, с красными крестиками, но вмешалась президент школьного совета, заявив, что первыми из этой школы вылетят они, за разглашение секретных сведений. Особенно досталось главам клубов плавания и лёгкой атлетики.

Спокойно поесть купленные сэндвичи в парке, под деревом, на идеально подстриженном газоне мне не дали. Нарушив одиночество уже на второй минуте. Появившийся Даниэль бесцеремонно уселся рядом, держа в руках объёмный пакет с жареными картофельными палочками, хот-догом, яичным рулетом, большой бутылкой газировки. С сомнением оглядев размер пакета и его жилистую, худощавую фигуру, скептически покачал головой.

— Что? Мне самому мало. Делиться не буду, — недовольно проворчал Даниэль, оценив мою упаковку с сэндвичами и маленький пакет с соком.

— Я и не прошу. Надо будет, сам возьму, — имел в виду повторный поход в магазин.

— Друг мой, на чём основывается твоя уверенность? — повеселел сосед.

— На силе… голода, — пошутил с серьёзным лицом.

— Весомый аргумент, — рассмеялся Даниэль. — Если он действительно окажется сильнее моего, не буду иметь ничего против. Надо как-нибудь сравнить, — запустил руку в коробку с жареной картошкой.

Захрустев едой, ведя себя совсем неаристократично, по-простому, как охотник на привале, Даниэль обратил внимание на безразличное выражение моего лица в процессе поедания сэндвича.

— И как он? — поинтересовался.

— Картон со вкусом сыра и запахом корицы, — поделился впечатлениями.

— Да быть не может, — не поверил сосед, перестав жевать. — Сюда же привозят всё самое свежее и вкусное.

— Хорошо. Похож на свежий и вкусный картон с запахом корицы, — уточнил с тем же выражением лица и прежней интонацией.

С сомнением посмотрев на сэндвич, Даниэль попросил дать попробовать, желая убедиться, что я его не обманываю.

— Моё. Не дам. Но, могу поменять на сосиску, — скосил взгляд на аппетитно выглядящую, поджаренную сосиску, политую кетчупом и майонезом.

— Шутить изволишь? Ты получишь мясо, а я останусь с картоном и булкой, набитой салатом? Хитёр, — одобрительно усмехнулся парень, убирая от меня хот-дог подальше.

Во избежание покушений.

— О чём спорите? — дружелюбно спросил Джеймс Бейли, подходя к нам вместе с Грегором Россом.

— О вкусовых качествах картона, — Даниэль охотно поделился информацией, положительно отнёсшись к увеличению компании.

— Странная тема. Не пробовали поговорить о чём-нибудь более приятном? — невозмутимо спросил Бейли, раскладывая перед собой пять абсолютно одинаковых белых квадратных коробочек.

— Например? — заподозрил подвох Даниэль, удивлённо разглядывая его обед.

— Домашняя еда. Мать боялась, что останусь голодным, — с некоторым смущением пояснил Бейли. — Или накормят какой-нибудь вредной, искусственной или жирной пищей, — со скрытым вожделением посмотрел на еду Даниэля.

— А почему такой странный способ упаковки? — придвинул хот-дог поближе к себе.

— Не обращай внимания. Наши семейные заморочки. Логическая загадка, которую должен решить до того, как открою коробки. Практика для ума. Что в двух, я уже вычислил. Здесь морская капуста, а здесь фруктовый салат. А вот тут должны быть фрикадельки. Или сырные шарики. Надеюсь, минуты за три решу головоломку, — задумчиво посмотрел на одну из коробочек.

— Бейли, напомни, чтобы я не приходил к вам в гости к обеду или к ужину, — попросил Даниэль.

— Не волнуйся. Тебя мы вовсе приглашать не намеревались, — обрадовал Бейли.

Без намерения обидеть.

— Ну и слава богу. Так на какую тему предлагаешь поговорить? — Даниэль вернулся к главной теме разговора.

— Конечно, о математике, — удивился Бейли, будто могли быть другие варианты.

— Понятно. А у тебя Росс, домашняя заготовка, кулинарный экспромт или продукт неудачной торговли? — как ни в чём не бывало, Даниэль переключился на Грегора, кусающего длинный французский багет, разрезанный вдоль, напичканный всем, чем только можно.

Кроме мидий в их естественной оболочке.

— Домашняя заготовка. Не моя. Какая-то ученица вручила перед обедом. Попросила оценить вкус и потом рассказать, насколько у неё получилось. Будет ждать меня после уроков в кабинете триста три. А ещё, что у неё припасена целая корзинка с едой.

Все трое с удивлением посмотрели на Росса, позабыв про еду.

— Росс, а ты не думал, что её может интересовать не только твоё мнение, но и…? — Даниэль не стал договаривать, сделав выразительный взгляд, направленный вниз.

— Для, но и… она должна, как минимум играть со мной на одном уровне. Триста три, кабинет музыки, а не того, о чём вы подумали. Не глупее тромбона. Кстати, а вкусно у неё получилось, — задумался Росс, распробовав багет. — Надо будет попросить завтра ещё один принести. И рецепт взять.

— Росс, а ты уверен, насчёт тромбона? — иронично осведомился Даниэль. — Ширина и прочность парт в кабинете музыки не уступает таковым в других кабинетах. А ещё там отличная звукоизоляция, шторы, и мягкий диванчик. Пока сам не проверял, но слухами школа полнится. Твоя семья точно знает, куда перевёлся их сын?

— Да, а что? — не понял Росс. — Мама сказала, учёба здесь послужит мне на пользу. Правда, пока не вижу в чём. С другой стороны, я ещё не слышал игру здешнего музыкального клуба классической музыки. Как и не успел оценить уровень подготовки преподавателей Святой Анны.

— Опять мама? Ребята, а хоть кого-нибудь из вас в эту школу отправил отец? — сочувственно спросил Даниэль, обведя нас потрясённым взглядом.

— Кристофера Прайса и Роба Эванса, — спокойно подсказал Бейли, продолжая взвешивать и переставлять коробочки, так как хотел есть.

— И где они?

— В столовой. Если тебя отправил сюда отец, за тем же, за чем и их, то ты туда вернуться ещё успеешь.

Помрачневший Даниэль, под наши смешки остался сидеть на месте, энергично вгрызшись в остывающий хот-дог.

— Твою мать! — в тишине медкабинета раздался громкий панический вопль.

Спустя несколько секунд тишины, белую штору рывком сдвинули в сторону. Взору сидящей за своим столом медсестры открылась одна из кроватей, на которой, укрытая простынёй, сидела женщина в контактном комбинезоне. Ошеломлённо оглядевшись по сторонам, напряжённая Эмма Фаулер не сразу сообразила, где находится. Внезапная смена обстановки, да ещё настолько разительная, заставила её растеряться. Впрочем, увидев мисс Мур, тренер команды по фехтованию расслабилась.

— Слава богу. Я уж подумала, померла. Открываю глаза, а вокруг всё белое, много света, запах специфический. Простынка ещё эта, — пожаловалась подруге.

— Эмма. Скажи спасибо, что тут никого кроме нас нет. Услышь тебя кто-то другой, было бы неловко.

— Кому? — удивилась Фаулер.

— Мне, — нахмурилась Мария Мур, не одобряя столь несерьёзного отношения к подобному поведению. — Эмма, скажи, ты окончательно свихнулась? Что ты творишь? Я думала, дальше уже падать некуда, но ты опять доказала, нет предела совершенству, взяв в руки лопату.

Рассердившаяся Мария принялась отчитывать Эмму. Судя по задумчивому выражению её лица, без особого результата.

— А что я сделала? — невинно поинтересовалась Фаулер, скидывая с ног простыню.

— Действительно, что? — иронично посмотрела на неё Мария, как на полную дуру. — Представь себе моё удивление, когда в окно внезапно постучали. Открываю, а там стоит одна из твоих девочек в трёхметровом фантомном доспехе. Держа тренера в ладонях, словно спящего котёнка, свернувшегося в калачик. Со словами, наша тренер перетрудилась и уснула, а перед этим странно себя вела. Позаботьтесь о ней, пожалуйста. А потом сразу же убежала, стараясь никому не попасться на глаза. Выглядело это забавно. Она бы ещё за кустиками пряталась. Угадаешь, о чём я сразу подумала? Если бы учуяла запах алкоголя, клянусь, без ведёрной клизмы ты бы отсюда не ушла.

— Алкоголь? Хорошая мысль, — одобрила Фаулер ничуть не смущаясь, — Мой рабочий день уже закончился, — посмотрела на часы, висевшие на стене, — Могу себе позволить. Кстати, девочка была чёрненькая или беленькая? — уточнила, как бы невзначай.

— Хм, куда я положила тесты на наркотики? — озабоченно проворчала Мария, зашарив рукой в ящике стола.

— Я о цвете доспеха, а не о том, о чём ты подумала.

— Ах это, — облегчённо выдохнула медсестра, с подозрительностью посмотрев на подругу, — Чёрненькая.

— Твою мать, — расстроенно поморщилась Фаулер, повторив эту фразу, но уже с другой интонацией. — Виски есть? — с надеждой посмотрела на подругу.

— Нет!

— А если найду?

— Есть повод? — Мария увильнула от прямого ответа.

— Кого это хоть раз останавливало? — удивилась Фаулер.

Эмма больше дурачилась, велело подкалывая медсестру, чем всерьёз рассматривала этот вариант. Здесь и сейчас. Решив вернуться к нему ближе к ночи. В одиночестве. Ей требовалось хорошенько обдумать случившееся. Сейчас же хотела просто отвлечься от будоражащих кровь воспоминаний. Успокоиться. Заболтать подругу, чтобы она ни о чём не догадалась.

Перед мысленным взором Фаулер снова возникла красочная, нереальная картина того, как два рыцаря сталкиваются в лобовом ударе. Как вгрызаются друг в друга их А-поля, уплотняясь в сиянии света. Как буйство энергий сходится в одном месте, пытаясь либо продавить, либо остановить встречный поток. Как возникает предельное напряжение между двумя центрами силы. И как, до сих пор не могла в это поверить, чёрный рыцарь безошибочно, одним невероятно точным ударом поразил критическую точку защитного поля. Вбивая в него меч, испускающий странные колебания частиц Авроры. После чего её А-поле, теряя стабильность, разрывается в клочья изнутри. Возник эффект резонанса. Фаулер поразило не оружие Йохансона, а резкий разрыв синхронизации. Нагрузка на её нервную систему взлетела до пиковых значений. Получив сенсорный шок, мозг отключился. Спустя какое-то время, сплошная темнота внезапно сменилась ярким светом медпункта, вызывая чувство дезориентации. Онемевшее тело напоминало набитого ватой плюшевого медвежонка. Сознание работало заторможенно. Неудивительно, что она подумала о загробном мире.

Только сейчас осознав, насколько была близка к смерти, почти коснувшись её, Ледяная ведьма ощутила запоздалый озноб и страх. Захотелось немедленно пересмотреть своё решение, напившись прямо сейчас. До полной отключки. И телу, и психике требовался отдых. Хорошо бы обойтись без таблеточек. Фаулер прекрасно знала, чем опасны подобные эксперименты с А-полем. Она вполне могла превратиться в пускающий слюни неразумный овощ, неподвижное бревно, или навсегда лишиться синхронизации с А-полем. Если бы знала, что до этого может дойти, всё было бы по-другому.

— Мария, я похожа на дуру? — внезапный вопрос сбил медсестру с мысли, заставив забеспокоиться.

Эмма Фаулер пребывала в приподнятом настроении. Скоро должен был прийти ответ от старых армейских друзей по поводу чёртового Йохансона. Раскрыв правду, кто же он такой? Какой к нему нужен подход? Как к неопытному школьнику, говорящему правду, тайному агенту, ветерану, имеющему боевой опыт и скрывающему своё прошлое или как к неведомой зверушке из сказочной страны. А может отпрыск какой-нибудь важной фигуры, попавший в сложные обстоятельства, вынужденно сменивший фамилию и место жительства? Которому тайно помогает настоящая родня. Скажем, после развода. Или вообще окажется внебрачным сыном видного аристократа. Пока вопросов было больше, чем ответов, из-за чего Ледяная ведьма находилась в растерянности. Довольно редкое для неё состояние.

После той злополучной схватки Эмма всю ночь не могла уснуть. Чтобы не терзать себя сомнениями и воспоминаниями, напилась. Отчего сначала ей было хорошо, потом очень хорошо, затем плохо, окончательно стрелка самочувствия ближе к полудню следующего дня остановилась на отметке очень плохо. По этой же причине. К счастью, номер телефона проблемного ученика ночью отыскать не смогла, иначе бы в это уравнение добавился пункт, очень стыдно.

Фаулер не знала, как реагировать на произошедшее. Как теперь смотреть в глаза ученика, что победил учителя? А девочкам? Что дальше делать с Йохансоном? Куда его пристроить? В текущие схемы и тактики рыцарей Святой Анны он не вписывался. Напоминал бантик для ослика. По отдельности они смотрелись красиво, а вместе, нелепо и смешно. Йохансону другие члены команды были не нужны, а им он ломал баланс. Обесценивал приложенные усилия. Словом, Фаулер взяла паузу, чтобы определиться со своим отношением к Йохансону и найти ему место в команде.

Требовалось разработать новую тактику, схему построения, наметить направление её развития. Поэтому, сделав вид, что ничего не было, ничего не помнит и ничего не докажут, что проворачивала не впервые, на время оставила Йохансона в покое. Давая ему только базовые упражнения на укрепление мышц, растяжку, поднятие выносливости. Пока парень не достигнет в этом определённых успехов, рано переходить к чему-то более сложному. Ставить в один ряд с остальными членами команды тоже посчитала преждевременным. Мало того что сравнение результатов сильно ударит по самолюбию рыцаря, а ребята они гордые, так ещё навлечёт на себя насмешки со стороны учениц. Наверняка глупые пигалицы навыдумывают непонятно чего. Построят опасные иллюзии, в которые поверят. Ни к чему хорошему для них это не приведёт. Ведь когда он оденет фантомный доспех, всё станет с точностью до наоборот, что усугубит ситуацию. Приведёт к расколу команды.

Сегодняшняя тренировка в клубе фехтования начиналась, как и прежде. Вроде бы без поводов для беспокойства. Облачившись в контактные комбинезоны, захватив силовое снаряжение, девочки появились вовремя. Собрались возле тренера в ожидании распоряжений. Митчел пришёл вместе с ними. Отсутствовал только Йохансон. На вопрос, кто знает почему, Бедфорд предупредила о его травме лодыжки. Неприятно, но не смертельно. Подобное случалось сплошь и рядом. Отметив необычную серьёзность и собранность учениц, только собиралась приступить к инструктажу, как пришло ЭТО.

Спиной почувствовав тревожный холодок, заметив, как изменились взгляды внезапно напрягшихся рыцарей Святой Анны, одновременно сместившихся вправо, удивлённо обернулась. Из тёмной арки прохода на свет вышел рыцарь, уже облачённый в фантомный доспех.

Словившая кратковременный ступор, изумлённая Фаулер не сразу поняла, что её смутило больше всего. Камуфляжная раскраска? Вместо чёрного рыцаря на них шёл тёмно-зелёный, уродливый, желтоглазый гоблин, оскалившийся в хищной, широкой, зубастой улыбке. Может, оружие? Гоблин нёс на плече дубину, вытесанную из цельного брёвнышка. Судя по цвету, сделанную из красного дерева. Что тоже, вероятно, было лишь качественной раскраской. Хотя утверждать наверняка не взялась бы. Проявление? Вокруг гоблина словно сгустилось тёмное облако. В ментальном плане от него расходилась такая сильная жажда крови и битвы, что у Фаулер чуть волосы на голове не встали дыбом. Рука рефлекторно дёрнулась к поясу, чтобы активировать фантомный доспех. Хорошо хоть сила воли возобладала над силой внушённого страха. Видимо, Йохансон увеличил область действия А-поля до предела. Создав пусть и слабое, но очень обширное поле, проецируя через него свои эмоции. Приём не столько сложный, сколько затратный. Требует очень высокого уровня сосредоточенности и контроля. В бою он больше помеха, чем помощник. А может, её смутила цель гоблина? Вместо того чтобы подойти к команде, Йохансон сразу отправился на площадку для поединков, где остановился, с вызовом посмотрев на жалких смертных. Именно такое возникло впечатление.

Справившись с удивлением и оторопью, Фаулер сухо спросила, ни к кому конкретно не обращаясь.

— И что это значит?

Отводить пристальный взгляд от Йохансона не стала. Решив следить за ним до тех пор, пока не разберётся в происходящем. А то мало ли, вдруг спятил? Под наркотой. Или случилось что-то плохое, приведя к нервному срыву. В этом случае потребуется срочно вызывать подкрепление и эвакуировать учениц. В настоящий момент проводить второй незапланированный поединок с ним Фаулер не желала. Не при таких обстоятельствах.

— Да, ничего особенного, — жизнерадостно объяснил Митчел, с большим интересом разглядывая Йохансона. — Сейчас он будет калечить этих дур. Не думаю, что дойдёт до убийства, но ручаться не возьмусь.

У Фаулер открылся рот от такой простодушной прямоты, что хуже злого умысла.

— Что? — шокировано переспросила, подумав, что ослышалась.

— За что? — не менее потрясённо ахнула Рэдклиф, так же не сводя с Йохансона широко раскрытых глаз.

— Ну так вы сами решили избавиться от него, сделав первый шаг. Соответственно он решил избавиться от вас, делая второй. Всё просто и понятно. Чему тут удивляться? И, если вам интересно моё мнение, я с ним согласен, — обрадовал учениц Даниэль, чья улыбка из весёлой трансформировалась в презрительную. — Не терплю подлых ударов в спину.

Фаулер вздрогнула. Медленно повернула голову в сторону бледных, обеспокоенных учениц. Вглядевшись в их глаза, увидела там тревогу, возмущение, растерянность, но только не удивление.

— А теперь поподробнее. Разжёвывая для беззубых старух, вроде меня. По-видимому, именно так вы тренера и представляете. Да, девочки? — зазвенел острыми льдинками голос Фаулер. — Митчел, ты договаривай, договаривай, — ласково попросила. — Не заметил, тут, вообще-то, присутствует два рыцаря. Даже если один тебя не тронет, то второй…, — многозначительно оборвала предложение.

— Да я и не собираюсь ничего скрывать. Кто-то из наших милых рыцарей Святой Анны, — одарил их фальшивой улыбкой, — заперев парня в душевой, спёр его школьную форму. Потом залив чернилами, принёс в класс, повесил на стул и написал на парте Йохансона, сдохни. Он, конечно, выбрался и чуть-чуть разозлился. На его месте я бы сделал то же самое.

— Члены команды к этому преступлению не причастны, — твёрдо заявила Бедфорд, решительно отвергая обвинение.

— Неужели? А вот Йохансон так не считает. Наверное, у него имеются для этого основания. Вперёд, попробуй убедить в обратном. Если есть последнее слово или что-то хочешь передать родным, не стесняйся, говори сейчас. Потом будет поздно, — продолжил подливать масло в огонь.

— Это правда? — требовательно повернулась к девушкам разъярённая Рэдклиф.

Обретя понимание происходящего. Усомнившись в словах своего капитана.

Если бы кто-то возмутился, сказав, — Всё было совсем не так, большинство бы обрадовалось. Ведь это заявление выводило их из-под удара. Позволяло сохранить лицо. Однако, никто не сознался. Ситуация серьёзно осложнилась. Теперь цена, которую должна заплатить виновная в мелком хулиганстве, выросла в разы. Шутка перестала быть смешной. Попробуй доказать, тут я постаралась, тут не я, об этом впервые слышу. Била по Йохансону, а подставила всех.

— Нет, — упрямо стояла на своём Бедфорд, плотно сжав губы после ответа.

Ей не позавидуешь. Капитан должна была отстаивать честь команды несмотря ни на что. После, между собой уже можно будет разбираться, где правда, а где ложь. За закрытыми дверями. Со всеми вытекающими последствиями. Однако сейчас Бедфорд вынуждена была сохранить хотя бы видимость единства и достоинства команды. Иначе это её крах, как капитана.

Понимала сложившуюся ситуацию и Фаулер. Сняв с пояса телефон, позвонила Йохансону. Проверяя, насколько он адекватен. Есть ли у них время на разборки? К счастью, длинные гудки сменились тишиной.

— Ты там как? Не сильно торопишься? — спросила ровным, нейтральным тоном, чтобы не спровоцировать агрессию.

— Подожду столько, сколько нужно.

Фаулер почувствовала себя так, словно у неё гора свалилась с плеч. Спокойный голос Йохансона звучал предельно серьёзно. Значит, он действует не на эмоциях. У него был план. Слишком всё идеально подобрано. Устрашающий образ. Время появления. Выбранное место ожидания. Он изначально не собирался безумствовать. Но и спускать рыцарям Святой Анны с рук их дебильную выходку тоже не планировал. Скорее всего, хотел преподать урок, с чём тренер была полностью согласна.

— Тут Бедфорд бьёт себя в грудь, уверяя, что это были инопланетяне. Что скажешь? Лично мне её грудь кажется маленькой и неубедительной, — пошутила для разрядки обстановки.

Йохансон сразу догадался, что она имеет в виду.

— Земля за раздевалкой мягкая. Недавно прошёл дождь. На ней отпечатки ботинок, входящих в комплект контактных комбинезонов. Других следов нет. Если идти по бетонированной дорожке, там стоят камеры. Я проверял, они рабочие. Кроме того, расписание пользования душевой известно только им. Не считая членов команды, ни с кем другим не конфликтовал. Поэтому с вами согласен.

— Понятно. Постой пока там.

Успокаивать учениц Фаулер не собиралась, как и просить Йохансона прекратить их пугать.

— Бедфорд, на два слова.

Отведя её в сторону, Ледяная ведьма, повернувшись спиной к девушкам, тихо потребовала.

— Берёшь этих дур и уводишь отсюда подальше. Мне плевать, как ты будешь это делать, упрашивать, пугать, подкупать, хоть в задницу целовать, но не позже чем через час, хочу услышать имена шутниц. Всех, а не добровольно вызвавшихся или не дай бог назначенных. Если не услышу, значит, наказание понесут все. Я не желаю в учительской краснеть, как провинившаяся малолетка. Мне ещё с директором проводить ту же процедуру, чтобы он эти имена забыл.

Бедфорд поняла, что спорить бесполезно. Это была не просьба.

— И ещё. Похоже, в случившемся отчасти есть и моя вина. Недоглядела. Не успела стравить давление, направив его в нужное русло. Переоценила ваше благоразумие, вашу волю к победе. Нет чтобы обрести мотивацию, закалить характер в состязании с лучшим, сильнейшим бойцом школы. Научиться чему-то новому. Подтянуться к его уровню, а не спускать Йохансона до своего. А вместо этого, что вышло? Дерьмо. Вы почему-то решили не преодолевать препятствие, а тупо его устранить. И как? Обратились к интригам и подлым приёмам. Оригинально. Сила и ум уже не в моде? Ладно бы действовали хитростью, но лёгкие пути не наш метод, да? Я разочарована. Честно. Бедфорд, послушай меня внимательно, — Фаулер и не думала успокаиваться. — Для чего собирались рыцари Святой Анны? Для красоты? Так вот, этот кризис так или иначе будет решён. Но проблема-то останется. Если ещё не догадалась, то Йохансон станет ядром команды. Просто потому, что на более высоких уровнях сложности вы без него посыплетесь, как карточный домик. Повторяю, для тупых, не лидером, а ядром. Лидерских качеств я у него в упор не вижу. Вместо того чтобы находить точки соприкосновения, проявлять инициативу, объединять вокруг себя, становясь примером для подражания, он просто закрылся в своём замке эгоизма. Плевать хотел на всех с высоких стен. Кстати, вы от него недалеко ушли. Показали гордость, спесь и нежелание видеть дальше собственного носа.

Фаулер глубоко вздохнула. С раздражением посмотрела на недогадливую Бедфорд, внимательно её слушавшую. Открывающую для себя что-то новое.

— Как ни странно, но он вам нужен больше, чем вы ему. Просто потому, что Йохансон в одиночку способен решать те задачи, на которые не способны рыцари Святой Анны вместе взятые. Вопрос. Тогда нафига вы нужны? — сказала напрямик, не щадя её чувств. — Для количества? Какая от вас польза? Ах да, — саркастически усмехнулась, — нельзя обижать очень уважаемые семьи. С большими деньгами и связями. Проблема в том, что мне нужен чемпион, который заберётся на самую вершину. Прославит Святую Анну на всю Британскую империю. Как и тех, кто ему помогал. Станет лучшим. Заставит говорить о нас при дворе короля. Директору нужно то же самое. Следовательно, если срочно не возьмётесь за ум, в школе Святой Анны появятся две команды. Одна парадная, для балов и представительства школы в высшем свете. Другая, победная. Которая будет зарабатывать почёт и славу. Ты уж заранее реши, в какую хочешь попасть. Выбирай: платья, знатные ухажёры, шампанское, парадная лента с почётными значками, или стальная латная перчатка, которую можно сунуть под нос любому неприятному тебе типу. Не боясь последствий. Ведь ошибки и шалости прощаются сильным, а не красивым. Пожалуй, дам полезный совет. Меня ему дедушка научил. Есть два признака, что ты конченый идиот. Первый. Если заводишь врагов, которых не можешь победить. Кто знает, с какой стороны баррикад в будущем вновь столкнётесь с Йохансоном. Лет через двадцать, тридцать, сорок. Вы, несомненно, будете богаче и влиятельнее, чем сейчас. С кучей детей, слуг, большим домом. А он, всего лишь станет сильнее. Намного сильнее. Уж поверь мне. И к тому времени друзья у него будут под стать. Такие же одинокие, злые, упёртые и чрезвычайно сильные. Которых не удастся ни купить, ни запугать.

Фаулер намеренно сгущала краски, но общий смысл доносила в полном объёме.

— Второй признак, если отказываешься от друзей, способных справиться с первым. Йохансон для порядка хотя бы протянул вам руку дружбы. Правда, не стал её держать дольше пяти секунд, — вновь злобно усмехнулась Ледяная ведьма, — но, кто из нас без недостатков? Теперь иди, проводи воспитательно-просветительскую работу. А я пойду полоскать мозг нашему нервному мальчику. Учить чувству юмора, иначе он вас точно поубивает. Потом убийце самоубийц непременно отомстят, угробят парня, но легче от этого уже не будет никому. А ученицы мне ещё нужны. Инвентарь таскать, пыль вытирать, для отчётности. На фотографиях не так много пустого места остаётся. И потом, строй из двух человек, это не строй, а караул.

Юмор был грубоватый, солдафонский, но действенный. Лучше сейчас по-простому, доступным языком объяснить им всю глубину ямы, что сами себе вырыли, чем потом ещё раз возвращаться к этому разговору. Только уже после печальных последствий, когда в неё кто-нибудь упадёт. Кажется, до капитана команды начало что-то доходить. У Бедфорд изменился взгляд. Девушка нахмурилась и… по-настоящему встревожилась. Поняв, что всё намного сложнее, чем выглядело раньше.

— За мной. У нас срочное совещание, — приказала она рыцарям Святой Анны, направляясь в сторону раздевалки.

Рэдклиф попробовала было качать права, требуя ответов на свои вопросы прямо здесь и сейчас, но очень злая, доведённая до крайности Бедфорд, хотя по ней этого и не заметно, так глянула на бунтарку, что испугавшиеся Сомерсет с Флеминг, подхватив подругу под руки, потащили вслед за всеми. Не сомневаясь, что Маргарет прибегнет к физической силе, хотя и не любила таких методов наведения дисциплины. То, что она маленькая и худенькая, их в заблуждение не вводило. Дочь герцога Бедфорд получила эту должность не благодаря отцу или красивым глазкам. Ей пришлось доказывать своё право командовать людьми. На пальцах. В основном чужих.

Фаулер отвела ученицам столько времени не только для выяснения личных отношений. Они должны были осмыслить и усвоить информацию, которую передала через капитана. Сделать правильные выводы. Среди них обязательно возникнут споры. Ведь у каждого члена команды было своё мнение, принципы. Чтобы сварить съедобную кашу, все ингредиенты требовалось очистить, помыть, поместить в один котелок, поставить на огонь и варить до готовности. А то у некоторых в головах уже что-то начало портиться. Перезревать.

— Ты чего стоишь, ухмыляешься? Активировал фантомный доспех и вперёд, на площадку. Видишь, рыцарь ждёт жертвоприношения, — недовольно обернулась к Митчелу, который стоял слишком довольный. — Незачем заставлять его нервничать.

Даниэль тут же перестал улыбаться.

— А я здесь при чём? — удивился парень.

— При всём. Тебе тоже нужно поддерживать форму. Набираться опыта. Раз уж пришёл, иди тренироваться. Не стой без дела. И Йахонсона займёшь на время. Пусть тоже разомнётся, пока не устал стоять на одном месте.

— Может, лучше подождём рыцарей Святой Анны? Одного меня ему будет мало, — попросил Митчел с лёгким беспокойством, ещё раз посмотрев на пугающе выглядящего гоблина.

Не желая за всех отдуваться.

— Не спорь с тренером, пока я не взялась за тебя лично. Ты же Йохансону ничего плохого не сделал? Нет? Вот и чудно. Значит, он не будет срывать на тебе злость. А я буду. Как подумаю о том, что вы подозрительно слаженно действуете, явно по сговору, так сразу начинаю злиться. Вот откуда ты мог знать о том, о чём думает Йохансон? Что он хотел донести до учениц? И… через кого?

Тяжёлым, пристальным взглядом посмотрела на смутившегося, неловко улыбнувшегося парня. Нашли с кем связываться. Понаблюдав за выражением его лица, Фаулер почувствовала себя гораздо лучше. Настроение поднялось. Давно пора было поговорить с командой начистоту.

— Мой тебе совет, Митчел. В следующий раз не играйте со мной втёмную. Если у вас есть причина, то я вполне договороспособна. Лояльно отношусь к оправданным, пусть и не всегда разрешённым действиям. С удовольствием поучаствую в маленьком представлении. Но, на сцене, а не сидя в зрительном зале. Передай это Йохансону. А ещё, что его тоже ждёт небольшое справедливое наказание за срыв тренировки и испуг тренера. И лучше бы ему быть послушным. Напомни, что батарейка у него не бесконечная. Доспех рано или поздно придётся снять, встретившись со мной лицом к лицу. Если сейчас он зелёный только снаружи, то потом будет ещё и изнутри. Зелёнки у школьной медсестры на всех хватит. На тебя тоже. Поэтому бейтесь на совесть, а не для показухи. Ещё одного представления мне не нужно. Всё понял?

— Что будем делать? — спросил у меня Даниэль по внутренней связи.

Создав закрытый канал с помощью наших телефонов.

— Быть послушными мальчиками. Мне одних чернил достаточно. Обойдусь без зелёнки, — принял условия мисс Фаулер, ожидав чего-то подобного.

Понимая, что без последствий эта выходка обойтись не могла.

— Предупреждаю сразу, на целый час меня не хватит. Максимум, минут на пять. И то, если будешь нежным, — попросил стесняющимся, робким голосом, изображая девственника в первую брачную ночь.

— Вечно с вами торопыгами одни проблемы. Ни приласкать, ни удовлетворить партнёра не можете, — поддержал шутку, ответив со столь же наигранным сожалением. — Что делать, будем выкручиваться. Давай так. Я целюсь только в твоё правое плечо, изображая раненного в ногу воина. Поэтому начну припадать, хромая на правую же ногу. Беречь её от нагрузок и попаданий. Ещё могу не использовать левую руку.

— А закрыть глаза и уши? — обрадовался заметно приободрившийся Даниэль.

— Митчел, имей совесть, — возмутился в ответ.

— Кого я только не имел, но этой дамы ещё не встречал. Можешь звать меня по имени, просто Даниэль, — разрешил обходиться без формальностей.

— Тогда, для тебя я Эрик. То, что не видел, не означает, что её не существует. Когда-нибудь встретишь. А пока потренируешься в манерах, чтобы очаровать прекрасную леди.

Постарался не выдать, насколько рад подтверждению того, что мы теперь настоящие друзья. Для меня этот шаг многое значил. Ведь он сам захотел дружить, ничего не прося взамен. Даниэль аристократ, богатый и успешный. Кто я по сравнению с ним? Простой рыцарь? Несерьёзный аргумент, поскольку он тоже когда-нибудь им станет. Скорее рано, чем поздно. В чём-то даже испытал благодарность к той дуре, что облила мою форму чернилами. Ведь благодаря этому наша дружба стала крепче. Прошла проверку на прочность.

Экспериментируя с разными режимами боя и ограничениями, чтобы хоть как-то уравновесить шансы на победу, неплохо провели время. С пользой. Я учился обращению с Оракулом, а Даниэль, осторожности и ловкости. В этот раз подошедшая ближе Ледяная ведьма, для безопасности облачившись в фантомный доспех, чтобы случайно не задели, уделила всё своё внимание только нам двоим. Выступив в роли судьи. Дала несколько ценных подсказок. Проследила, чтобы не перестарались.

Когда ученицы вернулись, взмокший, уставший, но счастливый Даниэль, баюкая отбитую руку, повесив её на самодельную петлю, перекинутую через шею, изобразил умирающего, несчастного оруженосца. Пострадавшего по чужой вине. Накинулся на них с жалобами, что вместо них жестоко избили его. Обвинив меня в том, что вывернул Даниэлю руку, отбил одну почку, чуть не свернул шею, заехал в ухо, которое до сих пор звенело. На всё это пошёл ради того, чтобы помочь девушкам. Пожертвовал собой, исполнив роль громоотвода. Где благодарность? Где забота о раненом герое?

Зря пожалел этого обманщика. Нужно было сделать всё то, что он перечислил. Планировал наказать одну ученицу, ту, которая испортила форму, а теперь от меня будут шарахаться все. Поймав многозначительный взгляд мисс Фаулер, развоплотившей свой фантомный доспех, подыграл. Сделал вид, что всё ещё в страшном гневе и обиде. Для чего вновь прибегнул к проверенному трюку с самовнушением. Представил, что они ударили по лицу Нору, отчего у неё из носа пошла кровь. А-поле словно зеркало отразило на окружающих мои эмоции, усилив их. Получилось настолько убедительно, что даже Даниэль поёжился от необъяснимой тревоги, поспешив отойти подальше. Заявил, что с него на сегодня хватит. И так не самые радостные ученицы стали ещё бледнее, угрюмее.

— Ну что, банда юных каракатиц, кто из вас отличился? — подошла к ним мисс Фаулер.

Вперёд вышла леди Бедфорд, с бесстрастным выражением лица, что давалось ей нелегко, выполняя обязанности лидера. Пусть они не всегда приятные, но, либо ты можешь их выполнять, сохраняя за собой право так называться, либо, нет. Я ещё больше зауважал капитана.

— После проведения внутреннего расследования, — обратилась официальным тоном к тренеру, глядя только на неё. — команда решительно отвергает бездоказательные обвинения в наш адрес. Никто из членов рыцарей Святой Анны не совершал столь постыдный поступок. Поэтому, посовещавшись, приняли решение требовать публичных извинений от Эрика Йохансона. В случае отказа мы тоже отказываемся считать его частью нашей команды, как человека, порочащего её честь. Кроме того, команда просит провести тщательное расследование этого инцидента, чтобы доказать свою невиновность.

Слушая их через программу усиления звука, испугался. Ни миг усомнился в правильности своих действий. Неужели ошибся, обвинив не тех? Если это так, то мне конец. От стыда начали гореть щёки, а мысли в голове забегали кругами в поисках выхода.

«Как же так? Что же делать?!» — запаниковал.

Хорошо, что этого никто не видел. Мисс Фаулер вместо того, чтобы, повернувшись, потребовать моих унижений, отреагировала на удивление спокойно. Хотя не совсем так, как все ожидали. Тренер с большим интересом окинула взглядом рыцарей Святой Анны, собравшихся за спиной капитана в плотную группу, подмечая эмоции каждой. Насколько они были согласны с леди Бедфорд.

— Кто последний из вас покинул территорию клуба фехтования после того, как приняв душ и переодевшись, уступили его Йохансону? — спросила Ледяная ведьма.

— Я, — подняла руку Ивон Виардо.

— Кого-нибудь из своих коллег по пути заметила? — улыбнувшись, расслабленная мисс Фаулер сосредоточила внимание на француженке.

— Нет, мисс Фаулер.

— Бедфорд, подтверждаешь её слова? Веришь, что так оно и было?

— Да, — уверенно ответила капитан.

Хотя в её взгляде появилось беспокойство. Поведение тренера настораживало. Будто она знала что-то, чего не знали остальные. Даже я забеспокоился.

— Бедфорд, не считай меня дурнее обезьяны. Я не принимаю серьёзных решений, основываясь лишь на показаниях заинтересованных сторон. Пока вас не было, позвонила в комнату охраны, попросив просмотреть записи за вчерашний вечер. Так вот, за интересующий нас промежуток времени Виардо была не последней из твоих подчинённых, — напомнила об этом немаловажном факте, — покинувших территорию клуба. Более того, по дорожке к выходу прошло только восемь из них. Виардо, восьмая. Девятая, спустя продолжительное время, засветилась на обходной дорожке у теннисного корта, пройдя через парк. Десятая, согласно системе видеонаблюдения, вообще не покидала клуба. Вошла в него дважды, а вышла только раз. Её электронный пропуск на проходной не отмечался. Пропуск Йохансона, кстати, тоже. Никто из посторонних на территорию клуба в это время не заходил.

Мисс Фаулер наверняка узнала, что я посещал стадион, как и Вилсон, но сообщать об этом не стала.

— Поэтому Бедфорд, раз твои честнейшие соратницы утверждают, что ничего не видели, не слышали и не знали, делаю вывод, вы все страсть как хотите избавиться от Йохансона. Хорошо, исполню ваше желание. Не заставлять же делать что-то против воли. Толку от этого не будет. Итак, — подобралась мисс Фаулер, став выглядеть внушительнее и официальнее, — я вас услышала. Эрик Йохансон переводится из состава команды рыцарей Святой Анны, в состав…, — ненадолго задумалась, — второй команды по фехтованию в силовом снаряжении школы Святой Анны, чёрных рыцарей. Плодить гоблинов не собираюсь, — нашла время для шуток. — Митчел, ты из умных, или из красивых?

— Из умных, мэм. Чёрный цвет мне к лицу, как говорила маменька, когда решался вопрос, кто будет чистить дымоход. В тот год я потерял веру в Санта-Клауса, — фальшиво взгрустнул Даниэль.

Ещё когда мисс Фаулер считала до десяти, у побледневшей леди Бедфорд расширились глаза. Это был серьёзный удар по репутации. По гордости. До последнего не верила в то, что девчонки посмеют солгать. В момент осознания, что они предали её доверие, капитан испытала потрясение. Схожие мысли посетили и других членов рассыпающейся на глазах команды. Если бы виновница честно призналась, то её защищали бы из принципа, как одну из своих. Держась за призрачное чувство единства. Считая, что совершённого недостаточно для слишком серьёзного наказания. Но она испугалась.

Дальше последовала цепная реакция, когда ученицы принялись определять для себя, что им важнее? Дружба или то, ради чего вступили в клуб фехтования. Смысл слов тренера Бедфорд донесла до них в полном объёме, без искажений. Она была с ними откровенна. Капитан до последнего верила, что это всё одна большая ошибка, которая закончится, как только Йохансона вразумят, заставив извиниться.

— Да вы издеваетесь? — завопила потерявшая терпение Рэдклиф, недоверчиво посмотрев на подруг.

Вложив в эти слова сразу несколько смыслов.

— Я пусть не шибко умная или способная, но свой вклад в общее дело вносила сполна. Однако, на такое не подписывалась. Сейчас вы неправы. Сильно не правы. Мы подруги или как? — разозлилась, нахмурив брови. — Йохансон тоже мой друг. Поэтому в ряженые куклы не пойду, так и знайте. Я к вам не для этого вступала. Тренер, записывайте мой переход в команду чёрных рыцарей. Вместе с Сомерсет и Флеминг.

Подруги выпучили глаза, удивлённо на неё посмотрев.

— Вы хотите меня кинуть? Да? Только попробуйте, — пригрозила им, ещё не зная, что в этом случае сделает.

Но так этого точно не оставит. Переглянувшись, Джессика и Саманта пришли к пониманию, кто для них важнее.

— Простите. Папе нужен кубок, — сокрушённо вздохнула Флеминг, с извинением посмотрев на остальных членов команды. — Больше, чем дочь, — добавила спустя секунду, недовольно поморщившись.

— Я с тобой. Кто-то же должен приглядывать за тем, чтобы не свернула себе шею. Ты, скорее, из красивых, которые хотят выглядеть умными.

— Эй, что за…? — обиженно возмутилась Рэдклиф.

— А ещё, чтобы продолжала водить нас по ресторанам. Где ещё найду настолько глупую и богатую подругу, — неловко улыбнулась леди Сомерсет.

— Кто были эти две ученицы, что задержались в клубе после ухода основной части команды? — обманчиво спокойно спросила леди Бедфорд у мисс Фаулер.

Смирившись с неизбежным. Не глядя на команду, проигнорировав выходку Рэдклиф.

— Поздно, Бедфорд. Пусть это останется тайной. Записи уже удалены. Пришлось кое-кому простить долги. Дорого обошлось, но, что оставалось делать? Я буду прикрывать свою задницу, а ты думай о своей. Хочешь что-то выяснять, выясняй, но, не через меня. Все слышали? Замечательно.

Пребывающая в сильном смятении немка, наконец, решилась сделать заявление. Сразу став спокойной и уверенной в правильности своего выбора.

— Мисс Фаулер, прошу меня тоже перевести во вторую команду. Я хочу стать чемпионом, а не парадным доспехом. Для этого и перевелась в эту школу. Если рыцарь приведёт нас к победе, значит, я встану под его знамя. Связи и деньги Англии не интересуют род Браунфельс. У меня другая цель в жизни.

С такой же просьбой почти сразу обратились Виардо и Збражская. Ускорив процесс появления перебежчиков. Сработал стадный инстинкт. Все побежали, и я побежал. Минут через пять, мастерски играя на настроениях, страхах и убеждениях, хитрая мисс Фаулер вновь из тех же самых людей собрала одну команду, но, уже с другим названием. Перетасовала всех учеников, как колоду карт. Заставив осознать свою уязвимость, зависимость от общественного мнения и поддержки товарищей. Ещё раз задуматься над тем, зачем мы здесь собрались? Заодно подтолкнула к поиску примирения и компромиссов. Оставив вопрос с судьбой виновницы или виновниц переполоха нерешённым. На наше усмотрение. Он, либо объединит нас, либо, окончательно приведёт к развалу команды. Мисс Фаулер дала шанс начать всё заново, а не готовое решение всех проблем. К тому же у неё всё равно не хватало людей на две равные по уровню команды, как ни крути. Если только не добирать недостающих фехтовальщиц из запасных. Однако смотреться на поле, особенно на фоне рыцаря, они будут откровенно жалко. Лучшие операторы А-поля из имеющихся в наличии были здесь. Да и не хотела мисс Фаулер превращать бывших подруг во врагов, а соперничество между ними обязательно к этому приведёт.

Спросив, не хочу ли возглавить новую команду, тренер получила отказ. Показалось, что иного и не ожидала. Задав вопрос не для меня. Впрочем, без разницы. Я не был готов к такой ответственности, да и командовать этими девушками, честно говоря, не желал. Опасался ещё сильнее обидеть аристократок, да и не доверял им в достаточной мере. Сделав вид, что мучилась в больших сомнениях, не зная, кого выбрать, мисс Фаулер вновь назначила леди Бедфорд капитаном команды. С чем все согласились. Вроде бы всё осталось по-прежнему, но в то же время сильно изменилось. Надеюсь, к лучшему.

Особенно тяжело встряску команды пережила леди Бедфорд. Понимая, насколько много для неё сделала мисс Фаулер, а также моё молчаливое согласие сохранить всё как было, искренне нас поблагодарила. После чего вновь вернула себе образ железной леди.

С ещё большей решительностью и воинственностью капитан вновь повела женскую часть команды обратно в раздевалку, на разговор по душам под номером два. Предупредив, что в этот раз они тут будут ночевать, если понадобится, без отлучек в туалет или за водой, пока не выяснится, кто та хитрая лиса, чей хвост пойдёт на воротник. И отрывать его будет лично, через рот. Показалось, будто вместо хвоста хотела назвать нечто другое, но вовремя передумала. Девушки судя по взглядам, догадались о чём она подумала. Поэтому шли крайне неохотно, не веря, что виновная, получив от тренера гарантии сохранения её тайны, добровольно сознается. Значит, придётся решать вопрос по плохому. Нас с Даниэлем на это собрание не пригласили.

Сославшись на накопившиеся дела, поблагодарив Даниэля за помощь, быстро покинул территорию клуба фехтования. Улучив благоприятный момент, когда тренер отошла кому-то позвонить. Что называется, не прощаясь. Опасался, если задержусь, мисс Фаулер вспомнит об угрозе наказать меня за испуг. Глядишь, к завтрашнему дню остынет, подобреет. Но, на всякий случай принесу шоколадку. Стащу у госпожи Чамар. У неё их много.

Сегодня некогда было задерживаться допоздна в клубе. Требовалось взять ответственность за устроенный переполох. Раз сам разжёг пламя охоты на ведьм, значит, мне его и тушить. Поэтому в ближайшие месяцы учиться будет пусть и грустно, зато спокойно. В какой-то мере желаемого результата добился. Заставил других решать свои проблемы. Провёл акцию устрашения. Показал, что будет с теми, кто посмеет меня обижать. Обеспечил себе поддержку команды, которая в следующий раз вступится за своего рыцаря. Надеюсь, в плюсы можно записать и первую трещину в стене взаимоотношений, что нас разделяла. Если приложу ещё немного усилий, она должна рухнуть. Однако, решив одну проблему, с командой, обзавёлся другой, не менее важной. С классом. Теперь нужно переключаться на её решение. Долго ломал себе голову, пытаясь сложить головоломку так, чтобы отделаться лёгким испугом, а не тяжёлыми травмами.

Помощь пришла оттуда, откуда не ждал. Со скрытого номера кто-то прислал короткое сообщение с прикреплённым к нему видеофайлом.

— Белый кролик желает подружиться с гоблином. Можешь на него рассчитывать. Верь Белому кролику, — прочитал письмо.

Просмотрев видеофайл, одновременно встревожился и сильно удивился. Оказывается, кто-то тайно установил в раздевалке нашей душевой скрытую камеру. Она отчётливо запечатлела тот момент, когда злоумышленница, прокравшись внутрь, намеренно испортила мою форму. Действуя предельно осторожно, стараясь не выдать своего присутствия. Её лицо было хорошо видно.

— Неожиданно, — признался, внимательно оглядевшись по сторонам.

Не удивился, никого поблизости не обнаружив. Это было бы слишком просто. Поход с признательными показаниями в учительскую пришлось отложить. Присланная запись многое меняла, предоставив тот недостающий элемент головоломки, которого мне не хватало. Испытывая сильное смущение, попытался вспомнить, что там такого с моим участием могла снять эта скрытая камера.

— Даже не знаю, то ли радоваться, то ли печалиться. Чёртов Белый кролик. С такими друзьями и врагов не нужно. Если кому-нибудь покажу эту запись, мне же не поверят, что камеру установил не я. Неприятностей получу больше, чем выгоды. Назовут извращенцем. Только начал находить общий язык с командой и тут такой сюрприз.

Сев на лавочку, задумался. Продолжил решать ребус, как из букв, входящих в состав слова, — жопа, собрать слово, — счастье. С учётом новых данных процесс завершился быстро. Подождав достаточное время, позвонил Рэдклиф. Поинтересовался, как успехи с охотой на ведьм? Уже поймали? Несчастная Кейси принялась жаловаться, просить поскорее забрать её из этого ада. Обещала хорошо себя вести. Лиса решила, лучше стать кротом, чем шубой. Закопалась так глубоко, что без экскаватора не достать. Леди Бедфорд в бешенстве. Ревёт и мечет, пока только гром и молнии, но скоро полетят клочки волос. Причём всех попавшихся под руку. Раздевалка заперта, так что сбежать не получится. Принцессе срочно нужен рыцарь, чтобы спасти её от кровожадного дракона. Готова за это отдать чемодан денег и полкомпании «Царское пиво». На вопрос, где возьмёт, неохотно призналась, что выиграла в монополию. Чемодан у Флеминг, компанию у леди Сомерсет. Да, награда нарисованная, но рыцарь ей нужен настоящий, прямо сейчас. Рэдклиф не хотела идти к парикмахеру. И вообще, если это продолжится, от команды ничего не останется. Уровень взаимного доверия опустился до отрицательных значений. Девушки тоже были на взводе. Плюшевыми игрушками капитана себя не считали. Того и гляди, начнётся драка. Пообещал что-нибудь придумать. Взамен попросил скинуть мне номера нескольких человек.

— Ладно, попробуем поиграть в челночную дипломатию.

Живя с четырьмя вредными сёстрами и не такому научишься. Набравшись смелости, глубоко вздохнув, удержавшись от желания перекреститься, позвонил леди Бедфорд.

— Капитан, у меня для тебя две новости. Плохая. Я выяснил, кто испортил мою одежду и водит тебя за нос. Но, не скажу. Требую отдать её наказание в мои руки. Обещаю, легко она не отделается. Только ей об этом не говори. Кто к тебе вскоре прибежит в поисках защиты, та — рыжая лисья морда. Не трогай бедняжку. Смотри и наслаждайся представлением. Это позволит сохранить нашу команду, которую сейчас ударными темпами, да и методами, уничтожаешь собственными руками. Оставь грязную работу гоблину. Будь благородной принцессой в белом воздушном платье, тогда люди к тебе потянутся.

Говорил быстро, стараясь не оставлять пауз, чтобы леди Бедфорд не успела ничего сказать. Сам поражаясь своей смелости так говорить с важной аристократкой. Даже не знаю, что на меня сегодня нашло. Перенервничал, наверное.

— Не разрушай дружбу и уважение к себе со стороны остальных членов команды, что создавала годами. Согласись, на месть я имею больше прав. Теперь очень плохая новость. За то, что постараюсь сохранить не только единство команды, но и спасти её подмоченную репутацию, будешь должна одну услугу в пределах разумного. Пусть эта мысль не даёт тебе по ночам покоя. Буду сниться до тех пор, пока не отдашь долг. А сейчас, прости за резкость, выключай стерву и стань самой обаятельной леди. Поверь, резкая смена поведения напугает рыцарей Святой Анны, — применил старое название, — больше, чем прямые угрозы. Лишив их спокойного сна. Когда отключусь, не забудь сказать, — Ах, это она. Ясно. Ну, пусть тогда ещё немного побегает. Мило улыбнись и скажи, что эта тема закрыта. Не благодари, — резко сменив тон, стал совершенно серьёзен. — Леди Бедфорд, я всё ещё хочу работать вместе с вами всеми в одной команде, а не в разных. Надеюсь, эти пожелания взаимны. Всего доброго. Извини за доставленные неудобства.

В конце постарался исправить возможную грубость, чтобы не сильно гневалась за непрошенный совет. Буду надеяться, для спасения Рэдклиф этого хватит. Потому что на большее уже не хватит меня.

Не став дожидаться ответа, прервал звонок. После этого отправился в учительскую. Сильно не хотелось во всём признаваться, было немного страшно и немного стыдно, но подставлять невиновную старосту посчитал неприемлемым. Я желал измениться к лучшему, а не к худшему. Пришло время взрослых поступков. Обиженным ребёнком уже побыл.

Застав сэра Эштона Коуча на месте, попросил его о разговоре без свидетелей. Удивившись, старый учитель пошёл навстречу. Отвёл в один из пустующих классов.

— Сэр Коуч, прежде чем начну говорить, прошу, выслушайте до конца, а после, если пожелаете, поступайте так, как считаете нужным, — вежливо обратился к отставному рыцарю. — Хочу признаться в том, что это я устроил в нашем классе беспорядок. В оправдание могу сказать, что мою школьную форму на самом деле залила чернилами одна крайне завистливая, мстительная особа. Пока я принимал душ после тренировки, она, прокравшись в раздевалку, вылила флакон чернил в корзину с бельём. Залив ими всё, вплоть до трусов. Видимо, желала опозорить меня перед ученицами Святой Анны, поскольку до запасной одежды пришлось бы идти голышом через всю школу.

— Вот как? — удивлённый сэр Коуч испытывающее на меня посмотрел.

Старик превосходно собой владел, поэтому не смог определить, сердится ли он или веселится.

— Полагаю, для такого поступка у тебя имелась веская причина. Могу ли узнать, какая? — учитель пожелал выяснить все обстоятельства, прежде чем делать выводы.

— Я хотел заставить виновницу занервничать. Спровоцировать, чтобы допустила ошибку, пытаясь понять, почему так произошло? Кто ещё в этом замешан? Не раскроют ли её секрет. Задуманное удалось и теперь я точно знаю, кто это был. В связи с чем приношу свои извинения за доставленные неудобства и поднятый переполох, — виновато склонил голову. — Сама преступница ни за что бы не созналась без неопровержимых улик. В дальнейшем, оставшись безнаказанной, она бы попыталась продолжить мою травлю. Проблему хотел решить сразу, не переводя противостояние в фазу долгой партизанской войны, иначе мог пострадать кто-нибудь ещё.

Объяснил свои мотивы.

— Незаметно проникнуть в класс мне помог знакомый программист, взломавший систему безопасности школы Святой Анны. Исключительно с благими намерениями. Он не является её учеником, — сразу предупредил, чтобы не задавал лишних вопросов.

— И кто же это был? Я имею в виду преступницу? — заинтересовался сэр Эштон Коуч, догадавшись, о чём я беспокоился.

Задуманная интрига его впечатлила. Пора переходить к самой неприятной, но необходимой части плана. Поступить правильно. Хотелось бы, чтобы это впечатлило его ещё сильнее.

— Простите сэр, позвольте сохранить её имя в тайне. На некоторое время. Видите ли, я слышал, что из-за моих действий могла пострадать староста класса 1АА, леди Мэри Дженкинс. Не могу этого допустить. В качестве извинения планирую открыть имя виновницы только ей. Во всём признавшись. Пусть леди Дженкинс решает, что с нами обоими делать. Так будет справедливо.

— Что же, не могу сказать, что одобряю совершённый поступок, но определённо доволен твоим поведением, — с поощрительной улыбкой кивнул мне отставной рыцарь, принимая объяснения. — Быть благородным человеком нужно уметь. С этим не рождаются, как думают некоторые недалёкие аристократы, — заметил с неодобрением в их адрес. — Поскольку ты пришёл и честно всё объяснил, я не буду вмешиваться в это дело. К леди Дженкинс у меня нет претензий. К тебе тоже, не считая замечания, больше так не делать. Без согласования, — ещё раз улыбнулся учитель.

Он оказался хорошим человеком. Похоже, зря переживал.

— Имя можешь не говорить, но подскажи, эта девушка учится в нашем классе, или нет? — вот что сейчас больше всего волновало сэра Коуча.

Может ли он продолжать гордиться своими учениками.

— Нет. Она из клуба фехтования.

— Мельчают рыцари Святой Анны, — опечалился старый учитель. — Раньше просто бы вызвали на дуэль не понравившегося им человека, а сейчас пакости делают из-за угла. Унизить пытаются. Недоволен я работой мисс Фаулер. Ох, недоволен, — повторив, посетовал сэр Коуч.

— Учитель, можно ещё одну просьбу? Не сочтите за наглость, но позвольте завтра прийти на занятия в спортивном костюме, — спешно переключил его внимание на другую тему, более безопасную для ученика Ледяной ведьмы. — Запасную форму заказал, но пошьют её не скоро. Замены у меня нет. Не сидеть же всё это время дома, пропуская уроки.

— Хорошо. Я предупрежу других учителей и школьный совет.

Поблагодарив сэра Коуча за понимание, отправился искать леди Мэри Дженкинс. В челночной дипломатии чем больше остановок, тем лучше. Встречу решил организовать на своих условиях. Позвонив старосте, попросил её подойти в оранжерею. Не будет же она меня убивать на фоне цветов.

Дженкинс всё ещё находилась в школе, в своём клубе Чаепития. В отличие от кружка домашней выпечки, там собирались леди из самых знатных и влиятельных семей, чтобы, подражая взрослым, изображать членов закрытого элитарного клуба для избранных. Упиваться чаем и своей исключительностью. Обсуждать высокие материи. Ну или просто материю, ленточки, бантики, колечки, плюшечки и прочие прелести жизни. Заедая разговоры о прекрасном, о себе любимых, тортиками.

Обеспокоенная староста примчалась через пять минут. Прямо с порога принялась проявлять сочувствие, выражать слова поддержки, обещая найти и покарать виновных. Пытаясь успокоить, попросила не действовать необдуманно. Опасаясь, что устрою в школе беспорядок, за который с неё тоже спросят. Начав с уговоров, плавно подбиралась к угрозам, решив совместить метод кнута и пряника.

— Леди Дженкинс, расслабьтесь. Всё в порядке. Я не собираюсь устраивать в школе погромы и казни. До четверга. Раньше заказанный в ЭнЭкспресс двуручный меч не доставят, — пошутил, сбивая накал страстей. — Выслушай, — незаметно перешёл на неформальный стиль общения. — То, что сейчас расскажу, всё ещё является секретом. Надеюсь, на твоё благоразумие. Прошу сохранить услышанное в тайне.

Подобным вступлением заинтриговал старосту. Привлёк к себе повышенное внимание.

— Мы с сэром Коучем знаем, кто испортил имущество в классе, бросив вызов школьному порядку. Одна из учениц команды по фехтованию, на почве личной неприязни решила заставить меня пробежаться по школе голышом, чтобы не только унизить, опозорить, но и потребовать исключения. Для чего тайком испортила мою школьную форму и нижнее бельё, пока я принимал душ после тренировки. Чтобы разоблачить виновницу пришлось пойти на военную хитрость. Перенести испорченную форму в наш класс, выставив её на всеобщее обозрение. Поднять шумиху.

Удивлённая такими неожиданными откровениями Дженкинс нахмурилась. Стала серьёзной и немного пугающей.

— Сэр Коуч вместе с мисс Фаулер мне подыграли, сделав вид, будто ничего не знали. Мы следили за этой глупой ученицей, ожидая, когда она допустит ошибку. Однако преступница оказалась не только очень хитра, но и абсолютно бессовестна, — заметил с сожалением. — Признаваться категорически отказалась. Единственное неопровержимое доказательство, полученное, скажем так, не совсем достойным путём, предъявленным быть не может. Поэтому наказать её могу только своими методами, по-тихому, чтобы не пострадала репутация школы и клуба фехтования. Им не нужен скандал. Мне поставили такое условие, взамен пообещав не вмешиваться в происходящее. Всё бы хорошо, но в эту схему не вписываешься ты, — выразительно на неё посмотрел, усиливая эффект признания.

— Я? — сильно удивилась Дженкинс.

Она даже обернулась, проверяя, нет ли кого за спиной. Подумав, а вдруг ошиблась.

— Да. У окружающих может сложиться впечатление, что наша староста ни на что не способна. Что с ней не считаются. Это нанесёт удар по твоей репутации.

Девушка нахмурилась. Воспоминания о сегодняшнем утре были не самыми приятными в её жизни. Весь день место себе не находила, пытаясь придумать, как решить поставленную задачу.

— И как этого избежать? — нетерпеливо спросила с плохо скрываемой надеждой.

Догадавшись, что не просто так затеял это разговор, желая похвастаться.

— Я хочу отдать тебе виновницу происшествия. Продемонстрируешь свои способности. Учителя и ученики сделают соответствующие выводы. Будешь с гордостью заявлять, что всё решила своими методами, таинственно строя глазки. Ученики будут в восторге. Учителя благодарны. Получишь ещё один плюсик в личное дело, — воодушевлённо строил ей облачный замок, чтобы его побыстрее продать.

Уверен, так и будет. Школе действительно категорически не нужен скандал в самом начале реализации проекта по созданию особого, демонстрационного класса.

— Когда устраивал провокацию, то рассчитывал выманить преступницу из укрытия, а не нанести удар по тебе. Считай это моим извинением. Но с условием, что ничья честь не пострадает. Ни нашего класса, ни клуба фехтования, ни моя, ни школы.

Интонацией придал своим словам оттенок ритуальности и официоза. Показывая, насколько важная роль ей отводится. Должностные лица такое любят. Даже маленькие. Потешив её самолюбие, обезопасил себя от мести старосты. Последовав старой мудрости. Не можешь остановить, возглавь. Мелькающую на краю сознания гаденькую мысль о том, что таким образом устранял баронессу чужими руками, направляя месть её рода на старосту, быстро отогнал. Только чувства вины мне не хватало для полного счастья. Род Дженкинс по сравнению с родом Мюррей как слон и болонка. Если Мюррей хоть раз тявкнут в их сторону, тут же превратятся в кляксу. Йохансоны так не могли. Для нас это не болонка, а тигр-людоед. Поэтому заручиться расположением старосты не помешает.

Обдумав моё предложение, Мэри согласилась. Даже поблагодарила за доставленную возможность проявить себя перед классным руководителем. Старик может и не из могущественного рода, зато имеет весьма обширный круг знакомств среди высшей аристократии. У него огромное количество должников. Слово сэра Коуча имело вес в королевском дворе и нескольких министерствах. Если он будет хорошо отзываться о Мэри, это несомненно пойдёт ей на пользу.

— Как зовут смертницу? — поинтересовалась именем будущей жертвы.

— Леди Эбби Мюррей баронесса Уокинг из графства Суррей.

Поначалу подозревал польку, но, на удивление ошибся. Нервы раньше сдали у англичанки, не сумевшей простить какого-то жалкого простолюдина, посмевшего так грубо с ней обращаться. Упоминать Збражскую не стал. Доказательств её причастности нет. Ошибка в таком деле дорого обойдётся нам обоим.

— Хорошо. Завтра всё сделаю в лучшем виде. Бедфорд точно не будет против? — уточнила с лёгким беспокойством.

— Скорее поможет, если эта дура посмеет обратиться за помощью. На сегодняшней тренировке она дважды вывела из себя капитана команды, подставив сначала перед мисс Фаулер, а потом опозорив перед остальными девушками. Я боюсь, как бы леди Бедфорд, плюнув на договорённости доверить это дело мне, сама не свернула ей шею. Поэтому имя виновницы пока держу от неё в секрете. Открыв только тебе.

— Сильно сомневаюсь. Если Бедфорд дала слово, то будет его держать. Нравится оно ей, не нравится, не имеет значения. По-другому нам поступать нельзя, — успокоила заметно повеселевшая Дженкинс. — Ты сейчас куда дальше направишься?

— Домой. Ужинать. С утра ничего не ел. В столовую или в магазин после всех этих слухов в контактном комбинезоне, экипированный силовым снаряжением, идти не захотел, чтобы не порождать новые. А то ещё и панику бы поднял. Боюсь даже представить, что бы тогда подумали школьницы, начитавшись ужасов из чата, — рассмеялся.

На волне успешного завершения переговоров, настроение у меня тоже стремительно поднялось. Следующая вечерняя тренировка с Вилсон будет только завтра. Так что сегодня я полностью свободен.

— Правильно сделал. За что тоже должна сказать отдельное спасибо. Иначе бы у меня только прибавилось головной боли. Если не спешишь, пошли со мной. Напою чаем. Нам сегодня привезли несколько больших тортов и подносов с пирожными, девочки их так и не съели, — осуждающе надула губки, — не выкидывать же.

Может, лучше зайти в кабинет музыки? Нашего композитора кормят там явно лучше и разнообразнее. Росс случайно проболтался, что девчата туда даже холодильник притащили, основательно взявшись за дело приручения одного непуганого соловья.

— Если не помешаю, не откажусь. Буду благодарен.

Чужую поляну решил не топтать. С музыкальным слухом у меня туго. Вдруг качество кормёжки зависит от качества пения. Отравят ещё.

Улыбнувшись, Дженкинс повела меня обратно в школу. В другой ситуации, вероятнее всего, отказался бы, не желая навязываться. Чувствовать себя неуютно в чужой компании. Однако волнение, остаток запала смелости, голод, не желание спорить со старостой, радость от завершения цепочки заданий, — Спасти рядового рыцаря, создали непередаваемый коктейль пьянящих ощущений. День подвигов ещё не закончился.

Комнаты клуба Чаепития поразили меня своим роскошным интерьером. Они больше напоминали дворцовые палаты, как любят их показывать в модных журналах, чем обычные школьные помещения. Будто бы из одного мира попал в другой, как только пересёк дверной порог. Уже то, что это была не одна комната, а несколько соединённых между собой, не самых маленьких, говорило о многом. Даже не представляю, сколько сюда вложено денег. Антикварная мебель, произведения искусства, дорогой паркет, потолочная лепнина. Про бархатные шторы или ковры можно даже не упоминать.

Как с гордостью сообщила леди Дженкинс, довольная произведённым эффектом, финансирование клуба осуществлялось за счёт взносов его членов, а не за счёт школы. По своему размеру оно превосходило почти половину бюджетов остальных школьных клубов вместе взятых. Всё, что здесь находится, принесено ученицами из дома. Включая мраморную статую, которая раньше стояла у кого-то из них в саду. Староста ещё пожаловалась, что администрация до сих пор не позволяет приводить сюда домашних питомцев: крокодила, тигра, питона. Кроме того, состоящие в клубе Чаепития девушки получали доступ к некоторым эксклюзивным предложениям или товарам, предоставленным, либо для внутреннего пользования, либо для обмена между собой.

Послушав, чем ученицы обычно здесь занимались, испытал настоящую зависть. Пожалел, что нельзя сменить клуб. Пол менять не собирался даже ради настолько беззаботной жизни в роскоши и развлечениях. До этого как-то не задумывался над тем, с кем же я вместе учусь. А теперь задаюсь вопросом, что я здесь делаю? Уж не подменяю ли крокодила с компанией?

Помимо леди Дженкинс в клубе Чаепития состояло ещё шесть представительниц старых аристократических родов. Четыре графини и две баронессы. Остальные благородные ученицы школы Святой Анны, судя по всему, этой чести не удостоилось. Но очень хотели, о чём с гордостью поведала глава клуба, показав толстенную учётную книгу, в которой заявки на вступление и очередь их рассмотрения расписаны чуть ли не на год вперёд.

Прямо сейчас на месте присутствовали только две девушки из шести. Одна читала книгу в комнате отдыха, с ногами забравшись на софу. Другая с мрачной задумчивостью пила чай в гостиной, заняв один из центральных круглых столиков, расставленных по типу кафе. Сидя спиной к двери.

Проведя на кухню, эти буржуйки не мелочились, одной кофемашиной и большим холодильником с прозрачной дверцей не ограничились, староста выдала чай, здоровенный кусок клубничного торта, после чего отправила в гостиную. Попросив вести себя тихо и прилично, не доставляя девушкам беспокойства. Я уже начал жалеть, что согласился зайти на чай. Представлял это несколько по-другому, отчего почувствовал себя здесь неуютно. Но, давать задний ход уже поздно. Лучше принять правила игры, чем стать посмешищем. Буду притворяться, что бывал в местах и получше.

Хотел занять угловой столик, но по пути к нему узнал сидящую в центре комнаты ученицу. К моему удивлению ею оказалась леди Амелия Адамс. Вот уж не знал, что она член клуба Чаепития. То, что Адамс непростая девушка, с такими-то замашками, понял уже давно, однако не подозревал насколько. Вспомнив приглашение на чашечку кофе, почувствовал стремительное возвращение уверенности. Встретить знакомые лица в незнакомом месте всегда приятно. Это вселяет спокойствие. Возникло желание подойти, поздороваться. Решение принял сразу, чтобы избежать грядущей неловкости.

Заметив, что перед ней на блюдечке стоит только опустевшая чашка, и больше ничего, не удержался от небольшой шалости. Чтобы как-то завязать разговор, не свалившись как снег на голову, обойдя девушку, поставил перед ней свою полную чашку горячего чая, блюдце с тортом, взамен забрав её.

— Леди, позвольте за вами поухаживать. В такую прохладную, пасмурную погоду нет ничего лучше горячего напитка со сладким десертом, — обходительно заявил с умным видом.

— А? — подняла голову ошарашенная леди Амелия, вздрогнув от неожиданности.

Заметив меня только сейчас. До этого принимая за вернувшуюся леди Дженкинс.

— Что ты здесь делаешь? — сильно удивилась.

На пару секунд крепко зажмурилась, после чего снова открыла глаза, чтобы убедиться в отсутствии галлюцинаций. Не веря в такие совпадения. Только что обо мне думала не самым лучшим образом, и тут на тебе, внезапно появился, заставив заподозрить, уж не читаю ли её мысли? И вообще, человек ли я?

— Проходил мимо этого кабинета, как вдруг сработало чутьё, — леди в беде. Простите, не смог удержаться, — грустно заверил с самыми серьёзным выражением лица.

Всё же надолго моей выдержки не хватило. Глядя на забавную реакцию открывшей рот леди Амелии, в глазах которой промелькнула паника, от непонимания, что происходит, что за опасность, какое ещё чутьё, и кучу других вопросов, добродушно рассмеялся.

— Прости. Это была шутка. Меня пригласила староста на кружечку чая.

— Чья? — опомнилась леди Амелия.

Поняв, как глупо выглядит со стороны, девушка немедленно приняла подобающий вид. Постаралась скрыть внезапный приступ смущения.

— Моя. Леди Мэри Дженкинс. Не знал, что ты являешься членом этого клуба. Подожди немного, сейчас возьму вторую чашку чая и вернусь. Если предпочитаешь кофе, могу его принести.

— Не нужно. Благодарю, — вспомнила о манерах.

Быстрым шагом вернулся на кухню. Увидев в моих руках пустую чашку, леди Дженкинс изумилась.

— Ты что, уже всё? — недоверчиво уточнила, ещё не успев приготовить новую порцию чая.

Пакетиками тут принципиально не пользовались, как и быстрорастворимым кофе. Из-за этого ароматы на кухне витали умопомрачительно приятные.

— Да. Я оказался голоднее, чем думал. Можно ещё чашечку чая и кусочек торта?

Несколько заторможено староста выполнила просьбу. В гостиную вернулись вместе. Увидев ожидающую нас леди Адамс, развернувшую стул, принявшую величественную позу, леди Дженкинс сразу всё поняла. Когда расселись за одним столом, перехватив наши взгляды, удивилась сильнее.

— Вы знакомы? — полюбопытствовала староста.

— Да. Уже имел удовольствие познакомиться с леди Адамс. Удивительное совпадение, но она тоже приглашала меня на чашечку кофе. Если бы знал, где её найти, зашёл бы раньше, — выкрутился из щекотливого положения, только сейчас об этом вспомнив.

— Как можно не знать, где меня найти? — настала очередь удивляться леди Адамс.

Для неё подобное возмутительное утверждение равнялось признанию, что креветки умеет летать.

— Меня в школе Святой Анны знают все! — решительно заявила девушка.

— Только что к этим уважаемым всем добавился ещё один человек.

— Да ладно тебе, Адамс. Не придавай этому столько значения. В итоге всё благополучно завершилось тем же, чем и планировалось. Совместным чаепитием.

— Не скажи, — возразила нахмурившаяся леди Адамс. — Всё должно было произойти по-другому. Мало того, что это Йохансон меня угощает, так ещё и пришёл сюда по твоему приглашению. Почему-то на моё он столь быстро не откликнулся, — недовольно заметила с ревнивыми нотками. — Что скажешь в своё оправдание?

— С леди Дженкинс нас связывает общее дело, а тобой, общее прошлое, — нашёл этому логическое объяснение.

Чуть наклонив голову набок, леди Амелия как-то странно на меня посмотрела. Не ожидав такого сравнения, заставившего её потерять дар речи. Староста тоже на секунду растерялась, после чего тихонько захихикала, прикрыв рот ладошкой. Догадалась, что я ляпнул глупость по недоразумению.

— И ты мне об этом не рассказала? — шутливо спросила староста, с укором посмотрев на порозовевшую леди Адамс. — Как давно вы расстались? — восторженно потребовала больше подробностей.

— Мы не могли расстаться, поскольку ещё не начали встречаться, — поспешно оправдалась леди Адамс.

— Ещё? — обратила внимание на эту оговорку развеселившаяся леди Дженкинс.

— Дженкинс, давай без инсинуаций. Всё ты прекрасно поняла, — рассердилась блондинка. — Не ставь меня в неудобное положение, при гостях, — выразительно на неё посмотрела, призывая не делать глупостей.

— Хорошо-хорошо. Как скажешь. Продолжайте. Считайте, что меня здесь нет, — с широкой улыбкой леди Дженкинс взялась за чашку, шумно сделав долгий цедящий глоточек.

Несомненно, специально. Леди Адамс хоть и была недовольна, но комментировать её действия не стала. Понимая, что выгнать отсюда замершую в предвкушении мыльной драмы зрительницу без применения силы не удастся. Староста жаждала новых развлечений. Все старые ей уже давно приелись.

— По поводу общих дел. Йохансон, в благодарность за оказанную в торговом центре помощь, послужившей причиной нашего знакомства, — сказала специально для леди Дженкинс, — я бы хотела попросить об услуге, заключив с тобой небольшой договор. На следующей неделе мне нужен сопровождающий. Достаточно ответственный и внушающий доверие ровесник, иначе родители не позволят посетить два важных для меня мероприятия. Который способен как защитить мою честь, так и присмотреть за тем, чтобы ничего не натворила. Вела себя прилично. Это дословная цитата матери. Не телохранитель, не нянька, не слуга, не друг, а что-то среднее. Благородной, воспитанной леди на те мероприятия без сопровождения мужчины ходить неприлично. Нужен либо родственник, либо близкий друг, либо кавалер. Представлю тебя своим близким другом. То, что зачислен в школу Святой Анны, из параллельного класса, рыцарь, уже однажды меня спасал, полностью независим, да ещё в глазах окружающих не будешь выглядеть женихом, делает твою кандидатуру идеальной. К тому же леди Дженкинс, как вы охарактеризуете рыцаря Йохансона? Считаете ли его достойным доверия? — обратилась к старосте, замыслив маленькую месть.

Вмешивая её в происходящее.

— Полагаю, да, — леди Дженкинс дала положительную рекомендацию.

Улучшив обо мне своё мнение после разговора в оранжерее.

— Видишь, ещё один аргумент в твою пользу. Соглашайся. В обиде не останешься. Я щедро заплачу за работу моего друга.

Как-то дико было слышать о покупке друзей во временное пользование.

— Разве у тебя нет настоящих друзей, из парней? — спросил с недоумением.

— Так, — слегка поморщилась, — общие знакомые, друзья подруг, слуги, работники отцовской компании, никого подходящего. С теми, кого предлагают родители, идти не хочу. Не нужен мне лишний контроль с их стороны. Шпионить будут. Я же не маленькая. Не потеряюсь без присмотра, — самоуверенно задрала носик, ведя себя несколько по-детски. — На тех, кому могу приказывать уже я, не согласятся родители. Нужен человек со стороны, которого они ещё не знают. Чем-то выдающийся из общей массы, чтобы не было урона чести появляться с ним в людных местах, — объяснила леди Адамс.

Ну у неё и проблемы. Не понять мне этих богачей. Вечно чем-то недовольны. То тортики маленькие, то кошельки тяжёлые. По крайней мере она была честна, что пришлось по душе. В открытую предложила поработать наёмником. Не стала обманом заводить фальшивых отношений, используя в своих целях. Подумав, что лишние деньги и связь с клубом Чаепития мне не помешают, согласился. Будет ещё одна подработка. График продолжал уплотняться, радуя своей разносторонностью. Теперь если где-то провалюсь, стану не нужен, чего не исключал, не так уж высоко себя оценивая, к тому времени уже будут подготовлены запасные пути. Пока наметились три направления. Школьная команда по фехтованию. Корпорация Рэдклиф. Клуб Чаепития. Наличие сразу трёх достаточно мощных сил, учитывая состав их участников, позволит уравновесить давление на меня как с их стороны, так и со стороны посторонних. Чем больше ножек у стула, тем он устойчивее.

Я прекрасно осознавал, что помимо друзей обзаводился ещё и врагами. Чем выше уровень одних, тем опаснее другие. Пока в список недоброжелателей записал директора Хемильтона, команду фехтования школы Короля Георга V, заместительницу начальника одного из департаментов мэрии Лондона, которую несколько раз послал вместе с дочерью куда подальше, баронессу Эбби Мюррей. Это те, о ком точно знал, а ведь наверняка появились и те, о ком ещё не слышал. Ненавидеть, как и любить, можно на расстоянии, ни разу не встречаясь. К примеру, вряд ли ко мне испытывают симпатию в школах, с которыми Святая Анна столкнётся на следующем этапе соревнований. Учитывая высоту ставок, мне вполне могут помочь досрочно сойти с дистанции. Например, по состоянию здоровья. Это на публике шла честная игра, при свете ламп, а за кулисами пихались, толкались, норовили подставить подножку ближнему, чтобы успеть приготовиться к приходу дальнего.

Когда врагов прибавится, возвращаться на исходную позицию, до поступления в школу Святой Анны, станет попросту опасно. Всё решит переезд в отдалённое, тихое место, где меня ещё никто не знает. Где смогу жить в своё удовольствие, так, как сам того захочу. Ни от кого не завися. Без долгов, стрессов или переработок. Целыми днями играя в игрушки. Хотелось в это верить, а ещё лучше, знать. Осталось только накопить денег на переезд. Чем скорее, тем лучше.

Узнав, что леди Адамс хочет посетить концерт любимой поп-группы и день рождения человека, который ей сильно не нравится, но не пойти к нему не может из-за положения её семьи, назвал сумму, за которую готов пожертвовать свободным временем и нервами. Мне не хотелось посещать шумные, многолюдные места. Не любил этого. Однако как-нибудь переживу эти тяжёлые дни. Обговорив детали соглашения, закончив чаепитие, покинул гостеприимный клуб. Не осознавая, что таким его считали от силы человек пять на всю школу, не включая состоящих в нём учениц. Ими ведь не только восхищались.

Будучи на особом положении, члены клуба Чаепития могли позволить себе такую устрашающую вещь, как частичная безнаказанность. Ограниченная тем, что в школе Святой Анны училось ещё несколько человек, связываться с которыми опасались даже они. Например, Маргарет Бедфорд или Оливия Грей. По определённым причинам включить их в состав клуба не представлялось возможным. Приходилось как-то уживаться под одной крышей.

— Мы точно приехали в нужное место? — с беспокойством спросил у столь же хмурой госпожи Чамар.

Указанное время встречи с офицером MAS истекло десять минут назад, а его всё ещё не было. На безлюдной автомобильной стоянке за длинным портовым зданием, вроде пакгауза, помимо нашего трейлера находилось всего четыре старенькие машины. Причём одну из них, такое впечатление, не заводили уже годами, отчего успела покрыться толстым слоем грязи. Это был безлюдный, отдалённый уголок порта, до которого пришлось добираться, петляя по закоулкам среди заброшенных складов, пустых грузовиков и гор сложенных друг на друга паллет и бочек.

— Да, — госпожа Чамар сверилась с навигатором. — Координаты точные.

Она ещё раз попыталась дозвониться до офицера, но трубку по-прежнему не брали. Видимо, случилось что-то непредвиденное. Связаться с его начальником тоже не удалось. Автоответчик без устали повторял о том, что абонент находится на совещании. Просил перезвонить позже. Хотя, куда уж позже. Пока я нервничал в пункте управления, стыдясь показываться на глаза девушкам, которым много чего наобещал, они делали то же самое на улице. Вышли подышать свежим воздухом, осмотреться. Не желая показывать своего волнения, старались выглядеть как настоящие профессионалы, которых ничем не пронять. Гриффин что-то увлечённо обсуждала с Рэндаллом по поводу оружейных систем, а Браунфельс, с флегматичным выражением лица осматривала окрестности. Эта унылая стоянка ей нравилась не больше, чем мне.

Выждав ещё минуту, тоже покинул трейлер. Сообщил напарницам о вынужденной задержке. Якобы нам приказали и дальше оставаться на месте. Соврал, что у полиции возникли какие-то сложности. Потихоньку начал готовить повод для отмены мероприятия, чего очень не хотелось. Помимо нарушенных обещаний, несбывшихся надежд и предстоящих проблем со школой, пропуск ведь им поставят из-за меня, а потом ещё краснеть и перед мисс Фаулер. Второй раз она уже столь легко навстречу не пойдёт, согласившись отпустить без веских причин.

От печальных мыслей отвлекла внезапно начавшаяся где-то за дальними складами ожесточённая перестрелка. Судя по количеству задействованных стволов, массовая. По-видимому, полицейская спецоперация уже шла полным ходом. Нас никто не ждал. Теперь это место стало выглядеть ещё более неуютным и опасным. Особенно с учётом знания того, что где-то рядом засели вооружённые бандиты. Неизвестность, относительно их планов и действий, вызывала серьёзное беспокойство.

Как только раздались первые выстрелы, девушки стали напоминать встревоженных хорьков, услышавших подозрительный шорох в ближайших кустах. Вытянув шеи и повернув голову, напарницы напряжённо замерли, чутко прислушиваясь к окружающим звукам. Теперь мои слова стали звучать убедительнее, а то у них уже начали появляться сомнения. Доказательств-то предоставить не мог.

С каждой минутой усиливалась частота стрельбы, увеличивалась площадь её распространения, вызывая ещё больше вопросов по поводу эффективности полиции. Такое впечатление, что по всему порту развернулись настоящие боевые действия. За счёт эха сильно искажалось восприятие расстояния, определения точного количества и местонахождения их источников. Более того, стали раздаваться взрывы. В небо над крышами построек потянулись чёрные клубы дыма. Что-то как-то ловлю нелегальных мигрантов всё происходящее резко перестало напоминать. Не нравится мне это. После ещё одного сильного взрыва Рэндалл зачем-то высказал мысли вслух, — Судя по звуку, применили ручной гранатомёт, — чем сделал обстановку её более напряжённой.

Недалеко от одного из возвышающегося над однообразными окрестностями крана, в небо поднялось большое грибовидное облако чёрно-серого дыма. Спустя пару секунд донёсся раскатистый грохот, заставив инстинктивно пригнуться. Может, ну его? Не стоит ждать потерявшегося офицера MAS. Возвращение в школу мне уже не кажется настолько плохой идеей.

В наушниках, что до этого выдал Каур, услышал его голос.

— Йохансон, внимание. Я настроился на полицейскую частоту. Сообщил о нашем присутствии, чтобы избежать недоразумений. Не хватало только оказаться под перекрёстным огнём. Начальник операции, майор Харрис, спросил, та ли мы группа силовой поддержки MAS, о которой его вчера поставили в известность? Я подтвердил. Кажется, он принял нас не за тех, за кого должен был. Меня почему-то назвал оператором. Запросил ваш позывной. Потребовал немедленно соединить с командиром группы. Словом, ты теперь Красный 1. Разбирайся дальше сам, — прежде чем успел отказаться, хитрый индус переключил канал связи.

После щелчка в наушнике раздался злой, обеспокоенный мужской голос.

— Это майор Харрис, Красный 1, как слышите меня? Приём.

— Красный 1 на связи. Слышу вас хорошо. Приём, — автоматически ответил, подстраиваясь под ситуацию.

— Где вы находитесь?

— Нахожусь в режиме ожидания на точке…, — назвал координаты, запомненные на экране навигатора госпожи Чамар.

— Замечательно. Вы в тылу у этих ублюдков. Китайцев оказалось намного больше, чем нам сообщали. У них полно оружия и заложников, которыми они прикрываются. Потом лично сломаю челюсть тому кретину, кто готовил доклад. Это не банда нелегалов, а кучка чёртовых террористов, — чуть не взорвался от негодования. — Нам срочно нужна силовая поддержка. Выдвигайтесь в квадрат…, — назвал его обозначение. — Там у них главный укреплённый пункт. Подходы с нашей стороны хорошо простреливаемые. Второй отряд был вынужден укрыться за разделительным дорожным барьером. Ребята уже потеряли три патрульные машины и пару фургонов. Дальше продвинуться не могут. Им нужна помощь.

— Вас понял, — сухо ответил, переваривая неожиданную новость.

Принять решение было непросто. С одной стороны, школьники с террористами воевать не должны. С другой, стоять рядом и смотреть, как гибнут ни в чём не повинные люди, тоже не дело. Каур передал, что этот район только что на городской карте, к которой были привязаны все городские службы и гражданские сервисы, был обозначен зоной проведения специальной полицейской операции.

— Сможешь довести нас до нужного места? — быстро у него спросил.

— Да. Я получил доступ к их тактической карте. Правда, пришлось взломать парочку серверов. Только им об этом не говори, — попросил, вовремя спохватившись.

— Понял. Готовься. Будешь нашим проводником. Ситуация сильно осложнилась, — обратился к внимательно меня слушающим девушкам, ставшим предельно серьёзными. — В нескольких сотнях метрах от нас засели международные террористы. У них полно оружия и заложников. Район объявлен зоной проведения спецоперации. Полицейский спецназ попал в засаду. Справиться своими силами не может. Это не учебная тревога. Всё взаправду. Принять ли участие в спасении людей или нет, решать вам. Прямо сейчас. На раздумье даю десять секунд. Можете просто подождать в трейлере, наблюдая за всем с мониторов. В моём фантомном доспехе установлены камеры.

Описав ситуацию, активировал силовое снаряжение. Почти сразу же девушки последовали моему примеру, не став тратить время на раздумья. Увидев цвет их фантомной брони, удивился. Не знал, что они сменили цветовую гамму. Теперь мы выглядели как троица одинаково чёрных рыцарей.

— Наши позывные. Мой, Красный 1. Браунфельс, красный 2. Гриффин, красный 3. Доложите о готовности.

— Красный 2, готов.

— Красный 3, готов.

Исполнение формальностей позволило немного успокоиться, настроиться на рабочий лад. Страха у них я не заметил. Немка внешне выглядела сосредоточенной, уверенной в себе. Если и переживала, то нам этого не показывала. Англичанка была более возбуждённой и взволнованной происходящим. Кажется, обе решили поиграть в героев, думая, что всё по-прежнему идёт по плану. Не стал их разубеждать, иначе навлеку беду.

— Двигайтесь за мной. Соблюдайте дистанцию. Внимательно смотрите по сторонам. Немедленно сообщайте о любых подозрительных вещах. Без приказа ничего не предпринимать, кроме случаев, связанных с обеспечением своей безопасности. Под огонь старайтесь не подставляться. Попадание каждой пули, это дополнительный расход энергии. Не забывайте следить за уровнем заряда батарей. Предупредите, как только он опустится до двадцати процентов. И самое главное, постарайтесь не задеть безоружных людей, иначе получите большие проблемы с законом. У нас есть право на самооборону, а не на убийство.

Проведя краткий инструктаж, зашагал в указанный квадрат. Не став бросаться туда сломя голову, позабыв про осторожность. Ориентироваться на местности помогал Каур, выведя интерактивную тактическую карту в правом верхнем углу моего интерфейса. Общаясь с ним, поймал себя на мысли, что так и не услышал мнение госпожи Чамар. Женщина словно затаилась, наблюдая за всем со стороны, не став нас останавливать. Подозреваю, это она была инициатором связи с майором Харисом.

Пока пробирались вперёд, держась ближе к стенам портовых сооружений, после недолгих раздумий попросил Каура разблокировать пулемёт Гриффин. Желательно так, чтобы это нигде не зафиксировалось. Программисту потребовалась всего минута, чтобы на вполне законных основаниях получить разрешение полицейского департамента на разблокировку её оружия. Воспользовавшись их же ошибкой и неразберихой.

— Красный 3, приготовить пулемёт к работе, — обратил внимание девушки на изменение статуса оружейной карты.

На руке фантомного доспеха Гриффин появилось специальное крепление с пулемётом, а на спине, короб с боеприпасами, от которого к нему тянулась лента с патронами. За это разведчице пришлось заплатить частичной разрядкой батареи.

Повернув за очередную груду сложенных штабелями металлических балок, неожиданно столкнулись с двумя десятками бегущих в нашу сторону испуганных китайцев в дешёвой, одноцветной гражданской одежде. Судя по внешнему виду, перед нами простые мирные жители. Среди них заметил несколько подростков и маленьких детей, которых женщины держали на руках. Увидев нас, они сразу испуганно остановились. Несколько впереди стоящих мужчин что-то быстро залопотали на незнакомом мне языке, жестами призывая не стрелять. Заграждая собой женщин. Отреагировав на Гриффин, что инстинктивно подняла руку, направив на них оружие. До того, как разглядела цель.

— Не стрелять! — немедленно приказал.

«Твою мать. Только их сейчас не хватало», — сокрушённо подумал, не зная, что с ними делать.

Включив внешние динамики, спросил, понимают ли они английский язык? Парочка мужчин и одна женщина неуверенно кивнули. Приказал оставаться на месте, пообещав их не трогать. Вызвав майора Хариса, сообщил о беглецах начальнику операции. Попросив кого-нибудь прислать, позаботиться об этой проблеме. Разделять свою группу не хотел, как и терять из-за них время. Оставлять непонятно кого за спиной, без присмотра, тоже не лучший выход. Майор придерживался такого же мнения.

Получив инструкции, показал китайским беженцам направление, попросив не разбегаясь, не делая глупостей, идти туда. Предупредил о том, что дальше о них позаботится полиция. Там безопасно. Немного успокоившись, эти люди послушно выполнили мою просьбу. Поверив в то, что представитель властей не желает им зла. Привыкнув им подчиняться.

Пройдя дальше, наша группа дошла до окраин, где всё ещё продолжались боевые действия. Миновав огромные, высоченные ряды складированных друг на друга контейнеров, наткнулись на нескольких бандитов, которые торопливо переносили картонные коробки из ближайшего открытого контейнера в микроавтобус. Двое из них были вооружены пистолетами, а трое, автоматами. Увидев нас, они оцепенели, не зная, что делать. То ли бежать, то ли стрелять.

— К-2, — для краткости сократил позывной, — уничтожь машину. К-3, твои двое справа. Догнать, отобрать оружие, несильно пнуть.

Сорвавшись с места раньше, чем договорил, побежал по левому краю дороги. Часть китайцев бросилась врассыпную, часть, запрыгнув в машину, не утруждаясь закрытием дверей, попыталась уехать. Вдавив педаль газа в пол, заставили двигатель машины натужно взреветь. От резкого рывка выронив несколько незакреплённых коробок, стоящих на краю. Пытаясь сбить погоню, начали стрелять по нам из автоматов для острастки. Я попаданий пуль даже не почувствовал. Они вязли в воздухе ещё на подлёте.

Напоминая разогнавшегося огромного носорога, от тяжёлой поступи которого дрожала земля, Браунфельс подловила микроавтобус на повороте, когда он пытался меня объехать, с размаха врезав алебардой по капоту. Машина была принудительно остановлена. От удара лобовое стекло разлетелось мелким крошевом. Капот смяло так, будто они на полном ходу въехали в жёстко закреплённый шлагбаум. Сомневаюсь, что внутри микроавтобуса был кто-то пристёгнут. Стрельба моментально стихла. Для надёжности перевернув его ногой, Браунфельс принялась раздирать тонкий корпус как бумагу, вынимая изнутри пострадавших людей. Укладывая их в рядок, на асфальт. Попутно избавляя от оружия.

Другой группе бандитов тоже не удалось убежать от разведывательного фантомного доспеха. Он был быстрее. Слегка помяв бедолаг, сломав им парочку костей, девушка забрала оружие. Сложив его в одном месте, без труда уничтожила. Не с собой же таскать. Растоптала так, что теперь эти стволы годны только на переплавку. Оставив преступников дожидаться медицинской помощи, сообщив о них куда следовало, продолжили движение к ремонтному доку, превращённому террористами в хорошо укреплённый пункт.

С чём именно у полиции возникли сложности, стало понятно с первого взгляда. Для начала у банды нашлись свои операторы фантомной брони. Два китайских доспеха F класса, оснащённых оружием, и троица тяжёлых пехотинцев в экзоброне, окружённых призрачными коконами А-поля. Кроме того, в одном из боковых проходов дока, предназначенного для проезда погрузчиков, на передвижной платформе прямо к воротам подогнали турель, прикрытую самодельными сварными бронещитами. Понятия не имею, где они достали тридцатимиллиметровую автопушку. Ещё сильно беспокоила полицию засевшая на крыше цепочка стрелков, прикрытая с фасада невысоким бетонным парапетом, вооружённая штурмовыми винтовками и ручными гранатомётами. Вот теперь я тоже убедился, что это террористы, а не обычные преступники. Им такое оружие попросту не нужно. Что они будут с ним делать?

Приказал Гриффин, включив оптический камуфляж, обойти длинное здание. Выяснить, что происходит с противоположной стороны дока, имеющего выход к морю. Раз боевики устроили ожесточённое сопротивление, значит, зачем-то тянут время. Хотелось бы заранее разобраться, зачем? Разведчица прямо на моих глазах слилась с окружающим фоном, став словно прозрачной. Её можно было разглядеть лишь вблизи, по небольшому пограничному преломлению света, становящемуся более заметным во время движения. К тому же оптический камуфляж подменял ещё и тепловой след, так что обнаружить Гриффин было не так-то просто.

Проведя разведку, девушка сообщила, что заметила в доке рыболовную шхуну, на борту которой идёт непонятная возня.

— Красный 3, прижмись к стене ремонтного дока в тридцати метрах от левого угла. Когда по моей команде Красный 2 пробьёт проход, начинаете штурм здания. Твоя задача пройтись огнём из пулемёта снизу вверх, вдоль края крыши с восточной стороны. Она из металлического профиля, поэтому пробиваться будет как бумага. Затем прикрываешь огнём Красного 2. Работай только на подавление вражеских огневых точек. Камуфляж не снимать. После зачистки первого этажа, держишь под прицелом пожарную лестницу. С остальным разберётся полиция.

Браунфельс приказал готовить мощную энергетическую атаку. Запустить копьё молний прямиком в турель. Убедительно попросив попасть с первого раза. После чего, обойдя сзади несколько рядов контейнеров, по команде, с разбега проломить стену дока. Возле того места, где её будет ждать Гриффин. Попав внутрь, крушить всё, что покажется опасным. Действуя по обстановке. Пользуясь своей непробиваемой бронёй, размерами и нечеловеческой силой. Я же собирался заняться вражескими латниками, что внаглую обстреливали залёгших в укрытии полицейских по другую сторону площади.

Понимая всю величину возложенной на неё ответственности, Браунфельс основательно прицелилась. Чувствуя большое напряжение, подобного которому не испытывала на тренировках, атаковать не торопилась. Выверяя всё до мелочей. Секунды для меня растянулись в минуты, прежде чем толстое плазменное копьё, окружённое разрядами молний, пронеслось через площадь. От прямого попадания платформа с автопушкой с грохотом разлетелась на оплавленные куски. Даже думать не хочу о том, во что превратились укрывавшиеся за щитом террористы. Тут либо мы, либо нас.

— Действуй, — приказал Браунфельс.

Заметив направление, откуда прилетело световое копьё, поняв, что против них применили явно не ручное оружие, бандиты по рации связались со своими латниками. Оставив в покое полицейских, те тут же переключились на более серьёзную угрозу. На меня, ненадолго показавшегося из-за укрытия. Один принялся обходить слева, другой справа, облегчив задачу. Я не собирался от них прятаться, или дожидаться окружения.

Сначала разобрался с левым, устремившись ему навстречу. Обходя за контейнерами, чтобы манёвр не разгадали раньше времени. Внезапно выскочив из-за угла, приняв пулемётную очередь на силовой щит, успел до него добраться прежде, чем противник взялся за здоровенный тесак с широким лезвием. Могучим ударом, вложив в него всю силу и массу, тяжёлым полуторным мечом разрубил замешкавшегося со сменой оружия противника надвое. Стараясь в этот момент ни о чём не думать, чтобы не дрогнула рука. Адреналин в крови подскочил до заоблачных высот. Угол удара подобрал так, чтобы у оператора фантомной брони оставались шансы выжить. Гарантировать не стану, но лучше так, чем намеренно совершать хладнокровное убийство. К такому я морально не готов.

С крыши меня обстреляли, но безрезультатно, поскольку сразу же покинул открытое пространство. Второй латник оказался умнее. Заранее взялся за тесаки, по одному в каждую руку, понимая, что огнестрельное оружие в этом случае неэффективно. Он даже что-то умел из силовых приёмов. Превратив их в подобие световых клинков. Как по мне, зря потратил силы на лишнюю показуху и демаскирующий фактор. Устрашить ею мог разве что зелёного новичка или слабака. Несмотря на это, воспринимать подобное оружие стоило серьёзно. Ведь тесаки приобрели способность разрезать практически всё, что попадалось у них на пути. Кроме меня.

Подловив в неудобный для него момент, своим полуторным мечом пробил китайского латника насквозь, пригвоздив к находящемуся позади контейнеру. Постаравшись и в этом случае сохранить ему жизнь. На что потребовалось просмотреть всего четырнадцать сцен нашей короткой схватки. Всё же опыт сражений и владения мечом у этого противника на голову превосходил предыдущего. Иначе хватило бы всего трёх-четырёх.

— Красный 2, приступай к штурму, — отдал команду.

Сам же собирался вломиться в ремонтный док, что называется, с задней двери. По возможности, обойдя его незаметно. Однако в мои планы вмешалась молчавшая до этого госпожа Чамар.

— Красный 1, — придерживалась позывного на случай возможной прослушки, — отставить продвижение. Выйти на открытую площадку перед зданием. Остановиться и ждать дальнейших указаний.

— Но я же окажусь под обстрелом? — сильно удивился такой глупости.

— Вот именно. Мне нужно снять кое-какие замеры. Опасности для тебя нет. Выполняй. Не забывай, на кого работаешь, — нашла время, когда об этом напомнить.

Что она задумала, понял сразу. Захотела испытать доспех на обстрел. С некоторым беспокойством, подавляя рефлексы, неохотно вышел на открытое пространство. Разумеется, в меня немедленно начали активно палить из всех стволов. К штурмовым винтовкам присоединились гранатомётчики. Только после того, как об меня разлетелись несколько противотанковых реактивных гранат, не причинив вреда, более-менее успокоился. Ненадолго.

— Попробуй отбивать пули ладонью, но так, чтобы вызвать управляемый рикошет. В нужную тебе сторону. Хочу посмотреть на показатели расчёта сложных траекторий множественных мелких скоростных объектов, — усложнила задачу госпожа Чамар.

Да за кого она меня принимает? Ох, не ту женщину назвали ведьмой. Происходящее у них на глазах вызвало большое удивление у полицейских. Майор Харис поинтересовался, чем я занят?

— Выявляю огневые позиции террористов для последующего уничтожения. Вынуждаю их израсходовать боезапас. Отвлекаю внимание от своих бойцов, штурмующих здание с другого направления, — с ходу нашёл подходящее оправдание, чтобы не выглядеть в его глазах сумасшедшим.

— Понял тебя. А это не опасно? — майор всё же проявил беспокойство.

— У меня броня С класса, — впервые заявил об этом с гордостью. — Если не пригонят вагон взрывчатки…

Видимо, слишком рано обрадовался, дав кое-кому на небе подсказку. В ту же секунду со мной связалась сильно встревоженная Гриффин.

— Красный 1, это красный 3. Обнаружен целый контейнер, доверху забитый взрывчаткой. Террористы для прикрытия отхода и уничтожения улик запустили таймер установленной в нём бомбы. Срочно нужен сапёр. А ещё тут много гражданских, испуганно жмущихся в угол здания. До нашего появления их держали в заложниках. Ещё часть людей, включая женщин и детей перемещена на корабль. Их наручниками приковали к борту, использовав в качестве живого щита. Штурмовать эту посудину не можем. Нужны дальнейшие инструкции, — быстро проговорила нервничающая напарница. — А ещё, — будто этого было недостаточно, — трап, ведущий на рыбацкую шхуну, охраняет вражеский фантомный ударный доспех. Золочёный, с изображением драконов, волн и других рисунков на морскую тематику. Прямо как будто весь в цветных татуировках. Вооружён Гуань дао.

Передал поступившую информацию майору Харрису, который тут же принялся витиевато материться. Силы полиции были рассеяны по всему порту. Помимо ремонтного дока, они пытались захватить ещё несколько объектов, а также поймать разбегающихся во все стороны людей, среди которых могли скрываться преступники. Район был слишком большой, со сложной, запутанной застройкой, загромождённый грузами и контейнерами. Легко ориентироваться здесь могли разве что местные жители или работники порта.

— Принято. Сейчас вызову сапёров, но пока они доедут, сам понимаешь. Как бы не опоздали. Сможете самостоятельно разобраться с этой проблемой?

— Попробуем.

Бросить всё и вернуться домой захотелось ещё сильнее. Прямо сейчас. Не обращая внимание на почти прекратившийся обстрел с крыши, Гриффин серьёзно потрепала засевших там террористов, заставив покинуть позиции, бросился на помощь напарницам.

На моих планах отдохнуть хотя бы в субботу, поставили жирный крест. А ведь я так сильно ждал этот счастливый момент уединения со своим компьютером в маленькой тёмной комнате. На весь день. Уже составил план, как буду выполнять недельные дейлики. В какой последовательности. Какие награды нужно успеть забрать, пока не стало слишком поздно. Выписал телефон пиццерии. Приготовил табличку на дверь, — До понедельника не входить. Осторожно, злой Эрик! Разослал всем виртуальным друзьям, в реальности их ни разу не видел, электронные письма. Назначил встречу в таверне «Падших героев», где работали очаровательные грудастые тёмные эльфийки в костюмах горничных. А ещё записался на ежемесячный рыцарский турнир, который ни разу не пропускал. Кто же знал, что именно в этот день на наш дом налетит шторм, названный ласковым именем, — Кейси.

Пришлось вместе с сёстрами эвакуироваться в самое безопасное, по их мнению, место. В магазин женской одежды. А чтобы меня по пути не унесло ветром, сёстры заботливо нагрузили многочисленными пакетами и сумками. Когда попытался жалобно воззвать к их чувству меры, попросив управиться за час, в ответ так посмотрели, что понял, безопаснее будет молчать. Стихийное бедствие ещё не самое страшное, что может случиться. Эта троица злодеек способна на всё. Кейси пригласила наиболее опасных обитателей нашего дома, Марту, Эдит и Ханну, взявших меня в заложники.

Будучи человеком нервным, в меру похожим на сестёр, отлучившись в туалет, позвонил Митчелу. Попросил срочно приехать в торговый центр. Рассказал, что попал в сложное положение. Записался на групповое свидание, а из парней пришёл только я. В результате перевес полов достиг угрожающих здоровью значений, в четыре к одному. О том, что забыл его проинформировать о личностях девушек, вспомнил только после завершения разговора, чему нисколько не огорчился. Умывшись, чтобы стереть с лица пакостную улыбку, вернулся к оживлённо болтающим сёстрам и Рэдклиф. Такое впечатление, они даже не заметили, что я куда-то отлучался.

Послушав их минут пять, снова загрустил. Слова вроде были понятны, а общий смысл почему-то ускользал. Попробовал поговорить с ними о том, в чём хорошо разбирался, но в итоге меня отправили купить всем сока. А потом орешков. А потом сходить сфотографировать витрину бутиков с номера 124Б, по номер 144Б. А потом…

Когда приехал Митчел, стало чуть полегче. Представил его тем самым другом, который способен сливать сёстрам всю необходимую информацию о моей учёбе. Спастись от них парень уже не мог. Сочувствую обречённому. Хотя нет, его не жалко. «Благодарный» взгляд друга, которого Ханна сразу взяла в оборот, приступив к допросу с пристрастием, был уверенно проигнорирован, трижды. То, что не догадался сообщить о своём аристократическом происхождении, всецело его вина. Сёстры приняли Даниэля за одного из привычных им друзей неисправимого брата, вроде бедного во всех смыслах Гарри. Отнёсшись к нему соответственно. Даже сказал бы покровительственно-снисходительно, что Митчела сперва обескуражило. Однако разобравшись в чём дело, Даниэль решил поддержать это заблуждение, подыграв сёстрам. Незаметно подмигнув Рэдклиф, прося не вмешиваться. Находя его забавным. Так что минут через пятнадцать после знакомства, влившись в нашу компанию, уже получал удовольствие. Скотина! Дойдя до той низости, что через Ханну и Эдит начал надо мной легонько подтрунивать. Поняв, что их я боюсь больше, чем друга. Ещё через пятнадцать минут я пожалел, что ему позвонил.

Хорошее настроение вернул случай, произошедший позже, на улице. Правда, вначале гораздо больше смутив и заставив растеряться. Я совсем не ожидал так скоро столкнуться с последствиями своих геройств в порту. Решив в благодарность за подарки и хорошо проведённый день угостить Рэдклиф и Митчела экзотической уличной едой, чем-то новеньким, необычным для них, на обратном пути Ханна привела их к торгующей традиционной китайской едой передвижной автолавке. Она обычно стояла в небольшом дворике у перекрёстка, в нескольких кварталах от нашего дома. Каково же было моё удивление, когда узнал только что нанятую новенькую официантку. Ту самую молодую китаянку, младшую сестру которой забрали в качестве живого щита на захваченную террористами рыбацкую шхуну. Которая, несмотря на смертельную опасность, не раздумывая бросилась её спасать. Дорожа сестрёнкой больше своей жизни. По иронии судьбы именно ей тогда на корабле приставили пистолет к виску, пытаясь заставить меня сдаться. Такое не забывается.

Сильное смятение одного из клиентов вызвало у девушки, не видевшей для этого причин, тревогу. Она по взгляду мгновенно поняла, что её узнали, хотя мы раньше никогда не встречались. Возможно, лучше было сделать вид, что обознался, сразу покинув это место, но я сглупил. Слишком уж неожиданно произошла наша встреча. Пытаясь успокоить девушку, не раздумывая повторил ей те самые слова, что и тогда. Поскольку воспоминания о том дне были ещё слишком свежи в памяти, оставив после себя неизгладимые впечатления, китаянка меня тут же узнала по голосу. Теперь настала её очередь недоверчиво округлять глаза. Сильно растрогавшаяся и расплакавшаяся девушка, путаясь в словах, принялась без устали благодарить и кланяться. Постоянно перескакивая с плохого английского, на хороший китайский. Заставила почувствовать себя крайне неловко.

Ситуацию усложнили мои спутники, которым стало ну очень интересно, что здесь происходит? Особенно возбудились сёстры. Пристали к обоим с вопросами, что нас связывает? С трудом сумел донести до молодой китаянки, не называя вещи своими именами, чтобы она перестала меня смущать, сохранив всё в секрете. Поняв, что я хочу, девушка наотрез отказалась отвечать на вопросы сестёр. Кстати, Рэдклиф в этот момент была подозрительно на них похожа. Такое впечатление, что у меня прибавилось родственниц. Поразительно схожие взгляды, реакция, поведение. Даже столь же грозно упирала руки в бока и хмурила бровки.

Спокойно поесть в условиях, когда только тебя одного чрезмерно опекают, заботятся, чуть ли не с ложечки кормят, очень сложно. А с учётом того, как к этому отнеслись мои ревнивые спутницы, ещё и опасно. В итоге сделав дополнительный заказ на вынос, в спешке покинули это гостеприимное место. Китаянка о чём-то переговорила с владельцем на одним им понятном языке, после чего денег с нас он так и не взял.

Пока отошли от автолавки совсем недалеко, поддавшись внезапному порыву, ненадолго вернулся. Буквально на несколько секунд. Выгреб из карманов все наличные деньги и насильно всунул их в руки поражённой китаянке. Не став ничего говорить, не оборачиваясь, бегом догнал своих друзей и сестёр. Жалея только об одном, что больше с собой не было.

— Плата за молчание? — пошутил Даниэль, удивившись такому поступку.

— Что-то вроде. Ей деньги нужнее.

Больше на тему моего знакомства с китайской девушкой я не разговаривал. Просто отмалчивался. На этом неловком моменте как-то скомкано попрощавшись с друзьями, мы разошлись.

Подъехав к солидно выглядящему трёхэтажному старинному особняку с многоскатной крышей, ещё раз критическим взором оглядел свой дорогой костюм, купленный как раз для предстоящего вечера. Вроде сидит идеально, чистенький, разглаженый, но всё равно возникало ощущение, что он находится не на своём месте. Как и я. Не люблю носить столь подчёркнуто официальную одежду. В ней возникала иллюзия принадлежности к важным людям из высоких слоёв общества, а это не так. Выглядеть и быть, две большие разницы. Бросив быстрый взгляд на часы, поправил рукав.

— Всё в порядке? — с лёгким весельем поинтересовалась леди Адамс, одетая в роскошное длинное платье серебристого цвета, кое-где покрытое блёстками.

Её моё беспокойство забавляло. Я не стал разубеждать, что оно связано с другими, более важными вещами.

— Да, моя леди, — успокаивающе улыбнулся, запомнив текущее время.

Пока в график укладывались. Вопреки нежеланию исполнять несвойственную мне роль, всё же на неё согласился. Признавая, что этот опыт будет как минимум полезным. Хотя бы на людей из другого мира посмотрю. В особняке аристократического рода Горби сегодня праздновали день рождения их второй дочери Нэнси, ровесницы Амелии. Несмотря на то, что девушки, мягко говоря, друг друга недолюбливали, их родители неплохо сотрудничали, ведя совместный бизнес. Вложились в один крупный сталелитейный завод. Владели им Адамсы, а Горби стали держателями большого пакета акций, входя в состав совета директоров.

Как рассказала Амелия, небольшая их часть стала подарком имениннице. К слову, леди Адамс тоже владела акциями этого предприятия. Получив схожим образом. Теперь она с Нэнси будет вынуждена делить один кусок пирога. Хотя по её словам, не только это послужило причиной взаимной неприязни. Они много чего не поделили, начиная ещё с раннего детства, когда родители часто оставляли их наедине, в одной игровой комнате. В перечень, — «отдай, это моё», входил и парень, на которого Амелия заглядывалась в средней школе. То мимолётное увлечение давно прошло, а вот память о соперничестве осталась. Особенно об обидном поражении на этом фронте. По этой же причине леди Адамс с удовольствием бы сюда не приходила, но правила приличия диктовали свои условия. Без веского повода обижать род Горби нельзя. Наоборот, на публике нужно было всячески демонстрировать, что между их семьями не имеется конфликтов, иначе это может отрицательно сказаться на цене акций. То есть, деньги потеряла бы и сама Амелия. Поэтому, по её словам, сюда она пришла поддержать свой кошелёк, а не эту «выдру».

К тому же на дне рождения соберётся много общих знакомых и друзей. Людей, с которыми девушке придётся в будущем часто встречаться в самых разных местах. Если хочешь вести дела в их кругу, то нужно с уважением и пониманием относиться к их правилам. Любить собравшихся никто не заставлял, как и не делать друг другу гадостей. Не выходя за определённые рамки. По этой причине Нэнси своим спутником на вечер выбрала того самого парня, а Амелия привела меня. Ещё в машине сообщив, если ему что-нибудь сломаю, то выплатит мне премию и уладит все проблемы со старшим поколением Горби, которое хорошо знала, а на младшее ей плевать. И мне должно быть плевать, о чём напоминала несколько раз.

Миновав охрану и слуг, предъявив им приглашение, мы безо всякого сопровождения свободно прошли в дом. Именинницу встретили в просторном холле особняка, отделанного под старину, среди трёх десятков парней и девушек. Судя по секундной заминке и хмурости Амелии, окинувшей их компанию быстрым взглядом, что-то ей сильно не понравилось.

— Вот стерва. Специально сделала так, чтобы я пришла самой последней, с опозданием, — прояснила шёпотом, стараясь не шевелить губами.

Изобразив приветливость, девушка начала фальшиво улыбаться всем присутствующим, как только мы пересекли порог этого дома.

Увидев новых гостей, миловидная девушка с завитыми в подобие спиралевидных локонов Амелии каштановыми волосами, в схожем платье, замахала рукой, привлекая к нам всеобщее внимание. Скопировав ещё и улыбку, чем нанесла очередной укол по самолюбию моей спутницы, превратившейся из неповторимой, в похожую. Почувствовал, как напряглась её рука, лежащая на сгибе моего локтя.

— О, это же пришла малышка Амелия. Добро пожаловать. Рада тебя видеть, дорогая. Боялась, ты уже не придёшь. Надеюсь, всё в порядке? — спросила с деланным участием.

— Как же я могла не прийти на день рождения своей лучшей подруги? Здравствуй, Нэнси. Прости, ужасные пробки. Пока в вашу глушь доберёшься, можно отпраздновать не только его, но ещё и Новый год. Ах да, — припомнила, — в этот раз собираемся у Дарси. Ну, значит повезло.

У Нэнси чуть заметно дёрнулась бровь и правая щека. Подойдя ближе, Амелия как ни в чём не бывало её обняла, формально чмокнула в щёчку, вручила подарочный конверт. Именинница была вынуждена с благодарностью ответить на приветствие тем же. Но на этом всё не закончилось. После обмена любезностями леди Горби, ухватив под локоть стоящего рядом смущённого парня, подтянула его поближе к себе. Подчёркивая, что они вместе, а не по отдельности.

— Посмотри, кто ещё пришёл сегодня меня поздравить. Помнишь Нормана? — с предвкушением, выжидательно вгляделась в глаза Амелии.

— Нормана? — удивлённо задумалась леди Адамс. — Что-то лицо знакомое. Мы раньше нигде не встречались? — вежливо спросила у растерявшегося парня.

Бедолага оказался меж двух огней. К сожалению, сделать вид, что они не знакомы, Амелии не удалось, поскольку Нэнси продемонстрировала их совместные фотографии. Откуда они у неё оказались, это уже другой вопрос. Когда начала ворошить прошлое, напоминая некоторые пикантные моменты, выражение лица у Амелии стало немного кислым. Добившись успеха на этом направлении, именинница перешла в атаку на другом, развивая наступление.

— А ты с кем пришла? Что-то я тоже не припоминаю этого молодого человека. Твой очередной ухажёр? — полюбопытствовала таким тоном, будто Амелия каждую неделю меняла парней как перчатки.

— Это мой хороший друг, Эрик Йохансон. Он из параллельного класса, — отыгрываясь, Амелия перешла в контрнаступление.

Воспользовавшись своей домашней заготовкой.

— Хочешь сказать, он учится в школе Святой Анны? Шутишь? Что-то Йохансон не похож на девочку, — Нэнси удивлённо округлила глазки.

— Ты отстала от жизни, подруга, — улыбнулась Амелия. — Ровно на год. С чем ещё раз поздравляю. Наша школа в рамках эксперимента перешла к смешанной форме обучения. Эрик, — назвала меня по имени, демонстрируя этим определённый уровень близости и доверия, — один из шести парней, прошедший нереально строгий конкурсный отбор. Он не только умён, но и хорош в спорте. Представь себе, Эрик имеет официально подтверждённый ранг рыцаря. А ещё занимает пост заместителя капитана команды силового фехтования школы Святой Анны, — с гордостью похвасталось девушка.

Не то что мне неприятно, когда хвалят, но такое ощущение, что девочки меряются своими карманными собачками, выясняя, кто из них двоих более успешен и удачлив. С превосходством, многозначительно посмотрев на Нормана, Амелия предупредила.

— Поэтому не советую твоему, — выделила это слово, — другу связываться с моим. Плохо кончит. С этим у Нормана всегда были проблемы, — мстительно и ему воткнула словесную шпильку.

Делая его жалким в представлении гостей.

— Хочешь сказать, Эрик из тех грубиянов, что может внезапно наброситься на окружающих из-за любого неосторожного слова? — Нэнси испуганно отступила за спину Нормана, пытаясь повернуть ситуацию в обратную сторону, выставляя моё достоинство, недостатком.

— Как ты могла так подумать? — наигранно огорчилась Амелия, посмотрев на неё с жалостью. — Йохансон очень тактичный, спокойный молодой человек. Не бойся. Когда на недавнем концерте группы Shine, на котором мы с ним были, — отдельно указала на этот момент, чтобы доказать факт нашей близости, — случилась ужасная неразбериха, он проявил потрясающую выдержку и внимание к окружающим людям. В первую очередь позаботился об их безопасности, а не о своей. Тем, что не стал уподобляться запаниковавшим дуракам. Ты же видела репортаж про мужественного рыцаря, что не дал толпе меня затоптать? Нет? Давай покажу, — с радостью потянулась за телефоном, не дожидаясь согласия.

Амелия, как и Нэнси, заранее подготовилась к их встрече. Поскольку вокруг нас быстро собрались гости, тоже желающие увидеть необычную запись, именинница вместе со всеми была вынуждена терпеливо её смотреть, выслушивая восторженные комментарии моей спутницы. На следующие пять минут леди Адамс стала центром притяжения этого праздника. Делясь своими впечатлениями. Приукрашивая их, не без этого.

Когда Нэнси надоело представление Амелии, она развила бурную деятельность, переключая внимание гостей на другие забавы. Постаравшись, чтобы они побыстрее забыли об увиденном. Для чего у неё имелись все возможности. Взрослых на дне рождения не было, одна молодёжь, поэтому, считая себя не менее взрослыми и самостоятельными, детишки, как говорят на востоке, — родившиеся с золотой ложкой во рту, могли «оттянуться» по полной. Что, несомненно, требовалось доказать на деле. На что Нэнси их только подначивала. Будучи уверенными, раз тут все свои, а своих сдавать не принято, то кого тогда стесняться?

Вместо невинных игр, которых я ожидал, слуги без перерыва вносили всё новые и новые подносы, заставленные десятками бутылок, выставленных пирамидками, уже наполненных рюмок, бокалов, фужеров, в которых плескался самый разный элитный алкоголь. От пива и шампанского, до виски и текилы. Среди них попадались даже коллекционные сорта, стоимостью более нескольких тысяч фунтов за бутылку. На закуску подавалась икра, креветки, разнообразные канапе, полоски лосося, какие-то непонятные штуковины. Вот тут-то благородный лоск с большей части присутствующих слез, как старая краска. Местами.

Большая часть предложенных забав и конкурсов была связана с употреблением алкоголя. На спор, по очереди, до, вместо и во время выполнения различных дурацких заданий. Проверяя стойкость и координацию участников. Некоторые из гостей раскрепостились сверх меры. Им достаточно было попасть в зону отсутствия запретов, без присмотра со стороны взрослых, как тормоза тут же слетели. Пошла удаль и, как говорил Гарри, «понты». Возраст от пятнадцати до восемнадцати лет, был той порой, когда хотелось попробовать всё. Доказать своё превосходство. Добиться уважения сверстников.

