Тишина в трактире стала такой плотной, что я слышал, как потрескивают остывающие угли в печи на кухне. Бекон, сидевший у моих ног, оскалился и глухо зарычал. Он тоже не понимал, что происходит, и не знал стоящего на пороге человека.

Брат Демьяна? Как же так получилось, что нигде о нём не упоминалось? Ни в записной книге деда, ни на каком-нибудь клочке бумаги в трактире. Только в книге из подземелья упоминалось, что Винтеры славились крепкими сыновьями и дочерей среди них почти не было. Хотя её написали, наверное, в те времена, когда ещё прадед Демьяна уже был стар. Я внимательно окинула взглядом незваного гостя. Стало быть, это мой родственник? Странно, совсем не чувства радости, только настороженность. Да и посыл, с которым он переступил порог, не обещал ничего хорошего. Наши земли! Ишь, что удумал! Я своё никому не отдам.

— Андрей Винтер, — повторил я, вставая из-за стола, быстро соображая. — Что-то я не припомню вас в семейных хрониках, да и дед никогда не говорил о брате.

— Ещё бы, — усмехнулся Андрей, проходя в центр зала и оценивающе оглядывая помещение. — Демьян думал только о себе, делая вид, что остальных не существует. Жил, как сыч в лесу. Даже мой отец уехал из этих мест, когда был совсем молодым. Ему не хотелось сидеть всю жизнь в трактире и месить тесто. Это передалось и мне.

— И чего же вы хотели? — спросил я, чувствуя, как внутри закипает холодная злость.

— Денег, власти, уважения, — он пожал плечами, не стесняясь своего ответа. — У меня есть своё дело в столице, хорошие связи и приличное состояние. Но знаешь, что я понял? Что всё это не имеет значения, если забываешь, где твои корни. А они здесь, на этой земле, исконно принадлежащие роду Винтеров.

Грумхильда подошла ближе, встав за моей спиной. Я чувствовал, как она напряглась, готовая в любой момент разразиться гневной речью в мою поддержку. Фёдор бесшумно переместился к двери, заслоняя выход. Варвара и Татьяна сидели на лавке, непонимающе переводя взгляд с меня на Андрея.

— И что же вам от этих корней нужно, Андрей? — спросил я ровным тоном. — Познакомиться решили? Или у вас другие намерения?

Андрей усмехнулся и сел на лавку, жестом приглашая меня присесть напротив.

— Я приехал, потому что ты пробудил Очаг Предков. И это даёт тебе власть, которой у других Винтеров не было.

И откуда этот свалившийся мне на голову родственник знает об этом⁈

— Не удивляйся, — Андрей усмехнулся, и в его глазах мелькнул холодный огонёк. — Его пробуждение долетело до меня через сотни вёрст. У меня тоже кровь Винтеров, и она отозвалась на зов Очага. И это меня очень удивило, потому что я знал, что Демьян не делал этого, а твой отец, Марк, умер. Мне стало любопытно, кого угораздило совершить такую дерзость в обход меня. А когда я узнал, что это сделал какой-то мальчишка, то понял, что должен вернуться. Ты даже не представляешь, что такое настоящая сила Очага.

Дальше мне его слушать стало неинтересно. Ещё один желающий поживиться за мой счёт. Плавали, знаем. Не дождётесь!

— Ну и что с того, что я мальчишка? — сказал я поднимаясь. — В отличие от вас, я принял своё наследие в полной мере и не собираюсь делить его с тем, кого заботят только личные цели.

— Ты думаешь, что понимаешь, о чём сейчас говоришь? — голос Андрея стал резче. — Ты просто мальчишка, который случайно оказался в нужное время и в нужном месте. Это не наследие, а лишь его часть. Я знаю больше, чем ты думаешь.

— Тогда расскажите, — я и бровью не повёл на его слова. — Не за этим ли вы, разве, пришли?

Андрей поморщился, выдерживая паузу, а потом небрежно достал из кармана потрёпанную книжку в кожаном переплёте. Она выглядела так, словно её несколько раз пытались уничтожить, но в последний момент спасали.

— Это дневник моего отца. В нём описаны многие тайны Винтеров. Думаю, Демьян тебе ничего так и рассказал. Прими же его, как подарок, — книжка бесшумно легла на стол. — Взамен я прошу лишь пустить меня к Очагу.

Я посмотрел на её выцветшую обложку с нарисованным от руки знакомым символом — круг, разделённый на три части. Такой же был на двери в подземелье. Автор дневника точно знал про Очаг. Неужели Андрей, действительно, мой родственник?

— У меня есть предложение получше, — сказал я, пододвинув книгу к себе. — Я забираю её, а вы уходите. И я не буду спрашивать, почему вы решили, что имеете право на то, что не заработали.

Андрей вспыхнул мгновенно и перегнулся через стол, чтобы забрать свой «подарок», но я был быстрее. Наши руки на долю секунды встретились, и сила Очага отреагировала на попытку нападения. Ладонь Андрея покраснела, словно он опустил её в кипяток.

— Что за… — он отшатнулся, ошарашенно разглядывая обожжённую кожу.

— Очаг не признаёт тех, кто того не заслуживает, — стальным тоном ответил я, заметив мелькнувший в его глазах страх. — Вы слишком долго жили в столице и давно позабыли о своих корнях. И не вам приходить сюда и требовать доступ к Очагу.

Андрей попытался уничтожить меня взглядом, пропитанным ненавистью, но куда ему до моих способностей? Я не тот мальчишка, каким виделся ему в воображении.

— Ты ещё пожалеешь о своих словах, Марк, — прошипел он. — Я не собираюсь отступать от своего законного права! Эта земля принадлежит всем Винтерам, а не только тебе.

— Можете попробовать, — ответил я. — Так или иначе, в этом трактире вам не рады, постарайтесь забыть сюда дорогу и не надеяться побывать здесь снова.

У Андрея заходили желваки. Он резко развернулся и направился к выходу. Фёдор учтиво уступил ему дорогу. Новоявленный родственник обернулся у самого порога и зло бросил через плечо:

— Ты ещё узнаешь, что такое настоящая власть, Марк Винтер.

Дверь хлопнула так, что Татьяна подпрыгнула, едва не опрокинув свою тарелку. Следом шумно выдохнула Грумхильда, её пальцы сжались в кулак. На лице орчихи было явное желание хорошенько проучить Андрея. А Фёдор поморщился и вопросительно посмотрел на меня.

— Марк, — Грумхильда, наконец, обрела способность говорить, — ты ему веришь? Какой-то он… скользкий.

— Мне и самому он не по нраву. Слишком вовремя пришёл, словно только и ждал. Но, может, он и не врёт, что почуял пробуждение Очага.

Варвара и Татьяна с любопытством прислушивались к нашему разговору. Я бросил на них строгий взгляд, и помощницы жестами показали, что никому ничего не скажут.

— Надо в городе расспросить про этого брата, — предложила Грумхильда. — Получается, что когда-то все жили вместе, а потом разбежались во все стороны. Марк, ты не помнишь, может, отец или дед говорили что-то?

— Нет, — сказал я и даже не соврал. — Маленький был.

— Похоже на ловушку, — сказал Фёдор, кивая на книгу. — Или подделка.

— Ловушка? Да, скорее всего, — я провёл пальцем по обложке, чувствуя подушечками вырезанный символ, — хотел сделать меня ему должным за такой дар. Да и его поведение говорит о том, что книга не подделка. Ладно, сначала нужно её изучить, а уже потом делать выводы.

Грумхильда хотела что-то сказать, но я покачал головой, убрав дневник в котомку.

— Заканчивайте всё здесь, — я повернулся к помощникам, — если хотите, то наверху гостевые комнаты, можете переночевать там.

— Спасибо, господин Винтер, но мы лучше домой, папенька заждался, — вежливо поклонилась Варвара и потянула сестру за руку. — До завтра.

Как только они ушли, напряжённая атмосфера немного разрядилась, и Грумхильда занялась уборкой, Фёдор поправлял столы и носил котлы. Я же с котом поднялся в комнату, чтобы посвятить время записям отца Андрея.

Да уж, этот дневник многое пережил! Чернила на жёлтых страницах почти выцвели, но прочитать текст всё ещё можно было. Уже с первых строк стало понятно, что это писал человек, который давно привык это делать.

Первые страницы я просмотрел краем глаза, они были посвящены знакомству с будущей женой. Иван, так звали деда, расписывал всё ярко и красочно, как художественный роман. Но потом это было видно по тексту, он перешёл на записи личных мыслей, словно ему было не с кем ими поделиться.

И чем дальше я читал, тем больше появлялось упоминаний не только о брате, но и об Очаге.

«Сегодня я снова говорил с Демьяном об Очаге, предлагал ему всё же пробудить его и использовать для укрепления нашего положения в столице. Отказался! Сказал, что раз его сын умер, а у внука нет дара, то и смысла в Очаге больше нет. Я не мог поверить своим ушам! Как можно зарыть такую силу в землю только потому, что один наследник оказался слабым⁈»

Следующая запись была сделана через несколько месяцев.

«Я написал Демьяну ещё одно письмо. Рассказал ему, что можно пробудить Очаг, не используя Пыльцу, Кость и Слезу. Я абсолютно уверен, что можно найти альтернативные пути, если приложить достаточно усилий. Но ответ Демьяна оказался резким. Он писал, что это чушь, и что обмануть магию Очага нельзя. В конце добавил, что намеренно скроет всю информацию о нём, чтобы никто не смог его активировать. Он не хочет, чтобы кто-то даже пытался».

Дальше записи стали более эмоциональными, с гневными нотками, что перо Ивана в двух местах оставило неопрятную кляксу:

«Демьян прячет Очаг, как скупой прячет золото, дурак! Он говорит, что защищает род, но на самом деле он боится. Он сам даже не пытался его восстановить, хотя знал, что и как делать! Мол, силу Очага некому передать! Нет! Я уверен, что у него просто ничего не получилось. И поэтому он решил похоронить нашу силу. Но если его сын погиб, а внук и вовсе без дара, то на этом Винтеры не кончились! Если Демьян не хочет использовать Очаг, то пусть хотя бы не мешает другим».

Да, я так и думал, когда не обнаружил толком никаких записей от деда. И тоже оказался прав, когда решил, что сведения об Очаге передавались от отца к сыну. Демьян оказался защитником тайны рода и был уверен, что никому он больше из семьи не нужен.

Дальше текст был ещё интереснее, потому что, наконец-то, появилось упоминание сегодняшнего гостя.

«Я решил, что раз Демьян не оставил записей, то это сделаю я. Такие сведения не должны пропадать. Быть может, Андрей когда-нибудь вернётся в Бешаль и продолжит семейное дело? Он хоть и говорит, что у него своих навыков и сил хватает, чтобы отлично жить в столице. Я не настаиваю. Это его выбор. Сам я уже стар, возвращаться в „Сытый Вепрь“. Дар хоть у меня и есть, но мне и дома хорошо. Так что оставлю в этой книге все свои наработки, на всякий случай. Вдруг он передумает или его дети когда-нибудь решат вернуться к корням».

Я быстро просмотрел ещё несколько страниц. Иван на них описывал свои размышления про альтернативные способы активации Очага. Ещё он упоминал какие-то ритуалы, но в них я не нашёл ничего общего с тем, что делал сам. Даже рецептов никаких не было. Интересно, как он все эти способы проверял, если жил не здесь? Чистая теория без практики? Странно.

Несколькими страницами позже я наткнулся на конкретные сведения. Вот только они были мне уже не нужны.

'Я, наконец, понял, что такое Пыльца Мирового Древа. Это не просто пыльца цветов — это эссенция жизни, которая накапливается в корнях тысячелетних деревьев. Её нельзя собрать просто так — она даётся только тому, кто готов принести жертву. Древо само решает, достоин ли ты его дара.

Кость Первого Зверя — кость в прямом смысле. Это символ, который должен быть добыт с честью. Тот, кто хочет получить Кость, должен доказать свою силу.

А Слеза Солнца… это самое сложное. Её нельзя найти в земле или в воде. Она рождается внутри повара — в момент, когда он создаёт блюдо с истинной страстью. Без неё Очаг не пробудится. Без неё Винтер не станет Хранителем'.

И где же ты был, Иван с Андреем, когда я носился по всему краю и искал подсказки⁈ Следом за вспышкой раздражения, пришла совсем другая мысль. Если Иван это знал, я точно знал, что он всё это читал, то почему не приехал и не активировал Очаг? Неужели он и не собирался этим заниматься? Да, получается, что так. Уехал и всё, пропади всё пропадом, но стоило мне сделать всю работу, здрасте, приехали.

Я закрыл книгу, погладил кота и посмотрел в тёмное окно. За стеклом луны освещали двор в серебро и красный цвет и не спешили давать мне ответы на мои вопросы.

— Что ты задумал, Андрей? — прошептал я. — Почему ждал, пока я всё сделаю?

Бекон во сне тихо мявкнул и перевернулся на другой бок. Я усмехнулся и последовал его примеру. Сон накрыл меня сразу, как только я коснулся головой подушкой.

Впрочем, по ощущениям, я только моргнул, и уже начался новый день, а вместе с ним и громкий стук в дверь.

— Мяу? — кот приоткрыл один глаз.

Перед глазами появился образ Грумхильды с занесённой рукой над дверью.

— Марк! Там к тебе какой-то гном от Торка! Говорит, что пора начинать!

— Сейчас спущусь! — крикнул в ответ я и поднялся с кровати.

Когда я привёл себя в порядок и спустился в обеденный зал, то увидел гнома с довольно примечательной внешностью. Ладно, к самому факту существования в этом мире гномов, я ещё как-то привык, но этот отличался от всех остальных. Потому что его волосы, борода и даже брови оказались седыми. Нет, он не был альбиносом, глаза у него были вполне обычными. Да и старым он не выглядел. Видимо, на солевых раскопках работа совсем несахарная.

Гном был одет в дорожный костюм с множеством карманов, а за плечом у него висел походный рюкзак. Сейчас гость внимательно рассматривал стены трактира с чисто профессиональным интересом.

— Здравствуйте, — сказал я подходя. — Я Марк Винтер.

Гном обернулся и окинул меня быстрым взглядом.

— Гирт, — представился он, и мы пожали руки. — Главный строитель в артели Торка. Он сказал, что вы хотите построить дома для своих работников. Я пришёл посмотреть место и обсудить план.

Говорил он быстро, словно боялся не успеть договорить мысль.

— Отлично, — кивнул я. — Вы не против, если мы сначала позавтракаем? Я только проснулся и хочется чего-то горячего.

Гирт и думать не стал, только глаза сверкнули от предвкушения. Одним плавным движением он уже оказался за столом и заинтересованно смотрел в сторону кухни.

— Грумхильда, — крикнул я, — принесёшь мне и гостю завтрак?

— Мяу! — возмутился кот.

— И Бекону тоже, — с улыбкой добавил я и перевёл взгляд на гнома.

— Торк сказал, что вы договорились о плате, — сказал Гирт, втягивая носом запахи с кухни. — Он говорил, что вы будете кормить артель в обмен на работу. Это хорошее предложение, но вот по срокам совсем непонятно. Чтобы точно сказать, сколько это займёт времени, я должен увидеть место под строительства своими глазами.

— Конечно, — сказал я. — Я покажу вам место.

— Это хорошо, — Гирт задумался на секунду и торопливо продолжил. — Однако нужно сначала переговорить с дриадой. Торк сказал, что вы с ней можете договориться. Не хотелось бы впадать в немилость госпоже Линении. Не обижайтесь, Винтер, я привык всё проверять, ведь в стройке очень важна точность и подходящие материалы. На какие деревья дриада укажет, те и будем рубить. Иначе своих голов можем лишиться. Если же дриада хоть движением брови запретит нам трогать лес, то я и молоток из рюкзака не вытащу.

— С этим не возникнет проблем, — улыбнулся я. — Я попрошу её прийти, чтобы она могла всё внимательно осмотреть и дать указания.

— Могу ли я присутствовать при этом? — аккуратно спросил Гирт. — Если, конечно, можно.

Грумхильда тем временем вынесла тарелки с чашками, а Фёдор притащил котелок со сладкой кашей и кувшин со сбитнем.

— Можно, — кивнул я. — После завтрака мне нужно будет подготовить ей подарок, а потом отправимся смотреть на место под стройку.

Едва я это сказал, как гном налёг на еду с такой скоростью, что, кажется, даже Бекон удивился. Вот как гному хотелось лично увидеть дриаду! Я же съел пару ложек и, оставив Грумхильду с гостей, ушёл на кухню. Пора было сделать укрепляющий отвар для дриады.

Быстро поставил на печь чугунок, вскипятил воду и занялся травами. Рецепт знал наизусть, поэтому всё делал быстро. Засыпал всё необходимое в немного остывшую воду, добавил мёда для вкуса и, конечно же, маны для дополнительных бонусов. Через десять минут отвар был готов. Я активировал оценку, чтобы проверить итог.

Укрепляющий отвар для дриады

Свойство: ускоренное восстановление сил +25, бодрость +15

Отлично! Я перелил отвар в бутылку и вернулся к Гирту. Тот уже доел кашу, как я слышал, успел даже попросить добавки и даже облизал ложку. Когда я показался в дверях, он залпом допил сбитень и подскочил.

— Теперь можно идти?

— Можно, — ответил я. — Бекон, ты с нами?

Кот мявкнул, мол, куда вы без меня-то пойдёте, и первым побежал к дверям. Мы двинулись за ним и направились в сторону леса. Бекон не знал, какое место было выбрано под строительство, поэтому просто бегал вокруг нас, гоняя бабочек и стрекоз.

Гирт шагал рядом, иногда останавливаясь, чтобы осмотреть деревья или потрогать землю.

— Хороший лес, — сказал он. — Отличный материал, если, конечно, дриада разрешит его использовать.

Я не ответил, лишь коротко улыбался его причитаниям. Через полчаса мы вышли к нужному месту, и я остановился. Гирт внимательно оглядел её и одобрительно кивнул.

— Хорошо! Место ровное, есть вода рядом. И дорога не слишком далеко. Разумный выбор, — сказал и вопросительно поднял брови.

Я кивнул и подошёл к ближайшей берёзе. Положил на тёплую кору ладонь и прикрыл глаза, а потом тихо позвал дриаду.

— Линелия, — позвал я. — Мне нужен твой совет.

Не прошло и минуты, как из-за дерева бесшумно появилась дриада. Я широко улыбнулся ей и протянул руку. Она с прошлого раза не изменилась, и всё также была свежа и прекрасна этой странной лесной красотой.

Она поприветствовала меня, привычно погладила Бекона, который сразу же подскочил к ней, и с любопытством посмотрела на Гирта.

— Марк, — сказала она. — Что случилось? Зачем я понадобилась тебе и горному народу?

Гирт, который изо всех сил пытался сохранить невозмутимый вид, теперь же смутился и сильно опустил голову, чтобы это скрыть. Но с учётом белой шевелюры это оказалось непросто. Я мысленно посмеивался над его реакцией, сохраняя внешнее спокойствие.

— Прошу прощения, госпожа Линелия, — почтительно сказал гном. — Меня зовут Гирт и я строитель. Господин Винтер попросил нас построить для его людей два дома, но я без вашего разрешения не могу в лесу ничего трогать. Поэтому со всем уважением к вам, я искренне прошу вашего содействия по этому вопросу.

Выдав эту фразу, гном аж крякнул от сложности собственных оборотов и внимательно посмотрел на дриаду. Она же сначала удивлённо подняла брови, а потом рассмеялась с тихим звоном.

— Ты спрашиваешь разрешение у дриады, чтобы строить? — с улыбкой спросила она.

— Я гном старый, — виновато развёл руками Гирт. — Историю этого края знаю хорошо. И мало кто смог выжить после гнева хозяйки леса.

Линелия с любопытством посмотрела на него, а потом перевела взгляд на меня.

— Я даю своё разрешение, — сказала она. — Здесь вам можно строить, только сначала я помечу деревья, которые можно рубить. Остальные — трогать нельзя. Смотрите!

Она подошла к краю поляны и коснулась рукой ближайшей сосны. По её стволу пробежала зелёная искра, и на коре появились две перекрещённые ветки берёзы. Оригинально.

— Вот, — сказала она. — Все деревья с такой меткой можно использовать. Те, что без неё — оставить. Если вы будете следовать этому правилу, то я не буду возражать.

Гирт, который к этому моменту уже пришёл в себя, подошёл ближе и внимательно осмотрел метку. Потом повернулся к Линелии и поклонился.

— Благодарю, госпожа дриада. Мы будем бережны.

Я же достал из котомки бутылку с отваром и протянул его дриаде.

— Это тебе, в знак благодарности.

Дриада взяла бутылку, поднесла к лицу и вдохнула аромат. Её глаза засияли, а потом она мне подмигнула.

— Раз всё так серьёзно, — сказала она, — то я ещё могу вам помочь. Отойдите подальше, чтобы вас не задело.

Линелия поставила бутылку у ног, подняла руки и тихонько запела. Почти сразу по деревьям пробежал зелёный порыв ветра, а земля задрожала под ногами. Гирт едва не упал на землю, а Бекон не придумал ничего лучше, чем запрыгнуть ко мне на плечи. Не прошло и минуты, как ближайшая сосна затрещала, и Гирт не смог сдержать удивлённый возглас.

— Мать честная! — ахнул гном и вытащил топор. — Куда⁈

Ближайшая к нам сосна вдруг встряхнула ветками, вздрогнула, а потом опасно накренилась. Через мгновение вокруг неё из-под земли вылезли многочисленные корни, сделав дерево похожим на здоровенного паука, а дальше дерево неторопливо начало отползать от нас, за очерченный гномом периметр.

Я обалдело глянул на улыбающуюся Линелию. Нет, я знал, что она очень могущественная, но вот чтобы заставить сосну встать и вот так уйти…

Земля вокруг остальных деревьев тоже вздыбилась, выпуская корни на поверхность. Узловатые, крепкие, тонкие и белые, они змеями расползались во все стороны, поднимали стволы и волочили их подальше от нас.

Если бы я не видел это собственными глазами, то и всё равно не смог поверить. Отдельно меня удивили кусты, которые мелкими перебежками, как шпионы на вражеской территории, отбегали за границу участка и прятались. Меня немного потряхивало, но это был не адреналин, а дрожь земли.

— Мать честная! — выдохнул Гирт, и в его голосе смешались ужас и восторг. — Я такое… я такое слышал только в легендах, которые дед рассказывал у костра! Не верил! Не верил! Во дурак!

Бекон, сидя у меня на плече, мявкал от восторга, наслаждаясь зрелищем. А у меня в груди мягко отзывался на магию, и мне показалось, даже одобрительно. Ради интереса я запустил «Распознавание магии», и вокруг нас заклубился привычный голубоватый туман. Он подсвечивал тонкие линии силы, которые тянулись от пальцев Линелии к каждому дереву. Так вот как выглядит магия дриады! Словно нити, связывающие её с лесом. Когда дерево сдвигалось, я видел, как пульсирует и натягивается эта сила.

— Невероятно, — прошептал я, едва сдерживая более эмоциональное восклицание.

Линелия улыбнулась, увидев мою реакцию. Несмотря на её сияющее лицо, я, заметив капли пота на лбу. Мысленно порадовался, что отдал ей отвар, с ним ей проще было провернуть такой финт.

Постепенно деревья окончательно расступились, образуя идеально ровную площадку, и их корни вновь спрятались под землю. Я видел, как они втягивались обратно, будто так всегда и было. Даже трава примялась сама собой, укладываясь ровным зелёным ковром. Причём деревья вставали не абы как, а оставляя между собой пространство, а в одном месте даже появилась заметная просека, через которую можно было видеть трактир. Дриада учла и этот момент, ведь потом мы проложим здесь дорогу.

Гирт торопливо прошёлся по площадке, касаясь земли и чуть ли не ложась на неё. Вытащил какой-то артефакт, покрутился в разные стороны, проверяя размеры площадки. С каждой секундой его лицо сияло всё ярче.

— Да это же… — голос его дрогнул, — это невероятно! Фантастически! Изумительно! Я и надеяться на такое не мог. Госпожа Линелия, не знаю, как вас и благодарить.

Дриада шумно выдохнула, смахнула пот со лба и довольно улыбнулась. Я видел, что она гордится своим трудом.

— Лес дал вам место, — устало сказала она. — Не забывайте об этом. Берегите то, что осталось.

Гирт низко поклонился дриаде, а потом резко выпрямился и полез в свой походный рюкзак. Он копался там несколько секунд, бормоча себе под нос, пока, наконец, не вытащил небольшой горшок, обмотанный влажной тканью.

— Это для вас, госпожа, — сказал он, протягивая его дриаде. — Перед такой стройкой нужно обязательно преподнести подарок хозяйке леса. Надеюсь, вам наш дар понравится. Это узколистый клён, его мы нашли в дальних краях у одного торговца. Он сказал, что такие деревья растут только там, где земля дышит магией.

Линелия с кивком приняла горшок, сняла ткань и заглянула внутрь. Мы с котом тоже вытянули шеи, чтобы увидеть крошечный саженец с серебристыми листьями, которые переливались на солнечном свете. Даже от такого маленького ростка исходит приятный поток силы. А что же будет, когда он вырастет⁈

— Узколистый клён, — довольно проговорила она, и в её голосе послышалось уважение. — Я таких уже много лет не видела. Это очень ценный подарок, Гирт. Найду для него подходящее место, где влажная земля и много света. Он будет расти, а я помнить о вашей щедрости.

Гирт покраснел до корней своих седых волос, несколько раз пытался что-то сказать, но в последний момент только вздыхал. Дриада аккуратно коснулась саженца кончиками пальцев, и по листьям пробежала зелёная искра. Клён ответил на её прикосновение, и его листочки чуть приподнялись.

— Я буду приглядывать за стройкой, — строго сказал Линелия, пряча горшок в складки своего платья. — Если возникнут трудности, я буду рядом, но предупреждаю, я отвечу, если это действительно важно. Лес не любит, когда его беспокоят по пустякам.

— Будет сделано, госпожа! — выпалил Гирт, снова кланяясь.

Пока они раскланивались, я вдруг обратил внимание, что дымка «Распознавания магии» всё ещё активна, и ведёт себя весьма интересно. Дело в том, что несколько завитков навыка висят над одним местом. Кажется, там раньше стоял дуб, который буквально полчаса назад ушёл. И что у нас там такое лежит?

Я подошёл ближе, снял кота с плеча и присел на корточки. Гирт и Линелия замолчали, заинтересованно посмотрев на меня.

— Что там? — спросил гном.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но что-то здесь точно есть. Не поможете?

Бекон обнюхал землю, задрал хвост и требовательно мявкнул. Кот тоже учуял магию и теперь нетерпеливо ходил рядом. Я повернулся к Линелии, и её глаза блеснули, а на губах заиграла таинственная улыбка. Дриада кивнула мне, словно знала о тайнике и одобряла моё любопытство.

— Иногда земля хранит то, что забыто, — сказала она. — Но не всё, что спрятано, должно оставаться в тени. Если ты нашёл это, то значит, пришло время.

Она простилась и скрылась за деревьями, оставив нас с Гиртом и Беконом посреди чистой площадки. Я снова посмотрел на дымку магии и спросил Гирта.

— А есть лопата?

Гном хмыкнул, снова полез в свой бездонный рюкзак и через минуту извлёк небольшую, но крепкую лопатку с широким лезвием.

— У гнома всегда найдётся инструмент, — усмехнулся он. — Где копаем?

— Вот здесь, — я поддел траву мыском сапога. — Неглубоко совсем.

— Задача ясная, приступаю к выполнению!

Бекон начал помогать Гирту, с рыком копая лапами левее места, на которое я указал. Гном же работал чётко и методично. Раз — и кусок земли уже отброшен в сторону. Если они и строят также, то я не волнуюсь за качество будущих домов.

Я не успел моргнуть, как в земле образовалась яма глубиной по локоть. Ещё несколько движений и вот лопата звякнула обо что-то твёрдое.

— Есть! — выдохнул Гирт, отбрасывая лопату и начиная разгребать землю руками.

Через минуту он извлёк из ямы небольшой сундучок со сломанной крышкой. В нём оказался небольшой предмет, замотанный в сухие листья. Когда я его развернул, то на моей ладони оказался кулон на короткой цепочке. В центре его был вставлен мутный камень, напоминающий янтарь, но без привычного тёплого свечения.

Я активировал Оценку.

Обнаружен артефакт: «Кулон благополучия»

Состояние: разряжен

Свойства: создаёт вокруг владельца поле удачи и защиты

Эффект в активном состоянии: +10% к удаче, слабая защита от проклятий и сглаза

Примечание: требуется регулярная подпитка маной

— Артефакт, — сказал я, поднимая кулон и рассматривая его на свету. — Старый, без магии, если его зарядить, он даст защиту.

Гирт подошёл ближе, заглянул мне через плечо и усмехнулся.

— Добрый знак, — сказал он. — Такие штуки иногда находят на местах, где сила течёт сквозь землю. Это означает, что место выбрано правильно. Нужно зарядить и вернуть его на место. Будет охранять все постройки. И нам хорошо во время стройки, да и жильцам на руку.

— Вы разбираетесь в таких вещах? — удивился я.

— Гномы разбираются во всём, что связано с камнем, будь то алмазы или простая соль, — гордо ответил он. — Если ты разрешишь, что я заряжу его. Дело не сложное, нужна лишь магия и солнечный свет. А место лучше оставить это, раз здесь лежал, тут ему и положено быть.

Я посмотрел на кулон, а потом перевёл взгляд на Гирта. С одной стороны, отдавать артефакт гному было довольно рискованно. С другой — он только что подарил дриаде редкий саженец и копал землю, не жалея сил. К тому же если он бы хотел украсть, не стал предлагать заряжать и возвращать на место.

— Хорошо, — сказал я, протягивая кулон. — Вижу, что вы лучше меня разбираетесь в таком. Надеюсь уже вскоре увидеть его здесь. Сундук подходящий найдёте?

— Обижаете! Конечно! — кивнул Гирт, пряча кулон в карман. — Всё сделаем, как полагается, можете не волноваться.

Засыпать яму не стали, чтобы не потерять ориентир, а Гирт ещё и ветку воткнул рядом. Потом встряхнулся, огляделся и довольно потёр руки.

— Только камни осталось убрать, — сказал он. — Это мы быстро сделаем. Завтра я приведу ребят к обеду, а там и начнём. Вы точно нас кормить будете?

— Как и договаривались, — ответил я. — Правда, без изысков, продуктов не так много осталось.

— Все гномы знают, что у Марка Винтера даже бутерброды вчерашние вкусные! — усмехнулся Гирт. — Главное, чтобы горячее и сытное, остальное мелочи.

Мы попрощались, вместе дошли до трактира, а потом гном скрылся в лесу, уходя в сторону своего дома. А я вымыл руки и прошёл на кухню, где уже кипела работа.

Грумхильда стояла у печи, помешивая в котле сбитень, и ворчала себе под нос. Фёдор таскал дрова, а в обеденном зале, судя по смеху, Варвара и Татьяна расставляли посуду. Увидев меня, орчиха оторвалась от котла и упёрла руки в бока.

— Ну что, наколдовал? — спросила она с усмешкой. — Взмахнул рукой, и лес расступился, и гномам работы стало меньше? Или просто траву топтали под разговоры о еде?

— Угадала, — ответил я, снимая куртку. — Деревья и вправду поднялись из земли и отошли за границу участка. Кстати, к нему потом удобную дорогу надо будет сделать. Так что гномам осталось только камни убрать, да начать копать.

— Так, стоп, — она прищурилась. — Ты сейчас серьёзно⁈ Деревья сами встали⁈ Что за чёртова магия⁈

— Не чёртова, а дриады, — улыбнулся я. — Зря, что ли, я отвар, укрепляющий для Линелии, варил? Помогла она и одобрила стройку. Сами потом посмотрите, когда время будет. А это будет нескоро, потому что Гирт вернётся к обеду с гномами, и я обещал им обед. Сколько их точно будет, не знаю, но артель один раз мы уже накормили, их было двадцать душ, должны справиться.

Грумхильда закатила глаза и развернулась к печи, демонстративно показывая мне спину.

— Двадцать гномов! Я помню, как они нас встретили тогда! Курица и солёные огурцы! Ты оставь их обед мне, Марк, я их так угощу, век не забудут! — она резко обернулась, сверкая глазами. — Только у нас почти продуктов не осталось, из чего предлагаешь мне им суп варить? Из лопуха?

— У нас есть оленина, есть крупы, есть картошка, — я искренне не понимал, чего она злится.

— Картошка! — фыркнула она. — Её осталось едва полтора мешка! Три! Я вчера проверяла! Нам и на гостей едва хватит, а тут ещё гномы!

— Не суетись, а? Я решу проблему с продуктами. Сварим похлёбку из оленины с перловкой, как уже делали. Сытно и просто.

— А гостей чем кормить? — не унималась она. — Вчера, между прочим, мы едва справлялись с четырнадцатью столами! Нужно что-то менять!

— Да, например, варить не в котле на пятьдесят литров, а сразу на сто, — кивнул я. — Только вот почему мы раньше об этом не подумали?

— Подумали! Я подумала, — она ударила себя по груди. — Стоит в кладовой.

— А чего же ты вчера про него не сказала⁈ — возмутился я.

— А ты не спрашивал, — буркнула она.

— Грумхильда, — строго сказал я, — ты давай прекращай такие фокусы откалывать! То ворчишь, то споришь, а как до дела доходит, сразу в молчанку играешь! Какая муха тебя укусила-то⁈

Орчиха моментально остыла и присела на лавку. Глубоко вздохнула и устало посмотрела на меня.

— Прости, Марк, что-то на меня нашло, — призналась она. — Работы много, а у меня ощущение, что я ничего не успеваю. Вот и злюсь.

— Оставить злость, — скомандовал я. — Мы вчера справились, сегодня будет легче, несмотря ни на что. Итак, что у нас осталось по продуктам?

— Холодец остался, — орчиха быстро взяла себя в руки. — Рыбы на сто литров не хватит, но оленя можно экономнее использовать, чтобы хватило и на гостей, и на гномов. Вот только, что в зал подавать?

— Сделаем тоже похлёбку, но лёгкую, — задумчиво сказал я. — Рис у нас есть?

— Есть! Мы его давно не использовали.

— Отлично, плюс кабачки и морковь, будет у нас летняя похлёбка, — я оглядел кухню, — а если рис кончится, то можно и с пшеном такое сделать.

— Ишь, чего придумал, но если ты уверен, то командуй, с чего начинать, — она вздохнула и осторожно спросила. — Ты точно понимаешь масштаб нашествия гномов? С учётом большого зала я имею в виду. У нас овощи исчезают быстрее, чем растут, да и продукты быстро заканчиваются.

Я задумался, а ведь, правда, мне так и не удалось найти поставщика овощей. Перебивались лишь редкими покупками на рынке, да у Сметанникова.

— Да, займёмся этим в ближайшее время, — пообещал я. — Найду кого-то, кто будет привозить овощи. А пока на повестке дня две похлёбки и холодец. К слову, поставим ещё одну ногу на новую порцию холодца, потом также остудим в погребе. Лишним не будет. И поставь перловку замачиваться.

Грумхильда только покачала головой и продолжила резать лук. Я взял котёл на пятьдесят литров и поставил его на печь. Это будет для гномов, а заодно и для нас, если останется. Я всё ещё не знал, сколько их придёт, не остановит же Торк работу в шахтах ради моей стройки! Значит, буду рассчитывать на десять или пятнадцать гномов максимум. Этого котла как раз на них и хватит, к тому же Очаг даст бонус на сытность, а я добавлю на восстановление сил. Главное, чтобы тарелок хватило.

Пока вода нагревалась, я успел нарезать оленью грудинку кубиками, добавил лук и чеснок. Вот только не смог выжидать положенные два часа, пока перловка отмокнет, время и так поджидало. И как только наступил нужный момент, прокалил её на сковороде. Хоть я и спешил, хоть это и еда не для гостей, она всё равно должна была сделана правильно и вкусно. Пока готовил, влил три единицы маны, потом посолил из системной солонки, а последним аккордом стал «Мана-Повар». Судя по оценке, с этой похлёбкой гномы будут работать с утра до ночи без остановки. Это мне и нужно было.

— Мяу! — Бекон крутился под ногами, то и дело пытался сунуть морду в котёл.

— Ты тоже получишь порцию, — усмехнулся я. — Обещаю.

В дверях появилась Татьяна и с поднятыми бровями посмотрела на большой котёл на полу, и на второй поменьше, на печи. Но спрашивать не стала, раз стоит, значит, так надо.

— Татьяна, — позвал я, — освободилась? Тогда нарежь морковь и корень петрушки.

— Сейчас, господин Винтер! — отозвалась она, с готовностью надевая рабочий фартук.

— Я помогу! — звонкий голос её сёстры разлетелся по всей кухне. — Что ещё нужно сделать?

— Сначала овощи, а потом проверить, сколько у нас продуктов. Пока людей нет, можно отправить Фёдора к поставщикам.

— А что мы сегодня будем подавать? — спросила Татьяна, не отрываясь от нарезки.

— Холодец, похлёбку, — ответил я, — и, конечно же, пирожки. Сократим меню, чтобы не сбиваться с ног. Сейчас доварю обед для гномов, они уже скоро придут, и займусь вечерним меню.

Грумхильда, которая всё это время ворчала, остановилась и посмотрела на меня.

— Марк, с чем сегодня пирожки-то делать?

— Творога много, зелени тоже, — пожал я плечами, — чего выдумывать?

— Хорошо, Марк, — сказала она. — Будем готовить.

Время до открытия стремительно таяло. Я поставил на печь ещё один котёл уже на сто литров и занялся похлёбкой с рисом. Рецепт был прост, только начинать нужно было с овощей. Я взял кабачок, быстро его нарезал и обжарил его на сковороде вместе с копчёной олениной. Всё это отправится в котёл, как только бульон будет готов, а уже потом добавлю рис, чтобы он достаточно набух. В последний момент добавлю зелень. Всё это я готовил с чётким желанием, чтобы гость был сыт и доволен. Мана и сила Очага мне в этом прекрасно помогут.

Вскоре Грумхильда решила поставить котёл на холодец, и тут я понял, что для него уже на печи места нет. Да уж, такой подлости от собственной кухни я не ожидал, а всё потому, что неправильно распределил обязанности. Ведь холодец нужно было ставить первым, ещё до прихода Гирта! Ладно, выкрутимся!

Я выглянул в окно и позвал Фёдора.

— Фёдор, — сказал я, когда он появился в дверях кухни, — организуй мне рабочее место на улице. Точнее, сделай очаг с костром. Мне не хватает места, так что буду варить холодец там.

— Да ладно тебе, Марк, поставим позже, не сразу же его расхватают! — орчиха повернулась ко мне, удивлённо подняв брови. — На улице за ним же некому будет присматривать!

— Ты опять со мной споришь? — холодно спросил я. — Что с тобой происходит? Может тебе на речку сходить, охладиться?

— Прости-прости, всё, умолкаю! — она сосредоточилась на начинке для пирожков.

— Сделаю кострище, — пробасил Фёдор. — И даже навес, если нужно. Вертел могу тоже соорудить, вдруг мясо захочешь пожарить.

— Хорошая идея, но пока у нас на неё нет рук, — я привык реально оценивать силы команды. — На такую позицию обычно выделяют отдельно человека, чтобы он следил за мясом и делал его по заказу посетителя.

— Я могу взять это на себя, Марк, — предложил он. — Могу стоять у костра и крутить вертел.

— Боюсь, Фёдор, не могу согласиться на такое, — я посмотрел на него. — Ты отлично успокаиваешь своим видом публику. У нас за всё время толком и скандалов не было.

— Как вернутся охотники, можно их попросить, — добавил Фёдор.

— Как вернутся, там и обсудим, хорошо. Только напомни, а то закручусь и забуду. Займись пока кострищем.

— Сделаю, — кивнул он и вышел во двор.

Через час во дворе уже горел костёр, над которым висел котёл с бульоном на холодец. Грумхильда то и дело выглядывала в окно, проверяя, не упал ли он в огонь. Но минотавр сделал всё на совесть, и котёл держался крепко, а бульон булькал, наполняя воздух ароматом пряностей и мяса.

А я тем временем проверил похлёбку с рисом, думая про то, что на одних крупах мы далеко не уедем. Запасов хватит на один или два раза, а потом всё, кладовая покажет дно.

— Завтра отправлю Фёдора на рынок, а заодно и записку Каролине передам, думаю, у неё на примете точно есть хороший поставщик овощей есть, — сказал я. — А сегодня мы выкрутимся.

— Оптимист, — беззлобно проворчала она и улыбнулась.

Вдруг Бекон встрепенулся и прыгнул на подоконник. Я проследил за его взглядом и увидел, как к трактиру подходит пятёрка гномов.

Они быстро зашли во двор и внимательно огляделись. Один подошёл к покосившейся двери сарая, а потом достал из-за пояса молоток и пару гвоздей и, не спрашивая разрешения, начал поправлять петли.

Я усмехнулся. Гномы есть гномы. Грумхильда встала рядом, удивлённо подняв брови.

— Марк, их всего пятеро, может, не стоило им отдельно варить? — спросила она. — Я даже готова выделить им десять порций из котла с рисом.

— Не пойдёт, — я покачал головой. — Для гномов еда не просто сытная, но и силы восстанавливает, чтобы работали хорошо, а гостям, кроме сытости, только уют нужен, чтобы хотелось вернуться. Я приготовил каждому своё, не нужно их мешать или пытаться заменить.

— Опять ты со своим колдунством! — вздохнула она. — В любом случае моё дело предложить.

Я вышел во двор, чтобы познакомиться, а заодно узнать, в таком ли составе они будут работать.

— Здравствуйте, — сказал я, подходя ближе. — Вы впятером будете работать? Или ещё придут?

— А что, мало? — раздался знакомый голос из-за гномов.

Из-за угла сарая вышел Гирт, сияя улыбкой. Он хлопнул по плечу ближайшего гнома и подошёл ко мне.

— Ты же знаешь, Винтер, работы у нас много, — усмехнулся он, — сначала камни убрать, расчертить место под фундамент, выкопать землю. Так что давай-ка, веди нас кормить, а то мои ребята уже облизываются. Только в зал не пойдём, ты уж прости! Поедим здесь или сразу на стройке.

Остальные гномы одобрительно загудели, вытаскивая свои походные наборы — котелок, ложка и кружка.

— У нас всё своё, — сказал он с достоинством и вдруг обернулся на лес. — О!

В этот момент из-за деревьев послышался шум. Я повернул голову и увидел, как из леса выходят ещё гномы. С большими мешками на плечах и связками досок и инструментами в тачках. Впереди шёл рослый гном с топором на поясе и картами в руках.

Пять, десять, пятнадцать! Твою ж! Я считал, а они всё не заканчивались!

Когда вышел двадцать седьмой, я понял, что одного котла будет мало.

— Ну так что, Винтер, где обед? — хитро прищурился Гирт.

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Пересчитал ещё раз, нет, не ошибся, их действительно двадцать пять! И глаза каждого светились надеждой и предвкушением. А у меня в голове билась только одна мысль: чем их, чёрт подери, кормить⁈

— Гирт, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — а ты не говорил, что вас будет двадцать пять.

— А я и не знал, — развёл руками гном. — Точнее, изначально Торк предполагал, что строить будет только половина артели, всего десяток. Не закрывать же шахты, правильно ж? А когда он на собрании объявил, что стройка будет для Винтера, то выйти в первую смену решила не только вся артель, а даже те, кто был на замене, в отпуске и на других шахтах. Это ты ещё Торка благодарить должен, что не вся полусотня со всего края пришла бы.

Гномы за Гиртом одобрительно грохнули. Я лишь снова вздохнул, вот так приготовил для них, теперь самому же расхлёбывать! Ничего, выкручусь! Гномы пришли работать, не мог же я их оставить без обеда! Тем более что они уже начали осматривать двор и прикидывать, куда лучше сложить доски.

— Тогда обед будет через полчаса, — сказал я. — Устраивайтесь во дворе или вам просто котлы с едой выдать?

— Да мы здесь сядем, не волнуйся, — Гирт повернулся к команде и зычно крикнул. — Братцы, собирай столы!

Гномы быстро скинули с себя мешки, доски и инструменты. За какие-то пять минут у меня во дворе появились столы и лавки. В дело пошли и колоды из дровницы, которые Фёдор не успел расколоть, камни, лежащие возле огорода, и даже перевёрнутая кадка.

Я смотрел на всю эту скоростную сборку мебели и думал, что же им приготовить? Осталась крупа да обрезки мяса. Так, стоп! Из этого же можно сделать кашу!

— Марк! Похлёбка для гостей почти готова! — крикнула из кухни Грумхильда. — Что дальше делать?

— Иду! Вытащи из кладовой гречку и ставь ещё один котёл.

Я вернулся на кухню и проверил котлы на печи. Поднял крышку, и пошёл такой запах, что у меня желудок сжался. Красота! Попробовал, чуть досолил, и перед глазами вспыхнуло сообщение системы:

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Летняя похлёбка с копчёной олениной и рисом»

Качество: превосходное

Свойства: сытость +10%, бодрость +5%, уют +10%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Текущий опыт: 510/700

Отлично! Опыт никогда лишним не бывает. А где сообщение про похлёбку для гномов⁈ Оказалось, что оно пришло раньше, и я его просто не заметил.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Похлёбка с копчёной олениной и перловкой»

Качество: превосходное

Свойства: сытость +15%, восстановление сил +20%, ловкость +5%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Текущий опыт: 500/700

А вот это совсем хорошо! Тогда кашу я сделаю с силой и выносливостью. Теперь-то точно гномы сделают все в разы быстрее, чем сами думали. Потом Торк будет себе локти кусать, думаю, он искренне считает, что гномы тут на две недели обедать будут. Но я сделаю так, что они мне за пять дней все построят!

Орчиха, увидев моё довольное лицо, удивлённо подняла брови. Она уже налила в котёл воды и перебрала гречку.

— Марк, может туда лука побольше добавить, чтобы вкуснее было?

— Давай, и чеснока. Я пока мясо нарежу.

— Скорее бы вернулись наши охотники, а то оленя надолго не хватит, — вздохнула Грумхильда.

— Птицу у Михаря возьмём, устроим неделю курятины или утятины.

Работа, как и вода в котле, закипела стремительно. Я засыпал гречку, посолил, добавил лавровый лист и немного перца. Следом — копчёное мясо и лук. Помешал, закрыл крышкой и убавил огонь. Потом сосредоточился, вливая ману с чётким желанием, чтобы гномы работали быстрее и лучше. Теперь оставалось только ждать, пока крупа впитает весь аромат бульона и мяса.

И в этот момент во дворе послышался голос Гирта. Я выглянул в окно и увидел, как гном подходит к трактиру, таща за собой два больших мешка. Его лицо было красным от натуги, но на губах играла довольная усмешка.

— Винтер! — крикнул он. — Принимай подарок! А то мы, как сядем есть, так забудем про него!

Я вышел на крыльцо, и Гирт крякнул, опуская мешки на пол.

— Мы же не могли прийти к тебе с пустыми руками, — оскалился гном. — Там овощи, вяленое мясо, а ещё свежая дичь из ловушек. А то мы тебя совсем без продуктов оставим!

Вот же ж хитрый какой! Нет бы сразу отдать, когда пришёл, тянул до последнего! Из любопытства я заглянул в мешок. Да, всё то, что перечислил Гирт. Теперь будет из чего готовить. Хотя этого количества хватит едва ли на пару дней, но хоть так, чем выскребать запасы из кладовой, а потом сидеть с голой… с пустыми руками.

— Гирт, — сказал я, — спасибо.

— Мы, гномы, любим хорошо покушать! — усмехнулся гном.

Я кивнул, подхватил мешки и потащил их на кухню. Грумхильда подскочила, принимая дары, и радостно улыбнулась.

— Ох, ты ж… Ну, гномы! А я-то переживала, что нам не хватит! А они вон какие молодцы!

— Теперь твоя душа спокойна? — сказал я, глядя на неё. — Похлёбка для гостей готова, для гномов тоже, как каша поспеет, отправим их строить. Считай, все сделали и ещё в плюсе остались.

— И холодец ещё! — добавила Грумхильда.

А, чёрт! Точно! Забыл про него совсем. Я выскочил из кухни, чтобы проверить нашу импровизированный очаг, и выдохнул. Всё было в порядке.

— Марк, — негромко окликнула меня орчиха. — А что гномы пить будут? Может, им компота наварить? Я попросила Татьяну, чтобы она сушёные яблоки купила, как раз подойдут.

— Отличный план, делай, — кивнул я.

Как интересно получилось! Едва орчиха увидела, что Гирт принёс продукты, её настроение сразу изменилось. Мне почему-то показалось, что дело было в её отношении к гномам, а не в жадности. Расспрошу её об этом позже.

Татьяна, которая уже закончила с начинкой для пирожков и побежала за мешком с сушёными яблоками.

Тем временем каша уже была готова, опыт за неё не дали, потому что мы часто такую себе на завтрак варим. Так что я кивнул орчихе, и мы пошли выносить котлы для гномов. А ещё через две минуты, они протягивали нам миски, выкрикивая, что кому подавать.

Вскоре во дворе были слышны только стук ложек, да восхищённые вздохи довольных гномов. Я видел, как их лица менялись под бонусами от моей еды. Кажется, такое зрелище — лучшая награда для повара. Причём по глазам я видел, что почти каждый из гномов не отказался от добавки, но желудки больше вместить не могли, спасибо сытости!

— А теперь, за работу! — скомандовал Гирт. — Лавки и столы убираем и выдвигаемся на позиции. Дел у нас сегодня до самого заката, — он обернулся ко мне и добавил. — Спасибо, Винтер, не зря тебя так хвалят!

— Сейчас ещё компот с собой дадим, и отправляйтесь работать.

— Нет, — качнул он головой, — пришлю потом бойца.

— Договорились.

Я усмехнулся, подхватил почти пустые котлы и вернулся на кухню. По сути, мы уже были готовы к приходу гостей, ведь для них еда уже сварена, только пирожки ещё в печи стояли. Грумхильда озадаченно оглядывалась.

— Марк, что-то я не пойму, неужели на сегодня мы все сделали⁈

— Мы же убрали одну позицию из меню, так что да, у нас всё готово. Чему ты так удивляешься?

— Привыкла, что мы постоянно в жуткой суматохе! А сейчас даже есть время посуду помыть, да самим спокойно поесть.

— Кстати, можешь попробовать то, что я приготовил гномам, как раз нам нужны силы перед сменой.

— И ещё, Марк, — орчиха вытерла руки о фартук и подошла ко мне. — Как раз про суматоху, хотела с тобой поговорить. Есть у меня одна мысль.

— Выкладывай.

— Со мной работала одна хорошая девушка, Ирригана её имя, у неё мать орчиха, а отец — человек, но это не важно. Вроде бы она сейчас тоже без работы, а раз у нас посетителей стало больше, то можно её пригласить нам на помощь. Только вот вижу, что несмотря на артель гномов, мы справились со всеми блюдами.

— Это только из-за того, что у нас только похлёбка, — покачал головой я. — А как только вернёмся к супу и второму, снова будем зашиваться. Так что давай посмотрим на твою Ирригану. Может, тогда будем подавать и пироги. Она их делать-то умеет?

— Как тебе сказать, — вдруг смутилась орчиха. — Глаз на пропорции у неё хороший, а вот тесто её не слушается. Вроде делали все одинаково, а её хлеб всё равно отличался от моего. Но она трудолюбивая и ответственная.

— Нужно посмотреть на неё в деле, в любом случае. Как кто поедет первый в город, передашь ей записку.

— Хорошо! Я сейчас напишу! — Грумхильда засияла, как начищенный котёл. — И Марк, хочешь, раз время есть, я пирогов испеку?

— Действуй!

Она быстро набросала записку, отдала её Фёдору и объяснила, где живёт её знакомая. Минотавр кивнул, бережно убрав бумажку в карман. Фёдор уже собирался выйти во двор, но я его оставил, хотел же пригласить Каролину на разговор. Набросал короткий текст и сложил в два раза.

— Завтра поедешь, сегодня уже не успеешь, — сказал я. — Возьмёшь телегу и Буяна, покупать нужно будет много всего.

— А поставщик? — пробасил он.

— Как раз спрошу у Каролины, — ответил я и задумался. — Хотя да, давно уже в Бешале не был, если будет время, то съездим вместе.

Фёдор кивнул и отправился на конюшню.

Время до открытия таяло, но в этот раз я совсем не переживал на эту тему. На плите уже стояли котлы с похлёбкой и напитками. Грумхильда с воодушевлением делала тесто для пирогов, Татьяна готовила ягоды. Пирожки и те пахли на всю кухню, их уже скоро можно было вытаскиваться. Ещё два противня ждали своего часа. Поэтому я предложил всем перекусить.

Позвал Фёдора и Варвару, а потом выдал им тарелки с похлёбкой, что осталась от гномов. Бонусы от еды помогут справиться с количеством гостей. Чуть позже к нам присоединились и орчиха с Татьяной. Бекон первый прикончил свою порцию и поглядывал на меня с хитринкой, мол, вдруг ещё дадут ещё?

— Ну что, Марк, — позвала Грумхильда, убирая пустые тарелки, — через двадцать минут открытие.

— Готовы? — я оглядел команду.

Ответом мне было дружное «да». Ровно в пять часов Варвара распахнула двери.

— Добро пожаловать в «Сытый Вепрь»! — звонко объявила она.

Вечер в «Сытом Вепре» набирал обороты. Четырнадцать столов заняли почти сразу, и я едва успевал разливать похлёбку по тарелкам и отправлять их с Татьяной и Варварой в зал.

Печь гудела, котлы булькали, но я всё равно находил время выскакивать во двор, чтобы проверить бульон, который висел над костром. Фёдор соорудил отличное кострище — глубокое, с камнями по краям, чтобы ветер не раздувал огонь. Котёл был закреплён на толстой цепи, и бульон в нём медленно томился, набирая силу.

Когда я вышел в очередной раз, чтобы уменьшить жар, передо мной возник Гирт. Гном был весь в пыли и опилках, на лбу блестел пот, но глаза горели азартом.

— Винтер! — крикнул он подбегая. — Там вопрос! Дома будем делать с крыльцом или без? И сколько комнат? Мои ребята хотят знать до завтрашнего утра, чтобы фундамент правильно залить!

Я зачерпнул половником бульон, попробовал и добавил ещё немного соли.

— Делайте так, чтобы людям было удобно, — ответил я помешивая. — Главное, чтобы нормальный человек в них помещался, а не только гном в каске. Помни, что там будут жить две семьи с детьми.

Гирт хохотнул, но не унимался.

— А печь? В доме будет печь или очаг? Или камин? Мы можем и камин сделать, с камнем, который тепло держит до утра.

— Печь, — я задумался на секунду. — Печь сделай так, чтобы одна её часть служила для готовки, а боковины выходили в соседние комнаты. Так и зимой тепло будет, и места она много не займёт. А сверху сделай лежанки, чтобы и вещи положить можно, и поспать.

— Понял! — Гирт развернулся и уже хотел бежать обратно, но вдруг остановился. — Винтер, про компот забыл! Могу его сейчас забрать!

— Сейчас будет.

Гирт довольно потёр руки и нетерпеливо переступал с ноги на ногу, пока я не принёс котёл. Гном чуть ли не выхватил его у меня и убежал в сторону стройки.

— Надо бы проверить, чего они там придумали, — вдруг сказала Грумхильда, вытирая муку с щеки. — А то настроят, потом не разберёшься.

— Вечером сходим. Или завтра с утра, а пока, что там с пирогами?

— Уже сформировала, осталось в печь поставить.

— И чего ждёшь? Они хорошо продаются. И помощницам скажи, чтобы предлагали его.

Вдруг Бекон запрыгнул на окно и показал мне мыслеобраз гружёной телеги. Я удивлённо повернулся в сторону леса, но потом услышал звук с другой стороны. И это была не одна телега, а две, или сразу три.

— Грумхильда, — сказал я, — кажется, наши охотники вернулись. И не одни. Ну-ка, возьми половник, я пойду поздороваюсь.

Вышел во двор как раз в тот момент, когда Ник и Рик уже подъехали к забору, остановившись у полосы с вьюном. На одной и телег сидели две женщины и трое детей, две девочки и мальчик. Интересно, где чьи?

— Марк! — Ник широко улыбнулся, увидев меня. — Мы вернулись! И как видишь, привели семьи. Надеюсь, мы не сильно тебя отрываем? Если что, мы готовы сразу за работу!

— В самое время, — ответил я, пожимая ему руку. — Гостей, как всегда много, за конюшней даже присмотреть некому. Познакомишь меня с семьёй?

— Конечно! Это моя супруга, Людмила, — Ник обернулся к телеге, и я увидел женщину, которая уже выбралась из телеги и что-то говорила подруге.

Невысокая, крепкая, с тёмными волосами и глазами, которые цепко оглядывали двор. Одета она просто и с достоинством. Ник позвал её, и она подошла ближе.

— Здравствуйте, Марк, — сказала она, протягивая руку. — Меня зовут Людмила. Муж много о вас рассказывал.

— Очень приятно, — ответил я, пожимая её ладонь. — Голодные с дороги? Могу предложить, пока устроится здесь, в трактире ни одного свободного места, к сожалению, нет.

