СПРАВОЧНОЕ РУКОВОДСТВО ПО СЕРИИ «НАСЛЕДИЕ»

СПРАВОЧНОЕ РУКОВОДСТВО ПО СЕРИИ «НАСЛЕДИЕ»

ЧАСТЬ 1. «Судьба зовет»

ГЛАВА 3.Тесса

Она осталась одна, но это ее не беспокоило. Впервые в жизни она бродила по Акрополю без сопровождения. За ней, конечно, наблюдали. Трудно остаться незамеченной, когда рядом с тобой трусит гигантский серебристый волк, но Роан появился в то же мгновение, как она вышла из теней на улицу. Плавно падал снег, и Тесса плотнее обхватила себя руками. В спешке, покидая здание Трибунала, она забыла свое пальто.

В центре Акрополя находился огромный фонтан. Благодаря чарам вода в нем не замерзала. Она остановилась, глядя на ее бег. В центре возвышалась сверкающая черно-золотая скульптура, из которой отовсюду изливались струи. В этом не было ни логики, ни симметрии. Просто хаос, стекающий в бассейн, разделенный на шесть зон — по одной для каждого королевства.

Она медленно обходила его кругом, погружая пальцы в снег, скапливающийся на бортике. На дне была выложена мозаика с изображениями богов и богинь: такими, какими их представляли жители этого мира. Эйнала с ярко-рыжими волосами и золотыми глазами. Серафина с серебряными прядями и короной из белого пламени. Фалейна со смуглой кожей и черными кудрями. Ариус с темными волосами и изумрудными глазами и…

Тесса охнула, когда в кого-то врезалась. Она начала было говорить извинения и просить прощения. Привычка брать на себя вину за все подряд все еще сидела глубоко в ее естестве. Но слова застряли в горле, когда она подняла глаза.

Та, на которого она наткнулась, была одета в плащ с накинутым капюшоном, скрывающим лицо. Фигура была высокой, но рука, придержавшая ее, была несомненно женской. Прежде чем Тесса успела что-то рассмотреть, незнакомка отступила, и ее пальцы снова скрылись в рукаве. Под капюшоном не было жемчужной маски, а Роан не рычал. Напротив, волк уселся рядом. Он внимательно наблюдал за фигурой, но был спокоен — явно не чуял опасности.

Потому что женщина не была членом Авгура.

Это был Властитель.

Но это было невозможно, ведь Властитель, который пробудил ее силу, который говорил с ней и называл окружающих глупцами, был мужчиной. Говорили, что никто не знает, кто или что такое Властитель на самом деле. Что Судеб и заклинаний достаточно, чтобы их облик постоянно менялся, но Властителя никогда не видели за пределами Пантеона.

— Кто вы? — потребовала ответа Тесса, отступая.

Незнакомка лишь склонила голову, и Тесса почувствовала на себе ее изучающий взгляд. Она подняла руку, между пальцами затрещали молнии. Те дни, когда она не могла себя защитить, когда слепо доверяла и верила другим на слово, остались в прошлом. Нет, теперь она исходила из того, что каждый хочет либо использовать ее, либо запереть в клетку, либо принести в жертву. А может, и все вместе.

— Ты привлечешь внимание, — произнесла фигура. Ее голос был таким же женственным, как и прикосновение.

Тесса медленно опустила руку, потому что узнала этот голос. Определенно женский, но резкий и непреклонный.

— Вы не Властитель, — сказала Тесса, делая еще шаг назад.

— Разве?

— Я… Как вы здесь оказались?

— Так же, как и ты, — ответила она.

— Но я не знаю, как я здесь оказалась.

Женщина под капюшоном цокнула.

— Ты знаешь, где искать ответы, дочь Хаоса и Ярости. Ты просто не хочешь их получать.

— Это неправда! — прорычала она, бросаясь вперед, когда с ее ладоней сорвались дуги света. Она увела удар в сторону за секунду до столкновения, и магия с треском расколола край фонтана.

— Ответы у него, — спокойно ответила женщина.

— Он не отвечает на мои вопросы, — возразила Тесса.

Собеседница кивнула:

— Не ответит, пока не поймет, на чьей ты стороне.

Тесса зарычала от досады, заставив Роана вскочить и встать между ними.

— И все же они тебя охраняют, — пробормотала женщина так тихо, что Тесса едва расслышала. — Возможно, еще не все потеряно.

— Возможно, все меня до сих пор недооценивают, — парировала Тесса.

По двору пронесся порыв ветра. Золотистые волосы хлестнули ее по лицу, в прядях запутались снежинки. Она смахнула их, когда из трещины в бортике фонтана начал подниматься золотистый туман. Секунду спустя рядом с ней стоял Рыцарь Света. Теперь Роан рычал, но женщина уже отступала.

— Ты стоишь на грани спасения и разрушения, Тессалин. Выбирай с умом.

Затем она исчезла, растворившись в воздухе. Тесса ни капли не удивилась тому, что та умеет перемещаться. Похоже, одним из первых указов Теона на посту исполняющего обязанности Лорда королевства Ариуса была отмена изгнания Сиенны, которое держало ее в Подземелье под страхом смертного приговора Вальтера. Но это значило, что все, кто считал Властителя одним и тем же существом, ошибались. Их было несколько. И в данный момент она, возможно, была единственной, кто знал этот секрет.

Она улыбнулась про себя, припрятывая эту информацию ко всем остальным собранным тайнам. Она выяснит, кто остальные Властители. У нее уже были догадки, и со временем она их проверит. Брекен в переулке тоже проговорился.

А Лорды и Леди?

Напряжение между ними и так росло. Она могла бы остаться и посмотреть на это шоу, но сведения о Властителе стоили того, чтобы пропустить заседание.

— Вы звали, ваша милость? — спросил Рыцарь.

Его голос был хриплым и потусторонним, как и всегда. Она успела его полюбить. Он был таким же ледяным, как ее собственная душа.

Он скользнул перед ней, его бледная кожа была белой, как падающий снег.

— Ты предлагал посетить Пантеон вчера вечером, — ответила Тесса. — Это все еще необходимо?

— Он примет тебя, но ты должна сама найти к нему дорогу.

— Тогда идем.

— А как же кровь Ариуса, которую я чую в воздухе? — спросил Охотник.

Она покачала головой, направляясь к Пантеону.

— Не сегодня. Я не могу привлекать лишнее внимание, особенно когда мы будем внутри.

— Слушаюсь, моя госпожа.

Вспыхнул свет, и он передал ей золотой меч в ножнах, которые крепились крест-накрест на груди. Меч лег между лопатками так естественно, будто всегда был частью ее.

Всегда ее

С начала времен.

Народ разбегался, сворачивая в боковые улочки при ее приближении, и, боги, как же это было приятно. Она предпочла бы ужас в их глазах презрительным усмешкам и снисхождению. Стражники у Пантеона попытались преградить ей путь, но стоило ей усмехнуться и склонить голову набок, как они бросились врассыпную — за мгновение до того, как ее магия ударила в то место, где они только что стояли. Эти мужчины и женщины выдали бы ее только за то, что она существует. У нее больше не осталось сил заботиться о морали.

Впрочем, это тоже было не совсем правдой.

Это не было правдой, когда она шествовала по залам Пантеона, забираясь все глубже и глубже, туда, куда не дозволялось входить никому, кроме жриц.

Это не было правдой, когда она наткнулась совокупляющихся двух жриц с мужчиной-фейри, который явно не хотел там находиться.

Это не было правдой, когда она, не колеблясь, послала плети света, чтобы те захлестнули тонкие шеи жриц.

Это не было правдой, когда Рыцарь попытался сказать ей, что они — Наследие Зинты, а она заставила его замолчать одним взглядом, прежде чем ее сила напиталась смертью, которую она даровала.

И уж точно это не было правдой, когда она наклонилась, чтобы поднять одежду мужчины, и протянула ее ему. Его дрожащие пальцы сомкнулись на ткани, а глаза оставались прикованными к полу.

Она присела перед ним, приподняв его голову пальцем за подбородок.

— Ты можешь провести меня в самые глубокие части Пантеона? — спросила она, поймав его взгляд.

Фейри покачал головой.

— Я могу идти только туда, куда пускают жриц. Самые глубокие залы предназначены для…

— Властителя, — перебила Тесса. — Веди меня так далеко, как сможешь.

Он кивнул, и Тесса встала, отвернувшись, пока он одевался. Лишь когда он оставлял ее у одного из переходов, он пробормотал:

— Спасибо за… Просто спасибо… ваша милость.

— Рассказывай об этом кому захочешь, — ответила она. — И дай им знать: если кто-то еще посмеет коснуться тебя подобным образом, я вернусь, чтобы даровать им ту же участь.

Лицо фейри побледнело, но она уже шагала по узкому коридору. Защитные чары трещали, соприкасаясь с кожей, но в итоге не могли ее остановить. Барьеры никогда не были для нее преградой.

Охотник молчал, пока они пробирались вглубь Пантеона; Роан остался снаружи. В коридорах, по которым их вел фейри, им приходилось избегать жриц, но здесь проходы были абсолютно пусты. Когда туннели начали забирать вниз, ее дыхание стало прерывистым — она поняла, что они спускаются под землю.

— Моя госпожа? — спросил Рыцарь, заметив ее заминку.

Она проигнорировала его, глубоко дыша. Она чувствовала их. Они ощутили ее внезапный всплеск эмоций, и оба метались по ту сторону связи, которую она блокировала. Сделав еще один вдох, она наклонилась и сняла носки и ботинки, оставив их в коридоре. Ее пальцы коснулись холодного камня, она приложила ладонь к стене, ведя кончиками пальцев по неровной поверхности.

Один шаг за другим. Просто сосредоточься на следующем шаге.

Слова Луки из Подземелья эхом отозвались в памяти. Она снова вдохнула, прежде чем сделать следующий шаг, и еще один, и еще. Холод камня помогал сохранять связь с реальностью, но она так сосредоточилась, что ее ментальные щиты дрогнули.

Это наша девочка.

Она прошипела ругательство, когда голос Луки снова громом отозвался в сознании. Она поняла, что щиты ослабли в тот миг, когда она осознала, что уходит под землю. Это не были воспоминания.

Это был он.

— Откуда ты, блядь, вообще знаешь, где я? — огрызнулась она через связь.

Это были первые слова, которые она послала по связи с тех пор, как оставила Теона на коленях в его комнате. Собственно, в последний раз она перебрасывалась словами с Лукой, когда тот уговаривал ее идти вперед, пока члены Авгуров вели ее по сырым туннелям.

Как символично.

— Я не знаю, где ты, — ответил Лука. — Но я чувствую, когда у тебя паника, Тесса.

— Вы мне оба не нужны.

Проигнорировав ее слова, он сказал:

— Мне нужно поговорить с тобой. Лично. Где ты?

— Я не собираюсь с тобой встречаться.

— Тесса, это важно.

— Нет.

И с этими словами она с силой восстановила ментальные щиты, снова отсекая его. Она отметила про себя, что Теон не проронил ни слова. Хотя она все это время чувствовала его присутствие.

Как и связь.

За последние недели она так привыкла к тоске, исходящей от нее, что та превратилась в постоянную ноющую боль. Что-то, к чему она уже привыкла, но сейчас ощущала особенно остро. Раздражающе.

Осмотревшись, она обнаружила, что проход, по которому они шли, вывел в просторный зал. И снова вздрогнула, поняв, что уже была здесь.

Нет, стоп.

Не здесь, но в похожем месте.

Авгуры вели ее через такой же зал, только в центре стоял алтарь. Этот круглый зал был гораздо меньше и пуст. Здесь не было ничего, кроме большого зеркала.

«Большое» — пожалуй, не совсем точное слово.

Оно было выше дверного проема и имело арочный верх. По краям его обрамляли разнообразные знаки. Подойдя ближе, она узнала символы богов, но были и другие, незнакомые ей.

— И это то, что Властитель так ревностно охраняют? — пробормотала Тесса. — Зеркало?

— Вещи не всегда являются тем, чем кажутся, — произнес Рыцарь, плавно выходя вперед.

— Это правда, — признала она, подходя еще ближе. Теон ведь утверждал, что видел Скарлетт в зеркале, но то зеркало, насколько она понимала, находилось в Подземелье. Она провела кончиками пальцев по нескольким символам, обводя их контуры.

— Кровь взывает к крови, — прошептал Рыцарь ей на ухо, когда ее пальцы коснулись символа Ахаза — трех переплетенных треугольников.

— Что? — Тесса обернулась к нему.

Его абсолютно белые глаза слабо светились. Она уже привыкла, что у них нет зрачков. И имен, видимо, тоже. Она как-то спросила, но никто не ответил. Учитывая, что все они выглядели на одно лицо, это ее не удивило.

— Кровь взывает к крови, — повторил он, извлекая из воздуха золотой кинжал, такой же, как меч у нее за спиной.

— Этот я оставлю себе, — сказала она, забирая клинок и взвешивая его в руке.

— Разумеется, моя госпожа, — ответил он с поклоном. — Но позвольте мне.

Забрав кинжал обратно, он быстрым движением провел острием по ее ладони. Она охнула, отдернув руку, пока кровь капала на каменный пол.

— Кровь взывает к крови, — повторил он снова. Его ледяные пальцы обхватили ее запястье, притягивая руку к выгравированным символам.

Она все поняла, и Рыцарь, почувствовав это, отпустил ее. Она не совсем понимала, как они умудряются знать, о чем она думает или что чувствует. Изучая символы, она на долю секунды заколебалась, когда взгляд упал на символ метки Ариуса. Он был ее дедом. Возможно, она ближе к Ариусу, чем к Ахазу.

Она понятия не имела, к чему это приведет. Богам запрещено вмешиваться в дела Деврама. «Кровь взывает к крови» могло означать что угодно. Она могла призвать к зеркалу другое Наследие Ариуса или Ахаза из иного мира. Может, это призовет Скарлетт. В конце концов, королева — ее кузина.

Или, может быть, это призовет ее отца.

Или мать.

От этих мыслей она отступила от зеркала. Кулак сжался, кровь сочилась сквозь пальцы. Но это мог быть ее единственный шанс воспользоваться этим зеркалом. Можно ли вообще называть его зеркалом? Это казалось слишком простым определением для того, чем оно являлось на самом деле.

— Он ответит на твой зов, — прошептал Рыцарь. Ледяные пальцы коснулись ее затылка. — Он ждет тебя.

С внезапным приливом решимости она рванулась вперед и прижала окровавленную ладонь к символу метки Ахаза. Это то, чего она хотела. То, что ей было нужно. Ответы. И если никто здесь не собирается их давать, она пойдет напрямую к самим первоисточникам.

В зеркале что-то закружилось, образы замелькали среди теней и серебристого света. Они двигались так быстро, что казались лишь размытыми пятнами, которые она не могла разобрать, стоя чуть поодаль.

— Это всегда так долго? — спросила Тесса спустя несколько минут.

Рана на ее ладони уже давно затянулась. Но Рыцарь не ответил. Его внимание тоже было приковано к зеркалу.

От нечего делать она снова подошла ближе, изучая другие символы. Она знала основные королевства и знаки Наследий Деврама, но многие символы были ей в новинку. Треугольник внутри круга. Полумесяц над кругом. Одну метку она могла описать только как запутанный узел.

Она уже потянулась коснуться его, когда мужской голос произнес:

— Только не этот, дитя.

Тесса отпрянула, запутавшись в подоле платья, и больно приземлилась на каменный пол. Ее свет вспыхнул, молнии заплясали по камням, и вокруг нее возник золотистый щит.

Это было что-то новенькое.

Но все мысли вылетели из головы, когда она снова посмотрела на зеркало и встретилась взглядом с синими глазами с яркими золотистыми искрами. Все существо этого мужчины, казалось, светилось. Свет вился вокруг него так же, как вокруг ее рук. У него была загорелая кожа, а золотистые волосы были точь-в-точь как у нее. Они доходили ему почти до подбородка. И, боги, какой же он был высокий.

Не было никаких сомнений: перед ней стоит бог.

Бог света и начала.

Ахаз.

— Хорошая работа, Рыцарь, — сказал бог. — Тебе удалось найти то, что не удавалось никому другому.

Охотник низко поклонился.

— Моя цель — служить вам, мой повелитель.

Тесса кое-как поднялась на ноги. Она нервно замерла, борясь с желанием упасть перед богом на колени. Она не была обычным Наследием, но, блядь, она не была и богиней.

А Ахаз был правителем всех богов.

Словно читая ее мысли, Ахаз произнес:

— Ты не кланяешься? Неужели в том мире совсем позабыли о почтении?

— Возможно, почтение исчезло, когда боги бросили этот мир и оставили его на погибель, — парировала она.

Сожаление о собственной импульсивности нахлынуло мгновенно. Так типично для нее. Сорваться своей импульсивностью на самого бога, один из всех возможных вариантов. Но слова уже были сказаны, и даже если бы она захотела извиниться, она не смогла бы выдавить из себя ни слова.

Ахаз пристально смотрел на нее. Золотистые искры в его глазах сияли чистой мощью. Его губы были сжаты в тонкую линию, и только сейчас она заметила золотую рукоять меча, выглядывающую из-за плеча. Все в нем было воплощением элегантности и грации. От изысканной одежды до того, как его сила принимала призрачные очертания крыльев за его спиной.

Когда он, казалось, наконец смирился с тем, что она не собирается ни извиняться, ни молить о прощении, он произнес:

— Ясно! — а затем добавил: — Такое высокомерие досталось тебе от отца.

Она в этом сомневалась. У Тессы было чувство, что все боги рождаются с этим самым высокомерием. Тем не менее, она промолчала, ожидая, что он заговорит первым. Она уже усвоила, что если ждать достаточно долго, многие сами раскрывают свои секреты, и для этого не нужно ничего делать.

Наблюдай. Слушай. Узнай все, что сможешь, обо всех в этой комнате.

Теон научил ее этому, и она бы солгала, если бы сказала, что это не сослужило ей добрую службу за последние месяцы.

— А вот и непоколебимое упорство, — произнес Ахаз после долгой минуты молчания, — У тебя это от моего рода.

— Полагаю, так и есть, раз уж вы таите обиду веками, — съязвила она.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь! — холодно ответил он.

Тесса пожала плечами:

— Я знаю, что я нужна вам больше, чем вы мне.

— И что дает тебе повод так думать?

Она подошла вплотную, постучав костяшками пальцев по стеклу.

— Я-то не заперта по ту сторону зеркала.

— Зеркало? Ты думаешь, это зеркало? — в голосе Ахаза промелькнуло веселье. — Это сосуды силы. Они не всегда были такими, но со временем стали ими.

— Как?

— Я здесь не для того, чтобы читать тебе уроки по истории, — огрызнулся он, начиная раздражаться.

Клянусь Судьбами, его настроение было еще более переменчивым, чем у Теона.

— Тогда зачем вы здесь? — спросила она, на этот раз не подстраиваясь под его тон. Ее голос звучал спокойно и скучающе, пока она лениво обводила узоры на раме.

— Чтобы убедиться, что ты понимаешь свое предназначение.

Эти слова заставили ее на миг замереть. Ее пальцы зависли над символом Ариуса.

— Мое предназначение — восстановить баланс? — произнесла она странным, потусторонним тоном.

— Именно так, — согласился Ахаз, и она услышала, как он доволен этим ответом. — А скажи мне, внучка, что значит «восстановить баланс»?

Внучка.

Это обращение что-то в ней всколыхнуло. Она не могла решить: то ли ей хочется стать ближе к кровному родственнику, то ли отпрянуть от этого бога. Но важнее всего было то, что это стало подтверждением, которого она так ждала.

Тесса отступила от зеркала, тихо прочистив горло.

— Вы хотите, чтобы род Ариуса был истреблен за нарушение древних законов.

— Очень хорошо, — похвалил он.

— Но разве вы не сделали то же самое? Должна ли я вообще стоять перед вами?

Одобрение на лице бога мгновенно сменилось раздражением.

— Когда Ариус нарушил законы, у меня не было выбора, кроме как последовать его примеру.

— А если его род будет уничтожен, что станет с вашим? Не логично ли предположить, что тогда чаша весов качнется в другую сторону?

— Ты забываешь, кто я, дитя! — произнес Ахаз угрожающе низким голосом. — Ты думаешь, я не обдумал это? Меры по восстановлению такого баланса уже приняты.

Прежде чем она успела задать вопрос, вертевшийся на языке, он добавил:

— Дела богов и хаоса тебя не касаются.

Она захлопнула рот, чувствуя, как внутри закипает знакомая ярость.

Тебе не положено знать.

Те же слова, хоть и другой смысл. Она все еще была лишь инструментом. Она не была идиоткой.

— А моя мать? — спросила Тесса, стараясь казаться безразличной, хотя она отчаянно нуждалась в этих последних кусочках пазла своей родословной.

Узнать, откуда она, кто она такая и почему такова ее цель.

Ахаз склонил голову набок:

— А что с ней?

— Кто она?

Улыбка, появившаяся на лице бога, тут же подсказала ей, что она выдала лишнее. Он видел ее фальшивое безразличие насквозь.

— Исполни свое предназначение, внучка, и я приведу тебя к ней, — сказал он.

— Что? — запнулась Тесса. — Как… Вы же не можете прийти сюда.

— Да, — согласился Ахаз. — Во всяком случае, не сейчас. Но ты, плоть от моей плоти! В твоей власти изменить это, не так ли? Более того, даже если я никогда не смогу ступить на землю Деврама, ты вполне можешь покинуть этот мир.

— Как?

— Исполни свою судьбу. Найди меня снова, когда все будет кончено.

Это было все, что он сказал, прежде чем его образ начал бледнеть.

— Постойте! — вскрикнула Тесса, бросаясь вперед и прижимая ладони к стеклу.

Но он исчез, и она снова осталась одна.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы осмыслить услышанное и увиденное. Затем она прижималась лбом к холодному стеклу, пытаясь подавить ярость и силу, давящую на душу. Но когда она отошла от зеркала, она разгладила руками платье и направилась к выходу из Пантеона. Ей все равно нужно было возвращаться в здание Трибунала.

Рордан ждал ее и пошел рядом, когда все трое снова двинулись по улицам Акрополя. Каждый ее шаг был наполнен новой решимостью.

Исполнить предназначение.

Собрать побольше «валюты».

Восстановить баланс.

Все это было безрассудно, импульсивно и дико. Но именно такой ей и нужно было быть, чтобы выжить.

Потому что она закончила играть в игры Наследия и вышла на арену богов. И если она проиграет, ее единственным финалом станет смерть.

ГЛАВА 4. Лука

— Это, блядь, просто дебилизм какой-то, Теон, — ворчал Лука, срывая с шеи галстук и швыряя его через всю комнату.

Его телефон лежал на кофейном столике перед диваном на громкой связи.

— Это не дебилизм, Лука, — ответил Теон. — Дебилизм — это то, что ты звонишь мне прямо сейчас. Я же сказал: не связывайся со мной. Ничего мне не рассказывай.

— И что именно я тебе рассказал? Ты чувствовал ее эмоции так же остро, как и я, — отозвался он, сбрасывая пиджак.

Он ненавидел всю эту официальную одежду, но у него не было выбора, раз уж он представлял королевство Ариуса на встрече с правителями Деврама.

— Тогда зачем ты мне звонишь? Чтобы пересказать то, что я и так знаю?

Раздраженное рычание вырвалось у Луки, пока он расправлялся с пуговицами на рубашке. Расстегнув последнюю, он рухнул на диван. Рубашка распахнулась, когда он схватил телефон и прижал его к уху.

— Она была там.

— Где?

— На слушании Трибунала.

— Повторяю вопрос: зачем ты мне это говоришь?

Лука вздохнул, стянул резинку с волос и позволил прядям рассыпаться по лицу.

— Потому что ты сам велел мне пойти к ней, и выяснить, где Аксель. А она со мной не разговаривает. Я подумал, у тебя есть опыт в… ну, сам понимаешь.

Последовала долгая пауза, прежде чем Теон произнес:

— Ты хочешь сказать, у меня есть опыт в том, как Тесса полностью вычеркивает меня из жизни?

— Не строй из себя оскорбленную невинность, — бросил Лука, скидывая обувь и снимая носки.

— И теперь ты просишь у меня совета, как с ней обращаться? — невозмутимо продолжил Теон. — У того самого парня, которого она трахнула, а потом оставила стоять на коленях?

— Ну, если ты подаешь это в таком свете… — проворчал Лука, призывая силу и позволяя черному пламени плясать на ладони.

Они так долго скрывали его истинное происхождение. Большинство считало его просто Наследием Ариуса, и скрывать свою мощь стало для него второй натурой. Так же, как он прятал форму дракона и способность к перемещению. Это было одно из немногих мест, где он чувствовал себя в покое и мог сбросить все щиты и притворство, даже теперь, когда правда всплыла наружу.

На другом конце трубки раздался измученный вздох.

— Хочешь знать, как я заставил ее наконец заговорить со мной, когда она активно меня игнорировала? — спросил Теон. — Я давил на нее, Лука. Я зашел слишком, блядь, далеко, хотя вы все меня предупреждали. Я велел ей взять себя в руки, а потом довел до того, что она окончательно сорвалась. Я не тот, кто может давать советы в этом деле. Именно поэтому я послал к ней тебя. Ты тот, кого она сама зовет. Тот, кого она хочет видеть. Ты тот…

Он замолчал на долгое время, а потом добавил:

— Ты тот, кто всегда знал, что она не создана для всего этого. И теперь я понимаю почему.

— Что это значит? — спросил Лука, гася пламя на ладони.

— Сейчас я не могу этого объяснить.

В душе Луки тут же расцвело подозрение. Теон говорил так только в двух случаях: либо когда он что-то замышлял, либо когда раздобыл новую информацию.

— С учетом всего, что происходит, сейчас не время для секретов, Теон. Если ты что-то узнал, ты обязан нам сказать, — произнес Лука.

— Нам? Мы даже, блядь, не знаем, где сейчас Аксель! — отрезал Теон.

— Тогда каков план?

— Плана нет, Лука. Ты сам твердил, что наш план пошел по пизде.

— Тот план пошел по пизде, — возразил он. — Мы не можем просто двигаться вслепую. Это… это просто хаос.

— План сейчас такой: ты говоришь с Тессой и выясняешь, знает ли она, где Аксель. Я продолжу поиски со своей стороны, параллельно пытаясь управлять целым, мать его, королевством.

— Может, для начала начнешь появляться на заседаниях Трибунала? — сухо заметил Лука.

— Я сказал тебе: в этот раз я не мог. Не тогда, когда они созывают собрание в последнюю минуту. Я занят другим делом.

— Ага. Тем самым, которое ты «не можешь объяснить».

— Ради всех богов, Лука! — вздохнул Теон. — Просто расскажи, что там было.

— О, теперь ты все-таки хочешь, чтобы я тебе что-то рассказывал?

— Боги, ты еще мрачнее, чем обычно. Когда ты в последний раз летал? Или хотя бы выбирался в свою пещеру?

— Я уже здесь, — ответил он, оглядывая место, которое закрепил за собой.

Он потратил уйму денег, чтобы это место перестало напоминать обычную пещеру. Полы были отшлифованы до гладкости, он заплатил представителям Наследия Анахиты, чтобы та зачаровала трубы. И теперь во всех ответвлениях пещеры была проточная вода.

Он даже установил высокотехнологичную кухню, что было верхом абсурда, учитывая, что он никогда не готовил. Но здесь никто не подкалывал его за то, что его гигантская кровать в соседнем гроте вечно завалена горой подушек и одеял.

Здесь было тихо, и он мог думать.

Здесь от него не ждали постоянных свершений и не выдвигали требований.

Здесь не нужно было доказывать, что он достоин крови, текущей в его жилах.

И здесь никто не трогал его гребанные вещи.

— Просто расскажи про встречу, — сказал Теон. — А потом иди полетай.

— Между правителями сейчас дикое напряжение, — начал Лука, убирая резинку для волос в бронзовую коробочку и перебирая кольца внутри.

— А когда было иначе? — отозвался Теон.

— В этот раз все серьезнее, — Лука вертел в пальцах серебряное кольцо. — Присутствие Тессы было силовым ходом Джоува, понимает она это или нет. Неважно, что она ушла до начала основных споров. Остальные ее увидели.

— Разве не в этом была цель встречи? Обсудить, что делать с Тессой теперь, когда они знают, кто она такая? — спросил Теон; на фоне послышался какой-то шорох, который тут же затих.

— В том-то и дело, что они не знают, — возразил Лука, возвращая кольцо в коробку и защелкивая крышку. — Их всех беспокоит ее отцовская линия, а Джоув продолжает разыгрывать карту материнской.

— Думаешь, он знает правду?

— Честно? Я и сам не могу понять. Он настаивает, что она не сильнее его, но сам факт того, что она внучка Ариуса, уже делает ее могущественнее.

Лука почти физически чувствовал, как Теон потирает челюсть, произнося:

— Но она почти не проявляет даров Ариуса для прямого потомка. Все ее способности проявились как силы Ахаза. Это наводит на мысль, что к Ахазу она так же близка, если не ближе.

— Кроме способности призывать шторм. Это не относится ни к тем, ни к другим, — сказал Лука, поднимаясь и подходя к стене с пустыми рамами.

Оба замолчали, потому что эти слова возвращали их в тупик. Они узнали о ней так много, но до сих пор не имели четких ответов.

— Думаю, в этом и заключается пробел в знаниях Джоува, — наконец произнес Лука. — Он знает про кровь Ахаза, но знает ли он про ее видения и ведьминское наследие?

— Исключено. Если бы они знали, что она — коктейль из Ахаза, Зинты, Ариуса и Серафины, они бы ее уже убили, — сказал Теон. — Они бы никогда не позволили ей стать настолько сильной.

— Если только Джоув не вообразил, что сможет ее контролировать.

— Контролировать неконтролируемое, — пробормотал Теон. — Все опять сводится к этому гребанному пророчеству.

— Напомни мне свою теорию насчет ее материнской линии, — попросил Лука.

Стоило бы это записать. Теон мог удерживать факты в голове, но Луке всегда была важна наглядность.

— Есть тексты, в которых говорится, что у Ахаза был ребенок от дочери Зинты. Не думаю, что это сама Тесса, потому что тем записям сотни лет, а ей всего двадцать четыре. Но она может быть любым звеном в этой цепи.

— То есть мы по-прежнему ни хрена не знаем! — подытожил Лука, ведя пальцами по древней золоченой раме.

— Мы знаем ее отца, но все остальное… Да, мы ни хрена не знаем! — ответил Теон голосом мужчины, признавшего поражение.

— Теон, ты все пытаешься вывезти это в одиночку, хотя тебе не обязательно. Ты ведь это понимаешь?

— Это моя ответственность, — отрезал он.

— Нет, это…

— Что-то еще? — перебил Теон резким тоном.

Лука вздохнул, не желая продолжать этот спор по телефону.

— Да. Еще кое-что. Когда собрание заканчивалось, поступило сообщение, что в Пантеоне найдены мертвыми две жрицы.

Пауза на том конце была оглушительной.

— Так же, как те из Наследия Ариуса, которых находят мертвыми? — наконец спросил Теон.

Последние две недели они находили трупы по всему Акрополю. Это была еще одна причина созыва экстренного Трибунала. Неважно, были ли они чистокровными Наследиями или имели лишь каплю крови Ариуса в роду. Каждая жертва была связана с этим родом.

До этого момента.

— Это были жрицы Пантеона, Теон, — ответил Лука.

— Значит, чистокровные представители Наследия Зинты, — подытожил Теон.

— Леди Селесты была в ярости, учитывая, что Пантеон — ее зона ответственности. Они требуют задержать Тессу, пока не будет установлено ее происхождение и не доказано, что она к этому не причастна.

— С чего им вообще думать на нее? Разве она не была в здании Трибунала?

— Я же сказал: она исчезла почти сразу после начала. Тогда-то мы и почувствовали ее панику.

— Ты хочешь сказать, что Тесса убила жриц? — спросил Теон.

Запустив руку в волосы, Лука ответил:

— Я не знаю, Теон. Но все улики указывают на нее. Не на Авгуров.

— Она не могла… Она бы не стала…

Теон осекся. Лука понимал, что тот сейчас прокручивает в голове все факты.

Сам Лука сидел и слушал, как правители Деврама занимаются тем же самым. Лорд Джоув даже не пытался спорить. Лука пытался, но быстро осознал ошибку. Разумеется, он будет защищать Источник Наследника Ариуса. Внезапно вопросы начали задавать уже ему: а каковы были намерения Королевства Ариуса, когда они выбирали ее?

Короче говоря, все это превратилось в полнейший пиздец.

— Каков итог? — спросил Теон.

— Рордан поклялся, что держит все под контролем и что ее запрут, пока не будут получены ответы на все вопросы.

— Возможно, так будет лучше.

— Повтори-ка еще раз? Мне послышалось, или ты только что назвал хорошей идеей запереть девчонку, которая в щепки разносит бутылки вина и обладает силой, которую никто не может опознать? — не поверил своим ушам Лука. — Уж ты-то должен знать, что бывает, когда ее пытаются ограничить.

— Если она будет под замком, а новые трупы продолжат появляться, это докажет ее невиновность. К тому же, тогда они станут для нее подонками, а не мы. Ведь она думает, что они дали ей свободу, — рассудил Теон.

— Боги! — пробормотал Лука. — Ты сам-то себя слышишь?

— Ты мне сам позвонил, помнишь? — огрызнулся Теон.

— И нихера хорошего из этого не вышло.

Теон издал раздраженный звук.

— Иди летай. Может, перестанешь быть таким унылым мудилой.

— Дай знать, если найдешь зацепки по Акселю.

— Больше не звони мне, Лука.

Лука не стал отвечать, просто сбросил вызов и отшвырнул телефон. Он понимал логику отказа от контактов, но это было невыполнимо, когда они трое связаны узами. Ментальные разговоры между ними не были приватными, а когда эмоции зашкаливали, их чувствовали все. Теон наверняка слышал весь тот разговор, который Лука пытался завести с Тессой. Но сам Теон молчал, будто его и не было. Но он был там, и Тесса это знала. Она чувствовала его через связь.

Другого способа связаться с ней у него не было. Телефона, который ей дал Теон, у нее не было. И если он не явится лично на порог королевства Лорда Ахаза, он ее не увидит, не говоря уже о разговоре. Теон вечно лез напролом, врываясь в само пространство, которым она дышала, но она хотя бы разговаривала с ним.

Сбросив остатки одежды, он прошел по короткому коридору, который выводил на выступ скалы над горами Озул. Это место было надежно скрыто, а если бы кто-то и умудрился его найти, Лука отвалил баснословные деньги Lilura Inquest за охранные чары.

Со вспышкой бледно-голубого света он принял облик дракона. Чешуя замерцала, когда он размял шею и крылья. Он не перекидывался уже несколько недель. Когти скрежетнули по камню, когда он подошел к краю, но все, о чем он мог думать — это выражение лица Тессы, когда она впервые увидела его в этой форме. Изумление и восторг отразились в ее чертах, когда она протянула руку и провела по его чешуе. Ее пальцы были нежными и прохладными на фоне его раскаленной кожи.

Лука мотнул головой, пытаясь отогнать воспоминание, прежде чем прыгнуть в темнеющее небо.

Он стоял в центре Рокмура, столицы Королевства Ариуса, посреди кровавой бойни.

Повсюду лежали тела. Улицы окрасились в алый, воздух полнился криками умирающих. Между ними скользили призраки с золотым оружием в руках, заставляя крики замолкнуть навсегда. Лука никогда не участвовал в войне, но он понимал — это она и есть. Это была битва, и одна сторона потерпела сокрушительное поражение, потому что на земле лежали не воины. Это были обычные представители Наследия: мужчины, женщины и дети.

И в самом центре этого кошмара стояла Тесса.

Она была самим воплощением ярости, сжимая в руке собственный золотой меч, кровь на лезвии которого зловеще поблескивала. Она выглядела так же, как в тот день, когда он нашел ее неистово наносящей удары стрелой. Брызги крови были на ее лице и волосах. В ней не осталось ничего от той девушки, которую они нашли в Пантеоне несколько месяцев назад. На ее лице застыл лишь холодный гнев и злоба, когда она присела рядом с одним из умирающих.

Ни жалости, ни милосердия.

Она что-то тихо сказала ему, прежде чем из вспышки света выхватить золотой кинжал и вонзить его несчастному в грудь. Следом ударила ее сила. Дуги трещащего света заставили мужчину закричать, выгибаясь на земле.

Наступившая тишина была оглушительной, но благодаря обостренному слуху он смог разобрать тихие разговоры.

Лука сменил фокус, его зрачки превратились в вертикальные щели, позволяя видеть дальше и четче, когда одна из призрачных фигур подплыла ближе к Тессе. Только тогда он понял, что это не совсем призраки. Существо протянуло руку и перекинуло волосы Тессы через плечо. Лука подавил рычание, поднявшееся в груди. Его внутренний дракон оскалился на любого, кто смел прикасаться к ней.

— Вы довольны, моя госпожа? — спросила фигура ледяным, жутким голосом.

Тесса даже не вздрогнула, будто привыкла общаться с ними.

— Это то, что должно быть сделано, — бесцветно ответила Тесса, обводя фиолетовым глазами хаос вокруг.

— Этот мир — ваш, моя госпожа, — пропело существо, кружа вокруг нее.

Где были ее волки?

— Этот мир принадлежит Рордану, не мне! — ответила она, убирая меч в ножны за спиной, и золото тускло блеснуло в хмуром свете дня. — Я не хочу иметь ничего общего с этим проклятым богами миром.

— Вы хотите домой? — спросило существо.

— У меня нет дома.

— Но он есть, моя госпожа, и там вам будут рады, — промурлыкало оно, проводя призрачной рукой по ее пояснице.

И вот этого прикосновения Лука выдержать уже не смог. Из его горда тут же вырвалось рычание.

Фиолетовые глаза метнулись к нему. Казалось, она была единственной, кто его услышал. Существа не отреагировали, мертвецы не шелохнулись. Но ее глаза сузились, и даже отсюда он видел вспыхивающие в них молнии. Она склонила голову набок, все еще сжимая в руке золотой кинжал.

Она была гребанным, зловещим и прекрасным видением.

Золотистые волосы струились вокруг нее, все ее существо гудело от едва заметного свечения. На ней было белое платье с глубоким вырезом, доходящее до босых ног, с высокими разрезами по бокам. На торсе были закреплены какие-то кожаные доспехи, на предплечьях виднелись наручи. И все это было забрызгано кровью. Она выглядела так, будто сошла со страниц легенд другого мира, стоя посреди руин.

Собственно, она выглядела как иная версия Аурион. Только с клинками вместо стрел и светом вместо тьмы.

— Тебя здесь быть не должно, — прошипел чей-то голос за миг до того, как одно из существ дернуло его назад.

Лука резко развернулся и обнаружил у своего горла золотой кинжал. Рядом с призрачным созданием стояла женщина. Должно быть, это и были те самые Охотники, о которых предупреждал Тристин. Женщина была красива той пугающей красотой, от которой стынет кровь. Высокая и гибкая, с иссиня-черными волосами, резко контрастирующими с бледной кожей. Волосы были заплетены в простую косу, в которую были вплетены золотые нити. На ней было золотое платье, на запястьях — такие же браслеты.

Но ее глаза…

Они пылали ярко-фиолетовым, когда она уставилась на него.

— Она тебя звала? Или тебя прислали? — потребовала женщина ответа.

— Я не понимаю, о чем вы, — ответил Лука.

— Мы это выясним, юный военачальник, — усмехнулась она, прежде чем ее рука метнулась вперед, с силой ударив его в грудь.

Лука вскочил, запутавшись в мешанине одеял и подушек, и дико озираясь по сторонам, пытаясь прогнать остатки сна.

Он все еще был в своей пещере.

Все еще было темно.

Его черное пламя отбрасывало тусклые блики на камни.

Он все еще был один.

Но каким-то образом он только что побывал в одном из видений Тессы. И он, блядь, понятия не имел, что с этим делать.

ГЛАВА 5. Аксель

Он умирал.

Это была единственная мысль, которая билась в его голове, пока он сидел в темной комнате, один и в цепях.

Ну, еще он чертовски хотел пить. Что-нибудь теплое, с привкусом меди. Что-то, полное мощи и жара. Боги, он практически чувствовал этот вкус. Почти пробовал ее на вкус. Она должна была отдавать дымом и огнем, а магия была бы всепоглощающей.

Откуда бы он выпил? Из запястья? Из бедра? Из горла?

А может, отовсюду сразу?

Он слышал, что пить напрямую из самого тела куда более опьяняюще, чем из бокала. Интересно, правда ли это…

— Блядь! — прохрипел Аксель, дернувшись у жесткой стены, на которую опирался.

Острый камень впивался в позвоночник, и каждое движение разрывало раны, которым не давали зажить. Рана на бедре горела огнем. Не было сомнений, что началось заражение, потому что Джулиус (Прим.: Наследник Ресельды, один из советников у Вальтера) не давал ей затянуться. Он чувствовал, как кровь уже струится по спине, но боль и эти ощущения возвращали его в реальность и не давали утонуть в мыслях о крови, особенно о ее крови.

Он не знал точно, где находится. Единственный свет он видел лишь тогда, когда открывалась дверь. В остальное время его держали в кромешной тьме. В комнате было так темно, что он не видел собственной руки перед лицом.

Впрочем, он все равно не смог бы поднести руку к лицу из-за кандалов на запястьях.

И сломанная рука.

Это тоже было проблемой.

Но самой большой бедой была эта гребаная тишина. Ни музыки, чтобы отвлечься, ни дел, чтобы занять руки. Его просто оставили здесь сидеть и думать о том, как сильно он хочет пить, каким опустошенным себя чувствует и как сильно хочет сдохнуть, лишь бы не ощущать всего этого.

Потерю контроля.

Безумие.

Бессилие.

Он проскреб пальцами здоровой руки по каменному полу. Ногти были обломаны и сорваны от постоянного повторения этого жеста. Но боль была единственным, что отвлекало его от всепоглощающей жажды.

Его тени слабо трепетали в душе, но больше ничего не происходило. Они были так же мертвы, как и он сам. Его колодцы силы не могли даже начать восстанавливаться естественным путем с этими браслетами на запястьях.

Он откинул голову на стену, и перед глазами всплыл образ смуглой фейри с черными кудрями и янтарными глазами.

И он гадал, какова на вкус ее кровь.

Он знал ее имя.

Оно было там, на задворках сознания, но это было вторично по сравнению с жаждой. Он знал ее имя, но все, что его волновало — она была фейри.

Могущественной фейри.

Столько силы, которую можно просто взять.

Почему никто ее не берет?

Она просто разгуливает на свободе. Доступная любому.

Нет, не любому.

Его.

Она была его.

Чтобы он ею владел. Чтобы он ее взял.

Чтобы он заставил ее истекать кровью…

— Блядь! — снова закричал Аксель, понимая, что это неправильно.

Это не может быть правильным. Он знал, что она что-то значит для него, но ему не нужно было все. Просто немного ее крови, и ему станет легче. Этого хватило бы, чтобы притупить жажду.

Что-то в душе содрогнулось от этой мысли, и это было единственное, за что он мог уцепиться: напоминание о том, что это неправильно. Он не должен был хотеть этого, но он должен был хотеть ее. Все это сбивало с толку, он ничего не понимал и не мог соображать в этой проклятой тишине.

Но тишина позволила ему услышать шаги некоторое время спустя, что, в свою очередь, дало возможность подготовиться к яркому свету, когда дверь распахнулась. Свет все равно больно ударил по глазам, заставив его зажмуриться еще сильнее. Он предположил, что это тот же охранник, который всегда приходил сюда, кормил его с ложечки и давал пить теплую воду через соломинку. Предусмотрительно, ведь охранник был Дитя Ночи. По крайней мере, отец не солгал, что отвезет его в Подземелье. Конечно, кое-кто из Детей Ночи служил и за его пределами, но они обычно оставались в королевствах, которые платили им монетой и снабжали кровью.

Может, они с самого начала были правы. Лучше получать плату лишним рационом, чем золотом…

— Как думаешь, кто-нибудь уже заметил твое исчезновение?

Этот голос не принадлежал Дитя Ночи.

Аксель приоткрыл глаза, щурясь сквозь узкие щели на стоящего перед ним Наследия. Его каштановые волосы были коротко стрижены, а зеленые глаза искрились каким-то садистским удовольствием. Он даже здесь был в костюме-тройке, словно сам факт ношения этой одежды делал его лучше всех остальных.

— Что тебе нужно? — спросил Аксель, снова откидывая голову.

— То же самое, чего мы хотели с самого начала, — ответил Мансель, подходя ближе.

Мансель был одним из ближайших советников его отца. Дальний кузен его матери, он был Наследием Нита, потомком бога творчества. Это была его идея — приковать запястья Акселя к полу, оставив лишь пару звеньев для движения. То, что они были соединены еще и с лодыжками, было особым видом пытки, как и то, что его оставили в одном нижнем белье. Холод комнаты просочился в самые кости. Он не знал, сколько пробыл здесь. Но достаточно долго, чтобы все его тело онемело от холода.

Поэтому вчера его искупали в ледяной воде. Даже заснув, он еще долго ощущал холод, пробиравший его до костей.

Щелчок пальцев перед лицом заставил его снова сфокусироваться на Наследии.

— Не спи, Наследник Ариуса. У тебя свидание за ужином, — сказал Мансель, похлопав его по щеке.

— Не думаю, что я одет для такого случая, — ответил Аксель, отворачиваясь.

— А это для чего?

Только тогда Аксель заметил, что тот держит в руках одежду.

— Ты шутишь, да? — сказал Аксель. — Как, по-твоему, я должен одеться? Или ты забыл, что сломал мне, блядь, руку?

— Я об этом нисколько не забыл, — ответил Мансель. Затем он швырнул одежду в него, и ткань упала Акселю на колени. — Уверен, с парой штанов ты справишься.

Он достал ключ, отстегнул наручники от лодыжек и выкрутил болты, удерживающие цепи на полу. Затем этот ублюдок отошел и следующие десять минут наблюдал, как Аксель мучается, пытаясь натянуть широкие штаны поверх кандалов на щиколотках. Мансель ухмылялся на каждое шипение Акселя, когда тот задевал сломанную руку или ткань терлась об открытую колотую рану. Кровь мгновенно пропитала тонкий материал, но, видимо, для этого званого ужина подобное было в порядке вещей.

Аксель ковылял за Манселем, не торопясь, пока его вели по незнакомому коридору. Если они действительно были в Подземелье, то в этой его части он никогда не бывал. Он, пожалуй, был одним из самых знающих в отношении Подземелья, но даже он не ведал всех его тайн.

Лестница была самой трудной частью пути, и когда он добрался до верха, у него перехватило дыхание. Пол был неровным, и его босые ноги постоянно страдали от порезов и ссадин. Он понимал, что это лишь очередное наказание от отца, и догадывался, что на этом так называемом ужине от него потребуют еще больше.

Он также знал, что когда откажется, боль и мучения станут невыносимыми, поэтому он просто принимал эти мелкие неудобства, зная, что впереди ждет нечто гораздо худшее.

Приглушенный свет в столовой немного унял пульсирующую боль в висках, и Аксель сдержал проклятие. Эта боль отвлекала его от жажды, а теперь он снова мог думать только о том, как пересохло в горле и как пусты его колодцы силы.

Именно поэтому ему потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы заметить, что за обеденным столом, накрытым на четверых, уже кто-то сидит.

Бри Делакруа — одна из четырех лидеров кланов Детей Ночи, правивших вампирами в Подземелье.

Она была старейшей из четверых. Первоначальной правительницей, в то время как остальные лидеры пришли к власти позже. Бри была здесь с самого начала, одна из первых, кого изгнали, когда создавалось Подземелье. У Акселя всегда были с ней хорошие отношения, так что ее присутствие здесь могло означать одно из двух. Однако то, что она сидела с ближайшими советниками его отца, не внушало ему особого оптимизма.

— Здравствуй, Аксель, дорогой, — поприветствовала Бри своим обычным соблазнительным тоном.

Ее иссиня-черные волосы были наполовину убраны, остальные локоны ниспадали на одно плечо. Медово-карие глаза, искрящиеся тенью веселья, наблюдали за ним, а на накрашенных красным губах застыл легкий намек на сочувствие.

— В этот раз они тебя действительно знатно потрепали, не так ли?

В этот раз?

— Садись, — продолжила Бри, указывая на стул справа от нее.

Он подошел к ближайшему стулу, отодвинул его здоровой рукой и осторожно опустился. Боги, мягкое сиденье казалось божественным после сидения на каменном полу черт знает сколько времени. Бри не прокомментировала его выбор места. Она лишь пододвинула ему стакан воды.

— Это не то, чего ты на самом деле хочешь, но это лучше, чем ничего, — сказала она с понимающей ухмылкой.

Мансель сел напротив Бри, вальяжно откинувшись на спинку стула, пока другой вампир принес и поставил перед ним тарелку с едой.

— Я явно что-то упустил, — сказал Аксель, не в силах держать язык за зубами. — Что за херня здесь происходит? Где я?

Бри оперлась локтем о стол, постукивая ухоженным ногтем по подбородку.

— Можно было подумать, что ты-то уж точно узнаешь Подземелье.

— Это очевидно, — огрызнулся он. — Где именно в Подземелье отец меня спрятал?

При этих словах ее улыбка стала мрачной.

— О, тебя перевезли после того, как твой отец был… задержан.

Аксель дернулся вперед, а затем выплюнул проклятие, когда боль пронзила руку.

— Что значит «задержан»? Что случилось?

— Похоже, у маленького Источника Теона свои собственные планы, — драматично вздохнула Бри, потянувшись к вазе с фруктами. Взяв клубнику, она добавила: — Твой папаша где-то заперт, а твой брат теперь исполняющий обязанности Лорда Ариуса.

Аксель моргнул, пытаясь осознать услышанное, но единственное, что он смог выдавить:

— Как долго я здесь нахожусь?

— Со мной? — спросила Бри, слизывая клубничный сок с губ. — Почти две недели.

— Как долго с тех пор, как меня привезли в Подземелье? — потребовал он ответа.

— На пару дней дольше.

— Вы держали меня здесь столько дней в темноте?

Бри пожала плечами, продолжая копаться в вазе.

— Мне нужно было время.

— Для чего? — спросил Аксель, ошарашенный таким поворотом событий.

На ее губах заиграла хитрая улыбка:

— Чтобы жажда стала невыносимой.

Как только она это сказала, в комнату вошел кто-то еще, и Аксель мгновенно выпрямился. Травмы и раны отошли на второй план, когда через комнату прошел фейри, которого он никогда не видел, а рядом с ним был представитель Наследия, которого Аксель знал.

Светлые волосы до плеч. Голубые глаза. Высокий и худощавый. Джулиус шел, засунув руки в карманы брюк. Инстинктивно Аксель вздрогнул. У него уже выработался рефлекс ожидать боли всякий раз, когда этот тип был рядом. Уголки губ Джулиуса приподнялись в короткой жестокой ухмылке, но он прошел мимо Акселя. Обойдя стул Бри, он провел пальцами по ее обнаженным плечам, в то время как незнакомый фейри остановился рядом с ней и вытянул руку. С порочной улыбкой Бри вонзила клыки в руку фейри.

Запах крови мгновенно затопил чувства Акселя. Он стал всем его миром. Все, о чем он мог думать. Все, что он мог обонять. Он чувствовал ее вкус, и только резкая боль в руке вырвала его из этого кровавого транса.

Только тогда он осознал, что стоит на коленях, по лбу катится пот, а все тело дрожит от жажды, нужды и боли. Эти три чувства так переплелись, что он не мог их разделить. На данном этапе это было одно и то же. Но Мансель тут же появился рядом с ним, его рука на плече удерживала Акселя на месте. Джулиус наблюдал за ним с садистским восторгом, поигрывая прядью волос Бри, пока та продолжала жадно пить из фейри.

— Вы оба предатели, — прохрипел он, в упор глядя на Джулиуса.

Его голос был вкрадчивым и притворным: — Мы просто реалисты.

— И как давно ты греешь ее постель, при этом отсасывая моему отцу, Джулиус? — прошипел Аксель, прежде чем очередная волна боли пронзила его тело.

— Ну-ну, — укоризненно сказала Бри, отстраняясь от фейри. — Нам это ни к чему.

Она встала, и ее каблуки застучали по полу, когда она подошла к Акселю. Большим пальцем она стерла остатки крови в уголке рта. Наклонившись, она провела этим пальцем по его губам и прошептала на ухо:

— Всего лишь глоток, Аксель, дорогой.

Он мотнул было головой, но это было бесполезно. В таком состоянии он бы слизывал кровь прямо с пола. Противостоять ей на губах было невозможно. Его язык высунулся, и он застонал от вкуса.

— Хороший мальчик! — пропела она, похлопав его по щеке, пока он снова облизывал губы, ища каждую каплю, которую мог пропустить.

Это было все, что он себе представлял, и даже больше. Только вкус был землистым, а не огненным, которого он так жаждал. Его тени зашевелились, когда взгляд впился в фейри, все еще стоявшего у свободного стула Бри. Этот определенно сгодится, пока он не найдет то, что ему действительно нужно. Он вернет ему достаточно сил, чтобы исцелиться и найти ее.

— Да, ты мог бы получить больше, — согласилась Бри, словно он произнес мысли вслух.

Может, так оно и было. Он не знал. Все, что он понимал: в паре футов от него стоит фейри, у которого есть все необходимое, чтобы исправить ситуацию.

— Но сначала нам нужно кое-что обсудить, — продолжила Бри, небрежно махнув рукой.

Фейри сделал шаг к выходу, и рычание, вырвавшееся из груди Акселя, заставило того замереть. Боль снова пронзила его, когда Джулиус применил магию, удерживая его на коленях перед Бри. Единственным звуком в комнате стало его прерывистое дыхание, когда фейри вышел, оставив его снова опустошенным и на грани безумия от этой жажды.

— Что вам от меня нужно? — спросил Аксель.

Ей не могла быть нужна та фейри огня. Его отец хотел ее, но Бри она была ни к чему, кроме как в качестве кормушки. Но та фейри была его.

— Иди поешь, Аксель, дорогой, — ответила она, схватив его за здоровую руку и помогая подняться, а затем усадив на стул. Когда он снова сел, перед ним поставили тарелку с едой.

Стейк. Картофель. Хлеб. Запеченные овощи. Стакан с алкоголем.

Он ничего из этого не хотел.

Тряхнув головой, чтобы прояснить мысли, он заставил себя сосредоточиться на Бри, но ее красное платье было цвета самой крови, что заставляло его думать только о той фейри, которая должна была принадлежать ему. Янтарные глаза. Пышные формы. Мощь. Пульс, который он чувствовал под своим пальцем.

Блядь, блядь, блядь.

Тихий стук вернул его внимание к приборам: рядом со стаканом спиртного поставили кубок. Прозрачный кубок с красной жидкостью.

Он не терял времени, осушив кубок в два глотка. Этого было мало. Даже близко недостаточно. Но в то же время этого хватило, чтобы собрать мысли в кучу и сосредоточиться на происходящем. Не то чтобы он понимал, что вообще творится.

С прерывистым вздохом он взял вилку. Кандалы на запястье громко звякнули, коснувшись столешницы, но он зачерпнул порцию картофельного пюре, игнорируя то, что на вкус оно было как пепел. Ему была нужна эта энергия так же сильно, как и кровь.

Нет, кровь ему была не нужна.

Ему просто нужно было снять эти кандалы. Тогда он смог бы восстановить колодцы силы естественным путем. Лишняя кровь только подтолкнет его к краю, за который он не хотел переступать, потому что…

Он на самом деле не мог вспомнить, почему он не хотел переступать этот край; он просто знал, что это что-то, чего он не должен хотеть.

Прочистив горло, он отправил в рот еще кусочек еды и посмотрел на Бри. Дитя Ночи наблюдала за ним с искорками веселья в глазах. Она ела еще одну клубнику, явно ожидая, пока он первым начнет разговор.

— Я хочу поговорить с тобой наедине, — сказал Аксель, тыкая вилкой в нежную морковь.

— Оставьте нас, — бросила Бри, не сводя с него глаз.

Он тоже не разрывал зрительного контакта, пока в воздухе витал звук отодвигаемых стульев и удаляющихся шагов. Только когда двери в комнату закрылись, он произнес:

— Я немного обижен, Бри. Я думал, мы в хороших отношениях.

Ее веселье возросло, когда она откусила кусочек фрукта.

— Последние годы ты хорошо справлялся, Аксель. Это я тебе признаю.

— Так что это было? Ты помогала мне. Я помогал тебе. Эта услуга за услугу была ни к чему? Только для того, чтобы ты нас предала?

— Нас или тебя? — парировала Бри.

— Что?

— У меня чувство, что ты воспринимаешь это слишком лично.

— Так и есть, — ответил он, откладывая вилку и потянувшись за хлебом. — Я усердно работал над тем, чтобы о тебе и обо всех кланах заботились.

— Это то, чем занимался Теон, когда вырывал сердце Генри? — спросила она будничным тоном.

— Генри был проблемой. Ты не можешь этого отрицать. Теон просто решил ее.

— Это было не его дело, — голос Бри стал ледяным.

— Разве не наше дело — заботиться о Подземелье? Помогать вам? Разве не это я тебе обещал?

Она цокнула языком, откидываясь на спинку стула и скрещивая стройные ноги.

— Ты во многом похож на своего брата. Всегда знаешь нужные слова. Одно время я даже беспокоилась, знаешь ли.

— Беспокоилась о чем? — спросил Аксель, отложив хлеб и тоже откинувшись на стуле.

— Теон слишком… подозрителен ко всем. Он никому не доверяет. А ты… Ты младший запасной Наследник, который пытается найти свое место в этом мире, — сказала Бри, беря свой собственный кубок, который Аксель раньше не заметил.

— Чего ты хочешь? — огрызнулся Аксель, раздраженный разговором, который, казалось, шел по кругу.

— Как чего? Подземелья, разумеется.

— Пошла ты, — не поверил Аксель. — Ты реально хочешь Подземелье?

— Для начала, — ответила она, отпивая из кубка.

— О, предвкушаю этот разговор, — пробормотал он, хватая свой стакан со спиртным.

Мало того, что он застрял здесь, раненый и на грани гибели, так теперь ему приходится иметь дело с кем-то, кто явно затевает переворот.

Что ему, блядь, со всем этим делать?

У него не было никакой возможности связаться с Теоном или Лукой. Все, что он мог — это собирать информацию и надеяться, что у него будет время что-то предпринять.

— Королевство Ариуса пребывает теперь в иллюзии, что Подземелье принадлежит вам, — продолжала Бри.

— Оно находится в горах Озул, которые лежат в нашем королевстве, — ответил Аксель. — У нас связи со всеми, кто здесь живет. Мы заботимся о них. Они наши союзники.

Бри лишь улыбнулась.

— Союзники ли?

— Да, — отрезал он. — Я потратил последние несколько лет на то, чтобы это было так.

— У тебя было пара лет, Аксель Сент-Оркас, — отозвалась Бри. — Это мгновение по сравнению с моими столетиями. Ты забываешь, что я не забирала власть силой? Я была одной из первых, кого изгнали сюда. Я живу во тьме дольше, чем живет даже твой отец. Подземелье — это мое королевство, контроль над которым я лишь позволяла вам имитировать.

— Допустим, — сказал Аксель. — И ради чего?

— Ради того, чтобы я правила Деврамом так, как это должно было быть всегда.

Аксель не смог сдержать смешок неверия.

— Правит Наследие. Так решили боги.

— Боги сослали сюда своих отпрысков и оставили их наедине с ложью, — прошипела Бри.

Аксель замер, поднеся стакан к губам.

— Где ты родилась, Бри?

— Не здесь, — слащаво произнесла она. — Меня прислали уже после создания мира. Боги, может, и не могут вмешиваться напрямую, но ты и сам знаешь, что это не мешает им посылать других делать это за них.

— И что же тебя прислали сделать? — небрежно спросил он, отпивая спиртное.

— Ты действительно становишься очень сообразительным, — сказала она с придыханием и смешком. — Но ты забываешь, что я играю в эти игры дольше, чем этот мир дышит. Я не раскрою тебе все свои секреты прямо сейчас, но предложу кое-что другое.

Он удивленно вскинул брови, и она снова тихо рассмеялась.

— Не кровь, Аксель, дорогой. Хотя, если примешь мое предложение, сможешь получать ее столько, сколько пожелаешь.

— Заинтриговала, Бри, — ответил он, потягивая спиртное и желая любому богу, Судьбе или кому угодно, чтобы в стакане была кровь.

— В королевствах этого мира разлад, а Источник Теона создает трещины, которые станут непоправимыми.

— Какое это имеет отношение ко мне? Как ты сама красноречиво напомнила, я всего лишь запасной наследник.

— Разлад ослабляет королевства, — продолжала Бри. — Они так сосредоточены на сохранении своей личной власти и так напуганы Тессалин и тем, кто она такая, что становятся уязвимыми. Они забыли о нашем существовании.

— Ты хочешь бросить вызов всем правителям Деврама? — не поверил своим ушам Аксель. — Ты безумна. Тебе не победить!

— Пока нас бросили гнить во тьме, они забыли, кто мы такие. Оборотни и ведьмы. Фейри, к которым те, кто правит, относятся как к отбросам. Дети Ночи, изгнанные только за факт своего существования, если только им не требуются наши таланты для своих целей, — ее голос становился все холоднее с каждым словом. — А есть еще Наследия. Те, кто задавал вопросы. Те, кто не согласен с тем, как идут дела. Те, кто пытался сопротивляться. Королевства забывают, что здесь зреет ярость, пока они трясутся над гневом, разгуливающим среди них.

— Вам не победить! — повторил Аксель.

— Мы можем. И мы победим, — парировала Бри, снова поднимаясь на ноги.