Глядя на них и не скажешь, что эти подростки в приличном обществе вели себя совершенно иначе. Где-нибудь в школе или дома. Демонстрировали хорошие манеры, воспитание. Были в чём-то даже излишне сдержанны. Не позволяли себе недостойного поведения. Но, как и у других людей, у них тоже имелись свои маленькие слабости. Те же потребности. Отличие было лишь в местах и подходящих компаниях для их удовлетворения. Не говоря уже про соответствующие аппетиты, с налётом извращённости, приобретённым от обилия возможностей и ощущений своей избранности.

К счастью, такими были не все. Часть гостей сумела сохранить здравомыслие, не став уподобляться большинству. Но, это был не наш случай. Амелия, радуясь тому, что удачно утёрла нос Нэнси, принялась обходить своих многочисленных подружек. За пару минут они собрали группу единомышленниц, в которой мне не нашлось места. Поэтому прежде, чем начать весело щебетать о чём-то своём, перебирая кому-то пёрышки, отравили к парням. С наказом отдыхать и ни в чём себе не отказывать.

Заметив, с какой готовностью подражая подружкам Амелия храбро употребила первую рюмку, понял, почему родители согласились отпустить её только в компании няньки. Осуждать девушку у меня не было ни права, ни желания. Каждый из нас знал, за чем сюда идёт. Хотя, мне и не нравилось, что она делает, всё же решил довести свою работу до конца. Приглядеть, чтобы с леди Адамс ничего не случилось. Потом это уже будут не мои проблемы. Я ей не жених. Всего лишь наёмник.

Не став участвовать в воцарившемся безудержном кутеже, занялся своими делами. В очередной раз проверил часы и телефон. Пока новостей от девочек Вилсон не поступало. Придётся ждать дальше. Под видом прогулки, изучая дом, нашёл себе временное убежище, где и затаился. На какое-то время меня хватиться не должны. Потом ещё что-нибудь придумаю.

Через десять минут наконец-то пришло долгожданное сообщение.

— Птички на проводе. Коты на помойке. Хозяйка готова выбрасывать мусор.

— Пришли картинку, — отправил в ответ.

Через несколько секунд пришло изображение знакомого переулка, примыкающего к маленькому круглосуточному магазинчику, расположенному недалеко от школы Хемильтона. Судя по ракурсу, съёмка велась откуда-то издали, с крыши здания, через мощную оптическую камеру. Отлично, стрелки уже на позиции. Именно я подсказал им это место.

Сегодня днём, точно рассчитав время, отправил с незнакомого номера небольшую сумму денег на электронный кошелёк Ахмета Сагди, своего старого недруга. Сущую мелочь. Якобы по ошибке. Прекрасно зная повадки этого негодяя, был рад, что в нём не ошибся. После того как Бенджамин из-за перелома ноги ушёл на длительный больничный, его подручные, Ахмет и Марк, почувствовали себя в классе новой властью. Заняли опустевший трон, подобрав упавшую корону свергнутого короля. Поскольку трусливый Фред переметнулся, в оппозиции остался только Гарри. Вот на нём-то они и решили самоутвердиться. Показать всем, что будет с остальными за непослушание. К тому же парни не забыли поддержку Гарри моего бунта, за что пришла пора расплачиваться. Так ему напрямую и сказали.

Получив по ошибке немного денег, даже не собираясь возвращать их рассеянному владельцу, Ахмет с Марком отправились пить пиво на свою излюбленную точку. В этом магазине, помимо знакомого продавца, который охотно продавал им выпивку и сигареты, стоял терминал по снятию наличных. Денег им как раз хватило на четыре банки пива, которые я увидел на фотографии. А чтобы не перепутали, к переводу было прикреплено короткое сообщение с ключевыми словами, которые должны были натолкнуть парней на эту мысль.

— Смотрю, своим привычкам не изменяете. Вам же хуже, — тихонько усмехнулся.

Посторонних рядом с ними не было. Девочки Вилсон об этом позаботились. Как говорится, лучше с членами стрелкового клуба находиться по одну сторону барьера, чем по разные. Истинность утверждения эти два придурка сейчас почувствуют на своей шкуре. Поскольку я не мог присутствовать одновременно в нескольких местах, то нанял весь стрелковый клуб школы Святой Анны, в полном составе. Пускай потратил на это уйму денег, но дружба стоит дороже.

— Шугани котов, чтобы не шлялись по помойкам, — отписался заместителю главы стрелкового клуба, что сейчас лежала на расстеленном на крыше покрывале, целясь в парней из снайперской винтовки.

Рядом с ней, на втором покрывале лежала ещё одна девушка с винтовкой, а между ними, у зрительной трубы, установленной на складной треноге, с телефоном сидела корректировщица. Действуя по заранее согласованному плану, позвонил Ахмету с новенькой симки, купленной вчера вечером в парковом автомате.

— Привет, смертники. Ещё раз тронете Гарри, можете заказывать свои похороны. Потом боевыми, окажутся все, — как только это сказал, сразу оборвал так и не начавшийся разговор.

В тот же миг, банку с пивом, стоящую у ноги Ахмета, разорвало от попадания пули. Во все стороны разлетелись пенные жёлтые струи, забрызгав одежду парней. Дав им пару секунд на осознание произошедшего, в них полетели шарики с красной краской из тонкого, эластичного пластика. Расстрел был недолгим, но метким. Надеюсь, этот урок парни запомнят на всю жизнь, встав на путь исправления. Таких людей, как они, бесполезно уговаривать или стыдить. Их можно исправить только страхом.

Сильно сомневаюсь, что Ахмет и Марк обратятся в полицию. Тогда придётся объяснять, за что на них объявили охоту. А потом искать того, кто мог бы это сделать. Не я же и не Гарри, с его близорукостью. И вообще, у меня железное алиби. Мои слова подтвердят такие свидетели, которых даже опрашивать страшно.

Оставался ещё один негодяй, которого девочки проучат схожим образом, но уже без моего участия. А дальше в ход пойдут школьные сплетни, которые за пару дней доведут до каждого хулигана, что с Гарри лучше не связываться. Опасно для жизни. Дальше посмотрим, к чему всё придёт. По идее, впечатлительным и доверчивым детишкам этого должно хватить.

Заменив сим карту, пошёл в туалет, где слил вынутую в канализацию. Дальше отправился посмотреть, как там поживает Амелия. Судя по увиденному, хорошо, даже очень. Празднование было в полном разгаре и уклоняться от него стало сложнее. Вопреки надеждам, обо мне не забыли. Выловив среди гостей, Нэнси, проявив настойчивость, отвела к двум своим подружкам. Познакомив с загорелыми, знойными, высокими красотками модельной внешности, обменявшись с ними несколькими фразами, не задерживаясь, ушла дальше. В отличие от гостей, имениннице требовалось проконтролировать, все ли наслаждаются её днём рождения и всего ли у них хватает?

Как только она ушла, на меня буквально начали вешаться эти соблазнительные бесстыдницы. Открыто намекая на желание перевести наше приятное общение из вертикальной, в горизонтальную плоскость. Сообщив, что в доме спален хватало с запасом. А ещё вовсю пытались споить, расспрашивая, чем живу, чем знаменит, чего хочу? Якобы невзначай касались, то тут, то там.

Некоторое время усиленно пытался понять, с чего вдруг такой всплеск интереса к моей персоне. Их настойчивость не столько льстила, сколько настораживала. Явно не просто так заговаривают зубы, пытаясь увести подальше от остальных. В чём были настоящие мастерицы. Когда после третьего отказа выпить, чтобы помочь мне расслабиться, всё же как-то сумели дать подержать рюмочку, подозрения переросли в уверенность. Я не настолько неотразим, чтобы возжелать любой ценой завалить меня в койку.

Загнав обратно в темноту вылезшего наружу девственника, расправившего крылышки, поющего о дороге в рай, желающего со мной поскорее расстаться, твёрдо заявил представителям племени суккубов, что на работе я ни-ни, ни с кем, ни как и ни в каком виде. После чего вырвавшись из их цепких ручек, застегнув непонятно как расстегнувшиеся верхние пуговицы рубашки, тактически отступил на поиски работодательницы. Стараясь не замечать их хохота.

Успел буквально в последнюю минуту, застав момент, когда её, с мутным взглядом, едва передвигающую ноги, напившуюся в хлам, по лестнице на второй этаж поднимала какая-то девица. А за ними, на небольшом расстоянии, с озорным выражением личика вторая дамочка уверенно тащила следом сильно пьяного парня. Не понял, куда это они их ведут? Уложить в кроватку, чтобы отлежались и пришли в чувство? Что-то на душе стало тревожно. Поддавшись интуиции, пошёл за ними, убедиться, что кровати будут разными, а не одной и той же. Этих двух дам я не так давно видел в компании Нэнси, а не в компании Амелии.

Словно по волшебству, только о ней подумал, как объявилась именинница, внезапно перегородив путь на лестницу.

— А где Мири и Салли? — удивлённо посмотрела мне за спину.

— Там, — указав рукой в сторону боковых комнат, попытался её обойти.

Однако Нэнси вновь встала передо мной, сделав шаг в ту же сторону.

— Туда нельзя. Пошли лучше к остальным, — ухватив за руку, потянула в противоположном направлении.

Упёршись ногами, упрямо остался стоять, где стоял.

— Почему нельзя? — изобразил святую простоту.

— Там отдыхают девочки. Они не хотят, чтобы их сейчас видели. Совсем глупый что ли? — возмущённо фыркнула.

Удивляясь, как можно не понимать такие простые вещи.

— Мне нужно забрать леди Адамс. Нам пора уходить. Остальные меня не интересуют. Обещаю на них не смотреть.

— Ещё раз говорю, туда нельзя, — разозлилась Нэнси на мою упёртость. — Подожди внизу. Амелия немного отдохнёт и сама спустится. Потом. И вообще, что ты за неё решаешь, что ей нужно делать? На себя лучше посмотри. Моих подруг обижаешь, друзей не уважаешь, отказываешься с ними пить, хозяйке грубишь. Может, тебе здесь не нравится? Так я не держу. Проваливай. И вообще, ты здесь только из-за Амелии.

Нэнси прекратила изображать доброжелательность. Может, надоело, а может, отчего-то занервничала. Больше склонялся ко второму варианту.

— Как скажешь. Но, я пришёл вместе с леди Адамс и уйду вместе с ней, — тоже перестал улыбаться, проявив настойчивость.

— Ещё условия будешь ставить? — леди Горби изумилась от подобной наглости. — Да мне достаточно только пальцами щёлкнуть, чтобы тебя выкинули за порог этого дома, — разгневалась девушка.

— Щёлкнуть, говоришь? — угрожающе прищурился.

Времени, до того, как приведёт угрозу в исполнение, почти не осталось. Как и сомнений, что на это пойдёт. Достав телефон, позвонил по номеру, с которого со мной связывался отец Амелии.

— Господин Адамс, добрый день. Это говорит Йохансон, друг вашей дочери. Простите за беспокойство, но у меня очень важное дело. Как вы знаете, леди Амелия сейчас вместе со мной находится на дне рождения леди Нэнси Горби. Так вот, я не знаю, в каких они отношениях, но сейчас вашу дочь, напоив до беспамятства, зачем-то укладывают в одну постель с непонятным типом, доведённым до точно такого же скотского состояния. Не удивлюсь, если это делается на камеру. Мою попытку убедиться, что это не так, леди Горби решительно предотвратила. В грубой форме потребовала немедленно убраться из её дома. Заявила, что я не имею права вмешиваться в личные дела леди Амелии и что-то за неё решать. Простите, поскольку в этой ситуации не могу перечить леди Горби, ответственность за всё, что произойдёт дальше, теперь лежит всецело на её совести.

Опустив телефон, насмешливо посмотрел на побледневшую, испугавшуюся Нэнси, не желающую верить в то, что сейчас произошло.

— Что ты натворил, дебил?! — заорала, чуть не бросившись на меня с кулаками. — Урод. Дегенерат. Сволочь. Ты хоть понимаешь, что теперь будет?!

— Вы позволите мне забрать леди Адамс? — легкомысленно предположил, сохраняя полное спокойствие.

Сам удивлялся своей смелости. Или тупости.

— Да ничего бы с ней не произошло. Это была шутка. Розыгрыш.

— Если это шутка, то почему никто не смеётся? — задал логичный на мой взгляд вопрос.

— Потому что она предназначалась не для тебя. Вон из этого дома! Ноги твоей больше в нём не будет, — в гневе указала пальцем на дверь.

— С радостью. Что я за это буду должен? — иронично осведомился, обесценив её слова.

Нельзя лишить человека того, что ему совершенно не нужно.

— И потом. Неужели леди Адамс тебе настолько ненавистна, что только и жаждешь случая её уязвить? Это ведь не первая попытка.

— Не твоё дело. Эта дура давно напрашивалась.

— Не боишься вот так открыто об этом говорить? — подивился такой откровенности.

— А что, ещё кому-нибудь позвонишь, пожалуешься? — ядовито спросила. — Что бы между нами не происходило, это наши личные дела. Тебя они не касаются.

— Не совсем. Я всё ещё должен забрать отсюда леди Адамс. Что вы будете делать потом, меня действительно не касается.

— Ты не расслышал, вон отсюда! Я буду решать, кто и когда покинет этот дом. Парни, вышвырните за порог эту неблагодарную скотину, — обратила к растерявшимся, притихшим гостям, не понимающим, что тут происходит.

Однако их симпатии несомненно окажутся на стороне Нэнси. Это её друзья, а не мои. Верить будут именно ей, что бы она сейчас ни сказала. Посчитав меня виновником прерванного праздника и плохого настроения именинницы, ожидаемо назначили объектом коллективного негодования и осуждения. Послышались одобрительные призывы поскорее избавиться от чужака, кем тут же стал по мановению руки леди Горби.

— Вы всё слышали, господин Адамс, — с пакостной улыбкой показал осекшейся на полуслове Нэнси экран по-прежнему включённого телефона.

Вместо кнопки завершения звонка намеренно переключил его на громкую связь. Опустив телефон, лишь сделал вид, что закончил разговор с господином Адамсом. Может я и идиот, но не сумасшедший. Мне не нравилась лицемерная, лживая хозяйка. Её порочные гости, что на публике строили из себя пуритан, а за закрытыми дверьми, в своём кругу предавались безудержному пьянству, разврату и употреблению запрещённых веществ. Думал, что в Англии подобные традиции закрытых вечеринок молодой аристократии давно себя изжили. Как видимо, ошибся. Мне не нравился этот дом. Да мне всё здесь не нравилось. Даже чучело медведя, что жалко скалилось, давно уже потеряв свой грозный вид. В чём-то я с Нэнси был согласен. Мне действительно здесь не место. Среди этих людей.

— Пожалуй, да, — задумчивым тоном подтвердил господин Адамс. — Дорогая Нэнси, будь добра, уважь хотя бы меня. Позволь этому молодому человеку забрать Амелию. Не заставляй прямо сейчас выяснять, что там у вас происходит. Я лучше потом у твоего отца поинтересуюсь. Можешь, конечно, исполнить свою угрозу, но тогда за дочерью приеду уже лично. Не хотелось бы портить ваш праздник. И будь уверена, тест на наркотики в крови Амелии я всё-таки проведу. Если он окажется положительным, то нам предстоит долгий разговор.

Вежливо и спокойно, не повышая голоса, господин Адамс попросил так проникновенно, что всем стало страшно. Даже пьяницам. Желающих меня отсюда выгнать сразу поубавилось. Убедившись, что на этот раз я точно отключил телефон, Нэнси с ненавистью прошипела.

— Ты никогда не станешь частью высшего общества. Я тебе это обещаю. Теперь для тебя наша дверь навсегда закрыта, — объявила с пафосом, больше обращаясь к собравшимся, чем ко мне.

Сплачивая против общего врага, привлекая к своей мести. Какая хитрая девушка.

— Да и бог с ней. Становиться частью вашего общества, — интонацией отделил её компанию, от чего-то большего, — я точно не желаю. Для надёжности даже досками заколочу, чтобы случайно не выб…э…открыли.

В данном конфликте интересов я выбрал сторону семьи Адамс, а не Горби. То, что закроют одни, откроют другие. Поэтому угрозы Нэнси меня не пугали. Она отнюдь не королева всего мира. Выбор был сделан ещё тогда, когда соглашался на эту работу.

Беспрепятственно забрав Амелию, обслюнявившую мне пиджак, пока нёс её к машине, передал из рук в руки мисс Полар. Она, как и водители остальных гостей, дожидалась окончания праздника в гостевом доме. Заботливо разместив хозяйку в салоне лимузина, уложив на заднее сиденье, вежливо поинтересовалась.

— Вы с нами, мистер Йохансон?

— Нет, спасибо. У меня свой транспорт. Когда леди Адамс станет лучше, передайте ей, что это действительно был… незабываемый вечер. До свидания.

Посмотрев на часы, испытал облегчение. Освободился даже раньше, чем планировал. Выйдя на дорогу, позвонил недовольной Вилсон, что скучала на расположенной неподалёку муниципальной стоянке. Девушка очень хотела оказаться на месте своих одноклубниц, с винтовкой в руках, но, к сожалению, юркий скоростной транспорт был только у неё.

Вилсон я поручил отдельное, не менее важное задание. Через пару минут с рёвом мотора вдали показался быстро приближающийся спортивный мотоцикл. Его хищные, обтекаемые обводы радовали мой глаз. Настоящий зверь в стильной оболочке из металла и пластика. Одетая в специальный костюм автогонщиков, с закрытым шлемом на голове, одноклассница очень гармонично на нём смотрелась. Притягивая взор, и даже стыдно признаться, возбуждающе. Чёртовы нимфоманки Мири и Салли всё же хорошенько меня завели.

— Ты всё? — уточнила Вилсон, бросая мне в руки запасной шлем.

— Да. Закончил раньше чем ожидал. Но времени всё равно мало. Мы ещё успеваем? — забеспокоился об этом.

— Да. Не переживай, доставлю с ветерком, — в её голосе послышалось радостное предвкушение.

Вилсон уже заждалась действий. Предстоящая миссия будоражила её кровь, бросая вызов навыкам вождения. Раз не удалось пострелять, то рассчитывала хотя бы всласть погонять. Совмещая приятное с полезным. За эту поездку мне пришлось заплатить хорошую сумму. Зато получил заверения, что всё будет сделано в лучшем виде.

Только сел на мотоцикл, испытывая эстетический восторг от этого транспортного средства, как Вилсон резко сорвала его с места, набирая скорость. Чтобы не слететь, пришлось обхватить девушку за талию, прижимаясь к ней плотнее. Рёв мотора, свист ветра, проносящийся мимо пейзаж, дрожь седла, всё это дарило непередаваемые волнительные ощущения. Хорошо, что одноклассница не видела моих покрасневших от смущения щёк. А вот по поводу кое-чего другого, выпирающего снизу, уже не был так уверен.

Ловко виляя между машин, легко их обгоняя, Вилсон быстро разогнала своего железного коня до умопомрачительной скорости. Поэтому вскоре восторг сменился страхом. Водила девушка очень агрессивно, рискованно. Надеюсь, она знает, что делает. Собирается доставить меня до Эссекса, а не до ближайшего морга. Отличия живого вождения от виртуального симулятора автогонок были как между небом и землёй.

— Нельзя ли чуть помедленнее, — через несколько минут прокричал Вилсон, когда во время одного из поворотов она чуть не положила мотоцикл набок.

По крайней мере мне так показалось. Между коленом и асфальтом оставалось всего несколько сантиметров.

— Нет. Держись крепче. Сейчас в городе приходится притормаживать, а как выйдем на трассу, разгоню эту малышку на полную скорость, — предупредила вошедшая во вкус девушка.

— Она может ещё быстрее? — испугался.

Вилсон рассмеялась. Такое впечатление, что её за рулём мотоцикла как будто подменили. Куда делась та мрачная, вечно замкнутая, неразговорчивая особа из 1АА класса? Кто эта сумасшедшая? Лучше бы я такси заказал. Жаль, для храбрости не выпил пару рюмок, когда была такая возможность.

Заняв скамейки на противоположных сторонах спортивного зала, обе команды с азартом наблюдали за поединками. Не сказал бы, что находясь в равных условиях. Немного отвлекал раздражающий шум со стороны зрительских мест, частично заполненных учениками Гринвуда. Несмотря на занятия, они всё же пришли поддержать свою команду, чем оказывали на нас определённое психологическое давление. Ведь позади Чёрных рыцарей Святой Анны было тихо и пусто. Создавалось ощущение, что мы не только находимся в подавляющем меньшинстве, но и вроде как нам тут не рады. А если тебя что-то беспокоит или напрягает, любое дело идёт тяжелее.

Но, не всё было так плохо. Довольный тем, что меня не пересадили с Созвездия за доспех другой модели, подходящего класса, настроился на долгое ожидание. Индивидуальные поединки проходили в порядке возрастания силы бойцов. Сначала между собой бились латники, потом кавалеристы, затем оруженосцы. В Ястребах Гринвуда насчитывалось шесть латников, четыре кавалериста и два оруженосца. Итого у них собралась довольно сбалансированная команда.

Оруженосцами оказались Алан и Холли Филлипсы. Не скажу, что удивлён. Их семье есть чем гордиться и помимо них. Например, развесистым генеалогическим древом, уходящим корнями в глубокую старину. Хорошая наследственность у этого рода, подарившего Англии немало достойных личностей, сомнению не подвергалась. Пускай аристократический род Филлипсов за пределами Эссекса не был особо богатым или известным, но по местным меркам он считался уважаемым и зажиточным. Как коренные жители этого графства они являлись неотъемлемой частью его элиты. Местечкового уровня, поскольку в ряды имперской аристократии не лезли, в столичные дела не вмешивались, по заграницам не ездили. Однако здесь без их одобрения мало что можно было сделать. Это к ним приходили договариваться, а не наоборот.

Когда настала моя очередь выходить на площадку, то своего первого противника, который слишком осторожничал, относительно быстро выбил за её пределы. Мощность А-поля наших доспехов была примерно одинакова, но он меня подсознательно опасался, считая намного более опытным и сильным бойцом. Что называется, сразился не с человеком, а с его сомнительной славой. Совершил довольно распространённую ошибку.

Почувствовав неуверенность противника, схватку я начал напористо и агрессивно. С первых же секунд нарастив темп ударов, заставил противника полностью перейти в защиту, отдав инициативу. Мне даже не пришлось проламывать оборону довольно умелого фехтовальщика. Достаточно было резким и сильным толчком плеча, неожиданно подловив его во время замаха, выбить ученика Гринвуда за нарисованную на полу границу зоны поединков. В реальном бою это ещё не стало бы причиной его поражения, однако мы находились в учебном, проходящем по своим правилам.

Второго кавалериста в ещё более дорогом, роскошном доспехе, что до этого бился с Браунфельс, победил за счёт одних лишь силовых техник. Воспользовался преимуществом крайне высокой синхронизации и элементом неожиданности. Не стал повторяться, чего от меня наверняка ожидали. Сделав обманный финт мечом, отвлекая внимание, точным силовым импульсом попал сначала в коленный сустав, выводя из равновесия, а затем вторым, нанесённым столь же быстро, ударил в нижнюю часть шлема, опрокидывая тяжёлый фантомный доспех на спину. Поскольку этот противник был не особо поворотлив, мне оставалось только поставить ногу на грудь поверженного ученика Гринвуда, коснувшись кончиком меча его горла, фиксируя победу.

Будь он чуть порасторопнее и повнимательнее, то сумел бы заблокировать силовым полем эти не такие уж сильные толчки. Мне даже не пришлось полагаться на Оракула, что несколько удивляло. Раньше подобных ребят считал очень опасными, а теперь удивлялся, почему они такие слабые? После недолгих раздумий, сев обратно на лавочку, пришёл к выводу, что я стал не столько сильнее, хотя и это тоже, сколько увереннее в себе. Не помню, кто сказал, — Опыт и решимость способны преодолеть силу и богатство. После первых двух поединков у меня появилось чувство разочарования, вызванного не оправдавшимися ожиданиями. Где захватывающий дух боя? Где удовольствие от победы? Где острота ощущений? Да я в играх больше старался и переживал.

— Кто у нас на очереди? — жизнерадостно поинтересовалась госпожа Чамар, заглядывая в список пациентов.

Следуя за ней по коридору больницы, принадлежавшей медицинскому институту Кларенса, носившую одноимённое название, не видел поводов для радости. Царившая внутри атмосфера нагоняла на меня тоску, печаль и ещё, совсем немного, тревогу. Не хотел бы оказаться здесь в качестве больного. Не потому, что плохо лечили или всё вокруг старое, обшарпанное, а из-за этого неприятного ощущения.

Быстро просмотрев несколько распечатанных на принтере документов, прикреплённых к клипборду, госпожа Чамар сделал выбор.

— Адам Смит. Тридцать восемь лет. Холост. Подтверждённый ранг, — кавалерист. Сотрудник частной военной кампании Косатка. Так понимаю, бывший, — высказала своё мнение, изучая его медицинскую карту. — Пять лет лежит в коме. Из простолюдинов.

Далее начала зачитывать вслух диагноз. Что-то связанное с повреждением мозга и нарушением работы его нейроузлов, особо не вслушивался, поскольку с медицинской терминологией не знаком. Несмотря на то, что пациент был признан стабильным, прогнозы оставались неутешительными. Даже если мистер Смит внезапно очнётся, то, вероятнее всего, навсегда утратит возможность оперировать А-полем. А может, к этому и ещё что-нибудь добавится.

Пока родственники оплачивали медицинские расходы, ещё не закончилась страховка, плюс на его счету оставались какие-то деньги, куда работодатель перечислил довольно крупную сумму, когда мистера Смита только положили в больницу, за ним продолжали ухаживать.

Личное дело Адама Смита попало в руки госпожи Чамар потому, что юристы корпорации Рэдклиф связались с его родственниками, получив разрешение на проверку экспериментального метода лечения. Руководствуясь принципом, хуже уже не будет. Так что доступ к больному у нас имелся.

— А наш мистер Смит был ещё тем сорвиголовой. Успел повоевать в Африке, в Южной Америке, погонять пиратов в Индийском океане, где и нарвался на неприятности. Здесь сказано, получил тяжёлое ранение во время отражения пиратской атаки на грузовое судно, на котором располагался их отряд вооружённой охраны. Тело фантомная броня сберегла, а вот мозги, не очень. Что-то в них закоротило. Попробуем исправить, — сообщила с оптимизмом, опуская клипборд.

— Вы думаете, я в этом разбираюсь? — сильно удивился.

— Я не думаю, я знаю, что не разбираешься, — успокоила. — Однако понимания процессов от тебя никто и не требует. Главное, запусти их. Дальше всё само наладится. Или, не наладится, — невозмутимо не исключила и такой вариант.

— А у меня у самого в мозгах ничего не закоротит? — продолжал беспокоиться, видя такую беспечность начальницы.

Не понимая, как всё это работает. И работает ли?

— Не переживай. Тебе ничего не грозит.

— Вот вы где, — из-за угла появился лысеющий пожилой мужчина в старомодных очках и белом халате. — Рашми, я же просил предупредить, как придёшь устраивать у меня беспорядок, — недовольно отчитал неловко улыбнувшуюся, застигнутую врасплох индианку.

За доктором шла старшая медсестра и парень в зелёном медицинском костюме, с шапочкой на голове.

— Питер. Рада тебя видеть. Не хотела отвлекать от работы. Ты же у нас вечно занят. Как ни позвоню, постоянно на неё ссылаешься.

— Ты не путай. Это другое.

На что оба рассмеялись так, словно речь шла о чём-то своём, понятном только им. Как оказалось, они были давно знакомы. Доктора звали Питер Моррисон и он являлся ведущим нейрохирургом медицинского института Кларенса. Причём специализирующегося на одарённых людях и травмах, связанных с повреждениями их нервной системы А-полем.

— Признавайся, что ты опять задумала? — с подозрением спросил доктор Моррисон, уже зная о том, что у Чамар имелись все необходимые разрешения. — Зачем заходила в палату 302 и 311? — посмотрев на старшую медсестру, получил подтверждающий кивок о том, что не ошибся.

Именно она предупредила доктора о нашем визите, поскольку сама Чамар хотела сделать всё по-тихому, предвидя вмешательство старого друга. Вряд ли он спокойно отнесётся к тому, как мы непонятно чем занимаемся с его пациентами.

— Провести осмотр больных, — ничуть не смущаясь, невинно призналась госпожа Чамар.

— С каких пор ты стала специалистом по диагностике нервной системы? — удивился Моррисон. — И что это? — указал на стоящего за нами Рэндала, держащего в руках два больших чемодана.

Не считая меня с характерным алюминиевым кейсом, предназначенным для переноски силового снаряжения.

— Так, кое-какое оборудование, — беззаботно отмахнулась Чамар, не став поворачиваться. — Для трансплантологии, — пошутила. — Да не смотри ты так. Всё с твоими пациентами в порядке. Мы ещё никого не убили.

— Ещё? — нахмурился доктор, не оценив юмора.

— Прости, оговорилась.

— Так я тебе и поверил. Ладно, а если серьёзно? — вызвал её на откровенность.

— Проверяем эффективность нетрадиционного метода лечения. Мою особую разработку. Это частная инициатива, так что патентов по ней нет, как и подтверждённых Министерством здравоохранения результатов клинических испытаний или научных работ. Если беспокоишься о законности, то всё делается с согласия самих пациентов или их опекунов. И только в тех случаях, когда это не мешает курсу лечения.

— Вот как? — сильно удивился доктор Моррисон. — И что же это за метод? — не мог не заинтересоваться.

Испытывая профессиональное любопытство. Разделяя точку зрения, что врач должен учиться всю жизнь, пока не помрёт. Тот, кто утверждает, что всё знает и всё умеет, расписывается в собственном невежестве.

— Я тебе потом расскажу, — Чамар не стала вдаваться в подробности, взглядом указав на его спутников. — Если хочешь, пойдём, посмотришь сам, как это происходит.

Предложила, зная, что отделаться от него уже не удастся.

— Что значит хочешь? Настаиваю, — поправил нейрохирург.

Присоединившись к нашей группе в том же составе, со старшей медсестрой и, как оказалось, интерном, доктор Моррисон спросил, кого мы сейчас собираемся беспокоить. Помимо него. Узнав имя пациента, задумался. Признал, что с ним всё возможное в больнице уже сделали. Дальше дело за самим мистером Смитом. За его силой воли и желанием жить. Без этого всё остальное бесполезно.

Придя в маленькую одноместную палату, раскрыв чемоданы, Рэндал быстро установил на специальных складных стойках необходимое оборудование. В основном измерительное и записывающее. Пока он этим занимался, один набор силового снаряжения надел я, а другой Чамар попросила доктора Моррисона надеть на мистера Смита. Закрепив правильным образом на его голове нейроободок, доктор пока вопросов задавать не стал. Предпочёл внимательно наблюдать за тем, что происходит, не вмешиваясь раньше необходимого.

Пока шли приготовления, мой взгляд то и дело невольно устремлялся на неподвижного мужчину, окружённого трубками, выглядящего очень худым и бледным. Создавалось впечатление, что он просто спал. В любой момент мог проснуться. Его грудь равномерно поднималась и опускалась. Лицо выражало спокойствие и даже какую-то безмятежность. Несмотря на идеальную чистоту, порядок, отсутствие неприятных запахов, мне в этой комнате находиться было очень неуютно. Возникали иррациональные чувства сожаления, волнения, боязни ему навредить. Из-за чего старался вести себя потише, чтобы лишний раз не тревожить больного.

Обвесив меня датчиками, посадив на стул рядом с кроватью мистера Смита, Чамар попросила всех зрителей отойти на безопасное расстояние, что и сделала, подав пример.

— Помни. Диаметр сферы А-поля не должен превышать размера кровати. Мы же не хотим ничего тут спалить или кому-то навредить, — проинструктировала госпожа Чамар, сказав это специально для доктора. — Следи за напряжением поля. Воздействие должно быть лёгким, нежным, аккуратным, а не как во время развлечений со своими девочками. Можешь не торопиться.

Я и так нервничал, а теперь стал ещё и смущаться, хотя, добивалась она обратного.

Постаравшись отвлечься от всех внешних звуков, принялся медитировать. Настраиваться на работу, которую повторял уже десятки раз, сначала на специальном тренажёре, а потом на полигоне, когда тренировался перед поездкой в больницу.

Поблагодарив медсестру, принёсшую несколько стульев, Чамар уселась на один из них, положив на колени раскрытый ноутбук, через беспроводную сеть подключённый ко всему нашему оборудованию.

— Фиксирую появление поля с маркером А. Напряжение 0,3 единицы Брауна. Диаметр два метра. Запускаю поле с маркером Б.

Нажав нужную клавишу, дистанционно запустила силовое снаряжение мистера Смита.

— Фиксирую появление поля Б. Напряжение 0,3 единицы Брауна. Диаметр два метра. Совпадение частот подтверждаю. Отклика от второго оператора… нет. Его синхронизация 0,02 %. Наблюдаю спектры двух цветов. Чистота 99,4 %. Граница чёткая. Переходим к следующему этапу.

На её экране отобразилось несколько графиков, а по центру, большая картинка с двумя близко расположенными кругами синего и красного цвета. Однако вместо области пересечения, где цвета бы смешивались, соприкасающиеся границы выравнивались в линию, прижимаясь друг к другу.

Спустя минуту напряжённой тишины, картинка на экране изменилась. Чёткая граница в месте соприкосновения кругов размылась. Эта область потемнела, приобретая фиолетовый оттенок. Постепенно в него окрасились обе окружности. Затем, ещё через небольшой промежуток времени, тёмный оттенок начал светлеть, пока не вернул изначальную чистоту одного из цветов. Теперь единая фигура, напоминающая восьмёрку, светилась ровным синим цветом.

— Напряжение поля повысилось до 0,42. Спектр синий. Чистота 91,5 %. Отклика сигнала от второго оператора по-прежнему нет. Уровень синхронизации не изменился. Продолжай.

— У мистера Смита увеличилось кровяное давление и участилось сердцебиение. Датчик регистрирует повышение мозговой активности, — обеспокоенно добавил доктор Моррисон, посмотрев на показания своих приборов, находившихся здесь ещё до нашего прихода.

Через минуту, когда стало казаться, что ничего сверх этого не произойдёт, индикатор синхронизации второго пилота медленно, но верно, начал повышать своё значение. Согласно медицинской карте, у мистера Смита она составляла пятьдесят два процента. На этом числе индикатор остановился. Медицинские приборы начали подавать тревожные сигналы о превышении допустимых пределов. Возникла угроза его жизни. Но я этого не замечал, всецело сосредоточившись на своей задаче. Огонька сознания в комке вязкого, липкого тумана, как я себе представлял то, что ощущал перед собой, как не было, так и не появлялось. Копаться в нём было отвратно. Преодолевая возникшее чувство гадливости, мысленно полез глубже.

Просматривая вариации будущего, принялся осторожно направлять пучки света Авроры в определённые точки, сверяясь с виртуальной трёхмерной картой, наложенной с помощью интерфейса поверх головы пациента. Госпожа Чамар через закрытый канал связи дала прямой доступ к мощнейшему вычислительному центру, установленному в одном из научных подразделений корпорации Рэдклиф. Именно он моими руками делал всю сверхсложную работу. Заодно, забирал на себя часть нагрузки от слияния с Оракулом. Можно сказать, я сейчас занимался этаким ментальным иглоукалыванием под чутким руководством настоящего мастера, в компетенции и знаниях которого сомневаться не приходилось.

— Напряжение поля продолжает расти. Уровень синхронизации превысил 52 %, — удивилась госпожа Чамар, пристально вглядываясь в экран.

Не обращая внимание на склонившегося над ней доктора Моррисона, занятого тем же самым.

— Есть отклик! — восторженно воскликнула индианка, от избытка чувств чуть не подпрыгнув на стуле, избежав столкновения с доктором. — Йохансон, плавно снижай воздействие. Прекращай стимулировать точки напряжения. Пусть Смит перехватывает над ними контроль.

«Кто здесь?» — в моей голове послышался чей-то очень слабый, растерянный голос.

Такое ощущение, словно я в темноте нащупав чью-то руку, через касание начал слышать мысли её владельца. Удержав контакт, стараясь на него не давить, медленно потянул схваченное «нечто» на себя, действуя интуитивно.

«Мистер Смит, всё в порядке. Вы находитесь в больнице Кларенса. Сейчас вам оказывается медицинская помощь. Потерпите немного. Когда вернётся чувствительность, может быть немного больно. Постарайтесь не делать резких движений. На вас воздействует А-поле. Не пытайтесь им управлять. Воспринимайте, как течение реки», — испытывая неописуемую радость и гордость оттого, что я реально помогал спасти жизнь человека, торопливо предупредил мужчину.

В тот момент, когда наши ментальные поля слились ещё плотнее, он почувствовал себя так, словно летит, а я, словно падаю. Меня внезапно захлестнули чужие воспоминания, заставив потеряться во времени и пространстве. Я неведомым образом очутился в прошлом мистера Смита, в его теле, повторно проживая его жизнь. Честно говоря, в тот момент я даже этого не понял, поскольку был полностью захвачен увиденным. Веря своим глазам, а не разуму. Это было подобно невероятно реалистичному, объёмному и глубокому сну, в котором воспринимаешь себя кем-то другим, считая происходящее нормальным и естественным.

Поток информации из глубин памяти мистера Смита двигался только в одну сторону, мою. Сам он ограничился чтением моих мыслей, эмоций, восприятием окружающего мира. Когда ситуация стала угрожающей, как для психики, так и для нервной системы, компьютер принудительно свернул наши А-поля, плавно сбрасывая их мощность.

«Проснувшись», осознав кто я, не сразу сообразил, где нахожусь и что происходит. Перед глазами медленно рассеивалась картина увешанных оружием людей в военной форме, позирующих для фотографа на палубе корабля. Возле очнувшегося мистера Смита стоял доктор Моррисон, проводя его диагностику. Старшая медсестра убежала за необходимыми лекарствами, поскольку у пациента критически повысилось кровяное давление и начались проблемы с сердцем. Рэндал возился с аппаратурой. Счастливая госпожа Чамар что-то восторженно просматривала на компьютере. Вроде бы никому из них не было до меня никакого дела.

— Замечательно. Просто замечательно. Момент обратного разделения А-поля на два отдельных спектра зарегистрирован измерительными приборами. На пике, показатель синхронизации мистера Смита достигал значения в 58 %, а мощность его поля преодолела границу D ранга. Теория подтвердилась. Связи его нейроузлов не только восстановились, но и умножились. А с ростом синхронизации, их структура ещё и усложнилась. Невероятно. Йохансон, как себя чувствуешь? А то датчики передают какую-то мешанину сигналов, — только сейчас вспомнила о втором подопытном.

— Странно. У меня кружится голова и возникают ложные ощущения.

— Что значит, ложные? — повернулся ко мне нахмурившийся доктор Моррисон.

— Например, кажется будто прямо сейчас держу во рту кусочек сочного арбуза. Чувствую его вкус, шероховатость, сладость. Аж слюна обильно выделяется. Секунду назад слышал отголоски игры на виолончели. А ещё тут очень сильно пахнет морской солью и водорослями. Это нормально?

— Не совсем, — сообщил доктор, встревоженно переглянувшись с госпожой Чамар. — Вот что. Пойдём-ка со мной. Сейчас всё проверим, как полагается, на нормальном оборудовании. Проведём твоё обследование.

Он с пренебрежением посмотрел на нейроободок, снятый с мистера Смита, который держал в руках. Не считая его достойной заменой.

Остаток дня провёл в больнице, под наблюдением одного из лучших специалистов в области нейрохирургии. В итоге мне прописали какие-то таблеточки и полный покой. Хотя бы на денёк. Согласно выводам доктора Моррисона, это были не галлюцинации, а всплывающие на поверхность обрывочные воспоминания мистера Смита. Мозг не успел усвоить столь большой объём информации, полученный за короткое время. Отсортировать и разложить её по нужным полочкам. В итоге, что смог, распихал по всем отделам, а кое-что и вовсе, либо удалил, либо собрал в одну большую беспорядочную кучу. Так что требовалось дать ему время провести дефрагментацию, перекодировку, архивацию и прочие необходимые процедуры, чтобы у меня не произошёл критический сбой системы. А то открою веки, а перед глазами синий экран смерти. Не лучшая аналогия, конечно, ну так я не специалист, чтобы описать всё правильным языком.

То, что произошло с мистером Смитом, привело в восторг не только госпожу Чамар, но и доктора Морриса. Если бы не прописанный режим покоя, замучил бы меня расспросами, просьбами провести парочку другую опытов. По его профилю. Благо пациентов в больнице хватало. Не коматозных, а самых обычных. Операторов А-поля, вследствие различных причин частично или полностью лишившихся своих способностей, хорошо ещё, если без последствий для здоровья. Ещё до мистера Смита мы с госпожой Чамар успели посетить женщину, которая после травмы, будучи в ранге D, могла выдержать давление поля Авроры не выше класса F. К тому же у неё парализовало правую руку. Её чувствительность сохранилась, а пошевелить конечностью не могла.

За один раз, с лихого наскока разобраться с проблемой той женщины не удалось. Для этого потребовались консультации профильного специалиста. Нужно было подобрать методику воздействия, провести несколько сеансов, посмотреть на результаты последующих обследований. Словом, взяться за дело основательно, по уму, а не так, как мы. Всё это доктор Моррисон и предложил, естественно, под своим чутким руководством. Развивая успех, пообещал написать на эту тему диссертацию, указав меня в соавторах. Даже назвав в мою честь новый метод лечения, для заманчивости.

Госпожа Чамар конкуренцию не потерпела. Заподозрив, что ещё немного и особо ценного оператора А-поля, да что там, единственного, начнут перевербовывать в чужую секту белохалатников, прямо у неё на глазах, под руку увела доктора в его кабинет. Пожелала обсудить тему не упоминания о нашем визите в эту больницу в официальных отчётах. Заодно, затронуть вопросы, связанные с технической стороной проведённого эксперимента.

Несмотря на предпринятые меры предосторожности, новости о произошедшем событии всё же разошлись по больнице Кларенса. К чести доктора Моррисона, не по его вине. Интерн «по секрету» поделился ими со своими близкими коллегами, старшая медсестра со своими, а там и пациенты откуда-то об этом пронюхали. Свободного времени и общих забот у них было много, языками почесать любили не меньше остальных. Больница напоминала маленький закрытый мирок, место, в котором что-либо утаить довольно сложно. Да и Адам Смит, едва почувствовав себя лучше, добравшись до телефона, за пять лет изголодавшись по общению с друзьями и родственниками, постарался наверстать упущенное. Узнать, что творится в мире. Но самое главное, этим событием заинтересовалось руководство Службы безопасности Британской империи.

За всеми крупными корпорациями, обладающими огромными ресурсами, знаниями чужих секретов и ключевыми технологиями, скрытно наблюдали люди Его Величества. На случай, если они начнут торговлю стратегическими ресурсами с врагами короны. Захотят устроить рукотворный кризис, ради обогащения. А может, и вовсе, приступят к разработке вещей, представляющих особую ценность, или, напротив, опасность для государства, вроде оружия массового поражения. Без согласования с правительством.

Странные действия Патрисии Рэдклиф, связанные с переводом одной из научно-конструкторских групп, занимающейся военными разработками, в личное подчинение. Выводя её за штат корпорации, да ещё с последующим засекречиванием всего и вся, что вызвало закономерное любопытство компетентных органов. Поводов для беспокойства пока у них не было, но дело, что называется, взяли на карандаш.

Рашми Чамар являлась гениальной учёной в своей области, а не в области безопасности, так что предусмотреть всего не могла. Доступ к рабочему компьютеру Чамар специалистам BESS (Службы безопасности Британской империи — British Empire Security Services) получить не удалось, но выводы по предварительным результатам проверки всё равно сделали, изложив их начальству. Документ оказался достаточно занимательным, чтобы попасть на стол главе этой службы.

— А куда это вы вместе идёте? — с подозрительностью спросила Кейси Рэдклиф, увидев, как мы с Маргарет Бедфорд свернули на неприметную узенькую тропинку, вьющуюся меж заснеженных кустов, ведущую в сторону мужского общежития.

Заметив, что мы уже несколько дней вдвоём куда-то уходим, вежливо отказываясь от компании других людей, Кейси забеспокоилась. Да ещё вечером, после тренировок, не рассказывая о том, куда и зачем. Поэтому дождавшись, когда другие члены команды разойдутся, в этот раз, обойдя вокруг здания клуба, Рэдклиф тихонько пошла следом за нами. И, о чудо, без подруг, которых обычно втягивала в каждую свою авантюру.

Слежку мы обнаружили почти сразу. Ещё бы не заметить девушку в красной шапке и таком же шарфе, выглядывающую из-за деревьев. Двигающуюся между ними короткими перебежками. Так на неё кто угодно обратит внимание. А может, ещё и полицию вызовет. Большой белый помпончик на шапке вовсе не добавлял ей скрытности. Зачем она прикрыла лицо шарфом, натянув его по самые глаза, для меня осталось загадкой.

— Ко мне в гости. А что? — спокойно полюбопытствовал у смутившейся Кейси, не увидевшей на наших лицах испуга, свойственного преступникам, пойманным с поличным.

— Зачем? — разволновавшись, задала бестактный вопрос.

— Пить чай. Обсуждать вопросы тактики и стратегии. Читать трактат Сунь-Цзы. Потом будем проводить спиритический сеанс, взывая к духу Великого Дракона, прося его одарить нас своей милостью и силой, — возвышенным тоном, с гордостью поведал девушке о планах на этот вечер.

— Какого ещё дракона? — доверчивая Кейси от изумления широко распахнула глаза.

Сохраняя серьёзное выражение лица, что потребовало усилий, пояснил, — По мнению моей неразумной служанки, китайского Тяньлуна. Хотя, лично я взываю к Фафниру, а леди Бедфорд, полагаю, к Великому Красному. Поэтому у нас ни черта не получается, но мы не теряем надежды. Кто-нибудь, да отзовётся.

Искоса на меня посмотрев с лёгким укором, Маргарет посоветовала Рэдклиф, — Не верь ему. У Йохансона нет трактата Сунь-Цзы. И вопросы тактики мы обсуждаем в клубе.

После чего замолчала, сохраняя невозмутимость, не став ничего добавлять к этому списку. Оказывается, Маргарет тот ещё тролль. Только маленький. Что подтвердила, выдержав небольшую паузу.

— И да, Великий Красный вне конкуренции.

— Вы чего? — испугалась Рэдклиф, переводя встревоженный взгляд с одного на другую, в поисках подсказки, что это была только шутка. — Совсем с головой не дружите?

— Почему у нас не может возникнуть маленького обоюдного увлечения? Ну, подумаешь, занимаемся спиритизмом, о чём не кричим на каждом углу. Кому это мешает? Призракам? И вообще, хочешь с нами? — задал неожиданный коварный вопрос, меняя её отношение к происходящему.

Уж не знаю, что там с ней дома делали, но сегодня у Кейси появились шансы к успешному прорыву на следующий ранг. Если ей немного помочь.

— Хочу. А сладкое к чаю у тебя есть? — заинтересовалась девушка более практичными вещами.

— Ещё не знаю.

— А кто знает? — удивилась.

— Комендант общежития. Она меня подкармливает. Добрая душа.

— Ты уверен? — засомневалась Маргарет, имея в виду, стоит ли брать с собой Кейси.

— Да. На её счёт мне пришло откровение свыше, — указал пальцем в небо. — На мобильный.

— Чего? — вновь затупила Рэдклиф, посмотрев вверх.

— Говорю, век высоких технологий добрался уже до самых дальних закоулков нашего мира. Нужно идти в ногу со временем, иначе от него отстанешь. Пошли. Только предупреждаю сразу. Кружок по интересам у нас закрытый, тайный. Расскажешь кому-нибудь о нём, будешь исключена. А Маргарет тебя за это ещё и побьёт.

— Прекращай, — осуждающе попросила капитан команды. — У тебя слишком хорошее настроение? Не хватает веселья?

— Прости. Увлёкся. Представлял себе этот разговор немного по-другому. А ещё, у Рэдклиф было такое забавное, недоверчиво-восхищённое выражение лица, что я не удержался.

— Неправда. И вовсе не восхищённое, — возразила девушка, присоединяясь к нам.

Вместе мы дошли до дома, названного мужским общежитием женской школы Святой Анны, вокруг которого были расчищены от опавшей листвы и мелкого сора, принесённого ветром, аккуратные дорожки. Табличка, которую вбил в землю на подходе к нему, до сих пор стояла на месте, в чём у меня были некоторые сомнения. Уже три штуки спёрли. Даже камеры безопасности не помогли найти ворюг. Зачем они им нужны, ума не приложу. Подумаешь, на деревянной дощечке, сделанной в классе труда, по моему заказу, обошедшемуся в банку конфет, Эдит нарисовала карикатурную мордочку злого гоблина, с надписью «Вам тут не рады!».

Не знаю как она узнала, может, караулила у окна, но не успели подойти к двери, как нам навстречу вышла младшая из сестёр Цзя, Цзя Тинг. Одета девушка была в тёплое платье и пуховик, купленный мною на распродаже старых вещей. Несмотря на то, что выглядел, как новый, будучи тёплым и качественным, продали его за смешные деньги. Видимо, прошлая хозяйка нашла себе что-то получше. Либо просто переросла его.

— Сеньшэн ни хао, — с поклоном, сложив кисти рук вместе, держа их опущенными, почтительно поздоровалась китаянка.

— Здравствуй, Тинг, — приветливо ответил девушке. — У нас сегодня будет ещё один гость. Приготовь, пожалуйста, дополнительную чашку чая.

— Циньшао.

— Ты знаешь китайский? — удивилась Кейси, посмотрев на меня с уважением.

— Нет. Это она пока плохо знает английский. Но усердно учит. Верно, Тинг?

— Ши да. То есть, да, — снова поклонилась китаянка.

Открыв дверь, отошла в сторону, пропуская внутрь. Развернувшись к нам лицом.

— Какой-то странный у тебя комендант общежития, — поделилась мнением Кейси. — Почему-то в женских корпусах они ведут себя иначе. А ещё, мне кажется, я её уже где-то видела, — черты лица Тинг показались Кейси смутно знакомыми.

— Потому что те работают на школу, а эта на Йохансона. Он её устраивал на работу и он же платит ей зарплату. Следовательно, ничего удивительного в этом не вижу, — объяснила Маргарет.

Не став добавлять, что я ещё и жизнь ей спас.

У меня с обеими китаянками состоялся откровенный разговор перед тем, как Тинг Цзя оформили на работу, где я выступал её поручителем. Старшая тогда пришла вместе с младшей. Захотела узнать личность благодетеля, убедиться, что у него в отношении сестры нет плохих намерений. При встрече она узнала меня с первого взгляда, сразу же обо всём рассказав младшей. Мей Цзя, кстати, тоже взяли на работу, что оказалось неожиданностью для нас троих. На должность уборщицы, поселив вместе с сестрой и, опять же, посадив мне на зарплату.

Хорошо быть щедрым, когда это тебе ничего не стоит. Взамен школа приобрела двух трудолюбивых, ответственных, благодарных сотрудниц, живущих на её территории и прилагающих все силы, чтобы их отсюда не выперли. Готовых работать сверхурочно, практически на себя, ведь школа стала их новым, пусть и временным, домом.

Несмотря на кажущуюся простоту, перед приёмом девушек тщательно проверили на принадлежность к запрещённым организациям, на преступное прошлое и отсутствие вредных привычек. Заставили пройти тщательный медосмотр. Однако и этого оказалось мало. Пускать кого попало под одну крышу к детям видных аристократов, безумцев не нашлось. Если бы не протекции герцога Бедфорд, с которым о чём-то посекретничала Маргарет, и Оливии Грей, ни мои мольбы, ни результаты проверки, ни выгодные условия, не помогли бы им попасть в это место. Даже на должность уборщиц. Это китаянкам объяснили сразу. Только они всё равно приписали все заслуги мне, а не отцу Маргарет, который об их существовании до этого дня и не догадывался. Будучи не дурами, умели отличать причину от следствия. В итоге я стал для них прямо благодетелем из благодетелей. Посовещавшись о чём-то своём, на китайском, решили, что я предложил им стать моими личными служанками, на что дали согласие. Оценивая это с точки зрения своих законов и традиций. В Китае рыцари входили в дворянское сословие, поэтому то, что я обладал этим рангом, давало мне право набирать личную прислугу.

Попытки объяснить, что это не так, встречали недоумение, нежелание понимать, а то и испуг, приводящий к причитаниям, с просьбами не выгонять их обратно на улицу. Такое ощущение, словно подобрал на улице двух бездомных котят.

На знакомстве со столь необычной комендантшей общежития, потрясения для Кейси не закончились. Зайдя в мою комнату, она с изумлением осмотрела выставочную экспозицию, туристическая стоянка дикаря, — одна штука. Прямо в комнате я установил палатку, разложил спальные мешки, складные матерчатые стульчики из гнутых трубок, небольшой столик, повесил гамак. Нашёл место и для котелка, под которым поставил газовую, переносную плитку, заправляемую баллончиками. В, купленный мною, комплект дополнительно входили: сушилка для рыбы, удочки, верёвки, вёдра, которыми я живописно украсил стену. Красивые, умело собранные гербарии из листьев и веток, это уже заслуга сестрёнок Цзя.

— Вау. Круто! — отреагировала Рэдклиф, с восторгом разглядывая обстановку.

Помнится, у Маргарет реакция была совсем другой.

— Не хватает камней вокруг очага, шкур на палатку, цветных половичков и развесить повсюду какие-нибудь перья, костяшки и прочие мистические побрякушки. А ещё, притащить пару брёвнышек. Вместо вешалки лучше использовать оленьи рога. Тогда будет выглядеть, как натуральное жилище гоблина. Пока же оно больше похоже на берлогу сквоттера, — заявила Кейси, с энтузиазмом отправившись исследовать комнату.

— Я рад, что тебе понравилось. Проходи, садись. Прости, шкуру медведя предложить не могу, ещё не добыл, пока достал только одеяло.

— Кто тебе помогал с дизайном? — заинтересовалось Кейси, по-хозяйски заглядывая в палатку, в которой увидела, установленный и подключенный к сети, компьютер.

— Оливия Грей.

— Правда? А я думала, вы не ладите, — припомнила, как меня показательно игнорировала президент школьного совета. — Ух ты, какая симпатичная вещица, — обратила внимание на жёлтый чемодан, разглядывая его со странным выражением лица.

— Где? А, это пятнистое чудовище? Не знаю на какой помойке мои сёстры его откопали. Потом перекрашу.

— На весьма дорогой, — почему-то обиделась Кейси. — Не надо его перекрашивать. О, на нём даже твоё имя есть, — присмотрелась повнимательнее. — Кстати, симпатичная свинка, — ехидно заулыбалась, явно сравнивая, похожа ли она на меня.

Через несколько минут, предварительно постучавшись, Тинг принесла нам поднос с тремя чашками, правильно заваренного, настоящего чая, как она его называла. Бледного и очень пахучего, ароматного напитка с терпким вкусом. К нему прилагалось блюдце с кубиками, сделанными из сладкой бобовой пасты. Другого питья в этом доме не подавали. Разве, только воду. Чайные пакетики, быстрорастворимые, порошковые напитки и кофе, даже в зёрнах, семейство Цзя объявило «мусором», поступая с ними соответственно этому названию.

Сначала вдохнув аромат, посмотрев на цвет чая, а потом попробовав его мелким глоточком, едва смочив губы, Кейси с уважением посмотрела на Тинг.

— Хороший чай, — искренне похвалила.

А вот тут первые впечатления Кейси и Маргарет совпадали. По-прежнему не понимал, что же такого они в нём находят, чего не мог я? Мне он не нравился, привык совсем к другому вкусу, но, чтобы не обижать Тинг, терпеливо выпивал всё, что давали, до последней капли.

Маргарет важно кивнула, одобряя слова Кейси, молча продолжая наслаждаться чаем, получая удовольствие не только от него, но и от самого процесса.

— Редкий. В обычном магазине такого не найти. Где взял?

— Тинг нашла соотечественника, у которого обменивает его на какие-то редкие травки.

— А травки где берёт? У кого? — Кейси не задумываясь начала раскручивать всю цепочку поставщиков.

Сразу видно, что она урождённая Рэдклиф, а не удочерённая.

— Где берёт, там уже занято. Ею.

— Прости, привычка, — повинилась Кейси.

Закончив чаепитие, она выжидательно, с большим интересом на нас уставилась, ожидая того самого. Узнать, чем мы будем заниматься дальше. Когда Маргарет ненадолго вышла, а я закрылся в палатке, удивилась. А уж когда увидела нас переодетыми в контактные комбинезоны, с уже готовым к работе силовым снаряжением и вовсе изумлённо открыла рот, издав многозначительное, — Э?

— А ты чего сидишь? Бегом в клуб. Переодевайся и поскорее возвращайся со своим снаряжением, — погнал её готовиться, постаравшись не рассмеяться.

— Так вы что, опять будете тренироваться? — разочарованно спросила расстроенная девушка.

Обманувшись в надеждах.

— Да. И ты тоже.

— С чего бы? Я на сегодня своё уже отпахала. Давайте лучше сыграем в какую-нибудь игру.

Попыталась нас убедить, что это будет гораздо интереснее. Не напрасной тратой оставшихся сил.

— Давай. И называться она будет — «особая тренировка по обращению к духу дракона, в надежде обрести его силу и просветление», — завуалировал то, чем мы будем заниматься. — Через моё А-поле. Под его давлением сможешь повысить свою выносливость и концентрацию. Если из-за этого научишься сосредотачивать на меньшей площади больший объём энергии, чем твой противник, то сможешь его победить, даже уступая в ранге. Или, удержав силовой щит хоть на одну минуту дольше, возможно, выиграешь для товарищей достаточно времени.

В отличие от Рэдклиф, Маргарет внимательно меня выслушала. Признавая, что это звучит разумно. Даже не будь приманки, скорее всего, согласилась бы на эту особую тренировку. Она жаждала силы куда больше Кейси. Однако, если Рэдклиф не хватало её целеустремлённости, то самой Маргарет не хватало смекалки и творческого подхода Кейси. Когда Рэдклиф чего-то желала по-настоящему, то добивалась этого куда быстрее и эффективнее Бедфорд. В зависимости от ситуации, беря хитростью, смелостью, азартом, гибкостью дипломатии и даже подкупом. Гораздо легче соглашалась на авантюры, не отбрасывая в стороны любые странные идеи. Из-за этого крайне редко когда сдавалась или считала что-то невозможным, что вызывало у Маргарет уважение и зависть.

— Хорошо-хорошо. Тренируйтесь на здоровье, а я сегодня не могу. У меня ещё важные дела остались. В следующий раз обязательно к вам присоединюсь, — Кейси тут же засобиралась домой, приведя неубедительную причину.

— Давай поспорим, что они внезапно отменятся и ты всё же захочешь к нам присоединиться, — загадочно улыбнулся, демонстрируя поразительную уверенность, что так и будет.

— На что спорим? — заинтересовалась девушка, надеясь на лёгкий выигрыш.

— А что у тебя есть? — поставил её в тупик.

— Шарф. Подойдёт? — улыбнулась.

Веря в свою победу.

— Идёт. Ждём тебя через двадцать минут.

— Ну, ждите, — помахав на прощание рукой, ушла.

Через минуту после её ухода позвонил госпоже Патрисии. Когда Кейси вернулась, одетая в контактный комбинезон, с надетым поясом силового снаряжения, то одарила нас таким выразительным взглядом, что стало смешно не только мне, но и Маргарет. С видом мученицы протянула мне свой красный шарф, пообещав потом отыграться. Надеясь вскоре забрать его обратно. Потребовав, чтобы я хорошо о нём заботился. Почаще гладил.

Усевшись так, чтобы получился треугольник, проинструктировал Рэдклиф, что ей нужно было делать. Под конец, чтобы она расслабилась и не воспринимала происходящее в штыки, пошутил.

— Не забудь. Когда услышишь мысленный голос, требующий назвать имя, скажи, — Фафнир, — попросил с придыханием.

— Великий Красный, — не согласилась Маргарет, сохраняя видимую серьёзность.

— Ага, сейчас. А Анкалагона не хотите узреть? — ехидно поинтересовалась Кейси.

— Давай без вымышленных персонажей. Отнесись посерьёзнее, — призвал к порядку

— То есть, Фафнир и Великий Красный, по-вашему, настоящие? — ухмыльнулась девушка.

Впрочем, несмотря на принуждение к дополнительной тренировке, Кейси в самом деле к ней приступила. Не став нам мешать или имитировать. Устроившись поудобнее, мы аккуратно развернули свои А-поля, контролируя их мощность. Стараясь не нанести повреждения комнате.

Я вовсе не ждал, что сегодня произойдёт нечто выдающееся. С первой попытки. Однако наложение и синергия сразу трёх полей стали той соломинкой, что упала на спину перегруженного верблюда.

Маргарет уже была подведена под самую черту. Как чаша, наполнившаяся до краёв. Внезапно её тело ярко засветилось, после чего вокруг девушки закрутился ветер, который через несколько секунд превратился в ударную волну, разошедшуюся в стороны. Хорошо, что я вовремя успел накрыть Бедфорд силовым полем, чей источник на какое-то время потерял стабильность, спасая дом и нас с Кейси. Мощность резко возросшей энергии Авроры, излучаемой Маргарет, приятно удивила, но всё же она оказалась слабее моей, иначе бы её не удержал.

— Что случилось? — всполошилась Кейси, когда всё утихло и капитан команды перестала светиться.

Тут же без раздумий бросилась проверять, всё ли с ней в порядке. Оправившаяся от шока Бедфорд, чувствуя сильную слабость и лёгкое головокружение, зачарованно принялась разглядывать свои руки, не заметив вопроса. Постепенно на её лице проступило выражение искренней радости.

— Я прорвалась на следующий ранг. Я чувствую это. Это… потрясающе, — расплылась в счастливой улыбке, открыто демонстрируя свои чувства, что для неё было нехарактерно.

— Прорвалась? — не поняла Кейси, растерянно на меня оглянувшись, за пояснениями.

— Она стала рыцарем. Поздравляю, Маргарет, — тепло улыбнулся девушке, радуясь за неё.

Пытаясь успокоить свои чувства, пришедшие в беспорядок. Беря под контроль видения, чтобы не пугать девушек необъяснимыми поступками.

— Как прорвалась? Почему? В смысле? — заметалась по комнате Рэдклиф. — Ты правда получила помощь от Великого Красного? — пошла по пути простейшего объяснения.

— Нет, конечно. Рэдклиф, читай поменьше фантастики на ночь, — с улыбкой посоветовала Маргарет — Мне помогла особая тренировка.

Глядя на девушку, всё ещё пребывающую в состоянии эйфории, испытал облегчение. С каждым днём на меня всё сильнее давила ответственность. Всё глубже вгрызался червячок сомнений. А вдруг у нас ничего не получится? Что тогда? Авансы получил, обещания раздал, обнадёжил и в итоге всё окончится громким пшиком? Эта мысль пугала, не давала покоя. Теперь же не я задолжал Бедфордам, а они мне. Заслуженно могу немного расслабиться. Даже, вроде, дышать как-то свободнее стало.

— Маргарет, если можно, попроси родителей пока не объявлять об этом публично, — попросил у неё.

Девушка вопросительно на меня посмотрела, ожидая пояснений.

— Не хочу, чтобы об этом заранее стало известно нашим противникам. Сделаем им сюрприз. Объявишь о своём новом ранге на зимнем турнире. Думаю, на нём это будет смотреться особенно эффектно. Прозвучит громкой заявкой на победу. Частью нашего замысла. Будто ты давно уже им была, но только сейчас решила раскрыться, что добавит тебе очков уважения. А ещё, Бедфорды смогут использовать такое объявление с наибольшей для себя выгодой. Основательно к нему подготовившись. Если хочешь, заодно можешь посоветоваться с тренером, решив, как будет лучше для всех.

— Хорошо, я поговорю с отцом. Посмотрим, что он скажет. А сейчас, извините меня, пойду домой. Хочу отдохнуть.

О чём сообщила, стараясь не смотреть мне в глаза, с лёгким смущением. Этому была веская причина. Столь глубокого слияния памяти, как с мистером Смитом, у нас не было, но без последствий полная синхронизация источников не прошла. В тот момент мы могли читать друг друга, как открытую книгу. Обмениваться мыслями, чувствами, некоторым количеством самых ярких воспоминаний. Кто знает, что она прочла в моей «книге» и как далеко успела её пролистать.

В этот раз снова отличился большим объёмом скачанной информации, забравшись куда глубже, чем Бедфорд. К моему стыду, отчего тоже почувствовал себя крайне неловко и тревожно, она об этом прекрасно знала. Но, промолчала, не став ничего лишнего говорить при Рэдклиф. О возможности такого эффекта Маргарет была предупреждена, я даже объяснил его причину, так что неожиданностью произошедшее для неё не стало. Каких-то страшных семейных тайн она не знала, ничем постыдным не увлекалась, так что согласилась на эту цену. Рассчитывая отделаться малым и незначительным, уповая на свой самоконтроль. Заранее решив в момент слияния сознаний думать о чём-нибудь постороннем, нейтральном, вызывая ассоциативные воспоминания, связанные с обыденными событиями, которые не против была мне показать. Однако всё зашло немного дальше, чем мы ожидали.

Встав на ноги, Маргарет озадаченно нахмурилась, после чего, не задумываясь, с силой потёрла верхнюю губу под носом, будто пыталась стереть что-то невидимое. Повернувшись к Рэдклиф, с большим сомнением спросила.

— У меня есть нарисованные усики?

— Нет, — покачала головой Кейси, обалдев от такого вопроса.

— Эдит, это твоя сестра? — переключилась на меня.

Сразу догадался, что происходит. Вспомнив у себя такую же реакцию.

— Да. Я её тогда сильно разозлил, — не стал вдаваться в детали, чего, похоже, не требовалось.

На секунду задумавшись, Маргарет с лёгкой неуверенностью поинтересовалась.

— А большая красная кружка, с отломанной ручкой…, — не стала заканчивать предложение.

Поняв о чём она, раздосадовано скривился, чувствуя приступ стыда и смущения. Показалось, будто щёки начали гореть огнём. Чёртовы побочные эффекты.

— Я тогда был совсем мелким пацаном. Испугался. Не нашёл в себе смелости признаться. А потом всё как-то само замялось. Не стал ворошить прошлое.

— Понятно. Зря, — заметила с оттенком осуждения.

Чтобы не слишком увлекалась копаться в чужих воспоминаниях, в свою очередь, удивился.

— Ты всё ещё спишь с Пепе? В таком возрасте?

Перед глазами всплыла картинка забавного белого игрушечного зайца с длинными ушами и глазами пуговками. По-детски милого.

Маргарет вздрогнула. Её щёки тоже покраснели.

— Забыли обо всём, что было. Договорились? — просьбу совместила с неявной, но вполне ощутимой угрозой.

Кого она пытается обмануть? И как себе это представляет?

— Договорились, — важно кивнул в ответ.

Переводя округлившийся взгляд между нами, Кейси начала догадываться о том, что ей чего-то не договаривали. И это Рэдклиф сильно не нравилось.

— Прости. Спроси у матери. Она сама хотела тебе всё объяснить. Поэтому, пока с ней не поговоришь, пожалуйста, никому ничего не рассказывай, — отправил Кейси за ответами к госпоже Патрисии.

После ухода Маргарет, она ещё на некоторое время задержалась у меня в гостях. За это время я отлучался из комнаты всего два раза. Совсем ненадолго. Вроде к моим вещам она не прикасалась, однако после её ухода на жёлтом чемодане обнаружил новую надпись. К тому же у меня пропал чёрный маркер. Под одной из свинок появилось слово, — Кейси.

— Вот же негодяйка. Пометила понравившуюся вещь. Может, подарить его ей? — озадаченно почесал голову.

Следующая неделя принесла много хлопот. Школа стала оживлённым местом. Даже слишком. Ведь помимо рождественского бала, планировалось выступление клубов с номерами самодеятельности. Наш, в связи с подготовкой к зимнему турниру, от этого освободили. К большому разочарованию болельщиц и части учениц, мечтающих поглазеть на «настоящих» рыцарей.

Ожидание предстоящих каникул, предпраздничное настроение и желание в чём-нибудь поучаствовать, чтобы увезти домой побольше ярких воспоминаний, хотелось бы в фотографиях, было заметно невооружённым взглядом. Школа активно украшалась. Обычно неторопливые, спокойные ученицы, стайками носились по коридорам с охапками ватманов, коробок, стопок книжек, в предпоследний день взятых в библиотеке. Экзамены же никто не отменял.

На подходе к главному корпусу меня в третий раз остановила решительно настроенная девушка, пытающаяся скрыть своё волнение и надежду, задав вопрос, который я слышал не первый десяток раз.

— Доброе утро, Йохансон. Прости, а ты уже выбрал, кого пригласишь на рождественский бал?

— Доброе утро. Да. А что? — улыбнулся дежурной улыбкой.

— Да так, ничего. Просто стало любопытно? Извини, мне нужно идти. Ещё увидимся, — смутившись, девушка поспешила уйти, пытаясь сделать вид, будто бы ничуть не расстроилась.

— Доброе утро, — поздоровался Даниэль, догнавший меня на дорожке. — То-то я смотрю, ты такой спокойный в последнее время. И кого же решил обидеть на этот раз?

— Обидеть? — удивился.

— Да. Обрадовав одну, ты обидишь многих. Кстати, кто эта счастливица? — полюбопытствовал, оглядываясь, нет ли поблизости посторонних ушей.

— Какая? — всё ещё не понимал его.

— Эрик, ты что, ещё не проснулся? Та девушка, которую пригласил на бал, — разжевал, теряющий терпение, Даниэль.

— Да никого я не приглашал. С чего ты взял? — посмотрел на него с искренним недоумением.

— Но ты же сам сказал…, — замерев с открытым ртом, Даниэль внезапно почувствовал приступ озарения. — То есть, эта была уловка? — обвинительно ткнул в меня пальцем.

Сожалея, что сам не додумался до столь простого приёма.

— Верно. Потом кого-нибудь выберу. Возможно, предложу Кейси. Или Маргарет. Если кто-то из них не будет к тому времени занята.

Однако выбор оказался несколько больше и сложнее, чем я думал. И делал его не я. Первой в классе ко мне с этим же вопросом подошла староста. Попросив подготовиться к балу получше, поскольку она собиралась пригласить меня на первый танец. Причём, как показалось, эта просьба отказа не предусматривала. На вопрос, зачем, ответила прямо, — Чтобы показать всем, что я — могу и что мне — можно, а им — нет.

Второй обратилась Маргарет, с как раз таки просьбой, пригласить её. Для статуса. Лейтенант должен сопровождать своего капитана, подчёркивая нашу принадлежность к клубу фехтования, а также, для увеличения его популярности. Нужно было обратить на это внимание, как можно большего количества учениц Святой Анны. Поддержки фанатов много не бывает. Как в школе, так и после выпуска. Ещё лучше, если мы станем королём и королевой бала. Её родители будут этому рады. Сообщив «замечательную» новость, внимательно на меня посмотрела. Кого я там хотел пригласить прежде, её не интересовало.

Третьей была Кейси. С вопросом, — И? Долго я буду ждать? Уже извелась вся. Смотри, от беспокойства даже прыщики на коже появились. Ты же выберешь свою лучшую подругу, верно? Спросила, требовательно заглядывая мне в глаза, для чего привстала на цыпочки, положив руки на плечи, наверное, чтобы не сбежал. Сжав пальцы, когда замешкался с верным ответом.

Четвёртой, удивила своим выбором Сомерсет, отклонившая предложение Эванса, к большому удивлению парня, выражение лица которого говорило, — А разве так можно было? Попросив выделить ей один танец, совместный проход по танцевальному залу и пять минут разговора о чём угодно. Позволив снять это на камеру. Ей нужно было это для отчёта родным и друзьям, не из школы Святой Анны. Плюс, для семейного фотоальбома. Чтобы все убедились, что у Джессики всё в порядке, её юность не тратится зря. Девушка успешна, популярна, можно и дальше ей завидовать, ну или радоваться, кому что ближе. Подкрепила свою просьбу напоминанием, что мы не только из одного клуба, но и из одного тайного ордена драконопоклонников, как его обозвала Кейси. Кстати, из общего у нас ещё и одна на двоих близкая подруга, которую как-то придётся делить. Что там делить? Тебе печень, мне сердце?

Пятой, на перемене объявилась, потерявшаяся было, леди Амелия Адамс, изъявившая желание со мной поговорить. Сделавшая очередное, весьма выгодное предложение, с намёком, что отказ её сильно обидит. Совместив его с запоздалыми извинениями и сожалениями, что в тот раз так вышло. Пообещав всё исправить. Так и не понял, что именно она собиралась исправить? Прошлое? При нашем разговоре у меня сложилось впечатление, что девушка робела и изредка запиналась, что ей явно было не свойственно. Часто отводила взгляд. Неужели стесняется того, чему я был свидетелем? Надеюсь, она не смотрела тех же фильмов, что и я, где показывали, как с таковыми нужно поступать.

Шестой, запишу их под одним номером, пришла половины команды фехтования, со словами — нам тоже надо! Кто крайняя? Вторая половина взяла в осаду Даниэля, напирая на чувство товарищества и взаимовыручки. Кто им поможет, если не мы? И опять-таки, не из романтических побуждений, а из желания утереть остальным нос, выиграв необъявленное состязание в номинациях — «везёт же им», «у неё есть парень?», «неудачница», «кто эта лахудра?».

Седьмой, точнее, седьмым, пришёл взъерошенный, надувшийся, похожий на злого воробушка, Бейли, поставив одну коробку с письмами на стол мне, а другую на стол Митчела. Заявив, — что он в курьеры не нанимался, но деньги с нас всё равно возьмёт.

И это ещё до обеда. На большой перемене на наш класс началось настоящее нашествие страждущих потанцевать. Меня пытались купить, соблазнить, запугать, наконец-то познакомился с главой клуба боевых искусств, обмануть, и даже застыдить. Да здравствует наш клуб журналистики. Ни о какой возможности спокойно пообедать не было и речи. Пока не пришла хорошо организованная, высокомотивированная банда из фан-клуба гоблина. Возглавляла её миниатюрная, крашеная блондинка, в чёрном, готическом, кружевном платье на высоких каблуках и с зонтиком. Расхаживая с ним прямо в помещении. Представилась Чернушкой, главой клуба модельеров-дизайнеров. Страстной поклонницей моей второй ипостаси. На Йохансона, как обычного английского школьника, плевать она хотела с высокой колокольни, которую даже готова была построить за свой счёт, а вот гоблин-рыцарь в фантомной броне, соответствующего вида, вводил её в экстаз. К тому же девушка оказалась весьма… своеобразной собеседницей. Любительницей чёрного юмора и ужастиков.

Банда поклонников гоблина, не спрашивая разрешения, взяла меня под охрану, отгоняя всех навязчивых школьниц. За это я должен был с каждой из них расплатиться автографом, совместной фотографией и поцелуем в щёчку. С теми, кто на это осмелится. Это было бы смешно, если бы происходило не со мной. В результате спокойно пообедать с Даниэлем нам удалось только в здании клуба фехтования, с присоединившимися по пути Бейли и грустным Россом, сообщившим о том, что крепость музыки пала под натиском орд варваров, не имеющих слуха. Да что там слуха, совести! Сил защитниц оказалось недостаточно, поэтому ему пришлось бежать по связанным вместе простыням, через окно. Я смотрю, у них тоже было весело.

Когда превосходящие силы противника появились и под стенами нашей цитадели, на фоне приближающихся команд из спортивных клубов, Чернушка запросила помощи. Пришлось вызывать подкрепление. Переборов стыд, пробивающийся через нервный смех, позвонил напарницам. Когда у дверей встала Браунфельс с деревянным тренировочным мечом и, явно развлекающаяся, получающая огромное удовольствие от происходящего, Гриффин в фантомном доспехе, со своим верным пулемётом, выставив его напоказ, стало поспокойнее.

— Что будем делать? — начал собрание Бейли, сохраняющий спокойствие даже в такой ситуации.

— Учить танцы, — грустно признал очевидное. — Кто знает какие?

— Полагаю, полонез, вальс, краковяк, венгерка, кадриль, котильон, — поделился знаниями барон Митчел, расположив их в порядке очерёдности.

— Это ругательства? — заинтересовался математик.

— Для тебя, в каком-то смысле, да, — улыбнулся Даниэль. — Эрик? Ты как? Знаком?

— Шутишь? — испугался. — Да я даже на дискотеках ни разу не был. Знаю только танец зайчика — Прыг-скок двигай попой. Меня Нора научила для праздничного утренника в детском саду.

Даниэль, хрюкнув от смеха, согнулся, схватившись за живот.

— Это будет самый грандиозный рождественский бал в моей жизни. Надеюсь, мы его переживём без потерь, — сообщил он сквозь смех.

Смерив его сердитым взглядом, со злостью вцепился зубами в бутерброд, решив, что больше ничего не буду ему рассказывать. Друг называется. Нет, чтобы поддержать.

— Сколько времени нужно потратить на изучение одного танца? — спросил Бейли, приготовившись складывать и умножать.

— Росс. Хоть ты, как музыкант, не бросишь меня одного на поле боя? — с надеждой во взгляде повернулся к нему Даниэль.

— Я могу их исполнить на музыкальных инструментах, но, чтобы на ногах, — задумался Грегор, — Пожалуй, только в вальсе уверен.

— Нам конец, — наигранно горестно подытожил Даниэль.

— Послушай, разве это не я должна волноваться больше всех? — рассмеялась Шерман, наблюдая за моими метаниями по маленькой гримёрке, где готовились с ней к выступлению.

— Я волнуюсь не о том, что мы хотим сделать, а о том, что нас найдут раньше.

— Кто? — удивилась немного наивная девушка.

— Они, — зловеще прошептал, интонацией нагнетая ещё больше жути.

— Вы готовы? — заглянула в гримёрку учительница литературы, курирующая клуб художественной гимнастики.

— Как никогда, — ответил за обоих.

Диана Шерман взяла со стола палочку с атласной лентой алого цвета. Девушка уже была облачена в сценический костюм, сделанный из её спортивной формы, превративший её в небесную фею со стрекозиными крылышками. Я тоже был в контактном комбинезоне, с готовым к работе силовым снаряжением.

По пустому коридору мы почти бегом добрались до высоких двустворчатых дверей, из-за которых доносилась приглушённая музыка, смешанная с гулом большого числа голосов. Бал уже вовсю набирал обороты. Когда объявили о нашем выходе, на секунду стало тихо. Вдохнув поглубже, подождав, пока нам откроют двери, вошли в огромный, ярко освещённый зал, полный девушек в нарядных, пышных платьях старинного образца и смокингах с бабочками. Под сотнями пристальных взглядов прошли в центр, где было много свободного пространства. С помощью пульта, освещение по краям зала было приглушено. Выждав положенное время, за которое я облачился в фантомный доспех, став классическим чёрным рыцарем в плаще, державшим квадратный, деревянный брус, размером с хорошее бревно, ухватившись за него снизу, живой оркестр начал исполнять заказанную музыку. Шерман сама выбирала композицию, наиболее подходящую к нашему выступлению. А дальше, под вздохи и удивлённые восклицания зрительниц, приготовившихся наслаждаться им, ожидающих чего-то особенного, Диана, подхваченная моим А-полем, легко запрыгнула на брус.

Двигаясь под музыку, она принялась танцевать, заставляя ленту игриво вырисовывать в воздухе причудливые узоры. Совершая прыжки, выгибаясь, гимнастка демонстрировала потрясающую гибкость и пластику. Моя задача состояла в том, чтобы под её ногами всегда находилась опора, дорожка, по которой она могла двигаться. Бдительно за этим следя, вовремя разворачивая брус, боялся отвлечься даже на секунду. В определённые моменты подкидывая его, вызывая пораженные ахи публики, позволял бесстрашной Шерман, погрузившейся в свой волшебный танец, взлетать ввысь подобно птице и плавно приземляться обратно. За счёт А-поля создавал видимость, что она находится в зоне пониженной гравитации, придающей её акробатическим трюкам особую зрелищность. Со стороны мы выглядели, как огромный рыцарь и маленькая танцующая фея.

Танец Шерман завораживал восхищённых учениц Святой Анны и приглашённых на бал гостей. Дарил им ощущение сказки. Кто бы знал, сколько нам потребовалось тренировок, чтобы этот лёгкий, невесомый танец выглядел непрерывным и точно выверенным. Сколько раз Шерман падала с «бревна». Сколько раз я ошибался. Сколько раз мы спорили, идя на уступки в том или ином вопросе, признавая правоту партнёра.

Мне некогда было смотреть на лица зрительниц, но улавливая их общий эмоциональный фон, отчётливо понимал, всё наши мучения были не напрасны, отчего на душе пел свой маленький, невидимый хор рождественских херувимов. Небольшие световые эффекты, в виде крохотных звёздочек, появляющихся за спиной феи, требовали дополнительных усилий.

На протяжении всего нашего выступления в бальном зале сохранялось молчание и неподвижность, что лучше любых слов говорило о многом. Только спустя несколько секунд после того, как стихла музыка и фея остановилась, сделав вид, что уснула, нас накрыл оглушительный вал аплодисментов. Счастливые, наслаждаясь произведённым эффектом, ловя взглядом улыбки восторженных зрительниц, раскланялись перед благодарной публикой. После чего, не став задерживаться, покинули зал, освобождая место для последующих запланированных мероприятий.

Как только вышли за дверь, ухватив Шерман за руку, потянул её за собой, переходя на бег.

— А теперь, бежим!

— Зачем? — опешила девушка, послушно перебирая ногами.

— Нужно спрятаться, пока они не очухались. Бал ещё продолжается.

— Да кто они? — изумилась гимнастка.

— Лучше тебе не знать, — мрачно предупредил, отводя похищенную фею в укромное место, где нас уже дожидалась Цзя Мей, приготовившая чай, лёгкие закуски, воду, свежие полотенца. Поскольку бал являлся завершающим этапом перед каникулами, то оттуда я сразу уехал домой. Но перед этим постарался хоть как-то извиниться за свою трусость. Не хотелось обижать тех, кто пригласил меня на бал, так же, как и не хотел, чтобы они из-за меня перессорились. Для чего отправил каждой девушке корзинку с собственноручно приготовленными кексами, подтвердив это соответствующим видео. Также в неё вложил букет цветов и письмо, в котором выражал восхищение её нарядом. Заявив, что во время нашего с Шерман выступления обратил на неё внимание, был сражён, назвал её первой красавицей бала. Да чего уж там — королевой! Передал, насколько сожалею о своём вынужденном, поспешном отъезде, связанным с неотложными семейными обстоятельствами. И вообще, я посвятил наше выступление именно ей. Одной, единственной. Собственно, для этого на него и согласился.

Очень надеюсь, что девушки не станут показывать друг другу эти письма, иначе сразу увидят их почти полную идентичность. В них отличались лишь имена. Также в корзинку положил, красиво оформленную, коробочку с Рождественским подарком, содержащим маленькую, сувенирную фигурку гоблина, вложенного в кружку. Только для Кейси ещё добавил пачку маркеров, чтобы она наконец-то ими насытилась, прекратив таскать у меня.

Лучше, чтобы меня запомнили на балу в образе загадочного чёрного рыцаря с танцующей феей, посетившего их всего на несколько минут, чем неуклюжим, смущающимся пареньком, чувствующим себя неуютно в той торжественной обстановке, в присутствии десятков, если не сотен, придирчивых аристократок. Подозреваю, на балу они будут особенно сильно ко всему цепляться, поскольку хотели бы, чтобы всё прошло идеально. Причём, идеально с их точки зрения. А так, я их заметил, оценил, похвалил, поздравил, исчез, оставив недосказанность, кого выбрал на роль своей избранницы на этом балу.

Сидя в машине, направляясь на очередную встречу, глава BESS, герцог Йоркский, чтобы не тратить время впустую, которого у него всегда не хватало, изучал папку с документами. Один из них вызвал у него сначала недоумение, а потом озабоченность.

— Кэтрин-то что там делает? Неужто Джеффри решил начать собственную игру? По идее он и знать-то о Йохансоне пока не должен. Случайность или утечка? Надо будет позвонить дяде, прояснить этот вопрос.

— Привет, па. Как ты тут? — в больничную палату заглянула Брина Вилсон.

Убедившись, что отец не спит и не на процедурах, почувствовав себя смелее, вошла внутрь, показывая пакет с фруктами.

— А я тебе гостинцев принесла.

— Проходи, дочка. Рад тебя видеть, — тепло улыбнулся ей пожилой мужчина, одетый в больничную пижаму. — У меня всё по-прежнему.

Усевшись на край его кровати, Брина рассказала отцу последние новости. О том, как проходит её учёба в школе. Похвасталась хорошими оценками, полученными за экзамены. На вопрос, чем собирается заняться на каникулах, соврала, что ничем особенным. Будет просто отдыхать. На самом деле Брина собиралась подыскать очередную подработку. Учёба в школе Святой Анны, куда она поступила по настоянию отца, уход за мотоциклом, плюс оплата счетов за его лечение, требовали больше денег, чем он думал. Кристофер Вилсон, благодаря усилиям дочери, до сих пор верил в то, что его сбережений на всё это хватает. Или мастерски делал вид, что верит.

Поначалу так и было, но инфляция оказалась сильнее стабильности. В будущем, после выпуска из школы, ситуация должна улучшиться, когда у неё появится постоянная работа и сократятся расходы. Однако до этого ещё нужно дожить. Бросать школу отец ей категорически запрещал. Беспокоясь о слабом здоровье Кристофера, опасаясь его сильно расстраивать, Брина оставалась послушной дочерью. Будь мама жива, им было бы полегче, особенно отцу, который до сих пор винил себя в смерти жены. Отчего здоровье бывшего рыцаря со временем только ухудшалось. Но, увы, прошлого не изменить.

Выслушав дочь, высказав несколько замечаний и пожеланий, Кристофер, в свою очередь, поведал о том, как ему тут живётся. В последний год он редко появлялся дома, в основном оставаясь в больнице, подключённым к какому-то сложному аппарату. Будь у него обычная болезнь, её, скорее всего, уже давно бы вылечили, но внутренние повреждения, вызванные А-полем, восстановить было крайне непросто. Здесь правила диктовала уже не столько биология, сколько энергетика.

— А что по этому поводу говорит доктор Моррисон? Есть какие-нибудь обнадёживающие прогнозы? Неужели пока так никто и не придумал ничего нового? — с затаённой надеждой спросила Брина, обхватив его ладонь своей.

Надеясь, что однажды найдут новый метод лечения, она понемногу откладывала на него деньги. Не сомневаясь, что тот будет дорогим.

В этот раз отец замешкался с ответом, о чём-то задумавшись. Его лицо стало выражать неуверенность.

— На этом фронте, пока без перемен. На специализированную клинику в Цюрихе у нас не хватит ни денег, ни связей. На Токио, Сеул и Сингапур, где тоже предлагают свои методы, тем более.

Регион Юго-Восточной Азии семье Вилсон был знаком лучше, чем Европейский. Брина прожила там большую часть жизни. На родину, бывший наёмный рыцарь — Кристофер Вилсон, решил вернуться после подкосившей его, во всех смыслах, трагедии.

— К тому же заранее не известно, помогут ли там мне или нет. Гарантий никто не даёт. Одни обещания. Но, знаешь дочка, я тут услышал один любопытный слух, связанный с доктором Моррисоном. Вроде бы корпорация Рэдклиф ведёт какие-то инновационные разработки в этой области. Поговаривают, они настолько эффективны, что пациента, в гораздо более худшем состоянии, чем я, подняли на ноги всего за один сеанс. Буквально выдернули с того света, полностью исцелив. Более того, он стал ещё лучше, чем раньше. Как оператор А-поля, — уточнил Кристофер. — Однако в интернете об этом никакой информации найти не удалось. Такое впечатление, что методика пока засекречена. Так что, подождём, вдруг и вправду что-то на этом направлении вскоре появится и у нас, в Англии. И ехать никуда не придётся, и получить лечение будет проще, чем иностранцам.

— Правда? — обрадовалась заинтересованная Брина.

Сложившееся на сегодняшний день состояние неопределённости её уже откровенно достало.

— Рэдклиф, говоришь? — задумалась девушка. — А как зовут этого пациента, не запомнил? — захотела разузнать о нём побольше.

— Вроде бы Адам Смит или Адам Свит. Как-то так. Он тоже лежал здесь, в больнице Кларенса. Поэтому я об этом и услышал. Но, за достоверность слуха ручаться не возьмусь.

— Разберёмся, — пообещала Брина.

Возвращение домой прошло буднично. Словно и не уезжал никуда. Ничего не изменилось, не считая скопившейся в моей комнате пыли.

— О, явился, прохиндей. Выгнали наконец-то? — выглянула Ханна из своего логова.

— Не дождёшься. Я тоже рад тебя видеть. Как вы тут, без меня? — поинтересовался.

— Не поверишь, скучали. Даже поругаться было не с кем, — призналась Ханна, выходя в коридор в одной футболке и коротких шортиках.

У меня от такой картины «глаза на лоб» полезли.

— Не холодно? Не май месяц.

— Нора с работы обогреватель притащила, — беспечно махнула рукой Ханна.

— Это сколько же вы за свет платите, если теперь у каждой под задницей по обогревателю? — удивился.

— Почему мы, — хитро улыбнулась сестрёнка. — Ты. Ты же у нас стал богатым. Как глава семьи Йохансонов, должен её теперь всем обеспечивать. И обогреватель появился только у меня. Нора работает допоздна. Он ей не нужен. Эдит слишком слаба, чтобы на меня голос повышать, а Марта, как залипнет в свой компьютер, не то что холода, голода и сырости не замечает. По твоим стопам идёт. Жалко девочку, — наигранно вздохнула.

Ничего себе логика у неё работает.

— Это с какого такого бока я стал богатым? — потребовал объяснений.

— Если твои фотографии печатают в журналах, значит, богатый, — безапелляционно заявила вышедшая из своей комнаты Эдит.

Оказалось, им в руки попался журнал, где корпорация Рэдклиф разместила рекламу, в которой я снимался в качестве модели.

— Привет, сынок. Хорошо, что пришёл, — подошла мама. — Ты уже всё, на каникулы приехал?

— Да.

— Тогда, вот тебе денюжка. Езжай к Норе. Она ёлку купила. Поможешь довезти до дома. Заодно зайдёте в магазин украшений. И в бакалею. Я сейчас список подготовлю, — количество поручений начало разрастаться подобно снежному кому.

Называется, только зашёл, ещё раздеться не успел. Ну как тут откажешь? Не эту же… в шортиках посылать. Пришлось ехать.

В очередной раз оценил прелести общественного транспорта. Народу в нём в эти дни набивалось, как в бочку, не протолкнуться. Представив, как мы будем добираться с ёлкой, гирляндами и сумками, загрустил. Понятно, что придётся заказывать такси. Бочку с вином я нашёл куда временно пристроить, а вот с машиной до сих пор не определился. Она по-прежнему находилась на платной стоянке, не принося никакой пользы, только занимая место и тратя мои деньги. С учётом того, как быстро они уходили, скоро нужно будет искать дополнительный источник постоянного дохода. А если в скором времени мне ещё что-нибудь подарят, дорогое, требующее регулярного обслуживания, то я так быстро разорюсь. Пока эти вещи были похожи на золотую гирю, которую и выкинуть жалко, и нести тяжело.

Но, это дело будущего. А раз в настоящем у меня имелся личный автотранспорт, глупо было бы его не использовать по назначению. Проблема состояла в том, что ни у меня, ни у сестрёнок Цзя не имелось водительских прав. Поэтому ещё вчера поручил им найти мне водителя. Позвонив им по пути к Норе, с удивлением узнал, что поручение уже выполнено. Водитель оперативно найден и приставлен к делу. Сообщив адрес, попросил подогнать машину к указанному времени.

Когда я, в охапку с неудобной, колючей ёлкой, резко пахнущей хвоей, и Нора с большими сумками, вышли на улицу, сестра привычно принялась искать взглядом такси.

— Не беспокойся. Я на машине, — гордо заявил с важным видом, предвкушая её реакцию на потрясающую новость.

Чтобы не испортить приятный сюрприз, я ей ещё об этом не рассказывал.

— Очень смешно, — не поверила Нора.

— А кто тут шутит?

Осмотревшись, заметив дорогую немецкую машину, узнав её по номеру, пригласил сестру идти за мной. Навстречу нам вышел водитель. Невысокий, щуплый китаец в костюме и фуражке. Более того, вместе с ним приехала ещё и Мей, узнавшая о том, что нам нужна помощь. Девушка поторопилась перехватить сумки у опешившей Норы, а водитель, забрал у меня ёлку.

Посмотрев на него, подивился. Вот как они умудряются найти здесь столько соотечественников? Завозят? Хотел взять на работу только одну китаянку, не успел оглянуться, как их уже стало трое. Пугающая тенденция.

— Эрик, а кто эти люди? — растерянно осведомилась Нора, с опаской разглядывая незнакомцев.

— Это мои друзья.

— Они тоже учатся в Святой Анне? — с большим сомнением поинтересовалась сестра, посмотрев на их лица.

— Нет. Они там работают.

— Куда это положить, господин? — почтительно спросила у меня Мей.

— Ты уверен? — с ещё большим скепсисом уточнила сестра.

— Не задавай глупых вопросов и мне не придётся тебе врать. Знакомься. Это Цзя Мей, а это…, — выжидательно на него посмотрел.

— Юнь Ян, господин, — поклонился сообразительный китаец, поставив ёлку рядом с собой.

— Юнь Ян, — послушно повторил, сделав вид, будто просто запамятовал. — Ещё один мой старый друг.

— Эрик, можно тебя на два слова, — поманила меня пальчиком хмурая Нора, краем глаза приглядывая, чтобы наши сумки не уехали без нас.

Отведя в сторонку, тихо, угрожающе прошипела, — Признавайся, ты ничем незаконным не занимаешься? А опасным?

— Занимаюсь. Учусь в школе, полной ненормальных аристократок. Это мои китайцы и я за них отвечаю. Точнее, только за Мей, а она, в свою очередь, за этого Чунь Яня… Мань Аня… да неважно. Пошли.

С машиной и служанкой, завершить наши дела оказалось в разы проще. Пока ехали домой, Нора, находясь всё ещё под впечатлением от знакомства с Цзя и Юнем, попыталась осторожно расспросить их о том, как они связаны с её братом. Водитель молчал, как иностранная рыба, а Мей, проинструктированная ещё несколько дней назад, мастерки вешала ей на уши длинную, китайскую лапшу. Всё бы обошлось, если бы зайдя в дом, не увидел у нас в гостях Кейси и Митчела. Пока моя мама и Ханна, прервавшая беседу с Кейси, удивлённо разглядывали Мей, несущую пакеты, отобрать которые у неё не удалось, ибо — не положено, я делал то же самое в отношении одноклассников.

— А они как здесь оказались? — озадаченно поинтересовался у Ханны, посчитав, что это она их позвала.

— Эрик, — сердито отчитала мама. — Будь со своими друзьями повежливее. Они приехали сообщить тебе о результатах экзаменов.

— Она меня заставила, — Даниэль тут же пересел подальше от Кейси, показав на неё пальцем.

Типа, он тут ни при чём.

— Прости, друг, у меня не было выбора, — покаялся хитрый Даниэль.

— Друг? — грозно насупилась Кейси. — Он нас кинул!

— Кинул? — недоумевающе посмотрела на неё Ханна.

— Ага. Представляешь. Сбежал с бала, с какой-то ночной феечкой. А обещал мне танец, — повысила голос, уперев руки в бока.

— Не обещал, — попытался разрешить недоразумение.

— Молчи. Даниэль был тому свидетель, — набрав в грудь воздуха, заставив меня напрячься от тревожных предчувствий, повернувшись к матери, с милой улыбкой выдала страшную тайну. — А вы знали, что ваш сын умеет готовить потрясающие кексы и печенье?

— Неет! — вырвался из меня панический вопль.

Наконец-то выдалось свободное время встретиться со старым другом. Узнать, как он живёт. Не обижает ли кто? Созвонившись, договорились встретиться в любимом кафе, расположенном в нашем районе. Раньше часто в нём собирались что-то отметить, перекусить или просто посидеть своей компанией.

Сегодня Гарри выглядел бодрым, довольным жизнью парнем. Ни синяков, ни пластырей на нём я не заметил, что меня несказанно обрадовало. Тепло поприветствовав друг друга, уселись у окна. Гарри заказал себе чая с пончиками, а я глазунью, картофельную запеканку, тост, пару помидоров и жареную колбаску.

— Оголодал, что ли? — удивился Гарри. — На Рождество-то?

— В последнее время я постоянно голоден, — пожаловался другу. — Много физической нагрузки, стрессов и наглых, вездесущих школьниц. Не поверишь, иногда хочу вернуться обратно в Хемильтон. Там поспокойнее было.

— Ну ты сказал, — усмехнулся Гарри, недоверчиво покачав головой. — Слушай, мне кажется, или ты стал повыше ростом и пошире в плечах? — оценивающе меня оглядел.

— Не кажется. Мне дома то же самое сказали. Теперь опять новую одежду нужно покупать. Сплошная морока с ней. Как у тебя дела? Не достают больше? — поинтересовался, быстро поглощая простую, сытную пищу.

Китайская кухня начала уже приедаться. Хотелось съесть чего-нибудь привычного. Без церемоний и опасений обидеть сестрёнок Цзя. С близкими людьми я становлюсь излишне мягкосердечен и это порой доставляет много проблем.

— Нет. Спасибо. После того дня, — понизив голос, быстро огляделся по сторонам, — от меня все начали шарахаться, как от прокажённого. Красота. Учёба стала тихой и спокойной. Правда, немного скучной, поговорить не с кем, но это я легко переживу.

— А Фред? Ещё общаешься с ним?

— Нет. Теперь он стал самым слабым звеном в пищевой цепочке. Не таким, как все, за что и огребает. Мы больше не общаемся. Сначала он меня бросил на съедение шакалам, а потом предал. Думал, что его это не коснётся. А тут, смотри, как всё обернулось, — злорадно ухмыльнулся Гарри. — В общем, ты меня спас. Я твой должник. Если что, обращайся.

— Да какие между нами долги, — поморщился, слегка смутившись от его искренних, благодарных слов.

Больше этой темы мы не касались. Разговаривали о всяком разном. Вспоминали курьёзные моменты. Обсуждали общих знакомых. Гарри рассказал, что в последнее время происходило в нашем районе.

Видимо, судьба посчитала, что мне всё ещё слишком легко живётся. В кафе вошла троица весёлых друзей. Парни с соседнего квартала, одетые, как шпана. Цепочки, одежда навыпуск, мешковатые штаны, полный прикид. Не обращая на нас внимания, уселись по соседству. Отпустив сальную шуточку про официантку, сделали ей же заказ. И почему это должно было произойти именно в тот момент, когда мне позвонила Маргарет?

— Леди Бедфорд, рад вас слышать. Что-то случилось?

Предчувствуя очередную головомойку, напрягся, ожидая выслушать о себе много «хорошего». Однако, если Рэдклиф меня ругала, то Маргарет, напротив, благодарила. Сочла необходимым позвонить и сказать спасибо. За подарок. За письмо. При его упоминании её голос слегка дрогнул. Маргарет было непривычно благодарить парня за подобное. Как оказалось, она нисколько не сердилась. Похвалила за красивое выступление, которое ей очень понравилось. У меня аж от сердца отлегло, слушая её слова. Приятно получать благодарность от человека, который тебе не безразличен. Значит, не зря старался с извинениями.

Услышав, как в моём разговоре несколько раз упоминалось слово леди, троица парней по соседству заинтересованно повернулась в нашу сторону.

— Слышите, как пацанчик соловьём разливается перед девкой? Леди её называет. Романтик хренов. Наверное, рассчитывает завалить доверчивую дурёху в койку. Ещё не знает, что лесть не так эффективна, как выпивка, — рассмеялся один из них.

— Чуваки, хотите услышать способ, как отличить леди от шлюхи? — вспомнил его приятель, что пытался вести себя круто, пошлую шутку. — На ощупь. Одна визжит, другая стонет.

Раздался очередной взрыв хохота. Поднятая тема увлекла их настолько, что на этом они не остановились. Завершив разговор с Маргарет, повернулся к свиньям, что в своих сравнениях явно имели в виду именно её.

— Парни, — окликнул их, — можно вас попросить не отзываться так о моей подруге? А ещё лучше, сменить тему. Вы здесь, вообще-то, не одни.

— Отвали. Какое твоё дело, о чём мы разговариваем? — грубо отозвался крайний слева.

— Лучше запоминай. Пригодится в жизни, — рассмеялся тип с лицом, напоминающим морду хорька. — А то, если и дальше продолжишь жевать сопли, кто-то другой начнёт мять задницу твоей девке. Напористее нужно быть, — дал совет.

Меня задели их грубые слова, обращённые в сторону Маргарет. Вытерев губы салфеткой, неспешно поднялся с места, направившись к их столику. С интересом наблюдая за моими действиями, один из них, самый здоровый, тоже встал, отодвинув стул в сторону.

— Ты что-то хочешь сказать? — воинственно спросил, выпятив губу, пребывая в уверенности, что я не осмелюсь на них «наехать».

— Нет. Всё что хотел, уже сказал, — спокойно проинформировал тупую свинью.

— Тогда чего встал? — ухмыльнулся парень.

— Сделать то, чего ещё не сделал.

Мгновенно нанёс резкий удар кулаком в его челюсть, отбрасывая парня на стол. Разумеется, началась драка, поскольку спускать такое приятели поверженного врага не собирались. Помощь Гарри мне не потребовалась. Уроки Вилсон не пропали даром. Там, где раньше получил бы только я, теперь страдали они.

С разгромным счётом одержал полную, безоговорочную победу. Правда, потом пришлось долго извиняться перед другими посетителями и владельцем кафе, куда, похоже, вход мне отныне заказан. С трудом удалось убедить их не вызывать полицию. Заплатил штраф на месте. Ещё и этим придуркам пришлось давать на лечение, объяснив, что они поступили плохо.

— Мужик, ты был крут, — с восхищением заявил Гарри, показав большой палец.

— Лучше бы я был умён, — сокрушенно вздохнул, вспоминая, во сколько мне это обошлось.

Запоздало подумав о том, что действовал слишком импульсивно. Нужно было дождаться подходящего момента. Сделать то же самое, но на улице, в безлюдном месте. А ещё лучше, наказать их чужими руками, либо так, чтобы не оставить против себя улик. В следующий раз могу так легко не отделаться. Закон всегда на стороне пострадавшего, а не нападающего. Но, как часто бывает — умная мысль приходит после глупого поступка. Раньше я о таких вещах не задумывался. Всё выглядело простым и понятным. То ли взрослеть начал, то ли девушки оказали своё влияние.

Пока Нора «мило» беседовала со своим коллегой, представляющим «партнёра» мистера Свиткенсона, сидя в светлом, тёплом, уютном помещении, я торчал в машине с двумя, кажущимися беззаботными, типами и думал о том, как докатился до такой жизни. Понятно, что на машине, но не понятно, почему вынужден в Новогоднюю ночь торчать чёрт знает где, у какой-то стройки, в безлюдном, грязном, тёмном переулке, голодный и нервный? И чем дольше здесь сидел, мучаясь от неопределённости, тем сильнее переживал за сестру. Под оживленный разговор Юнь Яня и Вилсон, ведущийся на китайском языке, которым девушка владела почти в совершенстве. Один я не знал, чем заняться, не подорвав их веру в мою уверенность и спокойствие. Грызть ногти? Бормотать — Давайте их всех убьём первыми? Молиться? Поэтому просто делал вид, что дремлю на заднем сиденье. Опустив голову. Прикрыв верхнюю часть лица кепкой.

Вроде, пока всё шло хорошо. Сестра тревожную кнопку не нажимала. Нескончаемые колонны террористов мимо нас не маршировали в направлении офисного здания, находящегося прямо за стройкой, по ту сторону улицы. Минута проходила за минутой. Никто не звонил…

От тихого, внезапного треньканья телефона я вздрогнул. Включив экран, увидел пришедшее с неопределённого номера длинное сообщение.

«Не спишь? И Белый кролик не спит. Бедненький. Хнык-хнык. Она тоже смотрит на звёзды в эту прекрасную, Новогоднюю ночь. Давай, делать это вместе. Чуть не забыла. Белый кролик поздравляет Гоблина с наступающим Новым годом. Желает ему всего самого лучшего. Завести побольше друзей. Добиться успехов в своём нелёгком ремесле. Здоровья. Счастья. А ещё, робкий Белый кролик с надеждой смотрит на Гоблина и предлагает ему свою дружбу. Может ли она надеяться обрести нового друга в эту волшебную ночь?»

Быстро набрав ответ, нажал отправить.

«Гоблин тоже желает Белому кролику всего самого лучшего. Поздравляет её с наступающим Новым годом и предлагает свою дружбу. Он помнит её помощь в трудную минуту, за которую от всей души благодарит хорошего, доброго, милого кролика.»

Телефон минуту молчал, а потом дважды тренькнул. Первое сообщение содержало картинку смущённой белой крольчихи с розовыми щёчками, а второе несколько качественных фотографий, сделанных с дрона, с припиской, — «Белый кролик очень рада, что стала другом Гоблина. Держи подарок.»

Внимательно изучив фотографии, напрягся. На первой был хорошо виден край крыши, у которого прятался ну очень подозрительный снайпер и ещё один тип с биноклем. Оба одинаково одетые в удобные, чёрные костюмы, с лыжными масками на головах. На других, кадры окружающей местности, снятые с большой высоты, позволяющие определить на какой именно крыше затаилась их пара.

— Вилсон, как думаешь, снайперская пара на крыше облегчает ведение переговоров? — поинтересовался мнением напарницы, уже догадываясь, что услышу.

Прервав разговор с водителем, удивлённая девушка повернула ко мне голову.

— Скорее, их завершение. В пользу заказчика. А что?

— А то, что на этой крыше как раз одна такая засела, — прислонившись к стеклу автомобиля, взглянул на тёмную крышу недостроенного высотного здания по соседству с нами, разумеется, ничего отсюда не разглядев. — Не нравится мне это. Пойдём-ка прогуляемся. Узнаем, зачем здесь эти ребята.

Хоть и боязно такое предлагать, но проигнорировать их было ещё страшнее.

«Спасибо. Он мне понравился. Пришли адрес, тоже тебе что-нибудь пришлю. Обменяемся подарками», — отправив ответ на тот же неопределённый номер, убрал телефон в карман.

По иронии судьбы, мы с Вилсон захватили похожие лыжные шапочки, оставляющие открытыми только глаза и переносицу. Как чувствовал, что сегодня состоится съезд ночных любителей зимних, городских видов спорта.

Не показывая ни тени страха, ставшая ещё более серьёзной, одноклассница кивком подтвердила, что услышала. Натянув шапочку, заправив под неё волосы, без колебаний, первой покинула машину. Я её за тем и взял, чтобы придавать мне решительности. А ещё, она намного лучше меня в драках, да и четыре глаза видят всяко больше двух. В случае чего, прикрою её силовым щитом от чего-то опаснее кулаков, а она меня, от чего-то менее. По идее, неплохой должен получиться тандем.

Поскольку здоровенный, тяжёлый фантомный доспех в здание пройти не мог, с помощью силового снаряжения активировал только А-поле, накрыв им область в радиусе нескольких метров.

— Я иду первая. Ты, за мной, — предупредила Вилсон командным тоном, не терпящим возражений. — Знаешь, где именно засел снайпер?

Показал ей фотографии.

— Ты ещё кого-то привлёк к заданию? — задала ожидаемый вопрос.

Судя по интонации, с одобрением. Положительно оценив предусмотрительность.

— Нет. Пришла неожиданная помощь союзника, который действует сам по себе, — пока присвоил Белому кролику этот статус. — Он старается не показываться на глаза, поэтому не думаю, что появится здесь лично. Однако в части технической поддержки и добычи информации это признанный мастер, — отдал ей должное. — Надеюсь, воздушная разведка у нас будет, — озаботился другим.

Не стал уточнять, что признана была только мной. Захочет, сама уточнит этот момент. Что и произошло, буквально спустя пару секунд. Телефон вновь тренькнул коротким сообщением, — «Уже работает.»

«Ага, она нас ещё и слышит, — мысленно отметил. — Ночь перестаёт быть томной.»

Показав, что приняла к сведению, Вилсон бесшумной тенью устремилась на стройку. Пришлось поспешить за ней, боясь упустить из вида. Пока поднимались на крышу, пришла запоздалая мысль о том, что можно было не лезть самим туда, куда нас не просят. Не заниматься не свойственным нам делом. Достаточно было просто позвонить в полицию. Однако, не отразится ли промедление или работа стражей порядка на сестре? Не перенесут ли встречу с участием Норы на более поздний срок? Сделав её ещё более недоступной для посторонних. Да и хотелось позаботиться о безопасности сетры лично, не доверяя чужим людям столь важное для меня дело. Доказав всем, в том числе ей, что я могу это сделать. Что на меня можно положиться.

Перед выходом на крышу Вилсон шёпотом сообщила наш план, взяв на себя роль командира.

— Как увидишь их, сразу глуши силовым полем, с дистанции. Не лезь в ближний бой. У них могут быть пистолеты. Не дай времени поднять тревогу. И ещё. Постарайся случайно не сбросить снайперов с крыши. Они могут оказаться не теми, кем нам кажутся. Например, полицией, — подумала о том же, о чём и я.

— Понял.

Однако, сделав следующий шаг, едва не споткнулся от внезапно проснувшегося чутья, усиленного Оракулом. В посетившей меня череде видений увидел, что как только мы оказывались на крыше, в нас тут же начинали стрелять. Непонятно, откуда они каждый раз узнавали об этом, но факт оставался фактом. Незаметно на крышу не попасть. Проблема возникла в том, что пистолет у них действительно имелся, а вот глушитель, нет. Выстрелы наверняка поднимут тревогу. Отсюда они будут слышны на всю округу.

— Подожди. У них есть какой-то способ обнаружить наше присутствие, как только мы окажемся на крыше. Посмотри, может быть, здесь установлен какой-то датчик движения. Я попробую поискать другой способ их обезвредить.

Оставив удивлённую девушку на лестнице, по последнему этажу дошёл до того места, где стрелки укрывались на крыше. Посмотрев наверх, приготовился использовать А-поле. Физические объекты для него не являлись препятствием. Увеличив радиус его действия, резко поднял мощность. Через пару секунд вернул всё, как было. То давление Авроры, которое способен выдержать рыцарь, обычного человека либо лишит сознания, либо убьёт. Постарался, чтобы сейчас обошлось без жертв.

Вернувшись к Вилсон, увидел, что она держит в руках маленькую, чёрную коробочку с глазком.

— Не знаю, откуда узнал, но ты был прав. Они подстраховались, установив лазерный датчик движения. Я его сняла.

— Эти, — кивнул в стороны крыши, — не шумели?

— Нет.

— Отлично, — улыбнулся, почувствовав облегчение. — Пошли. Я оглушил их снизу.

Как и предполагал, оба человека лежали без сознания. Откуда-то Вилсон достала пластиковые хомуты, которыми сноровисто стянула руки за спинами этих людей, не забыв и про ноги. Пригнувшись, подкравшись к парапету, осторожно за него выглянули. Офисные помещения, в которых проходили переговоры, отсюда прекрасно просматривались. Туда же была направлена снайперская винтовка, установленная на складных сошках.

— Хорошая малышка. Дорогая, — одобрительно заметила Вилсон, разглядывая её со знанием дела.

— Если нравится, забирай. Будет трофеем. Вряд ли они, как освободятся, сообщат о её пропаже. Только если на этой винтовке числятся какие-нибудь преступления, у тебя появятся проблемы, — не забыл предупредить.

— Поэтому, лучше оставлю её здесь. Опасно без разрешения брать чужое оружие с незнакомой историей у незнакомых людей, — Вилсон проявила похвальное благоразумие.

Не снимая перчаток, она посмотрела в прицел снайперской винтовки, изучая обстановку по ту сторону ствола. Пока девушка занималась своим делом, я занялся своим. Пошарив по карманам связанных людей, никаких документов у них не нашёл. На полицейских эти крепкие ребята уж точно не похожи. Взяв телефон корректировщика огня, к счастью, не заблокированный, проверил историю звонков.

— Телефон явно одноразовый. В контактах всего два номера. Самый ранний звонок датируется несколькими днями назад. Ты видишь всех людей в той комнате?

Меня посетила внезапная идея.

— Да.

— Посмотри, кто сейчас потянется за телефоном.

Поддавшись наитию, нажал цифру один, на которую был назначен номер, поставленный в быстрый дозвон. Как только длинные гудки сменились тишиной, тут же нажал отбой.

— Неожиданно, — объявила удивлённая девушка. — На звонок ответил мистер Свиткенсон. Подожди. Он о чём-то задумался. Хмурится. Внимание, перезванивает.

Однако, лежащий в моих перчатках, аппарат по-прежнему оставался безмолвен. Посмотрев на него одинаково пристальными, напряжёнными взглядами, через несколько секунд произнесли почти хором.

— Уходим отсюда!

Оставив всё как есть, быстро сбежали с этой позиции. Догадавшись, что ничего хорошего для нас этот звонок мистера Свиткенсона не несёт.

— Ну что за беспокойные детишки пошли в наше время. Кто из них вырастит? Одно хулиганьё, — едва слышно проворчала агент Ю.

Сильно пригибаясь, почти ложась на землю, она незаметно подобралась к, стоящему в переулке, микроавтобусу с логотипом туристической фирмы.

— Внимание, птичье гнездо разорено. Объект спешно покидает позицию. Потерь нет. Возможно, оно засвечено. Займись туристами, — передал напарник через наушник скрытого ношения.

Вынув из кармана гранату со слезоточивым газом, выдернув чеку, агент Ю стремительно открыла дверь микроавтобуса, закинула её внутрь и тут же захлопнула обратно. На всё про всё ушли считанные мгновения. Приглушённый хлопок сопровождался многочисленными ругательствами. Машина тут же наполнилась едким сизым дымом. Пару секунд придержав дверь, ручку которой отчаянно дёргали изнутри, девушка выпустила кашляющих мужиков на улицу, сразу же вырубая их складной, телескопической дубинкой. Орудовала она ей очень ловко и быстро, да так мастерски, что через несколько секунд на асфальте валялось пятеро неподвижных боевиков, одетых и экипированных в соответствии с этим определением.

Разглядев улов, стараясь не подходить близко к задымлённой машине, озадаченная девушка подивилась, почесывая спину своим инструментом.

— Ничего себе, туристы. Откуда же вы такие красивые взялись?

Когда Йохансон, на ночь глядя, куда-то поехал, группа наблюдения последовала за ним. Каково же было удивление специальных агентов, когда парень, забрав по пути подозрительно одетую особу, лица которой разглядеть не удалось, отвёз её на стройку, расположенную на окраине города. В район, пользующийся дурной славой. Где, встав в укромном месте, принялся чего-то или кого-то ждать. С помощью специальных дронов проведя скрытую разведку местности, агенты быстро обнаружили, что они здесь не одни. Две ещё более подозрительные группы туристов, по сравнению с ними, затаились в засаде, а на крыше и вовсе засел снайпер. Причём, они явно уже давно здесь находились. Когда Йохансон отправился разбираться со снайпером, аналитик BESS логично предположил, что он этим городским охотникам на «лосей» определённо не друг. И уж тем более, не советчик. О том, что сестра объекта находится в здании поблизости, агенты уже знали. Как и том, зачем она здесь находится. Просчитать дальнейшее развитие ситуации труда им не составило.

Решив, что подвергать Йохансона риску словить случайную пулю никому не нужно, особенно начальству, как и его попадание на первые полосы газет в связи с этой историей, если она получит огласку, агенты имперской безопасности принялись действовать так, как умели. Обе группы туристов внезапно перестали отвечать на вызовы начальства. Второй группой тоже нашлось кому заняться, помимо деятельного агента Ю. Вертолёт со снайпером, вызванный для устранения вражеских стрелков на крыше, был вовремя отправлен наматывать круги на большой дистанции, из-за успешных действий объекта наблюдения и охраны.

Дальнейшая ночь прошла тихо, без происшествий. Переговоры были завершены. У консервного завода теперь стало два владельца. Недовольный старый и довольный новый.

Не желая разбираться с чужим «дерьмом», как и возиться с задержанными, их передали полиции. Слив информацию об обстоятельствах задержания партнёрам, теперь уже без кавычек, мистера Свиткенсона. Выдав проведённую операцию за работу отдела по борьбе с наркотиками, случайно наткнувшегося на «туристов», ошибочно принятых за наркоторговцев, во время планового рейда по злачным местам.

Кого Йохансон должен был благодарить за то, что не произошло грандиозного побоища с его участием, он так и не узнал. В отличие от начальства агента Ю, расшедрившегося на небольшую премию. Отчего бойкая девушка готова была почаще выезжать на сверхурочные вызовы. Да и когда ешё выдастся случай пустить в ход всё её обаяние и немаленький арсенал, в котором, помимо гранат, найдётся ещё много чего интересного.

После каникул, ученики и ученицы Святой Анны вернулись в школу бодрыми, радостными, полными ярких впечатлений и новостей. Успев соскучиться по друзьям, одноклассницам и учебному процессу. Последнее, у большинства из них, прошло быстрее всего.

Пока остальные клубы не торопились возвращаться к прежнему режиму нагрузок, клуб силового фехтования, в преддверии зимнего турнира, сразу же ушёл в отрыв. С привлечением принцессы и её молчаливой, незаметной подруги. Её Высочество сначала деликатно, а потом всё более настойчиво стала напрашиваться не просто ко мне в гости, убедившись, что это возможно, но бесполезно, а именно в кружок любителей вечернего чая и историй о драконах. Даже призналась, что сама ими давно увлекается. На что я, поздравив принцессу, продолжил держаться от неё подальше.

Не добившись желаемого одним способом, она перешла к другому. Обратилась с просьбой немного её потренировать. Жалостливо спрашивая, нет ли у меня совета, а ещё лучше способа, стать сильнее. Сказал ей, что есть такой способ. Дольше бегать и чаще ходить в спортивный зал. Настойчивость третьей принцессы, такое впечатление, подозревающей о том, чем мы на самом деле занимаемся в мужском общежитии, заставляла держаться с Её Высочеством настороженно.