— Ник говорил, что это место пользуется большой популярностью. Так и быть, перекусим в телегах.

И вроде улыбалась, а глаза прищурились. Ох, чует моё сердце, эта женщина ещё покажет нам свой характер. Пока мы беседовали, к нам подошёл Рик с супругой. Она сильно отличалась от Людмилы, была высокой, худой и со смуглой кожей. Одета в длинное платье, которое не слишком подходило для поездок, но, кажется, её это не сильно смущало.

— А это Керина, — представил Рик. — Моя жена.

Керина чуть поклонилась. Её чёрные глаза смотрели на меня с любопытством.

— Муж рассказывал, что вы хороший человек, — сказала она голосом, в котором слышался лёгкий акцент. — И что у вас есть работа для нас.

— Работа есть, — подтвердил я. — Всегда и очень много!

— Мы не боимся, — ответила она с улыбкой. — Я могу на кухне помочь или в зале, что прикажете.

— Давайте сразу на ты, — кивнул я. — Сейчас сначала поешьте, а потом я распределю обязанности, — я перевёл взгляд на детей. — А кто это тут?

Две девочки и мальчик — лет пяти-семи. Они жались к матерям, но смотрели на меня с любопытством.

— Это наши, — сказал Ник, указывая на девочек. — Аня и Маша. А это сын Рика — Игорь.

— А почему у вас вещей так мало? — спросил я, глядя на две небольшие сумки, которые стояли в телегах.

— Мы взяли только самое нужное. Сначала хотели остальное позже привести, как устроимся, а потом решили, зачем нам старое, когда можно купить новое?

— Хорошо. Пока дома строятся, придётся потесниться, но не думаю, что это займёт много времени. А поесть вам сейчас Грумхильда вынесет.

— Ник говорил, что вы дома строите, — ко мне подошла Людмила. — Я бы хотела посмотреть, как идёт работа. Можно мне сходить на стройку?

— Конечно, — ответил я, удивлённый её энтузиазмом. — Гирт, главный строитель, там. Он всё покажет.

— Отлично! — Людмила уже развернулась в сторону поляны. — Я быстро, только посмотрю и вернусь. Керина, присмотри за девочками.

Керина тихо усмехнулась, но ничего не сказала, а дети прижались к ней ближе.

— Я лучше на кухне помогу, — сказала она. — Только малышей не с кем оставить.

— Это мы сейчас организуем, — я огляделся. — Бекон! Дело есть!

Из кухни, лениво потягиваясь, вышел кот и с прищуром оглядел новых гостей. Потом перевёл на меня взгляд и вопросительно мявкнул.

— Присмотри за детьми. Главное, чтобы к костру не подходили и в колодец не упали. Можешь привлечь к работе Пеструшку, а то она уже всех червей из огорода склевала.

— Мяу⁈ — голос кота был полон удивления.

— Погодите, а разве коту можно такое поручить⁈ — испуганно спросила Керина.

— Этому можно. Да, Бекон?

— Мряв! — едва усомнились в его талантах, кот быстро изменил своё поведение и подошёл к детям, обнюхал их и уселся рядом.

— Ещё нужно поесть с дороги, — напомнил я Керине.

— Мы ели буквально час назад, так что показывайте фронт работы, я готова приступать.

— Марк! Подождите! — крикнул Ник, стоя возле третьей телеги. — Мы же не с пустыми руками приехали!

Я пригляделся и увидел заднюю ногу оленя, лежащую на борту телеги, и крикнул Фёдору, чтобы тот помог с тушами. Отлично! И этот вопрос решили.

Убедившись, что всё при деле, я повёл Керину на кухню. Она быстро освоилась, заняв место у раковины, которая никогда не пустела. Двигалась Керина без лишней суеты, и Грумхильда одобрительно кивала, глядя на её работу. Может, с такой помощницей, нам и подруга орчихи будет не нужна?

Следующий час пролетел незаметно. Блюда отдавались в срок, котёл ещё не успел опустеть, а пирожки и пирогами расхватывали моментально. Монеты только и успевали лететь в сундучок!

Я уже начал думать, что всё идёт гладко, как вдруг в кухню ворвался запыхавшийся Гирт. Его седые волосы растрепались, глаза бегали, а на лице было выражение человека, который только что пережил землетрясение.

— Винтер! Спаси! — взмолился он, хватая меня за рукав. — Забери её! Совершенно невыносимая женщина! Я только хотел показать ей фундамент, а она начала учить меня, как правильно камни класть! Сказала, что мой мастер ничего не смыслит в стройке, а она видела, как мужики делают, и они делают лучше! Гномы, как её слышали, начали спрашивать, правда ли это! У меня скоро бунт будет!

Керина, стоявшая у мойки, тихо рассмеялась, но поспешно прикрыла рот ладонью. А у меня только брови вверх взлетели. Неужели всё так плохо? Вид Гирта об этом говорил недвусмысленно.

— Ник, — я выглянул в зал. — Подойди-ка. Дело есть.

— Да, что случилось? — он закончил протирать стол и уже стоял в дверях кухни.

— Сходи на стройку и угомони свою жену. А то гномы с её руководством никогда не закончат строить.

Ник виновато улыбнулся и вышел на улицу. Не прошло и полчаса, как они вернулись. Людмила выглядела очень недовольной тем, что её оторвали от важного дела.

— Ну что за мужчины! — возмущалась она, входя в кухню. — Я им говорю, что надо делать, а они только отмахиваются! Я же хочу, чтобы дома были хорошие! Я видела в деревне, как кладут! У нас было лучше! И вообще, гномы там какой-то неправильный фундамент закладывают, я им говорю, а они…

— Людмила, — остановил я её, стараясь говорить спокойно, — не могла бы ты помочь в зале? Гостей много, у Варвары и Татьяны рук не хватает. Они все тебе расскажут.

— Ну хорошо, я помогу, — она перевела дух и с явной неохотой переключилась на новую задачу.

Но сделала лишь один шаг к двери, как остановилась, оглядывая кухню. Её глаза быстро пробежались по столам, полкам, печи, и я понял, что сейчас начнётся.

— Как у тебя здесь хорошо, Марк, — снисходительно сказала она. — Только вот ножи, я смотрю, не все острые. Я скажу Нику, он у меня мастер по таким делам, научит тебя.

— Спасибо, — ответил я очень вежливо. — Не стоит.

— Да ты не переживай! — перебила она меня. — Я всё организую! А вот сковородки у вас все грязные, нужно хорошенько их отмыть. У меня дома такая сковородка была, ну просто загляденье! Как поеду за вещами, я её тебе привезу. Делал аж столичный мастер!

Я молча сжал челюсть. Людмила уже взяла в руки горшок с солью и начала его осматривать, качая головой.

— Мелкой солить еду в таких котлах, лишний труд. У нас в деревне крупную берут, она лучше.

— Людмила, — вмешалась Грумхильда. — Ты вроде в зал шла?

— Ой, я сейчас, — Людмила явно не собиралась уходить с кухни. — Я только посмотрю, как у вас тут всё устроено. А то Ник рассказывал, что вы тут удивительные вещи готовите, хотела своими глазами увидеть!

Она подошла к печи и заглянула в котёл с похлёбкой. Потом взяла ложку и бесцеремонно зачерпнула и закачала головой.

— Можно было бы и побольше перца. У меня муж всегда просит остренького.

Я посмотрел на Бекона, который сидел на подоконнике. Кот встретился со мной взглядом и, не говоря ни слова, спрыгнул на пол, бесшумно прошмыгнул мимо Людмилы и скрылся в коридоре. Я его прекрасно понимал.

Керина, которая всё это время молча резала хлеб, тихо фыркнула, но сделала вид, что не замечает происходящего. Грумхильда стояла с каменным лицом, и я видел, как её пальцы сжимаются на половнике.

— Людмила, — сказал я, чувствуя, что терпение вот-вот лопнет, — нам действительно нужна помощь в зале. Варвара одна не справляется. Там уже три стола ждут горячее.

— Ой, ну хорошо, хорошо, — вздохнула она, словно делала мне огромное одолжение. — Пойду я в ваш зал. Но ты подумай над моими словами, Марк. Я тебе искренне хочу помочь, а не…

Она вышла из кухни, и я перевёл дух. На секунду в кухне повисла тишина — все молча смотрели на дверь, которая за ней закрылась.

— Она всегда была такой, — рассмеялась Керина. — В деревне её прозвали «советчица». Она может дать совет даже тому, кто не просил.

— Это я уже заметил, — сказал я, потирая виски, где начинала пульсировать головная боль.

Из зала послышался голос Людмилы. Она уже учила Варвару, как правильно ставить тарелки на стол.

— Нет-нет, милая, вот так их надо ставить, а ты ставишь неправильно! У нас в деревне…

— И вот что мне с ней делать⁈ — выдохнул я.

Я не успел и трёх тарелок супа налить, как Людмила появилась снова. Правда теперь в её руках был не поднос, а магическая лампа, которую я нашёл, едва появившись в этом мире. Вот только её заряд давно кончился, а доехать до мага в Бешале у меня все не доходили руки. Тем более, как сказала Грумхильда, это весьма дорогое удовольствие, а тратить на лампу ману мне не хотелось. Да и зачем, если у меня была системная?

— А чего у вас такие хорошие вещи и не работают? — недоумённо спросила Людмила. — Это же неправильно. Такие вещи полезны в хозяйстве.

Она сжала лампу в обеих руках, и через мгновение шар за стеклом ослепительно вспыхнул. Людмила охнула и покрутила колёсико, чтобы свет стал тише.

— Ну вот, другое дело, — она поставила лампу на мой стол раздачи.

Но я даже не обратил на это внимание, а быстро активировал Оценку, чтобы обалдеть ещё больше.

Магическая лампа

Заряд 100%

— Так вы маг⁈ — вырвалось у меня.

— Ой, да ерунда, — отмахнулась она. — Разве это магия? Ни одного заклинания сделать не могу, только предметы заряжать умею. Будь у отца деньги, может быть, и выучилась на кого-нибудь, но чего уж тут. Старую собаку новым фокусам не научить.

По тону Людмилы было понятно, что для неё эта подзарядка, как комара убить — хлопотно и неинтересно. Я прекрасно видел, что она уже давно перестала мечтать стать магом и довольствуется ролью советчицы, пытаясь доказать себе, что кому-то нужна. Керина бросила на подругу быстрый взгляд и закатила глаза, а вот Грумхильда замерла с очередной тарелкой, не в силах вымолвить и слова.

Я же ликовал, изо всех сил пытаясь это скрыть. Маг с большим резервом, который может заряжать артефакты! Да у меня же по всему трактиру таких несколько штук, едва живых, на последних крупицах энергии! Вот уж не ожидал от такой занозы такую пользу! Считай, сорвал джекпот.

— А вам не будет сложно зарядить и остальные? — как бы между делом спросил я. — Если я правильно помню, то охлаждающий артефакт почти разрядился.

Вдруг из стены появился Виталик, бесшумно подплыв к Людмиле. Духа очень заинтересовала эта дама, и он акулой сделал вокруг неё три оборота. Неожиданно Людмила вздрогнула, передёрнула плечами и повела рукой.

— Да что ж такое-то? — недовольно пробормотала она.

Я поймал взгляд Виталика и покачал головой. Если она его почуяла, то ему рядом с ней лучше не появляться. Он в ответ только пожал плечами и растворился в стене, не забыв отправить мне многообещающую улыбку. Нужно потом с ним поговорить на эту тему.

Вечер тем временем продолжался в привычном ритме. Помощницы разносили заказы, Керина мыла посуду, а мы с Грумхильдой заставляли стол тарелками и ещё успевали заниматься пирогами. Всё же, в сокращении меню есть своё очарование, но мне это не нравилось. Впрочем, это лишь временное решение и с учётом количества помощников, можно вернуться к прежнему разнообразию блюд.

За окнами трактира плавно опускались вечерние сумерки, но в обеденном зале было светло, как днём, и гости не спешили расходиться. До кухни то и дело долетали вспышки смеха, звон монет и звонкий голос Варвары, которая нахваливала похлёбку. Всё это создавало невероятную атмосферу уюта, ради которой посетители возвращались в «Сытый Вепрь» снова и снова.

Людмилу я тоже пристроил к делу, и вот уже второй час Фёдор носил ей артефакты со всего трактира. То камень с иллюзией из охотничьего домика, то охлаждающий из погреба, то на хранение в кладовой. Людмила зарядила всё и только едва вспотела. Оказалось, что с каждым нужно работать по-разному. И если одному артефакту достаточно было прикосновения, то с другим у жены охотника был настоящий серьёзный разговор.

Мы наблюдали за этим представлением, едва не открывая рты. Только Керина почти не обращала на это внимание, полностью погрузившись в мытьё посуды.

— Спасибо вам огромное, — сказал я, когда Людмила закончила работу. — Отдохните, а то вы бледная.

— Да ерунда, — отмахнулась Людмила, и я уловил в её голосе горделивые нотки. — Нужно знать, как подойти, ведь у каждого артефакта свой характер, как и у человека. С одним нужно лаской, с другим — строгостью.

Бекон, сидевший на подоконнике, смотрел на неё с явным скепсисом. Кот несколько раз фыркнул, когда она проходила мимо, и старался держаться от Людмилы подальше. А то ещё начнёт его учить, как мышей ловить!

— Мряв, — недовольно отозвался он, когда советчица вышла из кухни.

Я невольно усмехнулся, соглашаясь с ним, впрочем, как и остальные.

А Людмила тем временем отправилась во двор, изучать всё, что неправильно или плохо по её мнению лежало, стояло, висело и торчало. Надеюсь, Фёдору хватит терпения на эту невозможную женщину. Не прошло и получаса, как минотавр прошёл спросить за фонарь для улицы, а потом мы услышали скорбный вопль со стороны огорода.

— Как же у вас тут всё запущено! — в сердцах вскричала Людмила. — Грядки кривые, сорняки не прополоты, а вон тот куст вообще не туда растёт! Я сейчас всё исправлю!

Мы дружно выдохнули, радуясь, что она нашла себе занятие. Только я никак не мог понять, что она там разглядит в потёмках? Вечер уже в самом разгаре!

— А где Людмила? — в дверях кухни появилась Варвара с обеспокоенным взглядом. — У неё там заказ на столике.

— В огороде, — ответил я. — Очень занята, очень.

— Счастье-то какое! — выдохнула помощница, и я не стал её упрекать.

Как выдалась свободная минутка, я вышел во двор, чтобы проверить холодец. Бульон на сделанном Фёдором костре уже давно выпарился до нужной консистенции, став густым и золотистым. Я попробовал его на соль, добавил ещё немного чеснока, а потом снял с огня и принёс на кухню.

— Кстати, а где дети? — вдруг вспомнил я, оглядываясь. — За ними же должен Бекон присматривать!

— С нами, — раздался голос Ника из-за угла.

Оказалось, что пока мы разбирались с Людмилой и гостями, охотники не теряли времени зря и собрали возле конюшни небольшую игровую зону. Здесь был небольшие столики, лавки и детские игрушки. Ник сидел, держа на коленях младшую дочку. Она с любопытством разглядывала большую деревянную ложку, которую ей дал отец. Рядом с ними стояла старшая, Маша, и что-то серьёзно рассказывала, размахивая руками.

А Рик возился со своим сыном у другого стола. Мальчик с восхищением разглядывал лук отца, который тот держал в руках, чтобы занять ребёнка.

— У нас всё хорошо, Керина вынесла им немного похлёбки, а ещё носил на руках, — сказал Рик, заметив мой взгляд. — Мы пока с ними сидим. Одним глазом на них, другим на конюшню.

— Ещё раз спасибо, что разрешили, — добавил Ник.

— Молодцы, — сказал я искренне. — Потом ещё пирожки нужно им дать и компота.

Бекон, который вышел за мной, возмущённо мявкнул, он-то ни словечка благодарности не получил, хотя разрешил даже дёрнуть за хвост. Я улыбнулся и погладил его, сказав, что он тоже молодец и самый лучший помощник.

Ближе к закрытию охотники забрали детей, чтобы уложить их спать в гостевых комнатах, а я продолжил заниматься делами, нам ещё до отбоя работать и работать. Бульон мы с Грумхильдой разлили по глубоким тарелкам, выкладывая в каждые кусочки мяса и моркови.

Орчиха с Кериной взяли подносы и отнесли их в погреб. Я уже ставил на стол последние тарелки и заодно заглянул в системное окно, чтобы проверить статистику квеста.

Квест «Откройся и не прогори III»

Цель: выполнить 2000 заказов в трактире «Сытый Вепрь»

Текущий прогресс: 255/2000

Цифры выглядели неплохо. Выходит, мы стали отдавать больше почти на пятьдесят заказов. В таком темпе квест закроется через неделю максимум. И за это время я должен сделать Блюдо Хранителя. Вот только как его сделать, если в трактире столько народа и постоянная суета? Чёрт, мало посетителей — плохо, много — тоже плохо.

Система хоть и не давала мне срок на выполнение условий квеста, но мне хотелось поскорее улучшить трактир. Уже представляю, что займусь кухней. Если так подумать, то с Кериной и подругой Грумхильды, у нас станет четверо, а это ж какие возможности! Первое, второе, салат, закуска, десерты! Полное меню без сучка и задоринки.

Когда двери трактира уже закрылись, а мы наводили порядок, прибежал Гирт. Глаза гнома были выпучены, волосы растрёпаны, а на губах застыла блаженная улыбка, которую я раньше у него не видел.

— Винтер! — заорал он, влетая в кухню и чуть не сбив с ног Варвару. — Ты не поверишь! Мы уже сделали фундамент! За один вечер!

— Ого, — я не удивился, но всё же приподнял брови. — Вы же только в обед начали.

— Я сам не понимаю! — Гирт развёл руками. — Мы пришли, начали работать, и всё шло как по маслу! Камни ложились идеально, земля поддавалась, как мягкое тесто. Тьфу ты, прям как повар говорю! Работали как одержимые! Видимо, твоя еда на нас так подействовала! Мы чувствовали себя сильнее, быстрее, увереннее! Ни один из строителей не жаловался на усталость!

Похлёбка с кашей сработали именно так, как я и планировал — бонусы к ловкости, силе и выносливости делали своё дело. Отлично! До последнего сомневался, что получится.

— Завтра будем валить деревья на стены, — сказал Гирт, сияя. — Если всё пойдёт так же быстро, через три дня дома будут стоять!

— Отлично, — сказал я. — Значит, все три дня будете получать кашу с мясом для новых достижений.

Гирт застыл на секунду, пытаясь осознать собственный промах. Чует моё сердце, что он рассчитывал есть за мой счёт подольше! Через мгновение гном махнул рукой, буркнул что-то неразборчиво и выбежал из кухни. За ним потянулись и остальные гномы, напевая какую-то незнакомую мне песню.

Я покачал головой и оглядел двор. Три лампы стояли на заборе, кое-как освещая огород. Странно, почему они ещё там? Почти сразу я услышал ответ на свой вопрос, а именно: ворчание Людмилы. Она совсем нелестно отзывалась о сорняках и вялых листьях. И это с учётом магии дриады! Этой несносной женщине никогда не угодить! А я всё гадал, куда она пропала.

Когда я подошёл ближе, она обернулась, отряхнула руки и недовольно покачала головой.

— Марк, ну что же вы так огород-то запустили? Грядки кривые, земля пересохшая, да сорняки везде. У меня в деревне всё было идеально! Ничего, я научу вас, как правильно, — она поднялась с колен и вытерла лоб. — Да и разнообразие хромает! Есть же ещё масса всего, что можно посадить. А картошка⁈ Её совсем мало!

— Людмила, — сдерживая накатившее раздражение, сказал я, — давайте лучше поговорим о вашем исключительном таланте.

— Ой, да ерунда всё это, — сердито отмахнулась она. — Умею и умею! Грядки этим талантом не исправишь, да еду не приготовишь.

Так, стоп. Она сейчас — это серьёзно⁈ То есть она даже не знает, сколько стоит зарядка самого простого артефакта у мага в Бешале⁈ Я медленно выдохнул и призвал на помощь все свои силы, чтобы никто и никогда ей про это не сказал. Ну или хотя бы в ближайшее время.

— Понимаю, — как можно спокойнее кивнул я. — Однако среди моей команды таких людей нет, а вы и сами понимаете, что без кристалла холода в трактире придётся туго. В моих глазах ваше умение очень ценно, — я пристально на неё посмотрел и добавил. — Гораздо ценнее, чем умение правильно копать грядки.

Людмила на мгновение задумалась, и в её глазах мелькнула тень сомнения. Я не торопил её, ожидая, к каким выводам после моих слов она придёт.

— Ну, если ты так считаешь… — тихо пробормотала она, разом растеряв всё привычное недовольство.

— Я уверен, — твёрдо сказал я и сменил тему. — Уже поздно, оставьте овощи в покое и пойдёмте размещать вас.

— Мы с Ником и детьми, — быстро ответила Людмила, — можем переночевать в телеге. Нам не привыкать к дорожным условиям.

— Не нужно, — я покачал головой. — Детей уже уложили в гостевых комнатах, и вы с Кериной тоже там переночуете. Там довольно тесно, придётся вам потерпеть такие условия на время строительства.

Я развернулся на пятках и пошёл к трактиру. Людмила задержалась лишь несколько минут, чтобы убрать лопату с тяпкой и смыть с себя грязь. И когда она поднялась на второй этаж, я её уже ждал, наблюдая, как Грумхильда тихо командует Кериной.

— Так, это бельё для вас, — говорила орчиха, — я детей подниму, а ты постели. Только тихо! Не разбуди их.

Её шёпот можно было услышать даже на первом этаже. Я усмехнулся и кивнул Людмиле.

— Вот, — сказал я. — Кровать, стол, шкаф и табурет. Будет нужно, сделаем ещё одно спальное место, если девчонкам будет неудобно. Как вам?

Я строго посмотрел на неё, мысленно предупреждая, что хоть ещё один совет, и она будет спать в телеге посреди леса. Людмила заглянула в комнату и окинула её оценивающим взглядом. Мы все затаили дыхание, ожидая её резких замечаний, но нет, жена охотника уловила мою мысль про ценность и коротко кивнула.

— Спасибо, — сказала она.

Керина удивлённо подняла брови, но промолчала. Оставив её и орчиху приводить комнату в порядок, мы с Людмилой вышли.

— Ты, наверное, думаешь, что я слишком вмешиваюсь, — тихо сказала она. — Но я же просто хочу помочь. У нас в деревне так и заведено, и если кто-то делал неправильно, то ему сразу об этом говорили. Так же лучше!

— Здесь не ваша деревня, Людмила, — ответил я. — Мы не сильно жалуем непрошеные советы. Захочешь помочь, то обязательно спроси.

— Хорошо, я постараюсь, — нехотя сказала она и вдруг посмотрела на меня с надеждой. — Но если я увижу что-то совсем уж неправильное…

— Скажете мне, — перебил я. — Наедине, а лучше, сначала посмотри, как оно работало, и оцени, нужно ли здесь какие-то изменения. Договорились?

— Договорились, — она быстро кивнула и пошла помогать подруге.

Керина уже почти закончила. Охотники и Грумхильда держали детей на руках, чтобы нормально застелить постели и разложить часть вещей. Я всё поглядывал на малышей, не проснуться ли? Нет, спали как убитые. Думаю, их сейчас и из пушки не разбудишь. Вот это я понимаю, здоровый сон!

— Вы уже решили, как обставите дома? — спросил я, когда мы спустились в обеденный зал.

Глаза Керины загорелись, она отложила тарелку, в которую орчиха положила похлёбку и улыбнулась.

— Я уже всё придумала! — воскликнула она. — Давно мечтала о широкой кровати, чтобы и мы, и дети помещались! А детям — двухъярусную, чтобы места было больше для столов и игрушек. И большущий шкаф! Раз рядом большой город, то у меня будет возможность купить себе наряды!

— А для меня главное, чтобы печь была удобной, — подхватила Людмила. — Такую, чтобы можно было и готовить, и хлеб печь, а зимой на ней спать! Помню, в одном доме такую видела, чуть с ума не сошла! А если правильно поставить, то в любую метель тепло будет, — она мечтательно закатила глаза.

— И стол большой, — добавила Керина, позабыв про еду. — Чтобы за ним вся семья помещалась и гости. И полки для посуды. Мне Рик такие полки сделал, что все мне завидовали!

Я с улыбкой слушал, как они взахлёб обсуждают свои будущие дома. В их голосах звучала не просто женские хотелки, а надежда на нормальную жизнь с чистого листа.

Ник смотрел на подруг со смесью усталости и здорового скептицизма.

— Дорогая, — сказал он, обращаясь к жене, — пока мы можем себе позволить только простые деревянные кровати и стул, на который будем вешать вещи. Мы только начали работать у господина Винтера, поумерь аппетиты.

— Ник, — вздохнула Людмила, ласково глядя на мужа, — ты всегда смотришь на вещи слишком трезво. У тебя есть работа, как устроимся, и я себе тоже найду. Будем с Кериной посменно работать, чтобы детей без присмотра не оставлять.

— В любом случае, — ответил он спокойно, — пока обойдёмся без дорогих покупок и начнём с самого необходимого.

Людмила бросила на него долгий взгляд, а потом решительно вздёрнула подбородок.

— Если будет нужно, я привезу кровать из старого дома, — твёрдо сказала она. — Она, конечно, старая, но ещё крепкая. А если не получится, то сделаем из того, что есть. Всегда в деревне так делали.

— Я уже понял, — подал голос Рик, усаживаясь за стол, — если Людмила что-то решила, её не переубедишь. Сказала, что привезёт кровать — значит, привезёт. Главное, успеть увернуться.

— Тогда я тоже что-нибудь привезу, — Керина тепло рассмеялась. — У нас в деревне остался сундук. Его только почистить нужно и покрыть маслом, будет как новый.

Вот это рвение!

— Ладно, — сказал я, — давайте поедим, а завтра я поговорю с Гиртом по поводу мебели. Думаю, они знают, где купить получше, да недорого.

Все согласно закивали и приступили к ужину, а уже через сорок минут я с Беконом поднимался в спальню. Это был очень долгий день, и мне хотелось выспаться.

Кот влетел в комнату первым и сразу запрыгнул на подоконник, свесив хвост вниз. А потом так широко зевнул, намекая, что собрался спать, вне зависимости от того, лягу ли я.

— Ты выглядишь уставшим, — раздался голос из угла.

Я повернул голову, зная, кого там увижу. Виталик, как всегда, появился бесшумно и сейчас внимательно смотрел на меня, зависнув посреди комнаты. В сумраке он казался плотнее обычного.

— Я не устал, — сказал я. — Просто задумался.

— О чём? — спросил дух, подплывая ближе. — О том, как избавиться от назойливой, но очень талантливой женщины? Или наконец, как приступить к Блюду Хранителя?

— Что ты знаешь про него? — резко спросил я.

— Я знаю всё, что касается Очага, — философски ответил Виталик. — Но рецептом не поделюсь, потому что это твой путь, Хранитель.

— Тогда зачем ты пришёл?

Виталик усмехнулся и подплыл к окну, глядя на ночной двор. Кот лениво проследил за ним взглядом и положил голову на лапы.

— Эта Людмила… Ты знал, что у неё редкий талант? — задумчиво сказал он и ворчливо добавил. — Хотя, откуда тебе знать⁈

— Редкий талант? Заряжать артефакты? Серьёзно?

— Ты слеп, как безглазая мышь, — буркнул Виталик. — Да, у неё есть талант! И я мог бы её учить, между прочим.

— И как ты собираешься это делать, если она тебя не видит? — усмехнулся я. — Точнее, она тебя чувствует, это точно.

— С Очагом можно провернуть и не такое, — Виталик обернулся и посмотрел на меня с хитринкой. — Вот что, Хранитель! Свари-ка сонное зелье и, не говоря ни слова, дай его Людмиле. А я уже с остальным разберусь.

— Охренел⁈ — я обалдело посмотрел на него. — Не буду я без ведома давать ей сонное зелье!

— Какие мы нежные! Сам подумай. Вот придёшь к ней и скажешь, а ну-ка, Людочка, есть у меня предложение, от которого ты не откажешься! Так, она же тебя миллион вопросов задаст! — Виталик закатил глаза. — Вот тогда ты взвоешь и вспомнишь мои слова. Делай, как я тебе говорю.

— Нет, — твёрдо сказал я. — С людьми так не поступают. Сначала спрошу, может, она и не захочет учиться магии? По ней видно, что она давно поставила на этой части себя здоровенный крест.

— Мальчишка, — Виталик фыркнул и отвернулся к окну. — Только не жалуйся потом, что я тебя не предупреждал.

— Не собираюсь, — ответил я. — А теперь скажи мне про Андрея. Что ты о нём скажешь? И про Ивана, который искал альтернативные способы активации Очага. Что ты по этому поводу думаешь?

Виталик замер, и его лицо стало серьёзнее. Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидел нечто похожее на тревогу.

— Иван слишком многое описал в своём дневнике, что не должно было быть написанным, — тихо сказал дух. — А что касается Андрея…

— Что он знает? — настаивал я. — Ты можешь сказать?

Виталик покачал головой, и его полупрозрачная фигура начала таять.

— С этим делом разбирайся сам, — сказал он, исчезая в полумраке. — Мне не позволено вмешиваться в дела Винтеров.

— Виталик! — крикнул я, но дух уже исчез.

Я открыл глаза, когда солнце только начало пробиваться через ставни. В трактире было ещё тихо, кот дремал рядом на подушке, посапывая во сне. Несколько минут я лежал и смотрел в потолок, думая о том, что давно бы пора приготовить Блюдо Хранителя. Давно уже собирался, а всё никак.

Ингредиенты, которые нужно добыть самому, не страшили меня. Я уже решил, что это будет рыба и морковка. Просто и доступно. Не зря же я сам занимался огородом! А сходить на рыбалку можно прямо сейчас, как раз успею до завтрака. Главное, тихо, чтобы никого не разбудить.

Я встал, накинул куртку и тронул Бекона:

— Пойдём рыбу ловить?

Кот приоткрыл один глаз, сонно мявкнул, а потом осознал сказанное и резко вскочил.

— Мяу!

— Тише, Бекон, уйдём тихо.

Но тихо не получилось, потому что стоило нам выйти из комнаты, из гостевых комнат высыпали дети. Они смотрели на меня такими глазами, что я сразу понял, рыбачить пойдём в большой компании.

— Господин Винтер! — громким шёпотом начала Маша, — А вы куда?

— На рыбалку.

— А можно мы с вами? — заговорщически спросила она.

— Мы умеем молчать, — с очень серьёзным лицом добавил Игорь.

Я вздохнул, ловить рыбу в тишине с тремя детьми? Это было не то, что я планировал. Младшая Анечка стояла и смотрела на меня огромными глазами, и только этого было уже достаточно, чтобы я сдался.

— Ладно, — сказал я. — Но вы будете делать, что я скажу. Договорились?

— Договорились! — тихим хором ответили они.

Сначала я быстро замесил тесто для наживки, ничего необычного, немного воды, муки и душистых трав. Затем мы гурьбой вышли во двор, я достал из сарая всё необходимое и смастерил для всей компании простые удочки. Плетёная из конского волоса леска, маленькие грузила из железного шлака, кованые малые крючки и поплавки из больших утиных перьев… Только сами удилища вырезал из прилегающего к забору орешника. Дети смотрели на меня с восхищением, словно я создал заклинание.

— Держите, — сказал я, протягивая им удочки. — Дойдём до берега, покажу, как насаживать наживку.

Бекон сидел на крыльце и смотрел на нас со снисходительным выражением морды. Кот явно считал, что без него никакая рыбалка не состоится. Я лишь усмехнулся и повёл детей к реке. Выбрал самый пологий берег с песком, чтобы дети могли едва лишь намочить ноги, но при этом не упасть.

Вода весело поблёскивала на утреннем солнце, а утренний туман медленно таял над поверхностью реки.

— Садитесь сюда, — сказал я, показывая на поваленное дерево, которое служило лавкой. — Будете ловить рядом со мной.

Маша и Игорь уселись по бокам от меня с напряжёнными лицами, а Аню я пристроил у себя на коленях. Бекон сидел и лениво наблюдал за поплавками, зевая во все зубы.

Вот только рыба, видимо, ещё тоже не проснулась и клевать не спешила. Терпение детей быстро кончилось, они начали ёрзать. Я старался их развлекать рассказами про рыбу и водных насекомых. Аня усердно показывала пальцем на каждую проплывающую мимо букашку, а я терпеливо объяснял, кто она такая.

— Господин Винтер, а почему рыба не клюёт? — не выдержал Игорь, когда едва прошло минут двадцать.

— Присматривается к завтраку, — ответил я. — Мы же вон как рано пришли. Потерпите немного, она и клюнет.

— А они тоже спят? — удивилась Маша.

— Конечно. Рыба и спит, и кушает. Даже играть любит, как и вы.

Дети задумались, а я улыбнулся и чуть подёргал удочку, чтобы приманить рыбу. Потом ещё вытащил из кармана крошки с кухни и бросил в воду. Не прошло и минуты, как поплавок дёрнулся.

— Клюёт! — закричала Маша. — Господин Винтер! Клюёт!

— Тихо, — сказал я. — Тяни плавно, не дёргай.

Несколько мгновений мучений и выкриков, и вот она уже вытащила небольшого окунька. Я помог снять рыбу и показал детям, как правильно обращаться с уловом.

— Ого! — восхитилась Аня. — Какой он красивый!

— Вот такого мы и будем ловить, — сказал я. — Только больше.

Через сорок минут у каждого из нас получилось вытянуть по рыбёшке. Одну, которую поймал сам, хорошенько запомнил, мне она понадобится для Блюда Хранителя. Дети очень были довольны, а Бекон одобрительно мурлыкал и с интересом поглядывал на улов.

Пока дети охали и ахали над рыбками, я заметил знакомую лодку. Да это же Илькун и Егорка! Они как раз возвращались с ночной рыбалки. Увидев нас, старый рыбак улыбнулся и подгрёб ближе.

— Марк! Доброе утро! А я смотрю, у тебя полная команда!

— Доброе утро, Илькун, — ответил я. — Вот, решил научить детей рыбу ловить.

— Дети — это хорошо, — кивнул он, глядя на ребят. — Они лучше взрослых чувствуют, где рыба водится. Егорка у меня с пяти лет рыбачит.

Егорка, который сидел на корме, застенчиво улыбнулся и помахал рукой. Дети замахали в ответ, и я понял, что они быстро поладят.

Илькун показал детям, как насаживать червя на хищную рыбу, как закидывать удочку и как определять поклёвку. Дети слушали с открытыми ртами, а я улыбался, глядя на них.

Тепло попрощавшись, мы вернулись в трактир, пока нас не начали искать. Дети гордо по очереди несли ведро с уловом. Маша шагала впереди, задрав подбородок, Игорь нёс удочки, а Аня держала за мою руку. Бекон бежал рядом и то и дело поглядывал на ведро с рыбой, чтобы ни одна из них не потерялась по дороге.

— Господин Винтер, а мы ещё пойдём завтра? — спросил Игорь.

— Если будет время, — ответил я. — Только вам нужно вести себя хорошо и помогать родителям.

— Мы поможем! — закричали они хором.

Дети так шумно радовались, что когда мы подошли к трактиру, нас уже ждали. Грумхильда и Керина стояли во дворе и оглядывались. Увидев нас, их лица просветлели. Игорь сразу бросился к матери, голося во всё горло об улове.

— Молодцы, — сказала орчиха. — Пожарим вам на обед, — она повернулась ко мне. — Марк, тебя Фёдор ждёт.

Минотавр уже готовился поехать в Бешаль. Уже запряг Буяна в телегу и сейчас проверял упряжь и мешки, которые собирался взять с собой. Я передал ему две записки — для Каролины, а вторую для торговца семенами. Людмила права, пора уже разнообразить огород.

— Сначала к Каролине, — сказал я, протягивая ему бумаги. — Отдашь ей записку и скажи, что я жду новостей. Потом на рынок за крупами. Возьми побольше. И гречки, и риса, и пшено. Овощей захвати, особенно картошку. Если будут недорогие яблоки, возьми тоже.

— Понял, Марк, — кивнул Фёдор, пряча записки за пазуху. — Сделаю всё, как скажешь. Только вот с яблоками — если найду, возьму мешок, а если нет, то не обессудь. На рынке сейчас несезон.

— Тогда возьми сушёных, не страшно, — ответил я. — Главное — это крупы и овощи. На готовку уходит больше, чем я рассчитывал. Кладовая пустеет быстрее, чем мы успеваем пополнять.

Неожиданно к нам подошла Людмила, когда Фёдор собрался трогать. В руках она держала сложенный листок, исписанный её аккуратным и уверенным почерком.

— Фёдор, — сказала она, протягивая ему список. — Купи ещё и это. Огород, и он слишком мал для того количества едоков, которые здесь сейчас живут, да и для гостей нужно разнообразить питание.

Я мысленно усмехнулся, какая она деловая! Вчера нашла проблему, теперь её решает. Жаль только, что у меня не спросила. Но ей повезло, что эта инициатива совпала и с моими мыслями.

Смотрел на неё и думал, что ведь у этой женщины ни грамма сомнений в своих поступках! Людмила была уверена, что всё делает правильно.

Фёдор взял список, пробежал глазами и удивлённо поднял брови. Я тоже заглянул, мне стало любопытно, что там было написано. И повторил выражение лица минотавра. Там были не только семена, но саженцы трёх сортов смородины и крыжовника.

— У нас в деревне так делали, — добавила Людмила. — Нечего земле пропадать! Я уже присмотрела место. Да и как дома построят, там можно тоже высадить.

Она перевела взгляд на меня и вдруг запнулась, быстро добавив:

— Я верну! Как только муж заработает.

— Не нужно, — ответил я, и она удивлённо на меня посмотрела. — Ты делаешь это для трактира, — я вытащил ещё несколько монет и передал их Фёдору. — За мой счёт всё.

Людмила на мгновение задержала на мне взгляд, и я почти увидел, как внутри неё что-то меняется. Она не привыкла, чтобы её решения принимали без споров. И всё же кивнула.

Фёдор спрятал список и деньги, кивнул и тронул поводья. Телега с грохотом покатилась по дороге, а Людмила тут же развернулась и пошла обратно к огороду, по пути срывая сухую травинку.

Я же вернулся на кухню и начал раздавать поручения:

— Грумхильда, разделай зайца, которого вчера принесли гномы. Будем делать для них кашу. Керина, готовь котлы и кости брось туда.

Грумхильда кивнула, вернулась с тушкой и ловко разделала его, отделяя мясо от костей, а я занялся крупой.

Эта каша для гномов будет особенной. Я промыл гречку и, как только бульон был готов, я засыпал крупу, добавил мясо, нарезанное кубиками, морковь и лук. Всё это я хорошенько посолил, поперчил и добавил щепотку сушёных трав. Пока каша томилась, я влил в неё немного маны. Ускорение стройки мне сейчас было очень нужно! Да и воодушевление гнома вчера приятно порадовало. Поэтому на этот раз я пожелал ускорения, а остальное даст солонка и «Мана-Повар».

Когда каша была готова, я зачерпнул ложку, попробовал и довольно кивнул. Перед глазами вспыхнуло сообщение:

Внимание!

Вы создали блюдо: «Каша охотничья с зайчатиной»

Качество: хорошее

Свойства: сытость +15%, сила +10%, ускорение физического труда +20%

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 510/700

— Грумхильда, — сказал я, — каша для гномов готова. Глянь, они ещё не пришли?

Орчиха, которая ближе всех была к окну, посмотрела во двор, а через мгновение уже ворчала, что толпа голодных рабочих уже показалась из-за деревьев.

— Отнесу им, — она крякнула, поднимая котёл. — Надеюсь, на всех хватит!

Теперь можно приступать к готовке для гостей. А не сделать ли мне буженину? Оленья лопатка отлично для этого подойдёт. Если начну сейчас, как раз к приходу гостей она будет готова.

Нужно нашпиговать мясо чесноком. Оно будет долго запекаться и станет мягким и сочным. Я натёр его солью, перцем, добавил лавровый лист и несколько веточек чабреца. Завернул в промасленную бумагу и отправил в печь, где жара было поменьше.

— Теперь суп, — сказал я сам себе. — Что бы такого сварить?

И в этот момент дверь кухни распахнулась, и на пороге появились дети в сопровождении Людмилы. Впереди них вышагивал Бекон, а я то всё думал, где его носит? Дети тащили огромную корзину, из которой торчала зелень. Аня шла первой, Игорь и Маша держали корзину с двух сторон.

— Господин Винтер! — закричала Маша. — Кот привёл нас на поляну, а там столько… столько… — она не смогла вспомнить название. — Целую корзину принесли, вот!

— А ну-ка, покажите, что вы нашли, — сказал я, и дети с гордостью поставили свою добычу на пол.

Я взял пучок и улыбнулся, узнавая щавель. А не сварить ли мне снова суп из него? Готовил же Люту, и он был доволен, так что можно повторить.

— Отлично! — сказал я. — Молодцы! Из него мы и сварим суп. Поможете мне чистить картошку?

— Да! — закричали дети, и работа закипела.

— А пока они рвали щавель, — добавила Людмила, — я насобирала грибов. Вдруг пригодятся?

У неё в руках доверху была набитая крепкими белыми корзинка. А вот и начинка для пирожков! Пожарим с луком, а ещё добавим зелени.

— Спасибо, действительно, пригодятся, — я кивнул и передал корзину орчихе. — Начинку для пирожков сделаем.

— Ну, раз моя помощь не требуется, — Людмила обвела кухню долгим взглядом, и, поджав губы, добавила, — буду в огороде.

— Хорошо.

Я поставил на огонь здоровенный котёл, налил в него воды, добавил соль и картошку, которую подготовили дети вместе с орчихой. Потом Грумхильда поставила варить яйца, поручив Керине месить тесто. У жены охотника отлично получилось это делать.

Щавелевый суп варился быстро. Я обжарил лук с морковью, засыпал в бульон картошку, а когда она стала мягкой — опустил туда нарезанный щавель и рубленые яйца. Всё перемешал, поперчил, добавил немного лимонного сока для кислинки.

Вкусный аромат разлетелся по всей кухне. Дети заглядывали в котёл, нюхали и восхищённо вздыхали.

— Пахнет как лето, — сказала Маша.

— Пахнет как лес, — поправил её Игорь.

— Пахнет как трава, — добавила Аня.

В этот момент в дверях обеденного зала показалась Варвара, а за ней — Татьяна, а вместе с ними — Каролина. По её глазам я видел, что у неё для меня новости.

— Винтер! — крикнула она, входя в кухню. — Я по делу, но вижу, что ты занят?

Её взгляд заскользил по столам, выискивая вкусненькое.

— Подожди минуту, бутерброд сделаем и поговорим.

— Идите в зал, — проворчала Грумхильда, — я всё сделаю и принесу. А то на кухне уже места не хватает!

Я усмехнулся и повёл Каролину за стол. Она опустила на лавку напротив и с хитрым прищуром посмотрела на меня.

— Твой Фёдор привёз записку, — начала она. — Но я и без него к тебе собиралась, как только услышала, что некий Андрей Винтер объявился в Бешале. Уже успел навестить бургомистра в ратуше, запросил документы на твои земли. Ему все без запинки ответили, что хозяин земель здесь ты.

— И что он сделал? — спросил я.

— Пока ничего особенно, но, скажу я тебе, он явно не собирается уезжать. Я оставила Прохора за ним присмотреть. Сообщу, как только будут новости.

— Спасибо, — сказал я, вытаскивая монету. — А что с поставщиком овощей?

— Я нашла одного старика за лесом, — Каролина улыбнулась, принимая из рук Керины тарелку с бутербродами, — но это с другой стороны Бешаля. Доставка будет занимать больше пяти часов, зато дешевле, чем у других. Я с ним договорилась о большой партии.

— А качество? Я хотел сначала проверить.

— Если будет гнилое, то старик вернёт деньги, — она говорила, не переставая жевать. — Не волнуйся, он над каждой морковкой трясётся.

— Отлично, — кивнул я, чувствуя облегчение. — Каролина, ты снова выручила меня.

— Не просто так, — подмигнула она, ловко забирая монету, — будем на связи. И держи нос по ветру, Винтер! Чует моё сердце, что это начала длинной истории.

— Не хотелось бы, — поморщился я и проводил её до дверей.

Крепко задумавшись, я вернулся на кухню и удивлением понял, что мы полностью готовы к открытию трактира. На печи стоял котёл с щавелевый суп, пирожки уже лежали в большой корзине, да и буженину пора было уже вытаскивать. Всё же, улучшенная кухня здорово нам помогала! Я вытащил мясо из печи, и чуть слюной не захлебнулся.

Внимание!

Вы создали блюдо: «Буженина оленья „Лесная“»

Качество: отличное

Свойства: сытость +12%, уют +10%, восстановление сил +10%

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 520/700

Я втянул носом запах и улыбнулся: вот это и называется — хорошая работа!

— А что у нас с салатом? — я оглядел кухню. — Холодец ещё есть?

— Много, Марк! Думаю, что ещё и на завтра хватит, — отмахнулась Грумхильда. — Компот готов, сбитень тоже. А, забыла сказать, как гномы пойдут обратно, попроси завтра принести ещё мёда, а то почти кончился.

— Скажу.

— Тогда мы готовы, — кивнул я. — Все молодцы! Можно даже спокойно перекусить.

Из зала через кухню пробежали дети, за которыми гнался Бекон. Кот погнал ребят до огорода, и потом они пролетели обратно с громким хохотом.

А вот этих шустрых нужно чем-то занять. Они уже успели облазить весь трактир, заглянуть в каждый угол и даже попытались помочь Керине лепить пирожки, отчего тесто приобрело самые причудливые формы. Я решил отложить эти экземпляры для обеда перед открытием.

— Дети, — самым серьёзным голосом позвал я, и они тут же подбежали ко мне. — У меня для вас есть важное дело.

— Какое? — хором спросили они, и в их глазах загорелся азарт.

— Людмила сейчас в огороде. Она собирается расширять грядки и сажать новые растения. И я думаю, что ей очень нужна помощь. Кто хочет стать главным помощником садовода?

Маша подняла руку первой, за ней сразу Игорь и только Аня засмущавшись, спряталась за сестру.

— Мы хотим! — раздались радостные крики. — Мы поможем маме!

— Тогда бегите к ней. Она покажет, что нужно делать. Только слушайтесь её и не топчите грядки.

— А можно Бекон с нами? — тихо спросила Аня, глядя на кота, который сидел на подоконнике и смотрел на всех с лёгким любопытством.

— Бекон, пойдёшь? — я глянул на рыжего.

— Мряу, — снисходительно ответил он и спрыгнул на пол.

— Будешь главным надзирателем, — усмехнулся я.

Бекон фыркнул и с достоинством направился к двери. Дети с радостным визгом побежали за ним, и я слышал, как Людмила удивлённо охнула, увидев целую делегацию, которая прилетела к огороду.

— Марк! — крикнула она мне. — За что мне такой подарок⁈

— Вы решили всерьёз подойти к работе, — ответил я, улыбаясь, — так что помощники тебе нужны.

Людмила засмеялась и начала объяснять детям, что нужно делать. Аня уже сидела на корточках и внимательно слушала, а Маша и Игорь спорили, кто первый посадит семечко.

Теперь всё при деле, и можно выдохнуть, а точнее, сосредоточиться на приёме гостей. И когда открылись двери, гости хлынули в зал, а меня закрутила привычная суета. Варвара и Татьяна бегали между столами, Керина мыла посуду, а Грумхильда помогала мне разливать суп и раскладывать ломти буженины. Во дворе Ник и Рик ухаживали за конями, а Фёдор сидел за стойкой, разливая напитки и собирая деньги.

В середине вечера дети, уставшие от трудов в огороде, вернулись и были отправлены в комнаты. К ним периодически ходили родители и Бекон, который всё ещё считал себя главным воспитателем.

Когда в трактире было столько работников, у меня выдалась даже не минутка, а скорее целых полчаса, я вспомнил об одном важном деле. Я нашёл взглядом Людмилу, которая только что пришла со второго этажа.

— Людмила, — сказал я. — Нужно поговорить.

— Да как ты смеешь⁈ — Людмила ткнула в меня дрожащим пальцем, и голос её сорвался на визг. — Ты предлагаешь мне полностью изменить свою жизнь и начать заниматься не пойми чем, когда у меня на носу переезд⁈ Какая, к чёрту, магия⁈ Я же сказала, что это всё ерунда и пустое! А тут ещё какое-то обучение во сне! Хочешь мне в голову залезть и всё перекроить под свои нужды⁈ Хочешь, чтобы я наверно застряла в твоём трактире, заряжая артефакты⁈

Она перевела дыхание, задрала подбородок и часто заморгала, не давая слезам пролиться. Потом шумно выдохнула и продолжила свою тираду:

— Ты думаешь, я не знаю, что такое магия? Я видела, что она делает с людьми. В детстве в нашей деревне жила одна старуха, которая умела заговаривать болезни. Знаешь, что с ней стало, когда она не смогла вылечить сына князя? Её убили! И ты хочешь, чтобы я пошла по той же дороге? Нет уж, спасибо! У меня дети! Муж! Вся жизнь впереди!

Я открыл рот, чтобы возразить, но она не дала мне и слова вставить.

— А даже если бы я и хотела, — её голос вдруг стал тише, — кто я такая? Жена охотника, мать двоих детей. Подумаешь, заряжаю артефакты. И что? Я что, по-твоему, теперь великая магичка? Нет! Я просто умею делать то, что умеют все бабки на ярмарке! Это не талант, а проклятие! Как окружающие узнают, так начнут шарахаться, а дети будут дразнить за спиной. В деревне всегда так было.

Она сжала голову руками, словно пытаясь удержать мысли, которые рвались наружу.

— Я не хочу быть магом, — с болью добавила она. — Я хочу быть обычной. Просто обычной, понимаешь? Да и куда мне в таком возрасте учёба?

Людмила, наконец, подняла на меня глаза, и я увидел в них бездну страха — не передо мной, а перед тем, что она может потерять, если решится на шаг в неизвестность.

— А ты, Марк Винтер, — сказала она уже спокойнее, но в голосе всё ещё звенела обида, — ты явился и решил, что знаешь лучше меня, что мне нужно. Ты видел меня всего пару дней, а уже лезешь в душу. Скажи спасибо, что я ещё не запустила в тебя тарелкой.

Не успел я и глазом моргнуть, как она резко развернулась и направилась на второй этаж к детям. Через мгновение дверь гостевой комнаты хлопнула так, что задребезжали стёкла в ближайшем окне. Я вздохнул, скорее всего, зря, вообще начал этот разговор. Но признавать правоту Виталика и давать сонное зелье втихую, я всё равно не собирался. Возможно, Людмила ещё передумает. Хотя судя по её реакции, скорее всего, ад замёрзнет, чем эта женщина согласится на моё предложение.

— Ну и дурак же ты, — раздался за моей спиной ворчливый голос Виталика.

Дух выплыл из стены со скрещёнными руками на груди и выглядел очень недовольным. Даже его полупрозрачная борода гневно топорщилась в разные стороны.

— А я тебе говорил, не надо было с ней прямо в лоб! Она же женщина! С ней нужно аккуратно, обходными путями! Ты бы ещё ей сказал, — он изменил тон на мультяшный, — «Хочешь стать магом? Давай я тебя усыплю и переучу». Блестяще! Гениально! Я бы тебе памятник поставил, если бы хотел, чтобы все вокруг думали, что ты дурак.

— Это должно быть её решение, — жёстко ответил я. — Не зуди под ухом, лучше проверь, что происходит вокруг. У меня и без этой женщины работы полно.

Бекон в мою поддержку рыкнул на Виталика, топнув лапой. Дух фыркнул и всё не унимался.

— Ты думаешь, я просто так это предлагаю? Я видел её потенциал, когда она касалась артефактов. Она способна на большее, чем банально заряжать лампы. Она просто трусиха. И если никто не поможет ей побороть свой страх, она так и проживёт свою жизнь, считая, что её дар — это ерунда. А это не так. Поверь мне, я много чего повидал за эти века.

— Слушай, — сказал я, стараясь говорить ровно, — если она не хочет, я не буду её заставлять. Это её решение. Не собираюсь подсыпать ей снотворное в суп, как какой-то злодей из дешёвого романа. Если она передумает — хорошо, если нет — значит, не судьба.

Я поднял голову и посмотрел на него. Дух был бледнее обычного, но глаза горели возмущением.

— Не буду её принуждать, как бы ты не возмущался. И хватит об этом. Исчезни.

Виталик замер, уставился на меня с выражением, которое я не мог прочитать, а потом махнул рукой и пропал в стене. Бекон же запрыгнул мне на плечо, обвил хвостом шею и муркнул.

— Спасибо, дружище, — я погладил его, — а теперь нам действительно пора за работу.

На кухне уже кипела жизнь. Грумхильда разливала порциями суп, Татьяна забирала подносы, а Варвара, судя по голосу из зала, болтала с гостями. У мойки стояла Керина, мыла посуду и озадаченно на меня поглядывала.

— Марк! — крикнула орчиха, заметив меня. — Ты чего такой мрачный? Людмила советами замучила, и ты дал ей отпор? Я слышала хлопок двери аж отсюда.

— Всё нормально, — ответил я, закатывая рукава. — Просто лишний раз убедился, что не все советчицы сами любят советы. Давай, что у нас по заказам? Буженина ещё есть?

— Есть! — она кивнула на противень, от которого шёл такой умопомрачительный запах, что даже у меня свело желудок. — Удивительно, что гостям хватает этих маленьких ломтиков. Никто ещё не попросил добавки, но я только и слышу, как её нахваливают.

Я кивнул и дорезал остатки мяса, едва не роняя слюну от его аромата. Да, буженина получилась на славу! Как же здорово, что можно вот так, на одном мысленном усилии, сделать блюдо круче на несколько пунктов! А что будет дальше? У меня голова чуть кругом не пошла от перспектив. Я же ещё и лечить могу, и душевное равновесие поправлять.

— Отлично, — я собрался с мыслями и оглядел кухню. — Пирожков хватает?

— Мы уже новую партию сделали! — отозвалась орчиха. — Не переживай!

Я кивнул и взглянул на часы. До закрытия оставалось полтора часа, но сегодня мы всё сделали правильно в количестве и качестве еды, поэтому можно было расслабиться и получать удовольствие. Но даже в такой ситуации, я не мог встать и уйти готовить Блюдо Хранителя, потому что не знал, сколько это займёт времени.

— Две порции буженины, один суп, один холодец, три компота! — кричала Варвара, появившись в дверях кухни.

— Забирай! — отзывался я и двигая к ней тарелки.

— Два супа, господин Винтер, — следом за сестрой появилась и Татьяна.

Я радовался, глядя на неё, совсем уже освоилась и не так боялась гостей. Даже улыбка на лице появилась. А судя по чаевым, помощница и гостям нравилась.

Обе сестры унеслись обратно в зал с подносами, а я проверил чистые тарелки и количество супа, наливая новую порцию. Дети спали наверху, Рик иногда мелькал в окне, относя коням воды. Внутри растекалось приятное ощущение правильности, которое появляется лишь тогда, когда вся работа отлажена.

Гости нахваливали буженину так громко, что даже через шум я слышал отдельные фразы: «Пальчики оближешь», «Такого мяса я не пробовал нигде», «Хозяин — мастер своего дела». Монеты звенели в сундучке у Фёдора, который стоял за стойкой, разливая компот и приглядывая за посетителями, время от времени до меня долетал его рокочущий голос.

Бекон сидел на подоконнике и следил за мной с таким видом, будто он главный управляющий этого хаоса. Иногда он спрыгивал и вальяжно выходил в зал, позволяя гостям погладить себя и с важным видом принимая кусочки еды, которые щедро ему скармливали.

В какой-то момент, когда я уже почти расслабился и даже забыл про крики Людмилы, она вдруг появилась в дверях кухни. Я не заметил, когда она вошла. Сейчас на её лице не осталось былой злости, скорее она выглядела растерянной, словно её мир перевернулся с ног на голову.

— Марк, — позвала она, теребя пояс на платье. — Можно тебя на секунду? Нужно поговорить.

Я и бровью не повёл, хотя внутри был удивлён. Вытер руки о фартук и вышел с ней во двор, чтобы не отвлекать остальных от работы. Бекон было напрягся, приподнял уши, но остался на месте.

— Выкладывай, что случилось? — ровным голосом спросил я.

— Я поговорила с Ником, — она замялась, опустила глаза и обхватила себя руками. — Подумала… И хотела извиниться за своё поведение. Нельзя было на тебя вот так срываться. Просто я очень испугалась. Мы и так только что бросили старую жизнь… В деревне так не принято, а мы решились. Ты дал нам крышу над головой, дома строишь… А я…

Я терпеливо ждал, когда она соберётся с мыслями и, наконец, скажет то, ради чего выдернула меня с кухни. По лицу Людмилы было непонятно, что в итоге она решила с моим предложением. А то, что она пришла именно по этому поводу, не сомневался.

— Ты сказал, что я могу научиться, что это редкий дар… Ник убедил меня, что раз мы решились на переезд, то можно попробовать. И если это не опасно, — она подняла на меня глаза, и я кивнул, — То… я согласна. Однако предупреждаю, если я увижу что-то неправильное, то проснусь, и тогда тебе несдобровать!

