Обидеть ведьму может каждый, а вот объявить на нее охоту способны только самые могущественные люди Элеона.
После покушения на короля моя жизнь окончательно пошла наперекосяк. Вместо подготовки к Все-Магическим состязаниям я вынуждена искать убийцу, разбираться в дворцовых интригах и спасать собственную жизнь.
Если бы только это! Рядом со мной сразу двое магов из Темного мира. Один утверждает, что я принадлежу ему по воле Богов, а второй не собирается уступать меня ни ему, ни самим Богам.
…У него было обрюзгшее лицо, внушительный нос, нависающий на рот и поросячьи глазки, которыми он уставился на меня с подозрением, стоило нам столкнуться в одном из коридоров центрального управления.
Дело в том, что в жандармерию я отправилась одна. Не взяла никого, даже мухарашу.
Причин на то у меня имелось несколько и самая главная из них – то, что Северина и других Темных не выпускали за ворота академии. Ректор туманно сообщил, что в городе неспокойно и их появление на улицах может усилить хаос, царивший в столице после покушения на короля.
Поэтому сверху пришел строжайший запрет – участники из Темного мира должны сидеть в академии. Но все якобы исключительно в целях безопасности команд Шаддара и Ноктарии.
Зато нас выпускали без вопросов, поэтому Лианна и Роуз еще утром отправились успокаивать родителей, так как Альтарис бурлил. Гретта же осталась за главную – мало ли, вдруг кто хватится нашей разбежавшейся во все стороны четверки?
Пообещав вернуться как можно скорее, я надела серое дорожное платье, завязала скромную косу, после чего, немного поплутав по столице, но так и не заметив ни беспорядков, ни бурления, явилась в жандармерию.
И всю дорогу до управления я сжимала в руке записывающий кристалл.
Хорошо, не в самой руке, потому что артефакт лежал у меня в кармашке платья, но я постоянно к нему прикасалась. Прекрасно понимала, что внутри содержатся важные улики, о которых непременно должны узнать те, кто расследует покушение на короля.
Я не знала, кого назначили на это дело главным, – возможно, этот человек будет руководить из дворца, – но начать его поиски я решила с жандармерии.
- Господин Локхарт – он ведущий следователь, – сообщили мне на входе. – Да, мисс, сейчас он как раз на месте. Поднимайтесь на второй этаж, затем направо по коридору, а там уже…
Сказав, что я обязательно найду господина Локхарта, – еще бы я его не нашла! – уже скоро я была в нужном коридоре, а дальше так вышло, что господин Локхарт нашел меня сам.
Неожиданно распахнулась дверь с латунной табличкой «Господин Эрнест Локхарт», едва не заехав мне по носу, а из нее показался… тот самый обрюзглый маг.
И тут же уставился на меня сверху вниз, потому что эта жаба, которая на проекции кристалла смотрела на раненого короля с удовлетворением на лице, оказалась довольно высокого роста.
- Мисс… – начал он. Его глаза сузились, и я внезапно поняла, что он сейчас меня узнает. – Кстати, я вас припоминаю. Вы ведь капитан столичной четверки, не так ли?! Как же ваше имя?.. Мисс Дельгейн? Или же Девейн?
- Александра Дельвейн, – мрачным голосом сообщила ему. – Так меня зовут.
Сжала пальцами кристалл, понимая, что следствию в лице господина Локхарта я ни за что его не отдам, пусть даже не мечтают! Уверена, попади столь ценная вещь в лапы этой продажной жабы, от улик на ней моментально не останется и следа.
Возможно, он уничтожит кристалл. Или же тот затеряется среди бумаг, да так, что уже с концами. Мало ли, что может произойти по злому умыслу!
- Вы ведь пришли ко мне, мисс Дельвейн? – вкрадчиво поинтересовался господин Локхарт. – Неужели вчера вы увидели нечто такое, что поможет следствию найти стрелка?
В его голосе мне почудилась угроза, которая была вполне реальной.
Я прекрасно понимала, что покушение на короля было спланировано такими людьми, что серьезнее и не придумаешь, и господин Локхарт явно был в их числе. Объяви я себя свидетельницей – и к моим проблемам, которых у меня и так вагон и маленькая тележка, добавятся новые.
Такие, что меня придавит ими уже навсегда.
Подобное в мои планы не входило, поэтому я округлила глаза.
- К вам? – переспросила я у жабы. – Нет, господин…
- Локхарт, – подсказал он. – То есть вы пришли не ко мне? Тогда что вы делаете здесь, мисс Дельвейн, в этом самом коридоре?
Ну что же, мы с ним вступили на зыбкую почву, по которой я привыкла ходить, потому что художественным вымыслом – то есть умением врать и не краснеть – я овладела в Гржине в совершенстве.
А если это ложь во спасение собственной жизни, то можно было и покраснеть для пущего эффекта.
Что я и сделала. Вздохнула, а затем, послушная моему приказу, кровь прилила к щекам, и я потупилась якобы от смущения.
- Видите ли, господин Локхарт, я здесь по нужде, – понизив голос, сообщила ему.
- По какой еще нужде? – нахмурился он.
- По маленькой, – снова вздохнула я, мысленно обрадовавшись, что на лице у жабы промелькнула растерянность. – Вышла погулять в город, и тут-то мне и… понадобилось. Ну да, понадобилось как можно скорее посетить место уединения.
- И вы не придумали ничего другого, как только искать это самое место в центральном управлении жандармерии?!
На это я кивнула с самым скорбным видом, подтвердив, что так и есть, ничего другого я не придумала. Вместо этого решила, что у них непременно найдется такое место.
Поэтому вошла в их управление и отправилась искать уборную. Не подскажет ли мне господин Локхарт, где именно она расположена?
А то на первом этаже меня куда-то отправили, вот я и хожу… И никак не найду, а нужда становится все невыносимее и невыносимее!
Маг сдался – махнув на меня рукой, пробормотал, что мне идти дальше по коридору, а потом вниз, на первый этаж, а там уже я все увижу.
Поблагодарив его, я чинно удалилась, а жаба-господин Локхарт остался смотреть мне вслед, и я лопатками и затылком чувствовала его давящий взгляд.
Но чтобы не вызвать подозрений, я все же посетила упомянутое место, после чего вырвалась из жандармерии наружу. Втянула в легкие теплый воздух – день разгулялся отличный – и зашагала в сторону академии.
А по дороге я думала о том, что моя вылазка в город ни к чему полезному не привела. Одно хорошо – мне хватило ума не отдавать кристалл с записью, и он все еще был у нас.
Как и неопровержимые улики на нем.
Но если дело о покушении на короля ведет Локхарт, то… Выходит, нам придется распутывать его самим, потому что эта жаба, уверена, будет стараться все только запутать!
По дороге к академии я окончательно обдумала множество мыслей, крутившихся в голове, и пришла к выводу, что мне все же стоит написать Томасу Моору. Да, моему детскому товарищу, которого я считала вовсе не товарищем, потому что с приютских времен у меня к нему скопилось много претензий.
Но потом мы встретились, и Томас оказался неожиданно неплох – не стал меня убивать по приказу старого герцога Саверлока, хотя у него, подозреваю, были неплохие шансы все провернуть.
Из-за этого – потому что он якобы не справился, – Томас вызвал гнев старого герцога, и его отправили в ссылку куда-то очень далеко – вот, у меня даже адрес есть!
Не так давно Томас прислал мне письмо, предупреждая о грозящей опасности и пообещав приносить цветы на мою могилку, если я срочно не уберусь из столицы.
Я не убралась и до сих пор была жива, поэтому отыскала филиал королевской почты, где разжилась бумагой и чернилами. Устроившись в уголке стойки, принялась сочинять письмо Томасу – но так, чтобы суть его понял только он.
«Ты ведь помнишь крысу по имени Лекси, – написала ему, – и то, как я долго на тебя злилась?
Но, так и быть, я прощу все детские обиды, если ты вернешься в столицу. Пока еще без цветов, но если ты не поспешишь, то они понадобятся».
Запечатала письмо, понадеявшись, что Томас поймет серьезность и срочность случившегося – раз уж я пообещала простить ему крысу, названную в честь меня, – и прибудет в Альтарис как можно скорее.
Отправила свое послание адресату в тьмутаракань, не поскупившись на срочную доставку, что влетело мне в круглую сумму. Но пришлось раскошелиться, после чего я побрела в сторону академии, размышляя, правильно ли я сделала, отказавшись от предлагаемых мне Оком пятидесяти пар чулок, множества шуб, а также от целой телеги золотых слитков, которые глазья могли перевести в кроны и положить на мой депозитный счет.
Вместо этого я выбрала брачные метки – то есть попросила у навязчивого Ока и его товарищей сделать так, чтобы я больше не была связана божественными узами ни с одним из двух мужчин.
Потому что я собиралась со своей жизнью разобраться сама. Заодно надеялась, что тем самым я уберегу этих двоих от смертоубийства.
Исполнили ли мое пожелание глазья, я пока еще не знала – Око прошлой ночью меня не навещало, дав спокойно проспать до утра. К тому же моя метка давно исчезла без следа, Дарий был далеко, а у Северина у меня не выдавалось оказии подсмотреть.
Зато на пустой свой кошелек я могла глядеть хоть весь день напролет, ничего этому не мешало!
Переполняемая не слишком радужными мыслями, я дошла до входа в академию, и там-то на меня напали другие, но не менее печальные. Потому что я застыла на том самом месте, где вчера стоял Ильдар Иллариан и смотрел на меня изумленным взглядом светлых глаз.
Ну да, стоило королю услышать мое имя.
Дернула головой, отгоняя воспоминания о стреле, пронзившей грудь короля, а затем посмотрела на темное пятно, еще заметное на мостовой, хотя ее и присыпали песком.
Это была кровь Илларианов – династии, правившей Элеоном не первую и даже не вторую сотню лет. Правили они хорошо; конечно же, не без ошибок, но делали все, чтобы наше королевство процветало, так что жаловаться на них я не видела смысла.
И все же нашлись те, кто пожелал нашему королю смерти, а заодно осмелился устроить покушение.
От этой мысли стало не по себе – мне показалось, что и на меня, невидимые, смотрели полные ненависти глаза, а где-то неподалеку натягивала тетиву беспощадная рука, чтобы выпустить стрелу уже в следующую секунду.
Никакая защита в этом месте мне не поможет, я прекрасно это понимала – раз уж даже нашего короля не уберегла.
Качнув головой, я поскорее шагнула под защиту арки, а затем вошла в академию, надеясь как можно быстрее добраться до друзей.
Но сперва мне пришлось преодолеть заслон из врагов.
И первой из них была… Маделин Хаес, деканесса факультета Земли, которая вовсе не от нечего делать расхаживала неподалеку от входа. Уверена, она поджидала меня и не хотела пропустить момент, когда я вернусь из города, понимая, что после этого до меня добраться ей будет намного сложнее.
А тут вот она я – бери голыми руками. Ну, образно выражаясь, потому что, пусть Маделин и застала меня врасплох, беззащитной я не была.
- Добрый день, деканесса Хаес, – начала я первой. – Как ваше здоровье? Надеюсь, вас больше не тошнит день и ночь напролет?
После того, как ее высшие симбионты, с помощью которых она получила контроль над разумом Дария, погибли в нестабильных магических полях Лабиринта, деканессу настиг сильнейший «откат». Маделин безостановочно тошнило несколько дней подряд, но затем она, к сожалению, все-таки пришла в себя.
Как по мне, еще легко отделалась!
- Конечно, мы можем проверить на крепость моих симбионтов, которые сейчас контролируют кусты, где засели твои полусгнившие друзья с кладбища, – не осталась та в долгу.
- Нисколько не сомневаюсь в исходе этого, несомненно, увлекательного поединка, – улыбнулась я. – Особенно когда я напущу на них всех обитателей зверинца, которые с удовольствием закусят разумными грибами. Подозреваю, к этому времени они как раз успели проголодаться.
Яйцекусов поблизости не было, но Маделин об этом не знала, а я говорить ей не собиралась. Вместо этого посмотрела, как на ее красивое лицо – надо признать, она была хороша! – набежала тень.
- Мы можем просто поговорить? – наконец спросила деканесса вполне нормальным голосом. – Пожалуй, нам есть что с тобой обсудить.
- Что именно? – поинтересовалась я, краем глаза отметив, что из кустов, которые вряд ли контролировали симбионты – деканесса мне врала, как и я ей насчет яйцекусов, – мне помахали розовой лентой.
У упырей было что мне сказать. Но сперва надо отвязаться от Маделин Хаес.
- Думаю, ты уже в курсе, Дельвейн, – склонила она голову, – что Дарий возвращается в академию.
Произнесла она это ровным тоном, но я уловила ее волнение и даже тревогу.
Поэтому уставилась на деканессу с интересом. Да, я была в курсе, Северин назвал его имя, когда рассказывал о новом кураторе команды из Шаддара. Но Маделин-то откуда узнала?!
Допустим, у нее связи в академических кругах, и она заранее смогла выяснить, как зовут куратора, который прибудет на замену погибшему. Да, его имя созвучно имени Дария, но все равно…
- Не сломай свою бедную голову, размышляя, откуда мне это известно, – зло отозвалась Маделин. – В отличие от тебя, Дельвейн, я его искала в двух мирах, а не сидела сложа руки в академии. Поэтому я довольно быстро поняла…
- То, что мне было известно и так, – резюмировала я, после чего снова посмотрела на то, как Маделин изменилась в лице. – Да, Дарий возвращается, и я в курсе. Но что изменится именно для тебя? – Понизила голос: – Или на твоей грядке взошла очередная партия симбионтов, которыми ты снова попытаешься подчинить себе его волю? Но скажи мне, неужели тебя никто и никогда не любил без принуждения с твоей стороны?
Затем замолчала и приготовилась. Дернула себя за ленту, мысленно сказав Рурху, что сейчас, скорее всего, произойдет взрыв и мы увидим демонстрацию Высшей магии Земли во всей ее красе.
На мне – потому что Маделин не выдержит правды и примется меня убивать, так что пусть они будут готовы.
Но деканесса все же сдержалась – наверное, потому что я была права. Она так сильно хотела заполучить Дария, что не гнушалась ничем.
Но чем именно она собиралась не погнушаться сейчас? Зачем Маделин поджидала меня возле ворот?
- Дарий вернется, – согласилась она, – и я хочу быть вместе с ним. Возможно, ты права, и меня никогда не любили так сильно, как мне хотелось. Так, как любят ту, кто этого совершенно не заслуживает!
Конечно же, на этот раз иголки полетели в мою сторону, но я лишь пожала плечами, потому что мне было наплевать на то, что она обо мне думает.
Но деканесса решила, что теперь говорить будет она, поэтому продолжила меня оскорблять:
- Видишь ли, в отличие от тебя, у меня есть то, что недоступно тебе из-за твоего эмоционального уродства. Ты не умеешь любить, Дельвейн! Вместо этого ты снисходительно принимаешь чужие чувства как само собой разумеющееся. Не знаю, откуда у тебя взялась подобная заносчивость, и не понимаю ее причины, ведь ты всего лишь провинциальная дурочка. В тебе нет…
- Довольно! – оборвала я ее. – Достаточно уже оскорблений и переходов на личности. Либо я сейчас же услышу, что тебе от меня нужно, либо мы все услышим стоны твоих симбионтов, которых сожрут мои питомцы. И на этом наш разговор будет окончен.
Хотя ее слова мне не понравились. Нет, не так – они меня задели.
Маделин считает, что не умею любить? Не ей об этом судить!
- Хорошо, – пошла она на попятную. – Я скажу, что мне от тебя нужно. Я хочу, чтобы ты оставила Дария мне.
- Что?! – спросила я, и мое изумление было на этот раз искренним.
- Я разберусь с его брачной меткой, если тебя это тревожит. Сделаю так, чтобы она навсегда погасла на его руке.
Я усмехнулась, не став говорить, что, похоже, уже решила эту проблему сама – с помощью своих глазастых друзей из снов.
- Дарий будет со мной, а тебе останется второй Темный, капитан команды Шаддара, – тем временем продолжала Маделин, уже поделив между нами мужчин. – Я наводила о нем справки – он вполне достойный кандидат. Знатен и богат в своем мире, так что ты ничего не потеряешь.
- Ах вот как! – отозвалась я. Хотела уже послать ее подальше, после чего отправляться по своим делам, но передумала. Потому что мне стало интересно: – И что же я получу взамен, если соглашусь на твое предложение?
Да, мне стало интересно, чем Маделин собирается меня подкупить. Неужели предложит мне деньги, считая меня деревенской дурочкой?
Нет же, это глупо!
Скажет, что этой ночью меня не приползут душить ее лазутчики? Еще глупее – у меня полно защитников, так что пусть она смотрит в оба, иначе приползут душить уже ее.
- Ты получишь пусть не мою дружбу, но мою благодарность, – отозвалась Маделин. – А заодно и мою поддержку.
- И зачем бы мне это понадобилось?
- Затем, что ты обладаешь удивительной способностью заводить врагов, Дельвейн! Один из них, довольно высокопоставленный и могущественный…
- Герцог Кайлен Саверлок, не так ли?
- Да, именно он, – кивнула Маделин. – Уж и не знаю, чем именно ты насолила такому человеку… – произнесла Маделин, а затем взяла паузу и посмотрела на меня, явно дожидаясь, что я обо всем ей расскажу.
Да, поведаю о том, как на ярмарке в Гржине молодой герцог блеял как козел, жевал фиалки и воровал капусту с лотков, передвигаясь на четвереньках. По моей воле, потому что он заслужил.
Но я решила промолчать, лишь лучезарно улыбнулась в ответ.
- Я предлагаю свою помощь в улаживании вашего конфликта, – кажется, поняв, что подробностей с моей стороны не будет, произнесла Маделин.
- Сомневаюсь, что кто-либо сможет мне с этим помочь.
- По крайней мере, я не буду вмешиваться, потому что герцог ищет союзников против тебя в академии, Дельвейн! Вместо этого я выступлю на твоей стороне. Но это еще не все! Через пару дней начнутся Все-Магические состязания…
- С чего бы это? – удивилась я. – Король при смерти, и все отменено. У нас вообще-то повсеместный траур после покушения.
- Только что пришел приказ сверху, и сейчас спешно начинается подготовка к состязаниям. Так вот, я буду на твоей стороне и на стороне твоей команды, если ты…
- Если я отдам тебе Дария?
- Да, если ты отдашь мне Дария и утешишься другим Темным. Северин Кассар – так ведь его зовут?
И я подтвердила, что именно так.
- А что, если Дарий не захочет отдаваться в твои руки? Что, если он возвращается в Элеон за мной? – поинтересовалась я. – Тебе не приходило такое в голову?
Судя по тому, что Маделин снова изменилась в лице, она обдумывала и такую возможность.
- Если ты ему откажешь… Скажешь, что ты его больше не любишь, потому что выбрала другого, то я найду способ загладить свою вину, а потом его утешить. Дарий будет куда больше счастлив со мной, чем с тобой, ведь его никто и никогда не любил так сильно, как я!
Вот что сказала мне Маделин, а потом уставилась на меня пронзительным взглядом, дожидаясь ответа.
Ну что же, за словом в карман я никогда не лезла.
- Знаешь, в чем твоя проблема? – поинтересовалась я у Маделин.
Та лишь усмехнулась в ответ, но я заметила, что деканесса напряглась.
- Наверное, мне стоит сказать, что не знаю, после чего ждать, что ты сейчас раскроешь мне всю правду жизни, – ядовитым голосом заявила она, на что я кивнула.
Раскрою, и еще как!
- Видишь ли, на этот раз решать будешь не ты и даже не я. Если Дарий возвращается в Элеон не ради тебя, то этого уже не изменить – ни брачными метками, ни симбионтами, ни нашей с тобой сделкой. Потому что выбор будет делать он сам.
А я еще погляжу, приму его или нет.
Если, конечно, Дарий выберет меня.
Вот что я ей сказала (ну, кроме своих мыслей, которые я собиралась держать при себе), а затем развернулась и ушла, решив, что нам больше не о чем разговаривать.
И пусть появление Дария меня пугало и интриговало одновременно – да так сильно, что до внутренней дрожи, – но сообщать Маделин о своих чувствах я не собиралась. Как и о том, что одинаковые брачные метки связали даже не двоих – меня с Дарием, – а троих, и оба мужчины мне дороги.
Каждый по-своему, но и один, и второй оставили след в моей душе.
Этого было уже не изменить, поэтому будущее сейчас казалось мне туманным, а также предвещающим множество штормов, вместе с громами и ударами молний.
И бить эти молнии будут как раз по мне, я прекрасно это понимала.
Но чтобы первый удар – боевая молния от Маделин – не прилетел мне в спину, я усилила свою защиту, а затем снова дернула за ленту в косе, предупредив Рурха, чтобы он и его воинство были наготове.
Тут-то я увидела, как ко мне по дорожке несутся церберы, и немного успокоилась.
Уж в чем в чем, а в разумности Маделин было не отказать (ну, кроме ее одержимости Дарием). Она вряд ли пойдет в атаку, когда меня охраняют демонические собаки, которые от радости облизали меня всю, а в кустах засела Высшая нежить, о чем деканессе было прекрасно известно.
- Мы еще не договорили, – донеслось мне ее вслед, но я пожала плечами.
Как по мне, сказано было достаточно.
Зато, как оказалось, впереди меня ждала еще одна не слишком приятная беседа. Но об этом я узнала после того, как подошла к пышному цветущему кусту рододендрона, потому что Ангх и Рурх сгорали от нетерпения, собираясь сообщить некое важное известие.
Оказывается, они разыскали молодую мамочку с записи на кристалле – ту самую, которая смотрела на убийцу с изумлением и узнаванием на лице, – и выяснили, где она живет. Неподалеку – буквально в паре улиц от академии, – и они готовы показать мне нужный дом уже этим вечером.
- Отличные новости, – негромко произнесла я, а затем услышала покашливание за своей спиной.
- С кем это вы разговариваете, мисс Дельвейн? – раздался подозрительный мужской голос, и я резко повернулась.
Надо же, меня почтил своим вниманием сам декан факультета Воды, уж и не помню, как его зовут!
- Слишком много мертвой энергии, – поморщился он, уставившись на меня водянистыми голубыми глазами.
Да и сам он выглядел так же – студень студнем, честное слово! Рыхлые щеки, большой нос, влажные губы, волосы неопределенного пепельно-серого цвета, да и тех добрая половина решила его покинуть.
- Не могу разобрать, что это за мерзкие вибрации, идущие из тех кустов, – добавил он. – Аж душу выворачивает наизнанку!
На его лице появилось выражение неприязни, а я услышала мысли упырей. Они негодовали, а еще печалились из-за подобного к ним отношения, которое было уже не изменить.
Хотя они не сделали этой академии ничего плохого. Наоборот, сражались за нее с монстрами из Лабиринта изо всех сил.
- Эти вибрации идут от меня, господин декан, – сказала я декану. – Вы же в курсе, что я учусь на факультете Некромантии. Я просто решила, что эти цветы слишком красивы, поэтому им всем пришла пора умереть.
И улыбнулась ему изо всех сил.
Да, Маделин Хаес была права – я умела заводить врагов, для этого мне особо и стараться не приходилось. Надо всего лишь не давать в обиду ни себя, ни своих друзей. И это у Александры Дельвейн получалось вполне неплохо.
А то, что другим такое не нравится, – это уже не мои проблемы!
- Примерно так я все себе и представлял, – негромко произнес декан. – Высокомерная девица, возомнившая о себе невесть что!..
Но я все же его услышала и пожала плечами.
- Рада, что я вас не разочаровала, – сказала ему. – Понятия не имею, по какой причине вы меня искали, господин декан… – Кстати, как его зовут? С другой стороны, зачем мне это знать. – Но если вы уже высказали все, что у вас на душе, то оставьте, пожалуйста, меня в покое. – Пусть идет своей дорогой. – Я хочу сполна насладиться смертью цветов, и свидетели мне в этом не нужны.
Ну если только три цербера, скалившие клыки у меня за спиной и не спускавшие со «студня» глаза. Заодно упыри в кустах, а еще до моего слуха донеслись щелкающие звуки со стороны соседней дорожки, возвещавшие, что где-то там бродит голодная, без сомнения, стая яйцекусов.
И уже скоро она набредет на нас. Пока вольера для них нет, хищные ящерки были на свободном выгуле.
Декан в очередной раз поморщился, словно все пошло не по его плану.
- Мисс Дельвейн, – холодно произнес он, – я пришел сообщить, что ваш смехотворный проект зверинца, под который вы задумали отобрать часть территории моего факультета, никуда не годится! По какому праву вы решили, что можете распоряжаться нашей землей?
По праву сильнейшей, хотела сказать ему, но вместо этого улыбнулась ему еще раз.
- Господин ректор, конечно же, отправил вас улаживать этот вопрос со мной. А сам, как всегда, попытался избежать сложной ситуации, сказав, что ничего не собирается решать.
- Так оно и было, – согласился декан, – но улаживать какие-либо вопросы с вами, мисс Дельвейн, я не собираюсь. Вы должны знать, что, пока я нахожусь на посту декана, вы не получите ни метра земли моего факультета!
- Но на вашей территории, которой вы так дорожите, не расположено ровным счетом ничего, – пожала я плечами. – Да, на той самой, которая по моему плану должна пойти под несколько вольеров. Там нет ни прудов, ни стадиона, ни площадок для тренировки. Имеются лишь заросли кустов, которые как раз прилегают к зверинцу. Именно их я и думала присоединить, и если честно, то не понимаю, почему вы сопротивляетесь!
Но объяснять он ничего не собирался. Заявил, что раз уж мне так нужно, то свой зверинец я могу расположить возле факультета Некромантии. Или даже внутри него, ему без разницы.
- Ничего не выйдет, – качнула я головой, потому что уже об этом думала. – Половину нашей территории занимает кладбище, а от него идут те самые мерзкие вибрации, от которых у вас выворачивает душу, как вы сами мне сказали. Видите ли, господин декан, не одни вы испытываете подобные ощущения. Многие существа попросту не выживут в подобном магическом фоне, поэтому наш факультет не подходит, и расширить старый зверинец в вашу сторону было бы самым естественным решением.
Но мои слова его не убедили. Как и последующие попытки объяснить, что факультет Воды не только не проиграет, а наоборот, многое приобретет. На последних моих эскизах, которые получил ректор, я предусмотрела канал, проходящий через весь зверинец.
Можно сказать, что тем самым факультет Воды еще и расширится!
- Вы сможете всем говорить, что половина нового зверинца – это ваша территория, – улыбнулась я. – Для меня же главное – разместить своих питомцев как можно удобнее!
- Уверен, ваш зверинец станет такой же помойкой, как ваше кладбище, – вместо того, чтобы принять мои аргументы, заявил мне он. – Пока я здесь декан, некроманты не получат ни клочка моей земли!
- Значит, вам недолго осталось на своем посту, – рассердившись, вежливо сообщила я ему.
Затем посмотрела, как он изменился в лице, а потом сделал это еще раз, уставившись на стаю яйцекусов, внезапно полезших из кустов, а заодно и ко мне на руки.
Одного я подхватила и прижала к груди, зато вторую, рабочую ладонь, оставила свободной.
На всякий случай.
А случаи, как мне много раз продемонстрировала жизнь в академии Альтариса, бывали самые разные, и магия могла пригодиться в любой момент.
Декан негромко выругался, а затем перешел к угрозам.
- Думаете, одна лишь вы умеете собирать вокруг себя чудовищ, мисс Дельвейн? На вашем месте я бы не был столь самоуверенным!
- Но вы не на моем месте, – сообщила ему, продолжая улыбаться.
И яйцекусы тоже попытались, правда, у них, в отличие от меня, выходило довольно жутко, когда они раскрывали полные зубов пасти. Но студня это не смутило.
- Моя команда назначена вашей запасной на Все-Магических состязаниях, – произнес он, и я мысленно кивнула. Ну да, мы были принимающей стороной, и наша академия обладала подобной привилегией. – Четверка Воздуха выбыла из-за того, что их капитан сломал ногу, но это дело неплохо бы расследовать! – декан уставился на меня тяжелым взглядом. – Маделин Хаес сняла свою команду, не объясняя причины. Но меня это мало тревожит, потому что мои подопечные… Уверен, они займут ваше место на состязаниях и смогут достойно представить столицу!
- Если только в ваших снах, господин декан, – любезно отозвалась я. – Но меня забавляет, как вы пытаетесь мне угрожать. Правда, для этого вам следует занять очередь.
Ну да, очередь из желающих разобраться с Александрой Дельвейн.
На этом мы и расстались – он ушел, можно сказать, возмущенно расплескивая воду, а я немного посмотрела ему вслед, после чего подхватила на руки и второго яйцекуса. Пора была отправляться к ректору и серьезно с ним поговорить – и пусть он уймет своего подопечного!
После этого не помешало бы раздобыть обед для всей моей вечно голодной братии.
Заодно я понимала, чувствовала всеми фибрами души, что в это время к академии приближался Дарк Валларх, и наша с ним встреча неизбежна.
Уже скоро, билось у меня в голове.
Она приложила ладонь к вспыхнувшим огнем щекам, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания – так сильно королеву задело спешно принесенное известие из Элеона о покушении на Ильдара Иллариана.
Будь это другое известие – даже если бы на Ноктарию напала целая армия Тьмы, – то Эвинира, пожалуй, не подала бы и виду. Осталась бы привычной спокойной и ледяной Железной Королевой, как ее называли в народе, готовой принять любой вызов судьбы.
Но сейчас, когда рядом находился один лишь ее первый советник, она больше не могла сдерживать охвативших ее чувств, и те вылились в сильнейший выплеск Темной магии.
Такой, что далеко за стенами дворца что-то ухнуло, зарычало, а затем, завывая, унеслось в сторону Черных Гор.
Подобного с ней давно уже не случалось – столь сильного гнева и столь яростного желания наказать виновных, что в Эвинире пробудился древнейший Темный дар, который, как поговаривали, их династии передали сами Боги.
Но она все же заставила себя успокоиться, хотя выплеск серьезно ее опустошил.
Зато Оливер Гансье еще долго не сводил взгляда с темнеющих вдали вершин.
- Моя королева, – очнувшись, он снова склонился перед ней. – То, чему я только что стал свидетелем… У меня нет слов, чтобы выразить свое…
- Ты прав, тут не нужно никаких слов, – перебила его Эвинира. – Да, было на что посмотреть, но дело в том, что подобное мне неподвластно, и вызвать его по своей воле я не могу. Со мной такое было лишь дважды – когда происходила ужасная несправедливость и терпеть ее оказалось выше моих сил. Во всех остальных случаях моя магия неплоха, но она ни в коем случае не сильнее твоей.
Сейчас это неважно, – вот что заявила ему королева, а потом задала тревожащий ее вопрос. Поинтересовалась у него о состоянии Ильдара Иллариана.
Советник ненадолго замолчал.
- Шансы у короля Элеона все же есть, – произнес он уклончиво.
- Говори со мной откровенно, – устало произнесла Эвинира. – Скажи все как есть на самом деле!
- Дела его плохи, – наконец признался советник. – Нам удалось узнать, куда именно угодила стрела, а также получить сведения о том, что к этому моменту успели предпринять их дворцовые лекари. Они все сделали правильно, но я боюсь…
И снова осекся.
- Не бойся, – усмехнулась Эвинира. – Даже если ты сообщишь мне плохую весть, обещаю, твоя голова останется на твоих плечах.
Он склонил голову, а затем произнес, что готов умереть в любую секунду от руки горячо любимой королевы и почтет такое лишь за честь.
- Продолжай, – попросила Эвинира, восприняв его слова как должное.
- Стрела повредила легкое и прошла совсем рядом с сердцем короля. Им удалось остановить кровотечение, и рану они тоже закрыли. Но подобные ранения опасны не только в первые часы. От них человек может погибнуть спустя день или даже неделю, когда кажется, что худшее уже позади. Так вот, совет наших лекарей считает, что все худшее у короля Ильдара Иллариана еще впереди.
Эвинира слушала не перебивая.
- Его погрузили в глубокий сон, – продолжал советник, – и вливают в него целительскую магию, надеясь дать телу время исцелиться. План разумный, и теперь все зависит уже не от их мастерства, а от самого короля Элеона. Но я бы…
- Что? – склонила она голову. – Договаривай, Оливер!
- Зная о характере ранения, а также о сомнительном мастерстве Светлых лекарей, опираясь на свой жизненный опыт и мнение нашего совета, я считаю, что шансы короля Элеона невелики.
Эвинира, кивнув, заявила, что она думает то же самое.
- Значит, пришло время действовать, – произнесла она. – Ты должен подготовить мой визит в Элеон. Вместе со мной отправятся наши лучшие лекари. Я хочу быть рядом с Ильдаром и сделать все возможное для его исцеления. Все, на что способна Темная магия.
- Но, Ваше величество… Я пока не вижу причины, которая могла бы объяснить ваше прибытие в Светлый мир, – негромко произнес советник.
- Значит, то, что единственный человек, которого я когда-либо любила и все еще продолжаю любить… он может умереть в любую минуту, – это недостаточная причина? – с усмешкой спросила Эвинира.
Советник опустил голову.
- Боюсь, что нет, моя королева!
Эвинира кивнула.
- Я прекрасно понимаю, что мои чувства не могут стать причиной государственного визита, – спокойно отозвалась она. – Поэтому мы поступим иначе. Ты немедленно отправишь в Элеон депешу. Сообщишь им, что нам все равно, что все мероприятия в Альтарисе отменены из-за траура. Мы оскорблены до глубины души тем, что две команды из Темного мира прибыли, но их держат в заложниках…
- Их не держат в заложниках, – отозвался советник. – Но я понимаю, что сейчас это не столь важно.
- Ты все правильно понимаешь, – кивнула Эвинира. – Устрой им дипломатический скандал, а потом пригрози, что мы пойдем на Элеон войной, если игры не начнутся немедленно. Вот и я тоже отправлюсь туда немедленно, чтобы быть с нашими командами.
- Рядом со Светлым королем, не так ли? – поинтересовался советник.
- Ты прав, – отозвалась Эвинира. – Поэтому проследи, чтобы меня поселили во дворце. Любые другие варианты отмети как неподходящие.
Советник поклонился.
- Будет исполнено, моя королева. Я уже могу идти, раз мне надо как можно скорее пригрозить Элеону войной?
Отпустив его, Эвинира вышла на балкон и долго смотрела на горы, над которыми снова собиралась гроза.
Не так давно она потеряла ребенка. Теперь судьба пыталась отнять у нее единственного мужчину, которого она любила все эти годы. Но допускать этого Эвинира не собиралась.
Упыри изнывали от желания помочь расследованию. Похоже, чувствовали, что могут принести настоящую пользу, как и во время последнего прорыва, поэтому рассказывали мне обо всем обстоятельно, с самым важным видом.
Заодно по очереди гладили мухарашу, которую после обеда я принесла на кладбище, и теперь «Госпожа Пушистость», как прозвала ее Гретта, щедро одаривала каждого, кто к ней прикасался, пусть и полуистлевшей рукой, волнами бесконечной любви и признательности.
- Мы, конечно, оставили кое-кого приглядывать за домом, – вещал тем временем Рурх, – но сами сторожить его не можем. Квартал слишком оживленный, повсюду много людей. Еще вызовут городских некромантов, которые примутся нас упокаивать, а проблемы нам ни к чему.
И остальные были с ним полностью согласны.
В этом они напомнили мне нашего ректора, который тоже всеми силами старался избежать любых неприятностей.
Я только что вернулась после очередного с ним разговора, во время которого ректор увиливал так, словно все его предки до седьмого колена были змеями, а сам он внезапно уродился человеком.
На мою гневную тираду он заявил, что вопрос с деканом факультета Воды мне стоит уладить самостоятельно. А если у меня не получится и тот не согласится отдать часть территории своего факультета под новый зверинец, то все мои проекты будут отринуты, и мы вернемся к старому варианту.
То есть они просто починят и приведут в порядок вольеры, потому что это не дело, когда целая стая хищных ящерок свободно разгуливает по академии, не забывая время от времени наведываться на кухню.
Еще и волколаки пропали неведомо куда, а до ректора доходят странные слухи, что по столице расхаживают похожие на них монстры и пугают честных граждан.
Он, конечно же, сразу заявил, что академия ни к чему не причастна, но ясное дело, это сбежавшая из нашего зверинца стая!..
- Странно, что они не ушли в леса, – пробормотала я, а затем снова принялась слушать, потому что ректор еще не все сказал.
Заявил мне, что шантажировать его тем, что я пожалуюсь королю, у меня больше не получится. Наш правитель при смерти, и всем это прекрасно известно. Так что у меня есть время решить вопрос с деканом ровно до завтрашнего утра, после чего все вернется на круги своя.
К старому зверинцу.
И ректор не собирался скрывать своей радости по этому поводу.
В общем, поговорили мы на редкость неудачно, после чего я прихватила с собой мухарашу, снова подросшую за последний день, и отправилась на кладбище.
Там-то упыри и сообщили мне адрес той молодой мамочки с записывающего кристалла. Заодно признались, что сами за ее домом они не следят, зато оживили тех, кто оказался под рукой, и оставили их наблюдать.
- За главного там скелет голубя, – признался мне Рурх. – У него в подчинении три скелета крысы. Они прибегают к нам с новостями каждые полчаса.
- Неплохая агентурная сеть, – пробормотала я. – А кто эта девушка?
Оказалось, ее зовут Адриана Липке. У нее разболелся ребенок, так что она весь день дома. Еще и поссорилась с мужем, потому что у них не хватило денег вызвать доктора.
Ее супруг ушел в ночную смену, поэтому лучшего времени для разговора не сыскать.
- Скелет голубя отлично справляется со своей работой, – похвалила я.
После этого отнесла мухарашу в комнату, тогда как сама решила отправиться в город во второй раз. По дороге я ломала голову над тем, что мне делать с деканом Водного факультета, причем мысли меня посещали самые что ни на есть кровожадные.
Например, можно было подослать к нему того самого скелета голубя и трех скелетов мышей. После чего церберов и яйцекусов. Ну и Колюча заодно.
Вдруг они помогут декану наконец-то отыскать у себя совесть?
Но сперва, конечно же, мне надо было поговорить с Адрианой. Я бы не отказалась взять с собой на эту вылазку еще и друзей, но Роуз и Лианна до сих пор не вернулись от родителей, а Северин был занят со своей командой, и мне не хотелось ему мешать.
Поэтому я позвала Гретту. Сказала, что мне не помешает ее компания, и подруга с радостью согласилась.
Но спокойно уйти из академии в тот день мне было не суждено.
Мы как раз приближались к воротам, и церберы прыгали вокруг нас, пытаясь поймать разноцветную бабочку, но та постоянно уворачивалась. Они же смешно клацали огромными челюстями, а из пасти Котика торчал цветок.
Кажется, цербер решил, что поймал того мотылька, но вместо него ухитрился откусить часть клумбы.
- Иди сюда, дуреха! – улыбаясь, позвала я его. – Дай-ка на тебя посмотреть! Кажется, у кого-то застрял цветок между зубами.
Именно в этот момент я увидела команду Шаддара. Они приближались к воротам по параллельной к нашей дорожке. Шагали нога в ногу, словно на военном параде, одетые в праздничную форму – я уже успела понять, что у них существовало два ее варианта: обычная и выходная.
Возглавлял всех, конечно же, Северин.
Взглянул на меня, но подходить не спешил. Так и остался на месте. Замерли и его парни, один другого здоровее, хотя капитана никто из них не перерос.
И почти сразу же я увидела причину подобного их маневра.
…В распахнутые ворота на огромных черных жеребцах въехал Дарий Велвуд, наш бывший декан и нынешний куратор команды Шаддара, и еще магистр Гор, бывший преподаватель по физической подготовке, а теперь уж и не знаю, в какой должности он сюда явился!
Но дело было даже не в этом.
Этих двоих заметила не только я, они тоже меня увидели. Но если магистр Гор посмотрел на то, как я вытаскивала из пасти Котика цветок, после чего стал глядеть на команду Шаддара, то взгляд Дария Валларха был прикован исключительно ко мне!
Вот и я тоже на него посмотрела. Подумала: как же странно, я всегда была уверена в том, что однажды Дарий вернется, а в последние дни знала это наверняка.
Ожидала этого момента, и вот он настал. Но в голове почему-то было пусто. И на сердце тоже. Наверное, поэтому настоящее сердце билось так сильно и так громко, что отдавалось в ушах.
А затем, словно прорвавшись через плотину, на меня нахлынули чувства, пытаясь захлестнуть с головой.
Но я им не позволила. Сперва задвинула их в сторону, а потом заперла под замок, приказав себе просто смотреть на Дария.
Следить за тем, что он делает и говорит. А потом уже делать выводы с присущим всем ведьмочкам самообладанием.
