Мой дом, согласно английской поговорке, — моя крепость. Ну, или башня…

Только вот после всех драматических событий — а смерть честного человека Агилара Лассера с последующим превращением в зомби и вышвыриванием из окна я считаю событием действительно драматическим…

Так вот, теперь башня уже не кажется безопасной.

Да ладно башня, с ней у меня налаживается контакт, а вот снаружи каково!

Теперь и прогуляться не выйдешь. Постоянно какие-то мутные личности ошиваются.

Наемные убийцы — это очень серьезно. Те парни, что напали на меня, — это цветочки. Они были всего лишь искателями, приключенцами, мародерами, хотя и хорошо подготовленными, даже мага взяли с собой.

Киллеры — совсем другое дело. Эти не станут церемониться, издеваться, защитные медальончики показывать. Да они вообще показываться не будут: свистнет арбалетный болт или сработает убийственное заклинание— и все, поминай Леонарда как звали…

А я не хочу, чтобы меня поминали…

Бывал я на поминках — вообще невесело, что для гостей, что для виновника торжества.

Поэтому из башни и носа высовывать нельзя, пока не буду уверен, что в округе никто опасный не ходит.

Окна еще эти… слишком уж большие.

Я теперь рядом с ними и стоять-то опасаюсь. Мало ли, выстрелит кто снаружи или зелье отравляющее забросить.

Да и просто закинуть кошку и взобраться по веревке для опытного ассасина — дело двух минут.

Осматриваю импровизированную кровать: куча одеял посреди комнаты. Из любого окна того и гляди прилетит… В прямом смысле.

— Может, на третий этаж перебраться? — Одна нога уже на ступенях. — Там будет холодновато без камина, зато окна узкие, как бойницы, не пролезть.

Второй этаж теперь кажется курортом, только не очень безопасным…

От кучи мыслей, в основном связанных с риском для моей жизни, голова пухнет и кружится в буквальном смысле слова.

Чего я дурью маюсь? Надо лечь поспать — денек-то выдался, мягко говоря, напряженным. Хватит голову пораженческими мыслями забивать.

— Отдохнуть надо, вот и все. — Ноги уже еле держат, так что я не укладываюсь, а прямо таки падаю на постель.

Напоследок отдаю мысленный приказ зомби — собирать в округе трофеи и тащить их к башне.

— Хотя не уверен, что тут много этих самых трофеев.

На этой мысли глаза мои закрываются, и я проваливаюсь в сон.

Человек — такая скотина, что привыкает ко всему. То, что поначалу кажется трудным, сложным или, наоборот, приятным, — рано или поздно приедается, становится рутиной, обыденностью.

В девяностые, когда я только-только начинал работать, в двух кварталах от моего офиса, на пустыре, забивали стрелки бандиты.

Жители поначалу пугались выстрелов и взрывов, звонили в милицию, а потом привыкли. Я и сам, когда возвращался из офиса, шел мимо пустыря быстрым шагом, чуть ли не перебежками и подумывал вызвать ментов, чтобы прекратили этот беспредел.

Менты и правда приезжали… пару раз. Только в те времена они жили на зарплате у бандитов, так что ничего не делали…

В итоге жители близлежащих домов смирились с реальностью… и больше не обращали на перестрелки внимания. Даже вздрагивать от выстрелов перестали.

Вот уж где сюр творился. На пустыре пальба и крики, а в соседнем дворе мамаши деток выгуливают, пенсионеры в домино режутся, бабульки на лавочке ругаются…

Это я к чему — а к тому, что как бы ни удивительно было мне поднимать зомби, управлять ими, даже это стало рутиной.

Утро начинаетсяс привычных дел. Сперва я проверяю мертвяка — тот цел, все конечности на месте, а значит, ночь прошла более или менее спокойно.

— Ну, чего прохлаждаемся? — Зомби стоит снаружи, потому что ночью охранял периметр.— Вперед на сбор.

Зомби вздрагивает и отправляется на поиски.

Днем мертвяк таскает в башню все, что может пригодится… то есть все, что хватит сил поднять.

Это раньше я приказывал носитьтолько полезные или интересные вещи, но после того как выяснилось, что башня может перерабатывать ресурсы и перестраиваться на их основе, мертвяки получили от меня приказ волочь к ней все.

Пока зомби занят собирательством, привожу себя в порядок и завтракаю. Обычный день в ставшем привычном мире…

Запихиваю в себя поднадоевшую кашу.

— Щас бы все отдал за чашку кофе и бургер, — тарелка быстро пустеет, — зажрался я, конечно. Пару дней назад эта самая каша была для меня самым изысканным блюдом, а теперь…

Пока завтракал, осматривал собранные «сокровища». На втором этаже добра не так уж и много, а вот на третьем…

— Собственно, надо бы посмотреть, что там у меня есть, — почесав подбородок, достаю из сумки записную книжку, — нужна инвентаризация.

На чистой странице расчерчиваю столбцы: «Пища», «Оружие», «Зелья» и «Другое».

Поднявшись на третий этаж, принимаюсь за работу, время от времени проверяя, как там дела у моего зомбаря. Тот усердно рыщет вокруг башни, носит к ее стенам всякую всячину — обломки мечей, доспехов, ремни, камни, куски дерева…

Перебрав мои богатства на третьем этаже и тщательно все зафиксировав в тетради, сижу, попиваю чаек, по вкусу, приятный, хоть и не похожий на наш черный или зеленый. Чем-то напоминает бабушкин чай в деревне, когда она заваривала листья смородины и малины и зверобоя.

Прикидываю, чем же заняться дальше. Задумываюсь об оценке. Итак, я уже выяснил, что через чужие глаза она не работает. А почему? В чем причина?

Варианта два: первый и не очень-то приятный — оценка не цепляется к зомби или к любому объекту воздействия. Это персональная способность и работает только при личном контакте.

Второй вариант, тоже неприятный, но хотя бы перспективный: свойства навыка зависят от уровня. Это же не просто циферки?

— Ну почему нет инструкции? Гайд бы какой-нибудь…

Ладно, прояснить это все можно только одним способом.

— Придется поднимать уровень. — При воспоминании о прошлом левелапе меня передергивает. — Хоть бы анальгина пачку найти.

Зелья лечения —это, конечно, замечательно, но они именно что лечат, от боли не избавляют… сразу.

Снова проверяю все пузырьки — нет, зелья снятия боли нет.

— Обидно, досадно, но ладно. Придется качать уровень.

Подхожу к окну осмотреться:

— Это что-то новенькое.

Примерно в полукилометре от башни расположилось поселение.

— А вчера ничего такого не было, — уже не удивляюсь, просто констатирую факт, рассматривая несколько приземистых домиков и мельницу на пологом холме. — Белла, а ты тоже можешь укатить куда-нибудь? Колесиков у тебя я не заметил, но фиг знает, как это тут у вас работает… Буду я возвращаться с прогулки, а тебя на месте нет — усвистала кутить с другими башнями… башенная вечеринка и все такое.

С потолка мне в кружку падает несколько мелких камешков.

— Ладно-ладно, понял, — на всякий случай отскакиваю от окна, — чушь сморозил. Прости. Но все же интересно — ты умеешь перемещаться в пространстве? Или это не здания меняют расположение, а сама местность перестраивается? Просто я тут спалился по полной программе, теперь о тебе и мне знают очень неприятные личности, которые рано или поздно вернутся… А сторожевую башню и подвал, где я нашел книжечку заклинаний, я так и не смог снова отыскать, вот печаль-то. Видимо ничего нельзя откладывать на потом.

Переключаюсь на зомби. Тот тащит к башне здоровенное бревно, целый ствол поваленного дерева.

— Ой, дурак, — вздыхаю я. — хотя ты же команду выполняешь…

Приказ зомби был отдан предельно лаконичный — тащить к башне все, что он сможет поднять.

Ну, он и поднял, но вот незадача, надо еще дотащить… А выдранные из земли корни цепляются за высокую траву, да и бревно перевешивает то в одну, то в другую сторону.

— Да брось ты его, — отдаю мысленный приказ, — все равно в дверь не протащить.

Зомби на мгновение замирает, словно прислушиваясь, но затем продолжает с упорством осла тащить бревно к башне.

— В смысле? — Полностью сосредотачиваюсь на мертвяке.— Это что еще за новости?

Снова отдаю приказ бросить ствол. Зомбарь опять замирает, но бревно так и держит.

— Что за хрень? Ты почему не слушаешься? Брось, тебе говорят

Зомби делает несколько неуверенных шагов вперед.

— Сбой, что ли? — Глазами мертвяка смотрю в сторону башни — до нее метров триста-четыреста. — Или далековато? Ну-ка тащи дальше…

Зомби продолжает тащить бревно…

— Стой! Брось! Остановись!— Каждые метров десять или двадцать отдаю команду зомбарю. Того дергает, он останавливается на мгновение, но продолжает топать к башне. — Как будто игра лагает! Обрывы соединения постоянные…

Примерно в ста метрах от башни команда наконец срабатывает так, как нужно: мертвяк бросает бревно и замирает в ожидании новых приказаний.

— Понятно, значит, радиус действия небольшой.

То есть приказ, отданный мертвяку продолжает работать на большом расстоянии, но прямое управление, изменение текущего приказа возможно в ограниченном радиусе.

Теперь ясно, почему зомбарь без прямого приказа отдал зелье лечения Эдмунду — он получил задание помочь раненому после того, как тот наговорит достаточно слов. то есть пока он мог говорить, пусть говорит, а когда Эдмунд оказался на пределе и новых слов и сведений из него было уже не вытянуть, зомбарь кинул ему зелье, хотя напрямую я этого не приказывал. Зомби логично действовал в рамках приказа «помочь».

Мертвяк топчется на месте, то и дело поглядывая на бревно.

— Нет уж, было бы вас двое или трое, тогда ладно, тащили бы эту бандуру, а так… иди, чего помельче найди. Да, и не уходи далеко от башни, радиус сто метров.

Мысленно представляю местность вокруг башни, где может ходить мертвяк. Тот с готовностью отправляется на поиски.

— Да уж, было бы их хотя бы два… один бы тогда на дальней дистанции бродил, второй в радиусе полного контроля. Может, еще прокачаюсь. будут дальше ходить. И парами.

Задумчиво стою у окна, наблюдаю за поселением — никакого движения на улицах и в постройках. Это тоже уже привычно. Пока что я ни одного жилого здания не встретил в этих местах. Точнее с живущими людьми. Все, что я встречал, были заброшены. Город, опять же, по словам Эдмунда, имеется, но до него еще добраться надо, причем без прокачки лучше туда не соваться.

— Только как качаться-то? Ни руководства по эксплуатации, ни библиотеки, что уж говорить о Сети. И еще вопрос — если я сумею поднять пару зомби, не скажется ли это на радиусе контроля? На уровне подчинения?

Короче, вариантов, опять всего два — прокачиваться через изучение нового или повторять одно и тоже действие по сотне раз.

— Это как мышцы качать, нужны регулярные тренировки с чередованием упражнений на разные группы.

— Интересно, а насколько часто в этом мире встречается навык оценки? — Простота и очевидность этого вопроса, словно что-то перещелкнула у меня в голове. Вспоминаю, как давно-давно, когда только попал сюда, получил «навык сверхредкого уровня». Кажется, так.

Ну и тогда какие гайды? Какие руководства? Если «оценка» достаточно редкий навык… не буду считать его уникальным, а некромантия и поднятие зомби запрещены и забыты, то их сочетание — это редкость несусветная. Откуда по такой комбинации записи? А прокачка через зомби? Ну это же вообще — пойдет в копилку редкостей, родовое заклятие фамильяра…

— Короче, вероятность такого сочетания минимальна. — Я вылил в кружку остывший отвар и залпом выпил. — Это как встретить динозавра, выйдя на улицу… динозавра со световым мечом… и в костюме розового единорога…

От попыток подсчитать вероятность такой встречи меня отвлек грохот с первого этажа.

— Ну вот, даже мысль умную додумать не дают, — спокойно поднявшись, беру меч и направляюсь к лестнице.

Стоп, а чего это я, собственно лезу на рожон, не разведав обстановку?

Переключившись на зрение зомби, довольно усмехаюсь.

— Ну чего ты, руки-крюки? Поднимай булыжник да закидывай в подвал. Хлопот с вами не оберешься. Только, понимаешь, делом занялся, вычислениями всякими да философствованиями, а тут ты грохочешь…

Раз уж все равно поднялся, спускаюсь на первый этаж. Люк в полу откинут — из него торчат какие-то доски, обрывки ткани, куски железа, которые уже и мечами то не назовешь…

Отдельно лежит зеленый ворох растений — это я приказал зомбарю таскать сюда и отдельно складывать.

В основном безобидная трава — оценка выдает не более трех пунктов, указывая, что трава пригодна в пищу крупному рогатому скоту.

— Ну, скоты все пока где-то засели и меня ни разу не беспокоили, за исключением зомби-лошадей.

Скидываю стебли в подвал.

В ворохе выделяется один цветок — крупный фиолетово-серый бутон на длинной упругой ножке:

[ОЦЕНКА | ур. 8

Морфелис

Тип : растение

Класс : однолетнее

Примечание: не являясь магическим , цветок морфелиса, тем не менее обладает полезными свойствами. Его аромат успокаивает разум, дарует крепкий и здоровый сон. Алхимики пытались выделить из сока цветка приносящий покой элемент, но все попытки окончились неудачей. Ни сок, ни отвар не обладают никакими полезными свойствами. Срезанный или сорванный цветок сохраняет свойства в течение семи дней. Поставив его рядом с постелью можно гарантировать себе крепкий и здоровый сон без сновидений на всю ночь.

Открыто: ⅖]

Надо же, не магический, а пользы от него больше, чем от любого из магов, которые мне пока попадались.

Кстати, раньше вроде согласно оценке «растение» было не классом, а типом. Похоже, она и тут совершеннее становится.

Откладываю полезное растение в сторону: пригодится, если будет нужно поспать без сновидений и боли, когда, например, уровень повысится.

Ко второму растению присматриваюсь внимательно и с опаской — даже по внешнему виду понятно, что это не безобидный одуванчик.

Лиана толщиной в палец покрыта шипами,как у розы, только более длинными, рядом с шипами растут ярко-оранжевые цветки.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Аркановенум

Тип: растение

Класс : многолетнее

Разновидность: ядовитое

Опасность: высокая

Примечание: шипы выделяют сильный яд, убивающий человека в течение нескольких минут. Универсальный антидот легко справляется с этим ядом, но нужно успеть принять его до того , как онемеют конечности. Тонкие шипы аркановенума легко отделяются от стебля и могут застрять в теле жертвы. Могут быть использованы в качестве снарядов для духовых трубок.

Открыто: ⅗]

Такой опасный цветочек голыми руками не возьмешь…

А что, если… если башня перерабатывает все, что попадает в подвал? То есть из дерева делает деревянные конструкции вроде тех же перил, из камня — каменные, из железа железные. Из обычных растений можно сучить веревки, к примеру, а вот из ядовитого?

— А что, Белла, отрастишь себе шипов ядовитых? Как тебе идея? Полезет по стене какой-нибудь негодяй, поцарапается о такую колючку, и адьё… Короче, я это все сложу, а ты сама разберешься. Ты женщина умная, хозяйственная, я уверен, у тебя ничего просто так не пропадет…

— А точно! Вспомнил! — Я сбегал на третий этаж и притащил пух беорлинга, — вот еще что есть, может, ты из него куртку мне сделаешь? Или гобелен — а то стены совсем скучные, а вы, женщины, цените уют…

Осторожно поддев ядовитую лиану мечом, сбрасываю ее в подвал, сверху набрасываю пух, затем закрываю люк, с большим трудом, надо сказать, зомбарь отлично потрудился…

Цветок морфелиса отношу на второй этаж и ставлю возле окна в пустой пузырек от зелья.

— Посмотрим, чем ты завтра меня порадуешь, — обращаюсь к башне. — Яведь правильно понял, в этом мире ничего не создается из ниоткуда?Чтобы сделать деревянную балку — нужна древесина, чтобы сделать решетки на окнах — нужен металл… закон сохранения материи. Если бы все работало не так, то мне и поднимать-то зомбарей не нужно было — я бы их из воздуха творил… Вот с магическими атаками все интереснее — это ведь энергия. Даже самый заурядный файербол — и то концентрат энергии, а не какой-нибудь греческий огонь.

А энергию тут берут двумя способами — либо в артефакте накапливают и потом выпускают, либо используют ресурсы организма. Первый вариант, конечно, более практичный — на фига тратить свое собственное, если можно потратить чужое, накопленное, собранное.

От всех этих хозяйственных хлопот у меня опять разыгрался аппетит.

— Пора заняться обедом, — с этими словами вытаскиваю мешочек с крупой, — сегодня каша будет, как и вчера…

В мешочке крупы еще дня на два или три, однако оценка показывает, что состояние ее всего три пункта из десяти: зерно начинает портиться.

— Видимо, придется выйти на охоту, — засыпаю крупу в котелок с водой и подвешиваю над очагом, — мяса тоже маловато осталось… картошечки бы сюда или макарон…

С мыслей о гастрономических изысках переключаюсь на башню и переработку ресурсов. Если все будет так, как я думаю, то в бункер нужно будет складывать не только палки и камни, а вообще все. Ядовитые шипы на стенах — это ведь только начало… Вообще мне нужна нормальная ванна, хотя бы душ. А то поднадоело к ручью мотаться. Впрочем, с гигиеническими процедурами я освоился, но от водопровода и прочих благ человечества не отказался бы. Комфорт тоже важен. А что зубы чищу углем — уже привык. Эх, мне бы джакузи… Интересно что для этого нужно?

Только важно все-таки быть осторожным, а то я так Беллу перекормлю, что сам в ней жить не смогу. Наверное, у нее тоже есть лимиты.

Подкрепившись, решаю все же навестить новоявленное поселение.

Во-первых, надо прогуляться, а то сидеть в башне уже осточертело, во-вторых, мало ли что полезное может там оказаться?

— Все, Белла, не скучай, скоро вернусь. — Я несколько раз подергал ручку, проверяя надежно ли заперта дверь.— Ну, что Борис, двинули?

Зомби топает немного впереди, я внимательно присматриваюсь к местности, готовый в любую минуту сорвать со спины арбалет или выхватить меч.

Да, всех скелетов я для простоты называю Константинами, а все зомби для меня — Борисы.

Был у меня в прошлой жизни знакомый, он первым на районе купил себе машину. Ясное дело, подержанную. Как сейчас помню — девятка цвета «мокрый асфальт», с огромным ржавым пятном на весь капот. Зато настоящая машина, на ходу… В ней даже магнитола стояла, правда всего с одним диском, намертво застрявшим внутри и проигрывающим всего одну песню — «Зомби» группы «Кранберис». Из-за этой песни к Боре и прилипло прозвище «Зомби».

Так что я по старой ассоциации теперь всех зомбарей называю Борисами.

Из окна башни казалось, что мельница и стоящие рядом домики совсем близко, на деле поселение расположилось примерно в полутора километрах, тоже не особо дальнее расстояние, но все же…

К тому, что дома и целые поселки тут могут появляться словно из ниоткуда, я уже привык. Только раньше я не замечал, что перемещаются не только постройки…

— Ты посмотри, тут даже почва и растительность другая. — Я с удивлением рассматриваю четкую линию разделения. — Вот здесь как раньше, песчаник с примесью мелкой глины, обыкновенная приречная почва, а ближе к поселению почва более каменистая, сухая.

Трава желтоватого оттенка резко выделяется на фоне сочной зелени вокруг моей башни.

— То есть перемещаются не только постройки, а целые куски поверхности? Как если бы обрывки рисунка тасовали между собой.

В окрестностях поселения снуют несколько мертвяков.

Один так и вовсе выскакивает прямо перед Борисом. Тот не сплоховал, сграбастал врага за грудки, приподнял в воздух и развернул ко мне. Арбалетный болт пробил башку зомби, и тот обмяк.

— Молодец, Борис.— Выдергиваю стрелу из черепа мертвяка.

Мой подручный срывается с места и ныряет в ближайшие заросли.

Я быстро перезаряжаю арбалет и готовлюсь встретить очередного врага.

Однако из кустов выходитБорис в гордом одиночестве, он тащит кусок ржавого железа.

— М-да уж, этим мечом только жаб колоть, и то живы останутся.

Осматриваю притащенный зомбарем меч.

Эфес в моих руках рассыпается прахом, клинок проржавел, но держится.

— Как ты его заметил? — Зомби, понятное дело, отвечать не собирается., — Молчишь? Придется мне опять головой думать? Что за наказание? Это коню хорошо много думать, у него голова большая…

Сам бы я этот меч не заметил — сто процентов. В такой густой траве можно слона спрятать, не то что меч.

А зомби влет нашел.

— Видать, магии в тебе больше, чем я думал. — Борис стоит навытяжку, ждет приказаний. — И раз уж ты магическое существо, следовательно, и восприятие у тебя магическое. Не глазами ж ты смотришь? Для функционирования глаз требуется кровоснабжение.

Ладно зомби, тут еще можно за уши притянуть объяснение — какие-то остаточные функции после смерти сохраняются. А скелеты? У них нету ни глаз, чтобы смотреть, ни мозга, чтобы увиденное обработать и осмыслить… Точно нет, я много черепов разбил, ни глаз, ни мозга не видел.

И, возвращаясь к оценке — выходит, она срабатывает только от нормального зрения? Или с ростом уровня станет доступна функция зрения магического?

— Ох, блин, вопросов все больше, и ни одного ответа. Надо открывать новый уровень. Жаль, шкалы прогресса нет, хотя бы понимал, что скоро подскочит.

Зомби могут выполнять разные функции — быть носильщиками, грузчиками, посыльными, искать и приносить что-то — может быть, в зависимости от присвоенного функционала их восприятие и становится чутким к вещам, полезным для выполнения миссии?

Ржавый меч запихиваю в ножны на спине Бориса. Я специально соорудил некое подобие перевязи с несколькими ножнами и нацепил на зомби — как раз на такой случай.

Борис еще несколько раз срывался с места и приносил мне из зарослей то очередной меч, то кусок веревки, то пустую бутылку. Меч я аккуратно запихнул в еще одни ножны на спине зомбаря.

Уже на краю поселения Борис снова метнулся в траву.

Стою теперь, жду его, как девушка на первом свидании.

Наконец Борис возвращается. В руках у него нечто, что я сначала принял за булаву, но, присмотревшись, понял, что ошибся.

Борис тащил очередной меч (ну любят здешние мастера это оружие), только на острие торчала голова другого мертвяка. Видать, меч застрял в черепе зомби, а Борис слишком сильно дернул клинок, вот и оторвал.

— Меч хорошо, а мертвая голова нам ни к чему — очистить!

Зомби взмахивает мечом, и полуразложившаяся голова лете в траву.

— Ну да, методы тут у вас, конечно, замечательные… Давай сюда эту железяку.

Меч, что принес Борис,— довольно новый, ржавчина его не тронула, рукоять блестит, будто отполированная…

Этот меч также перемещается за спину зомби.

— Все, теперь ты совсем как новогодняя елка.

За время короткого похода к поселению упряжь на спине Бориса оказывается набитой всякой всячиной — металлические прутья, бесформенные куски железа, обломок шеста с прикрепленной тряпкой — раньше знаменем была, но сейчас рисунок на ткани стерся, так что не разобрать, что там вышито или выткано. Ну и еще куча бесполезных, на первый взгляд, вещей.

Даже выносливый мертвяк с таким грузом двигается медленно и неуклюже.

— Дальше так продолжаться не может, — осматриваю зомбаря, — отправляйся к башне, там метрах в пятидесяти коряга лежит, здоровая такая. Идешь к ней, скидываешь все барахло, запихиваешь под корягу. После этого свободен, в смысле помираешь окончательно. Один меч оставь мне.

Борис кивает, передает мне один из клинков и направляется к указанному месту.

— Вот почему мне больше нравится работать с мертвяками — никаких тебе возмущений, требований повысить зарплату или начислить сверхурочные. Мертвецы — идеальные солдаты, они никогда не станут обсуждать приказы…

Зомби трусит к башне, я смотрю его глазами, и чем больше он отдаляется, тем сложнее дается наблюдение. Глаза начинают болеть и чесаться, словно в них насыпали даже не песок, а соль или жгучий перец…

Борис наконец добирается до указанной коряги, запихивает под нее собранные вещи и ложится на землю.

Сняв контроль с зомби, блаженно тру глаза — как же хорошо, когда ничего не болит…

Естественно, идти дальше в одиночку я не собираюсь. Некромант я или кто?

Очередной зомби встречается метров через пять. Заметив меня, мертвяк атакует. Заклинание останавливает бродячего в двух шагах от меня. Зомби стоит как вкопанный, буравя меня мертвыми глазами.

— Теперь ты мой напарник, — прохаживаюсь перед зомби, заложив руки за спину, — я главный, ты выполняешь все мои приказы, ясно?

Зомби кивает.

— Все, пошли дальше, скоро закат, а я еще не проверил, что это за поселение у меня под стенами. Да, кстати, звать я тебя буду Борис. Возражений нет?

Вручаю новому подчиненному меч.

Движемся установленным порядком — зомби — Борис идет шага на два впереди, я позади, внимательно осматриваю местность.

Поселение заброшено, и, судя по состоянию крыш и стен домов — тут уже очень давно не ступала нога человека.

Ну, живого человека может, и не ступала, а мертвяки тут наверняка есть.

Из ближайшего домика выскакивает зомбарь и бросается на Бориса. Тот готов к нападению и встречает врага ударом клинка в грудь. Меч пробивает мертвую плоть. Борис поднимает меч вместе с насаженным на него мертвяком. Мощный взмах — и зомби летит в стену дома.

— А просто голову снести было нельзя? — Зомбарь с отвратительным шлепаньем ударяется о кирпичную стену.

Удар такой силы, что зомби превращается в мокрое пятно, сползающее вниз по стене. Голова мертвяка раскалывается, как перезрелый арбуз.

Быстро осматриваю дом — опять всякое барахло: спицы для вязания, истлевшие мотки ниток, битая посуда на полу и столе. Тут даже забирать нечего…

Из второго домика выскакивает очередной мертвец. Вскидываю арбалет и выпускаю болт. Зомби бросается вперед, уходя от выстрела.

— Шустрый, зараза! — Болт со звонким стуком втыкается в дверной косяк, ровно туда, где мгновение назад была башка мертвяка.

Зомби мчится ко мне, арбалет перезарядить времени нет, так что выхватываю меч…

Тут в бой вступает мой зомби.

Борис встает на пути шустрого мертвяка и хватает его поперек туловища, как заправский борец. Зомби бьется, размахивает лапами, стараясь оторвать голову моему слуге. Быстро подскочив сзади к врагу, втыкаю клинок ему в затылок. Меч входит в голову с тошнотворным хлюпаньем и застревает.

— Черт, — рукоять выскальзывает из ладони, когда зомбарь резко дергает головой, — ладно, щас сдохнешь, и верну себе оружие.

Меч в голове не мешает зомбарю порвать моего мертвяка. Буквально порвать — куски плоти летят в разные стороны, в секунду от моего зомби остаются только рожки и ножки. Точнее, одни ножки — верхнюю часть туловища вражеский зомбарь отрывает и швыряет в сторону. Хорошо хоть и сам падает.

— Елки-палки, если б не Борис, и меня бы мог распополамить, — я даже благодарен моему мертвяку, — схватил этого, держал до последнего…

Зомби дергается и медленно поднимается.

— Эй, ты чего? Я ж тебе голову пробил! Все, лежи теперь…

Хрена с два кто меня послушался. Ладно.

Арбалетный болт пробивает спину поднимающегося зомбаря и пришпиливает его к земле. Жалко, что это надолго его не задержит… Надо что-то посерьезнее.

У стены дома лежит мельничный жернов — здоровенный такой каменный диск.

— То, что нужно.— Хватаю жернов и, подбежав к зомбарю, с силой опускаю ему на голову.

Череп раскалывается, даже дробится в крошку. Мертвец дергается еще несколько раз, а после замирает.

— Что за жизнь? Ни дня без сюрпризов, — вытаскиваю из-под жернова меч, вроде целый с виду, — я-то думал, повреждение головы — это верное средство против зомби, а нет, оказывается, не для всех. Черт, и даже контроль на нем попробовать не успел. Можно ли таких подчинять или уровня навыка мне не хватит?

Потом буду разбираться…

Вообще, если составить список всего, что я в этом мире оставил на «потом», получится внушительных таких размеров свиток.

Беру под контроль первого же появившегося зомби.

Дальнейшая зачистка поселения проходит без эксцессов.

Еще в трех домах обнаруживается дюжина зомби. Стараюсь расправляться с ними самостоятельно. Большинство укладываю выстрелами из арбалета — эти мертвяки медлительные, так, что даже меч обнажать пришлось только раз.

— Тут как бы и форму поддерживать надо, да и транжирить помощников тоже не стоит. Все-таки зомби не расходник, а инструмент выживания, познания и собирательства. Защиты, в конце концов. Не было бы со мной зомбаря, так тот прыткий трупешник порвал бы меня, как обезьяна газету.

В центре поселения колодец. Осмотрев здания, присаживаюсь на бревна. На краю колодца стоит старое ведро, ржавое дно прогнило, и набрать с его помощью воды нельзя. Зато можно сделать кое-что другое.

Удар мечом по ведру громким эхо разносится по поселку, отражаясь от стен.

Внимательно вслушиваюсь в тишину, вглядываюсь в пустые окна домов. В одной руке меч, в другой взведенный арбалет. Только пусть появится хоть один мертвяк — сразу болт в голову получит.

Никого нет. Никто не бежит ко мне с намерением оторвать голову и полакомиться мозгом…

Еще несколько раз ударяю по ведру мечом — все тихо, никакого движения в поселке не наблюдается.

— Зачистка прошла успешно, — констатирую я, — теперь можно нормально осмотреться.

Дома добротные, видно, что зажиточные люди здешние места населяли. Черепица на крышах, сейчас потускневшая и выцветшая, местами провалилась внутрь, но это именно что черепица, а не тес и не солома. Стены опять же не деревянные, а кирпичные. Дома из такого кирпича и в моем-то мире дорогое удовольствие, что уж говорить об аналоге средневековья…

Поселение выглядит именно что покинутым, а отнюдь не разграбленным. Следов разорения почти нет.

Натыкаюсь на развалины кузницы, среди руин практически целая наковальня.

— Борис, подними-ка эту штуковину, — отдаю приказ зомбарю.

Тот поднимает наковальню, пусть и с натугой.

Так, эту штуку надо в башню отнести. Нет, ковать я ничего не собираюсь — нет у меня такого навыка. Зато башне металл очень пригодится. Мало ли, может, она пушку сделает или все стены броней покроет… А может, прибавит дерева и соберет мне таки баллисту. Или лучше дерево от баллисты приспособит на что-то другое.

Дом возле мельницы самый большой, меньше всех пострадал от времени. Оно и понятно — мельники богаче всех в деревне.

Внутри почти нетронутая мебель, шкафы всякие, комоды, в шкафах куча посуды: деревянные миски, ложки, вилки, пара посеребренных столовых ножей. Внимательно осматриваю каждый угол, каждую мелочь — мало ли что интересное обнаружу…

В конце концов сажусь на крепкий стул и осматриваю помещение. Уже не взглядом мародера, ищущего, чем бы поживиться. Нет, теперь я смотрю как исследователь, историк…

Как жили люди в этом доме? Судя по количеству столовых приборов, семья была большая или гостеприимная…

[ОЦЕНКА | ур. 8

Дом мельника

Имя хозяина: Андрес

Количество проживавших: 6 человек

Возраст постройки: 650 лет

Материал стен: каэранский кирпич

Материал крыши: каэранская черепица

Статус: заброшен

Открыто: 6/15

Примечание: Мельник Андрес построил этот дом своими руками для молодой жены Липины. Проживал в доме вместе с женой и четырьмя детьми. Помимо мельничного дела выращивал картофель, п освящая этому занятию почти все свободное время. В итоге он вывел новый сорт картофеля, который назвали в его честь — «Андрес».

Примечание два: Андрес особо гордился акульим плавником, что передавался в его семье из поколения в поколение. ]

Как сюда попал акулий плавник, если моря не наблюдается? Откуда ж это поселение сюда принесло?

А еще жалко, что картофельного поля рядом с домом нет. Вот это бы здорово — картошечки сейчас накопать. Хотя за шесть сотен лет не осталось от нее ни следа ни памяти. Может, и про сорт то этот никто и не помнит…

На этом можно было бы и закончить с этим домом, осмотреть остальные, собрать все самое ценное, да и двинуть обратно к башне.

Нет, не в моем это характере. Если уж взялся за что-то, то делай хорошо, лучше всех…

К тому же о безопасности я позаботился.

Зомбаря отправил на мельницу, на балкон под самой крышей. Приказ у мертвяка простой: видит опасность — подает сигнал.

Вот, стоило подумать…

С мельницы раздается шум. Зомби колотит мечом по сковороде. Это я его научил.

Переключаюсь на зрение мертвяка. С высоты мельницы открывается отличный вид на поля вокруг. Сейчас по полю мчится небольшой табун лошадей… мертвых.

— Ну, скачут и скачут, — пожимаю плечами, — мимо же.

Ан нет, за лошадьми бегут зомби. Отстают, понятное дело…

Лошади проскакивают мимо поселения, близко, метрах в пятидесяти, наверное.

— Ух ты, одна-то лошадка вполне себе живая, чего ж это она с мертвяками? Стадный инстинкт, что ли?

Табун скрывается в полях, а зомби, отстав, теперь шарятся возле домов. В поселение пока не заходят, но соседство неприятное.

— Надо бы ускориться, это они пока по окраине бродят, а дальше, кто знает, что им в мертвые головы взбредет?

Продолжаю осматривать дом Андреса — мельника, любителя картошки, многодетного отца…

— Ну прямо гений, миллиардер, плейбой, филантроп…

Оценка выдает информацию, что в доме имеется подвал, а вместе с этими сведениями у меня разбаливается голова.

— Видимо, я на верном пути, — продолжаю осмотр, стараясь не обращать внимания на боль.

Примечание три: после захода солнца дом смертельно опасен из-за обитающего в нем призрака

— И нафига мне все это надо? — задаю вопрос сам себе. — подвалы, призраки, смертельная опасность?

Да потому что это моя суть, это я и есть. Не могу я остановиться… Надо все изучить, оценить и понять…

Тем более — сейчас день, а значит, нет никакой опасности. Кроме привычных зомбарей, конечно…

Подвал обнаруживается в дальней комнате. Крышка вполне себе сохранилась, но открыв ее,я чуть не чихаю от запаха плесени и сырости.

— Да, уж, банки с огурцами явно полопались. — Запускаю шар света и сам иду вниз.

Повсюду плесень и прах. В мешках, что стоят вдоль стен, уже давно не мука, а пыль вперемешкус плесенью, на полках истлевшая одежда, рассыпающиеся от прикосновения книги — да уж, чтива перед сном я тут не раздобуду.

Зато в дальнем углу обнаруживаются три ящика с вином.

«Каэранское белое» — сообщает оценка.

Три ящика по двенадцать бутылок. Ну, ладно, оценка показала, что шесть из них отрава, так как при производстве были допущены ошибки. Вину шестьсот лет.

В очередной раз удивляюсь местному производству продуктов — на земле вино за такой срок неизбежно портится. Магия тут замешана или все-таки технологии другие?

Ладно, это сейчас не так важно. Важно доставить ценный ресурс в башню.

Вытаскиваю ящики из подвала и приказываю зомби спускаться. Быстро соображаю ему мешок из найденного куска ткани — более-менее целого, похоже, брезент с повозки или от шатра какого-то. Скидываю на материю все, что удалось собрать: инструменты из развалин кузницы, несколько тарелок, вилки с ложками и еще кое-какие полезные в хозяйстве вещи, несколько статуэток, черт его знает, может, это антиквариат сейчас. Обвязываю все это веревками, переплетаю веревки наподобие лямок и вешаю зомбарю на спину.

Поднимаюсь на мельницу.

Зомбарь трусит к башне. За плечами мешок с добром, в руках ящики с вином. Хорошо еще, что они крепкие, древесина хорошая. За шестьсот лет она не прогнила, никакие вредители не сточили. Сорт дерева такой, а может, пропитка специальная? Разберусь позже. Сначала доставить это все надо.

Зомби уже у башни…

— Твою дивизию, — понимаю, что я допустил идиотскую ошибку, — он же не войдет…

Приказ мертвяку я дал — пойти и отнести все в башню. А башня-то заперта…

Все. Стоит теперь мой болван и смотрит на запертую дверь, как баран из известной поговорки. И приказать-то я ему ничего не могу — расстояние не позволяет. Могу, конечно, снять заклятье, тогда мертвяк рухнет, и ящики упадут, и бутылки разобьются.

«Беллочка, ну сделай исключение для этого охламона, пусти его внутрь», — мысленно обращаюсь к башне, хотя понимаю, что это глупо. Она-то с какой радости должна мои мысли слышать, да еще на таком расстоянии.

А дверь башни то… того самого… открывается…

Я чуть с мельницы не падаю от удивления.

Мертвяк забегает внутрь, скидывает мешок на пол и осторожно ставит рядом ящики с вином.

Что это было сейчас? Что уловило мой приказ — дверь? Ручка? Или все же сама башня мне ответила?

Мой взгляд падает на дом.

— И где теперь страшнее ночевать— здесь, рядом с призраком, или в башне, от которой непонятно чего ожидать?

Ладно уж. Сейчас вернется зомби, надо еще несколько ходок сделать отсюда к башне.

Башня развивается, как и моя с ней связь. По крайней мере я так думаю.

— Хорошо бы наковальню ей принести, может, она подобреет… Хотя это ж башня, как понять злая она или добрая? Да пофиг, все женщины любят подарки. А тут такой сувенирчик — килограмм на двести…

Стоя на вершине мельницы, легко представить себя капитаном корабля, руководящим погрузкой судна:

— Эй вы, крысы облезлые, якорь мне в глотку! Несите осторожнее, за этот груз мы выручим сундук дублонов! Если разобьете, то я протащу вас под килем или вздерну на рее!

Ну, или не капитаном, а, к примеру, владельцем замка, который руководит слугами с башни. Выражения примерно те же, только без морской тематики.

А что, уважающему себя некроманту положен замок. Со всякими костяными штуками на воротах, с армией зомби и скелетов. Тем более башня у меня уже есть… отстрою стену, ворота с подъемным мостом, ров с зомби-акулами… Может, титул себе какой-нибудь возьму… Например, по имени башни — граф де Белло…

Ага, на фиг оно мне надо… Граф де Белло — глупее даже придумать сложно.

Это только в сказках всякие короли, бароны и прочие графья сидят да ничего не делают, а по факту это ж сколько работы будет — там стену поднови, там зверье опасное выведи, там соседи норовят кусок земли оттяпать… Никакой личной жизни, никакого отдыха…

Лучше уж тут потихоньку обживаться в башне, прокачивать себя… И то сказать, за каждым поднятым зомбарем глаз да глаз нужен…

В поселении с мельницей я задержался. Если уж башня моя умеет перерабатывать материалы и перестраиваться, то материал ей надо предоставить. А тут в домах много чего полезного. Может, не для меня лично, но башне в самый раз.

Вот и таскал мой зомби все, что могло послужить для улучшения башни — то есть что попадется.

В одном доме нашлась кочерга чугунная, заслонка от печи, металлические нашлепки на ставни, в другом на одной петле висела дверь, дерево давно рассохлось и превратилось в труху, зато металлическая обивка оказалась целехонькой.

— Раз, два, взяли! — Вместе с мертвяком мы повисли на двери, и она с треском оторвалась от косяка.— все, тащи ее в башню.

Логика простая: башне для улучшения и перестройки нужен материал, дерева в лесу хоть отбавляй, камень тоже нетрудно найти, а вот железо…

Так что все, что найдется в этом поселке металлического, нужно собрать и перенести к себе. То, что полезно и может пригодиться мне, оставить, металлолом закинуть в подвал, а там Белла разберется, что с ним делать — может, решетки помощнее на окнах установит, дверь массивнее, а дальше, чем черт не шутит, не только саму себя сможет переделать? Я проснусь, а у меня возле кровати новенький меч лежит,или арбалет многозарядный, или автомат Калашникова… не, ну это я уже размечтался.

— Что, Борис, уже вернулся? — Зомби топтался в двух шагах от меня, ожидая приказаний.— Хватай наковальню и тащи в башню, в подвал скинешь — и сюда.

Зомби схватил массивную железяку и поковылял к башне.

Я же забрался на крышу одного из домов, который заприметил еще на мельнице. Дом был крыт красивой черепицей, почти не пострадавшей от времени.

На крышу я прихватил несколько кусков веревки.

— Все для тебя, Белла, — связываю черепицу в блоки по пять штук, — женщины же любят красить волосы, менять, так сказать, экстерьер. Вот тебе по такому случаю новенький головной убор, ну или что ты из этого соорудишь.

На веревке осторожно спускаю черепицу с крыши. Можно, конечно, было побросать ее вниз, ведь даже расколотую башня бы смогла переработать. Но, во-первых, зачем усложнять башне задачу, а во-вторых, я же ведь так до конца и не понимаю, как ко мне Белла относится, может, расколотые черепки ее бы разозлили, и проснулся бы я в каменном мешке два на полтора метра без дверей и окон. И хрен бы мне какие зомби тогда помогли выбраться. Нет уж, я лучше со всем уважением… черепица к черепице.

Что-то Борис задерживается, даже с учетом негабаритного тяжелого груза.

— Ну что ты будешь делать!— переключившись на зрение мертвяка, не сдержался я.

Зомбарь лежал в подвале, сверху падал свет из люка. Зомби придавило наковальней. Видать, когда скидывал ее, сам навернулся…

— А я-то размечтался — будет у меня замок, в подчинении десятки слуг. Вот вам, пожалуйста — один-то дурак проблемы создает, а если их таких сотня будет? Нет уж, нафиг эти замки, эти титулы, земли… Лучше сам как-нибудь.

Короче, с Бориса заклятие я снял. Придется оставить его в подвале, надеюсь, Белла не рассердится, что я ей зомби закинул?

Смотрю с интересом на жернов, но понимаю, что в одиночку ни зомби, ни скелет его не дотащит. А двух мертвяков захватить нельзя. Или все же можно? Я ведь уже опыт имею, прокачался… наверное.

Облюбовал двух скелетов, сосредоточился. Попытался воспринимать их не как одного и одного, а как пару, действующую синхронно, как… сиамских близнецов.

Получилось. Они оба смотрят на меня и ждут приказаний. У меня слегка звенит в ушах, но я приказываю им доставить в яму мельничный жернов.

Дальше они идут, я смотрю через них, наблюдаю. Контакт то и дело рвется, точнее сказать ослабевает. Картинка замирает, и я вижу морду одного скелета, глядя глазами другого. Оба стоят, ухватившись за жернов, и ни туда ни сюда. Потом снова продолжают идти. И так несколько раз.

Ох, надо четче формулировать задачу. Эти два остолопа поняли все буквально… Я сказал доставить в яму, они и доставили… вместе с собой. Просто взяли да спрыгнули в люк и составили компанию Борису.

Это было бы весело, но мне сейчас не до смеха. Сердце у меня колотится так, что я его слышу. Или это такой шум в ушах? Может, лучше бы я сам попробовал допереть эту штуковину?

Нет, наверное, не лучше. Даже молодую спину можно сорвать, и куда я потом? А тахикардия уже проходит. Вот, отдышался, и можно продолжать работу, но больше таких экспериментов проводить не надо, по крайней мере пока. Расти и развиваться надо постепенно, а то точно надорвусь.

Заодно сделал вывод: скелеты тупее зомбарей. Непонятно почему, но это факт. Зомби сообразительнее. Может, у них еще мозги остались, пусть и подгнившие.

Крышу я уже разобрал, и вся черепица ждала, когда ее перенесут в башню.

Так что, подняв зомби, я приказал ему аккуратно доставить связанные плитки к подвалу и осторожно опустить вниз.

— Боря, не разбей ничего, — строго наказал я мертвяку, — не то я с тебя шкуру спущу.

Зомби аккуратно поднял несколько связок и потопал к башне.

Снова забравшись на мельницу, я наблюдал за работой зомби, периодически подключаясь к его зрению, но при этом не забывал с высоты осматривать местность.

Солнце стало уже клониться к закату — пора возвращаться.

Вон и Борис поспешил за последней связкой черепицы. Под моим руководством, наверное, подвал забили уже до отказа.

Сейчас вернусь домой, огонь разведу, разлягусь на одеялах…

— Так, это что еще такое? — К поселению кто-то шел.

Солнце светило мне в спину и в глаза путнику, так что меня на мельнице он не видел.

Сперва мне показалось, что это очередной мертвяк тащится — уж слишком походка незнакомца напоминала неровный шаг зомби. Путник хромал на одну ногу, почти волоча ее. Но в остальном движения его были человеческими, как у человека, который устал и серьезно ранен.

Спрятавшись за изгибом мельничной крыши, наблюдаю дальше. Путник, мало что из-за раненой ноги движется медленно, так еще и внимательно осматривается, проверяет местность… сразу видно — не первый раз он тут.

Внимательнее приглядываться к путнику не рискую — мало ли, сейчас уровень поднимется и меня тут накроет приступом.

Беглый взгляд позволяет мне рассмотреть, что человек замотан в какие-то тряпки, как мумия из старых фильмов, за спиной объемный рюкзак, явно тяжелый…

Солнце уже опустилось к горизонту, тени домов падают на окрестности поселка. Это не дает лучше разглядеть приближавшегося человека.

Путник входит в поселок и направляетсяпрямо к дому с привидением…

— Это не есть хорошо, — не то чтобы мне было дело до этого человека, но во мне говорило простое человеческое милосердие.

— Да и вообще интересно, что ж он будет тут делать дальше.

Под рукой оказывается увесистый булыжник — идеально, чтобы предупредить незнакомца.

Камень ударяет в крышу дома с призраком. Грохот разносится по поселку.

Незнакомец мгновенно обнажает меч и водит им из стороны в сторону в поисках врага…

Никто не атакует. Путник, однако, заходит в ближайший дом, мой план сработал

— Плюсик в карму.

Чистая совесть — это, конечно, хорошо, но у меня есть и практический интерес — мало ли что за призрак обитает в том доме.

Зашел бы туда этот человек и пропал бы, а вместе с ним и рюкзак. А в рюкзаке может быть много чего интересного и полезного…

И, кроме того, помер бы этот тип, и все. То, что дом с призраком смертельно опасен, я и так знаю, а вот что это за человек, что он умеет и, главное, что нашел во время своей вылазки, — это предмет моего интереса. А вдруг он заклинания пустит в ход? Ну, там щас уменьшит все дома, сложит в рюкзак и пойдет дальше…

Ничего такого не происходит, конечно. Незнакомец ведь ранен, и судя по виду, даже передвигается с трудом. Понаблюдав за домом некоторое время, понимаю, что ничего интересного, скорее всего, не произойдет, а значит, пора сваливать. Как раз и Борис вернулся, сейчас последнюю связку с черепицей возьмет и скорее в башню. Темнеет ведь уже…

Спустившись с мельницы, киваю зомбарю и вместе с ним двигаюсь к выходу из поселка.

— А-а-а! — От крика я вжимаю голову в плечи. — А-а-а! А-а-а-а-а-а!

Твою дивизию! Чего так орать-то? Тут нельзя громких звуков издавать — сразу скелетов или зомби привлечешь или еще кого хуже…

Я даже не сразу понимаю, что крик вообще-то женский.

Крик повторяется, а затем наступает тишина. Не хочется ее «мертвой» назвать, но это самое точное определение.

Так, интересно, и кто это ее там убивает? Вроде я в деревне ничего опасного не оставил…

Получается, этот тип в обмотках — женщина. Интересно, вроде женщин-искательниц я еще не встречал, а к скелетам не приглядывался — мужские они или женские. Среди зомби тоже вроде женщины не попадались.

Выходит, что тут тоже равноправие? Женщины могут ходить сюда? Или это она без позволения отправилась?

Хотя пофиг. Я человек толерантный, мужчина, женщина, — какая мне разница. Главное, чтобы меня грохнуть не пытались или в ловушку заманить…

Крик больше не повторялся, а я не спешил на выручку. Я не рыцарь на белом коне, который бросается спасать барышню в беде. Такие рыцари первыми попадают в ловушки и засады…

Сижу, жду — выйдет кто из дома? Никого, и звуков никаких.

Чувствуется легкий запах гари, дымок над крышей поднимается, хотя в темноте могло и показаться.

— Ладно, проверим.— Поворачиваюсь к зомби, — Борис, пойдем со мной.