Я лишь мысленно улыбнулся на её речь. Последнее Людмила добавила с вызовом, но целиком скрыть свой страх всё же не сумела. Он набатом скользил в её фразах. И всё же, я был удивлён, что она решилась.

— Договорились, — кивнул я. — Я приготовлю сонный отвар сегодня после закрытия трактира. Рад, что ты поменяла своё мнение. Перед тобой откроется новый мир, полный возможностей.

Людмила кивнула, быстро развернулась и ушла. Я проводил её взглядом и почувствовал лёгкое дуновение холодного воздуха.

— Ух, какая! — довольно проворчал Виталик. — Я знал, что она согласится. А всё бурчала, что не захочет. Женщины всегда сначала отказываются, а потом соглашаются. Учись, пока я жив, мальчишка!

— Ты мёртв, — напомнил я и добавил. — Рецепт зелья давай, чего тянуть. Надеюсь, там нет ничего специфического, за чем нужно бежать ночью в лес?

— Рецепт простой, должен и сам его знать, — буркнул Виталик. — Корень валерианы, цветы ромашки, щепотка сушёной мяты и капля мёда. Томить на медленном огне, не кипятить. И добавь силу, чтобы она спала подольше и покрепче. А то начнёт ещё меня учить, как правильно… — он запнулся, — учить!

Я усмехнулся и вернулся на кухню под любопытные взгляды орчихи и Керины. Им было очень интересно, о чём мы говорили с Людмилой, но спрашивать не решались. В какой-то момент заглянул Ник и просто мне кивнул. Я в ответ коротко улыбнулся, не переставая орудовать половником.

Гости уходили сытые и довольные, оставляя щедрые чаевые. Оставалось всего сорок минут до закрытия, когда в дверях появилась озадаченная Варвара.

— Господин Винтер, — она посмотрела на меня. — Там пришла гостья, ничего не заказала, но очень хочет с вами поговорить.

— И что тебя смутило?

— Что она и не подумала делать заказ! Вокруг такие ароматы, а она только морщится! Это странно!

Я удивился, выглянул в зал и почти сразу понял, о ком говорила Варвара. За одним из крайних столиков сидела коренастая полуорка, как её и описывала Грумхильда. Короткая стрижка, оливковая кожа, но без выступающих клыков. Интересный вариант смеска орка и человека.

— Кто там? — спросила Грумхильда, отрываясь от противня с пирожками.

— Кажется, это твоя подруга, Ирригана. Вот только вид у неё крайне недовольный. И с чего бы? Ты же её пригласила работать, а она выглядит, будто я ей денег должен.

Грумхильда удивлённо пожала плечами, выглянула в щель и только подтвердила, что я не ошибся, это действительно была её знакомая. Ладно, разберёмся. Я подошёл к столику, вежливо кивнул и представился. Ирригана окинула меня оценивающим взглядом.

— Так вот, ты какой, Марк Винтер, — дерзко сказала она. — А я думала, ты выше ростом. Слушай сюда, мальчик. Хильди сказала, что ты ищешь работников, — она пронзила меня взглядом. — Так вот, я повар со стажем, могу приготовить что угодно. И знаешь, что я скажу? В твоей стряпне нет ничего особенного.

Она говорила громко, чтобы слышал весь зал. Один из гостей резко закашлялся от этих слов, второй возмущённо цыкнул на это заявление, остальные же оторвались от еды и прислушались. А у меня лишь изогнулась бровь. Что удивительно, Ирригану не смутила реакция публики, и она продолжала.

— Не знаю, чем у тебя Хильди занимается, но она делает такое пироги, что у тебя от зависти руки отсохнут, — её голос аж звенел среди шепотков посетителей. — И я пришла предложить тебе хорошую сделку, Винтер! Ты берёшь меня на кухню, а я покажу тебе, что такое настоящая еда! Заодно подтянешь свой уровень, а то срам какой-то, — она кивнула на поднос в руках застывшей Варвары. — Готовить так, лишь посетителей травить.

За соседним столиком с лавки поднялся худой мужчина, с явным желанием поставить эту выскочку на место. Но я бросил на него взгляд и покачал головой. К нему тут же подскочила Татьяна и подлила компота. Молодец, всё правильно сделала. Фёдор поднялся из-за стойки, но тоже получил знак оставаться на месте.

Я же всё ещё переваривал слова Ирриганы. Пришла в мой трактир, ничего не попробовала и уже критиковала. Всё это выглядело крайне театрально, и я почти был уверен, что это провокация от конкурентов. Хотя какие мне конкуренты⁈

Ирригана победно на меня смотрела, ожидая, что я соглашусь на её щедрое предложение. Но не успел я её послать к чёрту, как из кухни вышла Грумхильда со скалкой в руках. Её лицо было перекошено от злости, едва только пар из ушей не шёл. С трудом сохраняя спокойствие, она подошла к подруге, одним махом вытащила её за шкирку из-за стола и выволокла из трактира под дружное одобрение посетителей.

Ирригана и пискнуть не успела, как уже оказалась на улице. Фёдор вопросительно на меня глянул, но я покачал головой: вряд ли Грумхильда перегнёт палку. И всё же, происходящее взбудоражило публику. Каждый вытягивал шею, чтобы уловить хотя бы часть разговора двух, как я понимаю, уже бывших подруг.

Но ожиданиям не суждено было сбыться. Через мгновение с улицы долетели только глухие и злые рыки, в которых невозможно было разобрать слова. Наверное, какой-то особый диалект для ругани у орков. Дальше раскатом грома грохнул голос Грумхильды, и вдруг наступила тишина.

Я не выдержал и выглянул в окно. Во дворе стояла только Грумхильда, смотрящая, как быстро убегала от трактира Ирригана. Орчиха тяжело вздохнула, сплюнула, а потом поправила фартук и вернулась в трактир.

— Марк, — быстро сказала она и прошла на кухню. — Нам нужно поговорить.

— Что она тебе сказала? — спросил я, когда двери обеденного зала за нами закрылись.

— Ничего хорошего, — поморщилась Грумхильда. — Но главное, ноги её здесь больше не будет, знать её не желаю. Но ты слушай, она сказала, что ко многим, кто ищет работу в трактирах, подходил один и тот же человек. И на все лады трепался, мол, еда у тебя несъедобная, а репутация — сплошное надувательство. Добавил, что все, кто доволен, подкуплены. Этот человек… — её глаза яростно сверкнули, — Марк! Я уверена, что это Андрей! Он им всем предлагал эту лапшу вешать на уши и другим. Причём не просто так, а за деньги. Не удивлюсь, что скоро к нам пожалует толпа, которая лично захочет обличить тебя во лжи.

— Каждый из них, — жёстко сказал я, — закажет еду и поймёт, что это брехня.

— Это ещё не всё, — выдохнула она. — Он ещё успевает ходить по окрестностям и говорить всем, что ты самозванец. Ух, — она треснула кулаком по стулу, что тарелки подскочили, — пусть только покажется, я ему покажу, где зимой жарко, а летом — холодно. Марк! А если он и к поставщикам пойдёт? Что мы тогда делать будем⁈

— Ну и сходит, — я пожал плечами. — Ты не знаешь Сметанникова? Или Кузьму? Как только им скажут, что я дрянной трактирщик, так и вылетят за ворота одним ударом. Но в любом случае ситуация неприятная.

— Мне бы твою уверенность! — вздохнула она.

— Господин Винтер, вы не волнуйтесь, — вдруг сказала Керина, оторвавшись от мытья посуды. — Мы все за вас вступимся. Я, как в город поеду, буду только и говорить, что вы самый лучший трактирщик и еда у вас исключительная!

— Да и гости тоже! — добавила Варвара, появившись в дверях. — Они слышали весь разговор и возмущены. Мне уже чаевых с благодарностями две горсти насыпали. Вас очень любят, господин Винтер!

Я с благодарностью кивнул обеим, а сам задумался. Андрей не Свиридов, и действует грязно, и атаковал репутацию, решив не сидеть на месте. А я тут с трактиром, гномами и гостями, как со связанными руками! Бекон подбежал ко мне и ткнулся башкой в ногу.

— Заканчиваем день, как обычно, — я рубанул ладонью воздух. — Завтра со всем разберёмся. Нельзя упустить момент, а лучше сразу взять под контроль ситуацию. Завтра поеду в город.

В половину одиннадцатого последний гость ушёл, громко крикнув «спасибо», мы закрыли трактир и начали уборку. Татьяну и Варвару отправили домой, наших сил хватит, чтобы закончить всё. И как только разгребли посуду, я начал варить сонное зелье для Людмилы. Грумхильда быстренько придумала себе дела и, забрав с собой Керину, ушла. Остался только Бекон, который устроился на подоконнике и внимательно следил за мной.

Варить отвары мне не впервой, так что я привычно поставил на печь свой верный чугунок и залил его водой. Дольше корень валерьяны искал, не был уверен, что он, вообще, у нас есть. Но, к удивлению, нашёл в мешочке с травами. Явно Грумхильда собирала. К моменту, когда закидывал в чугунок ромашку и мяту, появился Виталик, бубня под ухом про очерёдность добавления трав и мёда. После того как почти всё было готово, сработал «Мана-Повар», я влил дополнительных две единицы маны с чётким намерением, чтобы сон Людмилы был спокойным и крепким. Отвар в чугунке поменял цвет с зелёного на прозрачный, и по кухне разлился аромат, от которого у меня начали слипаться глаза.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Сонное зелье»

Качество: хорошее

Свойства: вызывает глубокий сон

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 530/700

Я перелил зелье в большую глиняную кружку и отнёс в комнату, где меня ждала Людмила. Она сидела на краю кровати и нервно теребила край покрывала. Ник стоял рядом, держа её за руку.

— Вот, — сказал я, протягивая кружку. — Выпей и ложись. Не могу сказать, сколько ты будешь спать, но уверен, проснёшься бодрой и в хорошем настроении.

Людмила осторожно взяла кружку, переглянулась с мужем и залпом выпила. Несколько секунд она сидела неподвижно, потом её глаза начали слипаться, и она мягко опустилась на подушку. Ник укрыл её одеялом и вопросительно посмотрел на меня.

— Всё будет хорошо, — сказал я. — Просто дай ей поспать.

Мы вышли из комнаты, и я уже хотел идти к себе, как перед глазами появился мыслеобраз от Бекона. Кто-то бежал к нам со всех ног, маленький и грязный. Я рванул вниз и едва выскочил во двор, увидел Егорку, внука рыбака. Он был измазан в чём-то чёрном, выглядел зарёванным, а глаза смотрели на меня со смесью ужаса и надежды.

— Господин Винтер! — с надрывом зарыдал он и упал мне на руки. — Помогите! На деревню напали! Лодки уничтожают! Дед говорит, что всё пропало!

Ночной воздух обжёг лёгкие, когда мы вылетели на тропинку в сторону реки. Буян подо мной тяжело дышал, понимая, что нужно спешить. Бекон спрятался под мою куртку, а Ник сидел позади. Следом за нами бежал Фёдор. Минотавр наотрез отказался ехать верхов, сказав, что животина под его весом даст дубу. К слову, Фёдор не отставал от нас ни на шаг, и я невольно восхитился его скоростью. Так что кляча досталась Рику. Стук копыт отзывался в сердце, сверля мозги одной-единственной мыслью: нужно успеть!

Внимание!

Активирован квест: «Пепел надежды»

Цель: найти виновных в поджоге рыбацкой деревни и восстановить справедливость

Награда: 100 опыта, репутация +20, постоянный поставщик рыбы со скидкой 15%

Штраф за провал: потеря доверия рыбаков, окончательная потеря поставщика, репутация −30

Принять/Отказаться?

Я не раздумывая мысленно нажал «Принять». Штраф был слишком высок, чтобы колебаться.

Егорку мы оставили на попечение Керины и Грумхильды, он рыдал, просился с нами, но я смог убедить его, что детям на пожаре не место.

Дым мы увидели раньше, чем выскочили из-за поворота на деревню. Столб поднимался высоко, и сложно было понять, сколько домов горит. Вскоре до нас долетел и запах горящего дерева. Настолько знакомый, что я невольно пришпорил Буяна.

Мы влетели на окраину деревни рыбаков под крики её жителей. Они пытались спасти полыхавший склад, чтобы отсечь огонь от соседних домов. Получалось плохо, больше было суеты, чем дела.

— Фёдор! — крикнул я, спрыгивая с коня на бегу. — Помогай тушить! Ник, Рик — организуйте толпу! Бекон, ни на шаг от меня.

Пока мы спешились, минотавр, не сбавляя хода, прорезал толпу, подхватил здоровенную бочку и одним махом наполнил её водой из реки. Поток обрушился на стену настоящим водопадом.

Рыбаки не сразу поняли, что это было, и метнулись врассыпную. Потом кто-то узнал Фёдора, затем и меня. Раздались радостные крики, которые быстро перекрыли команды от охотников. А ко мне подбежал седой мужчина с обожжёнными руками.

— Господин Винтер! — закричал он, и голос его сорвался на хрип. — Беда! Илькуна из сарая вытащили, едва не угорел, а Егорка! Егорка пропал!

— Отставить панику, — жёстко сказал я. — Он прибежал к трактиру, сейчас он там. Его отмоют и накормят. Что у вас случилось? Случайность или поджог?

— Ой, радость-то какая, — он обернулся к остальным и громко заорал. — Жив Егорка! Жив! В трактире Винтера! — старик глянул на меня и помрачнел. — Поджог, господин Винтер, как пить дать поджог. Видно, где бросили факел. Загорелось быстро, у нас же всё деревянное. И главное, твари, знали, что делают! Там снасти, инструменты! И лодки испортили, да вёсла в реку бросили. Теперь считайте, с берега удочками рыбачить. И как нам теперь быть? Продавать нечего!

— Может, Илькун видел кого-то? — я огляделся. — Где он?

— Вон там, у колодца.

Илькун лежал на земле, прикрытый чьим-то тулупом. Его лицо было бледным, как полотно, на виске запеклась кровь, грудь с трудом вздымалась. Я присел рядом и положил руку ему на плечо.

— Илькун, — позвал я тихо. — Ты слышишь меня?

Старик приоткрыл глаза, и в них плескалась такая боль, что я едва сдержался, чтобы не выругаться вслух.

— Егорка? Егорка где? — прошептал он.

— В моём трактире, не волнуйся, — торопливо сказал я.

— Всё пропало… Лодки… Мы без них как без рук. Кто теперь нас накормит? Кто детей прокормит?

— Разберёмся, — качнул головой я, — лучше скажи, ты видел, кто это сделал?

— Нет, — прохрипел он. — А то я бы ему…

— Я найду его.

Илькун слабо кивнул, и глаза его закрылись. Я подозвал рыбаков и попросил отнести его в дом и никуда не пускать до моего возвращения. Пожар уже почти потушили силами Фёдора, но и рыбаки, как могли помогали, затаптывая мелкие возгорания и заливая вёдрами. Ник хорошо постарался, хоть теперь местные не бегают в панике. Я подозвал Рика и поручил ему задачу найти следы. Но Бекон, на удивление, нашёл их первыми. И когда я подошёл, он показал мне мыслеобраз: кривая дорожка отпечатков сапог, ведущая в сторону леса.

— Что это у нас тут? — я подошёл к коту и увидел пустую бутылку. — Дрянь какая.

У меня аж слёзы выступили от запаха этой сивухи. Святые рёбрышки! Кажется, тормозная жидкость в моей машине и то приятнее пахла.

— Рик, — позвал я охотника. — Следы ведут в лес, а здесь лежит бутылка. Не похоже на профессиональный поджог, скорее всего, пьянь какая-то. Но нужного его всё равно найти, вдруг ему за это ещё и заплатили?

— Марк, да ты следы лучше нас видишь! — восхищённо пробормотал он и походил вокруг. — А, нашёл, да, поджигатель пошёл в ту сторону, — он махнул на лес, — совсем недавно. Может, подпалил, а потом, испугавшись, дал дёру? Мало ли что бывает?

— Нет, я уверен, что был намеренный поджог.

Рик странно на меня посмотрел, но спорить не стал, лишь поискал глазами брата.

— Фёдор! — крикнул я минотавру. — Мы пошли по следу, скоро вернёмся.

Минотавр коротко кивнул, а мы Риком двинулись в лес. Бекон бежал впереди, то и дело останавливаясь, чтобы принюхаться. Кот был сосредоточен, как никогда, и я видел, как его хвост нетерпеливо подрагивает.

Мы толком и от деревни ещё не отошли, когда услышали пьяное бормотание.

— Они заслужили… Ик! Всё! Ик!.. Ой…

Дальше мы шли то ли на звук, то ли на запах, и вскоре наткнулись в кустах на опухшего, грязного мужчину с мутными глазами. Он сидел на земле возле толстого корня огромного дерева и сжимал в руках полупустую бутылку. Сложно было различить, где был запах от незнакомца, а где — от пойла.

Рик подошёл к нему и бесцеремонно вырвал бутылку из рук. Мужчина возмущённо завопил, попытался встать, но даже не смог упереться руками и завалился набок.

— Это ты поджёг сарай в деревне? — рявкнул Рик, нависая над ним.

Мужчина поднял голову и несколько секунд фокусировался на охотнике. Глаза пьянчужки то и дело расползались в стороны. Впрочем, это ему не мешало выдохнуть на нас облако сивушного перегара.

— Так им и нужно! — его лицо перекосило злобой. — Ишь, чагой удумали! Я им покажу, где волки рыбу не удят! — он поднял пустую руку и изумлённо на неё уставился. — А где моя роднулечка⁈ Отобрали, гады! Последнее! Ик! Я им сейчас покажу! Все сараи сожгу!

Он попытался встать, но тело не слушалось. Потом, наконец, разглядел нас и удивлённо моргнул, словно только что увидел.

— А где? — его взгляд заметался, и вдруг он нашел бутылку в руках Рика. — Роднулечка! А ну, отдай! Ик! Моё это!

— С тебя уже хватит, — усмехнулся Рик и вопросительно глянул на меня.

Я подошёл ближе, стараясь не морщиться от противного амбре от мужика, и присел напротив, с трудом поймав взгляд.

— Кто тебе заплатил, чтобы ты поджёг сарай? — холодно отчеканил я.

— А чё сразу я-то⁈ — возмутился он и отпрянул, вжавшись в ствол дерева. — Я здесь сижу, никого не трогаю! Ик! А эти… они сами напросились! Чего не делятся? Мне, может, закусить нечем! Ик! Я тут страдаю! А они! Жмоты!

— Кто заплатил за поджог? — с нажимом повторил я. — Мы уже поняли, это сделал ты, и уже сейчас можем сдать тебя стражникам. Они в такую рань совсем не отличаются добротой. Так что говори, кто тебя нанял?

— Так это же… — пролепетал он, стремительно трезвея, — купец ентот. Гордей. Это всё он виноват! А меня бес попутал! Честное слово! Гордей пришёл ко мне с подарками, — он бросил взгляд на бутылку в руках Рика, — и говорит, Малько! Рыбаки тебя сильно обидели! Ик! Рыбу не дают ловить! Давай им, говорит, ик! Поможем! Пристань, ик, хочу говорить построить и всем работу дать, а они, ик, ни в какую! Надо бы их убедить, чтобы не мешали. И, говорит, дам тебе серебро, если сможешь помочь, — он ударил себя кулаком в грудь. — Вот я и помог! Всё равно сарай старый был! Теперь, ик, дай мне обратно её, мою роднулечку!

Позади нас раздались тяжёлые шаги Фёдора. Он как раз успел застать последнюю часть разговора, молча подошёл и взвалил мужика на плечо. И, не говоря ни слова, зашагал обратно.

В деревне Ник и остальные окончательно справились с пожаром и теперь оценивали масштаб бедствия. Было видно, что для них это не просто сарай, а почти что смысл жизни. Ведь в нём хранились сети, с помощью которых рыбаки зарабатывали себе на жизнь. Повезло, что он стоял у самой реки, а то бы огонь точно перекинулся дальше. Я смотрел на это всё и думал, как им помочь. Гномов, что ли, отправить или просто денег дать?

— Марк, — долетел до меня слабый голос Илькуна. — Ты нашёл, кто это сделал?

— Ты почему вышел? Я же просил тебя уложить!

— Какой там лежать! Не могу! Ответь лучше на мой вопрос, — глаза его сверкнули. — Кто это был?

— В лесу нашёл пьяного Малько, а заодно и узнал имя того, кто ему заплатил за поджог. Может, ты слышал про такого? Гордей?

При упоминании этого имени Илькун вздрогнул, а его лицо исказилось.

— Гордей? — дрогнувшим голосом переспросил он. — Так это он? Мать честная… я знал его ещё мальчишкой! Бегал за мной, учился рыбу ловить. А потом уехал в город, разбогател, купил себе дом даже. Я думал, он забыл про нас. Получается, он вернулся, чтобы выжить нас с земли.

— И зачем ему это? — спросил я.

— Он всегда хотел быть главным, — Илькун тяжело вздохнул и покачал головой. — Когда был мальчишкой, он говорил: «Дед, я вырасту и буду сам рыбу продавать, и никто мне не указ». Я думал, это просто слова. А он, видно, решил, что его время пришло. Он хочет, чтобы мы ушли, а он построил здесь свою пристань, свой склад, и чтобы рыба шла только через него. Чтобы он решал, кому продавать, а кому нет.

— Странно, — сказал я. — Нужно с ним поговорить, а то как-то несправедливо.

Я оглядел поникшую толпу и понял, что нужно сделать. Как раз то, что я умею лучше всего.

— Илькун, — я глянул на рыбака. — А рыба-то есть? И овощи?

— Там, в погребе, — удивлённо ответил старик, — есть несколько рыб. Мы их с утра поймали, не успели убрать. А овощи вот у того, в красной шапке спроси.

— Отлично, — кивнул я, закатывая рукава. — Я вам сейчас ухи наварю, чтобы силы появились и настроение. Тащите самый большой котёл и показывайте, где готовить.

Рыбаки с недоверием посмотрели на меня, но Илькун кивнул, и они принесли мне всё необходимое. Из рыбы получился целый набор, это и пара окуней, и щуку, и даже немного мелкой рыбёшки. С овощами тоже повезло, мне притащили свежие. Готовить отвели к большому очагу, с другой стороны от пожара, кажется, там часто по вечерам рыбаки сидели. И кострище хорошее, да и лавочки по краям. К тому же здесь был удобный стол, на котором я и расположился. Свой чугунок из котомки доставать не стал, его всё равно не хватит на целую деревню.

Эта уха должна стать особенной! Согреть, вернуть силы, залечить ожоги и подарить надежду. Я быстро разделал рыбу, снял кожу, отделил филе, а затем бросил кости в кипящую воду. В бульон пошли также лук, морковь, лавровый лист, перец горошком, благо это всё было у рыбаков. Чуть погодя добавил картошку, а затем, когда она разварилась, опустил куски рыбы и сыпанул соли из системной солонки.

— Бекон, — шепнул я коту, — поищи-ка травы подходящей. Зверобой и мяту, ты их знаешь.

Кот выслушал меня, кивнул и прыгнул в густую траву. Уха не успела довариться, как он вернулся уже с нужными травами. Их я тоже добавил в бульон, а затем от души влил ману с чётким намерением вылечить и придать сил. Остальные бонусы добавит «Мана-Повар» и солонка. Как же всё-таки это удобно!

Аромат свежей ухи, приготовленной по всем правилам на костре да из разной рыбы смог перебить даже запах гари от сгоревшего сарая. Рыбаки, разбиравшие завалы, остановились и начали толпиться вокруг меня.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Уха надежды»

Качество: превосходное

Свойства: восстановление сил +20%, бодрость +15%, лечение +25%

Особое свойство: снимает страх и отчаяние

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 540/700

— Вот что, — крикнул я, оглядывая толпу. — Несите тарелки, каждому достанется по порции.

Уха получилось наваристой и с золотистым отливом. Я ловко орудовал половником, вычерпывая ароматное варево до донышка. Нам тоже досталось. Рыбаки вынесли пять мисок, не обидев Бекона, который не отходил от меня ни на шаг.

Стоило погорельцам сделать первый глоток, как их лица светлели, что небо перед рассветом. На втором — расправились плечи, и заблестели глаза.

— А теперь, — сказал я, когда закончил есть, — скажи мне, где живёт этот Гордей?

— В километре отсюда, — Илькун вздрогнул, но потом выпрямился и указал в сторону леса, — на холме, большой дом с башенкой. Только, господин Винтер, вы его не зашибите, пожалуйста, всё же он хорошим рыбаком был.

Я кивнул, взял Бекона на плечо, сел на Буяна и, крикнув, чтобы команда оставалась, поскакал в указанном направлении. Солнце уже поднималось, а у меня каждая секунда расписана! Нужно поскорее с этим Гордеем разобраться, чтобы вернуться в трактир и успеть сделать кашу гномам.

Через пятнадцать минут мы с котом добрались до нужного места. Большой дом в два этажа, какая-то вычурная башенка, резные наличники, огромный двор, явно не руками Гордея засаженный цветами. Всё, как и описывал Илькун. Купец неплохо себе жил, только вот зачем ему ещё и рыбацкая деревня? Этот вопрос я и собирался ему задать.

Спрыгнув с Буяна, я дёрнул калитку. Заперто. Кот фыркнул и одним махом перескочил через неё. Мне оставалось лишь усмехнуться и последовать его примеру. Тут же залаяли собаки, но Бекону хватило одного грозного рыка, чтобы они замолкли и спрятались в будках. Да уже, с таким котом, никакая охрана не нужна. Надо его с собой и на охоту брать.

Стучал я долго и со вкусом. Купец ясно спал, и когда открылась дверь, на пороге появился сам хозяин. Крепкий мужчина с обветренным лицом, в помятом халате, расшитом золотой нитью. Радости моё появление Гордею не доставило.

— Кто ты такой и что тебе нужно? — резко спросил он.

— Ты подослал Малько поджечь деревню рыбаков? — я проигнорировал его вопросы.

Бекон сел возле моих ног и оскалился. Купец бросил на него хмурый взгляд.

— Деревню? Поджечь? Что за вздор! — в его глазах мелькнула тревога. — И вообще, это моя земля, я могу делать что хочу.

— Хороший хозяин так не поступает, — осадил я его. — Тем более тот, кто вырос в этой деревне. И кто был, по словам местных, хорошим рыбаком. Так что же тебя заставило поступить так подло? Хотел, чтобы они ушли, а ты бы построил там пристань и свой склад? Чтобы рыбой торговать самому? А как же они? Их дети и внуки? Неужели ты настолько гнилой внутри, что готов выгнать тех, кто воспитал тебя?

— Я этого не делал! — упрямо ответил он, но лицо побледнело. — Врываешься среди ночи с обвинениями! Да я сейчас стражу позову.

— А позови, — я коротко улыбнулся. — Как раз мне нужно отдать им Малько, который уже тебя сдал со всеми потрохами, — мой взгляд упёрся в Гордея. — Так ты стражу зовёшь или нет?

Гордей сжал кулаки, и я видел, как он борется с собой. Он хотел ударить меня, хотел прогнать, но я стоял и не отводил взгляда.

— Ты не понимаешь! — выкрикнул он с болью в голосе. — Да я был одним из них, учился у Илькуна, вставал с рассветом и ловил рыбу вместе с ними! Потом понял, что в деревне жить тесно, и уехал в город. Мне хотелось разбогатеть, чтобы они видели, как из простого рыбака можно стать купцом. Но теперь я вернулся! И готов показать им, как нужно делать! Они же впроголодь живут! Сети старые, лодки и те едва дышат. И что они мне ответили? Не бывать твоей пристани в нашей деревне! Даже не пускают меня на берег. Что мне оставалось?

— И поэтому ты решил вынудить их обратиться к тебе? — я приподнял брови. — Изумительное решение. А что именно и как ты им предложил свою помощь? Просто пришёл и сказал, что, мол, здесь будет пристань и буду торговать рыбой?

— Ну да, я же делец! Чего мне рассусоливать с ними? Они через одного читать умеют, а писать и того меньше.

— Дурак ты, — я покачал головой. — Обиженный дурак.

— Да что не так-то⁈ — возмутился он. — Да кто ты такой, чтобы меня учить дела делать?

— Я трактирщик и зовут меня Марк Винтер. Именно ко мне пришли рыбаки, когда их сарай загорелся. Не к тебе. К тебе лишь может сейчас стража прийти за подстрекательство, а Малько, беднягу, в темницу бросят за порчу имущества. Хорошо, что Илькуна из сарая успели вытащить.

— Илькуна? — купец впервые испугался. — Вытащили? Жив?

— Жив.

— И… и что ты предлагаешь? — плечи Гордея опустились.

— Ты хочешь торговать рыбой? Прекрасно. Я буду рад её купить. Ты хочешь построить пристань и склад? Хорошо, но только с разрешения рыбаков. Хочешь ловить рыбу? Нанимай их за честные деньги. Я готов стать посредником между вами. Проведём встречу, ты нормально объяснишь, что хочешь помочь, а не захватить их деревню, извинишься, в конце концов! — я на мгновение ощутил себя воспитателем в детском саду. — Предложи им работать на тебя, облегчи им задачу, чтобы они сами не возили рыбу в город. У тебя-то возможности шире. Тогда у обеих сторон будет стабильный доход и все будут довольны. Понял?

Гордей смотрел на меня так, будто видел впервые в жизни. В его глазах мелькнула растерянность, потом сомнение, а потом, кажется, надежда.

— Ты думаешь, они согласятся? После такого?

— В любом случае нужно попробовать.

— Хорошо, — глухо сказал он, и голос его звучал глухо, но решительно. — Я готов к встрече.

— Тогда приходи в деревню, предупрежу остальных. Не задерживайся.

Я развернулся и пошёл к выходу. Уже на пороге обернулся и добавил:

— И Гордей… ты ведь действительно был хорошим рыбаком.

Мы с Беконом снова перемахнули через забор, запрыгнули на Буяна и поскакали обратно. Я не знаю, согласятся ли рыбаки на предложение Гордея, но ради скидки на рыбу, собираюсь постараться.

Быстро добравшись до деревни, я собрал жителей и рассказал им всё, что узнал. Упирал на то, что купец разучился разговаривать, и оробел, увидев старых знакомых. Это не сильно впечатлило рыбаков, тогда я перешёл к козырям и разложил им по пунктам всю схему будущей работы с купцом. И вот только упоминание увеличения дохода и экономии времени окончательно убедило их выслушать Гордея.

— Я был наставником Гордея, — вышел вперёд Илькун. — И знаю Марка Винтера. Если он сказал, что Гордей готов к миру, то я с радостью дам ему шанс. Всё же он был один из нас и, как я надеюсь, хочет помочь.

Остальные поддержали эту мысль. Думаю, немаловажную роль в этом согласии сыграла моя уха, жители выглядели намного живее, чем пару часов назад.

Буквально через пару часов в деревне подъехали две телеги. Одна была загружена так, что едва ползла, а на второй восседал Гордей с тремя дюжими молодцами. Рыбаки молча смотрели на это появление, и никто не вскрикнул и не набросился с кулаками, даже вилы никто с собой не принёс. Уже хорошо.

Вперёд вышел тот старик, которого мы встретили, едва приехали в деревню.

— Господин Винтер нам всё рассказал, — голос его был сух. — Но мы не верим словам, а делу. И если ты, Гордей, хочешь вернуться и торговать с нами, докажи это!

Купец слез с телеги и встал перед стариком, оглядел всю толпу, а потом низко поклонился.

— Это компенсация, — сказал он и протянул тяжёлый мешочек. — И вот вам моё слово, я никогда не подниму руку на своих. Я действительно хочу помочь вам и пришёл не с пустыми руками.

Он развернулся и махнул парням. Те быстро начала разгружать телеги, и вскоре на земле стояли мешки с зерном, мукой, овощами и мясом.

— Это ещё не всё, — Гордей сам подошёл к своей телеге и сдёрнул с неё зелёную ткань.

Рыбаки ахнули и зашептались: «Сети! Новые сети! А багор! Ты посмотри, новенький совсем!»

Илькун посмотрел на меня, я кивнул. А старик взял мешочек с компенсацией, а потом крепко пожал руку Гордея.

— Добро пожаловать домой, мальчик, — сказал он.

Внимание!

Квест «Пепел надежды» выполнен!

Награда: 100 опыта, репутация +20, постоянный поставщик рыбы со скидкой 15%

Текущий опыт: 640/700

Солнце уже поднялось высоко, и мы не стали дожидаться, когда рыбаки с Гордеем всё обсудят, рванув к трактиру. Буян подо мной бежал легко, а Бекон вцепился в мою куртку и недовольно мявкал на каждый толчок. Позади меня сидел Ник, а Рик с Малько скакали сразу следом за нами. Фёдор, как всегда, бежал на своих двоих. Пьянчужку мы позже сдадим стражникам, только пока не знаю, как, то ли Фёдора послать, то ли кого-то из охотников. А может, пригласить стражников в трактир. Я склонялся к последнему варианту, чтобы ещё узнать у них последние слухи.

Но об этом я подумаю позже. Сейчас мою голову занимал обед для гномов. Они уже, должно быть, явились в трактир, а кашу им обязательно сварит Грумхильда. В её навыках я не сомневался, но бонусов не будет. Значит, стройка застрянет ещё на день.

— Марк! — крикнул Ник, перекрывая ветер. — Ты куда так летишь⁈ До открытия трактира ещё часа три, думаешь, не успеешь?

— Не хотелось бы всё делать впопыхах.

Первое, что я сделаю, так это сварю бодрящий отвар, а то усталость накатывала тяжёлыми волнами, да и глаза смыкались. Я всё переживал, что как только адреналин схлынет, я отрублюсь на пороге кухни.

Первой на нашем пути предстала стройка. По ней ходили хмурые гномы, которые как-то уж больно медленно передвигались. То и дело какой-то работяга останавливался, зевал и тёр глаза. Да, им бы сейчас кофе каждому внутривенно! Завидев меня, они совсем остановились, вяло перекликаясь между собой. И когда я потянул поводья, из-за стены недостроенного дома вышел Гирт, недовольный настолько, что было бы у меня молоко, оно бы точно прокисло.

— Винтер! — крикнул он ещё издалека. — И откуда ты так рано? А мы тут уже строим. Только что-то сегодня работа никак не идёт. Твоя орчиха нас хоть и накормила, но гномы жалуются, что ещё бы три таких котла каши съели. Теперь вот понять не могу, то ли она готовить разучилась, то ли всё дело в тебе.

Я отправил команду с пленником в сторону трактира, а сам спрыгнул с Буяна и подошёл к Гирту.

— Ночью рыбацкую деревню подожгли, — сказал я. — мы помогали там. Сейчас доберусь до трактира, сварю вам компот для сил, вижу, что вы ещё голодные и очень сонные. Добавлю в него чего-нибудь бодрящее.

— Думаешь, компотом мы насытимся? — с явным сомнением спросил гном.

— Вот и посмотрим.

— Тогда давай уже тащи, а то заснём, так и недоделав!

— Договорились, — кивнул я, запрыгнул на Буяна и направил коня в сторону трактира.

На кухне царил полный хаос. Орчиха бегала вокруг столов, то помешивая что-то в котле, то хватаясь за тесто, то за мясорубку. Увидев меня, она просияла и шумно выдохнула. Керина, которая старалась держаться подальше от урагана с именем Грумхильда, тоже воодушевилась.

— Ну, наконец-то! — сказала орчиха, вытирая руки о фартук. — Я уж думала, ты до вечера там будешь! Где ты задержался? Фёдор с охотниками уже здесь.

— У гномов был, — я глянул на печь, — спасибо, что сварила им кашу.

— Да толку с неё? Без твоей силы и Очага получилось совсем не то! Гирт брюзжал, когда её ел со своей артелью. Неужели я так плохо готовлю?

— Просто к хорошему быстро привыкаешь, — пожал плечами я. — Я сварю для них компот.

— А зачем тогда этого пьянчужку привезли? Надо его сразу стражам отдать, чего здесь держать?

— Отправим, как только все утренние дела сделаем. Что ты уже успела приготовить? — по пути в кладовую спросил я.

— Да вот, думала, раз ты не пришёл, хоть фарш накручу, — захлопотала она и подошла к мясорубке. — Его и на тефтели можно, и на котлеты.

Что можно использовать для компота? Я увидел ряды мешочков с сушёными яблоками, грушами, ещё изюм, а в углу нашёлся горшок с клюквой. А на соседней полке обнаружил свои запасы, купленные у Тиса. Кстати, о нём, квест на морошку у меня всё ещё не закрыт! Вот же ж! И когда на это выделить время-то⁈

— Грумхильда, поставь на печь самый большой котёл, — крикнул я, собирая все нужные ингредиенты.

Орчиха ловко выполнила моё поручение и залила туда воды, а я уже добавил всё необходимое, что нашёл в кладовой. В конце бросил немного корицы и даже звёздочку бадьяна.

Сахара жалеть не стал, ведь гномы очень любят сладкое. И когда компот начал закипать, то по кухне поплыл густой аромат, а я переставил котёл чуть подальше от сильного жара, чтоб он просто томился. Наконец, вскоре жидкость стала ярко-янтарной, а сухофрукты набухли и стали мягкими, в компот потом ещё добавились и три ложки мёда. После чего я сосредоточился и влил пять единиц маны, прежде чем, сработает «Мана-Повар». Мне очень нужно было, чтобы стройка оживилась, а гномы шустрее начали бегать.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Компот гномий с пряностями»

Качество: превосходное

Свойства: восстановление сил +20%, бодрость +15%, ускорение физического труда +10%

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 650/700

— Готово, — сказал я, снимая котёл с огня. — Грумхильда, я пойду отнесу компот гномам, пока они не заснули, а ты крути мясо, есть у меня одна идея для него.

До стройки я добрался быстро, и Гирт быстро собрал всех работников. За время готовки компота они не особо продвинулись, только зевать стали чаще.

— Это так компот пахнет, Винтер? — сказал он, втягивая носом аромат.

— Да, он самый, давай кружку, — ответил я, наливая ему. — Пей, и через пару минут ты почувствуешь, что можешь горы свернуть.

Гирт сделал глоток, и его глаза вдруг округлились. Он выпил её залпом, потом посмотрел на меня с удивлением.

— Это… это не просто компот, Винтер! Это эликсир! Я чувствую, как силы возвращаются! Как… будто я проспал всю ночь!

Я улыбнулся и начал разливать компот по кружкам и остальным гномам. Они пили, и через несколько минут вся артель ожила — зазвенели инструменты, послышались шутки и смех. Гирт хлопнул меня по плечу:

— Ладно, Винтер, теперь гораздо легче. Не волнуйся, мы быстро нагоним. Глазом моргнуть не успеешь, как всё закончим. Надеюсь, завтра такого не повторится.

— Работайте, а то Людмилу пришлю, помогать, — шутливо пообещал я, забирая пустой котёл.

Гном на мгновение побледнел и помчался руководить артелью. Вернувшись в трактир, я внимательно проверил наши запасы.

— Что ты задумал, Марк?

— У нас тут много капусты, Людмила вчера сняла несколько кочанов. Так, сегодня мы делаем голубцы с подливой, а в компанию к ним щи.

— И пирожки тоже с капустой? — усмехнулась она.

— Нет, это перебор, — рассмеялся я. — Бульон уже есть?

— Сварила на костях оленя, последних, к слову.

— Пора отправлять охотников на работу.

— А как же пленник? — удивилась она.

— Пусть проспится в седельной, не в трактир же его тащить! Давай, за работу, а то скоро гости придут.

— Я помогу, — Керина сдёрнула запасной фартук и встала перед нами. — Всё равно посуды же нет. А свободные руки всегда нужны.

— А у нас хватит времени столько голубцов накрутить? — с сомнением спросила Грумхильда.

— Будет, если мы начнём прямо сейчас, — ответил я, уже доставая большой противень и кастрюлю для соуса. — Ты будешь готовить капусту, я — фарш и соус. Мы втроём быстро управимся.

— Командуйте, господин Винтер!

— Поможешь с капустой, — сказал я. — Грумхильда, покажи ей, как снимать листья и ошпаривать их, чтобы они стали мягкими.

Орчиха взяла кочан, ловко срезала кочерыжку и опустила капусту в кипящую воду. Через несколько минут она начала снимать листья один за другим, аккуратно, чтобы не порвать. Керина сразу подключилась, повторяя движения, и вскоре возле них была целая гора готовых капустных листьев.

Я тем временем занялся фаршем. Орчиха прокрутила достаточно мяса оленя, но к нему я решил добавить и куриное. К тому же тушки от Михаря лежали в погребе, пора уже было их использовать. Быстро пропустил его через мясорубку, добавил мелконарезанный лук, чеснок, соль, перец. Всё это я вымесил руками, чувствуя, как фарш становится упругим и гладким.

— Рис пропарила, — сказала Грумхильда, ставя передо мной миску. — Перед тем как с капустой начали.

— Умница, — улыбнулся я и добавил рис в фарш. — Он приготовится быстрее и не разварится. Теперь нужно завернуть, приступайте, а я пока с подливой разберусь.

Пока они ловко паковали мясо в капустные конверты, я взял томатную пасту, разведённую в бульоне, добавил сметаны, муки, лаврового листа и душистого перца. Когда первый противень наполнился голубцами, я залил их соусом, накрыл крышкой и поставил в печь. Не забыл и про ману, как обычно, пожелав сытость и уют для гостей.

— Час — и будут готовы, — сказал я, вытирая пот со лба. — Теперь займёмся щами.

Орчиха уже процедила бульон и теперь чистила картошку. Я взялся за капусту и морковь, которые мы оставили, и достал свою системную тёрку, чтобы получилось тонкая соломка. Керина ловко нашинковала лук и, пока я занимался заправкой, обжарила его вместе с морковью на сковороде.

— В бульон, — скомандовал я, когда всё было готово. — Сначала картошка, потом капуста, через десять минут заправка. Соль, перец, лавровый лист.

Грумхильда подошла к котлу и заглянула внутрь.

— Пахнет вкусно, — сказала она. — Но у нас нет времени на долгую варку.

— Мы успеем, — ответил я. — Капуста молодая, она быстро сварится. Минут двадцать, и щи будут готовы.

Я добавил в бульон немного маны, чтобы щи стали блюдом, которое вернёт гостям силы после долгого дня. Правда, бдительная Система посчитала, что суп готовил не я и не дала мне опыта, а вот за голубцы я получил заслуженные 10 очков.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Голубцы в томатно-сметанном соусе»

Качество: превосходное

Свойства: сытость +20%, восстановление сил +15%, уют +25%

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 660/700

Ого! Ещё чуть-чуть и новый уровень! Настроение сразу поднялось, и появились силы работать.

— Готово! — воскликнула Керина, когда я достал противень с голубцами. — Красота какая! Так и не терпится попробовать, — она внимательно оглядела каждый. — Кажется, вот здесь капустный лист лопнул, может быть, мы его съедим?

— Ой, — Грумхильда картинно всплеснула руками, — действительно треснул!

Они переглянулись и подмигнули друг другу. Я кивнул, понимая, что они уже всё решили. Ничего, для гостей хватит.

— Ладно уж, — ответил я. — Тогда за это с вас ещё противень голубцов. И Грумхильда, попробуй суп, достаточно ли соли?

Орчиха зачерпнула ложку, подула и попробовала. Её лицо расплылось в улыбке.

— Вкусно, Марк! Честное слово, вкусно. Словно моя бабушка варила, когда я была маленькой.

— Отлично, с этим мы закончили, — я устало опустился на лавку, и через мгновение поднялся, дела ещё не были закончены.

В этот момент дверь кухни распахнулась, и влетел перепуганный Ник. Его лицо было бледным, а руки дрожали.

— Марк! — закричал он. — Людмила! Она всё ещё спит! Я пытался её разбудить, она даже не открыла глаза! Что ты с ней сделал⁈

— Тише, Ник, — я подошёл к нему и положил руку на плечо. — Так и должно быть, ведь я дал ей сонное зелье. Оно действует ровно столько, сколько нужно. Она видит сны, которые помогут ей понять себя. Поверь мне, это не опасно. Она проснётся, когда будет готова. Я прошу тебя — доверься мне. Я обещаю, с ней всё будет хорошо.

Ник смотрел на меня с сомнением, но его плечи немного расслабились.

— Ты уверен? — спросил он шёпотом.

— Абсолютно, — ответил я. — Лучше пока поспите до открытия. Ведь вы с Ником и так ночь глаз не сомкнули.

Ник кивнул, ещё раз посмотрел на меня и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Грумхильда проводила его взглядом и покачала головой.

— Марк, ты уверен, что всё так и будет? Он так за неё волнуется!

— Уверен, — сказал я. — Это ей нужно прежде всего. Сама подумай, она очень сильный маг, раз так просто заряжала артефакты. И скажи мне, сколько стоит одна такая услуга в Бешале? — она поморщилась и вздохнула. — Вот! Людмила сможет не только стать магом, но и отлично зарабатывать! Если только перестанет бояться. Этот страх сидит в ней так глубоко, что его просто так не вытащить. А пока давай сосредоточимся на работе. Скоро уже открытие. И где, кстати, Татьяна с Варварой?

— В зале они, Марк, готовят столы, мы всё успели сделать.

— Точно всё? А салат? Про салат-то забыли! — я хлопнул себя по лбу.

— Выдыхай, — Грумхильда усмехнулась, хитро прищурившись, и указала на полку. — Думала, что если ты не успеешь приехать, и поставила морковку по твоему рецепту. Помнишь, ты говорил, что нужно натереть, добавить масла, уксуса и специй? Я сделала в точности. Она уже настоялась, и, кажется, стала вкуснее, чем в прошлый раз.

Я подошёл к кадке, снял крышку, понюхал и улыбнулся. Аромат чеснока, масла и острых специй приятно ударил в нос. Прикрыв глаза, я добавил немного маны, чтобы и салат поднял гостям настроение.

— Грумхильда, — сказал я, оборачиваясь к ней, — молодец! Спасибо, что подстраховала. Тогда раскладывайте по тарелкам.

— Это моя работа, — ответила она с довольным видом. — А теперь, Марк, иди умойся и переоденься. А то выглядишь так, будто сам ночевал в том пожаре. Вон и чистый фартук сажей покрылся. Напомни мне, в следующий раз тебя на кухню в таком виде не пускать.

Чёрт, так спешил приготовить еду для открытия, что только руки помыл. Глянул в зеркало и усмехнулся. Красавец! Лицо в саже, волосы растрёпаны, а на рубашке сразу три пятна.

Я не успел выйти с кухни, как меня перехватила Варвара.

— Господин Винтер, — сказала она, — столы накрыты, тарелки расставлены, осталось только открыть двери.

— Открывай, — сказал я и поднялся к себе в комнату.

В спальне я обнаружил Бекона, который лежал на моей подушке и дрых, забавно посапывая. А я то всё думал, куда он делся? Мне и самому очень хотелось упасть лицом на кровать и не шевелиться хотя бы часа два, а лучше все пять. Но звуки с первого этажа быстро отогнали эту мысль.

Приведя себя в порядок, я вернулся на кухню. Бодрящий отвар, что ли, сварить? Я не успел додумать эту мысль, как Татьяна с Варварой забросали нас заказами. Мы с Грумхильдой в две руки раскладывали еду по тарелкам. Кажется, сегодня людей даже больше чем обычно! Или это я просто устал?

Ближе к середине вечера, я понял, что больше и шагу не смогу сделать. Поймал себя на том, что стою с занесённым половником, а орчиха мне что-то говорит. Мозг отказывался думать, а тело — шевелиться.

— Подмени меня на несколько минут, — вяло отозвался я. — Сварю бодрящего зелья.

— Давно пора, — проворчала Грумхильда. — Ты же ночь не спал! Ник и Рик уже поднялись и хотя бы похожи на людей. А ты — больше на призрака.

Взяв себя в руки, я поставил чугунок с водой на печь и почти на автомате набросал в него нужные травы. Даже не уверен, те ли положил. Но главное было же намерением, а не состав отвара. Так что в конце я грохнул сразу десять единиц маны для бодрости и выносливости.

Первую кружку выпил залпом, вторую отнёс Фёдору. Он принял с поклоном, стараясь держать покрасневшие глаза открытыми. И только отпил, так сразу шумно выдохнул и расправил плечи.

— Спасибо. Это вовремя, — кивнул он.

Ещё порции достались для охотников, а остальное я перелил во флягу. Нужно постоянно держать запас, а то не всегда может выпасть возможность сварить такой энергетик.

С этого момента всё пошло как по маслу. Варвара носилась между столами, записывая заказы. Татьяна, которая теперь тоже помогала в зале, подавала тарелки и убирала грязную посуду. Минотавр стоял за стойкой и разливал компот и собрал в сундучок деньги.

Из зала помощницы только и успевали передавать слова благодарности от посетителей. Да я и сам видел, как стремительно кончаются щи и голубцы. Морковка, которую приготовила Грумхильда, тоже стала хитом вечера — её заказывали отдельно, как закуску, и Варвара слышала, как посетители довольно обсуждали её между собой, а некоторые просили рецепт.

За пару часов до конца смены мы успели поставить ещё партию голубцов, а я немного выдохнул. Хотел даже проверить Людмилу, как вдруг на кухню влетела запыхавшаяся Варвара. У неё было очень довольное лицо, а на губах играла улыбка.

— Господин Винтер! — воскликнула она. — А вы ничего не имеете против бардов? Как раз пришёл один с лютней, хочет сыграть, не за деньги, представляете? Мол, что гости дадут, тем и сыт будет. Можно ему остаться?

— Был у нас как-то один певец, Марк, помнишь? — кивнула Грумхильда.

— Да, конечно, пусть остаётся, мне и самому интересно послушать, что он исполнит.

Я вытер руки о полотенце и вышел в зал, стараясь не привлекать внимания. Бард оказался молодым светловолосым мужчиной. Одет просто, но со вкусом. Он уже перебирал струны, затянув какую-то песню. Его низкий голос быстро заполнил помещение, заставляя гостей на мгновение оторваться от еды и повернуть головы.

Бард пел балладу о двух братьях. Сначала я не вслушивался в слова, а потом понял, о чём именно он поёт и напрягся. Песня была о двух братьях. Старший из них в юности покинул родной дом и уехал в столицу, чтобы поймать за хвост удачу. И ему удалось это, он сколотил состояние, обзавёлся связями и стал богатым, но его сердце никогда не забывало, откуда он родом. И вот когда его окончательно заела тоска по родным просторам, он вернулся в отчий дом.

Однако младший брат, который всё это время жил в семейном гнезде и не имел никаких талантов, не открыл двери брату. Мысли младшего были отданы злым силам, которые помогли ему стать сильнее и возомнить себя единственным наследником рода. Он никого не пускает на порог, требует, чтобы все называли его хозяином, и как дракон стережёт своё наследство, не имея на него никакого права. И теперь старший, который по праву должен был унаследовать всё, остался стоять перед закрытой дверью, потому что младший, ослеплённый жадностью и гордыней, не желает делить то, что ему не принадлежит.

— Вот же Андрей сволочь! — пробормотал я, прекрасно понимая, о ком говорится в песне.

Бард не успел закончить песню, как я уже шёл к его столику. И даже не пытался изобразить на лице любопытство. Мне нужно было выяснить правду об этой песне. Бард, увидев меня, ничуть не смутился, а наоборот, широко улыбнулся и отложил лютню.

— Добрый вечер, хозяин, — он поклонился. — Надеюсь, я не нарушил ваших правил? Лишь хотел развлечь гостей своей песней, а за это оплату не потребую. Разве что кто-то, — он обвёл взглядом зал, — захочет дать скромному барду несколько монет.

За соседними столиками началось шевеление, и вскоре на столе появились медяшки. Бард с достоинством поблагодарил каждого и повернулся ко мне, вопросительно изогнув бровь.

— Правил вы не нарушили, — кивнул я, присаживаясь напротив него. — Хотелось лишь узнать, кто вас нанял петь эту песню в моём трактире?

— Хозяин, это же молва народная! — он развёл руками и искренне рассмеялся. — Я бываю в разных местах, слышу разные истории. И когда я слышу такую, что западает в душу, то считаю своим долгом спеть её и другим. Вдруг она тронет и их сердца. Сказание о двух братьях я услышал в одной деревеньке, её пел скоморох на ярмарке. Так что увы, автора уже не найти. Вы почаще выходите из трактира, ведь её уже поют на рынках и пересказывают по вечерам у костров. Такая история достойна быть услышанной!

— Имя автора вы, конечно, не назовёте, — сказал я стальным голосом.

— Имя ему — народная молва! — с пафосом ответил бард и поднялся. — Надеюсь, и вам эта песня запала в душу, иначе бы, с чего вам так ей интересоваться? А теперь, простите, мне пора. В других трактирах меня уже ждут.

Он подхватил лютню, поклонился и, не оглядываясь, вышел за дверь. Я проводил его взглядом, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Гости почти не обратили внимание на наш разговор, поэтому я вернулся на кухню. Керина и Грумхильда с тревогой посмотрели на меня.

— Плохие новости? — спросила орчиха.

— Сложно сказать, — честно ответил я. — Бард хоть и ушёл, но это лишь начало. Он сказал, что это молва народная, и что песня уже гуляет по всей округе. Думаю, не он один поёт её в трактирах. Уж больно всё красиво складывается, — я рубанул ладонью воздух. — Вот тебе и родственник! Даже Свиридов и тот действовал чище!

— И что будешь делать? Чем мы можем тебе помочь? — Грумхильда сжала половник до белых костяшек.

— Завтра будете без меня. Сделаю с утра заготовки и поеду в Бешаль, хочу пообщаться с Каролиной, она точно в курсе, где и кто поёт такие песни. А дальше уже разберусь.

— А если не получится?

— С каких пор ты во мне сомневаешься? — недоумённо спросил я. — Я не для того столько работал, чтобы один чёрт с горы мне всю репутацию испортил!

— Марк! — возмутилась Грумхильда. — Тебя посетители готовы за твою еду на руках носить! Они каждый день приходят за ней сюда и уходят с улыбкой до ушей. Вспомни, как весь зал встал за тебя, когда пришли маги! Вот она — твоя сила! Думаю, если кто и слышал эту ахинею, то никогда бы не подумал, что это про тебя. А если и подумал, то не поверил.

— Спасибо, — кивнул я ей, — мне важно слышать эти слова. Но в город я всё равно поеду.

Грумхильда хмыкнула, но ничего не сказала. Она уже давно знала, что если я что-то решил, спорить со мной бесполезно.

Остаток вечера прошёл в привычной суете. Гости уходили и приходили, голубцы и щи расхватывали моментально, морковка тоже пользовалась популярностью. Варвара то и дело заходила с довольным лицом, рассказывая, что никто из посетителей не обсуждал песню барда, никому даже в голову не пришло, что это песня про владельца «Сытого Вепря». Это меня немного успокоило, но я понимал, что это лишь затишье перед бурей.

Охотники давно встали и суетились во дворе, таская воду и зерно лошадям. Когда Ник появился в дверях, он поймал мой взгляд и покачал головой. Людмила всё ещё спала. Интересно, что там у неё во сне происходит? Не поругалась ли с Виталиком?

Ближе к закрытию, когда котлы почти опустели, на кухню заглянул Гирт. Его одежда была покрыта пылью и опилками, на лице блестел пот, но глаза горели азартом. Он выглядел уставшим, но довольным.

— Винтер, — пробасил он, прислоняясь к дверному косяку. — Я пришёл сказать, что день был сложнее, чем я думал. Мы едва успели возвести стены. Компот твой, конечно, помог, но его вроде как будто не хватило. Жду завтра каши. От тебя.

Грумхильда услышала его слова, на мгновение замерла, а потом шумно выдохнула. Она понимала, что её готовка никогда не станет в один ряд с магией Очага, но ей всё равно было обидно за реакцию гнома.

— Будет тебе каша, Гирт.

— А компот?

— И компот, — я засмеялся, вспомнив «Операцию Ы». — А вот если зайцев принесёте, то будет каша с мясом, ну а если нет, тогда сладкую сделаю.

— Сладкую, говоришь? — гном с подозрением посмотрел на меня, но потом махнул рукой. — Хорошо! Пусть будет сладкая! Да мёду побольше положи! Мы хоть и уважаем дичь, но от сладкого никогда не откажемся, — он вдруг посмотрел на Грумхильду. — Уважаемая, а можно нам ваших пирожков? Торк просил принести.

— Ещё и пирожков им! — проворчала она, но щёки порозовели. — Вроде завалялась парочка.

— Торк сказал, — продолжил Гирт, — что если всё пройдёт хорошо, то мы можем взяться за гостевые комнаты в твоём трактире. Хочешь, перепланировку сделаем, хочешь — мебель новую поставим. А можем и баню! Ты только скажи! Мы за твои харчи и не такое готовы сотворить.

— Пока занимайтесь домами для рабочих, туда тоже мебель нужна, — усмехнулся я. — А ещё лучше, сходите к рыбакам, им новый сарай сделать нужно.

— Сходим, но потом, — кивнул Гирт и, махнув рукой артели, скрылся за деревьями.

А я вернулся к котлу, чтобы разлить остатки щей. За день мы продали почти всё, но благодаря уменьшенным порциям, можно и самим поужинать.

