Вот так поворот! Я ожидал увидеть под маской кого угодно: старца, вояку, да хоть ящера. Но мне и в голову не приходило, что там окажется человек, которого я знаю лично. Да не просто знаю, а учусь в одной группе, на одной специальности.

Я, конечно, понимаю, что Реон с самого начала был странноватым, но не до такой же степени. Получается, этот парень и спас Янису? Неужели он так развлекается: переодевается в какого-то белого недо-рейнджера и сражается с монстрами. Стоп… А как он вообще здесь оказался?

Не успел я уложить в своей голове происходящее, как раненый парень пришёл в себя. С трудом открыв глаза, он уставился на моё лицо даже не моргая.

— Как себя чувствуешь? — только и сумел выдавить я из себя.

Ответа не последовало. Реон вроде бы смотрел на меня, но взгляд будто проходил насквозь.

— Он точно в порядке? — поинтересовалась Эстер. — Может, яд оказался опаснее, чем мы думали?

— Не знаю. Меня пока ещё змеи не кусали, тем более такие огромные.

— А зря. Меня бы такой укус даже не заставил принимать противоядие, — хмыкнула девчонка, задрав голову. Действительно, есть чем гордиться.

Достав из рюкзака флягу с водой, которую не так давно удалось пополнить, я протянул её Реону. Парень опустил на неё взгляд, но отреагировал как-то заторможенно. Лишь через минуту он взял её и начал пить, но спустя пару глотков вернул обратно. Видимо, проблемы с водой здесь были далеко не у всех. Это радовало, ведь в этом случае шанс, что с остальной группой всё нормально, был куда выше.

— Как ты здесь очутился и почему так одет? — спросил я у Реона. Этот вопрос волновал меня в данный момент куда больше первого.

Его взгляд стал более осознанным, но парень всё равно молчал. Всё, что из себя он в итоге смог выдавить:

— Не могу ответить на твой вопрос.

И на этом разговор оборвался. Вернее, оборвался бы, не будь рядом со мной Эстер. Девчонка подошла к Реону и стала стаскивать с него верхнюю одежду. Парень настолько обалдел, что даже не стал сопротивляться, когда Эстер стянула с него белый жилет, с вышитым изображением крылатой совы, и рубаху. Теперь он хотя бы перестал походить на странноватого ассасина.

— Так и думала. Это магическая метка, — ткнула она на плечо Реона. И действительно, помимо кучи шрамов, на плече парня был изображён магический круг. — Я в них не слишком разбираюсь, но скорее всего, если он что-то расскажет, то тут же умрёт. Хотя, возможно, он даже физически не может говорить определённые вещи.

— Латса не хватает, — вздохнул я, взглянув на магический круг. Он слегка смахивал на тот, что красовался на моём плече. Видимо, какая-то вариация рабской татуировки. Удивительно, как Эстер по одной фразе поняла причину молчания. Она явно до этого сталкивалась с подобным. Может и у неё на теле есть такая метка?

Реон, видимо, окончательно пришёл в себя. Вскочив на ноги, он начал натягивать на себя одежду. На лице считывалась полнейшая растерянность, но нападать он вроде бы не собирался.

— Ты ведь не из тёмных магов? — на всякий случай спросил я парня. Уж не знаю, как точно работает магический круг, но если же я угадал, то он просто ничего не скажет. Если же нет, то вполне себе может ответить на вопрос.

— Нет, я никак не отношусь к тёмным магам, — наконец-то заговорил Реон. Выходит, я правильно понял принцип работы магического круга. Раз этот парень не может сказать, кто он и что здесь делает, значит кто-то связанный с этой татуировкой направил его сюда, либо для того, чтобы исследовать лабиринт, либо же следить за нашей группой.

— Представляешь ли ты опасность для кого-то из нас? — продолжил я задавать максимально расплывчатые вопросы.

— Я не буду нападать без причины, — покачал головой Реон.

Уже лучше. Во всяком случае не стоит ожидать внезапной атаки. Если, конечно, он сейчас не соврал. Эх, вот где бы пригодилась Сэгундо. Сейчас сразу стало бы ясно, врёт он или же нет.

— Давно ты здесь? — спросила Эстер.

— Сорок два дня, — тут же ответил Реон. Выходит, подобная информация не считалась запрещённой. — Это по-настоящему жуткое место… И нет, я не расслабился, они правда хорошие люди, — вдруг воскликнул парень, посмотрев куда-то в сторону живой изгороди.

Ну, во всяком случае, ясно, что воображаемый друг у него действительно есть. Получается, все сорок два дня у этого парня было с кем поговорить…

О чём я вообще думаю? С каждым новым днём здесь становится только хуже, но нервы и переживания всё больше отходят на второй план. Неужели я уже обвыкся в этом месте? Слышал я, что человек может привыкнуть и приспособиться к любым условиям, но становиться частью этого места хотелось бы меньше всего.

— Ты знаешь где выход? — на всякий случай уточнил я.

— Не-а, — покачал головой Реон. — Здесь всё одинаковое. А все метки, которые я оставляю, со временем исчезают сами собой.

Твою мать! Метки исчезают? Я же пометил место, с которого мы сюда рванули. Нужно срочно вернуться обратно. На память я, конечно, не жалуюсь. Но лучше уж перестраховаться.

Махнув в сторону прохода, из которого мы с Эстер сюда и прибежали, я понёсся вдоль стены. Ребята последовали за мной. Три поворота и мы оказались в месте, из которого не так давно убежали. Действительно, метка, которую я нарисовал на земле, уже наполовину пропала. Будто земля сама себя залечивала, хотя вряд ли это можно было назвать раной.

— А у вас есть какая-то информация об этом лабиринте? — поинтересовался Реон, убрав маску в небольшую сумку, которая висела у него на поясе, а также достав оттуда другую одежду. Он что, шпион какой-нибудь? Или просто взял с собой в подземелье запасные вещи?

— Могу лишь рассказать миф. Хотя не уверен, что он нам поможет, — ответил я.

— Рассказывай. Любая мелочь может иметь значение, — скрестил руки Реон. — И никакая это не потеря времени! Ты просто не разбираешься, — фыркнул он, демонстративно отвернувшись от стены.

Честно говоря, не знаю, что меня больше напрягает: странная татуировка или же то, что этот парень болтает сам с собой. Не то чтобы Реон был плохим человеком, но его присутствие добавляет дополнительного напряжения. Не уверен, что теперь смогу также спокойно спать. Пусть мы с Эстер и отдыхали по очереди, но раньше я не ожидал удара в спину. Хотя и сейчас не думаю, что этот парень вдруг решит напасть. В любом случае лишние руки в таком месте всегда кстати, главное, стараться всегда быть начеку.

Чердис раз так двести проклял тот момент, когда решил отправиться в подземелье. Плевать уже было на этот дурацкий сон, который преследовал его, а также на огромное количество сокровищ. Какое вообще это имело значение, когда ты долгое время блуждаешь по лабиринту?

Он ни разу в жизни не слышал о том, чтобы одно подземелье вело в другое. Конечно, подобный лабиринт не слишком-то походил на подземелье, но сути это не меняло. Здесь было гораздо хуже, чем в любом другом похожем месте, в котором проректор за свою жизнь успел побывать.

Изначально Чердис рассчитывал закончить исследование второго подземелья за два дня, после чего забрать сокровища и отправиться в академию. Само подземелье было довольно простым, а раз уж он знал обо всём, что находилось внутри, то всё должно было пройти очень быстро. Но в итоге он уже кучу времени бродил среди зелёных стен, хотя даже обнаружить столь большое подземелье было крайне сложно.

На исследование трех или же четырёх ярусов обычно уходило не больше недели. Далее сложность сильно возрастала, и для пяти ярусов требовалось не меньше двух, а то и трех недель. Время, которое уходило на подземелье с шестью ярусами, зачастую превышало месяц, а единственное ныне известное подземелье с семью ярусами покорилось лишь спустя почти три месяца. Здесь же Чердис пробыл уже сорок шесть дней, но конца и края лабиринту не было видно. Куча ловушек, монстров, а также развилок, которые нельзя было встретить даже в самом сложном подземелье.

Обычно хватало пяти-шести исследователей, чтобы проверить все проходы. Но сколько здесь нужно людей, чтобы обойти весь лабиринт — сложно было даже представить. Поэтому Чердис был уверен, если бы это странное место можно было оценивать с точки зрения подземелья, то оно было бы на голову сложнее, чем любое другое.

Отогнав негативные мысли, мужчина в очередной раз свернул направо и упёрся в развилку.

— Да что ж такое. Это уже третья за сегодня.

Цокнув языком, он достал из рюкзака сложенную в несколько раз бумагу и развернул её. На листке был изображён маршрут, который мужчина уже преодолел.

Послав ману в листок, он увидел, как чёрная линия с точкой на конце пробежала немного вперёд и повернула направо, после чего перед ней появились два прохода.

Эту карту, которая рисовала сама себя, Чердис специально одолжил у ректора. Он, конечно, был уверен, что она не потребуется, но решил перестраховаться. В итоге взял он данный артефакт Среднего ранга не зря, ведь это помогало не блуждать кругами, но нужный проход карта всё равно не показывала. Лишь зарисовывала то, что уже успел преодолеть Чердис.

«Попробую сначала налево», — решил мужчина, убрав карту в рюкзак. Но не успел он сделать и десятка шагов, как услышал впереди какой-то шум, смешанный со скрежетом.

Чердис хотел было развернуться и направиться в другой проход, но помимо устрашающих звуков раздался и крик, явно человеческий. С одной стороны, доверять звукам в подобном месте могло быть чревато, и проректор это знал. Но с другой, он уже столько времени блуждал в одиночестве, что не прочь был рискнуть и проверить, что же там происходит. Всё-таки он был очень близок к пяти крыльям. И пусть в своё время выучить три заклинания пятого ранга у мужчины не вышло, но как минимум одно проректор освоил в совершенстве.

Слегка прибавив шаг, Чердис направился вперёд по широкому коридору. Звуки борьбы усиливались, что слегка пугало мужчину. Конечно, он был силён, но за всю жизнь лишь пару раз участвовал в магических дуэлях. Проректор куда больше времени посвящал именно науке, разработке новых заклинаний, а не такому варварству, как сражения, пусть и сам постоянно был судьёй на магических дуэлях студентов.

Исчезновение учеников не слишком сильно пугало мужчину. Конечно, это было ужасно, кто-то мог пострадать или даже погибнуть. Но как в такой ситуации это могло его касаться? Он сам был уже на грани. Пусть еды и воды брал с запасом, чтобы если что поделиться со студентами, но даже эти запасы уже подходили к концу.

Да, конечно, если он отсюда выберется, а, например, принцесса или же члены великих семей погибнут, то вопросы к нему появятся. Но ведь эти дети сами подписали документ, который снимал всякую ответственность с академии. А ведь Чердис тоже был частью академии, так что пусть и можно было ожидать дисциплинарного взыскания, но явно не казни. Во всяком случае по законам империи. А уж что с ним захотят сделать недовольные родственники погибших студентов — другой вопрос. Но об этом придётся думать лишь после того, как он выберется наружу.

Миновав коридор, мужчина вышел на довольно широкое пространство, в котором пересекались сразу четыре дороги. Это была самая огромная развилка их тех, что он видел до этого. Но удивление сразу же сменилось ещё большим шоком, ведь он был здесь не один.

На земле, весь в крови, лежал василиск. Он тяжело дышал и было ясно, что ещё немного и это существо умрёт.

Встретить такую тварь было зачастую равносильно смерти. Огромный петух, со змеёй вместо хвоста, мог без особых проблем превратить своего противника в камень лишь одним взглядом. Конечно, помимо окаменения, могли быть и другие последствия, ведь василисков было несколько видов. Например, человек мог попасть в мощную иллюзию, потерять зрение, слух или же ощутить ужасающий страх. Иногда встречались подобные монстры с ядовитым дыханием. Но хуже всего было, когда противником оказывался именно василиск с алым гребнем, ведь в одиночку справиться с монстром, который способен сделать тебя статуей — крайне сложно. И именно этот монстр сейчас корчился на земле.

Глаза чудовища уже даже не открывались, а грудь вздымалась всё реже и реже. Змея же, заменяющая хвост, вообще была отрублена и валялась неподалёку. А также, помимо змеи, в центре этой развилки лежал Геост. Самый молодой из наёмников был наполовину фиолетовым, а его правая нога частично превратилась в камень. Он тоже явно был при смерти, но каким-то чудом справился со столь специфическим соперником.

Чердис подбежал к раненому парню, который вытащил из лежащего рядом рюкзака голубоватый эликсир и пытался влить его себе в рот. Хотя по большей части выходило лишь размазывать содержимое по лицу.

— Ты как? — поинтересовался проректор.

— А? — удивлённо простонал Геост. — Господин Чердис, это вы? Слава Семерым! Я почти ничего не вижу. Помогите пожалуйста. Эта тварь меня укусила, и, как оказалось, змея очень ядовита. Помогите мне выпить хотя бы парочку эликсиров с противоядием. Поищите, пожалуйста, в рюкзаке. Они фиолетовые. И желательно найдите ещё один красный, а то очень уж больно.

Проректор тут же схватил лежащий рядом рюкзак и стал вытаскивать содержимое. Помимо пары десятков эликсиров, на земле оказалось несколько фляжек с водой, немного еды, парочка артефактов, даже мантия, позволяющая частично скрывать присутствие, хотя запах и звук всё равно оставались.

— Склянки с фиолетовой жидкостью, — повторил наёмник. — А что с ногой делать — не знаю. Окаменение так просто не убрать. Нужен целитель, — явно через силу хмыкнул парень, — либо же брат с сестрой будут надо мной смеяться. Уходил на нормальных ногах, вернулся на каменных.

Было видно, что он не унывал, возможно, потому что подоспела помощь. Либо же сам по себе старался быть позитивным в любой ситуации. Даже перед лицом смерти.

Но вот Чердис не спешил помогать. Его запасы были на исходе. Он максимум продержится ещё два-три дня, а что потом? Мучительно умирать без воды? Да и таскаться с этим раненым парнем — значит потерять возможность быстро двигаться, а также потратить эликсиры просто так. Даже без ранений было бы слишком сложно выбраться из этого проклятого лабиринта, что уж говорить, если одна нога вообще неспособна шевелиться.

Параллельно перекладывая все найденные запасы из рюкзака наёмника в свой, Чердис медленно двигался в сторону правого прохода. Можно было, конечно, взять с собой ещё один рюкзак, но мужчина и так таскал саквояж, в котором находились все собранные артефакты. А положить пространственную сумку в другую такую же было, к сожалению, нельзя.

— Господин Чердис? — воскликнул Геост. — Вы нашли эликсир?

Но ответа не последовало. Проректор уже достиг прохода, откинул в сторону опустевший рюкзак наёмника, и шагнул внутрь, стараясь не оборачиваться.

— Господин Чердис? Всё хорошо? Вы здесь? — прохрипел парень. — Господин Чердис⁈

Стараясь не слушать крики, которые раздавались позади, проректор вновь вытащил из рюкзака карту, которая сразу же нарисовала новый виток, и уставился на неё. Сейчас важнее всего было — выжить, а выживает, как говорится, сильнейший.

Меч столкнулся с двумя кинжалами, а металлический лязг ударил мне по ушам.

— Неплохо! — воскликнула Эстер, отскочив в сторону и вновь бросившись в атаку.

За этим зрелищем я наблюдал изо дня в день вот уже неделю. Даже здесь, в лабиринте, эта девушка умудрялась постоянно тренироваться. Мало того, она теперь нашла партнёра для тренировок и занималась этим по три раза на дню.

Судя по тому, что я видел, в ближнем бою Реон был очень хорош и ничуть не уступал девушке-рыцарю, чему я был крайне удивлён. Уж не знаю, кто его тренировал, но учитель был явно выдающимся. Одно только смущало: Реон сражался так, будто был диким зверем, а не воином. Парень совмещал странную акробатику, прыжки, перекаты, постоянные смены позиций и стоек. Хотя Эстер наоборот была довольна, что тренируется с интересным противником.

Я же не тратил на подобные спарринги много времени. Хватало и того, что приходилось сражаться с существами в этом подземелье. Так что практики, что в магии, что в ближнем бою мне было более чем достаточно.

Хотя нет, кое-что я тренировал постоянно. Всё-таки, раз я пропускаю занятия в академии, то решил не отставать и сосредоточился на безранговой магии. А конкретнее на «незримом касании».

Пельк Грабреон сказал, что это мы будем изучать на старших курсах. И, вполне возможно, сейчас именно этим и занимается наша группа. А я же пропускаю тему, которая интересовала меня больше всего.

Не то чтобы сейчас нужно было волноваться об успеваемости, но меня раздражало, что эти два фанатика сражений постоянно тренируются, а я просто сижу и смотрю. В какой-то момент я в своём прогрессе явно упёрся в стену. Навыки ближнего боя росли крайне медленно, а помимо магии первого ранга, которую я и так освоил очень хорошо, другая мне совершенно не давалась. Так что нужно было решать вопросы как-то иначе.

«Незримое касание» само по себе оказалось совсем не лёгким. Не зря Пельк сказал, что потратил на отработку этой магии несколько лет. Как я понял, нужно было послать ману в ладонь, после чего выпустить её из конечности прямо в окружающую среду, заставив принять определённую форму.

И это было сделать сложнее всего. Одно дело влить ману в какой-либо объект — это вообще не представляло никакой сложности. Влить ману в человека куда сложнее, но тоже вполне выполнимо. Во всяком случае, у меня это выходило уже без особых проблем. Но вот выпустить ману в окружающее пространство, да ещё и так, чтобы она не развеялась сразу же, а скопилась в одном месте — вот это ужасающе трудно.

Грубо говоря, нужно было сделать абсолютно невесомую и даже не материальную энергию — плотной. Настолько плотной, чтобы она могла взаимодействовать с окружающими объектами. Наш преподаватель с помощью неё поднимал стол, а также уверял, что её можно сделать даже острой, хотя это ещё сложнее.

Вновь переведя взгляд со сражения Эстер и Реона, я попытался выпустить ману из указательного пальца, при этом максимально её уплотнив. Количество маны, которое при этом просто улетело в никуда, зашкаливало. Но спустя пару десятков минут вышло создать что-то вроде небольшой голубоватой горошины, которая исчезла после того, как я дотронулся до неё пальцем.

С одной стороны провал, но с другой — я ведь реально смог сделать ману плотнее. Да, она не способна выдержать даже слабенького нажатия, а её размер минимален, но это уже что-то. За неделю тренировок — наверное это очень неплохой результат. Во всяком случае, я так думаю, а раз преподавателей рядом нет, то никто не может мне сказать, что я где-то ошибаюсь.

Да и вообще. Какая разница, что это сложно? Это единственный путь, который в данный момент для меня вообще возможен. А то удостоверился, что на изучение магии второго ранга я не способен и совсем расслабился.

Ещё один плюс подобных тренировок — перестают в голове появляться плохие мысли. Никого кроме Реона мы так и не нашли. Пусть я и старался держать себя в руках, но мозг подкидывал разнообразные варианты того, что же могло случиться с Ритсом, Нессой, Латсом и остальными. Ужас просто. Понимаю Тисию, которая сходила с ума, когда я пропадал. Оказывается, я и сам такой же.

— Ну что ж, достаточно, — убрала меч в ножны Эстер. — Я перекушу и можно идти дальше.

Реон кивнул, спрятал кинжалы и начал осматриваться. Он постоянно так делал, будто в любой момент времени неосознанно что-то искал. Судя по всему, ему поставили задачу — найти кого-то конкретного. Вот парень и пытался отыскать этого человека. Пусть он и вряд ли может рассказать, кого именно ищет, но если мои догадки верны, то этим человеком является Несса.

Нужно быть совсем глупым, чтобы не понять, что изображение крылатой совы на одежде парня, и крылатая сова, которая была в саду императора — как-то связаны. Так что логичнее всего предположить, что Реон приглядывает за принцессой. Скорее всего, после её похищения, никто бы и не подумал отправлять эту девчонку без подобной охраны в академию.

Интересно, кто же этот парень на самом деле? И правда ли это его настоящее имя? Или же всё это просто легенда, которую выдумали, чтобы Реон влился в коллектив. Хотя… его разговоры с воображаемым другом вряд ли этому способствовали. Да и, судя по тому, что он и сейчас спорил с кем-то невидимым, это не было просто чьей-то придумкой.

— Слушай, — обратился я к парню, когда мы перекусили. — А с кем ты всё-таки общаешься?

— С вами, — удивился он.

— Нет, я не об этом. Твой… воображаемый товарищ.

— А? — ещё больше удивился он.

— Нет, ладно, забудь, — махнул я рукой.

После моих слов Реон расхохотался. Он аж стукнул по коленке и чуть ли не схватился за живот.

— Да шучу я. Понимаю, о чём ты говоришь. Это Деалия, моя сестра. Можете пожать друг другу руки, — указал он куда-то в пустоту.

Я растерянно замер, не понимая, что вообще мне в такой ситуации делать. Имеет ли смысл подыграть и протянуть руку воздуху? Или не стоит соглашаться на подобную чушь?

Реон вновь расхохотался, увидев растерянность на моём лице.

— Видишь, Деалия, Эдиус не хочет с тобой дружить! — кое-как остановил хохот парень. — Я и сам прекрасно понимаю, что моя сестра мертва, а это просто образ в моей голове. Но мне проще считать, что она всё ещё рядом.

Ох, ну всё не так плохо, как я изначально подумал. Парень прекрасно понимает, что сестра живёт лишь внутри его сознания. Хотя не могу сказать, что из-за этого он становится хоть сколько-нибудь нормальным. Но удивительным образом выясняется, что странноватый паренёк на самом деле скрывал в себе столько всего, что сразу и не поверишь.

— Так, я готова выдвигаться. Надеюсь, вы не долго ждали, — прервала наш диалог Эстер. — Ну, в любом случае, сегодня же я впереди. Догоняйте!

Девчонка улыбнулась и, махнув рукой, пошла дальше по левой стене. Мы с Реоном лишь переглянулись и, одновременно кивнув, направились догонять медленно удаляющуюся девушку.

Уже должен был пройти Новый год, но холоднее до сих пор не становилось. Трава была всё такой же зелёной, как и живая изгородь. С одной стороны это даже хорошо, ведь я не слишком-то люблю зиму, а с другой — лучше уж зима, чем бродить по этим одинаковым коридорам. Невыносимо уже смотреть на эту зелень.

За последние несколько дней мы пару раз натыкались на следы людей. Находили даже пару пустых фляг, флаконов из-под эликсиров, а также убитых монстров. Вроде бы это означало, что ещё совсем чуть-чуть, и встреча с кем-то из нашей группы неминуема, но заканчивался очередной день, а ничего нового так и не появлялось.

— Деалия говорит, что бродить вдоль одной стены — это какая-то ерунда, — вздохнул Реон.

— Уже то, что она в принципе разговаривает внутри твоей головы, полностью обесценивает любую полученную информацию, — фыркнул я в ответ. Совершенно не хотелось признавать, что мой метод может оказаться нерабочим. Вполне возможно, в небольших лабиринтах это был бы лучший вариант. Но здесь, судя по всему, мы должны будем чуть ли не половину всего лабиринта обойти, прежде чем доберёмся до выхода. Конечно, выход-то мы найдём, но сколько же времени придётся потратить? А если окажется, что он находится вообще не в конце, а где-нибудь в середине, и мы подобным образом просто обойдём весь лабиринт вокруг? Вот такой вариант рассматривать совершенно не хотелось.

— Предлагаю вместо споров — решать всё поединком, — вклинилась в наш разговор Эстер.

— А можно просто отставить споры и поединки? — вздохнул я. — Понимаю, что каждый день видеть одно и то же — совсем не весело, но иных вариантов нет.

— Раз не хочешь сражаться, то, может, тогда армрестлинг? — загорелась девушка-рыцарь.

— А может без «может»?

— Эд, тебе вообще ничего не нравится, — надулась Эстер.

Эта девушка окончательно раскрепостилась. Конечно, ощущение холодной и слегка надменной девчонки полностью не ушло, но взгляд больше не выражал скуку и презрение. На удивление Эстер стала улыбаться, веселиться и даже шутить. Хотя, казалось бы, мы в полнейшей заднице, а она меняется только к лучшему. Во дела!

Единственное, что всегда оставалось неизменным — это постоянные тренировки. Вроде бы нужно заниматься каким-то делом 10000 часов, чтобы стать настоящим профессионалом. Мне кажется, если уж Эстер не перешагнула этот порог, то как минимум приблизилась. Думаю, ещё год-другой, и она сравнится с Альвией или даже обойдёт её, а ведь командир рыцарей Мерлис признавал, что у моей матери талант к фехтованию.

За постоянными разговорами бродить по лабиринту было куда проще. А если учесть, что рот у Реона вообще не затыкался, то можно было даже молчать и просто слушать его бубнёж. Он ведь мог без проблем поговорить со своей вымышленной сестрой, если мы не горели желанием поддерживать диалог. Да и негативные мысли от спокойных разговоров слегка отступали.

Конечно, лишние звуки могли привлечь внимание, но лучше так, чем перемещаться короткими шагами и в тишине. Так мы быстрее с ума сойдём, чем попадём в западню.

Перепрыгнув очередную ловушку, которая была похожа на огромный капкан, способный враз перерубить ногу надвое, мы вновь вышли к развилке. Здесь, как и всегда, было небольшое пространство, в котором пересекались несколько дорог. Обычно их было три, но могло быть, как в этом случае, и четыре.

— Ну что, как обычно в самый левый? — хмыкнула Эстер и, положив руки за голову, размашистыми шагами пошла к ближайшему проходу.

Не успел я даже сказать этой девчонке, чтобы так не торопилась, как прямо под ней засиял крупный магический круг. А следом за голубоватым свечением, возникшим под ногами, появился огненный столп, почти окутавший Эстер.

Девушка-рыцарь в последний момент уклонилась, одним длинным прыжком отскочив в сторону. Но сразу же она оказалась на другом магическом круге.

В момент, когда он засиял голубым, прямо под слегка дезориентированной Эстер, я уже был рядом. Схватив подругу за руку, я тут же притянул её к себе, а столп огня появился на том месте спустя буквально секунду.

— Хорошо, что у них есть небольшая задержка, — выдохнул я. И в этот момент передо мной возник Реон. Он махнул кинжалом, уничтожив два небольших камня, летящих в мою сторону. Они практически попали мне в висок.

— Какого хрена⁈ — воскликнула Эстер, наконец-то придя в себя. Но только я отпустил её, как с разных сторон прилетели ещё несколько камней.

Пусть они и были довольно малы, размером с куриное яйцо, но летели с такой скоростью, что могли бы как минимум сломать кость, а то и убить, при удачном попадании.

Я сразу же использовал «барьер маны», но результата это не принесло. Камни явно не были физическим воплощением маны. Хотя это удивительно, ведь подобного до этого момента я в лабиринте не встречал.

Этот «обстрел» продолжался пару минут. Несмотря на тело маны, я успел получить десяток синяков и кровоподтёков.

— Это точно человек, — сказал Реон, схватив кинжалы иным хватом. — Прячется, но я уверен, что он близко.

— Тварь трусливая, — проскрипела зубами Эстер. — Выходи!

Неприятно признавать, но, судя по всему, это действительно был физический противник, а не навороченная ловушка. Выходит, в этом лабиринте есть люди, которые могут на нас напасть? Всё хуже, чем я думал.

Послав ману в глаза, я стал сосредоточенно осматриваться. Реон и Эстер не отходили от меня, ведь разделяться сейчас точно не стоило. Пусть мы и стали более заметной целью, скучковавшись в одном месте, зато так можно было защититься с любого направления.

Разглядывая всё вокруг, я заметил, что от одной из стен шло голубоватое свечение. Прямо как от медальона, который нашёл в подземелье. Это определённо была магия иллюзии.

— Там, — кивнул я в сторону живой изгороди, и Эстер тут же метнулась вперёд. Я даже не успел ничего больше сказать. Вот же неконтролируемая девушка.

Буквально за пару секунд достигнув указанного места, она ударила мечом в точку, откуда и шло свечение. Раздался металлический лязг, меч явно столкнулся с каким-то сопротивлением. А мгновение спустя перед нами появился Винс, самый возрастной наёмник из их группы, а также маг, который спас нас с Эстер от падения в дыру.

На его запястьях были какие-то наручи, покрытые рунами. Видимо, именно ими этот мужчина и отразил удар Эстер.

На удивление быстро, для своего возраста, разорвав дистанцию, он прочитал небольшой заговор, вновь метнув небольшие камни с земли прямо в Эстер. Она отбила большую часть летящих снарядов, хотя один прочертил на её лбу длинную красную линию, из которой потекла кровь.

— Мистер Винс, вы что творите⁈ Это ведь мы! — воскликнул я, бросившись к Эстер. Реон бросился следом.

— Знаю. Я не слепой, — хмыкнул он. — Но здесь каждый сам за себя!

Опустив руки на землю, Винс проговорил несколько слов заговора и прямо под нашими ногами начали появляться каменные шипы. Я, как и Реон с Эстер, отскочил в сторону, никак не пострадав, но теперь мы стояли по отдельности, полностью разделившись.

— Можете просто поставить рюкзаки на землю и убираться отсюда, — улыбнулся Винс. Но улыбка была такой странной, будто до этого он положил в рот пару кусков лайма и сейчас сходил с ума от кислоты.

— Вы это делаете просто из-за еды? Разве нельзя объединиться? — спросил я, хотя прекрасно видел по его обезумевшим глазам, что ничего я подобными словами не добьюсь. Нужно было просто слегка потянуть время, чтобы оценить обстановку.

Мы в невыгодном положении. Мало того, что против нас довольно опытный маг, как минимум с тремя крыльями. Так он ещё и хорошо подготовился. На земле может быть ещё несколько магических кругов или же иных ловушек. Да и сама земля — это его стихия. С водой он был бы здесь в знатном проигрыше, да и с огнём тоже. Ветра сегодня почти нет, так что этот мужчина просто счастливчик, раз уж его специализация именно земля. И, судя по всему, это далеко не всё, что он может. В подземелье Винс создал какие-то лианы, которые спасли нас с Эстер, а здесь в двух шагах была живая изгородь. И не дай бог он ещё и ей сможет управлять, тогда определённо будет фиаско, ведь маг автоматически будет не слабее четырёхкрылого. Тогда у нас вообще шансов не будет.

Из плюсов — нас трое, а значит он не сможет постоянно убегать, сосредоточившись на ком-то одном. Из минусов — мы все бойцы ближнего боя. Да, фигурально и я, и Реон — маги. Но на деле я могу использовать лишь магию первого ранга, а он — простейшие заклинания второго.

Вроде бы понятно, каким образом нужно с ним сражаться, но, когда точно не знаешь, на что способен противник, есть все шансы серьёзно пострадать. Почему этот мужчина вообще решил на нас напасть? Он казался крайне хорошим человеком, постоянно помогал. Неужели свихнулся? Что с ним такое случилось в лабиринте, что кукуха настолько далеко улетела?

Погодите-ка… Улетела. Точно! Вот он, лучший вариант. Теперь главное не попасть под раздачу.

— Не тратьте моё время! — крикнул Винс. — Рюкзаки и оружие на землю, живо!

Я тут же последовал словам наёмника, отбросив топор. После чего спокойно скинул с плеча рюкзак, и, на секунду опустив в него руку, нащупал продолговатый предмет, завернутый в мою рубаху. Развернув находку и дотронувшись до неё, я сразу бросил рюкзак в сторону Винса.

Мужчина слегка растерялся, но просто отошёл чуть в сторону от летящего рюкзака.

— Дурак что ли? Это ты меня так напугать хотел? — хмыкнул он. — Я сказал бросать на землю, а не в меня. А теперь все остальные — положите оружие и рюкзаки рядом, после чего отойдите назад.

Я мог лишь кивнуть Реону и Эстер, которые с каким-то сомнением посматривали на меня. Но всё-таки ребята сделали именно так, как я и намекал. В момент, когда они избавлялись от своего оружия, Винс, довольно хмыкнув, схватил мой рюкзак, попытавшись накинуть его на плечо. Но в ту же секунду рюкзак стал синеватым, магический круг на глиняной табличке, которую я когда-то давно положил внутрь, активировался, и мужчину подбросило на десяток метров вверх. Меньше, чем когда я наступал на эту магическую ловушку, но более чем достаточно.

Винс тут же попытался использовать магию, чтобы защититься, но вместо этого лишь крякнул и упал плашмя на землю. Ещё недавно земля помогала ему, а теперь она сломала наёмнику как минимум руку и ногу. Да и из его рта брызнула кровь.

— Сволочь, — прохрипел мужчина, сплюнув кровавую массу, но ничего больше сделать не смог. Он лишь тяжело дышал, продолжая сверлить меня взглядом.

Я прекрасно помнил, что бывает, если использовать магию, оказавшись так высоко над стенами лабиринта. Потребуется ещё час, чтобы прийти в себя. Какой-то невидимый барьер буквально нарушал всякое течение маны в теле.

— Что случилось, мистер Винс? — с напускным удивлением поинтересовался я. — Неужели вам так не понравился мой рюкзак? Вы ведь так сильно хотели его забрать.

— Всё равно вы все здесь умрёте! Так разве не лучше дать мне возможность выжить? — простонал мужчина.

— С чего вы взяли? — спросил Реон. Он уже поднял своё оружие и подошёл к раненому наёмнику.

— Этот лабиринт спасёт лишь меня. Я знаю это! Он сам мне сказал! Вы не понимаете. Вы просто… глупые дети, — максимально тихо сказал Винс. — Как же я хочу домой…

Закончив говорить, мужчина закрыл глаза и больше не открывал. Было ясно, что он мёртв. Казалось, что повреждения не столь серьёзные, чтобы наёмник так быстро умер, но, видимо, падение с десяти метров оказалось очень уж неудачным. Иногда люди выживают, падая чуть ли не из окна небоскрёба, а иной раз достаточно небольшой лужи, чтобы просто захлебнуться.

Мы все молча переглянулись, и на этом всё. Человек умер, но будто бы это было нормально. Ничего ужасного не случилось. Жаль, конечно, но пусть он наш знакомый, сам ведь решил вдруг напасть. Даже если это лабиринт как-то на него повлиял, сейчас было не до душевных терзаний. Главное, чтобы и окружающие меня люди не начали сходить с ума. Но я пока подобного не замечал.

— А ты молодец, — хмыкнул Реон. — Интересно придумал. Я уже думал, придётся пожертвовать парой конечностей, чтобы добраться до этого старика.

— Не такой уж он и старый, — вздохнула Эстер. — Но да, Эдиус действительно умеет думать головой. Так просто прикончить столь опытного мага. Хотя прямолинейные сражения мне больше по душе.

— Нужно найти его вещи, вряд ли они находятся далеко отсюда, — попытался я абстрагироваться от неуместной похвалы. — Не знаю, что случилось с Винсом, но есть шанс, что это место сводит людей с ума.

— Вот-вот, — согласился Реон. — Деалия тоже говорит, что с этим лабиринтом не всё так просто. Возможно, он и на неё воздействует.

Пожалуй, говорить, что сумасшествие ему уже не грозит — будет довольно грубо. Поэтому я просто кивнул, и, послав ману в глаза, начал поиски вещей, которые могли остаться от Винса.

Что ж, буду надеяться, что я всё-таки ошибаюсь, и люди здесь не начнут превращаться в больных на голову. Или мы уже в них превратились…

Фертис уклонился от выпада наёмника, после чего запустил в него большой каменный шар. После тренировок с прадедом он стал куда быстрее реагировать на разнообразные атаки. И хотя казалось, что Цеорзес просто три месяца его избивал, это принесло свои плоды.

Наёмник отпрыгнул вбок, сделав кувырок, после чего вновь вскочил на ноги и бросился на Фертиса. Но парень лишь усмехнулся.

Опустившись на колени, Фертис пробормотал короткий заговор и дотронулся до почвы, превратив землю под правой ногой противника в песок. Тот на секунду потерял равновесие, но этого хватило, чтобы поймать и вторую ногу.

Тут же запустив в растерянного мужчину каменным шаром, он заставил наёмника опуститься на колени. Кровь текла из головы, но его противник ещё был жив и даже в сознании.

— Остановись, — с большим трудом прохрипел человек, имени которого парень даже не помнил. — Я ведь не хотел сражаться.

— Сражаться? Ты называешь это сражением? — хмыкнул Фертис, подойдя чуть ближе. — Я просто забираю своё. Или ты думал, что я буду жрать местных монстров?

— Забирай всё. Только не убивай, — кое-как выдавил из себя мужчина. Голова опустилась на землю, было видно, что он дезориентирован.

— Дай-ка подумать… Ты предлагаешь мне оставить тебя в живых, чтобы ты затаил обиду и в будущем отомстил? Да, звучит просто отлично. Неужели я хоть немного похож на идиота?

Не дожидаясь ответа, Фертис создал ещё пару каменных шаров и запустил в голову наёмника. Раздался громкий хруст, а мужчина последний раз дёрнулся и замер.

Довольно хмыкнув, парень поднял с земли брошенный его противником рюкзак и принялся изучать содержимое.

— Половина фляги, орехи, пара кусочков бекона. И это всё? — аж поперхнулся Фертис.

Неужели он прикончил этого человека только ради того, чтобы прожить ещё пару дней? Подобная мысль настолько раздражала, что он ещё несколько раз пнул обезображенное тело.

Сколько бы он ни бегал, лабиринт не заканчивался. Это был уже второй наёмник, который пал от его руки. Но если у первого было еды и воды с достатком, то этот и сам был почти при смерти.

Поначалу парень даже не думал о том, чтобы подобным образом добывать еду. Но чем больше времени он здесь находился, тем сильнее злился на происходящее. Из-за окружающих он здесь и оказался. Во всём были виноваты преподаватели, которые отправили его на «магинум», глупые наёмники и исследователи, герцогиня, которая ничего не понимала, и Эдиус.

Внук герцога вообще был символом несчастья. После встречи с ним жизнь парня начала рассыпаться. А ведь если бы он просто согласился встать с ним на одну сторону — всё было бы хорошо. Они могли бы вообще уйти из академии, заняться более важными делами, и подобной ситуации попросту не могло бы случиться.

С каждым днём эти мысли всё больше проникали в голову Фертиса. Он уже даже во сне стал видеть ненавистные лица людей, из-за которых и оказался здесь. Будто бы лабиринт специально над ним издевался. И когда парень наконец-то встретил человека, первой мыслью было — «я и один справлюсь, а этому придурку еда уже не понадобится».

Лабиринт, который долгое время раздражал Фертиса, уже даже стал чем-то привычным. Он вроде бы хотел сбежать, а вроде бы здесь он был волен делать всё, что угодно. Появилась возможность отомстить каждому, кто приложил руку к его удручающему положению. Для этого достаточно, чтобы под рукой была еда и вода. А самое главное — здесь даже зимой было крайне тепло!

Сложив все вещи из рюкзака убитого наёмника в свой, парень подошёл к развилке. Левый путь явно вёл к очередному повороту, а правый уходил куда-то далеко.

Недолго думая, Фертис шагнул в правый проход, ведь он был уверен, что чем дольше можно идти по прямой — тем лучше.

— Нет, нет, нет, не иди сюда, — бормотала Микелла, выглядывая из-за угла. Она прекрасно видела, как Фертис расправился с наёмником и забрал все его вещи. А теперь и она сама была в двадцати шагах от смерти. Но парень, после десятка секунд раздумий, пошёл в соседний проход.

Микелла тихо выдохнула. Последние дни она ненадолго отходила от привычного ящика, чтобы понять, что же вообще находится вокруг. И вот теперь стало понятно, что лучше вообще никуда не удаляться.

На секунду в мозгу девушки появилась мысль — проверить, что с тем наёмником. Пусть и казалось, что жив он точно быть не может. Но она тут же выкинула это из головы, побежав обратно.

— Лучше буду и дальше играть в шахматы, — бормотала она по дороге к ящику, который стал ей уже как дом. — Шахматы меня точно не обидят и не оставят. Мне нужны только они, только они.

— А это уже магический круг, создающий трясину. Он размягчает землю в радиусе трёх метров. Может быть и больше, но судя по тому, что ширина прохода не настолько большая, хватит и трёх метров, — с улыбкой заключил Латс.

— Да поняла я, поняла! Обезвредь его уже! — завопила Лиштас. — Мы дольше стоим и рассматриваем магические круги, чем вообще перемещаемся по этому лабиринту. Лучше бы меня в эту трясину засосало, я бы быстрее выбралась и дальше пошла!

— Каждый раз так грустно разрушать столь красивые вещи, — вздохнул парень, достав из рюкзака нож и начав выводить какие-то символы рядом с магическим кругом.

Девушка лишь покачала головой. С каждым днём её спутник становился всё более невыносимым. Поначалу она еще мирилась с тем, что прежде, чем уничтожить ловушку, требовалось выслушать небольшой экскурс о магических кругах. Но сейчас это было даже хуже, чем лекции.

Нужно было скорее выбраться из места, которое в любой момент могло их прикончить. Но вместо этого приходилось слушать о полезных свойствах тех или иных рун, о работе магического круга, создающего под ногами кипяток или же столб огня, которые заставляли человека корчиться в муках из-за чудовищных ожогов.

— Подобные магические круги огромная редкость, — бубнил под нос Латс, продолжая что-то старательно рисовать на земле. — Ими уже лет так пятьсот никто не пользуется. Они старого образца, менее надёжные, зато куда более мощные. Сейчас кипятком из согревающего графина даже обжечься сложно, а раньше человеку могло из-за невнимательности сжечь пищевод.

— Спасибо за интересный рассказ, — вздохнула Лиштас. — Но как это нам поможет сбежать отсюда? Или ты решил остаться здесь, среди каких-то старых магических кругов?

— Да всё уже, — вновь тоскливо вздохнул парень, закончив рисовать. — Можно идти дальше.

— Ой, только не нужно делать это страдальческое лицо. Я согласна перед сном часок порисовать с тобой магические круги, только прекрати.

— Правда? — улыбнулся Латс. — Замечательно.

Покачав головой, девушка пошла следом за парнишкой, который что-то насвистывал, явно пребывая в хорошем настроении.

Лиштас не то, чтобы была в постоянной тоске. Она просто устала бродить по этому месту. Прошло почти два месяца, но даже намёков на выход не было. Но, с другой стороны, в компании Латса она чувствовала себя более чем комфортно. Конечно, этот парень частенько раздражал, а нормально поговорить с ним можно было лишь о магических кругах. Но какое-то странное чувство безопасности также неуклонно следовало за этим человеком.

Опустив взгляд на свою правую руку, на которой прямо на запястье была набита магическая татуировка, Лиштас вздохнула и попыталась прикрыть её рубахой. Но либо рубаха была слишком тонкой, либо татуировка слишком тёмной, из-за чего просвечивала прямо сквозь ткань.

Латс нарисовал её для Лиштас спустя две недели пребывания в этом проклятом месте. Еда и вода заканчивались, нужно было что-то предпринимать. Единственным вариантом, который оставался, был магический круг, способный превратить даже мясо обитающих здесь существ в пригодную пищу. Вернее, само-то мясо не менялось, просто организм был способен воспринимать и переваривать его нормально, а всякие ядовитые и вредные вещества выводились из тела. И даже кровь вполне себе могла сойти за воду, пусть от мерзких ощущений татуировка и не избавляла. Приходилось буквально зажимать нос и закрывать глаза, прежде чем приступить к еде. Но зато благодаря этому не нужно было переживать из-за отсутствия припасов. Хотя даже в этом случае злоупотреблять использованием магического круга не стоило. Пару раз в день ещё ладно, но при больших количествах на организм будет слишком большая нагрузка.

Всё началось с одной штуки, но в итоге теперь на руках девушки красовались несколько магических кругов, и она хотела в ближайшее время добавить ещё татуировок. Пусть это и было крайне больно, да и аристократу портить своё тело чем-то подобным было неприемлемо, но зато появлялась возможность выжить. Да и какой смысл в чистом теле, если человек в итоге умрёт?

— Вот этот лабиринт, его же кто-то построил? — начала вслух рассуждать Лиштас.

— Наверное, — лишь пожал плечами Латс. — И заодно нарисовал столько потрясающих магических кругов.

— Да отвлекись ты от них хоть на мгновение!

— Ладно, ладно. Что ты такая нервная? — аж вздрогнул парень.

— Ты видишь, в какой мы ситуации? Как вообще можно не нервничать? Я выгляжу как какая-то мымра! Последний раз я «принимала ванну» две недели назад, когда шёл небольшой дождь. Нормально ела… уже и не помню когда. Мне приходится спать на земле, одежда превратилась в комок грязи, а волосы просто в комок! Ноги стёрлись до кровавых мозолей, даже эликсиры уже нормально не помогают от боли. Ночью постоянно просыпаюсь, ведь рядом куча посторонних странных звуков. И ты хочешь, чтобы я не нервничала⁈ — закричала Лиштас, чуть ли не задыхаясь.

— А что это изменит-то? — пожал плечами парень, обернувшись.

Лиштас чуть не упала. Она ожидала, что либо этот парень поймёт причину её истерики, либо успокоит, либо же просто скажет положиться на него и ни о чём не беспокоиться. Но он будто вовсе не видел никакой проблемы в происходящем.

Латс в целом отличался от привычного образа парней, которых она частенько видела рядом. Они в основном пытались заполучить её расположение, ведь девушка была дочерью Карниуса Мельдии, пусть тот и не был наследником герцога, а также её мать являлась сестрой герцога Бартиана. И в свои шестнадцать Лиштас имела пару десятков свадебных предложений от самых разных аристократов. Но парень рядом с ней вообще будто не думал о разнице происхождений, не пытался произвести впечатление или же подлизываться, наоборот, он смотрел на неё как на какую-то дурочку.

— Тебе вообще плевать, что мы можем отсюда не выбраться⁈ — вновь закричала Лиштас, когда немного пришла в себя.

— Мы выберемся, — уверенно заявил парень, зачем-то положив ладонь на книгу, которая постоянно висела у него на поясе. — Но это не значит, что нужно паниковать.

— Паниковать? Да я на грани того, чтобы сойти с ума! Я всё это жутко ненавижу! Почему я вообще попала сюда, чем я это заслужила⁈ Почему я должна выживать в этом жутком месте? Почему всегда всё идёт наперекосяк? Почему меня никто не поддерживает? Родителям плевать, с единственной подругой поссорилась, и тебе тоже на меня плевать! — прокричала Лиштас. Из глаз потекли слёзы, она упала на колени и разрыдалась. Всё это время девушка держала эмоции в себе, но сейчас они бурным потоком вылились наружу.

— Э-это… не плачь… — растерянно пробормотал Латс, уставившись на свою компаньонку.

Но рыдания не прекращались. Слёзы продолжали течь, она буквально захлебывалась ими. И когда у Лиштас в голове появилось желание просто исчезнуть, она почувствовала у себя на голове ладонь.

— Всё будет хорошо, только не плачь. Я обязательно выведу тебя отсюда. Прошу, только не надо плакать, пожалуйста.

Лицо парня было настолько растерянно-забавным, что девушка просто расхохоталась. Лиштас никогда не видела настолько озабоченного выражения раньше ни у него, ни у родителей.

Хохот становился всё сильнее. Она плакала и смеялась одновременно. Это была самая настоящая истерика, которая ещё больше ставила Латса в тупик. Парень явно не понимал, что ему делать и нужно ли делать хоть что-то.

Подобное продолжалось минут десять, после чего вдруг резко прекратилось.

Все негативные эмоции будто в одно мгновение вылетели из Лиштас. Всё, что она копила всё это время в лабиринте. Нет, вообще всю свою жизнь. Никогда раньше она не чувствовала подобной лёгкости.

Девушка вскочила на ноги, отряхнулась и, улыбнувшись, пошла дальше вдоль живой изгороди.

— Ты куда? — спросил, всё ещё не пришедший в себя после наблюдаемой сцены, парень.

— Как это куда? Ты же сказал, что выведешь меня. Так что пора идти, — хмыкнула Лиштас, прибавив шаг.

— Ничего не понимаю. Что это было? — прошептал себе под нос Латс, побежав следом за девушкой, которая выглядела на удивление довольной.

— Ну как же так⁈ — ударил кулаком по земле Теоден.

Мужчина стоял на коленях перед телом Геоста. Самый молодой наёмник в его группе лежал недалеко от трупа василиска. Было понятно, что парень умер уже как минимум неделю назад. Рядом лежала полупустая склянка от эликсира странного голубоватого цвета, который должен был помочь восстановить силы, но никак не нейтрализовать отравление.

— Он ведь лучше всех разбирался в ядах. Как он мог умереть от чего-то подобного? — продолжал сокрушаться и бить по земле Теоден. Кассия стояла рядом, грустно склонив голову и не говоря ни слова.

Несса стояла чуть поодаль, со скучающим выражением лица наблюдая за сценой, которая разворачивалась перед ней.

Ей было плевать, насколько давно умер этот парень. Да и в целом эта смерть никак не тронула принцессу. В лабиринте было лишь четыре человека, чья смерть могла бы действительно расстроить девушку: Эдиус, Эстер, Латс и Ритс.

Да и если так подумать, то она бы действительно горевала только по Эдиусу. Скорее всего даже рыдала и сходила с ума, если бы нашла этого парня в таком же положении, как Геост. С Эстер они неплохо подружились, поэтому, конечно, Несса бы огорчилась, но не более того. Латс тоже был её товарищем, но с ним больше дружил именно Эдиус, а ей этот парень всегда казался своеобразным. Он вроде бы был неплохим другом, но никаких особых эмоций не вызывал. А Ритс был в первую очередь братом дорогого для неё человека, поэтому она за ним присматривала. Пусть и сам парень был крайне замкнутым.

Все остальные люди её совершенно не волновали. Наёмники, исследователи, остальные студенты, даже проректор — кому какое дело до них? Эти люди смогут о себе позаботиться, ведь она же всё это время заботилась о себе сама.

Всю свою жизнь Несса была очень любопытной и позитивной, но из-за воспитания, каждый раз, когда ситуация того требовала, она становилась крайне хладнокровной. А в лабиринте эта хладнокровность будто только усиливалась с каждым днём.

И сейчас в её голове была лишь одна мысль: «Прекратите уже страдать и пошли дальше». Но эти слова она не стала произносить, ведь понимала, что это могло разрушить доверие. Нельзя в такой ситуации наживать врагов, это принцесса понимала лучше всего.

Изобразив на лице тоску, она стояла поодаль и ждала, когда же траур закончится. Ритс стоял рядом, но по его лицу невозможно было сказать, что вообще этот парень чувствует.

— А где его рюкзак? — вдруг спросил брат Эдиуса.

Теоден и Кассия, услышав вопрос парня, тут же перевели на него свой взгляд. Это сделала и Несса. Она осмотрелась по сторонам и увидела возле одного из проходов открытый рюкзак.

Девушка подошла к нему, но внутри ничего не было. Рюкзак был совершенно пуст, даже сменная одежда отсутствовала.

— Здесь кто-то был, — пробормотал Теоден, подойдя к Нессе. — Какая-то тварь ограбила Геоста. Или даже убила…

«Вот только мести мне не хватало», — подумала Несса, скрипнув зубами.

— А может быть человек просто забрал вещи из рюкзака, потому что Геост уже умер, а ему это было в данный момент нужнее? — попыталась она образумить лидера наёмников.

— Принцесса, — покачал головой Теоден, — вы не знаете Геоста. Он рос прямо на моих глазах. Это парень с огромным желанием жить. Он не мог просто умереть от яда. Кто угодно, но только не он. Я знаю его уже пять лет, он стал наёмником в тринадцать и с тех пор ни разу не подводил, особенно если дело касалось противоядий. Не мог он перепутать эликсир и просто на этом остановиться, так и не выпив противоядия. Он обязательно сделал бы всё, чтобы вернуться к своим брату и сестре.

— Допустим, но что вы предлагаете? Бегать по лабиринту в надежде найти человека, который может быть даже непричастен к смерти вашего товарища?

— Мы пойдём в этот проход, — указал Теоден в сторону лежащего на земле рюкзака. — Есть вероятность, что тварь, которая ограбила Геоста, выбросила рюкзак прямо возле прохода, в который и направилась.

— А если этот человек просто пытался запутать следы? — покачала головой принцесса. — Вдруг мы там ничего не сможем найти. Тогда вы предложите пойти назад к развилке и исследовать каждый проход?

— Нет, тогда мы просто продолжим искать выход. Но я уверен, что не ошибся. Кто бы там ни был, этот человек ответит!

Теоден вернулся к телу Геоста, а Несса застыла перед одним из проходов. В голове была куча мыслей. Она не хотела рисковать, направляясь следом за возможным убийцей. Но больше всего пугало не это.

Если Теоден прав, и кто-то действительно бросил этого парня умирать или же просто-напросто добил, без зазрения совести забрав с собой все его вещи, то это может оказаться и Эдиус. Конечно, Несса считала его хорошим человеком, но довольно умным и расчётливым. Будь она на его месте: без еды, воды, надежды и окажись на пути человек, который уже явно не жилец, что бы она сделала?

Несса была почти уверена, что могла бы поступить точно так же. На прямое убийство она вряд ли бы пошла. Но вот оставить умирать человека, который был бы просто лишней нагрузкой, и забрать себе все его вещи — вполне очевидный вариант. И Эд мог сделать то же самое. Выбрать выживание, ведь ему есть что терять.

И если сейчас они действительно наткнутся на него, то вместо приятного воссоединения, она увидит, как Теоден нападает на Эдиуса. И плевать этому человеку будет, что перед ним будущий герцог. Лидер наёмников уже без проблем спорил с императорской принцессой, закрыв глаза на всякие статусы. Кто знает, что будет дальше. Нельзя было допустить, чтобы этот человек прикончил Эда.

Поэтому Несса решила для себя, что если вдруг она окажется права, то должна будет разобраться с Теоденом до того, как ситуация выйдет из-под контроля. Было время, когда мать учила её заклинаниям исцеления, но помимо этого также показывала, насколько они могут быть опасны. Нужно лишь правильно подобрать момент, ведь в бою это всё равно никак не поможет.

Девушка наблюдала за тем, как Кассия достала из рюкзака тонкую еловую веточку, подожгла и положила на грудь Геоста. Видимо, это был какой-то обычай у наёмников. Тоненькая струйка дымка стала медленно подниматься куда-то наверх.

— Будто душа выходит, — тихо пробормотал Ритс, стоящий рядом с Нессой.

Принцесса повернулась к нему и положила руку на плечо.

— Если вдруг твоему брату будет угрожать опасность, ты ведь поможешь мне с ней разобраться? — шепнула ему девушка.

— Конечно, — кивнул Ритс. — Я сделаю всё, что скажешь.

Несса лишь улыбнулась, потрепав паренька по голове. После чего вновь повернулась к телу Геоста, из которого будто действительно медленно утекали последние остатки души.

Небольшой голубоватый шарик кружил вокруг меня. Он был не больше мяча для пинг-понга, и удаляться на расстояние дальше метра не мог. Пусть «пространство маны» и могло увеличивать свой радиус до трёх метров, но из-за чрезмерной концентрации у меня пока что не получалось нормально поддерживать «незримое касание» и при этом удерживать столь широкое пространство.

Вытерев пот со лба, я отменил заклинание, опустившись на траву. Усталость была просто удушающей. Не уверен, что я так когда-нибудь уставал даже после целого дня тренировок с мечом.

Теперь мне стало ясно, почему у Пелька Грабреона ушло столько времени на то, чтобы нормально освоиться с «незримым касанием». Когда человек пытается создать что-то вроде этого небольшого голубоватого шарика, он для начала выпускает из тела ману. И чем дольше приходится поддерживать это заклинание, тем больше маны улетает в никуда. Она просто рассеивается по округе, во-первых, заполняя «пространство маны», будто имитируя, что находится внутри тела человека. А во-вторых, просто утекает в неизвестном направлении из-за плохого контроля и постоянных ошибок.

И даже если верить на слово, что у меня действительно крайне много маны, то всё равно за час тренировок я был на грани. Из меня будто вытянули все силы и даже всю влагу. Да и само состояние оставляло желать лучшего. Насколько же тяжело с чем-то подобным справиться людям, у которых изначально меньше маны? Их тренировки будут занимать пять-десять минут в день что ли?

Голова стала крайне тяжёлой. Хотелось лечь и уснуть, хотя только-только закончился обеденный перерыв, и скоро нужно будет идти дальше, искать выход из этого дебильного лабиринта.

В нескольких метрах от меня кинжалы ударились о меч, которым Эстер пыталась пронзить плечо Реона. Удивительно, что их оружие настолько крепкое. Столько сражаться и ничего кроме небольших царапин, которые тут же шлифовали чем-то вроде точильного камня. Всё-таки карцен по-настоящему надёжная руда.

— Ты чего? — перевела на меня взгляд Эстер, отпрыгнув от своего противника.

— Устал, — ответил я, стараясь не закрывать глаза.

— Да ты только и делал, что стоял на месте и игрался с каким-то шариком. Устать можно лишь в бою, — хмыкнула она, убрав меч в ножны.

— Да, хорошо, — только и кивнул я. Всё вокруг поплыло, а глаза сами захлопнулись. Звуки стали настолько приглушенными, будто я попал в бункер. Но телу сразу стало легко.

— Эй, не спать! Нам ещё идти и идти, — воскликнула девушка, явно подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки.

— Да, уже иду, ещё минуточку, — пробормотал я, хотя ни через минуту, ни через десять вставать не собирался. Пусть делают с этим что хотят, я устал.

— Да что ж такое. Мне что, тащить тебя на плечах? — возмущалась Эстер.

— Я не против, — только и смог выдавить я из себя, после чего погрузился в сон.

Впервые за долгое время мне действительно что-то приснилось. Но это не было что-то осмысленное. Какие-то сны, как при температуре около тридцати девяти.

В пёстром пространстве бегали разнообразные представители кошачьих, хотя ни земли, ни неба не было. Они будто носились по воздуху, и я вместе с ними.

Какая-то огромная шипастая пума бегала за мной, потом я за ней. Клыкастая пантера с горящей шерстью крутилась на одном месте, будто бы танцевала брейкданс. Двухголовая лысая кошка пыталась обеими мордочками мяукать какой-то странный мотив. А за всем этим наблюдал огромный то ли тигр, то ли лев: метра три в высоту, с большими зубами и когтями, а также пятью длинными хвостами.

Когда это странное существо взглянуло на меня и оскалилось, я сразу открыл глаза. Вся эта чушь тут же вылетела из головы, оставив лишь странное ощущение — будто выпил совсем не те таблетки. Но всё-таки насколько интереснее просыпаться, когда что-то снится, даже такая вот ерунда.

— Я уж думала всё, ты теперь навсегда уснул, — хмыкнула Эстер, увидев, что я проснулся.

— И тебе доброе утро. Сколько я спал?

— Утро блин, ну конечно. Уже и правда утро, Эдиус! Ты почти сутки провалялся. Я не стала таскать тебя, но мы потеряли целый день. И что теперь делать?

— Как что? — удивился я. — Наверстывать упущенное. А Реон где?

— Отошёл куда-то. Этому парню вообще на месте не сидится, — сказала Эстер, после чего подошла ближе и продолжила шёпотом. — Он вообще странный. Я старалась помалкивать, но это уже невозможно. Не знаю, как ты с ним в одной группе целый год провёл. Этот парень постоянно сам с собой говорит. Честно говоря, не понимаю, как реагировать на это.

— Просто не реагируй и всё, — хмыкнул я, вскочив на ноги. — Куда он пошёл-то?

— Да вон, прямо, — указала девушка на один из двух проходов. — Думаю, сейчас уже вернётся, его уже минут двадцать нет.

Но ни через десять, ни через двадцать, ни через сорок минут Реон не вернулся. Почуяв неладное, мы захватили рюкзаки и направились следом за парнем, но лишь уткнулись в стену. Эта высокая плотная земляная стена выросла прямо посреди прохода. И было ясно, что именно она и отгородила нас от Реона.

— Так, давай подумаем, как можно преодолеть эту штуку, — сказал я, подойдя ближе к земляной преграде.

— Да что тут думать? Давай разнесём эту хреновину! — хмыкнула Эстер, с силой пнув этот кусок плотной земли.

Но не успел я даже ничего ответить, как из стены вырвались каменные колья, насквозь пробив ногу Эстер. А мгновение спустя десяток небольших каменных шипов устремился прямо к нашим шеям.

Фертис долгое время следил за небольшой группой людей, обосновавшейся в лабиринте. В неё входили: Эдиус, Эстер и Реон.

Последнего паренька он раньше не видел. Вернее, вроде бы видел, но уже и не помнил — где и когда. Кажется, это тоже был студент академии, но на этом обрывки воспоминаний заканчивались. Откуда вдруг здесь мог взяться этот странный парнишка, понять было невозможно, поэтому оставалось просто принять этот факт.

Силы Эдиуса и Эстер он примерно представлял. В том, чтобы победить каждого из них в бою один на один, Фертис особой проблемы не видел. Но вот на что способен этот неожиданно появившийся студент, понять было сложно. Реон стал для него крайне раздражающей неизвестной переменной.

Конечно, Фертис и думать не мог о том, что проиграет. Но было ясно, что численное преимущество не на его стороне. Из-за своей небрежности он был вынужден несколько раз отступить во время «ловли куалида». И теперь повторять прошлые ошибки совершенно не хотелось.

Земляные големы, которых Фертис прекрасно умел создавать, долгое время преследовали этих людей. Главное было постоянно подпитывать их маной, чтобы они могли двигаться. Этого было достаточно, чтобы с их помощью наблюдать за группой студентов. Оставалось лишь не упустить противника из виду и подобрать нужный момент. Хотя еда и вода постепенно заканчивались, а значит слишком медлить точно не стоило.

За время своего пребывания в лабиринте этот парень, благодаря големам, успел найти уже двух человек: наёмника и исследователя. Но количество припасов, полученных после нападения, было столь мало, что парень начал задумываться, а не стоит ли начать жрать своих противников. Мысль звучала безумно, но, разве находясь в столь ужасных условиях, нужно сдерживаться? Всё-таки главная задача — это выживание.

Но Фертис не успел реализовать свою задумку, ведь именно в этот момент один из големов наткнулся на Эдиуса и двух его друзей.

