Серия «Детские ужастики»

Иллюстратор Алиса Дьяченко

© Издательский дом «Проф-Пресс», 2025

Обеденное солнце палило беспощадно. Но в тени сосновой рощи, раскинувшейся на территории летнего лагеря «Лесные зори», было, как всегда, хорошо и прохладно. Отдыхающие первой смены уже вовсю разбирали вещи, спорили из-за того, где и чья будет полка да кому достанется кровать возле окна.

К ужину ребята успели договориться друг с другом, перезнакомиться, угомониться, получить первые замечания от вожатых и ужасно проголодаться. Тем более что из столовой вкусно пахло пловом и клубничным компотом.

– Не толпимся, проходим за свои столы. Ужинаем в темпе, чтобы успеть окунуться перед сном! Вода сегодня в озере – песня! – скомандовал Артём Рафаилович – руководитель смены. Он был высоким спортивным мужчиной с тёмными волосами. Всегда ходил в удобной одежде и со свистком на шее, как у футбольного тренера.

Дети расселись по местам и стали звонко греметь посудой. Уплетали за обе щеки. Конечно: воздух, природа – аппетит в лагере просыпался зверский!

– После отбоя как договаривались? – прошептал Миша.

Алёна, Ренат и Оля молча кивнули ему в ответ.

– Это традиция, – добавил Мишка. – Мне папа рассказывал, что для закрепления дружбы в лагере обязательно надо в первую ночь поведать друг другу самые страшные истории.

– Как обряд посвящения? – спросил Ренат.

– Фроде тофо! – доедал Миша плов.

– Скорее испытание страхом, – вздохнула Оля, которая побаивалась темноты.

– А если нас поймают? – уточнила Алёна.

– Не поймают! – уверенно заявил Мишка. – Вы только шумите поменьше. И не визжите, если мышь увидите или жука какого.

Ещё во время обеденного инструктажа по технике безопасности дети приметили рядом с озером старый лодочный сарай, где, помимо вёсел и канатов, хранилась всякая ненужная рухлядь. В этом покосившемся домишке и было решено встретиться ровно в полночь. Сарай располагался очень удачно. Вдали от корпусов, на неосвещённой тропинке. Идеальное место для того, чтобы рассказывать страшилки.

Сумрак неспешно опускался на сосновую рощу. От раскалённого воздуха над озером образовалась мутная испарина. Лодочный сарай почти потерялся в белёсой пелене. Лишь его едва заметные очертания проступали темнеющим пятном на той стороне берега.

Мишка, Ренат, Оля и Алёна дождались, когда все остальные товарищи по комнатам крепко заснут. Стараясь не скрипеть, не шуршать и не уронить что-нибудь в темноте, они, сто раз проверив, не ходит ли кто-то из вожатых возле корпусов, перелезли через низкие подоконники на первом этаже и оказались в объятиях ночи.

– Эй, псс-с! – тихонько позвал Миша девчонок.

Девочки заглянули за угол корпуса. Там, держа фонари наготове, прятались мальчишки.

– Вас никто не видел? – осмотрелась Оля.

– Нет, а вас? – Ренат даже переоделся во всё тёмное, чтобы слиться с окружающей средой.

– Не-а! Мы прошмыгнули на раз-два. Наши все дрыхнут. Десятый сон смотрят, – хихикнула Алёна.

– Тогда выдвигаемся, нас ждут приключения! Бу-у-у! – Ренат встал в позу «зомби» и прыгнул в сторону девочек.

Мишка шикнул на него и напомнил, что вожатые будут делать контрольный обход, чтобы удостовериться, что никто не балуется в корпусах. Надо было выдвигаться к лодочному сараю немедленно.

– А куда это вы? – раздался голос позади ребят.

Алёна, Ренат, Оля и Миша аж подпрыгнули на месте. Казалось, план их провалился и сулил неприятности, ведь кто-то, кто стоял в тени изогнутой сосны, поймал их с поличным. Вожатый или педагог по физкультуре. Неважно. Выговор могли сделать о-го-го.

– Мы, мы, мы-ы-ы, – за мычал Миша, придумывая отговорку, – потерялись немного. Вот.

Звучало глупо. Каждый это понимал. Но придумать лучше не получалось.

– И я немного заплутала! – весело ответил голос.

Из тени сосны навстречу детям вышла обычная девочка. Ровесница.

– Фу-ты! – выдохнул Мишка. – Мы думали, это вожатые.

Девочка рассмеялась и подошла поближе.

– Испугались? Меня Светка зовут, а вас?

Компания представилась по очереди.

– Так куда вы на самом деле? Можно я с вами? – попросила Света.

– Ты из какого отряда?

– Из четвёртого! – указала Светка на соседний корпус. – У меня за стеной педагог храпит. Я уснуть не могу. Пробовала голову подушкой закрывать – чуть не задохнулась. Не спится совсем.

Все тихонько захихикали.

– Так можно? – умоляюще сложила Светка ладони вместе. – Мне скучно. И соседки по комнате попались нудные. А у вас тут явно намечается нечто забавное!

– Расскажем? – посмотрел Мишка на новых друзей.

Ребята пожали плечами, но отговаривать Мишу не стали. Что уж теперь. Одним больше, значит, веселее. Мишка выложил всю подноготную их ночных планов и взял со Светы обещание, что она нигде случайно не проболтается.

– Да зачем оно мне? Меня ж тогда с вами накажут за ночные прогулки. Ещё родителям позвонят, нажалуются. Ничего и никому. Могила! – И Светка изобразила невидимый замок на губах.

– Ладно! Тогда погнали. Мы и без того уже тут долго стоим. Скоро вожатые нагрянут, – поторопил ребят Ренат.

Идти по тёмному лесу было весьма неприятно. То тут, то там что-то шуршало, скрипело. Сосны на ветру гудели. И казалось, будто в глубине леса стонет человек или призрак. Лодочный сарай при свете дня выглядел куда более приветливым. Теперь же он отталкивал. А все предметы, находившиеся внутри, исказились во мраке. Стали напоминать мрачных существ.

– Ну и местечко вы выбрали, – чуть присвистнула Светка.

– Зато надёжное! – убедившись, что рядом, кроме их компании, ни души, Миша включил маленький светодиодный фонарь.

Алёна и Оля последовали его примеру. Оле уже вообще хотелось поскорее послушать истории и вернуться в лагерь. Ненавистная темнота раздражала. Ренат же смело ступил вглубь сарая, даже не подсвечивая себе путь. Правда, тут же за это поплатился, когда первое, стоявшее рядом весло чуть не ударило его по голове.

– Хватит геройствовать! – попросил Миша Рената. – Заходите. И дверь за собой прикройте, чтобы с улицы не было видно света от фонарей.

Дети сделали всё как надо. Расположились в кружок на полу и приготовились к страшно интересным рассказам.

– Кто хочет начать? – посмотрела на товарищей Алёна.

– Предлагаю жеребьёвку! – сказал Ренат.

С помощью игры «Камень, ножницы, бумага» определили первого рассказчика. Им оказался Мишка, которому не терпелось как следует напугать ребят.

– Ну, слушайте! – Миша подсветил фонариком своё лицо и изобразил страшную гримасу. – Помните, когда вы ехали в лагерь, то проезжали по старому мосту через реку?

Все закивали. Забыть было сложно. Ведь река эта отличалась по цвету от многих рек, которые дети видели раньше. Вода в ней была кроваво-красного цвета. Пугающе! Но очень завораживающе. Бурная, стремительная, со множеством порогов. Необычный оттенок реке Красной придавало большое количество железа, содержавшегося в составе. Однако у здешнего населения было своё объяснение.

С давних времён местность, по которой протекала река, считалась магической. Люди приходили сюда, чтобы исполнять желания. Задабривали воды Красной сухоцветами, ягодами и квасом. Чтобы задуманное исполнилось, надо было произнести заклинание и искупаться в ледяном потоке. Если желание было доброе, то оно непременно исполнялось. А вот если загадывал человек нечто злое и алчное, вода утягивала его на дно, била об острые камни и уносила течением далеко от поселения.

– Люди долго не понимали, почему одни выходили из реки живыми и здоровыми и сокровенные мечты их становились явью, а другие пропадали в бурлящем потоке навсегда! – загадочно понижал голос Мишка.

И правда. Ведь те, кого Красная карала за желания, уже не могли рассказать, что же такого они попросили перед смертью.

– Лишь гораздо позднее сельчане стали соображать, что на дно утягивало самых вредных и злых соседей. А значит, река не просто так выбирала жертву.

Но, пока люди всё поняли, прошло слишком много лет. Так воды за это время окрашивались всё ярче от крови сгинувших в них. Всё чаще на берегах ночью стали замечать селяне призраков. Неупокоенные души бродили туда-сюда через реку и стонали.

– А может, это сосны выли? Как сегодня на ветру? – прислушалась к звукам за стенами сарая Света.

– Не перебивай! – шикнула на неё Алёна.

И Миша продолжил свой рассказ.

– Короче, река поглотила столько людей, что в итоге от переполнивших её душ открылся на одном из берегов портал!

– В будущее?

– В прошлое?

– Не кричите так, договаривались же, – приструнил ребят за громкие возгласы Миша. – Никакое не будущее. Да и не прошлое!

А открылся портал в загробный мир. Но открывался он не всегда, а в особые дни. Только раз в году, в день летнего солнцестояния, когда последние алые лучи спускались за горизонт. На левом берегу Красной реки, рядом с огромным вековым дубом будто из ниоткуда возникал проход, разрыв во времени, прозрачный сгусток, шагнув в который человек оказывался на противоположном берегу, в мире мёртвых.

– Ну и что ему там было делать? – спросил Ренат.

– Как что? Дубина! Общаться с предками, которых больше нет в живых.

Каждый, кто хотел поговорить с родными, отправившимися на тот свет, должен был встать спиной к закату, зарыть у корней небольшую вещь усопшего и попросить разрешения войти.

– А где сейчас этот портал? – скрестив руки на груди то ли от холода, то ли от страха, задала вопрос Оля.

– По-прежнему у старого дуба, на берегу Красной реки. Вот только никто туда больше не суётся. После одного случая!

Однажды какой-то вожатый рассказал детям из своего отряда про портал. Все сразу же захотели его найти, повеселиться. Никто в сказку о загробном мире не поверил. Никто, кроме одного мальчика. Был он самый серьёзный и даже грустный. В то лето у него умерла любимая бабушка. И он не успел с ней толком попрощаться, сказать, как сильно скучает. Мальчик очень хотел снова увидеть бабулю. Узнать, как ей там живётся, вдали от реального мира. После ужина мальчик схитрил и пожаловался на недомогание, чтобы не идти на занятия по физкультуре, а сбежать к реке. Педагоги ему поверили и отпустили. Бродил мальчик у берега реки час, а то и два. Уже солнце начинало садиться за горизонт. И думал мальчик, что шанс свой упустил навсегда. Когда он теперь снова попадёт в этот лагерь? И вдруг увидел он у одного из водных порогов Красной громадное дерево. Корни – точно гигантские спруты, крона необъятная. Не дерево, а прямо существо лесное.

– Тот мальчик из бабушкиного дома на память забрал простую брошь, деревянную. Бабуля ей всегда косынку закалывала, – объяснил Мишка.

– И закопал? – понял Ренат.