Но, всё оказалось гораздо сложнее, чем я вначале подумал. Уже готовясь к худшему, собирая тревожный чемоданчик, успев поинтересоваться, как сестрёнки Цзя относятся к солнечной Франции, получил неожиданное приглашение посетить госпожу Патрисию Рэдклиф. Приехав к ней в офис, застал крайне любопытную картину. Спокойно пьющую чай у неё в кабинете, вездесущую, как мне начало казаться в последнее время, Кэтрин Эдвардс, собственной персоной. Приветливо мне улыбнувшись, как хорошему другу, она продолжила как ни в чём не бывало расслабленно наслаждаться обеденным перерывом. Судя по всему, не собираясь никуда уходить.

После обмена приветствиями, госпожа Рэдклиф, впервые на моей памяти, воспользовалась системой защиты от прослушки. Убедившись, что на пульте зажёгся зелёный индикатор, перешла к довольно открытому, прямому разговору, сэкономив нам всем время.

— Эрик, не возражаешь, если буду называть тебя по имени? Так вот, у меня к тебе небольшая просьба. Ты не мог бы подтянуть принцессу Кэтрин Эдвардс в управлении А-полем? Желательно, до ранга рыцаря. Но, без излишнего сближения, — поставила твёрдое условие.

Намекнув про сопутствующий эффект, что в отношении третьей принцессы будет, мягко говоря, её роднёй воспринят убийственно серьезно.

— Если без этого никак, то не нужно заходить настолько далеко. Хватит и максимального усиления её источника.

— А разве об этом стоит сейчас говорить? — покосился взглядом на принцессу.

— Твоя осторожность похвальна, но в данном случае, излишняя. Видишь ли, Рэдклиф и Его Светлость, герцог Кембриджский, заключили союз. Теперь мы вместе работаем над одним очень перспективным, долгосрочным проектом. Связанным, в том числе, с системой Оракула. Это я ему о нём рассказала, — невозмутимо призналась в раскрытии тайны. — Дело в том, что Рэдклиф в одиночку его никак не потянуть. Туда, — показала пальцем вверх, — без поддержки влиятельных персон, нам соваться пока не только опасно, но и невыгодно. Играть в азартную игру против людей, что пишут под себя законы, затея изначально провальная.

Чтобы я не подумал о глупостях, разъяснила, что имеет ввиду вовсе не участие Рэдклиф в заговорах против монаршей семьи, а их желание подняться на более высокую ступень социального статуса. Стать потомственными аристократами, войдя в круг людей, что играют в высшей лиге, на мировой арене. Более надёжно защитить свои активы от них же. На данный момент их корпорация достигла предела развития и влияния в Англии. Чтобы выйти за текущие границы, им не помешала бы государственная поддержка. Помощь министра финансов для решения этого вопроса придётся как нельзя кстати.

Рэдклиф хотели не только упрочить своё положение в Англии, став почти неприкасаемыми, но и получить доступ к новым рынкам, горизонтам планирования, связям. Текущее положение дел их уже не устраивало. Хотелось чего-то большего. При этом они по-прежнему позиционировали себя лоялистами и патриотами своей страны. То есть желали добиться этого в сотрудничестве с государством, а не противостоя ему. Другое дело, что государство — это люди, облечённые властью. Элиты. Поскольку они состоят из сторонников разных политических взглядов и экономических интересов, зачастую меняющихся, договориться сразу со всеми крайне сложно, а то и невозможно. После долгих размышлений, Рэдклиф сделали ставку на партию герцога Кембриджского. Предоставив ему доступ к своим ресурсам в обмен на поддержку и лоббирование их интересов.

— По прогнозам наших аналитиков, у команды Чёрных рыцарей Святой Анны имеются неплохие шансы не только выиграть зимний турнир, но и побороться за весенний. Если хорошенько постараетесь, — внушительно на меня посмотрела, давая понять, что это не только её просьба. — Её Высочеству, Кэтрин Эдвард, для дальнейшей карьеры и получения более выгодной брачной партии не помешает в послужном списке отметка о титуле победителя весеннего турнира. И не важно, добьётся ли она его сама, или за неё всю работу сделает команда, — Патрисия многозначительно улыбнувшись, бросила быстрый взгляд на принцессу, которая не стала это комментировать, показав наличие ума, а не только характера. — Если задаёшься вопросом, зачем я тебе это рассказываю в присутствии Её Высочества Кэтрин, то тут всё просто. Она сама должна договориться с тобой об оказании ей определённых услуг и помощи в достижении поставленных целей. Разумеется, на взаимовыгодной основе. Ведь семья герцога Кембриджского в данном случае хочет получить выгоду только для себя, а не для нас всех. Я не возражаю, но поставила сэру Эдвардсу одно условие. Никакого принуждения. Рэдклиф обязаны заботиться не только о безопасности своих сотрудников, но и о собственной репутации. Иначе потеря доверия к корпорации со стороны работников, а значит и партнёров, вместе с другими участниками рынка, почти мгновенно приведёт к нашему краху. В мире финансов это очень важно. Тут всё взаимосвязано. Информация о любых проблемах в крупных компаниях расходится очень быстро. Вернуть потерянное доверие крайне сложно и затратно. Иногда, проще начать заново, чем восстанавливать руины.

Госпожа Рэдклиф практически открытым текстом объявила о том, что в случае конфликта примет мою сторону, что было весьма неожиданно. Где я и где они? Оказывая этим большую услугу, о чём легко было догадаться. Выступила посредником и гарантом предстоящей сделки, вынуждая герцога Кембриджского не только считаться с мнением рыцаря Йохансона, но и хорошенько ему заплатить. Последнее её предложение и вовсе было адресовано не мне, а ему. Через Кэтрин. В качестве предупреждения. Почему госпожа Рэдклиф так поступала, я догадывался, но, поскольку ничего против не имел, то с умным видом помалкивал. Это ведь было и в моих интересах.

— Фигура Его Светлости слишком публичная, поэтому его личная встреча с тобой принесёт нам всем слишком много ненужного внимания и хлопот. Проще, если Её Высочество Кэтрин сама обо всём позаботится. Заодно, немного потренируется в умении вести дела.

Уважительно кивнула принцессе, спокойно ожидающей, когда до неё дойдёт очередь. Понимающей, кто здесь гость, а кто хозяин.

— Она послужит посредником между отцом, мною и тобой, — госпожа Рэдклиф сделала ещё один, просто шикарный, но, вместе с тем и обременительный подарок, поставив меня в один ряд с упомянутыми важными персонами.

Такое впечатление, что она начала усиленно проталкивать меня наверх. Это вызывало беспокойство. Принцип — чем выше поднялся, тем больнее падать, ещё никто не отменял.

— Об этом разговоре никому, кроме нас, знать не нужно. Даже членам семьи. Ты же понимаешь, почему? — внимательно на меня посмотрела, привязывая к себе ещё и общими секретами.

— Да. Не волнуйтесь, госпожа Рэдклиф, я всё понимаю, — натянуто улыбнулся, чувствуя пугающую ауру этой женщины.

— Надеюсь. Перейдём к следующей теме. Твой искренний порыв помочь команде стать сильнее, безусловно, благородный, доставил нам всем некоторое беспокойство. Мог бы перед этим посоветоваться, — мягко упрекнула, «превратившись» в добрую тётушку. — У нас всё-таки опыта в таких вещах побольше. Подобная помощь могла привести к печальным результатам. В первую очередь, для тебя самого. Впрочем, поразмыслив над последствиями этого поступка, рассмотрев разные варианты развития событий, мы приняли решения его поддержать. В долгосрочной перспективе он может принести больше пользы, чем вреда. Однако, это не значит, что ты теперь можешь заниматься развитием команды в открытую. На данном этапе, чем меньше огласки, тем лучше. Широкой общественности знать об этом пока ещё ни к чему. Аристократы, в своём кругу, сами распространят новости, придав им закрытый характер. Это связано с интересами государственной безопасности, так что прими к сведению, открыть фирму по поднятию рангов у тебя не получится. А вот изредка оказывать частные услуги в индивидуальном порядке — пожалуйста. Тут препятствий тебе чинить не станут. Скорее, даже наоборот, они будут поощряться. В связи с чем одобряю твою затею с кружком драконопоклонников. Хорошее прикрытие. Придерживайся его и дальше. Можешь чувствовать себя свободнее, увереннее. С поддержкой Его Светлости, те, кто начнут строить против тебя козни или лезть, куда их не просят, а такие найдутся, быстро поймут, что делать этого не следует. У властей также поубавится причин вмешиваться в наши дела. Но, это не значит, что с ними нужно откровенничать. Так же, как и с их агентами. Такими как, — назвала трёх учеников школы Святой Анны, включая запомнившуюся мне ученицу из клуба журналистики.

С учётом вышеизложенного, её просьба прозвучала странно. Догадавшись по моим глазам, о чём я подумал, Патрисия пояснила. У каждого герцога Британской империи, стремящегося преумножать её величие, а следовательно и своё, в отношении их возвышения имелись определённые планы. Свои методы. Своя сфера ответственности, в границах которой они предпочитали действовать, чтобы не перессориться и не вызвать неудовольствие Его Величества. Поэтому, неудивительно, что в зонах пересечения этих сфер возникала естественная конкуренция. Борьба за влияние и контроль над ценными ресурсами, способными упрочить их положение, в которой все заслуги приписывались себе, а неудачи, тем самым конкурентам. Это же касалось и других высших имперских чиновников или аристократов. К примеру, если я начну работать на герцога Йоркского, то буду вынужден заниматься чем-то опасным или тайным. Если на герцога Кембриджского, то выгодным и успешным. Герцог Бедфорд, как министр иностранных дел, был способен расширить мой кругозор и личные связи. Герцог Норфолк, как глава адмиралтейства, помочь обрести воинскую славу, почёт, а ещё, обзавестись маленьким личным флотом. Другое дело, одновременно одинаково удовлетворить всех этих джентльменов, никого не обидев, нереально. Нужно выбирать. Причём, с умом.

О том, что мне только что «помогли» с этим выбором, Патрисия предусмотрительно умолчала. Как и о многом другом. Каждый должен знать ровно столько, сколько ему положено.

Даже так, сложившееся положение дел меня устраивало больше, чем раньше, когда не знал, чего ожидать завтра? Боялся совершить ошибку, доверившись не тому человеку. Опасался самоуправства аристократов. Был не уверен, насколько сильно в сотрудничестве со мной заинтересованы Рэдклиф? Как долго оно продлится? С поддержкой третьей принцессы будет намного проще заниматься своими делами. Находить управу на всяких вздорных «полячек».

— Это хорошая новость, — осторожно высказал своё мнение, стараясь не демонстрировать насколько ей рад.

А то ещё решат, что это повод сэкономить на простодушном идиоте, которого и просить не нужно, сам всё сделает.

Убедившись, что у меня нет возражений и я готов к диалогу с принцессой, госпожа Патрисия передала слово Её Высочеству. Спустя некоторое время в хорошем настроении покинул офис корпорации Рэдклиф. Спустившись с директорского этажа, покровительственно улыбаясь всем встречным, с важным видом уселся в дожидающуюся меня у входа дорогую машину. В этот раз с благожелательностью обратив внимание на то, как на меня косятся любопытные сотрудники корпорации, возвращающиеся с обеденного перерыва.

— Куда, господин Йохансон? — спросил водитель.

— В школу Святой Анны.

По пути, несколько раз полюбовавшись в зеркало заднего вида на довольное выражение моего лица, Юнь Янь вежливо поинтересовался.

— Случилось что-то хорошее, господин Йохансон?

— Да. Отменилась поездка в солнечную, южную Францию, на виноградники. Остаёмся зимовать в Лондоне.

— Вас это радует? — удивился Юнь Янь.

— Несомненно.

— Как скажете, — согласился водитель.

Пока стояли на светофоре, он быстро отправил сообщение Цзя Мей, поэтому к моему возвращению в общежитие, там уже был накрыт стол, разобраны чемоданы с личными вещами, а словари французского языка убраны до лучших времён. Вместе с картами и тетрадью, заполненной телефонами местных китайских общин, полученных путём расспросов друзей, дальних родственников, общих знакомых, где-то что-то слышавших или бывавших.

— Господин, будут какие-нибудь дальнейшие указания? — спросила Цзя Мей после завершения неспешной трапезы.

— Купить новые подушки, хороший чайный сервиз, переносной столик на низеньких ножках и запасной зонт. Теперь к нам часто будет заглядывать третья принцесса.

— Она стала вашим другом? — спросила впечатлённая служанка, справившись с удивлением.

— Нет. Лучше. Деловым партнёром.

Такое положение дел нас обоих полностью устраивало. Делало ситуацию понятной и прогнозируемой. А что гораздо важнее, безопаснее. Ибо другие «друзья» принцессы, не дремлют.

После прогулки с леди Адамс, сопровождавшейся совместной дегустацией угощений, обхода выставочных стендов, она ненадолго меня покинула. Пошла предупредить отца, что встретила друга и собирается провести с ним некоторое время. Чтобы тот не беспокоился. Не подумал, что дочь потерялась. Подозреваю, заодно всё же решив упомянуть, теперь уже точно, о невезучей троице французских студентов. Амелия не страдала ни забывчивостью, ни кротостью характера.

Пока её ждал, встав в свободном уголке, чтобы никому не мешать, поближе к столам, неожиданно встретил ещё одну знакомую. Чему нисколько не обрадовался. Эбби Мюррей подошла ко мне, как к старому другу. С приветливой улыбкой. Будто между нами и не было никаких разногласий. Завязала пустую беседу, задавая стандартные вопросы — как дела, как живу, что здесь делаю? Причём, мне показалось, ответы её нисколько не интересовали. Она словно тянула время, чего-то дожидаясь. Часто поглядывала по сторонам, мониторя обстановку.

— Мюррей, чего ты добиваешься? — не выдержал глупой, притворной игры леди Мюррей.

Захотелось поскорее избавиться от её компании до прихода леди Адамс. Предчувствую, той появление моей старой знакомой тоже не понравится.

— Извинений я не услышал, а без этого, продолжать делать вид, что мы помирились, смешно?

— Каких ещё извинений? — рассердилась девушка, подходя ближе. Повернувшись спиной к залу. Кажется, я затронул болезненную для неё тему. — Это ты должен просить у меня прощение. Из-за тебя я… а впрочем, не важно. Можешь не утруждаться, всё равно их не приму. Если бы тогда подошёл ко мне, а не побежал жаловаться к этим высокомерным, тупым стервам, всего произошедшего можно было бы избежать. Решили бы наши сложности во взаимоотношениях тихо и мирно. Между собой. Но ты, как и все остальные, струсил. В итоге я будто вывалялась в грязи, а ты остался весь в белом, герой хренов. Нет, так дело не пойдёт. Не будет меж нами мира, — прошептала на ухо, внезапно обняв, тесно прижимаясь.

После чего, резко оттолкнув, отвесила хлёсткую пощёчину.

— Извращенец! — громко закричала леди Мюррей, играя роль разгневанной жертвы домогательств. — Не смей меня лапать за грудь. Скотина. Да кто ты такой? Охрана! Охрана! Ко мне пристаёт какой-то грязный извращенец. Посмотрите, что он творит. Тут какой-то моральный урод зажимает в углу одинокую девушку, лапает у всех на глазах и всем на это наплевать?! Безобразие.

Леди Мюррей, не сдерживаясь, пылая от возмущения, принялась скандалить на весь зал, привлекая к нам всё больше внимания. Момент с объятьем был подобран идеально, чтобы никто не мог обвинить девушку в том, что это она зачинщик происшествия. Разумеется, последовала ожидаемая реакция, когда на меня обрушилось всеобщее осуждение, а от многих дам, ещё и презрение.

Как тут доказать, что я ничего не делал? Моим словам явно не поверят. Попросить просмотреть записи с камер видеонаблюдения? Так кому это нужно здесь и сейчас, кроме самого обвиняемого? Тратить свои время и силы. Пока не докажут обратного, выступая в защиту извращенца. А если в итоге права окажется девушка, а не парень, что тогда? Как на них начнут смотреть окружающие? Так что, даже устрой я встречный скандал, подняв шумиху и добившись расследования, в лучшем случае, получу извинения, которые уже ничего не изменят. Ложечки найдутся, а осадочек останется. На меня уже навесили ярлык извращенца. Чем яростнее буду это отрицать, тем сильнее в него начнут верить. Судя по лицам людей, мне тут больше не рады. Вокруг стало появляться всё больше журналистов, падких на подобные истории, с фотоаппаратами, не упускающих случая ими воспользоваться.

Прибывшая на шум охрана, под крики, продолжающей бушевать, леди Мюррей, выжимающей из этой ситуации максимальную для себя выгоду, вежливо, но настойчиво попросили меня немедленно покинуть приём. Пригрозили вызвать полицию. Проводили до выхода, как под конвоем, бдительно следя, чтобы не выкинул какую-нибудь глупость. Это ещё сильнее повысило ко мне градус предубеждения со стороны окружающих людей. По пути заметил, как растерянно хмурится недавний знакомый Жак, разочарованно кривится его подружка, негодует возмущённый парень, из университетского клуба фехтования, резко поменяв обо мне своё мнение. От такого на душе сразу стало гадко.

Оказавшись на улице, растерянно остановился, не зная, что делать дальше? Подставили меня знатно. Отдаю должное, этот раунд леди Мюррей выиграла вчистую. Делать нечего, придётся ехать домой, будто оплёванному. Настроение окончательно испортилось.

Перед отъездом захотелось немного пройтись по улице, подышать свежим воздухом. Охладить голову. Успокоиться. А то ещё сорвусь на ни в чём не повинных друзьях. Хорошо, что не успел далеко уйти. Услышав быстро приближающийся цокот каблучков, невольно напрягшись, обернулся. Приготовился встречать очередные неприятности лицом к лицу. Однако в своих ожиданиях обманулся. Увидев, догоняющую меня встревоженную леди Адамс, был приятно удивлён. Честно, не ожидал от неё такого поступка.

— Еле догнала, — пожаловалась запыхавшаяся девушка. — Что там произошло? Почему мне сказали, что тебя выпроводили из зала из-за приставаний к девушкам? Ты правда это делал? — забросала вопросами, вглядываясь в покрасневшую щёку, на которой проступили контуры ладони.

— Делать мне больше нечего, — возмущённо фыркнул. — А уж приставать к леди Эбби Мюррей, тем более. Да окажись она единственной женщиной на необитаемом острове, рассматривал бы её только в качестве запаса пищи, не более, — начал спускать пар, найдя, кому можно открыто выговориться. — Бешеная собака. Тоже мне, войну объявила. Подумаешь, нашлась, мстительница в юбке. Сама напрыгнула, дала по роже, облила помоями, попросила дать пинка на дорожку, и я ещё остался крайним.

Выслушав меня, переживающая леди Адамс быстро успокоилась. Даже заулыбалась, находя эту ситуацию весёлой.

— Так это Мюррей постаралась?

О моём конфликте с ней она уже знала, благодаря леди Дженкинс, своей лучшей подруге.

— То-то я сразу подумала, что это звучит слишком невероятно. У тебя, я смотрю, много недоброжелателей. Как ещё не боишься без охраны на улицу выходить? — по-дружески меня подколола.

— Я сам охрана, — невольно рассмеялся, найдя эту шутку забавной.

Леди Адамс сумела немного поднять мне настроение, за что её следовало поблагодарить. Принесла ощущение того, что я не один. Что не всё так плохо, как кажется. Подумаешь, встретил недруга. Сколько ещё таких будет. Что же теперь, залезть под одеяло и хандрить? Если так поступлю, значит, леди Мюррей своего добилась.

— Пошли выпьем по стаканчику горячего глинтвейна? — сделал неожиданное для нас обоих предложение. — Тут неподалёку видел торговую палатку с ним. Вроде бы, там ещё и чудные крендельки продавались.

— Звучит заманчиво, — согласилась, легко одетая девушка, заметившая это только сейчас.

— Кэйси Рэдклиф, — продолжала перекличку тренер, собрав нас в автобусе.

— Здесь, — подняла руку Кейси.

— Аманда Бейбер.

— Здесь.

— Йохансон… Йохансон? Йохансон!

— Здесь я. Здесь. Вы меня уже дважды отметили, — ворчливо отозвался.

Чтобы увидела и успокоилась, иначе не отстанет, пришлось приподняться над спинками впереди стоящих кресел.

— Ага. Всё ещё на месте, — мисс Фаулер снова что-то чиркнула стилусом на электронном планшете.

— Да я всего-то разок в туалет отлучился, — оправдался за прошлый раз, под смешки девушек из команды. — А потом нужно было отойти по делам. Подруга приходила… трижды.

— И каждый раз разная, — разоблачила меня вредная Кейси.

— Митчел, — мисс Фаулер невозмутимо перешла к следующему имени в списке.

— Здесь.

— Збражская.

— Здесь.

— Виардо.

— А? Да, я тут. Аманда, не отвлекай. Не хочу…

— Йохансон. Йохансон!

— Здесь, — смирившись с неизбежным, расстроенно поднял руку под смех команды. — Куда я отсюда денусь?

— От тебя всего можно ожидать. Бедфорд, не своди с него глаз. А то уже к обеду его придётся отлавливать где-нибудь в Кашмире или на Карибах. С очередным, — Я простой, английский школьник. Понятия не имею, как тут оказались два подбитых танка и вертолёт. Не иначе, подбросили. Поехали, — повернулась к водителю.

Автобус плавно тронулся с места. Толпа, провожающих нас, учениц, которым не досталось зрительских мест на зимнем турнире силового фехтования, осталась позади. Все приготовления были завершены, слова сказаны, директор произнёс напыщенную речь, устроив для нас торжественную линейку, чтобы вся школа знала своих героев. Осталось сделать только самую малость — победить!

К сожалению, из-за высокого спроса на ограниченное количество билетов и их цену, семье Йохансонов удалось достать только три штуки. Поскольку желающих пойти было больше, чем согласных остаться дома, то в нём разгорелась «настоящая» война. По её итогам, хорошенько всё взвесив, сёстры сделали трудный выбор. У мамы работа. Ей нельзя слишком часто отпрашиваться. Норе, Хане и Эдит нужно пойти, потому что потому. Без Эрика никак не обойтись. Остаётся только маленькая Марта. Тем более, она и сама не хочет идти. Правда же? Вот и хорошо. Молчание, знак согласия.

Мычание, побагровевшей от возмущения, Марты, не сумевшей вырваться из тесных объятий и убрать закрывающую ей рот ладонь, в расчёт не принимались. Лицемерно поблагодарив её за сознательный выбор, старшие сёстры постановили, что мелкая будет смотреть турнир по компьютеру, в прямой трансляции.

— Что так долго? — наигранно возмутился Митчел после того, как спе́шили его противника, зажав с двух сторон.

Не дотянувшись до вертлявого рыцаря, мысленно извинившись перед благородным «животным», со всего размаха врезал по голове «коня». Слегка перестарался с вложенной в удар энергией, отчего лезвие меча, разрубив шлем посередине, глубоко увязло в корпусе доспеха. Ещё немного и его оператора пришлось бы хоронить раньше времени. Из-за подобных рисков рыцари были вынуждены постоянно контролировать свои силы, чтобы случайно не прибить более слабые классы. Мне до сих пор было стыдно за то, что пережили многие участники Лесной тропы, когда я впервые обрёл огромную силу. Чувствовать, как сминается в гармошку твой доспех, ощущаемый подобно собственному телу, не самое приятное ощущение.

— Пробки. Пришлось помогать дедушке, переходившему дорогу в неположенном месте, — пропыхтел, пытаясь выдернуть застрявший меч.

— И как, удачно? — Митчел с интересом наблюдал за моими усилиями.

— Да. Сбили.

Плюнув на неподатливое оружие, решил создать новое.

По видеосвязи обменявшись с Даниэлем понимающими улыбками, будучи, что называется, на одной волне, обратили свои жадные взоры на принцессу, которой приходилось очень несладко. Если бы не бедная Маргарет, с помятым шлемом и правым наплечником, уверенно движущаяся к достижению «Начинающий Мазохист», то Кэтрин уже давно бы проиграла. Пока капитан спасала свою группу только за счёт энергетического щита, но запасы энергии у неё были не бесконечны.

Приблизившись, не сговариваясь, расходясь в разные стороны, беря принца Дерека в окружение, не стали вмешиваться в яростный поединок Эдвардсов. Чем заставили его стать более осторожным, сковывая манёвренность. Вынуждая рассеивать внимание, чтобы держать нас всех в поле зрения. Из-за этого напор на принцессу Кэтрин заметно ослаб.

— Как думаешь, может, ей помочь? — через наружные динамики, с лёгкой неуверенностью спросил у Даниэля, облокотившись на шлем Браунфельс.

Используя его, как подставку для рук.

— Ну, не знаю. На помощь-то она не звала. Распоряжений на этот счёт не поступало. А вдруг у неё всё идёт по плану? А тут мы, такие красивые, всё испортим. Ещё обидим… отважную деву, — поддержал игру Даниэль.

Пошатнувшись от очередного мощного удара, принцесса с трудом удержалась на «коне». Если бы не боялась отвлечься хоть на секунду, то сказала бы нам пару ласковых слов. Впрочем, за неё это сделала леди Бедфорд.

— Йохансон, чтоб тебя черти драли! Помоги, но так, чтобы последний, добивающий удар остался за принцессой.

Ничего себе у неё просьбы.

— Осторожно! Вспышка справа! — внезапно воскликнул, предупреждая… принца.

Продублировав сообщение принцессе, но на секунду раньше и немного его подправив.

Как только замолчал, тут же применил достаточно простенькую энергетическую атаку, влив в неё уйму энергию. Слева от головы принца, находящегося в зоне действия моего А-поля, на секунду возник ослепительный шарик света. Рефлекторно отреагировав на раздражитель, приняв его за опасность, принц Дерек мгновенно прикрылся с той стороны и мощным энергетическим, и самым обыкновенным, стальным щитом, из-за чего с другого бока пропустил стремительный выпад копья принцессы, в который она вложила всю свою силу. Не знаю, высветилось ли в её интерфейсе сообщение — Хэдшот, но я его мысленно увидел. Точнее, представил. Пускай повязки принца она не получила, но победу себе обеспечила.

— Ты же сказал, справа, — не всерьёз возмутился Даниэль.

— Извини. Вечно я право, лево путаю, — столь же шутливо извинился.

Не знаю, что потом скажет по поводу этой уловки, ненадолго потерявший сознание, принц Дерек, но зрителям показалось, будто принцесса сама одолела более сильного брата. Сразив его в честном поединке, один на один. Без посторонней помощи. Лишь благодаря удаче и упорству. Приписав авторство последней энергетической атаки одной из её тройки.

— Короткая передышка, — объявила Маргарет.

Взяла время на перегруппировку и оценку ситуации. Присоединившаяся к нам леди Сомерсет этому решению была только рада.

Основная схватка четырёх школ близилась к завершению. Не став долго терпеть наглость команды Алой розы, взбешённые Рыцари Темзы, Солнца и Персиваля, стали бить этих зарвавшихся мародёров куда охотнее, чем друг друга. Устроив на них настоящую охоту, забыв про разногласия.

Потеряв половину всадников, Эрика Перри и капитана Дейла Гамильтона, которому не повезло нарваться на главу Рыцарей Темзы, потрёпанная в схватках, Ларсон и ещё один всадник, в ранге оруженосца, бросились в бега. Догонять их три команды не стали, переключившись на продолжение главного сражения.

— Добиваем Алых или помогаем разбить Рыцарей Персиваля? — поинтересовался Даниэль.

— За Алыми придётся побегать. На прямое столкновение с превосходящими силами они точно не пойдут, а вот в спину другим дерущимся, ударят с удовольствием, — поделилась мнением леди Сомерсет. — Будут дожидаться исхода чужих схваток, чтобы потом добить ослабевших противников.

— Сначала выбиваем военную академию. Её ученики слишком сильны, чтобы оставлять Рыцарей Персиваля для боя один на один, — приняла взвешенное решение Маргарет, под молчаливое одобрение принцессы.

Меня Её Высочество всё же не забыла поблагодарить за своевременную помощь, пусть и ограничилась признательным кивком головы. Не иначе сердилась за устроенное представление, хотя, и понимала его цель. Да и признаваться в собственной слабости ей тоже не хотелось.

С Робертом Грейсом и Джорджем Дойлом леди Бедфорд договаривалась сама, быстро добившись взаимопонимания. Для того, чтобы убедить их в нашей искренности и отсутствии коварного умысла, ей пришлось дать слово чести о том, что мы не похожи на команду Алой розы и бить в спину не станем.

Совместными усилиями нам достаточно легко удалось опрокинуть всадников военной академии, оказавшихся в подавляющем меньшинстве. Несмотря на отчаянное сопротивление Рыцарей Персиваля, особенно их капитана — Мартина Гостелло и лейтенанта — Райана Майерса, помешать этому им не удалось. Не взяв верх в умении владения мечом, оба дрались, как заправские профессионалы, мы с безопасного расстояния задавили их суммарной мощью наших А-полей, сбив с ног энергетическими волнами. Гостелло выдержал пять «прибоев» подряд, прежде чем его тройку сбило с ног, отбросив на несколько метров назад, а Майерс, целых девять, из которых каждый последующий был сильнее предыдущего.

Взяв паузу, чтобы восстановить силы, команды разошлись в стороны, бдительно следя за, теперь уже бывшими, союзниками. Пара оставшихся всадников Алой розы присоединилась к нашему собранию. Они всё же сумели воспользоваться ситуацией в свою пользу.

Под конец схватки с Рыцарями Персиваля, когда их положение стало критическим, курсанты военной академии всё-таки согласились заключить вынужденный союз с командой Алой розы, переступив через свою гордость, но это уже ничего не изменило. Кроме того, что выросла цена за их разгром. Стерва Ларсен выбила одного из наших всадников, а её напарник, тяжело потрепал другого. Можно сказать, ранил, лишив половины боеспособности. Зато я, улучив удачный момент, с помощью Оракула раздобыл ещё одну ленту. Теперь их у меня набралось три штуки.

Итогом сражения стало: Чёрные рыцари Святой Анны потеряли Митчела. Спасибо за это Майерсу. Сомерсет была, условно, тяжело «ранена». Её «лошадка» едва держалась на ногах. Тут уже постарался напарник Ларсон. Следующего столкновения, вероятнее всего, она не переживёт.

Рыцари Темзы остались вдвоём. К сожалению, их капитан по-прежнему прекрасно себя чувствовал. Был полон сил и решительности выиграть это соревнование, имея на то неплохие шансы.

В команде Солнца остался всего один всадник и, а тут уже к счастью, не Джордж Дойл. Его в поединке сразил Мартин Гостелло.

В Алой розе дела у Ларсон тоже были не столь хороши, как ей хотелось бы. Доспех девушки был повреждён. Кроме того, она израсходовала большую часть запасов энергии, чтобы добиться тех результатов, которых добилась. Если проведёт ещё парочку затяжных, энергозатратных схваток, то при любом их исходе покинет Кавалерийский бой. Её напарник тоже серьёзно истощил свои батареи.

— Что будем делать? — жизнерадостно поинтересовался Роберт Грейс, считая себя сильнейшим из оставшихся бойцов. — Как будем делить победные очки?

— По справедливости. Как же ещё, — улыбнулась принцесса Кэтрин, проигнорировав его иронию.

— Предлагаю устроить бой две команды против двух других. Или, три раза один на один, чтобы не превращать всё в очередную кошачью схватку, где каждый сам за себя, — предложила хитрая Ларсон, понимая, что её команду тут любят меньше всего.

Вплоть до создания нового союза, направленного против общего врага.

— Поддерживаю, — высказался следующим, заработав удивлённые взгляды собравшихся.

Пока остальные раздумывали, я, уже зная, к чему они придут, через Гриффин отправил текстовое сообщение для Ларсон. И ещё одно, более длинное, послал неизвестному кавалеристу из команды Солнца, который остался не только в меньшинстве, но и являлся чуть ли не слабейшим из нас. Пользуясь случаем, задумал провести более сложную многоходовку, чем планировал изначально. Необычным в письме было то, что адресовано оно не самому кавалеристу, а Джорджу Дойлу, с которым у него должна иметься связь. Тот пусть и выбыл из соревнования, но не умер же.

— Бедфорд тебя убьёт, если узнает, — предупредила Гриффин.

— А мы ей не скажем, — коварно усмехнулся маленький, большеголовый гоблин, мысленно потирая загребущие, зелёные ручонки.

— Ну да, зачем говорить, когда можно показать. Ладно, лишь бы поскорее всё это закончилось. Устала уже носить на руках большого ребёнка.

— Считай, что тренируешься быть мамой. Скажи спасибо, что этот ребёнок достаточно взрослый, чтобы не тянуться к твоей груди.

Сказал, не раздумывая, о чём тут же пожалел. Как-то странно эта фраза прозвучала. Двусмысленно. Да что это со мной сегодня? Избыток гормонов в организме?

— Чего? — опешила растерявшаяся Гриффин.

— Сказал, что он уже достаточно взрослый, чтобы не пытаться прижаться к твоей груди, — тут же исправил фразу на более безопасный вариант.

Попытавшись сохранить прежний тон, не показывая испуга.

— Он сказал, что не хочет щупать твою мелкую грудь, — поправила прямолинейная Браунфельс, с небольшим дополнением, так же имея доступ к нашему, групповому каналу связи.

После недолгого молчания, Гриффин осторожно отметила.

— Знаешь, в твоём исполнении это прозвучало ещё более пошло. Не забудь. Я держу твои руки, вижу задницу и могу её достать.

Пока мы словесно выясняли, чьи ноги длиннее, капитаны команд сделали свой выбор. Решили сначала провести схватку два на два, а потом финальный поединок среди победителей. По распределению, чтобы сошлось количество всадников с каждой стороны, Алая роза объединилась с Рыцарями Темзы, а Чёрные рыцари Святой Анны с командой Солнца. Похоже, перевес сил определённо не в нашу пользу. Однако, спорить мы не стали. Разойдясь на условленное расстояние, по сигналу начали сходиться. Так вышло, «случайно», что я оказался напротив Ларсон. Разогнавшись, мы устремились навстречу друг другу.

— Есть ответ. Ларсон согласилась, — в последний момент предупредила Гриффин.

— Действуем по плану — Третья мышь и мышеловка, — обрадовался её расторопности.

— Кто научил тебя придумывать такие названия? — проворчала занервничавшая англичанка.

Отвечать не стал, сосредоточившись на своей задаче. Когда до столкновения осталось несколько метров, мы, одновременно развернувшись, да так слаженно, словно долго репетировали, ударили во фланг идущей по соседней дорожке, паре Бедфорд-Грейс. Три таранных удара, один из которых был нанесён рыцарским копьём с пневматическим, выдвижным жалом проводника, окутанного молниями, опрокинули не ожидавшего такого коварства Роберта Грейса.

Направив Браунфельс в другую сторону, повернувшись спиной, к Ларсон, сделал вид, что собираюсь немедленно отправиться на помощь Сомерсет, которая столкнулась со вторым всадником из Алой розы. Не успели мы сделать и шага, как тут же получили внезапный удар в спину от Ларсон, увидевшей, что я ослабил бдительность, убрав силовой щит.

Хитрая девушка решила нарушить договорённости сразу, как только увидела в этом выгоду. Вот только я этого ждал, поэтому уклонился, сохранив свою повязку на голове, а вот рыцарь Алой розы не успела. Она явно не рассчитывала, что, в свою очередь, будет сбита с ног слабаком из команды Солнца, которого уже перестала брать в расчёт.

Даже не добегая до своего противника из Рыцарей Темзы, внезапно тот свернул в другую сторону и со всего разгону влетел ей в бок. Шестеро операторов в тяжёлых фантомных доспехах, от жёсткого столкновения, с грохотом покатились по земле, перемешавшись меж собой. Устоять на ногах, когда на тебя неожиданно налетают, толкают, хватаются и падая увлекают за собой, было практически невозможно.

С преследующим его противником, вдвоём с принцессой Кэтрин, мы разобрались достаточно быстро, а затем, переключились на последнего оставшегося всадника из команды Алой розы. К тому времени он не только выбил из седла леди Сомерсет, но и завладел её головной повязкой. Вот только Принцесса Кэтрин, атаковавшая его спереди и я, быстро обошедший сзади, решили исход этого соревнования. Более того, специально совершив обходной манёвр, позволив принцессе записать очередного поверженного всадника на свой счёт, я раздобыл ещё две повязки. После чего, пока никто не вмешался, все пять собранных повязок передал всаднику из команды Солнца. Тому самому, что, сбив Ларсон, успел сорвать с неё повязку. Точнее, обменяться, поскольку крайне шустрая и находчивая девушка, с ловкими пальчиками, тоже не осталась в долгу. Перед выбыванием успела сорвать с него повязку, пожертвовав своей. За сохранность белой ленты очков не начислялось, в отличие от добычи чужих. А так она заполучила аж три повязки, две из которых успела отнять ранее у другого всадника, недолго радовавшегося своей удаче.

Первый свой поединок выиграл без особого труда. На мой взгляд, оценил бы оруженосца Алой розы в 0,7 Митчела. Он бы тоже с ним справился. Одной левой, затем правой и ногой на добивание. Поэтому даже имя этого проходного персонажа не стал запоминать. Вот на втором круге турнира пришлось уже попотеть. Роберт Грейс оказался очень силён и проворен, но, ведомый Оракулом, зная все движения противника наперёд, одолел и его. Чем заслужил повышенный интерес к своей персоне со стороны окружающих, считавших, что всё должно было закончиться не так. Включая самого, заметно удивлённого, капитана команды Рыцари Темзы. В целом, спортсмены хоть и негодовали, но признавали, что я победил в честном поединке, заслужив их уважение.

Если сравнивать нас по послужному списку, длительности подготовки, количеству вложенных в неё денег, то, по всем прогнозам, Роберт Грейс должен был одержать надо мной верх. Однако, в жизни всё обернулось иначе. Лишь третья принцесса, Рэдклиф и наблюдательная мисс Фаулер, державшая свои догадки при себе, были полностью уверены в моей победе. Более того, на полном серьёзе считали, что именно я займу первое место в этом соревновании. Даже Маргарет, хоть и верила в меня, всё равно переживала и надеялась, мало чем отличаясь от остальных болельщиков.

Нельзя сказать, что с Грейс было легко справиться. Лупил тот по моему силовому щиту подобно паровому молоту, без передышки, сотрясая его до основания.

Не став затаивать обиду, капитан Рыцарей Темзы после боя подошёл и искренне меня поздравил с победой. Похвалил. Хотя, было заметно, что он сожалел о своём столь раннем проигрыше, но это его не сломило. Роберт пожелал мне победы в турнире. Ведь проиграть будущему чемпиону или просто везучему парню, не имеющему никаких заслуг, совершенно разные вещи. С такой стороны на ситуацию ещё не смотрел. Да и не хотелось бы. Я целую кучу денег на себя поставил, отправив Мей Тинг в букмекерскую контору. Не то чтобы очень хотел разбогатеть, безоговорочно веря в свою победу, но ещё один стимул, побуждающий приложить для её достижения больше усилий, не помешает. Подсознательно буду об этом помнить, а значит, лучше стараться, подстёгиваемый жадностью. К тому же, сестрёнкам Тинг тоже пригодятся дополнительные деньги на карманные расходы. Следуя каким-то своим принципам и традициям, они поставили на победу господина деньги, сэкономленные из зарплаты. Теперь, если проиграю, посажу нас троих на трёхразовую бобовую диету. По понедельникам, средам и пятницам.

Повторно попасть на зимний турнир Большого Лондона оказалось сложнее, чем я думал. Тем более, самостоятельно. Видимо, ещё не настолько прославился, чтобы меня узнавали с первого взгляда. Охрана упорно не желала пропускать через проходную «подозрительного типа», с завышенным ЧСВ. Требовала какой-то пропуск. Откуда бы я им его взял? Пригласительного или чего-то подобного, тоже не имел. Зрителей через служебный вход не пускали, тем более, безбилетных. У меня оставалась только одна надежда попасть на арену Гольфрида, которая почему-то не спешила появляться. А нет, всё же увидел её в конце коридора. Подошедшая мисс Фаулер, подтвердив мои слова, провела внутрь, как члена команды Чёрные рыцари Святой Анны.

Буквально на денёк отлучился, а меня уже заменили и забыли? Спрашивается, чего ради я, страдая, больше морально, чем физически, торопился на стадион? Пытаясь успеть к окончанию Зимнего турнира. Чтобы увидеть закрытые двери? Пустой двор? Безразличное отношение охранников к «разрушителю» этого величественного места? О чём, естественно, не спешил им рассказывать. Может, всё дело в неприметной серой куртке с капюшоном, больших солнцезащитных очках и медицинской маске, предназначенных для того, чтобы обманывать вездесущих охотников на будущих знаменитостей? Зачем только послушался «полезных» советов госпожи Чамар?

— Ты что здесь делаешь? — удивилась тренер, с беспокойством вглядевшись в мои глаза, без спросу сняв очки. — Ты же в больнице должен лежать, кушая жиденькую кашку и смотря телевизор.

— Кашка оказалась невкусной, а от телевизора потерялся пульт, — недовольно проворчал, скрывая радость от того, насколько рад её видеть. — Решил посмотреть за вашим выступлением вживую. Да вот беда, на трибуны меня не пустили. Билетов уже не достать. Через забор не перелезть, — огорчился.

У сестёр просить билеты не стал, иначе бы вместо них получил рулон скотча, применённый по назначению. Примотали бы к кровати так, чтобы даже пошевелиться мог.

— Понятно. Не удержался всё-таки, — одобрительно хмыкнула мисс Фаулер. — Пошли уж, разрушитель арен. Только будешь сидеть рядом со мной. На поле, ни шагу, без разрешения лечащего врача. Присмотрю, чтобы ещё чего-нибудь не натворил.

Повела меня в зону размещения команды из школы Святой Анны.

— Как у вас дела? — спросил, не удержавшись от любопытства.

— Как ни странно, но хорошо. Благодаря тебе, — открыто признала мои заслуги. — Соревнование по Захвату флага уже завершилось. Сейчас объявлен короткий перерыв перед Осадой. Техническая команда готовит крепость. В битвах за флаги Бедфорд сумела отвоевать для нас третье место. Несмотря на довольно жаркие и упорные схватки. К сожалению, без пострадавших не обошлось. После твоего подвига ребята выложились на полную. Особенно капитан. Они отчаянно пытались удержать перевес по очкам, боясь подвести команду. Сделать твою самоотверженность напрасной. Видать, знатно их впечатлил, послужив примером для подражания.

Её слова меня немного смутили, но и в то же время, порадовали. Приятно, когда тебя ценят.

— Какой сейчас счёт?

— Мы, всё ещё ведём. Хотя и с небольшим отрывом. У нас — 11 очков. У Рыцарей Персиваля — 9. Королевские львы, что выиграли захват флага и заняли третье место в турнире фехтовальщиков, смогли набрать — 6 очков. У остальных ещё меньше. Можно сказать, нам повезло, что вместе с тобой из Зимнего турнира Большого Лондона вылетел Майерс. Тоже попал в больницу. Ничего серьёзного, но несколько дней ему придётся, как и тебе, — косо на меня посмотрела, — соблюдать постельный режим. Поэтому, Королевские львы смогли обойти их на Захвате флага. Вероятно, на Осаде, курсантам военной академии тоже придётся несладко. Их третий рыцарь получил травму, так что Гостелло в этом ранге остался один. Из соревнований также выбыла большая часть других рыцарей. Потери понесли все команды. Их заменили оруженосцы и кавалеристы. Теперь у Бедфорд, что сейчас далеко не в лучшей форме, — тренер сочувственно покачала головой, переживая за неё, — чуть больше шансов сохранить разрыв.

— А из наших, кто пострадал? — забеспокоился о членах команды.

— На скамейку «калек», как в шутку её стали называть, сели Митчел и Збражская. Благодаря их самоотверженной защите нашей базы, удалось выиграть для Бедфорд достаточно времени, чтобы она смогла захватить вражеский флаг. Так что они теперь тоже стали героями одной битвы. Сейчас вас троих заменяют члены запасной команды. Девчата, может, и не самые сильные, но надёжные. Не подведут. Я больше боюсь, как бы из-за переживаний, груза ответственности и страха ошибок, команда не наделала глупостей. Будучи в шаге от победы, да ещё соревнуясь с такими сильными соперниками, невольно начинаешь нервничать. Ощущать психологическое напряжение, из-за чего можешь сорваться в любой момент.

— Будем надеяться, всё пройдёт хорошо. Что нам ещё остаётся? Попробую своим присутствием успокоить и приободрить девчонок.

Хочется верить, что это поможет. Увидев меня, они действительно обрадовались. Тут же обступили, забросали вопросами о моём самочувствии. Одарили улыбками и добрыми словами. Почувствовал себя будто именинником на торжестве, которого все хвалят. Не скрою, было приятно встретить такой тёплый приём. Будто навестил старых друзей, после долгой разлуки. Только ради этого ощущения стоило сюда приехать.

Рядом с напарницами заметил трёх незнакомых девушек в контактных комбинезонах, окрашенных в цвета нашей команды. Похоже, та самая замена, о которой упоминала мисс Фаулер. Доброжелательно их поприветствовал, пожелав успехов в предстоящем соревновании. Попросил не подвести школу Святой Анны. С удивлением отметил, что при общении со мной они вели себя несколько скованно. Подчёркнуто уважительно. И даже, как будто стеснительно. Как при разговоре со старшим товарищем, признавая его главенство и заслуги перед командой. На миг почувствовал себя звёздным ветераном команды, дающим напутствие новобранцам. Гордо расправил плечи, начал произносить пафосную речь, пока не подошла Збражская и всё не испортила. Даниэль ей помогал, поддакивая, подлый предатель. А уж когда подошла Кейси, так и вовсе пришлось спасаться «бегством» от этой шайки негодяев, растеряв образ великого, мудрого героя. Кажется, я начинаю понимать, почему Рэдклиф боялась бесстрашная Оливия Грей и как минимум опасалась Маргарет Бедфорд. Пришлось воспользоваться проверенным трюком, попросив Сомерсет найти на неё управу. На Збражскую натравил леди Бедфорд, а Даниэль… ну что же, он сам напросился. Позвонил близняшкам Гловер и сказал, что он хочет поговорить с ними о чём-то важном, пусть ждут, сейчас передам ему трубку. Столько ужаса в глазах раскаявшегося Митчела, ещё не видел.

Тем временем в мужском общежитии школы Святой Анны, куда недавно заезжал Йохансон для того, чтобы переодеться и взять немного наличных денег, его служанка занималась привычными, повседневными делами. Наводила порядок в комнате господина, считая это одной из своих обязанностей.

Пересыпая в пакет мусор, который необходимо было выкинуть, на глаза Тинг случайно попались несколько обрывков какой-то справки, выкинутой в урну, с хорошо заметным логотипом и реквизитами больницы Кларенса в углу одного из них. Зная о том, что там лечили её господина, движимая любопытством и беспокойством, девушка достала их из корзины. Подумав о том, что просто так справки не рвут, перед тем как выкидывают, Тинг захотелось поскорее развеять возникшие опасения относительно их общего будущего. Да и нужно же узнать, может, господину прописали какие-то лекарства, диету, уход или что-то ещё, а она не в курсе? — успокоила девичью совесть.

Вернувшись в свою комнату, принялась собирать справку из сохранившихся кусочков, скрепляя их, с обратной стороны, скотчем. Внимательно изучив готовый результат, изумлённая Тинг испуганно вздрогнула. Рефлекторно посмотрев по сторонам, нет ли кого поблизости, быстро разорвала бумажку в мелкие клочки, перед этим безжалостно отодрав скотч. Собрав горстку мусора, сожгла её в железной миске, а растёртым пеплом удобрила, растущую в цветочном горшке, фиалку, не забыв её полить. Отряхнув руки, с серьёзным выражением личика, Тинг пригласила на внеочередное, тайное собрание немногочисленных слуг и работников господина, в количестве… четырёх человек. В них входили сестрёнки Цзя, водитель Юнь и доставщик Фэнь. Смышлёный парнишка, из беженцев, который бегал на рынок и по их мелким поручениям. Выполнял разную хозяйственную работу, требующую больше физической силы, чем высокой квалификации. Хотя он убеждал, что умеет всего понемногу, называя себя — мастером на все руки. На территорию школы, как и мистеру Юнь, вход ему запрещён, так что доставщик Фэнь присматривал за квартирой господина в его отсутствие. Да и, по правде говоря, пока что, без его ведома.

Напрямую господину служили только сестрёнки Цзя, что давали соответствующую клятву перед богами, небом и предками. Мистер Юнь и доставщик Фэнь, всего лишь наёмные работники. Не чета им. В данное время оба находились у Цзя Мей на испытательном сроке, в ожидании одобрения и рекомендаций её сестры для перехода в непосредственные слуги господина Йохансона. Если в том возникнет необходимость и будет достигнуто согласие сторон.

Собрание, как обычно, проводилось в квартире господина, куда сестёр отвёз водитель Юнь. Из-за спешки и сильного волнения, Цзя Тинг кое-что упустила из вида. Хорошо, что на такие случаи у неё есть умная старшая сестра. Успев, перед собранием, расспросить младшую о его причинах, рассерженно стукнула её по макушке. С сарказмом спросив, почему она не пригласила соседей, друзей и знакомых? Им тоже не помешает узнать о том, что же такого важного от них скрывает наш господин. Извинившись перед водителем Юнь и доставщиком Фэнь, вежливо попросив их прогуляться, дождалась пока останется наедине с сестрой.

— Говори уже, шпионка доморощенная, что там такого важного нашла в мусорной корзине господина? — недовольно проворчала старшая сестра, не скрывая своего любопытства.

— Результаты медицинского обследования господина Йохансона.

— Что с ним? — не на шутку встревожилась Цзя Мей.

— Всё в порядке. Он здоров. Насколько можно быть здоровым в этой варварской стране, ведя скромный образ жизни. Однако, господин не тот, кем представляется остальным, — с лёгким трепетом предупредила сестру.

— Уф, — облегчённо выдохнула Цзя Мей. — Бамбуковая голова. А кем он представляется? Важным чиновником? Лордом? Благородным? — насмешливо фыркнула, не приняв её слова всерьёз. — Что такого в том, чтобы быть обычным английским школьником?

— Рыцарем, — пояснила Цзя Тинг, обиженно надув щёчки, мысленно ругая нетерпеливую, обзывающуюся старшую сестру, испортившую подачу такой потрясающей новости.

— А кто же он тогда? — вновь напряглась Цзя Мей, мигом перестав улыбаться.

— Паладин, — приглушив голос, с восхищением сообщила Тинг.

Мей ненадолго зависла, переваривая информацию.

— Он не преувеличивает свои силы, а преуменьшает их, — заполнила паузу Тинг, пытаясь поскорее выговориться, пока её опять не перебили. — Правда, не пойму, зачем? Ведь это же очень… почётно. Позволяет рассчитывать на важный чин или на титул. Не знаю, как в этой стране, а в нашей, всё так бы и было.

— А ещё, он дружит с детьми высших сановников государства и с настоящей принцессой, — задумчиво добавила более практичная Мей. — Участвует в национальном турнире благородных людей. Заводит связи с богатыми семьями. С одной стороны, поднимаясь вслед за ним высоко в гору, легко оступиться на узкой тропе. С другой, с каждым шагом становимся всё ближе к небу. Ох, боюсь не справимся мы с таким крутым подъёмом. Как бы господин не нашёл, или ему помогли найти, более умелых и подходящих слуг. Из местных, похожих на него. Хотя у нас тоже есть что на это сказать. Местные, они хитрые, лживые, ленивые, ненадёжные люди. Которые непонятно на кого и ради чего работают. Кроме господина и его друзей, — сделала поправку. — Мы же — не такие.

— Конечно, не такие, — с жаром подтвердила Тинг.

— Или не подставили подножку завистливые люди. Чужие успехи раздражают наравне с собственными неудачами. Нужно будет подналечь на учёбу, чтобы не подвести господина. Не заронить зерно сомнений относительно нашей преданности и полезности. Придётся опять обращаться к дедушке Мо, — приняла решение старшая сестра.

— А стоит ли? Поговаривают, что бывших дворцовых евнухов не бывает, — став более подозрительной, чем обычно, Тинг намекнула на то, что он может оказаться шпионом.

— Да какой шпион из этого старого пьяницы и пройдохи? Да, бывших евнухов не бывает, — Мей согласилась с очевидным утверждением, — зато бывают мёртвые или умные. Этот оказался умным, не захотевшим стать мёртвым. Поэтому и подался в бега. Да ещё бежал так быстро, что по пути всё растерял. Превратился в нищего бродягу. Зато добрался аж до британских островов. Теперь никому не нужный старик чахнет от безделья и безденежья, как дерево без пролива. Иначе стал бы он браться за наше обучение придворному этикету? Рассказывать, как правильно заботиться о господине? Как защищать его? Или делиться житейской мудростью?

— Как скажешь. Значит, опять возрастут расходы, — печально вздохнула Тинг, прикидывая список того, что нужно обновить.

То, что к лицу рыцарю, паладину уже не подобает. Пусть даже об этом никто не знает. Или делает вид, что не знает. Всякому хламу в его доме больше не место. Да ещё это похвальная, но обременительная черта старшей сестры — помогать попавшим в беду соотечественникам. Доставщику Фэнь и водителю Юнь теперь придётся поднять зарплату, чтобы они ещё ответственнее относились к своей работе. Мей сразу поняла, от чего загрустила Тинг.

— Что поделать. Чтобы вырастить богатый урожай, поле нужно чаще поливать, — отметила с философским смирением. — Не переживай. Я поговорю об этом с господином. Недавно он обещал открыть в банке отдельные счета, предназначенные для выплаты зарплаты и для покрытия домашних расходов. К тому же, смотри, — Мей с радостью показала банковский чек, желая поднять ей настроение. — Не зря я ходила в храм. Наша вера в господина уже приносит свои сочные плоды. Теперь можем и себя немного побаловать. Как насчёт того, чтобы сходить в ресторан, поесть жареных свиных рёбрышек? Давно мы их не пробовали.

Сегодня я решил ночевать дома, а не в общежитии, о чём заранее известил маму. Позвонил ей прямо со стадиона. И повод есть, и родным так будет спокойнее. Не придётся искать меня по всему городу.

О том, что наша команда выиграла Зимний турнир, она была уже в курсе. Вместе с сёстрами следила за ним, чуть ли не в режиме реального времени. Мама и Нора, прямо с работы, а Ханна, Эдит и Марта, из своих школ. Терять ещё один день из-за переноса соревнований они не могли, так что сохранившие силу билеты продали через интернет-аукцион, заработав на них больше, чем потратили. Поэтому сегодня у нас намечался праздничный ужин.

Услышав звонок в дверь, удивлённая миссис Хелен Йохансон, отряхнув руки от муки, пошла открывать. Повесив на плечо полотенце. Гадая, кто бы это мог быть? Оказалось, всего лишь я, с руками, занятыми многочисленными пакетами. В дверь же звонил водитель Юнь, нёсший большую корзину цветов, дополненную несколькими пышными букетами. Зайдя в дом, пока мама помогала водителю, благодаря за помощь, принялся громко орать, требуя от сестёр, немедленно помочь больному, умирающему, уставшему… охотнику, принёсшему в дом добычу. Чтобы меня поскорее освободили от тяжёлой ноши. Ну и немного похвалили, обласкали, оценив приложенные ради них усилия.

— Что там? — полюбопытствовала Нора, заглянув в один из пакетов.

— Рекламно-сувенирная продукция, подарки от спонсоров, еда и куча разного барахла. Понятия не имею, какого. Внутрь ещё не заглядывал. А это, моя прелесть.

Достал из сумки красивый, золотой кубок, на подставке которого выгравировали моё имя.

— Награда лучшему фехтовальщику Зимнего турнира Большого Лондона.

Передал его, тут же протянувшей жадные ручонки, Ханне, у которой в глазах «загорелись» огоньки восхищения. Временно потерянной для общества.

Принюхавшись ко мне, мама поморщилась.

— Ты что, голову шампанским мыл? — неодобрительно спросила.

— Это я с девчонками, немножечко, отпраздновал победу. Окатили друг друга шампанским. Ну и выпили, пару капель. Из горла. Ик, — непроизвольно икнул. — Исключительно для запаха. На радостях.

— Я вижу, — сухо отметила мама, но ругать меня всё же не стала.

Признавая этот повод достаточно серьёзным основанием для маленького послабления.

— И всё? — с некоторым разочарованием, удивилась Эдит.

— И всё, — грустно кивнул. — Потом сразу набежала толпа бдительных, домашних церберов и вновь ставших вести себя подобающе, благородных леди, развезла по домам. Пока не развезло нас и мы не устроили раз-нуз-данную, — с трудом выговорил это страшное слово, по слогам, ещё раз икнув, — пьянку, переходящую в оргию. На это предложение Митчела они обещали подумать, но ответ дать так и не успели. Хотя готов поклясться, кто-то из них давал слово в случае победы расстаться с девственностью, а кто-то, побриться налысо. Если в школе лысых не встречу, значит, послышалось. Или это были чёртовы фанатки, что присоединились к нам после церемонии награждения? — задумался, потеряв в этом уверенность. — Там собралось столько зелёноликих, что легко было спутать.

— Ты в больнице должен сейчас лежать, а не по вечеринкам мотаться, — осуждающе заметила мама, под громкий шорох пакетов, куда Марта чуть ли не с головой залезла, отпихивая Эдит.

Крича, — Моё! Производили быструю делёжку подарков, по «справедливости», пока остальные не увидели и не спохватились.

Когда страсти немного улеглись, пошёл приводить себя в порядок. Ополоснувшись под душем, переодевшись, вернулся в гостиную, где меня уже ждали сёстры, чтобы обо всём хорошенько расспросить. Разумеется, они не могли не затронуть тему моей ночёвки в гостинице. Отстали только после того, как узнали о Рэдклиф, что ночевала в том же номере, контролируя «распутную» девицу. Такое впечатление, с оттенком разочарования и сочувствия. А Эдит и вовсе порекомендовала, в следующий раз быть предусмотрительнее. Тщательнее организовывать свои похождения. А ещё лучше, доверить это дело ей. Из-за чего Эдит пришлось ругаться с Ханной, явно отдавшей свой голос в пользу Кейси. Агитируя за неё. Да так яростно, что даже Марта, косо на неё посмотрев, назвала продажной «шкурой». После чего, с невинной «моськой» попросила меня поскорее жениться на Маргарет Бедфорд, обещавшей пригласить её в загородное имение. Показать игровую комнату, конюшню, пруд с лебедями. А ещё, у неё «офигенный» домашний компьютер, который совсем ещё не старый, но уже подлежит замене и так совпало, вскоре окажется у Марты. Бедфорт же купит себе новый, который она ей посоветовала.

Похоже, Маргарет сумела найти общий язык с Мартой, во время своих визитов в наш дом. Зря об этом переживал. Не став ей ничего обещать, поинтересовался у Норы, а она кому про… отдала свой голос в этой предвыборной гонке? На что, рассмеявшись, слегка щёлкнув меня по лбу, старшая сестра заверила, что пока сохраняет нейтралитет. Но готова обсудить вхождение в коалицию. Всё зависит от того, какой пост ей предложат в семейном «правительстве».

С трудом дождавшись ужина, когда все соберутся за одним столом, а то без мамы начинать не хотелось, приготовился к главной части своего выступления. Ради которого притащил нераспечатанную бутылку шампанского, приехав домой таким радостным и окрылённым. Взяв слово, сделал важное объявление.

— Победа в Зимнем турнире Большого Лондона была очень важна не только для меня, но и для всех нас. Сейчас об этом уже можно сказать. Видите ли, я сделал на нём ряд ставок.

Это признание вызвало ожидаемую негативную реакцию. На меня посмотрели… нехорошими, осуждающими взглядами. С деньгами в этом доме привыкли обращаться бережно.

— Во-первых, — продолжил, как ни в чём не бывало. — Согласно моему соглашению со школой…, — вспомнился директор Шелтон, что «воздушным шариком» раздулся от гордости и важности, когда принял от нас кубок победителя Зимнего турнира, — в случае победы на турнире, внеся в неё значимый вклад, а я его внёс, — подсказал, — школа Святой Анны готова принять на обучение…, — сделал театральную паузу, нагнетая обстановку, делая глубокий вздох, отчего сёстры невольно напряглись, — Ханну Йохансон, если у неё возникнет такое желание. На платной основе и общих началах, но всё же.

Упомянутая сестра несколько раз растерянно моргнула, осмысливая новость. Потом её глаза широко распахнулись от изумления.

— Правда? — не поверила своим ушам.

— Да. Диплом об окончании школы Святой Анны котируется куда выше, чем диплом Хэмптона. Знакомства, рекомендации, более совершенная материальная и учебная база, в ней всё гораздо лучше, чем в твоей нынешней школе. К тому же, там я смогу за тобой присматривать, — подмигнул, зачарованно слушающей сестре.

— Кто ещё за кем будет присматривать, — проворчала смутившаяся Ханна.

Будучи ошарашенной такой новостью.

— Во-вторых, указал, что это ещё не всё, — Эдит Йохансон приглашается на экскурсию в лучшую столичную академию искусств Нейсмуса. С возможностью выбора любых её платных курсов или семинаров. За счёт брата, — специально уточнил для забеспокоившейся матери. — Он может себе это позволить. Мне подняли зарплату и обещали выплатить призовые.

Настала очередь второй сестры впадать в экстаз.

— В-третьих, через неделю, вместе с командой я улетаю в недельный круиз по Индийскому океану. С заходом в крупнейшие порты наших заморских колоний. Погрузимся в экзотику и всё такое.

— А мне, а мне что? — заёрзала от предвкушения Марта, с «горящим» взором.

— А тебе…, — на секунду запнулся, собираясь с мыслями, — билет в парк аттракционов, — нашёл пожарный выход.

— Я тебя сейчас покусаю! — пригрозила рассвирепевшая сестрёнка, поняв, что её собираются прокатить на горках и только.

Пришлось лихорадочно соображать, как сохранить свою шкуру в целости.

— Хочешь новые бусы? Или золотую цепочку с серёжками?

Митчелл советовал в таких случаях совершить набег на парфюмерный, кондитерский или ювелирный магазин. Краситься Марте ещё рано. Мало ли что она по этому поводу думает? Одним тортиком тут не откупишься. Несоразмерная ценность подарка на фоне остальных сестёр. Придётся купить этой «сороке» блестящее колечко. Тем более, я близко знаком с дочерью одного ювелира, которая сможет подсказать, что нужно брать? Не сильно обременительное для кошелька. Пусть отрабатывает просмотр полуголых мужиков. Немного подумав Марта милостиво согласилась. Сделав вид, что с неохотой. Через силу. Поставив условие, что выбирать будет она, а я оплачивать. И одно другого не исключает. Билет в парк аттракционов чтоб тоже был!

Чем ближе становился час Х, тем сильнее меня одолевали сомнения. Правильно ли я поступал? Не ошибся ли? Сбудется ли всё то, что предсказывал Оракул или окажется лишь плодом разыгравшегося воображения? Одной из вероятностей уже изменившегося будущего, не более того. Как бы ни было тяжело принимать решения, ещё труднее, оказывается, убеждать в их правильности других. У меня ведь не было доказательств, что всё так и будет. Впрочем, отступать уже поздно. Процесс подготовки к спасению, ещё не похищенной, «принцессы» уже запущен.

Найдя на перемене Юмерию Смит, для этого даже не пришлось стараться, вежливо поздоровался.

— Привет.

— Это ты мне? — удивилась девушка, с которой я ещё не был лично знаком.

Видел, здоровался, но и только.

— Да. Ты же из клуба журналистики, верно? — изобразил лёгкую неуверенность.

— С утра ещё была, — улыбнулась Юмерия.

— Меня зовут Йохансон. Но ты, наверное, уже знаешь. Приходила на наши тренировки в клуб силового фехтования. Могу ли задать тебе нескромный вопрос?

Юмерия как-то странно на меня посмотрела. Ответила не сразу.

— Попробуй. Но предупреждаю сразу, телефон не дам, размер груди не назову, люблю фисташковое мороженое и кино про суперагентов. По зодиаку, стрелец.

Теперь уже я опешил от её слов, не зная как на них реагировать.

— Учту. Слушай, как и многие другие журналисты, ты, случайно, не увлекаешься расследованием подозрительных, «стрёмных» историй, связанных со знаменитостями?

— Случайно, увлекаюсь. А что? — заинтересованно склонила голову набок.

— Хотел попросить тебя кое-что проверить. Найти для меня информацию. Видишь ли, — настороженно оглядевшись по сторонам, убедившись, что нас никто не подслушивает, придвинувшись ближе, продолжил доверительным тоном, — мне кажется, за мной следят.

— Да ты что? — «поражённо» ахнула девушка. — Кто?

Достав из кармана, качественно выполненный простым карандашом, портрет, передал девушке. С некоторым сомнением и опаской Юмерия развернула альбомный лист. Увидев незнакомого ей лысого мужика, с татуировкой змеи на шее, незаметно расслабилась.

— Не знаю, что за мужик, — поделился опасениями, — но я несколько раз замечал его неподалёку. Там, где ему явно не место. При взгляде на этого человека, у меня по спине холодные мурашки пробегали, — наглядно постарался показать, насколько сильно. — Судя по ощущениям, неприятный и опасный тип. И он точно замыслил что-то недоброе. Знаешь, бывает такое предчувствие, когда кажется, что вот-вот произойдёт что-то плохое. Так вот, оно у меня, в те моменты, возникало. Наверняка этот подозрительный тип и сейчас «трётся» где-нибудь рядом со школой. Ты не могла бы выяснить, это у меня разыгрались беспочвенные страхи или с ним действительно не всё так просто? Не хотелось бы обращаться в полицию только за тем, чтобы потом выяснилось, что он обычный уборщик, репортёр или кто-то вроде того. Приносить извинения. Выглядеть глупо. Показаться каким-то нервным паникёром, шарахающимся от собственной тени. Поможешь? — попросил с надеждой во взгляде.

— Почему ты обратился именно ко мне? — удивилась Юмерия, задумчиво рассматривая портрет.

— А к кому ещё? Доказательств-то его злого умысла у меня нет. Ничего, кроме предчувствий и опасений. Моих одноклассников он может знать в лицо. Собственной службой безопасности я не располагаю. Нанимать частных детективов, ну как-то, — неуверенно замялся, — чрезмерно. Тебе же это будет и развлечением, и работой, и практикой. Три в одном. Глядишь, в процессе какой-нибудь интересный материальчик настрочишь. Всем будет хорошо. Только об одном прошу, никому об этом не говори, — приложил палец к губам, вызвав очередную загадочную улыбку Юмерии.

— Договорились. Посмотрю, что можно сделать. Но, ничего не обещаю, — предупредила сразу, чтобы не показаться слишком заинтересованной. — Если что-то выясню, сообщу.

Через некоторое время, сидящий в фургоне мужчина в свитере, глядя на присланный ему портрет, выведенный на монитор компьютера, позвонил напарнице.

— Агент Ю, это Агент К. Я провёл сравнительный поиск фотографии предполагаемого сталкера по нашим базам. Это реальный человек. Зовут Жак Дювалье. Гражданин Франции.

— Правда? — удивилась Юмерия, считавшая историю Йохансона выдумкой, так как этого мужика раньше не видела.

А должна была, если бы он в самом деле следил за Йохансоном.

— И кто он? Газетчик, мусорщик, случайный прохожий? Или новый сосед?

Агент К не поддержал её шутливый тон.

— Бывший лейтенант Французского иностранного легиона, с позором выгнанный из армии. В нашей базе указан, как свободный наёмник. Замечен в связях с экстремистскими организациями. Преступник, разыскиваемый в некоторых странах за совершение особо тяжких преступлений. У нас наследить ещё не успел, но, судя по биографии, это пока. Среди прочих его прегрешений есть и убийства, и похищения людей. Согласно отчёту пограничной службы, пару месяцев назад прилетел в Лондон по туристической визе. Где находится сейчас, неизвестно. Страну не покидал. Отмечен, как объект, представляющий повышенную опасность.

— Интересные прохожие попадаются на глаза нашему мальчику, — девушка стала заметно серьёзнее. — С учётом недавнего приглашения в посольство Франции, со всеми его странностями и участившимися из-за пролива интернет-запросами по Святой Анне, что-то мне эти совпадения не нравятся.

— Мне тоже. Сообщу наверх, пусть займутся этим вольным стрелком. Возможно, придётся переходить на усиленный режим работы. Он мог прилететь не один. Пусть готовят команду прикрытия. Мы уже потеряли одну группу из-за китайцев. Не хватало потерять вторую, из-за французов. Будь осторожна.

— Принято. Всегда мечтала ходить в школу с пистолетом и в бронежилете. Эх, где мои семнадцать лет? — сокрушённо вздохнула Юмерия, вызвав улыбку у Агента К.

— А разве тебе сейчас не семнадцать? — подколол напарницу.

На сегодняшнюю «особую» тренировку, прямо перед выходными, первую после прорыва на новый ранг, пригласил только Маргарет Бедфорд и Ивон Виардо. Не уверен, что всё пройдёт, как и прежде. Нужно быть втройне осторожным. Раскрывать свой нынешний ранг я пока не собирался. На всякий случай заранее извинился за возможные неудобства или сложности, сославшись на последствия поединка с Майерсом. К тому же, ещё не опробован новый комплект силового снаряжения, выданный госпожой Чамар, которая в нём что-то подкрутила, добавила, выкинула лишнее, заявив, что теперь «одёжка» должна прийтись впору. Жалобы не принимаются. Обмену и возврату она не подлежит. В случае повреждения…, лучше мне не знать, что тогда произойдёт.

Тренировка привела к ошеломительным результатам. Её эффективность, да и не только она, сильно возросла. Настолько, что в этот раз Ивон и Маргарет едва не пришлось откачивать. Делать им искусственное дыхание. Давить на грудь. Раздевать, возможно. Спасатель из меня не очень опытный. В таких ситуациях ещё не оказывался, поэтому слегка растерялся. Однако, слава богу, всё обошлось. Даже не представляю, как бы тогда оправдывался. Хотя от таких ярких впечатлений, наверное, не отказался бы. Если бы был уверен, что с ними всё в порядке.

От переизбытка энергии девушки очень близко приблизились к определению полыхнуть, как спички. Со взаимной синхронизацией творилось что-то совсем уж чудное. Я, внезапно, начал управлять сразу тремя телами как одним целым, с сохранением полного спектра ощущений каждого из них. Наши мысли перемешались в какую-то кашу. По признанию, сильно перепугавшихся, девушек, в тот момент они были полностью отстранены от управления всеми процессами, превратившись в беспомощных наблюдателей, которых я мог ментально «выпотрошить». Настойчиво попросили, больше так не делать. Очень настойчиво! Если бы я ещё знал, как?

В процессе слияния наших сознаний снова словил длительные флешбэки из прошлого Виардо. Ох уж эта загадочная француженка. Больше не буду играть с ней в такие игры. Пожалею свою бедную психику. У меня с Виардо точно какая-то аномальная совместимость А-полей. Опять из-за неё всё пошло кувырком. Я словно бы ещё несколько лет прожил во Франции, где улучшил навыки по кулинарии, игре на пианино и фортепьяно, а также умению разбираться в женской моде. Особенно в белье. Твою же мать! И её тоже. Мадам Луиза, что вы со мной делаете? Существенно подтянул знания по математике и экономике. Особенно по работе банковского сектора. Обзавёлся новыми друзьями, которые об этом не знают.

В это же время, две жертвы моих безумных экспериментов, примерили детские штанишки маленького Эрика. Стыдно-то как. Теперь всю ментальную защиту от двустороннего обмена воспоминаниями придётся выстраивать заново. Придумывать что-то новое, более хитрое и надёжное. Этак скоро создам совершенную защиту от вторжения в свой разум. Пригодится, если вдруг наткнусь на какого-нибудь специалиста, умеющего делать то же самое, что и я. Взламывать чужие мозги.

Если Маргарет уже знала об эффекте обмена воспоминаниями, то для Виардо подобная новость оказалась шокирующей. Пришлось с ней объясняться. Признаваться в том, что… произошло то самое, о чём она подумала. Видел, знаю, понимаю, сожалею и раскаиваюсь. По-другому это не работает. И с каждым партнёром по «особой» тренировке это бывает по-разному. В чьё-то прошлое вообще не могу попасть. У кого-то задеваю его краешком, а с Виардо, слияние напоминает падение в колодец, с которым нельзя ничего поделать. Разумеется, всё, что таким образом узнал или увидел, становится нашим общим секретом. Деньги с её счетов воровать — не собираюсь. Раскрывать конфиденциальную информацию — не планирую. Если хочет дать по морде, сопротивляться не буду.

Благодаря присутствию Маргарет, находившейся в той же ситуации, более-менее обошлось без скандала. Однако Виардо предупредила, что теперь внимательно будет за мной следить и если что, позволю себе хоть намёк на лишнее слово, хоть кому-то, то обо всём сообщит папе, у которого дома есть ружьё и он умеет им пользоваться. А ещё, на него работает много опасных людей. Я уже должен это знать. И бояться! Утром и вечером. В обед, так и быть, могу поесть спокойно.

Хорошо, что подсмотренные воспоминания касались только далёкого детства, а не ближайшего прошлого, иначе бы всё стало гораздо сложнее. В том числе, повлияв на её готовность смириться с произошедшим. То, что я видел намного больше и ближе к текущим событиям, чем думала Виардо, благоразумно не сообщил.

Обстановку не то чтобы разрядила, скорее добавила ей фокусов внимания, неловкая Цзя Тинг. Она принесла чаю, поднос с которым «случайно» опрокинула, слегка запачкав одежду француженки. Принеся ей тысячу извинений с покаянными поклонами, китаянка отвела её в душ. Пообещала немедленно почистить испачканную одежду, выдав взамен новую. Свою, которую ещё ни разу не одевала. Благо размеры девушек совпадали.

То, что в ней спрятан крохотный маячок, предупреждать не стала. Ради её же блага. После ухода, пребывающей в смятённых чувствах, француженки, которой нужно было время, чтобы всё обдумать, успокоиться, найти в произошедшем не только минусы, но и плюсы, Маргарет осталась. Сохраняя странное выражение лица и подозрительно себя ведя, капитан дождалась, пока Тинг вернётся к себе в комнату. Чтобы удостовериться в этом, даже за дверь выглянула. Убедившись, что мы одни, быстро вернулась и села очень близко, заставив напрячься. Вспомнить сцену из одного фильма, от которого у меня ускорилось сердцебиение.

— Ты что-то хотела? — натянуто улыбнувшись, спросил у пугающе серьёзной девушки, посмотрев на её губы.

Морально готовясь к тому самому. Боясь оплошать.

— Да. Много чего. Признавайся, — прищурилась, — ты ведь уже не рыцарь, верно? Если на прошлой «особой» тренировке я чувствовала перед собой пустоту, то теперь вновь ощутила течение энергии. Как тогда, когда находилась в ранге оруженосца. Перед прорывом. Это значит, что ты вновь превосходишь меня в ранге, — вернула меня к реальности.

Об этой возможности я уже думал, но уверенности не было. Теперь есть. Выходит, с рыцарями, без угрозы раскрытия, подобным образом лучше не взаимодействовать. Учту. А с латниками и ополченцами, скорее всего, полноценно уже не получится. Разрыв в мощности А-полей слишком велик, а значит, для них смертелен. Хорошо, что успел вытянуть Ханну до кавалериста. Да и с ней гарантии, что всё пройдёт хорошо, уже нет. А после проверки на Маргарет и Виардо, теперь ещё и уверенности.

— Есть такой «недостаток», — неохотно признался, заметил об этом с иронией. — Надеюсь, ты никому о нём не расскажешь? — прикинулся невинным, робким мальчиком, сбрасывая нервное напряжение, от едва не совершенной ошибки.

Пытаясь его замаскировать.

— Можешь быть уверен, — взволнованно усмехнулась Маргарет. — Даже для моего отца это немного… чересчур. Ты в курсе, что, в случае раскрытия такой информации, автоматически попадаешь в национальный рейтинг сильнейших операторов А-поля? Имеющих особую важность для нашей страны. Рыцари в нём тоже есть, но им уделяется чуть меньше внимания. Из областного рейтинга в национальный попадают только самые выдающиеся из нас. Как Райан Майерс. Начиная с кавалериста, каждый последующий прорыв становится всё труднее и опаснее. С возрастом ситуация только ухудшается. Поэтому, столь быстрый взлёт, от простого ополченца до паладина, вызовет много вопросов. Например, остановится ли он на этом или продолжится? Боюсь даже представить, какое тогда внимание привлечёт твоя персона. И равные ему ожидания, — дополнила, сделав на этом акцент. — А с учётом того, что ты способен передавать свои способности окружающим, так и вовсе, для многих, превратит в мишень.

— Догадываюсь, — сокрушённо кивнул, прощаясь с мечтами о тихой, спокойной жизни… вне бункера.

По крайней мере, в больших городах, под своей фамилией.

— И правильно делаешь. Постарайся больше не заниматься «призывом драконов» с рыцарями, которым не доверяешь на все сто процентов. Вроде меня, — вложила в эту фразу многое, чем вызвала у меня большое облегчение и благодарность. — Полагаю, что и для них он теперь будет сопряжён с повышенной опасностью. Заметно отличаясь от предыдущего опыта. Тут уже затрагиваются качественные изменения энергетики, а не количественные. На себе почувствовала, чуть не став пучеглазым «головастиком». Мог бы об этом предупредить. Ах да, не мог, — задумчиво признала Маргарет. — Поздравляю новую легенду школы Святой Анны, — перейдя на официальный тон, уважительно склонила предо мной голову.

— Спасибо. Но не придавай этому столько значения. Мы же друзья, — смущённо рассмеялся, чтобы развеять ощущение неловкости.

— И даже больше. После того, что ты видел в моём прошлом, братик, — шутливо улыбнулась, с благодарностью приняв просьбу сохранить простоту нашего общения. — Но кое-чему я всё же обязана уделить чуть больше внимания, — протянув руку, взяла меня за воротник.

Крепко сжав пальцы, притянула к себе поближе. Её голос приобрёл угрожающую интонацию.

— Во время слияния сознаний я случайно перехватила несколько твоих мыслей, которые проскочили мимо Виардо. Окрашенных в оттенки тревоги и сочувствия. Что значит «жаль, что её собираются похитить»? «Похоже, опять придётся убить человека». «Я не допущу этого». «Скоро всё закончится». Что закончится? Только обойдись без вранья. Я была с тобой искренна, ответь тем же. Иначе сверну шею и скажу, что так и было. Случайно упал и ударился головой об угол стола, — пристально вгляделась в мои глаза, отслеживая появление даже мельчайшего намёка на ложь.

Леди Бедфорт страаашная. Она была совершенно серьёзной в своих словах. Возникло стойкое ощущение того, что сейчас самое время раскрыться. Что это будет правильным решением. Своей интуиции я привык доверять.

— Мне стало известно о том, что Виардо собираются похитить и, вероятнее всего, в дальнейшем убить. Из-за чего-то, связанного с делами её семьи. Предполагаю, ради шантажа. Доказательств у меня нет. Источник этой информации раскрыть не могу. Слишком уж он неоднозначен и сомнителен. Звонить в полицию пока рано, так как преступление ещё не совершено. Пугать Виардо не хочу, чтобы она не наделала глупостей. Не изводила себя напрасными переживаниями. С помощью друзей и кое-каких связей, сейчас делаю всё, чтобы в случае, если её действительно похитят, вызволить нашу подругу. Постаравшись не раскрывать своего участия в этом мероприятии. По ряду причин. Одну из которых ты уже знаешь. Можно, конечно, попробовать предотвратить похищение, но боюсь, что в таком случае его совершат позже, другие люди. О которых, на тот момент, я ничего не буду знать. Как-то так, — сделал краткое признание.

Бедфорд, нахмурилась, обдумывая мои слова.

— Хорошо, что тебе не безразлична судьба Виардо. Плохо, что ты пытаешься помочь ей в одиночку, не доверяя другим людям. Чем можешь больше навредить, а не принести пользу, — сделала выговор.

— Не в одиночку, — возразил, отчасти находя её слова справедливыми. — Я знаю, что делаю. Поверь мне.

— Допустим. Значит, те странные слова были сказаны не просто так? Перед тем как школьная медсестра отвезла тебя в больницу. Да и встреча с террористами, награда от МВД, загадочные трейлеры в подвале, куда другим школьникам закрыт доступ, некоторые оговорки и специфические умения, кажутся теперь ещё более подозрительными. Неужели мисс Фаулер права? — испытывающее на меня посмотрела.

— Понятия не имею, о чём ты.

— Ну-ну, — отпустила мой воротник, заботливо его расправив. — Больше никаких сомнительных дел с членами моей команды у меня за спиной, лейтенант, — в её голосе звякнула сталь. — Рассказывай, что задумал предпринять по поводу возможного похищения. Не одному тебе небезразлична судьба Виардо. Кстати, когда оно должно произойти? Ориентировочно.

— Сегодня вечером. Чтобы её как можно дольше не хватились.

— Тогда, что мы сидим?! — всполошившаяся Маргарет тут же вскочила на ноги.

— Не волнуйся. Всё идёт по плану, — постарался её успокоить. — Нам нельзя действовать опрометчиво.

«И нарушить ту линию событий, которую я знаю», — мысленно добавил.

— Пошли, — спокойно встав, поманил её за собой.

В коридоре меня уже дожидалась Тинг, для которой новость о том, что леди Бедфорд пойдёт с нами, оказалась неожиданной. Девушки обменялись настороженными взглядами, не став на эту тему ничего говорить. Явно не доверяя друг другу.

Получив от служанки подтверждение, что путь свободен, отвёл Бедфорд в школьный класс информатики, в котором запер нас троих дубликатом ключа. Предупредил её, что, возможно, нам придётся остаться здесь надолго. Если Маргарет нужно вернуться домой, пусть сообщит родным, что заночует у подруги. Не став раздумывать девушка так и сделала. Доверившись мне.

— Присаживайся за компьютер. За любой. Прости, свет включать нельзя, иначе нас заметят с улицы. Ты уже здесь? — спросил у камеры безопасности, установленной в углу класса, под самым потолком. — Экраны всех компьютеров засветились одновременно, показав заставку с логотипом Белого кролика.

— Да. Добрый вечер. Гоблин. Капитан. Удивлена, что вы вместе, — появилась текстовая строка в открывшемся, на фоне этого логотипа, чате.

— Идеальных планов не бывает. Пришлось вносить коррективы, — пояснил вслух, прочитав сообщение. — Рад тебя… даже не знаю, пусть будет, видеть. Читать, звучит как-то пошло. Как дела? Как настроение?

Несколько минут посвятил беззаботному общению с Белым кроликом, на общие темы, не касающиеся важных вещей. Судя по тексту, ей это развлечение определённо понравилось. Создавало иллюзию нормальных отношений. Мы напоминали двух друзей, что свободно общались в чате. С односторонней видимостью. Прямо как на стриме. Раз уж ей доставляла удовольствия эта игра, почему бы не пойти навстречу? Тем более человеку, который делает для тебя важное дело.

Заметив, что происходящее несколько злит напряжённую Маргарет, не понимающую, что тут происходит, Белый кролик, словно специально, принялась над ней подшучивать, умышленно затягивая это легкомысленное общение. Пока не попросил её перестать доставать капитана.

— Это наш информационный центр, — раскрыл Маргарет причину прихода в этот класс. — Охрана думает, что он пустой. Все линии связи перехвачены. Камера показывает нужную нам картинку. Поэтому отсюда мы можем спокойно контролировать ситуацию. Кролик, покажи, где сейчас Виардо?

На одних экранах появились карты разных районов города, на других, сигналы с городских камер видеонаблюдения, на третьих, какие-то схемы и здания. Видимо, Белый кролик, как и обещала, всё же взломала городскую систему безопасности дорожного движения.

На одной из карт, после приближения, замигало красное пятно, помеченное маркером — Виардо. Поблизости от него появилось два зелёных треугольника, с пометками — В-1 и В-2. Плюс, пять маленьких, жёлтых квадратиков, рассеянных по округе, с цифрами, от одного до пяти.

— Красный кружок, Виардо. Я прицепил к её одежде маячок. Зелёные треугольники, мобильные группы наблюдения, — объяснил Маргарет, показывая на карту. — Жёлтые квадраты, дроны. Сегодня днём мои знакомые расставили их по крышам в том районе, где Виардо снимает квартиру.

Леди Бедфорд была приятно впечатлена таким подходом к делу. Одарила меня уважительным взглядом. Ожидала чего-то более простого и детского. За два последующих часа наблюдения за француженкой, она успела изрядно заскучать. Боялась отвлечься, чтобы не пропустить что-то важное. В результате у неё затекла спина и шея. Устали глаза. Это только в кино всё происходит очень быстро. Достаточно сесть за компьютер, чтобы запустилось дальнейшее развитие сюжета.

Я же время потратил с большей пользой. Не захотел вместе с ней напряжённо пялиться в монитор, впустую расходуя силы, которые мне ещё пригодятся. Предпочёл развлекаться с Белым кроликом. Играл с ней по сети в мобильную РПГ, предназначенную для совместного прохождения. Параллельно обмениваясь шутливыми репликами. Обсуждая процесс. Обмениваясь вещами. Соревнуясь. Долго такая идиллия продолжаться не могла. Случилось то, что должно было случиться.

Виардо зачем-то пошла в магазинчик, расположенный неподалёку от её дома. По пути девушке нужно было пересечь небольшой проулок, зажатый меж двух домов. Именно в этот момент, проезжающий мимо, микроавтобус, на несколько секунд притормозив напротив, быстро умчался вдаль. Но перед этим из него успели выскочить двое мужчин, с похвальной сноровкой схватить, не успевшую опомниться, Виардо и тут же затащить её в свою машину. Всё произошло очень быстро, не оставив свидетелей происшествия. Там и камер-то не было. Точнее, не должно было быть, если бы пару дней назад, один подозрительный китаец, со стремянкой, не установил за кондиционером скрытую камеру, направленную как раз в то место, где только что похитили Ивон. Благодаря удачному ракурсу, полностью всё заснявшую.

Увидев, что произошло, леди Бедфорд сильно встревожилась.

— Её действительно похитили. Вот же сволочи!

— Согласен, — решительно оборвав игру, попросил Белого кролика подготовить файл к отправке.

Обрезав всё лишнее. На вопрос «кому?», заданный Маргарет, с улыбкой ответил.

— В полицию. Там быстро определят личность похищенной девушки с помощью системы распознавания лиц. Объявят план Перехват, чем заставят похитителей срочно искать убежище. Не дав им выбраться из города. По моим данным, они прослушивают полицейскую частоту, так что сразу обо всём узнают. Избавиться от Виардо не посмеют, пока не выполнят заказ. Репутацией наёмники их уровня весьма дорожат. Поскольку ребята это серьёзные, то у них заготовлено несколько запасных укрытий. Для того, чтобы узнать, какое именно выберут, мы и используем дроны, вместе с мобильными группами, — объяснил, подражая манере мисс Фаулер проводить брифинги.

— А дальше? — поторопила меня леди Бедфорд.

— А дальше, ночью, как только они ослабят бдительность, мы спасём заложницу, натравив на похитителей Имперскую службу безопасности. Она этими ребятами уже интересуется. А то ещё разбегутся, ходи потом, остерегайся непонятно кого. Пусть сами ищут их заказчиков и сообщников. Обеспечивают безопасность учеников Святой Анны. Это не наша работа. Только для этого мне придётся незаметно покинуть школу, устроив небольшой маскарад.

— Зачем? — не поняла Маргарет.

— Потому что ISS (Imperial Security Service) предполагает, что похитители нацелились не только на Виардо, но и на Йохансона, — подсказала всезнающая крольчиха. — Из-за чего следят только за ним. Виардо они в расчёт не принимали.

Всё произошло именно так, как я и описывал. Узнав о том, что их ищут, похитители прибегли к резервному плану, затаившись в одном из офисных зданий, закрытом на ремонт. Там уже неделю шла перепланировка, затянувшаяся из-за возникших у заказчика серьёзных финансовых трудностей. Поскольку бесплатно строители не работали, внутренние отделочные работы были остановлены на неопределённый срок. Пока пройдут суды и найдутся деньги, этому зданию предстояло пустовать ещё месяц, а то и дольше. Всю эту информацию оперативно раскопала в сети Белый кролик, вместе с планами нужного нам здания.

— Отвернулась бы, что ли, — попросил Маргарет, доставая из, поданного Тинг Цзя, пакета женскую форму школы Святой Анны

К ней прилагался парик из длинных, тёмных волос и сумочка.

— Ты тоже, — строго посмотрел на камеру, зная о том, что Белый кролик прекрасно меня слышит.

Вряд ли это поможет, но не делать же вид, что её с нами нет? Что я не принимаю Белого кролика за живого человека. Даже если отвернётся, где-то там, перед своим компьютером, то запись, несомненно, сделает. Пускай. На эту жертву придётся пойти. Надеюсь, позже её в сеть не сольёт.

— Ну как мне? — поинтересовался у Маргарет.

Придирчиво оглядев меня, вынужденно признала.

— Хорошо. От девушки, при плохом освещении, не отличить.

— Сомнительный комплимент. Ладно. Слушай, что нужно сделать. Сейчас Белый кролик поможет мне покинуть школу. Через десять минут, после того, как выйду из класса, позвони мисс Фаулер и спроси, не знает ли она, где я нахожусь? Потом обзвони членов нашей команды, с тем же вопросом. Скажи, что мы договаривались встретиться, чтобы обсудить важные вопросы. Я обещал, что непременно приду, но куда-то неожиданно пропал. Трубку не беру. В общежитии не появлялся. Тинг это подтвердит. Уверяю, ISS узнает об этом практически сразу. После чего дождись утра и всё станет, как прежде.

— Как прежде, уже не станет, — пообещала леди Бедфорд. — Ты поедешь к Виардо? Хочешь поработать приманкой? — догадалась сообразительная девушка.

Выглядя обеспокоенной.

— Что-то вроде. Проконтролирую на месте, чтобы с ней ничего не случилось. Если хочешь, можешь оставаться здесь. Наблюдать за происходящим со стороны. С помощью дронов. Не волнуйся, ISS прекрасно умеет разбираться с плохими парнями и освобождать заложников. Когда им это нужно.

— А нельзя просто отправить им нужный адрес? — не одобрила мой авантюризм.

— Тогда появится слишком много «если». Я уменьшу их количество, минимум, вполовину. Да, кстати, не забудь несколько раз позвонить на мой телефон. Он лежит в общежитии. И если кто-то по нему ответит, буду сильно удивлён.

После ухода Йохансона, глядя на часы, Маргарет всё ещё не была уверена в том, что поступала правильно. Её мучили сомнения, переживания, всё новые и новые вопросы, переполняющие, и так забитую «всяким», голову. Это только внешне она выглядела спокойной, уверенной в себе девушкой. Внутри же всё было совсем не так.

Основной причиной, повлиявшей на решение довериться Йохансону, послужила та часть воспоминаний, которую удалось выудить у него из головы. Стараясь действовать осторожно, чтобы не попасться, Маргарет собирала компромат на случай, если Эрик поступит по отношению к ней подло. Да и, в чём не хотела признаться, из желания узнать его получше. Понять, что он за человек? Развеять свои страхи. Убедиться, что можно и дальше перед ним раскрываться. Что ничего страшного из-за этого не случится. Девушка не была настолько легкомысленной особой, чтобы не придавать значения тому, чем они занимались. Не каждый решится делиться чем-то глубоко личным с малознакомыми людьми.

Пока Йохансон успокаивал, узнавшую правду, Виардо, которой только предстояло пройти тот же путь раздумий и сомнений, прежде чем принять какое-то решение о том, как к ней отнестись, Маргарет успела взять себя в руки. Не выдать охватившего её сильного потрясения от увиденных картин, глубоко тронувших девушку. Поднявших настоящую бурю противоречивых эмоций. Неудивительно, ведь они были напрямую с нею связаны.

Она увидела сцену из кафе, где Эрик завтракал со своим другом. Когда несколько кретинов, что случайно услышали их разговор по телефону, оскорбили Маргарет. Нелицеприятно о ней отозвались. Как он решительно вступился за честь девушки, устроив безрассудную драку прямо там, в кафе, невзирая на последствия. Как в другой раз и в другом месте, состоялся его разговор с Эриком Перри. Опять же, закончившийся дракой. По той же причине. Что именно произошло между Йохансоном и её братом на турнире мечников. Маргарет наконец-то узнала причину того конфликта. Услышала неприятный для себя разговор. Было множество и других, более мелких, незначительных моментов, где он каждый раз рьяно вступался за Маргарет, о чём ни разу даже не намекнул самой девушке. Делая это не ради награды или похвалы.

Оценила она и его бескорыстный порыв броситься защищать Виардо, рискуя своей жизнью. Не ограничившись банальным звонком в полицию, спихнув на них всю ответственность. Заняв выжидательную позицию, успокаивая совесть тем, что, якобы, сделал всё возможное. Он устроил ради спасения Виардо целую спецоперацию, не побоявшись ни преступников, ни ISS, ни угрозы уголовной ответственности. На вопрос, достоин ли её доверия такой человек, как Йохансон, Маргарет нашла однозначный ответ.

Увидев, что время вышло, она без колебаний сделала первый звонок. Из-за искреннего переживания за Ивон и Эрика, голос Маргарет был полон неподдельного беспокойства, добавив её словам правдоподобности.

— Агент Ю, у нас ЧП! — только Юмерия нажала кнопку — «принять звонок», как в наушнике тут же раздался встревоженный голос напарника.

— Что случилось? — недовольно проворчала девушка, закрывая кран с водой.

Похоже, принять ванну ей не удастся, что не могло не огорчать.

— Йохансон пропал.

— Найдётся. Куда он с острова денется?

— А ещё, — напарник не обратил внимание на её ехидное замечание, — сорок минут назад на камерах дорожного контроля засветился Жак Дювалье, который вместе с неустановленным лицом похитил Ивон Виардо. Напал прямо на улице, насильно затащив в машину. Полиция их уже ищет. Пока безрезультатно. Напомню, пару часов назад она вместе с Йохансоном и Бедфорд задержалась в школе Святой Анны. После этого парня никто не видел.

— А Бедфорд? — напряглась Юмерия, отбросив лишнее, переходя сразу к делу.

— Всё ещё в школе. Именно Бедфорд подняла тревогу, сообщив о пропаже Йохансона. Сейчас обзванивает одноклассников. У них была назначена встреча, на которую он не явился. В общежитии Йохансона нет. Дома тоже. Агент, что должен был следить за общежитием, из-за расстройства желудка был вынужден покинуть свой пост. Этот кретин принял угощение от какой-то школьницы, подсунувшей ему сэндвич со слабительным. Позже капитан забьёт ему в одно место затычку. Сейчас не это главное. Быстрее выходи на стоянку. Выезжаем на патрулирование городских районов, ближайших к месту похищения Виардо. Нельзя исключать версию, что эти события между собой связаны. Группа огневой поддержки тоже туда выдвигается. Будем действовать по ситуации.

— Как у вас обстановка? — поинтересовался, заходя в маленький туристический микроавтобус, арендованный на один день.

Повернувшийся ко мне мистер Кристофер, рядом с которым сидела Брина Вилсон, приветливо кивнул.

— Добрый вечер. Пока всё по плану. Они не стали устраивать с полицией погоню со стрельбой. Спрятались в пустующем здании, заняв первый этаж. Свет выключен. Жалюзи закрыты. Полагаю, собираются дождаться утра, сменить машину и вместе с плотным потоком автотранспорта проскочить в сторону пригородов.

— А где сейчас Ивон?

— Согласно сигналу её маячка, заперта в кладовой, в юго-западной части здания. На первом этаже.

Мистер Кристофер, одетый в чёрную, типовую форму сотрудника охранных фирм, продающуюся в любом специализированном магазине, развернул ко мне лежащий на сиденье ноутбук, на который был выведен план здания, присланный Белым кроликом.

— Удалось узнать, сколько всего преступников? — постарался запомнить чертёж.

— Не меньше четырёх. У одного, судя по тому, как на нём сидит пиджак, надет пояс силового снаряжения. Кто он, тяжёлый техно-пехотинец или оператор мобильной брони, сейчас сказать сложно. Изначально преступников в машине было трое, но, когда они сюда приехали их уже встречал сообщник. Возможно, в здании был ещё кто-то, кроме него.

Посмотрев на Брину, рядом с которой лежал длинный футляр, сделал логичный вывод.

— Снайпер в этой ситуации не пригодится?

— Да. К сожалению, вокруг тесная, высотная застройка. Первый этаж с ближайших крыш не просматривается. Вламываться в соседние заведения и офисы, как понимаешь, глупо. Можем поднять тревогу.

— Значит, придётся действовать грубо. По третьему варианту.

— Уверен? — посмотрел мне в глаза мужчина, сохраняющий профессиональное спокойствие.

Для того, чтобы определить степень моей готовности и серьёзности. Всё же не в детские забавы собирались играть.

— Да.

— Как скажете, мистер Йохансон, — его успокоило то, что он в них увидел.

Брина подала кейс с силовым снаряжением, которое я, как можно незаметнее, разместил под одеждой. Кристофер натянул на лицо гоночную маску, с разрезом для глаз. Взяв в руки игрушечный пистолет, по виду, не отличающийся от настоящего, усмехнулся.

— Это самый бредовый план, в котором мне доводилось принимать участие. Безумно наглый и изобретательный, а потому вполне рабочий. Эти ребята к такому точно не готовы.

Брина, тоже надев маску, пересела за руль. Заведя двигатель машины, направила её к задней двери нужного нам здания. Туда, где на приличной высоте завис дрон, ведущий съёмку. Убрав руки за спину, прикинулся связанным, испуганным подростком, одетым в хорошо заметную мужскую форму школы Святой Анны. От маскарада давно избавился. Сразу, как появилась такая возможность. Буду я ещё в юбке разгуливать по городу. Не дай бог, понравится.

Уперев мне в бок игрушечный пистолет, Кристофер изобразил ещё одного похитителя. Когда оказались на месте, выйдя из микроавтобуса, он быстро довёл меня до двери, в которую с силой забарабанил. Так казалось со стороны. На самом деле он останавливал руку, даже не дотрагиваясь до двери. «Слегка» надавив на неё невидимым А-полем, добился того, что замок вырвало из креплений. Проникнув внутрь, прикрыв за собой дверь, мы внаглую направились в сторону кладовой, где удерживали Ивон.

Не дойдя до поворота, наткнулись на одного из преступников, карауливших этот проход. Шедшего нам навстречу. Собиравшегося выяснить, что за подозрительный треск он только что услышал. Мужчина средних лет с короткой щетиной, был одет в гражданскую одежду. В коричневой куртке на молнии.

— Стоять. Вы ещё кто такие? — опешил преступник, увидев неожиданное зрелище.

— Спокойнее брат, свои. Вот, ещё одного щенка доставил. Пришлось повозиться, поэтому немного задержался, — дружелюбно ответил Кристиан, продолжая идти к нему.

Держа меня под прицелом, вынуждая идти перед собой.

— Какого хрена? Что значит, ещё одного? — растерялся мужчина, разглядывая меня, неосознанно положив ладонь на рукоять пистолета, заткнутого за пояс.

— А то ты не видишь? — удивился отец Брины. — Принимай подарочек, — грубо толкнул меня в спину, заставляя пробежаться в сторону противника, чтобы не упасть.

— Стоять! — потребовал встревоженный, судя по акценту, француз, но было уже поздно.

Оказавшись рядом с похитителем, я накрыл его своим А-полем, уменьшив его размер так, чтобы Кристофер не попал в зону поражения. Мгновенно увеличив мощность своего ужасающего, невидимого оружия, стараясь не перестараться, вовремя подхватил оседающего, обмякшего мужчину, чьи глаза тут же закатились. Вернув прежние показатели А-полю, кивнул отцу Брины, показывая, что всё в порядке, можно подходить. Убивать преступника я не планировал. Нужно же кого-то оставить для допроса.

Завладев настоящим оружием, передёрнув затвор, Кристофер почувствовал себя увереннее. Он остался контролировать коридор, ведущий к выходу, а я отправился вызволять Виардо.

По пути наткнулся ещё на одного преступника, сильно удивившегося тому, откуда здесь взялся, беззаботно разгуливающий по зданию, школьник Святой Анны? Вежливо поинтересовавшийся, — где здесь туалет? Разумеется, наёмник захотел меня захватить, чтобы разобраться — что здесь происходит? Откуда я взялся? Не позволяя подозрительному парню сбежать и поднять тревогу. Для чего подошёл непозволительно близко, успокоенный тем, как доверчиво и послушно я себя вёл. Выполняя все его требования. В результате ещё одна жертва коварства, по имени — «Я простой английский школьник», прилёг отдохнуть. Но перед этим он успел сообщить по рации о том, что встретил постороннего.

Третий преступник повёл себя совершенно иначе. Им оказался тот самый человек, владеющий силовым снаряжением. Он атаковал меня сразу, как только увидел. Уже не задавая дурацких вопросов, — кто ты и что здесь делаешь?

Такое ощущение, что в моё силовое поле ударило невидимое пушечное ядро. В ответ, действуя без раздумий, на автомате, применил силовой приём, который часто отрабатывал на тренировках. Будучи внутри фантомного доспеха. Запустил силовую волну, уплотнив её до предела. Человека, вместе с куском межкомнатной перегородки, размазало о капитальную стену, по пути к которой он проломил собой ещё одну гипсокартонную перегородку. Опрокинув строительную стремянку, вёдра и банки с краской, стоявшие рядом с ней. Сорвал занавеску из мутной плёнки.

Из-за поднявшегося грохота пришлось ускориться. За несколько секунд добежал до нужного помещения, почти по прямой, снося всё на своём пути. Ворвался внутрь в нужный момент. Не знаю, как так совпало, но за пять минут до моего появления один лысый извращенец захотел поразвлечься с похищенной девушкой, воспользовавшись удобным моментом. Пока стояло затишье и никому до них не было дела. Уж не знаю, от скуки ли, от больной фантазии, ради остроты ощущений, под воздействием наркотиков или ещё по какой причине. Может, прямо сейчас он и не стал бы её насиловать, пока не выполнен заказ, но вдоволь над беззащитной жертвой поиздеваться, облапать, попугать, унизить, ему бы ничего не помешало. В другой реальности.

В довольно просторной кладовке горел яркий свет. Испуганно дрожавшая Виардо, в разорванной одежде, чьи руки были скованы за спиной наручниками, сжавшись в углу в комочек, напряжённо смотрела на замершего посреди комнаты лысого верзилу, которого насторожил поднятый мною шум. Он успел трижды выстрелить в меня из пистолета, прежде чем силовое поле сдавило его в смертельных, костедробильных объятьях. Что-то противно захрустело в раздавленном теле, после чего кладовую забрызгало кровью. Опять придётся чистить форму. Или выкидывать. Я так скоро в ателье стану постоянным клиентом, заказывая её каждый месяц.

Стараясь не смотреть на мерзкое, жалкое зрелище, оставшееся от наёмника, прошёл мимо, снимая с себя пиджак. Накрыл им Виардо, загородив мертвеца.

— Ну вот и всё. Я же говорил, что он не успеет, — ласковым тоном успокоил изумлённую девушку, у которой на глазах выступили слёзы. — Прости, что задержался.

— Йохансон?! — отмерла Виардо, недоверчиво меня разглядывая.

— Ага. Он самый. Пришёл тебя спасать. Слушай внимательно. Закрой глазки. Сейчас я найду у этого упыря ключ и открою наручники. А затем…

В глубине здания раздалось несколько пистолетных выстрелов, после которых вновь наступила настораживающая тишина. Видимо, отец Брины выполнял свою задачу.

— … затем сыграем в маленькую игру, под названием — Мы в домике. Вызовем полицию и будем её дожидаться. В другой комнате, где почище.

Где ничего не будет напоминать Виардо о случившемся.

— Только перед этим обойду здание и избавлюсь от всех плохих парней, чтобы нам было спокойнее дожидаться наших спасителей, — заговорщицки подмигнул, выводя из того стрессового состояния, в котором она находилась.

После всех пережитых встреч с террористами у меня значительно повысилась стрессоустойчивость. Поэтому от звуков выстрелов я даже не вздрогнул. Попросив Виардо немного обождать с вопросами, отправился выполнять обещанное. Увы, похитителей больше не обнаружилось. Последнего подстрелил Кристиан. Даже как-то в них разочаровался. Всё вышло слишком просто и быстро. Хотя, наверное, такой и должна быть правильно проведённая спецоперация. Вот если бы противник успел подготовиться, всё могло бы обернуться иначе.

Сняв силовое снаряжение, передал его отцу Брины. Напоследок кивнув мне, он покинул здание. Через несколько секунд послышался затихающий звук быстро удаляющейся машины. Забрав у одного из преступников пистолет, с парой запасных обойм и телефон, нашёл нам с Виардо комнатушку, в которой мы закрылись.

— Почему мы не сбежали? — недоумевающе спросила девушка, больше не в силах молчать.

— А зачем? Нам бы всё равно пришлось общаться с полицией. Только время и силы потратим бегая, суетясь, рискуя встретить других преступников, если они есть. Придётся долго объяснять, кто мы и откуда. Что-то доказывать. Мне лень. А так нас скоро отсюда заберут, отвезут куда нужно, накормят, обогреют. Окружат заботой и вниманием. Будут забавно переживать, чтобы не пострадала наша ранимая, детская психика. Для чего натравят психологов. Лучше бы кинологов, с собаками. К сожалению, встречи с дипломированными психами нам всё равно не избежать, — объяснил, располагаясь поудобнее на рулоне мягкой подложки под ламинат.

Из таких рулонов тут целый штабель сложили. Зато есть где посидеть, на что облокотиться. Мягенько, тепло, сухо, насекомых нет, не понимаю, что ей здесь не нравится? Практически романтическая обстановка. Приглашающе похлопал ладонью рядом с собой.

— Можно тебя попросить? — сменил тему, обратившись с просьбой. — Если будут спрашивать, то меня тоже похитили. Только привезли чуть позже. Потом между преступниками началась какая-то грызня, закончившаяся перестрелкой. Они что-то не поделили и сами друг друга поубивали, а последний выживший, сбежал. Дальше мы покинули ту комнату и всё время прятались здесь. Силового снаряжения у меня не было. Моего друга ты тоже не видела. Хорошо? Выручишь?

— Да. Но зачем? — удивилась Ивон, опасливо посмотрев на дверь.

— Я хочу натравить на заказчиков твоего похищения кое-кого пострашнее, чем обычную городскую полицию, у которой мало возможностей расследовать дела, связанные с влиятельными гражданами другой страны, находящимися в ней же. Видишь ли, я почти уверен, что тебя похитили по заказу врагов твоего отца. Из-за каких-то ваших тамошних разборок. Наша полиция вмешиваться в них не станет. А значит, высок риск того, что эта ситуация повторится. Зачем нам такие приключения? Нет, ну если ты, конечно, хочешь, то я не против. Это даже бодрит. Заставляет держаться себя в тонусе, — принялся дурачиться.

— Откуда ты всё это знаешь? — Виардо стала подозрительной, не поддержав шутливый тон.

— У меня есть знакомые в спецслужбах. Но они твоим делом заниматься не захотят, без веской причины. Вроде моего участия в этом безобразии, — широко улыбнулся.

По телефону преступника позвонил в полицию, сообщив о том, что нас похитили неизвестные люди, но мы сумели от них сбежать и спрятаться. Пусть они поскорее приезжают и забирают нас отсюда. Где именно находимся? Понятия не имею. В какой-то комнате. Адреса дома не знаю. Окон в комнате нет. Выходить, нам страшно, — передал дрожащим голосом. В доме лежат трупы, а я их боюсь. В этот момент Виардо как-то странно на меня посмотрела.

Сидящая в своей уютной, маленькой, тёмной комнате, освещённой светом многочисленных мониторов и крохотных лампочек, под мерное жужжание систем охлаждения, Белый кролик, одетая в пижаму мультяшного рыжего медвежонка, с капюшоном и круглыми ушками, закинув ноги на стол, с довольной улыбкой размешивала в кружке горячий чай. Бросив ленивый взгляд на монитор, ненадолго застыла.

— А это ещё кто? — в её голосе послышалось удивление и беспокойство.

Из двух легковых машин, остановившихся у здания, где засели «заложники», выскочило несколько вооружённых людей, которые быстро забежали внутрь. Она бы не придала этому большого значения, если бы не узнала одного из них. Благодаря мощной оптике, установленной на дроне, Белый кролик как следует разглядела его лицо.

Сегодня, разыскивая информацию по похитителям, наткнулась на фото этого человека, запечатлённого на нескольких фотографиях, вместе с Жаком Дювалье. По происхождению, француза. Да ещё уроженца той же области.

— Оппа. А этого в планах не было, — убрала со стола ноги, отставив кружку в сторону.

Как назло, позвонить Эрику, чтобы предупредить об опасности, она не могла. Его телефон остался в общежитии. Всё, что придумала, это сделать анонимный звонок в полицию, сообщив о стрельбе по тому адресу. С не отслеживаемого номера, использовав программу синтезатора голоса.

В такие моменты отчётливо проявлялся недостаток Белого кролика, доставляющий ей массу проблем. Вызывающий сильное раздражение и злость, от ощущения собственной беспомощности. Тяжело видеть и знать недоступное другим. Понимать, что нужно сделать. Как повлиять на события, чтобы добиться поставленных целей. Желать этого. Но, не иметь такой возможности. До самого конца оставаясь лишь сторонним наблюдателем. В очередной раз терять что-то важное и ценное. Причём, на своих же глазах.

В памяти Белого кролика вновь всплыла та жуткая сцена из прошлого, что до сих пор преследовала её в кошмарах. Как она, будучи маленьким ребёнком, наблюдала за сценой убийства своих родителей, с экрана планшета, взломав камеру видеоняни, встроенную в детскую игрушку. Находясь далеко от того места, неспособная ничего изменить.

К сожалению, камер в том здании не было. Так что происходящее внутри оставалось для неё одним сплошным тёмным пятном. Чтобы не сидеть без дела, застыв в ступоре, Белый кролик лихорадочно принялась удалённо искать линии связи, которыми могли бы пользоваться преступники. Не забыла и про семейку Вилсон, скинув им срочное сообщение.

Ночной звонок разбудил месье Кардена, застав его в постели, с женой. Посмотрев на часы посол Франции в Лондоне с недовольством потянулся за телефоном, понимая, что раз его побеспокоили во внерабочее время, значит, так нужно.

— Алло. Тернье? — узнал голос своего личного помощника. — Что случилось? До завтра это подождать не может? Понял. Соединяй.

Услышав ответ, напрягся, сгоняя остатки сна. Приложив палец к губам, призывая, сонно заморгавшую, жену молчать, почтительно произнёс спустя несколько секунд ожидания.

— Да, господин министр. Нет. Всё в порядке. Вы меня не побеспокоили. Слушаю вас.

Став серьёзным, мистер Карден переговорил со своим начальником. После чего, попрощавшись, пообещав проследить за всем лично, принялся собираться.

— Что-то случилось — забеспокоилась его жена.

— Да. Какие-то недоумки из наших граждан устроили в Лондоне заварушку. Со стрельбой и захватом заложников. Сейчас местная полиция ведёт с ними переговоры.

— А ты здесь при чём? — удивилась женщина, уточнив, что имела в виду. — Прямо сейчас. Или они потребовали немедленно вызвать посла?

— Пока я понятия не имею, кто эти люди и чего они хотят, — проворчал озабоченный месье Карден, натягивая брюки. — Меня больше удивило другое. Откуда об этом, достаточно рядовом происшествии, произошедшем только что, узнал наш министр? Интересно, с чьей подачи он так засуетился, невзирая на неурочное время? Лично приказал срочно вмешаться в ситуацию, придавая ей большую важность. Да ещё потребовал обеспечить безопасность заложников, а не граждан нашей страны. Обещать этим кретинам всё что угодно, лишь бы они сдались, а потом пусть сами разбираются с местными спецслужбами. Оказав последним всю необходимую помощь. Подозреваю, дело тут совсем не в преступниках, а в захваченных ими людях.

— Кого они там захватили? — заинтересовалась жена этой странной историей.

Тоже решив встать с постели, чтобы посмотреть последние новости.

— Ты не поверишь, двух школьников. И обоих я знаю. А вот откуда их знает министр, большой вопрос. Всё, родная, я уехал, пока там не началась стрельба. А то местным воякам только дай повод, они целую войнушку устроят.

— Есть свежие новости? — Юмерия, с надетым бронежилетом и, болтающимся на цепочке поверх него, специальным опознавательным жетоном спецслужб, заглянула в просторный чёрный фургон.

Сняв наушники её напарник отрицательно покачал головой.

— Глухо. Наш переговорщик продолжает заговаривать им зубы, но ребята с той стороны далеко не дети. Те ещё матёрые волчары. На испуг их не взять. На жалость или совесть давить бесполезно. Упрямо стоят на своём. Требуют вертолёт и деньги. Заложников обещают отпустить только тогда, когда окажутся в безопасности, на территории Франции. Или же Испании. Конечную точку маршрута не называют. Если не примем их условия, угрожают убить школьников, а потом дорого продать свои жизни. Сдаваться не намерены. Понимают, сколько им светит. Поэтому, совсем не горят желанием провести остаток своих дней в тюрьме.

— А что насчёт предварительных условий? Мы им вертолёт, они нам одного заложника? Йохансона.

— Пробуем уговорить. Пока безуспешно.

— Агент Ю, агент К, — подошёл улыбчивый, короткостриженый мужчина в костюме, с таким же тактическим бронежилетом и жетоном, что и у Юмерии. — Угадайте, кого я сейчас встретил у линии оцепления?

— Мою бабушку? — иронично подняла бровь девушка, не настроенная сейчас разгадывать загадки.

— Лучше. Посла Франции, собственной персоной. Приехал с помощником. Предлагает свою чистосердечную, всестороннюю помощь. Уже успел выступить перед камерами с осуждением соотечественников. Потребовал от них немедленно освободить заложников.

— А его сюда кто позвал? — удивилась девушка.

— В том-то и дело. Никто. Сейчас выясняет у капитана личности преступников, чтобы по своим каналам запросить о них информацию. Вдруг там найдётся, чем на них можно надавить.

— Судя по скорости, с которой он здесь объявился незваным, что-то мне подсказывает, что господин посол и так всё знает. Включая номера их банковских счетов, — Юмерия завуалировано обвинила его в причастности к этому похищению.

Они продолжали спокойно разговаривать посреди, царившей вокруг, суеты сотрудников полиции и бойцов особого отряда, под мерцающий свет проблесковых маячков.

— Лучше скажите, удалось ли выяснить, живой наш магнит для неприятностей или похитители угрожают тем, чем уже не обладают? — поинтересовался вновь пришедший у агента К.

— Всё ещё выясняем, в каком сейчас состоянии заложники. В здании была перестрелка. Часть преступников убита. Неизвестно пострадали ли они при этом. Ситуацию осложняет наличие у противников операторов А-поля. Пока удалось установить двоих. Из-за этого штурм может привести к сильным разрушениям, а значит, потенциально угрожать жизням Йохансона и Виардо.

— Понятно. Их родные уже знают о случившемся?

— Им пока не сообщали, но, думаю, сами скоро всё узнают. Из-за этих…, — Юмерия кивнула в сторону многочисленных репортёров, налетевших, словно вороньё.

Устраивающих съёмочные площадки прямо на месте событий. Им было очень удобно, когда всё происходило в том же городе, где располагались штаб-квартиры крупнейших газет и телеканалов. Информация в их среде распространялась с молниеносной скоростью.

Не усидев в школе леди Бедфорд вскоре примчалась к захваченному преступниками зданию. Не смогла и дальше сидеть без дела, переживая за своих друзей. Её приезд ничего не изменил. Девушку даже за ограждающую ленту не пропустили. Информацией с ней, естественно, никто делиться не собирался. Не говоря уже — советоваться. Так и застряла вместе с другими уличными зеваками и жителями окрестных домов, вглядываясь в скопление техники и людей, за оцеплением. Жадно прислушиваясь к тому, какие новости приходили с той стороны. Вскоре компанию ей составила Рэдклиф, узнавшая обо всём из новостей.

Кейси роль простого наблюдателя не устроила. Она сообщила матери обо всём происходящем. Попросила помочь Эрику и Ивон. Прислать своих людей. Дать денег. Подключить знакомых. Придумать что-нибудь.

Госпожа Патрисия, которую неожиданная новость застала врасплох, пообещала немедленно заняться этим вопросом. Попросив дочь не делать глупостей и оставаться на месте, сделала множество звонков, пытаясь прояснить ситуацию. Слишком многое было завязано на этого парня, чтобы пускать всё на самотёк. Ей нужно было убедиться, что всё пройдёт как нужно, а не как хочется чьей-то ленивой заднице, любительнице простых решений. Поэтому пришлось поднимать на ноги помощников, которые должны будут за этим проследить.

В отличие от Кейси, беспокоившейся только о последствиях похищения, её в не меньшей степени интересовали причины. Не захотел ли кто-то влезть в чужую игру? Не происки ли это её конкурентов? Неважно, старых или новых. Или союзников. Кто эти люди, что похитили Эрика? Чего они хотели и действовали ли по своей воле или по чьей-то указке?

Очень быстро выяснилось, что в данном случае никаких дополнительных мер предпринимать не требуется. Это дело взяли под контроль люди из ISS. Распоряжение пришло из центрального аппарата их службы, а значит, находилось на контроле у руководства. Стороннее вмешательство могло больше навредить, чем помочь. Все необходимые ресурсы и специалисты по освобождению заложников у них имелись. Приказ сверху отдан, так что оставалось только ждать.

Всё же обратно ложиться спать госпожа Патрисия не стала. Оставив проблему освобождения Эрика спецслужбам, дала задание своим людям выяснить всё возможное о преступниках и их мотивах. Собрать информацию, действуя самостоятельно. Не привлекая внимания. Не делясь ею с посторонними. Возможностей для этого у крупных корпораций, вроде Рэдклиф, было более чем достаточно. А ещё, они могли позволить себе действовать не только в рамках закона. Не обязательно своими руками. Если понадобится, договориться с кем угодно, в любой точке мира. Крупный бизнес умел отстаивать свои интересы, иначе бы таким не стал.