В сопровождении мертвяка подхожу к дому. В дверь заглядывать опасно — слишком уж я хорошей мишенью буду в дверном проеме.

Вон под самой крышей окошко — для вентиляции, видимо.

— Сгодится. Ну-ка, подсади меня.

Зомбарь пригибается и, встав ему на спину, я как раз оказываюсь на уровне узкого окна.

Внутри дома разложен небольшой костерок. Рядом с огнем лежит тот самый человек в обмотках. Как я уже понял, это женщина. Лежит она неподвижно — непонятно даже, жива или нет? Самое время оценке сработать. До этого в путницу я не всматривался особо: расстояние большое было, да и видимость так себе, а сейчас можно и приглядеться. Света от костра вполне достаточно…

[ОЦЕНКА | ур. 8

Сольвег Хорф

Род занятий: авантюрист

Состояние : без сознания; ранена , 25 лет.

Опасность: минимальная

Цвет волос: черный

Цвет глаз: карий

Характер повреждений: рваная рана на левом боку, перелом трех ребер, ушибы, ссадины, растяжение связок правой ноги.

Примечание: единственная дочь в семье, должна была выйти замуж, но сбежала из дому в поисках приключений. Постоянного места жительства не имеет ]

Подробности ее личной жизни меня не интересуют. Главное — она ранена и без сознания, значит, это не ловушка.

Оставив Бориса на стреме, открываю дверь.

Стоп! Что-то тут не так… Вроде ничего подозрительного: костер горит, женщина лежит, как и прежде, неподвижно… Но я седалищным нервом чую — есть подвох. Костер-то она развести сумела, значит, силы оставались. К тому же это ведь не первый ее поход, она знает, что тут опасно в принципе, а уж засыпать в неизвестном месте, не выставив защиты, — не бывает такого.

Стою на пороге. Вглядываюсь, стараюсь даже не моргать. Что-то есть здесь… что-то…

Резкая боль пронзает голову, делаю пару шагов назад от неожиданности.

[Уровень навыка повышен. Оценка: Уровень 9. Открыто улучшение восприятия]

Что? Улучшение чего?

Долго заморачиваться не пришлось. Бросив взгляд на порог, сразу замечаю тонкие призрачные нити. Словно легкая паутина тянется от порога внутрь комнаты.

— Ага, вот тебе и улучшение. Неплохо, просто отлично.

Всматриваюсь в нити, которые и с улучшением сложно заметить…

[ОЦЕНКА | ур. 9

Крик

Тип: артефакт

Класс: магический

Ранг: низкий

Состояние : активен

Примечание: охранный артефакт, при нарушении контура издает громкий звук. Деактивация происходит автоматически, после пробуждения владельца]

Так, ну это понятно. Сигнализация. Только как она должна помочь? Ну, заорет эта штука, и толку? Девушка все равно без сознания, громкий звук ее от врага не спасет, скорее привлечет еще тварей. Сбежится сюда толпа скелетов, и останется семья Хорф без дочери, только и всего.

Ну ладно, не моя это забота. Если уж девчонка поставила эту штуку без всякого плана, то это ее проблемы…

У меня задача другая — обойти защиту так, чтобы шума не поднять…

Нити на высоте примерно полуметра от пола и тянутся примерно на метра на два в глубину. С места мне так не прыгнуть— тут же еще и дверной косяк мешает.

Значит, придется осторожно пролезть. Тихонько ступаю между первыми прядями заклинания.

Так, медленно, не спеша. Вспоминаем старину Тома Круза и его невыполнимые миссии. Тут важна точность и осторожность. Пригнувшись к самому полу, проползаю под последней нитью заклинания. Вуаля! Все прошло удачно! Сигнализация не сработала, девушка так и спит. Мне с такой гибкостью можно в цирке выступать…

Подхожу к стене, откуда тянутся нити.

Сигнальный артефакт — белая маска в виде искаженного криком человеческого лица.

— Прямо как на картине Мунка.

Смотреть на маску неприятно, лицо-то вроде человеческое, но есть в нем что-то отталкивающее, гнетущее.

Собственно, и картина норвежского художника мне всегда не нравилась, уж слишком она тревожная.

Оценка добавляет информации: артефакт свеженький, несколько дней назад сделан. В принципе штука полезная, но не в данном случае.

— Надо было артефакт назвать «Будильник» — точнее, как по мне. Хотя, может, у них будильники пока не изобрели.

Отправив Бориса патрулировать периметр дома, осматриваюсь.

Первым делом забираю оружие лежащей без сознания девушки: меч — прямой, чуть короче тех, что я обычно встречал. Видимо, специально под женскую руку, пара метательных ножей с хреновым балансом, длинный кинжал. Все это убираю подальше — мало ли, сейчас подскочит да начнет тыкать железками в разные стороны, а мне новые дырки в организме ни к чему…

Присматриваюсь к правому боку:

— Да ты рану прижечь пыталась.

В прорехе одежды видна почерневшая кожа.

Девушка, скорее всего, раскалила на костре меч… но, видимо, сил и стойкости не рассчитала и отключилась от болевого шока. Но кровь из бока больше не шла…

Оценка тем не менее показала некроз 6–7%.

— Понятно, ранили тебя совсем недавно, везет еще, что тут у вас укус зомби не превращает в ходячего мертвеца, — осматриваю рану, — м-да, заражение замедлилось, но не остановилось. Лечение все равно необходимо.

— Ладно, есть решение. Не думаю, что тебе оно понравится, но выбирать не из чего. В смысле тебе не из чего…

Рюкзак лежит у изголовья девушки, помимо этого на ней еще наплечная сумка, которую я снимаю. Сольвег в сознание не приходит, ну и хорошо.

— Так, учти, я не просто так копаюсь в твоих вещах, — обращаюсь к девушке, хоть она и не слышит, — надо понять, есть ли у тебя лекарства и чем тебе помочь можно. Я тут не мародерствую, а выручить хочу.

Из рюкзака достаю свернутый плащ, комплект запасной одежды…

Снаружи раздается шум. Борис кого-то заметил. Включаю зрение фамильяра

К дому приближается мертвяк. Целенаправленно идет, явно почуял живых внутри.

— Борис, разберись с ним, — командую я, а когда мой зомбарь непонимающе замирает, даю уточнение: — Врежь ему ногой с разворота по голове.

Борис подбегает к зомбарю и, подпрыгнув метра на полтора, в стиле Ван Дамма лупит с ноги в голову противнику.

— Ничего себе каратист.— Я даже на время забыл о раненой девушке.

К сожалению, эффектный прием не то же что эффективный. Зомбарь, не обратив внимания на киношный пируэт Бориса, продолжает топать к дому.

— Ладно, давай без выпендрежа. Просто снеси ему голову мечом.

И правда, чего тут мудрствовать.

Борис размахивается, и его клинок сносит назойливому гостю тупую башку.

— Отлично, теперь можно заняться действительно важными делами.

Возвращаюсь к лежащей без сознания девушке, вернее к ее сумкам.

Расстегиваю ремни на рюкзаке. Рюкзак очень хороший, кстати, — добротный, плотный, скорее всего, еще и водонепроницаемый, надежно застегнут на ремни с блестящими пряжками. Девица эта явно опытная путешественница.

Дальнейшие находки только подтверждают эту догадку.

Первой из рюкзака достаюдеревянную коробочку вроде пенала советских времен, узкую, со сдвигающейся крышкой, но побольше объемом. Внутри восемь ячеек под колбы — четыре пустуют. Это для зелий. Ячейки обиты мягким материалом, чтобы защитить хрупкие пузырьки от тряски.

— Похоже, тут были зелья лечения, они-то тебя и спасли, только они слабоваты, так что полностью исцелиться не получилось.

Из оставшихся — два зелья легкого шага, одно усиления слуха и зелье бодрости. Все не особо сильные.

— Слабенькие, да удаленькие.

Что интересно, сам я себя чувствую отлично: оценка скакнула на уровень, но боли и прочего нет. Потороплюсь, пожалуй, чтобы меня не скрутило в неподходящий момент.

Убираю коробочку в сторону.

Дальше — небольшая не то книга, не то тетрадь в кожаном переплете. Быстро перелистываю — онаисписана убористым почерком. Всего несколько страниц в конце остались чистыми.

— Так, и что это? — Слова и буквы мне незнакомы, я таких раньше не встречал. — Зашифрованные магические записи?

Присмотревшись к ладоням девушки, замечаю на пальцах темные пятна от чернил.

— Ну, судя по всему, это дневник, какие-то дорожные заметки. Только почему на непонятном языке?

До этого надписи и книги, что мне встречались, вроде бы содержали слова одного языка, а тут что-то новенькое. Ладно, разберусь с этим позже.

Следом из рюкзака достаю действительно полезные вещи. Особенно для того, кто с утра ничего не ел. А тут в рюкзаке просто склад вкусностей — полоски сушеного мяса, солонина, несколько крупных сухарей, шар белого ароматного сыра, мешочек с сушеными яблоками.

— Компот, что ли, варить собралась? — Сухофрукты пахнут в точности как в моем детстве.

Медовые соты, завернутые в толстые зеленые листья, и то, от чего у меня рот сразу же наполнился слюной.

Краюха свежего хлеба, ароматного, с хрустящей корочкой. Удивительно, как он сохранился-то?

С минуту наслаждаюсь запахом, от желания вцепиться в хлеб зубами просто голова кружится.

Все же воспитание берет свое, и хлеб я откладываю в сторону.

— Я все-таки не животное, не бандит с большой дороги. У меня принципы…

Ну да, я сейчас без спросу роюсь в вещах незнакомки, но се ля ви, как говорится. Может, как очнется, ей это и не понравится, но зато потом будет довольна. Я ж не просто так копаюсь.

Рюкзак, кстати, очень занимателен сам по себе. Мало того, что здоровенный, так еще по бокам крючки, явно для дополнительных сумок или трофеев. Вещь бывалого искателя, опытного путешественника.

Ко дну рюкзака ремнями пристегнут тугой сверток.

— Спальный мешок.— Вот это очень крутая и полезная штука, не только в походе, а в принципе.

Спальник из выделанной кожи, обитой внутри мягким мехом.

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Спальный мешок

Материал: выделанная кожа эйгины

Класс: немагический

Состояние : готов к использованию.

Примечание: Эйгины — крупные пресмыкающиеся, обитающие в пустынях Баальдебского халифата. Кожа отлично поддается обработке, при этом не пропускает влагу и сохраняет тепло, отпугивает насекомых, змей и летучих гадов. Изделия из шкур эйгин ценятся ремесленниками и путешественниками, используются в изготовлении кожаной брони. Сами эйгины водятся только на территории Баальдебского халифата, все попытки развести их на другой территории безуспешны. Шкуры эйгин являются одним из основных предметов экспорта халифата.]

Как я и думал. Девушка — очень опытная путешественница. Только тот, кто серьезно относится к ремеслу, станет покупать такой спальник, он явно стоит приличных денег.

Фраза о летучих гадах настораживает: с какими еще угрозами я тут встречусь? Но, пока я тут, в безопасности, лучше подумать о насущном.

В боковых карманах рюкзака тоже много чего интересного и полезного.

Точильный камень — на первый взгляд обычный. Оценка, однако, показывает, что камень магический, предназначен для быстрой заточки оружия.

— Это круто, не нужно часами сидеть и править клинок. Пару раз провел — и готово, — оценка показывает, что камень — это элементарный артефакт.

Ну, может, и элементарный, но очень полезный.

Еще полностью заряженный артефакт разведения огня — тоже вроде бы и базовая вещь, но всегда пригодится.

Набор иголок в мешочке из плотной кожи, бинты, дополнительные ремешки для крепления к рюкзаку — короче, все, что нужно путешественнику.

Отдельно мешочек с травами — оценка называет это «тонизирующий сбор».

— Але, система, у тебя сбой, что ли? Это же чай! Чай.

В мешочке крупные черные листья, запах которых ни с чем не перепутаешь.

Новенький походный котелок — небольшой, явно на одного.

— Значит, путешествовать в компании ты не собиралась.

Еще достаю непонятное приспособление — деревянная дощечка с вставленными в нее вертикально палочками толщиной в палец и длиной сантиметров двадцать-тридцать.

— Это вешалка, что ли, дорожная? — верчу дощечку в руках.

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Сушилка для сапог

Тип: артефакт

Класс: бытовой, магический

Статус: заряжен

Примечание: обувь ставится на подставку, и сушилка впитывает влагу, которая затем выходит паром. Время сушки — от нескольких минут до получаса.]

О, почти угадал. Это же местные электростельки. Откладываю сушилку в сторону.

В отдельной сумке лежат предметы, видимо, собранные Сольвег в этой вылазке — медное кольцо, почерневшее от времени, обрывок грубой ткани с облупившейся краской — видимо, старая картина, рукоятка старого меча (оценка показала возраст в шестьсотлет), погнутый подсвечник без одного рога, черепки с надписями, гнутые вилки и ложки (серебряные, с гравировкой) — ничего сверхъестественного, но все можно продать. Интересно, девушка хоть отбила затраты на путешествие? На покупку мешка и прочего снаряжения?

Также нашлась россыпь наконечников от арбалетных болтов — видимо, Сольвег наткнулась на место крупного сражения. Наконечники усиленные — большинство предназначены для пробивания железных доспехов, а с десяток так и вовсе могут пробить магическую защиту. Так говорит оценка.

— Эх, научиться бы такие изготавливать, — отложив наконечники, продолжаю разбирать вещи, — тогда бы и с магами было проще разбираться и всякие обнаглевшие гады меньше бы лезли. А то нацепят на себя защитный амулет и думают, что все им нипочем.

Интересно, а как девушка умудрилась насобирать столько наконечников? Не лежали ведь они в мешке, как гвозди на развес? Это ж надо было искать на земле, в траве или грязи? Сколько времени она потратила, чтобы собрать такую коллекцию?

Ответ обнаружился в небольшом кармашке внутри рюкзака. Если бы я был менее внимательным, то и не заметил бы его.

В кармашке небольшой футляр, а внутри приспособление вроде очков, только без стекол. Дужки крепятся на уши, две накладки плотно прилегают к глазам…

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Маска поиска

Тип: артефакт

Класс: магический

Ранг: низкий

Состояние : активен

Открыто: 4/10

Примечание: предназначен для поиска мелких вещей ]

Интересно. Значит, у них тут и такие приспособления имеются. Теперь понятно, как она справилась. Да и колечки-камушки всякие искать с такой штукой гораздо удобнее. Хранила отдельно от всего — вещь ценная, или редкая, или дорогая.

Разложив по кучкам имуществоСольвег, сажусь у костра. Огонь весело потрескивает. Тепло и даже уютно. Сейчас бы чайку заварить, да хлебушка с солонинкой поесть, да в спальник залезть и спать. Тем более Борис бдит — слышно, как он под стенами ходит дозором.

— Но у меня принципы, не стану я брать чужое.

Черт, как иногда сложно быть хорошим.

Через некоторое время девушка приходит в себя. Стонет, что-то бормочет…Начинает шарить рукой рядом с собой — видно, меч ищет. Меча рядом, естественно, нет. Обнаружив это Сольвег резко открывает глаза, пытается подняться, но тут же приступ боли опрокидывает ее на спину.

— Привет! В смысле, аламо! — как можно дружелюбнее приветствую девушку.

Девушка снова пытается вскочить, сучит ногами в попытке отползти подальше и затравленно шарит глазами по комнате, явно в поисках оружия.

Я показываю взглядом на арбалет, что лежит у меня на коленях, и качаю головой — мол, не дергайся.

Девушка оказывается понятливой и замирает.

— Эсте кан киро, таш нахаз, — хриплым голосом произносит она.

Непонятно…

После беседы с Эдмундом, мне казалось, что словарь я пополнил достаточно, чтобы худо-бедно, но понимать, чего местные лопочут. А тут на тебе, девчонка вообще не так говорит. Видимо, это другой язык.

Ладно…

— Ланго нэн, — качаю головой, типа «язык — нет», не понимаю, короче.

— Нэн? — Брови удивленно поднимаются. — Катэрау?

Теперь я вопросительно смотрю на нее. Что за «катэрау»?

Девушка высовывает язык и проводит по нему пальцем, словно ножом…

— А-а-а, нэн. — Я показываю девушке язык в ответ.

Никто мне ничего не отрезал, просто не понимаю… правда, и объяснить это словами не могу.

Поняв, что прямо сейчас убивать ее никто не будет, девушка чуть приободряется. Садится и протягивает руки к огню.

Теперь можно подробнее разглядеть ее лицо. Тонкий, с легкой горбинкой нос, упрямый твердый подбородок, чуть пухлые губы, сейчас бледные из-за потери крови, карие глаза смотрят внимательно и сурово из-под черных бровей. Красавицей ее не назвать, выглядит Сольвег как закаленный жизнью путешественник и воин.

Оно и к лучшему — значит, понимает ценность жизни и припасов в этом мире. Сторговаться будет проще…

— Ан рейсингел, — Делаю шаг к девушке, пытаясь одновременно указать взглядом на кучу ее вещей.

Сольвег снова напрягается — не поняла. Старается отодвинуться, что-то говорит на своем языке.

Ну, всего я не понимаю, но общий смысл улавливается. Она пытается понять, чего мне от нее надо и почему я ее не убил сразу же, как нашел. И, судя по жестам и голосу предлагает выкуп за свою жизнь. Ну, в принципе откупиться-то у нее есть чем, тем более что я и так намеревался поторговать.

— Эсте кан киро, — повторяет девушка…

Я так понимаю, предлагает забирать все, что захочу, только не убивать ее. Повезло ей, что на нее кто-то другой не наткнулся. Это у меня принципы, а любой другой прикончил бы раненую девушку и забрал ее вещи, насколько я понял местный менталитет.

— Рейсингел, понимаешь? Торговать? Обмен… — Черт, похоже, слов тут будет недостаточно.

Ладно, платить ей все равно нечем, никаких монет у нее в вещах я не нашел… Может, тут сделки на словах работают? Типа дал честное слово, что в городе заплатишь и все, контракт подписан… Хотя, судя по тем типам, что мне встречались, тут и подписанная бумага может ничего не значить.

Рисковать я не собираюсь. Чистый обмен прямо на месте. Осталось только до девчонки эту мысль донести. К тому же вдруг она какой магией владеет?

Разделяю ее провизию на две кучки. Указав на ту, что больше, говорю «это мне»:

— Кэр анте, — смотрю на девицу — поняла или нет?

Сольвег смотрит на меня с удивлением.

— Кэр батэ,— достав из своей сумки хорошее зелье лечения, протягиваю ее девушке, — андерстенд?

Да что тут непонятного-то?

Взгляд Сольвег наконец проясняется от понимания.

Повторяю свои действия.

«Это мне, это тебе, согласна?» —

Даже в мыслях говорить на чужом языке сложновато.

— Кэр анте, кэр батэ, олорим? — Снова протягиваю ей зелье.

— Олорим, — медленно кивает девушка.

Так, уже хорошо.

Киваю и указываю ей на костер, стены дома, дверь, на арбалет свой и меч в ножнах.

Сольвег качает головой — непонятно.

Ладно, сейчас разъясню.

Быстро сбегав на улицу, притаскиваю к огню пару заваленных Борисом зомбарей. Сигнальный артефакт и правда отрубился, когда Сольвег пришла в себя…

От вида мертвяков девушка снова пугается. Хотя это понятно. Раненая вырубилась, а когда пришла в себя, рядом оказался вооруженный тип, который говорит на непонятном языке, да еще и таскаетс улицы зомбарей. Есть от чего перепугаться.

Показываю на дверь, на зомбарей — типа снаружи опасно. Провожу большим пальцем по горлу — типа смерть на улице и все такое. Затем вышвыриваю трупы за порог. Поднимаю арбалет на плечо — изображая охрану.

Затем тычу пальцем в провизию, показываю на себя. Я тебя охраняю, но за это возьму часть еды…

— Олорин? — вопросительно смотрю на путешественницу.

Сольвег снова торопливо что-то говорит. Опять непонятно. Вернее, понятно, но далеко не все.

Ей страшно, она не понимает, что происходит. Чужак какой-то с арбалетом…

Ясно, тут нужна демонстрация.

«Прости, Борис».

Зомби по мысленному приказу встаетв дверном проеме. Его движение отслеживаю через взгляд фамильяра, чтобы выглядело правдоподобно. Сам я стою к двери спиной и, когда там оказывается Борис, не оборачиваясь, вскидываю арбалет на плечо и спускаю курок.

Зомби падает с пробитой болтом головой прямо на пороге.

Сольвег вздрагивает, но смысл моих действий, видимо, до нее доходит…

— Ан… гаарде, — тычу пальцем в лежащего зомби, затем показываю на девушку.

«Я… защита»,— вроде понятно должно быть.

Сольвег кивает.

— Кэр анте, — указываю на ее припасы, — олорин?

Девушка кивает.

Фух, с этим вроде разобрались. Я защищаю, она взамен мне отдает часть припасов.

— Сделка?

— Сделка, — кивает Сольвег, слабо встряхивая мою ладонь.

Вытаскиваю зомбаря подальше за порог и сразу же поднимаю нового. Отдав приказ охранять вход, возвращаюсь к костру.

Сольвег сидит, сгорбившись, видно, что еще плохо ей. Ну да ладно, зелье поможет.

Указываю на вещи, что меня заинтересовали.

— Это мне, — произношу на местном языке.

Девушка смотрит на кучку вещей, указывает на книгу.

— Кэр миэ, — твердо говорит она.

«Это мое».

Ну нет уж. Ты себе еще напишешь, а мне эта книжка сильно нужна…

— Пар адил, — предлагаю новую сделку.

Вот же какой я хороший. Любой тип из этого мира шлепнул бы ее и забрал все, а я тут цацкаюсь. Ну, ладно, не стану же я уподобляться местным негодяям. Все по-честному.

— Миэ, — снова повторяет Сольвег, показывая жестами, как она пишет что-то в этой книге.

Ага, значит, я правильно догадался — это ее личные записи. Просто так она их не отдаст, а забирать силой… ну я уже решил, что так не поступлю.

Покопавшись в сумке, достаю несколько монет — одна золотая, пара серебряных и горсть медяков. Надеюсь, хватит…

Глаза девушки округляются… что-то, кажется, не очень нормально мы договорились. То ли дневник слишком ценен для нее, то ли я до фига предложил. Ну, теперь уже заднюю не сдашь…

Сольвег кивает, и я прячу дневник в свою сумку.

Указывав на остальные припасы, те, что мне пригодятся, предлагаю новый обмен.

Из сумки достаю дверную ручку, потемневшую от времени, кинжал с ржавым лезвием (оценка показала, что ему восемьсот лет), металлические заклепки от дверей, ложки и вилки, собранные в домах, несколько простеньких колечек (никакой магии, обычныебезделушки), серебряное блюдо с позолоченными ручками.

В этот раз Сольвег кивает быстро и решительно.

Такое впечатление, что меня накололи или я сам себя наколол. Слишком уж довольна сделкой моя новая знакомая.

Ладно, я себе такого хлама еще найду, а вот ее вещи — это действительно нужные мне штуки.

После того, как обмен совершен, жестами показываю Сольвег, чтобы ложилась спать, я буду на страже.

— Сатино фэрто,— «утро уходи».

Сообщаю девушке, что она утром сможет уйти.

Сольвег кивает,выпивает зелье — и на боковую

Вот так просто. Без тени беспокойства. У них тут рукопожатие настолько гарантирует соблюдение условий сделки?

Я бы мог и убить ее или обобрать и бросить… А может, она по моему виду поняла, то я человек честный? Хотя те наемники, может, и не посчитали бы меня честным, но там была самозащита. Сам я следую своим внутренним правилам честности. А насчет Сольвег… Да черт ее разберет…

Ладно, буду сторожить, договорились же.

Ночь проходит практически без происшествий. Мертвяки подходили к дому, но мы с Борисом быстро с ними разобрались. Двоих Боря порвал в клочки, еще двоим я головы мечом посносил. Короче, спокойная ночка получилась…

На рассвете я бужу девушку. Выторгованные вещи уже лежат в рюкзаке, который теперь тоже мой. Ей-то он сейчас ни к чему. Я великодушно оставил ей старую сумку, так что радоваться должна.

Жестами показал девушке, что она свободна, и, махнув рукой, выхожу из дома. Свою часть сделки я выполнил.

Спокойно отойдя на десяток шагов от дома, пускаюсь к башне во всю прыть. Борис — за мной.

Валить надо из этой деревни, подальше от девчонки. Вдруг она все-таки магией владеет. Сейчас подлечилась и покромсает зомби и меня на части каким-нибудь заклинанием. Или, может, она местная воительница, догонит, зарубит. На фига мне такие приключения?

Только оказавшись в башне и заперев дверь, я успокоился.

— Вот и дом родной.

Поднявшись на второй этаж, я сразу же расстелил спальник, — сейчас в тепле и уюте высплюсь.

Сперва только проверил артефакт для сушки. Водрузил на палочки промокшие от утренней росы сапоги. От обуви сразу же стал подниматься пар. Пара минут, и сапоги просохли. Отлично, все работает.

На ночь я забрался в спальник и понял, что со сделкой и тут не прогадал: удобно, тепло, как в собственной постели. Уснул я быстро и без сновидений.

Проспал я часов пять или шесть. День уже бы в самом разгаре.

— Самое время для позднего завтрака, — выбравшись из спальника, завариваю чай и уплетаю за обе щеки свежий хлеб с вяленым мясом.

— Вот это жизнь. Гораздо лучше, чем вчера.

Чай крепкий, настоящий, вкуснее и как-то роднее травяного сбора, сразу прочищает голову, придает сил.

Спускаюсь на первый этаж — надо проверить, как там мой зомбарь… Я ему перед тем, как отправиться отдыхать, приказал таскать к башне все мало-мальски полезное.

М-да. Ничего Борис не принес. Ухлопал его кто-то. А я спал и не понял, что зомби помер. Придется поднимать нового.

Немного посокрушавшись над гибелью Бориса, замечаю странность.

В стене башни появилась еще одна дверь. Причем там, где ее быть не должно.

— Белла, это что за шутки? Второй вход? Нам мало, что в одну дверь все подряд ломятся?

Башня хранит молчание.

Оценка двери ничего не показывает. А ведь вчера я уровень поднял, кстати, в этот раз без болезненных последствий. Хоть бы и дальше так было…

Что ж, дверь есть, значит, за ней что-то есть. Надо проверить. Сбегав за мечом, открываю створку.

За дверью небольшое помещение — метра два в длину и полтора в ширину. На стенах крюки.

Один зомби и два скелета висят на крюках, как туши на бойне. Мертвяки неактивны. Просто висят…

[ОЦЕНКА | ур. 9

Комната хранения некротического материала

Тип: помещение

Класс: магический

Ранг: средний

Состояние: активна

Объем материала: 20 шт.

Открыто: 5/10]

— Замечательно.

Осмотрев висящих мертвяков, приказываю ближайшему:

— Восстань!

Скелет спрыгивает с крюков и стоит в ожидании приказов.

Осматриваю его. Костяквполне бодрый, годный к работе. Все кости целы, даже зубы на месте…

Так, а как тебя обратно повесить?

— Отпускаю тебя. — Скелет тут же рушится рудой костей к мои ногам.

Выхожу из комнаты и закрываю дверь. Через пару минут снова заглядываю в помещение. Отлично, как я и предполагал, скелет снова висит на крюках. Так сказать, готовый к употреблению.

— Понятно. Надеюсь, башня меня не подвесит, если ей что-то не понравится…

Поднимаю зомби и выпускаю из башни на разведку. Попивая чаек, смотрю глазами мертвяка.

Поселение исчезло, путешественницы Сольвег тоже не видать. Оно и к лучшему. В округе нет ничего и никого опасного. Замечательный получится сегодня денек, по всей видимости.

Зомби смотрит на башню.

— О, все-таки, Белла, сумела ты принарядиться. — Замечаю, что на крыше башне новенькая яркая черепица без следов сажи, копоти и грязи, да и стены теперь другие.

Вместо растрескавшихся камней, в щелях которых рос мох и всякие вьющиеся лианы, теперь крепкие твердые булыжники без единой трещины.

Значит, восстанавливается Белла, хорошеет, усиливается.

— Да уж, главное чтобы потом она не отправилась прежнего хозяина искать. Это будет фиаско…

Интерлюдия

— Великий Отец Орд, повелитель небес, и Всемилостивая Мать Гелера, благодарю вас за спасение, за то, что жива, за то, что дышу, за то, что могу смотреть своими глазами, за то что есть силы и я могу идти.

Сольвег Хорф стояла у святилища древних богов на коленях, склонив голову. Слова древней молитвы, заученные наизусть в детстве, она шептала еле слышно, но впервые искренне, с такой верой.

Помолившись, девушка поднялась на ноги и бросила в миску для подношений несколько медных монеток из тех, что дал ей странный чужак…

Вылазка ее началась неплохо. Два дня назад она отправилась в Мертвые пустоши. Все как всегда — за плечами туго набитый припасами рюкзак, в ножнах верный меч, арбалет за спиной…

Сольвег — опытная искательница, больше десятка удачных походов, так что, войдя в Мертвые пустоши, она решила не идти известным маршрутом, а направиться в сторону долины «бродячих трупов». Место опасное, но, по слухам, богатое артефактами и всякими ценностями.

В долину обычно, не ходят одиночки, даже группы порой не возвращались оттуда, но что поделать, девушки-искательницы старались не вступать в отряды. В отряде обычной практикой были предательство и убийства своих же товарищей, а уж что могли сделать с девушкой, пусть даже опытной и вооруженной…

Нет уж, лучше самой. И добычей делиться не надо.

Уверенная в себе Сольвег быстро добралась до долины, и поначалу все шло хорошо. Она набрела на место крупного сражения, сумела набрать мешочек наконечников для болтов, в том числе магически заряженных. Мешочек уже покрывал расходы на вылазку, даже с небольшой прибылью…

Дернуло же ее зайти в одиноко стоящий двухэтажный дом…

Внутри она успела забрать подсвечник и немного древнего хлама, и тут началось… Невесть откуда повалили зомби и скелеты. Они ломились через дверь и окна первого этажа. Сольвег успела выпустить пару болтов, а дальше вытащила меч. Сражалась она хорошо, однако мертвяков было слишком много. В итоге девушка оказалась в дальней комнате второго этажа. Зомби ворвались, началась свалка. Зубы мертвеца впились ей в бок, Сольвег закричала и бросилась к окну, на ходу размахивая мечом.

Выпрыгнув, он метнула в дом заклинание «взрыв», одно из двух, которыми владела. Здание снесло, дерево и камни полетели в стороны.

Сольвег отшвырнуло на несколько метров. Правая нога хрустнула…

Девушка быстро поняла, что дела ее плохи: рана в боку кровоточила, правая нога пульсировала от боли, арбалет разломался в щепки при падении.

Хорошо еще, что во всей этой переделке она сумела чудом сохранить рюкзак с добром.

Пока оживших трупов поблизости не было, девушка кое-как перемотала раны и зашагала прочь от дома. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, но Сольвег Хорф не собиралась сдаваться. Она достала коробочку с зельями и быстро выпила четыре лечебных настойки.

Через пару часов, к вечеру, она добралась до поселка: меньше десятка домиков и мельница на пологом холме.

Силы ее иссякали, так что она решила заночевать в одном из домов. Выбрав самый безопасный на вид, она направилась к нему, однако, подойдя ближе, вдруг уловила подозрительный шум, похоже, что с крыши. Сольвег вздрогнула и осмотрелась. Странный звук, подозрительный…

Девушка, решив не рисковать, зашла в другой дом. Никто на нее не нападал, никаких мертвяков…

Сольвег быстро разожгла костер с помощью артефакта, установила сигнальную маску… и все, силы кончились. Она даже спальник не расстелила, а упала рядом с костром и уснула.

Придя в себя, Сольвег обнаружила в доме странного мужчину, который разобрал ее вещи, разложив на кучки.

Девушка приготовилась к худшему. В Мертвых пустошах одинокую путницу, застигнутую врасплох, ждала смерть… в лучшем случае.

Незнакомец не спешил убивать Сольвег или совершать какие-нибудь непотребства. Он заговорил на аларийском, на котором девушка знала лишь несколько слов. К тому же в речи незнакомца то и дело проскакивали совсем уж непривычные для слуха выражения. Похоже, и для него аларийский не был родным.

С помощью жестов и отрывочных слов девушка поняла, что странный незнакомец убивать ее не собирается, он желает торговать.

Осмелев, Сольвег подумала, что можно ударить по нему заклинанием. «Взрыв» здесь не подойдет — можно и себя угробить, а «магическая стрела» вполне бы сгодилась.

Мужчина жестами объяснял, что предлагает ей защиту в обмен на часть ее вещей.

А затем он продемонстрировал боевые навыки. Кода в дверях появился мертвец, незнакомец, не оборачиваясь, вскинул арбалет за спину и точным выстрелом уложил того наповал. Сольвег была в полном изумлении — такое повторить не смог бы ни один из стрелков королевской гвардии, а тут молодой парень, не старше нее самой. Никогда подобных навыков она не встречала. Да к тому же этот молодой стрелок сумел пробраться мимо сигнальной маски, не потревожив ее. Похоже, и магией он владеет гораздо лучше нее.

После этого мысль о нападении у Сольвег пропала: незнакомец оказался слишком сильным, слишком опасным. Вдруг на него заклинание не подействует или она промахнется? Нет уж, лучше мирный торг и обмен.

Тем более что, видя ее нерешительность, мужчина порылся в своей сумке и вытащил предметы торга.

Сольвег чуть не вскрикнула — в обмен на ее вещи, пусть и добротные, но не слишком дорогие, собеседник предлагал настоящее богатство, раз в пять превосходящее стоимость всего ее имущества, включая оружие и заклинания. При этом он не собирался забирать мешочек с наконечниками, а ведь это самое ценное, что она нашла…

Девушка немного поколебалась, когда незнакомец захотел забрать и ее дневник, но решила, что сумеет восстановить записи потом.

В итоге сделку заключили и ударили по рукам. Незнакомец передал ей хорошее зелье лечения, горсть монет и еще кое-что ценное. Сольвег осушила флакон и легла спать — в конце концов, он же ее не убил сразу, значит, не собирается этого делать в принципе. Она при всем желании не справится с незнакомцем, а значит, будь что будет.

Незнакомец разбудил ее утром, жестами показав, что она может идти куда захочет.

Собрав оружие и добычу, Сольвег вышла из дома. Незнакомца уже не было. Она даже подумала сначала, что ей все приснилось, но в сумке, что ночной гость ей оставил, лежали артефакты, нога и бок почти зажили, а значит, все было взаправду…

И теперь Сольвег направлялась в город.

Помолившись у алтаря и оставив пожертвование, она бодро шагала по широкой тропе, размышляя, что вырученных с продажи артефактов денег ей хватит, чтобы уехать отсюда, может быть, завести семью и жить спокойно…

Встреча с таинственным мужчиной подорвала в девушке веру в ее способность в одиночку ходить в Мертвые пустоши, а в группы вступать — слишком опасно.

Кто знает, может быть, отдохнув и восстановив силы, она все же решится снова отправиться на вылазку, но сейчас она просто благодарна богам за то, что жива, что возвращается на своих ногах, да еще и с добычей.

* * *

После ходки в поселок и встречи с Сольвег прошла уже неделя.

Сидя у очага и попивая чай, я размышлял о том, что делать дальше.

— Надо бы кого-нибудь завалить.Хлеб уже закончился, да и остальные припасы на исходе, чая осталось на пару дней… только не нападать самому, а желательно, чтобы на меня напали. И еще болеежелательно, чтобы после этого я не умер. Найти бы тех, кто бы захотел лишить меня жизни, но чтоб у них на это сил не хватило. Нужна добыча, потому что припасы заканчиваются, а кушать хочется.

Я в эту неделю не прохлаждался: комната накопления некротического материала забилась под завязку мертвецами. Подымаемыемною зомбари и скелеты рыскали по местности, принося все, что могло пригодиться мне или пойти на улучшение башни.

Я сам тоже не сидел сложа руки. Каждый день я выбирался в лес и тщательно записывал все, что обнаружил.

Неделя выдалась на удивление спокойной. Всего пару раз к башне забредали мертвяки, сними либо расправлялись мои зомби, либо я сам упражнялся на них в стрельбе из арбалета или махании мечом.

— Может, зомбари в округе закончились? — стоя у окна с кружкой чая, размышляю я. — Не бесконечные же они… Черт его знает, от чего их количество зависит — от могил в округе, сражений, что тут происходили, или от общего магического фона…

Местность вокруг башни, мои мертвяки по ней как частым гребнем прошлись, тут даже камней не осталось.

День я потратил на прогулку по лесу и очередной обход территории вокруг башни. Никого и ничего примечательного не встретив, я вернулся в убежище.

— Ну, ничего, это явно не то место, что не подкинет сюрпризов.

Поужинав, я улегся в уютный спальник и уснул.

Грохот снаружи заставил меня подскочить.

За окнами темнота, только вспышки молний разгоняют мрак.

Под стенами явно что-то творится. Раскаты грома то и дело перекрывает вой и рев.

— Мать моя в кедах, — выглянув в окно, охреневаю от увиденного.

Под башней толпа зомби, без преувеличения. Они прут на Беллу, наседают, как пассажиры на маршрутку в час пик.

Среди них вертится на месте, встает на дыбы и бьет копытами лошадь, мертвая, ясное дело. Громадная, раза в два больше обычной. Копыта ее крушат черепа мертвяков, топчут тела, превращая в мерзкие лужи гнилой плоти…

При вспышке молнии замечаю какой-то холм, только он движется в сторону башни.

— Что еще за новости?

Холм вдруг поднимается на задние лапы. Это, оказывается, огромный косматый зомби-медведь.

Медведь одним ударом лапы разрывает лошадь на две части.

— Елки-палки! Это за что мне такая напасть? — Оторвать взгляд нет сил. — А я еще расстраивался, что неделька выдалась слишком спокойная, пожалуйста, допросился.

— Белла, а ты не хочешь, ну, не знаю, на бошки им кирпичей поскидывать?

Белла хранит молчание. Что с нее взять, женщина… к тому же башня.

Мертвяки массой облепляют медведя, только ему это все как слону укус комара. Он расшвыривает мертвяков, разрывает их на куски десятками.

— Чего ему тут надо? Гнездо, что ли, у него здесь? Сейчас эта зверюшка поселится под башней, и все, выйти не получится больше? Придется реально башню на него ронять, чтобы он отстал.

Медведь поднимает башку и замечает меня.

Черт, я даже не думал, что медведи прыгать умеют. Ну, живые, может, и не умеют, а мертвый очень даже. Монстр совершает прыжок и пытается достать до окна лапой. Хорошо, что у него ничего не выходит.

Отшатнувшись от окна, перевожу дух.

Стены сотрясают мощные удары.

— Да ты что, охренел, что ли? — Снова высунувшись из окна, вижу, как медведь лапами долбит по стенам, бросается на башню всей тушей.— Ты зачем мне дом ломаешь? Белла, кидай на него кирпичи, балки, да хоть что-нибудь сделай!

Черт, Белла явно не настроена помогать или просто не может. Придется своими силами.

Схватив арбалет, выпускаю по медведю несколько болтов — он как будто этого не заметил.

Зомби снова облепляют медведя, как муравьи упавшую конфету. Монстр рвет их на части, расшвыривает клочья. Стены башни почти до второго этажа вымазаны ошметками мертвяков.

— А что это вы на него с кулаками кидаетесь? — Только теперь замечаю, что мертвяки не вооружены. — Сейчас поправим.

Схватив в охапку мечи, швыряю их из окна:

— Так, сейчас… сейчас…

Один зомбарь очень удачно висит сейчас на загривке медведя. То, что нужно.

Беру его под контроль и приказываю схватить меч. Зомбарь ловит клинок в воздухе.

— А теперь воткни его в голову медведю!

Меч с трудом, но пробивает толстый череп зверюги, входит почти по рукоятку.

Медведь бешено ревет.

— Ага! Это тебя проняло? — Радости моей нет предела. — Продолжаем в том же духе.

Беру под контроль очередного мертвяка, бросаю ему клинок. Внимательно смотрю за ним.

Безоружные зомби не могли нанести медведю урон, а с мечами — вполне…

Жаль, что нельзя, невозможно или рискованно, взять под контроль их всех. Но я сосредоточен на схватке: как только один погибает окончательно, я перехватываю контроль над новым и приказываю взять меч.

Мертвецы действуют по очереди. Кто-то подрубает монстру лапы, кто тычет в морду, глаза, пасть. Временами мне кажется, что я удерживаю их по двое: когда один еще жив, а я уже беру под контроль другого. Это длится недолго, и рисковать здоровьем мне не хочется.

Минут десять продолжается эта бойня, наконец медведь падает на землю, и один из зомбарей вгоняет меч ему в глаз по самую рукоятку. Туша зверя дергается в конвульсиях и замирает.

— Фух, ну все, товарищи, большое дело сделали, — вытираю ладонью покрытый испариной лоб.

Вот теперь отдохну.

Тут сердце мое застучало, словно я только что стометровку пробежал на предельной скорости, руки задрожали, в коленях слабость.

— Что за дела? — Упасть на пол у меня не получилось.

Слабость сменилась приливом энергии, и я уже готов порвать медведя в клочки голыми руками.

[Системное сообщение: выполняется переход тела на новый этап развития]

— Чего? Какой еще новый этап?

Боль пронзает позвоночник от пяток до макушки, я падаю на пол, в глазах темнеет. Зрение я не потерял, но плохо мне до ужаса.

«Сволочь, медведь, все-таки смог меня угробить»,— мелькает последняя мысль, а затем сгущается чернота.

Я сплю или не сплю? Если сплю, то это какой-то неправильный сон. Во сне положено отдыхать, а меня колошматит и корежит… Странное ощущение — боль и недомогание доходят до меня, как звук через толщу воды. Вроде и далеко и глухо, но все равно неприятно…

— Вообще зашибись, то есть даже во сне дух перевести не получается. Интересно, я так не сдохну? Хотя, если сдохну, что я могу с этим поделать?

Правила этого мира ну прямо очень специфичные — вроде и становишься сильнее, но именно от этого и можешь умереть. По башке бы дать тому, кто такие правила установил…

С другой стороны — прокачка идет. Усиление тела, это же не уровень «Оценки», а новая характеристика, скорее всего, связанная с использованием боевых навыков. Поубивал зомбарей, вот она и прокачалась.

Очки развития распределять самостоятельно никто не даст, но схема развития должна быть. Как в ДнД, к примеру… Или в «Героях». Я в них много резался, еще тогда, когда компьютеры имелись не у всех и были новыми и интересными. Новое и интересное я любил что в молодости, что в зрелости, что сейчас люблю… И в «Думе» в свое время монстрятине всякой прикурить давал. Представление имею…

А мой коллега, Андрей Сколов, тот купил компьютер, одним из первых, и пропал на пару месяцев. Я даже забеспокоился.

Пришел один раз я к нему домой, а он в трусах и майке сидит и пялится в монитор, говорит, землям Эрафии нужен герой.

Деятельность оценщика Андрюха забросил, провел в виртуальных мирах какое-то время, а затем начал охотиться за всякими игровыми штучками — фигурками и прочей дребеденью. Все знакомые относились к его увлечению скептически, но Сколов прямо горел. Собрал неплохую коллекцию, а затем начал покупать фигурки для других, перепродавать, искать производителей и поставщиков, магазин открыл… С играми он так и не завязал, но сумел одержимость направить в конструктивное русло. К концу девяностых он уже был одним из самых известных игровых коллекционеров в стране, помогал разработчикам в реализации проектов, даже выставки умудрялся организовывать, выводил страну, так сказать, на мировую арену игроиндустрии. Нашел себя человек…

Если ты чем-то горишь, то по-любому добьешься успеха.

Так что нечего разлеживаться. Раз уж я тут, в этом сне, надо делом заняться.

Спустившись на первый этаж, в задумчивости осматриваюсь — что тут можно обновить или улучшить? Я бы, конечно, не отказался от кучи удобств, но вначале безопасность.

Блин, не могу избавиться от ощущения, что за мной кто-то наблюдает.

— Белла, не собираюсь я пепел от сигары на ковер стряхивать, — усмехнувшись, обращаюсь к башне, — у нас пока ни ковров, ни сигар.

Попробовав увеличить комнату для некротического материала, понимаю: то ли ресурсов недостаточно, то ли Белла против…

— Понятно, это как если бы я гараж хотел расширить за счет оранжереи с цветочками…

С комнатой не получилось. А что, если увеличить склад?

Вот здесь все идет как надо — подвальная комната расширилась, ненамного, может пару квадратов прибавила, но это уже хорошо. Наверное, его больше и нельзя увеличивать, а то башня провалится… Теперь больше влезет, а то до самого люка напихаешь всякой всячины, и, что дальше делать, непонятно…

Может, наружную дверь усилить? Хотя она и так надежная, а ход на второй этаж ничем не защищен.

Если вдруг я заскочу в башню и не успею закрыть входную дверь, то получится паршиво. Враг пройдет на второй этаж и никаких препятствий не встретит. А надо, чтобы сразу после лесницы его отрезало.

Решено.

Так, а какую дверь сделать?

Хорошо бы бронированную из стали, а еще лучше как в бункере с запорным колесом, чтобы только со стеной можно было вынести…

Представляю такую дверь, закрывающую ход на второй этаж. Представляю изо всех сил… ничего не выходит. Не создается такая штука.

— Ладно, давай чего-нибудь проще…

В одном из домов вроде видел кованую дверь — добротную такую, даже удар тараном она бы выдержала… один.

Это мне сгодится. Сосредоточившись, смотрю на последние ступени лестницы и…

— Да, отлично, то, что нужно.

Дверь получается именно такая — массивная и прочная, с темными узорами на металле.

— Теперь замок надо и ключи, можно еще брелок в виде головы скелета…

А замок не выходит, и ключ тоже, на двери даже завалящей замочной скважины нет.

— Завязывать пора с шуточками. Ладно, пусть будет без замка, но засов-то можно сделать? Иначе на фига дверь вообще?

Посредине двери появляется серьезный засов, даже на вид прочный.

Сразу же создаю еще пару задвижек на двери и дополнительно, в качестве бонуса — смотровое окошко на уровне глаз.

— Как раз чтобы меч просунуть и в голову зомби воткнуть.

Окошко тоже, естественно, закрывается на засовчики.

Так, склад расширил, о безопасности позаботился, можно и о комфорте подумать, я вроде камин хотел…

Только хотелки на сегодня закончились. Как я ни старался — больше ничего создать или улучшить не получилось, даже укрепить решетки на окна. То ли ресурсы закончились, то ли магия. На дверь, видимо все ушло.

Вот говорят же, что лучшее враг хорошего.Хотел дверь потолще, неприступную, и, похоже, истратил на нее все ресурсы: наковальню и прочий железный лом…

Ладно, все же неплохо получилось…

Устраиваюсь на одеялах — сон сном, но на полу все равно сидеть не хочется. Смотрю в одну точку — ну точно индийский йог в медитации…

Смотрю, смотрю — и как будто снова засыпаю. Бывает сон во сне? Ну, видимо, бывает…

Это уже больше похоже на обычный сон.

Оказываюсь в своем кабинете, за столом. Тут куча всякой всячины — какие-то свитки, старинные предметы — медальоны, ножи, броши и кольца. На краю стола камень, отдаленно напоминающий женскую фигуру…

Рассматриваю все эти предметы, перебираю их… ах, ностальгия… Сколько дней, недель, даже лет я провел за этим столом. И не надоело же, напротив, с каждым разом изучение нового становилось все интереснее.

Проснулся я все же на полу, в реальности ни до каких одеял добраться на получилось. Ну и ладно, у молодого тела ничего не болит.

На всякий случай машу руками и несколько раз приседаю. Нет, все работает превосходно.

Самое главное — дверь, что я во сне создал, на месте. Перекрывает вход на второй этаж, как и задумано.

Легкий ветерок влетает в окно.

— Холодно, черт, — только сейчас замечаю, что одежда на мне насквозь вымокла, более того, там, где я отрубился, на полу мокрое пятно, — ничего себе я пропотел…

Быстро разжигаю костер и скидываю мокрые тряпки.

Прополоскать бы их или хоть проветрить, но это позже. Сейчас самому согреться надо. Благо другой одежды запас имеется.

Жар огня быстро прогоняет озноб. Теперь вообще хорошо. Постирушками займусь позже, это надо к реке идти, а вылезать наружу без разведки после недавнего побоища опасно.

Выглянув в окно, обнаруживаю, что никаких мертвяков возле башни не осталось. Только туша медведя лежит, как черный холм…

— А нечего ломиться ко мне без приглашения…

Поднимаю зомби из хранилища:

— Давай, Борис, разузнай, что там снаружи.