– Конечно! – отозвался Миша. – Он и не знал тогда, верно ли дерево выбрал или ошибся. Но время поджимало. Пан или пропал!

Взял мальчик небольшой прутик, вырыл ямку у корней, положил в неё брошь и попросил разрешения на тот берег попасть. Солнце уже село. Но ничего не происходило. Минут пять тишины. Мальчик успел расстроиться и плюнуть на всё это дело, как вдруг дышать ему стало сложнее. Воздух сделался плотным-плотным. И таким тяжёлым, что аж давил на грудь. Секунда! И возле дуба пространство стало меняться, расползаться и трещать по швам. Появился перед мальчиком проход. Шагнул он в него не раздумывая. И очутился по ту сторону реки.

– Всё вокруг было серым, тягучим, как в замедленной съёмке! – напускал жути Миша. – И тут… хлоп по спине!

От Мишкиного хлопка девчонки завизжали и одновременно захохотали. А меж тем в истории реки появилась виновница всего приключения.

– Бабушка! Стояла напротив мальчика, точно живая.

– А я бы не хотела встречаться с мёртвыми, – замотала головой Оля.

– Подумаешь! – закатила глаза Светка. – Зато нескучно!

Увидел мальчик свою родную бабулю и дико обрадовался. Обнял её. Она была такой же странной, как весь мир за рекой. Серой, с красноватым отблеском в глазах. Но мальчика это ничуть не смутило. Главное, что бабушка была рядом. Стал мальчик бабушку расспрашивать, что же там происходит после смерти с человеком. Видела ли она кого из других родных, шла ли на свет в конце туннеля. Бабушка говорила тихо и медленно. Мальчику приходилось всё время наклоняться к ней поближе и прислушиваться.

– Но слов было почти не разобрать. Полная белиберда! – продолжал Миша. – Только без конца слышалось в словах бабушки «побудь ещё».

И мальчик не торопился возвращаться в настоящее. Хотя слышал он от вожатого, что в мире мёртвых нельзя было находиться слишком долго, чтобы не наступило забвение. Но ничего плохого ведь не происходило? Мальчик всё осознавал и ни в какое забвение не проваливался. Делился он с бабушкой своими успехами в школе. Говорил, как мама с папой поживают. А потом снова пытался выспросить, как же это – оказаться на том свете. Да бабушка так толком и не ответила. Всё держала внука покрепче за руку и просила не уходить. Мальчик и не уходил.

– А не мог он бабушку с собой забрать? – вопросительно глянула на всех ребят Алёна.

– Нет! – отрезал Мишка. – Она ж умерла! Тела у неё не было. Куда ей возвращаться?

И в очередной раз мальчик попросил бабушку хоть немного приподнять завесу тайны о смерти. Бабушка ему улыбнулась. Но улыбка эта получилась искажённой, уродливой. Из уголков рта выпали мясистые черви. Бабушка схватила внука обеими руками больно-пребольно и крикнула ему прямо в ухо: «Скоро узнаешь!»

– А-а-а-а! – разнеслось внутри лодочного сарая.

Мальчик, понятное дело, испугался. Еле вырвался он из рук старушки и шмыгнул в портал. Появился снова возле дуба и облегчённо вздохнул. Не понравилось ему путешествие. Оставило оно после себя пренеприятные впечатления. И вроде же бабушку повидал. Но была она не та, совсем не такая, какой мальчик её помнил. Отдышался мальчишка как следует да быстрее обратно в лагерь направился, чтобы ребятам из отряда рассказать, что за чертовщина с ним творилась.

– Бежит, а ноги у него ватные! Еле-еле ступнями по земле волочит, – чуть тише стал рассказывать Мишка.

Едва перебежал мальчик мост, как чуть от усталости в обморок не упал. Ничего понять не мог он. Медленно добрался до лагеря по темноте. Смотрит на корпуса, а крыши на них вместо красных стали зеленоватыми от мха и лишайника. Пока пытался мальчик сообразить, что да как, начало светать. И в отражении одного из окон увидел мальчик не себя, а дряхлого старикашку. Волосы седые, кожа сморщенная, на спине горбик небольшой. Показалось? Ринулся мальчик в корпус своего отряда, а там вожатый: «Дедушка, куда это вы?» А мальчик ему: «Я к себе, в комнату, к друзьям по лагерю! Мне им про портал рассказать надо!»

И тут понял мальчик, что дедушкой к нему обратились. Значит, не показалось. И старик в отражении был он сам. Не знал мальчишка, что в том портале каждая проведённая минута году равнялась. И когда вернулся он обратно, прошло уже много десятков лет. Всё в мире поменялось, а друзья его по лагерю уж и умерли все давно от старости.

– Скитался старик, ничего не понимая. Никак в толк не мог взять, что нет больше в живых родных его, друзей и товарищей по школе. Всё бормотал, что бабка обманула.

Отправили тогда старика в город, откуда он был родом. А делать-то там уже и нечего было. Родственников его, понятно, не отыскали. Поместили в лечебницу. Решили, что дед умом тронулся. Ведь он без конца повторял, что ему всего двенадцать. И просил всем-всем рассказать, чтобы в портал на реке Красной не совались. Бесовской он.

– Жуть какая! – подытожила Оля. – Не зная броду, не суйся в воду!

– А точнее, в портал! – добавила Светка. – Может, нам поискать тот дуб утром?

– Да ну тебя! Я стареть не готов! – отказался Ренат. – Давайте лучше следующую историю. Кидайте жребий.

– Ну, Алёнка, последняя бумага твой камень накрыла! – подытожил Миша.

– Вот тебе и «Цу-е-фа»! Рассказывай! – улыбнулся Ренат.

Алёна выпрямилась, затянула покрепче хвост на затылке, чтобы выглядеть солиднее. И, прежде чем начать свою историю, задала всем присутствующим странный вопрос:

– А о чём вы мечтаете?

– Я собаку хочу большую и очень пушистую. Но мне не разрешают: у папы аллергия и сопли текут, – тут же ответила Света.

– Чего это у нас за клуб воздушных единорогов с мечтами образовался? – закатил глаза Ренат.

Миша хохотнул и подумал, что девчонки такие девчонки. Со своими мечтами, блёстками, розовыми очками и блокнотиками желаний они вмиг могут всю атмосферу страха подпортить.

– Алён, может, вернёмся к страшилкам? – попросил Мишка.

– Ты сначала ответь. Я не просто так спрашиваю, – обиженно вздёрнула носик девочка.

– Ну ладно, – сдался Миша. – Приставку новую хочу, чтобы памяти для игр побольше стало. Ренат, а ты что?

– Хочу, чтобы домашку в школе никогда не задавали.

Этот ответ понравился всем. Но оставалась ещё Оля.

– Оль? – кивнула Алёна на новоиспечённую подружку.

– Мечтаю научиться петь, как Янка из параллельного. Даже лучше! Чтобы меня вместо неё на вокальные конкурсы брали.

Все дети рассказали о своих мечтах. У всех они были разные. Одна на другую не похожи, ведь и ребята все по характеру отличались.

– А сама бы что хотела, раз уж такая песня пошла? – сказал Ренат Алёне.

Девочка хмыкнула, как-то злобно усмехнулась и сложила руки на груди. Ну вылитая учительница перед контрольной.

– Ничего! – выдала Алёнка.

Никто ей сразу не поверил. Ну не может быть такого, чтобы у человека не было заветной мечты.

– Врёшь? – посветил фонариком Алёне в лоб Ренат.

Девочка зажмурилась. Потом медленно открыла глаза и шёпотом, от которого у всех волосы дыбом встали, начала свой рассказ.

– Мечты могут быть опасными! – прошипела как змея Алёна.

Мишка поразился актёрским данным девчонки. Ну выдумщица! Ренат тоже оценил эту игру, Светка даже в ладоши захлопала, а Ольга по-прежнему трусила от любых происходивших изменений вокруг.

– Эта жуткая история началась как раз с мечты! С заветной, самой тайной мечты. Такой, о которой грезят многие люди. Вот и Антон, пионервожатый из пятого отряда, тоже о таком мечтал.

– О чём это?

Всем сразу стало интересно, чего же такого хотелось вожатому. А хотелось ему и правда довольно приземлённого, но непростого. Знаменитым стать. Таким, чтобы в каждой передаче его показывали, чтобы на радио приглашали и в фильмах снимали. Учился Антон в институте культуры, на театральном факультете. Хотел стать актёром с большой буквы. Экзамены не всегда сдавал на отлично, но зазнайкой был ещё тем.

– Любил он перед девчонками хвастать, как станет однажды звездой и все ему позавидуют.

– Трепаться, в общем, был мастак. Да? – встряла Света.

– Вроде того, – многозначительно сощурилась Алёна.

Как и все люди творческие, верил Антон в мистику и знаки свыше. И когда на лето приехал в лагерь, поработать вожатым, сразу же такой знак для себя увидел. Была тем знаком байка одна, древняя, как динозавры. Где-то в глубине леса, окружавшего лагерь со всех сторон, там, куда почти не ступала нога человека, стояла сосна.

– Опять завывает, – прикрыла на секунду уши ладошками Оля.

Гудение деревьев в тиши и правда пугало. И лодочный сарай поскрипывал, будто вокруг детей нет-нет да и проходил кто-то невидимый, наступая на шаткие доски пола.

– Не дрейфь, – достал Мишка из кармана пакет с остатками сушек и поделился с остальными ребятами. – Так что с сосной и Антоном?

– Сосна та была не простая…

– А золотая! – хохотнула Светка, и остальные тоже не удержались.

– Смейтесь, смейтесь, пока ещё смешно! – обвела всех хитрым взглядом Алёна.

– Мне не смешно, совсем, – обняла худенькие коленки Ольга.

– Да что ж ты такая шугливая? Весело же сидим! – взяла Света одну сушку и громко отгрызла кусочек.

– Вернёмся к сосне!

Сосна в чаще отличалась от всех других деревьев своим возрастом. Говаривали, что перевалило ей за тысячу лет. Ствол её и ветви покрывал толстый слой серебристого мха. Макушка вся изогнулась и скрючилась. Корни уходили далеко-далеко под землю. Там, под землёй, сосна и черпала свои магические силы. Исполняла она все желания на свете, так как проросла сквозь руины загадочного старинного города. Жили в нём то ли первые колдуны, то ли полубожества лесные. А может, какие инопланетные сущности. Возле той сосны не выживал ни один сорняк, только поганки росли там в два круга. Их ещё называли «ведьмины кольца».

Узнал на одних вечерних посиделках вожатый Антон о местном природном артефакте. И сразу же загорелся отправиться в поход, чтобы разыскать необыкновенную сосну. Идти за ней надо было строго на север. Туда, где на горизонте возвышался заросший крапивой и хвощом холм.

– Да хватит уже о холме, иначе мне станет скучно! – пожаловалась Светка. – Давай к самому страшному.

– Совсем терпения нет, – закатила глаза Алёна, но тут же чуть быстрее перешла к самой сути.

Со спортивным ориентированием Антон был на «ты». Поэтому идти один в лес ни капли не боялся. Тем более маршрут он примерно рассчитал. Прикинул, что суток на дорогу туда и обратно ему вполне хватит. Попросил вторую пионервожатую его подменить, чтобы только начальству ни-ни.

А сам, горделиво подмигнув, обещал вернуться через двадцать четыре часа новой знаменитостью.