Тем временем, засидевшись за компьютером допоздна, Марта Йохансон, у которой были выставлены фильтры поиска информации, связанной с её братом, в числе первых узнала о случившемся. Проверив новости, в панике побежала будить Нору. Решив сначала сообщить ей, а потом, если та позволит, маме.

Желание делиться срочными новостями, особенно, касающимися общих знакомых, было слишком сильно у многих людей. Социальные сети в этом плане играли немаловажную роль. Простота и обширность круга общения позволяли через них распространять информацию с огромной скоростью. Поэтому неудивительно, что вскоре рассылка тревожных сообщений достаточно быстро затронула телефоны всех членов команды Чёрные рыцари Святой Анны, никого из них не оставив равнодушным.

Включив телевизор и прослушав репортаж с места событий, Джейн Гриффин с некоторой обидой и возмущением, помимо сильной обеспокоенности, произнесла.

— Как же так? А почему нам ничего не сказал? Опять, небось, ввязался во что-то опасное. Мы же одна команда. У меня же у единственной есть настоящее оружие, а у Эльзы, штурмовой доспех. Чёртов Йохансон!

Прижав ладошки к щёчкам, потрясённая Амелия Адамс с ужасом смотрела выпуск новостей, лёжа под одеялом, в своей постели. Хотя были и те, кого эта новость порадовала. Вроде Нэнси Горби или Алана Скворча из школы Короля Георга V.

— Как я выгляжу? — покрутился перед ростовым зеркалом.

— Превосходно, господин, — невозмутимо ответила Цзя Мей, ещё раз окинув меня придирчивым взглядом.

Я выглядел так, словно собирался идти на свадьбу, а не на съёмку телепередачи. Глядя в зеркало, с восхищением подумал о том, что новый Эрик нравится мне гораздо больше старого. И совсем на него непохож. Вот что с мужчинами делают… женщины. Этак, если постою ещё полчасика, разглядывая отражение, то начну признаваться ему в любви, настолько тот парень в зеркале хорош собою. Жаль модных усиков не хватает, чтобы лихо их подкрутить, прикинувшись франтом.

— Время, — напомнила мне служанка, посмотрев на часы. — Спасибо, — поблагодарила, стоящую рядом, ученицу.

Положительно оценив результаты своей работы, не найдя к чему бы придраться, та закрыла чемоданчик профессионального визажиста.

Даже спрашивать не стал, когда это Цзя Мей успела сговориться с Анной Гейлдрим, по прозвищу Чернушка. Результат, что называется, налицо. Не иначе была применена тайная женская магия. Гейлдрим предоставила, собственноручно пошитый, костюм, гримёрку, нашла ученицу, собирающуюся в будущем открыть косметический салон. Сейчас она, с румяными щёчками и блестящими глазами, устроившись в соседнем кресле, приняв не очень приличную позу, обмахивала себя кружевным веером.

Попозировав для помощницы, собирающейся выложить эти фотографии на своей интернет-страничке, в качестве наглядной демонстрации способностей и на зависть подружкам, тоже поблагодарил её за помощь. За то, что помогла скрыть оставшиеся следы недавних злоключений. Придав такую свежесть, что аж цветы в вазе, стоящей на тумбочке, ожили. Выразив признательность Гейлдрим, покинул её клубную комнату, оформленную в тёмных тонах.

Лёгкой походкой прошёлся через парк по главной аллее до ворот школы, где меня дожидался автомобиль. Постаравшись выглядеть, как можно невозмутимее и величественнее, а главное, не вертеть головой по сторонам, чтобы посмотреть, как на меня реагируют, попадающиеся на пути, школьницы. Удалось ли произвести на них нужное впечатление? Не укатываются ли они со смеху? Не пускают ли слюни? А может, поражённо застывают, раскрыв рот от изумления, задаваясь вопросом, — Кто этот красавчик? Я хочу… — дальше воображение рисовало картинки, совсем уж далёкие от реальности. Вплоть до поднимающихся над головой верениц розовых сердечек, лопающихся подобно мыльным пузырям. Это Эдит во всём виновата, со своими дурацкими комиксами. Ну, конечно. Кто же ещё?

Постаравшись избавиться от посторонних мыслей, продолжил идти вперёд, демонстративно не обращая внимание на окружающих. Но, при этом чутко прислушиваясь. Интересно же, что скажут? Вдруг подумают, будто я специально для них вырядился. Какая возмутительная чушь! Хотя, кого я обманываю? Конечно же — специально. Конечно же — именно для учениц нашей школы. А то вчера Даниэль, неблагодарная скотина, сожравший всю мою… гхм, выпечку Тинг, посоветовал вырядиться брутальным дикарём, гоблином, в шкуры, подчёркивая этим свой неповторимый стиль. Поразить публику не умом, а манерами. Пообещав, что так зрителям запомнюсь намного лучше, выделившись из серой массы. Произведя на них неизгладимое впечатление. Прославившись, пусть не в веках, но в месяцах. И вообще, это мне более к лицу, чем попытка выглядеть изысканным, благообразным джентльменом. Сколько обезьяну ни наряжай, ни крась, а с бананом она смотрится намного органичнее, чем с арфой. Ну не сволочь? Захотел развлечься за мой счёт. Вот сегодня и посмотрим, кто был прав. На кону целых пять фунтов!

У ворот меня уже дожидалась небольшая толпа провожающих. Любопытных девчонок, пришедших посмотреть, как я выгляжу. Чернушка в школьном чате уже успела навести интригу с помощью многообещающих намёков. Сославшись на авторитетное мнение ученицы, ведущей свой видеоблог с уроками макияжа. Кроме того, школьницы явились сюда полюбоваться друг на друга, на меня, на пролетающих в небе птиц, оценить машину. Составить кому-то компанию. Просто прогуляться. Что-нибудь мне пожелать. Да мало ли по каким ещё причинам, не поддающимся мужской логике? Вроде того, — раз там собираются девочки, значит, что-то ожидается. Пропущу, могу пожалеть. А сожалеть я не люблю.

Кейси, что до этого весело общалась с Сомерсет, обернувшись только в последний момент и увидев меня уже вблизи, «заглючила». Хорошо, что не заискрила.

— Эээ…. ааа… но, — изрекла вслух мудрые мысли.

Шестерёнки в её голове закрутились с бешеной скоростью.

— Я с тобой! — решительно заявила, придя к какому-то нежелательному выводу.

— Куда? — удивился.

— Туда же. А ты куда идёшь? — затупила Кейси, под смех Джессики.

— На свиданье с Гловер, — пошутил.

— Значит, и я с вами, — необдуманно объявила Рэдклиф.

Вызвав смех уже у других учениц Святой Анны.

— Леди Сомерсет, присмотрите за Кейси. Оставляю её на вас, — учтиво склонил голову перед Джессикой, перейдя на официальный тон. — А мне, увы, уже пора на работу.

Спустя секунду, добавив заметно тише.

— Купите ей леденец на палочке и воздушный шарик. Дети это любят.

— О, не волнуйтесь, сэр Йохансон. Я прекрасно умею обращаться с детьми. Она чудесно проведёт время в этом заведении. Главное, не забудьте её вовремя забрать, — подыграла леди Сомерсет, исполнив роль ответственной воспитательницы.

— Благодарю. Веди себя хорошо, — ласково попросил Кейси, озадаченно переводившей между нами взгляд. — А за это я куплю тебе шоколадное пирожное.

— Вы за кого меня принимаете? Я уже взрослая! — рассерженно заявила Рэдклиф, догадавшись о чём шла речь.

Из-за чего сильно смутилась.

— Да-да, как скажешь, дорогая. Только не кричи. Будь хорошей девочкой, — улыбнувшись, погладил её по голове, вогнав в ступор.

По-моему, у неё задымилась макушка, став очень горячей. А нет, показалось.

— Да вы офигели! Сговорились, что ли? — взорвалась маленьким, запаниковавшим «вулканчиком». — Не трогай меня, извращенец. Мне Ивон всё про тебя рассказала!

— Не шуми, — забеспокоился, помня об окружающих. — Плохая девочка. Останешься без сладкого, — пригрозил.

— Что значит, без сладкого? Вы не посмеете… — её возмущённые вопли резко сменились неразборчивым мычанием.

Зажав ей рот, Джессика неловко улыбнулась.

— Езжай уже отсюда. Долго я её не удержу.

Следующей со мной захотела поговорить Гриффин. Искоса посмотрев на зрительниц, с лёгким беспокойством спросила.

— Точно не хочешь, чтобы мы с Эльзой с тобой поехали?

— Зачем? — в очередной раз удивился.

— Ну, вдруг опять во что-нибудь влипнешь. Террористы, похитители, наёмники, китайцы, — перечислила основные пункты списка потенциальных целей, понадеявшись, что я изменю своё решение. — Силовое снаряжение у нас с собой. Дополнительная тяжёлая броня, в этом случае, совсем не помешает.

— Какие ещё террористы? У меня сегодня выходной, — отшутился.

— Мало ли? Тебе виднее, — неуверенно протянула Гриффин, под молчаливое одобрение, стоявшей рядом, леди Браунфельс.

— Ехать в телецентр в сопровождении двух тяжёлых мехов, на бронированном лимузине, это будет…

— Эпично? — с неугасающей надеждой подсказала Гриффин, представив себе такую увлекательную картинку.

Как её потом покажут по телевизору, позволив с гордостью сказать родителям, — Смотрите, вон та, вторая слева, это я.

— …пафосно и смешно, — спокойно закончил предложение. — Не волнуйтесь, в ближайшее время нападений Перуанских чупакабр, Гималайских етти, скандинавских троллей и Смоленских домовых, не ожидается.

— А это ещё кто? Тайные преступные организации? — восхищённо заинтересовалась Гриффин, собираясь пополнить список.

— В каком-то смысле, — пожалел мечтательную авантюристку, не став её разочаровывать.

— Я тебе потом о них расскажу, — с улыбкой пообещала напарнице более начитанная Эльза. — Но мы всё же съездим в телецентр, лейтенант. Сами по себе. Посидим в зрительном зале. Не одному тебе интересно побывать на передаче, посвящённой нашей команде, — проинформировала меня.

Она девушка благоразумная, уравновешенная, так что проблем возникнуть не должно. Это Кейси туда лучше не допускать. Обязательно что-нибудь, да произойдёт. Поблагодарив за поддержку, пожелав им приятно провести время, уехал на студию, где будет проходить съёмка передачи.

— Но доспех и любимый пулемёт я всё равно возьму, — упрямо заявила Гриффин, после отъезда Йохансона. — На всякий случай.

— Хорошо. Бери, — не стала спорить Эльза.

Как и предупреждать, что с ними её на студию не пропустят. С таким же успехом она могла взять с собой охотничье ружьё и лицензию слепого стрелка на уток.

— Иди собирайся. А я пока узнаю, где поблизости продаются леденцы и воздушные шарики.

— Зачем? — не поняла Гриффин.

— Тебе с Эриком, — невозмутимо сообщила немка, обменявшись с Джессикой Сомерсет понимающими, сочувствующими взглядами.

Последовав просьбе старосты, перед приходом в клуб Чаепития приоделся так, словно вновь собирался на телевидение, давать второе интервью. По её словам, леди из клуба очень понравилось то, что они увидели по телевизору. Захотели для себя того же. Да ещё, подозреваю, в этот раз желая не только увидеть, но и потрогать. Знали бы они, сколько сил и времени уходит на наведение красоты. Хотя они-то наверняка это знают, как и большинство девушек, вот и развлекаются. Поэтому в их же лучших традициях, рассчитал время так, чтобы прийти с опозданием на десять минут. А если будут приставать с танцами, потребую сначала покормить.

Дойдя до нужной двери, остановившись, сделал глубокий вдох. Успокоившись, уняв желание перекреститься, вежливо постучался. Выждав три секунды, вошёл в клубную комнату с приветливой улыбкой, вспомнив о ней в последний момент. Не успев поздороваться, сделав всего один шаг вперёд, резко остановился. Виной всему послужила претензия от сильно недовольной леди Дженкинс, явно потерявшей терпение.

— Чего так долго? Ты где шлялась?

Оторопев от неожиданности, даже не нашёлся, что ответить на этот простой вопрос? Кажется, у меня случился сбой системы. Растерянно завис, пытаясь придумать подходящее оправдание. Понять, что это на неё нашло и как мне реагировать? Стоит ли обидеться? Возмутиться? Поскольку даже пятнадцать минут, сущая мелочь. И вообще, по всем канонам она должна была сказать, если бы об этом зашла речь, — я сама только что пришла.

Впрочем, у увидевшей меня леди Дженкинс, от удивления широко распахнулись глаза. Вздрогнувшая староста сначала чего-то испугалась, а потом сильно смутилась. У неё даже щёчки зарделись. За спиной леди Дженкинс послышалось сдавленное хихиканье остальных членов клуба, рассевшихся на небольших, удобных диванчиках, возле которых стояли низенькие, круглые, журнальные столики.

— Прости. Ошиблась. Приняла тебя за леди Адамс. Проходите, сэр Йохансон, — оправившись от удивления, перешла на официальный тон.

Постаравшись скрыть свою неловкость. Но, глазки всё же отвела.

— Рады приветствовать вас в нашей скромной обители.

— Чему я безмерно рад, леди Дженкинс, — учтиво поклонившись, также постарался побыстрее забыть о столь неожиданной встрече.

В лучших традициях официальных приёмов, учтиво поцеловал ручку даме, точнее, лишь обозначил поцелуй, не превращая его в настоящий. Не стоит путать игру с реальностью.

— Прошу, — леди Дженкинс сделала приглашающий жест, указав на один из диванчиков, предназначенный для меня.

После того, как чинно на него уселся, оказался под перекрёстными взглядами пяти любопытных школьниц, разглядывающих меня с большим интересом. Словно неведомую и непредсказуемую зверушку. Пауза стала затягиваться. Почему-то никто из дожидавшихся меня леди первой начинать беседу не спешил. И вряд ли тут дело в природной скромности, судя по обстановке этой комнаты.

— Чаю? — предложила леди Дженкинс, продолжая изображать радушную хозяйку.

— Ну, если у вас больше ничего нет…, — расстроенно согласился.

Выждав пару секунд, рассмеялся, отчего растерявшаяся староста, выглядев в этот момент очень забавно, вновь вздрогнула.

— Это была шутка. Конечно же, буду благодарен. Простите за эту попытку сделать обстановку более непринуждённой. А то вы так пристально смотрите, что, право, мне становится неловко, — слегка пристыдил девушек.

Рассмеявшись, переглянувшиеся девушки и в самом деле немного расслабились. Стали чувствовать себя увереннее. Староста-то знала, насколько я нетребовательный к формальностям и простой в общении, поэтому могла разговаривать со мной свободно, а вот её подругам приходилось основываться на слухах. На том противоречивом образе, что я нагородил вокруг знаменитого «Гоблина из леса» Святой Анны. К тому же, их немного смутил наигранный официоз в моём коротком диалоге с леди Дженкинс.

После того, как завершилась церемония знакомства и всем присутствующим предоставили чаю, с разнообразными десертами, леди Дженкинс взяла на себя обязанности ведущей передачи, — В гостях у сказки. Ответив на несколько самых распространённых, вполне ожидаемых вопросов, в свою очередь поинтересовался, куда делась леди Адамс? Почему я её не вижу в клубе?

— Она вышла незадолго до твоего прихода. Сказала, что сходит припудрить носик и скоро вернётся, — с улыбкой объяснила леди Дженкинс. — Собственно, из-за этого возникло то небольшое недоразумение.

— Глядя на часы, думаю, он у неё оказался длиннее, чем мы ожидали, — рассмеялась графиня Блэкбрук.

— Как и ушки. За это время можно было целого слона припудрить, — развила шутку графиня Хопкинс.

Так совпало, что именно в этот момент вернулась Амелия. С первого взгляда стало понятно, чем она всё это время занималась. Если другие девушки сидели в школьной форме, придя сюда сразу после занятий, то леди Адамс переоделась в чёрное вечернее платье, с неглубоким декольте. Дополнив свой образ дамскими шёлковыми перчатками, до локтя и комплектом золотых украшений с изумрудами, под цвет глаз. Что-то мне подсказывало, вовсе не искусственными.

На минуту в комнате воцарилась пугающая тишина. Если я рассматривал Амелию с удовольствием, безо всякого умысла любуясь красивой девушкой, что она, естественно, заметила, делая то же самое, то подруги на неё смотрели задумчиво-оценивающими взглядами. С лёгким недовольством и возмущением. Кроме, заметно повеселевшей, графини Мэнсфилд, обрадовавшейся такому неожиданному повороту событий. Ей, похоже, сейчас не хватало только корзинки с попкорном и очков для просмотра фильмов в 3D.

Отставив чашку с чаем, староста нахмурилась. Отыгрываясь за испытанную ею неловкость, вкрадчиво поинтересовалась.

— Адамс, ты на что намекаешь? Что ты главная героиня, а мы — безликие статисты? Тебе дорожку, лепестками роз, не усыпать?

— Наверняка решила лишить нас самого ценного, что есть в этой комнате. Внимания гостя. Сэр Йохансон теперь шею себе свернёт, постоянно на неё оглядываясь, — рассмеялась графиня Блэкбрук.

— Тебя в детстве не учили, что с подружками нужно делиться? Или, как минимум, договариваться? — подколола её другая девушка.

— Учили, — довольная произведённым эффектом, леди Адамс с гордостью уселась на свободный диванчик, эффектно закинув ногу на ногу. — А потом постоянно жаловались, что я делилась их вещами с ними же. Пока не перестала этого делать, — бросила на меня быстрый взгляд из-под полуопущенных, подведённых тушью, пышных ресниц.

Поняв, что девушка хотела, подыграл.

— Брать их вещи? — любознательно уточнил.

— Делиться, — улыбнулась девушка, благодарно кивнув.

Получилось так естественно, будто мы сыграли отрепетированную сценку из театральной постановки. Благодарно кивнув, Амелия свысока посмотрела на других девушек. Бросая им некий вызов. Не тот, что предназначался для врагов, а, скорее, для «старых» подруг, с которыми за что-то велось соперничество. Не ставя себе цель обидеть их.

Оценив композицию, — «Королева и кто-то там», многозначительно хмыкнув, леди Дженкинс решительно поднялась на ноги.

— Что-то мне тоже захотелось сходить припудрить носик. Девочки, кто со мной?

Три графини тут же изъявили желание составить ей компанию. Четвёртая, отвлёкшись на телефон, отправив пару сообщений и дождавшись ответа, с сожалением сообщила.

— Я остаюсь. Мою «пудреницу» могут доставить только минут через сорок. И то, по воздуху. Вряд ли наш гость обладает столь большим терпением.

— Он обладает не только им, — посчитал своим долгом проинформировать, посмотрев на неё серьёзным, уважительным взглядом, — а значит, подождёт столько, сколько нужно. Не хочу оставлять в расстроенных чувствах ни одну из собравшихся здесь прекрасных леди. Да и только полный идиот отказался бы увидеть такую красоту. Пусть даже это грозит мне смертью от обильной кровопотери.

— Ну что ты. При возбуждении кровь из носа идёт только в мультфильмах, — польщённо рассмеялась девушка.

Краем глаза заметил одобрительный взгляд леди Дженкинс, направленный на меня. Оценившей готовность пойти на такие жертвы. Не всякий мужчина выдержит так долго находиться запертым в чисто женской компании, среди тортиков и модных журналов, в качестве объекта обсуждения.

— Я имел в виду колотые раны, нанесённые в реальной жизни, — разъяснил свою мысль, специально подведя разговор к этой теме. — Например, с помощью перьевой ручки, — с улыбкой кивнул слегка нахмурившейся, раздосадованной леди Адамс, рассчитывавшей, что всё пойдёт по другому сценарию.

В котором единственной и неповторимой королевой вечера, в моих глазах, должна была остаться только она. Затмив собою остальных. Догадавшись об этом, захотел показать Амелии, что признателен ей за приложенные ради меня усилия.

— У неё нет перьевой ручки, — рассмеялась леди Дженкинс, находя эту ситуацию забавной.

— У меня есть, — признался, показав упомянутую ручку. — С радостью ей одолжу, если об этом попросит. Мы же друзья.

Робко улыбнувшись, смутившаяся леди Адамс почувствовала стремительное улучшение настроения. Чему поспособствовал последующий комплимент, сделанный по поводу её внешнего вида. Таким образом, я выделил Амелию, придав ей более значимый статус, по сравнению с остальными членами клуба Чаепития. Намекнув на то, что она и так особенная. Не стоит мешать другим девушкам получать удовольствие.

Поездка на каникулы с самого начала принесла массу незабываемых впечатлений. Такое ощущение, словно в другой мир попал, отстающий от нашего лет на двадцать. Огромный аэропорт Кейптауна встретил нас тридцатиградусной жарой, высокой влажностью воздуха за восемьдесят процентов и невероятным простором. Над травянистой равниной величественно плыли пушистые, белые облака. Вдали виднелись горы, песчано-коричневого цвета.

Пройдя паспортный контроль, на который, по вине Амелии, пришлось потратить некоторое время, больно уж много с собой взяла вещей, отправились искать машину с водителем. Из аэропорта планировали отправиться прямиком в порт, с небольшим крюком через турфирму, чтобы забрать забронированные билеты. Ночевать будем на корабле, который уже через несколько часов отправляется в плавание. Жаль, времени у нас не так много, чтобы тратить его на путешествие по Южной Африке. Как-нибудь в другой раз задержимся здесь подольше.

Темнокожий мужчина, караулящий туристов у подходящего, по мнению Амелии, автомобиля, довольно неплохо говорил на английском, так что проблем со взаимопониманием не возникло. Как и с качеством сервиса, опять же, благодаря моей спутнице. Девушка, окинув придирчивым взглядом машину, отмытую до блеска, лучшую из представленных на стоянке, высокомерно достала из сумочки крупную купюру, после чего у Генри, как звали водителя, автоматически включился режим — Любой каприз за ваши деньги. Нисколько не обидевшись на неё за такое пренебрежительное отношение. Или же хорошо это скрывая, что приносило его семье дополнительный доход.

Генри быстренько разрешил все наши затруднения, без нашего же участия. Нашёл носильщиков и вторую машину. Разузнал, где находится офис туристической компании. Как туда добраться. Порекомендовал хорошую гостиницу с рестораном. Что из местной еды можно есть смело, а от чего лучше отказаться. Особенно, если мы не профессиональные туристы с тренированными желудками, привыкшие есть всякую экзотическую гадость. Прямо так и сказал. Предупредив, что в таком случае нам понадобится много туалетной бумаги и терпения. Также Генри охотно помог погрузить в транспорт наш многочисленный багаж, подивившись его количеству. Из-за чего возникло небольшое недоразумение, принесшее ему щедрые чаевые. Он посмел назвать нас молодожёнами, над чем леди Адамс снисходительно посмеялась, прикрыв ротик ладошкой.

Посмотрев на довольно улыбающегося водителя, убирающего в карман ещё одну купюру, подумал, что он не так уж и глуп, каким кажется. Наверняка же заметил отсутствие у нас обручальных колец. А когда чуть позже предложил услуги гида, заявив, что знает романтические места для парочек, при этом вопросительно глядя только на Амелию, окончательно в этом убедился.

Пока погрузили все чемоданы, прошло ещё немного времени. Дело в том, что я позвал в путешествие не обычную, неприхотливую школьницу из семьи профессора археологии, привыкшую путешествовать налегке, с блокнотом и папиным хлыстом, а благородную леди из уважаемой и очень богатой семьи. Комнатный цветок, привыкший к комфорту и всевозможным благам цивилизации. Поэтому Амелия, нисколько не сомневаясь, взяла на каникулы три больших, одинаковых чемодана, два саквояжа, две дамские сумочки, набор шляпок в цилиндрических, жёстких футлярах, специальную сумку с фотоаппаратом, уже знакомых мне служанку и телохранителя, с которыми ездила на концерт. А ведь они тоже взяли с собой вещи. Мисс Полар, выпускница Лийской школы слуг, добавила в общую кучу два чемодана и небольшую дорожную сумку. Мистер Фридман, ещё плюс одну сумку. На фоне груды их барахла, мой небольшой, туристический рюкзачок смотрелся откровенно жалко и сиротливо.

На вопрос, зачем она взяла с собой служанку, Амелия сокрушённо признала, что это не она её взяла, это папа не отпустил дочку без мисс Полар. Насколько понял, сделав непрозрачный намёк, аналогом чего служил подарок Норы, только в более суровом исполнении. Хорошо, что до пояса верности не додумался. Или…? Зря я так пристально, с ужасом посмотрел на девушку. Но ещё хуже, что честно ответил на её вопрос. Амелия покраснела, не зная как это расценивать? Как намёк, комплимент или насмешку. Служанка загадочно улыбнулась, а мистер Фридман открыто рассмеялся. Заметив, что уже давно придуманы более надёжные способы. И он даже знает их по именам. Даже знать не хочу, на кого он намекает. И на кого они работают. В который раз убеждаюсь, что лучше моих сестёр на свете никого нет. Кроме тех моментов, когда эти фурии делят сладости, занимают очередь в ванну, решают чья внеочередная очередь выносить мусор, убираться, идти в магазин и прочее и прочее.

Пока доехали до турфирмы, чтобы забрать билеты, забронированные по интернету, я весь взмок. Плотная тёплая одежда, в которой мы прилетели из Англии, начала неприятно липнуть к телу. Захотелось поскорее переодеться и умыться. Судя по ёрзанью девушки, высунувшей личико в окно, чтобы её обдувало ветерком, не мне одному. Кондиционер в машине работал, но водитель предупредил, что лучше немного потерпеть и поскорее привыкнуть к смене климата, чем простыть.

Когда добрались до порта, вроде немного полегчало. Особенно в тенёчке.

— Куда нам, направо, налево или прямо? — поинтересовалась Амелия, с живым любопытством оглядываясь по сторонам.

Порт внушал уважение своим размахом и оснащённостью. Выглядел довольно современно. В той туристической зоне, куда мы приехали, было полно народу, одетого весьма разнообразно. От чего-то простого, вроде шорт и рубашек с короткими рукавами, до дорогих костюмов и национальных нарядов из самых разных стран. Кого тут только не встретишь: арабов, китайцев, индусов, европейцев. Национальность некоторых людей и вовсе вызывала у меня недоумение. Понятия не имею, откуда они родом. Среди всего этого столпотворения, конечно же, преобладали местные жители, выделяющиеся характерным цветом кожи и внешностью.

— Посмотрев на указатели, висевшие на столбе и сверившись с картой, скаченной на телефон, уверенно ответил.

— Направо.

Мисс Полар привела носильщиков с тележками, которые, шустро погрузив наш багаж, уточнив номер причала, не задерживаясь на месте, повели нас к указанному месту. Да так быстро, выкрикивая, чтобы им освободили дорогу, что нам пришлось ускориться, чтобы поспевать за шустрыми молодыми людьми, у которых был свой девиз, время — деньги. Тут уж не до неспешной прогулки по порту с разглядыванием местных достопримечательностей.

— Слушай, Эрик, — в самолёте условились обращаться друг к другу по именам, а то выглядело бы странно, лёжа у бассейна, в шезлонгах, обращаться друг к другу по типу «Не соблаговолит ли, леди Адамс, подать рыцарю Йохансону полотенце, дабы тот мог прикрыть свои бёдра от алчущих взоров вон той пошлой красотки, что пока имеет наглость не обращать на него внимания?! — всё не было случая спросить, — продолжила Амелия», — а как ты прошёл паспортный контроль? Ты же не хотел раскрывать свою личность? Я уж думала использовать обходные пути, специально затягивая время своего прохождения, но ты удивительно легко со всем справился.

— Честно говоря, у меня были заготовлены три варианта пересечения границы, но, к большому удивлению, прошёл самый первый и самый простой. Так что я теперь не Эрик Йохансон, а мистер Джеймс Буллит, энтомолог, энтузиаст, ловец бабочек из Лилипутии.

— Откуда? — поражённая Амелия, повернув голову, недоверчиво на меня посмотрела.

— Лилипутии. Разве ты не знаешь, где это? — наигранно удивился. — Даже детям известно, что Лилипутия — маленькое островное государство в Индийском океане к северо-западу от Вандименовой Земли. Чьей столицей является город Мильдендо. Об этом указано в путеводителе Джонатана Свифта, — сослался на известного писателя.

Наклонившись к её уху, мисс Полар шёпотом просветила Амелию, какая именно книга имеется в виду.

— Издеваешься? — обиделась девушка, подумав, что я над ней подшучиваю.

— Нет. Совершенно серьёзен. У меня и паспорт есть. Именно его я показал на таможне. После твоего. Минут десять они совещались, озадаченно чесали головы, потом проверили мои отпечатки пальцев по их базе данных разыскиваемых преступников, после чего всё же поставили печать. Видимо, тоже не большие поклонники творчества данного писателя, — рассмеялся.

— Где ты его взял? — продолжила изумляться Амелия.

— Когда-то с другом купил в магазине розыгрышей и приколов. Между прочим, заплатив за него большие деньги, попросив продавца, чтобы паспорт был максимально похож на настоящий. Фото на него прямо там сделали и вклеили. Подходящая печать тоже нашлась.

О том, для чего нам понадобился такой документ предпочёл не рассказывать. До сих пор стыдно вспоминать. Молодые были. Глупые и озабоченные.

Осмыслив сказанное, Амелия разразилась долгим, задорным смехом, прижимая руки к животу. Успокоившись и немного отдышавшись, призналась, что посчитала мои слова, о желании выдать себя за другого человека, шуткой. Поездка только началась, а уже появилось то, о чём можно будет рассказывать после возвращения. Из серии — курьёзы.

Пока мы, весело разговаривая, следовали за носильщиками, неподалёку проехал туристический автобус, направляющийся в левую часть порта. Протерев глаза, Джейн Гриффин прижалась лицом к стеклу, пытаясь получше разглядеть что-то позади автобуса, мимо чего они только что быстро проехали.

— Показалось, наверное, — тихо пробормотала, сев обратно, как полагается.

Не стала ни о чём говорить Эльзе Браунфельс, сидящей рядом, чтобы не выглядеть смешной. А то ещё подумает невесть что.

Огромный, белоснежный круизный лайнер, выглядел просто потрясающе. Обтекаемые, изящные формы радовали глаз. Это снаружи. Внутри корабль оказался несколько попроще и потеснее, чем воображалось ранее, но всё равно, достаточно комфортным и роскошным местом.

Перед тем, как подняться на борт, не забыл про меры предосторожности. Надел шляпу, чёрные очки и налепил накладные усы. После чего приосанившись, с видом уважаемого, степенного господина, подставив руку даме, продолжил путь. Мысленно пожалев, что не захватил трость и маленькую собачку на поводке, для полноты образа. Правда, все эти ухищрения оказались напрасными. Внимательно посматривая по сторонам, в поисках подозрительных людей, вроде меня, не заметил ни агентов в штатском, которых ни с кем не спутаешь, ни Юмерии, ни девчонок из клуба силового фехтования Святой Анны. Чему не сильно-то и расстроился. Прежде чем присоединиться к команде, хотел проверить, нет ли за ними слежки. Возможно, слишком сильно ударившись в шпиономанию, возомнил себя крайне ценной и желанной добычей. Теперь даже не знаю, то ли прислушаться к оскорблённому самомнению, то ли к довольной лени.

Амелии эта игра в шпионов понравилась. Она тоже нацепила на себя плетёную шляпу с широкими полями, чёрные очки на пол лица и зачем-то накрасила губы яркой помадой. Став выглядеть, признаю, самой на себя не похожей. Что подтвердили мисс Полар и мистер Фридман, сдерживая улыбки. Считая происходящее блажью подростков, мающихся от скуки.

Я забронировал нам две двухместные каюты первого класса, одна из которых досталась Амелии и мисс Полар, а другая мне и мистеру Фридману. На невинное предложение юной госпожи поменяться местами с телохранителем, служанка, мило улыбнувшись, положив ей руку на плечо, взявшись за него стальной хваткой, молча увела Амелию в соседнюю каюту. Да, с такой служанкой не забалуешь. Надеюсь, мои покажут себя не хуже. Я им оставил чёткие инструкции по присмотру за Ханной. Ведь в школе Святой Анны училось аж пять похотливых, коварных мужских особей, которые, потенциально, могли на что-то там надеяться. Наивные глупцы!

— Йохансон, сделай лицо попроще, а то я начинаю напрягаться, — попросил мистер Фридман, убирая свои вещи в шкаф. — А когда я напрягаюсь, то тянусь к пистолету. От тебя исходит, как сказала бы моя маленькая дочурка, тёмная аура плохого дяди.

— А глаза светятся красным? — полюбопытствовал, скосив на него взгляд.

— Нет.

— Тогда всё в порядке. Ещё рано беспокоиться.

До отплытия из порта делать было нечего, поэтому, улёгшись на кровать, через телефон зайдя в сеть, потратил несколько часов жизни на любимые игры. Погрузившись в которые, потерял ощущение времени. Отвлёкся от них только тогда, когда в нашу каюту постучала потерявшая терпение, соскучившаяся Амелия. Которая не потерпела того, что о ней забыли. Решив напомнить, кто за кем должен ухаживать. Успевшая уже переодеться и принять душ. Девушка, зыркнув взглядом на невозмутимого мистера Фридмана, попросила составить ей компанию в исследовании корабля и его развлечений. Предложив вместе сходить прогуляться, подышать свежим воздухом, полюбоваться океаном. Узнать, что здесь интересного? Где располагаются смотровые палубы, рестораны, бассейны, кинотеатры? Что продают в торговом центре? Будто ей дома всего этого было мало.

— А не рано ли? — засомневался в своевременности её желаний. — До выхода из порта ещё…, — посмотрев на часы, приподнял брови от удивления, — пятнадцать минут. О чёрт! Конечно же, пошли посмотрим, как будем отплывать из Кейптауна. Захвати фотоаппарат, — засуетился, соскакивая с кровати.

Придя в возбуждённое состояние, заряжая им Амелию, которая и так была на «низком старте», устремился на поиск приключений. Магазины мне были не так важны, как положительные впечатления от круиза. Я мечтал увидеть красивые пейзажи, которые можно разглядывать не со статичных, плоских картинок, а вживую. Воспринимая их во всей полноте. Со звуками и запахами. В объёме. Ощущая дуновения ветерка и тепло солнечных лучей. А ещё хотелось посмотреть на людей из разных стран. Попробовать экзотические блюда. Искупаться в тёплом океане. Побыть обычным, беззаботным подростком. Ненадолго вырваться из привычного образа жизни, что, учитывая предыдущее занятие, пока выходило плохо. Старые привычки всё ещё оставались сильны. Словом, от своего первого, столь дальнего путешествия, ожидания были самые высокие.

Вместе с Амелией поспешил на верхнюю палубу, откуда открывался замечательный вид на город, на порт, на другие корабли. Кроме нас туда уже устремилась толпа пассажиров, которым, как и Амелии, было скучно сидеть в каютах. У которых душа требовала простора, действий и зрелищ.

Отход громадного корабля от пирса был медлителен и величав. Да и, честно говоря, не сказал бы, что особо захватывающ. Но для первого впечатления, всё же было довольно интересно на это посмотреть. Несколько фотографий сделала Амелия, несколько я, с её разрешения. Поскольку времени у нас было много, а события развивались медленно, то затем начали фотографировать всё подряд, включая друг друга. С чего всё и началось. Пять минут незаметно превратились в час. Мне пришлось восемь раз переснимать девушку, постоянно находившую на снимке, разглядывая его прямо на экране цифрового фотоаппарата, какие-то незаметные мне изъяны. Желая выглядеть безупречно, то позу поменяет, то место сменит, то шляпку передвинет. Видите ли, там освещение лучше. Там её тень не устраивает. Там толстый мужик на заднем фоне, в цветной рубашке. Кто его только в такой безвкусице на корабль пустил? А туда точно не встану, потому что буду казаться нищебродкой. Вот как она это определила? Кто ей это сказал?

Мало того, ещё и у меня постоянно спрашивала, что нужно сделать, чтобы следующая фотография получилась лучше, чем предыдущая? Откуда я знаю? Я же не профессиональный фотограф. Думал так, а говорил совершенно другое.

— Встань правее. Подбородок чуть выше. Не настолько же. Смотри левее меня, вдаль. На облака. Теперь сделай, лёгкую, загадочную улыбку. Задумчивый взгляд, — уверенно отдавал команды, подражая мастеру, что проводил мою фотосъёмку. — Задумчивый, а не сонный. А вот сейчас он у тебя пустой. Думай о чём-нибудь хорошем. О больших скидках. О симпатичном пластическом хирурге.

— У меня всё родное. От природы, — опровергла все инсинуации.

— Поверю на слово, — по-дружески подколол Амелию.

Намучившись, но всё же сделав снимок, устроивший привередливую модель, с облегчением передал ей фотоаппарат. Поменявшись с девушкой местами, встал на место Амелии, у перил. Теперь настала её очередь выделываться, чем обрадовавшаяся старшеклассница не преминула воспользоваться. Без предупреждения! Когда я опрометчиво сказал, что меня всё устраивает, с первого же дубля, мазнув взглядом по экрану фотоаппарата, то кое-чего не учёл. Ехидно улыбаясь, Амелия потребовала переснять. Сказала, что я плохо получился. Теперь она принялась командовать так, будто мы находились у неё дома.

Затем настала очередь совместных фотографий. Фотоаппарат был доверен миссис Полар. Правда, Амелия по-прежнему руководила процессом, войдя во вкус. После съёмок, мы всей компанией переместились в кафе, расположенное прямо на верхней палубе. В шаговой доступности. Для чего пришлось отстоять в короткой очереди, поскольку не одни мы захотели насладиться свежим воздухом, прекрасными видами и бесценным ощущением, будто находишься на вершине мира.

Когда мисс Полар принесла прохладительные напитки, меня начало беспокоить отсутствие других знакомых лиц. Не могли же все члены команды по фехтованию Святой Анны запереться в каютах, страдая боязнью открытого пространства. Вряд ли бы они единогласно и намеренно решили избегать смотровую площадку в момент выхода корабля из порта. Не пожелав издали посмотреть на город. Увидеть знаменитый мыс Доброй Надежды, мимо которого вскоре проплывём. Для чего тогда, вообще, они поехали в круиз? В корабельном казино в карты играть?

Не удержавшись от любопытства, позвонил Кейси. Захотел узнать, где они сейчас находятся?

— Привет. Это я. Хотел узнать, где вы? — спросил у Кейси, поймав недовольный взгляд Амелии.

— Сижу в открытом кафе, на третьей смотровой площадке, у маленького аквапарка. На корме. А ты где? — поинтересовалась в свою очередь.

Оглядевшись по сторонам, пришёл в недоумение. Два бассейна, игровая площадка и остеклённый павильон, похожий на бальный зал, никак не тянули на такое громкое название.

— Посмотри по телефону GPS координаты. А лучше, скинь их мне, — попросил, заподозрив неладное.

— Вечно у тебя всё, не как у людей. Сейчас, — недовольно проворчала Кейси, не понимая к чему такие сложности?

Через пару секунд на тот номер, с которого я сейчас звонил, пришло сообщение. Забив полученные цифры в свой навигатор, вгляделся в экран, после чего с ужасом посмотрел направо. Где в отдалении плыл ещё один крупный, туристический лайнер, удаляясь от нас всё дальше и дальше.

— Ээээ, Кейси, тут такое дело, — неохотно произнёс, испытывая внезапный приступ робости. — Тебе что-нибудь говорит название корабля, — Констанция? — уточнил у девушки, уже догадываясь какой будет ответ.

— Нет. Слушай, а попроще нельзя? Давай я встану и помашу рукой, чтобы ты нас нашёл, — предложила одноклассница.

— Боюсь, я тебя не разгляжу, даже если будешь подпрыгивать.

— В смысле? Ты на что намекаешь? — её голос немедленно посуровел. — Что я маленькая?

— Посмотри налево, — вместо ответа проинструктировал. — Видишь, в отдалении, маленький белый кораблик, уплывающий вдаль? Так вот, я тебе только что помахал с него рукой, — что и сделал. — Заметила?

Амелия поперхнулась соком, закашлявшись от неожиданности. Часть капель долетела до меня, на что совершенно не обратил внимание.

— Что ты там делаешь? — ошарашенно спросила Кейси.

— Прости. Похоже, слегка ошибся с названием корабля.

— Чего?! — из трубки раздался негодующий вопль девушки.

— Правда, что ли? — изумилась заметно повеселевшая Амелия, сказав это очень не вовремя. — Мы здесь одни?

— А это ещё кто? — услышала её Кейси, чьё продолжающее взлёт беспокойство, включило ракетные ускорители.

Голос Амелии показался ей знакомым.

— Помощница. Прости, мне нужно отключаться, — лихорадочно принялся искать повод прервать беседу. — Не волнуйся, я постараюсь поскорее к вам присоединиться. Что-нибудь придумаю. Нашу встречу придётся немного отложить, только и всего.

— Только и всего? — возмутилась Кейси, которой не хватало слов, описать всё, что она сейчас чувствовала.

— Да-да, дней на десять, — ехидно подтвердила Амелия, с улыбкой девятихвостой лисы.

— Мне нужен вертолёт, — решительно потребовала Кейси, сказав это куда-то в сторону, после чего послышались короткие гудки.

Вроде сидел в тени, а что-то жарко стало. Аж вспотел весь. Ладно, будем решать проблемы по мере их появления. Или, вернее сказать, приближения.

— Чем займёмся? — спустя несколько секунд блаженной тишины, поинтересовалась, теперь уже беззаботная, Амелия, потягивающая сок через трубочку.

— Устроим экскурсию по кораблю, — предложил единственное, что пришло в голову.

— Мистер Йохансон, вынуждена напомнить, что похищение спасательной шлюпки, это серьёзное преступление, — невозмутимо предупредила мисс Полар ровным тоном.

— Ну что вы, кто сейчас похищает шлюпки? Разве что — озорные дети. Это не солидно для людей, подобных нам с вами. Мы будем захватывать корабль, — успокоил мисс Полар, подражая ей в выражении лица и интонациях.

Уважительно склонив перед ней голову, признавая правомерность напоминания. Шутка позволила немного успокоиться, а заодно немного привести в чувство спутников, имеющих слишком буйное воображение. Кто, вообще, будет заниматься подобной глупостью? Даже Рэдклиф сразу смекнула, что шлюпка, это не скоростной катер. К тому же, как она себе представляет процесс пересадки с корабля на корабль? Или реакцию капитана на просьбу, — Остановите, я здесь сойду/зайду. Да нас тут же примут за Африканских пиратов и встретят, в лучшем случае, водой из пожарных шлангов. К тому же, высота борта у круизных лайнеров такая, что на них не поднимешься без специальных средств. Нужны абордажные кошки. Да ещё придётся решать вопрос с незаметностью, что с учётом современных радаров, задача нетривиальная. Словом, буду над этим думать, но потом. А пока нужно чем-то занять Амелию, пока много думать не начала она.

Впрочем, упадок настроения продержался недолго. Как гласит житейская мудрость, — если вы не можете ничего поделать, не делайте. Расслабьтесь и получайте удовольствие от происходящего. А с разнообразием удовольствий на этом корабле проблем не было. Пускай на нём не построили аквапарка, зато разместили внутри настоящий театр в миниатюре. Мы посетили и его, и ресторан, и массажный салон, и спортзал, нужно же поддерживать спортивную фигуру, чтобы не стыдно было выйти к бассейну, у которого мы тоже провели немало времени.

Увидев Амелию Адамс в закрытом купальнике красного цвета, выгодно подчёркивающим её фигуристую фигуру, уж простите за тавтологию, я был сражён. Не знал, что она такая… такая… какая есть. Девушка явно за собой следила. Оценив моё искреннее восхищение, довольная произведённым эффектом, Амелия заулыбалась. Словно ненароком, специально старалась почаще попадаться на глаза, принимая эффектные позы. Негодяйка. Так и хотела вогнать меня в краску стыда. Не за неё, а за себя. Организм ведь реагировал, как ему и положено.

Вдоволь наплававшись в кристально чистой воде, легли загорать. Предварительно намазавшись солнцезащитным кремом, так как для нашей бледной кожи продолжительные солнечные ванны вредны. На просьбу девушки намазать ей спинку отреагировал…а бдительная миссис Полар. Чтобы мне было не так обидно, понимающе усмехнувшийся мистер Фридман, коварно посоветовал обратить своё внимание на других красоток, которых вокруг было в изобилии, страдающих от недостатка… крема от загара. Изобразив истинно английский «дуб», отказался. Вежливо, поскольку обижать вооружённых людей, умеющих убивать, не самое разумное решение. Знаю по собственному опыту. Вот если бы тут не было Амелии, внимательно нас разглядывающей, лежащей на шезлонге с видом, — я всё знаю и слежу за вами, его совет можно было бы обдумать.

Не считая некоторых моментов, весь этот чудесный день мы провели вместе, разве что ходили не под ручку. Получили массу приятных впечатлений. Наговорились на месяц вперёд. Вдоволь поразвлекались. Можно сказать, довольно неплохо сблизились. Ведь сейчас мы проводили время не как начальник и подчинённый или хозяин и гость, а как два свободных школьника, противоположного пола, оказавшихся вдали от дома, от семьи, от нашего социального положения. Предоставленные сами себе. В процессе этого времяпрепровождения я понял, зачем мать Амелии отправила с ней служанку. Если мои сёстры тоже куда-нибудь соберутся поехать с друзьями, сделаю даже больше. Сам за ними отправлюсь, тайком, с биноклем.

Когда Амелия проявила интерес к доступному элитному алкоголю и азартным играм, решительно пресёк эти пагубные порывы. Заявив, что запретить ей, конечно, ничего не могу, но объявить игнор вполне способен. Так что, пусть выбирает. Девушка выбрала меня, что было весьма приятно. Поэтому, дальше ходил с ней вальяжно, как надувшийся от собственной важности сноб, поглядывая на другие парочки свысока, что Амелию знатно веселило. Но, раз не мешала, то почему бы и нет? Дайте хоть помечтать, что у меня появилась девушка. Об этом речь с ней пока не заводил, считая этот вопрос преждевременным. Ещё не определился, кто же мне больше нравится.

Из того, на что сегодня обратил внимание. Амелия оказалась довольно спортивной, тренированной девушкой. В спортзале, заняв соседнюю беговую дорожку, она меня обошла и по скорости, и по выносливости, что стало неожиданностью. Зато я поднимал больший вес и большее количество раз подтягивался. Когда с вызовом посмотрел на девушку, одетую в облегающий, модный спортивный костюм, передавая ей эстафету в необъявленном состязании превосходства, а значит, главенства, та её приняла. Сев на шпагат, жестом предложила попробовать и мне, сравняв счёт. Пришлось потрудиться, но всё же сел. Вилсон на тренировках требовала делать полную растяжку. Не скажу, что, когда первый раз садился на шпагат, это было легко и просто. Напротив, пришлось помучаться, зато теперь мог наслаждаться растерянным видом девушки, окупающим мои многомесячные мучения.

Не став ничего говорить в спортзале, продолжила состязание в бассейне, внезапно заявив об обновлении счёта, ставшего 3:2. Доказав, что плавает намного быстрее меня. Ну ещё бы. У неё дома и личный тренер, и бассейн, а у меня — три сестры, маленькая ванная и резиновая, прикольно крякающая уточка Марты.

Некоторое время отдохнув в роскошно обставленных, пусть и немного тесноватых каютах, имеющих выход на отдельные балкончики, поздно вечером вновь отправились гулять по кораблю, который уже неплохо изучили. На нём, с наступлением сумерек, жизнь вовсе не замирала, а наоборот становилась ещё более безудержной и разгульной. Предназначенной больше для взрослых пассажиров корабля. Особенно для тех, кто снял с пальца обручальное кольцо, выдавая себя за кого-то другого. Не став надолго задерживаться в показавшемся излишне шумном и многолюдном железном «брюхе» корабля, вышли на открытую палубу.

Долгое время любовались с Амелией звёздами, разлёгшись в близко стоящих шезлонгах. А потом на небольшое, красочное представление, устроенное командой аниматоров, для тех, кому не спится. Ну и выпили по небольшому коктейлю, в качестве исключения. Именно это придало ему особый вкус и ценность. А потом, как-то так случилось, стоя у перил, глядя на бескрайнюю, окружающую темноту океана, будившую в нас какие-то странные, первобытные чувства, поцеловались. Вначале робко и неуклюже, испытывая дикое смущение, а потом… кашлянувшая мисс Полар напомнила Амелии, что ей пора баиньки. Одной. Отвернувшись, сделал вид, что принялся любоваться морем, чтобы ещё сильнее не смущать девушку. И вообще, я весь такой спокойный и загадочный, что сам с себя поражаюсь.

— Спасибо за сегодняшний день, — сбивающимся голосом произнесла Амелия, после чего быстро сбежала.

Если бы у неё был опыт романтических отношений, то так бы не поступила. Так что улыбался, как идиот, облокотившись на приятно охлаждающий метал поручней. Минут десять, а потом подумал, даже хорошо, что на корабле нет членов команды Чёрные рыцари Святой Анны. Это было бы… опасно. Невольно, до самого ухода со смотровой площадки, прислушивался, не доносится ли со стороны океана стрекот лопастей вертолёта. Однако, ночь по-прежнему оставалась спокойной и безмятежной. А уж какие чарующие сны мне сегодня снились.

Следующий день прошёл в духе предыдущего. Разве что вчерашнее лёгкое общение сменилось постоянным чувством взаимной неловкости и скованности. Я стал больше обращать внимание на Амелию, чем смотреть по сторонам. Беспокоиться о пустяках, о том, как она отреагирует на то или иное моё слово. Чаще уступать в спорах. Опасаться случайных прикосновений. Причём, мне показалось, леди Адамс испытывала те же сложности. Как-то всё вдруг стало сложно. Да ещё тот случай на лестнице.

Амелия, на что-то засмотревшись, во время подъёма по ней оступилась. Начала заваливаться назад, но я вовремя поймал её за руку, рефлекторно потянув на себя. Испуганно замерев посреди лестницы, одну очень долгую минуту смотрели друг другу прямо в глаза, не видя ничего другого и ни о чём в тот момент не думая.

— Госпожа. Не стоит загораживать проход, — вежливо подсказала мисс Полар, заставив очнуться от наваждения.

— Да-да. Вы правы, — согласилась девушка, став вдруг очень послушной.

Наверное, со стороны наблюдать за нами было забавно. Зато нам-то как весело. Обхохотаться и расплакаться. А ещё, мне несколько раз звонила Рэдклиф, в разное время, интересуясь, чем я занят? Очень долго и подробно рассказывая, чем заняты они. Как им хорошо и весело. Как чудесно проходят каникулы красивых, одиноких девушек. В доказательство чего прислала несколько фотографий, вызвавших острую зависть. Одна и вовсе возмутила меня до глубины души. От самодовольного вида Даниэля, окружённого красотками, в очень откровенных, соблазнительных нарядах, выглядящего, как шейх с гаремом, я и вовсе разразился проклятиями. Не забывала Кейси напоминать и том, как члены команды жалели, что меня нет рядом. Рядом, она сказала! Как девушки сокрушались, вздыхали, скучали чёрт побери! Также не прекращала попыток ненавязчиво выведать личность моей помощницы. Просила прислать её фотографию. Лучше, конечно, полные паспортные данные, но можно обойтись и без них. Сама всё разузнает.

Лёжа на животе, на кровати, болтая ногами в воздухе, Амелия Адамс занималась очень важным делом. Ну и что, что в десять часов вечера. Всё равно ей не спалось. Амелия просматривала на фотоаппарате кадры, отснятые за последние два дня. Некоторые сразу пролистывала, а другие, напротив, разглядывала подолгу, над чем-то хихикая. Часть фотографий подвергалась немедленному удалению. Даже те, что были сделаны Эриком, вроде как принадлежащие ему. Он просил потом скинуть их копии на почту. Все эти стёртые фотографии объединяло одно. На них были видны красивые девушки, помимо неподражаемой Адамс. То ли случайно, то ли намеренно попавшие в кадр. Разбираться в этом она не собиралась. Также были удалены несколько её фотографий, по мнению Амелии, на которых она плохо получилась. Те же, на которых получилась даже лучше, чем хорошо, были скопированы в папку Йохансона. Пусть радуется и не благодарит. Хотя нет, пусть благодарит. Опять не то. Он должен благодарить! Удовлетворённо кивнув своим мыслям, Амелия спросила у читающей книжку служанки.

— Как думаешь, Эрик специально ошибся кораблём или это получилось случайно? Может, он хотел провести каникулы только со мной? В чём стесняется признаться, — предположила с мечтательными интонациями.

— Полагаю, случайно, — не раздумывая, спокойно ответила мисс Полар.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, повернув голову, служанка увидела насупленную, недовольную госпожу. Раздумывающую, а не слишком ли у неё большая зарплата?

— Конечно же, специально, — не моргнув и глазом, исправилась опытная мисс Полар, сказав то, что от неё хотели услышать.

Тут же заулыбавшись и повеселев, Амелия продолжила возиться с фотоаппаратом. Вновь временами тихо хихикая, находя забавные снимки. Молча покачав головой, служанка вернулась к чтению.

На третий день круиза, ранним утром, выйдя на палубу, решил немного размяться. Где обратил внимание на берег, до которого было, что называется, рукой подать. Корабль входил в порт большого, современного города. Достаточно развитого, по местным меркам. Которого ничуть не портило массовое наличие небоскрёбов из стекла и бетона, архитектурных «шедевров» непонятных форм и назначений, а также крупных, промышленных гигантов, утыканных высокими, дымящими трубами. Судя по размерам, его население давно превысило планку в один миллион человек.

Обратившись к ближайшему стюарду, выяснил, что перед нами Мапуту, столица Мозамбика. Корабль простоит тут до двух часов дня, позволив пассажирам посетить город. Совершить экскурсии, на которые можно записаться прямо на корабле. За дополнительную плату. Посмотреть достопримечательности. Закупиться сувенирами. Набраться новых впечатлений, запечатлев их на память с помощью фотоаппаратов. У кого их нет, выдадут в аренду.

Поблагодарив стюарда за разъяснения, поспешил вернуться в каюту, чтобы собрать вещи. У меня появилось непреодолимое желание сойти на берег. Отдых — это хорошо, полезно, но не стоило забывать о важных вещах. Я собирался сдержать слово, чтобы избавиться от чувства вины и сожалений. Подтвердив, прежде всего для самого себя, что я по-прежнему надёжный, ответственный человек.

У трапа неожиданно столкнулся с Амелией. Девушка была одета в футболку, короткую юбку и удобные кроссовки. Имея при себе футляр с фотоаппаратом и маленькую, дамскую сумочку. Что примечательно, она была одна, без своих бессменных сопровождающих. А ещё, в солнцезащитных очках и широкополой шляпе. Увидев меня, Амелия прищурилась.

— Я так и думала, что увижу тебя здесь. Куда-то собрался? — спросила с большим подозрением.

— Захотел ненадолго выйти в город. Посмотреть, что тут интересного поблизости.

— А почему меня не позвал? — выдвинула претензию.

— Не хотел будить, — оправдался, скосив взгляд на лестницу.

— Ненадолго, говоришь? — уточнила с заметным скепсисом. — Поэтому взял с собой рюкзак?

— А вдруг что-нибудь по пути куплю. Не в руках же нести. Или солнце голову напечёт. Или пить захочу. С ним удобнее, чем без него, — привёл убедительный довод, не понимая зачем, вообще, перед ней отчитываюсь.

— Эрик, не держи меня за дуру. Я сама с этим справлюсь. А то я не видела, как ты часто разговаривал по телефону со своей командой. Пошли уже, — кивнула в сторону трапа.

— Ты хочешь пойти со мной? — удивился, вложив в эти слова дополнительный смысл.

— Да. А что мне здесь одной делать? Уже на третий день заскучаю. Мисс Полар всё равно не даст развлечься так, как я этого хочу, — показалось, что теперь уже она оправдывалась, хотя и не собиралась этого делать. — Если же пойду с тобой, скоро у меня появится ещё больше возможностей хорошо провести время. Познакомиться с нашей школьной командой по силовому фехтованию. Завести новые знакомства. Возможно, даже подружек, с которыми смогу повеселиться. Куда-нибудь вместе сходим. В большой кампании путешествовать всегда веселее, чем в одиночку, — привела общеизвестную истину, с которой трудно поспорить.

— Что, прямо вот так пойдём? — указал на то, что она не взяла с собой свои многочисленные вещи.

— Если я за ними вернусь, то дальше мы пойдём вчетвером, с кучей чемоданов. Вдвоём будет быстрее. Карточка у меня с собой. Всё, что нужно, куплю по дороге. Давно хотела обновить гардероб, — сообщила об этом, как о каком-то пустяке. — Никогда не путешествовала налегке. Тем более, так далеко от дома, в чужой стране. Даже не знаю, чего ожидать. И это меня заводит, — пошла на откровенность.

По-моему, Амелия сама хотела избавиться от сопровождающих и остаться со мной наедине. Отправиться в настоящее, захватывающее приключение. Обычно всё новое и неизведанное людей манит. Амелия в этом плане не исключение. Она ещё не сталкивалась с настоящими угрозами, лишениями или преодолениями трудностей. Дитя интернета, лишь читавшая о таких вещах. Чувствую, с ней будет хлопотно. Но, с другой стороны, Амелия права. Вместе будет веселее и спокойнее. Не так страшно попасть в беду, как выбираться из неё в одиночку.

Позаботившись, чтобы никто не сорвал нам предстоящую экскурсию, заранее отключили телефоны. Но перед этим Амелия поступила благоразумно, улучшив моё мнение о ней. Отправила своим спутникам сообщение. Извинилась за побег. Обещала вести себя благоразумно. Я бы на месте мисс Полар ей не поверил. Одно это сообщение чего стоило. Судя по тому, с какой скоростью девушка отключила телефон, она тоже так думала.

Несколько часов мы потратили на то, чтобы и в самом деле осмотреть город. Пройтись по небольшим лавочкам и базарчикам, заваленным горами самого разнообразного товара, минуя центральный рынок и крупные супермаркеты. Полюбоваться местной архитектурой, переходящей от простых форм до чего-то замысловатого. Украшать дома тут умели, особенно старинные, но стоило это удовольствие недёшево, поэтому доступно было не всем. Посетить парочку культурных мест, где Амелия сделала несколько хороших фотографий. Перекусить уличной едой. Её тут продавали почти везде и почти даром. Передохнуть в тени пальмовых аллеек, аккуратно выметенных и облагороженных. Прокатиться в местном общественном транспорте. Тот ещё парк аттракционов, в котором никогда не знаешь, что тебя ждёт за следующим поворотом. В итоге, что-то нам понравилось, а что-то нет.

Благодаря отказу от путеводителей, вдали от главных улиц, по которым проходили основные туристические маршруты, мы увидели много обшарпанных, старых высоток. Тихих двориков, в которых сушилась постиранная одежда. Небольших хибар и одноэтажных домиков, сохранившихся с незапамятных времён. Выглядящих довольно контрастно на фоне современных зданий, виднеющихся вдали. Встретили на улицах много праздношатающихся, безработных людей. Много грязи и мусора, которые обитатели этих кварталов, словно совсем не замечали, считая их наличие нормой жизни.

Когда пришла пора воспользоваться общественным транспортом, Амелия наотрез отказалась садиться в не вызывающий у неё доверия маленький микроавтобус, выполняющий роль маршрутного такси. Называемый здесь «чапаса». Забитый народом. С потёртыми, старыми сиденьями. С сильным запашком в салоне, в котором чего только не ощущалось, кроме аромата французских духов. Аляповато украшенный занавесками и бусами. Имеющий многопоточный кондиционер, модели — открытые окна. Чей водитель, если что-то и знал о правилах дорожного движения, то предпочитал этими знаниями не пользоваться. За ненадобностью. Вместо этого, сидящий за рулём молодой мужчина, принялся активно с нами торговаться по поводу цены за проезд, стоя прямо на остановке. Будто продавец на рынке. Заглянув в салон, девушка решительно сказала, что лучше пойдёт пешком. Мол, для здоровья так будет полезнее. За что водитель нас обматерил. Захлопнув дверь, гневно бибикнув, умчал вдаль, обдав густым облаком вонючего выхлопного дыма.

По мере прохождения километра за километром, через не самые презентабельные районы, мимо подозрительных, темнокожих типов, казавшихся ей на одно лицо, провожающих нас удивлённо-заинтересованными взглядами, мнение девушки о местном транспорте постепенно менялось. В лучшую сторону. Теперь она уже не была так уверена в полезности пеших прогулок. Особенно в те моменты, когда её несколько раз окружали наглые детишки, клянча мелочь. Не давая пройти.

В конце концов, Амелия согласилась, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Зато сколько получила впечатлений от поездки, подпрыгивая на ухабах, не передать словами. Сидя в железном, громыхающем «ящике», по соседству с дородной, потной тёткой, обёрнутой в цветастое жёлтое покрывало, с платком на голове, похожим на свёрнутое полотенце, везущую с собой маленькую козочку. Взяв животное на руки, развернув её мордой к Амелии, которая всю дорогу на неё опасливо косилась. Поначалу вздрагивая, когда та блеяла. Правда, перед выходом, набравшись смелости, погладила козочку. Хорошо, хоть не купила. Покинув транспорт, ещё долго ходила с глупой, горделивой улыбкой. Это ей не на лимузинах кататься с подружками и карманными собачками, у которых сделаны не только модные стрижки, но и маникюр на коготках.

К моменту, когда мы нашли небольшой рыболовный порт, ближе к пригородам, со свободным входом, Амелия преобразилась. Став лучше вписываться в местный колорит. Накинула на плечи красивый, узорчатый платок, надела на шею штук пять длинных бус, нацепила на руку несколько браслетов. Перестала смотреть на местных жителей, как на диковинку. Брезгливо морщить носик, замечая грязь на улицах.

Почти за все её покупки, как и за еду, платить пришлось мне. В чём сильно помог мешочек с мелочью, которую на дорогу дала мама. Дело в том, что у Амелии с собой было только несколько очень крупных купюр, а кредитную карту тут никто не принимал. Вот и получилось, что очень богатая девушка не могла себе ничего купить.

Узнав обменный курс у уличных менял, которые через каждого второго оказывались либо мошенники, либо обманщики, от их услуг отказалась. Банк же ещё нужно было сначала найти. Да и не бегать же в него каждый раз или носить полные карманы денег, на радость уличным воришкам.

Возвращаясь к нашим текущим заботам. Я не знал, когда будет ближайший авиарейс на Сейшелы, из столичного, международного аэропорта Мавалане. Совершают ли их вообще, отсюда? Поэтому решил воспользоваться морским транспортом, не зависящим от графиков и маршрутов. Для чего собирался нанять какой-нибудь катер или рыбацкую шхуну. Раз уж здесь развит туризм, то такие услуги должны предоставляться. Помня удачный пример с мистером Генри, здорово выручившим нас в Кейптауне, знающего там всё и всех, тоже поискал кого-нибудь, кто может стать нашим проводником и посредником. Знающим английский, поскольку мы не знали ни одного из почти двух десятков языков, на которых разговаривали в этой многонациональной стране. Подозреваю, при таком разнообразии, жители одного района страны не понимали жителей другого. Был ещё большой вопрос, признавали ли они их за своих.

Попавшийся нам ушлый, предприимчивый тип, неряшливо одетый, как и большинство людей вокруг, с большой радостью согласился помочь. Из-за денег, а не из-за большой любви к иностранцам или чувства сострадания. Хотя, судя по поведению, одно с другим у этого человека явно ассоциировалось. Он без труда нашёл быстроходный рыбацкий катер, владелец которого согласился за определённую сумму доставить нас в порт, который вскоре должна посетить команда по фехтованию Святой Анны. Если верить утверждению пожилого рыбака, относительно скорости его «Покорителя морей», то мы успеем доплыть до Сейшел даже раньше «Гармонии морей», как назывался нужный нам корабль, чьё расписание я уточнил ещё на «Констанции».

Длинный, вытянутый катер, местами покрытый пятнами ржавчины, провонявший рыбой, краской и топливом, доверия внушал не больше, чем городская маршрутка, но за неимением лучшего, привередничать не приходилось. Стоявшие по соседству небольшие, пузатые, рыбацкие судёнышки, обвешанные старыми шинами, скоростными характеристиками уж точно похвастаться не могли. Они плавно покачивались на волнах, похожие на ленивых, засранных чайками, тюленей.

Задумчиво покосившись на бочки с горючим и ящики с припасами, загруженных ещё задолго до нашего появления, испытал лёгкое беспокойство. Впрочем, делиться подозрениями с Амелией не стал. Ей и так на сегодня хватило ярких впечатлений. Может, я просто себя накручиваю и тут все так плавают. Когда она присоединялась ко мне, принеся одеяло, которое постелила на лавку, чтобы сидеть было удобнее и чище, поинтересовался.

— О чём ты разговаривала с хозяином катера и мистером Сигеру?

— Они расспрашивали меня о том, откуда мы приехали. Из какой страны. Чем занимаемся. Одни ли здесь. Если не судить по внешности, довольно милые, общительные люди. Я уж думала какие-то бандиты, — поделилась своим мнением.

— Да ты бандитами называла каждого второго мозамбикца, а третьего, или мошенником, или бродягой, — с улыбкой, напомнил спутнице.

— Это было давно и неправда, — возразила Амелия, как и многие девушки, обладающая потрясающе избирательной памятью.

— Как скажешь. Так что ты им сказала? — кивнул в сторону мужчин, переговаривающихся между собой на языке, которого я не знал.

— Что мы английские школьники на каникулах. Путешествуем по миру в поисках новых мест. Кстати, карточкой и тут расплатиться не удалось, пришлось давать наличные. Дикая страна, — пожаловалась Амелия.

— И не говори, — согласился, ещё раз покосившись взглядом на деревянные ящики, наполненные различными хозяйственными припасами.

Закончив подготовку к отплытию, на катер поднялся пожилой владелец с молодым помощником. Действительно, посмотришь на них со стороны, очень доброжелательные, улыбчивые люди, часто на нас поглядывающие. Проверяя всё ли в порядке.

Под громко затарахтевший двигатель, катер начал бодро набирать ход. Погода стояла отличная, так что поездка обещала быть приятной. Отойдя от берега на значительное расстояние, пока суша не превратилась в тёмную, туманную полоску, катер направился вдоль него. Несколько часов всё было прекрасно, Амелия спокойно грызла сушёные креветки, купленные в порту вместе с корзиной. Немаленькой такой, плетёной корзиной, по мнению девушки, отданной нам почти даром. Капитан и помощник, занимались своими делами. Стояли и смотрели вдаль с умным видом. Я, разомлев на солнышке, дремал, убаюканный размеренным плеском волн. Пока не появился ещё один скоростной катер, побольше нашего, с солидной надстройкой, уверенно идущий на сближение. Встреча судов в море явление нередкое, но вот чтобы они сходились в одной точке, это уже неспроста. Посмотрев на сохраняющего спокойствие владельца катера, явно знавшего кто это и зачем они к нам подходят, да ещё заглушив мотор, огорчённо вздохнул. Ну почему это всё происходит именно со мной? Я что, особенный?

— Эрик, а кто эти люди? — удивилась нахмурившаяся Амелия, разглядывая группу обрадовавшихся встрече, прибывших африканцев.

Одетых, как бродяги, в какое-то тряпьё.

— Если судить по дрянным автоматам и парочке старых РПГ, африканские пираты. А если посмотреть на их приветливые лица и улыбки, довольно милые, общительные люди, — припомнил её характеристику, данную недавно нашим новым знакомым.

Перебравшись на наш катер, три головореза, не обращая внимания на пассажиров, принялись о чём-то оживлённо торговаться с его владельцем. Часто тыча пальцами то на бочки, то на ящики, то на нас.

— Не смешно, — недовольно проворчала напрягшаяся Амелия, подсев ко мне поближе.

Не сводя с них настороженного взгляда.

— Так я и не шучу. Одно другому не мешает. Почему они не могут быть доброжелательными пиратами? Смотри, деньги достали. Интересно, почём нас продают? — пригляделся повнимательнее, оценивая экипировку морских разбойников.

— Это всё, что тебя сейчас беспокоит? — возмутилась Амелия, шокированная как происходящим, так и моим поразительным спокойствием.

Только сейчас по-настоящему испугавшись, поняв, что отдых пошёл не по плану. Совершенно не представляя, что теперь делать? Пожалев о своём опрометчивом поступке. Об уходе с безопасного и роскошного круизного лайнера. Оказавшись чёрт знает где, в одной лодке с какими-то вооружёнными дикарями. Она такую услугу не заказывала. Девушка почувствовала приближение истерики.

— Ну хорошо. Сделаем, по-твоему, — успокаивающе взял девушку за руку. — Ты что на ужин будешь, фасоль или кукурузу? С рыбой. Тут уж без вариантов, — иронично посмотрел на девушку, пытаясь нащупать то самое состояние просветления, которого мне сейчас остро не хватало.

Словно нарочно, запаздывающего. Амелия посмотрела на меня каким-то «диким» взглядом, широко раскрыв глаза. Как на идиота.

— Тогда, давай поступим по-моему, — покладисто согласился.

— Как?!

— Делай как я. Мы сдаёмся! — громко объявил, с радостной улыбкой подняв руки, чем вызвал громкий хохот пиратов, переставших направлять на нас оружие.

Уже не ожидая проблем с такими послушными заложниками. А зря. Кажется, скоро Даниэль дождётся третью часть изумительных историй. Глядишь, так скоро материала на целую книгу наберётся. Если я до этого светлого момента доживу. Почему-то прямо сейчас пришла в голову мысль, что всякий раз, когда я попадал в неприятности, рядом со мной оказывались красивые, успешные девушки. Может, они приносят мне неудачу?

Перегружать ящики и бочки прямо в море пираты не стали. Вместо того, сопроводили предприимчивого рыбака в свою прибрежную деревню, состоящую из неказистых хибар землистого цвета. По большей части круглой формы, окружённых амбарами и загонами для скота. Строительным материалом для подавляющего большинства строений служила глина, палки и солома. И это в эру, когда человечество осваивало космос и подчинило себе силу атома. В деревне и электричество-то имелось далеко не во всех дворах, получаемое с помощью дизельного генератора, установленного во дворе старосты, под навесом из тростника. Кроме того, в деревне не было ни вышек сотовой связи, ни асфальтированных дорог, ни уличного освещения, ни даже, о ужас, рекламных вывесок. Такое впечатление, словно мы попали в далёкое прошлое. Столица Мозамбика и его отдалённые провинции словно жили в разные временные периоды. Удивительные дела тут творятся.

Чтобы нас поместили в одно место, а не развели по разным, шикнув на Амелию, уверенно заявил о том, что она моя невеста. Деньги за выкуп будет платить моя семья, потому что семья девушки очень бедная. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на её дешёвые украшения, купленные на рынке Мапуты. Обычная, расхожая бижутерия. Если девушку, не дай бог, изнасилуют, платить за неё принципиально не буду. На Амелию при этом старался не смотреть, про себя молясь, чтобы она не испортила моё выступление. К счастью, у неё хватило ума промолчать.

Почирикав между собой на своём чудном языке, пираты решили, что деньги важнее, чем белая женщина. Тем более, она у них была не первая. В смысле, заложница. Оказалось, в деревне уже содержится целая группа сотрудников одной из Европейских сырьевых компаний, похищенная где-то в этой провинции. Их поселили в одном из домов на окраине, куда определили и нас. Когда заводили во двор этой «гостиницы», огороженной высоким забором, сложенным из длинных жердей, обратил внимание на двух сторожей. Четырнадцатилетнего паренька и мужчину средних лет, вооружённых автоматами и внушительными мачете, лениво скучающих под навесом. Текущие жильцы, четверо мужчин и одна женщина, загорелые, слегка исхудавшие, непричёсанные, в давно нестиранной одежде, встретили нас с большим удивлением. Явно не ожидали гостей.

— Ганс, смотри, эти уб*** ещё кого-то поймали. Вот же сволочи. Это же почти дети, — возмущённо сказал один мужчина другому на немецком языке.

— А почему их только двое? — удивился его бородатый друг.

— Надеюсь, их родители в порядке. Будет очень жаль, если они пострадали, — посочувствовала нам единственная женщина в этом доме, сразу же подойдя к настороженно на неё посмотревшей Амелии, нерешительно замершей в проходе, проверяя, всё ли с девушкой в порядке.

Не поранилась ли? Посчитав, что одни, в таком виде, мы никак не могли путешествовать по Африке, а значит, с нами должны быть сопровождающие, которых она здесь не видела.

— Не волнуйся, здесь ты в безопасности, — ласково обратилась к Амелии, пытаясь передать интонацией, что она ей не враг.

Осторожно приобняв девушку, повела её к небольшому диванчику, накрытому цветастыми одеялами, с наброшенными на него небольшими подушками.

— Жаку, что по поводу ответа из нашей компании? — пользуясь случаем, лидер группы обратился к нашему провожатому.

На ужасном, ломаном английском, который пират и сам знал не лучшим образом. Слышать такую речь было несколько раздражающе.

— Молчат. Ещё неделю мы ждать, потом всё. Мужчин убить, женщину продать, — недовольно ответил пират. — Эти тоже ждать тут. Не трогать, — показал на нас пальцем. — Вести себя хорошо. Кто будет шуметь, бить палкой. Бежать, сажать в яму, на цепь, как собак. И не кормить.

Выдав инструкцию, пират вышел, закрыв за собой дверь на засов.

— Ребят, вы откуда? По-немецки говорите? — с надеждой спросил словоохотливый, высокий, худощавый мужчина с копной непослушных, светлых волос.

— Людвиг, не наседай на них. Дай им успокоиться, — сердито попросила добросердечная шатенка, что усадила Амелию на диванчик. — Пить хочешь? Воды? — произнесла медленно, по слогам, сделав характерный жест, будто пьёт воду из стакана.

— Что она спрашивает? — спросила у меня Амелия.

— Ты пить хочешь? — перевёл и так очевидный вопрос.

— Нет. Я хочу отсюда выбраться, — загрустила Амелия, ссутулившись и поникнув.

— Потерпи до вечера. Воспринимай всё происходящее, как захватывающее, экстремальное приключение. Всё будет хорошо. Поверь мне. Скоро сама будешь вспоминать об этих событиях, как о чём-то невероятном и забавном, — пообещал девушке с ободряющей улыбкой.

Стараясь выглядеть уверенно и расслабленно, как тот, у кого всё под контролем. Пусть так думает. Может, тогда и сам в это поверю. Нельзя позволять Амелии пасть духом, иначе, глядя на неё, у меня тоже опустятся руки.

— И что ты сделаешь вечером? — с подозрением поинтересовалась девушка, опасаясь, что всё ещё сильнее ухудшится.

— Захвачу власть в этом, отдельно взятом, посёлке. Убив всех, кто будет против, — раскрыл свой грандиозный план, вызвав у девушки грустную, недоверчивую улыбку.

Подумавшей, что я её просто утешаю.

— Посмотрю, как это у тебя получится, — не стала причитать, чтобы не показаться жалкой.

С любопытством прислушивающиеся к нашему разговору немцы, сделали правильный вывод.

— Похоже, это англичане. Скорее всего, туристы. Да, не повезло беднягам, — посочувствовал Людвиг. — Будет ещё обиднее, если это молодожёны, совершавшие своё свадебное путешествие.

— Сомневаюсь. Не вижу обручальных колец, — заметил, тихо сидящий в сторонке, молчаливый, хмурый, коротко стриженный брюнет.

— Вы правы, уважаемый, мы не женаты, — переключился на немцев, поражённо замерших при звуках родной речи. — Мы простые, английские школьники. На каникулах. Плыли на Сейшельские острова, да к несчастью, наткнулись на морских пиратов.

— Ты говоришь по-немецки? — обрадовался Людвиг, подойдя ближе. — Да ещё так хорошо. Почему сразу не сказал?

— Не было возможности. Сначала хотел успокоить подругу. Для неё всё происходящее обернулось большим стрессом. Меня зовут Джеймс Буллит. Я увлекаюсь бабочками. Будущий энтомолог. А это, Амелия Адамс, — опустил все её титулы, на случай утечки информации.

Я пока доверял им не больше, чем они мне.

— Ты говоришь по-немецки? — повторила вопрос удивлённая Амелия. — Я думала, знаешь только французский.

— Я много чего знаю, — загадочно улыбнулся.

— Спроси у них, где здесь туалет? — попросила девушка, не в силах больше терпеть.

Переведя вопрос, узнал много интересного о местном быте. А уж как этому знанию обрадовалась Амелия, не передать словами. Приличными. Она возмущённо пучила глазки. То открывая, то закрывая ротик. Готова была в любую секунду разразиться громом и молнией. Аж потемнела лицом, не понимая, как так можно жить?! Это же невыносимо. Да что там невыносимо, негигиенично! В качестве умывальника — жестяная банка с соском снизу. Вместо раковины — ведро. Туалет — в яме, едва прикрытой досками. Воняло оттуда так, что аж глаза слезились. Вместо шкафа — сундук. На кухне — примитивная дровяная печь. Из бытовых приборов, веник да мухобойка. Кстати, мух тут было много. Жирных и наглых. По заверению соседей, комаров и клопов здесь ещё больше, с ними нам только предстояло познакомиться. Ванной комнаты не предусматривалось. Как и стиральной машинки. Все водные процедуры проводились прямо во дворе.

— Я так не могу. Делай что хочешь, но вытаскивай меня отсюда, — брезгливо поморщившись, решительно потребовала леди Адамс.

Готовая сама взяться за оружие, если это ускорит процесс возвращения к цивилизации. А лучше, сразу за огнемёт. Её уровень запуганности стремительно пошёл вниз, вытесняемый воинственностью.

— Желание прекрасной леди, закон для её рыцаря, — шутливо поклонился. — Ты пока осматривайся. Считай, что находишься в музее естествознания. Изучаешь быт дикарей в естественных для них условиях. А я пока пообщаюсь с немцами. Если что-то понадобится, говори.

Сев за стол, позвал знакомиться наших новых соседей. Бородатого Ганса. Высокого и разговорчивого Людвига. Спокойного, добродушного Дирка, обладателя небольшой залысины и выпирающего живота. Хмурого, постоянно чем-то недовольного Мартина, который, впрочем, не прочь был поговорить. Скука его уже достала. Кроме разговоров, здесь и заняться-то особо нечем. К тому же, у кого ещё ему узнавать свежие новости? Расспрашивать, что в мире творится? Телевизора нет. Телефона нет. Так скоро с пауками начнёшь разговаривать, раздавая им имена. Также к нам подсела Ирма, как звали единственную женщину переводчика, сопровождающую эту группу геологоразведки. Присланную главным офисом в командировку. Как ей сказали, всего на недельку. Ирма превосходно владела Португальским, Испанским, Итальянским и одним из местных языков, к сожалению, распространённым только в центральной и южной частях Мозамбика. Здесь, на севере, жило другое племя, говорившее на другом наречии, которое она понимала с большим трудом.

Разговорившись с этими людьми, постарался выведать силы пиратов и местонахождение их базы. Разузнать, где тут что находится? Какие у них отношения с деревенскими жителями, которые, по-моему, относились к пиратам настороженно. Не скажу, что недружелюбно, но точно не как к родственникам или друзьям. Мой интерес был вовсе не праздный. По пути сюда успел краем глаза заметить парочку силовых поясов, надетых на пиратов, которые сразу привлекли моё внимание, позволив надеяться на успешное завершение спасательной операции. Архимеду, чтобы перевернуть этот мир, нужен был лишь подходящий рычаг, а мне, чтобы снести эту деревню, фантомный доспех.

Когда я попросил нарисовать план деревни, за проведённые здесь четыре месяца плена заложников несколько раз привлекали к различным хозяйственным работам, так что деревню они более или менее изучили, немцы напряглись.

— А тебе он зачем? — с подозрением поинтересовался Ганс, начальник их группы.

— Может, когда-нибудь пригодится, — ответил уклончиво. — А вот если укажете, где эти «рыбаки» хранят своё снаряжение, включая силовое, что я видел у парочки странных типов по пути сюда, то, при случае, угощу вас пивом. В ближайшем крупном городе, где находится аэродром. Готов даже туда отвезти. Тоже за свой счёт.

— Пиво здесь, как моча, — авторитетно заявил Людвиг, многозначительно переглянувшись с Гансом, дождавшись кивка, прежде чем ответить. — Вот если приедешь в Гамбург, я тебе покажу, каким должно быть настоящее пиво. И где его нальют за разумную цену. Что же касается силового снаряжения. Вещь это статусная. Ценная в здешних краях. Оно хранится всего в двух местах, под замком. У начальника местного ополчения, родного брата главы деревни, состоящего из десятка обычных крестьян, вооружённых лёгким стрелковым оружием. И у главаря пиратов. На складе. Хотя правильнее будет его назвать командиром одной из боевых бригад Большого Моджо, который много чем занимается. Пиратство для него скорее дополнительный заработок, а не основной. Этим направлением заведует Жаку. Это он вас сюда привёл. Всего у Большого Моджо насчитывается где-то сотня головорезов. Он с местными жителями только сотрудничает, не больше. Позиционируют себя, как отдельную силу, с которой окрестным деревушкам приходится считаться. Выплачивая ему дань за защиту от таких же, как он. Реальная власть тут не в кабинетах, что в больших городах, а у тех полевых командиров, у кого есть оружие и боевики, способные его применять. Оказывающие большое влияние на местные общины и вождей. Держать армейские гарнизоны в каждой отдалённой деревушке для центральных властей задача нереальная. Тут все друг с другом повязаны, кто кровью, кто родственниками, кто общим делом. Привыкли решать свои проблемы на местах.

Коротко ввёл меня в курс сложившегося здесь расклада сил.

— Насколько мне известно, у Жаку где-то около пяти комплектов силового снаряжения, что, по местным меркам, считается внушительной силой. Два пехотных. Один тяжёлый, похожий на сапёрное снаряжение. Либо украл его, либо выкупил у армейцев. У тех хоть танк можно достать, были бы деньги. И клубничка на торте, средний МД. Пусть и не самой новой, продвинутой модели. Вероятно, из списанных португальских запасов, заполонивших чёрный рынок, после недавно объявленной модернизации армии. Как-то так. Зачем он ему в море, понятия не имею. На их катерах, на таком не развернуться. Но вещь статусная, сразу даёт понять, кого тут следует уважать и кто главный. Может, поэтому Большой Моджо и расщедрился, наградив верного командира.

— А где он всё это добро хранит? Тут же нет ни одного приличного здания? — задал наводящий вопрос.

— На складе. Там же, где остальные ценные вещи. Выкупили у местных несколько домов и сараев у берега, обозвав их громким названием, морская база Большого Моджо. Один из них отвели под это дело. В нём же устроили и арсенал, и склад топлива. Хотели было большой ангар возвести, да испугались, что этим выдадут свою стоянку береговой охране.

— Сможешь нарисовать план деревни с отметками, где тут что находится? — попросил Людвига, как самого общительного.

Готового идти на контакт. И которого, по всей видимости, с молчаливого одобрения начальника группы, назначили главным переговорщиком.

— Шутишь? Я же геодезист. Я тебе с закрытыми глазами такую карту нарисую с высотными отметками, не отличишь от компьютерной модели. С точностью до метра. Только зачем она тебе? — испытывающее на меня посмотрел.

— Моя подруга отказывается спать с клопами и пользоваться отхожей ямой. Ей не нравится сервис в этой «гостинице». В турфирме нам обещали совсем другое. Я им за это потом дизлайк на сайте поставлю. Этой же ночью собираюсь сходить к управляющему, расплатиться за гостеприимство, забрать ключи и съехать отсюда. Надеюсь, обойдётся без скандала. Иначе, если я не дам своей подруге то, чего хочет она, Амелия не даст мне того, чего хочу я. Женщины, — многозначительно пожал плечами, пользуясь тем, что моя спутница не понимала по-немецки. — Не в обиду вам будет сказано, — уважительно кивнул Ирме, в немом изумлении приподнявшей брови.

Прикинулся человеком, с большим житейским опытом, к словам которого обычно принято прислушиваться.

— Не успел провести в плену и часа, а уже строишь планы побега? — усмехнулся Людвиг, оценив игру слов. — И тебе, разумеется, нужна наша помощь? — сыронизировал, пока ещё не воспринимая меня всерьёз.

Не видя для этого поводов. Мало ли что я сказал? Он тоже много чего хочет и даже готов предложить. Другое дело, что не знает, как это реализовать. Несбыточных планов у них у самих полные карманы.

— Ну что вы. Нет. Я просто ставлю в известность, чтобы не волновались и не шумели, когда я уйду. Сам со всем справлюсь, — улыбнулся, пытаясь пародировать мистера Вилсона.

Представляя, как бы он вёл себя на моём месте.

— Лучше оставайтесь здесь и присмотрите за моей подругой. Этого будет достаточно. Когда рассчитаюсь с управляющим этого «курорта», вернусь за ней. А пока, мне так будет спокойнее. Не придётся переживать, что кого-то заденет шальной пулей. К тому же, если у вас нет специальной подготовки, то скорее сорвёте мою ночную прогулку, чем её облегчите, — сказал открытым текстом.

— А у тебя она есть? — удивился Ганс, посмотрев на меня по-новому.

У него вызывало недоумение несоответствие того, что он слышал, тому, что видел.

— Я закончил кулинарные курсы и получал частные уроки игры на фортепьяно. Плюс, проходил практику ловли бабочек, — заверил с совершенно серьёзным видом. — Этого вполне достаточно, — отказался отвечать на такой вопрос.

— Осталось только найти бумагу и карандаш. У вас, случайно, ничего такого нет? — продолжил ёрничать Людвиг.

— Нет. Но план можно набросать на чём угодно. Хоть в пыли, хоть в грязи, хоть на запотевшем стекле. В крайнем случае, выложить из подручных предметов. У меня хорошая память и воображение, — заверил геодезиста, сохраняя спокойствие. — Я не привередлив, в отличие от моей спутницы.

Внимательно на меня посмотрев, Ганс коротко распорядился, — Нарисуй ему.

Пока Людвиг был занят делом, не став спорить с начальником, расспросил бородатого немца о том, как они здесь оказались?

— Мы сотрудники немецкой горнодобывающей компании «Дортсмут». Проводили в провинции Нампула геологоразведку. Здесь, по всем признакам, должны располагаться залежи драгоценных камней. Правда, найти их пока не успели. Задержавшись в походе, мы разбили полевой лагерь в холмах, что к западу отсюда. Той же ночью подверглись нападению. Похоже, наша деятельность сильно не понравилась местным контрабандистам и чёрным старателям, что нелегально их добывают где-то в округе. Поскольку, в случае нашей пропажи, через какое-то время компания просто прислала бы другую группу, они поступили хитрее. Устроили традиционные пляски с похищением, требованием выкупа и телефонными запугиваниями. При таких условиях нашей компании проще свернуть свою деятельность в данном районе, чем вкладывать огромные средства в войну с местными бандитами, вооружёнными до зубов и хорошо организованными, не зная заранее, отобьются ли эти затраты или нет. Возможно, тут нет ничего настолько ценного, чтобы начинать промышленную разработку месторождений. Ради которых стоило бы договариваться с насквозь коррумпированными центральными властями об охране объекта и сотрудников. То, что для отдельных старателей кажется большой добычей, для крупных компаний — сущая мелочь. Африка большая, где копать с меньшими затратами и большей выгодой «Дортсмут» найдёт. У нас не военная организация и не огромная корпорация, способная позволить себе такие риски.

Удовлетворив моё любопытство, Ганс попросил рассказать о себе поподробнее, для чего пришлось спешно придумывать подходящую легенду. Судя по взглядам, немцы догадались о том, что я о многом умалчивал, но настаивать на большей открытости не стали. Решив дождаться ночи, чтобы посмотреть, что я буду делать? Не принесёт ли им моя авантюра дополнительных проблем? А то, может, завтра придётся выгонять отсюда проблемных английских подростков, не желая мириться с их безумными выходками. После разговора с немцами, уделил время Амелии. Успокоил её, настроил на позитивные мысли, после чего терпеливо принялся ждать вечера. Морально готовясь к предстоящей операции, затягивать с которой не стоило. У меня каникулы не резиновые. Я всё ещё надеялся, что подарок Норы пригодится.

Усевшись в позу для медитации и закрыв глаза, принялся внушать себе, что я секретный суперагент под прикрытием. Под очень глубоким прикрытием. И настолько секретный, что сам об этом не в курсе. Пробуждая в себе память мистера Вилсона и мистера Смита, перенимал их опыт и навыки, что получил во время слияния сознаний. Надеюсь, они мне помогут. Как и напускная уверенность в своих силах, которую желал обратить в реальную. Ведь главное — вера. Что первично, а что вторично, учёные мужи спорят до сих пор. Вера ли рождает чудо или чудо рождает веру, скоро узнаю.

Когда достаточно стемнело решительно поднялся на ноги. Посмотрев на так и не ложившихся спать немцев и Амелию, улыбнувшись им, приложил палец к губам. Надеюсь, смог аккумулировать в себе достаточно энергии А-поля, сгущая её в час по капле. Выглянув в окно, встав так, чтобы меня не было видно снаружи, пристально уставился на сторожа. Сейчас, во дворе, усевшись на стул, остался дежурить только один автоматчик. Чтобы было не так мрачно и темно, он развёл рядом с собой небольшой костерок, чей дым отгонял назойливых насекомых. Такое ощущение, что ночью они стали ещё активнее, чем днём. Судя по запаху, не внушающий уважения пират недавно жарил на нём мясо, которым с нами не поделился. Отчего у меня выделилась обильная слюна. На ужин нам выдали всего лишь по плошке густой, подгорелой ячменной каши с жаренной рыбой и по куску, на удивление, свежей лепёшки. Тяжёлой и плотной, без разрыхлителей, красителей и прочих пищевых добавок.

С большим подозрением потыкав деревянной ложкой в крупнозернистое, пахучее варево, Амелия есть его не стала. Сказала, что ещё не настолько оголодала и отчаялась. Немцы, уже привыкшие к простой, грубой пище, успев поголодать в первые дни заточения, слопали ужин за пару минут, даже не поморщившись. Здоровяк Ганс, получив разрешение, ещё и порцию Амелии умял с большим удовольствием. Свою я отдал Людвигу, в качестве благодарности за карту. Только лепёшку съел. Она мне понравилась. Вкусная и сытная. Жаль, у нас таких не продают.

Гипнотизируя сторожа на расстоянии, всеми силами попытался настроиться на источник его души, внушая пирату одну и ту же тревожную мысль. Расшатывая его силу воли. Туманя сознание. Заставляя поверить в то, что часть заложников, якобы каким-то хитрым образом сумела выбраться из дома. Сбежала. Если об этом узнают, то ему несдобровать. А если сейчас, не убедившись лично, поднимет шум, а потом выяснится, что ему это только померещилось, будет ещё хуже. Над ним начнут смеяться даже собаки. Обзывать мнительным трусом. Лучше по-тихому проверить, прежде чем что-то предпринимать. Да, так будет правильнее. Незачем ждать утра. Потом может стать поздно. Есть только здесь и сейчас. Он только одним глазком посмотрит, пересчитает заложников и всё. Никто ничего не заметит.

Вначале пират почти никак не реагировал на это внушение, однако с каждой минутой становился всё более задумчивым, неуверенным и обеспокоенным. Всё чаще оглядывался, то на наш дом, то на затихшую деревню, прислушиваясь к окружающим звукам. Минут через пять засов на нашей двери отошёл в сторону. Только дверь приоткрылась, как я, стараясь не думать о том, что делаю и в кого превращаюсь, хлёстким, стремительным ударом сломал ему гортань. Сразу же после этого, одной рукой, ухватив его за рубашку, втянул внутрь, а второй, отнял автомат, за который тот держался, как за палку. Совсем про него забыв, не без моей помощи.

Сбив хрипящего африканца с ног, тут же врезал прикладом по затылку, добивая незадачливого сторожа. Всё это заняло считанные секунды. Никто даже не успел опомниться. Осторожно выглянув в приоткрытую дверь, нет ли свидетелей внезапного исчезновения незадачливого пирата, тихонько её прикрыл.

— Ладно. Я пошёл. Если меня будут спрашивать, скажите, к понедельнику вернусь, — шутливо сообщил заложникам, испытывая эмоциональный подъём от прилива адреналина.

Не став дожидаться вопросов, что-то кому-то объяснять или доказывать, сразу покинул дом, растворившись в уличной темноте.

Поскольку наша тюрьма стояла на отшибе, то отойдя от деревни на некоторое расстояние, прячась за густым кустарником и невысокими, сучковатыми деревьями, принялся её обходить, не приближаясь к источникам света.

Стараясь не шуметь, направился в сторону пристани и прибрежных построек, где у пиратов находился склад. Двигаясь так, как это делали бы профессиональные наёмники. Воспользовавшись их опытом, так как своего ещё не накопил. Несмотря на это, один раз чуть не свалился в канаву, а другой, чуть не наступил на змею, что вольготно себя чувствовала так близко от поселения. После чего был вынужден удвоить осторожность.

Дойдя до склада пиратов, спрятавшись за ближайшим к нему укрытием, как следует рассмотрел охраняемый объект. Возле длинного лодочного сарая, в котором он располагался, сидел ещё один вооружённый головорез, одетый в обычную рубашку и камуфляжные штаны. Часовой лениво курил самокрутку, подозреваю, вместо табака набитой местной, дурманящей травкой, вольготно развалившись в плетёном кресле. Явно никого не опасаясь. Его хорошо было видно в свете керосинового фонаря, установленного на стоящей рядом бочке. Надеюсь, не с керосином, иначе отваге этих бесстрашных, слабоумных вояк я могу только позавидовать.

Обойдя склад со стороны задней стены, по груде ящиков забрался на его крышу. А дальше, как любят показывать в боевиках, с мачете в руках, помимо автомата, отнятого у нашего сторожа, молча спрыгнул на любителя травки. Жаль, в кино не объясняли, что от таких акробатических трюков можно себе что-нибудь отбить, а заодно испачкаться в чужой крови. Да и вообще, попробуй попади с первого раза куда нужно. Тут просто-то спрыгнуть с крыши не так легко, как кажется для неподготовленных людей.

Тихо проклиная чёртово кресло, о которое больно ударился ногой, быстро потушил фонарь. Следом посадил свалившегося с кресла мертвеца на прежнее место, чтобы в темноте его можно было принять за живого, вложив в рот пирата выпавшую оттуда тлеющую сигарету. Обыскав его, забрал ключи от здоровенного, массивного, амбарного замка, на который закрывался этот сарай, собранный из обычных досок. Тоже мне, неприступная крепость.

Внутри склада, помимо оружия, ящиков с боеприпасами и бочек с топливом, нашёлся грубо сваренный, большой, железный шкаф, в котором, по-видимому, и хранилось силовое снаряжение. Досадно, но ключа от него у сторожа не имелось. Разумная предосторожность.

Найдя моток скотча, приклеил к задней стенке импровизированного сейфа гранату, раздобыв её здесь же. Примотав проволоку к кольцу чеки, встал перед железным шкафом, приготовившись её выдернуть. Если расчёты верны, силы взрыва должно хватить, чтобы проделать дыру в нём, но не во мне. Защитные кейсы должны уберечь хрупкое оборудование от повреждения, а стена склада, которая примет на себя основную взрывную волну, не позволит ей достичь сложенных на противоположной стороне запасов оружия и топлива. Несомненно, тут же поднимется тревога, а дальше, кому повезёт. Если там хранится комплект фантомного доспеха с батареей к нему, то мне. Если какая-нибудь бесполезная дрянь, вроде денег или наркотиков, то им. Зато помру богатым и весёлым. В любом случае эту ставку придётся сделать. Обратного пути уже нет. Устроить перестрелку в режиме, один против всех, ещё успею.

Проверив труп темнокожего мужчины и убедившись, что он мёртв, встревоженный Ганс изумлённо воскликнул.

— Кто этот парень?

— Не знаю, но начало нашего знакомства мне нравится, — усмехнулся Людвиг, выглядывая в окно.

Все немцы почти одновременно, с подозрением посмотрели на Амелию, неловко им улыбнувшуюся, примирительной, успокаивающей улыбкой, опасаясь, что её могут в чём-то обвинить. Пытаясь выглядеть безобидно.

— Мне кажется, они из разных школ, — высказал своё мнение Мартин. — Иначе бы он взял её с собой.

— Как думаете, что Джеймс будет делать дальше? Сбежит в одиночку, чтобы позвать на помощь? — предположила Ирма. — Не может же он бросить здесь свою подругу? — засомневалась в этом.

— Чего гадать? Давай у неё спросим.

Используя свои невеликие познания в английском, Людвиг переадресовал вопрос Амелии. Немного подумав, вспоминая слова Эрика, девушка уверенно сообщила.

— Он ушёл захватывать деревню.

— Один? — изумился Ганс.

— Один, — подтвердила Амелия.

Странное дело, если днём, когда всё было спокойно, девушка нервничала и беспокоилась, выглядя растерянной, то сейчас её словно подменили. Амелия стала удивительно спокойной и собранной девушкой. Представ перед ними благородной леди, держащейся с достоинством, а не испуганной школьницей. То ли сумела взять себя в руки, вспомнив, кто она такая, то ли настолько верила в своего друга, то ли тоже была не так проста, как казалась. Как обычно, истина находилась где-то посередине. За сегодняшний вечер Амелия о многом подумала, переосмыслив своё поведение. Подумав о том, если они и в самом деле отсюда выберутся, то какими глазами на неё будет смотреть Эрик? Как на раздражающую помеху или балласт? Гордость леди Адамс не могла допустить такого позора.

— И он справится? — с большим сомнением поинтересовался Людвиг.

— Да. Джеймс Буллит умеет быть убедительным, — чуть не назвала его Эриком, но вовремя вспомнила, кем он представился.

Словно в подтверждение её слов, тихая ночь была нарушена треском автоматных очередей и взрывами. В домах один за одним загорался свет, оттуда выбегали мужчины, пытаясь разобраться, кто напал на деревню и куда бежать? Защищать ли её, прятаться или срочно убегать в холмы с жёнами и детьми? Разгоревшийся бой постепенно наращивал свою интенсивность, смещаясь в сторону центра деревни. Над коническими крышами нескольких домов, сложенных из, по сути, хвороста, начало подниматься яркое пламя, освещая ночь подобием огромных костров. В небе, прочертив линию, пролетела промахнувшая мимо цели реактивная граната из РПГ, взорвавшаяся где-то за соседним двором.

— Что будем делать? — испуганно спросила Ирма, посмотрев на мужчин.

— Ждать, — распорядился начальник группы. — Без транспорта и припасов нам отсюда не выбраться. Бандиты гораздо лучше знают местность и имеют связь с соседними бандами. Навыков выживания в дикой природе у нас нет. Среди африканцев нам не затеряться. Мы для них чужаки. Судя по гремящему концерту, дела у Джйемса идут весьма неплохо. Не иначе, заполучил-таки фантомный доспех. Я так и подумал, что он из операторов А-поля. Слишком уж целеустремлённо интересовался силовым снаряжением. Со знанием дела. Надеюсь, он знает что делает и у него есть рабочий план, которого нет у нас, — объяснил своё решение.

Когда бой закончился, ещё полчаса после него, то в одном, то в другом конце деревни вспыхивала короткая стрельба, чаще всего заканчивающаяся грохотом разрушающихся построек. Там будто буйствовал ходячий экскаватор, разнося всё, что вызывало его гнев. Деревня очень быстро опустела. Поняв, что с этим врагом им не справиться, местные жители предпочли покинуть свои жилища, попрятавшись где-то в округе. Обойдясь без долгих сборов. Судя по поспешности и отсутствию неразберихи, делая это не впервой.

С тяжёлой поступью к дому, в котором содержались заложники, подошёл здоровенный фантомный доспех, в тропическом камуфляже, выглядевший совсем неповреждённым. Держа в одной руке широколезвийный, тяжёлый меч, а в другой, ручную автопушку с длинным стволом. Кроме того, у него на плечах разместились блоки трубок с дымовыми и осколочными гранатами, а за спиной крепилась странная, чёрная штуковина, похожая на помесь двузубой вилки, копья и посоха техножреца. К тому же оснащённая бронированными кабелями, коробочками и магнитными катушками, давая понять, что это не просто декоративное украшение.

— Рад, что не пришлось ловить вас по всей округе, — из скрытых динамиков послышался жизнерадостный голос Джеймса Буллита. — Там столько канав, все ноги можно переломать. А ещё, у меня есть для вас три новости. Мы прямо сейчас можем улучшить свои жилищные условия. И с какой из двух оставшихся плохих мне начать? — сделал довольно своеобразную подачу информации.

— С первой, — не раздумывая, попросила Амелия, уже знакомая с чувством юмора своего спутника.

— Любопытный выбор, — прокомментировал Джеймс. — Остатки пиратов, потопив один катер, сбежали на втором. Поэтому морской путь для нас отрезан. Они оказались не настолько храбры, как я о них думал. Вторая, честный бой, до полного разгрома, местные бармалеи принимать не захотели. У них другие понятия о чести и тактике. Как тараканы разбежались по округе и затаились. Думаю, до утра. А потом, собравшись с духом, получив подкрепление, оружие и воспитательного пинка Большого Моджо, вернутся мстить за свой испуг. Теша себя надеждой, что их много, а нас мало. Сильно подозреваю, с друзьями. Проблема в том, что у меня всего две запасные батареи. Поэтому предлагаю отсюда убраться, как можно скорее. Желательно туда, где можно надёжно закрепиться. Где хранятся запасы продовольствия и есть энергия. Сами мы до административного центра провинции не дойдём, но можем сделать так, чтобы помощь пришла оттуда. Достаточно лишь найти средство связи. Возражение или другие предложения имеются?

— Можно укрыться на ферме в холмах, что к северу отсюда. Это недалеко. Оттуда хороший обзор за округой. Кроме того, там легко обороняться. Каменные стены. Есть еда, вода и мощный генератор. Это бывшее поместье какого-то разорившегося богача. Наверняка там и спутниковая связь найдётся, — тут же отозвался Людвиг, радующийся обретённой свободе.

— Если других предложений нет, принимается, — одобрил Джеймс.

— А если бандиты объявятся раньше, чем прибудет помощь? Да ещё приведут своих операторов фантомной брони? Может, лучше попытаться добраться до города, а не обороняться? — неуверенно спросила Ирма, испытывая по этому поводу сильное беспокойство.

Не представляя себя с оружием в руках, на баррикаде.

— Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — весело сообщил спутник Амелии, — Мне нужно ещё как минимум, одиннадцать комплектов африканской фантомной брони, желательно разной, для коллекции. Я даже знаю, кому её подарю. А если серьёзно, не волнуйтесь. Если они не приведут армию рыцарей, то замучаются со мной разбираться. Если же приведут, то тут уж не только власти Мозамбика будут вынуждены обратить внимание на такую угрозу, но и соседние страны. Включая Европейские державы. Нет, безусловно, гости у нас будут, обвешанные всем, чем только можно, но в разумных количествах, с которыми, полагаю, смогу сладить. Так-то я очень осторожный человек. Даже пугливый. Пацифист и всё такое.

На фоне горящей деревни с кучей трупов, это заявление выглядело, мягко говоря, неправдоподобным.

— Если бы считал иначе, то не предлагал бы остаться. В любом случае, я вас не принуждаю. Вы вольны принять любое решение, какое захотите. Берите оружие, ищите машину и пробуйте добраться до города. А я их тут задержу. Отвлеку внимание на себя. Амелия, ты что предпочитаешь, покататься на машине, или на плече мобильного доспеха? — переведя всё для девушки, спросил у неё Джеймс.

Амелия в очередной раз сделала выбор, ни секунды не потратив на раздумья. После небольшого совещания немцы также предпочли остаться. Посчитав, что шансы добраться до телефона выше, чем до города. Это в Европе города строили близко друг от друга, а здесь, между ними совсем другие расстояния.

Найдя белый пикап с ключом зажигания в замке, угонов в деревне не боялись, всей компанией отправились на ферму. Предварительно подобрав кучу оружия и боеприпасов, что я принёс с разгромленного склада. Достаточную, чтобы подтвердить наши полномочия её владельцу. А то ещё начнёт спрашивать, — Вы кто? Предъявите документы. Какое имеете право? А так сразу увидит, что мы люди серьёзные, уважаемые, хамства не потерпим. А если покажем гранатомёт, так вообще, станем достопочтенными белыми господами. В духе местных традиций и всё такое, в которых цвет кожи не играл никакой роли.

За руль пикапа посадили Людвига, поскольку он один знал, куда ехать. Я, ради экономии батареи, развоплотив фантомный доспех, уселся в кузове, собираясь следить за дорогой. Оттуда и обзор лучше, и выскочить можно в любую сторону, и силовым щитом прикрыть машину. Отказавшись ехать в салоне, Амелия с уверенным видом устроилась напротив меня. Взявшись рукой за борт невысокого кузова, чтобы во время движения по здешнему бездорожью её не так сильно мотало из стороны в сторону.

— Как ты? — заботливо спросила, подав пластиковую бутылку с водой, мутную и слегка помятую, от частого использования.

Нашла её в доме, перед уходом.

— Немного устал, — честно признал. — Правая нога болит, хотя, вроде бы, её не подвернул. Звон в ушах уже прошёл. Мой тебе совет, если будешь взрывать гранату в помещении, хорошо закрой уши и открой рот, — улыбнулся.

— Надеюсь, мне этот совет не пригодится, — улыбнулась Амелия.

— Я тоже.

Взревев мощным двигателем, машина сорвалась с места, выбрасывая грязь из-под задних колёс. Подкидывало нас на ухабах знатно. Это не на лимузине кататься, где плавность хода такая, что можно на сиденье ставить полный стакан с водой, не боясь её пролить.

— Кстати, я нашёл наши вещи у них на складе, — кивнул на свой рюкзачок и сумку Амелии с фотоаппаратом, которую положил в кузов пикапа. — Креветки, правда, не сохранились. Извини. Эти черти всё сожрали.

— Ничего. Пускай подавятся. Я ещё куплю. Слушай, а зачем нам на ферму? Если вернул вещи, там должны быть наши телефоны, — только сейчас об этом подумала.

— Они без батарей. Видимо, кто-то пытался в них покопаться, да не вышло. Вот и забросили на склад, как ненужную, но ценную вещь. Нужны запасные, — объяснил причину. — К тому же, оставаться в деревне было слишком опасно. Плохой обзор. Куча укрытий. Глиняные домики с соломенными крышами. Бегать по джунглям тоже не лучший вариант. Там куча ядовитых змей, пауков, летунов и бог знает какой ещё живности. Без карты, компаса и проводника мы бы просто заблудились. Главную дорогу бандиты перекроют в первую очередь. Доспех-то пройдёт, а вот машину сразу изрешетят. Всех вас одновременно я не прикрою. Уходить только вдвоём, посчитал бесчестным. Когда бандиты доберутся до немцев, тем точно не поздоровится. Я ещё не настолько низко пал, чтобы бросать людей на погибель, — поделился своими соображениями.

— И это хорошо, — одобрительно улыбнулась девушка, с каким-то неуловимым для меня подтекстом.

С фермой всё вышло гораздо интереснее и проще, чем мы думали. Как оказалось, там жили не только простые крестьяне, но и устроила себе базу одна из бригад Большого Моджо. Я смотрю, он хорошо развернулся. Везде разместил свои гарнизоны, контролируя ключевые точки этого района. Понимая, что иметь оружие — это хорошо, но одним им сыт не будешь. А самозваный маленький барончик явно любит хорошо питаться. Амбициозный тип. Значит, обязательно явится за нашими головами, не позволив себе потерять уважение. Иначе его перестанут бояться и тогда найдётся кому прийти уже за головой самого Большого Моджо.

По этой причине ферму пришлось брать штурмом, к которому бандиты оказались совершенно не готовы. Не ожидая от нас ни такой прыти, ни такой наглости. В процессе штурма Амелия, не знаю, что на неё нашло, даже немного постреляла из автомата. Ни в кого не попала, но удовольствие получила. Выплеснув наружу всю свою злость и страх. Подняв самооценку. Преисполнившись важностью. Поэтому ходила с таким видом, браво держа автомат на виду, будто в одиночку всё сделала. Чтобы запечатлеть сей славный подвиг, попросила Ирму сделать несколько фотографий. На одной из которых позировала на фоне горящего автомобиля, джунглей и трупов вооружённых головорезов. Зачем-то повязав на лоб красную повязку и накинув на плечо кусок снаряженной, пулемётной ленты. А на другой, с азартом палила куда-то в ночь, укрываясь за стеной. Понятное дело, туда, откуда в ответ не стреляли. Уже после штурма. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не грустила. Не стал мешать Амелии развлекаться.

Пока подруга с интересом исследовала ферму, а немцы пытались с кем-то связаться, найдя спутниковый телефон, я отправился грабить склад припасов, на котором наткнулся на интересную находку. Благодаря знаниям Гриффин, поняв, что передо мной находится, быстренько прикрыл ящики брезентом, накидав сверху всякого мусора, полив его машинным маслом из стоявшей в углу канистры. После чего, хорошенько поискал нет ли на ферме сейфа. Начав с хозяйской спальни и кабинета. По классике найдя его в кабинете, за висящей на стене картиной. Не став заморачиваться поиском ключей, с помощью силового снаряжения раскурочил его вместе со стеной. Внутри, как и полагал, нашёл кипу документов с картами и журналами. Похоже, тут находился перевалочный пункт чёрных старателей, о которых рассказывал Ганс. Большой Моджо если не организовал этот бизнес, то имел в нём неплохую долю.

Когда Амелия меня нашла, я сидел на огромной двуспальной кровати, обложившись документами, звоня сестре.

— Привет. Это Я. Прости, что так… рано, — посмотрев на часы, прикинул разницу в часовых поясах. — Ты уже на работе? Нет, ничего не случилось. У меня всё в полном порядке, — заверил Нору, под выразительным взглядом Амелии. — Слушай, нужно срочно кое-что сделать. Вот прямо сейчас. Я сфотографировал и скинул тебе на телефон карту, на которой красным маркером отмечены две области. Пожалуйста, узнай, кому они принадлежат и нельзя ли купить эту землю? Или переоформить. Тут ещё какие-то документы, я их тоже отправил, на всякий случай. Это в Восточной Африке. В Мозамбике, если быть точным. Что я тут делаю? Гуляю, — сердито проворчал, вспомнив всё, что за последний день произошло. — Да, по ночам. Да, один. Увлечения у меня такие. Что за глупые вопросы? — постарался не заметить, ставший ещё более ехидным, взгляд покачавшей головой Амелии. — Не собираюсь я тут ничего выращивать. И переезжать сюда не собираюсь, — опроверг панические предположения сестры. — Это на перепродажу. Скоро цена этих клочков грязи взлетит, как самооценка Ханны, после поступления в школу Святой Анны. До небес. Деньги? Какие деньги? — удивился. — Ах, на это. Сейчас у друзей займу, — настала моя очередь пристально посмотреть на, заподозрившую неладное, Амелию. — Завидуй молча. Это твои друзья могут скинуться разве что на пиццу, а у меня, на головку сыра, бутылочку вина и парочку захудалых рудников. Начинай готовить документы. Нужно успеть выкупить эту землю, пока не подсуетились конкуренты. Да не схожу я с ума, — возмущённо повысил голос. — Всё, работай. Доступ к моему счёту у тебя есть. Сейчас решу вопрос с деньгами. Понятия не имею. Если бы я знал сколько и у кого, разве стал бы звонить своему доверенному, любимому, прекрасному, милому… да-да, я тебя тоже люблю.

— Это кто был? — подозрительно спросила Амелия, перестав улыбаться.

Перехватив автомат в другую руку, чтобы не мешался.

— Сестра. Она у меня умница. Работает в юридической конторе, — с гордостью сообщил, скосив взгляд на ствол автомата.

— Зачем тебе прямо сейчас покупать какую-то землю? — опешила, сразу подобревшая, девушка.

— Дашь тридцать миллионов, скажу.

— Я, конечно, совершала необдуманные покупки, но не настолько, — улыбнулась.

— Хорошо. Смотри не пожалей, — не стал обижаться, немного подразнив девушку, дав ей это понять интонацией.

Далее, позвонил Гриффин. Как хорошо иметь много разносторонних знакомых. Раньше, если хотел что-то узнать, лез в поисковик. Но чаще всего мне было попросту ничего не нужно и не интересно. Я считал, что живу полноценной жизнью. Счастлив и всем доволен. Категорически не желая ничего менять. Сейчас же, получив возможность сравнивать себя настоящего и себя прошлого, понял, насколько глубоко ошибался. Виртуальный мир не смог заменить мне реальный. Да, он приносил удовольствие, развивал кое-какие навыки, немного расширял кругозор, но, вместе с тем, не давал тех ощущений, что я сейчас испытывал. Чувствуя себя живым.

Поздоровавшись с напарницей, извинившись за столь поздний звонок, спросил, чем она занята?

— На звёзды с девчатами смотрю. Тут телескоп на верхней палубе установили. Устроили открытую лекцию по астрономии. Интересно было, вот мы и пошли. Спать совсем не хочется. Столько всего можно пропустить.

— Рад за вас, — не стал завидовать, поскольку было не до этого. — Слушай. Нужна срочная консультация специалиста по ювелирному делу. Сейчас пришлю фото необработанных драгоценных камней. Пожалуйста, оцени их приблизительную рыночную стоимость и, если возможно, хоть как-то охарактеризуй богатство месторождения, где такие добывают. Буду рад любой информации.

— Зачем тебе? — сильно удивилась англичанка.

— Не знаю, как тебе сказать…, — задумался, подбирая слова.

— Правдиво, без твоих — пули свистели над головой, — рассмеялась беззаботная, сытая, довольная жизнью Гриффин.

Воспринимал её так, будто она находилась в другом мире.

— Сейчас секунду…, — из телефона послышалось непонятное шуршание, — вот теперь говори, — разрешила напарница.

— Правду? Только правду и ничего кроме правды? Ладно, постараюсь быть честным. Говорят, это полезно. Если что, сама напросилась. Видишь ли, я тут совершенно «случайно» оказался в Восточной Африке. На северном побережье Мозамбика, где поспорил с африканскими морскими пиратами и контрабандистами о том, что захвачу у них одну рыбацкую деревушку и парочку рудников, где они незаконно добывают, судя по всему, рубины. Я бы так не торопился, если бы под боком не суетились немцы из горнодобывающей компании Дортсмут, которые ищут здесь драгоценные камешки. Процедуру покупки земли я уже запустил. Сейчас срочно ищу инвестора. Чтобы знать, на что могу рассчитывать и сколько у него просить, мне нужен твой совет. Времени не так много ещё и потому, что местный криминальный барон прямо сейчас собирает армию, чтобы нас отсюда выбить, а лучше, сразу похоронить. Не могу решить, удерживать ли текущую позицию или козьими тропами уходить в Танзанию? Нужен совет эксперта по камням.

Быстро, почти на одном дыхании выпалив о своих затруднениях Гриффин, высыпал на кровать, из прихваченного с собой мешочка, большую горку необработанных рубинов, выглядящих пока довольно невзрачно. Словно красноватые камни с кристаллическим налётом. В магазинах они выглядели совсем иначе. Красивее и благороднее. Сфотографировав всю горку целиком, а потом отдельно самые выдающиеся экземпляры, отправил фотографии Гриффин. Что-то на том конце повисла подозрительная тишина. Я даже забеспокоился, она там, случайно, не ушла, оставив телефон на месте?

— Ты это серьёзно? — услышал ошалевший голос Кейси.

— Да нет, быть такого не может. Брешет, — уверенно заявил Даниэль.

— Йохансон, розыгрыш оригинальный, но несвоевременный, — спокойно сообщила мисс Фаулер.

Похоже, Гриффин была вместе со всей командой, включив громкую связь. Зря она это сделала.

— Йохансон, нам очень жаль, что ты не смог поехать вместе с командой, — посочувствовала Маргарет. — Дождись нас. Мы привезём много сувениров. В другой раз выберемся куда-нибудь все вместе, — пообещала леди Бедфорд.

— И кучу фотографий, видео, рассказов о наших впечатлениях об этом потрясающем отдыхе, — не смогла удержаться от шпильки вредная полячка.

Выпучив глазки на груду необработанных рубинов, оценив их цвет и размер, Амелия достала свой телефон, к которому тоже раздобыла запасную батарею. Преодолев брезгливость, вынув её из аппарата убитого бандита. Быстро соображает. Догадалась, кто вскоре может стать спонсором будущего землевладельца. Решив действовать на опережение, беря пример с меня.

— Да хоть пальму в кадке и двух танцовщиц, — отмахнулся от слов Збражской, не придав им значение. — Гриффин, поторопись, пожалуйста. Жду ответа.

Словно специально, выбрав именно этот момент, бандиты предприняли контратаку, пытаясь выбить нас с фермы. Получив подкрепление из другой опорной точки, в виде мобильной группы, приехавшей на нескольких автомобилях. Ещё не зная, с кем они связались.

Со стороны ворот раздалась частая стрельба. Дирк, оставленный на страже на чердаке за пулемётом, не жалея патронов, принялся палить по машинам, хорошо видимым из-за включённых фар и наружных фонарей, крепящихся к рамам бугеля. Представляющих из себя хорошую мишень. Самого же стрелка бандитам разглядеть было куда сложнее. Поэтому, рассыпавшись вдоль дороги, поднимающейся в холм, к ферме, прячась в зарослях, они открыли бешеную, неприцельную стрельбу по ферме, создавая много шума. В том числе, пару раз выстрелив из любимых ими ручных гранатомётов. Одна из гранат проделала здоровенную дыру в каменном заборе, а другая разворотила стену амбара. Такое ощущение, что здесь гранатомёты распространены, как у нас рогатки. У каждого есть. Если так посмотреть, полезная в хозяйстве вещь. Не сеет, не пашет, но прокормить может. К тому же, их всегда можно продать другим нуждающимся.

— Простите. «Кажется», у нас гости. Я вам потом перезвоню. Или вам перезвонят, для опознания, — позволил себе минутку чёрного юмора на фоне прибытия чёрных парней.

В спальню заглянул сильно встревоженный Людвиг.

— Джеймс, нас атакуют! — сообщил очевидную вещь. — Срочно нужна поддержка. Одна группа обходит по южному склону. Мы её задержим, а вот вторую, которая засела на дороге и имеет МД, не сможем. Если вражескую технику не выбить, нам конец.