Через полчаса, когда последний гость покинул трактир, Варвара закрыла дверь и тяжело опустилась на лавку. Татьяна уселась рядом с сестрой, и обе выглядели так, будто у них больше нет сил даже зевнуть.

— Господин Винтер, — сказала Варвара, глядя на меня уставшими глазами. — Сегодня был длинный день, едва справились! Но все гости были довольными, а это песня для наших ушей!

— Тогда поешьте, — я поставил перед ними тарелки и крикнул в окно, — Ник! Рик! Идите за стол!

Поужинали все вместе, мало разговаривая, все силы уходили на работу ложками и вилками.

— А теперь я бы хотел вас поблагодарить, — ответил я, доставая сундучок с деньгами. — Вы сегодня отлично поработали.

Я отсчитал по пять серебряных монет и протянул их Варваре и Татьяне. Девушки удивлённо уставились на них, потом переглянулись и набросились на меня с благодарностями. Еле отбился!

— Пять серебряных! Господин Винтер, это слишком много!

— Нет, — твёрдо сказал я. — Вы хорошо работаете, гости довольны, а значит, вы эти деньги заслужили. Езжайте домой, и завтра я вас жду свежими и бодрыми! — перед охотниками тоже появилась такая же сумма. — Это ваша зарплата.

Рик хотел отказаться, но я настаивал:

— Вы же часть команды! Да и потом, в новый дом нужны новые занавески, и стулья, и…

— Мы поняли, — расхохотались они. — Нужно ещё чем-то помочь?

— Нет, идите к детям. Только запланируйте охоту, а то дичь быстро кончается.

Они одновременно кивнули и ушли во двор, чтобы проводить Варвару и Татьяну, а я повернулся к Грумхильде и Фёдору. Минотавр как раз поднимал лавки, чтобы было удобнее пол мыть, а Грумхильда складывала скатерти.

— А это ваша зарплата, — я вытащил по десять монет для каждого, а потом ещё по пять, — И чтобы было, на что продукты купить и новые скатерти.

— Зачем скатерти! — всплеснула руками Грумхильда. — Тарелки! Тарелки новые! И ещё сковородку! Точно! — она вернула мне три монеты. — Марк, раз в город поедешь, купи, а?

— Постараюсь, — я хохотнул и не тронул монеты. — Забирай, это на текущие расходы на трактир.

Грумхильда вздохнула, но взяла монеты и убрала их в карман.

— Спасибо, Марк, — пророкотал Фёдор, и в его голосе я услышал искреннюю благодарность.

Я уже собирался отнести тарелки на кухню, как на лестнице появилась Людмила. Сейчас выглядела иначе, словно не спала, а была в элитном спа-салоне, как это у женщин бывает? Посвежела так, что казалось, стала моложе лет на пять, как минимум. Даже взгляд изменился, сияя мягким светом. Она увидела меня и впервые по-настоящему улыбнулась. Я не увидел в этой улыбке ни единой тени прежней снисходительности.

— Марк, — сказала она тихо. — Спасибо тебе и прими мои извинения за то, что не верила и накричала на тебя. Я видела столько странных снов! Кто-то очень хороший мне всё время твердил, что я могу не только заряжать артефакты, что это ерунда. Теперь я вижу магию и поэтому хочу продолжать обучение.

— Людмила! Ты проснулась! — из дверей вылетел Ник и одним махом оказался рядом с ней. — Как же я рад. Ты в порядке? Всё хорошо? Ничего не болит?

— Да дай ты ей хоть слово сказать, — проворчала Грумхильда.

— Всё хорошо, дорогой, — нежно ответила она и положила голову на плечо к мужу. — Давай прогуляемся.

Они спустились и почти уже вышли из зала, как Людмила обернулась ко мне.

— Спасибо ещё раз, — едва слышно сказала она. — Я сохраню твою тайну.

И они ушли, оставив меня с едва не упавшей на грудь челюстью. Виталик! Что ты ей наговорил⁈ Тот, словно услышал мои мысли, и выплыл дух с довольной физиономией. Мне кажется, Бекон выглядит более хмурым после полной плошки сметаны.

Я кивнул ему на второй этаж и, когда мы остались вдвоём, не считая кота, сразу же спросил про сны Людмилы.

— Да всё нормально! Чего ты хмурый-то? Я же говорил — стоит только дать человеку шанс, и он сам поймёт, что ему нужно. Ты только что превратил её из обычной женщины в мага.

— Она теперь видит магию. Мою, Бекона, еды, Очага. Всю!

— А ты что думал? Она же сильная магичка. Но, можешь сказать мне спасибо, она никому и слова не скажет. Взял с неё клятву.

С трудом не закатив глаза, я опустился на кровать и погладил кота. Тот зевнул во всю пасть и перевернулся на другой бок. Чтоб я так спал! Виталик махнул мне рукой и исчез в стене.

А что у меня с квестом-то? Открыл системный интерфейс и проверил квест «Откройся и не прогори III». Цифра 755/2000 приятно грела душу. Неплохо для пары дней.

— Как только гномы закончат строить, — прошептал я, гладя кота по голове, — и в трактире будет меньше народа, то я сразу займусь Блюдом Хранителя. Время ещё есть.

Бекон фыркнул и перевернулся на спину, подставляя живот. Я улыбнулся и выключил свет. Завтра мне нужно будет успеть всё и сразу.

Утром встал на час раньше обычного. Бекон бодро мявкнул и побежал на кухню, обогнав меня ещё возле дверей комнаты. Знал, что я собираюсь готовить, а значит, и ему что-нибудь перепадёт. Так что он сразу запрыгнул на лавку и требовательно стукнул лапой по столу.

— Будешь сметану? Или чего-нибудь ещё?

Перед глазами появился образ рыбины. А ведь точно! Я же обещал детям приготовить пойманную рыбу! Совсем из головы вылетело! Вот с этого и начну.

Сходил за ними в погреб, хотел одну оставить, но решил, что когда дойдёт до Блюда Хранителя, эта рыбина будет годна только на выброс. Зажарю их на манер карасей, тем более они были такие же маленькие. Это заняло всего пятнадцать минут, и после я их оставил под крышкой. Проснутся, будет им угощение, вчера я никак бы не успел приготовить обещанное Грумхильдой детям блюдо.

— Мяу? — подал голос Бекон.

— Да, точно, твоя порция! — я вытащил одну из сковороды, размял и положил ему в плошку. — Одну, остальное детям, хорошо?

— Мряв!

Разобравшись с самыми срочными делами, я приступил к каше для гномов. Разжёг печь, поставил на неё большой котёл и задумался, а ягоды для него остались хоть? Мы же компоты варим постоянно, но когда зашёл в кладовую, увидел орехи. А что! Отличная идея! Как-то Грумхильда варила мне такую на завтрак, туда и мёд хорошо пойдёт.

— Пшено, — сказал я коту, доставая мешок. — Гномы любят его, и если добавить масло, мёд и орехи, до самого вечера не устанут.

Я трижды промыл крупу, чтобы каша не горчила, залил водой и молоком в равных долях, посолил и отправил томиться на медленном огне. Пока каша доходила, я поджарил на сухой сковороде полкилограмма грецких орехов. Снял, как только появился тёплый маслянистый запах. Затем крупно порубил их ножом.

Когда пшено стало мягким, но сохранило форму, я снял котёл с огня, добавил щедрую порцию сливочного масла и мёда. Перемешал, всыпал орехи. Ух! Какой запах! Сейчас весь трактир встанет на ноги от него! В конце добавил пять единиц маны, а там и «Мана-Повар» сработал.

Система подсветила, что качество улучшилось, и каша получила бонусы к выносливости, скорости и бодрости. Я не удержался и зачерпнул целую ложку. Едва проглотил, как внутри разлилось тепло и сразу захотелось сворачивать горы.

— То, что нужно! — довольно пробормотал я, отставляя котёл на самом краю печи.

Теперь нужно приступить к бульону. Сегодня мудрить не буду и повторим вчерашнее меню. Правда, на этот раз щи будут из говяжьих костей, а не оленя, но вкус будет таким же насыщенным. Я поставил на печь самый большой котёл с водой и закинул туда кости, лук, морковь и лавровый лист. Всё это должно было вариться не меньше часа, чтобы бульон стал крепким и ароматным.

— Марк! — раздался голос Грумхильды с лестницы. — Ты уже здесь? Я думала, ты ещё спишь!

— Я рано встал, — ответил я не оборачиваясь. — Хотел успеть до прихода гномов. Каша для них готова, и уже поставил бульон на щи.

Орчиха спустилась вниз, уже одетая, и подошла к котлу с кашей, принюхалась и сразу потянулась за ложкой. Её реакция была схожей с моей: плечи расправились, а в глазах мелькнули искорки.

— Марк, я недовольна!

— Это чем ещё? — удивлённо моргнул я.

— Почему ты нам не варишь такую? Мы с ней не то, что меню из трёх блюд, сразу из десятка позиций бы сделали!

— Увы, моя сила не безгранична, но намёк понял, буду варить на всех.

Сам мысленно отвесил себе подзатыльник. Я-то привык, что бодр и полон сил из-за магии Очага, а про остальных не подумал. Нет, это нужно прекращать. Тем более, это всего дополнительный десяток порций. Я посмотрел на котёл с кашей и решительно зачерпнул из него половником. Сегодня же буду в Бешале, а сколько это продлится, не знаю, а команде нужны силы.

— Гномы придут, добавь немного молока, чтобы такой густой не была, — сказал я, как только наполнил небольшой чугунок. — А это вам на завтрак. Детям я рыбу нажарил, вон там стоит.

— Отлично, а на второе что делать?

— Голубцы. Соус я сделаю, фарш помогу накрутить, сделаем как вчера, с мясом курицы. А потом сами.

— Сделаем всё в лучшем виде! Кстати, а что с поставщиком овощей? — спросила орчиха, вынося из кладовой капусту.

— Вот этот вопрос я тоже собираюсь решить, должны уже были доставить.

Сделать все заготовки я успел меньше чем за час. Сразу добавил ману в мясо и в бульон, чтобы уже быть спокойным. Когда встала Керина, она с орчихой получили от меня задания. Вот теперь можно было ехать в город.

— Кота своего забери, — крикнула мне вслед Грумхильда.

Я удивлённо обернулся, потому что кот уже сидел со мной рядом и хитро улыбался.

— Опять сыр стащил, что ли?

Бекон состроил невинную морду и запрыгнул на Буяна, которого вывел из конюшни Фёдор. Я кивнул минотавру, и мы с котом отправились в Бешаль.

В городе я нашёл главу банды пацанят быстро. Она стояла у прилавка с мёдом и о чём-то беседовала с торговцем. Я спешился и махнул ей рукой. Увидев меня, Каролина быстро завершила разговор и подошла.

— Винтер! Сам? Да ещё с такой охраной? — она кивком поздоровалась с Беконом. — Какими судьбами?

— Вопросов много, — сказал я. — В том числе и про обещанного поставщика овощей. Он должен был приехать ещё вчера, но так и не появился.

— О, как. Странно! Старик Григорий меня никогда не подводил, — удивилась она. — Поехали, заскочим к нему, вдруг что-то случилось?

Каролина вывела из-под навеса маленькую лошадку, мы забрались в сёдла и двинулись через весь город, чтобы потом свернуть на пыльную дорогу. Бекон забрался мне под куртку и высунул голову. Его очень интересовали пролетающие мимо кусты.

Через полчаса мы подъехали к небольшому домику, окружённому аккуратными грядками. На крыльце сидел старичок с белыми как лунь, волосами и соломенной шляпе. Он был худым и низеньким, с добрыми глазами, которые смотрели на нас с удивлением. В одной руке он держал моток верёвки, в другой — молоток.

— Ой-ой-ой, — запричитал старик, увидев нас, и в голосе его звучала такая тягучая, медленная речь, как будто он каждое слово пробовал на вкус. — Каролиночка! Деточка! Помню про товар! Прости уж меня! Никак не мог приехать! Телега-то сломалась! Ох-хо-хо…

— Здравствуйте, дедушка, — сказал я, спрыгивая с коня. — Я Марк Винтер, трактирщик. Это вы для меня овощи подготовили, — я заглянул в телегу, машинально проверяя качество. — Что случилось-то?

Старик заохал-заахал, замахал руками, и я понял, что без помощи не обойдётся.

— Да всё оно, родимый, развалилось! Колесо-то разлетелось, ось треснула… Я уж и не знаю, что делать! А овощи-то, они ж не ждут, они ж портятся! Ох-хо-хо… Вот только успел разгрузить половину товара, и вы как раз пришли.

Я подошёл к телеге и осмотрел её. Действительно, колесо было разбито вдребезги, а ось держалась на честном слове. Ну, посмотрим, на что годятся мои бонусы к силе от Системы.

— Дедушка, — сказал я, закатывая рукава, — давай инструменты, я сейчас всё починю.

Старик засуетился и принёс мне целый ящик с инструментами. Я быстро снял разбитое колесо, нашёл подходящую доску, отпилил нужный кусок и начал чинить телегу. Каролина и Бекон с любопытством за нами наблюдали, не вмешиваясь, но постоянно друг с другом переглядываясь.

Через двадцать минут всё было готово. Я вытер руки о штаны и повернулся к старику.

— Готово, дедушка. Теперь можно загрузить овощи обратно.

— Ой, да как же ты так быстро-то! — всплеснул он руками. — Я к ней и так, и эдак, но годы уже не те. А ты, ишь, за двадцать минут справился!

— Я тренированный, — усмехнулся я и перевёл взгляд на дедову клячу.

На вид довольно потрёпанная лошадка, кажется, даже старше моей Тефтельки. Кобыла покосилась на ящики с овощами и тряхнула головой, мол, я это не дотащу!

— Что-то я не уверен, что она справится, — с сомнением отозвался я.

— Ох-ох-ох, — запричитал старик. — Сойка уже старая, но крепкая, не смотри, что шерсть блёклая. Но товар нужно забрать весь, — он глянул на Буяна. — Твой вот конь точно сдюжит.

— Нет, дедушка, мой конь мне и так послужит, под седлом, — я подумал мгновение. — Мне нужно ведро воды, зверобой, подорожник и немного мёда. Сейчас попробуем помочь вашей Сойке.

— Ой, конечно-конечно! — старик заковылял в дом и вынес ведро, за ним вышла старушка с мешочками трав.

Я уже понял, что дело не в том, какое блюдо делаю, а в том, с каким намерением добавляю ману. Мог и обойтись одной водой, но лучше уж с лекарственными травами. Эффект лучше. Да и потом, вдруг лошадь ещё и больна? Короче, бонусы со всех сторон. Сильно заморачиваться не стал, мелко порвал травы и забросил в воду. Дальше дело техники, точнее, маны.

Не прошло и минуты, как перед глазами появилось заветное сообщение Системы:

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Укрепляющий напиток для Сойки»

Качество: хорошее

Свойства: восстановление сил +20%, бодрость +15%, выносливость +10%

Вы получаете 5 опыта

Текущий опыт: 665/700

— Пей, красавица, — я подставил кляче ведро. — Будешь сильная и здоровая!

Сойка выпила воду с жадностью, потом встряхнула головой, и в её глазах загорелся азарт. Вот теперь она точно потянет такой груз!

— Спасибо, дедушка, — сказал я, отдавая старику деньги. — Телегу с Сойкой обратно мой минотавр привезёт.

Я забрался на телегу и тронул поводья. Буян с котом и Каролина на своей лошадке двинулись следом.

— Видно, ты не только готовить умеешь, Винтер, — усмехнулась Каролина. — Ещё и плотник, и ветеринар, оказывается

— Приходится, — ответил я, и мы двинулись обратно.

Пока мы ехали, я рассказал ей о вчерашней ситуации с бардом и своих мыслях, что это всё дело рук Андрея.

— Да, я слышала такие песни, — Каролина помрачнела. — Кроме этого, ходят слухи, что появился некий лорд Винтер, который хочет восстановить справедливость. Он ищет людей, которые готовы выступить против тебя. Хотелось бы посмотреть на этих дураков.

— Вот же чёрт, — поморщился я. — Что ещё?

— Особо порадовать нечем, я продолжу следить. А ты, Винтер, будь осторожен, этот твой родственничек явно играет грязно.

Мы разъехались у городской площади, и я направился в сторону трактира. Прохожие провожали нас взглядами: ещё бы! У кота свой конь! Бекон в ответ довольно скалился.

И вдруг перед глазами вспыхнуло сообщение Системы. Я чуть не выронил поводья.

Внимание!

Репутация снижена на 5 единиц

Внимание!

Активирован квест: «Мелодия правды»

Цель: найти и переубедить трёх бардов, распространяющих лживые песни о тебе и твоём трактире

Условия выполнения: найти трёх бардов, переубедить их или нейтрализовать до начала судебного слушания

Локации поиска: трактир «Золотой лев» в Бешале, ярмарка в соседней деревне, в придорожной таверне у старого тракта

Награда за выполнение: за успех с каждым бардом +10 репутации, за всех трёх +50, опыт, подарок, репутация

Штраф: за провал, за каждого барда −10 репутации, при провале всех трёх −50 репутации

Текущий прогресс:

Найдено бардов: 0/3

Переубеждено: 0/3

Осталось времени до суда: 5 дней

До какого, к чёрту, суда⁈ Да он рехнулся, что ли⁈ Какой суд, я же законный владелец земель!

— Каролина! — я резко обернулся в ту сторону, куда она ускакала. — Стой!

Главарь банды лихо развернула лошадку и приподняла брови, не сделав ни шагу. Я вытащил сразу три монеты и нахмурился. Это произвело на Каролину впечатление, и она быстро подъехала ко мне.

— Что случилось, Винтер? — она поглядывала на деньги.

— Для тебя есть важное поручение, — я на миг задумался, — бардов я найду сам. Думаю, что Андрей пойдёт на крайние меры и подаст на меня в суд по определению права на земли или наследство, точно сказать не смогу.

— Уверен? — она прищурилась.

— Уверен. Займись этим, в срочном порядке, — я бросил ей монетки, и она поймала их на лету. — Мне нужна информация через три дня.

— Ишь ты, ты много хочешь!

— Я знаю, что ты это сможешь сделать, и заплатил за это.

Внимание!

Активирован квест «Истинный наследник»

Цель: найти доказательства против Андрея Винтера

Награда: опыт, репутация, подарок

Штраф: потеря земель Винтеров и трактира

Осталось времени до суда: 5 дней

Да что за рог изобилия, чёртовых квестов⁈ Система, ты рехнулась⁈

— Ты чего застыл, Винтер? Ещё мысль хорошая пришла? — ехидно спросила Каролина.

— Мяу? — в тон ей подал голос Бекон.

— Всё нормально, — отмахнулся я и огляделся. — Где тут гонцы?

— Возле ворот спроси Максимку, он что хочешь довезёт, — она махнула рукой на прощание и профессионально исчезла в толпе.

Я тронул поводья, и Сойка неторопливо потащила телегу к выезду из города. Бекон не слезал с Буяна и временами оглядываясь на прохожих, будто проверяя, все ли его уже увидели. У ворот я быстро нашёл нужного мне пацанёнка, сунул ему несколько монет с запиской для Фёдора и поручил доставить телегу с Сойкой до трактира. А мне нужно было срочно найти бардов, благо «Золотой лев» рядом. Оставив Буяна у коновязи при трактире, я глянул на кота.

— Бекон, ты со мной? — спросил я, хватаясь за ручку дверей.

— Мряв! — ответил он, вцепляясь когтями в мою куртку и перебираясь на плечо.

Внутри «Золотой лев» встретил меня совсем иной атмосферой, чем та, к которой я привык в «Сытом Вепре». Я переступил порог и на мгновение зажмурился от яркого света золочёных светильников, которые отражаясь в зеркалах. Бекон тоже прищурился, прижал уши и недовольно чихнул.

Бархатные портьеры на окнах, резные дубовые панели на стенах, белоснежные скатерти на столах, но эта показная роскошь была пропитана запахом прогорклого масла, ароматом дешёвых духов и застоявшейся пыли.

Мой профессиональный нюх выхватывал детали: пережаренное мясо, подгоревший лук, кислое пиво. Даже не видя кухни, я мог сказать, что там творится настоящий хаос.

Хотя особо некому было насладиться этим букетом, ведь в зале, который был больше, чем у меня в трактире, сидели лишь трое. Подавальщики в ливреях скучали у стен, изредка поглядывая на часы. Эту и без того тоскливую обстановку не разбавляли даже неумелые попытки барда сыграть очень знакомую мне песню.

Он сидел за дальним столиком и неумело держал лютню в руках. Если честно, этот мужчина вообще не был похож на барда. Толстый, с красным лицом и сальными волосами, с хриплым и противным голосом. Он пытался вытягивать песню на манер баллады, но у него получалось скорее блеяние старого барана.

Бекон у моих ног оскалился и издал низкий, угрожающий рык. Кот явно не одобрял ни певца, ни его песню. Я с ним был согласен, этим пленников только пытать, а не гостей развлекать.

Я подошёл к столику барда и сел напротив, даже не спросив разрешения. Бекон уселся рядом со мной и уставился на барда немигающим зелёным взглядом, от которого толстяку стало явно не по себе.

— Добрый день, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — У меня к вам разговор.

Бард на мгновение замер, оборвав свою песню, потом растянул губы в масляной улыбке:

— О, а я вас знаю! Вы же Марк Винтер, хозяин «Сытого Вепря»! Вы вовремя, — он подмигнул, — слышали, какая славная песня? Народу нравится.

Он кивнул на троих посетителей трактира, которые, как мне показалось, посмотрели на меня с благодарностью. Я же отвлёк барда, и он перестал петь.

— Лучше бы не слышал, — кивнул я, не сводя с него глаз. — Бард из вас, как из моего кота танцовщица. Фальшивите, ноты путаете, слова переврали, а лютню так вообще, впервые в руках держите, — я прищурился. — Я же прав, вы никогда раньше этим не занимались.

Бекон подтверждающе мявкнул, и бард вздрогнул, покосившись на кота. Кот сидел с таким видом, будто лично собирался вынести вердикт о его певческих талантах.

Бард поморщился, улыбка сползла с его лица, но инструмент он прижал к себе, как последнюю соломинку. Он хотел возмутиться, но я перебил его, положив на стол несколько монет.

— Думаю, этого количества хватит, чтобы вы перестали мучить людей и нашли работу по призванию, — сказал я, складывая из серебряных стопку. — А ещё лучше, — я положил ещё одну сверху, — если вы забудете эту песню и скажете мне, кто вам её поручил исполнять. Люди должны знать злодеев в лицо.

Бард посмотрел на деньги, и в его глазах мелькнула жадность. Пальцы уже потянулись к монетам, но я прикрыл их ладонью. Бекон тоже шагнул вперёд, положил лапу на край стола и пристально уставился на барда.

— Сначала имя заказчика и лютню.

— Я не знаю его имени, — бард побледнел, и его взгляд заметался по залу, через мгновение я услышал то, за чем пришёл. — Он появился вчера вечером. Высокий, худой, с острыми чертами лица. Дал текст песни, сказал, что люди должны узнать правду про Винтеров. Заплатил серебром, — судя по его взгляду на монеты, я перебил ставку в два раза. — Добавил, что будет платить, если я продолжу. Я не спрашивал, кто он! Мне нужны были деньги!

— Забирайте, — я убрал руку и потянулся к лютне. — Ещё раз услышу, что вы поёте, приду уже не с монетами.

— Мряв! — грозно добавил Бекон.

Бард быстро сгрёб деньги, кивнул и, не говоря ни слова, выскользнул из трактира. Бекон проводил его взглядом, фыркнул и запрыгнул ко мне на плечо. Я же забрал инструмент и поднялся.

Перед глазами вспыхнуло голубое свечение:

Внимание!

Квест «Мелодия правды» обновлён!

Найдено бардов: ⅓

Переубеждено: ⅓

Репутация +10

Я хмыкнул, это было несложно. Бекон одобрительно мявкнул, будто говоря: «Неплохо, хозяин, двигаем дальше». Кивнул, мы направились к выходу. У самых дверей я сунул лютню одному из подавальщиков и покинул трактир.

В планах было выполнить весь квест за один день, чтобы как можно меньше времени эта песня гуляла среди людей. Можно было, конечно, написать другую и получше, в свою пользу, но мне в детстве медведь на ухо наступил, да и не хотелось тратить на это силы. К тому же это могло вызвать лишь новую волну сочинений, с которыми будет сложнее разбираться.

Мою задачу облегчало то, что в моём трактире я всё подготовил, и можно было переживать, что гости останутся голодными. Поэтому после «Золотого льва», я вскочил на Буяна и направился к старому тракту, где, по квесту, засел второй певец. Бекон устроился у меня за пазухой, высунув только морду, ему было интересно смотреть на новые места.

Дорога до придорожной таверны заняла около часа, я уже слышал об этом заведении от Грумхильды. Уже издалека я заметил кривую вывеску. Название «Кривая корова» говорило само за себя. Интересно, что было раньше: название или покосившийся угол здания? Я остановил Буяна у коновязи, привязал его и вошёл внутрь. Здесь было довольно людно, запахи получше, чем в «Золотом Льве», да и публики побольше. Впрочем, Бекон, который привык к кухне высокого уровня, решительно отказался заходить внутрь и остался на пороге.

К слову, бард здесь тоже был поприличнее. Его сильный голос разносился по трактиру, заполняя каждый уголок зала. Бард был молод, худощав, с длинными тёмными волосами, и держал лютню так, будто она была продолжением его тела. Кажется, деньгами его на свою сторону не переманить, нужен какой-то другой подход.

Я дождался, пока он закончит песню о какой-то девице, подошёл к его столику и сел напротив. Бард удивлённо поднял брови и посмотрел на меня с явным высокомерием.

— Вы мешаете мне петь, — холодно сказал он. — А я этого не люблю, — он вдруг наклонил голову к плечу и прищурился. — Мне кажется, у меня есть для вас одна песня. Вы же Марк Винтер, правильно?

— Да, всё верно, — кивнул я, не реагируя на его тон. — Я знаю, что за песню вы поёте.

— Младший брат, дракон и тот, кто продался тёмной силе, — бард усмехнулся и посмотрел на меня с насмешкой. — Удачно вы заглянули, как раз собирался исполнить эту песню. Или вы пришли, чтобы угрожать мне, а может, предложить денег, чтобы я замолчал?

— Деньги вам не нужны, — покачал я головой. — Вы поёте не ради них, а ради искусства. Впрочем, у меня есть что вам предложить.

Я замолчал и уставился на свои руки, а бард вопросительно на меня посмотрел и поднял брови. А когда я не отреагировал, подался вперёд:

— И что именно?

— Так вам интересно? — лениво спросил я. — Предлагаю обмен. Одна песня на две других, гораздо интереснее. Думаю, в этих краях такие никто не слышал. Старые легенды из дальних краёв о дружбе, любви и войне.

— Пять! — бард посмотрел на меня в упор.

— Две, — ответил я со скукой, мысленно радуясь его интересу. — Хотя можно ещё и про проклятое кольцо.

— Четыре! — не унимался бард.

— Три и имя заказчика.

Бард возмущённо стукнул по столу кулаком, что кружка подскочила. В его глазах уже горел огонь новых песен.

— Согласен!

— Согласны забыть песню про братьев и скажете, кто сделал заказ?

— На три песни! — он взял в руки лютню. — Начинайте! И если я пойму, что это простые старые байки, то значит, вы нарушили договор!

Мысленно усмехнувшись, я выдал ему три истории. Про кольцо, что сулило власть над всем миром, но тому, кто его надевал, приносило лишь беду. Оно требовало жертв и ломало судьбы, но нашлись те, кто решил его уничтожить навсегда, зная, что обратного пути уже не будет.

Вторую — про старую крепость, что стояла у края пропасти, где воины забыли старые распри и встали плечом к плечу против бесчисленной орды. Они знали, что не увидят рассвета. Каждый из них стал легендой, выбрав умереть стоя, а не жить на коленях.

Третью — про последнюю битву, когда казалось, что тьма вот-вот поглотит мир. Но один маленький герой, который сделал то, что другим было не под силу. Не оружием, а верностью своему слову и тем, кого любил.

Я замолчал и посмотрел на барда. Он сидел, не дыша, его пальцы замерли над струнами. Глаза горели, и я видел, как внутри него рождаются образы — таких историй он никогда не слышал в этих краях.

— Чёрт возьми… — выдохнул бард. — Где вы это взяли? Я никогда не слышал ничего подобного.

— Это моя тайна, — сказал я. — Не забудьте про наш договор. Никакой больше песни про братьев. Кто заказал её?

Бард посмотрел на меня долгим взглядом, потом усмехнулся и кивнул:

— Худой, с острыми чертами лица. Он приходил сюда три дня назад, платил серебром и рассказал мне историю про братьев. Я её переложил на мелодию. Всё просто.

— Теперь у вас есть другие песни, — я поднялся.

Бард кивнул, потерял ко мне интерес, тихо повторяя мои слова и перебирая струны.

Внимание!

Квест «Мелодия правды» обновлён!

Найдено бардов: ⅔

Переубеждено: ⅔

Репутация +10

Бекон, дождавшийся конца разговора, подошёл ко мне и потёрся о ногу, довольно мурлыкая. Кот явно одобрял такой способ ведения переговоров — без крика и угроз, сплошное искусство.

Я выдохнул. Остался последний. Бекон запрыгнул ко мне на плечо, и я погладил его по голове.

— Третий бард на ярмарке в соседней деревне, — сказал я ему. — Два часа езды, успеем ли мы застать его там?

Кот фыркнул и ткнулся носом в мою щёку, мол, конечно, успеем, не дрейфь.

— Буян, — я забрался на гнедого и пересадил кота на седло. — Нужно успеть до заката.

Буян решительно всхрапнул и с места взял в галоп. К тому моменту, когда я въехал в нужную деревню, солнце уже намекало, что мой трактир давно работает. А вот ярмарка уже сворачивалась, и повсюду стояли телеги, что едва удавалось проехать на коне. Торговцы убирали товары, зрители расходились, а дети, уставшие от шума и сладостей, плелись за родителями. Я проехал через всю площадь, но барда нигде не было видно.

— И где я его теперь искать? — пробормотал я.

— Мяу! — Бекон на моих коленях приподнял голову, навострил уши и вдруг указал лапой в сторону старого амбара на краю деревни.

— Там? — спросил я, и кот утвердительно тряхнул хвостом.

Я направил Буяна в ту сторону. Внутри пахло сеном и прелыми овощами, а в самом углу собирал вещи знакомый бард. Именно он пел в моём трактире, и с него началась эта история. Его лютня лежала на ящике, а в руках молодого человека был увесистый мешочек с деньгами.

— Как ты меня нашёл? — удивился он, и в его голосе послышалась насмешка. — Забыл слова песни? У меня лютня настроена, могу повторить.

Я подошёл ближе, Бекон спрыгнул с моих рук и сел рядом, настороженно глядя на барда. Тот даже не смутился кошачьего взгляда — напротив, улыбнулся ему и подмигнул.

— Ты знаешь, кто я, — сказал я, стараясь говорить ровно, хотя усталость уже давала о себе знать. — И знаешь, зачем я здесь.

— Знаю, — кивнул бард, он сел и начал перебирать струны. — Пришёл требовать, чтобы я замолчал. Или заплатить, чтобы я пел другое. Правильно?

— Неправильно, — ответил я. — Ты не нуждаешься в деньгах, и неглуп, я понял это ещё в трактире. Поэтому я не буду предлагать тебе ни того ни другого.

— О! Тогда зачем ты приехал? — бард удивлённо поднял брови. — Просто посмотреть на меня? Так вот он я, можешь теперь уходить с миром.

— Зачем тебе это? — я не двинулся с места.

— Что «это»? — его рука замерла над струнами.

— Зачем петь лживую историю, если знаешь правду?

Бард молчал несколько секунд, потом усмехнулся и пожал плечами.

— И что с того? Это весело. Ты не представляешь, как скучно в этой глуши! А тут — интрига, борьба, настоящая драма! Я пою — и люди собираются, спорят, перешёптываются. Они начинают чувствовать себя частью чего-то важного. И меня это заводит, — он улыбнулся шире. — Мне просто весело, Винтер. Понимаешь?

Я смотрел на него и вдруг понял, что он не врёт. Ему действительно было плевать на правду, на деньги, на Андрея. Он просто наслаждался зрелищем.

— Тогда у меня к тебе деловое предложение. Такое, что тебе будет ещё веселее. Обещаю, что публика будет требовать твоих песен, — спросил я, обдумывая одну интересную идею.

— Да что ты можешь мне такого предложить? — он картинно всплеснул руками, но я успел увидеть блеск интереса в глазах.

— Песня с продолжением, можно сказать, с интригой, чтобы зрители платили деньги за продолжение. Обрываешь песню на самом интересном, а продолжение уже на следующий день или за отдельную плату.

— Странный подход, — протянул он, — и что с того? Почему я не должен сделать то же самое и с твоей историей?

— Потому что правда в ней гораздо интереснее. Предлагаю обмен, — я прищурился. — Ты станешь первым, кто будет петь её, но не в лоб, а с постоянной интригой. Про мой трактир, про подлинную историю Винтеров, про мальчика, который получил свой дар после смерти деда. Про дриаду, гномов, поиски истины. Опираясь на это, ты будешь плести кружево истории, а люди будут приходить в «Сытый Вепрь» услышать продолжение. Ты станешь известен, как рассказчик, и главный хитрец мира бардов. Это же веселее, чем петь чужие глупости, правда?

Бард задумался. Его пальцы снова коснулись струн, и он сыграл короткий аккорд.

— Я должен буду сам придумать текст и мелодию, — заявил он.

— Дам тебе лишь основу и главные вехи, а то, что происходит между ними и как они шли, отдаю на твою фантазию. Ты перестанешь быть инструментом в чужих руках, а будешь первым и единственным бардом, который споёт историю Винтеров честно.

Он смотрел на меня долго, изучающе, и в его глазах я видел, как внутри него что-то меняется. Он уже не улыбался — он размышлял.

— А если я откажусь? — спросил он тихо.

— Ты продолжишь петь ложь, и я найду способ заткнуть тебя, — ответил я честно. — Я защищаю свой дом, и предпочёл бы, чтобы ты был на моей стороне. Выбор за тобой.

Бард усмехнулся, потом расхохотался — громко, искренне, запрокинув голову.

— Чёрт, Винтер! Да ты не просто повар, ты ещё и дипломат! — он встал и протянул мне руку. — Идёт. Я согласен. Но если твоя история окажется скучной, я уйду.

— Не окажется, — ответил я, пожимая его руку. — Все мои истории имеют отличный вкус, я же повар.

Бекон, наблюдавший за нами со стороны, одобрительно мявкнул и подошёл к барду. Мужчина удивился, но наклонился и погладил кота.

— Он у тебя тоже дипломат, — заметил бард.

— Он главный помощник, — поправил я.

Перед глазами вспыхнуло уведомление:

Внимание!

Квест «Мелодия правды» выполнен!

Все три барда нейтрализованы

Награда: опыт 50, репутация +50, подарок

Текущий опыт: 15/800

Поздравляем! Вы достигли 7 уровня!

Хоть одна хорошая новость за последние дни! У меня даже настроение улучшилось. Сразу залез в Систему, чтобы взглянуть на свои параметры:

Имя: Марк Винтер

Уровень: 7 (Опыт: 15/800)

Мана: 190/200

Сила: 9

Ловкость: 13

Выносливость: 12

Интеллект: 14

Вы получили: 3 свободных очка характеристик, 1 Подарок

Доступно для улучшения: Сила, Ловкость, Выносливость, Интеллект

Выглядит отлично. На этот раз я решил увеличить Силу на 2 очка и Интеллект на один, ведь впереди суд с Андреем. Мне нужно быть готовым.

Распределение подтверждено:

Сила: 11

Интеллект: 15

По телу прокатилась лёгкая судорога, мышцы скрутило и выпрямило, даря ощущение какого-то невероятного могущества. Да я сейчас бы колесо смог поменять у телеги, не разгружая её! Бекон посмотрел на меня, одобрительно мявкнул.

Я глянул и на его параметры, вдруг они тоже подросли?

Объект: Бекон

Вид: Кот магический (фамильяр)

Особенности: Связь с хозяином

Уровень связи: ⅘

Параметры:

Сила: 8

Ловкость: 9

Интеллект: 9

Выносливость: 7

Навыки:

Пассивный: Обжорство 6 уровень

Активный: Мыслеобразы 3 уровень

— Бекон, да ты молодец! — погладил я кота. — Твои характеристики тоже выросли.

— Мяв!

Перед глазами мелькнул образ здоровенной тарелки с пельменями, он быстро сменился на жареную курицу. Последним видением кот показал мне пустой трактир.

— Да, ты прав, дружище, пора возвращаться, — я задумчиво посмотрел на темнеющее небо и вдруг застыл. — Нет, стоп, забыл посмотреть подарок!

Затаив дыхание, я нажал на иконку в интерфейсе.

Внимание! Вами получен подарок: «Печной артефакт»

Качество: редкое

Тип: одноразовый артефакт улучшения

Параметры для улучшения: увеличение рабочей поверхности на 30%, уменьшение расхода топлива

Для активации необходимо бросить артефакт в огонь выбранной печи

В руке появился увесистый медальон с изображением печи. А вот этот подарок для трактира самое то! Теперь можно не устраивать костёр на улице, всё на печь влезет! Интересно, как будут происходить изменения? И как мне потом объяснить это остальным?

Я улыбнулся, тронув Буяна пятками, думая о том, что с каждым разом Система всё больше помогает трактиру стать лучше. Что будет дальше? Дав себе немного помечтать, я уже представлял, как кухня становится похожей на мою в ресторане «Версаль», с такими же хромовыми столами, разделением горячего и холодного цеха, местом для раздачи… Вот тогда бы и меню можно делать в десять позиций, и время на отдачу сократиться. Ух! Развернусь! К этому ещё можно прибавить бонусы от маны и Очага, и там, так вообще, я просто захвачу весь ресторанный бизнес в Бешале и его окрестностях.

Планы, конечно, были у меня грандиозные, и до них было почти подать рукой, если бы не Андрей и затык с Блюдом Хранителя.

Я поморщился. Ещё и стройка не закончена, надо бы заглянуть к гномам, уточнить сроки. Сколько они там возятся? Вроде как сегодня уже третий день, но из них можно выкинуть полдня, когда кашу для строителей сделала Грумхильда. Думаю, не пройдёт ещё и пары суток, как всё будет готово. К тому времени уже выполнится условие по заказам для улучшения трактира.

Опять заглянув в Систему, я проверил прогресс этого квеста. О! Уже 905/2000, а до закрытия ещё почти весь вечер! Команда отлично справлялась.

— А не купить ли мне что-нибудь для кухни? — спросил я Бекона. — Жёны охотников так распинались про сковородки, что и нам бы пригодилась парочка новых.

— Мяу? — уточнил он у меня. — Мяу!

Кажется, мне и не нужны его мыслеобразы, чтобы понять, к чему он клонит. Можно сказать, что я практически уверен, что в этом мяуканье Бекон меня спрашивал: «А как же поесть?»

— Можем заскочить в городе, купить у Пышки пару булочек, хочешь?

Кот прищурился, словно пытаясь понять, а точно ли мы туда заедем или опять будем по всем окрестностям скакать галопом? Я его заверил, что нет, мы поедем сразу к Корнею, а заодно и новости узнаем. Каролина много рассказывала про рынок, а посмотреть на него мне всё не удавалось.

Поэтому я развернул Буяна и направил его в сторону городских ворот. После получения уровня усталость развеялась, я расправил плечи и был готов к подвигам. Даже если они касались обычных булочек и сковородок.

Оставив гнедого у коновязи и привычно кинув стражнику монету, мы с Беконом углубились в торговые ряды. Я сунул кота за пазуху, чтобы он не умудрился удрать куда-нибудь и украсть рыбу. Нет, сегодня я готовить не хочу, только покупать.

Рынок Бешаля жил своей шумной, пёстрой жизнью, и сегодня он выглядел иначе, чем в прошлые мои визиты. Прилавки ломились от товара, торговцы не сидели сложа руки, а бойко перекрикивались, зазывая покупателей. Воздух казался гуще, пропитанный ароматами свежей выпечки, пряностей и мёда.

— Мяу! — Бекон высунул морду и с интересом уставился на проплывающие мимо ряды.

— Успеешь ещё всё обнюхать, — усмехнулся я, придерживая его, — и попробовать.

Меня узнавали, приветственно кивали, предлагали скидки и товары. Я здоровался в ответ, изредка останавливаясь перекинуться парой слов.

— Винтер! — заорал Пузырь через два ряда. — С возвращением! А я как раз рыбу свежую привёз! Хочешь посмотреть? Только сегодня утром выловили!

— Спасибо, в другой раз, — вежливо ответил я, пытаясь пробраться дальше.

Наверное, так себя и ощущают звёзды, когда хотят пройтись по улице без охраны. Торговцы тянули руки, хлопали по плечу, предлагали заключить договора на поставки продуктов и наперебой хвалили еду в «Сытом Вепре». Я слушал их с улыбкой, радуясь, что лапы Андрея до рынка не дотянулись. Бекон, который уже устал сидеть у меня за пазухой, выпрыгнул и с достоинством прошёлся по мостовой, явно наслаждаясь всеобщим вниманием.

— Ах ты, рыжий красавец! — воскликнула какая-то торговка, увидев кота. — Держи, баловень!

Она бросила ему кусок вяленого мяса. Бекон поймал его на лету, не глядя, и проглотил с царственным видом. Хитрый рыжик даже поклонился щедрой торговке. Следом ему протянули ломтик сыра, потом ещё кусочек колбасы. Стоит ли говорить, что кот был абсолютно счастлив? Когда мы дошли до Корнея, живот у Бекона уже округлился, но, судя по всему, до сытости там ещё далеко.

— Марк! Марк Винтер! — из-за прилавка в самом конце ряда махал руками Корней Пышкин.

Он сиял, как начищенный самовар, и так размахивал булкой, что она едва не вылетела из его рук. Я подхватил кота и остановился у прилавка. Корней тут же сунул мне в руки булку с яблоком, и ещё три сложил в мешок.

— Ну ты даёшь, Винтер! — улыбнулся он. — Ты только посмотри на рынок! Такого изобилия я не помню со времён старого бургомистра! Торговцы со всей округи везут товар, покупатели валом валят, цены держатся, а главное — никто не боится, что лавку отберут, или что княжеские прихвостни придут с проверкой. Свобода, Винтер! Настоящая свобода! И всё благодаря тебе.

— Да ладно, Корней, — я откусил булочку и невольно зажмурился от удовольствия. — Я всего лишь…

— Не скромничай! — перебил он, сверкая глазами. — Мы все знаем, кто заварил всю эту кашу. Ты победил Свиридова, договорился с поставщиками, дал людям надежду, в конце концов! Раньше я и половины этого товара не видел, а сейчас — глянь! — он обвёл рукой ряды. — Мёд из-под Белых гор, овощи с южных хуторов, рыба из Верхнего Лога! Твоя заслуга, Винтер. Даже и спорить не думай.

А я и не думал, знал, что это действительно моя заслуга, поэтому просто вытащил монеты и попросил ещё десяток булок для команды.

— И тебе привет, рыжий бандит! — Корней уже переключился на Бекона и протянул ему ватрушку. — Держи, знаю, что любишь творог.

Несколько мгновений мы с котом жевали, оглядывая соседние прилавки и прикидывая, что ещё можно взять.

— Слушай, Марк, — Корней вдруг стал серьёзным и придвинулся ближе. — Я слышал, что в городе появился ещё один Винтер. Приходил на рынок, спрашивал про тебя и говорил, что на самом деле, это он настоящий хозяин твоих земель. Что за фрукт? Ты в курсе?

— Знаю, — я вздохнул, доедая булку. — Андрей приходил и ко мне тоже. Мол, дальний родственник. Не знаю, откуда он взялся и что ему на самом деле нужно, но он явно хочет свою долю наследства деда, а то и всю землю разом. Дождался, пока я разберусь со всеми бумажками и вот, здрасте.

— Вот же гад! — Корней стукнул кулаком по столу, аж булки подпрыгнули. — Знай, мы тебя в обиду не дадим. Хочешь, я порасспрашиваю наших, может, кто что слышал про этого Андрея? Если он что-то задумал, узнаем быстро и передам тебе. Весь рынок за тебя горой!

— Спасибо, Корней, — искренне сказал я. — Мне это очень важно.

— Пустяки, — он махнул рукой. — Ты для нас больше сделал, чем все чиновники, вместе взятые. Мы за тебя — и в огонь, и в воду. Кстати, — он вдруг хитро прищурился, — слышал, что Тис вернулся. Смотри, зайдёт к тебе опять, а на рынке появятся новые легенды.

Ах ты ж, чёрт! Только недавно вспоминал про квест на морошку для него! Раз Тис приехал, то могу и денег заработать, а заодно и прикупить что-нибудь полезное. Возможно, будет время сходить на болото сегодня, если всё быстро куплю и в трактире не возникнет проблем.

— Спасибо, Корней, — я кивнул Пышке. — Это очень кстати. Слушай, а где купить сковородки?

— Будет по правую руку от закутка со специями, увидишь, там котёл на вывеске нарисован, — ответил Корней и занялся покупателем.

Нашли нужную лавку, мы с Беконом умудрились застрять там почти на сорок минут. Я решил обновить сразу и противни, ведь печь станет больше. В итоге приобрёл целую партию: шесть чугунных сковородок разного калибра, три глубоких противня и ещё один небольшой сотейник, который мне приглянулся. Гном попытался было набить цену, но я посмотрел на него так, что он сразу скинул лишнее и даже упаковал всё в холщовый мешок, чтобы удобнее было нести. Выглядели мои покупки так, что даже бы Буян сложился под их весом, но я схитрил. Мешок-то был один, и он вместился в котомку, чем сильно меня удивил. Чёт я раньше не думал, что такое возможно.

— Теперь поехали обратно, — сказал я Бекону, — у нас с тобой новые дела появились.

До трактира мы добрались уже к вечеру, в самый разгар работы. Во дворе ждали своей очереди люди, у конюшни суетился Ник, а из обеденного зала слышался звон посуды и голос Варвары.

Передав коня охотнику, я прошёл через зал и толкнул дверь кухни. Там меня встретил аромат готовящейся еды. Керина мыла посуду, а Грумхильда стояла у печи, помешивая что-то в большом котле, и, увидев меня, расплылась в улыбке.

— О! Явился! А мы тут без тебя крутимся как можем, впрочем, с твоими заготовками мы отлично справляемся. Только Рик иногда в зале помогает. Ты удачно хоть съездил?

— Удачно — не то слово! — улыбнулся я. — Ещё и подарки привёз. Принимай.

Вытащил из котомки здоровенный мешок, и он с грохотом лёг на стол. В наступившей тишине я развязал завязки, вытаскивая сковороды и противни. Грумхильда охнула, прижала руки к груди, а потом подлетела ко мне и чуть не расцеловала в обе щёки.

— Марк! Да ты ж мой герой! Королевский подарок! Я так давно хотела всё это заменить! — она глянула на Керину. — Ты посмотри, сразу готовить хочется! Даже не знаю, поместятся ли они на печь.

Она схватила одну сковороду, покрутила в руках, постучала пальцем по дну и одобрительно хмыкнула. Бекон, который уже успел забраться на подоконник, озадаченно смотрел на это представление. В его рыжей голове никак не укладывалось, почему кусок металла вызывает такой восторг.

— И это ещё не всё, — хитро улыбнувшись. — Как раз к вопросу про место на печи.

Я вытащил из кармана Системный артефакт и показал его орчихе. Та недоумённо посмотрела на него, а потом перевела взгляд на меня.

— Это что, амулет? И как он решит проблему с местом? Или на нём готовить можно?

— А вот это мы сейчас и проверим. Только уберите всё с печи. Я знаю, как будет проходить процесс, но, должно быть, весьма зрелищно.

— Погоди, дай хоть несколько тарелок для залов налью, а то Варвара или Татьяна с минуту на минуту заглянут за заказами.

Вдвоём мы быстро наполнили шесть тарелок супом и вторым, а потом сняли котлы с печи.

— Отойдите, — махнул я рукой, а сам подошёл к топке. — Ну, работай!

Я бросил медальон в пламя и отскочил. Первые мгновения ничего не происходило, а потом из топки потянулся дым. Он окутал всю печь, аж её видно не стало. Грумхильда уже хотела броситься тушить полотенцем, но я её остановил.

— Забыла, как с обеденным залом было? — сказал я ей. — Потерпи.

Они с Кериной замерли, чуть ли не обнявшись. Бекон тоже насторожился, но с подоконника не спрыгнул, только подобрался.

Потом кухню слегка тряхнуло, следом звякнула посуда и встала на место крышка на котле. Мы замерли, на всякий случай схватившись за столы. Дымка всё не рассеивалась, но под ней было видно, как очертания печи плывут и размазываются.

Всё это длилось, как мне показалось, целую вечность, а по факту прошло не больше минуты. И когда дымка рассеялась, и перед нами предстала обновлённая печь. Вот тут-то у меня челюсть и упала на грудь. На первый взгляд, печь не стала больше, но изменился её вид, будто её заново собрали. Линии стали чётче, поверхность ровнее, а дверцы открывались бесшумно и плавно. Внутри топки весело поблёскивал огонь, и на нас ощутимо пахнуло жаром.

Так, стоп! А где же бонус к размерам⁈ Я подошёл ближе и вдруг осознал, что и это тоже изменилось. Теперь внутрь можно было свободно поставить три больших противня вместо двух, а сверху хватило бы место сразу на четыре котла по сто литров. Обалденно! У меня даже цензурных слов не было, чтобы описать свой восторг.

— Да чтоб меня черти покусали! — выдохнула Грумхильда, подходя ближе и заглядывая внутрь. — Она же больше стала! Глазам своим не верю! Куда это всё влезло⁈ А дверца! Дверца какая удобная! Да это же сказка!

Керина, распахнув глаза, смотрела на печь и не могла произнести ни слова. Для неё это было чем-то из области фантастики, не меньше.

— Марк, ты точно не колдун? — с прищуром спросила. — А то я уже начинаю верить в свои слова!

— Повар, — привычно улыбнулся я. — Просто повар. Кстати, есть ещё новости, Тис в городе.

— Тис? Опять к нам приедет? — недовольно спросила орчиха. — Опять же всё съест!

— Не думаю, он теперь только торговать к нам приходит. И в прошлый раз просил принести ему морошки, так что пока ещё темень не опустилась, пойду до болота.

— Раз не будет есть, тогда я спокойна, — усмехнулась Грумхильда. — Так что спокойно иди, мы тут с Кериной справимся.

— А, совсем забыл! — я вытащил булочки, что купил на рынке. — Пышка передавал вам приветы.

— Вот спасибо! — обрадовалась она. — Тут на всех хватит! Как раз дети просили перекусить.

Я кивнул Бекону, и мы вышли с ним во двор. Я думала сначала сходить вдвоём, но увидел Рика и решил захватить его с собой. Вдруг будет возможность подстрелить какую-нибудь дичь?

— Рик, есть время? — я подошёл к нему. — Хотел предложить прогулку по вечернему лесу.

— Всегда готов! — отозвался он. — Только лук захвачу, на всякий случай. Коня брать?

— Нет, пойдём пешком, — качнул головой я. — Недалеко, да и тропа слишком дикая, переломают ещё ноги, и как мы потом без лошадей-то? — я глянул на кота. — Бекон, помнишь болото?

— Мряв!

— Тогда веди.

Мы собрали самое необходимое и двинулись в сторону леса. Идти пришлось почти два часа, Рик то и дело прислушивался к шуму, разглядывал следы, а один раз за какую-то долю секунды натянул лук и выстрелить. Бекон удивлённо посмотрел на охотника, а потом нырнул в заросли. Вернулся с рябчиком.

— Да он не просто кот, — хохотнул Рик, — а настоящий охотничий пёс! Бекон, будешь со мной на охоту ходить?

Рыжий посмотрел на него с немым укором, мол, что за ерунду ты мне предлагаешь⁈

— Не думаю, что он согласен, — я глянул на кота, — но, может, сегодня ты поможешь Рику? Или ты рябчика случайно нашёл?

— Мряв⁈ — возмутился Бекон и перевёл взгляд на охотника. — Мяу!

— Что он говорит? — охотник наблюдал за нашим разговором.

— Что сегодня он покажет тебе, что он лучше какой-то там охотничьей собаки!

— Вот! Другой разговор! Пойдём! Я слышал ещё трёх рябчиков. А потом нам Марк сварит из них суп или запечёт в глине! Это очень вкусно!

Они нырнули в заросли, а я только и успел крикнуть вслед, чтобы они далеко не уходили. Впрочем, следующий час я слышал свист стрел, птичьи крики и боевые рыки кота.

Когда я дошёл до знакомых зарослей, Рик уже был увешан тушками птиц, а Бекон выглядел, словно победил на международных соревнованиях по охоте.

— Мы почти пришли. Смотрите в оба, чтобы не затоптать ягоды, — сказал я Рику. — Они ярко-рыжие, но их нелегко увидеть.

В воздухе уже чувствовался запах сырости, и появились комары, а земля начала ощутимо пружинить под ногами. И десяти минут не прошло, как мы оказались возле нужной поляны, усыпанной морошкой.

Я вытащил из котомки корзину и начал аккуратно собирать, чтобы не смять ни одну. Рик помогал, но больше сам ел, восхищаясь вкусом. Но когда я упомянул их стоимость, охотника перекосило, и он мгновенно начал наполнять мою корзину. Бекон носился вокруг нас, пугая насекомых и шурша травой. Его совсем не смущала повышенная влажность и вода рядом, ему было весело.

В какой-то момент кот вдруг подпрыгнул ко мне, требовательно мявкнул, а потом рванул в глубину болота.

— Куда ты, рыжий? — крикнул я ему вслед. — Не уходи далеко, там же трясина!

— Мряв! Мря! Мря! — заголосил кот.

Мы с Риком поднялись и посмотрели в ту сторону, куда ушёл кот.

— Марк, ты тоже это видишь? — бесцветным голосом спросил Рик.

Из мутной воды, почти у самого края болота, торчала что-то очень сильно напоминающее человеческую руку.

— Марк, ты тоже это видишь? — бесцветным от шока голосом спросил Рик.

Я не ответил, а продолжал разглядывать то, что торчало из мутной болотной воды в каких-то трёх метрах от нас. Почти был уверен, что это рука! Тощая, бледная, облепленная тиной, она сжимала пальцами какой-то корень. Казалось, что её хозяин в предсмертной агонии успел ухватиться за спасительную соломинку, но ушёл под воду, оставшись в ней навсегда.

— Как думаешь, это человек? — прошептал Рик, машинально снимая с плеча лук.

— Не знаю, — также тихо ответил я, а потом взял себя в руки и проверил почву под ногами. — Нужно подойти ближе, даже если здесь кто-то умер, он заслушивает нормальной могилы.

Как я ни старался выглядеть смело, внутри же всё похолодело. В этом мире я уже успел насмотреться на разное и был готов к любому повороту событий. Мы сделали два осторожных шага. Трясина под ногами неприятно пружинила, готовая в любой момент просесть и утащить нас вслед за этим беднягой.

Но в тот момент, когда мы остановились, чтобы рассмотреть руку поближе, она резко нырнула в грязь, словно её никогда и не было.

— Твою мать! — выдохнул Рик, подпрыгивая и натягивая тетиву.

Я хотел было добавить к высказыванию охотника пару слов покрепче, как резко оборвал себя. Потому что там, где только что была рука с противным чавканьем начала подниматься странная кочка. Сама по себе!

Размером футбольный мяч, вся в тонких корнях тины, которые, точно волосы, торчали во все стороны. Всё это украшали лежащие сверху веточки и мелкие водоросли.

А потом эта кочка распахнула глаза, и на нас уставились две чёрные бездонные пропасти.

У меня перехватило дыхание. Рик судорожно вздохнул. Комары на всякий случай прекратили жужжать.

— Чтоб мне провалиться! — икнул охотник. — Это же болотник.

Пока он приходил в себя, я подряд начал активировать все свои навыки. Начал с «Распознавания магии», следом бахнул «Оценку» и добил «Оком повара», но ни один из них не показал, что в этой жуткой голове была какая-то магия! Или она у них была какая-то своя, неподвластная Системе.

— Они опасные? — я пристально наблюдал за головой.

Она в ответ наблюдала за нами.

— Мать рассказывала, — шепнул Рик, — что они живут на болотах, мол, хранители этих мест. Не жди от них ничего хорошего, Марк. Они злобные, страшные и очень кровожадные. Самое жуткое, что я слышал, что они заманивают путников в трясину, топят их или, что ещё хуже, высасывают из них жизнь! Надо уходить, пока они на нас не напали.

Рука сама легла на рукоять ножа, но отчего-то мне казалось, что против этих загадочных существ он будет бесполезен.

Голова тем временем поднялась чуть выше, и из воды показались плечи, покрытые чем-то, напоминающим кору или старую кожу. Пока существо не делало резких движений, просто смотрело, впрочем, этого вполне хватало, чтобы по моей спине пробежали ледяные мурашки.

— Чёрт! А где Бекон⁈ — я ошалело закрутил головой. — Бекон, ко мне!