Если бы этот парень не был по-настоящему хорош в магии земли, то уже давно сгинул бы в лабиринте. И это не было преувеличением. Это место будто было создано именно для того, чтобы не дать никому выбраться. При попытке создать земляную лестницу и подняться повыше — его будто огрели чем-то тяжёлым по голове, а все силы высосали. Когда парень попытался сделать дыру в земле и пролезть под живой изгородью — оттуда вдруг начала сочиться какая-то чёрная жидкость, к которой было страшно даже прикасаться. Но вот когда он создавал големов — лабиринт не протестовал, ведь в этот момент он не пытался отвергнуть его правила, а просто старался выжить.

И вот, дождавшись, когда Реон отделится от группы, Фертис последовал за ним. Он мог держать приличную дистанцию, ведь незаметные земляные создания вполне успевали следовать за этим непонятным пареньком. Конечно, на это тоже уходила мана, но ей стоило пожертвовать ради безопасности.

Когда Реон ушёл достаточно далеко, Фертис прямо посреди прохода создал высокую плотную стену, которую точно нельзя было просто перепрыгнуть или же пролезть под ней. А если кто-то попытается, то лабиринт его накажет, не зря ведь он чуть не пострадал, столкнувшись с этим.

Сразу же после этого парень создал ещё одну стену рядом с собой. В итоге он сам оказался заперт с двух сторон, отгородившись одновременно и от Реона, и от Эдиуса с Эстер.

Странного парня, про которого он ничего не знал, Фертис оставил на будущее, решив сразу же заняться человеком, который раздражал его больше всего. Он уже давно ждал момента, когда сможет отомстить, и вот момент настал. Да, условия были не такими, как он себе представлял, но жизнь всё равно дала ему этот шанс. И прежде чем уничтожить Эдиуса, внук герцогини хотел наглядно показать ему безграничное отчаяние.

Долго ждать не пришлось, благодаря своим големам Фертис узнал, что и Эдиус, и Эстер направлялись к стене, созданной им. Реон же не смог никаким образом вернуться обратно, поэтому довольно быстро бросил попытки проломить стену кинжалами и побежал куда-то вглубь лабиринта.

Следить за столь огромной территорией уже не было нужды, поэтому Фертис развеял заклинание, оставив себе лишь одного небольшого голема, чтобы следить за Эдиусом. Ему нельзя было больше тратить ману просто так. Да и расслабляться тоже не стоило. В лабиринте он превратился в хищника, который готов подолгу ждать свою добычу. Это место буквально делало его лучше, сильнее, даже умнее. Здесь никто не мог сказать, что он чего-то не достоин или не может кем-то стать. Он мог просто взять всё, что ему нужно в данный момент.

Когда Эстер, что-то прокричав, ударила по созданной им стене, Фертис как раз закончил читать заклинание. Он положил ладони на стену, и из неё тут же вырвались десятки каменных шипов, которые пусть и были короче арбалетного болта, но они всё равно могли превратить людей, находящихся по ту сторону, в решето. И он прекрасно видел, благодаря небольшому голему-наблюдателю, что определённо попал.

Да, это было сделано идеально. Месть практически свершилась. Оставалось лишь доделать начатое.

Каменные шипы пролетели в паре миллиметров от наших лиц. Один из них практически впился мне в плечо, но я тут же сделал шаг в сторону, пусть это не и дало возможности полностью избежать попадания.

Пусть меня и задело, но порез на плече ни в какое сравнение не шёл с состоянием Эстер. Девушке в двух местах пробило правую ногу, один из шипов вонзился прямо в бок и ещё один разрезал левое ухо практически надвое. Она была гораздо ближе к стене и с большим трудом смогла избежать смертельного ранения.

Я сразу же метнулся в сторону Эстер, которая упала на землю. Стиснув зубы, она стала стягивать с себя ремень, чтобы перетянуть ногу, но я не дал ей на это времени. Подхватив девушку на руки, я максимально усилил тело маной и побежал подальше от земляной стены.

— Ты что делаешь? — с большим трудом выдавила она из себя. Но вместо ответа я просто прибавил шаг, а пару секунд спустя из стены вылетела ещё одна порция каменных шипов. Парочка даже смогла долететь до нас, но попала в рюкзак, который всё ещё был на моей спине. Хорошо, что на таком расстоянии они не могли пробить его насквозь.

Завернув за угол, я опустил Эстер на землю, позволив ей перетянуть ногу, а сам следил за этой стеной. Впервые здесь попадалась подобная ловушка. Да и проходы до этого никаким образом не закрывались. Что это вообще за неожиданные новшества? Неужели лабиринт становится всё сложнее?

— Всё, кровь остановилась, — прошептала девушка. Она стала сильно бледнее, но пыталась держаться. Переведя на неё взгляд, я сразу понял, что дела плохи. Ладно ещё две дыры в ноге, но шип, который продолжал торчать у неё в правом боку, явно ничего хорошего не предвещал.

Сбросив рюкзак на землю, я быстро передал Эстер парочку эликсиров, которых и без того было мало. А сам продолжил присматривать за земляной стеной. Даже сосредоточил ману в глазах, чтобы точно ничего не упустить.

И я действительно увидел кое-что странное. Недалеко от стены был небольшой голубоватый сгусток. Этот сгусток медленно двигался в нашем направлении, практически сливаясь с землёй. Это нечто будто ползло к нам, стараясь оставаться незаметным.

Когда расстояние существенно сократилось, я выскочил из-за угла и ударил топором точно в это голубоватое свечение. Никакого сопротивления или же предсмертных судорог не было, это существо просто раскололось на части, превратившись в земляную массу.

Но не прошло и пары секунд, как из стены вылезла ещё пара таких же существ и направилось к нам. Только они были гораздо больше и не заметить их уже было сложно.

— Так, нужно двигаться, — сразу же опомнился я, подхватив Эстер на руки.

— Я сама могу… — начала возмущаться девушка.

— Просто замолчи и дай мне подумать, — оборвал я её и бросился бежать прямо по коридору. Свой рюкзак я забрал, но вот рюкзак Эстер пришлось бросить. Во-первых, с ним было не слишком удобно бежать, а во-вторых — не до него сейчас.

Завернув несколько раз за поворот, я преодолел путь, на который мы ранее потратили несколько часов, медленно продвигаясь вперёд. Надеюсь, что здесь не успеют появиться новые ловушки. Прошло ведь не так уж и много времени. Не будут же эти земляные твари преследовать нас слишком долго?

— Поставь меня на ноги, Эдиус. Я в порядке. Что бы это ни было, мы справимся, — бормотала Эстер, хотя её лицо стало чуть ли не белоснежным.

— Мы уже не справились. Сейчас нужно заняться твоими ранами.

— Переживу, — попыталась улыбнуться она, но выглядело это крайне вымученно.

Минут через тридцать, я остановился. Что бы за нами ни гналось, оно явно отстало. Даже усилив глаза маной, не было видно никаких преследователей.

Я осторожно опустил девушку на землю. Она уже совсем перестала разговаривать, а лишь часто дышала и обливалась потом. Конечно, зелье регенерации должно было помочь, а также остановить кровотечение, но если рана слишком серьёзная, то это совершенно точно не выход.

Понятное дело, что раненое ухо или же нога не относились к чему-то критическому. Да, нормально двигаться с дырками в голени и ступне явно в ближайшее время не выйдет, но пугала именно рана на животе.

Я топором срезал с Эстер часть рубахи, которая была вокруг раны и мешала что-либо рассмотреть. Было видно, что кровь почти не текла, но на этом хорошие новости заканчивались.

Каменный шип вошёл в живот девушки сантиметров на десять, то есть почти на половину своей глубины. Я, понятное дело, не хирург, но вполне себе могу предположить, что пострадал кишечник. Да и кто его знает, что ещё могла задеть эта хреновина.

Что ещё хуже, я без понятия, можно ли вытаскивать эту штуку из её живота. Кровью она не должна истечь благодаря эликсиру, но, когда его действие закончится, что будет дальше… Конечно, есть ещё парочка таких же флаконов, но это ведь не средство от всех проблем. Подобную рану они исцелить явно не смогут, а лишь будут какое-то время поддерживать её жизнь.

Вот почему в этот момент рядом нет Нессы? Или будь у меня возможность использовать нормальную магию, я бы хоть что-то смог сделать. Почему именно в данный момент я чувствую себя настолько бесполезным? Твою-то мать!

— Всё нормально, — заговорила Эстер. — Пока у нас есть зелья регенерации, я не умру.

— Да, звучит очень обнадеживающе.

— Я рыцарь, а это просто царапина, — продолжила храбриться она.

— Силы не трать на разговоры. Я что-нибудь придумаю, — вздохнул я, пытаясь перебирать в голове все возможные варианты.

— Не надо ничего придумывать, просто оставь меня здесь, а сам пока поищи Реона. Наверняка есть другой проход за эту стену. Я немного отдохну, а потом разберусь с теми земляными существами и догоню. Или ты думаешь, что я могу проиграть?

— Ты даже стоять не можешь! О каком сражении речь? Просто дай мне сосредоточиться. Я найду решение этой проблемы.

Но не прошло и пары минут, как из-за угла вновь показались несколько земляных существ и двинулись в нашу сторону. Сражаться с ними было слишком опрометчиво. Конечно, победить их возможно, но что, если во время моего сражения, эти твари нападут на Эстер? Они просочились сквозь стену, вдруг могут также появиться где-нибудь у меня за спиной. Вот такой расклад пугал больше всего.

Подхватив девушку на руки, я сунул ей в ладонь два оставшихся эликсира, и потащил её дальше по проходу. Ещё через двадцать минут бега мы вновь остановились.

Эстер уже перестала пытаться храбриться. С каждой минутой она теряла силы, которых и так уже было минимум.

— Слушай, если я умру, то ты ведь будешь обо мне вспоминать? — вдруг спросила она, осушив ещё одно зелье.

Ужас. Даже эта девушка растеряла надежду. Адекватных вариантов в голове пока не появилось, но раз эти твари до сих пор не обошли нас со спины — значит они вряд ли могут это сделать. Выходит, есть возможность оставить Эстер здесь и попробовать разобраться с преследователями. Понять бы ещё, откуда они вообще берутся.

— Не спрашивай подобную чушь. Начнём с того, что ты не умрёшь. Я попробую разобраться с противниками и найти ещё зелий, — кивнул я на последний оставшийся у нас эликсир.

— Ну а если вдруг? — не отставала она.

— Ты правда хочешь, чтобы я всю жизнь вспоминал, как мы по лабиринту убегали от каких-то земляных тварей, а ты увядала прямо на моих руках? Ты ведь рыцарь, сама недавно это говорила, так держись. Это точно не будет моим последним воспоминанием о тебе. Ты выживешь! Просто дай немножко времени, доверься мне.

— Да, ты прав. Это было бы самое дурацкое последнее воспоминание, — улыбнулась Эстер. — Думаю, стоит оставить после себя кое-что получше.

Схватив меня за рубаху, девушка неожиданно притянула моё лицо к себе и впилась в губы. Это продолжалось несколько секунд. А когда закончилось, я увидел, что в её ладони был зажат каменный шип, некогда торчащий из живота.

— Ты не умрёшь из-за меня, Эдиус, — прошептала она, прежде чем закрыть глаза.

Чердис вновь добрался до развилки. Это был уже третий раз за этот день. Вновь достав из-за пазухи карту, с которой он ни на миг не расставался, мужчина убедился, что линия вновь сделала скачок и застыла.

В этот раз прохода было всего два, не считая того, из которого проректор и пришёл. В этом случае мужчина всегда подкидывал монетку, прежде чем выбрать проход. Пусть это и не было чем-то, что действительно могло помочь, но так он ощущал выбор более осознанным. Будто это сам лабиринт подсказывал ему, где выход.

Вновь подкинув дубль, он определился с тем, куда же теперь направится. Достав из рюкзака зелье восстановления, которых у него было в достатке, Чердис тут же осушил его и взбодрился.

Но не успел мужчина даже зайти в проход, как почувствовал позади чьё-то присутствие. Сделав шаг назад, он обернулся, и в этот момент прямо перед его лицом просвистела стрела. Чердису даже показалось, что он ощутил её оперение на коже.

Не мешкая ни секунды, мужчина прикрылся саквояжем, в который тут же влетело ещё две стрелы. В этот момент он прочитал заклинание, создавшее вокруг него воздушную сферу, которая должна была защитить от подобных атак.

— Что происходит? — сохраняя спокойствие, спросил проректор.

Напротив него стояли Теоден и Кассия, а чуть поодаль Несса и Ритс.

— А вы действительно не понимаете или прикидываетесь? — покачал головой лидер наёмников.

— Да, я не могу понять ваших действий. Вы ведь напали на заказчика. Это лабиринт свёл вас с ума?

— Ох, думаете в такой ситуации вы продолжаете оставаться заказчиком? Прежде чем продолжать этот фарс, ответьте на вопрос — откуда у вас этот эликсир восстановления? — спросил Теоден, кивнув на пустой флакон, лежащий на земле.

— Ох, — вздохнул Чердис. — Тогда понятно. Вы ведь шли прямо за мной? Но давайте не будем усугублять ситуацию. Тому парню это уже не пригодилось бы.

— Вам тоже скоро не понадобится! — закричала Кассия.

— Будьте благоразумны. Здесь ведь ещё и принцесса. Давайте выберемся из лабиринта, а разборки оставим на потом. Я готов компенсировать все потери и неудобства!

— Он ведь был ещё жив! — прокричал Теоден, окончательно уверившись в этом. — Были ли вы благоразумны, когда бросали Геоста? — вздохнул мужчина, сделав пару шагов в сторону Чердиса.

— Он не то, что можно просто компенсировать! — заскрежетала зубами Кассия, достав очередную стрелу.

— Что ж, выходит, мы не договоримся. А что скажете вы, госпожа Несса? — обратился к принцессе Чердис.

— Я не собираюсь поддерживать ваши разборки, — покачала головой Несса, отойдя ещё на пару шагов от наёмников. — Но и останавливать никого не собираюсь. Вы ведь действительно заслужили их гнев, мистер Чердис.

— Вот как, — хмыкнул проректор. — Ну что ж. Тогда каждому из вас придётся столкнуться с последствиями. Это последний шанс отступить.

Теоден медленно двигался вперёд, а Кассия вновь натянула тетиву.

— Ясно, — коротко бросил проректор, после чего начал бормотать какое-то заклинание. Ветер вокруг него усилился и будто даже стал видимым, а несколько веток живой изгороди отлетели в разные стороны.

— «Танец ветряных лезвий», — сказал мужчина. Теперь перед ним не было наёмников или же студентов, принцесс или же членов семьи герцога, лишь враги, которых непременно требовалось уничтожить.

Эстер закрыла глаза, а её ладонь, которая ещё секунду назад держала меня за рубаху, опустилась на землю.

— Ты… Ты что наделала? — пробормотал я, схватившись за голову.

В этот момент я не испытал даже удивления от того, что эта девушка меня поцеловала. Только страх, что она сейчас умрёт буквально на моих руках.

Каменный шип был зажат в её ладони, а из живота тонкой струйкой начала течь кровь. Видимо, зелье регенерации пока сдерживало сильное кровотечение.

Дотронувшись до шеи, я попытался прощупать пульс. Никогда этому не учился, но на удивление получилось довольно просто. И пусть он был довольно тихим, но всё-таки был.

Вариантов дальнейшего развития событий было не так уж и много. Если продолжать убегать — девушка просто умрёт. Если же оставить её здесь, а самому пойти сражаться — она тоже может умереть, даже если эликсир регенерации какое-то время будет поддерживать в ней жизнь.

Единственный вариант хоть как-то помочь ей — найти Реона. У этого парня точно были ещё зелья, он набрал их с собой приличное количество. Не уверен, что их хватит для того, чтобы полностью вылечить Эстер, но это как минимум даст нам хорошую отсрочку. А теперь, когда у меня осталось всего одно зелье, выбирать не приходилось.

Хотя погодите-ка. Не «всего» одно, а целая одна штука!

Я открыл последний флакон, но не стал вливать его содержимое в рот девушки, которая лежала без сознания. Да и опасно это, вдруг захлебнётся. Вместо этого, я просто вылил его прямо в рану. Пусть эта безрассудная девушка-рыцарь и вырвала каменный шип из себя, сделав ситуацию ещё более напряжённой, но теперь появился прямой доступ к ранению.

Красноватая жидкость, попав в рану, слегка зашипела и даже вспенилась, будто перекись водорода. Зачастую подобный эликсир употребляли внутрь, но, если использовать непосредственно на рану, регенерация сосредоточится именно на животе. Плевать на остальные ранения, сейчас жизни угрожает именно это.

Кровь действительно сразу же остановилась. Да и сама рана будто бы стала чище, хотя со стороны стала выглядеть ещё ужаснее. До этого она казалась совсем небольшой, а теперь можно было понять, что дыра была пару пальцев в диаметре, будто её копьём проткнули.

Вытащив из рюкзака бинт, я положил несколько слоёв на рану, после чего обмотал вокруг талии Эстер. Пусть в сознание она не пришла, но кажется, что даже цвет лица стал менее белым. Как минимум на время это действительно помогло.

Теперь нужно было решить проблему номер два — отсутствие Реона. Был шанс, что он тоже пострадал от стены, которая выплёвывала из себя каменные шипы, но буду надеяться, что это не так. Вариантов не так много. Пытаться в этом лабиринте найти другой путь — значит ещё сильнее заблудиться. И в этом случае точно придётся брать Эстер с собой. Оставлять её здесь на растерзание земляным тварям я не собираюсь. Но в этом случае нормально сражаться не получится.

Тогда в голову приходит самый логичный вариант — пробиваться вперед. Я изначально об этом и думал, пока Эстер не устроила непонятный акт самопожертвования. Но придётся преодолеть ту странную стену. Что это вообще такое и каким образом появилось? Неужели живое существо, которое призывает каких-то земляных болванчиков? Я определённо даже упоминания такого монстра не слышал. А если это не монстр, а просто ловушка, которую случайно активировал Реон — то легче тоже не становится. Ладно, определим по ходу дела.

Как же плохо, когда не владеешь магией иллюзии. Я мог бы хотя бы спрятать Эстер, а в итоге вынужден изобретать велосипед. Долбанный мир, почему талант определяется с рождения? Я тренировался больше многих, а толку⁈ Ни высокоранговой магии, нихрена!

Постаравшись выкинуть упаднические мысли из головы, я выглянул из-за угла. Странных земляных существ, которые преследовали нас, поблизости не было видно. Получается, что время ещё было. Нужно было действовать.

Подхватив Эстер на руки, я побежал мимо живой изгороди. Хорошо, хоть память меня не оставила. Завернув за пару поворотов, я забежал в тупик. Вот здесь точно никто не сможет нас обойти и напасть со спины. А мимо себя я не пропущу ни одну земляную тварь.

Положив Эстер, которая более-менее спокойно дышала, возле самой дальней стены, я оставил рядом с ней также и рюкзак, взяв с собой лишь топор. Плевать уже было, что же там за стена такая. Если потребуется — разрушу её любыми способами.

Сжав топор посильнее, я бросился в сторону противника, природу которого пока совершенно не мог объяснить.

Фертис медленно шёл за убегающими парнем и девушкой. Он был уверен, что эти двое серьёзно ранены. Да и кровь на земле подтверждала его мысли.

Несмотря на то, что прадед заставлял парня в основном сражаться в ближнем бою, Фертис ненавидел подобные битвы. Для него сражение — это то, что он должен был контролировать от начала до конца. В дуэлях было достаточно спрятаться в земляной кокон и вызвать голема, который бы сам разобрался. И теперь тоже — лучшим вариантом было устроить засаду, после чего завершить дело с помощью големов.

План сработал идеально, несмотря на то, что пришлось потратить много маны. Создать две высоких и плотных стены, потом большое количество каменных шипов, после чего ещё несколько големов — это всё серьёзно отразилось на самом парне. Дикая усталость резко навалилась на него, но это не было проблемой. Маны было более чем достаточно, чтобы поддержать уже созданных големов и даже создать ещё парочку. Доводить до девиации маны Фертис не собирался. Да и чтобы добить израненного противника особых сил не нужно.

Он просто шёл следом за Эдиусом, не слишком торопясь. Чем больше времени пройдёт, тем больше сил потеряет эта парочка. Да, был шанс упустить их в этом лабиринте, но големы сразу же осматривали встречающиеся проходы, так что на засаду он нарваться не мог. А вновь найти израненных студентов вряд ли должно быть слишком сложно.

В отличие от большинства магов, Фертис не распылялся на изучение всего на свете. Он сразу понял, что очень талантлив в использовании големов и полагался именно на них. Многие маги пытались просто колдовать, кто-то призывал элементалей, но тех, кто использовал именно големов, было крайне мало. В первую очередь из-за того, что приходилось лично управлять этими бездушными созданиями, придавать им форму и распределять ману. Но именно это так сильно и нравилось Фертису. Комок земли делал всё, что он захочет. Он не мог предать, обмануть ожидания или же уйти отдохнуть. Буквально идеальный слуга, которому было плевать на боль, страх или иные проблемы. Это была лучшая стратегия на свете: за него сражался кто-то другой, но побеждал именно он.

В лесу, во время «ловли куалида», он сильно ошибся. Вызвал големов, спрятался и надеялся победить, но противник в итоге просто сбежал. Но теперь парень уяснил, как нужно действовать во время прямых столкновений. И ему в этом сильно помог Цеорзес. Пусть он и ненавидел прадеда, за этот урок Фертис был ему благодарен.

Когда пара небольших големов-разведчиков повернули за угол, внук герцогини услышал два глухих удара и мана, которую он влил в этих големов, рассеялась.

Пару секунд спустя перед ним выскочил Эдиус. Он держал в руках топор, а глаза были налиты кровью. На лице застыла какая-то маска безумия, вперемешку с удивлением.

Сейчас было бы идеально создать позади этого парня стену, а также самому спрятаться за такой же, оставив Эдиуса сражаться лишь против големов. Но такого количества маны у Фертиса не было, он оставлял совсем немного на всякий случай. И просто так растрачивать её был не намерен.

Молчание продолжалось пару секунд. Не то чтобы Фертис был удивлён появлением этого человека, скорее удивляло другое: Эдиус практически не был ранен. Была парочка царапин, а также порез на плече, но на этом всё. Фертис не слишком понимал, зачем тогда его противник убегал, но мысль о том, что этот парень просто хотел спасти Эстер, ввергала его в некий ступор. А ещё сильнее удивляло то, что он просто вышел на него, явно не боясь открытой конфронтации.

— Так это твоих рук дело? — неожиданно спокойно спросил Эдиус, но Фертис сразу понял, что этот парень с трудом сдерживал гнев.

— Я ведь говорил тебе, что ты ответишь за свою дерзость. Долго я этого ждал, — улыбнулся внук герцогини. И тут ему в голову пришла мысль, которая могла объяснить такое отчаянное поведение мальчишки напротив. По эмоциям, которые проскакивали на лице Эдиуса, было ясно, что это не было попыткой устроить засаду. Парень просто решил напасть в лоб, чтобы отомстить. — Ах, выходит, та девка уже сдохла что ли? — выпалил он своё предположение.

— Единственный кто сейчас сдохнет — это ты, — полностью лишённым эмоций голосом сказал Эдиус.

— Сплошная бравада, — хмыкнул фертис, а восемь големов, которые были созданы уже не для разведки, а для сражения, ринулись вперёд.

Несса с огромным трудом уклонилась от летящего в её сторону ветряного клинка. Ветер действительно приобрёл месяцеобразную форму, превратившись в острые лезвия, и мало того, что был способен двигаться с бешеной скоростью, так ещё и эти «клинки» летали вокруг абсолютно неконтролируемо.

Когда принцесса упала на землю, отпрыгнув от очередного лезвия, рядом появился Ритс. Возле него был небольшой элементаль ветра, который моментально увеличился в размерах и отразил ветряной клинок, который почти настиг их.

— Сложно, — тут же пробормотал Ритс. — Ещё пару попаданий и элементаль исчезнет. Слишком тяжело для него.

— Надо бежать отсюда, — цокнула языком Несса, вскочив на ноги. — Давай за мной.

Девчонка откинула в сторону рюкзак и сразу же метнулась в сторону одного из проходов. Но не в тот, из которого они пришли, а в противоположный тому, куда до этого хотел войти Чердис. Этот проход сразу же поворачивал вправо, поэтому была возможность не попасть под прямую атаку.

Ритс побежал следом за Нессой, стараясь вливать ману в ветряного элементаля. Но поддерживать его материализованное состояние в такой ситуации было совсем нелегко.

Рядом же разворачивалась битва. Кассия выпускала в проректора стрелу за стрелой, одновременно уворачиваясь от носящихся вокруг лезвий, а Теоден, отбиваясь от потоков ветра клинком, усыпанным рунами, пытался сократить дистанцию.

Чердис стоял окружённый воздушным барьером. Он был довольно спокоен, хотя пот и стекал по его лицу. Будто бы не обращая внимания на попытки его атаковать, мужчина создавал всё новые и новые лезвия, которые тут же начинали кружиться по округе.

— Пронзающая стрела, — с каким-то недовольством пробормотала Кассия, после чего отпустила тетиву. Стрела, неожиданно для проректора, прошла сквозь барьер и, слегка зацепив плечо, улетела дальше.

— Вот так сюрприз, — хмыкнул Чердис, сразу же восстановив защиту, помешав Теодену нанести удар. — Так ты боевой маг? Странно, на нелюдя непохожа. Полукровка в третьем поколении что ли?

— На этом сюрпризы не закончатся, — ответила девушка, достав несколько свитков с магическими кругами.

— Ну-ну, — покачал головой проректор. И в этот момент окружающее пространство заполнила целая куча лезвий ветра.

Несса прибавила шаг в момент, когда одно из них попало в элементаля, который после этой атаки просто испарился.

— Быстрее! — лишь успела крикнуть она, прежде чем и остальные клинки начали летать по округе.

Буквально втащив брата Эдиуса в проход, она тут же упала на землю, потянув парня за собой. Парочка лезвий в этот момент прочертили над ней полукруг и полетели обратно.

Принцесса, практически ползком, добралась до поворота и юркнула за него, не отпуская руку Реона.

— Да чтоб они там друг дружку поубивали, полудурки, — выругалась она. — Вообще не нужно было помогать этим наёмникам. Они как с ума посходили! Если бы я только изначально была уверена, что это не Эдиус забрал эликсиры…

За поворотом раздались крики, после нескольких громких ударов, а ветер стал завывать ещё сильнее.

— Так, ладно. Побежали быстрее отсюда. К Серкасу этих людей, — тут же взяла себя в руки принцесса, поднявшись на ноги. — Всё равно мы им никак не поможем.

Ритс тоже вскочил, но сразу же упал. По его ноге текла кровь.

— Да чтоб тебя… Ну не именно тебя, а я в целом про ситуацию. Ладно, забудь, — вздохнула Несса. — Когда это лезвие успело тебя задеть?

Под грохот, который, казалось, раздавался прямо под ухом, принцесса осмотрела Ритса. Лезвие, видимо, лишь слегка задело ногу, но двигаться парню всё равно было бы сложно.

Остановив кровь, Несса также использовала парочку заклинаний, чтобы уменьшить боль, а также начать процесс заживления. На нормальное исцеление времени не было.

Когда Ритс всё-таки поднялся на ноги, она подставила плечо, и парочка медленно пошла вперёд.

Принцесса и подумать не могла, что именно она будет тем человеком, которому придётся тащить куда-то на своих плечах раненого. Обычно она первая уставала, даже если преодолевала несколько ступенек. А теперь, кое-как перебирая ногами, пыталась увести брата Эдиуса подальше от сражения.

Звуки битвы становились всё тише, а когда они вновь свернули направо, то вообще пропали. Это не значило, что их нельзя было догнать, но вряд ли проректор решится на преследование. А в победу наёмников принцесса совершенно не верила.

Через пару десятков минут силы иссякли. Девчонка отпустила Ритса и сама плюхнулась на траву.

Рюкзаки пришлось бросить, чтобы сбежать. Даже попить было невозможно, ведь бутыль остался там. Проблем прибавилось на ровном месте. Хотя вроде бы ещё с утра всё было хорошо.

Но не успела Несса начать рефлексировать, как из-за поворота, который был в десяти метрах, выбежал тёмноволосый парень в серой одежде. Принцесса сразу же его узнала, это был Реон.

— Ты что тут делаешь? — только и смогла выдавить она из себя.

— Вы живы! — воскликнул Реон. — Слава Семерым.

Парень почему-то выдохнул, а его колени подкосились. Теперь и он сидел на траве, почему-то схватившись за правое плечо.

— Что происходит? — растерялась принцесса.

— Я… А, хотя нет. Погодите-ка, — задумался парень. Казалось, он сам удивился, что не смог ответить на вопрос. — Точно, стена! — вдруг воскликнул он. — Спасибо за напоминание, Деалия, — кивнул Реон куда-то в сторону живой изгороди.

— Ты по-человечески можешь объяснять⁈ — начала терять терпение Несса.

— Там стена, а за ней Эдиус, — указал парень в проход, из которого и прибежал.

— Брат? — аж подпрыгнул Ритс, несмотря на больную ногу.

— Да, но мне нечем сломать стену. Я пытаюсь найти хоть что-то, помимо кинжалов, — хлопнул он по поясу, на котором висело оружие.

— Я справлюсь! — тут же заявил Ритс, сделав пару шагов в сторону. Лицо скривилось от боли, но он всё равно шёл.

— Помоги ему, — скомандовала принцесса, вскочив с земли. — Быстро! Если нужно, то на плечах дотащи.

Не выслушав даже ответа Реона, Несса бросилась в проход, из которого только что появился этот парень. Она спотыкалась, чуть ли не падала, но бежала.

Секунду назад у неё не было сил, но услышав про Эдиуса, они магическим образом появились. И теперь она неслась навстречу человеку, которого хотела увидеть в данный момент больше всего.

Перчаток нет, другого оружия, помимо топора, нет, эликсиров тоже нет. В целом даже нормально плана нет. А вот напротив, помимо Фертиса, ещё и восемь полутораметровых земляных уродцев на двух ногах. Пусть они и двигались довольно неуклюже, но явно могли с одного удара, своей странной рукой без пальцев, сломать несколько рёбер.

Казалось бы, логичнее всего развернуться и убежать. Может быть, даже попытаться увести этого ублюдка подальше от Эстер, но толку? Вряд ли я успею соорудить ловушку или заманить этих тварей в узкий коридор. Скорее ещё больше устану и на этом всё. Да и не хочу я бегать от этого ублюдка.

Теперь, когда стало ясно, что эту земляную хрень создал он, лишние мысли ушли. Нервничать стоило, будь это действительно существа из лабиринта, но раз это просто земляные человечки, которых создал этот придурок, то можно было слегка успокоиться. Понимал бы я это сразу — даже думать не стал бы о побеге.

Вроде бы должно быть страшно, но вместо этого азарт смешивался со злостью. Давно в голове проскальзывали подобные мысли, но я пытался их откидывать. Но теперь я могу без зазрения совести расфигачить его тупую черепушку.

Земляные изваяния постепенно приближались ко мне, не давая ни шанса добраться до их «хозяина». Не думаю, что эти штуки обладали разумом, во всяком случае на это совершенно непохоже. А раз за их одновременное перемещение отвечал один лишь Фертис, то можно не слишком беспокоиться о хорошей координации этих существ. Да и Эстер они не найдут, раз уж этот придурок сосредоточен на мне.

Пусть под рукой кроме топора ничего и нет. Но это просто идеальные условия!

Повернув топор обухом вперёд, я бросился на земляных существ. Без особых проблем увернувшись от попытки первого голема атаковать меня, я ударил его прямо по голове (если этот большой комок грязи можно назвать головой).

Земляное существо тут же покосилось, упало и рассыпалось. А два его друга уже приближались ко мне.

Направив всю ману в руки, я со всего размаху ударил топором одного из них. Голова отлетела прямо в живую изгородь, а голем рухнул на землю. Второй нападавший уже замахнулся и ударил, но я просто нырнул под этот удар и ладонью дотронулся до земляного уродца, применив «Массу».

Под тяжестью собственного тела существо приплющило к земле. В отличие от человека — это заклинание прекрасно работало на их телах. Просто идеальные противники.

Что-то похожее я проделал и с четвёртым големом, подняв его «левитацией» на пять метров, где уже лабиринт сделал своё дело, и вместо этого существа на землю упала куча земли.

Фертис стоял и не двигался. На лице уже не было улыбки. Он был сосредоточен и внимательно следил за каждым моим движением. А это значит, что я был прав — всеми движениями големов одновременно управлял именно этот парень. Уж не знаю, как он это делал — смотрел на меня их глазами, отдавая команды в голове, или же было достаточно того, что этот парень просто сам за мной наблюдал. Но факт остаётся фактом — достаточно лишить его зрения, и эти земляные болванчики станут бесполезны. Пусть они и не слишком живучие, но одна неожиданная атака, и я буду корчиться на земле.

Бросившись вперёд, я максимально сократил дистанцию с Фертисом, стараясь не попадаться под атаки големов. И, когда оставалось несколько метров использовал «пространство маны», развернув купол радиусом в три метра, после чего в ближайшей к Фертису точке использовал «вспышку». Я направил туда такое количество маны, что, даже прикрыв глаза, свет, казалось, проник мне в голову.

Големы, которые стояли рядом со мной, вдруг начали кружиться на месте, а один из них атаковал воздух. Фертис же схватился за лицо и начал тереть глаза, вместе с этим пятясь назад.

Вроде бы победа была в кармане, нужно лишь потратить несколько секунд чтобы подбежать и вогнать в его башку топор, но я этого делать не собирался. Пусть он и ублюдок, но смог поймать нас в ловушку, а значит башка у него работает.

Поэтому я просто размахнулся и бросил топор прямо в этого дезориентированного парня. И в момент, когда топор попал прямо в грудь Фертиса, земля вокруг него провалилась и оттуда вырвались шипы.

Сам же топор, который определённо застрял в груди, он схватил и одним движением вырвал, вместе с кусками земли. Видимо, покрыл тело чем-то вроде земляной брони. Было видно, что ему больно, ведь удар всё равно был ощутимым, но раны не было.

Действительно, недооценивать соперника нельзя никогда. Я прекрасно помнил, как применил вспышку, чтобы остановить конфликт с элитными студентами в общежитии. Тогда там был и Фертис. С трудом верилось, что этот парень просто забыл бы об этой моей способности. Наверняка, он даже ждал её, расставляя ловушку. Ведь человек беззащитнее всего, когда уверен, что уже победил.

Поэтому он заранее покрыл себя каменной бронёй, и, дождавшись вспышки, прикрыл лицо руками, чтобы не было видно, как он читает заклинание, а также это давало дополнительную защиту, если бы я вдруг ударил ему в голову. Пусть этот парень меня и не видел, но мой удар стал бы сигналом к атаке. Хотел убить меня с закрытыми глазами, ублюдок.

Теперь нас разделяла яма с шипами, а зрение Фертиса должно было потихоньку восстанавливаться. Ко всему прочему — у него в руках был мой топор. Воспользовавшись небольшой заминкой, я использовал «левитацию» на оставшихся четырёх големах. Можно сказать, мы вернулись к началу, только теперь оружие было у моего противника, а земляных болванчиков больше не было.

— И какие теперь у тебя шансы? — хмыкнул Фертис, закинув топор на плечо. Пусть он и щурился, но было понятно, что парень меня уже видел.

— Пока что я побеждаю, — пожал я плечами.

— Ты же рыцарь с посредственной магией. А теперь у тебя даже оружия нет. О какой победе речь? — улыбнулся внук герцогини. — Но отдаю тебе должное, ты не идиот. Присоединяйся ко мне. Я согласен забыть наши разногласия. Всё равно выбираться из этого места в одиночку будет не слишком весело.

— Хорошо, я согласен. Только верни топор, — улыбнулся я в ответ, протянув открытую ладонь вперёд. — Кидай.

— Шутки шутишь? Ты ведь понимаешь, что я могу вновь создать големов или что-то похуже. И что же ты будешь делать в таком положении? Отбиваться кулаками? Или мне просто убить тебя каменными шипами?

Ничего себе. Насколько же у него мало маны, что он вдруг начал торговаться? Неужели вообще всё поставил на ту задумку с атакой вслепую? Но блефует, конечно, этот парень так себе.

То распинался, что давно хотел меня убить, то теперь решил, видите ли, забыть и простить. Верю, конечно же. Именно так это и работает в момент, когда у него моё оружие и инициатива.

— Ну давай, запускай свои каменные шипы, — вздохнул я, сделав шаг вперёд.

— Ты что, идиот? Так хочешь сдохнуть, как ничтожество? Ты ведь не простолюдин!

— А может для меня честь умереть от твоей руки, — продолжал я говорить всё, что в голову взбредёт, шагая в сторону явно сильно нервничающего парня.

— Ты ведь понимаешь, что мы оба из великих семей, — пробормотал он, отступив на шаг.

— Понимаю. Но думаю, что это ошибка. Тебя не то, что в великой семье, а вообще на свете не должно было существовать.

— Ублюдок, как ты не поймёшь…

Но Фертис не успел договорить. Я уже послал ману в ноги и одним прыжком преодолел яму с шипами.

Парень тут же замахнулся на меня топором, но я просто увернулся, после чего выбил оружие из его руки. Топор отлетел на пару метров, а мой противник кое-как отпрыгнул в сторону, чуть не потеряв равновесие.

— Знаешь, я очень давно нормально не дрался. Всё это ваше рыцарство и магия — я уже так сильно от них устал. Ранги, мана, техники, заклинания. Ну сколько можно? Будто бы люди забыли истоки, — вздохнул я, глядя внуку Вералии прямо в глаза.

Пока Фертис явно пытался подобрать слова или же придумать, как сбежать, я в пару шагов сократив расстояние и на всякий случай коснулся его челюсти, применив «паралич». Кто ж его знает, действительно ли у него совсем нет маны, или же этот ублюдок опять что-то готовит. Но больше никакой магии я применять не стал. Вместо этого со всей силы ударил ему прямо в рожу.

Фертис попытался отскочить, но из губы всё равно потекла кровь. Он даже ничего крикнуть не мог, ведь челюсть перестала работать.

Не давая ему опомниться, я продолжал наносить удары: по почкам, в грудь, по подбородку, удар по носу. Мой противник буквально превратился в боксёрскую грушу. Я даже не уверен, понимал ли он, что происходит. Подобный стиль боя обычно используют лишь рыцари, которые сражаются с помощью кастетов, да и то в очень усечённом формате. Чего-то вроде кикбоксинга здесь вообще не изучали.

Когда Фертис опустил руки и упал на землю, я сел на него и продолжил молотить по лицу. Парень пытался сопротивляться из последних сил. Возможно, в этот момент я даже выглядел как злодей, но мне было плевать.

Спустя минуту его лицо превратилось в кровавую массу. Части зубов не было, нос сломан и даже потерял свои очертания, один глаз, из которого текли слёзы, вообще не открывался. Внук герцогини выглядел не лучше, чем Карниус, которого я в детстве довёл до похожего состояния.

— Ос-та-нофис, — кое-как выдавил из себя этот парень. Действие паралича уже давно закончилось, но челюсть всё равно с трудом двигалась, да и вполне возможно, что она была сломана

— По какой же причине я должен остановиться? — лишь хмыкнул я, после чего задумался. А ведь он был прав. Пусть у Эстер и было ещё время, благодаря эликсирам, но тратить его на избиение этого придурка — перебор.

Я поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Мне на глаза попалась лежащая неподалёку голова одного из големов, которую я отрубил топором. Она была довольно массивная, но уже начала разваливаться.

Подойдя к этому комку земли, я использовал на нём «уплотнение», после чего поднял. К моему счастью, голова голема не распалась у меня в руках.

Вернувшись обратно к лежащему на земле парню, который уже даже не тяжело дышал, а просто хрипел, полностью оставив попытки двигаться, я встал рядом с его головой.

— Знаешь, наверняка у тебя была причина так сильно ненавидеть меня, но, если честно, мне даже не хочется её знать. Я уверен, что она абсолютно идиотская, ведь иного от такого придурка и ожидать нельзя. Вся твоя жизнь явно состояла лишь из попыток добиться чего-то чужими руками. Ты даже передать мне «воспоминания о былом» сам не смог. И Эстер была ранена лишь потому, что ты атаковал из засады. И во время нашего боя, ты лишь прятался за големами. Такой трус как ты уже не изменится. И даже если ты искренне раскаешься, вряд ли хоть кто-то тебе поверит, — вздохнул я, после чего посмотрел в глаза парню, который, быстро-быстро дыша, ждал окончания моего монолога. Внятно ответить он явно не мог, а я всё равно зачем-то пытался высказать всё, что было в данный момент на душе. Хотя стоило уже заканчивать.

— И да… как-то раз ты сказал, что я пожалею о последствиях, если перейду тебе дорогу. Так вот, у тебя же не останется времени для того, чтобы о чём-то жалеть. Ведь ты станешь таким же, как эти земляные изваяния.

Я вытянул голову голема перед собой, прямо над тем местом, где располагалась голова самого Фертиса. Последний раз взглянув в глаза явно растерянного парня, я использовал «массу», максимально увеличив вес куска земли, после чего выпустил его из рук.

Земляная голова упала, раздался громкий хруст, а кровь брызнула в разные стороны. Мне казалось, что уже после того, как я избил Фертиса, на мне было много крови. Но теперь половина одежды стала красной.

Я вновь взглянул на парня, лежащего на земле. На месте его головы красовалась голова голема. Но это зрелище не вызывало у меня ни капли сочувствия или же вины. Даже стало немного легче, хотя говорят, что месть не даёт никакого облегчения.

Может быть, так и есть. Скорее всего, я совсем не хороший человек. Но теперь я уверен, что эта тварь не будет вставлять палки в колёса.

Подняв с земли топор, я закинул его на плечо, после чего ещё раз взглянул на тело Фертиса. Оно всё так же лежало неподвижно. Окончательно выдохнув, я зашагал вперёд. Теперь предстояло найти Реона.

Я бежал чётко по маршруту, который служил путём отступления для меня буквально пару десятков минут назад. Возможно, имело смысл забрать с собой Эстер, а не оставлять её лежать в том тупике. Но кто его знает, что ещё за хрень может на меня напасть. Если уж не Фертис, то кто угодно или что угодно другое можетпоявиться из ниоткуда. Да и таскать раненого человека на руках — так себе идея. Вдруг от этого раны откроются даже после использования зелья регенерации.

Я готов поклясться, что в данный момент она там будет куда в большей безопасности, чем со мной. И быстрее найти Реона получится именно в одиночку, а не с раненой девушкой на руках.

Добежав до стены, которая всё ещё преграждала путь, я попытался сломать её ударом топора — но большого толку не было. Видимо, Фертис сделал её крайне плотной, она даже больше напоминала камень. Конечно, со временем мана растворится и стена рухнет, но как долго ждать? Вдруг такая ерундовина может стоять целые сутки. Хотя не уверен, что у того парня было настолько много маны.

Поднять эту штуковину магией «левитации» не вышло. Она явно была соединена с землёй, поэтому никаким образом не поддавалась. А удары топора лишь отбивали небольшие кусочки. Так можно потратить и несколько часов, прежде чем получится сделать проход.

Пока я пытался понять, каким вообще образом можно преодолеть эту преграду, неожиданно поднялся довольно сильный ветер. Подобное в лабиринте происходило не так уж часто, но он вдруг налетел, хотя на небе даже облаков не было. А ещё спустя минуту я услышал странный скрежет, а также свист, после чего что-то большое рухнуло где-то за стеной.

Несложно предположить, что за стеной мог находиться какой-нибудь монстр, причём вряд ли это было земляное создание Фертиса. Вполне возможно, что это существо услышало мои отчаянные попытки проломить стену и прибежало на звуки. Будет идеально, если оно достаточно сильно для того, чтобы снести преграду. Конечно, после этого оно наверняка нападёт и на меня, но это уже мелочи жизни. Проще победить кого-то живого, чем разнести этот кусок плотной земли.

Не прошло и минуты, как свистящий звук повторился ближе, чем раньше, а стена будто стала вибрировать. Я только и успел отпрыгнуть, прежде чем кусок стены лопнул, а окаменелая земля полетела в моём направлении. Это слегка напоминало прошлую ловушку Фертиса. На секунду я даже подумал о том, что внук герцогини восстал и пришёл, чтобы мне отомстить.

Но когда в образовавшийся проём заглянула Несса, я выдохнул.

— Эдиус! — закричала принцесса, после чего стала пытаться пролезть в дыру, которая явно была меньше неё.

— Что ты здесь делаешь? Всё в порядке? Ты видела ещё кого-то? — начал я заваливать вопросами девчонку, которая будто пыталась просочиться сквозь стену.

— Тут и твой брат, и Реон… Я, кстати, так и не поняла, что он вообще делает в лабиринте. А, ладно, не так важно. Важно другое… Кажется, я застряла, — вдруг заявила она, когда её голова и одна рука проникли на мою половину.

Я даже не успел порадоваться тому, что с Нессой и моим братом было всё хорошо, как образовалась новая проблема. У меня из-за этих эмоциональных качелей скоро вообще сил реагировать на происходящее не останется.

— А как ты вообще сюда пробилась? — спросил я принцессу, пытаясь помочь ей протиснуться обратно.

— Реон разрушил проход с помощью элементаля. Но в первый раз у него получилось гораздо лучше.

— У меня просто уже почти не осталось маны, чтобы сделать дыру больше, — констатировал приглушенный голос, который явно принадлежал моему брату.

— Давно не виделись, братишка. Как ты? — прокричал я в дыру, в которой извивалась принцесса.

— Может поговорите, когда я отсюда выберусь? — возмутилась Несса. — Ужас какой-то! Не так я представляла нашу встречу.

— Но ты выглядишь забавно, — хмыкнул я, наблюдая, как в дыре крутится императорская принцесса, пытаясь протолкнуть назад голову.

— Ха-ха! А если я тут останусь навсегда, ты тоже будешь издеваться⁈

— Не переживай, раз уж проход открыт, расширить его точно получится, — улыбнулся я, показав ей топор.

— П-погоди! Давай как-нибудь иначе! — запричитала она, когда я начал примеряться перед ударом.

— Не переживай ты. Я так сто раз делал, — заверил я её.

— Это… это нападение на императорскую семью! — завопила она, когда я ударил по уже треснувшему куску стены.

— Ты явно не в том положении, чтобы препираться. Да и время не ждёт. Вряд ли Ритс сможет вытащить тебя. Если его элементаль смог проделать дыру в стене, то что будет, если он вновь атакует? Тебя просто разорвёт на кусочки.

Несса закусила губу и продолжила послушно торчать из стены, осуждающе на меня поглядывая, пока я методично, на протяжении десяти минут, расширял проход. Внутри стены земля оказалась куда более податливой, что не могло не радовать.

Забавно, на самом деле. Ещё на Земле, лет в семь, я подобным образом засунул голову в стул, а вытащить уже не смог. В итоге сидел на полув таком положении, пока мама по всем соседям искала пилу или ножовку. Но ввиду того, что был рабочий день, а также сложности общения с глухонемым человеком, в этом странном заточении я провёл часа три. Хотя страшнее всего было, когда мать начала пилить стул, рядом с моей шеей. Но, слава богу, обошлось.

Вот и на лице Нессы было такое же выражение, будто она в любой момент ожидает удара топором прямо по голове.

— Ну вот и всё, — вздохнул я, наконец-то затащив принцессу на свою половину.

— Никакого такта с девушками! — фыркнула она, после чего улыбнулась и бросилась мне на шею, крепко обняв. — Я уже думала, что не смогу тебя найти.

— Я и сам не один раз думал, что найти здесь хоть кого-то — невозможно, — обнял я Нессу в ответ.

— Мило, — вдруг воскликнул Реон, перебравшись на эту сторону. — Я тоже думаю, что красный и золотой хорошо смотрятся рядом.

— Ты с кем говоришь? — спросил у парня Ритс, пробравшись в дыру последним.

Но Реон ничего не успел ответить, как я тут же бросился к своему брату и обнял его. Было ясно, что он не только жив, но и здоров. Он даже выглядел чуть ли не лучше, чем до лабиринта.

— Ты что, прибавил в весе? — спросил я его, выпустив из объятий. — Как ты умудрился-то?

— Принцесса обо мне позаботилась, — как о чём-то само собой разумеющемся сказал мой брат.

Я тут же повернулся на Нессу, которая отряхивала одежду. Она покосилась на меня, потом пожала плечами и усмехнулась.

Ну ничего себе. За всех переживал, а кажется, что именно я был не готов здесь столько времени находиться. Прошло ведь уже больше двух месяцев.

— Так, ладно, я очень рад вас видеть. Хотел бы обо всём подробнее узнать, но пора бежать, — вдруг опомнился я, схватив за руку Нессу.

— Куда? — растерялась принцесса.

— Спасать Эстер.

Стрела, заряженная маной, пролетела в паре сантиметров от лица Чердиса. Даже усиленная стена ветра не спасала от этой напасти. Но тем не менее ветряные лезвия продолжали летать по кругу, оставляя всё больше порезов на телах противников.

Конечно, до сих пор не было ни одного прямого попадания этими лезвиями, но это не беда. За всё это время Теоден ещё ни разу не смог приблизиться к проректору вплотную, пусть и каким-то образом отбивался от воздушных атак. Да и стрелы подходили к концу.

Мужчина был уверен, что ещё совсем немного и победа будет у него в кармане. Плохо, конечно, что два свидетеля убежали, но в итоге Чердис решил, что это даже к лучшему. Лабиринт сам их убьёт, ведь рюкзаки остались здесь. Он уже понял, что выбраться из этого места было крайне сложно. А раз эта группа выживала вчетвером, то двое студентов без припасов явно быстро отправятся в объятия Семерых. Пусть там и была императорская принцесса, но сейчас проректор в первую очередь переживал о себе. Наверняка вознаграждение за спасение этой девчонки было бы велико, но всегда был шанс, что именно его и обвинят в том, что случилось. Тогда живая принцесса лишь усугубит ситуацию, ведь никто не знает, что она там может нарассказывать.

Создав из ветра довольно большую сферу, которая должна была вскоре разорваться и порезать всё вокруг, Чердис запустил её в Кассию.

Но стоило сфере оказаться рядом с девушкой, как Теоден вонзил свой меч прямо в увеличивающийся в размерах шар. Буквально за секунду магия распалась, явно потеряв свою силу. Вместо небольшого режущего торнадо, образовался лёгкий порыв ветра, который даже не сбил с ног Кассию. Пусть несколько небольших ран лидер наёмников и получил, но он тут же осушил эликсир регенерации и мог без проблем продолжить бой.

«У него рунный клинок из демаска», — тут же осознал Чердис, уставившись на чёрный меч. Он никогда не видел этой руды, но несколько раз слышал о ней. Да и сами истории были настолько древними, что даже его дед вряд ли лично видел эту руду. Оружие из демаска идеально подходило для нанесения рун. Вернее, руны можно было изобразить на любом клинке, но лишь демаск был способен долгое время выдерживать их силу, а любое другое оружие могло быстро прийти в негодность.

Но самое неприятное для магов в демаске было то, что эта сталь была чем-то вроде проводника маны. Достаточно влить немного маны в оружие, изготовленное из неё, и этот клинок будет способен отражать заклинания. Конечно, требовалось атаковать в нужную точку, да и высокоуровневые заклинания уничтожить вряд ли выйдет. Скорее уж оружие будет разрушено первым. Но магию третьего ранга более чем можно было отразить.

Именно поэтому, даже несмотря на то, что этой руды было крайне мало, а цены были заоблачными, маги уже несколько сотен лет пытались всеми силами остановить её добычу и распространение. И он ни разу не слышал за последние лет тридцать, чтобы хоть кто-то владел подобным оружием. И даже если бы человек захотел его приобрести, то это было бы настолько дорого, что Чердис не назвал бы и десятка людей, которые могли себе позволить такие траты. Поэтому проректор не понимал, откуда у обычного наёмника оказался этот меч.

Но показывать свою растерянность мужчина не собирался. Наоборот, он ещё сильнее разозлился. Ему казалось, что слова о демаске — это сказки, и подобного оружия вообще существовать не может. Либо же оно существовало много лет назад, но больше даже этой руды не осталось. А тут он вдруг стал свидетелем обратного. Уничтожение этих людей теперь стало делом принципа. Это было что-то вроде уязвлённой гордости мага, которую он отбросил вместе с целью — получить пятое крыло.

Пусть пяти крыльев мужчина и не добился, но единственное заклинание пятого ранга, которое проректор освоил, было отточено до невозможности. И именно им Чердис решил завершить сражение.

Вложив часть маны в то, чтобы усилить воздушный поток, который окружал его, мужчина начал читать крайне длинное заклинание. Пусть с рангом магия и становилась сильнее, но помимо того, что потребляла много маны, так ещё и заговоры могли состоять из десятка предложений.

Теоден тут же атаковал Чердиса, но даже с помощью своего «чудо-меча» не смог пробить защиту. Наёмник явно влил в оружие много маны, но это позволило ему лишь наполовину проникнуть за барьер. До самого проректора оставался ещё целый метр. У Кассииже закончились стрелы. Появился идеальный момент, когда противник стоял на месте, но девушка ничего не могла сделать. Она лишь достала длинный кинжал, но толку от него в такой ситуации не было.

— Ветряное копьё, — закончил проректор, подняв руку над головой. В его ладони тут же появилось нечто длинное, действительно напоминающее копьё. Казалось, будто ветер был заключён в физическую оболочку, из которой не может выбраться.

— Что это такое? — пробормотала Кассия, переведя взгляд с Чердиса на Теодена. Но её мужчина ничего не ответил. Вместо этого он взглянул на проход, из которого они и пришли.

Девушка сразу поняла, что Теоден ищет пути отхода, но времени действовать не оставалось. Проректор, убрав воздушный поток вокруг себя, размахнулся и метнул копьё в сторону своих противников. Не конкретно в кого-то, а просто в том направлении.

Лидер наёмников сразу же встал перед растерянной девушкой, попытавшись мечом разрубить летящее копьё. Он даже не пытался увернуться, и Кассиялишь в последний момент поняла — почему.

Когда копьё коснулось меча, оно вдруг выросло в размерах и начало будто поглощать пространство вокруг. Поток ветра даже Кассии не давал вздохнуть, а Теоден стоял ещё ближе к копью, чем она.

Сила ветра всё нарастала, было понятно, что если Теоден хоть на мгновение уберёт меч, то этот поток поглотит их, лишив возможности дышать. Убежать от этого заклинания уже было невозможно, даже если бы девушка решила бросить своего мужчину и отступать в одиночку.

Но опытный в сражениях наёмник, пусть и обливался потом, хрипел, получал кучу небольших порезов, но не двигался. Он буквально за счёт меча и своего упорства сопротивлялся столь мощному заклинанию. Могло даже казаться, что он действительно способен отразить его.

Вдруг раздался странный гулкий звук, а меч Теодена отлетел в сторону. Одно из оставшихся лезвий ветра неожиданно впилось в руку мужчины, отрубив её по локоть. Следующее же лезвие впилось наёмнику в голень, отрубив и ногу.

Ветряной поток накрыл упавшего лидера наёмников с головой. Кассия упала на колени, не в силах ни сдвинуться, ни вздохнуть. А Чердис просто наблюдал за тем, как корчатся в муках его противники.

Маны почти не осталось. Даже самое простенькое заклинание могло бы привести к девиации, но зато победа была в кармане. Он никак не мог проиграть бойцам ближнего боя, это было личное противостояние.

Изуродованный мужчина и его девушка уже лежали на земле, практически не шевелясь, но продолжать атаку Чердис уже не мог. Его накрыло сильное головокружение. Мана тратилась слишком быстро, поэтому он просто поднял руку и развеял заклинание.

Его противники не двигались, но проректор не был уверен, мертвы они или же нет. Можно было подойти и добить этих людей без помощи магии, но Чердис был крайне опасливым человеком. Даже если был совсем мизерный шанс на то, что наёмники смогут вдруг атаковать его, когда он без защиты — то лучше лишний раз было не рисковать.

Поэтому проректор просто подобрал рюкзак, который неподалёку бросили студенты, убежавшие в один из проходов. Ещё раз взглянув на наёмников, которые не подавали признаков жизни, мужчина лишь плюнул на землю, достал карту и пошёл в проход, который изначально наметил.

Я тащил постоянно спотыкающуюся Нессу за собой. Принцесса кричала, ругалась, материлась, но продолжала бежать. Реон и Ритс следовали за нами, стараясь не отставать.

Мы немного замедлились, лишь когда добежали до трупа с раздавленной головой. Во-первых, Несса явно выдохлась, а во-вторых, всем вдруг стало интересно, что и с кем здесь произошло.

— Знакомая одежда, — пробормотала принцесса, мельком осмотрев тело Фертиса.

— Да, знакомая, — согласился Реон. Он был крайне сообразительным. В нашей группе, помимо Винса и Фертиса, больше не было людей, способных использовать магию земли. Судьбу наёмника этот парень прекрасно знал, так что легко было догадаться, кем же является этот лежащий на земле человек.

Я не стал объяснять, что же здесь произошло. Сейчас было совсем не до этого. Успеем ещё наговориться. Поэтому просто потащил Нессу дальше. Она недовольно вздыхала, но продолжала бежать. Всё-таки Эстер была и её подругой.

Повернув ещё пару раз, мы оказались в тупике, в конце которого лежала девушка-рыцарь.

Как только я отпустил руку Нессы, она рванула вперёд. Видимо, пока не увидела сама, не могла поверить, что раны настолько серьёзные.

К счастью, Эстер была в относительном порядке. Ну, настолько, насколько это было возможно. Во всяком случае, девушка дышала, пусть и не пришла в себя, а кровотечение не возобновилось.

— Какой ужас. Что за тварь это сделала? Ещё и нога пострадала так сильно. Ох, а что с ухом! — воскликнула Несса.

— Ухо, далеко не самая главная проблема, — покачал я головой.

— А ты думаешь, что девушке будет приятно ходить с одной половиной уха⁈ — аж присвистнула она. В этот момент принцесса уже занималась лечением. За счёт того, что могла использовать заклинания без слов, она параллельно ругалась и пыталась исцелить Эстер.

Не знаю, сколько раз я услышал, что ухо нормально восстановить не получится, прежде чем Несса перестала об этом кричать. Она сидела рядом с Эстер около часа, постоянно прикладывая ладони к разным частям её тела, в том числе и к ранам.

Вообще странно, что она дотрагивалась до ранений без перчаток и даже не обработав руки. Но может бактерии и грязь не могут попасть в организм человека во время подобного лечения? Никогда так глубоко не задумывался о магии исцеления.

Одной лишь магией исцеления принцесса не ограничилась. Реон отдал Нессе аж три зелья регенерации, которые девчонка тут же потратила на Эстер. Девушка-рыцарь то приходила в себя, то вновь отключалась. Она находилась в каком-то полубреду, но её раны, казалось, рубцевались прямо на глазах.

— Ну, я сделала что могла, — объявила принцесса, опустившись на землю рядом с Эстер. — Я бы рекомендовала ей лежать несколько дней, но, зная эту девчонку, она сразу же вскочит на ноги и побежит мстить.

— Так мстить некому, — ответил я, одновременно с этим выдохнув. Хорошо, что с Эстер всё будет нормально. Плевать на шрамы или разрубленное ухо — главное, что жива.

— Как это некому? Ты ведь сказал, что на вас напали! Рассказывай уже давай! — нахмурилась Несса, изобразив нетерпение. Она даже немного надулась, или мне так показалось.

— Хорошо, сейчас расскажу. Так вот, сначала куда-то ушёл Реон…

Не успел я даже закончить предложение, как в голове раздался громкий голос.

«Поздравляю с завершением пути. Вы можете выбраться отсюда прямо сейчас, как герой, который покорил лабиринт. А также можете для начала отгадать загадку. Если ответите правильно — то сможете загадать желание.»

Звук голоса был настолько громким, что я заткнул уши. Но это не помогло, ведь голос будто шёл прямо изнутри.

— Что это было? — пробормотала Эстер. Она аж пришла в себя от подобного.

— Видимо, кто-то добрался до конца лабиринта, — ответил я, вспомнив книгу, которую получил от Тисии. — И вряд ли это были мы.

Хорошо, если действительно кто-то обнаружил проход. Но лучше бы этому человеку просто согласиться выйти из лабиринта и найти помощь. Не думаю, что загадка будет ему по силам. Ведь если так подумать, разве кто-то кроме меня был у входа в лабиринт? Нет, вряд ли, мы бы наверняка встретились по пути. Шанс на то, что мы попросту разминулись — крайне мал. А значит человек, который нашел выход, имени сфинкса скорее всего не знает. Или оно изображено не только на арке перед входом? В мифе об этом ничего не упоминалось. Но в любом случае, рисковать этому счастливчику не стоит.

— Интересно, кто же это? — хмыкнула Несса, параллельно осматривая очнувшуюся девушку-рыцаря.

— Наверняка какой-нибудь везучий сукин сын, — рассмеялся Реон, после чего замолчал, взглянув на стену. — Ну а что? Разве я не прав?

Я лишь тяжело вздохнул. Везучий, да? Ну удача, это точно не про меня. Но почему бы, ради разнообразия, я хоть раз не оказался бы любимчиком судьбы?

Надеюсь, если это Латс, то он не будет выбирать долбанную загадку. Пусть просто сбежит отсюда. Теперь мы хотя бы знаем, что выход действительно существует. А то всякого можно было ожидать.

«Я отвечу на все ваши вопросы позже. А теперь, слушайте загадку», — вновь раздалось в голове. Но слушать загадку смысла не было, ведь я её заранее знал.

И всё-таки этот человек выбрал более сложный путь… Что ж, буду надеяться, что ответ будет верным, но почему же мы не слышим голоса человека, который добрался до конца? Интересно ведь, кто же всё-таки этот счастливчик.

Чердис пытался как можно быстрее покинуть место битвы. Маны у него практически не осталось, и он не был уверен, что звуки сражения никого не привлекли. Причём это не обязательно должны быть странные существа, обитающие здесь. Вполне возможно, что и остальные наёмники решат отомстить за своих товарищей, а особенно за лидера.