Открываю перед мертвяком дверь, и тот быстро выскакивает наружу.

Осматриваю местность глазами зомби. Вроде тихо, можно и самому выйти размяться…

Снаружи благодать — солнышко светит, птички щебечут. Под стенами валяются окровавленные ошметки одежды, обломки оружия, кирпичи какие-то.

— Как после матча «Спартак» — «Зенит». — Осматриваю хлам. — Да уж, райончик тут не самый благополучный, зато квартирка неплохая…

Решаю провести зачистку местности — мало ли какие мертвяки тут шарятся?

Точно, Борис замечает группу бродячих неподалеку от башни.

— Боря, вперед, отступать нам некуда, позади башня.

Обнажив меч, направляюсь к группе зомбарей на пару с Борисом.

— В конце концов, чего я все время мертвецами прикрываюсь?

Меч лежит в руке как влитой, вроде даже легче стал… да и вообще двигаюсь как-то необычайно легко и проворно. Пару раз со свистом рассекаю воздух — неплохо, неплохо.

Видимо, усиление прошло успешно, что не может не радовать…

Пришлых мертвяков оказалось чуть больше, чем я рассчитывал, так что быстро расправиться с ними не получилось.

Поднырнув под взмах когтистой мертвой руки, вонзаю меч зомбарю чуть выше локтя. Клинок пробивает гнилую плоть, но не отрубает конечность.

— Даже так? — Выдергиваю меч из зомби и захожу для атаки с другой стороны.

Мертвяк двигается рвано, не по-человечески. Короткими прыжками, припадая на обе ноги, он рвет дистанцию, не давая нанести удар как следует.

— Не нравишься ты мне, — сообщаю я зомби, заходя на очередную атаку, — вдруг щас как сиганешь на двадцать метров прямо мне на голову.

Подрубаю мертвяку сухожилия на ногах, тот падает на землю. Последним ударом пробиваю зомбарю голову.

Поворачиваюсь к остальным противникам.

Борис дерется с двумя. Один из зомби наносит удар. Когти пробивают грудь моего слуги навылет.

— Боря, мы тебя не забудем…

Мой зомби падает, а я сразу же понимаю скелета.

— Костян, твой боевой товарищ погиб, но дело его живет. Иди и отомсти за него.

Скелет бросается в атаку. Костяные челюсти впиваются в плечо зомби, тот падает на спину и вместе с Костяном катается по земле.

Второй зомбарь нападает на меня. Этот медленнее предыдущего. Легко ухожу от атаки, я теперь скоростной. Захожу мертвяку за спину. Двумя руки с силой опускаю меч на темя мертвяка. Клинок с хрустом раскалывает череп, проходит сквозь плечевой пояс и застревает ближе к пояснице.

— Чуток потренироваться — и я зомбарей, как сухие поленья, буду раскалывать, — выдергиваю меч из зомби.

Тут передо мной поднимается Борис. Дыра в груди на месте, но мой зомби стоит на ногах и ждет приказаний… Я начинаю быстро соображать.

То есть я поднял Константина, когда зомбарь был жив? И сейчас мне подчиняются оба? Это что же получается, я двоих теперь могу контролировать? Да еще и нежить разных типов.

Отлично. Кстати, надо кое-что проверить, а то раньше возможности не было.

Пробую на каждом зрение фамильяра — работает, но одновременно смотреть глазами и скелета, и зомби не выходит. Можно только переключаться. Оно и к лучшему, а то, если много информации, мозги вскипят.

Отдаю обоим одинаковые приказы. Приказал присесть — присели оба одновременно, приказал подпрыгнуть — то же самое. Это дается вроде бы легко: может, потому, что действия одномоментные, а может, я правда прокачался.

Приказываю одному сесть, другому встать. Получается, сосредоточиться трудновато, но хоть ничего у меня не болит.

— Что ж, отлично, нашего полку прибыло…

Отправляю своих мертвяков продолжать зачистку, сам иду к башне — надо поближе тушу медведя рассмотреть.

По пути натыкаюсь на одинокого зомбаря. На плече его сумка, довольно хорошо сохранившаяся, из плотной кожи, даже застежка на ремне цела.

Мертвяк обернуться не успел, как я одним махом снес ему голову.

Сумку подхватил с еще стоящего тела, и, добравшись до башни, оставляю ее на первом этаже. Потом проверю, что внутри…

К башне как раз подбегают Борис и Константин. Приказываю им тащить к башне все полезное, что они найдут. Мертвяки отправляются выполнять задание, а я иду к туше, что лежит под башней.

Медведь огромный. Клыки сантиметров в тридцать, когти как сабли… Труп вообще не тронут — даже мухи над ним не летают.

Конечно, сразу же пытаюсь поднять зверюгу. Ничего не выходит, только накатывает дикая слабость, аж ноги подкашиваются.

— Силенок магических, видимо, не хватает, — поборов приступ слабости констатирую я. Хорошо, что я забыл взять его под контроль в бою, а то бы мне еще хуже было. — Но силы это дело поправимое. Учитывая, что я уже двоих контролирую. Если сейчас не хватает, значит, хватит в будущем. И будет у меня домашний питомец, комнатный… эм-м, ну ладно, двухкомнатный. Если его раньше не съедят.Хотя, может, поднимать можно только гуманоидов, а не зверей? Ну, выясню позже.

Обхожу тушу, присматриваясь к шерсти, внимательно изучая строение тела…

[ОЦЕНКА | ур. 9

Гигантский медведь

Тип: животное

Класс: хищник

Возраст: 164 года

Состояние: неактивен, окончательно

Выявленная ценность: скрыто

Открыто: 5/17

Ну вот, еле завалил, а толку никакого… Хотя открыто всего пять пунктов.

Продолжаю изучать медведя — рассматриваю шерсть. Крупные волоски шкуры, напоминают гитарные струны.

[ОЦЕНКА | ур. 9

Гигантский медведь

…

Выявленная ценность:

— гнилая медвежья селезенка — низкая

— гнилая медвежья печень — низкая

Открыто: 6 /17]

Уже интереснее. Значит, что-то в нем есть. Ценность низкая, но, может, глубже, как говорится, копнуть?

Еще минут пятнадцать рассматриваю труп.

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Гигантский медведь

…

Выявленная ценность:

— гнилая медвежья селезенка — низкая

— гнилая медвежья печень — низкая

Скрытые составляющие: магический кристалл (местоположение не определено)

Открыто: 7 /17]

Стоп. Чего? Какой еще кристалл? Местоположение не определено? Это в каком таком глубоком месте внутри медведя он может быть скрыт?

Спустя примерно час (и когда у меня уже начала болеть голова) я добился нового результата.

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Гигантский медведь

Вес: 796 кг

…

Выявленная ценность:

— гнилая медвежья селезенка — низкая

— гнилая медвежья печень — низкая

Скрытые составляющие: магический кристалл, костяные наросты на лапах;

Местоположение магических составляющих: череп, суставы

Характеристика магических составляющих:

— кристалл — кристалл темной энергии;

— наросты — ресурс среднего уровня. Используется в алхимии, зачаровании, артефакторике

Открыто: 9/17]

Ага, значит, есть польза от туши. Да еще и кристалл темной энергии. Может, это что-то вроде батарейки? Для зарядки артефактов?

В любом случае отлично.

Первым делом добираюсь до этих самых наростов. Что не так уж и просто: шерсть медведя защищает надежно. Меч с трудом срезает волоски, но, тем не менее, попыхтев, добираюсь до костяных бляшек на лапах медведя. Срезаю наросты и кладу рядом с тушей. Наросты размером с фрисби…

— Так, теперь черепушка. — Подхожу к голове зверя, помахивая мечом.

Пробить кости черепа зверюги оказалось чрезвычайно трудно: я минут двадцать работал мечом, чтобы сделать небольшое отверстие.

— Да уж, такой башкой можно очень долго долбиться в стены, и ничего ей не сделается.

Пробив дыру в черепе, запускаю руку внутрь. Мерзко, конечно, но там вообще-то кристалл, магический.

Покопавшись в холодных и скользких мозгах медведя, извлекаю на свет небольшой камушек, больше всего похожий на обычные соляные кристаллы, что можно встретить на морском берегу. Не больше куриного яйца, мутный, темный, но самое интересное — теплый.

Оценка называет камень:

Кристалл чистой энергии смерти

— Ну, в принципе неплохо. — Кристалл убираю в сумку. Туда же складываю наросты, срезанные с лап медведя. Руки обтираю об его же шерсть. Не одежду же пачкать, тут пятновыводителей нет, если только магические готовят. Я просидел с Мишкой довольно долго, пытаясь обнаружить еще что-то интересное. Я, конечно, уже ни раз добивался полной открытости пунктов, но ничего интересного или стоящего с этого не появлялась, а вот голова и глаза потом болели знатно.

Вернувшись в башню, занимаюсь изучением сумки, что снял с зомби. Сумка небольшая, с твердым дном, квадратные стенки делают ее похожей на кейс.

— Интересная конструкция.

Внутри в основном мусор — все, что могло, уже истлело и сгнило. Среди мусора и праха старый нож, не боевой, скорее столовый, и три пузырька.

В одном антидот среднего качества, во втором испорченное зелье, которое непонятно чем было раньше, а третье — зелье роста сухожилий.

— Роста чего? — Рассматриваю бурую жидкость, подняв пузырек к глазам. — А зачем их растить? Чтобы руки до земли свисали, как у обезьяны? Вообще непонятно…

Ладно, посидим еще и зелье поизучаем, что ж…

И наконец:

[ОЦЕНКА | ур. 9.

Зелье роста сухожилий

Тип: зелье

Класс: алхимическая субстанция

Ранг: средний

Состояние: готово к употреблению

Возраст: 350 лет

Активация эффекта: мгновенная

Срок действия: пожизненно

Стабильность состава: высокая

Сложность изготовления: высокая

Срок годности: без срока

Назначение: усиление связок организма

Воздействие: усиление связок, увеличение эластичности, повышение регенерации связок при повреждениях, адаптация к возросшей мышечной нагрузке

Противопоказания: отравление, повреждения организма, незавершенная регенерация

ВНИМАНИЕ! Применять только после осмотра лекарем-целителем. Требуется подтверждение готовности организма.

Открыто: 13/14

Примечание: Зелье узкой направленности : на изготовление может уйти несколько попыток, так как требуется подобрать идеальное сочетание ингредиентов. Неудачные варианты зелья нельзя переделать.]

— Черт, еще и разрешение лекаря надо. Не везет мне, видимо не для меня такое снадобье.

Глаз мой взрывается болью, будто из пистолета в него выстрелили.

[Уровень навыка повышен. ОЦЕНКА Уровень 10]

Боль от глаза распространяется на все тело. Болят сразу все зубы, ломит виски, кости словно плавятся внутри тела. Несколько минут корчусь на полу в агонии, а потом все заканчивается.

— Фух, блин. Хорошо, что недолго, — тяжело дыша, поднимаюсь с пола, — и пузырек с зельем не разбил.

Смотрю на колбу, и оценка сразу же выдает новую информацию.

[ОЦЕНКА ур. 10.

Требования к применению выполнены. Зелье безопасно для употребления]

— Опа, значит, можно. Опасно, конечно, но после усиления организма, что чуть на тот свет меня не отправило, уже ничего не страшно.

Быстро выпиваю зелье до дна.

…

* * *

М-да…

Погорячился я, конечно.

Оказалось, что страшно, да еще как…

Особенно когда руки и ноги перестают слушаться и исполняют непонятный танец, а все тело выгибается, как у змеи, которая забыла, как ползти прямо. Очень неприятные ощущения.

Сколько меня так корежило? По моим внутренним часам кажется, что сутки…

Хотя не знаю. Время слилось в непрерывную агонию. А я-то радовался, что предыдущее повышение оценки на самочувствии особо не отразилось. Зато это зелье сработало и за оценку, и за себя.

Когда приступ прошел, оказалось, что я лежу на куче скомканных одеял.

— Весело будет, если все усиления так проходят. Может, лучше вообще не выживать с такими приколами? Раз за разом добровольно идти на пытки. Мазохизм какой-то…

С другой стороны — отступать и сдаваться не по мне. Если надо преодолеть боль — преодолею, надо часами изучать каждый артефакт, чтобы понять, что он из себя представляет, — так я буду сидеть и изучать…

Так что, если тут приходится прокачиваться через такие мучения — значит, так тому и быть, и хрен меня что заставит отступить…

К тому же теперь понятно, что усиливать могут не только книги, но и зелья, которых, судя по всему, огромное разнообразие. Зелья могу усиливать организм, восприятие, может, даже повышать магический потенциал? Кто его знает, что успели придумать местные алхимики.

— Надо таких зелий побольше поискать.

Еще вопрос, зачем тот зомбарь с собой такое зелье таскал? В смысле, потащил он его в эти места, еще будучи живым. В походе такое снадобье на фига? Типа приду я в эти опасные места, жахну зелье и буду по земле кататься от боли… Глупо это. Хотя, может, тогда эти земли и опасными-то не были? Или жил он не в этой местности? А может, нес пузырек на продажу…

Тут я вспоминаю про город не так далеко от башни. В скором времени придется туда наведаться. Словарь уже пополнен, так какую-никакую беседу поддержать получится.

Единственное, что смущает, — это сила. С мертвяками я справляюсь, пусть и со своими бойцами.

— А в одиночку что я могу? В городе ведь в сопровождении бродячих трупов не походишь — сразу местные правоохранительные органы в кутузку упекут. И хорошо, если потом на костре не сожгут.

Пожалуй, несколько дней надо потратить на совершенствование боевых навыков.

— А то даже стыдно — мертвяки дерутся лучше меня. Может, они при жизни и были воинами, но сейчас-то у них ни мозгов, ни тонуса.

Ладно, сейчас приду в себя и начну тренировку. Пусть только тело начнет слушаться, а не ощущается как кисель бесформенный.

Тяжело вздохнув, готовлюсь подняться.

Снаружи раздается рев.

— Не дай бог такой будильник. — Включаю зрение зомби.

Борис и Константин как раз притащили к башне очередную партию камней и деревяшек.

Зомби видит, как на него мчится лошадь. Глаза налиты кровью, из пасти капает пена. Лошадь на полном скаку врезается в Бориса, сшибает его с ног…

Картинка пропадает. Сразу же переключаюсь на зрение скелета.

Огромная лошадиная пасть смыкается на черепе Константина. Картинка снова пропадает.

— Так, ну, пожалуй, можно еще полежать.

Тренировка, конечно, нужна… Но погода вроде не очень. Посплю пока. Утро вечера мудренее.

Добыча из прошлой главы

Меч рассекает воздух, тот стонет под напором стали. Взмах, еще один. Да уж, скорость есть, но вот умений не хватает. Я могу лихо махать мечом, но мастерство боя мне пока недоступно. Никаких связок и комбинаций, ни так любимой писателями-фантастами веерной защиты, ничего я не знаю и не умею. И наставника у меня нет, даже книжки с картинками не завалялось.

— Как всегда, все сам. До всего надо доходить своим умом. — Поднимаю клинок в боевую позицию. — Все, я отдохнул. Нападайте.

Пара зомбарей бросается в атаку. В руках у них тоже мечи.

Отскакиваю назад, уходя от удара более расторопного мертвяка. Его меч пролетает мимо и врезается в землю. Зомбак останавливается вытащить оружие.

Его напарник уже рядом со мной. Прямой удар нацелен мне в живот. Отбиваю выпад клинком. Мечи сталкиваются с мелодичным звоном. Оружие зомби ударяет о мой меч, чуть поворачиваю клинок, чтобы удар прошел по касательной. Меч мертвяка проносится рядом с моим плечом. Инерция влечет зомбаря за оружием, он бежит, кое-как перебирая ногами.

Можно, конечно, сейчас нанести удар в спину противника, но это успеется. К тому же после такого удара меч, чего доброго, застрянет в теле мертвеца.

Так что удар в спину я не наношу. Это только в фильмах выглядит просто и красиво, махнул клинком — и с десяток зомбарей завалил. В реальной жизни все не так легко. Удар, пришедшийся в кость жертвы, мгновенно сбивает силу замаха. Клинок может банально застрять в кости, тогда мечник становится легкой добычей для мертвяка.

Зомби между тем снова пошли в атаку. Приказ у них простой — попытаться сильно меня ранить.

Для полного погружения мог приказать и убить, но решил не рисковать. Мало ли, вдруг попытка успешной окажется.

Отбиваю мечом атаку первого зомбаря, подныриваю под меч второго и оказываюсь за спинами мертвяков.

Для удара мечом дистанция маловата, так что я быстро извлекаю из боковых ножен кинжал.

Кинжал этот трехгранный, с тонким острием. Не боевое оружие, а скорее ритуальный предмет. На Тибете похожие кинжалы называют пурба. Я его снял с тела мужчины, что нашли мои разведчики.

Кинжал оказывается в моей руке, и я с силой вгоняю его в затылок первого зомбаря. Остался еще один.

Зомби быстро разворачивается ко мне. Атакует, целя в плечо. Снова блокирую удар, с силой отбрасывая клинок врага в сторону. Зомбаря крутит на месте, но он восстанавливает равновесие и снова идет на меня.

В ходе тренировок я понял: меч — оружие хорошее, просто отличное для средней дистанции. Биться мечом нос к носу с врагом неудобно. А если замахивается противник, надо бить по конечностям. Попытаться сорвать удар на начальном этапе. Когда атакуют в спину, можно уйти с линии атаки, занять более выгодную позицию и контратаковать. Не факт, что это сработает, но принцип понятен.

Вот сейчас так и пробую. Зомбарь слишком высоко поднял меч, так что я, поднырнув под удар, оказываюсь лицом к лицу с зомби. Тот уже не может остановить замах и проваливается за мечом. Клинок тянет мертвяка к земле. Мне даже бить не пришлось. Я просто подставил выхваченный кинжал под череп падающего зомбаря. Кинжал вошел под подбородок мертвяку, пробил небо и вошел в мозг. Бродячий пару раз дернулся и замер, теперь уже навсегда.

— Неплохо, совсем неплохо. — Протираю кинжал чистой тканью, захваченной из башни. — Все это еще не похоже на нормальное владение оружием, но прогресс налицо. А тебе, Борис, на голову.

Поднимаю ещё двух мертвяков. Хорошо, что тут их достаточно и не надо рыскать по округе.

Очередная парочка зомбарей таращится на меня белесыми глазами.

— Чего встали? Хватайте оружие и попытайтесь меня серьезно ранить.

Мертвяки нагибаются и поднимают с земли пару копий.

О, блин. А вот этого я не ожидал. В этом мире пока не довелось столкнуться с копейщиками. Копье все-таки оружие больше для регулярных войск. Для «приключенца» и «вора», если использовать игровые классы, не слишком удобно таскать с собой длинную палку, которая мешает движениям, да еще цепляется за все подряд. Копье, безусловно, позволяет держать мертвяков на расстоянии, но все равно — неудобно. Не хватает подвижности, мобильности, скорости.

Атака мертвых копейщиков станет для меня настоящим вызовом.

Зомбари синхронно двинулись на меня.

Сразу почему-то вспомнился учебник истории за пятый класс. Описание македонской фаланги. Там воины строились рядами и были вооружены длинными копьями, которые клали на плечи впереди стоящего. Получался такой неприступный ощетинившийся прямоугольник.

Сейчас на меня двигалась, конечно, не толпа македонцев, но два заостренных шеста грозили проткнуть меня насквозь.

— Нет уж, на такое я не согласен.

Стреляю из арбалета от бедра.

Болт входит в голову одному из зомби. Того отбрасывает на пару шагов назад, и он замирает на земле.

Второго мертвеца гибель товарища не смутила. Он все так же прет на меня с копьем наперевес.

— Ладно, — перезарядить арбалет времени не оставалось, но и приказывать зомби бросить копье я не собираюсь. В конце концов, надо учиться сражаться с разными противниками. Убийцы и мародеры не будут спрашивать, как мне удобнее их прикончить.

Блокирую копье мечом, пропускаю острие мимо себя. Лезвие скользит по дереву.

Сам бросаюсь навстречу мертвяку, ведя меч вдоль копья. На скорости проскакиваю мимо зомби и, развернувшись, сношу ему полчерепа ударом клинка.

Копье с глухим стуком падает на землю, зомби валится рядом.

— Эффектно получилось. Против одного копейщика такой прием сработает, но если их будет два или больше, несдобровать мне.

Да уж, а если бы я промазал? Или арбалет бы застрял в креплениях?

Сейчас-то я подогнал ремни и крюки, так что оружие выхватываю быстро, как ковбои в вестернах.

— Вообще хотелось бы магический захват для арбалета, конечно, — присаживаюсь на траву рядом с поверженными мертвяками, — и арбалет с самонаведением и бесконечными болтами. А еще армию единомышленников, готовых за меня жизнь отдать. И чтобы каждый был мастером фехтования. Или нет, армию медведей, вроде того, что под башней лежит.

Медведь-то лежит, а вот кристалл, что я с таким трудом извлек из его башки — пропал. Я всю башню перерыл, но так его и не нашел. Испарился он, что ли? Типа мог существовать только внутри черепа косолапого. Изучить кристалл я не успел: решил отложить на следующий день. Отложил, блин. Теперь хрен узнаешь, что это был за камушек с интригующим названием.

Теперь проверяю оценкой каждого зомбаря — мало ли что в них напихано! Не угробить бы мне себя при очередном повышении.

Поначалу, оказавшись в этом мире, я тоже много что проверял: кусты, камни, траву и животных, а потом освоился, сам стал кое-что соображать и забросил это дело.

Просто какая мне разница, как там звали очередного мертвяка — Рон, Эдгар… да хоть Акакий. Вот теперь тут лежат погибшие зомбари Барсен и Борсун… Братья-эстонцы, что ли? Мне совершенно наплевать, как звали тех, кто подчиняется моим командам, — лишь бы делали то, что я от них требую.

Но теперь каждый труп, каждый ходячий подвергается тщательной проверке. Вдруг в зомби тоже есть камушки, такие же или другие? Кристалл я профукал и больше такого не повторю. Этот мир не дает ни лишнего времени, ни вторых шансов.

Осматриваю место тренировочных боев.

— Ну, неплохо так я позанимался. — Вокруг меня еще дюжина трупов, которые поднять можно, остальные непригодны к применению. Почти.

После пропажи кристалла я тщательнее осматривал башню и особенно подвал, проводил эксперименты. Оказалось, что яма отлично жрет трупы. Просто скидываешь туда тело — и все, оно уходит в переработку.

— Мог бы санитаром этих мест стать, очистить их от мертвяков, — прикинул я.

Жаль, что не могу приказать всем зомби в округе построиться в ряд и шагать в яму…

— Хотя, может, и не жаль. Все-таки мертвяки меня неплохо поддерживают. Они и грузы таскают, и в бою неплохо себя показали. Некоторые даже охотиться умудрялись. Ну и конечно, если бы не мертвяки, не собрал бы я столько добра на третьем этаже.

Да, верхний этаж башни уже завален всевозможными вещами. Большинство, конечно, хлам, но, мало ли, вдруг когда-нибудь да пригодятся?

Солнце только-только перевалило за полдень, а значит, у меня еще полдня на тренировку.

Поднимаю трупы, что лежат вокруг, — по одному или по двое, приказываю атаковать меня. Одним велю нападать голыми руками, других вооружаю — стараюсь смоделировать разные ситуации. До заката практически без перерыва машу мечом.

Вернувшись вечером в башню, понимаю, что перестарался. Руки болят, ноги отнимаются, спину фиг разогнешь…

— И в таком режиме минимум неделю надо провести. Надо приучить себя к нагрузкам. Тело, может, и молодое, да еще и с усилениями, но выработать навык и привычку необходимо. Даже супермену нужны тренировки.

Помимо же тренировок организму еще нужно жрать. Без нормального питания я тут загнусь.

Запасливая Сольвег обеспечила мне запас провианта, но он не бесконечен. Нужно придумать что-то новое. На промысел отправиться…

Утром стало полегче — боль почти ушла. Хорошо в молодости — можно всю ночь пить, гулять и веселиться, и наутро тебе не будет плохо. А вот в старости наоборот: спишь всю ночь, а утром такое ощущение, что всю ночь пил, гулял и занимался непотребствами.

Шутки шутками, но пора и делами заняться.

Умывшись и позавтракав, спускаюсь вниз. У башни уже сложена гора камней, веток и обломков. Это мои мертвяки за ночь натаскали.

— Хвалю за службу. — Они, может, и мертвые, но доброе слово и собаке приятно.

Мертвяки стоят по стойке «смирно». У одного напрочь отсутствует половина бока.

— Ты чего, на акулу нарвался? — вспомнив найденный акулий плавник, спрашиваю я.

Зомби, естественно, молчит.

— Ладно, храни свои секреты… Затаскивайте все внутрь и закидывайте в подвал.

Пока мертвяки набивают подвал, провожу разминку — размахиваю мечом направо и налево, пытаюсь крутить восьмерки и петли. Видел в кино такое — выглядит эффектно. Не знаю, правда, как это может в бою помочь, но, может, на местных дурачков впечатление произведет и они поостерегутся ко мне лезть?

Заметив неподалеку пару зомбарей, решаю разобраться с ними самостоятельно. Мои ребятки все еще заняты загрузкой подвала, не буду их отвлекать.

Зомбари, почуяв мое приближение, сразу бросаются в атаку. Кувыркнувшись через голову, ухожу от атаки первого и, вскочив на ноги, вонзаю клинок в грудь второго мертвяка. Тот тупо смотрит на сталь, пробившую грудину. Резким движением вырываю меч из раны и, размахнувшись, сношу зомбарю голову.

Второй пытается напрыгнуть на меня со спины. Предсказуемо, я вчера отрабатывал такую ситуацию. Резко крутнувшись на пятках, подставляю меч под удар лапы зомби. Раздается треск, рука ломается о подставленный меч. Пинком отбрасываю зомби от себя. Тот падает на спину, а я в одно мгновение оказываюсь над ним и вгоняю меч ему в череп. Готово — все-таки тренировка даром не прошла.

Метрах в четырехстах вижу еще одного бродячего:

— Отлично. Как раз хотел кое-что проверить.

Сбегав к башне, хватаю копье.

Размахнувшись, мечу его в зомби…

— И… это легендарный бросок! — Копье падает в нескольких сантиметрах от зомбаря. — Мог бы в олимпийскую сборную заявку подавать…

А что? Это вообще-то мой первый бросок копья в жизни.

В моем прошлом мире нет нормальных метателей копий. То, чем занимаются легкоатлеты, — это спорт, а тут идут боевые действия. Чтобы нормально метнуть копье, а значит, видеть врага, который к тому же бежит в твою сторону. Вот тогда-то резко появляется мотивация обучаться и думать.

Работая с различными артефактами, я, понятное дело, изучал историю войн, воинов и, конечно, оружия.

Взять, к примеру, лучников. В наше время они могут попасть в цель метров с двухсот. Но опять же, нынешняя стрельба не имеет отношения к бою. В спортивной стрельбе и защита есть, и луки технологичные, с карбоном, блоками, облегченной конструкции. С таким луком спортсмен долго целится, затем совершает выстрел и не факт, что попадет.

А в древности лучники и на бегу стреляли, и с лошади, стреляли, выглянув из бойниц или даже выпрыгнув из-за башенного зубца — там на прицеливание времени почти не было, требовалось действовать стремительно. И скорострельность они показывали выше. Они ведь не спортсменами были, а воинами, которые знали, что от их сноровки зависит жизнь.

Я бы тоже не прочь стать в этом мире лучником. Только кто ж мне даст такую возможность?

С другой стороны, тут есть заклинания. Одно я нашел, причем очень полезное, жалко, что полностью реализовать его не получилось. Фамильяры Агилара прилетели, посидели на окне и улетели. Возможно, Агилар умел этими птицами управлять, может, и я мог бы разобраться, как это работает. Но птиц требовалось поймать, а я опасался. Мало ли, схватишь такую птичку, а она тебе палец оттяпает. А без одного пальца уже не так прикольно, как с полным набором.

Мертвяки перетаскали все в подвал и ожидали дальнейших указаний.

— Вот нравятся мне такие работники: премию не требуют, к сверхурочным всегда готовы. Короче, идете сейчас на север, ищете магические зоны и аномалии. Все, что там интересного находите, тащите к башне и складываете у стены, ясно?

Зомби поворачиваются в указанную сторону и бодрой трусцой удаляются от башни.

— Так, мне тоже надо заняться делом, — вооружившись и повесив на спину рюкзак, запираю дверь в башню и отправляюсь на охоту.

Хорошо в лесу весной… Хотя черт его знает, какое тут сейчас время года. Может, здесь вообще нет сезонов. Но хорошо тут. Деревья высокие, зеленые, в кронах гуляет ветерок, травка и кусты колышутся слегка, все такое светлое, спокойное… с виду, понятное дело. Я сто раз убеждался, что за пасторальной картинкой может скрываться смертельная ловушка.

Иду по тропе в глубь, где деревья стоят чаще, солнечного света меньше и лес выглядит дремучим.

Рядом с тропой замечаю дерево с красными плодами.

— О, вот и урожай поспел. — На ветках висят красивые красные плоды, настоящие наливные яблочки.

[ОЦЕНКА | ур. 10

Ложная яблоня

Тип: дерево

Класс: лиственное (паразитическое)

Возраст: 125 лет

Способ распространения: через плоды

Способ воздействия: деактивация нервной системы носителя, подавление воли, подчинение жертвы паразиту

Опасность: высокая при употреблении

Объекты паразитирования: живые и неживые организмы

Открыто: 7/7]

Вот тебе и яблонька. С одной стороны, штука, конечно, опасная, но с другой…

Срываю пару плодов с дерева. Оценка показывает, что это безопасно. Пока не откусишь, ничего тебе не грозит. Прямо так и написано в появившихся примечаниях: можно резать, на металл не реагирует, способ активации паразита — ферменты слюны.

Несколько плодов кладу в карман на всякий случай. Интересно, что паразит активируется даже от слюны неживого объекта, например зомби.

Оказывается, у мертвяков тоже есть слюна. Интересно, как этот паразит на мертвяков воздействует, как использует?

Своих зомбарей я в лес не взял. Вовсе не потому, что я такой крутой, тренированный и опытный следопыт с кучей снаряжения. Просто мертвяк мог случайно задеть в лесу сучок или ветку, а это окажется опасная штука, которая шарахнет по площади и меня накроет. Нет уж, лучше самому. Осторожно и внимательно все изучать, двигаться пусть и не быстро, зато безопасно… Жалею, что не захватил с собой артефакт обнаружения. Забыл, а возвращаться плохая примета. Так что и без него справлюсь. Да впрочем и зачем он мне, я с оценкой неплохо справляюсь.

Я немало времени провел в лесу, но каждый раз тут что-то новое.

Один раз тропу пересек зверек, похожий на зайца, причем так стремительно, что я даже арбалет не успел вскинуть.

В отдалении от тропы растет огромное дерево. Вот прямо огромное. Ствол, наверное, несколько человек не смогли бы обхватить, крона раскинулась на площадь футбольного поля…

По стволу бежит кто-то. Я сначала подумал, белка, но, приглядевшись, понял, что зверь для белки крупноват. Скорее лиса, только с двумя хвостами, и лапы у нее снабжены внушительными когтями, загнутыми на манер кошачьих.

Двухвостая лиса ловко карабкается по стволу. Только теперь замечаю в стволе отверстие. Зверек скрылся в дупле.

— Офигеть, тут и лисы по деревьям лазают и в дуплах живут… Что дальше? Слоны в гнездах? Летающие коровы?

Ладно, стрелять в лису смысла нет — спряталась хорошо, да и подходить к этому дереву не хочется. Мало ли кто там в листве притаился. Пойду за добычей — и сам ей стану.

Тропинка ведет глубже в заросли. Ее кое-где пересекают следы животных. Я, конечно, не спец в чтении отпечатков лап и копыт, но все-таки вижу отличие. Вот тут кто-то вроде кабана пробегал, тут заячьи следы, а вот вообще непонятно — передние лапы вроде как птичьи, задние — копыта.

— Это что за помесь курицы с лошадью?

Тропинка вдруг раздваивается. Слева проход через заросли кустов, стебли переплетаются на высоте двух метров, образуя живую арку, с нее свисают фиолетовые цветы.

— Прямо место для свадебных фотографий.

Присматриваюсь к кустам.

[ОЦЕНКА | ур. 10.

Петля душителя

Тип: хищное растение

Класс: многолетний кустарник

Возраст: 13 лет

Тип атаки: ядовитый отросток

Тип питания: живые организмы

Опасность: высокая

Пробивная способность: высокая

Яд: нервно - паралитический

Открыто 9/9]

Я так и думал. Не бывает в этом мире ничего красивого, что бы не собиралось тебя прикончить.

В этот момент в арку забегает небольшое копытное, я бы назвал это животное косулей или, может, карликовым оленем.

Косуля ощипывает с куста зеленые листочки, аппетитно хрустит ими. Что-то во мне дергается — может, спугнуть? Спасти животинку?

Не успел. Тонкий отросток вылетает из фиолетового цветка и пробивает бок животного, косуля в ужасе пытается отскочить подальше, выбраться из-под арки, но, видимо, яд уже действует. Ноги животного подгибаются, оно падает на колени. Длинные лианы опутывают шею косули и быстро утаскивают беднягу в переплетение ветвей.

Кто бы сомневался. Нельзя вестись на красивую картинку.

Выбираю я правую тропинку, она, может, и не идет прямо, петляет среди камней и деревьев, зато там никто не пытается меня прикончить. Пока, по крайней мере…

Обхожу стороной поляну с синими цветами, похожими на колокольчики. Цветки покачиваются на ветру, хотя воздух и не колыхнется, и издают мелодичный звон. Что-то такое успокаивающее, баюкающее, как колыбельная из детства…

Замедляю шаг, прислушиваюсь. Звон вроде складывается в мелодию, такую знакомую, домашнюю, умировотворяющую…

Стоп! Да щас! К моей нога подбирается толстая лиана, больше похожая на щупальце.

— Вот ведь зараза, — отскакиваю подальше, выхватываю меч, — только сунься — отрублю к чертовой матери.

Щупальце словно понимает то, что я говорю, и быстро скрывается в траве. Звон колокольчиков замолкает.

— Я тебя запомнил. — Быстро миную поляну. Плохо, конечно, что я эти цветочки не оценил, но там стоять на одном месте — себе дороже.

Что это за место такое? Все норовит тебя сожрать, отравить, утащить. Как тут экосистема существует, если кругом одни хищники и все друг друга едят? Должен же быть баланс, пищевая цепь. Травоядные едят траву, их едят хищники, из тел хищников и травоядных вырастает трава. Круг жизни, мать его. А тут какой-то круг смерти получается.

Со всеми этими мыслями углубляюсь в лес. Благо память у меня теперь отменная, так что я отмечаю каждую развилку и каждый камень на пути, с возвращением проблем не будет.

Пересекая поляну замечаю посреди тропинки ветку. Вот ветка как ветка — длиной сантиметров тридцать, сучки обломанные — ничего примечательного. Лежит себе и лежит…

Только вот деревьев поблизости нет. Нет над поляной ветвей, чтобы с них эта палка упала. Вряд ли кто-то ее принес и положил тут.

Не подходя близко, рассматриваю ветку. Вроде ничего необычного…

[ОЦЕНКА | ур. 10.

Бум - палка

Тип: обломок растения

Класс: магический.

Состояние: активное

Возраст: скрыт

Активация эффекта: мгновенная

Опасность: высшая

Способ поражения: взрыв

Открыто: 7/10

Примечание: Бум - палка — обломок Древа последнего дня. Древо было выведено магическим способом во время Войны магов как последнее оружие. Точная дата создания Древа неизвестна. В ходе последней битвы Древо было активировано. Взрыв привел к уничтожению континента Магов и образованию текущих земель. Ветви Древ разбросаны по миру. Представляют серьезную опасность для путешественников]

Вот это ни фига себе! Тут, оказывается, война магов бушевала давным-давно, да еще и с применением оружия массового поражения…

Интересно, насколько мощный взрыв получится? Ветка вроде маленькая, но кто знает, сколько это в тротиловом эквиваленте?

Проверить это все можно только опытным путем. Так, неподалеку от палки среди травы лежит валун, как раз чтобы за ним спрятаться. И тропинку хорошо видно…

Набрав камней, прячусь за валуном и швыряю их в палку по одному. Несколько пролетают мимо, но вот один из булыжников ударяет точно в ветку.

Твою дивизию… такого эффекта я точно не ожидал. Раздается мощный взрыв, не знаю, с десяток гранат, наверное, так рванули бы. Быстро пригибаюсь, волна жара обдает лицо, а я, между прочим, метрах в пятнадцати от эпицентра. Взрывная волна ударяет в валун, по камню бегут трещины.

Охренеть. И это всего-то небольшая веточка. Что ж там за взрыв получился от самого дерева, как он только один континент уничтожил, а не весь мир.

Ну ладно, это уже другой вопрос, на будущее, для размышлений перед сном или научных диспутов.

Высовываюсь из укрытия. Взрыв оставил на тропинке приличную воронку, трава по краям превратилась в пепел, земля потрескалась от жара…

После оглушительного грохота в лесу царила тишина, но теперь лес шумел.

В ветвях деревьев, в траве что-то шевелилось, издавало звуки. Мне вдруг стало совсем не по себе.

— Вот стоило проверять? Ну лежала себе эта магическая граната и лежала бы себе дальше, нет, я решил эксперимент провести! Чего теперь делать-то? Щас на звук черт-те кто может явиться.

Обругав себя, я направился в сторону деревьев.

На звук явились зомби.

— Твою налево.

Из леса со всех сторон поляны выходили мертвецы. Десять, двадцать…

Да сколько вас⁈

В одно мгновение я оказался в окружении. Встав за расколотый валун, хватаю арбалет и перевожу его с одного мертвяка на другого.

Скольких я смогу прикончить, прежде чем они добегут? Двоих, может троих, если повезет. Дальше придется мечом. Черт, сколько же их?

Зомби все прибывают и прибывают, причем нападать не спешат, словно ожидая, пока их численность превысит критическое значение.

Наконец мертвяки бросаются в атаку. Лавина несется через поляну. Стреляю. Арбалетный болт сбивает с ног одного из нападающих. Быстро перезарядив оружие, снова вскидываю его к плечу и замираю.

Поляна ожила. Растения атакуют зомби. Черт, как в той самой игре…

— Зомби против растений, блин.

С деревьев на головы мертвяков падают лианы, опутывают и утаскивают в кроны. Одному зомбарю такая лиана голову просто отрывает.

На самой поляне тоже творится форменное безумие. Яркие цветочки вдруг превращаются в травяные копья. Бутоны складываются, превращаясь в наконечники. Красные, желтые, синие копья пронзают мертвецов и утаскивают в разверзшиеся ямы. Несколько мертвяков влетают в куст по колено высотой. Он тоже не так прост. Ветви опутали зомбарей, приподняли над землей, а затем разорвали на части. Куски плоти раскидало метров на десять по поляне.

По итогу этого замеса до валуна добежало человек пять.

— Ну, с этим можно работать. — Первого врага встречает болт, выпущенный почти в упор. Зомбарь падает с пробитой головой.

Дальше в дело вступает меч. Я кружу около валуна, не давая мертвецам взять меня в кольцо. Удается снести одному голову точным ударом меча, зомби валится под ноги товарищу, тот падает сверху, неуклюже, ударившись головой о землю. Подняться я ему, конечно, не даю. Клинок рассекает шейные позвонки, голова катится на землю.

Остаются двое. Первый тянет ко мне лапы, второй заходит со спины.

Вот же твари, даже тактика у них какая-то есть, и они ее придерживаются…

Вскакиваю на валун и опускаю меч точно на темя ближайшего зомби. Клинок раскалывает череп и застревает в мешанине костей…

Ладно, и без меча справлюсь. Выхватив кинжал, спрыгиваю с валуна, в полете бью каблуком в голову последнего бродячего. Тот катится в траву. Мне удается приземлиться на ноги, так что я, быстро подскочив к лежащему врагу, несколько раз втыкаю кинжал в глазницу.

Готово.

Смахнув пот со лба, осматриваю трупы — ситуация, конечно, нештатная, но осмотр никто не отменял.

В целом зомби как зомби, подгнившие и воняют.

Один только труп свежий. Всего пару дней как преставился. На теле видны кровоподтеки, в груди торчат обломки болтов.

[ОЦЕНКА | ур. 10

Арон Грант

Род деятельности: искатель -проводник

Магические способности: да

Класс: младший маг огня

Состояние: мертв

Возраст: 28 лет

Время некрожизни: 2 дня

Причина смерти: множественные внешние травмы и повреждения внутренних органов, проникающие ранения грудной клетки

Открыто: 7/30]

— Вот это твою налево, называется. Если мага можно прикончить простыми болтами, то это не есть хорошо.

Продолжаю осмотр тела. Этого авантюриста явно раздели после смерти, оставили только рубаху да исподнее. Судя по следам на шее и запястьях, сорвали цепочку и браслеты. На запястьях белые полоски кожи, она солнца не видела. В прорехах рубахи видны темные линии на коже — татуировка. Мечом расширяю прореху, но рисунок то ли замазан чем-то, то ли его свести пытались, причем не очень умело. Тело Арона покрыто шрамами и старыми рубцами, обширные следы от ожогов расчерчивают руки, шею и грудь.

Тонкий шрам на левом боку, совсем не похожий на остальные. Такой может оставить только инструмент хирурга. Явно было внутреннее вмешательство.

— Может, тут так аппендицит удаляют? Через ребра?

Голову пронзают раскаленные иглы боли.

Только не закричать бы, а то от громких звуков опять толпища мертвяков набежит.

Боль отступает так же внезапно, как и появилась.

[Уровень навыка повышен. Оценка уровень 11].

Новый уровень открывает дополнительные пункты в характеристиках Арона.

— А вот это уже что-то на интересном…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Арон Грант

…

Причина нападения: мародерство. Был обобран Улисом Уилкисом и Сельдом Капетом.

Характер: Скверный. Склонен к обману, провокациям, предательству. Жаден, жесток, нечист на руку.

Тайники/схроны: отсутствуют

Открыто: 10/3 5 ]

— Вот, наконец-то полезная информация. А то причина смерти, кем был при жизни — оно мне надо? Один фиг он уже помер. А вот инфа о тайниках — это, конечно, полезно. Ну и об их отсутствии, чтоб зря не мечтать.

Осматриваю другие трупы.

Оценка добавила пунктов. Причем не у всех мертвецов они одинаковые.

Об одном выдается информация:

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Хьюго Биль

…

Потомство: 3

Примечание: знал лишь об одном; не подозревал еще о двух

Происхождение: аристократическая линия Бекетов

Примечание: линия угасшая, родовая кровь ослаблена; статус не проявлялся, носителю неизвестен

Имущество: жилое помещение (лачуга) у северной стены форта Хартер

Примечание: прочих владений и ценностей не обнаружено

Открыто: 10/ 3 0]

— Вот это уже солидно, такой информацией не стыдно и рисануться в приличном обществе. В смысле, не наличием лачуги на задворках мира, а тем, что инфу эту я могу получить. Да и количество пунктов возросло…

Посмотрев на место побоища, решаю разведать — откуда вообще появились мертвяки, а еще и в таком количестве. Не на фабрике же их штампуют…

Продолжаю путь по тропинке, которая вскоре приводит меня к широкой, уже заросшей травой дороге.

Местность незнакомая, непривычная.

— Странно, вроде не так долго я по лесу-то бродил, а тут на тебе — практически промышленный район. Видимо, тут узкая часть леса, эдакий лесной клин, и я прошел через острие.

Странно теперь вместо леса наблюдать эту самую дорогу, позади нее поля, когда-то, наверное, плодородные, заросшие сорняками в человеческий рост, по обочине тянутся через равные промежутки путевые столбы. Вдалеке, среди полей, вроде какая-то постройка — ферма, что ли?

Короче, если вокруг башни были действительно дикие земли, то это место напоминало заброшенный пригород или сельскохозяйственные угодья. Но здесь явно когда-то жили люди. Жили, работали и умирали…

Не уследил я за временем. Новые места полностью захватили мое внимание. Я бродил вдоль дороги, рассматривая остатки построек на обочине, полуистлевшие ограждения вдоль полей.

Солнце коснулось краем горизонта.

— Вот же черт, засмотрелся, засветло я до башни точно не доберусь. А идти через лес ночью — это самоубийство.

Надо найти укрытие здесь, еще пару мест проверить. Со стороны, конечно, это идиотизм, но здесь вообще умирают что маги, что воины, что следопыты-авантюристы. Так, а я сам чего стою?

Надо стать если не сильнее (просто махая мечом, элитным воином не стать), то хотя бы умнее. Для этого нужны практические знания и навыки, умение выживать в ночи. А то зарежу я тысячу зомби, изучу полсотни заклинаний, а потом зазеваюсь, окажусь ночью на улице — и все, был человек, и нет его.

— С этим всем лучше разобраться сейчас, — принимаю волевое решение я, — к тому же я могу и не поспать одну ночь, не впервой уже.

А еще я знаю один секрет, что поможет мне выжить.

Быстро направляюсь к отдельно стоящей группе деревьев.

В этом мире помимо всяких хищных представителей флоры, есть и почти обыкновенные деревья. За исключением одной особенности — некоторые ветви у них выпускают ядовитые иглы. Отрава даже мертвяка может прикончить. На такое способна лишь часть ветвей, остальные полностью безопасны. На крайний случай можно на таком дереве заночевать. Пусть и неудобно, пусть обвязавшись веревкой, но все же… а если кто рискнет полезть к нему, то наткнется на иглы и яд.

Ну, это позже. До темноты время еще есть. Можно побродить.

Местность тут все же ближе к гористой, повышается к югу. Брожу здесь, подбираю подходящее место для ночлега:

— Как будто отель пятизвездочный подыскиваю.

Когда сумерки уже опустились на землю, натыкаюсь на довольно высокий холм. Даже не холм, а горку посреди поля. В горе прорублено отверстие. Как будто вход в храм.

Почему не дом? Потому что у входа лежат на земле здоровенные створки ворот. Двери сорваны с петель, частично расколоты, а вот сам проем уцелел. Каменный прямоугольник дверного косяка отлично сохранился. На его боковых гранях барельефы. Не изображения людей, животных и всего такого. Просто каменные завитки, ломаные линии — и выглядят они достаточно прочными, чтобы забраться на вершину конструкции.

Недолго думая, лезу наверх.

— Вот и местечко подходящее…

Сажусь на каменные блоки, из которых собрана конструкция.

По лицевому краю каменный бортик, с противоположной стороны каменная стена. Идеальное место чтобы провести ночь, при всем желании отсюда не свалиться…

Тут я и устраиваюсь.

Спать я, конечно, не буду, зато можно смотреть на звезды, размышлять о жизни.

Еще раз осматриваю местность вокруг храма — тихо все и спокойно, нет никаких признаков приближающейся опасности.

— Вот и хорошо. Останусь пока здесь, дальше идти нет смысла…

* * *

Я городской житель, более того — житель столицы, города, который никогда не спит. Не Нью-Йорк, конечно, но тоже мегаполис. Все, кто приезжает в столицу, первое время офигевают от шума. Даже ночью постоянно слышен гул машин, где-то играет музыка, где-то кто-то кричит, разговаривает, поет… С непривычки можно с ума сойти. Однако постепенно мозг адаптируется и весь этот шум перестает раздражать, сознание просто отсекает его. Я, когда выбирался из города, всегда офигевал от тишины, будто голову подушкой накрыли.

Сейчас, лежа на верхней части дверной арки, глядя в звездное небо, я ощущаю себя жителем деревни, который впервые приехал в большой город.

Из проема, над которым я расположился, доносится рев, вой и грохот.

— Там как будто концерт «Рамштайна» проходит, только что языки пламени не вырываются. А вообще быстро я привык к тишине башни. Нет, там тоже бывало ночами беспокойно, то мертвяки набегут, то буря бушует, но в основном-то тишина и благодать…

Шум и гам поначалу мешали, но очень быстро я привык и практически перестал замечать звуки из помещения подо мной. Зато вот огромные звезды на черном небе не заметить было невозможно. Это тебе не подсвеченное неоновыми огнями небо столицы, где хрен ты хоть одну звездочку увидишь…

Так и лежу, смотрю на звезды, размышляю о жизни своей.… Периодически посматриваю вниз:

— А местечко-то тут обжитое. Не людьми, конечно, но тем не менее…

Местность очень примечательная. Широкая дорога, еще пока не тропа в горах, но точно в предгорье. С одной стороны ущелье с обрывистым склоном, внизу вроде как речка течет, с другой стороны гора. За ущельем каменистое плато, изрезанное каньончиками. Храм, ну или что тут подо мной за помещение, расположен на просторной каменной площадке, откуда можно следовать по разным направлениям.