Кот не ответил, и у меня сердце рухнуло в пятки. Вытянул шею, пытаясь среди грязи и зелени разглядеть хоть один клочок рыжего, и всё впустую. Ни мыслеобраза, ни мява, даже торчащего хвоста нигде не было! Исчез!

— Бекон! — крикнул я громче, стараясь перекрыть грохот стучащего сердца. — Иди сюда!

— Сожрали, — выдохнул Рик, натягивая стрелу. — Точно сожрали. Эти твари…

— Мы не жрём котов, — вдруг раздался тоненький, почти мультяшный голосок, от которого я вздрогнул, а Рик едва не выронил лук. — Это не полезно. От них везде шерсть.

Мы с охотником уставились на болотника. Его чёрные глаза моргнули, а то, что должно было быть губами — зашевелились. Это прозвучало, как сигнал к действию, и вокруг нас в один момент начали появляться и другие головы. Одна, две, три… Я насчитал их не меньше десятка. Они выныривали бесшумно, как поплавки, и замирали, уставившись на нас немигающими взглядами.

Тишина сгустилась до предела. Я слышал, как в ушах стучит моё сердце, как тяжело дышит Рик, и где-то вдалеке тревожно вскрикнула птица. Болотники продолжали молчать, чем не добавляли нам спокойствия. Несмотря на вечернюю прохладу, спина намокла от напряжения, а пальцы сжали рукоять ножа до белых костяшек.

— Где мой кот? — жёстко спросил я.

— Он здесь, — ответил нам всё тот же мультяшный голос, но я не был уверен, что тот же самый болотник.

— Покажите.

— Мяу?

Из-за зарослей осоки за спиной Рика показалась родная рыжая морда. Точнее, она когда-то точно была рыжей, а сейчас оказалась густо измазанная болотной тиной. Кот взобрался на ближайшую кочку, — я проверил, и это точно была обыкновенная кочка! — и победно посмотрел на нас. Потом по-собачьи встряхнулся и посмотрел на меня с удивлением: «А из-за чего шум?»

Я выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает плечи. Не знаю, чтобы я без Бекона делал бы!

— Живой, — сказал я, убирая нож. — Живой, зараза ты рыжая.

— Мряв, — ответил Бекон и уселся на кочке с видом короля.

Я перевёл взгляд на болотников. Они по-прежнему торчали из воды, неподвижные и молчаливые. Только их чёрные глаза следили за каждым моим движением.

— Спасибо, что не сожрали моего друга. Кто вы такие? — спросил я. — И что вам нужно?

— Ты сам назвал нас болотниками, — с лёгкой обидой ответила первая голова. — Зачем спрашиваешь?

— Я спрашиваю, что вам нужно от нас.

Внезапно болотники забулькали, как бульбулятор из анекдота. Я не сразу сообразил, что это они так разговаривали. Буль-буль-буль. Буль. Буль-бу-у-у-уль. Каждый пузырь — отдельное слово, а может и целая фраза. Болотники смотрели друг на друга, моргали, и их головы слегка покачивались на поверхности. Надеюсь, они не решают, как с нами расправиться.

Как только это бульканье закончилось, в паре метров от нас с Риком забурлила и начала подниматься вода. Сначала показалась довольно большая кочка, покрытая тиной и ряской. Не прошло и минуты, как над поверхностью болота перед нами предстала здоровенная бочка, едва ли не выше меня ростом. Она посмотрела на нас чёрными провалами глаз и, кажется, хотела выглядеть грозно. Увы, в сочетании с тонкими руками и ножками, болотник выглядел очень смешно. Я изо всех сил старался сдержать смех и смотреть на существо серьёзно.

— Это нам-то что от вас надо⁈ — спросил тонкий, почти детский голос. — Зачем вы рвёте наши ягоды? Пришли тут, обвиняете нас в кровожадности, а сами воры обыкновенные! Ух, я вас сейчас!

Что именно ух, он не успел продолжить, потому что Рик попятился и едва не рухнул мне под ноги. Я успел его поймать, а вот мелкие болотники так перепугались, что в одно мгновение исчезли из виду.

— Мы не знали, что они ваши, — мягко сказал я. — Я уже приходил сюда однажды, но никто мне не сказал, что это чужие владения. Мне нужно немного на продажу.

— Для продажи? — бочка возмущённо заколыхалась, и из её «тела» вырвалась струйка воды. — Вы берёте то, что принадлежит нам, и хотите ещё и заработать на этом? Нечестно!

Я открыл рот, чтобы попробовать договориться, как вдруг перед глазами вспыхнуло голубое свечение.

Внимание!

Активирован квест: «Сладкое за кислое»

Цель: приготовить для болотников угощение

Награда: доступ к ягодам болота, опыт, расположение болотников

Штраф за провал: болотное проклятие комаров

Ах вот оно как! Я мысленно потёр ладони, значит, можно и ягоды получить, и опыт, и даже расположение этих существ. И это всего лишь за одно блюдо. Интересно, чтобы такого приготовить? Из названия квеста стало понятно, что лучше всего им сделать сладкое угощение. Я огляделся. У меня есть морошка и… всё? Нет, лес же рядом, есть и другие ягоды, а ещё мёд и какие-нибудь ароматные травы.

— Вы любите сладкое? — спросил я. — Раз мы взяли у вас ягоды без спроса, то я хочу заплатить за них едой.

Бочка растерянно моргнула от резкой смены темы и задумалась. Её глаза прищурились, и она издала странный булькающий звук, который, видимо, означал согласие.

— Сначала покажи, что умеешь, — наконец, произнесла она.

Рик смотрел на меня, как на сумасшедшего, но я не обратил внимание и только выбрал место посуше, чтобы поставить жаровню. Она-то у меня всегда с собой.

— Рик, нужен мёд, — я повернулся к коту. — А ты, дружище, найди мне мяту, помнишь же, как она пахнет?

Кот фыркнул, но сорвался с места и исчез в зарослях. Охотник же вопросительно на меня посмотрел и покачал головой.

— Иди же! Иначе до ночи просидим.

Рик тоже двинулся в сторону ближайшего леса, бормоча что-то о том, что мы все рехнулись.

Я поставил чугунок на жаровню и повернул кристалл. Самое смешное, что я будто знал, что придётся готовить и в котомку сунут чугунок уже с водой. А то бы бегал по всему болоту в поисках приличной речушки! Пока Рика не было, я перебрал морошку, выбрав самые спелые и крупные ягоды. Их кислинку отлично сбалансирует мёд. Мне бы ещё масла, лука или хоть острого перца, но носить с собой такой арсенал у меня возможности не было. К слову, рецептов соусов из морошки много, однако с учётом разнообразия продуктов, придётся обойтись маной и тем, что под рукой.

Когда вода стала горячей, как раз вернулся Рик с небольшим куском дикого мёда, завёрнутым в лист лопуха. Вскоре прибежал и Бекон, держа в зубах пучок мяты. Спрашивать, где он её нашёл, не стал, просто принял и поблагодарил.

Не дожидаясь кипения, добавить сначала мёд, потом морошковый сок, следом мелко порезанную мяту для свежести. Последней, с чётким желанием улучшить вкус и качество угощения, щедро плеснул маны.

Через секунду сработал «Мана-Повар», и по болоту поплыл такой аромат, что даже Рик шумно втянул носом.

— Это пахнет, как детство, — сказал он.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Угощение для болотников»

Качество: хорошее

Свойства: слаще, чем вы думали

Вы получаете 5 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 20/800

Болотники тоже зашевелились. Головы начали высовываться из воды чуть выше, а бочка даже наклонилась, и из неё раздалось одобрительное бульканье.

— Только как вы его пить будете? — задумчиво спросил я. — У меня кружек нет, а ложка всего одна.

— Не создавай проблем там, где их нет, — булькнула бочка и рубанула ладошкой воздух. — А ну-ка! Пробовать!

К моему удивлению, болотники начали вылезать из воды. Они все были похожи на главную бочку, только поменьше размерами. Можно даже сказать, это скорее кочки с ручками. Сначала они бросились врассыпную, а потом снова собрались, но уже держа в руках туго свёрнутые листья.

Я зачерпнул ложкой и вылил немного угощения в эти импровизированные пиалки. По цвету моё блюдо напоминало жидкий мёд, только поблёскивало мелкими золотистыми искорками.

Первый болотник осторожно подтянул лист к себе и попробовал. При этом он не сводил меня своего немигающего взгляда. Очень необычное ощущение, чёрт его подери! Да эти глаза мне ещё долго в кошмарах будут сниться!

Я думал, что кочка сейчас откроет рот и выпьет, но и тут меня ждал сюрприз. Ведь болотник просто опрокинул на себя угощение!

— Что вы делаете? — обалдело спросил я и сразу же получил на это ответ.

К голове болотника начали слетаться комары и мелкие мошки. Они садились на угощение и застревали в сладкой массе. И в тот момент, когда я подумал, что больше удивляться в этой жизни не буду, тина на кочке зашевелилась. Миг! И ни одного насекомого на голове не осталось.

— Чёрт тебя подери, — прошептал Рик. — Я сегодня спать не буду.

В наступившей тишине его голос прозвучал очень громко. Вот только никто на охотника даже не глянул. Болотники замерли, уставившись на своего товарища. А тот на несколько мгновений застыл, а потом из него вырвался такой довольный булькающий звук, что я чуть не рассмеялся.

— Хорошо, — раздался тонкий голос из бочки. — Очень хорошо. Мы довольны! Можешь собирать ягоды, но не все! И приходи ещё. Сладкое мы любим.

Остальные болотники резко опрокинули на себя угощение и довольно забулькали.

Внимание!

Квест «Сладкое за кислое» выполнен!

Награда: опыт +50, доступ к ягодам болота, расположение болотников.

Текущий опыт: 70/800

— Рад, что вам понравилось, — я убрал жаровню и чугунок в котомку, подхватил корзину, кивнул Рику и поискал взглядом Бекона. — Обязательно приду к вам ещё за ягодами. А теперь нам пора в путь.

В ответ из воды донеслось лёгкое бульканье, которое, как мне показалось, означало «добро пожаловать».

— Мряв! — Бекон хотел залезть мне на плечо, но я его перехватил.

— Ты весь в тине! Давай-ка беги рядом. Только когда доберёмся до трактира, не доведи нашу дорогую Грумхильду до инфаркта!

Кот фыркнул, мол, это ещё кто кого доведёт. Рик нервно рассмеялся и чуть ли не бегом направился по тропинке прочь от болота.

Первые полчаса дороги охотник глубокомысленно молча, лишь иногда глядел назад, словно ожидая, что болотники побегут за ним.

— Марк, — сказал Рик, когда мы уже дошли до знакомых мест. — Я считал, что это легенда, мол, мать придумала, чтобы дети по болотам не шастали. А тут вон как оно на самом деле!

— Во многих сказках и мифах всегда есть доля правды, — философски ответил я. — Может, они и были раньше злыми, пока их сладким не угостили, кто ж знает.

— Никогда бы не подумал, что мы их встретим, — Рик словно не услышал мои слова. — А ты их даже накормил! Нам никто не поверит!

— Так, ты и никому не рассказывай, — усмехнулся я. — А то ещё придут, зальют всё патокой, и где нам морошку искать?

— Скажешь тоже! Я, вон считай, полжизни уже охотник, на медведя ходил, а тут чуть концы не отдал, увидев болотника. Думал всё, не выберусь! Неужели ты думаешь, что у остальных больше смелости?

— Скорее, глупости. В любом случае я тебе настоятельно рекомендую держать эту историю при себе.

— Считай, уже забыл, — ответил он со всей серьёзностью.

Бекон внимательно слушал наш разговор, будто что-то понимал. Я смотрел на него и мысленно прикидывал, как лучше его будет отмывать. Щёткой или тряпками?

Когда мы добрались до трактира, уже стемнело. В окнах горел свет, и оттуда доносился привычный шум и звон посуды. Мы не пошли в обеденный зал, а свернули к конюшне, чтобы привести себя в порядок.

Первым нас увидел Ник. Он нас оглядел всех заляпанных в тине и грязи, а потом молча принёс ведро воды.

— Баню бы сейчас, — сказал Рик, снимая грязную рубаху. — Чтобы с вениками, паром и шапками.

— Будет, всё будет, дай время, — ответил я умываясь. — Сейчас довольствуйся тёплой водой.

Мы кое-как привели себя в порядок. Дольше возились с котом, который ни в какую не хотел принимать водные процедуры, умудрился опрокинуть ведро и запрыгнуть Рику на шею, замочив его с головы до ног.

— Бекон, я не могу пустить тебя на кухне, испачканного тиной! Это же нарушение чистоты!

— Мряяяв! — вопил он.

— Хорошо, но есть будешь на улице, — строго сказал я.

Это подействовало лучше любых уговоров, и через полчаса кот снова стал рыжим, а не буро-зелёным.

Оставив Рика и Ника возле конюшни, мы с Беконом отправились помогать на кухне. Я был уверен, что там без меня царит хаос, и был приятно удивлён спокойным лицом Грумхильды, которая помешивала суп в большом котле. Керина пила чай, а позади неё стояла стопка вымытых тарелок.

— Марк! — орчиха увидела меня и сунула в руки чистую ложку. — Попробуй, вроде получилось отлично.

— М-м-м, — потянул я, пригубив немного супа. — Действительно, отлично! Вот так и оставляй вас, моргнуть не успею, а вы уже свой трактир откроете и переманите всех гостей!

— Ну-ну, конечно, — проворчала Грумхильда улыбаясь. — Вы как сходили? Удачно?

— Очень! — я показал корзинку с морошкой и вытащил немного ягод. — Хотите попробовать?

— Ты ещё спрашиваешь!

Она с Кериной закинули в рот несколько штук и удивлённо переглянулись.

— Ух! Какая и кислая, и сладкая одновременно! — восхищённо сказала Керина. — Я такой в городе не видела, что это?

— Морошка. На болоте растёт. Я её продаю Тису.

— Кстати, о нём, — вскинула голову орчиха. — Он уже пришёл и ждёт тебя в зале.

— Много заказал? — настороженно спросил я.

— Нет, — она покачала головой. — Полный обед всего лишь. Но я ему полные порции налила, больше, чем другим гостям. Он за отдельным столиком сидит.

Я поблагодарил её, отсыпал из корзинки две горсти и убрал их в котомку. Остального хватит, чтобы стрясти с Тиса приличную сумму. С этими мыслями я вышел в обеденный зал. Тифлинг сразу заметил меня и приветственно кивнул. Перед ним стоял только стакан с компотом и корзинка с пирожками, остальную посуду уже Варвара унесла.

— Доброго дня, хозяин трактира, — сказал он, когда я опустился напротив. — Вижу, что у тебя для меня есть товар.

Я поставил корзину на стол, и Тис заглянул внутрь. В его глазах замелькали золотые искорки, словно эдакие бусины на старых счётах.

— Ты хочешь продать всё? — прищурился он.

— Да, — кивнул я. — Здесь примерно десять горстей.

Тис довольно кивнул и вытащил из-под плаща увесистый мешочек. Он с глухим стуком лёг на стол.

Внимание!

Квест «Морошковый промысел» выполнен

Награда: 20 золотых монет

— А что у тебя есть для меня? — спросил я у него, с трудом оторвав взгляд от этой прорвы денег.

— Выбирай, — он прикрыл глаза, а перед глазами появилось Системное меню.

«Корень Солнечной горечи»

Редкая пряность, придающая блюдам лёгкую горчинку, усиливает аппетит

Цена: 5 золотых за мешочек

«Цветы Лунного шафрана»

Добавляет блюдам золотистый цвет и уникальный аромат, повышает качество на 2 уровня

Цена: 3 золотых за щепотку

«Масло Древнего ореха»

Никогда не портится, придаёт выпечке невероятную нежность

Цена: 4 золотых за бутыль

«Перец-Стручок»

Жжёт мягче обычного, оставляет долгое тёплое послевкусие

Цена: 2 золотых за стручок

В этот раз никаких знакомых названий! А я-то ждал чего-то привычного, трюфелей или хамона! Я выбрал «Цветы Лунного шафрана» и «Масло Древнего ореха», отдав семь золотых. Тис улыбнулся и собрал свои мешочки.

— Приятно иметь дело с тобой, Марк, — сказал он и поднялся. — Надеюсь, мы ещё встретимся, — потом остановился, вытащил ещё и серебряный. — А это за вкусный ужин.

Он поклонился и тихо выскользнул из трактира. К столику сразу же подскочила Татьяна, забрала стакан с монетами, поправила скатерть и также быстро оставила меня одного.

Тринадцать золотых! Тринадцать! Это ж сколько всего можно купить и построить! Чёрт, аж голова кругом! С такими деньгами мне нужно уже сейф покупать. Интересно, а сколько стоит сейчас поставить баню? Или, может дождаться улучшения от Системы?

Я медленно отошёл от столика, как вдруг наткнулся на высокого худого мужчину в форменной одежде посыльного. Таких абы кто не нанимает.

— Добрый день, — ровным голосом сказал он. — Вы Марк Винтер?

— Да, всё верно. По какому вы вопросу?

— Вам приглашение.

Он протянул мне толстый конверт из плотной бумаги с очень знакомой печатью: орёл на серебряном фоне.

Конверт оказался довольно тяжёлым, словно в него вложили не просто бумагу, а как минимум инструкцию к старенькой «Ладе». Я уже понял, что это послание от графа Орлова, так что печать из сургуча хрустнула, и я извлёк плотный пергамент. Бекон вытянул шею и с подозрением принюхался к нему, будто чуял в нём нечто большее, чем просто чернила.

— Ну, давай посмотрим, чего хочет от меня эта сиятельная особа, — пробормотал я, разворачивая пергамент.

Он был исписан мелким каллиграфическим почерком с такими завитушками, что глаза зарябило. Я поднёс его поближе к свету и начал читать.

'Многоуважаемый Марк Винтер!

Позвольте мне, графу Всеволоду Орлову, вновь напомнить о нашем недавнем разговоре, коим вы, если память мне не изменяет, изъявили готовность лично приготовить обед для моей скромной персоны, когда я буду проездом в Бешале. Ныне я нахожусь в городе по делам, и завтра, ровно в полдень, буду ожидать вас в городской ратуше. Где для вас будет предоставлена полностью оборудованная кухня, все необходимые продукты и даже помощники, дабы вы могли явить мне своё искусство в полной мере.

Меню оставляю полностью на ваше усмотрение, ибо наслышан о вашей изобретательности и тонком вкусе. Разумеется, ваши труды будут щедро вознаграждены.

Жду вас с нетерпением.

Искренне ваш, граф Всеволод Орлов'

— Только этого мне сейчас и не хватало, — усмехнулся я, — впрочем, за щедрое вознаграждение можно и постараться. Да, Бекон?

— Мряв! — ответил кот и показал мне целое ведро с торчащими рыбьими хвостами.

— Тогда завтра в полдень я поеду к нему и явлю чудо кулинарного искусства. К тому же, мне кажется, граф ожидает чего-то невероятного.

— Мяу? — в голосе рыжего я услышал сомнение.

— Согласен. Это вполне может быть либо ловушкой, либо отвлекающим манёвром. Слишком уж вовремя. У меня же суд скоро, хотя ни одного официального документа я ещё не получал. Или Андрей думает, что может всё провернуть втихую? — я сунул письмо в карман. — В любом случае отказывать не буду, а может, смогу получить нужные сведения о новом Винтере. В конце концов, Орлов — местная власть, а Андрея явно хватает денег, чтобы крутиться где-то рядом.

Не успел я и шагу сделать, как перед глазами вспыхнуло знакомое голубое свечение.

Внимание!

Активирован квест: «Обед для сиятельства»

Цель: приготовить изысканный обед для графа Орлова

Награда: опыт, подарок, важные сведения

Штраф за отказ: репутация −50, упущенные возможности

Срок: завтра в полдень

Принять/Отказаться?

Я мысленно нажал «Принять», даже не раздумывая. Не видел смысла отказываться, к тому же шанс получить важные сведения выпадает нечасто.

— Идём на кухню, — сказал я Бекону, — надо обсудить с Грумхильдой, как они завтра опять будут без меня. Спорим на кусок сыра, что она опять будет ворчать?

Бекон фыркнул, не считая, что спорить на эту тему нет смысла. Я усмехнулся и толкнул дверь кухни. Кот скользнул вперёд меня, запрыгнул на лавку и требовательно мявкнул.

— Что, тебя опять нужно кормить⁈ — проворчала Грумхильда, и я расхохотался. — Марк! Ну как там с Тисом? Заказал ещё три котла еды? Учти, этот, — она кивнула на тот, в котором орудовала половником, — я не отдам. Это для нас.

— Нет, ушёл уже. Неужели больше еды не осталось? — удивился я.

— Последние тарелки уже разлиты, — отозвалась она. — А салат кончился ещё десять минут назад. Немного не рассчитали.

— Зато все довольные! — подала голос Керина. — Вон, некоторые тарелки вычищены, даже мыть нечего!

— Так я не поняла, ты Тису морошку продал? — прищурилась орчиха.

— Ещё как, — я вытащил мешочек с золотом и довольно похлопал по нему. — А ещё я получил приглашение от графа Орлова. Завтра в полдень я должен приготовить ему обед в ратуше.

— Граф Орлов? — переспросила она, замерев с половником в руке.

— А ты знаешь другого? — усмехнулся я. — Он в городе и решил, что пришло время снова попробовать мои блюда.

— Это же честь, Марк! — воскликнула орчиха. — И, конечно, большая ответственность. Хотя граф мог и сам ещё раз прийти в трактир. Сияние не погаснет.

— Одно дело трактир, другое дело приём в ратуше, — пожал я плечами. — Я больше переживаю, что мне снова нужно будет уехать на весь день, а может, задержусь до самого вечера. Так что нам нужно подготовить заготовки, чтобы никто не остался без еды. Рассказывай, как прошёл день. И про гномов, виден ли там конец стройки?

Грумхильда перевела дух и вытерла руки о фартук.

— Они недавно ушли, отчитались, что дома уже стоят, осталось только крышу черепицей добрать, да наличники приколотить. Завтра они доделывают мелочи, а там и до мебели рукой подать. Когда Гирт заходит, я к нему Людмилу отправила, чтобы всё там проверила. Она у нас единственная свободная.

— Отлично, — я довольно кивнул. — Значит, завтра они ещё будут у нас обедать. Это я беру на себя, хотя бы бульон сделаю, а ты доваришь кашу или похлёбку. Что ещё?

— Илькун приплыл с утра, привёз свежей рыбы, кажется, даже больше чем обычно. Передавал низкий поклон. Я заметила на нём новые сапоги, не иначе как торговля с Гордеем пошла в гору. Заплатила ему по весу, как и договаривались, — начала перечислять орчиха. — Фёдор чуть позже отправится за птицей к Михарю за птицей, надеюсь, быстро вернётся, заглянет и к Кузьме, а то с гномами у нас скоро от круп одни мешки останутся.

Грумхильда задумчиво отложила половник и дошла до кладовой.

— Мяса оленя почти не осталось, буквально пара кусков. Кости все на бульон ушли.

— А то, что мы коптили?

— Если только из него суп варить. На день или два, не больше. Но зато овощами все полки забиты. К тому же Людмила с детьми целый день в огороде копались. Так что картошка, капуста, морковь, лук — всего завались.

— Отлично, — я прошёлся по кухне, мысленно прикидывая меню. — Тогда предлагаю суп-пюре из тыквы. Она же у нас есть? — я вопросительно посмотрел на орчиху.

— Есть, целых три больших, — кивнула она.

— Тогда суп-пюре с пряностями и сливками. На второе будет рыба, точнее, рыбные котлеты. Мелкую и среднюю рыбу в фарш, а что подороже, останется для ухи на другой день. Салат пусть будет из свежих овощей. Это просто, быстро и вкусно

— А на закуску? — спросила Керина, подходя ближе.

— Можно подать пирожки с капустой, здесь не будем отходить от привычки. Да и компот со сбитнем у нас есть. Кстати, Людмила, кроме огорода и стройки, помогает? — я перевёл взгляд на Грумхильду.

— А знаешь, она изменилась, — орчиха усмехнулась и понизила голос. — С тех пор как ты её усыпил и она очнулась, она ходит и улыбается. Даже советы если и даёт, то редко и дельные. Она почти всё время в огороде, дети с ней, и она выглядит счастливой. Ребятишки от неё не отходят.

Я улыбнулся. Значит, Виталик своё дело сделал. Теперь Людмила обрела уверенность в себе, и это радовало.

— Ну и славно, — сказал я. — Пусть занимается огородом, это тоже польза. Она не успела раскопать огород до леса?

— Не успела ещё, — рассмеялась Керина. — Но пригрозила, что завтра хочет помочь с посадкой новых кустов. Ты поговори с ней, а то она натыкает их, как взгляд упадёт, потом ни на одной телеге не проедешь.

— Хорошо, обязательно поговорю, — я оглядел кухню. — Теперь давайте займёмся делом, чтобы завтра не суетиться лишний раз.

— А, Марк, — Грумхильда хлопнула себя по лбу. — Хотела сказать большое спасибо за печь. Она невероятная! У меня за день ничего ни разу не пригорело.

— Погоди, а разве у тебя когда-нибудь пригорало⁈ — изумился и улыбнулся.

В этот момент дверь приоткрылась, и в проёме показалась Людмила.

— О! Ты как раз вовремя! — я повернулся к ней. — Мне сказали, что кусты собираешься сажать. Где именно? Не помешает это проходу в лес?

— Не волнуйся, я всё разметила, — она укоризненно посмотрела на орчиху и Керину. — Они ещё не видели, вот и придумывают всякое. Я окружу огород кустами и деревьями, чтобы зимой снег не сдувало. Это будет полезно для земли, — Людмила огляделась. — Нужна моя помощь?

— Да, свободные руки нужны всегда. Особенно помощь с заготовками. Начните с Кериной чистить овощи, — я глянул на Грумхильду, — а ты подготовь рыбу.

Людмила уверенно кивнула, и в её глазах мелькнул огонёк, которого раньше я не замечал.

— Поняла, — сказала она, надевая фартук. — Что нужно делать?

— Для начала нужно очистить тыкву и нарезать кубиками для супа-пюре. А рыбу — почистить и выпотрошить, но оставить головы и хребты для бульона. Сварим концентрат и заморозим. Я пока займусь десертом.

— Десертом? — переспросила Грумхильда. — Мы будем подавать десерты?

— Нет, раз я завтра буду в городе, а в трактире будет всё готово, то я хочу навестить Кублицкого, — ответил я. — У меня есть подозрения, что Андрей может попытаться провернуть что-то с документами на землю. Хочу предупредить казначея и заручиться его поддержкой. А чтобы он был расположен ко мне, я сделаю для него торт. Точнее, я сделаю два. Один для вас, один для казначея, — я усмехнулся, — чтобы не получилось, как в прошлый раз с Фёдором.

— И какой десерт ты хочешь сделать? — глаза Грумхильды загорелись.

— Медовый, — сказал я, уже открывая шкаф с мукой. — С заварным кремом. Как раз за ночь настоится и станет идеальным по вкусу. Будет вам хороший и вкусный завтрак. Согласны?

Ответом мне было дружное: «да!»

Пока мои помощники занимались овощами с рыбой, я начал собирать ингредиенты: мука, яйца, сахар, мёд, масло, сметана, сливки для крема. Бекон уселся на подоконнике и с интересом наблюдал. Грумхильда уже привыкла к моей готовке, а вот Керина и Людмила с интересом поглядывали.

— Смотрите и учитесь, — сказал я, вытаскивая большую миску. — Только не мешайте.

Начал с того, что растопил мёд с маслом на тёплой стороне печи, добавил сахар и взбитые яйца. Затем аккуратно всыпал муку и соду, замесил мягкое тесто. Не забыл и про пряности. Уже через минуту пряный аромат разлетелся по всей кухне, заставив команду восхищённо выдохнули. Даже Бекон одобрительно принюхался.

— Пока тесто настаивается, — сказал я, накрывая миску полотенцем, — займусь кремом.

Нагрел молоко с ванилью, а в отдельной миске взбил яйца с сахаром и крахмалом. В неё же влил горячее молоко и, непрерывно помешивая, вернул на огонь, чтобы крем хорошо загустел. В самом конце добавил сливочное масло. Давно я не делал десерты! Однако рецепт намертво отпечатался у меня в голове, а руки бо́льшую часть двигались сами.

— Пахнет божественно, — прошептала Керина.

— Это только начало, — усмехнулся я. — Следи за руками.

Когда тесто отлежалось, я раскатал его на несколько коржей и отправил в печь. Печь, улучшенная артефактом, работала как часы — коржи пропеклись ровно и стали золотистыми.

Как только они остыли, я пропитал их мёдом и сливками, промазал каждый слой заварным кремом. Торт получился высоким, румяным и невероятно аппетитным.

— Решайте, как украсить торт для команды, — я глянул на команду. — Для Кублицкого хочу сделать лаконичный, а вот для себя можно и что-то поинтереснее.

— Ягодами! — сразу ответила Людмила.

— Тогда и орехи можно добавить, Аня их любит, — кивнула Керина.

— А что будет у казначея? — уточнила орчиха.

— Для него я просто потру шоколад с орехами, — ответил я, доставая Системную тёрку. — А вы чего замолчали? Орехи и ягоды? И всё?

— Можно ещё веточку мяты, — неуверенно произнесла Керина. — А чем украшают такие тортики?

— Могу ягодное пюре вмешать в крем, — кивнул я. — И оно станет цветным. Как раз есть клюква. Будет чуть кислить и оттенит сладость.

— Я хочу на это посмотреть! — заулыбалась Керина.

— Тогда достань ягоды, а я пока натру шоколад с орехами и сделаю ещё порцию крема.

Торт для Кублицкого я доделал быстро, всего каких-то пять взмахов над тёркой и можно было обсыпать верхушку и бока. Система зачислила мне 10 опыта за него:

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Торт медовый 'Золотая осень»

Качество: превосходное

Свойства: улучшает настроение +20%, внимательность +15%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 80/800

А вот со вторым я провозился чуть дольше. В крем отмерил не больше трёх ложек пюре, чтобы он не осел. Украшали все вместе, и вскоре он был весь в красных пятнах. Выглядело очень по-домашнему. Я проверил его Оценкой, чтобы убедиться в правильности бонусов от маны, зря, что ли, отдельно в каждый вливал аж по три единицы⁈

«Торт медовый 'Золотая осень»

Качество: превосходное

Свойства: восстанавливает силы +25%, выносливость +10%

Я довольно кивнул, теперь у казначея будет все шансы разобраться с документами, а у команды — справиться с любым завалом на кухне.

— Красота, — выдохнула Грумхильда. — Я бы и сама съела кусочек прямо сейчас, но понимаю, что надо подождать до завтра.

— Правильно, — сказал я. — На ночь оба в погреб, чтобы коржи пропитались. Потом, главное, пальцы себе не откусить, как будем пробовать.

А дальше до самой ночи мы занимались заготовками, и в итоге успели даже больше, чем я думал. Нарезанная тыква лежала в кадке, фарш из рыбы аж в трёх здоровенных мисках, в него я уже добавил ману, чтобы завтра её не тратить. Даже капусту на пирожки порезали и картошку почистили. Когда всё было готово, я оглядел кухню и почувствовал усталость, но удовлетворение от проделанной работы.

— Завтра я уеду сразу, как закончу с кашей и поставлю вариться суп., — сказал я, проверяя рыбный бульон. — Вы справитесь без меня?

— Не сомневайся, — ответила орчиха. — Мы всё сделаем.

— Грумхильда, ты же помнишь, как правильно суп-пюре делать? Если что, я могу тебе записать.

— Иди уже спать, великий колдун, я всё помню, — Грумхильда улыбнулась во все клыки.

Я кивнул, и мы с котом поднялись в комнату. Бекон быстро запрыгнул на кровать, всем своим видом показывая, что пора бы на боковую. Сел рядом с ним, погладил, но ложиться не спешил, слишком много в голове было мыслей.

В какой-то момент кот поднял голову, посмотрел в угол комнаты и фыркнул. Несложно было догадаться, кто сейчас к нам пожалует.

— Что тебя рассердило на этот раз? — спросил я, не повернув головы.

— С чего ты взял, что я рассержен? — проворчал Виталик, подплыл ближе, чтобы мне были лучше видны его скрещённые на груди руки.

— А когда было иначе? — отозвался я.

— Что? Да какая разница! Вся это суета в трактире отвлекает Людмилу от учёбы. Она то в огороде, то с гномами, то с детьми! Неугомонная женщина! Нет бы спать и спать!

— А чего ты ожидал? — я удивлённо поднял брови. — Неужели ты думал, что она забудет всё и ляжет в кроватку сразу на год? Она живой человек, у неё семья, дети, хозяйство. Не может же она всё бросить и сутками торчать с тобой в мире снов.

— Но ты же сам предложил ей обучение! — возмутился дух. — Теперь я должен изворачиваться, искать моменты, когда она не занята. А тут ещё твои гости шастают, гномы стучат, дети визжат… Никакого покоя!

— Я не пойму, ты сам загорелся идеей её учить, приплёл к этому меня, — строго ответил я. — И меня обвиняешь в том, что у неё нет на тебя времени⁈ Кстати, чему ты её уже научил?

— Она научилась чувствовать потоки магии, — дух сделал вид, что не услышал моего сарказма. — Различать оттенки силы. Может даже простенькое заклинание света создать. Главное, что она перестала бояться своего дара. Иногда сама помощь предлагает. А вот днём нагрела воду и даже не обратила на это внимание.

— Это же замечательно! — я искренне обрадовался.

— Ага, конечно, — буркнул Виталик. — Но способна она на больше! Мне нужно время! Сделай что-нибудь! Освободи её от обязанностей хотя бы на неделю!

— Ишь чего захотел! Неделя! Да у них скоро дома построят! Вспомни, сколько с этим суеты. Или ты уже забыл, что значит, переезд? Это как три пожара и два потопа.

— И что ты мне предлагаешь⁈ Я и так из кожи… кхе, с ног сбиваюсь!

— А все духи такие нетерпеливые? — задумчиво спросил я. — Вроде как бессмертные, никуда торопиться не должны. Неправильный ты дух, Виталик.

— Как это я неправильный⁈ Очень даже правильный! — обиженно взвыл он. — Вот уйду, будешь знать!

— Виталик, чего ты суетишься? Дай человеку спокойно встать на ноги, а там уже и дёргайся.

В дверь тихо постучали, я крикнул, чтобы заходили, и на пороге появилась Людмила.

— Марк, ты не спишь? — спросила она. — Я хотела поговорить.

— Вот! — радостно оскалился Виталик. — Отличный шанс с ней всё обсудить! А я пошёл!

— Входи, — я проводил духа взглядом и сел на кровати. — Что случилось?

Людмила придвинула к себе стул, плавно на него опустилась и робко сложила руки на коленках. Она не выглядела встревоженной, а, наоборот, сосредоточенной.

— После моего обучения я стала много видеть магии, — начала она. — И заметила, что весь трактир пропитан ею. Но она не похожа на ту, которой артефакты заряжают, гораздо гуще, мощнее. Я не знаю, что это такое, лишь чувствую её корни, уходящие глубоко под землю.

А вот это новость! Я пристально посмотрел на Людмилу, она ведь про Очаг, хоть и не знает ничего про него.

— Это родовая сила Винтеров, — уклончиво ответил я, не собираясь ей открывать тайны. — Она связана с этим местом и с моей семьёй. Но объяснять или показывать тебе её я не буду.

— Нет-нет! Не нужно, — торопливо сказала она. — У меня иное предложение. Эта родовая магия защищает только стены трактира, а вот территория рядом вся открыта. Хотела предложить сделать магическую защиту. Простенькую, пока, конечно. Завяжу её на тебе, и ты всегда будешь знать, кто находится возле трактира. Это несложно, но потребует твоего согласия и нескольких часов моей работы.

— Ты уверена, что твоих знаний будет уже достаточно для такого? — спросил я. — Ты не навредишь себе?

— Я присмотрю! — крикнул Виталик, не показавшись мне на глаза.

— Я буду осторожна, — улыбнулась она. — Сделаю это ночью, как раз когда все спят и посторонних нет. Сила в такие моменты мягкая и спокойная, мне с ней приятно работать.

— Это не затронет мою родовую силу?

— Нет, я использую её как опору. Если хочешь, в неё потом можно будет добавить людей или свойства. Точнее, когда я научусь, то можно будет добавить.

— Хорошо, я согласен, но будь аккуратна. С силой нужно постоянно начеку. Израсходуешь много, потом дольше восстанавливаться придётся.

— Не волнуйся, — она встала. — Я знаю, что делаю.

Она уже направилась к двери, но я её остановил:

— Людмила, у тебя всё в порядке? В семье? С детьми? Готова к переезду?

— Всё хорошо, — она обернулась и искренне улыбнулась. — Так, хорошо, как давно не было. Мне кажется, я наконец-то нашла себя. Спасибо тебе, Марк.

Она вышла, и я снова остался наедине со своими мыслями. А точнее, сразу открыл окно системы, чтобы проверить прогресс квеста перед сном. Ношусь по всему городу, а за главным и не слежу!

Квест «Откройся и не прогори III»

Цель: выполнить 2000 заказов

Текущий прогресс: 990/2000

— Уже почти тысяча, — кивнул я, падая на подушку. — Бекон, ещё немного, и можно приступать к Блюду Хранителя.

— Мряв, — сонно отозвался он.

— Завтра очередной длинный день. Надеюсь, граф окажется не подставной фигурой. И что за сведения мне даст Система? И не ловушка ли это? Как думаешь?

Кот на этот раз не ответил, лишь перевернулся и ткнулся башкой мне вбок.

Утро встретило меня серым небом и прохладным ветром, который гнал за окном опавшие листья. Я спустился на кухню, где собралась поварская часть команды. Грумхильда закидывала гречку в котёл для гномов, Керина формировала котлеты, Людмила раскладывала ягоды для компота. Я остановился, поймал её взгляд и кивнул во двор. Мне нужно было с ней поговорить.

— Что случилось, Марк? — с ходу спросила она. — Ты хочешь поговорить о моей защите? Старалась не потревожить твою родовую силу.

— Да, как раз про это и хотел поговорить, — я внимательно посмотрел на Людмилу.

Всю ночь мне всё время казалось, что меня кто-то щекочет. Раз десять просыпался, запускал «Распознавание магии»… И каждый раз дымка уходила за пределы трактира и подсвечивала линии защиты, которые поставила Людмила. Хоть я и не выспался, но зато увидел её работу в действии.

— Собственно, хотел сказать, что ты молодец, — продолжил я. — Только ты на углу у погреба концы линий не стянула.

Вдруг из стены трактира выплыл Виталик.

— Да куда ты лезешь, Винтер⁈ — возмущённо крикнул он. — Она сама должна была разобраться!

— Если этого не сделать, вся структура распадётся через несколько дней, — я подчёркнуто проигнорировал выпад духа. — Сегодня доделай, пожалуйста. И не во сне, а наяву.

— Так ты видишь всё это⁈ — ошеломлённо спросила Людмила. — Конечно! Всё сделаю! Стяну, закреплю! И остальное проверю.

Она не сводила с меня округлившихся глаз, несколько мгновений, не зная, что делать, то ли бежать на кухню помогать, то ли сразу приступить к исправлению огрехов в собственном заклинании.

— Иди к Грумхильде, — я не оставил ей выбора.

Она умчалась, а я перевёл взгляд на Виталика.

— Это твой промах, что она не довела всё до ума, — строго сказал я. — Ты её учитель и должен за ней смотреть.

— Мог бы просто сказать спасибо, что я её вообще учу! — буркнул дух.

— Твоя идея, ты и расхлёбывай, но чтобы к вечеру защита была идеальная, — отрезал я, развернулся и вернулся на кухню.

Там я быстро проверил Оценкой все бонусы будущих блюд, помог Керине с котлом, а заодно и поставил торт для команды на стол.

— Кто хочет кусочек? — улыбнулся я и достал нож. — Как раз попробуем.

Все тут же оторвались от дел и взяли тарелки. Десерт получился таким, как я и задумывал: коржи, крем, запах — всё было на высшем уровне. Керина быстро позвала остальных, и на несколько минут на кухне царил форменный хаос, который бывает только на детских днях рождениях.

— Очень вкусно! — выдохнула Людмила.

— А можно ещё кусочек? — робко спросила Анечка, протягивая тарелку. — Мы дяде Фёдору оставим!

— Я могу поделиться, тут для меня одного много, — пророкотал минотавр, хотя его кусок на тарелки был не больше, чем у остальных. — Хочешь?

— Хотим! — в три горла ответили дети.

— Берите тарелки и марш с кухни! — проворчала Грумхильда, увидев, как Игорь уже тянет руки к сырому фаршу.

Дети со смехом вылетели из кухни под присмотром Рика и Ника, а я повернулся к Бекону.

— Сегодня ты остаёшься, — сказал я коту, надевая куртку. — Назначаю тебя своим заместителем. Присмотри за трактиром.

Бекон фыркнул и отвернулся, демонстративно обидевшись. Впрочем, его настроение быстро исправилось, едва орчиха положила рядом с ним кусочек сыра. Я же усмехнулся, взял торт для Кублицкого и надел куртку. Буяна уже оседлал Фёдор, и мне оставалось лишь вскочить на него и отправиться в сторону Бешаля.

Дорога до города заняла меньше часа. Я проехал через рыночную площадь, где торговцы уже успели продать утреннюю партию товара, и свернул к ратуше. У входа я передал гнедого конюху, а уже внутри меня встретил лакей. Он поклонился и проводил меня внутрь.

В холле знакомо пахло воском и старым деревом. Как ни приду, ничего здесь не меняется. В одном из залов меня перехватила Солетта Васильевна. Она, как всегда, сияла и выглядела, словно сегодня была вечеринка для элиты.

— Господин Винтер! — воскликнула она, подходя ближе и протягивая руку для рукопожатия. — Как я рада вас видеть! Вы даже не представляете, как мы были благодарны за вашу помощь в тот раз. Бургомистр до сих пор вспоминает с восторгом те блюда. Сегодня вы тоже нас порадуете?

— Конечно, Солетта Васильевна, — ответил я, пожимая её ладонь. — Граф Орлов пригласил меня приготовить обед. Готов приступить к работе.

— Ах, граф! — она понимающе кивнула. — Я провожу вас до кухни, хотя вы знаете, где она. Граф будет позже, он задерживается на встрече с городским советом.

Я последовал за ней через знакомые коридоры. Мы прошли мимо большого зала, который сейчас был пуст, и свернули в неприметный коридор за колонной. Через минуту мы оказались у дверей кухни.

— Располагайтесь, — сказала Солетта, распахивая дверь. — Кухня полностью в вашем распоряжении. Продукты уже завезли, кладовая открыта. Помощники скоро придут. Обед пройдёт в малом зале, всего будет пять человек. Мне даже жаль, что не получится попробовать, — она вздохнула. — Если что, я буду в своём кабинете.

Я кивнул ей и огляделся. Кухня выглядела совсем иначе, чем в прошлый раз. Тогда царил хаос, паника и запах гари. Сейчас всё было идеально: чистые столы, блестящие медные кастрюли, ровные ряды чистых тарелок, и даже свежие травы в горшках на подоконнике. Огромное помещение, рассчитанное на полк поваров, сейчас пустовало.

Переодевшись в китель, доставшийся от Делакура и первым делом направился в кладовую. Стеллажи были заставлены корзинами и мешками, от которых шёл приятный аромат свежих овощей. Я активировал Оценку, пробегая взглядом по каждому предмету.

Тыква: отличное качество, свежая

Картофель: хорошее качество

Морковь: отличное качество

Судак: отличное качество, выловлен сегодня утром

Сливки: жирность 33%, отличное качество

Белое вино: хорошее качество

Я довольно кивнул, не придётся тратить на это время. Граф явно не скупился на продукты, и это радовало.

Теперь нужно продумать меню. Я вспомнил про покупки у Тиса, они всё ещё лежали у меня в котомке. Почему бы сейчас ими и не воспользоваться? Идеально для того, чтобы произвести впечатление. Подумав немного, решил остановиться на четырёх блюдах: крем-суп из тыквы с пряностями, салат из свежих овощей с заправкой из лимонного сока и масла, запечённый судак в шафрановом соусе с овощами, и десерт — ореховый пирог с ягодным соусом.

В дверь постучали, и на кухню вошли двое: парень лет семнадцати с рыжими веснушками на носу и девушка примерно того же возраста с собранными в пучок тёмными волосами. Они оба были в чистых фартуках и смотрели на меня с любопытством и робостью.

— Добрый день, — сказал парень, немного заикаясь. — Меня зовут Пётр, а это Ульяна. Солетта Васильевна сказала, что мы должны делать всё, что скажете.

— Отлично, — я кивнул, разглядывая их перепуганные лица. — Меня зовут Марк Винтер. Сегодня мы готовим обед для графа Орлова, и я хочу, чтобы всё было идеально. Поняли?

— Да, господин Винтер! — ответили они хором.

— Тогда слушайте, — я начал раздавать указания. — Пётр, на тебе тыква. Очисти, нарежь крупными кубиками и залей водой. Потом поставь на плиту, посоли и добавь лавровый лист. Ульяна, с тебя рыба. Умеешь? — я дождался кивка и продолжил. — Чистишь, потрошишь, промоешь, а потом на полотенце, чтобы обсохла. Потом нарежь морковь и лук кольцами. Из них сделаем подушку для рыбы. Я пока займусь тестом для пирога.

Помощники засуетились, и я с удовольствием отметил, что они делали всё быстро и почти без вопросов. Петя ловко орудовал ножом, а Ульяна, несмотря на робость, аккуратно разделала рыбу.

Я же взял муку, масло, яйца и сахар. Достал «Масло Древнего ореха», вдохнул аромат орехов. Его растёр с сахаром, добавил яйца, затем муку и немного молока. Тесто должно получиться мягким и эластичным, с лёгким золотистым оттенком. Я убрал его в холод, чтобы оно отдохнуло.

Тем временем я перешёл к супу. На плите уже томился рыбный бульон, который поставила Ульяна, я проверил его и занялся тыквой. Она уже кипела в котле, источая сладковатый аромат. Я добавил к ней щепотку имбиря, немного мускатного ореха и соль. Всё же хорошо, что граф закупил специи, без них было бы пресно. Через пятнадцать минут, когда тыква стала мягкой, я снял котёл с огня и поискал глазами, чем бы это измельчить. Вряд ли найду погружной блендер, но аналог же должен быть? Этот вопрос я и задал Петру. И о чудо! Он вытащил из кладовой какого-то монстра, который в этом мире выполнял роль измельчителя.

Минут пять я оглядывал этот агрегат, даже не понимая, как им пользоваться.

— Вы никогда не пользовались последним изобретением гномов? — удивлённо спросил Пётр.

— Я предпочитаю по старинке, — уклончиво ответил я. — Показывай, что этот монстр умеет.

Помощник сгрузил всё в большую чашу, опустил крышку и начал крутить ручкой. Пару минут я смотрел, как Пётр перемалывает тыкву в густую массу.

— Смотрите, всё просто! — он сиял, как медная кастрюля. — Получается очень нежная масса!

— Нет, — отрезал я. — Этого мало. Он должен быть, как бархат, а это просто… просто…

У меня не было подходящих слов, чтобы описать то, что я вижу. Поэтому нашёл частое сито, чтобы текстура получилась гладкой, насыщенного оранжевого цвета.

— Вот теперь другое дело! — я влил сливки, добавил ещё немного масла и, сосредоточившись, влил две единицы маны с чётким намерением, чтобы суп согревал и успокаивал.

Перед глазами вспыхнуло сообщение:

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Тыквенный крем-суп»

Качество: превосходное

Свойства: успокаивает +20%, согревает +15%

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 90/800

— Отлично, — я довольно вытер руки и посмотрел на Петра. — Принеси мне тарелки для подачи. Суп будет стоять на водяной бане, чтобы не остыл.

Петя кивнул и побежал к шкафу с посудой. Я уже собирался заняться салатом, как дверь кухни приоткрылась, и в проёме показалась Солетта Васильевна.

— Как у вас дела? — спросила она, с любопытством втягивая носом аромат. — По всем коридорам так вкусно пахнет, что я не могла усидеть на месте.

— Входите, Солетта Васильевна, — сказал я и кивнул на её распущенные волосы, — но, пожалуйста, будьте осторожны. Мы только что закончили с супом.

Она шагнула к нам, придерживая пряди рукой, а её взгляд скользнул по столам и остановились на котле с супом.

— Пахнет восхитительно, — призналась она. — Можно попробовать?

Я улыбнулся, зачерпнул немного половником и налил ей в пиалу и протянул. Секретарь со всей осторожностью приняла её, подхватила со стола ложку и быстро пригубила суп. Чёрные брови подскочили, глаза расширились, и уже через полминуты пиала уже опустела.

— Это просто невероятно, — сказала она. — Такая нежная структура! А послевкусие! Как будто меня укрыли тёплым одеялом! Даже не знаю, как описать. Вы волшебник!

Она потянулась попробовать к кусочкам моркови и уже поглядывала на ягоды для десерта.

— Спасибо, Солетта Васильевна, — я говорил с улыбкой, но в голосе слышалась твёрдость, а потом взял её за плечи и повернул к двери. — А теперь, госпожа секретарь, вы меня извините, у нас тут ещё много работы.

Она разочарованно вздохнула, но не обиделась, и, бросив последний взгляд на суп, исчезла за дверью. Пётр стоял с тарелками и смотрел на меня с явным уважением.

— Вы не побоялись так разговаривать с секретарём бургомистра? — шёпотом спросил он.

— Профессионализм, — ответил я, — он не зависит от чинов. Здесь и сейчас на этой кухне главный я. Здесь будет так, как я скажу, или никак иначе. Возвращайся к своей работе. Овощи готовы для салата?

— Да, я всё помыл, они лежат на соседнем столе, — торопливо сказал Пётр.

Я кивнул и занялся салатом, хочу сделать его лёгким и запоминающимся. Так что нарезал тонкими ломтиками огурцы, помидоры, добавил листья салата и рукколы. Заправку сделал из лимонного сока, оливкового масла и щепотки соли из Системной солонки. Мудрить не стал, зачем портить классику? В конце я капнул маны с намерением придать блюду бонусы к бодрости.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Салат 'Свежесть утра»

Качество: хорошее

Свойства: бодрость +10%, восстановление сил +3%

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 100/800

— Ульяна, как там рыба? — спросил я.

— Готова, господин Винтер, — она показала чистое филе, разложенное на полотенце.

— Отлично. Теперь я займусь соусом. А ты подготовь подушку для рыбы. Выложи на противень кольца моркови и лука, сверху положи филе, посоли, поперчи и полей оливковым маслом. Поставим в печь, когда соус будет готов.

Я взял сотейник и поставил его на средний огонь. Растопил сливочное масло, добавил мелконарезанный лук-шалот, к слову, я очень удивился, найдя его в кладовой. Дальше оставалось томить до прозрачности и уже после влить белое вино, уварил соус наполовину и добавил немного рыбного бульона.

Когда жидкость немного загустела, я всыпал щепотку «Цветов Лунного шафрана». Они выглядели как крошечные оранжевые тычинки. Они окрасили соус в золотистый цвет. В последний момент влил сливки и тщательно вымешал до гладкости.

— Попробуй, — я протянул ложку Ульяне. — Что скажешь?

Она робко попробовала, и у неё перехватило дыхание. Помощница резко выдохнула, ошалело посмотрев на меня.

— Это невероятно! — прошептала она. — Это шафран, да? Один раз мне удалось попробовать, но он и близко не был таким интенсивным!

— Вот поэтому я здесь, — усмехнулся я. — Держи, залей им рыбу и отправляй в печь. Через двадцать минут будет готова.

Ульяна со всей осторожностью приняла сотейник и выполнила моё поручение. Рыба отправилась в одну из больших печей, специально отведённую для горячих блюд. Помощница пристроила противень на средний уровень, чтобы жар был равномерным, и прикрыла дверцу. Вторую печь, поменьше, я оставил для десерта. Не хватало ещё, чтобы запах рыбы смешался с ароматом орехового пирога. На кухне таких печей было целых три, и это позволяло готовить одновременно несколько блюд, не боясь, что ароматы перебьют друг друга.

У меня в трактире хоть и одна печь, десерты мы пока не готовили одновременно с горячим. Впрочем, я надеюсь, что мы вскоре расширим меню, и вот тогда придётся хорошенько поломать голову над этим вопросом.

К слову о десерте, так что пока рыба запекалась, я им и занялся. Тесто уже достаточно отдохнуло, теперь его нужно было раскатать в тонкий пласт и выложить в смазанную маслом форму. Края я защипал, чтобы они получились ровными.

Дальше занялся кремом, на него у меня ушло почти половина горшочка «Масла Древнего ореха». Как же удачно ко мне зашёл Тис! Надо почаще у него закупаться. Как только Ульяна подала мне сахарную пудру, я взбил её с яйцами до лёгкой пены, затем добавил масло и продолжал мешать, пока масса не стала однородной.

Тем временем Пётр уже измельчил орехи и всыпал их в воздушную смесь, а я капнул немного ванильной эссенции.

— Отлично! — я перемешал и кивнул.

Крем получился густым и с тёплым ореховым ароматом. Я вылил его в форму, разровнял поверхность лопаткой и поставил пирог во вторую печь. Температура там была меньше, а значит, тесто не пригорит, но пропечётся.

Через двадцать минут таймер отщёлкнул, и я проверил рыбу. Выглядела она великолепно с золотистой корочкой и густым соусом янтарного цвета. Пока я доставал противень и аккуратно перекладывал рыбу на блюдо для подачи, перед глазами вспыхнуло знакомое голубое свечение:

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Судак в шафрановом соусе»

Качество: превосходное

Свойства: улучшает настроение +15%, дарит чувство насыщения +20%

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 110/800

Так, отлично! Я посмотрел на суп, перевёл взгляд на тарелки с рыбой, поморщился и выглянул с кухни.

— Где официанты? — крикнул я. — Сейчас всё остынет!

Не успел закончить фразу, как в коридоре появились трое молодых людей в чёрно-белой форме. Они быстро забрали суп, расставив тарелки на подносах.

— Следите за гостями, — напомнил я. — Как только закончат, приходите за вторым.

Они закивали и исчезли. Я же проверил пирог. Он как раз подрумянился, поэтому я вытащил его и оставил остывать, чтобы крем окончательно стабилизировался. Осталось только сделать ягодный соус. Для него я решил использовать клюкву. К ней добавил сахар, лимонный сок и всё это проварил до лёгкого загустения. Потом протёр через сито и влил всего одну единицу маны, чтобы вкус стал глубже.

— А можно, мы посмотрим? — вдруг спросила Ульяна, глядя на дверь кухни.

— Конечно, — усмехнулся я, провожая их взглядом.

Оба помощника застыли в пределах моей видимости, и я видел, как они прислушиваются к одобрительным комментариям из обеденного зала.

— Вы там уши долго не грейте, — крикнул я. — Не все разговоры можно слушать.

Они смутились, вернулись на кухню, но глаза у них сияли.

Через несколько минут официанты забрали и салат с рыбой. Всё шло по плану, и я начал украшать пирог ягодным соусом, выдавив из кондитерского мешка аккуратные завитки. Сверху положил веточку мяты.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Ореховый пирог с клюквенным соусом»

Качество: превосходное

Свойства: улучшает настроение +5%, бодрость +3%

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Вы получаете 10 опыта

Текущий опыт: 120/800

— Чай готов? — спросил я, смахнув сообщение.

— Да! Завернула в полотенце. Чашки чистые, лимон нужен?

— Положи, сахарницу и сливки тоже.

— Сливки? — удивлённо спросила Ульяна.

— Никогда не слышала, что так можно пить чай?

— Нет, — помощники переглянулись. — Никогда.

Я усмехнулся и аккуратно разрезал пирог. Рядом с блюдом положил лопатку и кивнул появившимся официантам.

— Несите, — сказал я, и как только они ушли, обернулся к Ульяне и Петру. — Спасибо за помощь. На сегодня всё.

— Вы лучший повар, которого я когда-либо видел, — сказал Петя. — Рады были с вами работать.

— Вы отлично поработали, — ответил я, направляясь к двери. — Помните, что еда — это искусство. Если вы вкладываете душу в то, что готовите, результат всегда будет прекрасным.

Я перевёл дух и уже потянулся, чтобы снять китель, как дверь кухни распахнулась, и на пороге показалась Солетта Васильевна. Она улыбалась во весь рот.

— Господин Винтер, — выдохнула она, даже не переводя дыхания. — Граф и его гости закончили обедать, все в полном восторге. И теперь они очень хотят познакомиться с вами. Вы можете подойти к ним, чтобы принять слова благодарности?

Я кивнул. Система ещё не закрыла квест, а значит, выход на поклон был его частью. Быстро убедившись, что китель чист, кивнул секретарю.

— Хорошо, — ответил я. — Идёмте.

Пока шли, у меня в голове мелькнула мысль о том, что Орлов хотел показать меня остальным. Шутка ли, победитель кулинарного конкурса, гроза продажных князей и подросток, чьё имя было на устах у всего города в последние месяцы. Что ж, я не против — для репутации это только плюс.