Собрал Антон продовольствие, спички, нож перочинный и остальное нужное. Сложил в походный рюкзак и часов в пять утра, до общего подъёма, чтобы никому не попадаться на глаза, ушёл в лес. Ушёл и больше не вернулся.

– Вот те на! – развёл руками Ренат. – Тут и сказочки конец?

– Продолжай, Алён, – поддержал Мишка.

– Не вернулся вожатый через сутки. И через двое не вернулся!

Прикрывать Антона перед начальством уже было невозможно. Да и как тут прикроешь, когда человек пропал. Пришлось вожатой признаться в произошедшем как можно скорее. В тот же день отправились прочёсывать лес аж три спасательных отряда. Всю местность вдоль и поперёк прочесали. Ни следа. Ни кострища потухшего, ни кусочка одежды. Будто сквозь землю провалился. С вертолётов Антона искали. Тщетно. Уже хотели сворачивать поиски, ведь прошло несколько суток, а зацепок ни одной. Какие только версии не выдвигали о его исчезновении.

Да только когда один мужчина из спасательного отряда услышал, что вожатый в лес на поиск древней сосны ушёл, сразу понял он, что не там они всё это время искали.

– А как он это понял? – удивилась Оля.

– А так! Пионервожатая думала, раз Антон пошёл сосну эту волшебную искать, значит, отправился в бор сосновый. А он на юге был. Совсем другой участок. Надо было всё это время севернее искать. Не среди бора.

– Нашли? Севернее-то нашли? – аж подпрыгивала на своём месте Светка.

– Нашли, – прикрыла глаза Алёна и на секунду замолчала.

Уже смеркалось. Переклички спасателей и волонтёров в лесу смолкали. Как вдруг послышался вдали душераздирающий крик.

– А-а-а-а! – завопила Алёна, а Мишка быстро прикрыл ей рот рукой.

– Ну договаривались же! Тише воды!

– Ладно, ладно. Простите. Но без этого было никак, – извинилась Алёна.

– У меня от страха в животе урчит, – застонала Оля.

– Дайте финал дослушать! – возмущался Ренат.

Кричала женщина. Одна из волонтёров. Кричала она от ужаса, который своими глазами увидела во мраке. Сбежались на шум остальные участники поисков. И все как один стали белые-белые, белее грязной школьной доски. Фонари включили. Подсвечивают. Стоят и пошевелиться не могут. А перед ними сосна. Старая, скрюченная, во мху серебряном. Корни у сосны тянутся в разные стороны. Тоже скрюченные, мшистые. И в корнях тех, опутанное, тело лежит бездыханное. Руки и ноги неестественно выгнутые, будто сосновые ветки. Кожа сине-фиолетовая, глаза навыкате, будто от ужаса его всего перекосило перед смертью. А вокруг мухоморов тьма-тьмущая. Некоторые даже сквозь ботинки Антона прорасти успели. Кошмар, каких свет не видывал. И как с опытным в ориентировании человеком такое приключиться могло, никто так и не смог понять. И почему за такой короткий срок в нём споры грибов проросли, тоже осталось тайной, покрытой мраком. Магия! Чертовские проделки.

– Мухоморы? Гадость какая! – поплевалась Светка.

Но так эта находка всех напугала и озадачила, что показали эту ужасную новость по всем новостям. На каждом канале свой сюжет про заблудившегося вожатого вышел. В каждой газете статья на полосу да с фотографией. В журнале местном целое расследование провели, на радио экспертов приглашали, чтобы выяснить, как такое вообще возможно. Короче говоря, стал вожатый Антон известен на всю страну.

– Значит, всё же исполнилось его желание? – произнесла печально Оля.

– Исполнилось, как видите. Легенда о нём стала популярной в лагере. Из уст в уста передаётся!

– Вот так и загадывай желания! – почесал Мишка макушку. – Может, и не нужна мне теперь новая приставка.

– А мне собака! – согласилась Светка. – Иначе волк какой-нибудь получится, который всех загрызёт!

– Тсс-с-с! – шикнула Оля. – Слышите?

Все разом прислушались. Ничего.

– Будто ходит кто-то. Ой, мамочки! – схватила Ольга Рената за руку.

– Что ты так цепляешься? Нет там никого. Хотите, выйду проверю?

– Ты у нас сегодня ночной ниндзя, тебе и карты в руки! – не стал спорить Мишка с Ренатом, одетым в чёрное с ног до головы. – Помощь нужна?

– Не-а! Я привидений не боюсь! Если услышите «Шухер», значит, на горизонте вожатые. Прячьтесь, кто куда.

И Ренат, осторожно пробираясь по лодочному сараю, чтобы вновь не удариться ни обо что головой, юркнул на улицу. Не было его минут десять. Ребята даже стали волноваться, куда он запропастился. Мишка боялся, что вожатые отправили мальчика в лагерь, а Оля нервничала, как бы Рената не утащил в чащу какой-нибудь монстр. Спустя время дверь сарая скрипнула, в тёмном проёме появилось очертание фигуры.

– Ну как? – первым нарушил тишину Миша. – Всё в норме?

– Ренат, перестань, заходи уже! – Оля вся сжалась, вглядываясь в человека, стоявшего на улице.

Человек не произносил ни звука. Тут уж каждый член ночного тайного общества любителей ужасов напрягся. Мишке надоело это, он встал и направился прямиком к фигуре. Фигура резко отпрянула назад, выгнулась и противно забормотала.

– Вытащите мухоморы из моих ботинок!!!

– А-а-а! Это мёртвый Антон-вожатый! – заметалась в темноте Оля.

– Сумасшедшая! – оттолкнула Олю Света.

– Да это Ренат! – треснул Мишка тёмную, умирающую от смеха фигуру по плечу. – Ну ты и балбес! Так весь лагерь на уши поднимешь.

– Всё чики-чики, – продолжая смеяться, вернулся Ренат на своё место. – Нас вообще не слыхать. Ветер уносит звуки в другую сторону от озера. Что, девчонки, поможете мухоморы из башмаков достать?

И Ренат, сняв кроссовки, протянул их девочкам. Оля, Алёна и Светка с недовольным «фи-и-и» зажали носы и отшвырнули кроссовки обратно в мальчишку.

– Ладно, ладно! Сдаюсь! Переборщил. Но зато я веточки принёс. Тяните. У кого короткая, тот и продолжает.

К Светкиной радости, самая короткая палочка досталась ей. Уж так она ждала, когда же её очередь подойдёт. Дождалась!

– Ну держитесь! – потёрла Света ладошки.

– Ты меня и без историй пугаешь, – надулась Ольга.

– Что-о-о? – протянула Светка. – Просто ты трусиха!

– Девочки, не ссорьтесь, – попросил Миша. – Времени немного, надо ещё до подъёма вернуться и поспать. А у нас только две истории рассказаны.

– Вот-вот. Внимательно слушаем! – поддакнула Алёна, и тут её фонарь замигал и погас.

Девочка постучала по фонарику. Несколько раз нажала на кнопку включения. Но ничего не произошло.

– Батарейки сели, – подытожил Мишка. – Хочешь, мой возьми.

– Так даже страшнее! – отказалась Алёна, а Оля покрепче прижала к себе свой работающий фонарь.

У Светы и вовсе не было фонаря, она и знать не знала, где окажется этой ночью. Зато страшилок у неё в запасе было предостаточно.

– Давным-давно на этих землях жили настоящие шаманы. Были они не злые, но и не очень добрые. Во всём любили справедливость.

Умели шаманы общаться с духами, демонами и разными сущностями. По звёздам умели шаманы определять погоду, лечить травами людей и зверей могли. Предсказывали судьбу, предостерегали от опасности, снимали проклятия с рода и делали амулеты для защиты домов. Жили шаманы долго. Лет до ста, а то и больше. А когда умирали, души их оставались на земле, но крепко спали. А когда приходило особое время, душа шамана пробуждалась и выбирала себе новое тело – новорождённого ребёнка, в котором и продолжала жить, со всей справедливостью помогая окружающим.

– Только вот для сохранения души, до перехода в новый мир, требовался особый ритуал! – Светка изобразила шамана, бьющего в бубен.

– Сейчас обязательно кого-нибудь принесут в жертву или что жутче, – гундела Оля.

– Не будет никаких жертв, – заверила Света.

Сохранять душу умерших шаманов надо было осторожно, бережно, чтобы не потревожить усопшего лишними хлопотами. Для этого соплеменники устраивали большой ритуальный костёр. Сжигали в нём тело мертвеца, а пепел собирали в небольшой глиняный сосуд, на котором были изображены магические знаки и заклинания, помогавшие временно запереть душу внутри.

– Потом, – сделала Светка паузу, – этот сосуд относили в лес, но не просто куда попало.

Прах шаманов погребали в особом месте, отмеченном точкой на древней карте. Помечали путь к ней зарубками на деревьях. Там сосуды закапывали глубоко под землю, а сверху сооружали небольшие насыпи, на которые укладывали пирамидки из чёрных-чёрных камней.

– Докучать шаманам после смерти считалось страшнейшим проклятием! Пирамидки из чёрных камней люди обходили стороной. Но если кто не знал о могиле и случайно разрушал пирамиды ногой, за тем увязывалась потревоженная душа. И по пятам ходила!

– Зачем? – не понял Мишка.

– А затем, – чуть повысила голос Света, – что просыпалась душа раньше положенного срока. И маяться без нового тела начинала. А заодно изводила и того, кто ей спать не дал.

Прошло много лет со смерти последнего шамана здешних лесов. Люди стали забывать о камнях да дорогу к тропам, где делали подношения душам, потеряли насовсем. Лишь зарубки на деревьях хранили память обо всех тех шаманах, которые не успели найти себе новые тела. Процесс-то небыстрый.

– А что происходило, когда шаман обретал новое, так сказать, вместилище? – Ренату стал интересен процесс переселения душ.

– Вроде как чёрные камни меняли свой цвет на белый. Или совсем испарялись. Не знаю! Не помню! – извинилась Света за неточности.

И нет-нет да и случалось, что зайдёт грибник подальше в чащу. Собирает себе подосиновики с опятами, а потом пяткой – хрясь! – и камешки чёрные посыпались. Ну камни и камни. Что, в лесу камней, что ли, мало? А ночью, только ложился грибник спать, начинала с ним чертовщина происходить пугающая.

– Угу-гу! Угу! – протянуло из леса, за стенами лодочного сарая.

– Что-то у меня руки с ногами замёрзли от волнения, – запричитала Оля.

– Возьми мою кофту, – протянул Ренат часть своего ниндзя-наряда.

– Это всего лишь сова! – недовольно вздохнула Света.

– Ну или филин, – задумался Мишка.

– Про чертовщину не забудь! – отметила Алёна.

– Ах да. Чертовщина!

Начинало мерещиться тому, кто прах шамана потревожил, что есть кто-то в доме, кроме него. Будто чьё-то невидимое присутствие ощущалось. Так и не объяснишь ведь. Вроде нет ничего, а словно что-то ходит по пятам и давит. И темнота темнее кажется. И воздух такой спёртый, что хочется разом все окна с дверьми распахнуть, чтобы хоть немного прохлады в дом впустить. А после и вовсе хуже. То тень из угла тёмного выйдет. Выйдет и тут же исчезает. То вещи с полок падают. То как зазвенит в ушах! Аж глаза от этого писка противного в кучу.