Отметила про себя, что Дарий теперь выглядел как самый настоящий Темный, больше не пытаясь выдавать себя за жителя Светлого мира.
От него шли вибрации Темной магии, да и вид был таким, словно он не понимал, где мог так сильно провиниться перед своими Богами и за что Они закинули его в этот мир.
Ему здесь все заранее не нравилось.
Потому что он был слишком суров для места, где зеленела трава, на клумбах распустились цветы, над ними порхали бабочки, а из пасти позабытого им в Альтарисе цербера все еще торчал откушенный бутон.
Церберы, кстати, тоже порядком растерялись, увидев своего прежнего хозяина. У Котика недоуменно отвисла челюсть, и я все-таки вытащила из его пасти цветок. Пушок озадаченно плюхнулся на зад, а Зайчик и вовсе спрятался за мою спину.
Выглядывал оттуда с опаской, словно не хотел, чтобы я отдавала их Дарию Валларху.
- Отправляйтесь на факультет, – сделав вид, что приезд бывшего декана и магистра Гора нисколько меня не заинтересовал – мало ли кто прибывает в академию, у нас здесь проходной двор! – приказала я церберам. – Приглядите, чтобы яйцекусы не попались на глаза Бриру. Ну же, вперед! Бегите скорее!
Они унеслись прочь огромными прыжками, а я проводила их взглядом – ну, чтобы не смотреть на Дария. Заодно увидела, как по дорожке от главного корпуса в нашу сторону уже спешит ректор. Но он был не один – его сопровождало несколько человек в темно-синих одеждах.
Таких я уже видела до этого, они представлялись нам распорядителями Игр. После покушения на короля они исчезли, словно их корова языком слизала, а теперь снова появились.
Заметила я и Маделин Хаес, одетую в воздушное белое платье, с множеством украшений на руках и в волосах, блестевших на солнце. Ее наряд был не чета моему серому дорожному платью, в котором я собиралась вести расследование и опрашивать нашу свидетельницу.
Но я почему-то знала, что Дария Маделин нисколько не заинтересует. Как раз наоборот, вызовет у него законный гнев.
К этому времени он уже успел спешиться. Все так же смотрел в мою сторону, хотя к нему подошел Северин. Кажется, капитан что-то сказал своему куратору, но тот ничего ему не ответил, и Северин тоже замолчал.
Так и есть, теперь оба мужчины глядели на меня, в то время как я, стараясь изо всех сил выглядеть спокойной и расслабленной, прошествовала мимо них, держа под руку растерянную Гретту.
- Знаешь, кто это?! Это же наш бывший декан Дарий Велвуд! – громким шепотом произнесла моя подруга, но так, что ее услышали все вокруг.
- Не может такого быть! – таким же громким шепотом картинно изумилась я.
Затем посмотрела на Дария, а на Северина я старалась не глядеть.
- Доброго дня, господин декан! – улыбнулась тому. – С возвращением в академию. Надеюсь, на этот раз вы не пропадете в Лабиринте с концами, как сделали в прошлый.
После чего отвернулась, еще крепче сжала локоть Гретты и потащила подругу прочь.
Последнее, что я увидела, – то, что Дарий шагнул ко мне, и с его губ сорвалось то ли мое имя, то ли ругательство.
Я не расслышала, что именно, но, по сути, это было одно и то же.
Магистр Гор усмехнулся, зато Северин стоял словно вкопанный. Смотрел на меня не отрываясь, и взгляд у него был таким, словно ему многое стало понятным.
Но сказать он ничего не мог, потому что мы с Греттой уже были возле ворот. Вышли наружу – нас пропустили без вопросов, – а позади нас я слышала угодливый голос ректора и звонкий говор Маделин Хаес, решившей сразу же пойти в атаку на мужчину, которого она мечтала сделать своим.
А потом я шла, шла и шла, радуясь тому, что за моей спиной стихли знакомые голоса, а вокруг полно незнакомых, потому что мы с Греттой довольно скоро свернули на оживленную улицу.
Ну и голос подруги тоже долетал до моих ушей. Она постоянно о чем-то говорила, а потом даже потрясла меня за руку, похоже, требуя к себе внимания.
- Александра, да что с тобой такое? – нахмурилась она. – Я с тобой разговариваю, разговариваю, а ты на меня не реагируешь!
- И о чем же ты со мной разговаривала? – вырвавшись из своих мыслей, поинтересовалась я.
- О возвращении Дария Велвуда, о чем же еще? И еще о том, какой это сюрприз для всей академии! Я и представить себе не могла, что наш бывший декан родом из Темного мира!
- Ты права, это сюрприз так сюрприз, – пробормотала я.
- А что, если он захочет остаться, что тогда будет? – округлила Гретта глаза. – Как думаешь, что скажет на это Брир? Или же наш ректор? А остальные преподаватели? И еще магистр Гор – вдруг он снова станет вести у нас физическую подготовку?
От ее болтовни у меня закружилась голова, потому что Гретта обычно была немногословна. Но мое состояние усугубляло и еще кое-что – не отпускающее меня тревожное чувство, словно за нами наблюдали внимательные глаза.
Причем довольно давно.
- Думаю, этот вопрос они смогут решить на поединке, – отозвалась я.
- Кто именно будет драться? – тотчас же деловито поинтересовалась Гретта. – Дарий Велвуд и наш ректор?
- Сомневаюсь, что ректор в своем уме согласится участвовать в поединках, – усмехнулась я. – Он слишком уж для этого скользкий. А вот Дарий и Брир – такое я могу представить. Пожалуй, я бы даже поставила на первого!
- Жаль, что этот поединок не состоится, – вздохнула Гретта. А затем добавила мечтательно: – Вот это было бы настоящее развлечение!
Но даже без исторического поединка я понимала, что «развлечений» с прибытием Дария у меня добавится. И еще то, что нам следовало поговорить с ним наедине, но я пока еще не знала, когда выдастся такой шанс.
Наверное, уже после того, как все отойдут от шока, а Дарий внятно объяснит нашему ректору, почему он пошел на такой обман, когда устроился работать в столичную Академию Магов.
Кстати, почему? Неужели он шпионил на Шаддар?
Или же была другая причина?
Я понятия не имела, что происходило в его голове!
Зато я была в состоянии прекратить словесный поток, вырывающийся изо рта Гретты, сказав подруге, что мы обсудим возвращение Дария в академию чуть позже. Помимо него у нас есть о чем поговорить.
Например о том, что повсюду на улицах снимали траурные черные ленты со знамен Элеона, а рядом вешали флаги Шаддара и Ноктарии. Это означало, что Все-Магические состязания не за горами, хотя причины для подобной спешки я не понимала. Новых известий о здоровье короля не приходило, как и о том, что следователи поймали злоумышленников.
Я даже специально остановилась возле газетного ларька, после чего пробежала глазами первые полосы популярных изданий.
Ни о чем подобном не шло и речи.
С другой стороны, если злоумышленник ловит сам себя, как в случае с Локхартом, то вряд ли ему будет сопутствовать в этом деле удача. У нас же имелась неплохая ниточка, которая могла привести к убийце, и я собиралась осторожно за нее потянуть.
Еще через пять минут мы свернули в проулок, а затем остановились возле приземистого двухэтажного домика, первый этаж которого, по словам Высшей нежити, занимало семейство Липке.
Второй этаж, судя по всему, пустовал, потому что окна были закрыты ставнями.
- Что будем делать? – негромко поинтересовалась Гретта. – Вернее, что мы скажем хозяйке? Не можем же мы взять и заявиться без причины?
Вместо ответа я протянула руку, и на нее с крыши спикировал несущий дозор скелет голубя.
- Хорошая птичка, – похвалила я его, погладив по костлявой спине.
Голубь издал утробный звук, наверное, означавший воркование, и Гретта покосилась на него с подозрением.
У меня же для голубя было новое задание.
- Сейчас мы войдем в дом, но, если рядом появится кто-то подозрительный, ты знаешь, что делать, – сказала ему.
Он нахохлился, затем снова издал жуткий вопль, из-за чего закрылось несколько окон в соседних домах, а возле наших ног прошмыгнула еще пара полуистлевших крыс.
- Именно так, – согласилась я. – Вы все будьте начеку!
Потому что, пусть я и была погружена в мысли, а Гретта болтала без умолку и в какой-то момент я решила, что мыслей как таковых у нее нет, меня не оставляло ощущение, что за нами кто-то шел. И делал это таким образом, чтобы не попадаться нам с подругой на глаза.
Конечно же, ни на мне, ни на Гретте не было магических маячков, я проверила это еще у самых ворот.
Выходило, за нами велась самая обычная слежка.
Но кто? Да и зачем?!
Дарий преследовать меня не мог – его моментально заняли собой ректор и Маделин Хаес, и от их компании было так просто не отвязаться. Северин не оставил бы своего куратора; к тому же участников состязаний из Темного мира все еще не выпускали из академии.
Но если нас вели от самых ворот (в чем я почти не сомневалась), то это означало… Это означало…
Сложно сказать, что именно, потому что я давно уже запуталась в своих врагах!
На всякий случай я все же повесила два сигнальных «маячка» на входе в дом, за светлыми шторами на окнах которого промелькнул женский силуэт. Наблюдатели не подвели – Адриана Липке была дома. Как и ее ребенок, потому что до наших с Греттой ушей донесся детский плач.
- Я буду говорить, а ты мне подыгрывай, – сказала я подруге, так как успела кое-что придумать.
Но сперва дала хозяйке дома время успокоить малыша, а затем уже постучала в дверь. Заодно и обвела глазами подворотню. Меня не оставляло ощущение, что в проходе между домами, через который можно было попасть на большую улицу, только что произошло некое движение.
Которого быть не должно, потому что во дворе так никто и не появился.
Мысленно пожав плечами, я подумала, что нас в любом случае предупредят, если кто-то решит перейти от наблюдения к активному нападению. Поэтому постучала еще раз.
- Да иду я, иду! – раздался недовольный женский голос, а затем дверь открылась.
На пороге стояла миловидная девица, я бы дала ей лет двадцать, не больше. Но заболевший ребенок никогда не красил мать, так что выглядела Адриана усталой, с темными кругами под глазами.
Хотя волосы были аккуратно причесаны, а сама она одета в опрятное домашнее платье.
- Что вам нужно? – нахмурившись, спросила Адриана. – Мы ничего не покупаем!
Потому что у них нет денег, вспомнила я слова Рурха. И еще то, что ее муж отправился на вечернюю смену, а она осталась ухаживать за ребенком, которого, по-хорошему, должен был осмотреть доктор.
- А мы ничего и не продаем, – улыбнулась я. – Третий курс, целительский факультет, – соврала ей. – У нас сейчас практическая работа – мы обходим дома и спрашиваем: может, кому-то нужна помощь лекарок. И все это совершенно безвозмездно. То есть даром.
Гретта вытаращила на меня глаза, но у нее хватило ума кивнуть, пробормотав, что так оно есть и мы – лекарки с третьего курса.
Хотя, если честно, из некроманток целители всегда выходили так себе. С большой натяжкой.
- Нам это нужно для курсовой работы, – добавила я. – Скажу честно, со двора было слышно, что у вас плакал ребенок. Видите ли, я как раз специализируюсь по детским болезням…
Врала, конечно, но знания у меня имелись.
Первый, второй и третий годы обучения в Гржине. Продвинутое целительское дело, а затем практика – нас отправляли в такую глушь, где целителей никто и в глаза не видел, а лечились в основном коровьим пометом и подорожником.
Так что практика у меня была, и что делать, я прекрасно знала.
Вскоре я получила на руки заплаканную, краснощекую девочку – у нее резались зубки, что вызвало общее ослабление организма, из-за чего малышка еще и подхватила простуду.
- Ничего страшного, – уже скоро сказала я мамочке, возвращая ей заснувшую дочь. – Боль я сняла, целительскую магию влила, так что ваша девочка спокойно проспит пару-тройку часов, после чего проснется совершенно здоровой. Но на всякий случай я оставлю записку для аптекаря.
- Ей нужны лекарства? – расстроилась Адриана.
- Это не ей, – качнула я головой, – а вам. На вашем месте я бы попила успокаивающую настойку из мелиссы и корня валерианы. Думаю, вам пойдет только на пользу, если вы перестанете так много переживать и отдохнете.
После этого мы с Греттой отказались от какой-либо оплаты, а вот от чая с пирогом отказываться не стали. Именно тогда, сделав несколько глотков и похвалив стряпню хозяйки, я решила, что настало время откровений.
Слово за слово, призналась в том, что вчера на моих глазах произошло покушение на короля. Мы как раз встречали нашего правителя возле академии, а я была так близко к Ильдару Иллариану, что на меня попала его кровь.
- Это ужасно, – добавила я, видя, как Адриана буквально ерзает на месте – так сильно ей хотелось вставить в эту историю свои пять крон. – А самое главное, королевские маги побежали обыскивать здание архива. Они почему-то решили, что стреляли оттуда, но я как раз стояла рядом с королем и видела…
- Да-да, мы все это видели! – подхватила Гретта.
- Мы заметили, что стрела прилетела со стороны холма, – резюмировала я. – А вовсе не из окна архива!
- Мы с малышкой как раз были на том холме, – понизив голос, произнесла Адриана. – Решили устроить пикник, потому что у мужа оказался выходной. А затем я его увидела…
- Кого? – таким же шепотом спросила я.
- Того, кто стрелял. Все это произошло буквально за пару секунд, но я его узнала. Это наш сосед со второго этажа.
Гретта, стоило ей это услышать, побледнела, а вокруг нее всколыхнулись магические потоки – подруга стягивала к себе защиту.
Наверное, не пройди я школу самообладания в Гржине, я бы тоже побледнела, а может, и позеленела – кто меня знает? А потом усилила бы свою магию.
Но сейчас я не подала и виду.
- Ах вот как! – произнесла с легким интересом в голосе. – Значит, вы оба с мужем его узнали?
- Нет, мой муж не узнал, – покачала головой Адриана. – Его вечно нет дома, а сосед… Он несколько раз со мной флиртовал. Всячески показывал, что не прочь развлечься, пока мой муж на работе. То, что у меня есть ребенок, его не смущало. Я много раз ему говорила, чтобы он оставил меня в покое и искал себе развлечения в другом месте. Поэтому и запомнила его лицо.
- Это хорошо, – кивнула я. – А ваш сосед – он сейчас наверху?
Адриана снова покачала головой.
- С тех пор, когда все это произошло, я больше его не видела. Мы вернулись домой, а его окна уже стояли закрытыми, и после этого никто на втором этаже не появлялся. Я бы услышала шаги.
- Значит, он сделал свое грязное дело и сбежал! – пробормотала я. Затем спросила уже громче: – Вы кому-то об этом говорили?
Адриана вздохнула.
- Муж запретил. Сказал, что мне все это показалось, никакого соседа там не было, поэтому не стоит никому морочить голову. Особенно магам короля, потому что нам не нужны проблемы. Но дело в том, что… До рождения дочки я работала в театре помощницей гримера, и у меня отличная память на лица.
Ну что же, это было убедительно.
- Не сомневаюсь, лица вы запоминаете хорошо, – согласилась я. – А как насчет имен?
- На это я тоже не жалуюсь. Сосед сказал, что его зовут Витас Ротсби и сам он откуда-то с запада. Служил много лет в королевском полку стрелком, но был ранен в одном из боев во время Северной Войны. Даже говорил, в каком именно, но я запамятовала. Сейчас он в запасе. Заявил, что прибыл в столицу по делам. Но теперь-то мне понятно, по каким именно!
Сказав это, Адриана уставилась в пространство перед собой.
Вот и я тоже хотела уставиться в пространство, но не смогла, потому что по моим ногам пробежал скелет крысы, а за окном громогласно каркнуло…
В смысле мой страж-голубь подал свой незабываемый голос, на что Адриана дернулась и сложила пальцы в знак, отгоняющий зло.
В чем-то она была права, но отгонять следовало вовсе не скелет голубя, усевшегося на подоконник и не спускавшего с нас своего единственного глаза (второго у него не имелось), а тех, о приближении которых нас с Греттой только что предупредила воскресшая из могил стража.
- Что это за монстр? – ахнула хозяйка, уставившись на голубя за окном.
А потом она заметила еще и крысу. Та до сих пор вилась у моих ног, так и норовя взобраться по подолу ко мне на руки, хотя я давно уже поняла, что мне хотели передать.
Кстати, крыса как крыса. Ну да, умерла пару лет назад. И зачем так визжать?
Но Адриана все же завизжала, а затем побледнела и зашаталась, явно собираясь упасть в обморок. Вдобавок сработали оба моих сигнальных заклинания, которые я установила на крыльце. Они реагировали как на движение, так и на магические колебания в радиусе десяти метров от входа. Воздух вокруг меня завибрировал, предупреждая, что кто-то приближался к дому, и бедной хозяйке стало совсем уж дурно.
Я же, глядя на ее бледное лицо, прикидывала, как нам с Греттой поступить, если в дом ворвутся с минуты на минуту. Возможно, счет уже идет на секунды.
Например, я всегда могла притвориться мертвой. И Гретту бы за собой увлекла, как провернула в нашу прошлую вылазку в Лабиринте.
Убитых не бьют – так говорится в известной поговорке. А потом можно внезапно воскреснуть и насладиться произведенным фурором.
Но, боюсь, бедная Адриана Липке вряд ли переживет еще два «трупа» в своем доме, ей голубя и крысы за глаза хватает.
Еще можно сбежать через портал – потому что хозяйке вряд ли что-то угрожало, кроме расшатанных нервов, для лечения которых я выписала успокоительную настойку.
Это был хороший вариант.
Правда, недолгий, потому что уже в следующую секунду кто-то накинул на дом заклинание, серьезно осложнившее нам жизнь. Чья-то злая, но умелая рука разжижала магические потоки, не позволяя складывать из них Высшие заклинания.
Это была Водная магия, я быстро уловила ее характерные колебания. Но если так…
- Ах вот значит как! – пробормотала я, затем повернулась к Гретте, не спускавшей с меня глаз. Подруга ждала приказаний, давно уступив мне лидерство. – Похоже, я догадываюсь, кто за нами шел!
После чего велела Адриане немедленно закрыться в детской, пообещав, что мы со всем разберемся. Да, и с крысами, и с одноглазыми голубями, и еще с тем, почему так странно вибрирует воздух в гостиной.
- Ну сейчас я им устрою! – добавила я.
У меня почти не оставалось сомнений в том, что все это затеял декан факультета Воды.
Именно он шел за нами с Греттой следом от академии, возможно, в компании своих учеников, а теперь сделал все, чтобы заглушить Высшую магию и не дать нам сопротивляться, когда они войдут в дом.
Зачем ему это понадобилось?
Все просто – он собирался меня проучить. Показать, кто здесь главный и что ему нельзя перечить, потому что это чревато для меня серьезным наказанием. Каким именно, уже скоро мне предстояло узнать.
Но я тоже не собиралась сдаваться – раз уж он пошел на такую глупость, то пусть пожинает ее плоды.
К тому же мы с Греттой были вовсе не так уж беззащитны.
Пусть многие заклинания стали недоступными, но простейшие все еще можно было сложить. Заодно в нашем распоряжении имелись три крысы и голубь, упокоить которых Водные маги не смогут – подобное было за рамками их дара.
- Разберитесь с ними, – приказала я своему мертвому воинству, после чего усилила защиту, готовясь к тому, что вот-вот ударят в дверь.
- Прошу вас, не надо ничего разрушать! – высунувшись из детской, испуганно произнесла Адриана. Малышка проснулась, плакала у нее на руках. – Если с домом что-то случится, то нас отсюда выселят! Хозяин не станет с нами нянчиться, ведь мы и так уже…
Тут заплакали уже обе, и я… Я не выдержала.
- Давай-ка выйдем на улицу, – сказала я подруге, хотя, конечно, обороняться, закрывшись внутри, было бы намного проще.
Но я не хотела причинять вреда той, кто ни в чем не был виноват.
Дом как раз собирались брать приступом, потому что, когда мы оказались на крыльце, я увидела всех нападавших как на ладони.
Заодно поняла, что ни в чем не ошиблась.
Это была Водная четверка – те, кто провалился во время магических поединков, так и не одержав ни единой победы. Ну и их декан, назвавший меня высокомерной девицей, возомнившей о себе невесть что.
То ли за то, что я не стала перед ним пресмыкаться, когда он соизволил со мной поговорить. Или же потому, что я внесла в свой проект часть территории факультета Воды, а он решил, что я покушаюсь на его собственность.
Хотя все принадлежало академии.
Или, быть может, сразу за все.
Так или иначе, они меня выследили. Теперь нам с Греттой оставалось выяснить, насколько далеко они собирались зайти.
…И пусть подруга сделала все, что могла, – пустила солидную часть своего резерва на простенькие Щиты, чтобы прикрыть нас от будущих Водных заклинаний, – нападать вот так сразу никто не стал.
Сперва с нами решили поговорить.
Хотя нет, первым делом Водная четверка пережила не самые приятные минуты, борясь с кусачими мертвыми крысами, которым неведом страх. И заодно с демоническим голубем, что спикировал на них с душераздирающим воплем.
С таким, что в соседних домах закрылись все окна, а там, где были ставни, захлопнулись еще и они. От греха подальше, потому что в этом небольшом дворе явно намечался грех, который собирался взять на свою душу декан факультета Воды.
От голубя и крыс его студенты все же избавились, к моему сожалению, довольно быстро – не считая нескольких неудачных заклинаний, которыми они угодили друг в дружку. Из-за этого у одного отнялась рука, у другого – нога, но им все же удалось заточить в глыбы льда и крыс, и голубя.
Ненадолго – я понимала, что лед скоро растает и умертвия вырвутся на свободу, да и подобное не могло им навредить. Но своих помощников мы с Греттой все же лишились.
Правда…
Я заметила это почти сразу же, стоило нам выйти на крыльцо.
Из подворотни за происходящим внимательно наблюдали чьи-то глаза, а потом я увидела, как в просвете между домами промелькнуло черно-рыжее поджарое тело. Затем показался еще один бок, после него – третий. Одно из существ протрусило вдоль стены к угольному ящику справа, тогда как еще двое, мягко переступая огромными лапами, двинулись влево, к покосившемуся сараю.
Я насчитала восемь. Судя по всему, они успели зализать раны, полученные во время последнего Прорыва, а теперь занимали удобные для атаки позиции.
Хотя в нападении на людей для них не было никакого резона.
Неужели они пришли для того, чтобы помочь… мне?
Внезапно я встретилась глазами с вожаком, вышедшим из подворотни. Как и в прошлый раз, он смотрел на меня пронзительным и вполне осознанным взглядом – тогда как, когда я отпустила всю стаю, сказав, чтобы они уходили из академии и города.
Шли в леса и жили там свободно.
Похоже, волколаки сперва туда и ушли, после чего вернулись и теперь тревожили покой жителей Альтариса. С какой целью – я пока еще не знала, но собиралась выяснить, после того как все закончится с деканом и Водной четверкой.
Тут он заговорил, и голос его был полон высокомерия, хотя обвинял декан в нем как раз меня.
- Ну что, мисс Дельвейн, без своих чудовищ вы уже не такая смелая? – ядовито поинтересовался он.
- С чего вы так решили? – удивилась я, заодно услышав, как едва слышно ахнула Гретта.
Кажется, она тоже заметила волколаков, но быстро поняла, что те на нашей стороне. Усмехнулась, но понятливо промолчала, позволяя мне разыграть эту партию.
- Вы вечно прячетесь за спины всякой нежити! – тем временем продолжал декан. – Кто у вас там в прислужниках? Демонические собаки? Целая стая прожорливых ящериц? Нежить с раскопанного вами же кладбища? Именно с их помощью вы и прошли в финал, а теперь представляете нашу академию, что я считаю в высшей степени нечестным. Но сейчас мы увидим, кто и чего стоит на самом деле без своей армии монстров. Хотя я уверен, что вы – ровным счетом ничего.
- Позвольте уточнить: то есть сейчас будет бой, в котором четверо… Вернее, в нем будет пятеро против двоих? Не кажется ли вам, господин декан, что это довольно нечестно? – поинтересовалась я.
- Вы сами недавно заявили, что мир несправедлив, мисс Дельвейн, – тотчас же отозвался декан, не скрывая того, что наслаждается ситуацией и чувствует себя хозяином положения.
А затем он отдал приказ своим нападать.
Ну что же, я тоже не стала ничего тянуть. Кивнула волколакам, показывая, что пришло время действовать.
И если мой недруг считал, что мир несправедлив, то пришло время ему убедиться в этом на личном примере, и пусть внимающие своему декану чуть ли не с открытыми ртами студенты тоже это ощутят.
А заодно прочувствуют на собственной, так сказать, шкуре, что бывает, когда магически измененные существа разгуливают на свободе сами по себе, а не сыто и счастливо проживают в просторных и удобных вольерах!
Возможно, кто-то из четверки Воды и считал, что сейчас начнется эпическая битва, в которой добро в их лице победит зло, что представляли мы с Греттой, потому что деваться нам было уже некуда.
Портальную магию они заблокировали, как и отрезали нам все лазейки, чтобы улизнуть с поля боя – то есть с крыльца дома семьи Липке.
Скорее всего, именно так считал их декан, собираясь наблюдать, как станут развлекаться его студенты за наш счет, которые покажут двум некроманткам где раки зимуют и прочую ерунду.
Затем он остановит наше избиение магией и произнесет что-то высокопарное. Например, о том, что Александре Дельвейн стоит знать свое место. И оно где-то с краю.
Но все произошло совсем не так, как рисовали себе в радужных мечтах мой враг и его студенты.
Это случилось быстро и неотвратимо, не оставив Водникам ни единого шанса на сопротивление.
Волколаки просто напали на них со спины.
Их было пятеро, а две самочки – я решила, что это именно они, – и вожак наблюдали за происходящим со стороны.
Остальные же моментально прорвали Щиты, потому что Водные маги держали их преимущественно перед собой, собираясь обороняться от нас, а вовсе не от огромных существ с мощными телами и зубастыми пастями.
Водники ничего толком и не успели сделать, а уже все закончилось – прошло всего-то несколько секунд!
- Хватит! Оставьте их в живых! – обратилась я к вожаку, уверенная, что он отлично понимает человеческую речь, а заодно отдает мысленные команды своей стае.
И те прекратили.
Четверка Воды, поверженная, лежала на земле, а рядом с ними, оскалившись, стояли волколаки. Зато на декане один из стаи стоял в буквальном смысле этого слова – придавив ему грудь своими лапами и скалясь тому в лицо.
- Убери… – прохрипел декан. – Убери этих тварей немедленно!
Волколак на такое зарычал, и из его пасти стала капать слюна как раз на лицо декана, которому я искренне посоветовала не дергаться. Заодно не произносить ни единого ругательного слова: волколаки все понимают.
Ему дозволено только подвывать от страха, как делали его студенты, а заодно слушать меня, потому что сейчас я в деталях расскажу, как все будет дальше.
- Я буду на тебя жаловаться, Дельвейн! Или ты думаешь, что я все так оставлю? – не сдавался декан.
- Как именно? – пожала я плечами. – Только не говорите, что я приказала стае на вас напасть, иначе вас поднимут на смех. Всем в Элеоне известно, что волколаки не подчиняются ни дрессировке, ни чужой воле. Да и свидетелей у вас нет, – я обвела взглядом закрытые, зашторенные окна. – К тому же мне интересно, как вы объясните тот факт, что выследили нас с Греттой, когда мы всего лишь пришли проведать мою подругу и ее заболевшего ребенка. – Я уверенно соврала про Адриану. – Она, кстати, подтвердит каждое мое слово и опровергнет ваши.
- Дельвейн! – испуганно ахнул декан, потому что волколаку надоело капать слюной и он клацнул зубами возле самого его лица.
- Вот что мы сейчас сделаем, – сказала ему. – Я попрошу волков уйти, а вы немедленно вернетесь в академию и сегодня же подпишете все документы, отдав под зверинец ту землю, которая мне нужна. Иначе в ваш коттедж каждый вечер будет заглядывать стая волколаков. Обещаю, я вам это устрою! Также у вас непременно случится свидание с каменными горгульями, мантикорами и тремя гидрами, а заодно я отправлю искать в вашем доме съестное яйцекусов. – Посмотрела на него выразительно. – Не советую проверять, что будет, если они не найдут у вас хотя бы пару десятков куриных яиц и за какими они начнут охотиться в этом случае.
Декан то ли захрипел, то ли застонал, поди его еще пойми!
Затем сквозь зубы процедил, что ему все понятно. Но добавил, что у него, кажется, начинается аллергия на слюну волколака. Он попытался снять приступ магией, но не сработало.
- И правда, – согласилась я, уставившись на то, как покраснело и буквально на глазах распухало его лицо. – Вам нужно действовать быстро, иначе у вас случится отек. Затем будет шок, после чего, думаю, вас похоронят на кладбище академии. И вот тогда… Догадываетесь, что произойдет тогда?
И улыбнулась ему улыбкой ведьмочки, гарантирующей навязчивое свое внимание как при жизни, так и после нее.
По моей просьбе волколак все же убрал лапы с его груди, а я посоветовала декану и его парням отправляться прямиком в аптеку на углу, где в самом срочном порядке раздобыть снадобье от аллергии.
Конечно, лучше было бы пробить туда портал, но они хорошо постарались – пространственные заклинания не работают, – так что придется ножками.
Они кинулись прочь, волоча за собой стремительно распухавшего декана, а вслед им несся громкий смех Гретты.
Я же погладила волколаков по голове – всех, кто участвовал в заварушке, – заодно дожидаясь, когда оттают мои крысы и голубь, а еще когда ко мне приблизится вожак. Возможно, следом подойдут более осторожные самочки…
Но они не успели – потому что в нашу сторону, словно вырвавшийся из подворотни вихрь, несся Дарий. Он мог бы явиться и через портал, так быстрее, но раз те не работали, то ему пришлось… ножками.
В одной руке Дарий сжимал меч, а над второй его рукой крутились, наливаясь кроваво-красным, Темные магические вихри.
Кажется, Дарий все-таки отыскал мой след, а потом нашел и меня, окруженную волколаками, и сделал в корне неверные выводы. Решил, что ему надо меня спасать!
Это еще мой голубь не вырвался из ледяного заточения, промелькнуло в голове. Потому что крысы уже начинали шевелить костяными лапками.
- Стой! – воскликнула я прежде, чем случилось непоправимое.
Уверена, волколаки решили, что этот Темный с мечом – прямая угроза как стае, так и мне. И они были правы – стае грозила неминуемая расправа.
Мне же Дарий не был страшен, как раз наоборот.
- Остановись! – завопила я. – Сейчас же прекратите! Все, немедленно!
Потому что стая занимала позицию для атаки.
Я видела, как ощетинились самцы, а из их пастей полезли клыки. Самки ушли в тень, но были готовы прийти на помощь в любой момент. Вожак увеличился в размерах чуть ли не в полтора раза – он принимал боевую ипостась.
Таким я видела его только во время Прорыва и нападения на академию.
С Водниками волколаки меняться не сочли нужным; наверное, понимали, что противники из тех были так себе.
Зато Дарий явно оказался слеплен совсем из другого текста.
Из какого именно, правда, я так и не увидела – потому что напасть на него всей стаей волки не успели. Как и не оказались на всеобщем обозрении обитателей домов внутренности и части тел волколаков.
Потому что я завизжала.
Так, как никогда до этого в своей жизни.
А затем вскинула обе ладони, и собранное мною заклинание полыхнуло ярким, ослепительным светом, разлетевшимся по всем закоулкам подворотни.
Ну что же, внимание к себе я привлекла. Все замерли – но это я поняла лишь тогда, когда перестала визжать и ко мне вернулось зрение.
- Вот и хорошо! – пробормотала я. – Стой где стоишь, – сказала я Дарию, сжимавшему в руке меч, с сомнением поглядывая на огромных существ, на головы которых я демонстративно положила руки. – И вам тоже спасибо, – сказала я волкам. – Не стоит проливать кровь. Вы ведь не враги друг другу.
А вот голубю и крысам сказать этого я не успела. Или же они не слышали, совсем не вовремя выйдя из ледяного плена.
Потому что скелет голубя с диким воплем обрушился на Дария с небес, а крысы ринулись к его ногам с самыми кровожадными намерениями.
- Их тоже не трогай! – только и успела воскликнуть я.
В этот момент на лице Дария промелькнуло непередаваемое выражение страдания, но он послушно… поймал голубя на лету, затем пинком отправил двух крыс в полет куда-то в сторону угольного ящика. Вторым пинком туда же улетела и третья крыса, после чего в ту сторону он зашвырнул еще и голубя.
И уставился на меня с выражением: «Ну и кого мне еще пощадить ради тебя?»
Но больше было некого.
Если только позади меня истерически смеялась Гретта, на что Дарий кинул на нее недовольный взгляд.
- Мисс Лири, – заявил он ей прежним, «декановским» голосом, – я не вижу ни единого повода для веселья.
Хотя факультетом Некромантии он давно уже не руководил.
- Пожалуй, я пойду, – отсмеявшись, заявила нам Гретта. – Мне надо… Пожалуй, навещу-ка я родню, раз выдалась такая возможность! Думаю, они будут…
Но подруга так и не закончила фразу. Сбежала, а затем, подчиняясь моей команде, восвояси отправились крысы, а за ними, недовольно вопя, обиженный до глубины воскрешенной души, улетел и голубь.
Зато волколаки задержались.
Я их об этом попросила, потому что нам следовало поговорить.
Ну и Дарий тоже не собирался никуда уходить. Стоял чуть в стороне, не спуская с меня глаз; хорошо, хоть меч пристроил в ножны. Но я не собиралась обманываться – знала, что он сумеет достать его за считанные полсекунды.
- Вы сможете вернуться в академию, как только для вас будет готов новый и просторный дом, – произнесла я, уставившись в глаза вожаку. И тут же спохватилась, вспомнив, что толком и не поблагодарила их за помощь с Водниками. – Спасибо, что явились ко мне на выручку. Ваше появление пришлось как нельзя кстати.
Вожак продолжал смотреть мне в глаза. Его взгляд давил, словно волколак пытался что-то мне сказать, и для этого мне нужно было всего лишь… прислушаться.
Но я никак не могла сосредоточиться, потому что краем глаза видела: остальные волки внимательно следили за Дарием, готовые наброситься на него всей стаей, если тот совершит резкое движение.
Заодно я понимала, что Дарий вполне мог это сделать. Ему не нравилось, что я была слишком близко к вожаку.
С другой стороны, мне тоже много чего не нравилось в его поступках. Например, он бросил меня полуживую в Лабиринте, в окружении обморочных подруг, и унесся куда-то, ведомый одному ему известными ветрами, которые он назвал «чувством долга».
Поэтому я отвернулась от Дария, понадеявшись на его разум и еще на то, что во дворе уже скоро не будут валяться вперемешку человечьи и волчьи внутренности.
После чего снова посмотрела главному волколаку в глаза. Уже скоро мне удалось очистить разум от посторонних мыслей, и я поняла, что именно волк пытался мне сказать.
Да, после Прорыва его стая ушла в леса. Но повсюду были люди, их дома и хозяйства.
Людям подобное соседство со стаей не нравилось, хотя волколаки не причиняли никому вреда. Они хотели всего лишь охотиться и найти себе безопасное место для жизни. Вместо этого им пришлось уходить все дальше и дальше в леса.
Но люди были повсюду, а однажды они даже отправили по их следу отряд магов.
Те пытались уничтожить стаю, поэтому вожак принял решение возвращаться в столицу. Они запутали следы и очутились в Альтарисе, так как собирались вернуться в академию, где до этого спокойно и сытно прожили столько лет.
Единственное, они хотели бы иногда выходить на волю – тренировать молодняк в лесу.
- Я об этом позабочусь, – пообещала ему. – Новые вольеры еще не готовы, но вы все равно можете вернуться.
Они подождут, сообщил мне вожак. «Мы будем рядом», – напоследок сказал он, и стая, старательно обходя Дария стороной, потрусила в сторону подворотни.
Волки ушли, а мы остались.
Вдвоем.
Ну если только пара крыс внимательно следила за нами из дыры в угольном ящике, а еще одна, подозреваю, отправилась в академию докладывать обо всем Рурху. Если, конечно, голубь не прилетел первым.
Дарий глядел на меня – так, словно никогда раньше и не видел. Рассматривал мое лицо, затем его взгляд задержался на моих губах, после чего, коснувшись шеи, опустился ниже и завис на моей груди.
Конечно, мы, ведьмочки, и не к такому привычны, а «такое» часто использовали в собственных целях. Заворожить мужчину вздымающейся от волнения трепетной грудью, показать ему ножку в чулке с правильным бантиком – и все, вот он уже твой. Делай с ним то, что захочешь.
Ну, пока он не очнется.
Только вот этого мужчину завораживать я не собиралась, как и заполучать его целиком. Мне хватило прошлых моих попыток в академии, а затем того, чем все закончилось в Лабиринте.
Поэтому я повернулась и, бросив ему на прощание «Ну, я пошла!», отправилась к выходу из подворотни.
Правда, далеко уйти не получилось. Дарий догнал меня на выходе из подворотни и зашагал рядом.
Очутившись на большой улице, я немного посмотрела в сторону аптеки, гадая, успели ли достать лекарство от аллергии для декана факультета Воды. Но так как повозки коронера нигде не оказалось, я решила, что тот все-таки выжил.
Поэтому повернула в сторону академии, а Дарий все так же шагал рядом, привлекая к себе внимание. Преимущественно женское.
Но мужчины тоже на нас поглядывали – но если на него с опаской, то на меня – с интересом.
- Кстати, как поживает Маделин Хаес? – вежливо поинтересовалась я, поняв, что повисшее молчание затянулось. – Вернее, она еще жива?
Пусть я не особо на него косилась, но все же заметила, как на лицо Дария набежала тень.
- Да, она жива, – нехотя признался он. – Я не имею обыкновения убивать женщин, хотя она и заслужила.
- То есть ты даже не покромсал ее на куски, а потом не станешь закусывать ею на завтрак и обед, как делают все нормальные обитатели Темного мира? – вежливо поинтересовалась я, повторяя гулявшие по Элеону идиотские сплетни о жителях Шаддара и Ноктарии.
- Пожалуй, мне стоит многое тебе объяснить, – проигнорировав мое замечание, произнес Дарий. – Ты права, я родом из Темного мира и не собираюсь этого больше скрывать.
- Я уже заметила. Кстати, как тебе здесь, в Светлом мире?
- Светло, – мрачно отозвался Дарий.
- Ты прав. Тут есть такое дело, – согласилась я.
- Брачная метка появилась неожиданно, – произнес Дарий, хотя я ни о чем у него не спрашивала. – Но я понял, что моя невеста из другого мира, поэтому и отправился за ней в Элеон. Мне потребовалось время, чтобы ее найти.
- Возможно, ты ее и нашел, – согласилась я. – После чего бросил в Лабиринте.
А до этого он отвергал меня множество раз.
Конечно, Маделин и ее хищные грибы приложили к этому руку. И если взращенный мною симбионт Колюч просто-напросто унаследовал от меня скверный характер, пуляясь иглами во все, что он видит, то грибам деканессы явно передалась ее нездоровая страсть к Дарию Валларху.
- Я оставил тебя только тогда, когда убедился, что тебе не грозит опасность, – заявил мне Дарий.
- В Лабиринте нет ни единого места, где кому-либо может не грозить опасность, – возразила я. – Но я не собираюсь это обсуждать. Если честно, я вообще не хочу с тобой ничего обсуждать!
Ни сейчас, ни здесь, ни когда-либо еще – так ему и сказала.
Теперь у меня своя собственная жизнь, свободная от обязательств, а брачные метки исчезли без следа. Поэтому сейчас мне нужно как можно скорее попасть в академию и заняться своими делами.
А то, что он вернулся в Элеон, – это его личное дело.
- Я вернулся за тобой, – произнес Дарий, когда я распахнула портальное кольцо. – И не собираюсь больше никуда уходить.
На это я пожала плечами.
- Наш мир гостеприимен, – заявила ему. – Даже к Темным. А вот я не очень.
После чего шагнула в портал. Но перед тем, как исчезнуть с улицы, услышала его слова, сказанные мне в спину:
- Согласен, заслужил, – произнес Дарий. – Но я это исправлю.
Но уже в следующую секунду я вышла рядом с академией.
Задумалась: уж не послышались ли мне его последние слова, или Дарий произнес их на самом деле? А если и так, то каким образом он собирался все исправлять?
Этого я не знала, а поразмыслить мне не дали, потому что тотчас же прискакали – честное слово, словно беговые лошади! – церберы. За ними прибежала стая яйцекусов, хотя до этого я приказывала одним следить за другими.
Только поди еще вспомни, кому и за кем именно!
Но если церберы жаждали моих объятий и мечтали облизать с ног до головы, то яйцекусы, приблизившись, принялись щелкать пастями. Показывали, насколько сильно они проголодались в мое отсутствие и что их нужно немедленно покормить.