Солетта Васильевна быстро зашагала по коридору. Мы прошли по коридору и вскоре остановились у резных дверей, ведущих в малый обеденный зал. Солетта распахнула их с лёгким поклоном.

— Прошу вас, господин Винтер.

Я шагнул через порог и на мгновение зажмурился от света магических светильников. В центре зала стоял круглый стол, накрытый белоснежной скатертью, а за ним сидели пятеро. Двоих я уже знал, это был сам граф и, что не удивительно, Кублицкий. Рядом с ними сидел неизвестный мне пожилой купец с молодой женщиной. Но улыбка, которую я заранее приготовил для графа, застыла на моих губах, когда мой взгляд зацепился за пятого.

Худой, с острыми чертами лица, с глазами холодными и колючими, как битое стекло. Он смотрел на меня в упор.

Андрей Винтер.

Я замер на пороге ровно на один удар сердца и не дольше, чем рекомендовали правила приличия. Внутри всё мгновенно вскипело, но это никак не отразилось, и мои чувства так и остались под маской спокойствия.

Андрей не просто так сидел за этим столом и не выглядел, как случайный гость. Это меня озадачило, неужели граф Орлов не в курсе наших семейных разбирательств? Орлов же сидел с довольным видом человека, который отлично проводит время. Он явно не заметил, как в секунду напряжение между мной и Андреем заставило искрить воздух.

— А вот и лучший повар Бешаля, победитель конкурсов и молодая восходящая звезда готовки — Марк Винтер! — громогласно объявил граф, вставая из-за стола. — Вы просто чудотворец! Я ел ужины при дворе самого императора, но ваша рыба в шафрановом соусе — это нечто иное. Где вы научились так готовить?

Я сделал шаг вперёд и поклонился с достоинством, которое приобрёл за годы работы в ресторане «Версаль».

— Благодарю вас, ваше сиятельство, — ответил я ровным голосом. — Всё дело в том, что использовались свежие продукты, правильные специи и немного терпения. Я рад, что вам понравилось.

Кублицкий сидел с непроницаемым лицом, но в уголках его глаз я заметил искорку. Казначей наблюдал за мной с явным интересом. Теперь мне нужно обязательно с ним поговорить, потому что весь его вид говорил о том, что у него есть какие-то сведения. А вот пожилой купец, сыто откинувшись на спинку стула, одобрительно кивал на слова графа. Его лицо ничего не выражало. Впрочем, он меня не сильно интересовал, как и молодая женщина, которая приподняла бокал в мою сторону. И, наконец, Андрей. Он не двигался, а смотрел на меня с той же холодной оценивающей усмешкой, что и в день его первого появления на пороге «Сытого Вепря».

Я выдержал его взгляд, давая понять, что увидел его, но реагировать не собирался. Затем, не меняя выражения, перевёл взгляд на графа.

— Ваше сиятельство, вы пробовали мою еду в компании, где у каждого свой вкус, и мне важно знать, угодил ли я всем.

Граф рассмеялся, довольно откинув голову.

— Да что вы, Марк! Здесь нет ни одного недовольного. Даже самый привередливый гость, — он бросил короткий взгляд на Андрея, — и то, кажется, оценил ваши блюда. Правда?

Андрей отложил вилку, вытер губы салфеткой и посмотрел на меня с той же холодной усмешкой, что и в день его первого визита в трактир.

— Рыба действительно хороша, — признал он нехотя. — Хотя я предпочитаю более изысканные сочетания. Но для трактирной кухни… вполне достойно.

Я почувствовал, как в груди шевельнулось раздражение, но подавил его. Вместо этого я сделал шаг ближе к столу, остановившись напротив Андрея, и позволил себе лёгкую, почти дружелюбную улыбку.

— Я рад, что вам понравилось, господин Винтер. Вы ведь тоже Винтер, верно? Или я ошибаюсь?

Андрей прищурился. Моя фраза прозвучала так, что любой посторонний принял бы её за обычную вежливость, но мы оба знали, что это был удар под дых. Ведь я только что показал, что не забыл о его существовании, но и не придаю ему значения.

— Не ошибаетесь, — ответил он, и его голос был ровным, как стекло. — Мы ведь даже дальние, но родственники. Правда, я не думал, что вы помните о таких мелочах.

— Я помню всё, что касается моего трактира и моей земли, — сказал я, не повышая голоса. — И всех, кто на неё положил на них взгляд.

Наши взгляды скрестились, но я не позволил себе ни тени напряжения. Я был спокоен. Андрей хотел увидеть, как я нервничаю, пытаюсь оправдываться или уклоняться. Но я дал ему ровно обратное — холодную вежливость, за которой не было страха.

На этот раз граф кашлянул, разряжая обстановку, но вместо него неожиданно заговорил Кублицкий.

— Семья, знаете ли, — негромко сказал он. — У Винтеров, насколько я знаю, всегда были… неоднозначные отношения. Особенно когда речь заходила о наследстве. Не так ли, Марк?

Я встретился взглядом с казначеем. В его глазах мелькнула тень понимания — он знал, что делал, когда поднимал эту тему. Он давал мне возможность показать себя перед графом, не нарушая этикета.

— Господин Кублицкий прав, — ответил я, повернувшись к графу. — Действительно, ходят слухи, что в последнее время появился некий спор о принадлежности земель нашего рода. Я бы не хотел отвлекать вас от обеда такими скучными разговорами. В любом случае все документы у меня на руках, и я не вижу причин для обсуждения.

— Документы? О чём речь? — граф удивлённо приподнял бровь.

— На трактир и земли вокруг него, — ответил я спокойно. — Всё это принадлежит мне, согласно букве закона. Каждая бумага лично проверена господином Кублицким. Думаю, ему не составит труда подтвердить это.

Граф перевёл взгляд на казначея, и тот коротко кивнул, не проронив ни слова. Этого было достаточно. Граф явно было неинтересно это обсуждать, и уж тем более вникать в детали. Его интересовала только еда и ничего более.

— А, ну и славно, — махнул он рукой. — Если всё решено, то о чём говорить? Главное, что трактир работает, а вы продолжаете радовать нас своим кулинарным искусством. Я, знаете ли, когда-нибудь снова загляну к вам в «Сытый Вепрь». Или приглашу вас сюда. Приятный повод для визита в Бешаль.

— Вы всегда желанный гость, господин граф, — ответил я с лёгким поклоном. — И я буду счастлив приготовить для вас что-нибудь особенное.

— О, вы меня балуете, Винтер, — рассмеялся граф. — Обязательно воспользуюсь вашим предложением.

Андрей за столом чуть шевельнулся. И пусть на его лице не дрогнул ни один мускул, но я заметил, как его пальцы сжали ткань скатерти. Он не мог сейчас и при свидетелях затеять скандал и понял, что проигрывает. Тем более что сам Кублицкий стоял за моей спиной.

Впрочем, я не собирался торжествовать и давить на Андрея. Достаточно было показать, что не боюсь его и что он не сможет сломать меня ни угрозами, ни интригами.

— К слову, господин Винтер, — Кублицкий посмотрел на меня. — У меня к вам просьба, мы можем с вами переговорить?

— Конечно, когда?

— Через сорок минут буду ждать вас в своём кабинете, господин Винтер.

— Благодарю вас, — я снова поклонился графу. — Господин граф, господа, благодарю за честь готовить для вас. Если позволите, я покину вас — на кухне ещё нужно навести порядок.

— До встречи, Винтер. Я буду ждать новых блюд, — граф одобрительно кивнул и поднял бокал.

Я развернулся и сделал шаг к двери. На пороге я на мгновение остановился, встретился взглядом с Андреем. Он не отвёл глаз, и я не стал ждать, когда он это сделает. Я просто вышел, оставив за собой плотно закрытую дверь, и тишину, которая, я знал, будет говорить за меня лучше любых слов.

Едва сделал пару шагов, как ко мне подошла Солетта Васильевна и улыбнулась мне.

— Господин Винтер, вы… впечатляете, — сказала она. — Я видела, как вы держались. Не каждый способен так спокойно стоять перед графом и этим… — она запнулась, подбирая слово, — господином.

— Я просто делаю свою работу, — ответил я, чувствуя, как напряжение наконец-то отпускает мышцы. — А работа повара — это не только готовить, но и оставаться хладнокровным в любой ситуации. Доброго дня, Солетта Васильевна.

— И ещё вам просили передать, — она протянула мне тонкую папку с документами. — Вам пригодится.

Внимание!

Квест «Обед для сиятельства» выполнен!

Награда: 100 опыта, ценные сведения, подарок

Текущий опыт: 220/800

Отлично! Я смахнул сообщение, поблагодарил секретаря и, сжимая документы в руках, покинул ратушу. До встречи с Кублицким было достаточно времени, чтобы спокойно ознакомиться с документами. Я огляделся, подумав, что лучше всего сделать это в домашней простой забегаловке. А судя по запаху, она должна быть где-то рядом. Я свернул в боковой переулок, где воздух был прохладнее, и увидел источник густого аромата свежей выпечки и пряных трав.

Заведение называлось «Уютный уголок». Внутри было довольно тихо, несмотря на середину дня. Я оглядел уютное помещение, с накрытыми клетчатыми скатертями столами, глиняными кувшинами на подоконниках и прозрачных банках с маслом на полках. Смотрел не из праздного любопытства, а с прицелом на свой трактир. Хотел же сделать его уютнее. Вот как раз бутылки с маслом мне понравились больше всего, только в них нужно положить веточки розмарина или перец, чтобы выглядело эстетично.

Едва устроился за угловым столом с видом на площадь, ко мне подошла круглолицая женщина в зелёном фартуке. Она представилась хозяйкой.

— Что вам подать, господин хороший? — спросила она, передавая мне дощечку с меню.

— Кувшин морса, — ответил я, пробежавшись глазами по строчкам, — и ваших маленьких пирожков, на ваш выбор.

— Сейчас всё принесут! — она улыбнулась и через минуту уже ставила передо мной глиняный кувшин с тёмно-рубиновой жидкостью и тарелку с румяными пирожками, от которых шёл жар.

Я отпил кисло-сладкого и немного терпкого морса, отмечая его приятный вкус, и приступил к документам. Пирожки оставлю на потом, голодым себя не чувствовал, ведь пока готовишь, всё время пробуешь.

Так что развязал бечёвку и открыл папку. Что же для меня подготовил граф? Но чем дольше я просматривал бумаги, тем сильнее крепло чувство, что это не Орлов, а секретарь бургомистра подсуетилась. Как интересно! Почему же Система учла их как награду к обеду?

Первым шло письмо на гербовой бумаге с печатью бургомистра — официальный запрос из казначейства в архив города. Я пробежал глазами по строкам: «По поручению господина Андрея Винтера… оспаривание права владения… проверка подлинности документов… Марк Винтер, именующий себя наследником…»

Я перелистнул. Следующая бумага была копией запроса в суд. В ней Андрей утверждал, что я не являюсь кровным родственником Демьяна Винтера, и требовал признать права на земли за ним как за «единственным оставшимся представителем старшей ветви рода». Документ был датирован неделей назад. Неделей! А я узнаю об этом только сейчас.

Ещё один лист — запрос на архивные выписки из книг, подтверждающих родословную. Я внимательно прочитал все имена, поражаясь, какая она длинная. Андрей явно пытался найти хоть какую-то зацепку, чтобы доказать, что я не имею права на земли Винтеров. На каждом документе стояла отметка «Принято в работу» и подпись архивариуса, а внизу — короткая резолюция Кублицкого: «На момент запроса права на земли подтверждены за Марком Винтером. Прошу уточнить у заявителя основания».

Последним в папке лежало официальное уведомление о судебном разбирательстве — повестка, адресованная мне, с указанием даты, времени и места. Вот только почему оно было здесь, а не направлено в трактир?

Я закрыл папку и откинулся на спинку стула, глядя в окно. Чего же добивается Андрей? Зачем этот суд, если и так понятно, что я хозяин этих земель? Что новоявленный родственник припрятал за пазухой? Чем он хочет меня удивить? Подделка, свидетель, может быть, даже подкупленный судья? Иначе зачем так рисковать?

Да, теперь разговор с Кублицким будет крайне интересным. Я задумчиво откусил пирожок, прожевал и прокрутил в голове варианты. Даже подумал, поменял бы я что-нибудь в меню, если бы знал, что на обеде будет присутствовать Андрей.

Я усмехнулся своим мыслям. Нет, до такого я опускаться не стал бы. Если Андрей хочет суда — он его получит. Я отодвинул пустую тарелку и достал из кармана несколько медяков, оставляя их на столе. Пора было выдвигаться в сторону Кублицкого, уж он-то знает, в чём тут дело.

А, чёрт, за всеми этими размышлениями я совсем забыл про подарок за квест. Я мысленно активировал кнопку, и перед глазами появилось сообщение:

Внимание!

Вы получили навык: «Холодная голова» (пассивный)

Свойства: устойчивость к панике, +15% к логическому мышлению, +10% к способности находить нужные слова в любой ситуации

Вот где этот подарок был до разговора с Андреем⁈

Я почувствовал, как по спине пробежала лёгкая волна тепла, и в груди разлилось успокаивающее ощущение уверенности. Мысли стали чёткими, как нож, которым я нарезаю овощи. Я перестал переживать, перестал сомневаться, перестал прокручивать тревожные сценарии. Я просто взял ситуацию в свои руки — и знал, что справлюсь.

Возле казначейства я был ровно за пять минут до нужного времени. Меня проводили до кабинета, и не прошло и несколько мгновений, как дверь распахнулась и меня пригласили внутрь.

Кабинет Кублицкого встретил меня привычным запахом старой бумаги, чернил и воска. Казначей сидел за массивным столом, перебирая какие-то бумаги, но, когда я вошёл, он отложил их в сторону и жестом указал на стул напротив.

— Садитесь, господин Винтер, — сказал он, и в его голосе послышалась усталость, которую он обычно скрывал за маской непроницаемости.

Я кивнул и присел, положив на край стола папку с документами. Кублицкий перевёл взгляд на неё, но не притронулся — только чуть приподнял бровь.

— Что это? — спросил он.

— То, что мне передала Солетта Васильевна, — ответил я. — Повестка в суд. И копии запросов, которые Андрей Винтер отправил в архив и казначейство.

Кублицкий взял папку, открыл её и пробежал глазами по страницам. Я молча ждал, наблюдая за его лицом. Но оно не давало мне подсказок, оставаясь каменным. Казначея выдали руки, которые чуть крепче сжались на краю бумаги.

— Он подал эти запросы неделю назад, — сказал я, нарушая тишину. — А я узнаю о них только сейчас. И если запросы, по идее, меня не касаются, то с повесткой в суд возникли вопросы. Мне стало интересно, намеренно её задержали и собирались ли отправлять вообще?

— Не могу ответить на ваш вопрос, господин Винтер, — ответил Кублицкий, закрывая папку и отодвигая её в сторону. — Судебные дела ко мне не имеют отношения. Что касается архивных запросов, то я не видел смысла вас тревожить, ведь документы, которые у меня хранятся, подтверждают ваше право на наследство Демьяна Винтера.

— Тогда, может быть, вы знаете, — я подался вперёд, — что он хочет доказать? Что у него может быть такого, что перебьёт выданные вами и чиновниками документы? Возможно, Андрей хочет оспорить их, доказав, что я не родственник Демьяна? Но в папке есть вся родословная, в которой стоит моё имя. Тогда что?

Кублицкий помолчал, постукивая пальцем по столу. В его глазах мелькнула тень сомнения, и это насторожило меня больше, чем любые слова.

— Я не знаю, Марк, — честно признался он. — И это меня беспокоит. Все документы, которые у меня есть, говорят в вашу пользу. Каждая бумага из архива, каждая запись в налоговых книгах — всё подтверждает, что вы законный наследник Демьяна Винтера. Андрей не может этого оспорить, если только…

Он замолчал, и я почувствовал, как внутри шевельнулось холодное предчувствие.

— Если только что? — спросил я.

— Если только он не нашёл чего-то, чего нет в моём архиве, — проговорил Кублицкий. — Старых документов, которые были утеряны или не попали в официальные записи. Возможно, он обнаружил свидетельство о рождении, браке или завещание, которое в итоге поставит под сомнение ваше право. Я не могу быть уверен, что в архивах хранятся все бумаги. Бешаль — старый город, и многие документы сгорели в пожарах или были вывезены прежними владельцами.

Я почувствовал, как напряжение снова начинает сжимать грудь, но навык «Холодная голова» сработал мгновенно — тревога отступила, уступая место ясности. Я сделал глубокий вдох и заставил себя мыслить логически.

— Так вы думаете, что он нашёл что-то такое? — спросил я.

— Я не знаю, Марк, — повторил Кублицкий. — Андрей не стал бы затевать судебное разбирательство, не имей он хоть слабой надежды на успех. Он не глуп и должен понимать, что проигрыш в суде навсегда закроет ему путь к твоим землям. Зачем рисковать, если нет козырей?

Я молчал, переваривая услышанное. Он был прав. Андрей не похож на человека, который действует наугад. Он что-то задумал — и это «что-то» могло быть опасным.

— Тогда мы узнаем это на суде, — сказал я. — Буду готов к любому повороту событий.

Кублицкий посмотрел на меня с лёгким уважением:

— Вы не боитесь?

— Боюсь, — честно ответил я. — Но я не позволю страху управлять мной. У меня есть доказательства, есть поддержка, и есть понимание того, что я делаю всё правильно. Этого достаточно.

Я поднялся и в последний момент вспомнил про торт. Кублицкий удивлённо приподнял брови.

— Это для вас, — сказал я. — В знак благодарности.

Казначей взял торт и покачал головой. Его лицо, обычно непроницаемое, на мгновение потеплело.

— Вы не обязаны были этого делать, Марк, — сказал он. — Да и документы не нужно менять в вашу пользу, они уже и так правильны.

— Торт — это не взятка, — я усмехнулся. — Вы столько сделали для меня, и я хотел отблагодарить вас по-человечески.

Кублицкий посмотрел на меня долгим взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на одобрение.

— Вы умеете выбирать слова, Винтер, — сказал он. — И умеете быть благодарным. Это редкое качество.

Казначей протянул мне руку, и я пожал её, чувствуя, как его ладонь сжимает мою с уверенностью, которая говорила о том, что он верит в мою правоту.

— Удачи вам, Марк, — сказал он. — Я буду следить за судом, но не смогу вмешиваться. Всё решится на основании документов и свидетельств. И помните: если у Андрея есть что-то, что может изменить исход дела, мы узнаем об этом только на суде через три дня. Держите ухо востро.

Дорога от ратуши до трактира заняла чуть больше часа, но мне это время показалось вечностью. Буян подо мной шёл ровно, не сбавляя шага, а я всё прокручивал в голове разговор с Кублицким и тот ледяной взгляд Андрея за обеденным столом. «Холодная голова», спасибо Системе, работала исправно, но внутри всё равно клокотала злость. Я знал, что у меня есть документы, есть поддержка, есть даже расположение чиновников, но и Андрей не был дураком. Прав Кублицкий, не стал бы он затевать суд без козырей. Вопрос лишь в том, какие именно карты он припрятал в рукаве.

Я въехал в ворота трактира в самый разгар работы. Честно признаться, надоела эта беготня, и мне хотелось хотя бы денёк проторчать на родной кухне за готовкой. Двор «Сытого Вепря» встретил привычными звуками и суетой. Рик заводил в конюшню чью-то лошадь, из окон доносился звон посуды и весёлые разговоры. Всё было так, как и должно быть.

Я спрыгнул с Буяна, и в тот же миг из-за угла конюшни вылетел рыжий вихрь.

— Мряяяу! — Бекон врезался мне в ноги, едва не сбив, и тут же начал тереться о сапоги, издавая такие требовательные вопли, будто я отсутствовал не несколько часов, а целую вечность. — Мряв!

— Тише, тише, — я наклонился, погладил его по голове, и кот тут же запрыгнул ко мне на руки, вцепившись когтями в куртку. — Я же говорил, что вернусь. Ты что, без меня соскучился?

Бекон уткнулся носом мне в шею и громко заурчал, словно маленький моторчик. Из его мыслеобразов выплыла целая череда картинок: пустая миска, украденный кусок вяленого мяса, погоня за курицей во дворе и особенно яркий образ — моя кровать, на которой он спал в одиночестве и тоскливо смотрел на дверь. Я невольно рассмеялся.

— Ладно, ладно, признаю, я тоже скучал. Пойдём, узнаем, как тут без нас дела, но сначала проверим, как там Людмила доделала защиту.

Кот тут же спрыгнул на землю и с достоинством зашагал впереди, как заправский хозяин, который обходит свои владения. Я передал Буяна Рику и двинулся на задний двор трактира. Возле нужного места запустил «Распознавание магии».

Дымка лихо закружилась вокруг меня, подсветив линии магии. Я оглядел их и кивнул: да, Людмила всё исправила. Мне стало интересно, как оно работает, хотя, конечно, лучше бы, чтобы эта защита нам не понадобилась. Разобравшись самым важным вопросом, я пересёк двор и зашёл на кухню.

— Марк! — первой меня увидела Грумхильда, стоявшая возле печи с половником. — А мы уж думали, ты до ночи там задержишься! Как всё прошло? Граф остался доволен? А Кублицкий? Смог с ним поговорить?

— Вопросов-то сколько! — усмехнулся я, подойдя к рукомойнику. — Во-первых, да, граф остался доволен, как и его гости. Орлов обещал снова пригласить меня к себе. Во-вторых, снова да, я смог поговорить с казначеем. Но это не главное, — я помрачнел, — на обеде был Андрей.

Орчиха замерла, и её лицо мгновенно окаменело. Половник в её руке чуть дрогнул, словно она хотела им с размаху ударить, но взяла себя в руки и глянула на жену охотника.

— Керина, подсоби пока с заказами, — сказала орчиха. — На пару минут.

Жена Рика озадаченно посмотрела на нас, и, не задавая вопросы, подхватила поднос с тарелками и выскочила в зал, оставив нас одних. Бекон уже сидел на подоконнике и лениво поглядывал на меня, словно уже был в курсе моих приключений.

— И что он там делал? — с напряжением в голосе спросила орчиха. — Какого чёрта ему понадобилось на этом обеде?

— Всё выглядело так, будто он не случайный гость, — я снял куртку и повесил её на крючок. — И граф его знал. Мне даже кажется, что именно с подачи Андрея, Орлов меня пригласил. К слову, я думаю, что граф не в курсе наших с ним разборок.

— А кто ещё был? — нетерпеливо спросила орчиха.

— Ты удивишься, — усмехнулся я. — Казначей тоже там был. В общем, родственничек пытался меня задеть или прощупать, я так и не понял его посыла. Не вышло, да и Кублицкий меня поддержал, сказав, что документы в порядке.

— Ну и хорошо, — выдохнула орчиха, но в её голосе не было облегчения. — Но ты же не веришь, что Андрей вот так просто отступит?

— Нет, — вздохнул я. — Мне стало известно, что он подал запросы в архив и казначейство. К тому же мне передали повестку в суд. Он будет через три дня. Уверен, что Андрей что-то задумал, но что именно мы узнаем только на заседании.

Грумхильда с силой сжала половник, и деревянная ручка жалобно скрипнула.

— Вот же он… гад! — процедила она. — Ух, знала бы об этом, я ещё в первый его визит так его отделала бы! Мать родная не признала б!

— Не горячись, он подал запросы раньше, чем к нам явился, — качнул головой я и оглядел кухню. — Теперь ты рассказывай, как вы тут без меня?

— Да как-как, — проворчала она, но в голосе послышалась гордость. — Все доделали по заготовкам, пирожки напекли, салат только кончается. Керина отлично мне помогает, Людмила тоже. Она сейчас с детьми в огороде, кусты сажают. Я ей про благословение дриады не сказала, но, мне кажется, она и без этого всё поняла. Ходит и радуется, что растёт всё быстро. Варвара и Татьяна — молодцы! Быстрые и ловкие! Фёдор вернулся от поставщиков, привёз полную телегу круп и муки.

Я облегчённо выдохнул. Значит, с запасами пока порядок. Подошёл к кладовой, заглянул внутрь и увидел аккуратно расставленные мешки с гречкой, рисом, пшеном и мукой. Рядом стояли корзины с сушёными яблоками и грибами. Грумхильда, как всегда, распорядилась хозяйством лучше некуда.

— А с мясом как? — спросил я, возвращаясь к столу.

— Дичь кончилась, курица и утка есть, — вздохнула она. — От оленя остались только копчёные куски, но я их не трогала. Ник пошёл на разведку с луком, может, и принесёт чего.

— Хорошо, — кивнул я. — Может, ещё птицы или зайца принесёт, голодными не останемся.

— Это да, — согласилась орчиха и прищурилась. — Кстати, я тут хорошо подумала да прикинула, что зарабатываем мы уже прилично. А вот тратим только на продукты. Может, пора что-то обновить? Или у тебя в запасе ещё какое колдунство есть?

— Да, давно пора заняться этим вопросом, сам об этом думал только сегодня. — кивнул я и вытащил увесистый кошель. — Давай подумаем, на что потратить в первую очередь.

Мы сели за стол, и я высыпал на деревянную поверхность горку монет. Бекон тут же пристроился рядом, уставившись на блестящие кругляшки с таким видом, будто собирался их охранять.

— Это ж целое состояние! — присвистнула Грумхильда. — Мы могли бы…

— Именно, — перебил я. — Пора вкладываться в трактир, гостей становится больше, нужно ещё два котла по сто литров. Сковороды я купил, противень тоже. Что ещё?

— Например? — она прищурилась, явно заинтересованная.

— Я бы поменял доски, большие миски, кадки, рукомойник и ещё кучу всего по мелочи, — я начал загибать пальцы. — Нужен либо второй колодец, либо какой-то артефакт, чтобы воды было больше и она была чище. Кстати, Грумхильда, а делают здесь водопровод?

— Водо… что? Вод? — приподняла брови орчиха. — Это когда она сама на кухню? Делают, конечно, богачи.

— Тогда нужно и нам такое.

— Хочешь сказать, — она обвела взглядом монеты, — что мы уже богачи?

— Нет, но близко. Да и потом, как станет проще, если тебе не нужно будет каждый раз бегать с ведром, а просто открыть кран! Меньше времени на суету, больше — на готовку.

— Так на это почти половина уйдёт! — всплеснула руками орчиха. — Мы так быстро снова станем бедными!

— Попробуем найти оптимальный вариант, — отмахнулся я, — Ещё я хочу поставить нормальную коптильню, может ещё сарай, а там и до бани недалеко. Гномы могли бы построить новый за пару дней, просторный, чтобы и дрова хранить, и инвентарь, и телегу ставить. Это нам тоже упростит жизнь.

— Может, ещё и зал обновить? — Грумхильда задумчиво постучала пальцем по столу. — У нас даже штор нет, а скатерти стирать не успеваем. Я вот слышала, есть такой новомодный аппарат, в который загружаешь бельё, воду и мыльный корень, а она сама всё стирает. С кристаллом, правда, но у нас есть Людмила, она заряжать будет. Экономия!

— И такое можно, — согласился я. — Ещё хотел летнюю веранду с другой стороны от конюшни, где сейчас всё бурьяном заросло. Поставить навес, столы и лавки, чтобы в тёплые вечера гости могли сидеть на свежем воздухе. Представляешь, как это будет выглядеть? Еда наша, запахи, закат… Мы всех конкурентов обставим.

— Ой, Марк, это же чудесно! — орчиха аж засветилась от этой мысли. — Мы бы тогда вдвое больше гостей принимали! А если поставить там светильники с магией, которые Людмила зарядит, так вообще сказка! — она хлопнула ладонью по столу, но тут же помрачнела. — Только тогда мы с кухни не вылезем. Двумя новыми котлами не отделаешься.

— Не всё сразу, — усмехнулся я. — Сначала поговорим с Гиртом, оценим стоимость работ. У нас есть деньги, и мы их распределим с умом. Кстати, для зала тоже что-то нужно придумать. Картины повесить или что-то такое. Для уюта.

— Пряности, что ли, на стены вешать? — хохотнула она, сверкнув клыками.

Я уже хотел ответить, как дверь кухни распахнулась, и в неё влетел запыхавшийся Гирт. Гном сиял так, будто выиграл главный приз на ярмарке.

— Винтер! — заорал он, едва переведя дух. — Принимай работу! Дома готовы! Мы, считай, только что последний наличник прибили! Всё, как заказывал. Можно заселяться хоть сейчас!

— А мебель? Что успели сделать? — я встал и налил ему компота.

— Основное сколотили, а дальше, — он развёл руками, — сами как-нибудь.

— Орлы! — сказал я, пожимая ему руку. — Я и не думал, что гномы так умеют быстро строить!

— Никто не знал, — признался гном с хитрой улыбкой. — Твои каши творят чудеса. Все работали, как заведённые, а я только успевал руководить. Так что, хозяин, принимай работу и приходи смотреть. Точнее, пусть будущие хозяйки смотрят. Пока есть время, как раз доделаем.

Мы и не заметили, что нас подслушивают. И едва Гирт договорил, как на него налетела счастливая Керина.

— Это правда⁈ У нас есть дом⁈ Мы уже можем туда переехать⁈ — её глаза сияли.

— Правда, — засмеялся я. — Только нужно всё проверить, мало ли ещё что понадобится. Так что бери Людмилу и бегом туда, пока гномы ещё здесь. Сильно не задерживайтесь.

Керина аж подпрыгнула и тут же бросилась обнимать гнома, который от неожиданности выпучил глаза, пытаясь от неё отбиться. Но куда там.

— Спасибо вам! Спасибо! — щебетала она. — Я сейчас Людмилу позову! Мы туда побежим!

— Погоди, — остановил я её и вытащил пять серебряных монет — Вот, держи. Это на обустройство.

Керина уставилась на монеты, потом на меня, и вдруг у неё на глазах выступили слёзы.

— Марк, зачем ты… мы же ещё не заработали…

— Заработаешь, — твёрдо сказал я. — Не жить же без нормальных подушек и самых необходимых вещей.

— Тогда… — она вытерла глаза рукавом и решительно вздохнула. — Тогда я хочу попросить выходной, и мы с Людмилой поедем на рынок. Надо всё купить, пока мужья не видели, а то они скажут, что можно и без обновок обойтись. Мальчишки же вечно экономят!

— Конечно, берите выходной, — рассмеялся я. — Сегодня езжайте, пока у нас всё схвачено. Грумхильда и я вместе справимся. Буян и телега в вашем распоряжении.

— Спасибо! — Керина чмокнула меня в щёку и вылетела из кухни, едва не сбив с ног Варвару.

— Два полных набора, — крикнула она, и орчиха кивнула.

— Да уж, заживут теперь, — усмехнулся Гирт. — А ты, Винтер, не забывай, что мы ещё и навес для телеги обещали сделать. И баню, если захочешь.

— Баня позже, — сказал я. — Пока я хочу летнюю веранду с другой стороны конюшни. Для гостей.

— Можно и веранду, — гном задумался, почёсывая затылок. — Там место ровное, земли много. Я завтра прикину чертёж и скажу, сколько досок и столбов понадобится. Это быстро, дня за три управимся, если с материалом помочь.

— Отлично, — я кивнул. — Тогда договорились.

Гирт ушёл, а я остался на кухне с орчихой. Она вручила мне половник и начала складывать грязную посуду в мойку.

— Ну что, — сказала она, — пока девочки будут по магазинам бегать, мы с тобой вдвоём трактир держать будем. Ты уже соскучился, небось по готовке?

— Ужасно! — улыбнулся я. — Мне бы лучше здесь три смены отработать одному, чем по судам с Андреем мотаться.

Грумхильда покачала головой, понимая, что такого варианта у меня не было. Отбросив раздражающие мысли о заседании, я занялся кухней, полностью погрузившись в работу.

Через полчаса из двора донеслось цоканье копыт и голоса Керина с Людмилой. Они уже выводили Буяна, уложили в телегу несколько котомок и были готовы ехать. Людмила заскочила на кухню, расцеловала меня в щёки и выскочила прочь, не сказав ни слова. Ещё через пять минут прибежали дети за пирожками, я хотел было привлечь их помогать, но, как оказалось, кроме салата, делать было нечего. Только наливать суп, да раскладывать второе. Поэтому я отправил их в огород под присмотром Бекона. Через окно я видел, что к ним присоединилась Пеструшка.

— Так, — сказал я, закатывая рукава. — Давай проверим, что у нас осталось и что будем подавать завтра. Я ещё хочу устроить праздничный ужин или завтрак для всех.

— Отметить новоселье? — уточнила Грумхильда. — Хорошая идея, а то одним тортом мы не наелись. Он был очень вкусный, кстати.

Я начал проверять все шкафы, но быстро поймал себя на мысли, что думаю о заседании. Грумхильда, видимо, заметила мою задумчивость, поэтому отложила половник и встала напротив.

— Марк, — сказала она серьёзно. — Думаешь, Андрей задумал какую-то подлость? Если он выиграет суд, ты знай, мы уйдём из трактира. И все продукты заберём. И столы с лавками.

— Не думаю, что до этого дойдёт, — покачал я головой. — У меня есть все документы, оформленные как надо. И не забывай, меня признал Очаг, а это считай, перевешивает все бумаги. Меня больше раздражает неизвестность. Кублицкий запросил дополнительные документы у Андрея. Без них сложно сказать, что задумал этот Винтер.

— И что ты будешь делать?

— Слушай, по закону я владелец земель, — отрезал я. — Чтобы он не принёс на суд, у меня уже есть на это ответ. Скажет, что я нарушил закон? А мне бумаги бургомистр заверил. Скажет, что я не Винтер, а как тогда меня Очаг признал?

— Помни, мы тебя всегда поддержим, — Грумхильда сжала моё плечо. — Чтобы он не придумал. С вилами в суд пойду, если понадобится.

Я улыбнулся в ответ и уже хотел сказать что-то благодарное, как в дверях появилась Варвара, а за её спиной застыл незнакомый силуэт. Потом присмотрелся и понял, что это бард.

— Господин Винтер, — с напряжением в голосе позвала помощница. — К вам пришли!

— Господин Винтер! — сказал он, входя. — Я пришёл, как и мы и договаривались, — он увидел Грумхильду и поклонился. — Рад встрече, моё имя Алексан.

— Марк? — непонимающе посмотрела на меня орчиха.

— Я предложил Алексану петь у нас в трактире, — не сводя взгляда на барда, ответил я. — Сейчас салат доделаю, и мы с вами всё обсудим. Вы голодны?

— Не отказался бы, — признался бард.

Грумхильда молча вытащила поднос, налила тарелку супа и положила пару пирожков. Бард с благодарностью кивнул, забрал свой ужин и вышел в зал, устраиваясь у барной стойки. Фёдор внимательно на него посмотрел, потом налил стакан сбитня.

— Марк, ты уверен? — спросила орчиха. — А если он опять ту песню петь будет?

— Не будет, у меня для него есть совсем другая история, — улыбнулся я.

На самом деле, мне и не нужно было делать салат, Грумхильда отлично справилась и без меня, но я хотел хорошенько обдумать будущие песни. Так что пока руки были заняты, голова работала на полную мощность.

Не прошло и полчаса, как салат был готов, заправленный лимонным соком и зеленью. Я ещё сверху посолил его из системной солонки, а вот ману добавлять не стал, и так по Оценке бонусы у блюда получились отличные.

До конца вечера оставалось почти три часа, зал был битком, и я вышел к барду. Варвара и Татьяна носились с подносами, Фёдор разливал сбитень, а Грумхильда успевала отдавать заказы. Всё же хорошо, что я улучшил плиту, кухню и обеденный зал. Мне было интересно узнать, что будет дальше, но для этого нужно было сделать Блюдо Хранителя. А в этой постоянной суете я даже не успевал подумать про него, куда уж готовить!

Так что убедившись, что кухня справляется, а посуда ещё не накопилась, я вышел в обеденный зал и присел рядом с бардом.

— Алексан, — начал я тихо. — Надеюсь, ты готов слушать мой рассказ про династию поваров и их родовую силу. Ведь Винтеры не просто трактирщики, а нечто большее.

Бард удивлённо моргнул, явно не ожидая такого поворота, и подтянул к себе лютню ближе. В его глазах я видел живейший интерес, так что я начал свой рассказ.

Начал с того, что Винтеры имели особый дар к поварскому делу и передавали свои знания из поколения в поколение. О том, как дед Демьян был хранителем тайны силы рода, и что у меня изначально не было к ней таланта. Вскользь упомянул про некий артефакт, который я пробудил, чтобы подтвердить своё право называться Винтером. О том, как земля сама выбрала меня, а не того, кто уехал в столицу и забыл про корни.

Конечно, я опустил многие детали, в том числе про Систему и мощь Очага, но создал образ мальчика, который остался один и не сдался. А взял всё в свои руки и доказал, что достоин великого наследия предков.

Бард слушал затаив дыхание, и в его глазах разгорался огонь. Когда я замолчал, он несколько секунд сидел неподвижно, а потом его пальцы сами коснулись струн.

— Святые ноты! — прошептал он. — Это же настоящая сага! Я напишу балладу, Марк. Такую, что её будут петь во всех трактирах!

— Только не перевирай, — усмехнулся я. — И не делай из меня святого, я простой повар.

— Повар, который пробудил древнюю магию, — хмыкнул он и уже начал напевать какую-то мелодию.

Я оставил его, вернулся на кухню, а через сорок минут, когда в очередной раз на кухню зашла Варвара, услышал голос барда. Он пел о Винтерах, о старом трактире, о мальчишке, который не сдался. В его песне были и драма, и надежда, и даже немного юмора. Алексан не забыл упомянуть про кота, и все строчки о нём гости встречали с восторгом. Бекон немедля вышел в зал, чтобы все увидели его вживую. Как по мне, кот давно не получал столько внимания.

Когда же бард закончил на самом интересном моменте и начал другую, обычную песню, гости удивлённо переглянулись и потянулись к нему, выпрашивая продолжение истории про трактирщика.

В ожидании люди заказали ещё, но почти не трогали еду, потому что были сыты. Что ж, бард выполнил свою часть сделки, а у меня появилась новая задача: нужно добавлять в блюда меньше бонусов к сытости, и начать готовить мелкие закуски, чтобы гости чаще заказывали. И станет всё, как в любом ресторане моего прошлого мира.

Я вдруг поймал себя на мысли, что воспоминания о прошлой жизни никак не отозвались в сердце. Как будто я и не жил там, а смотрел кино. Это меня поразило. Как же сильно я привык и породнился с этим трактиром!

Так и прошёл вечер. Бард закончил работу и отбыл, общая завтра вернуться. Почти под самое закрытие вернулись Керина и Людмила. Телега была завалена вещами до самого верха. Бедняга Буян, когда остановился возле конюшни, едва не падал. Фёдор его выпряг и отвёл в стойло отдыхать. Нужно коню отвар приготовить, а то чует моё сердце, эти женщины ещё не все купили.

Я уже хотел пойти помогать, как со стороны двора, тяжело дыша, появился Ник с утками и новостью, что смог завалить кабана. На резонный вопрос орчихи, где этот кабан, охотник со вздохом ответил, что у него не хватило сил его доволочь. Фёдор сразу вызвался помочь.

Как только они ушли, появились гномы, быстро схватили телегу за оглобли и отволокли её к новым домам. Рик отправил за ними следом жену с детьми и Людмилу, а сам остался помогать с последними гостями.

Через час они все вернулись обратно в трактир. Я думал, что за вещами, но Керина сказала, что в потёмках заправлять кровати неудобно, поэтому начнут всё завтра. Никто не был против, гостевые комнаты всё ещё были свободны.

Когда мы уже закрыли двери трактира для посетителей, Людмила с таинственной улыбкой заглянула на кухню.

— Марк, — сказала она. — Мы в городе закупили нужное не только для домов, но и для трактира. Если позволишь, то я бы попросила тебя не заходить в обеденный зал, и довериться мне.

— Погоди, дай хоть тогда к себе поднимусь, а то лестница-то там!

— Так можно? Завтра утром всё увидете!

— Можно-можно, — кивнул я, снимая фартук.

Людмила подмигнула и ушла, оставив меня в недоумении. Я переглянулся с Грумхильдой.

— Что она могла такого привезти-то? — спросил я орчиху.

— Ты же сам хотел чего-то для уюта, — хохотнула она. — Так что получай!

— Мряв! — добавил Бекон.

— Ладно уж, до утра я как-нибудь потерплю.

Я проснулся от того, что Бекон сидел у меня на груди и требовательно мяукал, тыкаясь мокрым носом в щеку. За окном уже вовсю светило солнце, и я с удивлением понял, что проспал дольше обычного. Вчерашние переживания и суета вымотали сильнее, чем я думал.

— Мряв! — кот нетерпеливо стукнул лапой и показал мыслеобраз пустой тарелки.

— Да-да, иду кормить, — проворчал я, сбрасывая одеяло. — Ты бы ещё будильник с собой принёс. Чего сам не сходил и не поел?

— Мряв⁈ — возмутился он и вдруг показал мне пустой обеденный зал.

— Да, точно, сюрприз от Людмилы, — кивнул я. — Пойдём, посмотрим.

Бекон первым вылетел из комнаты, а я, накинув рубаху и штаны, вышел следом. Уже из коридора я слышал голоса и звон посуды — команда готовила трактир к рабочему дню. Когда я оказался на лестнице, то буквально замер, встав на первую же ступеньку.

Обеденный зал невероятно преобразился. Я и не думал, что такое возможно! Будто совсем другой трактир. На окнах висели лёгкие занавески с вышитыми по краям полевыми цветами. Уверен, что это сделала Татьяна, и когда только успела? Ткань пропускала свет и не закрывала вид на дорогу.

Я перевёл взгляд на стены, теперь там появились несколько картин. С правой стороны был изображения леса, а с левой — речные пейзажи. За стойкой появилась новая доска для меню с затейливым узором, а на подоконниках красовались одинаковые горшочки с живыми травами. Я опознал базилик, мяту и розмарин. Всё было подобрано со вкусом и не утомляло глаз.

— Ну как? — раздался голос Людмилы, и я перевёл на неё взгляд.

Она стояла в дверях кухни, сияя улыбкой, а рядом с ней Керина и Грумхильда смотрели на меня с ожиданием. Варвара и Татьяна тоже были, заканчивали стелить скатерти и тоже повернулись ко мне.

— Ты говорил про уют, — продолжила Людмила, — вот мы и решили, что пора освежить обстановку. Картины нам торговец уступил за полцены, а ткань для занавесок сшила сама, а Татьяна сделала чудесную вышивку. У неё золотые руки.

Помощница замерла и смущённо опустила глаза, но щёки стали пунцовыми от похвалы. Я обвёл взглядом зал и ощутил, как внутри разливается тепло. Да, вышло очень простенько, но это была настоящая магия, сделанная человеческими руками.

— Выглядит чудесно, — сказал я, и неожиданно мой голос дрогнул от искренней благодарности. — Это именно то, что нужно. Теперь даже стены дышат уютом.

— Это ещё не всё! — Керина подошла к стене и сняла одну из картин, показывая сзади крючок. — Мы подумали, что их можно менять по настроению или сезонам. Можно купить с зимними пейзажами или с осенними. Я видела их, но покупать не стала, сначала хотела у тебя спросить.

— Хорошая идея, — кивнул я. — Вместе выберем. Много вы потратили? Нужно ещё?

— Ой, не переживай, — отмахнулась Людмила. — Мы уложились в те пять серебряных, что ты дал. На мелочь игрушки для детей, если ты не против.

Бекон уже успел всё обнюхать, чихнул от запаха базилика и одобрительно мявкнул. Потом прыгнул к стойке, и я заметил рядом с ней плетёную корзинку с румяными яблоками. Эта мелочь создавала ощущение дома. Я мысленно пообещал себе, что не дам этой атмосфере пропасть, что бы ни случилось.

— Тогда предлагаю сейчас быстро сделать завтрак, — сказал я, потирая руки. — У нас сегодня большой день! Грумхильда, ты со мной?

— Неужели ты думаешь, что я без тебя и кашу не сварю? — проворчала она, но в глазах плясали искорки. — Идём, покажу тебе, что я уже сделала.

— Вот это да! — я смотрел на здоровенную миску с тестом для блинов. А на печи уже стояли три сковородки. Я присвистнул.

— Да вы меня сегодня балуете просто! — я наклонился над тестом и добавил в него три единицы маны, — сегодня всем нам нужны силы и выносливость.

— А то! — она самодовольно улыбнулась. — Я подумала: сегодня суета, надо накормить всех чем-то быстрым, но вкусным. Блинчики с мёдом и сметаной, плюс каша для тех, кто хочет плотного. Кстати, я уже и гномов предупредила, чтоб к двенадцати приходили — помогут нам вещи перетаскивать. Гирт прислал гонца, сказал, что сам будет с артелью.

— Сделаем для них кашу, — сказал я, закатывая рукава. — Неси крупу, и приступаем!

Грумхильда усмехнулась, пошла в кладовую и вернулась с тыквой и пшёнкой, а я начал печь блины. Вскоре кухня наполнилась ароматами, что даже Бекон спрыгнул с подоконника и требовательно мявкнул. Орчиха недовольно на него посмотрела, а потом перевела на меня взгляд, потому что я уже вытаскивал для него из стопки один.

— Он скоро сам как блинчик будет или скорее, колобок! — сказала она, но положила ему ещё и немного каши.

Со второго этажа послышались голоса, и вскоре на кухню ввалились дети охотников. Заспанные, едва отрывшие глаза, но уже готовые завтракать. За ними появились и Рик с Ником. Они выглядели не лучше, и я уже подумал сварить бодрящий отвар.

— Так, дети, живо умываться! — в дверях появилась Керина. — Без этого никакого завтрака.

Дети приуныли, но безропотно поплелись за матерью. Бекон фыркнул, провожая их взглядом.

— Марк, каша готова! — отозвалась орчиха. — Будешь применять своё колдунство?

— Конечно, нам же нужно, чтобы они быстро работали, — рассмеялся я.

От котла шёл аромат хорошей каши, сделанной с душой. Я добавил лишь несколько единиц маны для быстрого восстановления сил. У меня уже входит в привычку использовать её во всех блюдах и, кажется, скоро буду добавлять в воду для умывания. А что? Хорошая мысль!

Впрочем, я её я быстро отогнал, чтобы не сидеть потом с пустым резервом.

Через полчаса, когда все расселись, я поднял кружку с компотом:

— Друзья! Сегодня у нас важный день. У нас есть два замечательных дома для замечательных людей, которые присоединились к команде трактира «Сытый Вепрь». И я хочу, чтобы каждый из вас чувствовал себя частью. Спасибо вам за всё. А теперь давайте завтракаем, силы нам понадобятся.

Все одобрительно зашумели, застучали ложками, и я с удовольствием заметил, как даже самые хмурые лица разгладились. Дети с энтузиазмом уплетали блинчики, а остальные за ними едва поспевали. Бекону тоже досталось немного сметаны. Хотя судя по хитрым моськам детишек, они скормили ему ещё и пару блинов.

Поели быстро, ведь впереди у нас много работы. Грумхильда уже спросила на счёт меню, а Керина с Людмилой переглядывались, думая, как бы успеть привести новые дома в порядок, не в ущерб работающему трактиру. Даже первыми выскочили из-за стола. И только их мужья подозрительно притихли. Я время от времени на них поглядывал, пока не понял, что они задумали.

Убедился в своих догадках в тот момент, когда они очень суетливо поднялись из-за столов, и попросили разрешения отбыть на охоту.

— Марк, — сказал Ник, подходя ко мне с серьёзным лицом, — мы тут подумали, что дичь у нас на исходе. Вчера только один кабан да утки. Это ж на пару вечеров, не больше. А мы тебе обещали поставлять мясо постоянно. Непорядок. Да и потом, поутру самый активный зверь, пока жара не началась.

— Да-да, — подхватил Рик, стараясь не встречаться с Кериной взглядом. — Мы буквально часа на четыре уйдём, может, оленя подстрелим. Быстро! Одна нога здесь, другая там.

Я изо всех сил сдержал улыбку, но внутри так и распирало от смеха. Конечно, они просто сбегали от женской суеты! Я сам хорошо знал, как женщины могут командовать расстановкой мебели. Ник и Рик предпочитали рисковать жизнью в лесу, чем участвовать в споре о том, куда поставить шкаф.

— Да, обещали мясо, а уже неделю ничего толком не подстрелили, — невозмутимо кивнул я. — Идите и без добычи не возвращались, а то суп придётся варить на добром слове.

Охотники радостно закивали, схватили свои рюкзаки и буквально вылетели из трактира. Я покачал головой и повернулся к Грумхильде, которая как раз вытирала столы.

— Даже не сомневался, — хмыкнула она. — Они как услышали про переезд, сразу побледнели. Я им ещё вчера сказала, что в пустом доме всегда много места для перестановок.

— Пусть гномы примут основной удар на себя, — ответил я. — Всё равно жёны потом ещё десять раз придумают, чем занять мужчин.

Вскоре прибыла артель Гирта с телегами и верёвками. Я выдал им котёл с кашей, и они с жадностью набросились на неё, словно дома их не кормят. Через десять минут лица гномов просветлели, и они поспешили начать работу. Правда, хмурым был один Гирт, которому я сказал, что помогать им будут Керина с Людмилой. Вскоре к ним присоединились и орчиха. Не могла она пропустить такое зрелище. Только Фёдор остался в стороне от этой суеты, взявшись таскать дрова и воду для кухни.

Когда мы с котом остались одни, Бекон царственно устроился на подоконнике и посмотрел на меня любопытством.

— Ну что, — сказал я ему, — давай проверим, не разучился ли я готовить один за всех.

Первым делом я поставил бульон. Решил не мудрить и сделать куриный с лапшой — благо тушек от Михаря набралась целая корзина. Нож в моей руке двигался с невероятной скоростью: «Быстрая шинковка» делала своё дело, и тушки буквально распадались на части, стоило мне лишь коснуться сустава. Я работал в полную силу, чувствуя, как Сила и Ловкость, вложенные в параметры, превращают каждое движение в точный и эффективный жест. Кости и обрезки полетели в большой котёл, туда же я бросил лук, крупные морковины, корень петрушки, лавровый лист и горсть душистого перца. Залил холодной водой, поставил на печь, чтобы бульон томился, так он станет насыщенным.

Пока бульон нагревался, я переключился на рагу. В кладовой лежали копчёные рёбра и грудинка — их как раз хватило на два больших противня. Я нарезал мясо кубиками примерно в два пальца. Картошку, лук и морковь я высыпал на стол мешками и позвал Фёдора, чтобы управляться быстрее. Пока он чистил, я разогрел на печи большую чугунную сковороду с толстым дном. Мясо я обжаривал партиями, чтобы оно не тушилось в собственном соку, а покрывалось румяной корочкой. Каждую партию я выкладывал в противень.

А только после того, как всё мясо было обжарено, на том же жире потомил лук с морковью, пока они не стали мягкими и золотистыми. Эту смесь я переложил к мясу и залил бульоном из котла, добавил немного томатной пасты для цвета и бросил сверху гору нарезанной картошки. Всё это останется только поставить в печь, как только до прихода гостей останется полтора часа.

Дальше было самое сложное на сегодня. Я задумал сделать оливье. Вроде простая штука, но для привычного потока людей придётся постараться. Так что я поставил вариться овощи сразу в четырёх котлах. А с ними рядом ещё и яйца. Пока всё вода закипала, я вытащил из супа курицу, разобрал на волокна и оставил в отдельной кастрюле.

Теперь лапша. Я взял муку, яйца и соль, а вот воду добавлять не стал, мне нужно было упругое тесто. Замесил его на столе, присыпанном мукой, и раскатывал скалкой до тех пор, пока пласт не стал почти прозрачным. Потом нарезал его тонкими полосками и развесил на деревянных палках. Лапша должна была подсохнуть, прежде чем отправиться в бульон. Я сделал сразу много, аж четыре больших замеса, каждый, и каждый на полную квашню. Лапша высыхала быстро — я оставил её в тёплой части печи, где было сухо, и она не слипалась. Когда наступит время, останется только опустить её в кипящий бульон на пару минут.

Когда картошка, морковь и яйца остыли, я принялся за нарезку. Фёдор помогал мне и с этим, очистив овощи и выкладывая их передо мной. «Крепкая спина» и Выносливость позволяют мне работать без устали. Я поглядывал на минотавра, но он не жаловался, упорно продолжая орудовать ножом. Мы чистили овощи, нарезая их мелким, ровным кубиком, не больше горошины. Это важно, чтобы в салате все ингредиенты чувствовались одинаково, а не выбивались крупными кусками.

Вот тут мне и пригодилась курица, а к ней из погреба я принёс кадку с солёными огурцами. И когда её успели купить только? Со всеми своими походами на болота и в Бешаль я совсем перестал следить за трактиром. Но видел, что Грумхильда отлично со всем справлялась. В погребе нашёл и солёный горошек, его было три здоровых кувшина. Я смешал всё в большой кастрюле, но заправлять пока не стал, потому что было ещё рано, да и майонеза в кладовой не было. Да откуда ж ему тут взяться? Буду сам готовить.

Пока я крутился между столами и печью, осталось всего два часа до открытия. Нашей прекрасной половины команды ещё не было видно, так что я продолжил работу.

— Компот! Про компот забыл! — я схватился за голову.

— Я сейчас сделаю, — пророкотал минотавр и поставил на печь ещё один котёл.

Всё же как хороша улучшенная печь! Бульон не остывал, лапша не пересохла, а места хватало сразу на пять котлов. Кажется, нужно будет скоро покупать ещё три по сто литров. Или сразу на сто пятьдесят, чтобы наверняка.

Оглядел кухню, задумался, не пора ли приступить к готовке майонеза? Нет, сначала поставлю мясо. Противни легли в печь с лёгким стуком. Я только проверил уровень жара и сразу же приступил к майонезу.

Желтки, горчица, уксус, соль и сахар. Наверное, этот рецепт я могу приготовить, не приходя в сознание! Смешал ингредиенты в глубокой миске и начал взбивать венчиком, постепенно добавляя растительное масло — тонкой струйкой, буквально по каплям, чтобы эмульсия не расслоилась. Масса начала густеть, становиться белой и гладкой. Когда масло кончилось, майонез был готов — густой, блестящий, с лёгким кисловатым ароматом.

Я заправил салат, аккуратно перемешивая его лопаткой, чтобы не раздавить овощи, и убрал в погреб. Ему нужно было настояться, чтобы вкусы соединились.

Вскоре подошло время проверять бульон. Он уже стал прозрачным, с глубоким куриным ароматом. Мы с Фёдором процедили его через тонкое сито, как только придут гости, заправлю его лапшой.

Я уже собрался взяться за пирожки, как понял, что теста осталось всего ничего. Ну, может, на одну партию, и то впритык. А вот начинки было хоть отбавляй! В кладовке стояли мисочки с нарезанной капустой, которую Грумхильда успела приготовить, и целый горшок с солёными грибами. И как же я раньше не проверил запасы теста? Хорошо, что заметил сейчас, а не в самый разгар торговли.

Я быстро прикинул расклад и принял решение делать тесто на кефире. Десять минут на замес, никакого отдыха в прохладе, но их нужно жарить. К тому же я видел в погребе здоровенный бидон, надеюсь, что там именно кефир. И не ошибся.

Вылил кефир в здоровенный таз, добавил яйца, сахара, соли из Системной солонки и растительного масла. Всё это я быстро взбил венчиком, чувствуя, как «Ловкость» помогает мне. Муку не просеивал, кефирное тесто прощает такие мелочи. Соду я смешал прямо с мукой и порциями начал всыпать в жидкую основу, мешая руками. Масса быстро собиралась в ком, переставая липнуть к пальцам. Вымешивал его примерно пять минут, пока оно не стало гладким и упругим. Ману дополнительно сверх порции от «Мана-Повара» добавлять не стал, гостям хватит бонусов из супа с рагу.

Когда я закончил, отложил тесто в сторону, накрыл полотенцем и глянул Фёдора, который домывал котлы из-под овощей. Минотавр вопросительно посмотрел на меня.

— Снова нужна твоя помощь, — я кивнул на тесто. — Поможешь жарить?

Фёдор кивнул, вытер руки полотенцем и приготовился слушать мои команды.

— Сейчас будем лепить, — я взял кусок теста и скатал его в колбаску, которую разрезал на аккуратные кругляши.

Дальше я показал ему, как расплющивать каждый в лепёшку, класть начинку и защипывать края. Фёдор смотрел внимательно, потом взял свой кусок и принялся за дело. У него выходило грубовато, но надёжно — пирожки не разваливались, и это было главное.

— Сильнее не надо, — поправил я его, когда он слишком сильно сжал край. — Просто прижми пальцами, и всё, можно жарить.

Я поставил большие сковороды на печь, налил масло и дождался, пока оно зашипит. Как только это произошло, первый пирожок лёг на раскалённую поверхность. Край начал пузыриться, поднимаясь золотистой корочкой.

— Смотри, — сказал я Фёдору. — Как только низ зарумянится — переворачивай. Не трогай раньше, чтобы корочка не слезла.

Фёдор справился, и через пару минут первый готовый пирожок отправился на тарелку. За ним — ещё один. Мы работали в ритме: он лепил, я жарил, затем менялись. Сковороды шипели, масло брызгало, по кухне поплыл аромат жареного теста и капусты. Я краем глаза заметил, как Бекон поглядывает на нас с интересом, ожидая, когда подоспеет первая партия. Знал, хитрец, что с ним мы обязательно поделимся.