Случаев таких зафиксировали немало в окрестностях. Кто-то от страха место жительства менял. И как потом с душой шамана боролся – неизвестно. Кто-то обращался за помощью к деревенским ведуньям. Кто-то просто с катушек слетал. У одних это наваждение более-менее проходило, у других слишком тяжело. Неспокойная душа могла довести мученика до гробовой доски.

– Это как полтергейст? – предположил Миша.

– Есть что-то схожее, – согласилась рассказчица Света.

Но вот однажды приехал в лагерь мальчик. Максимум лет пять назад всё случилось. Очень напыщенный и самодовольный паренёк. Ни одна страшная история, рассказанная ночью ребятами у костра, его не пугала. Всё он хохотал и хорохорился своим бесстрашием. На спор ночью ходил в заброшенную деревню, где якобы жила ведьма. Пиковую даму несколько раз пробовал вызвать, желание на самой старой могиле на кладбище загадывал. Один раз пытался ночевать в подвале лагеря, чтобы доказать, что никто там после двенадцати ночи не ходит невидимый. Но вожатые узнали про проделку и предупредили об отчислении излаге-ря. Только мальчика это не остановило. Так как ни разу вжизни с ним не приключилось ничего сверхъестественного, то и вера в потусторонние силы у него была нулевая.

– Мальчик изо дня в день доказывал ребятам из отряда, что леших, воющих духов, вампиров и инопланетян нет и никогда не было.

– Скептик! – вынес вердикт Ренат.

– Угу-гу! Угу-гу! – снова дала о себе знать ночная птица в глуши.

– Ну и зря он так! – шепнула Оля, и её фонарь неожиданно тоже погас. – Ай! Что это?

Миша взял Ольгин фонарь, хорошенько встряхнул, и свет снова зажёгся.

– Видимо, батарейки плохие в партии попались. Садятся быстро, – успокоил Миша Олю.

– А может, это призраки шалят, Мишань? – пошутил Ренат. – А ты просто тоже скептик?

– Я продолжу! – прервала смех Света. – И вот этот самый смелый мальчик узнал про души шаманов.

Как отыскать давно забытые тропы к тем самым закопанным сосудам, он особо не знал, но слышал от кого-то про зарубки на деревьях. Что они – стрелки, указывающие путь в нужном направлении. Последние такие зарубки люди встречали недалеко за полем, которое пересекала река Красная. Вполне себе понятный ориентир. Во время обеденного отдыха мальчик прошмыгнул в лазейку в ограде лагеря и пустился в путь.

Один. Забаву себе очередную искать. Никто из отряда не рискнул с ним уходить. Попросили только в доказательство фото пирамидок сделать или видео, ну и один чёрный камень с собой принести на память.

Пока шагал мальчик через поле, погода менялась. То тучи набегали, то ветер срывался ледяной. Бывало, дождь капал, и молнии пару раз сверкали. Как будто сама природа противилась происходящему. Давала понять, что с шаманами шутки плохи.

– Но он ни во что не верил, – буркнула Алёна.

– Конечно нет!

Добрался мальчик до чащи за полем. Внимательно по сторонам смотрел, никак ни одной зарубки найти не мог. Подумал уже, что ерунда вся эта байка про души под камнями. Но тут пригляделся он повнимательнее к кривенькой лиственнице и заметил небольшую засечку на коре. Одна засечка, другая, третья. И стала постепенно в лесу вырисовываться тропа, прилично поросшая бурьяном.

– Спустя всего полчаса очутился мальчик на опушке, которая ничем особым и не отличалась бы от других, если бы не… – не успела закончить Света.

– Чёрные камни! – поняли все дети.

– Представьте себе!

Включил мальчик видео на телефоне и стал снимать ближайшую местность. Хохотал, что и тут ничего нет. Ни демонов, ни ангелов. Только пирамидки небольшие из камней под деревьями стоят. Как давно они тут? Было абсолютно неясно. «Может, их вообще какой-нибудь лесник дядя Гриша соорудил, чтоб пацаны из деревни меньше по лесам шарахались, боясь шамановых душ! Ну, сейчас мы ему тут шороху наведём, этому дяде Грише!» – записывал своё собственное интервью на телефон мальчик.

Топтался он по холмикам, подбрасывал камешки чёрные в воздух. Одни в кусты швырял, другие носком кроссовки подкидывал, как футбольный мяч. Из оставшихся на земле имя своё сложил и фотографию сделал, как и обещал друзьям по отряду.

Вернулся мальчик в лагерь победителем очередной легенды. Некоторые ребята восхищались его смелостью, другие немного даже побаивались. Были и те, кто считал его просто невоспитанным болваном. Но тем не менее каждому в тот день было интересно, нашёл ли он пирамидки из камней, под которыми покоился прах шаманов.

– Камень он в доказательство тоже принёс! – уверила Света. – И не только камень. Один холмик он раскопал острой палкой. И выудил из-под земли глиняный сосуд.

– Ну всё! – прокомментировал Ренат. – Он умер на месте или долго мучился?

– Не торопи события, Ренатик! – остановила слушателя Светка.

Сосуд мальчик прилюдно разбил, объявив, что этим он кладёт конец дурацким страшилкам. Камень закинул далеко в озеро. Бульк!

– В наше озеро? – обернулась Оля, чтобы выглянуть в маленькое окошко лодочного сарая.

– Наверняка! – пожала плечами Света.

Вдоволь нахохотавшись над своим путешествием, хорошенько поужинав и приняв вечерний душ, мальчик преспокойно отправился на боковую. Пожелал всем спокойной ночи, зевнул и быстренько уснул. Спал он крепко и сладко. Да только недолго.

Бум! Громко ударило что-то над ухом спящего. Мальчик резко подскочил на кровати и часто-часто задышал. Кто это решил так шутить над ним ночью? Но вокруг никого не было. Соседи по комнате сопели. Дверь была закрыта. Окна тоже закрыты. Мальчик решил, что померещилось что-то спросонья. Хотел снова лечь на подушку, а под кроватью его заскреблось. Мыши? Опустил мальчик голову вниз. Пригляделся к темноте. Ничего. Пустота. Резко выпрямился и чуть не заорал во всё горло.

– На краю соседней кровати сидел человек. В темноте черт не разобрать, только глаза синим светились. Сидел и бормотал что-то без остановки! – И Светка попыталась повторить бормотание.

– Больше не надо, поняли уже! – умоляюще сказала Оля.

Хотел мальчик что-нибудь человеку сказать, а язык во рту как камень стал: тяжёлый, сухой. Не шевелится. Попробовал мальчик руками потрясти. Конечности все затекли. Не слушались. Длилось это всего несколько секунд. А потом смолкло, и тело снова стало мальчика слушаться. Только глазам своим верить он совсем не хотел. В очередной раз твёрдо решил, что сон приснился чудной. Махнул рукой на видение, перелёг на другой бок и снова уснул. Проснулся уже с первыми звуками общего подъёма. Весёлый, довольный. Про ночное нечто и не вспомнил сразу.

– Не вспомнил, пока зубы чистить не пошёл. Умылся как следует, водой лицо ополоснул, глаза прикрыл, чтобы мыло не щипало. А когда открыл, увидел позади себя человека!

Человек тот был страшным, почерневшим, а лицо его закрывал головной убор – порук. Это такая шаманская шапочка с висюльками над глазами из кожаных ремешков и разноцветных бусин.

«Чего вам, дяденька?» – не смутившись спросил мальчик. В лагере часто театрализованные представления проводились, вот мальчик и подумал, что человек в костюме, к спектаклю готовится. Да дяденька молчал. Мальчик что-то сострил, полотенце через плечо перекинул и отправился на завтрак. Насвистывает себе, ни о чём не печалится. А дяденька за ним. Но не идёт, а как бы плывёт по воздуху. Мальчик боковым зрением увидел, что происходит что-то. «Чего вам, последний раз спрашиваю?» – разозлился немного мальчик. Дяденька вздохнул глубоко и зашептал слова неведомые. От слов этих у мальчика аж ком в горле встал. Сразу ночного гостя припомнил.

– Ускорил мальчик шаг. А шаман за ним летит. Лица под поруком почти не видно, только шепчет и шепчет! Вот тут уже не до смеха мальчику стало. Бежит в столовую и всё оборачивается, просит отстать от него! – показала Света, как мальчик полотенцем отмахивался.

– А остальные ребята из лагеря разве не видели, что за их другом увязался кто-то? – задумался Миша.

– Вот! В том и дело! – растянулся Светкин рот в озлобленной улыбке.

Никто, ни одна душа, кроме самого мальчика, этого шамана не видел. Сначала дети решили, что он их пугает и дурачится. Похихикали немного. Но мальчик с каждой минутой вёл себя всё более и более странно. Взял он завтрак на подносе, сел вместе с мальчишками за стол и как кинет ложкой куда-то в пустоту. «Вы что, не видите его? Пусть он уйдёт!» – застонал бывший смельчак. Вожатый, наблюдая за этой сценой, вызвал доктора.

Отправили мальчика в медпункт. Диагностировали перегрев и не слишком высокую температуру. Прописали покой и обильное питьё.

Больной немного притих. Отпустили его видения. Чая с малиной напился, пропотел как следует и к вечеру задремал. Чувствует в полудрёме, что на край койки садятся. Ну врач, кто же ещё. Ведь в больничное крыло никого не пускали, не положено по правилам. Приоткрыл мальчик лениво один глаз, а ему в лицо рот чёрный смрадом дохнул: «Ашули мушули, кушули ошали!»

– Это заклинание? – скривилась Алёна.

– Шаманское! Страшнейшее! – закивала довольная Светка.

Как тот мальчик кричал, до сих пор, наверное, директор лагеря помнит. Уж ему и компрессы разные ставили, и укол сделали. Ничего не спасало. Врачи решили, что мальчик подхватил нехороший вирус. Взяли анализы крови – чисто! Ни единого вируса. А мальчику с каждым днём всё хуже. Потеет он, как из бани вышел. Глаза красные, без остановки орёт: «Шаманы! Это шаманы! Хотят забрать мои глаза!»

Делать было нечего. Пришлось везти паренька на осмотр в психиатрическое отделение. Диагноз – шизофрения. А как ещё объяснить, что он с невидимыми людьми разговаривал? Умолял всё простить его, обещал камень из озера достать.

– Ну да, пойди найди иголку в стоге сена! – немного даже пожалел пострадавшего Ренат.

– Неужели ничего от проклятия сделать нельзя было? – вопросительно вздёрнул бровь Миша.

– Нет! – отрезала Светка.

– Что же с ним стало? – вмешалась Оля.

– Что-что. Умом тронулся. Ногтями на стенах знаки царапал, выл по-волчьи, говорил всем, что за ним десятеро увязались, ножки кровати грыз и по ночам от страха в угол палаты забивался, пока светать не начинало. Так и живёт, поди, в сумасшедшем доме вместе с Шамановыми душами. Зря он в мистику не верил!

Света закончила свой рассказ, и в тот же миг в стену лодочного сарая ударило что-то маленькое, но тяжёлое. Даже Миша с Ренатом от неожиданности вздрогнули.

– Это камень? – обняла себя за плечи Ольга.

– Похоже по звуку, – прислушался Ренат.

– Да нет же никого, – высунулся Миша в окно. – Шишки с сосен падают. Небось они и ударились. Бояться нечего. Продолжим. У нас осталось два рассказчика. Ренат, Оля!