Всякие неприятные звуки доносятся отовсюду. Где-то кто-то кого-то жрет, кто-то визжит, ревет, хрюкает, гремит и хохочет. Какофония та еще, но на площадке в основном спокойно, я даже вздремнуть умудрился.

Открываю глаза — надо мной все еще черное небо со звездами, но сна уже ни в одном глазу.

— Вот что значит спать на свежем воздухе.

Собираюсь вздремнуть до рассвета, но тут со стороны дороги слышится шум. Выглянув, вижу бредущую по дороге толпу зомби. Куда идут? Зачем? Непонятно… ни опознавательных знаков, ни флага у мертвяков нет.

— Может, айфон новый завезли?

Зомбари топают по дороге, не пытаясь рассредоточиться по местности, их как будто неведомая сила тянет…

— Тут можно поразвлечься. — Решаю я, присматриваясь к толпе мертвяков.

Один из поднятых мной еще у башни зомбарей уже погиб, я не ощущаю с ним связи, второй работает. Это ж сколько он всего успеет к башне натаскать к моему возвращению… Ну, ладно, это потом. Сейчас же у меня есть возможность взять под контроль кого-то из толпы и немного повеселиться…

Взятый под контроль зомби замахивается и ударом когтистой лапы сносит голову идущему справа товарищу. Безголовая туша падает под ноги идущим позади мертвякам. Моего зомби, однако, тоже быстренько затаптывают.

— Ладно, второй раунд.

Беру под контроль скелета покрупнее. Он на голову выше остальных бродячих.

— Ну, давай, Джордан, покажи, что ты не только баскетболом можешь заниматься…

Скелет сжимает кулаки и опускает на головы двум ближайшим соседям. Черепа зомбарей лопаются, как переспелые фрукты. Скелет не останавливается и продолжает раздавать страшные удары направо и налево…

В итоге он разносит с десяток черепов, прежде чем его самого разрывают на части…

— Неплохо, неплохо, — я с интересом наблюдаю за битвой, — но хорошего понемножку, а то еще сейчас припрутся сюда, будут торчать внизу, спать мешать.

Процессия мертвецов удаляется, оставив на дороге с дюжину тел.

Спускаюсь с арки и направляюсь к дороге. Надо же осмотреть тела, вдруг там что интересное есть.

Ничего примечательного, к моему разочарованию, у мертвяков не обнаруживается. Только на одном ремень с пустыми ножнами.

— Эх ты, воин армии мертвецов, даже ножик сохранить не сумел, — укоризненно качаю головой, стаскивая с тела ремень, — ну хоть какой-то лут с тебя.

Отмечаю, что лапы зомби в крови, запекшейся, но еще свежей. Явно мертвяк недавно над кем-то поработал.

Возвращаюсь на место ночлега и по-настоящему засыпаю. Прямо-таки проваливаюсь в глубокий здоровый сон.

Не знаю, сколько я спал. Минуту или, может, час, но из мира грез меня вырывает странный шум. Несколько минут лежу, пытаясь разобраться, что же меня так встревожило? Ну рев, ну грохот — я к этому привык уже…

Среди всех звуков вдруг четко различаю то, чего быть тут не может.

— Да ладно, — прислушиваюсь, не сразу поверив в происходящее.

Со стороны дороги доносится стук копыт и скрип телег… и голоса.

— Это что, новый вид нежити?

Выглянуть из укрытия, чтобы проверить, кто там шумит, я пока не решаюсь.

Привыкший, что мне встречаются в основном мертвецы, я не могу поверить, что рядом сейчас проходят люди.

Мое воображение рисует армию мертвецов. Мечники, копейщики, обоз, телеги в котором тащат мертвые лошади. Группа зомби толкает и тянет осадные машины — всякие там катапульты и требушеты, колеса машин скрипят, мертвые лошади фыркают на своих погонщиков…

— Вот сейчас встанут они лагерем у храма да как начнут камнями швыряться, тут мне конец и настанет…

В каменном бортике, что скрывает меня от посторонних глаз, есть отверстия и щели. Подползаю к одной из них и выглядываю наружу.

Сердце мое бьется быстрее. К каменной площадке перед храмом действительно приближается целая процессия. И это не нежить…

По дороге идут люди. Точнее, кто идет, кто едет на телегах, одна из повозок и вовсе настоящая карета, запряженная четверкой коней…

Телег штук десять, на некоторых сидят люди, но большинство идет пешком. Есть даже конный разъезд. С десяток всадников курсируют вдоль процессии, то ли проверяя, чтоб никто не отстал, то ли следя, чтобы никто не сбежал… Все это выглядит как организованный отряд. На солдатах и всадниках одинаковые доспехи с каким-то гербом или эмблемой — мне не разглядеть сверху…

— Это получается, местность обитаемая, обжитая? Домой они, что ли, возвращаются или как? Может, тут город неподалеку или просто мимо проезжают, по своим делам?

Тогда вопрос — а чего их так много-то? И как они по такой опасной территории путешествуют?

То, что не с увеселительной прогулки они возвращаются, понятно по содержимому одной из телег. Там целая гора окровавленных и частично погнутых доспехов, оружия, одежды…

— Видно, что ребята серьезные. Из одного отряда, или, может, в подчинении у местного аристократа. Это не городское ополчение, где все одеты и вооружены кто во что горазд… А вон те доспехи, окровавленные — их же явно сняли с павших товарищей. Забрали с собой — чего добру, мол, пропадать?

Больше всего эта процессия напоминает выезд аристократа со свитой, ну, к примеру, граф из похода возвращается.

Помимо доспехов в телегах везут продовольствие: мешки с мукой, свиные и бараньи ноги, то ли копченые, то ли вяленые, короба с хлебом и еще множество вкусностей. Живот требовательно урчит.

— Тихо ты, заметят еще. С такой толпой не справиться ни мне, ни мертвякам. Эти парни очень серьезные. Тут не просто заброшенное место в горах. Видно, транспортный узел, схождение нескольких путей. И явно есть кто-то влиятельный, кто организует маршруты, составляет группы, чтобы проводить обозы по этим местам.

Зомбари, похоже, и после смерти топают по привычной дорожке…

Наблюдаю, как отряд заезжает на площадку перед храмом. Ну, пусть храм будет, черт его знает, что это за место, может, древний рынок или стадион, но для удобства буду называть храмом.

Теперь отряд и людей можно рассмотреть получше. Тут не только солдаты в доспехах и всадники. Вон несколько человек в мантиях и с посохами — либо священники, либо маги. Один из них выпускает в воздух огненный шар, чтобы осветить путь. Теперь уже нет сомнений, что маги.

Солдаты, как оказалось, тоже доспехи носят не одинаковые. У кого-то облегченный вариант, вместо литой кирасы не стесняющий движений нагрудник — это, скорее всего, лучники или арбалетчики. Всадники закованы в броню, как черепахи. Этим даже с коней слезть помогают слуги.

Из кареты выбираются совсем уж аристократы. В пышных одеждах, с мечами в украшенных золотом и камнями ножнах. Один так вообще выглядит как король из книг или фильмов — каштановые волосы с проседью спадают на плечи, на лбу волосы схвачены серебряным обручем, длинный плащ с меховой опушкой волочится по земле, камзол, расшитый золотой и серебряной нитью.

— Зашибись. Вот столкнусь я, к примеру, в поле с таким вот отрядом, и что делать? Просить не убивать, предлагать свою службу? Или просто вспомнить, что у меня арбалет есть, да и застрелиться?

Нет уж, служить я, конечно, никому не собираюсь, да и стрелять себе в голову тоже не хочется.

— Это ж сколько нужно силы в этом мире, чтобы выживать?

Вздохнув, продолжаю наблюдать за отрядом.

Понимаю, что привык сталкиваться в этом мире в основном с одиночками, да еще и ранеными. То есть со слабаками: раз ранили тебя, значит, ты слаб, извините, но такова правда жизни, и в этом мире она особенно наглядна. Это не мой рафинированный мир, где слабых, старых, увечных оберегают и защищают, да и то было не всегда. Тут действуют волчьи законы: если ты слаб, тебя сожрут и заберут все, что у тебя есть ценного.

Между тем отряд вовсе не собирается уезжать. Напротив, как будто на длительную стоянку располагается, и это уже совсем плохо.

С телег слезают люди, стягивают тюки и связки длинных шестов. Кто-то уже разводит костер. Несколько человек тащат здоровенный походный котел. В отдалении от входа возводят шатер.

Лагерь кипит, повсюду снуют люди, располагаясь на ночлег. Всадник на вороном коне отдает приказы солдатам, видно назначает караулы. Солдаты по двое-трое заступают на стражу: каждые пятьдесят шагов стоят два воина с факелом на длинном шесте.

Черт, мимо таких не проберешься.

Тот самый всадник отвешивает пинок зазевавшемуся солдату. Удар приходится в наплечную пластину. Солдат кланяется и бежит дальше…

Все телеги уже заехали на площадку. Их расставили кругом, по периметру лагеря, создавая импровизированную стену.

Теперь с этого плато всего три выхода. Две дороги, ведущие в противоположные стороны, и тот путь, по которому пришел обоз. Все эти три пути блокируются. Воины и арбалетчики занимают позиции: мимо этих стражей и мышь не прошмыгнет.

Да уж, попал я. Тут, конечно, здорово — небо, свежий воздух, звездочки красиво мигают, только нафиг они мне не нужны. Выбраться бы отсюда. Сколько времени пройдет, прежде чем меня заметят?

Периодически посматриваю на лагерь. Кажется, эти ребята не собираются уходить.

Да вы издеваетесь? Стоило мне тут прилечь отдохнуть, как толпища целая набежала? Это место занято вообще-то. Валите отсюда, и поскорее…

Светает, уже скоро из-за гор выглянет солнце.

Это ж какая сила у этого отряда, что они таким количеством путешествуют, еще и ночью… нет, потери, конечно, у них явно были, но тем не менее.

Продолжаю наблюдать за отрядом через щели. Я уже отстегнул ножны с мечом и арбалет и убрал их подальше от края. Вообще все, что могло звякнуть, стукнуть о камень, все, что могло звуком привлечь внимание.

Как же свалить отсюда? Какие варианты? Да никаких…

Хотя, может, и не надо сваливать-то? Может, это нормальные люди, те самые благородные рыцари, как в книжках. Может, спуститься да на ломаном местном объяснить, так, мол, и так, заблудился я, помогите, сами мы не местные и все такое. И они помогут… нет, конечно, весь прошлый опыт встречи с местными просто орет о том, что не надо так делать, но так хочется верить в человечество.

Пока я прокручиваю в голове варианты общения, от дороги доносится шум: приближается еще один обоз. Присмотревшись, я понимаю, что это те, кто отстал от основной группы, и догадываюсь, почему они отстали.

Новоприбывших раза в четыре меньше, чем людей в лагере. Там тоже и всадники, и телеги, и солдаты. В телегах сидят люди в кандалах, примерно по двадцать пять человек в каждой. Командует этой группой всадник на белоснежной лошади и в шлеме с плюмажем. Именно он отдает приказы.

Телеги остановились, и солдаты выволакивают закованных людей.

Солдаты строят пленников из первой телеги, всадник начинает им что-то говорить. До меня долетают лишь отдельные слова.

— Сентеаграмента, бастро! Ке презе вельде гаррус!

О, «бастро» — это я знаю. Ругается он на них.

Оценка теперь выдает перевод не словами, а целыми предложениями. Конечно, одиннадцатый уровень — это не какой-то там десятый…

«Слушайте внимательно, негодяи! Вам предоставляется великая честь!»

Продолжаю наблюдать за командиром. Это как смотреть фильм с субтитрами. Жаль только, что шум лагеря перекрывает голос рыцаря,

— …коне инд… (войти внутрь)… ке презе арголат! (будет дарована свобода!).

После этого инструктажа пленникам раздают оружие, кандалы при этом не снимают, и никаких доспехов. Оружие плохонькое — копья с обломанными наконечниками, мечи, которые даже издали выглядят старыми и ненадежными.

Затем эту толпу загоняют внутрь храма.

— Они там дракона кормят, что ли? Ночью такие звуки оттуда доносились, эти бедолаги точно не справятся с тем, что внутри. Хотя, может, это просто эхо и там на самом деле пара чахлых зомби?

Нет, точно не зомби… Из прохода снова раздается рев и грохот, смешанные с человеческими криками. Стены храма сотрясаются, внутри что-то грохочет. Из дверей выбегают десять человек, уже без оружия. Люди трясутся от страха, видно, что обратно они возвращаться совсем не хотят.

Солдаты кулаками и пинками гонят выживших обратно, но те в ужасе падают на землю, отказываясь возвращаться.

Пленники в телегах беспокоятся, видя, что случилось с первой партией.

Один из командиров отдает солдатам короткий приказ. Солдаты обнажают мечи и приканчивают выбежавших из храма людей. Кому-то втыкают меч в живот, нескольким перерезают горло.

Всадник снова обращается к пленникам:

— Аре люпос ест! (Так будет с каждым!) Мортус нэн карте дусо! (Мертвые не умирают дважды!)

Пленников в любом случае ждет смерть — либо внутри, либо снаружи. Понятно, что тут происходит.

Мне становится не по себе. Что на Земле, что здесь — все одинаково.

На Земле черные археологи для раскопок нанимали простых работяг, те работали за копейки, а если хотели уйти, то их удерживали угрозами. Если вдруг намечалась проверка — преступники отступали, а местных оставляли. Вся вина ложилась на них. Пока за местом устанавливали тщательное наблюдение черные археологи отсиживались поблизости, когда наблюдение снимали, бандиты снова набирали бригаду местных, и раскопки продолжались…

Здесь, видимо, то же самое. Зачем отправлять своих людей исследовать храм, зачем ими рисковать, если есть ничего не понимающие бедолаги. Если пленники погибнут — ну и не жалко, если сумеют что-то найти полезное, отлично… Как фашисты, что заставляли пленных гулять по заминированным полям.

От идеи спуститься и попросить помощи я тут же отказался. Не могут быть нормальными и дружелюбными сволочи, что гонят других на смерть…

Так как делать мне больше нечего — продолжаю наблюдать. Хочется пить. Хочется есть, а у меня из припасов только яблоки-паразиты. Такими не наешься, скорее они тобой полакомятся, а в лагере, как назло, закипают котлы и котелки, тянет запахом мяса на вертелах. Я чуть с ума не схожу от этих запахов, так и представляю, как впиваюсь зубами в сочный кусок мяса, как по пальцам и подбородку стекает прозрачный сок…

Из храма тащат вещи — оружие, мантии, еще какую-то ерунду. Все добро складывают у арки, почти в том самом месте, где я забирался наверх. Удобное для них место — не слишком близко к лагерю, но так, чтобы просматривалось со всех сторон.

Солдаты контролируют все пути к лагерю — никто чужой пройти не сможет. Да и вряд ли здесь часто попадаются случайные прохожие.

Выводят следующую группу пленных, точнее рабов. С этих снимают кандалы и бросают в телегу с броней. Рабам раздают оружие — такое же дрянное, как и первой группе, снова проводится короткий инструктаж, их загоняют внутрь храма.

Чего ж это за место-то такое, что там за сокровища, которые стоят стольких смертей?

А собственно, чего я воздух сотрясаю? Надо выяснить, что и как.

Внимательно разглядываю место, где я расположился, смотрю на каменную кладку, как могу, изучаю узоры на боковинах…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Храм мастеров-отшельников Пути Меча

Тип: храм

Класс: скрытый.

Состояние: заброшен

Возраст: скрыт

Обитатели: нежить

О]

— Выбрал я себе место для ночлега.

Интересно, если эти мастера до сих пор внутри храма, только как живые мертвецы, как у них насчет Пути Меча сейчас? Сохранили ли они навыки после смерти или стали просто тупыми мертвяками?

Ну, судя по количеству трупов, что сейчас выносят, — место тут действительно опасное.

Продолжаю изучать камни. Снова срабатывает оценка. Оказывается, Храм этот — место тайное. Отшельники отбирали детей по всей стране с пяти-шести лет и обучали их в храме.

Рассматриваю узоры на боковинах…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Храм мастеров-отшельников Пути Меча

…

Количество учеников: 99

Количество преподавателей: 26

Система подготовки: засекречена

Возраст учеников: 6 - 18 лет:

Идеологическая составляющая: Путь Меча

Ступень посвящения: 1]

— Опасные, однако, были ребята. Полный набор умений у них… Еще и ступень посвящения первая, а что ж там на второй тогда?

А еще я замечаю, что открылись дополнительные пункты. Нет, это место точно заслуживает особого внимания.

Подползаю к краю укрытия и рассматриваю узор на арке. То, что поначалу казалось хаотичным нагромождением финтифлюшек, оказывается вполне себе упорядоченными символами, расположенными в определенной последовательности. Чем-то мне это напоминает танцевальные схемы, когда на полу обозначают места, где должны оказаться ноги танцора в определенный момент.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Храм Квазаров

Ступеней посвящения: 3

Уровень 1: обитель мастеров-отшельников Пути Меча

…

Уровень 2 Ковен магов

Владение магией: высокое

Идеологическая составляющая второго уровня : Путь Посоха

Ступень посвящения: 2 ]

Зашибись, теперь Квазары какие-то появились. И двенадцать из ста семидесяти. Получается, обитель мастеров Пути Меча — это лишь верхушка? Логично, мечник, как бы он хорош ни был, все равно продует магу. Интересно, что там на третьей ступени?

Из храма возвращаются шестеро. Каждый несет в руках какое-то барахло.

Бросив вещи в кучу, выжившие падают на колени, умоляя больше не посылать их в храм.

Трупы тоже складывают в отдельную кучу.

Странные они — на фига трупы вместе складывать? А вдруг они так и восстанут?

Среди вернувшихся несколько раненых. Один лишился кисти руки, он обмотал обрубок рубахой, которая сразу же пропиталась кровью.

К этому рабу подходит солдат и пронзает мечом левую сторону груди. Солдаты добивают всех раненых.

С повозки спускают новую партию. Вооружив рабов, их тоже загоняют в храм…

Я продержался до ночи. Эта мерзость, похожая на жертвоприношение, продолжалась весь день. Раздавался дикий рев, от которого закладывало уши. Затем из храма выходили уцелевшие, не больше семи человек, найденные в храме вещи складывались в одну кучу, трупы в другую.

Один раз внутрь храма двинулась группа волшебников. Пять человек в мантиях скрылись в проеме. Рев стал сильнее, от него по спине побежали мурашки…

Маги выскочили из храма как ужаленные. Мантии у многих были изрезаны или обожжены…

К солдатам подбежало несколько слуг и протянули им фляги с водой, еду, обрабатывали раны. Простым парням до этого достался только меч в сердце, а этим и водички, и покушать…

Сам я уже готов был камни грызть от голода и жажды.

Наступает ночь. Я бы, может, и задремал, но голод прогоняет сон. Да и прохладно довольно. Мне бы сейчас не помешал новенький спальник. Как жаль, что я его не взял. Но согреться помогает красный шарф с терморегуляцией. Я его, кстати, дополнительно оценил еще пару недель назад и порадовало меня одно из свойств — он отгоняет насекомых. Комары, клещи и прочая мелкая пакость: если они тут есть — меня не тревожат.

Посреди ночи со стороны одной из дорог раздается крик: лагерь мгновенно приходит в движение. Кричат командиры, пинками поднимая солдат с постелей.

В мягком свете луны вижу, что по дороге к лагерю мчится стадо мертвых зверей. Там и лошади, и волки, и медведи, и твари поменьше, кажется, даже мыши…

Солдаты по команде занимают позиции, снимают с плеч арбалеты и стреляют. Туча болтов летит в оживших зверей. Залп выкашивает почти половину зомби-животных. Однако их все еще много, а перезарядить арбалеты парни уже не успевают.

В дело вступают маги. Огненные шары ударяют в стадо. Воздух наполняется запахом обожженной плоти и горелой шерсти.

В лагере все в тревоге. Как бы они ни были сильны, атака зомбарей все же заставляет нервничать…

Я присматриваюсь к людям, изучая с помощью «оценки» солдат, командиров, рабов.

Тут и наемники, и авантюристы, маги, командиры.

Одного из командиров, того самого, в шлеме с перьями, зовут Айзек Клодт. Он выходец из простой семьи, пошел на службу к герцогу Лавиньи. Дослужился до командира. Клодт отличается вспыльчивостью, скверным характером, за любую провинность приказывает пороть солдат, но воин отличный, еще и умеет стратегически мыслить.

[ОЦЕНКА — ур. 11.

Айзек Клодт

Возраст: 32 года

Происхождение: крестьянин

Должность: командир

Сюзерен: герцог Лавиньи

Оружие: полутор а ручный меч, кинжал, засапожный нож

Текущее э моциональное состояние: раздражение, злость

Потомство: отсутствует

Открыто: 7/30]

Данные, полученные от использования «оценки», позволяют хоть ненадолго отвлечься от мыслей о еде. Если удастся отсюда выбраться, так хоть базу знаний расширю.

Большинство солдат и наемников служат тому самому герцогу Лавиньи. Герцог — отъявленная сволочь: чтобы захватить трон, прикончил старшего брата, а пожилого отца заточил в башне.

У арки растет гора трупов, рабы заканчиваются.

— И что вы будете делать, когда их всех перебьют? Отправитесь по домам? Ну пожалуйста…

Ни фига. В храм заходит крупный отряд — человек сорок. Солдаты и маги скрываются в проходе.

Это выглядит как рейд на босса, и он оказывается неудачным. Отряд возвращается, таща на руках раненых и мертвых. Тела погибших изрезаны, растерзаны…

С наступлением темноты лагерь притихает. Бодрствуют только караульные.

К воротам подходит отряд человек в пятнадцать. У входа развешиваются факелы, и солдаты, разведя костерок, располагаются внутри прохода.

Это все я вижу глазами зомби. Одно из тел в куче я взял под контроль, приказал лежать и не рыпаться. Теперь смотрю его глазами: самих солдат не видно, зато отчетливо видны факелы на стенах прохода и пляска теней.

Лежать и мучиться от голода и жажды мне надоедает окончательно.

— Помирать так с музыкой, ну или хотя бы богатым…

Приказываю зомбарю осторожно выбираться из кучи трупов и ползти к горе награбленного.

Мертвяк медленно, сантиметр за сантиметром выбирается из кучи и незаметно проползает к горе вещей.

В куче много оружия, правда в основном оно изломано. Но интересно, что все оружие одинаковое, будто штампованное. Приказываю мертвяку выбрать из кучи что-то поприличнее и притащить к арке, к тому месту, где я забирался наверх. После этого зомби возвращается в кучу трупов.

Сам же я медленно и осторожно спускаюсь.

— Только бы не сорваться самому или камень не уронить. А то скрутят меня. Нельзя сейчас ошибаться от слова «совсем». Эти могут не просто убить на месте, а заставят в храм идти.

Оказавшись внизу, проверяю оценкой несколько мертвых тел. Все они были рабами, погибли в страхе и ужасе. Захватив оружие, поднимаюсь наверх. Сейчас найденное я даже проверять не буду. Хотя и интересно, и даже очень. Пока удача на моей стороне, надо пользоваться. А то сейчас тут все поспят, проснутся в хорошем настроении, и больше поживиться ничем не получится.

Мой зомбарь снова добирается до кучи с барахлом. Его глазами рассматриваю все, что можно вытащить без риска опрокинуть кучу. Зомби забирает мелочи: подвеску какую-то, амулет, кулон на цепочке. Все грязное и в пятнах крови. На вид — простая бижутерия.

Но это для других. Я-то ведь оценщик, я работу мастера за версту вижу. Еще удается достать крупный темный камень непонятного назначения и черную шкатулку, что лежала на самом верху. Тут же валяется пробитый доспех, но такое мне не надо, что я им, укрываться буду? Нафиг…

В самом низу кучи торчит рукоятка блестит рукоять меча, с широкой гардой закрытого типа и головой змеи на конце.

Черт, это лакомый кусок. Стоит лишь мертвяку прикоснуться к этой рукояти, как куча начинает скрипеть и ходить ходуном.

— Стоп, стоп. Не надо шум поднимать. Застряла она там и застряла.

Добыча интересная, может, именно из-за нее весь поход и затевался.

— Да я и сам не против вернуться, позже. Хотя смысла, наверное, не будет. Эти товарищи обчистят все…

Были бы мои зомби грузоподъемнее, я бы предпочел забирать не только оружие и прочее… даже камни тут интересные.

Мой мертвяк таскает мне всякие занятные вещи, а я потом переношу это все наверх и продолжаю изучать храм…

[ОЦЕНКА | ур. 11

Храм Квазаров

…

Идеологическая составляющая: Путь Меча

Основной идеологический императив: Поражения не существует, есть временные трудности. Меч не может проиграть]

«Поражений не существует» — вот главный принцип храмовников. Есть временные трудности.

Хороший принцип, к теперешнему моему положению очень подходит. Можно, конечно, поднять лапки и сдаться, но это вовсе не в моем характере.

Сдаваться — это не про меня…

Мысль-то, конечно, правильная, благородная и смелая. Только вот мыслить — это одно, и совсем другое — столкнуться с суровой реальностью. А реальность у меня сейчас такова, что и врагу не пожелаешь. Кругом враги, еды нет, воды нет, как выбираться, непонятно. По крайней мере пока…

Хотя, как говорил мой наставник: «Если не знаешь, что делать, делай то, что умеешь».

А что я умею лучше всего? Оценивать вещи — этим и займусь, тем более что мертвяк мой натаскал уже всяких вещей из кучи. Места, чтобы усесться поудобнее и заняться разбором лута, тут нет, поэтому складываю все у изголовья и ложусь на спину. Получается, я расположился затылком к куче вещей.

— А что, так даже интереснее, буду брать не глядя и изучать.

Несколько браслетов и ожерелий, что я достаю из кучи первыми, оказываются просто побрякушками, частью подношений храму от прихожан. Ожерелья старые, но сделаны явно мастером, это я и без оценки вижу.

Затем рассматриваю камень размером с утиное яйцо. Он, несмотря на ночную прохладу, словно согрет изнутри. В отблеске лагерных костров камень будто пульсирует в моей ладони. На темной поверхности появляются тонкие золотые прожилки.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Активатор тренировочного зала

Тип: артефакт

Класс: магический

Уровень доступа: 1

Способ активации: голосовой

Примечание: ключ-активатор тренировочного зала Храма квазаров. Ключ индивидуальный, доступ только у одного адепта ]

Так, это, получается, пропуск какой-то, причем персональный. Интересно он владельца распознает по ДНК или тут какие-то магические способы идентификации?

Если эти самые квазары владели такой технологией или магией, тогда что их могло погубить?

Оценка показала всего четыре пункта, а это значит, что камень либо очень древний, либо очень магический, поэтому артефакт слишком сложен для текущего уровня навыка. Получается, квазары эти были сверхпродвинутыми, при этом очень воинственными — не храм розовых бабочек же построили, а пути Меча.

Опять же храм этот — капец какая таинственная и опасная штука, вон гора трупов не даст соврать… Квазары трепетно относились к своим секретам, даже после смерти они их надежно хранят. Целая армия нужна, чтобы вломиться в их древний храм…

Ну ладно, камень конечно, красивый и интересный, но пока что для меня бесполезен.

Я бы порылся в этом храме с огромным удовольствием, но, учитывая сколько оттуда вынесли трупов, — нафиг надо.

Достаю из кучи тонкую цепочку, на ней висит амулет — сложный узор из ромбов, сопряженных вершинами острых углов.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Амулет квазара

Открыто: —/—]

Вот так. Больше ничего. Видимо, уровня навыка не хватает. Что только подтверждает мою догадку о продвинутости или магической силе квазаров.

Амулет закидываю в один из боковых карманов рюкзака:

— Надеюсь, эта штуковина не рванет в самый неподходящий момент…

Следующим рассматриваю меч. С виду вроде обычный, разве что тяжеловат для моей руки. Клинок прямой, расширяющийся у рукояти, эфес чуть длинноват для такого размера лезвия, как будто баланс смещен в сторону рукояти…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

Тип: оружие

Класс: колюще-режущее

Примечание: клинок извлечен из ячейки хранения. Должен быть использован до момента разрушения .

Открыто: 2/35]

В смысле разрушения? В смысле использовать надо? Что еще за новости?

Ничего непонятно, но вроде как инфа открывается, а значит, надо продолжать изучение.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Тренировочный меч

Класс: колюще-режущее …

Открыто: 2/35

Примечание: клинок извлечен из ячейки хранения. Должен быть использован до момента разрушения.

Мастер-наставник, беря ученика , должен был отправиться вместе с ним, взяв тренировочный клинок, в Злые земли на длительный срок (от трех месяце до полугода). После паломничества оружие помещалось в ячейку мощи, где оно наполнялось энергией, чтобы ритуал передачи прошел успешно.]

Интересно. Получается, мастер передавал таким образом ученику свои умения и опыт, а еще силу и энергию.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Тренировочный меч

…

Владелец/мастер-наставник: Гвардарихир

Ранг мастера: 1

Ученик: Ной

Примечание: если ученик умирал раньше наставника, было принято хранить меч в течении 30 лет, дабы он напитывался мощью и энергией, а затем передавать достойному .

Открыто: 5/35]

Ну, этот меч явно дольше хранился. Может в сотню раз, а может, и в тысячу…

При этом клинок явно без дела не лежал. Им сражались, может, он в сотнях битв побывал. Внимательнее рассматриваю лезвие. Одна кромка идеально гладкая, на второй по центру небольшие зазубрины — для прорезания доспехов и кольчуг.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Число поединков: 201

Число побед: 200

Число поражений: 1

Дух памяти: активен

Примечание: дух памяти позволяет клинку запоминать все сражения и битвы, в которых принимал участие владелец. После ритуала дух передает знания ученику.

Открыто: 9/35]

Вот это я понимаю — система образования. Никакой тебе зубрежки, никаких конспектов и курсовых.

Такой меч передавал ученику не только понимание, как сражаться, но даже и мышечную память наставника, его боевой опыт…

— Ничего себе плюшка привалила. — Теперь смотрю на меч с куда большим интересом и даже уважением — штука то и правда очень полезная.

Только как-то слишком все радужно и просто. Возьми меч, получи знания и способности. В девяностые так в финансовые пирамиды завлекали: вложи рубль и получи сто…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Количество доступных ячеек памяти: 1

Время активности духа: 10 часов

Открыто: 11/35

Примечание: дух памяти позволяет клинку запоминать все сражения и битвы, в которых принимал участие владелец. После ритуала дух передает знания ученику ]

Ага, вот оно. Как говорится, все бесплатно, но есть нюанс… если я правильно понял, дух можно активировать еще только раз и всего на десять часов. То есть курс молодого бойца будет максимально интенсивным. Если эта штуковина более чем в двух сотнях боев побывала…

[ОЦЕНКА | ур. 11

Тренировочный меч

…

Габариты наставника: рост 210 см, вес — 180 кг.

Открыто: 12/35

Примечание: при большой разнице в габаритах (рост, вес) наставника и ученика вероятен выход из строя опорно-двигательного аппарата ученика. Наложение мышечной памяти на неподходящую структуру грозит смертью объекту передачи ]

Ничего себе. Крупные парни были эти квазары.

Настроение сразу портится. Если тут написано, что наставник, владевший мечом, весил под две сотни кило, то я, похоже, в пролете. Новое тело у меня, конечно, отличное, сильное, здоровое и ловкое, но явно не богатырского сложения. До двух метров и двух центнеров не дотягиваю, а значит, при передаче мышечной памяти я могу помереть. Даже если бы я сейчас начал усиленно питаться, всякий там белок и витамины для роста массы потреблять, да хоть стероиды, и то не вариант.

Штука хорошая, но измельчал народец… измельчал.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Слово для активации: Сейзермеро

Открыто: 13/35

Примечание: ученику необходимо держать меч двумя руками во время произнесения слова и до окончания ритуала

Внимание! После проведения ритуала ученик некоторое время неспособен к действиям . Проведение ритуала сопряжено с перестройкой организма, что влечет болевые ощущения высокой интенсивности, спазмы мышц, в редких случаях возможна временная слепота, кровотечение ]

Ну, лежать без сознания у меня сейчас времени нет. Сколько я тут протяну без еды и воды? Еще неделю максимум, причем последние два дня я, скорее всего, будто тоже… «неспособен к действиям». Если сейчас запустить ритуал, то придет ко мне всем известный пушной зверек. Как только я начну тут кричать, стонать и дергаться — набегут солдаты, и все. Истыкают меня арбалетными болтами, как подушечку для иголок.

Тем не менее выпускать меч из рук не хочется. Все-таки артефакт древней могущественной расы…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Габариты ученика: рост 163 см, вес — 57 кг

Открыто: 14/35

Примечание: Сахадзибар был последним учеником великого Гвардарихира. Ученик не отличался могучим телосложением, но был храбр и отважен. Великий мастер специально для ученика разработал уникальную методику проведения ритуала. Три ступени Гвардарихира — под таким названием этот метод вошел в хроники Квазаров. Ти-кибо-элоэн — три ступени познания в верованиях квазаров. Ритуал ти — ритуал быстрого овладения мастерством. Самый быстрый, знания переходят к ученику в течении одной ночи. Этот вариант наиболее рискованный, так как может привести к смерти ученика , т ем не менее наиболее популярный среди квазаров способ передачи знаний. Кибо — ритуал золотой середины, знания переходят в ученика в течении недели. Сопровождается недомоганием и слабостью, но смертность учеников гораздо ниже. Элоэн — самый медленный, но и самый надежный метод передачи силы. Переход осуществляется в течении месяца, без резких изменений организма и взрывной перестройки, вызывающей боль и травмы.

Так, значит, есть вариант получить все без риска и боли. Пусть и медленно, зато надежно. Это же как раз по мне.

Все, нечего больше раздумывать. Схватив рукоятку меча двумя руками произношу:

— Сейзермеро! — и через мгновение добавляю: — Элоэн!

Будь что будет, пусть Гвардарихир и какой-то там великий мастер и все такое, но мне нужны его знания и умения. Делать мне все равно нечего, либо помирать тут от голода и жажды, либо сдаваться этим типам внизу и помирать внутри храма, куда меня, без сомнения, загонят… А это третий путь, пусть и рискованный, но все же…

А еще, ведь если есть мечи вроде этого, значит, в этом мире и другие подобные штуки должны быть. Квазары, может, и исчезли, но храмы их остались, а внутри храмов могут быть другие артефакты. Или, может, знания древней расы сохранились и кто-то тоже создавал такие артефакты, как меч, с передачей знаний.

От этой мысли мой рот растягивается в улыбке.

В голове складывается план дальнейших действий. Только для начала в город надо попасть, а еще сильнее стать…

— А почему ничего не происходит-то? — недоуменно смотрю на меч. — Что, никаких спецэффектов не будет? Всяких там молний или синих вспышек? Хотя, это и к лучшему, мне сейчас только светошумового шоу не хватает.

Тем не менее все равно странно — никаких изменений в себе я не ощущаю. Ритуал вообще сработал?

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Вес: 1785 грамм

Открыто: 15/35]

Э-э-э, а зачем мне теперь эта информация? Ну весит и весит… Стоп, что там говорилось в самом начале? Меч разрушается вроде. Получается…

Минут через десять снова проверяю.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Тренировочный меч

…

Вес: 1765 грамм

Открыто: 15/35].

Меч разрушается, передавая информацию.

— Теперь мне не хочется уходить. Это же просто Клондайк, Эльдорадо со всякими интересными штуковинами.

Снова приказываю своему зомби потихоньку таскать к проходу вещи из кучи, осторожно, не привлекая внимания…

Надо же разобраться, что тут еще ценного можно получить…

Ритуал ли проведенный так на меня подействовал или же просто от голода и усталости, но я уснул. Даже не уснул, а отключился.

Сон оказался тревожным, тяжелым.

Я стоял посреди темноты — ни стен, ни пола, ни потолка, только темное пространство, наполненное тревожными звуками.

Стою я посреди этого, в руках меч, не квазарский, а обычный прямой, без намека на украшения. Самый банальный клинок.

Из темноты выступает фигура в темном плаще, капюшон надвинут на лицо, так что черт не разглядеть. Фигура движется ко мне, ног не видно, так что кажется, что незнакомец плывет по воздуху. Хотя черт его знает, может, так оно и есть.

Я уже воздуха в грудь набрал, чтобы поздороваться, но фигура извлекает из складок плаща оружие — длинный меч, чуть изогнутый, тонкий и изящный.

Меч летит мне прямо в грудь, понимаю, что защититься не успею, слишком стремительна атака незнакомца, а тут еще тело словно свинцом налилось, ни руку, ни ногу не поднять.

— Черт, сейчас будет очень больно.— Острие клинка уже в сантиметрах от моей груди.

И тут меня словно выбивает из тела, я становлюсь наблюдателем, смотрю на все чуть сверху, будто оператор камеру подвесил.

Я, или, вернее, мое тело, вдруг изгибается невозможной дугой.

— Эй, полегче, — кричу, но голоса у меня нет, — мне еще в этом теле жить.

Маневр уклонения исполнен безупречно — меч незнакомца пронзает пустоту. Незнакомец пролетает мимо, но быстро разворачивается, меч уже в защитной позиции.

Другой я атакует. Клинок сталкивается с клинком. В темноту летят яркие искры. Сталь звенит о сталь. Движения настолько быстрые, что сливаются в серебристую пелену, окутывающую бойцов. Другой я стремительным выпадом пронзает врага. К его ногам падает пустой плащ…

Из темноты выступают еще двое противников. Они сразу же бросаются в бой. Другой я взмахивает мечом, отбивая атаки, затем контратакует, один из противников падает, второй, словно поняв, что столкнулся с очень серьезным противником, отступает на шаг, затем начинает кружить вокруг моего тела.

Мой двойник? Ну, пусть будет двойник, стоит, опустив руки, он даже головы не поворачивает, чтобы следить за противником. Оказавшись за спиной двойника, человек в плаще наносит удар в спину — ну вообще не фейрплей.

Однако его меч отскакивает, отбитый ударом двойника. Плащ снова кружит, то и дело осторожными ударами проверяя защиту моего тела. Все атаки отбиты, достать до меня у типа в плаще не получается.

— И чего ты ждешь? — обращаюсь я к телу. — Прикончи уже этого негодяя.

Тело, словно услышав мой приказ, резко разворачивается и поднимает меч.

Черт, такой скорости я не ожидал: мгновение назад мое тело стояло недвижимо — и тут вдруг срывается с места и оказывается рядом с незнакомцем в плаще. Тот даже защититься не успел — лезвие вошло точно под капюшон.

Теперь перед ногами двойника лежат три плаща. Двойник развернулся ко мне — на его груди блеснул амулет. Тот самый амулет квазаров, что я изучал перед сном.

— Все? Сдулись? — ликую, наблюдая этот бой.

Из темноты выступают три фигуры — да кто бы сомневался…

Три меча опускаются на голову двойника, тот отбивает все. Мечи переплетаются и со звоном отлетают.

Двойник отвечает серией быстрых колющих ударов, пробивающих защиту задрапированных убийц. Двое исчезают, оставив после себя плащи. Третий успевает атаковать, но и это бессмысленно. Двойник быстрее и точнее в своих атаках. Последний из напавших получает удар по руке, держащей меч. Клинок падает без звона. Еще один удар, и двойник вгоняет оружие во врага. Меч пробивает плащ и человека…

Победа?

А вот и нет. Из темноты на моего двойника налетают все новые и новые враги. Причем не только люди — тут и животные, и всяческие монстры.

Двойник кружит, ставит защиту, отбивает удары и сам атакует. Крики боли и визг раненых животных — все сливается в сплошную какофонию.

Меч двойника рассекает надвое прыгнувшего на него волка, затем клубок змей оказывается порубленным в капусту.

Монстры самых разных калибров и форм продолжали атаковать, но были неизменно разрублены мечом моего двойника.

Странное чувство — дрался вроде бы и не я, но усталость ложилась словно на мои плечи…

Просыпаться тоже было тяжело. Открыв глаза, я несколько минут лежал, думая, сколько же времени я провел в мире грез. Судя по ощущениям, продрых я часов тридцать, но узор звезд над головой и шум лагеря указывали, что прошло гораздо меньше времени, даже ночь еще на закончилась…

Зомби за это время успел кое-что принести. Осторожно спустившись вниз из своего убежища, забираю все.

Наверху уже рассматриваю добычу. Несколько ожерелий с амулетами — обычные побрякушки без грана магии или интересных сведений, шкатулка, инкрустированная цветными камешками — в ней, видимо, хранили драгоценности, тоже непримечательная…

А две книги в кожаных переплетах — это уже совсем другое дело. Вообще книги в этом мире попадались нечасто. В домах, которые я обследовал, книг либо вовсе не было, либо они от времени превратились в труху.

В темноте прочесть книги не получится, так что я бегло пролистываю страницы, стараясь ухватить самое важное… Книги написаны на квазарском языке, который я уже исследовал…

На первой странице одной из книг удается прочесть, что орден был многочисленным, примерно сто тысяч человек. Жили квазары по всему континенту.

Дальше шли такие мелкие буквы, что разобрать в темноте было невозможно.

Ладно, позже изучу, сейчас чего глаза ломать…

Из кармана рюкзака достаю амулет.

— Не зря я эту штуковину во сне видел. Тут во снах ничего просто так не показывается…

Действительно, в этом мире очень много завязано на сны, или, может, это только у меня так? В смысле — перестройка башни происходит во сне, теперь во сне происходит передача знаний от меча.

— Это, конечно, удобно. Чтобы днем не отвлекаться от важных вещей, можно во сне еще дела делать. Только после таких ночей спать охота — просто ужас.

Кулон снова оказывается в моей ладони. Темный металл тускло поблескивает в свете звезд и факелов. Кулон тяжелый для своего размера, по краям небольшие потертости и царапины.

— Что же ты скрываешь? — всматриваюсь в кулон все внимательнее

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Амулет квазара

Редкость: наивысшая

Открыто: 1/20

Примечание: Потеря амулета квазаром считалась несмываемым позором. Более того, если квазар погибал в бою, то на поиски его веще й и амулета отправлялся отряд. Найдя убийцу, квазары уничтожали его и все его вещи. Поэтому носить амулет квазара считалось признаком скорой гибели. Даже после исчезновения квазаров примета не перестала существовать. Убить квазара считалось верхом доблести, но после победы следовало уничтожить все вещи побежденного]

Ничего себе, какие тут строгие правила. Ну, выбросить амулет я всегда успею. Квазары, может, и исчезли, но мало ли что.

[ОЦЕНКА — ур. 11.

Амулет квазара

Время создания: 2556 лет назад

Назначение: защитный артефакт

Тип магического воздействия: телекинез

Радиус действия: один метр

Способ активации: динамический (следует поднять руку)

Характер атаки: без активного воздействия (не работает с орудием ближнего боя)

Возможность поглощения заклинания: да

Уровень заклинания: высокий

Тип заклинания: адаптивный

Время опосредованного действия: без лимита

Время активного действия: 10 секунд

Время перезарядки: 3 секунды

Пояснение: артефакт предназначен для защиты от метательных снарядов малого размера (стрелы, болты, копья, камни, дротики). Для использования следует выставить руку в направлении атаки. Снаряд останавливается магическим барьером и может быть перехвачен.

Важно: амулет изначально полагалось использовать ученикам . Магистры не носили амулетов, так как после посвящения поглощали заклинание и амулет становился ненужным. Ношение амулета было главным признаком ученичества. Из-за этого ученики часто сталкивались с нападками со стороны других квазаров. Дабы избежать этого, Магистры тоже стали носить амулеты (незаряженные). Любители поиздеваться над учениками после нескольких стычек с Мастерами, поняли, что амулет больше не является признаком ученика , и прекратили нападки.

Открыто: 12/20]

Офигеть, вот это полезная штука. То есть если в меня стрельнут, надо выставить руку и перехватить стрелу? Или арбалетный болт или даже копье? А если не успею руку выставить? А если против солнца буду стоять? Получается, очки нужны? А от стрелы из засады эта штукенция не поможет. Хотя с другой стороны — тем типам тоже не сильно помогли их защитные штуки. Амулеты имеют свойство разряжаться, а этот, я так понял, подзарядки не требует. Буду как джедай, рукой выстрелы останавливать…

А квазары эти, хоть и суровые и воинственные, но об учениках заботились. Это правильно и логично — знания должны передаваться и развиваться, иначе толку от них нет.

А самое-то главное — амулет этот с той же магией, как была в книге из тайника, что позволила мне заклинание захвата зомбарей выучить…

Пока размышляю о перспективах, амулет нагревается в руке, даже светиться начинает. Свет перетекает от металла в мои пальцы и впитывается под кожу…

— Поглотил, получается, ну ладно, заклинание неплохое, пригодится.

Амулет для меня теперь бесполезен, но как-то неохота его выкидывать. Древность все-таки… убираю его обратно в рюкзак, выкинуть можно в любой момент.

В голове возникает странное ощущение, будто мозг — это какой-то кувшин и в него сейчас что-то вливают.

— Елки, это что, кровоизлияние в мозг, что ли? Вот тебе и приплыли, щас лягу тут овощем и буду слюни пускать?

Ну, это я конечно, от неожиданности стрессанул. Вряд ли ощущения от кровоизлияния такие, как будто что-то льется: мозги — это все-таки не жидкость.

Ощущение прошло через пару минут.

— Странно конечно, но, видимо, при каждом поглощении будет что-то новенькое, что в принципе логично.

Небо на востоке порозовело, в лагере началось активное шевеление. Из укрытия вижу, как к входу в храм стаскивают трупы. Несколько магов стоят перед горой тел, что-то бормочут и размахивают посохами.

— И чего вам спокойно не сидится? Желательно подальше отсюда…

Мне совершенно не нравится то, что происходит.

От трупов исходитотвратительный запах — нет, фиг с ним, трупы на то и трупы, чтобы вонять, но не настолько же сильно и не так быстро! Мертвякам меньше суток всего…

Один из магов — в балахоне небесно-голубого цвета, не иначе как маг воздуха, произнес несколько слов, и поднявшийся порыв ветра начал загонять запах прямо в храм. Меня чуть наизнанку не вывернуло, когда аромат достиг носа, но потом стало легче, вонь ушла. Видимо, мастер воздуха был достаточно силен скорректировал заклинание, сделав узконаправленный поток.

Я прекрасно видел повелителя ветра, который сейчас сосредоточен только на входе в храм.

Когда солнце первым лучом озарило храм, из прохода стали выбегать мертвяки. Причем явно покруче тех, что я встречал раньше.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Кадавр

Тип: нежить

Уровень: средний

Опасность: высокая

Примечание: кадавры — зомби, усиленные магией. Кадаврами обычно становились жрецы храмов и тайных святилищ, чтобы после смерти охранять свои секреты. Жрец давал добровольное согласие на превращение в кадавра. После смерти над его телом проводился секретный ритуал, усиливающий мертвую плоть.

Открыто: 3/15]

Кадавры бросаются в атаку на воинов, стоящих в оцеплении перед вратами храма. Маги поспешно отступают дальше — их дело прикрывать солдат и атаковать точечно.

От кучи зомби, которые были приманкой, уже осталась лишь мерзкая зловонная лужа, в ней что-то булькает.

Кадавров встречают арбалетными залпами. Они хоть и усиленные, но два-три болта в голову отправляют их в небытие.

И все же поток арбалетных болтов всех зомби остановить не может. Солдатам приходится взяться за мечи и копья.

Все-таки это не бандиты с большой дороги, а вполне организованное войско.

Позади солдат снова появляется Айзек Клодт — тот самый рыцарь в шлеме с перьями. Он отдает несколько резких команд.

Солдаты первой линии вскидывают длинные копья, встречая волну кадавров. Мертвяки даже не думают сбавлять скорость, видя перед собой неожиданное препятствие.

Они насаживаются на копья, подтягиваясь к солдатам, в безумной жажде убийства.

Клодт снова отдает приказ. К копейщикам подходят солдаты второй линии, в руках у них мечи. Сталь сверкает в лучах солнца, мечи опускаются на головы и шеи, насаженных на копья мертвяков.

Я даже залюбовался отточенными движениями солдат. Так методично и быстро сносить головы — это надо долго и упорно тренироваться, пройти не один бой. Не зря все-таки Клодт их гоняет…

Так, хватит уже сидеть да пялиться, это не футбольный матч. Мне одинаково неприятны что зомбари, что солдаты с их начальством. Я хочу свое не упустить.

Поднятый мною зомби в суматохе боя незамеченным подкрадывается со спины к одному из арбалетчиков, тот как раз занят натягиванием тетивы. На поясе солдата висит кинжал.

— Все, прикончи его уже, — приказываю я зомби.