— Друг мой. Спокойнее. Пока эти обезьяны не притащат миномёты, всё у нас будет хорошо. Пусть подходят. Встретим. Гоняться по джунглям за каждым быстроногим латником, дурная затея. Это только оголит тылы. У нас всего один доспех. До утра поиграем в царя горы, а там, глядишь и кавалерия подоспеет.

— Не будет никакой кавалерии. Эти уроды нас кинули, — разозлился на них Людвиг. — В компании сказали, выбирайтесь сами. Ничем помочь не могут. Будут молиться за наше успешное возвращение. Такое впечатление, словно они даже не пытались вытащить нас из плена. А местная полиция пообещала рассмотреть наш запрос утром. Когда капитан придёт на работу. В лучшем случае. И вообще, у них нет ни вертолётов, ни спецназа, ни желания влезать во всё это дерьмо. Посоветовали звонить либо в посольство, либо в министерство обороны. Продажные твари!

— А вот это уже проблема, — озаботился услышанным. — Потом с ней разберёмся. После того, как отобьёмся.

В стену трёхэтажного здания главного дома, тремя комнатами правее, попала реактивная граната. От оглушительного грохота, заложило в ушах. Отовсюду послышался звон разбившихся по всему дому стёкол. Слава Богу, никого не задев осколками.

— Джеймс! — испуганно завопила Ирма с первого этажа.

— Иду! — крикнул в ответ. — Я потом перезвоню. Тут одни сволочи разбивают мою рубиновую мечту. Размером с кулак! Чувствую, мне придётся задержаться на этой экскурсии.

Прежде, чем успел прервать звонок, услышал встревоженную просьбу Даниэля включить на телефоне геолокацию. Не став спорить, нажал на соответствующий значок. Засунув телефон в карман, выбежал из комнаты. Амелия, задержавшись на пару минут, перестав прикрывать собой, от взора Людвига, вываленную на постель кучку рубинов, торопливо собрала их обратно в мешочек. Покидая комнату, забрала их с собой. Почему-то в этот момент она думала не о бандитах, не о смертельной угрозе, а о том, как бы выпросить у отца немного деньжат, на карманные расходы. Миллионов тридцать. Для начала. В то, что Эрик сумеет вытащить её из этой передряги, почти не сомневалась. А дальше будет новое утро и новые заботы. Друзьями быть хорошо, но партнёрами — лучше.

Перед выходом из дома Ханна Йохансон ещё раз придирчиво осмотрела свой внешний вид. От первого, самого стойкого впечатления зависело очень многое. Например, отношение одноклассников и учителей. Запомнят неряхой, так и будут между собой называть, хоть наряжайся, хоть не наряжайся. Или и того хуже, если посчитают хулиганкой. Приклеится подобное прозвище, клещами не отдерёшь. С ним гораздо сложнее влиться в чужой коллектив. Завести подруг, которые и совет дадут, и с учёбой выручат.

Как бы Ханна ни храбрилась и ни говорила, что её не волнует чужое мнение, что может за себя постоять, но всё же с каждым днём беспокоилась всё сильнее. Переживая о том, как её примут в новой школе? Такого наслушалась про Святую Анну, что стало трудно отличить правду от вымысла. Идти расспрашивать брата или просить о помощи не хотелось. С одной стороны, было стыдно, а с другой, неудобно. В конце концов, она же не младшая сестра, а старшая. Должна уметь сама о себе заботиться.

Проверив наличие всех необходимых вещей, сверившись со списком, который держала в голове, Ханна пошла покорять новые высоты. Девушка прекрасно понимала, насколько они важны для её будущего. С рекомендацией и дипломом Святой Анны перед Ханной откроются двери в самые престижные, высшие учебные заведения страны. После чего, завоевав расположение будущих одноклассников и одногруппников, сможет рассчитывать на работу в крупных компаниях на хорошей должности. Карьера профессионального спортсмена недолговечна. Армейская служба её не привлекала. Следовательно, до того, как закончит носиться по полю в фантомном доспехе, нужно заранее подготовить себе тёплое местечко. Желательно, связанное с фантомными технологиями, прочно вошедшими в её жизнь. Что ни говори, а Ханне нравилось то, чем она сейчас занималась.

Девушка планировала добраться до школы на такси, но была приятно удивлена, обнаружив у порога дома роскошную машину брата, возле которой стоял водитель, одетый, как ему полагается. Мистер Янь отвёз её до школы, попросив предупредить, когда закончатся занятия. Оказывается, перед своим отъездом так распорядился Эрик.

Немного для вида поворчав, поддерживая образ независимой и самостоятельной девушки, с удовольствием воспользовалась предоставленной возможностью. О чём не пожалела. По приезду в школу обнаружила, что почти всех учениц доставляли на занятия аналогичным образом. Да что там, у них даже собственная вертолётная площадка была, на два посадочных места.

Понаблюдав за тем, как какую-то ученицу с помпой доставили на винтокрылой машине в сопровождении слуг, построившихся и хором пожелавших ей хорошего дня, захотела вернуться домой. А когда мимо проехал лимузин, длиной с автобус, её самооценка упала ещё ниже. Почему-то вспомнилось, как раньше ездила в среднюю школу на велосипеде. Преодолев секундную нерешительность, с застывшим, суровым выражением лица зашагала в сторону пропускного пункта. Что она, хуже брата, что ли? Раз он сумел, то и она не отступит, иначе перестанет себя уважать.

Система безопасности школы и её внушительная охрана произвели на девушку большое впечатление. Впрочем, учитывая, чьи дети тут учатся, это было ожидаемо. Подумав, что она вроде как теперь одна из них, самооценка взволнованной Ханны робко приоткрыла один глаз, сменив позу. Став прикидываться уже не мёртвой, а затаившейся. Что не могло не радовать.

Затем Ханну весьма впечатлили размеры школы и прилегающей территории, где разместились: пруд, парк, оранжерея, два стадиона, отдельный бассейн, теннисные корты, множество различных клубов, имеющих не то что отдельный класс, а сразу выделенное здание. Глядя на всё это великолепие, Ханна про себя обозвала учениц этой школы снобками и буржуйками. Ещё, всё вокруг выглядело удивительно чистенько, аккуратненько, покрашено, благопристойно, словно она не в школу пришла, а в музей. Из-за чего ей постоянно чудились таблички: не трогать, не ходить, не сорить, не курить, не прислоняться, не дышать и тому подобное. В муниципальных школах обычные детишки особой аккуратностью и бережным отношением к вещам не отличались.

Посмотрев на окружающее великолепие, Ханна подивилась, задаваясь вопросом, что она здесь делает? И сколько в этой школе стоит учёба? Поминутно!

Ориентируясь по карте, без труда нашла свой класс. Традиционное приветствие и представление нового ученика прошло без каких-либо сюрпризов. Насчёт этого Ханна не переживала. Гораздо больше она ждала и морально готовилась к первой перемене, понимая, что переведённый в середине года новичок обязательно привлечёт к себе повышенное внимание. Поэтому не столько слушала первый урок, сколько украдкой разглядывала одноклассников, прикидывая, от кого и чего можно ожидать? Если сравнивать с животными, кто здесь львица, кто коза, кто корова, кто белка, а кто страус? Себя она сравнивала с волчицей.

Как и думала, на перемене к ней подошли знакомиться по-настоящему. Первыми очередь заняли соседки по парте.

— Привет, я Глория Вудмор, — представилась высокая, светловолосая девушка с двумя косичками.

— А я Диана Дэвидсон, — подсказала стоявшая рядом с ней миловидная шатенка в очках, с немного округлой формой лица.

— А ты, если я правильно понимаю, сестра того самого Гоблина? — полюбопытствовала Вудмор.

— Того самого? — заинтересованно удивилась Ханна, догадавшись, о ком она спросила.

Прозвище брата прочно к нему приклеилось.

— Ну да. Местной знаменитости. У нас по этому поводу до сих пор не утихают жаркие споры. В том смысле, какая именно это знаменитость? — пояснила. — Хорошая, плохая или…, — сделав короткую паузу, покрутила пальцем у виска, — со странностями. А ты что скажешь? Твой брат кто: герой, злодей или безумец? — довольно прямолинейно спросила любознательная и общительная Вудмор.

— Нашла у кого спросить, — рассмеялась Ханна, не став обижаться на такие сравнения.

Почувствовав, что вопрос был задан не из желания её задеть или обидеть.

— Для меня, брат герой. Даже, если он при этом злодей или безумец. Что не мешает относиться к нему по обстоятельствам. Меняясь ролями.

— Понятно. Ты лицо заинтересованное и объективной оценки не дашь, — рассмеялась Вудмор, подтвердив свои предположения.

— Ещё какое, — охотно подтвердила Ханна. — Вместо этого могу дать в глаз за необъективную оценку со стороны, — сразу предупредила, чтобы это не стало неожиданностью.

Обозначив своё отношение к брату.

— Оу, — обрадовалась Дэвидсон. — Сразу видно, сестра гоблина. Слушай, а какой он? Ну… в жизни? — не смогла чётко сформулировать вопрос.

— Обожди. Потом на форум отпишешься, — попросила Вудмор, с улыбкой посмотрев на подругу. — Мы пришли разузнать, кто такая Ханна Йохансон, а не шестой принц.

— Шестой принц? — недоумённо уточнила Ханна.

— Ну да. У нас на всю школу только шесть парней. Других пока не предвидится. Вот мечтательные малолетки и нарекли их принцами. Даже прозвища каждому дали. Твоего брата нарекли «Тёмным», — иронично объяснила Вудмор. — Было предложение назвать его «Зелёным», но одна деятельная ученица, тоже местная знаменитость, как раз из категории — со странностями, настояла на своём. Пригрозив всем, кто против, воткнуть в одно место по зонтику. А особо говорливым ещё и раскрыть его после этого, — усмехнулась, — Большая поклонница твоего брата. — раскрыла причину.

Увидев задумчивость нахмурившейся Ханны, поспешила успокоить.

— Поклонница его творчества, если это можно так назвать, а не мужского достоинства. Ты ещё с ней пересечёшься, — судя по голосу, нисколько в этом не сомневалась. — Заранее сочувствую. Постарайся её не злить и не спорить. Чернушка у нас довольно трепетная и ранимая особа. Но что гораздо опаснее, вспыльчивая и немного безрассудная, — с удовольствием перечислила ряд недостатков, — А ещё, очень упрямая. Не смотри, что маленькая и худенькая. Гейлдрим это не смущает. А вот директора Бишопа ещё как смутит, если она будет разгуливать по школе с фингалом под глазом. А Гейлдрим точно будет. С превеликим удовольствием. Попробуй потом доказать, что это не морская свинка, а тасманский дьявол.

Воображение Ханны нарисовало неуравновешенную младшеклассницу, в образе дерзкой пацанки, с растрёпанными волосами, одетую, как типичная хулиганка, с пластырями на лице и рукой, замотанной бинтом.

— Спасибо за совет. Учту, — Ханна поблагодарила Вудмор, не став ничего обещать, взяв это имя на заметку. — А…

— А я Элизабет Тейвин, староста 3В класса, — закончила за неё другая, недовольная девушка, подойдя в этот момент сзади. — Йохансон, держи, — положила на её парту толстую кипу различных бланков и графиков. — Учебные материалы. Расписание занятий. Список литературы. План предстоящих мероприятий. График дежурств. Перечень клубов. Внеклассная деятельность у нас обязательна, — добавила со строгостью в голосе. — Также, все необходимые телефоны. Не забудь сообщить мне свой, перед уходом. Словом, ознакомься, все бланки заполни и верни. Экскурсию по школе тебе проведут Нелли Лоруа и Клара Дудик, — кивнула в сторону сидевших неподалёку девушек, которые весь урок подозрительно часто поглядывали на Ханну.

У неё возникло ощущение, с некоторой неприязнью и опаской. Причину чего пока не понимала, но запомнила. Решив разобраться с этим позднее.

— Они же покажут столовую и объяснят насчёт местных правил.

— Может, я лучше с Вудмор и Дэвидсон схожу? — попросила Ханна, находя этих девушек предпочтительнее.

— Дело твоё. Но знай, Лоруа и Дудик получили персональное задание, за срыв которого у них будут неприятности. Я тут ни при чём, — пояснила в ответ на удивлённый взгляд всех троих. — У тебя тут, оказывается, крутые покровители. До меня довели, что Ханна Йохансон у нас на особом положении. Холить и лелеять не требовали, но присмотреть «попросили», — интонацией выделила кавычки. — Поэтому, если у тебя возникнут неприятности, будь добра, сообщи сразу. Не затягивая и не доводя их до точки кипения. Не подставляй меня, и я отвечу тем же. Вас двоих это тоже касается, — староста предупредила Вудмор и Дэвидсон, которые, судя по выражениям лиц, тоже только сейчас узнали о её особенности.

— Это Эрик вас так запугал? — поражённо ахнула Ханна, даже не представляя, как теперь выкручиваться из столь щекотливого положения.

Только этого не хватало для спокойной учёбы. Решила, если услышит подтверждение, голову оторвёт поганцу. Стыдно-то как. Он же всех настроит против неё.

— Если бы, — сокрушённо вздохнула староста, став немного дружелюбнее, увидев, что Ханна об этом не в курсе. — В Святой Анне существует один закрытый клуб, связываться с которым себе дороже. Даже для учителей. Если что, имей в виду, северное крыло второго этажа первого корпуса считается его вотчиной и запретной территорией. В этой школе только три центра силы могут позволить себе игнорировать «просьбы» членов клуба Чаепития. Школьный совет, под руководством леди Грей. Директор Бишоп и его заместитель. А также клуб силового фехтования. Есть ещё троица учителей, но они сами по себе. Достаточно независимы и влиятельны, чтобы не обращать внимания на наши «детские» игры с недетскими последствиями. Пока известен только один человек, который способен бросить вызов всем четырём столпам Святой Анны. Это твой брат. По слухам, он так и сделал. Что самое невероятное, с выгодой для себя. Можно сказать, дважды став легендой. Он точно не человек, — с некоторым восхищением покачала головой. — В обычном случае, если настроишь против себя любую из этих четырёх сил, можешь смело писать заявление об исключении по собственному желанию, пока не стала жертвой «обстоятельств», — теперь жестом показала кавычки. — Чтобы успеть уйти по-хорошему.

— Я тоже об этом слышала, — подтвердила Вудмор. — С появлением Гоблина тут чудные дела стали твориться. Школьный совет ни с того ни с сего разрешил ему иметь на территории школы собственный дом, со слугами. Сделав исключение из правил. Команда фехтования внезапно сменила название и расцветку формы. Избавившись от неугодной ему ученицы. Директор разрешает улететь на курорт, якобы в награду за победу на зимнем турнире Большого Лондона. Поговаривают, что таково было требование Йохансона. Теперь твоё появление, как оказывается, с поддержкой клуба Чаепития, оказывающего явную протекцию. Совпадения? Не думаю. Такое впечатление, что Гоблин творит тут всё, что захочет. Поэтому мне стало интересно, какой он на самом деле?

У ошарашенной Ханны приоткрылся рот. Такого от Эрика она не ожидала. Они сейчас точно говорят о её тихом, слабом, робком младшем брате? Не ошиблись ли? По их словам, Эрик прямо как какой-то тёмный властелин — манипулятор.

— После всего услышанного, уже и сама не знаю, — растерялась Ханна, переваривая услышанное.

— Как узнаешь, будь добра, сообщи, — с улыбкой попросила староста. — Хотелось бы знать, чего ожидать дальше? С выбором клуба не затягивай.

— Я хотела бы, как освоюсь, подать заявку в клуб силового фехтования, — сообщила прямо сейчас, не видя повода скрывать свой выбор.

Привыкнув, что её в Хэмптоне держали именно из-за этого. Давая кое-какие вольности и послабления по учёбе в обмен на помощь команде по фехтованию. Желая продолжить эту практику и здесь.

— Хочешь пойти по стопам брата? — с пониманием отнеслась староста. — Вполне ожидаемый выбор.

Ханна почувствовала укол ревности. Кто ещё за кем идёт. Только вряд ли ей поверят, если начнёт убеждать в обратном. Никогда не думала, что до этого дойдёт. Староста будто обесценила все годы её тренировок. С другой стороны, наличие соперника, которого желаешь превзойти, неплохо мотивирует. Не даёт застояться на месте.

— Учти, тебя ожидает весьма жёсткая конкуренция, — предупредила Тейвин. — В основной состав команды пробиться очень сложно. Большинство желающих заканчивают учёбу, так и не покинув запасного. А после того, как Чёрные рыцари Святой Анны резко взлетели в рейтинге, став успешными и знаменитыми, выиграв зимний турнир, отбор в их ряды стал ещё жёстче. Запасная команда сейчас представляет собой тот ещё серпентарий. Там не то что по головам, по трупам готовы взбираться. Друзей в ней ты точно не найдёшь. Только врагов и завистников. Однако, решать тебе. Глядишь, с поддержкой такого брата и клуба Чаепития надолго в ней не задержишься. Правда, не представляю, какую графиню или баронессу придётся скинуть с «трона», чтобы посадить тебя за стол, за которым все места уже заняты, — намекнула про грядущие сложности, — но это уже не моё дело.

Оставив, озаботившуюся новыми проблемами, Ханну обдумывать её слова, Тейвин вернулась на своё место. Переглянувшись с хмурыми Дудик и Лоруа, после коротких раздумий, Вудмор и Дэвидсон тоже ушли. Больше к ней никто не подходил.

Узнав об особом статусе Ханны, не разобравшись чего хотели влиятельные леди из клуба Чаепития, чтобы с ней дружили или избегали, одноклассницы заняли выжидательную позицию. Не торопясь сближаться с новенькой. Кроме того, большая их часть состояла из потомственных аристократок, гордившихся своим происхождением. Они не видели причин общаться с девушкой не из их круга. Её брат, другое дело. Успешный и знаменитый рыцарь. Чемпион. Рекордсмен. Герой. Парень, породивший множество слухов. Хороший друг третьей принцессы и дочери герцога. Уж если они с ним дружили, то и остальным не зазорно. Ханна сейчас их интересовала только, как посредник или источник информации. Вокруг новенькой словно возвели невидимую стену, которую видели все, кроме неё. Только одна одноклассница проявила общительность и дружелюбие, да и то, как Ханне показалось, из расчёта, что дружба с ней окупится в будущем. Сделав ставку на то, что обычную, бедную девочку из пригорода, из простой семьи, собираются вытягивать наверх, опять же из-за брата. Решив вовремя занять выгодное местечко в пока ещё пустом вагоне. Рассматривая хорошие отношения с Ханной в качестве инвестиции.

Ещё больше неожиданных впечатлений принёс обеденный перерыв, на котором до неё добрались ученицы других классов, принявшиеся расспрашивать об Эрике. Да ещё задавая такие вопросы, что у Ханны волосы поднимались дыбом, словно наэлектризованные. То слишком откровенные, то связанные с несусветной чушью, то выставляющие брата каким-то сверхчеловеком. А некоторые и вовсе выспрашивали, где он сейчас находится? То номер телефона брата им дай, то эксклюзивное фото, то познакомь. Макаки крашеные. Он уже занят и продан! То есть, зарезервирован.

В свою очередь, эти излишне болтливые ученицы поведали ей об Эрике много всего интересного. Даже слишком! Позволив понять, насколько мало она о нём знала. И знала ли вообще? Некоторые откровения Ханна слушала, изумлённо открыв рот. Отказываясь им верить.

От обилия противоречивой информации у девушки вскоре голова пошла кругом. Чтобы хоть немного разобраться в происходящем, решительно ускоряя шаг, направилась в мужское общежитие, собираясь хорошенько обо всём расспросить Цзя Тинг. Надеясь, что она её успокоит и развеет сомнения. А то Ханна боялась сообщать Норе результаты негласного расследования, порученного старшей сестрой. Иначе Эрика по приезду домой ждёт казнь.

Остановив первую попавшуюся ученицу, спросила дорогу к мужскому общежитию. Её реакция Ханну удивила. Забеспокоившаяся школьница принялась советовать этого не делать. Не ходить туда. Заявив, что Ханна ещё слишком молода и у неё всё ещё впереди. Опешив, растерянно спросила, а в чём, собственно, дело? Обеспокоенно оглядевшись, проверяя, нет ли кого поблизости, понизив голос, школьница рассказала страшную, общеизвестную «тайну». О том, что возле мужского общежития зарыт труп пропавшей без вести ученицы, чьё имя никто не знал, якобы убитой и принесённой Гоблином в жертву дракону. О том, что в том доме находится логово настоящих культистов — драконопоклонников. О бродящем по парку в сумерках плачущему призраку несчастной девушки, лишённой покоя. О корнях, что хватали за ноги. О необъяснимом страхе, накатывающем на приближающихся к тому проклятому дому.

— И много вас таких, верящих в этот бред? — скептически поинтересовалась Ханна.

— Сотни, — убежденно ответила школьница, заставив сестру Эрика встревожиться ещё сильнее.

Когда в какую-то чушь верят единицы, это их проблемы, а когда большинство, то уже твои.

— Ага, понятно. Вот же срань, — выругалась Ханна, отойдя от ненормальной на достаточное расстояние. — Чем этот придурок здесь занимается?

Дорожка к общежитию хоть и выглядела мрачновато, узенькой змейкой петляя меж кустов и деревьев, но ничего сверхъестественного Ханна на ней не встретила. Зато наткнулась на ряд табличек, сделанных из грубо сколоченных досок, с предостережением, намалёванным красной краской, — Осторожно, злой гоблин. Не приближаться! Ваша жизнь в ваших руках. Просьба не заляпать кровью дорожку. Диких волков не кормить.

Была среди них и стандартная, металлическая табличка, сделанная на заводе — Внимание, на этой территории ведётся видеонаблюдение. Путём зачёркивания и добавления надписи, чёрным маркером, она приобрела совсем другое значение, — Внимание, эта территория простреливается! В качестве доказательства, в левом нижнем углу были пробиты две дырочки и очень похоже, что пулями.

— Господи, куда я попала? — покачала головой Ханна, разглядывая эти художества.

Догадываясь, кто их автор.

Вопреки опасениям, дом, в котором располагалось мужское общежитие Святой Анны, выглядел вполне прилично. Ухоженным, уединённым и уютным местом, посреди природы. Прямо каким-то заповедником гоблинов. Помотав головой, Ханна постаралась отогнать навязчивую мысль, навеянную всеми сегодняшними разговорами.

Цзя Тинг, каким-то образом узнав о том, что она пришла, ещё до того, как Ханна подошла к двери, вышла её встречать. Тепло поприветствовала девушку. С уважительным поклоном назвала молодой госпожой, чем немного смутила. Хоть Ханна и просила так не делать, но та всё равно упрямо поступала по-своему. Переубедить её было невозможно. Честно говоря, в чём не хотелось признаваться, такое обращение было даже приятным.

Зайдя в дом, Ханна с любопытством осмотрелась. Давно хотела узнать, как живёт брат? В каких условиях? Всё ли у него в порядке? Желая убедиться в этом собственными глазами, а не с чьих-то слов. Особенно с его. Идеальный порядок и чистота, в чём, несомненно, заслуги брата не было ни на грамм, девушку не удивили.

«Повезло же ему», — мысленно подумала Ханна, с оттенком зависти.

— А которая комната брата? — озадаченно обвела взглядом одинаковые двери.

— Вторая слева, — подсказала Тинг, стоя за её плечом.

Как только Ханна направилась к указанной двери, обогнув девушку, решительно преградила дорогу. Извинившись, вежливо проинформировала.

— Простите, молодая госпожа, но вы не можете попасть в кабинет господина Йохансона без его разрешения.

— Кабинет господина? Эрика, что ли? — удивилась, всё ещё не привыкнув к такой подчёркнутой официальности. — Ты же сказала, что там его комната.

— Всё верно. Это комната господина, — подтвердила Тинг.

— И он в ней спит? — уточнила Ханна, не понимая, в чём сложность?

— Комната, в которой господин работает и хранит документы, называется кабинет. Доступ в неё возможен только с его разрешения, — терпеливо объяснила Цзя Тинг.

— Но там есть кровать, на которой он спит? — повторила Ханна с другой интонаций, ничуть не смутившей китаянку.

— А ещё там есть стол, на котором господин ест, — невозмутимо добавила Цзя Тинг, не видя никаких противоречий.

— И если я попробую войти…? — не закончила Ханну фразу.

— То я вызову охрану, — с сожалением предупредила упрямая служанка.

Любопытство и подозрения Ханны, относительно того, чем тут Эрик занимается, поднялись на новый уровень. Смерив дверь долгим, запоминающим взглядом, ворчливо поинтересовалась.

— Тогда, куда я могу попасть в этом доме?

— Могу пропустить вас в гостиную и предложить чаю, — обрадовала служанка. — В этом доме вам всегда рады. Пока того хочет господин, — снова сослалась на Эрика, твёрдо обозначив, чьё слово для неё решающее.

Ханна так и не определилась, то ли злиться на брата, оказывающего странное влияние на Тинг, то ли ему завидовать. Не понимая, что они в нём нашли?

— Горячий чай будет в самый раз, — поблагодарила Цзя Тинг, — Спасибо. Погодка не столько холодная, сколько мерзкая. Хоть посижу у вас, отдохну от преследователей. А то уже достали расспросами про твоего господина. Такое впечатление, будто говорю с ними на разных языках о разных людях.

По пути в гостиную Ханна обратила внимание на высокие стопки одинаковых садовых табличек, заполнивших один из коридоров. Из любопытства взяла ближайшую, чтобы прочитать надпись. Рядом с жирной стрелочкой, направленной вниз, было написано, — Осторожно, здесь закопан мертвец. В радиусе двух метров запрещается исполнять репертуар группы Pigs. На несколько секунд застыв с пустым взглядом, не поворачивая головы, Ханна спросила у Цзя Тинг.

— Зачем вам нужны эти таблички?

— Господин попросил приготовить перед приездом. Сестра привозит заготовки, а я в свободное время их расписываю.

— Зачем? — повторила, но уже с другой интонацией и с разгорающимся в глазах пламенем.

— Чтобы отметить предположительное место, где мы будем закапывать скелет, — открыто признала служанка безумного господина.

— Какого чёрта Эрик здесь вытворяет!? — завопила Ханна, которую всё это уже достало.

Думала, что после поступления в школу Святой Анны будет незаметно его опекать, защищать от разных дур, а выходит, что самой бы теперь отбиться. Эрику, с его-то репутацией, вряд ли что-то скажут или предъявят, а вот ей придётся отдуваться за обоих. Смешно, что Нора просила её вести себя в школе прилично и прилежно, чтобы не подставлять брата. Да он… да он…

— Эрик!!! — разъярённо прорычала Ханна, вытаскивая телефон.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — услышала знакомое сообщение после набора его номера.

— Вот сволочь, лежит, небось, у бассейна, на девок голых смотрит. Или где-нибудь в зале игровых автоматов потерялся. Убью, как вернётся! Меня с такой репутацией потом не то что в команду по фехтованию, в автобус не пустят. Что я матери скажу? — её голос из воинственного, стал испуганно-растерянным.

Утро было добрым. Таким, каким его хотелось бы видеть почаще. Проснулся в мягкой, чистой постели. Свежий воздух, приятная прохлада, птички поют. Солнечные лучи пробиваются сквозь здоровенную дыру в стене, освещая спальню, обеспечивая естественную вентиляцию помещения. Относительная тишина ласкала слух. Под боком тихо и равномерно сопела красивая девушка, прижимаясь мягкими округлостями, закинув руку на мою грудь.

Осмыслив это явление, широко распахнул глаза. Мигом избавившись от сонливости, несколько раз растерянно моргнул. Приподняв одеяло, со страхом заглянул под него, после чего с облегчением выдохнул. Раз одетый, значит, ничего не было. Да и у Амелии трусики на месте. Разглядывать их не стал, соблюдая приличия. Хотя, о каких приличиях тут можно рассуждать?

«Ведь не было же, да?» — безуспешно попытался вспомнить подробности вчерашнего вечера.

После напряжённых приключений, пережитого стресса и адреналина, у нас вполне могло быть всё, что угодно, помимо обнимашек. Видимо, девушке стало страшно спать одной. Захотелось тепла, ощущения уюта и безопасности, вот и пристроилась сбоку. К тому же, оба вчера настолько устали и морально вымотались, что ничего уже не соображали. Хотели просто поскорее уснуть. Там было не до физических упражнений в позиции лёжа.

Когда выбирался с кровати, разбудил чутко спавшую девушку, спросонья похлопавшей рукой по постели в поисках пропавшего тела, повторившую мою последовательность действий. Амелия широко распахнула глаза. Замерла, задержав дыхание. Испуганно вытаращилась на меня. Резко заглянула под одеялом. Выдохнула и расслабилась.

— Доброе утро, — улыбнулся, постаравшись скрыть за этой банальной фразой чувство неловкости и смущения.

— Доброе, — ответила Амелия, натянув одеяло под самый подбородок, не спеша вставать.

— Кофе будешь? — не знал, что ещё сказать.

— Ты ещё сигарету предложи, — насмешливо фыркнула девушка, посмотрев на эту ситуацию под другим углом.

— У меня и без того хватает вредных привычек. Вставай давай. Иди кофе делай, — позволил себе чуточку наглости и властности. — А я пока на разведку схожу. Обойду периметр фермы. Проверю посты. А то, может, мы уже опять в плену, только ещё об этом не знаем?

Удивительно, но если раньше Амелия отреагировала бы на подобный тон в резкой форме, то сейчас восприняла его довольно снисходительно.

— Хорошо. Топай уже, вояка, — попросила покинуть мою же спальню, оккупировав её. — Ишь раскомандовался, — не могла не уколоть в ответ, окончательно придя в себя после неожиданного утреннего сюрприза.

Подозрительно быстро с ним смирившись. Пока я, надев пояс силового снаряжения, проверял всё ли на ферме в порядке, Амелия и в самом деле сделала на всех кофе с большим количеством простеньких бутербродов. Даже омлетные рулетики сделала, в чём ей сильно помогла Ирма, присоединившись на кухне. Немка даже фартук где-то раздобыла. Занятие привычным, полезным делом, её успокаивало. Позволяло получить иллюзию благополучия.

Второй день на ферме, осаждённой прячущимися в джунглях бандитами, начинался куда спокойнее, чем вчера. Что не могло не радовать. На нас уже не лезли оголтелые головорезы, устраивая лихие штурмы, на манер вчерашних. Похоже, они решили сменить тактику. Вероятно, ждут подвоза тяжёлого вооружения, поняв, что без численного и качественного перевеса победы им не видать.

Если бы мне достался рыцарский комплект силового снаряжения, то уже давно бы закончил эту дурацкую войнушку. Однако, попался лишь кавалерийский, чьи возможности силового щита оставляли желать лучшего. При должной обработке его можно разрядить и обычным, ручным оружием. А при особо мощном взрыве даже пробить. Не сомневаюсь, Большой Моджо вскоре пригонит сюда пару машин, набитых взрывчаткой. Хоть у него в подчинении полно дураков и подхалимов, но умные люди тоже найдутся. Нельзя сказать, что африканцы поголовно отсталые и глупые люди, неспособные разобраться со сложными технологиями. Это большое заблуждение.

Дойдя до Ганса, засевшего в засаде у пролома в юго-восточной части фермы с ручным пулемётом, контролирующего оттуда склон холма, поросший высокой, густой травой, ненадолго у него задержался.

— Доброе утро. Как обстановка? Никто не шалит? — всмотрелся в тёмную стену джунглей, в которых ни черта не разглядеть, кроме буйно разросшейся зелени.

— Доброе утро, Джеймс. Пока всё тихо. Кажется, будто джунгли безлюдны, но, подозреваю, это впечатление сильно обманчиво. Здешние жители прекрасно умеют прятаться на местности. Они в них, как рыба в мутной воде. То не заметишь, то не ухватишься, — огорчился немец.

— Это да, — признал. — Рыбачить в этих водах лучше всего со взрывчаткой. Но где же её взять в таких количествах? Что там слышно от властей? Когда ждать полицию? — полюбопытствовал не без причины, поскольку планировал избежать с ней встречи.

О чём уже предупредил Амелию. Я здесь так наследил, что лучше в руки правосудия мне не попадаться. Да и британские спецслужбы пусть лучше крепче спят и не просыпаются, продолжая делать вид, что верят, будто я сейчас на рыбалке. Слухи и домысли недоказуемы, а значит, не наказуемы.

— Обещали сегодня после обеда или ближе к вечеру кого-нибудь прислать. У них внезапно возникли волнения в другой части провинции. Уж не знаю, насколько случайные. Якобы все силы сейчас привлечены туда. Думаю, намеренно тянут время и чего-то нам не договаривают. В Дортсмуте обещали разобраться, отправив запрос в здешний МИД, но на его рассмотрение всё равно уйдёт день или два.

— Кофе готово, — сообщила Амелия, принеся прямо сюда три кружки, корзинку с бутербродами и покрывало.

Пришлось устраивать площадку для пикника прямо на фоне живописных развалин, сгоревших машин и небольших воронок от взрывов.

Только расселись и принялись неспешно завтракать, обсуждая планы на сегодняшний день, как услышали характерный звук приближающегося вертолёта. Все трое, как по команде, удивлённо повернули головы. Сделав над фермой три круга, явно гражданский вертолёт приземлился на широкую, ровную площадку перед главным зданием. Каково же было моё удивление, когда из него высадился не спецназ, не полиция, не сотрудники Дортсмута, и даже не вездесущие журналисты, а знакомые мне школьницы из команды по силовому фехтованию Святой Анны. Почти в полном составе, во главе с тренером. Они-то здесь что делают? Увидев меня с кружкой в руке, на пикнике, с подружкой и каким-то бородатым мужиком, схожими вопросами задались и бывшие пассажиры круизного лайнера «Гармония морей». Ожидали увидеть совсем другую картину, а тут такое.

Внимательно оглядевшись по сторонам, подмечая детали, указывающие на недавние, бурные события, мисс Фаулер подошла и, прежде чем успела что-то сказать, была мною перебита.

— Добрый день, мисс. Позвольте представиться Джеймс. Джеймс Буллит, — встав, официально представился. — Чем могу быть полезен? — быстро показал ей глазами на Ганса.

Очень надеюсь, что меня сейчас не ждёт грандиозный провал. Прочитав мольбу в моём взгляде, тренер сдержалась, сказав не то, что хотела.

— Не вижу в нём ничего доброго… мистер Буллит. Можно тебя на пару слов?

— Разумеется, — благодарно улыбнулся.

— Твои друзья? — спросил толстокожий, бессовестный Ганс, портя мне представление.

Обрадованно разглядывая вертолёт, на который выбежали посмотреть остальные немцы.

— Это спорный вопрос, — оценил исходящее от тренера «дружелюбие», вызвавшее паническое желание сбежать в джунгли, посчитав, что там мне будет безопаснее.

Поскольку разум возобладал над эмоциями, пришлось идти в «сторонку», куда подтянулись и подозрительно бодрые, решительно настроенные девушки из команды Чёрных рыцарей Святой Анны, прилетевшие не с пустыми руками, а с ещё более подозрительно знакомыми алюминиевыми кейсами. То-то они такие смелые. Будет знатная шутка, если в них перевозится не то, о чём я подумал.

— Ну и что скажешь в своё оправдание? — возмутилась Кейси, едва подойдя ближе.

— Невиновен. Это был не я. Меня оболгали, — ответил, не раздумывая. — Лучше скажите, вы здесь откуда? А как же аквапарк и телескоп? — удивился нежданной, но приятной встрече.

— Какой нафиг аквапарк? У тебя тут, я смотрю, развлечения поинтереснее, — заявил до неприличия довольный Митчел, разглядывая последствия ночных боёв. — И даже не раскаиваешься, что забыл об этом предупредить. А ещё друг называется. Мы ведь всё ещё друзья? А? Вечно всё один что-то за спиной проворачивает, — для вида возмущался Даниэль, радуясь, что со мной всё в порядке.

— Мы сошли в первом же порту. В ближайшем магазине скупили весь запас спортивного силового снаряжения, арендовали вертолёт и вылетели тебя спасать, — ответила на вопрос Маргарет, вернув себе привычную невозмутимость, которую портили вытянувшиеся кверху уголки губ.

Она волновалась за меня не меньше остальных, хотя по ней этого и не скажешь. Но я успел её хорошо узнать, как никто другой, так что в этом не сомневался, отчего на душе стало теплее. Прибытие девчат меня растрогало и словно окрылило, вдохновляя на новые подвиги. Как же приятно, что за тебя переживают. Что тебя готовы спасать, невзирая на опасность. Не ожидал от них такого безрассудного поступка.

— И это вопреки прямому запрету, — сердито сообщила мисс Фаулер, смерив негодующим взглядом ничуть не смутившихся учениц. — Я же говорила, не стоит переживать за Йохансона. Он способен о себе позаботиться даже в этой заднице мира, в окружении кровожадных дикарей. Тем более, с фантомным доспехом…

— Отнятым у этих самых дикарей, — любезно подсказал, сбив ей весь настрой. — Найденный ими в какой-то грязной лавке старьёвщика. Кавалерийского класса. Который по возрасту годится вам в дедушки. Разбалансированный и с латанным-перелатанным ПО.

Бросив на меня долгий взгляд, после паузы, мисс Фаулер сварливо заметила.

— А вот этого ты не говорил.

— Так вы не спрашивали, — невинно развёл руками, снимая с себя ответственность.

— Ну да. Мы так и поняли, увидев тебя с кружкой кофе в одной руке и бутербродом в другой. С подружкой. Загорающим на травке, — ехидно ухмыльнулась Збражская.

Вечно она ко мне придирается.

— Если не ошибаюсь, — нахмурилась Маргарет, задумчиво посмотрев на подошедшую к нам Амелию, — то это Адамс. Верно? Что она здесь делает? — спросила у меня.

— Леди Адамс любезно согласилась подбросить меня до Африки на своём самолёте. Нелегально. Вы же знаете, что мне запрещено покидать страну. Пришлось искать обходные пути, прикинувшись другим человеком. Отсюда я хотел на катере доплыть до Сейшельских островов, чтобы встретиться с вами, но, случайно, — уверенно проигнорировал недоверчивый взгляд большинства присутствующих, включая тренера, — попался на глаза морским пиратам. А дальше, всё как-то само закрутилось.

— Да ещё так хорошо и удачно, — подколол меня недоверчивый Даниэль. — Шёл себе, шёл, никого не трогал. Споткнулся, упал. Встаю, боже мой, это же ничейная шахта драгоценных камней, — предложил альтернативный вариант объяснения происходящего.

— Всё так и было, — благодарно ему кивнул. — Только это теперь моя шахта драгоценных камней, — внёс маленькое уточнение.

— Уже успел прибрать к рукам? — изумился Даниэль, не ожидав от меня такой прыти. — Когда?

— Ещё вчера. Так что вы стоите на моей собственности, леди. Прошу относиться к ней бережно. Ничего руками не трогать, а то ещё сломаете или испачкаете, — поджав губы, сделал важное объявление, изобразив напыщенного, самодовольного землевладельца, такого, каким его представлял.

Прикрыв рот ладошкой, Амелия тихонько рассмеялась. Часть девушек тоже заулыбалась, оценив шутку, на фоне царящего вокруг разгрома.

— Я же говорю, негодяй. Как есть, негодяй, — наигранно ахнул Даниэль, жалуясь остальным.

Кейси с большим подозрением посмотрела на Амелию, сделавшую вид, что этого не заметила. Причём, очень довольный вид. Готов поклясться, специально.

— Это всё, конечно, хорошо. Но нам лучше поскорее отсюда убраться. До прибытия очередных гостей, — побеспокоилась об этом мисс Фаулер, не забывая контролировать округу, чтобы к нам не смогли незаметно подобраться.

— Как, даже кофе не попьёте? — огорчённо удивился.

У меня над головой словно зажглась лампочка озарения.

— Не смешно, — сухо ответила мисс Фаулер.

Такое впечатления, хмуро посмотрев прямо на неё.

— Я за то, чтобы задержаться, — тут же проголосовала Гриффин, активнее всех «водившая носом» по сторонам.

С нетерпением и предвкушением.

— Ты уже задержалась. Ещё и Браунфельс подбила на побег, о чём мы ещё поговорим, по возвращении домой, — пригрозила недовольная тренер, почуяв назревающий бунт. — А там, за вами и остальные потянулись.

— Неправда. Я сам собирался…

— Неправда. Я сама собиралась…

Одновременно возмутились Кейси и Даниэль, перебивая друг друга.

— Молчите лучше. Штрафники. Вы меня точно под статью подведёте. Йохансон-то ладно. Он знает, что делает. А вы куда лезете? Острых ощущений захотели? А на похоронах друзей не желаете побывать? Или инвалидами остаться, — отчитала их более опытная мисс Фаулер. — Вы здесь дичь, а не охотники. Тоже мне, книжные стратеги и воители. Если бы могла, заперла бы вас до самого Сингапура в одной каюте. Пусть потом с вами родители разбираются. Я бы порекомендовала им обратиться к воспитательной порке, но это уже на их усмотрение. Скажите спасибо, что они ещё не знают, где вы находитесь.

Похоже, мисс Фаулер уже вычеркнула меня из списка «простых» английских школьников. Печально. Но, вполне ожидаемо. Вечно она меня находит в каких-нибудь сомнительных заварушках. Сам удивляюсь, как так?

— Ты что-то хотела сказать? — тренер посмотрела на невозмутимую Эльзу, от которой её слова отскакивали, как горох от стенки.

От хорошей, качественной, непробиваемой немецкой стенки.

— Командира нельзя бросать в беде. Мы одна команда. Вы сами нас этому учили, мэм, — вежливо напомнила Браунфельс.

— А ничего, что это командир вас постоянно втягивает в неприятности? — воззвала к их голосу разума.

Но Маргарет по-прежнему оставалась молчалива, что вызывало подозрение не только у меня.

— На данный момент нас всё устраивает, — Эльза лаконично высказалась в мою защиту. — Гриффин?

— Согласна, — подтвердила дочь ювелира.

— Выгоню из команды всех троих. К Йохансоновой бабушке, — раздражённо посулила мисс Фаулер, давая несбыточное обещание.

— Я тоже за то, чтобы разнообразить наш отдых и сделать каникулы более запоминающимися, — высказалась Ивон Виардо.

— Тренер, давайте закругляться со вступительной частью, — попросила заскучавшая бесстыдная Аманда Бейбер, никогда не любившая планёрки. — Все всё понимают. Не маленькие. Мы доверяем Йохансону и сильно за него переживаем. И вы тоже, хотя и не показываете этого. Иначе бы остановили нас, а не только грозили. Уж я-то знаю, что способны и ноги нам переломать, если понадобится. С родителями, конечно, аргумент серьёзный, но разборки будут потом. Дайте хоть по-настоящему развлечься, чтобы было за что наказывать. У нас, может, только начался активный, захватывающий отдых, а вы режим, режим. От строгого режима заключённые дохнут. И потом, мы не в школе, а на каникулах, а потому не обязаны вас слушаться.

— Какие все вдруг стали взрослые и самостоятельные. А ещё, безответственные. Ладно, делайте что хотите, но под моим руководством, — уступила, но как-то странно.

Убедившись, что самая тяжёлая часть переговоров позади, Даниэль не удержался.

— Слушай, а почему тебя называли Джеймсом? Я по телефону слышал.

— Потому что Эрик Йохансон сейчас в Англии, ловит рыбу на горных озёрах. А здесь меня знают под именем мистера Джеймса Буллита, ловца бабочек из Лилипутии.

— Откуда-откуда? — опешил Даниэль, подумав, что ослышался.

С невозмутимым видом достав из кармана паспорт, протянул его для ознакомления. Вокруг Даниэля тут же собрался кружок любопытных учениц, во главе с тренером, как она и хотела.

— А ты тут точно случайно? — усомнился подозрительный Даниэль.

— Да, — подтвердил в который раз.

— Брешет, — уверенно заявила полячка.

— Не брешет, а обманывает, — поправила её Сомерсет.

— Йохансон, — с укоризной посмотрела на меня Маргарет, заставив почувствовать себя виноватым.

— Обманывают — это когда утверждают, что домашнее задание сделано, а на самом деле за него даже не брались. А тут, именно брешут, — не согласилась Збражская, под заливистый хохот Рэдклиф.

— Это всё, безусловно, очень интересно, но где камни, мистер Буллит? — пристально на меня посмотрела Гриффин. — И где пираты? Только не говори, что мы зря сюда тащились.

— Да, где камни, мистер Буллит? — повторила отдышавшаяся Кейси, встав в позу. — Мы серьёзные люди и обмана не потерпим, — для наглядности подняв серебристый, металлический кейс.

— Леди, сначала завтрак, — объявила строгая леди Бедфорд, наконец-то себя проявив. — Мистер Буллит, — потроллила меня с серьёзным лицом, — где обещанные кофе и булочки? — расставила приоритеты.

— У нас ещё осталась яичница и кукурузные хлопья с молоком, — любезно предложила Амелия, взяв на себя роль гостеприимной хозяйки.

— Буду признательна, — вежливо улыбнулась ей леди Бедфорд.

— Вы пока идите. Я потом догоню, — предупредила Гриффин, присматриваясь к пулемёту, что оставил на позиции Ганс.

— В столовую. Вместе со всеми. Мыть руки. Марш! — приказным тоном рявкнула Маргарет, отчего не одна только Гриффин вытянулась по струнке, спрятав руки за спину.

— Уверены, что это вы руководите этим… сборищем авантюристок? — тихо, но так, чтобы все слышали, с сомнением поинтересовался у мисс Фаулер.

— Не напоминай, — точно так же ответила тренер.

Прибытие большого количества старшеклассниц сильно удивило немцев, но вместе с тем и обрадовало. Ведь у них был вертолёт. За это можно простить многое. Выяснив, что здесь делали сотрудники Дортсмута, мисс Фаулер снова провела переоценку моих действий, как и своего отношения к происходящему. Члены команды, наслушавшись от бывших заложников разных историй, а им было чем поделиться, поступили так же. Маргарет даже поблагодарила, заявив, что гордится своим лейтенантом. Не отстала от неё и Эльза Браунфельс.

Выполнив просьбу, перед сотрудниками Дортсмута девушки называли меня Джеймсом, не выдав, что я один из них. Это притворство даже нашли забавным. Оценив его, словно хорошую шутку. В чём особенно усердствовала полячка, которой я тихонько пригрозил «забыть» её в Африке. Продав какому-нибудь вождю, которому желаю испортить жизнь. На что обозвала меня хамом, но тут же простила, отметив, что ничего другого и не ожидала.

Также члены команды силового фехтования хорошенько обо всём расспросили Амелию, желая услышать и её историю. Оказавшись в центре внимания, видя нетерпеливую, восторженную публику, леди Адамс с удовольствием перед ней выступила, купаясь в лучах пятиминутной славы. Поделившись впечатлениями о своих приключениях. Естественно, выставляя себя в лучшем свете, опустив кое-какие моменты. Девушки сочувственно поохали, выразили ей поддержку, похвалили, там, где нужно. После чего Кейси обличительно «потыкала» в неё пальчиком с острым «коготком», осудив за то, как нехорошо Амелия поступила со своими слугами. Как их подставила. Обвинив в бессердечности, легкомыслии и крайнем эгоизме. А Гриффин под согласные кивки Бейбер объявила, что она на её месте справилась бы с этой ситуацией намного лучше. Не была бы бесполезной и бестолковой обузой. Леди Бедфорд тоже вставила свои пять пенсов, отметив недостатки уже в моих действиях. Пройдясь бульдозером по тактике и стратегии. Ну да, после боя, с послезнанием, чего бы не поумничать в теоретических вопросах. Ну и Даниэль, собака такая, «подгавкивал» капитану. Кто их сюда звал?!

С прибытием такого большого количества гостей ферма сразу стала оживлённым и шумным местом, перестав выглядеть заброшенной. После плотного завтрака, пользуясь затишьем, повёл своих подруг на склад. Бандиты, после прибытия вертолёта, затаились, пытаясь понять, кто к нам пожаловал и чего им теперь следует ждать? В это время радостные немцы грузились в вертолёт, готовясь к отправке в ближайший международный аэропорт, куда уже вызвали своего консула. Больше местным властям они не доверяли. Их мы планировали вывезти первым рейсом, поскольку все сразу в один вертолёт не поместимся. Да ещё с грузом, о котором немцам лучше не знать. Кому продавать землю я ещё не решил. Выставлю её на аукционе после того, как на моих участках проведут все необходимые изыскания. За чужой счёт. Для чего выдал немцам карту чёрных старателей, сообщив о случайной находке, которую совершил буквально только что. Не став сообщать, что земля уже выкуплена за смехотворную цену и принадлежит мне. Было немного стыдно их обманывать и использовать, но, что делать? Не я, так меня. Спас, накормил, защитил, домой отправил. Разве этого недостаточно? Так что пусть совесть спит спокойно.

Скинув, залитый машинным маслом, брезент с ящиков, сделал приглашающий жест. Хорошо, что вовремя отошёл в сторону, а то бы сбили. Налетели на них подобно банде профессиональных енотов, сразу запустив внутрь цепкие, загребущие лапки. Перебирая необработанные рубины так, словно что-то в них понимали. Только Гриффин изучала драгоценные камни основательно и неторопливо, откладывая кое-какие экземпляры в сторону.

— Я возьму этот? И тот? А ещё, вот эту кроху? — постоянно спрашивала Рэдклиф, внаглую грабя мою сокровищницу. — Ты же подаришь этот маленький камешек? — взяв в руку булыжник, посмотрела на меня такими умилительно несчастными, трогательными глазками голодного щенка, что понял, отказать ей просто не смогу.

— Разбирайте на сувениры. Сколько унесёте. И всё! Лавочка закрывается, — попытался спасти хоть что-то.

Возня у ящиков ускорилась. Оттуда изредка слышалось что-то вроде — это моё, меняемся, смотри, что я нашла? Только мисс Фаулер, леди Бедфорд, леди Адамс и леди Сомерсет сохраняли достоинство, наблюдая за всем этим со стороны. Со смешанными чувствами. Не сомневаюсь, чуть позже сделают то же самое, но без посторонних и без спешки. Конечно же, спросив разрешения.

— Так, Йохансон, а теперь поподробнее, во что нам обойдётся твоё кофе? — придав себе суровый вид, поинтересовалась мисс Фаулер, скосив взгляд на ближайший ящик.

Прикидывая, сколько может стоить его содержимое и сколько у неё кредитов? Вместо неё на меня пристально посмотрела Маргарет, чуть прищурившись, усиливая давление. Разделяя мнение тренера, что я что-то задумал.

— Ещё до вашего прибытия, после того, как заложники будут спасены, я планировал навестить одного нехорошего человека, которому раньше принадлежали эти рубины. Погубившему ради них немало народу. Организовавшему похищения, убийства, морской разбой. И который превратил этот район в зону боевых действий. Если хочу выгодно продать здесь свои участки земли, то он мне будет сильно мешать. Да и не только мне. Власти почему-то сами справиться с преступным бароном не могут. В политику лезть не хочу, так что задавать им эти вопросы не стану, — успокоил внимательно меня слушающую мисс Фаулер. — Поэтому возвращайтесь на корабль одни. Без меня. Только захватите с собой леди Адамс, — проигнорировал её недовольство. — Не могу уехать, оставив незаконченное дело.

— Как потом собираешься отсюда выбираться? — тренер затронула главный вопрос, отбросив всё лишнее.

Став по-деловому собранной и серьёзной.

— Я созвонился со своим другом. В условленное время он будет ждать меня на арендованном легкомоторном самолёте, на аэродроме возле городка Наметсу. До него доберусь в фантомном доспехе, устроив длительный забег по пересечённой местности. Марафон. Прикинусь безобидным спортсменом. Сильно сомневаюсь, что меня кто-то или что-то задержит в чистом поле. Да хоть даже на дорогах. Мало ли здесь чудиков? Открыто нарушать законы не буду. Поэтому проблем с дорожной полицией не ожидаю, — сказал об этом так, как будто больше меня ничего другого не волновало.

— В одиночку? — выразила мимикой всю величину своего скепсиса, не уточняя, что имела в виду.

— Теперь уже и не знаю, — коварно улыбнулся. — Эльза, отвлекись на минутку. У тебя всё равно нет карманов. К тому же таможня всё отберёт на границе, — только сейчас открыл им страшную правду. — Они же не оформлены должным образом. Не говоря уже об отсутствии уплаты налогов. Ты же не ювелирные украшения в магазине покупаешь. Чек, увы, выдать не могу. Подойди, дам кое-что ценнее каких-то рубинов.

Девушки замерли. На их лицах отразилась напряжённая работа мыслей, завершившаяся разочарованием и почти физической болью от отказа от уже награбленного, поделенного и мысленно пристроенного богатства.

— Мистер Буллит, а как вы собираетесь решить эту маленькую проблему? — поинтересовался Даниэль.

— Спихнуть её на специалистов. Заберу только часть рубинов, которую передам друзьям. Они займутся их перевозкой. Остальные «подарю» местным властям, в обмен на лояльность. То, что драгоценные камни нельзя вывезти, не значит, что их нельзя использовать. К тому же, основные трофеи, которые принесут мне прибыль, находятся в другом месте.

Рассказал им о планируемом рейде на местного преступного барона, одно из сокровищ которого собираюсь подарить Браунфельс. За верность. Достав из кармана несколько невзрачных, обычных с виду карт памяти для силового снаряжения, одну из них протянул Эльзе со злодейской, искушающей улыбкой. С помощью приёмника карт заинтригованные девушки быстро выяснили, что на ней хранится. Тут же раздались завистливо-восторженные возгласы. Они забыли о рубинах на целых три минуты. Ведь я передал Браунфельс то самое энергетическое копьё, найденное в запасниках морских пиратов. Настоящее, высокоуровневое и высокотехнологичное оружие, стоившее огромных денег. Нам, как школьникам, такое бы не продали, даже если бы у нас были нужные средства.

— У меня совсем другой тип ядра фантомного доспеха. Оно мне не подходит. Кроме того, я специализируюсь на ином типе оружия, — объяснил причину отказа от копья.

Мог бы продать, но тогда ко мне возникнет множество вопросов, на которые не хотелось бы отвечать. Ещё четыре карты памяти раздал другим членам команды. Там было оружие попроще и подешевле, но тоже боевое. Модифицированное и украшенное с учётом предпочтений жителей Восточной Африки. Их родители могли бы достать и получше, но мой подарок прекрасно подходил для коллекции. Он был необычным и редким.

— А мы, так понимаю, пролетаем? — расстроилась Сомерсет, переглянувшись со Збражской.

— Ну, извините, больше трофеев нет. Вот если бы прилетели на недельку попозже, — закинул удочку, подталкивая их к определённой мысли. — А вам, — повернулся к мисс Фаулер, спокойно дожидавшейся своей очереди на подкуп, сразу меня раскусив, — я подарю рубин, размером с кулак. По слухам, такой хранится у Большого Моджо, — пообещал, веря в то, что преступный барон не мог не отобрать самые лучшие драгоценные камни в свою личную коллекцию.

Иначе, какой же он барон? Сделал это предложение, руководствуясь принципом, один кавалерист хорошо, а дюжина, ещё лучше. Да и не с регулярной же армией собираюсь воевать.

— Чувствую, это будут самые великолепные каникулы, которые у меня были? — в тишине раздался весёлый голос Даниэля, подкидывающего на ладони один из рубинов, не спеша с ним расставаться. — Не знаешь, у Моджо много жён?

— Лучше бы я осталась дома, — сокрушённо вздохнула мисс Фаулер, уже догадываясь, чем всё закончится.

— Я постоянно так говорю. Ни разу не помогло, — поделился печальным опытом.

В операции по уничтожению банды Большого Моджо, обозначенной мисс Фаулер, как полевая практика, чтобы заставить нас отнестись к ней серьёзнее, участие приняли все. Даже те, кому не полагалось. Амелия наотрез отказалась улетать домой. Заявив, что она будет в куда большей безопасности с нами, чем без нас. Кроме того, мой главный инвестор и будущая хозяйка двух участков Африканской земли, если я не смогу с Амелией расплатиться, потребовала включить её в отряд на правах наблюдателя. Чтобы проконтролировать, как мы собираемся отнестись к вложениям рода Адамс. Путём уговоров, угроз и откровенного шантажа сумела добиться своего. Когда ей нужно, Амелия умеет становиться очень настойчивой и убедительной.

Все приведённые разумные доводы, что она нам будет только мешать, разбились о стену незыблемого утверждения, — это не её проблемы. Взамен пообещала быть послушной. Выполнять все приказы командира. Пользуясь случаем, польстив леди Бедфорд, догадавшись, у кого здесь последнее слово. А также пообещала компенсировать расходы на предстоящую карательную операцию. Поскольку покупка силового снаряжения, стоящего весьма недешево, командой Чёрных рыцарей Святой Анны не планировалась, предложение леди Адамс прозвучало весьма заманчиво. Настолько, что даже вызвало завывающий отклик из кошелька тренера, подсказывающий ей, — Соглашайся!

Одной из причин, почему школьницы вытребовали себе право участвовать в этой авантюре, послужило понимание того, что в других условиях поучаствовать в подобном деле, проявив себя, им бы никто не позволил. А как иначе доказать, что они не хуже каких-то там мальчишек? Что тоже могут быть героями. Им хотелось попробовать, имея мой пример перед глазами.

Определившись с составом отряда, приступили к подготовке. Взявшись за неё с большим энтузиазмом и рвением. Как ворчала мисс Фаулер, лучше бы на соревнованиях работали с такой же отдачей. Предупредив, что оставляет за собой право в любой момент свернуть операцию и объявить о немедленной эвакуации. И пусть хоть кто-нибудь только попробует возразить. Прибьёт на месте.

Перед уходом с разграбленной нами фермы Кейси исполнила свою давнюю мечту. Зарыла-таки пиратский клад, состоящий из драгоценных камней. Из тех, что мы не забрали с собой. Сделав к нему настоящую карту сокровищ. А с собой взяли немало и не только рубинов. На сувениры пошло всё, что выглядело необычно и прикольно. И не было прибито гвоздями. А что было прибито, было отодрано и тоже взято. Чем мы хуже пиратов? — заявила бойкая Рэдклиф, рыская по ферме в поисках ломика и тайников. Также забавно было наблюдать за Даниэлем, мучающимся в попытках придумать, куда бы пристроить снятую со стены узкую, расписную деревянную маску метровой высоты. А ещё мы наделали кучу фотографий, воспринимая предстоящий поход не настолько серьёзно, как хотелось бы мисс Фаулер и леди Бедфорд. Однако они всё же не стали портить нам удовольствие.

— Каков наш первый шаг, лейтенант? — спросила Маргарет, назначив меня главным стратегом.

Мисс Фаулер молча стояла рядом с видом проверяющего из штаба.

— Облачаемся в фантомные доспехи и идём в джунгли ловить говорящих, прямоходящих обезьян. Нам нужна та, которая знает короткую дорогу к дому «уважаемого» Моджо. С расположением его укреплений и наличных сил. Проще говоря, проводник. Только предупреди всех, что по ним будут стрелять. Пусть не расслабляются. Тщательнее следят за обстановкой, прочностью силовых щитов, зарядом аккумуляторных батарей и своими напарниками. Ходить поодиночке крайне не рекомендую, — дал несколько советов.

Внимательно меня выслушав, мисс Фаулер, назначившая себя на роль контролёра, военного советника и военной же полиции в одном лице, одобрительно кивнула. Дополнив.

— Напомни членам команды, что это не учебная операция. За ошибки их буду наказывать не я, а местные головорезы. Никаких вторых шансов. Вам будет полезно пройти боевую практику. Заставит стать ответственнее и психологически устойчивее. Избавит от дурацких иллюзий. Если всё пройдёт хорошо. Говоришь, у бандитов нет ничего серьёзного? — уточнила у меня, имея в виду качество их вооружения.

— Такого, чтобы уничтожить фантомный доспех с первого попадания, не встречал. В основном лёгкое стрелковое оружие и гранатомёты. Полагаю, сейчас к ним могли добавиться взрывчатка и какие-нибудь противотанковые комплексы, но это не точно. Они хоть и представляют некоторую опасность, но не думаю, что появятся в большом количестве. Кроме того, сильно сомневаюсь в умении местных бандитов профессионально ими пользоваться. Гораздо больше меня тревожит реакция на наше появление со стороны здешних крупных кланов, имеющих собственные вооружённые отряды и фантомных латников. Поскольку мне достался доспех кавалерийского ранга, значит, они тут не настолько уж и редки, — сделал логичный вывод.

— То есть, нам могут повстречаться вражеские фантомные рыцари, — подытожила тренер, используя общепринятое обозначение операторов А-полей, а не только обладателей именно этих рангов. — Чудно. Командуй, капитан, — отдала инициативу в руки Маргарет, оставшись довольной моим ответом.

Собрав команду, леди Бедфорд провела инструктаж. Обозначила цели, распределила сектора ответственности. Закончив с этим, разбившись на группы, отправились их прочёсывать в поисках бандитов. Моя команда отправилась на север. Даниэля, на запад. Сомерсет, на восток. Юг взяла на себя мисс Фаулер, отправившаяся в одиночку. В ответ на наше беспокойство заявив, что справится с этой задачей намного лучше, чем мы все, вместе взятые. Напомнив, что прошла службу в армии и имеет реальный боевой опыт, в отличие от нас, так что не стоит за неё переживать. К тому же, лучше в одиночку пойдёт она, чем оставшаяся без напарниц Бедфорд, которую мы оставили на ферме контролировать центр. Оставаться в резерве на случай, если кому-нибудь срочно потребуется подкрепление из рыцаря. Отсюда она будет координировать работу наших групп, а также присматривать за беззащитной Амелией, которой досталась должность оператора службы поддержки. Что сподвигло Збражскую, возомнившую себя бессмертной, на шутку. С невинным видом попросила леди Адамс не отвечать на вызовы словами, — Ваш звонок очень важен для нас, пожалуйста, оставайтесь на линии. Вам ответит первый же…

За несколько часов блужданий по непролазным джунглям, измазавшись в грязи, как не знаю кто, едва не потерявшись, наткнулись всего лишь на двух бандитов. Прошли бы мимо, так и не заметив их, да один из них, едва нас увидев, со страху сразу же обстрелял из автомата. Дурачок, что с него взять? Впрочем, Гриффин тоже отличилась не лучшим образом. Вместо того, чтобы спокойно подойти и взять этих идиотов за шкирку, зачем-то прикрывшись круглым щитом, быстро сократила дистанцию и учебным, незаточенным мечом, входившим в комплект спортивного силового снаряжения, снесла их как кегли, бейсбольной битой. Отправив в непродолжительный полёт. На мой резонный вопрос, — кого же мы теперь будем допрашивать, виновато пожала плечами.

— Извини, не подумала.

— Внимание. У нас контакт с противником. Два лёгких и один средний МД ударного класса. В камуфляжной расцветке, — передал по рации Даниэль. — Мы атакованы. Приступаю к их уничтожению.

— Нам выдвигаться на помощь четвёртой группе? — обеспокоенно задал вопрос капитану.

— Нет. Продолжайте выполнение задачи, — отказала Маргарет.

Видимо, мы были слишком далеко. К тому же посчитала эту угрозу не настолько серьёзной, что вскоре подтвердил сам Даниэль. Сообщив, что разобрался с противником, не понеся потерь. Хотя Виардо ушла на перезарядку доспеха, отделавшись лёгкими ушибами, а Збражская как-то умудрилась сломать тренировочный щит. На что Амелия ехидно осведомилась, не поставить ли её в очередь на вызов ремонтной бригады?

— Повезло им, — завистливо вздохнула Гриффин, слушая последовавшую за этим перепалку девушек.

— Если бы не торопилась, то повезло бы нам, — с укором заметила Браунфельс.

— В следующий раз так и сделаю, — пообещала англичанка, жалея, что оставила дома свой комплект силового снаряжения.

Однако, следующего раза не представилось. Дальше нам встречались только птицы, да самые настоящие, дикие, невоспитанные обезьяны. Спросил у одной дорогу, так она даже ухом не повела. Ещё вдалеке мелькнуло какое-то крупное животное, но быстро убежало, скрывшись в подлеске. Незаметно к нему подобраться в больших, массивных доспехах, топающих, как бегемоты, было нереально. Гриффин вновь с тоской вспомнила о своём фантомном доспехе.

В условленное время вернулись на ферму с пустыми руками. Дождавшись остальных групп, подвели итоги. Самое обидное, что все, кроме нас, принесли по одному захваченному «языку». Причём Рэдклиф своего держала за ноги, вниз головой.

— Этот слишком худой. Этот слишком маленький, — мстительно забраковал пленников от групп Сомерсет и Митчела.

— Что за дискриминация? — возмутилась Кейси, покачав перед моим лицом несчастным, заоравшим от страха бандитом. — Смотри, какой хорошенький.

— Мне такой товар и даром не нужен. Что-то цвет лица у него нездоровый, — присмотрелся повнимательнее. — Запашок несвежий. Зубы жёлтые. Оставь себе. Мисс Фаулер, я возьму вашего? У него и глаза умные и брюшко выпирает, — сделал выбор, основываясь на офицерской повязке и откормленной, лоснящейся морде того человека, которого она держала.

Тут хорошо питаются только те, кто может себе это позволить. И те, кому позволяют. А где деньги, там и связи.

— Забирай. Я почему-то не сомневалась, что он тебе обязательно приглянется. Сам сможешь его расспросить? Помощь не требуется? — испытывающее на меня посмотрела, пытаясь понять, насколько далеко я готов зайти.

Не пора ли меня записать к школьному психологу? По возвращении домой. И ещё ей было любопытно, сколько же иностранных языков я знал. Тем более, таких экзотических. В учебную программу английских школ местные языки точно не входили. Наверняка дожидается, когда же с меня спадёт притворство и можно будет воскликнуть, — Я так и знала!

— Спасибо. Не требуется. Он у меня всё расскажет. Даже то, что сам забыл, — ласково пообещал, глядя на перепуганного мужика, не понимающего о чём мы говорим.

Не собираемся ли разорвать его на части, ради потехи? Или ещё чего удумать, похуже. Он бы так и поступил, если бы поменялся с нами местами.

— Вы нас пока тут подождите. Большое количество больших людей его пугает. А то ещё от страха язык проглотит. Я с ним ненадолго уединюсь вон в том амбаре, — попросил остальных не мешать мне.

— Пытать будешь? — с явным неодобрением спросила Збражская.

— А что его, блинчиками кормить? — Рэдклиф отнеслась к этому довольно равнодушно.

— Может, его хорошенько напугать, чтобы сговорчивее стал? — предложил Даниэль, тоже не особо радуясь необходимости кого-то мучить.

— Да всё с ним будет в порядке. Не буду я его пытать. У меня свои методы убеждения. Секретные, — намекающее посмотрел на тренера. — Считайте их тайнами безобидного гоблина, которого каждый обидеть норовит.

— Безобидного? — невинно уточнил Даниэль.

— Ты даже себе не представляешь, насколько, — ответно улыбнулся.

— Это то, о чём я думаю? — с невозмутимым выражением лица спросила леди Бедфорд.

— Да-да. Тоже об этом подумала, — с улыбкой подтвердила Ивон, игриво мне подмигнув.

— Да я сразу поняла, что он собирается делать, — самодовольно хмыкнула Кейси, окончательно портя мне всю интригу.

— Вы сейчас о чём? — с подозрительностью посмотрела на них Сомерсет.

— Мне тоже интересно, — присоединилась к её вопросу подозрительная мисс Фаулер. — Судя по вашим лицам, вы что-то знаете и не видите в этом ничего необычного. Йохансон, мне уже не столько интересно, что ты собираешься сделать, сколько, откуда они об этом знают? — вперила в меня тяжёлый взгляд.

— Вот у них и спросите, — перевёл стрелки.

— Что он собирается сделать? — Амелия полюбопытствовала у Рэдклиф.

— Это наши внутренние, командные дела, — Кейси посмотрела на неё с выражением превосходства.

Специально так сказав. Такое впечатление, что она невзлюбила Адамс с первого взгляда.

— Тогда расскажи мне, — попросила заинтригованная Сомерсет.

— Заговор? — спросил Даниэль у Збражской, подхватывая Ивон под левую руку.

— Заговор! — согласилась недовольная полячка, подхватывая, недоумённо завертевшую головой, француженку под правую.

Тут же утащив её в сторонку, пошептаться. Мисс Фаулер вопросительно посмотрела на леди Бедфорд, едва заметно покачавшую головой.

Как мои подруги и предположили, с помощью А-поля я действительно просмотрел память десятника Додо, обойдясь без какого-либо физического давления. Не задав ни одного вопроса. Действуя довольно грубо и напористо, отчего под конец допроса здоровенный, мускулистый мужик полностью потерял память, став невинным, как дитя. Получив шанс прожить новую жизнь. Пусть скажет спасибо, что за все те зверства, которые совершил, отделался столь легко. На руках этого человека было много крови невинных людей. И самое ужасное, что он не считал свои преступления таковыми. Для них подобное поведение считалось нормой. Оставив Додо пускать слюни в амбаре, поторопился разнять отчего-то сцепившихся Амелию и Рэдклиф. Слава богу на словах, без рукоприкладства.

Через сутки, уверенно проведя отряд сквозь джунгли, мимо засад и наблюдательных постов, постоянно ловя на себе подозрительные взгляды мисс Фаулер и большей части девушек, довёл их до базы Большого Моджо. Небольшого поселения, находящегося в ложбине меж двух холмов. По сути, оно всё принадлежало бывшему полевому командиру, а ныне успешному провинциальному предпринимателю, Лусенто Моджо. Став его личной вотчиной и загородным имением. Здесь всё принадлежало этому влиятельному человеку. Земля, дома, скот, люди.

Разумеется, посёлок хорошо охранялся. Помимо многочисленных бойцов, в нём располагалась личная гвардия Лусенто Моджо. Отдельный, элитный отряд, укомплектованный сплошь операторами фантомных МД. Набрать их удалось благодаря тесным связям с одним из кланов племени макуа, контролирующим эту территорию. Узнав о разгроме нескольких боевых бригад, хорошо вооружённых и оснащённых МД, а также о потере двух контрольных точек, связанных с его теневым бизнесом, большой босс немедленно принялся собирать свои силы в кулак. В том числе, обратившись за помощью к покровителям. В то, что ему противостоит всего лишь кучка сбежавших пленников и парочка школьников, Моджо абсолютно не верил. Но, на данный момент клан Дариша пока никак себя не проявил. Не став предпринимать поспешных действий, он затребовал объяснений, кто и за что напал на Большого Моджо? Не собираясь вмешиваться во внутренние бандитские разборки, если причина только в этом. По большому счёту, клану было плевать, как зовут того человека, который возьмёт или удержит здесь власть, лишь бы не пострадали его интересы.

Для атаки имения большого босса с целью его разрушить, а если повезёт, ещё и разграбить, был разработан нехитрый план с эпичным названием, — Кабан и камыши. За авторством Рэдклиф. Мы вовсе не собирались убивать всех подряд и разрушать деревню. Как и гоняться за бандитами по всей стране, если те разбегутся. Это уже не наши заботы. Мы здесь только за тем, чтобы получить компенсацию морального ущерба и осадить зарвавшихся преступников, заставив их умерить свои аппетиты. Заодно, хотя бы на время, обезопасить мою собственность. По большому счёту, глобально ничего не изменится. Не будет Большого Моджо, появится Хромой Хадди или Безжалостный Тэдди.

Поскольку понятие защиты своих владений, возмездия и возмещения ущерба у аристократов хорошо развито, девушки меня не осуждали. С их точки зрения я был в своём праве. То, что попутно решал свои бизнес-интересы, было лишь приятным дополнением.

Проводить длительную разведку не стали. У нас не было ни времени, ни подходящего оборудования, ни специалистов. Да и слишком высок риск оказаться обнаруженными. Поэтому с ходу совершили лихой кавалерийский налёт, разбившись на две группы. Одна атаковала казармы боевиков, а вторая, непосредственно главный дом Лусенто Моджо, чьё имение занимало почти треть всей деревни.

Появление почти полутора десятка фантомных МД, с хорошо обученными, высокоранговыми операторами, оказалось для бандитов неприятным сюрпризом. В этот раз я действовал больше на интуиции, развивая её, а не рефлексы и моторику, как в случае с Оракулом, что для меня являлось действительно полезным опытом. Позволяющим более полно развивать свой потенциал. Оптимальнее использовать доступные ресурсы. Нехватка мощности фантомного доспеха и слабости его силового поля, заставляли больше двигаться и чаще думать. Проявлять осторожность. Прибегать к тактике. Причём эти проблемы коснулись не только меня, но и Маргарет с мисс Фаулер, которые тоже использовали силовое снаряжение намного ниже классом, чем могли бы. Да ещё не боевое, а спортивное. Пришлось его недостатки компенсировать выучкой и разумной наглостью. Маргарет тоже поднапряглась, чтобы за всем уследить, вовремя отдавая команды. Мисс Фаулер и вовсе носилась как ужаленная, прикрывая наши слабые места. Следя за флангами. Отвлекая противника. При этом не мешая нам учиться, извлекая из этого рейда максимальную выгоду.

Весьма кстати пришлись мои подарки, сделанные сокомандникам. Эльза у нас стала ходячей артиллерийской установкой, разносящей в клочья вражеские укрепления и технику. Внося в ряды противника настоящую панику. Гриффин осваивала штурмовую винтовку. Даниэль, ионный разрядник, работающий на близкой дистанции, зато по площадям. Маргарет прикрывалась дополнительным, многосегментным силовым щитом, похожим на летающий, призрачный черепаший панцирь, повысивший её защищённость в разы.

Однако, нельзя сказать, что у нас выдалась лёгкая прогулка. Безропотно умирать или сбегать противник отказывался. Его собственные фантомные латники и кавалеристы устремились нам навстречу. Чем только сыграли на руку, поскольку являлись главной целью. Набрать новое пушечное мясо для Моджо трудов не составит, в отличие от одарённых людей. Его сила именно в них.

Быстро продвигаясь по безлюдной улочке, местные жители уже попрятались по домам, увидел, как навстречу вышло четыре лёгких и один тяжёлый, бронированный, четырёхлапый МД, похожий на слона, со смонтированной на спине поворотной платформой, снабжённой крупнокалиберной пушкой. Высотой, почти в два наших роста. Оценив толстую, шипастую бронеплиту, закрывающую его голову сверху и планировочный ковш экскаватора снизу, сразу скомандовал.

— Ворон-2, отходи назад на двести метров и готовь энергоудар по тяжёлому юниту. Ворон-3, сближайся с целью номер 1 по левой стороне улицы. В упор он не сможет эффективно задействовать основное орудие. Углы вертикальной наводки не позволят, — сразу же отметил слабое место вражеского танка. — Я пойду по правой.

Разделившись, бегом бросились занимать позиции. Почувствовав всплеск необъяснимой тревоги, резко пригнулся, чуть не покатившись кубарем по земле. Пролетевшая надо мной энергетическая сфера, сияющая зелёным светом, вылетевшая из пушки «слонопотама», разнесла в куски находившийся за мной дом. Воспламенив даже то, что, вроде бы, гореть не должно. Приняв на силовой щит очередь из штурмовой винтовки вражеского фантомного латника, показал один из лучших результатов по преодолению стометровки на время, с ходу снеся его голову могучим ударом меча. Проломив вражеский силовой щит за счёт собственного. Второй вражеский МД, прикрывавший правую сторону шагающего танка, вооружённый тесаком, попытался отомстить за потерявшего сознание товарища. Поскольку, судя по всему, уровень его синхронизации оставлял желать лучшего, то боец показался мне несколько неповоротливым. Полагающимся только на грубую физическую силу. Зато, это давало ему повышенную защищённость и слабую отдачу от нарушений синхронизации с А-полем. У любой медали имелось две стороны. Я боль от повреждений фантомного доспеха ощущал в полном объёме.

Драться на мечах африканец умел, но искусство фехтования, которое я изучал, это нечто большее, чем просто набор движений. Действуя по классической схеме, обходя слона, чтобы не попасться ему под ноги, в несколько приёмов, связанных в один комплекс, обезоружил противника. В завершение, воткнув ему в грудь меч, на кончике которого создал плазменную звёздочку, обеспечивающую пробивание брони и силовых щитов, улучил свободную минутку, чтобы оценить положение напарниц.

Гриффин, сумев повредить один вражеский доспех и разрубить ручную автопушку второго, плотно увязла в ближнем бою. Судя по вмятинам на наплечнике, сближение далось ей непросто. Ходячий танк противника, поняв, что выцелить шуструю, низкую цель слишком проблематично, быстро отошёл назад, выставив заслон из своей поддержки. Побоявшись задеть своих, видя, что дела на левом фланге достаточно хороши, навёл свою пушку на меня.

Чувствуя пробежавший по спине холодок страха, напрягшись, постарался просчитать безопасный манёвр. Совершенно не хотелось изображать из себя неподвижную мишень.

— В стороны! — услышав голос Эльзы, немедленно вломился в ближайший дом, проламывая стену.

Гриффин в ту же секунду, резко прекратив сражаться, как бешеная ломанулась вправо, снося заборы и попадающиеся на пути хлипкие постройки. Прежде чем противник сообразил, что происходит, с громким, угрожающим гудением, в воздухе вспыхнул толстый луч ярко-синего света, испаряя всё на своём пути. Даже объекты, находившиеся в непосредственной близости. Ходячий танк пробило навылет, лопнув как шарик, оставив от него только дымящиеся ноги. Часть одного из двух противников Гриффин, оказавшегося слишком близко от энергетического луча, мгновенно расплавило, раскалив добела края обнажившихся механических внутренностей. Зачётная вещица досталась Эльзе. Надо полагать, энергию она жрёт, как не в себя.

Убрав искрящееся техно-копьё за спину, достав меч, Эльза побежала к нам. Последний противник получил коварный удар в спину от внезапно вернувшейся Гриффин. Она же его и добила.

До самого дома Моджо больше врагов мы не встретили. Несколько автоматчиков и пулемётчиков не в счёт. Отмахнулись от них, как от назойливых мух. А там нас уже встречал роскошно украшенный, африканский фантомный доспех, с двухлезвийной секирой, в накидке из искусственной шкуры льва, поскольку обычные до такого гигантского размера явно не вырастают. Как показал анализатор А-поля, перед нами предстал оруженосец. Спокойно нас дождавшись, он что-то сказал напыщенным тоном, указав на нас секирой.

— Чего он хочет? — удивилась Гриффин.

Где-то на западной стороне огромного имения Большого Моджо раздался взрыв. В небо поднялись клубы дыма. Судя по звукам, там тоже сошлись в бою фантомные доспехи. Ни мы, ни наш противник не обратили на них внимания, не выпуская друг друга из вида.

— Если не ошибаюсь, честного боя с сильнейшим из нас, — перевёл, основываясь на знаниях Додо. — Мне с ним разобраться или желаете сами испытать свои силы? — любезно предоставил напарницам такую возможность.

Чувство опасности молчало, как и интуиция. Поэтому не сильно переживал, что что-то может пойти не так.

— Я с ним сражусь, — решительно объявила Эльза Браунфельс.

— Хорошо. Справишься без нашей помощи, карта памяти со шкурой льва твоя, — придал мотивации.

— Только долго с ним не возись. Хочу успеть в гараж заглянуть. Посмотреть, на чём здесь ездят, — попросила Гриффин, не сомневаясь в исходе боя.

Схватка оруженосцев длилась меньше двух минут. Затягивать её не имело смысла. Не ради развлечений же тут собрались.

Применив какой-то особый приём, от которого его секира засветилась зловещим красным светом, фантомный оруженосец сумел разрубить левую руку Браунфельс. Взамен она снесла его мощной силовой волной и запрыгнув сверху, буквально вбила стальной кулак в грудь чужого доспеха, в момент удара посылая ещё одну волну. Сминая броню кабины, как кастрюлю из тонкой жести. После чего, не торопясь, разрывая и разламывая пока ещё материальный доспех, достала из кабины тело уже мёртвого оператора. На правах победительницы сорвав с него пояс силового снаряжения со всеми установленными в нём картами.

— Как боец ближнего боя я больше не гожусь, — честно предупредила немка, имея в виду серьёзное повреждение левой руки. — Энергии хватит ещё на один выстрел из копья Ларгуса, не на полной мощности, а потом всё.

Разжёвывать, что значит — всё, не потребовалось.

— Принято. Идёшь за Вороном-3. В стычки не вступай, держи дистанцию, — распорядился.

— Как думаешь, это Моджо? — поинтересовалась Гриффин, указывая на мёртвое тело.

— Нет. Он большой начальник, а не великий воин, — всмотрелся в лицо убитого оператора А-поля.

Проводив равнодушным взглядом нескольких убегающих, испуганных женщин в длинных юбках, выбравшихся из поместья через боковую калитку, Гриффин попросила.

— Тогда, следующий мой. Посмотрим, кому больше повезёт. Мне, Эльзе или ему.

Только вошли на территорию поместья, как словил очередной «глюк». Возникло невероятно реалистичное ощущение, словно сработала система предупреждения Оракула, подарив видение будущего. Но ведь у меня его не было? Едва не встав в ступоре, среагировал больше инстинктивно, чем осознанно.

— За мной! Не отставать, — приказав, со всей скоростью побежал в сторону ближайшего здания.

Через несколько секунд из-за угла другого здания выехал грузовой пикап с установленной в его кузове автоматической пушкой. Едва нас увидев, развернув ствол, стрелок нажал на гашетку, засыпая градом снарядов. Убить бы не убил, но зачем разряжать батареи, принимая их на силовой щит, если этого можно избежать? Ещё неизвестно сколько мы тут пробудем. Не хотелось бы остаться без брони в самый неподходящий момент.

Спрятавшись за стеной здания, остановились. Это как раз был гараж, к которому ранее стремилась Гриффин. Схватив один из стоящих под рукой квадроциклов, дождавшись подходящего момента, использовал его в качестве метательного снаряда. Он встретился с целью, когда преследующий нас пикап, не ожидавший засады, объехал препятствие. Кабину и смонтированную за ней пушку с грохотом снесло, сильно искорёжив конструкцию автомобиля. По инерции проехав ещё несколько метров, пикап врезался в стену.

— Классно. Не знала, что их можно так использовать, — усмехнулась Гриффин, показав мне большой палец. — Странно, а почему не было взрыва? В кино всегда показывают красочный взрыв, завершающий сцену.

— Странно, почему ты не сослалась на мультфильмы, — подколола её немка, осматриваясь по сторонам.

Сохраняя бдительность. Впрочем, всё закончилось столь же быстро, как и началось. Ожидал большего. К главному дому Моджо со всех сторон подошли Чёрные рыцари Святой Анны. Ни от кого не прячась. Выслушав донесения об успешном устранении вражеской бронетехники и полученных повреждениях, Маргарет приказала.

— Зяблики охраняют периметр. Ворон-2 и Ворон-3 разрушают хозяйственные постройки и все транспортные средства. Сороки контролируют дорогу. Ворон-1 и Дракон штурмуют особняк. Я перекрою пути отхода, — распределила роли. — Выполняем задачу и уходим.

— А я? — подала голос недовольная Амелия, сидящая в самодельной люльке за спиной Маргарет.

Вообще-то Адамс хотела привычно «оседлать» меня, но против выступили все члены команды. Единым фронтом. Заявив, что не станут связывать руки главной ударной силе отряда. Её с нами никто не звал. Хочет покататься верхом, пусть купит себе лошадь.

— А ты сидишь молча и делаешь вид, что тебя тут нет, — прямолинейно и довольно жёстко приказала Маргарет, повернув голову вбок. — Ворон-1, сообщите, как закончите с зачисткой. У нас будет минут тридцать на сбор трофеев. Потом уходим.

Командовала так, будто бы не в первый раз оказалась в подобной ситуации. На самом же деле, наверняка сильно переживала и сомневалась в принятых решениях. Однако, как хороший командир не показывала подчинённым своей неуверенности.

Леди Адамс текущая унизительная роль бесполезного груза совершенно не устраивала. Но она понимала, когда нужно промолчать.

— Ну что, «простой английский школьник», покажешь учителю уровень своей подготовки? — сыронизировала мисс Фаулер, развоплощая фантомный доспех.

Одета она была в военный камуфляж и маску, скрывающую лицо, отнятую у бандитов возле фермы. Оружие мы взяли у них же.

— Может, поставите хорошую оценку автоматом? Не задавая вопросов. За хорошее поведение, шоколадку и бутылку шампанского, — пошутил, настраиваясь на серьёзную работу.

— Я тебе что, учительница истории или химии? — столь же шутливо возмутилась.

Проверив оружие, вопросительно на меня посмотрела.

— Готов? — перестала улыбаться.

— Да.

— Хорошо, я первый номер. Ты второй. Прикрываешь. Не будем заставлять их ждать. Чувствуешь? — указала на дом.

Судя по ощущениям, там имелось несколько мощных источников А-поля, находившихся в активном состоянии. Подождав, когда команда приступит к выполнению своих задач, отправились на штурм огромного, трёхэтажного особняка, выстроенного в европейском стиле. Из вежливости зайти решили через окно, чтобы не пачкать половичок у двери.

— Удачи! — прокричала мне издали Амелия, помахав рукой со спины удаляющейся леди Бедфорд.

— Нашёл с кем связаться, — неодобрительно покачала головой мисс Фаулер, провожая её взглядом.

— Мне не оставили выбора. И она не настолько плоха, как вам кажется.

С перестрелками, взрывами, противостоянием силовых полей и приёмов, весьма разрушительных для богатой обстановки этого дома, которую не жалела ни одна из сторон, пусть и с некоторыми затруднениями, но зачистили первый этаж. В одном месте, пока тренер отвлекала противника, мне пришлось искать обходные пути, снося перегородки, чтобы зайти во фланг засевшим у лестницы бойцам Моджо, прикрытых силовым полем, которое в лоб пробить нам не удалось. Зато, подобравшись вплотную, я его дестабилизировал своим коронным приёмом, открыв дорогу мисс Фаулер. Под прикрытием сгустившегося в воздухе тумана из мелкой изморози, она отправила за баррикаду из опрокинутых шкафов и столов, парочку противопехотных гранат, окончательно расчистивших путь.

На втором этаже встретили всего двух противников, зато каких. Телохранителей самого Большого Моджо. Одного в ранге оруженосца, а другого, кавалериста. Только это были не операторы мобильной брони, а техно-пехотинцы. Если бы мы оставались в фантомных доспехах, то они не представляли бы для нас угрозы, а так, лицом к лицу, у них имелось преимущество. По игровой терминологии техно-пехотинцев можно причислить к классу мастеров артефактов. Там, где мы полагались на силовые поля и силовые приёмы, они пользовались фантомным оружием. Поэтому коренастый, жилистый телохранитель справа держал в руках монструозного вида ружьё, а лысый, высокий мужик слева, крупнокалиберный, длинноствольный пистолет серебристого цвета и здоровенный, охотничий нож с зубцами на обухе. И оба были облачены в пластинчатые доспехи из металла, имеющего странный, тёмно-синий отлив.

Едва нас увидев, боец слева выстрелил из своего необычного ружья. Вместо пули выпустившего нечто вроде сгустка мерцающего, искажающего свет воздуха, проделавшего полуметровую сквозную дыру в нескольких стенах подряд, разбивая в пыль всё, чего касался. Мисс Фаулер, которая предусмотрительно, с осторожностью выглянула из лестничного проёма, успев убрать голову, выругалась.

— Вот же гадство. Можешь хотя бы на десять секунд одного из них отвлечь?

— Да — подтвердил после короткого раздумья.

— Хорошо, — не стала сомневаться в моих словах. — Я беру на себя правого, ты левого. По счёту три.

Мисс Фаулер сделала несколько глубоких вдохов, готовясь к броску. Я потратил эту паузу на молитву Оракулу. Надеясь, что он меня не подведёт, даже находясь где-то там, очень далеко. Понимая, что моя трусость или нерешительность может стоить ей жизни, собирался совершить отчаянную глупость. Прикинуться тем, кем меня считала мисс Фаулер.

— Раз, два, три!

Словно во сне, поднявшись по лестнице, бросился на противника, не видя ничего, кроме него. Сфокусировавшись только на лысом верзиле. Время привычно замедлилось. Возникло ощущение, словно я видел звуковые следы от пуль, расходящиеся кольцами в воздухе ещё до того, как они вырывались из ствола его пистолета, содрогающегося от отдачи при каждом выстреле. Уклониться от пуль в узком коридоре было почти нереально, поэтому воспользовался рискованным приёмом, от которого у него не было защиты.

Почувствовав, как наши А-поля соприкоснулись, начав резонировать в унисон, действуя по многократно отработанной схеме, открыл дверцу в его разум. Проецируя в голову телохранителя ложные видения. Заставляя стрелять туда, где меня не было. Создав иллюзию. Будто рывком переместившись к противнику, зрачки которого очень медленно стали расширяться от удивления и испуга, с лёгкостью уклонился от ножа, который он держал второй рукой, а дальше, проник ещё глубже в его разум, перехватывая контроль над телом. Подменяя его реальность за счёт своих воспоминаний и игры воображения. Вспомнив, как когда-то проходил очень сложную, безумную головоломку, в виде лабиринта в 3х мерной игре. Используя очки виртуальной реальности. Пока мой противник, обмякнув и свалившись безвольной куклой, погрузился в пучины кошмара, быстренько просмотрел его поверхностные воспоминания, на этот раз работая аккуратно.

Тем временем мисс Фаулер доказала, что её не зря назвали Ледяной Ведьмой. Облачко мерцающего света, сгустившееся вокруг руки опешившего от неожиданности второго телохранителя, превратилось в кусок обжигающе холодного льда, намертво зафиксировав приклад, курок и его пальцы. Не позволяя воспользоваться оружием. Ей оставалось только высунуться из-за укрытия, прицелиться и пустить пулю ему лоб, вышибая мозги. Шлемов оба телохранителя не носили. Уж не знаю почему. Увидев меня, задумчиво стоящего над телом лысого здоровяка в конце коридора, изумлённо округлила глаза. Недоверчиво переведя взгляд справа от себя, где я до этого стоял.

— Ты как там оказался?

— А? — очнулся от транса, пытаясь сообразить, где нахожусь. — Где там? — не понял.

— Ладно, позже разберёмся, — проворчала тренер, мысленно себя ругая за невнимательность.

В спальнях на втором этаже пряталось довольно много народу, забившегося кто куда. В шкафы, под кровати, в кладовки. Женщины, дети, прислуга. Боявшиеся, что мы будем убивать абсолютно всех домочадцев, под корень вырезая род Лусенто Моджо. Будто делать нам больше нечего? Убедившись, что они не представляют угрозы, оставили их в покое.

Глава дома обнаружился в кабинете на третьем этаже. Стоит отметить, проявив похвальную силу воли и выдержку. Не став трусливо прятаться, молить о пощаде или кидаться на нас с оружием. Понимая, что это бесполезно.

Сидя в дорогом кожаном кресле за массивным столом из красного дерева, в хорошем костюме европейского образца, Лусенто Моджо с напускным спокойствием ждал гостей. Не держа на виду оружия. Это был крупный мужчина лет пятидесяти, мощного телосложения, коротко стриженный с холёным лицом и двойным подбородком. Когда мы вошли, Моджо не выказал ни тени удивления, что говорило о том, что он уже всё знал. Полагаю, наблюдав за нашим приближением через камеры видеонаблюдения, установленные по всему поместью. Включая его дом. Я был удивлён увидеть их здесь, в провинциальной африканской глуши.

— Не скажу, что рад вас видеть, — сказал он по-английски, хорошо поставленным голосом, пусть и с акцентом. — Чем обязан вашему визиту? Присаживайтесь, — гостеприимно указал на гостевые кресла, пытаясь перевести встречу из военной плоскости, в дипломатическую.

Не давая поводов сразу его застрелить, посчитав угрозой. Планируя сначала разговорить нас, а дальше, как повезёт. Другого способа выжить он пока не видел. Заодно ненавязчиво дал понять, кто в этом доме хозяин. Что Лусенто Моджо — человек не только смелый, но и гордый. А ещё умный. Иначе бы по всего одному услышанному короткому разговору у лестницы не подобрал стиль поведения и язык переговоров. С учётом чего, мысленно уже выстраивал дальнейшую стратегию переговоров. Подмечая каждую деталь с того момента, как мы вошли в его кабинет. К его большому сожалению, Моджо не на тех нарвался. Я не собирался мериться с ним величиной авторитета, хитрости или вести долгие задушевные беседы. Мне нужны были чёткие и лаконичные ответы на вопросы, а не его разглагольствования.

Подойдя ближе, без вступления в ненужные мне переговоры, сразу же надавил на него А-полем, вторгаясь в разум. Слишком долго скрывать от мисс Фаулер эту часть своих секретов не получится. Она же не дура. Много чего уже увидела. Сложить дважды два сумеет. Ну или «расколоть» так глупо подставившихся девчонок, признавшихся, что они знают больше, чем говорят. Всё равно давно не верит, что я обычный школьник.

Пока я копался в чужой голове, мисс Фаулер, понаблюдав за этим с минуту, молча встала у двери, охраняя вход в кабинет.

Закончив со своим делом, принялся деловито собирать трофеи, уже зная, где они хранятся и что из себя представляют. Не став ничего объяснять тренеру, открыл оба сейфа. Один в столе, а другой за встроенным в стену баром. Забрал оттуда кипу документов, флешек, пачек с наличностью, набравшихся на целую сумку. Уничтожил жёсткий диск компьютера.

— Дракон. Нам нужно попасть в подвал. Всё самое ценное он хранит в винном погребе. Пора выполнить моё обещание, — напомнил про обещанный ей рубин, размером с кулак. — Там же лежат и другие стекляшки. Их здесь не добывают, но Моджо предпочитал хранить сбережения в твёрдой, легко конвертируемой «валюте». Не имеющей цвета и запаха, — сделал более чем прозрачный намёк.

— А этот? — она показала на бессознательного главу дома.

— Уже не проснётся. Редкостная была падаль. Ещё при жизни.

Спорить с этим утверждением не стала. Догадываясь, как он мог достичь текущего положения.

Найти сокровищницу Моджо за фальшивой перегородкой, закрытой стеллажом с бутылками дорогого, марочного вина, трудов не составило. В отличие от перетаскивания тяжёлых ящиков к выходу. Пришлось немного попотеть вместе с тренером, к обоюдному удовольствию. Когда уже собирались покидать эту значительно подешевевшую недвижимость, неожиданно столкнулись с её обитателями, не пожелавшими так просто расставаться с теперь уже «очень дорогими» гостями. Пришедшими в себя и осознавшими, что их ждёт дальше.

— Могу ли я предложить…, — очень вежливо и подобострастно обратился к нам пожилой, хорошо одетый и подстриженный мужчина.

Выглядевший совершенно безобидным клерком средней руки.

— Не можешь, — грубо перебил, догадываясь, чего он хочет — Не интересует. Место покойного босса занимать не планируем. В том числе, делать кадровые перестановки. Ваш бывший господин влез, куда не следует, за что и поплатился. Дальнейшую судьбу его людей и владений будет решать клан Дариш. Ну или родственники, если осмелятся. Передай им, чтобы больше не трогали чужую собственность иначе и их постигнет та же судьба, — предупредил с прицелом на дальнюю перспективу.

— Но они же…, — растерянно промямлил мужчина, мигом потеряв уверенность в своих выводах.

— Нас это не касается. Ещё раз заговоришь с нами, умрёшь, — ещё жёстче оборвал этого человека, испытывая к нему стойкую неприязнь, что, по-видимому, он легко понял по моему голосу.

Когда испугавшийся мужчина ушёл, пояснил мисс Фаулер.

— Управляющий делами Лусенто Моджо. Его правая рука. Если хотите стать местной королевой, могу позвать обратно.

— Нет уж, спасибо. У меня аллергия на наряды из перьев. А ты чего не согласился? — полюбопытствовала.

— Лезть в это болото? Убить дракона ради того, чтобы занять его место? Обойдусь. Меня и дома неплохо кормят. И даже изредка гладят. Если же найти замену, то придётся долго отсюда не вылезать, вникая в местные проблемы. Вкладывать свои ресурсы. Ради чего? Чтобы меня уважало и боялось племя чёрных дикарей? Вы в нашей школе последнюю моду видели? Связанную с зелёнкой. А что творилось на стадионе, помните? Так что было бы желание, а болото с лягушками я везде найду.

— Не сомневаюсь, — рассмеялась мисс Фаулер.

Следующим, к моему большому удивлению, нас нашёл очухавшийся телохранитель Лусенто Моджо. Он оказался гораздо выносливее, чем я думал. И ещё более суеверен. Вначале мы напряглись, ожидая неприятностей, но Габа Тафари сумел, мягко говоря, преподнести сюрприз. Этот большой, сильный человек, чуть ли не плача, проигнорировав направленное на него оружие, бросился мне в ноги, умоляя вернуть его душу. Униженно прося не губить. С неподдельным испугом называя меня великим колдуном. Уверяя, что не знал на кого направляет оружие. Выпрашивая прощение. Всё это говорил очень быстро и сбивчиво, заставив растеряться от неожиданности.

— Я не забирал твою душу. Зачем она мне сдалась? — возмутился, отходя назад. — Клянусь! — попытался оправдаться, видя все степени охренения мисс Фаулер.

По мере их возрастания. Габа продолжил меня преследовать, не вставая с колен.

— Я не умею этого делать! — сам уже испугался его одержимости этим бредом.

Однако Габа уверял, что ещё как делал. Он хорошо это видел. Мол я заточил его душу в какую-то дьявольскую ловушку, откуда нельзя выбраться. Обрекая на вечные страдания. Боюсь, внушённые галлюцинации не пошли ему на пользу, приведя к каким-то странным выводам. Чернокожий мужчина был настолько настойчив, испуган и убеждён в своей правоте, что даже нам стало не по себе. Если тренера мне всё же удалось убедить, что это бред, и то косо посматривала, то вот с ним такой номер не прошёл. Как бы бедолага не спятил. Мисс Фаулер предложила радикальное решение проблемы, но я не согласился, испытывая приступ вины. Провёл ещё один сеанс гипноза, показав ему выход из виртуального лабиринта. Однако Габа на этом не успокоился. Заявил, что чувствует себя иначе, чем прежде. Ещё бы, так сильно перенервничал. К тому же не успел отойти от последствий ментальных техник. Теперь его убеждения приняли другую форму. Мол, я вернул душу, но уже порабощённую и теперь он мой вечный раб. Вроде живого зомби. Попробуй докажи дураку, что он неправ, если тот слышит только то, что хочет. Я ему и по морде съездил, в лечебных целях, и наорал, пытаясь прогнать. Без толку.

— Твою же мать! — разъярился от безысходности. — Развелось сумасшедших фанатиков. На каждом шагу о них спотыкаюсь. Нет, чтобы как все приличные люди верить в макаронного монстра. Вот что с ним делать? — задал риторический вопрос.

Откровенно веселившаяся мисс Фаулер, выразительно передёрнула затвор автомата.

— Вы там скоро? — по рации связалась Маргарет, сильно озабоченная нашей задержкой.

— Заканчиваем, — передала тренер. — Решай быстрее.

— У меня рука не поднимется убить собственноручно поднятого зомби, — съязвил. — Можно сказать, первенца. Хрен с ним. Будет грузчиком. Одним захребетником больше, одним меньше. В ближайшем же городе сдадим в дурку. Ты как, не против? — ворчливо поинтересовался у объекта обсуждения.

— Как пожелаете, хозяин, — равнодушно ответил Габа, вызвав у меня очередную гримасу.

То, что с его стороны это был не коварный план, чтобы втереться в доверие с корыстными целями, я знал точно. Дважды покопался в его дурной голове. Порой наивные идиоты доставляют гораздо больше проблем, чем хитрецы.

Закончив свою работу, поспешили убраться из деревни, напоминающей растревоженный улей с неправильными пчёлами. Устроив долгий, утомительный забег по пересечённой местности, через джунгли до аэродрома, где нас должен был подобрать Кристофер Вилсон. Добраться до него за один раз не представлялось возможным. Если батареи мы ещё могли заменить на запасные, то вот с собственными телами так не поступишь. Требовался полноценный отдых. Поэтому на ночь остановились передохнуть в горной долине, через которую пролегал наш маршрут. У живописного водопада, впадающего в небольшое озеро, из которого дальше вытекала мелкая речушка. Посреди дикой природы, создающей ощущение, что находимся в турпоходе. Место было признано красивым, уединённым, девственно-чистым, в плане отсутствия мусора, а значит, достойным запечатления на фото и видео. Нужно же чем-то хвастаться по возвращении в школу. Чтобы нам завидовали и говорили, — Я тоже так хочу. Во избежание лишних вопросов, ни на одном из этих кадров меня не было, чему нисколько не огорчился. Но, что непозволительно одним, другим хрен запретишь. Например, Амелии, не расстающейся с фотоаппаратом, на котором компромата на меня уже хранится больше, чем хотелось бы.

Не успели снять высосавшие из нас все соки фантомные доспехи, как любопытные девушки тут же потребовали отчёта о проделанной работе. Желая прямо здесь и сейчас приступить к самому приятному занятию. Осмотру и разделу трофеев. Но прежде, задав главный вопрос.

— Это кто? — указав на Габу.

— Жаль, под рукой нет любимого дивана, банки пива и пиццы, — сокрушённо вздохнула мисс Фаулер, пряча улыбку. — Что смотришь? Рассказывай. Я тоже с удовольствием послушаю. Ещё раз. Кто-нибудь, сделайте запись.

Посмотрел на неё с немым укором, понимая, что всё равно от объяснений не отвертеться. Нормальные герои принцесс спасают, которые обязательно вешаются им на шею, а у меня сумасшедший, лысый мужик, ростом за два метра, норовящий припасть к ногам. Господи, за что мне это?

Сидя в машине у выхода из порта, перенаселённого, душного, шумного, не говоря уже об обилии витающих в воздухе запахов контрастного города Бомбеи, Рашми Чамар нетерпеливо постукивала пальцем по планшету, раздражая водителя. Одной нервничать было не так приятно, как в компании. Заметив вынырнувшего из толпы индусов долгожданного Каура, не утерпела и вышла ему навстречу.

— Ну и? Где он? У меня команда актёров простаивает. Принцесса в неведении. Пираты ещё не пойманы. Взятки не отработаны. А этот несносный мальчишка изволит в прятки играть, — излила на него волну своего возмущения.

— Не могу знать, госпожа. Ни мистера Йохансона, ни мистера Буллита на борту Констанции нет. Стюард рассказал, что он со своей подругой покинул корабль в Восточной Африке. Сойдя на берег в Мапуту.

— Где?! — ахнула Чамар, схватившись за телефон. — Mera mazak mat uda na, — экспрессивно выругалась. — Ты уверен?

— Да. Я даже его каюту проверил, — развёл руками программист.

Дозвониться до Йохансона опять не удалось.

— Ну и что мне теперь делать? — озабоченно спросила у подчинённого, которого совершенно не волновали заботы начальника.

Ему за это не доплачивали.

Какой же отдых на природе у озера, да ещё с водопадом, без купания? Когда страсти поутихли и на всех навалилась приятная усталость, народ захотел перед сном освежиться. Смыть с себя пот. Расслабиться. Понежиться в прохладной воде. В лучших традициях жанра, в которых девушки оказались неплохо подкованы, нас оставили в лагере у костра, под надзором неподкупной Рэдклиф, о чём она намекнула трижды. Поскольку в её благоразумии также никто не сомневался, компанию Кейси составила Сомерсет, следя уже за подругой. У меня появился только один вопрос. А кто будет следить за девушками, чтобы они не подглядывали за парнями? Габа?

С сомнением посмотрел на мускулистого здоровяка, бдительно следящего за округой. Изображающего повышенную занятость. Проследив за моим взглядом, Даниэль восхищённо покачал головой.

— Если бы не видел этого собственными глазами, ни за что бы не поверил.

Пошурудив веточкой в костре, глядя на огонь, задал сакраментальные вопросы.

— Как? И нафига?

— Если бы знал, давно бы уже разбогател, — сокрушённо вздохнул, уже устав от его шуточек и подколок.

— Да неужели? — усмехнулся Даниэль, переведя взгляд на ящик, на котором я сидел.

— Гарантированно, — подтвердила улыбчивая Рэдклиф. — Эрик, ну научи. Дам десять миллионов. Не будь букой, — продолжила меня доставать.

— Отстань, Кейси. Будь человеком.

— Да не вопрос, — легко согласилась, после короткой паузы многозначительно добавив, — … цены.

— Кейси, ты и так поимела с меня больше всех остальных. Уймись, — устало попросил.

— Да ни за что. Тут такие дела творятся, просто вау! Какое уж тут спокойствие. Митчел, ты же меня понимаешь? — предложила военный союз.

— А то, — пожал плечами довольный парень, принимая её предложение.

Кажется, у меня дёрнулась бровь.

— Знаете, как сильно я вас хочу сейчас стукнуть? — признался.

— А то, — повторил Даниэль с той же интонацией.

Нарывается. Знает паразит, что ничего им не сделаю. Придумать достойный ответ не успел, вернулись девушки. Мокрые и довольные.

— Кому расскажу, не поверят, — счастливая Гриффин что-то рассказывала Бейбер, эмоционально размахивая руками, показывая, как всё было. — Представляешь, я разнесла в хлам Jaguar F-type кабриолет, Mercedes-AMG GLC и Ferrari Portofino. Не заплатив за это удовольствие ни пенса. Кто ещё может себе это позволить? А? Растоптать дорогущие машины. Отец, когда узнает, в осадок выпадет. Он у меня ещё тот скряга.

Оставив девушек сохнуть, ушёл с Даниэлем мыться. Перед уходом строго предупредил, чтобы не подглядывали, приказав Габе следить за ними в оба глаза. Чем вызвал целую волну возмущённого фырканья и насмешливых замечаний, — да кому мы нужны? Не слишком-то убедительных, судя по лицам некоторых хитрых лисиц. Только для Маргарет публично выдал официальное разрешение, в отместку. Из-за чего на неё тут же насели с расспросами, с чего такие привилегии? Они чего-то не знают? Когда успела настолько сблизиться с лейтенантом? Пусть теперь выкручивается, доказывая, что она ни… не… А то! Нужно больше доверять своему заместителю. Теперь-то уж капитан точно позаботится о том, чтобы девушки вели себя прилично. Доказывая, что их домыслы не имеют под собой оснований. Да и одно дело не мешать покушаться на чужие привилегии, а другое, на свои. Да, я само коварство, — муа-ха-ха. На что Даниэль попросил больше так жутко не ухмыляться, а то у него по спине холодные мурашки пробежались. Он-то подумал, что я собираюсь его утопить. Хотя, эта идея тоже заманчивая.

Вдоволь наплававшись, перед возвращением наловили рыбы. Поскольку удочками не располагали, воспользовались силовым снаряжением. Глушили рыбу прямо в воде. Нанизав её на палочки, жарили, воткнув в землю вокруг костра. В дополнение к ней, отправленный на охоту Габа принёс тушу лесной свиньи. Он же её и разделал. Так что на ужин у нас была жареная свинина с рыбой, в специях и с овощами, принесёнными с фермы. После физических нагрузок, весь день проведя на ногах без обеда, да ещё ужиная на природе в хорошей компании, эта еда показалась нам божественно вкусной. Некоторые даже в буквальном смысле облизывали пальчики, залитые мясным соком. Признавшись, что ничего вкуснее в своей жизни не ели.

Спали мы под открытым небом, разлёгшись на одеялах вокруг костра. С видом на необычайно яркие, завораживающие звёзды, усыпавшие небосвод. Слушая шелест листвы и убаюкивающий плеск воды. Как-то не обращал внимания, что ночное небо может быть настолько красиво и притягательно. В большом городе впечатления от него совершенно не те. Эта ночь казалась волшебной.

Поскольку расположились всё же не в центральном городском парке, то очень скоро к нам пожаловали гости. Едва стемнело, налетела туча мошкары и комаров, желая поиграть в ладушки. То и дело, со всех сторон раздавались характерные хлопки. Судя по проклятиям, подлые насекомые в этой игре жульничали. Хотя счёт был в нашу пользу, побеждали почему-то они. Потом мы прослушали концерт с участием визжащей Кейси, которой здоровенный паук заполз на грудь. Увидели, как сильно встревоженная Ивон, плюнув на условности и то, что о ней подумают, поспешно передвинулась ко мне поближе. Вместе с одеялом. Улёгшись почти вплотную. Причина была проста. Из зарослей, неподалёку от её лежанки, в траве раздавалось подозрительное шуршание. Если не ошибаюсь, вызванное крупной змеёй. Остальным девушкам тоже стало не по себе. В манёвре Ивон почему-то обвинили меня, заявив, что я решил подло воспользоваться ситуацией. Тут ещё Рэдклиф улеглась с другого бока, на расстоянии вытянутой руки. Перешагнув мешающую ей Амелию. Подтвердив, что я негодяй, заявила, что спать будет тут.

— Йохансон. Прими меры, — решительно потребовала Маргарет.

— И что я должен сделать? — удивился.

— Всё! — проворчала неугомонная полячка, исполнив чью-то давнюю мечту, дав себе лёгкую пощёчину.

Убив наглого комара, усевшегося ей прямо на лицо.

— Лейтенант, выполняйте приказ, — невозмутимо приказала леди Бедфорд на правах командира отряда.

В переводе на нормальный язык это означало, — Не знаю, думай сам. Ты же мужчина.

Надев пояс силового снаряжения, накрыл поляну куполом невидимого энергетического поля. Раз уж не дают спать, буду привычно «качаться», не позволив каким-то безработным азиатским врагам обогнать меня в уровнях развития. Экспериментальным путём подобрал частоту, разогнавшую всю живность. Распугав даже насекомых. Не остановившись на достигнутом, ночь предстояла долгой и скучной, продолжил тренировать навыки. Отыскивать новые пути развития. Перегонять энергию из одной формы в другую. В полной темноте, разгоняемой лишь светом костра, да бликами луны от водной поверхности, в умиротворённой обстановке испытал необычайный приступ вдохновения. Начав творить высокое искусство. Увлёкшись настолько, что позабыл о наличии поблизости членов команды по фехтованию, весьма чутких к воздействию А-поля.

— Это то, о чём я думаю? — в тишине раздался удивлённый голос Рэдклиф.

— Похоже, — задумчиво подтвердила Сомерсет, принимая сидячее положение.

— Я чувствую, как меня переполняет духовная сила, — удивился Даниэль, разглядывая свою слабо светящуюся руку. — Такое впечатление, будто меня качает на волнах. Прикольно.

— Йохансон? — вопросительно посмотрела на меня Маргарет, став серьёзной. — Сейчас?

Приподнявшись на своём спальнике.

— Тут, вообще, хоть кто-нибудь спит? — проворчала Бейбер, но как-то неубедительно.

Слишком бодрым голосом.

— Спи. Не отвлекай его. Продолжай Йохансон, — благосклонно разрешила Збражская, сев по-турецки, приступив к тренировке.

— Что происходит? — тихонько спросила леди Адамс у скинувшей одеяло Браунфельс, чьё лицо выражало сосредоточенность.

Она словно к чему-то прислушивалась.

— Внеплановая особая тренировка. Судя по ощущениям, Йохансон вошёл в состояние повышенного озарения. Став его источником. Если не упустить время, сейчас можно получить намного больше пользы, чем обычно. Этот прилив намного сильнее предыдущих, — сбивчиво объяснила, чтобы Адамс больше не отвлекала.

— Бедфорд? — обратилась к ней за разъяснениями мисс Фаулер, почувствовав себя несколько странно.

Видя, что Эрик воздействует на них своим А-полем, но не понимая, как и с какой целью? Забеспокоившись, что это может быть опасно. Мощность его А-поля стремительно возрастала. Оно словно звучало в её голове, навевая неуловимую, загадочную мелодию.

— Всё в порядке, — успокоила её капитан команды, также садясь в позу для медитации. — У Йохансона бывают моменты просветления, когда он весьма благотворно влияет на чужие источники духовной силы. Проводит их своеобразное очищение, укрепление и более тонкую настройку.

Тихим голосом рассказала Маргарет, стараясь никому не мешать.

— Обычно он не может воздействовать сразу на несколько объектов. Длительность и эффективность взаимной синхронизации А-полей тоже не особо высока. Однако, в этот раз у него наблюдается состояние более глубокого погружения в условно назовём это — второй фазой. Её слишком сложно описать словами. Проще почувствовать это состояние единения со вселенной. Подключения к некоему инфополю. Через Йохансона, — уточнила Маргарет. — Вам повезло. Пользуйтесь моментом, — кивнула в сторону девушек, которые, позабыв про отдых, о чём мечтали весь вечер, закрыв глаза, уже вовсю медитировали.

Боясь упустить неожиданную возможность. Даже Митчел притих.

— Несложно было догадаться, — кивнула мисс Фаулер, подтвердив свои предположения.

Ночная тренировка под звёздным небом, в состоянии умиротворения и гармонии с природой, была на удивления плодотворной. Прилив сил был необычайный. Вроде, даже и мудрости прибавилось. Совсем чуть-чуть. К сожалению, в полной мере воспользоваться её плодами смог лишь я. Для остальных выданный мною уровень высоких энергий и тонких настроек оказался почти недоступен. Слишком уж высока разница в мощности источников А-поля. Условно говоря, кто-то смог синхронизировать с моим ядром души всего на два процента, кто-то на пять, а кто-то аж на двадцать. До пятидесяти не добрался никто. Рекордсменом ожидаемо стала мисс Фаулер. У неё и опыта было побольше и сил. Да и её источник был довольно хорошо и гармонично развит. Видно, что не забывала про основы, как любят говорить мастера восточных единоборств.

Чтобы никого не «сжечь», равномерно рассеивал свою силу в пространстве, позволяя им самим к ней подключаться. Но даже так, в обжигающих лучах «светила» согрелись все. Наполняясь внутренним светом и крупицами знаний. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Этот новый способ слияния оказался менее эффективен, но более безопасен.

Кроме того, объединяя разумы в единую информационную сеть, выступая центральным хранилищем информации, я не только впитывал в себя их знания и опыт, но и делимся ими. Специально отсеивая всю личную информацию и блокируя доступ к чужим воспоминаниям, чтобы передавалась только суть, на глубоком подсознательном уровне. Освоил этот приём буквально только что. Таким образом сумев собрать коллективный опыт в области владения оружием и тактикой, распределяя его по всем участникам духовного слияния. Конечно, передалось оно не в полном объёме, не говоря уже об усвоении, но я рад и тем зёрнам, что упали в благодатную почву.

Нельзя сказать, что всё прошло совсем уж гладко. Боясь навредить, Маргарет не стала меня останавливать, напоминая о своём предупреждении. В итоге мисс Фаулер смогла почувствовать, что мой источник А-поля гораздо совершеннее и мощнее, чем у обычного рыцаря. Однако продолжала вести себя как ни в чём не бывало, что несколько нас с Маргарет встревожило. Если она что-то и делает, то не просто так. Хотя и любит часто прибедняться, жалуясь, что её никто не любит, не слушается, и вообще, не ценит.

Ещё меня напрягла Ивон, со своей гиперчувствительностью. Как эротично она стонала, краснела и поджимала ноги. А после, сразу убежала к озеру, по новой мыться. Ладно француженка, но Рэдклиф-то чего вела себя точно также? Даже Бедфорд посмотрела на неё с недоумением.

За завтраком, похожая на довольную кошку, Кейси успела первой занять место рядом со мной. Якобы сев тут случайно. Всего на несколько секунд опередив Амелию. С широкой, зубастой улыбкой пожелав ей доброго утра. Показалось, будто между ними проскочила невидимая искра. Пока девушки обменивались «любезностями», подкравшаяся сзади Ивон, утащила меня помочь ей разобраться с неожиданно заглючившим телефоном. Будто я что-то в них понимал. Причём, разговаривала со мной исключительно на французском.

После завтрака, собрав вещи, продолжили прерванный вчера марафон. Хотели сделать его пешеходным, но безжалостная мисс Фаулер погнала в прежнем темпе. По поводу вчерашнего она так и не сказала ни слова. Остальные девушки тоже делали вид, словно ничего необычного не произошло. Любопытная Амелия попыталась было их расспросить, но получила жёсткий отпор. Её недвусмысленно предупредили, что это внутреннее дело команды, в которое лезть настоятельно не рекомендуется. Во избежание серьёзных проблем. Из уст невозмутимой леди Бедфорд эта рекомендация прозвучала особенно устрашающе.

Ещё два дня мы провели в Восточной Африке, наслаждаясь полной свободой и путешествием по дикой природе. Питались здоровой пищей. Жгли костры. Купались. Успели посетить множество интересных и необычных мест. Загорели. Подтянулись. Наделали кучу снимков на память. Но, как и всё хорошее, вскоре наш отдых закончился. На небольшом грунтовом аэродроме, представляющим из себя обычное, выровненное поле, даже не ограждённое забором, нас уже заждался мистер Вилсон. Оттуда мы досрочно вернулись домой. С массой ярких впечатлений и сувениров. Правда, по отдельности. Команда вылетела одним рейсом из Мапуту. Я другим, обратно в Кейптаун. А за Амелией прилетели крайне недовольные её выходкой мистер Фридман и мисс Полар, получившие от господина Адамс строгий выговор с большим денежным штрафом. В чём, судя по осуждающим, сердитым взглядам, винили меня. Из-за Амелии на ровном месте испортил с ними отношения. Жаль.

Африканскую таможню мне удалось пройти благодаря волшебному слову, — Коррупция. После него английским джентльменам обычно начинали верить на слово. А на Британской таможне меня и вовсе не видели. В страну въехал тем же путём, что и сёстры Цзя. По морю. Только под видом африканского беженца. Бедного и несчастного. Везущего дешёвые, поделочные камни, чтобы прокормить себя продажей изделий из них. Причём договаривалась об этом Цзя Мей с всё теми же китайскими доставщиками нелегалов, которые привезли в Англию и её. Ирония судьбы, не иначе.

В скромно обставленную, типовую контору, расположенную в старом здании среди десятков подобных, мелких фирм, носившую название — «Доставка лапши дядюшки Лю», уверенно вошла Цзя Мей. Перекинувшись несколькими словами с секретаршей, сидящей в общей комнате, получив разрешение, прошла в кабинет владельца этой непростой фирмы.

Старый китаец, одетый в деловой костюм не самого лучшего качества и цены, беззаботно пьющий чай в рабочее время, приветливо улыбнулся.

— Чем могу помочь, госпожа…? — обратившись по английский, вопросительно на неё посмотрел.