– Девчонки вперёд! – предложил Ренат.

– Нет уж, спасибо. Можно я буду последней? – попросила Оля.

– Скукота скучнейшая! – поддела Светка Ольгу.

Пришлось Ренату брать инициативу в свои руки.

– Знаете ли вы про туннели в пещерах за карьером? – посмотрел на товарищей Ренат.

Ни про какие пещеры дети раньше не слышали. Конечно, в лесу могли быть пещеры, но что в них особенного?

– Так я и знал! – обрадовался Ренат. – Тем лучше. И интереснее! Слушайте!

Несколько веков в лесу, за заброшенным карьером, существует сеть туннелей в пещерах. Выглядят эти туннели полностью рукотворными. Вряд ли природа смогла бы сделать нечто настолько масштабное и грандиозное. Несколько ходов, выходов. И все они петляют внутри скалы в неизвестных направлениях. Ведь ни один человек так и не смог полностью пройти все эти коридоры. Часть из них обвалилась, часть затопили грунтовые воды. Но и те, что остались нетронутыми, пугали даже самых смелых смельчаков.

– Чем пугали? – накрутила Света прядку волос на палец.

– Неизвестностью!

Что там, в самом конце, осталось тайной. Несколько групп спелеологов[1] организовывали экспедиции, которые должны были пройти хотя бы одну развилку до самого конца. Но путь был таким длинным, что из-за опасности обвалов все исследования в итоге свернули. Возле входа поставили табличку «Не входи! Опасно!». Правда, табличка эта не очень останавливала тех, кто хотел найти сокровища.

– Еху! – Мишка любил истории про клады. – Что за сокровища, Ренат?

– Сокровища банды грабителей!

– Так это грабители сделали туннели? – предположила Оля.

– Брось ты, какие грабители. Коридоры были там и до истории с грабителями. А банда лишь воспользовалась этими тайниками в пещерах, когда сматывала удочки после грязного дела.

В давние времена преступники часто грабили проезжающие по лесу кареты, нападали на одиноких путников, обдирали их до нитки. Бывало, пробирались воришки в отдалённо стоящие дома и на фермы. Но знала история и таких, которые не брезговали грабить могилы.

– Кошмар! – взвизгнула Оля.

– Приятного мало, – согласилась Алёна.

– Интересненько! – соригинальничала Света.

Причём могилы эти были не абы какие. Бандиты знали, что есть в окрестностях богатый род, несколько поколений которого хоронят на одном и том же кладбище, в мрачном, но красивом фамильном склепе. У рода этого сохранилась традиция класть покойных в гроб вместе с их драгоценностями, чтобы и на том свете их жизнь была полна дорогих вещиц всегда-всегда.

Долго грабители планировали, как бы за одну ночь обчистить весь склеп, чтобы ничьё внимание к себе не привлечь. Решили грабить в дождливую погоду, чтобы раскаты грома заглушали звуки вскрытия гробов. Работать надо было тихо и осторожно, так как у той семьи был свой сторож на кладбище, проверявший, чтобы какое хулиганьё сельское, тихо не любившее чрезмерно богатую знать, не испортило ничего во внешнем убранстве склепа. Ведь создал его известный на тот момент скульптор. То ли из Италии, то ли из Франции.

– И так случилось, что за несколько дней до хитроумного плана грабителей умерла у богачей их бабка! А её все за глаза звали колдуньей, – перешёл на шёпот Ренат.

И звали её так не случайно. Очень уж часто совпадало: скажет она что особенное, а оно и сбудется. Рождение чьё-то предугадает или смерть. Когда обижалась она, с обидчиком тотчас беда приключалась. Раз соседский конюх ей в спину неприятное сказал, а вечером того же дня лошадь хозяйская с привязи сорвалась, на дыбы встала да как кинулась на мужика. Итог – два сломанных ребра, перелом ноги и ушибы по всему телу. Мужик потом всегда помалкивал и другим советовал рта лишний раз в присутствии этой бабки не открывать.

– А свою смерть она предугадала? – захотелось узнать Мишке.

– День в день! Даже наряд предсмертный за сутки собрала. И указания всем домашним дала, как её хоронить, во сколько.

Самое странное, что за час до своей смерти бабка попросила не класть ей в гроб золотой кулон – важную реликвию. Она дала загадочное напутствие. Повесить этот кулон на ограду при входе в склеп, обернуться три раза через левое плечо и сказать: «Кто сокровища достанет, того от проклятия не станет!»

– Дай угадаю! – сказала Алёна.

– Не надо угадывать, слушайте дальше!

Бандиты про эти тонкости ничего не знали. Откуда им было знать?! Дождались они пасмурного дня. Тёмного, с раскатами грома. В такую погоду и сторож дёргаться не захотел. Ну кому придёт в голову пакостить в склепе господ, когда молнии всё небо зигзагами разрезают. Напился сторож чаю с мёдом и спать завалился. Сырость, прохлада. Любой бы закемарил.

Воры этой оплошностью воспользовались. Прибыли на место как полагалось. Лошадей в диких зарослях спрятали, а сами, натянув плащи, стали по густой от дождя грязи пробираться к кладбищу. Идут, ноги в жиже тонут, капли по лицу бьют. А вверху то и дело – бабах! Еле вчетвером доползли. Как в болоте. Осмотрелись, тихо калитку склепа открыли и не заметили, как в глинистую лужу упало нечто круглое и блестящее.

– Медальончик! – не смогла промолчать Света.

– Он самый. Бабкин магический оберег, – утвердительно кивнул Ренат.

Когда медальон упал, вырвалось из него наружу крошечное чёрное облако. Вырвалось и стало спускаться вслед за грабителями в склеп, к входной яме. Шагают они на цыпочках, а на улице непогода бушует. Только в склепе особо и не слышно, что над землёй творится. Достали бандиты ломы, достали топоры. Разделили ниши поровну. И стали каждый свою часть гробов открывать. Крышки ломались, щепки во все стороны летели. А бандиты и рады. Погребальные одеяла поднимают, кольца, серьги и бусы со скелетов снимают. Пришла очередь последнего гроба. Самого нового. Самого свежего.

– Бабки-колдуньи? – донёсся в полумраке до ребят тихий Олин голосок.

– Конечно! Стали воры крышку на гробе ломом поддевать. А она не поддаётся. И так и сяк пробовали. С одного угла заходили, с другого. Крепкий гроб попался. Гвозди длинные, не вытащить.

С горем пополам поддался им деревянный «ящик». Распахнули его грабители, а там тело, ещё остыть не успело толком. Лежит бабка-ведьма, как живая. Один из грабителей смелости набрался, мол, чего на старую смотреть, надо драгоценности снимать и сворачиваться поскорее. Потянулся рукой к мочке уха, на которой бриллиантовая серёжка висела, только хотел сдёрнуть, как раскрыла ведьма глаза и схватила бандита крепко-крепко за запястье.

– Х-х-х-х! Захрипело в горле у бабки! – издавая хрипящие звуки, положил свою руку Ольге на плечо Ренат.

– А! За что меня? Я больше всех боюсь!

– Скучная! – огрызнулась Света.

Испугались грабители не на шутку. Похватали, что успели наворовать, да бегом из склепа. Выбрались наружу, а гроза стихла. И рассвет уж близок. Смотрят они: на горизонте фигура сторожа появилась. С ним – свора кладбищенских собак и мужик какой-то, здоровенный мужик. Приметили грабителей и давай из ружья по ним палить. Бах! Бах! Спящие вороны с веток повзлетали. Бегут грабители дороги не разбирая.

– Даже про лошадей позабыли, ведь оставили их прямо там, где сторож стоял! – продолжал Ренат.

– Лошади тоже денег стоят! – покачал головой Миша.

– Но жизнь дороже! Убежали грабители в лес с сокровищами. Сквозь заросли колючие шли, от погони скрывались, выдохлись все. Глядят, а внизу, под холмом, – лаз в пещеру. Широкий! Ну спасение!

Скатились четверо воров со склона и шмыг в убежище. Вокруг темень. Только эхо выдаёт человеческое присутствие в этой скалистой колыбели. Первый каменный коридор минул, а за ним – развилки. Две в одну сторону, две в другую. «Может, тут и осядем?» – предложил один вор. Другие и рады были согласиться, однако ж погоня, как оказалось, не закончилась. У входа в пещеру послышались голоса. Много голосов. Сторож с помощником успел подмогу позвать. Ничего ворам не оставалось, кроме как в глубь пещер уйти, залечь временно на дно с драгоценностями.

– Ткнули они пальцем в первую развилку, спичкой чиркнули, ветошь подожгли, чтобы небольшой факел получился. И давай в самое сердце скалы двигаться!

– Ренат, а напасть на преследователей они не могли?

– Против лома нет приёма, если нет другого лома, Миша. А у преследователей и ружья, и топоры, и всё, что надо для поимки воришек.

– А собаки разве по следу не сразу обнаружили? Они же запахи хорошо чуют? – прикинула вслух Алёна.

Собаки действительно привели к грабителям по следу. А в саму пещеру заходить категорически отказывались. Скулили, выли, хвосты поджимали. Пока уговаривали хозяева своих питомцев-защитников продолжить поиски грабителей, внутри пещеры раздался оглушительный треск. И такой мощный обвал случился, что пыль столбом из лаза повалила. Как только это облако осело, преследователи услышали кошмарные крики под землей. Поспешили внутрь пещеры. А вопли – по ту сторону обвала. Минут десять длились почти нечеловеческие крики, пока сторож с подмогой пытались завал расчистить.

– Грабители ведь тоже люди, какими бы они ни были. Хотели их оттуда вытащить и по всей строгости судить, согласно закону.

Но вскоре крики стали будто отдаляться, отдаляться и резко смолкли. «Что за ерунда?» – не поверил своим ушам сторож. Откинул в сторону очередной камень, а под ним – медальон, который бабка велела на ограду склепа повесить.

– И как он там очутился? Проклятие? – улыбнулась Светка.

– Скорее всего, – не успел Ренат договорить, как в не освещённом фонарями углу лодочного сарая покатилось по полу нечто металлическое.

– А это совсем не ха-ха! Ребят, истории и без того страшные, хватит вещами бросаться! – не понравилось Оле происходящее.

– Это не я! – гордо произнесла Света.

– И не я, – убедительно сказал Ренат.

– Точно не я! – поднял руки вверх Миша.

– Ну и не я, – возмутилась Алёна и направила луч фонаря в сторону предмета. – Какая-то крышка. Просто укатилась, и всё. Не паникуй, Оль.

– Тут полно мышей, лазают и задевают хвостами разные вещи. Возьми мой фонарь, если хочешь, будет тебе светлее! – пожалел Олю Ренат. – Вернёмся к нашим тараканам, точнее бандитам.

Разобрать завал до конца так никто и не смог. Слишком большой участок пещеры рухнул. Остались грабители на той стороне навечно. И вроде конец истории, но не так всё просто оказалось. Шли годы, завал в пещере оставался нетронутым. Местные туда старались и не ходить. Одних пугал сам факт длинных туннелей, устремлявшихся в бесконечность. Другие стали видеть в пещерах силуэты и слышать мужские голоса, источник которых был неясен. Люди в те времена более суеверными были. И повелось пещеру считать проклятой из-за драгоценностей ведьмы, которые покоились под грудой валунов вместе с телами грабителей. Такой себе получился склеп для воров. И всё же находились порой смельчаки, желавшие выудить родовые сокровища.