Конечно, был шанс, что они все уже мертвы, но что, если нет? Проректор никак не ожидал встретить здесь кого-то из студентов. Пусть эти ребята и считались элитой, но никто не учил их выживать в подобных условиях. Поэтому мужчина был уверен, что ученики уже давно погибли. А теперь оказалось, что они могут быть более чем живы.

В этом случае ему точно не получится избежать наказания. Если эти детишки расскажут о том, что он мог причинить вред императорской принцессе или же внуку герцога — дальнейшим его пристанищем станут казематы, которые он покинет лишь во время казни. Да и остальные студенты могли рассказать, что он не обратил внимания на их предостережения, и именно из-за Чердиса все оказались в опасности.

Иллюзий насчёт того, что ректор его попытается защитить, мужчина не строил. Он прекрасно знал характер этого человека. Если нужно было получить выгоду — Хасед Грабреон всегда был рядом. Но если же что-то шло не так, то он просто вычёркивал людей из своей жизни, публично отказываясь от них.

Конечно, ректора тоже могут объявить виновным, но он друг и однокурсник герцога Зероса Мельдии, хорошо знаком с герцогиней Вералией Риггар, а также считается одним из величайших магов империи. За него будет кому вступиться, а вот Чердиса просто уничтожат. Поэтому единственный вариант, который он сейчас рассматривал, помимо поиска выхода из лабиринта, это побег.

Сбежать как можно дальше — лучший вариант в сложившейся ситуации. Может быть, даже отправиться в Баритский каганат. С тем количеством артефактов, что мужчина носил с собой — никаких проблем с деньгами у него не возникнет. Семьи всё равно не было: жена уже давно умерла от болезни, и детей она родить не успела. Так что требовалось сделать так, чтобы никто не мог его казнить.

Уйдя в свои мысли, Чердис даже не заметил, как дорога несколько раз свернула. И после очередного поворота перед лицом проректора появилась большая арка. Впервые за всё время нахождения в этом месте мужчина увидел что-то отличающееся.

Замедлив шаг и выкинув всё лишнее из головы, он вошёл в арку. Но вместо очередной площадки, огороженной живой изгородью, проректор оказался в каком-то белом пространстве. Вокруг не было ничего. Вернее, было лишь одно огромное существо с головой человека, крыльями и телом льва.

Пусть Чердис никогда в жизни и не видел сфинксов, но он сразу понял, что это он. Образ будто сам по себе возник в его голове. Это сложно даже было назвать мифическим существом, скорее что-то ближе к легендарному, пусть такого ранга и не существовало. Этот монстр не только обладал сознанием, но и был ужасающе силён. Никто даже не мог подтвердить, действительно ли это существо не выдумка. Но теперь он видел это чудовище вживую, и предпочёл бы, чтобы оно всё-таки не существовало.

Обернувшись, Чердис понял, что арки не было. Она пропала. Единственный выход исчез и теперь он был один на один с невероятно сильной тварью.

Сфинкс медленно, слегка лениво, поднял голову, лежащую до этого момента на лапах, и посмотрел прямо в глаза проректору.

— Поздравляю с завершением пути. Вы можете выбраться отсюда прямо сейчас, как герой, который покорил лабиринт. А также можете для начала отгадать загадку. Если ответите правильно — то сможете загадать желание, — скучающим тоном проговорило существо. Эти слова прозвучали и в голове мужчины, будто дублируясь. Само же чудовище даже не поднялось на лапы, не придавая значения ни вторженцу, ни разговору.

— Я действительно смогу выбраться отсюда? — с надеждой спросил Чердис, услышав самое главное. Мужчина понял, что это чудище не было очередным монстром, который должен был напасть. Казалось, что он действительно добрался до выхода, хотя ещё пару минут назад проректор был уверен, что это невозможно. Конечно, эта тварь могла просто обманывать, но сейчас Чердис даже не думал в подобном ключе.

— Конечно. Я прямо сейчас могу вытащить вас отсюда. А если отгадаете загадку, то я исполню любое желание. Конечно, если оно не будет нарушать законы.

— Какие законы? — растерялся проректор.

— Этого вам знать не нужно, — покачало огромной головой существо.

— Выходит, я могу попросить стать императором и это сбудется? Или вечную жизнь? Или стать самым богатым в империи, нет, в мире! А ещё лучше стать архимагом. Нет, кем-нибудь ещё более сильным! Могу я это попросить? — начал бормотать Чердис, чуть ли не захлебываясь слюной.

Когда он понял, что всё позади, и его может ждать награда за все злоключения — проректор расслабился, а скрытые желания начали рваться наружу.

— Для начала вам нужно сделать выбор — покинуть лабиринт сразу или же отгадать загадку, — вновь повторил сфинкс. — Если выберете первый вариант, то о желании не может быть и речи.

— Конечно, я выбираю загадку. Что за вопросы такие?

— Также вам нужно решить, для кого будет использовано желание — для вас или же для других людей.

— Для меня! — не думая ответил Чердис.

— Хорошо, а теперь встаньте прямо передо мной, — снисходительно сказало чудовище, указав лапой точное место.

— А для чего это? — растерялся мужчина, но выполнил то, о чём просило существо. Он наконец-то опустил на «пол» рюкзак и саквояж, в котором находились все собранные артефакты. Напряжение всё ещё не до конца ушло, но теперь, когда вокруг не было кучи ловушек и злобных существ, можно было слегка выдохнуть.

— Я отвечу на все ваши вопросы позже. А теперь слушайте загадку, — вновь на два голоса сказал монстр. — Как меня зовут?

Проректор застыл в непонимании. Каким образом он должен был ответить на этот вопрос? Разве были даны хоть какие-то подсказки? Или сфинкс просто издевается и спрашивает то, о чём нельзя узнать? Имя ведь может быть любое. Вряд ли его зовут просто «Сфинкс». Да и в этом белом пространстве не было ничего, что могло хотя бы намекнуть на верный ответ.

— А будут какие-то подсказки? — поинтересовался мужчина.

— Все подсказки вы могли получить в лабиринте. Больше у меня для вас ничего нет, — покачало головой существо.

— Тогда… сколько у меня времени на ответ? — попытался сориентироваться проректор.

— Пока что вы здесь один, поэтому можете не спешить. Но если кто-то ещё доберётся до конца, я вас потороплю.

Чердис сел на пол, который больше походил на белое «ничего». Даже структуру нельзя было понять, будто он сидел на ужасающе прозрачном стекле. А существо вновь положило голову на лапы и закрыло глаза.

Но проректор не мог позволить себе отдыхать. Ему хотелось вытащить из памяти каждый день, который он потратил, пытаясь найти выход. Раз подсказки были внутри, значит есть все шансы ответить. Нельзя покидать это место без желания, ведь если это существо действительно столь могущественно, то оно определённо исполнит всё. А это означало, что проректор не только не получит наказания, но и в один миг станет в десятки, нет, даже в сотни раз влиятельнее. Теперь осталось лишь одно — угадать имя.

— И каким же образом можно отгадать чьё-то имя? — возмущалась Несса, запрокинув голову куда-то к небу. — Я уже поняла, откуда Эд узнал об этом, но как возможно догадаться, не прочитав какую-то дурацкую книжку? Даже если вернуться в начало лабиринта и увидеть эту надпись, всё равно это на имя не похоже! Чушь, полнейшая чушь!

— Ты чего так раскричалась? — удивился я.

— Да этот лабиринт сводит меня с ума. Ты вообще представляешь, когда последний раз говорили хоть что-то про сфинкса? Да даже драконов видели чаще, чем это существо. Большинство людей не поверят, если сказать им, что эта тварь существует. Или ты думаешь, подобный монстр просто так не входит в список мифических существ? Да его уже давно оттуда вычеркнули, потому что несколько веков никто не встречал нечто подобное. Меня больше смущает, что вы никак на это не реагируете! — фыркнула принцесса.

— Я сплю, — пробормотала Эстер, ещё сильнее обхватив меня за шею.

— Вот и спи. Тебя вообще на спине тащат, удобно устроилась, — продолжала ругаться Несса. — У меня, между прочим, ноги болят, идти тяжело, но я же не ною.

— Она совершенно не в духе, — шепнул мне на ухо Реон, после чего расхохотался и побежал куда-то вперёд.

Этот парень теперь выступал в роли провожатого. Мы выбрали пройти по дороге, по которой не так давно пришли Несса и Ритс. Принцесса рассказала про сражение Чердиса и наёмников. Конечно, логичнее было бы уйти куда-нибудь подальше, но общим голосованием было решено направиться именно туда. Во-первых, нельзя постоянно убегать и прятаться, во-вторых, Несса и Ритс бросили там рюкзак со всем добром, в-третьих, раз в том месте пересекались два прохода и был третий, то с большой долей вероятности нужно было идти именно туда, ну и в-четвёртых, именно в это место вела моя методика — всегда идти налево. А если прямо сейчас её нарушить, то вообще непонятно на что же ориентироваться.

Плохо, конечно, что проректор начал сходить с ума. Да и с Теоденом, судя по словам Нессы, происходило что-то странное. Но вряд ли после сражения они будут в состоянии ещё и на нас напасть. Во всяком случае, хочется надеяться на лучший вариант, но, если что, Реон нас предупредит заранее. Уж не знаю, где он обучался, но парень походил на какого-то ассасина или вроде того.

Ритс шёл, как обычно, в тишине. Удивительно, как он умудрился вырасти настолько необщительным с такой-то сестрой. Хотя Реон и пытался его растормошить. Удивительно, но этот парень оказался единственным, кто постоянно болтал. Я уже даже стал сомневаться, действительно ли он какой-то шпион или охранник.

Подойдя к двум полуразрушенным стенам, мы аккуратно перенесли Эстер через дыры, которые проделал Ритс. Девушка-рыцарь даже не пыталась спорить. Обычно, она бы ругалась и заявляла, что пройдёт всё на своих двоих, но сейчас спокойно висела у меня на спине.

Всё-таки две дыры в ноге, а заодно и в животе, показались для неё весомым поводом довериться другим. Хотя, судя по тому, что эта девчонка обнимала меня всё сильнее, кажется, причина была не только в этом.

Я совершенно выбросил произошедшее из головы, ведь была целая куча других проблем, но ведь не так давно она меня поцеловала. Я, конечно, очень плохо понимаю намёки, но тут сложно было не догадаться. И теперь ситуация стала максимально неловкой. Самый главный вопрос — «что же делать?».

С одной стороны, она уже давно совершеннолетняя девушка, красивая, пусть и покрыта кучей шрамов, да и человек хороший, хоть и слегка помешанный на сражениях. Да и за всё время Эстер ни разу меня не подвела, хотя можно было ожидать чего угодно. Но с другой стороны — какие-то барьеры в голове не дают мне целиком и полностью воспринимать её именно как девушку. В этом мире она старше меня года на полтора, но ментально-то я гораздо старше. Это я ещё не говорю о статусе наших семей. Нельзя же просто прийти и сказать — ну вот мы решили встречаться. Кто же знает, к чему это приведёт. И как поступить-то, блин?

Наверное, лучшим вариантом будет отложить все эти мысли до того момента, как мы выберемся из лабиринта. А я уверен, что это обязательно произойдёт. Тогда можно будет спокойно сесть и всё обсудить. Да и если нормально поговорить с Зеросом, то не думаю, что он будет сильно против. Тисия вон наоборот постоянно меня на этот счёт подкалывала. Может, я слишком загоняюсь и всё вообще пройдёт хорошо…

Так, стоп. Теперь это звучит так, будто нужный вариант уже появился в моей голове. Нужно отвлечься и на что-то переключиться. Но каким образом это сделать, когда эта девчонка прижимается к моей спине и чуть ли не дышит в ухо? Кажется, несмотря на мои мысли, тело подростка уже давно всё для себя решило. Нужно срочно переключиться, пока это не стало очевидно всем вокруг.

— Я уже рассказал, что случилось со мной в этом лабиринте. А как у вас проходили последние два месяца? — обратился я к Нессе, которая до сих пор что-то бурчала себе под нос.

— Да как-как — никак, — вздохнула она. — Я уже на второй день встретила Ритса. Ты ведь знаешь, что я не владею ничем кроме исцеления. Поэтому твой брат меня защищал. Скорее всего, я бы уже давно была мертва. Спасибо, — улыбнулась наконец-то Несса, повернувшись к Ритсу.

— Угу, — коротко ответил мой брат, слегка насупившись. Видимо, похвалы он слегка стеснялся. Но молодец ведь, спас императорскую принцессу. Настоящим мужчиной растёт.

— Кстати, Эдиус, — вдруг задумчиво протянула Несса. — А что мы будем делать, если никогда отсюда не выберемся?

Я аж поперхнулся слюной. Иной раз не знаешь, чего ожидать от этой девчонки. Как что-то выдаст, так хоть падай.

— Мы выберемся, что за негативные мысли? — с трудом покачал я головой, ведь вокруг шеи были руки Эстер.

— Ну вот допустим не сможем. Пройдёт год, два, три, а мы все ещё здесь. Что будем делать?

— Ты к чему-то конкретному ведёшь? — вздохнул я, покосившись на Ритса. Не хотелось бы, что он воспринял это всерьёз и расстроился. Но, кажется, моего брата совершенно не смутил подобный разговор. Или так действительно только кажется?

— Да, — кивнула Несса. — Ты ведь говорил, что здесь есть какая-то деревня. Может, вместо того, чтобы просто бродить, направимся туда и будем жить?

Эта девчонка озвучила то, о чём я и сам иногда задумывался. Просто спокойно жить вне лабиринта и надеяться, что рядом проплывёт корабль. Да и есть большой шанс, что нас всё-таки обнаружит поисковая группа. Если, конечно, сама в этом лабиринте не заблудится.

— Давай пока не будем думать об этом варианте. Кто-то ведь действительно уже нашёл выход. А значит — это возможно. И ответ на вопрос нам уже известен.

— А я бы не отказалась просто спокойно там жить. И никто бы не диктовал мне, что делать… — пробормотала Несса, ускорив шаг.

— Да, — согласилась с ней Эстер. Она явно услышала всё, что сказала принцесса.

Следующие полчаса мы шли в тишине. И чем ближе мы были к повороту, за которым должен был проходить бой, тем медленнее мы двигались.

— Я проверю, — шепнул Реон, — а потом всё расскажу.

Не успел я даже ничего ответить, как парень накинул какой-то плащ и убежал вперёд.

Опускать Эстер на землю я не стал. Если вдруг там действительно была опасность, то придётся тут же отступать. Но не думаю, что спустя столько времени там будет продолжаться бой.

Минут через пять Реон вернулся. Он был слегка растерянным и просто молчал.

— Ну что там? — спросила Несса.

— Проректора нет, а на земле лежат Теоден и Кассия. Вокруг них кровь, но её не слишком много. Я не стал приближаться, поэтому не уверен, живы ли они.

— Пойдём проверим их состояние, — вздохнула принцесса. Я даже удивился тому, что она первая об этом заговорила. Видимо, Несса тоже это поняла, заметив мой взгляд. — Ну я же целитель. Не могу же просто бросить людей. Даже если они и ведут себя как идиоты.

Одновременно кивнув, мы все вместе повернули за угол.

Время текло очень странно. Казалось бы, прошло совсем немного времени, но Чердис был уверен, что минул уже чуть ли не год.

Мужчина посмотрел на часы, но стрелки не двигались. Он будто оторвался от реальности. Каждая секунда ощущалась несоизмеримо долго. И в какой-то момент до проректора дошло, что он просто слишком быстро перебирал мысли в голове. Состояние было похоже на девиацию маны, когда всё летит с такой скоростью, что начинает казаться, что жизнь вокруг замедлилась. Но здесь же всё было ещё хуже. Было ощущение, что даже между ударами сердца проходили минуты.

Теперь слова сфинкса о том, что он может не спешить, звучали как какая-то насмешка. Чем дольше он находился в этом белом пространстве, тем хуже становилось его состояние.

Он успел уже раз сто вспомнить дни, прожитые в лабиринте, но до сих пор даже предположить не смог, как же звали существо прямо перед ним. В какой-то момент даже настрой угадать это имя — испарился. Ему просто хотелось быстрее покинуть место, которое всё сильнее и сильнее сводило с ума. Даже в лабиринте он ощущал себя гораздо лучше.

— Я хочу уйти, — тихо пробормотал Чердис.

— Для начала ответьте на вопрос, — ответил сфинкс, не поднимая головы.

— Я отвечу, отвечу… Только выпустите!

Сфинкс поднял голову и посмотрел в глаза мужчины. Казалось, молчание длилось несколько минут, но, наконец-то, существо вновь заговорило:

— Так ты готов дать мне свой ответ?

— Готов! — ответил проректор, мысленно смирившись с поражением.

— Что ж, тогда говори, — кивнул сфинкс. — Итак, сейчас прозвучит ответ на вопрос, — вновь будто дважды сказало существо. В этот раз голос в голове звучал даже немного громче.

Чердис в последний раз решил прокрутить в мыслях все произошедшие события. Он понимал, что сфинкс не врал ему насчёт того, что все подсказки были в лабиринте. Просто они были где-то скрыты. И в этом странном месте, помимо ловушек и кучи существ, было кое-что, что сильно выбивалось.

Частенько на земле встречалось оружие и доспехи. Кто и зачем их раскидал внутри, если не сам сфинкс? Вполне возможно, это и была подсказка.

Конечно, вряд ли это существо звали Шлем или же Меч. Да и само оружие, а также броня, были довольно-таки разнообразными. А значит требовалось найти что-то общее, между всем, что лежало на земле.

И единственное подходящее решение, которое Чердис вычленил в своей голове — имя этого существа было Рыцарь. К этому подходили и доспехи, и оружие. Куча монстров — противники для рыцаря, а ловушки — неожиданные преграды. И лабиринт — это часть длинного рыцарского пути. Всё логично складывалось. Да, имя звучало странновато, но и сам монстр не был чем-то обычным.

— Ваше имя — Рыцарь, — заявил Чердис. Его голос в этот раз тоже будто бы дублировался прямо в голове.

— Ты ошибся, — тут же ответил сфинкс. — Хотя твои размышления были довольно интересными, но ответ был дан неверно.

— Значит я не получу награды? — вздохнул проректор. Пусть мужчина и расстроился, но мысленно выдохнул. Можно было хотя бы покинуть это невыносимое белое пространство.

— Нет, награды не будет. Она достанется лишь победителю. А ты проиграл.

Сфинкс лениво поднял свою массивную лапу, прямо над тем местом, где стоял Чердис. И лишь в эту секунду, которая длилась ужасающе долго, мужчина понял, почему это существо попросило его встать именно здесь. Чтобы гигантскому монстру было удобнее раздавить его, даже не двигаясь с места.

Пока огромная лапа опускалась прямо на голову проректора, он успел несколько раз проклясть тот день, когда вообще согласился направиться сюда. Если бы он тогда не рассказал об этом подземелье Хаседу, то никто бы не отправил его в это место.

Почему вообще это подземелье выбрало его, Чердис не знал, но был уверен, что явно не для того, чтобы умереть. Но теперь он видел, что это был самообман.

Когда лапа оказалась практически в волосе от него, он закрыл глаза, но, прежде чем закончить начатое, сфинкс вдруг сказал:

— Если хочешь кого-то винить, то можешь винить меня. Ты лишь сопутствующая жертва, а не избранный. Просто ты лучше всего подходил на роль человека, который доставит «его» сюда.

В это мгновение лапа опустилась на проректора, не давая ему даже окончательно осознать сказанное. Он чувствовал, как медленно ломаются кости, рвутся мышцы, трещит череп, лопаются органы.

Думать хоть о чём-то уже было невозможно, Чердис лишь внутренне молился, чтобы это всё побыстрее закончилось, и он умер. А время всё тянулось и тянулось.

— Получается, проректор ответил неправильно, — вздохнул Латс, когда странные голоса закончили говорить прямо внутри головы. Сложно было теперь не понять, кто же отвечал на загадку сфинкса.

— А тебя вообще не смущает, что мы это слышим? Что вообще происходит? — схватилась за голову Лиштас.

— А должно смущать? — удивился парень.

— Какой же ты непрошибаемый! Кто-то или что-то задаёт вопросы, а проректор почему-то на них отвечает. И непонятно, что теперь его ждёт после ошибки! А вдруг этот странный голос сейчас и нас спросит что-то подобное⁈ Да я никогда в жизни не отвечу, как его зовут!

— Заканчивай есть и пошли дальше, — лишь вздохнул Латс, откинув обглоданную кость в сторону.

— Да чтоб тебя!

Лиштас продолжила поедать пойманного в магическую ловушку куалида, параллельно фыркая и бормоча что-то явно некультурное. В последние дни она вообще не походила на ту девчонку, которой была в момент попадания в лабиринт. Руки девушки теперь были полностью покрыты магическими татуировками. Эти символы уже начали появляться даже на груди и животе. И если поначалу Лиштас ругалась и краснела, то теперь без проблем расхаживала перед Латсом без верхней одежды. Да и сама одежда уже давно пришла в негодность, даже сменная доживала последние дни.

— Надеюсь, что сегодня не будет никаких серьёзных противников, — вздохнула девушка, закончив обед и дотронувшись до магической татуировки, которая должна была подавить возможное отравление.

— Ты ведь уже и сама можешь расправляться с фельдгейстерами, — пожал плечами Латс. Эта девчонка действительно могла голыми руками прикончить это волкоподобное существо, просто дотронувшись до пары магических татуировок.

— И ты думаешь, я жажду этим заниматься? Да и в ловушку не хочется попадаться. Пусть у меня и неплохо получается определять, что за магический круг изображён, но сами ловушки не так легко заметить.

— Интереснее ведь посмотреть на них в действии, — улыбнулся парень, накинув на плечи рюкзак, а также прикрепив к поясу книгу.

— Что в этом хорошего⁈ Мне чуть брови в прошлый раз не сожгло. Я ведь уже говорила, что ты сумасшедший? Явно говорила, — сама себе кивнула девчонка, тоже напялив рюкзак, который выглядел совсем неважно. — Мне кажется, ты больше заботишься об этой книжке, чем обо мне.

— Но ты ведь не сгоришь, в отличие от книги, — удивился парень.

— Я, по-твоему, огненная рысь что ли⁈ Что такое в этой книженции, что ты с ней так носишься?

— В ней правосудие, — задумчиво проговорил Латс. — Но, если честно, я надеюсь, что мне никогда не придётся ей воспользоваться.

С каким-то недоверием взглянув на необычайно серьёзного мальчишку, Лиштас вздохнула, хлопнула его по плечу и пошла вперёд.

— Не отставай, — с улыбкой прокричала она. А Латс, так же тепло улыбнувшись, пошёл за ней следом.

— Хватит, хватит, хватит! — кричала Микелла, пытаясь выгнать голоса из своей головы. — Почему вы разговариваете⁈

Она не могла понять, что происходит. Один из голосов напоминал проректора, но тот сказал лишь пару слов, что-то там про рыцаря, и утверждать это было нельзя. Но Микелла определённо была сейчас одна, а значит слышать этот разговор не могла.

— Схожу с ума! Я сумасшедшая! — билась в истерике девчонка. Но даже в таком состоянии она продолжала двигать фигуры на доске перед собой.

Когда она в седьмой раз за день поставила себе мат, паника начала немного отступать, но это не значило, что стало спокойнее. Микелле казалось, что после того зрелища с участием Фертиса и наёмника, которое она умудрилась застать, её жизнь никогда не будет прежней.

Девчонка даже подумать не могла, что один человек может так просто убить другого. А самое жуткое, что она ездила в одной карете с этим парнем. Он мог в любой момент убить и её. Просто так, потому что ему просто захотелось.

— Теперь я играю белыми! — воскликнула она. Микеллу совершенно не смущало то, что играла она одновременно и белыми, и чёрными. Так было даже интереснее, ведь она могла вообразить любого соперника.

Единственное, что её вгоняло в ступор — названия, вроде f1 или g2. Цифры были ей понятны, а вот буквы казались странными. Ритс объяснил девушке, как правильно звучали эти символы, но откуда они взялись — сказано не было. Возможно, этот парень и сам этого не знал. Впрочем, играть это совершенно не мешало.

Выставив пешку на d4, она коварно улыбнулась и начала обдумывать ход «противника». Но тут вдруг неподалёку раздался какой-то крик. Будто кричала птица, очень и очень пискляво.

Микелла зажала рот ладонями, а из глаз выступили слёзы. Пару минут назад она так сильно кричала, что её определённо могли услышать, несмотря на то, что девчонка сидела в ящике.

Сдерживая даже попытки дышать, она смотрела на доску. Рука неосознанно тянулась к чёрной пешке, ей нужно было сделать ответный ход прямо сейчас. Микелла с трудом держалась, но в итоге схватила фигуру и поставила с d7 на d5.

«Отлично», — подумала она. — «Теперь снова мой ход!».

Вхва-ааа!

Крик раздался буквально в метре от ящика. Сердце стучало ещё сильнее, руки дрожали, а от слёз уже всё вокруг поплыло. Девушка надеялась, что это существо, кем бы оно ни было, прямо сейчас уйдёт. Нужно было лишь не шуметь. Но рука будто бы жила своей жизнью и уже схватила очередную белую пешку.

Не успела девчонка передвинуть фигуру, как она выпала из руки и, ударившись о доску, отлетела в сторону.

Вхрва-ааа!

Существо закричало ещё громче и вдруг стукнуло прямо по ящику. Потом ещё раз. И ещё.

«Тварь! Не даёт доиграть!» — подумала Микелла, стиснув зубы. А стук всё не прекращался. Девчонка съежилась в самом углу большого ящика, обняв шахматную доску. Ей оставалось лишь наблюдать, как существо медленно разрушает единственное место, дающее ей хоть какое-то чувство безопасности.

— Теперь понятно, кто именно нашёл сфинкса, — вздохнул я, когда голоса, раздающиеся в голове, замолчали.

Несса в этот момент стояла рядом с Теоденом и Кассией. Оба наёмника лежали на земле и с виду было непонятно, живы они или же нет.

У мужчины отсутствовали рука и нога. Удивительно, но крови вокруг действительно было не слишком много, несмотря на подобные ранения. Хотя с местными эликсирами вполне возможно остановить столь сильное кровотечение. Эстер живое тому подтверждение. Раны же Кассии с виду были не столь серьёзны, хотя порезов на теле было намного больше.

— Оба живы, пока что, — тяжело вздохнула принцесса. — Честно говоря, я не уверена, что смогу их вылечить. У меня не так много маны после исцеления Эстер, а раны здесь не менее серьёзные, — говорила девушка, параллельно отбирая у Реона два последних эликсира регенерации.

— Выходит, их уже не спасти? — уточнила девушка-рыцарь, спустившись с моей спины. Она с большим трудом стояла на ногах, держась за моё плечо.

— Я этого не говорила, — покачала головой Несса. — Вариант есть, но я бы предпочла им не пользоваться.

— Какой? — удивился Реон. Он передал зелья принцессе и теперь сам осматривал наёмников. — При всём уважении, я не уверен, что их бы вылечил даже маг с четырьмя крыльями.

— А в какой момент я сказала, что вылечу их? — хмыкнула Несса, продолжая поддерживать жизнь в Теодене и Кассии. — Моей маны, а также действия эликсиров, хватит, чтобы они были живы ещё несколько часов.

И в этот момент я понял, что имела в виду принцесса. И также до меня дошло, почему этот вариант ей не нравился.

Единственный способ спасти этих людей — найти ещё целителей. А это можно сделать лишь выбравшись из подземелья. Так как Чердиса видели здесь буквально пару часов назад, значит до сфинкса идти не так уж далеко. И раз уж мы знаем ответ на загадку — можно попытаться выбраться из лабиринта до того, как наёмники умрут. Можно попросить в качестве желания исцелить всех, кто был ранен. Или даже оживить умерших. Хотя мне с трудом верилось, что есть существо, способное на это. Звучит слишком невероятно.

— Ты боишься, что из-за спешки это может быть опасно? — уточнил я у Нессы. Она кивнула, максимально сосредоточившись на исцелении. Так как заговоров эта девчонка не произносила, было похоже, что она просто сидит на земле, положив ладони на раненых наёмников.

— А можно объяснить, что вы задумали, для людей, которые не обязаны разгадывать загадки? — фыркнула Эстер. — Или раз я умею только мечом махать, то мне и знать необязательно?

— А я вот не вижу смысла что-то обсуждать, — вдруг вмешался Реон, не дав объяснить, что к чему. — И не только я один с этим согласен, — кивнул он куда-то в пустоту. — Эти люди подвергли принцессу опасности, хотя должны были защищать. А что самое главное — они лишь наёмники. Их задача — сражаться за деньги. Смерть — это нормально. Каждый знает на что идёт, выбирая подобную работу. Никто ведь не будет жалеть человека, который сражается на арене, когда его прикончит противник. Это закономерный итог, ведь всё держится на деньгах. Почему бы тогда просто не бросить этих людей, как сломанное оружие?

— Хочешь сказать, что и ты не против умереть, выполняя какой-нибудь нелепый приказ? — удивился я.

— Я давно умер, — пожал плечами парень. — Да и разве у простолюдинов есть такая вещь, как выбор?

Моментально стало как-то неловко. Действительно, помимо Реона все здесь были аристократами. Наёмники не в счёт. Уж не знаю, через что ему довелось пройти, чтобы настолько обесценивать как свою, так и чужие жизни, но сейчас этот вечно улыбающийся парень явно не шутил.

— А твоё мнение никто не спрашивал, — вздохнула Несса, а её лицо стало ужасающе спокойным. — Плевала я, кого ты считаешь ценными, а кого нет. Сначала научись не разговаривать с воздухом, а потом уже начинай рассуждать. Я спасаю этих людей не потому, что это правильно, а потому, что сама этого хочу.

— Но они ведь втянули вас в сражение! — растерялся Реон.

— Да, вот и пусть теперь живут с этим. А целитель всё равно обязан помогать людям, несмотря на то, что они могут оказаться идиотами. Не нужно считать, что раз я дочь императора, то не буду ценить людские жизни. Так что, Эдиус, как поступим? — обратилась ко мне принцесса. Впервые за всё время знакомства я видел её настолько серьёзной и хладнокровной. Сейчас она напоминала свою мать. Примерно такой же стала императрица, когда её сыну, после отравления, перестала угрожать опасность. Будто отключила все лишние эмоции. Неужели лабиринт настолько сильно меняет людей? Или она изначально была такой, просто хорошо прятала это за маской?

— Давай попробуем, — кивнул я, взглянув на наёмников. Всё-таки эти люди старались нас защищать, да и плохими людьми их сложно назвать. — Но я отправлюсь один. Не хочу лишний раз рисковать. Просто пойду в проход, который выбрал ректор, и найду этого сфинкса. Да и засиделись мы здесь, пора выбираться.

— Нет, я с тобой, — тут же вмешалась Эстер.

— Ты еле стоишь на ногах, — вздохнул я. — Оставайся здесь, вдруг Нессе потребуется помощь.

Быстро проверив содержимое рюкзака, я обнаружил, что у меня осталось немного еды и воды. Оставив последние запасы ребятам, я решил идти налегке. Раз ректор быстро добрался до выхода, значит он находился совсем близко. Смысла брать что-то с собой нет. Достаточно будет лишь одного топора.

— Постой, — прохрипел Теоден, когда я уже собрался уходить. Мужчина только-только пришёл в себя, но явно успел услышать последние пару минут диалога.

— Не трать силы, — оборвала его Несса. — Я сейчас тебя усыплю.

— Меч, — тихо пробормотал лидер наёмников. — Возьми.

Осмотревшись, я увидел на земле тёмное оружие, которое было покрыто десятками рун. Оно лежало чуть поодаль, видимо, отлетело во время сражения.

Теоден сразу же потерял сознание, или же Несса попросту сама его усыпила, но я всё равно благодарно кивнул, подняв меч. Было ясно, что это крайне хорошее оружие, прочное и острое, да и руда, из которой был сделан этот меч, чем-то отличалась. До этого я не видел, чтобы лидер наёмников пользовался им. Даже и подумать не мог, что у него припрятано что-то подобное. А видя количество рун на клинке, сразу захотелось показать его Латсу. Надеюсь, что этот парень в порядке.

Да, нужно двигаться к выходу. Не хочу затягивать с тем, чтобы выбраться из этого лабиринта. Не только из-за наёмников, но и из-за остальных ребят. Хочется верить, что они до сих пор живы и находятся в безопасности.

В итоге я забрал с собой и топор, и меч. После того, как я остался без перчаток, любое преимущество одного оружия над другим — исчезло. Так что лучше перестраховаться и взять оба.

— Ладно, я быстро. Даже не успеете заскучать, — махнул я людям, оставшимся на развилке, смахивающей на перекрёсток.

В который раз оглянувшись на своих друзей, я глубоко вздохнул и шагнул в проход.

Та же живая изгородь, те же ловушки, то же небо над головой, но было одно отличие — не было никаких развилок. Я просто медленно шёл прямо, всё сильнее удаляясь от группы.

Сначала хотелось просто бежать вперёд, но всегда был шанс куда-нибудь вляпаться. Так что я решил перестраховаться. Конечно, Несса вряд ли сможет долгое время поддерживать жизнь наёмников, но мне моя жизнь важнее, как бы некрасиво это ни звучало. Я не против попробовать им помочь, но если вдруг предстоит выбор — эти двое или я, то я поступлю эгоистично и выберу себя, или же любого другого близкого человека.

Пару раз живая изгородь виляла из стороны в сторону, но больше особо ничего не происходило. Чем дольше я шёл, тем отчётливее в голове возникала мысль — скоро получится вырваться из этого места. Да, плохо, что не вышло найти Лиштас и Латса, но лабиринт огромный, это ведь не значит, что с ними что-то случилось. Даже с Нессой мы встретились только сегодня. Бывают приятные совпадения и в моей жизни. Может, я потратил весь заряд неудачи и, наконец-то, начинается светлая полоса?

Пока я рассуждал о будущем, дорога ещё раз вильнула, выведя меня к высокой арке. Она выглядела так же, как и та, что была в самом начале, только без железных ворот.

— Ну вот и последние шаги. Чуть-чуть осталось, — сам себя подбодрил я.

Глубоко вздохнув, на всякий случай перехватив оружие поудобнее, я вошёл в арку.

Пространство вокруг меня резко изменилось. Стало так ярко, что я на пару мгновений ослеп, а когда открыл глаза, то чуть не упал от шока.

Вокруг меня не было совершенно ничего. Вернее всё пространство стало просто белым. А в десятке метров лежал огромный двадцатиметровый сфинкс. Но удивляло не это, а само белое пространство. Готов поклясться, я уже был в подобном месте. Что-то похожее я видел прямо после своей смерти на Земле. Но в этот раз белого существа не было, был лишь этот четырёхлапый гигант. И проректора, либо его тела, здесь также не было. Хотя на «земле» лежала одежда, саквояж и рюкзак. Будто человек исчез, оставив после себя лишь вещи. Выглядело это, конечно, крайне жутко.

— Поздравляю с завершением пути. Теперь остался лишь один шаг до возможности загадать желание и покинуть лабиринт. Нужно лишь ответить на один вопрос, — слова гиганта немного отличались от того, что он говорил Чердису.

Я даже слегка растерялся от этого. Проректор мог сразу же покинуть это место, не отвечая на загадку. Во всяком случае подобные слова прозвучали тогда в моей голове. И, видимо, сфинкс понял, что я в недоумении, поэтому продолжил:

— Человек, который добрался до конца лабиринта первым — выбирает условия. Так что теперь вам требуется отгадать загадку, а также желание вы сможете использовать только для себя.

— Понятно, — кивнул я, недовольно скривившись.

Неприятно, конечно. Все планы сломались. Кто же мог знать, что правила здесь работают подобным образом. Выходит, воскресить или же вылечить людей, которые сгинули в лабиринте, наверняка не получится. Эти наёмники мне не были даже близкими друзьями, так что подобное желание точно не будет отражением моих мыслей. Чердис мало того, что сам себя прикончил, так ещё и здесь напортачил. Хорошо хоть, что ответ на вопрос мне известен.

Рассуждать о том, почему же это белое пространство так сильно напоминало то, что я видел четырнадцать лет назад, сейчас точно не время. Во всяком случае, меня больше не заставляли кидать кости, и я определённо не был мёртв, а это уже хорошо.

— Для начала тебе нужно встать прямо передо мной, — кивнул сфинкс в точку перед его правой лапой. Я сделал так, как сказало явно довольное существо, после чего приготовился к вопросу. Но монстр не спешил, он будто наслаждался происходящим.

— А желание может быть абсолютно любым? — вдруг спохватился я.

— Да, — снисходительно кивнул сфинкс. — Если оно не нарушает законов мира.

Что это за законы такие, спрашивать я не стал. Будет ещё время разобраться. В мифе Кил долгое время провёл рядом со сфинксом, оплакивая погибших. А значит торопить меня с выбором никто не будет.

— Что ж, слушай загадку, — будто на два голоса сказал сфинкс. — Назови полное имя человека, который смог когда-то выбраться из этого лабиринта.

— А? — растерянно уставился я на улыбающееся существо.

— А что, думал, узнал ответ на загадку, и теперь всё будет так просто? Очень зря, парень, очень зря!

Повисло молчание. Я не то, что слов подобрать не мог, а просто-напросто на пару мгновений разучился говорить. Как вообще такое могло произойти? Сфинкс просто взял и поменял вопрос. Я, конечно, не сфинксовед, но разве они должны так делать?

Конечно, он не спрашивает людей «кто ходит утром на четырёх ногах, днём на двух, а вечером на трёх?», но это не значит, что загадка вдруг должна стать другой. Это абсурд, ведь буквально передо мной он задавал совершенно иной вопрос проректору.

— Почему? — наконец-то выдавил я из себя.

— Почему я поменял загадку? — зачем-то переспросил сфинкс. — Будет совершенно неинтересно, если ты будешь заранее знать ответ.

Это существо резко перешло на неформальный формат общения. В целом-то плевать, куда интереснее, что теперь делать с новой загадкой.

— А откуда вам было известно, что я знаю ответ?

— Сложно найти что-то, чего мне неизвестно, — ухмыльнулось существо.

— Но ведь на вашу прошлую загадку в лабиринте была подсказка, а на эту нет ничего подобного, — попытался найти я хоть какой-то компромисс.

— В лабиринте подсказок действительно нет, — хмыкнул сфинкс. — Но, к сожалению, мне запрещено задавать вопросы, на которые ты ответить не сможешь. Так что шанс у тебя всё равно есть, всё честно. Хотя, конечно, в отличие от прошлого счастливчика, который выбрался отсюда, у тебя рядом нет товарищей, которые могли бы попытаться ответить. А значит попытка ответить всего одна, но ты ведь сам решил прийти сюда в одиночку, не так ли?

Сфинкс смотрел на меня таким взглядом, будто видел насквозь. Нет, он наверняка видел. И скорее всего читал мои мысли. Мало того, что это существо разговаривало, так ещё и видело души людей. Откуда оно вообще взялось?

Смысла спорить не было. Я даже представить себе не могу, что одолею эту тварь. Монстр был ростом с приличных размеров здание, да каждая его лапа больше меня. Отсюда и сбежать никак не получится, потому что выход пропал. Хуже ситуации и не придумаешь…

— Просить подсказку бессмысленно? — спросил я у сфинкса.

— Почему же? — удивилось существо. — Можешь попросить, но я всё равно откажу.

Замечательный ответ. Он ещё и издевается. Сидит тут в своём белом пространстве и развлекается, загадывая загадки.

Раз иных вариантов нет, то нужно попытаться ответить на этот вопрос. Вряд ли эта тварь врала, когда говорила, что я могу каким-то образом прийти к ответу.

— Назови полное имя человека, который уже смог когда-то выбраться из этого лабиринта, — пробормотал я, вспомнив вопрос сфинкса.

Речь явно идёт о том парне из мифа. Что мы имеем на данный момент — парнишку в книге звали Кил. У него был брат Бут, а также два друга Юви и Вис. Хорошо, что я всё это отлично помню. Каков шанс, что Кил — это и есть его реальное имя? А хрен его знает. Мифы могут полностью искажать реальные события.

Да и не зря сфинкс сказал, что нужно назвать полное имя, а значит, скорее всего, у парня была фамилия. Будем исходить из того, что он аристократ. А ещё он рыцарь, что тоже немаловажно.

В мифе точно не было сказано, как давно он жил, откуда родом, а также отсутствует описание внешности. Допустим, что это произошло тысячу лет назад… тогда шансов точно нет. Я про те события вообще ничего не знаю. Хотя нет, знаю про Элию Риггар, но она явно не рыцарь. Тут бы пригодилась Сэгундо. Эта женщина явно застала лично все события. И если этот лабиринт действительно был известен, то могла бы вспомнить, кто смог найти из него выход. Это ведь необычно — подземелье над землёй.

Так, стоп. Несса же говорила мне, что лет семьсот-восемьсот назад существовало подземелье, которое было ужасающе сложным и состояло из одного единственного яруса, находящегося над землёй. А что, если это одно и то же подземелье? Тогда у меня появляются примерные годы жизни этого Кила. Это где-то 550–650 годы. А это уже что-то!

Элию Риггар и её современников можно выкинуть сразу. Даты совершенно не совпадают. Может вообще не стоит сильно далеко ходить и сосредоточиться на очевидном? Допустим, Кил — это не полное реальное имя, но и не выдуманное, а просто сокращенная форма. Автор мифа, кем бы он ни был, урезал настоящее имя, чтобы не было прямой ассоциации с реальным человеком. Тогда ответ сразу же появляется в памяти — Килан Мерелит. Он был одним из сильнейших рыцарей, а также жил примерно в то время, особенно если ориентироваться на то, что статуя в портовом городке, на которой были увековечены его дети, появилась лет семьсот назад.

Сначала казалось, что разгадка будет слишком сложна, но стоило пораскинуть мозгами и напрячь память, которая пока ни разу меня не подводила, и отгадка сложилась сама собой. Это ведь логичный ответ.

— Хах, — усмехнулся вдруг сфинкс, хотя я даже рта не раскрыл. Он не стал ничего говорить, просто расплылся в улыбке.

И что это должно значить? Почему он смеётся? Надо мной, над загадкой или просто так? Если он и правда может видеть меня насквозь, значит есть шанс, что его позабавил ответ, к которому я пришёл.

Неужели это ловушка? Эта тварь понимала, что я выберу именно это имя и теперь радуется, что так и получилось? Странное существо решило надо мной ещё и поиздеваться. Что ж, если уж читаешь мои мысли — то можешь и с этим ознакомиться: я выберусь отсюда, а ты можешь и дальше прозябать тут в одиночестве, самостоятельно отгадывая дурацкие загадки.

Взглянув на лицо загадочно улыбающегося сфинкса, я вновь погрузился в раздумья. Если это чудовище думает, что я так легко сдамся, то явно ошибается. У меня достаточно времени, а значит, я точно успею найти верный ответ.

— Почему вопрос поменялся? — пробормотала Эстер, покосившись на Нессу.

— Не знаю, — прошептала принцесса, схватившись за голову.

— Нужно бежать за Эдиусом, спасать его! — воскликнула девушка-рыцарь, попытавшись вскочить на ноги, но тут же упала на землю. Сил не было, они полностью уходили на восстановление организма.

— И как мы ему поможем? — скрипнула зубами Несса. — Я без понятия, что это за лабиринт и кто смог выбраться из него? Это мог быть кто угодно!

— Но нельзя же просто оставить его! — не сдавалась Эстер, пытаясь встать с земли.

— В твоём состоянии ты отправиться можешь лишь в объятия Семерых. А если уйду я, то эти двое умрут, — кивнула принцесса на лежащих на земле наёмников.

— Тогда я пойду, — тут же сказал Ритс, подойдя ближе к девушкам.

— Куда? Если с тобой что-то случится твой брат сойдёт с ума. И даже если ты доберёшься, то будешь лишь отвлекать Эда, — вздохнула Несса, пытаясь найти в голове хоть какой-то вариант.

— Я скажу вам сразу же, — вмешался Реон. — Хотел бы помочь Эдиусу, но не могу уйти отсюда. Мне нужно находиться рядом с вами и не спрашивайте почему.

Вся группа переглядывалась какое-то время, не говоря ни слова. Эстер стучала по земле и скрипела зубами, но не могла подняться.

— Ты просто боишься, — сказала девушка-рыцарь, уставившись на Нессу. — Не хочешь умирать, поэтому не идёшь за ним. Оправдываешься, а сама трясёшься…

— Ты можешь думать головой, а не просто злиться? Если я сейчас уйду, то эти люди умрут, а помочь Эду всё равно не выйдет. Ответа я не знаю, зато точно знаю, что этот парень даже думать нормально не сможет в ситуации, когда не только ему угрожает опасность. Может быть, все вместе пойдём, сядем рядом с ним и будем подбадривать? Это ведь так сильно поможет! — воскликнула Несса. — Иногда лучшим вариантом будет не вмешиваться, даже если очень хочется.

— Если он умрёт… то у нас ведь тоже не будет шансов отсюда выбраться. Так почему бы просто не умереть рядом с ним? — опустив голову, пробормотала Эстер.

— Мне кажется, тебе лишь бы умереть. Эдиус говорил, что ты вырвала у себя из живота каменный шип. Это решение каждой твоей проблемы? Неужели жизнь настолько тебе неинтересна?

Пока Несса и Эстер спорили, Реон утянул Ритса на другую сторону развилки, оставив их наедине.

— Я могу лишь сражаться… — сказала девушка-рыцарь после небольшой паузы.

— А в любом другом вопросе ты сразу сдаёшься? Слушай, Эстер, — вздохнула принцесса, — я не понимаю, в этой жизни вообще есть хоть что-то, что ты любишь? Ну, кроме Эдиуса, — добавила она.

— А? — уставилась на свою собеседницу Эстер, после чего резко отвела взгляд. — Ты это о чём?

— Дуру из меня не делай. У тебя на лице всё написано.

— Да нет же…

— Ты даже сейчас не можешь прямо это признать, глядя мне в глаза. Если что-то касается сражений — ты становишься бесчувственным монстром, но во всём остальном ты буквально безобидный щеночек. Ты совершенно не похожа на аристократа.

Эстер лишь промолчала, уткнувшись взглядом в землю. Что-то подобное она частенько слышала и от отца. Но он ещё говорил, что она и как рыцарь не вышла. За столько лет — никаких достижений, а ей ведь будет уже семнадцать. В итоге её поучала четырнадцатилетняя девчонка, и спорить с ней Эстер даже не могла.

— Тебе ведь он тоже нравится, — только и выдавила из себя девушка-рыцарь.

— Да, — тут же кивнула Несса. — Но я прекрасно понимаю, что сейчас не время и не место для чего-то подобного. И, в отличие от тебя, я верю в Эдиуса. Он найдёт ответ и вернётся за нами.

— Я тоже верю… И вообще… Я его поцеловала.

В этот момент маска на лице Нессы рассыпалась вдребезги.

— Чего-о-о⁈ — завопила она. — Забудь все мои слова! Ну-ка живо рассказывай, что ты успела натворить!

На лице Эстер появилась лёгкая улыбка превосходства, после чего она прислонилась к живой изгороди, и, взглянув на взбудораженную принцессу, сказала:

— Ну-у, я подумаю.

Университет, второй курс. Отлично помню, как преподаватель философии, Иван Витальевич Махтачов, попросил меня перечислить философские идеи Аристотеля. Я прекрасно помнил ответ, да и вообще любое задание, связанное с заучиванием чего бы то ни было, было для меня наградой. Поэтому просто дал ему такой же ответ, какой он и диктовал на лекциях. Но вместо одобрения этот мужчина посмотрел на меня с лёгкой ухмылкой и спросил: «ты уверен?». Этого хватило, чтобы внутренне признать, что я ошибаюсь. В итоге стоял пару минут и краснел, пытаясь понять в чём же была ошибка.

И сейчас была похожая ситуация. Сложно сказать, сколько времени прошло, оно тут вообще как-то странно летело, но определённо много. И вот я сидел на белом полу, под хитрым взглядом улыбающегося сфинкса, и пытался понять — есть ли какая-то проблема в моих суждениях.

Уже раз десять вспомнил прочитанный миф, хотя толку от этого не было. Пытался перебирать в голове людей, у которых в имени было «Кил». Я даже перевернул это имя и начал думать, что его на самом деле звали «Лик», а автор мифа просто решил всех запутать, как это делала Румия Аванекс. В какой-то момент моя паранойя дошла до того, что я стал складывать между собой имена людей из мифа, надеясь, что здесь кроется разгадка.

— Килюви, Ювикил, Килбут, — бормотал я, под снисходительным взглядом сфинкса. А он ведь читал мысли, значит должен был понимать, на правильном я пути или нет. Но на морде этого существа не появилось и тени настороженности, словно я изначально двигался в неверном направлении.

Не знаю, каким образом, но я загнал себя в такую мысленную яму, что уже даже не был уверен в том, что парень из мифа действительно выбирался из лабиринта. Может быть, его просто выдумали, и на самом деле я вообще всё это время думал не о том. Сейчас окажется, что ни один человек не покинул этого места, и полного имени просто нет. Вот это будет номер…

Когда я стал пытаться рисовать мечом что-то на белом полу, стало ясно, что всё зашло слишком далеко. Мозг отказывался адекватно мыслить, поэтому я и начал думать о прошлом. И эта история из университета сама по себе всплыла в памяти. Мой ответ тогда был верен, но стоило преподавателю выразить сомнение — я потерял всякую уверенность, хотя с самого детства полагался на свою память. Стоило просто стоять на своём, но этот снисходительный взгляд, будто я ничего в жизни не смыслю, не дал мне и рта открыть.

— Килан Мерелит, — наконец-то ответил я, откинув в сторону лишние мысли.

Сфинкс хмыкнул, после чего подпёр массивную голову лапой.

— Это окончательный ответ? Я никуда не тороплюсь и не подгоняю, во всяком случае пока сюда не войдёт кто-нибудь ещё. Времени у тебя достаточно.

— Окончательный, — кивнул я, а взгляд непроизвольно упал на слегка приподнятую лапу.

— Ну что ж, — вздохнуло существо, поднявшись с пола. — Никто тебя не торопил. И даже сейчас я мог бы дать возможность отказаться от озвученного ответа.

Я лишь покачал головой. Пальцы непроизвольно почти разжались, но я удержал меч. Вряд ли он мне поможет, но, когда он в руке, становится хоть немного спокойнее.

Дальнейших разговоров не последовало. Существо вдруг стало выглядеть гораздо более серьёзным, размахнулось своей огромной лапой и обрушило её прямо на пол. Я не успел даже среагировать, когда удар пронёсся в паре сантиметров от меня. Но ничего не случилось.

— Какое забавное выражение лица, — вдруг расхохотался сфинкс. — Ответ верный.

Ноги подкосились, и я опустился прямо на пол. Жизнь на мгновение мелькнула перед глазами. Даже если бы я был готов, то вряд ли бы смог увернуться от подобной атаки. А уж о том, чтобы заблокировать, и речи не шло.

— Значит, всё закончилось? — трясущимся голосом уточнил я, пусть моё лицо и не выражало особых эмоций. Было ясно, что я лишь пытаюсь изображать спокойствие. Внутри бушевала буря из кучи чувств и эмоций, самой сильной из которых было — облегчение. Это явно понимал и сфинкс, но не придавал этому никакого значения. Да и плевать мне было на то, что вообще подумает этот монстр.

— Да, ты и все выжившие, кто находится в лабиринте, покинут его. Ну а мертвецы останутся здесь навсегда. Их тела будут уничтожены, иначе нельзя. И да, можешь озвучить желание.

Отлично! Значит никому больше не придётся идти сюда. Лучшая новость за последние несколько месяцев.

— Я так понимаю, воскресить людей нельзя? — уточнил я.

— Не-а, уже было озвучено, что желание должно быть связано с тобой, а так как никто из умерших в лабиринте людей не является для тебя по-настоящему близким, исполнить я его не могу, — с довольной улыбкой проговорил сфинкс, после чего зачем-то добавил, — а также нельзя воскресить людей, тела которых были уничтожены.

Отлично. Значит Латс тоже жив. Не знаю намеренно или нет, но сфинкс подсказал мне это, так что можно выдохнуть. Но к чему он решил уточнить про уничтоженные тела?

Ах, я понял. Это существо действительно умеет видеть всё, что на душе. На секунду в моей памяти и правда всплыло лицо Сиваны. Значит тех, кто уже был похоронен, тоже нельзя вернуть к жизни. Кажется, я начал хоть немного понимать, как работают правила в этом месте.

— Могу ли я стать архимагом? — тут же спросил я. Да, это было неправильно с точки зрения усердия и таланта. Будто бы я читер и ищу лёгкий путь. Но выжить в этом месте было совсем нелегко, а обучаться, не имея даже возможности выучить второй ранг магии, было невыносимо. Раз уж таланта нет, то нужно найти другой способ.

— Отказано, — покачал головой сфинкс. — Это нарушает один из законов.

— А как же — «всё что угодно»? — удивился я.

— «Судьба» ведь уже решила всё за тебя. Нельзя обойти ограничения, иначе всё сломается. В любой игре должны быть правила.

— А можно узнать список законов или правил?

— Возможно, когда-нибудь, — хмыкнуло чудовище, подперев голову массивной лапой.

Ну просто замечательно. И что же тогда мне попросить? Это была единственная вещь, которая действительно могла мне помочь в будущем. Деньги? Не так уж и нужны. Герцогство и так богато. Власть? Ну я наследник герцога. Не императором же мне становиться. В таком случае мне явно не получится расслабиться. Женщины? Вон одна пепельноволосая есть, и я уже ума не приложу, что с этим делать. А если добавится ещё несколько — я вообще с ума сойду. Как вообще император Пирилац справлялся с таким количеством жён и наложниц… Ну а что тогда выбрать?

— Могу ли я попросить отсрочку? — уточнил я.

— Отсрочку? — удивился сфинкс.

— Да. Если в данный момент мне ничего не нужно, но через какое-то время потребуется, могу ли я загадать желание в тот момент.

— Ха, — стукнуло лапой по полу существо. — Интересно. Действительно интересно. И правила этого не запрещают. Пока что…

Сфинкс поднял голову, закрыл глаза и задумался. Но не прошло и минуты, как он кивнул.

— Хорошо, давай сделаем так. Мне хочется посмотреть, что из этого получится.

Я даже не заметил, как прямо передо мной на белоснежном полу появилось кольцо. Вместо драгоценного камня там была золотая римская цифра один.

— Когда потребуется загадать желание, просто дотронься до этого символа, влей ману и произнеси то, чего хочешь. Если это не будет нарушением закона, то желание тут же исполнится.

— Так я ведь не знаю этих законов, — вновь напомнил я, подняв кольцо.

— Не переживай. Твоё желание просто будет проигнорировано, если вдруг окажется, что его нельзя осуществить, — улыбнулся сфинкс. — Что ж, было весело. Мне так понравилось слушать твои рассуждения. Странные теории, ошибки, радость, страх, отчаяние, надежда — за этим следить интереснее всего. Килан гораздо дольше возился.

Так значит он просто наслаждался моим смятением? Поэтому всё время хмыкал и улыбался. Сфинксу явно очень нравится играть с людьми. И часто он так развлекается?

— А этот человек действительно загадал, чтобы лабиринт исчез? — спросил я, неожиданно осмелев.

— Нет, конечно, — рассмеялся монстр. — Лабиринт и так исчезнет, как минимум лет на двести. Ну а там… как повезёт.

— А что он пожелал?

— Чтобы люди стали сильнее и благороднее, — как-то нечётко ответил сфинкс, но потом добавил, — в общем, распространил рыцарство по миру. Вроде бы желал не для себя, а для людей, но всё равно получил от этого немало выгоды. Даже герцогом стал. Интересный был парень, но не слишком любил находиться вдали от дома. Хотя, мне от этого только плюс.

— Понятно, — слегка растерялся я. Это существо неожиданно стало довольно-таки разговорчивым. Да и манера разговора сильно отличалась от той, что была с самого начала. И оно ведь совершенно не расстроилось, что я отгадал загадку. Неужели изначально было плевать, смогу я ответить или нет? Кто это вообще и почему так много знает обо всём? Неужели что-то вроде бога?

Мои мысли сфинкс явно услышал, но не стал ничего подтверждать или опровергать, а просто сразу же прервал размышления.

— Так, ладно. Было интересно, но пора заканчивать. Удачи тебе, теперь я буду лишь наблюдать, но надеюсь, что и во время войны ты покажешь себя не хуже, Артём.

В мозг впилось названное сфинксом имя, но прежде, чем я открыл рот и задал вопрос, пространство вокруг меня вспыхнуло белым, хотя я и так находился среди белоты. Ноги потеряли точку опоры, и я будто провалился в пустоту.

Опять я лежу на земле, приходя в себя после непонятного вмешательства неизвестно кого. То телепорт, то ещё какая-то хренотень. Пора бы уже смириться, но совершенно не хочется, чтобы моя жизнь состояла из чего-то подобного. Говорят, быстрее всего привыкаешь к хорошему, но как-то всё хорошее настолько меня недолюбливает, что теперь обходит за три версты.

Поднявшись на ноги и отряхнувшись, я осмотрелся. Рядом было множество деревьев, небольшая гора, а вдалеке виднелся шпиль храма Семерых. В итоге я вернулся к месту, в котором мы разбили лагерь, перед тем как отправиться в подземелье. Единственное, что изменилось — вход в пещеру пропал. Вместо него теперь здесь находилась просто каменная глыба.

Я подошёл к горе и дотронулся до места, которое ещё недавно было входом, но ощутил лишь холодный влажный камень. И даже мана, которую я послал в глаза, не помогла разглядеть здесь иллюзию. Подземелье просто-напросто испарилось, став частью небольшой горы, зато осталось напоминание о нём в виде кольца. Римская цифра один красовалась на моём указательном пальце, как напоминание о пережитом.

Радости не было. Я вообще ничего не чувствовал, кроме какой-то жуткой усталости. Последние слова сфинкса мелькали в памяти, но мысли вообще не собирались в кучу. Думать об этом в данный момент не хотелось, зато вот просто рухнуть на землю и уснуть хотелось очень уж сильно.

— Эдиус, — раздался знакомый голос из-за спины.

Я обернулся и увидел Эстер, которая с трудом пробиралась через кусты в моём направлении.

— Здесь я, — крикнул в ответ.

Девушка-рыцарь, наплевав на ветки, буквально прорвалась сквозь возникшую преграду. Хотя в целом могла бы и обойти, особенно учитывая своё состояние. Не так давно она двигаться не могла, а теперь устраивает подобное. Надеюсь, рана не откроется. Эта девчонка каким-то образом уничтожила целый куст, раскидав в разные стороны зеленоватые почки.

И только в этот момент до меня дошло, что вокруг всё было зелёное. На деревьях появились листочки, а под ногами была зеленоватая трава.

— Ты как? — с трудом перебирая ногами, подбежала ко мне сильно обеспокоенная Эстер. Она всё ещё была бледной и сильно хромала, держась за правый бок.

— Сколько по твоим ощущениям прошло времени? — спросил я у девушки-рыцаря.

Она слегка растерялась, явно не поняв, к чему я вообще это спрашиваю.

— Ты имеешь в виду, как долго мы находились в лабиринте? — уточнила девушка. — Не больше трёх месяцев, — уверенно заявила она, после чего застыла.

— Вот-вот, — кивнул я. — Сейчас должен быть максимум февраль, но, судя по всему, уже поздняя весна.

— Как так-то… Я бы точно заметила, проведи мы внутри полгода.

— Ладно, отложим всё это в сторону. Как там остальные? — перешёл я к по-настоящему важным вопросам.

— Несса сильно устала. Она целых два часа поддерживала жизнь наёмников в одиночку.

Всего два часа? Мне казалось, что прошло гораздо больше. Если уж в этом странном белом пространстве время шло иначе, то можно предположить, что и в лабиринте тоже. Не дай бог мы провели внутри десятки лет…

Я поднял с земли топор, меч, исписанный рунами, а также саквояж, оставшийся от Чердиса. Пусть тело проректора и исчезло, но зато всё остальное добро оказалось рядом со мной. Был даже его рюкзак, но внутри, помимо какой-то странной карты, не оказалось ничего интересного, поэтому только её и захватил с собой. А вот саквояж был самым настоящим сокровищем, ведь я прекрасно помнил, сколько различных артефактов успел прибрать к рукам этот мужчина.

Мой же рюкзак оставался где-то рядом с ребятами, поэтому без понятия, что же с ним произошло. Но даже если он не переместился сюда — плевать. Ничего полезного в нём уже не осталось, да и он превратился в огромный ком грязи. Впрочем, как и я сам. Даже не представляю, как плохо сейчас выгляжу.

— Латса не видели? — спросил я, подставив плечо Эстер, которая сразу же попыталась отвести меня к Нессе.

— Не-а, мы даже Реона потеряли. Всех переместило где-то поблизости, но пока я нашла лишь тебя и Нессу с Ритсом.

— Понял, — кивнул я, прибавляя шаг.

Долго идти действительно не пришлось. Десять минут и передо мной появилась рыжеволосая девчонка, обливающаяся потом.

Принцесса стояла на коленях рядом с Ритсом и ранеными наёмниками. По её бледному лицу было понятно, что совсем скоро она просто свалится в обморок. Только девиации маны нам здесь не хватало.

— Эд, — улыбнулась мне Несса, хотя и получилось это явно с трудом. — Я знала, что ты справишься. Что там у тебя произошло?

— Давайте сделаем так. Сначала проверим этот лесок и найдём выживших, а также попробуем попросить помощи в ближайшем городке. Иначе совсем скоро оба наёмника отправятся прямиком в объятия Семерых, — тут же предложил я, поняв, что ситуация совсем не радужная. Несмотря на то, что мы вернулись, состояние Теодена и Кассии лучше не стало. Да и Эстер стоит нормально отдохнуть, всё-таки раны были серьёзные.

— Согласна, я поищу в той стороне, — указала девушка-рыцарь в сторону густой чащи.

— Ты сидишь здесь! — отрезал я. — Еле двигаешься, а всё куда-то бежишь. Или тебя стоит связать? — возмутился я, и, пока Эстер пыталась подобрать слова, обратился к младшему брату. — Ритс, поможешь мне?

— Конечно, брат, — кивнул парень, вскочив на ноги.

— Отлично. Будьте здесь, чтобы я точно смог вас найти.