— И все же, при чем тут я? — спросил Аксель, когда она остановилась у его стула.

Накрашенный красным ноготь легко скользнул по густой щетине, отросшей на его челюсти.

— Ты прав, Аксель, дорогой. Ты был добр ко мне, и я хочу отплатить тем же.

— Каким образом?

— Местом по правую руку от меня, — ответила она.

Звук, вырвавшийся из него, был чем-то средним между хрипом и смехом.

— Ты ведь это не серьезно.

— Подумай об этом, — сказала она, присаживаясь краем бедра на стол. — Мне верны в Подземелье, и ты прав — ты сам налаживал здесь связи. Тебя здесь уважают больше, чем твоего отца или брата. Кроме того, ты потомок Ариуса. У тебя есть связи за пределами Подземелья, которых нет у меня. Мы можем возглавить Подземелье. Королевства уничтожат себя изнутри, и тогда появимся мы.

Аксель покачал головой, слишком ошеломленный, чтобы найти слова.

— А если я откажусь?

На ее лице промелькнула легкая тень огорчения, и она протянула руку, чтобы взъерошить его волосы.

— Аксель, дорогой, ты даже не представляешь, насколько… изнуряющей может быть жажда крови.

— По-моему, я имею об этом довольно четкое представление, — сухо заметил он.

— Еще нет, но скоро получишь, — ответила она, отталкиваясь от стола. — Я дам тебе время подумать, но знай: если ты откажешься, эти последние две недели покажутся тебе сказкой по сравнению с тем, что ждет тебя впереди.

ГЛАВА 7. Тесса

ГЛАВА 8. Лука

Он вышел из вестибюля тренировочного здания, толкнув двери наружу сильнее, чем намеревался. Они с грохотом распахнулись и тут же отскочили назад, когда он прошел сквозь них.

Лишь для того, чтобы столкнуться лицом к лицу со стражей в бело-золотой форме с эмблемой королевства Ахаза на груди.

Полный пиздец!

Уговор был в том, что он останется с Тессой, а в итоге он оказался один в чужом королевстве.

— Она выйдет через минуту, — сказал Лука, примирительно поднимая руки.

— Лорд Ахаза вернулся и ждет вас, — произнес один из стражей. — Мы здесь, чтобы сопроводить вас к нему.

Заебись!

Он шел сюда, думая, что стоит ему рассказать Тессе об Акселе, как она встревожится не меньше остальных и тут же предложит помощь. Вместо этого она лишь смотрела на него. Ни тени беспокойства или заботы не промелькнуло на ее ледяном лице. Лишь холодное безразличие. И самое херовое, что он не мог понять, было ли оно настоящим. Она позаботилась о том, чтобы запереть свои эмоции глубоко на замок, и по связи он не чувствовал ровным счетом ничего. Но все они умели притворяться равнодушными. Он и Теон были в этом профессионалами, а она была куда хитрее, чем все считали. Она внимательно наблюдала за ними последние месяцы, делая именно то, что велел ей Теон.

Смотри. Слушай. Узнавай все, что сможешь.

— Пройдемте с нами, — сказал второй страж, освобождая ему место между ними.

Он не мог их винить. Он был связан с наследником Ариусов. У них были все основания для подозрений.

— Мне позвать Тессу? — спросил Лука.

— В этом нет необходимости, — ответил первый страж. — Лорд просил, чтобы вы были один.

Он кивнул, вставая между ними, и зашагал в ногу со стражами к раскинувшемуся дворцу Ахаза. Он мог признать, что вызов к чужому Лорду без объяснения причин заставлял нервничать. Почему он не захотел видеть Тессу, если он был с ней так откровенен, как она утверждала?

Лука не был глуп. Он понимал, что Лорд скрывает от нее вещи точно так же, как это делал Теон. Вот только лорд Джоув каким-то образом убедил ее в обратном. В том, что ему можно доверять, и что именно здесь ей самое место.

А что, если он там не один? Будет ли там Дагиан? Кто-то из правящих Леди?

А что, если там сам Вальтер?

Его было трудно вывести из равновесия, но Лука не мог отрицать, что сердце забилось слишком быстро, когда его вели вверх по лестнице и в конец длинного коридора. У дверей кабинета стоял еще один страж. Он кивнул остальным двум, прежде чем дважды постучать и распахнуть дверь. Никакого ожидания разрешения войти. Вальтер за такое заставил бы Эвиану придушить кого-нибудь до полусмерти.

Лука вошел, шире толкнув дверь. Он сразу почувствовал облегчение, обнаружив лишь лорда Джоува, сидящего за массивным столом из вишневого дуба; его Источник находился поблизости. Перед столом стояли два кремовых кресла. В остальном пространство было минималистичным, что его удивило. Мрачный кабинет Вальтера был до краев набит всем, что выставляло напоказ богатство и статус. Кабинет Рордана же казался почти теплым и уютным: нежно-белые стены, кремовые ковры и большой стеклянный камин с пылающим огнем. Вокруг камина стояла простая кремовая мебель, в стороне — изящная тележка с алкоголем. Стены в золоченых рамах украшали картины с видами различных мест королевства Ахаза. За столом высился книжный шкаф от пола до потолка, полный книг без лишних безделушек и хлама, а из окон на противоположной стене лился солнечный свет.

Он поклонился Лорду и выпрямился, услышав щелчок закрывшейся двери. Рордан откинулся в кресле, изучая его ярко-голубыми глазами с золотистой каймой.

— А я-то предполагал, что это Теон явится в мой дом, требуя ее вернуть. Интересный поворот событий!

Напряжение покинуло плечи Луки; он перенял непринужденный тон Лорда, прошел к одному из кресел и сел напротив него. Он давно научился иметь дело с разными личностями этого мира. Именно поэтому он всегда выглядел уверенным, не позволяя другим думать, будто они выше него. Это заставляло их нервничать, когда он казался отстраненным и беззаботным, даже если на душе было совсем иначе. Каждый взгляд, каждый жест, каждое слово были частью стратегии — шансом получить информацию или выдать слишком много.

— Теон занят другими делами, — ответил Лука.

Рордан изогнул бровь, приставив палец к виску.

— Делами более важными, чем женщина, за которую он так отчаянно сражался последние месяцы? Сомневаюсь.

— Теперь он Лорд, не так ли? — парировал Лука. — Это накладывает определенные требования на его время, и хотя он предпочел бы лично сидеть напротив вас, вы наверняка знаете, что для Лорда это не всегда возможно.

— Его еще официально не провозгласили Лордом, — ответил Рордан. — Но полагаю, учитывая, что его отец… не у дел, на его плечи действительно легло больше бремени.

— Именно так.

— И раз уж ты здесь, предполагаю, ты желаешь поговорить с Вальтером? — продолжил он.

Оценив прямоту собеседника, Лука сказал:

— Я не хочу видеть Вальтера. Он не станет со мной разговаривать и не скажет ничего ценного.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Остаться здесь на какое-то время, — ответил Лука.

Рордан усмехнулся.

— Ты, должно быть, шутишь?

Когда Лука лишь ответил ему серьезным взглядом, Рордан добавил:

— Я бы спросил, почему ты считаешь, что я соглашусь на подобное, но я не могу тебе доверять. Посему, полагаю, наш разговор окончен.

— Хорошо. Уверен, разговор со всеми Леди о Вальтере в любом случае сложился бы более в мою пользу, — ответил Лука, пожав плечами, но даже не шелохнулся, чтобы уйти.

Он не проделал весь этот путь лишь для того, чтобы его выставили за дверь.

Да и куда ему идти? Обратно в свою пещеру?

Возможно, он и хотел этого, но у него было задание, а он никогда не проваливал поручений. И не собирался начинать сейчас. Ему нужна была помощь Тессы с Акселем. Не говоря уже о том, что теперь, когда он увидел ее, поговорил с ней, коснулся ее. От этого дракон под его кожей был взбудоражен и требовал большего. Он ведь чуть не поцеловал ее в той тренировочной комнате.

Блядь.

Рордан пристально изучал его, и Лука не повел ни единым мускулом. Никаких неудобных ерзаний или попыток отвести взгляд.

Наконец Лорд произнес:

— Ты донес свою мысль, но остается вопрос моего доверия к твоим словам.

— Взаимно, — отозвался Лука.

— Тогда ты согласен на соглашение о правде в форме сделки?

— На ближайший час.

— Это кажется приемлемым. В течение следующего часа никто из нас не может лгать другому. По рукам?

— Это сделка, — ответил Лука, снова ощущая безошибочное жжение метки сделки на коже. На этот раз на плече.

— Теперь, когда с этим покончено, — сказал Рордан, подаваясь вперед и кладя ладони на стол. — Позволь прояснить одну вещь: если ты снова попытаешься меня шантажировать, этот разговор прекратится, и ты окажешься в камере. Это понятно?

Лука кивнул, зная, что Лорд воспримет это как легкое пренебрежение. От правителей всегда ждали словесного ответа.

— Помимо того, что было бы глупо позволять связанному Хранителю Наследника Ариуса оставаться в моем королевстве, очевидно, что Тесса тоже не хочет твоего присутствия здесь, — сказал Рордан.

— Вот как?

— Так мне доложили о вашей сегодняшней встрече.

— Не знаю, что вам доложили, но Тесса ни разу не велела мне уйти, когда я прибыл. Она знает, что я должен быть здесь. Мы договорились, что я буду ее тренировать, — ответил Лука.

— Ты хочешь сказать, что на этот счет была заключена сделка?

Лука не ответил. Это было бы ложью. Тесса просила его тренировать ее, и он согласился, но сделка никогда не заключалась. Поэтому он не мог ответить вслух при действующем соглашении о правде, но снова кивнул.

— И если я позову Тессу сюда, она подтвердит то же самое?

— Пожалуйста, — сказал Лука, откидываясь в кресле и широко расставляя ноги. — Могу я выпить, пока мы ждем?

Рордан повторил его позу, кресло слегка отклонилось назад.

— Покажи мне эту метку Сделки.

Поскольку его рукав все еще был закатан после тренировки с Тессой, Лука показал Лорду метку о сделки, заключенной с ней. Если бы тот действительно позвал Тессу для подтверждения, обман был бы раскрыт.

— И эта метка Сделки — результат договора между тобой и Тессой, касающегося тренировок в той или иной форме? — спросил Рордан.

— Да, — ответил он, благодаря Саргона за то, что сформулировал ответ достаточно расплывчато, чтобы это было правдой.

— Тогда ответь мне на такой вопрос: почему я должен хотеть, чтобы ты ее тренировал?

Лука моргнул, удивленный вопросом.

— Вы же понимаете, что ее нынешняя наставница не способна обучать ее должным образом? Она и близко не стоит к уровню силы Тессы. Как вы ожидаете, что она будет ее тренировать?

— Мне не нужно, чтобы она была сильнее, — ответил Рордан. — Она и так справляется с делами вполне успешно.

— Ах да, справляется… — сухо повторил Лука. — Спустя считанные минуты после того, как я начал тренировку с ней, эмоции взяли верх, и она вызвала гребанный шторм прямо в помещении. Она ни с чем не справляется! Более того, сила полезна только тогда, когда ее можно сдержать.

Холодная ухмылка тронула уголок губ Лорда.

— Сказано как истинным военачальником, но тебе-то что за дело? Зачем тебе ее тренировать, если она больше не предана королевству, которому ты служишь?

— По той же причине, по которой, бьюсь об заклад, правящие Леди захотели бы ее обучить, — ответил Лука. — Она опасна для всего мира, если не возьмет эту силу под контроль.

— И, конечно, это дополнительный слой защиты для твоего Подопечного от тебя, как от его Хранителя, — заметил Рордан.

— Да, я всегда должен работать на то, что обеспечивает его безопасность, но это дело поважнее его одного. А вы не дурак.

— Это уж точно! — согласился он. — И раз уж я не дурак, что я получу от того, что позволю тебе ее тренировать? У меня нет доли в вашей сделке с ней, и, насколько я понимаю, она не пострадает, если ты не выполнишь свою часть обязательств.

— Кроме того, что я буду молчать о Вальтере? — спросил Лука.

— Ты уже раскрыл свои карты, Морс, — парировал Рордан. — Я мог бы запереть тебя в камере в подземелье этого поместья и заниматься своими делами дальше. Мне нужно немного больше стимула в этой сделке.

— Чего вы хотите? — спросил Лука, прищурившись.

— Информацию о твоем происхождении.

Настала очередь Луки издать смешок.

— Я ничего не знаю о своем происхождении.

— Ты единственный в своем роде в этом мире, — возразил Рордан. — Если у меня возникнут вопросы о твоей родословной, я хочу получить на них честные ответы.

— Идет! — сказал Лука, потому что Рордан наверняка знал о его родословной и о боге, от которого он произошел, больше него самого.

— И теперь главное условие: ты не сможешь лишить меня жизни, — продолжил Рордан.

— С чего бы мне хотеть вас убить? Никто из нас никогда этого не желал, — сказал Лука.

Рордан многозначительно улыбнулся.

— Думаю, причина такой просьбы достаточно очевидна.

Лука знал, что за всем кроются мотивы, но базовая «страховка» против него казалась разумной.

— Согласен. Что-нибудь еще? — почти пропел Лука.

Рордан потер подбородок, еще глубже откидываясь в кресле.

— Да. Пока мы не закончили, добавим к этим условиям ониксовое кольцо, которое всегда носит Теон. Просто в доказательство твоей приверженности делу.

При мысли о том, чтобы отдать это кольцо, его дракон протестующе фыркнул, но это было всего лишь одно кольцо. В его пещере были припрятаны десятки таких. Теон поймет, почему это необходимо.

Лука расценил это условие как то, чем оно и являлось со стороны Лорда: демонстрацию превосходства и властный жест.

Все в этом мире было игрой ходов и контрходов. Он мог уступить в такой мелочи сейчас, чтобы получить то, что ему нужно. Малые жертвы сейчас ради победы в будущем. Вот чем это было для него.

— По рукам, — сказал Лука.

— Вот и договорились, — согласился Лорд.

И когда Лука вышел из кабинета, метка Сделки на его плече исчезла, но чуть ниже, на бицепсе, появилась новая. Треугольник с тремя горизонтальными линиями теперь выделялся на его загорелой коже. По одной линии на каждое требование Лорда.

Однако, когда его вели в комнату, где ему предстояло жить в обозримом будущем он понимал, что переговоры с Рорданом были ничем по сравнению со штормом, с которым ему придется столкнуться, когда Тесса узнает о заключенной сделке.

Лука знал, кто стоит за дверью, еще до того, как открыл ее, даже без помощи связи и дракона, возбужденно реагирующего на ее близость. Он не был уверен, предпочтет ли она держаться на расстоянии и игнорировать его в ближайшие дни или же явится сюда. Очевидно, ее импульсивность снова взяла верх.

Без рубашки, в одних свободных черных спортивных штанах, он подошел к двери. Было поздно, далеко за полночь. Он пытался сообразить, когда и как встретится с Теоном, чтобы забрать кольцо для Рордана. Ему нужно было выполнить свою часть сделки как можно быстрее. Он ненавидел быть должным кому-то. Это отнимало слишком много контроля и создавало ненужные уязвимости.

Он едва коснулся дверной ручки, когда в его комнату ворвался маленький ураган ярости. На ней была золотистая ночная сорочка без рукавов и распахнутый белый шелковый халат поверх. Ее волосы были в беспорядке, пряди путались на спине и плечах, а ноги, как всегда, были босыми.

— Что с тобой не так?! — вскрикнула она, уже меряя шагами комнату между изножьем кровати и небольшой зоной отдыха.

Лука тихо закрыл дверь, прошел к письменному столу и прислонился к нему, скрестив руки на груди.

— Я говорю тебе, что не хочу с тобой разговаривать, и ты идешь к Рордану? — продолжала она бушевать, слова с каждым вдохом вылетали все быстрее. — Какое право ты имеешь идти к Лорду и просить разрешения остаться здесь? Как ты можешь здесь оставаться? Ты должен защищать Теона, а не торчать там, где я могу тебя слышать, чувствовать твой запах и видеть тебя все гребаное время!

При этих словах он вскинул бровь. Она запустила руки в волосы, продолжая мерить комнату шагами.

— И ты сказал ему, что у нас была Сделка, будто ты будешь меня тренировать? — продолжала она. — Мы оба знаем, что этот уговор закончился в тот миг, когда я получила свободу от Теона. Нет. В тот миг, когда я взяла свою свободу у Теона. Это сделала я!

Ее слова превратились в бормотание, и он наблюдал, отчасти завороженный, как она скатывается от раздражения и гнева в какое-то подобие безумия. Казалось, она спорит сама с собой, продолжая свою тираду.

— Он думает, что, если останется здесь, я остановлюсь. А я не могу остановиться, — бормотала она. — Не могу, потому что в этом мое предназначение. Я должна восстановить баланс, а я не смогу этого сделать, пока он здесь. Он не должен быть здесь! — браслеты, удерживающие ее силу на запястьях, засветились, змейками поползли вверх по предплечьям. — Но он не часть баланса. Хотя нет, часть. Нет! Нет, не часть. Рордан заставил бы его уйти, если бы я попросила. Заставил бы? Нет, нет. Теперь между ними Сделка.

Ее глаза метнулись к нему, и все его тело напряглось, когда он увидел, что они светятся ярко-фиолетовым. Золотистый свет кольцом опоясывал зрачки, сквозь которые, точно молнии, проскакивали разряды энергии.

Что, блядь, с ней произошло за те две недели, что ее не было с ними?

Он вел игру, разговаривая с Лордом Джоувом, но увиденное лишь подтверждало его слова. Она не контролировала себя, и если она не разберется с этим, ее сила разрушит куда больше, чем просто королевство Ариуса.

Она дернула себя за волосы, пальцы запутались в прядях.

— Ты собираешься хоть что-нибудь сказать?

— Нет!

Она замерла.

— В смысле «нет»?

Он пожал плечами, не спуская глаз с силы, которая поглощала ее целиком.

— Кажется, тебе есть что высказать, а…

— Потому что ты пошел к Рордану, чтобы остаться здесь!

— …и перебивать, когда кто-то говорит — невежливо, — закончил он, чувствуя, как на лице против воли проступает ухмылка. Она наконец остановилась.

— С каких это пор тебя заботит вежливость? — потребовала она ответа.

— Меня не заботит, — ответил он. — Я просто ждал, пока ты выпустишь пар. Ты закончила?

Она на мгновение приоткрыла рот, прежде чем ее глаза снова вспыхнули яростью. Неуверенность и смятение, царившие мгновением ранее, сменились холодным гневом. Она прошипела:

— О чем ты, блядь, думал?

— Я думал о том, что мне нужно оставаться здесь, пока ты не согласишься поговорить с Вальтером и выяснить, где Аксель, — ответил он. — К тому же, у нас Сделка.

— В которую ты заманил меня обманом! В любом случае, я уже сказала тебе: я не могу помочь.

— Я ни в чем тебя не обманывал, а ты сказала мне, что не хочешь помогать.

— Семантика! — фыркнула она.

— Разница есть, — сказал он. — «Не могу» — это вопрос неспособности. «Не хочу» — это выбор, который ты сделала.

— Ты не можешь здесь остаться, Лука! — вскрикнула она, снова запуская пальцы в волосы.

— Похоже, твой Лорд считает иначе.

Свет вспыхнул ярче, когда она рявкнула:

— Он не мой Лорд!

Он одарил ее острой улыбкой.

— Признаю, моя ошибка.

— Вечно ты такой ублюдок, — пробормотала она, снова принимаясь ходить по комнате.

И пока она ходила, ее сила все выше ползла по рукам, искры энергии сопровождали каждый шаг.

— Он увидит слишком много, если будет здесь, — шептала она. — Это отвлекает, но я этого хочу. Нет, я это ненавижу. Мы это ненавидим. Мы не можем иметь то, что хотим. Никаких счастливых концов. Предназначение и Судьбы! Затем я смогу навсегда покинуть тьму. Я справлюсь. Это моя игра и мой шторм. Они мне не нужны. Умная буря. Вот как он меня называет.

— Скорее уж искусительница, — пробормотал Лука.

Она резко обернулась к нему:

— Что ты сейчас сказал?

— Ты меня слышала, — отрезал он. — Ты больше похожа на дикую соблазнительницу, чем на умную бурю.

— С чего бы это?

— Ну, для начала — ты ворвалась в мою комнату вот в этом, — ответил он, выразительно взглянув на ее наряд.

Она посмотрела на себя и крепко скрестила руки на груди.

От чего ее грудь только приподнялась.

— Не помогло, — сухо заметил Лука.

Она цокнула языком и закатила глаза, но ее сила вокруг замерла, словно выжидая, что она предпримет дальше. Ее взгляд снова упал на одежду, и она дернула за пояс шелкового халата.

— Тут все белое, или кремовое, или золотое, — проворчала она.

— Скучаешь по темным тонам?

— Нет! — отрезала она.

Он хмыкнул в ответ, а затем произнес:

— Иди отдохни. Переспи со всеми этими мыслями, и мы поговорим утром, когда ты будешь… спокойнее.

— Я не могу спать, — парировала она. — Нет ни отдыха, ни покоя. С тех пор как…

Ее губы сжались в узкую линию, и она снова принялась мерить комнату шагами; магия тут же возобновила свое движение.

Со вздохом он зашел в гардеробную. Одежды там было вдоволь, но он уж точно не собирался носить выданные вещи белого, светло-серого и кремового цветов. Она была права. Других цветов там просто не было. Завтра он переместится в Рокмур и подберет что-то другое, но у него все еще была одежда, в которой он был сегодня.

Схватив черную рубашку из корзины для белья, он вернулся в спальню и бросил ее Тессе. Та вскрикнула от неожиданности и поймала ее, но только после того, как рубашка прилетела ей в лицо.

— Это его? — потребовала она ответа.

— С чего бы мне таскать с собой рубашку Теона?

— Она пахнет тобой, — пробормотала она себе под нос, держа рубашку подальше от тела и изучая ее.

— Возьми ее с собой и…

Но она уже скинула халат с плеч и потянулась к подолу ночной сорочки. Это не должно было его удивить. Ее никогда не заботила скромность или нагота, но, боги…

У него пересохло во рту при виде ее обнаженной кожи.

Его член уже наполовину встал, когда она натягивала его рубашку.

Его сила толкала его пойти и взять ее, пока она возилась с пуговицами.

Его дракон рычал «мое», когда его запах окутал ее.

Действительно, дикая искусительница.

Снова прислонившись к столу, он выдавил:

— Иди поспи, Тесса.

Ее фиолетовые глаза метнулись к кровати, и чувство удовлетворения, на которое он не имел права, наполнило его грудь.

— Что скажет твой Лорд, если они найдут тебя в моей постели утром? — спросил он, приподняв бровь.

— Я не собираюсь ложиться в твою постель, — огрызнулась она, наклоняясь, чтобы поднять свою сорочку и халат.

От этого движения рубашка на ней задралась, позволяя ему мельком увидеть нижнюю часть ее ягодиц.

Полный. Пиздец.

— Я не останусь здесь с тобой, — добавила она, направляясь к двери.

— Я и не просил, — парировал он, когда она рванула дверь на себя.

Она ничего не ответила, с грохотом захлопнув дверь.

Он не сдвинулся с места у стола, выждав ровно две минуты, прежде чем оттолкнуться от него и подойти к двери. Распахнув ее, он обнаружил, что она стоит там, прижимая ночную сорочку к груди. Он не сказал ни слова. Просто отступил в сторону, когда она вошла обратно, громко топая.

— Это только потому, что мне нужно поспать, — заявила она, бросая вещи на диван.

— Естественно, — ответил он.

— Заткнись! — проворчала она, оборачиваясь и наблюдая, как он откидывает простыни.

— Ну? — произнес он, переводя взгляд с нее на кровать.

Она замялась, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты не можешь спать голым! — выпалила она.

Он вздохнул.

— Не буду, Тесса. Просто ложись в кровать.

— Мне нужна…

Но он уже потянулся за резинкой для волос, которую положил на прикроватную тумбочку ранее вечером.

Пока она собирала волосы в небрежный узел на макушке, он спросил:

— Как ты вообще сюда попала? Разве у твоей двери нет охраны?

— Не было, пока ты не заключил эту сделку с Рорданом, — парировала она, забираясь на огромную кровать и отползая на другую сторону, прежде чем нырнуть под одеяло.

— И они просто позволили тебе пройти мимо? Тебе точно нужна новая охрана.

— Нет. Я создала портал на этот этаж, и если ты забыл — я мастер в поиске путей отхода.

— Уж это я точно не забыл, — отозвался он, ложась в постель рядом с ней. — Полагаю, Рордан научил тебя создавать порталы, раз это под силу только Лордам и Леди?

— В те первые недели, которые я провела в Фавене, — коротко ответила она.

Лука кивнул, заложив руку за голову. Между ними повисло долгое молчание, прежде чем он спросил:

— Тесса, когда ты в последний раз по-настоящему спала?

— Ночью перед слушанием, — прошептала она. Затем, еще тише, добавила: — Мне нельзя этого делать.

Он не ответил, и вскоре она снова начала бормотать себе под нос.

— Мне нельзя этого. Я не должна этого хотеть. Я этого не хочу. Они мне не нужны, верно? Верно. Они нам не нужны. Нам не…

Он почувствовал, как кровать качнулась. Она перевернулась к нему лицом.

— Я должна это сделать, Лука, — мягко сказала она.

Он молчал.

— Это больше, чем я и Теон, — добавила она.

Он по-прежнему не проронил ни слова.

— Мы всегда были предназначены для того, чтобы уничтожить друг друга.

Тишина.

— Я не могу помочь с Акселем, и даже если бы могла — это бессмысленно. Я не… — Она осеклась, прежде чем попросить: — Ты можешь что-нибудь сказать?

— Сказать нечего, Тесса. Ты сделала свой выбор. Не ищи у меня оправданий, — ответил он.

— Я и не ищу, — отрезала она, ее тон мгновенно стал ледяным, и она отвернулась от него.

Он снова вздохнул, глядя в потолок:

— Либо ты хочешь, чтобы кто-то принимал за тебя решения и делал выбор, либо нет, Тесса. Ты хотела контроля. Ты его получила. Это накладывает на тебя ответственность за последствия. Ни на кого другого. Я не буду тем, кто поможет тебе чувствовать себя нормально по поводу этого выбора. К Теону стоит идти, когда тебе нужно, чтобы кто-то другой принимал решения за тебя, чтобы тебе не приходилось чувствовать последствия. Он тот, кто возьмет на себя эту ответственность, лишь бы уберечь тебя от вреда. Он тот, кто защитит тебя от самой себя. Я же буду тем, кто позволит тебе самой решать: ползти, бежать или лететь. И я не подхвачу тебя, пока ты сама об этом не попросишь.

— Баланс, — пробормотала она, снова завозившись. — Во всем должен быть баланс.

Тишина между ними сгущалась. Лука понял момент, когда она провалилась в сон, потому что она прижалась к нему, закинув ногу на его бедро и уткнувшись лицом в бок. Ее дыхание стало глубоким и спокойным, рука легко легла ему на живот.

И он сделал свой выбор, обнимая ее и притягивая ближе.

Он сделал свой выбор, зная, что некому будет его подхватить, когда наступят последствия.

ГЛАВА 9. Аксель

Аксель сложил ладони, позволяя теплой жидкости скапливаться в них. Густая и липкая, она пахла медью. Он практически чувствовал ее вкус, пока она лилась на него дождем.

В какой-то момент его перевели из темной комнаты, где его держали, и затолкнули сюда. Еще один день, еще один час, еще одна комната. Это не имело значения. Тьма есть тьма. Он сполз на пол, нащупав стену, чтобы опереться. Волосы все еще липли ко лбу от пота. Он был во власти этой жажды крови, казалось, уже целую вечность. Все тело ныло, а во рту было суше некуда. Сила кричала в его душе. А может, это кричал он сам. Возможно, поэтому его горло было таким содранным изнутри и саднило.

Его больше не заковывали в цепи. В этом не было нужды. Запертый там, где он ничего не видел, он был бессилен. Не то чтобы он не пытался. Он шатался по той комнате, словно пьяный, водя ладонью по полу и каждой стене. Он даже не мог понять, где дверь. Однако он нашел небольшой слив. Это пригодилось для нужды и для рвоты. Но от запаха это не спасало.

Со временем он перестал замечать зловоние.

Со временем все, о чем он мог думать — это ненасытная потребность, которую никогда не утолить. Пока он не найдет ее.

Он не заметил, что в этом месте воздух свежее, когда его сюда привели, но он заметил, когда начался кровавый дождь.

Он собирался насладиться этим. Каждой каплей. Точно так же, как он будет наслаждаться, когда выберется отсюда и найдет ее. Красное на ее темной коже будет чертовски прекрасным. Он уже видел, как капли скользят по ее шее. Он слизнет их кончиком языка, прежде чем вернуться за добавкой. Он заберет у нее все до последней капли. Она все равно принадлежит ему.

Его, чтобы владеть.

Его, чтобы взять.

Его, чтобы делать с ней все, что заблагорассудится.

Вот для чего она была создана.

Он улыбнулся, думая о ее прелестных темных кудрях и этих ярких янтарных глазах. Как он сможет забирать у нее жизнь и одновременно смотреть, как они тускнеют? Капли продолжали брызгать ему на лицо, на обнаженные руки, на грудь. Время пиршества почти пришло, и он намеревался насладиться каждой его минутой.

Упиться этим благословением, что было даровано ему.

Пока жидкость не начала просачиваться сквозь пальцы, и его не охватила паника. Он не может потерять ни капли! Рванувшись вперед, он поднес сложенные ладони к губам, жадно глотая и…

Нет!

Нет, нет, нет!

— Нет! — закричал Аксель, засовывая пальцы в рот и обсасывая их. Это была не кровь. Это была вода. Теплая вода. — Нет, нет, нет!

Он провел ладонью по лицу, прежде чем лизнуть ее. Вода.

Сделал то же самое с рукой.

Вода.

Все это была водой, но он чувствовал запах крови. Он чувствовал ее вкус в воздухе. Он мог…

Он выругался, когда яркий свет ослепил его. Кто-то включил лампы. Слишком привыкшие к темноте глаза видели все расплывчато; он несколько раз моргнул, вода продолжала цепляться за ресницы и стекать по лицу. Ему потребовалось гораздо больше времени, чем следовало, чтобы понять: он находится в душе, причем в довольно роскошном. Пол и стены были выложены красивой черной плиткой. Душ был просторным, с золотой фурнитурой, двумя лейками «тропический дождь» в центре и скамьей в другом конце, которую он явно пропустил в своем маниакальном слепом поиске. Одна стена была полностью стеклянной, и именно там он увидел ее — она восседала на туалетном столике. Ее длинные ноги были скрещены, глубокий разрез темно-красного платья доходил почти до бедра. На ее лице играло веселье, когда она поднесла к губам хрустальный кубок, делая глоток, который окрасил ее губы еще ярче, чем прежде.

— Жажда может быть такой сукой, не правда ли? — приторно улыбнулась она.

— Не такой сукой, как ты! — прохрипел он.

Она цокнула языком, грациозно соскальзывая со столешницы. Стук ее каблуков был резким, когда она пересекала плиточный пол, прежде чем постучать ногтями по стеклу, заставив его поморщиться.

— Твои чувства настолько обострены, что это причиняет боль, и все напоминает тебе о том, чего ты не можешь иметь, — ответила она чувственным мурлыканьем. — Все остальные потребности отходят на второй план. Потребность есть, пить, мыться, трахаться. — она пожала плечами, делая еще глоток из бокала. — Мне говорили, что для Наследия на грани кровавой жажды обращения все еще хуже. Это правда?

— Я не в курсе, — огрызнулся он. — Мне не с чем сравнивать.

— Справедливо, — задумчиво произнесла она, постукивая ногтем по стеклу. — Приведи себя в порядок и приходи ко мне на ужин. Мы сможем обсудить твою… ситуацию подробнее.

— Нет, — процедил он.

— Аксель, дорогой, у тебя на самом деле нет выбора, — ответила она. — Либо ты отмоешься сам, либо я пришлю Джулиуса помочь тебе.

Аксель моргнул, глядя на свое обнаженное бедро, и обнаружил, что оно полностью зажило.

— Все остальное уходит на задний план, — повторила Бри. — Даже боль, не связанная с жаждой, становится пустяком по сравнению с ней. Было глупо оставлять ее без цели. Можешь отблагодарить меня, присоединившись к ужину.

С этими словами она повернулась и вышла из ванной, и каждый стук ее каблуков заставлял его вздрагивать. Зрение все еще было нечетким, пока он осматривал свою кожу. Все раны, нанесенные по приказу отца, исчезли. На руках были следы от ногтей, но он был почти уверен, что нанес их себе сам. Возможно, выход из темноты поможет ему почувствовать почву под ногами и вернуть хоть какой-то контроль над собой.

Опираясь на стену, он сумел подняться на ноги, спотыкаясь, подошел под струи душа. Вода была горячей по сравнению с брызгами, что долетали до него у стены. Все, что он мог делать — это стоять так минуту, позволяя воде бить по телу, прежде чем сделать усилие и снять белье.

Ему приходилось проговаривать каждое движение про себя.

Дотянись до бутылки шампуня.

Открой ее.

Наклони.

Нажми пальцами на бутылку.

Смотри, как она выливается на руку, как выльется ее кровь.

Нет!

Намыль волосы.

Смой.

Почувствуй воду.

Вода, не кровь.

Это вода.

Вода.

Горячая вода.

Горячая, как огонь.

Ее огонь.

Ее огненная кровь.

Блядь!

К тому времени, как он наконец вывалился из душа и потянулся за полотенцем, он был измотан, а ему еще нужно было почистить зубы и одеться. На туалетном столике он нашел стопку одежды, которую совершенно не заметил, пока Бри говорила с ним. Впрочем, он и сейчас мало на чем мог сосредоточиться.

Почисти зубы.

Вот что ему нужно было делать.

Паста на щетку.

Чисть зубы.

Чисть зубы.

Чистые зубы, чтобы вонзить их в ее горло и окрасить их в красный.

— Да вашу ж мать! — выплюнул он, разбрызгивая пасту и швыряя щетку в зеркало.

Он уперся руками в столик, свесив голову. Он не знал, сколько еще сможет это выносить. Ему просто нужен был глоток. Хоть что-то, чтобы унять жажду. Что-то, чтобы заполнить ноющую пустоту его силы. Что-то, в чем можно утонуть, но не это.

Он вдруг понял, почему именно Тесса теряла себя в бутылке спиртного или в постели с кем-то другим. На данном этапе подошло бы любое отвлечение. Будь то боль, удовольствие или опьянение.

Как ни странно, даже Мансель стал желанным отвлечением, когда вошел в дверь и рявкнул: «Одевайся, твою ж мать».

В черных штанах и черной рубашке, которую он целую минуту пытался застегнуть, прежде чем сдался из-за дрожащих пальцев, он последовал за Манселем по переходам, которыми, возможно, уже ходил раньше. Он не был уверен. Однако его привели не в ту же столовую. Его повели еще на несколько пролетов вверх и через гостиную. Отодвинув занавеску, Мансель жестом велел ему проходить, и он шагнул на балкон.

Естественно, они были под землей. Так что ни неба, ни солнца здесь не было, но воздух здесь был свежее, чем там, где его держали внутри. Небольшой стол на двоих был накрыт легким ужином, но Бри не сидела в ожидании. Она стояла спиной к нему у перил, широко расставив руки и положив ладони на поручень.

Сунув руки в карманы, Аксель направился к ней. Еда не вызывала ни малейшего желания. Это было не то, чего он хотел; она была бы на вкус как пепел. Он замер, когда заметил маленький бокал с чем-то красным. Он был не больше стопки, но он схватил его и осушил прежде, чем успел осознать, что делает.

В металлическом привкусе меди чувствовалась слабая соль. Значит, фейри воды. Все равно не то, чего он жаждал больше всего, и этот крошечный глоток только усилил жажду, а не унял ее. Его тени издали слабый импульс, от которого заболела душа. Ноги едва не подкосились от гложущей боли, пока сила требовала все больше и больше.

Бри так и не повернулась к нему, но шорох заставил его обернуться. Там стоял Джулиус с кубком и ухмылкой на лице. Мужчина ничего не сказал, протягивая ему серебряную чашу. Аксель без колебаний схватил ее и выпил все содержимое в три глотка. Он почувствовал, как капля потекла по подбородку, и смахнул ее большим пальцем, облизав его дочиста. Он нутром чуял, что сегодня больше не получит ни капли, если не согласится на то, что Бри хочет обсудить с ним прямо сейчас.

Отставив кубок, он подошел к ней. Она мельком взглянула на него. Ее медового цвета глаза скользнули по его фигуре, и затем снова уставилась на Подземный город внизу.

Тогда он понял, где находится. Он видел внизу здание, напоминающее Трибунал. Нужно было пройти сквозь него, прежде чем войти в Дом Четырех, встроенный в стену Подземелья.

Дом был высотой с саму пещеру и расходился на четыре отдельных крыла, каждое из которых было отмечено символом одного из четырех кланов. Символом Бри был треугольник внутри круга, и с такой высоты он мог видеть все Подземелье. Он даже мог различить башню, в которой находился их пентхаус в Свободном районе на другой стороне сети Подземелье.

— Красиво, не правда ли? — спросила Бри, перекинув иссиня-черные волосы через плечо.

Аксель никогда не считал Подземелье красивым. Но он мог признать, что в его жителях было что-то стойкое. Они были выжившими в мире, который хотел забыть об их существовании.

Когда он ничего не ответил, она продолжила:

— Надеюсь, душ и последующее подкрепление освежили тебя?

— Давай без формальностей, Бри, — сказал он, осматривая все внизу. — Ты знаешь, что этого было недостаточно.

— Нет, но этого хватит, чтобы ты мог сосредоточиться на этом разговоре в течение примерно следующего часа. Затем, я подозреваю, жажда снова захватит твои мысли, — просто ответила она.

— Звучит чудесно, — пробормотал он.

Бри больше ничего не сказала. Она лишь продолжала смотреть на районы.

Когда прошло не менее тридцати минут, Аксель сказал:

— Если у меня всего час, тебе стоит перейти к делу, пока ты еще можешь.

— Ты — первое Наследие за долгое время, которому действительно не плевать на тех, кто здесь живет, — ответила она. — Ты знал об этом?

— Я…

Но он не нашел, что на это ответить.

— За тысячелетия сюда приходило много тех, кто устанавливал законы, провозглашал себя Лордами и Королями. Они приходят сюда, чтобы напомнить нам, кто правит, и почему это они, а не мы. Они присылают нам своих темных и порочных, преступников и монстров. Они не желают смотреть на них или иметь с ними дело, поэтому отправляют их сюда гнить и пропадать, запертыми и забытыми. Время от времени появляется кто-то, кто видит нас такими, какие мы есть на самом деле, но они никогда не выживают долго. А если и выживают, то вскоре обнаруживают, что стали одними из нас. — Она наконец повернулась к Акселю, проводя пальцами по перилам по мере движения. — Совсем как ты сейчас.

— Я не один из вас, — отрезал он.

— Пока нет.

— И никогда не буду.

Ее красные губы сжались в тонкую линию, прежде чем она произнесла:

— Пожалуй, ты ничем не отличаешься от всех представителей Наследия, что были до тебя.

— Ты говоришь так, будто сама никогда им не была, — парировал он. — Или прошло столько времени, что ты забыла, каково это?

Она издала безрадостный смешок, подходя к нему ближе.

— Твой дерзкий язык всегда меня забавляет, но он выдает твой возраст. По сравнению со мной ты ребенок.

— И все же ты хочешь, чтобы я был на твоей стороне, — возразил он.

Ее улыбка была острой, когда она сказала:

— Потому что за все свои годы я вижу твой потенциал. Я знаю, кем мы могли бы стать и чем мог бы стать этот мир. Ты думаешь, что ты здесь — замученная душа? Думаешь, что Кровавая жажда, это обращение в Дитя Ночи — худшее, что может с тобой случиться? Ты ничего не знаешь о войне и пытках. Ты ничего не знаешь о том, как сражаться за правое дело и проиграть. Ты видишь в этой жизни проклятие, в то время как другие находили в ней благословение.

— Что ты сейчас сказала? — потребовал он, потому что уже слышал эти слова раньше.

Но то зудящее чувство в глубине горла снова дало о себе знать, и он не мог вспомнить, где их слышал или кто их произнес. Только не сейчас, когда воспоминание о том, какой была кровь на вкус меньше часа назад, всплыло на передний план.

Тряхнув головой, чтобы прояснить мысли, он спросил:

— Как давно ты стала вампиром, Бри?

Она подошла еще ближе, касаясь его груди своей, и потянулась вверх. Ее ладонь скользнула по его челюсти, прежде чем большой палец провел по его губам.

— Очень давно! Дольше, чем дышит этот мир.

Но он едва слышал ее ответ — что-то насыщенное и металлическое ударило по его чувствам. Все в нем стало хищным, и он резко обернулся к дверному проему, где стоял Джулиус с фейри.

С истекающей кровью фейри.

На ее предплечье была глубокая рана, которой Джулиус не давал затянуться, и Аксель бросился вперед.

Или попытался.

Рука впилась в его горло, острые ногти вошли в трахею. Он хрипло вдохнул, когда Бри прижала его к коленям.

— Особенность Кровавой жажды в том, что ты настолько зацикливаешься на ней, настолько переполняешься желанием, что забываешь о других потребностях. Ты игнорируешь нужду в еде и воде, но твое тело — нет. Ты слабеешь, и тебе все равно, — сказала она, пока он пытался оторвать ее руку от своего горла.

Но Дети Ночи были так же сильны, как фейри или представители Наследия. А Аксель здесь был лишен сил. Слаб, как она и сказала.

Джулиус подошел ближе вместе с фейри. И, удерживая Акселя одной рукой на месте, Бри вонзила клыки в руку фейри. Аксель забился, из его горла вырывались сдавленные крики отчаяния. Не потому, что она держала его за горло, а потому, что все, что он видел — было красным.

Все, что он чувствовал — это металлический запах жизненной силы.

Все, что он слышал — это шум крови в ушах, напоминающий ему о его нужде с каждым ударом пульса.

Все, что он мог ощутить на вкус — это воспоминание о времени, когда он был целым, здоровым и в безопасности.

Все, что он ощущал — это жжение в горле, в венах, в самой душе от того, что ему в этом отказывали.

Прошла целая вечность, прежде чем она наконец оторвалась от руки фейри, проведя большим пальцем по уголку губ. На подушечке пальца заблестело красное, и она заставила его смотреть, как ее язык слизывает это. Слезы обожгли глаза, когда его последнюю надежду на облегчение увели прочь.

Бри скользнула рукой вверх по его горлу под подбородок, заставляя его запрокинуть голову. Поскольку он был на коленях, а она на каблуках, его голова оказалась на уровне ее живота. Она провела рукой по его волосам.

— Судьбы могут быть так жестоки, не правда ли, дорогой Аксель? — промурлыкала она с притворным сочувствием. — Тебе нужно только сказать слово, и я позову ее обратно.

Но он услышал собственный голос:

— Она не моя.

Бри склонила голову набок и долго изучала его с нечитаемым выражением лица. Затем на ее губах заиграла легкая улыбка. Ее рука переместилась на его челюсть, большой палец погладил скулу.

— Я точно знаю, что тебе нужно, дорогой. Просто назови мне ее имя, и я найду ее для тебя.

— Я не знаю его, — ответил он.

Потому что оно всегда было там, на кончике языка, но ускользало.

Ее большой и указательный пальцы сжали его подбородок, удерживая его взгляд на ее глазах.

— Тогда расскажи мне о ней, — убеждала она.

Он потряс головой, пытаясь прояснить разум, и ее хватка усилилась. Ее ногти впились достаточно глубоко, чтобы он поморщился. Но это также позволило ему сосредоточиться.

— Черные кудри и теплая кожа. Золотистые глаза, — пробормотал он.

— Что еще? — подтолкнула она.

— Она будет на вкус как огонь и желание, — сказал он.

О боги, так оно и будет. Огненная, горячая и его. Его, чтобы владеть.

Его, чтобы взять.

Бри отпустила его подбородок, и он сел на пятки, чувствуя себя так, словно пробежал десять миль. Сердце колотилось, дыхание было слишком частым.

— Я найду ее для тебя, — произнесла Бри успокаивающим голосом.

Он снова посмотрел на нее, и в груди расцвела надежда.

— Правда?

Она кивнула, ее улыбка стала шире.

— А до тех пор? — спросил он, уже с ужасом думая о возвращении в ту кромешную тьму, чтобы медленно угасать.

— Я не отправлю тебя обратно в темноту, дорогой Аксель, — ответила она. — Я дам тебе все, что тебе нужно. Я лишь прошу отплатить услугой за услугу, когда придет время.

ГЛАВА 10. Тесса

Она выскользнула из постели, не проронив ни слова и не оглянувшись. Она знала, что он не спит. Лука всегда просыпался раньше нее и обычно уже делал дела по комнате к тому моменту, как она открывала глаза. Но не этим утром. Он все еще лежал там, позволяя ей прижаться к своему боку, и… боги… она выспалась. Глубокий сон без сновидений и видений. Он остался в постели ради нее, и ей не хотелось задумываться, почему.

Или о том, как ее живот делает непозволительные вещи, стоит ей подумать об этом слишком долго.

Но ей нужно было встать и вернуться в свою комнату до того, как появится Орэлия, как та делала каждое утро.

Сделав успокаивающий вдох, она вызвала портал и шагнула в него. В груди щемило от того, что он даже не попытался ее остановить, но она списала это на связь.

Потому что ей было плевать.

Сбросив ночную одежду на пол, она сняла резинку с волос и провела по ним рукой. Она чувствовала себя более собранной. Менее хаотичной. Более сбалансированной.

Полагала, что полноценный ночной отдых именно так и действует на всех живых.

Она сделала всего пару шагов к ванной, когда голос заставил ее подпрыгнуть, а сердце — подлететь к горлу.

— Так вот чем ты теперь занимаешься?

Она резко обернулась, прижав руку к груди.

— Боги, Декс, — выдохнула она. — Что ты здесь делаешь? Да еще и в темноте?

— Я надеялся доказать Орэлии, что она ошибается. Но в этом вся ты, — ответил он из кресла. Свет не горел, но камин все еще слабо тлел, отбрасывая пляшущие тени на его лицо.

— О чем ты говоришь? — спросила она.

— На тебе его рубашка, Тесса, — сказал он с многозначительным взглядом.

Она посмотрела вниз, внезапно вспомнив, что на ней все еще рубашка Луки. Она доходила ей до середины бедра и была застегнута лишь наполовину. Ровно настолько, чтобы прикрыть грудь.

Запахнувшись плотнее, она поджала губы, отказываясь смотреть на Декса.

— Что ты делаешь, Тесса? — потребовал он, поднимаясь на ноги.

Он обогнул диван и остановился перед ней. Его безупречно белая рубашка была заправлена в темные брюки.

И почему он уже одет?

Солнце еще даже не взошло.

— Что ты делаешь? — повторил он.

— Если тебе так важно знать, я шла в ванную, — ответила она, указывая на дверь в другом конце комнаты.

Декс закатил глаза.

— Что у тебя с ним? Именно поэтому мы не хотели, чтобы ты вообще его видела. А потом ты сказала ему, что он может остаться?

— Я ничего ему не говорила, — огрызнулась она, тыча пальцем ему в грудь. — Рордан сказал, что он может остаться здесь. Не я.

— Если бы ты позволила мне разобраться, когда он появился, ничего этого не случилось бы, — парировал он. — Как тебе удается портить все и вся каждый гребанный раз?

Она издала резкий смешок недоверия и отступила на шаг.

— Ты хочешь сказать: почему тебе всегда приходится за мной все убирать, верно?

— Это не…

— К твоему сведению, здесь нечего убирать! — перебила она. — Я ничего не испортила. Если только есть вещи, о которых ты мне не рассказал? В таком случае: сам виноват, что скрывал их от меня.

— Ты упускаешь суть, Тесса, — прорычал Декс, потирая переносицу.

— Нет, это ты упускаешь суть! — возразила она. — Как я узнаю, что я что-то порчу, если я даже не знаю, что здесь можно испортить?

— Тебе просто нужно доверять нам, — сказал он, в разочаровании вскидывая руки.

— Ты знаешь, что я никому не доверяю слепо.

— Я не «кто-то», — выплюнул он. — Или не был им, пока не появился он.

— Теон здесь ни при чем, как и Лука.

Он издал издевательский смешок.

— На тебе его гребанная рубашка, Тесса.

— Мне нужно было поспать, Декс! Я не могла уснуть с тех пор, как приехала сюда! — закричала она.

— Ты пила чай, который советовал Лорд?

— Я…

Она замолчала, потому что не пила его уже несколько ночей. Конечно, когда она его пила, она спала, но это не был отдых. Напротив, проснувшись, она чувствовала себя еще более разбитой. Сны были ярче, интенсивнее, и после них она чувствовала себя совсем не в своей тарелке.

— Так я и думал, — съязвил Декс. — Мы пытаемся помочь, но ты не позволяешь. Вместо этого ты возвращаешься к ним. Ты забываешь о своей цели…

— Я ничего не забыла! — выплюнула она, упираясь ладонями в его грудь и сильно толкая.

Ее сила вышла наружу, отбросив Декса назад. Вот только она не контролировала ее, в чем и обвинял ее Лука. Ее саму отбросило назад той же силой. Звук ударов тел о мебель эхом разнесся по комнате. Она судорожно вздохнула, когда боль пронзила позвоночник и отдалась в руках. Тессе потребовалось несколько мгновений, прежде чем она смогла подняться на колени.

Она увидела, что Декс уже встал на ноги и идет к ней. Его рубашка была разорвана от всплеска неожиданной силы, а темно-каштановые волосы растрепались.

— Тесси, — вздохнул он. — Ты в порядке?

Он протянул руку, помогая ей встать.

— Я в норме, — пробормотала она, вырывая руку из его хватки и одергивая рубашку Луки.

Он взял ее лицо в ладони, заставляя поднять голову. Она посмотрела в темные глаза, которым когда-то доверяла больше всего на свете.

Когда все изменилось?

Когда она начала подозревать его больше, чем верить в то, что он желает ей только лучшего?

— Последние несколько лет я говорил тебе быть той, кем они хотят видеть тебя сейчас, чтобы ты могла стать той, кем тебе суждено быть позже, — сказал он. — Это «позже» настало, Тесси. Ты знаешь свою цель. Сосредоточься на ней. А об остальном позволь беспокоиться нам.

— Ты всегда знал? — спросила она плоским, монотонным голосом.

— Знал что? — спросил он, заправляя прядь ей за ухо.

— Обо мне.

Он помедлил, его пальцы все еще были в ее волосах.

— Я всегда знал, что ты предназначена для большего, Тесси. Мне просто нужно было, чтобы ты тоже в это поверила.

— Но знал ли ты о моем происхождении? — настаивала она. — О моей силе? О том, кто я такая? Что во мне кровь Ахаза и… что я — вот это?

Его глаза сузились.

— Ты знаешь свою родословную, Тесса?

— А ты?

— Только то, что знает Лорд Джоув, — ответил он. — Верил ли я всегда, что ты нечто большее? Да. Но я не мог знать, насколько, пока твоей силе не позволили проявиться. И я был прав, не так ли?

— Наверное, — пробормотала она.

— Так сосредоточься на своей судьбе, Тесса.

— Ладно, — сказала она, отводя взгляд.

— И стоит судьба не с ними. Я думал, ты это приняла.

— Приняла.

— Тогда начни вести себя соответственно! — сказал он, и его тон снова ужесточился, когда он убрал руки.

Она сердито посмотрела на него.

— Убирайся, Декстер.

— Прими душ и смой с себя его запах, — парировал он, направляясь к двери. — Завтрак скоро будет готов.

Она смотрела ему вслед. Спина его белой рубашки была разодрана еще сильнее, чем на груди. Когда дверь за ним захлопнулась, она пересекла комнату к лежащему на полу грязно-белому перу. Подняв его, она провела пальцем по мягким бородкам.

Один раз. Другой.

Она взяла его с собой в ванную, вертя в руках и изучая. Только когда она была готова зайти в душ, она осторожно отложила его на столешницу и расстегнула пуговицы на рубашке Луки. Она сложила ее и припрятала в глубине шкафа для белья. Закрыв дверцу, она почувствовала его через связь.

Не Луку.

Теона. То же нерешительное прикосновение, которое она чувствовала в ночь, когда издевалась над ним.

По какой-то непонятной причине, а скорее всего, назло всему, за что Декс только что ее отчитал: она ответила.

— Что? — потребовала она.

— Я почувствовал тебя несколько минут назад. Ты в порядке?

Прошло несколько дней с тех пор, как она слышала его голос, и звук его в ее сознании заставил связь немедленно натянуться и заныть так, как она не чувствовала с той ночи. Сон рядом с Лукой успокоил одну часть, но эту другую? Она всегда будет желать Теона, пока не найдет способ разорвать их связь.

— Тесса? Ты ранена? — его голос раздался снова, но все, о чем она могла думать — это обвиняющие слова Декса о том, что он прав. Она теряет сосредоточенность на своем деле.

Восстановить баланс.

Исполнить предназначение.

Навсегда покинуть этот гребанный забытый мир.

— Ответь ему, искусительница! Или я через минуту буду выламывать твою дверь, чтобы лично убедиться, что ты не умираешь, — раздалось по связи грубое рычание Луки.

— Не утруждайся, — парировала она. — Меня здесь уже не будет.

— Значит, ты не ранена? — спросил Теон, и голос его звучал… отстраненно?

Чем он занимался?

Это не имело значения.

Ей должно быть плевать.

— Нет, я не ранена, но даже если бы и была — я больше не твоя забота, — огрызнулась она в ответ.

Тишина затянулась так надолго, что она подумала, не сдался ли он наконец. Но потом…

— Ты забыла, — сказал Теон.

— Забыла что?

— Что я всегда буду сражаться за тебя. Ты навсегда останешься моей.

Она спускалась по прохладным ступеням из белого мрамора, ведя пальцами по стене. Сферы золотистого света освещали ей путь, Роан и Найла трусили рядом. Они были утешительным присутствием в хаосе ее мира.

Тесса приняла душ и оделась. Не в тренировочную одежду, как от нее ожидали, а в легинсы и мягкий серый свитер. На мгновение она подумала снова надеть рубашку Луки, просто чтобы досадить Дексу. Но его запах отвлекал бы ее от того, что она должна была сделать сегодня.

Орэлия так и не появилась в ее комнате. Тесса могла лишь предположить, что Декс велел ей этого не делать. Она заметила, как он замер с куском во рту, когда она вошла в столовую: босая, бесшумная, с распущенными и все еще влажными волосами.

Тесса также заметила, что он сидел за столом, а рядом стояла тарелка, заранее наполненная для нее. Рордана не было, но был Дагиан. Саша, его Источник, сидела рядом, не отрывая глаз от еды. Наследник Ахаза не проронил ни слова за весь завтрак. Все молчали. Напряжение в воздухе было густым, и когда Тесса извинилась, съев всего пару кусочков, никто не попытался ее остановить.

Следующим пунктом в ее новом распорядке дня обычно была тренировка с Одессой, но сегодня она не собиралась идти тренироваться с Лукой. Она могла провести с ним всю ночь в одной постели, но все еще была в ярости из-за того, что он пошел к Рордану не сказав ей. Если он думал, что она просто примет это навязанное соглашение, он глубоко заблуждался.

Подняв руку, она извлекла перо из вихря света, вращая стержень между большим и указательным пальцами. Она миновала несколько стеклянных камер, большинство из которых пустовало, прежде чем остановиться перед камерой Вальтера.

Волосы Лорда стали немного длиннее, и теперь он еще больше напоминал своего младшего сына, чем старшего. Его темно-ореховые глаза яростно смотрели на нее с маленькой койки. Кандалы на запястьях сделали кожу вокруг красной и содранной, и ее губы тронула улыбка при виде этого. У него было чуть больше места для движений по сравнению с пленником в конце коридора. Вальтер мог хотя бы мерить шагами свое небольшое пространство, а ведро для испражнений стояло на другом конце камеры.

— Где Эвиана? — потребовал Вальтер, все еще говоря тоном Лорда, которым он больше не являлся.

— Я уже сказала тебе, что с ней все в порядке, — ответила Тесса, склонив голову и продолжая вращать перо. — Я знаю, что ты можешь с ней общаться.

— Я хочу ее видеть, — ответил он.

Она издала короткий смешок.

— И подпитываться от нее в бесполезной попытке выбраться из этой камеры? Я тебя умоляю, я не настолько идиотка.

— То, что я делаю со своим Источником, тебя не касается! — парировал он.

— Очевидно, касается, раз я могу решать, увидишь ты ее или нет, — сказала Тесса. — Ты знаешь, что это такое?

Взгляд Вальтера метнулся к перу, которым она помахивала перед стеклом, но он ничего не сказал.

— Полагаю, мой вопрос должен звучать так: знаешь ли ты о каких-либо существах с пернатыми крыльями? Существах, которые могут скрывать свои крылья так же, как ты свои?

Он одарил ее мрачным, сухим взглядом.

— Неужели ты настолько глупа?

— Нисколько, — ответила она с приторной улыбкой. — На самом деле, твой сын считает меня довольно умной.

— Тогда с какой стати ты ждешь, что я отвечу на вопрос, если ты не даешь мне увидеть Эвиану? Это вопрос переговоров, Тессалин, — сказал он.

Найла издала низкое рычание на его тон. Нечто среднее между угрожающим и надменным, а Роан прижался к ее ноге.

— Переговоров, — повторила она, отправив перо прочь своей магией и приложив ладонь к стеклу камеры.

Оно мерцало, свет и энергия плясали по панели, но она впитывала их, стягивая все в пространство под ладонью.

— Ты хочешь что-то взамен?

— Да! — прошипел Вальтер. — Я хочу видеть Эвиану.

— Это невозможно, — ответила Тесса с притворным сочувствием, пока сила продолжала скапливаться под ее рукой.

— Что ты делаешь? — спросил Вальтер, его взгляд метнулся к разрастающейся магии.

— Честно говоря, я и сама не уверена, — ответила она, склонив голову и наблюдая за ростом силы.

— Прекрати немедленно! — потребовал он.

— Это и есть часть переговоров?

— Что? Нет. Это…

Она мрачно улыбнулась, когда он замолчал.

— Я ничего не знаю об этом гребанном пере, — сказал Вальтер, не отрывая взгляда от места, где ее рука соприкасалась со стеклом камеры.

— О, ну тогда ладно, — прощебетала она. — Думаю, кто-то другой здесь сможет ответить на эти вопросы. Мне нужно знать об Акселе.

— Аксель? — повторил Вальтер.

— Да, — протянула она. — Знаешь, тот самый твой другой сын?

— Что тебе от него нужно?

— Я не думала, что ты настолько забывчив, учитывая, какую обиду ты таил десятилетиями, — размышляла она.

Она напрягла пальцы на стекле, и магия содрогнулась от этого движения. Глаза Вальтера расширились, а лицо побледнело.

— Так что? — настаивала она.

Его взгляд метнулся к ней, но тут же вернулся к стеклу. Тогда она прижала и вторую ладонь к гладкой поверхности.

— Что ты делаешь? — повторил он.

— Ты и правда рассеян, не так ли? Я уже сказала тебе, что понятия не имею, к чему это приведет, как и говорила раньше, что стану погибелью всего твоего рода. Это включает и Акселя, а мне сказали, что ты где-то его прячешь, — сказала Тесса.

Сила в ее венах вибрировала от дополнительной магии, которую она в них вливала.

— Я не скажу тебе, где он, только чтобы ты могла его убить, — сказал Вальтер с легкой дрожью в голосе.

— Можно подумать, ты любящий и заботливый отец, — саркастично заметила она, чувствуя, как сила искрится в ее глазах. — Он нужен тебе только как рычаг давления.

— Который у меня сейчас и есть! — ответил он, вскинув подбородок. — Ты только что дала мне преимущество.

— Нет, мой свергнутый Лорд, — сказала она тоном холодным, как смерть и тьма, которую она ненавидела. — Преимущество все еще у меня!

Резким толчком силы свет и энергия, которые она копила, преломились сквозь стекло и ударили прямо в его камеру. Лучи магии вырвались наружу, поражая Лорда Ариуса со всех сторон: они рикошетили от стекла и мрамора.

По правде говоря, она не знала, что произойдет, когда приложила руку к этому стеклу. Она не знала, что делает; она никогда не знала.

Импульсивная.

Неконтролируемая.

Дикая.

Этого от нее ждали, и она продолжала этому соответствовать.

Крики агонии Вальтера по ту сторону стекла только подпитывали ее. Сердце колотилось от прилива адреналина: кто-то столь могущественный был в ее власти. Тот, кто требовал запереть ее в клетку. Приручить. Тот, кто предлагал использовать ее для заключения сделок и верил, что ее единственное предназначение: служить у ног Наследия.

Когда зачарованная камера поглотила последние остатки ее силы, она увидела его на полу, сжавшегося в комок. Одежда была в дырах, на штанах и рубашке виднелись темные пятна от порезов на коже.

Снова поднеся руку к стеклу, она постучала пальцами по поверхности.

Один раз.

Второй.

Третий, прежде чем снова плотно прижать ладонь. Энергия немедленно устремилась к ней.

— Не надо! — выдохнул Вальтер, пытаясь приподняться на руках.

Даже отсюда она видела, как дрожат его руки от этого усилия.

Убрав руку, она спросила спокойным, собранным тоном:

— Где Аксель?

— Мои советники забрали его! — тяжело дыша, ответил он. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, словно его вот-вот вырвет.

— Куда забрали?

— В Подземелье.

— Куда именно в Подземелье? — жестко спросила она, проводя пальцем по стеклу.