Но мне надо было еще несколько минут.
Конечно же, Высшая нежить тоже явилась ко мне на встречу. Я подошла к самому пышному кусту, собираясь с ними поговорить, и уже скоро…
- Витас Ротсби, – сказала я Рурху и Ангху и остальным в кустах тоже. – Мне удалось выяснить имя того, кто стрелял в короля. Еще я знаю, что он – бывший военный и ветеран Северной Войны.
На этом все сведения о нем заканчивались. Где его искать, я тоже была без понятия.
Знала лишь то, что Ротсби больше не вернется на второй этаж в доме Липке. Такие люди подобных промахов не совершают, потому что это было бы совсем неразумно с его стороны.
Ротсби понял, что Адриана его узнала, увидев на холме, поэтому он заляжет на дно.
Смогут ли найти его упыри, потому что я попросила их именно об этом? Учитывая, что это «дно» может быть где угодно, даже не в столице, а возможности передвижения по городу – особенно в светлое время суток – у нежити маловато, то вероятность была довольно мала.
Но они собирались постараться.
- Спасибо, – сказала им, когда упыри пообещали разослать своих шпионов во все концы Альтариса, заверив меня, что те навострят ушки (в буквальном смысле этого слова, потому что речь шла о крысах-умертвиях). – Ну что же, я буду ждать новостей. Как вы понимаете, к следователю с этим именем я не пойду. Боюсь, что из управления меня после такого Локхарт уже не выпустит.
Упыри все прекрасно понимали, поэтому удалились, чтобы поднять из мертвых еще больше своих хвостатых шпионов. И тем самым они оставили меня наедине с… Северином, который поджидал моего возвращения неподалеку от входа в академию.
- Значит, у меня есть соперник, – произнес он, перед этим посмотрев на то, как по моему подолу, цепляясь лапками за ткань, пытались взобраться на меня хищные ящерки.
Их было много, а я одна, и из-за этого они устраивали свары.
Меня же не оставляло ощущение, что до свары между Северином, который не собирался меня отпускать, и Дарием, планировавшим все вернуть, оставалась самая малость.
Но если яйцекусы порычали друг на друга и успокоились, то в случае с двумя Темными словесной перепалкой все не закончится.
Я прекрасно понимала, что будет кровопролитие, поэтому спокойно произнесла:
- Соперника у тебя нет, – сказала Северину. – Потому что меня у тебя тоже нет. Возможно, между нами что-то и было, – я прекрасно помнила то странное притяжение, а еще ощущение спокойствия рядом с ним, – но на этом все. Впереди нас ждут Все-Магические состязания, моя четверка представляет столицу, и я собираюсь сосредоточиться исключительно на нашей победе.
Хотела сказать, что ему тоже не помешает сосредоточиться на своей команде, но не смогла. Взгляд Северина пронизывал меня насквозь.
- То есть это все же он, – резюмировал Темный. – Наш куратор Дарк Валларх.
Я покачала головой.
- Ты ошибаешься, – сказала ему. – У меня нет никого. Я приняла такое решение.
Но вовсе не почувствовала облегчения после сказанного. Наверное, потому что понимала, что этих двоих подобная ситуация не устроит и в покое меня не оставят.
- Мне нужно идти, – заявила я Северину. – Я только что вернулась из города, и, судя по всему, наш ректор не врет, а глаза и уши нас не обманывают. Состязания все же начнутся завтра, как бы странно это ни прозвучало. Поэтому мне надо сосредоточиться.
Заодно всех покормить.
А еще узнать, в каком состоянии вернулся в академию декан факультета Воды и хватило ли у него сил и ума подписать согласие на передачу территории на мой зверинец.
В противном случае, если он заупрямится, я могла напустить на его коттедж голодную стаю. Причем не факт, что именно яйцекусов. В академии имелись другие интересные и более кровожадные варианты.
Поэтому я развернулась и пошла, все так же чувствуя на себе тяжелый взгляд Северина. А затем услышала его слова:
- Значит, мы продолжим после состязаний. С того самого места, на котором остановились.
Но я лишь покачала головой.
Шагала дальше по дорожке, заодно уговаривая себя, что поступила правильно. Отказала сразу двоим и осталась одна – что может быть сейчас лучше для Александры Дельвейн?
Если только с гордым видом прошествовать мимо сидевшей на лавочке с заплаканными глазами Маделин Хаес, которая была жива только потому, что Дарий не имел обыкновения убивать женщин. Хотя конкретно эта натворила столько дел, что заслуживала самого сурового наказания.
Неожиданно в голову стукнула мысль: совсем недавно я ходила с таким лицом, словно, по мнению Маделин, завела себе сразу двоих. Зато сейчас я осталась одна, и в чем-то мы с ней были похожи.
Но только в этом. Потому что меня окружали друзья и множество магических существ, о которых мне нужно было позаботиться.
Чем я и занялась.
В общежитие я вернулась поздно вечером, с гудящими ногами и болящей головой, потому что провела последние три часа с ректором и его секретарями.
Сперва, конечно, стоило мне постучаться в кабинет, как мне сразу же сказали, что «Сейчас не до вас, мисс Дельвейн! У нас тут состязания на самом носу».
На это я предложила, конечно же, подождать, когда станет до меня. После чего намекнула, что со мной подождет еще и стая яйцекусов, оставшаяся без вольера. Заодно сюда – ну да, в главный корпус, в коридор рядом с кабинетом, – пожалуют волколаки, решившие вернуться в академию.
Наши собственные, если что.
Ну и заглянут на огонек мантикоры, потому что стенки их вольера в ужасном состоянии. Гуляй на свободе – не хочу!
А если еще и утекут в наш пруд гидры, после чего оттуда попадут в водоем, из которого вся столица берет воду… К тому же у них сейчас как раз период бурного размножения. Когда они размножатся, то чья голова полетит в первую очередь?
Фантазии мне было не занимать и упорства тоже – все что угодно, лишь бы не думать о двух разговорах подряд с Дарием и Северином и о заплаканных глазах Маделин Хаес, страдавшей от своей любви…
Поэтому я стала донимать ректора и делала это так долго и настойчиво, пока он меня не принял и не признался, что я у него уже в печенках сижу.
- Я могу еще ее и съесть. Ну да, вашу печень, – вежливо сообщила ему. – Разве вы этого еще не поняли?
Мне тут же сообщили, что это давно уже стало понятно. И что меня приняли в столичную академию исключительно на свою беду.
- Уж и не знаю, как вы этого добились, мисс Дельвейн, но Водники отказались от своей территории в пользу зверинца, – нахмурив брови, признался мне ректор. – Заодно они сняли свою команду с места запасных. До этого похожее сделала деканесса Хаес. Команда Воздуха стать заменяющей не в состоянии, потому что капитан до сих пор не в форме после перелома. Остается только четверка Огня.
Я едва заметно усмехнулась. Понимала, что Огневики нам не страшны и на наше место претендовать ни в коем случае не станут. Марека я запугала еще со времен детского приюта в Хлыстах, и он не рискнет пойти против меня.
- Это хорошие запасные, они нас устраивают, – сообщила я ректору. – Хотя замена нам не потребуется. Но давайте вернемся к зверинцу. Вы же понимаете, что приступать к его постройке стоит как можно скорее? Если игры начнутся завтра-послезавтра…
- Завтра после обеда, – поморщился ректор. Затем неохотно добавил: – Недавно пришло распоряжение сверху, так что нам остается только подчиниться.
- То есть это означает, что до начала состязаний мы должны возвести хотя бы два временных вольера – для яйцекусов и волколаков. Давайте осмотрим все на месте, – предложила я, после чего принялась копаться в стопе своих эскизов.
Развернув очередной лист, на миг я задержала на нем взгляд. Рисовать мне помогал Северин, и мы с ним провели над этими чертежами, а затем и над расчетами долгие часы…
К глазам неожиданно прилили слезы.
Мне было жаль, что пришлось отвергнуть и его, и Дария. Но иначе бы эти двое мужчин, у которых появились одинаковые со мной брачные метки, сперва растерзали бы друг друга, а потом принялись бы и за меня.
Либо начали с меня, а затем стали бы выяснять между собой, у кого на мой труп больше прав.
Выход из этой ситуации я придумала только такой.
Иного я пока не видела, поэтому ходила по зверинцу вместе с ректором и его секретарями так долго, пока те не запросили у меня пощады и не сбежали. Я же отправилась в общежитие, порадовавшись, что по дороге мне не встретился Дарий, решивший завоевать мое сердце, или Северин, собиравшийся продолжить с того места, где мы остановились.
Зато в общежитии меня дожидалась мухараша, уже крепко стоявшая на своих лапках – такой пушистый комок с глазенками-пуговками. Прижалась ко мне, когда я взяла ее на руки, и принялась испускать волны любви.
Колюч тихо завидовал ей с подоконника, зато церберы вовсе не собирались этого делать, забравшись под наши с Греттой кровати и улегшись там спать.
Хорошо, хоть яйцекусов удалось оставить ночевать в старом вольере, выдав столько еды, что им было попросту лень отправляться за мной в общежитие. Но это вовсе не означало, что они не заявятся к нам на ночь глядя.
- Слышишь стук за окном? – мрачным голосом спросила у меня Гретта. – Это возводят наш эшафот!
Подруга шутила, но я знала, что в каждой шутке есть доля шутки, а остальное – правда. Судя по всему, плотники уже начали достраивать полосу препятствий, чтобы во время первого испытания Все-Магических Игр все выглядело как можно зрелищнее.
Или же чтобы непременно кто-нибудь убился на новых препятствиях.
Поняв, что начинаю ворчать как старушка, я сообщила Гретте, что иду спать. И нет, ничем интересным наша беседа с Дарием не закончилась…
- Даже не хочу об этом говорить, – заявила я Гретте.
- Значит, он все же заберет тебя в свой Темный мир, – расстроенно произнесла подруга, сделав совершенно неверный вывод.
Потому что никуда я не собиралась.
Ну если только лечь спать, надеясь, что там меня будет поджидать одно назойливое одноглазое существо, к которому у меня было дело.
- Нет, ты не ослышался, – заявила я Оку, когда то по привычке явилось ко мне во сне. – Да, у меня будет к тебе… Или к вам, кем бы вы ни были, просьба.
Глаз без ножек возликовал, словно не мог поверить в свою удачу.
- Не слишком радуйся, – посоветовала я. – Просьба будет совсем простенькая. – Хотя я лукавила. – Мне нужно, чтобы ты нашел одного человека. Или хотя бы подсказал, где мне его искать.
Речь шла, конечно же, о Витасе Ротсби.
Я понимала, что за такое глазья непременно потребуют с меня ответную услугу, и собиралась сперва хорошенько подумать, стоит ли эта игра свеч.
- Итак, что за человека нам нужно найти? – едва не подпрыгивая на ножках, которых у него не было, поинтересовалось Око. – Назови его имя, Александра! Мы – отличные поисковики!
Поэтому я и спросила.
Было дело, глазья удружили – отыскали для меня еще одну пару и даже брачную метку на руке Северина соорудили. Позже убрали, исправив то, о чем я их не просила, но было уже слишком поздно.
Я вздохнула, а затем вернулась к своим баранам. Вернее, к Оку, которое, имейся у него руки, наверное, принялось бы потирать их в предвкушении.
- Витас Ротсби, – сказала ему. – Именно его мне надо бы отыскать. В теории. А на практике я скажу, так ли мне это нужно, когда ты сообщишь, какую услугу вы попросите взамен. Но так и знай, денег у меня мало. Можно сказать, что их нет совсем.
И уставилась ему прямиком в глаз.
Прекрасно понимала, что этим существам деньги не нужны. Им была нужна я, но для какой именно цели – за все наше время общения они так и не сообщили.
- О нет, деньги нас не интересуют, – не скрывая своей радости, произнесло Око. – Ты права, Александра, у нас будет к тебе одна ма-а-а-ленькая просьба. Мы всего лишь хотим убедиться… Да, почувствовать это…
- Боги, что именно вы хотите почувствовать? – не выдержала я. – Хватит уже юлить, говори прямо, что вам от меня нужно, а я скажу, состоится ли наш обмен.
То есть они укажут мне местонахождение человека, стрелявшего в короля.
Тут я задумалась.
- Погоди, – сказала глазу. – Прежде, чем ты назовешь ваше условие и я стану тратить свое драгоценное время, размышляя, насколько для меня это приемлемо, скажи мне вот что – а вы вообще в состоянии отыскать Витаса Ротсби? Может, этот разговор так же бессмысленен, как и твой облик? Вот, например, почему ты являешься мне в образе глаза без ножек? Уверена, в реальности ты выглядишь совсем по-другому.
- Мы решили, что так будет солидно, – немного подумав, призналось Око, перед этим подтвердив, что они выглядят иначе. – И люди проникнутся к нам уважением и страхом.
Надо ли говорить, что я с трудом удержалась от смеха? Хотя зачем бы мне это делать?
Рассмеялась, а затем заявила, что они ничего не знают о людях. Но раз так, то как они смогут кого-либо найти?
Развернулась, якобы собираясь уходить, хотя всего лишь вела собственную игру. Мне нужен был Ротсби, а глазья – отличный шанс его заполучить. Может, Око проговорится, и мне не придется с ними расплачиваться?
- Витас Ротсби, – раздалось мне в спину. – Родился тридцать пять лет назад по вашему времяисчислению. Слабый магический дар, до академии не дотянул. Ушел в армию, но сам научился пользоваться своим даром, что помогло ему стать лучшим стрелком в отряде. Много воевал. Северная Война – так вы ее называете. Был серьезно ранен в бою при Агнешце. Провел полгода в госпитале, где его буквально собрали по частям, после чего уволили в запас.
Тут Око замолчало, и я подумала…
Неплохо! Очень даже неплохо! Куда больше, чем о Витасе Ротсби сообщила мне Адриана Липке.
- В каком виде к тебе явиться в следующий раз, Александра? – заискивающе спросило Око, когда я все же повернулась. – Какой бы ты предпочла?
- Оставайся в этом, – сказала ему. – Не могу смотреть на тебя без смеха, так что ты поднимаешь мне настроение.
Око растерянно моргнуло, и я подумала: наверное, я доведу его так же, как и нашего ректора. Осталось совсем немного, и я наконец-таки услышу, что я у них уже в печенках сижу.
Вместо этого Око произнесло свою просьбу, и она была странной. Глазья пообещали сообщить мне все детали биографии Ротсби, а также адрес, где тот сейчас скрывался, в обмен на то, чтобы я…
- Вы что, свихнулись? Всей своей глазной популяцией? – не слишком вежливо поинтересовалась я.
Потому что, по словам Ока, мне надо было всего лишь незамеченной войти в Лабиринт, который сейчас пустует, и прорыва Источника не ожидается. Нет, не пересекать Грань, разделяющую миры, а остановиться рядом с ней, после чего активировать свою магию.
Но перед этим подумать о самой страшной несправедливости, которая случалась со мной в жизни. Позволить гневу охватить все мое существо, а затем дать ему сорваться с моих рук и ударить по разделяющей миры Грани.
И все. Лишь одно заклинание.
Но они будут рядом. Ждать. Внимать.
Им всего лишь нужно почувствовать мою магию, а за это я получу своего Ротсби на блюдечке.
- Вы какие-то магические извращенцы, – сообщила я Оку. – Одни, значит, промышляют тем, что воруют и нюхают женское белье, тогда как вы… Вы будете внимать моей магии.
На это Око подтвердило, что все так и есть.
- Мы договорились? – спросило у меня. – Сделай это завтра днем, до начала ваших состязаний, а адрес ты узнаешь сразу же, как только погрузишься в сон.
- А давай наоборот? – предложила я. – Сперва адрес, а потом вы будете нюхать мою магию?
На это Око печальным голосом ответило, что так не пойдет, потому что я их непременно обману. Они уже успели меня изучить.
Именно это я бы и сделала, причем без зазрения совести, поэтому пожала плечами.
- Я подумаю, – туманно сообщила ему, – стоит ли связываться с извращенцами. В Гржине нас учили, что любой приличной ведьмочке от таких нужно держаться подальше.
После чего развернулась и зашагала от Ока прочь в синюю даль сновидений. Хотя понимала, что, скорее всего, соглашусь.
Мне нужен был Ротсби. Стрелявший в короля не должен уйти от наказания.
- И что ты скажешь на этот раз? – подняв черную вуаль с лица, язвительным голосом произнесла Аделин.
Уставилась на своего любовника, неожиданно подметив его безвольный подбородок, бегающие глаза и надменный взгляд, хотя для надменности у Саверлока не было ни единой причины.
- Какую отговорку ты найдешь сегодня? Вернее, те люди, которым, с твоей подачи, я отдала почти все свои драгоценности?! Но при этом мой муж до сих пор жив! Преспокойно спит, погруженный в магическую кому, а лекари кормят меня завтраками! Обещают, что он умрет со дня на день…
Тут Аделин замолчала и недовольно качнула головой, поняв, что оговорилась. Выдала желаемое за действительное.
Наоборот, лекари в один голос обещали, что Ильдару вот-вот станет лучше, он начнет просыпаться и узнавать окружающих. А ведь Аделин давно уже подготовила траурное платье и подобрала подходящую вуаль для первого своего появления на людях после вожделенного известия о смерти мужа. Даже отрепетировала перед зеркалом слезы, которые будут лишь красить молодую вдову, а не делать из нее корову с распухшим лицом и покрасневшими глазами!
Вместо этого Ильдар продолжал жить.
Не только это – в Элеон с неожиданным визитом собиралась прибыть ненавистная Аделин шлюха Эвинира, она же королева Ноктарии. Бывшая любовница мужа, сумевшая родить тому дочь.
И отродье Ильдара тоже еще жило и здравствовало, хотя Аделин рассталась с большей частью своих драгоценностей, отдав их неведомо кому! Заплатила огромную сумму, а от поставщика смертельных услуг не было ни слуху ни духу!
- Любовь моя, – стараясь скрыть свое раздражение, произнес Кайлен Саверлок, – поверь, я обеспокоен не меньше твоего…
На это Аделин поморщилась, а затем оттолкнула от себя протянутую руку молодого герцога. Ей не нужен был любовник, который станет переживать не меньше ее! Рядом с собой она видела сильного и уверенного мужчину, а не вот этого…
Неужели она так сильно ошиблась, выбрав довериться этому слизняку?!
Заметив ее неудовольствие, Кайлен тут же пошел на попятную.
- Вчера поздно вечером я снова встретился со своим человеком. Тот заверил меня, что подготовка почти закончена и они…
Не выдержав, Аделин его перебила:
- Если бы я взяла столько денег, то тоже заверяла кого угодно и в чем угодно! До тех пор, пока бы не сбежала с ними куда-нибудь подальше!
- Нет, дорогая моя, я получил от него конкретные детали. А то, что у них вышло промедление… Ты же понимаешь, что они не могут ворваться в королевские покои и убить твоего мужа!
- Разве? – вредничая, спросила Аделин. – Неужели все настолько сложно?
Хотя осознавала, что Кайлен был прав.
- Охрана у покоев Ильдара выставлена троекратная, короля сторожат и днем и ночью. К тому же все маги ему верны, и подкупить их не удалось.
- Думаю, твои люди плохо старались, – усмехнулась королева. – Я отдала огромные деньги. Уж кто-нибудь из стражи на такое бы польстился!
- Я тоже отдал почти все, что у меня было, – напомнил ей Кайлен. – Ради того, чтобы ты взошла на трон, Аделин, а я бы занял место у твоих ног. Но меня заверили, что выход найден.
- Какой именно? – поинтересовалась она.
Герцог покачал головой.
- Тебе лучше этого не знать! Когда король умрет, будучи отравленным уже этим вечером, я уверен, что перевернут весь двор. Опросят всех без исключения. Пусть на расследование первого покушения нам удалось поставить своего человека, на этот раз такое не выгорит. Думаю, тебе стоит провести весь сегодняшний вечер на глазах у других, не приближаясь к спальне своего мужа и не догадываясь ровным счетом ни о чем.
Немного поразмыслив, Аделин кивнула.
- Ты прав, – сказала ему. – Мне необязательно знать детали. Вместо этого я позову своих фрейлин, мы закроемся в моих покоях и не станем выходить наружу. Тем самым я покажу, насколько я возмущена тем фактом, что во дворце – в моем дворце! – будет жить Темная королева.
- Хорошая мысль, любовь моя, – похвалил ее Кайлен.
Внезапно Аделин пришла в голову еще лучше.
- А если сделать так, чтобы виноватой оказалась Эвинира? Для этого я готова отдать все свои богатства. Вот бы казнить мерзавку!
Но Кайлен покачал головой.
- Не думаю, что нам нужна война с Темным миром. Сделай мы это и казни их королеву – тогда против Элеона поднимутся и Ноктария, и Шаддар. Боюсь, нам не стоит начинать наше правление в столь сложной обстановке.
Аделин снова поморщилась. Кайлен был прав, хотя его слова «наше правление» не пришлись ей по душе.
Но с ним она собиралась разобраться позже.
Сперва муж, а затем его отродье, а Темная королева укатит восвояси и сама. Уж о том, чтобы в Элеоне ее приняли как можно хуже, Аделин позаботится.
- Александра Дельвейн, – напомнила она. – Что с той девкой?
- О ней тоже позаботятся. Уже сегодня в академию отправятся те, кто поможет ей закончить земной путь. Но спешки никакой нет – как только король умрет, Александра практически перестанет быть для нас опасной. Хотя мы уничтожим ее непременно и как можно скорее, – и в его голосе королеве снова послышалась неприкрытая ненависть.
Но Аделин решила не брать это в голову.
Затем она отказалась от любовных утех, которыми не терпелось заняться герцогу. Заявила, что она готовится примерить траур и сейчас у нее нет настроения. После чего ушла.
Кайлен же, проводив взглядом закрывшуюся за Аделин тайную дверь, пожал плечами и позвал слугу.
- Приведи мне какую-нибудь девку, которая не прочь позабавиться. Скажи, что ей хорошо заплатят. Хотя нет, найди-ка мне двух. – Задумался. – Или лучше трех, и пусть они будут из нормальных семей, а не портовые шлюхи. Те, чьим словам поверят, если до этого дойдет. Мне понадобится алиби на весь сегодняшний вечер.
Если Аделин собиралась закрыться со своими фрейлинами, то Кайлен Саверлок решил развлекаться с девками в то время, пока в королевском дворце будут убивать короля.
Возможно, Аделин это и не понравится, но герцогу было все равно.
С ней он разберется позже. Сперва убрать короля, затем посадить Аделин на трон и сесть рядом с ней. А потом остаться на этом троне одному.
Таков был его план, и Кайлену Саверлоку он пришелся по душе.
Возле выхода из факультета меня подкарауливал Сайрус. Причем выходов имелось несколько, но капитан четверки Воздуха справедливо рассудил, что я выберу именно этот.
Тот самый, который вел на кладбище, – и ни в чем не ошибся.
Дело в том, что мне надо было поговорить со своей нежитью и выяснить, есть ли у них успехи в поисках Ротсби.
Тогда-то я и встретила Сайруса, недавно выписанного из лазарета, стоявшего с бледным, даже зеленым лицом.
Маг Воздуха пытался казаться храбрым и нисколько не обращать внимания на то, что там шуршало и злобно перешептывалось в ближайших кустах, и почему по его ногам то и дело пробегали ожившие скелеты крыс, похоже, явившиеся с докладом к хозяевам-упырям, а над головой реял, зорко поглядывая вниз, костлявый голубь.
Ну да, время от времени он издавал свой коронный вопль, но это ведь мелочи жизни! Не вижу никакой нужды вздрагивать и натягивать сползшую улыбку на позеленевшее лицо.
- Что тебе от меня нужно, Сайрус? – спросила я, не собираясь ни с ним здороваться, ни упражняться в любезностях.
Не заслужил.
Заодно я разгладила лацкан своего пиджака. На мне уже была форма, которую нашей четверке прислали из дворца, – именно в ней через полтора часа нам предстояло явиться на очередное торжественное построение в честь очередного открытия и старта Все-Магических состязаний. Затем переодеться в более удобный вариант – такой нам тоже прислали, – после чего с достоинством представить нашу академию на первом испытании, которое нас ждало сегодня после обеда.
Ну да, на выстроенном за ночь «эшафоте», читать «полосе препятствий», к которой никого не подпускали. Поставили охрану, заявив, что все команды участников ждет сюрприз.
Помня о том, как с одного из таких «сюрпризов» сорвался Сайрус, а во втором меня подкарауливал убийца с ножом, чей труп сейчас покоился в безымянной могиле на нашем кладбище… В общем, я попросила нежить осторожно проверить новую конструкцию на крепость и всевозможные ловушки.
Об этом, кстати, я тоже собиралась поговорить с Рурхом и Ангхом. Поэтому и расстроилась, увидев поджидавшего меня у крыльца Сайруса.
Но что душой кривить – дело было даже не в маге Воздуха, к которому я ничего не испытывала, да и вряд ли чувствовала что-то серьезное раньше. Причина была в том, что я ожидала увидеть совсем другого…
Темного, а не Светлого.
Но вместо него передо мной стоял Сайрус, пытаясь изобразить на лице раскаяние, которого не было и в помине.
- Что тебе нужно на самом деле? – повторила я, выслушав от него порцию извинений. – Вряд ли тебя интересует мое прощение. Ты уже сказал все, что мне надо было услышать, когда заявил, что моя четверка происхождением не вышла и не нам представлять нашу академию и стоять рядом с королем.
Сайрус поморщился – я не собиралась его щадить. С чего бы мне это делать?
Тут притопал еще и Колюч, заметно подросший за последние дни. Выбрался из дверей факультета, остановился рядом со мной и ощетинился иглами, готовый сотворить еще один кактус, но уже из Сайруса, если тот хоть слово скажет мне поперек.
Магу Воздуха еще повезло, что и церберы, и явившиеся в ночи яйцекусы, дружно клацая голодными челюстями, наперегонки унеслись в сторону кухни за вожделенным завтраком. Но без защитников я не осталась – Колюч и упыри вовсе не нуждались в еде.
- То есть мне стоит говорить откровенно, – пробормотал Сайрус.
- Именно это и делай, – согласилась я. – У меня нет времени выслушивать твой бред с извинениями.
И правда, время поджимало. После кладбища я думала завернуть в столовую, а после завтрака посмотреть, как продвигается строительство новых вольеров, на которые должны были отправить плотницкие бригады, закончившие с полосой препятствий.
Затем собиралась прогуляться до Лабиринта. Нет, я вовсе не планировала выполнять просьбу глазьев-извращенцев, но мне хотелось понять…
- Запасная команда, – произнес Сайрус, тем самым вырвав меня из размышлений о предложенной Оком следке. – По-хорошему, ею должны были быть вы. Для нас.
- По-хорошему, тебе отшибло память, – заявила ему. – Вы проиграли нам дважды, Сайрус, поэтому нам и представлять академию. Может, тебе сломать вторую ногу, чтобы ты наконец-таки уяснил этот факт?
Он поморщился, все еще не готовый смириться с поражением. Но деваться ему было некуда.
- Четверка Земли снялась с запасных по решению деканессы Хаес, – начал перечислять Сайрус. – Декан факультета Воды вчера тоже отозвал свою команду. Не знаю, что ты с ним сделала, Александра, но при упоминании твоего имени он начинает краснеть, хрипит и что-то пьет из своей фляжки, а потом порывается бежать в храм.
Я пожала плечами. У него всего-то оказалась сильнейшая аллергия на слюну волколака.
Или же эта аллергия была на… меня?!
- И что из этого? – спросила я у Сайруса.
- Когда я поинтересовался у Марека с факультета Огня, поставит ли он свою команду вам в запасные, тот принялся хохотать, словно в него вселились демоны. А потом убежал, и теперь никто не знает, где он.
- Бедняжка Марек, – пожала я плечами. – Видать, у него было непростое детство.
Ну да, потому что в нем присутствовала Александра Дельвейн.
- В общем, Огневики не пойдут к вам в запас. А больше никого не осталось, кроме моей четверки. Поэтому я подал заявку, и декан ее одобрил! Но я хочу, чтобы ты узнала об этом от меня. И еще о том, что мы ни в коем случае не станем претендовать на ваше место. Просто если что-то случится…
- Если с нами что-то случится, причем по вашей вине, я все же сломаю тебе вторую ногу, так и знай. А остальные конечности тебе доломают мои друзья, – вежливо сообщила я. – Но в целом я не против, только не стойте у нас на пути. А сейчас оставь меня в покое.
Сказав это, я мысленно приказала Колючу наблюдать за Сайрусом, и, если тот шевельнется в мою сторону, все же сотворить еще один кактус.
Сама же полезла в кусты. Мне надо было поговорить с нежитью.
Но далеко уйти мне не дали.
- Александра! – окликнул Сайрус мой зад, и я вздохнула.
Ну что за день такой сегодня?
- Чего тебе надо? – не оборачиваясь, спросила у него.
Остановилась, не без этого, а вокруг шастали шустрые, хотя и мертвые крысы, кажется, посчитавшие, что такое передвижение для меня в порядке вещей.
- Мы не станем вам мешать, – все так же моему заду заявил Сайрус.
- И для этого ты меня звал?! Сказать, что вы решили нам не мешать, хотя вы и так запасная команда?
- Хотел, чтобы ты знала. Вы… – запнулся. – Думаю, вы сможете представить нашу академию достойнее нашей четверки!
Кажется, произнести последнее ему далось с трудом, поэтому Сайрус не смог заявить мне это в глаза, а обратился к той части тела, которой…
Ну вы поняли.
- Порвите всех сегодня, – добавил он. – И завтра тоже. И в Лабиринте, если, конечно, вы пройдете в финал.
- Мы постараемся, – все так же, не поворачиваясь, ответила ему, после чего полезла дальше.
- А что там, в кустах? – поинтересовался напоследок Сайрус, на что я ответила, что лучше ему не знать. Крепче будет сон.
Сайрус все-таки ушел, а я уже скоро выяснила у нежити, что Ротсби спрятался так, что даже крысы его не нашли. В прямом смысле этого слова. И голубь заодно, но они непременно продолжат поиски.
И еще то, что испытать на прочность как новую, так и старую полосу препятствий упырям не удалось – слишком уж много в академии народу. Везде снуют, шныряют, суют свой нос куда ни попадя.
Нормальной нежити нигде от них не спрятаться – всюду бродят то приехавшие на состязания команды, то гости академии, то газетчики, то распорядители. А когда откроют главные ворота и внутрь хлынет толпа зрителей, давно уже купивших билеты, то упырям останется если только зарыться под землю и переждать этот беспокойный период в своих могилах.
Или в чужих, чтобы было повеселее.
Но от вечернего чая в моей компании они бы не отказались, а заодно от рассказа, как пройдет первое испытание. Следить за ним у них вряд ли получится – одна крыса донесла, что зрителей в академии будет несколько тысяч…
- Какой кошмар! – пробормотала я, прикидывая, что нас ждет, а затем сказала упырям, что мне нужно поскорее проверить, как продвигаются дела в зверинце.
Если не успеют построить новые вольеры, то жить на время состязаний всем придется…
- У нас на факультете, где же еще! – закончила я вслух свою мысль. – И церберам, и яйцекусам, и волколакам, и всем остальным!..
Если что, насчет гидр я тоже не шутила, когда намекала ректору о периоде их размножения.
Впору было хвататься за голову, что я и сделала. Затем полезла обратно из кустов, посоветовав нежити крепиться, а заодно пообещав, что если у меня останутся силы, то я непременно загляну к ним на чай.
И капли валерьянки для них захвачу. И печенье тоже.
- Как у тебя дела на любовном фронте? – не желая меня так быстро отпускать, поинтересовался Ангх. – Расскажи нам, Александра! Мы всегда готовы дать тебе совет. Все же опыта у нас побольше…
Оказалось, они успели подсчитать, сколько каждый из них прожил до смерти, а потом и после нее, и вместе у них вышло под две тысячи лет. Солидное число!
- В личной жизни у меня все как на кладбище, – пробормотала я.
- То есть очень активно? – обрадовались упыри, неверно истолковав мои слова.
- Как раз наоборот, – вздохнула я. – Так уж вышло, что я отказала… Вернее, сказала, чтобы меня оставили в покое, а они…
- А что они? – напряглись упыри.
- Они меня оставили, – вздохнула я, а затем все же выбралась из кустов.
Вскоре я удостоверилась, что в зверинце ничего не происходит, кроме дремлющих на солнце мантикор и активно спаривавшихся гидр в давно уже ставшем для них тесном водоеме.
Куда пропали бригады плотников – мне было непонятно. Ректор тоже от меня прятался, и я стала прикидывать, как осуществить свою вчерашнюю угрозу и привести всех магических существ к нему в кабинет. Заодно позавтракала со своим курсом, зорко поглядывая по сторонам.
Судя по всему, команды гостей перед началом состязаний решили остаться в своих коттеджах, поэтому тех, кого я высматривала, так нигде и не увидела.
Пожав плечами, сказала подругам, что мне нужно прогуляться. Желательно в одиночестве, чтобы привести голову в порядок. Но уже скоро я вернусь на факультет, и мы станем готовиться к открытию и первому состязанию.
После чего я отправилась в сторону Лабиринта.
Я вовсе не думала забираться в один из черных лазов, которыми была испещрена темная скала, сторожившая вход в другой мир, и тем самым искушать судьбу. Вместо этого мне хотелось понять, зачем глазьям могла понадобиться моя магия.
Что в ней такого?
Магия как магия; к тому же у меня очень долго ее не было – целых два десятка лет. И если бы я случайно не взорвала тот глупый артефакт во время проверки, то вряд ли бы она появилась.
Я бы до сих пор училась в Гржине – вернее, уже доучивалась на факультете Ведовства, ожидая приема в ковен, а не вот это…
Это ощущение, что откуда-то неподалеку на меня глядят равнодушные, но при этом безжалостные глаза.
«Опасность!» – взвыл внутри меня внутренний голос, хотя я не могла понять… Не знала, с какой стороны она угрожает!
Принялась озираться, стягивая к себе столько магии, сколько у меня имелось. А потом увидела на параллельной дорожке Дария и…
…Думаю, первопричина всего того, что произошло дальше, крылась в моей собственной беспечности. В том, что вот уже несколько дней как меня перестали убивать.
Потому что вместо этого злодеи попытались убить короля.
Шокированная столь трагическим событием, развернувшимся на моих глазах, я решила, что и моему врагу – герцогу Саверлоку – сейчас не до меня. Он занят тем же самым, что и я, – пытается понять, кто стоит за покушением на Ильдара Иллариана.
Или так же сильно потрясен, как и остальные в Элеоне, что попросту позабыл об Александре Дельвейн.
К тому же на параллельной дорожке я видела Дария, и его голова возвышалась над кустами. Кажется, Темный меня еще не заметил, но был рядом. Стоило его позвать, и он бы меня услышал.
Но я не стала, потому что ко мне, беспечно переговариваясь, приближались трое – двое молодых мужчин в повседневной одежде и кокетливая дамочка в светлом платье и в шляпке с яркими цветами.
В руках она держала черно-белые прямоугольные куски бумаги, и я решила, что это билеты, а троица – первые зрители, явившиеся на Все-Магические состязания.
Увидев меня, дамочка расплылась в радостной улыбке, и все трое тут же направились ко мне.
Я немного расслабилась. Решила, что это была ложная тревога и никто убивать меня не собирается. Но защитное поле снимать не спешила.
- Вы ведь участница? – подойдя первой, поинтересовалась у меня дамочка. Сперва я думала, что она совсем молода, но вблизи увидела залегшие тени вокруг глаз и морщины на лбу. – На вас форма… О, я узнаю нашивки! Это наша команда, Альтарис – вперед! – с энтузиазмом воскликнула она.
- Ну, что-то такое, – туманно отозвалась я, не особо разделяя ее оптимизм.
Посторонилась, решив, что зрители пойдут своей дорогой, а я – своей, но не тут-то было.
- Мы давно уже купили билеты, – кашлянув, произнес один из сопровождающих мужчин. – Заодно и пришли заранее.
- Хотим занять самые лучшие места, чтобы болеть за нашу команду, – подхватила дамочка.
- Тогда вам, наверное, нужно идти к полосе препятствий, – отозвалась я. – Там пройдет первое испытание. Ну, если вы не хотите сперва увидеть церемонию открытия. Она начнется минут через сорок на торжественном плацу.
Сама же посмотрела направо, где недавно видела Дария, но он ушел довольно далеко вперед.
- Наверное, стоит взглянуть на церемонию, – растерянно произнесла дамочка. – Вот, на билетах есть карта академии, но я не могу понять, где мы находимся и куда нам идти дальше. Вы не сможете помочь?
После чего протянула мне черно-белый билет, на котором и правда была напечатана схема нашей академии.
И да, я взяла листовку из ее рук, перед этим ослабив защитный контур, потому что не увидела в этой троице ничего подозрительного. К тому же недавно Рурх мне сообщил, что в академию явится целая тысяча зрителей.
А то и побольше будет.
Судя по всему, эти пришли первыми, явившись в погоне за лучшими местами, а еще и болевшие за нашу четверку. Поэтому я решила показать, где лучше встать рядом с плацем, чтобы все увидеть. Склонилась над картой и принялась водить по ней пальцем.
Заодно и сняла почти все защитные заклинания, чтобы эти трое могли подойти поближе.
Они подошли, и я тут же почувствовала, как что-то укололо меня в шею. Было больно, словно в меня впилась оса. Я дернулась, увидев, как от меня отшатнулась дамочка и на ее лице появилось выражение злорадного торжества.
По телу моментально стал расползаться ледяной холод. Я понимала, что меня отравили – скорее всего, эта тварь в шляпке оцарапала меня ядовитой иглой, – и жить мне оставалось считанные секунды.
Дарий все равно не успеет – промелькнуло в затуманивающемся разуме, – даже если я его позову. Возможно, он явится и убьет всех, кто причастен к преступлению.
Но зачем ему мой труп?
И зачем моему трупу – он?
Поэтому я сделала именно так, как меня учили в Гржине. Сдала свой экзамен на высший балл, потому что уже в следующую секунду усилием воли остановила сердцебиение.
Как и течение крови, замедлив распространение яда.
Мое тело безвольно рухнуло на дорожку прямо к ногам убийц, и если бы они решили поискать у меня признаки жизни, то ничего бы не обнаружили.
Но они не стали.
- Все готово, – раздался голос дамочки, больше не бывший ни наивным, ни растерянным. – Девка сдохла.
- Это было быстро, – похвалил ее напарник. – Ты молодец! Не хочешь проверить?..
- Неужели ты сомневаешься в вытяжке из яда черной мамбы с моими улучшениями? – огрызнулась она. – Девка мертва. Ее сердце остановилось даже быстрее, чем я думала. Теперь нам осталось довести начатое до конца. Обставим все как несчастный случай. Она не должна валяться на дорожке.
- Лабиринт, – подал голос третий. – Мы бросим ее на входе в Лабиринт. Все решат, что она сама туда полезла, а потом ее сердце не выдержало. Но давайте побыстрее, пока никого нет.
И они потащили мое тело к Лабиринту. Туда, куда добровольно я не вошла бы никогда.
Но у меня не было возможности им сопротивляться. Все, что у меня осталось, – это лишь способность мыслить. Причем ровно до момента, пока сознание не покинет мое тело вместе с жизнью.
Мое сердце все же билось. Замедленное до последней крайности, оно пусть и редко, но совершало удары.
Да, я могла кого угодно ввести в заблуждение своей мнимой гибелью – кроме Богов, самой себя и человеческой природы, потому что в моей крови находилась зараза, которая уже скоро попадет в сердце. И вот тогда оно остановится окончательно и бесповоротно.
А пока что…
- Кто-то идет, – раздался недовольный голос дамочки, которая топала за волочившими меня мужчинами. – Уберите эти доски, затащим ее внутрь. Переждем в пещере.
- Лучше бросить ее тело тут. Я бы не стал туда заходить, – недовольным голосом произнес один из убийц. – А то мало ли…
- Думаешь, на тебя ринутся все твари Нижнего мира? – усмехнулась девица. – Не будь идиотом, Дерек!.. Пока нет Прорыва, здесь совершенно безопасно. Заодно сюда никто не сунется.
Они все же втащили меня в одну из пещер Лабиринта, скорее всего, в центральную. Слишком уж она была просторной – такой, что гулкое эхо от голосов разносилось в разные стороны. Лабиринт, конечно же, стоял без охраны – никому в Элеоне и в голову бы не пришло сунуться в черную скалу, соединявшую два мира, да еще и с источником Тьмы посредине.
- Он направляется к нам, – подал голос третий, самый неразговорчивый из убийц. – Похоже, заметил. Приготовьтесь.
Кажется, они собирались защищаться с оружием… От кого?