Когда первая партия остыла, я отломил кусочек пирожка и, глядя на кота, попробовал. Тесто было мягким и хрустящим по краям, начинка — сочной, с лёгкой кислинкой. Ровно то, что нужно.

— Готово, — сказал я, вытирая руки о полотенце. — Теперь у нас есть пирожки на весь вечер, а может, и на завтра. Фёдор, ты отличный помощник. Спасибо.

Фёдор кивнул и направился во двор. Только у самой двери остановился и повернулся ко мне.

— А можно мне парочку? — вдруг спросил он.

Я усмехнулся и кивнул в ответ. Его рука сгребла две штуки, а третий, самый маленький, как только остыл, достался Бекону.

С кухни донёсся звон колокольчика — Варвара и Татьяна пришли на работу. Я успел поздороваться и направить их накрывать столы. До прихода гостей оставалось меньше сорока минут, а Грумхильда и остальные ещё не вернулись. Да и охотники тоже всё ещё носились по лесу. Надеюсь, они принесут мне славную добычу. В любом случае я уже забросил лапшу в суп, и, если даже никто не появится и через два часа, я отлично продержу оборону на кухне в одиночестве.

Следом за ними появился бард с новостями, что люди к трактиру идут уже из Бешаля и соседних деревень. Но пока их не было, я поставил перед ним тарелки с обедом и оставил настраивать лютню.

Он успел поесть, помощницы подготовили зал, и вся еда была готова, мы открыли двери трактира. Когда гости расселись и сделали заказы, бард поднялся.

— Друзья! — провозгласил он. — Сегодня я спою для вас следующую часть саги. Она будет о тайнах, которые хранит старый трактир, и о том, как один юноша нашёл ключ к своему наследию!

Люди зааплодировали, и я понимал, что сегодня будет вдвое больше заказов. Варвара уже носилась с подносами, Татьяна едва успевала записывать, а я думал о том, чтобы Грумхильда и Керина уже вернулись.

И тут в окне я увидел гномов, которые шли через двор в сторону леса. Я выскочил к ним.

— Гирт! — окликнул я гнома. — Есть минутка?

— Для тебя всегда, Винтер, — он вытер пот со лба и подошёл.

— Давай быстро прикинем план по веранде. Я хочу, чтобы она была с западной стороны от трактира. Место ровное, там солнце до вечера. Столы на десять-пятнадцать человек, навесы от дождя и решётки, чтобы в огород не лезли.

— Если доски и столбы возьмём у Кузьмы, — Гирт быстро набросал на дощечке чертёж углём, — тогда материал обойдётся в десять серебра, работа — ещё в пятнадцать. За три-четыре дня соберём, если с погодой повезёт. Только работать будет всего пять или семь гномов, Торк уже недоволен, что добыча соли приостановлена. Или хочешь, найду хороших рабочих?

— Буду рад любому варианту, главное, чтобы было построено.

— Будет сделано! — гном спрятал чертёж и побежал догонять артель.

— А, Гирт! — крикнул я ему вслед. — Последний вопрос! Когда там женщины уже закончат?

— Закончат? Смеёшься⁈ — бросил он и исчез между деревьями.

Я вздохнул и вернулся в кухню, где меня ждали взволнованные помощницы с заказами. Мысленно призвав все свои силы, я начал разливать суп по тарелкам. Но у меня просто не хватало рук! И в тот момент, когда я уже хотел просить помощи у Татьяны, в дверях кухни показались знакомые силуэты.

— Марк! — Грумхильда плюхнула корзину на стол. — Мы закончили! Всё перевезли, расставили, даже мебель собрали! Теперь мы здесь и готовы помогать!

— Я ждал вас к началу рабочего дня, — строго сказал я. — Почему задержались?

— Да так там это… — начала Грумхильда и оглядела кухню. — Как ты успел столько всего сделать один?

— Не один, а с Фёдором. А должен был с вами, — я нахмурил брови.

— Больше такого не повторится! — чётко ответила Грумхильда и кивнула Керине с Людмилой. — Девочки, за работу!

Они быстро надели фартуки, отобрали у меня половник и буквально выпихнули с кухни, не забыв вручить в руки стакан с компотом. Бекон смотрел на это, и, я клянусь, смеялся.

Я сделал глоток компота, прикрыл глаза и впервые за долгие часы позволил себе просто постоять и посмотреть на то, как моя команда работает без меня. Грумхильда уже командовала у печи, Керина ловко нарезала хлеб для гостей, а Людмила раскладывала пирожки по корзинам.

В какой-то момент на кухне появилась Варвара, и вместо подноса в её руках был плотный конверт. Да что опять?

— Приходил гонец из ратуши, просил передать, ничего больше не сказал, — добавила помощница и вернулась в зал.

Я приподнял брови и взломал сургуч с гербом Бешаля. Грумхильда остановилась и внимательно посмотрела на меня.

— Марк, что случилось?

— «Марку Винтеру, хозяину трактира „Сытый Вепрь“, — прочитал я вслух. — Настоящим уведомляю вас о том, что в городскую канцелярию поступила официальная жалоба от Андрея Винтера, в которой он оспаривает ваше право на владение землями, трактиром и родовым наследием. В жалобе указано, что вы не имеете кровного родства с родом Винтеров, а все документы, подтверждающие ваше право, — подложные. В соответствии с городским уставом и на основании предоставленных заявителем свидетельств, мною назначено публичное разбирательство. Заседание состоится завтра, в пятнадцать часов, в зале городской ратуши. При себе иметь все документы, подтверждающие родство с семьёй Винтеров, а также возможных свидетелей. В случае неявки или недостаточности доказательств решение будет принято в пользу истца».

Грумхильда сжимала скалку так, что костяшки побелели.

— Марк, — тихо сказала Грумхильда, — что будем делать? Андрей объявил войну открыто.

Я ничего не ответил, потому что перед глазами вспыхнуло голубое окно Системы:

Внимание!

Активирован квест: «А Винтер ли ты?»

Цель: доказать своё кровное родство с родом Винтеров

Награда за выполнение: опыт, репутация, подарок

Штраф за провал: потеря права на земли и трактир, снижение репутации

Принять / Отказаться?

В этом зале городской ратуши мне ещё не приходилось бывать. Он совсем не выглядел, как остальные помещения, и был подчёркнуто лаконичен и можно даже сказать мрачен. Света из стрельчатых окон не хватало, а светильники словно намеренно пригасили, утопив зал в серой полумгле. Да и каменные стены с выцветшими гобеленами не поднимали настроения.

Под стать обстановке были и лица присутствующих. В центре зала возвышался массивный дубовый стол судьи, за которым восседал пожилой мужчина с блёклыми серыми глазами и седой бородой, аккуратно подстриженной в форме клина. Его мантия из тяжёлого бархата тёмно-бордового цвета выглядела внушительно, а взгляд, которым он окинул собравшихся, не сулил снисхождения. По обе стороны от него сидели двое чиновников в чёрных камзолах — их лица были бледны, а глаза то и дело бегали по сторонам, словно они искали кого-то в толпе зрителей. Я сразу их отметил, наверняка их услуги оплачены Андреем.

Он, к слову, расположился слева за отдельным столом. Одет в дорогой тёмно-синий сюртук с серебряной вышивкой на воротнике — явно столичная работа, не местная. Рядом с ним сидел мужчина, похожий на адвоката из дешёвого сериала: худой, нескладный, с лошадиным лицом. Его пальцы постоянно перебирали бумаги, будто он раскладывал пасьянс. Сам Андрей, хоть и выглядел спокойным, но то и дело постукивал по столу большим пальцем. Новый Винтер бросал на меня короткие взгляды, в них я видел нетерпение и предвкушение.

Мне досталось место напротив, и я расслабленно сидел, не видя причин переживать. Кот улёгся на соседний стул, задремал и даже ухом не дёргал на шепотки и скрипы стульев. Наше демонстративное спокойствие, кажется, нервировало Андрея ещё больше, иначе зачем он вдруг стал бы дёргать ещё и ногой?

Один раз мы всё же встретились взглядами, и, отдавая дань приличиям, я коротко ему кивнул, улыбнувшись краем рта. Лицо Андрея дрогнуло, и по нему пробежалась тень раздражения, которое меня позабавило. Впрочем, выражение моего лица от этого никак не изменилось.

Следом за моим стулом разместились важные лица города. Кублиций с неизменным каменным лицом, Шубин, как представитель городской власти, Солетта Васильевна в качестве секретаря. Были и другие, но я знал их плохо. А вот за дверями ратуши исход дела ждали и другие мои союзники. Успел перекинуться парой слов с Пышкой, Каролиной и даже Пузырём, которые пришли меня поддержать, закрыв на время заседания свои лавки. Слух о суде разлетелся по городу быстро, и теперь весь Бешаль хотел увидеть, чем кончится противостояние двух Винтеров.

Сам факт, что за меня пришли болеть союзники, придавал мне уверенности. Хотя, признаться честно, за моим спокойным лицом скрывалась буря переживаний, которые успешно гасил навык. Больше всего меня напрягал не сам вызов на заседание, а что Андрей решил ударить с разных сторон. На кой чёрт ему обвинять меня в самозванстве, если он своими глазами видел, как Очаг отзывается на мой призыв?

Судья внимательно всех оглядел и поднял руку, призывая к тишине. Удар его молоточка эхом отразился от стен и потерялся в старых гобеленах.

— Заседание городского суда по делу об оспаривании родства с Демьяном Винтером объявляю открытым, — провозгласил он. — Прошу огласить суть дела.

Адвокат Андрея поднялся с места. Его голос был вкрадчивым и скользким, как масло на воде. И где Винтер его нашёл? В каком пруду с угрями?

— Ваша честь, — начал адвокат, сделав короткий поклон в сторону судьи. — От имени моего доверителя, господина Андрея Винтера, законного наследника старшей ветви рода Винтеров, я заявляю о том, что ответчик, господин Марк Винтер, не имеет кровного родства с семьёй Винтеров. Все предоставленные им документы, включая свидетельство о рождении и записи в метрических книгах, являются подложными. Мой доверитель требует признать его единственным законным владельцем земель, трактира «Сытый Вепрь» и всех прилегающих угодий, а также родового наследия, которое было незаконно присвоено ответчиком.

Я слушал его с абсолютно невозмутимым лицом, даже когда он упомянул «подложные документы». Бекон приоткрыл один глаз, зевнул и снова устроил голову на лапах. Где-то в зале кто-то нервно кашлянул, мне было неинтересно, кто именно.

Судья кивнул чиновнику слева. Я проследил за взглядом и даже узнал его, видел на празднике урожая, но мы не были представлены друг другу.

— Господин архивариус, — сказал судья, — прошу зачитать документы, представленные истцом.

Чиновник, едва не опрокинул папку с документами, поднялся с места и начал перебирать бумаги. Он поднёс лист поближе к глазам, хотя текст был написан крупным чётким почерком. Я заметил, как мелко дрожат его руки.

— Согласно записям из архива города Бешаля, — неуверенно начал он, — Демьян Винтер, недавно почивший, не оставил после себя прямых наследников мужского пола. Его единственный сын, Виктор Винтер, погиб за несколько лет до смерти отца. Внук, Марк Винтер, не был упомянут ни в одном из документов о наследстве, имеющихся в городском архиве. Более того, — он перевернул страницу и бросил короткий взгляд на Андрея, — в метрических книгах за год рождения ответчика нет записей о том, что ребёнок по имени Марк Винтер был зарегистрирован в установленном порядке.

В зале послышался тихий гул. Я оставался неподвижным, только слегка приподнял бровь. Бекон фыркнул и снова закрыл глаза.

Кублицкий поднялся с места, и его голос прозвучал твёрдо и властно.

— Прошу прощения, ваша честь, — сказал он, не дожидаясь разрешения. — Я должен возразить. Документы, о которых говорит архивариус, не являются полными. В моём казначействе хранятся заверенные копии свидетельства о рождении Марка Винтера, а также налоговые записи, подтверждающие, что он был признан наследником Демьяна Винтера ещё при жизни последнего. Более того, — он выдержал паузу, — я лично заверял документы о передаче земель и трактира Марку Винтеру. Это было сделано в соответствии с законом, и все бумаги имеют мою подпись и печать.

Чиновник побледнел, икнул, но быстро взял себя в руки.

— Господин казначей, — его голос теперь звучал наглее, — мы не оспариваем факт наличия документов, заверенных вами. Однако наши сведения указывают на то, что эти документы могли быть оформлены с нарушением процедуры. В архиве нет записи о том, что Демьян Винтер официально признал Марка Винтера своим наследником при жизни. Более того, — он снова заглянул в бумаги, — у нас есть свидетельство о том, что Марк Винтер даже не был усыновлён или узаконен как-то иначе в установленном законом порядке.

Адвокат Андрея тут же подхватил этот тезис.

— Ваша честь, как мы видим, имеются серьёзные сомнения в принадлежности ответчика к роду Винтеров. Мой доверитель, Андрей Винтер, является прямым потомком старшей ветви рода. Его отец, Иван Винтер, был старшим братом Демьяна Винтера и имел все права на наследство. Однако он был вынужден покинуть родовое гнездо из-за разногласий с братом и не смог отстоять свои права при жизни. Теперь его сын, мой доверитель, требует восстановления справедливости.

Я заметил, как Андрей, сидящий за столом истца, едва заметно улыбнулся. Его глаза так и светились торжеством, словно он уже видел, как я покидаю зал с опущенной головой. Но когда он встретил мой взгляд, его улыбка дрогнула — я смотрел на него с полнейшим безразличием, словно обсуждал не свою судьбу, а погоду за окном.

Судья перевёл взгляд с меня на Андрея и вдруг кивнул Шубину.

— Ваша честь, — сказал он с некоторой ленцой, — в ходе недавних разбирательств по делу одного из князей, — Шубин бросил взгляд в мою сторону, явно припоминая мне Свиридова, — было установлено, что Марк Винтер является прямым наследником Демьяна Винтера, и уже доказал, что родовой дар к кулинарии перешёл к нему. А, как вы знаете, это напрямую указывает, что он настоящий Винтер.

Судья поднял бровь и повернулся к чиновникам возле Андрея:

— У вас есть возражения?

— Ваша честь, — вкрадчиво и тихо начал второй чиновник, — дар, конечно, имеет значение, однако природа способностей господина Марка не проверялась. Это может быть лишь хорошее обучение и чутьё от природы, а не родовая сила. К тому же закон превыше всего. Если в архиве нет официальной записи о признании наследника, если документы были оформлены с нарушениями, то слова о даре, не могут быть приняты как главное доказательство. Это лишь дополнение к фактам. А факты, — он развёл руками, — факты говорят против ответчика.

В зале повисла напряжённая тишина. Я видел, как начали меняться лица окружающих. На них появилось непонимание, удивление, злость и даже жалость.

Андрей наклонился к адвокату и что-то прошептал ему на ухо. Тот согласно кивнул и снова поднялся.

— Ваша честь, — сказал он, — мы также хотим представить дополнительные свидетельства. В архиве города имеются письма, в которых Демьян Винтер выражает сомнения в происхождении своего внука. Он писал о том, что мать Марка была неизвестной женщиной, а сам Марк мог не быть его кровным родственником. У нас есть копии этих писем.

Ярость на мгновение вспыхнула в груди, но тут же погасла. На что только не пойдёт Андрей ради того, что в трактире. Я позволил себе лёгкий изгиб губ, словно услышал забавную шутку. Андрей заметил это, и его лицо окаменело. В его глазах мелькнуло замешательство, а затем раздражение. Он явно ждал от меня паники, мольбы, отчаяния — чего угодно, только не этой ледяной невозмутимости.

Судья взял в руки бумаги, которые передал ему чиновник, и начал их изучать. В зале стояла тишина, нарушаемая лишь шуршанием пергамента. Я погладил Бекона по голове, и кот довольно замурлыкал, привлекая внимание нескольких зрителей. Кто-то из них покачал головой — мол, как можно быть таким спокойным, когда решается судьба твоего дела?

— Господин Винтер, — обратился ко мне судья, отрываясь от бумаг. — Вы слышали обвинения. Что вы можете сказать в свою защиту?

Я медленно поднялся с места. Бекон поднял голову, видимо, тоже желая участвовать в разговоре. В зале стало ещё тише — все ждали моего ответа.

— Ваша честь, — спокойно начал я, — я не собираюсь оспаривать бумаги, которые были представлены стороной истца. Они могут быть подлинными, а могут быть и подделкой — я не специалист в архивных делах. Да и потом, мне уважаемые люди города уже дали документы, подтверждающие моё право на земли. К чему мне сомневаться в компетенции чиновников? Я удивлён, что бумаги, которые передали вам, так внезапно нашлись, и очень обеспокоен, что их никто не обнаружил, когда решался вопрос с наследством и долгами. Но, как я уже сказал, я не специалист в таких делах, а всего лишь повар.

В зале послышался удивлённый шёпот. Андрей нахмурился, его пальцы перестали постукивать по столу и сжались в кулаки.

— Однако, — продолжил я, и в моём голосе появилась сталь, — я хочу спросить вас, ваша честь. Что важнее для суда — бумаги, которые может подделать любой писака, или сама кровь, которая течёт в жилах? Что важнее — записи в метрических книгах или то, что признаёт сама земля, на которой стоит этот город?

Чиновники рядом с Андреем нервно заёрзали.

— Ваша честь, ответчик пытается увести разговор в сторону от фактов! — вмешался адвокат Андрея. — Мы обсуждаем юридические документы, а не поэзию.

— Я не спорю, — спокойно ответил я, не сводя глаз с судьи. — Я лишь прошу вас, ваша честь, дать мне возможность доказать своё родство не бумагами, а тем, что не подделать. Тем, что было в моей семье задолго до того, как Андрей Винтер решил вспомнить о своих корнях.

Андрей вскочил с места, и его лицо исказила злоба.

— Прекратите эту комедию! — воскликнул он, ударив ладонью по столу. — У вас нет никаких доказательств! Вы самозванец! Мой отец рассказывал мне, что вы и Винтер вовсе! Он говорил, что ваш дед, Демьян, взял тебя из приюта, чтобы было кому передать трактир после его смерти!

В зале поднялся гул. Люди начали перешёптываться, кто-то даже встал с места, чтобы лучше видеть происходящее. Я стоял неподвижно, глядя на Андрея с лёгкой усмешкой. Его крик был тем, что выдают отчаяние, а не уверенность.

Судья поднял молоток и громко им стукнул.

— Тишина в зале! Истец, прошу соблюдать порядок. Сядьте на место.

Андрей тяжело дышал, но подчинился. Адвокат дёрнул его за рукав, что-то горячо зашептал ему, видимо, пытаясь успокоить. Я же снова посмотрел на судью и произнёс:

— Ваша честь, вы так и не ответили на мой вопрос: что важнее для суда? Бумаги, которые предоставили люди Андрея Винтера, или кровь Винтеров?

— Протестую! — завопил адвокат Андрея. — Это неуважение!

— Бумаги, как я уже сказал, можно подделать или не оформить, — без тени эмоций ответил я. — А можно ли обмануть родовую силу? Всем известно, что Демьян Винтер, да и все Винтеры, славились своим умением готовить. И все, кто принадлежит к этой семье, известны в поварских кругах.

— Вы собираетесь предложить устроить кулинарный конкурс? — изумился судья? — Мы и так знаем, что вы хорошо готовите. Однако как было сказано ранее, это может быть интуиция и хорошие навыки. Тогда к чему вы клоните, господин Винтер?

— Я прошу у вас несколько минут, чтобы показать, что кровь не может лгать, в отличие от людей и бумаг, составленных ими.

Судья задумался. Его взгляд скользнул по чиновникам, по напряжённому адвокату Андрея, по зрителям в задних рядах. Затем он кивнул.

— Хорошо, господин Винтер. У вас есть пять минут.

Я сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Интересно, получится ли у меня докричаться на такое расстояние до Очага? Он же всегда был лишь частью трактира, спрятанный за стенами в подземелье. Бекон понял, что я хочу сделать, и тихо мявкнул, замерев и смотря на меня во все глаза.

Но я помнил слова Системы и верил, что Очаг откликнется, ведь он стал часть и меня тоже.

Открыл глаза и поднял правую руку ладонью вверх. В зале повисла тяжёлая тишина, никто ничего не видел и лишь удивлённо глазел на меня. Андрей коротко усмехнулся и уже повернулся к своему адвокату, как вдруг воздух в зале суда дрогнул.

Сначала вокруг моей ладони появился лишь слабый золотистый свет. Едва заметный, но он постепенно рос и уплотнялся. Следом появились искры, они закружились вокруг меня и полетели по залу, касаясь стен и зависая. Стало ощутимо теплее. Я напряг волю, призывая Очаг не просто показать свою силу, но и подарить людям бодрость и, что было бы забавно, сытость. У них должно сложиться ощущение, что они только что встали из-за обеденного стола.

Сила заполнила меня, уверенно вытекая из ладони. Вскоре весь зал заполнился этим золотистым сиянием, а на лицах многих расползлись довольные улыбки. В зале суда всё ещё было тихо, никто не мог и слова произнести, наслаждаясь покоем и приятными ощущениями.

Только Андрея перекосило. Он точно чувствовал эту силу, но в его глазах было удивление. Искреннее, неподдельное. Так он до последнего не верил, что я пробудил Очаг? Вот это оказалось и для меня открытием.

Мой взгляд прошёлся по всем собравшимся. Они были в шоке, а ведь я ещё даже не развернулся в полную силу. Сдерживал её, чтобы не довести никого до инфаркта. Впрочем, сейчас уже можно было отпустить магию Очага, дать ей по-настоящему развернуться.

И свет вспыхнул, мягко ударил стены, заставив их сиять. Атмосфера в зале изменилась, воздух стал гуще, но при этом, дышать стало легче. Кажется, это можно было назвать благословением, какое часто описывают в книгах.

Судья, с трудом собравшись с силами и поборов изумление, посмотрел на меня так, словно у меня выросли рога с крыльями.

— Что… что это? — прошептал он дрогнувшим голосом.

Бекон поднял голову и мявкнул, да так громко, что этот звук разнёсся по залу, заглушая вздохи. Шерсть кота светилась золотом, а глаза горели зелёным огнём. Он пристально посмотрел на судью, и я готов поклясться, что в его взгляде читалось что-то осмысленное, почти человеческое.

Когда магия достигла своего пика, я свернул её обратно, заставив сияние вернуться в ладонь. Едва оно погасло, Андрей вскочил с места, едва не опрокинув стол. Его лицо было белым как мел, а в глазах застыл неподдельный ужас.

Он смотрел на меня как на призрака. Да, теперь я точно знал, что он и понятия не имел о силе Очага, и что это не просто безделушка Винтеров, а реальное наследие. Даже прочитав дневник Ивана, он не осознавал всю мощь родовой магии. Вскоре шок сменился горечью, ведь после всего, что он сделал, я его и близко не подпущу к трактиру.

И когда он это понял, его мир начал рушиться. Что ж, это были его проблемы.

— Этого не может быть… — прошептал он отступая. — Это… это иллюзия! Фокус! Он нанял мага! Это всё обман!

Но его никто уже не слушал. Да и как верить Андрею, если сейчас десяток человек стали свидетелями проявления древней силы, которую нельзя подделать с помощью иллюзии. Даже мало-мальски близкий к магии человек это прекрасно понимал. В зале повисла тишина — такая полная, что я слышал, как стучит моё сердце. Но я не чувствовал усталости. Наоборот, я чувствовал себя наполненным, сильным, уверенным.

Кублицкий смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, и на его лице впервые за всё время я увидел изумление. Шубин же тонко улыбался, он знал, что я не так прост, как выгляжу, и рад, что не ошибся.

— Ваша честь, — я посмотрел на судью, — это и есть родовая сила Винтеров.Она передаётся только по крови. Она пробудилась во мне после смерти деда и подтверждает, что я истинный наследник рода, — я перевёл взгляд на Андрея. — Как бы ни были оформлены бумаги, они не смогут оспорить моё право быть Винтером.

Мой взгляд упёрся в Андрея. Я улыбнулся краем рта, мысленно спрашивая его: а где твой дар, родственничек?

Судья откинулся на стуле, тяжело дыша. Вытащил платок, промокнул лоб дрожащими руками, а потом потянулся к молоточку. Не ударил, а лишь вцепился в него, как в единственное, чему доверял.

— Вы правы, — пробормотал он, а затем взял себя в руки и глубоко вздохнул. — Это действительно не подделать. Однако теперь у суда появился вопрос к ведению документации в архивах Бешаля.

Взгляд судьи обратился к чиновникам, которые старались слиться со стульями. Воспользовавшись паузой, стражники быстро подняли стол перед Андреем. Тот рухнул за него, бросая злые взгляды на свою команду поддержки. Адвокат побледнел, резко поднял бумаги и сделал вид, что читает их, хотя на самом деле, просто прятался за них.

Ни одному из них нечего было сказать на такое проявление родства.

На Андрея было приятно смотреть. Его лицо, искажённое гримасой ненависти, что скрывала страх, белело в полумраке зала. Он проиграл и понимал это.

— Это ничего не значит! — внезапно выкрикнул он, его голос сорвался на хрип. — Магия — это не доказательство! Я тоже Винтер! У меня тоже течёт эта кровь! Я имею право на наследство!

Бекон возмущённо мяукнул и посмотрел на Андрея с таким презрением, которое обычно бывает только у старых мудрых существ. Андрей вздрогнул и отшатнулся от кота, словно тот мог его укусить. Я едва заметно усмехнулся.

Судья от всей души треснул молотком по столу, призывая к тишине. Его услышали не с первого раза, обсуждая заседание. Но голос судьи перекрыл этот гомон.

— Тишина! — его молоточек снова стукнул о стол. — Я требую тишины!

Гул стих не сразу, но спустя несколько секунд в зале снова воцарился порядок. Судья глубоко вздохнул, провёл рукой по лицу и посмотрел на меня, затем на Андрея.

— Я должен признать, — сказал он, взвешивая каждое слово, — что увиденное мною сегодня, выходит за рамки обычного судебного разбирательства. Представленное ответчиком доказательство… не может быть оспорено никакими бумагами. Оно имеет силу, которую трудно переоценить.

Андрей сжал зубы, его лицо побелело до синевы.

— Однако, — продолжил судья, и его голос стал жёстче, — истец также оспаривает право ответчика на наследование земель и трактира согласно завещанию Демьяна Винтера. И здесь, — он поднял палец, — требуется более детальное рассмотрение.

По залу пробежал удивлённый шёпот. Я кивнул, да, раз мы оба Винтеры, Андрей может теперь поднять вопрос именно наследства. Хочет оттяпать часть земель, но думаю, первоочерёдно — Очаг.

— Заседание, назначенное по этому вопросу на завтра, — судья поднялся с места и обвёл взглядом зал, — всё ещё актуально. Завтра мы начнём обсуждение права на наследство Демьяна Винтера. Я хочу видеть все документы, касающиеся передачи имущества, а также дополнительные свидетельства от обеих сторон. Заседание объявляю закрытым до завтрашнего дня.

Молоток ударил по столу, окончательно закрывая вопрос с признанием меня Винтером.

Внезапно перед глазами вспыхнуло голубое окно, и я прочитал уведомление, которое перекрыло часть моего обзора:

Внимание!

Квест «А Винтер ли ты?» выполнен!

Награда: +100 опыта, репутация +30, Подарок

Текущий опыт: 320/800

Я мысленно кивнул, но не позволил себе никакой внешней реакции. Андрей, как в замедленной съёмке поднял и повернул голову в мою сторону. Его глаза встретились с моими, и в них, сквозь страх и унижение, проступила холодная, расчётливая злость. Он не выглядел побеждённым. Напротив, в его взгляде я видел торжество.

Он улыбнулся.

Это была та же улыбка, с которой он переступил порог моего трактира в первый раз — холодная, насмешливая, полная превосходства. Он всё ещё что-то задумал. У него был ещё один козырь.

— До завтра, дорогой кузен, — тихо произнёс он, почти беззвучно, но я прочитал по его губам.

Дорога от ратуши до трактира никогда не казалась мне такой короткой. Буян подо мной шёл ровно, не сбавляя шага, Бекон сидел под курткой, а я всё прокручивал в голове события на заседании. Ведь не хотел показывать силу Очага, но понимал, что это мой последний довод. И теперь о своём решении не жалел. Однако мне всё ещё непонятно, что двигало Андреем? Зачем эти суды и разбирательства? Он может, и подкупил половину чиновников, но я решительно не понимал, зачем всё это. Ради силы Очага? Зачем враждовать, когда можно объединиться? Андрей с самого начала вёл себя так, словно я ему долг зажал. Разум подсказывал мне, что родственничек хочет завладеть Очагом единолично, а меня выкинуть из истории, как ненужный мусор.

Напряжение не отпускало меня, пока не показались стены трактира. Дым из трубы, свет в окнах и люди у дверей — это было моим. И я не собирался отказываться от этого, чтобы не придумал Андрей.

Встречать нас выскочила вся команда. Грумхильда в перепачканном фартуке и неизменным половником, Керина с тряпкой, дети с криками и смехом. Ник и Рик выглянули из конюшни, а Фёдор просто встал в дверях, заполнив их целиком. За его спиной маячили любопытные лица помощниц, им тоже не терпелось узнать исход дела в суде.

— Марк! — Грумхильда первой подбежала ко мне, едва я спрыгнул с коня. — Ну что? Как прошло?

Я передал поводья подошедшему Нику и обвёл взглядом собравшихся. Все смотрели на меня с надеждой и тревогой. Бекон высунул морду из-под куртки и торжественно мявкнул, давая всем понять, что всё хорошо.

— Судья подтвердил, что я действительно Винтер, — устало ответил я. — Пришлось призвать силу рода для этого. Но суд по наследству завтра всё равно состоится.

— И зачем он? Разве мало того что тебя признал… — она замялась и посмотрела на меня… — род?

Я с благодарностью взглянул на её, не всем нужно знать про Очаг.

— Судья сказал, что это касается только вопроса родства, — вслух сказал я. — А право на наследства будут рассматривать завтра. Андрей хочет получить право на трактир, земли и…

— Силу, — кивнула она. — Вот же гад! Завтра пойду с тобой, чтобы намылить ему хорошенько шею!

— А за трактиром кто присмотрит? — приподнял я брови. — Кроме тебя, кто способен выдержать натиск людей?

— Ладно, уговорил, — проворчала она. — Ну, хоть Фёдора возьми!

— Посмотрим, — отозвался я и спросил. — Давайте займёмся делами, пока есть время. Я вижу голодные взгляды, пора гостей кормить.

Грумхильда всплеснула руками, покачала головой и пошла на кухню. Фёдор едва успел отойти от дверей, чтобы орчиха его не протаранила.

— Но это же нечестно! — воскликнула Людмила, которая пришла за детьми. — Ты показал им родовую силу! Чего ещё им надо?

— Это родовая сила, — пожал я плечами. — А есть ещё материальное. Вот завтра мы узнаем, как Андрей решил её у меня отобрать, — я обвёл всех взглядом. — Чего стоим? За работу!

Я направился к трактиру, не дожидаясь, пока команда разойдётся. В обеденном зале уже сидели люди, Варвара и Татьяна носились между столами, разнося суп и горячее. Бекон задержался, решив обойти гостей и перекусить. Я посмотрел на его бока и подумал даже повесить объявление: кота не кормить. Но быстро передумал, ведь с учётом его обжорства, это было бесполезно.

Некоторые посетители, увидев меня, приподнимали приветственно стаканы со сбитнем. Я им кивал, чувствуя, как окончательно расслабляюсь. На кухне я уже хотел надеть фартук, как Грумхильда остановила меня.

— Керина, помоги в зале, — напряжённо попросила орчиха.

Та быстро всё поняла, подхватила поднос и вышла за дверь.

— Рассказывай подробнее, — попросила орчиха, садясь напротив. — Что там было? Как Андрей отреагировал?

Я коротко пересказал ей события заседания, не забывая упомянуть слова Андрея про приёмного ребёнка, про якобы отсутствующие записи в книгах и о том, как я призвал магию Очага.

— Они, скажу я тебе, знатно обалдели, — усмехнулся я. — Всё, до единого. А вот Андрей выглядел так, словно получил под дых. Теперь я знаю, что он даже не догадывался, что Очаг существует, несмотря на записи его отца. И вот это меня удивляет больше всего. Ведь в нашу первую встречу, я уже показал ему силу Очага. Не поверил?

— Зато сейчас он понял, что ты настоящий Винтер! — воскликнула она.

— Да, судья признал это. Теперь Андрею придётся сильно постараться, доказывая свои права на эти земли.

— И что это может быть? Ведь твои документы заверялись в казначействе! — возмутилась Грумхильда. — Что может это оспорить?

— Есть у него какой-то козырь, но я не знаю, какой, — пожал я плечами. — Впрочем, я не собираюсь сдаваться. И хватит об этом, без того голова тяжёлая. Нужно что-нибудь приготовить, чтобы восстановить душевное равновесие.

Я решительно встал, надел фартук и оглядел кухню. Котёл с супом грелся на печи, жаркое из кабана стояло рядом, компоты уже отнесли в зал на стойку к Фёдору. Чёрт подери, даже делать ничего не нужно! Хотя стоп, у меня же был подарок от Системы, который я так и не активировал.

Сделав вид, что проверяю суп, открыл интерфейс и нажал на нужную кнопку. Перед глазами вспыхнуло голубое окно.

Внимание!

Вы получили навык: «Разрушение чар» (активный)

Описание: Позволяет обнаруживать и нейтрализовывать магические ловушки, защитные чары и некоторые заклинания

Расход маны: 50 единиц за применение

Ого! Нехилая стоимость! За раз я могу только три раза использовать этот навык. Хотя, пока я не видел подходящих моментов, чтобы его активировать. Но Система ничего не даёт просто так, поэтому я перемешал суп и вернулся в реальность.

Дверь кухни отворилась и на пороге застыла Керина с изогнутой вопросом бровью.

— Заходи, — кивнул я. — Спасибо. Кстати, как новые дома? Успели за утро что-нибудь сделать?

— Ох, Марк! — она просияла. — Это так чудесно! В первую очередь, конечно, обустроили все для детей, мы-то уж как-нибудь переживём, а им нужен комфорт. Гномы надарили всяких мелочей для них. Торк даже передал Игорю вырезанный из дерева меч, а девочкам — по соломенной кукле. Это так мило с их стороны! Людмила в благодарность зарядила им светильники.

— Рад это слышать, — отозвался я. — Надо и мне сходить да посмотреть, как вы там устроились.

— Погодите пока, рано, — смутилась она. — Вот приведём все комнаты в порядок, тогда и приходите. Отметим новоселье, так сказать.

— Договорились, — улыбнулся я и перевёл взгляд на Грумхильду. — Что нужно сделать?

— Да вроде ж всё… — она резко замолчала, наткнувшись на мой взгляд. — Слушай, может, холодец сварим? У нас же есть от кабана ноги да голова. И паштет накрутим из потрохов. На вечер пирог испечём из сердца, помнишь, как я тогда делала?

Ещё один благодарный взгляд достался орчихе, она сразу поняла, что мне нужно чем-то заняться, и холодец для этого отлично подходил. Так что я отправился в погреб за кусками кабана.

— Ты хоть понимаешь, что натворил? — голос Виталика раздался из-за спины, и я даже не удивился.

— Приветствую и тебя, Виталик, — не перестав перебирать мясо, ответил я. — Чем обязан?

— Не притворяйся, что не понимаешь, о чём я, — дух выплыл из тени. — Ты явил силу Очага перед толпой! Ты что, решил, что это забавное представление? Фокус для публики? Это же тайна!

— И что ты думаешь, я должен быть сделать? Они собирались признать меня самозванцем. Андрей подделал документы, чиновники были подкуплены, а судья колебался.

— А у тебя, разве нет документов? Ты Винтер! — Виталик взлетел выше, его глаза сверкнули в полумраке. — Позвал бы свидетелей. Мог…

— И что бы это дало? — жёстко перебил я. — Один документ против другого. Они бы сказали, что документы подделаны, свидетели подкуплены. Ты же сам знаешь, как это работает или уже забыл? Поэтому я показал им то, что нельзя подделать. Очаг признал меня перед всеми. И это сработало.

Виталик замер, явно пытаясь подобрать слова.

— Ты не понимаешь, что сделал, — наконец, произнёс он. — Сила Очага не предназначена для демонстраций. Она принадлежит только Хранителю. Только для того, кто связан с этим местом. Ты показал её всем — и теперь каждый знает, что в «Сытом Вепре» есть нечто большее, чем просто хорошая еда. Это привлечёт внимание, Марк. Не только друзей, но и врагов.

— Ты думаешь, я этого не понимаю? В ином случае, сейчас здесь вместо меня стоял Андрей, а меня бы вышвырнули куда подальше. Ты предпочёл бы такой исход?

Виталик не ответил, лишь устало посмотрел на меня.

— Я сделал то, что должен был, — закончил я. — И я не жалею об этом.

— Ты прав, — сказал он, глубоко вздохнув. — Я не могу осуждать тебя за это решение. Не забывай, что люди будут приходить теперь не только за твоей едой, но и за магией. Они будут проверять, прощупывать, искать способы использовать тебя. И тебе придётся быть к этому готовым.

— Они не первые, — коротко ответил я, — и не последние.

— Ты говоришь так, будто у тебя есть на это время, — невесело усмехнулся он. — К слову, а когда ты собираешься готовить Блюдо Хранителя, Марк? Ты уже почти забыл, для чего ты пробуждал Очаг. Ты тратишь магию на каждую кастрюлю, разбрасываешься силой, которая досталась тебе по праву крови, как будто она бесконечна.

— Я не «разбрасываюсь», — нахмурился я. — Использую её для того, чтобы кормить людей. Это и есть предназначение Очага. Он не должен быть заперт в подземелье и ждать, когда он понадобится. Сила должна работать и делать мир лучше.

— Но не жечь же свечу с двух сторон! — голос Виталика эхом отразился от каменных стен. — Тебе давно пора заняться Блюдом Хранителя, а ты совсем забросил очаг, стал поваром. Просто, — зло повторил он, — поваром! Нет, не спорю, ты в этом мастер, но всё же, ты в первую очередь Хранитель. И на тебе лежит ответственность за рост и развитие Очага.

Я молчал, зная, что он прав. За последние дни так увяз в проблемах с Андреем, в гостях и в стройке, что почти не вспоминал о том, для чего, вообще, активировал Очаг. Блюдо Хранителя всё ещё ждало своего часа.

— Я собираюсь приготовить его, как только закончится суд, — сказал я, но голос прозвучал неуверенно даже для меня.

— Собирается он! — Виталик фыркнул. — Сколько уже времени этому «собираешься»? Очаг ждёт и хочет раскрыться полностью, а ты вместо этого скачешь по городу, выясняешь отношения с непонятно кем, да спасаешь всех.

— А что ты предлагаешь? — в моём голосе появился лёд. — Бросить всё, уйти в подвал, пока трактир стоит без меня? Пока Андрей готовит новый удар? Я уже не говорю про голодных людей. Ты говоришь о силе, но забываешь, что она предназначена для людей. И если я откладываю Блюдо Хранителя, значит, так тому и быть.

Виталик смотрел на меня долго, и в его глазах я видел смесь усталости и разочарования.

— Ты стал слишком упрямым, — сказал он. — Но ты прав, сила должна работать. Но не забывай, кто ты и что Очаг — это не просто инструмент, а часть тебя.

Я хотел ответить, но он поднял руку, останавливая меня.

— И ещё, — добавил он, исчезая в стене. — Ты должен знать, что когда ты начнёшь готовить Блюдо Хранителя, всё изменится. Будь готов к этому.

— Что? Как? — спросил я в пустоту.

Вот так всегда, на самом интересном месте! У меня не было сил, чтобы как-то отреагировать, поэтому просто взял ноги и голову кабана и вернулся на кухню. Холодец так холодец.

Я только успел выдохнуть и погрузиться в готовку, как в дверях появился Гирт с двумя гномами. Они были в рабочих куртках, при них были верёвки, мерные ленты и топоры.

— Винтер! — прогудел гном, оглядывая кухню с одобрением. — А мы к тебе по делу. Ещё не передумал веранду делать? Мы пришли посмотреть место, а заодно обсудить детали. Ты сейчас свободен?

Я проверил бульон, вытер руки о полотенце и вышел к ним во двор. Дальше мы уже вчетвером внимательно изучили место под стройку. Гирт и его мастера осмотрели землю, потоптались, измерили шагами и переглянулись.

— Место хорошее, — одобрительно крякнул Гирт. — Уклон небольшой, но его можно выровнять. Одна трава, корней нет, работать будет легко.

— Сколько времени займёт строительство?

— Если за деньги, то дней за пять управимся, — ответил один из мастеров, поглаживая бороду. — А если с твоей стряпнёй, то быстрее.

— Погоди, Ерни! — возмутился Гирт. — Мы с Винтером обсуждали стройку за серебро. Куда ты опять лезешь? Торк по голове не погладит за такие вольности!

— А какие вольности-то? Ты не умеешь с людьми разговаривать! — он повернулся ко мне. — Винтер, давай за половину стоимости и два котла каши. Тогда сделаем за три с половиной дня. Как тебе такой вариант?

Гирт насупился и сложил руки на груди.

— Чего брови хмуришь? — спросил его Ерни. — Торку нужны люди и деньги, и чем быстрее мы сделаем, тем довольнее он будет!

— Ладно, — поморщился Гирт, — но говорить с ним будешь сам!

— Да он только рад будет, — Ерни повернулся ко мне. — Так ты согласен, Винтер?

— Да, будет вам и каша, и деньги, — кивнул я. — Тогда давай обсудим размеры. Я хочу, чтобы там помещалось четыре стола на четыре человека каждый, барная стойка для тарелок и напитков, плюс ещё навес, на случай дождя. Отдельно ещё нужны будут решётки из тонких реек, чтобы гости с веранды не могли выйти на задний двор или в лес.

— Четыре стола, стойка, место для твоих помощниц — это где-то пятнадцать шагов в длину и десять в ширину, — прикинул второй мастер, приминая траву к земле. — Лестница?

— Лестница? — а про неё я и не подумал. — Нет, нужно будет сделать широкий дверной проём, чтобы гости проходили только через обеденный зал. И двери туда поставить, а то зимой будет холод.

— Так, у тебя же там камин! — удивился Гирт. — Да и тогда столов в зале будет меньше.

Этот вопрос заставил меня крепко задуматься, не тороплюсь ли я с этой верандой?

— А если сделать её спереди трактира? — спросил я. — Там уже булыжник есть, поставить лёгкую конструкцию, чтобы зимой её можно было убрать. Тогда и стены в обеденном зале не тронем, а Варвара с Татьяной будут через окна видеть гостей.

— Ишь чего придумал! — Ерни всплеснул руками. — Где ж это видано, чтобы веранду разбирали и собирали каждый раз! Кто ж так строит?

— Вы будете первыми, — улыбнулся я и напряг память. — Нужен лёгкий каркас из бруса, чтобы собрать можно без гвоздей. На пол положим деревянные щиты, и перила тоже съёмные. Сможете такое соорудить?

— Звучит, как вызов, — довольно ответил Грит. — А навес?

— Из парусины, — отмахнулся я. — Останется только дорогу расширить, чтобы на повозках можно было развернуться.

— А размеры? Те же? — уточнил Ерни.

— Возле перил будут стоять длинные и узкие столы, — задумался я. — Плюс по два стола с каждой стороны на двоих или троих человек.

— Это получается, что метра три в ширину и во весь трактир в длину, так? — спросил Гирт.

— Да, было бы отлично.

— Тогда мы пошли измерять и чертить, потом покажем тебе проект, — кивнул Гирт. — И, Винтер, если кто потом будет спрашивать, кто всё это сделал, сразу направляй к нам.

— Обязательно.

Гирт кивнул, и мастера вышли на передний двор и стали размечать участок колышками. Я смотрел на их работу и чувствовал, как внутри растёт лёгкое возбуждение. Даже несмотря на суд, жизнь продолжалась. Трактир рос, и это было моим главным достижением.

— Марк, ты передумал делать веранду? — раздался голос Людмилы, когда я вернулся на кухню. — Я как раз хотела попросить, чтобы кусты смородины не затоптали.

— Не затопчем, — успокоил я её. — Веранда будет с другой стороны, у входа.

— Вот и хорошо, — Людмила через дверь попыталась увидеть, что делают гномы. — Тогда, если позволишь, я там яблони посажу и груши. Хорошее же место!

— Согласовано! — ответил я и вернулся к готовке.

Ближе к вечеру в самый разгар работы трактира в дверях кухни появился бард. Он весело улыбнулся и кивнул мне.

— Я подготовил новую песню, хозяин, но хотел сначала уточнить, правда ли, что на суде ты явил силу Винтеров?

— Неужели об этом уже все говорят? На суде было едва ли десяток человек! — изумился я.

— Я бард, — усмехнулся он. — Быть в курсе всех сплетен — моя работа.

— Тогда постарайся не слишком перевирать факты. Всё же это родовая сила и за ней стоят все Винтеры.

Он кивнул, вышел в зал, и через несколько минут я услышал звон лютни и низкий голос барда. Он пел о том, как в серых стенах ратуши зажёгся золотой свет, как задрожали стены и как замерли чиновники, увидев истинную силу Винтеров. Гости слушали с открытыми ртами, а я стоял у печи и чувствовал, как его слова проникают в душу.

Варвара и Татьяна носились между столами, разнося заказы. Фёдор стоял за стойкой, разливая напитки и собирая в сундучок деньги. Ник с Риком помогали во дворе с конями. Всё шло своим чередом, и я почти забыл о завтрашнем заседании.

Впрочем, напряжение никуда не исчезало. Оно сейчас напоминало обещание грозы, которая может разразиться в любой момент. Это не мешало мне целиком отдаваться работе и вскоре оказалось, что рабочий день подошёл к концу. Гости расходились, оставляя щедрые чаевые и добрые слова.

Когда последний посетитель покинул трактир и Варвара закрыла двери, мы выдохнули. Я сел на лавку, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Бекон тут же запрыгнул ко мне на колени, сворачиваясь клубком.

— Марк, ты сегодня молодец, — сказала Грумхильда, вытирая стол. — Ты выглядишь уставшим, может, отдохнёшь?

— Обязательно, — кивнул я, поглаживая Бекона. — Вот только всё уберём и сразу пойду отдыхать.

Не успела Грумхильда что-то привычно проворчать, как дверь трактира с грохотом распахнулась. Я обернулся и в проёме увидел Каролину. Растрёпанная, с красными щеками и безумным взглядом.

— Марк! — выдохнула она, останавливаясь передо мной. — Прохор! Прохор пропал!

— Что значит «пропал»? — я весь подобрался. — Говори толком.

— Я отправила его следить за Андреем, потому что нашёл какие-то бумаги и обещал мне их принести. И он не вернулся. А когда мои пацаны пошли следом, что обнаружили только следы и никакого Прохора! Не просто следы, Марк! А драки! Сама лично там всё облазила, он как сквозь мостовую провалился! Боюсь, что он попал в ловушку!

— Когда это случилось? — я уже мысленно проверял котомку и искал глазами куртку.

— Ох, погоди, — она упала на лавку и растёрла лицо. — Часа три назад. Я сначала думала, он просто задержался, но потом ребята прибежали и сказали, что нашли его шапку у входа в башню. Он не должен был даже туда ходить!

Я быстро переглянулся с Грумхильдой, потом снова посмотрел на Каролину. Её аж трясло от переживаний за пацана, и я знал, что не останусь в стороне.

— Идём, — сказал я, снимая фартук. — Бекон, со мной. Каролина, ты расскажешь про дорогу.

— Я с вами, — сказала она, и в её голосе звучала решимость.

— Ты сейчас на пределе и устала. Оставайся здесь, мы с Беконом справимся. Фёдор, Буяна! А ты, Каролина, пока объясни, где эта башня.

Минотавр уже ушёл к конюшне. Я схватил куртку, проверил нож на поясе и котомку. Бекон выскочил на улицу, не дожидаясь меня.

— Марк, будь осторожен! — крикнула Грумхильда.

— Вернусь, — коротко бросил я и выбежал во двор. — Присмотри за Каролиной.

Я вскочил в седло, едва Фёдор закрепил последний ремешок. Бекон запрыгнул ко мне на колени, и мы сорвались с места прямиком в прохладную ночь.

Вокруг уже опускались сумерки, небо было тёмно-синим, на горизонте догорала последняя полоса заката. Ветер свистел в ушах, а я думал только том, чтобы успеть.

До города добрались быстро, а благодаря описанию Каролины, и башню нашли почти сразу. Мы мчались по дороге, и я видел, как впереди начинают проступать очертания старой городской стены. Башня была на окраине, за заброшенным районом, даже удивительно, что в Бешале ещё остались такие места. Когда мы подъехали ближе, я придержал коня. Темень, хоть глаз выколи! Чёрт, у меня же были ягоды, чтобы в темноте видеть! Совсем из головы вылетело. Придётся рассчитывать только на себя и кота.

Когда добрались, я спешился, набросил поводья на ближайшую ветку дерева и кивнул коту. Бекон спрыгнул и бесшумно двинулся к башне. Я последовал за ним.

М-да… Местечко больше подходило для съёмок фильма ужасов. Внутри было темно, сыро и пахло гнилым деревом. Где-то капала вода, и этот звук разносился эхом по пустым каменным стенам. Я запустил распознавание магии, но навык ничего не показал. Жаль, что он не подсвечивает живых существ! Поэтому вытащил нож и сделал несколько осторожных шагов. Бекон шёл впереди, и его шерсть поблёскивала в лунном свете, который пробивался через дыры в крыше.

— Прохор! — крикнул я, но ответа не последовало.

Тишина в башне была тягучей и плотной, как старая патока. Где-то в проломах каменных стен завывал ветер, под ногами хрустели мелкие камни и ветки. Кот скользнул вперёд, обернулся, сверкнув глазами, и мне показалось, что он покачал головой.

— Прохор! — снова крикнул я.

Ответа не было. Только эхо моего голоса прокатился по зданию, утонув где-то в грязных углах. Я сжал нож в руке и двинулся дальше, ориентируясь на кота. Уж он-то лучше меня в темноте видел, да и мог услышать то, что недоступно человеческому слуху. На несколько мгновений он застыл, дёрнул ухом, а потом подкрался к угловой стене.

Я напряжённо следил за ним. Вскоре Бекон радостно мявкнул и прыгнул за поворот. Я рванул следом, мысленно выдохнув. Реакция кота могла означать только одно: Прохор нашёлся.

Но когда я заглянул в тёмное помещение, то ничего не увидел. Озадаченно застыл, глядя на кота. Тот же победно ходил кругами возле кучи старого тряпья.

— Он там? — спросил я кота.

В ответ куча едва заметно дёрнулась. Я убрал нож и поспешил разгрести завал. Так вот почему Каролина ничего не нашла! Да если б не Бекон, у меня бы и мысли не возникло, что под грязной рогожей лежал человек.

— Эй, ты живой там? — спросил я, отбрасывая в сторону третий слой ткани.

Прохор с завязанными руками и ногами с трудом держал глаза открытыми. На лице грязь, глаз заплыл, на лбу здоровенная ссадина, а рот был заткнут кляпом. Хорошо же его отделали!

— Прохор, — сказал я, опускаясь рядом с ним на колени. — Ты слышишь меня? Я пришёл за тобой.

Бекон тут же забрался к пацанёнку под бок, чтобы согреть, а я осторожно вытащил кляп и начал развязывать верёвки.

Мальчик вздрогнул всем телом и, наконец, понял, кто к нему пришёл.

— Господин Винтер? — хрипло спросил он. — Это, правда, вы?

— Правда-правда, и Бекон со мной. Это он тебя нашёл. Погоди, я осмотрю тебя. Ты руками и ногами пошевелить можешь? Переломов нет?

В свете лун кровь на запястьях и рубахе Прохора отливала серебром. Я методично ощупывал его, чувствуя, что парень серьёзно замёрз. Прохор застонал, когда я коснулся его рук, но мужественно сдержал крик. Бекон заурчал, успокаивая пацанёнка.

— Прохор, кто это сделал? — спросил я, когда убедился, что у него ничего не сломано.

— Трое… — его голос дрожал. — Следили за мной. Я только успел забрать бумаги и хотел убежать. Петлял по городу, как мог! Но они неизменно шли следом. Я побежал к этой башне, думал, скроюсь. Не успел, — Прохор тяжело дышал. — Набросились, повалили, связали… — он сглотнул, и в его глазах блеснули слёзы. — Я успел спрятать только один лист, когда они нагрянули. Отобрали все, что было в карманах. Даже свистульку!

— Держись, парень, сейчас я тебя выведу.

— Погодите, господин Винтер. Бумага! — в голосе прорезались нотки паники. — Вам нужно её забрать! Мы с пацанами здесь раньше играли, знаю один тайник.

— Тайник?

Он кивнул на полуразрушенную стену, которая ничем не отличалась от остальных. Бекон подошёл к этому месту, обнюхал и озадаченно стукнул лапой по камню.

— Показывай.

— Я хотел всё положить, — Прохор с трудом поднялся. — Но услышал шаги и испугался. Даже прочитать толком не успел! Это же наверняка важные бумаги! Не зря же они за мной по всему городу носились! — он посмотрел на меня с тоской, и плечи его поникли. — Я подвёл Каролину, господин Винтер. Я должен был быть осторожнее.

— Ты не подвёл, — твёрдо сказал я, положив руку ему на плечо. — Ты сделал всё, что мог. Покажи мне, где этот тайник.

Прохор, прихрамывая и опираясь на меня, подошёл к стене. Я мог бы его и на руки взять, но боялся причинить больше боли. Парень дрожал от холода и шока, и, увы, у меня не было достаточно знаний, чтобы помочь ему. Так! Стоп!

— Подожди, — я остановился и открыл котомку. — Надо тебя немного подлечить.

— Что вы собираетесь делать?

— То, что умею лучше всего, — улыбнулся я и посмотрел на кота. — Бекон, проверь воду, её пить можно?

— Мяу! — брезгливо фыркнул кот, намекая, что здесь даже воздухом толком дышать нельзя.

— Зараза! — выдохнул я и тут же собрался. — Прохор, подожди минуту, я уже всё придумал.

Если у меня есть мана и сила Очага, то почему бы не попробовать добавить в неё лечебные бонусы⁈ Хранитель я или кто⁈ Поэтому вытащил котелок и жаровню и побежал за водой. Она нашлась в старой бочке у одной из стен, явно дождевая, но для меня подойдёт.

Теперь нужно вскипятить воду, чтобы обеззаразить. В темноте вспыхнул кристалл нагрева, чугунок со стуком встал на жаровню. Налил немного, чтобы всё сделать быстрее. Пока вода нагревалась, я переключился на тайник Прохора. Бекон держался рядом с ним, подставляя голову под руку. Словом, поддерживал как мог. Я бросал на кота внимательные взгляды, но тот оставался спокойным, значит, опасности не было.

Пацанёнок остановился у стены, ощупывая камни. В такой темноте, да ещё с подбитым взглядом он едва видел. Пальцы Прохора прошлись по стыкам и остановились.

— Вот здесь, — прошептал он. — Помогите, пожалуйста.

Нужный камень почти ничем не отличался от остальных, разве что вокруг него не было скрепляющего раствора. Я подцепил его ножов и аккуратно вытащил. За ним оказалось небольшое углубление, в котором что-то белело. Бумага. Я вытащил её и поднёс к свету, который едва пробивался сквозь дыры в стене. Эх! Ничего не разобрать, каракули какие-то!

— У вас вода закипела, — отвлёк меня Прохор.

— Спасибо, — я убрал бумагу и вернулся к чугунку.

Мне и самому было интересно, получится ли у меня добавить бонусы просто в воду. Начал с Оценки.

Дождевая вода, кипячёная

Качество: низкое

Примечание: содержит осадок из мелких частиц пыли и органики. Рекомендуется процедить

Отлично! Теперь бонусы. Я закрыл глаза и сосредоточился, думая о том, чтобы погасить самые острые воспаления, придать сил и согреть Прохора. Влил сразу десять единицы маны, отчего по чугунку пробежались золотистые искорки.

Дождевая вода, кипячёная

Качество: среднее

Свойства: восстановление сил +10%, согревание +15%, регенерация +20%

Примечание: содержит осадок из мелких частиц пыли и органики. Рекомендуется процедить

Нет времени ничего процеживать, Система! Пора пить!

— Прохор, вода пока горячая, но ты осторожно сделай пару глотков, тебе станет легче. Только смотри, там осадок.

— Воду? Я?

— Давай уже! А то я продрог здесь стоять. Пей.

Пацанёнок вскинул брови, но послушно наклонил чугунок и начал пить. Первый глоток, второй, третий. Мы с Беконом, не отрываясь, смотрели, как увереннее начинает держаться Прохор, как плечи распрямляются и руки перестают дрожать.

— Ну, как ощущения? — спросил я, хотя этого и не нужно было, и так эффект был виден.

Я присмотрелся к заплывшему глазу, который стремительно наливался фиолетовым цветом. Ссадина на лбу покрылась корочкой, а дыхание Прохора выровнялось.