Не успели эти девчонки даже рта открыть, как мы с Ритсом унеслись вперёд. Сам я решил добежать до небольшого городка поблизости, ведь с «телом маны» это можно было сделать довольно-таки быстро. А мой брат должен заняться поисками людей, которые вернулись из лабиринта. Лес здесь не слишком большой, он не должен заблудиться.

Как же хочется уже просто порадоваться тому, что всё наконец-то закончилось, но всё никак не получается выдохнуть. Ну да ладно, выберемся отсюда и можно будет наконец-то расслабиться.

Микелла бродила по лесу, держа в руке шахматную доску. Фигуры остались где-то там в лабиринте, ведь не перенеслись вместе с ней. Это очень сильно расстроило девушку. Даже больше, чем изувеченная левая рука, которая болталась мёртвым грузом.

Какое-то странное существо, похожее на медведя с длинной шеей, пробралось в её ящик и успело несколько раз укусить Микеллу. Но в момент, когда девушка смирилась со своей участью, закрыв глаза и принявшись мысленно играть очередную партию, ей вдруг стало очень тепло и сознание будто куда-то улетело.

В итоге она оказалась в лесу лишь с одной доской, которую сжимала в здоровой руке. Теперь нельзя было даже нормально поиграть в шахматы, и это расстраивало больше всего.

— Что же мне теперь делать? — пробормотала Микелла. — Где достать фигуры? Может попробовать сделать их самой?

Она попробовала пошевелить левой рукой, но ничего не вышло, лишь боль разлилась по всему телу. Стало ясно, что она сломана, возможно даже в нескольких местах. Но ещё больше раздражало, что одной рукой нельзя вырезать шахматные фигуры. Да и ножа рядом не было.

За пару десятков минут, не найдя дороги или же иного выхода, девушка просто опустилась на землю рядом с большим деревом, облокотившись на него. Доску она положила рядом.

— Пешка ходит с с2 на с4, — озвучила ход Микелла, изобразив жест, будто действительно сделала ход.

— Отлично, неплохое начало, — ответила девушка сама себе, зачем-то слегка изменив тембр голоса. — А я тогда пешку с e7 на e5.

Повисла небольшая пауза, после чего она вдруг рассмеялась, вглядываясь в пустую доску.

— Ну посмотрим, кто кого! Конь ходит с b1 на c3! — воскликнула Микелла, вновь изобразив, что походила.

Так и продолжалась партия. Невидимые фигуры летали по доске, а с каждым новым ходом, боль в левой руке становилась всё больше.

Девушка продолжала улыбаться, хотя из глаз текли слёзы. Ей было больно, страшно, одиноко, а самое главное, грустно от того, что единственное, что спасало всё это время от отчаяния — было потеряно.

— Конь с с3 на е4! — завопила она, а слёзы упали на деревянную доску.

— Микелла? — раздался позади удивлённый голос.

Девчонка обернулась и увидела Ритса, который с очумелым выражением лица смотрел за её партией. Впервые за всё время их похода у этого парня были настолько очевидны эмоции. И это даже не шок, а нечто более глубокое.

— Ритс! — вскочила на ноги девушка, побежав к парню, пребывающему в полнейшей прострации.

Она налетела на него, обняв за шею целой рукой. Слёзы потекли из глаз ещё сильнее.

— Я потеряла… Я потеряла все фигуры-ы-ы… — завыла Микелла, уткнувшись в грудь мальчишки.

Но Ритс ничего не ответил. Он даже не пошевелился. Парень просто уставился в одну точку, не понимая, как ему реагировать.

А Микелла плакала, кричала, успокаивалась, вспоминала о потерянных фигурах и вновь начинала рыдать, так и не двигаясь с места. Но теперь она была уверена, что все её страдания наконец-то закончились.

— Да какого Серкаса вообще? Где мы⁈ — возмущённо воскликнула Лиштас, осматриваясь по сторонам.

— Кажется, что уже не в лабиринте, — ответил Латс.

— Это я могу заметить и сама. А что-нибудь чуть менее очевидное ты скажешь?

— Стало холоднее, — заявил парень, не обращая особого внимания на недовольства Лиштас.

— И правда, — вдруг задумалась она. В лабиринте действительно всё это время было довольно жарко, поэтому прохлада сильно ощущалась. — Но как это нам поможет?

— Я просто сказал менее очевидную вещь, — пожал плечами Латс.

— Знаешь, иногда тебе вообще лучше помалкивать, — вздохнула девчонка.

— В этом случае ты тоже будешь недовольна. Думаю, если ты даже окажешься в месте, где есть всё на свете, то будешь недовольно кричать — «почему здесь так много всего?», — вздохнул он.

Пока Лиштас, скривившись, пыталась подобрать слова, чтобы возразить, парень продолжил:

— Я предполагаю, что кто-то выбрался из лабиринта, поэтому мы тоже оказались в другом месте. Не зря же мы дважды слышали прямо внутри головы, как странный голос загадывал загадки. Пусть мы и не слышали второго человека, но он наверняка дал верный ответ, раз уж мы здесь. Скорее всего, раз уж нас всех одновременно перенесло в то подземелье, то и вернуть должно было сразу всех. Непонятно только, куда именно мы вернулись.

— Хочешь сказать, что мы наконец-то выбрались? — с лёгким недоверием спросила девчонка. Но злобы в голосе больше не было. Она тут же успокоилась и переключилась на другую мысль.

— Предполагаю, — кивнул Латс. — Нужно искать других людей, попавших в лабиринт.

— Думаешь, они где-то здесь? Я что-то никого не вижу.

— Эдиус! — вдруг воскликнул Латс, приложив ладони ко рту.

— Ты чего кричишь? — фыркнула Лиштас.

— Зову Эдиуса, — непринуждённо пояснил парень довольно очевидную вещь.

— С чего ты вообще взял, что он жив?

— Не думаю, что этот парень мог так просто умереть, — с улыбкой ответил Латс. — Будь уверена, уж кто-кто, а он определённо жив. Я бы даже не удивился, если бы вдруг оказалось, что именно он и ответил на загадку. Знаю, что у вас непростые отношения, но мой лучший друг определённо заслуживает доверия.

Закончив разговор, парень вдруг устремился куда-то вперёд. Лиштас пошла за ним, не понимая, действительно ли там что-то есть, но спорить с Латсом, когда он что-то вбивал себе в голову — смысла не было. Это девчонка поняла уже давно.

— Слышишь? — спросил её парень.

— Что? — растерялась она.

— Там определённо чьи-то голоса! — ещё больше прибавил шаг Латс.

— Ничего не слышу. Это благодаря твоим татуировкам у тебя такой хороший слух? — хмыкнула Лиштас.

— Кстати о них, — вдруг остановился Латс. — Тебе бы прикрыться.

И только сейчас Лиштас поняла, что разгуливала в одной порванной рубахе, которая мало того, что показывала всем новоявленные татуировки на её теле, так ещё и вид был такой, будто она работала в борделе и завлекала клиентов.

— Так, живо, отвернись! — вдруг закричала она, отпрыгнув от Латса на пару шагов.

— Странно, — пробормотал парень. — В лабиринте я видел куда больше.

Заливаясь краской, Лиштас пыталась найти в рюкзаке хоть что-то, чем можно прикрыться. Она в какой-то момент отчаялась и уже не думала, что вернётся обратно. А теперь начала осознавать, что её поведение совершенно не соответствовало не то, что благородной девушке, оно даже для неприхотливой простолюдинки было перебором.

«И как так получилось, что из всех парней я перешла черту именно с ним? У меня действительно настолько странный вкус?», — вздохнула девчонка, взглянув на Латса, который действительно просто взял и отвернулся.

— Да что с тобой не так? — прошептала Лиштас, вернувшись к поиску другой одежды.

Я старался не останавливаться. До ближайшего городка бежать было минут тридцать-сорок. Не слишком много, но нетерпение заставляло стараться ещё больше.

Когда сидишь долгое время в лабиринте, вдруг появляется желание просто пробежаться по лесу, отдохнуть, выспаться, поесть вкусной еды. А самое главное, убедиться, что наше спасение — это действительно не сон.

Ветки периодически хлестали меня по рукам и ногам, но я не обращал на это никакого внимания. Даже когда одна из них влетела мне в лицо, я лишь поморщился и побежал дальше. Раз больно — значит жив.

Добраться до городка было несложно. Достаточно было двигаться в сторону возвышающегося шпиля. Пусть его и не в каждой точке было нормально видно, но это в любом случае прекрасный ориентир.

Городок, который мог похвастаться действительно большим и красивым храмом, назывался Сеоферас. Именно в нём наёмники пополняли запасы, прежде чем начать спуск в подземелье.

Сам город больше смахивал на большую деревню. Самым высоким зданием здесь был именно храм Семерых, который сильно выбивался из общей архитектуры. А всё остальное пространство заполняли небольшие домики.

Увидев человека, похожего на рыцаря, я тут же подбежал к нему.

— Здравствуйте, — воскликнул я, перестав контролировать эмоции. — Меня зовут Эдиус Мельдия. В этом лесу находятся раненые люди, которым срочно нужна помощь. Могли бы вы позвать ещё рыцарей, для сопровождения, а также лекарей и целителей.

— Чего? — скривился охранник. — Ты кто, парень?

— Говорю же, я Эдиус Мельдия…

— Мельдия? Шутки шутишь, оборванец? — рассмеялся мужчина. — Эй, Гилад, ты слышал? У нас тут мальчишка из графской семьи!

Я аж замер, не в силах открыть рот. Какой еще граф? Сколько лет прошло, вашу мать? Моя семья настолько низко пала? Быть того не может…

— Чего? — отозвался ещё один охранник, появившийся из какого-то двухэтажного здания, расположенного в двух шагах. Судя по тому, что он утирал рот и похлопывал себя по выпирающему животу, это была столовая, хотя скорее трактир. — Родственник графа?

— Ага, Мельдия говорит!

— Так это ж наш герцог. Причём тут граф-то? — расхохотался Гилад.

— Ну ты понял меня. Я имею в виду — господин. Аристократическая особа, а они все одинаковые, — хмыкнул охранник, изобразив что-то вроде книксена.

Вот придурок. Я же чуть инфаркт не словил. Одинаковые, блин. Этот мужик все мозги что ли пропил?

Тратить время и убеждать этих людей в чём-то, совершенно не хотелось. Я действительно был в рваной одежде, весь грязный и походил на бездомного. Но мне что, нужно посылать письмо Зеросу, чтобы убедить людей в своём происхождении? Что за чушь!

— Повеселились? — холодно спросил я у улыбающихся стражников. — А теперь живо пошли и привели сюда людей. Всех свободных лекарей и целителей тоже. Больше ждать я не собираюсь. В лесу раненые люди, которые могут в любой момент умереть.

— Слышь, парень, уйди отсюда. Денег ты не получишь всё равно, — вздохнул Гилад, сделав шаг в мою сторону.

Я просто дотронулся до брони на его груди, которая была похожа на помесь кирасы и кольчуги, после чего использовал «массу», увеличив её вес. Не прошло и секунды, как выражение лица стражника изменилось. Появилось недоумение, а он сам рухнул на колени.

Я слегка толкнул его, и мужчина упал на спину, не в силах подняться. Он стал похож на растерянную черепаху.

— Повторяю ещё раз, меня зовут Эдиус Мельдия. И да, я внук герцога, правящего на этих землях. Не графа, а именно герцога, уточняю для особо одарённых. И если не хотите столкнуться с последствиями, то делайте, как я сказал.

— Т-ты… — пробормотал второй стражник, подойдя к упавшему другу.

— Не «ты», а «вы»! Делай уже, что говорят, пьяница хренов! Или мне найти более сговорчивых людей, а вас просто прикончить за проявленное неуважение?

Было видно, что какие-то шестерёнки в голове мужчины начали крутиться. Я боялся, что он всё-таки решит, что я бандит и начнёт звать подмогу, чтобы схватить или же прикончить меня на месте. Тогда пришлось бы как-то выкручиваться. Но, видимо, имя герцога сработало, пусть и с запозданием. Мужчина кивнул, развернулся и побежал куда-то в сторону длинного каменного здания, которое явно было построено не так давно. Видимо, там находились люди, которые занимали в этом городке самые влиятельные должности, что-то вроде местной администрации. Возможно, и целители были внутри.

— Эй, — обратился я к стражнику, который всё так же безуспешно пытался подняться с земли. — Какой сейчас месяц и год? И не удивляйся подобному вопросу, просто ответь.

— Май тысяча триста шестьдесят седьмого, — прохрипел мужчина, так и не сумев встать. Кажется, я переборщил с количеством маны, которое влил в его доспехи.

Плохо, что прошло полгода, вместо трёх месяцев, но лучше так, чем оказаться за десятки лет от привычного времени. Я даже как-то выдохнул, а то до сих пор отсутствие столь важной информации давило мёртвым грузом.

Теперь нужно организовать спасение раненых. Что ж. Надеюсь, что получится успеть.

— Что, мать вашу, значит — не вернулись⁈ — запустила Тисия чашку с чаем в стену. — Вы надо мной издеваетесь⁈

— Успокойтесь, мы сейчас занимаемся поисками, — попытался успокоить её ректор академии Тессон.

— И что? Этих поисков вообще быть не должно, как и пропажи моих племянников! Плевала я на то, что вы архимаг. Сначала мой племянник лежал в коме, потом на него напали тёмные маги, а теперь он пропал! Да ещё и не один, а вместе с Ритсом. Если с ними что-то случилось, то я соберу всех рыцарей нашей семьи и поведу прямо на вашу сраную академию!

— Замолчи, — спокойно сказал Зерос, поставив чашку на стол.

В комнате повисло молчание, слышно было лишь, как Тисия часто и глубоко дышит.

— Нет, — ответила она, окинув взглядом своего отца.

— Что ты сказала? — поднял бровь Зерос. Пусть его старшая дочь частенько высказывала своё недовольство, но впервые она сделала это перед другими людьми.

— Я сказала, что не собираюсь молчать. И успокаиваться тоже не собираюсь! Может быть, нам стоит вообще забыть про Эдиуса и Ритса? Почему бы и нет, а твоей наследницей станет Мелия! Замечательный план!

— Никто об этом не говорил. Эдиуса и Ритса найдут, но твои вопли делу не помогут. Если не можешь держать себя в руках, тогда уйди из комнаты, — всё ещё довольно спокойным голосом сказал Зерос. — Решай. Или сядь, или выйди.

Девушка ещё несколько секунд водила глазами по комнате, после чего выдохнула и плюхнулась на диван, скрестив руки на груди.

— Так вот, — откашлялся Хасед. — Об исчезновении группы, отправившейся на «магинум», стало известно лишь неделю назад, и я сразу же направил к вам гонца через телепортационный круг.

— Как давно они исчезли на самом деле? — спросил Зерос, плеснув себе ещё чаю.

— Я не знаю, — покачал головой ректор. — Чердис послал мне письмо после того, как было исследовано первое подземелье. Это было семь месяцев назад. После этого никаких новостей не было.

— Что значит никаких новостей? — побледнела Тисия. — Вы хотите сказать, что мои племянники могли исчезнуть настолько давно⁈

— Я же говорю — не знаю, — вздохнул Хасед.

— Так какого хрена вы здесь рассиживаетесь⁈ — ударила по столу девушка. — Вы должны…

— Замолчи! — гаркнул Зерос. — Ещё одно слово и я лично выкину тебя за дверь.

Тисия скривила лицо, но не стала возражать. Только закусила губу, уставившись на сидящего напротив ректора.

— Я уже предпринял всё возможное. Пропали не только члены вашей семьи. В той группе была третья принцесса империи, дочь герцога СепелияМерелита, а также внук герцогини Вералии Риггар. Худшего расклада сложно придумать. Поэтому, мисс Тисия, думаю, что если с ними действительно что-то случилось, то я могу и не дожить до того момента, как вы приведёте к этим стенам армию.

— Где находится подземелье? — спросил герцог, осушив очередную чашку чая и потянувшись за сигарой.

— В вашем герцогстве. На территории Сеофераса.

По лицу Тисии было видно, что она вновь хочет вмешаться, но с трудом сдерживается. И Зерос прекрасно понимал, что её смутило.

— Почему мне не сообщили, что «магинум» будет происходить на территории моего герцогства? — спросил мужчина.

— Это моя ошибка. Пришлось организовывать всё в последний момент. Видимо, не успел отправить вам бумаги.

— Вот как, — вздохнул Зерос. — Я понимаю, Хасед. Ты человек занятой. Мог и забыть такую «мелочь». А также забыл уведомить семью герцога, что их представители участвуют в исследовании подземелья. Наверняка и ещё что-нибудь забыл. Но ты меня прекрасно знаешь, если бы всё было хорошо, то я бы закрыл на это глаза. Да и остальные семьи тоже. Но есть кое-что, на что закрыть глаза нельзя.

Повисло небольшое молчание, пока Зерос подкуривал сигару с помощью зеленоватого камня, который на мгновение сменил цвет на красный. После того, как герцог выдохнул клуб дыма, он наклонился вперёд, уставившись в лицо ректора.

— Какого хера вы вообще исследовали два подземелья вместо одного? Ты ведь сам только что сказал, что Чердис послал сюда письмо после исследования первого.

— Э-это… — замялся ректор. — Нигде ведь не прописано, что подземелье должно быть лишь одно.

— Хуже оправдания не слышал. Дай угадаю, под руку попалось ещё одно подземелье, и ты решил воспользоваться ситуацией, как это делал всегда? Ты ведь лучше всего умеешь подстраиваться и находить выгоду.

— Это было такое же лёгкое подземелье, как и первое, — сказал Хасед, глядя Зеросу прямо в глаза. — Я нанял отличную группу наёмников и опытных исследователей. А также направил вместе с ними и Чердиса. Не знаю, что могло пойти не так.

В этот момент дверь в кабинет распахнулась и внутрь вбежал Пельк Грабреон. Он слегка отдышался, после чего затараторил:

— Извиняюсь за вторжение, но дело не терпит отлагательств. К воротам приехали представители императрицы Резеолы.

— Интересно, сработает ли и теперь подобное оправдание? — вздохнул Зерос, выпустив очередную порцию дыма.

Ректор тяжело вздохнул, опустив голову. По его лицу было видно, что он пытался хоть что-то придумать, но в подобной ситуации было не так уж много вещей, которые могли бы хоть как-то сгладить углы. Зерос был в каком-то смысле другом ректора, но даже он был в бешенстве, а вот как можно договориться с остальными семьями — ответа не было вообще.

— Могу я теперь высказаться? — уже более спокойным голосом спросила Тисия.

— Давай, — кивнул герцог. — Но если это будут очередные крики и недовольства, то лучше два раза подумай.

Девушка достала из сумочки, которая всё это время лежала рядом, цепочку с небольшим кулоном и положила на стол.

— Это подарок Эдиуса. Он отдал его близнецам лет так десять назад. Я забрала его у Мелии, но и у Ритса есть такой же. Это цепочки-близнецы. И они притягиваются друг к другу, тем самым позволяя владельцу на расстоянии чувствовать человека, который носит вторую такую же. Руны и магические круги здесь не слишком-то хорошие, поэтому на огромном расстоянии они вряд ли подействуют. Во всяком случае, у меня не вышло её нормально использовать. Но возможно с вашей помощью получится найти вторую цепочку, с которой не расставался Ритс.

— Я выделю людей, а также обеспечу свободный проезд по всей территории герцогства. Телепортационные круги будут работать день и ночь, я готов выделить на это средства из своего кармана, — добавил герцог.

Хасед будто на мгновение засомневался или же растерялся, но тут же пришёл в себя и схватил кулон со стола. В его глазах блеснула надежда.

— Я сделаю всё, что смогу. Обязательно разыщу всю группу. И я уверен, что все они в порядке, с ними ведь Чердис. И, Зерос, спасибо, — кивнул ректор.

— Ты обязан найти их, Хасед. Живыми. В ином случае ты узнаешь, на что способен герцог, лишившийся наследников. И статус архимага тебе действительно уже не поможет.

Юриан провёл очередное занятие, после чего отпустил студентов на перерыв. До конца семестра оставалось совсем немного времени, после чего он вновь сможет вернуться на континент.

На острове Нилиот он уже прижился. В каком-то роде даже привык к обстановке, и она казалась домашней. Но здесь не было ни друзей, ни родных. Конечно, его жена была рядом, но на этом всё. Он уже давно не видел родителей, да и по племяннику соскучился. Поэтому Юриан с улыбкой раздумывал, чем же займётся летом.

В этом году Марита заканчивала академию, а значит можно было прекратить присматривать за ней. Ульсе теперь будет не обязательно сопровождать сестру на остров, хотя она наверняка готова ездить сюда столько раз, сколько нужно, лишь бы не расставаться со своим мужем.

Парень всегда мечтал быть преподавателем, и его мечта исполнилась. Но оставаться здесь навсегда он не хотел, пусть ему и нравилась работа. Да и исследования, которые он проводил вместе с Деорсом, были до жути увлекательными. Этот странноватый преподаватель буквально жил в своём кабинете, постоянно пытаясь разработать всё новые заклинания или магические круги.

Закончив разбирать бумаги, Юриан закрыл кабинет и начал искать дверь, ведущую в столовую. Прошло несколько лет, а он до сих пор иногда путался в этих обозначениях, один раз даже случайно зашёл в женский туалет. Странные пространственные двери лишь поначалу так сильно впечатляли, а чем больше времени проходило, тем спокойнее воспринималось их существование. С одной стороны, удобно — не нужно ходить по лестницам, но с другой — всегда можно попасть в неловкую ситуацию. Иногда более простое решение в виде лестницы было куда лучше.

Добравшись до места, где он собирался пообедать, Юриан занял стол у окна. Обед он всегда брал из дома, поэтому просто развернул свёрток и приступил к еде.

Пусть занятия для него сегодня закончились, но требовалось подождать Мариту, чтобы отвести девушку домой. Она, конечно, была уже взрослой, всё-таки исполнилось шестнадцать, так что без проблем добралась бы и сама. Но Ульса настаивала на том, чтобы он сопровождал её сестру.

В столовой сегодня было довольно многолюдно, причём в прямом смысле этого слова. Количество людей неожиданно преобладало над нелюдями. Да и вообще в последний год первокурсников с людского континента было чуть ли ни больше, чем с континента нелюдей. Сложно было сказать, это так сильно сыграло то, что студенты академии Сулюдэм приезжали в прошлом году в академию Тессон, или же просто так совпало.

Закончив обед, Юриан посмотрел на часы. До конца занятий оставалось ещё полчаса, поэтому он решил прогуляться по территории академии. Погода была на редкость тёплой и безветренной, что способствовало прогулке.

Во время занятий на улице было крайне тихо. В небольшом парке, прямо за огромным зданием самой академии, сидели лишь несколько нелюдей. Кто-то читал книжку, кто-то спал на лавочке, а кто-то просто наслаждался спокойствием.

Юриан быстро нашёл свободное местечко, вдали от чужих глаз, и сел на лавку. Но едва он на неё опустился, как услышал шаркающий звук, будто кто-то вскочил на ноги. Да и сама лавка показалась ему на удивление мягкой.

— Госпожа Лора? — предположил он, ведь иного варианта просто в голову не приходило. — Извините, я вас не заметил. Надеюсь, всё хорошо?

— Я польщена, что у меня получается оставаться для вас настолько незаметной, — раздался звонкий голос из ниоткуда. — Но выступать в роли сиденья — это слишком.

— Я правда не хотел на вас садиться, — начал оправдываться Юриан.

— Я знаю, — хмыкнула дама. Пусть её лица и не было видно, но сложно было не понять, что девушка улыбалась. — Но дразнить вас очень весело.

— Только вот мне не слишком от этого весело, — вздохнул Юриан.

— Кстати, давно хотела кое-что у вас спросить, — сказала она, после чего послышался звук приближающихся шагов. — Вы когда-нибудь думали о второй жене?

Юриан чуть было не поперхнулся. Вопрос был не то, что неожиданным, а буквально обескураживающим. Он был готов ко всему, но не к такому.

— Что? — только и смог выдавить из себя преподаватель.

— Я просто подумала, что пора бы уже найти нормального мужчину. Да и госпожа Сэгундо мне об этом постоянно твердит. Но я не собираюсь в ближайшее время её покидать. А раз уж у нас прямо в академии наконец-то появился молодой и крайне симпатичный мужчина, то почему бы не попробовать.

— Извините, но я вынужден отказать, — ответил Юриан. — Честно говоря, у меня не хватает времени даже на мою единственную жену.

Пусть он так и сказал, но на секунду действительно задумался о том, что упускает шанс. Нелюдей Юриан сильно любил, но прекрасно понимал, что Ульса может быть против. А что ещё хуже, против может быть маркиз Фиорис Деогран. И вот в этом случае неизвестно, чем закончится его попытка жениться ещё раз. Как бы его самого ни разделили на две части. Всё-таки семья Деогран уже несколько поколений не создавала семью больше, чем с одним мужчиной или женщиной. Хотя, вполне возможно, это было как раз таки связано с тем, что девушки в этой семье рождались с чертами нелюдей.

— Жаль, — вздохнула Лора. — А брата у тебя нет?

Юриан хотел было сказать, что есть, но тут же передумал. Про Нила ему даже вспоминать не хотелось. И меньше всего хотелось презентовать его Лоре.

— Нету, — соврал он.

— Ну нет, так нет. Но если что, моё предложение в силе ближайшие лет десять. Потом ты станешь староват, — рассмеялась она, после чего Юриан услышал удаляющиеся шаги.

Спокойствие неожиданно как рукой сняло. Он просто вышел расслабиться, а по итогу не слабо так напрягся. Пусть внутренне он и отверг мысль о чём-то большем, но фантазия не хотела отпускать. Всё-таки нелюди вызывали в нём слишком уж большой отклик. Даже несмотря на то, что ни лица, ни фигуры этой девушки он ни разу не видел. Требовалось срочно чем-то себя занять.

В итоге следующие двадцать минут Юриан практиковал магию, стараясь потратить как можно больше маны, чтобы максимально вымотаться. Зато мысли о невидимой женщине исчезли сами собой. Ему даже стало как-то стыдно, что он вообще задумался о чём-то подобном, хотя на континенте его бы точно никто не осудил.

Когда Марита вышла из дверей академии, Юриан уже был полностью спокоен.

— Как день прошёл? — спросил он у улыбающейся девочки.

— «Хорошо», — тут же начала жестикулировать она. — «Я становлюсь всё лучше в магии воды. Мисс Теогелента говорит, что ещё пара лет и у меня будет три крыла.»

— Это замечательно, — кивнул Юриан. За время их общения он уже хорошо выучил язык жестов. Да и книга, написанная Эдиусом, очень помогла.

— «Хочу уже скорее домой», — вздохнула Марита.

— Устала от учёбы? — поинтересовался парень.

— «Не то чтобы… Просто хочу кое с кем увидеться.»

— С Эдиусом?

— «И с ним тоже», — залилась девочка краской. Пусть и было ясно, что изначально речь шла точно не о нём, но Юриан не стал подробно её расспрашивать.

— Я тоже подумывал этим летом куда-нибудь выбраться. Думаю, ты сможешь повидаться со всеми, с кем захочешь.

— «Правда?» — расплылась в улыбке Марита. — «Ура!»

Пока довольная девочка забиралась в карету, Юриан раздумывал над тем, как же ему поступить. Вроде бы здесь было хорошее место, но было бы неплохо остаться жить именно в империи Эрдения.

Весь путь до дома парень провёл в своих мыслях, но так и не решил, как же поступить. Внутри будто сражалось множество вариантов, а какой был правильным, он сказать не мог.

— Дорогой, ты уже дома? — спустилась со второго этажа Ульса, когда он открыл дверь, запуская внутрь Мариту, которая тут же убежала по ступенькам наверх.

— Да, сразу же после окончания занятий Мариты мы отправились домой.

— Я рада, — улыбнулась девушка, обняв его. — А у меня есть новость.

— Правда? — удивился он. — Что-то произошло, пока меня не было?

— Нет, это определённо произошло гораздо раньше, — хихикнула Ульса.

— Украли что-то? — напрягся Юриан.

— Скорее добавили что-то новенькое, — не убирая улыбки с лица, говорила девушка.

— Хм. Купила что-то? А куда отнесла?

И пока Юриан терялся в догадках, а Ульса загадочно улыбалась и мотала головой, по ступеням, вся перемазанная красками, на первый этаж спустилась Синтэс.

— Да беременна она, — заявила девушка, подойдя к выходу из дома. — А беременным бегать нельзя, — тут же высунула язык Синтэс и побежала подальше от старшей сестры, задорно хохоча.

— Вот стерва… — скрипнула зубами Ульса. — Я ведь сама хотела сказать.

— Ты… что? — пробубнил Юриан.

— Беременна, — повторила его жена за младшей сестрой.

Но Юриан ничего не ответил. Он даже не знал, что и сказать. Парень был сильно рад и в то же время напуган.

— Давай вырастим ребёнка на континенте, — наконец-то выдавил он из себя.

— А как же твоя работа? — напряглась Ульса.

— Найду другую. Хочу, чтобы мой ребёнок, не важно сын или дочь, рос не на этом острове.

— Согласна, — кивнула девушка, прижавшись к своему мужу.

А в этот момент в голову Юриану пришла лишь одна единственная мысль — «интересно, его ребёнок будет человеком или же нелюдем?».

Герхат совершенно не хотел становиться императором. Ему куда интереснее было проводить время за книгами. Изучать историю империи и всего мира, знакомиться с мифами. Но его мать упорно пыталась сделать из парня будущего наследника.

Он надеялся, что со временем что-то изменится. Возможно, сын второй жены императора вдруг займёт его место. Герхат был уверен, что Делин куда больше подходил на эту роль. Но в итоге его брата никто в этом плане даже не рассматривал. Да и этот необычайно крепкий и высокий парень, кажется, и сам тоже не думал о том, чтобы претендовать на трон. Он куда больше времени посвящал тренировкам с мечом и, видимо, хотел стать кем-то вроде генерала Пельтира Тордениуса. Так что даже какой-то номинальной попытки борьбы за власть не происходило.

А когда император потерял память, то до Герхата дошло, что время занять трон почти настало. Он не видел никаких адекватных вариантов, как можно легально сбежать подальше от этой ответственности или же переложить её на кого-то другого. Поэтому лучшим решением, которое могло сформировать его беспокойное сознание, был побег. Даже если придётся расстаться с матерью, которую сильно любил, это всё равно того стоило. Но как только подобные мысли начали появляться в его голове — он упал на мраморный пол с дикой болью в желудке, прямо на свадьбе своей сестры.

Чего-то подобного Герхат и боялся, что в один момент его просто отравят или же сделают марионеткой. Мать неоднократно рассказывала о возможной судьбе слабого властителя, а назвать себя сильным парень точно не мог. Несмотря на то, что ему не так давно исполнилось двадцать шесть, никакого внутреннего стержня не появилось. А после отравления всё стало кратно хуже.

Герхат перестал нормально есть и пить. И даже после того, как его пищу проверяло пять человек, он всё равно с опаской подносил её ко рту. Да и выходить из своей комнаты больше не хотелось. Внутри он чувствовал себя чуть более защищённым, особенно пока восстанавливался. Здесь были его любимые книги, не было других людей, а также постоянных разочарованных взглядов.

Желание сбежать никуда не пропало, но и мир за стенами императорского дворца сильно пугал. Ему просто хотелось, чтобы от него отстали. Достаточно лишь книг и тишины. Но несмотря на то, что его мать фактически взяла управление империей в свои руки, ничего не изменилось. Она всё равно брала Герхата с собой, заставляла выходить к людям, налаживать связи и принимать решения. А брать на себя ответственность, он совершенно точно не хотел. Всё остальное ещё можно было стерпеть, но не подобное. Ведь любая ошибка могла привести к тому, что империя будет уничтожена. Уничтожена из-за его неправильного решения. А он был уверен, что наверняка ошибётся.

Все три сестры покинули его. Свеленадра теперь жила в поместье своего мужа генерала Пельтира Тордениуса и почти не приезжала во дворец, Тилиния уже почти пять лет жила где-то в храме, а Несса возвращалась лишь летом и даже во дворце в основном училась.

И в момент, когда Герхат узнал, что его самая младшая сестра вдруг пропала, он сразу для себя решил, что же на самом деле произошло. Его сестра не пропадала, она просто сбежала. Постоянные занятия, отсутствие выбора, сумасшедший отец и властная мать. Кто бы не сбежал, если бы приходилось всё это терпеть? Её ведь ещё и пытались убить, прямо как его, даже как-то раз похитили. Они были похожи, но в отличие от него у Нессы нашлись силы для того, чтобы всё бросить и исчезнуть. А он сам боялся даже сделать шаг без чьего бы то ни было одобрения.

Именно в этот момент наследный принц понял, что пора действовать. Пока весь дворец пытался разобраться с пропажей принцессы, а императрица раздавала указания, парень сложил несколько сотен дублей, парочку артефактов, а также несколько книг в пространственную сумку, после чего нацепил одежду попроще и накидку с капюшоном, которая должна была изменить его внешность. И, дождавшись темноты, Герхат выбрался из дворца.

Конечно, он не стал пытаться перелезть через стену, да и вообще был не уверен, что получится. Физическими данными принц не отличался, да и всегда был риск, что его просто схватят. Так что он выбрал иной вариант. Достаточно было просто хорошо заплатить человеку, который привозил во дворец продукты. Десяток дублей решали любой вопрос, тем более если человек не знал, кого именно он должен был вывести из дворца.

Герхат сильно трясся в повозке, переживая, что его узнают и отправят обратно, но видимо охранники решили, что не имело никакого смысла слишком дотошно проверять людей, которые покидают территорию дворца, а не въезжают. Или же просто было уже темно, и они не хотели тратить силы на работу. Впервые наследный принц был рад тому, что к их защите подходили настолько спустя рукава. Его мать отправила бы этих людей на плаху, да и, скорее всего, отправит, но он этого уже не увидит.

Как только стены императорского дворца оказались достаточно далеко, Герхат выпрыгнул из замедлившейся повозки и обернулся. Он увидел дворец, который освещала магическая руда, и даже ночью он впечатлял. Но теперь бывший наследник императора был не внутри, а снаружи. Что-то будто кольнуло прямо в сердце, а плечи дрогнули, но он постарался унять эту дрожь.

Отвернувшись от места, которое ещё совсем недавно было его домом, он зашагал по тёмной дороге. Теперь ничего его не сдерживало, наконец-то он был свободен.

Горячая ванна, мягкая кровать, новая одежда, вкусная еда. Я буквально попал в рай после этого грёбаного лабиринта. Вот уже трое суток жил в комнате, которую снял за несколько мерков и радовался жизни.

Городок Сеоферас оказался крайне неплохим местом, несмотря на то, что находился чуть ли не на границе империи. Да и сам по себе он был совсем небольшим, но здесь имелось всё, что нужно для комфортной жизни. Достаточно было выложить пару дублей и тебя обслужат по высшему разряду.

Понятное дело, что статус внука герцога помогал, но и деньги играли немалую роль. Убедиться, что я действительно являюсь частью семьи Мельдия на месте никак не могли, ведь опознавательных знаков при себе не было. Зато у Нессы они были. Она, видимо, всегда брала с собой что-то вроде императорской печати. И даже находясь в лабиринте с ней не расставалась. Так что мы буквально стали в этом городишке VIP-гостями.

Барон Рестод Шеодьерия, который заправлял этим местом, обещал связаться с моими дедушкой и бабушкой. Всё-таки территория находилась в непосредственной близости к виконтству Рейнмарк. До Зероса информация добиралась бы слишком долго, поэтому для начала решили сообщить Вайрилу и Касильде. А до тех пор мы остались в Сеоферасе, приходя в себя после нашего «приключения».

Место, в котором мы остановились, не было похоже на гостиницу. Просто двухэтажный дом, где на первом этаже находилось что-то вроде паба. Но даже вечерами здесь было не шумно. Большинство посетителей были рабочими, которые добывали в ближайшей шахте карцен. Они хорошо знали друг друга, и даже драк здесь за три дня не случилось. Хотя, возможно, это из-за того, что сейчас здесь проживала целая куча аристократов.

К дверям этого трактира даже созвали десяток стражников, чтобы никто точно не пострадал, хотя, наверное, основная забота была именно о третьей принцессе. Хотя и мы не затерялись на её фоне. Всё-таки здесь были и члены герцогских семей. Только Латс выбивался, так как из всех студентов он единственный вообще не относился к знати, но было видно, что его это никак не смущало.

Теоден и Кассия были живы. Пусть в этом месте был всего один целитель и пара лекарей, но этого хватило для того, чтобы стабилизировать состояние наёмников. Но, кажется, Теоден и сам был не рад тому, что остался в живых.

Если Кассия пострадала не слишком уж сильно, хотя у неё и появился огромный шрам, тянущийся от подбородка через всю грудь, то вот Теоден лишился левой руки и ноги. С одной стороны, мужчине в каком-то смысле повезло, ведь ногу отрезало в районе колена, а руку чуть ниже локтя, но он был этому совершенно не рад.

Наёмник лишь молча смотрел на эти обрубки не в силах открыть рта. По его глазам было видно, что мысленно он себя уже похоронил, пусть и не озвучивал подобного. Кассияпока с трудом могла двигаться, но всё равно старалась поддерживать своего мужчину, который с каждым днём выглядел всё хуже.

Не знаю, насколько хорошие протезы могут сделать в этом мире, но наёмником Теодену точно уже не быть. Да даже сражаться нормально вряд ли выйдет. Честно говоря, я даже не уверен, сможет ли он «выйти на пенсию» и заниматься огородом. Или чем занимаются наёмники, после того как отходят от дел?

Я даже краем глаза заметил, как Кассия пытается унести из их комнаты всё оружие и яды. В этот момент стало окончательно понятно, какое решение нашёл для себя бывший лидер наёмников.

Не знаю, из-за чего он грустил больше — из-за потери руки и ноги или же из-за гибели практически всей своей группы. Мужчина ничего не говорил, а я не был ему каким-то близким другом, чтобы что-то расспрашивать. Надеюсь, что Кассия справится, хотя и по ней видно, что девушка держится с трудом. Её красные глаза и вымученная улыбка лишь ещё больше вгоняли в тоску.

Никто из исследователей или же наёмников так и не появился, даже спустя три дня. Да и поисковая группа, которую направил барон, больше никого не обнаружила. Стало окончательно ясно, что все выжившие в лабиринте, в количестве десяти человек, уже были собраны в этом месте. Группа стала в два раза меньше, хотя и я сам приложил к этому руку.

Ни Теодену, ни Кассии я не стал рассказывать, что Винс погиб из-за меня. Человек сошёл с ума и из-за этого поплатился, он ведь сам решил на нас напасть. Но кто знает, как отреагирует бывший лидер наёмников на мои слова. Вдруг поставит цель отомстить, а этого мне точно не нужно. Да и Фертис умер от моей руки, но вот на него было вообще наплевать. Наоборот, нужно было сделать это куда раньше. Кажется, в этом мире смерть — избавление от многих проблем. Пусть мне и не нравится подобным образом решать вопросы, но как минимум нужно взять на вооружение — бить первым не ошибка.

Саквояж с монетами, драгоценностями и артефактами я пока что отдал на хранение Нессе. Она лучше всего разбиралась в подобном и могла определить ценность всех артефактов, чем и занималась последние дни. Возвращать всё это в академию я точно был не намерен. Лучше уж распределить добычу между всеми, кто выжил. Всё-таки это заработано нашим трудом.

Меч с рунами я отдал Латсу. Он мог разобраться, что это за диковинка такая, куда лучше меня, да и явно сделает это с большим удовольствием. Заодно попросил его при случае изготовить что-то вроде тех перчаток, которые я потерял в первом подземелье. Можно сказать, дал человеку работу, хотя этот парень подобное даже работой не считал. Он только был рад моей неожиданной просьбе, что тут же накидал мне список каких-то материалов, которые ему понадобятся.

Эстер впервые за долгое время вообще не тренировалась. Она в большинстве своём лежала в кровати и отсыпалась будто сразу за весь год. В целом это даже хорошо. Я уж думал, она сразу попробует прояснить наши отношения, но, кажется, я получил отсрочку. Пусть организм подростка периодически и требовал, чтобы я зашёл к ней в комнату и составил компанию на этой огромной кровати, я всё равно старался мыслить рационально. Даже если отбросить в сторону мой психологический возраст, нужно понять, какие вообще последствия могут грозить из-за подобных отношений. Всё-таки представители двух разных герцогств.

Может и зря я так запариваюсь, но лучше взять небольшую отсрочку и решить все проблемы заранее. Согласовать всё сразу с герцогом Сепелием Мерелитом, ну и заодно с Зеросом. Хотя в двадцать первом веке меня бы назвали душнилой и сказали, что нужно прыгать в омут с головой, но лучше предотвратить последствия, чем потом заниматься их разрешением. Необдуманных поступков мне и в прошлой жизни хватило.

Лиштас, на удивление, начала со мной общаться. Правда лишь какими-то дежурными фразами, но теперь она хотя бы не убегала и не пряталась. Да и выглядела эта девчонка как-то иначе, взрослее что ли. Латс особо не рассказывал, чем они занимались в лабиринте. Обмолвился только, что они были всё время вместе. Но, видимо, что-то случилось, раз моя двоюродная сестра перестала изображать из себя стерву. Надеюсь и с Мелией в ближайшее время помириться.

Но больше всего изменилась Микелла Кольдан, причём не в хорошем смысле. Девчонка стала походить на Джокера, помешанного на шахматах. Она то смеялась, то кричала, то разговаривала с шахматной доской. Ритс даже попросил меня поскорее сделать фигуры, чтобы Микелла хоть немного успокоилась. Лекаря, который лечит душевные болезни, здесь не было, но его определённо нужно будет познакомить с этой девчонкой. А то боюсь, как бы она ночью не забила кого-нибудь шахматной доской, тем самым объявив «шах и мат».

В подобном режиме и тянулось время. И вот на четвёртый день я узнал, что бабушка с дедушкой уже в пути и должны вскоре прибыть. Кажется, спокойствие медленно, но верно возвращалось в мою жизнь.

— Вот скажи мне на милость, каким образом наш внук оказался в Сеоферасе? — размахивала руками Касильда, сидя в карете.

— Дорогая, я тебе уже в пятый раз повторяю, что не знаю. Мы почти приехали. Скоро всё станет ясно, — вздохнул Вайрил. По его лицу было понятно, что за время в пути он сильно утомился, в особенности из-за бесконечных одинаковых разговоров.

— Ну как так? — продолжала рассуждать женщина. — Он же учится в академии, а тут вдруг оказался на краю империи. Неужели сбежал? Быть не может, чтобы его там так сильно обижали! Он же будущий глава семьи Мельдия! Или у него проблемы именно из-за этой семейки?

Виконт понимал, что если он сейчас заткнёт уши, то его жена начнёт возмущаться ещё сильнее, поэтому лишь пожал плечами и уставился в окно. Там уже были видны очертания Сеофераса, а в особенности бело-золотой шпиль храма Семерых. Вайрил надеялся, что они приедут как можно скорее. Он любил свою жену, но когда что-то случалось, и она пребывала в панике, то превращалась в совершенно невыносимого человека. Мужчина предпочёл бы добираться сюда в одиночку, так было бы гораздо спокойнее.

Раньше Вайрил долгое время был в армии и покинул её лишь после серьёзного ранения, поэтому подобная излишняя эмоциональность для него была ужасным зрелищем. Но несмотря на это, просто заткнуть женщину, с которой он был вместе вот уже тридцать лет, он будто на физическом уровне не мог. Она, несмотря на поведение уверенной и властной дамы, была очень мягкой, а видеть её слёзы мужчина абсолютно точно не хотел. Более того, его никто не учил, как справляться с подобной напастью. Так что лучшим вариантом было просто кивать и не разжигать конфликта из-за ерунды.

— Кстати, у Юриана тоже подходит к концу второй семестр. Как думаешь, в этом году он приедет навестить нас? — неожиданно сменила тему Касильда.

— Главное, что он счастлив. Так что даже если не приедет, ничего страшного, — сказал виконт, не отводя взгляда от приближающихся очертаний домов.

— Тогда… может самим до него доехать? — вдруг предложила она.

— Что? — растерялся Вайрил. — Он ведь не ребёнок, дорогая.

— А что, если наш сын вырос, значит он уже не наш сын? Разве я не могу просто приехать повидаться? Или из-за того, что он стал мужем дочери маркиза, что-то изменилось? Мы ведь даже на свадьбе не были!

— Сама ведь знаешь, у нас здесь куча дел. Нельзя за пару лет исправить всё, что натворил граф Киран Палоний.

— Тогда оставайся здесь, а я поеду одна! — фыркнула Касильда, скрестив руки на груди.

На секунду Вайрил задумался о том, что имеет смысл согласиться. Пусть он этого и не показывал, но мужчина тоже соскучился по своему младшему сыну. Старший ребенок просто исчез из их жизни, нельзя было лишиться и второго.

— Поехали вместе, — кивнул Вайрил. — Только для начала разберёмся с делами.

— Конечно. Скоро посевная, а ещё должны поставить несколько мельниц и водяных колёс этим летом. И почти закончили дорогу, нужно будет проверить.

Касильда сосредоточилась на мыслях о предстоящих делах, и Вайрил немного выдохнул. Когда его жена сталкивалась с работой, то уходила в неё с головой. Именно эта ответственность и зацепила в своё время мужчину и не отпускала до сих пор.

На въезде в город их уже ждали. Даже барон Рестод Шеодьерия лично пришёл поприветствовать. Но разговор с ним не затянулся надолго, ведь когда карета подъехала к двухэтажному зданию, в котором проживал Эдиус, Касильда буквально выпрыгнула из неё и влетела внутрь.

— Давайте отложим все разговоры на завтра, — улыбнулся Вайрил растерянному барону, после чего покинул карету и направился следом за своей женой.

Я лежал на своей кровати, пытаясь с помощью «незримого касания» сдвинуть с места стул. Небольшой голубоватый шарик ударялся о деревянные ножки и отскакивал в сторону. Стул при этом продолжал стоять на месте. Наконец, когда я смог слегка изменить форму шарика, сделав его более плоским и широким, дверь в комнату распахнулась, а стул упал сам по себе.

Я аж подпрыгнул на кровати, чуть не свалившись с неё. Хотелось выкинуть вторженца, кто бы он ни был, но подняв глаза встретился взглядом со стоящей в дверях Касильдой.

— Эдиус, — воскликнула она, бросившись к кровати и тут же обняв меня.

— Как ты так быстро добралась, бабуль? — обнял я её в ответ. Вроде только-только получил письмо, а она уже здесь.

— Не стала долго собираться, сразу же бросилась сюда. Что такое? Что случилось? Почему ты такой худой? — начала тараторить она.

— Долгая история. Начну с того…

— Это все Альвия, да? — перебила меня Касильда. — Так и знала, что из-за этой суки ты сбежишь из дома. От неё все мужчины разбегаются. Что эта девка опять сделала? Наверняка снова беременна от очередного мужика?

— Да нет, бабуль. Ты не так поняла…

— Все я так поняла! — топнула ногой Касильда, выпустив меня из объятий. — Сначала сына довела, теперь внука. Демон в человеческом обличье. Да я её…

— Ба, хватит. Я здесь не поэтому. Сначала выслушай, а потом ругайся, — перебил я её в этот раз. — Альвия здесь совершенно не при чём.

— Поняла, рассказывай, — явно растерялась она. Видно, что не слишком привыкла, когда с ней спорят. Понятно, что ненависть к Альвии за столько лет у неё так и не ушла. Но нельзя же винить её в любой ситуации.

— Так вот, — хотел было начать я, как в дверь вошёл уже Вайрил.

— Ох, мальчик мой, — улыбнулся дедушка. — Как же ты вырос!

Пришлось вновь прерваться, чтобы обнять теперь деда. Но он не стал строить теорий, а просто сел на стул, предварительно подняв его с пола.

Сам рассказ занял, наверное, целый час. Я старался говорить как можно более подробно, хотя не уверен, нужно ли это было. Но зато теперь у моих слушателей имелась полная информация о произошедшем.

— Молодец, что выбрался, — с улыбкой сказал Вайрил в тот момент, когда Касильда буквально хватала ртом воздух. Мне даже на мгновение показалось, что всё совсем плохо и необходимо бежать за лекарем, но дед совершенно не реагировал на то, что его жена чуть ли не валилась на пол. И спустя минуту я понял почему. Касильда вдруг взяла себя в руки, вмиг успокоившись, будто ничего и не происходило.

— Я очень рада, что всё обошлось, — поддержала бабушка своего мужа. — Но нужно сейчас же собирать суд аристократов. Отправить вашего ректора на плаху.

— Никто не будет заниматься подобным, — покачал головой Вайрил. — Ты правда считаешь, что архимаг будет стоять и смотреть, как ему рубят голову?

— Но что же тогда делать? — посмотрела она на дедушку.

— Раз в этом замешана и дочь императора, то происшествие явно не замнут. Наверняка наказание последует, но от нас ничего не зависит.

— Чтоб их всех Серкас сожрал, — цокнула языком Касильда.

— Так какие у тебя были дальнейшие планы? — спросил меня Вайрил, пока его жена продолжала сыпать ругательствами.

— Соскучился по Редалии. Хочется вернуться в этот город и отдохнуть в тишине после всего пережитого. Понимаю, что нужно вернуться поскорее домой и всё рассказать, но семестр ещё даже не закончился, так что отправлю письмо Тисии и недельку побуду вдали от суеты. Думаю, я заслужил хоть немного спокойствия.

— Мы тоже давно не отдыхали, так ведь? — посмотрел на жену Вайрил.

— Да, — кивнула она, перестав ругаться на всех подряд.

— Давай устроим небольшой семейный отдых, вместе с Эдиусом.

— Ага, — не задумываясь ответила бабушка. — За неделю без нас ничего не развалится, — улыбнулась она, потрепав меня по голове.

Стоило приехать бабушке и дедушке, как жизнь стала гораздо более беспокойной и совершенно не тихой. Касильда всегда была энергичной, но кажется, что с годами этой энергии только прибавилось. А такого количества разговоров не было даже с Тисией, хотя она та ещё любительница потрепаться. Зато Вайрил был как обычно довольно спокойным и молчаливым.

Отъезд был назначен на завтра, оттягивать не было смысла. Дедушка распорядился прислать сюда ещё карет, чтобы развезти представителей других семей по домам. Пусть и не всех.

Лиштас сразу же решила вернуться домой. Эстер тоже, ведь дорога до герцогства Мерелит с другого конца империи должна занять кучу времени. Микелла долго отказывалась от того, чтобы её отвезли на карете, а также доставили до дома через телепортационный круг, но в итоге Ритс убедил её, пообещав подарить новые шахматы, если она согласится.

Ритс, естественно, поедет со мной. Пусть Касильда и Вайрил не являются его родственниками, но я-то его брат, так что никаких проблем не будет. Латс тоже решил ехать вместе с нами. В том доме он уже частый гость, так что ничего неожиданного.

А вот что удивило, так это решение Нессы отправиться со мной. Понятное дело, ни бабушка, ни дедушка возражать не стали. Наоборот, благодарно закивали услышав о её неожиданных планах. Они явно были рады, что я в хороших отношениях с императорской принцессой. Хотя было не совсем понятно, чего эта девчонка вдруг решила отдыхать где-то в небольшом городке посреди полей, но, надеюсь, не будет жаловаться на условия. Хотя после трёх месяцев в лабиринте вряд ли кто-то вообще способен жаловаться на что-то подобное. Ну и Реон, понятное дело, отправится с нами. Очевидно, что он должен присматривать за Нессой, так что вопросов не возникло. Пусть этот парень и пытался придумать какие-то дурацкие оправдания для своего решения.

Если говорить о наёмниках, то Теоден и Кассия пока останутся в Сеоферасе. Дедушка пообещал, что им окажут помощь и отправят домой лишь после того, как они полностью восстановятся. Но мне не хотелось просто оставлять их. Особенно видя лицо Теодена, который смахивал на живой труп.

Вечером, за двенадцать часов до отъезда, я зашёл в комнату этой парочки. Девушка сидела рядом с кроватью бывшего лидера наёмников и держала его за руку, при этом не говоря ни слова.

— Я зайду? — уточнил я, постучав по дверному косяку.

— Давай, — тихо ответила Кассия, не оборачиваясь.

Я прошёл внутрь и встал рядом с парочкой некогда весёлых и жизнерадостных людей.

— Я понимаю, что сейчас кажется, будто жизнь закончена. Что впереди ничего хорошего, а будущее близких людей резко оборвалось. Конечно, нельзя по щелчку пальцев исправить эту ситуацию, но можно попытаться двигаться дальше.

Я поднял руку и поставил на кровать, прямо перед Теоденом, саквояж проректора Чердиса, тут же открыв его. Мужчина вздрогнул, увидев, что находится внутри, а Кассия прикрыла рот рукой.

— Несса уже закончила оценивать содержимое. Мы решили отдать вам половину всех добытых артефактов. Они не вернут конечности, а также не помогут справиться с потерями, но смогут облегчить будущее людей, которые были связаны с вами. Наверняка ведь у большинства наёмников есть родные, которые ждут возвращения домой своих близких: детей, братьев, отцов, мужей. Но эти люди уже не вернутся. И, как бы ни было тяжело, вам, как лидеру, нельзя опускать руки. В ваших силах помочь хотя бы семьям погибших, ведь без кормильцев их может ждать та же участь.

Повисло недолгое молчание. Казалось, люди напротив меня пытались осознать сказанное.

— Это всё нам? Вы… вы серьёзно? — пробормотала Кассия, всё ещё продолжая зачем-то прикрывать рот ладонью. А после моего кивка, она будто даже дышать перестала.

Теоден поднял на меня глаза. Взгляд стал чуть более осмысленным. Но всё равно не слишком-то походил на взгляд живого человека. Ну что ж, значит продолжаем.

— Денег, полученных за продажу этих артефактов, также хватит и на покупку домика у моря. Наконец-то сможете отдохнуть так, как всегда мечтали, — вспомнил я разговор с Теоденом у костра.

— Да какая теперь жизнь… — выдавил из себя бывший лидер наёмников. Звучало не слишком-то позитивно, но контакт получен, а это уже хорошо.

— Получается, Кассия будет одна жить у моря? Или предварительно найдёте ей другого мужчину?

Лицо Теодена вдруг скривилось в жуткой гримасе. Да и на лице Кассии появилось недоумение, перемешанное с омерзением.

— Какого другого мужчину? — воскликнула она. — Мы поедем вместе, правда? — вцепилась в него девушка.

— Вместе? — в какой-то неопределённости пробормотал Теоден.

— Или ты не хочешь?

По лицу девушки потекли слёзы. Она тут же попыталась прикрыть лицо и вскочить со стула, но Теоден схватил её за руку.

— Ты уверена, что хочешь быть с… таким вот? — обвел мужчина взглядом левую руку и ногу.

— Я хочу быть с таким, — ткнула Кассия пальцем ему в грудь, не переставая рыдать.

Смотреть за тем, что же там будет дальше, я не стал. Слушая раздающиеся за спиной рыдания, я покинул комнату, прикрыв за собой дверь. В целом, миссия выполнена. Не знаю, действительно ли Теоден теперь сможет полноценно выйти из депрессии, но хотя бы на время должно помочь. Когда есть цель и средства, всегда легче жить. Главное было дать ему всё это и сразу, а дальше уже от меня ничего не зависит.

Преодолев десяток метров, я повернул за угол, где находилась моя комната, и сразу же застыл. Перед дверью стояла Эстер, явно не решаясь войти.

Она тут же обернулась на звук и, заметив меня, опустила взгляд, после чего пробормотала:

— Эдиус, я хочу поговорить…

Недолго музыка играла. А я-то думал, что получится оттянуть разговор.

— Ну, проходи, — вздохнул я, открыв дверь.

Я закрыл за собой дверь на ключ. Меньше всего мне хотелось, чтобы сюда неожиданно кто-нибудь ворвался. Среди моих знакомых чувства такта нет вообще ни у кого. Казалось бы, тут даже этикет изучают, а люди иной раз ведут себя так, будто такого слова даже не существует.

Эстер встала посреди комнаты, растерянно смотря по сторонам.

— Присаживайся на кровать, — кивнул я, после чего подошёл к стулу и поставил его рядом с кроватью.

Девушка медленно и крайне неловко села, сразу же опустив взгляд в пол. Подобная сценка вводила в небольшое недоумение. Эстер всегда была прямолинейной и самоуверенной, а тут сидит как брошенный котёнок. Хотя это даже мило.

— Так, о чём именно ты хотела поговорить? — спросил я, осознав, что в ином случае мы будем просто сидеть в тишине.

— Помнишь, тогда в лабиринте… Ну, когда я думала, что умираю. Мы сидели возле живой изгороди и в общем… Да…

Ага. Понятненько. Ей бы спикером стать или читать лекции. Замечательно донесла мысль. Если бы я изначально не понял, что она хочет сказать, то сейчас бы терялся в догадках. Неожиданно, но у этой девушки-рыцаря крайне тонкая душевная организация.

— Ты хочешь поговорить о том, что поцеловала меня? — договорил я за неё.

Эстер залилась краской, на секунду подняла на меня глаза, кивнула, а потом вновь уставилась в пол. И вот эта девушка без тени сомнений убивала своих противников? Не видел бы лично — никогда бы не поверил.

— Так, хорошо. И что именно ты хочешь обсудить? — продолжал я вытягивать из неё слова.

— Что дальше? — прошептала девушка, продолжая сверлить взглядом пол.

Судя по всему, она хочет понять, что теперь будет между нами и как себя вести. И, кажется, решения Эстер ждёт именно от меня. Я не слишком силён в том, чтобы понимать намёки и считывать атмосферу, но кажется, что она готова принять любое моё предложение. Возможно, если я предложу ей воспользоваться этой кроватью по назначению, она только смущённо кивнёт. Удивительное зрелище. С одной стороны гордая северянка, а с другой — главная героиня романтической комедии. И чем больше смотрю на неё, тем меньше мне хочется откладывать решение в долгий ящик.

— Твой отец одобрит, если между нами будет что-то происходить? — прямо спросил я.

Девушка вздрогнула и, казалось, даже втянула голову вместе с шеей куда-то внутрь. Теперь она ещё больше походила на брошенного котёнка, только ещё и побитого жизнью.

— Я постараюсь его убедить, — в итоге выдавила она из себя.

— Тогда давай поговорим с нашими родными. Я почти уверен, что смогу договориться с Зеросом. Найду выгоду.

— И я смогу, — решительно сжала кулаки Эстер. — Я не наследница, так что отцу плевать на моё будущее. Уверена, он будет только рад от меня избавиться.

— Избавиться? — хмыкнул я. — А что, ты хочешь уехать и жить со мной?

Лицо Эстер стало буквально пунцовым. Она поджала губы и попыталась найти куда спрятаться. Но в этой комнате такой возможности не было. Разве что залезть под кровать, но до подобного она пока не дошла.

Насколько же мне нравится её дразнить. На удивление честная со своими чувствами девушка. Всегда бы такой оставалась.

Перестав сдерживаться, я встал со стула и, взяв Эстер за руку, поцеловал её. Поцелуй получился гораздо длиннее, чем в первый раз. Эстер больше хлопала глазами и не понимала, что ей делать. А когда я отстранился, выдавила из себя что-то нечленораздельное и зависла.

Да, сразу видно, что на свиданки она точно не ходила. Да и зная Эстер, вообще не уверен, что она была в отношениях хоть с кем-то, кроме своего меча. Вряд ли ей даже кто-то нравился. Как-то ещё больше ответственности теперь ощущаю, но не бежать же от неё.

— Мне кажется или вам, мадемуазель рыцарь, стоит вернуться в свои покои. Или же дама ждёт чего-то большего? — улыбнулся я, указав на кровать, на которой она сидела.

Эстер тут же подскочила на ноги, как ошпаренная. Подбежав к двери, она попыталась выйти, но та была закрыта. Несколько раз дёрнув за ручку, она в итоге вновь повернулась ко мне.

— Д-дама уходит, — попыталась подыграть Эстер, но получилось довольно неловко.

Я, с трудом сдержав смех, открыл дверь, после чего девушку как ветром сдуло. Не знаю, как мне вообще удалось держать себя в руках. Долбанный молодой организм явно требовал большего. Но боюсь, что если даже подобное ставит Эстер в тупик, то спешить точно не стоит.

М-да. Но зато появилась другая проблема. Как вообще теперь уснуть?

Утро наступило неожиданно быстро. Шутка ли — я полночи крутился из стороны в сторону не в силах заснуть. Не понимаю, это тело решило показать, что оно входит в активную подростковую фазу, или я и мозгами стал походить на свой новый возраст? Будто никогда с девчонками не встречался, ей-богу.

Выглянув в приоткрытое окно, я увидел в нескольких метрах Лиштас, стоявшую перед каретой. Моя двоюродная сестра решила уехать с самого утра. Перед ней стоял сонный Латс, зевая и хлопая закрывающимися глазами.

— И это всё, что ты можешь мне сказать⁈ Просто «увидимся»? — донеслось до меня негодование девушки.

— А что мне сказать? — развёл руками Латс, после чего вновь зевнул.

— Да с тобой просто невыносимо рядом находиться! Ты… Ты… — чуть ли не захлебываясь от возмущения, кричала Лиштас.

— Осторожнее в пути, — улыбнулся парень, абсолютно не обращая внимания на негодование своей подруги.

— Ну хоть не пожелал всё лето рисовать долбанные магические круги! — громко цокнула языком девушка, подойдя к карете.

— Не нужно рисовать в одиночестве, — покачал головой Латс. — Будем это делать вместе.

— Когда-нибудь я тебя придушу, — прошипела Лиштас, запрыгивая в карету.

— Но у тебя ведь не выйдет со мной справиться, — без тени сомнений заявил парень.

Продолжать смотреть за их странноватым флиртом я не стал. У меня и без того куча мыслей в голове. Не хочется думать ещё и о том, что происходит у этой парочки.

Одевшись, я вышел на завтрак. Вещи уже были собраны, поэтому оставалось лишь перекусить и отправляться.

За столом уже сидели бабушка с дедушкой, Ритс, Эстер, Реон и Микелла. Только Несса отсыпалась. Ну и наёмники не стали спускаться по лестнице, решив перекусить прямо в своей комнате.