Тот хватает кинжал и, зажав арбалетчику рот ладонью, перерезает ему горло.

— Черт, да ты просто Рэмбо какой-то…

Зомби направляется к следующей жертве… Таким образом мертвяк умудряется зарезатьеще троих стрелков.

— Ну, получается, что? Я теперь убийца? М-да, не о таком я мечтал, конечно…

С другой стороны, люди в телегах тоже не хотели здесь оказаться и тем более погибать вдали от родных мест в заброшенном храме древней расы, населенном ужасными тварями…

Да и меня если обнаружат, никто ведь не скажет — о, ты такой крутой, оставайся с нами, а если не хочешь, то иди на все четыре стороны, и да, вот тебе корзинка с припасами, чтобы не голодать…

Я достаточно насмотрелся на местные порядки: задави слабого, подлижись к сильному. Солдаты то и дело пинали и били слуг — просто ради забавы и самоутверждения.

Да и не слуги это… проверив оценкой несколько человек, я успел убедиться, что по дороге к храму солдаты хватали всех, кто подвернулся под руку, — были здесь и молодые парни, лет восемнадцати, кто помощником пекаря, кто подмастерьем у кузнеца служил, кто в поле работал. Есть несколько приключенцев, тех, видимо, по пути словили. И всех их притащили сюда, для приманки. Тех, кто был полезен, заставили прислуживать, но и то, скорее всего, тоже отправили бы в храм, как только угробили бы всех людей в телегах.

Так что не жалко мне этих солдат, ни капельки. Сволочам сволочная смерть. Я тут в гуманность играть не собираюсь, не то место и не та ситуация…

И вообще я этот храм первый нашел, так что пусть валят отсюда подобру-поздорову, а то сейчас вытащат все ценное… Я это место застолбил. Может, когда уровень еще подкачаю, вернусь сюда и наведу порядок.

Вперед, Борис, гаси супостатов. Чем больше людей они потеряют, тем скорее уйдут отсюда.

Мой зомби безнаказанно потрошит солдат, на него в суматохе внимания не обращают. То ли он такой скрытный, то ли солдаты настолько самоуверенны, что их даже мысль о диверсии не посещает.

— Им же хуже. Может, я сейчас благое дело делаю — мщу за всех бедолаг, что они положили тут.

Если надо проявить жесткость, я ее проявлю, если ко мне будет тянуться рука с кинжалом, я ее отрублю к чертовой матери, без всяких раздумий. Кто с мечом к нам придет… ну и дальше по тексту…

Такой здесь мир, такие правила, либо я их приму, либо погибну.

В юности был у меня друг Александр Чистяков. Под стать фамилии — честный и чистый. Считал, что все должно быть по закону, по правилам.

— Дурак ты, Сашка, — при всяком удобном случае говорил ему я, — головой надо думать всегда. А закон что дышло, куда повернул туда и вышло.

Сашка не соглашался со мной и продолжал свою линию гнуть. С такими принципами завалил он несколько раскопок.

В первую же экспедицию, в курганах под Самаркандом, столкнулся Сашка с правдой жизни.

Начальник раскопок занимался хищениями : денег взял на экспедицию в четыре раза больше необходимого, а разницу положил в карман… Сашка про это все узнал (а как иначе, не дурак же … то есть дурак, но в другом смысле ). Явился к начальнику и потребовал, чтобы тот деньги вернул. Естественно , был послан куда подальше. Только не учел он Сашкиной чистоплотности. Друг мой сразу же заявил на начальника. Потом комиссия, расследование. Начальник отправился копать снег в Сибирь, а экспедицию свернули. Полгода Сашка сидел без дела, знай только на допросы ходил. Потом вторая экспедиция , теперь в Саяны , и такая же история. Опять расследование, аресты, раскопки свернули. Сашка опять ходит по судам как свидетель. После этого за ним уже начала закрепляться дурная слава разрушителя исследований.

Я все пытался друга убедить, что мир вокруг не черно-белый, но куда там.

Три года Чистяков в НИИ пробирки мыл — между прочим, доктор наук, автор монографий, спец высокого класса. Никто не хотел его брать в экспедиции.

И тут команду на раскопки в Крым собирают, там какие-то античные строения нашли, а у Сашки специализация как раз в этой области.

Взяли его с собой. Как он мне потом уже рассказал, нашли они в пересохшем лимане греческую триеру, трюм которой набит был амфорами с золотыми монетами. Поначалу решили не сообщать никому, чтобы самим разобраться , и тут даже Сашка согласился — знал , как чиновники на золото падки, для них - то это всего лишь деньги , драгметал . А он - то ученый, ему бы поизучать надо. Короче, пока разбирались, решали , большая часть золота пропала. А к Сашке в палатку пришли коллеги и вручили его долю. Сашка орал так, что вся округа слышала. Снова сообщил куда надо. Только в этот раз никаких расследований не проводилось и не посадили никого. Золота нашли столько, что хватило всем. Раскопки, понятное дело , снова свернули.

Сашка вернулся домой, а через месяц обнаружили его в квартире мертвым.

Перепутал он сироп от кашля с крысиным ядом — такое заключение дали следователи. Очень, блин, правдоподобное. Дальше нашли у Чистякова в квартире артефакты с раскопок, чеки и расписки от известных скупщиков исторических редкостей. По всем уликам выходило, что левачил Саня за милую душу. Только вот нюанс : я-то был в курсе , что ни в одн у экспедици ю , в которых находили артефакты, из Сашкиной квартиры, он не ездил , да и знал я его достаточно хорошо, чтобы не верить в эту чушь. Человек, который ни разу даже дорогу в неположенном месте не переходил, который если в магазине обещал, что занесет пятнадцать копеек , реально их потом приносил — не мог он украсть. Кому-то честный парень Александр Чистяков так сильно наступил на хвост, что его не только убили, но еще и репутацию испортили …

Это я к чему вспомнил: не был Сашка Чистяков гибким. Честным, верным, умным, добрым — да, но ни фига не гибким. А выживают только те, кто умеет приспосабливаться. Саня не умел, а я умею. Я прекрасно знаю, когда нужно промолчать, а когда в морду бить, чтобы авторитет свой утвердить. Поэтому я так долго и прожил. Только с последним делом прокололся, но, видимо, когда фигурирует магия — все ломается…

Сражение между тем продолжается. К кадаврам присоединились и обычные зомбари. Солдаты еще сдерживают натиск, но силы их на исходе. Даже зверское рычание Клодта уже не так действует.

В отдалении слышны возмущенные крики. Клодт орет на мага воздуха, мол, тот наколдовал слишком сильный ветер, слишком много мертвецов на них теперь прут. Маг лишь плечами пожимает — его, мол, дело было бурю поднять, а дальше пусть солдаты разбираются, и обиженно отходит в сторону.

— Так, шансом надо воспользоваться. Пока этот товарищ один…

Мой зомбарь отлично притворяется мертвым — ему особо и притворяться не приходится. Поднимаю его и приказываю прикончить мага.

Борис налетает на мага воздуха со спины, зажав в руке нож. Я уже почти вижу, как падает тело в небесно-голубой робе, а в боку нож торчит. Однако…

Маг, гад такой, словно почувствовал приближение моего мертвяка. Он проворно отпрыгивает в сторону и, оказавшись лицом к лицу с зомби, резко взмахивает руками. С его ладоней срываются два перекрещенных воздушных лезвия. Заклинание шинкует зомби на мелкие кусочки, летит дальше и разрезает еще троих солдат, что стояли чуть поодаль.

Маг удивленно озирается по сторонам — явно не понял, откуда тут зомби взялся.

Только и солдаты не поняли, с чего это вдруг их маг начал убивать своих.

Клодт орет, указывая на мага, и три арбалетчика дают по нему залп. Маг моментально ставит воздушный барьер, и болты падают на землю.

С десяток солдат по приказу командира атакуют волшебника. Крики, вопли —ужасная мясорубка.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Риналдо Грино

Ранг: младший магистр

Специализация: магия воздуха

Возраст: 29 лет

Магический потенциал: высокий

Открыто: 4/30]

Ого, и тридцати нет, а уже младший магистр — достижение, наверное.

Ладно, черт с ним, с этим магистром, пора добавить хаоса.

Поднимаю зомбарей и бросаю в атаку. Мертвяки режут солдат, грызут им глотки, отрывают руки и ноги, сворачивают шеи.

На Риналдо наседают со всех сторон. Долго ему не продержаться. Видимо, поняв это, он выпускает несколько воздушных росчерков в спины солдат первой линии. Воздушные лезвия режут доспехи и плоть, как бумагу. С десяток солдат лишаются рук или ног, трое падают обезглавленными. В прореху в рядах воинов сразу же бросаются мертвецы. Минута — и оборона лагеря прорвана, начинается жуткая свалка.

— Ну вот и конец вашей экспедиции, — злорадно цежу я сквозь зубы.

Одного за другим поднимаю зомби из остатков кучи с трупами и бросаю их в бой.

Лагерь на грани полного уничтожения. Еще немного — и всех солдат перебьют. А потом, когда все утихнет, я примусь за дело. В смысле за оценку ценностей и исследование храма. Все эти битвы и драки — всего лишь помехи на пути к цели, к получению знаний.

Ситуацию спасают отряды патруля, что, услышав шум, возвращаются в лагерь. Солдаты снова смыкают ряды и теснят мертвых. Вся площадка возле входа усеяна телами зомбарей и солдат.

Риналдо все еще жив. Стоит и смотрит на солдат, что не решаются к нему приблизиться.

Из рядов воинов выходит Клодт, он что-то кричит Риналдо. Наверное, сдаться предлагает. Молодой волшебник плюет под ноги рыцарю.

Клодт обнажает меч и бросается на мага.

Такой скорости я еще не видел. Клод мечом отбивает выпущенное младшим магистром воздушное лезвие, в одно мгновение оказывается рядом с Риналдо. Глаза парня расширяются, когда меч командира входит ему в живот. Клод стремительным движением вскрывает мага от промежности до шеи. Риналдо с удивлением смотрит, как его внутренности падают к его же ногам.

— Елки-палки. Вот встретится мне такой Клодт на узкой дорожке, что я с ним сделать смогу?

Ответ неутешительный.

Битва заканчивается спустя несколько часов. Последних мертвяков рубят в капусту. Гора трупов серьезно так увеличилась.

А я все это время сражаюсь со своей левой рукой, которая то и дело норовит подняться в останавливающем жесте. Приходится держать ее правой, не то спалят тут меня в одно мгновение, а сейчас, после жестокой битвы, точно не станут разбираться, кто я такой и почему здесь,— пристрелят на месте сразу же.

— Угомонись ты, — непослушная конечность дергается и рвется, норовя подняться в защитном жесте, — будешь тут торчать, как перископ от подводной лодки…

Заклинание, что я поглотил из амулета, настраивает тело, или тело адаптируется к новой фишке. Пофиг, главное, что настройка эта может меня выдать.

Так продолжается еще некоторое время, примерно с час. Интересно, а у магистров сколько времени уходило на адаптацию?

Лагерь возвращается к привычному ритму, только теперь людей в лагере в разы меньше: мертвецы собрали вою жатву.

— Надо вам валить отсюда, ребятки. Мало ли сколько там еще мертвяков в храме. Не справитесь же…

Проходит еще несколько часов. От лагеря опять доносятся ароматы еды. Как же жрать-то хочется.… А еще в туалет нормально сходить, то, как я сейчас нужду справляю, это отдельная история, которую в приличном обществе не расскажешь.

Осторожно разглядываю походную кухню. Там над кострами кипят котелки, на вертелах жарится мясо и рыба.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Похлебка «Радость рекрута»

Состав: зерна плебеста молотые, соль, перец, ребра вархора, специи по вкусу

Время приготовления: 35 минут

Все бы щас отдал за миску этой похлебки. А на второе…

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Крестос с овощами

Состав: крестос потрошеный, клубни картофеля, соль, перец.

Способ приготовления: Выпотрошенную тушку крестоса набивают разрезанными клубнями картофеля. Соль и перец смешивают с мукой, добавляют воды, чтобы получилось жидкое тесто. Рыбу обмазывают тестом и помещают над углями на вертеле

Время приготовления: 40 минут ]

Рыбный день сегодня. Четверг, наверное. Откуда только они тут рыбу-то взяли?

Особый интерес и повышенное слюноотделение вызывает у меня туша вархора, целиком насаженная на вертел. От мяса идет такой аромат, что у меня в глазах темнеет.

После обеда солдаты собирают оставшихся рабов и, раздав оружие, загоняют в храм.

— Вот же вы упертые.

Последний невольник скрывается в храме.

Пока рабы внутри, солдаты раздевают погибших, закидывают доспехи и вещи в телегу.

По двое, по трое из храма возвращаются отправленные туда рабы. Несут все, что можно унести,— черепки какие-то, посуду, обломки мебели, камни, двое притащили надгробную плиту, покрытую непонятными надписями…

Видно, что в ходе битвы ряды зомби тоже сильно поредели. Рабы все чаще возвращаются, а не остаются умирать внутри храма. Так прошло несколько часов. Из двадцати пяти невольных исследователей храма в живых осталось шесть. Уходило их в последний раз дюжина. Все шестеро ранены. Двоих, кто уже не может ходить, солдаты просто убивают. Остальные отправляются обратно в храм и уже не возвращаются…

К горе трупов подходит маг в зеленом. Выбрав из кучи три трупа, он творит над ними какие-то заклятья. Зачаровывает, что ли?

Во рты трупов маг заливает несколько капель зелья. Рассматриваю пузырек в руках волшебника

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Абсолютно ядовитая эссенция

Класс: алхимический состав

Примечание: Капля эссенции превращает тело в настоящий яд

Открыто: 1/10]

Вот как. То есть план-то у них имеется альтернативный. Отравить трупы, закинуть их в храм. Местные зомбари жрут трупы и травятся сами — профит. Чего только они так сразу не сделали?

Присматриваюсь к пузырьку.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Абсолютно ядовитая эссенция

…

Тип: я д

Стоимость: огромная

Открыто: 3 / 10 ]

Огромная? Типа такая огромная, что даже не подсчитать? Тогда понятно, чего они эту штуку сразу не использовали, берегли на крайний случай…

Солдаты цепляют трупы веревками и тащат в храм.

Как будто это шанс. Поднимаю первого зомби, затем второго… третьего.

— Третьего? Стало быть, я стал сильнее. Какой, интересно, у меня лимит на поднятие? Может, и не нужен никакой город? Буду тут ходить с армией мертвецов, замок какой-нибудь захвачу, королем себя объявлю.

Ладно, это позже. Пока хватит и троих.

Через зомби, которых волочат, рассматриваю храм изнутри.

Сооружение поистине циклопических размеров. Снаружи оно не казалось таким уж большим.

По моему приказу зомби вскакивают и нападают на солдат со спины. Схватки тут не было. Зомбари разрывают солдат на части. Приказываю моим мертвецам заняться расследованием.

Они направляются глубже в храм. Зрением фамильяра рассматриваю внутреннее убранство. Пол усеян трупами разной степени разложения, на стенах пятна крови. И все равно внутреннее убранство храма просто поразительно. Потолки высокие, расписаны на манер Сикстинской капеллы, правда, хоть как-то идентифицировать сюжеты я не в состоянии: вижу только странные, очень выразительные фигуры, которые непонятно как друг с другом связаны.

— Я думал, тут квадратов пятьсот-шестьсот., а тут целый дворец.

Действительно в стенах первого этажа множество дверей, начиная от небольших проемов и заканчивая гигантскими воротами.

Зомби переходят из зала в зал. Ненадолго задержались в зале с монолитными статуями высоких суровых людей. Каждая статуя держит меч, воткнутый в землю.

Одна из зал оканчивается тупиком. Вернее, огромными воротами, одна из створок приоткрыта.

— Вот оно. Видимо, кто-то сумел открыть двери, и оттуда хлынули зомби.

В зале на постаменте лежат осколки меча. Древнее оружие сломано, но даже так выглядит солидно и таинственно.

— И чего надо захватывать этот храм. Места и артефактов тут на всех хватит.

Зомби проходят по широкому, просторному коридору.

Один из мертвяков наступает на скрытую плиту. Раздается треск, из пола выскакивают длинные острые шипы и пронзают стоящего рядом мертвеца.

Приказываю зомби затаиться, лечь и притвориться мертвыми. Отдельно помечаю нажимную плиту.

Рассматриваю стены — должен тут быть механизм активации и убирания копий.

Плитка рядом с одной из гравюр помечена красным кружочком. Значит, кто-то ходил здесь и оставил метки.

Зомби располагаются на полу — типа мертвые окончательно, я же продолжаю наблюдать за ситуацией. Что-то мне подсказывает, что снаружи скоро придут гости.

Не знаю, сколько я ждал, но вдруг в коридоре послышались шаги. Снаружи видимо решили направить вообще всех, кто мог мало-мальски держать оружие.

Слышен шум битвы, в залу врывается отряд, они гонят зомби, мечи срубают головы, копья протыкают зомби насквозь.

— Ну все, надоело. Не хотите по-хорошему? Будет вам.

Когда основная часть отряда проходит мимо панели, приказываю зомби нажать на кнопку.

Копья выскакивают из пола, пронзают тела, забирают жизни. Зала вспыхивает, раздаются взрывы — видимо, взрываются какие-то зелья или артефакты. У одного из воинов защитный амулет, так что копье гнется о невидимую стену.

Крики боли, хрипы умирающих…

По моим прикидкам, ранены двенадцать человек из отряда, убиты больше двух десятков. Выжили те, у кого была сильная защита или кто не успел дойти до ловушки.

Отряд возвращается в лагерь. Клодт орет на солдат.

— Еще бы ты не орал — кучу народа положил, а ничего полезного не получил.

Двое раненых солдат лишается жизни по приказу Клодта. Командир приказывает им возвращаться в храм. Те отказываются, и тогда солдат просто зашвыривают внутрь храма.

Клод приказывает сниматься с места.

— Наконец-то! Долго же до тебя доходило.

Проходит еще один мучительный час ожидания. Отряд забирает все вещи, добытые из храма.

Спускаюсь с насеста. Тело ломит от долгого лежания на камнях, настроение ниже плинтуса.

— Блин, надо было больше, надо было больше.

Разочарованно смотрю на пустое место, на котором располагался лагерь.

— А и ладно. Зато свалили. А жадность многих оценщиков погубила.

Под ногами что-то блеснуло — монетка! Золотая. Как ее не заметили?

— Светлая полоса в жизни начинается?

Рассматриваю находку.

На аверсе что-то непонятное, типа облако или темнота, и два глаза, смотрящие из этой темноты. На реверсе красивое женское лицо.

— Надо же, какая искусная чеканка.

Внимательнее гляжу на женщину. Резчик был мастер, так точно он передал точеные царственные черты, высокие скулы, глаза со вздернутыми уголками, прямой красивый нос, четко очерченные губы.

— Ну, счастливая монетка, принесешь ты мне удачу? — подбрасываю монетку и ловлю ее в воздухе.— О, девушка выпала, значит все не так уж и плохо, верно?

Подмигиваю монетке, в этот момент легкая улыбка на губах незнакомки превращается в хищный оскал, все черты заостряются, превращая прекрасный лик в гротескную маску ужаса и злобы.

— Черт! Что за фигня? — От неожиданности я чуть не роняю монету.

Снова смотрю — нет, все в порядке. Лицо незнакомки все так же прекрасно и величественно…

— Показалось, наверное.— Верчу монету так и эдак. — Не выкидывать же ее теперь? Что я, дурак, золотом разбрасываться?

Активирую оценку

[ОЦЕНКА | ур. 11

Проклятая монета

Ценность: неопределенна я

Открыто: 1/—]

— Ну да, понятно, — монету держу на вытянутой руке, мало ли, щас взорвется, — сколько таких проклятий я должен был словить за время работы. Все же руками брал, иногда даже без перчаток. Человек я рациональный, верю в науку, и в проклятья, естественно, тоже. Потому что были звоночки, когда со всякими древностями работал. Ничего опасного, я не пострадал, но необъяснимое бывало. И вообще, мне-то вроде монетка улыбнулась. Может, я шизу словил, или это анимация такая?

Кладу монетку в карман:

— Ну, все, пора и домой. Засиделся я тут…

Дорога обратно прошла без приключений. Если не считать удачной охоты. Удалось подстрелить четырех упитанных ушастых зверьков, которых я назвал тушканчиками. Оценка подсказала, что звери эти съедобные.

Уже на подходе к башне замечаю гору камней, дерева и всяких железяк. Мои мертвяки тоже время зря не теряли.

— Ну, привет, Белла! Я вернулся. Признаюсь, я скучал по тебе, сильно скучал!

Раскидываю руки, словно собираясь обнять башню. Двери распахиваются мне навстречу.

— Ты тоже скучала! Это радует.

Набрав охапку дров, поднимаюсь наверх и развожу костер. Вынужденный пост пора прервать. Причем сделать это по-королевски. Прямо-таки обедом из трех блюд. Припасов не так много осталось, но запеченные на углях тушканы исправят ситуацию.

Пока разгорается огонь спускаюсь на первый этаж.

— Эх, Белла, знала бы ты, в какую заварушку я попал! Еле выбрался. Хотя ты, наверное, в моем сне потом покопаешься и все увидишь.

Открыв дверь в комнату накопления некроматериала, поднимаю зомби:

— Борис, хватит тут болтаться без дела, давай носи материалы в подвал, да ухо востро держи — мало ли тут кто шляться может.

Зомби выскакивает из башни и принимается перетаскивать хлам в подвал.

Бульон из тушканов — с голодухи пища богов. Впрочем, после первого я смотрю на мясо с опаской. Хочется и колется. Хоть я и потратил уйму сил, а значит, мне нужны калории для их пополнения, но набрасываться на еду с голодухи бывает опасно.

К тому же я реально вымотан, и мне уже хочется не столько есть, сколько спать. Так что мясо я только пробую, тоже вкусно, но не так, как суп: наверное, потому, что я уже утолил голод.

— Будильник можете не заводить, — залезаю в спальник, — сладких снов, Белла…

Сплю я уже или нет, но в башне вдруг раздается женский смех…

— Снится, наверное, — поворачиваюсь на другой бок и спокойно засыпаю.

Все люди разные. И вкусы у всех тоже разные: кто-то любит гулять под дождем, кому-то подавай солнечную погоду, кто-то ест сладкое, кто-то предпочитает кислое, одним по душе жить и работать ночью, другие же только при свете дня способны что-то делать. Кто-то любит чай, кто-то кофе, андроид или айфон, окрошкуна квасе или сыворотке, яйцо всмятку или вкрутую, Шварценеггер или Сталлоне, Эдвард или Джейкоб… Сколько людей, столько и мнений, вкусов, привычек…

Только в одном склонности всех людей сходятся — все любят поспать. Будь ты «белый воротничок» с Уолл-стрит или абориген из племени Тумбо-Юмбо — спать любят все.

Поэтому и я решил поспать. Последняя вылазка меня изрядно вымотала. Лежание на голых камнях, постоянное напряжение из-за того, что меня могли в любой момент обнаружить, выпили силы с алчностью вампира.

После возвращения в башню у меня не было сил даже разобрать гору вещей, что натаскали скелеты. Помимо палок камней и железного лома притаранили несколько шкатулок с потемневшими от времени крышками, алебарду со сломанным древком, странный черный камень, который будто поглощал весь свет, и штук пять мечей. Всеэто я затащил в башню, думая заняться оценкой, но так задолбался, что решил отложить на потом.

Забравшись в спальник, я закрыл глаза:

— Как же хорошо дома!Никто не громыхает, трупы не лезут, оружием никто не бряцает — благодать.

Спал я как убитый. Причем вроде бы даже вставал несколько раз — воды попить. Организм требовал жидкости, но и тогда, кажется, спал. Такой «мертвый» сон в конце концов перешел в нормальный — когда организм восстановил силы, закрыл, так сказать, актуальную потребность…

Во сне я открыл глаза:

— О, моя любимая часть сновидения — активная.

Сижу я, значит, на втором этаже башни, у очага. Тепло, хорошо. В башне что-то происходит, вернее с башней.

Я прямо слышу, как поскрипывают каменные стены, словно растягиваются. Потрескавшиеся доски пола срастаются, как сломанные кости, в потолке исчезают трещины…

— Это хорошо, — поднимаюсь на ноги, — надо укреплять оборону.

Ну, у Беллы, видимо на это другой взгляд — поэтому на окнах появляются кружевные занавесочки…

— Это нам зачем? — Я,как истинный мужчина, не понимаю ценности всех этих мелочей. — У нас же башня, а не домик принцессы.

Осматриваюсь. Везде какой-то… косметический ремонт, что ли: резьба появилась на перилах, ручка двери в комнату некротического материала изменилась — теперь это не просто тускло поблескивающий кругляк, а стилизованный череп из темного металла.

— Решила прихорошиться? — обращаюсь к башне. — Но знай, даже без всех этих финтифлюшек ты для меня самая лучшая.

На первом этаже изменился пол: вместо потрескавшегося от времени камня теперь плитка с геометрическим узором.

— Если тебе дать дерева побольше, то ты тут и паркет постелешь. Только это роскошь. Можно мне тоже высказать предложения?

Я подсказываю башне, где и что можно и нужно улучшить. Тут вот в стене камень расшатался, решетки на окнах хорошо бы укрепить. Мы с Беллой неплохо сработались. Думаю, когда ресурсов будет достаточно, подумаем и над более сложными системами защиты. Учитывая банду наемных убийц и крупные разновидности нежити — оборона и защита — сейчас первоочередное, а всякие удобства — потом.

— Какие мы с тобой молодцы. Если так дальше пойдет, может,еще этаж сделаем тебе или пристройку.Только не обивай входную дверь розовым плюшем.

Поднимаюсь на третий этаж, а там помимо привычных уже завалов вещей, которые жалко выкидывать, появилась дополнительная ниша в стене.

— Это что еще за новости?

Подхожу ближе к углублению.

В нише постамент из белого камня. На таких в советские времена размещали бюсты вождей.

Сейчас в нескольких сантиметрах над постаментом медленно вращался иссиня-черный камень с золотыми прожилками. Камень был заострен книзу, из этого острия в постамент били крохотные голубые молнии…

— Белл, ну это то нам на фига? Как светильник не очень, куртку не повесишь, да еще и мизинцем теперь об него буду биться. Может, не надо?

«Надо!»

Неожиданно.

Голос прозвучал у меня в голове. Первый раз Белла мне ответила прямо.

— А камешек этот, видимо, зомбари притащили? — рассматриваю черный осколок. — Ну ладно, смотрится хорошо. Ты женщина видная, тебе нужны украшения. Только больше так не делай, хорошо? Мы же с тобой друзья, а друзья не берут вещи друг друга без спроса. Я бы и сам тебе этот камешек отдал…

Протягиваю руку, чтобы дотронуться до камня. В палец бьет молния.

— Ай! — Вскакиваю, по пальцам пробегают крохотные искорки. — Так, пора вставать, я понял.

Одевшись, идуосматривать башню. Даже завтракать не стал — интересно же, что там Белла напридумывала.

Постамент из белого камня стоял там же, где и во сне. И камень черный с золотыми прожилками все так же медленно вращался в нескольких сантиметрах над ним. Сейчас, при свете дня, я припомнил, что камень точно был в куче, которуюнатаскали зомби. Я еще отметил про себя, что штука наверняка непростая… чувствовалось в нем что-то особенное…

Внимательно рассматриваю камень. То, что я сначала принял за золотые прожилки, оказывается тонкой вязью рун. Сама структура осколка намекает на принадлежность к чему-то покрупнее.

— Откуда, интересно, его выдернули?

Не отрываясь, рассматриваю камень. Так проходит минут пятнадцать.

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Накопитель маны

Возраст : 733 года

Назначение: магический артефакт

Емкость: 500 единиц

Наполненность: 37 единиц

Радиус действия: в пределах объекта

Радиус поглощения: 500 метров

Объект: Башня странствующего торговца

Возможность передачи маны: в пределах лимита

Время полной зарядки: 28 суток

Открыто: 9 /24

Примечание: подсчет маны ведется интуитивно, подстраиваясь под наблюдателя. Единицы измерения субъективны.]

Ну вот. Оказывается, штука эта —не просто красивая побрякушка, а очень даже ценный артефакт. Камешек этот накапливает ману, судя по описанию, вытягивая ее из пространства вокруг башни. При необходимости можно черпать из камня энергию. Это прямо очень полезно, особенно если какие-нибудь сволочи осадят башню.

Спустившись на первый этаж, проверяю комнату с мертвяками, там все хорошо — цепи, трупы.

Поднимаю парочку зомби:

— Так, товарищи трупешники, зомбари, представители некрожизни, в нашем маленьком сообществе все равны. Но некоторые все же равнее. Поэтому вы сейчас отправляетесь на разгрузочные работы. Все, что ваши товарищи натаскали, следует поместить в подвал башни. Сами туда не прыгаете, а то были инциденты. Палки, камни, железки — все в подвал. Нашли что-то необычное, интересное — отложили в сторону. Я потом проверю.

Зомби топчутся на месте, сверля меня глазами.

— Читаю в ваших глазах немой вопрос, а чем же займусь я? А мне достается самая трудная часть работы — стратегическое и тактическое планирование. Вопросы есть?

Зомби не пошевелились.

— Вопросов нет. Так что вперед, товарищи некрожители, пора строить светлое некромантское будущее.

Мертвяки отправляются таскать материал в подвал.

— Все, теперь самое время подкрепиться.

Запасы провизии подходят к концу. Не то чтобы я же на пороге голодной смерти, но пополнить «холодильник» не мешало бы.

— Жаль тут супермаркетов нету или хотя бы ларька какого-нибудь, — размышляю, дожевывая полоску вяленого мяса. — Хотя если здесь водятся деньги, то и рынки, очевидно, есть. Но мне туда пока не попасть.

Черный осколок на белом постаменте не выходит из головы, даже когда не вижу его. Все-таки очень интересная штука. Где его зомби раздобыл? Выломал он его сам откуда-то или так нашел?

Позавтракав, возвращаюсь к камню на третий этаж. С собой вода и несколько кусков мяса, процесс изучения будет долгим, как я понимаю.

Накопитель маны

…

Наполненность: 37 единиц

…

Да, небыстро мана копится…

Возможность поглощения маны: да

…

А что за поглощение маны? Он же вроде и так поглощает…

Снова протягиваю руку к камню с небольшой опаской — получить удар током вовсе не хочется.

Синяя дуга протягивается от камня к моей ладони…

[ОЦЕНКА ур. 11

Накопитель маны

…

Емкость: 500 единиц

Наполненность: 93 единицы

Передано маны: 60 единиц

…

Открыто: 1 1 /24]

Куда? Вот черт… я ж не хотел ничего передавать.

А передал, видимо, слишком много, так как мне сразу поплохело. Голова закружилась, колени задрожали.

— Зашибись, как будто снова состарился, — почти ползком добираюсь до постели, — как быстро, оказывается, привыкаешь к хорошему.

Лежу на спине, с шумом втягиваю воздух ртом, как рыба, которую вытащили из воды.

Шестьдесят единиц — это много или мало? Ну, для меня явно много…

Хороший камешек, конечно, нужно с ним поосторожней быть. Кстати, если тут есть такие накопители маны, может, и накопитель жизни найдется? Камень, который накапливает, не знаю, жизненную эссенцию, какую-нибудь и при необходимости может передавать ее владельцу, лечить его…

Смотрю на камень, черный, словно лоскуток тьмы, как дыра, поглощающая свет…

Во дворе, где я рос, был мальчишка — Денис Ковалев по кличке Галька, не галка, а именно галька.

Денис этот с самого детства любил возиться с камнями. Целыми днями он бродил по двору и окрестностям в поисках интересных камней. Осколок кирпича, бетона, булыжник обыкновенный — любая каменная порода вызывали в нем живой интерес.

Надо сказать, что родители Дениса, умные люди, поощряли увлечение сына, записывали его на всякие лекции по минералогии, отправляли на лето в научный лагерь. Денис собирал самые разные камни, я как-то побывал у него дома. В комнате не было свободного места — везде лежали каменюки разного размера, цвета и структуры, и про каждый Денис мог часами рассказывать.

Как-то раз во двор привезли самосвал щебенки, так Ден торчал возле огромной кучи целый день, вечером его родители чуть ли не силой утащили домой…

После школы Денис поступил в университет на кафедру минералогии. Окончил ее с красным дипломом, занялся любимым делом…

Если у меня в работе возникали трудности с идентификацией и оценкой какого-то камня — я сразу звонил Денису. Тот никогда не отказывал в экспертизе. Ему это было только в радость.

Вот уж кто многое мог бы рассказать про черный камень.

Денис мог понять, что за камень, откуда его извлекли, с помощью какого инструмента, как давно и даже в каком состоянии был тот, кто его вытаскивал…

Да уж, его бы сейчас сюда… немало информации о камнях и их природе я почерпнул как раз у Дениса.

В моем прежнем мире многое решали именно полезные связи. Здесь бы тоже не помешало их наладить. Но это позже. Сейчас нужно полагаться на себя и свои силы.

Провалялся я рядом с камнем несколько часов, пока не прошла слабость. Все это время оценивал его.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Накопитель маны

…

Наполненность: 117 единиц

…

Примечание: данный камень был частью сложного магического прибора — негатора магии. Негатор способен поглощать ману, создавая вокруг себя немагическое поле. Такие приборы часто использовали в сокровищницах замков, чтобы избежать проникновения воров, которые владели магией . Сам негатор — прибор сложный в изготовлении и настройке. До образования Мертвых пустошей негаторы были широко распространены среди богатейших людей Аларии, однако после Магических войн, когда погибло большинство магов , секрет изготовления негатора был утерян, сами приборы в основном уничтожены , но осколки негаторов то и дело всплывают на черных рынках.

Открыто: 1 2 /24 ]

О как, прибор, создающий немагическое поле, да еще и с возможностью высасывать магию, — супер же. Включил его — и никакой колдун к тебе в закрома не проберется, а если проберется, то не выберется. Интересно, а настройка предполагала наличие протокола «свой-чужой»? Чтобы владелец негатора и какие-то его ближайшие подчиненные могли пользоваться магией.

— Давай, Беллочка, занимайся своими делами, а я посплю пока. А камень этот позже изучу внимательнее.

Лежу, восстанавливаю силы — все-таки два умения поглотил. Надо дать организму их «переварить».

Под вечер становится совсем хреново — глаза жжет огнем, все суставы выкручивает, спину словно огненный штырь пронзил — так я себя чувствовал в прежнем теле, когда гроза собиралась…

— Хорошо, что мне сегодня никуда не надо, да и завтра тоже, да вообще всю неделю… отпуск у меня, так сказать.

Двое суток я метался в агонии:пока тело испытывало страдания, мозг лихорадочно пытался отыскать ответы на вопросы — что за камень, где его зомби нашел, и самое главное — есть ли там что-то еще интересное и полезное?

Легчает спустя два дня.

Я поднимаюсь с кровати, в животе урчит. Просмотрев припасы, собираюсь на охоту.

— Лежит он, а в доме шаром покати…

Глубоко в лес не иду — у меня сейчас не увеселительная прогулка и не исследовательская миссия, мне просто жрать очень хочется, а значит, живности на опушке хватит.

На бревно прямо передо мной выскакивает пушистый зверек с длинным тонким хвостом кисточкой.

Оценка показала, что он безопасный и съедобный.

— А вот и завтрак.

Арбалет молниеносно оказывается в моих руках.

Тяжелый болт пронзает зверька и сносит его с бревна, пришпилив к ближайшему дереву.

Воодушевленный, продолжаю охоту. В небольшом овраге натыкаюсь на одинокого вархора. Я такого однажды видел, но не в том состоянии был, чтобы на него нападать. Зверь отдаленно напоминает земного кабана, только тело его покрыто костяными пластинами и зубам позавидовал бы любой тигр. Вархор застрял в вязкой глине всеми четырьмя лапами. Видимо, молодой и неопытный. Не очень спортивно, конечно, нападать на него, но тут у нас не олимпиада. Здесь выживать надо.

Зверь оказался крепким. Два болта в боку заставили вархора лишь яростнее биться в вязкой грязи.

— Не дергайся, тебе же хуже будет.

Третий болт вошел зверюге в середину лба, между пластин. Вархор несколько раз дернулся и рухнул в глину.

Теперь самое сложное —вытащить тушу зверя из оврага. С помощью веревки, гладкоствольного дерева, которое я использовал в качестве опоры для блока, и такой-то матери, тушу я вытянул.

Вархор хоть и молодой, но крупный. Дотащить такого до башни — задачка нетривиальная.

Пришлось вспоминать школьные выезды на Зарницу.. Быстро нарубил длинных разлапистых еловых веток с ближайших деревьев, связал их концы веревкой — вот тебе и волокуши получились. Перевалил тушу на ветки и потащил их к башне.

Возвращался напрямую через лес: местность тут уже знакомая, так что я почти ничего не опасался. Был, конечно, начеку, мало ли кто или что выскочит.

У самой кромки леса натыкаюсь на двух скелетов. Мертвяки стоят у толстого ствола дерева и смотрят в сторону башни.

— Что-то подсказать, ребята? Который час или как пройти в библиотеку?

Скелеты как по команде поворачиваются ко мне.

Голова первого буквально разлетается на части — болт со смещенным центром тяжести сносит мертвецу половину черепа.

Я не собираюсь играть в благородство.

На перезарядку арбалета времени нет, и я хватаюсь за меч.

Скелет мчится и атакует на бегу, его лапа с длинными черными когтями проносится в сантиметре от моего лица. Я легко уклоняюсь от атаки. Меч быстро и бесшумно вылетает из ножен. Мертвец по инерции пробегает еще несколько метров, а затем резко разворачивается и снова мчится ко мне.

Вскидываю меч на уровень глаз. Скелет уже почти рядом, и тут он натыкается на клинок. Остановиться скелет не может и насаживается пастью на меч.

Два — ноль в мою пользу. На всякий случай проворачиваю меч, пока не услышу треск черепа.

Скелет бесформенной кучей падает к моим ногам.

— Все, теперь точно к башне. Быстро — на мне сегодня еще и готовка.

До башни я дошел, когда солнце только перевалило за полдень.

Наспех разделав тушу и освежевав ушастого зверька, создаю из мечей подобие решетки, фиксирую их на камнях над углями. Раскладываю на импровизированном гриле ломтики мяса.Пока мясо поджаривается, требуху, косточки, шкуру и прочее скидываю в подвал: Белла разберется куда их пристроить.

Огонь весело потрескивает, падающие капли жира шипят.

— Королевский обед, — рву зубами большой кусок мяса, — хлеба бы сейчас еще…

Ем и сравниваю: мясо мелкоты, конечно, нежнее, зато у вархора чувствуется какой-то приятный аромат. А может, я нагулял хороший аппетит, и мне все вкусно.

После еды мысли мои снова возвращаются к черному камню на белоснежном постаменте, затем к навыкам, что я впитал.

— Все-таки заклинаниями это назвать сложно, — рассуждаю вслух, расхаживая по второму этажу, — заклинание — это то, что произносят, «абракадабра» например, или «крибле-крабле-бумс». Мне то никаких слов говорит не надо — только поднять руку. И летящие в меня стрелы — только начало.

То и дело поднимаю руку, стараясь активировать навык, — ничего не происходит.

— Ну конечно, не происходит, — останавливаюсь посреди комнаты, — надо же, чтобы что-то в меня летело. Навык на то и навык, чтобы его оттачивать тренировками…

Сказано — сделано. Спустя полчаса я стою недалеко от башни, шагах в десяти от меня топчутся два зомби, рядом с ними гора всякого оружия, в основном даже не метательного: мечи, копья, топоры секиры, из того, что подходит для швыряния, а еще просто камни. Насчет камней забавно получилось: всякого оружия у меня скопилось немало, а за камнями пришлось зомбарей отправлять, потому что в округе их вообще не осталось.

— Все поняли? Берете оружие и кидаете в меня. Давайте по одному, начнем с камней, — приказываю я, и тут же в мою сторону летит увесистый булыжник.

Поднимаю руку, чтобы остановить камень, однако ничего не происходит, и камень пролетает рядом с моей головой, едва не угодив прямо в лоб.

— Борис, чтоб тебя, бросаете по моей команде, —прикрикиваю на зомби, — не хватало мне ласты склеить по-идиотски.

Я раз за разом поднимаю руку, и раз за разом ничего не происходит.

— Что за фигня? Может, навык выдохся? Есть тут срок годности? Гарантия работы?

Отвлекшись на эти мысли, упускаю момент, когда зомби швыряет в меня очередной ржавый клинок. Меч летит в мою сторону, медленно вращаясь. Уклониться я уже не успеваю. Сердце бешено колотится, вбрасывая в кровь лошадиную дозу адреналина…Ладонь становится горячей, будто в ней лежит кусок расплавленного металла.

Ага, значит, сейчас сработает

Вскидываю руку, чтобы защититься от летящей мне в грудь железяки.

— Да! Получилось!

Меч, словно оживший спецэффект из кино, завис в воздухе, чуть подрагивая в паре сантиметров от моей ладони.

Хватаю его и отбрасываю в сторону.

— Следующий! — командую я, и второй зомби бросает в меня камень.

Поднимаю руку и останавливаю снаряд в воздухе…

Тренировка пошла веселее. Нет, не сразу же я освоил использование навыка. Пока удается остановить один снаряд из трех, но это уже прогресс.

К тому же один из зомби оказался таксебе метателем.

— Борис, соберись, чего ты швыряешь в сторону? У тебя что, обе руки левые? Давай, целься лучше…

Зомби швыряет в меня топор, но тот летит в сторону.

— Да чтоб тебя.— Поворачиваюсь спиной к мертвякам, чтобы выдернуть топор из земли.

Пока я отвлекся, мертвый болван бросает в меня копье. И вот теперь оно летит по идеальной траектории.

Поспешно вскидываю руку и останавливаю метательный снаряд.

— Ага, сейчас у тебя все получилось идеально. Борис, ты что убить меня хочешь? Ну-ка двинь себе по голове хорошенько, чтобы мозги на место встали…

Зомби с силой лупит себя по макушке, я даже треск слышу:

— Давай теперь, бросай…

К моему удивлению, после взбучки зомби начинает бросать гораздо точнее. Может, действительно от удара прицел выправился?

Спустя примерно час я с легкостью останавливаю брошенные в меня предметы, даже по два за раз…

Зомби вдруг беспокойно поглядывают куда-то за мою спину.

— Вы чего? — Я оборачиваюсь, чтобы проследить направление их взглядов. — А-а-а, там представители недружественной фракции.

К башне и правда топает отряд мертвецов, небольшой. Всего-то семь скелетов и три зомби.

— Сейчас мы их раскатаем. К оружию!

Мои зомбари хватают мечи и нападают на пришлых мертвяков, я, естественно, не отстаю от подчиненных.

Зомби ударами мечей с ходу сносят головы двум ближайшим скелетам. Я подныриваю под удар вражеского зомби, подрубая ему ноги ударом меча. Зомбарь падает на колени, и мой клинок сносит ему голову.

Еще двое мертвяков прыгают ко мне, но их перехватывают мои зомби и отшвыривают в сторону.

— Стоим рядом, — командую я. — Cпина к спине!

Мертвяки атакуют бессистемно, без намека на тактику. Просто лезут на нас, и все.

Удары мечей отсекают руки, ноги и головы… Последнему из оставшихся скелетов Борис сносит башкутаким сильным ударом, что та взлетает в воздух на метра на два.

Вскинув руку, останавливаю голову в воздухе.

— Боря, сделай красиво, — приказываю я.

Зомбарь подпрыгивает и ударом ноги с разворота отправляет голову в полет в сторону заходящего солнца. И правда красиво получилось.

— Высший балл! Будь это олимпийский вид спорта — медаль была бы у тебя в кармане. А там рекламные контракты, деньги, машины, красотки в купальниках у бассейна, вилла в Испании… Но, извини, тут у вас такого нет…

Зомби опускает голову. Мне даже показалось, что он разочарован.

Возвращаемся к тренировке. Солнце только-только коснулось краем горизонта, так что время еще есть…

До самых сумерек тренируюсь, пока есть силы.

Теперь все, что в меня летит, я останавливаю без проблем.

— Потрясающе удобная штука, — сообщаю я мертвякам, хватая в воздухе очередное копье, — теперь бы стрелы и болты научиться останавливать, и зашибись будет…

— Ладно, собирайте тут все и пошли домой.

Со стороны башни доносится протяжный стон.

— Это что еще такое? Опять гости непрошеные?

К башне приближается толпа мертвецов. Штук тридцать, а то и все пятьдесят…

Первая мысль:«Скорей внутрь, там безопасно, а эти дохляки пусть торчат снаружи, пока им не надоест».

Даже делаю несколько шагов, но потом останавливаю себя:

— Надоело уже прятаться, лежать, спать… Как овощ, честное слово. Хватит с меня. Меч есть, силы в руках есть, да и мертвые товарищи помогут…

— Товарищи мертвецы, — обращаюсь к зомбарям, — вражеские орды снова атакуют наш дом. Пора дать отпор мерзким захватчикам! Враг будет разбит, победа будет за нами!

С этими словами бросаюсь в битву. Попутно поднимаю еще одного мертвяка.

Нас четверо против целой толпы. Плевать.

Сейчас я этих бродячих в гнилой фарш порублю.

Наверное, это умения мастера клинка во мне заговорили. Но меч в моих руках стал легче, движения — четче и выверенней. Ни одного лишнего взмаха или шага.

Влетаю в толпу зомбарей. Отмечаю, что все мертвецы в одинаковой одежде, вернее лохмотьях, на шеях некоторых — обломки колодок, на руках кандалы с обрывками цепей. Рабы, видимо. Как шли куда-то живыми, там и продолжают брести после смерти…

Неважно. Важно то, что я сейчас буквально бог войны. Пишут же в книгах, что «меч пел в руках воина». Вот я всегда думал, что это просто красивая фраза. А вот и нет. Свист рассекаемого воздуха действительно рождал мелодию, прекрасную и страшную одновременно, прекрасную для меня и страшную для моих врагов. И сам бой больше походил на танец. Уклонение, поворот, удар, уклонение, поворот, удар. Я словно танцевал смертельный вальс. Зомби валились к моим ногам один за другим.

Вместе с моими зомбарями мы шинковали и рвали мертвяков, как зелень на салат.

Я отсекал головы и конечности, с хирургической точностью находя слабые места в телах противников. Рядом со мной зомбари дрались безо всяких изысков, отрывая головы и раздираяпротивников на части. В горячке боя я не терял контроля и, когда кто-то из моих падал, сразу же поднимал нового мертвеца…

Последний зомби пал, рассеченный моим клинком надвое, и нога Бориса раздавила ему череп.

Вся битва заняла не больше пяти минут. Или мне так показалось.

— Ничего себе, — опускаю клинок, осматривая место побоища, — вот теперь никто не скажет, что я плохо владею мечом. Хотя тут и говорить особо некому… Так, вы трое, — обращаюсь к моим зомбарям, — хватайте этих, которые валяются, и тащите в башню, всех в подвал кидайте, когда закончите — свободны.

Возвратившись в башню, готовлю еду. Умения умениями, но организм после драки требует энергии. И это я так прилично выражаюсь, а самом деле мне просто хочется жрать. Недожаренные куски мяса исчезают во мне с ужасающей скоростью. Естественно, предварительно я проверяю их оценкой, не хватало мне местных глистов подцепить.

— Это завтра что, опять на охоту придется идти? Если я так ем, сколько провизии требуется, чтобы прокормить отряд мастеров клинка?

После плотного ужина по телу разливается блаженное тепло, глаза слипаются.

— Все. На сегодня хватит с меня. Пора отдохнуть… Да, Белла, пожалуйста, не бери мои вещи без спроса. Мы с тобой всегда сможем договориться.

Кристалл маны на подставке все так же медленно вращается в сантиметре над постаментом, я еще раз проверил.

Крутая штука, только пока непонятно, как ее использовать.

Перед тем как улечься, снимаю заклинание с зомбарей: они тоже заслужили отдых, в их случае вечный…

Уснул я,едва голова опустилась на подобие подушки, что я соорудил из всякого тряпья почище и помягче.

Среди ночи разразилась гроза. Даже буря…

От ударов грома подскакиваю. Башню освещают вспышки беспрерывно бьющих молний, за окнами хлещет дождь, а порывы ветра грозят сорвать крышу башни и унести к чертовой матери.

От грохота и вспышек молний мне даже не по себе становится. Бури такой силы я не припомню.

— Это ж что завтра будет рядом с башней? Каждая гроза несет какие-то перемены — то кусты ядовитые появятся, то деревенька. Что же теперь будет? Пустыня? Вулкан? Если тут есть картографы, они, наверное, задолбались карты перерисовывать…

Буря стихла к рассвету. Стихла неожиданно, словно кто-то нажал на кнопку и все закончилось. Наступившая тишина давила на уши, на мгновение мне показалось, что я оглох. Постучав кулаком по полу, радостно выдохнул: слух я не потерял.