– Получилось что-то?

– Нет, Свет, они оттуда все выбегали как ужаленные. Говорили, что призраки их хватали за ноги и пытались утащить в беспросветную бездну. После нескольких попыток всё и заглохло.

А в наше время осталась от этих туннелей лишь туманная легенда. Редко кто её даже вспоминал. Однажды в последние дни смены в нашем лагере припомнил легенду мальчик из отряда помладше. Всем разболтал. И захотели дети сокровища найти. Ну или хоть глазочком взглянуть на призраки четырёх грабителей. Две подружки из отряда мальчика так впечатлились историей про духов, грабителей и проклятые сокровища, что дали себе слово непременно зайти в пещеры, чтобы потом всем хвастаться своей смелостью. Мол, девчонки, а призраков не побоялись, даже круче всех мальчишек в смене.

Когда в лагере был общий сбор в поход с палатками, девочки договорились улизнуть в лесу, поближе к карьеру, за которым и располагался вход в пещеры.

– И у них получилось! – утвердительно проговорила Светка.

– Получилось. Они сказали вожатому, что ужасно хотят в туалет. И что после всех догонят.

Пещера нашлась без особого труда. Ведь на входе висела огромная предупреждающая табличка. Девочки веселились и были уверены в том, что никого на пути своём в туннелях не повстречают. Заранее взяли с собой воды, галеты из походного набора, спички, фонари и кусочек мела.

– Как в фильмах, знаете? Помечать путь, чтобы не потеряться! – нарисовал в воздухе невидимую стрелку Ренат.

– Но только в фильмах эти метки вечно пропадают, – посмотрела на ребят Оля.

– Эти метки не пропали! – опередил Олины версии Ренат.

Меловые стрелки оставались на своём месте на протяжении всего пути, что девочки удалялись в глубь пещеры. Они хихикали, пугали друг дружку и искали тот старый обвал, за которым остались бандиты с кладом. Пройдя половину одного направления в туннеле, они решили, что пошли не туда. Нигде на пути не встретился ни один тупик, заваленный камнями, значит, надо было возвращаться и выбирать другую развилку. Девочки повернули обратно.

– Брели они, брели. Ноги устали. А туннель не кончается. Как будто в два раза длиннее стал.

– По стрелкам шли? – решила уточнить Алёна.

– По ним, родненьким. Первые минут двадцать девочки успокаивали себя, что просто забыли, сколько времени понадобилось, чтобы пройти по первому туннелю. А после минут сорока скитаний почуяли неладное.

И совсем им стало жутко, когда на очередном повороте попалась стрелка, возле которой одна девочка мелом сердечко ради шутки нарисовала.

– Что в ней такого жуткого было? – не смог понять Мишка.

– А то, Мишаня, что они уже проходили мимо этого сердечка один раз! Водила их пещера кругами.

После рисунка девочки совсем перестали улыбаться. У них началась паника. Как выйти? Решили просто следовать прямо. Ведь должны были они в итоге хоть куда-то прийти. Но так и не пришли. Раза три ещё увидели они стрелку с сердечком, когда ужас накрыл их с головой.

– Доигрались! – печально вздохнула Оля.

– Ой, подумаешь! – выступила Света. – Зато нескучно! Впечатлений на всю жизнь!

– Или не совсем жизнь, – Миша чуял, что развязка не будет радостной.

Когда надежда совсем угасла, подружки разделились. Ибо других вариантов на горизонте не брезжило. Решили так: кто первый выберется, тот и на помощь позовёт. Страшно им было расходиться, но страшнее стало, когда луч фонаря каждой из них потонул в разных концах скального коридора.

А в это же время наверху девочек искал весь лагерь. Вожатый волосы на голове рвал, винил себя, что недоглядел. Каждую тропу ребята с преподавателями обошли, в каждую канаву нырнули, в пещерах злосчастных тоже смотрели.

– Как так? И не увидели их? Не услышали ничего подозрительного? – Миша негодовал.

– Нет! Ничего!

И лишь ближе к ночи случайно одну из девочек нашёл в лесу грибник со своей женой. Вся грязная, в слезах, на волосах паутина, руки в царапинах. А в глазах застывший ужас! «Ты чего, маленькая? Что с тобой? Откуда это ты такая?» – выспрашивал грибник. Девочка ничего толком вымолвить не могла. Вызвали полицию. Уже по сводкам пропаж поняли, кто это. Только почему она очутились за сорок километров от лагеря? Неделю девочка молчала, только ртом воздух хватала, как рыба, всхлипывала и плакала. Когда более-менее в себя пришла, открыла всем леденящую кровь тайну.

– Как только потеряла она подругу из виду, в туннеле стали слышаться голоса. Много голосов. Думала девочка, что это спасение. Пошла на звук голосов и ещё больше в туннелях запуталась.

Голоса же то приближались, то отдалялись. Сердце у девочки стучало громко-громко. Но громче стука был только крик. Адский крик. Хуже некуда. Ведь этот крик был криком её подруги. Не разбирая поворотов помчалась девочка на помощь к подруге. Но только и увидела, как четыре пары чёрных костлявых рук утаскивают ребёнка с бешеной скоростью в мрачные туннели.

– Грабители склепа! – охнула Оля.

Поверить в такое было сложно. Да и после всего полиция обошла часть туннелей, нашла злосчастные стрелки, нарисованные мелом, и металлическую заколку с цветочным узором прямо у нового, совсем свежего, обвала в пещере. Взрослые сами сделали выводы о том, как девочки потерялись. Согласно собранным полицией данным. Одна подруга осталась под завалом, а другая от увиденного ужаса была сама не своя, прошла по туннелям десятки километров и выбралась в другом конце леса.

– Так себе теория! – не понравилось Свете расследование полиции.

– Кто его знает, что там произошло. Выжившая больше ни единой зацепочки не дала. Заикой на всю жизнь осталась.

Но самое интересное: с той поры возле лагеря стала появляться странная девочка, которая скучала и звала ребят из разных отрядов поиграть в лесу, возле пещер. Те, кто её видел, говорили, что она была очень бледной и отталкивающей. Было в ней что-то такое, от чего хотелось поскорее убежать.

– Так никто с ней и не общался толком?

– Не знаю, Алён. Видимо, нет. Но в лес к пещерам больше никто не ходил.

– А если она сейчас тоже где-то здесь, наблюдает за нами из чащи? – пропищала Оля.

– Оно и лучше, уж она поинтереснее тебя будет! Я бы с ней до пещер прошлась! – смело выпалила Светка.

– Брось, не надо с таким шутки шутить, – не согласился Миша. – Ох, большая история получилась, Ренат. И, скажу я тебе, весьма волнительная. Даже мне некомфортно стало.

Ребята на секунду затихли. И в узенькое окошко лодочного сарая влетел ледяной порыв непонятно откуда взявшегося ветра.

– Может, достаточно историй? Спать лучше пойдём? – попробовала Оля надавить на жалость.

– Ну нет! Я отсюда не уйду, пока не дослушаю все страшилки! – встала во весь рост Света, уперев руки в бока.

– Правда, Оль! – обратился к Ольге Миша. – Твой рассказ – финальный. Просим!

Оля самую малость покапризничала, повздыхала, но уговор есть уговор.

– Если потеряетесь в лесу, оставайтесь там, где стоите. Не блуждайте по темноте и тем более не проситесь на ночлег к незнакомцам! – заговорила Ольга.

– А вдруг холодно и стра-а-а-ашно. Почему это не проситься на ночлег? – зевнула Света.

– Потому что всё может оказаться не тем, чем кажется на первый взгляд, – сделала серьёзное лицо Оля.

Случилось всё давно. Когда в лесах процветала охота. Люди жили натуральным хозяйством и тем, что давала им природа. Летом собирали травы, растения, коренья, ягоды и грибы. Сушили все дары для долгих тёмных зим. Ведь поймать дичь в холодное время считалось делом не из лёгких. Можно было целый день просидеть в засаде и не добыть ничего толкового, даже крошечную куропатку. Вот и перебивались урожаем, собранным в тёплые сезоны. Похлёбку грибную варили. Или пирог из ревеня пекли. Но и эти продукты не были бесконечными. Поэтому мужчинам нет-нет да и приходилось выбираться из тёплых домов в промозглые чащи, ставить капканы и выслеживать оленей с кабанами.

– Звучит как начало кулинарной передачи! – не удержался Ренат.

– Аж есть захотелось, осталось что? – схватился Миша за урчащий от голода живот.

– Держите, – протянула половину пачки овсяного печенья Алёна.

– Может, тогда не рассказывать? – обиделась Оля.

– Рафкафывай! – смаковал печенье Ренат.

В одной деревне, на самой окраине, жил мужик со своей женой. Детей у них не было. Да и достатка особого, чтобы семью содержать, тоже не водилось. Одна только курица хромая, домишко кривой и сарай дровяной. Всё лето хозяйка готовилась к суровым месяцам. Сушила дикие яблоки, грушу. Ромашку со зверобоем в пучки скручивала и на солнце развешивала, чтобы чаи зимой готовить. Липовый цвет собирала и лещину. С овощами в тот год не задалось. Погода стояла такая переменчивая, что часть урожая помёрзла, а другая сгнила. Но муж с женой не унывали. Говорили, что протянут как-нибудь. Чего им там двоим надо?!

– Лето пролетело, а за ним и осень с дождями и серостью. Зима пришла злая, – увлечённо говорила Оля.

– Похоже на сказку, а не на страшилку, – заскучала Светка.

– А мне даже нравится. Что-то необычное! – похвалила Алёна.

– Можешь не слушать! – огрызнулась Ольга на Свету.

Муж с женой распределяли запасы с умом, чтобы много не тратить, но и от голода не пухнуть. Всегда правильно рассчитывали, сколько и чего приготовить. Поэтому и с бедами зимними справлялись из года в год. Уверены они были, что и этот год не принесёт ничего неожиданного. Правда, у судьбы на этот счёт были свои планы.

Как-то рано утром ушли супруги в лес, хотели проверить единственный капкан. Случалось, заяц попадался и другая мелкая живность. Какое-никакое мясо. Не лось, конечно. И не косуля, но тоже неплохо. Часть можно было приготовить и смаковать несколько дней, а часть в снег закопать, в домашнем леднике, чтобы растянуть удовольствие.

На этот же раз капкан пустовал. Морозы держались лютые. Зверьё в норах пряталось. Муж с женой немного расстроились, что дичи в ближайшие дни не будет. Только на долгую грусть времени не хватало. Надо было возвращаться домой по заснеженным тропам, разогревать печь и луковый суп ставить на огонь.

– Подошли они к дому, а дверь на ветру открытая стучит, – не успела Оля договорить, как дверь лодочного сарая тоже приоткрылась и хлопнула от ветра.

– Так поинтереснее! – обрадовалась Света этому случайному совпадению, напугавшему ребят.

– Ну и ну! Я думал, что нас уже кто-то из вожатых заприметил! – отряхнул Мишка футболку от овсяных крошек.

– Что-то не хочется продолжать, – отползла Оля подальше от двери.

– Быстрее расскажешь – быстрее спать пойдём. Если уснём после всех пугалок, – похлопал дружески Ольгу по спине Ренат.