Но Вальтер покачал головой, сплевывая кровь на пол.

— Я не…

— Не смей говорить, что не знаешь! — отрезала она, и разряд силы ударил в камеру.

Он попал Вальтеру в бок, в то самое место, куда он когда-то ударил Теона кинжалом. Вальтер снова рухнул лицом вниз, ударившись подбородком об пол. Тесса услышала его проклятие, когда он прикусил губу.

— Ты скажешь мне, мой свергнутый Лорд. И знаешь почему? — она не дала ему ответить. — Потому что ты ценишь собственный комфорт и безопасность выше жизни своего сына. Ты скажешь мне, потому что предпочтешь, чтобы я нашла его, прекрасно зная, что это будет концом его жизни. Сам ты уж точно не будешь терпеть боль ради его спасения.

Вальтер снова покачал головой, с трудом поднимаясь на четвереньки.

— О да. Потому что ты все еще думаешь, что найдешь выход. Все еще думаешь, что сможешь победить. Ты сидишь в этой камере дни и ночи напролет, планируя и замышляя. Но вот тебе секрет, Вальтер, — промурлыкала она, подходя к стеклу вплотную, что на нем осталось пятно от ее дыхания. — У меня больше нет души. Я больше ничего не чувствую, и в отличие от тебя, я не боюсь умирать.

Тесса с силой ударила ладонями по стеклу, высвобождая силу. Свет в камере стал таким ослепительным, что она больше не видела Лорда Ариуса, но чувствовала, как ее сила пирует. Она чувствовала, как та проникает в его душу, зарывается глубоко и забирает, забирает, забирает.

Роан и Найла вскочили на лапы: один рычал, другая издавала тихий, жалобный скулеж.

Прошли считаные секунды, прежде чем Вальтер закричал, и что-то в глубине ее сознания подсказало, что убивать его нельзя. Не сейчас. Он им еще нужен.

Она оттянула силу назад, оставив Вальтера задыхаться посреди камеры. Его рубашка превратилась в лохмотья, торс был покрыт глубокими порезами и ожогами.

— Тебе есть что сказать мне? — спросила она, постукивая пальцем по стеклу.

Вальтер вздрагивал от каждого стука, и от каждого его содрогания ее улыбка становилась шире.

— У меня есть место в Свободном районе. Я плачу Альфе и Бете достаточно, чтобы купить их молчание. Тебе придется заплатить им больше за их предательство, — ответил Вальтер. Затем он резко повернулся, его глаза были полны ненависти, когда он добавил с усмешкой: — Удачи!

— Спасибо, — ответила она, ведя пальцами по панели и делая несколько шагов прочь. — Скоро увидимся, Вальтер!

Она оставила его там, не заботясь о том, получит ли он помощь. Кандалы не давали ему исцелиться самому, так что понадобится Целитель. Это была чужая проблема.

— Тесса, ты где? — раздалось рычание Луки в связи.

Должно быть, ее щиты соскользнули, пока она была… занята.

— Тебя это не касается, — ответила она, продолжая путь по коридору. — Разве сейчас не твое обычное время для тренировок?

— Обычное, но благодаря тебе у меня больше нет ученицы. Тесса…

Предупреждающий рокот в его голосе заставил ее едва не споткнуться на ровном месте, а в животе снова начались те самые непозволительные вещи.

— Ты сказал, что меня должен тренировать кто-то, чей уровень силы близок к моему. Пока такой специалист не найден, у меня есть дела поважнее.

— Тесса… когда я тебя найду…

Но она отсекла его, с силой вернув щит на место, и остановилась перед последней камерой слева.

Он сидел там же, где и в прошлый раз, когда она спускалась сюда. Длинные каштановые волосы спускались ниже плеч, все такие же спутанные. Щетина стала чуть длиннее, но ненамного. Он был без рубашки, и она видела Метки, идущие по всей длине его левой руки. Массивное ониксовое кольцо на пальце резко контрастировало с ошейником из чистого белого камня на шее, золотые вкрапления которого мерцали в слабом свете камеры.

И его сапфировые глаза уже были прикованы к ней.

С преувеличенным изяществом она опустилась на пол, сев на то же место, что и в прошлый раз. Мужчина вскинул бровь, его губы дрогнули. Он явно сдерживал ухмылку.

Совсем как кое-кто другой.

Роан устроился рядом, положив голову ей на колени, но Найла мерила шагами пространство перед камерой, принюхиваясь к полу, словно что-то искала.

— Как ты оказался в этой камере? — спросила она, перебирая пальцами шерсть Роана.

Мужчина долго смотрел на нее, прежде чем наконец произнести:

— Я слышал, как ты пытала Лорда Ариуса, а теперь ты пришла ко мне за светской беседой?

— Это проблема? — бросила она вызов.

Мужчина пожал плечами.

— Зависит от твоих мотивов.

— Я собираю валюту, — ответила она, откинувшись на руки.

— И что же ты узнала?

Тесса пожала плечами и подняла руку, извлекая перо из вихря золотистого тумана.

— Ты знаешь, у каких существ могут быть пернатые крылья?

Мужчина вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

— Лорд Ариуса был прав. Ты совсем не умеешь вести переговоры, — сказал он, откинув голову к стене.

— Лорд Ариуса сейчас истекает кровью в агонии от того, что мой свет вырвал кусок его души из вен, — огрызнулась она, подаваясь вперед. — Я прекрасно умею вести переговоры.

Мужчина медленно опустил подбородок, его взгляд снова встретился с ее взглядом.

Тесса откашлялась, проводя кончиком пальца по бородкам пера.

— Я прекрасно понимаю, что такие методы вряд ли подействуют на тебя.

— Потому что ты умная — как она, — ответил он.

Она замерла на этом замечании, но заставила себя сосредоточиться на задаче.

— Я верю, что мы можем прийти к… своего рода соглашению, — продолжила она.

— И с чего бы мне заключать с тобой соглашение? — спросил он, сузив глаза.

— Потому что в отличие от Лорда Ариуса и того разговора, который ты так невежливо подслушал…

— Здесь довольно трудно чего-то не услышать, — перебил он.

— В любом случае, я рискну предположить, что в отличие от Лорда Ариуса, ты — честный отец, — продолжала она, вертя перо в руке.

Она видела это боковым зрением. Видела, как мужчина замер.

— Я воображаю, что в то время, как Вальтер выдал свои секреты, чтобы обречь сына и спасти себя от небольшой боли, ты сделаешь ровно наоборот. — Она подняла на него взгляд. — Я права?

Мужчина ничего не сказал, но жесткий взгляд был достаточным ответом. Если бы она еще хоть что-то чувствовала. Она бы, наверное, съежилась под этим взглядом. Жаль, что она была так же лишена души, как только что сказала Вальтеру. Это было напоминанием и ей самой, и всем остальным.

— Чудесно! Я привлекла твое внимание, — сказала она, поворачиваясь так, чтобы сидеть на коленях. — Но чтобы мы точно понимали друг друга: я сплю рядом с ним. Я уберегла его от того, чтобы он был заперт в одной из этих камер, хотя признаю — это было потому, что я не могла допустить, чтобы он узнал о тебе прямо сейчас. Теперь я — его защита в этом месте.

— И если я дам тебе информацию, ты проследишь, чтобы моему сыну не причинили вреда? — сказал мужчина, сжимая руки в кулаки на бедрах.

— Если ты дашь мне точную и правдивую информацию, — подчеркнула она. — Тогда да, я согласна оберегать твоего сына от вреда в меру своих возможностей. По рукам?

Сапфировые глаза впились в ее глаза. Найла все еще обнюхивала пол у основания его камеры, а Роан поднял голову, глядя на мужчину.

— Это Сделка! — сказал он.

И Тесса почувствовала, как слова отпечатываются на ее коже. Повернув запястье, она увидела метку на внутренней стороне.

— Ты все еще на пути разрушения, — мрачно сказал мужчина, изучая свою новую Метку.

Она одарила его злорадной улыбкой, и ее голос прозвучал с тем самым жутким звоном:

— Если это мое разрушение, то я позабочусь о том, чтобы мир сгорел вместе со мной.

ГЛАВА 11. Тесса

— Ты так на нее похожа, — задумчиво произнес мужчина, по-прежнему внимательно изучая ее своими сапфировыми глазами. — Ты знала, что она грозилась сжечь целое королевство дотла ради тебя?

— Откуда мне об этом знать? — парировала Тесса, подходя вплотную к стеклу. — И кто она?

— Твоя мать.

Тесса замерла так резко, что забыла, как дышать.

Ее мать?

Ее мать грозилась сжечь королевство ради нее?

Тогда, где она была все это время?

— Ты знаешь мою мать? — спросила она.

— Знаю.

Тесса ждала продолжения, но когда он не стал развивать тему, она не выдержала:

— Ну и кто же она?

Мужчина улыбнулся, и эта улыбка была настолько похожа на улыбку его сына, что Тесса почувствовала, как в животе возникло то самое трепетание, которое она так ненавидела.

— Мы заключили сделку, — напомнила Тесса. — Ты обязан мне сказать.

— Сроки не оговаривались, — ответил мужчина. — Было сказано лишь то, что я должен предоставить тебе правдивую и точную информацию.

— Я… Ты…

Крик разочарования вырвался у нее из груди.

— Она так же импульсивна, когда отдается своей ярости, — заметил он со знанием дела.

Тесса ударила ладонью по стеклу, магия заискрилась по панели.

— Ты и твой сын — вы оба знаете, как манипулировать мной, чтобы мы совершали безрассудные поступки.

— Вероятно, это правда, — без тени беспокойства ответил он. — Мы ищем слабости, чтобы извлечь выгоду. Это в нашей природе, и в том, кто мы есть, и в нашей родословной.

— Ты не скажешь мне то, что я хочу знать? — потребовала Тесса, сила шипела под ее пальцами.

— Я этого не говорил, но я скажу тогда, когда сочту нужным.

Словно спохватившись, он добавил:

— А некоторые вещи я открою тебе только тогда, когда ты перестанешь быть на стороне правителя Света.

— Я не вернусь к Теону, — отрезала она.

— Я об этом и не просил.

— Тогда что тебе от меня нужно? — это прозвучало почти как мольба. Еще один человек, которому что-то от нее нужно.

Но его ответ был краток:

— Ничего.

Она и не заметила, как запустила руку в волосы, пока не замерла, накручивая пряди на пальцы.

— Что значит «ничего»? Ты только что сказал, что не хочешь, чтобы я была на стороне правителя Света. Кто это? Рордан?

— Нет.

— Тогда Ахаз?

Он промолчал, и Тесса снова прижала ладони к стеклу.

— Как ты оказался в этой камере?

— Меня задержали ради информации.

— Которую ты отказался выдавать. Рада знать, что я не единственная, от кого ты скрываешь сведения, — протянула она.

— Но я скрываю их по тем же причинам, — ответил он.

— Да-да, — вздохнула она. — Потому что мы верны Ахазу.

— Вовсе нет, — ответил он. — Я дал клятву оберегать тебя даже ценой собственной жизни. — Когда Тесса лишь удивленно моргнула, он добавил: — Не только ради сына я терпел пытки.

Она не знала, что на это ответить. С чего бы кому-то, кто ее даже не знает, так сильно страдать ради нее? Сидеть в заточении годами? Оставить собственного сына?

— Он думает, что ты мертв, — выпалила она.

Тень грусти промелькнула на его лице.

— Я догадывался, что ему рассказали именно эту историю.

— Ариус… Вальтер сказал, что это ты привел меня в этот мир. Это правда?

— Да.

— Почему?

— Чтобы спрятать тебя от Ахаза.

— В мире, куда боги не могли попасть, — пробормотала она, меряя шагами пространство перед камерой и ведя пальцами по стеклу.

Мужчина медленно кивнул.

— Но, как обнаружили многие другие, не обязательно физически присутствовать в королевстве, чтобы сеять хаос.

Она внезапно остановилась.

— Все всегда пытаются меня защитить. Они думают, что знают, что для меня лучше. Но никто никогда не спрашивает меня. Меня просто заталкивают в темноту и запирают…

— Тессалин.

Ее имя прозвучало одновременно как приказ и как мягкое напоминание. Его голос был настолько похож на его голос, что это остановило ее спираль безумия, которая медленно пожирала ее изнутри.

— Она тоже порой теряет себя в Хаосе, — сказал он достаточно громко, чтобы она услышала.

— Ты говоришь так, будто любишь ее, — сказала Тесса, вздрогнув, когда Роан потерся о ее ноги.

Всегда рядом, утешая ее, не давая потерять связь с реальностью.

— Не так, как Темураль. Но она мне дорога, это правда, — ответил он.

— Тогда не считаешь ли ты, что я должна знать твое имя?

— Спроси меня в следующий раз, когда снова спустишься сюда.

Тесса закатила глаза.

— Или ты мог бы просто…

— Тесса, тебя ищут, — раздалось рычание в связи.

— Кто?

— Какая разница? Меня обвиняют в том, что я тебя спрятал, — парировал Лука.

— Это не моя проблема.

Вот только это была ее проблема. Потому что она заключила гребанную сделку с мужчиной в камере, пообещав оберегать его сына.

Чертовски безрассудно.

— Мне пора выполнять свою часть сделки, — сказала она.

Мужчина наблюдал за ней с заинтригованным видом.

При этих словах он вскинул бровь.

— Ты чувствуешь, что он в беде?

— Нет. То есть да, но я… — Тесса поджала губы, сжимая кулаки. — Если ты не отвечаешь на мои вопросы, я не вижу смысла отвечать на твои.

Мужчина склонил голову набок, глядя на нее с непонятным интересом.

— Тогда давай так: ответ за ответ, прежде чем ты уйдешь.

Она издала безрадостный смешок.

— Я больше не буду заключать с тобой сделок.

— Никаких сделок, — сказал он, привалившись к стене. — Обмен. Ответ на ответ.

— Нет!

В изумлении он вскинул брови.

— Нет? Но ведь ты с самого первого разговора со мной не хотела ничего, кроме ответов.

— И ты либо никогда их не давал, либо обманом заставлял меня вступать в сделку.

— Я не обманывал тебя…

— Да-да. Он говорил то же самое! — перебила она, отмахиваясь от него. — Ты даже не выслушаешь мой вопрос?

— Нет.

— Тогда я предлагаю вот что, — сказал он. — Ты задаешь свой вопрос первой и получаешь ответ. Затем я задам свой вопрос, и ты сможешь просто уйти, если не захочешь на него отвечать.

— Просто уйти… — сухо повторила она.

— Не то чтобы я мог тебя остановить.

Тут он был прав.

Она снова подошла ближе к камере, взвешивая варианты.

Имя матери? Где она? Где ее отец? Как они сюда попали? Но вопрос, сорвавшийся с ее губ, был совсем иным.

— Если ты привел меня сюда и должен был защищать, как я оказалась в поместье Селеста — одна и брошенная? — спросила она резким, обвиняющим тоном.

Мужчина явно не ожидал такого вопроса. Он дернулся назад, а затем поморщился, когда это движение вызвало какую-то реакцию внутри камеры.

— Я не бросал тебя, — ответил он.

— Мое время, проведенное в темных местах без еды и запертой, говорит об обратном, — парировала она. — Но это не относится к делу. Ты не ответил на вопрос.

— Я не знал, где ты оказалась, — ответил он, и ей пришлось ему поверить, так как сделка обязывала его говорить правду. — В то время Лорды Ахаза и Ариуса все еще работали вместе. Планировалась атака Авгуров. Меня привезли сюда. Вальтер забрал моего сына, а ты… Что ж, судя по тому, что я узнал, ты потерялась во всей этой неразберихе. Оба Лорда провели следующие двадцать лет в твоих поисках.

— И ты в это веришь?

— Основываясь на информации, которую они пытались выпытать у меня под пытками все эти годы — да. Я в это верю.

— Какой твой вопрос? — холодно спросила она.

— Мой сын здесь, с тобой? Разлучен со своим Подопечным?

Тесса удивленно моргнула.

— Это и есть твой вопрос?

Мужчина лишь кивнул, не сводя с нее глаз.

— Да, — ответила она. — Он сказал, что Теон послал его ко мне, но я не знаю, верить ли ему.

— В любом случае, есть только один повод, который позволил бы ему поставить кого-то другого выше своего Подопечного.

— И какой же?

Мужчина откинул голову назад и закрыл глаза. Она могла поклясться, что на его губах заиграла легкая улыбка, когда он пробормотал скорее себе, чем ей:

— Она это возненавидит.

— Что именно «это»? — рявкнула Тесса.

— Я думал, тебе пора идти?

Она проглотила крик ярости, развернулась и направилась вверх по лестнице, волки следовали за ней. Она проскользнула через дверь в пустой коридор. В этом проходе и самой двери не было ничего примечательного. Именно поэтому она наткнулась на нее случайно, но ей все еще казалось странным, что здесь не было часовых. Она могла лишь предположить, что на дверь наложены чары, поэтому ей и удавалось проходить незамеченной.

Найла, как обычно, бежала впереди, а Роан крался рядом, не отходя ни на шаг. Когда темный волк замер, навострив уши, Тесса тоже остановилась. Через несколько секунд из-за угла вышел Лука.

— Где ты была? — потребовал дракон.

Она, не торопясь оглядела его с ног до головы. Это было ошибкой, потому что на нем были черные брюки и черная рубашка, которые облегали мускулы, на которые ей совсем не хотелось смотреть.

И какого хрена это вдруг стало такой проблемой?

Она провела с этим мужчиной месяцы. Конечно, Тесса замечала, что он привлекателен, но раньше все было иначе, даже когда они втроем оказались связаны. Ее не тянуло к нему постоянно. Всегда был Теон, забиравший все ее внимание.

— Тесса? — рявкнул Лука.

Он схватил ее за запястье, разворачивая так, чтобы она оказалась спиной к стене.

Затем он замер, когда по коридору прокатился глубокий рык. Найла была в нескольких футах, припав к полу, шерсть на загривке стояла дыбом. Зубы были оскалены. Роан же был совсем рядом. Его массивные челюсти щелкали, он уже припал к земле, готовясь к атаке.

И Тесса улыбнулась, той самой темной, хищной улыбкой. Она склонила голову, ожидая, что Лука предпримет дальше. Его зрачки сузились в вертикальные щели, он смотрел прямо на Роана, выдыхая струйку дыма. Тесса была впечатлена.

Ладно, она была более чем впечатлена тем, как Лука не отступил перед ее волками. Это вызывало в ней определенные чувства, и…

Да пошло оно все нахер!

Если Лука и почувствовал ее внутреннее смятение, он не подал виду. Он по-прежнему не сводил глаз с Роана, все его мышцы были напряжены.

— Отзови их, Тесса! — процедил он сквозь зубы.

— Отпусти меня! — прошипела она.

Она почувствовала его колебание: пальцы на ее запястье, прижатом к стене над головой, напряглись. С судорожным вздохом он отпустил ее и сделал шаг назад. Роан тут же встал между ними.

— Я не хотел… Ты иногда теряешься в своих мыслях, — наконец сказал он. — Я просто пытался привести тебя в чувство. Вот и все.

— Я не теряю голову от ярости! — жестко сказала она.

Лука моргнул, изучая ее своими вертикальными зрачками.

— Я этого и не говорил, — медленно произнес он, словно не решаясь продолжать.

— Я не… Я не… Да что тебе вообще нужно? — заикаясь, она потянулась к волосам. Но когда Лука проследил за движением, она вместо этого зарылась пальцами в шерсть Роана.

— Тебя ищут, — сказал он.

— Зачем?

— Полагаю, они хотят присматривать за своей непредсказуемо могущественной собственностью.

— Пошел ты нахер, Лука, — выплюнула она, проходя мимо него, но он легко догнал ее своими длинными шагами.

— Да брось, Тесса, — сказал он с ноткой издевки. — Неужели ты не видишь все как есть?

— Теон считал меня собственностью. Здесь все иначе. Здесь я, блядь, никому не принадлежу!

Лука не ответил. Они свернули за угол, и она поморщилась, увидев Декса, Орэлию и Брекена в другом конце коридора. Лука явно почувствовал эту ее злость через связь, потому что посмотрел на нее с сардонической усмешкой.

— Никому не принадлежишь? — спросил он, вопросительно вскинув бровь, прежде чем немного отстраниться.

— Как же я тебя ненавижу, — пробормотала она, пока трое фейри шли им навстречу. На лице Декса уже застыло суровое выражение.

— Мы тебя искали! — сказал Декс, еще не успев подойти. Затем его внимание переключилось на Луку. — Кажется, ты говорил, что не знаешь, где она?

— Я нашел ее две минуты назад, — ответил Лука своим обычным скучающим тоном. — Я же говорил, что она не пришла на тренировку.

— И все же мы находим ее с тобой, — съязвил Декс.

— Всегда пожалуйста! — отозвался Лука.

Декс прищурился, но Тесса прервала их:

— Что тебе нужно, Декс?

— Эта твоя дерзкая сторона тебе так идет, Тесси. Думаю, она мне нравится, — сказал Брекен, в его темных глазах плясали дикие огоньки.

— Заткнись, Брекен! — осадил его Декс. — Нам ничего не нужно, Тесса. Просто мы стали немного осторожнее теперь, когда советник другого королевства будет находиться здесь в обозримом будущем.

— Если бы Рордан так сильно переживал, он бы не позволил ему остаться, — возразила Тесса.

— Похоже, у него не было особого выбора из-за Сделки, которую ты заключила.

Она поджала губы, понимая, что не может возразить, не выдав того, что Лука солгал про тренировку. Даже без той Сделки, что она заключила с мужчиной в камере, она бы этого не сделала. А следовало бы. Следовало рассказать Рордану все в тот же момент, когда она об этом узнала, но по какой-то неведомой причине ей хотелось сначала поговорить с Лукой. Это привело к тому, что она проспала с ним всю ночь, затем выслушала лекцию от Декса, и вот она снова здесь.

— Мне не нужна защита от Луки, — это было все, что она смогла придумать.

— Даже если бы и была нужна, защита следует за ней по пятам, — добавил Лука, многозначительно глядя на Роана. Найла сидела в нескольких футах, наблюдая за происходящим.

— Никто не знает, откуда взялись эти волки, — сказал Декс, поглядывая на зверей.

— Это не имеет значения, — отрезала Тесса. — Главное, что беспокоиться не о чем.

— Вот тут ты ошибаешься, Тесси! — сказал Декс. — Я уже однажды совершил ошибку, решив, что беспокоиться не о чем. Больше я ее не повторю.

— И что это должно значить?

— Боги, Тесса, — укоризненно вставила Орэлия. — Мы все знаем, чем закончилась церемония Проявления

— Вы все еще вините меня в этом? — недоверчиво спросила Тесса.

— Конечно нет! — вмешался Декс прежде, чем Орэлия успела ответить. — Мы просто не хотим больше сюрпризов. Но, похоже, с тобой они неизбежны. В любом случае, нас отправляют в Фавен по поручениям Лорда Джоува. Я подумал, ты захочешь пойти с нами. Прогуляться.

— Да, отлично, — пробормотала она. Связь уже заставляла ее нервничать из-за того, что придется расстаться с Лукой.

Именно поэтому она не оглянулась, следуя за Фейри и оставляя его позади.

— Тебе нравится ужин, Тесса?

— Что? — спросила она, вздрогнув от вопроса Рордана.

Лорд Ахаза взглянул на ее тарелку, затем снова на нее, тепло улыбаясь.

— Ты почти не притронулась к еде, дорогая.

Тесса посмотрела на свою тарелку, где лежал нежнейший кусок мяса с чесночным картофелем, овощным ассорти и двумя масляными булочками. О таком ужине она и мечтать не могла, когда все считали ее фейри.

Она поймала себя на мысли: позволил бы ей Теон съесть это сейчас?

На деле же она лишь лениво ковыряла в тарелке, съев всего пару кусочков мяса, и виной тому был мужчина, сидевший с ними за столом.

— Ужин чудесный, — ответила она с натянутой улыбкой, беря нож.

— Я могу велеть приготовить что-нибудь другое, если хочешь?

Она широко раскрыла глаза от одной мысли о том, чтобы заставить фейри готовить ей другое блюдо.

— В этом нет необходимости, — быстро сказала она, насаживая на вилку картофель. — Я просто устала за день.

— Ты плохо спала этой ночью? — спросил Рордан, не сводя с Тессы глаз.

И, боги… в этот момент она поняла: он знает, что она провела ночь в постели Луки. Она почувствовала, как щеки обдает жаром. Ей не должно быть дела до этого, потому что если ей есть дело, значит, Лука прав. Значит, этот Лорд владеет какой-то частью ее души, раз заставляет ее так себя чувствовать.

— Мы все еще планируем поездку на виллы Сираны? — спросил Дагиан, когда неловкое молчание затянулось.

— Да, — ответил Рордан, отпивая вино. — Дезирэ сказала, что у нее есть новая информация по той проблеме, которая у нас возникла.

— Полагаю, появились новые фейри, на которых можно заранее заявить права? — продолжил Дагиан.

— Они всегда есть, — ответил Рордан.

— Как часто вы туда ездите? — перебила Тесса.

Дагиан перевел взгляд на нее, а Рордан ответил рассеянно:

— Раз в месяц.

— Я хотела бы поехать с вами.

Лорд даже не поднял глаз от тарелки, отмахиваясь от нее:

— Это обычный визит. Ничего интересного.

— Тем не менее, мне было бы приятно посетить место, где я никогда не была.

На этот раз Рордан замер, отложив приборы. Он сложил руки замком, уперся в них подбородком и начал ее изучать. Она изо всех сил старалась не ерзать. Годы, когда матушка Корделия заставляла ее сидеть неподвижно часами, сослужили добрую службу.

— На виллах Сирана нет ничего примечательного, — наконец сказал Лорд Ахаза. — Боюсь, тебе там станет невыносимо скучно. Твое время лучше потратить на тренировки, чтобы выполнить условия сделки.

Ее взгляд метнулся к Луке. Тот изображал привычную скуку, но она знала, что он фиксирует каждое слово. Это станет еще одним поводом для его издевок. Он снова будет твердить, что это лишь очередная клетка и что они хотят только одного: контролировать ее.

Эти мысли заставили ее снова повернуться к Рордану и сказать:

— Уверена, день или два без тренировок ничего не изменят.

— Что ж, хорошо, — сказал Рордан, снова принимаясь за еду. — Я передам Дезирэ, чтобы она ждала дополнительных гостей в этот раз.

— Ты же это не серьезно, отец? — с возмущением вставил Дагиан.

— Если Тессалин хочет поехать, кто мы такие, чтобы ей мешать?

— Ты — Лорд Ахаза, — прошипел тот.

— А ты — Наследник Ахаза, — многозначительно ответил Лорд. — Если ты не хочешь, чтобы она ехала — останови ее. Но мы оба знаем, что это невозможно, судя по твоим последним успехам на тренировочной арене.

Тесса наблюдала, как Дагиан проглотил готовое сорваться возражение. Вальтер подверг бы своего сына физическим пыткам за то, что тот не был самым могущественным в комнате. Рордан же, похоже, находил иные способы мучить свое потомство.

В столовой воцарилась напряженная тишина. Оба Источника покорно ели. Мать Дагиана редко появлялась. На самом деле, она присутствовала на ужине всего дважды. Рордан говорил, что она предпочитает трапезничать в одиночестве. Декса и остальных за столом не было, так как они были фейри. Они стояли вдоль стены, в то время как Лука сидел напротив Дагиана.

Тесса не совсем понимала, почему Лука вообще ужинает с ними. Пока Рордан не заговорил снова, нарушая неловкую тишину.

— Так вот, Лука, — сказал он, отпивая вино. — Сможет ли Теон выкроить время в своем плотном графике, чтобы посетить бал на виллах Сираны?

Вилка Тессы замерла на полпути к рту. Она совсем забыла про бал.

Он проводился ровно посередине между Зимним Солнцестоянием и Весенним Равноденствием. Очередное пышное торжество для представителей Наследия. Хотя те и утверждали, что это в честь Сираны, богини любви и плодородия. Ей всегда казалось это бессмысленным: ведь богам нет дела до этого мира. Но она все равно всегда ждала этого события. Не потому, что фейри разрешали там присутствовать, а потому, что поместья часто оставались на несколько ночей предоставленными самим себе. Было проще ускользнуть, и она знала, что не будет никаких внезапных уроков.

Ну, за исключением того года, когда Мать Корделия уехала на праздник, заперев ее в шкафу на несколько дней, но все же.

Лука прожевал кусок хлеба, прежде чем ответить, не сводя глаз с Тессы.

— Я не знаю, каковы его планы и сможет ли он присутствовать.

Рордан издал неодобрительный звук.

— Как его советнику, я бы настоятельно рекомендовал тебе внушить ему, что присутствовать было бы мудрым решением.

— Я приму это к сведению, — сухо ответил Лука, и Тессе пришлось подавить смешок.

Глаза Рордана сузились, он отодвинул пустую тарелку.

— Постоянное уклонение от обязанностей — не самое мудрое начало для того, кто еще официально не занял свое место.

— При всем уважении, он заботится о своем народе. Его народ — это и есть его обязанность. Или вы намекаете, что его приоритеты должны быть иными?

— Не дерзи мне, Морс! — голос Рордана стал низким, а на кончиках его пальцев заплясали искры света. — Как мы можем выступать единым фронтом, если одно королевство отказывается быть его частью?

Тесса склонила голову набок, изучая его магию. Она раньше не замечала тонких отличий от своей собственной. Ее сила вспыхивала чем-то вроде молнии, хаотичной и непредсказуемой. Его же свет сворачивался кольцами и выгибался дугами, а искры были похожи на золотистый туман.

— Давайте говорить прямо, мой Лорд, — ответил Лука, откидываясь на спинку стула и положив руку на стол. — То единство, о котором вы говорите, держится на волоске.

— И ситуация не станет лучше, если он будет игнорировать встречи и мероприятия, — отрезал Рордан, его свет вспыхнул ярче.

Источники вздрогнули, но никто из Наследия и глазом не моргнул.

— Я обязательно передам ваши опасения, — сказал Лука, поднимая бокал и осушая его до дна.

Рордан, казалось, вернул самообладание. Он протянул бокал, чтобы его наполнили, и тут же появился фейри с бутылкой вина.

— Все эти юные Наследники так жаждут занять места своих родителей, но при этом они ни хрена не смыслят в том, что делают. Они думают, что готовы править. Что они все продумали и знают, как сделать лучше.

Тесса видела, как Дагиан угрюмо смотрит в тарелку, сгребая овощи в кучу.

— Но когда дело доходит до необходимых жертв? — продолжал Рордан, откидываясь на спинку кресла, пока перед ним ставили десерт. — Никто из них к этому не готов, не так ли? Когда жертва станет требованием — вот тогда мы и увидим, кто достоин трона и способен принимать трудные решения. Тогда они поймут истинную цену власти, к которой так отчаянно стремятся.

До конца трапезы больше никто не произнес ни слова.

ГЛАВА 12. Лука

ГЛАВА 14. Тесса

Она ступила на берег реки Уинфелл, протекающей прямо у стен Акрополя в королевстве Ариуса. Тесса не знала, зачем пришла сюда. Разумнее было бы вернуться во Фавен, но ее сила все еще была слишком мятежной и злой, и она никак не могла взять ее под контроль.

Ее босые ноги утопали в наметенном снегу, но она не чувствовала холода, который пытался пробраться до самых костей. Подол платья мгновенно промок, влажная ткань липла к голеням и лодыжкам. Нити света все еще обвивали ее руки, грудь, живот. Каждый шаг отдавался эхом молний. И, хотя признаться в этом было некому, но Тессу начинал пугать тот факт, что она не может обуздать эту мощь.

Бесполезная.

Вот кем она была с этой силой. Совершенно бесполезной.

Да, она сильнее Теона. Да, у нее была теория, что она — самое могущественное существо в Девраме, но в итоге она бы проиграла тот бой с Теоном. Все, что он делал — это защищался. Та малая часть силы, которую он применил против нее, не была пределом его возможностей. Это было очевидно по тому, как он позволял магии проявляться вокруг себя, и это было… упоительно. Это было единственное слово, которым она могла описать Теона, окруженного клубами тьмы, с широко распахнутыми теневыми крыльями. Она не могла оторвать глаз.

А ее магия?

Боги… ее сила хотела его так же сильно, как и она сама, и Тесса пыталась взять свое. Она бросалась на него, обрывая любые поводки, на которых Тесса пыталась ее удержать. Теон отвечал ударом на удар, управляя своей тьмой с точностью и мастерством, которые она не могла даже вообразить. Это не должно было ее удивлять. Его целью был контроль над всем миром. Разумеется, он полностью овладел своей магией еще до того, как ему исполнилось тридцать. Он ведь был ненамного старше ее. Лет пять, не больше. Она определенно не могла использовать оправдание, что ее сила масштабнее, когда только что видела то, что даже не могло быть его максимумом. Что было бы, если бы он в конце концов начал черпать силу из нее?

Между пальцами ног хлюпала грязь. Она протоптала тропинку там, где мерила шагами берег частично замерзшей реки. Ее платье теперь было не только мокрым, но и грязным. Сила все еще кружила вокруг нее. Обычно ей нравилось, когда магия вела себя так. Это давало чувство безопасности и защищенности. Ей не нужно было зависеть от чьей-то защиты. У нее был ее свет. Это все, что ей было нужно. Но сейчас она чувствовала… Хаос.

Потеря контроля.

Импульсивность.

Дикость.

Желание просто сдаться, позволить магии окончательно взять верх, было настолько сильным, когда она корчилась в ее душе, требуя все больше и больше. Забирая то, что хотела. Она вспомнила, как Теон однажды сказал ей: если она позволит, магия поглотит ее, пока ничего не останется.

«Ничего не останется» звучит не так уж плохо…

Эта мысль крутилась в голове, пока она медленно поворачивалась к реке. Вода у берегов замерзла, но течение посередине было неистовым, оно ломало куски льда на ходу.

Сможет ли она вообще утонуть? Это вообще убьет дочь бога?

— Нет, Тесса, — раздался рык через их связь.

В то же время темный голос произнес:

— Только попробуй, маленькая буря.

Она тряхнула головой, звуки их голосов утихомирили хаотичные мысли. Она не хотела пересекать Завесу. В какой-то момент жизни, возможно, но не сейчас. Во всяком случае, не в большинстве дней.

— Что это у нас тут? — раздалось воркование, заставившее Тессу обернуться. — Маленький Источник там, где ей быть не положено?

Она наблюдала, как из тени выскользнула высокая костлявая фигура в каком-то длинном плаще. Капюшон был поднят, скрывая лицо от солнца. На самом деле, не было видно ни дюйма плоти, что только подтвердило догадку Тессы: это было Дитя Ночи.

— Я не Источник, — парировала она; свет начал собираться в ее руках, искрясь энергией.

— Может, и не для Лорда Ариуса, но ты точно Источник чего-то, — ответил он, подкрадываясь ближе.

— Кто тебя послал? — потребовала она ответа, помня слова Теона о том, что вампиров часто нанимают как наемников.

Мужчина недовольно цокнул.

— Ты же знаешь, я не могу предать нанимателя. Даже если бы захотел, метка сокрытия не даст мне вымолвить ни слова.

Звук хрустящего под ногами снега заставил Тессу обернуться — появился еще один вампир. И еще один. И еще. Это было как в Подземелье, только на этот раз она была одна.

Сердце колотилось, пока они смыкали кольцо; сила вибрировала вокруг нее. Она изрядно потратилась с Теоном, и теперь магия была готова пировать и восполнять запасы. Она не контролировала ее, и часть ее души была не против. Ее свет вспыхнул в широком радиусе. Дети Ночи зашипели и отпрянули.

— Он предал свой народ, заключив связь с тобой, — прошипел предводитель группы. — Десять лет они проповедовали нам свободу. Говорили, что видят в нас нечто большее, чем остальной мир. А потом он приводит тебя в Подземелье со всем этим божественным светом, доказывая то, что мы всегда подозревали.

— Значит, вы отвернулись от него и примкнули к другому? — съязвила Тесса.

— Умный маленький источник, — проворковал он, осмелившись подойти ближе. — Я все равно не скажу тебе, к кому.

Она одарила его притворно-сладкой улыбкой.

— Тогда, полагаю, мой свет сам поищет ответ в твоей тьме.

Она попыталась направить силу туда, куда хотела. Точно так же, как в тот день на тренировочной арене, когда Лука возник за ее спиной и вел ее по процессу. Она повернула руку, стараясь правильно выставить угол, но когда разряд сорвался, он ударил слишком сильно влево.

Вампир долго смотрел на это место, а затем рассмеялся, и остальные подхватили.

— А мы-то волновались, — ответил он, откидывая капюшон и обнажая слишком длинные клыки. — Но я знаю, что на вкус ты будешь божественна, когда я выпью из тебя жизнь.

— Ты не можешь меня убить, — отрезала она. — Я не Наследие.

— Нет, но ты — смерть этого королевства, — вернул он ей слова, и они напали.

Любое подобие организованной защиты испарилось, когда она впала в панику. Магия взяла верх. Тесса тянула ее за собой, умоляя сдаться и отдать полный контроль. Она пыталась. Боги, как она пыталась удержаться, но когда она не сдалась добровольно, магия сама вырвалась на свободу.

И хотя она защищала ее, это было ужасающе. В прошлый раз, когда это случилось, ей это нравилось. Ей нравилось, что все вокруг теперь боятся ее. Боятся того, что произойдет при ее появлении, но ее силе, казалось, было плевать, кого или что она пожирает. На данный момент она была почти уверена, что магия начнет забирать жизнь и у друзей, и у врагов.

Крики боли оглашали воздух, пока магия действовала. Она не забирала всех сразу. Это было стратегически выверенное действие. Она нападала на них по одному, упиваясь их страданиями, пока пировала. И с каждой смертью она крепла. С каждой отнятой жизнью надежда Тессы вернуть хоть какое-то подобие контроля таяла.

Но если она призовет других воинов, возможно, она смогла бы утихомирить шторм в душе.

Кинжал она оставила в поместье Ариуса, а меч казался излишеством. Собравшись с духом, она поднесла запястье ко рту, готовясь вонзить зубы в кожу и пустить кровь. Ее губы едва коснулись кожи, когда перед ней закружился пепел.

— Даже не думай призывать Рыцарей Света и выпускать их здесь, — произнесла Аурион резким тоном; две стрелы уже свистели в воздухе.

Мгновение спустя раздался вой. Роан и Найла вырвались из лесных зарослей. Тесса не знала, как они всегда чувствуют, когда она в них нуждается, или как им удается всегда оказываться в нужном месте, но она была благодарна им, когда они перехватили бой.

Но благодарность вскоре сменилась привычным чувством неполноценности и разочарования. Она должна была быть этим всемогущим существом, сильнейшей в Девраме, а ее все равно приходится, блядь, спасать.

Крик отчаяния сорвался с ее губ, и сила последовала за ним, обрушиваясь с небес. Удары молний посыпались вниз, но в них не было ни системы, ни смысла. Некоторые били точно, убивая вампиров. Некоторые ударяли в землю, плавя снег и гася пламя, которое пыталось разгореться. Одна ударила опасно близко к Роану, и Тесса вскрикнула от страха, когда волк отпрыгнул в сторону, избегая удара.

Затем она закричала от ужаса, когда на него напал вампир, вонзив клыки в горло Роана. Волк издал рычащий скулеж, извиваясь и пытаясь стряхнуть вампира, а Тесса уже бежала к ним, крича во все горло.

Ее ноги не раз скользили по снегу, но она слишком боялась использовать силу. При полном отсутствии контроля и тренировок она вполне могла попасть в Роана вместо Дитя Ночи.

Тем не менее, она выхватила золотой меч из вихря света. Однако, когда она подбежала ближе, то не смогла нанести удар. Волк и вампир продолжали перекатываться по земле, окрашивая некогда девственно белый снег красным.

— Аурион! — закричала она, не понимая, куда та подевалась и где Найла.

Бесполезная.

Вот как она себя чувствовала, когда Роан издал еще один болезненный стон. Вампир был силен и невероятно быстр. Всякий раз, когда казалось, что Роан вот-вот возьмет верх, Дитя Ночи находил новое уязвимое место, чтобы вонзить клыки.

Пока черное пламя не обвило вампира. Огонь двигался подобно извивающимся змеям, припекая и сжигая, сжимаясь все туже вокруг существа. Теперь кричал только он: черное пламя оттащило его от Роана.

Тесса не стала оглядываться в поисках Луки. Она споткнулась, подбегая к волку, и рухнула рядом с ним. Его светлая шерсть была мокрой и свалявшейся от темно-красной крови; она не знала, где коснуться его и что делать. Она не могла понять, где раны и как вообще остановить кровотечение.

— Аурион! — снова закричала она. — Аурион, помоги!

На этот раз вихрь пепла возник прямо перед ней, и девушка опустилась рядом на корточки.

— Дерьмо! — пробормотала Аурион, а затем издала пронзительный свист. Ей ответил вой, и мгновение спустя Найла уже была рядом.

— Это был просто вампир, — Тесса говорила слишком часто дыша. — Это был просто… Они ведь не могут его убить, верно? Не могут… Это был просто вампир!

Найла ткнулась носом в Роана, и скулеж, который тот издал, вызвал рыдание, подступившее к горлу Тессы. Эти волки были ее. Ее без всяких вопросов. Их преданность была отдана ей добровольно. Ей не пришлось завоевывать ее или что-то доказывать. Они были связью с прошлым, о котором она и не знала, и это она с ним сделала. Все, что он когда-либо делал — это защищал ее от вреда, был верным спутником. И она сделала это с ним, потому что не могла контролировать свою гребанную магию.

Ее руки погрузились в его мех, липкая кровь покрыла пальцы. Она посмотрела на Аурион.

— Вампир не может его убить, правда? — повторила она. — Он ведь не обычный волк. Он не… Он умрет?

— Дети Ночи — хищники по своей природе, — сказала Аурион. Ее дымчатая магия скользила по Роану, словно сканируя все его повреждения. — Хотя у них отняли магию, они сохранили обостренные чувства и получили средства для выживания.

Тесса покачала головой, чувствуя, как слезы текут по лицу.

— Это не ответ на мой вопрос! — закричала она. — Он умрет?

— Это возможно, — ответила Аурион. — И весьма вероятно, если что-то не предпринять в ближайшие несколько минут, но я не знаю, кто здесь может ему помочь.

Она не могла вдохнуть. Воздух застревал в горле, не доходя до легких. Дыхание Роана тоже было поверхностным, его ребра едва поднимались на вдохе.

— Но он же не… Он не может… Он не обычный волк, — настаивала она, пока Найла ложилась на живот. Ее голова покоилась между передними лапами, светящиеся глаза были прикованы к Роану, и от нее исходил тихий скулеж.

Тесса не замечала мужчину, наклонившегося к ней, пока большие ладони не легли ей на плечи. Она вздрогнула, ее магия рванулась наружу, но он не отпустил ее.

— Я знаю, куда мы можем его отвезти, Тесса, — мрачно сказал Лука. — Я не могу обещать, что он выживет, но…

— Да, — немедленно ответила она. — Перемести нас туда. Сейчас же!

— Но ты должна знать…

— Это я прошу тебя понять меня, Лука! — зарыдала она. — Пожалуйста, Лука. Пожалуйста!

Он кивнул, взглянув через ее голову на Аурион.

— Убедись, что мы все касаемся друг друга.

Секунду спустя Тесса почувствовала знакомый рывок в районе живота, прежде чем они оказались внутри какого-то помещения. Она огляделась, и ей хватило мгновения, чтобы понять, где они.

Она вскочила на ноги в панике, когда большой вороной конь высунул голову над дверцей стойла, раздраженно фыркнув. Обернувшись к Луке, она потребовала ответа:

— Почему мы здесь?

— Потому что ты просила меня помочь, Тесса, — спокойно сказал он. — Теон держит в штате Целителя специально для своих лошадей и гончих.

Она этого не знала. Она избегала этих мест как только могла, в основном потому, что животные поначалу ее ужасали, но сейчас…

Тяжело сглотнув, она посмотрела на Роана. Глаза волка были закрыты, и ее собственные снова наполнились слезами, как раз в тот момент, когда дверь конюшни распахнулась и вошел Теон.

На нем была та же повседневная одежда, что и час назад. Его взгляд на мгновение встретился с Лукой, после чего он кивнул, и изумрудные глаза нашли ее. Он остался стоять поодаль, глубоко засунув руки в карманы.

— Ши уже в пути, — сказал он.

Тесса кивнула, сжимая кулаки в складках своего промокшего платья. Она предположила, что это и есть Целительница животных.

— Ты не обязан этого делать, — пробормотала она, не в силах смотреть на него. — Я имею в виду, я бы поняла…

— Это то, что тебе нужно? — перебил Теон.

Она снова сглотнула и кивнула.

— Я обещал всегда давать тебе то, в чем ты нуждаешься, и я тоже держу свои обещания.

Игнорируя то, что эти слова сделали с ее сердцем, она отвернулась от него и снова опустилась рядом с Роаном. Она погладила его по голове, очерчивая кончик уха пальцем. Наклонившись совсем близко, она прошептала надтреснутым голосом:

— Прости меня. Пожалуйста, не умирай. Пожалуйста, не оставляй меня здесь после того, как мы только что нашли друг друга.

По ее щекам теперь текли беззвучные слезы, и через минуту Луке снова пришлось оттащить ее назад.

— Ши здесь, — прошептал он ей на ухо. — Нам нужно дать ей место для работы.

Тесса кивнула, позволяя Луке поднять ее на ноги. Рядом с Роаном уже стояла девушка из Наследия с черными волосами, собранными в пучок. Она была меньше, чем Тесса ожидала. Может, всего на дюйм-два выше ее самой, но она уже держала руки над волком. От ладоней исходил слабый сине-серебристый свет, брови были нахмурены от концентрации.

— Что она делает? — спросила Тесса, только сейчас осознав, что Лука свободно прижимает ее к своей груди, а ее пальцы намертво вцепились в его рубашку.

— В самом простом смысле — она видит все раны. Она ничем не отличается от Целителей для Наследия, фейри, смертных, — ответил он.

— Я никогда не видела, как работает Целитель, — напряженно сказала она. — Обычно на этой части оценки я без сознания.

Лука ничего не ответил, но она чувствовала на себе взгляд Теона и знала, что он слушает каждое слово.

— Он больше, чем волк? Как твои гончие? — спросила Ши, глядя на Теона.

— Не знаю, — ответил он. — Аурион?

Черты лица девушки-пепла были напряжены. Она стояла в нескольких футах, Найла сидела рядом.

— Да, — ответила она.

— Мне нужно больше информации, — отозвалась Ши, доставая вещи из своей сумки.

— Он Ищейка, — ответила Аурион.

— Ты имеешь в виду, что он принадлежит к родословной духов Ищеек? — уточнил Теон.

Аурион покачала головой.

— Нет. Они и есть Ищейка. Из владений богов. Ариус преподнес выводок Ищеек Темуралю в подарок, когда проявились его силы. Эти двое — из того выводка.

— Но это значит, что вампир не может его убить, верно? — вмешалась Тесса. — Потому что он не обычный волк?

— Ищеек можно убить, — сказала Аурион, не сводя затуманенных глаз с раненого волка. — Они не неуязвимы.

— Каковы шансы, Ши? — спросил Теон.

— Я не знаю, — ответила та. — Я никогда не работала с Ищейками.

— Я пришлю Сиенну и Джию на помощь.

Тесса посмотрела на него краем глаза. Его взгляд был пристально прикован к Роану и Ши, на челюсти дернулся мускул.

— Их знания будут кстати. Есть куда его перенести? — спросила Ши.

— Его нельзя двигать! — выпалила Тесса, вырываясь из объятий Луки и бросаясь вперед. — Вы можете сделать только хуже!

— Я помогу переместить его, куда потребуется, Тесса, — сказал Лука.

— Нет! — огрызнулась она; ленты света на ее запястьях, которые уже успели потускнеть, вспыхнули вновь.

— Тесса, нам нужно слушать Целителя. Она здесь эксперт.

— Это место вполне сойдет, — сказала Ши, взглянув на них. — Мы сможем перенести его, если получится стабилизировать состояние.

— Если? — потребовала ответа Тесса.

— Почему бы тебе не отвести Тессу наверх, чтобы она переоделась, — сказал Теон, обращаясь к Луке. — Я останусь с волком и Аурион. Я дам вам знать, если будут какие-то новости. — наконец, он встретился с ней взглядом. — Это тебя устроит?

Она не знала. Ее раздирали противоречия: ей нужно было снять это грязное промокшее платье и смыть кровь с рук, но она не знала, сможет ли оставить Роана. Ко всему прочему, Теон давал ей выбор, и это вызывало в ней чувства, которые она сейчас даже не хотела пытаться осознать.

Поэтому она сделала то, что умела лучше всего — отключила все.

Мысли.

Чувства.

Она задвинула себя поглубже, чтобы отгородиться от мира, и сказала монотонным голосом:

— Да, хорошо.

— Ты уверена, Тесса? — тихо спросил Лука.

— Да. Здесь от меня никакого толка.

Она чувствовала, как он изучает ее, но через мгновение его рука легла ей на поясницу. Они сделали всего несколько шагов, когда Теон окликнул их:

— Тот нужный тебе предмет, о котором говорили сегодня утром, находит в моих покоях.

Она почувствовала, как Лука напрягся, но он лишь сухо бросил:

— Принято.

Когда они вышли из конюшни в сад, шел снег. Крупные хлопья кружились на порывах ветра, от которого воздух щипал кожу. Пальцы Луки обхватили ее локоть, заставляя остановиться.

— Теперь, когда мы отошли от Ши, я могу нас переместить.

— Я могу дойти пешком, — ровно сказала она.

— На тебе нет обуви, и на тебе… — его взгляд метнулся к небу, затем снова на нее. — На тебе почти ничего нет. Идти в такую погоду в мокром платье — не самая лучшая идея.

— Ладно, — сказала она. Слово прозвучало таким же плоским и резким, как и все остальное.

Секунду спустя они стояли в спальне, где она никогда раньше не была, но сразу поняла, что это его комната. Здесь был тот же современный декор, что и в комнатах Теона. Только вместо черного и серого здесь преобладали глубокие темно-синие и темно-коричневые тона. Кровать была не такой огромной, как у Теона. Очевидно, она не была рассчитана на троих. Но пышное одеяло и почти дюжина подушек занимали много места. Перед камином, который Лука уже включил, стоял мягкий коричневый кожаный диван. Все, о чем она могла думать — это как глупо иметь камин в комнате, когда ты сам можешь создавать огонь. Более того, он всегда был горячим на ощупь.

Зачем ему камин?

Комнаты Теона всегда были безупречно чистыми, у каждой вещи было свое назначение и место. Но пространство Луки было уставлено такими же странными безделушками, как и в его таунхаусе. Маленькие золотые статуэтки, странный набор случайных тарелок, серебряные подсвечники и маленькие бронзовые жестянки были разбросаны по всей комнате. Не задумываясь, она подошла к одной из них. Подняв крышку большой жестянки, она обнаружила, что та выложена бархатом, а внутри лежат не менее двадцати различных колец. Зачем они ему все?

Лука откашлялся за ее спиной, и она закрыла крышку, прежде чем обернуться к нему. Он где-то скинул обувь, и свет из ванной отбрасывал теплое сияние на пол.

— Тебе стоит принять душ, искусительница. Сними это мокрое тряпье и согрейся, — сказал он.

Она закатила глаза.

— Прямо сейчас во мне нет ничего искушающего. — Она подняла руки с запекшейся кровью в качестве подтверждения.

Лука промолчал, но она почувствовала, как что-то дрогнуло через связь. Она была слишком апатична, чтобы думать об этом сейчас.

Без лишних слов она вошла в ванную, закрыв за собой дверь. Стянула платье и шагнула в душ, такой же грандиозный, как в апартаментах Теона. К счастью, она уже знала, как управляться со всеми этими ручками.

Горячая вода полилась на нее, и она наблюдала, как розовая вода закручивается в сливе у ее ног. В конце концов, она вымылась тем, что нашла в душе. У Луки было больше средств для волос, чем у Теона. Вероятно, потому, что у него они были длиннее. Когда через некоторое время она вышла из душа, пар заполнил ванную, а зеркало запотело от конденсата.

Вытеревшись пушистым темно-синим полотенцем, она обернулась им, прежде чем подойти к раковине и провести ладонью по зеркалу. На нее смотрели фиолетовые глаза, сквозь которые проступали крапинки тускло-серого. Часть второй метки была видна из-под полотенца, и она провела по ней пальцем. Она знала, что ей нужно вернуться во Фавен, но само осознание привычности этого места заставляло все ее существо успокоиться после событий дня. И могла ли она действительно оставить Роана здесь и вернуться без него? Он был с ней рядом с тех самых пор, как она вообще попала во Фавен. Он был ее якорем нормальности там, а теперь и его не будет.

Двигаясь механически, она вошла в огромную гардеробную. Костюмы и официальная одежда висели вдоль всей стены. Тесса вела пальцами по рукавам, пока не дошла до задней стены. Там стоял комод во всю длину, на котором были аккуратно расставлены странные пустые рамки. Она открыла неглубокий верхний ящик и обнаружила еще больше колец. Серебряные и золотые, медные и платиновые. Огромное разнообразие. Разные камни, разные размеры. Она взяла золотое кольцо с сапфирами и изумрудами, покрутила его в руке и положила обратно.

Закрыв ящик, она перешла к следующей стене. Там выбор одежды был меньше, но она казалась более повседневной. Наткнувшись на худи с капюшоном и логотипом команды «Хаосфера», она сняла его с вешалки и натянула на себя. Разумеется, оно было ей огромно, доходя до самых колен. И это были «Огненные Крылья».

Ужасная команда.

И близко не такие крутые, как «Вихри», даже если они и обыграли ее команду в прошлый раз.

Развязав волосы, она повесила полотенца и порылась в ящиках в поисках расчески или гребня. Когда она наконец вышла из ванной, то обнаружила Луку на диване, закинувшим ногу на кофейный столик. Он что-то листал в телефоне и поднял взгляд на звук открывающейся двери. Его глаза вернулись к телефону, но тут же снова метнулись к ней.

Она замерла, теребя подол толстовки.

— Мне нечего было надеть.

Ему потребовалось несколько секунд, прежде чем он ответил:

— Можешь носить это.

— Я все еще не понимаю, как тебе могут нравиться «Огненные Крылья», — добавила она.

Его губы дернулись, напряжение в позе немного спало.

— Теон прислал сообщение. Ши все еще занимается Роаном. Сиенна и Джия тоже там.

Тесса кивнула, сглатывая подступившие слезы.

— Хочешь, я отведу тебя обратно? — спросил Лука.

— Нет, — тихо сказала она. — Думаю, я там только мешаюсь.

— Ты никогда не мешаешься, Тесса.

Она не нашла что ответить и просто переступила с ноги на ногу.

— Я не готова уходить. Не раньше, чем узнаю, что он выживет.

— Мы не уйдем, пока ты не будешь готова, — ответил он, откладывая телефон.

— Хорошо.

Наступило неловкое и напряженное молчание, пока наконец Лука не сказал:

— Иди сюда, присядь.

Она двигалась скованно. Ее тело ныло так, словно сегодня она занималась тяжелым физическим трудом, хотя на самом деле она лишь подвергла опасности любимого друга.

Это было единственное, о чем она могла думать, усаживаясь на диван рядом с Лукой. Сейчас ей было необходимо утешение их связи.

Глядя на пляшущее за стеклом пламя, она позвала:

— Лука?

— Да?

— Я хочу, чтобы ты меня тренировал. Чтобы я могла сражаться так же, как ты и Теон. Чтобы я могла контролировать эту силу. — Она помолчала, прежде чем повторить: — Я хочу, чтобы именно ты меня тренировал.

Его рука легла ей на плечи, и от этого прикосновения по телу пробежала волна удовольствия. Притянув ее ближе, так что она прижалась к его боку, он позволил ей положить голову ему на плечо и сказал:

— Вот это моя малышка. Начнем завтра.

ГЛАВА 15. Аксель

Он наблюдал за тем, как капля крови медленно сползает по стене. Она двигалась неспешно, оставляя за собой красный след.

Здесь не было темно, как и обещала Бри. Он лежал, свернувшись на мягкой постели; одеяло было набито перьями, а вокруг громоздились подушки. Это напоминало ему то, как Лука всегда застилал свою кровать, но его не особо заботили ни роскошь, ни комфорт. Не тогда, когда за первой каплей крови последовала вторая.

Он вставал уже много раз, чтобы попробовать ее на вкус. Пытался поймать ее пальцем. Он даже дошел до того, что лизнул эту чертову стену. Кровь всегда исчезала. Плод его воображения. После бесчисленных попыток он перестал пробовать. Теперь он лежал здесь часами, истерзанный видениями. Неужели Тесса чувствовала себя так же? По крайней мере, ее видения в итоге как-то становились реальностью.

Появилась еще одна капля крови. Еще одна. Еще. Еще. Внутри него была пустота.

Резервы его силы были пусты.

Его душа была пуста.

Возможно, просьба Бри не так уж и ужасна. На самом деле, чем дольше он здесь лежал, тем труднее ему было вспомнить, почему он не должен соглашаться. Ему больше не пришлось бы прятаться. Не пришлось бы бороться с жаждой. Отец не смог бы использовать его слабость, чтобы контролировать его.

Еще одна капля крови.

Она была такой красивой на фоне насыщенно-коричневого красного дерева.

Ее кровь была бы еще красивее.

Ее волосы сияли бы ярче — эти черные как смоль кудри, отражающие свет.

Почему он избегал этого ради нее?

Бри найдет ее, и она сможет пойти с ним.

Котёнок и монстр.

Идеальный баланс.

Он улыбнулся про себя, глядя, как по стене стекает очередная капля крови.

Она придет к нему, и он больше не будет пуст.

Еще одна капля.

Еще совсем немного.

Так он говорил себе, поднимаясь с кровати и пытаясь поймать ту самую каплю крови. Снова.

И снова.

И снова.

ГЛАВА 16. Лука

Лука схватил телефон со столика, проверяя, не разбудила ли Тессу вибрация от входящего сообщения. Час назад она заснула на его плече, и в конце концов он осторожно переложил ее на подушку, покоившуюся на его бедре. Он позволил ей спать, понимая, что она, скорее всего, не отдыхала по-настоящему с тех пор, как в последний раз была в его постели.

Он лениво размышлял: теперь, когда она согласилась тренироваться с ним, означает ли это, что она будет чаще приходить в его постель?

Лука проигнорировал то, как сильно эта идея понравилась его дракону, перевернул телефон и увидел, от кого сообщение.

Теон: Ты где?

Лука: В спальне. Она спит у меня на диване.

Теон: Иду. Встретимся в гостиной?

Лука: Да.

Несмотря на то, что они могли общаться через связь, ни один из них не стал этого делать. В этом было что-то слишком интимное, когда дело касалось только их двоих. С Тессой все было иначе. Почти так, будто это имело смысл только тогда, когда участвовали все трое.

Тесса во сне нахмурилась, когда он соскользнул с дивана, стараясь не слишком ее тревожить. Он взял пушистое одеяло с края кровати и накрыл ее, прежде чем выйти в гостиную. Дверь в спальню он оставил открытой. Если она проснется, он хотел быть чертовски уверенным, что она поймет: Теон здесь, прежде чем сработает их сделка. Связь, скорее всего, подсказала бы ей это, но он не собирался рисковать.

Охранные чары вокруг его комнат предупредили его за секунду до того, как Теон вошел в дверь. Он выглядел таким же уставшим, каким чувствовал себя Лука, и тот предположил, что дело в хроническом недосыпе у всех сразу. Он не мог поверить, что на самом деле мечтает о том, чтобы они все снова спали в той тесной кроватке в таунхаусе.

— Как она? — спросил Теон.

Лука пожал плечами.

— Сходила в душ. Спит. Согласилась тренироваться.

Теон вскинул бровь.

— Серьезно?

— То, что волк чуть не погиб, ее сильно встряхнуло, — сказал Лука, проходя на свою маленькую кухню. Там почти ничего не было, учитывая, что он здесь не жил.

— Я могу заказать еду, — сказал Теон, уже доставая телефон. — Уверен, когда она проснется, будет голодна.

Пока Теон занимался заказом, Лука налил себе стакан воды и выпил его залпом, прежде чем поставить стакан в раковину. Им двоим нужно было обсудить гораздо больше, чем просто Тессу, и он не знал, с чего начать. Как все успело так запутаться за столь короткий срок?

— Полагаю, у тебя еще не было возможности проверить то, что она сказала сегодня? — спросил Лука, когда Теон подошел и сел на табурет у кухонного острова.

— Насчет резиденции в районе Развлечений, которая якобы принадлежит моему отцу? — уточнил Теон. Когда Лука кивнул, он вздохнул: — Нет. Мне нужно будет поехать туда. Сомневаюсь, что Килиан и Гизель ответят на письмо, но если это правда — это идеальное место, чтобы спрятать Акселя.

Альфа и Бета оборотней наверняка потребуют личной аудиенции, чтобы ответить на любые вопросы. Любой другой подход они сочтут за оскорбление.

— Значит, ты отправишься в Подземелье? — спросил Лука.

— Видимо так.

— Ты пойдешь в Подземелье без меня? — уточнил он.

— Сейчас ты нужнее ей, — ответил Теон, взглянув на открытую дверь спальни.

— Я все еще твой чертов Хранитель, Теон, — огрызнулся он, легкие слегка обожгло, когда он в раздражении выдохнул облачко дыма.

— Я знаю, кто ты! — парировал Теон, в его глазах вспыхнула сила, отвечая на вызов на инстинктивном уровне. — Она сейчас — самое важное. Вот что мне нужно, чтобы ты охранял.

Ну конечно.