В лицо всех тех беженцев, которых перевезла его организация, неплохо на этом заработав, он естественно не помнил. Да и не желал их запоминать, сомневаясь, что увидится с ними ещё раз. Не потому, что обрекал их на смерть, а из-за банальной практичности. Беженцы из Китая крайне редко становились беженцами из Англии. Покинуть эту страну было гораздо проще, чем попасть в неё. Более того, власти за это ещё и доплачивали, прося больше сюда не приезжать.

— Цзя Мей. Господин Лю, могу я присесть?

— Разумеется. Прошу, — указал на стул. — Слушаю вас.

Поскольку чаю не предложил, то затягивать эту встречу явно не планировал. Не посчитав гостью важной персоной, не стал вставать из-за стола и рассыпаться в традиционных китайских любезностях.

— Господин Лю, я бы хотела организовать переезд в Лондон моего хорошего друга. Которому, к большому сожалению, местные власти отказали в гостеприимстве. Надеюсь, это не будет являться для Вас, — многозначительно на него посмотрела, — большим затруднением?

— Госпожа Цзя, вообще-то у меня лапшичная, а не компания по перевозке мебели, — наигранно удивился старый китаец.

Не показывая ни капли беспокойства.

— Я знаю, — вежливо кивнула Цзя Мей, продолжая сохранять полное спокойствие.

Оставшись сидеть на месте.

— Мне порекомендовал обратиться к вам вот этот человек, — протянула ему записку. — Он меня хорошо знает.

Бросив внимательный взгляд на текст, написанный на вырванном листке из записной книжки, господин Лю улыбнулся чуть более искреннее.

— Позвольте полюбопытствовать, откуда ваш друг хочет переехать в эту чудесную страну?

— Из Южной Африки. Из Кейптауна. Его зовут Джеймс Буллит. Он гражданин маленькой островной страны в Тихом океане.

— И что мистера Буллита не устраивает в Южной Африке? Круглый год лето. Фрукты. Океан. Чудесная природа. Много неосвоенных земель.

— Господин Лю, позвольте попросить вас не смущать меня неудобными вопросами. Я понимаю, что это просьба доставит вам определённое беспокойство. Переезд, дело хлопотное и дорогостоящее. Поэтому…, — вынув из дамской сумочки, протянула ему ещё одну бумажку с цифрами, за которыми стоял денежный знак.

Увидев их, брови у старого китайца удивлённо поползли вверх.

— Мой друг немного необщительный, поэтому заранее прошу простить его манеры, — намекнула на дополнительное условие сделки. — Также он человек не семейный. Помощь с вещами и переездом ему окажут ещё два человека. Всего их будет трое. Много места они не займут и лишнего беспокойства не доставят. Они опытные путешественники и легко могут о себе позаботиться, — предупредила о нежелательности грубого отношения, помимо излишнего любопытства.

Поэтому и предложила такую сумму оплаты его услуг. Мистер Лю пообещал подумать над её просьбой и позже перезвонить. Вскоре он так и сделал, сообщив, что имеет знакомых, которые помогут хорошей женщине встретиться со старыми друзьями не покидая Лондона. Но, это будет дороже и деньги вперёд. Деньги на указанный счёт поступили в течении пяти минут. Всё это вызвало определённое любопытство у старого китайца.

На следующий день ему позвонил встревоженный помощник и рассказал следующее.

— Господин Лю, пассажиры сели на наш корабль. Как и обговаривалось, их трое. С собой везут несколько ящиков с какими-то камнями и много разного барахла, явно местного происхождения.

— Что за пассажиры? — поинтересовался хозяин реально существующей лапшичной компании.

— Двое англичан и Африканец. Судя по акценту, с Восточного побережья, — немедленно отчитался помощник.

— Что-то необычное заметил?

— Да, господин. Мы тихонько проверили их детекторами А-поля. Все трое одарённые. Судя по показаниям приборов, очень сильные. Никогда такого не видел. Стрелка аж зашкаливала, — эмоционально признался помощник. — Возможно, это фантомные рыцари. Ведут себя тихо. Внимание стараются не привлекать. Человек, которому я доверяю, сказал, что они опытные и опасные бойцы. Определённо не мирные люди. Что нам делать? Сдать властям? Выбросить в море? Или…? — не закончил предложение.

— Выполнять условия сделки, — приказал мистер Лю строгим голосом. — Зачем без повода ссориться с серьёзными людьми? Это плохо для бизнеса. Какой у нас девиз? Мы работаем с теми, кто платит. Кто они и откуда, нас не волнует. За проезд заплачено достаточно.

— Но камни могут оказаться…

— А могут и не оказаться, — спокойно возразил. — Зато точно утянут на дно даже хорошего пловца, — недовольно напомнил мистер Лю. — Если это то, о чём я думаю, то ссориться с этими людьми плохо не только для бизнеса, но и для здоровья. К тому же, где, ты думаешь, мы находим богатых, постоянных клиентов? По объявлению? Так что постарайся всё сделать хорошо. Понял меня?

— Да, господин. Всего хорошего. Буду и дальше держать вас в курсе событий.

Завершив разговор, господин Лю несколько минут задумчиво пил чай. После чего контактные данные госпожи Цзя были перенесены из общей базы данных в специальный раздел. Со временем оттуда она могла попасть в категорию VIP, но пока и этого посчитал достаточным. Торопиться в таких делах никогда не следовало.

Летя в самолёте обратно в Лондон, Маргарет Бедфорд испытывала лёгкую грусть. Возникло ощущение, словно чего-то не хватало. Несмотря на то, что говорила вслух, про себя девушка честно признавала, насколько замечательно провела эти каникулы. Хотя и нельзя сказать, что без тревог и хлопот. Однако, именно такие моменты оставили после себя наиболее яркие воспоминания. Будоражащая кровь неизвестность завтрашнего дня сменилась скучным, повседневным распорядком. Где всё распланировано на месяц вперёд. Услышав голос неугомонной и непредсказуемой Рэдклиф, прислушалась.

— Ты чего это подруга затеяла? Признавайся.

— Ты про что? — Виардо как-то не очень убедительно изобразила непонятливость.

— Знаю я эти приёмы. У меня сломался компьютер. Пожалуйста, переустанови программу. Не понимаю, как эта фигня работает. Флиртуешь, понимаешь ли, с моим Йохансоном. А разрешение спросила? — возмущённо обвинила её в покушении на чужую собственность.

— Ой прости. Не знала, что он принадлежит тебе. На нём же этого не написано. А Йохансон об этом знает? И к твоему сведению, это был не флирт, — француженка отвергла все обвинения.

— А что тогда? — Рэдклиф вцепилась в неё бульдожьей хваткой.

— Просто дружеское общение.

— Да? — недоверчиво протянула Рэдклиф, переигрывая. — А со стороны смотрелось будто…

Глубоко вздохнув, Маргарет откинулась в удобном кресле, не став слушать дальше. Почему-то эта тема вызывала у неё раздражение. Вспомнив улыбающееся лицо Эрика у водопада, когда он умывался, зачерпывая леденящую воду руками, почувствовала себя неуютно.

— Интересно, наш лейтенант сможет безопасно добраться до дома? — с задних рядов послышался голос переживающей о нём Гриффин. — Может, зря его одного оставили? Он же, как маленькое дитя. Обязательно во что-нибудь вляпается. За ним глаз да глаз нужен. А вдруг снова нарвётся на пиратов?

— Джейн, заткнись. Достала уже, — попросила недовольная Браунфельс.

— Слушай, не знаешь, а у нашего лейтенанта девушка есть? — заинтересована спросила Бейбер у сидящей рядом Сомерсет.

— Вот же негодяй. Продолжает разваливать мою команду, даже находясь на расстоянии тысячи километров от неё, — тихо проворчала Маргарет. — А действительно, как он там?

Не удержавшись, позвонила Йохансону, разделяя точку зрения Гриффин.

— Лейтенант, как обстановка? — постаралась сделать так, чтобы её голос звучал как обычно спокойно и уверенно.

— Отвратительная, — судя по интонации, Эрик скорчил соответствующую гримасу.

— Подробности! — встрепенулась забеспокоившаяся Маргарет.

— Да какие тут подробности. Плыву домой на каком-то дырявом корыте, на котором, кроме сушёной рыбы и солонины, из съестных припасов только перец и … соль! На завтрак, обед и ужин. Я хочу убить кока, — пожаловался Йохансон.

— Что-нибудь желаете? — в этот момент к ней подошла доброжелательная стюардесса. — Чай, кофе, шоколад, фрукты.

— Нет, спасибо, — поблагодарила Маргарет, не отнимая телефона от уха.

— Капитан, а шоколад какой? Чёрный с орехами? — завистливо поинтересовался всё слышавший Йохансон.

Уточнив у стюардессы, подтвердила.

— Вкусный? — Эрик шумно сглотнул слюну, вызвав у неё пробуждение аппетита.

Девушка рассмеялась, почувствовав возвращение хорошего настроения.

— Подожди. Сейчас узнаю и перезвоню, — решила отомстить за то, что заставил её беспокоиться.

Отключившись, попросила принести ей пять плиток. Пока стюардесса за ними ходила, задумалась о будущем команды. Смешанный состав со столь значительным перекосом в одну из сторон ожидаемо привёл к возникновению проблем. Обострилось внутреннее соперничество. Началась делёжка партнёров. Эмоции задавили прагматизм. Ничего хорошего из этого не выйдет. Ситуацию осложняла неопределённость Йохансона в плане личных отношений. Если бы он был занят, то у девушек не возникало бы соблазнов и иллюзий. Удалось бы избежать конфликтов внутри команды. Следовательно, во всём виноват Йохансон. В чём она не сомневалась с самого начала, как только его увидела. А значит, чтобы приглушить страсти, направив внимание девушек в другую сторону, Йохансон должен вступить в отношения. Это сразу решит кучу проблем. Оставалось решить, с кем? Маргарет неохотно признавала, что во многом он лучше неё, но в плане отношений, это же дуб! Всё придётся делать самой.

В этот момент Эрик внезапно чихнул.

Подумав об Амелии Адамс, Маргарет нахмурилась. Ничего против неё не имела, но если выбирать между кем-то своим и чужим, то, разумеется, пусть лучше останется в семь… в команде, чем начнёт ходить на сторону. Мало ли что ему будет внушать подружка. Сегодня она поддерживает одну команду, завтра другую, а послезавтра и вовсе заставит вместо стадионов посещать театры или картинные галереи.

Вновь выглянув между креслами, Маргарет задумчиво посмотрела на Рэдклиф.

Увидев возвращение мужа, леди Гвинет Адамс с беспокойством спросила.

— Поговорил?

— Да, — устало сев в кресло, Томас расслабился. — Пусть пока посидит под домашним арестом без телефона, планшета и кредитных карточек. Совсем уже от рук отбилась. Взрослая дочь, это неуправляемое стихийное бедствие. Лучше бы мы завели собаку.

— Дорогой, — укоризненно на него посмотрела.

— Прости. Не сдержался. Сегодня днём депутаты городского собрания выжали из меня все соки. Иногда ловлю себя на мысли, что наёмные убийцы обойдутся дешевле, чем адвокаты.

Эта тема волновала её сейчас меньше всего.

— И как Мел на это отреагировала? Раскаивалась? Просила прощение? Обещала вести себя хорошо? Хотя бы следующий месяц.

— Ты знаешь, — удивлённо сказал граф Томас Адамс, — ничего подобного. Сказала, что ни о чём не жалеет и не раскаивается. Вину признаёт. Наказание признала оправданным. Глупости пообещала не делать. Спросила лишь, что на ужин? Какая-то она странная и подозрительно спокойная.

— А что по поводу денег? Выяснил, зачем ей срочно понадобилась такая большая сумма? — нахмурилась Гвинет.

— О, это замечательная история, — усмехнулся муж. — Она со своим другом приобрела в Восточной Африке месторождение рубинов.

— Настоящее? — не поверила Гвинет, изумлённо распахнув веки.

— Знаешь, похоже, что да. Лично с другом съездила на рудник, собрала образцы, осмотрелась на месте. Я уже отдал их экспертам на изучение. Предварительные выводы весьма обнадёживающие. Сделку совершили по всем правилам, через Лондонскую юридическую контору — «Пратт и сыновья», оформив землю на её друга. Заключив с ним инвестиционное соглашение. Я попросил нашего адвоката запросить копию документов.

— Зачем нашей Мел шахта драгоценных камней где-то в Африке? — опешила Гвинет. — Что она собирается с ней делать? — посмотрела не него с недоверием.

— Насколько я понял, они хотят перепродать её крупной немецкой компании, заработав на этом кругленькую сумму. Меня больше поражает другое. У самой Амелии на эту авантюру не хватило бы ни ума, ни решимости. К тому же, по её словам, ради этого им пришлось ночевать в джунглях под открытым небом. Общаться с африканскими дикарями. Греться ночами у костра. Готовить себе пищу из того, что недавно бегало или плавало.

— Мы сейчас всё ещё про Амелию говорим? — со странными интонациями в голосе уточнила Гвинет, не переставая удивляться.

— Да. Я сейчас покажу фотографии, что она там сделала, за голову схватишься. И скорее всего, за её, — рассмеялся Томас.

Спустя час и три чашечки выпитого мятного чая Гвинет вкрадчиво поинтересовалась, — Как, говоришь, зовут её друга?

— Эрик Йохансон.

— Ах, это тот молодой человек. Что ж, наслышана, — задумчиво произнесла графиня Адамс. — Дорогой, не пригласить ли нам его на обед?

— Думаю, это хорошая идея.

Домой я вернулся, как и задумывал. На велосипеде. Одетый в старенькие джинсы и куртку. С ведром на багажнике, откуда торчали рыбьи хвосты и удочкой. Специально сделал три круга по району, прежде чем подъехать к дому. Открыв дверь своим ключом, с ведром, прижатым к груди, зашёл в подозрительно тихий дом.

— Мам, я дома, — радостно известил о своём прибытии.

Зайдя на кухню, увидел до боли знакомую картину. Сестёр с матерью, собравшихся на семейный совет. Дожидавшихся только меня. Кажется, я не вовремя.

— Ага, явился, смертник, — обрадованно указала на меня пальцем, кровожадно улыбнувшаяся, Ханна.

— Эрик, один миллион и я тебя спасу, — быстро предупредил адвокат дьявола, маленькая Марта.

— А талончик в пиццерию не подойдёт, — подивился нереальным запросам, пока ещё не понимая, что происходит.

— Ты меня за дуру держишь, — обиделась мелкая. — Я всё про тебя знаю.

— Прям всё-всё-всё? — улыбнулся, не поверив столь простенькому «разводу».

— Эрик, садись, — попросила крайне серьёзная мама. — Нам нужно поговорить.

— Что-то случилось? — испугался, увидев выражение её лица.

— Вот сейчас мы это и узнаем. У кого ты взял такие большие деньги? И зачем? Смотри мне в глаза, Эрик Йохансон! — сурово потребовала.

Так и знал, что от этого разговора не отвертеться. И это они ещё не знали о моём участии в боевых действиях, иначе бы встречали совсем по другому.

Поставив ведро у ног, объяснил, что деньги занял у подруги. Хочу открыть своё дело, но на это нужен начальный капитал. И вообще, Нора, а как же частная тайна клиента? Вот и верь после этого в честных юристов. Уж лучше в Санта-Клауса.

— Ты зубы не заговаривай, неоперившийся делец. А если родители этой девушки придут к нам разбираться? Потребуют аннулировать сделку, — предположила Нора. — Что будешь делать? Скажут, охмурил, обманул, мошенник. Потребуют привлечь к ответственности. Кстати, об ответственности. Надеюсь, тем самым, что давала тебе перед отъездом, пользовался? — испытывающее на меня посмотрела.

— Нет. Не выдалось случая, — честно признался.

— Совсем дурак, что ли? — посмотрела на меня, как на идиота.

Не совсем понял, что имела в виду, поскольку в её глазах разглядел оттенок разочарования и жалости.

— Признавайся, сколько у тебя таких подруг? — Эдит приготовила калькулятор.

— Лучше пусть скажет, где деньги хранит? Под матрасом смотрела, там нет, — перебила её возбуждённая Марта.

— Девочки, — осуждающе посмотрела на них мама, призвав к порядку.

Быть ответственнее и серьёзнее. Те, вроде бы, посыл поняли, но калькулятор со стола убирать не стали. Не разделяли её опасений. Для них мир по-прежнему был прост и понятен. Дают — бери. Бьют — беги. Кормят — ешь.

— Не волнуйся, мам. Я всё предусмотрел. Твой сын может и не пророк, но тоже кое-что может. Лучше посмотрите, что я вам привёз, — попытался сменить тему, развеяв часть их тревог.

Вынув из ведра отрубленные хвосты рыб, положенные сверху для вида, достал обычный пакет из супермаркета. Из него высыпал на стол кучу блестящих прозрачных камешков, похожих на кусочки кварца или хрусталя.

— И что это? — разочарованно спросила Ханна, не испытывая к ним никакого интереса. — Стекляшки?

— Какие ещё стекляшки, — обиделся.

Да за кого она меня держит? Нору можно не спрашивать, у неё по глазам всё видно.

— Натуральные алмазы. Несколько ящиков рубинов завёз в другое место, на обработку. А эти потом закину. Или ещё куда-нибудь пристрою. Сумку с золотыми украшениями и наличностью Юнь привезёт позже. Магнитиков на холодильник, уж извините, в этот раз не привёз. Как и африканских, традиционных, лёгких закусок. Зато привёз Ханне комплект силового снаряжения. Пусть немного старенький, португальский, но зато с полным комплектом оружейных карт памяти. Будет у неё теперь личный, боевой, фантомный доспех. Реально боевой. С богатой историей. В нём против пиратов Восточной Африки воевали. Клянусь, что это чистая правда, — поднял правую руку с раскрытой ладонью.

С удовольствием понаблюдал за тем, как у них округляются глаза. Дёрнувшаяся на стуле Эдит, не отрывая зачарованного взгляда от алмазов, медленно протянула к ним руку, но тут же получила шлепок от Норы.

— Чего? — тут же обиженно одёрнула руку. — Помыть?

— Не тянуть. Эрик. Это действительно алмазы? Ты же нас не разыгрываешь? — изменившимся голосом спросила Нора.

— Уау! Я богата, — соскочив со стула, радостно принялась прыгать Марта, подняв руки над головой.

Прыгала недолго. Чуть не упав из-за спешки, к ней мигом подскочила Ханна, зажав рот.

— Громче ори, дура! Ещё не все соседи вспомнили, что у них дома не наточены ножи, — сердито зашипела ей в ухо, заставив Марту напряжённо замереть.

Осознавшую, что сглупила.

— Тсс, — приложив палец к губам, попросила её Ханна, отпуская младшую сестру.

— Тсс, — продублировала мне Марта, заставив недоумённо моргнуть.

Меня-то зачем об этом просить?

— И ты катался по нашему району с полной сумкой алмазов? — с ужасом посмотрела на меня Нора, беспокоясь вовсе не за драгоценные камни.

Всё больше убеждаясь в своей правоте. Тем временем мама продолжала в ступоре смотреть на алмазы, не зная, что сказать? А как отнестись к этой сильно непривычной новости? У неё в голове роились десятки вопросов. Что делать с алмазами? Куда положить? В тумбочку? В обменном пункте или банке просто так их на деньги не обменяешь. А там, где можно обменять, зададут закономерный вопрос, откуда они у вас? С одной стороны, вроде бы и богатство привалило, а с другой, сплошная головная боль. В магазин с ними не пойдёшь. Для простых людей, к которым всё ещё себя причисляла, всё это выглядело слишком проблемно.

— Да, а что? — подтвердил Норе.

— Эрик, ты больной? — участливо на меня посмотрела.

Не объяснять же ей, что у меня под курткой был пояс силового снаряжения, а в нескольких метрах за мной следовал неугомонный Габа, который упорно не желал теряться в наших закоулках.

— Он богатый, а у богатых свои причуды, — оправдала меня Эдит, тут же перейдя из лагеря противников, в лагерь союзников.

Услышав звонок в дверь, сёстры резко напряглись. Переглянулись, выясняя, кто ждёт гостей. После короткой паузы Нора сходила узнать, в чём дело? Вернулась с двумя письмами.

— Почтальон приходил. Эрик это тебе.

Под пристальными взглядами, в полной тишине ознакомился с содержанием писем.

— Рэдклифы просят завтра к обеду приехать в их офис, а Адамсы, послезавтра, приглашают на ужин. Чувствую, голодным не останусь, — озадаченно почесал голову, гадая, с чего вдруг такая честь?

Да ещё так рано. Я же не успел ничего сделать. От очередного неожиданного звонка в дверь сёстры вновь вздрогнули. Нервные они какие-то. Нужно будет попросить сестрёнок Цзя сделать им успокоительного китайского чая. Снова дверь пошла открывать Нора.

— Здравствуйте, а Эрик дома? — услышав голос Кейси, сильно удивился.

— Да, я тут. Проходи, — крикнул, поняв, что Нора замешкалась с ответом.

Не успела Кейси пройти на кухню, как ураганчик под именем Эдит мигом накрыла алмазы перевёрнутой кастрюлей, а Марта водрузила на неё графин с водой, в который вместо цветов в спешке воткнула репчатый лук, попавшийся под руку. Встречали Рэдклиф широкими, неестественными улыбками нашкодивших детей, искренне верящих в то, что их не спалят.

— А что у вас здесь происходит? — удивлённо спросила Рэдклиф, обозрев кухню.

— Празднуем день лукового супа, — Ханна моментально нашлась с ответом. — А ты, что здесь делаешь? — поняв, что это прозвучало грубо, добавила. — Прости, не ожидали, что придёшь сегодня в гости.

— Заехала узнать, как Эрик добрался домой. Привезла ему шоколада, в подарок, — показала пухлый свёрток, который держала в руках.

— Спасибо, — поблагодарила её Ханна, забирая увесистый подарок. — Проходи в мою комнату. Я сейчас подойду. Мам, сама наведёшь тут порядок? — выразительно на неё посмотрела.

— А, да, — рассеянно кивнула Хелен Йохансон. — Как обед будет готов, я вас позову.

— А что у нас на обед? — заподозрил неладное, заметив её быстрый взгляд на выложенную мною ранее рыбу.

— Рыба, — подтвердила худшие опасения.

— Господи, только не это, — взмолился. — Мам, прошу, всё что угодно, только не рыба. Терпеть её больше не могу.

В это время, в районе проживания семьи Йохансонов продолжалось незримое противостояние службы технической разведки ISS со службой технической безопасности корпорации Рэдклиф, в которой работали их не менее профессиональные коллеги. Одни пытались прослушивать и просматривать дом Йохансонов, вторые им помешать. И обе стороны старались делать это достаточно аккуратно, не раскрываясь и не отдавливая друг другу ноги. Поскольку официально ни первых, ни вторых тут якобы не было. Хотя полиция, вызываемая бдительными жильцами, недоумевающими, откуда здесь столько фургонов из незнакомых ресторанов и служб доставок, регулярно проверяла документы у водителей. Уже узнавая их в лицо.

За невидимым простым обывателям сражением высококлассных специалистов с большим интересом наблюдала Белый Кролик. Как за спортивным соревнованием. Находя это зрелище захватывающим. Из тени принимая в нём участие. Под чужим флагом, делая набеги на технику победителей, выводя из строя их аппаратуру. Ведь, что одна, что другая команда, не просто снимали жучки коллег, а заменяли их на свои, что совершенно не устраивало конкурентов. Так что Белый Кролик получала от происходящего истинное удовольствие, учась быть ещё более пронырливой и неуловимой «лисой». Каждый день узнавая что-то новое.

В офис корпорации Рэдклиф прибыл в точно назначенное время. Уже вполне уверенно зашёл в лифт. Поднялся на нужный этаж. Поздоровался с мисс Роуэл, подарив ей шоколадку, вызвав секундное замешательство. Не ожидала такого знака внимания от старшеклассника.

— Госпожа Редклиф у себя? — поинтересовался с обворожительной улыбкой.

Как-то странно на меня посмотрев, быстро вернула себе привычную рабочую бесстрастность.

— Да. Она вас ждёт, — нажав на кнопку вызова, сообщила начальнице. — Госпожа Рэдклиф. Пришёл мистер Йохансон. Впускать? Прошу.

В кабинете матери Кейси, на первый взгляд, ничего не изменилось. Она даже одета была в свой привычный, строгий деловой костюм. Такое впечатление, словно я заново проходил одну и ту же игровую сцену.

В этот раз в кабинете, помимо его хозяйки, присутствовала госпожа Чамар, пугая кислой миной. Посмотрев на меня с хорошо заметным недовольством.

— Как отдохнул? — улыбнулась госпожа Рэдклиф, дождавшись, когда я сяду в кресло.

— Спасибо, великолепно, — ответно улыбнулся.

Зачем спрашивает, если сама всё знает? Ради соблюдения формальностей?

— Рада за тебя. Сама бы съездила куда-нибудь отдохнуть, да дел всё никак не убавляется. И переложить-то их не на кого. Вокруг либо исполнительные идиоты, либо инициативные мошенники. Всё никак не могу добиться появления исполнительных мошенников. Чаще попадаются инициативные идиоты, что хуже пожара, — перейдя на доверительный тон, поделилась своими заботами.

Осмысливая сложную словесную конструкцию, задумался, что же она хотела этим сказать?

— Впрочем, не будем говорить о грустном. Готов с новыми силами вернуться к работе? Деньги сами себя не заработают.

— Да.

— Отлично. В этот раз мы хотим провести учебный поединок. Но не простой. Планируется проверить предел прочности Оракула в экстремальных условиях. Для этого, с учётом твоих достижений на турнире, как понимаешь, сил членов команды фехтования Святой Анны недостаточно. Мягко говоря, — невысоко оценила потенциал команды. — Поэтому мы пригласили подходящего соперника со стороны. Ваш поединок пройдёт на специальной площадке, созданной прямо в здании корпорации. Биться вам нужно будет в полную силу, не сдерживаясь. Никаких ограничений и правил. Учти, это очень сильный боец. Отнесись к нему со всей серьёзностью. Для чистоты эксперимента ни тебе, ни ему не будет раскрыта информация о противнике. Вы встретитесь ничего друг о друге не зная. Без подготовки. Без связи. Чтобы успокоить, скажу сразу. Системы безопасности на этой площадке устроены таким образом, что не позволят вам пораниться. Увидишь сам. На ней применена очень продвинутая и сложная технология. Можете спокойно разносить фантомные доспехи в клочья. Железо мы легко восстановим, поэтому силовое снаряжение не жалей.

— Мы нашли тебе подходящего противника, — радостно улыбнулась мигом преобразившаяся госпожа Чамар. — Я сделала ставку на Оракула. Не подведи меня, Йохансон.

Настораживающая перемена её настроения заставила заподозрить подвох.

— В случае победы мне что-нибудь полагается? — полюбопытствовал, решив своего не упускать.

Как говорится — С кем поведёшься…

— Выдам тебе премию, — пообещала госпожа Рэдклиф. — Кстати, как у тебя с деньгами? Нет ли финансовых затруднений? — проявила заботу.

— Спасибо, всё хорошо. Когда планируется поединок?

— Завтра, в обеденное время.

— У меня на завтрашний вечер назначена важная встреча, — забеспокоился.

— Думаю, к тому времени ты уже освободишься, — успокоила госпожа Рэдклиф. — Если вопросов или опасений больше нет, предлагаю пойти пообедать. Ты уже ел?

— Нет ещё.

— Хорошо. Пошли. Покажу тебе нашу столовую для руководящего состава. Заодно кое-что обсудим. Расскажешь, как провёл отпуск. А то мне Кейси каких-то небылиц наплела. Что-то про живых мертвецов. Затерянных в джунглях шахтах драгоценных камней. Пиратов.

— Вот же у кого-то богатая фантазия, — натянуто рассмеялась госпожа Чамар.

Тем временем, где-то на северном побережье Мозамбика к прибрежной деревне, возле которой крестьяне перестраивали сгоревшие сараи и дома, подошло небольшое неопознанное судно. По его внешнему виду трудно было определить для чего же оно используется. Странным казалось и то, что на нём не имелось ни флага, ни названия. Обрадовавшиеся было пираты решили, что добыча сама идёт к ним в руки, ещё не зная, что очень скоро от этой деревни останутся лишь дымящиеся, тлеющие угольки. Прибывшие сюда намного позже представители клана Дариш попытаются разобраться, что же здесь произошло, но успехов не достигнут. Если нескольких разбежавшихся крестьян они ещё найдут, то вот с пиратами им уже так не повезёт. Бойцы покойного Моджо будто в воду канули. А через два дня схожим образом сгорит ещё один посёлок, расположенный меж двух холмов в глубине провинции. Все следы будут указывать на набег, совершённый воинственными соседями с той стороны границы. И, как и в этом случае, Дариш не найдут ни свидетелей, ни трупов нападавших, ни их подбитой техники. А что ещё более странно, большинство домов остались не разграблены.

Вечером этого же дня мне поступил неожиданный звонок от мисс Фаулер. Причём даже не знаю, чему удивился больше. Самому звонку или просьбе подъехать в паб со странным названием — «У морячка». Движимый любопытством, решил съездить. На вопрос Норы, — куда собрался, ответил, что на встречу с Гарри. Узнай она правду, поехала бы вместе со мной, а то и не одна. Зачем мне свидетели? Поэтому взял с собой верного «зомби» и два комплекта силового снаряжения. На всякий случай, а то от сумасшедших женщин в пабе всего можно ожидать, а я мальчик скромный, домашний, почти примерный.

Паб «У морячка», расположенный в северной части Лондона, ничем особым не выделялся. Не считая названия, никакой морской тематики в интерьере не просматривалось. Довольно небольшой, полутёмный зал был наполнен запахами сигаретного дыма и алкоголя. Играла негромкая музыка. Немногочисленные посетители расслаблялись после рабочего дня, ведя себя прилично. Оставалось только гадать, что послужило причиной такого интригующего названия.

— Малыш, а тебе не рано шляться по таким местам? — удивлённо окликнул меня грузный мужчина в клетчатой рубашке, когда проходил мимо его столика.

— Раз не рано воевать за свою землю, то пить и подавно, — улыбнулся, проходя мимо.

Ничуть не смущаясь. За последний год я сильно изменился. Раньше бы стушевался и попытался либо оправдаться, либо уйти. Мужик рассмеялся, приняв это за шутку.

Видеть мисс Фаулер в тёмном платье со светлым пиджаком и старомодными бусами было необычно. Ничто не напоминало о её работе и непростом характере. Тренер сидела за крайним столиком, на котором стояла начатая бутылка виски и пара стаканов.

— Явился-таки, простой английский школьник Йохансон? Присаживайся, — добродушно улыбнувшись, указала на стул.

Спокойно разлила виски по двум стаканам, до трети, один из которых подвинула ко мне.

— Удачное завершение любой опасной работы, особенно связанной со смертями, следует отметить. Традиция такая. Я смотрю, по тебе и не видно, что сильно переживаешь по этому поводу. Кошмары не тревожат? — полюбопытствовала.

— Знаете, сегодня снились, — признался, взяв стакан. — Будто бы ночью меня пришла душить сестрёнка, требуя рассказать, где я спрятал алмазы. Пришлось отдать.

— А дальше?

— Задушила, конечно, — рассмеялся. — С третьей попытки. Позвав на помощь других сестёр. Надо будет записать её в тренажёрный зал. На какой-нибудь фитнес, йогу или плавание. Я-то ладно, а если будущего мужа захочет задушить? Мне же придётся самому всё делать, — пожаловался, вызвав смех тренера.

— Отлично. Значит, вправлять тебе мозги не придётся. Знала, что так и будет, но хотела убедиться. А то ещё школьников с ПТСР синдромом не хватало в команде, которые хорошо умеют убивать. Я люблю экстремальные виды спорта, но не настолько.

То, что мисс Фаулер решила позаботиться о моральном состоянии своих учеников, весьма похвально. Уважительно ей кивнув, поднял стакан. Чокнувшись, выпил обжигающую гадость, под названием — виски. Пару минут побеседовали обо всяких пустяках, избавляясь от накопившегося напряжения. Позволяя друг другу выговориться, сыграли в игру — не говори лишнего. Так продолжалось до тех пор, пока тренер не затронула важную тему.

— Спаивать учеников мне ещё не доводилось, — с самоиронией признала мисс Фаулер. — Хотя этот вопрос ещё требует рассмотрения. В плане ученичества. Ты не согласишься при мне пройти тестирование на А-поле в медкабинете Святой Анны? — поинтересовалась с деланным безразличием. — Нет? Я почему-то так и подумала. Тогда возникает другая проблема. Йохансон, вот какого хрена ты их постоянно генерируешь? — пожаловалась, став откровеннее. — Я столько сил потратила, чтобы заполучить тебя в команду, подготовила планы, а ты взял и походя их перечеркнул. Не мог со своим прорывом подождать до следующего турнира? — с сожалением вздохнула, разливая по ещё одной порции виски.

Проанализировав все данные, мисс Фаулер догадалась, что и когда произошло.

— И вообще, как ты посмел перерасти меня в ранге? — возмутилась. — С тобой и до этого тяжело было справиться, а теперь и вовсе не на что рассчитывать. А я рассчитывала! — воинственно повысила голос.

— Виноват. Исправлюсь, — соврал на голубом глазу.

— То-то же. Из-за этого у нашей команды опять проблемы. Пускай на весенний турнир мы тебя ещё выпихнем на поле в костюме латника, но это всё равно финиш, — сокрушённо покачала головой. — Ты слишком быстро перерос нашу песочницу. Оставаться в ней можно, но глупо. Впустую потратишь время. Я ещё достаточно себя уважаю, чтобы не лишать учеников светлого будущего. Спасибо хоть успел подготовить замену, вытянув Бедфорд на ранг рыцаря. Да и остальных девчонок хорошо поднял в рангах. Так что теперь есть на кого опереться. Но всё же. Сила всегда проигрывает опыту и смекалке. Даже будь ты слабее рыцаря, это совсем неравноценный обмен, — похвалила мисс Фаулер, по сути, открыто признав мои заслуги.

После поездки в Африку у нас установился определённый уровень доверия. Когда кто-то прикрывает тебе спину в бою, трудно относиться к нему плохо.

— И что? Вы меня выгоняете? — расстроился.

— Да сейчас! Через мой труп, — противореча самой себе, воскликнула мисс Фаулер. — А его заполучить не так-то просто. Пока ты — ученик Святой Анны, ничто не мешает тебе продолжать оставаться официальным членом команды по фехтованию. Будешь и дальше вдохновлять наших пигалиц на подвиги, втравливать в неприятности и подтягивать в рангах. Насколько удастся. Другой такой возможности они нигде не найдут. Да и потом, закончив учёбу, будут с гордостью рассказывать, что учились под руководством самого…, — на секунду задумалась, — самой Эммы Фаулер. Вот так вот, — с вызовом задрала носик.

Спустя мгновение мы оба весело рассмеялись. Хороший всё-таки человек, Эмма Фаулер. Настоящий учитель. Повезло мне попасть в школу Святой Анны. Действительно, когда-нибудь буду с ностальгией вспоминать эту бурную, юношескую пору.

— А по поводу того, что я не совсем рыцарь, что скажете? И кому? — многозначительно на неё посмотрел.

— Ничего не скажу. О чём тут говорить, если я ничего не видела, ничего не слышала и вообще, меня там не было. А то ещё набегут… всякие. Тогда действительно придётся прощаться, а я страсть как этого не люблю. Ещё по одной? Последней. А то знаю я нас, рыцарей, — улыбнулась.

Вернувшись домой, чуть не подставил старину Гарри. Чтобы спасти его от расправы, пришлось пошевелить извилинами, которые упорно этому сопротивлялись. Выслушав много «лестных» слов в наш адрес, отправился спать.

На следующий день, отойдя от последствий «после вчерашнего», под шуточки Норы отправился разносить полигон корпорации Рэдклиф. На их же машине, поскольку за мной заехала Кейси. В новом платье, с новой причёской и сумочкой. Наверное, госпожа Рэдклиф отправила, чтобы проконтролировать мою явку.

Где-то в поместье герцога Бедфорд со стены сорвалась картина, на которой был изображён раскидистый дуб. Обернувшаяся Маргарет с удивлением на неё посмотрела, но не придала произошедшему большого значения. Эта картина в последнее время часто срывалась с крепления.

Вопреки ожиданиям, Кейси проводила меня не на спортивную площадку, а в небольшую лабораторию на десятом этаже, где уже вовсю суетилась команда техников. Судя по драконовским мерам безопасности, чтобы попасть сюда пришлось пройти несколько постов охраны и тщательных проверок, лаборатория, находившаяся за рядом бронированных дверей, весьма непростая. В отличие от таблички при входе, обозначающей это место, как симулятор Vх-М, Блок А-9. Главной её достопримечательностью, несомненно, являлся здоровенный, массивный саркофаг в центре, окружённый толстыми кабелями, уходящими куда-то под пол, в зарешётчатые каналы. Больше всего он напоминал кабину оператора фантомного доспеха. За стеклом, в соседнем кабинете, располагалась операторская. Также из лаборатории был отдельный выход в душевую и раздевалку.

Вежливо поздоровавшись с двумя пожилыми людьми в белых халатах, о чём-то спорящих с приветливо мне кивнувшей госпожой Чамар, Кейси, уверенно ориентируясь во всех этих переходах и дверях, завела меня в раздевалку и объявила.

— Раздевайся. Точнее, переодевайся, — слегка смутившись, указала на шкафчик. — Там стандартный контактный комбинезон твоего размера. Сейчас Каур принесёт кейс с Оракулом.

Выждав минуту, с намёком спросил.

— Кейси, ты ничего не забыла?

— Нет, а что? — наивно захлопала ресничками.

— Выйди.

— Зачем? — прикинулась дурочкой.

— Нет, ну если ты очень хочешь посмотреть, как я переодеваюсь, то, пожалуйста, оставайся. Только учти, потом наступит твоя очередь и я точно отворачиваться не буду. Чего нам друг друга стесняться? Верно? — «тонко» намекнул, что она тут лишняя.

И к чему всё может привести, если продолжит тупить. Либо же я её сильно недооцениваю и Кейси вовсе не глупая, а смелая. Сейчас как согласится и…

— Я, пожалуй, пойду, — покраснев, Кейси быстро выскочила за дверь.

Даже не знаю, то ли радоваться, то ли огорчаться. Переодевшись, вернулся в лабораторию. Силовое снаряжение мне передала лично госпожа Чамар, не доверяя его никому.

— Как оденешь, лезь в капсулу. Активируешь только тогда, когда окажешься внутри. Не снаружи, — повторила для идиотов. — Я дам команду по внутренней связи. Твоё снаряжение уже настроено таким образом, чтобы не формировать телесную оболочку, а подключиться к виртуальному симулятору. Запомни, это не простая игрушка. Она полностью воспроизведёт реальную обстановку. Ты будешь чувствовать всё то же, что и будучи в настоящем фантомном доспехе. Кроме того, симулятор полноценно воспроизведёт твои силы на основе поступающих из капсулы данных. То есть, если сможешь поднять тонну веса в реальном мире, поднимешь её и в виртуальном. Если не сможешь, соответственно и там не сможешь. Измерительные приборы в капсуле очень точные. Она создаёт зеркальную цифровую копию. Твой соперник будет находиться в соседней лаборатории в точно таких же условиях. С помощью особых методов ваши А-поля будут напрямую взаимодействовать между собой. Поэтому тебе предстоит иметь дело не с программой, а с живым человеком. Со всеми его достоинствами и недостатками. Эта технология позволит вам сразиться в зеркальном мире, как если бы на самом деле встретились лицом к лицу. Всё понятно? — испытывающее на меня посмотрела.

— Да. Предельно. А какие ещё игры этот симулятор поддерживает? — заинтересовался, испытывая восхищение к создателям сего чуда.

— Сапёра и пасьянс косынку! Йохансон, соберись! У нас запланировано серьёзное мероприятие, а не развлекательное шоу, — отчитала меня.

— Как скажете, — показал свою покладистость, покосившись взглядом на капсулу.

С вожделением.

— Вопросы есть? — не поверила мне госпожа Чамар.

— А сколько эта капсула стоит и где продаётся? — не мог не спросить.

— Нигде. Её работу обеспечивает суперкомпьютер, отдельный дата центр, два мощных промышленных генератора и целая груда дорогостоящего оборудования. Радуйся, что вообще увидишь эту технологию.

— Вы так говорите, будто меня теперь не выпустят из этого здания… живым, — пошутил.

— Пусть об этом голова болит у твоего противника. Хотя мне и нельзя ничего говорить, — понизив голос, огляделась прежде, чем продолжить, — будь с ним повнимательнее. Это очень сильный одарённый. Поэтому разберись с ним так, чтобы челюсть отвисла не только у госпожи Рэдклиф. Покажи свою реальную силу, — внимательно на меня посмотрела. — Если выучил новые трюки, то и их тоже. Это должна быть разгромная победа.

— Не понял, — озадаченно на неё посмотрел. — Вы меня предупреждаете или просите?

— Решай сам. Все ответы здесь, — постучала пальчиком по поясу силового снаряжения.

Напоследок хитро улыбнувшись, ушла в операторскую, где за пультом сидел её бессменный ассистент, Садих Каур. Такое впечатление, что индианка ведёт какую-то свою, непонятную нам игру.

— Мистер Кэмбелл, сюда пожалуйста, — Патрисия Рэдклиф уважительно указала дорогу своему спутнику.

Хорошо одетый молодой человек, благодарно кивнув, прошёл в лабораторию с номером А-7.

— Признаюсь, вы смогли меня заинтриговать. Надеюсь, я получу то, ради чего сюда приехал.

— Безусловно, — с вежливой улыбкой подтвердила Патрисия. — Вы получите поединок, который заставит вас изрядно попотеть. И вполне возможно, проиграть.

Высокий, худощавый, светловолосый парень с иронией оглянулся на госпожу Рэдклиф. Посчитав её обещание обычным бахвальством. Попыткой ему угодить хотя бы на словах, чего он не любил, но в силу своего происхождении вынужден был терпеть.

— Многообещающие слова, с учётом того, что вы говорили о моём сопернике.

— И готова их повторить ещё раз, — охотно подтвердила Патрисия. — Ваш сегодняшний противник моложе вас. Он англичанин. Не знаком с родом Кэмпбеллов. А также, ранее вы с ним клинки не скрещивали.

— И при этом он способен задать мне хорошую трёпку? — подколол её Леннокс Кэмпбелл, высказав вслух то, что читалось между строк.

— Ну что вы, — возразила Патрисия, не моргнув и глазом, — Для этого он ещё недостаточно хорош. У меня нет намерения как-либо вас оскорбить или задеть. Это не принесёт нам никакой выгоды. Моя цель оценить нашу экспериментальную технологию в деле. Не более того. Ваш сегодняшний противник был приглашён только для того, чтобы сделать проверку более интересной и объективной.

Патрисия рассказала ему то же, что и Рашми Чамар Эрику Йохансону. И про полное отсутствие информации о сопернике, и о возможностях симулятора Vх-М. О построении им виртуального, зеркального мира, ни в чём не отличимого от реального. Пусть и на малой площади, с ограниченным количеством цифровых проекций. Подивившись прогрессу техники, Леннокс спросил, нельзя ли эту технологию как-либо им продать или предоставить в пользование Эдинбургскому королевскому университету? Само собой, не на безвозмездной основе. На что получил пусть и вежливый, но твёрдый отказ, к которому отнёсся с пониманием. После этого интерес к проверке возможностей симулятора у него превысил ожидания от самой схватки. Он был достаточно любознательным молодым человеком, интересующимся всевозможными новинками.

Переодевшись, надев персональный комплект силового снаряжения, должным образом подготовленный к сегодняшнему испытанию, Леннокс расположился в капсуле. Все этапы создания фантомного доспеха были такими же, как обычно. Без отклонений. Подключившись к его нервной системе и мозговой деятельности, нейроободок раскрыл перед его глазами новый мир. Словно по щелчку, Леннокс очутился в совершенно другом месте. Осознал себя стоящим посреди ровной бетонной площадки, под голубым небом, по которому медленно плыли привычные взгляду белые облака. Казалось, что она невероятно огромна, простираясь вдаль настолько далеко, что сливалась с горизонтом. Топнув ногой по бетонному покрытию, с направленным выбросом энергии, Леннокс с удовлетворением отметил появление характерной отметины положенного размера и вида. Которая с течением времени и не думала никуда исчезать. Нагнувшись, с её края выломал кусочек бетона, который раскрошил между пальцами, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Действительно. Не предупреди меня заранее, подумал бы, что каким-то неведомым образом перенёсся в другой мир. Ну и где обещанный юный вундеркинд? — огляделся по сторонам.

— Внимание. Ваш соперник появится через три секунды, на расстоянии ста шагов, — сообщил оператор поддержки через наушник.

Через указанное время перед ним из воздуха материализовался фантомный рыцарь в незнакомых чёрных доспехах с эмблемой огнедышащего дракона. Выглядел он довольно внушительно.

— Ну, давай посмотрим, чего ты стоишь? — довольно беззаботно произнёс Леннокс, собираясь побыстрее закончить поединок, чтобы осталось время на изучения возможностей этого симулятора.

Он верил, что сможет уговорить Патрисию Рэдклиф загрузить сюда что-то более интересное. Да хоть настоящего дракона, которого хотелось сразить по-настоящему. К сожалению, свободного времени у него было не так много. Сегодня нужно успеть ещё на две встречи и заскочить в один известный бутик, закупиться по списку, что выдали дома. А вечером Леннокс должен вылететь обратно в Эдинбург.

Поединок начал с лёгкой проверки, чтобы знать, сколько потратить сил на схватку. Приём назывался — Звезда Касио и относился к D рангу. То есть соответствовал сложности исполнения и энергозатратам, посильным среднестатистическим оруженосцам. Перед его доспехом в воздухе зажглись три ярких, светящихся сгустка энергии, похожих на шаровые молнии. Спустя мгновение они сорвались с места, по одному выстрелив в соперника. На что чёрный рыцарь отреагировал довольно своеобразно. С показной ленцой отразив их своим мечом. При касании с которым структура звёзд Касио была разрушена изнутри, отчего казалось, будто он погасил их как пламя свечи.

— Хм. А если вот так? — оставаясь расслабленным, Леннокс взмахом меча отправил в противника режущую волну силового поля.

Впрочем, с тем же успехом. Чёрный рыцарь вновь с лёгкостью рассеял его силовой приём. Такое впечатление, что от него стало исходить недоумение. Почти без перехода Леннокс повысил уровень сложности техник до С ранга, выпустив молнию. В его среднем доспехе тактического класса был установлен модуль Грозовой цветок.

С неба ударила стремительная, мощная молния, без разветвлений. В грохоте взрыва взметнулся фонтан раскрошенного и обгорелого бетона. Вот только попадание молнии пришлось в точку, находящуюся на расстоянии полутора десятков метров левее чёрного рыцаря, не причинившей ему никакого вреда. Ошибка была исключена. В своей меткости Леннокс был совершенно уверен, а значит, не в этом дело. Прищурившись, он внимательнее присмотрелся к спокойно стоящему чёрному рыцарю, став воспринимать его намного серьёзнее. После того, как следующий приём С класса — Сеть молний, была легко разорвана, Леннокс взялся за меч, лезвие которого засветилось голубым светом и покрылось электрическими разрядами.

— Молодец. Похоже, всё же придётся немного потрудиться.

Паладин Леннокс Кэмпбелл, гордость Шотландии, член ордена Единорога собирался показать Патрисии Рэдклиф, что он отнюдь не мальчик для битья.

Силовой приём В ранга, — Зеркальная копия, была очень затратна, но сейчас его силовое оборудование было запитано не от батареи, а от кабеля, что позволяло действовать без оглядки на счётчик энергии. По бокам от Леннокса возникло по одной полупрозрачной, призрачной копии, похожей на голограммы. Благодаря силовым полям их можно было не только увидеть, но и потрогать. Кроме того, под управлением компьютера они могли выступать полноценными боевыми единицами, не отвлекая его на прямое управление.

По классификации Эрика, Леннокс являлся чистым волшебником, заточенным под прямое управление А-полем, как и он сам. Это не значило, что они не могли пользоваться холодным оружием и плохо фехтовали, однако полностью раскрывали свой потенциал иным способом. Меч для них был лишь вспомогательным инструментом, не более.

Ускорив себя, три Леннокса с разных сторон атаковали чёрного рыцаря. Не только оружием, покрытым энергетическими покровами, прекрасно пробивающими броню, но и десятками шаровых молний и силовых толчков, способных пробивать стены. Кроме того, Леннокс накрыл большую площадь силовым полем, замедляющим противника. Носившим название, — Земные оковы. По количеству одновременно задействованных силовых приёмов, скорости их выполнения и мощности, как профессиональный волшебник, он превосходил обычных рыцарей.

Вот только вместо ожидаемой быстрой победы, Леннокс увяз в непреодолимой защите чёрного рыцаря. Появилось ощущение, словно все его силовые приёмы били в болото. А-поле противника размывало их, обтекало, подстраивалось, демонстрируя невероятную пластичность и глубину. Оно легко продавливалось, но и столь же легко восстанавливало прежнюю форму, рассеивая и поглощая его энергию. С фехтованием дело обстояло ещё хуже. Чёрный рыцарь успешно отбивался сразу против трёх противников, не позволяя себя коснуться. Сводя на нет все атаки. Обращая силу противника против него самого.

У Леннокса сложилось впечатление, словно его видели насквозь. Противник не только превосходно читал его движения, но и знал, как их обратить себе на пользу. Он никак не мог удивить или подловить чёрного рыцаря, просчитывающего поединок на несколько ходов вперёд. Неудивительно, что Леннокс постоянно промахивался и оказывался в невыгодном положении.

Когда его зеркальные копии были рассеяны чужим А-полем, Леннокс разорвал дистанцию. Учащённо дыша, парень проворчал, не спуская глаз с противника.

— Так дело не пойдёт. Силовые приёмы и меч явно неэффективны. Попробуем задавить его голой силой, а то так и опозориться недолго.

То, что за ним сейчас внимательно наблюдает куча народа, нисколько не сомневался. Это тут кажется, что их только двое.

Развернув своё силовое поле, Леннокс накрыл им площадь радиусом в три сотни метров, превращая её в грозовую область, закрытую мощным барьером. Теперь от его бесчисленных молний ни скрыться, ни увернуться. Их сила возросла в разы. Рассеять этот силовой приём почти А ранга чёрному рыцарю будет куда сложнее. Если, вообще, возможно. Это тоже своего рода грозовое море, с которым невозможно бороться.

Предполагая, что противник попытается его устранить, чтобы спастись, Леннокс закрылся в силовой сфере.

Несмотря на то, что — Сфера молний была успешно создана, она так и не активировалась. Самозарождающиеся молнии со всех сторон не спешили атаковать чёрного рыцаря, будто его не замечая. Самоуверенно, в открытую, словно насмехаясь над ним, противник спокойно подошёл вплотную к опешившему от неожиданности Ленноксу. Преодолел силовой барьер с такой лёгкостью, будто перешагнул через водную плёнку, вызывая на ней рябь расходящихся в местах соприкосновения кругов. Пренебрежительно замахнулся мечом, намереваясь снести голову глупого шотландца, не понимающего, какого дьявола тут творится.

Как только чересчур самоуверенный противник, не озаботившийся даже защитной стойкой, открылся, Леннокс тут же нанёс быстрый удар, насквозь пробивая ему грудь. Однако, чёрный рыцарь возмутительным образом просто взял да и пропал. После чего его меч, почему-то ударив сзади, снёс Ленноксу голову. Перед глазами всё мгновенно потемнело. Острая боль хоть и вспыхнула, но была вполне терпимой. К тому же быстро пропала, как и последовавшее следом онемение. В реальном бою, с тем же печальным результатом, он бы так легко не отделался. В этом плане корпорации Рэдклиф следовало сказать спасибо. Однако, действуя на эмоциях, едва крышка капсулы открылась разъярившийся Леннокс сказал совсем другое.

— Какого дьявола?! Мне обещали честный бой, а не роль жертвенного агнца. Госпожа Рэдклиф, я требую объяснений! — вспылил Леннокс, посмотрев через бронированное стекло операторской на бледную, растерянную Патрисию Рэдклиф.

Включив микрофон, тщательно подбирая слова, она успокаивающим тоном попросила.

— Мистер Кэмпбелл, пожалуйста, успокойтесь. С нашей стороны все условия сделки были выполнены в полном объёме, без искажений.

— Без искажений?! — возмутился разгорячённый шотландец. — Тогда какого чёрта ваша программа, — он не верил, что дрался с реальным человеком, — с самого начала выставила неуязвимого бойца, с навыком телепортации и обнулением силовых приёмов? Да ещё с базой данных гроссмейстера фехтования и задранными до небес физическими параметрами. Вы издеваетесь? Какие ещё равные условия?

Его просто распирало от гнева.

— Предупредили бы об этом сразу, я бы сейчас слова лишнего не сказал. С удовольствием попробовал бы этот режим и без таких подлых уловок.

Дав ему выговориться, госпожа Патрисия толкнула в плечо, увлечённо что-то рассматривающего на компьютере, специалиста. Поняв, чего от него хочет злобно зыркнувшая начальница, всё ещё находящаяся под впечатлением от увиденного, прокашлявшись, мужчина сообщил.

— Мистер Кэмпбелл, простите, но вы заблуждаетесь. Против вас сражалась не программа, а живой человек, находящийся в соседней лаборатории. У него не было ни режима неуязвимости, ни навыков телепортации. Хотя то, что он вытворял, не имеет…, — Патрисия вовремя положила ему на плечо руку, заставив сбиться с мысли. — В общем. Ваш противник действительно рассеивал энергоструктуры А-поля, перенаправляя вложенную в них энергию на другие цели. Если показания приборов не ошибаются и расчётная модель верна, то с тем же успехом он мог приводить к их саморазрушению с высвобождением всей накопленной энергии в виде взрывной волны. В этом случае ваши энергоструктуры взрывались бы прямо у вас в руках. Хотя принцип этого воздействия нам понятен, но механизм пока вызывает множество вопросов. Что касается неуязвимости. Вы не смогли нанести урона, поэтому о том, что он игнорируется, не может идти и речи.

Объясняя по порядку, перешёл к следующему пункту.

— С телепортацией и промахами в самом начале поединка, ситуация любопытнее. Согласно поступившим к нам данным, противник каким-то образом воздействовал на ваше сознание, искажая восприятие. Не программным путём. То есть он на это способен и в реальном поединке. Если говорить проще, вы имели дело с весьма убедительной иллюзией. Честно говоря, я поражён. Наложить одну иллюзию, внутри другой, да ещё с подуровнями в виртуальном мире, это… это…, — не нашёл подходящих слов, описывающих его восторженное состояние.

Внимательно его выслушав, Леннокс почувствовал себя так, будто его чем-то тяжёлым огрели по голове. Фигурально выражаясь.

— То есть, хотите сказать, что меня влёгкую уделал, — назвал вещи своими именами, — какой-то неизвестный пацан?

У ошеломлённого шотландца слегка дёрнулась щека.

— При том, что я давил на него всей мощью своего А-поля? Спокойно выдерживающего не только его, но и высшие техники В ранга? Наложенные на площадь. Да будь он даже рыцарем, всё равно раздавило бы всмятку. Плевать, находился бы под иллюзиями или нет. Кулак глаз не имеет, — привёл старую поговорку.

— Судя по тому, что измеритель А-поля показал пик в сто тридцать две тысячи единиц Палмера, ваш противник тоже…

Мгновенно переместившаяся с его плеча на макушку рука Патрисии Рэдклиф с силой приложила его лбом о стол, в таком положении и оставив, не ослабляя нажима. Натянуто улыбнувшись, пнула стул под специалистом отчего тот оказался на полу, пропав из поля зрения Леннокса, уже услышавшего то, что хотел.

— Простите, маленькие технические неполадки, — извинилась госпожа Рэдклиф, как ни в чём не бывало. — Давайте пройдём в комнату отдыха, где продолжим беседу. Попьём чаю. Успокоимся. Признаться честно, я тоже не ожидала такого результата.

Перебрав в уме всех паладинов Британских островов, будучи знакомым с каждым из них лично, совпадений не нашёл. Окончательно успокоившись, тем не менее с настолько разгромным поражением Леннокс не собирался мириться. Оно стало сокрушительным ударом по его гордости. Его обыграли на его же поле. В плане чистых манипуляций с А-полем.

— Значит, говорите, малец моложе меня? Точно не из нашего круга, но при этом местный, — принялся рассуждать вслух. — Незнаком и не встречался с Кэмпбеллами. При этом стал уже достаточно сильным, чтобы без труда выносить других паладинов вперёд ногами. Как любопытно.

— Тут не совсем верное сравнение. Если обратить силу противника против него же, то не обязательно…, — послышался отдалённый голос специалиста, болезненно ойкнувшего, когда Патрисия Рэдклиф с тем же застывшим выражением лица сделала очередное, резкое движение ногой.

— Это уже незначительные детали, — возразил ему Леннокс. — Нужно срочно исправить этот недостаток. Где он?

— Кто? — удивилась госпожа Рэдклиф, изобразив непонимание.

— Да не буду я его убивать, — раздражённо поморщился шотландец. — Хочу познакомиться и назначить матч-реванш. Так, как его зовут?

— Боюсь, я не могу вам этого сказать.

Потратив пять минут на споры, убедившись, что это бесполезно, Леннокс задумчиво присмотрелся к выходящим из капсулы кабелям, после чего сорвался с места. Проверка соседних лабораторий не помогла. К тому времени, как он нашёл нужную, противника уже и след простыл. Хотя на поиски потратил всего несколько минут. Остановить Леннокса, со всё ещё надетым на него силовым снаряжением, охране не удалось. Створки дверей шотландец попросту разжимал в стороны, ломая запорные механизмы.

Подойдя к раскрытой капсуле, возле которой суетились техники, посмотрев в сторону операторской, где также кипела работа, Леннокс грозно повторил свой вопрос.

— Где он?

Удивлённо на него посмотревшая индианка, с небрежно накинутым на плечи белым халатом, из кармана которого торчала шоколадка, уточнила.

— Кто?

— Парень, который только что здесь был.

— А, вы о нём? Уже ушёл. Даже не попрощался. Сказал, что сильно спешит. Опаздывает на встречу с подругой. Чёртов школьник. Никаких забот, хлопот. А работать кто будет? — пожаловалась индианка, вынимая шоколадку.

— Он что-нибудь сказал? По поводу поединка? — напрягся Леннокс.

— Да. Сказал, что симулятор хороший, но программа по подбору противников требует доработки. Какой-то Knight Fighter 7 ему понравился больше. Если я его правильно поняла, это такая компьютерная игра. Ещё пожаловался на низкий уровень сложности. Так что поединок его, по-видимому, не впечатлил.

У Леннокса снова дёрнулась щека.

— Как вы говорите его зовут? — поинтересовался неестественно спокойным тоном.

— Я зову негодяем. Одна моя знакомая — мошенником. А его учитель, ходячей катастрофой, — хитро улыбнулась индианка.

— Мистер Кэмпбелл, — вошла в лабораторию недовольная госпожа Рэдклиф, посмотрев на него с осуждением.

— Хорошо-хорошо, уже ухожу. Деньги на ремонт вычтите из моего гонорара. Больше не буду доставлять вам неприятности, но взамен, через три… нет, послезавтра я прибуду для повторного поединка. Очень вас прошу устроить всё так, чтобы он состоялся, — требовательно обратился к госпоже Рэдклиф. — Иначе моя забывчивость где-то потеряется. Никаких дополнительных условий не будет. На этом позвольте попрощаться. Можете не провожать, дорогу к выходу найду, — со спокойной уверенностью и оттенком угрозы предупредил сотрудников службы безопасности, стоящих за спиной госпожи Рэдклиф.

Как только он покинул лабораторий, Патрисия убийственным взглядом посмотрела на невозмутимо кушающую шоколадку Рашми Чамар.

Вернувшись домой и переодевшись, отправился ужинать с семейством Адамс, что вызывало у меня определённое беспокойство. Просто так родители девушки, которой ты должен миллионы и которую подверг опасности, на беседу не зовут. Нервозность усилил звонок их секретаря, попросившего подтвердить моё прибытие, а также предложившего прислать за мной машину. Вежливо отказался, сообщив, что приеду на своей. Я всё-таки не какой-то там «бедный школьник из трущоб», а вполне самостоятельный и состоятельный молодой человек. У меня даже слуги есть. Хотя, больше похоже, что это они завели себе хозяина, а не наоборот.

Старинный особняк графов Адамс, располагающийся в элитном пригороде Лондона, где отсутствовала высотная застройка, государственные учреждения и развлекательные центры, внушал своими размерами и величественностью. Да что там особняк, они выкупили большой участок земли, на котором нашлось место и собственной конюшне, и гаражу, и фруктовому саду, и гостевому дому. И всё это даже не являлось их основным местом жительства. Графы Адамс были родом из Стаффордшира, где у них находилось родовое поместье и основная собственность.

Классический, чопорный дворецкий с соблюдением всех церемоний проводил в роскошно обставленную гостиную. Через несколько минут в неё вошёл граф Адамс с женой, одетой в вечернее платье.

— Добрый вечер, Эрик Йохансон. Рад приветствовать тебя в нашем доме, — доброжелательно улыбнулся граф Томас Адамс. — Как добрался? — проявил вежливость.

Не то чтобы ему это было действительно интересно, но правила хорошего тона требовали проявить заботу о госте.

— Без происшествий. Спасибо за приглашение Ваша Светлость, — учтиво склонил голову.

— Это тебе спасибо за то, что приглядываешь за нашей дочуркой. Давно уже хотел познакомиться с её новым другом, о котором она столь лестно отзывалась. Присаживайся. Чувствуй себя как дома.

— Благодарю. А Амелия…? — вопросительно на него посмотрел, имея в виду её отсутствие.

— Скоро к нам присоединится. Её уже позвали, — правильно понял мой вопрос граф Адамс.

Завязав лёгкий непринуждённый разговор, оба делали вид, что не замечаем с каким пристальным интересом рассматривала меня Гвинет Адамс, сохраняющая непроницаемое, серьёзное выражение лица. Им она, кстати, была очень похожа на дочь. Только её более взрослую и женственную версию. Цвет волос у них был одинаково пшеничный, а вот причёски заметно отличались. Леди Гвинет отдавала предпочтение практичности, а не эффектности, как Амелия.

Граф Адамс умел вести приятную беседу с пользой для себя. За следующие пять минут разговора ни о чём, он успел в общих чертах расспросить меня о том, что я из себя представляю. Чем увлекаюсь, к чему стремлюсь. Вскользь задав вопрос, как отношусь к его дочери и какие на её счёт строю планы. Пришлось постараться, чтобы столь же плавно, вежливо, без излишней прямоты донести до родителей Амелии, что я очень хорошо к ней отношусь. Но при этом, в отношении Амелии не строю никаких коварных планов. Не пытаюсь соблазнить или использовать в своих целях. Мы просто хорошие друзья. От семьи Адамсов мне ничего не нужно. Намёк на последнее вызвал своеобразную реакцию. Его Светлость удивлённо приподнял брови, а его жена насмешливо фыркнула.

Амелия появилась только перед подачей блюд. Дав нам возможность спокойно поговорить. Вместе с ней пришла и старшая сестра. У Адамсов было только двое детей и обе девочки. По словам Амелии, сказанным мне на другом континенте, её отец очень хотел наследника и работал над этим, но согласно прогнозам семейного врача, с большой долей вероятности, третьим ребёнком у них опять будет девочка.

Если Сесилия Адамс спустилась к ужину в домашней одежде, серых спортивных штанах и обычной кофте, то Амелия в чёрном вечернем платье, одев рубиновые серёжки и рубиновую же подвеску, чем вызвала несколько долгих взглядов всех присутствующих. Её мать выразительно посмотрела на дочь с лёгким недоумением и… усмешкой. Сесилия, которая уже успела закончить не только школу, но и университет, и вовсе охнула. Посмотрев на свой внешний вид, почесав голову, решила, что голод важнее имиджа. И вообще, она у себя дома, а я почти друг семьи, так что можно не заморачиваться. Однако, её мать решила иначе и кивком указала на дверь. Попросив переодеться.

— Мел, зараза. Не могла предупредить? — тихонько проворчала старшая сестра, бросив на младшую сестру недовольный взгляд. — Как сама по дому шастает в старых шортах и растянутой футболке, так всё нормально, а как я, так низзя, — специально исковеркала последнее слово, пародируя кого-то.

Амелия зарделась от смущения.

— Сесилия, у нас гость. Иди уже, — потребовала быстро свалить и не позорить её.

— А то что? — задержалась Сесилия.

Леди Гвинет легонько постучала серебряной ложечкой по чашке, призывая их к порядку, подразумевая, что сейчас на этот вопрос ответит сама и мало не покажется никому.

«Не заметив» то, что мне не полагалось, проявив тактичность, сделал несколько комплиментов девушке, явно потратившей немало времени на прихорашивание. Ей приятно, мне несложно. Амелия смутилась ещё сильнее, став изображать из себя примерную, тихую девочку, отчего даже граф стал посматривать на неё с удивлением.

После того, как вступительная часть ужина прошла и голод был утолён, Его Светлость перешёл к делу. Отчего Амелия незаметно напряглась, а я расслабился, получив ответ на вопрос, ради чего всё это затевалось.

Для начала меня мягко пожурили за то, что втравил Амелию в неприятности. Намекнув, что если бы с ней произошло что-то плохое, то и со мной тоже, в какой бы стране на тот момент ни находился. Это было вполне ожидаемое беспокойство родителей за своего ребёнка, так что отнёсся к нему с пониманием. Не став оправдываться или валить всю вину на Амелию. Она, помня, как всё было на самом деле, с благодарностью на меня посмотрела. От неё в тот момент ощущалась небольшая тревога. Перебивать отца и лезть в наш разговор девушка не осмелилась.

Далее разговор перешёл на нашу авантюру с покупкой земли, в ходе которого граф сделал неожиданное предложение.

— Послушай, Эрик, — в процессе беседы мы перешли к более неформальному стилю общения, — Как ты смотришь на то, чтобы продать эти участки земли роду Адамс. Вести добычу драгоценных камней на другом континенте, в не самой спокойной стране, ты, прости за откровенность, не сможешь. Дело даже не в деньгах. Взять кредит, открыть фирму и нанять сотрудников недолго. Но отсутствие доверенных людей, необходимого оборудования, специалистов, технологий, доступа к источнику финансирования на начальных этапах проекта, всё это не появляется по щелчку пальцев. Не говоря уже о сложностях с организацией логистики, обработки и сбыта продукции. От вопросов, связанных с охраной всего вышеперечисленного, тоже никуда не деться. Одиночка, насколько бы он ни был силён в личном плане, не справится с настолько масштабным и амбициозным проектом, — граф попытался объяснить ситуацию, как он её видел. — Не думай, что я хочу тебя обмануть, заставить или выкупить твою землю по дешёвке. Ты вправе отказаться, никак нас этим не обидев. Это лишь предложение.

— И вы делаете мне его, потому что…? — повесил недоговорённость в воздухе, желая посмотреть на его реакцию.

— Нет, не потому что ты школьник, который не может за себя постоять, — рассмеялся граф Томас. — Не буду скрывать, этот проект нам выгоден, но не настолько, чтобы из-за него сходить с ума от жадности. Мною движет сразу несколько причин. Ты хороший друг нашей дочери, — начал загибать пальцы, — Тебе можно доверять, что подтверждено делом, а не словами. Оказал ей неоценимую помощь и в Восточной Африке, и здесь. Род Адамс умеет быть благодарным, — уважительно мне кивнул. — И последнее, твои действия характеризуют тебя, как благоразумного, честного, достойного молодого человека, с которым приятно иметь дело. Поэтому я предлагаю купить у тебя землю за хорошую сумму. В чём убедишься, сравнив её со среднерыночной. Амелия сказала, что ты хочешь начать своё дело. Замечательно. Весьма похвальное стремление. Эти деньги послужат хорошим подспорьем. Ответ прямо сейчас давать не обязательно. Перед уходом возьмёшь проект договора. Ознакомишься. Проконсультируешься со своим юристом.

Всё это было разъяснено доброжелательным тоном в непринуждённой обстановке, в кругу семьи, что служило недвусмысленным знаком расположения со стороны Его Светлости. А уже подготовленные документы показывали серьезность его намерений.

Доводы Графа Адамса были мне понятны. Я уже об этом думал. Если оставлю шахты у себя, то несомненно найдутся желающие «помочь» неопытному школьнику снять груз забот с его плеч. Оно мне надо? Я уже прикинул, чем хочу заниматься и на что тратить своё время и деньги. Поблагодарив графа, как умный человек, пообещал подумать над его предложением. Излишняя поспешность и доверчивость вредит репутации.

Когда настала пора прощаться, Амелия вызвалась меня проводить. Пока шли к машине, извинилась за своих родителей. За их неуместное, по её мнению, любопытство, за скрытые угрозы, за намёки. Какие такие намёки, раскрывать не стала. Зато, набравшись смелости, на прощание чмокнула меня в щёку, после чего сразу же убежала. Издали крикнув, — До встречи в школе!

— Может, лучше опять свалить в Африку? — растерянно потёр щеку, с опаской посмотрев на особняк.

Показалось, будто в окне первого этажа, там, где гостиная, едва заметно дёрнулась штора. Когда садился в машину, позвонили с неизвестного номера. Оказалось, меня побеспокоил лейтенант Мортимер из нашего районного полицейского участка. Он с радостью заявил, что бдительные стражи порядка задержали одного крайне подозрительного африканца, без документов, с незарегистрированным силовым снаряжением, полным оружейных карт. По его словам, он якобы следил за нашим домом. Не иначе, бандит. А то и сразу наёмный убийца, почему-то китайской мафии. Вот же у лейтенанта воображение разыгралось. На две медали и наградные часы. Ещё он добавил, что благодарностей не нужно. Это их работа. Попросил меня подъехать и написать на задержанного заявление. Госпожа Хелен, которой перед этим сообщили о подозрительном типе, пойманном под нашими окнами, сказала, что этим делом буду заниматься я.

Единственное, что смутило бравых стражей порядка, это странное поведение Габы, называющего себя вещью злого колдуна, забравшего его душу. Но лейтенант Мортимер сразу заверил, что беспокоиться нечего. Они и до колдуна доберутся. Дайте только время. Вмиг из него душу вытрясут.

— Да твою же мать, — сокрушённо вздохнул, завершив разговор.

— Домой, господин? — вежливо поинтересовался водитель Юнь.

— В полицию. Предстоит долгая ночка. Алло, Нора, мне нужна твоя помощь, — позвонил семейному адвокату, намереваясь обрадовать любимую сестрёнку очередной необычной просьбой.

Лучше бы оставил его в Африке, но, мы же в ответе за тех, кого приручили? Правда же?

— Не ходи за мной, — сердито попросила Ханна, ускорив шаг.

— Я не за тобой иду. Я иду в школу, — объяснил в который раз. — Кто виноват, что она у нас в одном и том же месте? — удивился её недогадливости.

— Ты! — обвинила Ханна, ненадолго остановившись, чтобы я подошёл ближе и ей не пришлось повышать голос.

— С этим не поспоришь, — признал её правоту, отчего сестра победоносно хмыкнула.

— Хоть представляешь, чего я из-за тебя натерпелась? Что другие ученицы говорят за моей спиной? О нас! Ты-то толстокожий, бесчувственный тип, а я девушка нежная и ранимая.

От такого неожиданного заявления сестры я аж закашлялся, подавившись воздухом. Недолго продлилась благодарность Ханны после получения подарков. То обнимала, вешаясь на шею, обещала любить и заботиться, то теперь хватается за неё же в попытках придушить. Какие эти женщины непостоянные существа.

— И ещё. Меня постоянно донимают вопросами о тебе. Заведи себе нормального секретаря. И почтовый ящик! — продолжила бушевать. — У меня уже вторая коробка для обуви переполнилась записками и любовными посланиями. И убери наконец своих шпионов. Это унизительно.

— Каких ещё шпионов? — удивился, ускорив шаг, чтобы пойти с Ханной вровень, а то вновь начала отдаляться.

— Которых приставил, чтобы они изображали мою свиту.

— Я никого к тебе не приставлял, — отмёл необоснованные обвинения.

— А это тогда кто? — обвинительно указала пальцем на двух школьниц, которые дожидались её на аллейке.

— Первый раз их вижу, — присмотрелся к девушкам.

— Не волнует. Избавься от них, — Ханна проявила непреклонность.

— Я бы советовал тебе формулировать брату задачу более детально. Ещё двух призраков эта школа не перенесёт. Привет семейке Йохансонов! — догнал нас жизнерадостный Митчел. — Ты же знаешь Эрика. Обязательно что-нибудь перепутает и сделает по-своему.

— Вот-вот, — подтвердила Ханна. — Привет, Митчел. Ладно, я побежала. Не провожайте меня.

Ханна первой добралась до тех школьниц. О чём-то с ними поговорив, увела в сторону своего учебного корпуса. Со стороны они выглядели обычными подружками. Непринуждённо общались и смеялись. Судя по поведению, Ханна проявляла задатки лидера. Неудивительно, что у неё начала появляться «свита».

Проводив их взглядами, и если я смотрел в спины, то Даниэль несколько ниже, продолжили путь к нашему корпусу. Одноклассники встретили нас так, словно месяц не видели. Соскучились. Обрадовались. Откровенно завидовали бодрым, отожравшимся, по их словам, загорелым негодяям, которые грели животики на солнечных пляжах, пока несчастные, замученные школьники Святой Анны грызли гранит науки, стачивая об него зубы. Что нам и высказали в типично женской, образной манере, не помешавшей засыпать многочисленными вопросами, ну как там всё было? Понравилось ли? Где побывали? Что видели? И самое главное, где подарки? Даже послышалось знакомое продолжение этой фразы, — … мистер Буллит, сказанное знакомым же голосом. А нет, не послышалось. Это Кейси пристроилась к очереди одноклассников.

Как знал, что пригодится всё то барахло, что принёс с собой. Раздал одноклассникам упаковки с вяленым мясом в специях, сказав, что оно сделано из бегемота. На самом деле из телятины, но эти «гурманы» всё равно не отличат их по вкусу. Зато рассказывать будут такое, что все слушатели слюной изойдут. И по связке бус вдобавок отсыпал. Благодаря Амелии у меня дома их целый рулон лежит. Покупал в качестве сувениров сёстрам, но те после золота, алмазов и рубинов, на обычную бижутерию даже не посмотрели. Поморщив носики, сказали своё — фи, какая безвкусная дешёвка. Зато одноклассницы разобрали всё вмиг, за милую душу. С благодарностями. Восторгаясь, как дети. Тут же повесив себе на шею. Чуть не дав по ней же бесстрашному Даниэлю, предложившему нарвать в оранжерее листьев декоративной пальмы, а из театрального клуба принести красочных перьев. Для полноты образа.

Протянутую руку Кейси, удачно вклинившуюся в очередь за подарками, торжественно пожал, пожелав успехов в учёбе. И уже после этого вручил презент, сохранив лицо, глядя на оскалившуюся, воинственно зашипевшую девушку, у которой — «выгнулась спинка, поднялся хвост и прижались к голове треугольные ушки», если бы они были.

Поскольку не все были настолько смелыми или наглыми, вроде Джил Рассл, которая слишком стеснялась, неуверенно отказываясь от подарка, смущаясь от знаков внимания и комплиментов, бусы на неё надел сам, не слушая возражений. Раз не сопротивлялась и не ругалась, значит, её всё устраивало. Близняшкам Гловер подарил два абсолютно одинаковых браслета. Вновь безошибочно назвав их по именам. Кстати, они опять поменялись цветом волос и партами, привычно дуря голову одноклассникам. Старосте намекнул, что отдам подарок позже, в клубе чаепития, куда она меня тут же понятливо пригласила. Так что сегодня вечером узнаю, чего это Ханна так нервничала и на мне срывалась. Отказавшись рассказывать, как у неё дела в школе.

Леди Дженкинс потом рассказала, что ничего страшного с Ханной не произошло. Всего лишь столкнулась с издержками моей известности, наложившихся на завышенные ожидания окружающих. Плюс, постоянно обновляющиеся слухи по поводу моих последних выходок и неуловимости. Так что за Ханной начали пристально наблюдать, ожидая от неё чего-то такого, необычного. Уделяя много внимания, к которому она не привыкла. Ханна до этого ещё не становилась публичной, обсуждаемой в социальных сетях персоной, часто фотографируемой, вот и нервничала. Понимая, что по моим достижениям судили о ней, а по её недостаткам, обо мне. Это было тяжело. К тому же, среди благородных леди требовалось гораздо больше уделять внимания самоконтролю, внешнему виду и манерам. Не говоря уже про осмотрительность в словах. Если повздорившие девушки в обычной городской школе могли просто оттаскать друг друга за волосы, расцарапав лица, то тут разборки сразу выходили на качественно иной уровень. Тот случай, когда связи решали гораздо больше личной силы. Или известность фамилии. Ханна подпадала сразу под оба критерия, поэтому её тут не обижали. Но зато доставали аж до ручки. Например, настойчиво пригашая в свои клубы. Пообедать. Прогуляться. Прося высказать мнение по тому или иному вопросу. Что-то оценить или за кого-то замолвить словечко. Ей часто рекомендовались компании, с которыми можно общаться, а с кем не желательно. Причём, часто эти советы вступали в противоречия, в зависимости от собеседницы. Словом, для сестры тут всё пока выглядело слишком сложным и непривычным.

Забавный момент вышел, когда я подарил клубу Чаепития картину, привезённую из Восточной Африки. Леди Адамс, идеально подгадав момент, с одобрением и некой мечтательностью припомнила вслух. Словно бы разговаривая сама с собой.

— Не ожидала, что эта картина уцелеет. Я думала, её посекло осколками. Хорошая вещь. Здесь ей самое место.

— Какими ещё осколками? — удивилась графиня Блэкбрук, недоумённо оглянувшись на Амелию.

— Дело в том, что Йхансон забрал её из богатого поместья одного африканского землевладельца. В тот момент, когда его осаждали морские пираты. Где-то между первым и вторым или между третьим и четвёртым штурмом, — сообщая об этом с деланным безразличием, — я уже и не помню точно, в комнату, где она висела, попала ракета. Почти всю обстановку повредило осколками. Картину же прикрыл платяной шкаф.

— И ты нам обязательно об этом расскажешь поподробнее, — ожидаемо возбудились дамы. — За чашечкой чая, — чем подсказали, что они никуда не торопятся и просто так её теперь не отпустят.

Дальше собрание клуба проходило под завораживающие рассказы их главной героини, собравшей вокруг себя кружок восторженных слушательниц. Вылакавших два чайника с чаем и слопавших здоровенный поднос пирожных. В итоге подаренная картина была признана ценным экспонатом, заняв достойное её место. Если принимать слова Амелии на веру, то она чуть ли не звезда приключенческих боевиков, занимающая в этой истории ключевое место. Одно потянуло другое, и вот уже Амелия делится впечатлениями о ночных джунглях и кровожадных дикарях, крадущихся в темноте. О змеях, длиной с пожарный шланг. О живописных горных долинах и водопадах. О вкусе африканского кабана, запечённого в травах, на углях. Разделанного прямо у неё на глазах здоровенным тесаком. Получилась история достойная книги. Над которой девушки то и дело вздыхали и охали, сочувствовали, поздравляли и завидовали, недоверчиво переглядывались и требовали доказательств. «Случайно» принесённая флэш карта фотоаппарата, которую Амелия должна была мне отдать, пришлась как нельзя кстати.

— А не слишком ли много на этих фотографиях тебя? — задала провокационный вопрос леди Дженкинс, разглядывая Амелию, красующуюся в купальнике на фоне водопада.

С экзотическим цветком в волосах.

— Да, какая разница? Не отвлекайся. Смотри, а вот тут…, — Амелия оперативно перешла к следующему кадру.

Особую пикантность этому показу придавал тот факт, что официально я проводил свои каникулы в провинциальной глубинке Англии. Это не могло не подогревать к нему интерес девушек. Хотя у меня сложилось впечатление, что под конец истории и показа они забыли о том, что в комнате находится ещё один живой свидетель тех событий. Выглядело так, словно — Эрик сделал своё дело, Эрик может уходить.

Дойдя до мужского общежития, испытал чувство ностальгии. Здесь тоже ничего за время моего отсутствия не изменилось. И это хорошо. С поклоном встретившая меня Цзя Тинг забрала сумку с вещами.

— Господин. С возвращением, — радостно поприветствовала меня девушка, по-китайски.

— Спасибо. Как у вас дела?

— Всё хорошо. В ваше отсутствие никаких происшествий не было. Несколько раз заходила молодая госпожа Ханна. Расспрашивала о вас.

— И что ты ей рассказала? — спокойно отнёсся к этой новости.

— Дала только общеизвестную информацию. Каких-либо указаний на этот счёт вы не оставляли, — отчиталась служанка.

Показывая насколько хорошо справляется со своими обязанностями.

— Вся поступившая корреспонденция отсортирована и лежит у вас на столе. Также сводка последних новостей. Несколько дней назад возле вашей квартиры опять крутились неизвестные люди, оставив после себя новые жучки, — неодобрительно поджала губы. — Благодаря приборам госпожи Рэдклиф их удалось сразу же найти и удалить. Даже сюда дважды пытались поставить прослушку. Один раз под видом ремонта проводки, а второй, заслав «заблудившуюся» школьницу.

Видимо, уже настолько спокойно к этому относилась, что не считала подобные события за серьёзные происшествия. Так, привычная рутина.

— Вот же, неугомонные, — недовольно покачал головой.

Когда чуть позже пришла Цзя Мей, позвав китаянок, довёл до них новую информацию.

— У меня появился ещё один слуга. Привёз из Африки. Он будет моим охранником.

С помощью телефона показал им фотографии Габы, сделанные в полицейском участке. На фоне измерителя роста, с табличкой в руках. В профиль и анфас. На чьём мрачном выражении лица так и читался вопрос, заданный в тёмном, безлюдном переулке, — Выбирай, печень или почки?

Вместо того, чтобы порадоваться за меня, китаянки испугались. Подумали, что хочу их если не заменить, то отдалить от себя, существенно ограничив в полномочиях. И вообще, что Габа только первая страшная ласточка. Теперь вместо китайцев начну набирать себе слуг из африканцев.

— Господин, неужели мы плохо справляемся со своей работой? Вы нам не доверяете? — жалобно запричитали обе, заглядывая мне в глаза.

— Да успокойтесь вы, — не выдержал. — Никто никого не выгоняет. Вы по-прежнему будете заниматься своей работой, а он своей. У вас разные направления. И водитель Юнь, и этот, второй, как его, тоже остаётся на своём месте. Это ещё не все новости. — поспешил сменить тему. — Поскольку нас становится всё больше, как и проблем от незваных гостей, нужно искать дом. Наш дом. Достаточно большой и безопасный.

Раскрыл им свою детскую мечту. Одну из.

— Где мы все сможем счастливо жить вместе. С гостевыми комнатами, просторным гаражом и большой кухней. С летней верандой. С маленьким садом, в котором можно устраивать барбекю. Откуда нас никто не выгонит. Где сами будем устанавливать свои правила.

Вечно жить в общежитии не получится. Раз у меня появилась возможность купить дом, нужно ей воспользоваться. Кто знает, повторится ли она? Деньги имеют неприятное свойство исчезать ещё быстрее, чем появляются. Вкладывать их в недвижимость посчитал более выгодным занятием, чем в акции. Последние могут обесцениться, быть замороженными, украденными, а дом как стоял, так и будет стоять. Не вечно, но всё же. Иметь хорошее собственное жильё для многих англичан роскошь. К тому же, туда можно водить девушек не опасаясь, что нас побеспокоят на самом интересном месте.

— Поскольку я плохо разбираюсь в устройстве домов, то завтра вы поедете со мной. Будете советовать. Смотреть, всё ли на месте? Нет ли проблем с планировкой или бытовыми удобствами? Качественные ли использованы материалы? Как проведён ремонт? Не течёт ли где-то что-то? Смогут ли там нормально ужиться сразу несколько семей, — требования закладывал по максимуму, думая о будущем. — Учтите, вам тоже там жить и работать, так что будьте внимательнее.

Кроме того, не забыл побеспокоиться и об их личной жизни.

— Квартиру я оставляю вам. Как служебную. Если будете достойно служить, через десять лет перепишу её на ваше имя. Тогда она окончательно станет личной собственностью семьи Цзя. Помимо выходного пособия, если когда-нибудь захотите пойти дальше своею дорогой.

Обозначил перспективы, чтобы девушки имели уверенность в своём будущем. Знали, ради чего работают. Были спокойны на случай ухудшения наших отношений. Зависимость — вещь надёжная, но непостоянная. Лучше уж договориться по-хорошему. Ничто так не скрепляет сотрудничество, как взаимовыгодные отношения.

— Спасибо, господин, мы не подведём, — низко поклонилась Цзя Мей, пряча внезапно заблестевшие от влаги глаза.

— Это правильно, господин. Свой дом, показатель успеха и постоянства. Кто будет уважать человека, у которого ничего нет? Который не чтит предков. Его слова подобны ветру над полем, — одобрила инициативу заметно обрадовавшаяся Цзя Тинг.

На следующий день после занятий, как и обещал, мы поехали в риелторское агентство, порекомендованное Даниэлем. Поскольку хотел сделать сюрприз сёстрам и матери, ничего о своих планах им не рассказал. В офис компании вошёл в своей обычной, повседневной одежде, в сопровождении Цзя Мей. Младшую Цзя оставили в машине, с водителем, чтобы не ходить всей толпой. По словам старшей, от неё всё равно слишком много шума и мало пользы. На что та обиделась и показала ей язык, когда я отвернулся.

— Добрый день. Чем могу помочь? — с дежурной улыбкой, встретила нас секретарша, сидевшая за административной стойкой в просторном холле.

— Здравствуйте. Я бы хотел приобрести недвижимость. С кем лучше переговорить на этот счёт? — вежливо обратился к сотруднице.

— Вас интересует аренда? Кредитные программы? Участие в долевом строительстве? — неправильно меня поняла, по внешнему виду, на глаз оценив состоятельность потенциального клиента.

А также самостоятельность, из-за присутствия китаянки.

— Меня интересует покупка дома, — уточнил, чем сильно удивил секретаршу.

Она ещё раз с сомнением окинула меня изучающим взглядом, подумав, что я слишком молод, чтобы иметь столько денег.

— Большого? — улыбнулась, решив, что это шутка.

— Смотря с чем сравнивать. Значит, это с вами нужно обсуждать подобные вопросы? — решил внести ясность.

— Нет, что вы. Я свяжу вас с агентом по недвижимости. Но, поскольку они отвечают за разные направления и типы жилья, мне нужно уточнить, кто их них подойдёт лучше всего. Поэтому заполните, пожалуйста, эту анкету. Укажите ваши предпочтения и ценовой ориентир, — протянула типовой бланк.

Не увидев в её просьбе ничего странного, быстренько заполнил все необходимые пункты. Женщина в это время продолжила набирать на своём компьютере какой-то текст, не обращая на нас внимания. Не ожидая, что сможем её удивить, не говоря уже про впечатлить. Однако, ознакомившись с заполненной анкетой, в удивлении приподняла брови.

— Вы всё правильно заполнили? — с сомнением уточнила, всё ещё соблюдая профессиональную вежливость.

— Да. И у меня не так много времени, чтобы вам что-то доказывать. Это не единственное агентство в городе, — намекнул, что могу и уйти, если ей что-то не нравится.

Пару секунд над чем-то поразмышляв, секретарша вызвала нам агента. Стажёра. Студентку университета, подрабатывающую в этом агентстве. С загадочной улыбкой передав ей заполненный бланк, сделала вид, что вернулась к своим делам, став очень занятой сотрудницей.

Прочитавшая мою заявку девушка-риелтор, одетая, как и полагается офисному сотруднику, нахмурилась.

— Это же не мой профиль. Вы ничего не перепутали? — озадаченно спросила у секретарши.

— Другие агенты сейчас заняты. Если не сможешь с этим справиться, то мы потеряем клиента. Директор будет недоволен. Мне отказать мистеру Йохансону? — фальшиво ласковым голосом поинтересовалась женщина за административной стойкой.

Сотрудница, у которой на бейджике было написано, — Джейн Гриндер, забеспокоилась, не зная, какое принять решение. Догадавшись, что здесь происходит, улыбнулся. Нора мне много чего рассказывала о том, с чего она начинала свою карьеру. Одарив секретаршу снисходительным взглядом, зная о том, насколько он выводит людей из себя, помог Гриндер сделать правильный выбор.

— Если у вас нет подходящих вариантов, ничего страшного. Я и не ожидал, что всё пройдёт слишком легко, — сообщил успокаивающим тоном. — Если же они найдутся и устроят меня, то подумайте о размере своих комиссионных. Если хотите, могу заключить с вами отдельное агентское соглашение. Мне важен результат, а не процесс.

Чтобы ей легче было принять решение, — войдя на телефоне в личный кабинет мобильного банкинга, развернул его экраном к девушке. Присмотревшись к цифрам, Гриндер вздрогнула. Сумев сохранить выдержку, не меняя выражения лица, изображая растерянность и озабоченность, громко похвалила. — Милые котята. У меня тоже дома есть кошка. Потом покажу вам её фотографию. Если сможете подождать пятнадцать минут, думаю, я смогу составить план экскурсии по интересующим вас местам. Желаете кофе? Настоящий, бразильский.

— Спасибо. Пятнадцать минут у меня найдётся. И лучше чаю. Если можно?

Усадив меня на диванчик для гостей, Джейн засуетилась. Сначала сбегала, организовала нам с Мей напитки и закуски, а потом зашла в крохотный кабинет, за стеклянной перегородкой и принялась кого-то обзванивать. После коротких разговоров что-то карандашом записывала в свою записную книжку, что-то в ней же зачёркивала. После чего, торопливо распечатав на цветном принтере несколько рекламных буклетов, поспешила вернуться до того, как мы допьём чай. Под заинтересованные взгляды секретарши, с широкой улыбкой очень вежливо попросила нас проехаться, посмотреть несколько подходящих вариантов. Импровизируя на ходу, попыталась произвести хорошее впечатление. Оценив старание девушки, не упустившей свой шанс и её смелость, согласился. Выйдя на улицу, Гриндер хотела вызвать нам такси, но я подсказал, что на машине.

— Господин, — предупредительно открыл мне дверь роскошного лимузина водитель Юнь.

Это ещё больше убедило агента по недвижимости в том, что я не шутил, обещая возможность хорошо заработать. Весь вечер катался с ней по пригородам, отыскивая подходящий дом. Не знаю, откуда она о них узнавала, у кого брала ключи, постоянно для этого отлучаясь, — Буквально на минуточку, — бегом уносившись в неведомые дали и столь же быстро возвращаясь, но стоит отдать ей должное, Гриндер разбиралась в своей нелёгкой профессии. Нелёгкой оттого, что клиенты попадаются разные. Капризные, придирчивые, вредные, хамоватые, неблагодарные и прочее и прочее. Я-то ладно, мечта любой компании, невооружённой, но вот мои спутницы, совсем другое дело.

Всю дорогу ведя себя тихо и примерно, сёстры Цзя словно копили энергию для предстоящей битвы за квадратные метры и фунты. До последней капли чужой крови. Присматриваясь к противнице, как крадущийся тигр и затаившийся дракон.

К выбору дома они отнеслись весьма ответственно. Совали свой нос в каждую щель. Проверяли каждую мелочь. Вплоть до количества пыли на полках. Засыпали бедную Джейн десятками самых разных вопросов. Не уверен, что даже хозяева этих домов могли бы на все из них правильно ответить. Цзя носились по домам, что нам показывали, как электровеники. Без устали. И если мне всё нравилось, о чём ни спроси, то их не устраивало ничего из показанного. То слишком светло, то слишком темно. То слишком влажно, то слишком сухо. То слишком много лестниц, то слишком мало. А в четвёртом доме и вовсе, восьмая дощечка в третьем коридоре в углу едва слышно возмутительно скрипит. Так и сказали, дословно.

Когда Джейн Гриндер уже начала отчаиваться, мысленно распрощавшись со своими комиссионными, неожиданно Цзя Мэй произнесла долгожданную фразу.

— Господин, этот дом не лишён некоторых недостатков, но его можно купить. Это лучшее место из тех, где мы сегодня побывали.

— Ну наконец-то! Слава Богу! — обрадованно воскликнул, опередив опешившую Гриндер, посмотревшую на меня как-то странно.

— Вам правда нравится? Вы хотите его купить? — с нотками недоверия уточнила девушка, усомнившись в услышанном.

— Да. И сделаем это побыстрее, пока они не передумали, — шёпотом предупредил Гриндер.

Цена у одобренного Цзя дома была немаленькой, но после сделки с Адамсами я мог себе её позволить. Даже ещё останется достаточно средств, чтобы начать собственное дело. Мне нужен постоянный, надёжный источник дохода. Насколько бы ни хватило уже заработанных денег, рано или поздно они закончатся. Рубины из Африки хороши, но я пока не мог в одиночку потянуть их добычу и сохранность. Силёнок маловато, не говоря уж об авторитете. Становиться же чьим-то партнёром на правах бедного родственника не позволяла гордость. Сам удивился, насколько она подросла и окрепла. Да и не возникало желания заниматься этим хлопотным делом. Как сказала Нора, потому что я идиот, ищущий лёгких путей. На моё замечание, что прогресс двигали лентяи, придумывающие всякие хитрые штуки, лишь бы упростить себе работу, ответила коротко, но ёмко — Брехня! Кстати, о старшей сестре. Пора ей подкинуть ещё работёнки. «Порадовать», так сказать.

— Да он издевается, — возмутилась Нора, читая очередное сообщение от брата.

Эрик слишком увлёкся скидывать на неё различные срочные дела, забывая о том, что у сестры, вообще-то, полно своей работы. За которую она, между прочим, получает зарплату. Становится непонятно, на кого Нора работает, на мистера Пратта или на Эрика? И как только успевает со всем справляться?

Поворчав ещё с полчасика, ругая брата, успокоилась. Попила кофе. Поболтала с коллегами. А потом, собравшись с силами, убедив себя в неизбежности этой поездки, раскидав текущие бумаги по папкам, опять умчалась решать проблемы Эрика. Найдя подходящий повод для начальника. Подумав, что другую работу найти проще, чем другого брата. Да и Эрик, при всех его недостатках, в последнее время много всего сделал для семьи. Ханну устроил в очень престижную школу. Купил ей силовое снаряжение. Оплатил для Эдит дорогостоящие курсы живописи в художественной академии. Дал денег Марте на новый компьютер. Украшений им привёз на три жизни вперёд. Сёстрам-то и надеть их некуда. Не на работу же и учёбу ходить в алмазах да рубинах. Представив себе эту картину, прыснула от смеха. Её коллеги сразу выпадут в осадок, а директор заподозрит, что Нора ходит на работу вовсе не из-за денег. Начнёт опасаться. Потом устав ломать себе голову над неразрешимыми загадками и портить нервы, уволит «неправильного» бывшего стажёра, ради собственного спокойствия.

Найдя нужное агентство недвижимости, вошла внутрь.

— Добрый день. Я из юридической фирмы Пратт и сыновья, — обратилась к секретарше, сидящей в холле. — Подскажите, как я могу увидеться с мисс Джейн Гриндер?

— Секундочку, — по служебному телефону вызвала указанную девушку.

— А вы по какому вопросу? — полюбопытствовала.

— Оформление покупки дома, — спокойно сообщила Нора.

Эрик сказал, что один его очень хороший близкий друг приобрёл дорогую недвижимость. Попросил помочь ему с оформлением всех документов. Якобы тот пообещал за это хорошо заплатить. Зная, что за друзья у Эрика, Нора рассчитывала на покупку новой пары туфелек. А то носить брильянтовое колье в старых кроссовках за гранью добра и зла. На подходящее платье она уже накопила. Сумочку присмотрела. Осталось прикупить дорогую, брендовую обувку и можно будет покрутить хвостом на скорой встрече выпускников юридической академии. Если с них натечёт хотя бы два литра слюней и яда, значит, все её усилия окупились.

— А разве Гриндер заключает какую-то сделку? — удивилась секретарша.

— Ещё не знаю.

Девушка появилась через пару минут. Сияя предвкушающей улыбкой.

— Вы адвокат мистера Йохансона?

— Да, — Нора привычно протянула ей свою визитку. — Мне сказали, что вы ведёте сделку по продаже дома по адресу, — по памяти назвала нужный адрес.

Мельком посмотрев на визитку, девушка сказала Норе, что уже давно её ждёт. Все документы готовы. Их осталось только подписать. Доверенность подписывать от лица брата у неё была. Только Нора пока не понимала, почему подписывать должна она, а не будущий владелец дома. Всё это требовало проверки. Жаль, Нора не видела, какими округлившимися глазами провожала их секретарша. Ставшими ещё больше, когда узнала сумму сделки. Ей потом не раз сказали «спасибо» агенты, которые должны были заниматься подобными клиентами. Да и директор сделал замечание, посоветовав не судить книжку по обложке.

Когда Нора добралась до личных данных покупателя, то с минуту тупила. Подумала, что их внесли туда по ошибке. Однако, забеспокоившаяся Гриндер упрямо утверждала, что всё указано верно. Пришлось звонить Эрику. Чтобы не было недоразумений, поставила телефон на громкую связь.

— Ты добралась до документов? — услышала радостный голос брата, узнавшего в чём дело. — Поздравляю. Извини за обман. Нет никакого друга. Я продал рубиновые шахты в Восточной Африке графу Адамс. Чтобы отпраздновать удачную сделку, решил купить дом в предместьях Лондона. Только не говори об этом сёстрам и матери. Вечером сделаем им сюрприз. Деньги я сейчас перечислю. Если договор в порядке, смело подписывай. Ты же мой официальный представитель, обладающий правом подписи. Потом забирай ключи и приезжай ко мне. Нужно ещё пару покупок сделать. Что…, — в этот момент его отвлекли. — Извини. Мне сейчас некогда говорить. Тут из корпорации Рэдклиф всё пытаются дозвониться по второй линии. Нужно узнать, чего они опять от меня хотят.

Собравшиеся за приоткрытой дверью любопытные коллеги, вместе с заместителем директора, решившие узнать, действительно ли стажёр продала дом, стоимостью в несколько миллионов фунтов, поражённо переглянулись. Опомнившись, заместитель директора быстренько всех разогнал по рабочим местам, тихонько прикрыв дверь, чтобы не мешать крупной сделке.

Вечером, Нора, подбитая братом на шалость, смущаясь оттого, что так и не смогла его как следует отблагодарить, убедила мать и сестёр, что всю семью Йохансонов сегодня пригласили в гости к одному очень важному человеку. Ну прямо очень-очень. Отказать нельзя.

Когда об этом сообщала, бросила осуждающий взгляд на Эрика, слишком убедительно изображающего удивление и нежелание куда-либо ехать. Которого ещё и поуговаривать пришлось. Рука так и чесалась зарядить подзатыльник этому мальчишке, играющему во взрослые игры. Уж лучше бы был взрослым, играющим в детские. Женить его срочно надо, чтобы было куда прикладывать свою избыточную энергию.

Чтобы убедить мать, что она тоже там нужна, пришлось сильно постараться. Если бы самой не хотелось увидеть их глаза в момент раскрытия правды, ни за что бы на это не согласилась. Вечером, приехав в один из элитных пригородов Лондона, где вместо высоток, вдоль улицы протянулись ряды роскошных вилл, заехали в один из просторных дворов.

— Слушай, Нора, на кой х…, — вспомнив о матери, Эдит перефразировала, — зачем мы здесь нужны? Ты что, замуж выходишь и везёшь нас знакомиться с семьёй жениха? — с подозрением посмотрела на сестру.

Как и Хелен Йохансон, чей пристальный взгляд задержался на ней подольше.

— Даже если этот дом принадлежит обезьяне, сразу ему не отказывай, — оценивающе огляделась вокруг Ханна. — Присмотрись. Подумай. Может, стерпится — слюбится? И вообще, внешность не главное.

Эрик неразборчиво что-то хрюкнул себе под нос.

— Этот дом принадлежит самовлюблённой свинье. Так ему и передайте, как увидите. Я разрешаю, — рассердилась, задетая за живое, Нора. — Пошли уже.

— А почему в доме тёмные окна? — сработала интуиция у Ханны.

— Потому. Шагай давай, — подтолкнул её в спину Эрик. — Я есть хочу.

Возле входной двери Эрик их остановил. Одев на голову ничего не понимающей Марты ободок с кошачьими ушками, дал мягкие варежки, похожие на кошачьи лапки. Быстренько нарисовал на её миленьком личике полоски усов. Получившиеся не самыми прямыми из-за того, что Марта яростно сопротивлялась.

— Только после тебя, — злодейски рассмеявшись, брат запустил Марту в дом первой.

— А почему здесь так пусто и нет никого? — продолжила допытываться доморощенная сыщица Ханна, с опаской войдя следом.

— Чувствуйте себя здесь, как дома, — широко развёл руками. — Хотя, вы и так дома.

Хлопнув в ладоши, Эрик дал сигнал слугам, что открыли широкие двери празднично украшенной гостиной, с накрытым столом, на котором стоял большой торт, ведёрко с шампанским, лёгкие закуски, лимонад, фрукты.

— Приветствую вас в нашем новом доме. Я и есть та самая, самовлюблённая, эгоистичная свинья, Хрюндель Первый Великолепный.

После его объяснений, от Марты визгу было до потолка. Аж в ушах зазвенело. Стащив со стола вкусняшку, «кошка» умчалась исследовать территорию и помечать её фантиками от конфет. Одев обратно ободок с ушками. Правда, с испуганным воплем очень быстро вернулась, юркнув за спину брата.

— Аааа!!!

— Не обращайте внимания, это она с нашим домашним, темнокожим людоедом познакомилась, — не повёл и бровью Эрик. — Так-то он выглядит добрым. Со спины, — вынужденно добавил, после короткой задумчивости.

— У нас есть собственный темнокожий людоед?! — сильно удивилась Ханна, недоверчиво посмотрев на брата круглыми глазами.

— Чего у нас только нет, — непринуждённо пожал плечами Эрик, забирая из рук китайской служанки свой кусок торта.

Побагровевший от злости Леннокс, покидая капсулу симулятора Vх-М, раздосадовано воскликнул.

— Да он издевается! — повторив фразу Норы, даже не догадываясь об этом.

Второй поединок с неизвестным паладином закончился с тем же плачевным результатом, что и первый. Шотландец всё же настоял на его проведении и вот теперь раздумывал, а не слишком ли он поторопился? Успел ли как следует подготовиться и придумать контрмеры? Как показала практика, ответ очевиден. Нет!

Не став выставлять себя на посмешище расспросами сотрудников корпорации, следивших за ходом поединка из операторской, тем более, среди них уже не было того разговорчивого специалиста, что помог ему в прошлый раз. Поэтому Леннокс сразу же отправился в лабораторию под номером А-9. Опять прорываясь через охрану. Однако Патрисия Рэдклиф в этот раз предусмотрела подобную возможность и подстраховалась. Сегодня его противник воспользовался другой лабораторией. Когда шотландец её отыскал, то вновь увидел знакомую картину опустевшего кресла в раскрытой капсуле.

— Где он! — рявкнул, выведенный из себя, Леннокс.

— Вы будете смеяться, но он опять куда-то очень сильно спешил, — из операторской, через микрофон сообщила индианка. — Сказал, что опаздывает на вечеринку. А для неё нужен торт, новый маркер и … кошачьи ушки, — неуверенно добавила женщина, сама не понимая зачем?

У Леннокса появилось острое желание что-нибудь сломать. Или разрушить. Или задушить. Кого-нибудь.

На следующий день в школу явился невыспавшимся. На автопилоте добрался до своей парты, с кем-то по пути здороваясь, кого-то обходя, что-то отвечая. Голова ещё спала, а тело уже бодрствовало, взяв управление в свои руки.

— Привет, Эрик. Ты выглядишь так, будто всю ночь гулял на вечеринке.

— Откуда знаешь? — удивился его прозорливости.

Даниэль, сказав это в шутку, замер, не ожидав удачного попадания.

— Земля слухами полнится. Только они не опьяняют. Почему ты был там один?! А как же я?

— Там были все свои, — сказал в своё оправдание.

— А я тогда кто? — Даниэль изумлённо показал на себя пальцем.

— Ты не понял. Там были все свои со знаком плюс-плюс. А ты просто плюс, — привёл главный аргумент.

— Не понял. У тебя что, шкала градации друзей по арифметическим знакам? Тебя Бейли покусал? — опешил Даниэль, выглядя очень забавно.

— А что в ней такого? — присоединился к разговору удивлённый математик.

С таким честнейшим выражением лица, что по нему не понять, то ли говорит серьёзно, то ли прикалывается. Тут подошли близняшки Гловер, переключив внимание на себя.

— О, доброе утро, Тина, Эми, — по очереди доброжелательно с ними поздоровался, обратившись по именам.

— И тебе, Йохансон. Есть разговор. Отойдём?

— Бить будете? — расслабленно поинтересовался.

— Очень хочется, но придётся ещё немного подождать. Алиби ещё не готово, — нашлась ещё одна шутница, повторив подвиг Бейли.

— Хорошо. Я скоро, — кивнул парням.

Даниэль помахал мне вслед платочком, а Бейли сделал вид, что утирает слезу.

— Йохансон. Ты не хотел бы сняться в сериале? — ошарашила меня Эми.

— Проект новый, не самый раскрученный и дорогостоящий. Однако у него есть все шансы выстрелить на показе, — добила Тина.

— Хотя главные роли в сериале уже распределены, — продолжила Эми, привычно перехватывая разговор, — режиссёр ещё не выбрал актёров для нескольких персонажей второго плана. Наша цель — протолкнуть тебя на роль одного из эпизодических злодеев. Он появится всего в трёх эпизодах, а потом его убивает главный герой. По сюжету. Ну, на то он и главный, — выдала эту фразу, как истину в последней инстанции.

— Ты же снимался в рекламе. Фотографировался для журнала. Так что у тебя неплохие шансы попасть на эту роль, — обрадовала Тина, решив всё за меня.

— Девчат, с чего вы взяли, что я стремлюсь стать актёром? — удивился. — Сниматься в кино слишком хлопотно. И не настолько выгодно, если ты не главный герой с многомиллионными гонорарами. К тому же, эта роль довольна специфична. Ну у вас и фетиши, — изумлённо посмотрел на девушек, заставив их на миг смутиться.

— Какие ещё фетиши? — сердито прошипела Тина, быстро оглядевшись по сторонам. — Это нужно для дела.

— Вот так бы сразу и сказали. Что за дело и в чём мой интерес? — пристально посмотрел на Тину, вынуждая девушку открыться.

Или распрощаться с этой безумной идеей. Переглянувшись, близняшки приняли правильное решение.

— У нас шесть причин, чтобы ты прошёл кастинг в этот сериал. Первая. Спор. Мы кое с кем поспорили, заключив сделку. Не спрашивай с кем и на что. Это наше личное дело и оно тебя не касается. Даю слово. Вторая. В этом сериале будут сниматься несколько наших знакомых и друзей. Мы верим, что ты для этой роли подойдёшь лучше всего, чем поможешь и нам, и им. Преподав кое-кому урок, — близняшки одновременно злобно улыбнулись устрашающей улыбкой. — Третья. Коммерческая успешность этого проекта выгодна семье Гловер. С тобой вероятность этого выше. Наш фонд вложил в него деньги и оказывает помощь в продвижении. Найм какого-нибудь косорукого идиота нас категорически не устраивает. Пусть мы тебя не любим, но признаём, что ты харизматичный и удачливый молодой человек.

«В каком это месте?» — мысленно подивился. Поражаясь откровениям, на которые сам же напросился.

— Четвёртая. Мы хотим показать, что слухи о нашем якобы увлечении тобой правдивы. Но…, — повесила многозначительную паузу. — Поскольку развеять их никак не удаётся, то хотим попробовать обратить себе на пользу. Устроить парочку договорных сцен на публике. Наша репутация из-за тебя серьёзно пострадала. Как сумасшедших ведьм, с которыми не может совладать ни один парень. Из-за чего прямо сейчас рушится вся стратегия дальнейшего поведения. Ты нам должен, — нахмурившись, упёрла мне пальчик в грудь.

С их ярким образом и манерой поведения всё оказывается гораздо сложнее и интереснее, чем я думал. Любопытно. С пункта пять продолжила Эми, подхватив эстафету.

— Пятая. Наша помощь послужит залогом и взяткой. Мы поможем тебе, ты поможешь нам. Есть парочка идей, что можно сделать в союзе с тобой. В тот момент, когда от нас ждут совершенно другого.

Близняшки снова загадочно улыбнулись. Я начинаю восхищаться их матерью и сочувствовать ей. Это сколько же нужно иметь выдержки, терпения и веры в чудо?

— Шестая, — завершила перечисление. — Задета наша гордость. Кроме того, нас продолжают дожимать дома, требуя невозможного. Над нами потешаются в чате. Нас жалеют, — её голос становился всё громче и воинственнее с каждым предложением. — Поэтому месть должна свершиться! Будь готов к ней. Познай страх. Только после этого мы согласны заключить перемирие. Иначе война до победного. Слухи, оружие обоюдоострое, — с поразительным спокойствием и уверенностью предупредила её сестра, играя на контрасте.

Да им самим нужно подумать об актёрской карьере. И о хорошем адвокате.

— Я не понял. Вы упрашиваете или угрожаете?

— И то и то, — невозмутимо ответила розоволосая девушка.

— С вами понятно, а мне-то какой резон участвовать в этих съёмках?

— Дадим купон на единоразовую помощь в какой-нибудь твоей авантюре. В котором обязуемся сыграть роль, удобную тебе. От тебя требуется то же. Никакой халтуры. Игра должна быть безупречной.

— Но это не отменяет вашу месть? — полюбопытствовал, поражаясь их логике.

Не став акцентировать внимание на слове купон. От них всего можно ожидать.

— Естественно, — хором подтвердили близняшки.

— Ну вы и затейницы. Нет чтобы всё сделать по-простому. По старинке. Как полагается. Извращенки.

Близняшки переглянулись, прежде чем ответить.

— По-простому неинтересно, — сказала Тина.

— Слишком скучно, — поддержала её Эми.

Пообещав подумать над этим предложением, попросил скинуть мне на электронную почту всю необходимую информацию. Возвращаясь в класс, наткнулся на Кейси, караулившую меня у двери.

— Что эти инопланетянки от тебя хотели?

— Звали сниматься в кино.

— А ты? — сильно удивилась девушка.

— А я выделывался, — спокойно пожал плечами.

— А, ну да. В этом ты мастер, — сочувствуя им, похвалила Кейси, подумав о чём-то своём.

— Что? — спросил у неё, не расслышав.

— Что? — переспросила девушка, захлопав ресничками, изображая невинную простоту.

После занятий, собравшись в клубе, где появилась до того отсутствующая принцесса Кэтрин со своей верной служанкой, узнали неожиданную новость. Довольно усмехаясь, тренер нас обрадовала вызовом от школы Зимородка. Как когда-то нам бросила вызов школа Гринвуда из Эссекса, так и в этот раз за наш счёт решила прославиться женская школа из Кардиффа. Давний соперник и партнёр Святой Анны. Не только по линии силового фехтования. Наши школы часто обменивались ученицами и опытом. Проводили клубные соревнования. Школа Зимородка занимала в Уэльсе примерно такое же положение, как школа Святой Анны в Англии.

На вызов их сподвигло включение в наш состав принцессы Кэтрин и последние успехи на зимнем турнире. Одно дело сразиться с командой средней руки и совсем другое, с «командой принцессы», как нас стали называть в прессе. Теперь она была лицом нашей команды, а я, кем-то вроде талисмана. Судя по поведению Её Высочества, появившейся в нужный момент, она уже была в курсе событий, что наводило на определённые подозрения. Уж не она ли приложила к ним свою ручку?

На этой же встрече принцесса, с нотками грусти и зависти, расспросила нас об отдыхе. Обратив внимание на то, как мы загорели, окрепли, стали дружнее. На изменения в наших взглядах. А ещё, ощутив, что члены команды после этих каникул стали заметно сильнее. Все, кроме неё. Логично, что у принцессы появились вопросы, что же за это время произошло?

Кэтрин была умной девушкой, умеющей правильно вести беседу. Направлять её в нужное русло. Располагать к себе собеседников. Незаметно выуживать из них нужную информацию. Анализировать. Неудивительно, что ещё до конца собрания она нашла у кого разузнать о чудодейственной ночной тренировке у водопада. Сразу же сделав правильные выводы. Например, о том, что все присутствующие в курсе моих способностей. Даже тренер. Как и о том, что мы занимались на каникулах далеко не отдыхом. По случайным оговоркам и обрывкам из чужих разговоров, по изменению поведения, когда она задавала наводящие вопросы, Кэтрин составила для себя приблизительную картину произошедшего. Тем более, что девушки довольно свободно обсуждали между собой и драгоценные камни, и африканских пиратов, и опыт ночёвок на дикой природе в джунглях. И у всех этих разговоров была одна общая, отличительная черта в моём лице. Которую не сотрёшь при всём желании.

Собрав достаточно информации, третья принцесса задала мне нужные вопросы, уже зная часть ответов. Попросила развеять её сомнения, напирая на то, что она одна из нас и ей можно доверять. Иначе получается, что мы так не считаем. Или считаем? — спросила напрямую, глядя мне в глаза. По сути, не оставив выбора. Пришлось рассказать о наших приключениях в Восточной Африке. Всё равно же узнает, при желании, о том, что я успел не только купить, но и выгодно продать два участка земли в Мозамбике, на которых чуть позже официально найдут рубины. Сопоставив зарубежную поездку Амелии Адамс с именем их покупателя. А также, упоминание её имени и совместные фотографии с членами клуба фехтования.

— Эрик, ты сильно рисковал, — неодобрительно покачала головой принцесса Кэтрин, выслушав меня.

— Можешь не верить, но я этого не хотел.

— Ну да. Разумеется, первый раз в жизни покинув страну, случайно, — с ехидцей выделила это слово интонацией, — совершил несколько удивительно удачных находок и встреч, всего за неделю. Разбогател. Избежав внимания властей. Вернулся без царапинки, хотя и побывал в самом центре мясорубки. А до этого совершенно случайно попадал в ряд передряг, из которых всегда выходил с прибылью. Меня настораживает динамика роста подобных событий. И когда ты только всё успеваешь? — испытывающее на меня посмотрела, впрочем, не надеясь на честный ответ.

Потому что не дала бы его сама, будучи на моём месте.

— И на что можно рассчитывать при новом подходе к особым занятиям с А-полем? Назовём её лунной тренировкой.

Ненадолго задумавшись, ответил.

— Первый метод опасный и болезненный. Довольно грубый. Требует высочайшего контроля и прямого взаимодействия сознаний. Имеет ряд существенных ограничений. Из плюсов: занимает мало времени. Обеспечивает почти гарантированный прорыв на следующий ранг. Обеспечивает быстрый рост духовной силы и медленный, слабый, синхронизации. Второй метод гораздо более плавный и безопасный. Я бы даже сказал — приятный. Хорошо расслабляет. Успокаивает. Нетребовательный к участникам тренировки. Но он менее эффективен. Направлен на усиление основ и передачу навыков. В этом случае улучшение параметров духовной силы партнёров по тренировкам проходит постепенно, плавно, а не резко и скачкообразно.

— Это хорошо. Тогда сегодня вечером я хотела бы опробовать его на себе. Если не возражаешь? Ведь наше соглашение всё ещё в силе? — внимательно на меня посмотрела.

— Да. Но предупреждаю сразу. У нас может получиться, а может и не получиться. Второй метод требует от меня особого настроя. Он больше завязан на эмоционально-психологическое состояние, а не только на голые навыки, — предупредил без задней мысли.

— Так, Эрик, — недовольно поджала губы принцесса, — давай обойдёмся без философских рассуждений о вечном или отговорок. Что тебе нужно для правильного настроя? Только чётко и по делу. Безо всяких дурацких намёков на что-то там голое. Деньги? Алкоголь? Наркотики? Секс? — спокойно перечислила, явно не имея в виду с ней.

— Попробуем начать с музыки. Сегодня в музыкальном клубе пройдёт репетиция предстоящего выступления школьного оркестра. Будут играть классическую музыку. Кроме того, несколько композиций сыграет мой друг, Грегор Росс. Схожу, послушаю, может, что-нибудь и получится. Если не усну. Правда, в этом случае он обещал воткнуть мне смычок в ухо. Но ради вас готов на любые жертвы, — пошутил.

— Не паясничай. Тебе не идёт. Сходим вместе, — решила проконтролировать, чтобы добиться желаемого результата, — Давно я не посещала концертов классической музыки. Посмотрим, чем может похвастаться оркестр школы Святой Анны и Грегор Росс, о котором уже наслышана.

— Боюсь, девчонок из «цветника» Росса хватит удар. Ну да так ему и надо, — заговорщицки улыбнулся, по заветам близняшек Гловер решив обратить эту ситуацию в свою пользу. — Слишком хорошо устроился. Тогда перед этим зайдём в театральный клуб, возьмём реквизит. Раз уж музыканты будут производить на нас впечатление, ответим им тем же. Троекратно. На упреждение. Придём без предупреждения, при полном параде. Я даже мельком видел у наших поклонников театра костюмы королевских гвардейцев.

Принцесса Кэтрин рассмеялась.

— Безжалостный ты тип, Эрик. Впрочем, хорошо. Немного пафоса во имя бога веселья, в рамках школьной жизни, никому не повредит.

Сразу после собрания в клубе фехтования отправились на концерт. Отпросившись у мисс Фаулер, пообещав после него выполнить сегодняшнюю норму физических упражнений. А также ответственно провести несколько тренировочных поединков. Узнав, куда это мы торопимся, остальные девушки тоже захотели приобщиться к прекрасному. Раньше, почему-то, школьный клуб музыки их не столь сильно волновал. Хотя что с них взять? Эти оторвы за любую движуху, кроме диеты.

Когда класс музыки начали наполнять важные гости, разодетые в пышные, старинные платья, со шляпками и веерами, во главе с принцессой, которую под руку вёл я во фраке, на девушек из оркестра напал кратковременный ступор. А уж Даниэль в цилиндре, с моноклем, тростью и накладными, залихватскими усами, и вовсе производил неизгладимое впечатление. Наш приход даже освещала пресса, в лице деятельной Юмерии Смит. Энни Парк мы одели в костюм классической горничной с передником и чепчиком. Она была против, но, перефразируя одну фразу, — Чего хочет принцесса, того хочет Бог.