Когда смолкли раскаты грома, я наконец смог уснуть.

Проснулся, когда солнце уже подбиралось к зениту. В окна второго этажа башни лился золотой свет солнца, и в его лучах кружились пылинки. Влажная уборка точно бы не помешала.

Поднявшись с постели, спускаюсь на первый этаж. Там меня уже поджидают два зомбаря.

— Ну, тунеядцы, кто сегодня хочет поработать? Шутка. Все хотят, по вашим одухотворенным лицам вижу. Сегодня нас, вернее, вас ждет много работы. Пошли.

Позевывая, направляюсь к двери, зомби топают сзади. Надо отправить их за материалами. Занавесочки и все такое, — это прекрасно, но надо заботиться также о безопасности, и Беллы, и моей. Усилить оборону, так сказать. Тут уже я буду решать, что и куда пристроить. Может, самострелы на крыше? Или дверь превратить в мост, а вокруг башни будет ров… с крокодилами желательно.… Ну, ладно, это я размечтался. На самом деле самострелов или катапульты на крыше будет достаточно.

— До чего дошел прогресс, до невиданных чудес, — я даже песню напеваю, — зомби сделают работу, а я просто молодец…

Взявшись за ручку двери, замираю. А откуда взялись зомби? По спине пробегают огромные холодные мурашки.

— Я же вчера отпустил своих. Это что, выходит… чужие мертвецы? У меня дома.… И они сейчас стоят у меня за спиной…

Человек — это звучит гордо. В каждом человеке есть скрытый потенциал. И это не о каких-то талантах, которые можно раскрыть, развить и все такое. Нет, это о ресурсах тела.

Мне всегда нравилось читать о проявлении таких способностей. В экстремальных ситуациях люди совершают такие действия, на которые в обычной жизни неспособны.

Мать на руках выносит из горящего дома детей, пожилой мужчина, спасаясь от стаи диких собак, бежит с такой скоростью, что Усейн Болт помер бы от зависти. Одна старушка во время пожара в многоквартирном доме ухитрилась вытащить из пылающего здания огромный сундук, в который посадила мужа-инвалида. Когда пожар потушили, спасатели попросили ее снова поднять сундук, на что старушка покрутила пальцем у виска — такую махину она и с места не сдвинет…

Когда приспичит, человек творит такое, что уму непостижимо.

Вот и я думал, что все ресурсы организма знаю, никаких неожиданностей быть уже не может. Но тот прыжок, что я совершил, был просто фантастическим…

За моей спиной топчутся два мертвяка, неизвестно откуда взявшиеся в башне, в проеме открытой двери еще один чужой зомбарь. Этот стоит на коленях, припав к земле, будто что-то вынюхивает.

При мне нет оружия — мечи на втором этаже или на третьем. В кармане только столовый ножик, даже не заточенный. Я же не собирался сражаться, просто устроил небольшой утренний обход — открыть дверь, глянуть, что все в порядке, закрыть. Не думал я, что утро преподнесет мне сюрприз.

Однако же один зомби впереди — это гораздо лучше, чем два за спиной.

И я совершаю прыжок с места, перепрыгивая через зомби и при этом ухитряюсь в полете врезать подъемом стопы в челюсть стоящего передо мной мертвяка. Голова зомби откидывается назад, и я, приземлившись, втыкаю в нее нож. Клинок входит в череп зомби по самую рукоятку. Зомбарь обмякает и растягивается на земле. Я уже снаружи, перекатываюсь через плечо и сразу же вскакиваю на ноги. Мгновенно накидываю заклинание захвата на убитого зомби, и тот поднимается на ноги.

Вот теперь мы вдвоем готовы к нападению. Двое на двое биться ведь, гораздо лучше, чем одному против троих…

И как я мог так облажаться? Откуда эти ходячие взялись?

Сердце колотится, в голове шум, перед глазами черные точки. Может, башня стену перестраивала, а пока там дыра была, зомби и пролезли? Да уж, накосячила Белла, не уследила…

Постепенно сердце приходит к работе в обычном ритме, дыхание восстанавливается, уходит из тела дрожь.

— Так, а чего это зомбари не нападают? Я вообще-то к ним спиной стоял, идеальная позиция для атаки.

И я ведь, когда выпрыгнул из башни, даже дверь за собой не закрыл. Они уже три раза могли атаковать…

— Казалось бы, чего проще — просто закрыть дверь? Хотя с другой стороны, а вдруг бы не успел? Обычно же зомбари сразу в бой бросаются, не разбирая дороги. Так что точно не успел бы закрыть, а доводчиков с гидроусилителями на дверях башни пока не предусмотрено. А так да, хорошо бы: зомби рвется в дверь, ты ее закрываешь, и мертвяка расплющивает створкой…

Обязательно в том мире найду мастера или артефактора, который можеттакую систему сделать, и закажу у него. Если вернусь, конечно.

Медленно подхожу ближе к двери. Мой зомбарь топчется на пороге, я его как живой щит использую. Дверь распахнута, но никто из нее не выскакивает с ужасным ревом и не пытается мне голову отгрызть.

Чего ж это за зомби такие стеснительные? Первый раз, что ли, поднятые, не знают, как себя правильно вести?

Осмелев, заглядываю в башню. Мертвяки стоят на первом этаже в паре шагов от дверного проема. Стоят, и все…

Я тоже нападать не спешу — мало ли, сейчас я на них с голыми руками кинусь, а они мне руки оторвут и с ногами местами поменяют.

Зомби, судя по виду, свеженькие, даже одежда не успела еще в лохмотья превратиться, цвет лица бледный, а не серо-синий.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Корн Хлак

Тип: нежить

Класс: стражи башни

Возраст: 27 лет

Время некрожизни: 12 часов

Профессия при жизни: угольщик

Объект охраны: Башня странствующего торговца «Белла»

Владелец б ашни: Леонард Ларц

Количество обитателей башни: 1

Структура костей: усилена

Материал усиления: металл

Количество стражей: 2/?

Примечание: стражи подняты за счет ресурсов башни. Не расходует лимит поднятия заклинанием «Захват». Подчиняются владельцу Башни. ]

И второй

[ОЦЕНКА | ур. 11.

Эрвин Бозер

Тип: нежить

Класс: стражи башни

Возраст: 32 года

Время некрожизни: 12 часов

Профессия при жизни: плотник

Объект охраны: Башня странствующего торговца «Белла»

Владелец б ашни: Леонард Ларц

Количество обитателей башни: 1

Структура костей: усилена

Материал усиления: металл

Количество стражей: 2/? ]

На дополнительные параметры типа роста и веса я даже не обращаю внимания, лишь фиксирую, что оценка все больше и больше развивается.

Вот это да. Стражи башни. Белла сама может поднимать зомбарей! Да еще и сверх моего лимита по заклинанию. Да еще и усиленных.

Хотя чего удивляться? С кем поведешься, от того и наберешься, как говорится. Насмотрелась Белла, как я тут занимаюсь некромантскими делами, и тоже решила попробовать.

— Эй вы, — прикрикиваю я на стражей, — чего там толпитесь? Ну-ка шагом марш ко мне!

Зомбари бросаются вперед одновременно, толкаясь плечами. В дверях даже умудряются застрять.

Обалдело гляжу, как два мертвяка пихаются в дверном проеме. Ну чисто бабульки в поликлинике.

— Хватит толкаться, — в конце концов не выдерживаю я, — давайте по одному проходите.

Зомбари замирают, а потом послушно выходят из башни один за другим.

— Так-то лучше, — удовлетворенно киваю, — вы еще молодые и неопытные зомби, но я вас всему научу.

Приказываю зомби побегать, попрыгать, сходить на разведку — самое простое. Мертвяки резво откликаются на команды.

И взгляд фамильяра с ними тоже отлично работает. Я бы даже сказал, лучше, чем на других зомби. Все видно четче, будто с экрана монитора стерли слой пыли…

— Интересно… Может, вы, ребятки, подняты как-то по-особенному. Получше, чем по заклинанию моему?

Да уж, непроста моя башенка, ох как непроста.

Зомбарей оставляю заниматься их работой — сторожить башню. Сам же захожу внутрь, закрываю за собой дверь. Все-таки стражи стражами, но и про это забывать нельзя.

— Знаешь, Белла, я вот не пойму никак — то ли ты настолько полезная для меня и замечательная, что каждый раз такие вот приятные сюрпризы делаешь. То ли это у тебя такой юмор, черный? И я даже не знаю, что лучше. От таких сюрпризов у меня чуть инфаркт три раза не случился. Но все равно это очень круто и полезно. Теперь у меня есть возможность поднять зомбарей, и ты тоже так можешь.

Ладно, с этим буду разбираться позже… намного позже.

А пока надо успокоить нервы, чайку выпить, позавтракать — базовые вещи, короче. Они отлично успокаивают.

Стою с кружкой чая у окна, любуюсь пейзажем. Солнце в небе, лес листьями шумит, зомби че-то таскают к башне. Прямо утро аристократа.

Так, у Храма квазаров лимит по поднятию у меня был — три мертвеца.

— А у тебя, Белла, какой лимит? — Спускаюсь на первый этаж к комнате хранения. — Подними еще!

Из комнаты выходит скелет.

— Третий получается, — сообщаю Белле, — давай еще одного!

Жду, но никто не появляется. Эх…

— Понятно, у тебя свои лимиты. И, я так полагаю, они связаны с черным камнем на третьем этаже. Вообще хороший этаж получился — как будто запасники музея: куча непонятных и старинных вещей и среди всего этого особо ценный артефакт.

Мой теперешний лимит на поднятых мертвецов — три, у Беллы тоже три. Всего шесть голов. Это уже целый отряд, прямо даже небольшая такая, миниатюрная армия мертвецов. Хорошенько их вооружить — и можно захватывать деревни и жечь посевы крестьян на потеху моей черной душе.

Шучу, конечно, делать мне больше нечего, чем по чужим огородам шариться… А вот свой бы не помешал…

Но главное, что отряд зомби открывает широкие возможности для разведки и дальних походов. Только вот куда идти-то?

Размышляя, выхожу на улицу, брожу вокруг башни, осматривая местность, и задумчиво смотря вдаль.

В задумчивости не замечаю, что за мной вереницей ходят скелеты и зомби.

— Может, в лес пойти, там зачистить всяких тварей? А если на медведя наткнемся? Хватит силенок его завалить? Прошлый косолапый мертвяков рвал, как обезьяна газету. Оставит от Борисов и Костянов только мокрые пятна, а потом и меня сожрет…

По второму кругу обхожу башню:

— А может, к храму Квазаров вернуться? Сто процентов, там внутри еще куча всего интересного. Хотя там моих мертвяков порвут еще быстрее или переманят на свою сторону. Черт его знает, какие там заклинания действуют до сих пор.

Поворачиваюсь и вижу всех своих мертвяков, стоящих передо мной.

— Не понял, вам что, заняться нечем? Ну-ка становись!

Зомби и скелеты быстро выстраиваются в одну шеренгу.

— Смирно! Вольно! — рявкаю командирским голосом. — Товарищи мертвяки, дело наше движется вперед. Не так быстро, как мне бы хотелось, но прогресс налицо. Однако появились сомнения в благонадежности некоторых товарищей!

Подхожу к одному из скелетов:

— Костян, признавайся. Если квазарские мертвые прикажут тебе служить, станешь их слугой? Поднимешь костяную руку на хозяина? Чего молчишь? Признавайся!

Бросаю взгляд на руки скелета.

— А это что за фигня у тебя? — Правая рука скелета отличается от левой — кости плотнее и шире, пальцы длиннее. — Костян, ты при жизни гантели, что ли, тягал? Причем правой рукой… Ладно, ладно, шучу я.

Отправляю мертвяков на работы. Нечего им без дела тут торчать.

Возвращаюсь в башню.

— Принцип я, кажется, понял. Надо в подвал закидывать мертвяков, Белла сама их собирать будет из запчастей. Понятно, что потенциал развития у башни есть. Интересно только, насколько он велик? То есть при достаточном уровне ресурсов башня сможет превратиться в замок?

От размышлений о будущем разыгрывается аппетит. Завариваю еще кружку чая и доедаю мясо.

— Слушай, Белла, — чай в кружке закончился, зато появились вопросы, — а может, ты и есть система? Воплотилась в башню и следишь, чтобы я тут не убился ненароком? Или еще чего ненужного не натворил.

Не верю я, что случайно тут оказался. Если есть Система, значит, у нее есть цель. Это ж не человек, который по настроению может что-то сделать просто так. Тут логика должна быть, план, цель. Хотя черт его знает, может, Системе скучно стало, вот и пихнула в мир магии и зомби совершенно неподходящего человека.

— Это я все к чему: если ты обо мне заботишься, так, может, ты дашь мне какой-то навык?

На минуту я задумался, а какой навык-то мне нужен?

— Не знаю, может, руки-базуки? Или там плечо-миниган? Чтобы прямо из рук врагов фигачить. Ну, что-то такое, приземленное. Я же в магии не понимаю ничего. Что тут еще может понадобиться? О, а если я вместо простых зомби буду поднимать личей? Таких, чтобы колдовали. А, Белла? Что скажешь? Молчишь? Ну да, конечно, это ж не занавески на окнах развешивать…

Громко хлопает дверь на первом этаже. Вздрагиваю и хватаю лежащий неподалеку кинжал. Выходит очень неуклюже — я чуть пальцы о лезвие не порезал…

Мысленно приказываю мертвякам мчаться к башне — мало ли кого там нелегкая принесла.

Спустившись вниз, обшариваю этаж. Там никого. Зомбари уже топчутся снаружи, их глазами осматриваю башню и местность вокруг. Пусто, ничего подозрительного…

А дверь…а дверь закрыта, как и была…

— Интересно получается, то есть говорить ты не можешь, кроме как во сне, а вот отвечать такими действиями — вполне… Тогда сразу прошу прощения за язвительность, не хотел тебя обидеть. Такой уж у меня стиль общения. Если тут так не принято и я тебя чем-то обижаю, ты меня извини. Не подумай, я не подхалим какой, просто жить хочется. Я прекрасно осознаю, что живу тут… в тебе, получается, и правил всех до конца не понимаю. Вдруг тут на спящего кирпич может с потолка упасть… я надеюсь, ты мне не собираешься навредить?

Тут дверь чуть приоткрывается и закрывается с громким хлопком.

— Так, интересно. Давай так, я не понимаю пока, на что ориентироваться и обращать внимание — громкость хлопка? Скорость? Может, проще сделаем — один хлопок «да», два хлопка — «нет»? Попробуем? Ты собираешься мне вредить?

Дверь хлопает дважды — не собирается. Это просто отлично, прямо гора с плеч. Я только сейчас понял, что все это время до конца не мог расслабиться и ощутить себя в безопасности. Постоянное ожидание атаки давило, как бетонная плита. Теперь вот стало намного легче…

— Скажи, три скелета — это сейчас твой предел?

Один хлопок.

Понятно, пока предел, но есть потенциал для развития.

— Белла, ты и есть Система?

Тишина, дверь не шелохнулась.

— Ты можешь мне какой-то навык дать?

И снова тишина…

Ладно, может, я надоел ей со своими вопросами, или голова у нее разболелась, ну или, что там у башен вместо головы — верхний этаж, чердак? Хотя чердака у нее вроде нет, а может и есть, но нет лестницы, чтоб проверить.

А может, вот эти три этажа — это только вершина айсберга и тут под землей целый подземный комплекс.

И вообще, где-то же должна быть комната управления башней. У любой технологии должно быть что-то вроде командного пульта. Брожу по этажам башни, то и дело простукиваю стены, мало ли, вдруг секретную комнату открою.

С другой стороны, может, сейчас башня просто не в форме, ресурсов не хватает на перестройку. Желание есть, но нет возможности.

Слышу, как дверь хлопнула. Ага, в точку…

Ладно, возможность появится.

— Знаешь, Белла, что меня еще немножко волнует? Я же про силы вслух не говорил, только размышлял, только думал. Значит, ты можешь читать мои мысли?Что ж, я не против. Только, надеюсь, ты от меня язвительности не наберешься, а то мне точно хана. На самом деле я очень рад. Правда. Теперь я хоть не буду себя чувствовать психом, который сам с собой разговаривает. Осознавать, что в этом мире есть тот, кто меня слышит и понимает. Только давай на будущее договоримся — не хлопать входной дверью, хорошо? Мало ли кто там сможет влезть внутрь? Хлопай дверью на верхних этажах…

После разговора с башней, собираюсь на улицу. Надо же пойти посмотреть, что там после бури изменилось. А то я даже рассмотреть не успел, как там.

До зубов вооружившись, выхожу из башни. Так я и думал — хлопки двери привлекли внимание мертвяков. Возле башни с десяток зомбарей топчется.

— И это все? — Мне даже смешно становится. — Вы чего думаете, я вас боюсь? А вот хрен вам. Сейчас я вам покажу, что такое мертвая братва! Парни, на выход!

Из башни появляется шестеро мертвяков, все вооруженные мечами. Трое стражей башни и трое моих, поднятых с помощью заклинания. Мой отряд мертвецов бросается в атаку. Сам я в бой не вступаю, успеется. Сейчас надо понять, как мне удастся командовать целым отрядом. Атакуют первыми три моих зомбаря, стражей башни я стараюсь беречь — их-то я поднять не смогу, а своих — сколько угодно, ну, в пределах разумного, конечно.

Поднятые заклинанием зомби атакуют пришлых. Стражи держатся чуть позади, добивая врагов.

Приказываю моим мертвякам атаковать втроем, помогая друг другу. Тактика рабочая: зомби, которые дикие, дерутся в основном в одиночку, то есть каждый сам за себя.

Мои же действуют как настоящий слаженный отряд. Первый набрасывается на врага, быстрым ударом ломает ему руку и отшвыривает назад, где его уже поджидают стражи башни. Втроем они разрывают дикого бродячего на части. Таким образом, мой отряд приканчивает троих пришлых зомбарей. Мне на некоторое время кажется, что все так пойдет и дальше, но не тут-то было. Чужие зомби перестраиваются, собираясь в плотную группу. Теперь по одному их уже не выцепить. Приходится раз за разом бросать мертвяков в атаку, чтобы уложить хотя бы одного врага. Я уже раз восемь поднимал новых зомбарей.

Зомби, кстати, интересные. Присмотревшись замечаю на них обрывки красной ткани. Видно, что раньше это была приличная одежда, а сейчас одни клочья остались. Но то, что все они носили одно и то же, означает, что при жизни они принадлежали одной группе — орден, семья или какой-то военный отряд.

В итоге мои зомбари все же одерживают верх. Последнему мертвяку мой Борис отрывает голову и бросает к моим ногам.

— Эта битва была легендарной! Если бы я был бардом, то сложил бы о вас песню, — усмехнувшись, приступаю к самой важной части — поиску ништяков.

Подойдя к лежащим на земле телам, понимаю, что выглядят эти странно — трупы сухие, без капли влаги.

— Из пустыни, что ли, пришли?

Осмотр тел не дал богатого урожая. Из вещей на трупах только ремни — кожаные с тонким узором, но все же просто ремешки. У одного ремень отличается — выделка более тонкая, да и кожа другая, не как у остальных.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Бен Хорен

Народ: Пуату (пустынники)

Тип: нежить

Общий возраст: 160 лет

Возраст смерти: 88 лет

Время некрожизни: 72 года

Место жительства (при жизни): деревня Эль Кадели

Открыто: 5/25]

Ага, ну я так и думал. Жители пустыни. Не только ж леса да реки в этом мире есть. Это только в каких-нибудь глупых голливудских фильмах целые планеты могут быть одним биомом — пустыней, джунглями… в реальности так никогда не бывает.

Внимательнее рассматриваю ремень из тонкой кожи. Он выглядит довольно дорого, на ощупь приятный, струится между пальцами…

[ОЦЕНКА | ур. 11

Пояс проводника

Тип: одежда

Материал: кожа красного аспида

Возраст: 350 лет

Примечание: Пояс проводника — аксессуар указывающий на статус владельца. Проводники в пустынных землях — уважаемые люди , хранители знаний о дорогах в пустыне. Народ пустыни не признает письменности, все знания передаются из уст в уста. В зависимости от касты передаются разные знания. Проводники знают о расположенных в пустыне колодцах и оазисах с водой. Они водят караваны среди песков. Пояс из кожи красного аспида выдается проводнику после того, как он проведет через пустыню сотый караван.

Красный аспид — пустынная змея , чрезвычайно ядовитая. Яд аспида за несколько секунд убивает верблюда. Сильно разбавленный яд используется пустынниками в качестве галлюциногенного средства при проведении ритуалов.

Открыто: 3/7]

Хм, вон оно как. Ну, буду в пустыне, буду знать, кого нанимать в качестве проводника.

— Так, парни, отдохнули и хватит. Берите этих засушенных и тащите в башню, всех в подвал…

Зомбари хватают поверженных врагов и тащат к башне. Я же продолжаю разведку.

Ландшафт изменился: если раньше башня стояла на небольшом холме, то сейчас наоборот — как будто в яме. Склоны ямы были довольно крутыми, кое-где выступала скальная порода. Поднявшись выше, я осматриваю долину, где теперь стоит башня. Края долины идеально ровные, словно циркулем очерченные. Это очень необычно. Такая правильность линий не характерна для живой природы. Это не кратер потухшего вулкана, не кратер от упавшего метеорита…

— Черт его знает, как это получилось. И непонятно — это башня переместилась или поменялась местность вокруг? Ладно, неважно, надо запомнить, что тут бывает и такое.

Поднявшись на верх гряды, замираю от неожиданности.

Там деревня.

Самая обычная — приземистые домики, крытые дерном, тесом или черепицей. По улицам ходят люди, и похоже, что куры и гуси. Где-то лает собака, слышно мычание коров…

При этом лес, который, как я помню, располагался чуть правее, никуда не делся. Вон он, все так же шумит листвой…

То есть башня осталась на месте, а ландшафт теперь изменился. Кажется, не впервые.

— Ну, ладно. Изменился так изменился…

Присматриваюсь к деревне. Там какая-то суета, люди бегают, собаки лают, крики слышны.

Подхожу ближе.

Деревня окружена деревянным частоколом, и у этого частокола толпятся зомби. Причем не только люди. Есть там и мертвые животные.

Один мертвый волк карабкается на стену, взбирается на вершину, и тут его пронзает несколько длинных копий. Три крестьянина скидывают пронзенную тушу волка со стены.

Я залег в траву и принялся наблюдать. Для охраны поднимаю зомбарей. Смотрю довольно долго, стараясь разглядеть больше деталей. Жалко, бинокля нет…

Пока смотрел, сзади стал подкрадываться мертвяк.

— Ребята, разберитесь с ним. Только по-тихому…

Мысленно показываю зомбарям, что нужно делать.

Борис хватает залетного мертвяка за шею, а Константин молодецким ударом руки сносит зомби голову и осторожно укладывает в траву.

— Отлично… так, нечего добру пропадать. Костян, хватай трупешник и тащи в башню, в подвал. Белла тебе откроет.

[ОЦЕНКА | ур. 11

Ядрень (Ядреный корень)

Тип поселения: людская деревня

Обитатели: люди

Примечание: деревня получила название из-за растущего в ее окрестностях растения, корень которого используют для приготовления жгучей специи

Открыто: 2/125]

Так, это людская деревня, выходит, бывают и деревни нелюдей? Значит, в этом мире и другие гуманоидные расы есть? Типа гномов и эльфов?

[ОЦЕНКА | ур. 11

Ядрень

…

Количество жителей: 340

Открыто: 3/125

[Повышение уровня. Оценка уровень 12]

Вот черт! Голову пронзает боль. Будто пуля в висок вошла, причем медленно и со смещенным центром тяжести. И теперь этот раскаленный кусок металла ворочается внутри черепа.

Скрипя зубами, сдерживаю боль. Хорошо хоть больше никаких побочных эффектов нет. Поболит и пройдет…

[Внимание! Пройден первичный этап калибровки системы. Развитие навыка «оценка» — этап второй. Калибровка нейронных связей будет произведена во время сна. Когнитивные функции усилены. Адаптация энергоканалов для акцепта тонких флуктуаций внешней среды будет произведена во время сна].

Эм, ну ладно. Непонятно ничего, но вроде как улучшение навыка… Надеюсь, голова хоть форму не поменяет. А то будет неудобно спать и в двери проходить. Всегда в детстве удивлялся, как это героям мультфильмов живется с квадратными или треугольными головами.

Стоп, о чем это я вообще? Что за квадратные и треугольные головы? Мне что, подумать больше не о чем? Вон сколько всего важного и интересного.

Продолжаю исследовать деревню…

[ОЦЕНКА | ур. 12

Ядрень

…

Мужчин: 140

Женщин: 160

Детей: 40

Источник воды: да (колодец)

Наличие возделываемых территорий: отсутствуют по причине переноса

Время переноса: 27 часов

Открыто: 9/125]

Да уж, грозы тут — просто жесть. Целые деревни переносят с места на место. Без лугов и полей, конечно, но все равно неслабо.

Продолжаю наблюдать. Больше трех сотен человек, это вполне себе неплохо по меркам средневековья, зажиточная деревенька.

Оценка подкидывает еще несколько фактов: в деревне живет толковый мастер-ювелир Феофан Блик, член гильдии ювелиров; у местного кузнеца Саввы за год заказывали изделия 347 раз, причем не только жители деревеньки.

Да, был бы я владельцев этой деревеньки, каким-нибудь бароном или графом, да хотя бы бургомистром, играл бы в большую политику, плел заговоры… или нет, ну ее, политику эту, лучше я был бы торговцем. С моим навыком — идеальная профессия. Я бы понимал, с кем и чем торговать, как вести себя на переговорах, с каким городом торговать, а с каким лучше не иметь никаких дел…

Да, было бы здорово, но… Но я живу в башне, на отшибе, на краю обитаемых территорий, мне кажется. Туда только зомбари приходят да всякие залетные оборванцы. Кукую там один в окружении мертвецов.

С другой стороны — в башне я в относительной безопасности. Не было б ее — я бы в лесу жил, в шалаше каком-нибудь, если бы сумел построить. Если бы не наткнулся на башню, так бы и поступил. Но если ее начнут штурмовать, серьезно, я сбегу в лес. Там я все изучил, никакое войско мне не страшно. Буду петлять, маневрировать, а преследователей по старой доброй традиции будет уничтожать местная живность, мои мертвяки и ловушки. Нет, в лесу меня не взять…

Весь день провожу за наблюдением.

После полудня к деревне подкатила волна зомби. Люди, что были за стенами, быстро вернулись в деревню.

На стене собирается почти все обороноспособное население деревни. Орда мертвяков уже подошла к стенам вплотную.

Защитники деревни встретили врагов градом стрел, копий и камней. Зомби и скелеты падали, сраженные выстрелами, но сзади волнами напирали новые.

Зомбари подошли вплотную к стене. Часть их принялась ломать стену, остальные пытались забраться наверх.

Я офигел, когда один из зомбарей, совершив прыжок метра на три, зацепился за частокол, подтянулся и оказался на стене. Прыгун успел убить двух защитников деревни, прежде чем его нашпиговали стрелами и копьями и сбросили вниз.

Получается, тут несколько видов зомби. Я-то сильных мертвяков стараюсь обходить стороной. Слабых рублю в капусту, а такие, как этот прыгучий, могут доставить проблемы…

В это время один скелет принимается колотить в стену руками, причем так умело и сильно, что только щепки летят.

— Вот это лесоруб, — восхищенно смотрю на мертвяка.

У того ладони, словно топоры, врезаются в древесину, раскалывая бревна. Скелеты не знают, что такое усталость или слабость. Этот грозит разнести забор в щепки за считанные минуты. Рядом с дровосеком стоит такого же размера скелет и тоже пытается рубить стену руками, ногами, даже грызет, но это и близко не напоминает то, что делает его сосед.

То есть нежить бывает разная по силе.

Почему, интересно, на башню такие толпы не нападают? Так, небольшие залетные группки. Видимо, живые привлекают мертвых. Тут больше трех сотен живых душ, а под стенами раза в два больше мертвых…

Нет, я подумал, не хочется мне жить там, где много людей. Люди и сами по себе зачастую существа неприятные, желающие обмануть или убить, так довеском еще толпы зомбарей, что норовят уничтожить все поселение.

Бой длится часа два. Скелеты и зомби раз за разом накатываются на стены. Им удается иногда убить одного-двух защитников, но в целом воины деревни справляются с атакой. У стен лежат уже сотни зомби и скелетов.

— Все-таки тактика порешала и оснащение войск. Если бы я командовал армией мертвяков, деревня и получаса бы не продержалась…

Когда последний мертвяк свалился на землю, из ворот деревни выходят люди и собирают все интересное. Мертвецов, которых обыскали, скидывают в одну кучу и поливают какой-то жидкостью, видимо чтобы лучше горели. Сборами занимаются воины, а простые кметы-лучники к ответственному делу не допущены.

А еще я понимаю, что мое зрение улучшилось. Раньше с такого расстояния фиг бы я разглядел, что у одного из защитников деревни не хватает двух передних зубов, или мог бы пересчитать, при желании, веснушки на носу лучника.

Гора трупов быстро сгорает.

— Напалмом они их полили, что ли? — Костер полыхает, но прогорает очень быстро, словно у скелетов вместо костей бумага.

Часа через два по моему внутреннему таймеру и положению солнца к воротам деревни подходят трое. Оценка показывает, что это авантюристы. Что ж, интересно, как тут в деревне фейс-контроль работает. Троица авантюристов пообщалась со стражей, недолго, пару минут, и все трое вошли в деревню.

О как! Вот так просто… а я ведь по факту тоже авантюрист. Раз этих впустили, значит, и мне можно?

Надо понаблюдать, торопиться не стоит, лучше посмотреть, выждать.

Авантюристы не показывали ни амулетов, ни пропускных грамот.

Просто поболтали со стражей и вошли в деревню.

Ни паспортов, ни виз — шенгенская зона какая-то. Вход свободный. И выход тоже…

Ближе к вечеру ворота открываются и на дорогу выезжает обоз из шести телег, нагруженных всяким добром…

Похоже, местные жители, напуганные незапланированным переездом деревни, решают убраться из беспокойной местности подобру-поздорову… скорее всего это не последний обоз.

Надо мне попасть в эту деревню. Да, рискованно и опасно, но пора уже познакомиться поближе с местными жителями. Да и я уже не новичок в этом мире и не совсем слабак. Если начнут со стен стрелами пулять, так остановлю их и свалю. Момент подходящий — жители деревни явно на стрессе после переноса родных мест и атаки армии мертвецов. Будет попроще затеряться в толпе. Да и не особо-то местные намерены нападать на незнакомцев. Вон троих пропустили, и все.

Быстро возвращаюсь к башне. На подходе замечаю неладное. Вой какой-то рык.

Под башней зомби дерутся с красноглазыми мертвыми волками. Три моих мертвяка, три стража башни, простив десятка черных тварей.

— Ни на минуту оставить вас без присмотра нельзя! — Я на бегу скидываю с плеча арбалет.

Болт ударяет точно в лоб самого крупного волчары. Того отбрасывает назад на пару шагов, его подхватывает Борис и, подняв волка за шкирку, перегрызает ему шею.

— А ты прямо гурман, — усмехаюсь я.

Волчары оказались опасными противниками. Пока мы с ними разбирались, погибло трое моих зомбарей.

Жалко, конечно, но ладно. Некогда горевать.

В башне беру рюкзак получше, закидываю туда пару недорогих артефактов, какие-то предметы старины — набор начинающего авантюриста. Вроде как и неудачной вылазку назвать нельзя, но и баснословных богатств тоже нет. Переодеваюсь, чтобы соответствовать статусу.

Быстро возвращаюсь к деревне, а то щас они как тараканы при свете — разбегутся во все стороны.

Пока деревня на месте.

Я возвращаюсь к месту, откуда весь день наблюдал за деревней.

Смотрю на деревню, а там какая-то дичь творится.

— Хорошо, что сразу к воротам не потопал.

Шесть здоровенных скелетов проломили ворота деревни и бьются с защитниками на улицах.

Скелеты реально здоровые. У них словно каждая кость выросла раза в два, и межкостное пространство тоже заполнено чем-то твердым. Эти твари выглядят очень крепкими и опасными. Передвигаются они на четырех ногах, будто костяные кентавры.

Сражение у ворот кипит. По скелетам бьют маги. Огненные шары и ледяные стрелы наносят маловато урона мертвякам.

Один из авантюристов, что зашли в деревню недавно, тоже выходит в бой. Кентавр опускает на него молот. От бедолаги остается мокрое место.

— Что-то мне пока не хочется в деревню. У них там суета какая-то…

Я уж думал, костяных кентавров не завалят, но деревенские оказались крепкими ребятами. Шесть здоровенных трупов весело полыхали на кострах, когда я подошел к воротам.

Опираюсь на длинную палку, чуть прихрамываю — сразу видно, человек в передряге побывал.

Зомбарей с собой не взял. Может, тут не любят некромантов, учитывая, что за неполный день деревню дважды мертвецы атаковали.

— Гастер! Тэу ки пердеро? — На стене появляется несколько стражников

«Стоять! Ты кто такой?»— выдает информацию оценка. Неплохо я словарь пополнил.

— Аламо! — Я поднимаю пустые руки. — Ан терберин!

«Здравствуйте, я авантюрист»,— много говорить не стану. Все равно языком достаточно не владею, а так, может, получится сойти за пришибленного. Понимаю, что если начнут расспрашивать откуда я конкретно, что делал, как их нашел,— посыплюсь сразу же. Придется бежать отсюда, останавливая стрелы…

Однако, к моему удивлению, ворота открываются. То есть меня больше ни о чем и не спросили.

Медленно вхожу. Меня встречает несколько стражников.

— Редо? Морфи? — спрашиваю я, показывая горсть медяков.

«Еда», «сон».Надеюсь, парни сообразительные, поймут, что нужно путнику.

Один из стражников хмурится, не понимает, что я говорю. Но старший товарищ берет его за плечо и взглядом указывает на мою хромоту — мол, чего лезешь к человеку, видишь, досталось ему.

Стражники, улыбаясь, кивают и указывают себе за спину, туда, мол топай, там тебе и редо будет, и морфи.

— Битре! Битре! — Киваю я, слово «благодарю» я выучил давно и накрепко, очень полезно.

Один из стражников берет медную монетку и жестом показывает — идти за ним. О, так я сейчас нанял проводника? Ну ладно, посмотрим, куда он меня приведет.

В деревне суета, несмотря на поздний час. Люди бегают от дома к дому, таскают узлы с бельем, корзины с едой, сундуки со всяким барахлом.

Стражник оставляет меня у таверны и, хлопнув по плечу, отправляется обратно на службу.

Из дверей таверны доносятся потрясающие запахи еды.

«Ох, как же жрать-то хочется!»

А народ меня и не замечает.

А был бы я злой колдун? Да превратил бы вас всех в уток? Мне ж никто бы не помешал…

Хотя, порядки тут могут быть разные. Вон они шестерых кентавров завалили, я бы так не смог. Так что тут тоже не все так просто и не все такие простые, как кажется на первый взгляд. Сто процентов у деревни есть чем ответить, если какой чародей начнет пакостить.

Главное мне сейчас не спалиться, что словарный запас у меня как у трехлетнего ребенка. Говорить короткими словами, не строить сложных предложений.

Ну, а что. Такой вот я буду таинственный незнакомец. Может, у меня обет такой — говорить не больше сотни слов в день… или предложениями из трех слов.

Пора зайти в эту таверну, заказать приличной еды и заплатить за ночлег. А дальше уже разберусь. Тут такие все наивные, что я себя чувствую лисой в крольчатнике.

Только я собираюсь сделать шаг, как на мое плечо опускается огромная рука, раза в два больше моей.

Медленно оборачиваюсь и вижу возвышающегося надо мной мужика с огромным тесаком в руках…

Мужик что-то рычит, раскаты его низкого голоса слышны на всю улицу.

Ага, ну вот тебе и лиса, сейчас эту лису на воротник, видимо, пустят… И как мне теперь выкручиваться?

Никогда нельзя расслабляться. Как только поверишь, что жизнь тебе улыбается, — улыбка превратится в оскал. Или по-другому — если тебе кажется, что удача повернулась лицом, даже не думай моргать, потому что стоит на миг отвести взгляд, как она продемонстрирует другое место, которое в приличном обществе показывать не принято.

Не знаю, как у других, а у меня это работает всегда. Поэтому я очень давно приучил себя не полагаться на удачу, только на расчет и планирование.

Однако постоянно держать себя в напряжении, всегда быть начеку невозможно.

И стоило мне расслабиться и подумать, что я в этой деревушке развернусь по полной программе, — на тебе, пожалуйста…

Только я решил зайти в местную таверну, а может, трактир, а может, корчму. На людей посмотреть хотел, и перекусить, конечно же. Решил прикинуться немым или раненым, у которого нет сил говорить.

Поворачиваюсь…

Когда я был маленьким, в квартире родителей стоял огромный шкаф с антресолями. Достался этот шкаф по наследству от каких-то там родственников. Маленькому мне он, и так большой, казался еще больше.

Этот мужик с тесаком был размерами с тот самый шкаф. Широченные плечи, рост под два метра, ладони как тарелки, из стеганой безрукавки торчат длинные руки с бицепсами. Шварценеггер в лучшие годы — по сравнению с ним просто корешок сушеный. Недостаток волос на макушке с лихвой компенсируется обилием растительности на лице: черные кустистые брови, сросшиеся на переносице, нависают над темными глазками, ниже глаз крючковатый нос, а затем густая черная борода.

[ОЦЕНКА ур. 12.

Гаррод Каррдаран

Раса: горгонец

Возраст: 35 лет

Ну почему ко мне не подошел интеллигентный человек? Или миловидная девушка? Или бабушка божий одуванчик, принесла бы молока в кувшине? С чего вдруг этот верзила решил, что надо ко мне пристать?

Семейное положение: холост

Примечание: Горгонцы — жители юго-восточной части континента. Долгое время горгонцы были в рабстве у соседней расы квадариан. После восстания Раграга Дармара горгонцы обрели свободу.

Так, и что ж мне с этим громилой делать? Можно, конечно, сразиться. Тесак — не слишком удобное для ближнего боя оружие: нужно место для размаха, а у меня преимущество — могу выхватить кинжал, быстро приблизиться и воткнуть ему в живот. Когда громила испустит дух, сразу поднять его. Будет первый солдат. Только что потом-то? Я и зомби против целой деревни? Ладно, зомбарь у меня будет здоровый, но я-то не спецназовец какой-нибудь, обученный бою и прошедший не одну спецоперацию…

— Вэл клатин веер-р-ро? Спатин доло мио. Р-р-р-аде ар-р-р-го еде-р-р-рон! — Голос у мужика под стать внешности, низкий, рокочущий, от того как он произносит звук «р» посуда на столах звенит.

Черт, да он, наверное, если колыбельную ребенку споет, малыша потом неделю кошмары будут мучить. А еще из-за этого голоса и внешности фиг поймешь, чего этому типу надо. Угрожает он или просто здоровается?

Магический потенциал: нет

Профессия: повар

Открыто: 5/3 0

Повар. Поэтому у него тесак?

Мужик продолжает говорить, тычет пальцем себе за спину на таверну.

— … Ар-р-р-рго едер-р-р-он! — с нажимом повторяет он.

Нервы у меня уже на пределе. Чего ему надо-то? Еще раз он так наедет — точно не выдержу, в ход пойдет кинжал…

[Словарь аларийского языка.

Арго — пора

Едерон — есть]

Фу, елки-палки. Я даже не знаю, смеяться сейчас или наорать на этого здорового придурка. Хотя он-то ни в чем не виноват.

Пора есть — эти слова точно не предвещают убийства или разоблачения пришельца.

Интересно, знают ли местные, что сюда может попасть кто-то из другого мира? Это для меня, для жителя Земли наличие других миров само собой разумеется…

Мужик все еще буравит меня взглядом.

Что мне остается делать? Киваю, естественно (уже знаю, что этот жест тут такой же как у нас и означает согласие). Надеюсь, «пора есть» не означает, что есть будут меня. Непохожи местные на людоедов…

Я, значит, киваю а мужик хлопает меня по плечу (вот это силища — у меня чуть ноги не подкашиваются) и провожает меня до таверны.

Сама таверна представляет собой двухэтажное здание с покатой крышей, крытой черепицей. На первом этаже располагается общий зал и кухня, на втором, видимо, комнаты для постояльцев.

В зале битком набито. За столами сидят люди, едят, пьют. Периодически раздаются взрывы смеха, кто-то в карты играет, кто-то в кости. Между столов снуют девушки с подносами, на которых стоят тарелки с едой и большие деревянные кружки с напитками.

Длинная деревянная стойка занимает половину дальней стены. За стойкой торчит тучный мужчина в переднике от пояса до колен и распахнутой на груди безрукавке. Трактирщик, по классике, протирает грязной тряпкой стакан, внимательно поглядывая на постояльцев. За освещение в зале отвечают люстры, сделанные из тележных колес с торчащими наподобие лучей спицами. На каждой спице закреплена свеча.

А свечки-то непростые. Профессиональным взглядом замечаю, что с них не капает воск и пламя вообще не коптит, сто процентов магия. Либо трактирщик владеет заклинанием, либо заплатил какому-то магу, чтобы заговорил люстры.

Мой провожатый подходит к трактирщику, причем едва не задевает головой люстру под потолком, и что-то говорит ему. Трактирщик кивает и указывает куда-то в дальний угол зала. Ну да, он же тут работает поваром, вспоминаю я оценку.

Здоровяк поворачивается ко мне и тычет пальцем в ту же сторону. Там свободен стол, мужик кивает мне — садись.

Ну, я, не будь дураком, сажусь. Удивительно, что в набитой людьми таверне вообще нашлось местечко. Хотя, учитывая габариты моего нового приятеля, удивляться нечему. Такой человек даже в метро в час пик найдет где присесть — кто ж ему откажет-то?

Деревенский трактир, или таверна, место особое, по нему можно судить как о благосостоянии деревни, так и о ее географическом местоположении.

В мире, где я жил, зайдя в любой бар или паб, можно встретить совершенно разных людей — от молодежи в кричащей одежде до серьезных бизнесменов в костюмах. Там все были равны, как в бане.

Так вот, жители одной деревни, как правило, одеты похоже. Магазинов-то тут нет, материал для пошива один на всех, а фасоны и узоры традиционные в каждой местности. И еще: чем больше в трактире жителей, тем богаче деревня. Бедняки едят дома…

Второе важное обстоятельство — это количество приезжих. Этих всегда можно отличить по одежде другого кроя, внимательным взглядам и кошелькам на поясах. Чем больше приезжих, тем оживленнее ближайшая дорога. Само слово «трактир» происходит от слова «тракт».

Судя по публике в данном трактире, или таверне, деревня Ядрень мало того что была зажиточной, так еще и располагалась на оживленном торговом пути… пока буря ее не перетащила. Уж не знаю, насколько население привыкло к таким географическим сюрпризам, но теперь что деревенским, что приезжим придется думать, что делать дальше…

Усевшись за стол, осматриваюсь. Здоровяк отошел от стойки и теперь с грацией слона в посудной лавке передвигается между столами, общаясь с посетителями. Не знаю, кто он такой и чем занимается, но все максимально вежливо и с улыбками ему отвечают. Видимо, он очень милый и доброжелательный человек, или все, кто есть в таверне, самые настоящие джентльмены и эта вежливость никак не связана с тем, что этот амбал может быка одним ударом отправить в нокаут.

Сижу за столом. Я сейчас самый внимательный человек в этом зале, в этой деревне, да во всем этом мире — сейчас нужно, что называется, ловить каждое слово, слова сейчас мне жизненно необходимы.

А вокруг шумит самый пестрый народ. В дальнем углу за столиком сидят местные крестьяне — простые домотканые рубахи, подпоясанные веревками, на ногах холщовые же штаны, грубые башмаки. Возраст разный: во главе стола сидит мужчина с наполовину седой бородой — то ли глава артели крестьянской, то ли глава большого семейства. Остальные помладше — бородатые мужики с жилистыми руками и несколько юношей с пушком на подбородке.

Рядом с моим столом сидят трое путешественников. Этих сразу видно по плащам, накинутым на легкие кожаные доспехи, мечам, что приподнимают края плащей, кожаным сапогам в дорожной пыли и грязи. У стойки сидит совсем уж странная компания. Трое мужчин и девушка.

Моряки? Пираты? Откуда бы им взяться в деревне? Тоже, что ли, перенеслись непонятно откуда? Или деревня их где-то подцепила?

Мужчины в пестрых рубашках, длинные волосы либо спрятаны под банданами, либо заплетены в косы, спадающие на плечи. В ушах серьги, на волосатых руках побрякивают браслеты, на кожаных жилетках белые разводы морской соли. У сидящего ко мне спиной мужика отсутствует правая нога, на ее месте грубый деревянный протез, еще одни щеголяет черной повязкой на глазу.

Черт, да им только попугая, кричащего «Пиастры! Пиастры!», не хватает, уж настолько они клишированно выглядят. Девушка одета в ярко-красную юбку, корсаж, выгодно подчеркивающий грудь, светлые волосы,выбиваясь из-под косынки, длинными прядями спадают на плечи.

У выхода из таверны расположилась группа бродячих артистов. Эти одеты кто во что горазд — от доспехов, явно бутафорских, до королевских мантий. От них слышится музыка, смех, громкие возгласы.

Мне надо сейчас очень быстро выучить как можно больше слов, молчать-то все время не получится, пополнение словаря для меня жизненно необходимо. Надо только выделить в какофонии отдельные предложения или хотя бы слова.

Оценка, видимо, тоже поняла, что сейчас надо вкалывать: чтобы она росла, хозяину нужно жить. В условиях опасности навык раскрывается максимально, повышая шансы носителя.

Навострив уши, ловлю каждое слово:

Словарь аларийского языка

Анвар — быстро

Фирнак — питье/выпивка

Лунда — монета

Харан — рука

Гелви — убери

Белита — красавица

Бринеас — приносить/принести

Хоре — еще

Бастак — мясо

Сайша — меч

Корба — голова.

Сильед — голодный

Словарь пополняется с бешеной скоростью. Я рад: если повести себя правильно, то никаких проблем быть не должно.

— Кан хайне? — Девичий голосок раздался у самого моего уха.

Миловидная девушка со светлыми волосами выбивающимися из-под чепчика, смотрела на меня, мило улыбаясь. Я заерзал на месте. Надо отыграть заторможенного после битвы человека.

Пару раз кашлянул, потер пальцами виски, изображая боль, затем страдальчески посмотрел на служанку. Тут главное не переборщить, я типа, ранен, конечно, разговариваю с трудом, но я не носитель какой-то неведомой, или того хуже, ведомой болезни. А то выкинут меня из таверны, а для профилактики еще и на костре сожгут. Про изоляторы для заразных больных тут явно не слышали.

— Кх-кх, аламо белита, — стараясь удерживать на лице милую улыбку, говорю служанке. — Бринеас, кх-кх, бастак, ан сильед.

— Пильез? Картомо? Сангари? — быстро спросила девушка, но этих слов в моем словаре пока не было, так что включаю дурачка, делая вид, что отвлекся на компанию трубадуров у дверей таверны.

— Бринеас бастак анвар, пересто, — повторяю я. «Пересто» я уже давно выучил, означает «пожалуйста».

Девушка кивает, а затем выразительно показывает два пальца сложенных щепотью — это мне понятно, это, наверное, универсальный жест во всех мирах. Обозначающий — платить у тебя есть чем, мил человек?

Я с таким же «выразительным выражением» на лице прикасаюсь к кошелю на поясе. Монеты внутри издают мелодичный звон.

Девушка, видать, опытная служанка, сразу поняла, что клиент я денежный, и быстро отправилась на кухню, только мелькнули в проходе светлые пряди.

Не знаю, как у них тут работает кухня, но еду мне принесли, не успел я даже слюну проглотить. Черт, да за такую скорость обслуживания звезду Мишлен нужно давать. И, конечно же, опытная девушка, повидавшая не одну сотню голодных мужиков, поняла, что одним мясом я не ограничусь. Так что чего только она передо мной не поставила.

Большую глиняную миску с горячей кашей, на вид вроде гречневой. Каша возвышалась горкой, венчал которую добрый кусок желтого масла. Несколько плошек с соленьями: тут были квашенные огурцы, квашеная же капуста, желтая, как солнце, еще какие-то овощи, названия которых я не знал, и, что интересно, помидоры. Вспомнив картошку и шоколад, которыми успел разжиться раньше, я в который раз убедился, что здесь иная география.