Скорее всего, от Дария, промелькнуло в моем затуманенном рассудке. Потому что он меня искал и заметил следы. Теперь, вполне возможно, он явится в пещеру, и они его убьют, потому что эти люди – профессионалы.
Либо он убьет их. Дарий ведь тоже профессионал.
Хотя их в три раза больше, и убийцы могут накинуться на него неожиданно, тем самым получив серьезное преимущество.
Но я была не в силах что-либо изменить – к этому моменту я уже прекрасно понимала, что избавиться от отравы у меня не получится. Противоядие, конечно, есть, но не со мной, а где-то в лазарете, до которого мне не добраться.
И даже рассказать Дарию о том, что произошло, у меня тоже не выйдет.
Потому что они его убьют.
Или же не убьют, но и в этом случае я все равно ничего не успею сделать. В запасе у меня оставалось разве что несколько биений сердца.
Ну как же несправедливо! – промелькнуло в голове. Неужели здесь все и закончится – и для него, и для меня?!
Ладно я, сама виновата! Глупо повелась и подпустила к себе убийц. Но он…
Не думаю, что Дарк Валларх обрадовался бы, погибни он в Светлом Мире, пытаясь спасти Александру Дельвейн!
Магия, пришла в голову мысль. Я могу снова запустить свое сердце, позволить крови течь по венам, а заодно и дотянуться до внутреннего источника. Магией этот яд не выжечь – он слишком силен, – но по крайней мере я предупрежу Дария.
И смогу увидеть его уже своими глазами. В последний раз.
Хотя это тоже было в высшей степени несправедливо.
С этим чувством я вновь разрешила своему сердцу работать, после чего мысленно ринулась вперед, обгоняя кровь, смешанную с ядом, моментально стягивая к ладоням свою магию, чувствуя, как заодно меня охватывает сильнейшая волна возмущения.
А затем я позволила этому…
Уж и не знаю, что это было, но оно сорвалось с моих рук, после чего побежало как внутрь меня, так полилось и наружу.
Сильнейшая магическая волна прошла по моему телу, и мне показалось, будто у меня закипела кровь. Затем магия вырвалась наружу – не только из ладоней, но и из груди, – одновременно с моим болезненным стоном.
Заставила меня открыть глаза, и я увидела все уголки огромной пещеры – потому что мое тело светилось так, словно внутри полыхало огромное солнце. А еще я видела, как, сбитые с ног сильнейшей магической волной, разлетались во все стороны убийцы.
Дарию тоже досталось – пусть он устоял, но его проволокло несколько метров и едва не вышвырнуло из Лабиринта.
А потом мое сердце забилось, застучало в груди, а кровь вновь понеслась по венам.
Я затаила дыхание. Ждала собственного неминуемого конца, но сердце продолжало колотиться, секунды текли, а я все еще была жива.
Жива!..
Но как?! Почему?! Если только…
Объяснение могло быть лишь одним – в моей крови больше не было яда! Неужели магическая волна с ним разобралась?!
Вот и Дарий быстро разобрался с той троицей. У меня все еще не хватало сил встать, даже приподняться я не смогла, но я все равно это увидела.
Мужчин он убил быстро, хотя те накинулись на него с кинжалами и действовали вполне уверенно.
Зато ту девку с ядом он просто отшвырнул от себя. Она влетела в стену, что-то хрустнуло у нее внутри, и она с болезненным вскриком сползла на землю. Но подняться уже не смогла.
Была жива – потому что Дарий не убивал женщин, хотя конкретно эта заслуживала смерти даже больше, чем Маделин Хаес. Думаю, я была у нее далеко не первой, кого она пыталась отравить ядом черной мамбы!
Тут Дарий кинулся ко мне, а я… Я смотрела на него и думала о том, что, сама того не желая, выполнила все условия глазьев. Ну надо же, как все вышло!
Эта мысль почему-то вызвала у меня истерический смех.
Дарий меня тряс и ощупывал, проверяя, целы ли мои кости. Спрашивал, что мне сделали и где болит. Затем стал интересоваться, уж не приложилась ли я головой, – наверное, потому что я продолжала смеяться.
Веселилась изо всех сил – да так, что не могла остановиться, и все из-за того, что выжила каким-то невероятным магическим чудом. А еще потому, что на чьей-то глазной улице имени Великого Ока сегодня будет праздник.
Но какое же странное совпадение! – крутилось у меня в голове. Убийцы решили припрятать мое тело в Лабиринте, а я, в отчаянной попытке спасти Дария, активировала свой источник магии.
Почему так сильно полыхнуло, я пока еще не знала, но все условия договора с Оком с моей стороны были выполнены!
И если глазья попытаются заявить, что я не была возмущена до глубины души, как они требовали, то… Тогда они увидят меня в гневе – пусть и во сне! – потому что несколько минут назад я была настолько возмущена несправедливостью, что меня пробрало аж до последней косточки.
Внезапно я увидела, что Дарий потянулся к моим губам, и смеяться перестала. Кажется, он вознамерился меня поцеловать, и все мое истерическое веселье как рукой сняло.
- Даже и не думай! – попытавшись отстраниться, выдавила я из себя.
Потому что мое тело до сих пор было сковано недавней комой, и я не хотела… Дарий однажды меня поцеловал в похожем состоянии, и я не почувствовала ровным счетом ничего. Мне не хотелось повторения прошлой истории.
Зато Дарий все понял совсем по-другому.
- Так и знал, что подействует, – кивнул он. После чего отстранился от моих губ. – Как ты себя чувствуешь? Что у тебя болит?
- Ровным счетом ничего, – сказала ему удивленным голосом. Потому что не соврала. – Кажется, со мной все хорошо. Только совершенно нет сил.
Он снова кивнул, а затем обвел взглядом темные своды пещеры. Посмотрел на два трупа и на страдавшую возле стены отравительницу. Та пыталась уползти в сторону выхода, но получалось у нее плохо.
Судя по всему, переломы были серьезными.
- Что произошло? – спросил он. – Кто эти люди?
- Убийцы, – сообщила ему. – А та, что ползет, вколола мне яд.
- Но зачем им понадобилось тебя убивать?
- Ну, двоих ты прикончил, и у них уже не спросить. Зато третья еще жива. Можем поинтересоваться у нее, потому что я не имею ни малейшего понятия.
Хотя догадывалась, что герцогу Саверлоку не живется спокойно, вот он и решил мне тоже не давать.
- Что это был за яд, который тебе вкололи? – задал вопрос Дарий.
- Не знаю, – в очередной раз соврала ему.
Расскажи я, что произошло на самом деле и чем именно меня отравили, мне бы пришлось объяснять, почему я до сих пор жива, хотя не должна была. Но ответов у меня пока что не имелось.
- Какая-то растительная ерунда, – добавила я. – К тому же они не рассчитали дозу, поэтому мне удалось выжечь отраву магией. Единственное, я бы не сказала, что бодра и полна сил.
А ведь совсем скоро начнется первое испытание Все-Магических Игр, пришло мне в голову. Я должна буду представлять нашу команду на полосе препятствий, хотя я чувствовала себя так, словно могла бы достойно поучаствовать в состязаниях «кого краше кладут в гроб».
Думаю, у меня были бы хорошие шансы на победу.
Как мне бегать и прыгать по трубам и бревнам, если я с трудом и не с первого раза все же приподнялась на локтях, а затем с помощью Дария села, прислонившись спиной к ближайшей стене?
- Подожди меня здесь, – хмурым голосом произнес он. – Никуда не уходи.
- Шутишь? – сдавленно усмехнулась я.
- Я вернусь и отнесу тебя в лазарет, – добавил Дарий. – Но сперва поговорю с той, кто выжил.
Уже скоро он обыскал ту дамочку – я предупредила, что у нее игла с ядом, так что пусть будет осторожен. Изъял у нее оружие и сжег в Огненном заклинании. Затем Дарий взвалил ее на плечо, хотя она пыталась сопротивляться. Схватил за ноги оба трупа и поволок всех…
В Лабиринт.
Он ушел с ними в Лабиринт! За Грань!
- Демоны тебя побери, Дарий Валларх! – пробормотала я ему вслед. – Если ты оттуда не вернешься, то я…
Но он все же вернулся.
Правда, не сразу – минут через пять, за которые я успела кое-как встать на ноги и даже отлепилась от стены. Покачиваясь, стояла и размышляла, что мне делать дальше.
То ли идти к своей команде и объяснять, что на полосу препятствий вместо меня выйдет кто-то другой.
То ли сообщить Северину, что им понадобится новый куратор, потому что этот так же сгинул к демонам, как он сделал в прошлый раз.
Но тут Дарий решил все же прийти из-за Грани. Причем – один: без трупов и без дамочки на своем плече.
- Что ты с ней сделал? – спросила я, когда он подошел и с тревогой уставился в мое лицо.
- Допросил, – пожал Дарий плечами.
- И что, она умерла во время допроса? Раз ты вернулся без нее.
- Нет, она не умерла, – как ни в чем не бывало отозвался Темный. – Но, чтобы получить шанс жить дальше, ей пришлось о многом мне рассказать.
Замолчал.
Смотрел на меня так, словно прикидывал, как долго я смогу простоять без посторонней помощи и не надо ли ему подхватить меня на руки, чтобы я не грохнулась об землю.
Но в таком не было никакой нужды. К этому времени ко мне стали постепенно возвращаться силы, и я вполне могла как стоять, так и говорить без посторонней помощи.
И даже ходить, кажется, я тоже была способна. А вот бегать и прыгать – это вряд ли. Может, если только один раз, и то – недалеко и небыстро, в чем заключалась довольно большая проблема для всей команды Академии Магов Альтариса.
Но прежде, чем ее решать, я собиралась закончить с покушением.
- Ты же мне сам сказал, что не убиваешь женщин, – напомнила я Дарию.
- Я ее не убивал, – качнул он головой.
- Но ты оставил ее в Лабиринте, – пробормотала я. – Не сказать, что это сильно отличается.
Мои слова его совершенно не смутили.
- Она все еще может выбраться. Если, конечно, у Богов есть на нее особые планы.
На это я хотела сказать, что такое маловероятно, но вместо этого покачнулась, и Дарий изменился в лице.
- Со мной все хорошо, – быстро сообщила я ему. И даже вскинула руку, предупреждая, чтобы он не подходил ближе.
Потому что я не хотела… Мне не хотелось снова почувствовать силу его рук и тепло крепкого тела. Я боялась, что мне это понравится – как нравилось все прошлые разы, когда он держал меня на руках.
Хотя таких случаев было довольно мало – раз-два и обчелся.
Но на этом я и собиралась остановиться.
- Скажи мне, что ты от нее узнал, – поспросила я.
Думала, что услышу имя герцога Саверлока и еще то, что эта троица была из его людей. Но я ошиблась.
- Гроуви, – произнес Дарий. – Имя посредника, который их нанял. Они профессионалы, Александра!
- Я в этом не сомневаюсь, – заявила ему, а затем принялась размышлять. – Значит, посредник по имени Гроуви. – Никогда о нем не слышала! – А кто был заказчиком, ты смог узнать?
- Девка мне этого не сказала. Похоже, сохранность имени нанимателя пугала ее даже больше, чем судьба подельников и те твари, что бродили рядом, – отозвался Дарий. – То есть ты не знаешь, что от тебя понадобилось этому Гроуви?
- Понятия не имею, – честно сказала я ему, но тут же подумала, что уже скоро – если, конечно, он получит мое письмо – я увижу Томаса Моора и хорошенько обо всем его расспрошу.
Узнаю, кто такой Гроуви и какие у того могут быть дела с Саверлоком.
Тут в Лабиринте что-то произошло – я это почувствовала, словно проведенное рядом с Гранью время сделало меня особо восприимчивой к магии межмирья.
До меня докатился странный импульс, а за ним последовала магическая волна. Она была довольно сильной, и мне почудились в ней отчаяние и судорожные попытки выжить.
Столь сильные и неожиданные ощущения едва не сбили меня с ног.
Но Дарий был рядом. Уже в следующую секунду он подхватил меня на руки, а я внезапно поняла: жизненный путь моей отравительницы на этом закончился. Монстры ее не пощадили.
И еще то, что Лабиринт – отличное место, где прятать трупы. Куда лучше, чем кладбище возле факультета Некромантии.
Ну и последняя мысль, промелькнувшая в голове перед тем, как Дарий вынес меня наружу из пещеры, я заморгала на ярком дневном солнце, а потом он распахнул портал…
Как же хорошо было в его объятиях, все так же даровавших мне ощущение надежной защищенности!
Мне казалось, что, прижимая к себе, Дарий словно передавал мне часть своей невозмутимой уверенности в том, что он все делает правильно.
Только вот с момента, когда он держал меня на руках в прошлый раз, прошло слишком много времени. Слишком сильно все изменилось, поэтому, когда мы вышли из портала прямиком в просторную приемную лазарета – надо же, не забыл, где находится! – я потребовала, чтобы он немедленно поставил меня на ноги.
Но Дарий не собирался. Прижал меня к себе еще сильнее.
- Доброго вам дня, господин декан! – улыбнулась вошедшая в комнату целительница. Затем охнула – уверена, она тоже вспомнила, насколько сильно все изменилось с прошлого раза. – Простите, вы ведь теперь…
- Все правильно, он давно уже не наш декан, а куратор Темной команды, – пробормотала я, пытаясь вырваться из его хватки. – Отпусти меня сейчас же! Мне нужно поскорее вернуться к своей четверке!
Но разжимать объятия он не собирался.
- Миссис Тули, – Дарий посмотрел на смущенную целительницу, – прошу вас, удостоверьтесь, что с этой студенткой все в полном порядке. Только что была совершена попытка ее отравления, причем довольно серьезная. Я нашел ее в крайне бедственном положении.
- Не такое уж оно было и бедственное, – огрызнулась я, порадовавшись, что Дарий все же поставил меня на ноги.
Заодно и тому, что я не упала.
А то, что покачнулась, – это все из-за того, что слишком резко перешла из горизонтального положения в вертикальное. И не надо на меня так смотреть!
- Отравление? – изумилась целительница. Взглянула на меня растерянно: – Мисс Дельвейн, вы сможете идти сами, или мне позвать на помощь?
Тут где-то за окнами раздались громкие звуки музыки, и я…
- Конечно же, я могу идти сама, – отозвалась я покладистым голосом. – Меня определенно нужно как можно внимательнее осмотреть. Причем поскорее. Скажите, куда именно мне идти?
- В смотровую, – произнесла целительница. – Первая дверь по коридору. Но сейчас я вас провожу и позову доктора. – И улыбнулась Дарию.
Но тот смотрел на меня, и взгляд у него был подозрительным. Неужели он не поверил в то, что я смирилась со своей судьбой и жду не дождусь, когда меня наконец-таки осмотрят? А потом упекут в лазарет на несколько дней?
Кстати, правильно, что не поверил.
- Я предупрежу твою команду и вашего куратора, – произнес он. – Кто сейчас у вас за него?
- Новый декан факультета Некромантии, господин Брир, – отозвалась я все так же ласково. – Его назначили сразу после того, как наш прежний декан сгинул в Лабиринте.
Дарий кинул на меня очередной странный взгляд, затем распахнул портал и исчез из лазарета, не забыв попрощаться с миссис Тули.
- Мисс Дельвейн, – повернулась ко мне целительница. – Пройдемьте… – и осеклась.
Я знала, что она увидит – еще один затухающий портал, но на этот раз мой.
Пусть сильнейший импульс, который выжег отраву в моей крови, несомненно порадовал глазья и отнял часть моего резерва, но сейчас мне казалось, что я стала чувствовать магию в разы острее.
Портальную в том числе, поэтому распахнуть собственный не вызвало у меня ни малейших проблем.
…Из пространственного разрыва я вышла неподалеку от плаца, на котором уже шла подготовка к торжественной части. Вот-вот должно было начаться очередное открытие Все-Магических состязаний – на этот раз окончательное и бесповоротное.
Зрителей к этому времени собралось порядком, выстроились шумным полукругом вокруг трибуны, где уже стояли со стягами своих академий команды участников. Но зеваки продолжали прибывать: я видела, как к плацу со всех сторон, по всем дорожкам подходили наряженные люди.
На миг меня замутило – стоило подумать, что любой среди них может оказаться убийцей.
Чтобы не получить вторую отравленную иглу в шею, я распахнула еще один портал, пробив его к выстроившимся перед трибунами участникам. И вышла как раз рядом со своей тройкой, потерявшей капитана.
Подруги оглядывались, похоже, выискивая меня в толпе. Гретта держала наш стяг и едва его не выронила, когда я появилась рядом с ними. Тут же кинулась ко мне, обняла, и я чуть не получила древком по лбу.
- Я же говорила вам, что она жива, – прошелестела над моим ухом Роуз. – Хотя с тобой что-то случилось… Такое, что я до сих пор не могу понять!
- Ты права, кое-что случилось, – кивнула я, улыбнувшись встревоженной Лианне. – Но поговорим обо всем позже. Давайте дадим нашему ректору начать церемонию. – Затем покосилась на тяжеленный стяг, который протягивала мне Гретта. – Подержи-ка его ты сама, я пока еще не в состоянии, – призналась ей честно.
Гретта кивнула, но по ее глазам было видно, что у нее имелось множество ко мне вопросов.
Но волновались не только мои подруги. Я видела, как кивнул мне с трибуны наш ректор, кажется, дожидавшийся моего появления, чтобы объявить о начале торжественного мероприятия.
Увидела я и Дария. Он стоял в группе кураторов и смотрел на меня недовольным взглядом. Уверена, собирался предупредить нашего декана, что Александры Дельвейн не будет на открытии, но не успел: я сбежала из лазарета сразу же после его ухода.
Сайрус тоже смотрел на меня с кислым видом. Возможно, уже представлял себя держащим знамя нашей академии, раз я где-то загуляла. Но я вернулась и в очередной раз разрушила все его планы.
Но был еще и Северин Кассар, капитан Академии Шаддара. Заметив меня, он передал знамя одному из своей команды, после чего направился к нам в нарушение всех правил церемонии открытия.
Не сомневаюсь, для многих это стало неожиданностью.
Но только не для меня.
- Что с тобой произошло? Почему ты опоздала? – принялся допытываться Северин, уставившись на меня оценивающим взглядом.
Смотрел мне в лицо – подозреваю, довольно бледное. Возможно, даже с зеленоватым оттенком, который вряд ли меня красил. И еще на то, как я покачивалась на ветру, которого не было и в помине.
Не ускользнул от его внимательного взгляда и тот факт, что флаг академии держала Гретта, а не я как капитан команды Альтариса.
Зато от меня не ускользнуло то, как Дарий глядел на нас с Северином со стороны, где стояли кураторы команд. Сказать, что его взгляд был полон радости и благоденствия, – было бы соврать самой себе.
Проблемы, которых я так пыталась избежать, стремительно разрастались, словно у них начался период размножения, как у гидр в нашем зверинце. И дело было далеко не в Саверлоке и некоем Гроуви…
- Гроуви? – переспросил Северин, когда я призналась ему и своим подругам, что меня пытались отравить нанятые этим человеком убийцы.
И еще в том, что он – всего лишь посредник, а кто заказчик – я понятия не имею.
- Это вполне может быть связано с покушением на короля и нашим расследованием, – добавил Темный. – Стоит допросить получше тех, кто это сделал, и узнать, кто их наниматель.
- Уже не получится, – пожала я плечами. – Больше не осталось тех, кого можно допросить.
Снова покачнулась, и Лианна подставила мне плечо. То же самое собирался сделать и Северин, но я понимала, что этого допускать нельзя, иначе начнется кровавая междоусобица.
Темный против Темного.
Ну и маги из Элеона на всякий случай подтянутся, пока не поймут, что это дело их не касается.
- Скажи мне, где трупы, – как ни в чем не бывало поинтересовался Северин, сразу же поняв, по какой причине больше не получится допросить убийц. – Я с этим разберусь.
- С ними уже разобрались, – отозвалась я. Затем призналась: – Ваш куратор оказался рядом.
Тень, набежавшая на мужественное лицо Северина при упоминании о Дарии Валлархе, была вовсе не легкой и не мимолетной. Он помрачнел, затем повернулся и уставился на куратора своей команды, нисколько не собираясь скрывать своего отношения к сопернику.
Уверена, тот отплатил ему таким же взглядом, хотя я уже сказала и одному, и другому, что на этом все. Я уже определилась со своим выбором, не остановив его ни на одном из них.
Потому что я решила быть одна.
Тут-то и вмешался наш ректор. Кашлянув, он попросил всех участников команд немедленно занять свои места, потому что пришло время начинать церемонию открытия.
- Прошу капитана команды Шаддара вернуться к своей четверке, – еще раз повторил ректор, и Северин, недовольно покачнувшись, развернулся и отправился к своим.
Ушел, а я отвернулась и от него, и от Дария, вместо этого стала смотреть на те команды, рядом с которыми мы были в одном ряду.
Я помнила ту светловолосую целительницу, что пыталась прорваться к королю сразу же после покушения. Оказалось, она – капитан девичьей четверки и теперь держала стяг Академии Флоренса. С другой стороны от нас стояли огневики из Академии Вербены, запомнившиеся мне по представлению, устроенному ими во дворце.
Их капитан – высокий, плечистый, с золотисто-рыжеватыми волосами и надменным лицом – повернулся ко мне.
- Оказывается, у нас тут завелась подстилка для Темных, – насмешливым голосом возвестил он.
Заявил это достаточно громко, чтобы услышала я, но недостаточно, чтобы его слова дошли до двух команд из Шаддара и Ноктарии. Или же до нашего ректора, уже начавшего произносить свою речь.
Я уставилась в насмешливые глаза мага Огня из Академии Вербены, подумав, что такого я ему не прощу.
Но не сразу.
Сегодня я не совсем в форме, так что не прощать я ему начну, как только ко мне вернутся силы.
Тем временем с трибуны звучали торжественные речи – одна за другой, – после чего над нашими головами взвились в небо магические фейерверки. И все это время я чувствовала, как один Темный взгляд – Дария – упирается мне в затылок, а второй – Северина – буравит левый висок.
Наконец салют закончился, и всем разрешили расходиться – командам по отведенному им коридору в сторону полосы препятствий, где для нас успели возвести двенадцать шатров по количеству участвующих четверок и поставили вокруг них охрану.
Зрителям – в том же самом направлении, где для них были спешно выстроены трибуны, а те, кому не хватало места, могли смотреть за первым испытанием стоя, потому что до его начала оставалось около пятнадцати минут.
Тогда-то, шагая за целительницами из команды Флоренса, я и заявила своим подругам, что представлять нашу четверку на полосе препятствий у меня не получится.
Но, кажется, сказанное мною настолько не вписывалось в их картину мира, в которой я уверенно вела нашу команду за собой, что подруги пропустили мои слова мимо ушей. Гретта как ни в чем не бывало возвестила, что на всякий случай она заперла церберов и яйцекусов в нашей комнате, раздобыв для них в столовой побольше еды.
Ну да, чтобы моим питомцам было чем заняться в наше отсутствие.
Присматривать за ними она оставила вредный кактус и маленькую мухарашу, которая уже не только постоянно спит, но и расхаживает повсюду, а магические существа ее боятся и обожают одновременно. Правда, нет никаких гарантий, что через пару часов, когда все закончится, наша комната будет выглядеть как комната, а не как филиал зверинца.
- Филиал зверинца я устрою в кабинете ректора, – отозвалась я. – Раз уж он до сих пор не понял весь расклад.
Затем вздохнула, осознав, что мои подруги тоже не совсем его понимали – то, что со мной произошла серьезная беда, едва не стоившая мне жизни, и ее последствия до сих пор отдавались в теле противной слабостью, к которой добавилось еще и головокружение.
Мы как раз вошли в палатку, над которой развевался флаг нашей академии, а вокруг отведенной для команд территории заступили на дежурство маги, ограждавшие участников от назойливого любопытства толпы.
Роуз тотчас отправилась проверять, что за закуски нам оставили на столике возле дальней стенки, – она прекрасно знала, что полоса препятствий ее не ждала при любом раскладе. Физические упражнения никогда не были ее сильной стороной.
Я же опустилась на лавку, после чего повторила, что бежать я не смогу. Так что…
- На первом испытании за команду будут выступать Лианна и Гретта, – произнесла я, уставившись на подруг. – Тут уже ничего не поделаешь.
- Но… – Гретта выглядела обескураженной. – Погоди, но почему?!
- Потому что я упаду с первого же бревна, и праздник в честь открытия состязаний плавно перейдет в торжество по случаю моих похорон, – пожала я плечами. – Я не шучу, Гретта! Меня едва не прикончили, вколов смертельную отраву в шею. После этого Дарий попытался запереть меня в лазарете, но я сбежала.
Все были настолько встревожены моим опозданием, что на плацу я упомянула об этом лишь вскользь. Зато теперь, услышав обо всем, что произошло со мной на самом деле, стояли с ошарашенными лицами.
- Ничего страшного не случится, – внезапно раздался голос Роуз. Ну, когда она прожевала одно из пирожных перед тем, как потянуться за другим. – Да, мы не выиграем первое состязание. Но мы его и не проиграем.
- А кто выиграет? – с надеждой спросила у нее Гретта. – Роуз, уверена, ты уже успела заглянуть в будущее!
- Успела, – она положила в рот второе пирожное. – Но там показывают такое…
Произнеся это, наша предсказательница закатила глаза. Ну и потянулась за третьим пирожным, не без этого.
- Прекрати уже жевать, когда мы обсуждаем серьезные темы! – не выдержала Лианна. – Скажи, что ты там увидела?!
- Такое, о чем я не хочу даже думать, а уж тем более говорить, – отозвалась Роуз. – Поэтому я не стану.
- Роуз! – воскликнули в один голос подруги, тогда как я промолчала.
Прекрасно понимала, что будущее может преподнести серьезные сюрпризы. И не факт, что о них лучше знать заранее.
Выяснив, что от предсказательницы ничего путного не добиться, девушки накинулись на меня.
- Получается, побежим Лианна и я, – произнесла Гретта. – Но, Александра, мы думали, что с твоей помощью наша команда сможет вырваться вперед на этом испытании!
- Мы и так вырвемся вперед, – пожала я плечами. – Но вашими стараниями.
- Ничего мы не вырвемся, – произнесла Лианна. – Роуз же сказала, что мы не победим.
- Но и не проиграем, – как ни в чем не бывало напомнила я.
Внезапно Лианна кивнула, а затем произнесла нечто такое, чего я от нее не ожидала.
- Я рада, – сказала она мне, – что ты меня разглядела и взяла в свою команду. Тогда, во время первого в этом году прорыва, когда я увидела тебя и Котика…
- Наверное, это был все-таки Пушок, – негромко отозвалась я. – Хотя точно я уже не вспомню.
- Без разницы, – качнула головой Лианна. – Но знаешь, что я тебе скажу? Моя мама всегда твердила, что девушке академия нужна только для того, чтобы найти себе обеспеченного мужа, и что только поэтому они меня сюда отправили. Но ты, Александра, показала мне, кто я такая на самом деле. И еще то, кем я могу стать. Мой отец бесконечно мною гордится. Сейчас он тоже среди зрителей, и если я побегу по полосе препятствий, то для него это будет еще одним подтверждением, что он никогда во мне не ошибался.
- Ты не подведешь, Лианна! – негромко закончила я, не став ей говорить, что в тот роковой день первого прорыва, когда по факультету ползали монстры, а я перевела на них почти весь свой стратегический запас из Гржини…
Тогда я выбрала Лианну, но исключительно потому, что почувствовала в ней сильный магический дар и решила, что такой мне пригодится. Ну да, чтобы высасывать из нее магию, потому что собственный источник у меня еще не пробудился.
Но, видят Боги, эта тайна умрет со мной!
Надеюсь, не так быстро, и мы с этой тайной еще поживем, промелькнуло в голове.
Затем мы еще раз все обсудили – например, преимущество, которое получали хрупкие и легкие девушки в двух длинных трубах, в которых они с Греттой смогут передвигаться на четвереньках, тогда как парням придется ползти по-пластунски.
Это поможет отыграть потерянное на силовых упражнениях время.
- Пойду-ка я еще раз внимательно посмотрю на новую полосу препятствий, – сказала я всем. – Затем начнется жеребьевка, после чего и старт. Ждать остается недолго.
С этими словами я вышла из палатки и хмуро посмотрела на Сайруса, вздумавшего давать мне советы на правах запасного капитана команды Академии Альтариса.
Сказала, куда он может их засунуть, потому что мы справимся со всем и сами. К тому же я не участвую, так что он может не трудиться…
- Ты с ума сошла! – изумленно воскликнул Сайрус. – Но на тебе же держится вся команда! Если ты не побежишь, вы сразу можете сниматься. От остальных у вас нет никакого толка!
На это я посоветовала Сайрусу идти туда же, куда до этого сказала засунуть советы.
Рассерженный, он ушел. Но, к сожалению, не туда, куда я его послала.
Вместо него ко мне подошел магистр Гор, которого я совершенно не ждала. Остановился рядом, и мы вместе стали смотреть на полосу препятствий с уже достроенными новыми участками.
После чего наш бывший преподаватель стал делиться мыслями о том, как нам идти по полосе, чтобы равномерно распределить силы до самого конца. И его замечания показались мне на редкость дельными.
Только к вечеру Эвинира рискнула выйти на балкон роскошных покоев, отведенных ей во дворце Илларианов.
На столицу Элеона к этому времени опустились сумерки, но для королевы Ноктарии все равно было слишком светло и настолько солнечно, что этот свет до боли резал глаза. Она с трудом удержалась от того, чтобы не вернуться в свои покои, а затем не приказать горничным, которых Эвинира, конечно же, привезла с собой, задернуть тяжелые портьеры.
После чего забиться в самый темный угол и ждать.
О нет, вовсе не старта Все-Магических состязаний, ради которых королевское посольство якобы прибыло в Элеон.
Эти бессмысленные соревнования, до которых ей не было никакого дела, кажется, начались уже пару часов назад. Они проходили на территории столичной академии, и Эвинире вот-вот должны были доложить о том, кто одержал победу на первом этапе и какое место в итоговом зачете занимает команда Ноктарии.
Но ждала она совсем других новостей.
- Какая же это глупость! – выдохнула Эвинира, подумав о состязаниях.
Затем в очередной раз силой заставила себя остаться на балконе, хотя застывшее над крепостными стенами солнце раздражало непривычные глаза.
Она стояла и смотрела на величественный, залитый светом город, которым правил Ильдар Иллариан. Заодно понимала, что раз за разом возвращается в мыслях именно к нему.
Куда бы ни посмотрела, о чем ни подумала – Эвинира снова и снова начинала размышлять о короле Элеона, из-за которого и прибыла в эту страну, едва узнав о совершенном на него покушении.
Но ни ее, ни лучших целителей Ноктарии, которых Эвинира привезла с собой, так и не допустили к Ильдару, хотя она пыталась к нему пробиться. Вместо этого королева Ноктарии натыкалась на глухую, хотя и вежливую стену дипломатического отказа.
И еще на ненависть со стороны жены Ильдара, королевы Аделин, на нее она тоже постоянно натыкалась, хотя Эвиниру такое лишь позабавило.
Она смотрела на ужимки молодой Светлой королевы с ледяной насмешкой на лице.
Глупая Светлая, крутилось у нее в голове. Она даже не представляет, что такое ненавидеть изо всех сил!
Потому что Темные умели делать это как никто другой. Так же сильно, как они могли любить.
Именно это чувство испытывала Эвинира к Ильдару Иллариану, она все поняла еще в Ноктарии.
И пусть между ними пролегла пропасть в два десятка лет расставания, пусть они принадлежали к разным мирам, пусть потеряли ребенка, а границы их королевств постоянно сотрясали войны, в которых виноваты, по большей части, были они сами, но…
- Какие новости ты мне принес? – не поворачиваясь, спросила Эвинира у своего советника.
Тот тоже вышел на балкон, но застыл в тени.
Пусть Эвинира не видела его лица, но она подозревала, что Оливер Гансье, сильнейший Темный маг, сейчас моргал из-за яркого солнца. Его глаза слезились, и он выглядел как недовольный ночной сыч, разбуженный среди светлого дня.
- Моя королева… – раздался его голос, заставивший Эвиниру насторожиться.
Она резко повернулась.
У них было полным-полно шпионов, которым Ноктария щедро платила за интересующие сведения. Имелись агенты и во дворце Илларианов, что позволяло Эвинире быть в курсе всего, что происходило с Ильдаром.
Королева знала и то, как его лечили, и то, что состояние короля из тревожно-стабильного перешло в привычно-стабильное. И даже то, что уже скоро его собирались вывести из магического сна.
Ильдара надеялись вернуть к жизни, но теперь…
- Король Элеона при смерти, моя королева, – прошелестел советник. – Скорее всего, его отравили. Возможно… Есть подозрение, что это был яд черной мамбы.
- Кто?! – выдохнула Эвинира раньше, чем поняла, что это был вопрос напуганной внезапными ужасными новостями женщины, а не королевы. – Конечно же, это сделали его враги, которые выпустили в него стрелу. Они решили довершить начатое, а эти… – ее голос был полон гневного презрения. – Эти Светлые в очередной раз допустили подобное!
Развернувшись и не дожидаясь подтверждения своих слов от советника, королева направилась к своим покоям.
- Куда вы, ваше величество? – раздался позади нее голос Оливера Гансье.
Он все прекрасно понимал, и его вопрос был исключительно риторическим.
- Если они не пустят меня к Ильдару… Меня с тобой, потому что ты – сильнейший целитель Ноктарии, – добавила она, – то Все-Магические состязания начнутся здесь, в этом конкретном дворце. И я не советую ни одному Светлому стоять на моем пути!
В ее лице было что-то такое, на что Оливеру Гансье подумалось: ее пропустят.
Железная королева всегда умела добиваться своего. К тому же увидеть короля Ильдара шла уже не просто Эвинира, к нему направлялась целая Ноктария в ее лице.
Дарий отыскал меня, когда я, преисполненная справедливого гнева на нашего ректора, направлялась от факультета Некромантии к главному корпусу академии.
Решительно шагала в ту сторону, и была я далеко не одна.
Пусть все из моей четверки и остальные команды остались праздновать или горевать о своих результатах после завершения первого испытания Все-Магических состязаний, я вернулась в нашу с Греттой комнату, где позвала за собой стаю яйцекусов.
Заодно прихватила и церберов, по-братски поделивших наши с подругой кровати…
Колючу тоже разрешила пойти.
Пришлось взять с собой еще и мухарашу, потому что та, давно уже избавившись от свертка, в котором ее подарили, подбежала ко мне, ловко перебирая пушистыми лапками, и вцепилась в мою ногу. Уставилась на меня умилительными глазками-бусинками, после чего испустила волну обожания и любви.
Я растаяла, и… пришлось взять ее на руки.
Но это был еще далеко не весь состав нашей «делегации». Остальных впустили упыри, отвлекшие охрану у входа.
Именно так – уверенным шагом, прыжками, бегом, мягко переступая лапами, шурша по кустам или устроившись у меня на руках, мы и направились к пустующему главному корпусу, на втором этаже которого возле заветного кабинета я собиралась поджидать возвращения нашего непонятливого ректора.
Не одна, а в дружной компании.
Решила сделать ему «сюрприз» – раз уж он не понимает, что зверинец надо достроить как можно скорее, то этот зверинец явится к нему в гости. Возможно, даже останется – пусть теперь поживет у него. Не можем же мы с Греттой постоянно держать всех в своей комнате?!
А наш ректор пусть еще будет благодарен за то, что я не прихватила с собой размножающихся гидр или же мантикор с каменными горгульями!
Размышляя об этом, я спокойно шагала по дорожке с мухарашей на руках.
К этому времени зрители уже покинули территорию академии. Разошлись до завтрашнего дня, а для участников и оставшихся дорогих гостей поставили огромную палатку, в которой подавали угощение и звучала музыка.
Но сейчас мне было не до праздника. Вместо этого хотелось поскорее закончить с делами, после чего вернуться в свою комнату и лечь спать.
Причина была не только в глазьях, за которыми теперь водился серьезный должок. Дело в том, что последствия отравления все еще давали о себе знать, отзываясь в теле противной слабостью. Поэтому я хотела выспаться и отдохнуть, а завтра уже представлять нашу академию во втором туре.
На меня возлагали большие надежды – думали, что Александре Дельвейн, скорее всего, удастся улучшить позицию в общем зачете, потому что по результатам первого дня наша четверка оказалась на шестом месте.
- Вы отлично справились, – раз за разом говорила я расстроенным подругам, которые – я это видела – старались на полосе препятствий как могли.
Но, конечно же, им было не сравниться в силе и ловкости с парнями из Темного Мира и еще с тремя исключительно мужскими командами Элеона, которые обошли нас на несколько секунд.
- Ничего еще не потеряно, – твердила я. – Завтра испытание для капитанов, будут задачи на эрудицию, так что…
Ну что же, я собиралась выложиться по максимуму.
Заодно мне не помешает быть осторожной и не допустить очередной попытки покушения на себя саму. Поэтому я и предупредила всех своих питомцев, а также друзей из Высшей нежити, что приближающиеся ко мне чужие могут нести опасность.
…Из-за этого, когда на дорожке появился Дарий, ему пришлось непросто.
Сперва в его сторону, угрожающе рыча и щелкая челюстями, темной волной понеслась стая яйцекусов. Одновременно с этим Колюч выстрелил в бывшего декана длиннющими иглами. Ничего для него не пожалел – улетело несколько десятков!
Даже маленькая мухараша не осталась внакладе – выпустила в сторону Дария жуткое зловоние. А еще на него неслись три огромных цербера, которых совершенно не волновало, что он был их прежним хозяином.
Сидевшая в кустах Высшая нежить тотчас мысленно мне сообщила, что у них имеется пустующая могила. Специально выкопали, чтобы прятать там моих недругов.
Зато волколаки просто стояли и смотрели, чем все закончится. Но были готовы вмешаться в любую секунду.
Правда, первой это сделала все же я. Решила вмешаться раньше, чем началось непоправимое.
- Стойте! – воскликнула я. – Немедленно прекратите!
Потому что Дарий вовсе не собирался становиться жертвой моих защитников. Выпущенные Колючем иглы он сжег особо Темным заклинанием. Таким, что у меня ёкнуло в груди.
Полыхнуло мощно, что тут еще сказать.
На волну зловония, порожденную мухарашей, он попросту не обратил внимания. Кажется, даже не понял, что против него применили слезоточивое ядовитое оружие.
Моргнул пару раз, затем рявкнул на церберов, которые были уже близко. Неслись к нему огромными прыжками, с раскрытыми клыкастыми пастями – так быстро, что даже обогнали яйцекусов.
- Вы что, страх потеряли, твари?! – заорал он на них. – Пошли вон!
И перестал обращать на церберов внимание, уверенный, что те подчинятся его приказу. Собирался было разобраться с хищными ящерками, но вместо этого обнаружил, что «твари», как Дарий обозвал своих псов, окончательно потеряли не только страх, но еще и совесть.
Убираться, послушные приказу бывшего хозяина, они не собирались. Вместо этого готовились растерзать его здесь и сейчас, накинувшись с трех сторон.
Резистентные к любым видам магии, церберы были уверены в своих силах.
Заодно на дорожку выбрались упыри – вся академская Высшая нежить. Остановились, готовые поднять за собой кладбище, если такое понадобится. А потом утащить то, что останется от бывшего декана и нынешнего куратора команды Шаддара, в кусты, после чего закопать его там, где никто и никогда уже не найдет.
Тогда-то я поняла, что пришла пора вмешаться. Иначе начнется битва – Дарий потянулся за мечом, и мне не хотелось узнавать, кто выйдет из нее победителем.
Расклад явно был не в пользу Темного, но я понимала, что бой бы вышел чудовищным.
- Хватит! Он мне не враг! – воскликнула я. – Сейчас же угомонитесь!
Тогда-то все и прекратилось, хотя до расправы оставались считанные мгновения. Но подойти к Дарию мне не дали – нас все так же разделяла рычащая, клацающая зубами и капавшая на дорожку ядовитой слюной стена.
- Как тебе удалось их приручить? – как ни в чем не бывало поинтересовался Темный и кивнул на скалившихся демонических собак. – Церберы привязаны только к одному хозяину. Они не в состоянии его ослушаться.
Я пожала плечами, но раньше, чем успела сказать, что обходилась с ними с заботой и любовью, из-за чего и заслужила их преданность, Дарий сделал неожиданный вывод.
- Так и знал, что они бракованные, – заявил мне. – Королевская сука нагуляла их от обычного дворового пса. То-то весь помет родился одноголовым.
Затем посмотрел на яйцекусов и пожал плечами – ничего плохого о них сказать ему не удалось. Взглянул на мухарашу, нахмурился и произнес, что это существо похоже на вонючего кота. Но если мне такие нравятся…
- Нравятся, – огрызнулась я, посильнее прижав к себе мухарашу. – Я от них в полнейшем восторге.