Не знаю, как об этом пронюхала президент школьного совета, но она тоже явилась на «репетицию», теперь уже с Большой буквы. Судя по платью, ограбив клуб бальных танцев. Шустра, лисица. Видимо, приняла происходящее не за постановку, а за реальное официальное мероприятие, о котором её почему-то не предупредили. За что потом отыграется на виновных. Следом за ней и леди Дженкинс от своих осведомителей получила тревожный звоночек, что затевается что-то грандиозное. Без неё! В кабинете музыки нам всем стало слишком тесно, так что, организовав носильщиков, непредвиденный концерт решили провести в бальном зале. Несколько утёкших в школьный чат фотографий, добавили происходящему огонька и ажиотажа. Да ещё какого. Школьницы, особенно те, что любили держать нос по ветру, забегали. Не обошла эта участь и девушек из оркестра, внезапно обнаруживших, что они в школьной форме, на фоне пышно разодетых зрителей, как-то не очень хорошо смотрятся. Не солидно. А ведь в первых рядах сидит сама принцесса! С которой явились герцогини, графини, фотограф, школьная знаменитость, чтоб его. Всё как-то резко набирало обороты, обрастая всё новыми деталями. Подобно снежному кому, пущенному с горы. Даже директор Шелтон пришёл посмотреть, что тут происходит. К которому чуть позже присоединились несколько учителей, также не упустивших возможности послушать хорошую музыку. В рабочее время и бесплатно. Поэтому растерянность музыкантов быстро переросла в беспокойство. В боязнь неоправданных ожиданий. Ведь они ещё не успели как следует подготовиться, а тут сразу на сцену. Растерянная таким неожиданным поворотом, кураторша музыкального клуба попыталась спасти положение, мотивируя их на подвиги. Судя по выражению лица, тоже прекрасно понимающая, что концертная программа ещё сырая, не отработанная. Но, не будешь же сейчас объяснять это зрителям, извиняясь за возможные ляпы. Нужно спасать лицо.

— Зачем я его только позвал, — сокрушённо вздохнул Росс, наблюдая за быстро заполняющимся залом.

— Напоминаю для глухих, тупых и гоблинов, — тренер в очередной раз окинула нашу команду суровым взглядом, ненадолго остановив его на мне

Возникло стойкое ощущение, что я где-то уже это слышал.

— Вы героическое лицо школы Святой Анны, а не её задница. Ведите себя соответствующе. Гостям не грубить. Над ними не подшучивать. Не смеяться. Не называть обидными прозвищами. Быть предельно вежливыми и тактичными. До того, как выйдем на поле. А дальше, делайте с ними, что хотите, но заставьте убраться отсюда в слезах и не возвращаться лет триста. Пусть надолго запомнят наше «гостеприимство».

От поучительного тона плавно перешла к требовательному.

— И ещё. Валлийские дамочки с характером, упёртые, так что будьте повнимательнее. Врагов из них лучше не делать. Поскольку память у уроженцев Уэльса хорошая, бить нужно сильно, но аккуратно. С вежливой улыбкой.

— По-моему, ваш совет приведёт как раз к обратному, — усомнилась Бейбер в его необходимости.

— Кто это сказал? — резко обернулась тренер, — А, Бейбер. Отлично. Дежурного по клубу мы сегодня нашли. Есть желающие составить ей компанию? Нет? Жаль, — деланно огорчилась.

— Долго нам тут ещё стоять, на холоде? — зябко потёр руки Даниэль.

— Пока не приедут, — недовольно отрезала мисс Фаулер.

Она и сама переживала по поводу задержки автобуса с командой Рыцарей Зимородка, которую мы ждали перед зданием клуба. Для зрелищности и придания бравого вида, переодевшись в контактные комбинезоны. Плюс шесть градусов тепла при долгом стоянии на одном месте уже не казались нам настолько комфортными, как раньше. Так-то комбинезоны обеспечивали достаточную защиту от холода, но не настолько же длительную. Планировалось, что выйдем, постоим минут десять и вернёмся в теплое помещение. Не знаю, что из себя представляют гости, но они нам уже не нравятся.

— Едут, — обрадовала команду глазастая Сомерсет, вглядываясь в сторону школьных ворот.

Чёрные рыцари Святой Анны тут же оживились. Расправили плечи. Приняли гордый вид.

— Улыбнулись, — сквозь зубы подсказала мисс Фаулер.

— Махать нужно? — уточнил Даниэль.

— Ты не подружку встречаешь. Просто жди, — шикнула на него вечно чем-то недовольная полячка.

Большой туристический автобус, медленно подъехав, плавно остановился. Встав так, чтобы дверь оказалась напротив мисс Фаулер. С таким же высокомерным достоинством, как у встречающих, из него начали выходить девушки в школьной форме, похожей по цвету на нашу, только немного другого дизайна. На вид, не такие уж и страшные, какими их описывала Ледяная Ведьма. Обычные ученицы, наши ровесницы.

Тренировала команду Рыцарей Зимородка тоже женщина, будучи немногим старше мисс Фаулер и поплотнее телосложением. Они тепло друг друга поприветствовали, ведя себя так, словно были хорошими подругами, встретившимися после долгой разлуки. Обменялись дежурными фразами. Как доехали? Как погода? А у вас здесь… Столько-то часов ехали… Бла-бла-бла… Пока они выполняли ритуал приветствия, команды из-за их спин мерились взглядами, пытаясь подавить соперников. Показать им своё превосходство и силу духа. Телепатически передавая, — вы здесь никто! Правда, я в этот торжественный момент больше думал о еде и стирке, но лицом показывал мужественное… даже не знаю, как правильно назвать это выражение.

— Эрик, ты же только недавно завтракал, — с укором неожиданно прошептала стоящая рядом Маргарет, не поворачивая головы. — Сделай лицо попроще, — попросила.

— Ничего не могу с собой поделать. У меня молодой, растущий организм, — так же тихо ей ответил.

Занимающая в строю наших противниц положение прямо напротив меня, длинноволосая, светлокожая, кареглазая школьница с тонкими бровями и немного узковатым носом, улыбнулась. Судя по всему, услышала или догадалась, о чём мы говорили. Подумав, что встречающие их Чёрные рыцари Святой Анны не такие уж и «засранцы», какими пытались казаться, она слегка расслабилась. Однако, подходить и завязывать беседу не стала. Пока мы всё ещё оставались соперниками, которым вскоре предстояло сойтись на арене.

После завершения официальных приветствий, тренера призвали нас приступить к знакомству. Девушка напротив меня оказалась лейтенантом их команды — Мэри Дэвис. Она подошла к нам вместе с леди Хелен Уильямс, занимающей должность капитана Рыцарей Зимородка. Невысокой, миловидной, рыжеволосой девушкой с короткой причёской, чьи кончики волос завивались. Волосы леди Уильямс сдвинула набок, закрепив двумя заколками, высвобождая правое ухо. Когда она встала рядом с Маргарет, стала заметна удивительная схожесть девушек. Обе невысокие, худенькие, с немного детскими чертами лица и серьёзными лицами. В одной должности. Но в то же время, бросались в глаза и различия. Леди Уильямс была чуть выше. Её грудь выделялась, будучи на размер больше. Одна являлась брюнеткой, а другая рыжей. У одной девушки взгляд выглядел холодным, суровым, а у другой, тёплым и живым. Кажется, наш капитан проигрывала по всем статьям.

Заметив мой сравнивающий взгляд и что-то в нём прочитав, Маргарет чуть заметно нахмурилась. Вокруг неё словно потемнел воздух и стало ощутимо холоднее. Впрочем, какое счастье, что меня отвлекла разговором леди Дэвис. Прикинулся, будто ничего не заметил и ни о чём до этого не думал.

Согласно предоставленной тренером информации, вся команда Рыцарей Зимородка состоит сплошь из родовитых аристократок. Ещё один пример элитного, закрытого клуба для избранных. Сама леди Уильямс оказалась дочерью графа Кармартена, одного из влиятельнейших, старых, аристократических родов Уэльса. Леди Дэвис, в свою очередь, являлась дочерью графини Суонси. Близкой подругой и заместителем капитана команды.

Впервые узнав об этом, удивился, почему эти девушки не учатся в Первой королевской школе Лондона или в школе Алой розы? Маргарет объяснила, что дело тут в политике, а не в чьих-то предпочтениях. Несмотря на то, что Британия крепко держала в своих руках Уэльс, валлийцы не переставали подчёркивать свою независимость и идентичность. Показывая, что они гордый народ с древней историей, языком и культурой. Что они другие. Различий и вправду было немало. Если англичане происходили от германских племён англов, саксов, фризов и ютов, то валлийцы являлись потомками кельтов. Словом, эти девушки учились дома затем, чтобы их отцы могли заручиться поддержкой местного населения, показывая этим свой патриотизм. Зарабатывая очки на политической арене. Мне стало немного жаль девушек, ставших своего рода заложницами своего происхождения.

Проведя гостей в клуб, мы устроили им что-то вроде приветственной вечеринки. Дав Рыцарям Зимородка время отдохнуть, утолить голод, осмотреть нашу арену, только после этого став готовиться к матчу.

Судя по их настрою, валлийки хотели побыстрее с нами разделаться, чтобы получить больше свободного времени для экскурсий по Лондону. Раз уж сюда приехали, грех не воспользоваться этим шансом в личных целях. Да и не с пустыми же руками возвращаться из школьной поездки? Им ещё нужно успеть купить подарки родным и друзьям.

— План таков, — собрав команды, объявила мисс Фаулер. — Сначала проведём индивидуальные поединки. На выбывание. Затем групповые схватки. И в конце, решающее сражение команд. Итого у нас три вида состязаний. Та команда, что выиграет в двух из них, признаётся победительницей этого соревнования, — сообщила тренер. — Начнём от меньшего к большему. Рэдклиф, ты первая выходишь на арену.

— А чего это я меньшее? — тут же возмутилась Кейси, уперев руки в бока и выпятив грудь. — Пусть Збражская идёт. Или Бейбер.

— Не умничай. Хвост собакой не машет. И вообще, тренеру виднее, — ехидно усмехнулась полячка. — Сказала Рэдклиф, значит, идёт Рэдклиф. А уж куда, тебе решать.

— Если я тебе сейчас втащу, признаешь, что слабее меня? — пригрозила уязвлённая Кейси, для внушительности перейдя на сленг.

— Попробуй. Тогда ни у кого не останется сомнений, что наш тренер не ошиблась в своих выводах, — воинственно пригрозила Збражская, подойдя ближе к Кейси.

— Девчата, не стесняйтесь. Продолжайте. Мы подождём, пока вы между собой выясняете отношения. Арена в вашем полном распоряжении, — с ехидцей подлила масла в огонь одна из членов команды Рыцарей Зимородка. — Нам же меньше возни.

— Не мешай им. А то сейчас передумают, — попросила её подруга. — Я буду болеть за русоволосую с косой. А ты на кого поставишь?

— Так, вы, два недоразумения, — тут же одновременно обернулись к ним Рэдклиф со Збражской. — Хотите что-то сказать, идите сюда. Нечего издали тявкать из кустов.

— Стоять, — тихо, но веско приказала капитан Рыцарей Зимородка двум девушкам, что уже были готовы выполнить эту «вежливую просьбу».

— Рэдклиф, на арену, — приказала леди Бедфорд, глядя на леди Уильямс.

Недовольно что-то пробурчав себе под нос, Кейси подчинилась. Зная, что спорить с ней выйдет себе дороже.

— Томас. Твой выход, — не раздумывая, подобрала ей соперника капитан Рыцарей Зимородка, смело посмотрев в глаза нашему.

Названная девушка дисциплинированно вышла на арену, где активировала своё силовое снаряжение. Их схватка, начавшаяся очень яростно и напористо, долго не продлилась. Заблокировав чужой силовой приём своим, ловко крутанув меч, Рэдклиф с помощью обманного финта обошла защиту Томас и за несколько мощных, рубящих ударов, держа полуторный меч двумя руками, пробила её силовое поле. Как только доспех Томас был достаточно сильно повреждён, поединок тут же остановили.

— Эванс, — невозмутимо назвала фамилию второй девушки леди Уильямс.

Не показывая, что она расстроена результатом. Держась спокойно и уверенно.

Эванс была порасторопнее Томас. Под прикрытием световой вспышки её более шустрый фантомный доспех, поднырнув под руку Кейси, обошёл девушку с фланга, откуда без труда разделался с Рэдклиф, сравняв счёт. Более того, Эванс сумела разобраться и с вышедшей следующей Гриффин, и с Бейбер, и едва не одолела Збражскую. Однако покидая арену, всё же сумела нанести полячке достаточно повреждений, чтобы забрать её с собой. Силовым приёмом сломав ногу фантомного доспеха Збражской. Хромающая напарница Даниэля могла пересоздать доспех, но по правилам поединков это было запрещено, так что она была вынуждена сдаться.

— Ну и сколько у тебя добытых голов, говорящая задница, что виляет хвостом? — уколола её Рэдклиф, по возвращении к команде.

Даниэлю пришлось срочно оттаскивать рассвирепевшую Збражскую, а Сомерсет отчитывать Рэдклиф. Напоминая, что как только у полячки заживёт нога, она отвесит ей хорошего пенделя. С разбега. Всё же объективно та в фехтовании сильнее Кейси.

Далее, плачевная для нас ситуация была исправлена леди Сомерсет и Браунфельс. Они вдвоём разнесли половину команды Рыцарей Зимородка, пока не нарвались на действительно сильную мечницу в ударном типе доспеха, вооружённую длинным, кавалерийским мечом. По словам мисс Фаулер у этой девушки был установлен модуль, под названием — Сердце огня. Из-за этого, в режиме дополнительной активации доспеха, мечница из Рыцарей Зимородка начинала светиться зловещим багровым светом, как и её меч, который ещё дополнительно покрывался иллюзией призрачного пламени. Знакомый приём. Если не ошибаюсь, видел такой же в Африке.

Судя по тому, что валлийке достаточно было нанести всего один, реже два удара, чтобы разрубить противника, невзирая на толщину его брони или мощность защитного поля, урон она наносила просто запредельный. Зная прочность силовых щитов Эльзы, увиденным я был весьма впечатлён. Эту одарённую девушку оруженосца звали Сандра Моррис. Запомнил это имя. Она этого явно заслуживала.

Как ни удивительно, справилась с ней Ивон Виардо, а не более сильные товарищи. Коварная француженка атаковала Моррис слабенькими силовыми волнами, стараясь держаться от неё подальше. Опасаясь приближаться, обоснованно полагая, что багровое свечение вокруг мечницы столь же опасно, сколь и огненный меч валлийки. Воспользовалась тактикой закидывания противника дистанционными силовыми техниками, но почему-то маломощными. Не выше F ранга. Зато применяя их часто, в большом количестве. Виардо сделала вид, будто решила вымотать свою противницу. Понимая, что за крайне высокую атаку Моррис расплачивалась низкой выносливостью и защитой, неравномерно распределяя доступную ей энергию, сжигая её бешеными темпами.

Понимала это и сама Моррис, поэтому затягивать поединок ей было крайне невыгодно. Взмахом меча запустив в Виардо режущую волну багрового света, валлийка бросилась в атаку. Намеревалась навязать ближний бой, чтобы поскорее покончить с осторожной француженкой, сохранив больше сил для следующего боя. Однако нарвалась на неожиданную контратаку подловившей её Виардо, нанёсшей сокрушительный встречный удар.

Напарница Даниэля специально выгадывала время, готовя очень мощную атаку D ранга. Приём назывался «Стальной Гвоздь». В фантомном доспехе Виардо, ударного типа, был установлен модуль проекции — Дополнительных твёрдых тел. Материализовавшийся в воздухе длинный, остро заточенный штырь, с помощью кинетического импульса разогнанный до огромной скорости, был буквально вбит в грудь бегущей на неё мечницы, отбрасывая её назад. Под воздействием багрового свечения штырь быстро раскалился добела, что только увеличило поражение внутренних модулей и механизмов доспеха Моррис. Бой был тут же остановлен. Школьная медсестра, Мария Мур, со своим чемоданчиком поспешила к пострадавшей.

Следующий Рыцарь Зимородка, вышедшая ей на замену, смогла одолеть Ивон, но проиграла Даниэлю. У команды Уэльса непобеждёнными остались только лейтенант и капитан. Не показывая ни капли беспокойства, с дерзкой улыбкой на арену ступила леди Дэвис, вооружённая одним лишь коротким копьём. Среди Рыцарей Зимородка насчитывалось только два оператора А-поля, чей ранг соответствовал столь громкому названию и леди Дэвис была одной из них. Второй, как несложно догадаться, являлась леди Уильямс.

Гармонично сочетая силовые техники и мастерство владение копьём, а в этом она была именно мастером, лейтенант из школы Зимородка в одиночку, без особого напряга одержала верх над Митчелом, Парк и принцессой Эдвардс. Продемонстрировав великолепные таланты и похвальную выносливость. Глазомер у неё был от Бога. Остались лишь я и леди Бедфорд.

— Ну что лейтенант, потанцуем? — уверенная в себе леди Дэвис пригласила меня на арену.

— Пожалуй, воздержусь. Вы не в моём вкусе и… весе, — с сожалением развёл руками.

К арене молча направилась серьёзная леди Бедфорд. Не дожидаясь приглашения.

— Неожиданно, — удивилась леди Дэвис. — Боишься?

— Да, — легко признал, — за вас.

— Видимо, слава о парнях Святой Анны оказалась несколько преувеличенной. Жаль. Я разочарована, — судя по голосу, их лейтенант брезгливо поморщилась.

Неужели таким детским трюком пыталась вывести меня из равновесия, заставив поддаться эмоциям, что в поединке хороший помощник, но плохой советчик? Пффф, на неё.

— Оставь своё мнение при себе. Нам оно неинтересно, — выдержанным тоном попросила леди Бедфорд. — Согласно уговору, бойцы сменяются согласно принципу лесенки. Если одолеешь меня, встретишься с Йохансоном. Но, не стоит звать свою неудачу раньше времени, — дала совет.

— Вот как, — заинтересованным тоном произнесла леди Дэвис. — Что ж, подождём и посмотрим, насколько он хорош. Глядишь, может, и извиняться придётся за свои слова. Но, я всё же считаю, что этого не произойдёт, поскольку с нами леди Уильямс, — отвесила в её сторону уважительный полупоклон. — Наша удача, несомненно, выше, чем уровень вашей неудачи, — обратила слова Маргарет против неё же, добавив в них новый смысл.

— Не зазнавайся, Зимородок, — выкрикнула разозлившаяся Гриффин, которую всё же удалось спровоцировать. — Наш лейтенант выиграл кубок турнира лучших мечников Лондона, среди старших школ.

— Какое совпадение. Леди Уильямс сделала то же самое в Уэльсе, — весело ответила ей леди Дэвис.

— Подарок, сделанный её отцу, высоко ценится, да дёшево стоит, — усмехнулась Рэдклиф, не оставшись в стороне.

Поддержав честь команды. Подтекст её слов был очевиден. Выражение лица сидящей в доспехе леди Дэвис мы не видели, но вот леди Уильямс нахмурилась, плотно сжав губы. Слова Кейси определённо её задели. Моя подруга прекрасно умела выводить людей из себя.

Сохранив выдержку, их капитан не стала отвечать на провокацию, чтобы не давать поводов для косвенного подтверждения этой гнусной лжи. Зато остальные валлийки молчать не стали. На что она тоже рассчитывала. От назревающей перепалки команды отвлекла тренер из школы Зимородка.

— Спокойнее. Давайте меньше доверять ушам и больше глазам. Арена нас рассудит и всё расставит по своим местам. Согласны? Дэвис, будь поуважительнее к нашим соперникам. Ты в гостях, а не у себя дома. Кто задирает нос, того задирают волки, — добавила поговорку, перейдя на валлийский язык.

Указав, что та слишком нарывается. Нашлись у тренера и поучительные слова для Кейси.

— Рэдклиф, отсутствие чувства меры принесёт тебе больше поражений, чем все противники вместе взятые. И не только в спорте. Подумай над этим.

Несмотря на явное желание проучить англичан за эту дерзость, именно леди Дэвис проиграла леди Бедфорд, а не наоборот. Однако, к нашему большому сожалению, а уж как она сама расстроилась, я мог только догадываться, в схватке капитанов команд верх одержала леди Уильямс. Да ещё как. Она сделала свою победу максимально эффектной, быстрой и показательной. Достигнув её менее чем за тридцать секунд, нанеся всего один удар.

Обрадовавшиеся ученицы из школы Зимородка встретили успех леди Уильямс громкими победными криками. Принялись поздравлять её, хвалить, бурно выражать свои эмоции. Не забыли и про нас.

— Получили. Будете знать, как сомневаться в нашем капитане.

— Так вам и надо. Не зазнавайтесь.

— Уэльс! Вперёд! Мы лучшие!

Лица учениц Святой Анны, наблюдающих за праздником на чужой улице, помрачнели. Кое-кто сжал кулаки.

— Гоблин! Гоблин! — внезапно принялась громко скандировать Кейси, перебивая шумных валлиек. — Грабь! Круши! Тащи!

Чёрные рыцари Святой Анны подхватили клич, принявшись выкрикивать моё прозвище, призывая пойти и отомстить за нашего капитана. Надрать им задницы.

— Как бы всё это списать на непредвиденные расходы? — совсем о другом сейчас беспокоилась сильно расстроенная мисс Фаулер, хмуро разглядывая дыру в стене.

Готовая самолично оторвать голову Уильямс, если не найдёт ответ на этот вопрос.

Капитан Рыцарей Зимородка управляла многоцелевым фантомным доспехом, снабжённым модулем — Шторм. Он позволял управлять А-полем, как воздушными потоками, разгоняя и меняя направление заряженных частиц.

Когда был дан сигнал к началу поединка, заранее сконцентрировав достаточный объём энергии и произведя все необходимые расчёты, леди Уильямс тут же запустила в Маргарет модифицированную силовую волну, обращённую в чудовищный штормовой порыв ветра, несущего уплотнённое облако из частиц Авроры. Влив в него почти половину запасов своей энергии. Поставив всё на первую, молниеносную атаку. В случае её неудачи леди Уильямс оказалась бы в сложном положении, оставшись сильно ослабленной. Не будь противник равного ранга, да ещё с более мощным, судя по показанием приборов, А-полем, так сильно выкладываться бы не пришлось. Однако валлийкам сегодня определённо везло. Блокировать эту атаку наш капитан не сумела.

Леди Бедфорд вышвырнуло с арены, добросив аж до стены, в которую она врезалась со страшным грохотом, выламывая кирпичи. Её фантомный доспех почти сразу поднялся на ноги, не получив существенных повреждений, оставляя за собой пролом, через который виднелся парк, окружающий наш клуб.

Несмотря на то, что Маргарет отделалась только лёгким ушибом и была готова к схватке, но, покинув границу арены, она признавалась проигравшей в этом поединке. Поскольку защитный контур арены гасил энергетические волны, но не предназначался для отражения массивных физических тел, тем более летящих, у мисс Фаулер появилась большая проблема. В отличие от повода для радости и ликования у команды из Уэльса и усилившейся жажды мести у их противников.

— Извини. Кажется, Уильямс несколько погорячилась, — не слишком искренне извинилась тренер Рыцарей Зимородка перед мисс Фаулер.

И не думая предлагать возмещение причинённого ущерба, что не ускользнуло от её внимания.

— Гоблин! На поле, — прорычала Ледяная Ведьма, резким жестом указав рукой на арену.

С помощью прозвища дав понять, чего от меня ждёт. Лестно, конечно, но немного боязно. Как она отреагирует, если у нас появится ДВЕ дыры? Я хоть и сильный, но в данный момент лёгкий. В том смысле, что швырнуть об стену мой доспех леди Уильямс будет не сложнее, чем доспех Маргарет. А всё из-за самой же хитровывернутой мисс Фаулер, что ещё до соревнования попросила не светить свои силы. Прикинуться хиленьким, маленьким гоблином, которого всякий обидеть может. А всё почему? У нас на носу весенний турнир, а тут целая толпа сплетниц приехала. Вот уж радость-то какая. По задумке мисс Фаулер этот шаг должен запутать наших будущих противников. Ведь на зимнем турнире я был могуч, а тут вдруг стал слаб, как котёнок. Значит, что-то тут не так. Что-то мы задумали. Неуверенность и сомнения порождают страх. Да и для моего прикрытия это пойдёт на пользу. Не говоря уже о том, что заставит развиваться как тактика, а не давить всех противников грубой силой, качая одну лишь «мышцу». Тренер плохого не посоветует. Прямо так дословно и сказала. Добавив, что я и так слишком сильный. Нечего обижать невинных детишек… вместе с тренером.

Не став отчаиваться, пошёл нести добро и причинять справедливость. Работа у меня такая. Хорошо, что нигде не написано, что нельзя подходить к ней творчески. Верно?

Члены обеих команд напряжённо замерли, ожидая развязки. Запустив Оракула, сразу начал просматривать вариации будущего со второго уровня слияния. Поединок ещё не успел начаться, а я уже сорок два раза проиграл. Неприятно, но не смертельно. И даже не обидно. Всё равно об этом никто, кроме меня, не узнает. Зато на сорок третий раз выиграв, подобрал ключ к изящной победе. Той, которая меня устраивала. Благодаря этому, теперь я досконально знал характеристики А-поля леди Уильямс. Все её сильные и слабые стороны. Приноровился к тактике и, как говорят геймеры, готов был ловить тайминги. Также нащупал дорожку к сознанию капитана Рыцарей Зимородка, что открывало передо мной почти безграничные возможности. На лицо сама собой выползла зловещая улыбка. Что ж, порадую тренера.

Такое количество проигрышей было обусловлено сознательным занижением моего ранга. Я специально снизил параметры своего доспеха, выведя их на уровень оруженосца. Датчики А-поля у капитана Рыцарей Зимородка это сразу же показали. Остальные узнали об этом чуть позже, от тренеров, у которых был доступ к измерительным приборам. С одной стороны они восприняли это как вызов, с другой, как насмешку. Мол, я настолько самоуверен, что собирался победить в поединке, будучи слабее противника на один ранг. Считая, что с их командой мог себе это позволить. Да, это был вызов, но не только им. Без преодоления сложных препятствий и испытаний нет роста. Майерс мне уже преподал урок, что на каждую силу всегда найдется свой бетонный забор. Не будешь стремиться к большему, не сможешь долго удерживать достигнутое. Поскольку ребята позади тебя тоже не будут сидеть сложа руки. Особенно когда ты спишь, что подсказывает мне мой задротско-геймерский опыт.

Из-за этой выходки леди Уильямс утвердилась в желании завершить наш поединок столь же быстро, как и предыдущий. И в самом деле нацелившись на пробитие двух дыр. Для симметрии. И не только из-за гнева, который держала под контролем. Собрав обо мне информацию, она не хотела доводить поединок до скрещивания клинков, ошибочно принимая Гоблина из Святой Анны за скрытого мастера меча, а то и гранд мастера. Не зная, что это не моя заслуга, а Оракула. Леди Дэвис должна была подтвердить или опровергнуть её теорию, но не смогла. Так что рисковать капитан Рыцарей Зимородка не хотела.

Пока готовились к поединку, леди Уильямс сменила батарею. Это можно было сделать только в перерыве, между ними. Как только прозвучал сигнал, она тут же запустила невидимый силовой таран, который должен был сыграть мною в крокет. Однако, к изумлению не ожидавшей такого поворота леди Уильямс, её силовой приём рассеялся ещё на подлёте, окатив противника всего лишь лёгким ветерком. Зная частоту её А-поля, все точки напряжения и их связи, тем более свободно манипулируя своим полем на всех его уровнях, «разрушить» силовой приём капитана Рыцарей Зимородка было проще простого. Не понимая, что сейчас произошло, она запаниковала. Сразу же атаковала во второй раз, перейдя к запасному плану. Применила технику, под названием — Паровой молот. С тем же результатом. Неторопливо подойдя к капитану Рыцарей Зимородка, внимательно отслеживая её мысли, подтолкнул валлийку к поспешным и необдуманным действиям. Немного приглушив её критическое мышление, внушая страх и беспомощность. Девушка инстинктивно нанесла прямой удар мечом.

Сместившись в сторону, поворачиваясь боком, пропустил её руку рядом с собой. Не останавливаясь, перехватил своей. С помощью Оракула настроившись на силовое поле леди Уильямс, скопировал его характеристики на своём. С одной стороны, полностью открылся перед противником, лишившись защиты, с другой, валлийка теперь передо мной столь же беззащитна. Наши поля стали восприниматься как одно целое, что позволило подойти вплотную, приобнять, не отпуская вытянутой руки и, подбив опорную ногу, наклоняя её корпус назад, перевести девушку в положение, как в дуэтном танце. Теперь, если она начнёт дёргаться, то упадёт на спину. Атаковать меня из этой позиции крайне сложно. Освободиться из захвата тоже непросто. Леди Уильямс находилась, что называется, полностью в моих руках. Со стороны всё выглядело так, словно она мне открыто поддалась и подыграла. Слишком уж всё прошло легко и быстро. Осознав своё положение, девушка замерла, боясь шелохнуться, чтобы не уронить своё достоинство ещё сильнее. В буквальном смысле. Это была самая неожиданная и шокирующая концовка поединка из всех возможных.

Я-то в отличие от зрителей прекрасно понимал, что леди Уильямс не стала брыкаться вовсе не из-за нехватки смелости, а потому что, мгновенно просчитав ситуацию, поняла бессмысленность этой затеи. Не желая выставлять себя в ещё более глупом свете. Два первых, чудовищных удара, должны были сокрушить меня сразу же, на месте. Однако, когда план не сработал, перспективы дальнейшего сопротивления стали весьма туманны. Энергии израсходовала много. Защита оказалась бесполезна. Рука с мечом находится в захвате. Она лишена точки опоры и подвижности. Может ударить меня кулаком по голове или достать ногой, но, что это даст? Зрелище её жалкого избиения? Выгоднее было представить всё произошедшее, не укладывающееся в голове у шокированной дочери графа Кармартена, в собственный каприз, ошибку, следование тайному плану, но только не в свою беззащитность или слабость. Ещё хуже, если её посчитают дурой. Этого леди Уильямс постарается избежать любой ценой. В чём я ей помогу. Будет что, при случае, напомнить девушке, если потребуется. Да и в самом деле, не бить же её лежачую?

Подумав о том же, леди Уильямс признала поражение. Сохранив иллюзию того, что это она позволила мне победить. Отказавшись от боя, девушка покинула арену, не получив ни единой царапины. Но, как бы она ни пыталась казаться невозмутимой, выдавая желаемое за действительное, умные люди всё поняли без слов. Жутко ухмыльнувшись, мисс Фаулер громко спросила.

— Кто-нибудь заснял это?

— Я, — робко подняла руку Гриффин, опасаясь требования немедленно удалить компрометирующую леди Уильямс запись.

— Молодец. Перешли мне копию записи.

— А не лучше ли удалить? — примирительно предложила тренер Зимородков, догадываясь, что ей всё же придётся раскошелиться.

— С чего бы? Нарушений нет. Жалоб нет. Пострадавших нет. Запись попадёт в наш музей славы. Будем показывать её, как пример идеального завершения рыцарского поединка между джентльменом и леди.

Догадываясь, к чему приведут размышления над этим сравнением не особо умных особ, леди Уильямс заявила решительный протест.

— Я возражаю.

— Пожалуйста. Имеешь на это полное право, — мисс Фаулер сказала это таким тоном, что нам послышалось совсем другое, — Да мне пофиг!

Тренер Рыцарей Зимородка тяжело вздохнула.

— Хорошо. Потом обсудим эту тему, — отложила её на потом.

Подразумевая, что обсудит всё с мисс Фаулер не здесь и не при всех

— Давайте лучше продолжим соревнование. Уильямс, у тебя всё хорошо? — вперила в неё тяжёлый, мигом посуровевший взгляд, полный подозрений. — Больше сюрпризов не будет?

— Нет, тренер, — коротко ответила капитан Зимородков, на которую как-то странно смотрели всё ещё притихшие сокомандницы.

У замершей в ступоре леди Дэвис, с приоткрытым ртом, над головой и вовсе чудился большой знак вопроса, окутанный слабым дымком, поднимающимся от её макушки.

Так и хотелось посоветовать леди Уильямс, — Ой не зарекайся. Но, благоразумно воздержался. Пока я с интересом наблюдал за их командой, наша столь же пристально и подозрительно разглядывала меня.

— Вы знакомы? — напрямую спросил «тактичный» Даниэль.

— Первый раз её вижу.

— Дааа? — с большим сомнением протянул Даниэль, не сводя с меня прищуренного взгляда. — От тебя что, какие-то флюиды исходят? Вынуждающие женщин прыгать тебе прямо в руки и там же сразу таять. Рэдклиф, это правда? — внезапно обратился к вздрогнувшей от неожиданности Кейси.

— Чего это ты у меня об этом спрашиваешь? — испугалась девушка, рефлекторно отступив на пару шагов.

— А у кого я должен спрашивать? — удивился парень. — Точно! Виардо…, — обрадованно повернулся к напарнице, но тут же был ею перебит.

Пока только словесно.

— Ещё слово и тебе придётся бриться наголо, — грозно пообещала девушка.

— … успехов нам в следующем соревновании, — на ходу сориентировался понятливый Даниэль, дороживший своей шевелюрой.

Не став рисковать, мисс Фаулер отвела нас на стадион, закрыв дверь спортивного зала, в чём уже не было особого смысла. Следующим этапом соревнования шли групповые схватки. Прежде чем они начались, произошли некоторые, неожиданные для меня изменения. Принцесса Кэтрин, проявив расчётливость и деловую хватку, отвела мисс Фаулер в сторонку, быстро с ней договорившись о небольших перестановках, в результате которых состав наших групп претерпел изменения. Энни Парк, поменявшись со мной местами, временно возглавила вторую тактическую группу нашей команды.

— Ну и зачем? — спросил третью принцессу Эдвардс по закрытому каналу связи, не став разъяснять, что имел в виду.

Она и без подсказок прекрасно меня поняла.

— Замена всего на один день. В официальных турнирах мне не желательно прятаться за твоей спиной, чтобы избежать шуточек на тему — принцесса и гоблин. Или — красавица и чудовище. И всё в таком роде, — не стала приводить более обидные варианты. — Однако сейчас — совсем другое дело. Борьба за честь наших клубов будет непременно обсуждаться в кругу моих знакомых и многочисленных родственников. Ещё бы, ведь в этом деле замешаны дети старой аристократии Уэльса, которая также обратит на это событие внимание. Пусть даже не подавая вида. На том уровне обсуждения все друг друга хорошо знают и придают значение мелочам, на первый взгляд непонятным не посвящённым в них людям. Кое-что об этом состязании школ просочится в прессу. В выгодном для нас ключе.

Принцесса заявила об этом с такой уверенностью, что наводило на определённые мысли.

— Мне пригодится победа над Уильямс, с которой я знакома лично. Пусть даже в составе малой группы. В схватке один на один я однозначно проиграю, — трезво оценила свои силы. — Общекомандная победа будет смотреться уже не так выгодно. Маленькое психологическое превосходство над ней в будущем сыграет мне на руку. И чем больше оно будет, тем лучше.

Принцесса мыслила масштабнее, чем я думал. Не только строив планы на будущее, но и закладывая под них основу уже сейчас. Достойная дочь Эдвардсов. Уважительно на неё посмотрев, предупредил.

— Я не могу гарантировать, что смогу подвести леди Уильямс под твой добивающий удар. Она серьёзный противник.

— Знаю. На это и расчёт. Шкура медведя ценится выше, чем шкура бобра. Детали поединка спустя некоторое время будут не так важны, как его результаты. Историю ведь пишут победители. Мы потом подкорректируем её для прессы, выставив всё так, как нам будет выгоднее, — успокоила принцесса.

Дав понять, что всё предусмотрено и находится под контролем.

— Только постарайся не причинить Уильямс серьёзного вреда. Это будет воспринято плохо. Нельзя, чтобы она вызывала жалость. Лучше, смех. То, что ты провернул в финале индивидуальных поединков, было отличным решением, — похвалила меня Кэтрин. — Кстати, как ты этого добился? — полюбопытствовала.

— Повезло.

— Эрик, меня начинает раздражать это слово. Придумай какую-нибудь другую отговорку, — попросила принцесса Эдвардс.

— Вас слишком много, чтобы каждой подбирать что-то своё, — тихонько проворчал, думая, что она не услышит.

— Прости, что ты сказал? — попросила повторить Её Высочество обманчиво мягким голосом.

— Говорю, хорошо, моя принцесса. Вы, как всегда правы. Как только придумаю что-то новое, вы узнаете об этом последней.

— Прости? — растерянно уточнила принцесса, но уже с другой интонацией.

Подумав, что ослышалась.

— Говорю, вы узнаете об этом первой, — повторил, чётко выговаривая слова.

Почти по слогам.

— Эрик, ты сов…, — оборвала себя на полуслове. — Гхм, — прокашлялась. — У тебя ужасное чувство юмора. Если не научишься его контролировать, точно умрёшь не своей смертью, — пошутила, но с намёком.

— Какие знакомые слова. Мне точно так же говорил один морской пират, приставив пистолет к голове, — припомнил, заметно повеселев.

— И что с ним случилось? — спросила принцесса, подозревая, что пожалеет о своём любопытстве.

— Скоропостижно скончался.

— Очень смешно, — недовольно поморщилась принцесса.

— А это не шутка, — довёл до её сведения совершенно спокойным, серьёзным голосом, прервав звонок.

Я ей не оловянный солдатик из коробки, с которым можно играться, как заблагорассудится.

— Что это сейчас было? — озадаченно спросила третья принцесса у погасшего окошка связи, с надписью — нет сигнала, выведенного на её виртуальный интерфейс.

Пребывая в растерянности.

Я сильно переживал за другие группы из нашей команды. Хорошо, что, несмотря на мои опасения, выступили они вполне достойно. Не повезло только Даниэлю. Сомерсет и Парк сумели одержать, пускай нелёгкую, но вполне достойную победу. Служанка принцессы неприятно удивила сильно её недооценившую леди Дэвис. Самолично отправив лейтенанта Рыцарей Зимородка на «перерождение». Мои напарницы тоже проявили себя весьма похвально, о чём я не постеснялся им сообщить. Моим словам они безоговорочно доверяли, так что искренне обрадовались. Уровень командной работы у наших девушек и вправду на высоте. К которому добавилась заметно возросшая личная сила, уверенность в себе и накопленный опыт. Девушки были уже не так просты, как раньше. Благодаря Рыцарям Зимородка получив возможность убедиться в этом воочию, чем ещё сильнее повысили свою самооценку. А это дорогого стоило.

Вскоре настала наша очередь блистать. Под напутствия и подбадривающие крики Чёрных рыцарей Святой Анны мы взошли на арену.

Напарницами леди Уильямс оказалась уже знакомая мне мечница, Сандра Моррис, с которой разобралась Виардо и ещё одна девушка, по имени Трейси Финч. По иронии судьбы, та самая, что одержала победу над француженкой. Третья по силе в команде Рыцарей Зимородка. В ранге оруженосца, владеющая тяжёлым штурмовым доспехом. В итоге у них получилась довольно сбалансированная группа. Щитовик, ударник и универсал. И все трое обладали выдающимися характеристиками в своей области. У одной, крайне высокая атака и скорость. У другой, защита и выносливость. У третьей, дистанционные атаки по площадям.

— Какой прогноз на сегодня у Оракула? Что там по гороскопу? — привычно обратился к своему тайному, всезнающему советнику.

Испытывая к нему большую привязанность и признательность, поскольку отдавал себе отчёт, кому был обязан всем, что сейчас имею.

— Ага, дождя из креветок и сегодня не ожидается. Какая досада, — фальшиво огорчился, пытаясь побыстрее оправиться от эффекта глубокого погружения в бесчисленные вариации виртуального будущего.

Грозящие растворить моё сознание в нескончаемых иллюзиях, помутить взор и наградить шизофренией.

— Коллеги, — включил групповой канал связи, — позволено ли мне будет внести предложение?

Возражений не последовало. Довёл до новых напарниц план, согласно которому принцесса Кэтрин берёт на себя Трейси Финч, оттягивая её на правый фланг. Маргарет — Сандру Моррис, на левый. А я займусь Хелен Уильямс, по центру. После моего сигнала, девушки должны будут внезапно развернуться, и со всей возможной скоростью поменяться противницами. Причём не просто так. Принцесса со всей силы должна будет метнуть копьё в Маргарет. А капитан, уклонившись от него, с разбега врезаться плечом в щит Финч, продавливая его своим А-полем. Пообещал, что эта тактика принесёт им победу. О леди Уильямс попросил не думать, сосредоточившись на своей задаче.

Благодаря высокому уровню доверия, заслуженному хочу заметить, мой план был принят без лишних вопросов. Что чертовски приятно. Не их послушность, а отношение к моим словам.

Как только поединок начался, согласно плану немедленно принялся вносить хаос в А-поле их капитана. Целясь в самую большую уязвимость любого оператора фантомной брони. Благодаря обширному игровому опыту и пониманию базовых механик, я знал, что как бы ни была прочна марионетка, да пусть даже неуязвима, и как бы ни был талантлив кукловод, если обрезать связующие их нити, это не играет никакой роли. Они представляют опасность только вместе, а не по отдельности.

Конечно, будь у леди Уильямс системы защиты подобно той коробочке, которой на зимнем турнире воспользовался Майерс, моё преимущество обернулось бы пшиком, но, чего у неё не было, того не было. Такие, как я, слишком редки, чтобы массово устанавливать дорогостоящую, узкоспециализированную защиту. Гриффин за счёт своего комплекса РЭБ тоже могла бы провернуть что-то подобное, но далеко не на том уровне и не в том масштабе, что выходило у меня. Поэтому, увидев множество тревожных сообщений о неполадках с синхронизацией и нестабильностью А-поля, леди Уильямс была вынуждена отказаться от применения силовых приёмов. В такой ситуации они несли опасность в первую очередь для неё. Не став терять время, дожидаясь новых пакостей, капитан Рыцарей Зимородка атаковала меня холодным оружием, пытаясь сбить концентрацию. Заставить перестать делать то, чем я сейчас занимался. Воспользоваться моей рассеянностью, как она думала.

Леди Уильямс с ходу взвинтила темп ударов до предела, непрерывно на меня наседая. Пытаясь сойтись почти вплотную. Кроме того, не жалела энергии. Вливала все ресурсы в атаку, в ущерб защите. Такое впечатление, что решила во что бы то ни стало закончить наш поединка как можно быстрее. Умная девушка. «Дебафы», которые я продолжал «пачками» на неё навешивать, не только резали проценты характеристик её фантомного доспеха, но и за счёт нарушения энергосистемы, быстро разряжали её батареи. Разумеется, компьютер фантомного доспеха пытался мне активно противодействовать, так что результаты нашего противостояния постоянно менялись. Причём в обе стороны.

Уделяя пристальное внимание секундомеру, как только настало ТО САМОЕ время, незамедлительно дал сигнал напарницам. Принцесса Кэтрин, испытывающая серьёзные трудности с непробиваемой для неё защитой Трейси Финч, с облегчением отступила. Но, не просто так. Развернувшись, взяв на изготовку копьё, она с разбега метнула его в грудь леди Бедфорд, изображающей паническое бегство. Находящейся в тот момент на левой стороне арены.

В последний момент, с трудом увернувшись, принцесса Кэтрин метала на совесть, в полную силу, наш капитан начала тяжеловесный разбег, подобно разъярённому носорогу, в сторону «обидчицы». Концентрируя всю доступную энергию силового щита в передней полусфере.

Почти коснувшись её плеча, пролетевшее мимо леди Бедфорд копьё вонзилось в грудь преследующей её Моррис. Которая из-за закрытого обзора, да ещё сосредоточившись на спине нашего капитана, уже предвкушая, как воткнёт в неё свой меч, не заметила новой опасности. На которую не успела вовремя среагировать.

Копьё пробило насквозь слабо защищённый доспех багровой мечницы, перенаправившей всю свою энергию в оружие. Несколькими секундами позже из боя выбыла и Финч, силовой щит которой Маргарет снесла таранным ударом, пользуясь разницей в рангах. На ногах-то Финч устояла, но осталась одна против двоих противников, да ещё с выбитым силовым щитом, под давлением А-поля рыцарского ранга.

Когда леди Бедфорд и принцесса Кэтрин, довольные собой, обратили внимание на нашу парочку, то узрели удивительную картину. Чуть раньше я наконец-то сумел разорвать связь леди Уильямс с её доспехом, заточив девушку в своеобразном, неподвижном саркофаге. Поддавшись порыву, уважая свою противницу за сообразительность и упорство, не дал ей упасть. Тем более, она завалилась прямо на меня. Леди Уильямс всё же смогла подобраться вплотную, достав нож, намереваясь прирезать меня, как свинью. За счёт короткой дистанции, минимума движений и экономии сил, обходя все наложенные на неё отрицательные эффекты. Их скопилось столько, что я вообще удивлён, как она умудрялась сражаться с нарушением координации движений, восприятия окружающего мира, нарушением ловкости и прочими прелестями. Подхватив падающий доспех, вспомнив, что это всё же девушка, с которой я не очень красиво поступил, как-то само так получилось, что поднял её на руки. Ну и, чтобы не выскочила из захвата, прижал к груди. Так что выглядело всё это со стороны довольно двусмысленно и мило. Настолько, что возмущённая Кейси властно рявкнула, — Брось каку! — чуть не добившись желаемого.

Однако на пол свалился только Даниэль и то, от хохота.

— Что ты сказала? — возбудилась леди Дэвис, воинственно раздувая ноздри. — Повтори! Это кто тут кака?!

— Да я вас на…, — побагровевшая от злости Кейси что-то невнятно промычала, благодаря Сомерсет, вовремя заткнувшей ей рот.

Утянув Рэдклиф за спины наших девушек, та принялась что-то злобно шептать на ухо подруге, не убирая ладони.

— Приносим свои извинения за её поведение, — сообщила их команде внешне спокойная леди Бедфорд. — У впечатлительной девушки просто сдали нервы от зрелища того, как ваш капитан бесстыдно вешается на шею нашему лейтенанту. Уж не пытается ли она таким образом его соблазнить? Впрочем, это не наше дело, — самим фактом такого вопроса заявив об обратном. — Йохансон, будь добр, поставь леди Уильямс на землю.

Убедившись, что победу нам засчитали, срочно восстановил работоспособность фантомного доспеха капитана команды Рыцарей Зимородка. Помогая ему со своей стороны всем, чем мог, лишь бы ускорить этот процесс. Через несколько секунд, показавшихся зрителям этой сцены признаком моих сомнений и нежеланий расставаться с прекрасной леди, которую вроде бы всё устраивало, она же не брыкалась, не кричала, поставил её на ноги.

Вернув себе подвижность, плотно сжимая губы, леди Уильямс отвесила мне звонкую пощёчину. Аж зубы противно заныли от вложенной в этот удар энергии, повернувшей мою голову набок. Ни слова не говоря, девушка гордо покинула арену, с поблёскивающими от влаги глазами, радуясь тому, что этого никто не видит.

— Гриффин! — рявкнула почти счастливая мисс Фаулер.

— Всё нормально. Сняла, — англичанка показала большой палец, подняв его вверх.

— Мда, — озадаченно почесала голову тренер Рыцарей Зимородка. — Однако какие тут кипят страсти. Не ожидала, что соревнования сведутся к выяснению отношений такого рода. Уильямс, какого хрена, прости за мой английский?!

Капитан промолчала. Однако сделала это так выразительно, что у меня по спине пробежался холодок. Вот, как она это сделала? Ведь даже не посмотрела в мою сторону.

В последнем соревновании смысла особого не было, так как у нас уже имелось два очка из трёх, но его всё же провели. Из принципа. Этого потребовали обе команды.

Рыцари Зимородка, собравшись с силами, сосредоточившись на одной задаче, выступив единым фронтом… с треском проиграли. Именно по этой же причине. Они почему-то решили избрать меня главной целью своей мести, позабыв, что Чёрные Рыцари Святой Анны вовсе не картонные декорации. Наши девушки были сильны, воодушевлены и высоко мотивированы. Пока леди Дэвис и леди Уильямс кругами гонялись только за мной, а я парень шустрый, в меру бессовестный, наша команда громила их команду. Использовав навыки насмешек, провокаций, накидав дебафов, бегал вокруг союзниц, подставляя «жирных» боссов под их удары. Типичная рейдовая тактика в большинстве онлайн-игр.

Глядя на это безобразие, тренер Рыцарей Зимородка прикрыла глаза ладонью, опустив голову.

— Ну что же, по крайней мере понятно, в каком направлении нужно работать, — с философским смирением высказалась вслух эта опечаленная увиденным женщина. — И нужно будет обновить учебный инвентарь, начав с покупки… трёххвостой плётки! — процедила сквозь зубы.

— Могу одолжить свою, — слащаво-сочувствующим голосом предложила мисс Фаулер.

— Спасибо, не нужно. Думаю, она вам самим пригодится. Да и, небось, уже сильно изношенная? Не сочти за оскорбление, но у тебя не команда, а какая-то банда хулиганов, — сообщила их тренер, глядя на Рэдклиф, что в это время с вызовом глядя на девушек из другой команды, с жуткой ухмылкой провела большим пальцем по горлу.

— Это они ещё сдерживаются, — похвасталась мисс Фаулер. — Когда их пятки припекает по-настоящему, вот тогда мои охламоны берутся за дело всерьёз. Обязательно что-нибудь сожгут или разрушат. Если, конечно, рядом нет Её Высочества, — благоразумно вывела принцессу Кэтрин за скобки. — Хотя, я смотрю, твоя воспитанница тоже явилась сюда не из питомника благородных девиц. Чуть что, сразу кидается людьми в стену. Громит чужие школы. То вешается чужому парню на шею, то через пять минут гоняется за ним же, размахивая мечом, — мисс Фаулер с улыбкой вернула подачу.

— Молодец. Уела. Пусть будет два-два, — согласилась тренер Рыцарей Зимородка, озвучив счёт в их собственной маленькой игре.

— Что значит, пусть будет? Не одалживай то, что тебе и так не принадлежит. Пошли подводить итоги и мирить эти банды, пока стадион ещё целый.

С помощью угроз и воспитательных речей, тренера, построив команды в две линии, друг напротив друга, заставили нас пожать соперникам руки в знак примирения. Попытку раздавить мою ладонь со стороны леди Дэвис и использовать ногти, со стороны леди Уильямс, я оценил. Ответил на это лучезарной улыбкой, глядя им прямо в глаза.

— А теперь перейдём к самому интересному, — тренера приготовили для нас большой сюрприз. — К плану экскурсий. Первая группа Чёрных рыцарей Святой Анны сопровождает первую группу Рыцарей Зимородка. Показывает ей наш город. Заботится о том, чтобы гости не заблудились. Чтобы им всё понравилось. Чтобы они не влипли в какую-нибудь нехорошую историю. Йохансон, ты всё слышал? В свою очередь, как проигравшие, Рыцари Зимородка оплачивают совместный обед в том месте, которые вы выберете, — посмотрела на Маргарет. — Вторая команда объединяется со второй командой. И так далее. Планируйте всё так, чтобы к закату быть здесь. Без опозданий. Без потеряшек. Без сказочных историй. Йохансон, тебя это касается в первую очередь. И последнее. В случае возникновения любых сложностей, споров или проблем, немедленно нам звоните. Кроме Йохансона, — вновь меня выделила, под дружные смешки учениц Святой Анны. — По всем вопросам обращайся к Бедфорд или своему адвокату.

— Тренер, вы предвзяты. Я простой английский школьник…, — обиженно напомнил мисс Фаулер.

— Ну, теперь точно без адвоката не обойдётся, — завистливо вздохнул Даниэль, сказав это достаточно громко, чтобы услышали девушки из другой команды.

— Дэвис, тебе телефон хорошей местной клининговой фирмы дать? Приезжают быстро, вопросов не задают. Работают круглосуточно. Мешки для трупов у них всегда с собой, — участливо предложила ей Збражская.

— Да не будет наш капитан убивать вашего лейтенанта, — та презрительно скривилась, неправильно их поняв. — Пусть не…

— Да при чём здесь ваш капитан, — перебила полячка, повысив голос. — Если с вами будет Йохансон, без трупов не обойдётся. Я-то его хорошо знаю, — заверила напарница Даниэля.

— Господи. А страховка-то у них есть? — внезапно забеспокоилась Рэдклиф, с ходу включившись в игру.

— Нашла о чём переживать. Это их проблемы, — принялась её успокаивать Сомерсет. — Если что-то случится, отмажутся. Деньги у них есть. Может, на первый раз и вовсе пронесёт. Тем более, говорят, дуракам везёт.

— Молчать! — рявкнула мисс Фаулер, сообразив, что происходит. — Рты закрыли. Решение окончательное и обжалованию не подлежит. Это они вас так запугивают. Но вы же не поддадитесь? Правда? — Ледяная ведьма повернулась к валлийкам.

Почему-то мне показалось, что её слова прозвучали, как вызов.

Собравшись вшестером возле здания клуба фехтования школы Святой Анны, задались извечным вопросом белых восточных варваров — Кто виноват и что делать? Кто поведёт нашу «дружную» группу и на чём поедем? Для одной легковой машины нас много, а для автобуса, мало. К тому же, не хотелось бы оказаться в замкнутом пространстве, запертым нос к носу с леди Уильямс, Дэвис и Томас, что смотрели на меня как кошки на рыбку, в аквариуме. Всем своим видом показывая, что они ничего не замышляют. Честно-честно.

— Что хотите посмотреть в Лондоне в первую очередь? — спросила их леди Бедфорд, прерывая затянувшуюся паузу.

Взяв на себя ответственность.

— Мы планировали съездить в музей Естественной истории, что в Южном Кенсингтоне, — ответила самая безобидная из них, леди Томас.

Казалось, что она единственная наслаждалась происходящим, не чувствуя никакого напряжения в нашей компании.

— Значит, поедем в музей Естественной истории, — согласилась Маргарет. — Ваше Высочество, вы с нами? — поинтересовалась у принцессы Кэтрин.

— Да. Только инкогнито. Буду изображать обычную школьницу. Иначе, к сожалению, спокойно прогуляться по городу без толпы желающих что-то спросить, сфотографировать меня или просто поглазеть, не получится.

— Не волнуйтесь, принцесса, мы поможем вам сыграть роль обычной школьницы. Хотя будет сложно не замечать некоторые несоответствия заявленному образу, но мы постараемся ничему не удивляться. Главное, не сдавайтесь и всё у вас непременно получится, — подбодрил Эдвардс, передавая голосом всю глубину своих переживаний за неё и сочувствия. — Мы верим в вас, Ваше Высочество.

— Что ты имеешь в виду? — угрожающе прищурилась принцесса.

— Что мы в вас верим. А разве не должны? — наивно удивился, полагаясь на актёрские навыки.

Нужно же с чего-то начинать подготовку к съёмкам. Я этих Гловер ещё научу приносить мне тапочки. Ишь, угрожать мне вздумали, мстительницы крашеные.

— Теперь, идея совместной поездки начинает мне нравиться чуть больше, чем раньше. Вот на столько, — леди Уильямс показала крохотный зазор между пальцами. — Как насчёт привязать его к дереву в этом замечательном саду? Перед отъездом в музей. Если нас спросят о вашем лейтенанте, скажем, что потеряли по пути. А он потом подтвердит наши слова, как настоящий джентльмен. Что скажешь об этом? — обратилась к принцессе, как к старой знакомой.

— Боюсь вас расстраивать, но ему это будет только на руку. При условии, что нам ещё удастся догнать и уговорить Эрика постоять смирно, в обнимку с деревом, — огорчила их чуть заметно улыбнувшаяся Маргарет. — А ещё, я думаю, что именно этого он и добивается, намереваясь провести сегодняшний день на кровати, играя в видеоигры, с горой закусок под боком. Оправдываясь тем, что именно мы заставили его этим заниматься, выгнав из группы.

— Маргарет, — также назвал подругу по имени, противопоставляя нас связке Эдвардс-Уильямс, — и ты тоже не желаешь мне добра? — грустно на неё посмотрел.

С осуждением.

— Подождите немного, я сейчас организую транспорт, — проигнорировала Маргарет мой вопрос. — Или поедем на своих машинах?

— На своих, — ответил, не раздумывая, на опережение. — Принцесса Кэтрин возьмёт с собой леди Уильямс. Ты лейтенанта Дэвис и Томас, а я, так и быть, поеду следом в гордом одиночестве. И постараюсь по дороге не потеряться, — заверил девушек. — Раз всё решили, простите, мне нужно ненадолго отойти. Не скучайте, скоро вернусь.

— Уже перешёл к угрозам? — съязвила лейтенант Рыцарей Зимородка.

Извинившись, спешно их покинул, пока ещё до чего-нибудь не договорились. Также, как и леди Бедфорд, «не услышав» провокационного вопроса.

Насколько я понимаю, принцесса была совсем не против пообщаться в спокойной обстановке с Уильямс, а Маргарет, с Дэвис. О своём, о девичьем. Так что моё предложение всех устраивало. Но это же не повод со мной соглашаться, не потрепав мне нервы? Из принципа и так называемой женской солидарности, что меняет своё направление подобно флюгеру. К тому же, у меня действительно появилось важное дело.

Найдя укромное место, без лишних ушей и камер, позвонил любимой сестрёнке.

— Привет Ханна. Это я. Не отвлекаю?

— Будто это когда-нибудь тебя останавливало, — по привычке проворчала сестра. — Говори, что хотел.

Послал же бог сестру цундере. В школе она разговаривала со мной грубовато и неприветливо, показывая этим окружающим, что самостоятельна. Не имеет комплекса младшего братика.

— Я слышал, ты подала заявку на вступление в наш клуб фехтования, — начал издалека.

— Уже доложили? Ну да. А что? Ты против? — спросила с вызовом и лёгкой агрессией.

Готовясь отстаивать свои права.

— Совсем нет. Наоборот, спешу обрадовать. Появился хороший способ подкрепить твою заявку. Отличиться. Попасться на глаза нашему тренеру. Причём безо всякой протекции. Только действовать нужно быстро и решительно, — сообщил об этом, как о какой-то мелочи.

— Во что ты хочешь меня втравить? — нахмурилась подозрительная Ханна, не поведясь на приманку.

— Не втравить, а помочь, — поправил. — К нам для обмена опыта приехала команда фехтования из Уэльса. Настолько крутые девчата, по их мнению, что аж блестят на солнце. А то его и затмевают. Мы с них спесь уже слегка сбили, но суть не в этом. Валлийки доказали свою силу, вот что главное. Сейчас мы разделились на группы и ведём их в город, на экскурсию, по заданию тренера. Если ты «случайно» пересечёшься с, — назвал имя, место и время, — и как-нибудь спровоцируешь её на поединок, который честно выиграешь, то это выгодно выделит тебя на фоне остальных кандидатов в команду. Покажет, чего ты стоишь на деле, а не на словах. Однако, провернуть всё нужно аккуратно, не доводя до скандала или банальной драки. Я напрямую вмешиваться в это не могу, чтобы не вызывать подозрений. А то скажут, всё подстроено, обидятся. Зачем нам лишние проблемы? Так что пока эта жер… то есть ученица школы Зимородка ещё здесь, решай, ты в деле? Если да, сейчас скину тебе её фото и запись прошедшего боя, чтобы имела представление с кем придётся иметь дело.

— Подожди, не так быстро, — всполошилась Ханна, не поспевающая переваривать неожиданно вываленную на неё информацию. — Ты хочешь, чтобы я уделала какую-то залётную, важную птицу из Уэльса? Ради того, чтобы меня заметили и выделили из толпы желающих попасть в вашу команду? Я ничего не перепутала? — удивилась сестра.

Подумав, что это звучит как-то слишком сомнительно, но логично.

— Если кратко, то да. Ты и сама к нам пробьёшься. Когда-нибудь, — сказал чуть менее уверенно. — Но так будет быстрее, — постарался сгладить впечатление от своих последних слов.

— А меня из школы за такие фортели не турнут? — забеспокоилась Ханна, для которой всё это происходило слишком быстро.

— Смотря, как обставишь ваш спор с последующим выяснением, у кого меч длиннее и прямее. Проведённый по всем правилам, при свидетелях, — подчеркнул важность этого пункта. — У нашего директора и тренера к команде Рыцарей Зимородка, — дал подсказку, на кого её натравливаю, — сейчас не самое лучшее отношение. Они нам стену в спортзале сломали. Нашей же ученицей. Но я тебе этого не говорил, — сразу предупредил, чтобы держала язык за зубами.

А то сразу поймут, что она слишком много знает. Какая уж тут «случайная» встреча? И чего принцессе не нравится это слово, не понимаю.

— Конечно, если хочешь, чтобы я привёл тебя в команду за ручку и попросил не обижать, то можешь и дальше спокойно сидеть на заднице. Которая с каждым годом становится всё шире, — не удержался от подколки.

Что называется, любя.

— Эрик, я сейчас с тобой «случайно» встречусь и что-нибудь сломаю тебе, — посулила задумавшаяся Ханна, но как-то несерьёзно.

Без огонька.

— У нас самих с ней проблем не будет? — всё же ухватилась за эту тему, начав её рассматривать с разных сторон.

Улыбнувшись, заверил, что с этой девушкой проблем не будет. Я уже навёл о ней справки. Иначе бы сестре не позвонил. Дав Ханне пищу для размышлений, отключился. Сбегал в общежитие, переоделся. Вызвал машину с водителем. Позвонил домашнему «питомцу», которого втихаря подкармливает Марта. Пытаясь приручить. Без верного Габы я с этими валлийками наедине не останусь. Кто знает, что у них на уме? Ещё выкинут какой-нибудь фокус, наподобие Эбби Мюррей, во время благотворительного приёма, организованного посольством Франции. На всякий случай взял с собой ещё и Цзя Мей и визитки Норы.

Услышав, что третья принцесса оказала мне честь, пригласив составить ей компанию на прогулке, на которую она отправляется в сопровождении свиты, состоящей из дочери герцога и графинь, отцы которых являются членами национального парламента Уэльса, сильно разволновавшаяся китаянка развила кипучую деятельность. Бегала кругами по общежитию, паниковала, занималась сразу несколькими делами.

Нет, сказал-то я ей совершенно другое, но услышала девушка почему-то именно это. Какой-то избирательный слух у обеих Цзя. Вторая появилась, как по щелчку пальцев первой. Магия. Далее меня не просто нарядили в дорогущий костюм, а прямо-таки упаковали в него. С особой тщательностью. Помимо чего умыли, подравняли причёску, орудуя маленькими острыми ножничками, порхающими со скоростью колибри, надушили туалетной водой, отряхнули от пылинок. Китаянки и сами принарядились в костюмы классических английских горничных, как будто собирались идти во дворец, на празднование дня рождения Его Величества.

В топку экстренной ситуации были брошены все доступные им ресурсы. Доставщика Фань послали на рынок за свежими цветами. Водителя, послали ещё раз мыть машину. Прибывшего Габу просто послали, безо всяких затей и дополнительных инструкций. Распорядившись ждать у проходной, через которую его на территорию школы не пропустили. Не бросаясь в глаза. Ага, это двухметровому, широкоплечему, лысому головорезу с откровенно бандитской рожей. Не говоря уже про цвет кожи, нехарактерный для уроженцев этих мест. Более незаметного прохожего возле элитной школы для девочек не найти при всём желании. Ему бы ещё плюшевого мишку в руки.

Сначала Цзя решили про существование Габы забыть, но увидев, в чём он пришёл, резко передумали. Схватившись за головы. Хорошо, что за свои. Закончив со мной, тут же переключились на этого «дикаря». Чуть ли не бегом принесли ему приличный, новенький костюм, заказанный ещё двумя днями ранее. По собственной инициативе. Хозяйственные они у меня… до ужаса, читающегося в глазах Габы, когда его попытались переодеть прямо там, на улице, с руганью вытряхивая из штанов. Оглашая всю округу дикими «кошачьими» воплями, что времени нет и его причиндалы их нисколько не интересуют. А если Габа опозорит господина, то они ему их отрежут. Маникюрными ножничками. Прилюдно!

Смотрелась их возня, напоминающая схватку медведя и двух бультерьеров, одновременно и комично, и пугающе. А ещё, мне стало за них чертовски стыдно, чего уж там. Я ведь стоял рядом с охранниками школы, собравшимися поглазеть на эту чудную картину. Поражаясь увиденному и непомерной, пусть будет смелости. Трижды интересовавшихся, не нужна ли ему помощь? Это точно не попытка изнасилования? Теперь я начинаю понимать, почему китаянки настоятельно просили предупреждать о подобных мероприятиях заранее, а не за десять минут до.

В отличие от меня, они воспринимали обычную прогулку с особами королевской крови из царствующей династии очень серьёзно. Потому что в Китае за любую провинность или оплошность, допущенную в их присутствии, жестоко карали. Причём по принципу коллективной ответственности не только непосредственных виновных, но и их семьи, родню и даже слуг. Всех причастных и мимо проходящих. Там с этим строго.

Поскольку охрана школы потребовала от меня немедленно прекратить это безобразие, не доводя его до неприличия, вынужден был вмешаться. Растаскивать этих слишком увлекающихся натур. Загонять их в машину с тонированными стёклами, которую позволил им использовать в качестве примерочной.

Наблюдавшая за всем этим через камеры наружного наблюдения, установленные на заборе, одна стеснительная школьница огорчённо вздохнула. Выключив фоновую музыку, взятую из Шоу Бенни Хилла, вернулась к куда менее интересным делам. Отправив сделанную запись в свою тайную библиотеку, присвоив ей уже трехзначный номер.

Как ни удивительно, но мы успели подъехать к музею Естественной истории сразу же за машиной Маргарет. Не её личной, а рода Бедфорд. Которую выдали девушке вместе с водителем и охранником, как раз для подобных случаев. Принцесса тоже приехала не одна и не на такси. Её сопровождало аж трое крупных мужчин в штатском, с бегающими по сторонам взглядами, с одинаково короткими причёсками и неулыбчивыми лицами. Одета Её Высочество Кэтрин Эдвардс была в скромное платье синего цвета, выглядя на фоне этих молодцов настоящей мисс «инкогнито», как того и добивалась. Для полноты образа надев большие тёмные очки и бейсболку.

Леди Уильямс с напарницами также успели переодеться в повседневную, городскую одежду, которую захватили с собой из дома. Такое впечатление, словно они изначально собирались в Лондон, а к нам заехали по дороге, использовав вызов школ в качестве повода.

Оценив мой внешний вид и свиту из брутального телохранителя, двух горничных, одна из которых держала зонтик, а другая чемоданчик, даже спрашивать не стал с чем, китайца со здоровенной корзиной красных роз, сам удивился, когда тот появился и откуда, а также водителя в белых шёлковых перчатках и фраке, у изумлённой Маргарет брови медленно поползли вверх. Леди Дэвис шумно фыркнула от едва сдерживаемого смеха. Леди Уильямс, слегка наклонив голову набок, выглядела сильно удивлённой. А леди Томас, не упустив случая, сфотографировала меня на телефон.

— Йохансон, а нельзя было одеться… чуть поскромнее? — поинтересовалась принцесса Кэтрин странным голосом, приспустив очки, чтобы лучше видеть представшую перед ней картину.

— Ещё скромнее? — ахнул от изумления, лихорадочно пытаясь придумать достойный ответ. — Это самый неброский наряд, что у меня нашёлся. Я понимаю, что вас тревожит. Напрасно. Не верьте тем лжецам, что скажут, будто я смотрюсь красивее вас. Затмить леди «инкогнито» невозможно. Всё внимание окружающих, несомненно, достанется только вам. Если будет необходимо, готов его уступить безо всяких условий с моей стороны.

Маргарет закашлялась, вспомнив, в чём я ходил дома и мои детские фотографии, которые ей показывала Ханна. Понятия стиль, мода и сочетание цветов в одежде, не просматривались на них от слова совсем.

— Ты что, что-то сегодня принимал? — подозрительно прищурилась принцесса, справившись с мимолётной растерянностью и ошеломлением. — Растительного происхождения.

— Если только чай. С травами. Леди инкогнито, давайте не будем заострять внимание на мелочах. Представьте, что вы сегодня обычная школьница из простой семьи бакалейщиков, а я загадочный граф… нет, слишком мелко.

Задумчиво посмотрев на Маргарет, вдохновлённо продолжил импровизировать.

— А я загадочный мистер Буллит. Джеймс Буллит. Благородное происхождение которого покрыто мраком, а намерения, налётом авантюризма и храбрости.

На несколько секунд повисло ошеломлённое молчание, которое нарушило хмыканье третьей принцессы, оценившей игру слов.

— Аааа. Кажется, я поняла в чём дело. Что ж, идёмте, мистер Буллит. Только одна просьба. Постарайтесь унять ваши привычки, хотя бы до отъезда гостей. Отец меня убьёт, если с музеем что-то случится. А потом я убью вас, сэр Джеймс, — буднично сообщила, с доброжелательной улыбкой.

Её слова прозвучали настолько убедительно, что в них не возникло ни капли сомнений. Не знаю, что она там поняла раньше меня, но пусть будет. Как бы однажды Кэтрин не перехитрила саму себя. Потому что слишком много думает за себя и за других.

— Как скажете, леди инкогнито, — продолжил её так называть. — А Маргарет у нас будет…

— Маргарет, — перебила меня внешне серьёзная девушка со слегка приподнятыми уголками губ.

Давая понять, что шутить со своим именем не позволит. На чём не остановилась, удивив следующей фразой.

— Скромной продавщицей цветов, — поманила пальчиком доставщика Фаня, — которые мистер Буллит хочет у меня купить, — позволила себе маленькую, изощрённую месть.

— А если не купит? — спросил из любопытства.

— То я сломаю ему руку, — сообщила невозмутимым тоном.

— А вы умеете убеждать, Маргарет, — подчёркнуто вежливо похвалил девушку, за находчивость.

Шутка начала превращаться во что-то большее. В последнее время всё чаще ловил себя на мысли, что мне нравится слегка подтрунивать над принцессой и капитаном команды. Это дарило неведомую ранее остроту ощущений. Делало ситуации более запутанными и непредсказуемыми. Привнося в них элемент игры. Неужели я становлюсь адреналиновым маньяком? Теперь пресная, однообразная жизнь меня угнетала. Казалась недостаточно яркой. Всё из-за того, что последний год был слишком бурным и богатым на события. То, что вначале отвергалось, незаметно становилось привычкой. Развить эту мысль мне не дали.

— Вы что, перевелись в фехтовальный клуб из театрального? — удивилась леди Дэвис. — Что за любовь к ролевым играм?

У меня появилось минимум два подходящих ответа, но в обществе благородных дев их лучше не озвучивать. Не то что те не оценят или не поймут, как раз наоборот, но так поступать не принято. Поэтому лишь молча улыбнулся, изображая загадочность. Мол, догадайся сама.

Не став задерживаться на стоянке, всей группой отправились в музей Естественной истории. Больше всего он напоминал бывшее аббатство, построенное в романо-византийском стиле, в котором разместились многочисленные экспозиции древностей, животных, растений, минералов, собранных со всего мира. Представляя собой настоящее произведение архитектурного искусства. Особенно поражали воображения экспозиции с останками динозавров. Там даже целая галерея с ними разместилась. Один только скелет диплодока чего стоил, длиною в двадцать шесть метров. Или скелет голубого кита под тридцать метров, в зоологической секции, подвешенный под потолком.

В музее многое поражало посетителей своими гипертрофированно-огромными размерами или числами. Его площадь составляла около сорока тысяч квадратных метров. Коллекция насчитывала более 70 миллионов экспонатов. Высота потолков местами достигала нескольких десятков метров. Там даже в холле, у лестницы висел срез секвойи, возрастом свыше 1300 лет. Это дерево бы и больше простояло, если бы не лесорубы и чьё-то желание похвастаться.

Мы потратили кучу времени и сил, чтобы осмотреть только малую часть из представленных в музее экспонатов. Хотя это было утомительно, но очень увлекательно и познавательно. Искренне рад, что сюда приехал, не поддавшись на искушение найти себе другое занятие. Особенно глядя на моих слуг. Если уж я был весьма впечатлён увиденным, то что уж говорить о них? Китаянки и мозамбиканец даже не представляли, что наш мир настолько разнообразен. Что в нём когда-то существовали такие величественные животные. Что в природе встречаются настолько невероятные диковинки. Что минералы могут быть невероятно красивы. Они настолько увлеклись разглядыванием экспонатов, что чуть не потерялись пару раз.

Выйдя передохнуть в парк, окружающий музей, мы заняли пару скамеек. Служанки принесли нам горячие блинчики с кремом и кусочками фруктов, а также горячий чай, доказывая полезность своего присутствия. К сожалению, этот чудесный, расслабляющий отдых на природе, в умиротворённой обстановке, был нарушен самым неожиданным образом. Заставив вновь вспомнить, кто мы и как друг к другу относимся.

Какой-то подозрительный, взволнованный тип в клетчатом пальто и классической английской твидовой кепке, попытался к нам подойти, ускорив шаг. Двигаясь с той стороны пешеходной дорожки, к которой я стоял спиной.

Протянув руку, он хотел похлопать меня по плечу, но бдительный Габа решительно пресёк покушение на хозяина. Так, как умел. Несмотря на свои размеры, он мигом очутился у него на пути, закрывая меня собой. Мужчина был вынужден резко остановиться, замерев с вытянутой рукой, уперевшись лбом в ствол огромного, крупнокалиберного револьвера, словно по мановению волшебной палочки материализовавшегося в руке африканца. Сведя глаза к переносице, бедолага чуть не заработал, помимо инфаркта, ещё и косоглазие.

Спиной почувствовав неожиданный всплеск А-поля, я рефлекторно ушёл с линии возможной атаки. Захватив стоящую рядом Маргарет, прикрывая девушку собой. Пригибая её голову. Первая мысль была о том, чтобы спрятаться за деревом, как единственно приличным укрытием, но включившаяся в работу ног голова, родила вторую, более здравую мысль. Повернувшись, моментально оценил ситуацию.

— Извините, — из-за паники мужчина стал заикаться, — я хотел только спросить.

— Дёрнешься, вышибу мозги и заставлю их сожрать, — грозно предупредил Габа на языке макуа. — Кто тебя подослал?

— Уберите, пожалуйста, ваше оружие, — попросил побледневший мужчина, не понявший ни слова. — Я не хотел ничего плохого.

— Имя твоего хозяина? — потребовал Габа, слегка надавив пистолетом на голову англичанина.

— Я вас не понимаю, что вы от меня хотите? И вообще, я сейчас вызову полицию, если вы немедленно не прекратите мне угрожать, — попытался напугать африканца, выглядя при этом скорее жалко, чем грозно.

— Говори так, чтобы я тебя понял! Какашка собачья. Хозяин, я поймал убийцу. Что с ним делать? — Габа обратился за инструкциями, догадавшись, что без хозяина ему не обойтись.

Переводя меня из разряда свидетелей в разряд соучастников. Подумав об этом, чуть не поморщился от досады.

— Подожди.

Переключившись на англичанина, вежливо поинтересовался, чего он от нас хотел? Сильно надеясь, что мне повезёт и он действительно окажется убийцей. В этом случае не пришлось бы искать выход из сложной ситуации. Оказалось, мужчина всего лишь пытался спросить, где здесь туалет? Чёртов засранец!

— Хотя, боюсь, вопрос уже неактуальный, — печально сообщил перепуганный англичанин, прикрывая руками брюки в районе ширинки.

Проследив за его руками, Габа презрительно скривился, поняв, что на убийцу этот слизняк никак не тянет, а значит, награды не будет. Приказал ему убрать оружие. Чтобы избежать надвигающихся проблем и оградить своих спутниц от неприятностей, возникших по моей вине, с деланным недовольством и высокомерием посоветовал мужчине.

— Уважаемый, приношу свои извинения за поспешные действия моего охранника. В следующий раз, будьте любезны, не набрасывайтесь со спины на незнакомых людей. Тем более внезапно. Тогда вас ошибочно не примут за преступника.

С помощью этого простенького приёма именно его выставил виновным в произошедшем.

— А теперь, пожалуйста, покиньте нас. Если захотите подать в суд на моего охранника, будьте добры, прежде наймите себе хорошего адвоката. Я своему плачу огромные деньги не за то, чтобы он разбирался с какими-то дилетантами. Всего хорошего, — прежде чем он успел сообразить, что происходит и начал задавать вопросы, приказал Габе проводить господина до перекрёстка.

Повернувшись к нему спиной, сделал вид, будто потерял интерес к продолжению беседы. Понадеявшись, что мужчина посчитает слишком опасным связываться со столь самоуверенным типом. Решив, что на то есть веские основания. Только сейчас заметив телохранителей девушек, которых тоже принял за моих ручных головорезов, англичанин не стал устраивать сцен. Тем более посмотрев в глаза Габы. Снизу вверх.

— Эрик, ты не мог бы в следующий раз так сильно не хватать меня за руку? — спокойно попросила Маргарет, потерев покрасневшую кожу.

Странно, думал она будет сердиться.

— Прости, не подумал, — извинился перед девушкой.

— Это было заметно, — ехидно отметила леди Дэвис. — Что-то ты какой-то дёрганный и пугливый. И охранник у тебя такой же. Да ещё не говорящий на английском. Где ты его нашёл?

— Я бы посоветовала немедленно его уволить, — высказалась леди Уильямс, недовольно поджав губы. — Такое поведение недопустимо. Что о нас подумают?

Окинув взглядом окрестности, она заметила многочисленных свидетелей этого досадного инцидента, обративших внимание на нашу группу. Пытающихся понять, а не представляем ли мы угрозу для окружающих?

— Прости. Уволить его не получится. Он на это не согласится. Тот случай, когда проще убить, чем выгнать, — сокрушённо вздохнул, мысленно обругав Габу.

Этот идиот только сегодня утром получил в полицейском участке разрешение на ношение оружия. С помощью Норы, которой пришлось за него поручиться, подключив к этому делу свои связи. Если она узнает, что Габа натворил, то убьёт не его, а меня.

— Давайте покинем это место. И поскорее, — попросила третья принцесса, заметив направленные на нас хмурые, осуждающие взгляды.

А что ещё хуже, телефоны. Пришлось покинуть парк. По пути услышав довольно любопытные разговоры, касающиеся нас. Прохожие и в самом деле приняли меня за надменного аристократа, ведущего не самый праведный образ жизни, иначе зачем мне столько телохранителей и слуг? Да ещё на обычной прогулке в общественном месте. За простых «английских» школьниц они приняли только леди Уильямс и Дэвис. С принцессой и будущей герцогиней, при изрядной доле везения для последней, всё было куда интереснее. Маргарет уличные зеваки приняли за ещё одну мою служанку, а Кэтрин за пассию. Проще говоря — любовницу, что вызвало улыбки у валлиек, которые попытались их скрыть. Не очень удачно, поскольку не особо старались. Думаю, намеренно.

— Это была запоминающаяся прогулка. Теперь, если никто не возражает, маршрут выбираю я, — поставила нас в известность леди Уильямс.

Не прошло и часа, как мы стояли у дверей спортивного клуба. Капитан Рыцарей Зимородка, оказывается, и не думала мириться со столь компрометирующим её поражением. Показав рукой на дверь, решительно бросила мне вызов. Хорошо, перчаткой по лицу не съездила, в духе старых традиций. И то, похоже, только из-за её отсутствия. Я думал, за время совместной экскурсии она успокоилась и не стала на этом зацикливаться. Как оказалось, ошибся. Валлийка просто выжидала подходящей возможности, пряча коготки до поры, до времени. Мило улыбаясь, обходя в разговорах острые углы и ведя себя довольно непринуждённо. Наверное, чтобы раньше времени не насторожить и не спугнуть добычу. Вроде такого наивного оленя, как я.

Капитаном Рыцарей Зимородка двигала не только банальная месть или обида. Валлийка жаждала восстановить справедливость, как она её понимала. Пресечь слухи, будто между нами что-то есть. Выяснить, что же подвело её в поединке со мной? Как я обходил защиту и обнулял силовые приёмы? Ответы на эти вопросы были для леди Уильямс куда важнее, чем возможность дать мне по морде, устроив скандал, который только ещё сильнее ударит по репутации капитана команды. Ну и, конечно же, нужно преподать урок наглецу, доказав в первую очередь самой себе, что она способна это сделать без посторонней помощи. Здесь нам никто не помешает. Не будет дурацких правил. Идеальное место, чтобы свести счёты законными методами.

По мнению леди Уильямс, если бы она всё это заявила мне прямо в лицо ещё там, в школе, безотлагательно начав выяснять отношения, то оказалась бы в невыгодном положении. И в случае нового проигрыша, не дай Бог, такого же двусмысленного, понесла бы ещё большие репутационные потери. А так, сейчас рядом с ней только верные напарницы, которые скажут остальным то, что нужно и когда нужно. Уж об этом-то капитан команды Рыцарей Зимородка позаботится. С принцессой и Маргарет, в случае чего, тоже договорится. За время посещения музея, почву в этом направлении она уже осторожно прощупала. Найдя понимание у противниц, что Йохансона стоило бы слегка проучить, чтобы он не терял чувство меры.

Кстати, у меня возникло впечатление, что принцесса Кэтрин тоже ходила в музей не отдыхать, а работать. Они явно друг друга стоили. Наверное, именно поэтому легко нашли общий язык.

Видя, что девушка настроена решительно и отказа не простит, отказываться не стал. Но и идти у неё на поводу не спешил. Вместо предложенного администрацией клуба стандартного комплекта силового снаряжения, вышел на спортивную арену в своём, предусмотрительно взятым в эту поездку. На случай, а вдруг произойдёт нападение террористов, заговорщиков, инопланетян, мышей, зубных фей, а я безоружный. Как тогда спасать…ся?

Чтобы не повторяться, поскольку так неинтересно, решил устроить себе новый вызов. Опустил ранг доспеха до уровня кавалериста, подняв этим уровень сложности предстоящего поединка. Может, научусь новому трюку. И её порадую, и сам разомнусь.

Однако леди Уильямс широкого жеста не оценила. Ей не нужна была жалость и снисхождение. Она тоже взяла доспех ранга кавалериста, как бы заявив, что желает сражаться в равных условиях, чтобы никто не посмел потом поставить её победу под сомнение. Упёртая дамочка. Ну что ж, чужие принципы нужно уважать.

Сидя на втором этаже спортивного клуба, на открытой галерее, опоясывающей арену, где было устроено кафе, девушки пили чай с десертом. Если внизу кипели нешуточные страсти и оттуда доносился грохот, то наверху всё было тихо и спокойно. Не видя поводов для конфликта, члены обеих команд лениво общались, обсуждая уже девятую схватку.

— Долго эти голубки собираются выяснять отношения? — поинтересовалась третья принцесса у Дэвис.

— Полагаю, пока наш капитан способна стоять на ногах. Ещё минут десять, а потом её придётся нести на спине.

— Нет чтобы закончить всё за один сокрушительный удар, устроили состязание выносливости и стойкости. Знают же, что это вредно для моей фигуры, — ворчливо сообщила принцесса, пододвигая к себе тарелочку уже с третьей творожной запеканкой.

На арене два очень усталых кавалериста, позабыв про изящество и замороченные приёмы, безо всяких затей лупили друг друга тяжёлыми учебными мечами. Двигаясь уже не так шустро, как в начале девятого поединка. Если их всё же сравнить, Эрик выглядел намного бодрее, чем Уильямс. Маргарет с Кэтрин даже знали почему. Мало того, что Йохансон усердно тренировал тело и закалял дух, так ещё и практически не чувствовал сопротивления фантомной брони. Её веса. Всё равно, как если бы сражался голым против противника, обвешанного утяжелителями. Да ещё практически без потерь энергии. Крайне эффективно распоряжаясь доступными ресурсами.

С его невероятно высоким уровнем синхронизации каждый джоуль расходовался по назначению. Это преимущество с каждым раундом становилось всё очевиднее. Нужно быть слепым, чтобы не заметить разницу в количестве использованных батарей Уильямс и Йохансона. Также девушки из команды Рыцарей Зимородка обратили внимание на характер всех девяти поединков, в которых бойцы пытались одолеть друг друга только с помощью грубой силы и умения владения оружием. Силовые приёмы ими словно принципиально не применялись. Зная тактику боя Уильямс, её подруги быстро смекнули, что дело тут вовсе не в благородстве, а в чём-то другом. Если точнее, в Йохансоне. Поэтому они уже давно перестали переживать за итог этого уже предрешённого поединка, сосредоточившись на десерте.

— Ну что за клоуны? — послышался разочарованный голос одного из трёх парней, сидящих за соседним столиком.

Они пришли несколько минут назад и всё это время с интересом наблюдали за поединком.

— Да не говори. Скачут как две бестолковые мартышки, махая руками. Ни приёмов толком не знают, ни силовых техник. Кто их учил так сражаться?

— Любители, — авторитетно высказался третий, свысока, во всех смыслах, посматривая на арену.

Четверо девушек одновременно повернули головы в их сторону. С недоумением посмотрев на внезапно объявившихся «Експертов».

— Вроде кавалеристы, а сражаются как латники.

— Хочешь сказать, ты способен на большее? — заинтересованно спросила у них Гриффин, сидящая со своей компанией по соседству от них, только с другой стороны.

Энни Парк не посмела оставить госпожу без присмотра, так что вторая группа туристов «случайным» образом пересеклась с первой. С полного согласия всех её членов. Да что там согласия, стремления.

— Прости? — обернулись к ним удивлённые парни. — Что ты имеешь в виду?

Увидев симпатичных, молодых девчонок, они тут же подобрались, «встав» в охотничью стойку.

— Да так. Хотела кое в чём убедиться. Моя подружка, — кивнула на невозмутимую Эльзу — утверждает, что я достаточна хороша, чтобы подать заявку в нашу школьную команду по фехтованию. Но как-то боязно. Хотелось бы сначала проверить свои силы, чтобы не опозориться. Как насчёт небольшого товарищеского матча? Три на три. Проигравший оплачивает счёт победителя.

— Без проблем. Но если мы выиграем, то вы соглашаетесь сходить с нами на свидание.

— А вы из какого клуба? — проявил осторожность наиболее разумный из неразумных приматов.

— Рукоделия, — не моргнув и глазом, моментально ответила Гриффин. — Веночки плетём. Тапочки шьём. Урночки лепим. Всё в таком духе.

Дэвис покосилась взглядом на невозмутимую Маргарет, никак не отреагировавшую на это заявление.

— У меня рабочий день уже закончился, — пояснила леди Бедфорд, отказавшись вмешиваться в происходящее.

— Да что у вас за команда?! — поразилась лейтенант Рыцарей Зимородка. — Нам о Рыцарях Святой Анны рассказывали совершенно другое.

— С недавних пор у нас многое поменялось, — пояснила Маргарет, задумчиво переведя взгляд на арену.

— А ты что всё время молчишь? С кем там переписываешься? — переключилась она на Томас, что уже полчаса сидела с телефоном в руках.

— С подругами. Не обращайте на меня внимание, — попросила девушка, не отрывая взгляда от экрана.

Чат команды Рыцарей Зимородка.

Эби: — Ну как дела? Наш капитан уже намылила шею этому мужлану?

Кристи: — Скинь ещё видео. Присылаешь какие-то обрезки. Ничего не разобрать.

Мари: — Что-то они долго возятся. Капитан точно хочет с ним разобраться? А то со стороны кажется, будто она с ним заигрывает.

Эби: — Да быть того не может. Леди Уильямс никогда бы не стала нас обманывать.

Мари: — Не знаю, не знаю. Тогда, почему она его жалеет? Давно бы вытерла Гоблином пол. Или сделала из него уже ожерелье.

Томас: — Согласна. Выглядит это странно. Прислать более долгое видео или сменить ракурс не могу. Боюсь спалиться перед капитаном или лейтенантом.

Конгер: — Придумай что-нибудь. Нам нужен точный ответ. Есть между ними что-то или нет? Необходимо до отъезда из Лондона решить, будем ли мы разбираться с ним, проигнорируем или возьмём под наблюдение?

Финч: — Я бы сломала ему ноги. Все три! Это же кобель. Видели сколько вокруг Йохансона девок вьётся? Небось, тот ещё ловелас и бабник. Леди Уильямс определённо совершает самую большую ошибку в своей жизни. Мы не можем остаться в стороне. Её нужно спасать! Гоблин нашей Уильямс не пара. У кого какие идеи?

Эби: — Может лучше поговорить с капитаном, прежде чем что-то предпринимать?

Конгер: — А ты бы призналась, что крутишь роман с Гоблином, за которым бегает толпа озабоченных малолеток? У которого целый гарем, судя по слухам. А ещё, что он извращенец. Мне одна ученица Святой Анны рассказала, что он каждый вечер устраивает ритуальные оргии в мужском общежитии. С закосом под ролевые игры. За раз аж четырёх девушек «обслуживает».

Эби: — Какой ужас! «()_()»

Кристи: — И что? Никто не жаловался?

Конгер: — Судя по всему, нет. Они оставались довольны. Даже потом напрашивались на повторное посещение мужского общежития.

Кристи: — Я про администрацию школы!

Белый кролик: пользователю с ником Конгер выносится первое предупреждение. За второе вы будете отправлены в бан сроком на одну неделю. За третье, в ад, пожизненно.

Эби: — (⊙.⊙)

Финч: — (☉̃ₒ☉)

Конгер: — (⊙.⊙)

Мари: — (⊙.⊙)

Кристи: — (⊙.⊙)

Томас: — (°ロ°)

Белый Ролик: — ／(˃ᆺ˂)＼

Томас: — ТЫ ещё кто?!

Белый Ролик: — Администратор

Томас: — У этого чата нет администратора

Белый Кролик: — Теперь есть. Извините, но чат закрывается на санобработку. Нужно избавиться от паразитов

Домой принцесса Кэтрин Эдвардс вернулась поздно, сильно уставшей, но довольной собой. День прошёл плодотворно. Был богат на события. Всех поставленных целей, в той или иной степени, удалось достичь. Теперь можно и расслабиться.

Дойдя до мягкого диванчика, скинув домашние, тёплые тапочки, Кэтрин рухнула на него со вздохом наслаждения. Шевелиться ей совершенно не хотелось. На полчаса решила «умереть» в тишине и покое.

— Госпожа Эдвардс, — тихо позвала её горничная, — вас хочет видеть Его Светлость.

— Зачем? — лениво поинтересовалась третья принцесса, не раскрывая глаз.

Знала, что спрашивать об этом горничную бесполезно, но почему бы не потянуть время? Потраченное на тренировку удушающего приёма, используя в качестве манекена, подушку. Так отцу и скажет, если спросит. Но он же не спросит.

— Не могу знать. Мне ему что-нибудь передать? — вежливо отозвалась хорошо вышколенная прислуга.

— Не нужно. Сейчас приду. Где он?

— В своём кабинете.

Пришлось срочно «воскресать», а потом искать куда-то запропастившийся левый тапок, который нашёлся под диваном. Пригладив волосы, убедившись, что выбившиеся из причёски локоны не торчат во все стороны, Кэтрин пошла узнавать, чем ещё её хотят «осчастливить». В то, что отец позвал дочь ради того, чтобы просто с ней пообщаться, посидеть вместе, во что-нибудь поиграть соскучившись, она не верила. С его вечной загруженностью серьёзными, безо всяких шуток, делами, связанными с государственными интересами, времени на это у герцога Кембриджского постоянно не хватало. Нельзя сказать, что отец совсем уж не находил свободной минутки на семью, но явно не в том количестве, в котором хотелось дочери. Да и их общение в последнее время всё больше касалось тех самых серьёзных дел. Обсуждать с ним парк развлечений, своих друзей, вечеринки или концерты, было уже как-то стыдно.

Прежде чем войти в кабинет отца, Кэтрин постучала. Потратив пару минут на пустой разговор, ради приличий, Его Светлость задал довольно неожиданный вопрос.

— Что ты можешь сказать о своём однокласснике, Эрике Йохансоне? В личном плане?

— В каком-каком? — подумала, что ослышалась.

— Что он за человек? — уточнил отец, с тёплой улыбкой наблюдая за растерянностью дочери.

Описав парня со своей точки зрения, стараясь быть беспристрастной, Кэтрин вопросительно посмотрела на отца.

Намекая, что неплохо бы объяснить причину такого внезапного всплеска интереса.

— Видишь ли, Рэдклифы прислали весьма любопытный медицинский отчёт, показывая, что соблюдают заключённые ранее соглашения. Как и то, что им легко удаётся водить всех за нос. Дав болезненный щелчок по самолюбию нашей семейной разведки.

— Оу, — удивлённо воскликнула Кэтрин, откинувшись на спинку стула.

Выражая желание услышать подробности.

— Неужто наш мальчик на самом деле девочка? — иронично улыбнулась Кэтрин. — Скажу сразу, на смертельно больного он ничуть не похож.

— А на паладина похож? Который ещё полгода назад был простым ополченцем. И который впитывает в себя чужие навыки и силу, как губка. И что более важно, со способностью отдавать их обратно. Это с одной стороны. А с другой он у нас зарождающийся пророк, чтец памяти и умелец рассеивать чужие техники. С почти абсолютной властью над А-полем, дарующего ему почти неограниченные возможности. И это из того, что нам известно. Вполне допускаю, что перед нами не плоскость с двумя сторонами, а куб. Люди, вообще, существа многогранные и противоречивые. Что ставит нас в сложное положение. Не только семью Эдвардс. Непонятно, то ли Йохансон величайшее сокровище нации, то ли не менее величайшая угроза. И если тебе интересно, в отчёт вложен прогноз относительно дальнейшего роста его личной силы. Также как и оценены шансы того, что с таким разгоном характеристик он долго не проживёт. Достигнет предела и сгорит, не выдержав собственного величия. Гении, как правило, покидают нас рано, но зато оставляют позади себя глубокий след в истории. Я бы даже сказал, колею. Поэтому передо мной сейчас стоит сложная дилемма. Как, впрочем, и перед многими другими, знакомыми с настоящим личным делом Йохансона. То ли прибрать его к рукам. То ли избавиться от него. То ли попытаться наладить отношения, превратив в друга или союзника. То ли ничего не делать. Ждать развития ситуации, для большей ясности относительно состояния здоровья Йохансона. В том числе психического. Любой из этих вариантов имеет как плюсы, так и минусы.

Кэтрин на секунду поражённо замерла, осмысливая услышанное.

— Паладин? Потенциальный магистр ещё до окончания старшей школы? С навыками обучения, предвидения и условного анти-поля? Звучит весьма устрашающе. Такого противника я никому не пожелаю. А вот союзника, наоборот, — проанализировала информацию. — Причём, судя по активным заигрываниям учениц, не опасающихся грозного окрика из дому, многим известно если не всё, то достаточно, чтобы делать выводы с далекоидущими планами.

— Верно. Наша разведка заметила осторожный интерес к парню со стороны нескольких влиятельных родов. Более того, им заинтересовались ордена. Пока Йохансон не окончит школу, трогать его не станут, но вот потом, предложений ему поступит много. Разных, — отец многозначительно хмыкнул, хорошо зная эту братию. — Так что и нам спешить вроде бы незачем, но и медлить не желательно. В случае, если мы захотим изменить формат наших отношений с Йохансоном. Слишком уж с ним открываются лакомые перспективы, — честно признал отец.

Кэтрин умела не только слушать, но и слышать. Она тут же сложила этот разговор со вчерашней отменой запланированной ранее поездки на совместный отдых с семьёй лорда Грей. А также просьбу избегать пока компании их старшего сына Пайтона, которого прочили ей в женихи. О чём главы обеих семей, вроде как, уже договорились. Это был политический брак по расчёту, так что относилась она к нему соответствующе. Как к работе. Топнуть ножкой, хлопнуть дверкой и отказаться от всего, к чему привыкла, Кэтрин не торопилась. Девушка прекрасно понимала, что за всё в этой жизни приходится платить. И за роскошную, сытую жизнь, в том числе. В крайнем случае, если муж окажется совсем уж невыносим, он ведь и помереть может.

Поскольку речь о разрыве отношений с Пайтоном Грей не шла, Кэтрин поняла эту просьбу, как необходимость взять паузу. Возможно, ради последующего дополнительного торга или каких-нибудь политических мотивов, о которых она пока не знала. Поэтому отнеслась тогда к словам отца довольно равнодушно, с пониманием. Теперь же всё стало ясно. Но сложно!

— Я правильно понимаю, что акции Йохансона резко подросли в цене и стали более желанным активом, чем акции Грей? — уточнила в иносказательной форме.

— Правильно, — удовлетворённо кивнул отец, продекларировав. — Лорды — смертны. Фирмы — недолговечны. Деньги — пыль, — из уст министра финансов слышать это было особенно забавно. — Богатых женихов вокруг, как грязи. Хорошая наследственность, вот что для нашего рода важнее. Мы должны быть лучшими. Йохансон быстрыми темпами набирает популярность. Обзаводится нужными связями. Скоро получит титул рыцаря. Данное постановление уже внесено в канцелярию Его Величества. Если ему немножко помочь с рейтингами, то выйдет вполне достойный жених. Образ героя у Йохансона есть. Скоро к нему добавится образ чемпиона турниров и звёзды экранов. Состояние, небольшое, но всё же, как и имя, сделал себе сам. С нуля. Выходец из низов. Народ таких людей любит. А уж когда люди узнают про его реальный ранг так и вовсе начнут им гордиться. Аристократы тоже быстро увидят выгоду в дружбе с таким сильным гением. Да что там говорить, если министр Бедфорд уже прощупывает почву в этом направлении. Вполне возможно, строя те же планы, что и я. Чего, честно говоря, не хотелось бы. Всё же мы в правительстве союзники, из одной партии.

— Я поняла. Что от меня требуется? — подобралась Кэтрин, став серьёзнее.

— Ничего безрассудного или поспешного, — с улыбкой успокоил отец. — Я не торгую дочерью, что бы ты по этому поводу ни думала. Присмотрись к нему. Оцени перспективы этого союза. Прикинь собственную выгоду. Если результат тебя устроит, можешь смело действовать на своё усмотрение. Считай, моё принципиальное согласие получено. Детали обсудим позже. Если будет что обсуждать. Посчитаешь Пайтона более предпочтительным женихом, пусть так и будет. С Йохансоном я придумаю что-нибудь ещё. Был бы человек, а подход к нему найдётся.

Отдыхая после работы с баночкой пива в одной руке, телефоном в другой, для снятия напряжения и поднятия настроения, Нора лениво просматривала короткие смешные видеоролики. В этом мире было столько идиотов, что новые ролики появлялись быстрее, чем она успевала просматривать старые. Привлечённая названием одного из них, Нора, не ожидавшая никаких сюрпризов, привычно нажала на кнопку воспроизведения записи.

По мере узнавания действующих персонажей этого ролика, брови у девушки поднимались всё выше, а взгляд становился всё более пристальным и испуганным. Досмотрев до конца, произнесла всего одну эпическую фразу — ***ть!

— Мам, смотри какое прикольное видео мне прислали. Никогда не догадаешься, кто на нём отжигает не по-детски, — подозрительно возбуждённая и счастливая Марта, громко топая ногами по полу, пронеслась по коридору. — Это просто улёт.

Резко дёрнувшись, соскакивая с кресла, куда забралась с ногами, облившись пивом, Нора помчалась следом. Наперехват. Схватив мелкую, зажав ей рот, угрожающе прошипела, — Про что видео?

— Про котиков, — с круглыми глазами прошептала Марта, задрав голову.

— Про котиков? — недоверчиво уточнила Нора.

— Про котиков, — активно закивала головой мелкая.

Отпустив её, Нора облегчённо вздохнула. Но уходить не спешила. Какое-то смутное предчувствие не давало покоя. Показав матери видео про котиков, опасливо косясь взглядом на старшую сестру, коварная Марта с едва сдерживаемым предвкушением объявила.

— Ну а теперь, следующее видео. Что сейчас будет. Просто вау!

Вернувшись домой после довольно насыщенного событиями дня, застал до ужаса знакомую картину, под названием — «Сбор семейного совета Йохансонов». Так и знал, что кто-нибудь да сольёт в сеть видео с происшествием возле музея. Ну, сейчас начнётся — Эрик, куда ты смотрел? Как ты мог? Не ври мне! Это ты его испортил. Да разве же мог этот несчастный беженец с африканского континента совершить такое ужасное преступление? Он же бедный, необразованный человек, не знающий ни наших традиций, ни порядков. Уверена, если бы ему всё хорошенько объяснили, то он бы себя так не повёл. Почему не занимался с Габой? Не решал эту проблему, раз уж его приютил? Значит так. Немедленно найдите того человека, которого обидели, и извинитесь перед ним. Оба!

Этот разговор прокрутился в моей голове ещё до его начала. Смирившись с неизбежным, с печальным выражением лица молча сел за круглый стол. Готовя аргументы в свою защиту. Прикидывая, не дешевле ли заплатить подозрительно довольной, улыбчивой Марте? Мелкая, судя по её хитрому личику, уже предвкушала очередное зрелище. Явно ж знает, о чём пойдёт речь, но привычно выжидает подходящего момента, чтобы сыграть на повышении ставок.

— Все в сборе? — оглядела нас серьёзная мама, которой сильно не хватало мантии судьи, парика и деревянного молотка. — Тогда начнём. Эрик, тебе известно, зачем мы собрались? — внушительно на меня посмотрела.

— Да. Признаю, это полностью моя вина, — склонил голову, рассчитывая, что чистосердечное признание смягчит наказание.

Мама удивлённо вздрогнула. Ханна и Эдит недоумённо переглянулись. Марта посмотрела на меня с большим интересом, а Нора, такое впечатление, от услышанного просто ошалела.

— Что значит, твоя вина? — хором спросили у меня все присутствующие.

— Ты знаешь этого человека? — угрожающе нахмурилась Хелен Йохансон.

— Почему мне не сказал? Я думала, что я первая обо всём узнала, — расстроилась Марта.

— Ты-то тут при чём? — не поверила мне Нора.

— Как это? — удивился их странной реакции. — Это же я просил тебя оформить ему разрешение на оружие. Кто же знал, что он так им воспользуется, — огорчённо развёл руками.

— Ах, так он ещё и с оружием балуется? — поражённо ахнула мама.

— Это ты сейчас о ком? — насторожилась Нора.

Я внезапно понял, что чего-то не понял.

— О Габе, — искренне ответил.

— А что он сделал? — обрадовалась Нора, попытавшись вцепиться в эту тему.

Переключить на неё внимание собравшихся. Подозрительно воспрянув духом.

— А… ничего, — прислушался к уже не просто орущей, а включившей сирену интуиции. — А по какому поводу, собственно, мы здесь собрались? — поинтересовался, приняв позу, называющуюся — «Я весь во внимании.»

Ханна протянула телефон, на котором был готов к воспроизведению ролик, снятый тоже на телефон. Судя по интерьеру и обстановке, съёмка проводилась внутри какого-то паба, где проходила шумная вечеринка с участием очень пьяных людей. Настолько увлёкшихся безудержным весельем, что одна из девушек залезла на стол и станцевала на нём вступительную часть непристойного танца, с растягиванием верхних пуговиц блузки и задиранием юбки. Эротично двигаясь под одобрительные крики толпы, требующей большего. Трудно сказать, насколько далеко бы зашла неуклюжая пьянчужка в желании порадовать зрителей, да только оступившись, свалилась со стола, опрокинув стулья. А дальше её стошнило на какого-то парня, что попытался поднять упавшую на ноги девушку, довольно тесно к ней прижимаясь. Того же самого, что помогал звезде YouTubе залезть на стол, уговорив на этот зажигательный танец. Ролик показался бы мне весьма забавным, если бы дело не касалось Норы. Как мало я, оказывается, знаю об увлечениях нашей серой офисной мышки. Особенно, если её как следует напоить.

— Так что там натворил Габа? — покрасневшая Нора всё же попыталась спасти ситуацию.

— Да какая разница. Что за хмырь?! — возмущённо тыкнул пальцем в экран телефона, тоже пытаясь соскочить со скользкой темы.

— Коллега, — сдала её Ханна. — И она призналась, что практически ничего из этого не помнит. Её точно чем-то напоили. В тот день фирма Норы проводила корпоратив и вот к чему он привёл. Слава Богу, у сестры хватило ума отправиться не в гостиницу с этим красавчиком, куда он её звал, а на автопилоте поехать домой.

— Да не было там ничего такого, криминального. Ну, подумаешь, немножечко перебрала лишнего, — под пристальным взглядом матери пробурчала, быстро сдувшаяся как воздушный шарик, Нора, пристыженно опустив взгляд.

— Немножечко? — скептически уточнила Хелен Йохансон. — Мне так и сказать соседям или коллегам по работе, которые покажут эту запись и спросят, знаю ли я эту дуру? Да упейся хоть в селёдку, хотя я этого сильно не одобряю, но не ТАК же! На глазах у других людей, в публичном месте, на камеру, ведя себя как проститутка. Кому ты там сиськи хотела показать? И главное, зачем?! Есть чем похвастаться? Ну так сначала нам покажи. Давай же. А мы заценим и скажем своё мнение. Чего вдруг засмущалась?

Несколько минут мать жёстко, «тёркой» проходила по сестре, снимая с неё мелкую, сырную стружку. Чуть ли не рыча от злости. При нас, чтобы усилить воспитательный эффект. Глядя на это со стороны, почувствовал себя несколько странно. Обычно на таких собраниях пропесочивали меня. Стало как-то непривычно. Возможно, даже чуточку обидно. Вроде как у меня отняли моё по праву.

Я не знал, что видеоролики с участием Габы, сделанные возле музея Естественной истории, тоже были выложены в сеть, но быстро оттуда исчезли. Их оперативно вычищали сразу две команды специалистов по информационной безопасности, работающих на Рэдклиф и Эдвардс. Занимаясь этим даже не столько ради меня, сколько ради прикрытия принцессы, которая не должна попасть в скандал. Всех журналистов, успевших заинтересоваться роликом, быстро нашли и предупредили о нежелательности любых публикаций на данную тему. Пригрозив судебным преследованием за раскрытие личной информации. Мужчина, искавший туалет, заявление в полицию писать не стал, посчитав инцидент исчерпанным. Будь он аристократом, возможно что-то и предпринял бы, но в этот раз нам повезло.

После завершения семейного собрания я решил при случае проверить, были ли оправданы опасения Ханны или же права Нора? Пока об этом судить ещё рано.

На следующий день после школы отправился выполнять договор с близняшками Гловер. Отпросился в клубе фехтования, сказав, что мне нужно ехать на съёмки. Леди Бедфорд вошла в моё положение, но зачем-то потребовала взять с собой Рэдклиф, которая должна была это подтвердить. Прислать со съёмочной площадки фотоотчёт. Подумав, что вместе будет веселее, к радости Кейси, согласился на её компанию.

У съёмочного павильона, где проходил кастинг на второстепенные роли сериала, название которого я даже не удосужился спросить, нас встретила Тина Гловер. Первыми её словами были не — Здравствуй Эрик, а — Что эта тут делает? С таким выражением лица, словно увидела таракана.

— Эта тут, чтобы контролировать, — с вызовом заявила Кейси. — От вас троих всего можно ожидать. Учти, если клуб фехтования не получит обратно нашего лейтенанта, то вашу компанию, как и фонд, ждут тяжёлые времена. Настолько, что их банкротство покажется за счастье. А то ещё задурите ему голову всякими баснями об актёрском призвании. Его место на рыцарских турнирах, а не в гримёрках у пудреницы.

— Не тебе за него решать — высокомерно хмыкнула Тина, не став реагировать на угрозу.

Однако всё же серьёзно отнёсшись к её словам. По глазам видел. Семьи членов клуба фехтования действительно могли разорить компанию «Sunny morning». При желании. С этим и корпорация Рэдклиф справилась бы в одиночку, пусть и с серьёзными затратами. В том числе репутационными. Всё же Гловер управляли крупной медийной компанией, имеющей обширные связи и многочисленную аудиторию. Влияющей на формирование общественного мнения. На развлечения и досуг миллионов людей. Без необходимости с ними даже правительство старалось не связываться. Нет, конечно, если будет поставлена такая задача, то итог войны пасечника против пчёл очевиден. Но это уже крайности. Пасечник же не идиот, чтобы избавляться от столь полезных помощников.

Но в чём крылась сила семейства Гловер, в том же имелась и слабость. «Sunny morning» требовала огромных финансовых затрат. Инвесторы, банки, правительственная поддержка, частные фонды, акционеры, у кого они только не брали деньги под будущие проекты. Которые могли, как уйти в жирный плюс, принеся баснословные прибыли, так и улететь в столь же неприличный минус. Поэтому для разорения или выкупа их компании не обязательно целить именно в неё. Достаточно договориться с кредиторами.

— И не тебе, — ответила Рэдклиф на предыдущее высказывание.

— Леди, давайте ближе к делу, — сокрушённо вздохнул, не желая смотреть на то, как они ссорятся.

Потому что виноватым в итоге окажусь именно я.

— Кого мне нужно убить, чтобы получить роль… И, кстати, чью роль я должен получить? — озадаченно уточнил, только сейчас придав этому значение.

— Гваруса. Ренегата ордена Чёрных драконов, — подсказала Тина, вываливая на меня сразу кучу лишней информации. — Который любит прекрасную Гвинет, но не замечает влюблённую в него самого Натали. Гвинет же увлечена главным героем сериала, прекрасным рыцарем Ольгердом. Стандартная завязка. Там ещё есть парочка мимолётных связей, вроде подруги детства и помощницы, но они из разряда любовниц. Поэтому основная задача Гваруса гадить Ольгерду, добиваться Гвинет и устраивать разные интриги, чтобы отомстить Чёрным драконам, из-за которых погибла его семья. За что его и убивает Ольгерд. Естественно, пафосно, с сожалением, как и полагается.

— Это псевдоисторический сериал? — удивился.

— Нет. Действия происходят в современном мире. Похожем на наш. Однако Гварус, Гвинет, Ольгерд и Натали, это души перерождённых людей из прошлого. Которые в наше время продолжают делать то, что не закончили в своё.

— А актрису на роль Гвинет уже выбрали? — заинтересовалась Кейси, у которой подозрительно заблестели глазки. — Или хотя бы Натали?

— Все главные роли уже заняты. Гвинет одна из них. Актриса, которая будет играть Натали, если я не ошибаюсь, тоже уже выбрана, — с удовольствием огорчила её Тина.

— Тц, — досадливо цыкнула задумавшаяся Рэдклиф.

— Никаких несчастных случаев с актрисами, — строго предупредил я Кейси, догадавшись, о чём она подумала.

— Да, как ты мог такое подумать? — возмутилась девушка, но как-то не очень убедительно.

Даже Тина посмотрела на неё с подозрением. К счастью, не став заострять на этом внимание, Гловер проводила нас в одну из пустующих комнат, где вручила толстую пачку листов со сценарием. Не всем, а только теми его частями, что касались моего персонажа. Попросив не делать копий и не сливать полученную информацию в сеть. Это может существенно навредить сериалу «Восставшие из пепла». Подставив кучу ни в чём неповинных людей. Оставив их без денег.

Читать сценарий оказалось намного сложнее, чем книгу. Все эти пометки на полях, разбивки по репликам, сноски на каждого персонажа, сильно сбивали плавность повествования. Поскольку выбора у меня не было, репетировал вместе с Кейси, которая отыгрывала женские роли, получая от этого большое удовольствие. Ей-то переживать и нервничать перед пробами не приходилось. Камеры тут нет. Судей или посторонних свидетелей тоже не наблюдалось. К тому же, для неё играть всякие странные роли, обманывать и импровизировать, было далеко не в новинку. Вот кому нужно было идти в актрисы.

Через некоторое время вернулась Тина. Она отвела нас в комнату ожидания, где собралось человек двадцать, пришедших на прослушивание. Приблизительно моего возраста, хотя кое-кто из них выглядел намного старше. Наверняка они надеялись на свою гениальную игру, мастерство оператора и профессиональных гримёров. Несоответствие заявленного возраста персонажа и реального, актёрского, практиковалось в кино сплошь и рядом.

Делая вид, будто им плевать на окружающих, большая часть собравшихся усердно готовилась к выходу на съёмочную площадку, повторяя заученный материал. Оттачивая произношение и проявление эмоций в конкретных сценах. Кто-то из них нервничал, что пытался всеми силами скрыть. Кто-то скучал. А кто-то с интересом разглядывал соседей, будучи полностью в себе уверенным. Считая себя профессионалом, а остальных — жалкими любителями.

Наше появление не прошло незамеченным. Ведь Тина провела нас сразу во второй этап прослушивания. Воспользовавшись своими связями и привилегиями.

Если бы не моя, значительно улучшившаяся, память, я бы сейчас тоже не отрывался от бумаг. Боясь запутаться или что-то забыть. А так, сел себе в сторонке, рядом с Кейси и принялся терпеливо ждать. Чтобы скоротать время, попытался составить общее представление о своём персонаже. Чтобы понять, что он за человек? Должен ли я ему сочувствовать? Или, напротив, этот мерзкий злодей достоин только осуждения и презрения.

По сценарию Гварус являлся могучим рыцарем, переродившимся в теле школьника из захудалой семьи с кучей долгов. С подлыми и жадными родственниками, никак ей не помогающими. Парня презирали в школе. Называли слабаком. Его бросила девушка. Друзей он не имел. Стандартный набор «счастливого» попаданца. Будущего тёмного властелина, который появляется в третьей серии, а в шестой уже выпиливается из сюжета. Но зато, как он их прожил. В лучших традициях восточной литературы. Сэр, вы косо на меня посмотрели, за это я вырежу весь ваш род, включая кошек. Да что там, буду вычёсывать их перед смертью и давить каждую блоху, по одной.

Трижды проверял имя сценариста. Нет, всё же его написал не китаец. Даже странно. Может, это его псевдоним?

В любом случае не думаю, что сыграть Гваруса будет так уж сложно. Буду собой. Буду получать удовольствие от происходящего. Постараюсь не обращать внимания на чужие, косые взгляды. Ведь по большому счёту, особо стараться незачем. Провалюсь, да и хрен с ними всеми. В этом плане мне намного проще, чем остальным, поскольку я не переживал о результатах кастинга.

Актёры заметно взбодрились, когда помощник режиссёра раздал нам номерки, предупредив, что сейчас будем заходить в зал по одному, в порядке очереди.

— Вы с какого агентства? — тихо полюбопытствовал у нас сидящий по соседству парень.

— Мы с улицы. По объявлению. Вы не знаете, нас бесплатно кормить будут? — обрадованно повернулся к собеседнику, начисто отбивая у него желание продолжать разговор.

Услышавшие нас парни стали коситься на меня с заметным пренебрежением и насмешкой. Приняв за жалкого актёришку третьего сорта, которому ничего не светит. За неудачника.

— Тогда не тратьте время. Мистер Бейкер довольно строг и придирчив. Его невозможно переубедить. Он безжалостен к новичкам, — со скрытым умыслом посоветовал нам белобрысый красавчик с серьгой в ухе.

Определённо метивший на эту роль. Считая именно себя фаворитом кастинга, а остальных, обычной массовкой.

— Мистер Бейкер. А кто это?

Мой невинный вопрос вызвал смех у большинства присутствующих парней.

— Это режиссёр «Восставших из пепла». Вы даже не знаете, к кому пришли сниматься? — изумился сосед, посмотрев на нас, как на сумасшедших.

— Простите. Я в этом деле ещё новичок, — стыдливо признался.

Разыгрывая парней, я не преследовал никаких целей. Просто развлекался.

— Да какая разница? — со знанием дела махнула рукой Кейси, подыгрывая мне. — Платят, кормят, возят, чего ещё желать? Без разницы как зовут босса. Большой Босс, он и в Африке — Большой Босс, — сообщила об этом с подчёркнутой важностью, выделив последние два слова другой интонацией. — Правда же, мистер Буллит? — обратилась ко мне за подтверждением.

— Разумеется, мисс К.Р. — кивнул, благодаря за подсказку.

На этом, собственно, меня перестали держать за конкурента. Как мило с их стороны. Когда наступила моя очередь, лёгкой походкой отправился в зал. Сцены там не увидел. Обычное, просторное помещение, с кучей больших окон и ровным полом. За составленными вместе столами сидело восемь человек. Четыре мужчины и четыре женщины, которые с интересом принялись меня разглядывать.

— Номер семнадцать? — уточнил второй слева мужчина в костюме, заглянув в список, прикреплённый к планшету.

— Всё верно. Я номер семнадцать, — подтвердил с доброжелательной улыбкой.

— Мне не нравится его типаж, — сразу же заявила одна из женщин, обладательница фигуристой эффектной внешности роковой красотки и длинных каштановых волос.

Её причёска напоминала ту, что показывали в рекламе шампуня. Даже блестела так же. Роскошное платье и дорогие украшения сразу давали понять, кто тут звезда первой величины. По её личному мнению. Хотя, может, так оно и есть. Я далёк от мира шоу-бизнеса и кино. Не удивительно, что не узнал эту женщину в лицо.

— Слишком слащавый. Никакой выразительности, брутальности, — обосновала свой вердикт.

— Здесь не сказано, что у него есть опыт съёмок в других проектах, — озабоченно заметил полноватый мужчина, с глубокой залысиной, сидящий крайним слева.

Прежде чем это сказать, он внимательно посмотрел на разложенные перед ним анкеты.

— Скажите, вы умеете обращаться с силовым снаряжением? — спросила серьёзная женщина с немного широким и плоским лицом, носившая большие круглые очки в роговой оправе.

— Да, мэм, — проявил вежливость, сразу определив в ней типичного администратора.

— Пусть попробует. Раз уж мы все здесь собрались, — невозмутимо постановил режиссёр, сидящий в центре.

На вид обычный мужчина средних лет, шатен, с серыми, глубоко посаженными глазами. Нос с небольшой горбинкой. Широкие плечи и крепкие руки выдавали в нём человека, который не боится физического труда. Поэтому не удивился отсутствию у него пивного брюшка. Встреть его на улице, принял бы за обычного работягу с завода. Однако насколько обманчива внешность. И не скажешь, что он человек творческий, связанный с культурой.

— Покажи нам третью сцену, — попросил меня режиссёр.

Припомнив, что в ней было, окинул взглядом сидящих за судейским столом. Остановив его на молодой девушке в модных джинсах тёмного цвета и кожаной куртке. Собравшей недлинные, тёмные волосы в пучок на голове, закрепив их заколкой. Макияж у кареглазой девушки модельной внешности был довольно вызывающий и яркий. Может быть, именно поэтому обратил на неё внимание.