Главным же блюдом был здоровенный кусок мяса, поджаренный на углях, одуряюще вкусно пахнущий специями. Тоже необычно для земного средневековья, но опять же: кто знает, что в здешнем климате растет в естественном виде, причем такое, чего у нас нет. Или, возможно, в агрономии и кулинарии тоже помогает магия.

— Палис аккрео! — Девушка сделала нечто похожее на книксен.

«Приятного аппетита!» — выдала оценка.

Вот не умею я отказывать красивым женщинам, да и вообще, если ко мне с вежливостью, так и я в ответ с тем же. К тому же мой желудок так реагировал на вкусные запахи, что мозг готов был заплатить любые деньги за заказ.

— Битре! (благодарю) — отвечаю я.

— Дусо лундо, — говорит девушка и кивает на мой кошель.

Ага, две монеты этот банкет стоит… А какие монеты? Два золотых — это как-то чересчур, пусть мой живот и пытается меня переубедить. Две серебряных или две медных? Может, тут серебро стоит дешевле, чем медь?

Эх, не посмотрел я утром новости экономики, какой тут сейчас в Алларии курс? Видимо, выражение лица у меня стало у уж совсем тупым.

Девушка вздыхает и на пальцах показывает — две монеты.

Да понял я, что две!

Притворно трясущимися пальцами развязываю кошель, на стол выкатываются несколько монет — серебро и медь.

— Паратон, пересто, — говорю я, глядя на девушку. Это значит:«Помоги, пожалуйста».

Девушка быстро берет со стола пару медяков и утвердительно кивает.

— Ту эндегор, — произносит служанка, — пьиер реторо?

Готовлюсь снова изображать дурачка, но оценка приходит на выручку:

«Вы не местный…. Нужен ночлег?»

Нет, я в восторге от обслуживания. Девушка просто умница. Надо будет хозяину сказать, чтобы жалованье ей повысил, если слова, конечно, подобрать сумею.

Я киваю и показываю десять пальцев — типа на десять дней.

Служанка кивает и уходит на кухню, видимо посовещаться с владельцем таверны.

Пора обедать. Но я все равно не сразу накидываюсь на еду. Сначала все оценкой проверяю. Навык показывает, что в блюдах нет яда, уже хорошо, впрочем, я этого особо и не боялся. Затем указывает, что нигде нет чужих волос, мясо не крысиное, а крупа для каши из урожая нынешнего года, масло только утром сбито.

Короче, есть можно.

Вот и отлично. Принимаюсь уплетать обед. Черт, может, раньше мне, искушенному всякими ресторанами и гастрономами человеку, здешние блюда показались бы грубыми, пересоленными.В каше масла слишком много, а мясо где пересушено, а где из него кровь выступает. Но то раньше, а сейчас для меня это пища богов, вершина кулинарного искусства. Еще бы — столько времени на черством хлебе и вяленом мясе просидеть. А тут полноценный горячий обед из нескольких блюд.

Кашу я слопал в один присест, при этом откусывая здоровенные куски мяса и заедая соленьями. Только когда первый зверский голод приглушили местные кушанья, я снова присмотрелся к посетителям, прислушиваться к их разговорам.

Да, кстати, тот здоровяк, который повар, то и дело мелькал в дверях кухни, а потом, когда они ненадолго открылись во всю ширь, я заметил, как он стоит у вертела, поворачивая запекающуюся тушку барашка.

Разговоры вокруг не утихают, в них слышна тревога. Что и понятно, деревню только сюда перенесло, а на нее уже успели напасть зомбари. Так что и разговоры все вертелись вокруг этих событий.

Часто повторялись слова: «мортус» — мертвые, «лакли» — вкусно, «гвалах»— зомби, «локото» — бежать, «парадесто»— катастрофа. А еще повторялось одно слово, но оценка не выдавала его значение.

От столиков слышалось:

— Дус фарах! Или сирто фарах анвар!

«Два фарах! Четыре фарах, быстро!»

К столикам подбегали служанки и ставили перед гостями кружки с каким-то напитком.

Похоже, фарах — это название, а то оценка уже выдала бы мне значение.

Мне становится любопытно, что ж это за фарах такой?

Тут как раз к столу подбегает моя официантка. Хотя тут, наверное, эта должность называется иначе. Подавальщица, например.

— Битре белита! — благодарю я девушку. — Лакли!

Девушка улыбается и вручает мне ключ. Я так понимаю, от моей комнаты. Расплачиваюсь за комнату, а когда она собирается уходить, слегка придерживаю ее за руку:

— Фарах,пересто! — Еще один медяк перекочевывает в ее ладошку.

Девчушка быстро кивает и бежит к стойке. Возвращается она с большой деревянной кружкой, от которой идет терпкий запах брожения и специй, кружку венчает шапка белой, похожей на первый снег пены.

Девушка ставит кружку передо мной и уходит.

Ну, здравствуй, фарах, вот мы и встретились.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Фарах

Тип: напиток

Класс: слабоалкогольный/тонизирующий

Выдержка: 3 месяца

Состав: зерновое сусло, хмель, вытяжка из корня зандера

Крепость: 7 % .

Место изготовления: деревня Ядрень

Изготовитель: Якоб Славны

Примечание: Фарах — тонизирующий алкогольный напиток, который варят жители деревни Ядрень. Состав напитка держится в секрете и представляет собой предмет гордости местных жителей. Деревня является официальным и единственным поставщиком фараха в другие города и даже к королевскому двору. Сам напиток имеет терпкий сладковатый вкус с легким оттенком горечи и дубовыми нотками. После приготовления выдерживается в дубовых бочках от трех до девяти месяцев в зависимости от необходимой крепости.

Открыто: 7/9]

Вот тебе и местный пенный напиток.

Напиваться я не планирую, но после сытного обеда не грех пропустить кружечку. Тем более если уж королевские особы не брезгуют фарахом, то кто я такой, чтобы не попробовать?

Сдув пенную шапку, делаю глоток. Ох, как же хорошо! Фарах прохладой пробегает по пищеводу, чтобы в желудке взорваться горячим снарядом, приносящим блаженство. Во рту остается аристократический привкус дубовой щепы, язык покалывает легкая острота специй. За такой дижестив можно простить повару любые огрехи.

Попивая прохладный напиток, осматриваю ключ. К моему удивлению и радости, возиться с расшифровкой бирки не приходится — номер нацарапан римскими цифрами. Мне достался седьмой — для суеверных людей счастливый. Сам ключ массивный, длинный, из потемневшего от времени металла.

Сдержавшись, чтобы не заказать еще кружку фараха — я тут все-таки не на увеселительной прогулке, — отправляюсь к лестнице, ведущей на второй этаж. Шум общего зала стихает.

Пройдя по коридору мимо одинаковых дверей с номерами, отпираю ключом свою.

Обстановка не сказать чтобы спартанская, но и биде здесь не наблюдается, да и минибар отсутствует. Зато есть самая настоящая кровать, ведро с водой и ведро пустое (ясно-понятно для чего), небольшой таз, в углу шкаф без дверей. Проверяю все оценкой, но там ничего интересного — кровать и кровать, матрас набит соломой, вода чистая, наверное, из местного колодца… Оценка подтвердила. В тазу лежат грубая мочалка и коричневое мыло. На кровати кусок грубой ткани — полотенце, похоже. Вот это жизнь, жалко, конечно, что горячей воды нет, а то я бы в ванну залез и пролежал там целый час. Но и так я с удовольствием помылся. Продолжаю осмотр комнаты. Буквально каждый метр проверяю оценкой. Никаких секретов, тайных проходов, магических меток — просто комната в таверне.

Ага! Под шкафом оценка показала наличие тайника. Интересно…

Отодвигаю шкаф и под половицей обнаруживаю нишу. В ней сверток — несколько монет, медных и серебряных, колечки, цепочки, все просто украшения, никакой магии. Больше похоже на тайник девочки-подростка, честное слово, тут только дневника с единорогами не хватает, чтобы записывать любовные воздыхания.

Так, ну что, я богат? Замечательно!

Нет, нам такого не надо. Прячу все обратно под половицу и ставлю шкаф на место.

Может, тут на выходе обыскивать будут, окажется, что это вещи дочки местного старосты или типа того, подумают еще, что я стащил. А так как я человек здесь новый, ни с кем не знаком, то разговор будет коротким — поставят меня к стенке да и истыкают арбалетными болтами. Нафиг, не стоят эти гроши этого. А если это сокровища какой-нибудь простой служанки, так и тем более.

За окнами стемнело.

Я запер дверь на ключ и растянулся на кровати. Как бы ни был хорош мой спальник, настоящую кровать ничто не заменит. Черт, а чего ж я Беллу-то не попрошу кровать сделать? Кровать мне вообще-то чертовски важна. Что там для нее нужно: дерево, трава сухая, если уж совсем шиковать, то птичий пух какой-нибудь. Надо зомбарям приказать поискать местных уток, что ли.

Вроде за день я и утомился, да и хорошая еда вместе с фарахом должны бы настроить организм на здоровый сон, но нет. Полночи ворочаюсь, сон все никак не идет. Потом отрубаюсь, но все равно сплю беспокойно. Под утро голова разболелась со страшной силой… похмелье, что ли? Чертов фарах… правый глаз слезиться начал, но вроде водой промыл — стало лучше…Или это последствия поднятия уровня? В сумке у меня зелья для лечения, принял одно. Пузырек, естественно, не оставляю на видном месте — мало ли, может, тут зелья пить не принято, да и раскидываться колбами не есть хорошо.

Ну, вот тебе и первая ночь в цивилизации, господин оценщик…

Следующим утром сижу внизу, знакомлюсь с местным олл инклюзив, никого не трогаю. Час ранний, и в таверне людей немного. На завтрак хлеб, сыр, вареные яйца.

Голова полна дурацких мыслей.

Может, пару кур стащить? Буду в башне выращивать. Белла загончик сделает. Хотя зачем воровать, можно же купить… Только непонятно, чем их кормить, как на новом месте приживутся. Может, они мертвяков боятся, увидят какого-нибудь Бориса — и все, лапки кверху.

Решил пока этот вопрос отложить. Сижу, прислушиваюсь к звуку в таверне — на кухне кто-то метет пол, течет вода, слышен звон посуды…

— Аргол? (Свободно?) — Темноволосый мужчина в пластинчатой броне, с мечом на поясе взглядом указывает на стул напротив.

Этому-то что понадобилось? Занято там, там мое хреновое настроение сидит… а в таверне до фига свободных мест, между прочим…

Тем не менее киваю, и незнакомец усаживается напротив…

Он набирает в грудь воздуха и заводит разговор.

— Гел маскада? Алапауне жарак? Сен клаге араратс? — тараторит незнакомец.

А я сижу, смотрю на него и не понимаю, что он несет. Оценка молчит — то ли сама не успевает за тараторящим незнакомцем, то ли я пока достиг какого-то лимита.

Наконец собеседник выдыхается и вопросительно смотрит на меня.

— Хаарт, — указываю ему на свою голову, — митри, корба…

«Тяжело… говорить, голова».

Мужчина внимательно смотрит на меня. Я старательно изображаю последствия легкой контузии. Мужчина понимающе кивает, поднимается из-за стола и, похлопав меня по плечу удаляется в другой конец зала.

Ну все, аппетит окончательно испорчен. Но не пропадать же добру? Приканчиваю завтрак, думаю, чем бы тут дальше заняться…

Долго думать мне не пришлось. Решение само собой нашлось. Снаружи заполошно загремел колокол.

Что, опять? Зомбари атакуют? Какая разница по сути — все равно жопа наступает.

Посетители таверны вскакивают с мест, хватаются за оружие и бегом на улицу.

Задерживаюсь за столом — я не дурак туда соваться. Колокол явно возвещает не бесплатную раздачу мороженого… лучше я тут посижу, посмотрю, как дело обернется…

Нет, нельзя так. Подумают, что я трус, все же побежали, а я нет. Подозрительно. Надо играть роль до конца. Надо быть как все. И даже больше, надо быть настоящим авантюристом, раз уж назвался.

Даже если они толпой решат в колодец сигануть, придется и мне прыгать. А если начну отлынивать, то скажут, что я чужак, и самого в колодец скинут, предварительно проделав с десяток ненужных дырок в теле.

Выскакиваю из таверны и бегу к стенам. Поднявшись по наспех сделанной лестнице, оказываюсь на вершине частокола.

Да уж. Колокол и правда не сообщал ничего хорошего.

К деревне приближалась орда мертвецов. Ну как орда, с сотню примерно зомби и скелетов. Они рвутся к стенам деревни. Арбалет уже у меня в руках. Начинаю обстрел. Пальцы привычно нажимают на спуск, затем быстро перезаряжаю арбалет, и следует еще выстрел. В паре метров от меня стоит маг, или местный колдун, или черт его знает кто. У мужика в руках посох. С навершия срывается огненный шар, влетает прямо в толпу зомби и взрывается, раскидывая ошметки мертвецов метров на десять.

Эх, столько материала пропадает. Я бы, конечно, не отказался сейчас поднять своих зомбарей, но это слишком опасно: я на виду у всей деревни. Мне это не надо. Так что использую арбалет.

Первый выстрел — точно в цель, второй — тоже, затем третий… четвертый…

А я неплохо освоился, сейчас бы с десяток таких арбалетчиков, как я, и беспокоиться о зомбарях бы не было нужды. А то у местных даже луки не у всех есть… а те, у кого есть, не самые лучшие стрелки.

Продолжаю выкашивать зомби выстрелами из арбалета.

Какой-то мужик в кожаном нагруднике и потрепанном красном плаще — староста, что ли, или командир стражи, тычет в меня пальцем и что-то орет стражникам.

Ну все, доигрался я, надо было мазать, как все остальные. Однако никто не хватает меня, не тычет в спину копьями и мечами. Наоборот, подлетевший ко мне стражник протягивает охапку болтов. Киваю и продолжаю фигачить мертвяков.

Видать, хорошо я себя показал, раз подогнали снарядов. Болты-то недешевое удовольствие. На стене я ни одного арбалетчика не заметил. А значит, болты берегли.

В соло расстреливаю еще с десяток мертвяков, остальных уничтожают маг и другие защитники деревни.

Поле боя трупы стаскивают к вырытой наспех яме и сжигают. Спускаюсь к воротам. Те в плачевном состоянии: трещины покрывают створки, кое-где не хватает кусков. Жители деревни быстро укрепляют ворота, приколачивая новые доски черными гвоздями с широкими шляпками.

Да уж, ворота — это, конечно, хорошо, но любая крепость сильна ровно настолько, насколько сильны ее защитники. Будь стены хоть сто метров высотой — если нет защитников, они бесполезны.

Ладно, защитники пока есть, а значит, нашествие зомби не так страшно.

Вернувшись в таверну, сажусь за стол, чистый, выскобленный. Мне все больше и больше нравится это место…

Что же делать дальше? Можно, конечно прогуляться по деревне, осмотреться, что тут и как. С другой стороны, можно остаться здесь и продолжить пополнять словарь, что мне жизненно необходимо. И надо отъедаться, пока я здесь. За едой тут охотится не надо, просто сходи и возьми, в запас тоже можно прикупить. Еще тут хороший выбор всяких компотов и морсов — витамины на розлив… Фарах после вчерашней ночи я пробовать больше не намерен. Да и не время сейчас хмелеть, хотя приобрести бочонок вина было бы разумно. Хорошее вино еще никому не помешало.

Часть вещей я оставил в комнате: то, что не жалко, если сопрут. Таверна наполняется гомонящими людьми: такой тут обычай — каждую победу праздновать. А мне это только на руку — местные веселятся, пьют, едят и много разговаривают, а я при этом изучаю слова.

Народ тут подобрался хороший… почти…

Вон двое сидят отдельно… на мельнице мешки таскают.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Сержик Колосок

Профессия: помощник мельника

Возраст: 16 лет

Родители: Одо Колосок и Любаша Колосок

Основная черта характера: жадность и трусость

Примечание: ворует муку из мешков ]

И второй.

[ОЦЕНКА — ур. 12

Андрий Власко

Профессия: помощник мельника

Возраст: 18 лет

Родители: отсутствуют

Основная черта характера: жадность

Дополнительная черта характера: наглость

Примечание: ворует муку из мешков ]

Эти двое подворовывают, причем, похоже тот, что старший главенствует. Но видно без всякой оценки, что бойцы хорошие, выносливые…

За стойкой таверны стоит трактирщик, он беседует с дочерью, той самой служанкой, которая принимала у меня первый заказ. То есть это потом я понимаю, что она дочь, когда оцениваю.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Гилмо Светов

Профессия: трактирщик

Семейное положение: вдовец

Возраст: 46 лет

Родственники: Зорья Светова (дочь)

Осн овн ая черта характера: бережливость

Имущество: таверна «Сытый кот»

Домашние животные: кот Когтян

Примечание: двадцать лет служил в королевских войсках, по достижении преклонного возраста был уволен из армии. На выходное пособие построил таверну в родной деревне Ядрень. ]

И дальше:

[ОЦЕНКА | ур. 12

Зорья Светова

Профессия: служанка

Возраст: 19 лет

Родители: Гилмо Светов (жив) и Велда Светова (погибла)

Основная черта характера: оптимизм

Имущество: серебряный кулон, подарок отца

Примечание: любимица отца и всей деревни. ]

Оценкой я проверял всех людей. Стражники были самые разные — кто-то только два раза в неделю заступал на смену, но попадались и ветераны, прослужившие несколько лет. Стоило лишь всем рассесться, как снова раздался тревожный звон колокола, и посетители таверны высыпали на улицу.

Спокойно допиваю морс и не спеша выхожу за остальными. Сейчас быстро разберемся с очередной волной мертвяков и обратно в таверну — праздновать. Работка легкая, даже боеприпасами снабжают.

На улице паника и кавардак. Смотрю на ворота — там тихо. Никто не ломится, никто не рычит.

Ладно, сейчас разберемся. Или все же нет?

В этот раз деревню атакуют не зомби и скелеты, уже привычные и понятные.

С неба падает большая тень. Костлявая тварь с огромными крыльями атакует одного из крестьян. Чудовище хватает мужчину сзади за шею, взмахивает длинными когтями и вскрывает грудную клетку…

— Елки-палки, вы что за твари-то?

Крылатые монстры продолжают атаковать с воздуха, хватают зазевавшихся, поднимают их метров на десять и прямо на весу потрошат.

[ОЦЕНКА ур. 12

Костяная гарпия

Тип: нежить

Класс: крылатая нежить

Размах крыльев: до трех метров

Возраст: 266 лет

Место обитания: леса М ертвых пустошей

Способ охоты: пикирование, затем потрошение жертв

Скорость: высокая

Уязвимость для колющего оружия: да

Устойчивость к магическому урону: да

Способ уничтожения: полное разрушение тела/ обезглавливание

Открыто: 10/17]

Замечательно, новые твари и очень вовремя.

Монстры выглядят так, словно их долгое время варили в огромном котле: кое-где мясо полностью отвалилось, так что теперь сквозь куски плоти белеются кости.

Понятно…

Не спеша, стараясь не привлечь внимания гарпий, захожу обратно в таверну.

После недолгих размышлений понимаю, что надо действовать — если гарпии перебьют местных, будет очень нехорошо…

Распахиваю ставни и выцеливаю первую гарпию: она схватила одного из жителей деревни, располосовала ему живот и теперь замерла над лежащим на земле трупом.

— Ты что, не слышала такую поговорку «движение — это жизнь»? Зря ты остановилась.

Плавно нажимаю на спусковой крючок, тяжелый арбалетный болт срывается в полет и пробивает затылок гарпии. От такого удара гарпию швыряет вперед на несколько метров, она падает и замирает в пыли.

Убийство гарпии не прошло незамеченным среди ее товарок. Возле таверны скопилось штук семь или восемь

Поспешно заряжаю арбалет.

И тут ставни слетают с петель.

Гарпия лезет в окно, вырывая раму к чертовой матери. Голова и плечи уже внутри, но огромные крылья мешают чудовищу протиснуться дальше.

Вот тут я только и успел, что удивиться.

Рука выхватывает кинжал, что висит на поясе. молниеносно я оказываюсь рядом с гарпией и с силой вгоняю кинжал в череп, в место, где срастаются лобная и затылочная кость. Гарпия издает предсмертный вой и обмякает в окне.

Это что я сделал? Так быстро и четко? Это навык из меча квазаров проявляется? Рефлекс работает быстрее разума? Я бы обдумывал, что делать с лезущей в окно тварью, а реакции сработали идеально — уничтожив угрозу.

Под ногами у меня лежит целая куча палок. Подняв ту, что попрочнее на вид, выталкиваю труп наружу. Арбалет уже в руках. Выстрел — и болт врезается в глаз очередной гарпии, та падает замертво.

Воздушная атака застала жителей деревни врасплох, однако они быстро оправились. Засев в укрытии, люди послали в крылатых тварей тучу стрел, на площадь перед таверной упало четыре ощетинившихся стрелами трупа.

Бой продолжался еще минут пятнадцать, пока я точным выстрелом не отправил гарпию в недолгий полет до земли.

Отбились…

Колокол трезвонит снова.

Да вы издеваетесь? Чем в этой деревне намазано, что на нее постоянно нападают?

Со стены доносятся крики, люди тычут пальцами в сторону ворот, маги выпускают огненные шары и ледяные стрелы…

Ворота с треском разлетаются, и в деревню вбегает совершенно незнакомое мне существо.

Мчится оно галопом, сильные лошадиные ноги несут крупное тело, покрытое грубой кожей в бородавках, голова существа — это что-то с чем-то. Крупные слоновьи уши, хлещут по толстым бокам, длинный хобот болтается из стороны в сторону, прямо над хоботом расположен рог, да такой, что земные носороги от зависти бы удавились.

— Зашибись, только таких тварей мне тут не хватало. — Захожу в таверну и поднимаюсь на второй этаж. — Вот хрен я отсюда выйду. Пусть сами разбираются.

Открыв окно в коридоре второго этажа, наблюдаю как слонорог (так его назову, пока оценка не скажет настоящее слова) мечется по деревне. Когда монстр в неистовстве сносит несколько домов, понимаю, что выбрал не самое безопасное место.

Тут на улицу прямо перед слонорогом выходит дед. Седой, сгорбленный, еле на ногах стоит…

Все, хана старому. Видать, жить надоело, решил таким способом с собой покончить…

Дедуля поднимает руку, на ладони формируется небольшой шар синего пламени.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Испепеляющее пламя

Тип: заклинание

Уровень: средний

Стихия: огонь

Дата составления: 634 года назад

Создатель: Аленхарт Бесноватый

Магическое учреждение: Аларийская магическая Академия

Сопротивление заклинанию: отсутствует

Затраты маны: высокие

Время восстановления: три месяца

Мгновенные п обочные эффекты: б оль, слабость, потеря сознания на короткое время

Пролонгированные побочные эффекты: разрушение иммунной системы, истощение организма, истончение костей

Открыто: 11/17]

Синий огонек влетает монстру прямо в хобот. С минуту ничего не происходит, слонорог все так же скачет по деревне, грозя разнести ее в мелкую труху. Затем монстр замирает, истошно ревет, хоботом лупит себя по спине. Синий огонь вырывается из пасти, из хобота и из-под хвоста. Пламя охватывает все тело существа и за несколько мгновений обращает его в пепел.

— Ни фига себе, — выдыхаю я и снова перевожу взгляд на деда. Тот начинает кашлять, заваливается на бок, но к нему подбегает несколько человек и подхватывают его под руки.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Светольд Бежин

Тип: человек

Пол: мужской

Профессия: староста

Возраст: 186 лет

Состояние: серьезно болен

Вид болезни: магическое истощение

Магический канал: поврежден

Характер повреждений: нарушение эгрегора магического поля

Восстановление магического канала: минимально возможное

Время восстановления: 100 лет

Вероятность выживания: минимальная

Исходник нарушения: перенапряжение магических лакун

Открыто: 12/35]

М-да, много непонятного, но одно ясно — дедуля не жилец. А ведь мог отсидеться в укрытии, но пошел драться, зная, что использование заклинания может его на тот свет отправить.

Оценка цепляет еще одного человека, выдавая новую информацию:

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Антуан Гируэй

Тип: человек

Пол: мужской

Профессия: торговец

Возраст: 66 лет

Основная черта характера: предприимчивость

Деловые черты: готов торговать с кем угодно, не задает вопросов, крайне отрицательно относится к обману, подлогу, махинациям

Место работы: деревня Ядрень, лавка Всякой всячины

Уровень интеллекта: выше среднего

Уровень красноречия: высокий

Образование: Аларийская Королевская Академия

Факультет: торговли

Принадлежность к гильдии: Аларийская гильдия торговцев

Открыто: 12/35]

Отлично, значит, я был прав. Есть здесь и торговец, и лавка. Сегодня я еще проведу время в таверне — отдохну и поем, а завтра отправлюсь на поиски этой самой лавки, пора уже торговать.

* * *

Если я кому-то поведаю историю своей жизни и приключений в этом мире и мне скажут, что где-то я поступал неправильно, что я не самый разумный человек, я пошлю всех на хрен и скажу, что я гений. Потому что то, что я сделал сейчас, — просто гениально. Я сломал систему.

Сижу я, значит, в таверне, передо мной тарелка с кашей. Напротив сидит мужик, допивает кружку фараха. Очередную. Ставит кружку на стол, икает и говорит, прямо поток слов льется из его рта. Затем мужик опускает руку к кошелю — там пусто. Взгляд мужика грустнеет.

Я жестом подзываю Зорью и показываю на кружку собеседника. Девушка быстро приносит новую, наполненную до краев. Мужик прямо светится от счастья и продолжает говорить.

Не понимаю, что он говорит. Он тут к каждому подходил, кто готов его угостить выпивкой. Я же сам его позвал. Мужику этому даже не нужно, чтобы я отвечал. Он сам себе отличный собеседник. В те редкие моменты, когда он усиленно расспрашивает меня о чем-то, я показываю на шею и отрицательно мотаю головой — мол, не могу говорить, горло болит, даже обмотал шею своим любимым всепогодным шарфом для убедительности. Я его давно раздобыл, чуть ли не в первые дни в этом мире.

Мужик уже, наверное, в десятый раз кивает и продолжает молоть языком.

В чем же взлом системы?

Оценка мне показывает, что мужик уже кружек двадцать опрокинул: у него ускоренный метаболизм и пристрастие к алкоголю. Идеальное сочетание: он может пить как лошадь и при этом не засыпать. Благодаря этому товарищу я за ночь выучил уже не помню сколько слов, мой запас, наверное, за тысячу перевалил, то есть я знаю примерно столько, сколько неглупый иностранец, который языку учился. И я готов платить деньги за новые знания. Надеюсь, запаса мне хватит.

У меня есть золото, но я не уверен, стоит ли его светить тут. Да и хватит ли у трактирщика сдачи.

Сегодня я учусь, а завтра пойду магазин штурмовать. Не в смысле пробиваться туда с боем и вытаскивать все ценное под огнем стражи. Нет, я пойду торговать, и готовлюсь я к этому, как к важному сражению…

Если, конечно, деревня Ядрень доживет до завтра… если доживет.

Но я ей, деревне в смысле, желаю здоровья и процветания. В честь этого я даже приподнимаю кружку, салютуя собеседнику. Тот с готовностью опрокидывает свою в рот, я подзываю служанку и заказываю еще. Мой собеседник с радостью хватает напиток и продолжает говорить…

Есть такой термин — «урбанизация», он означает переселение людей из сельской местности в города. Молодежь не желает жить в деревнях и переезжает в мегаполисы, туда, где больше возможностей для развития. Это то, что я помню из школьных уроков географии.

Сейчас деревня Ядрень переживала как раз это. Только если в моем мире урбанизация была объективным историческим процессом, то здесь переселение местных жителей шло вынужденно.

Из-за того, что деревню сорвало с привычного места, народ был, мягко говоря, в шоке. Это городские жители привыкли к быстрому темпу жизни, меняющимся условиям, новым вызовам и плотному потоку информации.

Я тоже горожанин и потому, попав в этот мир, сумел адаптироваться к базовым настройкам — например, к тому, что все вокруг пытается меня убить…

Деревенские жители принимали перемены гораздо сложнее и медленнее.

Привычный уклад обитателей Ядрени рухнул в одночасье, естественно, что большинство теперь бежало из деревни. Каждый день пустел то один дом, то другой. Из ворот выезжали телеги, груженные вещами, за ними тянулись вереницы домашнего скота.

Нет, местных жителей слабаками не назовешь — куча сожженных мертвяков и других чудищ тому доказательство, но полная перемена жизни может быть пострашнее нападений зомби.

Я их понимал, не осуждал и, по большому счету, не думал о происходящем, только надеялся успеть сделать все, что запланировал.

Нападения мертвяков продолжались. Каждый день по две, а то и три атаки. Это уже стало рутиной для меня и для деревенской стражи. Звонил колокол, и все мужчины, кто мог держать оружие, высыпали на стены. Зомби лезли, но каждый раз получали отпор.

Вряд ли это могло продолжаться долго. Рано или поздно в деревне не останется никого, тогда и служба стражников потеряет смысл. Может, все кончится за неделю, за две… мне хватит.

Словарный запас мой пополняется регулярно, пусть теперь и не так интенсивно, как в первый день здесь. Оно и понятно: человек использует не так много слов в повседневной жизни, если он, конечно, не профессор-филолог. Не так уж и много на самом деле. Получается, большую часть я выучил, так что теперь словарь растет не так быстро. В таверне-то говорят в основном о выпивке и сражениях с зомби…

В первый день я видел в таверне и бродячих артистов, и группу типов, одетых, словно пираты, но они свалили из деревни в числе первых — оно и понятно, их тут вообще ничего не держало. Они бы мне подарили много новых слов… но нет так нет.

Слов я знаю уже прилично, хватает, чтобы худо-бедно изъясняться. Пусть и короткими предложениями, но все же…

Подойдя к стойке, кладу на нее арбалет.

— Кеа репо? (Где починить?) — спрашиваю трактирщика.

Тот отвлекается от вечного протирания посуды грязным полотенцем и подходит ко мне.

— Кеа репо? — повторяю.

Трактирщик слегка морщится — фиг его пойми, может, акцент у меня странный или предложение я неправильно составил? Ну ничего, потерпит, я ж терплю его мерзкую привычку поковыряться в ухе, а потом вытереть палец о фартук.

Пофиг мне, как звучит вопрос. Мне главное, что смысл понятен.

Трактирщик начинает объяснять, куда мне идти. Слушаю, киваю. Большинство слов понятно, но и новое я почерпнул: «мекарино» — мастерская.

Ну вот, даже от общения с трактирщиком есть польза. Можно смело отправляться бродить по деревне. Если вдруг остановят да спросят, чего я тут разнюхиваю, — сошлюсь на трактирщика, мол, это он сюда послал арбалет чинить…

Можно было, конечно, спросить про лавку торговца напрямую, но нафиг мне привлекать внимание местных криминальных элементов? Если спрашивает человек про торговца, значит, у него денежки имеются.

Вон в таверне в углу сидят мутные типы. Вроде едят-пьют, но злые жадные глаза так и зыркают в мою сторону. Прошелся по ним оценкой — бегло, без подробностей. Так и есть — склонность к грабежам, жадность, жестокость, пристрастие к алкоголю, полный набор криминальной личности. И такие не только в таверне ошивались. По улицам деревни тоже слонялись группы подозрительных типов.

Вот же человеческая натура — деревня переместилась к черту на куличики, зомбари постоянно нападают, грозя сожрать всех, а все равно самыми страшными и опасными монстрами остаются люди…

Поэтому я и спрашиваю про мастерскую, а не про торговца. К тому же арбалет и правда начал в последнее время заедать, так что я для убедительности аккуратно доломал спусковой механизм. Нехорошо, конечно, так обращаться с родным уже оружием, но чего не сделаешь ради безопасности.

Побродив по улицам, останавливаюсь у нужного здания. Просторный дом, сложенный из грубо отесанного камня. Над домом деревянная вывеска, на которой изображены перекрещенные клещи и молот. Сама кузница расположена, как принято, по соседству, под навесом. Сейчас огонь в печи не горит…

Стою, смотрю на вывеску, собираюсь постучать в двери.

Мужик в серой рубахе и таких же штанах проходя мимо меня, спрашивает, что я тут делаю.

— Репо, — показываю ему арбалет. — Карте репо.

(Починить… надо починить).

— Нэн валантио, — качает головой мужик, — локомо уэрзино.

Так, понятно. Нет никого, вчера уехали. Неудивительно, хорошие кузнецы везде нужны. Поехали искать место получше.

— Кеа лесио? — спрашиваю, то есть «где заменить?».

Мужик только отмахивается от вопроса и идет себе дальше.

Вежливость зашкаливает. Ладно, попробую одну штуку, что я тут наблюдал.

Засунув два пальца в рот, довольно громко свищу. Принято тут так: если надо кого окликнуть, нужно свистеть.

Сработало… мужик повернулся ко мне. Демонстрирую ему крупную медную монету в качестве платы за информацию. Монету мне на сдачу дали, когда в трактире серебром расплачивался. Медяк крупный, а в этом мире, как я понял, номинал монеты прямо пропорционален размеру.

Свист и возможность легкой наживы превратили мужика из праздного прохожего в очень заинтересованного доброжелателя.

— Кеа лесио? — повторяю я вопрос, вкладывая монету в руку селянина.

Тот счастливо улыбается, видимо предвкушая, сколько фараха сможет купить на эти деньги.

— Лего симпа сибре, — с улыбкой произносит мужик и машет в сторону соседней улицы.

Словарь пополняется новыми словами: лего — пошли, симпа — за, симбре — мной.

Ну, значит, пошли…

Следую за провожатым, отстав на шаг. Осматриваю стены домов, закоулки — мало ли, вдруг это ловушка. Проверяю его оценкой:

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Симеон Пескарь

Профессия: плотник

Возраст: 38 лет

Характер: замкнутый

Близкие родственники: отсутствуют

Склонность к насилию: минимальная

Примечание: не замечен в преступных деяниях, сторонится общества, любит деньги . ]

Симеон привел меня к лавке и, получив еще одну монету, скрылся за соседним домом.

Сразу заходить в магазин я не стал. Прежде чем куда-то соваться, лучше для начала все разведать. Рассматриваю лавку, само здание, вывеску над входом.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Лавка всякой всячины

Владелец: Антуан Гируэй

Лет во владении: 12

Целевой контингент: местные жители и авантюристы

Наличие «запретных» товаров: да (только для лиц круга доверия)

Примечание: владелец торгует честно, но цены в лавке выше среднего.

Открыто: 4/10]

Так, здесь не обманывают, уже хорошо. Владелец не грабит клиентов — вообще отлично.

Пора уже зайти внутрь и ознакомиться с ассортиментом. Главное не настроить себе воздушных замков: это все-таки деревенская лавка, а не ЦУМ. Что там может быть? Не слишком хорошее оружие, для крестьян сойдет, какие-то походные штуки для авантюристов, может, парочка плохоньких магических артефактов, зелья слабенькие…

Короче, губу не раскатывать…

С такими мыслями толкаю дверь и захожу в лавку. Над дверью мелодично звякает колокольчик.

После яркого солнечного света полумрак лавки показался мне чернильной темнотой. Когда же глаза привыкли, я обомлел.

Лавка внутри оказалась гораздо больше, чем представлялось с улицы.

Вдоль стен стояли стеллажи и шкафы, заполненные всем, чего душа может пожелать. Оружие, припасы, одежда, артефакты. Отдельно стояло несколько шкафов, заставленных зельями — бутылочки разных форм и размеров с содержимым всевозможных цветов.

Тут были инструменты от шахтерских и плотницких до тонких ювелирных. Оружие какое душа пожелает (разве что огнестрела не хватало) — мечи, кинжалы, сабли, моргенштерны, дубинки, кистени, луки, арбалеты, копья, алебарды. Отдельно была стойка с экзотическим оружием типа катан, кинжалов сай, скимитаров и фальшионов, даже глефа нашлась. Я только смотрел и удивлялся такому культурному разнообразию.

В углу, почти подпирая потолок, стоял боевой молот. Несколько манекенов, облаченных в полный доспех разной прочности и ценности: тут тебе и простая кожаная броня, ламеллярные доспехи, напоминающие рыбью чешую, и тяжелые кованые рыцарские латы. Плащи разных цветов и плотности…

Хожу я туда-сюда, смотрю на все это великолепное разнообразие, как известное животное на известное сооружение. Даже не замечаю, как из неприметной двери появился сам хозяин лавки и встал за прилавок:

— Керо геоми? Бан пиро, бэн пино! — Голос владельца лавки выводит меня из ступора.

«Чего бродишь? Есть что сказать — говори!» — как хорошо, что оценка сработала, а то пришлось бы переспрашивать.

Оторвавшись от шкафов, поворачиваюсь к прилавку. Там стоит высокий мужик с седой бородой, аккуратно подстриженной, разделенной надвое, седые волосы тоже аккуратно подстрижены на висках, на затылке же они спадают торговцу на плечи. Он высок и коренаст, судя по выправке, немало лет он был солдатом.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Антуан Гируэй

Профессия: торговец

Возраст: 66 лет

Основная черта характера: предприимчивость

Деловые черты: готов торговать с кем угодно, не задает вопросов, крайне отрицательно относится к обману, подлогу, махинациям

Место работы: деревня Ядрень, лавка Всякой всячины

Уровень интеллекта: выше среднего

Уровень красноречия: высокий

Образование: Аларийская Королевская Академия

Факультет: торговли

Принадлежность гильдии: Аларийская гильдия торговцев

Дети: —

Супруга: —

Магический потенциал: низкий

Заклинания (активные): паралич, шоковая молния

Заклинания (пассивные): Длинный язык, Немота, Черная игла

Примечание: служил в аларийской пехоте После ухода из армии занялся торговлей . ]

В этот раз оценка показала куда больше.

Серьезный дядька — такой и мечом помахать может, и при необходимости заклинанием врезать. Еще и в академии учился. Да, продвинутое у них средневековье.

Интересно, тут часто грабят лавки? Если торговец может за себя постоять, то всякие бандюганы должны его заведение обходить стороной. Непонятно же, на кого нарвешься. Мало ли, нахамишь такому по глупости, потом хрен докажешь, что не хотел и вообще что не верблюд… Поэтому я намерен себя вести в высшей степени прилично… надеюсь, что не нарушу местный этикет, которого я не знаю.

Подхожу к стойке, стараясь сдерживать идиотскую улыбку. Кладу на прилавок арбалет:

— Стаффино. Репелат трабанте, — отвечаю я (Припасы. Заменить арбалет).

Антуан бросает на арбалет быстрый взгляд.

— Гарбарино! — скривив губы произносит торговец.

«Мусор?» Я бы даже возмутился такой оценке, но по факту — лавочник-то прав. Арбалет уже на ладан дышит. Если б я его не доломал, он бы сам скоро приказал долго жить. Ладно, попытаюсь хоть что-то выручить за него.

— Кресто, — говорю я, «продать» то есть.

— Нэн калисио, — качает головой торговец

«Калисио — детали», — услужливо подсказывает навык. Нет деталей к нему, получается. Да, значит, много за арбалет выручить не получится, но что-то все-таки можно.

— Кресто, — повторяю я, пододвигая арбалет торговцу.

Антуан пожимает плечами и берет в руки арбалет, осматривает и ощупывает его.

Я чувствую укол ревности. Понятно, что с оценкой такой осмотр — для меня плевое дело. Но Антуан не владеет моим даром.

Торговец достает из кошелька на поясе небольшую серебряную монету и кладет ее на прилавок.

Оценка показывает, что в монете меньше двух граммов веса — причем в основном это серебро, но есть небольшая примесь золота и меди.

Проверяю оценкой арбалет.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Арбалет

…

Рыночная цена: 0,2 грамма золота/ 4 грамма серебра/ 10 грамм меди ]

Не самая плохая сделка. С учетом того, что деньги-то мне и нафиг не сдались, если будет нужда, я всю эту деревню смогу купить. Мне сейчас важнее создать картинку: вот, мол, я, авантюрист, попал в беду и теперь всеми силами пытаюсь выжить.

— Мило антиго, — говорю я.

— «Нужен другой».

Антуан кивает и ненадолго скрывается в каморке. Затем возвращается и выкладывает на прилавок несколько арбалетов. Все на вид добротные, чистенькие, «в масле», как говорится. Был бы на моем месте кто попроще — пришел бы в восторг от таких игрушек, но я-то калач тертый.

Прогоняю через оценку арбалеты…

Ага, у одного плечо чуть треснуло — глазом не увидеть, но система распознает дефект. Тридцать-сорок выстрелов — и сломается, а стоит, на минуточку, пятнадцать монет…

Торговец, видимо, понимает, что перед ним не хрен с горы, а человек с понятием, разбирающийся в оружии, поэтому снова скрывается в каморке и приносит еще арбалеты. Эти уже намного лучше.

Пока я изучаю оружие, лавочник разливается соловьем. Я мало что понимаю, но из отдельных слов и интонации догадываюсь, что Антуан рассказывает, из чего изготовлены арбалеты, каким образом у него оказались…

Что-то типа «пули свистели у меня над головой, когда я добывал этот превосходный арбалет». Стандартная процедура продажи: распиши преимущества, о недостатках упомяни вскользь.

Выбор останавливаю на одном из принесенных арбалетов — достаточно мощном, но легком.

Пока откладываю его в сторону.

— Мило стаффино. Терберин.

«Нужны припасы. Авантюрист».

Антонию смеется, кивает, мол, вижу, что не местный:

— Клау едерон? (Деньги есть?) — интересуется торговец.

— Стертеро едерон, — отвечаю. «Товар есть».

Выкладываю на прилавок всякие штуки из рюкзака. Взгляд торговца становится по-профессиональному цепким, сразу видно, не один десяток лет он в бизнесе, знает, что даже самый оборванный авантюрист может притащить из Мертвых земель… то есть вроде Пустошей… настоящее сокровище, сам того не ведая…

Ну, я-то ведаю… никаких суперартефактов или сокровищ я с собой не таскаю. Так, по мелочи. Рановато тут светить богатствами. Антуан-то честный торговец, но жадность и жажда наживы даже честного человека на подлость могут толкнуть. Надо показать ему, что со мною выгоднее торговать, а не грабить меня.

Из рюкзака на прилавок перекочевывают несколько рукояток от мечей — старые, но с резьбой и всякими завитушками, старый подсвечник на три свечи, несколько колец и ожерелий. По глазам Антуана понимаю, что сумел заинтересовать его.

В итоге сторговываемся на двадцати серебряных монетах. Это уже с учетом арбалета.Торговец улыбается — еще бы, нагрел меня на шестьдесят процентов от рыночной цены. Ладно, сейчас могу себе позволить.

Тем более это же деревня, выбор небольшой: или принимай цену, что назначает единственный в округе торговец, или иди по лесам да полям искать того, кто предложит больше. За более выгодными сделками надо в город топать. Такой вот суровый закон торговли. Антуан здесь монополист, хотя по факту — обычный перекупщик.

— Я осмотрюсь тут, — говорю владельцу лавки.

— Ты спрашивай, нечего просто так лазить, — хмурится Антуан.

Ага, конечно, как будто я полжизни с такими торговцами не общался — впарят то, что им надо, вернее, не надо ни им, ни мне. Нет уж, сам осмотрюсь

— Сам осмотрюсь и выберу, — с нажимом повторяю я.

Антуан раздраженно отмахивается, а я направляюсь к шкафам.

На лице улыбка — наконец-то я в своей стихии. Я, конечно, молодец — и мечом машу уже неплохо, и стреляю, но это все ради выживания, так сказать для дела, а торговля, оценка — это для души…

А еще с радостью понимаю, что поднаторел в языке. Или «оценка» настроилась на синхронный перевод, простые бытовые предложения и слова и воспринимаются, и произносятся уже на автомате. Видимо, какой-то лимит слов накопился, так что теперь общаться станет полегче, не буду тормозить в диалогах. Понятно, что специфические термины так быстро не освоятся, но, если что, навык поможет. А для коротких бесед я уже готов.

Первое, что меня интересует, — это, конечно, еда. Под съестные припасы отведено два огромных шкафа. Чего тут только нет — десяток сортов хлеба, мясо вяленое, соленое, копчено, фрукты-овощи, сыры, колбасы, паштеты, ягоды и грибы — свежие и сушеные, отдельный шкафчик, можно сказать бар, с напитками — алкогольными и нет. Две полки специй в мешочках и жестяных банках. Продукты завернуты в вощеную бумагу или ткань, пропитанную специальным составом, чтобы не гнили и не плесневели. Понятно, до холодильников тут еще не додумались, но нашли альтернативный способ хранения продуктов, умно, ничего не скажешь.

И все выглядит и пахнет так аппетитно! Я позавтракал недавно, и то у меня рот слюной наполнился от здешних ароматов…

Так, надо же будет куда-то это складывать.

Рядом со съестными припасами — стойка с сумками и рюкзаками.

«Вам пакет нужен? — усмехаюсь про себя. — Еще как нужен! Я бы, конечно, доставку предпочел, но для такого сервиса рановато…»

Выбираю себе вместительный рюкзак и кладу на прилавок. И это не самый крутой из тех, то тут есть. Вон отдельно висит — добротный, объемный, но цена, прямо скажем, не для здешних мест. Три золотых… да местные вряд ли такое богатство в жизни видели. Судя даже по зажиточному Антуану, жители деревни должны шляпы снимать при виде золотой монеты, детям и внукам своим рассказывать о таком событии…

[ОЦЕНКА — ур. 12

Рюкзак авантюриста

Тип: бытовой магический

Объем: 50 литров

Возраст: 31 год

Расширяемый объем: 30 литров

Материал: шкура витанкура

Защита от влаги: да

Защита от кражи: да

Защита от разрывов: да

Примечание: изготовлен из шкуры витанкура — травоядного парнокопытного животного. Витанкуры обитают в засушливой местности, населенной опасными хищниками. Шкура витанкура очень прочна, после выделки приобретает влагозащитные свойства. На рюкзак наложено заклинание незримого расширения, что позволяет увеличить полезный объем на 30 литров. ]

Черт, заманчиво, конечно. Рюкзак отличный, а в этом мире без хорошего рюкзака никуда. Но три золотых… нет, я не жадничаю, просто показывать наличие денег пока опасаюсь. Деревня небольшая, слух о том, что кто-то в лавке оставил целое состояние, разлетится быстрее, чем сухой кустарник, оказавшийся на пути стада вархоров. Так что пока ограничусь простым рюкзаком, большим и крепким, но без выпендрежа. В башне тоже остался рюкзак, который я выторговал у Сольвег, я его сюда не стал брать, чтобы не привлекать внимание.

Возвращаюсь к шкафу с едой. Первым делом хлеб. Ведь он, как известно, всему голова.

Двадцать сортов выпечки в шкафу — «Ашан» и рядом не стоял: с орешками, со злаками, черный, белый, серый, со специями, с сыром, с зеленью. Местный пекарь просто мастер. Хлебцы завернуты в ткань или листья, чтобы сохранить свежесть. Был бы я простой человек, пришлось бы спрашивать, что из чего и с чем едят, но у меня же оценка.

— Одна медная, — сообщает стоимость Антуан.

Одна так одна… Беру несколько хлебцов, разворачиваю.

Под взглядом Антуана звеню деньгами, мол, не боись, я заплачу. Пробую один хлебец, другой. Если уж я собрался запасаться, то надо понимать, что мне по вкусу. В итоге останавливаюсь на четырех видах: обычный белый, серый с приятным травяным послевкусием, с орешками и с отрубями.

— Каждого по сотне, — сообщаю торговцу.

Они подсушены, так что долго не испортятся. Можно сделать хороший запас.

Антуан чуть не роняет подсвечник, что у меня выкупил или скорее выменял с выгодой. Бывает, что по лицу человека понимаешь, что им сейчас просто буря эмоций овладела. Вот и по лицу торговца сейчас все видно, можно читать, как в открытой книге. Тут тебе и восторг от крупной сделки, и сомнение, что у меня такие деньги водятся, и надежда, что это все не шутка, и страх, что откажусь платить и прикончу его, и разочарование, что на нагрел меня сильнее. Его сейчас разорвет от чувств…

Если не пойдут дела с оценкой, можно всегда организовать покерный турнир. Тут народ настолько наивный, что выиграть у них труда не составит…

— Ты может, запишешь? — спрашиваю Антуана, и тот поспешно ныряет под прилавок. Появляется он уже с пером, чернильницей и куском пергамента.

Я же направляюсь к коробам с мясом. Тут уже надо быть внимательнее. Хлеб-то зачерствеет, и всё, тут сразу видна свежесть продукта. А вяленое мясо другое дело… не так то просто понять, когда оно станет непригодным к употреблению. Так что все мясо проходит через оценку. Большинство оказывается отличного качества и стопроцентной свежести. Бракую только несколько кусков, остальное покупаю.