Как будто так просто проводить все это время вдали от него. Это гребанная связь, которая, очевидно, влияла на него сильнее, чем на Теона. Может, Теон просто был больше сосредоточен на Акселе, но до появления Тессы такого никогда не случалось.

— Я возьму с собой Тристина, — добавил Теон.

— Блэкхарта? — потребовал ответа Лука. — Ты серьезно?

Теон снова вздохнул.

— Он пару раз доказал свою полезность и в последнее время помогал. У него есть связи среди элиты Деврама, и через свою компанию он может получить доступ к информации.

— И ты теперь ему доверяешь?

— Не безоговорочно, но он пытается помочь с Тессой.

— Кто они такие? — спросил Лука, решив сменить тему.

— Разик Грейбейн и Элиза, — сказал Теон, прекрасно понимая, о ком спрашивает Лука. — Они из мира Скарлетт и Сорина. Элиза — его Источник, но не такой, как здесь. Я все еще пытаюсь в этом разобраться. Они ограничены в том, чем могут делиться, чтобы не искушать Судьбы или что-то в этом роде. Но Разик… Думаю, Скарлетт верит, что он твой брат, и именно поэтому я не мог ничего сказать тебе по телефону.

Потому что даже если Разик не был его родственником, что маловероятно, учитывая их поразительное сходство, то намек был ясен.

Этот мужчина был Наследием Саргона.

— Он может обращаться? — плоско спросил Лука.

— Я не видел его полной формы дракона, но он может проявлять ее частично. Как ты, — ответил Теон.

— Он верит, что мы родственники?

— Не знаю. После утренней стычки он и Элиза ушли в свои комнаты. Я не видел его до тех пор, пока мне не пришлось просить его переместить меня сюда. И даже если бы у нас было время, он не стал бы обсуждать это со мной. Он мало говорит, молниеносно раздражаем, и… Ну, он… — Теон неопределенно махнул рукой в сторону Луки.

— Ну спасибо! — съязвил Лука.

— Это не оскорбление, — ответил Теон. — У него те же качества, что и у тебя. Самая большая разница в том, что им больше движут знания, чем стратегия, в отличие от тебя. Этот парень знает кучу всего и часто может истолковать бред Сиенны, который на самом деле и не бред.

— Звучит так, будто у тебя и без меня помощи навалом, — пробормотал Лука.

Теон замолчал.

— Это не так…

— Нет, — перебил его Лука, выпрямляясь. — Я займусь Тессой, пока ты разруливаешь… все остальные грани плана.

— Лука, ты серьезно? Все совсем не так, — сказал Теон.

Лука раздраженно фыркнул. Он понимал недоумение Теона, ведь когда это он вел себя подобным образом? Он всегда делал то, что нужно для успеха их планов. Даже когда Вальтер посылал его с поручениями в Подземелье, он выполнял приказы, потому что это вело к чему-то большему.

А теперь сам Лука тут закатывает истерики, как братья Сент-Оркас. Но он никогда не чувствовал себя таким… незначительным. Дело было в том, что связь Хранителя рождала сильную потребность защищать Теона, и дракон внутри него считал Теона «своим» из-за этой связи. Но проблема была глубже: теперь дракон считал «своей» и Тессу, и Лука не знал, что с этим делать. Это раздражало и делало его невыносимым. Теона называли собственником, но когда его собственный дракон заявлял на что-то права?

Лука чувствовал себя таким же неуправляемым, какой часто бывала Тесса.

И вдруг он задался вопросом: чувствует ли Разик то же самое?

Было ли это нормальной чертой его родословной? А как насчет инстинкта определения ценности вещей? Захочет ли этот мужчина сесть и поговорить с ним? Важно ли ему вообще, что они могут быть родственниками? Братьями? Есть ли другие, подобные ему? Или он тоже одинок в своем родном мире?

— Лука? — позвал Теон, тихо и настойчиво. — Ты же знаешь, причина, по которой я отправил тебя к Тессе, в том, что…

Звук деликатного покашливания заставил их обоих выпрямиться и обернуться к дверному проему. Там стояла Тесса, и Лука видел, как Теон окинул ее взглядом. На ней было его худи и больше ничего.

— Тесса, как ты? — спросил Теон, вставая со стула, но не успел он сделать к ней и шага, как она отступила.

Глядя на Луку, она сузила глаза в обвинительном прищуре.

— Мы просто разговаривали, искусительница, — сказал Лука, обходя кухонный остров. От него она не отступила, и Теон явно это заметил, его губы сжались в тонкую линию.

— Обо мне, — уточнила она.

— Отчасти, — признал Лука. — Но не только.

— Ну да, — с сомнением бросила она.

— Вопреки тому, что ты, кажется, думаешь, не весь мир вращается вокруг тебя, — сухо ответил Лука, остановившись в нескольких футах от нее.

— Заносчивый придурок, — пробормотала она себе под нос. Ее взгляд метнулся к Теону. — Как Роан?

— Стабилен, насколько я понимаю, — ответил Теон, пряча руки в карманы. — Мы с Аурион помогли перенести его в дальнюю комнату в псарне. Там я обычно держу самок перед родами.

Тесса медленно кивнула.

— Аурион сейчас с ним? И Найла?

Теон взглянул на Луку, и тот почувствовал, как по связи прошла струйка надежды. То, что Тесса говорила с ним спокойно и рационально, случалось нечасто. К тому же она только что пережила едва не случившуюся потерю. Обычно ее обостренные эмоции делали ее истеричной, но не сейчас.

— Да, Аурион осталась с ним, как и вторая волчица. Ши тоже там, присматривает. Я сказал ей делать все необходимое, — ответил он. — Сиенна подтвердила, что он должен выжить. Сроки восстановления пока неизвестны.

Тесса снова кивнула, теребя подол худи, чем привлекла взгляды обоих мужчин к своим голым ногам.

— Аурион сказала, что они не волки. Она назвала их Ищейками.

— Да, — подтвердил Теон.

— И ты ей веришь?

Теон вскинул бровь.

— А ты — нет?

При этом вопросе световые браслеты на ее запястьях заискрили, то же самое промелькнуло в ее глазах.

— Она лгала мне. Месяцами. О том, кто она и что здесь делает. Я никому не верю.

— Справедливо, — сказал Лука. — Но это не отменяет того факта, что она много знает.

— Насколько нам известно, — парировала Тесса. — Она может лгать обо всем на свете.

Теон потер переносицу большим и указательным пальцами.

— Ищейки реальны, Тесса. И судя по тому, что я видел между тобой и ними, она говорит правду. Я не знал, что они еще существуют, иначе догадался бы раньше. Точнее, я не осознавал, что они могут проникать в Деврам.

— Кто они такие? — спросила Тесса, подходя к нему ближе. Лука понимал, что она делает это неосознанно.

— Ищейки были — и есть — именно тем, как их называют. Они возникли из Хаоса, привязанные к Первородным богам. По паре на каждого, — объяснил Теон.

— То есть они как боги? — спросила Тесса, с интересом склонив голову.

— Нет, — Теон покачал головой. — У них есть дары, но они и близко не так могущественны.

— Тогда они связанные как Хранители?

Теон снова покачал головой.

— Связанные — возможно, не лучший термин. Ими не движет потребность защищать, как в связи Хранителя между наследиями Саргона и Ариуса. Они не обязаны этого делать, но их уникальные способности позволяют им всегда выслеживать того, к кому они привязаны. Они могут перемещаться и обладают бессмертием, как боги, с которыми они появились. У них сила и скорость как у Детей Ночи, но им не нужна кровь.

— Но они могут умереть? — спросила Тесса.

Она подошла так близко, что Теон мог бы дотянуться до нее, если бы захотел. Лука знал, что тот хотел. Это было видно по тому, как дергались его пальцы. Как он чуть-чуть наклонялся к ней. Как его взгляд скользил от ее волос к губам и глазам, словно он запоминал каждую деталь, не зная, когда увидит ее снова.

— Могут, — ответил Теон. — Многие погибли.

— Как?

— Об этом стоит спросить Аурион. Я не знаю подробностей.

Тесса замолчала на минуту, ее взгляд блуждал по комнате, и Теон осмелился взглянуть на Луку. Тот лишь пожал плечами. Она была воплощенным Хаосом, готовым взорваться в любой момент, и он не знал, как к этому подготовиться.

— Но их больше? Они… спариваются или типа того? — спросила Тесса, отходя от Теона и блуждая по гостиной.

Она касалась вещей. Его вещей. И все же в его душе ничего не шевелилось, когда она взяла старинную рамку и перевернула ее в руках. Нет, теперь его дракон спал мирно, даже не приоткрывая глаз.

Гребанная бесполезная тварь.

— Если слова Аурион правдивы — то да, — говорил Теон.

— Она сказала, что они мои, — пробормотала Тесса.

— Похоже, так и есть, — сказал Теон. — Они действительно как-то привязаны к тебе.

— Но как? Если я была здесь, если только… — она резко замолчала, ее взгляд встретился с взглядом Луки. Он вопросительно вскинул бровь, не понимая, почему она вдруг обратилась к нему.

Тесса отвернулась, поставила рамку на место и продолжила кружить по комнате. Как только ее рука потянулась к волосам, он понял, что будет дальше. И так оно и было: она начала бормотать, обращаясь скорее к себе, чем к ним.

— Он знает. Мне нужно вернуться. У нас Сделка. Он должен сказать мне. Я выполняю свою часть уговора.

При этих последних словах внимание Теона переключилось на Луку, в его взгляде читалось тяжелое обвинение.

— Понятия не имею, кто или что, — тихо сказал Лука.

Затем он кивнул подбородком в ее сторону: им нужно было слушать. В таком состоянии она часто выдавала секреты. Ее слова были такими же бессвязными, как пророчества Сиенны, но они всегда обретали смысл позже, когда предсказанное случалось. Разница была в том, что Сиенна понимала, о чем говорит, а Тесса — нет.

— Его здесь не было, и меня здесь не было. Их здесь не было. Никто здесь не на своем месте. Исправить баланс. Вот что нам нужно сделать, — продолжала она, и свет снова начал обвивать ее руки.

Она остановилась так внезапно, будто врезалась в невидимую стену.

— Он может вернуться со мной? Роан, я имею в виду, — спросила она Теона.

Он помедлил, явно подбирая слова так, чтобы не спровоцировать вспышку.

— Было бы рискованно переносить его даже сейчас, — осторожно начал Теон. — А это было на короткое расстояние. Но ты, конечно, можешь остаться здесь, пока он не сможет…

— Я не могу здесь оставаться, — перебила она.

Теон напрягся.

— Разумеется, можешь.

— Нет. Не могу, — повторила она. — Поэтому ты помог?

Теон сделал шаг к ней, и она не отступила. Никакой дрожи. Никаких попыток увеличить дистанцию. По связи не ощущалось ни нервозности, ни страха, и Лука почувствовал гордость за нее. За этот единственный акт отстаивания себя. На этот раз она не ждала, что кто-то сделает это за нее.

— Я уже говорил тебе, маленькая буря, — голос Теона звучал хрипло, и Тесса заметно вздрогнула. — Я всегда дам тебе то, что тебе нужно. Роан важен для тебя. Следовательно, он важен для меня.

Он сделал еще шаг, и она снова не шелохнулась. Только ее горло дернулось, когда она сглотнула.

— Если ты хочешь остаться, можешь жить в наших комнатах. Я поживу в другом месте, — добавил он, прежде чем она успела возразить. — Если решишь уйти, я буду присылать новости так часто, как ты захочешь.

— Какие красивые слова, — прошептала она.

— Я никогда тебе не лгал, Тесса, — ответил он.

Лука знал: Теон не осознавал, что делает. Это был импульс, естественная реакция на связь, на нее и на все то, чем они не должны были быть. Но его рука поднялась. Тесса, завороженная его взглядом, тоже этого не заметила. Пока его кончики пальцев едва не коснулись ее щеки.

Тут она отпрянула, едва не споткнувшись о ковер. Ее сила вспыхнула, вокруг затрещали молнии, и Лука бросился вперед, вставая между ними. Он почувствовал болезненный укол ее магии, когда та столкнулась с его пламенем, и теперь дракон под его кожей проснулся окончательно.

— Я не могу здесь оставаться! — прошипела Тесса, все следы уязвимости мгновенно исчезли. — Держи Луку в курсе насчет Роана. Уверена, ты и так звонишь ему за регулярными отчетами.

— Я не… — начал Теон, но оборвал себя. — Я буду держать Луку в курсе.

Повернувшись к Луке, она сказала:

— Мне нужны штаны.

— У тебя их полно в апартаментах, — ответил Лука, указывая на Теона.

Закусив нижнюю губу, она спросила резким тоном:

— Ты принесешь их мне, пожалуйста?

— Да, — со вздохом ответил Лука, прекрасно понимая, почему она не хочет туда заходить. Он не был уверен, переступит ли она вообще когда-нибудь порог тех комнат. — Просто побудь здесь, ладно?

— Я знаю правила, — саркастично протянула она.

— Тебе также на них всегда наплевать, — парировал он в тон.

Стук в дверь заставил ее напрячься, сила мгновенно вздулась вокруг нее.

— Спокойно, малышка, — сказал Лука, отбросив сарказм. — Это еда.

— Еда? — переспросила она в замешательстве.

— Здесь нечего есть, я же тут не живу. Теон заказал еду. — увидев ее недовольное лицо, он добавил: — Бургеры и картошку фри.

— Не может быть! — фыркнула она.

Но и вправду, когда еду поставили на стойку, там оказались три чизбургера с беконом и картошка, что заставило Тессу невольно потянуться обратно к кухне. Однако, пока Лука садился, Теон остался стоять.

— Я пойду заберу одежду из… своих комнат, — сказал он. Он помедлил, глядя на нее, но она решительно отказывалась смотреть в его сторону. — И загляну к Роану.

Она кивнула, по-прежнему глядя куда угодно, только не на него. Лука почувствовал его вздох смирения через связь, прежде чем Теон развернулся и вышел. Он не блокировал эмоции, а значит, Тесса тоже все чувствовала, если только не закрылась полностью — что она, скорее всего, и сделала.

Прожевав пару кусочков, она резко бросила:

— Не делай так.

Лука замер с бургером у рта.

— Не делать что?

— Не сиди тут в ожидании, что я извинюсь или типа того.

— А за что тебе извиняться?

Она отложила бургер, вытерла пальцы салфеткой и повернулась на стуле к нему. Ее колени уперлись в его, и она, кажется, даже не заметила этого, потому что, блядь, не отодвинулась.

Проклятье.

— Ты считаешь, мне стоит быть… понежнее с ним, — обвинила она.

— Я ни разу не произнес этих слов.

— И не надо, — проворчала она, отодвигая еду.

— Ради богов, Тесса, тебе нужно поесть! — прорычал он, возвращая тарелку на место. — Я знаю, твоей силе не нужна еда для регенерации. Или кровь. — Он замолчал на секунду, когда она отвела взгляд. — Ты ведь знаешь, как твоя сила восполняется, правда?

Когда она все еще не желала на него смотреть, он протянул руку и взял ее за подбородок, заставляя поднять лицо. Фиолетовые глаза наконец встретились с его, твердые и непреклонные. Он не мог ее винить. Это они сделали ее такой. Они заставили ее не доверять им. Он определенно не ждал от нее извинений перед Теоном, но он мог понимать все это и одновременно осознавать, что она выбирает не ту сторону. Понимать, что все они злодеи, но одни хуже других. У него просто заканчивались идеи, как доказать ей это.

Отпустив ее подбородок, он откинулся назад.

— Ешь, малышка. Твоей силе, может, и все равно, но твоему телу — нет. День и так выдался долгим, а ведь еще только полдень прошел.

Она посмотрела на него так, словно искала подвох в его словах, прежде чем осторожно спросить:

— Ты все еще будешь меня тренировать?

— А почему нет?

— А почему — да? — парировала она.

— Эта сила опасна для всего королевства, если ты не сможешь ее контролировать, Тесса, — ответил он.

— Но тренируя меня, разве ты не тренируешь меня, чтобы…

— Чтобы убить всех в королевстве, которое я всю жизнь пытался защитить и освободить от властолюбивого Лорда? Да, полагаю, так и есть. Но по крайней мере, разрушения коснутся только виновных, а не всего мира, — ответил он, снова принимаясь за бургер.

После этого Тесса затихла и доела обед молча. Когда Теон вернулся, он не вошел внутрь. Лука встретил его у двери, где тот передал несколько пар леггинсов, джинсов и топов, а также ее телефон и наушники. Он вкратце рассказал Луке о Роане, а затем снял с пальца ониксовое кольцо и тоже протянул его.

— Не знаю, когда увижу вас снова, так что лучше забери это сейчас, — негромко сказал Теон. — Мне нужно вернуться в Акрополь. Разик и Элиза ждут меня.

Он помедлил, и Лука хотел было спросить, просил ли тот мужчина о встрече со своим возможным родственником, но подавил этот импульс.

— Волк в псарне, если она захочет на него взглянуть перед уходом, — добавил Теон.

— Я знаю, Теон, что все в тебе противится мысли не быть рядом с ней, не охранять ее, не держать в тепле и безопасности. Но она должна увидеть все сама. Все то, от чего ты пытался ее уберечь. Она должна увидеть, чтобы понять. Так же, как пришлось Акселю, — сказал Лука.

— Вот почему я отправил тебя к ней. Потому что я не могу! — он замолчал, отступая от двери. — Я не тот, кто для этого подходит. Хотел бы я им быть, но это не я. Я напишу тебе позже насчет волка.

Затем он зашагал по коридору, уже на ходу читая сообщения в телефоне.

Закрыв за ним дверь, Лука обнаружил, что Тесса убирает посуду в раковину.

— Он не поел, — сказала она, глядя на его тарелку с нетронутым бургером.

— А ты его в этом винишь? — парировал Лука, в несколько шагов пересекая комнату. Он забрал тарелку и протянул ей одежду. — Надень штаны. Зайдем к Роану перед уходом.

Она кивнула, не уходя в спальню. Просто положила вещи на диван, натянула леггинсы, оставив на себе его гигантское худи. Пока она переодевалась, он нашел сумку и запихнул туда немного своей одежды, а затем и ее вещи. Ничего белого, кремового или светлого.

Собирая все еще влажные волосы на макушке, Тесса огляделась в поисках резинки. Лука вздохнул, открыл маленькую деревянную шкатулку на столике рядом с ней и достал одну.

— Спасибо, — пробормотала она, заглядывая внутрь шкатулки. Затем замерла. — А для чего все эти кольца?

— Ни для чего, — буркнул он, захлопывая крышку.

— Ты сегодня еще мрачнее обычного, — проворчала она.

— Ну еще бы, мне пришлось разнимать твою драку с Теоном, спасать тебя от вампиров, и я только что узнал…

Она склонила голову набок, когда он резко замолчал. Она не спросила, что он собирался сказать. Но он подозревал, что она и так догадывалась.

— Просто день был длинный, — закончил он наконец.

Она медленно кивнула, но больше ничего не сказала. Переминаясь с ноги на ногу, она закусила губу, и он пожалел, что они не могут просто вернуться в спальню и просидеть на диване до конца дня, ничего не делая.

— Нам нужно увидеть Роана и возвращаться, — сказала Тесса.

— Я знаю, ты говорила, что не можешь здесь оставаться…

— Не могу, Лука, — перебила она. — Это место… не могу.

— Я понимаю. Ты не можешь оставаться здесь, но тебе также не обязательно возвращаться туда, — сказал он.

— А куда мне еще идти?

— Куда угодно.

— Мне больше некуда идти, — ее черты лица снова ожесточились. — Не пока я не исполню свое предназначение. Тогда я смогу покинуть это место навсегда.

Она прошла мимо него, открывая дверь в коридор, и когда Лука последовал за ней, он понял: в последней фразе она говорила вовсе не о Доме Ариуса. И он также знал, что Теон никогда по-настоящему ее не отпустит.

Дело было в том, что чем больше времени он проводил с ней вот так, тем больше его собственный дракон привыкал к мысли, что он тоже ее не отдаст.

Потому что он никогда не возвращал то, что считал своим.

ГЛАВА 17. Теон

Пятнадцать лет назад

— Ну же, Теон. Просто сыграй со мной хоть одну игру, — умолял его брат, перебрасывая из руки в руку мяч для Хаосферы.

— Я уже сказал «нет», Аксель, — процедил Теон, переводя взгляд с планшета на открытую книгу на коленях и сравнивая тексты.

Он снова проверил время. Восемнадцать минут. Столько у него осталось до того, как нужно будет вернуться в дом. Через тридцать минут он должен быть в кабинете отца. Этого времени хватит, чтобы прийти заранее.

— Ты обещал, Теон! — сказал Аксель, и Теон услышал в его голосе раздражение и разочарование. Тон брата уже граничил с нытьем.

Если бы сила Акселя уже проявилась, вокруг него наверняка клубились бы тени, подпитываемые растущими эмоциями. По крайней мере, все предполагали, что его силой будут тени, как и у всех в роду Ариуса. Не было причин, по которым он не обладал бы теми же дарами, и они должны были проявиться при сильном эмоциональном всплеске. Восемь лет — это слишком рано. Скорее всего, это случится около десяти. Аксель вел обратный отсчет, а Теон надеялся, что магия его брата проявится позже, чем у других Наследников. Когда появлялась сила, отец отправлял их на более интенсивное обучение.

— Я обещал, что выйду на улицу, — поправил его Теон, беря ручку и подчеркивая что-то в книге. — Вот он я. На улице.

— Ты задница! — парировал Аксель.

— Не ругайся! — ответил Теон, слушая его лишь вполовину.

— Ты и Лука ругаетесь постоянно.

— Мы старше.

— Кстати, где Лука? Он бы точно сыграл со мной разок, пока ты читаешь свои дурацкие книги, — проворчал Аксель, уронив мяч на землю и пнув его.

— Тебе бы тоже стоило почитать «дурацкие книги», — ответил Теон. — Семестр начинается на следующей неделе.

— Вот тогда и буду читать. Где Лука?

— Еще не вернулся.

Правда заключалась в том, что он не знал, где его лучший друг. Отец начал отправлять Луку в тренировочные лагеря, которые длились по несколько дней. Он должен был вернуться сегодня, но Теон не знал когда. Ему не нравилось, когда Луки не было рядом. Когда они были вместе, Теон хотя бы мог пытаться держать все под контролем, но когда того не было…

— Теон, всего одну быструю игру, — заныл Аксель, наклоняясь за мячом.

— Нет, Аксель, — рявкнул Теон. Его тьма вырвалась вперед и вырвала мяч из рук брата, отправив его в полет через самодельное поле для Хаосферы.

— Раньше ты мне нравился больше, — пробормотал Аксель, разворачиваясь, чтобы забрать мяч.

Раньше — это когда?

Теон не знал, но у него не было времени об этом беспокоиться. Однажды Аксель поймет. Однажды его брат осознает, что он его защищал. Однажды он увидит, что все, что он делал, было направлено на спасение тех немногих, кого он действительно любил: брата, Луку, Кэрис и Пен. Пока они в безопасности, ему было неважно, какую цену придется заплатить. Если для этого нужно время от времени их разочаровывать — пусть будет так. Контролируй ситуацию — и ты будешь контролировать результат. Этому он учился. Делай все возможное, чтобы сохранить контроль, потому что контроль означал безопасность для всех.

Поэтому, когда он снова взглянул на часы, он начал собирать вещи в свою сумку-портфель. Книга. Планшет. Ручка. Он трижды проверил, на месте ли телефон. Он лишь однажды совершил ошибку, потеряв его, и отец позаботился о том, чтобы он это запомнил.

Оставив Акселя пинать мяч, Теон отправился к дому. По пути он читал про себя имена всех советников отца, места их проживания, их родословные, дары и роли, которые они играли в королевстве. Затем он перешел к правящим Лордам и Леди, их Наследникам и тем, кого они присматривали в качестве потенциальных Источников. Затем — история Деврама. Все, что должен знать будущий Лорд королевства Ариуса.

Все то, что он зубрил, чтобы не почувствовать уколов шипов на лианах Эвианы, которыми отец порол его, чтобы помочь «запомнить». Лианы обвивали его конечности и горло, лишая возможности пошевелиться. Если он что-то забудет сегодня днем, эти удары вскроют раны, которые еще заживали после утренней порки. Аксель оставил свою сумку в вестибюле вместо того, чтобы отнести в комнату, и Теон сказал отцу, что сумка принадлежит ему.

Но это только сейчас.

Однажды он станет таким же могущественным, как отец. Однажды у него будет собственный Источник. Однажды он возглавит Королевство Ариус, его отец станет лишь далеким кошмаром из прошлого, и они будут процветать, признает их остальной Деврам или нет.

Однажды.

Но не сегодня.

Он замер, дойдя до этажа, где располагался кабинет отца, поправил галстук и манжеты пиджака. Он уже поднял руку, чтобы постучать, когда услышал шаги.

— Когда ты вернулся? — спросил он, когда Лука остановился рядом с ним, тоже поправляя манжеты. На нем не было пиджака, но была рубашка и галстук.

— Только что, — ответил друг. — Был вызван прямо сюда.

Волоски на загривке Теона встали дыбом. Это никогда не было хорошим знаком.

— Готов? — спросил он Луку через пару секунд.

Лука кивнул.

— Войдите! — отозвался отец на стук Теона.

Он вошел первым, Лука шел следом. Эвиана сидела в своем обычном кресле, ее бирюзовые глаза скользнули с него на Луку и обратно. Здесь также были двое советников отца — Юлиус и Мансель. Теон подавил страх. Он знал, на что способны их дары.

— Садитесь, — это было все, что сказал отец.

Настоящее время.

Звонок телефона вырвал Теона из воспоминаний. Он вздохнул, увидев, кто звонит.

— Здравствуй, мама, — ответил он, продолжая смотреть в окно.

Небо было серым, как и всегда в последнее время. Этой зимой уже выпало рекордное количество снега из-за некой… была ли она богиней? Он не знал, но знал, что она в ответе за погоду, даже если большую часть времени проводила в Фавене. Каким-то образом Акрополь все равно ощущал на себе всю мощь ее гнева.

— Теон? Слуги сказали, ты сегодня был здесь, — в голосе Крессиды звучали тревога и разочарование.

Он потер бровь. Разик перенес их обратно в поместье за пределами Акрополя, едва удостоив его взглядом, прежде чем переместиться куда-то еще вместе с Элизой. Это было час назад. С тех пор он так и стоял на одном месте в кабинете.

— Да, я был там, — ответил Теон.

— Был? — переспросила Крессида.

— Да. Прости, у меня не было времени зайти.

— Теон Сент-Оркас, твой отец пропал. Твой брат пропал. А ты не можешь выделить и минуты, чтобы проведать мать, когда возвращаешься домой?

Он поморщился, потому что, если выставить это так…

Но кого она обманывает? Она никогда не относилась к нему с материнской теплотой. К тому же Аксель всегда был ее любимчиком.

— Есть новости о брате? Об отце? — продолжала Крессида.

— Несколько зацепок, но ничего конкретного, — ответил он.

— И это то, чем ты там занимался?

— Нет. Я был там, чтобы встретиться с Лукой и Тессой.

В ответ воцарилась тишина. Она длилась так долго, что он убрал телефон от уха, чтобы проверить, не оборвался ли звонок.

— Мама? — наконец позвал он.

— Тесса была здесь?

Ее голос стал холодным и серьезным, каким он его никогда не слышал.

— С Лукой. Да.

Странное состояние матери, казалось, исчезло, голос вернул привычную женственную певучесть, но ледяной тон никуда не делся.

— С ней все было хорошо?

— Что ты имеешь в виду?

— Она выглядела… невредимой?

— С ней был Лука. Конечно, она была невредима. Почему ты расстроена?

— Она поступила с тобой несправедливо, Теон. Мать имеет право расстраиваться, когда ее сына обижают, — наставительно произнесла она.

— Она все еще мой Источник, мама, — ответил он, оборачиваясь на стук в дверь.

— Да, но я ни на секунду не поверю, что исчезновение твоего отца и брата вскоре после ее заявления о свободе — просто совпадение. Думаешь, она что-то с ними сделала?

Теон закатил глаза, услышав тревогу в ее голосе, хотя она и была небезосновательной. Тесса действительно кое-что сделала с его отцом, и он жалел, что она не довела дело до конца.

— Она не причинит вреда Акселю, мама, — ответил он, когда дверь открылась и вошел Тристин Блэкхарт.

Теон поднял палец, давая знак, что освободится через минуту. Тристин кивнул и принялся изучать книжные полки.

— И она не может навредить твоему отцу, — продолжала тараторить мать. — Он Лорд Ариуса. Она сможет причинить ему вред, только если ей поможет Лорд Ахаза. Что ты предпринимаешь, Теон?

— Я работаю над этим, — процедил он.

— Где ты?

— Вернулся в Акрополь.

— Как ты добрался туда так быстро? — и прежде, чем он успел придумать ответ, она добавила: — О! Ты научился ходить сквозь тени? Как это чудесно, Теон. Но будь осторожен, пока с Тессой не будет покончено.

— Никто не будет заниматься Тессой, кроме меня, — отрезал он. — Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Конечно нет, — цокнула мать. — Ты наследник Ариуса, Теон.

Но что-то в ее расспросах и тоне не давало ему покоя.

— Мама, если отец сказал тебе что-то… что угодно, мне нужно знать.

Он заметил, как Тристин медленно повернулся к нему, явно подслушивая разговор.

— Все, что я знаю — это то, что мой сын вернулся домой и не удосужился даже взглянуть на мать, — сказала Крессида, ее тон стал почти истеричным.

Ради Ариуса.

— Я постараюсь найти время, чтобы увидеться в ближайшие дни, — ответил он, игнорируя нетерпеливый жест Тристина, призывающий закругляться.

— Очень на это надеюсь.

— До свидания, мама.

Он повесил трубку раньше, чем она успела ответить. Убрав телефон в карман, он спросил Тристина:

— Сегодня все прошло нормально?

Обычно этот мужчина просто доставлял фейри и уходил. Он задерживался только тогда, когда у него была информация.

— Насколько мне известно, — ответил Тристин.

— Ты остаешься? Тесса была здесь утром, и…

— Тесса была здесь? — перебил Тристин. — Как она?

Теон моргнул от такой неприкрытой заботы.

— Я бы сказал, что сегодня утром в ней проснулась кровь Ариуса, потому что она была богиней, воплощением самой смерти. Но вскоре после этого она узнала, что статус самой могущественной не всегда гарантирует победу. Мягко говоря, день был долгим.

Он кратко пересказал события, и когда закончил, Тристин спросил:

— Роан в стабильном состоянии?

— Сиенна еще была там, когда я уходил.

Тристин кивнул, в его карих глазах промелькнуло облегчение. — Она сможет сохранить ему жизнь.

— Ты знал, что они Ищейки?

— Да, — признался он. — Но мы можем сказать лишь ограниченное количество информации, прежде чем начнем искушать судьбу.

Каждый раз, когда кто-то произносил эти слова, Теону хотелось что-нибудь ударить.

Судьбы то, судьбы это.

Насколько Теон мог судить, Судьбы покинули их мир так же, как и боги. Если уж на то пошло, Лорд Ахаза использовал «Судьбу», чтобы убедить Тессу, будто ее предназначение — уничтожить род Ариуса.

Но сейчас это не имело значения. Ему нужно было поговорить с Корбином. Ему нужна была информация об этих предполагаемых революционерах, и с играми было покончено.

— Я так понимаю, у тебя есть новости, раз ты еще здесь, — сказал Теон, направляясь к выходу.

— Не столько новости, сколько толчок в нужном направлении, — ответил Тристин. — У тебя заканчивается время, Теон.

— Думаешь, я этого не знаю? — огрызнулся Теон. — Знаешь, ты никогда не объяснял, каков твой интерес во всем этом. Почему это важно для тебя? Ты и Аурион довели ее до этого состояния так же, как и я.

Впервые на памяти Теона мужчине было нечего ответить сразу. Он молчал, пока Теон вел его в жилую зону, где они с фейри обычно собирались по вечерам. Однако там он нашел только Корбина и Лэнга.

— Где Кэт? — спросил Теон.

— Она не сказала, куда идет, — ответил Лэнг. — Но если бы мне пришлось гадать, она пошла искать книги. Сегодня она была сама не своя.

Он сидел рядом с Корбином, который не отрывался от компьютера. Теон дал ему устройство, чтобы посмотреть, сможет ли тот взломать какие-нибудь базы данных и обнаружить… ну, хоть что-нибудь. Но Кэт была «сама не своя» уже какое-то время. Она продолжала идти вперед, ее решимость не колебалась, но даже Теон видел, что она начинает ломаться.

— Я пойду найду ее, но потом вернусь сюда, — сказал он мужчинам. — Тесса сегодня была здесь и поделилась информацией, но вам двоим пора начать рассказывать все, что вы знаете о Подземелье.

Мужчины переглянулись, но ничего не сказали. Теон развернулся и чуть не врезался в Тристина. Он и забыл, что тот еще здесь.

Вздохнув, он сказал:

— Говори, что нужно, Блэкхарт. Я добавлю твои загадочные предупреждения в список дерьма, в котором мне нужно разобраться.

— Ты ведь знаешь, что я был бы яснее, если бы мог?

— Неужели? — усомнился Теон. — Потому что, с моей точки зрения, у тебя было полно времени, чтобы вмешаться, сделать предупреждение, сделать хоть что-нибудь, но ты ждал, пока появится Тесса.

— И что я должен был сделать, Сент-Оркас? — потребовал ответа Тристин, и Теону могло бы показаться, что его глаза слабо засветились зеленым. — Что бы ты сделал, если бы я явился сюда и рассказал тебе хоть одну гребаную правду? Это изменило бы твои планы? Повлияло бы на твои действия? Ты бы оставил ее в покое, зная, кто она такая? Я в этом сомневаюсь. Это больше, чем ты! Больше, чем Деврам! Здесь столько движущихся частей, о которых ты даже не догадываешься. Один неверный шаг — и этот мир станет лишь воспоминанием.

— Какая разница? — бросил Теон. — Для богов мы и так не больше, чем воспоминание.

— Это не…

Тихий звук деликатного покашливания заставил их обоих обернуться. Там стояла Кэт с книгой в руках. Это была книга, которую ей дала Сиенна и которую Кэт, как знал Теон, кропотливо переводила. Ее черные кудри были собраны на макушке, и Теон видел в янтарных глазах, как сильно она устала. Он был уверен, что на ней рубашка Акселя поверх тренировочных брюк, и он не знал, где она нашла футболку с логотипом «Хаосферы», которую завязала узлом спереди.

— Извините, что прерываю, — сказала она.

— Ты не прерываешь, — ответил Теон. — Я как раз собирался тебя искать.

Она кивнула, заправляя выбившуюся прядь за ухо.

— Чем я могу помочь?

— Дело не в помощи, а в том, что тебе стоит поучаствовать в этом разговоре, — ответил он. — Тесса сегодня приходила ко мне.

При этих словах все фейри обернулись к нему.

— Но прежде чем мы перейдем к этому, ты что-то нашла? — спросил Теон, кивая на книгу, страницу в которой она придерживала пальцем.

— Я не знаю, — ответила она, переминаясь с ноги на ногу. — Но я… Это прозвучит безумно, но мне кажется, Акселю плохо.

— Это не звучит безумно. Я уверен, он страдает, — сказал Теон, хмурясь.

— Нет, я… — она шумно выдохнула. — Это нечто большее. Будто я иногда его чувствую. А потом я кое-что нашла. Но, возможно, я неправильно перевела, и я…

— Дай посмотрю, — Теон подошел ближе.

— Наверняка перевод неверный, — нерешительно сказала она, позволяя ему открыть книгу на нужной странице.

Внутри лежал листок с ее записями. Теон пробежал глазами по словам, а затем снова посмотрел на нее. Она закусила губу, наблюдая за ним.

— Здесь говорится о связи. Связь Источника?

Кэт покачала головой.

— Я не думаю, что это они. Кажется, что-то похожее, но в то же время другое.

— Похоже, мне и не нужно давать никаких «толчков», — сказал Тристин. Теон обернулся и увидел, что мужчина стоит, засунув руки в карманы, с легкой улыбкой. — И, возможно, Судьбы не так уж покинули этот мир, как ты думаешь.

— О чем ты говоришь? Что ты об этом знаешь? — спросил Теон.

Тристин секунду поразмыслил, прежде чем ответить:

— Кое-что знаю, но я верю, что ваши гости знают гораздо больше меня.

— Разик и Элиза?

Тристин кивнул.

— Они были здесь все это время и ничего не сказали? — раздражение и разочарование Теона начали закипать.

— Они должны быть осторожны в словах, — ответил Тристин. — Они не знают, что здесь является общеизвестным фактом, а что нет. Их цель четко определена. Они не могут от нее отклониться, иначе рискуют…

— Нарушить баланс. Я в курсе, — перебил Теон. — На данный момент мне плевать на баланс, пока Тесса не стала его жертвой.

Тристин замолчал, но выражение его лица подсказало Теону, что он наткнулся на что-то очень важное.

— Нет, — прорычал Теон. — Она не станет жертвой ради исправления этого дерьма.

Но Тристин не проронил ни слова.

— Все это время она ненавидела меня и обвиняла в том, что я использую ее силу, когда на самом деле это делали все остальные, — прошипел Теон, выходя из комнаты и приказывая фейри следовать за ним. Он не остановился, пока не оказался перед дверью покоев, в котором жили Разик и Элиза. Тьма клубилась вокруг него, когда он забарабанил в дверь.

— Нам нужно поговорить кое о чем! — крикнул Теон, снова ударив в дверь.

Она распахнулась, на пороге стояла раздраженная женщина.

— Ты сегодня невероятно навязчив.

Теон не ответил на колкость. Вместо этого он поднял книгу, открытую на странице, которую перевела Кэт, и показал Элизе. Она пробежала глазами по строчкам и через пару секунд позвала:

— Разик?

Он появился мгновенно, сверля Теона взглядом.

— Что тебе еще нужно?

— Раз, посмотри, — Элиза указала на страницу.

Глаза мужчины сузились.

— Где ты взял эту книгу?

— Сейчас это не твоя забота. Что вы знаете об этой связи? — спросил Теон.

— Ты можешь это прочитать? — спросил в ответ Разик.

— Не бегло. На перевод уходят часы, но это переводил не я, а Кэт, — ответил Теон. — Она говорит, что иногда чувствует Акселя, но ведь это обычное дело между Источником и Хозяином.

— В том-то и дело, что нет, — сказала Элиза, распахивая дверь шире. — Вам всем стоит войти.

Напряженное молчание воцарилось, когда они прошли в гостиную. Тристин вошел последним, все еще храня подозрительное молчание. Катя присела на край кресла, Лэнг и Корбин заняли диван. Теон остался стоять, скрестив руки на груди, ожидая, когда Элиза или Разик заговорят.

— Когда Скарлетт была здесь, она начала кое-что понимать, — начала Элиза. — Но никто из нас не мог понять, как это возможно. Только определенные родословные могут создавать новые метки.

— Какие именно? — перебил Теон.

— Зинта и Тайка.

— Насколько я понимаю, Скарлетт не относится ни к тем, ни к другим.

— Да, но ее история не черно-белая. Она… обрела другие силы. В ней есть часть этой крови, и она может создавать новые метки. Но дело не в этом. Мы твердим вам, что ваши метки Источника — это не метки Источника. А те метки, которые вы используете…

Элиза замолчала, взглянув на Разика.

— В разных мирах существует несколько типов связи, — со вздохом сказал Разик, давая понять, что считает всех в этой комнате раздражающе неосведомленными. — Та связь Источника, что есть у вас здесь — это не то, чем они должны быть. Кто-то когда-то взял священную связь и осквернил ее.

— Можно еще более туманно? — спросил Теон, чье раздражение уже сравнялось с раздражением Разика.

Разик пожал плечами.

— Наверное.

— Хватит, — снова вмешалась Элиза.

Она высвободила руку из рукава и подняла ее так, чтобы они видели. На тыльной стороне была метка: черные нити, расходящиеся и обвивающие большой, указательный и средний пальцы. Она толкнула Разика локтем в бок, он вздохнул и тоже поднял левую руку. Та же самая метка украшала тыльную сторону его ладони.

— У Скарлетт и Сорина была похожая метка, — сказал Теон, подходя ближе, чтобы рассмотреть.

— Не похожая. Такая же, — поправила Элиза. — Только их была завершенной.

— Что это значит? Завершенной?

— Существует связь, называемая узами близнецового пламени, — сказал Разик, обнимая Элизу за талию. — Данная метка — это и есть метка близнецового пламени, и если оба принимают ее, начинаются испытания.

— Что это за испытания? — спросил Теон, не отрывая взгляда от узора.

Скарлетт никогда не давала ему рассмотреть свою Метку, а он был слишком занят поисками Акселя и разгадками Тессы, чтобы беспокоиться о татуировках на руках этих двоих. И да, он чувствовал себя глупцом, понимая, что возможный ответ был перед ним все это время. Но ведь они могли сказать хоть слово.

— Испытания здесь не так важны, — ответил Разик. — Важно то, что могут близнецовое пламя. Как только узы активированы, они могут чувствовать эмоции друг друга и общаться мысленно.

Теон медленно поднял взгляд на Разика.

— Повтори.

Тот не стал. Вместо этого Элиза добавила:

— А когда узы завершены и освящены, носители могут объединять свои силы так, чтобы один или другой мог ими пользоваться.

— Не вижу, чем это отличается от связи Источника, — вставил Корбин. — Мы просто называем это по-другому, разве нет?

Элиза покачала головой.

— Насколько я могу судить, фейри здесь не выбирают сами связь Источника, но это не самая тревожная часть. Найти свое Близнецовое Пламя — большая редкость. Более того, это не ограничивается только самыми могущественными. Любой фейри и представитель Наследия могут быть близнецовым пламенем.

— То есть эти узы могут возникнуть только между фейри и Наследием? — уточнил Теон.

— Верно, — ответил Разик. — Говорят, что эти узы — дар богов для фейри в благодарность за то, что они являются Источниками силы для представителей Наследия.

— Это не то, что можно навязать фейри силой, — вмешалась Элиза, ее тон ужесточился. — Если они приняты обеими сторонами, это нечто священное. Близнецовое пламя — это единственная душа, с которой тебе суждено быть вместе, с которой ты соединен с начала времен. Считается, что души близнецового пламени узнают друг друга, как-то находя друг друга среди звезд. А в этом богами забытом мире их использовали, чтобы поработить фейри.

Теон отступил на шаг, пока она говорила: в ее глазах разгоралось пламя, а в рыже-золотых волосах плясали искры.

— Мы не знали, — почти шепотом произнес Теон.

— Кто-то знал, — парировала она. — Кто-то это сделал.

Разик нежно притянул ее к себе, целуя в макушку. Она кивнула, и Теон понял: все это время они общались через свои узы. Сорин и Скарлетт делали так же. Элиза высвободилась из объятий Разика и ушла в спальню.

— Ей нужно время, — сказал Разик.

— Мы не знали, — повторил Теон, не зная, что еще сказать.

— Я это понял, — сухо ответил Разик. — Скарлетт говорила нам о своих подозрениях, но, честно говоря, мы ей не поверили. Взять что-то столь священное и использовать для… Мы не верили, пока не пришли сюда.

— И ты уверен?

Разик кивнул, подошел к столику и взял книгу. Он пролистал ее, и Теон мгновенно узнал четыре метки Источника. Положив книгу на кофейный столик, Разик сел рядом с фейри на диван, положив руку рядом со страницами.

— Потребовалось время, чтобы все сопоставить, но, похоже, в вашем мире они каким-то образом деконструировали метку близнецового пламени, — объяснил он, и Теон действительно увидел сходство.

— Но первая метка — это просто символ бога, — сказал Лэнг, наклоняясь, чтобы рассмотреть. Кэт и Корбин сделали то же самое.

— С этой частью я до конца не разобрался, — признался Разик. — Но думаю, что эта часть — настоящая метка Источника. Когда дается истинная метка Источника, одна сила должна подавить другую. Но вот следующая… — он коснулся второй метки. — Эта часть — вот этот фрагмент метки близнецового пламени.

Разик обвел несколько линий на своей руке.

— Третья метка — вот этот фрагмент, — он указал на другую часть узора на руке. — Над последней мне пришлось подумать подольше. В ней есть следы символа близнецового пламени, но также есть и метка Источника вместе с…

— Меткой Хранителя, — закончил Теон, переводя взгляд с руки Разика на метки. Он был прав. Местами сходство было тонким, но оно было.

И Скарлетт увидела это мгновенно, когда была здесь.

— Ваша королева умна, — пробормотал Теон, продолжая изучать схему.

— Она не моя королева, — отрезал Разик.

Теон взглянул на него.

— Я думал, она Верховная королева Странников между Мирами?

— А я, блядь, не Странник.

— Но Элиза служит при ее Дворе? — спросила Кэт. Слава богам, не только Теон был в замешательстве.

— Она Генерал Двора Огня. Технически она служит принцу, — ответил Разик, убирая руку и откидываясь на спинку дивана.

— За которого Скарлетт замужем, — подытожил Теон.

— Да, но брат Скарлетт правит другим континентом. Его жена — моя королева, — пояснил Разик. — Кстати, а где Аурион?

— Какое отношение Аурион имеет к делу? — спросил Теон, снова возвращаясь к книге. Но тут его взгляд метнулся к Кэт. — Ты веришь, что вы с Акселем — близнецовое пламя.

Это не было вопросом. Он увидел, как румянец залил ее щеки.

— Я этого не говорила, но такая мысль могла промелькнуть, — ответила она. — Но выслушав все это, я не думаю, что она верна.

— Почему нет? — спросил Лэнг. — Ты фейри. Он Наследие. Разве это не единственное требование?

— Именно так, — подтвердил Разик.

Это означало, что Тесса не могла быть его близнецовым пламенем, понял Теон. Она не могла быть ничьей, потому что она не была ни фейри, ни Наследием. Она не могла принадлежать ему, несмотря на то что метки Источника пытались навязать это.

— Но ты сказала, что чувствуешь его?

Все обернулись на голос Элизы, которая стояла в дверях спальни.

— Я не могу сказать наверняка, — пробормотала Кэт, глядя на свои руки, сложенные на коленях.

— Можешь, — сказала Элиза, возвращаясь в комнату.

Разик следил за каждым ее движением, уже встав и встретив ее на полпути. Он взял ее за подбородок, заставляя поднять голову. Снова ни слова, но Теон видел, что происходит безмолвный диалог.

Вот это.

Это то, чего он хотел с Тессой.

Не те отношения, которые он видел между отцом и Эвианой. Не ту связь, что была у других представителей Наследия с их Источниками. А вот это.

Он просто не осознавал этого раньше, а теперь? Тристин прав. Время уходит, а он до сих пор не знает, как добиться… Ну, этого.

— Ты чувствовала его? — Элиза остановилась перед Катей. — Когда?

— Я… — начала Катя, бросив взгляд на Теона. Он кивнул, призывая ее продолжать. — Я не знаю, действительно ли я чувствовала его.

— Насколько хорошо ты его знаешь? — спросила Элиза. — Он отправил тебя в укрытие, чтобы защитить?

— Да, но…

— И вас необъяснимо тянуло друг к другу? — продолжала давить Элиза.

— Не сразу, — возразила Кэт.

— Но Акселя тянуло, — вставил Теон. — С того самого момента, как он увидел ее на церемонии Проявления. Он настоял на том, чтобы мы забрали ее в королевство Ариуса. Сделал это раньше, чем мы успели его остановить.

Кэт снова покраснела, а Разик добавил:

— Мужчина обычно чувствует притяжение первым.

— А когда эмоции зашкаливают — страх, печаль, агония — другой иногда может почувствовать это даже до наложения метки, — сказала Элиза. — Если тебе кажется, что ты его чувствовала, велика вероятность, что так и было.

Катя смотрела на них широко открытыми глазами и прошептала:

— Ему плохо, а я…

— Ты можешь его найти, — сказала Элиза.

— Что? — одновременно переспросили Кэт и Теон.

— Наложение метки, если это истинные узы близнецового пламени, позволит ей говорить с ним. Он сможет сказать ей, где он. Или, по крайней мере, описать обстановку. Она будет чувствовать связь все сильнее по мере приближения к нему, — объяснила Элиза.

Прямо как с первой меткой Источника.

— Но что, если они не близнецовое пламя? — спросил Корбин.

Элиза поджала губы, взглянув на Разика. Ответил он.

— Как и у любой Метки, здесь есть своя цена. Принятие метки близнецового пламени — это принесение в дар части своей души другому. Если двое — истинные близнецовое пламя, их души узнают друг друга, и начинаются Испытания. Если нет — метка со временем исчезает, а вместе с ней исчезает и отданная часть души. Некоторые верят, что нашли свое близнецовое пламя, но слишком боятся испытывать это меткой, поэтому предпочитают просто быть вместе без связи.

— Но если я приму ее, а Аксель нет, как мы узнаем? — спросила Кэт.

— Принятие метки близнецового пламени в одиночку — это подношение части своей души, которую может найти кто угодно. Она стремится к своему пламени, но если ее не принимают, она продолжает искать свою половину, истощая владельца. Это ослабляет их до тех пор, пока магические резервы не иссякнут или пока что-то другое не найдет ее, — тихо сказала Элиза.

— Что-то другое? — переспросил Корбин.

— В разных мирах полно существ. Некоторые черпают силу из чужих душ, — мрачно ответил Разик.

— Есть другой способ найти его, — вмешался Теон, которому все это очень не нравилось применительно к Кэт.

— О чем ты? — спросила она.

— Это то, что мне нужно было обсудить с тобой. Тесса сегодня была здесь и дала информацию, которая может помочь его найти.

— Может? — скептически переспросила она.

— Я не знаю, насколько это правда, но мы можем начать с этого. Она сказала, что у моего отца есть владения в районе Развлечений в Подземелье. Если это правда, я об этих владениях ничего не знал.

— Как ты это проверишь?

— Мне нужно навестить Альфу и Бету оборотней. Они контролируют районе Развлечений и должны знать.

— Когда ты пойдешь?

— В этом-то и дело, — Теон потер затылок. — Я отправил официальный запрос на встречу, но должен дождаться их ответа.

— Ты Лорд королевство Ариуса, — в голосе Кэт зазвучала паника, она вскочила на ноги.

— Я знаю, но лучше их не злить, пока я официально не назначен на должность, — ответил он.

— Прошли недели, Теон! — настаивала она.

— Я знаю, Кэт. Знаю, но…

Но один неверный шаг мог вывести его мир из равновесия окончательно.

Она повернулась к Элизе.

— Я сделаю это. Наложи мне метку.

— Кэт, нет, — вмешался Теон. — Дай мне хотя бы день.

— И если они не ответят, этот день будет потрачен впустую, — возразила она.

— Это всего один день, Кэт!

— А его нет уже слишком много дней! — вскричала она. — Если я действительно чувствовала его… Теон, ему плохо.

Он шагнул вперед, мягко взял ее за плечи.

— Как ты думаешь, что сделает Аксель, если я позволю тебе это сделать, и все окажется не так, как они говорят? Пожертвовать частью души?

— Это будет мое бремя, — ответила она, в ее глазах стояли слезы.

— Но он обвинит меня! — сказал Теон.

Она долго молчала, не отводя от него янтарных глаз. Наконец она произнесла:

— Он пожертвовал всем ради меня. Меньшее, что я могу сделать — пожертвовать частью себя ради него. Я прошу тебя позволить мне сделать то же самое, что ты сделал бы для Тессы, не раздумывая.

— Я его старший брат. Моя работа — защищать его, а не твоя.

— Теон, ты не можешь защитить нас всех, — мягко сказала она.

— Могу. Мне просто нужно еще немного времени, — настаивал он.

— Тебе не кажется, что мы уже живем в долг?

Когда он не ответил, она добавила:

— Ты всего лишь один, Теон. Ты не можешь спасти мир в одиночку. Он тебе нужен, и я… Я не знала, что он нужен мне, пока он меня не нашел.

— Я не могу позволить тебе это сделать, Кэт, — сказал он. — Если что-то случится…

Грустная улыбка тронула ее губы.

— Я сделаю это, Теон. Каким бы ни было наказание за неподчинение тебе — я его приму. Это того стоит.

— Я не стану наказывать тебя за попытку спасти Акселя, Кэт, — с горечью произнес он.

Но стоило бы.

Разве не этому его учили всю жизнь? Фейри здесь, чтобы служить. Но все, что только что рассказали ему Элиза и Разик, в корне противоречило всему, что он знал. Снова.

Кэт продолжала смотреть на него тем самым взглядом, который говорил: она точно знает, о чем он думает. За последние недели они провели вместе столько часов, что неудивительно — она научилась его понимать.

Еще одна вещь, за которую его бы наказали.

ГЛАВА 18. Тесса

Виллы Сираны оказались совсем не такими, какими она их себе представляла. Эта мысль не покидала Тессу, пока она шла за остальными через Роузбелл. Рордан перенес их сюда через портал: настолько близко, насколько это было возможно. Охранные чары вокруг вилл не давали переместиться прямо внутрь, что Тессе показалось странным: все-таки Рордан был Лордом Ахаза и неофициальным правителем Деврама.

Роузбелл располагался к югу от Фавена, у самой кромки леса Дремучего леса Снов. Город находился ровно посередине между Фавеном и Саналом, столицей королевства Серафины. И теперь, когда Тесса начала догадываться, что творится на виллах, она была уверена: это не совпадение. Разумеется, виллы были не единственной частью Роузбелла. На самом деле, если не знать об их существовании, можно было и не заметить, что они здесь есть.

Сам город мало чем отличался от других крупных центральных городов Деврама: высотные здания, шумные улицы. Но здесь царила безупречная чистота. На каждом углу цвели цветы, горшки украшали фонарные столбы. Деревья выглядели так, словно за каждым листочком ухаживали персонально. Казалось, улицы и тротуары подметали по несколько раз в день, едва успев расчистить снег.

При каждом шаге Тессы отчетливо было слышно цоканье каблуков. Она их ненавидела. Они давили, натирали, пальцы нещадно ныли, и Тесса до сих пор не понимала, почему Орэлия настояла именно на этой паре. Черные туфли на тонкой высокой шпильке: нелепые и шумные.

Как она должна шпионить, если ее слышно за милю?

Впрочем, она подозревала, что именно ради этого Орэлия их и выбрала.

Орэлия, Декс и Брекен следовали позади. Тесса давно бросила попытки понять, как им удалось втереться в доверие к Рордану.

Теперь ее занимал другой вопрос: почему? Зачем ему так сильно доверять фейри? Это лишь подпитывало ее подозрения, что их происхождение такое же туманное, как и ее собственное. Вряд ли они были детьми богов. Но Рордан окружал себя только сильнейшими. В этом он и Вальтер были похожи.

Они выехали утром, сразу после тренировки Тессы с Лукой. Это было всего их пятое занятие, но Тесса уже узнала от Луки больше, чем за все время обучения у Одессы.

Разумеется, ему она в этом ни за что не признается.

Первую половину тренировок Лука помогал ей обуздать магию. Это всегда было… не совсем комфортно. Он был силен, и ее собственная магия это чувствовала. В первый день Лука наградил ее понимающим взглядом; она стиснула зубы, отказавшись признавать очевидное. Если он, Теон и все остальные сильные мира сего научились владеть собой, то и она сможет.

Вторая половина была посвящена физической подготовке. Упражнения и связки, призванные закрепить пройденное. Лука заставлял ее повторять одно и то же раз за разом, точно так же как заставлял ее часами стоять в той гребанной стойке. Тесса не знала, чем он занимается в остальное время, и каждую ночь боролась с искушением пойти в его комнату. Он сказал, что она может спать в его постели, если согласится тренироваться, но ей не хотелось дарить ему это удовлетворение. К тому же это стало бы ненужным отвлечением. И вовсе не потому, что она истосковалась по телесным наслаждениям. Видят боги, ее не трахали как следует с момента нанесения последней метки Теону. И пока она не разберется с этими узами, ничто не принесет ей облегчения.

Поэтому ночи она проводила, меряя шагами комнату, пытаясь занять себя книгами или тренировками с силой. Делала что угодно, лишь бы переключить внимание, хотя знала: они чувствуют ее разочарование, раздражение и желание. И от этого осознания потребность становилась лишь острее.

— Не так захватывающе, как ты себе представляла, верно? — голос Рордана, в котором слышались нотки веселья, вырвал Тессу из раздумий.

— Роузбелл прекрасен! — ответила она с улыбкой. — Мне нравится видеть новые места Деврама.

— Охотно верю, после стольких-то лет заточения в поместье, — заметил он.

— Да, — это все, что она смогла выдавить, сжимая пальцы в перчатках.

По крайней мере, ей разрешили надеть брюки, пусть и совершенно непрактичные. И, разумеется, белые. Здесь все было белым, светлым и…

Золотым.

Как огромные ворота, перед которыми они остановились.

Сами ворота не были золотыми. Две массивные панели, инкрустированные золотым узором, сияющим в дневном свете. Символы богов. Знаки, которые она знала, и те, что видела впервые. Тесса непроизвольно потянулась, чтобы коснуться одного из них, но чья-то рука перехватила ее запястье.

— Они под чарами, — напряженно произнес Дагиан. — Прикосновение плохо кончится для всех нас.

— И что будет? — нахмурилась Тесса.

— Я никогда не стремился это выяснить, — ответил он.

Она взглянула через его плечо на Сашу. Та стояла в шаге позади, и в ее карих глазах читалась мольба не нарываться. Вздохнув, Тесса подавила любопытство и спрятала руки в карманы длинного шерстяного пальто.

Тоже белого.

Она вздрогнула, когда ворота начали разъезжаться. Декс положил руку ей на плечо, подбадривая.

— Расслабься, Тесси, — тихо шепнул он. — Нас просто впускают.

Она подняла на него взгляд:

— Ты уже бывал здесь? — и, посмотрев дальше, спросила у Орэлии и Брекена: — А вы?

Никто не ответил, сохраняя маску покорных слуг, но Брекен ей подмигнул.

И когда же они успели здесь побывать?

Они ведь служат королевству Ахаза не так уж долго.

— Ваша светлость, большая честь снова приветствовать вас, — раздался мужской голос.

Часовой поклонился Рордану и Дагиану, а выпрямившись, уставился на Тессу. В его взгляде мелькнуло замешательство. В ответ Тесса дерзко улыбнулась и подмигнула ему. Может, Теон ей и не нужен, чтобы утолить свою потребность. Нужно просто найти кого-то другого.

Или нескольких.

Ей уже было плевать.

— Надень это, — Дагиан протянул руку.

На его ладони лежало тонкое кольцо из розового золота.

Оглядевшись, Тесса увидела, что остальные надевают точно такие же. Она знала, что кольца, браслеты и ошейники в этом мире часто бывают чем-то большим, чем просто украшения, и не собиралась слепо надевать на себя что попало.

— Зачем? — спросила она, не вынимая рук из карманов.

— Тебе обязательно во всем сомневаться? — прорычал Дагиан, снова предлагая кольцо.

— Это был логичный вопрос! — парировала она.

— Виллы посвящены самой Сиране, — вмешался Рордан, забирая кольцо у сына. — Ее присутствие здесь ощущается острее всего, и даже сильнейшие из нас не защищены от этого влияния.

— Я все равно не понимаю, — Тесса сделала шаг назад и наткнулась на чью-то мощную грудь. Обернувшись, она увидела возвышающегося над ней Брекена.

— Тебе захочется трахаться, Тесса, — прямо сказал Брекен.

Он взял кольцо у Рордана и сам вытянул ее руку из кармана.

У Тессы отвисла челюсть:

— Ты серьезно? Просто переступив порог?

А ведь она только что думала о том, чтобы найти Теону замену…

— Сирана — богиня любви и плодородия, — пояснил Декс, как маленькому ребенку. — Ее влияние здесь очень велико.

Большего бреда Тесса в жизни не слышала. Боги покинули этот мир. Как здесь может ощущаться чье-то влияние?

— И что делает кольцо? — спросила она, пока Брекен стягивал перчатку с ее руки.

— Оно заговорено так, чтобы дать тебе иммунитет, — ответил Декс. — Иначе меньше, чем через час ты окажешься в постели с первым встречным. А в твоем случае — еще быстрее.

Вообще-то, это звучало не так уж плохо, даже если Декс фактически назвал ее шлюхой.

Тесса снова посмотрела на часового. Светло-коричневые волосы — как раз такие, чтобы запустить в них пальцы. Крепкие мускулы. Легкая щетина на челюсти…

— Надень это гребанное кольцо, искусительница, — раздался рык через связь. И это был не тот голос, который она ожидала услышать.

Проклятые щиты.

И эта проклятая связь.

Она выхватила кольцо из рук Брекена и надела на указательный палец. Тот вскинул бровь, заметив резкую перемену в ее настроении. Тесса забрала перчатку и надела ее обратно.

— С ним тебе будет спокойнее, — обнадеживающе произнес Рордан. — Пойдем?

Тесса кивнула и зашагала рядом с ним, а его Источник следовал по пятам.

Узкая тропа вела их вперед, на ней едва могли уместиться трое. Высокие деревья обступали дорогу, и Тесса с содроганием поняла: они уже не на окраине Дремучего леса Снов, они входят в сам лес.

Зачем строить виллы здесь? В месте, где, по легендам, сны превращаются в кошмары и выходят на охоту? Где обитают твари, которых не встретишь больше нигде в мире?

— Все в порядке, Тесса, — негромко произнес Дагиан. Только тогда она поняла, что прижалась к нему. — Ты сама страшнее любого, кто здесь водится.

Она не была в этом уверена. Особенно помня, как Дагиан пытал ее в этом лесу в одном из ее видений во время тестирования. Но тем не менее она выпрямилась и позволила своей силе едва заметно заструиться вокруг. Дагиан покосился на нее, но промолчал.