Заметив меня, девушка-рыцарь опустила глаза в тарелку с какой-то кашей и начала с удвоенной силой её поглощать. Забавно. Не могу даже представить, сколько оттенков красного мне ещё удастся увидеть.

Касильда как-то хитро зыркнула на меня, после чего ткнула Вайрила локтем, но дед лишь вопросительно перевёл на неё взгляд, после чего вновь вернулся к завтраку.

— Как спалось? — спросила с улыбкой бабушка.

— Неплохо, — соврал я. Надеюсь никаких лишних недопониманий поведение Эстер не создало. А то так по всей империи разлетятся слухи о том, что мы с ней предаёмся утехам в таверне на окраине герцогства. Зерос с ума сойдёт.

— Слушайте, — решил я перевести поскорее тему, — а ведь в том доме на всех комнат не хватит, даже если поселить прислугу вместе.

— Что-нибудь придумаем, — махнула рукой Касильда.

Да, я почти уверен, что она что-то придумает, но главное, чтобы не переборщила. Слишком уж сильно она обрадовалась, когда узнала, что у нас остановится императорская принцесса. Надеюсь, к нашему приезду она не построит там ещё один особняк. Хотя вряд ли подобное возможно.

— Расскажите лучше о себе, детишки, — поддержала разговор бабушка. — Вот ты, Реон, чем вообще занимаешься, помимо учёбы?

— Ничем, — улыбнулся парень, отложив ложку. — В основном провожу всё своё время в одиночестве, думая о будущем. Если у меня вообще есть будущее… Нет, нет, ты тоже помогаешь, конечно же, — замотал он головой, повернувшись в сторону лестницы. — И хватит обижаться. Я не имел в виду, что я совсем один. Да прекрати…

— Понятно, — удивлённо пробормотала Касильда. — А ты, Микелла? — тут же нашла она новую цель.

— Я? — растерянно пискнула девушка, чуть не выронив из руки вилку. — Я тренируюсь. Нужно думать на шаг вперёд, чтобы уничтожить пешки и на десять, чтобы поставить мат. Каждая фигура имеет душу, а внутри бьётся маленькое сердечко. Но я не дам им спокойно жить, не позволю дышать. Трусливый король хочет совершить рокировку? Но я уже к этому готова! — ударила она ладонью по столу. — Давай, тварь! Попробуй меня взять! — вдруг расхохоталась Микелла.

Бабушка посмотрела на меня с таким взглядом, что мне аж смешно стало. Что-то вроде: «почему по всем твоим друзьям плачет дурка?». Ну а мне то откуда знать? Может быть, подобное притягивается к подобному.

Пару минут спустя к нашему театру абсурда присоединился Латс, проводивший Лиштас, а также Несса.

Кареты уже ждали на улице, поэтому рассиживаться мы не стали. Да и устал я уже сидеть на одном месте. Ну и в целом хотелось убраться подальше от этого подземелья.

Микелла заняла место в одной из карет самой первой. Ритс отдал ей доску, пусть самих шахмат и не было, но девушка всё равно была рада. Надо обязательно будет наладить производство этой игры. Ну и сделать один экземпляр лично для Микеллы. Пусть она и ведёт себя донельзя странно, но это одна из немногих подруг Ритса. Почему бы не сделать небольшой подарок. Но надеюсь, что ничего большего между ними не будет. Кажется, что эта девчонка совсем не в ладах с головой. Мне не хочется, чтобы потом и мои племянники были такими же.

Пока мой брат прощался с Микеллой, я подошёл к карете, в которую садилась Эстер.

— Вряд ли мы увидимся на каникулах, — сказала она, всё так же стараясь не пересекаться со мной взглядом.

— Главное, чтобы академию не закрыли после того безумия, что с нами произошло. Подумать только, не так давно старались выжить, а теперь ведём себя так, будто ничего не случилось, — хмыкнул я. — Даже начали думать о будущем.

— Я напишу… — пробормотала Эстер, после чего обняла меня, легонько чмокнула в щёчку и запрыгнула в свой дилижанс.

Да уж. Нам предстоит долгий путь. Но тем интереснее он будет.

— Чего это с ней? — поинтересовалась Несса, наконец-то выйдя наружу после завтрака и подойдя ко мне. — Забилась в карету и сидит.

— Не знаю, — пожал я плечами.

— Так-с, мне кажется или я что-то пропустила? — подозрительно взглянула на меня принцесса, после чего запрыгнула в карету к Эстер.

Я не стал слушать, о чём же они там разговаривают, но не потому, что мне было не интересно. В этот момент открылось окно на втором этаже и оттуда высунулась голова Теодена.

— Эдиус, — махнул мне мужчина. — Я вчера не смог нормально ничего сказать, хотя должен был. Спасибо тебе!

— Скажи спасибо Кассии. Это она за тобой присматривала, хотя сама серьёзно ранена.

— Тебе я благодарен не меньше. Я бы не удивился, если бы вы не стали спасать меня. На самом деле, были даже мысли, что так было бы лучше. Да и если бы вы забрали себе все артефакты, это было бы правильно. Мы ведь не справились со своей задачей, даже себя защитить не смогли. Но знаешь, я понял, что это ещё не конец. Мы всю ночь разговаривали с Кассией, и теперь я уверен, что не разочарую ни её, ни тебя.

— Уверен, что ты ещё встанешь на ноги, — кивнул я ему.

— И не только я… Мы хотим создать место, где будут помогать наёмникам, которые больше не способны сражаться. Сколько есть таких же людей, как я? Людей, которые умели лишь держать меч, а теперь не могут даже самостоятельно подтереться. Хочу, чтобы эти люди поняли, что они не одни. А также у нас смогут получить помощь и семьи, оставшиеся без кормильца.

Ничего себе планы. Кажется, за ночь в голове этого мужчины действительно многое поменялось. Возможно, это в первую очередь заслуга Кассии, но в любом случае я рад, что человек нашёл причину жить дальше. И хочется верить, что я действительно этому поспособствовал.

— Я уверен, что у вас всё получится. Ты всегда можешь написать главе герцогства Мельдия, если появятся проблемы. Уверен, что в помощи тебе не откажут, — хмыкнул я.

Теоден улыбнулся, после чего помахал мне рукой, а позади него я увидел Кассию, которая с такой же улыбкой, пусть и слегка тоскливой, смотрела в мою сторону.

Буду надеяться, что у них действительно всё наладится. Лабиринт изменил каждого, но главное обернуть произошедшее в наши преимущества. Мне кажется, теперь впереди всех будет ждать только хорошее!

Дорога до Редалии оказалась на редкость спокойной. Бабушка с дедушкой действительно всерьёз занялись благоустройством. Карету практически не качало, да и ухабов не было мной обнаружено. Ещё чуть-чуть и начнут, наверное, делать хайвеи.

Несса, сидящая в этой же карете, была чем-то крайне расстроена. Она периодически поглядывала на меня, после чего вздыхала и переводила взгляд на пейзаж за окном. Разговор с Эстер её явно выбил из колеи. Надеюсь, это не то, о чём я думаю. И без того куча мыслей в голове, меньше всего хотелось бы впутаться в «треугольник».

Ритс откровенно клевал носом всю дорогу, а Латс и Реон играли в какую-то странную игру, похожую на камень-ножницы-бумага. Только здесь использовались три палочки разной длины. Каждый человек зажимал в кулаке одну такую палочку, заранее определившись с выбором, после чего ладонь одновременно разжималась.

Длинная палочка была лучше, чем средняя, средняя лучше, чем короткая, а короткая, соответственно, лучше длинной. Не знаю, в чём принцип, и почему короткая может выиграть хоть у чего-то, но игра всё равно забавная. Я даже слегка засмотрелся на их противостояние.

Дорога заняла всего лишь двое суток при том, что телепортационных кругов по пути не было. Всё-таки хорошо, когда всё находится достаточно близко.

Дом, в котором я провёл несколько лет своей жизни, совершенно не изменился. Разве что его слегка подкрасили. Конечно, этому строению до дворца императора, как до луны. Но после жизни в лабиринте — любая кровать становится комфортом ультра-класса. Так что за Нессу точно не стоило беспокоиться.

Пройдя внутрь, я первым делом наткнулся на дворецкого Авенса. Мужчина явно заметил подъехавшие экипажи и хотел выйти на улицу, но не успел из-за хромоты.

— День добрый, мистер Авенс, — улыбнулся я ему.

— Давно не виделись, господин Эдиус. Рад, что вы в добром здравии, — улыбнулся дворецкий.

— А уж как я этому рад. Что у вас тут новенького? — прошёл я мимо мужчины, не позволяя ему забрать чемодан с вещами. Зачем напрягать человека, раз я могу и сам донести?

— Всё по-старому. В последнее время проклятья и тёмные силы нас не тревожат, но я всё равно не теряю бдительность! — заговорщически прошептал Авенс.

— Ага, — кивнул я, понимая, что доказывать ему что-то смысла нет. Он уже точно до конца жизни будет верить во все эти ужасы. Хорошо хоть солью на меня не посыпал.

— Ох, кстати, господин Эдиус, — вдруг опомнился дворецкий, когда я уже начал подниматься по лестнице. — Приходило письмо от мисье Дируса Перэйта, если вы помните такого. Он был вашим учителем, когда вы здесь жили, — зачем-то напомнил он.

— Да, конечно, помню, — слегка удивился я. — А где оно?

— Всю почту я складывал на шкаф, который стоит в коридоре на втором этаже.

— Понял, — кивнул я.

В дом как раз стали проходить и остальные ребята, так что я поспешил поскорее подняться наверх, чтобы разложить вещи и понять, как будет правильнее распределить комнаты.

Схватив конверт, который действительно пылился на шкафу, я прошёл в комнату, которая целых четыре года была моей. Внутри находились две кровати, так что я без проблем смогу разместить здесь и Реона.

Положив прямо рядом со столом чемодан, я вскрыл письмо. За окном было видно, как носятся служанки, помогая перетаскивать какие-то вещи из карет. Нелия и Ваната тоже совсем не изменились. Разве что стали выглядеть чуть собраннее. Нужно будет обязательно и с ними поздороваться, когда спущусь вниз.

В письме было целых три листа «воды». Дирус буквально решил расписать все тяготы, которые испытал во время нахождения в королевстве Тармерия. Я прекрасно помнил, что он хотел путешествовать, поэтому не слишком удивился, узнав, что он и правда добрался до столицы. Было в тексте и кое-что интересное — описание невероятно красивого дворца, который притягивал взгляд каждого, кто приближался к главному городу королевства. Но на этом всё. Кажется, не такое уж это и интересное местечко, чтобы жить там столько времени.

Из рассказа моего репетитора я понял, что ему срочно нужны деньги. Самостоятельно он будет их зарабатывать крайне долго, а иным способом покинуть королевство точно не получится. Человек хотел стать путешественником, а в итоге теперь не может вернуться домой. И забавно, и грустно одновременно.

Пока я пытался понять, сколько денег выслать Дирусу, чтобы он без проблем смог добраться до империи, мой глаз зацепился за странную фразу: «В безопасности себя я здесь тоже не чувствую. Частенько наблюдаю, как большие группы солдат направляются на запад. Скорее всего, королевство подвергается нападкам разбойников. И с каждым месяцем солдат уходит всё больше и больше, будто целая армия. Дело времени, когда место, в котором я живу, может оказаться частью набега.»

Это сколько же должно быть разбойников, чтобы посылать туда большие группы солдат, причём постоянно? У них там назревает бунт? Бред какой-то. Ещё и на западе от столицы. Это же со стороны нашего герцогства. Неужели Зерос бы не знал о больших группах бандитов рядом с границей? Они ведь наверняка бы и нам доставляли неудобства.

«Удачи тебе, надеюсь, что и во время войны покажешь себя не хуже, Артём», — вдруг всплыла в голове фраза сфинкса. И от этого по телу пошла дрожь. Да быть того не может…

Я долгое время думал о смысле слов, которые кинуло мне на прощание то чудовище. Но от мыслей о том, откуда вообще эта тварь знала моё Земное имя — только голова кружилась. Ответов всё равно не было, либо добавлялись всё новые вопросы. И, как мне казалось, сфинкс специально это сказал, чтобы с интересом наблюдать за моими бессмысленными рассуждениями. Поэтому я решил, что слова про войну могут оказаться лишь очередной шуткой того чудовища.

Да и сложно пропустить подготовку к нападению. Наверняка в этом королевстве должны быть наши шпионы. Хоть кто-нибудь бы доложил, если бы действительно намечалась война. И мне бы наверняка об этом рассказали. Уж если не Зерос, то Тисия точно. Так что не нужно зацикливаться на этом письме, а также словах той человекоподобной громадины.

«Прислушивайся к словам людей. Даже если кажется, что они сказали что-то странное или допустили ошибку», — словно предупреждая о чём-то, тут же всплыли в мыслях и слова Зерди Энертилии. Сердце застучало ещё быстрее. Я пытался найти логичное обоснование всей информации, что теперь крутилась в моей голове.

Дирус мог ошибиться, сфинкс мог просто подшутить, а Зерди говорила очень расплывчато и могла иметь в виду что угодно другое. Но если это не так… Выходит есть шанс, что в данный момент империя стоит на пороге войны. Да что ж такое…

Вдох-выдох. Спокойно. Не нужно паниковать из-за того, что я сам себе накрутил. Может быть, это всё действительно совпадения, а я просто сторонник теорий заговоров. Лучше бы и дальше думал о том, откуда вообще сфинкс узнал моё имя из прошлой жизни. Это хотя бы не заставило бы меня прийти к мысли о том, что война реальна.

Я ещё раз перечитал письмо Дируса Перэйта, но смысл от этого никак не поменялся. Судя по описаниям моего репетитора, королевство Тармерия не особо-то богато. Неужели они и правда решили собрать армию и вторгнуться в империю? Я не слышал о том, чтобы у нас с ними в последнее время были какие-то разногласия. Знаю, что часть территории герцогства Мельдия раньше принадлежала королевству, но это было больше двух сотен лет назад. Неужели они до сих пор хотят вернуть эти территории?

Ладно, нет смысла рассуждать. Нужно рассказать Зеросу, а также Нессе. Хорошо, что она поехала со мной. Уверен, эта девчонка всё передаст императрице, да и вряд ли сама будет скептически настроена к моим словам. Если это действительно просто мои бредни, то ничего плохого не произойдёт, но проверить в любом случае нужно. Впервые я настолько надеюсь, что надо мной просто решило подшутить странное крылатое существо.

Бежать, роняя тапки, и размахивать руками я не стал. От пары часов ничего не изменится. Для начала нужно было решить вопрос с размещением, а потом, в спокойной обстановке, перейти к этой теме. Лучше вообще ничего не делать сгоряча.

Выглянув в окно, я увидел, что на заборе лежал белый котёнок. Вернее, это был уже не совсем котёнок, но всё ещё не взрослый кот. Тут же в голову пришёл Гарф, который таким же образом частенько отдыхал на этом самом месте. Оно что, мёдом намазано? Но, во всяком случае, это точно было самое обычное животное, два хвоста я бы наверняка заметил. Интересно, как там поживает мой рыжий питомец? Не слишком-то хорошо оставлять его на столь долгий срок рядом с Мелией. Он всё-таки маной питается, не хочется, чтобы сестра пострадала, пусть Гарф и вряд ли будет специально ей вредить.

Когда в комнату вбежал Ритс, я помог ему разложить те вещи, которые мы купили в Сеоферасе. После пребывания в лабиринте у парня не осталось вообще ничего, даже одежды. Так что теперь он походил не на внука герцога, а максимум на родственника барона. Простая рубаха, брюки и пыльные ботинки — буквально писк моды. Впрочем, я недалеко от него ушёл. Моя одежда тоже была практически уничтожена, так что теперь я идеально сливался с окружением. Даже в зеркало на меня смотрел типичный житель небольшого городка.

— Брат, как думаешь, Микелла нормальная?

— Что ты имеешь в виду? — растерялся я. Не дай бог, он интересуется подойдёт ли она в качестве потенциальной невесты. Я же седым стану от её выкрутасов. Конечно, я не сторонник договорных браков, но лучше всё-таки выбрать Ритсу девушку, которая не будет по ночам бросаться шахматными фигурами.

— Мне кажется, она чем-то болеет. Или я просто чего-то не понимаю?

Ах, вот он о чём. Ну да, мой брат вообще эмоции редко проявляет, а Микелла мало того, что ими сочится, так они ещё и постоянно сменяют друг друга. Может, это какая-то форма биполярного расстройства, которое усилилось из-за лабиринта? Всё-таки то место крайне плохо повлияло на каждого из нас. Или девчонка изначально была с прибабахом?

— Может быть, ты и прав. Тебе не нравится с ней общаться?

— Нравится, — тут же замотал головой Ритс. — Она единственная, с кем можно поиграть в шахматы. Да и играет она… лучше меня. Просто я не понимаю, как себя с ней вести.

— Обычно. Как всегда ведёшь, — улыбнулся я, потрепав брата по голове. — Не нужно меняться или пытаться подстраиваться, особенно ради кого-то. Если это твой человек, то он примет тебя таким, какой ты есть. Ну и она вряд ли уже поменяется.

— А я… нормальный? — шёпотом спросил он.

— С чего ты взял, что нет? — удивился я.

— Никто не говорит мне этого прямо, ведь я внук герцога, но друзей у меня нет. Мелия общается со всеми подряд, а я практически ни с кем. Есть один парень, с которым интересно поговорить, пусть он и простолюдин. Раньше мы много общались, но всю ту неделю, которую я успел пробыть в академии до «магинума», он меня сторонился. Будто бы ему сказали прекратить со мной дружить. В академии все должны быть равны, так что вряд ли это из-за моего происхождения, а значит я настолько странный, что со мной запрещают разговаривать.

— Ерунда это всё, — вздохнул я, сев на кровать. — Несмотря на то, что в академии действует правило «равенства», в головах людей всё равно остаётся мысль о том, кто же стоит напротив. Нельзя просто взять и забыть, что наш дед герцог. Чтобы стереть у окружающих подобные мысли, наверное, нужно быть как твоя сестра — до ужаса простой и общительной. Но я уверен, даже с ней некоторые люди общаются с опаской, стараясь подбирать нужные слова, возможно, даже ищут выгоду. И нельзя сказать, что поступают они неправильно. Академия ведь закончится, а связи останутся.

— Значит, мне тоже нужно много говорить?

— Как тебе комфортно, так и делай. Если не нравится, что тот парень не говорит с тобой — скажи ему об этом прямо. Спроси, что ему не нравится. Может дело вообще не в тебе.

— Хорошо, — улыбнулся Ритс. — Спасибо, брат. А когда мы поедем домой? Я очень соскучился по сестре.

— Скоро. Возможно, даже очень. Планы немного поменялись.

Ритс понимающе кивнул, после чего лёг на кровать. А я же направился к Нессе. Нужно было рассказать девушке о своих подозрениях. Заодно спрошу, что она сама думает по этому поводу. Вдруг я действительно накручиваю.

Пока я разговаривал с Ритсом и глядел в окно, всех ребят уже успели разместить. Латса заселили в одну комнату с Реоном, из них получилась крайне своеобразная компания. А Нессе выделили отдельную комнату, заставив Нелию и Ванату переехать на первый этаж. Но думаю, от того, что они пару дней поспят на диване в гостиной, никому хуже не будет.

— Я войду? — спросил я, одновременно постучав в дверь.

— Да-да, давай! — раздался голос принцессы.

Я тут же открыл дверь и прошёл в комнату. Девушка переоделась и теперь тоже больше походила на местную. Если бы не волосы, которые сильно привлекали внимание, то хоть прямо сейчас можно давать ей в руки коромысло и отправлять за водой. Никто даже не заметит подвоха.

— Что так смотришь? — опустила глаза Несса, убрав за ухо непослушную прядь. — Странно выгляжу?

— Да нет, тебе идёт, — хмыкнул я.

— Странный комплимент, — улыбнулась девушка. — И одежда неудобная. Всё будто колется, а тело чешется. Материал очень неприятный. Ещё и совершенно не мягкий.

— Зато можешь почувствовать себя самым обычным человеком.

— Это правда, — опустилась на кровать принцесса, кивнув на койку напротив.

Я тут же расположился на постели одной из служанок, обдумывая, с чего же начать разговор.

— Ты хотел посмотреть, как я тут расположилась? — хихикнула девушка, разведя руки в стороны. Типа: вот смотри, это всё моё богатство.

— Не только, — покачал я головой, став серьёзнее. — Есть разговор, только отнесись к нему серьёзнее. Это и тебя тоже касается.

— Серьёзный разговор… меня тоже касается… — пробормотала Несса, опустив глаза и, кажется, покраснев. — А что же тогда с Эстер?

О чём она? При чём здесь вообще Эстер? Я даже говорить не начал, а эта девчонка уже сделала какие-то выводы? Нет, вряд ли она могла по моему лицу определить тему разговора. Всё-таки подобные вещи мы раньше не обсуждали.

— Нет, Эстер это никак не касается, — тут же попытался я разрешить явное недоразумение.

— Как это не касается⁈ — аж подпрыгнула принцесса. — Очень даже касается!

— Ты о чём вообще?

— А… ты? — захлопала глазами Несса, став ещё более пунцовой.

Ещё разговор начать не успел, а уже устал. Ну, зато хоть атмосферу немного удалось разрядить.

— В общем, прочитай для начала вот это письмо, а дальше я расскажу, что услышал в лабиринте, а также свои мысли по этому поводу, — протянул я растерянной принцессе конверт.

Девушка тут же выхватила конверт из моей руки, достала содержимое и принялась читать. И с каждой секундой её лицо становилось всё более сосредоточенным и задумчивым.

Писать письмо домой и сообщать о том, где же я нахожусь, я не стал. Во-первых, пока почта доберётся до Мельтариса, я уже буду поблизости, а во-вторых, ну а толку? Писать о том, что я предполагаю начало войны — не хотелось. Кто его знает, вдруг письмо перехватят прямо по дороге. Лучше подобную информацию сообщить лично. Так что уже спустя сутки после разговора с Нессой я готовился к отъезду. Мой отдых закончился, так и не начавшись, но что поделать.

Баниор и Талис ещё не вернулись сюда. Всё-таки семестр только-только должен был подойти к концу. Зато я успел повидаться с Ринисой, Сирис и Карсом, который в свои семнадцать стал похож на мужчину лет двадцати пяти. Знакомить их с принцессой я не стал, всё-таки даже реакция на то, что я внук герцога у Ринисы была довольно своеобразной. Не хочу, чтобы девушки весь день ходили, опустив голову. Зато представил им своего брата.

Пока девчонки рассматривали Ритса, который был не сильно младше их, а Карс приветствовал Латса, я поинтересовался у Ринисы, как так получилось, что они поженились с Баниором столь быстро. Просто в моменте решили и тут бац — теперь они муж и жена. А я ведь даже на свадьбе не погулял.

Впрочем, и самого праздника, как оказалось, не было. Немного странно, люди женятся, а даже стол никто не накрыл. Так что я дал Ринисе несколько дублей, чтобы они, пусть и с запозданием, но устроили что-то вроде банкета. Хоть мы и не слишком часто видимся, но всё-таки они мои друзья.

Сирис намекнула, что тоже подумывает о свадьбе. Видимо, заразилась этой идеей от своей подруги. Не знаю, готов ли Талис к такой информации, но в любом случае будет решать это сам. Браки, которые кажутся для меня слишком ранними, здесь являются чем-то обычным. Достаточно просто быть совершеннолетним, а дальше делай что захочешь.

Реон, Латс и Карс довольно быстро ушли гулять по округе. Как я понял, мой сосед по академической комнате решил провести для Реона что-то вроде экскурсии, хотя сам был здесь всего два раза. Логичнее было бы, если бы местность показывал Карс, но раз им весело, то какая разница. И, что самое интересное, они даже не рисуют магические круги. Видимо, Латс не смог склонить Реона на тёмную сторону. Или же просто сам уже немного подустал от всего этого. Ему ведь теперь ещё с моими просьбами разбираться, так что меч я пока оставил ему, а заодно приобрёл парочку неплохих перчаток и оставил денег на необходимые материалы.

Несса весь день просидела в доме. Она обложилась листами бумаги, которые получила от Касильды, и выписывала на них события, о большинстве из которых я даже не слышал: попытка захвата территорий в 1350 году, обрушение дамбы в 1354 году, отравление посла империи в 1357 году, похищение третьей принцессы в 1362 году, а теперь и попытка отравления наследного принца. Девушка явно пыталась сложить все события, произошедшие за последние лет двадцать, в общую картину. Она рассматривала каждое происшествие с точки зрения того, что это могли сделать именно люди короля Биглуса Теомата. Несса явно восприняла мои слова максимально серьёзно. Кажется, даже серьёзнее чем я.

Каждые полчаса я слышал от неё: «Когда прибудут кареты? Когда мы уезжаем?». Она очень торопилась вернуться в императорский дворец. Из-за этих нервов и я сам начинал ещё больше переживать. Меньше всего мне хотелось на своём веку застать войну. Всё-таки подобного уже лет двести не было.

Когда прибыли рыцари, выделенные виконтом для сопровождения, а также кареты, мы тут же собрали вещи, приготовившись к отъезду.

— Ну задержись ещё немного, — надулась Риниса. — Раз в пять лет приезжаешь и даже недельку не можешь погостить.

— Очень много дел. Но я обязательно ещё приеду. Да и скоро вернётся твой генерал, — хмыкнул я.

— Ох уж этот генерал, — рассмеялась Сирис, заставив девушку покраснеть.

— Не смейтесь, — сдерживая улыбку, пробормотала Риниса. — Я верю, что он правда станет генералом!

— А ты тогда кем будешь? Генеральшей? — хмыкнул Карс и тут же отпрыгнул от хлёсткого удара девушки.

— Ща я тебе покажу генеральшу!

Пока ребятишки ругались, я прощался с Касильдой и Вайрилом. Бабушка и дедушка обняли меня, пожелав удачи в пути. Я не стал рассказывать им всего, а просто намекнул, что хочу побыстрее переговорить с Зеросом. Грустно, что приходилось так быстро уезжать. Всё-таки очень редко видимся, но важнее разобраться с вероятным вторжением.

Ещё раз помахав всем рукой, я запрыгнул в карету, внутри которой уже сидел Ритс. Ехали мы теперь только вдвоём. Латс решил остаться на лето здесь. Ему, кажется, было плевать, что теперь будет с академией после того, что с нами произошло. Он вообще будто не в ловушку попал, а сходил в длительный поход. Да и скрываться от тёмных магов он мог теперь в доме моих бабушки и дедушки, а не прятаться за стенами Тессона. Реон сказал, что будет добираться до дома своими силами и просто куда-то исчез с самого утра. Даже не попрощался. А Несса уехала на отдельной карете, которая должна была отвезти к телепортационному кругу, ведущему в окрестности столицы. Девчонка сбежала с самого утра, предварительно ворвавшись в комнату и обняв меня на прощание. Но я смутно это помнил, потому что наполовину спал.

Удивительно, как легко всё внимание переключилось от лабиринта к королевству Тармерия. А казалось, что мы об этом будем вспоминать ещё очень долго. Но моя замечательная удача не даёт расслабляться. Только кажется, что теперь-то будет спокойнее, как меня бьют по другой щеке.

Карета медленно ехала по дороге, приятно покачиваясь. Я слушал цокот копыт и посматривал в окно. Вокруг уже всё было зелено. Начиналось лето.

Путь до Мельтариса должен был занять восемь дней, даже при использовании телепортов. Долго, конечно, но да ладно. Мне даже в дороге было чем заняться.

Большую часть времени я изучал артефакты, которые достались нам с Ритсом после распределения. Их оказалось довольно много, и мне интересно было понять, на что эти штуковины вообще способны.

Ну и практика в использовании «незримого касания» стала уже чем-то обыденным. Больше я так много маны не тратил, чтобы вновь не свалиться без сил, но прогресс всё равно был. Теперь шарик из маны не разрушался от небольшого нажатия. Уверенно изменять его форму пока не получалось, но я смог увеличить его до размера шара для бильярда. Этого всё ещё было недостаточно, чтобы адекватно взаимодействовать с предметами вокруг, но в любом случае прогресс был.

В этот раз, помимо нас с Ритсом, ну и нескольких рыцарей, никого больше рядом не находилось, так что я сам определял, как мы будем добираться. Дорогу, а также места, где стоит остановиться, я прекрасно помнил. Получалось эдакое спокойное путешествие двух братьев. Раньше я больше общался с Мелией, но за время нашего похода нашёл общий язык и с Ритсом. Хотя не сказать, что раньше мы плохо общались, просто очень мало.

— Брат, а ты куришь? — спросил Ритс, когда мы вновь садились в карету, после очередной ночи в небольшом трактире.

— Нет, — покачал я головой. — А с чего ты вдруг поинтересовался?

— Ты просто напевал что-то вроде: «Но, если есть в кармане пачка сигарет…».

Ё-моё. Я и сам не заметил. Совсем расслабился. Кажется, мне не хватает привычной музыки. Эти баллады слушать просто невыносимо.

— Да это я так, песенку придумал, — пожал я плечами.

— Мне нравится, — сказал Ритс, после чего подсел поближе к окну, начав считать мельницы, которые встречались не слишком часто. Это было единственное развлечение. Мы даже пробовали играть в «я вижу». Но когда в десятый раз прозвучало — «поле», стало понятно, что это не так уж увлекательно.

— Кстати, — вдруг вспомнил я, достав из кармана дубль. — Тётя научила меня одной игре. Называется «стороны». Нужно подкидывать монету и…

— Тисия! — прервал меня Ритс, громко воскликнув.

— Да, меня научила Тисия, — кивнул я. — Так вот…

— Да нет же! Вон там Тисия! — высунул мой брат руку в окно.

Я тут же выглянул из кареты, увидев в десяти метрах золотоволосую женщину на лошади. Она держала что-то в руке, вытянув её прямо перед собой. Рядом скакало ещё несколько всадников, но больше всего выделялась именно тётя.

— Ого, нам ведь ещё три дня ехать, — удивился я.

Я дважды дёрнул за небольшую цепочку, привязанную к колокольчику, что являлось требованием остановить карету. Но не успел я из неё даже выйти, как дверь распахнулась и тётя буквально вытащила меня во внешний мир.

— Где вы были⁈ — завопила она, схватив меня за плечи.

— История будет очень долгой, — попытался отложить я рассказ, но Тисии явно было не до шуток.

— Плевала я на твои истории! Что случилось? Вы решили сбежать? Или может вас похитили? — безостановочно она заваливала меня вопросами, после чего замолчала и посмотрела мне прямо в глаза. — Скажи мне самое главное, вы в порядке?

— Да, — тут же кивнул я.

Тётя звучно выдохнула и опустилась на колени, прямо перед кучей сопровождающих её солдат. Сама мне говорила, что нельзя допускать подобного под чужими взглядами, но, кажется, нас уже успели похоронить. Понимаю её реакцию. Я настолько сильно был озабочен то спасением из лабиринта, то словами сфинкса, то ещё какой-то ерундой, что вообще не подумал о том, как себя чувствуют люди, которым должны были доложить о нашем исчезновении. И ведь ещё хотел остаться на недельку отдыхать… Вот дурак.

— А как ты нас нашла? — тихо спросил я, но вместо ответа тётя лишь протянула мне один из кулонов, который я дарил близнецам.

Точно. Ритс ведь всегда носит с собой такой же. Я даже и не подумал об этом. Выходит, был шанс найти расположение того острова с лабиринтом с помощью него. Хотя, зачем это нужно?

Я поскорее помог Тисии подняться на ноги и проводил в карету, из которой только что меня вытянули. Она закрывала лицо руками, но было ясно, что тёте совершенно не хотелось, чтобы кто-то видел её в таком состоянии. Ритс тут же подбежал к ней, и Тисия машинально обняла моего брата.

Помимо тёти в «поисковом отряде» был и Диль Феци. Он отлично держался в седле, несмотря на свой возраст.

— Рад видеть вас в добром здравии, молодой господин, — кивнул он, тепло улыбнувшись.

— Тётя слегка на взводе. Так что пусть едет в нашей карете, — пробормотал я, прикрыв дверь дилижанса, а заодно осмотрев поисковый отряд. — У вас с собой несколько повозок. Вы куда-то планировали отправиться после того, как нас найдёте? Или просто так взяли настолько много вещей?

Диль тут же спешился и подошёл ко мне, слегка наклонившись.

— Герцог велел подготовить фамильный склеп, — шёпотом сказал он.

Да ладно… Нас уже успели похоронить? Получается, это все для того, чтобы можно было перевозить наши тела? Я действительно совершенно не думал о том, что же творилось пока меня не было.

— С чего вы взяли, что мы мертвы? — уточнил я.

— Этот кулон долгое время молчал. Вот маги и предположили, что владелец кулона уже мёртв. Мы собирались направить отряд на поиски в каменно-ступенчатое подземелье, хотели вернуть хотя бы ваши тела. Но линии маны вдруг появились. Будто вас не было в мире живых, а потом вы ожили.

А если бы мой брат просто потерял или снял кулон? Замечательная оценка, конечно. Чуть что, сразу готовить могилу. Может быть, в этом мире пропавший человек равен мёртвому, но это уже слишком. Но получается, что на том острове нас нельзя было обнаружить. Хорошо, что я не стал сидеть и ждать спасения.

— А где герцог? — поинтересовался я.

— Он остался в академии Тессон. Там сейчас собирается много людей. Сами понимаете, подобные исчезновения не шутки.

— Хорошо, тогда поворачивайте назад. Мне срочно нужно увидеться с дедушкой.

— Как скажете, — поклонился Диль. Удивительно, но он не стал спорить или же говорить, что решение должна принять моя тётя. Просто принял распоряжение, которое только что услышал. Очень необычное ощущение, когда люди беспрекословно исполняют то, что ты говоришь.

Я же вернулся в карету. Тисия уже не плакала. Она сидела с выражением лица, в котором одновременно читались недовольство и радость, при этом обнимая Ритса. Видя эту непонятную гримасу, даже не знаешь, чего ожидать.

— Рассказывай, живо, — посмотрела она на меня. — Если окажется, что вы просто решили сбежать и отправиться в путешествие, я лично тебя высеку. И мне плевать, что ты почти совершеннолетний. И что это за одежда такая? — только заметила тётя. — Вы теперь хотите отказаться от семьи и уйти работать в поля?

— Есть разговор, который будет гораздо важнее того, что случилось с нами.

— Эдиус… Прошу, просто для начала расскажи, что с вами случилось, — наклонилась ко мне Тисия и взяла за руку.

— Хорошо, — тут же кивнул я, видя её состояние. — Тогда начну с самого нашего отъезда.

Тисия молчала уже минут двадцать. Она просто смотрела в одну точку, пока карета продолжала ехать вперёд.

Мало того, что за весь мой рассказ она ни разу не перебила, так теперь вообще будто дар речи потеряла. Я даже испугался, что у неё инсульт или что-то в этом роде.

— С тобой всё хорошо? — всё-таки поинтересовался я у Тисии.

— А с тобой? — ответила она вопросом на вопрос, опустив глаза на моё лицо.

— Ну не я же сижу молча…

— Хорошо, что мы в карете. Я бы сейчас с радостью что-нибудь сожгла. Или испытала на ком-нибудь своё новое заклинание.

Тётя вновь замолчала, а я не стал опять приставать. Было ясно, что на разговор она в данную секунду не настроена. Поэтому я просто уткнулся в окно. Ритс сидел рядом и переводил взгляд с тёти на меня и обратно.

Лишь спустя ещё полчаса Тисия наконец-то заговорила.

— Я не знаю, какая часть истории хуже, ваше выживание в лабиринте или же подозрение о том, что войска королевства Тармерия двигаются к нашим границам. На мгновение мне даже показалось, что я просто сплю и вижу бредовый сон.

— Вот видишь, не было меня — было спокойнее, — попытался перевести я всё в шутку. Но вместо того, чтобы успокоиться, Тисия наклонилась ко мне с каким-то безумным взглядом.

— Ещё раз пропадёшь — обещаю, я тебя запру в доме и вообще никуда не выпущу. Будешь «домашним герцогом».

— Ха-ха, — покачал я головой, но играть на чувствах тёти совершенно не хотелось. — Всё ведь обошлось.

— Да, действительно. Я за это время чуть не поседела. Думала больше никогда вас не увижу. И что же мы имеем в итоге? Внук Вералии погиб, проректор тоже, одна из самых известных групп наёмников уничтожена, а заодно и три опытных исследователя. Все великие семьи стоят на ушах, в том числе и императорская. А также есть шанс, что соседнее королевство что-то затевает. Наверное, именно так и должно быть, когда всё обошлось?

— Когда ты так говоришь, звучит не слишком-то хорошо, — согласился я. — Но мы ведь с Ритсом живы и здоровы.

— И я этому очень рада! Даже подумать не могла, что книжка с мифами может тебе и правда пригодиться. Слава Семерым, что я решила тебе её отдать.

Не могу быть уверен, что без информации из этой книги я бы непременно погиб, но она правда была полезна. Вполне возможно, сфинкс действительно спросил бы у меня своё имя, не прочитай я ту книгу. И не уверен, что я смог бы ответить на этот вопрос, даже выйдя к началу лабиринта. Так что очень даже хорошо, что благодаря тёте я ознакомился с этой литературой.

— Так почему вы решили не сразу вернуться в академию? — уже в более спокойной манере заговорила тётя, явно перестав гонять в голове мысли о лабиринте и возможной войне.

— Так каникулы, — хмыкнул я.

— Эдиус, — покачала головой Тисия. — Давай-ка будь чуть серьёзнее.

— Я бы и сейчас не стал возвращаться, если бы Зероса не было там. Поехал бы домой, как и планировал. Да и хотелось немного отдохнуть от всего пережитого. И вообще кажется, нашу пропажу заметили не слишком давно. Я бы не удивился, если бы и сейчас никто не знал, что наша группа вдруг исчезла. Решили бы, что просто задерживаемся.

— В любом случае нужно было объяснить ситуацию, — нахмурилась тётя.

— Нужно было не тащить нас непойми куда. Решили, что всё будет нормально, вот и поплатились. Учиться нужно в академии, а не мотаться по пещерам. Исследователей нашли!

— Я согласна, — кивнула она. — К Серкасу все эти «магинумы». Надо отменять.

Вдруг Тисия поднялась и дважды дёрнула за специальный колокольчик, после чего карета остановилась.

— Выйду, покурю, — вздохнула она. — А то сейчас точно помру.

Мы с Ритсом остались сидеть внутри. Разговор прошёл не настолько плохо, как я изначально думал. Ожидал, что Тисия всю поездку будет материться и грозиться разобрать академию по кирпичикам. Это было бы очень в её духе. Но она даже была слегка недовольна, что мы изначально решили не ставить ректора в известность о том, что же произошло.

— Интересно, а мама тоже нас ищет? — вдруг спросил Ритс.

Ох, неожиданный вопросик. Вот насчёт Альвии я без понятия. Она не самый приятный человек, хотя и плохой её не назовёшь. Но близнецов, как мне казалось, она любит. Странно, что не поехала с тётей. Или Альвия действительно ищет нас отдельно от Тисии? Она ведь всё-таки наездник на грифоне, так что возможно на нём сейчас нас и разыскивает. Хотелось бы верить.

— Я не знаю, но уверен, что она определённо волнуется, — ответил я Ритсу, найдя некий компромисс. Всё-таки этот парень прекрасно понимает, что Альвия довольно холодно себя может вести. Мне кажется, что из нашей семьи лишь Тисии по-настоящему есть до нас дело.

Через пару минут в карету вновь вернулась тётя.

— Так, ладно, — наконец-то улыбнулась она. — А что-нибудь хорошее происходило у вас?

— Я много играл в шахматы с Микеллой, — ответил Ритс.

— А что за девушка такая? — хмыкнула Тисия. — Из какой семьи?

Да. Пожалуй, не буду пока рассказывать про Эстер. Приберегу эту информацию. Меньше всего хочется, чтобы меня пытали в этой карете.

Кажется, и Ритс понял, что зря вообще об этом заговорил, но было поздно. Тисия уже выбрала свою жертву, устроившись поудобнее. Что ж, удачи тебе, братишка.

Лето началось, так что большая часть учеников покинула академию. Необычно находиться здесь уже после учёбы. Но людей всё равно было немало. На территории стояло несколько карет. Я узнал гербы Риггар, Мельдии, Ардеус, а также императорской семьи. Только делегация из семьи Мерелит отсутствовала. Но с севера и добираться дольше всего. Есть шанс, что им ещё даже не сообщили последние известия.

Судя по всему, Зерос не перекладывал это ни на кого другого, а просто прибыл в академию лично. Вряд ли императрица тоже просто взяла и приехала сюда, так что хорошо, что Несса отправилась сразу во дворец. Думаю, она уже должна была добраться или быть где-то поблизости. Вералия вполне могла тоже прибыть сюда самостоятельно. А вот кто прибыл из семьи Ардеус — непонятно. Но, скорее всего, это произошло из-за пропажи Лиштас. Всё-таки мать девушки была сестрой главы герцогства.

— Марита уже вернулась домой? — уточнил я.

— Нет, — покачала головой Тисия. — Я оставила её здесь и послала письмо Альвии. Она должна приехать за дочерью со дня на день.

Значит Альвия всё-таки была дома, раз ей так легко могли доставить письмо. С другой стороны, раз вся семья разъехалась, должен же быть кто-нибудь, кто будет следить за порядком.

Ритс посмотрел на меня, услышав, что его сестра всё ещё в академии, и я тут же кивнул ему. Парень, ни секунды не думая, метнулся в сторону общежития.

— Как он вообще столько времени продержался без своей сестры? — хмыкнула Тисия. — Видимо, та девчонка с шахматами забрала на себя всё внимание.

— Не нужно говорить о Микелле с такими намёками. Эта девушка слегка странноватая. Хотя нет, не слегка.

— Ну а кто из нас без странностей? — пожала плечами тётя.

Вдруг прямо за моей спиной раздалось продолжительное: «мя-яу». Я сразу же обернулся и увидел Гарфа, который уже начал крутиться вокруг моих ног.

— Как ты понял, что я вернулся? — опустился я к толстячку, который необычайно сильно похудел, и взял его на руки.

— Этот комок шерсти что, не кормили? — удивилась Тисия, подойдя чуть ближе. — Как будто в два раза меньше стал.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Но странно. Мелия его обожает. Должна была наоборот давать больше еды. Как она, кстати? Так много времени провела наедине с бакэно.

— Я не заметила ничего необычного. Разве что очень грустная. Ну, неудивительно, у неё два брата пропали.

— Ну вот уже и нашлись, — хмыкнул я, почесав Гарфа за ухом. — Ты был хорошим мальчиком? Не обижал Мелию, правда?

Гарф громко мяукнул, и в этот момент мне что-то ударило в голову. Это даже нельзя было назвать болью в прямом смысле. Будто что-то очень сильно сжало череп, пытаясь разломить его на две части. При этом казалось, что прямо в мозге что-то скребётся. Но как только я схватился за голову, всё прекратилось. Гарф спрыгнул с моих рук, недовольно фыркнув. Но продолжать держать его в ту секунду я не мог.

— Что случилось? — покосилась на меня Тисия.

— Что-то голова заболела. Странно.

— Нужно будет показать тебя целителю. Ты столько времени провёл непонятно где. Ещё и сражался постоянно. Кто знает, что могло случиться в этом лабиринте.

— Не помню, чтобы мне попадало по голове, но ладно, — кивнул я, переведя взгляд на Гарфа, который вновь тёрся вокруг ног, будто не верил, что я вернулся. Не забыл меня, приятно.

Хотелось тоже повидаться с Мелией, но для начала нужно было встретиться с Зеросом, рассказать о произошедшем. А воссоединение подождёт.

Наше сопровождение, состоявшее из двух десятков рыцарей, осталось у карет, а мы пошли в главное здание, где и находился кабинет Хаседа Грабреона. Тисия была уверена, что Зерос находится именно там. Гарф поплёлся за нами, хотя вряд ли ему было интересно послушать то, что мы будем обсуждать.

Здание было непривычно пустым. Заметил я только Пелька, который с молчаливой растерянностью стоял в коридоре и смотрел на меня. Я просто улыбнулся и слегка кивнул преподавателю безранговой магии, после чего продолжил следовать за Тисией. Гарф же где-то задержался, видимо, ему резко расхотелось идти куда-либо. Ну что ещё взять с этого кота, непостоянство — его конёк. Не знаю, хорошо ли вообще, что Мелия выпускает его на подобные прогулки. А вдруг кто обидит? Пусть он и может ударить в ответ, но, когда видишь его таким маленьким, становится страшновато. А вот его увеличенную форму до сих пор видел лишь Латс. Ну и те парни, которым он нахлестал по лицу.

Поднявшись на второй этаж, мы прошли до самого конца коридора. Дверь в кабинет ректора была приоткрыта и оттуда раздавался недовольный голос Вералии. Значит она и правда лично прибыла сюда.

— Зачем академии нужны подобные вещи? Ваш «магинум» лишь пережиток прошлого. Это место и так спонсирует императорская семья, да и не только она. Неужели денег так сильно не хватает?

— Это дань традициям, — стоял на своём ректор.

— Традициям седьмого века! — гаркнула герцогиня.

— Это и делает их столь важными!

Прямо посреди спора Тисия открыла дверь, заставив всех присутствующих замолчать и уставиться на дверной проём.

Внутри, помимо Вералии и Хаседа, находился Зерос, генерал Пельтир Тордениус и Огера Биордия, мать Лиштас.

— Что-то случилось в пути? — обратился герцог к Тисии, заметив сперва лишь её. Спустя пару секунд взгляд упал и на меня. Зерос лишь приоткрыл рот, явно не в силах произнести ни слова.

— Ничего себе, — присвистнула Вералия, встретившись со мной взглядами.

— А где моя дочь⁈ — воскликнула Огера, быстрее всех придя в себя. Кажется, что она даже не удивилась моему появлению. Будто только и ждала момента для того, чтобы закатить истерику любому зашедшему. Но так уж повезло, что этим человеком был именно я.

Генерал Пельтир не проявил особых эмоций. Он предпочёл лишь вздохнуть и покачать головой. Что это означало, я не знал, но вряд ли этот человек был недоволен моим возвращением. Его наверняка сюда послали найти Нессу, а раз я жив, значит он должен был понять, что ответы на большинство вопросов будут получены в ближайшие пару минут.

— Лиштас уже направляется домой, — ответил я на единственный прозвучавший вопрос.

— Тогда что я вообще тут с вами делаю, раз моя девочка едет домой? — цокнула языком Огера, вскочив со стула, после чего, чуть ли не врезавшись в меня, вылетела из кабинета.

Ну ничего себе. И подобное поведение считается нормой? Она, конечно, сестра герцога, но в присутствии представителя императрицы и двух глав великих семей, так себя вести не слишком-то уважительно. Хотя, сейчас все на взводе, а у неё дочь пропала. Может зря я мыслю в подобном ключе? Без понятия, как сам бы себя вёл в подобной ситуации.

— Что происходит? — наконец-то заговорил Зерос, а вместе с ним то же самое спросил и Хасед. Ректор, казалось, за время моего отсутствия сильно постарел. Теперь он более чем выглядел на свой возраст. Хотя если бы ко мне наведались в столь сложной ситуации представители великих семей, а также императорской — я бы тоже потерял пару десятков лет жизни.

— Я сейчас всё расскажу, но не уверен, что история вам понравится, — ответил я, пройдя в кабинет, который явно не так часто служил местом сбора такого количества аристократов.

Тисия прошла следом за мной, прикрыв дверь. Даже и подумать не мог, что у меня когда-то может состояться подобный разговор. А тем более, что я буду единственным человеком, который будет говорить на протяжении долгого времени.

В который раз я уже занимался пересказом одного и того же. Я даже практически не сбивался. Интересно, сколько раз мне придётся повторять эту историю? Скоро уже получится заучить этот рассказ и даже можно будет с ним выступать.

Особое внимание я уделил словам сфинкса, а также письму, которое получил от своего репетитора.

Меня, понятное дело, гораздо больше волновало то, как все собравшиеся отнесутся к моим опасениям о возможном начале войны. Но было видно, что Вералии было совершенно не до этого, ведь Фертис всё-таки погиб в лабиринте. Я не стал озвучивать то же самое, что рассказал Тисии, а выдал совершенно иную версию событий. Да, этот парень был конченым уродом, но зачем говорить теперь о нём гадости? Пусть Вералия знает, что даже в лабиринте он оставался верен себе и боролся до конца. Но герцогиня лишь тяжело вздохнула, когда услышала мои слова, после чего опустила глаза в пол. Хорошо, что не заплакала, женские слёзы меня всегда выбивали из равновесия.

— Выходит, все собранные сокровища уцелели? — выцепил вдруг ректор из моего рассказа. Да, это определённо было самое главное. Его больше ничего не интересует?

— Да, — кивнул я. — Часть досталась наёмникам, а остальное я поделил между оставшимися студентами.

— Надеюсь академия не будет заявлять на них свои права? — покосился Зерос на Хаседа.

— Мой заместитель тоже пал жертвой вашего лабиринта, — фыркнул мужчина.

— Нашего? — аж подпрыгнул я. — Не припомню, чтобы я подписывал документ на встречу со сфинксом. Или может в состав герцогства Мельдия, вдруг начал входить какой-то остров в океане?

Ректор замолчал, понимая, что смысла пытаться урвать свой кусок — нет. Видимо, он немного расслабился, поняв, что почти все студенты вернулись живыми, вот и решил показать себя.

Хотя больше всего он наверняка радовался тому, что Вералия пока не начала кричать. Она сидела в тишине, лишь вздыхая и покачиваясь на стуле. Кажется, эта женщина проживала потерю по-своему. Я почему-то был уверен, что она попытается чуть ли не разрушить академию, услышав мои слова, но, видимо, не принял во внимание то, что совершенно не знаю её отношения к своим родным. Она ведь говорила, что даже с детьми не очень хорошо общается. Возможно, потеря внука для неё не такая уж и трагедия. Тогда зачем она лично сюда приехала? Не могу понять, действительно ли она сильно расстроена или нет.

Про то, что сфинксу можно было загадать желание, я умолчал, так же, как и про полученное кольцо. Даже спрятал это колечко в карман, чтобы его никто не увидел. Не хочется повышенного внимания или же попыток различными способами завладеть этой вещью. Вообще лучше всего носить его на шее, повесить на цепочку и лишний раз не переживать, что кто-то увидит странноватый символ.

А символ был действительно странным для этого мира. Сначала я не придал этому значения, но не припомню, чтобы хоть раз видел здесь римские цифры… Теперь это существо стало казаться ещё более странным. Но тратить своё желание на то, чтобы узнать, что же это за существо такое, явно не стоило.

Когда я закончил вываливать из себя всё, что хотел поведать, то приготовился к целой куче вопросов или же упрёков, но вместо этого я услышал неожиданное:

— Понятно, — вздохнул Зерос. — Что ж, думаю, самое главное мы все услышали. Теперь потребуется время, чтобы собрать информацию. Предлагаю разойтись и обсудить всё произошедшее позднее.

— Согласен, — кивнул генерал Пельтир.

Это что вообще такое? Серьёзно? Нет, я, конечно, всё понимаю. По огромным кругам под глазами было заметно, что эти люди несколько ночей плохо спали, да ещё и явно устали, в который раз обсуждая пропажу целой группы, но настолько всем плевать на мои слова?

Теперь я понимаю, почему мой «допрос» не был похож на какое-то заседание. Вералия всё время хлопала глазами, чуть ли не засыпая на месте. А я-то думал она молчит, потому что скорбит.

Даже представители великих семей могут выматываться. Сейчас им было плевать на какое-то соблюдение этикета или же уважительное обращение.

— Завтра обсудим всё остальное, — кивнул Зерос ректору, поднявшись со стула.

— Хорошо. Я распоряжусь подготовить бумаги, — согласился Хасед.

Первым кабинет покинул генерал Пельтир, параллельно что-то обсуждая с Зеросом, следом за ними вышли мы с Тисией и Вералия.

— Что это было? — спросил я у тёти.

— Ты впервые сталкиваешься с подобным, но, когда в происшествии замешаны представители сразу нескольких великих семей, требуется куча процедур. Сейчас наступит увлекательная пара месяцев возни с бумажками, аристократический суд, попытки определить, кто прав, а кто виноват. И, скорее всего, виноват во всём окажется проректор, а Хасед просто потеряет часть влияния и, несмотря на статус архимага, будет послушно делать всё, что скажут.

— Меня больше волнует то, что на мои слова о войне просто не обратили внимания, — нахмурился я.

— Если ничего не сказали, это не значит, что проигнорировали, — хмыкнула Вералия, вдруг потрепав меня по голове. Капец, мне скоро пятнадцать, а всё равно как с ребёнком обращается. И да, я даже не обратил внимания на то, что она всё это время стояла рядом.

— А что же тогда? — повернулся я к герцогине.

— Будь уверен, сегодня же будет дано распоряжение о том, что нужно узнать о происходящем на границе. Ну и в дальнейшем обсуждении должна будет участвовать императрица. Конечно, если твои слова подтвердятся. Но я надеюсь, что ты просто хороший выдумщик, — как-то тоскливо улыбнулась Вералия.

— Вы в порядке? — спросил я. — Если могу как-то поддержать, только скажите.

— Тогда расскажи, как мой внук умер на самом деле.

Я прикусил губу. Она сразу поняла, что я врал об обстоятельствах смерти. Каким образом? Эта женщина же не может прямо как Сэгундо видеть ложь. Или может?

Тисия тихо схватила меня за локоть, явно заметив, что я растерялся. Видимо, хотела увести меня подальше отсюда.

— Я знаю, как работает проклятие, лежащее на нашей семье, Эдиус, — покачала головой герцогиня. — Так что не считай меня за идиотку, и не пытайся создать из Фертиса героя. Он был слишком талантливым, чтобы не натворить дел.

Одно дело сказать, что её внук умер, но совсем другое сообщить, что это я его прикончил. Без понятия, как она отреагирует, даже если я расскажу, что он сам меня атаковал. Но и замалчивать в этой ситуации тоже будет неправильно.

— Он был сильным, но слишком верил в то, что особенный, а все остальные ничего не стоят и лишь являются помехой, — ответил я, посмотрев Вералии прямо в глаза.

— Так и думала, — спокойно сказала герцогиня, явно догадавшись, что я имею в виду. — Что ж, Эдиус, не становись таким же. Тщеславие — это очень плохо. Хотя мне ли это говорить, — вдруг ухмыльнулась она.

Она сделала пару шагов, намереваясь уйти, но вдруг оглянулась.

— Слышала, что одно из подземелий находилось на территории моего герцогства, но вряд ли это позволило тебе нормально познакомиться с самыми интересными местами. Обязательно тебя в ближайшее время приглашу в гости.

Закончив говорить, герцогиня вновь повернулась и пошла дальше по коридору, оставив меня теряться в догадках. Это действительно было приглашение погостить, или же завуалированная угроза? Твою-то мать…

Вернувшись в общежитие, которое тоже стало безлюдным, я первым делом наткнулся на Игнотуса. Парень стоял практически у входа и явно ждал меня.

В целом логично, что он был одним из немногих, кто ещё здесь оставался. Всё-таки Вералия приехала в академию, так что, скорее всего, они отсюда уедут вместе.

— Что с моим братом? — спросил Игнотус, буднично прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Может он считал, что так выглядит круче?

— Он погиб, — коротко ответил я.

— Замечательно, — расплылся в улыбке парень, чуть ли не подпрыгнув на месте.

Игнотус даже не стал продолжать разговор, а просто побежал вверх по лестнице, что-то насвистывая. Мне кажется, или это единственный человек, помимо Тисии, который был действительно рад увидеться со мной, пусть и по крайней странной причине. Кто ему вообще сказал, что я вернулся? Видимо, заметил Ритса и предположил, что вся наша группа прибыла в академию. Странный он, но я разделяю его радость от кончины Фертиса, пусть теперь и возможны проблемы с Вералией. Хотя злой она не выглядела, но кто знает. Не хочется проверять, как далеко она может зайти ради мести.

— Странные у тебя друзья, — пробормотала Тисия, стоящая прямо за спиной.

— Не сказал бы, что мы даже приятели.

— Господин Эдиус! — вдруг услышал я громкий крик прямо позади, после чего чьи-то тонкие руки обняли меня.

— Селла? — выйдя из секундного ступора, спросил я. Голос был знакомым, но из-за того, что девушка взвизгнула, слегка изменился.

— Да! — всё так же громко ответила она, начав всхлипывать. — Вы живы, господин Эдиус! Как же я рада!

— Ты всё это время была здесь? — попытался я переключить её внимание на что-то другое. Не хочется, чтобы она разрыдалась. Тисия стояла рядом и с лёгкой ухмылкой наблюдала за развернувшейся сценой. Неужели ей так нравится смотреть на то, как я пытаюсь выбраться из столь неловких ситуаций?

— Конечно! Пусть вы и уехали, но я обязана была дождаться. Я не верила, что с вами что-то случилось! Слава Семерым! Я думала, мне показалось, что здесь был молодой господин Ритс, но раз и вы вернулись, значит глаза меня не обманули!

Селла ещё несколько минут не отлипала от меня, продолжая плакать. Вряд ли служанки часто обнимают своих господ, но не отталкивать же её. Даже тётя уже смирилась с тем, что моё поведение частенько странное и может не соответствовать каким-то нормам или же этикету.

Лишь когда Тисия отправила Селлу обратно в общежитие для слуг, эта девушка слегка успокоилась и нехотя оставила нас, всё время повторяя, что случилось чудо. Именно она стала вторым человеком, который по-настоящему рад меня видеть. Игнотуса в этот странный список я решил не включать.

Поднявшись на второй этаж, мы тут же направились в комнату близнецов. И как только дверь открылась, я увидел Мелию, которая вцепилась в Ритса мёртвой хваткой. Её лицо превратилось в красный заплывший овал. Она уже даже не рыдала, а хрипела, а мой брат хлопал глазами, не понимая, что ему делать. И кажется, я уже прекрасно понимал, что будет дальше.

Заметив меня, сестра тут же отцепилась от Ритса, метнулась в мою сторону и с разбега запрыгнула, обхватив руками и ногами.

— И я рад тебя видеть, — улыбнулся я, стараясь не потерять равновесие.

— Да-а-а, — проскулила девчонка. Она даже говорить нормально не могла. Голос дрожал, а слёзы, которые, казалось, должны были уже закончиться, хлынули с новой силой.

— А почему Гарф гуляет сам по себе? — спросил я у Мелии, стараясь отвлечь её от размазывания соплей по моей одежде.

— А-а-а? — протянула она дрожащими губами, одновременно всхлипывая и, почему-то, икая. Кажется, пропажи шерстяного любимца девчонка даже не заметила. Она тут же слезла с меня и стала осматривать комнату, после чего вновь заревела.

— Что такое? — спросил я, переведя взгляд на Тисию. Но тётя лишь развалилась на стуле и подмигнула мне, мол давай, решай свои проблемы сам.

— Убежа-а-ал, — заголосила Мелия, схватившись за голову.

Не успел я даже подобрать слова, чтобы как-то успокоить сестру, как дверь в комнату открылась и внутрь вошёл Иградиус. Вот уж чего-чего, а встретить здесь этого человека я вообще никак не ожидал. Кажется, со времён моего заточения на острове Нилиот не виделись.

Все одновременно перевели взгляды на главу магической башни нашего герцогства.

— Извиняюсь за вторжение, — поклонился маг.

— Что случилось? — спросила Тисия, так и не вставая со стула.

— Всё готово к поездке на континент нелюдей, но мы так и не получили приказа выдвигаться. Я взял на себя смелость привести сюда людей и товары. Что прикажете делать?

— Твою-то мать… — выругалась тётя. — Я совсем забыла. А ведь ещё даже вопросы с вашим исчезновением не решены. И что теперь со всем этим делать⁈

Не так уж и часто я что-то забываю, но действительно вылетело из головы то, что мы перенесли поездку к нелюдям на это лето. А ведь это была изначально моя инициатива: организовать встречу, а также заключить торговое соглашение. В прошлом году не вышло, и вот мы опять наступаем на те же грабли.

— Не до этого сейчас, — вздохнула Тисия, после недолгих раздумий. — На переговорах обязан быть представитель нашей семьи, а ни мне, ни тем более герцогу, сейчас никуда уезжать точно нельзя. Появилась куча куда более важных дел.

— Что же тогда делать? — растерялся Иградиус.

— Переноси на следующий год… — только и смогла предложить тётя.

— У меня не получится, — помотал головой мужчина. — Вы ведь знаете нелюдей. Они и в прошлый раз были очень недовольны, что им приходится ждать нас. А если мы вновь сдвинем встречу, они просто откажутся сотрудничать. Для них куда важнее гордость, чем выгодное соглашение.

— Твою-то мать, — цокнула языком Тисия. — Тупоголовые. А что, если привести их сюда к нам? Хотя вряд ли они вообще куда-то поедут с людьми. Они даже отказались встречаться на острове Нилиот, хотя тут, возможно, виновата Сэгундо. Одни расстройства!

— Тогда поеду я, — тут же вмешался я в разговор. — Тем более раз уж всё готово к поездке, и мы уже можем выдвигаться.

— Нет. И это не обсуждается, — покосилась на меня тётя. — Ты только вернулся, а теперь хочешь, чтобы я сама тебя отправила неизвестно куда? Да ещё и к нелюдям⁈ Ты вообще головой думаешь, Эдиус?

— Я практически совершеннолетний и к тому же наследник герцога. Ты не можешь мне этого запретить. Тем более я сам предложил эту сделку. Мне и нести ответственность.

— Тебя там разорвут, а потом скажут, что ты никуда не доехал, — хмуро посмотрела на меня Тисия, сложив руки на груди. — Я уже несколько раз едва тебя не потеряла. А ты вновь хочешь рисковать жизнью, да ещё и ради каких-то денег?

— Очень больших денег, — покачал я головой. — Всё будет нормально. Со мной ведь будет Иградиус, а также другие маги и рыцари. Да и едем мы не на войну, а для сотрудничества. С Адигерой у меня хорошие отношения. А раз она заявила, что её мать, которая всем там заправляет, согласна нас выслушать, то всё точно будет хорошо.