— Хорошо. Но эта сцена парная. Не возражаете, если я попрошу вот эту девушку мне помочь? Ей достаточно просто постоять на месте. Не обязательно что-то говорить. Пусть импровизирует, — позволил себе лёгкую наглость.

— Мелани? — невозмутимо посмотрел на неё режиссёр, ожидая ответа на столь неожиданную просьбу.

— Не хочу, — коротко отказалась девушка, сложив руки на груди.

Демонстративно откинувшись на спинку стула. Вот же стерва.

— Хорошо. Не много и потерял. Не умеет импровизировать, значит, не умеет. Незачем искать оправдания. Так мне даже проще будет, — слегка усмехнулся на её демарш. — А то ещё всё испортит.

Из-за учёбы в Святой Анне я стольких стерв повидал, что пронять меня теперь сложно.

— Нахал, — недовольно качнула головой Мелани, под одобрительную улыбку красотки в синем платье, резко изменившей обо мне своё мнение.

Они что, одно одеяло не могут поделить? Похвалишь одну, разозлишь вторую? Чёртовы Гловер с их затеей.

— Почему же? Похвальная искренность и уверенность в своих силах. Прошу, молодой человек. Играйте, — поддержала меня женщина в синем.

Сосредоточившись на поставленной задаче, заставил себя не думать о зрителях. Принялся вспоминать, как репетировал эту сцену с Кейси. Представил, будто вновь оказался с ней в той комнате. Что в тот момент чувствовал. Что хотел. Что говорил. Как на неё смотрел. Глубоко погружаться в воспоминания, забывая об окружающем мире, для меня привычно. Как и моделировать прошлое-настоящее-будущее в различных вариациях. Так что отыграл указанную сцену без запинки, легко и непринуждённо. Не веря в то, что меня одобрят, вёл себя естественно. Немного импровизировал. Немного наглел. Был в меру высокомерен и нетороплив. Ведь я Гварус! Он бы так и поступил. Всё было бы хорошо, если бы меня постоянно не раздражали просьбами повторить тот или иной момент. С другой интонацией, позой, взглядом. Да кем они себя возомнили?! Бессмертными горцами? Но, я же под личиной обычного английского школьника. Приходилось терпеть и подчиняться.

Хотя, если углубиться в детали, я ведь сейчас действительно проживаю свою вторую жизнь, переродившись после инициации в рыцаря. Прячу от окружающих свою реальную силу. Называюсь другим именем. Участвую в каких-то интригах. Имею кучу проблем с женщинами. Которые однажды меня точно угробят.

Увидев всё, что они хотели, каждый из членов комиссии поучительным тоном высказался, подводя итог. Рассказали, где и в чём я ошибся. Разобрали до мелочей отдельные части сцены. Нашли множество мелких ошибок и неточностей. Словом, попытались убедить меня в том, что я не школьник, не рыцарь, не умею разговаривать с принцессами, не умею выражать эмоции убийцы, и вообще, показал им уровень школьной постановки. Мелани и вовсе назвала меня неумехой. Раскритиковав всё, вплоть до цвета обуви. Пожав плечами, поблагодарил судей за уделённое мне время.

— Спасибо, что не стала выходить, а то бы совсем всё испортила, — кивнул на прощание девушке в кожаной куртке.

— Ничего. В следующий раз сыграешь лучше. Мастерство приходит с опытом, — утешила меня улыбающаяся женщина в синем платье.

Бросив косой взгляд на нахмурившуюся Мелани, у которой дрогнули губы. Наверняка хотела сказать что-то колкое, но не стала.

После просмотра всех претендентов на роль Гваруса, комиссия устроила совещание с целью итогового выбора. За номер семнадцать проголосовало только трое из присутствующих. Сценарист, главный оператор и Мелани. Девушка с неохотой признала, ради объективности, что парень справился с задачей довольно неплохо. Играл искренне, с удовольствием. Без лишней наигранности. Да, не без огрехов, но остальные были ещё хуже. Синтия, красотка в синем платье, которая вроде бы поддерживала и симпатизировала Йохансону, решительно высказалась против. Главный актёр, также присутствующий за столом, поддержал её. Сказал, что парень изображал Гваруса слишком недостоверно.

Потерев подбородок, сохраняющий спокойствие режиссёр, который не участвовал в этом голосовании, объявил.

— Пожалуй, я всё же отдам эту роль Йохансону. Меня увиденное вполне устроило. Снимем с его участием пару полноценных сцен и посмотрим, что получится. Время поменять актёра у нас ещё есть.

— Вы уверены, что он подходит на эту роль? — скептически спросила Синтия.

— Да. Номер семнадцать подходит и по внешним данным, и по умению уверенно держаться перед съёмочной группой. Есть в нём какая-то харизма, — задумчиво отметил Адам Бейкер. — К тому же Йохансон ведь будет исполнять не главную роль. Требования к Гварусу не столь высоки, как к Ольгерду. Как по мне, раскрытие этого персонажа слишком поверхностное, — он недовольно посмотрел на женщину в больших очках и старомодном платье.

— Продюсер требовал уделить больше экранного времени Ольгерду. Пусть даже в ущерб другим героям. Акцентировав основное внимание именно на нём. Он же у нас известная звезда, которая должна завлекать в кинотеатры зрителей. Стать узнаваемым лицом премьеры. Помимо мисс Синтии Парсонс и Мелани Кларк.

Судя по голосу, ей сложившееся положение вещей нравилось не больше, чем режиссёру. Для сценариста все герои были одинаково важны и интересны.

— Хронометраж не резиновый, — продолжила она, даже не посмотрев на «звезду» сериала, — Если у кого-то сцен стало больше, соответственно, у кого-то их должно стать меньше.

— Я всё же рекомендуют выбрать Питера Свонси, — продолжил слишком уж настойчиво продвигать этого парня помощник режиссёра. — У него лучше внешние данные. Богатый послужной список. Он умеет превосходно обращаться с силовым снаряжением. Состоит в спортивном клубе фехтования. Эта роль буквально создана для него.

— Хорошо. Будешь снимать свой фильм, возьмёшь Питера Свонси. А я выберу Эрика Йохансона, — упрямо объявил Адам Бейкер.

— Для этого есть какие-то особые причины? — спросила Синтия Парсонс.

— Да. И даже несколько. Кругозор свой расширяйте, звёзды узкого формата. Диксон, — повернулся к исполнителю роли Ольгерда, — мне было забавно наблюдать, как ты даёшь советы настоящему рыцарю, утверждая, что он на него не похож. Учитывая, что у тебя-то всего лишь ранг кавалериста. А ты, Парсонс, уверена, что знаешь, как себя ведут настоящие принцессы? Учитывая, что Эрик Йохансон не только учится вместе с третьей принцессой Кэтрин Эдвардс, но и состоит с ней в одной команде по фехтованию, которая выиграла Зимний турнир Большого Лондона. Разгромив сильнейшие команды. К тому же, главный спонсор «Восставших из Пепла» попросил взять парня на эту, честно говоря, незначительную роль, задействованную всего в нескольких сценах.

В отличие от некоторых недальновидных личностей, режиссёр заранее ознакомился с личными делами всех претендентов на роль Гваруса. Читая их не по диагонали бегло, а неторопливо и вдумчиво. Кроме того, лицо Йохансона показалось ему очень знакомым. Всё же парень успел засветиться в медиаполе, приобретя определённую известность. Став достаточно узнаваемым.

— Тогда к чему это представление? — Синтия Парсонс с недоумением показала рукой в сторону площадки.

— Мало ли кто за парня просил. Я должен был посмотреть на него вживую. Оценить. Если бы Йохансон для этой роли не подходил, он бы её не получил. У меня уже достаточно любимчиков публики, спонсоров и старых друзей. Вроде вас, — сказал напрямую, не боясь их обидеть. — Пусть хоть кто-то получит роль собственными силами.

А вот теперь он уже намеренно их уколол, вызывая желание доказать обратное. А то восходящие «звёзды» экрана слишком расслабились. Решили, что забрались на недосягаемую высоту.

Дойл Холланд, рядовой сотрудник юридической фирмы «Пратт и сыновья» не ожидал от сегодняшнего дня чего-то особенного. С утра была обычная рутина. Небольшие перекуры с коллегами. Разбор бумаг. Немного поиграл в компьютерные игры на рабочем месте, пока начальство думало, будто он занят серьёзным делом. После обеда поступил долгожданный вызов от нового клиента, с выездом на место, после которого Холланд планировал пораньше улизнуть домой. Дойлу казалось, что его жизнь удалась и всё прекрасно. Как говорится — Ничто не предвещало…

По продиктованному ему адресу Дойл приехал в какую-то дыру, расположенную в старом квартале города, с обшарпанными домами. Заехав во дворы.

— Опять работать за одну зарплату? — недовольно поморщился адвокат, оглядевшись по сторонам.

Выйдя на улицу из своего дорогого, взятого в кредит автомобиля.

— Хотя голос у дамочки был молодой, сексуальный. Может, не всё так плохо? Удастся получить своё если не деньгами, так чем-нибудь ещё, более приятным, — самоуверенно ухмыльнулся.

После этого предположения он мысленно решил удвоить предварительно названную, оценочную сумму гонорара, но с предупреждением о возможности и даже желательности торга.

Согласно договорённости, клиент должна была сама к нему выйти из ближайшего многоквартирного жилого комплекса, похожего на муравейник, но пока почему-то не спешила.

Мимо проезжающий фургончик, тихо шурша шинами, остановился рядом с его машиной. Вышедший из микроавтобуса чернокожий лысый громила, одетый в классический, строгий костюм, ещё и в чёрных очках, вдвое шире него в плечах и на голову выше, спокойно подошёл к удивлённому адвокату. Внимательно посмотрев на Дойла, незнакомец положил на его макушку свою лопатообразную ладонь и слегка сжал её, будто ухватился за баскетбольный мячик. После чего, ни слова не говоря, повёл адвоката в фургон. Попытки сопротивляться ни к чему не привели. У испугавшегося мужчины, не понимающего, что происходит, возникло ощущение, словно он голыми руками пытался остановить трактор.

С лёгкостью закинув Дойла в кузов фургона, где его принял ещё один бандит, на этот раз англичанин, забрался следом, закрыв за собой дверь. Машина сразу же плавно тронулась с места.

— Что происходит? Кто вы? — забросал их вопросами Дойл, пытаясь выглядеть спокойным, что удавалось с большим трудом.

— Друзья, — улыбнулся ему высокий, уже не молодой, но всё ещё крепкий мужчина, так же одетый в классический деловой костюм.

— У меня нет таких друзей, — обрадовался Дойл началу диалога.

Раз с тобой говорят, значит, готовы договариваться. Всё остальное, вопрос цены.

— Теперь есть. Будь умницей, посиди тихо пару минут. Не хотелось бы прибегать к скотчу. Знаешь, насколько больно его резко отдирать от кожи? — посоветовал незнакомец.

— Что вы от меня хотите? — напрягся адвокат, получив подтверждение своим страхам.

Это точно было похищение. Но зачем? Вроде бы у него не было серьёзных врагов или долгов. Так, по мелочи.

— Мы? — удивился англичанин. — Ничего. А вот кое-кто хотел бы задать тебе пару вопросов, на которые советую отвечать максимально честно. Иначе мой товарищ поступит с тобой очень-очень плохо, — пригрозил с прежней располагающей, жизнерадостной улыбкой, глядя Дойлу прямо в глаза, отчего тому становилось ещё страшнее.

Больше он с адвокатом не разговаривал. Темнокожий здоровяк так же молчал, не сводя тяжёлого взгляда с Дойла. Через несколько минут его вывели из машины в какой-то тесной, мрачной подворотне у мусорных баков, где их дожидался молодой, хорошо одетый парень. На вид — типичный аристократ, что грозило большими проблемами.

— Доброго дня, уважаемый мистер Холланд, — поздоровался тот, приветливо улыбаясь. — Хотя в этом ни слова правды, но формальности соблюдены. Поверьте, мне это не нравится ещё больше, чем вам. Поэтому, если не возражаете, давайте отбросим формальности, уловки, фальшь и перейдём сразу к делу. Вы человек занятой. Я человек занятой. Так зачем нам терять время? Согласны?

Продравшись сквозь чужое словоблудие, Дойл понял, чего от него хотят.

— Мне сказали, вы хотели со мной поговорить. Могли бы просто позвонить и не потребовалось бы устраивать это представление. — С недовольством заметил адвокат, почувствовав себя немного увереннее. Ведение переговоров, неотъемлемая часть его профессии.

Пропустив упрёк мимо ушей, парень со своего телефона продемонстрировал Дойлу знакомую запись, сделанную на недавно прошедшем корпоративе. Не передавая аппарата. Вытянув руку, развернув телефон экраном к адвокату.

— Узнаёте? — доброжелательно осведомился незнакомец.

— Да. И какое это имеет отношение к нашей встрече? — нахмурился Дойл, невольно напрягшись, что не укрылось от внимания собеседника.

— Самое прямое. Меня интересует, что ты подсыпал в стакан Норы Йохансон? Кто на это надоумил? И где ты это взял? — поинтересовался парень с той же доброжелательной улыбкой.

Сочетание сути вопроса и интонации, с которой он был задан, вызывало оторопь. Впрочем, Дойл быстро справился с замешательством.

— Не понимаю о чём вы? — почти сразу же ответил адвокат, изобразив удивление.

— Правда? А анализ её крови, вместе с экспертизой, проведённой со стаканом, на котором сохранились ваши отпечатки пальцев, утверждают об обратном, — улыбка парня незаметно трансформировалась из доброжелательной в хищную.

Где-то в другом переулке, недалеко от них, агент Ю ухмыльнулась.

— Врёт. Приём древний, как дерьмо мамонта. Я всё знаю, поэтому признавайся сразу. Какой же приличный адвокат на него поведётся?

Пару секунд напряжённо помолчав, раздумывая над ответом, Дойл ответил нейтральным тоном.

— Я не знаю, что это была за таблетка. По словам бармена, который мне её подарил, это обычная витаминка, которая в сочетании с алкоголем помогает человеку расслабиться. Не дурманя его сознание.

— Да ладно, — ахнула Юмерия. — Он что и правда ей что-то подсыпал? Ай да сукин сын.

— И? — странный парень, заметно похолодевшим голосом, попросил раскрыть больше деталей.

— И всё. Я хотел только проверить, так ли это? Если бы Йохансон почувствовала себя плохо, то, конечно же, я бы немедленно вызвал ей скорую помощь. А если бы она что-то почувствовала или заметила, сказал бы, что это была шутка. Розыгрыш. Только с этой целью я дал ей ту таблетку, — заверил Дойл страшного парня, чьи глаза показались ему глазами хладнокровного, жестокого убийцы.

— Я похож на доверчивого, пятилетнего малыша? — грустно спросил он у одного из «пиджаков».

— Судя по его словам, да, — подтвердил улыбчивый англичанин.

Подозрительно спокойно отнёсшийся к услышанному.

— Это чистая правда, — возмущённо заявил Дойл, пытаясь избежать ответственности.

— Вот что, мой любвеобильный друг. Сейчас ты уйдёшь отсюда живым и здоровым. Быстро-быстро. Запомни, ни я, ни мои люди не имеют к тебе никаких претензий. Пока. Живи хоть тысячу лет. Однако, — выдержал короткую паузу, — что-то мне подсказывает, что в ближайшее время тебя найдут в каком-нибудь бомжатнике, накачанного по самые брови афродизиаком в окружении десятка онлайн-камер и столь же любвеобильных исконных обитателей того места. Это только предположение. Не более. И вообще, я сейчас только шучу. Так и передай следователям. Слово в слово. Всего хорошего мистер Холланд, — пожелал абсолютно неискренним голосом.

Адвокат был достаточно умён, чтобы понимать, незнакомец сейчас вовсе не шутил. И его недавние мечты вполне могут осуществиться. Только с той лишь разницей, что не Дойл будет кого-то ставить в позу пьющего оленя, а его самого поставят.

Если бы парень с пугающим взглядом открыто угрожал или что-то требовал, то неосторожно подставился бы перед законом. А так, он показал себя опасным и расчётливым человеком. Которому даже соучастие в похищении не предъявишь. Скажет, что был абсолютно уверен в добровольном согласии адвоката на эту встречу. И своих головорезов отмажет. Особенно, если имеет много денег, связей и хороших адвокатов. Дойл прекрасно знал, как это делается, поскольку сам не раз занимался подобными делами. Всплывшие в этом случае экспертизы и вовсе ударят по самому адвокату. В лучшем случае он может лишиться лицензии. Что ему после этого делать? На завод идти? Следовательно, нужно договариваться по-хорошему сейчас, если есть такая возможность. Если бы этот парень был из полиции, на что не похоже, было бы намного проще. И спокойнее. Но это ещё следовало проверить.

— Вы из полиции? — напряжённо спросил Дойл у незнакомца.

— Я из общества анонимных любителей животных. Люблю, понимаете ли, спасать от голода бездомных крокодилов. Мой чернокожий друг знает множество мест, где они водятся. Даже здесь, в Лондоне. Ещё вопросы будут?

— Да. Что можете посоветовать, чтобы ваша шутка так и осталась только шуткой? — Дойл натянуто улыбнулся, понимая, что его загнали в угол.

— Поменьше грешить и смотреть в другую сторону от Норы Йохансон. Иначе мои шутки станут ещё более злыми. И пророческими, — намекнул незнакомец. — Ваше счастье, что в тот день вы оставили своего «дружка» в штанах. Иначе, один мой знакомый ветеринар стал бы богаче на миллион фунтов. Не потратил, считай, заработал. Так что спасибо, мистер Холланд, за бережное отношение к моим деньгам. Надеюсь, вы больше не дадите мне повода вспомнить о вашем существовании. И тот ветеринар, как и многие другие люди, не узнают об этой истории. Иначе, я не представляю, что он с вами сделает. Месть и обида толкают людей на страшные вещи. Можете мне верить, — продолжил его стращать, делая вполне прозрачные намёки.

Подъезжая к дому, Норе решил ничего не рассказывать. Зачем? Чтобы она начала подозревать коллег во всяких нехороших делах? Для этого у неё есть я. Да и не ради благодарности проводил это расследование. Пусть у неё на работе будет всё спокойно. К тому же расследование ещё не окончено. Это дело нужно довести до конца. Попросил семейство Вилсон заняться предприимчивым барменом. Узнать, что он за тип. И не на регулярной ли основе занимается подобными шалостями. Если да, приму меры. Не у всех сестёр есть такие замечательные, заботливые, смелые и сильные братья. Сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Это в продолжение темы о том, что я чужд хвастовства.

Иронично посмеиваясь над собой, посмотрел в окно машины. Заметив возле соседнего с нашим домом особняка горы вынесенной на обочину мебели и толпу снующих возле грузовиков рабочих, удивился. Поскольку секретарём всё ещё не обзавёлся, что с каждым днём становилось всё актуальнее, пришлось просить водителя остановиться. Захотел выяснить, что случилось? Не из-за нас ли съезжают соседи? А то, может, Габа или Марта опять отличились, а я и не знаю. Или какая другая напасть в округе появилась.

В нашем прошлом районе соседи были намного дружнее и общительнее, чем в этом. Все всё друг про друга знали. А здесь местные жители огородились высокими заборами и живут, как на отдельных островах. Никогда не предупредят, если вдруг что-то случилось.

По словам бригадира грузчиков, которого я расспросил, прошлые хозяева этого дома внезапно решили переехать. Дом продали буквально за пару дней. Покупателями оказались какие-то французы. Подробностей про них он не знал. Ни кто такие, ни откуда, ни чем занимаются. Ладно, потом познакомимся. Когда Марта с Эдит опять будут играть в бадминтон в саду и случайно перебросят воланчик через забор. Отправив за ним Габу, как самого послушного. В прошлый раз нам вернули их обоих на полицейской машине, подвезя до самой двери. Мама потом ходила с пирогами извиняться. Видите ли, наш африканец не привык разгуливать без здоровенного охотничьего ножа. А что тут такого? Вдруг потребуется яблочко почистить или колбаски нарезать. Не на кухню же за ним идти. Ну а что по этому поводу подумали соседи, они нам не рассказали. Постеснялись, видать, Габу за маминым плечом.

Дома меня ждала новая куча корреспонденции. Из школы. Из киностудии. Из корпорации Рэдклиф. От непонятных личностей и организаций. Он министерства рыцарей Британской короны. От налоговой. Вернувшись к предыдущему письму, удивлённо рассмотрел уведомление о дате экзамена на присвоение мне рыцарского титула. Вот так новость. Обычно его присваивали совершеннолетним, и то не всем. Например, за заслуги перед короной или страной. Людям, добившимся большой известности или уважения в обществе. Детям аристократов. Последние его получали сразу по достижению ими нужного возраста, безо всяких дополнительных требований. Конечно же, если имели подтверждённый рыцарский ранг. Существовал ещё институт так называемых почётных рыцарей, но это совсем другая история. Не про операторов А-поля.

Сначала мне предписывалось сдать квалификационный экзамен в министерстве Рыцарей Британской империи, подтвердив право на титул рыцаря. Включающий в себя не только практическую часть, но и теоретическую. Нужно было доказать, что ты человек воспитанный. Умеющий правильно вести себя в обществе. Знающий этикет и хотя бы основу рыцарского кодекса. Понимающий, кому и чем обязан. А то Короне не улыбалось сначала давать титулы за личную силу, а потом спустя некоторое время отнимать за недостойные поступки или ужасающее поведение. Это било уже по её репутации, а не по всяким недоумкам. Поэтому титул рыцаря и ранг рыцаря понятия не обязательно связанные.

После сдачи квалификационного экзамена должна была пройти небольшая, скромная церемония в Букингемском дворце. Без лишнего официоза, в рабочем порядке.

Появление этого письма удивило. Видимо, кто-то из моих покровителей похлопотал о включении меня в списки достойных рыцарского титула. Зачем им это понадобилось, я догадывался. Что Рэдклиф, что герцогу Кембриджскому. Наверняка ради получения дополнительного престижа и денег. Вроде как — посмотрите, какие люди на нас работают, а вы ещё нос воротите.

Об этом уведомлении я тоже не стал рассказывать сёстрам. Сделаю потом ещё один приятный сюрприз. Мне нравилось, как они на них реагировали. Приятно посмотреть и есть что вспомнить. Заглянув в исписанный ежедневник, нахмурился. Уже слишком много чего приходилось запоминать, контролировать и согласовывать. Тут ещё намечались планы по работе, по сьёмкам, по учёбе, по тренировкам. Отвлекали звонками разные личности. Не на кого было спихнуть часть организационных вопросов. Поэтому, немного подумав, дал объявление о найме личного помощника. У каждого из моих слуг есть свои обязанности и зона ответственности. Не хочу распылять их силы. Да и Нору постоянно дёргать как-то уже неудобно.

Мои служанки, которые уже всё знали, а чего не знали, выяснили к вечеру, пришли с очередной инициативой. Решив не дожидаться, пока я найду ещё одного неподходящего для своей должности человека. Так вот, Цзя Мей заявила, что нам крайне необходим приличный дворецкий. И садовник. Ибо так положено человеку моего статуса. Будущего. А то, вдруг придут важные гости, а у нас нет дворецкого. Непорядок. Сестры рано или поздно женятся и уйдут к мужьям, мама отправится в путешествие, я куда-нибудь улечу по делам, вместе с ними, а дворецкий останется и будет следить за домом. Логично? Логично! Значит, решено.

И так уж случилось, само собой, что у них есть на примете такой человек. Надо бы пристроить его к делу, пока он свободен. А садовником пусть пока побудет доставщик Фань.

Смотрю на сестёр Цзя и поражаюсь. Будет им дворецкий. Пусть он за ними следит и направляет их энергию в нужное русло, а то мне постоянно некогда. Попросил пригласить этого идеального, по их словам, человека. Посмотрю что за тип. Если молодой и смазливый… китаец, обойдёмся пока без дворецкого. И вообще, я всё чаще стал подумывать посмотреть, что творится в голове у Цзя. Под предлогом изучение китайского языка и их традиций, что тоже весьма полезно. Лишних знаний не бывает.

— Брат, мне нужна твоя помощь, — в комнату без стука зашла Хелен Уильямс.

Хотя даже если бы постучала, Чейз Уильямс этого бы не услышал, поскольку сидел в наушниках, смотря какой-то фильм на своём компьютере.

Почувствовав, что он больше в комнате не один, Чейз удивлённо повернулся на вращающемся кресле, снимая большие, студийные наушники.

— Хелен? Ты уже вернулась? — задал глупый, в общем-то, вопрос. — Привет, сестрёнка. Как всё прошло? — с улыбкой поприветствовал любимую, младшую сестрёнку.

— Мне нужна твоя помощь, — повторила решительно настроенная Хелен, не сводя с него требовательного взгляда.

— С чем?

— Нужно преподать урок хороших манер одному наглому англичанину.

— За что? — изумился брат, зная характер Хелен, которая не отличалась ни вспыльчивостью, ни конфликтностью, ни излишней мстительностью.

Должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы она пришла просить его с кем-то разобраться. Тем более, зная, насколько силён Чейз. Это всё равно, что пользоваться кувалдой, чтобы расколоть орех.

— За всё! — поджала губы Хелен, отказавшись объяснять.

Увидев выражение её лица, у Чейза проснулось любопытство.

— А поточнее?

— Ты поможешь или нет? — вновь уклонилась от ответа, что для неё тоже было нехарактерно.

— Понятно. Позвоню-ка я Дэвис. Может, она…

— Не надо, — перебила брата нахмурившаяся Хелен. — Зайди на сайт нашей команды через мой личный кабинет. Посмотри последние видео, выложенные во внутренний чат, — подсказала с явной неохотой.

Свернув фильм, Чейз быстро нашёл искомое. И две эффектные встречи с лейтенантом команды Чёрных рыцарей Святой Анны и то, как её где-то в городе, одетую в платье, несёт за спиной, сцепив руки в замок, какой-то незнакомый парень. Судя по комментариям, переполненным различными эмодзи и восклицательными знаками, тот же самый. Поняв, в чём дело, Чейз расплылся в широченной улыбке.

— У тебя появился парень? — снова повернулся к сестре.

В глазах Хелен сверкнула молния, после чего в них отразился обугленный, дымящийся труп шутника. Но только воображаемый.

— Нет у меня парня! — яростно прорычала Хелен, которую этот вопрос уже достал.

— Нет так нет. Познакомишь?

— Перебьёшься. Мне нужно, чтобы ты его хорошенько проучил. Он меня унизил. И лучше всего, если сделаешь это прикинувшись оруженосцем, не раскрывая своего имени. При свидетелях. В какой-нибудь обидно-поучительной манере. Сказав, что пришёл отстаивать мою честь. Хочу вернуть ему его «подарок» той же монетой. Показать, что он не настолько уж и крут, каким пытается казаться.

— Отомстить? — уточнил Чейз, становясь серьёзнее.

— Не отомстить, а проучить, — поправила Хелен, что говорило о многом.

— Может, ты как-нибудь проще донесёшь до него свои пожелания? Мне лень тащиться в Лондон и кого-то там разыскивать, — брат попытался отказаться от этой сомнительной чести.

— Взамен я помогу уговорить Эбигейл сходить с тобой на свидание. Не скажу матери, что это ты поцарапал её машину. И сделаю вид, будто не знаю, что у тебя хранится в папке Копия документа-412.

— Вот за что я тебя бо… уважаю, так это за комплексный подход. Уговорила, намылю я шею этому бедному школьнику, на которого ты положила глаз и грудь, судя по последнему видео.

В глазах Хелен промелькнула очередная ветвистая молния, разметавшая его прах по всей комнате.

— Хорошо-хорошо. Ничего не говори. Страсть как хочу посмотреть на Лондон. О, точно! — обрадовался Чейз, что-то вспомнив. — У меня же там друг зависает уже вторую неделю. Домой не возвращается. Придумывает какие-то детские отговорки. Заставляет родных беспокоиться, мне звонить. Загулял, наверное, вздорный шотландец. А то и в кого-то влюбился. Проведаю. Узнаю, вдруг у неё есть симпатичная подруга. Или даже две.

— Чего мелочиться. Давай уж сразу четыре, чтобы им было удобнее нести твой гроб. — Заявила ехидная сестрёнка, что при посторонних людях вела себя совершенно иначе, нежели дома.

Разбуженный посреди ночи, с большим недоумением посмотрел на светящийся экран телефона. Даже не представляю, кто бы мог мне звонить в такое время. Преодолев желание отключить его, чтобы спокойно спать дальше, всё же решил ответить. А вдруг мне хотят сказать что-то важное? Вы выиграли телевизор в лотерею, о которой до этого дня даже не слышали. Или — Вам звонит служба безопасности банка…

— Простите за беспокойство босс, — услышал серьёзный голос Кристофера Вилсон. — У меня возникли проблемы. Требуется ваша помощь. Прямо сейчас.

— Что случилось? — напрягся.

Мистер Вилсон не из тех людей, что любит розыгрыши или беспокоится по пустякам.

— Помните, вы давали задание проследить за барменом из паба «Весёлая уточка»? Так вот, этот человек оказался связан с непростыми ребятами, промышляющими торговлей наркотиками. Этой ночью у них была встреча. В районе складов на углу 34 и Ливен-стрит. Там, где куча небольших, частных цехов. Простите босс, я недооценил осторожность этих ребят. Одного из них я, скажем так, выловил для разговора по душам. Однако пропажу заметили и подняли тревогу быстрее, чем я рассчитывал. И вместо того, чтобы разбежаться по углам, как тараканы на кухне, когда на ней включают свет, они устроили на нас облаву. Действуя подозрительно самоуверенно для тех, кто, по идее, должен опасаться приезда полиции. Поэтому я вместе с дочерью вынужден был укрыться на одном из складов. Если бандитов, которых откуда-то набежала целая свора, не отвлечь или не разогнать, они скоро нас найдут и тогда всё будет печально.

— Брина вместе с вами? — встревожился, ухватившись за главное в этой неприятной новости.

— Да.

Показалось, в голосе Кристофера проскользнуло смущение, смешанное с толикой сожаления.

— Дочь решила помочь мне с работой. Ей стало скучно одной сидеть дома. К тому же мы долго не проводили время вместе, вот и решили совместить приятное с полезным. А ещё ей совестно брать ваши деньги за просто так, но я вам этого не говорил, — с коротким смешком он сдал Брину с потрохами.

Нашёл о чём беспокоиться.

— У меня сейчас только два вопроса. Почему вы не вызвали полицию? И почему не можете справиться с ними собственными силами? С учётом вашей квалификации и опыта, как и талантов Брины, несколько отморозков не должны представлять для вас большой опасности.

Я имел хорошее представление о том, на что способен Кристофер, так вопрос вовсе не праздный. Мистер Вилсон тут же подтвердил мои опасения.

— По первому вопросу, — с армейской основательностью он принялся всё раскладывать по полочкам. — Наш «добровольный» осведомитель сообщил, что их организацию крышует кто-то из полиции. Из местного районного участка. Так что вызов стражей порядка может оказаться не лучшей идеей. Замешанные в наркоторговле продажные копы под шумок обязательно попытаются избавиться от улик и нежелательных свидетелей. А то и вовсе замять дело, поскольку оно непосредственно связано с вашим вторым вопросом. Бандитов сюда набежало вовсе не несколько. К тому же не просто с незарегистрированным силовым снаряжением, а с полноценными фантомными доспехами. Понятия не имею, откуда, но я видел их собственными глазами. Вероятно эти люди имеют какие-то общие дела с подпольным клубом уличных фехтовальщиков. Поэтому вступать в прямое боестолкновение с таким противником считаю слишком рискованной затеей. У нас пистолет и снайперская винтовка, а у них тяжёлая броня и большая численность бойцов. Есть ещё и третий вопрос, связанный с нежелательностью привлечения к этому делу полиции. Сможете сделать так, чтобы нам не предъявили обвинения в нападении на работников склада и незаконном проникновении на частную собственность? Не говоря уже об убийстве. Если до этого дойдёт, — уточнил Кристофер, почти не сомневаясь в том, что так и будет.

— Я понял. Сколько им потребуется времени, чтобы вас найти?

— Часа полтора, а то и больше. В этом районе слишком много укрытий и зданий. У наркоторговцев хоть и много людей, но не настолько, чтобы прочесать всё мелкой гребёнкой за короткое время. Да и вести себя слишком нагло они тоже не рискнут, опасаясь спровоцировать вызов полиции другими арендаторами здешних площадей. Или задеть чью-то сигнализацию.

— Хорошо, сидите тихо. Скоро приеду и устрою там маленькую войнушку. В неё не встревайте. Незаметно уходите при первой же возможности. С полицией и бандитами я сам улажу все вопросы. Вас там нет и не было. Понятно?

— Так точно, босс, — успокоился Кристофер, веря в моё слово.

Поводов усомниться в нём я ещё никому не давал.

Сразу же после завершения звонка не стал суетиться, срываться с места или паниковать. Минуту потратил на размышления. Будь я прежним Эриком, то не раздумывая помчался бы спасать друзей, размахивая мечом. Однако со временем, набравшись опыта, как своего, так и чужого, стал умнее. Начал просчитывать больше ходов наперёд. В данном случае проблема состояла не столько в способе её решения, сколько в необходимости защитить себя и своих людей от возможных последствий. В идеале, обернув их в свою пользу. Да ещё так, чтобы это всех устраивало. Задачка хоть и сложная, но решаемая.

Не убирая телефона, позвонил госпоже Чамар. Трубку она взяла не сразу. Пришлось подождать, надеясь на лучшее. Голос индианки показался мне сильно недовольным.

— Какого Раху ты звонишь в такой час? Жить надоело?

— Доброй ночи, госпожа Чамар, — поприветствовал её нарочито жизнерадостным голосом. — Простите за беспокойство, но у меня возник срочный вопрос. Вы хотите получить больше данных о границах возможностей Оракула? О его вычислительных способностях. О том, насколько далеко он может смотреть в будущее, — начал наш разговор с темы, которая не могла её не заинтересовать.

— Хочу. И?

— Насколько сильно? — спросил вкрадчивым тоном.

Неожиданный вопрос заставил госпожу Чамар растеряться, однако она быстро оправилась от удивления. Заподозрив, что вопрос был вовсе не риторическим.

— Аж спать не могу. Йохансон, если немедленно не объяснишь, какого хрена ты мне сейчас звонишь, то завтра загоню на беговую дорожку, подключенную к электрогенератору. Будешь заряжать Оракула за счёт мускульной силы. Раз уж интеллектуальной недостаёт.

Однако, как изящно она назвала меня дебилом.

— А если скажу, что мне пришло видение о том, что сегодня ночью могу попасть в серьёзную переделку? Если, конечно, вы мне поможете.

— Что значит, если? — многозначительно хмыкнула.

Непонятно, то ли имея в виду свою помощь, то ли неотвратимость неприятностей, то ли требуя дальнейших разъяснений.

— Дело в том, что в том видении, похожем на сон, я совершал ночную пробежку по промышленному району Лондона и случайно попал в эпицентр бандитской разборки. Со стрельбой и применением тяжёлой фантомной брони. Судя по увиденному, незарегистрированной и нелегально модифицированной. Причём, мне стыдно это признавать, именно я её и спровоцировал. Своим неожиданным появлением не в то время и не в том месте.

Надеюсь, она не задаст вопрос, что я вообще там делал? Тем более в такое время. Если что, всё буду валить на волю небес. Самое удобное оправдание, не требующее логики и доказательств. Недаром же церковь прикрывалась им столетия и так ни разу и не была поймана на лжи.

— В связи с чем у меня возник вопрос. Оно мне нужно? Может, лучше дома спокойно посплю? А то, что я скажу полиции? Что у меня приступ лунатизма? Вот если буду иметь обоснование, — добавил другим тоном, — да подкреплённое вашим распоряжением о рабочей необходимости, в рамках производимых исследований, то это уже совсем другое дело. Что скажете? Может ли это видение будущего оказаться ложным? Или всё же стоит идти собираться? Раз уж всё предопределено.

Учёная со всё возрастающим интересом посмотрела на подвешенную перед ней «конфету» в яркой обёртке. Образно выражаясь. Соображала она быстро, так что ответила бодрым голосом, давая развёрнутый ответ.

— Не ложным, а альтернативным. И то, раз ты знаешь, что оно уже произошло, значит так и случится. Линия развития событий уже проложена и сохранена в пространственно-временном континууме. Поскольку нельзя оперировать данными, которых нет. Другое дело, что по теории мультивселенной ты не обязательно находишься в той цепочке событий, которую рассматриваешь. Но раз уж этот разговор состоялся, вероятнее всего, это не наш случай. Считай, что у тебя есть моё распоряжение бегать по ночам, — «обрадовала» начальница.

— А может, лучше на всё плюнуть и хорошенько выспаться? — грустно предложил, доигрывая свою роль до конца. — Здоровый сон, основа здорового образа жизни. И долголетия. Наверное.

— Йохансон, не заговаривай мне зубы. Чтобы сейчас же отправлялся бегать. Хоть кругами, хоть восьмёрками, хоть зигзагами. В силовом снаряжении. А чтобы уж наверняка не отлынивал от своих обязанностей, сейчас пригоню трейлер и лично проконтролирую, что за Сказки Венского леса ты пытаешься мне «продать». Надеюсь, среди них будет что-то стоящее, иначе такие пробежки станут у тебя регулярными, — пригрозила учёная, уже всё для себя решившая.

Деловито спросив адрес, госпожа Чамар сообщила, что выезжает. Приказав без неё не начинать. Будто бы я только этого и ждал. Нет уж, обязательно дождусь, ведь у индианки, помимо вредного характера и неуёмной тяги к опасным экспериментам, имеется передвижной командный пункт. Куча разрешений. Определённая репутация. Так что задание с выходом на ночную пробежку в силовом снаряжении никому не покажется слишком уж невероятным. Вполне в её духе. Также у начальницы имелась прямая связь с госпожой Рэдклиф, которой я не мог просто так позвонить напрямую и попросить исполнить мои личные пожелания, никак не связанные с делами корпорации. До этого звонка. Словом, благодаря участию Рашми Чамар я получил основания для последующих действий, чего и добивался.

Обычная разборка с бандитами госпожу Чамар нисколько не интересовала. Однако, если в ней применялись фантомные доспехи, которые можно использовать в своих экспериментах, да ещё за чужой счёт, без сбора различных разрешений и согласований, то это уже совсем другое дело. Поэтому ещё до звонка я не сомневался в том, какое она примет решение. Будь у этой безумной учёной другой характер и склад ума, она бы не согласилась в школьном подвале испытывать генераторы А-поля. Или вскрывать батареи фантомной брони. Какое счастье, что госпожа Чамар не увлекалась ядерной энергетикой. Иначе я бы всерьёз задумался о смене места жительства. А то и страны.

Следуя плану, дальше связался с Джейн Гриффин.

— Привет. Прости, за поздний звонок. Ты не могла бы срочно одолжить мне свою оружейную карту памяти? Я за ней через пятнадцать минут заеду? Хорошо? Спасибо, — быстро проговорил в телефон, практически на одном дыхании.

— Эээ? Чего? — заторможено, сонным голосом спросила Джейн, пытаясь сообразить, что происходит.

— Говорю, мне пулемёт нужен. Утром верну. Выручишь? — упростил объяснения до предела.

— Зачем? — продолжила тупить.

Пришлось разжёвывать.

— Мне по заданию начальства нужно протестировать новый режим работы силового снаряжения. Для чего требуется одну ночь долго и упорно бегать. А я не люблю этим заниматься в одиночестве, в не самых благополучных районах города, по которым проложен маршрут. Кто его только составлял? — огорчённо вздохнул, сетуя на чьё-то разгильдяйство. — Поэтому мне бы не помешало какое-нибудь средство самозащиты. И твой пулемёт подойдёт для этих целей лучше всего, — дал ей «логичное» объяснение.

— А не проще взять перцовый баллончик? — посоветовала девушка, шумно и протяжно зевнув.

Настолько притягательно, что аж самому захотелось за ней повторить.

— Тут такое дело… — замялся, изобразив смущение. — В общем, у меня плохое предчувствие. Подобное тревожное состояние появлялось уже дважды. Один раз в порту, во время штурма ремонтного дока, а второй, перед встречей с африканскими пиратами.

Гриффин промолчала секунду… вторую… третью… четвёртую… а потом воскликнула, — Эрик, сиди дома!

— Не могу. Я не хочу превратиться в мнительного труса, боящегося ночью выйти из дома. Я же рыцарь. Герой. Будущий спаситель драконов и победитель принцесс. То есть наоборот. Дашь пулемёт? — резко сменил тему.

— Не дам, — встревожилась напарница. — Я лучше с тобой пойду. А то мало ли что случится. У тебя непревзойдённый талант влипать в неприятности. Без меня, — добавила едва слышно. — А нельзя подождать до утра? — спросила с явной неохотой вылезать из тёплой, мягкой постели.

— Нельзя.

— Ну ёлочки-колючки. Всё у тебя не так, как нужно. Хорошо. Приезжай. Жду, — вновь заразно зевнула.

Уговорить Эльзу Браунфельс на участие в ночном марафоне оказалось гораздо проще. Достаточно было попросить её о помощи, сказав, что мне очень нужно, не вдаваясь в подробности, и она сразу согласилась.

— Знаешь, ты просто золото, а не человек. Спасибо, — искренне поблагодарил немку.

Далее пригласил растрясти жирок других членов команды. Кейси Рэдклиф. Куда уж без неё. Иначе страшно обидится. Несмотря на то, что девушка сильно не хотела напрягаться, бегать, потеть, куда-то переться на ночь глядя, однако желание поучаствовать в подозрительной «движухе», вместе с друзьями, перевесило лень. Дошла очередь и до Маргарет Бедфорд. Капитан весьма серьёзно отнеслась к упоминанию о моих дурных предчувствиях. Без возражений дала согласие на пробежку.

Даниэль и Виардо не ответили на звонок. Збражская нас послала. Заявив, что она ещё не настолько спятила, чтобы становиться нянькой для Гоблина. Сомерсет и Бейбер отказались участвовать в более мягкой форме. Попросили в следующий раз предупреждать о таком командном сборе заранее. Сказав, что в принципе-то они не против, но не так, внезапно, по команде — Встал и побежал! Принцессу Кэтрин и Энни Парк звать с нами не стал. Не королевское это дело по ночам мелких жуликов по подворотням гонять. Узнает кто, вовек не отмоется от репутации сорвиголовы и взбалмошной девчонки. С шилом в одном месте. Кто же с такой принцессой будет вести серьёзные дела? Так что нечего ей там делать. Кроме того, звонок Кэтрин Эдвардс выглядел бы признаком не моей осторожности, а трусости. Желании спрятаться за спиной принцессы.

Последней участнице ночной пробежки звонить не требовалось. Юмерии Смит по долгу службы полагалось бдеть. И страдать! За компанию. Она должны сопровождать меня в любое время и в любое место, что вызывало к ней капельку сочувствия.

Я не рассчитывал на вмешательство этой девушки, когда дело дойдёт до драки. Мне важен был отчёт, который полевой агент обязательно отправит начальству. Оно начнёт разбираться с кем мы столкнулись, в процессе чего выяснит много всего интересного, сделав соответствующие организационные выводы. Иначе я в нём сильно разочаруюсь. Таким образом, банда наркоторговцев и тех, кто их покрывает, будет ликвидирована полностью. И вершки вырвем и корешки выкопаем. С рядовыми боевиками наркоторговцев разберёмся мы, а с их боссами и нечистыми на руку полицейскими, если мистера Кристофера не обманули, те, кому положено по долгу службы. Не буду же я этим заниматься.

Пока ждал такси, которое должно доставить меня до дома Гриффин, отправился будить Габу. Когда тихонько вошёл в его небольшую комнатушку, переделанную из кладовой, чутко спавший мозамбиканец не только проснулся без посторонней помощи, но и успел направить на меня пистолет, выхваченный из-под подушки.

— Спокойнее, мой маленький друг, — бесстрашно сказал, глядя ему прямо в глаза.

Благодаря, заложенной в его голову, ментальной установке, я знал, что он в меня не выстрелит.

— У нас возникли проблемы. Нужно кое-кого убить, — холодно улыбнулся, сохраняя серьёзное выражение лица.

Стараясь быть кратким, сообщил ему последние новости. После чего объяснил, что от него требуется. Согласно спешно придуманному плану, водитель Ян должен был доставить Габу на окраину района складов, где прятались Вилсон. Приказав затаиться в подворотне и ждать сигнала. Получив его, Габа должен надеть куртку с капюшоном, маску и начать поиск с последующим уничтожением наркоторговцев. Действуя максимально шумно и нагло. Устроив на них охоту. Преступники, посчитав, что он тот, кто им нужен, начнут собираться в одном месте. Вокруг Габы. Между ними обязательно завяжется бой, в который вмешаются, пробегающие мимо, спортсмены. То есть мы. Намереваясь задержать преступников для передачи их в руки полиции, которую сами же и вызовем. В это время Вилсон и Габа должны будут под шумок смыться, в чём я им буду активно помогать. Пусть полиция думает, что мы случайно встряли в разборки уличных банд, не поделивших территорию.

Замять эту историю, с учётом замешанных в неё лиц, полицейскому начальству не удастся. В то, что какие-то городские сумасшедшие могут представлять серьёзную опасность для обстрелянного, слаженного боевого отряда, с рыцарем и паладином, я не верил. Это даже не смешно. Если какие-нибудь угрозы и возникнут, о чём узнаю заранее с помощью Оракула, то заблаговременно о них предупрежу. Поэтому застать нас врасплох не получится. Признаю, план немного сыроват, но на разработку другого нет времени. На случай если со мной что-то случится, девушек подстрахует госпожа Чамар, которая с помощью дронов будет контролировать ситуацию сверху.

Немного совестно использовать команду втёмную, но так мои спутницы абсолютно искренне будут заявлять в полиции, что ни в чём не виноваты. Не вызывая подозрений. Поэтому никаких претензий к ним возникнуть не должно. Только ко мне. Потом, если до этого дойдёт, во всём им признаюсь.

Когда подъехал к дому Гриффин, хмурая девушка, одетая в тёплую толстовку с капюшоном и спортивные штаны, уже ждала у крыльца.

— Явился, гоблин, не дающий спать приличным девушкам, — ворчливо меня встретила. — Ну что? Побежали? Раньше начнём, быстрее закончим.

— Поехали. Садись давай, — призывно махнул ей рукой, приглашая в такси.

— Не поняла, — опешила удивлённая девушка.

— Точка сбора не здесь. Нам ещё остальных дожидаться.

— Кого это?

Рассказал про тех, кого уговорил на подвиг во имя товарищества. На столь позднюю пробежку. На вопрос — зачем? Смущённо отведя взгляд, признался, что очень сильно тревожусь. Поэтому нам нужно больше народа. Больше оружия. Больше золота. Больше зиккуратов. При их упоминании Гриффин как-то странно на меня посмотрела.

Встреча членов команды по фехтованию, ночью, под фонарём, у пустыря, куда таксист сильно не хотел ехать, подозревая нас в нехороших замыслах, ошибаясь только наполовину, прошла в тёплой, «дружеской» атмосфере.

— Йохансон, какого хрена тебе не спится? — наехала на меня злая полячка.

— А ты, что здесь делаешь? — удивился её присутствию.

— Капитан убедила, что отрываться от коллектива нехорошо, — косо посмотрела на невозмутимую Маргарет, одетую в обтягивающий спортивный костюм, на котором я ненадолго задержал взгляд.

Понимаю, спорить с капитаном не хочется. Боязно как-то.

— Лучше бы ты в кафешку собрался, на ночной перекус, — продолжила распаляться Збражская.

— Ночью жрать вредно. Нужно вести здоровый образ жизни, чтобы к тому моменту, когда тебя будут хоронить, было не стыдно лежать в гробу, — вызывающе улыбнулся Збражской, не отказав себе в маленьком удовольствии. — Хорошо. Леди, я безмерно рад вас всех здесь видеть. Спасибо, что откликнулись на зов о помощи, согласившись составить мне компанию.

— Ты улыбочку-то нам не строй. Завершать пробежку, по любому, будем через кафе и твой кошелёк, — предупредила озябшая Сомерсет, которая тоже явилась на встречу не в духе.

По той же причине, после звонка леди Бедфорд.

— Как пожелаете. Моя благодарность не знает границ, в пределах пятидесяти фунтов.

— А можно я его здесь прибью? — полячка с надеждой попросила у капитана. — Чего ждать-то? Всё равно ведь этого не избежит. Зато сэкономим кучу времени.

— Нет, — отказала леди Бедфорд, демонстрируя привычное спокойствие. — Так, собрались, настроились, размялись. Живее, — захлопала в ладоши, призывая всех к порядку.

— Маршрут и темп задаю я. У меня чёткая инструкция проверки силового снаряжения, — сразу предупредил, чтобы иметь возможность контролировать ситуацию. — Получил рабочее задание для нужд каких-то там исследований. В подробности не вдавался. Всё равно столь заумные вещи не понимаю, — переложил ответственность, заодно избавляясь от неудобных вопросов. — И ещё. Мне нужно бежать с включённым на минимум А-полем, ограничив его радиус до полуметра. Так что не удивляйтесь.

— Хорошо. Кто-нибудь желает последовать его примеру? — Маргарет оглядела девушек, прикинувшихся глухими и непонятливыми. — Значит, только я.

К моему удивлению, Эльза решила составить ей компанию в усложнении и так полноценной тренировки. Остальные выбрали обычную пробежку, но с утяжелителями в виде надетого силового снаряжения.

— Ну что, вперёд, к мечте стройняшек. Начнём сбрасывать вес, — неторопливо побежал в нужном направлении.

— Хочешь сказать, что мы толстые? — возмутилась Сомерсет, чьё настроение было далеко от дружелюбного. — Ты из-за этого затеял чёртову пробежку?

Попробовав нащупать складки на своих боках, Кейси угрожающе на меня посмотрела.

— Кажется, я знаю, кто воплотит твои ночные страхи в реальность. Жить надоело? — поинтересовалась Рэдклиф.

— Нет, — попытался сгладить неловкость. — Не из-за этого. Вы прекрасно выглядите. А Кейси и вовсе худенькая, как тростинка. Ей не нужно худеть.

— Хочешь сказать, что мне наоборот нужно набирать вес? Чтобы я стала толстой?! — девушка воинственно потребовала признаться в страшном преступлении.

— Я не это имел в виду! — в отчаянии повысил голос, не понимая, как она пришла к такому выводу. — Тебе не нужно становиться толстой.

— Потому что я уже толстая? — угрожающе проревела Кейси, ускоряясь под смех развеселившейся Збражской.

«Даниэль, сволочь, не мог взять трубку? Вдвоём бы как-нибудь выкрутились», — мысленно выругался.

Как-то не так я представлял себе романтичную пробежку в окружении симпатичных девушек по ночному городу. На фоне пустыря, забора и автостоянки.

Когда страсти чуть улеглись, а дыхание выровнялось, засунул в уши наушники, последовав примеру Маргарет и Эльзы. Только вместо успокаивающей, приятной музыки, настроился на частоту командного центра. Оставалось только ждать и надеяться, что всё пройдёт по плану. Экономя силы, чтобы было чем его реализовывать.

По мере движения, вытянувшись привычной по тренировкам в клубе цепочкой, занимая свои привычные места, пересекли несколько оживлённых улиц и перекрёстков, попав в объективы камер дорожного контроля. А также камер, установленных на аптеке, банкомате, каком-то офисном здании. Дальше вновь потянулся однообразный, длинный забор, с виднеющимися за ним складскими зданиями. Изредка мимо проезжали машины, освещая нас светом фар. Вокруг было относительно тихо и спокойно. Не сравнить с дневной суетой. Воздух приятно холодил разгорячённую кожу. Обстановка была умиротворительной. Пока в наушнике не раздался голос госпожи Чамар. Я уж забеспокоился, что она уснула.

— Наблюдаю подозрительную активность в соседнем квартале. Двумя улицами правее. Несколько больших групп молодых людей или бесцельно бродят меж складов и закрытых на ночь цехов, или без дела сидят на одном месте. Также вижу машины, стоящие на обочине, в которых находится по несколько человек. Они явно чего-то ждут. Поскольку поблизости нет магазинов, как и жилых домов, похоже на то, будто молодёжь самоорганизовалась и решила обнести один из складов. К которому сейчас присматривается, выжидая подходящего момента. Пока ничего противозаконного они не совершают, но ведут себя подозрительно. Такое впечатление, что отслеживают обстановку, обращая внимание на проходящих мимо людей и проезжающие машины. Похоже, ты был прав. Там определённо что-то намечается.

— Принято, — прошептал в микрофон, закреплённый у воротника. — Запускаю ядро Оракула.

Картинка окружающей действительности привычно размножилось, став бесчисленными отражениями самой себя. С каждой секундой в них стало прослеживаться всё больше отклонений. В одном мы понемногу ускоряли бег. В другом замедляли. В третьем сместились вправо, к забору. В четвёртом повернули на перекрёстке налево. В пятом, направо. В шестом продолжили бежать прямо. В седьмом мы делали это молча. В восьмом, разговаривая о дальнейших планах. В девятом, «зазевавшаяся» Гриффин чуть не споткнулась. Количество мельчайших изменений накапливалось, подобно снежному кому. И так на каждом перекрёстке. Нагрузка на мозг стремительно возрастала.

Просматривать ветвистые линии вероятностей, анализируя их, и при этом продолжать бежать как ни в чём не бывало, получалось с трудом. Дыхание участилось. Появилась головная боль. От напряжения сводило мускулы. Не то чтобы это состояние было совсем уж невыносимым, скорее непривычным. Раньше я ещё не пробовал заглядывать так далеко во времени, да ещё на большой площади, отслеживая целую группу целей. Это для меня было в новинку, на радость, потирающей ручки, госпожи Чамар.

Поскольку любой труд рано или поздно окупается, вскоре я нашёл то, что искал.

Достав телефон, сделав вид, будто переключаю музыкальные треки в плеере, отправил Габе сообщение, с указанием конкретного места. Сделав несколько поворотов, завёл нашу группу бегунов в какие-то совсем уж мрачные места. На окраину промзоны. Потянулись однообразные пейзажи. По пути стали попадаться подозрительные группы людей, непонятно что здесь забывшие в такой час. Молчаливо провожая нас недружелюбными, внимательными взглядами. Смолкая при появлении чужаков и продолжая меж собой общение только тогда, когда мы удалялись на достаточное расстояние.

Из-за этой гнетущей обстановки члены команды инстинктивно сбились плотнее, почувствовав себя неуютно. Став настороженными. Неважно, что за нами, на некотором отдалении, ехал целый кортеж охраны. Собранный из сотрудников, работающих на разные семьи. Подсознание упорно считало, что мы здесь сами по себе, а они там сами по себе. Внезапно случись что, охрана не успеет среагировать. Можно сказать, девушки сейчас больше верили глазам, а не здравому смыслу. Вот если бы они бежали в окружении толпы телохранителей, вдоль цепочки полицейских, как лидеры некоторых государств, тогда бы были более уверены в своей безопасности, видя её зримое подтверждение. Поэтому неудивительно, что у некоторых леди, приехавших на такси в гордом одиночестве, таких, как полячка, на этот счёт возникли некоторые сомнения.

— А мы точно бежим в правильном направлении? — забеспокоилась Збражская.

— Да. Навигатор не даст соврать, — уверенно подтвердил.

— Так то навигатор, — недовольно проворчала полячка, не сильно успокоенная этим заявлением.

— Может, выйдем на главную улицу? Что-то мне здесь не по себе, — попросила Кейси, хмуро посматривая по сторонам.

— Ты куда нас завёл, Египетский путеводитель? — проворчала Сомерсет. — Мы этот тур не покупали.

— Эрик, ты пытаешься избавиться от плохих предчувствий или воплотить их в жизнь? — с подозрительностью в голосе осведомилась Гриффин.

Эльза промолчала, но стала держаться ко мне поближе, судя по ощущениям, усилив своё А-поле. Маргарет продолжала сохранять молчание, не показывая признаков страха или беспокойства, но определённо тоже стала казаться напряжённой.

— Чтобы преодолеть страх, его нужно познать, — заявил с важным видом.

— Ты не философствуй. Выводи нас отсюда, — попросила недовольная Кейси.

— Чтобы я ещё раз согласилась на что-то подобное, да ни за что, — вслух пообещала раздражительная по ночам Сомерсет.

— Что вы переживаете? Да что может с нами случиться? — подивился, гадая, куда делась их храбрость, которую недавно демонстрировали в Африке.

Там же, что ли, оставили? Променяли на драгоценные камни? Остроумно ответить мне Кейси не успела, поскольку нас остановила машина, заехавшая на тротуар. На приличной скорости обогнав команду, она резко вильнула в нашу сторону, включив тормоза. Перекрыв дальнейший путь. Будучи готовым к этому, в отличие от девушек, ничуть не удивился произошедшему.

Опустив стекло, небритый мужик с узким лицом, в чёрной кофте на молнии, поверх которой висела толстенная позолоченная цепь с каким-то непонятным значком, в бандане, поверх которой ещё и кепку натянул, властно потребовал.

— Эй, спортсмены. Стоять! Развернули свои булки и почесали в обратную сторону. Быстро. Дальше дорога закрыта.

— С чего бы? — нахально осведомился, чувствуя, как девушки предусмотрительно активировали силовое снаряжение.

Пока без формирования фантомных доспехов. Переведя их в режим ожидания.

— Ты чего, глухой? Проблем на свою жопу захотел? Свалил нахер из этого квартала? — ещё более недружелюбно и грубо заявил сидевший рядом с водителем лысый толстяк аж с тремя цепями на груди.

Этот надутый шарик ещё ошейник бы нацепил.

— Дяденька, мне вот интересно, а что если я тебя не послушаю, то…? — оставил недосказанность. — То, что? Догонишь и дашь по шее? А догонишь? Ты за сколько стометровку пробегаешь? За день? Или ты из тех, кто давит группу школьников на машине? Уверен, что успеешь задавить всех, прежде чем вся полиция Лондона нацелится уже на твою жопу? В покое вас после этого точно не оставят.

— Ты чего такой дерзкий, шкет? Силы немерено? — разозлился толстяк, понимая, что в общем-то я прав.

— Ну как бы… да, — подтвердил.

— Почему вы запрещаете нам бежать дальше? — нахмурилась Маргарет.

— Потому что вам здесь не рады, — предупредил водитель. — Уходите, пока не вляпались в неприятности. Это наш район и чужих тут не любят. Я понятно излагаю?

— Хорошо. Покажи документ, что это твоя земля и мы немедленно её покинем, — обманчиво покладисто согласилась улыбчивая Сомерсет, встав рядом с Маргарет. — Мы уважаем законы нашей страны. Так же, как и ты. Или я не права?

Она вовсе не хотела продолжать наш путь в том же направлении, НО, одно дело, когда этого не хотелось ей самой и совсем другое, когда запрещал какой-то хрен пойми кто. В девушке взыграла аристократическая гордость. Молча проглотить такое неуважение к себе, да ещё на глазах у других, Сомерсет не могла.

Понятно, что никаких документов у них не имелось. В отличие от кое-чего другого.

— Вот такой аргумент тебя устроит? — толстяк показал вынутый из-за пояса пистолет.

— Что-то маловата у тебя пушечка, дядечка злодей, — презрительно хмыкнула «вежливая» девочка Гриффин. — Не стыдно с такой ходить?

— А у тебя что, больше есть? — удивился бандит, не понимая, почему мы всё ещё такие смелые. — Ну так покажи.

— Ну, ты сам этого захотел, — то ли заранее извинилась, то ли похвасталась напарница.

А то и всё вместе.

Поняв, что она задумала, пришлось освободить Гриффин место. Воплотившийся в реальность фантомный доспех, вооружённый здоровенным крупнокалиберным пулемётом, поднёс его ствол к открытому окну машины.

— Хорошо разглядел? — участливо спросила Гриффин, используя громкоговоритель. — Нужно ещё ближе поднести?

Команда одобрительными улыбками встретила её выходку, опередившую действия насторожившейся охраны, которая уже было собиралась вмешаться, обозначив своё присутствие. Ну а теперь в её появлении надобность отпала. С помощью детекторов А-поля они видели, как мы закрылись силовыми полями.

— Н-нн-не нужно, — побледневшие мужики, испуганно помотали головой, не сводя взгляда со ствола.

Чтобы ещё немного потянуть время, поучительным тоном сообщил прописную истину, известную каждому опытному игроку в жанре «ужас».

— Если глубокой ночью, в тёмной подворотне встретилась маленькая, беззащитная девочка, на фоне промышленной зоны, нужно бежать от неё, как от чумы. А уж если она держит в руках учебник по ядерной физике, то знайте, вас уже ничто не спасёт.

Словно в подтверждение моих слов дальше по улице раздалось несколько выстрелов, после которых полыхнула взорванная машина, аж подпрыгнув на месте. А спустя ещё несколько секунд там завязалась ожесточённая перестрелка. По звуку трудно было определить, сколько человек принимали участие в ночной «дискотеке».

— Ах, так вы бандиты?! — возмущённо воскликнул, обвинительно указав на них пальцем.

Приняв пафосную позу, кинул клич, — Дева в беде! Вперёд! За Святую Анну! После чего, взяв короткий разбег, резвым козликом перепрыгнув капот автомобиля, проскользнув по нему, помчался в сторону перестрелки. Получилось немного театрально, но кто тут будет оценивать мою игру? Мистер Бейкер?

Например, я мог без труда обойти автомобиль. Или расспросить его пассажиров о том, что тут происходит? Или изобразить растерянность. Или обсудить ситуацию со своими спутницами. Но нет. Настоящего героя такими мелочами не остановить!

Быстро переглянувшись, напарницы бросились меня догонять. Эльза, в точности повторив мой прыжок через капот автомобиля, а Гриффин, пройдясь по его багажнику. Буквально. Жалобно заскрипев, автомобиль дёрнулся под немалым весом тяжёлого фантомного доспеха, под громкие хлопки взрывающихся задних шин. Мигом воплотившая свой доспех, леди Бедфорд, ладонью надавила на крышу искорёженной машины, аккуратно сдавливая пальцы по бокам. Под треск разлетающихся мелким крошевом стёкол, запирая бандитов в мятом железном ящике. Теперь без помощи спасателей, самостоятельно они из него не выберутся.

— Нет, я так и знала, что эта скотина обязательно нас во что-нибудь втравит, — эмоционально всплеснула руками полячка, активируя свой доспех.

— И мы обязательно заставим его за это заплатить. В кафе. Но потом, — согласилась Сомерсет, побежав за Рэдклиф, которая не раздумывала ни минуты над тем, что ей делать дальше?

Для неё всё было очевидным.

Найти и обезоружить с десяток бандитов, не ожидавших нападения с тыла, трудов не составило. Собрав их в одну кучку, слегка придавив А-полем, чтобы не разбежались, вызвали полицию, сообщив ей о перестрелке. Доверив захваченных бандитов подоспевшей охране девушек.

— И всё? — разочаровалась Кейси, ожидавшая большего.

Ещё сильнее расстроилась Гриффин.

— Не совсем, — обрадовал я их, одним глазком подсматривая в будущее. — Если у этих ребят поблизости есть друзья, то они не допустят, чтобы их забрала полиция. Иначе арестованные всех сдадут с потрохами и сядут, опять же, все. И не за мелкое хулиганство. Что-то мне подсказывает, что полиция будет ехать сюда очень долго. Так что я бы на вашем месте не расслаблялся, — приободрил повесивших носики девушек.

Правда, не всех.

— Йохансон, а хорошие предсказания у тебя бывают? — вздохнула Сомерсет.

— Смотря сколько мне за них заплатят, — улыбнулся.

Маргарет отнеслась к моим словам серьёзно, так что не дала нам маяться дурью.

— Рэдклиф, Сомерсет, за вами южное направление дороги. Отойти на двести метров и контролировать территорию. Никого сюда не пропускать, до приезда полиции. Гриффин и Браунфельс, займите северное направление. Збражская, встань вон у тех складов. Смотри, чтобы нас не обошли с тыла под прикрытием ангара или забора Я и Йохансон останемся стеречь пленников. Без них не получится быстро доказать, что злодеи здесь не мы. В случае возникновения серьезной угрозы вашей безопасности, либо отходите сюда, либо вызывайте подкрепление. Одного из нас. Будьте внимательны. Не суетитесь и не медлите. Действуйте по ситуации.

— Мы уже дома, как не дома, — проворчала полячка, отправившись к указанному ей месту.

Вызвав меня по закрытому каналу, леди Бедфорд спросила напрямик, без тени сомнения в своей правоте.

— Ты же всё это знал заранее? Верно?

— Скажем так, предполагал, — осторожно поправил, почувствовав по голосу, что она сердится. — Но не был уверен.

— Кто эти люди? — указала рукой на потерявших сознание бандитов.

— Не знаю. Никогда их раньше не встречал.

Минуту посверлив меня пристальным взглядом, Маргарет, вроде как, поверила. Или сделала вид, что поверила. Через несколько минут её предусмотрительность принесла пользу. Сначала Сомерсет сообщила, что в нашу сторону направляются пять фантомных доспехов, которые вышли из тёмного переулка. Затем, с интервалом в несколько секунд, Браунфельс доложила, что видит ещё семерых. Причём обе группы явно координировали свои действия, так же, как и мы.

— У них одна и та же эмблема. Собачья голова на фоне треугольного щита, раскрашенного в шахматную клетку. Это члены какой-то команды. В моей базе данных похожая эмблема у Рыцарей Агнис, но там голова дирхаунда, а тут бульдожья, в шипастом ошейнике, — сообщила Гриффин.

— Принято. Какие у них ранги?

— Система опознавания и обмена данных в их доспехах либо отключена, либо заблокирована. Детекторы А-поля показывают мощность их силовых полей на уровне средних кавалеристов. Поскольку все семеро явно не могут иметь одно и то же значение, с точностью до запятой, а значит, они намеренно скрывают свою силу. Выставив его как обманку.

Что приводит нас к сомнению в их добрых намерениях, о чём Гриффин не стала говорить вслух. Это и так было понятно.

— Первыми в схватку не вступайте. На провокации не поддавайтесь. Но и не дайте им пройти дальше. Сообщите о вызове полиции и нежелательности их нахождения на месте преступления. Если попытаются прорваться, обнулите их доспехи. Потребуется помощь, сообщите. Мы с Йохансоном будем у вас через минуту.

Поняв, что ситуация ухудшилась, девушки стали относиться к происходящему серьёзнее. Ответственно подходя к выполнению своих задач. Даже полячка не бездельничала, засоряя эфир своим ворчанием, обвиняя меня во всех смертных грехах, а внимательно смотрела по сторонам, оставаясь настороже.

Джейн не собиралась изображать из себя такую же несокрушимую башню, как и Эльза. У неё были как свои недостатки, так и преимущества, которыми нужно уметь правильно распоряжаться. Девушка уже давно не была новичком. Включив оптический камуфляж, прячущий её в том числе и в инфракрасном диапазоне, спряталась за грудами пустых паллет и погрузчиками. Заняв наилучшую стрелковую позицию, позволяющую держать под прицелом улицу, со стоящей прямо посреди дороги Эльзой, приготовила пулемёт к стрельбе. Терпеливо дожидаясь дальнейшего развития событий, девушка не спешила нажимать на гашетку, даже когда вероятный противник приблизился на расстояние огневого поражения. Отмечая на тактическом экране интерфейса приоритетные цели, расставляя маркеры.

Браунфельс, напротив, не став прятаться в тени, гордо встала посреди дороги, под свет фонарей. Держа алебарду так, словно стояла на посту. Будучи не так проста, как могла показаться, Эльза тоже приготовила сюрприз. Её штурмовой доспех генерировал в эту минуту самый мощный силовой щит, на который был способен, потребляя уйму энергии. Превратив её в настоящую крепость.

После того, как неизвестные фантомные рыцари в ультимативном тоне потребовали освободить дорогу и услышали отказ, не затягивая время, сразу же атаковали девушку. Трое напали на неё, беря в кольцо, а четверо других, огибая по широкой дуге, по двое с каждой стороны, бросились бежать мимо, не обращая на Браунфельс внимания. Намереваясь как можно быстрее добраться до захваченных бандитов. Но далеко не убежали, так как из темноты по ним начали хлестать длинные пулемётные очереди, бьющие по ногам. Укрыться на открытой дороге меж двух высоких заборов было негде, так что, потеряв одного бойца, принявшего на себя большую часть урона, нападающие были вынуждены уйти на территорию ближайших складов. Проломив заборы. Причём один из них при этом заметно хромал, что вызвало хищную улыбку у Гриффин.

Бросив пулемёт с пустым коробом из-под патронов, вынув из крепления трофейный африканский тесак с изогнутым лезвием, девушка растворилась в окружающих тенях, отправившись на охоту. Заглушив связь, чтобы противнику было интереснее играть в прятки с невидимкой на обширной, незнакомой местности, с кучей укрытий, да ещё разбившись поодиночке.

Тем временем Браунфельс, перестав изображать статую богини войны, ухватившись за алебарду двумя руками, принялась крушить оставшихся противников. Первый же идиот, решивший блокировать её удар, остался без руки, повисшей плетью, а чуть позже и ноги, подрубленной у колена. Пинком в живот отбросив от себя набросившуюся «собаку», чудовищным ударом, нанесённым сверху вниз, взявшись так, чтобы рычаг был подлиннее, едва не перерубила его пополам. Однако вмешался третий, сбивший направление удара силовой волной. Поэтому яма, окутанная сетью широких трещин и вздыбившихся асфальтных «льдинок», к сожалению, появилась немного левее цели. Попытавшийся подловить её в этот момент противник не ожидал, что алебарду из нижней позиции, если быстро сменить хват, можно использовать в качестве аналога клюшки для гольфа. Сил у немки было предостаточно.

Быстрые скользящие удары, к которым добавлялись низкоранговые силовые приёмы третьего бойца, Браунфельс спокойно принимала на силовой щит. Её ещё более высокая защита позволяла спокойно себя чувствовать даже в такой ситуации. Находясь в меньшинстве. Ну а выпущенная с помощью алебарды режущая энергетическая волна, дугообразной формы, срезавшая фонарный столб, как тростинку, доказывала, что она тоже могла использовать не только мускулы. Без этого справиться с крайне быстрым и ловким противником, имеющим высокие показатели синхронизации и немалый ранг, ей было бы очень сложно. Не будь Браунфельс настолько хорошо защищена, невидимые жалящие уколы А-поля давно бы наделали в ней кучу дырок. Пока же они немку больше раздражали, вызывая неприятные болевые ощущения и ускоренными темпами разряжая далеко не бездонную зарядную батарею.

На южном направлении ситуация была обратной. Невероятно быстрая Сомерсет с клинком, окутанным молниями, пыталась найти уязвимое место у тяжелобронированного, штурмового фантомного рыцаря, вооружённого чудовищных размеров булавой. Пока Рэдклиф разбиралась с его дружками, не давая им вмешиваться в их поединок. Поскольку ни выдающейся силой, ни защитой, ни скоростью она не обладала, брала умом и сообразительность. У девушки все параметры фантомного доспеха были хорошо сбалансированными, что позволяло под каждого противника подбирать подходящую тактику. Рэдклиф ловко носилась между противниками, чередуя натиск, манёвр, отступление, ложные атаки, стремительные удары или силовые техники. Постоянно ломая рисунок схватки, не давая им приноровиться к её стилю боя. Судя по результатам, у девушки это неплохо получалось. Где нужно, она прикидывалась слабой и испуганной. Или, напротив, внезапно переходила к тактике запугивания, ведя себя грубо и напористо.

Збражская была занята увлекательной игрой, под названием — «Охота на сусликов». Такие игровые автоматы ставили в развлекательных центрах. Из разных дыр и щелей быстро высовывались отчаянные идиоты и пытались застрелить собранных вместе пленников, чтобы не позволить им попасть в руки полиции. Поскольку они слишком много и многих знали. Разозлённая полячка бегала от одной «норы» к другой, безуспешно пытаясь их поймать. Мой совет взять в руки молоток, заставил её разразиться отборными проклятиями и руганью на родном языке. Ругалась Збражская красиво, с чувством. Сразу видно настоящего эксперта. Если правильно понял, отсеяв 90 % всех слов, то меня просили не мешаться и не лезть под руку.

Помочь ей я не мог, поскольку вынужден был охранять пленников, не давая им разбежаться, а также быть убитыми. Для чего пришлось накрыть нас большим куполом силового поля. Маргарет же в это время разбирала самого хитрого и сильного члена вражеской команды, который догадался подобраться к нам не со стороны дороги, а «огородами». Сейчас воздух вокруг них буквально гудел, сверкал и искрился от вспышек сталкивающихся, разрушительных энергий.

Заранее узнав о его появлении, отправил капитана на перехват ещё до того, как этот человек успел к нам близко подобраться. Поэтому их схватка проходила немного в стороне, между одинаковыми складскими зданиями.

Помимо того, чем сейчас занимался, с помощью Оракула я продолжал внимательно отслеживать ситуацию сразу на всём поле боя. Реализуя довольно занимательный и необычный эксперимент. Требующий большой концентрации внимания и напряжения сил. Ведь я не просто наблюдал за всем со стороны, издали, а словно бы находился одновременно в нескольких местах, сопровождая каждую из девушек в отдельности.

Пробовали ли вы когда-нибудь играть на одном экране, разделённом на шесть частей, в одну и ту же игру, но в разных локациях? Ощущения весьма схожие. Я будто бы бежал к выбранной девушке. Потом куда-то с ней шёл, что-то делал, о чём-то разговаривал в режиме реального времени, но как только достигалась определённая граница моих возможностей, привязанная ко времени, внезапно наступала мгновенная темнота и я вновь оказывался на исходной точке. Прямо перед тем, как этот выбор был сделан. И так по кругу.

Нельзя сказать, что мы действовали в гордом одиночестве, совсем уж без поддержки. Охрана девушек активно помогала им сокращать поголовье бандитов, не имеющих собственные фантомные доспехи. Занимаясь этим на диво эффективно. Опустошая их ряды с тыла и флангов. Противников в тяжёлой броне оставили нам. Не особо беспокоясь на этот счёт, так как видели, что проблем с этим у нас не возникало. Поэтому работали спокойно. Благодаря их действиям мы тоже могли сосредоточиться на своей задаче.

Помимо всего прочего, Оракул позволил мне позаботиться и о том, чтобы Габа вместе с Вилсон, с которыми я поддерживал связь, смогли незаметно покинуть этот негостеприимный район. По пути никому не попавшись на глаза. Ведь я заранее знал, где и когда это произойдёт. Причём, самое забавное, с их же слов. Местами и вовсе лично проводя разведку. Как бы нелепо это ни звучало, не сходя с места.

По этой же причине для наших девушек казалось, будто бы от меня почти не было пользы. Они-то не видели и не понимали, как мои с виду незначительные советы значительно меняют ситуацию. К каким приводят результатам, меняя картину происходящего. Им казалось, что победа достигается сама, их же руками.

Благодаря этому приёму я усиленно прокачивал свои способности. Получал массу нового опыта. Тренировал разум. Расширял границы допустимого. К тому времени, как полиция всё же соизволила явиться, не в силах больше «не замечать» развернувшуюся здесь войнушку, получив действенное внушение от начальников охраны моих спутниц, я был выжат до предела. И даже больше. Из-за чего, обессилев, словив откат от предельной концентрации и расширенного сознания, обернувшийся рассеиванием внимания и затруднением мыслительных процессов, уснул прямо в фантомном доспехе. Хотя планировал всего-то немного передохнуть. Для чего нашёл подходящий уголок. Уселся на землю. Прислонился к ближайшей стене. Рассчитывая закрыть глаза всего лишь на пару минут. Спокойно посидеть, ни о чём не думая. Никто моего отсутствия и не заметит. Госпожу Чамар об этом предупредил. Да она и сама прекрасно видит моё состояние, поэтому препятствовать не стала.

Когда вновь собравшиеся девушки нашли чудесным образом потерявшегося члена команды, то увидели поразительную картину. Мирно посапывающего в тёмном уголке Гоблина, в обнимку с бочкой машинного масла. Склонившего голову. Выглядящего таким беззаботным и невинным, что у некоторых аж злости не хватало выразить свои сиюминутные чувства. Члены команды посчитали несправедливым, что пока они в поте лица работали, старались, спасали ситуацию, в которую их втравил Йохансон, он в это время спокойно спал в сторонке. Судя по звуку, ещё и посапывая, позабыв отключить микрофон. Ничего существенного так и не сделав. Это, по их мнению, стало просто верхом наглости. Из-за чего рассердившаяся Кейси, опередив остальных, подошла и треснула его кулаком по макушке.

На что, звонко стукнувшись лбом о бочку, оставив в ней вмятину, не разобравшийся в том, где он находится и что происходит, парень, приняв их за сестёр, удивлённо спросил, — Уже время завтракать?

Маргарет готова была поклясться, что услышала рычание тигра. Правда, определить, кто же именно его издал, так и не сумела.

Несильно постучав костяшками пальцев по боковому стеклу автомобиля, припаркованного недалеко от одного из складов, возле которого было на удивление тихо и спокойно, девушка дождалась, пока водитель обратит на неё внимание. После того, как автоматический стеклоподъёмник убрал разделяющую их преграду, Юмерия с милой и доброжелательной улыбкой склонившись к сидящему внутри мужчине, вежливо спросила, — Вы не знаете, как пройти в библиотеку?

— Чего? — опешил водитель, не помня, чтобы видел, как она подходила к его машине, — Ты ещё откуда взялась?

— Как и все, от папы с мамой. Так глянешь по карте? — кивком указала в сторону телефона, лежащего рядом.

Как только водитель рефлекторно отвёл взгляд, посмотрев на экран, его плеча коснулись два контакта электрошокера, пропустивших между собой мощный разряд, от которого он непроизвольно задёргался.

— Хотя, давай лучше я сама это сделаю. И вообще, подвинься, — открыв дверцу автомобиля, вытолкала обездвиженного мужчину на соседнее кресло, заняв его место.

— Сучка, — с трудом прохрипел водитель, заплетающимся языком.

— Не груби девушке, — попросила Юмерия, ткнув ему в бок электрошокер, нажимая на кнопку.

А потом ещё раз. И ещё. До полного удовлетворения. Настроение у агента Ю было не самым радужным в эту чудесную ночь, которую она намеревалась провести в своей постели. Но, стараниями одного неугомонного гоблина, эти мечты вновь испарились, как и мечты о принце на белом коне после выпускного. Именно его Юмерия представляла сейчас на месте водителя.

Если бы у неё в этот момент спросили, кого его, то девушка затруднилась бы с ответом. Поскольку помимо принца, гоблина и «любимого» начальника, следовало упомянуть неуловимого разносчика газет, того ещё гадёныша, а также миссис Хатсон, старую перечницу, уже доставшую её своими нравоучениями.

Завтрак в новом доме Йохансонов проходил по устоявшейся схеме, которая вскоре вполне могла стать традицией. Хотя поначалу она вызывала у матери некоторые неудобства, сестры-то сразу приспособились, но постепенно и Хелен начала к ней привыкать, находя в этом всё больше удобств.

Дело в том, что её лишили существенной части ежедневных, хозяйственных хлопот. Таких, как: готовка, уборка, стирка, мытьё посуды. Теперь этим всем занимались сёстры Цзя. Из-за чего мама всё никак не могла придумать, на что ей потратить уйму высвободившихся сил? Чем заняться в свободное время, которого раньше почти не было? Вдобавок, Хелен всё ещё сложно было наблюдать за тем, как служанки накрывали на стол или убирали посуду. Постоянно хотела им помочь, что доставляло некоторые неудобства уже самим сестрёнкам Цзя. Хорошо, что они понимали причину таких поступков. Мама руководствовалась вовсе не недоверием или невысокой оценкой их талантов, а многолетними привычками, въевшимися глубоко в её заботливую натуру домохозяйки. Отказаться от них по щелчку пальцев, было непросто.

Вот и сейчас она с трудом сдерживалась, чтобы самой не приготовить завтрак, исходя из наших предпочтений и размеров съедаемых порций. Сёстры Цзя в этом отношении всё ещё немного путались, что мама сразу подмечала.

— Как дела на работе? — спросила она у Норы, чтобы отвлечься от наблюдения за служанками.

— Нормально, — беззаботно ответила та, намазывая масло на тост.

— Ты не на улице и это не формальный вопрос из вежливости, — отчитала Нору. — Что у тебя, совсем ничего не происходит? Ты, вообще, ходишь на работу или только делаешь вид? — с подозрением на неё посмотрела.

— Хожу я, хожу, — страдальчески вздохнула Нора, понимая, что от расспросов не отвертеться.

— Вот и расскажи, как там? Нет ли у тебя неприятностей из-за брата? А то он постоянно попадает в переделки, требующие подключения адвоката. Начальство это не беспокоит? — озабоченно поинтересовалась.

— С его-то послужным списком? — наигранно удивилась старшая сестра. — Скорее, оно считает такой образ жизни нормой. Сейчас все звёзды постоянно влипают в какие-нибудь скандалы. С кем-то судятся. Кому-то дают пощёчины. Где-то в неопрятном виде попадаются на камеру. А то и в нетрезвом. На машине. Это считается признаком успеха. Если тебя не «полощут» в жёлтой прессе, значит, ты ненастоящая знаменитость. Ничего не добившаяся в жизни. Глупость, но в неё охотно верят. С подачи тех же СМИ. Об Эрике, конечно же, коллеги судачат в курилке, но в пределах разумного. В основном завидуя. И зряяя, — покачала головой, показывая, что не разделяет этой точки зрения.

Взглядом покосившись на Нору, сохранил молчание, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Свою порцию нравоучений я уже получил сполна. От меня потребовали отныне бегать только днём, в спортивном зале, на беговой дорожке, под присмотром инструктора.

— Единственное, что сильно изменилось, — задумчиво сообщила Нора, продолжая разговор, — это поведение коллег мужского пола, приблизительно моего возраста.

На этих словах старшая сестра удостоила меня долгим, пристальным взглядом.

— Особенно после репортажа о его последних геройствах. Сначала мистер Холланд, а потом и ещё пара человек, с которыми он близко общается, стали меня усердно избегать. Между нами появилась какая-то натянутость. Эрик, ты ничего не хочешь мне сказать?

— О чём? — изобразил недоумение.

— Обо всём.

— Обо всём, нет. Я всего не знаю, — с извинениями развёл руками. — И этого тоже.

— Эрик, если узнаю, что ты приложил к этому руку, тебя даже Габа не спасёт, — пригрозила сердитая Нора.

Сидящая за старшей сестрой Ханна незаметно показала большой палец, в знак одобрения и благодарности. Неужели в чём-то меня подозревает? Где я прокололся?

— Теперь и на работе не найти себе парня, — сокрушённо вздохнула Нора, с нотками обиды.

— Так не вопрос. Я тебе найду, — обрадованно предложил свою помощь.

— Значит, точно останусь незамужней, — Нора обречённо схватилась за голову. — Ты о себе сначала позаботься, начинающий мазохист. Вокруг посмотреть не пробовал? Ничего не замечаешь?

— Что именно? — растерянно огляделся по сторонам.

Эдит с Ханной рассмеялись.

— О чём это она? — обратился за подсказкой к Марте, которая встречным, удивлённым взглядом показала, что и сама не разобралась.

— Понятно, — улыбнулась мама. — А у тебя, как дела в школе? — обратилась ко мне, не став затягивать возникшую паузу.

— Хорошо, — ответил столь же обтекаемо, как и Нора.

— Настолько, что в неё можно больше не ходить? — иронично осведомилась старшая сестра, явно припоминая мне свой очередной визит в полицейский участок.

Куда стала ходить, как на вторую работу.

— Эрик? — грозно нахмурилась мама.

— У меня сегодня съёмки. Я отпросился в школе. Поэтому после завтрака поеду на киностудию.

«Благодарно» стрельнул взглядом на Нору.

— Отправка уведомления не считается получением разрешением, — сдала меня старшая сестра, для достижения нужного эффекта переходя на профессиональный тон. — Это я тебе, как твой адвокат разъясняю.

— Всё учтено. На случай провала плана А у меня уже заготовлен план В и даже план С.

— Ну-ну, диванный стратег. Посмотрим, насколько они окажутся эффективны. Слушай, а может, ты не хочешь ходить в школу потому, что чего-то боишься? Например, мести одноклассниц? Иначе с чего бы в участке просил посадить тебя в одиночную камеру с толстой дверью и мягкими стенами? — ехидно на меня посмотрела.

— Я не трус. Просто предусмотрительный. По большой коробке собственноручно приготовленных пирожных с письмами и цветами отправил? Отправил. И сегодня отправлю. И завтра. Вернусь, когда они потолстеют. Полные люди ведь добрые? Добрые. Бегают медленно? Медленно, — убедил сам себя. — Это всем известно. Глядишь, к моему возвращению немного успокоятся. Вместе с тренером, — добавил спустя секунду, с искренней озабоченностью. — А ещё пристрастятся к пирожным Эрика Йохансона. Может, плюнуть на всё и открыть кондитерскую? — задумался о запасном варианте.

— Да ты враг всех стройных женщин! Какой коварный план, — восхитилась Эдит. — Одобряю, брат.

— Эдит, — осуждающе посмотрела на неё мама, прося не потакать моим глупостям. — Эрик. Никаких отговорок. Чтобы вернулся в школу. Сам. А то приму меры, — строго предупредила.

— Хорошо. Но на сегодня у меня действительно запланированы съёмки, — заверил. — Это чистая правда. Ханна, как у тебя обстоят дела со вступлением во второй состав Чёрных рыцарей Святой Анны? — спешно переключил внимание матери на другую сестру. — Ты же победила ту выскочку из Уэльса. Хотя она и знатно тебе наваляла. Как же так получилось? — удивился. — Неужели ты настолько слаба? Повезло, что смогла повредить сочленение на её руке. Так каков результат?

— Замечательный. Два выговора и одно строгое замечание. Теперь меня считают хулиганкой и задирой. Снова. Марта, если я ещё раз послушаюсь брата, разрешаю пнуть меня по заднице.

Настала очередь Марты показывать мне большой палец. Явно рассчитывая, что долго ей ждать этого запоминающегося события не придётся. Ох, когда-нибудь она сама допрыгается. Жду не дождусь. И не только я, судя по многообещающим взглядам матери и других сестёр. Больно уж мелкая распоясалась и зазналась. Пора бы уже щёлкнуть её по носу.

Перед выходом из дома особо заморачиваться с одеждой не стал. Зачем? Всё равно на съёмочной площадке переоденут и причешут так, как нужно им. Чтобы я соответствовал образу Гваруса. Поэтому надел неяркую и недорогую повседневную одежду.

— Господин, доброго вам дня, — провожая, поклонилась мне у входной двери Цзя Тинг.

Мазнув внимательным взглядом по моему внешнему виду.

— Благодарю. И вам хорошего дня.

Поскольку съёмка сегодня проходила не на площадке, а прямо на одной из городских улиц, для придания происходящему на экране большей правдоподобности, а также экономии на компьютерной графике, поехал прямиком туда. Сообщение с адресом и временем начала рабочего процесса мне на телефон скинул помощник режиссёра. Он же несколькими днями ранее сообщил о том, что меня всё же выбрали на эту роль. Немного удивившись отсутствию бурной радости по этому поводу. Подобное равнодушие он мог ожидать от уже состоявшейся кинозвезды, загруженной контрактами по самое не хочу, но не от новичка, однако отнёсся к данному наблюдению спокойно. Посчитав, что одним чудиком в сериале больше, одним меньше, какая разница, лишь бы они давали то, что требовалось режиссёру. При другом отношении у него бы никаких нервов не хватило на такой стрессовой работе.

Остановив машину у ларька с уличной едой, купив упаковку со стаканчиками кофе, пешочком прогулялся к виднеющемуся вдали ограждению из передвижных барьеров и сигнальной ленты. Наслаждаясь хорошей погодкой и спокойным деньком. Неспешно потягивая горячий, ароматный напиток. Второстепенная улица, на которой я сейчас находился, по согласованию с районной управой была временно перекрыта, чтобы и мы не мешали горожанам, и они нам.

Съёмочная группа уже была на месте, разбив здесь свой лагерь, состоящий из нескольких трейлеров, автобусов и грузовичков, не считая пары десятков легковых машин. Развив кипучую деятельность. Устанавливались камеры, осветительные приборы, отражатели, различная вспомогательная аппаратура. Деловито сновали монтёры, несущие какие-то сборные конструкции. Народу набралось довольно много. Даже с первого взгляда не разберёшь, кто работник, кто актёр, кто из массовки, а кто просто проходит мимо, живя в этом районе. Найдя режиссёра, возле которого обнаружился и главный оператор, поздоровался, показав, что я на месте и готов к работе. Угостил их специально принесённым для этого кофе.

Мистер Бейкер передал меня в цепкие руки гримёра и костюмера, дав им задание привести меня в надлежащий вид. Но прежде чем мы ушли, уточнил, хорошо ли я выучил присланный мне с курьером сценарий? Нет ли по нему каких-либо вопросов или замечаний? Заверил его, что помню всё до запятой. Гварус мне понятен и близок по духу, как персонаж. Отыграю свою роль без проблем. Перед камерой впадать в ступор или заикаться не собираюсь. Боязни сцены не испытываю. А то, есть такая распространённая фобия, не дающая многим талантливым актёрам реализовать себя в полной мере. Мешая им выступать перед публикой.

Впрочем, с обещанием вести себя, как примерный мальчик, я несколько поторопился. Сначала пришлось убеждать костюмера внести в выданный мне костюм пусть незначительные, но важные изменения. Подчёркивающие характер Гваруса. Как я его себе представлял. Чтобы лучше передать индивидуальность и образ мысли этого консервативного рыцаря. Затем немного поспорил с гримёром по поводу излишней прилизанности и утончённости моего образа. Напирая, что Гварус, рыцарь старой закалки из дремучих веков. Ветеран войны. Какая в бездну избыточная миловидность его персонажа? Да он срать хотел, простите за прямоту, на современную молодёжную моду. На все эти их ужимки. Дамочки пусть с Ольгерда пускают слюни или что-то другое. Это его задача быть главным красавчиком и всем нравиться. Как говорится в одном фильме, который мне очень нравился, — «Донна Роза, я старый солдат и не знаю слов любви.» Я настолько суров, что во время пожара насаживаю куски мяса на саблю и жарю их на открытом огне, не выходя из дома.

Кстати, о вживании в этот образ. Столкнувшись с другими актёрами, ещё сильнее проникся симпатией к Гварусу, начав разделять его точку зрения по многим вопросам. Например, что Ольгерд настоящий козёл, который должен побыстрее сдохнуть! Играющий его актёр, проходя мимо, когда я грелся на солнышке, окинув меня высокомерным взглядом, пренебрежительно фыркнул. Считая, что я ему далеко не ровня, несмотря на просьбу мистера Бейкера не быть предвзятым. И вообще, нищеброд, который носит безвкусную, дешёвую одежду. Который вынужден сниматься в сериалах, ради денег.

Не став останавливаться, Филипп Диксон прошёл дальше, даже не соизволив поздороваться. Веря, что его взяли за талант, а меня по знакомству. И то на второстепенную роль.

Дойдя до сидящих особняком, на именных раскладных стульях, актрис, играющих роли Гвинет и Натали, завязал с ними непринуждённую беседу, полную шуток и веселья. Синтия Парсонс, известная актриса, которую пригласили стать Гвинет Ньюэл, действительно оказалась чертовски привлекательна. Глядя на неё, я хорошо понимал старину Гваруса. Я бы тоже в неё влюбился, на его месте, если бы не одно но. Характеры Гвинет и Парсонс отличались, как небо и земля. Одна, воплощение доброты, оптимизма и какого-то внутреннего света, а другая, словно красивая жестяная банка из-под конфет, с чем-то шуршащим и бегающим внутри. Возможно, там заперт белый и пушистый кролик в шляпе и жилетке с часами на цепочке или сладкоголосый соловей, но проверять как-то не тянет. Почему-то мне её располагающая улыбка не внушала доверия. Вспоминалось, как точно с такой же я улыбался Марте, пряча за спиной её же конфету.

Актриса, играющая роль Натали — Мелани Кларк, тоже оказалась той ещё «штучкой». Если Парсонс, при всех своих недостатках, была общительна, улыбчива и внимательна к людям, то Кларк строила из себя замкнутую гордячку и эгоистку. И при этом, обе актрисы друг друга терпеть не могли. Но, поскольку являлись настоящими профессионалами, то это нисколько им не мешало вместе работать и показывать на камеру требуемые эмоции. Могли даже обнимаясь, убедительно рыдать от пламенной любви друг к другу, резко обрывающейся по команде режиссёра — Стоп! В этом плане они достойны уважения. А вот в плане личного общения за кадром, к этим стервам лучше даже не подходить. Убедился на собственной шкуре. И не раз. Одна считала меня милым, несамостоятельным мальчиком, требующим поучений, а вторая, пустым местом.

Сведя нас вместе и заставив меня подчиняться режиссёру, Гловер отчасти добились желаемого. Я познал мучения, заставляя себя говорить то, что мне сильно не нравилось. Обе актрисы почему-то искренне считали, будто я им что-то должен. Обязан выполнять их прихоти и с благодарностью прислушиваться к советам. Если и возникали какие-то ошибки в совместных сценах, то виноват в них оказывался только я. Даже очень требовательный мистер Бейкер вовсе не проявлял ко мне понимания или снисхождения. Поэтому на съёмках сериала мне пришлось изрядно попотеть, тренируя сдержанность.

Не обошлось и без споров с режиссёром. В некоторых моментах я не соглашался с ним по поводу того, как Гварус должен был себя вести или с какими эмоциями смотреть в камеру. Самое удивительное, после некоторых раздумий и дополнительных дублей, чтобы иметь, что с чем сравнивать, большую часть моих предложений он принимал. Это сильно раздражало моих партнёров по съёмкам, считающих, что выделываюсь специально, чтобы показать, какой я умный. Перетянуть на себя внимание режиссёра и зрителей. Сделав своего персонажа более харизматичной личностью, а следовательно, подвергнуть сомнению то, кто из нас главный герой? Кому нужно сопереживать? Естественно, это не могло не вызывать соперничества. Особенно с Филиппом Диксоном.

Самое смешное, он принял мои обсуждения сцен с мистером Бейкером, как личный вызов. Принявшись соревноваться со мной в одностороннем порядке. Мне-то на него было плевать. И это ещё сильнее раздражало парня, привыкшего быть в центре внимания. Как и на многих съёмках, у нас тоже не обошлось без курьёзных моментов. Поскольку сцены снимались не в хронологическом порядке повествования, сегодня мы обыгрывали один из финальных эпизодов с моим участием. Там, где я похитил Гвинет, намереваясь насильно увезти её в другую страну. По принципу, а там уж как-нибудь, стерпится-слюбится, лишь бы подальше от Ольгерда. Но наш бравый герой об этом узнал и примчался спасать возлюбленную, дав мне бой прямо на городской улице. Естественно, победив в той схватке. Однако смерть Гваруса, по велению левой пятки сценариста, должна наступить позже, в другом месте, так что из этого боя он уйдёт сильно потрёпанным, через канализацию. Как полагается, грозя вскоре вернуться и отомстить. Наивно и пафосно аж до отвращения. На этот фильм в кинотеатр я точно не пойду. Иначе сгорю со стыда, спалив его к нашей Йохансоновой бабушке.

— Итак. Сейчас мы переходим к следующим сценам, — собрав команду и актёров, объяснял режиссёр. — В первой, Гвинет едет на встречу с Ольгердом. Не зная, что звонок ложный, подстроенный Гварусом. По пути он её перехватывает и похищает. Твоя задача, — повернулся ко мне, — устроить у третьего переулка засаду. По моей команде выскочить, остановить машину, достать из неё возлюбленную и унести её в тот же переулок. Всё понятно?

— Да. А прятаться в переулке обязательно? — у меня появилась очередная, замечательная идея, которую захотелось опробовать в деле. — Может, я просто буду неторопливо идти по тротуару, изображая обычного, равнодушного пешехода? Вроде как совершенно безобидного и ничего коварного не замышляющего. А потом, когда мимо будет проезжать Гвинет, я на ходу облачусь в фантомный доспех и перехвачу девушку. Без лишней суеты. По-злодейски самоуверенно, нагло и открыто. Бросив своеобразный вызов силам добра, которых Гварус презирает за лицемерие и ни во что не ставит. Раз уж мой герой решился на этот поступок, собираясь покинуть страну, то, чего ему переживать о том, что о нём подумают окружающие или возлюбленная? Кого он тут на улице так боится, чтобы трусливо прятаться в тёмном переулке, чего-то выжидая? И главное, зачем? Он уже и так слишком долго этим занимался. Судя по сценарию, ему это давно осточертело.

Пока мистер Бейкер обдумывал моё предложение, вмешался Филипп Диксон, оспорив его.

— В таком случае Гварус просто не успеет облачиться в доспех. Ему выгоднее ждать в переулке уже готовым к захвату.

— Кто тебе сказал, что он не успеет? — удивился.

— Сколько минут у тебя займёт полная активация фантомного доспеха? — уточнил режиссёр.

— Секунд десять, — уверенно ответил.

— Это невозможно, — не поверил рассердившийся Диксон.

— Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам, — процитировал классика. — Поверь сейчас, пока не стало слишком поздно и не пришлось потомкам выставлять твой череп напоказ, — добавил отсебятины.

На эту импровизацию Парсонс рассмеялась, а изумлённая Кларк слегка приподняла брови, посмотрев на меня, как на идиота. Диксон же искоса бросил быстрый, обеспокоенный взгляд на актрису, играющую роль Гвинет. То, что он не совсем ровно к ней дышал, было заметно. Это не значило, что Филипп влюбился в Парсонс. Скорее рассчитывал на кратковременный роман без обязательств. На что пока ответа не получил. Опытная актриса успешно морочила голову не только ему, никому из своих ухажёров ничего не обещая. На мой скромный взгляд эта парочка обязательно переспит, но позже. На чём, всё, собственно, у них и закончится.

— Давайте попробуем. Посмотрим, что получится, — режиссёр решился на эксперимент.

— Машина Гвинет может пострадать в процессе её извлечения. Ничего страшного? — воодушевлённо поинтересовался, прикидывая, как бы это сделать поэффектнее.

— Ничего. У нас для этих целей найдены на свалке и отремонтированы три одинаковые машины. Но лучше быть аккуратнее, на случай если придётся несколько раз переснимать эту сцену. Постарайся сыграть удивление, испуг, а потом возмущение, — мистер Бейкер проинструктировал Парсонс. — Изобрази попытку вырваться из захвата. Потребуй тебя отпустить.

Личный фантомный доспех Гваруса был хорошо известен Гвинет, так что спутать его с кем-то другим она не могла. До этого момента своего старого друга за врага девушка не принимала, поэтому паниковать или убегать от Гваруса тоже не должна.

— Хорошо, — подтвердила Парсонс.

Сделали, как я и хотел, но совсем не так, как они ожидали, о чём узнал чуть позже. Отыграл сцену на полном серьёзе. Облачившись в фантомный доспех и в самом деле на ходу, за обозначенное время, отчего у Диксона отвисла челюсть. А потом, плавным движением шагнув к проезжающей мимо машине, сбоку, вовсе не став преграждать ей дорогу, с размаха ударил рукой, делая резкое хватательное движение. Во все стороны брызнули осколки стёкол, заскрежетало сминаемое тонкое железо, изогнулись стойки. Я буквально вырвал девушку из проносящейся мимо машины, оставив в той здоровенную дыру. В машине, а не в водителе, как многим показалось на съёмочной площадке. От такого неожиданного зрелища побледнели все. Замерев в ступоре. Кто-то даже за сердце схватился. Парочка самых впечатлительных девушек — помощниц и вовсе упали в обморок.

Не обращая внимания на окружающих, спокойно ушёл в переулок, бережно удерживая Парсонс, чьи волосы красочно разметались по плечам, зажав её в кулаке. Зайдя в переулок, выждав десять секунд, вернулся. Поставил бледную, перепуганную до ужаса актрису на дорогу, возле искорёженного автомобиля. К ней тут же бросилась толпа народа, что-то крича, спрашивая, прося кого-то вызвать скорую, неся воду, полотенца, аптечку. Однако паника быстро улеглась, поскольку на актрисе, которую плохо держали ноги, не обнаружилось ни царапинки. У неё даже платье не порвалось. Так, слегка помялось. Я не собирался причинять ей вред. В момент удара, ещё до касания рукой, укутал её с ног до головы невидимым коконом силового поля, просчитав всё до мельчайших деталей. Это со стороны сцена выглядела страшно, а в реальности ей ничего не угрожало. Кроме инфаркта, о чём только сейчас виновато подумал.

Опомнившийся режиссёр задал один-единственный вопрос, и то, обращаясь не мне, а к оператору.

— Снял?

— Разумеется. Со всех сторон. Крупным планом. Там всё хорошо видно. И удивление, и ужас, и растерянность на лице мисс Парсонс. Она очень хорошо отыграла эмоции.

— Идиот! Это была не игра! — рявкнула актриса, поддерживаемая под руку личным помощником. — Йохансон, твою мать. Ты меня убить хотел? — накинулась на меня возлюбленная Гваруса.

Но, так как я оставался в фантомном доспехе, сделать мне она ничего не могла. Даже если бы держала в руках гранатомёт. Поэтому терпеливо постоял на месте, слушая, как мисс Парсонс спускает пар, постепенно успокаиваясь.

— Хотел бы, убил бы. Я сделал то, что от меня хотели. Не вижу поводов для жалоб. У тебя даже маникюр не пострадал. В чём претензии? — не понял, что такого страшного произошло.

— Я тебе сейчас покажу, в чём претензии. А ну вылезай немедленно из этой консервной банки и иди сюда, — потребовала разъярённая женщина, у которой волосы вздыбились безо всякого А-поля.

Закончив запланированные дела на этой площадке, переехали на следующую. Где на бывшем пустыре строители возвели целый квартал бутафорских домиков, предназначенных для эффектного сноса во время съёмок. Которые потом с помощью компьютерной графики превратят чуть ли не в центральную, оживлённую часть города. По сюжету именно здесь меня должен нагнать Ольгерд, чтобы отбить невесту. И отсюда же мне предстояло после поражения бежать от него через канализацию. Какая честь… для канализации. Её задачу исполнит специально вырытая яма с установленным поверх типовым кольцом, накрытым крышкой от стандартного канализационного колодца.

Загонять меня в настоящий посчитали нецелесообразным. Там ни камеру нормально не установить, ни развернуться, да и нюхать исходящее оттуда амбре никому из съёмочной группы не хотелось. Вид изнутри «канализации» будет потом снят в павильоне, с помощью всё тех же декораций, компьютерной графики и монтажа.

Заняв свои места, протянул руку с раскрытой ладонью, в которую с большой неохотой залезла Парсонс, находясь всё в том же платье, в котором я извлекал её из машины. Прихватив с собой пару небольших подушек, для удобства, которых со стороны не будет заметно.

— Только поаккуратнее, — попросила актриса. — Не тряси сильно. И не испорть мне причёску!

— Хорошо.

— Повыше подними. Меня плохо видно.

— Хорошо, — страдальчески повторил.

— Немного отодвинь второй палец, — продолжила давать указания.

Убедившись, что её всё устраивает, скептически посмотрел на Диксона, облачившегося в свой фантомный доспех, превращённый дизайнерами в нечто неудобное и непрактичное, но зато эффектное и ярко выглядящее. Чтобы лучше запоминалось. Расцветку Ольгерду подобрали серебристо-золотых цветов и благородного стального оттенка отдельных, массивных элементов брони. В качестве оружия он собирался использовать затейливо украшенный, тяжёлый меч с широким лезвием и фигурным эфесом. Мне тоже выдали не столько оружие, сколько произведение тёмного искусства.

Ожидалось, что эту сцену снимем быстро, но неожиданно возникла проблема. Даже целых три. Сначала этот придурок не смог меня догнать. Пришлось замедляться. Потом он не смог у меня отнять Гвинет. Вроде бы всё было обговорено заранее, все движения расписаны и отрепетированы перед съёмками, без доспехов, с палками в руках. Под руководством какого-то пожилого мужика, числящегося у нас экспертом по постановочным боям. По большей части он говорил правильные и умные вещи, но почему-то схватку поставил так, что у меня прямо чесалось всё от желания внести кучу правок в получившееся убожество. Слишком уж она выглядела примитивно и театрально. Образно выражаясь, словно уличный мордобой между двумя подвыпившими матросами. Я бы на месте Гваруса так делать точно не стал. Да и, вообще, доводить до этого. Отравил бы Ольгерда, в чём обвинил бы ненавистный мне рыцарский орден, сблизившись с Гвинет на почве мести общему врагу.

Да у меня с первого раза и не получилось сделать так, как показывал постановщик боёв. Даже не знаю, к стыду или к радости. Наука, вбитая Ледяной Ведьмой, оказалась сильнее чьих-то дурных советов. Пару раз на автомате среагировал на мнимую опасность так, как нас учили, а не как просили. Первый раз опрокинув Ольгерда на землю. А второй, вырубив его резким ударом в голову. Только на шестом дубле, поднапрягшись, повторяя, что я полено, удалось подставиться и проиграть. Однако, как этот творожок умудрился отбить себе руку при ударе в мою броню, укреплённую А-полем, я даже не представляю. А уж как забавно он пытался сдвинуть меня с места, упираясь в землю, толкая сам себя назад, аж бороздки на земле образовывались от его подошв, не передать словами.

— Да ты издеваешься! — вспылил Диксон, чувствуя себя униженным и оскорблённым. — Урод. Что ты о себе возомнил? Мне плевать, кто ты там, за пределами площадки, но здесь и сейчас ты неудачник, который должен проиграть. Понял меня? Причём так, чтобы в это поверили зрители. Никого не интересует, что ты по этому поводу думаешь. Не хочешь или не умеешь делать свою работу, вали отсюда нах*р.

Слово ты, сказанное экспрессивным, оскорбительным тоном, прозвучало несколько раз.

— Спокойнее. Не кипятись. Я как-нибудь постараюсь сыграть роль груши для битья. Можешь не сдерживаться. Бей в полную силу. Похоже, вреда от этого не будет, — посоветовал.

Он так и поступил. После чего режиссёр объявил перерыв, сказав, что эту сцену всё равно придётся переснимать ещё раз, слишком уж я выглядел в ней пассивным и вялым. У зрителя непременно должен возникнуть вопрос, а Гварус, вообще, собирался сопротивляться? Может, Гвинет для него и не важна?

После пятиминутного «избиения», встав с земли и отряхнувшись, как ни в чём не бывало, отправился искать, чем бы перекусить. А то от этого дуракаваляния у меня только аппетит разыгрался. Глядя на это со стороны, многие не смогли сдержать улыбок. Включая постановщика боёв, которому надоело спорить с Диксоном, имеющим на всё своё, «правильное» мнение. Как потом рассказал мне этот мужик, он прекрасно знает, что реальный бой другой, но в кино своя специфика.

Пока искал ближайший магазинчик, придумал способ, который должен был помочь выпутаться из этой непростой ситуации. Если я ничего не делал, то это не нравилось режиссёру. Но, зато приводило меня к проигрышу. Если что-то делал и делал это хорошо, то это нравилось мистеру Бейкеру, однако завершалось выигрышем, что уже категорически не устраивало сценариста. Дилемма, однако. Как бы сделать так, чтобы понравиться всем? Кроме Диксона.

Леннокс Кэмпбелл, несмотря на некоторые сомнения в разумности и необходимости затеи своего друга Чейза Уильямса, всё же согласился составить ему компанию. Поддавшись на уговоры. По словам Чейза, одному ему было слишком скучно. Он хотел побыстрее выполнить просьбу сестры, чтобы закрыть эту тему и перейти к следующей, в которой ему как раз понадобится помощь Леннокса. Валлиец собирался пойти на какую-то вечеринку с алкоголем, девочками и улётной музыкой. Неисправимый тип. Вечно ищет приключений на свою задницу. Нет чтобы уже повзрослеть и взяться за ум. Как Леннокс, который вовсю помогал в делах своей семьи. Будучи ответственным, серьёзным человеком.

Чейз больше предпочитал свободный образ жизни, не обременённый лишними заботами. Удивительно, как такой человек стал одним из трёх сотен избранных воинов Короля, достигнув ранга паладин. Хотя, строго говоря, три сотни это с натяжкой и округлением. Их так называли для большей внушительности, надувая щёки перед соседними державами. На сегодняшний день на Британских островах насчитывалось всего 272 паладина. Всех возрастов и обоих полов.

Насколько это значимое достижение можно судить по рыцарям, которых набиралось аж немногим более полутора тысяч человек. Казалось, что это большая цифра, однако если рассмотреть их в процентном соотношении к численности населения и территории, то становилось уже не так радостно. Ещё грустнее от того, насколько тяжелее брались ранги с возрастом. У пожилого оруженосца уже было мало шансов стать рыцарем.

Конечно, со временем он становился всё сильнее и опытнее, но без дальнейшего прорыва в своём развитии. Исключения были, но на то они и исключения. Поэтому особое внимание к потенциалу роста оператора А-поля уделялось до достижения им двадцати лет. Если ребёнок становился рыцарем в этот период, то с большой вероятностью он мог подняться на следующую ступень, а то и не одну. И тут вперёд выходила статистика и вновь «радовала» своими неутешительными цифрами. В школах Англии, Уэльса, Ирландии и Шотландии училось всего около полутора сотен рыцарей, девять паладинов, четыре магистра и два гроссмейстера. Хотя последних из-за очень большой редкости и возложенных на них надежд старались ограждать от всего, больше воспитывая на дому.

Если взять их пример, то Чейз стал паладином в двадцать три года, а Леннокс в двадцать два, чем постоянно поддевал друга, намекая, что более талантлив. Такой результат считался великолепным, так что оба парня пользовались заслуженной славой молодых героев. Вполне довольные этим. Большего заслуживали только те девять юных монстров, имена которых прогремели на всю страну. Нельзя сказать, что они были уникальны в своём роде, но определённо выдающимися людьми. Про магистров или гроссмейстеров можно было даже не упоминать. Последним Его Величество официально присвоил почётное звание — Гордость нации. Подарил по родовому замку и связанному с ним титулу. Пока этого не сделали ушлые, бесстыдные соседи.

— Да сдался тебе этот школьник. Нашёл, чем заниматься. Пошли лучше пива выпьем в пабе, — в третий раз предложил Леннокс.

Не из-за того, что трусил. Ему просто откровенно неохота было страдать всякой фигнёй. Шотландец считал, что уже вырос из того возраста, когда он с радостью лез в драку. В любую драку. Что с ростом его силы стало доставлять всё больше проблем и всё меньше удовольствия. Да и окружающие, включая подруг, стали относиться к «подвигам» Леннокса с прохладцей. Без должного понимания. Так что интерес к драке ради драки, особенно со слабаками, у него быстро угас. Потом стало не до этого. Навалились семейные дела, учёба в университете, новые знакомства с серьёзными людьми. Возникла необходимость зарабатывать и поддерживать совсем другую репутацию.

— Выпьем. Обязательно выпьем, — согласился Чейз, продолжая целеустремлённо шагать вперёд. — Но потом. Сначала нужно побыстрее отделаться от поручения сестры. Она же хуже комара. Как привяжется, пока всю кровь не выпьет, не отстанет.

— Тоже мне проблема, — хмыкнул шотландец. — Давно бы съехал на отдельную квартиру и жил своим умом. Как белый человек.

— Да? А кто будет готовить и убирать? — удивлённо обернулся Чейз. — Я же этот… как его, идеальный потребитель.

— Найми служанку и повариху, — посоветовал Леннокс.

— Зачем? Ведь дома можно получить то же самое, но больше, лучше и бесплатно. Так, как мать, тебя не будет любить никто. Сестрёнка, так и быть, идёт в нагрузку, — продолжил дурачиться Чейз. — Да и должен же я её баловать? Хотя бы изредка. Чтобы потом она баловала меня, — выдал свои коварные замыслы.

— Жениться тебе надо.

— Чтобы обо мне заботилось больше народу? — обрадовался Чейз.

— Чтобы она мозг тебе вправила, раз уж сестра в одиночку не справляется, — спокойно пояснил шотландец.

— Так я за этим и приехал. Мне дали целый список молодых леди из достойных семей, с которыми мать организовала свидание, — только сейчас об этом сообщил Чейз.

— Тогда, зачем интересуешься вечеринками с продажными женщинами и алкоголем? — удивился Леннокс.

— Ты работу и отдых не смешивай, — рассмеялся валлиец, для придания себе важности подняв указательный палец.

— Чтобы отдыхать, сначала нужно потрудиться, — указал шотландец.

— Так я и отдыхаю, от отдыха. Знаешь, насколько это утомительное занятие? — возразил Чейз.

Весело общаясь, дошли до нужного перекрёстка. Леннокс, после звонка друга, заранее разузнал, где в это время будет находиться Эрик Йохансон. Что было непросто, но возможно. Пришлось подключать людей, работающих на род Кэмпбелл.

Использовав немного смекалки, уловок и откровенной лжи, они без проблем проникли на съёмочную площадку, смешавшись с массовкой. Как раз придя к тому времени, когда после обеденного перерыва актёры вновь собрались вместе.

Стараясь не привлекать внимания, найдя укромное место, откуда открывался хороший обзор, друзья с интересом понаблюдали за тем, как три раза Йохансона с лёгкостью избивал рыцарь в чересчур пафосно отделанном фантомном доспехе серебристо-золотой расцветки. Как какого-то сопливого неумеху.

— Ты уверен, что это тот, кто нам нужен? — с нескрываемым разочарованием усомнился шотландец.

— Вроде бы, да. Странно. Сестра описывала его, как какого-то монстра в своём ранге. Может, она слегка приукрасила? Или я чего-то не понял?

Озадаченно почесав голову, столь же разочарованный Чейз принялся звонить сестре, выяснять, как она умудрилась проиграть такому слабаку? Выслушав ответ, затянувшийся аж на три минуты, парень поморщился.

— Хорошо-хорошо. Я понял. Сделаю. Вот же вредная девка, — добавил после того, как убрал телефон в карман. — Такое впечатление, что это у неё своеобразные заигрывания. Типа, напомни Йохансону о моём существовании, — изменив голос, принялся изображать Хелен. — Спроси, что он обо мне думает? Как он тебе? Пусть позвонит и попросит прощения.

— Это она так сказала? — удивился Леннокс.

— Нет. Но наверняка подумала, — решил за неё «чуткий» братец. — Пошли. Похоже, съёмки вот-вот закончатся.

Йохансона они выловили по пути к автостоянке. Поскольку Леннокс изначально не собирался лезть в это дело, то остался в сторонке, в качестве наблюдателя. Связавшись со своими помощниками, приказал им позаботиться о том, чтобы встрече Эрика и Чейза никто не мешал. Чтобы они не пускали сюда посторонних, а то ещё кто-нибудь случайно пострадает. Ущерб фанерным домикам и ближайшим машинам будет сполна возмещён. Они же не варвары.

Также позвонил семейному адвокату, вызванному из Эдинбурга, попросив того позаботиться о полиции, если её всё же кто-нибудь вызовет. Сообщить ей, что здесь идёт отработка постановочного боя. Для фильма. Всё под контролем. Любые возможные претензии будут улажены на месте.

Чейз вовсе не собирался убивать или калечить парня. Как и совершать что-то постыдное. Отвесит Йохансону пару хороших оплеух, даст обидного пинка под зад, попросит научиться вести себя с девушками поделикатнее, да и хватит с него. Плюс немного развлечётся, изобразив свободного, валлийского оруженосца, поклонника одной обиженной леди. Если Эрик не дурак, то догадается, о ком идёт речь. Что там между ним и Хелен Уильямс будет происходить дальше уже не его забота. До тех пор, пока девушка не приведёт парня знакомиться с отцом. Этого или другого. Неважно. Тогда Чейзу снова придётся напрягаться. Во всех смыслах.

На случай, если Йохансон серьёзно обидится, обратившись в полицию, влияния и авторитета Уильямс достаточно, чтобы замять это дело без последствий для себя. Максимум, отделаются небольшим штрафом и принесут формальные извинения.

Когда Чейз внезапно вышел из-за угла и перекрыл Йохансону дорогу, тот на мгновение настороженно замер, стрельнув быстрым взглядом по сторонам. Почти сразу обнаружив и Леннокса и ещё пару мужчин в тёмных костюмах, стоявших неподалёку в проходе. Шотландец обратил внимание на рефлекторное движение руки Йохансона к блоку управления силового снаряжения, которое он всё ещё носил на себе. Двигаясь столь естественно и свободно, словно давно уже перестал его замечать. Ни растерянности, ни удивления, ни страха на лице Эрика Леннокс так и не увидел. Любопытная реакция.

— Ты Эрик Йохансон? — расслабленно спросил Чейз, чтобы с чего-то начать беседу.

— Допустим, — лаконично ответил парень.

— Я, как и уважаемая мною Хелен Уильямс, — на этой фразе Леннокс захотел стыдливо закрыть лицо ладонью, — считаю, что ты неуважительно к ней отнёсся. Позволив себе в её адрес недопустимые замечания и грубое поведение. Вызвав у окружающих неправильные домыслы. Нехорошо так поступать. Ты хам и невежда, Йохансон. За это следует наказывать. И если ты на камеру, прямо сейчас перед ней не извинишься, то я с большим удовольствием преподам урок хороших манер. Которых у тебя явно не хватает. Я доступно излагаю свои мысли? — учтиво поинтересовался Чейз.

Шотландец молча закатил глаза. Он бы поступил куда проще. Как настоящий горец, чем гордился.

Удивлённо моргнув и, такое впечатление, расслабившись, Йохансон ответил столь же учтиво.

— Благодарю за объяснения. Но, вы уверены, что мне стоит публично извиниться за то, что случайно потрогал её за попу? Не нанесёт ли это ещё большего урона чести леди Уильямс? Когда я нёс упомянутую вами молодую особу на спине, она начала сползать. Я всего лишь попытался удержать её на месте. Не более того. Передайте уважаемой вами леди Хелен Уильямс, что я горячо сожалею об этом досадном инциденте. Готов лично принести леди Уильямс свои самые искренние извинения за доставленные неудобства. Но, — голос Йохансона неуловимо стал серьёзнее и увереннее, — только ей. Вас это никоим образом не касается… сэр, — добавил после короткой паузы.