Тропа вывела их на просторный двор. Тесса чуть не споткнулась: отчасти от изумления, отчасти из-за неровной мостовой. Настоящий булыжник. Переступить черту этих ворот было все равно что попасть в другой мир.

Здесь не было машин. Только люди, прогуливающиеся по двору. В центре высилась статуя Сираны: пышные бедра, полная грудь, длинные волосы. Ее невозможно было спутать ни с кем. И, конечно же, она была обнажена.

Сами виллы окружали двор кольцом. Трехэтажные здания с открытыми галереями. Арки, перила и колонны из слоновой кости были густо оплетены розовыми розами. Четыре отдельных корпуса, соединенных переходами, но они не зашли ни в один из них, а двинулись дальше под сводчатой галереей, в самую глубь леса.

Когда они вышли с другой стороны, Тесса замерла.

За виллами раскинулся огромный особняк. Гладкий камень цвета слоновой кости, все те же розовые розы повсюду, арочные входы с золотой отделкой, в точности как на воротах. В здании было шесть этажей, и Тесса понимала: с верхнего балкона виллы видны как на ладони.

По ступеням спускалась представительница Наследия. Несмотря на зиму, на ней было легкое платье с глубокими разрезами, обнажавшими длинные ноги при каждом шаге. Рукава были длинными, но глубокий вырез не скрывал золотистую кожу и пышное декольте. Блестящие каштановые волосы волнами спускались до самой задницы. Огромные карие глаза лани были неописуемо хороши, а полные губы заставили даже Тессу на мгновение задуматься, каковы они на вкус.

— Мой Лорд, — произнесла она с чувственным хриплым голосом, от которой у Тессы мурашки побежали до самых кончиков пальцев. Женщина низко поклонилась. — С возвращением!

— Благодарю, как и всегда, Дезирэ, — тепло ответил Рордан, взял ее протянутую ладонь в свои и легонько сжал. — Как ты знаешь, сегодня у нас гостья. Тессалин, это Дезирэ. Она присматривает за виллами Сираны и за Роузбеллом. Дезирэ, познакомься — Тессалин Асура.

— Та самая, о которой говорит весь Деврам, — промурлыкала та, окинув Тессу изучающим взглядом. — Какое прелестное создание. Твое потомство будет великолепным, если подобрать правильного партнера.

— Э-э… спасибо? — Тесса подавила желание поежиться.

— А какая сила! — добавила Дезирэ с азартом в голосе, покосившись на Дагиана. — У вас уже есть брачный контракт, дорогая?

— Всему свое время, — со смешком прервал ее Рордан, но Тесса внутренне напряглась. Он ни разу не упоминал ни о каком контракте.

— Когда же придет это время? — не отступала Дезирэ.

— Ты узнаешь об этом первой, как и всегда, — ответил он. — Но мы здесь не за этим.

— Разумеется, — она развернулась и пошла вверх по ступеням. — Прошу за мной. Я распорядилась подать легкий обед, пока мы обсуждаем дела.

— А как насчет экскурсии для Тессы?

— Все устроено, как вы и просили.

Тесса от удивления вскинула брови.

Еще одна новость.

— В этом нет необходимости, — сказала она, стараясь не споткнуться на лестнице. — Я с удовольствием присоединюсь к вам за обедом.

— Перестань, — Рордан мягко подхватил ее под локоть, когда она все-таки оступилась. — Ты сама говорила, что хочешь увидеть виллы, раз никогда здесь не была. Я все организовал.

Возразить было нечего. Именно этим аргументом она убедила его взять ее с собой.

— Что ж, в таком случае спасибо, — ответила она с улыбкой.

Рордан похлопал ее по руке и отпустил. Внутри особняка было гораздо теплее; слуги-фейри тут же появились, чтобы забрать верхнюю одежду. В золотистом свитере стало почти жарко. Тесса надеялась, что их заставят разуться, но не повезло.

— Я распорядилась собрать вам корзину с выпечкой и сэндвичами в дорогу, — сказала Дезирэ, пока Дексу и Брекену передавали небольшие сумки. — Моя дочь, Ларисса, проводит вас.

Появилась девушка, почти точная копия матери. Чуть ниже ростом, волосы чуть светлее, но родство было очевидным. Тесса вдруг задалась вопросом: кто же была пара Дезирэ?

— Я могу сначала показать вам поместье, а потом мы осмотрим остальные части вилл, — проговорила Ларисса таким же томным голосом, как у матери.

— Было бы чудесно, — процедила Тесса.

Прошел почти час, прежде чем их вывели обратно во двор к четырем корпусам. Наследия приходили и уходили, фейри приветствовали их снаружи и исчезали вместе с ними в дверях.

— Мы зайдем внутрь? — спросила Тесса.

— Ты замерзла? — поинтересовался Декс. — В карманах пальто есть перчатки.

— Нет, я не замерзла, — огрызнулась она, комкая в руках пальто, которое надела перед выходом. — Я просто хочу увидеть, что там.

Ларисса и Декс переглянулись.

— Поверьте, внутри нет ничего интересного, — мягко сказала Ларисса.

— Трудно в это поверить.

— Тесса, помни, что мы здесь в гостях, — предостерег Декс.

— А ты помни, что я больше не одна из вас и уж точно не ниже вас по положению! — отрезала она.

Сила в ее жилах встрепенулась, потягиваясь и пробуждаясь.

— Я не это имел в виду, — начал оправдываться Декс. — Я просто говорю, что ты ведешь себя грубо. Не нужно создавать проблемы.

Тесса поджала губы. Магия теперь не просто потягивалась, она рвалась наружу.

— Не нужно создавать проблемы, — язвительно повторила она.

— Да, — бросил Декс.

— Не будь такой импульсивной.

— Именно.

— Не быть такой дикой и неуправляемой.

— Да, Тессалин, — раздраженно вздохнул он.

— Декс, мужик, — предостерег Брекен. — Ты добиваешься совсем не того, чего хочешь.

— Знаешь что, Декстер? — вкрадчиво произнесла Тесса. — Вы с Лариссой можете оставаться здесь. А я пойду внутрь и немного… согреюсь.

— Тесса, подожди…

— Нет, — отрезала она.

— Тесса, это не было согласовано ни с Рорданом, ни с Дезире, — снова попытался Декс, протягивая к ней руку, но замер, когда его взгляд упал на её запястья.

Золотые полосы на ее запястьях вспыхнули, рассыпая искры энергии во все стороны. Декс попытался снова ее схватить, но отпрянул, увидев свечение на ее руках.

— Рордан? — повторила она его недавнее обращение. — Вы уже с Лордом Ахаза на «ты»?

— Нет, я…

Она одарила его острой улыбкой:

— Без тебя мне лучше, Декстер.

— Не неси чушь, Тесса! — вмешалась Орэлия скрипучим голосом. — Декс спасал твою задницу столько раз, что не сосчитать.

— Тогда, может, ему стоит прекратить, если я для него такая обуза? — бросила она и зашагала через двор, звонко цокая каблуками по камням.

Она слышала приглушенные голоса. Декс просил Брекена не отходить от нее. Ей было плевать, кто за ней идет, лишь бы это был не Декс. И она знала, что он не пойдет. Декс побоится устроить сцену. Скорее всего, побежит жаловаться Рордану.

Фейри у дверей поклонились при ее приближении и беспрекословно открыли двери. Внутри мир снова изменился. Если снаружи все было милым и уютным, то внутри царил полумрак и роскошь. Тусклая подсветка вдоль пола манила вглубь здания, пока коридор не вывел ее в огромный зал с кабинками, зашторенными нишами и сценой в центре.

Бордель.

Это был гребанный бордель.

— Присмотрели что-нибудь по вкусу, миледи? — раздался мужской голос.

Рядом стоял представитель Наследия.

— Я, э-э…

Она замолчала, глядя на сцену, где стояли абсолютно голые фейри, мужчина и женщина.

— Не беспокойтесь. Я здесь как раз для этого. Мы подберем вам то, что нравится, — продолжал он. — Предпочитаете мужчин? Женщин? Всех сразу? Есть пожелания по стихиям?

Тесса на мгновение потеряла дар речи. Не от смущения. От ярости.

— Леди нужна отдельная кабинка на втором этаже, — плавно вмешался Брекен.

Мужчина из Наследия выпрямился, свысока глядя на Брекена:

— С тобой? — скривился он.

— Если миледи пожелает, — ответил Брекен, уставившись в пол.

Он идеально играл роль, которой их учили двадцать лет.

Покорный.

Ничтожный.

Смирный.

Тесса откашлялась:

— Да. Именно этого я и желаю.

— Разумеется, миледи. Сюда, прошу, — мужчина повел их мимо кабинок, где Наследия развлекались с фейри прямо на виду.

Других фейри вели в зашторенные ниши. До Тессы долетали стоны, приглушенные всхлипы и звуки, от которых кровь закипала в жилах. Чем больше она видела, тем сильнее становилась ее ярость.

Они поднялись по винтовой лестнице в галерейный вестибюль второго этажа. Тесса заставила себя смотреть вниз. Видеть этих изможденных фейри. Жадных представителей Наследия. Боже, здесь были даже смертные! Виллы, очевидно, удовлетворяли любые прихоти.

Сопровождающий мужчина из Наследия приложил ладонь к двери, замок щелкнул. Он отступил, пропуская их в роскошную спальню. Тесса замерла на пороге.

— На сколько времени, миледи?

— Что?

— На сколько вы бронируете комнату?

Она не знала, что ответить. Но нельзя было просто стоять, иначе ее раскусят. И тогда она, к своему глубочайшему прискорбию, представила, как повел бы себя в такой ситуации Теон.

Ее свет вспыхнул, золотые дуги закружились вокруг тела. В глазах заплясали молнии, каждый шаг отдавался гулким эхом. Она пронеслась мимо мужчины вглубь комнаты.

— Пока я не закончу, — бросила она холодно и властно.

Глаза мужчины на миг округлились.

— К-конечно, миледи, — пробормотал он и поспешно закрыл дверь.

Звук медленных аплодисментов заставил ее обернуться к Брекену.

— Отличная работа, Тесси, — сказал он. — На секунду я подумал, что ты все завалишь.

— Заткнись! — огрызнулась она, делая шаг к нему. Все ее существо вибрировало от гнева. — Все виллы… такие?

Он сцепил руки за спиной, покачиваясь на пятках:

— Места, куда Наследия приходят потрахаться? Ага. Все до единой.

— Здесь и смертные?

— Полно, — подтвердил он, расхаживая по комнате.

— А фейри?

— Принадлежащие к роду Сираны, — ответил он, но это она и так знала.

Джаспер говорил ей, где бы она оказалась, если бы не была… тем, кто она есть.

— И Наследие просто…

— Просто приходят поразвлечься. Заказывают точь-в-точь то, что хотят. Ты разве не заметила? Ни у фейри, ни у смертных нет таких колец, — он поднял руку с кольцом из розового золота. — Некоторые представители Наследия тоже их не надевают. Говорят, так ощущения острее.

Тесса сжала кулаки. Магия тугими жгутами обвила ее предплечья и грудь.

— Что на третьем уровне? — спросила она сквозь зубы.

Впервые лицо Брекена изменилось. Все это время он был подчеркнуто равнодушен, но теперь в его темных глазах что-то мелькнуло.

— Те, кто пытается зачать, и те, кто уже носит плод.

— Откуда ты все это знаешь?! — потребовала Тесса. В ее голосе зазвучали потусторонние нотки, заставившие Брекена отступить.

— Это долгая история, на которую сейчас нет времени.

— Сделай так, чтобы оно появилось, Брекен! — выплюнула она.

Воздух в помещении пришел в движение.

— Я могу либо рассказать тебе сказку, либо показать место, где ты сможешь выпустить свою ярость, Тесса. Выбирай.

Выбор.

Она запнулась.

— А разве ты не должен…

— Контролировать тебя? Я же говорил: ты — забота Декса. Не моя, — он пересек комнату и отодвинул вазу с розами на декоративной полке.

Панель в стене бесшумно отъехала. Оглянувшись, он спросил:

— Ты идешь? После твоего маленького шоу с силой никто не посмеет сунуться сюда еще пару часов.

— А остальные?

— Я поклялся Дексу, что присмотрю за тобой, пока они ищут Лорда Джоува и Дезирэ. Так что тебе лучше пойти со мной, чтобы я мог сдержать слово.

Она смерила Брекена взглядом. Ее сила требовала выхода. А может, выхода требовала она сама?

— Куда это ведет?

— В подземные туннели. Они выведут нас к другой вилле, за особняком.

— Под землю? — повторила она.

То есть еще глубже в Дремучий лес Снов?

— Единственный способ победить страх — встретиться с ним лицом к лицу, — заметил он.

— Я не боюсь подземелий, — ощетинилась Тесса.

Брекен вскинул бровь:

— Верно. Ты просто боишься оказаться там в ловушке. Ты позволяешь страхам ограничивать тебя, Тесса. Будь той, кем тебе предназначено быть.

— Хватит это повторять! — прошипела она, подходя к нему. — Я не хочу быть той, кем мне «предназначено». Я хочу свободы и быть той, кем я сама пожелаю.

— Так возьми ее, — бросил он и исчез в проходе.

ГЛАВА 19. Тесса

— Клянусь богами, — пробормотала Тесса, следуя за ним внутрь.

Брекен ждал ее. Затем пока он возился с панелью, закрывая проход, она подняла руку, позволяя свету скопиться на ладони.

Брекен покосился на магию, проходя мимо.

— Не вздумай терять здесь контроль, Тесса. Тут слишком мало места, чтобы я мог выжить.

— Отвали, Брекен, — огрызнулась она.

Скинув туфли прямо у двери, она пошла за ним босиком.

Первые несколько минут все было в порядке, но чем дольше они шли по переходу и чем ниже спускались, тем тяжелее становился каждый шаг.

С каждым вдохом воздух становился все более вязким. Сердце заходилось в бешеном ритме. Еще немного, и…

— Дыши, малышка, — раздался в сознании голос Луки, просочившийся сквозь связь.

— Где ты? Мы будем там через секунду, Лука переместит нас, — эхом отозвался Теон.

— Вы не можете просто бросить все и примчаться ко мне, — фыркнула она, позволяя им отвлечь себя разговором.

— Тесса, если ты думаешь, что я не покину совет прямо сейчас, чтобы найти тебя и пролить кровь любого, кто встанет на пути, ты недооцениваешь мои слова. Я защищаю то, что принадлежит мне, — ответил Теон.

— Я не твоя.

— Метка на твоей руке говорит об обратном.

— Если это твой единственный аргумент, значит, и ты принадлежишь мне, Теон, — парировала она.

— Я никогда и не утверждал иного, моя маленькая буря.

Об этом ей сейчас хотелось думать меньше всего.

— Расскажи мне о Дремучем лесе Снов, — велела она, не сводя глаз со спины Брекена.

Наступила долгая пауза, прежде чем Теон спросил:

— Тесса, где ты?

— Виллы Сираны, — ответил вместо нее Лука.

— Тебя никто не спрашивал! — огрызнулась Тесса.

— Нравится тебе это или нет, но теперь я — часть этого.

— Пока что.

Снова пауза. Теон:

— Что это значит?

— Ровно то, что я сказала. Все это — лишь на время. Я найду способ освободиться от тебя, от Луки и от всего этого гребаного мира.

— Я всегда приду за тобой, Тесса, — ответил Теон.

— До того дня, пока не перестанешь находить.

С этими словами она вышвырнула их из своих мыслей, снова возводя ментальные щиты. Брекен открыл дверь. Дневной свет ворвался в переход, указывая путь наружу. Он не лгал: они действительно оказались позади особняка, в тени огромного дома. Оглянувшись, Тесса увидела маленький кирпичный коттедж, из которого они вышли, а перед ними — две двухэтажные виллы, почти такие же, как во дворе.

За одним исключением. У этих не было открытых арок.

У них вообще не было окон.

Просто безмолвные здания из слоновой кости, обвитые розами. Тесса даже не видела входа.

— Брекен? — неуверенно позвала она.

— Сюда, — бросил он, не оборачиваясь.

Она поспешила следом, чувствуя ступнями обжигающий холод булыжников.

— Помедленнее, Брекен! — прошипела она.

— Нельзя. Если нас поймают, готовь свою магию.

Через минуту они нырнули в боковую дверь, которую Тесса ни за что бы не заметила, если бы Брекен не знал о ней заранее. Она почувствовала, как по коже пробежала рябь охранных чар, но Брекена они пропустили беспрепятственно. Внезапно он схватил ее за локоть и втащил в тесную каморку. Дверь со щелчком закрылась. Внутри едва хватало места для двоих среди швабр, лопат и чистящих средств.

— Нет, — прохрипела она, пытаясь оттолкнуть его. — Мы не можем здесь оставаться!

Брекен резко развернулся, прижимая ее к стопке коробок. Он грубо перехватил ее челюсть, заставляя смотреть на него. Когда ее магия предупреждающе обвилась вокруг его запястья, он даже не вздрогнул.

— Все те фейри и смертные, которых ты видела на тех виллах? — начал он низким, яростным голосом. — Они счастливы, Тесса. Счастливы, потому что они не здесь.

Она замерла.

— О чем ты?

— О том, Тессалин, что я прошу тебя хоть раз в жизни подумать не только о себе.

Ее глаза расширились, гнев вспыхнул с новой силой.

— Злишься? — продолжал он, не отпуская ее подбородок. — Бесит? Хорошо. Так и должно быть. Потому что какой бы хуевой ни была твоя жизнь, у тех, кто здесь, она в сотни раз хуже. Если бы ты не была той, кто ты есть, ты бы закончила именно здесь. Так что слушай внимательно: если мы облажаемся хоть в чем-то, пострадают невинные. Ты понимаешь?

Она смотрела в его темные глаза секунду. Две. Три.

Затем на ее губах заиграла медленная, мрачная улыбка, от которой глаза Брекена полезли на лоб. Она подняла руку и обхватила его запястье. На этот раз, когда ее сила хлынула в его существо, он попытался отпрянуть, но ее сила держала крепко. Искала. Жаждала. Забирала.

— Тесса, прекрати, — в его голосе прорезалась паника.

Она сделала шаг вперед. Еще один. Вынуждая его отступить и прижимая к стене. Встав на цыпочки, она перехватила его подбородок, впиваясь ногтями в кожу.

— Теперь ты слушай меня внимательно, Брекен. Если ты облажаешься хоть на секунду, страдать будешь ты сам. И тогда ты больше никогда не увидишь свет за дверью этой каморки. Ты понимаешь?

Он замер, лишь кадык дернулся, когда он едва заметно кивнул.

— Никогда больше не смей говорить со мной в таком тоне, — процедила она. — Я ушла от Теона не для того, чтобы меня использовал кто-то другой. Я не Источник Теона. Я не собственность Рордана, чтобы он мной командовал. Я не принадлежу ни Ахазу, ни Ариусу, ни какому-либо другому богу. И я уж точно не твоя пешка в твоей личной вендетте. Можешь рассказывать мне что угодно, но поверь — я докопаюсь до правды, как делала это всегда. Так что лги или нет, дело твое. Но знай: твой выбор в эту секунду определит, ждет тебя спасение или гибель.

— Столько ярости… — пробормотал Брекен, и напряжение в нем начало спадать.

Тесса склонила голову набок, не понимая, почему его это успокоило.

— Понял тебя, Тесси, — легко сказал он, когда ее пальцы соскользнули с его лица. Он поправил рубашку и одернул манжеты. — Я не могу рассказать тебе все, что здесь происходит, я связан Клятвой. Но я могу показать.

Она пристально посмотрела на него, ища подвох.

— Но для этого мне нужно, чтобы ты притворилась той, кем тебя растила Корделия, — продолжил он. — Ровно настолько, чтобы ты успела все понять. А потом, если захочешь, можешь хоть весь мир в одиночку спасать.

Ее глаза сузились.

— Если ты ведешь со мной игру, Брекен, я найду способ тебя прикончить.

Его улыбка была почти маниакальной:

— Я на это рассчитываю.

Между ними промелькнуло некое подобие понимания. Брекен кивнул и толкнул дверь. Стоило им выйти в коридор, как его рука стальным обручем сомкнулась на ее плече. Он повел ее за угол, в широкий проход, ведущий к лестнице. По пути им встретилось несколько представителей Наследия, но на них никто не обратил внимания. Пока из-за очередного поворота не вышел мужчина из Наследия. Он замер, пожирая Тессу взглядом светло-голубых глаз. В этом взгляде читался неприкрытый голод.

— Новая, Брек? — спросил он, облизнув губы.

— Ага, — скучающим тоном ответил Брекен.

— Стихия?

— Ветер.

Мужчина подался вперед, его лицо озарилось предвкушением. Тессе стоило огромных усилий не дернуться, когда он провел кончиками пальцев по ее шее, а затем скользнул большим пальцем по нижней губе.

— Значит, скоро увидимся, — прохрипел он.

— Сначала ее нужно оформить, Арло, — осадил его Брекен.

— Где ты ее откопал? — Арло подошел еще ближе, наматывая прядь ее волос на палец.

— Поместье Фалейны.

Арло взглянул на него:

— С Эйналой все еще глухо?

Брекен закатил глаза:

— Кира заперла свое королевство и поместье крепче, чем Властитель — центр Пантеона.

Арло хмыкнул:

— Говорят, там есть подвижки.

— Пока так, я буду таскать девок от Рей, — пожал плечами Брекен и потянул Тессу за руку.

Она пошатнулась, и Арло, рассмеявшись, хлопнул ее по заднице, когда ее уводили мимо.

— Спокойно, Тесса, — одними губами шепнул Брекен. — Прибереги это.

Она сжала кулаки, пряча искры силы. К счастью, она все еще была в пальто, и браслеты на запястьях были скрыты.

Через минуту Брекен втолкнул ее в просторный кабинет. Пустой кабинет.

Как только дверь закрылась, он скомандовал:

— Ищи все, что сможешь. Я постою на стреме.

— Что?

Он кивнул на стол:

— Я не могу сказать тебе, где искать. Ищи сама. Не знаю, сколько у нас времени. Может, минуты, а может — час.

Не до конца понимая, что происходит, Тесса подошла к столу. Кабинет был обставлен скудно: карта мира на стене, книга о магии на полке, планшет в центре стола.

Она коснулась экрана. Тот загорелся, запрашивая пароль. Она вопросительно посмотрела на Брекена.

Тот закатил глаза:

— Я его не знаю, Тесса. Но если ты умеешь обходить чары, которые тебе не по зубам, неужели не вскроешь какой-то планшет?

Она никогда не думала об этом в таком ключе.

Занеся пальцы над экраном, она сосредоточилась, выпуская лишь крошечную крупицу своей силы. Чуть больше — и эта штука просто взорвется. Ей потребовалось больше энергии, чем она ожидала, чтобы удержать мощь в узде, но у нее получилось. К ее глубочайшему шоку планшет разблокировался.

— Боги милостивые… — прошептала она.

Брекен что-то ответил, но она не слышала. Она открыла единственную программу на экране. Та называлась «Гибрид».

Выскочил список имен. Ничего не понимая, она ткнула в первое попавшееся.

Имя: Мира Коплин

Происхождение: фейри воды (М) х фейри воды (Ж)

Стихия: Вода

Текущее местоположение: Гибридные виллы

Пары: Наследие Анахиты (Рольф Алингс).

Результат: Благоприятный (М-37 лет), распределен.

Наследие Нита (Клейтон Джаник).

Результат: Благоприятный (М), утилизирован.

Наследие Анахиты (Рольф Алингс). Результат: В ожидании.

ГЛАВА 20. Лука

Он знал, что она вернулась. Он чувствовал это каждой клеткой через эти проклятые богами узы, и ему требовались все остатки самообладания, чтобы не броситься на ее поиски.

Лука ощущал ее присутствие весь вечер. Они закончили тренировку, после чего она ушла в душ и переодеваться. Около трех дня она отбыла на виллы Сираны. Ему доложили, что у них запланирован легкий ужин с Дезирэ, но сначала он почувствовал ее гнев, затем — отчаяние, а следом — новую волну неистовой ярости. И он, и Теон пытались достучаться до нее, ломясь в ментальный барьер, которым она отгородилась. Но вот в чем штука: в конце концов барьер пал, но как бы они ни старались, достичь ее сознания не удавалось. Она слишком глубоко погрязла в своем гневе, и он понятия не имел, что вызвало такую острую реакцию.

Была ли она ранена? Нужна ли ей помощь?

Телефон на тумбочке вибрировал, не умолкая, но Луке не нужно было смотреть на экран, чтобы понять: это Теон. У него не было ответов, поэтому он не утруждал себя чтением. Весь день и вечер он пытался занять себя чем угодно, лишь бы не думать о Разике и их возможном кровном родстве. О чем вообще говорит тот факт, что этот мужчина даже не попытался выйти с ним на связь?

Впрочем, Лука тоже не пытался.

Он даже зашел так далеко, что переместился к дому Ариуса, чтобы лично проверить волка, несмотря на регулярные сообщения Теона. Но теперь она была здесь, и его дракон рвался наружу, скребя когтями по душе. Он не чувствовал такого безволия перед собственной магией и жаждой оборота с тех самых пор, как его сила впервые пробудилась.

Он был почти благодарен, когда яркий свет затмил слабое пламя свечей, поддерживавших полумрак в комнате.

Почти.

Он сделал себе пометку: на одном из следующих уроков обязательно научить ее перемещаться нормально, потому что ему до смерти надоело слепнуть от ее портала каждый раз, когда ей приспичит явиться.

Эти слова уже готовы были сорваться с его языка, когда он обернулся к ней, но во рту мгновенно пересохло от увиденного.

На ней были белые облегающие брюки и золотистый топ, и везде была кровь. На одежде. На лице. Когда она сделала шаг вперед, ее босые ноги оставили на полу кровавые отпечатки. Золотые волосы были распущены, перепачканы красным, а фиолетовые глаза горели безумием, с которым он не знал, как совладать.

— Тесса? — осторожно позвал он.

Отчасти потому, что не понимал, что происходит, но еще и потому, что все в нем требовало утешить ее, присвоить себе и уничтожить любого, кто посмел сотворить с ней такое.

Она не ответила. Лишь смотрела на него так, что он почувствовал себя добычей, и от этого его магия вздыбилась еще сильнее.

— Тесса? — повторил он, не двигаясь. — Ты ранена?

— Я убила кое-кого, — сказала она. И, блядь… в ее голосе звенела та самая яростная сталь.

— Хорошо, — ответил он.

— На самом деле, двоих.

Он кивнул:

— Ладно. Кто-нибудь еще пострадал?

— Ты знаешь, что они творят на виллах?

— Да, Тесса. Я знаю, что такое виллы Сирана.

Ее лицо ожесточилось.

— И про то, что происходит за поместьем в лесу, тоже?

Лука нахмурился. Он не знал, что за главным поместьем есть еще виллы. Каким бы ни было выражение его лица, оно заставило ее чуть-чуть расслабиться.

— Тесса… кого ты убила?

— Двоих из Наследия.

— Они причинили тебе боль?

— Хотели. Один меня коснулся.

Рычание, вырвавшиеся из его груди, принадлежал скорее дракону, чем мужчине.

— Я отрезала ему пальцы перед тем, как убить, — добавила она.

— Умница, — выдохнул он, начиная понимать ее состояние. — Ты только что вернулась?

Она кивнула.

— Остальные еще там. Я вернулась сама.

— Одна?

— С Брекеном.

— И что теперь? — спросил он, скрестив руки на груди и прислонившись к спинке дивана.

— Теперь я…

Она переступила с ноги на ногу, ее пальцы сжимались и разжимались, прежде чем она потянулась и убрала волосы с лица. Красный след от крови размазался по щеке:

— Моя магия… я не могу… — она разочарованно выдохнула. — Все обострено. Я чувствую… что теряю контроль.

— Это адреналин, — пояснил он. — У смертных он проходит, но когда ты только что сражался и вышел победителем, магия требует добавки. Тебе нужно выплеснуть энергию.

— Просто выпустить магию наружу?

— Блядь, нет! — отрезал он. — Твоя магия будет забирать, пока от тебя ничего не останется.

— И что тогда делать? — огрызнулась она.

Лука пожал плечами:

— Что-то, что отвлечет. Интенсивная тренировка. Спарринг с Акселем или Теоном. Трах.

Он не понял, поморщилась она или просто вздрогнула от неожиданности.

Поднявшись с дивана, он добавил:

— Иди смой кровь, а я отведу тебя на арену.

— Я не хочу тренироваться, Лука, — проворчала она.

— Тогда чего ты хочешь?

Она снова заерзала, и он точно знал, что она чувствует. Именно это он ощущал каждый раз после победного спарринга. Каждый раз после миссий Вальтера. Каждый раз после схватки с Детьми Ночи. Он знал, что Аксель и Теон испытывают то же самое, но всегда думал, что его чувства острее из-за крови Саргонов. Его «послебоевой кайф» всегда казался более диким и неистовым, чем у них. И, судя по всему, Тесса ощущала его так же мощно. Он видел это по ее напряженным конечностям, по неспособности замереть на месте. По тому, как она не могла осознать происходящее или облечь это в слова. По тому, как отчаянно она пыталась удержать магию под замком — и он чертовски гордился ею за это. Неделю назад ей было бы плевать. Она позволила бы силе поглотить себя, потому что это проще, чем бороться за контроль.

— Я хочу… мне нужно…

Она замолчала, снова издав разочарованный звук, на этот раз сопровождаемый вспышкой силы. Он выпрямился, его пламя было готово встретить ее мощь, но она взяла себя в руки.

— Просто скажи мне, что делать, Лука.

— Если тебе нужно именно потрахаться — иди к Теону, — ответил он.

— Я не могу пойти к Теону.

— Почему?

— Потому что не могу! — выплюнула она, и сила снова полыхнула вокруг нее.

— Контролируй это, Тесса, — приказал он.

— В том-то и дело! — закричала она. — Не могу! Этого слишком много. Оно слишком дикое. Я слишком дикая. Слишком импульсивная. Слишком…

Он оказался перед ней прежде, чем она успела договорить. Перехватив ее подбородок большим и указательным пальцами, он произнес:

— Ты ни одно из этих слов. Ты меня понимаешь?

Она покачала головой, в ее фиолетовых глазах, где среди золотых искр блеснуло серебро, скопились слезы разочарования. Он чувствовал, как ее сила вибрирует под его пальцами, видел, как дрожит все ее существо.

— Хорошо, вот что мы сделаем, — сказал он низким, приказным тоном. — Мы тебя отмоем.

— Это не…

— Все по порядку, — перебил он. — Раз ты пришла прямиком сюда, я полагаю, никто больше не знает, что ты сегодня убила двоих представителей Наследия?

Когда она кивнула, он продолжил:

— Значит, нам нужно избавиться от улик. Смыть кровь, оттереть следы и сжечь одежду.

— Шаг за шагом, — процедила она сквозь зубы.

— Да, Тесса. Именно так.

Она снова кивнула, глубоко вдохнув. Он взял ее за руку и повел в ванную. Лука потянулся к душу, настраивая температуру. Не зная, какую воду она любит, он оставил ее теплой, но, обернувшись, увидел, что она уже скидывает окровавленную одежду в кучу.

— Столько белого, — пробормотала она, подталкивая ногой брошенную ткань.

Теперь настала его очередь глубоко дышать, пока она стояла абсолютно обнаженной в его ванной.

— В душ, Тесса, — прохрипел он, ведя внутреннюю войну со своим драконом. — Я разберусь с вещами и следами.

Он сгреб одежду, заставляя себя не оглядываться, и покинул ванную так быстро, как только мог. Лука держал вещи в руках, пока они горели. Его черное пламя пожирало каждый клочок ткани и капли крови, а затем он испепелил и пепел в ничто. Когда с этим было покончено, он задумался о следах. Если он их выжжет, останутся подпалины. Со вздохом он решил, что придется действовать по старинке. Тереть пол водой с мылом, но он ни за что не вернулся бы в ванную, пока она там, голая и мокрая.

Он переместился в ее покои, решив сначала прибраться там. Там была всего пара отпечатков. Она действительно сначала появилась у себя с Брекеном, а потом сразу отправилась к нему. Он пошел в ее ванную за тряпкой и мылом, и, конечно же, все полотенца были белыми. Придется сжечь и их, если только они не решат списать все на «женские дни». Но, зная их удачу, Лорд Ахаза прикажет провести анализ крови. Так что только огонь.

Он вымыл пол в ее комнате, прополоскал тряпку и снова намылил ее. Затем переместился обратно, чтобы убрать следы в своей спальне. Испепелив тряпку, он схватил телефон и отправил сообщение Теону:

Лука: Она вернулась, все в порядке.

Теон: Что, блядь, там произошло? Она сказала?

Лука: Судя по всему, убила парочку Наследий, которые пытались ей навредить.

Теон: Хорошо.

Лука: Я так и сказал. Но никто не знает, что это она.

Лука: И это случилось на виллах Сираны.

Теон: Какого хрена она там забыла?

Лука: Она сама настояла на визите. Но ты знал, что за поместьем есть еще виллы? Она вроде как расслабилась, когда я сказал, что не знал о них.

Теон: Понятия не имел. Я выясню.

Теон: С ней все в порядке?

Лука помедлил с ответом. Теон поймет, о чем речь, как только он опишет ситуацию.

Лука: У нее этот кайф после убийства и выживания.

Наступила долгая пауза, прежде чем от Теона пришло новое сообщение.

Теон: Я доверяю тебе, Лука.

И все.

Больше ничего.

Лука тихо выругался.

И что, блядь, он должен с этим делать?

Больше не осталось дел, которыми можно было бы прикрыться, кроме как пойти к Тессе. Он заставил себя войти. Шум воды стих некоторое время назад, а значит, она либо завернута в полотенце, либо все еще обнажена. Ее легкомысленное отношение к наготе становилось все более тяжким испытанием. У него никогда не было проблем с обнаженкой, пока Тесса не начала ходить так буквально постоянно.

Его магия и дракон, напротив, предвкушающе встрепенулись, когда он вошел в ванную. Она стояла на коврике, и с нее ручьями стекала вода. Но, по крайней мере, она была обернута полотенцем.

Прислонившись плечом к косяку, он бросил взгляд на тумбу. Надо было захватить ее расческу, пока он был в ее комнате.

— Что ты хочешь надеть? — спросил он.

— Я сама могу взять себе одежду, — ответила она с той резкостью в голосе, которая говорила о том, что ее все еще не отпустило. Но в глубине слышалось и раздражение.

— Я знаю, что можешь, — ответил он. — Я просто предложил помощь.

— Помощь, — повторила она, и то, как она это произнесла, заставило его напрячься.

— Да, — процедил он сквозь зубы. — Скажи мне, что тебе нужно.

Ее смех был лишен веселья, в нем сквозило безумие.

— Зачем? Чтобы ты снова отправил меня к Теону за этим? — не дав ему ответить, она продолжила: — Ты даже не смотришь на меня. Как ты собираешься дать мне то, что мне нужно? Это из-за того, что я убила представителей Наследия? Я не собираюсь за это извиняться, и…

— Я рад, что ты убила этих гребаных мудаков из Наследия, Тесса, — перебил он, резко вскинув взгляд и встречаясь с ней глазами. — Ты защищалась, и я, черт возьми, горжусь тобой. Расскажи мне, как ты это сделала.

Ярость в ее глазах слегка поутихла.

— Что?

— Ты слышала. Расскажи, как ты их убила. Ты использовала силу?

— На одном из них.

— Ты растягивала удовольствие?

Он увидел, как дернулся ее кадык, когда она сглотнула.

— Да. Заставила его встать на колени. Лишила воздуха. Забрала его силу.

— А потом?

— Вонзила лезвие в горло, — выдохнула она.

— Какая жестокая искусительница, — хрипло произнес Лука. — А второй?

— Никакой магии. Только клинки.

— Я бы хотел на это посмотреть.

— Почему?

— Потому что я видел тебя в ярости. Это потрясающее зрелище.

— Прекрати, — отрезала она.

Он вскинул бровь:

— Прекратить что?

— Говорить такие вещи.

Он пожал плечом:

— Ты спросила и я ответил.

— Нет, — процедила она. — Ты вечно так делаешь. Говоришь, что дашь мне то, что нужно, а потом отказываешь. Или ты собираешься просто забрать у меня все, как он?

— Я ничего не собираюсь у тебя забирать, Тесса. Тебе придется подойти и самой попросить о том, чего ты хочешь.

— Попросить? — фыркнула она.

— Если ты думаешь, что я сделаю этот выбор за тебя — подумай еще раз. Ты хочешь, чтобы другие принимали за тебя сложные решения. Я этого делать не буду.

— Мне никогда не приходилось просить его, — парировала она, сильнее сжимая полотенце на груди. — Он просто знал, что мне нужно.

— Думаешь, я не знаю? — спросил он с усмешкой истинного хищника. — Я прекрасно знаю, что тебе нужно. Но я не уверен, что ты это знаешь. Ты обвиняешь всех в том, что у тебя забирают. Хотя мы оба знаем, что именно этого он у тебя никогда не забирал. Так что теперь тебе придется просить.

— Просить, — повторила она, и гнев вспыхнул вновь. — Что? Хочешь, чтобы я ползала по полу и сладко умоляла на коленях?

— Если ты сама этого хочешь.

— Пошел ты нахер! — рыкнула она.

Он снова пожал плечами, потому что теперь этот образ засел у него в голове, и это было… просто сказочно. Он и так держался из последних сил. Его дракон был в восторге от мысли о ней на коленях, а магия была в восторге от… в общем, просто от нее.

Теперь, когда он проводил с ней столько времени наедине, то притяжение, которое он годами игнорировал, становилось только сильнее. Но это были мысли, которыми ему не следовало задаваться.

Потому что она принадлежала Теону.

«Моя», — прорычал дракон так властно, что Лука почувствовал, как изменились его глаза.

Она явно это заметила, и выражение ее лица стало чувственным.

— Ты бы даже не знал, что со мной делать, если бы я доползла до тебя, Лука, — промурлыкала она, неспешно направляясь к нему.

— Малышка, я точно знаю, что бы я с тобой сделал, — парировал он, мгновенно принимая вызов.

Он ни за что не позволил бы ей взять верх. Ни одна частица его существа этого бы не допустила:

— Но дело не в том, что я бы с тобой сделал бы, а в том, что тебе нужно сейчас.

— И что же мне нужно?

— Выплеснуть энергию после победного кайфа.

— Через спарринг? — протянула она, закатывая глаза и пытаясь пройти мимо.

— Нет! Вот ты, сучка, — прорычал он, разворачивая ее и прижимая спиной к стене спальни.

Она испуганно выдохнула, когда он уперся рукой в стену над ее головой.

— Попроси меня!

На него смотрели фиолетовые глаза, полные гнева, неистового огня и подозрения. В ее голосе послышалась мука, когда она произнесла:

— Пожалуйста, не будь козлом.

— Попроси меня! — повторил он.

Она на мгновение закрыла глаза, явно ведя внутреннюю борьбу. Когда она снова открыла их, то прошептала:

— Я не могу.

— Почему? — Его голос стал хриплым в ожидании ответа.

— Потому что я тебе не доверяю, — призналась она. — Я не могу тебе доверять.

В груди что-то болезненно сжалось. Его дракон отпрянул, словно она его ударила. В каком-то смысле так и было. Он здесь, с ней, а не там, где хотел бы быть. Он учит ее контролировать магию, которая разрушит королевство, которое он клялся защищать. Он стоит здесь, готовый дать ей то, в чем она нуждается, а она говорит, что не может ему доверять?

Он поцеловал ее прежде, чем сам успел сообразить, что делает. Боги, он был готов поклясться, что каждый раз, когда он это делает, ее рот становится для него смертным приговором. И все же он возвращался за этой пыткой снова и снова. Неужели она не понимает, что она с ним творит? Через что он проходит ради нее? И она, блядь, ему не доверяет?

Лука не планировал, что этот поцелуй будет таким глубоким и сокрушительным. С другой стороны, он вообще не планировал ее целовать. Все должно было быть мягко, лишь легкие касания языка, но тут ее руки скользнули в его волосы. Обе руки. А это значило, что она выпустила полотенце.

Это осознание заставило его простонать ей в губы, и звук, казалось, только подстегнул ее. Она выгнулась, его рука скользнула по ее талии, пальцы поднялись выше, сжимая затылок и фиксируя ее на месте. Ее рот был горячим и голодным. Ей требовалось больше, требовалось грубее, сильнее. Теперь уже она стонала, когда он ухватил ее за бедра и приподнял. Ее ноги мгновенно обвили его талию. Он сжал ее ягодицы, не прерывая поцелуя, и понес к кровати.

Он опустил ее на матрас, но она вцепилась в воротник его рубашки, не отпуская. Она была воплощением отчаяния и желания. Его руки скользнули по ее бокам, и только когда он накрыл ладонью ее полную грудь, она наконец оторвалась от его губ с резким вздохом.

— Да, — прохрипела она, выгибаясь навстречу его прикосновению. — Еще, Лука. Пожалуйста.

Теон заводился от ее просьб. Лука знал это по тем временам, когда они делили партнерш в прошлом. Но самого Луку всегда влекло именно это — когда женщина просит то, чего хочет. Давая ей то, что ей нужно, он исполнял какую-то глубинную потребность заботиться о ней.

Он сжал пальцами ее сосок, и ее тихий стон стал лучшей наградой в его жизни. Затем он припал к нему губами, сильно втягивая. Стон сменился вскриком, и Лука вдруг понял, что теперь он сам гонится за совсем другим кайфом.

Боги, какая она на вкус.

Совершенство и дикость.

Свет и тьма.

Солнечный свет и грозовое небо.

Одной рукой он удерживал себя над ней, а пальцы другой скользнули вниз по животу, через бедро, прямиком к влажному горячему центру между ее ног. Он провел подушечкой большого пальца по ее набухшему клитору. И жалобный звук, сорвавшийся с ее губ, мгновенно стал его любимым звуком во всем мире.

— Еще, — прохрипела она.

Ее дыхание было частым и неглубоким, она подалась навстречу его руке.

Он снова провел пальцем по чувствительным нервам, чувствуя, как все ее тело содрогается. Он не торопился, дразня и изучая ее, пока кончики пальцев не скользнули к самому входу. Его дракон довольно зарычал, обнаружив, что она буквально истекает влагой.

Или, может, это рычал он сам?

В этот момент он уже не знал. Лука только понимал одно: он хочет быть внутри нее больше всего на свете. Но если он это сделает — пути назад не будет. Сама эта мысль была убийственна. Он не мог.

«Я доверяю тебе, Лука».

Это были его слова. Она ему не доверяла, но Теон, блядь, доверял. В этом была его верность. Так что нет, он не станет ее трахать. Но он даст ей то, что ей нужно, и пусть сегодня ночью он будет чувствовать себя последним подонком, но он собирался насладиться каждым мгновением.

Он погрузил два пальца в эту сладкую влагу между ее ног, затем снова поднял их вверх, медленно вращая по клитору. Он не сводил глаз с ее лица, не желая упускать ни секунды. Ее бедра начали мерно двигаться в такт его руке, взгляд становился все более туманным.

— Люблю тебя такой, — прошептал он. — Когда ты не такая острая на язык.

Она попыталась нахмуриться, но он воспользовался моментом, чтобы глубже войти в нее пальцами, и ее лицо снова исказилось в экстазе.

— Еще, Лука. Пожалуйста, еще.

— Чего бы ты хотела?

— Всего. Чего угодно. Твой рот. Твою руку. Твой член.

Гребанный Саргон.

— Не могу, — сказал он, едва не подавившись словами.

— Ты обещал дать мне то, что нужно! — заскулила она, и в ее глазах отразилась паника.

— И дам, малышка, — ответил он, снова склоняясь к ее груди.

Она выдохнула, ее рука запуталась в его волосах. Она обхватила его ногами, изо всех сил стараясь притянуть ближе. Он ошибся. Убьет его именно это — знание, что она хочет его, и нуждается в нем. Знание, что он может обладать ею, и она позволит ему делать все, что угодно.

Он вошел глубоко, и она мгновенно сжала его пальцы.

— Боги, — выдохнул он, добавляя второй палец.

Ее стон был чем-то средним между восторгом и чистым облегчением, и это было все, что ему нужно, чтобы продолжать. Пока большой палец продолжал водить надавливающие круги по клитору, он входил в нее все быстрее, задавая ленивый, но уверенный ритм. Ее веки тяжелели, а затем пальцы, запутавшиеся в его волосах, резко дернули его вниз.

— Если не собираешься трахать, то, хотя бы поцелуй, — выдохнула она, прежде чем ее язык снова нашел его.

Восторг и облегчение сменились отчаянной нуждой. Она впилась ногтями в его плечи. Разочарованный звук вырвался из ее груди, когда она потянула за его рубашку, явно ища прикосновения к коже, но она все еще извивалась на его пальцах, подгоняя его пятками. И вот тогда он наконец выпустил свою магию.

Сполохи черного пламени заскользили по ее обнаженной коже, и звук, который она издала, был чистой эйфорией. Ее свет бросился вдогонку за его тьмой. Слияние их сил едва не заставило его сдаться, но он заставил себя сосредоточиться на ней.

— Пора кончать, искусительница, — прохрипел он.

Его собственное дыхание было таким же тяжелым, как и ее. Рука двигалась ритмично. Лука видел, что она уже на грани. Он чувствовал это по тому, как она извивалась под ним, сжимаясь вокруг его пальцев и хватаясь за все, что попадалось под руку. Его волосы. Его рубашка. Простыни.

Он вошел до предела, а затем согнул пальцы, надавливая на саму суть ее удовольствия.

Тесса вскрикнула. Это была смесь невнятных слогов и проклятий, когда оргазм волной прошел сквозь нее. Он чувствовал это всем своим телом. Видел, как она содрогается, как крепко сжимаются ее ноги на его талии. А затем ее маленькое тело обмякло. Ноги соскользнули в сторону, с губ сорвался блаженный вздох. Лука смотрел, как ее веки тяжелеют, но теперь уже от усталости.

Он ослабил давление, сделал еще пару медленных движений, пока она отходила от этого безумного коктейля из сражения, убийства, победы и оргазма. Только когда он полностью вывел пальцы, ее глаза приоткрылись, встречаясь с его взглядом.

— Можно я останусь здесь сегодня? — пробормотала она.

Как будто он позволил бы ей спать где-то еще после такого.

Но он лишь грубо ответил:

— Да. Только дай мне минутку.

Он развернулся и пошел в ванную, но замер в дверях.

— Ты в порядке, Тесса?

— О да, — ответила она, засыпая.

Он кивнул и захлопнул за собой дверь.

Там он в рекордные сроки скинул штаны. Своей рукой, еще пахнущая ею, Лука обхватил член. Не было ни единого шанса, что он сможет уснуть рядом с ней, не разобравшись с этим.

Он вошел в кабину, сжимая основание и быстро двигая рукой. Он был так напряжен, что это причиняло боль. Он даже не включил воду. Просто стоял там, на мокром полу после душа, используя ее же соки и собственную смазку, чтобы довести себя до края.

Вскоре все тело напряглось, ноги задрожали. В голове помутилось, и на краткий миг он забыл, почему он делает это сам в душе, вместо того чтобы затеряться между ее бедер.

Обладать ею.

Боготворить ее.

Забрать то, что всегда должно было принадлежать ему.

Ему стоило огромных усилий подавить стон, чтобы она не услышала, когда семя брызнуло на стенку душа. Разрядка прошила его насквозь, колени едва не подогнулись. Переводя дух и прижавшись лбом к холодной плитке, он наконец ослабил ментальные щиты, которые держал все это время.

Дрожащими пальцами он расстегнул рубашку, швырнул ее за пределы кабины и включил воду, чтобы быстро ополоснуться. Когда он вернулся в комнату, на ходу натягивая свободные льняные брюки, она уже свернулась калачиком под одеялом. Он не мог понять, надела она что-то или нет, и в равной степени надеялся на оба варианта.

Выключив лампу, он лег в постель. Она повернулась к нему, подложив ладонь под щеку.

— Ты говорил, что всегда спишь голым.

— Раньше спал, — буркнул он, пытаясь устроиться на спине. Это было бесполезно. Больше всего ему хотелось притянуть ее к себе и не выпускать всю ночь.

— Но ты уже спал со мной голым.

— Тогда все было иначе.

Она замолчала на долгую минуту, а затем он почувствовал, как она отвернулась.

— Роан поправляется, — сказал он в темноту.

— Спасибо, — ответила она.

Снова тишина. Затем он произнес:

— Насчет тех Наследий, которых ты убила…

— Что с ними?

— Они были из Наследия Ариуса?

Она помедлила несколько секунд.

— Нет.

— Но твой план остается прежним?

— Я не могу тебе сказать, — ответила она жестко и устало. — Я не могу тебе доверять, Лука. Ты верен ему, а не мне.

И он поймал себя на том, что задает тот же вопрос, который задавал ей месяцы назад:

— Хотела бы ты, чтобы я был верен тебе?

Тишина затянулась настолько, что он решил, что ответа не будет. Но в конце концов она прошептала:

— Да.

Все его существо содрогнулось от смеси предательства и удовлетворения, пока она не добавила:

— Но мечты и надежды — для невинных и героев, а не для монстров и злодеев. Так что я больше не трачу время ни на то, ни на другое.

ГЛАВА 21. Теон

Все в этой затее казалось неправильным.

Эта мысль была единственной, что крутилась в его голове, пока он шел к каменной круглой лестнице здания, встроенному в северную стену Подземелья. Жилище Альфы и Беты оборотней щеголяло панорамными окнами от пола до потолка на каждом из трех уровней. Здание тянулось на приличное расстояние, приблизительно на три городских квартала, если не больше. Первый этаж служил для встреч и управления районом Развлечений, за которым они присматривали. Два верхних этажа были жилыми. Там обитали вожаки со своими семьями, как ближайшими, так и дальними родственниками.

Обувь Теона взбивала пыль по лестнице. Он скользнул взглядом вправо, где Тристину удавалось сохранять шаг. Тот выглядел столь же внушительно, как любое Наследие Ариуса. И Теон не до конца понимал, зачем ему это все надо… Потребовалось немало усилий, чтобы убедить мужчину пойти с ним. Но Теону нужен был напарник — ведь рядом не было ни Акселя, ни Луки.

И именно поэтому все казалось неправильным.

Справа шел мужчина, которому он не вполне доверял, а слева шла Кэт, на тыльной стороне левой руки которой красовалась свежая метка. Ему все еще не нравилось, что она приняла этот дар, особенно когда Килиан и Жизель ответили на его запрос буквально на следующий же день. Правда, им пришлось прождать еще целую неделю, прежде чем эта встреча была назначена.

Кэт просила Элизу научить ее пользоваться меткой, чтобы найти Акселя. Но ни Элиза, ни Разик не смогли дать четких инструкций. Оба заявили, что каждая пара уникальна и ей придется постигать это самостоятельно. Теон видел, что Кэт это злит. Это было не то, о чем можно прочитать и выучить по книге. Теон прекрасно понимал это раздражение.

Сколько часов он сам провел за книгами, пытаясь разобраться в собственной связи с Источником?

С того момента прошло восемь дней, но Кэт так и не почувствовала Акселя. Если вообще чувствовала его хоть раз. Вина ворочалась внутри Теона: если вся эта история с «близнецовым пламенем» окажется ложной, Аксель возненавидит его за то, что он позволил Кэт принять метку. Но теперь было уже поздно что-либо менять. Оставалось только двигаться вперед и надеяться, что из этой встречи выйдет хоть какой-то толк.

На воротах, к которым они приблизились, сидела белая сова; она издала громкое уханье. Теон кивнул стражу-оборотню, понимая, что сова возвестила об их прибытии. Несколько широких ступеней вели к дому, где на крыльце развалились два крупных снежных барса, не сводя с гостей золотистых глаз.

— Зара. Нико, — поприветствовал Теон брата и сестру, которые часто стояли в карауле.

Они были дальними родственниками Альфы и Беты, и он не помнил ни одного визита, когда бы их здесь не было.

Двойные двери распахнулись, и на пороге возник широкоплечий мужчина с бесстрастным лицом. Его грязновато-светлые волосы длиной ниже плеч были заплетены в косы, а виски выбриты. Мускулистый и высокий, этот оборотень-волк был редкостной сволочью. Именно поэтому его держали для встреч и сопровождения гостей к Альфе и Бете.

Он редко утруждал себя разговорами, но сегодня, видимо, был исключительный случай. Его темно-синие глаза сузились, впившись в Тристина.

— Какого хрена ты тут забыл?

Тристин в своей истинно высокомерной манере выудил самокрутку магвуда из кармана коричневой кожаной куртки.

— Давненько не виделись, Альтаир, — ответил он, раскуривая лист. — Решил заскочить, поболтать о том о сем.

— Мы здесь не за этим, — вмешался Теон, бросив на Тристина гневный взгляд. — Он здесь, потому что помогает мне в конфиденциальном деле. Альфа и Бета ждут меня.

— Я знаю, что они ждут тебя, — отозвался Альтаир, не сводя глаз с Тристина. — Но готов поспорить, его они не ждут. Обычно тебя сопровождают брат и Лука.

Он был прав, что снова возвращало Теона к чувству «неправильности» происходящего без них, но в нем также проснулось любопытство: что же произошло между Блэкхартом и оборотнями? Оборотни были обидчивы, и они точно не те люди, с которыми хочется враждовать.

— Как бы то ни было, — произнес Теон, позволяя своей магии лениво заструиться вокруг него, пока он поправлял манжеты рубашки под пиджаком. — То, кто меня сопровождает, не должно заботить никого, учитывая, какую свободу я вам здесь предоставляю. Согласен? — взгляд Альтаира переметнулся на него, и улыбка Теона стала натянутой и острой: — Дело срочное, так что веди нас к Килиану и Жизель. Сейчас же!

Это был приказ доминанта.

Губы Альтаира сжались в тонкую линию, и он отступил, пропуская их внутрь.

Пол был устлан богато украшенными коврами, скрадывающими шаги. Их провели мимо панорамных окон в комнату, расположенную в глубине скальной ниши. Окон здесь не было. Только два непомерно больших кресла впереди, подозрительно похожих на те, что занимали Лорды и Леди на заседаниях Трибунала.

На левом кресле сидел мужчина. Его смуглая кожа казалась еще темнее в тусклом свете, отбрасывавшем длинные тени. Он был крепко сложен. Его каштановые волосы с одной стороны были сбриты, а с другой — достигали талии. Оливковые глаза внимательно следили за вошедшими, лицо оставалось суровым.

На втором сиденье расположилась женщина. Слово «красивая» не отдало бы ей должного. Ее винно-красные волосы касались ключиц, а светло-серые глаза скользили по гостям с насмешливым блеском. Высокие скулы, полные губы и еще более полная грудь с изгибами, заставлявшими оборачиваться и мужчин, и женщин. Она пила из золотого бокала, закинув ногу на ногу.

Они были истинной парой, а еще оба являлись оборотнями Силы. В то время как большинство оборотней имели лишь одну альтернативную форму, оборотни Силы могли превращаться в любое животное или человека, и встречались они крайне редко. Настолько редко, что Теон знал лишь шестерых во всем Подземелье. Кроме того, они могли манипулировать энергией и материей, хотя у каждого была любимая форма. Килиан предпочитал крупного черного ягуара, а Жизель часто обращалась в гигантского питона.

Двери за их спиной гулко захлопнулись, но Теон знал, что Альтаир остался снаружи.

— Благодарю, что согласились принять меня, — сказал Теон, позволяя своей тьме дрейфовать вокруг него. Одновременно как предупреждение и как напоминание о том, кто он такой.

— Все что угодно для Лорда королевства Ариуса, — промурлыкала Жизель, и ее голос прошелся по нему чувственным касанием.

— Он еще не Лорд Ариус, — глубоким голосом отозвался Килиан. — И приводить Тристина Блэкхарта в наш дом — не лучший способ начать разговор. Разве он не передал тебе, что ему здесь не рады?

— Я довел до его сведения, что мое присутствие вряд ли пойдет на пользу делу, но вы же знаете, какими бывают Лорды и Леди, — со снисходительным вздохом вставил Тристин, затягиваясь. — Никто не в силах указывать им, что делать.

Теон медленно повернулся к нему. Но Тристин, казалось, не заметил взгляда, небрежно выпуская дым. Подавив раздражение, Теон снова обратился к оборотням.

— Тристин — не ваша забота. Он сопровождает меня по другому вопросу, но давайте перейдем к сути, — сказал Теон. — Мне сообщили, что у моего отца есть владения в районе Развлечений. Как новый Лорд Ариуса, я заявляю на них права. Мне нужно знать их расположение.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — ответила Жизель, и если бы Теон не знал, насколько коварны оборотни, он бы ей поверил.

Возможно, она и говорила правду, но они лгали так гладко, что верить им на слово было невозможно. Ему нужны были доказательства, но если владений действительно нет, как это доказать?

— Даже если бы мы знали, как уже было сказано — ты еще не Лорд Ариуса, — добавил Килиан.

— Формальность, — фыркнул Теон. — Так или иначе, я — исполняющий обязанности Лорда. Даже если бы это было не так, я все еще Наследник королевства Ариуса. И именно мое королевство позволяет вам столь свободно управлять этим Районом. Думаю, при необходимости это можно довольно быстро изменить.

Его сила сгустилась, тьма затопила изумрудную радужку глаз. Оборотни не шелохнулись, но и возразить им было нечего.

— Но раз уж мы уладили эти вопросы, — продолжил он, позволяя магии угаснуть и втягивая тьму обратно, оставляя лишь едва заметные нити. — Я также готов заплатить за информацию столько, сколько потребуется.

— Неужели? — спросила Жизель, подперев подбородок рукой и взбалтывая вино в чаше.

— Да, — немедленно ответил Теон.

— А если цена будет не в деньгах?

Все пошло не так, как он планировал, но он сказал:

— Я слушаю. Если цена в пределах разумного.

— В пределах разумного? — Жизель коротко рассмеялась. — Какая цена может быть слишком высокой за сведения, которые тебе так отчаянно нужны?

Он подумал было солгать насчет своего отчаяния, но кого он обманывал? Аксель пропал несколько недель назад. Он был в отчаянии.

Взгляд Жизель метнулся к Кэт, которая тихо стояла на шаг позади него — так, как всегда учили фейри.

— Она не участвует в переговорах, — быстро отрезал Теон.

— Какой собственнический настрой по отношению к своей фейри, — цокнула Жизель.

— Не собственнический, а защитный. Я обязан обеспечивать безопасность тех, кто находится под моей защитой, — ответил он, его магия дрожала от желания ускорить процесс.

— Совсем как в отношении твоего народа, — заметила она.

— Да, именно.

— И к твоей семье.

— Да, — процедил он сквозь зубы.

— Рада, что ты это понимаешь, — продолжила она. — Потому что мы тоже очень ревностно защищаем тех, за чью безопасность отвечаем. Свой народ. Свою семью.

На ее губах заиграла понимающая усмешка, когда заговорил Килиан.

— А что твои спутники? Готовы ли они заплатить такую цену?

— Вы ведете переговоры со мной! — резко сказал Теон.

Хищная улыбка Килиана заставила Теона внутренне насторожиться. В глазах оборотня появилось нечто дикое и первобытное. Зрачки Килиана вытянулись в кошачьи щелки, когда он произнес:

— Тогда Сделка, юный Наследник.

Боги.

Сплошные сделки направо и налево. Рано или поздно им придется за это расплачиваться.

— Называйте ваши условия, — сказал Теон.

— Найди нашего пропавшего принца оборотней.

Теон несколько раз моргнул, прежде чем смог выдавить:

— Я не знал, что кто-то из ваших детей пропал.

— Все мои дети на месте, — ответил Килиан. Его кошачьи глаза скользнули к Тристину. — А вот ребенок моей сестры — нет.

Теон обернулся к Тристину и увидел, что тот в ужасе уставился на Альфу. Теон никогда не видел этого мужчину настолько потерявшим самообладание.

— Ты никогда не говорил мне, что был ребенок, — произнес Тристин.

— Это было не твое дело, — холодно отрезал Килиан. — Но, похоже, настали отчаянные времена.

— Кто-нибудь, введите меня в курс дела, — потребовал Теон, переводя взгляд с одного мужчины на другого, а затем на Жизель. — Как и когда?

— Думаю, Тристин просветит тебя насчет «как». А что до вопроса «когда» — двадцать три года назад, — сказала Жизель, и ее лицо ожесточилось.

— И как, блядь, я должен его найти? — спросил Теон.

Жизель улыбнулась:

— Полагаю, все-таки хорошо, что ты притащил Тристина с собой. Вместе с сестрой они наверняка смогут что-нибудь придумать.

— Сестрой? — повторил Теон, снова поворачиваясь к Тристину.

Но тот лишь злобно сверлил взглядом оборотней.

— Спасибо и на этом, — проскрежетал Тристин.

— Я бы назвала это кармой, но на самом деле это просто месть, — сладко ответила Жизель.

Как только они переместились обратно в пентхаус высотки, Теон набросился на Тристина.

— Ты не мог сказать об этом до того, как мы туда пошли? — потребовал Теон. Его тьма вырвалась наружу, оплетая мужчину. — Или в любой другой раз, когда мы общались?

Тристин перевел взгляд с него на хлысты из тьмы, стягивающие его тело, и обратно на Теона. Его карие глаза вспыхнули шалфейно-зеленым свечением, и сила Теона дрогнула, словно в замешательстве. Она начала медленно ослабевать, вопреки воле Теона, а его магия вдруг стала пассивной, будто не видела перед собой угрозы.

— Все верят, что бог мира и безмятежности именно таков. Мирный. Спокойный. Бог, которому молятся в разгар войны и раздора, — произнес Тристин низким, властным тоном. — Но никто не понимает, что он коварен, как любой другой бог. Он может быть так же жесток. Он дарит окружающим покой и расслабление лишь для того, чтобы удобнее было вонзить клинок им в спину.