Еще одно пожатие мощных плеч – Дарий согласился, что «вонючие коты» имеют право на существование.
Затем уставился на нежить.
- Гляжу, что пьяные дебоши на кладбище возле факультета Некромантии остались в прошлом, – сказал им. – Хотя это были неплохие времена! Теперь у вас другие забавы, но вы, похоже, забыли, что живым до мертвых нет никакого дела.
Рурх и Ангх оскалились и протянули к нему выросшие на пальцах черные когти. Заодно я почувствовала, как сильно упырей задели его слова.
«Не слушайте его! Все совсем не так», – дернув за ленту в своей косе, сообщила я Рурху.
- Зато я гляжу, что ты отлично умеешь подбирать слова, которые проложат дорогу к любому сердцу, – заявила я Дарию.
Но только не к моему, добавила мысленно.
Затем развернулась и пошла по дорожке в сторону главного корпуса, куда и направлялась раньше. И питомцев тоже за собой повела. Но в одиночестве пробыть мне удалось недолго – ровно три шага. А то и того меньше.
- Теперь я понимаю причину твоей холодности, – догнав меня, произнес Дарий.
Кажется, он собирался пнуть путавшегося у него под ногами яйцекуса, на что на Темного непременно накинулась бы вся стая, и на этот раз я не стала бы их останавливать.
Но передумал. Кажется, кто-то учился на своих ошибках.
- Я в курсе, что у меня появился соперник, – добавил Дарий мрачным голосом. – Причем из Шаддара, из моей собственной команды. Не отпирайся, Александра! Я видел своими глазами, как он на тебя смотрел.
- Только не говори, что я смотрела на него так же, – пусть сердце и пропустило удар, спокойным голосом произнесла я.
- Нет, ты смотрела на него не так, как он на тебя. Но ты с ним разговаривала, и он до сих пор еще жив. Похоже, у меня есть повод для ревности, – сделал он совершенно верный вывод.
Впрочем, эта была лишь часть правды, а вторую я сообщила ему сама. Сказала, что я ему не принадлежу и нас с ним ничего не связывает, так что в ревности нет никакого резона.
- Метки на наших руках погасли навсегда, – спокойно добавила я. – Мы оба свободны жить дальше и делать то, что мы захотим.
Но Дарий не захотел и мне тоже решил не давать.
- Я прекрасно знаю, что ты предназначена мне Богами, – таким же спокойным голосом произнес он. – Нет никакой разницы, есть ли на наших руках брачные метки или нет. Похоже, между нами стоит…
- Никто между нами не стоит, – устало сообщила ему, – потому что нас с тобой не существует в природе. С того момента, как ты бросил меня в Лабиринте…
- Ты прекрасно знаешь, что я должен был уйти из-за обязательств перед своим миром и народом, – негромко произнес он. – К тому же я не оставил тебя беззащитной.
- Я уже это слышала, – сказала ему. – Довольно объяснений, – качнув головой, я посильнее прижала мухарашу к своему разбитому сердцу.
Думала, что все давно зажило и Северин своим присутствием помог затянуть трещины, оставшиеся в груди после ухода Дария. Но сейчас все разболелось так сильно, что просто жуть.
Заодно я вспомнила уроки Верховной в Гржине. На будущее та советовала каждой уважающей ведьмочке позволять себя любить, но ни в коем случае не влюбляться без оглядки самой.
Похоже, наука Верховной не прижилась в моей голове, хотя я была одной из лучших ее учениц. Если не самой лучшей.
Впрочем, Гржиня и академия Ведовства остались где-то очень далеко. Вместе с ковеном, в который так и не приняли и больше не ждали Александру Дельвейн.
Вместо этого был Дарий, не спускавший с меня давящего взгляда.
Возможно, он подошел бы ближе, после чего попытался бы меня обнять или даже убедить в своей правоте поцелуем, но меня охраняли как живые, так и мертвые.
- Пожалуй, мне стоит объяснить тебе, кто такие Валлархи, – неожиданно произнес он. – Это род, к которому я принадлежу.
Не успела я сказать, что для меня нет никакой разницы, как Дарий начал свой рассказ. Заявил, что в его семье из поколения в поколение, от отца к сыну, передается титул Хранителя Равновесия Тьмы. Пусть та всячески отказывается подчиняться, можно даже сказать, что насмехается над их стараниями свысока, но он, как последний мужчина из рода Валлархов, при всех серьезных прорывах должен находиться в Шаддаре.
Это его прямая обязанность.
В тот роковой день случился…
- Не надо, – покачала я головой. – Ты ушел по своим несомненно важным делам, оставив меня одну, полуживую, с лежащими рядом бесчувственными подругами и бродившими вокруг монстрами. Но я ни в коем случае тебя не виню! Теперь-то я понимаю, что в тот момент у тебя нашлись дела поважнее.
Кажется, он уловил сарказм в моих словах, поэтому помрачнел еще сильнее. Хотя казалось – куда уж больше!
- Тебя не было в Элеоне почти месяц, – продолжала я, не дав ему сказать ни слова. Вообще-то я выслушала его откровения о Валлархах, так что теперь пришел его черед. – Все думали, что ты погиб во время прорыва Источника. Одна я знала, что это не так. Но ты отсутствовал слишком долго, и я смирилась с тем, что ты оставил меня навсегда.
- Но ведь я вернулся, – как ни в чем не бывало произнес он. – Пришел за тобой и больше не собираюсь скрывать, кто я такой на самом деле. Я хочу забрать тебя с собой в Шаддар и залечить те раны, которые успел тебе нанести.
После его слов упыри зашипели, и я кивнула, сойдясь с мнением нежити о сказанном.
- Не надо ничего залечивать, – сообщила ему. – Мои раны прекрасно заросли и сами. – Тут я соврала, но знать ему об этом не стоило. – И вернулся ты, получается, совершенно зря, потому что ни в какой Шаддар я не собираюсь.
- Значит, мое место занял другой, – сделал он собственный вывод.
Покачала головой.
- Нет же, Дарий! Дело не в этом. Я решила, что хочу быть одна, поэтому оставь меня в покое.
Какое-то время он молчал, размышляя. Я видела, как ходили на его скулах желваки.
- Хорошо, – неожиданно произнес он. – Как долго ты собираешься быть в одиночестве? День, два? Неделя?
- Столько, сколько мне захочется, – пожала я плечами.
Такое ему не подходило, и в темных глазах промелькнуло недовольство.
- Что может изменить твое решение?
- Ничего. Я не собираюсь его менять.
- Но я знаю, что ты меня любила, – уверенно произнес он.
- Возможно, любила, – сказала ему.
- И любишь до сих пор.
Я сдавленно усмехнулась.
- Слишком уж самонадеянно заявлять такое с твоей стороны. Может, для меня это было лишь легким увлечением.
Теперь головой покачал уже он, нисколько мне не поверив.
- У тебя все еще остались ко мне чувства. Думаю, они спят, и ты из-за своего упрямства не даешь им проснуться. Скажи, как мне это исправить? Что сделать, чтобы ты изменила свое отношение?
Я пожала плечами.
- Ничего, – сказала ему. – Ты уже сделал достаточно, и больше ничего не изменить.
- Неправильный ответ, – недовольно произнес он. – Подумай еще раз.
И я подумала.
- Если я когда-нибудь снова смогу тебе доверять, а я пока не вижу ни единой причины это делать… Тогда, наверное, тебе стоит доказать, что ты больше никогда меня не оставишь и всегда будешь на моей стороне. Заодно ты примешь меня такой, как я есть. Со всеми моими…
- С твоими вонючими котами? – поинтересовался Дарк, и я кивнула.
- Да, со всеми моими котами, стаей яйцекусов и даже с целым кладбищем умертвий, которые дороги моему сердцу. Но это случится не сегодня и даже не завтра, если такое вообще когда-либо произойдет. – Помолчала, давая понять, что разговор закончен. – К тому же сейчас меня ждет ректор, а его – удивительный сюрприз, который должен перевернуть его мир.
Сказав это, я развернулась и зашагала к главному корпусу. Краем глаза увидела, как на дорожку вышел вожак волколаков, оскалился на Дария, словно предупреждал, чтобы тот не вздумал меня преследовать.
Из кустов выбрались и остальные из стаи, после чего волки потрусили следом.
Я с трудом дождалась счастливого момента, когда смогу лечь спать. Можно сказать, изнывала от предвкушения будущего подарка от глазьев, пусть и совершенно случайно выполнила все условия нашего договора.
Но в такие мелочи вдаваться я не собиралась – вот еще! Наоборот, планировала рассказать Оку о том, как сложно мне пришлось воплощать их пожелание в жизнь, после чего потребовать у него увеличить награду за мои старания.
Может, взять с них чулочками? Или же парой красивых платьев – почему бы и нет?
В последнее время из-за навалившихся на меня проблем я подзабыла об этом вопросе, но осознание того, что в моем гардеробе зияют дыры и гуляют ветра, никуда не делось.
К тому же выданные мне в Гржине деньги давно подошли к концу, так что золотыми слитками я тоже принимаю!
Только вот спать мне не давали, просили раз за разом рассказать, как выглядел наш ректор, когда яйцекусы прогрызли дыру в двери его кабинета и он это обнаружил.
Защитные заклинания я, конечно же, сняла. Дождалась его в коридоре, а потом с удовольствием смотрела на то, как менялось в цвете его лицо, когда он узрел рыщущих в поисках еды по всем полкам и шкафам хищных ящерок и еще то, как в его кресле восседал вожак стаи волколаков, матерые волки расположились по углам, а рядом скакал молодняк.
Но, кажется, добило его то, что самочка – я и не знала, что в стае недавно произошло пополнение, – развалившись на ковре рядом с камином, кормила двух щенков.
- Что это такое?! – прохрипел ректор, на этот раз сравнившись по цвету с занятыми размножением гидрами из нашего пруда.
- Теперь это ваши питомцы, – вежливо сообщила ему. – Прошу любить и не сильно жаловаться.
Тут яйцекусы, жадно чавкая, принялись уничтожать найденные в одном из комодов запасы конфет и шоколада, и ректор изменился в лице еще раз.
Покраснел, напомнив мне о мантикорах.
Вот и я ему тоже о них напомнила.
Сказала, что мантикоры ждут своей очереди и я приведу их следующими, потому что в их вольере практически невозможно жить. Но так как это небезопасно, когда магические существа разгуливают по всей академии, а зверинец никто не восстанавливает, хотя проект давно уже согласован, то теперь все будут дружно жить в кабинете у ректора.
Уж я-то об этом позабочусь!
И не надо угрожать, что маги якобы уничтожат всех магических тварей в академии. Если это произойдет – в чем я, впрочем, сомневаюсь, потому что мы дадим отпор, – то я позабочусь о таких серьезных последствиях, что ему и не снилось!
О его жестокости будут каждый день трубить во всех газетах столицы, и я посмотрю, как долго он останется на своем посту.
- Проблема не в моем нежелании, а в деньгах, Александра! – простонал ректор. – Все эти банкеты и встречи дорогих гостей – они практически нас разорили!
- С нашими дорогими гостями ничего не случится, если им не станут подавать икру и шампанское, – возразила я. – Пусть вместо этого довольствуются сыром и бутербродами, а вместо шампанского пьют демократичную воду. Здоровее будут.
- Но если им понравится, как мы проводим состязания, и наше гостеприимство, – заюлил ректор, – то взамен мы получим щедрые пожертвования, многократно превосходящие потраченное. Осталось совсем немного потерпеть. Ты отлично со всем справляешься, поэтому не могла бы ты убрать все это, – он кивнул на моих питомцев, – из моего кабинета до окончания состязаний?
В ответ я заявила, что не могла. Позвала церберов и сделала вид, что ухожу, а яйцекусы и волколаки пусть остаются.
- Хорошо! – выдохнул ректор. – Так и быть, мы завтра же… Вернее, послезавтра начнем строительство!
- Сегодня вечером, – кровожадно улыбнулась я. Затем добавила: – Кстати, мы никуда не спешим – шоколада у вас, похоже, много. Да и бумага оказалась съедобная.
Потому что яйцекусы добрались до папок с ведомостями на полках декана и принялись безобразничать – рвали и жевали документы, хотя не были голодны.
Такого обращения со своей собственностью ректор не выдержал – застонав, он сперва схватился за голову, а потом приказал немедленно послать за бригадами плотников, пообещав, что заплатит тем по ночным расценкам.
Но, как я и сказала, мы никуда не спешили, хотя мои питомцы и освободили чужой кабинет. Вместо этого я дождалась, когда явятся плотники, а затем возведут более-менее приличное временное подобие домика для яйцекусов, куда я принесла много угощения.
Оставила своих ящерок там, а волколаков на эту ночь пообещали приютить упыри.
Я же, сопровождаемая церберами, отправилась в сторону своего факультета. К моему расстройству, на первом этаже я наткнулась на декана Брира, и тот уставился на меня тяжелым взглядом.
- Вы же понимаете, Дельвейн, что нахождение магических существ… – начал он, посмотрев на сопровождавших меня церберов.
- Я все понимаю, – вздохнув, сказала ему. – Но давайте не сегодня. Завтра утром у нас состязание капитанов, и мне не стоит нервничать.
И Брир согласился, что к вопросу о моем нарушении внутреннего распорядка мы вернемся сразу после Все-Магических состязаний. Затем уставился на мухарашу в моих руках и изменился в лице.
Вспомнил, решила я.
- В прошлый раз, мисс Дельвейн, вы сказали мне, что это…
- Нижнее белье с начесом, – изо всех сил улыбнулась я. – Все именно так, господин Брир! Вот, вынесла его проветриться, я всегда так делаю. Но если вы сейчас мне скажете, что не верите, то… – понизила голос: – Тогда вы совершенно не разбираетесь в женщинах!
И пошла себе дальше, оставив декана гадать, зачем женщинам нужно разгуливать с нижним меховым бельем в руках.
Я же вернулась в нашу с Греттой комнату, после чего долго рассказывала о своих приключениях как подругам, так и всем желающим. Даже парни с факультета явились послушать, хотя куда больше моей истории их интересовало пялиться на девушек в ночных сорочках и поедать угощение.
Наконец мы с Греттой всех разогнали – церберов, кстати, это тоже касалось: ни одна демоническая собака не спит на кроватях, можно только рядом либо под ней! – после чего улеглись спать.
В сладком предвкушении награды я закрыла глаза и почти моментально провалилась в мир сновидений, где меня ждало, чуть ли не подпрыгивая на месте, Око.
- Александра! – раздался восторженный голос, и я вздохнула.
- Я уже двадцать с лишним лет Александра, и не надо так вопить! – наигранно-недовольно заявила ему, прикидывая, как мне извлечь максимальную прибыль из сложившейся ситуации.
- Мы рады, – сообщило мне Око, и мне показалось, что оно в очередной раз колыхнулось в воздухе, словно исполняло неведомый мне танец.
А ведь раньше официальный представитель глазьев всегда был сдержан в своих эмоциях!
- Выходит, я смогла вам угодить, – многозначительно заявила ему.
Решила зайти издалека, а потом уже придумать, о чем лучше у них попросить за свои старания. Или же взять все сразу – и чулочки, и платья, и деньги, раз я смогла настолько их порадовать, что Око почти пустилось в пляс?
- Еще как угодила, Александра! – не стало ничего скрывать оно. – Мы даже не ожидали… Догадывались, что природа твоей магии невероятно сильна, как и у твоей матери, но не могли предположить…
- Что?! – воскликнула я, не дав ему договорить. – Немедленно повтори то, что ты сейчас сказал!
Око замерло. Уставилось мне в лицо, и я подумала, что через глаз на меня смотрит вся их честная компания – кем бы они ни были на самом деле. Глядят и старательно размышляют, как использовать мою ошибку себе на благо.
Потому что я ее совершила. Не сдержала эмоций, услышав о своей матери, и это было серьезным промахом с моей стороны.
Можно сказать, недопустимым.
И пусть сейчас я пыталась сделать хорошую мину при плохой игре, но прекрасно понимала, что сыграно было из рук вон плохо. Я совершила ошибку, и Око услышало то, что сорвалось с моих губ. Может, не стоит стараться, а вместо этого выяснить, что знают глазья о моих родителях, спросив у них напрямую?
- Родовая магия, передающаяся по женской линии, – тем временем заюлило Око. – Она у тебя очень сильная – настолько, что превосходит все наши ожидания. Нам нужна именно такая…
- Моя мать, – вновь перебила я. – Скажите, как ее зовут и где она сейчас, а Витаса Ротсби можете оставить себе. Считайте, это мой вам подарок.
Его адрес я собиралась выторговать у Ока в следующий раз. Если глазьям так нужно, я могу снова забраться в ту пещеру возле Лабиринта и запускать заклинания хоть в стену, хоть в пол, хоть в потолок.
Устрою им такой фейерверк, какой они отродясь не видели. Лишь бы только сказали!..
Но Око молчало. Мне казалось, что оно серьезно задумалось.
Вернее, они.
- Нет, Александра, – неожиданно произнес глаз. – Так не пойдет!
- Да неужели? – усмехнулась я. – Ну раз так не пойдет, тогда, пожалуй, я пойду.
И сделала вид, что ухожу.
Развернулась и зашагала прочь, гадая, как скоро раздастся позади меня голос Ока. Я прикинула, что он не выдержит и пяти моих шагов, но он окликнул меня уже через три.
- Мы скажем тебе, кто твоя мать и как ее найти. О, мы отлично это знаем, потому что сперва хотели использовать ее для своих нужд! Но она нам не подошла. Оказалась несговорчивой, а потом мы поняли… Осознали, что твой Дар намного превосходит ее и лучше нам подойдет.
- Значит, вы мне скажете, – повернулась я и улыбнулась ему изо всех сил.
- Скажем, – согласилось Око.
- Тогда говорите! – разрешила я. – Думаю, сейчас как раз отличный момент.
- Но нам кое-что нужно от тебя взамен, – намекнул мне глаз без ножек.
- Смотрю, вы научились торговаться, – не удержалась я от язвительного замечания.
- Мы берем пример с тебя, Александра, – отозвалось Око, и мне показалось, что это была вовсе не шутка.
Пусть торговаться они научились, а вот с юмором у них все еще было туговато.
- Мы сообщим тебе все, что знаем о твоей семье: назовем имя матери и отца. Но ты должна будешь сделать кое-что взамен. – Тут Око снова покачнулось. – Нет, у тебя не получится меня уничтожить. Вреда ты мне тоже не причинишь, как и не сможешь получить желаемое силой. Это ведь сон, Александра, и ты не можешь здесь воспользоваться своей магией!
Потому что я попробовала – Око взбесило меня так сильно, как никогда раньше за все наши встречи.
Глазья знали, кто мои мать и отец, могли назвать их имена, но вздумали торговаться. Причем они со мной, а не я с ними!
- И чего же хочет от меня твоя глазная братия? – перестав пытаться сложить заклинание, ядовито поинтересовалась у него.
- Мы хотим, чтобы ты вошла в Источник Тьмы. Вот что нам от тебя нужно, Александра!
Я усмехнулась. Может, им еще станцевать?
- Тебе не кажется, что вы вконец обнаглели, раз просите меня о подобном?
- Нет, Александра, мы не обнаглели, – как ни в чем не бывало отозвалось Око. – Мы заключим с тобой сделку, а заодно дадим слово, что не причиним тебе вреда. После того, как войдешь в Источник, ты в любой момент сможешь вернуться либо в свой мир, либо отправиться в Темный – по твоему желанию.
- Какие вы продуманные, – огрызнулась я. – А так посмотришь на тебя – глаз глазом, и даже ножек нет… Как, по-вашему, я должна это провернуть?! Тайком проникнуть в Лабиринт, а затем топать ножками к источнику, чтобы меня по дороге сожрали разгуливающие повсюду монстры?!
- Нет, Александра! Твоя четверка выйдет в финал Все-Магических состязаний, и мы тебе в этом поможем. Последнее испытание будет проходить в Лабиринте, и тогда…
- Знаешь что! – сказала ему. – Пусть это мир сновидений, но в нем становится слишком душно от чьих-то несбыточных желаний. Пожалуй, мне стоит прогуляться и подышать свежим воздухом, а тебе – проветрить помещение.
- Мы не причиним тебе вреда, – раздался голос Ока за спиной. – Даем тебе наше слово.
Мне показалось, что Око ждало моего ответа и согласия, но не дождалось, потому что я продолжала уходить от него все дальше.
- Улица Победы при Несдере, двадцать четыре, – это было последнее, что я услышала от Ока. – Там находится тот, кого ты ищешь. Витас Ротсби. Пусть ты и не спросила о своей награде, но мы всегда исполняем свои обещания.
В ответ я сказала ему то, что не должны говорить ведьмочки, потому что им якобы не следовало знать такие слова.
Но у Ока имелись самые важные сведения в моей жизни, а взамен глазья требовали от меня немыслимого – и тем самым взбесили настолько, что я не смогла найти ни одного приличного слова.
Они все закончились, остались только неприличные.
Утро началось с головной боли и ощущения того, что меня серьезно придавило… То ли ночной встречей с глазьями, которые захотели невыполнимого в обмен на сведения о моих родителях. То ли последствиями вчерашнего отравления, из-за которого я так и не смогла за весь день положить в рот ни кусочка съестного.
То ли жизненными обстоятельствами – ими тоже могло придавить.
Оказалось, что обстоятельствами.
Голова у меня болела из-за того, что на кровати рядом со мной устроился Котик и счастливо сопел, раскинув лапы в разные стороны. Я спала на его животе, из-за чего шея серьезно затекла. Но и это еще не все – сверху меня придавило Зайчиком, тогда как Пушок устроился на кровати у Гретты.
И у всей этой троицы был такой вид, что в наших постелях им самое место!
Застонав, я поднялась с кровати, после чего выгнала церберов порезвиться на улицу, а сама отправилась в душ. Когда вышла, подсушив волосы магией, оказалось, что к нам явились полностью одетые Лианна и Роуз.
Пришли узнать, как мои дела и как я себя чувствую.
Тогда-то я и объявила, что со мной все в полном порядке. Я буду участвовать в сегодняшнем состязании капитанов, так что Сайрус пусть даже не надеется меня подменять. Никакого праздника на его улице не предвидится.
Но есть и еще кое-что. Да, крайне важное.
- Этой ночью на меня снизошло откровение, – возвестила я. – Боги послали мне ясный и четкий знак. Я уверена, что Витас Ротсби прячется по адресу Победы при Несдере, дом двадцать четыре.
Изумленные подруги переглянулись, после чего Лианна осторожно заявила, что все это мне почудилось во сне. Хотя сон, надо признать, вышел занимательным.
Зато Роуз, наша прорицательница, застыла, уставившись ничего не видящими глазами в стену. Ну да, на трещину, похожую на разряд боевой молнии, которую сейчас облюбовали маленькие черные паучки, и мы их не трогали, потому что они не причиняли нам вреда.
- Но так все и было, – удивленным голосом произнесла она. – На Александру действительно снизошло… Не могу понять, что именно, но… это правда!
- А что я вам говорила! – заявила я подругам, хотя была удивлена словами Роуз не меньше, чем остальные.
Как по мне, глазья не имели к Богам никакого отношения.
Затем к Роуз пришло очередное «откровение» – она сказала, что нам пора отправляться на завтрак, после чего команды ждали в актовом зале, где и должно было начаться второе испытание Все-Магических состязаний.
- Послушай, – повернулась я к Лианне, – сможешь ли ты сегодня раздобыть для меня еще один записывающий кристалл? Скажи своему отцу, что тебе якобы хочется сохранить для семейной истории все мгновения Все-Магических состязаний. Мне бы такой пригодился – не хочу идти к Ротсби с голыми руками.
Мало ли, вдруг того потянет на откровения, которые не помешает записать уже для совсем другой истории?
- Смогу, – уверенно отозвалась Лианна. – Но только в том случае, если на ту улицу Победы-уж-и-не-помню-где я отправлюсь вместе с тобой. И даже не смей мне возражать или же говорить, что это опасно! Конечно же, опасно, если этот человек стрелял в короля, а тебя вчера едва не отравили по заказу некого Гроуви.
- Мы ее туда одну не отпустим, – добавила Гретта, и Роуз подтвердила, что так и есть, мы отправимся за Ротсби все вместе.
Нет, это не очередное ее видение, а констатация факта. Потому что мы – одна команда; непобедимая четверка, но только тогда, когда вместе.
И я растрогалась, хотя к нашей непобедимости у меня имелись серьезные вопросы.
Но пора было уже выходить. Правда, подруги решили сразу же идти в столовую, тогда как я думала сделать небольшой крюк. Мне хотелось по-быстрому, одним глазком взглянуть на зверинец, откуда доносился дружный стук молотков и такие сочные ругательства, что уши заворачивались в трубочку, а сердце наполнялось теплом – похоже, строительство было в самом разгаре.
Заодно я заверила всех, что никакая опасность мне не грозит, пока со мной церберы, а с нами увязался Колюч.
- Я буду осторожна, – сказала я подругам. – Обещаю!
И была – ровно до момента, пока не встретила дожидавшегося возле входа в зверинец Северина.
А он неплохо меня знает, промелькнуло в голове. Понимает, где можно найти Александру Дельвейн с утра пораньше!
И тут же получила подтверждение своим мыслям. Потому что Северин двинулся мне навстречу и протянул… нечто такое, от чего я и подумать не могла отказаться.
Хотя сперва собиралась.
Думала сказать, что ничего не изменилось с того момента, когда я заявила ему, что наши отношения закончены и я собираюсь сосредоточиться исключительно на Все-Магических состязаниях. Ну и еще на поиске тех, кто стрелял в короля и не оставлял попыток прикончить и меня.
Связующим звеном между покушением на Ильдара Иллариана и нападениями на меня оказался молодой герцог Саверлок, до которого мне пока еще было не добраться. Но я много чего ожидала от Томаса Моора – если тот, конечно, однажды явится по моему зову.
Также мне удалось выяснить, что имелся некий посредник по имени Гроуви, который нанял ныне покойную троицу с ядом мамбы. Кроме того, мы знали об исполнителе Витасе Ротсби, чей адрес с потрохами мне выдали глазья и кого в ближайшем будущем я собиралась навестить.
Но здесь и сейчас был Северин Кассар – Темный, и я отлично помнила как прикосновение его уверенных губ, так и его крепкие объятия.
Северин протягивал мне корзину, накрытую полотенцем, и из нее пахло настолько аппетитно, что в животе у меня заурчало. А потом его скрутило так сильно, словно мой желудок решил выступить против меня и всех моих логических доводов, встав на сторону Кассара.
- Что там такое? – с трудом выдавила я из себя, поняв, что этот аромат сейчас доведет меня до обморока. Заодно я мысленно отметила, что Северин с корзинкой вовсе не стал выглядеть менее мужественно, как раз наоборот. – И почему ты здесь?
- Сегодня утром тебе стоит съесть то, что я принес, а не то, что подают в вашей столовой. Я специально попросил у повара нашей команды…
- У вас что, есть свой повар? – не удержалась я от ехидного замечания. – Да вы шикарно устроились в Элеоне!
Но Северин пропустил мои слова мимо ушей.
- Он приготовил то, что рекомендовано после отравлений. Для нас в Шаддаре такое обычное дело. Эта еда быстро вернет твой желудок к жизни, а тебе придаст силы перед сегодняшним испытанием.
Тут Северин посмотрел на изнывающих не меньше моего церберов и заявил, что для них у него тоже есть угощение, но не в этой корзине. Им предназначена другая, и если я разрешу…
- Идите, бедолаги, – вздохнув, сказала я церберам. Сдалась: мне непременно нужно было отведать то, что мне принес Темный, иначе… – А ты можешь выходить, – повернувшись, сказала Колючу. – Нечего выглядывать из-за кустов, раз уж ты все равно не собираешься на него нападать!
Странное дело – никто из моих сопровождающих не собирался. А ведь вчера они едва не растерзали Дария Валларха, даже маленькая мухараша отличилась.
- Твои друзья тоже пусть присоединяются, – добавил Северин, заметивший, что сегодня меня сопровождали Ангх и Мерх, следившие из тех самых кустов, откуда только что выбрался Колюч. – Для них я принес то, что нравится умертвиям в нашей академии. Чай со спорами черного дерева, целый заварник.
- Погоди, и для меня… тоже чай со спорами черного дерева? Неужели это он так вкусно пахнет? – спросила я жалобно, но тут Северин убрал с корзины полотенце и показал мне содержимое.
Я увидела небольшой глиняный горшок с крышкой, под которой, по словам Темного, был крепкий и еще теплый куриный бульон. Еще там лежали завернутые в промасленную бумагу тончайшие лепешки…
- Особые, шаддарские, – пояснил мне Северин.
Заодно в корзине была миска с томленой курицей и десерт – печеное яблоко с медом и неизвестными мне специями.
- Если я сейчас же все это не попробую, – негромко сказала я ему, – то в нашей академии однажды найдут твой труп. Правда, нескоро, потому что мои друзья умеют хорошо прятать тела. Тогда как я все равно отведаю то, что ты мне принес.
- Справедливо, – согласился Темный, и уже скоро мы устроились на пикник рядом с кустами, откуда то и дело высовывались костлявые руки, протягивающие пустые кружки, чтобы Северин наполнял их чаем.
Неподалеку жевали принесенное им мясо церберы. В моей голове что-то довольным голосом бубнил Колюч, которого тоже полили… чаем, а за пригорком деловито стучали молотками плотники, иногда громко и не совсем прилично споря друг с другом.
И это было вкуснейшее…
Нет, не так – чудесное и спокойное утро.
Ну, если бы еще Северин не смотрел на меня таким образом, словно видел самое прекрасное зрелище на земле: то, как Александра Дельвейн поедает шаддарские лепешки. Едва ли не урчит от удовольствия, запивая их крепким бульоном, и косится на печеное яблоко, время от времени не забывая облизывать пальцы.
А ведь еще была томленая курица в миске!
Взгляд Северина тревожил, но мне, как и любой другой ведьмочке, было приятно, когда на меня вот так глядят.
Внезапно я обнаружила, что почти все съедено, а то, что в меня не влезло, мы скормили вечно голодным яйцекусам. Те выбрались из своего вольера и прибежали к нам, словно почувствовав, что им найдется чем полакомиться.
Уже скоро от остатков пиршества не было и следа.
Чай допили упыри, которых к концу завтрака стало семеро, а я, подобрев, рассказала всем, что после окончания второго тура собираюсь навестить Витаса Ротсби.
Если это он стрелял в нашего короля, то от наказания ему не уйти. Как именно оно произойдет, это наказание, я пока еще не знала, но решила, что придумаю по ходу дела.
- Похоже, я могу не спрашивать, откуда ты узнала его адрес. Ты все равно не скажешь, – сделал вполне логичный вывод Северин, и я в очередной раз поразилась, насколько хорошо он меня понимал.
Но при этом не пытался переделать меня под себя, сломать или добиться своего любой ценой – например, выпытать, откуда мне известно о месте обитания наемника. Вместо этого заявил, что Ротсби нужно непременно навестить и он отправится вместе со мной.
- Ты же не можешь выходить за стены академии, – напомнила ему. – Темным, если тебя поймают, за такое не поздоровится.
- А ты не можешь идти к убийце короля в одиночку. Боюсь, тебе там не обрадуются, – как ни в чем не бывало отозвался Северин.
- Вообще-то я собираюсь пойти туда с подругами, – возразила я, но внезапно поняла, что при мысли о Ротсби мое тело покрывается мурашками.
И их было куда больше, чем сновавших туда-обратно по нам хищных ящерок.
Тут свое веское слово решили вставить еще и упыри.
- Ты же знаешь, что сами мы не можем выходить в город, – заявил мне Рурх. Затем, причмокивая, допил содержимое своей кружки. – Но мы отправим кое-кого за тобой присматривать.
Я приняла их помощь с благодарностью, все же попросив, чтобы среди присматривавших был одноглазый голубь – он мой любимчик. Ну, после остальных питомцев.
Упыри согласились выделить мертвого голубя – заявили, что он и несколько оживленных крыс в полном моем распоряжении. А потом взяли и выступили против меня единым фронтом. Сказали, что отвлекут охрану на воротах, дав возможность Северину выбраться из академии незамеченным, чтобы меня сопровождать.
Так для меня будет безопаснее, а для них спокойнее.
К тому же пусть Северин и Темный, но на лице у него это не написано. Кто он такой и как выглядит, знают только в академии, так что по улицам Альтариса он может ходить без опаски.
И я смирилась, а потом пришло время отправляться к главному корпусу.
Перед этим мы попросили упырей отнести пустые корзины к коттеджу команды Шаддара. Яйцекусы вприпрыжку отправились за ними – наверное, в надежде, что их там еще раз покормят. Церберы потопали было со мной, но Северин пробил портал к главному корпусу, и я сказала, что псам с нами не по пути.
Пусть бегают где хотят. Нам же нужно поспешить – завтрак к этому времени должен был закончиться, и мои подруги, наверное, снова меня потеряли и теперь переживают.
В следующую секунду мы вышли перед ступенями крыльца возле центрального входа, и первым делом мне на глаза попался противный капитан Академии Вербены – тот самый, кого я собиралась не прощать за его обидные слова.
Думала начать это делать как раз с сегодняшнего утра, потому что после завтрака с Северином я чувствовала себя окрепшей и полной сил. Но мне самой даже не пришлось особо напрягаться, потому что капитан увидел нас с Северином, и у него нашлось что сказать по этому поводу.
Его черные глаза сузились, после чего…
- А вот и подстилка для Темного пожаловала на второй тур! – возвестил он.
Говорил это якобы второму из своей команды, стоявшему рядом с ним. Но его слова прозвучали нарочито громко, поэтому их услышали все вокруг.
Кстати, девушка-капитан из Академии Флоренса тоже была неподалеку. Стояла на пару ступеней выше и разговаривала со своей четверкой.
- Столичные вечно танцуют под дудку Шаддара или Ноктарии, – не унимался капитан из Вербены. – Спят и видят, как они вас…
Тут мне даже стало интересно, до чего он дойдет в своих заключениях, потому что в этом, кажется, и крылась самая главная его проблема.
В том, что он пока еще никого… Потому что с ним никто не спал.
Но я не успела проверить свою теорию – Северин не стал дожидаться новой порции грязных откровений. Секунда – и он оказался рядом с капитаном из Вербены, а я в очередной раз поразилась тому, насколько быстро могли двигаться некоторые Темные.
Зато парни из Вербены поразиться ничему не успели, потому что Северин банально врезал самому разговорчивому из них кулаком в челюсть. И тот словно подкошенный упал к ногам Темного.
Ладно, я тоже совсем немного вмешалась: уставилась на второго из команды Вербены, а затем грубо и бесцеремонно полезла тому в голову. Понимала, что у меня будет совсем немного времени, пока тот не отойдет после моего внезапного ментального удара и не выкинет меня из своего разума.
Но даже нескольких выигранных мною секунд хватило, чтобы тот посмотрел на лежащего рядом со ступенями парня, а затем во всеуслышание возвестил:
- Наш капитан – полнейший мудак!
На этом моя ментальная власть закончилась, и из чужой головы меня вышвырнули вон. Парень уставился на меня с ненавистью, быстро поняв, что сия напасть пришла с моей стороны.
Я ответила ему самым любезным взглядом, тогда как сама в это время спешно затирала следы ментального заклинания.
Удивилась, потому что блондинка из Академии Флоренса принялась мне помогать. И даже когда прибежали распорядители, чтобы разнять драку, она тотчас же заявила, что во всем виноват поднимавшийся с земли капитан Вербены.
Тот все и спровоцировал, самым грубым образом оскорбив участников.
Она бы и сама ему врезала, но Темный из Шаддара успел сделать это первым.
Рассерженные парни из Вербены попытались было обвинить Северина в физическом насилии, а меня в ментальном вмешательстве. Но Темный лишь усмехнулся, сложив руки на груди, а я смотрела на всех кристально чистым взглядом.
Какое еще вмешательство – ничего не знаю! Их капитан – полный мудак, так что слова его товарища – это чистейшая правда!
- Отправляйтесь-ка в актовый зал, – недовольным голосом приказал распорядитель. – Скоро начнется второй тур, а разбираться будем позже.
И мы отправились, а по дороге приятная блондинка, которая в стычке была на нашей стороне, заявила, что ее зовут Зои и что мы все сделали правильно. Стрельнула глазами в сторону Северина, затем посмотрела на меня и спросила:
- Выходит, вы с ним вместе?
Вопрос был довольно щекотливым, и я постаралась ответить на него раньше, чем успел это сделать Темный. Подумала, что сейчас он скажет что-то такое, из-за чего мне станет не по себе.
- Нет, мы не вместе, – сказала ей. – Просто соперники по Все-Магическим состязаниям, которые не начинались так долго, что нам удалось подружиться.
- Это она так думает, – с невозмутимым видом сообщил Северин. – Александре порой свойственно заблуждаться.
Услышав его слова, Зои многозначительно переглянулась со своей командой.
- Все с вами понятно! – отозвалась она, но я не стала спрашивать, что именно.
Потому что я, например, до сих пор пребывала в недоумении, и с каждым днем вся эта ситуация в моей жизни – с Дарием и Северином – становилась все более неопределенной.
- Это моя четверка, – тем временем представила нам Зои свою команду. – Марика, Нида и Миранда.
Затем предложила всем прибавить шагу, чтобы мы не опоздали.
- Я тебя помню, – сказала я Зои, когда мы шли через вестибюль. – В тот день, когда на нашего короля совершили покушение, ты пыталась прорваться через ограждение. Требовала, чтобы тебя пропустили к Ильдару, потому что ты – целительница. Подозреваю, что очень хорошая.
Зои пожала плечами, сказав, что ей сложно себя оценить.
- Она лучшая в академии, – уверенно заявила Марика из ее команды. – И вообще во всем Флоренсе и в нашей провинции.
- Может, я и хорошая целительница, но к королю меня не только не пропустили, но еще и дали пинка под зад. Заявили, что если я примусь настаивать, то меня арестуют для выяснения причины моей настойчивости.
- Ну и глупцы! – негромко произнесла Миранда. – Если бы тебя к нему допустили, может, наш король давно был бы здоров. У тебя настоящий дар, Зои!
Она пожала плечами.
- Вот сегодня мы и посмотрим, как мой дар поможет нашей команде во втором туре. Вопросы будут на эрудицию, и вряд ли составлявшие их захотят узнать, хороший ли это признак, когда из груди пациента торчит стрела, или как действовать в таких опасных случаях, как, например, взрывная диарея.
Не выдержав, я усмехнулась, и даже Северин на пару секунд растерял свою шаддарскую серьезность.
- Ты права. Скоро узнаем, что в Элеоне понимают под эрудицией, – добавил он, но тут меня заметила потерявшая капитана наша четверка.
Налетели, принялись обнимать, выспрашивая, где я снова пропадала. Северин, попрощавшись, ушел к своим, а я представила подругам Зои и ее команду.
Сказала, что я уже позавтракала, так что мы спокойно можем отправляться в актовый зал, а заодно нам всем стоит держаться подальше от команды Вербены. Как бы с их стороны не было новых провокаций!
- Пусть только попробуют, – на прощание заявила мне Зои, – и взрывная диарея на неделю им обеспечена! Посмотрим, как тогда они пройдут через завтрашние магические бои, а послезавтра отправятся в Лабиринт. Сомневаюсь, что там найдется много кустов. – Затем округлила глаза. – Хотя откуда это знать? В Лабиринте мы еще ни разу не были. У нас во Флоренсе таких не имеется.
- Зато мы были, – мрачным голосом сообщила всем Лианна. – Скажу сразу: кустов там нет. Там вообще… мало что есть.
- Это плохое место, – встряла Роуз. – Оно не для людей.
Причем произнесла это своим привычным заунывным голосом прорицательницы, который произвел довольно гнетущее впечатление на команду Флоренса.
Гретта промолчала, а я и без диареи знала, что в Лабиринте никого из нас не ждет ничего хорошего.
Поэтому предпочла сосредоточиться на текущем испытании.
В актовом зале мы прослушали несколько длинных речей. Затем капитанов четверок попросили следовать за распорядителями, а наш ректор проводил участников кислым напутственным словом.
Еще через несколько минут мы вошли в просторную аудиторию – в ней я уже бывала, иногда здесь проводились объединенные лекции для разных факультетов.
Там всех попросили рассесться поодиночке. Желательно подальше друг от друга.
Затем приставили к каждому из двенадцати капитанов собственного распорядителя. Мне достался полноватый маг, кажется, отлично пообедавший, хотя время все еще было утренним.
От него несло щами и хлебом с чесноком.
Маг уселся рядом, заявив, что будет за мной следить. И, самое интересное, он следил, но преимущественно за моей грудью, подчеркнутой облегающим серебристым жакетом.