В общем, замок на двери оказался сломан. И кому понадобилось в чужой дом залезать? Супруги было подумали, что заплутавший путник забрался погреться, только внутри дома никого не оказалось. Не оказалось там и курицы хромой, только несколько перьев на полу валялось. А самое страшное – исчезли все запасы. Все, до единой травинки. Ни сушек, ни кореньев, ни остатков муки. Ничего! Кто-то обчистил дом, не оставив запасов ни на один денёк. А свежая снежная крупа скрыла следы бессовестного преступника.

До ближайшей соседской хаты идти по холоду было долго. Да и как попросить что-то у соседей, которые сами еле перебивались. Ещё и семеро по лавкам в доме. Жена плакала, не зная, как быть. Впереди ждали более грозные ветра со снегом. На одной воде долго не протянуть.

Муж обещал жене, что будет каждый день ставить капкан и проверять его. Плюс силки в паре мест, богатых на живность, установит. Нельзя было терять надежду.

Супруги держались стойко. Один раз белку словят. Другой – в диком фруктовом саду под снегом выкопают подмёрзших яблок. Так со дня на день перебивались малыми дарами природы. Когда совсем голод желудок скручивал и спать не давал, варили чай из сосновых иголок. Пару раз пытались на зимнюю рыбалку выбраться, да толку – ноль. Только продрогли до костей, а рыба вся будто на дно залегла и шевелиться не хотела. Жена тогда сильно переохладилась, слишком хотелось ей мужу помочь. Заболела и слегла. Несколько дней страдала от лихорадки.

– Ей бы бульону попить наваристого. А в доме хоть шаром покати. Чахла женщина на глазах. А муж и от её постели отойти боялся, и на охоту надо было выходить, чтобы спасти любимую, – печально опустила глаза Оля.

– И что же он выбрал? – осторожно поинтересовался Миша.

– Ушёл в лес, проверять капкан, кормить же больную надо было. Выхаживать как следует.

Хотел мужик как лучше. Но только вернулся домой снова с пустыми руками, а жене его совсем дурно стало. Лежала она ни жива ни мертва. И тогда такая злость в муже проснулась на весь свет, на тех, кто их дом ограбил. В ярости, не зная, как помочь жене, вспомнил он вдруг про старинную книгу с заклятиями, которая ему много лет назад досталась по наследству от матери. В той книге рассказывалось, как заключить договор с тёмными силами, чтобы они помогли в самую трудную минуту в жизни. Мужик этим колдовством воспользовался. Пообещал он отдать душу свою и всё, что попросит нечисть, за жизнь родного человека. А бесы тут как тут. Из всех углов дома вытекли чёрной смолой, попросили печать на договоре кровью поставить. За услугу – душа и половина добычи всегда в придачу. Обещали демоны, что отныне будет дом мужика полон мяса. Олени, кабаны и утки сами к нему в капканы придут. Главное – не забывать всегда ровно половину от добычи оставлять под деревом, для чертей лесных.

– Ренат! А ты всё печенье съел! И никаким чертям лесным не оставил! – загоготала Света.

– А я с ними контрактов не подписывал! Не надо ля-ля!

Сделал мужик всё как нечисть просила. И тут же услышал, как во дворе зверь какой-то кричит. Вышел на крыльцо. А в силках куропатка мечется. Обрадовался мужик, быстро разделал птицу, похлёбку поставил вариться. Только чуть остыл бульон, отпоил муж жену. И действительно, как демоны и сказали, каждый день в капкане стал находить мужик животных. Жена пришла в себя, здоровый румянец на щеках появился. Ну красота!

И казалось, что жизнь наладилась и теперь всё будет хорошо. В доме еда не переводилась, излишками даже стали торговать. Жена на своего мужа-спасителя нарадоваться не могла! Но заметила она странности в его поведении.

– Он стал есть сырое мясо? – поделился своими догадками Миша.

– Нет. Стал мужик нервным, жадным и недовольным. Хотелось ему больше и больше туш! Чтобы денег скопить много.

– Так и что тут плохого? – фыркнула Света.

– А то, – осуждающе глянула на нее Оля, – что с той поры муж и к жене стал относиться со злобой. Кричать стал, ругаться. Вечно возвращался с охоты с кровавыми руками и бешеными глазами.

Однажды так напугал муж жену своим поведением, что сбежала она из дома глубокой ночью по весне. И больше не вернулась. Мужик рассвирепел. Сделался таким злым и скупым, что перестал с демонами пойманными зверями делиться. Всё себе, только себе.

А поутру раз проснулся – на ноги нормально встать не может. Глядь, вместо человеческих – медвежьи лапы у него. Хотел закричать, а из горла только «кар» наружу вырвался. Ведь и голова поменялась на воронью. А рот полон щучьих зубов сделался.

– Весь облик изменился до неузнаваемости. Мужик в зеркало глянул и чуть не обмер от страха. Смотрело на него из зеркало жуткое нечто!

Захихикали мерзко демоны в углах дома. Напомнили, что нарушение условий ведет к необратимым последствиям. Испугался мужик, что всю оставшуюся жизнь таким проживёт. Слёзно просил нечистую силу вернуть ему человеческий вид. Но проклятие это можно было снять только одним путём: жертвой! И сказали демоны мужику: «От ка-а-аждого челове-е-ека по одной ма-а-аленькой час-с-сти раз в нес-с-сколько лет. Будеш-шь жить веч-ч-чно таким, пока не с-с-соберёшь прежний о-облик. И нам вс-с-сегда половину не забыва-а-а-ай!»

– И где этот жуткий дом стоит? – не хотелось Алёне попасть к заколдованному охотнику в руки.

– Не знает никто. Кажется, что каждый раз он перемещается и появляется в новом месте. Раз в несколько лет попадает в лачугу заблудший турист, ребёнок из лагеря или грибник, сбившийся с пути. Останавливается переночевать в пустом, на первый взгляд, жилье, а утром убегает в панике из дома без ушей. Или без глаз. Одно – мужику, другое – демонам! – прислушалась Оля к шуму листвы за сараем.

– А самого злого охотника жертвы видели? – не хватило Мише уточнений.

– Может, и видели. Но после перенесённого кошмара не все они могли что-то нормально объяснить. Представь: уходили из дома нормальными, а возвращались без куска тела, будто и не было мизинца, там, или носа! Может, уже пойдём, а? Моя история закончилась. Страшно как-то. Будто за нами следят.

Ренат хотел рассеять беспокойство ребят, вспомнил несколько шуток, но за дверью лодочного сарая отчётливо стали слышны шаги. Топ, топ, топ.

– Может, опять шишки с сосен падают? – прижалась к Оле Алёна.

Шаги становились чаще и ближе. Топ, топ! Пока дверь сарая резко не распахнулась.

– А-а-а-а! – одновременно закричали все участники ночного действа.

В дверях стояла высоченная тень с широкими плечами. Тень была размерами похожа на чудовище из рассказа Оли. Тень переминалась с ноги на ногу. Она что-то пробурчала, подалась вперёд, и ребята, готовые визжать от ужаса, облегчённо вздохнули. Ночным монстром оказался вожатый третьего отряда – Егор Владимирович.

– Так-так-так, господа нарушители. И что это мы делаем после отбоя так далеко от корпусов?

Виновники опустили глаза в пол. Они мысленно приготовились к самому суровому наказанию – звонку родителям за ночную проделку.

– Хорошо, что это не зверочеловек и не бабка-ведьма, – нервно смеясь, не удержался Ренат.

– Какая такая бабка? – смотрел укоризненно на юных подопечных вожатый. – С вами ещё здесь кто-то?

– Нет, только мы! – честно признался Мишка.

Егор Владимирович сел рядом с детьми на пол, настроил волну в маленькой рации и передал информацию в основной корпус о том, что пропавшие найдены живыми и здоровыми. Обещал в срочном порядке провести поучительную беседу и отправить всех спать.

– Ну что, сами расскажете, что тут за подпольный штаб организовался?

Ребята вздохнули. Надо было во всём сознаваться, чтобы не влетело по первое число.

– Мы проводили обряд первой дружбы, – начал Ренат.

– Как это? – заинтересовался Егор Владимирович.

– Рассказывали друг другу самые страшные истории, которые знали.

– Ах вот оно что. Традиции лагеря решили соблюсти, – понял вожатый.

– Только девчонок не ругайте, это мы их потащили в ночь! – заступился Миша.

Егор Владимирович сначала сурово сдвинул брови к переносице, поцокал, повздыхал, а потом расплылся в широкой улыбке.

– На первый раз прощу, товарищи рассказчики. Но если повторится ещё хоть раз, пеняйте на себя. Мамам с папами передам, чтобы забирали вас и ваши чемоданы.

Дети закивали. Они обещали, что это был единственный раз. Единственный обряд посвящения для новоиспечённых товарищей.

– Истории хоть страшные оказались? – потрепал мальчишек по макушкам вожатый.

– Вполне себе! – бодро заявил Ренат, когда удостоверился, что Егор Владимирович и правда пребывал в неплохом расположении духа.

– Чья самая жуткая? Кто победитель?

Ребята наперебой принялись коротко пересказывать страшилки. Мнения разделились. Но каждая история точно оказалась по-своему пугающей и запоминающейся.

– Ладно, ладно, все молодцы. А теперь прошу на выход. Всех четверых. До отбоя вам надо поспать, чтобы к завтраку быть бодрыми и весёлыми.

Все стали собираться на выход, когда Мишка вдруг встал как вкопанный.

– Погодите, Егор Владимирович. Почему всех четверых?

– А сколько вас? Раз, два, три, четыре. Вроде считать я пока не разучился! – заливисто рассмеялся вожатый.

– И правда, Миш, – присмотрелся в полумраке ко всем Ренат. – Нас пятеро было. Кого нет?

– Я тут. И хочу в отряд! – подняла руку Оля.

Вместе с Олей отозвалась и Алёна. Не хватало лишь Светки.

– Света! Где Света? – ошеломлённо проговорил Мишка.

– Какая Света? – с полной ответственностью расспрашивал вожатый. – С вами была ещё девочка?

Девочка и правда была. Только из другого отряда. Из четвёртого. Самая смелая и, по всей видимости, самая шустрая девочка.

– Сбежала, походу, – ухмыльнулся Ренат.

– Ловко она в темноте. Сегодня главным ниндзя оказался не ты, Ренатик! – дёрнула за рукав чёрной кофты мальчика Алёна.

– Тоже мне смелая, смелая. А как всех поймали, так первая и драпанула! – отыгралась за все обиды Оля.

Егор Владимирович подумал с минуту, потом пропустил ребят вперёд, к выходу из лодочного сарая, и, передав что-то дополнительно по рации, хорошо осмотрел помещение, подсветив мощным фонарём каждый угол, каждую стену, заставленную старыми и сломанными предметами.

– Света, говорите? Ну, найдём мы вашу Свету, никуда она не денется.

В сопровождении вожатого Ренат, Оля, Алёна и Миша вернулись в свои корпуса. Спать оставалось не так много. Надо было ложиться поскорее, чтобы с утра пораньше не быть разбитыми. Ну хоть родителям рассказчиков не стали жаловаться.

Ренат и Мишка не успели опустить головы на подушки, как тут же провалились в сон. Алёна тоже изрядно устала. И, немного поворочавшись, задремала. Оле никак не спалось. Ей было то жарко, то холодно. То комар над ухом пищал. После всех страшилок девочке мерещилось неясное движение в темноте, за окнами корпуса. Когда Олю наконец сморило, начало постепенно светать.