Теону потребовалась минута, чтобы осознать эти слова. Его разум казался вялым и заторможенным. Когда же пелена спала, он увидел, что Тристин лениво крутит кинжал между пальцами.

— Ты из Наследия Пакса, — прошипел Теон. — Но это не объясняет, почему Сиенна — твоя сестра. Она же ведьма.

Это было то немногое, что Тристин нехотя выдал ему после колкого замечания Жизель. Времени на детали не было. Вместо этого Теон теперь щеголял очередной Меткой Сделки на плече. Он должен найти этого потерянного принца оборотней, и только тогда они укажут местоположение владений его отца. По крайней мере, они признали, что владения существуют, так что теперь Теон мог попытаться найти их сам.

— Я не из Наследия Пакса, — поправил Тристин. — Пакс — мой отец.

— Чушь, — фыркнул Теон, но в ту же секунду понял, что это правда.

Почему бы и нет?

— Что до Сиенны — да. Мы родные брат и сестра. Пакс влюбился в одну из потомков Тайки.

— Значит, вы оба — Наследия и Пакса, и Тайки?

— Мы вовсе не Наследия. Прямой потомок бога — это и есть божество, — ответил Тристин. — И прежде чем ты спросишь: Тесса — нечто большее, несмотря на то что она прямой потомок Темураля.

— Ну конечно, ты и это знаешь, — пробормотал Теон.

— В любом случае, магия ведьминских сестер благоволит женщинам. Я имею к ней доступ, но это требует от меня больших усилий. Сиенна предпочитает исцеление и зелья, я — чары и усиление заклинаний.

— Все технологические достижения «Lilura Inquest», — осенило Теона. — Вот как ты построил свою компанию.

— Вроде того, — Тристин хитро улыбнулся, продолжая крутить кинжал.

— Если Пакс — твой отец, значит, ты не из этого мира.

— Тебе когда-нибудь говорили, какой ты очень умный? — насмешливо спросил Тристин.

— Иди нахер, — огрызнулся Теон. — Все вечно отчитывают меня за то, что я чего-то не знаю, хотя меня всю жизнь учили лишь одному. Даже когда я находил книги и тексты, опровергающие официальную историю, их было так мало, что я не мог ничего доказать. А теперь выясняется, что ты был здесь все это гребанное время и палец о палец не ударил, чтобы хоть что-то изменить!

Тристин двинулся молниеносно, но Теон встретил его выпад коротким клинком, выхваченным из вихря тьмы. Мужчина перед ним мог быть хоть божеством, но Теона обучали самым безжалостным методам. И все же он чувствовал, как сила Тристина давит на него, убаюкивая его магию, и поймал себя на мысли, что хочет, чтобы Тесса или Лука были здесь. Он мог бы черпать силы из них, потому что в одиночку он выдохнется быстрее Тристина.

— Ты думаешь, я сотни лет сидел сложа руки, пока ждал ее появления?! — выкрикнул Тристин. В его глазах не осталось и следа карего цвета. Теперь они сияли чистым, ярким шалфейным светом.

— Ждал ее появления? — в замешательстве повторил Теон.

— Вы все ноете и жалуетесь на то, что боги вас забыли, хотя на самом деле вам это нравится. Здесь некому вас контролировать. Лорды и Леди могут держать народ в неведении. А боги, которым удается сюда пробраться, никогда не бывают пойманы, потому что все уверены, что их здесь нет. Вы были в изоляции так чертовски долго, что забыли: возможно все, если ты готов заплатить цену.

Тристин тяжело дышал после своей тирады. Теон все еще пытался переварить услышанное, но зацепился за один и тот же вопрос.

— Что ты имел в виду под «ждал ее появления»? — повторил Теон, медленно опуская клинок, когда убедился, что Тристин не собирается нападать снова. — Сколько лет ты уже здесь?

— Четыреста пятьдесят девять лет, семь месяцев и двенадцать дней, — ответил Тристин, роняя руку.

— Ты помнишь вплоть до дня? — не поверил Теон.

— Ты бы тоже помнил, если бы это был последний раз, когда ты видел ту, ради которой готов пожертвовать чем угодно, — отозвался Тристин.

Теону нечего было возразить. Он и сам уже считал дни с тех пор, как видел Тессу.

Восемь.

Восемь дней, каждый из которых казался вечностью, потому что узы делали тоску невыносимой.

— Ты был разлучен со своей… женой? На четыре столетия?

— Она мне не жена. Пока еще, — ответил он. — Но будет.

— Где она?

Лицо его исказилось от печали, сияние в глазах начало гаснуть.

— Я не знаю.

— Ты не… Я не понимаю, — признался Теон.

— Тебе и не нужно понимать, — отрезал он. — Суть в том, что я здесь. Помогаю тебе. Потому что если Тесса продолжит идти по тому пути, который выбрала, у нас возникнут проблемы посерьезнее, чем грязные интриги Деврама.

— Объясни, — потребовал Теон, крепче сжимая рукоять меча.

— Ты и сам это знаешь, — раздраженно бросил Тристин. — Аурион говорил тебе: если с ней что-то случится, ее родители придут за тобой.

— Потому что это будет моя вина?

Тристин, казалось, обдумывал ответ минуту, прежде чем сказать:

— Справедливо. Они придут за всем этим миром.

Теон вздохнул, чувствуя, как в висках начинает пульсировать боль.

— Мы вернемся к… всему этому. А сейчас расскажи мне, что, блядь, произошло тогда с оборотнями двадцать три года назад.

Тристин скинул куртку, бросив ее на ближайшее кресло. Проведя рукой по волосам, он заговорил:

— Когда Тессу привезли сюда, она потерялась.

— Кто ее привез?

— Этого я сказать не могу, — ответил он. — Но мы отчаянно пытались ее найти. Я пошел к Альфе и Бете за помощью. Оборотни — великолепные следопыты. Лучшие после настоящих Ищеек. За пределами этого мира оборотни почитают Темураля, как и большинство животных, и он им благоволит. Я не вдавался в подробности. Сказал лишь, что ищу пропавшего ребенка. Килиан и Жизель отказались покидать Подземелье, но сестра Килиана, Кхари, согласилась помочь.

— Каждая зацепка, которую мы находили, в итоге вела в тупик. Через два года мы оба были на взводе. Я отслеживал каждый запрос в «Lilura Inquest», надеясь на новое направление, а Килиан требовал, чтобы Кхари вернулась в Подземелье. Становилось все труднее скрывать мою настоящую личность, потому что я не мог перемещаться так свободно, как раньше. Но важнее было другое: примерно через год наших поисков мы наткнулись на беглого фейри, который пытался пробраться к какому-то мифическому безопасному убежищу. Кхари влюбилась в него. Он был фейри воды. Она не хотела возвращаться. Она хотела остаться с ним.

— Поэтому они тебя ненавидят? — спросил Теон.

— Нет, они ненавидят меня, потому что Кхари схватили и держали в заложниках больше года. И, судя по всему, за это время у нее родился ребенок, — ответил Тристин.

Увидев выжидающий взгляд Теона, он продолжил:

— Мы были в королевстве Селесты, шли по следу. Теперь-то я понимаю, что мы были совсем близко к Тессе, но на нас напали. Целью был не я. Даже не фейри. Целью была она. Каким-то образом они узнали, что она оборотень. Короче говоря, фейри убили, меня вывели из строя, а ее забрали.

Теон нахмурился.

— Куда ее забрали?

— На виллы Сираны, — Тристин смотрел куда угодно, только не на Теона. — Я не знаю, сколько ты знаешь о том, что там творится…

— Я знаю, что происходит на виллах, но Тесса упоминала, что за поместьем есть еще другие виллы.

Тристин кивнул.

— Они…

Он тяжело выдохнул, снова запустив руку в волосы:

— По сути, они проводят там эксперименты. Заставляют фейри зачать от Наследия. Пытаются создать более сильных фейри.

— Это запрещено! — автоматически выдал Теон.

Потому что это было так. Существовали законы. Именно поэтому фейри регулярно делали инъекции противозачаточных.

Тристин посмотрел на него с издевкой:

— Будто те, кто правит этим миром, следуют собственным законам. Они такие же лицемеры, как и боги. Источники Лордов и Леди? У всех у них есть кровь Наследия. Никто об этом не знает. Их специально выводили для этой цели.

— Это не может быть правдой, — сказал Теон, хотя в ту же секунду понял: еще как может.

Это звучало в точности как то, что могли бы сделать правители.

В точности как то, что мог бы сделать его отец.

— В общем, — продолжил Тристин после долгой паузы. — Кхари забрали и держали там. Судя по всему, им удалось заставить ее выносить ребенка.

— Ты хочешь сказать, что где-то в Девраме есть полуоборотень-полунаследие? — спросил Теон. — Это его мы ищем?

— Я не знаю, кто отец. Это может быть кто-то из Наследия. Может быть фейри. А может и еще кто, — он пожал плечами. — Но для начала нам стоит поговорить с Кхари.

— Как будто это возможно, — фыркнул Теон. — Они нас практически выставили из дома после моей сделки с Килианом.

— Я была бы готова поговорить с Кхари, если Альфа и Бета согласятся.

Они оба обернулись и увидели Кэт, стоящую в дверном проеме.

— Нет! — отрезал Теон. — Это слишком опасно.

Она ответила ему слабой, но вызывающей улыбкой.

— Думаю, мы уже прошли тот этап, Теон, тебе не кажется?

— Аксель и так убьет меня за то, что я позволил тебе принять метку, — сказал он. — Я ни за что не отпущу тебя к Кхари одну.

— Тогда пошли со мной кого-нибудь, — настаивала она. — Я часть этого, Теон. Я стала частью всего этого задолго до того, как приняла метку, — добавила она, поднимая левую руку для убедительности. Метка выделялась темным пятном на ее смуглой коже. — Ты не можешь сделать все сам. Ты должен позволить другим помочь тебе, особенно пока Луки и Акселя нет.

— Я подумаю об этом, — натянуто ответил Теон; сама концепция компромиссов и уступок была для него чем-то чуждым.

Кэт кивнула.

— Спасибо. Я собираюсь приготовить поесть. Хотите чего-нибудь?

— Тебе не обязательно это делать, — сказал Теон.

— Но я сама предлагаю. Посмотрю, что удастся найти.

Кухня здесь была скудной, но он позволил ей. Он понимал: дело не в голоде, а в том, что ей нужно занять руки. За последние недели он это в ней подметил. Она изнуряла себя делами до полного истощения. Он подозревал, что так она пытается не думать об Акселе. Стоило ей остановиться хоть на миг, и ей казалось, что она его предает.

По крайней мере, именно это он сам чувствовал по отношению к Тессе и всему этому бардаку.

— Кажется, я припоминаю это, — сказал Теон.

— Припоминаешь? Сколько тебе было? Четыре года?

Теон кивнул.

— Отец заставлял меня присутствовать на советах с трех лет. Я смутно помню упоминания о пропавшем ребенке.

Когда Тристин лишь молча уставился на него, Теон спросил:

— Если бы ты нашел ее, куда бы ты ее отвез?

— В королевство Эйнала, — ответил Тристин, внимательно наблюдая за ним.

Теон лишь кивнул и направился к бару.

Ну это было бы логичнее. А куда еще?

В королевство, которое никого не впускает. В королевство, которое столетиями позволяло королевству Ариуса принимать на себя весь удар ненависти, чтобы они могли заниматься своими делами как можно незаметнее.

— Как ее зовут? — спросил Теон, разливая виски по стаканам. — Ту, которую ты не видел больше четырех веков.

Он увидел, как Тристин тяжело сглотнул, принимая стакан из его рук.

— Лилура, — хрипло ответил он.

Прежде чем Теон успел что-то сказать, их телефоны синхронно пискнули от каскада входящих сообщений. Они переглянулись и достали гаджеты. В Подземелье связь ловила крайне редко, но Теон подозревал, что это как-то связано с тем, с кем он сейчас делил выпивку.

— Боги… — пробормотал Теон одновременно с Тристином, который выдал: — Гребаные Судьбы.

Сообщения сыпались одно за другим, помечаясь как срочные. СМС, уведомления о пропущенных звонках. И все они гласили одно и то же.

На виллах Сираны произошла резня.

Все погибшие — представители Наследия.

Находившиеся там фейри бесследно исчезли.

ГЛАВА 22. Аксель

— Аксель? Аксель, ты меня слышишь?

Он моргнул, глядя на лужу крови, растекающуюся по полу рядом с ним. Чем дольше он на нее смотрел, тем больше она становилась.

Но стоило ему попытаться окунуть в нее палец, как эта гребанная штука исчезала.

А теперь, судя по всему, начался новый уровень чертовщины.

Он слышал ее.

Ту самую, чье имя никак не мог вспомнить.

— Аксель? Аксель, пожалуйста, ответь мне.

Голос звучал так отчаянно. Или, может, это просто его собственный голос отдавался в черепной коробке? Потому что он сам был чертовски в отчаянии.

Он запустил пальцы в волосы, с силой потянув за пряди, которые отросли длиннее, чем ему нравилось. Несколько дней назад Бри прислала кого-то побрить его, но на челюсти уже снова пробилась щетина.

— Аксель? Где ты?

«Ну и нахер все. Можно и с самим собой поговорить. Что еще тут делать, кроме как ловить призрачную кровь?»

— А ты где? — парировал он.

— В пентхаусе, в районе Развлечений.

Он замер.

С чего бы ему воображать такие подробные ответы?

— Аксель? — снова позвал голос.

— Ты в пентхаусе?

— Да! Да. Где ты?

Он снова протянул руку, пытаясь коснуться крови, но лужа мгновенно испарилась, стоило ногтям скребнуть по полу. Очередная галлюцинация. Только и всего. Ведь если бы это правда была она, она бы смогла…

— Как тебя зовут? — потребовал он. — Как мне тебя называть?

Последовала пауза, заставившая его усмехнуться про себя. Его не проведешь этими ментальными играми жажды крови. Он все еще способен распознать…

— Ты называешь меня «котенок», — ответил голос.

Это звучало совсем уж неправдоподобно.

С чего бы ему называть ее так?

И почему эта дверь не заперта?

Стоп.

Вопрос получше: когда он успел встать и пересечь комнату?

Он оглянулся через плечо. Кровь на полу и стенах исчезла. На самом деле, он соображал яснее, чем за все последние недели.

Осторожно приоткрыв дверь, Аксель выглянул в коридор.

Пусто.

Идеально.

Она где-то рядом.

Он буквально чувствовал ее кожей. И если она близко, значит, он наконец-то — наконец-то! — сможет заполучить ее.

Его не заботило, что происходит вокруг. Все его существо сузилось до одной цели: найти ее. Увидеть ее. Попробовать ее на вкус. Сделать своей. Она была его и ничьей больше. Если кто-то попытается ему помешать, он просто прикончит их. Ему только нужно выбраться из этих стен.

Он продолжал блуждать, спускаясь по лестницам. Наверняка нужно идти вниз, чтобы выйти. Логично. Он и так под землей, куда уж глубже? Хотя нет, это глупая мысль. Очевидно, что можно уйти и глубже. Здесь, внизу, живут фейри земли, но…

Он замер, войдя в просторный зал: Бри полулежала на кушетке у стены. На ней было привычное красное платье; она сидела, закинув ногу на ногу и раскинув руки по спинке дивана. Когда она улыбнулась ему, он немного расслабился.

— Моя комната была не заперта, — сказал он, внезапно задаваясь вопросом, как он вообще держится на ногах. Его ноги были ватными, он чувствовал дрожь во всем теле.

— Я знаю, — ответила Бри. — Это я ее отперла.

— Зачем? — прохрипел он.

Она медленно поднялась и подошла к нему вплотную. Протянув руку, она убрала прядь волос с его лба.

— Я ведь обещала, что найду ее для тебя, верно?

Он нахмурился:

— Ты нашла ее? Где она?

— Там, куда можешь попасть только ты, — ответила Бри.

— И ты… просто позволишь мне уйти? Я не вернусь.

Она похлопала его по груди, разглаживая рубашку, а затем отступила.

— Я верю, что ты окажешься именно там, где должен быть. Судьба — капризная дама.

Аксель проводил взглядом ее уходящую по коридору фигуру. Он остался стоять посреди вестибюля.

Нет он не вернется. Только не в том случае, если он действительно вот-вот найдет ее.

Он найдет ее, заберет, овладеет ею, и мир снова станет правильным. Его сила — на кончиках пальцев. Снова со своей семьей. Никаких больше проклятых галлюцинаций. Никакого безумия.

Он огляделся по сторонам, рассматривая лавки, выстроившиеся вдоль дороги. И снова он не помнил, как покинул вестибюль или как вышел сюда. Обернувшись, он увидел возвышающийся позади Дом Четырех. Он больше никогда туда не ступит. Если Теону что-то понадобится от вампиров, пусть идет сам.

Пентхаус.

Она сказала, что она там.

Эта мысль стала его единственным ориентиром, пока он пробирался по дорогам Подземелья. Он проходил мимо других — Детей Ночи, оборотней, ведьм и фейри. Странно, но фейри его даже не волновали. Потому что она была все ближе. Он чувствовал это.

Единственный раз он замешкался, когда проходил поворот в район Развлечений. Слабый аромат жасмина и цитруса привлек его внимание. Тот самый аромат дыма и специй заставил его почти свернуть туда. Но что ей делать в районе Развлечений? Туда приходят за удовольствиями любого рода. Наркотики. Таверны. Секс.

Что-то внутри него озлобилось при этой мысли.

Его.

Она — его.

Если она пошла туда за чем-то подобным…

Нет.

Каким-то образом он знал, что ее там нет. Что-то тянуло его прочь от этого пути, в сторону Района Устава. Туда, где, по ее словам, она находилась. Так сказал голос в его голове. Этот… котенок.

Боги, может, это все еще галлюцинация?

Но даже если так, он был на свободе, вне стен Дома Четырех.

И он шел дальше, а запахи становились такими же сильными, как зов в его нутре.

— Поздняя прогулка, да? — проворчал страж, когда Аксель подошел к зданию, где располагался пентхаус.

Он не раз заявлялся сюда окровавленным и взъерошенным, так что его вид не был чем-то из ряда вон выходящим.

Аксель кивнул мужчине, но не задержался.

Она здесь.

Он чувствовал это костями, кровью, самой сутью своей души.

Казалось, лифт целую вечность полз до последнего этажа. Когда он вошел в гостиную, там было темно. Скорее всего, все спали, а так как чары узнали его, они не оповестили Теона или Луку о его присутствии.

Словно точно зная, где она, Аксель поднялся на второй этаж. Комната Луки была дальше по коридору, а Теон должен быть на третьем вместе с Тессой. Он остановился перед своей дверью, пальцы дрожали, когда он коснулся ручки. Почувствовав, как окружающие чары размыкаются, он скользнул внутрь и тихо закрыл за собой дверь.

И вот она. Спит в его постели. Ждет его.

Вот только она не спала.

Она резко села, прижав руку к груди. В темной комнате ее янтарные глаза почти светились. Копна черных волос обрамляла лицо и рассыпалась по плечам. Она несколько раз моргнула, переводя руку от груди к губам, не отрывая от него взгляда.

— Не бойся, котенок, — сказал он, прислонившись к закрытой двери и наблюдая за ней.

— Аксель? Я… как ты здесь оказался?

Она сползла с кровати, но не подошла ближе. Одна ее рука лежала на животе. На тыльной стороне ее ладони виднелась черная метка, а пальцы другой вцепились в простыни.

— Ты сама сказала мне, где тебя искать, — произнес он низким голосом.

Остатки самообладания уходили на то, чтобы не отлипнуть от двери. Он так долго ждал этого момента. Он собирался им насладиться.

— Я сказала, но я не ожидала, что ты… Ты был нездоров, — проговорила она, не сводя с него глаз.

— Откуда тебе это знать?

— Я… мы кое-что узнали. Дай мне позвать Теона, — она сделала шаг.

Она замерла, когда Аксель выпрямился.

Он ни за что не выпустит ее отсюда. Не теперь, когда она наконец в его руках. Не раньше, чем он попробует ее, почувствует теплую кровь на языке, насыщая каждую частичку себя.

Она сглотнула, на шее дернулся кадык.

— Аксель, — прошептала она. — Дай мне позвать Теона. Пожалуйста.

— Теон не поймет, — сказал он, не в силах оторвать взгляд от пульсирующей точки на ее горле.

Он слышал, как ее сердце быстро бьется, словно крылья колибри. Он чувствовал ее. И облегчение, и ужас. Но было там и что-то еще. Что-то, что он не мог распознать в безумии близости к ней, к ее крови, к тому блаженству, которое он наконец собирался у нее отобрать.

Но в ее запахе тоже было что-то не то, теперь, когда он стоял так близко. Жасмин и цитрус — да. Дым и пряности — но еще и… что-то лесное?

Нет. Быть не может.

Если только…

— Ты была в районе Развлечений? — резко выплюнул он.

Она отступила на пару шагов.

— Да, — ответила она. — Мы навещали Альфу и Бету. Пытались найти тебя.

Он прищурился:

— Что еще?

Она нахмурилась:

— Что еще? Ничего. Что еще мне делать в районе Развлечений?

— Там можно найти любые удовольствия, — прорычал он, надвигаясь на нее.

Каждый шаг усиливал его нужду и жажду.

Все его тело гудело от этого.

В ушах звенело.

Боги, он готов был поклясться, что даже клыки покалывает в предвкушении.

— Ты не можешь всерьез обвинять меня в…

Она осеклась на полуслове, в ее глазах вспыхнули искры, а на лице промелькнуло раздражение.

Это заставило его замереть лишь на мгновение. Ему нравилось, когда она была такой.

— Мы неделями только и делали, что искали тебя. Я часами копалась в исследованиях, одновременно выполняя свои обязательства перед твоим королевством. Я почти не спала. Корбин и Лэнг следят, чтобы я хоть что-то ела. И все это вдобавок к… — она снова замолчала, когда он остановился прямо перед ней. Следующие слова она произнесла почти шепотом, но в них все еще сквозила ярость: — Как ты смеешь обвинять меня в подобном, когда я ради тебя на все готова.

— От тебя пахнет иначе, — сказал он, протягивая руку и наматывая черную прядь на палец.

На ее лице отразилось нечто похожее на удивление, но она огрызнулась:

— А от тебя просто воняет.

Он хищно улыбнулся:

— На все готова ради меня?

— Да, — прохрипела она, когда он отпустил ее волосы и провел кончиком пальца по ее челюсти.

Глаза ее прикрылись, и она всем телом прильнула к этому единственному прикосновению.

— Готова на любую жертву? — произнес он, спуская палец ниже, вдоль ее шеи.

Она распахнула глаза и дернулась назад, но была слишком медлительна. Его рука уже обхватила ее талию, а вторая ладонь вцепилась в затылок.

— Аксель! Погоди! Мне нужно сказать тебе…

Слова сменились сдавленным всхлипом, когда его зубы вонзились в ее горло.

Теплая.

Восхитительная

Она была на вкус именно такой, как он себе представлял.

Горячая и огненная.

Сладкая и цитрусовая.

Он застонал, впиваясь сильнее, и его резервы силы…

Боги.

Его резервы силы встрепенулись в экстазе, появились тонкие клочья теней. Ее руки упирались в его грудь, толкая и отпихивая, но она никогда не смогла бы его одолеть. Даже когда вспыхнуло ее пламя, у него было достаточно магии, чтобы тени создали барьер. Он был в безопасности, он мог пить, и с каждым глотком он становился только сильнее.

Он брал, и брал, и брал.

Жизнь должна давать, а смерть — забирать.

С каждой секундой его тени становились гуще. Каждая минута придавала ему сил. С каждым глотком ему хотелось еще.

Погоня. Охота. Победа.

Вот его приз.

После недель ожидания, недель агонии — это принадлежало ему по праву.

Он имел право владеть этим. Имел право заставить ее истекать кровью.

Он сделал еще один жадный глоток. Ее пальцы вцепились в его рубашку, но затем обмякли, и с ее губ сорвался еще один мучительный стон.

— Аксель, остановись.

Ее голос был едва слышным, шепотом на задворках его сознания.

— Расслабься, котенок, — пропел он ей в ответ. — Скоро все закончится.

Все его внимание было сосредоточено на ней. На том, какова она на вкус. Как ее кровь скользит по его горлу, как ощущается ее кожа под его пальцами и языком. Тот запах, который все еще был странным, но почему-то правильным. Звуки стали нечеткими и приглушенными, потому что ничто не имело значения, кроме этого момента.

Пока на его плечи не легли чужие руки, и тьма не окутала его, оттаскивая от того, что принадлежало ему.

Аксель зарычал, когда его рот оторвали от нее. Его клыки скребнули и разорвали плоть. По ее шее потекла кровь. Столько крови пропадает зря!

Она просачивалась сквозь пальцы другого мужчины, который прижимал руку к ране. Она безвольно обмякла в его объятиях, а тот что-то тихо бормотал, пытаясь привести ее в чувство.

Кто он такой, чтобы трогать то, что принадлежит Акселю?

Он снова зарычал, скаля зубы, но когда попытался броситься в атаку, его снова дернули назад, так сильно, что он упал на спину. На него мгновенно навалился другой мужчина. Изумрудные радужки были скрыты черными воронками магии — тот пытался прижать его к полу. Но к Акселю вернулась магия, и он только что насытился. Он был так же силен и с яростным ревом перекатился, нанося удар противнику в бок.

— Аксель! Хватит! Ты чуть не убил ее! — рявкнул мужчина, хватая его за рубашку. Ткань затрещала и порвалась, Аксель нанес еще один удар, на этот раз в челюсть. Мужчина сплюнул кровь, и очередная волна магии отбросила Акселя в сторону. — Не заставляй меня делать это, Аксель, — взмолился он. — Я знаю, что у тебя жажда крови, но мне нужно, чтобы ты…

Он не договорил: тени Акселя подхватили его и швырнули назад.

Акселю было плевать, что ему нужно. Его волновало только то, что этот ублюдок оттащил его от законной добычи, и что кто-то другой держит ее. Из вихря теней он выхватил кинжал и двинулся на мужчину, у которого теперь выросли черные крылья.

— Ты что, издеваешься надо мной? — произнес тот, явно раздраженный, материализуя собственный клинок. — Аксель! Ты должен остановиться! Если ты выпьешь еще хоть каплю, ты неминуемо активируешь проклятие.

— Она моя! — прорычал Аксель, и тени начали сгущаться вокруг него.

— Ты прав, — парировал мужчина, подняв меч в защитную позицию. — Она твоя, а ты причиняешь ей боль вместо того, чтобы защищать.

Аксель ринулся в атаку. Сталь столкнулась со сталью, а тени врезались в тьму. Мужчина отвечал ударом на удар, пока они кружили по комнате. Тот, другой, все еще держал ее на руках, кровь продолжала капать на пол.

— Нет! — закричал Аксель, бросая бой и пытаясь прорваться к ней, но тьма вцепилась в него и впечатала обратно в пол. Его тени когтили воздух и бесновались.

— Не заставляй меня, Аксель, — снова пробормотал мужчина, стоя над ним и тяжело дыша.

Аксель лягнул его, попав по голени и заставив выругаться. Этого хватило, чтобы хватка магии ослабла, и Аксель снова вскочил на ноги.

— Надень на него этот гребаный браслет, Сент-Оркас! Живо! — крикнул другой мужчина.

— Я пытаюсь! — проорал в ответ тот, с кем бился Аксель. — Займись Кэт!

— Нам нужна Сиенна!

— Проклятые Наследники Ариуса, — пробормотал мужчина, бросая меч на пол. Иссиня-черная магия сгустилась вокруг него и ударила прямо в Акселя.

Тот попытался уклониться. Прыгнуть в сторону. Хоть что-то. Но магия прыгнула вместе с ним, сковав его ступни и лодыжки, приморозив их к полу.

С очередным яростным рыком Аксель начал собирать свои тени, позволяя им извиваться вокруг него, пока рядом не возник огромный кот, рычащий и щелкающий челюстями.

— Да ради всех богов! Еще и ты, — проворчал мужчина, протягивая ладонь. На ней лежал черный браслет. Мгновение — и его поглотила магия, закружилась вокруг запястья Акселя, и браслет внезапно защелкнулся на руке.

Тени погасли, кот растворился в воздухе, но ярость не утихла. Когда мужчина подошел ближе, Аксель попытался ударить его.

— Боги, Аксель! Прекрати! — рявкнул тот, блокируя удар. — Ты хочешь, чтобы я позволил тебе убить ее?

— Аксель, хватит.

Он резко повернул голову к ней. Ее глаза были открыты и устремлены на него. Смуглая кожа побледнела, лицо было серым. Кровь все еще сочилась из раны на шее, воротник ее рубашки пропитался красным. А он мог думать только о том, что ему нужно еще. Он наконец-то заполучил ее, и вот ее снова отнимают. Обман. Это была ловушка, чтобы заманить его сюда и пытать дальше.

— Я не вернусь туда, — сказал он, не вполне понимая, к кому обращается, но его взгляд вернулся к мужчине. Глаза того теперь были полностью изумрудными, тьма ушла. — Я лучше сдохну.

— Мы не вернем тебя обратно, — сказал он, и тон его смягчился. — Мы заберем тебя домой.

— Домой, — повторил Аксель, слово казалось чужим на языке.

— Да, брат. Домой.

— Аксель? — ее нежный голос был едва слышным, надтреснутым и сорванным. — Аксель, посмотри на меня.

Он медленно перевел на нее взгляд.

— Мне нужно, чтобы ты вернулся. Это не ты. Пожалуйста, вернись.

Каждое слово давалось ей с видимым трудом и болью. Глядя на нее, Аксель почувствовал, как в груди что-то треснуло.

А затем сердце окончательно разбилось, когда ее голос эхом отозвался в его сознании:

— Ты нужен нам. Мне и нашему малышу.

Ее рука скользнула к животу, ложась на него, и глаза ее снова закрылись.

Он рванулся вперед, желая оказаться рядом, но магия Теона все еще держала его на месте.

Теон.

Его брат.

— Отпусти меня, Теон, — сказал Аксель, все еще борясь с оковами.

— Не думаю, что сейчас это хорошая идея, — ответил Теон, потирая челюсть в том месте, куда пришелся удар Акселя. — Мы только что неплохо подрались. И я знаю, что ты бы сначала зарезал меня, а потом вернулся к ней.

Аксель вздрогнул.

Это была реакция всем телом.

— Я не собираюсь… Спасибо. Что остановил меня.

Глаза Теона сузились, словно он решал, честен ли брат или это очередная уловка.

— На мне этот браслет. Я не могу пользоваться магией, — добавил Аксель, поднимая руку в подтверждение.

— Твоя магия — меньшее, что меня сейчас волнует, Аксель, — произнес он. — Ты выглядишь…

Аксель посмотрел на свою разорванную рубашку и свободные льняные штаны. На нем даже не было обуви. Как он не заметил, что босой? Он прошел через все Подземелье босиком. Но если задуматься, он вообще не помнил дорогу сюда. Путь должен был занять добрых два часа, если не больше, а в памяти — пустота. Он помнил только, что был сосредоточен на ней, знал, где она, и предвкушал, как наконец овладеет ею.

А потом он чуть не убил ее. Ее и…

Это не могло быть правдой. Наверняка остаточная галлюцинация от жажды крови. Это просто невозможно, ведь фейри регулярно делают инъекции. Конечно, когда он развлекался с другими Наследиями, он сам принимал настойку, чтобы не наплодить нежелательных наследников Ариуса, но с Кэт он не беспокоился из-за тех самых уколов.

— Аксель? — голос Теона стал чуть мягче, но в нем все еще звучал приказ. — Я знаю, ты хочешь быть рядом с ней, но после того, что случилось…

— Возможно, это не такая уж плохая идея, — вмешался другой мужчина.

Только сейчас Аксель осознал, что это Тристин Блэкхарт переносит обмякшую Кэт на кровать.

— Я отправил сообщение Сиенне. Джия уже в пути, но присутствие Акселя рядом может облегчить боль до ее прихода.

— Облегчить боль? — Аксель издал недоверчивый смешок. — Это я с ней сделал.

— Я понимаю, — сказал Тристин. — Но ты был не в себе. И есть кое-что, чего ты не знаешь.

— Я знаю, — отрезал Аксель.

— Ты знаешь об связи? — удивленно спросил Теон.

Их стало двое удивленных, потому что — какая еще, нахуй, связь?

Должно быть, замешательство отразилось у него на лице, потому что Теон добавил:

— Если ты не про связь, то о чем ты?

— Ни о чем, — буркнул Аксель, проводя рукой по слишком длинным волосам. — Что за связь?

— Знаешь что? Давай не будем сейчас в это углубляться. Не пока ты не начнешь… соображать яснее, — сказал Теон, пристально глядя на него.

— Мне уже не восемь, Теон, — вздохнул Аксель. — Не нужно защищать меня от мира. Он уже сожрал меня целиком и выплюнул обратно, чтобы поиметь по новой.

— Аксель…

— Нет, — перебил он. — Если ей это поможет, просто скажи, что делать. Будь рядом и останови меня, если я попытаюсь… Ну, ты понял. Снова.

Он отказывался смотреть брату в глаза.

После долгой паузы Аксель почувствовал, как магия Теона отпускает его. Он негнущимися шагами подошел к кровати, резко втянув воздух при виде крови. Не потому, что хотел ее вкуса, а из-за осознания: что же он натворил?

— Все в порядке, — сказал Тристин. — Мы рядом, если ты что-то выкинешь.

— Что мне делать? — хрипло спросил Аксель.

— Просто коснись ее. Физический контакт поможет.

— Физический контакт? — повторил он, протягивая к ней дрожащую руку. — Похожий на связь Источника.

Снова тишина на несколько секунд, прежде чем Теон ответил:

— Вроде того.

Аксель провел кончиками пальцев по ее руке, заметив только сейчас, что на ней его рубашка. Он посмотрел на ее живот. Несмотря на все ее изгибы, рубашка была слишком велика и скрывала очертания. Он проследил пальцем новую метку на тыльной стороне ее ладони, а затем скользнул выше, накрыв ладонью ее торс и широко расставив пальцы. Этого просто не могло быть.

— Нам нужно убираться из Подземелья, — говорил Теон. — Отвезем ее в поместье в Акрополе. Сиенна встретит нас там.

— Сиенна? — спросил Аксель. — Она не может покидать Подземелье.

— Многое изменилось, Аксель, — Теон потер лоб большим и указательным пальцами.

— Поэтому Блэкхарт здесь вместо Луки? И где Тесса?

Аксель готов был поклясться, что Теон поморщился.

— Да, вот поэтому.

— Отличное объяснение. Сразу все прояснилось, — сухо ответил он.

— Думаю, стоит подождать, пока Джия осмотрит ее. Если она разрешит перемещение, то тогда и двинемся, — вмешался Тристин. — В Подземелье не так много мест, куда я могу переместиться. Здесь слишком много чар и заклинаний, которые могут вызвать осложнения.

— Ты умеешь перемещаться? — спросил Аксель.

— Опять же, многое произошло, — повторил Теон. — Давай сосредоточимся на Кэт. Потом приведем тебя в порядок и прочистим тебе мозги. Как только выберемся отсюда, я все объясню.

— Прочистить мозги? А, ну да, — пробормотал Аксель, не убирая руки с живота Кэт.

Она не могла быть беременна.

Остальные бы почувствовали.

При этой мысли напряжение в мышцах немного спало. К тому же Кэт зашевелилась на кровати, ее лицо исказилось от боли, и это окончательно вывело его из оцепенения. Несмотря на то что Аксель был грязным и в крови, он забрался на кровать, стараясь не тревожить ее слишком сильно, и прижал к своей груди. Если контакт поможет: он так и сделает. Что угодно, лишь бы исправить этот гребанный пиздец.

Он не знал, сколько времени прошло, пока наконец не появилась Джия. Ее темные каштановые волосы до подбородка покачивались, обрамляя резкие черты лица. А фиолетово-синие глаза сразу нашли Кэт, и губы сжались. Поставив кожаную сумку, она шагнула вперед. От ее ладоней, занесенных над Кэт, полыхнул слабый свет.

— Тебе нужно поговорить с Сиенной, — сказала она, закрыв глаза от концентрации.

— Мы поговорим, когда вернемся, — отозвался Теон из изножья кровати.

— Не тебе, — ответила Джия. Она на мгновение открыла глаза, встретившись взглядом с Акселем: — Ему.

Он смотрел, как ее руки замерли над животом Кэт, и в этот миг он все понял.

Он понял, что это не было галлюцинацией.

Кэт каким-то образом говорила с ним так, как общаются Источник и Хозяин. Он мог лишь предположить, что это связано с новой меткой на ее руке.

Но это также значило, что она носит ребенка.

Его ребенка.

Он не смог защитить ее от самого себя, а теперь должен защитить дитя?

Дитя, которое убьют на месте, если обнаружат. Ведь фейри и Наследиям запрещено размножаться.

У него все перевернулось внутри при мысли о том, что сделает отец, когда узнает об этом. Для Кати и ребенка это был смертный приговор. А для него?

Скорее всего, он снова окажется в темноте до конца своих дней.

— Ты слишком часто дышишь, а мне нужно сосредоточиться на ней, — огрызнулась Джия. — Не смей падать в обморок или блевать.

— Хорошо, — прохрипел он, будто мог это контролировать.

— Аксель, с ней все будет в порядке, — сказал Теон. — Я позабочусь о том, чтобы все было хорошо.

Вот только даже старший брат не мог это исправить или защитить его от последствий.

ГЛАВА 23.Тесса

— Твоя тренировка прошла успешно?

От неожиданного голоса Тесса коротко вскрикнула. Ее сила мгновенно вспыхнула и рванулась навстречу угрозе. Она только что вышла из душа после утреннего занятия с Лукой, и, увидев Рордана, восседающего в кресле в ее комнате, она искренне порадовалась, что сегодня накинула халат. Тесса не имела ничего против наготы как таковой, но стоять голой перед Лордом королевства Ахаза не входило в список ее приоритетных целей на эту жизнь.

И, к счастью, халат был золотистым, а не белым. Белый бы все равно все просвечивал.

— Я тебя не ждала, — сказала Тесса, чувствуя, как сердцебиение медленно приходит в норму.

Рордан лишь улыбнулся, все еще держа руку поднятой там, где он перехватил ее магию. Разумеется, она не собиралась нападать. Это была импульсивная реакция.

Когда он не ответил, Тесса принялась теребить пояс халата, затягивая его туже.

— У нас была назначена встреча, о которой я забыла?

— Нет, — небрежно бросил Рордан. — Судя по всему, в последнее время ты была очень занята, и я подумал, что нам стоит обсудить твои «факультативные занятия».

Тесса замерла.

Все ее тело напряглось, чувства перешли в режим боевой готовности. Две ночи назад она вернулась на виллы Сираны и сделала именно то, что обещала Брекену. Чары не стали помехой, как они и подозревали, и Брекен ждал ее там. Она призвала Рыцарей Света и велела им начинать охоту от главных ворот. Часовые были устранены, и некому было впустить подмогу, когда ночные крики огласили окрестности. Не было способа защитить фейри, не спугнув представителей Наследия, но тем не потребовалось много времени, чтобы понять: не они были целью. Тесса сама занялась Дезире, наслаждаясь каждым мгновением, пока выпивала сначала ее силу, а затем и жизнь. Она наблюдала, как черные нити расползаются по ее коже, искрясь энергией. Ее дочь, впрочем, не убили, что стало неожиданностью. Надзиратель Наследия без чистокровного ребенка из Наследия — ситуация неслыханная.

Брекен заверил ее, что всех прибывших в убежище проверят, а тех, в ком течет кровь Наследия, будут удерживать до тех пор, пока не станет ясно, представляют ли они угрозу. Когда Тесса спросила, куда именно они направляются и как туда попадут, Брекен лишь отвел ее обратно к тому самому кирпичному зданию, из которого они вышли в тот день. Там их ждал Гатлан, Источник Наследницы Эйналы. Он подмигнул ей, прежде чем вспыхнул огненный портал и из него вышла Тана Эйтне, его Хозяйка.

— Их больше, чем я предполагала, — сказала Тана, оглядывая большое количество фейри, ожидавших указаний.

— Но они будут в безопасности? — спросила Тесса, мгновенно насторожившись.

— Мы переправляем фейри в королевство Эйнала десятилетиями, — ответила Тана. Затем она устремила свои янтарные глаза на Тессу: — И если ты хоть словом обмолвишься об этом Теону или Рордану, мы найдем способ тебя прикончить.

В этой янтарной глубине глаз искрило пламя, и Тесса дерзко улыбнулась на угрозу.

— А если я узнаю, что с кем-то из этих невинных под вашей опекой что-то случилось, я уничтожу весь твой род.

Она оставила трупы на растерзание Судьбам. Не было прямых доказательств, что это сделала она, но Тесса ждала, когда ее спросят. Похоже, этот момент настал.

— Я оденусь, прежде чем мы обсудим мое расписание, — сказала Тесса, не дожидаясь ответа, и скрылась в гардеробной.

Она надела джинсы и свитер. Светло-розовый — только потому, что это был самый темный свитер, который она нашла. Оставив волосы сохнуть, она поправила браслеты света на запястьях.

Когда она вышла, все еще босая, Рордан сидел там же, не сдвинувшись с места. Он сидел неподвижно, напряженный до такой степени, каким она еще никогда его не видела. Его золотистые волосы длиной до плеч не были стянуты сзади и свободно обрамляли лицо. Ярко-голубые глаза с золотистой каймой были прикованы к ней. И все, о чем она могла думать, глядя на него в ответ: он никогда не носил белое. Даже сейчас на нем был его любимый темно-синий костюм. Ладно, туфли были белыми, и под пиджаком виднелась белая рубашка, но все же. В ее гардеробе темно-синего цвета не было вовсе. И да, она понимала, что сейчас не время концентрироваться на подобных вещах. Не тогда, когда в его глазах вспыхивала сила.

Ее собственная сила ответила тем же, медленно обвивая ее предплечья, и на инстинктах она приняла защитную стойку, которую в нее вбил Лука. Она могла позвать Луку через их связь. Он придет на помощь. Точнее, она была почти уверена в этом. Но она не хотела видеть его здесь. Это касалось только ее и Лорда Ахаза. Чем бы ни закончился этот разговор.

— Я уверен, до тебя дошли новости о виллах Сираны, — процедил Рордан.

— Дошли, — ответила Тесса. — Сколько трагедий в одном месте. Я решила, что именно поэтому тебя не было на завтраке последние два дня.

— Да, — подтвердил он. — Мне и другим Леди пришлось заниматься устранением последствий. Снова. Теон, разумеется, не соизволил явиться и помочь.

Не соизволил?

Тесса понятия не имела, чем он вообще занят. Некоторое время назад по их связи прошел всплеск удивления и паники, но в остальном она чувствовала от него лишь тревогу и стресс, когда не блокировала связь полностью. Он вернул ей телефон, но она его не включала, и тот лежал в ящике. Дважды в день он присылал Луке новости о Роане, а Лука передавал их ей. Она планировала навестить волка сегодня днем, но эта «беседа» спутала все планы.

— Я не разговариваю с Теоном, так что ничем не могу тебе помочь, — ответила она, выдерживая взгляд Рордана. Она не дергалась. Она стояла твердо.

— А его советник?

— Он тренирует меня. На этом все.

Рордан цокнул языком.

— И ты ждешь, что я поверю, будто ты спишь в его комнате только ради тренировок?

— Я сплю там, потому что он — самое близкое к Теону, что у меня есть, и это облегчает нагрузку на связь, — парировала она.

Не совсем правда, но она не могла сказать ему, что связана с ними обоими. И уж точно не собиралась рассказывать о том, как извивалась на его пальцах, когда вернулась сюда вся в крови. Она проводила слишком много времени, представляя, как заставить его сделать это снова.

Или каким будет его язык.

Его член.

Об этом точно не стоило думать, когда в паре шагов от тебя сидит Лорд. Выражение его лица говорило о том, что он не верит ни единому ее слову, и это разожгло в ней раздражение.

— Даже если бы я занималась в его комнате чем-то большим, чем просто сон, я не знала, что мои постельные дела входят в сферу твоих интересов, — огрызнулась она.

Она ожидала, что он разозлится.

Так бы отреагировал Вальтер.

И Теон.

Но Рордан лишь изогнул бровь, а уголок его рта дернулся вверх.

— С чего ты взяла, что твои постельные дела меня не касаются?

— А с чего бы им тебя касаться?

— Думаешь, я позволю всей этой силе перейти к кому попало?

Что-то внутри нее шевельнулось при этих словах, в памяти эхом отозвалось его замечание Дезире:

Всему свое время.

— Разумеется, планы строившиеся тысячи лет теперь должны быть изменены из-за того, что произошло в Роузбелле, — продолжил Рордан, и золото в его глазах вспыхнуло ярче.

— Какое отношение к этому имеет Роузбелл?

— Рад, что ты спросила, — сказал Рордан; пальцы его правой руки впились в обивку кресла.

Где вообще сейчас Дисани?

Лорды и Леди никогда не ходили без своих Источников, однако его Источника нигде не было видно.

— Как ты знаешь, Сирана — богиня любви и плодородия. Фейри и Наследию всегда было нелегко зачать детей, именно поэтому мы держим наше Наследие Сираны под пристальным присмотром. Их дар делает зачатие более вероятным. Когда двое из Наследия завершают Церемонию Бракосочетания и готовы к ребенку, они отправляются… точнее, отправлялись к Дезире. Магия Вилл повышала шансы на зачатие более чем на пятьдесят процентов, — жестко произнес Рордан. — Кроме того, Виллы расположены на окраине Дремучего леса Снов. Там обитает сила Наследия Серафины. Те, кто мечтает о ребенке, добиваются большего успеха именно там.

Ладно, Тесса об этом не знала. Но это никак не отменяло того факта, что те же самые силы и чары использовались, чтобы заставлять фейри вынашивать детей. Та же магия, что витала в лесах и воплощала мечты Наследия, превращала жизнь фейри в кошмар.

— И теперь Виллы разрушены, а Дезире мертва. Множество других представителей Наследия убиты, а десятки фейри бесследно исчезли, — голос Рордана сочился яростью.

— Поистине трагедия, — сказала Тесса, изо всех сил стараясь звучать сочувственно.

— Трагедия, которой можно было избежать, если бы ты просто задала вопрос! — прорычал он.

Он все так же неподвижно сидел в кресле, и это действовало на нервы.

— И что бы изменил мой вопрос? — спросила она. Вся магия внутри нее расправилась, видя, как Рордан все больше выходит из себя.

— Давай не будем ходить вокруг да около, — отрезал он. — Мало что может убить Наследие. Ты вернулась туда и вырезала больше сотни представителей Наследия, потому что неверно поняла предназначение Вилл.

В изумлении она вскинула брови:

— Неверно поняла их предназначение?

— Я позволял тебе развлекаться. Позволял изучать свою силу и испытывать границы дозволенного. Я дал тебе свободу, о которой ты раньше только мечтала, и вот как ты отплатила? — потребовал он, наконец вскакивая на ноги.

Тессе потребовалось все мужество, чтобы не отступить ни на шаг. Рордан продолжил:

— Я потратил последние недели, защищая твой выбор перед другими правящими Леди, и этим поступком ты выставила меня лжецом. Что мне сказать им, когда они потребуют запереть тебя? Когда они заявляют, что ты слишком неуправляема, чтобы оставлять тебя предоставленной самой себе?

— Если ты или кто-то другой попытается меня запереть, вы узнаете, на что я способна на самом деле! — прорычала она, ее магия хлынула наружу волной света.

Золотые и серебряные искры заметались в воздухе, молнии затрещали в этом шторме силы.

— У тебя есть предназначение, Тессалин! — выплюнул он. — И ты о нем забываешь.

— Ты имеешь в виду, у тебя есть предназначение! — парировала она. — И ты используешь меня, чтобы его достичь!

Он нанес удар. Его магия прорубила путь сквозь ее силу и обвилась вокруг ее груди, прижав руки к бокам. Она боролась, ее собственная мощь вцепилась в его энергию когтями, терзая и разрывая ее. Но Рордан был силен, и хотя со временем она могла бы его одолеть, этого времени ей не дали.

А его Источника даже не было рядом.

Медленно она подняла глаза на него. На его губах играла самодовольная ухмылка.

— Если бы я знал, что это все, что нужно сделать, чтобы выяснить твою родословную по отцу, я бы сделал это давным-давно.

Он подошел ближе, его магия давила на нее, заставляя опуститься на колени. Он взял ее за подбородок, задирая лицо вверх.

— Только Ариус обладал силой забирать чужую магию. Вся эта тема с «богом смерти и концов». У меня были подозрения, теперь мне нужно понять, насколько близко ваше родство.

Она все еще сопротивлялась его силе, но при этих словах замерла. Она не хотела, чтобы он узнал, насколько она сильна на самом деле и на что способна. Эти секреты ей еще пригодятся. Она перестала бороться, заталкивая все вглубь себя.

Как она делала это уже сотни раз.

— Вот и славно, — сказал он, отпуская ее подбородок и ослабляя хватку магии. — Твое признание было бы неплохим началом для извинений…

— Я ни за что не извиняюсь, — выплюнула она, не двигаясь, потому что его сила все еще витала слишком близко. — За то, что вы заставляли фейри вынашивать детей, а потом отбирали младенцев? За то, что использовали фейри в попытках создать более сильных Источников? За то, что фейри назначали «для утех» Наследию, когда Наследие и так может взять у нас все, что захочет?

— У нас? — перебил Рордан. — Ты, кажется, забыла, что ты не фейри!

— А ты, кажется, забыл, что ты не бог! — отрезала она. — Я бы сделала это снова. Я сделаю это снова. И я не остановлюсь на виллах. Я не остановлюсь даже на Роузбелле. Я приду за всеми вами!

Рордан улыбнулся.

— Я на это рассчитываю, Тессалин. А до тех пор — у тебя ведь есть долги, которые нужно платить, не так ли?

На ее лице отразилось замешательство.

— Какие еще долги?

— Ты думаешь, я позволил тебе жить в моем доме, есть мою еду и делать что вздумается просто так? У свободы есть цена, дитя, и пришло время начать ее платить.

Он развернулся и вышел, унося свою силу с собой. Дверь тихо щелкнула, закрывшись за ним, и впервые с тех пор, как она оказалась здесь, Тесса почувствовала себя в ловушке. Она знала, что за теплыми улыбками и красивыми словами скрывается очередной монстр. Это была игра: кто первым сорвет маску. И снова ее импульсивность сделала ее проигравшей, а не победителем, и все же она не могла заставить себя пожалеть об этом.

Она бы повторила это снова.

И она сама вонзит золотой клинок в сердце Рордана.

— Тесса? — раздался голос Теона в ее голове. — Ты… я не понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Мы тебе нужны?

— Нет!

Это все, что она смогла ответить, прежде чем возвела щиты обратно на место.

Ей никто не был нужен.

Доброта никогда не бывает бесплатной.

За все нужно платить.

И она больше не собиралась копить долги.

Придя в себя, она создала портал прямо к скрытому входу в камеры под дворцом Ахаза. Не стоило удивляться, обнаружив Найлу, ждущую ее внизу. Темная шерсть волчицы мерцала в свете настенных ламп. Тесса присела рядом с ней.

— Как он? — тихо спросила она, поглаживая шерсть и почесывая за ушами. Волчица прижалась к ее руке, издав тихий скулеж. — Я тоже по нему скучаю, — прошептала Тесса. — Побудешь рядом?

Найла потерлась о ее руку, а затем о ноги, когда Тесса встала. Роан всегда держался рядом, в то время как Найла уходила вперед. Сглотнув внезапный комок в горле, Тесса зашагала по проходу. Она планировала полностью игнорировать Вальтера, но не смогла сдержаться и остановилась перед его камерой.

Его волосы стали еще длиннее и неопрятнее. Лицо заросло густой бородой, а в карих глазах все так же пылала ненависть. Но она не упустила тот момент, когда он слегка вздрогнул, когда она прижала ладонь к стеклу его камеры. На ее губах заиграла злая улыбка. Это возвращало ее к себе. Напоминало ей, что она не слаба. Она не домашнее животное. Она не средство для достижения чужих целей.

— Что вы планируете делать с дочерью Эвианы? — небрежно спросила Тесса; на кончиках ее пальцев заплясали крошечные искры энергии.

— Какой еще дочерью? — огрызнулся он, голос его охрип от долгого молчания.

Тесса продолжала улыбаться.

— Ну и ладно. Спрошу у нее самой.

Это заставило Вальтера вскочить на ноги. Он едва не ударил кулаками в стекло.

— Где она?! — потребовал он.

— Эта связь может быть такой навязчивой, когда вы слишком долго в разлуке, не так ли? — ответила она с притворным сочувствием и отвернулась от него, проводя ногтями по стеклу.

— Вернись и отвечай мне, сука! — взревел он.

Она бы оставила его в покое сегодня.

Пока он не произнес эти слова.

Вспышкой света она развернулась к нему, прижав обе руки к стеклу. Свет срикошетил внутрь камеры, мечась по стенам. Его крики наполнили воздух, и монстр внутри ее души тоже воспрянул и улыбнулся.

Она оставила его стонать от боли на полу и пошла дальше по коридору. Ей нужно было поговорить с Эвианой, но это подождет другого дня.

Когда она подошла к его камере, он был на своем обычном месте, взгляд уже был прикован к ней — он ждал. Она без предисловий опустилась на пол, Найла мерила шагами пространство перед стеклом. Скрестив ноги, Тесса оперлась подбородком на руку и выдержала его взгляд. Она не была до конца уверена, зачем она здесь. Конечно, у нее были вопросы, но отчасти ей просто не хотелось оставаться наедине со своими мыслями.

В кои-то веки он заговорил первым.

— Сегодня ты другая.

— У тебя есть еще один сын, — ответила она прямо.

Глаза мужчины расширились, все его тело дернулось назад, прежде чем он выругался от боли.

— Откуда ты это знаешь? — потребовал он, и она готова была поклясться, что он дрожит.

— Как тебя зовут?

Он покачал головой.

— Нет. Скажи мне, откуда ты знаешь, что у меня есть еще один ребенок.

— Ты сказал мне спросить твое имя, когда я в следующий раз окажусь здесь.

— Тессалин! — рявкнул он.

Но Тесса лишь выгнула бровь, откидываясь на руки.

— Кто еще обладает силой чувствовать чужие дары и их мощь?

— Это сила Ариуса, — ответил мужчина. — Это единственный вопрос, на который я отвечу, пока ты не ответишь на мой. Откуда ты знаешь, что у меня есть еще один сын?

— Значит, ответ за ответ? — она ухмыльнулась. — Идет. Я встретила его.

— Где? — потребовал он.

Она щелкнула языком.

— Моя очередь. Как тебя зовут?

Он смотрел на нее, в этих сапфировых глазах читалось явное недовольство.

— Ксан. Меня зовут Ксан Морс. Где ты встретила моего второго сына?

Тесса на мгновение задумалась.

— «Встретила» — наверное, не совсем то слово, но он поразительно похож на Луку. Я видела его в Доме Ариуса вместе с Теоном.

— Он здесь? В Девраме? — Ксан побледнел.

— Кто такой страж света? — спросила она вместо ответа. Теперь была ее очередь.

Ксан уставился на нее; на его лице отразилось то самое знакомое раздражение, которое часто сопровождало его сына.

— Тебе стоит задать эти вопросы Рордану.

— Рордан будет мне лгать. Или заставит платить за ответ, — отрезала она.

Взгляд Ксана стал пронзительным, словно он видел в ней что-то такое, чего не видела она сама.

— Твоя преданность колеблется.

— Моя преданность принадлежит мне самой, — резко сказала она.

Спустя еще пару секунд он заговорил:

— Потомки Саргона становятся Хранителями рода Ариуса. Ахазу это не понравилось, поэтому он создал собственных стражей из существ, известных как серафимы. Некоторым серафимам дали дополнительную силу, вроде способности перемещаться и скрывать крылья, но их основная магия должна быть украдена.

Тесса нахмурилась в замешательстве.

— Как можно украсть магию?

— Моя очередь, — самодовольно сказал Ксан. — Мой второй сын в Девраме?

— Я видела его несколько дней назад, так что да. На тот момент он был в Девраме.

— Он встречался с Лукой?

— Моя очередь, — пропела она. — Как можно украсть магию?

— Когда они достигают определенного возраста, стражи света выбирают себе существо. До этого момента они следят и наблюдают за бесчисленным множеством магических существ — фейри, Наследиями, оборотнями, ведьмами. Они изучают их, пытаясь определить, какая сила послужит им лучше всего.

— Так, погоди-погоди, — Тесса выпрямилась. — Они годами следят за существами, и когда наступает срок, они… выбирают одного?

Ксан кивнул.

— Только они убивают их и крадут их магию.

— Можно украсть магию, убив кого-то?

— Нет. Только стражи света способны на такое, и только один раз. Сделав выбор, они не могут убить другого ради иной силы.

Но… ее Рыцарь назвал Брекена стражем света. Значит…

Брекен когда-то убил кого-то из Наследия Ариуса, чтобы получить свою силу. И если Декс и Орэлия тоже световые стражи, то и они когда-то сделали то же самое. Все сходилось. Пернатые крылья, которые, как ей казалось, она видела вокруг Декса. Случайные перья в ее комнате.

Но Брекен показал магию ветра на Церемонии Пробуждения. Как он мог владеть и тем, и другим?

— Эти стражи света в Девраме? — спросила она.

— Насколько я знаю, их не было, когда я свободно ходил по этому миру, — ответил Ксан. — Но и моего второго сына тогда здесь не было, так что многое изменилось.

— И у них может быть только один дар?

— Да. Я ответил на несколько твоих вопросов. Теперь моя очередь, — он поерзал на полу. — Мой второй сын встретился с Лукой?

— Они видели друг друга, — ответила она. — Если они познакомились официально, я об этом не знаю.

— И он помогает Теону?

— Я не знаю, что он тут делает. У нас с Теоном было… разногласие, когда они появились.

— Они?

— Твой сын и женщина-фейри.

Он снова кивнул и замолчал.

— Как давно ты его не видел? — спросила она, склонив голову и наблюдая за ним.

— Столетия, — ответил он. — Я оставил его в другом мире со своим братом столетия назад.

— Ты оставил его в другом мире? Как мои родители оставили меня?

Он снова встретился с ней взглядом. Теперь в его глазах светились боль и сожаление.

— Он должен был стать Хранителем внука Ариуса. Это наш долг, но еще… — Ксан осекся, явно сомневаясь, стоит ли говорить больше. — За нашим родом по всем мирам охотится Ахаз, его стражи света и многие другие. Мир, который мы когда-то называли домом — Нойдрир. Мы были вынуждены бежать, так что да, я спрятал сына в мире, где, как я думал, он будет в безопасности. Как и твои родители поступили с тобой.

Тесса кивнула и начала вставать, но он окликнул ее:

— Погоди. У меня есть последний вопрос.

Она снова села и кивнула, позволяя ему продолжать.

— Если ты когда-нибудь увидишь их снова, ты простишь их? Свою мать и Темураля? Зная, что они сделали это, чтобы защитить тебя?

Она несколько раз моргнула, взвешивая ответ, и наконец произнесла:

— Я бы предпочла быть в постоянной опасности рядом с близкими, которым я была дорога, чем быть брошенной в мире, где я была одинока и нежеланна. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить их за это.

Ксан кивнул, его горло дернулось от избытка чувств. Она встала и на этот раз успела сделать всего три шага, когда он снова позвал ее.

— Она любит тебя, Тессалин. Они оба так сильно тебя любят, что пошли на немыслимые жертвы ради тебя. Это ведь должно чего-то стоить, верно?

Оглянувшись через плечо, она сказала:

— Не знаю. И я не знаю, простят ли сыновья тебя.

Позже той ночью она, не спрашивая разрешения, легла в постель к Луке, пока он был в ванной. Она чувствовала себя ужасно из-за этого. После того как их месяцами заставляли делить постель насильно, она всегда спрашивала Луку. Каждый гребанный раз.

Но сегодня ей просто… было нужно.

Это было эгоистично, ей не стоило ничего ни от кого ждать. Но сегодня ее душа устала так, как давно не уставала, и она чувствовала это каждой клеткой. Если он велит ей уйти, она не знала, что предпримет.

Пойдет к Теону?

Нет.

Но, может, хотя бы на одну ночь утешиться через их связь?

Лука вышел из ванной и замер, увидев ее. Тесса не отводила взгляда, позволяя ему увидеть все.

Груз прошедшего дня.

Одиночество.

Истощение.

Она отдала ему этот редкий момент уязвимости в обмен на разрешение остаться на эту ночь.

Он ничего не сказал. Просто стянул рубашку через голову, отложил ее и нырнул под одеяло. Тесса прижалась к нему, и он тут же привлек ее к своей груди, запуская большую ладонь в ее волосы. По непонятной причине на глазах выступили слезы, но она не позволила им упасть.

Несколько мгновений стояла тишина. Только они двое в темноте. Его пальцы, поглаживающие ее волосы. Ее голова на его груди. Она вдыхала его запах и тепло. Связь между ними удовлетворенно гудела, успокаивая ее не меньше, чем его прикосновения.

Она не знала, сколько минут прошло, прежде чем он сказал голосом, точь-в-точь как у отца:

— Даже монстрам и злодеям нужен кто-то рядом. Мы не созданы для того, чтобы проживать жизнь в одиночку.

Она не ответила, но одна-единственная слеза все же скатилась по щеке.

Тесса стояла на краю обрыва, и она сразу поняла, что уже была здесь. На этот раз крылатые воины не нападали, и она воспользовалась моментом, чтобы оглядеться. Деревья были серыми и бесплодными. Небо выглядело так же. Не видя никого вокруг, она осторожно подошла к краю и заглянула вниз. Как она и подозревала в прошлый раз, она находилась на острове, который парил в небесах. Вдалеке она едва могла различить еще один.