Впрочем, подобные взгляды совершенно меня не тревожили. Куда сильнее донимал запах, и я скучала по своей мухараше с ее ароматами клубники и новым, соснового летнего леса.
Но уже скоро мне стало не до амбре, идущего от мага, потому что я получила специально составленный с учетом специфики наших миров опросник.
Целых два листа с заданиями, на которые в течение часа нам предстояло дать письменные ответы.
При этом пользоваться магией или же направлять ее против других участников было строжайше запрещено. Наказание – удаление со второго тура, и за этим правилом собирались следить распорядители.
- Письменное испытание начнется через пятнадцать… Четырнадцать… – принялся отсчитывать секунды главный распорядитель.
Я повернула голову, привлеченная чьим-то давящим взглядом. Северин сидел через два ряда от меня и смотрел не на свою работу, а на меня.
Но стоило прозвучать «Один», а затем «Время пошло!», как я отвела от него глаза.
Нахмурилась, уставившись на мага, который подвинулся ко мне еще ближе, после чего негромко заявила ему, что он может сидеть рядом со мной только в том случае, если собирается подсказывать.
Если нет, то пусть отодвинется. Правила нарушать я все равно не собираюсь.
И углубилась в чтение заданий на эрудицию.
Оказалось, под «эрудицией» прятались обычные вопросы по истории и политическому строю Элеона. Имелось также несколько скупых вопросов о последней войне с Темным миром.
Заодно надо было вспомнить, сколько времени провел наш нынешний король в заложниках у одного из Темных королевств и у какого.
- Ноктария, конечно же! – пробормотала я, быстро вписывая один ответ за другим.
Потому что я их знала, помнила и даты, и события. Затем решила – пусть и пришлось немного повозиться – несколько заковыристых примеров и четыре задачки. Наконец добралась до самого сложного, которое я оставила напоследок.
К вопросам о Лабиринте.
Тут-то я столкнулась с серьезными трудностями.
Дело в том, что в Гржине, в Академии Ведовства, никто не предполагал, что их воспитанницам могут в будущем понадобиться подобные знания. Все, что нам рассказывали о Лабиринте, – это то, что нам стоит держаться от него как можно дальше.
Нет, не так – очень и очень далеко! А если мы окажемся к нему в относительной близости, то бежать прочь со всех ног.
И все, на этом с нас хватит.
Поэтому ответов на три последних вопроса я не знала, а то, что я почувствовала на себе и увидела своими собственными глазами, когда мы с подругами вошли в Лабиринт, – об этом, к сожалению, рассказывать было не нужно.
Расстроившись, я огляделась.
Все писали так, словно находились под воздействием заклинания принуждения. Один лишь Северин, оторвавшись от своего листа в тот самый момент, когда я на него посмотрела, ответил мне вопросительным взглядом.
Словно спрашивал, как он может мне помочь.
Но я понимала, что из этого ничего не выйдет и подсказок мне ожидать неоткуда. Даже капитан команды Вербены, сидевший сбоку от меня, что-то увлеченно строчил, время от времени моргая заплывшим после хука Северина глазом.
Никаких провокаций с его стороны мне не светило, как и ему – проклятье острого поноса, обещанное целительницей из Академии Флоренса.
Вздохнув, я поглядела на иллюзорное табло, отсчитывающее время, – оказалось, ответить на все вопросы, кроме последних трех, у меня заняло тридцать пять минут.
Так что оставшееся время я могла спокойно дремать, раз уж больше написать мне было нечего.
Но даже расслабиться у меня не получалось, потому что внутри царило странное беспокойство. Последние несколько минут сильно давило на голову, словно кто-то или что-то силилось до меня достучаться, но при этом постороннего магического вмешательства я не ощущала.
И не я одна.
Следивший за мной маг время от времени начинал ерзать и вздыхать на своем месте. При этом он все так же пялился на мою грудь, словно именно от нее можно было ожидать магического подвоха.
Пожав плечами, я закрыла глаза. А потом услышала… знакомый, но сейчас едва уловимый голос.
Можно сказать, что на грани восприятия.
Это было Око, твердившее, что они помогут. Подскажут ответы на все вопросы, которые мне нужны. Поделятся со мной знаниями, которыми обладают люди. Даже если эти знания в корне неверны, потому что люди ошибаются в своем понимании мироустройства.
Для этого мне надо всего лишь уснуть.
- Постарайся, Александра! – довольно отчетливо услышала я в голове напоследок, но тут завозился маг, и я поняла, что он что-то почувствовал.
А ведь так можно и вылететь с испытания!
Решив все исправить, я посмотрела в его сторону и улыбнулась самой обольстительной улыбкой, которую мы отрабатывали на занятиях в Гржине.
- Здесь жарко, – выдохнула я.
Расстегнула одну пуговицу на жакете, затем вторую.
Маг шумно задышал, и я решила, что все остальное время до окончания экзамена он будет занят своими фантазиями с моим участием, а не тем, что я собиралась получить ответы от глазьев.
Причем сделать это безвозмездно – ничего отдавать взамен глазному сообществу я не собиралась.
- Жаль, что мне не дозволено снимать штаны, – сообщила я магу якобы по большому секрету. – У меня как раз под ними новые чулочки. Черные. С алыми лентами.
И облизнула губы.
Дальше можно было о нем не думать – он окончательно выпал из реальности.
Вот и я постаралась – закрыла глаза под чужое сопение, затем отпустила все мысли и чувства, позволяя себе погрузиться в мир сновидений. Мне это удалось – я все же задремала на несколько минут, а вырвало меня оттуда то ли видение, то ли сон.
Передо мной стояла невероятно красивая, но усталая женщина. Она опиралась бедром на балконный парапет и глядела вдаль на черные горы, над которыми бушевала гроза и сверкали фиолетовые молнии.
Я видела ее точеный профиль и еще то, как порывы ветра трепали ее распущенные темные волосы. Мне хотелось подойти поближе, потому что я чувствовала странную связь между нами, но не получалось сдвинуться с места.
Тут раздались шаги, и женщина повернулась. Я не видела того, кто пришел, зато мне открылось ее лицо. И оно было один в один с тем, которое каждый день я видела в зеркале.
Если только глаза… Они были иного цвета, чем у меня.
- Она жива, – глухим голосом произнесла женщина, обращаясь к тому, кто пришел. – Я знаю, что моя дочь жива!
Тут она внезапно повернула голову, посмотрела на меня и…
- Александра! – воскликнула женщина.
…В этот самый момент я проснулась. Заморгала, приходя в себя, затем посмотрела на табло и обнаружила, что до конца испытания оставалось шесть минут.
Маг все так же грезил о несбыточном, тогда как я подтянула к себе вопросник, окунула перо в чернильницу и принялась быстро записывать ответы на незаполненные вопросы.
Око меня не обмануло – проснувшись, я знала все, что надо было туда вписать.
Но та женщина… Зачем глазья показали мне мою мать?!
Этого я не знала, зато уже скоро закрутила чернильницу, еще раз улыбнулась следившему за мной магу и застегнула пуговицы на жакете. Порадовала человека – и хватит, есть предел моему добросердечию!
Стоило отсчитывающему время табло погаснуть, как я чуть ли не первой сдала свою работу. На нее тотчас же поставили магическую печать, не позволявшую вносить в дальнейшем изменения, а меня заверили, что проверка будет честной и беспристрастной, но ее результаты мы узнаем только к вечеру.
Пожав плечами, я отправилась к выходу, возле которого стояли распорядители. Они просили всех не толкаться, покидать аудиторию по одному, а потом расходиться в разные стороны.
Наверное, уже были в курсе, что на крыльце возле главного корпуса произошла драка с ментальным вмешательством, причину которой не определить: каждый из участников говорил свое. Поэтому на будущее лучше заранее предотвращать подобные инциденты в зародыше.
Я думала, что в коридоре нас будут поджидать наши команды, но там оказалось пусто. За одним маленьким исключением.
Вернее, высоким, плечистым и невероятно мужественным, одетым в привычное черное. Прислонившись к стене, неподалеку от двери стоял Дарий Валларх, и я нисколько не сомневалась в том, что он поджидал именно меня, а вовсе не Северина, чтобы узнать, как у того все прошло во время второго тура.
Капитан команды Шаддара как раз выходил из аудитории следом за мной. Приблизился, оттеснив остальных, и, кажется, собирался спросить о том, удалось ли мне ответить на все вопросы. Но увидел своего куратора и напрягся.
Это продлилось всего лишь секунду, но мне хватило, чтобы ощутить, как по коридору начинает разливаться напряжение и сгущаются Темные тучи, из которых вот-вот начнут бить фиолетовые молнии, словно в моем сне о матери на балконе.
- Думаю, мне надо с ним поговорить, – негромко произнесла я, обращаясь к Северину. – С твоим куратором.
Иначе он поговорит со мной сам, и кто знает, что из этого выйдет.
- Поговори, – неожиданно согласился Северин, и я покосилась на него с удивлением.
И что, это все? Неужели сейчас не ударят молнии и не разразится Темный гром?
Но Северин как ни в чем не бывало зашагал дальше, а вскоре его догнала Зои и принялась выспрашивать про Шаддар. Сверяла сведения о его стране с тем, что она написала в своей работе.
Я же пожала плечами и двинулась к Дарию – ну, чтобы он не двинулся ко мне. Решила, что лучше будет побеседовать подальше от остальных, раз уж у него было что мне сказать.
Но в спину мне все равно пролетело:
- Что я говорил про нее и Темных?! – раздался знакомый ядовитый голос. – В чем я был неправ?
Но развивать свою мысль капитан Академии Вербены не стал – наверное, до сих пор помнил рельеф кулака Северина, а заодно справедливо опасался проклятия острого поноса в преддверии завтрашних магических боев от целительницы из Флоренса. Я тоже могла добавить – у меня имелся неплохой магический потенциал, да и на фантазию я не жаловалась.
Ну что же, я подошла к Дарию, а затем согласилась прогуляться с ним по академии. Но недолго и недалеко, потому что у меня планы на этот день.
Так ему и сказала. А затем спросила, что ему от меня понадобилось.
Дарий нахмурился.
- Не так давно между нами все было по-другому, – заявил мне. – Если бы в тот раз я не ушел исполнять свой долг перед своим народом, ты бы сейчас разговаривала со мной иначе?
Я даже не стала ему отвечать – ведьмочек подобным эмоциональным шантажом было не пронять.
- Ты о чем-то собирался спросить? – вежливо поинтересовалась я. – Говори, у меня не так много времени.
Оказалось, Дарий хотел знать, как я себя чувствую, как прошло мое утро и как продвигались дела во втором туре.
- Все хорошо, – я решила быть краткой, хотя дела у меня шли по-разному.
- Разве ты не хочешь узнать, где я был все это время? – поинтересовался Дарий уже у меня.
У меня на языке закрутилось сразу два ответа: «Зачем?» и «Не хочу», – но я лишь пожала плечами. С момента нашего прошлого разговора ничего не изменилось, и меня мало волновало, где пропадал Темный и не отдавал ли он очередной долг своему народу и своей стране.
- Ты уже скоро отправишься в Лабиринт, – не дождавшись ответа, произнес он. – Ты и твоя команда.
- Это пока еще неизвестно, – отозвалась я. – По результатам первого тура мы сейчас где-то в середине общего зачета, а как я справилась со вторым, сообщат ближе к вечеру. Нас уже предупредили, что в Лабиринт войдут только шесть из двенадцати команд. Не факт, что мы попадем в их число.
К тому же впереди всех ждали магические поединки, там тоже могло случиться много всего интересного.
Но Дарий был уверен в том, что нам самое место в финале, поэтому он принес мне… артефакт слежения.
С этими словами Темный показал мне темный блестящий камень на серебряной цепочке, внутри которого был спрятан магический маячок. Специально для этого он отравился в Шаддар, перерыл свою сокровищницу, затем покусился на сокровищницу Гора, потому что ничего подходящего в магическом плане у него не осталось.
- Наденешь, когда войдешь в Лабиринт, – произнес Дарий. – Это важно, Александра! Источник в последнее время неспокоен. Ритм его выплесков давно уже полетел в ад, так что…
Я поежилась.
- Не совсем понимаю, что это за штука, – призналась ему, потому что идущее от темного камня излучение не укладывалось в моей голове. – Ничего подобного я еще не встречала. Из чего она сделана? Это какой-то артефакт с измененным магическим полем, настроенный на вибрации Лабиринта?
- Неважно, – отозвался Дарий. – Главное, что в Лабиринте эта штука, как ты ее называешь, будет работать. Если с тобой и с твоей командой что-то случится, я всегда смогу обнаружить тебя по сигналу маячка.
Это был серьезный аргумент, подтолкнувший меня к тому, чтобы взять принесенное.
Потому что Лабиринт пугал меня до жути. К тому же я отвечала за жизни своей четверки, которым в том месте будет грозить нешуточная опасность, поэтому потянулась к лежавшему на ладони Дария камню. Наши руки соприкоснулись – вернее, Дарий сделал так, чтобы они соприкоснулись, а затем еще схватил и задержал мою ладонь в своей.
Я замерла, прислушиваясь к себе, ожидая реакции на его близость, но… не ощутила ровным счетом ничего из того, что было между нами раньше.
Да, я чувствовала тепло его кожи, но охватившая до этого меня благодарность за заботу сменилась раздражением от чужой настойчивости. Возможно, именно это раздражение и стало причиной того, что никакого трепета от его прикосновения не было.
Вместо этого я с недовольным видом отдернула руку, а артефакт сунула в карман. Ценная вещь, пригодится!
- Знаешь что, – сказала я Дарию. – Твой подарок, конечно, крайне полезный, и я премного тебе благодарна. Обещаю, что верну его сразу же после испытания в Лабиринте и постараюсь при этом не сломать и не потерять. Но если ты еще раз так сделаешь… Если схватишь меня за руку без моего согласия, то проклятие острого поноса тебе обеспечено. Тогда и посмотрим, где ты будешь искать кусты в Лабиринте, через который ты постоянно ходишь в свой мир, если их там не имеется!..
Развернулась и ушла – в самых рассерженных чувствах, хотя изо всех сил пыталась успокоиться. Подарок был хорош, что тут скрывать, а вот настойчивость Дария – не очень.
К тому же я собиралась найти свою команду, затем Северина, а еще захватить голубя и нескольких дохлых крыс, после чего отправиться навестить Витаса Ротсби. Его ждал задушевный разговор – со мной и моими друзьями. И для этого мне нужно было душевное спокойствие, трезвая голова и холодный ум.
Перед тем как отправиться на улицу Победы при Несдере, где скрывался Ротсби (я, кстати, была уверена, что глазья дали мне правильный адрес. Кажется, они вообще не умели врать, хотя у них был неплохой наставник в моем лице)…
Так вот, перед этим мы держали военный совет.
Собрались в нашей с Греттой комнате и позволили каждому из присутствующих высказаться по теме: что мы станем делать после того, как явимся в нужное место и обнаружим, что предполагаемый преступник на месте. (Что мы будем делать в случае, если Ротсби по указанному адресу не будет, мы придумали быстро – решили отправиться в ресторацию и хорошо провести этот вечер).
От упырей на совете присутствовал одноглазый голубь. С важным видом он расхаживал по подоконнику распахнутого окна, время от времени издавая свой коронный вопль, от которого кровь стыла в жилах.
Поначалу мои подруги дружно вздрагивали, а Роуз бормотала, что эта птица доконает ее еще в академии и ей не придется никуда отправляться.
Даже невозмутимый Северин пару раз поморщился.
Церберы тоже испытывали смешанные чувства насчет голубя: то ли им разорвать демоническую птицу, то ли спрятаться от нее под кровать, – но уже скоро привыкли и они.
- Итак, – поглаживая мухарашу, которую больше, чем дикие вопли, интересовала моя рука, а за мое отсутствие она научилась еще и мурлыкать, как большая кошка, – мы знаем, где прячется человек, стрелявший в короля. Заодно у нас имеется запись с кристаллов, которая может это подтвердить. Также есть свидетельница – Адриана Липке, которая видела Ротсби в день покушения на том холме. Так что если мы убедимся, что наш преступник на месте, то мы…
- Мы его поймаем, – кровожадно заявила Лианна.
- А затем сдадим правосудию, – добавила Гретта. – Но не этому, которое в лице Локхарта, потому что он с ними заодно. Мы найдем другое правосудие.
Если честно, в этом заключалась серьезная проблема.
- Было бы хорошо, чтобы в столицу поскорее прибыл Томас, – пробормотала я. – Томас Моор, мой старый друг по приюту, – пояснила остальным. – Он – один из людей старого и покойного герцога Саверлока. Однажды его послали меня убить, но… В общем, ему можно доверять, – вздохнула я. – И еще Томас знает, как действовать в подобных ситуациях. У него есть связи во дворце.
Будь он в Альтарисе, нам не пришлось бы ломать голову, какому именно правосудию сдать Ротсби.
- Чтобы его кому-то сдать, сперва надо его обезвредить. Если перед нами стрелок и ветеран войны, это будет непросто, – произнес Северин. – Я возьму с собой еще одного из команды Шаддара, и тогда нас будет уже…
- Шестеро, – подхватила Лианна. – Думаю, для охоты на преступника в самый раз!
Я согласилась с Северином, что это дельная мысль, если с нами пойдут двое Темных. Но всей толпой к Ротсби ни в коем случае заваливаться мы не станем – не стоит так рисковать. Вместо этого мы придумаем что-нибудь поинтереснее.
Отвлечем его внимание, выманим из дома, затем обезвредим, а потом уже будем вершить правосудие.
- У меня есть кое-какие мысли по этому поводу, – добавила я. – Но сперва надо глянуть, что это за дом.
Сказав это, я подошла к шкафу. Открыла дверцу и посмотрела сперва на синее платье, а затем и на лежащие рядом на полке чулочки. Думаю, с красной лентой будет в самый раз!..
Северин тоже подошел, но уже не к комоду, а к моему столу, на котором стоял Колюч, а еще я оставила артефакт, недавно врученный мне Дарием.
- Вещь из нашего мира, – ровным голосом произнес Темный.
Но ничего спрашивать у меня не стал, хотя я была уверена, что он прекрасно знал, откуда у меня этот кулон.
- Это маячок, – негромко пояснила я. – Не дай Боги, мы попадем в Лабиринт… если пройдем в финал. Но если так, то эта вещь лишней не будет.
Северин кивнул, а потом ушел за своими ребятами, тогда как я спросила у Лианны, удалось ли той достать записывающие кристаллы. Оказалось, отец на радостях дал ей целых два, и мне в голову тут же пришла интересная идея.
Я провозилась почти полчаса, пытаясь воплотить ее в жизнь, а потом настало время быстро одеться, натянуть чулочки, завязать ленты в волосы, немного добавить блеска в глаза и румянца на щеки.
После этого уже… выходить на охоту на преступника.
Но перед этим нам пришлось тайком выбираться из академии – потому что где-то бродил Дарий, возможно, с еще одним подарком для меня.
Или без него.
С намерениями хватать меня за руку или без них – этого я не знала.
Но понимала, что во все его посвятить, а затем взять в команду, к которой уже присоединился Северин, будет довольно неразумно, хотя Дарий обладал поистине разрушительной силой. Но в этом случае вместо поимки предполагаемого заговорщика, выпустившего роковую стрелу из арбалета, мы все станем свидетелями конфликта между двумя Темными.
Из-за меня.
Переходящего в драку с возможным смертельным исходом.
Чьим именно – этого я не знала и узнавать не собиралась, поэтому мы с подругами добирались до выхода из академии порталами. Затем спешно миновали стражу на воротах, а потом я снова распахнула портал.
Затирала следы как умела, пряча координаты нашего выхода, надеясь, что Дарий меня по ним не отыщет и не явится выяснять в самый ответственный момент, уж не отправилась ли я на свидание с его конкурентом.
Заодно я полагалась на здравый смысл самого «конкурента» и что тот сможет покинуть академию, не ввязываясь в спор со своим куратором.
Это Северин сделал с помощью нежити, а потом мы встретились и уже вместе отыскали нужную улицу. Замерли на приличном отдалении от дома номер двадцать четыре – все шестеро, разглядывая предполагаемое логово преступника.
Затем я послала крыс на разведку, а голубю Северин сказал, что если тот еще раз завопит дурным голосом, то он свернет ему шею.
Я кивнула, соглашаясь, что в нашем случае это будет разумным решением. Мертвой птице такое все равно не навредит, но по крайней мере заткнет его на какое-то время и даст нам спокойно все обдумать.
- Их там трое, я их чувствую, – неожиданно произнесла Роуз, кивнув на неказистый одноэтажный серый дом на спокойной улице в одном из ремесленных, отдаленных от центра кварталов. – Один из них давно уже там сидит и ощущает себя так, словно загнанный в ловушку зверь. С ним еще двое, один из которых маг. Скорее всего, Огневик. Эти двое не настолько напряжены, как первый.
Тут вернулись крысы, выполнившие мое задание – им велено было отнести и установить в комнате, где находился Ротсби, записывающий кристалл. У нас же остался второй, над которым я серьезно потрудилась для общего дела.
Напрягла свои знания и магические силы, попробовала и одно, и другое, пока, наконец, не спарила два кристалла замудренным заклинанием. Но теперь стоило активировать запись на своем, как то же самое начал делать и оставленный в доме Ротсби.
Незаметно пристроить его на поверхность повыше с отличным обзором – именно такое задание я дала крысам.
Ну что же, уже скоро мы увидели полутемную комнату с чуть отодвинутой шторой на единственном окне. В кресле напротив него сидел Ротсби с арбалетом в руках. Еще один мужчина спал на тахте в углу…
- Это маг, – уверенно произнесла Роуз.
Третий же устроился за столом и жадно ел.
- Там повсюду ловушки, – негромко произнес Северин, когда вернулся с разведки. – Стоят по всему периметру, на дверях и на окнах. Заодно везде сигнальные заклинания, которые незаметно снять будет сложно. Они хорошо подготовились, – в его голосе прозвучало уважение.
- Ты прав, – отозвалась я, – штурмовать этот дом – самоубийственное занятие. Поэтому я выманю оттуда Ротсби, задурю ему голову, а потом мы его схватим.
Подруги посмотрели на меня с интересом – потому что многократно были свидетельницами того, как воплощались в жизнь мои даже самые странные, а порой и дурацкие затеи.
Зато Северин уставился на меня с сомнением.
- Так и быть, – сказала ему. – Ты тоже будешь в этом участвовать!
- Что ты задумала? – поинтересовался он.
Я пожала плечами, а затем немного поддернула подол, освежая в памяти прежние свои навыки из Гржини.
- Думаю, ты переедешь меня повозкой, – сообщила ему. – И не заметишь. Хотя нет, пусть лучше у тебя понесет лошадь, и ты ускачешь на ней вместе с повозкой в синюю даль. Я же останусь лежать на тротуаре как раз возле дома Ротсби – красивая и беззащитная дева в беде. Тогда как вы, – я посмотрела на подруг, – сделаете все, чтобы никто другой из остальных домов не пришел мне на помощь. – Вдруг до этого Ротсби будет долго доходить? – Роуз, – я взглянула на нашу прорицательницу, – ты станешь очень громко причитать – мало ли, наш преступник туг на ухо и не услышит шум с улицы. Сделаешь так, чтобы до него непременно дошло.
- До него дойдет, – отозвалась Роуз. – Уж что-что, а жаловаться и причитать я умею!
- Почему ты решила, что это сработает? – нахмурился Северин. – Вдруг его такое не заинтересует?
- Заинтересует, и еще как, – отозвалась я. – Этот Ротсби – дамский угодник. Он не давал Адриане прохода, предлагая ей позабавиться, пока мужа не было дома. А тут сидит несколько дней дома и без женского общества. – Задумалась: – Как лучше: меня переедет повозка или же я выпаду из нее на полном ходу? Наверное, второе – так у меня теоретически будет меньше травм. Заодно можно эффектно упасть на травке, чтобы у Ротсби непременно появилось желание внести меня в дом и… обо мне позаботиться.
Но для этого ему сперва придется выйти наружу.
- А если это желание не появится? – поинтересовался хмурый парень из команды Шаддара.
Кажется, его звали Сигурд.
- Появится, – уверенно произнесла я, – уж я-то об этом позабочусь! Но если что-то пойдет не так, то попробуем по-другому.
В следующий раз без лошади, например.
Зато сейчас нам оставалось найти повозку, из которой я буду выпадать; расставить всех в соответствии с моим планом, а заодно не брать в голову то, что бубнил несогласный с ним Северин. Со мной в роли приманки было куда безопаснее, чем штурмовать укрепленный дом, в котором засели маг и опытные стрелки!
Мы вплотную приступили к задуманному примерно через час – и дольше всего заняло даже не обсуждение плана, а попытки отыскать открытую повозку вместе с лошадью, которые нам надо было взять в аренду до вечера.
Отыскали, а затем решили, что править повозкой будет Сигурд, тогда как Северин останется страховать меня возле дома.
По моему плану лошадь должна будет «понести», а Сигурд якобы не справится с управлением, из-за чего мне предстояло красиво выпасть из повозки на полном ходу.
Но проблема заключалась в том, что нам досталось миролюбивое и дружелюбное животное. Она хотела ходить спокойным шагом, а еще щипать травку и получать угощение с наших рук, а вовсе не нестись во весь опор, изображая из себя скаковую взбесившуюся кобылу.
В чем-то я ее понимала, но не поддерживала. Для достоверности нам нужен был совсем другой антураж.
- Не волнуйся, я это улажу, – негромко пообещал мне Северин. – Она выполнит все, что я попрошу. Лошади меня слушают.
И уставился на меня, словно жалея, что подобная покорность не распространялась еще и на Александру Дельвейн.
Северин не отказался бы штурмовать дом вместе с Сигурдом, а нас с подругами он бы оставил в стороне – дожидаться, когда все закончится. Но вовсе не потому, что сомневался в наших способностях, как раз нет.
По его глазам было видно: он сильно из-за меня переживал и ничего не мог с этим поделать.
- Говорю же, со мной все будет хорошо, – в который раз повторила я. – Перестань уже так заметно нервничать!
- Неужели это настолько видно? – удивился Темный.
- Еще как, – деловито сообщила ему Роуз. – Но тебе не стоит беспокоиться. Александра выживет, я это вижу.
- А кто не выживет? – тотчас поинтересовалась Лианна, уже давно и вслух жалевшая о том, что мы не можем записать всю нашу «операцию» по поимке преступника на кристаллы, полученные от ее отца.
Потом было бы о чем вспомнить и на что посмотреть. Но после магической экзекуции, которую я над ними совершила, мы могли если только наблюдать за домом Ротсби.
- Я знаю, что мы попадем в Лабиринт, – неожиданно произнесла Роуз. – Все мы; а потом уже ничего не вижу. Не понимаю, что это означает, но… сегодня ничего страшного с нами не случится.
- А когда случится? Выходит, в Лабиринте? – принялась допытываться Лианна, на что мы попросили ее придержать язык и коней, а Сигурда как раз наоборот.
Особенно после того, как Северин склонился к уху нашей лошадки и что-то ей нашептал, из-за чего она пришла в невероятное возбуждение.
- Время начинать, – нехотя произнес тот, и я кивнула.
Думала уже забраться в повозку, а заодно и уставилась в спину Роуз – та спокойным шагом двинулась в сторону дома 24, планируя сыграть роль «невольной свидетельницы страшного происшествия». Но тут меня подхватили, а потом подсадили в повозку сильные руки.
Мне показалось, что на долю секунды Северин прижал меня к своей груди – словно с трудом смог себя заставить со мной расстаться. Но потом отпустил.
Хотя я ни в чем не была уверена.
- Будь осторожна, – сказал он на прощание, но я лишь пожала плечами.
Убиться на улице Победы при Несдере возле дома 24 в мои планы не входило, сколько можно ему об этом говорить?
- Трогаем, – произнес Сигурд, а затем отпустил поводья, и наша спокойная лошадь понеслась вперед так резво, словно за ней по пятам гналась стая демонов.
- Твоя очередь! – крикнула я голубю, с важным видом сидевшему на краю повозки, вцепившись в нее костлявыми лапами.
В нашем плане ему отводилась немаловажная роль. Он должен был привлечь внимание к происходящему за окном.
А то мало ли, вдруг Ротсби задремал в своем кресле и пропустит представление, которое мы собирались для него устроить?
Краем глаза увидела, как Северин распахнул портал, – он занимал позицию сбоку от нужного дома, тогда как Гретта и Лианна должны будут контролировать происходящее на улице. Ну, чтобы меня не принялись «спасать» другие.
Нам нужен был исключительно Ротсби.
Тут раздался пробирающий до костей вопль – голубь, пролетая над домом под номером 24, хорошо постарался, выполнив свою часть задачи.
Завопил как раз рядом с нужным окном.
Повозка тем временем набирала ход, и уже скоро Сигурду предстояло резко взять влево, чтобы у меня появилась возможность красиво вылететь и приземлиться на пожухлый газон возле нужного дома.
И вот тогда-то я завизжала во всю силу своих легких, что означало: да начнется Великая Охота на Ротсби!
А дальше все пошло-покатилось быстро – слишком быстро! – хотя я и пыталась замедлить пульс и успокоить дыхание, а заодно и контролировать все свои движения до единого.
Секунда.
Я вижу стремительно приближающийся дом и нужный мне газон. Серый камень возле калитки, запримеченный еще до этого. Падать на него ни в коем случае не следовало: уж больно острый у него край.
Еще одна опасность – покосившиеся доски забора, от которых тоже нужно держаться подальше.
Вторая секунда.
До меня донеслось негромкое бормотание Сигурда – язык Шаддара похож на наш, но наши миры были разделены слишком долго, поэтому их речь звучит непривычно для нашего уха.
Ах он решил мне подсказывать! Твердил, что уже скоро будет поворачивать.
- Сама знаю! – огрызнулась я, приготовившись…
Так прошли третья, четвертая и пятая секунды…
Тут повозку занесло – Сигурд взял влево намного круче, чем я предполагала, поэтому меня буквально вышвырнуло наружу.
Да, такое входило в мои планы, я еще и оттолкнулась, но все равно вылетела на куда большей скорости, чем планировала.
Приземлилась. Сгруппировалась, не без этого, пытаясь не убиться. Затем постаралась изменить траекторию движения, чтобы не врезаться в камень.
- Демоны! – успела выдохнуть я, потому что камень миновать мне удалось, но в забор я все-таки влетела.
Ударилась об него боком и тут же покатилась обратно. В последнюю секунду перед тем, как замереть, успела перекинуть на грудь косу с алой лентой, оголить плечо, а еще подтянуть синюю юбку – ну, чтобы видна была нога в темном чулочке и алый бантик над коленом.
Картина, если Ротсби выглянет из окна, его глазам должна была открыться живописная – лежащая на спине яркая и сочная дева, потерявшая сознание на травке возле его дома. Но без крови и переломанных конечностей – такое вряд ли бы вызвало нужные мне чувства.
Да и возиться с чужими серьезными травмами наемный убийца вряд ли бы стал.
Так что просто дева в легкой беде.
Единственное, что меня тревожило, – я упала слишком близко к забору, и тот загораживал вид, за который я бы непременно получила высший балл от Верховной. И еще то, что ко мне подбежали мертвые крысы – стали тыкаться в ладони, одна даже обнюхала мое лицо.
- Пойдите прочь! – прошипела я. – Со мной все хорошо, отстаньте!
Крысы, которые топчутся по девице, уж точно нарушали трогательную и беззащитную красоту создаваемого мною образа.
Они послушно сбежали, а я лежала и думала, уж не откатиться ли мне подальше от забора, но тут раздались причитания Роуз, принявшейся твердить, что я разбилась.
- Такая молодая, такая красивая!.. – донесся до меня ее голос, который прерывали громкие рыдания. – Лежит себе на земле, и никто не приходит ей на помощь! Потому что вокруг никого нет.
- Сидите тихо! – долетело до меня восклицание Гретты. Та магией запечатала входную дверь дома неподалеку, не позволив его обитателям как раз прийти мне на помощь.
А потом я услышала вожделенный голос – один мужчина в доме 24 объяснял другому (ну, если не брать во внимание некоторую образность их речи), насколько им крупно повезло, что на их улице перевернулась целая повозка с добром в моем лице.
Это подарок Богов, а вовсе не подстава. Поэтому девицу нужно занести внутрь, после чего ею воспользоваться, – раз уж меня им подарили!
- Давайте уже, пользуйтесь! – пробормотала я, чувствуя, как у меня затекла правая, рабочая рука.
Заодно, вот же напасть, ко мне подошла бездомная собака и принялась обнюхивать. Не хватало еще, чтобы она подняла лапу и…
Да еще и Роуз причитала так громко, что у меня заложило уши, и я подумала непременно пригласить ее плакальщицей на собственные похороны, которые, надеюсь, будут еще не скоро. А вот судьба противной собаки, решившей, что я – отличный столбик для справления малой нужды, – могла оборваться трагически быстро.
Но собаку все же прогнали науськанные мною крысы, а Ротсби соизволил появиться на крыльце.
- Ты это, – услышала я его грубоватый голос, обращенный к Роуз, – кончай вопить! Сейчас я занесу твою подругу в дом. У меня как раз в гостях маг, он посмотрит, что с ней не так.
И голос его прозвучал многообещающе.
- Она мне не подруга, – радостно сообщила ему Роуз. – Она выпала из повозки, а я как раз мимо проходила. А можно мне тоже в ваш дом? У меня болит нога, совсем хромаю. Пусть и меня осмотрит ваш целитель.
И Ротсби милостиво разрешил, наверное, подумав, что Боги расщедрились на целых два подарка.
Наконец подошел ко мне.
Я слышала его дыхание. Чувствовала, как его взгляд остановился на моей груди. Подозреваю, не заметив ничего подозрительного, Ротсби склонился надо мной. Протянул руку, собираясь нащупать пульс, но почему-то на груди.
Тогда-то я и открыла глаза.
- Сюрприз! – заявила ему и тотчас же его и преподнесла.
В лице двух наброшенных заклинаний. Одного боевого, сбивающего с ног, и второго – заклинания Сети.
Ротсби – я видела его длинное и худое лицо, бесцветные глаза и сизые прокуренные усы, – конечно, тоже был хорош, этого у него не отнять. Дернулся в сторону, пытаясь избежать магического удара, но мои крысы были рядом. Бросились ему под ноги, не давая сделать и шага, и он упал, а потом, сев, я накинула на него еще одно заклинание.
Еще и еще одно, почему-то вспомнив, как напротив меня в день торжественной встречи стоял наш король…
Как вытянулось его лицо, когда он услышал мое имя, словно оно что-то для него значило.
А потом была стрела и кровь… Королевская кровь, пролившаяся на меня. И виноват в этом был Ротсби, на которого сейчас я накидывала одно заклинание за другим.
- Хватит, стой! – воскликнула подбежавшая Роуз. – Ты его так задушишь! Он уже не может шевельнуться.
Кивнув, я попыталась прийти в себя, а затем немного ослабила путы. Посмотрела на жалкую фигуру того, кто подался за деньги в наемные убийцы, после чего…
- Они сейчас штурмуют дом, – заявила Роуз. – Второй стрелок вышел следом за этим, – кивок в сторону лежащего на боку Ротсби, – и Северин с ним быстро разделался. Маг остался внутри, но против него двое Темных и Гретта с Лианной, так что у него нет ни единого шанса.
А затем она протянула руку, помогая мне подняться. Что я и сделала, подумав, что у меня тоже нет ни единого шанса остаться без синяков после подобного приземления.
Тут мне на плечо приземлился демонический голубь, кажется, окончательно выбравший меня в свои хозяйки. Курлыкнул, на что Роуз закатила глаза, а я стоически улыбнулась.
Голубь принес нам благую весть – штурм завершился полным разгромом и пленением команды неприятеля.
Теперь оставалось придумать, что делать с военной добычей.
Наш план по пленению Ротсби был несомненно хорош, в него входила беспрекословная победа над врагами, но как поступить с ними после самой победы – если честно, мы это пока еще не обсуждали.
Хорошо, с магом, державшим оборону, все было более-менее ясно. Он сопротивлялся довольно упрямо, поэтому серьезно пострадал, и теперь им занимались Гретта и Лианна. Перевязывали раны, снимая боль, после чего мы собирались доставить его в лазарет академии.
А там что-нибудь соврать.
Пока его будут приводить в чувство, мы успеем продумать наши дальнейшие действия.
Но оставались еще Ротсби и второй стрелок, связанные заклинанием Сети.
- Как считаешь, что с ними делать? – спросила я у Северина, а потом увидела, как Сигурд подгоняет повозку.
Летит на ней по улице во весь опор, только Александра Дельвейн уже выпадать из нее больше не собиралась. Одного раза мне хватило.
- Загрузим пленников, накроем их чем-нибудь, а потом решим, куда их отвезти, – уверенно произнес Темный. – Лучше поскорее отсюда убираться, а то мы стали привлекать внимание соседей. Думаю, до вызова городской стражи уже осталось недолго.
После чего взвалил на плечо Ротсби и сунул того в повозку, из которой я так «красочно» вылетела на повороте.
- Надо бы доставить их в спокойное место и допросить. Но я пока еще не придумала, где лучше будет это сделать, – отозвалась я, когда он вернулся.
Хотя уже знала. Ответ пришел моментально – и как я только раньше не догадалась!
- Мы отвезем всех троих в академию. Одного поместим в лазарет, а остальных до поры до времени спрячем в зверинце, в вольере у волколаков. Туда никто не сунется, это уж точно. А мои волки присмотрят, чтобы эти двое не сбежали.
Оставалось только придумать, как нам миновать стражу на воротах. Но я решила, что это меньшая из бед. Уж как-нибудь выкрутимся!
Куда большей бедой – для моего измученного сердца, например, – оказалось то, что Северин погладил меня по щеке, после чего заявил, что я – самая бесстрашная девушка, которую ему доводилось встречать в своей жизни.
К тому же завораживающе красивая. Настолько, что он не собирается смотреть больше ни на одну другую.
Но ему не нравится, что я постоянно рискую своей жизнью.
- А что, есть другие варианты? – спросила у него, на что тотчас получила ответ, что впредь подобное стоит предоставить ему – рисковать своей жизнью ради меня.
Затем он ушел закидывать на повозку второго стрелка и раненого мага, и я даже не успела ему возразить.
Да и стал бы Северин меня слушать? Я серьезно в этом сомневалась.
Зато возле академии я встретила еще одного мужчину, который тоже не особо принимал в расчет мое мнение, но при этом я была ему дорога.
…До ворот для доставки провизии мы добрались без приключений.
Северина и Сигурда с нами, естественно, не было, потому что никто не должен был узнать, что они вообще покидали академию. Посланный мною голубь успел предупредить нашу Высшую нежить, поэтому та вот-вот должна была осуществить операцию по возвращению Темных в академию.
С ними ушли Роуз и Гретта, а мы с Лианной подкатили на повозке с тремя связанными наемными убийцами к въезду для грузовых телег.
Но так просто никто пропускать нас не собирался, хотя я сообщила страже, что везу в академию специальную пищу для волколаков и кормящих самочек. И нет, я не стану показывать то, что скрыто под попоной в повозке, и им тоже смотреть не советую: зрелище там не для слабонервных!..
Сама я тоже нервничала, не без этого. Пусть на повозку было накинуто иллюзорное заклинание, но вот беда – на воротах дежурили неплохие маги, которые быстро могли раскусить, что к чему.
И тогда у нас будут серьезные проблемы.
- Если у вас имеются вопросы, то задавайте их ректору, – снова пошла я в атаку. – Да, спросите у него, может ли Александра Дельвейн провезти в академию необходимое для своих магических существ!
Но задурить голову страже никак не получалось, пока внезапно не появился Дарий и нам помог.
Подозреваю, он караулил меня возле академии. Увидев нас, уверенно подошел к страже и додавил их своим авторитетом. У него он был куда более серьезным, чем у меня, – его все еще помнили в должности прежнего декана.
Наконец нас пропустили со всей сомнительной повозкой, а затем я попросила Лианну оставить нас одних. Сказала, что все в порядке и появление Дария даже к лучшему.
Дальше я справлюсь без ее помощи – ко мне уже прибыла другая.
- Мне спрятать тела? – деловито поинтересовался Темный, когда мы остались одни.
То, что под попоной люди, он понял, даже не заглядывая в повозку.
- Вообще-то они живы, – отозвалась я.
- То есть убить и спрятать? – все так же спокойно спросил он. – Или ты собираешься скормить бедолаг волколакам? Не слышал, что для кормящих самок нужен специальный рацион. Теперь буду знать.
И почему-то уставился на мою грудь.
В этот момент я начала звереть, но потом…
- Нет, никого не нужно убивать, – сказала ему, взяв себя в руки. – Одного не помешает доставить в лазарет, он в довольно плохом состоянии. Зато двух остальных надо бы допросить. Так, чтобы они заговорили. Возможно, с применением Лабиринта, как ты это делал в прошлый раз. Но хорошо бы, чтобы их там не сожрали, а… Они мне еще понадобятся, чтобы дать показания в суде. Сможешь такое сделать?