— Тепло! — перевёл он дух. — Спасибо, теперь гораздо лучше. Даже глаз почти открылся.

— Это то, что вам нужно, господин Винтер? — он кивнул на лист бумаги, торчащий из моего кармана.

— Я не знаю, Прохор, — честно ответил я. — Ты молодец, что спрятал его. Теперь нам нужно убираться отсюда. Каролина ждёт тебя в трактире и очень переживает.

— Они… они хотели меня убить, мол, так надёжнее, но потом кто-то крикнул снаружи, и они ушли, бросив на меня тряпки.

— Из-за них тебя и никто не мог найти, только Бекон, — я погладил кота между ушами. Всё, пойдём, Буян здесь рядом стоит.

Прохор уже меньше морщился от боли, да и шёл ровнее. Надеюсь, у него нет трещин в рёбрах или других костях. Я не представлял, как сработают бонусы, но не хотел, чтобы у парня что-то не так срослось.

Когда мы выбрались наружу, ночной воздух показался мне чистым и свежим, словно я вынырнул из глубокой воды. Над головой уже зажглись звёзды, а луны скрывались за лёгкими облаками. Буян нетерпеливо бил копытом у ворот. Увидев нас, конь тихо заржал и придвинулся ближе.

— Я тебя сейчас закину в седло, держись крепче, — сказал я Прохору.

— Я справлюсь, — упрямо ответил он и попытался залезть, но не тут-то было.

Впрочем, я сделал вид, что не увидел, и подсадил его. Кот прыгнул следом, а я забрался на Буяна последним и тронул его бока пятками.

— Вези аккуратно, — сказал я гнедому, и он понял меня.

Через полтора часа мы уже были перед окнами трактира. Там же на ступенях с кружкой в руках сидела Каролина. Увидев нас, она вскочила, и на её лице промелькнула радость, которая быстро сменилась яростью.

— Прохор! — она бросилась к нам, помогая мальчику слезть. — Прохор, что они с тобой сделали⁈

— Всё нормально, Каролина, — хрипло ответил он. — Господин Винтер меня подлечил.

— Кто это был? — её голос стал жёстким. — Ты их видел? Они тебя узнали?

— Он их не знает, но они за ним следили, — ответил я спешиваясь. — Трое. Они довели его до башни и забрали все документы. Прохор успел спрятать один документ, я его забрал.

— Документы? — Каролина резко обернулась ко мне. — Ты их видел? Что там было?

— Я не успел прочитать, — сказал я, не моргнув глазом. — В башне было темно, а Прохор нуждался в помощи. Я посмотрю её позже, когда разберёмся с травмами Прохора.

Каролина хотела возразить, но посмотрела на избитого Прохора и сдержалась.

— Хорошо, — сказала она, и в голосе прозвучала сталь. — Завтра мы поговорим. Пойдёмте в тепло.

Прохор вяло поднялся по ступеням, я понял, что он уже отошёл от шока и спешно перебирал в голове рецепты для его полного восстановления. Меня злило, что у меня нет ни единой возможности просканировать состояние Прохора. Как мне лечить без этого⁈

Внутри уже царила суета. Грумхильда принесла тёплую воду и чистые тряпки, Керина расстелила на лавке мягкое одеяло, а Людмила уже стояла с руками, зажатыми в замок, и сосредоточенным лицом.

— Положите его сюда. Я посмотрю, что можно сделать.

Я удивлённо посмотрел на неё и увидел спокойную решимость. Она точно знала, что делать. Хотя, мне кажется, что любая мать в какой-то момент становится лучше педиатра. Поэтому доверился ей.

Людмила опустилась рядом с ним и начала осматривать его раны. И тут-то я понял, в чём весь смысл. Она проверяла его магией! У меня отлегло на сердце, теперь-то точно Прохор в надёжных руках.

— Он был сильно избит… — задумчиво пробормотала она. — Ничего не понимаю!

— Что случилось? — я присел рядом.

— Все раны выглядят так, словно им уже несколько дней! — она снова приложила к Прохору руки, и они засветились зеленоватым светом.

— Это всё господин Винтер! — сдал меня пацан с потрохами. — Напоил какой-то водой, и мне стало легче.

Людмила перевела на меня изумлённый взгляд, я пожал плечами, а она коротко кивнула.

— Посмотри, может, что ещё осталось? Трещины? Переломы? — спросил я.

Она провела руками от макушки до кончиков пальцев ног, а потом покачала головой. Я выдохнул. Всё сделал правильно!

— Сейчас ничего нет. Внутренние органы тоже в порядке. А синяки и ссадины пройдут. Только их промыть нужно, а то лечение, конечно, хорошо, но если там грязь, будет только хуже. Пойдём, дорогой, я всё сделаю.

Прохор приоткрыл глаза и посмотрел на Людмилу с благодарностью.

— Спасибо, а можно чего-нибудь поесть? — он перевёл взгляд на меня.

— Сейчас всё устроим, но сначала мыться! — скомандовал я.

Когда Прохора увели, Каролина подняла на меня взгляд. В нём уже разгорался знакомый огонь — ярость, смешанная с решимостью.

— Я найду их, — тихо сказала она, обращаясь скорее к себе, чем ко мне. — Они заплатят за это. Каждый из них.

— Каролина, — вмешался я. — Сейчас главное — это Прохор. С ними разберёмся позже. Ты останешься на ужин?

Она посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень благодарности.

— Когда я отказывалась от твоей стряпни? — она на секунду замолчала. — И ты прав, Винтер. Спасибо, что пришёл за ним.

— Он помогал мне, — сказал я.

Каролина кивнула и отправилась за оставленной на крыльце кружкой. Грумхильда принесла ей тёплую куртку. Керина ушла помогать Прохору, а Фёдор ещё торчал на конюшне.

Вскоре вернулась Людмила, она подошла ко мне и отчиталась, что все раны промыли и смазали лечебной мазью.

— Спасибо, ты молодец, — сказал я. — Мне очень важно было знать, что с ним всё в порядке.

— Я рада, что смогла помочь, — она устало улыбнулась. — Да и потом, ты сделал основную работу, мне оставалось лишь проверить. Думаю, как только я всему научусь, то смогу не только лечить.

— Хочешь продолжать? — спросил я. — Ты много делаешь полезного. Защиту поставила, артефакты зарядила, теперь ещё и лечение. Я должен сказать тебе, что с такими талантами ты в городе заработаешь гораздо больше, чем в трактире. Маги всегда в почёте и им платят золотом.

Людмила задумалась, и её взгляд стал далёким.

— Я знаю, Марк, — ответила она. — И много думала об этом. Но пока ещё рано. Маги, как я слышала, сначала учатся в своих академиях, годами! А я без году неделю изучаю эту науку.

— Ты останешься в трактире или будешь учиться дальше?

— Я хочу учиться, Марк, — в её глазах зажглась искра. — Я хочу знать больше. Хочу помогать людям, хочу видеть, на что я способна. Да и потом, учёба — это в столице, как же я туда уеду? Здесь мой дом, здесь моя семья. Может быть, потом, как дети подрастут…

— Рад это слышать, — кивнул я. — А теперь пойду готовить. Желудок так и намекает, что после таких приключений обязательно нужно его наполнить чем-то вкусным!

Она улыбнулась и просветлела лицом. Я направился на кухню, чувствуя, как усталость отступает перед новой задачей. Бекон последовал за мной, запрыгивая на подоконник, и приготовился наблюдать за своей любимой кулинарной передачей.

Мне нужно было приготовить ужин для дюжины своих друзей, а вместе с Беконом на все тринадцать персон. Я быстро проверил запасы и обнаружил там целую корзину жирных уток. Сразу вспомнил, как готовил для молодого охотника Георга, когда мы с ним встретились. Впрочем, сейчас у меня в планах было совсем другое блюдо.

— Утка с картошкой, — сказал я сам себе, доставая их. — Это именно то, что сейчас нужно.

Я разложил их на столе и начал разделывать. Это нужно было сделать очень тщательно и аккуратно, ведь утка не прощает небрежности. Впрочем, годы опыта, системные навыки и острый нож в руках исключали возможность сделать что-то не так. И уже через несколько минут передо мной были целые грудки и бёдрышки. Кости пойдут на бульон, а мясо я нарезал крупными кусками.

Грумхильда вошла на кухню и остановилась, наблюдая за моей работой.

— Марк, ты уверен, что хочешь готовить сейчас? Ты же устал как собака, да и бледный, словно призрак.

— Готовка помогает мне успокоить нервы и привести голову в порядок, — ответил я, даже не повернувшись. — К тому же мы все голодны, и утром будут другие дела. Перед судом нужно сделать все заготовки.

— Тогда я помогу, — она сняла фартук с гвоздя. — Что нужно делать?

— Мне нужно, чтобы ты почистила и нарезала картошку крупными кусками, и лук тоже, рассчитывай на целый противень, нас целая дюжина.

— А если учитывать кота и аппетит Фёдора, то все пятнадцать.

— Именно, так что начинай.

Пока она занялась картошкой, я обжарил куски утки на сковороде до золотистой корочки, чтобы жир вытопился, а мясо стало ароматным. Ух! Запах стоял такой, что у меня желудок скрутило, а на кухню начали заглядывать то Керина, то Людмила. Даже Фёдор просунул голову в дверь и повёл носом.

Но я не отвлекался, работал сразу с двумя сковородками, не забывая приглядывать за бульоном, а потом присоединился к орчихе, взяв из кладовой морковку. Вместе мы быстро справились.

Как только закончили, я выложил мясо на противень, добавил нарезанную картошку, лук и морковь. Всё это я залил бульоном, посолил из Системной солонки, добавил розмарин, тимьян, перец и лавровый лист. Оставалось лишь добавить маны. Это я сделал с искренним желанием восстановить всем силы и душевное равновесие. Ещё бы добавить уверенности и веру в хорошее, но этого пока я не умею. Затем закрыл противень крышкой и поставил в печь.

— Минут тридцать, не больше, — сказал я, вытирая руки. — Придётся набраться терпения, да и стол подготовить.

— Пахнет совершенно невозможно! — сказала Керина, заглядывая на кухню. — Я уже голодная как волк и готова съесть свой фартук.

— Не ты одна, — усмехнулась Грумхильда. — Бери тарелки, нужно их расставить.

— Сейчас на этот аромат ещё и дети прискачут, я же их потом не уложу! — посетовала Керина.

— Я могу для них сварить компот, чтобы быстрее заснули, — улыбнулся я.

— Да? А рецепт не дашь? — подняла брови Керина.

— Конечно, сонных трав много, есть у меня такой сбор, — честно ответил я, хотя предлагал ей совсем иное.

Пока утка запекалась, мы успели нарезать хлеб, накрыть на стол, разлить компот. Постепенно в зале собрались и остальные. Несмотря на поздний час, и сонные лица, поесть никто не отказался. Прохор, закутанный в тёплый халат, сверкал глазами, предвкушая трапезу. Каролина сидела рядом с ним и что-то говорила на ухо. Пацан кивал, но взгляда от двери кухни не отводил.

Когда таймер в голове отщёлкнул, я вытащил противень из печи и поставил на стол. Золотистая корочка утки блестела, пар поднимался вверх, и по всему залу разнёсся запах запечённого мяса с травами.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Утка запечённая с картошкой и травами»

Качество: превосходное

Свойства: восстановление сил +20%, спокойствие +15%, улучшение настроения +25%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 330/800

Я довольно кивнул, убирая сообщение, и отнёс противень в зал. Все за столом замерли на мгновение, втягивая носами воздух, и нетерпеливо сжали в руках вилки.

— Божественно, — выдохнул Рик. — И это из обычной утки? Ты точно не маг?

— Просто повар, — ответил я, раскладывая утку с картошкой по тарелкам. — Ешьте, пока горячее.

Особого приглашения никто не ждал, и почти сразу приступили к еде. В зале воцарилась та особенная тишина, которая бывает только тогда, когда люди по-настоящему наслаждаются едой. Прохор ел жадно, Каролина изредка толкала его локтем, напоминая про манеры. Хотя сама активно работала вилкой. Видно было, что они оба давно нормально не ели.

— Винтер, — сказала она, облизывая ложку, — если завтра что-нибудь пойдёт не так, я лично прослежу, чтобы в Бешале тебе досталось лучшее место для твоего трактира. Будем ходить к тебе каждый день!

— Спасибо за предложение, — усмехнулся я. — Не думаю, что до такого дойдёт.

Когда ужин закончился, все разбрелись по своим делам. Семьи охотников ушли в новые дома, а Каролину с Прохором разместили в гостевых комнатах. Я же с Беконом поднялся в свою спальню. Или нашу? Нет, в мою, чтобы ни думал кот.

Бонусы от блюда и готовка помогли обрести душевное равновесие, я сел за стол и вытащил бумагу, которую достал из тайника Прохора. Это был потрёпанное письмо, с выцветшими чернилами и местами изрядно грязное. Видно, что Прохор добыл его в бою. Часть текста была утрачена, а то, что можно было прочитать, было написано так коряво, что я изрядно поломал голову, разбирая слова.

Но стоило мне дочитать до конца, я улыбнулся. Завтра будет весело.

Утро началось с того, что я проснулся через час после рассвета. За окном уже растекался солнечный свет, ветер лениво гнал облака, а на траве блестела роса. Я лежал неподвижно, глядя в потолок, и перебирал в голове события последних дней. Сегодня в полдень всё должно было решиться. Мысль о суде висела в воздухе, как занесённый меч, но я заставил себя не паниковать. Холодная голова — мой главный союзник сегодня, и я должен использовать её по назначению.

Бекон приоткрыл один глаз, словно почувствовав моё пробуждение, и тихо мявкнул. Потом поднялся, потянулся во весь свой рост и требовательно стукнул по моему плечу лапой.

— Встаю, встаю, — пробормотал я, откидывая одеяло.

Я вчера столько дел напланировал, что даже не знаю, успели ли всё сделать. Трактир же не должен останавливаться, если я опять где-то мотаюсь! Благо с продуктами проблем нет, так что хоть за это переживать не нужно.

Умылся тёплой водой из кувшина, переоделся в чистое, а заодно и подготовил вещи для суда. Сегодня я должен был выглядеть достойно — не как мальчишка, пришедший просить, а как хозяин трактира. Заодно и котомку проверил и вместо чугунка с жаровней положил в неё бумаги. Отдельно сунул и найденный в башне пергамент. Один его вид улучшал настроение.

Бекон сидел у двери и ждал, когда я закончу. В его зелёных глазах плескалось нетерпение и желание вкусно позавтракать.

— Сейчас всё будет, — сказал я, наклоняясь, чтобы погладить его. — И завтрак, и готовка, и шумная компания. А потом дела, чтобы без меня тут трактир не превратился в хаос.

Я спустился и в обеденном зале обнаружил Каролину с Прохором. Они сидели за столом с кружками чая и выглядели бодрее, чем вчера. По крайней мере, не такими измотанными. Синяки на лице пацанёнка побледнели, глаз нормально открывался, а ссадина на лбу уже покрылась коркой. Прохор улыбнулся, когда увидел меня.

— Господин Винтер! — сказал он, отсалютовав мне кружкой. — Давно у меня не было такого доброго утра! Спасибо!

— Как себя чувствуешь? Голова кружится? Что-нибудь болит?

— Нет, я уже почти в порядке, — твёрдо ответил он. — Да и как иначе, когда такая кровать мягкая, да из окна не дует? Уже готов приступить к работе.

Я бросил вопросительный взгляд на Каролину, а та закатила глаза, мол, не слушай его, нормальный у него дом.

— Работать ты будешь после того, как я скажу, — строго сказала она, а потом чуть теплее добавила. — Сначала наберись сил, а там посмотрим. Позавтракаем и поедем проверять остальных.

Я был рад, что Прохор сильно не пострадал, и что не впал уныние. А что касается сквозняков, я с Каролиной поговорю отдельно.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда, думаю, самое время для завтрака. Как считаете?

— Давно пора! — бодро ответил Прохор и получил локтем вбок от Каролины.

Расхохотавшись, я отправился на кухню. Грумхильда уже поставила котёл для каши на печь. Увидев меня, она остановилась и прищурилась, оглядывая с головы до ног.

— Выглядишь бодро, — заметила она. — И это хорошо. Сегодня у нас будет нелёгкий и очень длинный день.

— Я знаю, — сказал я. — Поэтому и встал пораньше, чтобы успеть подготовиться к открытию и не думать на суде, что вы тут завалены заказами.

Приготовить кашу, нарезать хлеб и достать масло с творогом заняло у нас совсем мало времени. Пока мы с орчихой были заняты, в обеденный зал уже начали подтягиваться и остальные. Я слышал, как что-то, обсуждая, вошли охотники, потом зазвенел детский смех, а уже со стороны двора к нам заглянули Людмила и Керина. У обеих в руках были корзины с дикими яблоками и грушами.

— Мы собирали на компот, — Керина поставила на стол свою ношу. — Оказывается, всего в пяти метрах от дома растёт старый сад.

— А то овощи привезли, — добивала Людмила, — а фруктов-то нет!

— Спасибо, из этого сегодня и сварим компот, — я оторвался от каши и посмотрел на обеих с благодарностью. — Берите тарелки и кружки, скоро уже всё будет готово.

Через пару минут из обеденного зала к нам заглянул Рик с новостью про подстреленного оленя. Он с братом собирается после завтрака его разделать. Я улыбнулся, мясо нам очень нужно!

Вскоре мы с Грумхильдой уже выносили котёл с кашей. В него я добавил маны с четким желанием, чтобы команда меньше волновалась. Стоило мне появиться, как все обернулись в мою сторону, и в глазах каждого я видел смесь тревоги и надежды. Они все знали, что сегодняшний день решит многое.

— Приятного аппетита, — сказал я, занимая место во главе стола. — Сначала еда, а потом обсуждение плана на день. Дел много и найдётся занятие для каждого.

Мои слова особо никого не вдохновили, кроме как детей и Бекона, которые набросились на свои порции, словно лет десять не ели. Я внимательно оглядел остальных.

— Выше нос, — строго сказал я. — Всё будет нормально. Суд назначен в полдень, а перед этим нужно подготовить трактир к открытию. Нет времени на лишнюю суету.

Улыбнулся подушевнее и принялся за кашу. Команда переглянулась и, всё же заразившись от меня уверенностью, принялась завтракать. Я всеми силами старался поддержать разговор, слушал слухи от Каролины, подкладывал детям творог, а заодно и инструктировал остальных на тему меню.

— Сегодня предлагаю сделать щи. Бульон я поставлю сейчас, вам останется только доварить. Керина, ты нарежешь капусту и картошку, Людмила, подсоби с заправкой — лук, морковь, корень петрушки. Грумхильда знает, что и как делать, справитесь.

Керина со всей серьёзностью кивнула и переглянулась с Людмилой.

— На второе — жаркое из кабана, — продолжил я. — Мясо уже нарезано и лежит в кладовой. Нужно будет обжарить его с луком, залить бульоном и томить до готовности. Не забудьте, что кабанина жёстче свинины, дайте побольше времени на печи. Я сейчас его замариную, чтобы ароматнее было, а с вас всё остальное. Подавать с картофельным пюре или с гречкой решайте сами.

— А салат? — спросила Людмила. — Мы хотели что-то лёгкое подавать.

— Квашеная капуста, — ответил я. — У нас её много, если сейчас сделать, то к приходу гостей она как раз будет самое то. И обязательно — пирожки. Начинку оставляю на ваш выбор, если успеете, то сделайте и сладкие, и сытные.

— Успеем, — уверенно ответила Грумхильда. — Варвара и Татьяна подойдут, и мы вчетвером управимся.

— Напитки как обычно, — продолжил я. — Компот я сварю сейчас, пока будет время. Тем более яблоки и груши есть, — я перевёл взгляд на Рика и Ника. — Можете сейчас идти на охоту, но к открытию, чтобы вернулись. Хочу ещё в коптильню мяса поставить.

— Будет сделано! — хором ответили братья.

Когда завтрак закончился, мы быстро убрали со стола и разошлись по заданиям. Каролина с Прохором засобирались домой, но перед уходом подошла ко мне.

— Марк, — сказала она негромко. — Вчера ты спас Прохора. Сегодня я буду рядом, если что — я уже поставила пару своих ребят следить за судом. Если Андрей попытается что-то провернуть, мы узнаем.

— Спасибо, — ответил я, и это слово было искренним. — Будь осторожна и береги Прохора.

— Берегу, — улыбнулась она. — А теперь иди. Удачи тебе, Марк. Ты справишься.

На прощание я ей вручил несколько монет на ремонт окна, на что эта неугомонная девица ответила, что потратит их на плотный обед для ребят.

Проводив их, я взялся за готовку. В самый большой котёл налил воды, поставил на огонь и бросил в него кабанину. Добавил пару луковиц целиком, морковь, пару лавровых листьев и перец горошком. Затем, когда бульон закипел, я убавил огонь и, прикрыв крышкой, оставил его томиться.

Пока бульон варился, я достал ещё один котёл для компота. Порезал яблоки и груши, достал изюм, корицы и звёздочки бадьяна. Всё это отправится в закипевшую воду. И уже в конце, сосредоточившись, я мысленно направил по несколько единиц маны в оба котла — в щи на сытость и восстановление сил, в компот — на бодрость и хорошее настроение. Система привычно отозвалась:

Бульон для щей

Качество: превосходное

Свойства: сытость +10%, уют+15%

Компот «Пряный яблочный»

Качество: превосходное

Свойства: бодрость +10%, уют +5%

Я довольно кивнул. Теперь, даже если меня не будет, еда будет работать как надо. А в последние полчаса до выхода успел замариновать мясо, добавив не только специи, но и ману тоже.

— Всё, — сказал я Грумхильде, вытирая руки о полотенце. — Заготовки сделаны, остальное на вашей совести. Надеюсь, надолго меня не задержат. Возможно, даже успею к открытию. В городе нужно, что прикупить, раз там буду?

— Так, вроде всё есть! — ответила орчиха. — Если что, Рика или Ника пошлём. Лучше иди и приведи себя в порядок, а мы со всем справимся.

Я видел, что команда переживает за меня. Даже дети, которые ещё не понимали причины, но чётко улавливали настроение старших. Так что я переоделся, ещё раз проверил документы и вышел к остальным, полностью готовый к бою. Каждый счёл своим долгом сказать мне что-то хорошее. Людмила помахала полотенцем, Керина крикнула: «Не волнуйся, всё будет хорошо!», а Фёдор, выглянув из-за двери, добавил: «Если что, я могу прийти и подпереть дверь топором». Я в ответ только усмехнулся, но тепло разлилось по груди от этих слов.

Бекон уже ждал меня у выхода, бросая в мой адрес нетерпеливые взгляды. Он явно хотел поскорее покончить со всеми проводами и тронуться в путь. Я подошёл к нему и погладил по спине.

— Идём, рыжий, — сказал я. — Нас ждёт Бешаль.

Мы вышли во двор. Буян уже ждал у коновязи, запряжённый Фёдором, и нетерпеливо перебирал ногами. В его глазах было то же напряжение, что и у меня. Я подошёл и протянул коню яблоко, которое захватил с кухни, а потом запрыгнул в седло. Бекон прыгнул ко мне и устроился под курткой. Я тронул поводья, и мы помчали вперёд.

Дорога прошла быстро, хотя мне казалось, что время тянется бесконечно. Я въехал в городские ворота, когда солнце только поднялось над крышами. На улицах было уже многолюдно — торговцы открывали лавки, горожане спешили по делам, а у ратуши толпились люди. Слух о суде разлетелся по городу, и многие пришли посмотреть на исход противостояния.

Встречали нас с котом бурным обсуждением. Из середины рядом протиснулся Пышка, всучил мне мешок с плюшками и молча хлопнул по плечу. Пузырь расталкивать людей не стал, дождался, когда я его замечу, и кивнул своим помощникам. Те приволокли корзину рыбы и поставили передо мной.

— Винтер, чтобы у тебя всё было! — рявкнули они и отбыли.

Мы с котом переглянулись. Я с недоумением, Бекон с предвкушением.

— Заберу после суда, — я кинул стражнику монетку. — И за конём присмотрите.

И, не оглядываясь, прошёл в зал суда. Внутри тоже было тесно и шумно. Ажиотаж вокруг этого заседания дошёл до безумия, и люди готовы были на головах друг у друга сидеть, лишь бы послушать доводы сторон.

Андрей и адвокат уже сидели на своих местах, позади них ещё человек пять, которые ловили каждое слово Винтера. Стол перед ним был завален бумагами. Я скользнул по ним снисходительным взглядом и занял лавку напротив и изобразил на лице скуку. Кот устроился рядом. За моей спиной сидели Кублицкий, Шубин и Солетта Васильевна.

— Господин Марк, вы готовы? — тихо спросила секретарь, увидев, что передо мной нет ни единого документа.

— Да, всё в порядке. Спасибо, что пришли.

— Мяв! — поддакнул кот, и Солетта Васильевна улыбнулась.

Андрей выглядел бледным, но его глаза горели холодным огнём. Когда он увидел меня, на его губах мелькнула злорадная улыбка, и я понял, что у него действительно есть что-то серьёзное. Мне стало интересно, что именно. В груди появился огонёк азарта и предвкушения.

Судья занял своё место, громко постучал молоточком, и через минуту в зале воцарилась тишина. Зрители переводили взгляды с меня на Андрея, замерев от любопытства.

— Заседание по делу о праве на наследство и земли рода Винтеров объявляю открытым, — провозгласил судья. — Вчера было установлено, что Марк Винтер является законным представителем рода Винтером. Истец, Андрей Винтер, заявляет, что имеет в своём распоряжении некий документ, который подтверждает, что он единоличный владелец вышеуказанного наследства, включающего в себя и трактир «Сытый Вепрь». Прошу представить его.

Адвокат Андрея неторопливо поднялся, поклонился всем присутствующим и вытащил из папки пожелтевший пергамент с красной печатью. Лицо адвоката светилось торжеством, а документ он держал с величайшим почтением. Буквально кончиками пальцев.

— Ваша честь, — начал адвокат, — перед нами подлинное завещание Демьяна Винтера, написанное им за несколько месяцев до смерти. В нём он ясно и однозначно указывает, что все его земли, имущество и трактир «Сытый Вепрь» переходят в собственность его старшего брата Ивана Винтера, а в случае его смерти — его сына, Андрея Винтера. Отдельно замечу, что никаких упоминаний о Марке Винтере в завещании нет.

В зале поднялся шум. Люди начали перешёптываться, кто-то ахнул, кто-то покачал головой.

— Как такое может быть? — негромко спросил Кублицкий, не поднимаясь с места. — Я проверял все документы лично, и сейчас впервые вижу это завещание.

— Ещё один удачно найденный документ, — добавил Шубин с ироничной улыбкой.

— Господин казначей, — холодно ответил адвокат, — увы, у меня нет полномочий проверить вашу деятельность, раз у вас нет таких важных документов в архиве. Но завещание, которое я держу в руках, — последняя воля Демьяна Винтера. Оно заверено компетентными лицами и имеет все необходимые печати.

Судья нетерпеливо махнул рукой, и адвокат передал ему пергамент. На несколько мгновений воцарилась тревожная тишина. А я решил из чистого любопытства, запустить «Распознавание магии», уж очень точно высказался Шубин. Слишком вовремя, слишком удобно, слишком правильно.

Пока я смотрел на дымку, которая прошлась по всему залу и подсветила мне охранные и защитные артефакты, судья внимательно осмотрел пергамент и нахмурился.

— Документ выглядит подлинным, — сказал он задумчиво. — Но я должен проверить его более детально.

— Конечно, ваша честь, — кивнул адвокат и передал пергамент судье. — Мы готовы предоставить его для экспертизы.

Я коротко улыбнулся, ведь дымка заклубилась возле судьи, и документ в его руках засиял тревожным фиолетовым светом. Вот так вот! Значит, я правильно думал. Последний ход Андрея. Интересно. Внутри меня не было паники, лишь ледяное спокойствие. Навык «Холодная голова» работал идеально, отсекая лишние эмоции. Бекон у моих ног тихо заурчал, и я погладил его, давая понять, что всё под контролем.

Андрей смотрел на меня с торжеством, явно ожидая, что я вскочу, начну кричать, оправдываться, но нет. Я продолжал сидеть, глядя на него с лёгкой усмешкой, словно происходящее меня не касалось. Его улыбка начала угасать, быстро сменяясь раздражением.

— Что вы скажете в свою защиту, господин Винтер? — спросил судья, поворачиваясь ко мне.

Я с ленцой поднялся, делая вид, что весь этот цирк меня утомляет. Бекон встал рядом, и зрители затихли, ожидая моего ответа.

— Ваша честь, — сказал я, и мой голос прозвучал ровно и спокойно, — для начала, мне важно узнать, что скажет экспертиза по поводу этого документа. Ранее я никогда не слышал, что у моего деда, Демьяна Винтера было завещание. А с учётом событий вчерашнего дня хочется быть уверенным, что документ подлинный.

По залу прошёл шепоток, и судья схватился за молоток.

— Тишина! — он глянул на меня, а потом перевёл взгляд на помощника. — Пригласите дежурного эксперта.

В зале началась суета. Кто-то из чиновников выбежал за дверь, и через несколько минут вернулся с пожилым мужчиной в синей мантии с серебряной вышивкой. В руках он держал посох с сияющим кристаллом наверху.

Андрей вздёрнул подбородок, а адвокат откинулся на спинку стула. Они оба выглядели уверенными в своих силах. Что ж, посмотрим на их лица, когда завещание проверят.

— Ваша честь, — вдруг поднялся с места адвокат, — мне необходимо отметить, что воздействие на документ магией может его разрушить. Мой сотрудник наложил защитное заклинание, которое помогает сохранить текст от повреждений. Это и увидит ваш эксперт.

— Пусть это он сам скажет, — ответил судья.

— Позвольте, ваша честь, — продолжал напирать адвокат. — Неужели заверенная компетентными людьми бумага может вызывать столько споров?

— В мире, где есть магия, — холодно сказал я, — всё нужно проверять.

Адвокат что-то зашептал на ухо Андрею, тот поморщился и дёрнул плечом.

— Если мы каждый чих будем проверять, то заседание затянется до следующего лета, — прорычал он.

— Вам дороже правда или время, господин Винтер? — я приподнял брови.

— Тишина в зале! — судья остановил наш обмен шпильками и глянул на пожилого эксперта. — Господин Рейнур, прошу.

Старик степенно дошёл до судьи, развернулся к нам и поклонился.

— Дежурный маг города Бешаля, — представился он. — Филипп Рейнур. Чем могу быть полезен?

— Прошу вас проверить этот документ на подлинность, — сказал судья, передавая ему пергамент. — Перечислите всё заклинания, которые вы на нём увидите.

Маг взял пергамент и провёл над ним рукой. Вслед за этим движением, кристалл на его посохе слабо засветился. Старик нахмурился, повертел пергамент в руках, поднёс его к свету. В зале стояла абсолютная тишина, зрители затаили дыхание, не отрывая взглядом от эксперта.

— Ваша честь, — наконец, произнёс маг, — на документе действительно есть магический след. Довольно сложная конструкция. Боюсь, вам следует вызвать магистра, чтобы точно сказать, что это за заклинание. Но оно точно есть.

Андрей вскочил с места, с трудом сдерживая раздражение.

— Это защитные заклинания! — быстро сказал он. — Чтобы документ не портился. Обычная практика для таких важных бумаг.

— Господин Винтер, прошу соблюдать порядок, — судья поднял руку. — Маг, можете ли вы точно определить природу заклинания?

— Боюсь, мои навыки не позволяют этого, — признался Филипп. — Заклинание тонкое, сложное. Я вижу только его наличие, но не могу сказать, каково его предназначение.

Андрей едва заметно довольно переглянулся с адвокатом, но я уже стоял на ногах.

— Ваша честь, — сказал я, — вчера мне удалось показать вам истинную силу рода Винтеров, поэтому прошу разрешения самому проверить документ. И если, глубокоуважаемый эксперт не против, то хочу сделать это под его внимательным взглядом.

В зале поднялся гул. Наверное, многие уже в курсе, что было на прошлом заседании, и сейчас хотели снова увидеть мою силу. Эх! Прав был Виталик!

— Вы, господин Винтер? — судья удивлённо поднял бровь. — Вам и такое под силу? Может, вы маг?

— Не совсем, — ответил я спокойно. — Родовая сила помогает не только сделать блюда лучше, но и помогает распознать наложенные на еду чары. Иначе какой из меня был бы повар?

— Резонно, — кивнул судья и посмотрел на эксперта. — Филипп, поможете?

— С большим удовольствием. Родовая сила — это всегда очень интересно!

— Нет! — вдруг крикнул Андрей. — Вы испортите документ! Уберёте защитное заклинание, и пергамент может рассыпаться!

— С чего бы? — теперь я удивился. — Ведь ему и года нет. С чего бы ему рассыпаться? Или, может быть, он старее, чем вы нам сказали?

Андрей набрал в грудь воздуха, чтобы ответить мне, но судья его опередил:

— Я разрешаю. Подойдите к документу. Филипп, смотрите в оба. Не хочу, чтобы единственное доказательство рассыпалось в прах от воздействия магии.

Я подошёл к столу судьи, и маг передал мне пергамент. Встал поближе к эксперту и расположился так, чтобы всем было видно, что я делаю. Мне уже и самому было интересно, почему «Распознавание магии» подсветило завещание. Что-то мне подсказывало, что там не оно вовсе. Хотя вполне может быть, что это действительно лишь защитные чары.

Навык покажет.

Я глубоко вздохнул и сконцентрировался, снова активируя навык. В следующую секунду шкала маны просела на пятьдесят единиц, а по ладоням пробежался стылый холод. Тысяча иголок вонзилась в кожу и тут же развеялись туманом. Чем дольше я стоял, тем тише становилось в зале.

— Ваша честь, — сказал эксперт, — буду комментировать происходящее.

— Слушаем внимательно, — кивнул судья.

— Вижу, как господин Винтер применяет силу. Это не заклинание, а сырая родовая магия, — он на мгновение замолчал. — Анализирующее воздействие. Очень интересно!

Пока он говорил, передо мной заклубился голубоватый туман, подсвечивая линии силы, исходящие от пергамента. Теперь, когда завещание было рядом, я смог разглядеть каждую нить заклинания. И как раз это меня сильно удивило. Я ожидал увидеть только защиту от порчи, она выглядит как плёнка для ламинирования, но оказалось всё иначе. Навык подсветил мне весь текст! Только печать осталась без каких-либо визуальных эффектов.

— Анализ завершён, — добавил Филипп. — Что дальше?

Я не стал отвечать, активировал «Разрушение чар» и направил его на пергамент. Моя рука на долю мгновения вспыхнула золотистым светом, он перекинулся на пергамент и остался на нём, как приклеенный. В зале кто-то ахнул, раздался сухой стук и скрежет сдвигаемой лавки.

— О! — одобрительно пробубнил Филипп. — Какое филигранное разрушение! Молодой человек, я бы хотел переговорить с вами после заседания. У вас удивительные способности.

— Тише, Филипп! — проворчал судья. — Не отвлекай его.

Я их не слушал, а смотрел, как золотистое сияние стирает наложенные нити магии, оставляя лишь красную печать. Уж она-то точно подлинная.

— Мать честная, — выдохнул Филипп. — Не может такого быть!

Перед нами лежал чистый пергамент, заверенный компетентными лицами. Без единой буквы.

То же самое видел судья, зрители в зале и, конечно же Андрей, который сейчас был чуть бледнее поддельного завещания.

— Ваша честь, — я развернул чистый лист и показал его всем, — вот ваше «завещание». Это подделка. Магия была наложена, чтобы имитировать текст. А вот печать действительно подлинная. Андрей Винтер пытался обмануть суд.

— Ложь! Наглая ложь! — завопил Андрей. — Он сам наложил на него магию! Он уничтожил документ!

— Тишина! — судья стукнул молотком, и голос его прогремел на весь зал. — Я требую тишины!

— Увы, молодой человек, — отозвался Филипп. — Я видел своими глазами весь процесс. Если бы господин Винтер уничтожил, то и печати бы не осталось. Магия точечно не работает.

— Ваш вердикт, господин эксперт? — уточнил судья.

— Заклинание иллюзии высшего порядка, — Филипп передал ему пергамент.

Слова припечатали Андрея, заставив его упасть на лавку. Он выглядел взбешённым, но ничего не мог сделать. А скрежет его зубов слышал даже я.

Судья оглядел всех, поднялся, и в зале воцарилась звенящая тишина.

— Я видел много заседаний, — недовольно начал он, — но впервые на моей практике документ, который считался главным доказательством, оказался магической подделкой. Истец пытался ввести суд в заблуждение. На основании полученных доказательств, я признаю законные права Марка Винтера на земли и имущество рода Винтеров. Решение вступает в силу немедленно. Заседание объявляю закрытым.

Грохот молоточка об стол раздался одновременно с появившимся у меня перед глазами Системным сообщением.

Внимание!

Квест «Истинный наследник» выполнен!

Награда: +150 опыта, репутация +50, Подарок

Текущий опыт: 470/800

Я смахнул сообщение и не позволил себе никакой внешней реакции. Лишь с интересом посмотрел на Андрея, который что-то выговаривал своему адвокату. Зал бушевал, поздравляя меня с победой. Но я ещё не закончил.

— Ваша честь, — громко сказал я, — позволите один вопрос?

— Что ещё? Заседание закрыто.

— Не по теме заседания, если можно, — я продолжал смотреть на своего оппонента. — Хотел лишь попросить Андрея рассказать собравшейся публике, а главное, судье, кто он на самом деле.

Андрей замер и повернулся ко мне. Его лицо пошло красными пятнами, а в глазах мелькнула тень ужаса.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, — прошипел он.

Я вытащил из внутреннего кармана пожелтевший лист, который нашёл в башне, развернул его и показал всем.

— Узнаешь? — сказал я с холодной улыбкой, — В этом письме, а точнее, в вырванной странице из приказа, тебе поручено завладеть наследием Винтеров и подчинить себе нашу родовую силу. Ты не Винтер. Ты лазутчик. И был готов на всё, чтобы выслужиться перед своими хозяевами.

На несколько мгновений зал застыл, а потом взорвался криками. Люди вскакивали с мест, кричали, грозили кулаками. Андрей попытался спрятаться за адвокатом, но тот ошарашенно отпрянул от него.

— Это ложь! — закричал «дядюшка», но его голос сорвался. — Это всё подстроено! Вы не имеете права!

— Серьёзно? — я покачал листом в воздухе. — То есть ты не Андрей Ярмин, шестой сын фермера, который задолжал столичному графу? Не Андрей Ярмин, который должен был за мой трактир получить щедрое вознаграждение? Странно. Очень странно, — я сделал вид, что задумался, а потом шагнул ближе. — А если бы ты хоть на одну каплю крови был Винтером, смог бы я обжечь твою руку родовой силой?

Андрей вздрогнул, прижал руку к груди и бросился к двери, но стража схватила его и быстро скрутила. Он вырывался, кричал, брызгал слюной, но его держали крепко.

— Не трогайте меня! Мне нельзя в тюрьму! У меня долги! Меня найдут!

— Уведите его, — отрезал судья. — Он будет сидеть в подземелье до тех пор, пока не будет проведено полное расследование. Арестовать также его сообщников.

Я глянул на адвоката и с удивлением обнаружил, что ни его, ни подкупленных чиновников в зале больше не было. Вот же! Как тараканы, блин! Тем временем стража вывела Андрея из зала. Он уже не кричал, только смотрел на меня с ненавистью, которая постепенно угасала, сменяясь отчаянием.

— Господин Винтер, — сказал судья, глядя на меня с уважением, — это был крайне неожиданный поворот событий. Я надеюсь, что более никто не усомнится в том, что вы законный владелец земель рода Винтеров.

Я поклонился и, взяв Бекона на руки, вышел из зала. За спиной я слышал голоса людей, которые поздравляли меня, но я не останавливался. Я шёл к выходу, чувствуя, как всё вокруг становится на свои места. Внутри меня всё пело, и я почти слышал, как Очаг в трактире отозвался на мою победу.

Перед тем как сесть на Буяна, я забрал у стражника корзину с рыбой и мешок с булками от Корнея.

— Погодите, это ещё не всё, — вдруг сказал стражник и показал на груду ящиков. — Это вам от остальных.

Я обалдело смотрел на сыры, яйца, зелень, фрукты и колбасу. Заметил даже несколько саженцев. Вот это я понимаю, подарки! Да с такой поддержкой я в и огонь с водой зайду и не поцарапаюсь!

Не дожидаясь, пока толпа выйдет из ратуши, я убрал часть продуктов в котомку, а остальное погрузил на небольшую телегу, которую одолжил мне стражник. Пришлось расседлать Буяна и запрячь его в эту повозку.

— Поехали, Бекон, нас ждут дома, — сказал я коту и залез в телегуседло.

Дорога до трактира пролетела в одно мгновение. И когда «Сытый Вепрь» показался впереди, я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Возле крыльца уже орудовали гномы, собирая каркас веранды. Завидев меня, они остановились, зычно грохнули: «ура!»

На этот вопль из трактира высыпали и остальные. Их взгляды скрестились на меня. Грумхильда не выдержала первой.

— Ну?

— Победа! Мы выиграли! — улыбнулся я.

— Мряв!

— Я знала! — закричала Грумхильда. — Я знала, что ты победишь! Ура!

К её воплю присоединилась и вся команда. Они хлопали меня по плечам, обнимали, поздравляли. Невероятное ощущение! Даже лучше, чем когда я победил на конкурсе.

Попросив разгрузить телегу, я зашёл в трактир. Гостей пока не было, до открытия оставалось ещё минут тридцать, но за столом меня уже дожидался бард.

— Алексан, иди сюда, — я улыбнулся. — Сегодня я расскажу ещё одну историю.

Бард кивнул, и в его глазах зажглись огоньки любопытства. Он устроился поудобнее, взял в руки лютню и приготовился меня слушать. Не вдаваясь в подробности, я описал ему события на сегодняшнем суде. Алексан почти не задавал вопросов, кивал и коротко улыбнулся, когда я упомянул поддельное завещание и решение судьи в мою пользу. Последней строчкой в моём рассказе стал арест Андрея, когда я показал приказ и подтвердил, что он вовсе и не Винтер.

— Никогда бы не подумал, что такие истории могут случаться в жизни, — изумлённо выдохнул бард, когда я закончил. — Если бы я сам не стал частью всего этого… — он замолчал, тронув струны. — Господин Винтер, я рад вашей победе. К тому моменту, как придут гости и начнут вкушать ваши удивительные блюда, мне будет чем их порадовать. У меня только один вопрос остался, если позволите.

— Слушаю внимательно.

— Что будет дальше? — он впился в меня взглядом, словно желал заглянуть в мои мысли.

— Это будет ещё одна история, и я вам её обязательно расскажу.

Бард искренне расхохотался и махнул рукой, принимая такой ответ. А я встал и направился в сторону кухни. Правда, буквально за метр до двери резко изменил направление, поднявшись в комнату. Бекон рванул за мной, заинтригованный изменением маршрута.

Я сделал это не просто так, а потому что вспомнил про подарок Системы за выполненный квест. Если там подарок, то лучше бы его получить без лишних глаз. Как только я оказался один, открыл интерфейс и, затаив дыхание, нажал на иконку с подарком.

В ту же секунду в ладони потяжелело. Я машинально сжал пальцы, а уже потом посмотрел на предмет.

Внимание! Вами получен подарок: «Кошачий глаз»

Вот это да! Это же ошейник для кота! Узкий кожаный ремешок чёрного цвета, с небольшим агатом на кольце. Мой взгляд привлёк символ на застёжке — крошечный круг, разделённый на три части. Увидев его, я мысленно усмехнулся. Пора этот круг ставить на герб Винтеров.

Бекон, который крутился рядом, приподнял голову и настороженно принюхался к ошейнику. Его глаза замерцали любопытством.

— Погоди, мне и самому интересно, — сказал я ему и активировал Оценку.

Ошейник «Кошачий глаз»

Качество: редкое

Тип: артефакт для фамильяра

Свойства: усиление ментальной связи с хозяином +30%, визуальное отображение настроения, сопротивление магии для фамильяра +15%

Скрытое свойство: «Дружеский нюх» (пассивный) улучшение поиска +15%

— Вот спасибо так спасибо! — довольно выдохнул я. — Этого нам как раз и не хватало! Бекон, ты только посмотри на это! Тут и усиление связи, и защита от магии, да ещё и улучшение поиска. Теперь от тебя сыр спрятать не получится.

— Мряв! — возмутился кот, искренне считавший, что такое лакомство от него скрывать нельзя.

— Давай примерим.

Кот подошёл, не сводя глаз с ошейника. Я осторожно застегнул артефакт на его рыжей шее. Ошейник подошёл идеально, словно сшили по его меркам. Бекон потряс головой, прислушиваясь к ощущениям, потом сел и посмотрел на меня.

— Что ты чувствуешь, рыжий? — спросил я и сразу же это понял.

Точнее, ощутил, как по мне прокатилась волна удивления, смешанного с любопытством и сразу после неё и радость. Причём чётко было понятно, что это не мои эмоции, а кота.

— Отлично, это работает, — я улыбнулся и погладил Бекона между ушами. — Теперь давай проверим улучшенный поиск и мыслеобразы. Сосредоточься и покажи мне то, чего я не видел.

Бекон задумался, прошёлся по комнате, а потом сел возле двери и обернулся. И вдруг я увидел угол конюшни, где складывали сено, потом кот показал мне доски, между которыми что-то блестело.

— Пойдём смотреть, что ты там нашёл, — сказал я, открывая дверь.

Бекон радостно мявкнул и рванул на улицу. Он уверенно добежал до конюшни и, не обращая внимания на Буяна, начал активно копать остатки сена на полу. Я присел рядом, смахнул их и увидел блеск.

— И что это у нас тут? — я просунул пальцы и вытащил серебряную монету. — А неплохой улов! Интересно, чья она?

— Марк! — вдруг раздался над головой голос Ника. — А чего вы тут делаете? Всё в порядке?

— Бекон привёл, чтобы найти это, — я показал монету. — Вы же тут с братом спали, не ваши богатства?

— Керина Рику всю плешь проела, когда недосчиталась этой монеты в кошельке, — обалдело ответил Ник, забирая монету. — Пойду его обрадую.

— Пусть лучше жене подарок купит на эти деньги, — хохотнул я.

— Сами разберутся. Спасибо, Бекон, — охотник погладил кота. — А, забыл сказать, твоё поручение мы выполнили, подстрелили молодого оленя. Хотел тебя ещё спросить, шкуру же мы можем продать? Девчата обновки просят.

— Конечно, продавай, мы же договаривались! В трактир мясо, а что делать с остальным, решайте сами.

Ник просиял ярче монеты и убежал к брату, а я усмехнулся и посмотрел на кота.

— Молодец, рыжий! Назначаю тебя главным искателем сокровищ!

Бекон довольно фыркнул, ткнулся мокрым носом в мою ладонь, и я почувствовал через ошейник его удовлетворение. Он был рад, что я оценил его новые способности.

— А теперь пошли работать, у нас с тобой дел по горло. У меня суп недоварен, а ты ещё не обедал. Правильно?

— Мряв!

Желудок нетерпеливо сжался, и пока я шёл на кухню, всё гадал, мой это голод или кота? По дороге проверил квест «Откройся и не прогори III» и радостно потёр руки, ведь в цифрах значилось уже 2000/2000. Ещё одна хорошая новость на сегодня. Теперь осталось только Блюдо Хранителя приготовить и можно будет улучшить трактир. Раз звёзды сложились, нужно будет сегодня этим и заняться. От одной этой мысли во мне разгоралось нетерпеливое предвкушение.

Я зашёл на кухню, скинул куртку и потянулся к фартуку. Грумхильда уже начала доваривать суп, Керина раскладывала пирожки на противень, а Варвара и Татьяна готовили столы к приходу гостей. Надеюсь, посетители не будут сильно мешать гномам строить. Нужно будет не забыть тоже выдать им по порции.

— Ну что, — сказал я, оглядывая кухню, — где нужна моя помощь?

Бекон запрыгнул на подоконник, стукнул лапой по пустой плошке и выразительно уставился на Грумхильду. Та всплеснула руками, проворчала что-то про вечно голодных обжор, но сметаны всё же дала.

Я прислушался к эмоциям кота и чуть не расхохотался. Есть-то он не особо хотел, но ему было забавно слушать причитания орчихи.

Не успела кухня наполниться ароматами, как повалили заказы. Мы с Грумхильдой в четыре руки выставляли тарелки, помощницы их забирали и возвращались вновь за следующими. Вскоре к ним присоединилась и Людмила, помогая и в зале, и с посудой.

Но как бы ни был загружен сегодняшний вечер, я всё время ловил себя на том, что смотрю на часы. Мысли о готовке Блюда Хранителя не отпускали меня ни на секунду. К закрытию, когда котлы показали дно, а противни уже были вымыты, а я подсчитал прибыль, внутри меня вдруг появилось странное спокойствие. Как задержка дыхания перед прыжком в воду.

Проводив Татьяну и Варвару, я снял фартук и, улучив момент, когда мы остались на кухне одни, подошёл к орчихе:

— Грумхильда, мне сегодня нужно в подземелье.

— Сейчас? Ты уверен? День такой сумасшедший был! Встал рано, пока всё приготовил, потом суд этот, а ещё весь вечер не отходил от печи. Как ты на ногах держишься? Может, отложишь до завтра?

— Нет, — твёрдо ответил я. — Чего тянуть? Завтра опять что-нибудь случится и снова будет не до этого. Да и потом, возможно, мне выпадет шанс улучшить трактир. Сама знаешь, как нам это помогает в работе.

— Тогда чего ты ещё здесь-то? Иди и твори своё колдунство! — усмехнулась орчиха. — Нам пора бы уже расширить кухню! Или гостевые комнаты! И подумай про кладовую! В нашей уже места нет, одни овощи везде.

— Посмотрим, что получится, — я развёл руками, — здесь, как повезёт. Магия Очага не всегда следует нашим желаниям, но всегда даёт возможности.

— Удачи, Марк, пусть всё будет правильно, — вздохнула она.

— Ты не представляешь, что значит для меня твоя поддержка.

— Знаю, — ответила она просто и, хлопнув меня по плечу, вернулась к разбору горы посуды.

В дверях кухни я на мгновение задумался. Ведь для этого блюда нужны ингредиенты, которые я собрал лично. А что у нас осталось? Пойманную мной рыбу уже отправили в котлеты, но её можно заменить обычной водой из колодца. Наполню ей чугунок, а заодно с грядки под окнами возьму специи, сам же сажал их. Последней я выкопал морковку, которая сидела в земле ещё с момента квеста на огород.

Я носился по всему двору, как вдруг сработал навык «Холодная голова». Остановился, задумался и вдруг понял, что из этого набора ничего приготовить нельзя. Честно сказать, на долю секунды я растерялся. Но когда собрался с мыслями, понял, что дело не в продуктах, а в том, что с ними делать. Это придало мне уверенности, и я отправился в погреб.

Он встретил меня уже привычной прохладой и фальшьстеной. Бекон замер рядом, и я ощутил его лёгкую тревогу.

— Не дрейфь, дружище, мы почти победили. Осталось последнее дело и перед нами откроются новые перспективы.

Говорил больше для себя, чем для кота. Бекон в ответ ободряюще мявкнул, а ещё через минуту мы уже шли по подземелью. Очаг уже звал меня и тянул к себе, как магнитом. Мы прошли мимо неработающих ловушек и светящихся грибов. Брать их не стал, пусть себе растут, зайду в другой раз за ними.

Когда мы вошли в просторное помещение, мне показалось, что воздух вокруг нас завибрировал. Мне показалось, что это подобие радости от самого Очага.

— И тебе привет, — зачем-то сказал я, а потом посмотрел на кота. — И как мне готовить блюдо-то?

— Мяу?

— Конечно, не знаешь, но мы с тобой отличная команда и сейчас что-нибудь придумаем.

О да, я нервничал, как перед первым свиданием. Правильно ли я понял условия? Не слишком ли понадеялся на стихии? Может, нужно было ещё что-то?

Вопросы обрушились на меня, как снежная лавина, сыпались один за другим, прыгали во все стороны, пока не сработал навык «Холодная голова».

Я выдохнул, взял себя в руки и прислушался к Очагу. От него шло приятное тепло, которое вернуло мне спокойствие и настроило на рабочий лад.

— Я готов, — сказал я, обращаясь к тишине.

— Ты уверен? — внезапно у меня за спиной раздался голос Виталика.

Я обернулся. Дух стоял в углу, его полупрозрачная фигура слегка светилась в золотистом сиянии Очага. Он выглядел задумчивым, и в его глазах я не видел привычной насмешки.

— Абсолютно, — ответил я. — Ты же сам меня торопил, почему сейчас спрашиваешь?

Виталик не ответил не сразу и странно на меня посмотрел.

— Тогда начинай, Хранитель, — тихо сказал он. — Будь внимателен. Ты делаешь нечто большее, чем просто готовишь блюдо.

Я посмотрел на него с лёгким недоумением, но не стал расспрашивать. У меня была цель, и мне нужно сосредоточиться. Пока выкладывал содержимое котомки, осознал, что всё понял правильно. Да, дело было не в продуктах, не в добыче их лично, а в том, как поварское дело соединяется с магией Очага.

Выкинув все мысли из головы, я начал работать. Поставил жаровню в Очаг, сверху водрузил чугунок с водой, повернул кристалл…

Руки работали сами, а мысли снова вернулись. Я думал о том, как много всего изменилось с тех пор, как впервые попал в этот мир. Один в пустом трактире с едва выжившим котом и трупом во дворе! В голове мелькнул образ дрянного бутерброда со вкусом подошвы от сапога.

А теперь у меня был дом, команда, друзья. И всё это стало возможным благодаря тому, что я согласился следовать по пути Легендарного повара.

Без квеста я бы не познакомился с дриадой, не спас Фёдора от его жестокого хозяина. И не понял, что Грумхильда станет отличным помощником на кухне, раз пошло такое дело.

Бекон подошёл ближе и потёрся головой о мою ногу, и в груди разлилось тепло. Его и моё одновременно. Всё, что мы делали, привело нас сюда и связали воедино. Даже в прошлой жизни я не ощущал столько радости, как здесь.

Руки продолжали работать, превращая обычные продукты в нечто магическое. Вода кипела, жар дышал в лицо, а морковь со специями и вовсе превратились в пену.

Всё было правильно, так и должно быть. Последним элементом должна была стать суть повара, и поэтому я щедро плеснул маны. Потратил всё до последней единицы, и когда закончил, Очаг вспыхнул ослепительным светом.

Золотистое сияние заполнило всё пространство, и зал преобразился. По стенам прошлась волна, возвращая их к первоначальному виду, словно их только вчера уложили. Письмена на потолке засияли синим светом, а в воздухе замелькали лица. В них было что-то неуловимо знакомое, я всё не мог понять, что именно, пока не появился Демьян. Точно! Очаг показывал мне весь род Винтеров. Только их было до странного мало. Человек десять или пятнадцать.

В следующее мгновение перед глазами вспыхнуло знакомое голубое свечение.

Поздравляем!

Вы приготовили «Блюдо Хранителя»!

Следом появилось и второе, которое согрело похлеще грелки с кипятком.

Внимание!

Квест «Откройся и не прогори III» — выполнен!

Цель: выполнить 2000 заказов в трактире «Сытый Вепрь», приготовить Блюдо Хранителя — достигнуто

Награда: открытие пути «Эссенция Вкуса», доступ к улучшению трактира IV уровня (выберите один вариант)

Доступные улучшения после выполнения квеста:

Баня с парной и прачечной (стоимость: 120 серебра) — привлечение гостей на 20%

Расширение кухни (стоимость: 150 серебра) — рабочие места +2

Водопровод на кухню и в зал (стоимость: 90 серебра) — скорость готовки +10%

Увеличение конюшни (стоимость: 100 серебра) — стойла для коней +7

— Невероятно, — прошептал я. — У меня получилось! У нас получилось!

— Мряв! — радостно добавил Бекон.

Слова горели перед глазами, и внутри всё пело. Вот оно — то, ради чего я прошёл через все испытания и квесты. Теперь-то уж мне откроется путь Легендарного повара! Осталось лишь разобраться, что такое Эссенция вкуса, но и так понятно, что с ней я смогу готовить блюда, которых ещё никто никогда не пробовал. Тогда «Сытый Вепрь» станет местом, куда будут съезжаться со всего королевства. Да что там королевства! Со всего мира!

Бессонные ночи, квесты и вложенные силы — всё окупилось. Я перечитал варианты улучшения и улыбнулся, вспомнив слова Грумхильды. Да, водопровод и расширение кухни — отличный вариант. Хотя баня ещё с прошлого раза не давала мне покоя.

Впрочем, окончательный выбор я решил оставить на завтра. Проснусь со свежей головой и выберу.

— Ну что, Бекон, мы с тобой молодцы, — я погладил кота и вытащил из Очага жаровню с чугунком. — Пора уже и…

Я недоговорил, потому что передо мной появилось новое сообщение.

Поздравляем!

Путь к «Эссенция Вкуса» открыт!

Но то, что было написано дальше, заставило меня замереть, а сердце — пропустить удар.

— Да вы издеваетесь!

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.