— Даже если и так, ты ведь не знаешь, в какой ситуации находится наше герцогство. На каких условиях ты будешь заключать договор? Что если тебя обманут? Мы должны получить выгоду, а не просто снабжать нелюдей.

— Я возьму с собой нужные документы и всё изучу в дороге. Путь-то неблизкий. Да и вряд ли ты считаешь меня глупцом, который не сможет договориться.

— Почему тебя постоянно тянет непонятно куда⁈ Только выбрался из лап смерти, как опять куда-то хочешь уехать. Я не удивлюсь, если после этой поездки найду тебя где-нибудь в Баритском каганате спустя пять лет.

— Хуже уже не будет, — хмыкнул я. — Кажется, что я уже повидал всё.

— Если к концу лета ты не вернёшься в Мельтарис, то я соберу армию и поплыву на континент нелюдей, — прошипела Тисия. Но даже по этому недовольному тону было ясно, что она всё-таки согласна с моим предложением. Либо тётя целиком и полностью верит в меня, либо же не хочет терять столь перспективную сделку. В любом случае хорошо, что не нужно долгое время пытаться что-то доказывать.

— Уведёшь всю нашу армию? А как же охрана границ? — хмыкнул я, слегка расслабившись.

— Не слишком переживай об этом. Что бы там король Биглус Теомат не затевал, но твой дед не допустит войны. Этот трусливый правитель Тармерии сильно пожалеет, если и правда решит напасть. Зерос уже должен был направить людей, чтобы начать собирать армию, да и императрица не будет сидеть сложа руки. Будь уверен, что скоро будет собрание всех великих семей. Хотя я до сих пор надеюсь, что ты всё неправильно понял.

— И я надеюсь, — согласно кивнул я, переведя взгляд на Иградиуса. Маг стоял рядом и не до конца понимал, что мы вообще сейчас обсуждаем. — Когда отправляемся?

— Завтра, — тут же отрапортовал мужчина.

— Хорошо, тогда завтра к утру я буду готов.

Что ж, раз сам эту кашу заварил, то сам и буду расхлёбывать. Не слишком хочется, даже не успев вернуться домой, сразу же отправляться в новое путешествие. Но кто знает, чем может закончиться наше бездействие. Пока мы спорили с Тисией, в голову пришла мысль, которую я решил вообще не озвучивать. Она мне показалась ещё более жуткой, чем вторжение со стороны королевства Тармерия.

Что, если нелюди, после очередной попытки перенести сделку, решат, что мы издеваемся над ними и попытаются напасть на империю. Сфинкс ведь не говорил, с кем именно может начаться война. Да, нас разделяет океан, и это главная причина хрупкого мира между нами. Но что, если нужен был лишь повод, и именно нарушение договорённости о встрече для обсуждения торговли, которую предложил именно я, втянет всех в войну? Войны начинались и по куда меньшим причинам. Надеюсь, что я неправ, но даже если на это есть совсем небольшой шанс, то лучше перестраховаться. Хотя придётся провести очередное лето без отдыха.

Заниматься сборами самостоятельно я не стал. И это не потому, что не хотел или же обленился. Просто вдруг налетела куча слуг, которые и подготовили все необходимые для поездки вещи. Я даже не знаю, откуда столько людей вдруг взялось прямо в академии. Видимо, приехали с Иградиусом. А руководила всем Селла, так как являлась моей личной служанкой. Было видно, что она расстроена моим столь скорым отъездом, ведь ей придётся остаться рядом с моими братом и сестрой.

Совершенно отвык от того, что всё делают за тебя. Да я и раньше не сказать, что сильно привыкал, но после лабиринта вся эта чрезмерная опека вообще выглядела странно.

Также пришлось потратить пару часов на примерку разнообразных костюмов. Без понятия, откуда их вообще умудрились достать в столь короткий срок, но большинство действительно оказалось мне впору. Наверное, Тисия заранее распорядилась пошить мне что-то на вырост. Но вот не уверен, что и нелюди будут в костюмах. Судя по рассказам Адигеры, там даже простенькая одежда есть далеко не у всех.

Дед не стал вдаваться в подробности, когда услышал, что я еду на континент нелюдей. Он лишь кивнул, после чего снова направился к ректору академии. Или герцог совершенно за меня не переживал, что слегка обидно, или его куда сильнее в данный момент заботила судьба герцогства. Хочется надеяться, что Зерос просто верил в меня, поэтому не стал возражать.

Ритс тоже спокойно воспринял эту новость, зато вот Мелия была жутко недовольна. Хотя это логично, я ведь только вернулся, а уже собрался пропасть на всё лето. Но взять её с собой я не мог, пусть моя сестра и очень настаивала. Всё-таки путешествие действительно может быть не самым безопасным. Те же пираты не спрашивают разрешения, прежде чем напасть. И на статус семьи не смотрят. Вернее, смотрят, но под другим углом: чем человек богаче — тем лучше из него выйдет заложник.

Ближе к вечеру, когда всё было готово к отъезду, я вновь наткнулся на Пелька Грабреона. Но в этот раз проходить мимо преподавателя, который молча смотрел на меня, не стал. Теперь спешить было некуда, да и разговор у меня к нему был.

— Давно не виделись, месье Пельк, — поздоровался я.

— Добрый вечер, Эдиус, — ответил мужчина. — Я слышал кучу слухов и не мог понять, что правда, а что нет. Но раз вижу тебя здесь живым и здоровым, то становится ясно, что ничего ужасного не случилось, — улыбнулся он. — Хотя мой брат до сих пор никому не рассказывает, что же на самом деле произошло.

— Много чего случилось, но серьёзно я действительно не пострадал. А вы всё лето будете в академии?

— Да, — тут же кивнул Пельк. — Исследования не должны останавливаться. Всё-таки от этого зависит будущее магического мира. Кто если не преподаватели будут двигать науку? В следующем учебном году к нам должны прибыть представители башен магов. Сбора магов не было уже давно, поэтому нужно, чтобы всё было подготовлено идеально.

— Понятно, — кивнул я, хотя не совсем понимал, о чём вообще идёт речь. — У меня есть небольшая просьба.

— Какая? — тут же оживился брат ректора. — Если хочешь дополнительно позаниматься, то я всегда рад дать парочку частных уроков. Да и рассказывать о безранговой магии для меня одно удовольствие.

Я одним движением снял с шеи цепочку, протянув артефакт мужчине напротив.

— Вот, посмотрите, — кивнул я на ожерелье с кулоном, которое забрал в первом исследованном подземелье, заодно проигнорировав слова об обучении. Слишком уж фанатично этот человек мог рассказывать о своей специальности. Боюсь в одиночку я с ума сойду слушать всё это.

— Хм-м, — задумчиво протянул Пельк, покрутив ожерелье в руках. — Здесь определённо наложена магия иллюзии.

— Сможете снять?

— Не знаю, — пожал плечами мужчина, продолжая крутить в руках цепочку.

Ничего себе. У меня чуть челюсть не отпала. Даже человек, который на этой магии специализируется, не уверен, что сможет справиться? Это как так? А я ещё думал поначалу попросить разобраться с этой проблемой Янису. Неудивительно, что у меня самого ничего не вышло.

— А что не так? — поинтересовался я.

— Да-а, дела-а, — только и ответил преподаватель, разглядывая артефакт.

— Месье Пельк? Всё хорошо?

Ответа не последовало. Преподаватель безранговой магии буквально завис прямо посреди коридора. Лишь спустя пару минут и десяток попыток докричаться, Пельк наконец-то обратил на меня внимание.

— Оставишь мне его? — кивнул мужчина на кулон.

— Я хотел попросить вас развеять иллюзию.

— Так значит оставишь? — улыбнулся преподаватель, прижав цепочку к груди. — Замечательно.

— Только до того момента, как вы не снимете иллюзию, — на всякий случай уточнил я. Мне теперь стало ещё интереснее, что же там за артефакт такой.

Не успел я даже сказать, что готов предложить денег за помощь, как Пельк убежал, что-то бормоча себе под нос. Он ведь услышал меня или решил, что я подарил ему этот артефакт?

Ну да ладно. Всё равно в следующем семестре вернусь сюда. Не похоже, что академию собираются просто закрыть. Раз уж идут разговоры о каком-то Сборе магов. Да и сейчас на повестке дня королевство Тармерия. Так что, когда вернусь сюда, попрошу вернуть цепочку. Надеюсь, к тому моменту всё уже разрешится. Причём разрешится тихо и мирно.

Странно, конечно, что она ему так сильно понравилась. Да, иллюзия на ней явно не простенькая, но насколько нужно быть фанатиком безранговой магии, чтобы так возбудиться. Он же убежал именно для того, чтобы попытаться снять иллюзию? Правда ведь?

Посмотрев вслед профессору Пельку, который уже растворился где-то вдалеке, я лишь тяжело вздохнул и направился в общежитие. Нужно было хорошо выспаться перед поездкой.

Карета была полностью в моём распоряжении, мягкое сиденье, на котором можно даже лечь, тёплый ветерок, задувающий в окно. Всё было бы просто прекрасно, если бы не одно но: добираться до континента нелюдей придётся целый месяц. Несмотря на то, что дороги были очень даже хороши, а по пути будет несколько кругов телепортации, путь всё равно займёт крайне много времени. И это та вещь, которая нервировала меня до жути. На Земле я редко путешествовал, но даже если получалось куда-то выбраться, то дорога занимала максимум полдня. И уже это вымораживало меня и заставляло десяток раз пожалеть, что я вообще куда-то поехал. А тут целый долбаный месяц! Кем надо быть, чтобы привыкнуть к подобному?

Единственный плюс, что у меня будет чем заняться в пути. Тисия дала мне с собой кучу документов, которые непонятно откуда достала. Она, конечно, жила работой, но я и подумать не мог, что эта девушка таскает с собой такую кипу бумаг. Хотя наверняка большую часть взял с собой Иградиус, а она просто их мне передала, предварительно проверив.

В тексте была куча информации о добыче металлов, руды, драгоценных камней, специй, соли. Множество страниц с описанием производимой продукции, в том числе здесь упоминались и предложенные мной наручные часы, а также шахматы, которые за время моего отсутствия Тисия уже умудрилась начать производить. Я даже не знал об этом, но, как оказалось, тётя без дела не сидела. Ну, Микелла будет рада, когда шахматы появятся на полках магазинов.

Я в который раз вздохнул, отложив в сторону очередной документ, и в этот момент Гарф ткнул мне в грудь лапой. Да, этот «парень» отправился в этот раз вместе со мной, так что всё-таки в карете я был не совсем один. Мелия и так оставалась с ним наедине крайне долго. И, если присмотреться, то было заметно, что она сама была уставшей и даже бледной. Хотел Гарф того или нет, но он подпитывался за счёт её маны. Судя по тому, насколько сильно похудел и сам бакэно, этот проказник пытался голодать как мог, чтобы не причинить моей сестре вреда. Но раз уж была возможность забрать его — я решил ей воспользоваться. Да и нравилось ему кататься туда-сюда. В отличие от меня, этот котяра довольно легко переносил любые поездки.

— Что ты хочешь? — спросил я у Гарфа, который продолжал тыкать в меня лапой. Но бакэно лишь фыркнул и продолжил стучать по моей груди, будто пытался что-то там нащупать.

— Не понимаю, — покачал я головой. — Я же только-только покормил тебя. Да и уехали мы всего часа три назад.

Мне показалось, что Гарф закатил глаза, одновременно с этим протяжно мяукнув. Ну извини, что я не понимаю по-кошачьи.

Я поднялся с сиденья, на котором так удобно развалился, и этот рыжий комок тут же улёгся рядом, растянувшись во всю длину.

— Это что за новости? Неужели ты просто хотел лечь рядом и поэтому согнал меня? Но ведь напротив стоит такое же сиденье… И на нём никто не сидит!

Но наглая морда лишь зевнула и закрыла глаза. Ну замечательно. А я и правда подумал, что ему что-то нужно.

Это действительно настолько принципиально лечь на то место, где лежал я? А если я сам пересяду на противоположную сторону, он вновь провернёт этот трюк? Но, пожалуй, не буду проверять. Если честно, сидеть по ходу движения кареты куда приятнее. Я и в поездах всегда старался покупать места, которые располагались по движению состава. Хотя частенько путался и всё равно покупал не те.

В итоге я просто облокотился на оконную раму и стал наблюдать за проплывающим мимо пейзажем. Он каждое лето был одинаковым, но другого развлечения не было. Не пялиться же всё время в бумажки. Даже поговорить не с кем, ну, конечно, помимо кота. Может стоит поехать рядом с Иградиусом? Хотя он предпочёл лошадь, вместо кареты, а моя Риса оставалась в Мельтарисе, поэтому я не мог поехать на ней. Даже жалко.

Рядом также ехали два десятка рыцарей и пять магов. Помимо нескольких слуг, был ещё повар, кто-то вроде навигатора и даже один целитель отправился в путь. Команду сформировали на славу, и, в отличие от «магинума», мне здесь даже делать самому ничего не нужно было. Так что единственное занятие, которое я нашёл, естественно, помимо изучения кучи текста, — тренировка незримого касания.

Это заклинание было удобно тем, что в любой момент можно было его оттачивать. Хоть во время еды, хоть в дороге, хоть перед сном. Достаточно было положить рядом какой-нибудь предмет, после чего сформировать небольшой сферический сгусток из маны и попытаться получившимся шарообразным комком хоть немного сдвинуть с места выбранный объект. Пока что выходило лишь катать по ладони ручку, но это уже что-то. Впереди был ещё целый месяц тренировок, это если не считать обратную дорогу.

Нет, я определённо в следующий раз полечу на грифоне. Гвин уже подрос, пусть я и не видел его целый год, но Альвия говорила, что в три года грифоны уже способны без проблем носить всадника. Так что пора пересаживаться на более быстрое животное. Хотя с ним не получится пользоваться телепортационными кругами… Но в любом случае по округе смогу передвигаться без проблем. Пусть и подниматься на высоту всё ещё слегка страшновато.

— Мы добрались, господин, — сказал Иградиус, когда карета остановилась.

Добрались, ага, конечно… Я спрыгнул на землю вместе с Гарфом, который сидел у меня на руках. За восемнадцать дней пути он сильно прибавил в весе. Ещё не стал таким же пухлым, как раньше, но явно был на пути к этому. Диета закончилась, и он явно был этому очень рад.

Добрались мы, естественно, не до континента нелюдей, а до порта в небольшом городишке — Остель. Я уже был здесь, когда возвращался с острова Нилиот. И за три года это место совершенно не изменилось. Даже статуя Адама и Евы как стояла, так и стоит. Разве что надписи стали ещё более трудно читаемы.

Удивительно, а ведь это дети человека, который тоже смог сбежать из того лабиринта. Хотя, судя по всему, он потерял куда больше, чем я: лишился брата и друзей. И после этого продолжил продвигать рыцарство, даже желание потратил на это. Человек явно был мечтателем и уверенно шёл к своей цели. Даже интересно, чем в итоге закончился его путь.

Как всё-таки хорошо, что мы выбрались из лабиринта без серьёзных потерь. Да, понятное дело, что погибли почти все наёмники, исследователи, проректор и Фертис. Но никто из близких мне людей не остался лежать там хладным трупом. Хотя раз от Чердиса осталась лишь одежда и саквояж, а внутри лабиринта была лишь куча разнообразных старых доспехов и оружия, то и наши тела были бы уничтожены подобным образом. Все мы могли превратиться лишь в клочки одежды, лежащие на земле.

— К утру корабль будет готов. Сегодня переночуем здесь, после чего отправимся на континент нелюдей, — слегка сбил меня с размышлений Иградиус.

— Хорошо, — кивнул я. — Я пока погуляю по городу.

Был уже вечер, но солнце ещё не ушло за горизонт. В этом один из плюсов лета, которое я люблю куда больше всех остальных времён года. Даже в восемь вечера можно спокойно гулять и не полагаться на светящуюся руду.

Гарф убежал следом за Иградиусом, который снял несколько комнат для отдыха. Этот котяра в первую очередь всегда думал лишь про сон, поэтому я прогуливался по городку в одиночестве. Пусть сам город и был основан лет семьсот назад, но он совершенно не впечатлял ни размахом, ни количеством жителей. Пешком его можно было обойти минут за двадцать без особых проблем. В основном здесь жили и трудились моряки, рыбаки, люди, смахивающие на китобоев, несколько торговцев, ну и местные жители.

Часок побродив по городку, который несколько угнетал своей серостью и тишиной, я направился обратно к статуе, расположенной прямо на центральной улице. Разнообразные статуи вообще были отличительной особенностью севера. Видимо, что сейчас, что сотни лет назад, существовала в этих местах подобная мода.

Добравшись до каменных мужчины и женщины, я заметил, что помимо меня здесь был ещё один человек, который протирал монумент какой-то тряпочкой. Этого старичка я сразу же узнал, ведь разговаривал с ним и три года назад. Он, кажется, совершенно не изменился.

— Здравствуйте, — кивнул я ему. Вряд ли он меня помнил, поэтому решил просто поздороваться.

— Добрый вечер, — улыбнулся старик, повернувшись ко мне. — Хочешь конфетку?

Да, что-то меняется, а что-то вечно. Неужели он уже несколько лет таскает с собой эту конфету? Или она у него каждый раз новая?

— Нет, спасибо. Я не люблю сладкое, — покачал я головой.

— Прямо как моя жена, — вздохнул мужчина. — Она говорила, что от сладкого болят зубы.

— Думаю, она была права, — кивнул я.

— Может быть, но если вкусно, то зачем себе отказывать? — рассмеялся старик. — Авось скоро все помрём.

— Да вам ещё жить да жить, — хмыкнул я.

— Нет, скоро будет война. Все мы отправимся в объятия Семерых, — покачал головой мужчина.

— Какая ещё война? — опешил я.

Слухи не могут разноситься с такой скоростью. Это невозможно. Я же только-только говорил об этом с Тисией и сразу же выехал сюда.

— Так ведь герцог собирает армию. Скоро будем сражаться с островитянами, — махнул рукой старик, вновь начав протирать статую.

— Когда?

— Что когда? — повернулся ко мне мужчина. — Ох, ты, наверное, хочешь конфетку?

— Нет, я хочу узнать, когда будет война.

— Какая война? — растерялся дед. — У нас уже много лет нет войны. С тех пор как мы с моей Изиаллой поженились, даже пираты на нас не нападали. Ты бы видел её, прошло уже десять лет, а она всё так же хороша, как и в свои шестнадцать.

— Понятно…

Да, деменция или что-то вроде неё — крайне печальное состояние. Тяжело наблюдать за подобным. А я уже испугался, что действительно на севере что-то происходит. Но на всякий случай спрошу у Эстер, когда мы увидимся, есть ли намёки на сражение с островитянами. Они ведь и правда совершали набеги. Теперь мне действительно со всех сторон начинает казаться, что грядёт война. Долбаный сфинкс, напугал…

Ладно, не стоит быть настолько мнительным. Сейчас нужно выспаться и завтра отправляться в путь.

Солнышко светит, облака медленно летят над головой, мелкие волны бьются о борт корабля. Прекрасное утро… Было бы прекрасным, если бы я уже шестнадцать дней кряду не наблюдал эту картину.

Хотя нет, иногда волны усиливались, и тогда корабль ещё и качало. Хуже всего было, когда неожиданно небо затянули тучи и начался ливень. В тот момент океан будто взбесился и решил нас прикончить, хоть и не знаю, чем мы его так разозли. Но спустя пару часов погода вдруг решила сделать вид, что ничего не было, и вновь выглянуло солнце. Замечательное путешествие.

Я и подумать не мог, что ехать в карете может быть куда приятнее, чем трястись в этом огромном, по меркам этого мира, корабле. Там хоть можно выйти куда-то, прогуляться, поесть нормальной еды. Поначалу было даже немного необычно питаться сушёными продуктами, сухарями, солониной, сыром и фруктами. Но от однообразия довольно быстро начинаешь уставать, особенно если с каждым днём ещё и выбор продуктов уменьшается.

Когда мы возвращались с Тисией с острова Нилиот, путь был куда проще. Гораздо больше повезло с погодой, да и само плавание заняло всего неделю. Я даже не успел соскучиться по суше. Возможно, сейчас я так сильно от всего устал, потому что так и не смог нормально расслабиться после лабиринта.

Единственный плюс от столь долгой дороги — у меня получилось изучить все документы, которые дала мне Тисия. В них была целая куча цифр, но в итоге я примерно понял, как обстояли дела с разнообразными производствами в нашем герцогстве.

Ну и тренировки «незримого касания» пусть и медленно, но приносили свои плоды. Я уже мог свободно управлять небольшой сферой плотной маны. Пусть она и была неспособна сдвинуть объект больше, чем мои наручные часы, но всё впереди. Зато я научился менять её форму. Пока что получалось лишь делать её похожей на толстую спицу, но зато она была довольно острой. Во всяком случае, если сильно надавить, то можно было даже проколоть себе палец. Такое себе достижение, но уже что-то. Может смогу привязать к ней нитку и таким образом зашивать одежду? Хотя руками будет куда быстрее, да и слишком толстая она пока для иглы.

Гарфу наоборот очень нравилось «путешествовать». Вернее, этот котяра просто лежал сначала в карете, потом в комнате, а теперь в каюте. Рыжему лентяю, скорее всего, понравилось бы что угодно, если бы нужно было просто лежать и ничего не делать. Я и подумать не мог, что животные способны столько спать. Ну какое вообще из этого комка шерсти мифическое существо? Кот, он и есть кот.

Иградиус уже отправлялся в прошлом году к континенту нелюдей, чтобы понять, как тут всё устроено. Уже тогда было выбрано место, куда мы причалим, и где можно будет оставить корабль. Я думал, что придётся спускать на воду шлюпки и добираться до берега таким образом, но, видимо, у нелюдей всё-таки был причал. Слишком уж технологически отсталыми я их вообразил. Но тут сказывались и рассказы Адигеры. Она вообще говорила, что иногда им приходится есть чуть ли не жуков, а спать на земле. Но вполне возможно, что эта девчонка преувеличивала масштабы проблемы.

Так как спуститься на землю было нельзя, я развлекался, изучая корабль. Раньше мне всегда казалось, что ничего интересного здесь и быть не может. Я просто находился на большой деревянной коробке с парусами, ну плывёт она себе и плывёт. Но стоило начать ходить по нему без какой-либо цели, как выяснилось, что места здесь куда больше, чем можно подумать, глядя снаружи.

Верхняя палуба почти никогда не пустовала. Кто-то возился с бесконечными канатами, подтягивая снасти, кто-то латал парусину, сидя прямо на досках с огромной иглой в руках. Дежурные сменялись каждые несколько часов, и создавалось впечатление, будто корабль вообще не спит. Даже глубокой ночью обязательно находились люди, следившие за горизонтом или стоявшие у штурвала.

Я даже не представлял, сколько здесь было всевозможных канатов. Матросы постоянно называли их фалами, шкотами и ещё десятком названий снастей, которые я старался даже не откладывать у себя в голове. Они свисали с мачт, были намотаны на деревянные барабаны, уходили вверх, вниз и в стороны, переплетаясь в такую паутину, что я уже на второй день перестал пытаться понять их назначение. Матросы же каким-то чудом ориентировались во всём этом без единой ошибки. Казалось, если разбудить любого из них посреди ночи и спросить, за какой канат нужно тянуть, чтобы изменить положение определённого паруса, он даже не задумается.

Ещё больше меня удивляло количество дерева. Дерево было буквально везде. Палуба, мачты, переборки, лестницы, двери, бочки, сундуки — создавалось ощущение, что если хорошенько прислушаться, можно услышать, как весь корабль негромко скрипит, разговаривая сам с собой.

Если так подумать, мы все буквально пересекаем океан на куче деревяшек. Вроде бы это не самый безопасный способ передвижения, ведь даже Титаник постигла критическая неудача. Стоит наткнуться на какой-нибудь риф и всё, пойдём ко дну. Но в этом плане я был более-менее спокоен на протяжении всего пути. Корабль и команду предоставил маркиз Фиорис Деогран, так что лишний раз переживать точно не стоило. Уж этот человек определённо разбирался в морских путешествиях. Да и он сам заинтересован, чтобы у нас получилось заключить сделку. Всё-таки маркиз будет получать процент от торговли, а также организовывать доставку товаров по морю.

Сегодня я тоже пытался найти на корабле что-нибудь, чтобы скоротать время. Но солнце довольно сильно припекало, поэтому я просто уселся в тени, на какую-то закреплённую верёвками бочку, и смотрел, как по палубе туда-сюда ходят матросы, рыцари, маги. Они тоже будто не знали, чем в данный момент заняться.

— Земля по правому борту! — раздался сверху чей-то крик. Я аж подпрыгнул прямо на бочке. Неужели?

Подбежав к борту, я прищурился. Горизонт оставался таким же пустым, как и минуту назад. Только голубая полоска воды, переходящая в небо. Но мужчина вновь повторил свои слова, будто бы с первого раза его никто не услышал.

— Мы добрались даже быстрее, чем ожидали, господин Эдиус, — сказал Иградиус, встав рядом со мной.

— Отлично, — расплылся я в улыбке. — Можно готовиться выходить на берег?

— Часа через четыре, не раньше, — тут же расстроил он меня.

— Ну что ж. Ладно. Значит я успею пообедать, прежде чем мы сойдём на землю. Интересно, что же сегодня у нас в меню… Ах да, то же, что и раньше, — хмыкнул я, направившись на нижнюю палубу. Не то чтобы у меня внезапно разыгрался аппетит, но мне совершенно не хотелось проверять на деле, преувеличивала ли Адигера насчёт жуков.

Оставшиеся четыре часа тянулись мучительно медленно. За это время я ещё несколько раз поднимался на палубу, надеясь хоть что-нибудь разглядеть, но берег ещё долгое время казался просто тёмной полосой на горизонте. Лишь постепенно она начала приобретать очертания. Сначала показались высокие деревья, затем неровная береговая линия, а спустя ещё какое-то время стали различимы и остатки построек.

— Приготовиться к швартовке! — громко скомандовал капитан.

Размеренная жизнь корабля мгновенно закончилась. Матросы, ещё минуту назад лениво переговаривавшиеся между собой, будто по щелчку заняли свои места. Одни полезли по вантам к парусам, другие принялись выбирать канаты, третьи готовили якорь. Со стороны всё выглядело настолько слаженно, словно каждый из них проделывал это уже тысячи раз. Хотя, наверняка, так и было.

Паруса начали медленно сворачиваться, и корабль заметно сбавил ход. Теперь нас вперёд толкала больше инерция, чем ветер. Скрип корпуса стал громче, а плеск волн о борт — тише.

Я подошёл к самому носу и наконец смог как следует рассмотреть место, куда мы направлялись.

Причал здесь действительно был. Правда, выглядел он так, будто последние несколько десятилетий, если не больше, никому не был нужен.

Длинный деревянный настил уходил в воду под небольшим углом. Часть свай покосилась, несколько вовсе отсутствовали, из-за чего некоторые пролёты заметно просели. Доски местами почернели от времени, а кое-где между ними зияли такие щели, что можно было без труда просунуть руку. По краям росли густые пучки высокой травы, а между досками пробивался мох.

За причалом не было ни складов, ни таверн, ни шумной толпы грузчиков. Возможно, это место было раньше частью небольшого городка, но сейчас сложно было назвать это даже городом-призраком. Старый причал, несколько полуразрушенных деревянных построек и какой-то лесок, расположенный прямо за ними — вот всё, что осталось.

— Не слишком-то похоже на место, в котором кто-то живёт, — невольно вырвалось у меня.

Иградиус, стоявший рядом, лишь пожал плечами.

— В прошлом году причал выглядел не лучше, но другого места для швартовки поблизости мы не обнаружили.

— Вас встречали именно здесь? — уточнил я.

— Да, — кивнул маг. — Но с нами была та девушка-нелюдь, Адигера Арсхан. Она ведь дочь главы одного из самых значимых родов на этом континенте. Я даже и не знал, что у них бывают фамилии. Так что нас действительно приняли без лишних вопросов, пусть и смотрели совсем недобрыми взглядами.

— Но непохоже, что здесь кто-нибудь живёт. Или они переехали? — хмыкнул я.

— Здесь и в прошлом году никто не жил. Даже и не знаю, далеко ли отсюда их город. Всё общение проходило в нашем лагере, — тут же объяснил глава магической башни.

— Не нравится мне эта неопределённость. Надеюсь, они не забыли о чём мы договаривались.

— Вряд ли. Им ведь тоже выгодно это соглашение, — сказал Иградиус. Но мне показалось, что последние слова он произнёс уже не так уверенно.

Корабль с каждой секундой подходил всё ближе.

— Левый якорь! — вновь раздалась команда капитана.

С громким всплеском тяжёлая цепь ушла под воду, а судно слегка дёрнулось, продолжая медленно двигаться вперёд. Несколько матросов уже стояли у борта с толстыми швартовыми концами в руках.

Когда между кораблём и причалом оставалось не больше десятка метров, на воду быстро спустили небольшую шлюпку. В неё тут же прыгнули четверо моряков.

Работали они настолько привычно, что казалось, вовсе не замечают качки.

Несколькими сильными гребками шлюпка достигла причала. Один из матросов ловко запрыгнул на почерневшие доски, проверил их ногой и только после этого закрепил первый канат за уцелевшую деревянную тумбу. Затем второй, третий…

— Держит! — крикнул он, махнув рукой.

Матросы на корабле дружно навалились на швартовы.

Канаты натянулись, корпус медленно повернулся, почти вплотную подойдя к причалу. Между бортом и настилом оставалась всего пара метров.

— Сходню!

Два моряка вынесли широкую деревянную лестницу с перилами и осторожно опустили её на причал. Конец несколько раз подпрыгнул на прогнивших досках, заставив всех на мгновение замереть. Настил очень неприятно заскрипел, но выдержал.

Несколько матросов сразу же прошли по нему вперёд, внимательно осматривая каждую доску. Лишь убедившись, что ничего не обрушится под ногами, они дали знак капитану.

— Можно сходить.

Первыми на берег отправились рыцари. Не спеша, держа руки неподалёку от рукоятей мечей, они заняли позиции по обе стороны причала, внимательно осматривая деревья. Следом двинулись маги. Лишь после этого разрешили выходить всем остальным.

Радует, что здесь не оказалось никакой засады. Было бы совсем плохо, если бы нас всех сюда заманили только ради того, чтобы прикончить на месте. Или же похитить, чтобы потом потребовать выкуп. Вот такого поворота точно бы не хотелось. Но не буду думать о худшем. Адигера совершенно не походила на заговорщицу.

Я шагнул на сходню и неожиданно поймал себя на странном ощущении. За шестнадцать дней я настолько привык к постоянной качке, что неподвижная земля казалась непривычной. Захотелось даже вернуться обратно на корабль, но я тут же выкинул подобные мысли из головы.

Сойдя с причала, я сделал ещё несколько шагов и остановился. Вокруг царила абсолютная тишина. Было совершенно непохоже на то, что нас здесь ждали.

— Может мы приехали слишком рано? — спросил я у Иградиуса, который спустился сюда чуть раньше меня.

— Нет, мы договорились, что прибудем летом, — тут же покачал он головой.

— Погодите-ка… Летом? Не в конкретную дату и даже не в конкретный месяц, а просто летом? Мне казалось, что всем известно значение слова «договорились». А звучит так, будто вы сами были не уверены в том, когда прибудете сюда.

— Ну да, договорились, — удивился маг. — Мы ведь не могли предсказать, когда сможем отправиться в путь и как долго будем добираться. Да и эти нелюди не слишком-то разбираются в нашем календаре. Главное, что было решено собраться именно этим летом.

— Выходит, нам нужно просто ждать, когда же нас кто-нибудь заметит?

— Нет, ждать определённо не придётся, — покачал он головой. — Нас уже заметили, господин Эдиус. Просто они ждут темноты.

Уточнять зачем им ждать темноты я не стал. И так ясно, что нелюди гораздо лучше себя чувствовали, растворяясь в ночи. Но стало слегка не по себе. Теперь стало казаться, что из леса, который был отсюда шагах в пятидесяти, кто-то наблюдает. И отделаться от этого неприятного чувства никак не получалось.

До самого вечера так никто и не появился.

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая море в золотисто-оранжевые оттенки. Матросы тем временем успели выгрузить часть припасов, несколько палаток и даже небольшой походный навес, под которым разместили продукты и бочки с водой. Чуть поодаль рыцари расчистили площадку для костра, а маги по привычке осматривали окрестности, но далеко не уходили. Вглубь леса пока никто не решился соваться.

В итоге спустя несколько часов получился небольшой импровизированный лагерь. Не сказать, что уютный, но после шестнадцати дней на корабле возможность пройтись по твёрдой земле уже сама по себе казалась роскошью.

Я несколько раз специально отходил к краю леса, надеясь хоть кого-нибудь заметить. Каждый раз меня встречали лишь высокие деревья да полная тишина. Даже птиц или небольших зверей было не слышно. Конечно, был шанс, что это мы всех распугали, но подобная тишина слегка угнетала.

К тому моменту, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, большинство людей уже сидело возле костра. Кто-то ужинал, кто-то точил оружие, а кто-то просто молча смотрел на огонь. Маги установили несколько кусков светящейся руды, поэтому, несмотря на опускающуюся ночь, вокруг было довольно светло.

Я уже начал думать, что сегодня мы так никого и не дождёмся, поэтому тоже расположился у костра. Гарф лежал рядом со мной и широко зевал, положив голову на лапы.

— Господин Эдиус.

Я обернулся на голос Иградиуса, но маг смотрел вовсе не на меня. Его взгляд был прикован к лесу.

— Кажется… пришли, — кивнул глава магической башни куда-то в черноту.

Поначалу я ничего не увидел. Лишь спустя несколько секунд из темноты одна за другой начали появляться фигуры. Они двигались настолько тихо, что если бы не свет костра и руды, я бы заметил их только тогда, когда они подошли вплотную.

Пять нелюдей. Первым шёл высокий парень с серовато-пепельной кожей и длинными белыми волосами, которые он заплёл в несколько длинных кос. Его лицо пересекал широкий шрам, проходивший через левый глаз, однако двигался он уверенно, словно ему было более чем достаточно и одного глаза.

Справа от него шагал широкоплечий воин, покрытый короткой бурой шерстью. Из-под спутанных волос выглядывали небольшие звериные уши, а кисти рук заканчивались толстыми, почти чёрными когтями.

Третий оказался ниже остальных, но выглядел самым крепким. Его кожа отливала тёмно-зелёным цветом, а из-под нижней губы выступали два небольших клыка. За спиной висело копьё почти в два его роста. Наконечник покрывали следы многочисленной заточки, а местами металл даже успел покрыться рыжим налётом, но менее устрашающим от этого оружие не стало.

Четвёртый двигался настолько легко, что казалось, будто вовсе не касается земли. Смуглая кожа, узкие янтарные глаза и длинный хвост, лениво покачивающийся за спиной, делали его совсем непохожим на остальных.

Последний явно был моложе всех из этой группы. Его лицо почти не отличалось от человеческого, если бы не небольшие белые рога, уходившие назад вдоль головы. Его зрачки бегали туда-сюда с ужасающей скоростью, будто он одновременно пытался осмотреть каждого из нас.

Вот так компания, конечно. Я много раз видел нелюдей, но впервые они казались настолько угрожающими. Или же это темнота добавляла некое ощущение опасности.

Оружие было почти у всех в этой группе, кроме беловолосого парня, которому на вид было лет двадцать, может быть двадцать пять. Копьё, мечи и кинжалы явно были сделаны не слишком качественно, возможно даже не в этом веке. Были видны сколы и ржавчина, но даже с таким оружием эти нелюди умудрялись источать уверенность.

Одежда тоже не производила особого впечатления. Простые кожаные жилеты, штаны из грубой ткани, местами заштопанные, и потрёпанные сапоги, которые были на ногах лишь у двоих. Скорее практично, чем красиво. Сразу же стало ясно, что Адигера не врала насчёт бедственного положения нелюдей.

Остановившись шагах в десяти от лагеря, они молча осмотрели каждого из нас. Никто не торопился начинать разговор, причём с нашей стороны тоже. Я пытался оценить, кто из них главный, ведь матери Адигеры, как и её самой, здесь определённо не было.

В итоге первым заговорил именно беловолосый парень, который и стоял впереди всех.

— Кто… главный? — громко спросил он.

Эрденский язык явно давался ему тяжело. Было даже что-то вроде странного акцента. Никогда раньше подобного не слышал.

Я поднялся на ноги и подошёл к прибывшей группе, встав рядом с Иградиусом.

— Я.

Нелюдь внимательно посмотрел на меня.

— Зачем… прийти?

— Мы прибыли из герцогства Мельдия. Хотим встретиться с Игнеттой Арсхан и обсудить торговое соглашение. В прошлом году ваши представители уже разговаривали с нашими, — попытался как можно разборчивее сказать я.

Воин переглянулся со своими спутниками. Они быстро обменялись несколькими короткими фразами на незнакомом языке. Затем он снова посмотрел на меня.

— Я помнить, — кивнул нелюдь. — Игнетта… ждать.

— Тогда проводите нас к ней, — спокойно попросил Иградиус, при этом не сводя взгляда с группы нелюдей.

— Нет, — покачал головой беловолосый, после чего указал на меня пальцем. — Идти только главный.

Иградиус сразу нахмурился.

— Это невозможно. Господин Эдиус прибыл сюда под нашей защитой. Если глава хочет переговоров, пусть сама придёт сюда. Либо же с вами также отправятся наши рыцари и маги.

Нелюдь даже не изменился в лице, вновь покачав головой.

— Нет.

Рыцари за моей спиной едва заметно напряглись. Я услышал тихий звон металла, видимо, кто-то непроизвольно коснулся рукояти меча.

Спутники беловолосого тоже это заметили. Ни один из них не потянулся к оружию. Но все пятеро будто одновременно приготовились.

Повисла тяжёлая тишина. И вот того, что же за ней последует, я совершенно не хотел видеть. Если сейчас начнётся сражение, то мы, скорее всего, победим, даже если в лесу скрывается ещё десяток нелюдей. Но какой в этом толк? После этого никакой торговли явно не будет. Придётся быстро собирать вещи и убираться отсюда. Вновь плыть домой, только ради того, чтобы сообщить о неудаче. Да ещё и отношения с нелюдьми будут испорчены.

А если их там куда больше, чем десять? Кто знает, получится ли вообще убраться отсюда, если действительно начнётся сражение. Совершенно не хочется всплыть где-нибудь кверху брюхом.

— Иградиус, — негромко произнёс я, чтобы привлечь внимание мага. — Всё в порядке. Я согласен пойти с ними.

— Но…

— Если бы они хотели на нас напасть, то сделали бы это ещё тогда, когда мы ставили лагерь. Вряд ли их здесь всего пятеро. У них было время, чтобы привести сюда кучу воинов.

Пусть я так и сказал, но оставлять здесь человека, который владел куда большим количеством информации и целый год готовился к заключению договора с нелюдями, совершенно не хотелось. Поэтому нужно было согласиться на их условия, но не полностью.

Я перевёл взгляд на беловолосого.

— Хорошо, я пойду, но не один, — кивнул я на Иградиуса. — Он пойдёт со мной. Остальные же останутся здесь и будут ждать.

Нелюдь ненадолго задумался. Потом посмотрел на своих спутников. Те подняли кулаки и приложили ко лбу. Что бы это ни значило, но парень с белыми волосами кивнул.

— Хорошо, — громко сказал он, после чего пятеро воинов одновременно развернулись к лесу. — Идти.

Я тут же накинул на пояс сумку, в которой было всё необходимое, и бросил последний взгляд на лагерь. Иградиус отдал какие-то распоряжения магам, но надеюсь не на случай, если мы не вернёмся. Не хотелось бы даже рассматривать подобный вариант. Пусть приём и не казался тёплым, но я и не знаток традиций нелюдей. Может, здесь это нормально.

Рыцари и маги провожали нас настороженными взглядами, но спорить со мной никто не собирался. Хорошо, когда никто не пытается тебя отговорить. Я и сам, если честно, не уверен, что поступаю правильно. Не хватало ещё и чужих сомнений.

Я тоже отдал распоряжение: присмотреть за Гарфом, который вскочил на лапы и, кажется, пытался понять, что происходит. Брать его с собой было бы совсем не с руки. Поэтому я просто помахал бакэно, который с каким-то прищуром поглядывал на меня.

Иградиус молча кивнул мне, словно говоря, что теперь отступать уже поздно. Я глубоко вдохнул прохладный ночной воздух и шагнул вслед за нелюдями.

Через несколько секунд лес сомкнулся за нашими спинами, а свет костра и руды быстро растворился в темноте.

Стоило сделать всего несколько десятков шагов, как шум моря окончательно исчез. Его быстро сменили совершенно другие звуки. Где-то высоко над головой стрекотало какое-то насекомое, из густых зарослей доносились странные посвистывания, а время от времени между деревьями раздавался короткий треск веток, будто кто-то специально старался не попадаться нам на глаза. Хотя… скорее всего, так оно и было.

Деревья здесь тоже отличались от тех, что росли в герцогстве. Большинство из них были заметно выше, а толстые стволы почти полностью скрывались под зелёными лианами. Некоторые свисали до самой земли, другие переплетались между собой так плотно, что образовывали настоящие зелёные стены. Несколько раз мне даже пришлось пригибаться, чтобы пройти под ними.

Воздух оказался тяжёлым и влажным. Уже спустя несколько минут рубашка неприятно прилипла к спине. Лучше бы я был одет в менее официальную одежду, а то носиться в таком виде по лесу — не самое большое удовольствие. Пусть я и не стал надевать пиджак или же туфли, хоть и взял их с собой, но и без того чувствовал себя белой вороной среди джунглей.

Пожалуй, если бы мне предложили выбирать между этим лесом и нашими хвойными чащами, я бы без раздумий выбрал второй вариант. Впрочем, местная природа всё равно вызывала интерес.

Над головой неожиданно пролетела птица размером почти с гуся. Её длинный хвост переливался ярко-синими и зелёными оттенками, а клюв был настолько большим, что сначала мне показалось, будто она несёт в нём какой-то плод.

Чуть позже прямо через тропу перебежал зверёк, напоминавший одновременно белку и ящерицу. Он ловко вскарабкался по дереву, после чего… просто перепрыгнул на соседнее, растопырив кожистые перепонки между лапами.

— Ну и забавные зверюшки… — невольно пробормотал я. Не так давно вышло привыкнуть к существам, которых можно было встретить на нашем континенте, а тут вдруг вышло такое неожиданное обновление.

Больше всего напрягали большие насекомые, особенно многоножки. С чем-то подобным вообще не хотелось сталкиваться. Не представляю, как можно спать, зная, что подобная хреновина ползает где-то рядом. Благодаря мане, которую я направил в глаза, было отлично видно всех этих комаров-переростков, которые искали местечко поудобнее, чтобы присосаться. Боюсь даже представить, как выглядят местные клещи. Надеюсь, после этой прогулки не придётся вырезать личинок из-под кожи.

Чем глубже мы уходили в лес, тем сильнее становилось ощущение, что за нами наблюдают. Сначала я лишь изредка замечал движение между деревьями. Потом увидел чьи-то светящиеся в полумраке глаза. А спустя ещё несколько минут наконец разглядел и самих наблюдателей, которые неплохо скрывались.

Из-за широкого ствола выглядывала молодая девушка, покрытая зеленоватой чешуёй. Заметив, что я смотрю прямо на неё, она моментально исчезла. Родственница Лоры, что ли?

Через некоторое время справа мелькнули двое мальчишек. Один был покрыт светлой шерстью почти с головы до ног, а второй выглядел почти как человек, если не считать длинного хвоста. Они с любопытством рассматривали меня, даже не пытаясь прятаться. Но стоило мне поднять руку, собираясь помахать, как оба тут же убежали куда-то в чащу.

— Кажется, новости здесь разносятся быстрее ветра, — тихо усмехнулся я.

— Скорее всего, — так же тихо ответил Иградиус.

Похоже, сейчас весь лес уже знает, что прибыли люди. Судя по столь живому интересу, большинство нелюдей вообще никогда не видели людей вживую. Хотя если учесть, что нелюди могли выбраться отсюда лишь отправившись в академию Сулюдэм, то в этом нет ничего удивительного.

Некоторое время мы шли молча, всё дальше и дальше удаляясь от берега. Я догнал беловолосого нелюдя, который уверенно вёл нашу небольшую процессию.

— Далеко ещё? — спросил я парня, который выглядел настолько серьёзным, будто выполнял миссию по спасению мира. Он немного подумал, прежде чем ответить, но в итоге лишь качнул головой, бросив короткое: «Нет». На этом разговор закончился.

Подобный ответ меня не слишком устроил, так что я решил продолжить выпытывать хоть какую-то информацию.

— Вас много живёт в этих местах?

— Много.

Очень содержательно. Похоже, проблема заключалась вовсе не в языке. Он ведь явно всё прекрасно понимал, просто разговаривать со мной совершенно не хотел.

— А как тебя зовут?

Нелюдь молчал так долго, что я уже решил, будто теперь он просто будет меня игнорировать.

— Ранх, — буркнул он себе под нос. И снова наступила тишина.

М-да… Надеюсь, что мать Адигеры будет куда сговорчивее. Те нелюди, которых я видел в академии Сулюдэм, были намного общительнее. Хотя некоторые не слишком-то хотели разговаривать с человеком, но они прямо об этом сообщали.

Шли мы долго. Мне казалось, что прошло не меньше двух часов. Хуже всего было даже не то, что под ногами была куча корней или камней, а духота. Даже ночью здесь было необычайно душно, скорее всего из-за крайне высокой влажности. Даже и представлять не хочу, насколько же плохо это будет ощущаться днём.

Дорогу или её подобие в ночи было разглядеть крайне сложно. Несколько раз тропа исчезала вовсе, превращаясь в едва заметную полоску примятой травы. Но пятеро проводников ни разу не остановились и не начали выбирать направление. Было очевидно, что они не одну сотню раз проходили этот путь. Или вообще знали этот лес как свои пять пальцев… Хотя у одного парня их было четыре, а у другого шесть. Забавно, поговорка сломалась об нелюдей.

Наконец впереди показался свет, но явно не от светящейся руды, а самый обычный — от костра.

Ещё через несколько минут деревья начали редеть. Я ожидал увидеть небольшой городок, либо деревню. Или хотя бы что-то похожее на это. Но ошибся. Перед нами раскинулось поселение, которое больше напоминало стоянку древнего племени.

Небольшие землянки почти скрывались под слоями дёрна и корней. Рядом стояли простые шалаши, собранные из длинных жердей, веток и широких листьев. Некоторые жилища вообще выглядели так, будто их построили всего пару дней назад.

Между ними не было привычных улиц. Лишь множество узких тропинок, вытоптанных сотнями ног. Повсюду горели костры. На деревянных шестах сушилось мясо. Кто-то выделывал шкуры. Кто-то чинил копьё. Несколько женщин плели корзины из длинных гибких стеблей. И далеко не все из них были в приглядном виде. Как минимум половина девушек-нелюдей не носили ничего выше пояса, совершенно этого не стесняясь.

И, несмотря на то что была ночь, нелюдей вокруг было на удивление много. Не знаю, может, жители не спали из-за нашего прибытия, но показалось, будто это было нормой для них.

Детвора, ещё минуту назад бегавшая между землянками, мгновенно остановилась, заметив нас. Заинтересованных взглядов стало ещё больше. Да и мне самому было любопытно рассмотреть, как живут эти нелюди.

Практически нигде я не увидел нормально обработанного камня или же руды. Многие крыши были накрыты травой, листьями или шкурами животных, а одежду большинства жителей наверняка перешивали далеко не один раз.

Адигера нисколько не преувеличивала. Если сравнивать с герцогством, жили они действительно очень скромно. Теперь понятно, почему она так реагировала даже на самые обычные дома или одежду. И она говорила, что её народ ещё и живёт лучше других. Как же тогда выглядит «хуже»?

Впрочем, среди десятков простых жилищ всё же выделялись несколько крупных построек. Они были сложены из толстых брёвен, стояли на каменном основании и выглядели значительно крепче остальных.

Именно к одной из них нас и повели. Возле входа уже ждали двое вооружённых нелюдей. Хотя выглядели они так, будто и без оружия могли бы разнести череп противника на кусочки.

Внутренне я напрягся, но старался никак не показывать тревогу на лице. В этом месте явно не стоит проявлять слабость. Пусть мы и пришли сюда как гости, проверять отношение хозяев на практике совершенно не хотелось. Кто же знает, что им вдруг в голову взбредёт.

Охранники обменялись с Ранхом несколькими короткими фразами на своём языке. Все нелюди, которых я ранее встречал, отлично общались на эрденском, так что мне казалось, что и здесь общение ведётся именно на нём. Но видимо нелюдям, которые никуда не выбираются с этого континента, нет смысла учить людские языки. Из разговора мужчин я разобрал только одно слово: «Игнетта».

После недолгого диалога беловолосый повернулся к нам, посмотрев мне прямо в глаза.

— Игнетта… нет.

Но не успел я даже возмутиться, как нелюдь продолжил.

— Она быть на охота.

— Охотится? — переспросил я.

Нелюдь кивнул, после чего добавил:

— Вместе… дочь.

Я переглянулся с Иградиусом. Он тоже выглядел довольно сильно напряжённым. Вот уж чего-чего, а видеть как этот человек начинал переживать, мне точно не хотелось.

— Когда она вернётся? — уточнил я.

Ранх пожал плечами.

— Скоро. Вы ждать.

Очень обнадёживающий ответ. Но раз Адигера была с матерью, значит, будет хотя бы нелюдь, который сможет снизить степень недоверия. Хотя стоп… А сколько дочерей у Игнетты? Может это вообще какая-то другая девушка, а я зря обрадовался.

Беловолосый проводил нас к соседнему дому, который был значительно меньше жилища вождя, ведь второго этажа здесь не было. Он открыл дверь и жестом пригласил нас внутрь, а сам встал у входа. И непонятно: для того, чтобы охранять нас, или же чтобы мы не покинули этого дома.

Похоже, выбора у нас всё равно не было. Следовало набраться терпения ещё немного. В конце концов, после шестнадцати дней в море ещё несколько часов ожидания уже не казались такой уж большой проблемой. Куда большей проблемой казались взгляды нелюдей, которые были направлены на нас со всех сторон. Они не выглядели враждебными, скорее настороженными. Но достаточно ли этого, чтобы чувствовать себя в безопасности? Очень хочется верить, что да.

Рассвет наступал медленно.

Сначала темнота за маленьким окном стала чуть менее плотной, потом где-то снаружи послышались первые крики незнакомых птиц. Костры в поселении ещё горели, но теперь их пламя уже не казалось единственным источником света.

Дом, в который нас поселили, оказался неожиданно просторным. Вдоль стен лежали толстые шкуры животных, в углу стояли несколько глиняных сосудов с водой, а под потолком висели связки сушёных трав. Судя по запаху, часть из них использовалась вовсе не как приправа.

Уснуть я так и не смог. Впрочем, я даже не пытался. И не только потому, что кровать была жутко неудобной.

Иградиус тоже не спал. Большую часть ночи он сидел возле двери, прислушиваясь к каждому звуку снаружи.

— О чём думаете, господин Эдиус? — тихо спросил он, явно устав от тишины.

— Пытаюсь понять, насколько гостеприимны были нелюди с нами. Сложно это определить, если совершенно не знаешь их традиций и обычаев.

— В прошлый наш визит они отказались заключать какую-либо сделку, если не будет присутствовать представитель герцогства. Думаю то, что нас проводили сюда — уже хороший знак.

— Хорошо, что сюда приехал я, а не Тисия или, упасите Семеро, Зерос.

Маг быстро кивнул мне. Он явно не хотел плохо отзываться о герцоге, но тоже понял, что никакой торговли точно бы не вышло, будь на моём месте дед. Он бы просто перебил группу нелюдей, которые пытались ставить какие-то условия, и уплыл обратно на континент. Все прекрасно знали отношение Зероса к нелюдям, да и Тисия, несмотря на дружбу с Сэгундо, не перестала настороженно к ним относиться.

— Меня беспокоит кое-что, — вздохнул я. — Как ты уже сказал, они не стали даже вести переговоры в прошлом году, хотя видно, что им наши товары куда нужнее. Сделка могла дать им кучу преимуществ, но они особо не задумываясь перенесли её на целый год. Казалось, что именно они находятся в более уязвимом положении, но уже не уверен, что если я буду пытаться вести диалог с позиции сильного, то они просто возьмут и согласятся.

— Да, — кивнул Иградиус. — Будем придерживаться того, что сделка одинаково выгодна для каждого. Иначе эти существа могут решить, что мы проявляем неуважение.

«Существа»… Вот именно из-за чего-то подобного они и могут разозлиться. Надеюсь, что Иградиус не будет говорить подобных слов перед нелюдями.

Но полнейшее отсутствие заинтересованности всё-таки сильно меня беспокоило. Адигера была уверена, что им необходима эта сделка. Она даже просила меня о помощи. Да и всё, что я увидел за последние несколько часов, говорило об одном: нелюди жили очень бедно. Настолько, что любая торговля должна была быть для них настоящим подарком.

И всё же они не стали танцевать от радости после нашего прибытия. В прошлый раз не стали спешить, да и теперь особо не ждали нас. Выходит, опасались людей намного сильнее, чем нуждались в наших товарах. Неужели Адигера совсем не смогла их убедить? Я поставил на эту сделку лишь потому, что эта девушка была дочерью их главы. Или она не смогла договориться даже со своей матерью?

Вдруг за окном стало довольно шумно. Нелюди определённо из-за чего-то оживились, а за дверью послышались быстрые шаги. Ранх что-то громко недовольно произнёс, и ему сразу же ответил знакомый женский голос. Спустя мгновение дверь распахнулась.

— Эдиус! — воскликнула буквально влетевшая в дом Адигера. Только подумал о ней, как она появилась прямо в дверях.

Не успел я подняться на ноги, как девушка уже крепко обняла меня.

— Ты сам сюда приехал! — продолжала радоваться она.

— Как видишь, — улыбнулся я подруге, которая за год стала выглядеть сильно старше. Да и одежда была на ней непривычной. Не форма студента академии, а что-то среднее между одеждой с людского континента и континента нелюдей. Хотя бы она привносила частичку цивилизации в это место. Я бы не знал, что и делать, если бы и эта девушка разгуливала без одежды.

— Я знала! Знала, что у тебя всё получится! Когда в прошлом году сказали, что всё откладывается, я стала бояться, что ничего в итоге не выйдет.

Позади неё появился Ранх. Он что-то сердито сказал на своём языке, но Адигера даже не обернулась.

— Хаэр сан дор! — бросила девушка ему несколько слов.

Белокосый воин тяжело вздохнул, будто спорил с ней уже далеко не первый раз, после чего лишь развёл руками.

— Прости, — уже на эрденском сказала Адигера. — Он не любит, когда кто-то нарушает порядок.

— Судя по нему, он вообще мало что любит, — посмотрел я вслед парню, который вновь встал у двери.

Она тихо рассмеялась.

— Это правда. Ранх — сын сильнейшего воина нашего рода. Он хочет в будущем занять место своего отца, вот и важничает. Но не обращай на его недовольства внимания.

Впервые за время, проведённое в этом поселении, мне стало немного спокойнее. По крайней мере, теперь рядом находился человек… вернее, нелюдь, которому я действительно доверял.

— Твоя мама уже вернулась? — спросил я.

— Да, — кивнула девушка. — Мы вместе вернулись. Она уже дома. Представляешь, Эдиус, я закончила академию в этом году и теперь мать не отпускает меня в гости к Марите. Говорит, что я уже взрослая и мне хватит развлекаться. Как думаешь, если я сбегу — она сильно разозлится?

— Не обязательно ведь сбегать. Кто-то же должен контролировать торговлю. Просто попроси у матери стать таким человеком и сможешь свободно плавать на наш континент.

— Это наверняка будет сложно. Хотя ты, наверное, прав… — задумалась Адигера. — Так и сделаю, если мы заключим соглашение!

— Если? — слегка напрягся я.

— Если… — тоскливо произнесла она. — Пойдём к маме, сейчас сам всё увидишь. Только, пожалуйста, не обижайся.

— На что? — не понял я.

— Вообще ни на что, — неопределённо сказала девушка, выбежав из дома. Я кивнул Иградиусу, и мы оба последовали за ней. Но напряжение стало ещё сильнее. Да что тут у них вообще происходит?

Перед входом в дом, в котором находилась Игнетта, стояли уже не двое, а шестеро вооружённых воинов.

Когда мы приблизились, они одновременно посмотрели на меня. Именно на меня, а не на Адигеру, Ранха, который шёл следом, или же Иградиуса. Им уже сообщили, что именно я являюсь представителем герцогства? Или что за неожиданная заинтересованность?

Внутри оказалось на удивление комфортно. Толстые брёвна хорошо удерживали ночную прохладу, а вместо земляного пола здесь лежали аккуратно подогнанные деревянные доски. В какой-то мере мастерская работа, если сравнивать с условиями жизни остальных нелюдей. Им лень было построить ещё домов? Или не видят в этом смысла?

В центре помещения горела небольшая жаровня. Вдоль стен сидели около десятка нелюдей. Все они были мужчинами, которые казались значительно старше Ранха. Кажется, это было что-то вроде совета, который и должен был принимать решения в этом поселении.

Во главе помещения сидела женщина. Я сразу понял, кто она. Игнетта Арсхан. Даже сидя, она производила впечатление лидера, привыкшего отдавать приказы.

Чёрные, густые волосы почти полностью скрывали плечи, совершенно не желая лежать аккуратно. Такие же непослушные, как у Адигеры. Длинные заострённые уши лишь сильнее подчёркивали сходство. Если бы не ещё более тёмная кожа и более резкие черты лица, её вполне можно было принять за взрослую версию собственной дочери. Хотя телосложение сильно отличалось. Если Адигера была просто поджарой, то эта дамочка была прямо-таки накаченной. А куча шрамов по всему телу говорила сама за себя. Вряд ли власть здесь передавалась исключительно по наследству, наверняка многое решала сила. Теперь было понятно, почему до сих пор её никто не сверг с поста главы. А то я про себя удивлялся, почему это вдруг мужчины-нелюди выбрали главой рода женщину. Помимо неё сейчас в этом помещении вообще не было других девушек, не считая Адигеру, конечно же.

Взгляд Игнетты был устремлён прямо на меня. Он был одновременно оценивающим, спокойным и очень тяжёлым. Под таким хотелось сразу начать оправдываться, даже если ни в чём не виноват. Было в этом какое-то сходство с Зеросом. Дед тоже умел взглянуть так, что хотелось побыстрее испариться.

Мы остановились в нескольких шагах от неё. Несколько секунд никто не произносил ни слова. И когда я уже хотел представиться и поздороваться, Игнетта первой нарушила молчание.

— Значит… ты и есть Эдиус.

Эрденским языком она владела значительно лучше остальных. Лишь едва заметный акцент напоминал, что он не был для неё родным. Интересно, где она этому научилась?

— Верно, — спокойно ответил я, выдерживая её взгляд.

— Ты проделал долгий путь. Пересечь океан не так уж и легко. Даже путь до острова Нилиот может быть долгим и опасным.

— Надеюсь, что всё это было не зря.

В помещении послышалось несколько негромких смешков. Один из сидевших справа нелюдей что-то сказал на своём языке. Другой тут же поддержал его, расплывшись в улыбке, оголившей острые клыки. Адигера, стоящая позади меня, фыркнула.

Игнетта подняла руку, и все сразу замолчали.

— Моя дочь много рассказывала о тебе, — продолжила Игнетта.

— Надеюсь, хорошее.

— Разное, — слегка улыбнулась она, но улыбка практически сразу исчезла с её лица. — Так зачем же люди снова пришли сюда? — спросила она так, будто бы даже не догадывалась о причине нашего визита. Ну ладно, мне несложно, я подыграю.

— Чтобы заключить соглашение. В прошлом году было решено начать торговлю между нашими народами. Я приехал именно за этим.

Не успел я закончить, как сразу несколько нелюдей заговорили одновременно. Кто-то повысил голос. Кто-то ударил ладонью по колену. Кто-то вообще поднялся со своего места.

Они явно прекрасно поняли каждое слово, которое сейчас прозвучало. Зато вот я не понимал ничего. Почему в том дурацком разговорнике был язык королевства Тармерия и Баритского каганата, а вот языка нелюдей не было? Он бы сейчас очень пригодился. Хотя смысл происходящего угадывался и без перевода. Им не нравилось моё предложение. А мне не нравилось то, что всё превращалось в какой-то балаган.

Игнетта вновь заставила их замолчать одним жестом руки, после чего посмотрела прямо на меня.

— Люди… Они умеют красиво говорить. Но красиво лгать умеют ещё лучше. Мои старейшины уверены, что прозвучавшие сейчас слова не более чем обман.

— Некоторые действительно могут врать, но наверняка и среди нелюдей такие встречаются. Именно поэтому мы и подпишем договор, чтобы никто никого не обманул, — ответил я, чем вызвал очередную порцию возмущений у нелюдей, сидящих вокруг. Их позвали сюда лишь для того, чтобы тыкать в меня пальцами? Чем хоть они недовольны-то? Или это просто недовольство ради недовольства? Я ведь даже про условия договора ещё ничего не говорил!

— Клер лир штиш! — гаркнула Игнетта, и все в который раз замолчали. — Мы не верим бумаге, придуманной людьми, молодой наследник герцога, — вздохнула она. — В куче непонятных букв может быть куда больше лжи, чем в словах. Сегодня мы согласимся на торговлю, а завтра здесь под очередным красивым предлогом появится армия людей и сожжет наши дома.

— Мы не собираемся нападать. Это выгодный договор для обеих сторон, — вмешался Иградиус.

— Замолчи, — сказала женщина, даже не переведя на него взгляд. — Я веду разговор с молодым герцогом.

Сидящие вокруг нелюди радостно заулюлюкали, кто-то даже захлопал в ладоши. Иградиус явно растерялся, но главное, что не стал вступать в перепалку, ещё сильнее распаляя и без того недовольную толпу.

— Я могу поручиться за него, глава, — вмешалась Адигера. — Эдиус никого не обманет.