И уставилась на него просящим взглядом, словно клянчила алмазное колье с рубиновыми вставками – и чтобы они были непременно ромбиками, а не сердечками.
Разве это так сложно?!
Она смотрела на него с разочарованием в светлых глазах – Кайлен Саверлок был в этом уверен, хотя лицо Аделин скрывала от него небольшая темная вуалька. Но о том, какие чувства обуревали молодую королеву, ясно говорили ее презрительно поджатые губы, отстраненная поза и сложенные на груди руки.
Казалось, Аделин серьезно сожалела о том, что с ним связалась, но она должна была понимать, что они оба оказались в грозу в одной лодке и сейчас им нужно грести в одном направлении, чтобы не утонуть.
По крайней мере, так думал герцог Саверлок.
Но что было на уме его любовницы, уже скоро ему предстояло узнать.
- Я разочарована происходящим до глубины души, – произнесла Аделин с неприязнью в голосе. – Мой муж до сих пор жив, и его спасла, как твердят мне все вокруг, Темная королева. Правительница Ноктарии Эвинира – пусть демоны сожрут ее проклятую душу! И сделала она это каким-то запредельным, не поддающимся разумению наших целителей образом.
- Да, я слышал, – глухо отозвался Саверлок. Его лицо искривилось, будто бы слова Аделин причиняли ему сильные страдания. – Некоторые идиоты даже говорят, что короля якобы спасла любовь. Но я порасспрашивал там и сям… Это был сильнейший выброс Темной магии, что говорит об уникальном даре королевы Ноктарии.
- Мне наплевать, о чем это говорит! – гневно заявила Аделин. – Важно то, что эта Темная шалава засела в спальне моего мужа и не собирается оттуда выходить! А меня, его законную жену, к нему не пускают, хотя это нарушает все законы Элеона и попирает всяческие представления о морали!
- Если бы только королева Эвинира!.. – пробормотал герцог. – Прибывшие с ней Темные маги несут дозор совместно с дворцовой стражей. К королю, к сожалению, сейчас не подобраться.
- Кризис миновал, – ледяным голосом сообщила Аделин. – Уже скоро Ильдар придет в сознание. Возможно, это произойдет завтра или послезавтра. Меня заверили, что король умирать больше не собирается. Ты же понимаешь, что это значит?!
Кайлен понимал.
Второе покушение на короля, задуманное и осуществленное в столь сложных условиях, когда за Ильдаром велось строжайшее наблюдение, провалилось по вине королевы Ноктарии.
Ей и удалось вытащить Ильдара Иллариана буквально с того света.
Подкупленную служанку, которая ввела королю яд, арестовали. Как и двух целителей, которые были с ней в сговоре.
Нет, они никогда не заговорят – об этом позаботились люди, которым Кайлен заплатил за убийство короля. Если только их поднимут из могилы, – но и об этом, как его заверили, беспокоиться не стоит.
Но новое покушение сейчас невозможно – вот что они ему сказали. Даже если Саверлок пообещает им полкоролевства в придачу.
Нужно запастись терпением и переждать.
Также у них ничего не вышло с устранением Александры Дельвейн – вместо этого «устранились» посланные к ней убийцы. Сейчас их ищут, на что Кайлен злорадно подумал, что уже не найдут.
Его люди тоже пытались убрать эту Дельвейн, но у них ничего не вышло.
Впрочем, ему пообещали, что скоро будет и вторая попытка, и денег с него за это не возьмут – исправят допущенную оплошность, и эта Дельвейн будет устранена в самом скором времени.
А вот к королю – нет, к нему пока что не подступиться.
- Ты все испортил, – холодно произнесла Аделин. – Поэтому тебе и твоим людям стоит вернуть ту сумму, которую я тебе дала.
- Ты не можешь так со мной поступить, – покачал он головой. – Не стоит отрицать, что их попытка была хорошей. Они почти добились успеха, но вмешались обстоятельства невероятной магической силы.
В лице королевы Эвиниры из Ноктарии.
- Ты вернешь мне все деньги, заодно с процентами за мои испорченные надежды. И еще за то, что ты пользовался мною в постели, но любовник из тебя оказался хуже некуда, – холодно заявила ему Аделин. – Потому что мой муж со мной все же разведется, как и собирался, и в этом виноват будешь именно ты. Ты пообещал мне, что все устроишь, и я выбрала тебя.
- Ты несправедлива, Аделин!
Но она качнула головой.
- Мне нужны будут мои деньги, чтобы вести жизнь, к которой я привыкла, но вдали от королевского двора. И еще компенсация за то, что я так и не стала единовластной королевой Элеона. Но если ты попытаешься что-то выкинуть… Знай, Кайлен, я записала свое признание, которое подтвердила моя служанка, сопровождавшая меня в тот день. Запечатала это магией и спрятала в надежном месте. Не трудись узнавать, где именно и кто меня сопровождал в тот день. Служанок и фрейлин у меня около сотни. Всех их тебе не уничтожить.
- О чем ты говоришь, Аделин?! – резко выдохнул он.
- О том, что я видела своими глазами. Ты убил своего отца, а потом подставил своего единокровного, хотя и незаконнорожденного брата Дрейка Миллера, обвинив его в убийстве. Хорошо, что тот еще не казнен. Потому что если ты не возвратишь мне всю сумму, то вместо него казнят тебя! Я позабочусь, чтобы мое признание дошло до правильных людей.
С этими словами Аделин развернулась и покинула его комнату, исчезнув в потайном ходу. Оставила Кайлена Саверлока скрежетать зубами и придумывать планы мести, потому что…
Глупая, глупая Аделин, твердил он про себя. Неужели она не понимает, что от состояния отца у него мало что осталось?
А если бы хоть что-то и было, он бы все равно ни за что ничего ей не отдал.
- Придется избавиться и от этой угрозы, – пробормотал он.
Но сделать это самому, потому что денег, чтобы заказать убийство королевы, у него и правда не имелось.
Утром меня разбудил стук в дверь и три напрягшихся собачьих монстра, то есть цербера, которые на этот раз ответственно спали рядом с нашими кроватями. И только один раз попытались взгромоздиться на меня в ночи, на что я, не открывая глаз, велела, чтобы они сейчас же убирались вон.
Иначе прокляну.
Нет, к мухараше это не относится – она пусть спит и дальше, обнимая меня своими мягкими пушистыми лапками, позволяя вдыхать запах леса и лета и навевая сладкие грезы.
После очередной ссоры с глазьями такое сейчас мне было жизненно необходимо.
Потому что эти одноокие пройдохи, уверенно заявив, что научились всему от меня, подтвердили, что да, во время экзамена они мне показали мою мать. Та жива и здорова, но сильно страдает – думает, что ее дочь мертва, и каждый день без меня причиняет ей ужасную боль.
Помню, как, услышав эти слова, я серьезно рассвирепела, а потом заявила Оку:
- Сейчас я сама причиню тебе ужасную боль, и ты будешь сильно страдать каждый божий день!
Оно уставилось на меня, после чего серьезным голосом резюмировало, что причинить ему вред я не смогу. Это всего лишь сон, и если я даже попытаюсь, то глаз в его исполнении просто-напросто испарится, как всегда.
Но если я хочу увидеть, как Око выглядит на самом деле, а еще узнать, как зовут мою мать и где ее найти, – они все мне покажут и расскажут. Но при одном условии – в финальном испытании в Лабиринте я должна буду войти в Источник.
Они обещают, что для меня это совершенно безопасно.
- И когда это вы научились так искусно врать? Ладно, увиливать и торговаться – это одно, к такому я уже привыкла. Но врать? – язвительно поинтересовалась я, прекрасно понимая, что и эту «заразу» они могли подхватить от меня.
Похоже, у них была отличная учительница в моем лице.
- Но мы тебе не врем, Александра! Такое против нашей природы, – торжественно возвестило Око. – Мы честны и справедливы по своей сути.
Тогда-то я рассвирепела окончательно. Значит, они честны и справедливы по своей сути и природе?!
Что он несет?!
- То есть убивать направо и налево, выпуская из Источника своих монстров, – для вас это нормально? Столетиями кошмарить два мира: и наш, и Нижний – выходит, такое для вас в порядке вещей и отвечает вашей справедливой природе? – не выдержала я.
Потому что сил моих не было с ними больше спорить – вот, они даже мне чулки не подарили, хотя обещали столько раз подряд!
От этого Ока у меня одна сплошная моральная травма, бесполезные разговоры и отвращение до тошноты из-за чужого лицемерия.
Ну, кроме адреса Ротсби и помощи на втором испытании Все-магических состязаний – с этим глазья мне все же подсобили. Еще один раз они предупредили меня о визите наемных убийц, а вчера показали мою мать.
Но при этом скрывали от меня ее местонахождение, требуя неисполнимого.
- Все совсем не так, как ты думаешь, Александра! – печально возвестило Око.
- А зачем мне думать, если я вижу все своими глазами? – огрызнулась я. – Настоящими, в отличие от тебя! Это длится даже не десятилетиями, а столетиями, и о ваших гнусных делах слагаются легенды! Сколько невинных людей вы погубили?! И вообще, наши два мира – это все ваша вина. Из-за вас Нижний мир отделился от Верхнего, а потом повылазили эти проклятые Лабиринты, и ваши монстры старательно пожирают людей! Что, неужели сейчас ты мне скажешь, что это не так?
Я уставилась на него, но Око молчало.
- Ну же, посмотри своим глазом мне в глаза и скажи честно, что я это придумала! Мне все показалось, потому что на самом деле вы – чистой души глазья, и для полного счастья вам не хватает лишь одного: чтобы Александра Дельвейн вошла в ваш идиотский Источник? Я жду!
Око все-таки смутилось. Пусть оно продолжало смотреть мне в глаза (иначе оно не могло), но я чувствовала, что там, за его призрачной оболочкой, происходит бурное обсуждение.
Глазья решали, что мне ответить. Но ничего путного на ум им так и не пришло.
- Все не так, как ты думаешь, – пробормотало Око.
- Я уже слышала это от тебя много раз подряд! – рявкнула на него. – Допустим, все не так. Тогда скажи мне, как именно?!
- Ты обо всем узнаешь, когда войдешь в Источник, – вновь залебезил глаз-переговорщик. – Даем слово, что ты останешься в живых, Александра! И еще – мы исполним твое самое искреннее желание. Даже целых два!
- А исполните одно прямо сейчас, – вкрадчиво заявила ему. – Я желаю, чтобы вы пошли…
После чего сказала ему, куда именно.
И нет, слова были не самыми приличными, потому что все нормальные у меня давно уже закончились. Своим нытьем и бесконечными попытками шантажа глазья довели меня до белого каления.
На этом Око меня оставило, хотя я подозревала, что в озвученную даль оно все-таки не ушло. Зато я проспала спокойно до самого утра, лишь один раз прогнав кого-то из церберов, залезшего ко мне на кровать.
Утром порадовалась, что открывать дверь пошла Гретта, – зевнув, я подумала, что к нам явились Лианна и Роуз, чтобы обсудить наши текущие дела и составить планы на сегодняшний день.
Впереди нас ждали магические поединки, но списков вчера вечером еще не появилось. Северин планировал оставить кого-то из команды дежурить возле деканата, после чего мы собирались прикинуть что и как.
К тому же я ждала новостей от Дария – он пообещал, что расспросит Ротсби и его подельника с пристрастием, но те останутся живы.
- Вставай, Александра! – услышала я голос Гретты. – К тебе тут жених пришел.
И я подскочила.
Жених? Который именно?
Но этим «женихом» не оказался ни один из тех, кого я держала в уме и чьего прихода ожидала. В нашу комнату явился Томас Моор, которому я обрадовалась даже больше…
Хорошо, я просто ему обрадовалась.
Моментально подскочила с кровати, успев приказать «Не сметь!» и церберам, и Колючу, уже приготовившему свою летающую артиллерию. И даже маленькой мухараше – ей тоже запретила всяческие боевые действия, потому что и она подсобралась. Уже готовилась сбить незнакомца с ног (а вместе с ним и остальных в этой комнате) удушающе-слезоточивой волной.
- И чего я не знаю? – ревнивым голосом произнесла Гретта, уставившись на пришедшего. – Какой ты ей жених, если я тебя и в глаза не видела?!
- Это Томас Моор, мой друг детства, – намекнула я, и Гретта понимающе кивнула.
Она знала, что я ждала Томаса, надеясь, что тот явится в Альтарис и поможет нам свести концы с концами… В смысле, подхватит те ниточки, которые мы обнаружили в деле покушения на короля, ну и на меня заодно, после чего распутает весь проклятый клубок.
- А почему жених-то? – поинтересовалась я, быстро натягивая платье, пока Томас отвернулся к стене, а за его честностью – ну, чтобы не подглядывал – следили, скаля зубы, церберы.
- Пришлось сказать страже и распорядителям, что мы с тобой помолвлены, иначе к тебе бы не пропустили. Вас охраняют, если вдруг ты не заметила.
- Заметила, – отозвалась я, затягивая шнуровку. – Но, если честно, могли бы охранять и получше.
И больше ничего говорить не стала, хотя Томас жаждал подробностей.
- Значит, участвуешь во Все-Магических состязаниях и представляешь столицу? – наконец полюбопытствовал он. – Примерно такого я от тебя и ожидал.
- Вообще-то ты ожидал увидеть мою заросшую и одинокую могилу, – напомнила я, – к которой бы ты, пробираясь глубокой ночью и поглядывая по сторонам, приносил бы иногда цветы. Примерно такое ты и написал мне в своем предыдущем письме.
- Времена изменились, – картинно вздохнул он. – Я немного заблуждался, но это свойственно всем людям. Уверен, после этих состязаний твоя могила больше не будет настолько одинокой, Александра!
- Хорошо хоть не «Лекси», – передразнила его, напомнив о крысе из приюта, в котором мы с ним выросли.
Томас назвал ту в мою честь, за что серьезно поплатился. В детстве я сильно его донимала, признаюсь, но сейчас рассчитывала на его помощь.
- Можешь повернуться, – разрешила я. – Осталось заплести косу, после чего мы отправимся немного прогуляться. Покажу тебе своих питомцев.
- То есть есть и другие? – склонил Томас голову. – А я смотрю, ты умеешь заводить друзей ничуть не хуже, чем врагов.
- Ты прав, – согласилась я. – И друзья, и враги у меня отменные. – После чего мы с ним вышли из комнаты, а на прощание я сказала Гретте, что уже скоро увидимся в столовой.
- Как ты понимаешь, – через несколько минут говорил мне Томас, когда мы шагали в сторону зверинца, а за нами по пятам топали церберы, чуть поодаль крался Колюч, а по бокам в кустах шуршали упыри, – расклад сил в столице за последние недели серьезно изменился. Мой покровитель…
- Старый герцог Саверлок, – кивнула я. – Который пытался меня убить, и никто не знает, по какой причине.
- Все правильно, – согласился Томас. – Но убитым оказался именно он, и за это преступление уже скоро казнят невиновного. Взяли Дрейка Миллера, личного секретаря Саверлока. Обвинили его в убийстве, хотя Миллер был предан Саверлоку душой и сердцем. К тому же все в их окружении знали, что старый герцог – его отец и уже скоро собирался признать Дрейка своим законным наследником.
- Ого, какие страсти! – пробормотала я.
- Так что убивать своего покровителя Дрейку не было никакого резона. Но теперь место герцога занял его родной сын…
- Кайлен Саверлок, – вырвалось у меня, и я не стала скрывать своей ненависти.
Томас бросил в мою сторону быстрый взгляд.
- Да, он. Ходят слухи, что именно нерадивый сынок и прикончил своего папашу, после чего свалил всю вину на конкурента. Но доказательств ни у кого нет, так что, думаю, Миллера все-таки казнят.
- Печально, – отозвалась я. – Но разве ничего нельзя с этим сделать?
Томас покачал головой, а затем спросил, зачем я его позвала.
Я должна понимать, что он остался без покровителя и, можно сказать, буквально без работы, так как агентурная сеть Саверлока со смертью владельца перестала существовать.
Сейчас он ищет себе новое место, потому что связи все еще остались. Но было бы хорошо, если бы у меня что-то имелось…
Такое, что помогло бы ему о себе заявить.
Он не остается в накладе, само собой.
- Ты заявишь о себе, и еще как! – пообещала ему. – У меня есть сведения о заговоре против короля. Но, Томас… Ты должен знать, что в этом деле замешан еще и Кайлен Саверлок, который ненавидит меня так же сильно, как и его отец.
- А ему-то что ты сделала? – удивился друг детства.
- Бэ-э-э, – вздохнув, отозвалась я. – Хорошие цветочки… И капустка тоже оказалась вкусной.
- Не понимаю, – нахмурился друг детства.
- Я извинилась перед ним, но это не помогло. Похоже, Кайлен Саверлок после того, как я внушила ему, что он – козел, нажевался не только капусты с геранью, но объелся еще и белены. Иначе его ненависть ко мне не объяснить. Сперва его люди пытались меня убить, а потом появились подосланные от некоего Гроуви наемники. Возможно, им заказал меня именно Саверлок. Тебе что-то говорит это имя – Гроуви? – поинтересовалась я, потому что Томас замер.
- Ага, говорит, – отозвалась я. – А если я добавлю, что на моих глазах стреляли в короля, и его кровь была в буквальном смысле на моих руках, после чего мы… Да, мы вычислили, а потом и выследили убийцу.
- И?.. Александра, скажи мне, что было дальше?! Ты пошла с этим в жандармерию?
- В жандармерию я пошла разве что по-маленькому, – пробормотала я, но Томас, конечно же, не понял моего юмора. – Они все продажные, – заявила я. – Все, кто расследует это дело! К тому же они в этом замешаны, поэтому я никуда не пошла.
- Тогда этот убийца – он… Он все еще на свободе?
- Относительно, – отозвалась я. – Подозреваю, сейчас он любуется красотами Темного мира. Поговаривают, там действительно красиво, только немного мрачновато.
Томас застонал, но я не спешила ему говорить, что передала Ротсби и его подельника в полную власть Дария Валларха. Того не было в академии со вчерашнего дня, и я подозревала, что Темный захватил наших пленников для разговора по душам в свой мир.
Ну или в Лабиринт, что довольно близко.
- Расскажи мне все от начала до конца, – попросил Томас.
- Расскажу, – согласилась я. – Но сперва ты детально изложишь мне свой план. Объяснишь, что собираешься делать с тем, что от меня узнаешь. А еще со стрелком, который согласится дать показания, и с записями с кристаллов наблюдения. Куда ты с этим пойдешь, Томас? Вернее, к кому?
Тот, немного подумав, дал мне ответ.
Затем я, тоже немного подумав, решила, что это хороший вариант.
После чего взяла и все ему рассказала. От начала до конца, как он и просил.
Генри Кестель – вот какое имя назвал мне Томас. Сказал, что это ближайший и первый советник короля, в чьей преданности Ильдару не было сомнений даже у старого Саверлока.
Томас сам слышал, как герцог не раз жаловался на неподкупность Кестеля и на то, что тот всегда ставил интересы короля выше своих. Именно к нему и собирался отправиться мой друг детства – вместе со всеми именами, раздобытыми нами доказательствами и даже со свидетелями, которых удалось захватить в плен.
- У меня есть хорошие связи во дворце, остались еще с прежних времен. Думаю, я смогу рассчитывать на аудиенцию у лорда Кестеля уже сегодня. Но для подтверждения своих слов я возьму у тебя записывающие кристаллы. Затем, если разговор пройдет как нам нужно, заберу еще и заложников.
- Ротсби и его подельник будут ждать тебя в зверинце, – сказала ему. – В вольере для волколаков. Еще один из причастных сейчас отлеживается в лазарете. Он пока еще не в том состоянии, чтобы сбежать, но его не помешает поскорее пристроить в темницу. Все-таки лекари в академии слишком хорошие. Как бы он не очнулся раньше времени!
На том и порешили. Я передала Томасу кристаллы, взамен почувствовав его крепкое и дружеское рукопожатие.
- Скажи мне, – произнес он напоследок, – что ты хочешь за свои старания? Ты и остальные, кто во всем этом участвовал?
- Я хочу лишь одного, – немного подумав, сказала ему. – Чтобы истинные виновники покушения на короля понесли заслуженное наказание.
Ну и чтобы меня наконец-таки перестали убивать. Если честно, это уже стало порядком надоедать.
Еще, конечно же, мне бы не помешало разжиться новыми чулочками с разноцветными бантиками, но я решила, что уж как-нибудь в другой раз. Куплю себе сама – например, на деньги, полученные за выигрыш во Все-Магических состязаниях.
- Остальные из моей четверки, уверена, хотели бы того же самого: справедливости, которая должна в конце концов восторжествовать, – добавила я.
А с Темными и с благодарностью для них я разберусь уж как-нибудь сама, промелькнуло у меня в голове.
- Не узнаю Александру Дельвейн, – немного помедлив, произнес Томас. – Мне всегда казалось, что ты – другая.
- Наверное, потому что ты никогда толком меня и не знал, – заявила ему. – Но можешь завести еще одну крысу, назвать ее моим именем и тренироваться на ней. Разрешаю!
После чего развернулась и зашагала к столовой, а за мной отправилась вся моя свита, как живая, так и мертвая.
И Колюч тоже. Правда, пойди еще пойми, кто он такой – оживленный моей магией симбионт грибов и кактуса.
Кажется, Томас какое-то время смотрел мне вслед, после чего распахнул портал и отправился бороться за торжество справедливости, и я мысленно пожелала ему всяческих успехов. Ну и чтобы Боги были на нашей стороне.
Сама же довольно скоро попала в переполненную столовую – сегодня все команды завтракали вместе, – где отыскала наш столик. К удивлению, там сидела еще и четверка Шаддара, а Сигурд что-то нашептывал на ухо Лианне, и та нисколько не возражала против подобного Темного соседства.
С другой стороны, я тоже ничего не имела против.
- Дело сделано, – негромко сообщила я всем, после чего поделилась подробностями разговора с Томасом, а потом не стала возражать, когда Северин принялся обо мне заботиться.
Принес для меня кофе и молочный омлет на завтрак, сел рядом и с восхищением в голосе заявил, что я отлично написала вчерашнюю работу и получила самый высший балл из всех.
Он мной гордится – так мне и сказал!
Пожала плечами:
- Я тоже собой горжусь, – заявила ему.
Хотя на самом деле не слишком, потому что победить во втором туре мне помогли вовсе не собственные мои знания, а пронырливые глазья.
- После твоей победы наша четверка поднялась на второе место в общем зачете, – довольным голосом произнесла Гретта. – Мы стоим сразу же за Шаддаром. За нами, на третьем месте, – Ноктария.
Сказав это, она посмотрела на соседний стол, где завтракали мрачные парни, прибывшие в Элеон из другого Темного королевства. Я склонила голову, потому что уже в который раз поймала подругу на том, что ее взгляд то и дело устремлялся в сторону их капитана.
Но я решила, что разберусь с этим позже.
- И кто же будет нашим первым соперником в сегодняшних боях? – спросила я у Северина. – Списки уже появились?
Он кивнул.
- Те, кто занял одиннадцатое место в общем зачете. – произнес он. – Нам, как первым, досталось сражаться с самым последним, с двенадцатым.
- Ага, все ясно, – кивнула я. – А Ноктария, значит, получит в противники десятое место из общего списка.
И во всем оказалась права.
- Три очка за победу в поединке, одно – за ничью и ноль за проигрыш, – добавил Северин. – Пройдут три тура, в которых сильнейшие будут каждый раз встречаться со слабейшими. По их результатам завтра утром шесть команд отправится в Лабиринт.
- Понятно, – отозвалась я, на что мне намекнули, что неплохо бы и позавтракать. Для моего желудка вредно пить один лишь кофе.
Улыбнулась – приятно, когда о тебе так заботятся.
А затем спросила, кто именно занял одиннадцатое место. Мне почему-то не хотелось сражаться против Зои и ее подруг, и я надеялась, что это будет не команда Флоренса.
К моему облегчению, те поднялись на пятое место в общем зачете, и им достались совсем другие противники.
Я бы не отказалась помериться силами с Огневиками из Вербены, тоже явившимися в столовую, но они были седьмыми.
- Наши первые соперники – целительницы из Академии Манфеста, – сообщила мне Лианна. – Кстати, среди них есть две неплохие магички Воздуха. Как думаешь, что мы будем с ними делать?
И кивнула в сторону одного из столов, за которым сидела разноцветная девичья компания.
Немного на них посмотрев, я пожала плечами.
- Что с ними делать? Пугать, конечно же, что еще, – заявила я остальным, после чего потянулась к порции омлета, которую так настойчиво подталкивал в мою сторону Северин.
- А кто у вас в первом бою? – Лианна со своими вопросами решила не отставать еще и от Северина. – И что вы будете делать?
- Какая-то четверка из Ладрагии. А делать мы станем с ними то же самое, что и с другими, – спокойно отозвался капитан команды Шаддара. – Убивать.
И улыбнулся, но уже мне.
Надо ли говорить, что из столовой мы с командой Шаддара выходили, провожаемые долгими взглядами остальных четверок, внимательными взорами распорядителей, следивших за порядком – ну, чтобы не было драк, – а еще язвительными замечаниями, от которых, конечно же, не удержался капитан команды Вербены.
Кстати, его подбитый глаз зажил, и от вчерашнего кровоподтека не осталось и следа, что в очередной раз говорило о мастерстве целителей в лазарете столичной академии.
- Меня радует, что четверка из Академии Вербены – неплохие противники, – вслух произнес Северин. – Есть надежда на то, что в одном из кругов мы встретимся с ними в бою.
После чего повернул голову и уставился на «разговорчивого» капитана, который, пусть и не называя имен, поливал грязью тех из Элеона, кто переметнулся на сторону Темных и ублажал их всеми доступными способами.
И даже способы начал называть, вдоволь отдавшись своим эротическим фантазиям.
- Да, я тоже очень на это надеюсь, – согласилась я с Северином, подумав, что в этом случае пугать, как выпавшую нам в противники команду академии Манфесты, мы уже не станем.
Вместо этого я буду мстить самым изощренным образом, потому что этот тип заслужил, да и его четверка, которая смеялась над его пошлостями, тоже.
Им даже сделали замечание – к их столу подошел один из распорядителей. Но капитан что-то тому негромко сказал – наверное, что он не имел никого конкретно в виду, – и его оставили в покое.
Но все в столовой понимали, о ком именно шла речь.
- Это просто возмутительно! – не выдержала Зои, когда мы уже выходили из столовой.
Я повернула голову: девушка подскочила на ноги, после чего, повернувшись к капитану Вербены, заявила, что она его предупреждала…
Все, теперь ему несдобровать, а свое слово она держит всегда!
- И что, ты теперь меня проклянешь? – оскалился тот. – Ну что же, попробуй! Посмотрю с интересом на твои жалкие потуги, целительница!
Тут поднялась на ноги еще и молчаливая команда Ноктарии. Дружно двинулись к выходу, но, когда они проходили мимо стола, за которым сидела четверка из Вербены, кто-то из Темных неожиданно зацепился за его край.
Все, что было у тех из завтрака, полетело на пол. И стол заодно.
Огневики подскочили на ноги, но распорядители были тут как тут. Заявили, что произошел несчастный случай, так что всем стоит немедленно успокоиться и разойтись. Вернее, отправляться на очередное испытание Все-Магических состязаний, время пришло.
Но остальные в столовой понимали, что никакой это не несчастный случай.
…А потом был стадион, рев переполненных трибун и палатка нашей команды, в которой мы вчетвером держали совет по поводу будущего боя – потому что наш был заявлен в списках вторым.
Первой в квадрат для поединков вышла команда Северина против смешанной четверки из Ладаргии.
Конечно же, я мечтала посмотреть на этот бой, но не могла. Все, что мне оставалось, – это слушать рев заклинаний и раздосадованные крики с трибун.
Конечно же, почти все зрители болели за Светлых и команду из Элеона, дела которых, судя по настроению толпы, шли так себе.
Очень даже так себе.
Я не сомневалась в том, что Северин и его парни уже скоро закопают своих противников – не исключено, что даже в буквальном смысле этого слова.
Значит, следующими позовут нас, а мне еще надо было сказать свое веское слово капитана и настроить подруг на боевой лад.
- Он мог бы так и не орать, – почему-то заявила расслабленная и чему-то улыбающаяся Роуз.
Скорее всего, своему видению, решила я.
Глядя на нее, все тоже пришли в отличное настроение, так что никого особо настраивать или же успокаивать мне не пришлось. Одна лишь Лианна спросила у Роуз, кто именно будет орать.
- Скоро узнаете, – ответила за нее я.
А потом на стадионе в очередной раз разочарованно вздохнули, после чего усиленный магией голос судьи объявил о полной и безоговорочной победе команды Шаддара над академией Ладаргии и объявил трехминутную паузу для того, чтобы успели унестиобездвиженных соперников.
Хорошо хоть не выкопать, промелькнуло у меня в голове.
- Команда Альтариса, на выход, – уже скоро произнес заглянувший к нам распорядитель.
Лицо у него было суровым и безучастным, но внезапно на нем появились признаки эмоций.
- Удачи! – добавил он. – Мы болеем за вашу команду, но соперники у вас в этом туре будут не из простых. Да и парней у вас нет.
- Оно и к лучшему, что нет. Мы не подведем, – попыталась успокоить его Лианна.
Наверное, потому что я ничего не сказала.
Вместо этого потянула себя за косу, в которую была вплетена заветная лента, подаренная мне нежитью, после чего попросила тех приготовиться.
Но сперва приготовились мы.
Встали на свою сторону квадрата, дожидаясь, когда с другой стороны выстроятся порядком нервничавшие наши соперники. Две Воздушницы вышли чуть вперед, а еще две девушки с Земным даром заняли места в обороне.
Ну что же, это могло обернуться против нас не только неплохим щитом, который еще попробуй пробить, но и нашествием симбионтов.
- Действия только в квадрате для поединков и только после условного сигнала… Избегать причинения увечий или же применения смертельных заклинаний, за такое последует немедленная дисквалификация… Никто не начинает раньше условного сигнала, – бубнил главный судья, повторяя и так уже всем известные правила поединков.
После чего приказал остальным арбитрам приготовиться.
Вот и я тоже приказала своим быть настороже и не обращать внимания ни на что, что бы ни происходило с командой наших соперниц.
Мы должны делать то, что мы умеем. Именно так и победим.
- До начала пять… четыре… – начал отсчитывать судья, а над трибунами оживленно размахивали флагами как Элеона, так и нашей академии.
- Стандартная защита, – сказала я. – Роуз и Лианна – вы прикрываете, мы с Греттой будем нападать. Если, конечно, пона…
Не договорила, потому что начались отведенные на поединок десять минут.
Но тут же раздался совершенно безумный, леденящий кровь вопль – потому что наш мертвый голубь, вестник будущих несчастий для команды Манфесты, пролетел как раз рядом с их изумленными лицами.
Девушки отпрянули, а кто-то из них даже вскрикнул от неожиданности, особенно когда голубь решил пристроиться на голову их капитана. Та попыталась отогнать его Воздушным заклинанием, но к ним со всех сторон уже бежала дюжина оживших крыс.
Бежали, бежали и добежали.
Принялись прыгать, вцепляться лапками в одежду, карабкались вверх по сапогам и ногам.
Кстати, ничего плохого крысы не хотели – всего лишь жаждали внимания и любви со стороны живых. Хотели, чтобы их погладили, но своим присутствием они настолько заняли перепуганную и визжащую от страха четверку Манфесты, что девицам стало не до нас.
Что было досадной ошибкой с их стороны, потому что не прошло и минуты, как все они лежали связанными на земле, крысы разбежались кто куда, а голубь, издав победный клич, улетел по своим делам.
- Мгм… – хмыкнул главный судья, когда объявил, что поединок завершен. – Нам нужно посовещаться… Но все выглядит как… полная победа команды Альтариса с результатом в сорок шесть секунд!
- Посовещайтесь, – вежливо отозвалась я. – Хотя никаких правил мы не нарушали. Все произошло на сугубо отведенной территории для поединка в сугубо отведенное для него время. И даже мой голубь кричал как раз в квадрате и после того, как запустили обратный отсчет. Какие могут быть сомнения?
Сомнений у судей не нашлось, и еще через несколько секунд нас объявили победителями, чему мы громко и оживленно радовались.
…А потом на стадионе появился Дарий, и все пошло наперекосяк.
Но подходить ко мне он не спешил – кураторы, по правилам состязаний, держались в стороне от команд, и даже Брир бродил вокруг нас кругами, не спеша делиться советами. Хотя я видела по лицу нового декана, что у него имелось что нам сказать, и достаточно много.
Возможно, он тоже сомневался в честности проведенного нами первого боя – такое я услышала, конечно же, от капитана Вербены.
Его четверке пришлось порядком постараться в пятом бою и растратить чуть ли не треть своих резервов, чтобы одержать победу. Зато сейчас подходил к концу последний поединок первого круга, в котором сошлись две команды, обладавшие магией Земли, после чего нас ждало объявление результатов и оглашение новых пар для поединков.
Так вот, по версии Огневика, столичная команда воспользовалась лазейкой в правилах, призвав на свою сторону поднятых из мертвых существ. Нельзя было разрешать использовать некромантские навыки…
- Тогда заодно стоило запретить и магию Огня, – не выдержав, сказала ему. – И магию Земли тоже. – Перед нашими глазами в квадрате для поединков как раз одни оживленные симбионты душили других, призванных командой противника. – Или же вообще все запретить. Почему бы и нет?
- Почему бы и да, – передразнил меня капитан. – В этом случае я бы придушил тебя голыми руками. С подстилками Темных у меня только такой разговор!
Надо ли говорить, что его слова мне не пришлись по душе?
- Надеюсь, во втором круге нам все же выпадет встретиться в поединке, – сообщила я ему, после чего улыбнулась изо всех сил. – Жду не дождусь, когда ты уже начнешь меня душить. А то все обещаешь и обещаешь…
После чего отвернулась, демонстративно потеряв к нему интерес. Вместо этого высмотрела Северина, что-то обсуждавшего с капитаном второй команды из Темного Мира.
Ноктарийцы, конечно же, одержали уверенную победу в третьем поединке, в этом я нисколько не сомневалась.
Увидев, что я на него смотрю, Северин кивнул, но разговор между двумя капитанами, похоже, был важным. Темный качнул головой, показывая, что сейчас он не может подойти.
Поэтому я отвернулась и стала смотреть на Дария.
Нам непременно нужно было поговорить – мне хотелось узнать у него о судьбе пленников (поместил ли их Дарий в загон для волколаков, как мы и договаривались) и удалось ли ему выведать новые сведения о заговоре против короля Элеона.
Но к Дарию подошла Маделин и накинулась на него, вцепившись буквально клещом. Кажется, она все еще не оставляла надежды…
На что именно? Неужели на то, что Дарий простит все, что она сотворила, а затем снизойдет до ее любви?!
Маделин была сильной, умной и невероятно честолюбивой женщиной, я это признавала. Но раздавленная собственными чувствами, она принялась хватать Дария за руки, что-то говоря ему умоляющим голосом, и тогда я отвернулась.
Мне стало противно.
Пусть Маделин одно время была моей соперницей – причем достойной, – но сейчас я почему-то не могла смотреть на ее унижения.
Потому что унижалась она сама.
Тут все участники напряглись, так как последний бой к этому времени закончился и судьи решили объявить пары противников во втором туре. Оказалось, принцип «самый сильный против самого слабого» на этот раз не учитывался. Вместо этого они провели некую жеребьевку, которую никто не видел, в результате чего…
- Четверка Академии Альтариса против четверки Академии Вербены. Второй бой, – услышала я заветное и возликовала.
Повернулась к своим подругам, собираясь уже сказать, что мы ни в коем случае не станем щадить этих противников. Как раз наоборот!
Но тут оказалось, что к нам подошла Зои со своей командой.
- Советую держаться от тех подальше, – произнесла она, кивнув в сторону оживленно переговаривавшихся парней из Вербены. Те тоже откровенно радовались результатам жеребьевки. – Их уже скоро проймет, да так, что…
Не договорила, а я не спросила, уж не идет ли речь о заклинании острого поноса, которым Зои грозила слишком разговорчивому капитану. Тот уже собирался что-то сказать, уставившись на меня, но в это мгновение его желудок издал жалобный и крайне громкий стон.
После чего парень скрючился и…
- В те кусты бежать не советую, – заявила я ему и остальным из его четверки, одновременно испытавшим сильнейшую нужду в укромном месте. – Их облюбовали уже до вас.
Ну да, там сидели упыри и радостно обсуждали наш первый бой. Пришлось потянуть себя за косу и мысленно сообщить Рурху, что сейчас к ним пожалуют гости с довольно вонючими намерениями.
И не факт, что подаренная мне мухараша опаснее.
Высшей нежити, конечно же, такое не понравилось, поэтому они выгнали Огневиков из своих кустов пинками. Те, расталкивая народ, кинулись за палатки – похоже, осознали, что до отгороженных для зрителей отхожих мест за стадионом им не добежать.
За ними рысцой потрусили распорядители, пытавшиеся выяснить, что случилось с командой Академии Вербены. А дальше я уже не смотрела.
Мне хватило вида зеленых, искаженных желудочными муками лиц, чтобы понять: я отомщена. Но сделала это не сама, потому что обо мне позаботился кто-то другой.
- Спасибо, – искренне сказала я Зои. – Я невероятно признательна и непременно отплачу тебе добром.
- Это необязательно, – улыбнулась она. – Я сделала это грязное дело от самого чистого сердца.
А потом это случилось – то, чего я так боялась и пыталась всячески избежать.
Потому что возникла заминка – за палатки, куда убежала четверка из Академии Вербены и куда за ними бросились распорядители, позвали еще и лекарей, дежуривших на стадионе.
Те тоже скрылись за белыми полотнищами и сейчас, подозреваю, пытались вернуть желудки и прочие органы парней к нормальной жизни, на что я пожелала им…
Нет, удачи не желала, лишь пожала плечами и стала ждать, чем все закончится.
Но, похоже, дело затягивалось, поэтому главный судья объявил технический перерыв. Заодно он пригрозил участникам страшными карами, если судьи обнаружат, что кто-то из них злонамеренно, вне квадрата для поединков, причинил вред другой команде.
- Не найдут, – улыбаясь, сообщила мне Зои. – Я хорошо знаю свое дело. А даже если и подумают…
- Скорее всего, они подумают на меня, – пожала я плечами. – Но никто и ничего не сможет доказать. Мои руки чисты. В отличие от места за палатками.
На том и порешили – Зои ушла общаться с куратором своей команды и подруг своих увела, потому что распорядители разрешили короткую встречу. Но прежде чем до нас добрался Брир, ко мне подошел Дарий.
С одной стороны.
Зато с другой, договорив с капитаном из Ноктарии, явился Северин. Протянул руку – уж и не знаю, к чему был этот собственнический жест, возможно, он хотел задвинуть меня за спину от Дария.
Вот и Дарий тоже протянул руку.
Ко мне.
Оба.
И тут же уставились друг на дружку, а не на меня, и на лицах их была написана Темная решимость.
- Ни один из вас, – напомнила я. – Я не выбрала никого, так что нет смысла даже начинать…
Брир был уже рядом, но я кинула умоляющий взгляд на подруг, и те все поняли и без слов. Окружили нашего куратора, не давая тому подойти, чтобы у меня была возможность затушить вспыхнувший конфликт.
Но гаснуть он не собирался – наоборот, набирал силу, словно лесной пожар.
- У нее на руке моя брачная метка, – заявил Дарий, опять же, обращаясь не ко мне, а к Северину. – Так что убирайся к команде. Это приказ, Кассар!
Тот изменился в лице, и я…
Уж и не знаю, чем я думала в этот момент – наверное, мне хотелось, чтобы они не поубивали друг друга, и еще чтобы это немедленно прекратилось, и чтобы ни один из них не заявлял на меня права.
- У него тоже на руке моя брачная метка, идентичная твоей, – сказала я Дарию, кивнув на Северина. – Их две, поэтому я выбрала… ни одного из вас! Разойдитесь уже, хватит! Отправляйтесь каждый по своим делам.
Хотя я была не прочь, чтобы Дарий рассказал, как прошла его беседа с заговорщиками.
Оказалось, что расходиться никто не собирался, а я сделала все только хуже.
- Я знал, – произнес Северин, и на его лице на секунду промелькнуло выражение Темной радости. – Понял сразу же, что ты – моя истинная…
- Это ошибка Богов – две брачные метки, – быстро отозвалась я, не став говорить, что в этом виновато глазастое братство, являвшееся ко мне во сне.
Сейчас было не до этого, потому что Дарий зверел на глазах, и я понимала, насколько это опасно.