— Я бы сказала тебе не стоять так близко к краю без дракона под боком, но, думаю, тебе это не нужно.

Тесса обернулась и увидела женщину с рыже-каштановыми волосами, наблюдающую за ней фиолетовыми глазами. На ней был тот же наряд, что и раньше: облегающие черные штаны, черный топ, черные сапоги и плащ на плечах.

А в нескольких футах стоял Лука.

Тесса видела его в своих последних видениях, но никак не могла понять, как он в них появляется.

Как он здесь оказался?

Переведя взгляд на женщину, она сказала:

— Лилура, верно?

Улыбка той была острой, как бритва.

— Ты передала мое послание?

— Откуда ты знаешь Тристина?

— У нас нет времени на пустую болтовню, — ответила та.

Она сделала шаг вперед и прижала ладони к вискам Тессы.

— Какого… — начала Тесса, но не успела закончить в то время как Лилуру дернуло назад, а со стороны Луки раздался предостерегающий рык.

Лилура посмотрела на него без тени страха.

— Я знаю, кто она для тебя, сын Ксана.

— Ты знаешь Луку? — опешила Тесса.

Лука выглядел не менее пораженным тем, что к нему обратились в этом видении.

— Я — нет, — ответила Лилура. — А она — да.

Секунду спустя пурпурно-черный дракон взмыл из-под острова, солнечный свет заиграл на его крыльях. Дракон издал рев, описывая круг над ними, и Тессу внезапно притянуло к груди Луки.

— Где мы? — прошипел Лука ей в ухо, его вертикальные зрачки были прикованы к дракону.

— Не знаю, — огрызнулась она. — Ты-то как здесь оказался?

— Без понятия.

Они наблюдали, как дракон спускается все ниже, пока не вспыхнул бледный пурпурный свет и к ним не вышла женщина. На ней были черные штаны и черная рубашка с длинным рукавом. Она выглядела более современно, чем Лилура. Темно-фиолетовые волосы доходили до плеч, колыхаясь при ходьбе, а ее глаза были такого оттенка коричневого, что казались багровыми.

Она остановилась перед ними, вся ее поза была хищной, и Лука задвинул Тессу себе за спину. К его раздражению, та выглянула из-за него, чтобы обратиться к Оборотню:

— Ты знаешь Луку?

— Лука? — переспросила женщина. — Это не то имя, под которым я его знала, но мы едва начали ходить, когда виделись в последний раз.

— О чем ты говоришь? — потребовал Лука. — Я тебя никогда в глаза не видел.

Она изучала его, подходя ближе и глубоко вдыхая воздух.

— Это было столетия назад, но…

— Тогда это был не я. Мне всего двадцать девять лет, — прервал он ее.

— Интересно, — сказала она, склонив голову набок. — Но твой отец Ксан? Тебя когда-то звали Разик?

У Тессы отвисла челюсть.

Эта женщина знала Разика?

— Нет, — отрезал Лука.

— Довольно, — вмешалась Лилура. — Пока твой Хранитель не вмешался…

— Я не ее Хранитель, — сказал Лука одновременно с Тессой, которая выпалила: — Он не мой.

— Некая колдунья искажает твои видения, — сказала Лилура, игнорируя их обоих.

— Как и это? — спросила Тесса, выходя из-за спины Луки, несмотря на его ворчливые протесты. — Поэтому Лука здесь со мной?

Лилура еще раз окинула Луку взглядом.

— Этого я не знаю, но он защищает тебя даже здесь.

Снова раздался рев: и Лука, и Тесса посмотрели на небо. Потребовалась минута, чтобы разглядеть серебряного дракона на фоне облаков, но при его появлении женщина-дракон выругалась.

— Я разберусь, — бросила она Лилуре. — Уводи их отсюда.

Затем она побежала, прыгнула с обрыва и прямо в воздухе обернулась драконом.

— Вам пора, но будь осторожна со своими видениями. Не все в них истина, — сказала Лилура. — И передай ему, что я все еще жду того танца.

ЧАСТЬ 2

… И ТРЕБУЕТ ЖЕРТВ

ГЛАВА 25. Тесса

— Тесса, остановись, — прохрипел Теон. Кровь сочилась сквозь пальцы руки, которой он зажимал рану в боку.

Тесса возвышалась над ним, перебирая пальцами золотой кинжал.

— Тесса, — предпринял еще одну попытку Теон. — Все не должно…

— …закончиться именно так? — перебила она. — Ты хочешь сказать, это я должна была лежать на земле и готовиться пересечь Завесу?

— Нет, Тесса. Я…

Но его слова прервал судорожный вдох, перешедший в кашель, а затем посыпались проклятия.

— Блядь, — пробормотал он, приподняв ладонь, чтобы взглянуть на рану, и тут же снова надавил на нее. — Жаль, что Луки здесь нет.

Она улыбнулась, и по выражению лица Теона поняла, что ее улыбка выглядела столь же зловещей, какой ощущалась.

— Он…

Ее улыбка чуть дрогнула.

А где Лука?

Она огляделась, ожидая увидеть его в стороне — стоящим и наблюдающим. Именно там он был последние несколько раз, когда ее посещали видения. Но здесь его не было.

Удар грома заставил ее снова переключить внимание на мужчину, который стоял перед ней на коленях, пытаясь подняться.

— Сделав это, ты исполнишь пророчество, Тесса.

Она резко обернулась на голос. Неподалеку на земле лежал Тристин, его руки и лодыжки были скованы путами света.

— Это именно то, чего они хотят. Неужели ты не видишь? — настаивал он, заметив, что привлек ее внимание. — Ты станешь…

— У тебя было предостаточно шансов рассказать мне все, что ты знаешь, — сказала она. Сила вспыхнула в удерживающем его свете, заставив Тристина поморщиться от боли, пронзившей все его существо. — Но даже когда ты говорил, это были полуправды и мотивы, служившие лишь тебе самому.

— Нет… — выдохнул он, но она уже снова поворачивалась к Теону. Пока очередной голос не заставил ее обернуться вновь.

Там стоял Аксель, за его спиной пряталась Кэт. Она выглядывала оттуда, и в ее янтарных глазах читался страх, смешанный с решимостью.

— У пророчества может быть множество значений, — произнес Аксель спокойным и ровным тоном. — Оно может значить все, что ты захочешь. Как и твоя судьба. Ты сама вправе определить, какой она будет. Как это сделали мы.

— Это не то же самое! — резко отрезала Тесса.

— Ты права, — раздался еще один голос. В нем чувствовалась абсолютная, всеобъемлющая власть. На этот раз никто не появился, но она узнала этот голос. Она уже говорила с ним через зеркало. — Это не то же самое. Судьбы и предназначения фейри и Наследия тебя не касаются, но судьбы тех, кто наделен силой, могут изменить ход истории. Эта сила в твоих руках. И если ты проиграешь…

Ему не нужно было договаривать.

Если она проиграет, то застрянет в Девраме навсегда. Одна в мире, где ее будут использовать, где ее запрут в клетку. Рано или поздно кто-нибудь найдет способ это сделать.

Восстановить равновесие.

Вот что она должна была сделать.

И если ценой станет весь этот гребанный мир.

Что ж, она будет улыбаться, шагая по пеплу, когда наконец обретет свободу.

— Тесса… — начал Аксель, но она оборвала его.

— Нет! — рявкнула она. — У этого мира были тысячелетия, чтобы все исправить. Вы все провалились. Вот почему меня прислали сюда.

— Неужели? — вставил Тристин. — Я знаю, ты говорила с Ксаном. Что он тебе сказал?

— Ложь, — прошипела она. — Очередную порцию лжи.

— Ты ведь знаешь, что это не так, — настаивал он.

— Хватит! — вскрикнула она, вцепившись пальцами в распущенные волосы и дергая их за концы. — Вы постоянно нам лжете. Полуправды и красивые слова. Хаос невозможно контролировать!

— Нет, но хаос можно уравновесить, — вмешался Теон.

Она рванулась вперед, вцепляясь ему в горло, и он позволил ей это.

— Я приму твою ярость, моя маленькая буря. Я приму весь твой гнев и всю твою месть, но я не приму того, что ты — цена за этот баланс, — прохрипел он, едва дыша в ее хватке.

— А я не буду ценой. Ею станешь ты, — процедила она.

— Ты ошибаешься, Тесса. Мы ошибались. Я ошибался. Так сильно ошибался. — Тесса сжала пальцы на его шее еще сильнее. Ее сила мерцала вокруг них, просачиваясь в него, но ему удалось вытолкнуть на выдохе: — Где Лука, Тесса?

— Он мой, — прорычала она. — Он всегда должен был быть моим. Аурион сама так сказала.

— Ты убила Аурион! — выдохнул Теон, и эти слова поразили ее настолько, что она разжала пальцы и отшатнулась.

Его тьма клубилась вокруг раны. Пыталась исцелить его. Пыталась спасти, пока он жадно глотал воздух.

Бесполезные усилия, но она позволит ему растратить остатки сил. Ей все равно больше не нужен был Источник.

— Я не убивала Аурион, — процедила она сквозь зубы.

— Это сделали твои Рыцари Света, — поправил Теон. — По твоему приказу.

— Потому что она пыталась помешать моему предназначению.

Теон покачал головой. Его влажные волосы качнулись в такт движению.

— Мне так бесконечно жаль, Тесса.

Она снова бросилась к нему, схватила за волосы и резко дернула голову назад. Острие кинжала прижалось к его подбородку.

— Твои извинения запоздали. Мне они не нужны.

— Я знаю, Тесса, но это не меняет того, что я к тебе чувствую.

— Замолчи! — огрызнулась она, ощущая, как его эмоции захлестывают их связь.

Она ждала.

Потому что сейчас она должна была чувствовать и Луку тоже.

Где Лука?

Трое.

Их должно было быть трое, связанных друг с другом. Соединенных так, как не должно было быть, но и иначе быть не могло.

Если только не принесены жертвы.

О боги.

Если только не принесены жертвы.

— Где Лука? — прошептала она, отпуская Теона и отступая назад.

Лицо Теона исказилось от муки.

— Думаю, ты сама знаешь ответ, маленькая буря.

Ветер пронесся по поляне, вздымая сухую траву и выжженную землю. Следы битвы, унесшей сотни жизней. Фейри и Наследие сошлись в войне, которая должна была быть уделом игры богов.

Слишком много жертв уже было принесено. Корбин. Лэнг. Аурион. Сиенна.

Но только не Лука.

Только не он.

Только не он.

Аксель здесь.

Кэт здесь.

Все, кому следовало бы заботиться, предали ее.

Но только не Лука.

Если этот мир отнял его у нее, то любая милость, что еще теплилась в ее душе, умерла вместе с ним.

Гром прогремел в ответ на эту ее мысль. Небо разверзлось, изливая собственный гнев на землю дождем.

— Все не должно быть так, маленькая буря, — снова попытался Теон.

Но оно должно быть именно так.

Если Лука мертв, значит, она не справилась.

Где-то на этом пути она совершила ошибку. Подвела Ахаза. Подвела Судьбы. Подвела родителей. Подвела его — и он заплатил за это.

— У нас нет выбора, — пусто произнесла она, повторяя слова, которые он так часто говорил ей в снах. — Это больше, чем связь, и этого не может быть.

Изумрудные глаза закрылись, смирение разлилось по чертам лица, которое она когда-то думала, что сможет полюбить.

Так долго она желала смерти, и теперь, в это мгновение, когда их обоих не станет, она поймала себя на мысли, что желает ее снова. Но больше этого она чувствовала потребность отомстить за них. Она нашла то, ради чего стоило сражаться, а затем ее заставили принести это в жертву.

А что теперь?

Теперь она не чувствовала ничего, кроме пожирающей ее ярости.

— Ты ошибаешься, — прохрипел Тристин, пытаясь подползти ближе по земле, стремительно превращающейся в грязь. — Неужели ты ничему не научилась за эти месяцы? Мы пытались, Тесса. Мы присылали тебе помощь…

— И снова лишь ради своих целей, — безучастно ответила она.

— Чтобы спасти тебя! — сказал Теон, явно стараясь удержать ее внимание на себе. Его волосы прилипли ко лбу, дождь смешивался с непрекращающимся потоком крови из раны. — Я пытался это изменить. Я сделал все, что мог.

— Судьба зовет, и требует жертв, — сказала она, снова опускаясь перед Теоном на корточки. — Те, кто пришел в этот мир незваным, познали эту истину. Мы все ее познали.

— Их королева будет мстить, Тесса. Не сомневайся.

— Я на это рассчитываю.

— Ее месть не будет знать границ.

— Тогда она познает мой гнев, как познал его ты.

— И я бы молил об этом снова и снова, если это все, что ты мне позволишь, моя умная буря, — ответил Теон, и его дрожащая рука поднялась, чтобы коснуться ее щеки. — Но я понимаю, что наше время вышло. Снова у меня закончилось время.

Она на миг потерялась в этих темно-изумрудных глазах и черных волосах. В едва заметной ямочке и губах, которые она целовала столько раз, что не сосчитать. А затем она поцеловала его. Глубоко и нежно, так, как это должно было быть всегда.

— Прости, что я подвел тебя, маленькая буря, — сказал Теон, когда они отстранились друг от друга. Скорбь и боль читались в его глазах. — Я пытался. Я пытался спасти тебя.

— Я понимаю, — прошептала она. — Прости, что не смогла отдать тебе всю себя. Каждую частичку.

И она вонзила золотой кинжал ему в грудь.

— Но когда Хаос придет к власти, должен остаться только один.

ГЛАВА 27. Тесса

— Представь, куда ты хочешь попасть, — сказал Лука.

Ее глаза были закрыты, дыхание стало глубоким, но сам приказ был нелепым. Потому что она хотела оказаться где угодно, только не в Девраме, и вряд ли она могла просто взять и Переместиться туда. С другой стороны, она вообще никуда не могла Переместиться.

Они занимались этим последний час. Лука, казалось, твердо вознамерился научить ее Перемещению, ворча о том, что он не обязан надевать солнцезащитные очки каждый раз, когда она входит в его комнату. Она закатывала глаза, но соглашалась, позволяя объяснять азы Перемещения. Однако сейчас оба начинали выходить из себя, потому что дело не двигалось с мертвой точки. Или, если точнее, она сама никуда не двигалась.

— Может, вернемся к тренировкам с магией? — сказала она, и да, это было уже на грани нытья.

— Нет, — отрезал Лука. — Сосредоточься.

— Я сосредоточена.

— Нет, не сосредоточена.

— Да, сосредоточена!

— Неужели? Тогда скажи, на чем именно ты сосредоточена в данный момент?

— В данный момент я сосредоточена на левой стороне твоего лица, потому что именно туда я хочу тебя ударить, — огрызнулась она, открыв глаза и свирепо глядя на него.

И она увидела едва заметный намек у него на улыбку, прежде чем он поспешно вернул обычное выражение лица.

— О боги, мне нужно присесть, — выдохнула она. — Улыбка от Луки Морса? Я сейчас упаду в обморок.

— Заткнись! — пробормотал он.

— Нет-нет, — настаивала она, плюхнувшись на пол тренировочной арены. Найла была в другом конце зала, свернувшись клубком, но ее глаза неустанно наблюдали. — Мне нужна минута. Я в шоке и хочу это запомнить. Кто знает, когда такой феномен повторится снова.

— Тесса! — прорычал он, скрестив руки на груди и возвышаясь над ней. — Вставай. Ты тратишь драгоценное время тренировки.

Она цокнула языком и завалилась на спину.

— Нет, это ты тратишь драгоценное время, пытаясь научить меня Перемещению. Способности, которой, мы даже не знаем, обладаю ли я. Научи меня контролировать магию. Научи меня владеть мечом. Научи меня надирать задницы. С моими порталами и так все в порядке.

— Твои порталы однажды меня ослепят, — парировал он. — Более того, как ты собираешься проникать куда-то скрытно, если твой портал — это маяк, объявляющий о твоем прибытии?

— Может, я хочу, чтобы они знали, — возразила она, сложив руки на животе и глядя на него снизу вверх. — Я хочу, чтобы они знали, когда я приду их прикончить. Страх упоителен. Он дает силу. Он захватывает. Освобождает.

Лука пристально смотрел на нее. Его зрачки изменились, а радужка светилась мягким голубым светом.

— Что? — спросила она.

— Ты такая свирепая, — прошептал он, и в его голосе было столько жара, что она ощутила его в своей крови.

Ее босые пальцы на ногах подогнулись от этого звука, а в животе все перевернулось. Это чувство она попыталась проигнорировать.

Она откашлялась.

— Мы можем просто вернуться к обычным тренировкам?

— Нет, — ответил он.

— Почему нет?

— Потому что ты устала, а твой резерв сил не пополнялся с тех пор, как ты устроила ту эскападу на виллах Сираны.

— Это неправда, — солгала она.

Лука от услышанного вскинул брови.

— Неправда? Ты не спала в моей комнате с той ночи, когда я нашел тебя в своей постели. Что ты, кстати, до сих пор не обсудила. Раз так, я могу лишь предположить, что спишь ты плохо. Если только ты не ходила за этим к Теону, но я уверен, что почувствовал бы такой обмен через связь. Ведь вы двое не умеете спать рядом, не ввязываясь в драку или не трахаясь.

У нее отвисла челюсть от такого намека.

— Это неправда! — возмутилась она, приподнявшись на локтях. — Мы кучу раз спали рядом и не трахались.

— До поры до времени. А после? Не лги мне, Тесса. Я знаю, чем вы занимались задолго до того, как вы оба осознали, что я — часть связи.

Она злобно посмотрела на него.

— Я не ходила к Теону.

— Знаю.

— Тогда зачем вообще это предлагать?

— Потому что это вариант, если ты не хочешь спать в моей комнате. Тебе нужен сон, Тесса. Я знаю, что ты сильна и можешь обходиться без него днями, но это не значит, что ты должна так делать, особенно во время тренировок.

Тесса поджала губы, отведя взгляд в сторону. Она действительно устала. Она не позволяла себе спать в комнате Луки с той ночи, когда он обнимал ее. В основном потому, что он отвлекал ее от цели, а позволение себе находить утешение в других рассеивало ее внимание. Проще помнить о том, что нужно сделать, когда ты одна. Когда не позволяешь себе зависеть от других. Беда была в том, что он прав. Вдали от своих «связанных» она спала паршиво, а если и засыпала, то сон был прерывистым. Она даже пробовала пить чай, который Рордан до сих пор присылал ей в комнату каждый вечер, но от него видения становились только интенсивнее. И хотя она вроде бы спала, просыпалась она все равно изнуренной.

— Что касается твоей силы, — продолжил Лука, когда она промолчала. — Я тренирую тебя ежедневно, Тесса. Я вижу, когда она слабеет или становится нестабильной. Ты умна, и я знаю, что ты уже поняла, как восполнять запасы магии. Вопрос в том, почему ты этого не делаешь?

Она снова перевела взгляд на него.

— Мне не нужна кровь.

— Я так и предполагал, — сказал он чуть мягче и, к ее удивлению, опустился на пол рядом с ней.

Тесса снова легла на спину, и он сделал то же самое, подложив одну руку под голову.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Я знаю, ты к такому не привыкла, но это называется «разговаривать».

— О боги, — пробормотала она, пихнув его ногой.

Она услышала шумный выдох. Видимо, это был максимум, на который он был способен вместо смеха. Повернув голову, она спросила:

— Что тебе нравится делать ради удовольствия?

Он был явно застигнут врасплох этим вопросом, и прошла минута, прежде чем он ответил со вздохом:

— Прошло столько времени, что я уже и не помню.

— Я тоже, — прошептала она.

Она не знала, как реагировать, когда почувствовала, что его пальцы коснулись ее пальцев. Дыхание перехватило, сердце забилось чаще, но он больше не шевелился.

Они пролежали так несколько минут, и она первой нарушила тишину:

— Знаю, это прозвучит безумно, но просто выслушай меня минуту, ладно?

Он буркнул что-то неразборчивое себе под нос, а затем сказал:

— Хорошо. Излагай.

— У меня бывают сны или видения, или как там это назвать… — начала она, не зная, с чего зайти.

— Я в курсе.

— И иногда ты в них присутствуешь, — выпалила она. — Не просто как часть видения, а именно внутри. Как будто ты смотришь их вместе со мной, а в последние несколько раз ты даже взаимодействовал с ними. Ты…

Боги, она звучала хуже, чем просто сумасшедшая.

Когда она замолчала, Лука повернулся к ней.

— Тесса, если ты спрашиваешь, помню ли я, как меня затягивало в твои видения, то ответ — да. Я не знал, помнишь ли об этом ты.

— Подожди, правда? — спросила она, принимая сидячее положение, чтобы лучше его видеть.

Лука кивнул:

— В первый раз я не знал, что и думать. Но когда это повторилось, я начал пытаться понять, как и когда это происходит.

— И?

Он пожал плечами:

— Последний раз был тогда, когда ты спала в моей комнате. И это был первый раз, когда меня оттуда никто не вышвырнул.

— О чем ты говоришь?

— В самый первый раз там появилась женщина. Она спросила, как я туда попал.

— И как ты туда попал? — спросила Тесса.

Он снова пожал плечами, все еще лежа на полу:

— Понятия не имею. Она спросила, звала ли ты меня, а потом вытолкнула меня из сна. С тех пор она появлялась каждый раз и вышвыривала меня. До последнего случая.

— Того, что с драконами, — уточнила Тесса.

После небольшой паузы он ответил:

— Да. Того самого.

— И ты не знаешь, как в них попадаешь?

Он вздохнул, сел, а затем поднялся на ноги.

— Нет, но я могу сказать об этом Теону. Вдруг он что-то знает.

Она задрала голову, глядя на него.

— С чего бы Теону что-то об этом знать?

Протянув ей руку, он сказал:

— Потому что Теон очень начитан. Он — кладезь знаний, как полезных, так и бесполезных. — вложив свою ладонь в его, она позволила ему поднять себя на ноги. — Если он сам чего-то не знает, то наверняка знает, где искать ответы.

Она и сама это знала. Видела, как он часами просиживал над книгами и делал заметки в любое время ночи. Лука был прав: Теон, скорее всего, кратчайший путь к ответам. Но хотела ли она, чтобы он об этом знал? К тому же, было предупреждение Лилуры о том, что кто-то вмешивается в ее видения, а ту женщину, о которой говорил Лука, она никогда не видела. Рордан вел себя… иначе после вилл Сираны. Но могла ли она доверить Теону эту информацию?

Уперев руки в бока, она сдула прядь волос с лица. Лука наблюдал за ней в ожидании ответа, и когда она промолчала, произнес:

— Если Теон что-то и умеет делать по-настоящему хорошо, так это защищать тех, кто ему дорог. А ты? Ты в самом верху этого списка.

Тесса покачала головой:

— Он сделает то, что сочтет лучшим для меня. Он может что-то разузнать и скрыть это, потому что решит, что мне опасно об этом знать. И не говори, что он так не поступит, потому что он только этим и занимался.

— Справедливо, — признал Лука. — Вам обоим нужно научиться доверять другим.

— Доверие дает другим власть над тобой, — парировала она.

— Способность доверять — это власть иного рода, Тесса.

Она сердито посмотрела на него:

— Тогда это та власть, которая мне не нужна.

Он покачал головой, потирая лоб с явным разочарованием. Со вздохом он произнес:

— Нам нужно обсудить Гала-бал Сираны.

— А что с ним? — огрызнулась она.

— Тебе нужно дать Теону разрешение на посещение.

Она расхохоталась:

— Что?

— Та дурацкая сделка, которую он с тобой заключил, — сказал Лука. — Он не может находиться с тобой в одном пространстве, если ты не позволишь.

— Я это знаю, — сказала она, закатив глаза. — Я спрашивала про сам Гала-бал. Его все-таки проводят?

— Похоже на то, — ответил Лука. — Теон прислал сообщение. Там объявят нового смотрителя Роузбелла.

— Они собираются просто жить дальше, будто ничего не случилось? Даже Наследия для них ничего не значат?

— А чего ты от них ожидала, Тесса? Конечно, они продолжат делать вид, что все в норме. Иначе начнется паника. Если народ видит, что лидеры уверены в себе и не беспокоятся, это их успокаивает.

— И Теон с этим согласен? — потребовала она ответа.

Лука склонил голову набок, изучая ее. — У тебя есть к нему определенные ожидания?

— Да. То есть, нет. Не знаю.

— Знаешь.

— Нет, — отрезала она, скрестив руки. — Не знаю. Мы закончили на сегодня?

— Нет! — раздался женский голос, мрачный и леденящий.

Найла вскинула голову за секунду до того, как Аурион шагнула из вихря пепла и дыма с луком на груди. Ее черные волосы развевались, а застрявший в них серый пепел походил на снежинки. Ее изменчивые глаза скользнули по Тессе. За собой она оставляла пепельные следы, приближаясь с той смертоносной грацией, которая заставила Тессу напрячься. Она не видела эту женщину с тех пор, как Роан едва не погиб, и сейчас та выглядела особенно кровожадной.

— Что-то случилось? С Роаном все в порядке? — спросила Тесса, и ее грудь сдавило от мысли, что произошло нечто дурное. Когда она видела его в последний раз, все было хорошо. Раны еще были, но он успешно шел на поправку.

— С Роаном все в порядке, — сказала женщина. — Полагаю, через пару дней он уже будет носиться.

Волна облегчения накрыла Тессу. Еще один шаг к тому, чтобы он снова был рядом. Найла теперь сидела, но держалась поодаль. Это ничего. Тессе она сейчас под боком была не нужна, а вот Роан уже стоял бы там.

— Тогда зачем ты здесь? — спросил Лука, и на его лице было написано крайнее раздражение.

— Тебе следовало бы спросить, где я была, — парировала Аурион, не сводя загадочных глаз с Тессы.

— Ладно. Где ты была? — исправился он.

— Последние несколько дней я выслеживала всех Рыцарей, которых ты призвала, — прорычала она, даже не пытаясь скрыть своего гнева. — Тебе нужно перестать их призывать.

На губах Тессы заиграла улыбка:

— Нет.

— Нет? — повторила Аурион. — Ты призываешь их сюда и пальцем не шевелишь, чтобы их сдержать.

— Я не желаю их сдерживать.

Аурион сделала два шага к ней, в ее глазах блеснула жажда насилия, но прежде чем Тесса успела призвать свою силу в ответ, Лука заслонил ее собой.

Аурион замерла, ее губы искривились в презрительной усмешке, а в вихре пепла появился кинжал.

— Я имела дело с твоим родом задолго до твоего рождения, дракончик, — произнесла она смертельно спокойным тоном.

— Прекрасно. Тогда ты должна знать, что драконье пламя мощнее твоего магического пепла, — парировал Лука.

Тесса выглянула из-за спины Луки. Женщина сверлила его взглядом, ее пальцы сильнее сжали рукоять кинжала. Звук того, как Найла отряхивается, привлек внимание Тессы, и она увидела, как волчица потянулась, а затем трусцой подбежала к ней.

— Темураль бы со мной согласился, знаешь ли, — сказала Аурион, явно обращаясь к волчице, но Найла просто села рядом с Тессой, издав низкое предупреждающее рычание. — Да-да, я знаю, — ответила она, закатив глаза.

— Ты можешь… общаться с ними? — спросила Тесса.

— Мы это уже обсуждали, — отрезала Аурион. — Я знаю их очень давно. Я их вырастила. Со временем и ты это узнаешь.

— Ты их вырастила? — удивленно переспросила Тесса.

Аурион кивнула.

— Все Охотницы помогают растить Ищеек Темураля.

— И сколько вас, Охотниц?

Она сделала небольшой шаг назад.

— Раньше нас было двенадцать.

— Раньше?

Она кивнула, и гнев снова проступил на ее лице.

— Да. Раньше. Темураль и Эйнала наделили нас дарами в ответ на создание Рыцарей Света Ахазом. Мы — одни из немногих, кто может их убить, и то, что ты постоянно их призываешь, начинает утомлять.

— Так перестань их убивать, — лениво протянула Тесса.

— Мое предназначение — убивать их, — выпалила Аурион. — Единственная цель Рыцаря — убивать любое существо с кровью Ариуса.

— И все же я до сих пор дышу.

Ее улыбка была леденящей.

— Пока что.

— Ты ей угрожаешь? — вмешался Лука.

— Нет, — ответила Аурион. — Но если она верит, что со временем они не обернутся против нее, она более наивна, чем я думала. Перестань призывать их, Тессалин!

— Я не наивна, — выплюнула Тесса.

— Перестань их призывать! — повторила Аурион. — Если они доберутся до королевства Ариуса, ты не сможешь их контролировать.

— Я их контролирую. Они подчиняются мне, — спорила она.

— Нет. Они подчиняются Ахазу.

— Которого здесь нет.

Она склонила голову набок.

— Разве ты не говорила с ним, пока была в этом мире?

Лука резко обернулся к Тессе.

— Что?! — потребовал он ответа.

— Откуда ты вообще об этом знаешь? — спросила Тесса, игнорируя его яростный взгляд.

— Ты не единственная, кто может перемещаться сквозь щиты незамеченной, — ответила Аурион. — Перестань призывать их!

И в следующее мгновение она исчезла, за секунду до того, как дверь тренировочного зала распахнулась. Вошел Рордан в сопровождении своего Источника и Декса. Дагиан и Саша шли следом. Их лица не выражали никаких эмоций, и Тесса мгновенно напряглась, инстинктивно придвинувшись ближе к Луке. Найла громко зарычала, предупреждая их обоих, и встала, вздыбив шерсть на загривке.

— Тессалин, — сухо поприветствовал Рордан.

— Рордан, — ответила она в тон.

Лорд пренебрежительно взглянул на Луку, прежде чем снова сосредоточиться на Тессе.

— Похоже, вы двое закончили тренировку на сегодня?

— Еще нет, — ответила она.

— Уже закончили, — отрезал он, и ее гнев мгновенно вспыхнул от этого приказа. — У меня встреча через тридцать минут, и нам нужно кое-что обсудить до моего ухода. — Он снова посмотрел на Луку. — Ты можешь идти.

— Вообще-то не может, — вмешалась Тесса. — Мы работаем над некоторыми вещами, так что ты можешь сказать мне свою новость, а потом мы продолжим.

— Тесса, это не переговоры.

— А я и не веду переговоры, — мило ответила она.

Золото в его глазах вспыхнуло, ноздри раздулись.

— После событий на виллах Сираны за тобой нужно… присматривать. Ради твоей же безопасности.

— Ну конечно. Моей безопасности, — плоско повторила она.

— Ты сохранишь свою свободу, но Декстер назначен сопровождать тебя всякий раз, когда ты покидаешь территорию. Было бы предпочтительно, чтобы он находился с тобой большую часть времени в качестве дополнительной охраны, — сказал Рордан.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — ровно произнесла Тесса. — Лука может с этим справиться. Он сильнее любого фейри.

— Лука не связан обязательствами с этим королевством, — процедил Рордан.

— Моих волков наверняка более чем достаточно для охраны, — попробовала она снова, указывая на Найлу.

— Декстер назначен на эту роль, Тессалин! — сказал он тоном, не терпящим возражений, и ее глаза сузились, когда свет вокруг запястий начал подниматься выше по рукам.

— Просто чтобы уточнить: вы назначаете фейри защищать ее, если что-то случится? — прервал его Лука.

— Я не знал, что ты участвуешь в этом разговоре, — резко ответил Рордан.

— Нет, — вставила Тесса. — Он назначает его не защищать меня. Он назначает его следить за мной и докладывать.

— Радуйся, что это все, что я делаю, Тессалин! — прорычал Рордан, подходя ближе. Лука тоже шагнул к ней, но Рордана это не волновало. — Я вчера часами убеждал других правителей, что более жесткие меры не требуются. Ты должна меня благодарить.

Он больше ничего не сказал и стремительно вышел из комнаты. Сын последовал за ним. Остались она, Лука и Декс, который сверлил Луку взглядом.

Декс был лучше, чем стражник из Наследия, полагала она. Ей не раз удавалось ускользнуть от него. Проблема была в том, что Декс не был фейри. Она была почти уверена, что он — один из тех стражей света, о которых ей рассказывал Ксан.

Но если так, то у кого он украл свою силу?

Может, это будет не так уж плохо. Она могла бы вытянуть из него побольше информации. Когда она достаточно злила его, он иногда срывался и выдавал то, чего говорить не собирался.

Наконец Декс перевел взгляд на нее. Его темные глаза окинули ее с ног до головы.

— Выглядишь усталой, Тесси.

— Это не так, — огрызнулась она.

— Я скажу Эловин, чтобы она заваривала тебе больше чая. Ты его пьешь?

Стиснув зубы, она выдержала взгляд Декса и произнесла через связь:

— Лука?

Он не вздрогнул. Даже бровью не повел на ее обращение, но она знала, что он слушает. Знала, что они оба, скорее всего, слышат ее.

— Попроси Теона разузнать о видениях.

ГЛАВА 29. Аксель

Аксель следовал за мужчиной по коридорам дома Бри в Дома клана Четверых. Путь назад занял у него три дня. Весь первый день он гнал машину от станции порталов в Темной Гавани до Дома Ариусов, где прождал до глубокой ночи, чтобы пробраться в этот необъятный особняк. Он не хотел сталкиваться с матерью, но ему нужно было забрать кое-какие вещи. Сменную одежду. Любимую толстовку с символикой Хаосферы. Запасные наушники. Он управился меньше чем за час, но потом пришлось еще два дня ехать до Подземелья. Раньше он проделывал этот путь бессчетное количество раз, но всегда с водителем. В одиночку пробираться через горные перевалы оказалось дольше.

К тому же приходилось ехать днем.

Потому что даже в темных очках солнце резало ему глаза.

Дорога была мучительной и в другом смысле. Весь путь он думал о Кэт и об их ребенке.

Сказала ли она уже Теону? Придерживает ли Элиза ее волосы, когда ту тошнит? Ест ли она? Достаточно ли она оправилась, чтобы он снова мог испить ее крови?

Нет!

Этого больше не повторится. Он об этом позаботится. Именно поэтому он и ушел. Чтобы защитить ее от самого себя.

Но разве он не вернется в то состояние снова? Он станет Дитем Ночи. Вампиром. Его мир будет вращаться вокруг крови, но мысль о том, чтобы пить из кого-то другого, была так же «привлекательна», как перспектива пасть жертвой отцовского гнева.

Когда обращение завершится, станет легче.

По крайней мере, он повторял это себе снова и снова, миля за милей. Нужно просто пережить эти две недели агонии.

Потребовалось еще несколько часов, чтобы добраться до районов Подземелья, а затем до Дома Четверых. Стража на входе не задавала вопросов, а значит, Бри его ждала. Это подтвердилось, когда мужчина, который теперь вел его по переходам, встретил его у дверей и бросил лишь короткое: «Иди за мной».

Наконец они остановились перед парой огромных железных дверей, возвышавшихся до самого потолка, и Аксель невольно задался вопросом, как их вообще сюда затащили. Мужчина толкнул створки, отступил в сторону и жестом пригласил Акселя войти. Тот нерешительно сделал несколько шагов и замер, оглядываясь по сторонам. Это было не то хранилище, не то арсенал. Скорее всего, и то и другое.

Стены были увешаны оружием всех мастей. Мечи. Кинжалы. Луки и стрелы. Копья и плети. Были даже такие образцы, которых он не узнавал. Но прямо на полу стояли сундуки, доверху набитые монетами, золотом, серебром и всевозможными драгоценностями.

От такой комнаты у драконьего хрена Луки точно случился бы стояк.

Он прошел вглубь помещения, засунув руки в карманы джинсов. Он не смел ни к чему прикасаться. Для него это была новая территория. Раньше он был их вышестоящим правителем, хотя в Подземелье ему редко приходилось пускать в ход свой титул. Но скоро он станет одним из них, и не было сомнений, что выстроится целая очередь из желающих доказать, что они сильнее и могущественнее павшего Наследника Ариуса.

И глава клана, к которой он пришел, наверняка окажется во главе этой очереди.

Свернув за угол, он увидел Бри. Она стояла к нему спиной, ее длинные черные волосы были распущены. На ней не было привычного красного платья. Вместо него была красная юбка до пола с глубокими разрезами по бокам. Черный топ оставлял спину обнаженной, а когда она повернулась, стало ясно, что он едва прикрывает грудь.

В руках она держала меч, и, Аксель клялся богами, что это было самое прекрасное оружие. Эфес сиял золотом, украшенный замысловатой резьбой и инкрустированными рубинами. Само лезвие поначалу казалось черным, но когда Бри шевельнулась, свет скользнул по стали, обнаруживая глубокий малиново-красный оттенок. С мастерством, которое приходит лишь после десятилетий практики, Бри взмахнула мечом, крутанувшись в движении. Юбка взметнулась вокруг нее, и Аксель вынужден был признать: впечатляюще, что она способна так двигаться на таких высоких каблуках.

Аксель стоял в нескольких футах, ожидая, когда она соизволит его заметить. Неужели такой теперь будет его жизнь? Он не знал, но ему нужно было во всем разобраться, и начать стоило с контроля над жаждой крови.

Очевидно, это было возможно. Бри явно не испытывала нужды терзать каждого фейри, оказавшегося поблизости. Проблема была в том, что он — тоже. Он бы почти предпочел это нынешнему состоянию, в котором он жаждал исключительно крови Кэт.

Она вложила меч в ножны и осторожно поместила его в футляр, стоящий на столе. Защелкнув его, она вернула на место замок, явно зачарованный, так как он вспыхнул под ее пальцами.

— Слишком много охраны для одного меча, — сказал Аксель, не в силах больше просто стоять.

Она улыбнулась, проводя пальцами по крышке футляра.

— То, что для одного — лишь предмет вожделения, для другого — сокровище, — ответила она. Ее глаза медового цвета медленно скользнули по его фигуре, на ее полных губах появилось подобие хмурой улыбки. — Что на тебе надето?

— Дорожная одежда, — ответил он.

Опершись бедром о стол, она спросила:

— Ну и как все прошло?

— Как и ожидалось, — ответил Аксель с едкой ноткой в голосе. — Ты меня подставила, Бри.

— И в мыслях не было, дорогой, — проворковала она. — Я обещала найти ее для тебя — и я нашла.

— Ты знала, что произойдет, — возразил он.

— Я показала тебе, что держу свои обещания, — резко бросила она, отталкиваясь от стола.

Каблуки застучали по каменному полу, когда она направилась к нему. Когда она потянулась, чтобы убрать прядь волос с его лба, он резко отшатнулся.

Обиженно надув губы, она пожурила его:

— И это та благодарность, которую я получаю? Грубо, Аксель.

Когда она потянулась снова, он позволил ей провести кончиками пальцев по своей челюсти. Она улыбнулась.

— Так-то лучше.

Аксель перехватил ее запястье, убирая руку от своего лица.

— Я вернулся сюда не ради этого, Бри.

Ее глаза сузились.

— Тогда зачем ты вернулся?

— Мне… больше некуда идти.

— И ты считаешь, что оскорблять меня в такой ситуации — это мудро?

— Я не собирался тебя оскорблять, — быстро ответил он. — Мне просто нужно время, чтобы прийти в себя, прежде чем мы обсудим… все остальное. Не думаю, что это неразумная просьба в данных обстоятельствах.

Эти слова, похоже, ее устроили и она расслабилась.

— Конечно. Прошло столько времени, что я уже и забыла: обращение может быть довольно мучительным процессом.

— Именно, — подтвердил Аксель. — К тому же я еще не полностью… обратился.

Он чуть не поперхнулся на этом слове. Может, Сиенна ошиблась? Может, через две недели у него все еще будут его тени? Он не пользовался магией, стараясь сохранить резервы полными как можно дольше, потому что по какой-то безумной причине верил: если не тратить силу, это удержит неизбежное.

Но он знал: Сиенна не ошибается. Он уже давно был слишком близок к этой черте. Он взял у Кати так много крови. Более чем достаточно, чтобы активировать проклятие. Аксель думал, что все случится мгновенно. Медленное превращение было куда хуже. Как бы он ни ненавидел это возвращение, ему некуда было больше податься. Он не лгал, когда говорил, что идти ему не к кому. Здесь хотя бы поймут, что с ним происходит, и смогут ответить на его вопросы.

Взяв его под руку, Бри сказала:

— Пойдем, поужинаешь с нами. Расслабься. Познакомься со всеми.

Он позволил ей увести себя из хранилища обратно по коридорам, стараясь запомнить путь.

— Разумеется, я велю подготовить для тебя более комфортную комнату, — говорила Бри.

— Спасибо, Бри, — ответил Аксель. — Я ценю это.

Они вошли в обеденный зал, все еще под руку, и Аксель быстро нацепил маску наследника Ариуса, увидев, что Мансель и Юлиус уже сидят за столом. Было и еще несколько мужчин и женщин. Тот мужчина, что привел его к Бри. Еще один мужчина и две женщины. Бри никого не представила, подведя его к концу стола и жестом указав на место справа от себя, сама же она села во главе.

Перед ними поставили тарелки с картофелем и едва обжаренным мясом. Каждому вампиру также подали хрустальный бокал с кровью.

Ему тоже.

Аксель уставился на красную жидкость. Темную и густую. Он не хотел ее. Она была ему не нужна.

Может, Сиенна все-таки ошиблась?

— Поделишься чем-нибудь из своего краткого визита в королевства? — спросила Бри, отрезая кусочек еды.

— Моего… чего? — переспросил Аксель, отвлеченный и все еще глядящий на кровь.

— Твоей поездки за пределы Подземелья. Какие новости ты принес? — ответила она, ожидая с интересом.

Наконец оторвав взгляд от бокала, он посмотрел на нее.

— У меня нет новостей.

Она цокнула языком.

— Тебя не было почти неделю, и никаких вестей из внешнего мира? Даже сводки погоды?

— Там зима, — сказал Аксель, берясь за приборы. — Снежно и серо.

— Я имела в виду не ту погоду, — небрежно бросила Бри, поворачиваясь к Юлиусу. — А ты?

— Ничего сопоставимого по масштабам с резней на виллах Сираны, — ответил тот. Вместо крови в его хрустальном бокале было вино.

— Эти глупцы, — фыркнула Бри. — Но нам это на руку, полагаю.

— Согласен, — кивнул Юлиус.

Теон вкратце посвятил его в детали случившегося на виллах Сираны, но Аксель не знал, сколько информации уже просочилось сюда. Вероятно, они знали больше него.

— И каким же образом убийства на виллах вам на руку? — спросил Аксель, надрезая мясо, из которого по тарелке потек красный сок.

— Нам, — поправила Бри, делая глоток крови из бокала. — Чем больше они перебьют друг друга сами, тем меньше работы будет нам, когда придет время действовать. Пусть разрывают себя на части.

— Понятно, — пробормотал Аксель, глядя на мясо и решая ограничиться картофелем.

— Жаль только, — подал голос Мансель. — Столько потерянных фейри и смешанных линий.

Бри вздохнула.

— Так и нет вестей об их местонахождении?

— Никаких, — ответил Юлиус. — Как будто они просто испарились.

— Как могут десятки фейри просто испариться? — спросил один из вампиров в конце стола.

— Тайна, которую все пытаются разгадать, — ответила Бри. — Хотя я бы хотела найти их первой. Передай нашему клану: тот, кто найдет их раньше остальных, будет щедро вознагражден постоянным местом в Доме Четверых и за этим столом.

Четверо вампиров замерли, переглядываясь, пока один из них не произнес осторожно:

— Но вы позволяете только четверым из нас сидеть за этим столом.

— Тогда, полагаю, кому-то из вас лучше стать тем, кто их найдет, если не хотите потерять свое место, м-м? — рассудила она, помешивая кровь в бокале.

— Да, ваша милость, — ответил он, и все четверо поднялись.

Они оставили недоеденные тарелки на столе и быстро вышли из помещения.

— Тут полно пустых стульев, — прокомментировал Аксель. Вдоль стола было еще как минимум с десяток мест. — Почему только четверо?

— Это поддерживает конкуренцию между ними, не давая зародиться мысли, что они могут посягнуть на мое место, — беспечно сказала она. — Тот же принцип применим и к королевствам. Пусть воюют между собой, ослабляют собственную защиту. А потом придем мы и заберем все.

— И зачем тебе находить пропавших фейри первой?

— А почему нет? — парировала Бри. — Наследие веками держали фейри в клетках, те уже и о собственной силе забыли. А если они объединятся?

— Они не смогут одолеть Наследия, — возразил Аксель.

Бри рассмеялась.

— Мальчик мой, так многого можно достичь, когда тебя припирают к стенке. Фейри терпели несправедливость с самого сотворения этого мира, а со смешанными линиями? Это не будет легкой победой, и никто не скажет наверняка, кто выйдет победителем в такой войне. Но триумф Наследия точно не предрешен.

— По правде говоря, если нам удастся найти хотя бы нескольких полукровок, это даст нам значительное преимущество, — вставил Юлиус.

— Долгое время эта операция оставалась для нас лишь слухом, который мы не могли подтвердить, — продолжила Бри. — Пока не появился ты, Мансель.

— Рад был услужить, — ответил тот. — Участие в миссии точно не было в тягость.

Бри хмыкнула.

— Уверена, что нет. Но ты не знаешь, увенчалось ли это успехом?

Мансель покачал головой.

— Нам никогда не говорили, а Вальтер не пробалтывался. Но ее подозрительно долго не выпускали на глаза в течение нескольких месяцев спустя некоторое время.

Акселю было трудно уловить суть всего этого, но он не хотел казаться слишком жадным до информации. Заставив себя проглотить кусочек мяса, он произнес:

— Мой отец держал свои секреты при себе, а мотивы — еще ближе.

— Мотив здесь был более чем очевиден, — сказала Бри с пренебрежительным взмахом руки. — В случае успеха он заберет ребенка в качестве своего следующего Источника.

— Какого ребенка? — спросил Аксель, стараясь скрыть панику. Они никак не могли знать о Кэт.

Бри протянула пустой бокал, чтобы ей налили вина.

— Наверняка в королевствах слухи ходят так же, как и здесь. О том, для чего на самом деле нужны Виллы.

— Я знаю, для чего они нужны, — натянуто ответил Аксель.

Он бывал там пару раз с отцом, и, хотя никогда не участвовал в местных «развлечениях», его папаша, блядь, участвовал за двоих. Как и Теон с Лукой, хотя те партнеры, которых они уводили в приватные комнаты, всегда были из Наследия и с зачарованными кольцами — что означало полное согласие. Но, разумеется, он знал о принудительном разведении, которое практиковалось на верхних уровнях Вилл.

— А слухи о тайных виллах? — спросила Бри, прежде чем сделать приличный глоток вина.

— Каких тайных виллах?

— Аксель, дорогой, — пожурила она. — Ты хочешь, чтобы я поверила, будто Наследник королевства не знает о тайных виллах? — когда он лишь растерянно моргнул, она цокнула и снова отпила из бокала. — На тайных виллах скрещивают фейри и Наследия, радость моя.

— Это запрещено! — мгновенно отозвался он.

Она склонила голову, шелковистые темные волосы соскользнули на плечо.

— Именно в это они и хотят заставить тебя верить, не так ли? Я заметила, что самые нелепые слухи обычно оказываются чистой правдой. Спроси Манселя.

Взгляд Акселя скользнул к представителю Наследия напротив, и ухмылка на его лице подсказала: Акселю не понравится то, что он сейчас услышит.

— Ну? — потребовал Аксель, когда Мансель продолжил молча пялиться на него. — Говори!

— Ты здесь не в своей тарелке, маленький запасной Наследник, — процедил Мансель.

И в следующую секунду он начал задыхаться в тенях. Сила Акселя метнулась через стол, обрушившись на мужчину и отшвырнув его стул назад.

— А ты забываешь свое место! — прорычал Аксель. — Ты думаешь, раз ты здесь, в ее Доме, то ты значишь больше меня? Я все еще сильнее и влиятельнее тебя, и Подземелье — по-прежнему мои владения.

— Пока что! — прохрипел Мансель.

Тени сжались сильнее, глаза Манселя начали выкатываться, пока Аксель медленно поднял свой бокал с кровью и сделал крошечный глоток. На вкус это было совсем не как у нее. Кровь была теплой и соленой. Какой-нибудь фейри воды, без сомнения. Ему захотелось выплюнуть то малое, что он проглотил.

— И даже когда я не смогу управлять тенями, которые мешают тебе дышать, я все равно буду сильнее тебя, Мансель. Я во всем буду превосходить тебя. Согласен?

Мужчина сверлил его взглядом, но в конце концов коротко дернул подбородком, и Аксель отпустил его. Возможно, это была пустая трата сил, но, черт возьми, оно того стоило. Он глянул на Бри. Ее глаза азартно блестели от восторга, и его удовлетворение тут же померкло. Вот именно поэтому она и хотела видеть его рядом с собой.

Мансель сжал кулаки, продолжая сидеть в паре футов от стола. Когда тени Акселя снова начали направляться в его сторону, он выдавил сквозь зубы:

— Тайные виллы — это места, где скрещивают линии крови фейри и Наследий в попытке создать более могущественных фейри.

— И что происходит с потомством? — потребовал Аксель.

— Зависит от того, был ли это «заказ».

— Заказ?

Мансель кивнул.

— Правители запрашивают определенные… комбинации. Чтобы усилить свою оборону или заменить Источник. Если они достаточно сильны, их используют для дальнейших исследований.

Дальнейших исследований?

Что за херня здесь творится?

— И ты был частью этого? — резко спросил Аксель.

Когда взгляд Манселя метнулся к Бри, Аксель тоже повернулся к ней.

— Был, — подтвердила Бри. — С Источником Вальтера. Как он уже упоминал, мы не знаем, были ли результаты удачными, но есть подозрения, что да.

— Ты хочешь сказать, что у Эвианы есть ребенок? Которого зачал ты? — Аксель снова посмотрел на Манселя.

Ухмылка вернулась на лицо Манселя.

— Эта милашка-фейри делает все, что прикажет Вальтер, как и полагается хорошему Источнику. Потребовалось время, чтобы взять ее под контроль, но мы справились. Сделали бы то же самое с Источником Теона, если бы тот не был таким гребанным собственником.

— А что происходит с остальными? — спросил Аксель, игнорируя Манселя. — С другими рожденными полукровками?

Бри пожала плечами:

— Мы не знаем, все это лишь слухи и шепотки. Говорят, если они недостаточно сильны, их убивают. Если же комбинация ценная — правители договариваются между собой.

Но что, если это ребенок Наследника?

Эта мысль была единственной в голове Акселя, пока он слушал, как Бри, Юлиус и Мансель продолжают обсуждать виллы. Когда вскроется, что ребенок Кэт — это смесь Наследия Ариуса и фейри огня, ее и младенца убьют. Или того хуже…

Сама мысль о том, что может произойти, заставила его сглотнуть желчь, подступившую к горлу. В панике, пытаясь защитить Кэт, он не учел всего этого. Защита ее и их ребенка — это не работа Теона.

Это его работа.

Ему следовало забрать ее с собой.

Но кто тогда защитил бы ее от него самого?

— И когда ты обратишься полностью, ты присягнешь на верность этому дому, верно, Аксель? — слова Бри вернули его к реальности.

— Что ты сказала? — переспросил Аксель.

Ее улыбка была многозначительной:

— Я полагаю, раз ты вернулся сюда, ты согласен присягнуть моему клану, так?

— Как я уже говорил, мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому состоянию.

Ее лицо помрачнело:

— Я нашла ее для тебя, Аксель. Моей единственной просьбой была ответная услуга.

— Ты нашла ее, но…

— Меня удивляет, что он не более убит горем, — вмешался Юлиус, изучая его своими ледяными глазами. — Из-за ее смерти, — добавил он. — Судя по тому, как ты вел себя в тот день в Подземелье, можно было подумать, что ты с ума сойдешь, если она умрет по твоей вине.

— Помолчи, Юлиус, — осадила его Бри. — Он движется вперед, а не оглядывается назад. Так лучше, что ее нет. Она бы отвлекала нас от целей, а значит, с ней все равно пришлось бы разобраться.

С этими словами все детали мозаики встали на свои места. Она отпустила его. Отперла его дверь и позволила найти ее, полагая, что он будет настолько охвачен жаждой крови и безумием, что убьет ее. Скорее всего, так бы и случилось, не будь там Теона и Тристина. Но они все считают, что она мертва.

Что будет, если они узнают о ребенке?

Твоя работа — оберегать и защищать ее, когда она уязвима. Сиенна знала об этом еще тогда. Пыталась сказать ему. Кэт не будет в безопасности нигде. Как и их ребенок. Но у них есть шанс, если он будет с ними. Никто не будет сражаться за них так, как он.

Жертвовать собой. Истекать кровью. Убивать.

Потому что они принадлежат ему. Ему их защищать.

Ему их любить.

И ему не нужна никакая гребаная связь, чтобы выбрать их.

ГЛАВА 30. Эвиана

Это была самая удобная кровать, на которой ей когда-либо доводилось лежать. Вероятно, потому, что ее не заставляли делить ее с кем-то еще. Маленькая, ровно на одного, и именно в этом заключался комфорт. Никаких лапающих рук. Полностью в одежде. Никаких членов. Как и дырок, если на то пошло.

Только эта кровать и одиночество.

Эвиана находилась в этой комнате уже несколько недель, но здесь было окно, пропускающее солнечный свет. Ее кормили трижды в день. Давали одежду, которая действительно что-то прикрывала. Что бы подумал Вальтер, увидь он ее в этих свободных спортивных штанах и безразмерном свитере, доходящем до самого подбородка?

Никакого декольте, никакой обтянутой задницы, на которую можно пялиться.

О, какой ужас.

Она улыбнулась своим мыслям. Нет, такой расклад ей определенно нравился. Личное пространство с личной кроватью. Ее даже не беспокоили браслеты на запястьях, запирающие ее магию. Никаких ожиданий или требований к ее времени, вниманию, телу.

Только блаженная тишина.

Если не считать непрекращающегося трепа Вальтера через их связь Источника.

Вздохнув, она перевернулась на живот, слушая, как он проклинает Тессалин уже в десятый раз за последний час.

— Они все еще держат тебя в кандалах? Она твердит мне, что о тебе заботятся, — спросил он через связь.

Эвиана посмотрела на браслеты. Она бы не назвала их кандалами, но давно научила себя позволять мужчине жить в его иллюзиях. Когда она была милой и услужливой, он терял бдительность.

— Да, мой Лорд, — ответила она, болтая ногами в воздухе и потягиваясь. — Они мне ничего не говорят.

Это не было ложью. С ней никто никогда не разговаривал. Представитель Наследия приносил еду, не проронив ни слова. Комната не была тюремной камерой, но и на роскошный люкс точно не тянула.

— Когда я выберусь отсюда, мы с тобой совершим нашу месть во плоти и крови, — прорычал Вальтер в ее сознании.

— Звучит идеально, мой Лорд.

И, видят боги, так оно и было.

Только она грезила о мести ему. За то, что заставлял ее вытворять всякое с самыми разными мужчинами. И с ней самой.

За то, что заставил ее стать тем монстром, которым она была теперь.

За то, что заставил ее привести нечто невинное и прекрасное в этот проклятый мир.

За то, что заставил ее любить.

За то, что заставил ее чувствовать.

Он знал, что делает, и она знала, что он задумал.

Стук в дверь заставил ее подняться. Для ужина было слишком рано. Обеденную порцию принесли всего час назад. Встав посреди комнаты, она мгновенно вжилась в роль, которую играла десятилетиями. Руки сцеплены. Взгляд в пол.

Готова служить.

Смиренная и кроткая.

Идеальный Источник.

Она не питала иллюзий, что это ее спасет.

Она — Источник Лорда.

Рано или поздно за ней придут. Испробуют разные методы, чтобы выудить секреты ее Хозяина. Честно говоря, она была удивлена, что они не сделали этого раньше.

Дверь открылась, и в комнату вошли босые ноги. Эвиана резко вскинула голову и увидела Тессалин Асуру. Дверь за ней закрылась. Последняя метка Источника была на месте, на ее руке. Золотистые волосы рассыпались по плечам, на ней было кремовое платье, подол которого потемнел от грязи. Девчонка никогда не носила обувь, если ее не заставляли. И когда Эвиана заглянула в эти ярко-фиолетовые глаза, она узнала смотрящее на нее безумие.

— Здравствуй, Эвиана, — сказала Тесса. В ее голосе слышался жутковатый звон, заставивший Эвиану отступить на шаг.

— Тессалин, — осторожно произнесла она. — Я ничего не могу тебе сказать. Связь запрещает это.

— Я знаю, — отозвалась девушка, осматривая комнату. — Тебе здесь удобно?

— Места более чем достаточно.

— Но тебе было бы удобнее с ним?

Это был вопрос с подвохом, и Эвиана не знала, как на него отвечать. Пытается ли она выведать информацию? Думает, что сможет ее обхитрить? Глупая девчонка. Эвиана занималась этим слишком долго. Она познала секрет выживания: не иметь дела ни до чего.

Ни до чего вообще.

Даже до самой себя.

Пока Вальтер не заставил ее заботиться о ком-то другом.

— Я нахожу это место подходящим, — наконец ответила Эвиана.

Свет вокруг запястий Тессы вспыхнул энергией, и собственная магия Эвианы заворочалась там, где была заперта под кожей.

— Значит, у тебя все-таки есть секреты от твоего Хозяина, — сказала Тесса, склонив голову набок.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Девушка фыркнула.

— Ты слышала новости о виллах Сираны?

Ярость и гнев мгновенно затопили Эвиану, но она подавила эти эмоции.

— Что с ними?

— Там была резня, — просто сказала она, но порочная улыбка, тронувшая уголок ее рта, говорила красноречивее любых слов.

— И ты все еще дышишь? — спросила Эвиана, сделав один шаг ближе.

— Дышу, — ответила Тесса, направляясь к дивану и картинно на него плюхаясь. — Давай поболтаем, Эвиана.

Она замерла, раздумывая, как поступить. Этот разговор можно скрыть от Вальтера. Ее Хозяин был слишком высокомерен, чтобы понять: она давно научилась не пускать его в свою голову и блокировать связь. Она просто следила, чтобы он всегда что-то чувствовал. Прямо сейчас она транслировала ему беспокойство от возможного разговора, но трепет? Почти экстатический восторг от известий об убийствах на виллах? Она позаботилась о том, чтобы он не почувствовал ни капли этого.

— Моя верность принадлежит ему, — осторожно сказала Эвиана.

— Разумеется, — ответила Тесса.

— Что происходит, Эви?

Уф. Она ненавидела, когда он называл ее так. Это и «мой цветок». Наверное, это можно было бы счесть ласковыми именами, если бы Вальтер не был полной противоположностью ласки во всех смыслах.

— Кто-то причиняет тебе боль? Они уверяли меня, что тебя не тронут, — продолжал он, будто его действительно волновало что-то, кроме власти.

— Я в порядке, мой Лорд, — ответила она, все еще глядя на Тессу. — Лишь дискомфорт от долгой разлуки с вами, — добавила она, поглаживая его эго.

Она не слушала его фальшивых заверений, оставляя их фоновым шумом, и присела на край кровати. Когда возникла вспышка света, она вздрогнула и отвернулась, а когда посмотрела снова: Тесса держала бутылку вина и два бокала.

— Выпьешь? — спросила та.

Когда Вальтер в последний раз позволял ей алкоголь?

Наверное, тогда, когда отдал ее надзирателю Рейвен-Харбор на ночь в рамках контракта о Брачном союзе между Теоном и Фелисити. Он всегда говорил, что это поможет унять дискомфорт связи при разлуке. Ей было плевать. Она позволяла им делать с собой все, что угодно. Алкоголь просто помогал абстрагироваться еще сильнее, хотя бы ненадолго.

Так же было, когда Вальтер приказывал ей убить кого-то.

Или переспать с кем-то.

Или пытать.

Все было одинаково: ела она или спала, служила или охраняла. Она воровала для Вальтера. Мучила его собственных детей. Калечила и убивала. Ползала по битому стеклу и танцевала на углях. И все ради того, чтобы доказать свою верность и остаться в живых.

Тесса наполнила два бокала вином, отставила один и протянула второй ей. Эвиана взяла его, но не отпила. Все ее инстинкты были на пределе.

Была ли это проверка? Ловушка? Повлечет ли неудача наказание?

— Не нервничай, — сказала Тесса, и в ее глазах промелькнула жалость.

— Я никогда не нервничаю, — сухо ответила Эвиана.

— Никогда?

— Нет. Я видела и слышала слишком много, чтобы что-то могло заставить меня нервничать.

— Справедливо.

Секунды сменялись минутами, они сидели в тишине, и Эвиана не могла не задаваться вопросом: зачем она здесь? Чего она добивается? Каков ее мотив?

— Тебе здесь одиноко? — наконец спросила Тесса, сделав глоток вина.

— Нет, — мгновенно ответила Эвиана. — Мне нравится уединение.

— Это понятно, — задумчиво произнесла Тесса, постукивая ногтем по бокалу. — Но ты была с ним десятилетиями, верно? Тебе как-то иначе без него?

— Конечно, иначе. Что это за вопрос?

Тесса нахмурилась.

— Ты стала чуть смелее на язык, когда его нет рядом.

Эвиана не ответила, бокал в ее руке начал покрываться испариной.

— Можешь пить. Я его не травила, — протянула Тесса.

— Теон знает, что ты здесь?

Она снова улыбнулась, и это была леденящая улыбка.

— Он больше не мой Хозяин.

— Это невозможно, — сказала Эвиана, выискивая признаки лжи. — Только смерть может разорвать связь Источника.

— Так говорят, — вздохнула Тесса. — И, возможно, если бы это была настоящая связь, так бы и было. Как видишь, мы все еще связаны, но связь сломлена. Все сломлено. Мы все сломлены.