— Откуда тебе знать? Ты ведь видела, что делают с нелюдьми. Сажают в клетки, заставляют работать круглые сутки, продавать своё тело, избивают, а за любую ошибку — убивают, — холодным тоном сказала Игнетта, посмотрев на свою дочь. Нелюди, сидящие вокруг, одобрительно покачали головами.

Положение становилось всё хуже. Теперь мало того, что сделка стала дальше, чем в начале. Так ещё появился шанс на то, что я вообще не выйду отсюда живым. Не хотелось бы, чтобы на меня повесили ответственность за каждого убитого нелюдя. Стоило ли вообще затевать всё это? Кажется, попытка начать торговлю с нелюдями, выходит по безумию на первое место, среди всех идей, которые когда-либо приходили мне в голову.

— Понимаю, откуда взялось ваше недоверие. Как я могу доказать, что не собираюсь обманывать ваш народ? — спросил я, пытаясь найти хоть какой-то выход из ситуации.

— Никак, — фыркнул сидящий по правую руку от Игнетты пожилой нелюдь. — Нам не требоваться ничего. Хватит слушать этот человек.

— Вы даже не хотите попробовать что-то изменить! — воскликнула Адигера. — Не все люди одинаковые! Вы и сами это прекрасно знаете!

— Все, кто родиться на том континенте — враг! — покачал головой беловолосый нелюдь, сидящий по другую руку от главы рода.

Вновь началось шуршание и странное перешёптывание. Старик приблизился к Игнетте и начал что-то говорить ей на ухо. Она лишь пару раз кивнула, после чего стукнула кулаком по полу, в который раз заставив всех затихнуть.

— Слова ничего не значат, как и ваши письмена. Никогда нельзя понять, что на уме у человека. Но раз уж моя дочь готова поддержать молодого герцога, то стоит дать ему шанс. Но лишь мнения Адигеры недостаточно. Человека должны принять духи наших предков, ведь лишь кровь может показать, кто действительно заслуживает доверия. Я предлагаю — ядельин, поединок чести!

Мужчина в возрасте, сидящий рядом с Игнеттой, стукнул по полу. Спустя два удара к нему присоединились и остальные. Нелюди начали барабанить по доскам так, будто хотели их разрушить.

— Да будет так! — воскликнула Игнетта, подняв руки над головой. — Объявляю ядельин! Так ты докажешь всем, молодой герцог, что достоин доверия!

— Ядельин! — заголосила толпа.

Я повернулся к Адигере, не понимая, что вообще происходит. Она смотрела на меня, закусив губу. Заметив мой взгляд, девушка звучно выдохнула, после чего прошептала: «бой насмерть».

Просто замечательно. Как всё к этому пришло? Я ведь просто отправился заключить торговое соглашение. Какого чёрта всё всегда складывается подобным образом⁈

Слова Адигеры ещё несколько мгновений продолжали звучать у меня в голове. Отправляясь на континент нелюдей, я мог ожидать тяжёлых переговоров, долгих споров, попыток добиться лучших условий. В крайнем случае — отказа, хотя мне и казалось, что благодаря знакомству с дочерью Игнетты всё пройдёт хорошо. Но даже представить то, что всё выльется в какой-то бой на смерть, я не мог.

В помещении вдруг повисла тишина. Даже нелюди перестали переговариваться между собой, ожидая моего ответа. Причём явно положительного. Это их «ядельин» уже был объявлен, так что непонятно, как будет воспринят отказ.

— Мы на это не согласны, — опередил меня с решением Иградиус.

Маг сделал шаг вперёд и встал рядом со мной, продолжая сверлить взглядом Игнетту.

— Наследник герцога не станет участвовать в подобных обрядах. Мы здесь не с целью сражаться или что-то доказывать. Наш договор должен был стать выгодным сотрудничеством, а не поводом для войны. А смерть наследника герцога определённо может привести к конфликту.

Несколько старейшин нахмурились. Мужчина в годах, сидящий справа от Игнетты, что-то шепнул ей, презрительно фыркнув в нашу сторону.

— Если вашему народу необходим поединок, — продолжил Иградиус уже спокойнее, — тогда вместо господина Эдиуса буду сражаться я.

По залу прокатился гул. Человек с длинными белыми волосами, сидящий по левую руку от Игнетты, оскалился. А его сосед что-то сказал на языке нелюдей, после чего сразу несколько мужчин коротко рассмеялись.

Игнетта же даже не улыбнулась. Она так и продолжала сидеть, подперев голову, будто происходящее её никак не касалось.

— Нет, — коротко сказала она.

— Почему? — нахмурился Иградиус.

— Потому что это бессмысленно.

Женщина медленно поднялась со своего места.

Даже сидя, она казалась внушительной, но теперь, оказавшись на ногах, стала выглядеть ещё выше. Почти вровень с Иградиусом, а он был крайне высоким, почти под два метра.

— Ядельин не просто сражение, на которое нужно выпустить сильнейшего бойца, — произнесла Игнетта. — Он проверяет силу слова. Духи наблюдают за сражением, а пролитая кровь не может лгать.

Она посмотрела сначала на Иградиуса, затем вновь перевела взгляд на меня.

— Сражаться должен тот, кто и будет заключать договор.

— Но… — в очередной раз попытался вмешаться Иградиус.

— Если вместо него выйдет другой, — перебила женщина, — значит всё лишено смысла. Ты сильный маг, но будешь делать всё, что скажут тебе твои господа. И если тебе скажут обмануть, то ты обманешь. Если хочешь с кем-то сразиться, то можешь это сделать в любой момент, никто не откажет тебе в подобном удовольствии. Но эта битва не будет иметь никакой силы.

Несколько старейшин одобрительно застучали кулаками по полу. Кто-то даже хищно оскалился, хотя, возможно, это была просто улыбка.

— Господин Эдиус прибыл сюда как представитель герцогства, а не как гладиатор.

Не уверен, что слово «гладиатор» было понятно большинству присутствующих, но смысл они наверняка уловили.

— Тем более, — спокойно ответила Игнетта. — Если он представляет герцогство, значит именно он должен отвечать за свои слова. Или же молодой герцог трус и не способен на это?

— Да что вы себе позволяете? — вышел из себя маг.

Я понял, что сейчас всё перерастёт не просто в словесное препирательство, а в настоящую стычку. Но не успел даже рта открыть, как вперёд выбежала Адигера.

— Мама! — воскликнула она, подойдя к Игнетте. — Я попросила Эдиуса о помощи. Он прибыл сюда из-за меня.

— Так, и что дальше? — вздохнула женщина. — Я же не заставляю тебя с ним сражаться. Мы выберем другого представителя рода.

— Нельзя так обращаться с человеком, который прибыл сюда, чтобы помочь нам?

— Помочь⁈ — завопил пожилой мужчина, который постоянно что-то шептал Игнетте. — Люди «помогать» нам уже сотни лет. Хватит! Я всегда знать, что академия Сулюдэм заставлять забывать наше прошлое!

— Наше прошлое ничем не отличается от настоящего! — закричала в ответ Адигера. — Мы как жили в земле, так и живём. Люди за это время построили большие города, замки, дороги. Неужели мы хуже⁈

— Твоя дочь начать переходить границы, — взял слово беловолосый мужчина, сидящий по левую руку от главы.

— Адигера, замолчи, — спокойно сказала Игнетта, сделав шаг в сторону дочери. — Я поняла всё, что ты хочешь сказать. Но это не отменяет того, что ядельин уже был объявлен. Или ты хочешь, чтобы я забрала свои слова назад?

Нелюди, сидящие вокруг, одновременно завыли, будто дикие звери. Протяжный вой действительно напомнил волчий, и было ясно, что они будут совершенно не согласны с подобным решением главы.

Итак, что мы имеем. Адигера не смогла никого переубедить. А если Иградиус продолжит спорить, то ситуация станет ещё сложнее. В худшем случае на нас просто нападут недовольные нелюди.

Какие ещё есть варианты? Попытаться вырваться отсюда силой? Очень смешно. Только в этом доме находилось больше десятка взрослых нелюдей. За дверью стояли вооружённые воины. Да и всё поселение наверняка уже знает, зачем нас привели сюда.

Даже если мы каким-то чудом выберемся из этого дома и поселения, то до корабля два часа пути. Ну, допустим, мы доберёмся туда за час, если побежим изо всех сил и не заблудимся по дороге. Неужели нас не поймают в этом лесу?

Стоп. А корабль вообще ещё наш? Что, если людей, которые прибыли со мной, уже схватили? Я вообще об этом не подумал. Вряд ли нелюди стали бы просто так нападать, но вдруг. У них была целая ночь, чтобы отрезать нам все пути к отступлению.

Получается, что шансов сбежать определённо нет. Если сражаться, то шансов ещё меньше, хотя, казалось бы, куда уж меньше. Попытки договориться ни к чему не приводят. А если просто откажусь от сражения, то последствия вообще нельзя предсказать. Недовольные нелюди могут сделать с нами что угодно, даже если глава им запретит. Какой-то выбор без выбора…

— Всё в порядке, — тихо сказал я Иградиусу, сделав шаг вперёд.

— Господин Эдиус? — удивлённо прошептал он, но спорить не стал.

На самом деле, конечно, ничего в порядке не было. Но буду вести себя так, будто держу ситуацию под контролем. Раз вариантов навязать свои правила пока нет, то буду играть по предложенным. Нам дали в руки возможность договориться, так почему бы и нет.

— Если другого способа доказать искренность моих намерений нет, то я согласен на ваш ядельин, — сказал я, посмотрев Игнетте прямо в глаза. — Вот только я тоже не могу быть полностью уверен в вашей честности, не так ли? Откуда мне знать, что после того, как я пройду вашу проверку, вы не придумаете что-нибудь ещё?

— Да как человек сметь сомневаться⁈ — закричал беловолосый мужчина, вскочив на ноги. Он был по-настоящему огромным, в какой-то степени даже напоминал медведя.

— Сомневаться или нет — мой выбор. Или вы правда считаете, что крики делают вас правыми? Хотя, возможно, здесь принято вмешиваться, когда идёт разговор с главой рода?

— Ах ты! — сделал пару шагов в мою сторону нелюдь. — Заткнуть пасть, человек!

— Грах, теоегр нир даомат! — рявкнула Игнетта, и мужчина тут же опустился на своё место. — Молодой герцог принял наше предложение, пусть многие и сомневались. Так что и мы должны показать людям, что наше слово крепко так же, как наши кости.

Игнетта повернулась к старейшинам. Несколько коротких фраз на незнакомом языке прозвучали одна за другой.

Это уже не было похоже на спор. Изредка нелюди что-то отвечали, но Игнетта лишь качала головой, продолжая твёрдо на чём-то настаивать. Спустя минуту мужчины один за другим начали кивать. Беловолосый старейшина поначалу продолжал что-то доказывать, бил себя в грудь, но в итоге опустил голову, соглашаясь со словами Игнетты. Лишь пожилой нелюдь, сидевший ближе остальных к Игнетте, что-то недовольно проворчал, но никто не обратил на старика никакого внимания.

Глава рода вновь посмотрела на меня.

— Если человек победит, то никто больше не будет сомневаться в его словах. Все с этим согласны, и я даю тебе своё слово, — обвела она взглядом старейшин. — Твой противник уже выбран, — после небольшой паузы объявила Игнетта, кивнув мне за спину. — Ранх, подойди.

Белокосый воин, всё это время стоявший возле входа, спокойно сделал несколько шагов вперёд, остановившись рядом с Игнеттой. На его лице не появилось ни злорадства, ни радости. Он как был абсолютно безэмоциональным, так и остался.

Нелюдь коротко ударил кулаком по груди и молча склонил голову.

— Он будет представлять наш род.

Ну, конечно. Было бы странно, если бы против меня решили выставить какого-нибудь старика. Если честно, я боялся, что буду сражаться с главой рода, но хорошо, что это не так. Хотя Адигера говорила, что Ранх сын сильнейшего воина и хочет стать таким же. Возможно, это не совсем тот противник, которому стоит радоваться. Но есть и плюс, у этого парня всего один глаз, а значит мои шансы повышаются. Да и он довольно молод, а значит куда менее опытен, чем остальные присутствующие здесь.

Но никаких подтверждений того, что победа в поединке действительно что-то изменит, я так и не получил. Ну разве что на словах. Буду надеяться, что слово главы рода не пустой звук. Не просить же мне у них расписку.

— Ядельин состоится завтра, — продолжила Игнетта. — После первого солнца.

— Завтра? — переспросил я. Почему-то мне казалось, что прямо сейчас всё и начнётся.

— Сегодня начинается ночь Предков.

Она произнесла эти слова с заметным уважением. Даже старейшины вокруг вдруг склонили головы. И Адигера сделала то же самое.

— До рассвета будут принесены жертвы. Разожгутся священные костры. Наш народ будет просить духов даровать честный бой.

Духов? Значит здесь верят не в Семерых? Хотя это логично. Всё-таки совершенно другой континент.

Но, как я понимаю, если ядельин связан с чем-то подобным, то он имеет огромное значение для нелюдей. Аж целый праздник они решили организовать, явно не ради ничего не значащего боя. Нужно просто победить… Вот только я никогда серьёзно не сражался с нелюдями. И вообще не знаю, чего ожидать.

Пока я размышлял о том, что же будет дальше, Игнетта повернулась к дочери.

— Адигера.

— Да, мама.

— Ты хорошо знакома с этим человеком. Он явно далёк от наших традиций и обычаев. Так что объясни ему всё. Пусть он будет полностью готов к ядельину.

Адигера кивнула, не став спорить, хотя на её лице отразилось лёгкое удивление, которое тут же исчезло. Игнетта кивнула в ответ, после чего направилась к выходу. И лишь когда глава покинула помещение, старейшины один за другим поднялись со своих мест и последовали за ней. Беловолосый мужчина похлопал Ранха по плечу, когда проходил мимо него, видимо, это и был его отец.

Я тоже хотел пойти к выходу, требовалось срочно обсудить стратегию, но Адигера схватила меня за руку.

— Сначала старейшины, — шепнула она, не двигаясь с места. Мне оставалось только согласиться. Не хотелось бы нарушить какой-нибудь обычай.

Последним из дома вышел Ранх. Проходя мимо меня, он ненадолго остановился. Наши взгляды встретились.

— До завтра, — произнёс он своим привычным спокойным голосом, после чего вышел наружу.

— Зачем вы согласились? — спросил Иградиус, когда мы вернулись в дом, который предоставили нам нелюди. Как оказалось, здесь проживала Адигера, а раз я был её другом, то и нас решили заселить именно сюда, несмотря на то что девушка была дочерью главы рода. Да и она сама не возражала. Одно удивляет, почему никто не думал, что мы можем взять Адигеру в заложники или же убить? Неужели совершенно не боятся подобного расклада? Или здесь в принципе никого не напугать чем-то подобным.

— А какие были варианты? — вздохнул я, опустившись на кровать, которая больше напоминала кипу плохо сколоченных досок.

— Отказаться. Выиграть время. Через пару суток рыцари отправились бы нас искать, — заявил маг.

— Ты правда считаешь, что десяток рыцарей и магов способны одолеть целую общину? Да тут даже у женщин и детей на поясе висит оружие. И я не уверен, что последовало бы за моим отказом.

Я перевёл взгляд на Адигеру, которая встала рядом с кроватью. Девушка уставилась куда-то в угол комнаты в одну точку. Сейчас она слегка напоминала Реона, разве что не разговаривала с выдуманным другом.

— Я не думаю, что вас бы отпустили, — наконец-то сказала она. — Вы узнали, где находятся наши жилища. А раз вам нельзя доверять, то лучше всего — разобраться с проблемой.

— Вы сами отвели нас сюда! — топнул ногой Иградиус. — Я изначально предлагал встретиться с вашей главой на берегу. В прошлый раз ведь нелюди сами пришли туда!

— Именно так и хотели сделать, — вздохнула Адигера. — Но нас с матерью не было в общине. Никто не мог проконтролировать, поэтому Ранх сам принял решение. Он был главным в той группе разведчиков.

— Его отец сидел по левую руку от Игнетты? — уточнил я, вспомнив этого огромного беловолосого нелюдя.

— Да, — кивнула девушка. — Поэтому я и говорила не обижаться, что бы ты не услышал. У нас не любят сдерживаться в выражениях. Отец Ранха ненавидит людей, и когда моя мать предложила торговать с вами, то он жутко взбесился. Грах самый сильный из нас, его слова нельзя игнорировать. Даже мама не может возразить, ведь иначе он может начать говорить, что она преклонила голову перед людьми.

— Он пытался таким образом забрать себе титул главы? — спросил я первое, что пришло в голову.

— Нет… Не знаю… — растерянно пробормотала она. — Мою мать все уважают. Он бы не стал так поступать!

— Не стал бы? — я только и смог, что ухмыльнуться. — Его сын знал, что если приведёт людей к вашему дому, то никто уже не позволит нам просто так уйти, но всё равно поступил подобным образом. Хочешь сказать, что он сам на это решился? Или же эту идею подсказал ему отец, чтобы сразу же расторгнуть любые договоры с людьми, а также в будущем получить возможность высказать недоверие главе рода.

Адигера опустилась прямо на пол возле жаровни, поджав под себя ноги. В комнате вновь повисло молчание. Я не стал давить или торопить эту девушку. Уверенности в том, что Грах действительно замышлял переворот или что-то подобное, у меня не было. Я здесь пробыл то всего ничего, так что не мог сформировать полную картину. Зато подобные сомнения могли заставить Адигеру полностью открыться мне. Всё-таки моим противником должен был стать нелюдь, а значит она могла даже неосознанно умолчать какие-то детали, чтобы не подставить своего соплеменника. Но если она будет уверена в том, что из-за действий Ранха и Граха авторитет её матери может упасть, то будет искренне болеть именно за меня.

— Возможно ты прав. Теперь я понимаю, почему мама так поступила. Ядельин был единственным вариантом для того, чтобы всё сложилось так, как нужно.

— О чём ты? — вмешался Иградиус.

— Мама изначально была согласна торговать с людьми. После моего рассказа она, наоборот, ждала, когда же вы прибудете. Ты ведь помнишь, что я говорила тебе год назад — моя мать постоянно пытается что-то изменить. В первую очередь остановить постоянные конфликты с другими племенами, ведь из-за них очень часто приходится перебираться с места на место, чтобы на нас не напали. Нелюди, которых ты видел в поселении, лишь небольшая часть огромной общины. Остальные разбежались по всему побережью, стараясь не попадаться на глаза нашим противникам. Мама уверена, что если мы сможем торговать, то у нас появится возможность разобраться с набегами. Но большинство старейшин были против.

— Не один только Грах не любит людей? — догадался я к чему она подводила.

— «Не любят» — это слишком слабо сказано. Множество из них потеряли семьи. Стоило нелюдю покинуть наш континент, и он попадал в лапы людей. И неважно кто это был — пираты или просто работорговцы. В итоге всё заканчивалось либо лёгкой смертью в бою, либо куда более тяжелой — в цепях и с рабской татуировкой. Для них человек — куда хуже, чем даже племена, которые могут напасть на нас в любой момент.

— Разве глава рода не может просто приказать? — удивился Иградиус.

— Если бы мама открыто сказала: «Я верю человеку», старейшины решили бы, что она перестала думать о роде. Этого было бы достаточно, чтобы начать искать нового главу. Моя мать всегда была сильной и никогда не шла на уступки. Почти сто лет она прожила здесь и в конце концов стала главой, хотя многие изначально были против.

— Сто лет, — тут удивился уже я. — Все нелюди здесь настолько долго живут?

— Не-а, — улыбнулась наконец-то Адигера. — Мама живёт куда дольше остальных. Ей уже далеко за двести. Не знаю точно сколько. В отличие от людей мы не считаем прожитые года.

Может, они не просто похожи на тёмных эльфов, а ими и являются? Длинные уши, долгая жизнь. Если окажется, что они ещё и из луков хорошо стреляют, то количество совпадений перевалит за опасную отметку. Понимаю, что в этом мире никто так нелюдей не называет, но ведь правда сходство слишком сильное. И о чём я вообще думаю в столь напряжённый момент⁈

— Теперь понятно, почему твоя мать предложила ядельин. Она таким образом лишила старейшин возможности возразить. Раз уж всё решится через подобный ритуал, то вопросов быть не должно.

— Да, — кивнула девушка, разминая затёкшие ноги. — После такого боя никто уже не сможет сказать, что решение принято из-за слабости. В этот момент за нами должны наблюдать духи предков. Нельзя под их взглядом обманывать!

— Почему же она тогда не выбрала мне противника полегче? — вздохнул я.

— Так ведь против тебя будет сражаться не она и не Грах, — посмотрела на меня Адигера, слегка растерявшись. — Предложи она кого-нибудь более слабого, старейшины бы могли понять, что она пытается дать тебе возможность победить.

— А насколько силён этот ваш Грах? — заинтересовался Иградиус.

— Ни разу не видела, чтобы его серьёзно ранили. Он не сражался с матерью, но не знаю, кто бы из них победил. Однажды, сильнейший воин племени, которое долгое время нападало на нас, ранил Ранха, лишив его глаза. Тогда Грах прикончил и этого воина, и ещё десяток, находящихся поблизости.

Да, дела-а. Ну, этот огромный нелюдь действительно впечатляет. Будь он моим противником, я бы прямо сейчас планировал не сражение, а побег.

Ситуация в целом стала понятна. Если глава рода за нас — то становится чуть проще. Она явно не допустит того, чтобы соглашения не соблюдались. Вот только это не решает главной проблемы. Нужно понять, что же меня ждёт во время сражения.

— Расскажи, что такое этот ваш ядельин, — попросил я Адигеру. Она тут же кивнула и вскочила на ноги.

— Это один из самых древних обычаев нашего народа. Ещё до появления первых поселений нелюди жили отдельными родами и постоянно спорили между собой. Из-за охотничьих угодий. Из-за рек. Из-за лесов. Из-за чего угодно. Если каждый спор заканчивался бы настоящей войной, наш народ давно бы исчез.

Она подняла лежавший рядом с жаровней уголёк и провела им по грубым доскам, лежавшим на полу. В итоге нарисовала две линии.

— Поэтому появился ядельин.

Девушка ткнула углём в одну линию.

— Один воин представляет одну сторону, а второй другую, — сказала она, коснувшись угольком соседней линии. После чего перечеркнула пространство между ними. — Побеждает тот, кто сумеет доказать превосходство. Тогда проигравшая сторона обязана признать решение победителя.

— Значит достаточно победить? Нет никаких дополнительных условий?

Адигера прикоснулась почерневшей от угля рукой к подбородку, оставив на нём заметный след. После пары секунд раздумий она покачала головой.

— Не совсем. Есть несколько правил, которые необходимо соблюдать каждому. Самое главное — во время ядельина нельзя просить пощады. Наблюдатели не должны вмешиваться в сражение, независимо от причины. Нельзя заранее подготавливать ловушки. А также нельзя добивать того, кто уже не способен продолжать бой.

Последнее меня немного удивило. Она ведь недавно говорила мне совсем другое.

— То есть это всё-таки не бой насмерть?

— Нет, но лишь в том случае, если сражаются два воина из одного племени. Тогда будет достаточно изгнать проигравшего с его семьёй. Ты же чужак. А значит бой будет продолжаться до смерти.

Замечательно. А есть вариант по-быстрому стать частью племени? Вряд ли, конечно. И с чего вообще Игнетта взяла, что я выиграю у этого Ранха? Конечно, погибать я не собираюсь. Если иного варианта нет, то отправлю его следом за Фертисом. И плевать, сын он сильнейшего воина или нет.

— А магию использовать можно? — спросил я то, что интересовало больше всего остального.

Адигера почему-то сразу посмотрела на Иградиуса.

— Только если она будет принадлежать именно бойцу.

Она допускала вариант, что мне будут помогать со стороны? В этом случае нас наверняка на месте прикончат. Крайне сложно использовать заклинания, чтобы это никто не заметил. Для этого нужно хотя бы уметь колдовать без слов.

Ну хорошо, раз сражение будет не только в ближнем бою, то появляется куда больше возможностей.

— А что можешь рассказать про Ранха? Как он сражается?

— Он зверокровный, — ответила она, зачем-то кивнув сама себе. И что мне даёт эта информация? За время проживания на острове Нилиот я не успел узнать все подвиды нелюдей.

Поэтому я лишь вопросительно посмотрел на девушку, которая тут же поняла, что означал мой взгляд.

— Зверокровные — это нелюди, которые получают часть силы и способностей животных. Половина нелюдей именно такие, особенно чистокровные. Вот только Ранху повезло больше других. В отличие от многих, в нём живёт пятнистая пантера.

— Я не заметил на нём пятен. И мне казалось, что пантеры чёрные, — слегка растерялся я.

— Эта белая. А пятна видны на ней, лишь когда она сражается. Множество фиолетовых пятен, которые постоянно переливаются. И когда на Ранхе или его отце появляются эти отметины, значит он готовится разорвать своего противника. Этот парень старше меня на два года. Я долгое время росла рядом с ним, пока не отправилась в академию Сулюдэм. А каждый раз, когда возвращалась домой, он всё больше становился похож на отца. И в итоге теперь проявляет эмоции лишь в бою, уничтожая своего противника.

— Значит и атакует он также, как пантера?

— Можно и так сказать, — кивнула Адигера. — Острые железные когти на металлических перчатках он использует как оружие. В этом мы с ним похожи. И он так же, как и я, — боевой маг, а значит умеет зачаровывать оружие в бою. Но я уже очень давно с ним не сражалась, поэтому не знаю, насколько сильнее стал этот парень. Так что с этим помочь не могу.

— Ты уже помогла. Спасибо, что так много рассказала. Теперь осталось придумать, как же разобраться с этим Ранхом. Он ведь не видел меня раньше, а значит не знает, чего ожидать. Но мне потребуется твоя помощь, ведь я тоже никогда не видел, как сражаются нелюди.

Не успела Адигера ничего ответить, как за маленьким окном вдруг что-то зашуршало. Мы одновременно повернули головы. Снаружи мелькнул пушистый рыжий хвост, потом второй, следом — третий.

— Не может быть…

В окно ловко протиснулась знакомая наглая морда.

— Мяу.

— Гарф⁈ — я аж подпрыгнул.

Бакэно, будто ничего необычного не произошло, спокойно перепрыгнул на пол, подошёл ко мне и требовательно боднул головой в руку. Я несколько секунд просто смотрел на него.

— Ты серьёзно прибежал сюда за мной?

Кот лениво мяукнул и запрыгнул мне на колени, тут же приняв привычную позу — брюхом кверху.

— Каким образом ты каждый раз меня находишь? — улыбнулся я, погладив ему живот.

Гарф закрыл глаза и громко замурлыкал.

— Какое же всё-таки интересное создание, — рассмеялась Адигера.

— И упрямое, очень упрямое, — продолжал я гладить толстячка, который неожиданно разбавил напряжённую атмосферу.

Впервые за этот день я искренне улыбался. Ну что ж, раз у меня теперь появился такой неожиданный болельщик, я обязан показать ему, что бывает с теми, кто пытается обидеть его хозяина.

Ночь Предков постепенно вступала в свои права.

За стенами дома всё чаще звучали глухие удары барабанов. Иногда ветер приносил протяжные песнопения нелюдей на неизвестном языке, от которых по коже пробегали мурашки. Где-то совсем рядом потрескивали огромные костры, а в воздухе всё сильнее ощущался запах дыма, трав и жареного мяса.

Я сидел, прислонившись спиной к стене, машинально поглаживая свернувшегося клубком Гарфа. Уснуть никак не получалось, хотя я понимал, что каким-то образом нужно это сделать.

Прошлую ночь я тоже не спал, поэтому ещё и сегодня не сомкнуть глаза — может оказаться чревато. Весь вечер Адигера демонстрировала мне примерный стиль боя Ранха. Хорошо, что она тренировалась с ним с детства, и пусть прошло немало времени с последнего спарринга, но она неплохо помнила, как этот парень двигается и атакует. А сейчас любая информация на вес золота.

Вечером она ушла к своей матери, и до сих пор не вернулась. Видимо, решила дать мне возможность отдохнуть в тишине. Но отдыхать совершенно не получалось из-за кучи мыслей в голове. Иградиус тоже лишь лежал на неудобной кровати, глядя в потолок. Видимо, и его преследовали не слишком приятные мысли.

— Как думаешь, зря я во всё это вообще ввязался? — тихо спросил я у сонного бакэно, который вместо ответа лишь зевнул. Да, конечно, и на что я рассчитывал? — Как у тебя получается засыпать в любой ситуации? Мне бы так, — вздохнул я, слегка потрепав толстопуза за ухом.

Гарф недовольно фыркнул, повернув на меня голову. Забавно, по его мордочке действительно было понятно, что он сейчас испытывает. Кажется, будто ещё чуть-чуть и этот комок шерсти даст мне пару «пощечин» своей когтистой лапой.

Бакэно смотрел на меня ещё несколько секунд, а его глаза постоянно меняли цвет. Интересно, что за спектр эмоций он испытывает, раз цвета так быстро меняются? Но в момент, когда я хотел поднести толстячка чуть ближе, его глаза стали полностью белыми. А мир вокруг вдруг стал будто частью одного очень длинного и счастливого сна.

Первые лучи солнца едва успели коснуться верхушек деревьев, когда меня разбудил Иградиус.

— Господин Эдиус. Господин Эдиус, просыпайтесь! — тормошил он меня, пока я пытался разжать глаза, которые совершенно не хотели открываться.

— Что такое? — кое-как выдавил я из себя.

— Уже утро, господин Эдиус! Вставайте. Ядельин скоро начнётся.

Только после этих слов я смог осознать, что происходит, и подскочил на постели. Мозг будто отказывался работать, но внезапно мозаика внутри него сложилась.

— Сколько я спал? — пробормотал я, уставившись на лежащие рядом часы. — Ох, мать вашу. Неужели я настолько устал, что сам не заметил, как уснул?

Впервые за долгое время я спал настолько крепко и спокойно. Помню, что сидел с Гарфом, а потом… Потом уже ничего не помню.

— Это твоих лап дело? — посмотрел я на бакэно, который тоже проснулся и поглядывал на меня одним слегка приоткрытым глазом. — Можешь не отвечать, ты попался на горячем! Не знаю уж, как ты это сделал, но спасибо, — хмыкнул я, потрепав кота по голове.

Пока я одевался, а также готовился к сражению, Иградиус посматривал в небольшое окошко. На рубаху я натянул лёгкий кожаный доспех, который лежал у меня в пространственной сумке на всякий случай. Перчаток у меня теперь не было, поэтому я решил использовать меч, вместо топора. Также я нацепил на пояс кинжал, хотя и надеялся, что он не пригодится.

— До рассвета они не прекращали свои песни, — сказал маг. — Похоже, для них это действительно очень важный день.

Снаружи вновь ударили барабаны. За ними раздался протяжный хор десятков голосов. Эти песнопения совершенно не походили на то, что исполняли барды или же моряки. Что-то похожее на ритуальные совершенно немелодичные напевы. Но от этих завываний по коже почему-то пробежали мурашки.

— Пора, — тихо сказала вошедшая Адигера.

На этот раз она выглядела совсем иначе. Непослушные волосы были собраны в высокий хвост, на лице появились тонкие полосы чёрной краски, а поверх бесформенной одежды висела короткая накидка из серого меха. Больше она не выбивалась из общего «антуража». Но разве в этом всём ей не будет слишком жарко?

— Я скоро вернусь, — подмигнул я Гарфу, который поднял голову и посмотрел мне вслед.

На улице уже рассвело. Уж не знаю, что произошло за ночь и что я пропустил, но поселение сильно изменилось. В воздухе пахло дымом, свежей кровью и какими-то незнакомыми травами. Кругом из земли торчали длинные колья, на которые были надеты разнообразные деревянные маски. Возле множества больших костров, которых тоже раньше не было, лежали туши разнообразных зверей. Нелюди проходили мимо них молча, касаясь ладонью груди убитых существ.

Я даже остановился, чтобы понаблюдать за происходящим.

— Это дар предкам, — пояснила Адигера. — Лучше не смотри ни на кого. Многие воины выпили крови чешуйчатых кабанов. Они сейчас могут быть очень агрессивными.

Спасибо за своевременное предупреждение! Эта девчонка точно за меня? Мне уже начинает казаться, что она специально меня сюда заманила, чтобы поиздеваться.

Я пошёл по дороге, хотя скорее это была тропинка, вдоль которой стояли факела. Они уже не горели, но запах гари всё равно бил в нос. Пусть Адигера и сказала мне ни на кого не смотреть, но чем ближе мы подходили к поляне, тем больше взглядов было приковано ко мне.

Казалось, весь род уже собрался здесь. Нелюдей оказалось куда больше, чем я видел изначально. Их было несколько сотен. Наверняка пришли из соседних поселений. Интересно, сколько их вообще проживает на континенте? Или хотя бы как много нелюдей входит в род Игнетты. Несколько тысяч?

— Тебе туда, — кивнула Адигера вперёд.

И действительно. Посреди поляны находился идеально круглый участок вытоптанной земли. По его краям в землю были воткнуты копья с привязанными к ним красными кожаными лентами. Уж не знаю, что за краситель они использовали, но красный цвет был необычайно ярким. За эти ленты никто не заходил, даже Игнетта, которая стояла неподалёку.

Ранх тоже был здесь. Он стоял спокойно, на его руках уже были надеты железные перчатки с когтями на концах. Никакой защиты на нём не было, лишь лёгкие штаны, наручи и широкий пояс. Пусть теперь и была прекрасно видна куча шрамов, разбросанных по его телу, но я слегка выдохнул. Если это такой акт устрашения, то он совершенно не сработал. Чем у противника меньше защиты — тем лучше.

Когда мы встретились взглядами, он коротко кивнул, после чего повернулся к своему отцу. Я его совершенно не интересовал. Да и Грах не обращал на меня внимания. Он оголил свои клыки в улыбке и похлопал сына по плечу, что-то приговаривая. Совсем во мне соперника не видят? Вроде должно быть обидно, но я этому рад. Я всю эту спесь затолкаю вам очень глубоко!

Игнетта подняла руку. Барабаны, которые я слышал с момента самого пробуждения, мгновенно стихли. Наступила такая тишина, что было слышно потрескивание костров.

— Сегодня духи будут свидетелями ядельина! — громко произнесла она на эрденском. — Сегодня кровь покажет истину!

Весь род одновременно ударил кулаками по груди. Один раз. Второй. Третий. Получалось так громко, будто били по доскам. Насколько же крепкие у них тела?

— Господин Эдиус, — шепнул мне стоящий рядом Иградиус. — Если что-то пойдёт не так, я вмешаюсь.

— Не нужно, — покачал я головой.

— Я обещал госпоже Тисии защищать вас ценой жизни… А также обещал герцогу, — добавил он.

Вот как. Значит дедушка тоже переживал за меня. Приятно.

— Всё будет хорошо. Вмешательство не потребуется, — улыбнулся я, хлопнув мага по плечу. Хотя некие сомнения были, но я старался гнать их из своей головы. Нужно быть полностью уверенным, иначе я проиграю ещё до начала боя.

Игнетта перевела взгляд на меня.

— Эдиус, сын герцогского рода, выйди вперёд!

Я сделал пару шагов, встав перед Игнеттой, после чего она обратилась к моему сопернику.

— Ранх, сын Граха, выйди вперёд!

Он сделал то же самое, встав перед главой рода.

— Духи будут благосклонны к победителю. Пусть человек и не часть нашей общины, но я уверена, что и его предки сейчас смотрят на него. Не посрамите их память!

Она подняла руку над головой, после чего провела взглядом по стоящим вокруг нелюдям.

— Да начнётся ядельин! Хатах тар ди билиот! — воскликнула глава, опустив руку.

Нелюди завопили так сильно, что меня на секунду оглушило. Ранх развернулся и направился внутрь круга. Я перевёл взгляд на Адигеру, которая тут же мне кивнула.

Глубоко вздохнув, я тоже сделал шаг, перехватив покрепче меч. В этот момент сражение началось.

Адигера смотрела на стоящих в кругу Эдиуса и Ранха. Она очень переживала за этого человека, но не могла этого продемонстрировать. К ней и так относились не слишком хорошо из-за того, что она пыталась заключать с людьми какие-то договоры. И даже положение дочери главы рода не спасало. Сильному воину было плевать кто она. Он всё равно мог высказать свои мысли, независимо от того, перед кем находился.

Несмотря на то, что девушка не один десяток раз сказала Эдиусу, что он победит, уверенности в этом совершенно не было. Но не могла же она говорить, что лучше просто сдаться и тихо умереть? Она с детства наблюдала за тем, как сражается Ранх. И этот парень не зря хотел стать лучшим воином всего рода. У него было на это право, ведь даже просто ранить его удавалось лишь по-настоящему сильным противникам.

Адигера была уверена в своих силах, но даже подумать о том, чтобы победить Ранха, не могла. Пусть Марита и говорила ей множество раз, что Эдиус довольно силён, но она лично никогда этого не видела. Даже когда приезжала в академию Тессон, этот парень постоянно отказывался от спаррингов. Ей даже казалось, что он просто трус. Поэтому, когда Эдиус вдруг согласился на ядельин, она чуть дар речи не потеряла.

Конечно, отказ тоже привёл бы к плохим последствиям, но никто бы наверняка не рискнул убить внука герцога. Даже старейшины не настолько отчаянные для подобного. Его могли запереть на пару месяцев, пока поселение готовило бы новое место для проживания, а потом вернули бы назад в империю. Ну, может быть, напоили бы отварами, чтобы попытаться стереть память. Хотя это варево иногда просто сводило нелюдей с ума, и толку от него было не слишком много.

А теперь всё выглядело так, будто из-за неё Эдиуса отправили на казнь. Пусть они и не были близкими друзьями, но этот парень был чуть ли не как брат для Мариты. А вот она уже была лучшей подругой Адигеры. Не только лучшей, но и единственной. И если теперь дорогой человек её подруги умрёт…

— Зачем, мама… — тихо прошипела девушка, подняв глаза на Игнетту. — Ты правда считаешь, что Эдиус победит? Или просто поддалась на слова старейшин?

Из-за большого расстояния между ними глава рода не могла слышать слов Адигеры, но, заметив взгляд дочери, посмотрела прямо на неё и слегка улыбнулась.

Эта улыбка давала надежду. Надежду, что для нелюдей всё будет хорошо. Что они больше не будут спать на земле, драться за еду и каждую ночь засыпать с мыслью, что рады пережить очередной день.

— Мя-яу, — раздалось под ногами Адигеры. Девушка опустила взгляд и увидела Гарфа, который тёрся у её ног.

— Ох, ты что тут забыл? — удивилась она. — Пришёл посмотреть на Эдиуса? Здесь куча нелюдей, поэтому его, наверное, не видно.

Бакэно в очередной раз мяукнул, ткнувшись головой в её ногу, и Адигера подняла его на руки. Он тут же успокоился и перевёл взгляд на золотоволосого парня, который всё ещё стоял в кругу не двигаясь, впрочем, как и его соперник.

«Победи, Эдиус. Как угодно, но победи,» — подумала девушка, тяжело вздохнув. А Гарф лишь слегка склонил голову на бок, продолжая сверлить взглядом человека, которого давно считал частью своей семьи.

Первые несколько секунд никто не двигался. Да и мне совершенно не хотелось начинать первым. Пусть Адигера и помогла мне понять, чего можно было ожидать, но всё равно нестись сломя голову на противника было бы крайне безрассудно.

— Гахтагар! — вдруг воскликнул Ранх, и в следующее мгновение он исчез.

Вернее, мне так показалось. Только что этот парень стоял в нескольких шагах, и вот уже металлические когти летят мне прямо в лицо.

Я едва успел отклониться, но один из пальцев прочертил на щеке тонкую полосу. Следом последовал второй удар, а за ним третий. Я лишь отклонялся, пытаясь найти возможность для ответной атаки, но он атаковал настолько быстро и неистово, что момента просто не было.

Казалось, что удары были очень размашистыми, будто у животного. Но я так не смог подобрать момента для удара, лишь отступал, едва успевая отбивать выпады. Несмотря на то, что «тело маны» работало на полную, а также мана находилась в моих глазах, что помогало следить за движениями этого нелюдя, он всё равно превосходил меня физически.

В момент, когда позади меня оказалось копьё, стало ясно, что отступать уже некуда. Я упёрся в край «арены», а значит пора было действовать.

«Вспышка» осветила всё пространство вокруг. Я на мгновение прикрыл глаза, после чего сразу же открыл. Но в этот раз меня удивило то, что моё зрение даже немного не пропало. Обычно я и сам себя слегка ослеплял, ведь даже зажмуриться полностью не помогало, но не в этот раз. «Вспышка» впервые прошла для меня совершенно без последствий.

И только сейчас до меня наконец-то дошло, каким образом наш преподаватель фехтования Гредлок Серлиний полностью игнорировал действие моей «вспышки». Достаточно было послать ману в глаза. Почему я сам об этом не подумал? Всё оказалось так просто. Но радоваться подобному открытию в бою смысла не было.

Я тут же атаковал Ранха, но даже полностью ослеплённый, он, каким-то образом, смог уклониться от выпада. Пусть я и слегка задел плечо этого парня, но он отпрыгнул на несколько шагов назад, после чего опустился на землю и принял странную позу. Будто встал на четыре лапы и приготовился к броску.

— Я ничего не видеть, — крикнул кто-то из толпы на эрденском.

— Хафат дахас! Что за магия⁈ — негодовал кто-то.

Ранх же просто закрыл свой единственный глаз. И не успел я даже приблизиться к нему, как этот парень оттолкнулся всеми четырьмя конечностями от земли и оказался сбоку от меня. Удар перчаткой пришёлся прямо в рёбра.

Воздух мгновенно выбило из лёгких. Последовал второй удар, но он был не таким уверенным, как в самом начале. Отклонившись назад, я увернулся от атаки, а сам пробил лоукик прямо под колено ослепшему нелюдю.

Ранх стиснул зубы, но без особых проблем отскочил назад, не дав мне возможности атаковать мечом. Зрение уже должно было начать возвращаться, но он каким-то чудом атаковал и без него.

— Теперь видеть, шетар деорас! — крикнул нелюдь из толпы.

— Да, — радостно ответил ему ещё один. — По запаху не понять, что там происходить! Фаштар несташ, Ранх! — закричал он.

Запах? Да чтоб вас. Он атаковал меня просто по запаху? Я не думал, что они прямо настолько походят на животных. Хотя надо было догадаться. Ладно, самый простой вариант не сработал, переходим к следующему.

Мой противник не слишком-то отличался терпением. Он что-то пробормотал, после чего стукнул одной металлической перчаткой по другой, и они обе загорелись. Причём этот огонь явно не обжигал самого Ранха, а перчатки раскалились чуть ли не добела. Вот вам и боевой маг в действии. Помимо этого, на теле парня появились фиолетовые пятна. Выходит, лишь сейчас он начал сражаться всерьёз.

Теперь у меня явно не будет даже шанса дотронуться до его горящего оружия и применить «массу». Разве что лишиться обеих рук… Хотя не сказать, что и раньше бы он позволил мне это сделать.

— Шахт рамташ, сын! — закричал Грах, после чего стоящий напротив меня нелюдь впервые улыбнулся. Да, неприятно, когда нет никакой поддержки. Весело вам всем? Позвольте присоединиться к веселью!

Ранх вновь опустился ближе к земле, а я же вытащил из висящей на поясе сумки кипу листков бумаги. Спасибо Тисии, что дала мне с собой столько страниц документов. Они сейчас более чем пригодятся.

Я использовал «уплотнение» и «левитацию», подкинув бумагу перед собой. Нелюдь уже метнулся вперед, но в метре от меня врезался в обычный бумажный листок и отлетел в сторону. Из его носа потекла кровь. Да, теперь тонкие листочки стали сравнимы с деревянной доской. Ну, как теперь побегаешь? Пространство вокруг меня превратилось в импровизированный лабиринт, где прямо бежать было совершенно невозможно, ведь кругом была уплотнённая бумага.

Но не успел я обрадоваться, как Ранх размахнулся и одним движением сжег с десяток висящих в воздухе страниц. Он будто бы говорил мне: да, они плотные, но какая разница, если всё также легко сгорают…

Да какого же хрена⁈ Почему противник будто был специально подобран, чтобы противостоять мне? На него вообще ничего не действует. На любое моё заклинание есть ответ. А у меня арсенал способностей и так ограничен.

Пока Ранх расправлялся с остальными листами бумаги, я пытался атаковать его, но он буквально сам стал пантерой. Прыгал, выгибался, уклонялся, пытаясь в первую очередь уничтожить помеху. Этот урод будто видел каждое моё движение насквозь. Я нанес ему лишь несколько совсем некритичных порезов к тому моменту, как он сжёг все висящие в воздухе документы. Прости уж, Тисия. Столько работы пропало.

Как бы мне сейчас пригодились мои перчатки. Грёбаный Фертис! Даже из могилы заставляет о себе вспоминать.

Я с трудом заблокировал пару размашистых ударов Ранха. Этот парень будто от каждой раны становился всё сильнее.

Теперь я окончательно перешёл в оборону. Ничего, кроме как отбивать бесконечное множество ударов нелюдя, который совершенно не хотел выбиваться из сил, мне не оставалось. Но и долго продолжаться это не могло.

Когда Ранх вдруг уклонился от моего выпада, я почувствовал, как левое плечо стало гореть. Боль была настолько адской, что я с трудом сдержался, чтобы не завопить. Три когтя полоснули по моей броне, уничтожив толстую кожу за один удар. Кровь по плечу не текла, ведь пламя сразу же прижгло рану, но теперь на нём красовались три глубоких пореза.

Нелюди вокруг одобрительно заулюлюкали. Кто-то захлопал в ладоши. Кажется, даже дети радовались тому, как складывается наше сражение. Меня уже сочли проигравшим, хотя я всё ещё стоял на ногах. Главное, чтобы сейчас не вмешался Иградиус, а то проиграем мы оба.

Конечно, у меня был беспроигрышный вариант для победы. Кольцо сфинкса висело на цепочке на моей шее, достаточно было лишь надеть его и загадать желание. Но я даже думать не хотел о том, чтобы так бездарно потратить это желание. Просто чтобы победить одного нелюдя? Да ни за что!

Ранх явно почувствовал, что я быстро теряю силы. И даже защищаться нормально не могу. Левая рука двигалась всё хуже, из-за чего приходилось держать меч лишь одной правой. А одной рукой было крайне сложно отбивать эти размашистые удары.

— Ты быть сильным, человек, — вдруг сказал Ранх, вновь почти прижавшись к земле.

Этот выпад я даже рассмотреть нормально не смог. Атака была настолько быстрой, что она полностью сорвала с меня кожаную броню, оставив на груди след от пяти металлических когтей. Без брони я бы уже сейчас лежал на земле и захлёбывался кровью.

От ответной атаки нелюдь без особых проблем уклонился, заодно выбив из моей руки меч. Я потянулся за кинжалом на поясе, но этот парень отлично видел каждое моё движение, хотя у него и был всего один глаз. Он даже как-то снисходительно улыбнулся, наблюдая за моими потугами. Ему ведь нужно было просто прикончить меня до того, как я достану оружие.

Но вместо этого Ранх просто застыл на месте. Небольшая сфера «незримого касания», которая сейчас приняла форму острой спицы, влетела ему прямо в единственный глаз. И я постарался вогнать её настолько глубоко, насколько это возможно.

— Решил, что я ударю кинжалом? А вот и не угадал, — прохрипел я, хотя и не знал, слышит он меня или уже нет. Но на всякий случай я вонзил лезвие в шею неподвижному нелюдю. Без понятия, насколько они живучие, но после такого он точно должен был умереть.

Мой противник так и не упал, продолжая стоять прямо передо мной с кинжалом в шее. Зато упал я.

Силы в один момент полностью покинули тело, и я осел на землю. Сложно сказать, насколько глубоки были раны, но боль была просто неописуемой. Меня будто выжигали прямо изнутри.

Вдруг стало так тихо, что я слышал, как бьётся сердце. А оно билось. И раз билось, значит я всё ещё был жив.

И только когда мой противник зашатался и наконец-то упал не землю, тишину пронзил отчаянный крик.

— РАНХ!

Из толпы выскочил беловолосый мужчина. Грах в секунду оказался рядом с телом своего сына, рухнув на колени. Он дрожащей рукой коснулся его лица и замер. А потом медленно повернул голову в мою сторону.

Я никогда не видел столько ненависти в одном взгляде.

— Человек… — прохрипел он, а на теле моментально появились фиолетовые пятна. — Ты убить мой сын!

Он поднялся с земли, сделав шаг в мою сторону. Вот и произошло то, чего я больше всего опасался. Моя победа лишь сделала всё ещё хуже.

Из толпы моментально выбежал Иградиус, но Грах уже был в метре от меня.

И вдруг раздался холодный голос Игнетты.

— Стоять. Человек победил, Грах.

— Победил? — мужчина оскалился, повернувшись к главе рода. — Это быть победа? Мой сын просто умереть! Я даже не понять, чем он его атаковать! Гташар нихран, Игнетта! Ему явно помочь, или же он отравить мой мальчик!

— Бой был честным! — встал передо мной Иградиус, воспользовавшись секундной заминкой.

— Так значит ты ему помогать⁈ — закричал Грах. — Значит и ты тоже умереть!

Сил, даже чтобы просто открыть рот, не было. Я хотел рассказать, что произошло. Даже показать «незримое касание», но сознание расплывалось. Всё вокруг превращалось в одну большую кляксу.

Я видел лишь как Грах сделал шаг в сторону Иградиуса, после чего мир окончательно погрузился во тьму.

Иградиус закрывал собой Эдиуса, пытаясь преградить путь Граху. Внутри мага бушевала целая буря эмоций. Это была радость от победы наследника герцога, а также страх за его жизнь. За себя мужчина не слишком переживал, ведь был полностью предан Зеросу и без особых проблем умер бы как за него, так и за любого представителя семьи Мельдия.

Глава магической башни не совсем понимал, зачем Эдиус вообще согласился на бой. Он не считал нелюдей ничтожествами, недостойными жизни, как глава герцогства, но был уверен, что рисковать жизнью наследника ради какого-то соглашения — лишено смысла. Иградиус ругал себя за то, что первой же ночью просто не пробил путь силой. Да, местные жители не спали даже ночью, но их всё равно было куда меньше, чем днём. Была возможность сбежать вместо того, чтобы соглашаться сражаться по потеху толпе.

Поначалу мужчина думал, что воины этого поселения ничего из себя не представляют, но хватило одного взгляда на Ранха, чтобы понять, насколько он был силён. Даже опытному рыцарю сложно было бы поспевать за ним и находить моменты для атаки, а маг бы просто не успел среагировать на неожиданный выпад. Какой смысл в четырёх крыльях, если ты просто не успеешь уклониться и воспользоваться заклинанием?

И вот теперь, стоя перед озверевшим отцом Ранха, Иградиус понимал, что не сможет с ним справиться. Будь у него возможность разорвать дистанцию и прочесть заговор, тогда ситуация бы изменилась, но это звероподобное существо точно не даст ему такого шанса. В отличие от Эдиуса, глава башни магов не умел использовать заклинания без слов, и не понимал, каким образом молодой господин научился чему-то подобному.

А что ещё хуже — Иградиус и сам не до конца понимал, что же остановило Ранха. В момент, когда маг уже хотел вмешаться, этот нелюдь вдруг неожиданно замер, а после Эдиус вогнал кинжал ему в шею. Глава магической башни стоял слишком далеко, чтобы разглядеть произошедшее, но всё равно был уверен, что его господин справился своими силами. Хотя никак доказать этого попросту не мог.

— Остановись! — вновь воскликнула Игнетта, когда Грах сделал очередной шаг в сторону Иградиуса. — Я больше не собираюсь повторять! Грах, мах тер га дор!

— Ты защищать людей⁈ — огрызнулся Грах. — Они убить мой сын! Ты видеть это!

— Я сама со всем разберусь!

— Ты предать нелюдей! Ты всегда быть здесь чужой! — цокнул зубами мужчина, после чего опустился к земле, приняв такую же позу, которую не так давно использовал его сын перед атакой.

Иградиус влил ману в браслет на своей руке, и из этого артефакта тут же вырвался поток воздуха, окружив мужчину. Мгновение спустя рядом с ним появился Грах. Даже мана, которую Иградиус направил в глаза и уши, совершенно не помогла среагировать. Хотя мощный поток воздуха действительно замедлил атаку нелюдя, остановить её полностью не вышло. Пусть на руках мужчины и не было металлических перчаток, как на его сыне, но даже размашистый удар кулаком в грудь заставил мага отлететь на метр назад.

Иградиус с трудом удержался на ногах. Дыхание сбилось, да и пара рёбер, скорее всего, треснула. Воспользоваться артефактом вновь он сразу же не мог, а слова из рта отказывались выходить наружу. Он мог извергать из себя лишь странные звуки, будто лёгкие, а также мышцы вокруг них накрыл сильный спазм.

А Грах вновь готовился к атаке, не обращая внимания на слова Игнетты.

— Стой! — закричала Адигера, прорвавшись сквозь толпу нелюдей. Никто из них не двигался, совершенно не пытаясь вмешаться в происходящее. Кто-то даже с интересом наблюдал за развернувшейся сценой. — Это неуважение к духам предков!

— Заткнись, — прошипел Грах. — Ты быть такая же, как и твоя мать! Чужая! Гхатан говорить правду, а мы ему не верить!

Адигера не нашлась что ответить, просто посмотрела на свою мать. На лице Игнетты была видна растерянность, она замерла, будто совершенно не понимала, что делать. Слова Граха явно сильно зацепили её.

И в этот момент, странный трёххвостый зверёк, который сидел на руках у Адигеры, спрыгнул на землю. Бесшумно приземлившись на лапы, бакэно сделал несколько шагов вперёд, после каждого шага увеличиваясь в размерах, а потом неожиданно исчез.

Иградиус совершенно перестал понимать, что происходит. Но когда Грах вдруг отпрыгнул назад, держась за лицо, стало ясно, что существо, которое теперь больше напоминало помесь клыкастого тигра и огненной пантеры, атаковало этого нелюдя.

Грах успел отклониться, но когти прошли по его лицу, оставив четыре глубоких пореза. А Гарф не стал ждать действий противника, он опустился к земле, как до этого делал и сам нелюдь, после чего вновь исчез из поля зрения, появившись рядом с Грахом.

— Кра-а! — взревел мужчина, попытавшись ударить бакэно в ответ, но тот, оставив на руке Граха следы когтей, отскочил в сторону.

Иградиус наконец-то пришёл в себя и уже прочитал защитное заклинание, окружив и себя, и Эдиуса земляной стеной. Основной специализацией мужчины была вода, но и магией земли он владел неплохо. Теперь расклад сил немного изменился, но они всё ещё находились среди кучи нелюдей, которые в любой момент могли присоединиться к сражению.

Гарф, что-то прорычав, отбежал назад. Он встал рядом с Эдиусом, продолжая сверлить алыми глазами Граха. Пусть Иградиус и не до конца понимал, что произошло с этим толстым рыжим существом, которое всё время только ело и спало, но что бы то ни было, случилось это в самый нужный момент. И было ясно, что бакэно собирался до конца защищать внука герцога.

Если бы глава башни магов заранее не видел питомца внука герцога, то вряд ли бы смог понять, что перед ним действительно стоял он. Настолько сильно изменилось это животное.

— Ты… — проговорил Грах. — Кто ты быть такой⁈ — обратился он к атаковавшему его существу.

Но, как Иградиус и ожидал, Гарф ничего не ответил. Маг бы вряд ли удивился ещё сильнее, чем сейчас, даже если бы бакэно вдруг заговорил на эрденском. Зато после слов Граха на лице Игнетты появилась лёгкая ухмылка, которую Иградиус успел заметить, несмотря на то что выражение лица главы рода сразу же стало очень серьёзным.

— Теперь вы видите, — заговорила Игнетта, подняв правую руку над головой. Все нелюди одновременно повернулись к ней, в том числе и Грах. — Духи только что вынесли своё решение. Когда ядельин был завершён, кровь не должна была больше пролиться.

Её голос становился всё громче.

— Но Грах отверг волю предков. Он попытался обвинить людей в обмане, но духи видят правду! Ядельин не был нарушен, человек победил честно. Поэтому и пришёл великий дух-защитник! — указала она на Гарфа, который спокойно стоял рядом с Эдиусом. — Он пришёл, чтобы покарать нарушителя!

Грах тут же сделал шаг в сторону Игнетты, оскалившись.

— Ты чужак! Что такое говорить⁈ Я не оскорблять духов, не оскорблять предков!

— Нет, — перебила его Игнетта, тоже сделав шаг навстречу. — Это ты чужак! Духи сами нам это показали. Все это видели!

— Я Грах! — завопил нелюдь, но уверенность в его взгляде будто пропала. Фиолетовые пятна с его тела начали исчезать, а он сам стал выглядеть гораздо менее внушительно, чем раньше.

— Ты сильнейший воин, который забыл своё место! Ты должен защищать род, а не ставить себя выше правил и обычаев! Ты решил, что воля предков ничего не значит!

— Не быть правда! Ахтам ту шахрат, Игнетта! Я не предавать память предков! — перевёл мужчина взгляд на стоявших вокруг круга нелюдей. Но все они молчали, не желая вмешиваться. Даже те, кто некогда сражался рядом с ним, были в растерянности. — Вы знать меня, я… — начал говорить Грах, но не успел закончить.

Игнетта воспользовалась секундной заминкой и оказалась рядом с Грахом. Прогремел удар, земля под ногами мужчины раскололась, а сам он рухнул вниз, оставив после себя небольшую вмятину.

— Ты наплевал на волю предков! — кричала глава рода, нанося удар за ударом. — Ты нарушил обычаи ядельина! Ты разочаровал духов! Ты пролил кровь! Ты… — остановилась она на секунду, тихо добавив, — пошёл против меня, — после чего нанесла последний удар.

Когда Игнетта отошла, Грах больше не двигался. Никто из нелюдей не стал возмущаться, возражать или же кричать. Все молча смотрели на кровь некогда сильнейшего воина рода, которая растекалась по земле.

— Сегодня духи показали нам свою волю, — сказала Игнетта, обращаясь к нелюдям. — Они сами послали защитника, ведь он, — указала она на лежащего у неё под ногами мужчину, — не смог им стать. Мы вместе выберем нового Граха! И больше не предадим память предков!

Несколько секунд никто не двигался. А потом один из старейшин, который был самым старым среди них, ударил кулаком по груди. После третьего удара, остальные нелюди последовали его примеру.

Иградиус всё ещё не мог поверить в произошедшее. Он не понимал, что за дух-защитник, и почему они решили, что им является Гарф? Но сейчас было не время думать об этом.

Он подошёл к Игнетте, держась за рёбра.

— Господину Эдиусу нужна срочная помощь.

Глава рода перевела взгляд на лежащего Эдиуса. И впервые за всё время на её лице появилась тревога.

— Я распоряжусь послать духовного травника, — сказала она, бросив несколько неизвестных слов в толпу. Пара нелюдей сразу бросилась выполнять приказ.

— Духовного травника? — переспросил Иградиус.

— Это кто-то вроде вашего целителя и лекаря одновременно, — тихо ответила женщина. — И скажи бакэно, чтобы он не менял свою форму, пока не будет выбран новый Грах, — ещё тише добавила она.

— Сказать бакэно… — растерянно повторил её слова маг.

— Просто сделай то, что я говорю, — вздохнула она, после чего обратилась к Адигере. — Пусть человека отнесут обратно в твой дом.

Иградиус застыл на месте, наблюдая, как его господина кладут на шкуры, чтобы унести из круга, в котором он только что сражался. Гарф находился рядом с Эдиусом и внимательно наблюдал за нелюдьми, которые явно его побаивались.

— Не меняй пока свою форму, — после недолгих раздумий сказал маг, подойдя ближе к бакэно. Гарф повернул голову к Иградиусу, после чего вдруг кивнул. «Вот уже действительно, мифическое существо», — пронеслось в голове главы башни магов, который слегка выдохнул, и теперь его волновало лишь здоровье наследника герцога.

Уже третий день я лежал в сознании на неудобной кровати.

Если честно, я до сих пор не до конца понимал, каким образом вообще остался жив. Последнее, что я помнил — лицо Граха, который собирался добраться до меня, а потом тьма.

После этого, судя по рассказам Иградиуса, прошло целых пять дней, два из которых я пробыл без сознания. Просто лежал, обливался потом и периодически что-то бормотал, хотя не помню, снилось ли мне хоть что-нибудь.

Духовный травник из числа нелюдей почти не отходил от моей кровати. Не знаю, что он делал со мной, пока я был в отключке, но решил и не узнавать. Всё-таки медицина в этом месте довольно сильно отличалась от привычной мне в империи Эрдения. Про Землю я вообще молчу. Так что незачем добавлять себе новую фобию.

Когда я наконец-то открыл глаза, то этот престарелый нелюдь стал заставлять меня пить отвары с настолько ужасным вкусом, что даже воспоминание о них вызывало желание снова потерять сознание. Помимо этого, странный знахарь втирал в мои раны какую-то сильно пахнущую зеленоватую мазь, от которой всё тело будто начинало гореть, а он шептал бесконечные заговоры на непонятном языке.

Но, как бы странно это ни звучало, подобная методика лечения действительно помогала.

На третий день я уже мог самостоятельно есть, сидеть и даже немного ходить. Правда, последнее занятие мне пока никто не разрешал, особенно учитывая, что стоило мне сделать несколько шагов, как Иградиус начинал смотреть на меня так, будто я собирался добровольно прыгнуть с обрыва. Пусть его и редко пускали ко мне, заявляя, что сейчас важна тишина и гармония с духовным миром, но несколько раз он всё-таки заходил. У главы магической башни наконец-то появилась возможность свободно перемещаться, поэтому он также успел наведаться к кораблю, чтобы рассказать о сложившейся ситуации. И заодно отчитал людей, которые даже не заметили побега Гарфа.

Сейчас же, когда духовный травник ушёл, я просто пытался лечь поудобнее, ведь кровать без матраса была какой-то извращённой формой пытки. Гарф же спокойно валялся в моих ногах, свернувшись в клубок. Его хвосты иногда слегка двигались во сне, а лапы подёргивались, будто он пытался кого-то ударить.