– Оль! Оля, вставай! Подъём. Общий сбор на зарядку.

Оля еле разлепила глаза. Не было никакого желания делать повороты корпусом влево и повороты вправо, поднимать руки вверх и опускать вниз, бегать на месте и прыгать.

– Не хочу, – завернулась Ольга в одеяло.

– Давай, не ленись. И каши так хочется, я оголодала, – поскуливала Алёна. – Заодно Светку найдём, спросим, чего она убежала от нас.

Искать Свету Оле хотелось меньше всего. Ей было совсем не интересно, куда она запропастилась. Но Оля лениво села на кровать и согласилась пойти с Алёной на зарядку, а потом на завтрак. Ведь и вожатый точно будет проверять, чтобы все ночные нарушители с утра собрались.

Егор Владимирович и правда стоял на поле для занятий вместе с физкультурником. Перед началом упражнений он подозвал к себе Рената, Алёну, Мишу и Ольгу.

– Утро доброе. Или не совсем оно доброе? – ухмыльнулся вожатый. – Как спали после кошмаров своих?

Ребята вместо ответа зевали, тёрли глаза и безучастно смотрели на бодрых детей из других отрядов.

– Ладно, раскачайтесь немного, сделайте приседы с выпадами, а после кое-что хочу обсудить.

Это «кое-что» прозвучало слишком загадочно для ребят. Они посмотрели друг на друга, на вожатого, на физкультурника. И молча пошли занимать места для выполнения утренней зарядки.

– Девчонки, – нехотя приседая, позвал Мишка. – Свету видели?

– Нет! – постанывая от усталости, сказали Оля с Алёной.

– И мы не видели. Как бы ей не влетело от своего вожатого. Говорят, в четвёртом отряде вожатый суровый. За мелкие проделки заставляет паковать вещички.

– Жаль, если так! – запрыгал на одной ноге Ренат. – Знаете, мне всю ночь шаман снился из её рассказа. Как будто ходил за мной, в ухо дышал и шептал заклинания.

– О! И мне ерунда снилась непонятная. То шаман, то зверочеловек, то камни чёрные в озере, – почесал затылок Миша.

– Мне ничего не снилось, – пыталась вспомнить Алёна хоть что-то.

– А за мной кто-то следил, – без тени иронии бросила Ольга.

– Во сне? – вопросительно поднял брови Ренат.

– Наяву!

Оля была уверена, что после возвращения из лодочного сарая в отряд с улицы за ней кто-то подсматривал. Кто-то невидимый, но пугающий. Она всем телом чувствовала присутствие потусторонних сил. Ей и утром не переставало чудиться, что рядом ходит тот, кого никак нельзя увидеть.

– Оль, тебе больше ужастики слушать нельзя, – заявил Ренат. – Это я искренне, по-доброму.

– Мы больше таких приключений и не будем устраивать, Ренатик, – заверил Мишка. – Достаточно с нас одной поимки. Теперь нас ждут обычные будни в летнем лагере, с песнями у костра, соревнованиями по перетягиванию каната и борщом на обед!

– Три, четыре! Закончили! – прозвучал вдалеке голос физкультурника.

Егор Владимирович помахал детям, подзывая их к себе.

– Перед завтраком есть минут десять, я вас всех прошу подойти к основному корпусу, в преподавательскую, хорошо? Ненадолго, – попросил вожатый.

Ребята смекнули, что что-то пошло не так. И родителям всё же доложили о происшествии. Видимо, Егору Владимировичу сделало выговор руководство. Отвертеться уже не получалось. Понурые, Мишка с Алёной, Ренат и Ольга засеменили к назначенному месту.

На втором этаже, в кабинете номер семь, сидел вожатый четвёртого отряда, возле него что-то включал на ноутбуке Егор Владимирович. Ещё там был один из охранников лагеря в форме, руководитель смены и ночной дежурный.

– Заходите, не стесняйтесь! – подозвал детей Егор Владимирович.

Все четверо устроились на свободные места. Так, чтобы было видно экран компьютера. Егор Владимирович несколько минут повозился с файлами, а потом вывел на большой экран чёрно-белое видео. Записи с наружных камер наблюдения в лагере.

– Почему мы про камеры не подумали? – прошептал Ренат в ухо Мишке.

Миша легонько ударил себя по лбу. Ну и ниндзя. Сказать тут было нечего. О такой важной мелочи и забыть.

– Внимание на экран, – попросил немного сурово вожатый четвёртого отряда.

И дети уставились на картинку, появившуюся на мониторе. Ночь. Мошки возле света фонаря. Пустота. Потом фигуры. Одна, вторая, третья и четвёртая. Конечно же, Миша, Ренат, а потом и Оля с Алёной. Все четверо постояли, поговорили, потом на записи появился небольшой брак, буквально доля секунды. А после брака снова четвёрка, которая двигалась уже в направлении лесной зоны, к лодочному сараю у озера.

– Ну и? – присел со всеми Егор Владимирович. – На видео вы все.

– Все, – сказал Миша, ничуть не задумавшись.

– Так, значит, вас всё же было четверо? Решили пошутить над нами? Ребятки, ребятки.

– Пошутить? – подхватил Ренат. – В каком смысле?

Алёна тоже пребывала в недоумении. И лишь Оля уже успела сложить дважды два.

– На видео нет Светы, – помогла Ольга.

– Как нет? – придвинулись дети к компьютеру поближе.

Света действительно отсутствовала. Согласно записям, не было её возле корпуса. И на тропинке к озеру тоже не было. И когда все заходили в сарай, никакой новой девочки там не появлялось.

– Может, дело в браке? Вы же видели? Там что-то сбилось.

Ночной дежурный и охранник смены пояснили, что брак небольшой. И похоже, что причиной его стал комар или ночная бабочка, подлетевшие слишком близко к камере. Но на исчезновение целого человека с видео никакой брак не мог повлиять.

– И вообще, – с укором проговорил Егор Владимирович, – вожатый четвёртого отряда и руководитель смены проверили все документы прибывших детей. Никакой Светы в четвёртом не было и нет.

– Может, она соврала, что из четвёртого! – поднял указательный палец вверх Миша.

– И имя другое назвала. Она великая выдумщица! – поддакнула Алёна.

– А знаете что? Пока что великими выдумщиками кажетесь вы, друзья-товарищи. Давайте-ка сворачивать весь этот цирк. Мы всю ночь искали вашу несуществующую подругу. Ни на одной записи её нет.

– Но мы не выдумываем! – возмутился Ренат.

Егор Владимирович поднял две руки вверх, попросив всех успокоиться.

– Я понимаю, вы решили придумать новую байку и напугать весь лагерь. Идея – во! Всё понимаю, сам был таким. Но последствия от ваших шуток порой могут быть не самыми хорошими. Нам пришлось проверить всех и вся. Поднять документы и сто раз удостовериться в том, что никакой Светы нет.

Миша хотел было найти оправдания, но Оля тихонько подёргала его за штанину под столом. Дело могло стать куда более серьёзным.

– Обещание больше не баловаться и не выходить после отбоя я с вас уже взял. Но провинность немалая. Поэтому и наказание никто не отменял. Сегодня и завтра будете помогать мыть посуду на кухне. А послезавтра протрёте полы в актовом зале перед спектаклем, – зачитывал Егор Владимирович заметки в ежедневнике. – Ну и до конца недели дополнительный круг вокруг озера на физре. Идёт? И больше никаких выдумок!

Ребята не стали спорить. Да и зачем? В пользу них не было никаких аргументов. Алёна, Ренат, Миша и Оля покинули здание основного корпуса. Когда они уходили, Егор Владимирович догнал их и, запыхавшись, протянул что-то серебристое.

– Девчонки! Забыл совсем! Заколку кто-то из вас обронил в лодочном сарае! Держите! – отдал вожатый вещицу и тут же убежал обратно по делам.

Оля с Алёной повертели украшение для волос в руках. Ни одной из девочек оно не принадлежало.

– Заколка с цветочным рисунком, – потёр переносицу Миша. – Что-то знакомое…

Алёна, Ренат и Оля тоже задумались. А потом у всей четвёрки округлились глаза. Ведь точно о такой же заколке шла речь в истории о туннелях.

– Ренат! Ты же рассказывал про пещеру с сокровищами. И девочку, которая осталась в ней навечно?

– Но это ж просто рассказ. Да, страшный, но я никогда не думал о нём как о чём-то настоящем. Люди любят выдумывать. Может, это совпадение?

– Света, которой не было, заколка… А что, если она – призрак? Тот самый призрак скучающей девочки? – почти кричала Алёна.

– Бросьте! Ну честное слово. Чего как маленькие? – закатил Ренат глаза и пошёл в сторону столовой. – Айда лучше есть!

Весь день до вечера дети не переставали думать о случившемся. Они все помнили Свету, могли прекрасно её описать, не совсем в малейших деталях, ведь было довольно темно, но всё же. История получилась странная. В каждом включился скептик, который не мог поверить в настоящее привидение. Нет. Точно нет. До самого отбоя Ренат, Миша и Оля с Алёной придумывали логические версии ночного похода, но всё равно что-то, да не совпадало.

– Чёрт с ней, с этой Светой! Может, она вообще из соседнего населённого пункта приходила, врушка! – уже устал Миша. – Спокойной всем ночи, нам ещё завтра посуду за всеми мыть.

– Фу-у-у-у! – представила Алёна гору тарелок и кружек.

– Надеюсь, перчатки резиновые нам хоть дадут, – демонстративно прикрыл нос Ренат. – Споки!

На улице пели цикады. Воздух пах нагретыми за день на солнце соснами, немного озёрной водой и свежей штукатуркой, которой покрыли стены второго корпуса. Рассказчики страшилок мирно сопели в своих комнатах. Но не все. Оля смотрела на ночной лес, боясь сомкнуть глаза. Её сердце тревожно стучало. Она прокручивала в голове видео с ноутбука Егора Владимировича. И почему все так быстро сдались? Ольга думала, думала, думала, пока не заметила краем глаза движение между деревьями.

– Алён, Алёна, – попыталась разбудить подругу девочка.

Но тщетно. Алёна недовольно побурчала, причмокнула губами и перевернулась на другой бок. Оля прилипла носом к стеклу. Отражение уличного фонаря мешало разглядеть возню в тёмной части лагерного парка. Тогда Ольга распахнула одну створку окна. Никто из девочек в комнате и ухом не повел. Стояла полная тишина. И вроде у деревьев тоже всё стихло. Но через несколько минут из-за деревьев вышел человек. Оле хотелось верить, что это ночной сторож делает обход после всего, что они с ребятами учудили в лодочном сарае. Человек шёл слишком медленно. Слишком. На него падали тени от густых ив и сосен.

Вдруг в комнате кто-то заговорил во сне. Оля резко отвернулась от окна, а когда снова повернулась, увидела прямо перед собой её. Света улыбалась. Это была леденящая душу улыбка.

– Привет. Не спишь? Я пришла забрать свою заколку. Мне скучно без неё! Мне всегда очень скучно!

Оля присмотрелась к Свете внимательно. И увидела, что сквозь её бледное прозрачное тело видно лес вдали и лодочный сарай.

– Нравится? – расхохоталась Света.

И её жуткий смех, напугав Олю до крика, потонул во мраке ночи.

Спелеолог – геолог-исследователь, изучающий пещеры.