Чем дольше она здесь сидела, тем безумнее казались ее речи.

— Чего ты хочешь? Я уже сказала, что ничего не могу тебе сообщить, — натянуто произнесла Эвиана.

— Я же сказала: мне хотелось с кем-нибудь поболтать. Декс сейчас ходит за мной по пятам.

— Тогда, где он?

Тесса пожала плечами.

— В стенах дворца у меня чуть больше свободы. Я сказала ему, что иду вздремнуть.

— Ты теперь живешь во дворце Ахаза?

— Живу? Не знаю, — протянула она, допивая бокал. — Но пока я остаюсь здесь. Как и ты, полагаю. Просто у меня свободы побольше.

— В Девраме никто не свободен.

— Никто? Рордан кажется вполне свободным. Леди, кажется, делают что хотят.

Эвиана покачала головой.

— Они в самой большой ловушке из всех. Им вечно приходится оглядываться. Всегда кто-то ждет момента, чтобы их убить. — Она помолчала и добавила: — Или заточить.

Тесса усмехнулась, подливая себе вина.

— И где на этой шкале находишься ты?

— О чем ты?

— Ты бы спасла их или убила?

— Я обязана спасать своего Хозяина, — ответила она не задумываясь.

— Обязана, да. Но будь у тебя выбор?

— У меня его нет.

Тесса кивнула, снова постукивая ногтем.

— Сколько времени ты провела на виллах?

— Ровно столько, сколько от меня требовалось.

Подперев подбородок рукой, девушка задумчиво спросила:

— Ты бывала там с тех пор, как родилась твоя дочь?

— У меня нет дочери.

— Нет? Твое имя было в досье. Девочка. Девять лет. Сейчас она вроде в поместье Серафины? — Тесса посмотрела на нее с пониманием.

Так вот где она была?

Вальтер никогда бы ей не сказал. Только использовал ее как угрозу всякий раз, когда Эвиана хотя бы задумывалась о неповиновении. Все, что она делала, было ради того, чтобы уберечь этого ребенка, а теперь ей сказали, где она.

И судя по выражению лица Тессы, та прекрасно понимала, что делает.

Хитрая штучка.

Немного не в себе, но кто в Девраме в своем уме?

— У меня нет ребенка, — осторожно сказала Эвиана, позволяя Вальтеру услышать эту часть разговора.

Он ясно дал понять: если она когда-нибудь признает это, ее дочь умрет в течение часа.

— Какая преданность, мой цветок, — похвалил он через связь.

Она закатила глаза, а Тесса коротко рассмеялась.

Они снова погрузились в молчание, пока, наконец, Тесса не поднялась, потягиваясь.

— Что ж, это было чудесно, — сказала она, постучав по пустому бокалу и поставив его рядом с наполовину полной бутылкой вина. Она же не собиралась… оставлять ее здесь? — Твоя компания мне нравится куда больше, чем компания остальных

Странное заявление. Они почти не разговаривали.

Тесса уже потянулась к ручке двери, когда Эвиана спросила:

— Виллы. Все были убиты?

— Только чистокровные представители Наследия, — ответила та, поворачиваясь к ней.

— Откуда им было это знать?

Тесса пожала плечами, но между ее пальцев проскользнула молния.

— Понятия не имею.

— И они все были убиты?

— До единого, кто находился в стенах в тот момент.

— Дезире?

— Мне сказали, ее смерть была особенно беспощадной, — ответила Тесса, и в ее глазах сверкнула ярость.

— А Мансель? — не удержалась Эвиана.

Тесса нахмурилась.

— Я знаю, кто он для тебя, но не могу сказать, был ли он там той ночью. Я его не знаю.

Разочарование шевельнулось в груди, но это было не страшно. Было бы славно, если бы он сдох, но он не был ее заботой. Ее заботой всегда будет ребенок с бирюзовыми глазами и рыжеватыми волосами. Рано или поздно она свершит свою месть, но не раньше, чем будет абсолютно уверена, что ребенок будет в безопасности от последствий.

— Тесса, — окликнула ее Эвиана, когда та снова взялась за ручку.

— Да? — спросила та через плечо.

— Надеюсь, принимаются меры предосторожности, — Эвиана выдержала ее взгляд. — Для защиты Наследия.

— Конечно, — Тесса широко и хищно улыбнулась. — Мы заботимся о том, чтобы все были готовы к грядущему. Мы хотим быть уверены, что каждый понимает: другие могут быть присланы на помощь. Чтобы каждый мог отличить союзника от врага.

— Мне понравилась наша беседа, — сказала Эвиана, салютуя ей своим еще полным бокалом.

— Нужно ввести это в привычку, — ответила Тесса и подмигнула.

Затем она выпорхнула за дверь, где на нее уставился какой-то мужчина. Тесса не обратила на него внимания. Просто позволила ему тащиться следом. Это было последнее, что она увидела, прежде чем дверь снова закрылась, и чары, удерживающие ее взаперти, вступили в силу.

Но Тессалин оказалась не такой, как она ожидала.

Об этом она размышляла, стоя у маленького окна и потягивая вино. Окно было слишком узким, чтобы в него пролезть, но она видела окружающую растительность. Ее магия затрепетала, жаждая действия. Столько растений было в пределах досягаемости. Она, конечно, могла наколдовать свои, но гораздо проще было использовать то, что уже росло вокруг.

Чтобы каждый мог отличить союзника от врага.

Ей было глубоко плевать, кто на чьей стороне. Ее единственной заботой была защита ребенка. Ей было все равно, чья кровь прольется и каким способом. Она играла роли, которые от нее требовали, и спала с кем угодно ради информации. Она вгоняла колья в спины и перерезала глотки. Она сжигала все дотла вместе с теми, кто был внутри, и позволяла другим отвечать за это.

Потому что однажды она свершит месть.

Однажды она получит нечто большее.

Эвиана взяла бутылку вина и вылила все содержимое в свой бокал. Он переполнился, вино потекло на пол, впитываясь в ковер. Красное пятно на всем белом.

Ей было плевать на вендетту Тессы или ее планы. Но если та предлагает способ выбраться отсюда без Вальтера — она им воспользуется. Неважно, что придется сделать, она пойдет на все.

— Кто пытался выудить из тебя информацию, Эви?

— Один из шпионов Рордана, — ответила она, отпивая из переполненного бокала.

Это было достаточной полуправдой, чтобы обойти многочисленные Сделки и Клятвы, которые он заставлял ее давать годами.

— И? — настаивал он.

— Ваши секреты со мной в безопасности, мой Лорд. Всегда.

— Моя прекрасная Эви.

Эвиана улыбнулась, взяла пустую бутылку и пошла в крошечную ванную комнату. Там было почти не развернуться. Место для унитаза, раковины на ножке и душевой кабины, в которой она едва помещалась. Включив воду, чтобы скрыть звук, она ударила бутылкой о край раковины. Горлышко осталось в ее руке, с торчащими зазубренными осколками. Она осторожно положила его в раковину, затем взяла полотенце для рук. Напевая себе под нос, она начала собирать осколки стекла с пола, заворачивая их в полотенце. Затем достала сверток и засунула его под кровать, в самый дальний угол.

Просто чтобы быть готовой к тому, что может прийти.

Она рухнула обратно на кровать, подняла запястье и уставилась на темный браслет. Прошло много времени с тех пор, как ее заставляли носить такое. Вальтер никогда не оставлял ее беззащитной. Его прекрасный цветок был слишком важен для него и его планов.

Жаль только, что в его цветке яда было куда больше, чем красоты.

ГЛАВА 31. Тесса

— Боги, Декс. Я иду в душ. И ты не потащишься за мной в ванную комнату! — отрезала Тесса, когда он последовал за ней в ее покои.

После того как несколько дней назад она соврала, будто идет вздремнуть, а сама сбежала к Эвиане, Декс почти не выпускал ее из виду. Она не могла дойти до комнаты Луки, чтобы поспать, не говоря уже о том, чтобы улизнуть куда-то еще. Рордан не лгал, когда говорил, что Декс должен присматривать за ней. Но подразумевалось, что это касается поездок за пределы дворца. А не внутри него. Это ничем не отличалось от времен, когда Теон не давал ей прохода, но от Теона хотя бы были оргазмы.

Стоп.

Нет.

Она не собиралась сидеть тут и думать о том, что в Доме Ариусов с ним было лучше, чем здесь.

— Тогда я позову Орэлию, — возразил Декс. — Она посидит там с тобой.

— И что, по-твоему, я собралась делать в ванне, Декстер? Ты не даешь мне найти смертного, так что мне придется взять дело в свои руки, — выплюнула она.

— Тесса, в прошлый раз, когда ты сказала, что идешь с кем-то переспать, ты убила двоих из Наследия. А через пару дней вернулась и осквернила виллы.

— Этому нет никаких доказательств, — проворчала она.

— Есть они или нет, ты сама во всем виновата. Ты заварила эту кашу, а я в очередной раз ее расхлебываю.

Ее сила ударила в него, отбросив через всю комнату прямо в стену. Сползая на пол, он выругался, потирая затылок. Тесса двинулась на него, и он запрокинул голову, глядя на нее снизу вверх.

— Я не просила тебя ничего расхлебывать! — сказала она слишком спокойным голосом. — Ты сам взял на себя эту роль. Ты всегда так делал, потому что по какой-то причине решил, что я — твоя ответственность. — Она склонила голову набок, выдерживая его хмурый взгляд. — Но ведь это тоже неправда, верно?

— О чем ты, Тесса? — вздохнул он, уронив руку. — Я знаю, ты много натерпелась в королевстве Ариуса, но неужели он действительно так сильно нас отдалил? Ты думаешь, я работаю против тебя?

Она издала короткий смешок без тени веселья. Какая-то ее часть надеялась, что после этой маленькой атаки у него прорежутся крылья или проявится хоть намек на украденную силу. Он даже не использовал свою хваленую магию воздуха, чтобы смягчить падение. А ведь он должен был уже в совершенстве ею владеть.

— Ты сам это с нами сделал, Декстер, — прошипела она, тыча в него пальцем. — Ты делал это каждый раз, когда говорил со мной свысока и заставлял чувствовать себя неуправляемым ничтожеством. Ты делал это, когда придавливал меня к земле под предлогом «исправления моих ошибок» вместо того, чтобы дать мне подняться. Ты продолжаешь делать это каждой ложью, что слетает с твоих губ, и каждым секретом, что ты от меня скрываешь.

Его темные глаза расширились от ее вспышки, но тут же наполнились гневом.

— Какую же ложь я тебе сказал, Тесса? — потребовал он, вскочив на ноги так быстро, что она отшатнулась на несколько шагов.

— А какую не сказал? — парировала она.

— Все, что я делал, было ради твоей безопасности и комфорта, — оскалился он. — Все, что я делал, было подготовкой к тому, кем тебе суждено стать!

— Скрывая от меня все на свете! — закричала она. — Позволяя мне думать, что я никчемная и ненужная. Заставляя верить, что я — ходячая катастрофа. И все, что я делаю — неправильно. Даже сейчас ты сидишь тут и отчитываешь меня, твердишь, как тебе снова приходится все за меня исправлять!

— Потому что приходится! — взревел он. — Я разгребаю твое дерьмо с тех пор, когда ты еще даже не знала, кто я такой!

Вот оно.

Оговорка, которой она так ждала. И он это тоже понял.

Ее улыбка была полна чистой ненависти.

— Расскажи мне еще раз о том, как ты мне не лгал, — произнесла она тихим, смертоносным тоном.

— Я защищал тебя! — рыкнул он.

Она снова зашлась безрадостным смехом.

— Теперь ты звучишь в точности как Теон. С той лишь разницей, что он никогда не притворялся кем-то другим.

Вспыхнул свет, и за ее спиной открылся портал.

— Тесса, ты не можешь уйти без меня, — Декс бросился вперед, но ее сила снова ударила его. На этот раз он впечатался в стену еще сильнее, так что задрожали рамы картин. — Лорд Ахаз…

— Мне не Хозяин, — бросила она, пятясь в портал.

Она обернулась, очутившись в садах за Домом Ариусов. Она была на тропинке, ведущей к конюшням и псарням, и все, чего ей хотелось сейчас — это посидеть рядом с Роаном. Ее щиты были на месте, блокируя связь, так что Лука и Теон не узнают, где она, если только не воспользуются отслеживающей меткой.

Тренировочная одежда липла к телу на холодном воздухе. На этот раз она была в сапогах. Она снимет их, как только найдет Роана.

Свернув за угол псарни, она замерла. За вольерами расстилалось открытое поле, уходящее в горы. Она знала это поле. Она бежала по нему в тот день, когда пыталась скрыться от Теона. Казалось, это было в прошлой жизни. Но Теон стоял там. Вокруг него резвились две гончие, а Роан сидел поодаль и наблюдал. Ее волк повернулся к ней, но она покачала головой и юркнула за ближайшее дерево. Скрываясь из виду, она подкралась ближе. Тесса не знала, что будет делать, если псы ее заметят, но те были заняты своим хозяином.

Добравшись до здания псарни, она прижалась к стене и выглянула из-за угла. Отсюда было не только лучше видно, но и слышно, что говорил Теон.

— Пусть Ригель заберет этот, Кацела, — ворчал он.

Тесса ожидала, что он бросит мяч или палку, и он так и сделал. В своем роде. Его тьма сгустилась, превратившись в чернильную сферу у плеча, и из магии вылетел мяч, устремившись вдаль. Ригель радостно тявкнул и сорвался с места, а Кацела недовольно заскулила, сидя подле Теона.

Он присел рядом с ней, почесав за ухом.

— Мы все знаем, что ты лучшая, — утешил он ее. — Давай просто уступим ему на этот раз, а?

Она снова заскулила, прижимаясь к его руке, а затем прыгнула, сбивая его с ног. Теон приземлился на задницу с глухим «ух» и приглушенным ругательством. Тесса подавила смех, чтобы не выдать себя. Передние лапы гончей были у него на груди, хвост так и ходил ходуном, пока он дразнил ее магией. Клочья черного тумана игриво дергали ее за хвост, за живот, за ухо. Она тявкала, клацая зубами по магии, а Теон… смеялся, играя с ней. Прошла еще минута, прежде чем вернулся Ригель с мячом и уронил его к ногам хозяина. Кацела отстранилась, позволяя Теону сесть и похвалить второго пса. Однако он не встал. Он так и сидел, согнув колени и опершись на них локтями, глядя вдаль на поле.

О чем он думал?

Кацела подошла ближе, толкнула его носом в локоть, а затем уткнулась головой ему под руку и села рядом. Верный друг. Точно так же, как ее волки были с ней. Тесса наблюдала, как они сидят вдвоем, а Ригель устроился с другого боку. Кацела тихо заскулила, и Теон вздохнул.

— Не знаю, когда мы снова сможем по-охотиться, — сказал он, будто собака действительно заговорила с ним. — Ты могла бы выследить Акселя, но он сделал свой выбор. Я не могу вечно его защищать, даже если мне кажется неправильным позволять ему это.

Неужели он говорил с Акселем? Видел его? Тесса дала ему информацию, но воспользовался ли он ею? Лука ничего ей не говорил, но с другой стороны — с чего бы ему?

Кацела снова тихонько заскулила, и Теон горько усмехнулся.

— У меня в эти дни ни на что не хватает времени. Слишком много новых обязанностей и забот. Даже с отсутствием сна, мне все равно мало часов в сутках. У меня нет времени, чтобы помочь Акселю. Нет времени, чтобы помочь моему королевству. У меня заканчивается время с ней.

Снова вздохнув, он похлопал гончую по голове и поднялся, подхватив мяч. Он направился к месту, где лежал Роан, и волк вскинул голову при его приближении.

— Ну что скажешь, Роан? — спросил Теон, подбрасывая мяч. — Попробуешь сегодня?

Волк смотрел на него, не мигая светящимися глазами.

— Мне бы очень хотелось принести ей новости поинтереснее, чем «все по-старому», — добавил Теон. — Тебе даже не нужно бежать. Просто дойди и забери его.

Глаза Роана метнулись к дереву, за которым пряталась Тесса, затем снова на Теона, после чего волк тяжело поднялся на лапы. Слезы подступили к ее глазам, когда она увидела, как волк ковыляет вперед, двигаясь очень медленно.

— Молодец, парень, — нежно похвалил Теон. Он посмотрел на мяч, но затем вихрь тьмы заставил его исчезнуть. — Знаешь что? Давай просто немного пройдемся, ладно?

Роан фыркнул, и Теон протянул руку, словно хотел его погладить, но передумал и засунул руки в карманы куртки. Здесь, с псами, он выглядел совсем иначе. На нем были джинсы. Тот стиль одежды, который он никогда не носил. Его сапоги хрустели по подмерзшей траве. Кацела и Ригель трусили рядом, пока они пересекали пустое поле. Теон отпинывал ногой крупные камни и ветки с пути Роана. Тесса почувствовала, как в груди защемило. Чувство, которого там быть явно не должно.

Ему не нужно было торчать здесь на холоде и присматривать за ее волком. Ему не нужно было заниматься этим самому. У него есть слуги, которым он за это платит, и все же он был здесь. Тратил время, которого, как он только что жаловался Кацеле, у него нет, чтобы просто погулять с ее волком.

— Она будет тобой гордиться, знаешь ли, — Теон сказал Роану. — На ее лице появится та самая улыбка, которую она никому не показывает. Настоящая. Она делает так нечасто, так что тебе лучше выжечь это в памяти, когда увидишь ее снова. Это самое прекрасное, что ты когда-либо увидишь. Надеюсь, я тоже это застану. Да-да! Эгоистично, знаю.

Тесса тяжело сглотнула и смахнула слезы, отступая назад. Двигаясь так быстро, как только смела, она вернулась назад тем же путем, пока не оказалась достаточно далеко, чтобы свет ее портала не выдал ее. Ей нужно было уйти, потому что чувств стало слишком много.

Ступив обратно в свою комнату, она судорожно вдохнула и эмоции обрушились на нее лавиной. Тесса не знала, что с ними делать. Ей никогда не приходилось с ними справляться. Она никогда этого не хотела. Обычно в такие моменты она находила алкоголь или сбегала к какому-нибудь смертному, чтобы забыться. В такие моменты она отключалась, заталкивала все так глубоко, что превращалась в ничто. Просто в пустую оболочку. Это болело меньше, чем чувства, а все, чего она когда-либо хотела, — это чтобы ей не было так чертовски больно каждую гребаную секунду.

Декса не было, слава…

Не богам, потому что нахуй их.

Судьбам?

Нет! Нахуй и их, и их сраное предназначение для нее.

Нахуй жертвы и требования. К херам начала и концы, и к херам все эти гребаные чувства!

Она вцепилась в свои волосы, оттягивая пряди. Хоть что-то, чтобы удержаться в реальности, но внутри не было ничего, кроме ярости и смятения, безумия и отчаяния.

— Тесса? Тесса, что происходит? — потребовал Лука через связь.

В тот же миг раздался голос Теона:

— Маленький шторм? Скажи нам, что нужно сделать?

Сказать им, что сделать?

Будто они принадлежат ей и готовы подчиняться.

Нет.

Это очередная уловка. Очередная порция красивых слов, чтобы успокоить ее, приручить.

Ей нужно было… дышать, но воздух не проходил в легкие.

— Лука, иди к ней сейчас же! — приказал Теон.

— Теон, ей нужно это прочувствовать, — возразил Лука. — Если она не хочет…

— Ей не нужно чувствовать это в одиночку, — перебил Теон. — А я не могу туда пойти. Лука, живо!

И вот он здесь, стоит перед ней. Тесса свирепо посмотрела на него.

— Я не хочу, чтобы ты был здесь только потому, что он тебе велел.

Он держался поодаль, наблюдая за ней сияющими сапфировыми глазами.

— Расскажи мне, что случилось, Тесса.

— Нет! — отрезала она, и свет вокруг ее запястий закружился вихрем. Сила тянулась к нему и одновременно отталкивала. — Просто уходи, Лука.

— Скажи ему, что тебе нужно, Тесса, — раздался в голове приказ Теона.

И боги… это было именно то, что ей требовалось сейчас. Чтобы кто-то сказал ей, что делать, чтобы не пришлось думать. Чтобы не пришлось чувствовать. Но Лука этого не сделает. Он сказал ей: если ей нужно именно это — пусть идет к Теону. Но и этого она не могла. Она застряла. Оказалась в ловушке. Только это не была клетка, в которую ее запер кто-то другой.

Она создала ее сама.

— Тесса, просто вдохни, — мягко уговаривал Лука. — Всего один вдох. Это все, что тебе нужно сейчас сделать.

Один вдох.

Это она может.

Пока дверь не распахнулась и в комнату не ворвался Декс.

— Какого хрена ты тут делаешь? — прошипел он Луке.

— Она попросила меня прийти, — ответил тот.

Это была ложь, но ей было все равно. Из них двоих был лишь один, кого она не хотела видеть прямо сейчас.

— А ты что тут делаешь? — потребовала она от Декса, и ее сила сменила направление.

Раньше она несмело тянулась к Луке, теперь же она в ярости хлестнула в сторону Декса, заставив его попятиться.

— Боги, Тесса. Разве нам мало драм на сегодня? Я принес тебе чай от Эловин, — сказал Декс, явно недовольный происходящим.

— Чай? — повторил Лука. — Сейчас полдень.

Но Тессе было плевать. От этого чая она уставала. Он давал ей сон. А во сне ей не нужно было чувствовать.

Она рванулась вперед, выхватила чашку из его рук и сделала большой глоток. Жидкость обожгла язык и горло, но она не заметила, делая еще один глоток.

— Тесса, стой! — Лука попытался забрать у нее чашку, но она уже запрокинула ее, выпивая все до дна.

А потом мир закружился.

Чашка выскользнула из рук, фарфор разлетелся вдребезги при ударе о пол. Она пошатнулась, крошечные осколки впились в ступни. Она не почувствовала их, когда колени начали подгибаться. Крупные ладони подхватили ее, прижимая к широкой груди.

— Что ты ей дал? — прорычал Лука.

— Она не дала мне сказать, что Эловин увеличила дозу ингредиентов, — сказал Декс, сохраняя спокойствие. — Она выпила слишком быстро.

— Что с ней будет?

— Она просто уснет. Крепко, — бросил Декс безучастно. — Все будет нормально.

— Она далеко не в норме, — отрезал Лука. — Вон отсюда.

— Ты не можешь меня выгнать, — Декс выпрямился во весь рост. — Мне поручено охранять ее. Это ты убирайся.

— Я никуда не уйду.

Эти слова сопровождались глухим рыком, который она почувствовала его грудью. Подняв взгляд, она увидела струйки дыма и попыталась отстраниться.

— Просто оставь меня. Я буду в порядке, — пробормотала она.

— Я никуда не уйду, — повторил Лука, неся ее к кровати.

Он держал ее, пока сбрасывал обувь, а затем осторожно уложил поверх одеяла. Она попыталась было протестовать, когда он лег рядом, но в голове эхом отозвался голос Теона:

— Пусть он позаботится о тебе, Тесса. Хоть раз в жизни позволь кому-то проявить заботу.

— Ты хочешь, чтобы на его месте был ты? — спросила она, пока сон впивался в нее.

— До безумия.

А затем наступила благословенная тьма. И ей там очень понравилось.

Вокруг лежали мертвецы, дождь сменился мелкой моросью, буря стихала.

— Сюда, Тессалин.

Она обернулась и увидела Рордана, жестом зовущего ее за собой в Пантеон. Колеблясь, она сделала шаг, ее босые ноги хлюпали по смеси дождя, грязи и крови. Когда она поскользнулась и чуть не упала, чья-то рука подхватила ее под локоть. Она подняла взгляд и увидела Дагиана. Его лицо, как всегда, было бесстрастным. Рядом стояла Саша, бледная как полотно, послушно следуя за своим хозяином.

Рордан вел их по переходам, и Тесса поняла, куда. В центр Пантеона, туда, где находилось зеркало. То самое зеркало, через которое она когда-то говорила с Ахазом. Когда они вошли в зал, она замерла: Декс, Орэлия и Брекен уже были там. У всех за спинами выгибались пернатые крылья разных цветов. Они стояли, заложив руки за спину, словно воины в ожидании командира. Несколько ее Охотников тоже дрейфовали по залу, воздух был наполнен возбужденным гулом.

— Подойди, Тессалин, — сказал Рордан, маня ее ближе.

Когда она не двинулась с места, Дагиан потянул ее за руку. На этот раз она споткнулась, но удержала равновесие, остановившись рядом с Рорданом.

— Призови его! — приказал Лорд Ахаза.

Она нахмурилась.

— Призвать кого?

— Ты знаешь кого. Ты хорошо справилась. Ты исполнила свое предназначение. Ни капли крови Ариусов больше нет в этом мире.

— Я все еще дышу, — возразила она.

Он отмахнулся:

— Ты — исключение. И теперь, когда их нет, он может прийти сюда.

Она запуталась еще сильнее.

— Он не может прийти сюда. Боги не могут сюда приходить.

— Теперь некому его остановить. Призови его, Тессалин! — снова велел Рордан.

Когда она вновь не шевельнулась, один из ее Рыцарей скользнул вперед, протягивая руку.

— Позвольте мне, моя госпожа.

Она подняла руку, и в мгновение ока кинжал полоснул ее по ладони. Рыцарь потянул ее вперед, пока она упиралась пятками.

— Нет! Подождите! — закричала она.

Все было не так. Она чувствовала: что-то идет неправильно.

— Это твое предназначение, дитя! — укорил ее Рордан. — Все вело к этому моменту!

Рыцарь насильно прижал ее окровавленную ладонь к символу Ахаза, но когда он отпустил ее, она провела рукой вниз. Кровь залила больше одного символа, и Рыцарь испуганно зашипел.

— Ты призываешь не только Первородного бога Света, — прошептал он. — Он будет недоволен.

Зеркало закружилось вихрем тьмы и света, огня и теней. Прошла минута, и вот Ахаз появился там. Золотые глаза смотрели на нее сверху вниз, на губах застыла леденящая улыбка.

— Отличная работа, внучка! — похвалил он, и его глубокий голос окутал ее. Его взгляд переместился на кого-то за ее спиной. — Они все мертвы?

— Осталась только она, — ответил Рыцарь.

Оглянувшись, она увидела, что все в комнате стоят на одном колене. Точно так же, как фейри были обязаны склоняться перед Наследием.

— И только она может впустить меня, — ответил Ахаз, снова приковывая ее взгляд к зеркалу. — Командующий, приступайте.

Она не видела, кто толкнул ее вперед. Она пыталась. Боги, как она пыталась извернуться и посмотреть, но чья-то рука крепко держала ее за затылок, толкая к зеркалу, а другая сжимала запястье, силой прижимая ладонь к стеклу.

— Нет! — закричала она, ее сила вспыхнула, но ничего не произошло.

Она попробовала снова. Где Роан и Найла? Почему ее магия так слаба, если они только что убили сотни существ? Она должна была восстановиться. Она должна быть на пике силы.

Тесса извивалась, когда они подошли совсем близко, уперлась ногами в стекло и попыталась оттолкнуться, но все было бесполезно. С натужным стоном ее все еще окровавленная ладонь прижалась к стеклу. Точно поверх отражения кровоточащей руки Ахаза.

Золотые и серебряные искры заплясали по гладкой поверхности, и улыбка Ахаза стала еще шире.

— Мне сказали, ты едва не провалила свою миссию, — сказал он, меряя шагами пространство за зеркалом, пока то продолжало трескаться. — Мне сказали, ты почти выбрала связь, которая бы… — он резко вскинул голову, его глаза расширились. — Что ты здесь делаешь?

Тесса не знала, к кому он обращается. Его внимание переключилось на кого-то, кто находился в комнате вместе с ним, по ту сторону зеркала.

— Кто тебя освободил? — потребовал он.

Мелодичный смех, пропитанный безумием, эхом разнесся по залу. Все Рыцари в унисон зашипели, и она услышала пронзительный голос Орэлии:

— Она все испортит!

— Меня призвали, — произнесла какая-то женщина.

Тесса напряглась, пытаясь разглядеть что-то по ту сторону зеркала, если только подберет правильный угол.

— Это не имеет значения, — выплюнул Ахаз.

— О, еще как имеет! — сказала женщина. Тень легла на лицо Ахаза, когда она подошла ближе. — Потому что за любую магию нужно платить, в том числе за открытие королевства! Все дело в балансе, верно, Отец?

Отец?

Тесса рванулась вперед, обеими руками ощупывая стекло, которое продолжало трескаться под ее пальцами. Она знала. Всей душой она чувствовала: это была ее мать.

Прямо там.

Совсем рядом, но вне поля зрения, вне досягаемости.

— Он не хочет, чтобы ты узнала об этом сейчас, — прошипел женский голос ей в ухо.

И в следующий миг Тессу что-то рвануло от зеркала, прочь из зала, и окончательно выбросило из сна.

ГЛАВА 32. Лука

— Почему она до сих пор спит? — потребовал ответа Лука.

Декс сидел в кресле в другом конце комнаты. Он не вставал с него последние шесть часов, не сводя глаз с того места, где Лука устроился рядом с Тессой. Она почти не шевелилась. Лишь прижималась к нему крепче всякий раз, когда он менял позу на кровати, чувствуя, как затекают ноги. Шесть часов без единого вздоха или стона. Это пугало. Особенно учитывая, как она обычно спала. Даже когда она оправлялась после нанесения меток, в ней было больше жизни.

Он достаточно часто присматривал за ней и Теоном, пока те спали, и знал: даже в самой глубокой агонии она время от времени издает тихие звуки, а ее брови хмурятся во сне, будто само движение ей досаждает.

Но хуже всего было то, что он ее не чувствовал. Как и Теон. Тот уже несколько раз пытался дозваться до Луки, прежде чем окончательно перешел на связь через связь. Пожалуй, эта связь все же была полезной. Так он мог дать Теону знать, что не может говорить, пока этот ублюдок в кресле сверлит его взглядом.

— Я же сказал, чай был концентрированным. Она сама проявила импульсивность и выпила все прежде, чем я успел ее предупредить, — бросил Декс.

— И ты планируешь просидеть здесь весь день? Тебе больше нечем заняться? — ровным голосом спросил Лука.

— Она — мое задание, — ответил мужчина. Когда Лука не отвел взгляда, он добавил с усмешкой: — Я знаю, кто она для тебя.

Что, блядь, это значило? Он не мог знать о тройной связи. Кроме них троих об этом знал только Аксель. И, возможно, Сиенна, но не потому, что ей кто-то сказал. Но разве Лилура не говорила то же самое?

Я знаю, кто она для тебя, сын Ксана.

Но она приняла его за Разика, так что это ничего не объясняло. Брат мог бы пролить свет на это дело, если бы ему было не плевать. Но ему было плевать.

— Мы не ожидали такого поворота, но мы с этим разбираемся, — продолжил Декс, словно его просили продолжать.

На деле казалось, что парню просто нравится слушать самого себя, и Лука в который раз задался вопросом: как они с Тессой могли быть так близки, как она утверждала?

— Разбираетесь с чем? — спросил Лука.

Декс лишь насмешливо улыбнулся. На этом он решил замолчать.

В комнате воцарилась тишина, которая длилась следующие два часа. Только тяжелые взгляды, которыми мужчины обменивались друг с другом. Тесса не двигалась и не издавала ни звука. Напряжение было таким плотным, что его можно было потрогать руками.

— Все еще ничего? — спросил Теон через связь.

— Ничего, — ответил Лука. — И ее нянька, блядь, не уходит.

— Игнорируй его, — отозвался Теон. — Я всегда так делал.

— Ты никогда его не игнорировал, — сухо заметил Лука. — Ты начинал иррационально ревновать. Как сейчас?

— Я не ревную. Я раздражен. Это большая разница.

По связи прошла волна веселья. Это было чертовски странно. Ему совсем не хотелось чувствовать эмоции Теона через эту дебильную штуку.

— Он не уходит, а я не доверяю ему настолько, чтобы оставить ее с ним наедине и отойти хотя бы в туалет, — добавил Лука.

— И это меня называют одержимым опекуном, — пробормотал Теон.

— В прошлый раз, когда я оставил ее с ним, у нее случился нервный срыв, а теперь она не просыпается.

— Она проснется, Лука. Думаю, все вокруг паниковали бы гораздо сильнее, если бы не верили в это.

Скорее всего, он был прав, но когда это Теон стал «голосом разума» в их дружбе? Впрочем, он всегда был логичен — во всем, что не касалось Тессы. Теперь же Лука сидел и гадал, в какой момент он сам стал таким же иррациональным по отношению к ней.

Давным-давно, если бы он был честен с самим собой.

— Но когда она проснется, проследи, чтобы она пила много воды и съела что-нибудь нормальное, — добавил Теон.

Ну вот и он. Это заставило Луку почти улыбнуться. Если бы только Тесса понимала его невротическую тягу опекать тех, за кого он чувствовал ответственность.

Он уже собирался что-то ответить, когда дверь в комнату с грохотом распахнулась. Лука инстинктивно прижал Тессу к себе крепче, и она уткнулась лицом в его грудь. Это было неосознанно. Она так и не издала ни звука.

В комнату ворвалась женщина, ее иссиня-черные волосы были наполовину убраны и переплетены золотым плющом. Высокая и гибкая, в золотом платье, которое резко контрастировало с бледной кожей. Луке не нужно было видеть ее лица, чтобы знать: глаза у нее фиолетовые, а красота казалась призрачной и пугающей. Он даже знал, каким будет ее голос.

— Какую часть фразы «не давай ей выпить все сразу» ты не понял? — прошипела женщина Дексу.

Декс прищурился, но вскочил на ноги. Его голос звучал натянуто и едва сдержанно:

— Ты знаешь, какой импульсивной она бывает. И мы здесь не одни.

Женщина обернулась, ее взгляд зацепился за Луку.

— Ты! — выплюнула она. Затем снова повернулась к Дексу: — Для другого я внесла правки, но здесь нечто иное.

— Я знаю, что это такое, — огрызнулся Декс, схватил женщину за предплечье и выставил из комнаты.

Дверь за ними захлопнулась, оставив Луку наедине с Тессой впервые за много часов.

Не зная, сколько у него времени, он осторожно отстранил ее от своей груди.

— Тесса? Мне нужно, чтобы ты проснулась, малышка, — тихо сказал он, но ее дыхание даже не изменилось. — Давай же, мой свет, — настаивал он. — Хоть что-нибудь. Дай мне знать, что ты в порядке.

Он не ожидал, что в следующую секунду ее глаза распахнутся. Сияющие фиолетовые радужки с золотыми прожилками встретились с его взглядом. И, боги, какое же было притяжение к ней. Он почувствовал, как изменились его собственные глаза, зная, что они светятся так же ярко, как ее.

— Иди посмотри, — пропела она голосом, который ей не принадлежал. Жуткий, леденящий звук. Голос, которым она говорила, когда терялась в своей магии. — Пройдись по моим снам, — прошептала она, прежде чем веки снова сомкнулись.

И его затянуло в кромешную тьму.

Моргнув, он огляделся, пытаясь понять, где они. Воды здесь были темными, мерцающими чернотой под заходящим солнцем. Он знал лишь одно такое место — Ночные Воды в королевстве Ариуса. Что они делают так далеко в королевстве?

Рычание волков заставило его обернуться: Найла и Роан вцепились друг в друга в яростной схватке. На самом деле, дальше по берегу происходило нечто большее, чем просто драка. Фигуры в мантиях сражались с полупрозрачными силуэтами. Авгуры и Рыцари Света Тессы. А в самом центре этой бойни он разглядел Тессу и Теона. Теон орудовал своими короткими мечами с той смертоносной грацией и мастерством, которые оттачивал больше десяти лет. Его сила окружала его. Она была более темная и густая, чем сами воды. Он вонзил меч в одного из Авгуров, одновременно нанося удар другому.

Но Рыцари? Боги, Рыцари Света пировали. Их возбуждение было почти осязаемым, пока они кромсали всех вокруг своим золотым оружием.

А Тесса?

Она была прекрасна со своим мечом, но ее не обучали так долго. Она действовала на инстинктах. Она совершенно неправильно держала оружие, но компенсировала это силой. Молнии вспыхивали, то и дело ударяя в землю, пока над ними гремел гром. Теон пытался прикрывать ее, пока она выпускала свою мощь на волю, чтобы защитить их обоих.

Лука не до конца понимал, что он видит, но он бежал к ним, крича, что он уже близко. Казалось, никто его не слышит. И никто его не видит. Рыцари проплывали сквозь него. Авгуры не обращали внимания. Но когда он подобрался ближе, он услышал голоса Тессы и Теона.

— Он придет, Тесса. Просто сражайся, — приказал Теон, ни на секунду не прекращая движение клинков.

Тесса покачала головой и вскинула руку. Сила дугой вылетела из ее ладони, обрушив Авгура на землю с воплем агонии.

— Не придет! — выдохнула она, разворачиваясь к следующему противнику. — Он слишком зол. Он не простит…

— Простит! — рявкнул Теон, обрывая ее. — Он придет, потому что мы принадлежим ему так же, как он — нам.

— Тебе нужно позвать Элизу и Разика, — сказала она, качая головой. Она черпала все больше силы, все ее тело светилось, пока вокруг кружились золотые и серебряные искры. — Он не придет, Теон! Мое предательство было непростительным.

— Что бы ты ни сделала… Тесса, берегись!

Теон выронил один из мечей, потянулся к ней и дернул на себя, когда один из Авгуров подобрался слишком близко, но он не заметил другого, заходящего с тыла. За мгновение до того, как клинок вонзился Теону в бок, рука Тессы сомкнулась на горле нападавшего. Прежде чем тот успел вскрикнуть, по его коже поползла черная паутина сосудов. Она отпустила его, и когда он рухнул на землю, ее сила вспыхнула еще ярче.

Именно тогда появились Дети Ночи.

Быстрые и сильные, как любое Наследие, они были свирепы и искусны. Они двигались словно тени. Даже Рыцари Света с трудом поспевали за ними.

— Их слишком много! — закричала Тесса. — Нам не одолеть их всех, Теон.

— Одолеем, Тесса! Лука придет! — ответил Теон, подобрав упавший меч.

Тьма хлынула из него волной, окутывая нескольких вампиров. Когда она отступила, те уже лежали мертвыми.

— Не придет, Теон! — спорила она, поворачиваясь к нему. — Он слишком…

Но слова превратились в булькающий хрип: изо рта хлынула кровь. В тот миг, когда она повернулась к Теону, Дитя Ночи нанесло удар. Меч с багровым лезвием и золотой рукоятью прошил ее насквозь через спину. Когда она упала на колени, вампир выдернул клинок.

Теон издал яростный рев, упал рядом с Тессой и прижал ее к себе. Его магия хлестнула вокруг, обволакивая вампира и подтягивая его ближе.

— Ты не убьешь ее мечом, но я заставлю тебя молить о смерти за одну только мысль, что у тебя это выйдет.

Лука не видел лица нападавшего под капюшоном, но тот рассмеялся.

— Чтобы убить бога, может понадобиться семь таких клинков, но для нее должно хватить и одного.

Его голова дернулась в сторону под неестественным углом.

Лука услышал хруст. Магия Теона сломала ему шею, прежде чем разорвать все существо пополам.

— Нет! — кричал Теон, пока вокруг дождем сыпалась смерть. — Нет, нет, нет! Где, блядь, Лука?

— Я же говорила… Он не… — пыталась сказать Тесса, но голос сорвался.

Кровь капала из уголка ее рта, и Теон держал ее крепче, его магия окутывала ее, пока она цеплялась за него.

— Я здесь! — орал Лука, но никто его не слышал.

И никто не пришел на помощь, когда Рыцарь Света к вонзил золотой клинок в спину Теона.

Это было единственное видение, в которое его затянуло, пока Тесса спала почти двое суток. Когда он пришел в себя, Декс и та женщина все еще были в комнате. Она выглядела в ярости и ушла прежде, чем он успел сориентироваться. Декс просто снова сел в кресло, но не остался надолго. По какой-то причине он ушел той ночью. Он возвращался каждый час, минута в минуту, но никогда не задерживался. Ни разу не спросил, проснулась ли она. Не проронил ни слова.

Теперь, когда Декс больше не маячил над душой, они могли бы вернуться к общению через телефоны, но они с Теоном продолжали использовать связь. Оба надеялись, что это поможет дозваться до Тессы и разбудить ее. Что ее привлекут их голоса, но это пока не работало.

Лука не спал.

Ни единой гребанной минуты.

Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел то самое видение.

Почему он не пришел?

Особенно если и она, и Теон были в смертельной опасности. Это шло вразрез с узами Хранителя, и это шло вразрез с… Он не знал, что у него было с Тессой. Даже если он должен был стать ее Хранителем, такая тяга ненормальна. Это работает не так. А может быть, именно так, просто он этого не знал, потому что двадцать пять гребаных лет прожил в этом мире в одиночестве, единственный в своем роде, а когда наконец появился другой такой же, то тот оказался редкостным мудаком.

— Лука?

Он вздрогнул и посмотрел вниз. Ее глаза были открыты. Не светились, слава Саргону. И она смотрела прямо на него. По связи он почувствовал слабую тревогу, и это напугало его: в таком состоянии она точно не была способна блокировать связь.

— Ты в порядке? — прошептала она.

— Почему я должен быть не в порядке? — спросил он, сдвигаясь, чтобы лучше видеть ее.

— Ты чувствовал…

Она замолчала, и он перебил ее прежде, чем она продолжила:

— Я в норме, мой свет. Ты как?

Она медленно моргнула, будто на это требовались все силы.

— Устала. И пить хочется, — прохрипела она.

Блядь. В комнате даже не было воды.

— Я же говорил тебе приготовить воду, — упрекнул Теон через связь.

Лука закатил глаза, но когда снова посмотрел на Тессу, та снова закрыла глаза.

— Тесса, он прав. Тебе нужно попить. Поесть. Немного подвигаться, — сказал Лука.

Она что-то согласно промычала, но не более. Его это не устраивало. Он отбросил одеяло, позволяя прохладному воздуху коснуться ее кожи; по ее телу побежали мурашки, но она все равно не шевельнулась.

— Поднимайся, Тесса, — сказал он, вставая с кровати.

— Дай ей минуту. Ей всегда нужна минута, — вмешался Теон. — Принеси воды. И возьми телефон.

Послав его нахер, и позволив тому это услышать, Лука схватил телефон с тумбочки и пошел в ванную. Он уже закрывал кран, когда телефон завибрировал.

— Что? — рявкнул он в трубку.

— Как она? — тут же спросил Теон.

— Видимо, хочет пить.

— Завязывай со своим настроением, Лука, — огрызнулся Теон.

Лука вздохнул, поставил стакан на туалетный столик и прислонился к нему.

— Я не знаю, как она, — ответил он. — Мы в одной лодке, Теон. Я не чувствую ее, как и ты.

— Но ты ее видишь, — в голосе Теона слышалась тонкая вуаль отчаяния. — Как она выглядит?

— Не знаю, потому что мне пришлось отойти за водой, — сухо сказал он.

— Ты можешь хоть сейчас не быть засранцем?

Лука снова вздохнул, потирая лоб.

— Прости. Это были… напряженные несколько дней. Это не похоже на метки. Тогда мы знали, чего ждать. А это… совсем другое.

— Да, ты ощущался… не в себе, — осторожно заметил Теон.

Он раздумывал, стоит ли говорить об этом, но если он не может поговорить с лучшим другом, то с кем тогда?

Если он не может довериться Теону, значит, он действительно одинок.

— Она затянула меня в видение, и это было… Я не знаю, как она справляется с этим постоянно, — наконец произнес Лука. — И это видение? Теперь я вижу только его, стоит мне закрыть глаза. Я не успел обсудить это с ней, она очнулась на пару секунд, прежде чем втянуть меня.

— Втянула тебя? — повторил Теон. — Объясни.

— Она сказала что-то вроде «иди посмотри». Потом закрыла глаза, и я оказался там, — ответил Лука.

Он знал, что Теон сейчас меряет шагами комнату. Лука буквально видел, как тот пытается сложить мозаику воедино.

— На самом деле, я позвонил из-за ее видений, — сказал Теон. — Нам дали пропуска на остров Экайян. На сегодня.

— На сегодня? — переспросил Лука. — Во сколько именно?

— На вторую половину дня. Ты, я, Разик, Элиза и Кэт. Я также достал пропуск и для Тессы.

— Как тебе это удалось?

— О, ты же знаешь. Долги, ответные услуги, — отмахнулся Теон. Он помолчал, а затем спросил: — Как думаешь, она пойдет?

Лука услышал надежду в его голосе, и это заставило его подхватить стакан с водой и вернуться в спальню.

— Уверен, она захочет, но не думаю, что смогу ее поднять.

Он замер на полпути, войдя в комнату. Тесса перевернулась на другой бок, лицом к двери в ванную, и смотрела на него открытыми глазами. Она не потянулась за одеялом. Все в той же одежде, что и пару дней назад, он снял с нее только сапоги.

— Посмотри, что можно сделать, — сказал Теон. — Портал назначен со станции Акрополя ровно в полдень.

— Да, я дам знать, — ответил Лука и отложил телефон.

Они смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем Лука протянул стакан.

— Мне нужно, чтобы ты села и показала, что можешь двигаться.

— Я перевернулась, — прохрипела она.

— Я не заметил.

— Ты хуже Теона.

— Думаю, тебе это нравится.

Она нахмурилась.

— Нравится?

— Да, — ответил он, подходя вплотную к кровати.

Она перекатилась на спину, чтобы лучше видеть его, и что-то внутри него облегченно вздохнуло при виде того, что она просто, черт возьми, шевелится.

— Думаю, тебе нравится, когда о тебе заботятся.

— Мне не нужно, чтобы кто-то обо мне заботился, — сказала она.

Она явно хотела, чтобы это прозвучало резко и сильно, но голос был усталым и смиренным.

— Согласен, — сказал он, протягивая руку. — Тебе это не нужно, но какая-то часть тебя не против. Когда кому-то не все равно. — прежде чем она успела возразить, он добавил: — Я чувствую то же самое, когда кто-то заботится обо мне. Пусть даже это просто попытка проследить, поел ли я нормально за день, потому что — да, Теон порой становится невыносим в этом плане и со мной тоже.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала и взялась за его руку. Он помог ей сесть, видя, как она поморщилась, спуская ноги с кровати. Скорее всего, мышцы совсем одеревенели за два дня. Когда она устроилась, он подал ей воду. Он наблюдал, как ее горло двигается при каждом глотке. Она выпила стакан до дна.

— Как долго? — спросила она. Голос стал чище.

Он понял вопрос. Сколько она проспала.

— Два дня, — ответил он.

Ее пальцы впились в край матраса, свет вокруг запястий был не таким ярким, как обычно. Он видел, что она погрузилась в свои мысли.

Вероятно, перебирала все, что видела в этих снах.

— Я говорил с Теоном, — предложил он, забирая пустой стакан.

— Я знаю.

— Мы не хотели, чтобы ты чувствовала себя подавленной сразу после пробуждения.

Она кивнула, глядя куда угодно, только не на него.

— Мы ничего от тебя не скрывали, Тесса. Напротив, он пытается тебя привлечь.

Она издала скептический звук.

— Я попросил его выяснить, почему меня затягивает в твои видения, и он заключил какую-то сделку с Леди Фалейны ради посещения катакомб Экайяна, — продолжил Лука. — Он достал пропуск и для тебя.

Это заставило ее посмотреть на него.

— Она бы никогда не позволила этого сейчас. Я слишком большая угроза. Слишком неуправляема. Вот почему… Где Декс?

— Это подводит нас к еще одной теме, которую нужно обсудить, — сказал Лука. — Здесь есть жрица. Темные волосы. Фиолетовые глаза.

— Ты сейчас описал половину жриц королевства, Лука, — сухо заметила Тесса, осторожно пробуя пол ногами.

— Но эта была в ярости. Она отчитывала Декса за то, что он позволил тебе выпить весь чай, хотя она запретила.

Тесса пожала плечами.

— Скорее всего, это Эловин.

— Она же вытаскивает меня из твоих видений.

— Что? Как? — спросила Тесса.

— Не знаю, но я узнал ее, как только она вошла. Это та самая женщина! — Лука инстинктивно подался вперед, когда Тесса попыталась встать. Он придержал ее за талию, пока она не кивнула, показывая, что может стоять сама.

— Это не имеет смысла.

— Ничто из этого не имеет смысла. Именно поэтому мы хотим пойти и посмотреть, что удастся найти в катакомбах, — сказал Лука, пропуская ее вперед.

— Одного дня не хватит. Катакомбы огромны.

— Мы берем то, что дают, когда дело касается острова Экайян. — Он поколебался, а затем добавил: — И нам дали сегодняшнее утро.

Она повернулась к нему, опершись о дверной косяк ванной.

— Сегодня?

Он кивнул, и она уставилась куда-то сквозь него.

— Я знаю, ты все еще неважно себя чувствуешь, к тому же нам нужно беспокоиться о Декстере, — сказал Лука. — Но Теон достал тебе пропуск. Знай, что он все это организовал и заплатил высокую цену, даже понимая, что ты, скорее всего, не сможешь пойти.

Она один раз кивнула.

— И где Декс?

— Он проверяет тебя каждый час. — Сверившись с часами, он добавил: — Жду его с минуты на минуту.

Она снова кивнула.

— И вы все равно пойдете?

— Не пойду, если ты попросишь меня остаться.

Теперь ее глаза встретились с его: изучающие, ищущие.

— Но ты хочешь пойти, — наконец сказала она.

— Это касается нас напрямую. Меня затягивает в твои видения. Думаю, будет лучше, если кто-то из нас будет присутствовать при поисках ответов.

— Ты волен делать что хочешь, — сказала она. — Ты не мой, а я не твоя ответственность.

Дракон в его душе встрепенулся при этих словах. Луке показалось, что она ударила его под дых. Это было глупо. Потому что она была права в обоих пунктах.

Прежде чем он успел придумать ответ, дверь открылась, и в комнату вошел Декс. Лука заметил вспышку облегчения в его глазах, когда тот увидел ее на ногах.

— Тесси, — сказал он, отталкивая Луку плечом, чтобы встать перед ней. — Как ты себя чувствуешь?

Тесса свирепо посмотрела на него и бросила лишь:

— Я в душ.

Она зашла в ванную, захлопнув дверь прямо перед носом Декса.

Лука удовлетворенно улыбнулся.

Декс повернулся к нему с кривой ухмылкой:

— Она хоть что-то сказала?

— Только то, что ты мудак, — отрезал Лука.

Декс одарил его презрительным взглядом и уселся в кресло ждать Тессу.

— Все вы такие самодовольные засранцы, пока не поймете, что вы не бессмертны.

— Я никогда не говорил, что я бессмертный, — парировал Лука.

— Слишком самоуверенные. Все вы! — повторил Декс.

У Луки не было времени спорить с ним о всякой херне. Вместо этого он послал мысль по узам:

— Тесса? Ты хочешь, чтобы я остался?

— Иди, — ответила она. — Нам нужна информация.

Нам.

Она сказала «нам», и это был… прогресс.

— Дай знать, если что-то понадобится, — сказал он.

— Я знаю.

— И не пей больше этот чай. Ни капли.

Она не ответила, и когда он выходил из ее комнаты, что-то внутри него протестовало. Потому что, имело это смысл или нет, он чувствовал, что она — его ответственность.

И знала она об этом или нет, хотел он это признавать или нет, какая-то его часть понимала: он тоже принадлежит ей.

Он только не понимал почему.

ГЛАВА 33. Теон

Он сверился с часами, затем снова с телефоном. У Луки оставалось всего несколько минут. Портал подождет — это не проблема. Проблема была в том, что в этих катакомбах им была дорога каждая секунда. В прошлый раз у них был целый день. На этот раз Леди Фалейны неохотно согласилась лишь на вторую половину дня, и если Тесса явится, ей придется надеть браслеты. Не те обычные, что подавляют магию, а каменные оковы, которые полностью отрежут ее от силы. Он не сказал об этом Луке. Но, честно говоря, и не ожидал, что она придет.

Напряжение немного отпустило его, когда он заметил Луку, шагающего через вестибюль. В отличие от того дня, когда он заявился в поместье пару недель назад, сейчас он был «при параде»: в костюме и при галстуке. Волосы убраны, лицо — стоическая, непроницаемая маска.

— Точный до секунды, — произнес Теон, передавая документы для фейри.

Он был разочарован тем, что Тессы с ним нет, хотя именно этого и ожидал. Впрочем, он чувствовал ее. Словно она даровала им этот мимолетный отблеск своих эмоций, чтобы они могли присматривать за ней, когда не могут быть рядом физически. Он не слышал ее мыслей, но сама возможность чувствовать ее уже была чем-то важным. Пусть даже сейчас в ней бушевало одно сплошное смятение.

— Ты и сам знаешь, почему я прибыл впритык, — ответил Лука, просматривая бумаги. — Где ты их взял?

— Использовал связующего Акселя, — ответил Теон.

— Такера?

— Ага.

— А как насчет электронных реестров? — спросил Лука, убирая документы во внутренний карман пиджака.

— Корбин обо всем позаботился, — сказал Теон, ведя его к уединенному месту на станции, где оставил остальных. Нужно было как можно меньше мозолить глаза публике.

Лука кивнул:

— А Кэт? Она в состоянии это выдержать?

Теон помедлил:

— Мне нужно было, чтобы она пошла с нами. Она знает остров Экайян лучше нас всех, особенно катакомбы.

Лука снова кивнул, понимая все без слов. Ему пришлось приказать ей. На самом деле, уговаривать долго не пришлось, но и выбора он ей не оставил. Постоянные гневные взгляды Элизы ясно давали понять, что она об этом думает. Честно говоря, Теона больше беспокоило то, как все пройдет с Разиком и Элизой. Элиза — это полбеды. Но вот если Разик не будет обращаться с ней так, как здесь принято обращаться с фейри — это уже совсем другая проблема. Он наблюдал за ними достаточно долго, чтобы понять: он ни за что не станет проявлять к ней открытое неуважение.

А еще было очевидное напряжение между Разиком и Лукой, которое мгновенно сгустилось, стоило им показаться в поле зрения.

— Тесса не пришла? — спросила Элиза, когда они подошли ближе.

Теон вздохнул, потирая лоб.

К счастью, они забились в достаточно глубокую нишу станции, так что их никто не слышал.

— Не надо так, Элиза. Мы обсуждали правила поведения, — сказал Теон.

Она выгнула бровь.

— Правила поведения?

— Да, — отрезал Теон, потому что времени на это совсем не было. — Ты не имеешь права обращаться к Наследию, пока к тебе не обратились.

— Ты это серьезно?

— Я серьезно ко всему, что тебе сказал, — парировал он. — Стал бы я это говорить, если бы шутил? — когда она лишь испепелила его взглядом, он добавил: — Просто делай как Кэт. Справишься?

— Она справится и с большим, если ты продолжишь говорить с ней в таком тоне, — лениво вставил Разик.

— И ты, — Теон повернулся к нему. — Я знаю, что она твое близнецовое пламя, но если ты будешь относиться к ней как-то иначе, чем к фейри, это привлечет ненужное внимание. Нам нужно это время в библиотеках. Другого шанса не будет.

— И я полагаю, мне нужно следовать за тобой? — протянул тот.

— Нет, — сказал Теон, и уголок его рта дернулся в легкой усмешке, заметив его замешательство. — Ты будешь следовать за Лукой, потому что в ту секунду, когда мы выйдем отсюда, я буду вести себя как Лорд королевства Ариуса.

Он не дал никому шанса возразить. С него хватит пустых разговоров.

— Они пойдут за нами, — услышал он голос Луки, и мгновение спустя тот уже был рядом.

Разик тоже пристроился сбоку, и Теону это не понравилось — это было место Акселя. Может, они найдут что-то в катакомбах, что поможет и с этим дерьмом тоже.

— Приложите ладонь сюда и призовите силу, — распорядился представитель Наследия, когда они достигли платформы безопасности. Сверившись с экраном после того, как Теон выполнил требование, он произнес: — Проход для шестерых одобрен Леди Фархан. Верно?

— Верно, — нетерпеливо ответил Теон. — Но сегодня присутствуют только пятеро.

— Документы на фейри, — потребовал тот, протягивая руку.

Лука передал удостоверения Кэт и Элизы. Эта часть беспокоила Теона гораздо меньше, чем необходимость сканирования силы Разика. Корбину пришлось не просто взломать сеть, чтобы подсунуть фальшивки, но и проработать все до мелочей: имя, происхождение, образование, место жительства. Но даже это не заставило Теона так затаить дыхание, как момент, когда Разик положил руку на сканер. Они велели ему призвать самую малую искру огня, чтобы выдать его за Наследие Эйналы. Для Наследия не было редкостью работать в других королевствах по контракту, на это и был расчет. Хитрость заключалась в том, чтобы сканер распознал только пламя, а не его драконью суть — хотя Разик вряд ли мог их разделить.

Проверяющий на мгновение нахмурил брови, пока он изучал экран, затем его взгляд метнулся к Теону. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Теон позволил своей тьме вырваться на волю. Туман из тьмы пополз по полу, а в глазах закружились черные вихри. Мужчина сглотнул, перевел взгляд с Теона на Луку, а затем снова на Разика.

— Все в порядке, — наконец выдавил он. — Должно быть, какой-то сбой в системе.

Теон лишь коротко кивнул и прошел мимо платформы к порталам.

Спустя полчаса Кэт вела их между стеллажами катакомб. Это было то же здание, что и раньше, но другой сектор. Они разделились: Катя осталась с Разиком и Элизой, а Теон и Лука углубились на несколько рядов дальше.

— Как Тесса? — спросил Теон, изучая корешки книг.

— Ты чувствуешь ее так же хорошо, как и я, Теон, — буркнул Лука.

— Да, но как она выглядела?

— Усталой.

Теон подавил саркастичный ответ. Ему нужно было сосредоточиться на деле, но все мысли были только о ней.

Заставив себя отвлечься, он набрал несколько книг, даже не до конца понимая, о чем они.

— Встретимся у стола, — бросил он и направился к оговоренному месту в углу. Там их меньше всего могли побеспокоить.

Сбросив пиджак и закатав рукава рубашки до локтей, он сел. Если что и могло отвлечь его от Тессы, так это погружение в историю и теории. Он едва заметил, когда остальные присоединились к нему, и вскоре стол был завален тяжелыми томами, древними свитками и таким количеством книг, что часть пришлось сложить на пол. Катя предупредила, что так делать нельзя, но Теон принял волевое решение рискнуть и навлечь на себя гнев ученых.

Все было совсем не так, как в прошлый раз. Никто не разговаривал. Отчасти из-за дефицита времени, но больше из-за того нешуточного противостояния, что шло между Лукой и Разиком. Он был уверен, что Элиза и Разик общаются по связи, а не вслух, а Кэт была тихой и замкнутой, послушно переворачивая страницы и делая пометки. Теон знал, что их всех проверят после прошлого визита, и за каждым их шагом следят гораздо пристальнее. Он также отдавал Кэт любые тексты, требующие перевода, так как она справлялась с этим лучше него.

Не раз ему приходилось заставлять себя бросить чтение, когда он увлекался информацией, не относящейся к делу. Ведьмы. Пророчества. Видения. Это было их главной целью, но он просматривал и все, что касалось богов, особенно Первых и Богинь-Сестер — именно это заставило его наконец нарушить тишину.

— Через сколько времени после создания Деврама Серафина предала Ахаза? — спросил он.

Все оторвались от текстов. Ну, все, кроме Кэт.

— Не знаю, как давно это было, — ответил Разик, тут же возвращаясь к книге.

Но Элиза спросила:

— Что значит «Серафина предала Ахаза»?

— Когда был создан Деврам, Серафина была уже в брачном союзе с Ахазом.

— Брачный союз, — повторила она. — Это что-то вроде обручения?

— Это было деликатное соглашение, — пробормотала Кэт, все еще не поднимая глаз от чтения. — Первым не полагалось иметь общих детей. Судьбы дали пророчество, что это слишком сильно нарушит баланс.

— И нарушило, — вставил Лука. — Кто скажет, что у Ариуса и Серафины всего двое детей?

— Меня не это беспокоит, а то, что убедило Серафину выбрать Ариуса вместо Ахаза, — сказал Теон, пытаясь казаться равнодушным, но явно безуспешно, так как Лука откинулся на спинку стула.

— Ее видения, Теон, — сказал он. — Вот на чем нам нужно сосредоточиться.

— Я в курсе.

— Правда?

— Да! — огрызнулся Теон. — Но они — часть ее родословной. Там может что-то быть.

— Если хочешь копать под богов и богинь, обрати внимание на Зинту, — парировал Лука, возвращаясь к книге. — И выясни, кто или что это за Колдунья.

— Что ты только что сказал? — спросила Элиза, вскинув голову, ее глаза расширились.

Разик тоже поднял взгляд, и в редком порыве эмоций на его лице отразилась тревога.

Лука, явно сбитый с толку, ответил:

— Я сказал ему проверить Зинту.

— Нет, ты сказал что-то про колдунью, — настаивала Элиза.

— Это то, что Лилура сказала Тессе, — пояснил Лука. — Что некая Колдунья искажает ее видения.

— Колдунья или Чародейка? — спросила Элиза, в ее голосе зазвучала легкая истерика.

— А есть разница?

— Огромная!

— Успокойся, mai dragocen, — пробормотал Разик, поглаживая ее по волосам. — Мы не хотим привлекать внимание.

— Если это…

— Мы не знаем, — перебил ее Разик. Он повернулся к Луке. — Какими были ее точные слова?

— Именно такими. «Колдунья искажает твои видения», — ответил Лука.

— Может их быть несколько? — спросила Элиза, глядя на свое близнецовое пламя. Теон огляделся, проверяя, нет ли свидетелей этого разговора.

Разик задумчиво потер подбородок.