Он был всё таким же толстым пушистым котом, как и всегда. И вновь я не смог увидеть момент, когда он вдруг стал увеличенной версией себя. В первый раз он показался в подобном виде Латсу, а теперь его увидели вообще все окружающие, но только не я.

— Может мне стоит вновь попасть в подобную ситуацию, чтобы ты увеличился в размерах? — тихо пробормотал я.

Гарф приоткрыл один глаз. Его взгляд был настолько осуждающим, что я даже почувствовал себя виноватым.

— Не смотри на меня так. Я же шучу.

Бакэно отвернулся, снова положив голову на лапы. Дотянуться до него, чтобы погладить у меня не было сил, поэтому я просто мысленно вновь поблагодарил этого пухляша. Уже второй раз он меня спасает. Первый раз в лесу, а теперь здесь. Буквально когтистый ангел-хранитель. Нужно будет купить ему много вкусного мяса, когда вернёмся домой.

Дверь комнаты тихо открылась, и внутрь влетела Адигера.

— Эдиус! — завопила девушка, ногой захлопнув за собой дверь. — Мама наконец-то разрешила зайти к тебе!

— Ты ведь знаешь, что больным нужен духовный покой, — вздохнул я, попытавшись приподняться на локтях.

— Люди очень долго выздоравливают! — хмыкнула девушка, встав рядом с кроватью. — О, Гарф снова похож сам на себя! — пару раз погладила она бакэно по голове.

— Ты тоже видела его взрослую версию?

— Ага! — закивала Адигера. — Он сначала сидел, а потом бах и убежал! Я смотрю, а он уже там. И тут вдруг Грах прыгает, а Гарф рычит и потом мама вмешалась. И в итоге ты здесь! — пробормотала она историю, понятную лишь ей самой.

— Ты ужасный рассказчик, — покачал я головой. — Иградиус мне всё уже объяснил, в подробностях.

— Вот и хорошо, — улыбнулась она. Но улыбка быстро соскользнула с лица девушки. — Прости, — неожиданно сказала она.

Я удивлённо посмотрел на Адигеру, которая уставилась в пол.

— За что?

— За то, что втянула тебя в это. Если бы я тогда не попросила у тебя помощи, то всё было бы хорошо. Я и подумать не могла, что недоверие к людям будет сильнее, чем возможность изменить жизнь к лучшему. Мне казалось, что маме достаточно будет просто всё объяснить старейшинам и они послушают.

— После подобного приёма, мне придётся предложить вам куда худшие условия, чем прежде, — ухмыльнулся я, не сводя взгляда с растерянной девушки. — А ты думала? Считай это комиссией за сложные условия для заключения договора.

— Комиссией? А это что? — на полном серьёзе спросила Адигера. — Ты имеешь в виду, что сделка будет для нас невыгодной? Мы живём посреди леса, Эдиус, — вновь улыбнулась девушка. — Ты правда думаешь, что кто-то знает про твои «комиссии» или цену жемчуга. Я даже про то, что эти серебристые шарики ценятся в вашей империи, узнала только от тебя.

Мы поговорили ещё десять минут, и когда я устал держать голову на весу, Адигера направилась к выходу, пообещав, что и завтра зайдёт. Ну, во всяком случае она перестала винить себя. Я ведь тоже переоценил свои силы. Решил, что договориться с нелюдями будет довольно просто. А оказалось, что они все как Зерос — готовы прикончить представителя другого вида, просто потому что он может их обмануть.

— Ох, точно! — вдруг воскликнула Адигера, уже открыв дверь. — Мама хочет с тобой поговорить. Она должна зайти!

— Когда?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Когда будет свободна.

Адигера вышла из дома, а я остался томиться в ожидании. И о чём же глава рода решила со мной поговорить? Наконец-то готова обсудить условия договора? Буду надеяться, что это действительно так. А то после странного рассказа Иградиуса о том, что эта женщина объявила Гарфа духом защитником, я опасаюсь, что у меня захотят его забрать. Меньше всего хотелось бы подобного повода для очередного конфликта.

Я провёл ещё целые сутки в кровати. Духовный травник очень плохо знал эрденский, но я понял, что лечение закончено. А значит теперь нужно просто набираться сил и ещё некоторое время соблюдать постельный режим. Раны и правда болели уже не слишком сильно, но вот шрамы явно никуда теперь не денутся. Следы от железных когтей на плече и груди будут со мной до конца жизни. Украшают ли мужчину столь уродливые вещи? Вряд ли. Хотя Эстер и сама покрыта кучей следов от порезов, возможно, ей даже понравится.

На четвёртый день моего пребывания в сознании, вечером, в комнату вошла Игнетта. Она, как и её дочь, не спрашивала «можно ли войти». Да и в целом нелюди не заморачивались с подобным. Личного пространства здесь определённо не существует.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Игнетта с порога. На её лице не было особых эмоций. Просто глава рода зашла проведать больного. Хотя было бы странно, если бы эта женщина действительно обо мне волновалась.

— Лучше. Намного.

— Хорошо, — кивнула она, после чего замолчала и уставилась на Гарфа.

Так… Неужели она и правда хочет его забрать? Ну уж нет. Найдите себе другого духа защитника.

— Я знаю, что ваша дочь училась в академии Сулюдэм, — неожиданно подкинул я первую пришедшую в голову тему для разговора. Нужно было любым способом сместить акценты на что-то другое. — Вы не против того, что она обучалась рядом с людьми?

Так… Не самая лучшая тема. Вот что происходит, когда я что-то бездумно говорю. Не хватало только, чтобы вновь начали обвинять человечество во лжи.

— Там хороший ректор, — неожиданно спокойно ответила Игнетта. — Так что никаких проблем не должно быть.

— Да, — машинально кивнул я. — Сэгундо точно не позволит никаких беспорядков.

На лице главы рода отразилось искреннее удивление. Она даже рот слегка приоткрыла, уставившись на меня.

— Откуда ты знаешь это имя?

— Мы знакомы, — слегка растерялся я.

— Это чушь, — презрительно зыркнула на меня Игнетта. — Она бы не стала общаться с кем-то из рода Мельдия.

— Да она с моей тётей чуть ли не лучшие подруги, — скривился я от подобного недоверия. — Будь у вас такие же глаза, как у неё, вы бы знали, что я не вру.

— Так ты правда знаком с Сэгундо, — прошептала Игнетта и вдруг улыбнулась. — И как она поживает?

— А? — удивился я подобной перемене.

— Дай угадаю, всё ещё сидит в своём кабинете и курит трубку? Наверняка Лора уже с ума сошла, пытаясь хоть как-то вытащить её с острова.

— Полтора года назад, она приезжала в нашу империю в академию Тессон, — ответил я, не совсем понимая, что происходит. Неужели дочь ей не рассказала? Или они не говорят о подобных вещах?

— Вот это да! — аж подпрыгнула глава рода, а холодная маска окончательно упала с её лица. Теперь она стала походить на обычную женщину.

— А вы откуда знаете Сэгундо? — поинтересовался я.

— Да хватит уже этих твоих формальностей. Ты не в своей империи, — хлопнула меня по плечу Игнетта. Причем настолько сильно, что я чуть не улетел с кровати. Отличное обращение с раненым! — Сэгундо вырастила меня.

На несколько секунд в комнате стало тихо. Та демонесса ни разу не упоминала, что у неё была дочь.

— Что простите? Она ваша… вернее, она твоя мать? — постарался я тут же перейти на неформальную речь.

— Наверное, по меркам людей её действительно можно так назвать, — задумчиво кивнула Игнетта, посмотрев в окно. — Меня бросили родители на острове Нилиот, я даже не помню, кем они вообще были. Там меня и нашла Сэгундо. Я прожила с ней около ста лет.

— Это очень долгий срок. Во всяком случае для людей.

— Для нелюдей тоже долгий, — махнула она рукой. — Некоторые из нас живут раза в два меньше людей, очень быстро старея. Моя продолжительность жизни даже среди нелюдей кажется очень большой. Хотя, с Сэгундо мне и близко не сравниться, — рассмеялась она.

— Так ты знаешь, что она…

— Демон? — перебила меня Игнетта. — Да, конечно. Многие думают, что демоны — это жуткие существа, которые питаются сердцами. Они могут развязать войну, просто потому, что им стало скучно, а также готовы поработить всех и каждого. И эти мифы не лишены оснований. Но когда я увидела, как Сэгу плачет из-за обычного человека, то поняла, что нельзя верить слухам.

— Из-за Акрона? — догадался я.

— Ага, — кивнула глава рода. — Я долгое время выслушивала её слезливые истории. Даже думала, что она взяла меня просто как замену погибшему возлюбленному. Несколько лет обижалась на неё за это. Но в конце концов поняла, что никто не будет рядом целый век, только ради того, чтобы жаловаться на жизнь, — с ноткой ностальгии сказала Игнетта.

— Получается Адигера для неё практически внучка?

— Она и меня-то дочерью никогда не называла, — махнула рукой Игнетта, сев на кровать напротив. — Но хорошо, что у неё получилось разрешить старые обиды.

— Вот почему ты так легко отпустила Адигеру в академию.

— Да, — кивнула дама. — Когда я оказалась на этом континенте, то сразу поняла, насколько здесь всё плохо. Если бы моя дочь выросла в этом месте, то стала бы такой же узколобой деревенщиной, — тяжело вздохнула она. — Так много сил потратила, чтобы стать главой, а в итоге за два десятка лет практически ничего не изменила.

— Так значит поэтому Грах называл тебя чужой, — вдруг вспомнил я рассказ Иградиуса. Кое-что встало на свои места. И теперь понятно, почему эта женщина настолько хорошо говорит на эрденском.

— Да, практически все нелюди рождаются и умирают здесь. Так что в каком-то роде я действительно чужая. Во всяком случае к местным обычаям я до сих пор не до конца привыкла. Поэтому прошлый глава не желал признавать меня. И несмотря на то, что я живу здесь куда дольше большинства нелюдей, некоторые всё равно не видят во мне часть рода. Зато они могут верить во всякую чушь, вроде появления духа во плоти, — хмыкнула она.

Я удивлённо посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на лежащего у меня в ногах Гарфа.

— Так значит ты…

— Конечно я знаю, что это просто бакэно, — рассмеялась Игнетта, перебив меня. Я заметил, что она очень любит перебивать. Может таким образом пытается демонстрировать свой статус главы? — Хотя вряд ли можно назвать бакэно обычными.

— А зачем было объявлять Гарфа духом защитником?

Она слегка наклонилась вперёд, посмотрев мне прямо в глаза.

— Нужно было обернуть ситуацию в мою пользу, и этот твой Гарф появился как нельзя кстати. Я вообще в духов не верю, но раз уж появилась возможность, то грех ей не воспользоваться. Ну и ты выжил лишь благодаря этому.

— Я бы не лежал сейчас на этой кровати, если бы мы просто заключили договор. Так что о выживании речь и не должна была идти, — ответил я без колебаний. Пусть ещё попробует выставить себя моим благодетелем. Сама довела ситуацию до долбанной дуэли.

— Но ты ведь победил, — пожала плечами глава рода. — Так что нет никаких проблем.

— А почему ты решила, что я выиграю? — задал я вопрос, который давно напрашивался.

— Просто предположила, — хмыкнула она. — А если бы проиграл, значит, пришлось бы отложить попытки договориться еще на несколько десятков лет. Пока люди бы не забыли обиды.

Да-а… Интересный подход к делу. Выходит эта дамочка просто понадеялась, что всё обойдётся? Замечательно. Я определённо совершил ошибку, решив, что поездка сюда будет лёгкой прогулкой.

— Так что насчёт договора? — напомнил я главе рода.

— Договор мы обязательно обсудим, — кивнула Игнетта, поднявшись с кровати. — Но лишь когда ты окончательно восстановишься. Придётся довольно много ходить.

— Ходить? — переспросил я, хотя прекрасно расслышал это слово.

— Да. Я наглядно покажу тебе товары, которые мы сможем предложить людям. И теперь, когда Граха нет, никто больше не будет пытаться помешать. Даже старейшины. Во всяком случае какое-то время точно. Всё-таки воля духов — закон, — улыбнулась она, вновь опустив взгляд на сопящего Гарфа, после чего вышла из дома, хлопнув дверью.

Можно ли считать, что разговор прошёл довольно неплохо? Хотя мы так и не достигли соглашения, но теперь хотя бы ясно, что дело сдвинулось с мёртвой точки. Для этого нужно было лишь побывать на грани жизни и смерти…

К чёрту. Больше ни в какие сомнительные авантюры я вписываться не собираюсь. Время идёт, минула уже почти половина лета. Нужно быстрее вставать на ноги, подписывать договор и возвращаться домой. Непонятно, что вообще сейчас там происходит. Но для начала немного посплю.

Прошло почти две недели с того момента, как я окончательно поправился. Раны всё ещё иногда напоминали о себе, особенно после долгих прогулок, но в целом я уже мог спокойно двигаться, даже тренироваться, пусть и в облегчённом режиме, а также спорить с Иградиусом, который всё ещё считал, что мне нельзя делать ничего сложнее, чем сидеть на неудобной кровати и смотреть в одну точку.

К счастью, этот маг не был лекарем, поэтому можно было просто вполуха слушать его постоянное ворчание. Хорошо, что Тисии не было рядом. Двойной дозы нравоучений я бы точно не выдержал.

Зато стоило мне подняться с кровати, как Игнетта взяла меня в оборот. Изначально мне показалось слегка забавной фраза, что мне придётся много ходить. Но уже на второй день я понял, что «много» для нелюдей в разы больше того, что я понимаю под этим словом.

Конечно, хорошо лично увидеть товар, который они предлагают для торговли. Но кто ж знал, что мне начнут проводить чуть ли не экскурсию по всем землям нелюдей. Ну, во всяком случае по той части, которая находится под контролем Игнетты.

Я ожидал, что меня отведут в место, где просто собраны разнообразные варианты товара. Тот же жемчуг, которым зачем-то ещё больше обвешалась Адигера. Неужели она решила, что мы купим у них его весь, и нужно собрать себе побольше этих бусин?

В итоге мои ожидания были разбиты в пух и прах. За эти две недели я успел побывать в нескольких десятках поселений нелюдей, которые были частью рода Игнетты. Где-то жили всего несколько десятков семей, а где-то количество жителей превышало несколько сотен.

Странное слово «род». Внешне они вообще были друг на друга не похожи. Но всё равно считались одной большой общиной, пусть и жили отдельными группами. Но в этот аспект жизни нелюдей я углубляться не стал.

Каждый раз прибывая в новое поселение, Игнетта находила очередного нелюдя, который должен был со мной познакомиться. Видимо, это было чем-то вроде традиции. Иногда это был старейшина поселения, иногда самый опытный охотник, а иногда кто-то вроде ремесленника.

Удивительно, но практически никто не проявлял ко мне враждебности. Скорее всего из-за того, что рядом всегда была глава рода. Хотя наверняка повлиял и слух о том, что за меня вступился дух-защитник. Поэтому иной раз нелюди тщательно осматривали всё вокруг, будто пытаясь найти его где-то рядом со мной, пусть уже и было объявлено, что дух исчез, исполнив волю предков. А на деле Гарф просто отсыпался у Адигеры, под присмотром самой хозяйки дома. И ему явно было плевать, кто и кем его считает.

Иградиус тоже ходил вместе с нами. Правда, если в первые дни он внимательно следил за каждым встречным нелюдем, будто ожидал нападения или какой-либо провокации, то спустя неделю его отношение немного изменилось. Конечно, он всё ещё никому здесь не доверял, но хотя бы перестал пытаться закрыть меня, если кто-то подходил слишком близко.

Я тоже больше не ожидал никаких неожиданных атак. Во всяком случае, новый Грах, которого выбрали старейшины совместно с главой рода, мне не показался нелюдем, который испытывает ненависть к людям.

Да, до этого я был уверен, что Грах это просто имя, но, как оказалось, это было скорее звание. Когда предыдущий Грах погибал, нелюди просто избирали нового. Это было обозначение сильнейшего воина, а Ранх — сын сильнейшего.

Странно, конечно. Столько лет тебя называют одним именем, и тут вдруг оно меняется. Да и имя сына заодно. Как по мне, так ерунду какую-то придумали, но говорить это вслух я не стал. Лучше вообще лишний раз не ставить под сомнение какие-то традиции.

За две недели моего пешего похода по горам и лесам, которых, казалось, здесь было куда больше, чем полей и лугов, я узнал одну неожиданную вещь. Как оказалось, в некоторых поселениях жили и люди тоже. Я даже не сразу понял, что это именно люди, а не нелюди, без особых отличий во внешности.

Некоторые из них говорили на языке нелюдей лучше, чем сами нелюди, зато вот на эрденском не могли сказать ни слова. Они носили такую же странную одежду, жили в таких же домах и даже участвовали в их обычаях. И смотрели на меня так, будто я был совершенно иного вида. Кажется, даже местные жители не считали их чужаками. Или же просто очень тщательно это скрывали.

После долгих расспросов я узнал от Игнетты, что пусть людей на континенте и было крайне мало, но жили они здесь уже очень давно. Буквально с момента великого разрушения. Среди нелюдей именно так называлось событие, с которого велось летоисчисление. Оно, впрочем, тоже было крайне странным. Поэтому я не стал забивать себе голову, которую и без того переполняла куча мыслей, этой ерундой.

И я довольно быстро получил подтверждение того, что люди действительно находились здесь долгое время. Иногда мне попадались старые постройки. Каменные здания, которым явно было больше нескольких сотен лет. Они отличались от местной архитектуры, и довольно сильно напоминали привычные мне людские постройки. Некоторые из них почти полностью разрушились, другие были поглощены лесом. Но даже сейчас можно было увидеть остатки огромных стен, странные символы на камнях и следы неизвестной архитектуры. Подозреваю, что и причал, на котором мы пришвартовались, построили именно люди.

Мне хотелось узнать побольше об этом, но глава рода была куда сильнее озабочена тем, чтобы показать мне как можно больше всего. Поначалу я действительно видел товары, которые могли бы в империи с руками оторвать. Казалось бы, нелюди жили довольно бедно, но я каждый раз подмечал что-то, что можно было использовать. И Иградиус был со мной согласен. Но в какой-то момент дошло до абсурда, когда в одном из поселений мне предложили в качестве товара — песок. Самый обычный долбаный песок.

Кажется, на моём лице было настолько большое удивление, перемешанное с растерянностью, что Игнетта тут же прогнала этого мужчину куда подальше. Причём сделала это исключительно на своём языке. Уж не знаю, что она там такое сказала, но пожилой нелюдь настолько быстро сбежал, что даже Ранх позавидовал бы такой прыти.

— Кажется, за последние пару дней ничего нового мы так и не увидели, — вздохнул я, присев на огромное упавшее дерево. — Может быть, достаточно?

— Нет, — категорично покачала головой Игнетта. — Мне ещё есть что предложить людям!

— Так почему бы просто не собрать все товары в одном месте? — в который раз задал я вопрос, который глава рода каждый раз успешно игнорировала.

— Потому что я не знаю, что вам нужно, — шепнула она, сев рядом. Мне даже показалось, что её голос звучал слегка виновато. Вот это, блин, откровение.

— Что ты имеешь в виду? — удивился я.

— Адигера говорила про те маленькие бусины и про древесину. Но я не знаю, что ещё предложить, поэтому решила показать всё и сразу. Я ведь никогда не жила в вашей империи и не слишком знакома с людьми.

— А почему просто не спросила меня?

— Я ведь глава, — смущённо сказала Игнетта, отведя взгляд.

Вот это да… Двести лет, а будто с подростком говорю. Она две недели меня таскала туда-сюда только потому, что ей было стыдно спросить, что вообще нам нужно? Хотела выглядеть как настоящая глава рода? И только из-за этого ребячества я таскался по долбанным холмам столько времени! Нет, больше я сюда ни ногой!

— Я увидел достаточно и хотел бы теперь вернуться обратно, чтобы обсудить условия договора.

— Что именно? — спросила глава. По её глазам было ясно, что эта женщина не понимала, что конкретно меня заинтересовало. — Мясо крадраков? Или же шкуры трафтов?

Настолько всё плохо? Они совсем никогда ни с кем не торговали? Нет, я понимаю, что эти вещи здесь действительно ценятся, но зачем вообще доставлять мясо на другой континент? Я даже не уверен, что оно не испортится в пути. В чём вообще экономическая целесообразность подобной торговли? Да и нет сейчас у империи потребности в шкурах. Что мы с ними делать-то будем? Здесь они ценятся куда больше.

— Ни то, ни другое, — покачал я головой. — Как уже было сказано вашей дочери — жемчуг это то, с чего я предлагаю начать. Помимо этого, я видел здесь руду и металлы, которые нужны нашей империи. Красители, которыми вы разрисовываете ритуальные маски и кожу. Древесину, разнообразные травы. Полный список я напишу в договоре.

— Дерево, травы и краски… — пробормотала Игнетта. — Я слышала от дочери, что империя очень богата. Но всё равно не понимаю, почему вы готовы плыть через океан ради этого.

— У всех разные ценности. А что же вы хотите получить в ответ? — задал я логичный вопрос. — Хотя мы можем просто заплатить.

— Я покажу тебе, когда вернёмся, — усмехнулась глава рода. — Не думай, что люди смогут легко отделаться!

Обратно в поселение главы рода мы вернулись через четверо суток. Подобные прогулки по пересечённой местности мне не слишком нравились, но виды здесь были на удивление красивыми. Был бы фотоаппарат — сделал бы кучу фотографий.

Конечно, довольно быстро привыкаешь даже к невероятным пейзажам, но в этом месте природа умудрялась каждый раз подкидывать что-нибудь новенькое. То огромный водопад, то небольшая гора, с вершины которой видно всё словно с обзорной вышки, то огненно-красные закаты или же невероятно звёздное небо. Я успел проехаться по империи, но ничего подобного не встречал. Хоть объявляй всё это место заповедником, хотя вряд ли нелюди будут рады подобному.

— Идём, — коротко сказала Игнетта, когда мы подошли к её дому. Двое воинов, которые стояли у дверей, тут же расступились, пропуская внутрь главу рода, а также её гостей.

Я прошёл следом, а вот Иградиуса оставили ждать у дверей. Либо Игнетта не слишком ему доверяла, либо же просто хотела поговорить со мной наедине. Но то, что она с каким-то презрением поглядывала на главу магической башни — это факт. Хотя не понимаю, чем же этот человек умудрился вызвать у неё подобные чувства. Неужели нелюди не слишком любят магов?

В этом доме, в отличие от всех остальных, был второй этаж. На первом, судя по всему, проводили собрания, а вот выше располагались покои главы. И когда я поднялся по грубо сколоченной лестнице наверх, то замер не в силах сказать ни слова.

Помещение, которое должно было быть обычной комнатой, напоминало склад. Вдоль стен тянулись криво сколоченные полки, на которых лежали самые обычные вещи: кожаные сапоги, несколько рубах, свёртки плотной ткани, железный котёл, стеклянные бутылки, медные кружки, иглы, ножницы, молоток, пила, небольшое зеркало и ещё куча разнообразных вещей, от книг до небольших картин.

Я будто зашёл в какую-то лавку в Эрдении, в которой находилось всё и сразу. Только цен не было, да и большинство «товаров» были не в лучшем состоянии. Будто лежали здесь не один десяток лет.

— Часть привезла Адигера, часть нелюди, которые возвращались из академии Сулюдэм, что-то я достала сама. Несколько раз к нам приплывали люди, но совсем не для торговли, — улыбнулась Игнетта, взяв в руки лежавшие на полке большие часы, которые уже совсем облезли и явно давно остановились. — Им это было уже без надобности. А мне дало возможность пополнить коллекцию.

— Это такая угроза? — хмыкнул я.

— Ты ведь хотел узнать, что нам нужно, Эдиус? Нам нужно всё! — обвела она взглядом полки. — Хорошая обувь, одежда, оружие, да даже гвозди! Я устала сражаться, устала постоянно бегать с места на место, а что самое главное — устала слышать о том, что иначе нельзя! «Мы поколениями так жили и дальше так будем», — фырнула глава, явно вспомнив чьи-то слова.

— Адигера говорила, что хотела построить город не хуже, чем в империи, — вдруг вспомнил я.

— Я не настолько наивна, Эдиус, — вздохнула Игнетта. — Моя дочь думает, что всё может измениться — стоит только захотеть. Но я понимаю, что это не так.

— За деньги можно купить всё что угодно, — покачал я головой.

— У кого? — рассмеялась дама. — Кому здесь нужны ваши дубли или мерки? Что с ними будут делать, есть на завтрак? А торговцев-людей здесь отродясь не бывает.

— Но как же так? — растерялся я. — Я ведь слышал, что маркиз Фиорис Деогран поддерживает торговлю с нелюдями. Пусть и проходит она обычно на острове Нилиот.

— Я даже не знаю, кто это такой, — пожала плечами Игнетта. — Мы ведь не единственные нелюди на континенте. Возможно, кто-то действительно умудряется торговать с людьми. Но, скорее всего, торговля идёт именно с нелюдями, которые проживают на Нилиоте.

— А что ты скажешь, если сюда приедут ещё люди?

— Зачем? — удивилась глава, даже прекратив вертеть в руках и без того потёртые часы.

— Нужно ведь с чего-нибудь начинать строить город. У вас даже единственный причал скоро развалится. Я могу прислать людей, которые не только помогут построить нормальные дома, но смогут ещё и научить многому вас самих.

— И что ты за это хочешь? — спросила она, а в глазах блеснул какой-то огонёк.

— Вам нужно будет обеспечить безопасность этих людей. Как минимум не трогать их. А также обеспечить едой, водой и жемчугом. Тогда они для вас сделают всё что угодно и останутся надолго. Далеко не каждый наниматель так хорошо платит, пусть и условия труда не самые лучшие.

— Этот твой жемчуг… — слегка замялась Игнетта. — Он правда такой ценный?

— Поймёшь, когда увидишь договор. Думаю, к завтрашнему дню он уже будет готов.

— Хорошо, как закончишь, скажи Адигере. Она мне сообщит, — улыбнулась глава, вернув часы на полку. — Ах да, кстати, Эдиус, насчёт Адигеры. Как тебе моя девочка?

Вот только этого мне не хватало! Спасибо, но не надо.

— Очень хорошая девушка, — пробормотал я, отходя в сторону лестницы.

— Понимаю, что и у людей, и у нелюдей могут возникнуть сомнения и вопросы. Но что ты думаешь насчёт того…

— Извини, но у меня есть невеста. А моя семья запрещает иметь больше одной жены, — нагло соврал я, заодно перебив главу рода. Не только ей одной можно перебивать людей. Меньше всего мне хотелось создавать себе ещё проблем на пустом месте. — Что ж, пора заниматься делами. Увидимся завтра, — кивнул я слегка растерянной женщине, после чего побежал вниз по лестнице. Не нужна мне тёща — глава рода нелюдей. Не дай бог ещё окажется, что по традиции я должен буду жить здесь. Вот уж хренушки!

К тому моменту, как последняя строчка наконец оказалась на бумаге, за окном уже начало светлеть. А ведь я начал работу, когда солнце ещё даже не село. Вот уж затянуло, так затянуло. Ещё и переписывал, наверное, целых десять раз.

Я отложил перо и несколько раз сжал пальцы.

— Никогда бы не подумал, что написание договора утомляет не меньше, чем настоящее сражение.

— Получилось очень даже достойно, молодой господин, — кивнул Иградиус, в который раз пробежавшись глазами по бумаге. Он всю ночь сидел рядом, проверял текст, а также давал советы. Казалось бы, есть даже официальная форма для договора, но кто бы мог подумать, что составить его всё равно будет так сложно. То одно забыл, то второе. То слишком продешевил, то наоборот захотел слишком многого. А количество приложений, которое шло к этой бумаге, было просто за гранью добра и зла.

— Ну что, ну что? — тут же подскочила Адигера. — Дай посмотреть!

Вот у неё отлично получилось выспаться. Хотя эта девчонка тоже хотела сидеть рядом и помогать составлять договор, но тут же заскучала и отрубилась прямо на стуле.

Я передал бумагу в руки дочери главы рода, и она тут же углубилась в чтение.

— Отлично! — кивнула она. — Мне нравится.

— Что именно? — уточнил я.

— Что мы получаем много всего! — расхохоталась Адигера. — Неужели меня больше не будут заставлять расхаживать в этой дрянной одежде⁈ Поверить не могу.

— Так что, думаешь подпишут без вопросов? — на всякий случай спросил я у довольной девушки.

— Не-а, даже не надейся, — тут же покачала она головой.

— Так ведь сама говоришь, что всё хорошо, — переглянулся я с Иградиусом.

— Да, — вновь кивнула она. — Только толку в этом нет! В общем сам скоро поймешь!

— Так может лучше объяснишь⁈ — крикнул я вслед девчонке, которая уже выбегала из дома.

— Не-а! И кстати, зря ты не спал сегодня ночью, — не переставая улыбаться подмигнула мне Адигера, после чего хлопнула дверью.

— Да что с ней такое⁈ — вздохнул я, откинувшись на стуле, но так как спинки не было, то чуть было не упал на пол. — Сначала обрадовала, а потом заставила волноваться.

— Поди пойми, что у этих нелюдей на уме, — покачал головой Иградиус, вновь прочитав договор. — Поводов для беспокойства я не вижу, молодой господин. Смело идите к их главе. А если будет отказываться — то сама виновата.

— Не хочется возвращаться с пустыми руками. Но ты прав, я и так прошу у них куда меньше, чем мог бы. Хотя после ядельина всё равно добавил пару десятков процентов.

Я вновь уткнулся в бумагу, пытаясь понять, всё ли учёл. Спустя пару минут дверь вновь распахнулась и на пороге показалась запыхавшаяся Адигера.

— Мама ждёт! Пора Эдиус. И она звала только тебя одного, — перевела она взгляд на главу башни магов, который тоже поднимался со своего места.

— Почему она так невзлюбила Иградиуса? — задал я вопрос, который мучил меня уже какое-то время. — Постоянно его игнорирует или же пытается держать подальше.

— Ха-а, — махнула рукой Адигера, тяжело вздохнув. — Просто он очень похож на моего отца.

— Чего… — растерялся маг.

— Не спрашивай. Про него нельзя говорить! — тут же приложила она палец к губам.

— Настолько плохой нелюдь? — не удержался я от вопроса.

— Он забрал нашу лучшую лодку и ушёл в море семь лет назад, — проскрипела девушка зубами. — Сказал, что сможет добыть нам кучу всего в империи Эрдения. Но с тех пор ни разу не вернулся. Пусть и не возвращается, долбаный Цеозес! — топнула ногой Адигера, после чего посмотрела на меня. — Так ты идёшь?

— Да-да, — тут же опомнился я, схватил со стола бумаги и выбежал за дверь. Сейчас действительно было совсем не время и не место слушать печальные семейные истории.

В этот раз в доме главы рода оказалось ещё больше нелюдей, чем при первой нашей «аудиенции». Либо число старейшин резко увеличилось, либо же позвали нелюдей из соседних поселений. И я прекрасно видел по нескольким знакомым лицам, что правильным был именно второй вариант.

Самый старый нелюдь всё ещё сидел по правую руку от Игнетты. А на месте Граха… сидел новый Грах. Без понятия как на самом деле звали этого рослого нелюдя, но выглядел он не менее внушительно.

Игнетта первой нарушила тишину. Она вновь натянула маску отчуждённости и стала походить на ледяную королеву.

— Гэр де би штен. Акэн до регар! Хочу вам напомнить, что человек доказал правдивость своих слов. Духи встали на его сторону. Теперь же мы должны сдержать слово. Что ты принёс нам, молодой герцог?

Я положил перед собой бумаги.

— Здесь записаны условия нашего соглашения. Я сделал несколько экземпляров. Если вы хотите что-нибудь добавить или пересмотреть какие-то пункты, то скажите об этом сразу.

Старейшины одновременно посмотрели на листы. Потом на Игнетту и друг на друга. Потом снова на меня. Наконец старик, сидящий рядом с главой, негромко кашлянул.

— Мы не понимать.

— Что именно? — слегка растерялся я. — Там подробно указано…

— Они не умеют читать, — тут же перебила меня Игнетта.

Вот как… Можно же было догадаться. Даже стыдно немного, что не подумал об этом. Кажется, я начинаю понимать, что имела в виду Адигера, намекая на возможные проблемы.

Глава рода протянула руку.

— Давай сюда.

Она взяла договор. Несколько секунд внимательно изучала первую страницу. После чего начала читать вслух, переводя почти каждую строчку на язык нелюдей. Видимо, здесь далеко не все знали эрденский даже на посредственном уровне. Сложности перевода, блин.

Хорошо, что сам договор не был слишком большим. Я оставил в нём кучу пространства для манёвра. Чтобы в любой удобной ситуации его можно было дополнить.

Договор о торговом соглашении между герцогством Мельдия и родом Игнетты

Настоящим договором подтверждается добровольное соглашение между герцогством Мельдия Империи Эрдения и родом Игнетты, проживающем на континенте нелюдей.

О взаимном признании

Обе стороны признают настоящее соглашение добровольным.

Ни одна из сторон не имеет права препятствовать исполнению условий настоящего договора без уважительной причины.

Все споры, связанные с исполнением договора, решаются путём переговоров между представителями сторон.

Об обязанностях рода Игнетты

Род Игнетты обязуется предоставлять для обмена товары, находящиеся на его землях, в том числе:

жемчуг;

редкие породы древесины;

лекарственные травы;

природные красители;

руды и металлы;

смолы, масла и иные природные материалы;

прочие товары, перечень которых может быть дополнен по взаимному согласию.

Род Игнетты обязуется не скрывать объём подготовленного товара.

Каждая поставка сопровождается подсчётом и записью количества товара.

Об обязанностях герцогства Мельдия

Герцогство Мельдия обязуется доставлять на земли рода Игнетты товары, необходимые его жителям.

К таким товарам относятся:

одежда;

обувь;

ткани;

железные изделия;

инструменты;

стеклянные изделия;

письменные принадлежности;

книги;

кухонная утварь;

соль;

специи;

иные товары по согласованию сторон.

Герцогство обязуется доставлять товары надлежащего качества.

Об обмене

Стоимость каждой поставки определяется заранее до отправления корабля.

Ни одна из сторон не имеет права изменять условия обмена после начала перевозки.

Если какая-либо из сторон не может выполнить поставку полностью, она обязана заранее уведомить другую сторону.

Все товары проверяются обеими сторонами во время передачи.

Об ответственном лице

Род Игнетты назначает хранителей торговли, отвечающих за:

учёт товаров;

подсчёт количества;

хранение записей;

подготовку поставок.

Герцогство Мельдия назначает своих торговых представителей с аналогичными обязанностями.

Все записи должны храниться обеими сторонами.

О нарушении договора

Умышленное сокрытие товара, кража либо обман считаются нарушением настоящего соглашения.

При выявлении нарушения стороны обязуются сначала провести переговоры.

При повторном нарушении пострадавшая сторона вправе временно прекратить торговлю до разрешения спора.

Заключительные положения

Настоящий договор вступает в силу после его подтверждения обеими сторонами.

Любые изменения в настоящий договор вносятся только по взаимному согласию.

Настоящий договор составлен в трёх экземплярах, имеющих одинаковую силу.

Ниже шли лишь подписи, а также десяток листов приложений в которых содержались уточнения о методике проверки товара, упаковки, погрузки, крепления, логистике, а также штрафах и санкциях. Ну а ещё я указал примерную цену товаров, чтобы было от чего отталкиваться, пусть и с неплохой выгодой для нашего герцогства. В общем постарался учесть всё, что можно. Но Игнетта не стала читать приложения, а просто пробежалась по ним глазами. Хотя это даже хорошо, а то это всё растянулось бы ещё на целый час, если не больше.

После того как глава рода замолчала, в комнате воцарилась тишина. Первым заговорил тот самый старик, сидящий рядом с Игнеттой.

— Хорошо, — коротко кивнул он.

Сидящий рядом с ним мужчина тут же повторил за ним.

— Хорошо.

Третий.

— Хорошо.

И так все по кругу начали кивать и соглашаться. Я всего ожидал, но не подобного. Это было настолько легко, что даже странно. Неужели они правда не будут пытаться искать подвох или обсуждать всё неделями? Обычно ни один договор не подписывают так уж легко.

— Тогда осталось выбрать ваших представителей, которые будут вести учёт и следить за сроками поставки, — попытался я перехватить инициативу, пока никто не передумал.

— Выбрать кого? — вновь заговорил пожилой нелюдь.

Твою мать… Они ведь просто согласились не слушая! Решили, что люди сами всё сделают, а они лишь получат товары? Может нас самих хотят ещё и заставить добывать их, рыская по всему острову? Зачем Игнетта вообще перед ними распиналась?

— Нужно выбрать нелюдей, которые будут проверять качество товара, количество, следить за сроками, за целостностью товара, за его хранением, — попытался пояснить я. — Вы ведь должны подготовить партию, для того чтобы доставить её для обмена.

— Человек говорить очень сложно! — тут же покачал головой старик. — Вы приезжать, брать товар — оставлять свой! Честно!

Да чтоб вас. Адигера, а почему сразу нельзя было сказать, что всё настолько плохо? Зачем издеваться⁈ «Сам скоро поймёшь». В том то и дело, что понять пойму, а как теперь объяснить?

Они ведь явно не согласятся, если я предложу поставить людей, чтобы они следили за товаром. Вновь скажут, что обманываю. Или ещё что-нибудь придумают. А образованных нелюдей здесь почти нет. Почти все, кто отправляется на остров Нилиот, там и остаётся. Зачем вообще возвращаться в это захолустье?

Я даже не уверен, что эти староверы хоть что-то хотят менять. Просто номинально соглашаются, потому что пообещали перед духами. А на деле хотят всю работу спихнуть на нас. Может они вообще всё прекрасно понимают, но просто издеваются? Даже не удивлюсь подобному!

— Отр дес каг налидиор. Эштар кег назир, — спокойно сказала Игнетта.

Пожилой нелюдь кивнул, после чего вновь посмотрел на меня.

— Объяснить, что ты хотеть, человек.

— Выберите кого-нибудь, кто будет следить за товарами, — пытался разложить я на пальцах. — Что на них нет плесени, например. Что их нужное количество. У вас ведь есть нелюди, которые умеют считать и писать? Нужно завести книгу учёта. Ну записывать все товары, когда их доставили и сколько их было.

— Есть такой нелюдь, — тут же кивнул старик. — Но мы и так всё помнить. Зачем писать? Сколько вам нужно товар — столько идти и брать.

Ну вот, начинается. Выходит: идите туда не знаю куда, и сами ищите то, что вам нужно. Мне кажется, или вскоре они просто скажут: «Привозите товар и уплывайте отсюда обратно. Так и быть, мы его заберём»

Я посмотрел на Игнетту, но она не выглядела недовольной. Наоборот, эта женщина улыбалась. Пусть и кончиками губ, незаметно, но определенно улыбалась. Да она буквально наслаждалась ситуацией.

Я значит тут пытаюсь понять, как преодолеть языковой, а также социальный барьер, а она смотрит представление? Так погодите-ка… Эта дамочка больше всех хотела торговать, а теперь даже не вмешивается? И Адигера просто отмахнулась, решив мне ничего не рассказывать. А ведь она была готова на всё, чтобы помочь народу. Быть не может, чтобы они вдруг передумали.

Выходит, всё это лишь большая формальность? Логично, раз уж глава дала слово, значит договор определённо будет заключён. Неужели это просто часть обычаев? Они хотят показать, что старейшины тоже не пальцем деланные и могут участвовать в заключении договора?

— Когда мы приплывём — товары должны быть уже готовы к погрузке на корабль, — хмыкнул я, уставившись прямо на Игнетту. — А если какой-то товар будет отсутствовать или его окажется меньше, чем нужно, то и вы получите меньше.

— Тогда мы давать вам больше и получать больше! — вдруг вмешался в разговор новый Грах.

— Мы не сможем за раз дать больше, чем написано. Нужно учитывать, что большую часть товаров не так быстро производить.

— А как быть, если мы не успеть собрать товар? — спросил какой-то пучеглазый нелюдь.

Понятно. Вот почему Адигера сказала, что я зря не поспал. Никто не собирается изучать договор или слушать эту нудятину. Меня просто будут до конца дня забрасывать вопросами. Бумаги нужны лишь для Игнетты, а вот старейшины решили пытать меня таким образом. И, судя по довольной улыбке главы рода, она просто наслаждается моментом. Выходит, теперь мне нужно на пальцах объяснить всё сидящим вокруг меня нелюдям. Которые, вполне возможно, специально стараются напоследок вывести из себя человека.

Замечательно. Решили поиздеваться и заодно показать кто в доме хозяин. Не удивлюсь, если в какой-то момент они попробуют ещё и выторговать для себя условия получше. Ну ладно, посмотрим у кого выдержки больше. Я сейчас с вами так договорюсь, что вы мне ещё должны останетесь. Зря вы всё это затеяли!

Я вернулся обратно в дом Адигеры лишь под утро. Глаза жутко слипались, ведь не так уж и легко не спать две ночи кряду. Пусть пока организм и без особых проблем это переносит, но не хочется привыкать к подобному. Мне и в прошлой жизни хватило попыток продлить день за счёт сна.

— Ну как? — тут же подлетела ко мне дочь главы рода, чуть не сбив с ног. Иградиус даже с кровати подняться не успел, как эта девушка уже крутилась вокруг меня.

— Скажи честно, надо мной специально издевались или действительно ваши старейшины настолько не придают значения важным вещам? — спросил я, направляясь к кровати. Сейчас хотелось просто лечь и уснуть. К необычной жёсткой постели я уже успел привыкнуть, в какой-то мере даже начал получать удовольствие.

— Скорее всего и то, и другое, — пожала плечами Адигера. — Нелюди не могут позволить человеку стоять у штурвала, пусть даже не каждый из них знает, что вообще такое штурвал, — рассмеялась девушка. Из её слов казалось, будто она вообще не причисляет себя к нелюдям. Хотя ей куда комфортнее было в нашей империи, может и правда чувствует себя здесь чужой.

— Мы договорились. Хотя ещё бы я потратил целые сутки на дурацкие споры, при этом не получив результата, — улыбнулся я, опустившись на кровать. — Договор подписан, но придётся добавить ещё десяток приложений, — обратился я к Иградиусу. — А самое главное — оставить здесь несколько человек хотя бы на год. Предложи им хорошую оплату, а также заверь, что нелюди их не тронут. Без нашей помощи, даже несмотря на договор, всё разрушится очень быстро. Поэтому нужны грамотные и ответственные люди, которые смогут буквально на пальцах объяснить, что к чему.

— Вы уверены, что никто действительно не будет нападать? — с большим скепсисом поинтересовался маг.

— Я хочу верить, что Игнетта не допустит подобного. Для неё этот союз гораздо важнее, чем для нас. Даже если будут несогласные, она наверняка сможет их убедить. Глава рода всё-таки. Да и эти старейшины, пусть и не слишком жалуют людей, но сильно боятся гнева предков.

— Тогда я тоже останусь, — твёрдо сказал Иградиус. — С нами поехало несколько умных магов, но они никогда не занимались торговлей. И, если честно, я не уверен, что с нашей стороны не будет каких-либо провокаций. Не только ведь нелюди могут быть агрессорами.

— Соглашусь, — кивнул я. — Тогда полагаюсь на тебя. До конца года сюда должны приплыть рабочие. Хотя вряд ли получится быстро отстроить здесь даже небольшой город. Начнём с нормального причала, а дальше видно будет.

— Го-ород, — мечтательно протянула Адигера, облокотившись на стул. — Я долгое время мечтала о том, что здесь и правда что-то поменяется. А моя мама ещё дольше, в разы. И вот действительно что-то начинается!

— А ты не радуйся раньше времени, — хмыкнул я. — Ты едешь со мной. Твоя мать отпустила тебя.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Забыла уже о чём мы договаривались? Теперь ты торговый представитель рода Игнетты. Не так уж много у вас оказалось грамотных нелюдей. Да и ты ведь хотела повидаться с Маритой, вот я и предложил твою кандидатуру. Всё-таки для начала придётся сообщить новости маркизу Деограну, а его дочь должна быть как раз там.

— С Маритой! — радостно воскликнула Адигера, после чего её лицо стало мрачным. — А что мне делать-то нужно будет?

Видимо, сначала её мозг обработал самую приятную информацию. И лишь потом приступил к остальной.

— Проверять товар, вести записи, сверять сметы, контролировать поставки. В общем, следить за тем, чтобы мы со своей стороны не допускали никаких нарушений. А также по прибытии товара с вашего континента проверять и его.

— Всё это сразу? В одиночку⁈ — рухнула на стул девушка. — Эдиус, я готовилась стать воином, а не счетоводом!

— Возьми с собой несколько нелюдей, можешь выбрать их лично. Как только получится достаточно обучить их, так и передашь большую часть обязанностей. Так что постарайся взять тех, кто хорошо знает эрденский и умеет считать.

— Нужны те, кто закончил академию Сулюдэм и вернулся домой… Сколько у меня времени?

— Я бы хотел через неделю уже отправиться обратно. А пока Игнетта подготовит пробную партию товара, а также заберёт то, что мы привезли сюда.

— Неделю говоришь, — подскочила она зачем-то к окну, высунув в него голову. — Нет, вряд ли у нас будет неделя. Нужно закончить быстрее. Времени мало! — покачала она головой и тут же направилась к выходу. — Так, ладно. Я побежала! Отдыхай! — прокричала Адигера, вылетев на улицу и громко хлопнув дверью.

Какая же шумная. Совершенно не может на одном месте усидеть. Ещё и спешит неизвестно куда. И мне с ней больше двух недель плыть на одном корабле? Мне кажется, или в какой-то момент минусы от нашей сделки начнут перевешивать плюсы. Во всяком случае, покой мне будет только сниться.

Я даже не могу нормально порадоваться тому, что смог заключить столь выгодный для герцогства договор. Будто до сих пор не верю, что действительно добился соглашения. Когда же уже получится окончательно выдохнуть? Видимо, пока я наконец-то не покину этот континент, внутренне всё ещё буду опасаться, что опять всё пойдёт не так. Я уже успел понять, что за удачей следует ряд неудач. А за столь большой удачей — я даже и предположить не могу, что может последовать. Надеюсь, в этот раз система даст сбой. Должен же быть и на моей улице праздник.

— Вы хорошо поработали, молодой господин, — улыбнулся Иградиус, подойдя ближе к моей кровати. — Пусть я и не одобряю ваших методов. Особенно то, что вы согласились на бой насмерть. Но выгода, которую получит герцогство от этого соглашения, огромна.

— Спасибо, — сквозь сон пробормотал я. — Надеюсь, что за время моего отсутствия в империи ничего не случилось.

Императрица Резеола сидела за своим столом над кипой бумаг, но совершенно не могла думать ни о чём. Не так давно она получила доклад разведчиков, которые сообщили, что недалеко от границ империи действительно замечено скопление солдат королевства Тармерия.

Предположение, которое высказала её дочь, показалось императрице абсурдом. Но потом она получила схожую информацию от семей Мельдия и Риггар. А подобное уже нельзя было игнорировать. И вот теперь перед ней лежали бумаги, в которых была указана приблизительная численность армии, которая продолжала скапливаться на границе.

Резеола не могла понять, почему шпионы не сообщили ей о чём-то подобном ранее. В королевстве было достаточно людей, которые были ей преданы. Но никто из них не предоставил подобных сведений в своих докладах. А это значило, что либо эти люди поголовно были слепцами, что маловероятно, либо же их всех вычислили. А дальше купили или же прикончили, после чего предоставляли информацию от их имени.

Сейчас стало абсолютно точно понятно, что империю предали. Причём предали люди, сидящие на самом верху. Которые могли узнать имена шпионов. Но понять, кто же именно участвовал в заговоре, женщина не могла. Да она вообще не могла сейчас об этом думать, ведь все мысли занимала пропажа сына.

Герхат неожиданно исчез посреди ночи. Это не было похоже на похищение, ведь ни следов борьбы, ни крови не было обнаружено. И даже никаких требований о выкупе или же иных условий для договорённости не поступило. А это могло означать, что её старший сын просто сбежал. Но верить в подобное императрица не хотела. Она вложила в этого человека все свои силы, любовь и свободное время. А что ещё хуже, ведь именно он мог быть тем, кто раскрыл секретные сведения королевству Тармерия. Подобного предательства Резеола точно не смогла бы пережить, поэтому старалась даже не думать об этом. Но плохие мысли всё равно продолжали лезть прямо в голову.

Она уже направила людей на поиски. Не так уж и сложно было найти мужчину с огненно-рыжими волосами, но её сын ведь не был дураком. Что мешало покрасить их или же сбрить? Поэтому надеяться на скорую поимку не приходилось.

Империя стояла на грани войны, а императрица думала лишь о том, как вернуть домой наследника. А ещё о том, кому можно доверять. Ведь если люди узнают о том, что сбежал будущий император, то непонятно к чему это может привести. Сейчас Резеолу считали чуть ли не героиней. Кто-то даже поклонялся, особенно после происшествия с отравлением. Но достаточно лишь одного небольшого огонька, чтобы вспыхнуло пламя. И императрица понимала это лучше всех.

— Позовите генерала Пельтира, срочно, — приказала она главному дворецкому. Мужчина тут же ушёл, а Резеола подошла к окну. Рогатая сова сидела на дереве, крутя головой в разные стороны. Она следила за безопасностью дворца, но сейчас в опасности была вся империя.

— Позвольте войти? — спросил генерал, после того как несколько раз постучал в дверь.

— Входи, — кивнула императрица, вернувшись к столу. — Доклады читал?

— Да, — тут же кивнул он в ответ. — Столько обученных людей, оружие, доспехи, лошади, провизия. Подобного не подготовить и за целый год.

— Уверен, что будет вторжение? — с толикой надежды спросила Резеола.

— Иных причин собирать столь масштабную армию я не вижу. Слухи об истреблении бандитов — просто чушь. Предлагаю выдвинуть королевству Тармерия требование — отвести войска от границ.

— И ты считаешь, что они просто возьмут и послушают нас? — нервно улыбнулась императрица.

— Нет, но немного времени мы получим. Я уже начал собирать людей, но если они нападут прямо сейчас — то все ближайшие к границам территории будут просто стёрты. Мы не готовы воевать.

— Если только в ответ на наше требование, они просто не решат напасть. Ты генерал. Кто виноват в том, что армия не способна сейчас взять в руки меч и разгромить этого наглого короля⁈ — сжала зубы Резеола. Она уже не могла держать себя в руках, хотя раньше у неё всегда это получалось отлично. Но сначала пропажа дочери, потом сына, а теперь и возможная война. Всё будто разваливалось.

— Я приму любое наказание, — склонил голову генерал.

— Сделай всё, чтобы отсрочить войну. Каждый день на счету. И срочно созывай собрание глав великих семей. Ни на минуту не откладывай. Пусть будут здесь уже вчера!

— Понял вас, — поклонился Пельтир. — Могу идти?

— Иди, — коротко бросила она. Мужчина скрылся за дверью, а императрица вновь села за стол, уткнувшись в бумаги.

Нужно было найти выход, хоть какой-то. И впервые за долгое время ей в голову пришла мысль, что её муж обязательно бы этот выход нашёл. Он бы точно не допустил предательства прямо под носом, ведь опасался его больше всего. Пусть император и сходил с ума, но боялись его не зря.

Но Резеола тут же выбросила эти мысли из головы. Дело было сделано, и её муж уже лежал без памяти. Теперь всё было в её руках. Руках, которые продолжали дрожать.

Ятлис стоял недалеко от «алтаря», ожидая, когда же прибудут командиры его подразделений, как он сам решил их назвать. Раз уж он считал себя правителем, пусть пока и без земель, то обязан был иметь войско. И пусть это войско было небольшим, но его приближённые были элитой среди тёмных магов. Даже если сами подразделения были лишь номинальными и состояли из нескольких человек.

Сегодня в этом огромном помещении не было запланировано ничего, кроме собрания. Пять человек, которые выполняли его поручения на разных концах империи, должны были встретиться впервые за шесть лет.

Бильсет, его заместитель, стоял рядом, также с нетерпением ожидая встречи. Прошло больше половины лета, а ведь нападение на академию Тессон планировалось к началу семестра. Но в итоге командиры задерживались под различными предлогами и только сейчас прибыли в Мельтарис, и были готовы к собранию.

Ищейки герцога исследовали уже половину катакомб и оставаться внутри было крайне опасно. Поэтому каждый новый месяц заставлял тёмных магов чувствовать себя всё более неуютно. Скрываться прямо под носом у врага, пусть это и было достаточно дерзко, но сильно связывало руки. Пора уже было показать всем величие их культа.

Первым вошёл в помещение Бланк. Это был мужчина лет тридцати пяти. Левая рука у него отсутствовала, а на лице красовался безобразный шрам, выделяющийся даже больше, чем рана на лице лидера культа.

— Что же с тобой произошло? — рассмеялся Ятлис. — Решил, что больше не хочешь быть красавчиком и попортил себе личико?

— Очень смешно, — фыркнул командир подразделения. — Сраная церковь Семерых. Как оказалось, часть священников имеет по три крыла, а кто-то является и бывшим рыцарем. Кто же мог предположить подобное? Я-то думал, что это просто придурки в рясе. А на деле — сильные придурки в рясе, — вдруг рассмеялся мужчина.

— Сам полез в самый защищённый храм, — вздохнул Бильсет. — Твоё подразделение ведь отвечает за скрытые убийства. А умудрился попасться каким-то фанатикам. И на что ты теперь способен с одной рукой?

— Ну тебя прикончить смогу, — сплюнул на пол Бланк. — Хочешь проверить? Давно хотел стать заместителем.

— Хватит, идиоты, — покачал головой Ятлис. — Эй, Дельса, чего ждёшь? — крикнул лидер культа куда-то в проход.

— Жду, когда закончите ругаться, — выглянула из-за угла девушка лет двадцати пяти. — Вы ведь всегда начинаете что-то крушить. Не хочу в это вмешиваться.

— Мы тебе пьяницы в кабаке что ли? — скривился Бланк.

— Вы хуже, — вздохнула она, подойдя к лидеру культа. Дама сильно хромала, что невозможно было не заметить.

— А с тобой что? — цокнул языком Ятлис. — Тоже не знала, что рыцари из герцогства Мерелит умеют хорошо сражаться?

— Не знала, что они будут пытаться меня убить, вместо того чтобы просто выпить и отправиться в постель. Тупоголовые ублюдки. Нет бы снять штаны и позволить себя прикончить.

— Так ведь они, наоборот, умные, раз не обратили внимания на твою тощую задницу, — раздался голос из прохода. Следом за этим появился и человек, который бросил фразу, заставившую Дельсу разозлиться.

— Рот закрой, Веслор. Воняет!

— Так это всё потому, что ты никогда не была в ванне. Попробуй. Вдруг понравится. Это полезно для человека, который отвечает за соблазнение цели, — со змеиной улыбкой ответил ей Веслор.

— Сучёныш. Такой же ядовитый, как всегда, — улыбнулся Ятлис, похлопав мужчину по плечу. Ему было за сорок, но выглядел командир подразделения отравителей очень молодо. Дельса даже пару раз наступала на свою гордость и пыталась у него узнать, каким образом он так хорошо сохранился. Но Веслор оставил этот секрет при себе.

— Хоть кто-то не ранен, — вздохнул Бильсет, осмотрев мужчину с ног до головы.

— Я стараюсь не вступать в бой, если можно обойтись без него, — так и не убирая с лица улыбку, сказал Веслор.

— Поэтому от тебя и толку мало, — хмыкнула Дельса, ткнув его под рёбра локтём.

— Потом будете флиртовать, — остановил их Ятлис, кивнув на проход, из которого появились сразу трое. — Я уж было подумал, что вы договорились выходить по одному.

— Нас раскусили, но и внутри нас скорлупа, — пробормотал Бланк, после чего тихо рассмеялся этой дурацкой шутке, которую понял только он сам.

— Утро доброе, лидер, — махнул рукой лысый парень с татуировкой сколопендры, которая будто обвивала его шею и останавливалась в середине головы. Он был самым молодым в пятёрке командиров, но зато очень сильно выделялся внешне. Чёрные зубы, глаза, разрезанный язык, а также куча пирсинга на лице делали его по-настоящему жутким.

— Ты стал ещё уродливее, Седрис. Дай угадаю, за шесть лет ты даже не попытался что-то сделать? — недовольно взглянул на него Ятлис.

— Не было возможности, — пожал плечами парень, опустив руку на гарду длинного меча. — В герцогстве Риггар внезапно началась эпидемия. Я долгое время болел. До сих пор в себя не пришёл, — вдруг закашлялся он, но явно для виду.

— Врёшь ведь. Но хер с тобой. Это кто такой? — кивнул лидер на напуганного парня, который стоял между Седрисом и Цеозесом.

— Это подарок, — с хищным оскалом ответил Цеозес, поправив длинную тёмную гриву, собранную в хвост. Этот мужчина был единственным нелюдем среди всех культистов. Но в кулачном бою ему не было равных, поэтому и речи не шло о том, чтобы не брать его в ряды тёмных магов. Он мог иной раз даже голыми руками разорвать своего противника.

— Мальчишка в качестве подарка? — немного растерялся Ятлис, но тут же взял себя в руки и подошёл поближе к «подарку». — Кто такой?

— Шемлид, — пробормотал парень.

— И какой от него толк? Еле на ногах стоит. Хреновые у вас подарки, — покачал головой лидер культа.

— Ну-ка говори, полудурок, — ударил прямо в грудь парню Цеозес.

Шемлид упал на колени, выплюнув на пол немного слюны, вперемешку с кровью. Но нелюдь тут же схватил его за волосы и поднял голову к Ятлису.

— Я учился в академии Тессон, — начал говорить парень, кое-как двигая губами. — Умею рисовать магические круги. Могу быть полезен.

— Вот как, — улыбнулся Ятлис. — Это меняет дело! Сможешь сделать магическую татуировку?

Цеозес, не дожидаясь ответа, отвесил парню оплеуху и кивнул вместо него.

— Сделает. Если надо — заставим. Он очень хорошо понимает, что если не справится — то будет больно.

Шемлид ещё больше побледнел, часто-часто закивав.

— Раз учился в академии, значит знает все входы и выходы. А также мог видеть охрану, — вмешался Бильсет. — Думаю стоит расспросить этого парня побольше, а лишь потом приступать к татуировкам. Пусть нападение и придётся отложить на пару месяцев, зато будем полностью готовы.

— Допрашивай, — кивнул Ятлис. — Только не затягивай. Не хочу ждать зимы. Где ты его взял? — спросил лидер культа, пока его заместитель уводил парня за собой.

— Он жил в одиночку в каком-то доме на отшибе, — тут же начал рассказывать. — Я как раз возвращался по вашему зову и заметил его. Обычный парень, но деньгами разбрасывался направо и налево. Хотя выглядит как простой бедняк. Думал ограбить его, но потом увидел кучу магических кругов в доме и понял, что и этот парнишка пригодится.

— Правильно сделал. Молодец, — похлопал лидер культа нелюдя по плечу. — Подойди к Бельте, она даст тебе денег за работу.

— Благодарю, — слегка поклонился Цеозес. — Как раз деньги мне сейчас очень нужны.

После возвращения домой на Эстер совершенно не обращали внимания. Её отец и братья постоянно отсутствовали, а когда возвращались лишь что-то обсуждали наедине. Не то чтобы раньше она была в центре внимания, но впервые она вообще будто исчезла.

Девушка узнала от своей личной служанки, Отилии, что её отец готовится к ответному удару по островитянам. Они из раза в раз нападали на их земли, пока Эстер отсутствовала. А о том, что она пропадала, никто будто даже не знал. Сейчас всем было важнее будущее сражение, а не отсутствие дочери в доме.

Эстер было слегка обидно, но она понимала, что островитяне действительно важнее. Пусть девушке и нужно было обсудить с отцом возможную свадьбу с Эдиусом, но нельзя было отвлекать его в подобный момент. Поэтому она решила подождать.

Лишь Отилия знала, что пережила её госпожа. Ведь со своей служанкой Эстер могла поделиться чем угодно. Она долгое время охала и ахала, когда слушала эти рассказы, а также радовалась тому, что её госпожа нашла человека на которого может положиться.

Недели тянулись за неделями, но найти момента, чтобы обсудить с отцом сложившуюся ситуацию — не получалось. Ей было интересно узнать, как на самом деле обстоят дела с островитянами. И если вдруг действительно будет война, то встать в ряды рыцарей. Но никто даже не собирался приглашать её на собрания или же рассказывать о происходящем. Она будто перестала быть рыцарем, что сильно расстраивало Эстер.

И лишь к началу последнего месяца лета герцог позвал девушку к себе. Эстер была уверена, что теперь сможет обсудить всё, что накопилось за столько времени. Рассказать о ситуации, в которую она попала во время исследований подземелий, поведать об Эдиусе и предложить помощь в битве. Но как только дверь в кабинет отца отворилась, она увидела внутри ещё несколько человек. Здесь были её братья, а также граф Индар Свелодиум со своим сыном.

Заст Свелодиум, которого девушка прекрасно знала, смотрел на неё каким-то растерянным и даже немного напуганным взглядом. Этот выпускник, который во время недавнего нападения тёмных магов лишился руки, всегда был уверенным в себе и ничуть не уступал Эстер в фехтовании. И даже после столь серьёзной раны, этот парень мог улыбаться. Но сейчас он будто стоял на краю пропасти.

— Входи, дочь, — обратился к ней герцог.

Эстер сделала пару шагов вперёд, совершенно не понимая, что происходит и чего ожидать. Но внутри всё сжалось. Она находилась дома, но сейчас ей было гораздо более некомфортно, чем даже в лабиринте.

Герцог Сепелий подошёл к девушке, обойдя её со спины, после чего положил руки на плечи Эстер и наклонился чуть ближе.

— Вы ведь наверняка знакомы, но я всё равно обязан представить его. Заст Свелодиум, сын графа, а также твой будущий муж, — проговорил герцог, после чего Эстер затряслась, не в силах даже слово сказать. Земля будто ушла из-под ног. — Пора бы уже принести хоть какую-то пользу этому дому. Надеюсь, хоть с этим ты справишься, — прошептал прямо на ухо герцог, всё сильнее сжимая её дрожащие плечи.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.