Точно так же, как и разъяренный Северин.
- Значит, раз уж случилась ошибка, пришла пора ее исправить, – произнес Дарий. – Поединок, – бросил он Северину. – Из которого живым выйдет один.
- Согласен, – отозвался Северин.
Кивнул, а потом они перешли на свой язык, кажется, принявшись обсуждать время и место.
Я могла его понять – потому что в основе наречия Темного мира лежал наш язык, видоизменившийся за огромный срок разделения. Но была не в силах это сделать, потому что мое сердце стучало так громко, что у меня закладывало уши.
Стоило подумать, что одного из них не будет в живых, как на меня нахлынула тошнота. Да такая сильная, что хоть беги к команде Вербены за палатки!
- Погодите! Не нужно никакого поединка, – выдавила я из себя. – Никто и никого не будет убивать. Давайте… Давайте я выберу сама! Одного из вас.
- Нет, Александра, – качнул головой Дарий. – Даже если ты сделаешь свой выбор, у нас с тобой не будет спокойной жизни, пока он жив.
«С чего ты решил, что я выберу тебя?!» – едва не сорвалось у меня с языка, но вместо этого я застонала.
- Это должно решиться раз и навсегда. Пора уже поставить на этом точку, – резюмировал Дарий, тогда как Северин молчал.
Смотрел на меня и молчал!..
Тут я почувствовала, как на меня надвигается человек-гора, и повернулась к бывшему магистру Гору.
- Прошу… Останови их! – выдохнула я в полнейшем отчаянии. – Они собираются драться из-за меня и… непременно убьют друг друга! Сделай так, чтобы они… Пусть они выкинут эту затею из головы!
Но тот лишь пожал плечами.
- Однажды это должно было случиться, – заявил мне. – Им стоит разобраться между собой. Единственное, что я могу сделать, – это отсрочить поединок до завершения Все-Магических состязаний. Все же негоже куратору убивать своего капитана.
На это Северин усмехнулся, но снова ничего не сказал.
- Увидимся позже, – заявил мне, после чего как ни в чем не бывало отправился к своей команде, тогда как Дарий шагнул ко мне.
- Уйди, – сказала ему. – Видеть тебя не хочу! Но если хочешь, чтобы я тебя видела, то… сейчас же отмени поединок!
Он покачал головой, а потом сказал, что со мной желает поговорить наш куратор. Развернулся, показывая, что ничего уже не изменить и решение принято, а затем ушел, и я осталась рядом с Бриром.
Кажется, тот что-то мне твердил, спрашивал, уж не я ли приложила команду Вербены заклинанием острого поноса, а потом заявил, что это крайне неспортивное поведение.
На это я пожала плечами, не став ничего отвечать. Мне было все равно.
Потому что я думала только об одном. О поединке, после которого в живых останется только один мужчина, а мне были дороги оба.
Он был доволен собой, хотя от осознания содеянного его порядком потряхивало.
Но и было отчего – всего несколько минут назад Кайлен смотрел на то, как тускнеет взор Аделин, когда королева, пронзенная кинжалом прямиком в сердце, упала к его ногам. И еще на то, как трясется и плачет служанка, умоляя ее пощадить, клянясь, что она ничего и никому не расскажет!
Конечно же, она не расскажет – Кайлен без жалости убил и ее, так как не собирался оставлять свидетелей. Затем удостоверился, что жизнь покинула обеих: и ту, кто посмел его шантажировать, и ее приспешницу.
- Горите вы в аду! – заявил им с нескрываемым удовольствием, после чего принялся уничтожать следы.
В буквальном смысле этого слова.
Понимал, что королеву уже скоро хватятся, но обнаружат ее далеко не сразу, потому что о тайных ходах в стенах дворца мало кто знал.
В одном из таких Кайлен ее и подкараулил, прислав Аделин записку, что якобы готов вернуть большую часть суммы. Речь шла о неудавшемся покушении на короля, но такие подробности герцог в своем послании сообщать не стал.
Как и что-либо объяснять, когда вышел королеве навстречу.
Совершив злодеяние, он обыскал безжизненное тело Аделин. Обрадовавшись своей удаче, достал из-за лифа королевы собственное письмо, которое Кайлен собирался позже уничтожить в камине.
Его магический дар был слишком слаб, чтобы активировать Огненное заклинание, и подобным образом рисковать он не собирался. Боялся, что следы могут привести к нему.
Именно для этого он заранее обзавелся еще одним артефактом.
Простеньким, бытовым, задачей которого было разогнать по узким тайным коридорам пыль, затирая следы ног королевы и его собственные, ведущие от покоев Саверлока до женского крыла.
Стоило с этим покончить, как Кайлен раздавил артефакт, высыпав с ладони на пол лишь мелкую крошку.
Пришло время возвращаться в покои, где его поджидали две жаждущие… нет, не его любви, а хорошей оплаты за свои старания девицы, которые смогут подтвердить, что весь этот вечер герцог Саверлок провел, резвясь с ними в постели.
Кайлен однажды уже провернул такое и не собирался портить хорошее алиби отличным, выдумывая что-то новое.
- А вот и я, – уже скоро заявил он девицам, сделав вид, что вернулся из уборной. – Эй, вы что, развлекались здесь друг с дружкой, пока меня не было?
Они покачали головами, заявив, что ждали его.
Кайлен быстро скинул штаны и черную рубаху, затем нырнул в кровать, думая о том, что завтра днем решится и вторая его проблема.
Тот, кому он заплатил за жизнь Александры Дельвейн, дал понять, что они готовы нанести очередной удар.
На этот раз смертельный.
Александра Дельвейн вместе со своей четверкой вышла в финальный тур Все-Магических состязаний, который пройдет в Лабиринте. Но оттуда эта девка уже не вернется, они об этом позаботятся.
План был хорош, и Кайлен довольно улыбнулся: все его враги вот-вот перестанут существовать! Заодно отогнал прочь мысли о словах покойной Аделин. О том, что та якобы оставила свои показания, запечатанные магической клятвой, и если с ней что-то случится, то они станут достоянием общественности.
И тогда его, герцога Саверлока, осудят и казнят вместо Дрейка Миллера, кто приходился ему единокровным братом и кого он так ловко подставил, обвинив в смерти отца.
- Все будет отлично, – пробормотал Кайлен, а затем потянулся к губам одной из красоток.
Он был уверен: Боги на его стороне!
Остаток дня для меня прошел как в тумане. Ночь – как в темной мгле.
Но, пусть раздавленная происходящим, я не собиралась с ним смиряться. Думала поговорить с Дарием и Северином, после чего заставить их изменить решение.
Сказать им, что если эта дуэль из-за меня – а она из-за меня, Боги не обделили меня ни слухом, ни разумом… Так вот, я собиралась донести до Темного сознания двух мужчин, что я – категорически против.
Они должны прислушаться к моему мнению, ведь я – вовлеченная сторона.
Можно сказать, первопричина их вражды.
Но вместо того, чтобы меня выслушать, Темные взяли и разбежались… словно тараканы в разные стороны, и даже наш бывший преподаватель по физической подготовке магистр Гор, несмотря на свое внушительное телосложение, куда-то испарился.
Напрасно я их искала, отмахиваясь от подруг, то и дело спрашивавших, какая у нас стратегия на второй поединок.
Оказалось, команду Вербены более-менее привели в чувство, хотя те выглядели довольно бледными и их шатало, словно у нас сейчас ураган, но они были готовы выйти на бой.
Первый поединок тоже подходил к концу, и уже скоро должен был прийти наш черед отправляться в квадрат.
- Стратегия? – переспросила я, выглядывая везде высокую фигуру Северина.
Ладно, Дарий вернулся к кураторам, и меня, ясное дело, не выпустят с отведенной для участников территории до окончания второго тура. Поэтому я собиралась как можно скорее поговорить с Северином и заставить того отказаться от дуэли.
Они не должны убивать друг дружку!
К тому же я много раз повторяла и одному, и второму, что не выбрала никого из двоих, так что причины для битвы у них нет. Что мне еще сделать, чтобы они наконец-таки поняли: если они сойдутся в смертельной схватке, вне зависимости от ее исхода, я никогда не останусь с убийцей?!
- Александра, – напомнила о себе Гретта, – ты мне так и не ответила. Или тебя тоже зацепило заклинанием того поноса? Ты до ужаса бледная, – и подруга принялась с тревогой всматриваться в мое лицо.
Но меня зацепило совершенно другим, и я помотала головой.
- Все хорошо, – соврала я своей четверке, потому что все было из рук вон плохо. – Наша стратегия такова: сейчас мы выйдем и вынесем все живое, что попадется нам в том квадрате.
Что мы, собственно говоря, уже скоро сделали.
Северина я не нашла, поэтому на поединок вышла в самом раздраженном состоянии. Команду Вербены пусть и откачали, но не до конца, так что ничего путного изобразить в защите они не смогли, а в атаке не успели.
Мы задавили их силой нашей магии. Расплющили противников по земле, не позволяя им пошевелиться. А потом я позвала своего голубя, и тот, сделав крутой вираж, проорал победную песню, от которой у многих заложило в ушах.
Через два поединка Северин со своей командой тоже вышел в квадрат, но напрасно я мысленно потирала руки. Команда Шаддара быстро разделалась со своими противниками, а потом их капитан снова пропал. Открыл портал и ушел с концами.
Избегал меня, ясное дело.
Тогда-то я окончательно рассвирепела – меня охватило чувство сильнейшей несправедливости!
В третьем туре после очередной жеребьевки нам попалась Светлая команда, даже не помню, какая именно. В ней снова были одни парни, они опять хорохорились, а я в очередной раз дала своей четверке указание: выйти и стереть их с лица земли.
Первое же заклинание, сорвавшееся с моей ладони, оказалось настолько сильным, что изумило меня саму.
Кажется, со мной такое однажды случалось – ну да, в тот момент, когда я пребывала в сильнейшем отчаянии, умирая, отравленная ядом мамбы, на полу в пещере перед входом в Лабиринт.
Теперь же яд беспокойства и гнева разъедал меня изнутри. Меня потряхивало, стоило только представить, как два дорогих мне мужчины выйдут убивать друг дружку.
Наверное, поэтому сорвавшийся с моей руки черный магический сгусток влетел в команду противников и, насмехаясь, «закусил» их защитой, а потом разметал парней в разные стороны.
Зрители охнули.
Судьи тоже охнули, даже мои подруги уставились на меня с открытыми ртами. Но я лишь пожала плечами: а не надо было злить ведьмочку!..
Закончить этот поединок нам не составляло никакого труда – противники не успели прийти в себя, как мы были уже рядом с заклинаниями Сети.
Тем самым, имея на счету три победы, команда Академии Магов Альтариса досрочно вышла в финал. Но куда больше меня интересовал явившийся на свой третий бой капитан команды Шаддара, которого я дожидалась, сложив руки на груди.
И если Северин решил, что сможет сбежать от разговора, в очередной раз скрывшись от меня порталами, то он серьезно ошибался. От разъяренной ведьмочки в моем лице еще никто не уходил!
Вот и ему не удалось, потому что Северин все-таки подошел. Уставился на меня сверху вниз – он был почти на голову выше, здоровенный до ужаса, – а затем произнес:
- Ты хотела со мной поговорить?
- А ты как думаешь? – огрызнулась я. – Или мне отправляться в город и уже начать подбирать себе траурный наряд, который будет мне к лицу? Как, по-твоему, мне стоит себя вести в такой ситуации?!
- Хорошо, давай поговорим, – кивнул он. – Но не здесь.
Держался он отстраненно, и меня это почему-то сильно задело. Нет, не так – его холодность, подобно кинжалу, вонзилась в грудь и провернулась там несколько раз, причиняя мне сильнейшую боль.
Потому что для него все было решено, я видела это по глазам Северина. Дуэль непременно состоится, ничего уже не исправить и не отменить.
Так что мне не стоит ни просить, ни умолять, ни пытаться шантажировать или угрожать – это не поможет.
Но я все-таки собиралась попробовать.
- Ты должен отказаться от поединка с Дарием, – заявила я Северину, когда мы оказались возле палатки Академии Шаддара. За нее не пошли, мне хватило и одного потрясения за сегодня. – Прекратить это, пока еще не поздно.
- Но это невозможно, – спокойно отозвался он. – Валларх прав. Мы должны все решить между собой раз и навсегда. Нас рассудит поединок.
Покачала головой, с трудом удержавшись от заявления, какие они идиоты.
- А если я тебя попрошу… Если я очень сильно попрошу этого не делать, что ты мне ответишь?
Северин замолчал на несколько секунд. Смотрел на меня, и я чувствовала, как под его взглядом у меня леденеет в груди.
- Он тебе дорог? Скажи мне, Александра! Ты хочешь остаться с ним, потому что из нас двоих выбрала его?
Я хотела ему ответить, но не могла проронить ни слова. Ледяной холод из груди добрался до горла и сжал его так сильно, что звуки попросту не выходили из моего рта.
- Если он тебе дорог, так и быть, пусть он меня убьет, – произнес Северин. – Я не буду сопротивляться. Слово за тобой, Александра!
- Что?! – все же выдохнула я. От изумления вся теснота в груди и горле прошла, словно ничего и не было. – Как это, ты не будешь сопротивляться?! С чего ты решил, что мне дорог именно он?!
- Но если тебе дорог я, тогда Темные Боги будут на моей стороне, и я выиграю этот бой, – просто отозвался он. – Все разрешится после того, как мы пройдем испытание Лабиринтом. Этот узел будет распутан так или иначе. А теперь…
Теперь, послав его к демонам и сказав, что оставаться с трупом или с тем, кто сделает труп из своего соперника, я не собираюсь, я побежала искать Дария.
Потому что понимала: с Северином мне не договориться. Мне нечего было противопоставить его железной Темной логике.
К этому времени поединки уже закончились, так что я вырвалась из рук распорядителей, сказав, что мне непременно нужно поговорить с куратором команды Шаддара.
И это мое личное дело, о чем именно! Так что пусть они пропустят меня к демонам или же увидят демона во плоти в моем исполнении!
Наконец обнаружила бывшего нашего декана неподалеку от коттеджей преподавателей.
- Дарий! – подбежав, выдохнула я, пытаясь угомонить заполошно колотившееся сердце. – Ты должен немедленно это прекратить. Ты же самый старший и самый разумный... Остановись сейчас же, откажись от поединка! Я тебя прошу… Вернее, я тебя заклинаю!
Если бы он захотел… Вернее, заметь я хоть маленький проблеск надежды, я бы начала его умолять. Валялась бы у него в ногах, лишь бы он прекратил то, что затеял!
Но Дарий покачал головой, сказав, что мальчишка Кассар здесь определенно лишний, и в его глазах я увидела смертельный приговор.
- Я не потерплю никакого соперничества, – добавил он. – Боги пометили наши с тобой руки брачными метками…
- Это были не Боги, – перебила я, но Дарию оказалось все равно.
- Да хоть демоны, – произнес он. – Ты – моя истинная пара, и я это знаю.
Затем сказал, что он меня нашел в Элеоне, явился за мной и заберет с собой в Темный мир, и все, кто стоит между ним и его целью, будут уничтожены.
- Вашему королю такое не понравится, – попробовала я зайти с другой стороны. – Кассар тоже из знатного рода в Шаддаре, и ты не можешь убить его безнаказанно.
- Его Величество меня поймет, – спокойно отозвался Дарий. – Он и сам забрал себе жену после поединка. Единственное, родня Кассара будет мне мстить, но я это решу.
- И как именно ты это сделаешь?! Вырежешь всю его семью под корень?! – выдохнула я.
Удивилась ли я, когда Дарий кивнул, сказав, что, если те начнут мстить, именно так он с ними поступит? Нет, демоны его побери, я нисколько такому не удивилась!
- Катись ты в ад! – заявила ему, после чего побежала в сторону факультета Некромантии.
И даже не остановилась, когда Дарий обронил мне в спину, что двух пленников он оставил в вольере с волколаками, и мои волки, кажется, их не растерзали.
Мне было наплевать на пленников, наплевать на покушение на короля, на герцога Саверлока и таинственного Гроуви, который заказал мое убийство!
Меня занимало совсем другое.
Поэтому, вернувшись в свою комнату, я легла спать.
Провозилась в кровати довольно долго, обнимая мухарашу, и даже разрешила Котику залезть ко мне в постель. Делала все, чтобы заснуть, но у меня не получалось. В голове крутились мысли, то и дело вырывавшиеся наружу со слезами.
Наконец я все же провалилась в дремоту, где меня поджидало Око. Но если бы его там не было, то, клянусь, я бы отправилась на его поиски сама!
- Александра! – возликовало оно. – Ты прошла в финал…
- Наплевать, – заявила ему.
- Завтра ваша команда отправится в Лабиринт…
- Еще больше наплевать! Скажи, вы сможете мне помочь? Сделать так, чтобы проклятая дуэль не состоялась?! Уверена, ты прекрасно знаешь, о чем и о ком я говорю!
Глаз уставился на меня не мигая. Он никогда не мигал, демоны побери еще и его!
- Мы не владеем магией в вашем понимании этого слова, – осторожно произнесло Око. – И не имеем достаточного влияния ни в Светлом мире, ни в Темном, чтобы остановить этих двоих. Мы понимаем, Александра, о ком идет речь.
- Конечно, вы понимаете, – заявила ему. – Ведь именно вы это и заварили!
Но брать на себя вину противный глаз не собирался. Вместо этого заявил, что готов дать мне один совет. Рассказать, что нужно сделать, чтобы выжили оба.
- И что именно?! – огрызнулась я. – Покалечить их самой? Так они же, раненые, все равно поползут перегрызать друг дружке глотки!
- Ты должна исчезнуть, – произнесло Око. – Раствориться без следа. Сделать так, чтобы Александра Дельвейн перестала существовать, и тогда смысла убивать друг друга у этих двоих не будет. Сперва они будут заняты твоими поисками, а затем горем от твоей якобы потери. Никакого поединка не произойдет, потому что в нем больше не будет смысла.
- И как же мне это провернуть? – рявкнула я. – Что ты предлагаешь? Податься в бега? Они все равно меня найдут, раз уж отыскали в Светлом мире. А потом прикончат друг дружку!
Может, мне вернуться в Гржиню и вступить в ковен, а те меня спрячут?
Эта мысль на миг показалась мне привлекательной, но я прекрасно понимала, что пути назад, в мою прежнюю жизнь, для меня не существует. Меня не примут ни в старую академию, ни в ведьмовский ковен, потому что у меня есть магия.
Все об этом прекрасно знают. Как-никак финал Все-Магических состязаний и Александра Дельвейн в качестве капитана четверки – какие тут могут быть сомнения?
- Ты должна войти в Источник, – произнесло Око. – Тем самым ты сохранишь жизни мужчинам, которые тебе дороги.
- И потеряю свою, – огрызнулась я. – Чудесное решение!
- Мы даем тебе слово, Александра, что ты останешься жива и мы не причиним тебе вреда. Ты поможешь нам своим даром, а мы поможем тебе. После чего ты сможешь выбрать, когда и куда вернуться.
- А не пошли бы вы… – сказала ему, потому что не поверила ни единому его слову.
Как вообще можно верить одноглазому, терроризирующему наши миры сотни лет подряд?!
Поэтому я развернулась и, давясь слезами даже во сне, пошла сама. Мне нужно было обо всем подумать – и очень-очень серьезно.
…А потом было утро, которое принесло с собой трех церберов, дрыхнувших в моей кровати, – Зайчик и Пушок решили, что раз уж Котику позволено, то и они ничем не хуже собрата.
Мухараша обнимала меня пушистыми лапками и сладко пахла домом. Даже Колюч притопал и устроился в моих ногах, старательно втянув в себя шипы. А за окном дремал нахохлившийся скелет голубя – хотя нежить не спит, а только делает вид.
Хорошо, хоть мои яйцекусы отлично устроились в просторном вольере и больше в мою комнату ночевать не рвались. Да и волки ни на что не жаловались, обживаясь на новом месте.
- Я почти всю ночь не спала, – пожаловалась Гретта, уставившись на меня покрасневшими глазами. – Завидую твоим крепким нервам. Когда я вернулась, ты уже дрыхла без задних ног, и так до самого утра!
На это я… не стала ничего рассказывать ни ей, ни остальным подругам, явившимся в нашу комнату, чтобы обсудить наши дальнейшие планы.
Потому что утро облегчения мне не принесло. Решение так и не было принято.
Я понимала, что Око во многом право. Самым разумным вариантом для меня было исчезнуть без следа, и тогда причина конфликта между дорогими мне мужчинами пропадет сама по себе.
Они примутся меня искать и перестанут убивать друг дружку.
Но войти в Источник Тьмы? Это слишком для Александры Дельвейн!
Или же нет?..
Именно об этом я размышляла, собираясь на финальное испытание и заявив своей команде, что никаких особенных указаний от меня не будет. Если только держать в Лабиринте ухо востро и действовать по ситуации.
Я уже знала, что нас ждет, – пока я спала, отправившись на встречу с Оком, подруги ответственно сходили на общее собрание и выслушали сообщение от распорядителей.
Как и ожидалось, в финал вышли шесть команд.
Обе из Темного мира – шаддарцы и ноктарианцы – это один и два. Три – наша команда. Четыре – команда Зои. Они держались молодцами, так что две полностью девичьи четверки в последнем туре стали отличным достижением.
А заодно подтверждением того, что слабый пол не такой уж и слабый.
Пять – парни из Вербены, которым к третьему туру поединков все же удалось побороть желудочный кризис, и пусть они сделали это на последнем издыхании, но все же вползли в финал по очкам.
Последней в финал попала незамеченная мною ранее команда из Академии Комкасты. Пока я не обращала на них внимания, они выиграли два своих поединка и теперь отправлялись вместе со всеми в Лабиринт.
А там…
- Они поставят флаги на одинаковом удалении от Источника, – рассказывала мне Лианна. – Команды стартуют с разницей в пять минут, сегодняшняя жеребьевка определит, в каком именно порядке. Каждой четверке нужно будет забрать свой флаг и вернуться с ним на стадион, где у нас финиш. Нападать на другие команды строго запрещено, но, думаю, в Лабиринте всем и так найдется чем заняться. Хотя прорыва, как нам сообщили, не ожидается. Лабиринт и Источник сейчас спокойны.
Произнеся это, Лианна посмотрела на нашу прорицательницу, словно хотела получить от нее подтверждение своим последним словам. Только вот Роуз молчала и выглядела полностью погруженной в себя.
Это волновало моих подруг, но наша прорицательница не отвечала ни на один из их вопросов.
- Будущее еще не определено, – внезапно произнесла Роуз, посмотрев на меня. – Оно зависит от того, какое решение ты примешь, Александра!
- А какие у меня есть варианты? – спросила я, на что Роуз покачала головой.
Вот и я тоже ею покачала, своей головой, когда подруги набросились на меня с расспросами, принявшись допытываться, о каком решении и вариантах идет речь. Я ничего не могла им рассказать – у меня попросту не открывался рот.
Вместо этого я решила отыскать Дария и Северина, чтобы еще раз с ними поговорить, – может, за ночь эти оба сорвиголовы остыли?! – но столкнулась с неожиданным препятствием.
Нас попросту не выпустили из здания факультета, якобы для нашей собственной безопасности. Еще и заклинания поставили такие – пойди их распутай, если захочешь сбежать!
Но никуда сбегать я не стала.
Вместо этого мы позавтракали принесенным нам из столовой. Затем надели форму академии, немного посмеявшись, когда подруги принялись рассказывать о том, как вчера они поспорили, кому достанется флаг розового цвета – команде Альтариса или же Флоренса.
Лианна была настойчивее, и Зои пришлось уступить.
Так что наш розовый флаг сейчас стоял где-то возле Источника, дожидаясь, когда мы за ним явимся. Зои с подругами достался стяг желтого цвета, Шаддару – синего, а Ноктария, кажется, получила зеленый.
Цвета остальных команд подруги не запомнили.
Наконец мы отправились на стадион, где, выстроившись перед трибунами, выслушали скучные и торжественные речи организаторов мероприятия. Затем была жеребьевка, а еще взгляд Северина, стоявшего неподалеку от нас.
Иногда он смотрел в мою сторону, тогда как я глядела на него постоянно.
По выражению его лица и глазам было понятно: прошедшая ночь ничего не изменила. Четверка из Шаддара отправится в Межмирье, заберет свой флаг, после чего вернется в Элеон, и их капитан и куратор примутся убивать друг друга.
Где именно – этого я пока не знала.
Возможно, здесь, в Академии Альтариса. Может, в Лабиринте, глазьям в Источнике на радость – уверена, у них не так уж и много развлечений. Ну или же эти двое будут драться в Шаддаре, на родине, чтобы труп одного из них было не слишком далеко нести для похорон.
От этой мысли я взвыла, а подруги посмотрели на меня сочувственно.
- Все будет хорошо, – шепнула мне Гретта. – Не стоит так сильно переживать! Мы войдем в Лабиринт вместе и вместе оттуда же выйдем.
Как оказалось, вторыми – таким в ходе жеребьевки выпал наш порядковый номер. Первый достался Академии Комкасты, третьими в Лабиринт отправлялись девушки из Флоренса. Затем была четверка Северина, за ними – пострадавшие желудочно парни из Вербены.
Замыкала состязание команда из Ноктарии.
И уже скоро вся наша процессия двинулась в сторону Лабиринта. Но напрасно я выглядывала Дария и Гора – их нигде не было. Скорее всего, они уже в Межмирье, решила я. Следят за тем, чтобы неожиданно не начался прорыв.
- Пять минут до вашего старта. Первая команда уже отправилась в Лабиринт, – подойдя к нам, произнес один из распорядителей.
Кажется, однажды он уже желал нам успеха, явившись в нашу палатку. Вот и сейчас попытался. Сказал, что за нас все болеют, но Темные команды, конечно же, нам не победить.
Ведь именно они – короли Лабиринта.
Поэтому он сделал ставку на то, что мы займем третье место после Шаддара и Ноктарии.
Наконец распорядитель ушел, а вместе с ним куда-то пропали те самые остававшиеся пять минут до старта. Пришло время отправляться на испытание, что мы с подругами и сделали.
Провожаемые дикими воплями моего голубя и завыванием церберов, а также аплодисментами зрителей, мы вошли сперва в пещеру, где совсем недавно я едва не умерла, а потом, взявшись за руки, шагнули через перепонку, отделявшую наш мир от Лабиринта.
Там нас встретила та же самая унылая равнина, что и в прошлый раз. Потрескавшаяся от засухи земля, камни-зубья, полное отсутствие растительности и далекий Источник Тьмы, огромным черным завихрением висевший у горизонта.
Но это было обманчивое затишье, мы прекрасно это понимали. Моментально растянули защитные заклинания, обвесившись сигнальными, – потому что помнили наше первое посещение Лабиринта и то, с чем нам пришлось столкнуться.
- Не вижу ни одного флага, – пробормотала Гретта, вглядываясь в даль. – Должно быть, они где-то там, возле Источника.
- Скорее всего, исходящая от него тьма настолько насыщенная, что она их заслоняет, – отозвалась Лианна.
На это я кивнула, сказав, что нам нужно двигаться дальше – да, в сторону Тьмы. Чем раньше мы отыщем наш флаг, тем быстрее отсюда выберемся.
К тому же где-то по Лабиринту бродят парни из Академии Комкасты. Мы не особо с ними пересекались в предыдущих турах, так что не стоит пересекаться и сейчас. Мало ли, что придет им в голову, ведь за порядком и соблюдением правил в Лабиринте никто не следил.
По крайней мере, вокруг не было ни единой живой души.
К тому же уже скоро перепонку между мирами пересекут девушки из команды Флоренса, а за ними...
В общем, мы отправились в сторону Источника.
Ступали аккуратно, обходя далеко стороной скалы-зубья. Иногда поглядывали на белеющие там и сям обглоданные скелеты – свидетелей и участников прошлых прорывов, – и я радовалась тому, что среди них не попадалось человеческих.
И все это время я глядела на Источник, размышляя вот о чем… Решение до сих пор не было принято, и я не знала, что мне делать дальше.
Как я могу войти в этот черный ужасающий столб, если он олицетворял собой все то темное и страшное, что я могла только себе представить?!
При этом я отчетливо чувствовала присутствие глазьев – мне казалось, прекрати Лианна бормотать, Гретта сопеть, а Роуз вздыхать, и я услышу наяву тот голос, который приходил ко мне во сне.
Око в очередной раз повторит, что единственный для меня выход – это явиться к ним в гости, и что я непременно останусь в живых. Заодно я уберегу своих мужчин от смерти и узнаю...
- Мы скажем тебе, кто твоя мать и где ее разыскать, – раздался знакомый голос, идущий словно из ниоткуда, и я дернулась.
- Что случилось?! – воскликнула Лианна, округлив глаза. Остальные тоже принялись озираться, а Гретта еще и активировала боевое заклинание. – Где это случилось?!
- Вокруг все спокойно, – произнесла она. – Только тот привязчивый скорпион топает за нами от самого входа в Лабиринт.
- Пока еще нигде и ничего не случилось, – отозвалась я, а затем на всякий случай спросила: – Разве вы не слышали чей-то голос?
Оказалось, голосов никто не слышал, а вот флаги подруги все-таки высмотрели. Те стояли в ряд – пять штук, – но довольно далеко от нас. До них оставалось метров триста, может, чуть больше, потому что в Межмирье все казалось неправильным и искривленным.
Включая пространство.
За яркими пятнами флагов темнел огромный столб Источника.
А вот нужного нам розового пятна нигде не было – напрасно мы напрягали глаза, пытаясь его высмотреть.
- Где же наш флаг?! – шепотом спросила Лианна. – Неужели его кто-то забрал?
Тут я все-таки его заметила – он был почти у самой Тьмы, скрытый вырывавшимся из нее черным туманом.
- Он возле Источника, – пробормотала я.
- Но почему он там?! – изумилась Лианна.
- Выходит, кто-то его передвинул? – спросила у меня Гретта. – Остальные флаги еще стоят, значит, команда Комкасты пока не приходила за своим. Не знаю, где они бродят, это неважно. Важно то, что это сделали не они. И еще то, что мы могли бы быть первыми, пока кто-то... Неужели это сделано специально?!
«Это вы передвинули наш флаг?! – спросила я мысленно, обращаясь к глазьям. – Как вы могли настолько нагло жульничать?!»
«Мы этого не делали, – услышала знакомый голос, но уже в голове. – Мы надеемся, что ты придешь к нам добровольно, Александра!»
«Флаг, – напомнила им. – То есть вы утверждаете, что это не ваших рук… вернее, глаз дело?»
«Это сделали двое… Двое неизвестных нам людей взяли флаг и разместили ближе к нам».
- Кто это был?! – спросила я, неожиданно обнаружив, что произнесла это вслух.
Но подруги не обратили на мой вопрос внимания, обсуждая, как нам быть дальше.
«Мы не знаем. Но после того, как они закончили свое деяние, они… Их больше нет, Александра, мы об этом позаботились. Решили, что тебе такое не понравится, так что эти двое расстались с жизнью. Ты должна войти в Источник добровольно».
«Ничего я вам не должна! – огрызнулась я. – Да что вы заладили: добровольно, добровольно?.. И вообще, что происходит?! Кажется, где-то идет бой, причем рядом с нами…»
Потому что мы услышали звуки схватки – они доносились откуда-то сбоку, из-за одной из скал. Повернув голову, я увидела яркие вспышки заклинаний, а затем раздался мужской голос…
Подозреваю, капитан команды Комкасты отдавал приказы своей четверке.
«Они наткнулись на особь, вырвавшуюся из Источника, – пояснило мне Око. – Но эти люди нам не важны и не нужны. Иди к нам, Александра! Мы давно уже тебя ждем».
«Идите вы сами знаете куда, а заодно сейчас же все прекратите! Эти люди нужны мне, и они мне важны!» – мысленно воскликнула я.
- Похоже, команда Комкасты заходила за своим флагом откуда-то сбоку, – сообщила я своим подругам. – Но там на них напала вырвавшаяся из Источника тварь.
Так и есть, отброшенный заклинанием, из-за скалы вывалился гигантский броненосец. Но тут же встряхнул монструозной головой и потопал обратно, потому что уничтожить его было совсем не просто.
Мы уже пытались, было дело. Причем несколько раз.
А еще я увидела, что топавший за нами скорпион кинулся в ту сторону…
- А он отнюдь не дурак, – пробормотала я, уставившись ему вслед. – Знает, что скоро там можно будет поживиться.
- Что будем делать? – растерянно спросила у меня Лианна. – Мы идем за своим флагом или попытаемся им помочь?
- И то, и другое, – отозвалась я. – То есть я пойду за флагом, а вы… Оставайтесь здесь и следите за тем, что происходит. Если поймете, что команда Комкасты не справляется, тогда… Вы знаете, что делать! Но я надеюсь, что к этому времени уже вернусь.
На том и порешили, хотя подруги не хотели меня отпускать. Твердили, что нам нельзя расставаться. Но я была капитаном, и им пришлось смириться с моим решением.
Было ли оно верным – это уже скоро мне предстояло узнать.
Стоило пробежать метров пятьдесят, как мне стало видно, что происходило за той скалой. Оказалось, к заварушке присоединились еще два ранее невиданных нами монстра – какие-то гигантские мохнатые пауки с зашкаливавшим количеством конечностей.
Парни из Комкасты явно не справлялись с подобным напором, но к ним на подмогу уже спешили Гретта и Лианна.
Зато Роуз… Подруги оставили ее в одиночестве, и та почему-то упала на колени. Так и стояла, раскачиваясь из стороны в сторону.
- Боги, да что происходит?! – выдохнула я, увидев, как к месту боя еще и бежит четверка Зои.
Но вовсе не это вывело меня из равновесия – я увидела, как стремительно набухал, а потом раскрылся один из участков Источника. Из него вырвалось с дюжину тварей одна другой ужаснее, и они все ринулись, поползли, перебирая множеством конечностей, запрыгали в сторону, где шла битва.
Но Тьма продолжала волноваться, и я понимала, что Источник вот-вот породит еще партию монстров.
- Да что же вы творите?! – закричала я Источнику. – Сейчас же остановитесь! Зачем вы это делаете?!
Снова повернулась, увидев, что уже три команды теперь оборонялись, стоя плечом к плечу, а еще, ужаснувшись, я заметила, как к Роуз приближались сразу три кузнечика.
Но наша прорицательница не собиралась ни бежать, ни сопротивляться. Так и стояла на коленях, закрыв глаза.
Я же была слишком далеко, чтобы успеть ей на помощь. Заодно в этом проклятом месте, с проклятым искаженным пространством, не работала Высшая магия, и портал мне было не раскрыть!
«Иди к нам, Александра! – раздалось у меня в голове. – Мы сможем это остановить!»
- Это шантаж! – заорала я на них. – Вы специально это устроили, чтобы меня принудить?!
«Всего лишь подтолкнуть, Александра! Ты до сих пор сомневаешься, но ты должна это сделать. От твоего магического дара зависит слишком многое, так что оставь все раздумья. Но если ты не войдешь в Источник, твои друзья погибнут».
- А что будет, если я в него войду?! – закричала я, с ненавистью уставившись на огромный черный вихрь.
«Мы заберем всех, кто покинул нашу защитную оболочку, и никто из людей не пострадает. Мы можем это сделать. Вот и ты сделай этот шаг!»
В подтверждение сказанному ко мне тотчас протянулся огромный черный протуберанец. Распахнул черную «пасть», в которой крутилась Тьма, гостеприимно приглашая меня внутрь.
Но это было далеко не все.
Я увидела, как откуда-то сбоку несся Дарий – он передвигался огромными прыжками, развив нечеловеческую скорость, но я понимала, что одному ему волну монстров не одолеть и те вот-вот растерзают наши команды.
Если, конечно, я не войду в Источник, сделав то, чего уже давно добивались от меня глазья.
А еще я заметила Северина. Он бежал не к месту битвы, а ко мне, потому что я все же сделала первый шаг к протуберанцу.
Затем еще один.
Дарий тоже свернул и несся теперь к Источнику. Но Северин был ближе.
- Стой! – закричал капитан команды Шаддара. – Александра, остановись! Не делай этого! Беги оттуда!
Тут Дарий вскинул руку и ударил по Источнику чем-то ужасным… Не помню, видела ли я когда-либо такую магическую мощь. Возможно, только когда нечто подобное срывалось с моей руки.
Источник содрогнулся. А потом он открылся, породив новую волну монстров.
- Прекрати! – закричала я Дарию. – Стой! – крикнула Северину, а затем шагнула в черный зев.
Я должна была это сделать, чтобы прекратить бойню.
И тут же услышала крик ярости и боли – кажется, он сорвался с губ Северина, – а потом черный туман поглотил все звуки.
Но я все еще могла видеть то, что происходило по ту сторону, за пеленой Тьмы.
Из Источника моментально появились новые протуберанцы; их было множество, и они принялись «пожирать» монстров. Накрывали и втягивали их в себя, собирая всех тех, кого недавно породили.
Три протуберанца поймали на лету «кузнечиков», которые были рядом с Роуз, и я вздохнула с облегчением.
Но меня ждало новое потрясение: кто-то кинулся за мной следом, пытаясь войти в Лабиринт.
Это был мужчина.
Так и есть, за мной пытался последовать один из мужчин, но Тьма в том месте сгустилась настолько, что я не смогла разобрать, кто это был: Дарий или Северин.
- Нет! – выдохнула я, потому что Тьма продолжала угрожающе густеть. – Не убивайте его! Оставьте в живых, ведь именно ради этого я и пришла. Пусть они все выживут! Все до единого, кто сейчас в Лабиринте.
«Мы не причиним им вреда, – раздалось у меня в голове. – Мы держим свое слово».
И я тут же увидела, как еще один протуберанец отторг того мужчину, и он покатился по земле. Живой – он шевелился, пытаясь подняться на ноги.
- Александра! – услышала я знакомый, немного заискивающий голос за моей спиной и наконец-таки повернулась, готовая увидеть тех, с кем общалась во сне, уже наяву.
Узреть глазья в истинном их обличии.
А потом он открыл глаза.
Ахнув, Эвинира ринулась к нему, склонилась над лицом мужчины – единственного, кого она когда-либо любила, и знала, что не полюбит никого другого.
- Ильдар! – выдохнула она. – Какое же облегчение, что ты пришел в себя!
До этого были несколько дней и бессонных ночей, которые Эвинира провела в этой самой комнате, отказавшись возвращаться в свои покои. Дежурила рядом с постелью короля, подменяя Темных лекарей, когда у тех заканчивались резервы.
В такие моменты она начинала заливать в него свою магию.
Заодно она негромко спорила со Светлыми целителями и советниками Ильдара Иллариана, попытавшимися было выдворить королеву Ноктарии из его спальни.
- С него и с меня уже хватает вашего лечения, – заявляла она им. – К тому же вы его едва не угробили, причем два раза подряд! Сперва допустили покушение, а потом его отравили у вас же под носом, в этих самых покоях. Ах это был заговор, и вы поймали ту, кто пытался это провернуть?! Мне глубоко на это наплевать! Я останусь с тем, кого люблю, и я сумею его вылечить и защитить. – Замолчала, затем смерила всех ледяным взглядом. – Да, вы можете попытаться выставить меня вон, но я искренне не советую вам этого делать.
И улыбнулась им улыбкой Железной королевы, за спиной которой была вся мощь как Ноктарии, так и Шаддара, их верных союзников.
- Но, Ваше Величество, – подал голос первый советник короля, – вы же понимаете, что королева Аделин пребывает в ярости из-за того, что вы находитесь в спальне ее мужа?
- Мне наплевать, в чем именно пребывает ваша королева, – спокойно ответила ему Эвинира. – Когда Ильдар очнется, он сделает свой выбор, потому что я свой уже сделала. И если он меня отвергнет, то я вернусь домой.
А потом по дворцу пошли страшные слухи, после чего в спальню Ильдара принесли трагическую весть. Королева Аделин была найдена убитой вместе со своей верной служанкой.
Но так как все Темные маги и вся свита Эвиниры были на постоянном виду – за ними неотрывно следили, – а Эвинира, презрев все приличия, полностью истощенная, спала на краю кровати Ильдара…
Обвинить Темных в содеянном не удалось, хотя лорд Кестель и не пытался. Вместо этого он сообщил Эвинире о произошедшем.
- Это не мы, – сказала она, заботливо убирая волосы с бледного лба Ильдара. – Такую дикость сотворили ваши. Так что ищите среди своих.
Еще через несколько часов Ильдар очнулся. Открыл глаза, посмотрел на Эвиниру и…
- Наша дочь жива, – вот какими были его первые слова. – Я видел ее своими глазами!
Затем он пошевелил рукой. Еще и еще раз – каждое движение давалось ему с трудом.
Наконец его ладонь легла на руку королевы Ноктарии, а по ее лицу потекли счастливые слезы.
КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ КНИГИ