Интересно, кто тут пытается обмануть? Схема-то рабочая — продавать свежее мясо с небольшой долей почти испорченного. Если кто отравится, продавец не виноват, с остальными-то все отлично. Или продавца надувают поставщики, мешая свежее мясо с испорченным, чтобы тот быстрее заказывал новую поставку. Обычные рыночные отношения… Не нае… не обманешь — не продашь короче.

Шопинг продолжается. Как же мне, оказывается, этого не хватало! Не зря говорят, что поход по магазинам — один из лучших антистрессов. Я прямо чувствую, как расслабляюсь сейчас.

Так, что нам еще надо? Ага, вот тут мешочки с крупами.

Оценка показывает массу мешочка — триста граммов. Для похода самое то, но для длительного запаса не очень удобно. Ладно, пока мешками покупать не стану ничего — а то мой уход из деревни будет выглядеть как самый настоящий парад.

Закидываю в рюкзак по несколько мешочков разных круп: что-то вроде гречки, риса, дробленого гороха…

Запас карман не тянет.

Распахиваю очередной шкаф. Там сладости. О-о-о, это просто замечательно. Рядами на полках стоят горшочки с медом.

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Мед майский

Время сбора: весна текущего года

Место сбора: южный район Фарделана

Вес: 350 грамм ]

Помимо разных сортов меда, медовых сот, на полках еще и конфеты в коробках, куски сладких пирогов, завернутые в ткань или листья, что-то, по виду и запаху напоминающее халву, тонкие сахарные нити, цветные леденцы в жестяной коробочке, несколько бутылок сиропа с разными ароматами от стандартной мяты до ванили и корицы. Хорошо устроились в этом средневековье, здесь даже в небольшой деревне можно купить тропические специи.

Ничего себе тут можно бар открыть, Антуан на мохито и пинаколаде такие бы деньги делал, что мог бы деревню купить со всеми окрестностями. А в таверне, кроме фараха и местного вина, ничего и нет. Фарах, конечно, хорош, но иногда душа требует праздника. Пофиг, сиропы беру. Вообще сладкое беру, особенно мед, который не портится. Сладкое для мага как допинг, мана быстрее восстанавливается, а трофейные сласти давно съедены. Да и вообще в этом мире тотального пипца необходимы дополнительные дозы эндорфина и серотонина. Шоколадку бы еще, но в этой лавке такого счастья нет: видимо, это все-таки господское лакомство, слишком роскошное для деревушки.

Увлекшись покупками, я не заметил, как набил рюкзак под завязку, даже с горой.

— Зачем тебе столько? — не выдерживает наконец Антуан.

Зачем, зачем — надо. Ему-то что? Тем не менее надо что-то ответить, как-то отреагировать. Буду использовать тактику «не твое собачье дело».

Поворачиваюсь к торговцу, молча смотрю на него из-под сведенных бровей.

Тактика срабатывает:

— Ладно, делай как знаешь, — Антуан поднимает руки, — скучно тут, решил поболтать.

Я болтать не настроен. Насколько я понимаю концепцию здешнего общения — если человек молчит, то к нему не лезут. Его дело, его право. Однако если ты начинаешь разговаривать, то местные не упустят возможности почесать языком. Поэтому таверна вечно битком набита — как еще отдохнуть и развлечься? Правильно — выпить и поговорить.

Антуан пожимает плечами и перестает донимать меня вопросами. И правильно, может, у меня отряд неподалеку от деревни на стоянку встал, а чтобы толпой не ходить — меня отправили. Или я в Ядрени решил обосноваться? Купить домик, завести сад-огород, вот и запасаюсь на первое время. Короче, не суй свой нос в чужой вопрос.

Выбираю на стойке еще один рюкзак. По объему такой же, как и первый, только без влагозащиты, Но она мне и не очень нужна, припасы будут храниться в башне.

Главное, чтоб не слишком быстро портились.

Торговец обратился ко мне и сказал примерно следующее:

— Может, тебя еще зелья интересуют? Недавно новая партия прибыла. А у тебя сумка почти пустая.

Понятно, профессионал, посмотрел на меня и сразу заметил пустой пояс для зелий. Там только одно лечебное завалялось.

Я согласился:

— Да, зелья нужны. Позже. Сначала еда.

По два мешочка засушенных грибов и ягод — суп варить и компот. И специй набрал — мясо мясом, но когда оно без соли, то не очень-то вкусно… а тут такой выбор — от стандартного перца черного и красного до всяких шафранов, тминов, базиликов.

Ориентируюсь исключительно на собственные ощущения: нравится запах — беру. Потом прочитаю оценкой, как готовить и сколько класть. Интересно, что специи — в маленьких баночках, в крышках которых прорезаны дырочки. Крышка поворачивается — дырочки открываются. Максимальное удобство для путника и приключенца. Набрал специй — целую батарею банок.

Сыра взял несколько кусков — смысла брать больше нету, испортится же.

Так, вроде, с едой закончил. Два рюкзака забиты под завязку. Тяжело будет тащить, но лучше напрячься сейчас, чем потом пухнуть с голоду.

Дальше осматриваю шкаф со всяким походным добром. Котелок у меня есть, так что нафиг. Я бы взял, конечно, если бы он сам воду нагревал, а так… Зато обнаружил универсальный складной нож. Для боя он, конечно, бесполезен, зато как инструмент в походе — супер. Помимо собственно ножа там пилочка, кусачки, штопор, шило, ножницы и даже тонкая отвертка.

Я тут пока не встречал ни одного шурупа, а отвертка есть…

[ОЦЕНКА — ур. 12

Универсальный нож

Тип: инструмент

Количество лезвий: 7

Возраст: 550 лет

Прочность: 40/50

Открыто: 4/4]

А штука-то довольно древняя. Может, пятьсот лет назад тут технологии были круче? Использовали винты, шурупы и все такое, даже техника применялась? А потом все в упадок пришло.

Беру и это.

В шкафу с одеждой нашлись рубахи по размеру и пара штанов. Штаны, может, и длинноваты, но можно попробовать мечом подрубить.

— Обувь есть? — спрашиваю Антуана.

— Нет, это к кожевнику бы, — усмехается торговец, — но он уже уехал.

Понятно, мастеровые сваливают первые — им-то везде рады. А этот Антуан, вероятно, остался в надежде получить выгоду с тех, кто запасается в дорогу.

На одной из полок нашел деревянную шкатулку, внутри два кристалла одинаковой формы.

[ОЦЕНКА — ур. 12

Камни обратного пути

Тип: артефакт

Класс: магический

Радиус действия: 25 км

Редкость: низкая

Примечание: артефакт позволяет найти обратную дорогу к убежищу в определенном радиусе. Один из кристаллов остается в безопасном месте, второй путешественник берет с собой. Если владелец кристалла сбивается с пути, то, активировав артефакт, он видит направление к месту расположения второго камня.

Открыто: 4/16]

Шикарная штука, беру. Кристалл небольшой, один положу в башню, а второй буду носить при себе и всегда найду дорогу, конечно это не спасет если произойдет буря и башню и меня разделит на сотни километром. Но для обычных вылазок супер.

Все, пора к зельям переходить.

Шкаф ломится от бутылочек, скляночек, пузырьков… На всем этикетки с аккуратными надписями. Тут и зелья лечения, и ночного зрения, зелья бодрости и глубокого сна. Зелье очищения от токсинов, защиты от яда, холода, огня. Отдельно зелья усиления организма — слух, зрение, обоняние. Большая бутылка зелья удачи.

Чего? Зелья повышает удачу? Да, на этикетке так и написано. Но на заборах тоже много чего пишут…

[ОЦЕНКА — ур. 12.

Зелье удачи (подделка)

Алхимическая субстанция

Возраст: 5 лет

Состав: вода, спирт, мятный сироп, порошок из корня белладонны

Внимание подделка! Зелье не повышает удачу, а лишь дает ощущение полной неуязвимости, смелости и всемогущества , з ачастую сопровождаемые галлюцинациями ]

Я и не сомневался. Ладно повышать силу, ловкость, какие-то объективные характеристики. Это понятно, с этим я могу согласиться и принять. В моем мире тоже существует допинг. А удачу повысить нельзя никаким зельем… Эта жидкость — по сути алкогольный напиток или даже что похуже. Выпил — и типа крутой, но только по твоему мнению. Видел я крутых под зельем. На лавочках в каждом дворе таких героев по дюжине. Их потом с белой горячкой скорая увозит…

— Расчет, — набрав зелий, обращаюсь к торговцу.

— Отлично. Восемьдесят серебра, — отвечает Антуан.

Выкладываю на прилавок золотую монету. Тяжелую такую.

Антуан возится с весами, оценивая золотой. В итоге оказывается, что мне еще и сдача положена. Сорок серебряных…

Антуан выдает длинную фразу. Тут моих знаний оказывается недостаточно, некоторые слова непонятны, но по контексту понимаю — Антуан говорит что-то типа:

«Ты не торопись, уважаемый. Видно же, что поиздержался ты в походе. Арбалет-то купил, но стрелять чем? А у меня как раз поставка болтов была, как раз перед скачком получил…»

Вопросительно смотрю на торговца, мол, выкладывай, что у тебя есть.

Антуан достает из-под прилавка кожаный чехол и разворачивает его. Внутри в отдельных ячейках арбалетные болты. Простые и не очень. Двадцать пять штук, каждая ячейка подписана…

— Это все? — спрашиваю.

— Нет, конечно, — фыркает торговец. — Выбирай что нужно, я принесу еще.

Так. Простые болты с разными наконечниками — тяжелые бронебойные — для доспехов. Болты с зазубренными наконечниками, из тела хрен вырвешь — это для бездоспешных врагов и для охоты. Болты с широкими наконечниками в форме полумесяца — такая штука может руку отхватить, если хорошо попасть. Ядовитый болт — в наконечнике полость с ядом. Яд пустынного каракурта. Оценка подсказывает, что яд вызывает паралич и остановку сердца. В зависимости от размера жертвы смерть наступает в течение пяти минут.

При попадании в тело наконечник деформируется, яд из полости попадает в тело и убивает жертву. Сомнительно, но окей. Годится для крупных противников, которых прямое попадание не убьет. Того же медведя — простой болт его лишь разозлит, а вот яд убьет. Останется только дождаться, пока он подействует. Тоже возьму — пригодится.

— Так, пятьдесят штук этих, — показываю торговцу, — этих по десять штук. И три с ядом.

Антуан скрывается за дверью склада и возвращается с кофром, в котором лежат болты. Кофр запихиваю во второй рюкзак.

Теперь болты магические — тут уже все гораздо интереснее.

Беру шесть болтов электрического разряда: поражают противника молниями, болт огненного взрыва — все понятно.

Кинетический болт — создает ударную волну, отбрасывающую противников.

Этих уже по два. Деньги не бесконечные…

Болты — удовольствие не из дешевых, каждый по десятке серебра стоит. А я не могу сюда явиться с мешком золота. Вернее, могу, конечно, но вопрос — не решит ли Антуан меня прикончить и прикарманить денежки? Я не местный, никто меня не знает и никто не хватится. В мире, где я жил, такие истории случались сплошь и рядом. Правда, торговцы, промышлявшие подобными делами, заканчивали очень плохо. Хотя я работал честно и такими схемами не промышлял, но закончил тоже не очень хорошо, получается…

Да и хрен с ним.

Добираю еще зелий — для исцеления беру, они паршивые, конечно, но за неимением лучшего… Еще от отравления — против ядов, испарений — тоже беру. Зелье от слепоты — пузырек не только с бумажной этикеткой, тут слова выгравированы на стекле.

Зелье от сотрясения мозга, от порезов, от ушибов, зелье восстановления при переломах — если все это выпить, то как будто и неуязвимым можно стать…

— Боюсь, у тебя денег не хватит, — посмотрев на заваленный товарами прилавок, говорит Антуан.

— Может, скидка? — вздыхаю я.

— Нет, тут не благотворительный дом, — отвечает торговец и со смехом продолжает (я понимаю смысл): — Хотя благотворительные дома тоже никому не помогают бесплатно. Чем будешь расплачиваться? Давай, я вас, авантюристов, знаю, всегда что-то интересное приберегаете…

Со вздохом стаскиваю с левой руки перчатку и бросаю на прилавок золотое кольцо.

— Вот это уже интересно. Видать, вылазка удачная была у тебя. — Антуан осматривает кольцо — две золотых монеты дам за него.

Вот же жук, кольцо стоит в два раза больше, я его оценкой давно проверил.

Видимо, это на моем лице отражается, так что Антуан поспешно говорит:

— Хорошо, две с половиной. Два золотых и пятьдесят серебряных. Больше не дам. Так что решай сам…

Ладно, кольцо мне на фиг не сдалось, а припасы позарез нужны. Так что соглашаюсь.

Так, купить я все купил, а донести смогу ли? Закинув пару рюкзаков на плечи, понимаю — тяжело, неудобно. Ладно, я ж не сам таскать все это собираюсь.

— Еще четыре рюкзака беру, вон из тех, что поменьше.

— Зачем? — Брови Антуана удивленно поднимаются.

— Надо, — коротко отвечаю я.

Торговец пожимает плечами — надо так надо.

Разложив все по рюкзакам, продолжаю изучать лавку. Просматриваю внимательнее стойку с оружием. Тут обнаруживаю какую-то тетиву. Особо прочную, устойчивую к разрыву — беру, пригодится. Примериваюсь к копьям — но по размышлении пока оставляю. Оружие самое обычное, без эффектов — так и зачем на него деньги тратить, когда у меня в башне арсенал не хуже? К тому же к копью мне еще привыкать придется: в обращении с ним у меня опыта нет.

Среди мечей и кинжалов неожиданно обнаруживаю книгу в черном переплете. Интересно — может, это какой-то руководство по фехтованию или книга кузнечного мастерства?

Понимаю, что это любовный роман.

— Двадцать два серебра книжка стоит, — замечает Антуан, — приключения славного рыцаря Ласа из рода Лове. Книга для одиноких мужчин.

Ага, рыцарь Лове Лас — понятно, что там за содержание. Да и плевать — мне для изучения языка надо.

У стены стоит ящик — большой, с тяжелой крышкой.

— Это что? — спрашиваю торговца.

— Это мусор. За бесценок мне отдают.

Антуан рассказывает, что иногда к торговцам приносят неизвестные зелья. Если понять, что за зелье, не получается, то его отправляют в такой ящик. А дальше покупатели могут приобрести зелье за очень низкую цену, но это риск, ведь непонятно, какой у зелья эффект.

Дословно тираду Антуана оценка не переводит, но общий смысл складывается из слов, что мне доступны.

Антуан рассказывает историю вроде как об алхимике, который обнаружил очень редкое зелье и потом вроде как разбогател. А другой тип купил зелье, проверил его на рабе. Раб превратился в чудище, убил хозяина и весь дом его развалил…

С удивлением смотрю на смеющегося торговца — Антуан буквально ржет…

Бог ему судья. С моей оценкой этот ящик зелий прямо джек-пот. Я точно смогу выбрать что-то безопасное, а если повезет, то и уникальное, да еще и куплю по дикой скидке…

Открываю ящик и начинаю доставать пузырьки. Каждый тщательно и долго осматриваю, взбалтываю, проверяю наличие осадка, занимаюсь привычным делом.

Антуан явно не рассчитывал на серьезный подход. Привык, что из отстойника берут зелья наудачу и сразу с ним расплачиваются. Увидев, что я расставляю пузырьки по полу и присаживаюсь рядом с ними, он явно погрустнел. Ходит теперь неподалеку, картинно вздыхает, поглядывает в окно, типа вечереет уже, лавку скоро закрывать.

Бьюсь об заклад, были бы у него часы, он поглядывал бы на них каждые пять минут.

Но сейчас я никакие намеки не воспринимаю. Антуан получил деньги, так что пускай терпит.

Вокруг меня уже целая батарея пузырьков. А я все достаю и достаю новые…

[ОЦЕНКА | ур. 12

Зелье полноценного исцеления

Тип: а лхимический состав

Класс: средний

Возраст: 285 лет

Время действия: 3 минуты

Побочные эффекты: нет

Токсичность: нет

Процент исцеления: 100

Открыто: 7/15]

Есть! То, на что я и рассчитывал…

Так, сейчас главное не подать вида, что попалось нечто уникальное и ценное. А то Антуан уже насторожился. Если поймет, что я нашел что-то стоящее, заломит цену…

Запоминаю зелье и ставлю его к остальным, как будто все одинаковое…

Спустя полчаса нахожу еще четыре зелья исцеления, крепких, добротных, причем с разными вкусами, довольно старых, пятьсот-шестьсот лет. Видать, раньше алхимики были более искусными — под каждого клиента индивидуально могли делать зелья, подбирая цвет и аромат…

Запоминаю эти четыре и еще обнаруживаю зелье восстановления — действует в течение пяти часов. Это удобно если надо долго бегать или заниматься физическим трудом— зелье не дает мышцам уставать. Полезная штука — запоминаю. Такое мне надо.

Три бутылочки с ядами — очень мощными. Разлиты в бутылочки из особо прочного и толстого стекла. Тоже заберу.

Пол вокруг меня заставлен бутылочками и склянками. Просмотр и изучение отстойника занял очень много времени — за окнами действительно темно. Антуан понял, что так быстро я не уйду. Смирился, принес несколько канделябров со свечами.

А зелья все не кончаются, наверное, даже половины отстойника еще не разобрано. Может, не жадничать и уйти? С другой стороны, вдруг здесь завтра не будет ни Антуана, ни лавки.

Отдельно я расставил испорченные зелья — какие-то потеряли свойства, некоторые превратились в настоящую отраву. Отдельно возвышается огромная бутыль слабительного.

Прикольно конечно, можно врагов напоить, но тащить такую громоздкую штуку сейчас не с руки.

[ОЦЕНКА | ур. 12

Железная память

Тип: зелье

Класс: высокий

Возраст: 750 лет

Побочные эффекты: нет

Токсичность: нет

Время действия: постоянное

Автор: Ингмар Серверин

Редкость: уникальное

Примечание: Ингмар Серверин — легендарный алхимик. Создавал авторские зелья по специальным заказам. Большинство рецептов его зелий утеряно.

Открыто: 7/15]

Ох ты. Вот это уже супернаходка. Была у меня уже подобная штукенция, но, может, ослабла со временем либо срок был ограничен, не все я теперь идеально запоминаю. Купить я его куплю, но перед употреблением нужно будет его полностью оценить. А то вдруг побочные эффекты мелким шрифтом забыли указать.

Покопавшись в ящике еще с час, нашел еще два зелья этого самого Ингмара.

Зелье «Змеиный бросок» улучшает реакцию, зелье «Хвост ящерицы» повышает свертываемость крови для быстрого затягивания ран. Оба без побочных эффектов. То есть приняв «Хвост ящерицы», нет риска помереть из-за тромба. Зелье действует точечно, заживляя только повреждения организма, типа ран и порезов.

Просто «вау».

Под конец нахожу несколько пробирок с сонным зельем и с десяток пузырьков зелий бодрости. Конечно, тут еще много всяких прикольных составов — типа легкого шага или каменной кожи, но там побочные эффекты типа тошноты или метеоризма… Заберу только то, что без побочек.

Время давно перевалило за полночь, когда я закончил. Весь пол был заставлен зельями.

Мать моя в кедах — да тут их штук пятьсот, если не больше!

Антуан устал бродить вокруг меня и задремал на стуле за прилавком.

Наконец я расплачиваюсь с разбуженным торговцем. Зелий я набрал прилично. Сонный Антуан пересчитывает деньги, пока я раскладываю товары по сумкам.

В итоге получилось три здоровенных рюкзака плюс мой старый.

Нагруженный, как верблюд, выхожу из лавки и по ночным улицам деревни направлюсь к таверне.

Все, пора сваливать. Быстренько сгонять в башню, и вернуться, пока торговец не слинял…

Антуан же упоминал, что все уезжают. Деревня обратно перемещаться не собирается, помощи никакой нет, атаки каждый день. Рано или поздно даже самые упрямые жители покинут дома. А если не будет покупателей, то не будет и торговца.

Феодал, который этой деревней владеет, если вдруг и объявится, то скорее прикажет валить отсюда и строиться на новом месте.

Короче, пока есть возможность, надо затариться по максимуму. Народ в деревне обстоятельный, уезжать будут, забрав все мало-мальски ценное, так что поживиться тут после их отъезда будет нечем.

К тому же из разговоров местных я понял, что в каждой деревне есть артефакты, указывающие местоположение поселения и где живут люди. У авантюристов и приключенцев тоже есть что-то типа карт, на которых отмечаются места поселений. Значит, о том, что Ядрень переместился, уже известно многим. Скоро здесь объявятся и другие любители наживы…

Уже светало, когда я добрался до своей комнаты в таверне. Хорошо, что в такой час все спят и я не встретил ни одного прохожего…

Все покупки перебрал, все разложил по рюкзакам так, чтобы ничего не разбилось, не звенело и не брякало.

Оглядываясь и прячась в предутренних тенях, выбрался на стену и осторожно сбросил рюкзаки наружу.

Поднял трех скелетов и приказал им хватать рюкзаки и тащить в башню.

Поспав пару часов, сбегал еще раз в лавку, прикупил еще три рюкзака. Надо играть роль до конца — не мог я вчера скупиться по полной программе, а сегодня выходить налегке. Также у Антуана приобрел одеяла и подушку.

Вернувшись в комнату, набиваю рюкзаки одеялами и подушкой, всякими объемными, но легкими вещами. Со стороны рюкзаки выглядят огромными и тяжелыми, но по факту совсем не так.

Позавтракав, прощаюсь с трактирщиком, с Зорьей. Девушка явно огорчена моим уходом, вздыхает…

С рюкзаками за спиной выхожу из ворот деревни. Со стен машут стражники — все же мы вместе с мертвяками сражались…

Направляюсь я не в сторону башни. Пока меня видно со стен, двигаюсь бодрым шагом, когда же стены скрываются за поворотом тропы, пускаюсь бегом. Вообще я опасался, что меня попробуют пристрелить со стены, но нет, все прошло спокойно. На бегу сношу голову зазевавшемуся зомби. Даже скорости не сбавляю.

Все идет отлично. Заложив приличный крюк, мало ли, кто-то следит за мной, направляюсь уже к башне.

Я почти поверил, что все пройдет гладко. Почти…

На тропу в шагах десяти впереди выскакивают бандитского вида мужики. Ножи, арбалеты, кривые жестокие ухмылки на рожах. К гадалке не ходи — разбойники. Видать, решили засесть возле деревни и грабить путников.

По выражениям лиц понимаю, что бандюки сочли меня легкой добычей: рюкзаки у меня огромные, значит быстро бежать я не смогу.

А вот фигушки.

Резко метнувшись в сторону с тропы, бегу через кусты и перелесок, петляя между деревьями. Бегу в сторону башни. Позади топот ног, над головой просвистел первый болт, за ним еще и еще. Болты втыкаются в деревья и землю. Разбойники позади орут в переводе на цензурный что-то вроде: «Да что ж ты за сволочь резвая! Пристрелите его уже!»

Да, местным матеркам меня оценка уже тоже научила, в таверне немудрено наслушаться разного. Встречаются в этом мире очень образные выражения, но сейчас наслаждаться ими не время и не место.

Прорвавшись через кусты, словно молодой лось, добегаю до башни и быстро заскакиваю внутрь, дверь захлопываю за собой.

Спустя пару минут прибегают запыхавшиеся разбойники.

— И куда он делся? — Голоса отчетливо слышны в башне, словно Белла транслирует их с улицы. — Может, в башню забежал?

— Ты придурок, что ли? — звучит ответ. — Мы вчера эту башню полдня ковыряли, даже царапины не осталось, а он взял и открыл? В траве ищите, залег где-то поблизости…

Ну все, сволочи, сами напросились. Я вас не трогал, но вы явились в мой дом, пытались навредить Белле.

— Дорогая, поднимай гвардию, враг на пороге, — обращаюсь к башне, — пора им показать, кто круче.

Из комнаты некроматериала выходят три зомби — защитники башни, следом я поднимаю еще двоих от себя.

Спокойно распахиваю дверь. Неподалеку от башни пятеро бандитов. Онемели, когда меня увидели.

— Он и правда в башне! Вот это будет добыча! Один дуракс рюкзаками и целая башня добра в придачу!

Обрадованные бандиты вскидывают арбалеты, но я уже отступил от двери, и наружу выскакивают мертвецы.

Офигевшие разбойники успевают выстрелить еще по разу, но либо мажут, либо их болты застревают в телах зомбаков.

Пятерка мертвецов налетает на бандитов, рвет их в клочья. Я уже на втором этаже, в руках арбалет — выпускаю болты один за другим.

Я не кровожадный, но помирать не собираюсь. Сегодня я ушел от бандюков, но в другой раз могут и подловить. Да и вообще, я, может, сроднился с жителями деревни и не хочу, чтобы подобные уроды напали, к примеру, на Зорью.Так что никаких угрызений совести…

Лапы зомбарей и мои меткие выстрелы ставят логичную точку в жизнях бандитов. Там, где они стояли еще минуту назад, теперь только кровавые ошметки…

— И все в порядке, если только на площадке великолепная пятерка зомбарей, — напеваю я и направляюсь к башне.

Самое время хорошенько позавтракать…

В гостях хорошо, а дома лучше…

В гостях не надо мыть посуду, не надо убирать со стола, хозяева потчуют вкусным, приветливые…

И все же нет ничего лучше, чем оказаться дома. Где все твое, родное, знакомое. Можно в одних трусах ходить и чесать пятую точку.

Это все к чему? Деревня Ядрень, конечно, порадовала, там я и затарился припасами, и поспал на настоящей кровати, в меня даже никто не стрельнул со стен.

И все равно, только оказавшись в башне, я почувствовал себя в безопасности, а моя импровизированная кровать показалась мне королевским ложем.

Спал я как младенец — крепко, но недолго. Хотелось поскорее разобрать покупки. Этим я и занимался все утро. Все съестные припасы разложил отдельно: Белла во время моего отсутствия не стояла сложа руки, или что у нее. На втором этаже вдоль стен появились шкафы — добротные и вместительные. Туда я и распихал все приобретенное.

Какой я молодец, что перед уходом набил подвал материалами. Просидел я, разбирая вещи, довольно долго, так что спина заныла.

Потягиваясь и почесываясь, подхожу к окну. На улице благодать: в чистом небе высоко светит солнце, легкий ветерок приносит прохладу и аромат свежей зеленой травы, птички поют. Просто утро в диснеевском мультфильме.

Под башней снова толпа зомби, к этому я уже привык.

Зомби как алкаши во дворе — сколько их ни гоняй, ни вызывай полицию, они все равно соберутся.

— Ну да ладно, мертвяки — это даже хорошо. Как с ними разбираться, я знаю, если там кого-то мощного не будет, — усмехаюсь я и иду готовить завтрак.

Как прекрасно, когда у тебя есть выбор — можно не давиться кислючими яблоками, не растягивать на неделю три полоски вяленого мяса. Набираю в котелок воды, засыпаю крупу, ставлю на огонь. Когда каша закипает, крошу вяленое мясо туда же. По башне растекается аппетитный аромат. Мой желудок урчит, требуя еды.

— Да не ругайся ты, — приговариваю я, помешивая кашу в котелке, — сейчас поедим.

Мясо размягчается, отдает аромат специй. Пахнет одуряюще вкусно.

Голод, как известно, лучшая приправа, а аппетит приходит во время еды.

Набрасываюсь на горячий завтрак.

Как же вкусно!

Даже не заметил, как умял почти всю кашу. Просто кайф…

Я покинул Ядрень больше суток назад. Мне жуть как хочется опять посетить лавку Антуана, но нельзя пока. Слишком уж подозрительно будет, если я стану каждый день туда бегать. Хотя я и снял на десять дней комнату, но пусть она меня еще подождет.

Припасы, что я приобрел, конечно, спасут мне жизнь, облегчат ее и обеспечат выживание, но вдруг деревенские решат меня проверить или обмануть.… Не хочется оказаться окруженным толпой злых напуганных крестьян.

Я, конечно, уже умею за себя постоять — и зомбарей отстреливаю, что твой Робин Гуд, и мечом машу, как настоящий самурай, но я видел, на что способен тамошний староста. Мало ли кто там еще магией владеет или опасными заклинаниями. Никогда не знаешь, откуда прилетит…

В пору буйной молодости мне, конечно, довелось побывать в разных переделках, что такое драться одному против троих, я знаю не понаслышке. Это не кино, где одному можно руку вывернуть, второму по зубам врезать, третьему красиво с разворота ногой в голову зарядить. В жизни драки куда как менее эффектны и более жестоки. Когда на тебя налетают три туши, то, может, одному ты и врежешь, но двое других врежут тебе… Стоит только упасть, как начнется месиво. Подняться тебе уже не дадут. Лучший способ победить в драке — это в нее не ввязываться, потому что будь ты хоть трижды мастер боевых искусств, хоть целиком в черные пояса замотайся, но если тебе устроят «темную», никакие приемы не помогут.

Драться с толпой я пока не готов. Особенно когда у каждого в руках что-то острое или тупое… Тупое, кстати, не означает «плохое»: молотком очень удобно не только гвозди забивать, но и головы проламывать, ножка от табуретки превращается в умелых руках в грозное оружие, а кусок свинца, зажатый в кулаке, делает руку смертоносной.

Позавтракав, беру книгу записей: надо занести в нее заметки о товарах, что я видел в лавке. Память у меня, конечно, хорошая, еще и давнишним зельем усиленная (кстати, надо не забыть новое опробовать, пока не протухло), но за долгие годы в профессии я себя приучил к тому, что все должно быть задокументировано, структурировано. Надо прикинуть, что покупать в лавке, а без чего я обойдусь. Цены опять же надо записать, профессия у меня такая — знать, кому что надо и что сколько стоит… Правда, если в прежнем мире я изучал раритеты, здесь приходится работать с чем попроще.

К примеру, в лавке продавались разные порошки в деревянных коробках. Скажем, порошок от отравления. Засыпаешь такой в рану, поливаешь водой, перевязываешь, и это снадобье вытягивает яд. На каждой коробке написано было, для чего порошок предназначен. Так вот, порошки эти мне и нафиг не сдались — стоят они дорого, а побочных эффектов до хрена. Там и на нервную систему негативное воздействие, и повреждение тканей организма, так как яд просто выжигается. Порошок — вещь универсальная, если не знаешь, что за яд в ране, но я-то знаю. Знаю, когда и какое зелье применять, как оно подействует.

Стоит вернуться в деревню, потому что дальнейший мой путь в этом мире будет состоять из таких походов. Хорошо бы разжиться картой, хотя бы примерной, этого мира, чтобы понимать, где города расположены. Я уже понял, что в диких землях местность меняется, целые поселения за одну ночь могут переместиться, но есть же и города за пределами пустошей, которые стоят на месте, а не скачут туда-сюда, как блохи пособаке.

В городах есть крупные лавки, а там куча всего полезного, ценного и интересного. Как эти три зелья, что я в отстойнике в лавке Антуана нашел.

«Железная память», «Змеиный бросок» и «Хвост ящерицы» — для улучшения памяти, реакции и повышения регенерации. Зелья отличные, редкие и без побочных эффектов. Над ними я просидел дольше всего, открыл по двадцать три пункта.

Собственно, помимо полезных сведений о свойствах зелий и их действии оценка показывает и кучу информации, без которой я бы вполне обошелся, — сколько зелье варилось, сколько настаивалось. Она и для других вещей и людей, бывает, выдает кучу ненужного и очевидного.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Хвост ящерицы

Тип: зелье

Класс: высокий

Эффект зелья: повышенная регенерация тканей организма

Возраст: 737 лет

Побочные эффекты: нет

Токсичность: нет

Время действия: постоянное

Автор: Ингмар Серверин

Время приготовления: 12 месяцев

Время закипания: 7 месяца

Время настаивания: 5 месяцев

Количество ингредиентов: 35

Постоянное наблюдение: да

Необходимость перемешивания: каждые 15 минут

Процент испарения жидкости: 98

Редкость: уникальное

Открыто: 16/16]

Обалдеть же. На приготовление такого зелья уходит целый год. Причем это не просто закинул в котел нужные компоненты, водичкой залил и на огне оставил. Нет, каждые пятнадцать минут помешивать нужно, да еще и следить за количеством испарившейся жидкости. Тут для готовки целый НИИ нужен. То есть кто-то должен постоянно дежурить у котла, помешивать варево, потому что малейшая ошибка, неточность — и зелье будет испорчено…

А выглядит оно как будто кто-то помер в этом пузырьке, потом это все вылили в грязную бензиновую лужу с разводами, хорошенько потоптались сапогами, которыми до этого по слякоти ходили, потом передумали и залили жижу обратно в пузырек, оставили на солнце, чтобы побродила, настоялась и скисла.

Понятно, почему зелье оказалось в отстойнике — этикетки на нем нет, бутылка грязная, пыльная, в разводах и грязных отпечатках. Содержимое даже выглядит отвратительно. И непонятно, что за зелье, на кой нужно и не опасно ли его даже открывать… Не каждый готов рискнуть жизнью… Или потратить кучу времени на изучение зелья, которое может оказаться отравой, или пятновыводителем, или слабительным, или зельем от прыщей — фигней, короче.

Антуан же говорил, что на разгадывание и изучение может уйти неделя, а может и полгода. Некоторые зелья не поймешь для чего и от чего. С другой стороны, можно потратить неделю, заработать сорок золотых, и все, ты в шоколаде.

Ладно, хватит уже философствовать. У меня есть три отличных редких зелья без побочных эффектов. Тяга к сладкому после зелья усиления регенерации и зуд в суставах поле зелья ловкости — временные неудобства. Главное, что третья рука не вырастает или прямая кишка не вываливается. У «Железной памяти» никаких негативных последствий. Жалко только, что на полную мощность оно начинает работать через полгода… но я тут, вероятнее всего, надолго, так что…

Сладкое у меня есть, а зуд… потерплю, куда деваться. Когда в армии служил, приходилось стоять у знамени во время смотров. Там тоже все чесалось и зудело — а пошевелиться нельзя, иначе на «губу» загреметь можно было до конца службы…Терпел же, и тут потерплю.

Беру первый пузырек, откупориваю.

— Фу, блин,— к горлу подступает тошнота, — ну и мерзость все-таки. Я, конечно, понимаю, что лекарство должно быть горьким и невкусным, но это чересчур.

С другой стороны, во всем должен быть баланс. Негатив всегда должен компенсироваться позитивом и наоборот. Вот у зелья шикарный эффект и никаких побочек, зато на вид, цвет и, я уверен, вкус — это полное дерьмо. С этим надо смириться.

Представлю, что это бурбон — тоже мерзкое пойло, по-моему.

Опрокидываю первый пузырек с зельем в рот, за ним второй и третий…Обильно запиваю все это водой, но во рту все равно остается мерзкий привкус жженой резины и старых ношеных носков.

Сижу… на сладкое пока не тянет, зато колени зачесались почти сразу. Или это самовнушение? Ну, ладно, терпеть можно.

Привожу постель в порядок. Одеяло, что я прикупил за ночь, успело отсыреть. Да, такая вот фигня — в моей башне сыро. Магическая постройка, сама может перестраиваться и совершенствоваться, а от этого избавиться не может. А одеяло-то я купил пуховое, такое для походов не подойдет, ему место в доме. Антуан удивлялся еще — зачем, мол, авантюристу такое одеяло, вы ведь дома усидеть и недели не можете. Я-то в дальнейшем прикуплю тонких походных одеял, но это-то и проблема, что они тонкие, а меня это бесит. Хорошо хоть одеяло Сольвег у меня есть, хотя и оно, бывает, отсыревает.

Разложив одеяло напротив окна — может, хоть чуть под солнцем просохнет, выхожу из башни, прихватив несколько мечей.

На улице беру под контроль трех мертвяков, бросаю им оружие:

— Сражайтесь! — приказываю. — Пора порядок навести, а то приперлись всякие.

Мои зомбари бросаются в бой, рубя бродящих вокруг башни мертвецов.

Я же спокойненько обхожу жилище, проверяя обстановку. В принципе, все в пределах нормы — зомби и скелеты… практически обычный вторник.

Возвращаюсь к дверям башни. Там сложены вещи, что остались от вчерашних незадачливых разбойников. Добыча скудная — только у одного был небольшой мешок, да еще нашлась сковорода на длинной ручке. Даже, наверное, не сковорода, слишком глубокая. Кастрюля на длинной ручке.

Скорее всего, бандиты на дело шли налегке, а добро где-то припрятали…

Только на хрена они эту посудину с собой взяли? Может, в качестве талисмана?

Беру эту кастрюлю и стучу по стене. Громкое дребезжание разлетается далеко.

— Давайте, зомбари-скелеты, валите все сюда, чтоб я за вами не бегал, — с азартом фигачу по стене.

Эффект выше всех ожиданий. Зомби и скелеты стали подходят и даже подбегают к башне со всех сторон.

Трои моих мертвяков уже не справляются.

— Ладно, сами напросились, — достаю меч и бросаюсь в битву.

Мастерство владения мечом у меня снова выросло. Зомбари ко мне подойти не могут, настолько быстро я сношу им головы. Кручусь, как вентилятор, отсекая части мертвых тел, зомбари и скелеты падают к моим ногам, как скошенная трава. И это навык еще не на сто процентов работает. Скоро я в машину для шинкования зомбарей превращусь…

Сражение с зомби теперь превращается в развлечение. Я теперь могу себе позволить расправляться с противниками не только эффективно, но и эффектно… То одним ударом головы двоим зомбарям снесу, то в прыжке…

Этот выпендреж чуть не сыграл со мной злую шутку…

Уж не знаю, зелье ли, недавно принятое, подействовало, улучшив реакцию, или мой седалищный нерв подал сигнал тревоги…

Я вдруг почуялприближение опасности откуда-то сверху. Тратить время и без толку пялиться в небо не стал, просто кинулся на землю и кувыркнулся через голову. Меч при этом отбросил — не хватало себе брюхо распороть…

Оглядываюсь. Там, где я стоял минуту назад, бьет облезлыми крыльями гарпия. Выглядит тварь омерзительно — голый череп, с которого свисают куски гнилой кожи, плоть отваливается от тела кусками, обнажая кости и фиолетовые от гнили внутренние органы.

Гарпия смотрит на меня и жутко воет.

— Ну зашибись. Знаю же, что выпендреж до добра не доводит.

Срываю с пояса арбалет и всаживаю стрелу в грудь гарпии. Тварь отбрасывает на пару шагов назад. Стреляю еще и еще раз… Тут сзади к ней подскакивает Костя и одним ударом сносит мерзкую голову с плеч.

Пинком перевернув труп гарпии, поднимаю с земли меч. Зомбарей-то пока еще всех не уложили.

— Вот же бесполезное создание, — с презрением смотрю на гарпию, — толку от вас никакого. Ни вещей у вас, ни сумок, починить вас нельзя… Только как мишени годитесь да как мешки для упражнений с мечом…

Спустя еще полчаса боя поток зомби редеет. Я к тому времени уже задолбался поднимать новых мертвяков.

Покончив с последними, приказываю зомбарям таскать в подвал все мало-мальски пригодное к переработке.

Башня сама разберется, что со всем этим делать. Ветки, куски дерева — из этого, может, балки новые создаст, из камней укрепления для стен…

Пока мертвяки забивают подвал материалами, поднимаюсь на третий этаж. Осматриваю окрестности из окна.

Неподалеку обнаруживается домик. Деревянный сруб на каменном фундаменте, стены слегка покосились, но в целом выглядит вполне добротно. Да и идти совсем недалеко — шагов, может, пятьсот…

Как будто башне кто-то специально подкидывает соседей — то деревенька с мельницей, то избушка…

Направляюсь к избушке. Все вроде в порядке, солнышко светит, травка зеленеет… только что-то эта травка похрустывает, как гравий или стекло.

Так, стоп. Странно это… Приглядываюсь к стеблям.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Стеклолист

Тип: растение

Вид: однолетнее

Опасность: средняя

Примечание: стебли травы становятся стеклянными , если на них наступить.

Открыто: ⅜]

Ага, дальше идти опасно — можно ноги порезать, а если упасть в эту траву, то пиши пропало, тут от кучи порезов и помереть можно.

Вызываю скелетов. Одного отправляю вперед, на разведку. Тот доходит до самого порога избушки. Трава под костяными ступнями трещит и ломается, хорошо, что скелету это не страшно.

— Так, ребятки, надо меня доставить к домику этому, — приказываю скелетам сцепить руки в замок и таким образом отнести меня в нужное место.

Внутри избушки тихо, повсюду толстый слой пыли — явно здесь никого не было уже давным-давно.

Просторная комната, справа проход на кухню и дальше дверь в еще одну комнату. В углу большой комнаты трехногий стол, у стен шкафчики с покосившимися дверцами, три табурета поваленные лежат. Все свободное пространство стен занято охотничьими трофеями: рога, черепа, челюсти каких-то неведомых животных.

— Видать, охотничья избушка, — рассматриваю трофеи на стенах, — судя по размерам мебели, обитали тут здоровенные ребята, под два метра ростом.

Оценка выдает информацию, что древесина, из которой сделана мебель, очень качественная, возраст порядка пятисот лет, при этом никакой гнили нет, а еще древесина эта легко поддается обработке.

Что стол, что табуреты размером больше среднего. Не то чтобы для великанов, но действительно для людей большого роста и массивного телосложения.

— Это как домик трех медведей, только все три медведя папы.

Хотя, судя по пыли, тут уже лет двести никого не было, а значит, никто сюда и не вернется, можно забирать все ценное.

— Так, товарищи скелеты, нами, то есть мной, обнаружены стратегические ресурсы. Эти ресурсы требуется стратегически переместить в башню. Двое таскают, один остается тут.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Рога винтакура

Тип: трофей

Возраст: 85 лет

Стоимость: 15 медных монет

Открыто: ⅜

Примечание: обладатель рогов — травоядное млекопитающее средних размеров с винтовыми рогами, за что и получил свое название. Ценность различается в зависимости от разновидности рогов ]

Отлично, с этого и начнем. Раз трофеи эти чего-то стоят, значит, их надо забрать.

Снимаю со стен все, включая крепления для оружия. Тут пришлось использовать меч в качестве гвоздодера… Ну, ничего, гвозди тоже пригодятся.

Два скелета, груженные охотничьими трофеями, направляются к башне. Чтобы больше унесли, рога просто втыкаю им между ребер. В руках у каждого по табуретке.

Костяны неуклюже двигаются, издалека напоминая ежей. Пока скелеты не вернулись, осматриваю другие помещения.

Конечно, она уже видавшая виды и без ортопедического матраса, но все равно это уже что-то. Оценка показала, что жучков и клопов в ней лет.

Удивительно, зачем в домике охотников такая большая кровать? Хотя неважно. Важно, что кровать целая, готовая, так сказать, к употреблению…

Вернувшимся скелетам приказываю тащить кровать в башню. Мертвяки даже вдвоем с трудом поднимают массивный предмет мебели.

— Не сломайте, а то я вас сам сломаю, — покрикиваю на скелетов, пока они с трудом протискивают кровать в двери.

Зашибись, наконец-то. Не на полу спать буду теперь…

Захожу на кухню, там очаг, с кучей пепла. Мечом поворошил — ничего интересного. Зато в углу ручная мельница. Два здоровенных каменных жернова, поставленные один на другой.

— Костян, ну-ка, подними эту штуку… Нет, не надо.

Вспоминаю, как в прошлый раз жернов вроде этого едва могли дотащить двое.

— Не напрягайся, пупок развяжется. Сейчас товарищи вернутся, помогут.

Даже вдвоем скелеты с трудом вытаскивают из дома жернова…

— Мало ли, как тут жизнь повернется, — рассуждаю, глядя в окно, как Костяны волочат жернова к башне, — может, придется самому муку молоть. Лучше уж быть готовым ко всему, чем не вовремя обнаружить, что чего-то не хватает…

Руководствуясь этим принципом, тщательно обшариваю кухню и комнаты, собирая все, что не приколочено… Да и все, что приколочено, тоже. Крюки для оружия из стен выдираю — железо вообще-то… Доски, которые отходят от пола в нескольких местах,— выдираю тоже. Это для кого-то другого это все хлам, а нам с Беллой важные ресурсы…

Входную дверь — и ту с петель снимаю, при помощи Костяна. Дверь хорошая, древесина не рассохлась, да и цвет приятный, беловатый с вкраплениями коричневых тонов. На кофе с молоком похоже…

Вроде все собрал. Даже глиняные черепки и расколотую колоду для рубки мяса с кухни. Скелеты уже отнесли все к башне и ждут новых приказов.

— Все, пора возвращаться, — направляюсь к двери и тут спотыкаюсь.

— Черт, как так можно, на ровном месте?

Осматриваю пол.Ага, место-то не совсем ровное… Две половицы приподняты.

— Интересно, интересно…

Подцепив мечом половицы, распахиваю люк.

Ох ты ж ни фига себе! Под полом обнаруживается не просто погреб, а спуск в шахту. Ведет туда добротная лестница, ступени даже не прогнили.

Отправляю одного скелета в башню за факелом, пока тот бегает, хожу вокруг люка, притопывая от нетерпения.

— Тебя только за смертью посылать, — выхватываю у вернувшегося скелета факел, поджигаю и бросаю в шахту.

На всякий случай отступаю от люка подальше — мало ли, вдруг там внизу какой-нибудь гремучий газ.

Нет, все в порядке, никаких взрывов и языков пламени. Заглядываю в шахту — факел лежит на дне, горит себе спокойненько…

Отлично. Беру с собой одного из скелетов, чтобы впереди шел в качестве разведчика.

Спустившись по лестнице, обнаруживаю тоннель, довольно широкий и просторный.

— Вперед, — командую скелету и, подняв факел над головой, направляюсь дальше.

Метров через двести натыкаюсь на россыпь камней, сломанная крика рядом валяется.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Рудная жила

Тип породы: драгоценные камни

Насыщенность руды: богатая

Истощенность жилы: 98%

Открыто: 3/6]

Понятно. Добывали драгоценности, а когда жила истощилась, просто забросили.

Идем дальше, и тут чувствую неладное:

— Стой, Костян, защищайся.

Скелет вдруг начинает дергаться, словно наткнулся на невидимую стену.

— Назад! — приказываю ему.

Скелет, еще потрепыхавшись, все-таки отступает.

— Ясно, дальше не пойдем, — констатирую я, — видимо, тоннель не целиком переместился… Там сейчас будто дырка в пространстве… Пошли обратно.

Тут на стенах замечаю что-то вроде канделябров или подсвечников. В каждом подсвечнике закреплен продолговатый кристалл.

— А вот это уже интересно, видимо светильники магические… Так, надо это все забрать.

Скелеты приносят еще факелы. В их свете я насчитал шесть кристаллов в металлических чашах.

Те, кто их вешал, знали свое дело. Выдернуть даже один канделябр оказалось очень непросто, а мне ведь два скелета помогали…

Можно бы забрать только кристаллы, но, во-первых, металлические держатели тоже вещь явно ценная, а во-вторых, вдруг они необходимы для работы этих кристаллов. Как для лампочки патрон…

Провозился я до самого вечера, устал, вспотел, в каменной пыли перемазался, но в итоге остался доволен: вон какие уникальные штуки заполучил.

Кристаллы и крепления к ним передаю одному скелету, двое других снимают со стен тоннеля две массивные деревянные полки.

Из люка выбираемся уже в сумерках.

Надо скорее в башню возвращаться. Как бы я ни был крут в обращении с мечом, оставаться ночью на открытой местности мне не улыбается.

Скелеты с трудом тащат здоровенные полки, я же запрыгиваю на закорки Костяну, что несет кристаллы, и на нем перебираюсь через заросли стеклолиста.

Ночь уже вступила в свои права, когда я, поужинав, разлегся на кровати. Скелеты с огромным трудом сумели затащить ее на второй этаж. Естественно, благодаря моему чуткому руководству. Так, что я накидал на кровать все одеяла и теперь наслаждаюсь.

Все остальное добро из охотничьего домика лежит на первом этаже. Что-то завтра отнесу в лавку к Антуану… Надо только одеться так, будто все трофеи мне достаются с боем. Чтобы и куртка в прорехах, и штаны прожжены, и ботинки просили каши.

Я поужинал кашей с мясом, на десерт ел мед с хлебцами и кусок пирога с начинкой из чего-то вроде повидла.

Сладкого и правда хотелось очень сильно, но я сдерживался — мало ли, сейчас все съем, а потом достать будет негде. Не факт ведь, что за ночь деревня никуда не пропадет. К зуду в суставах я почти привык, хотя, конечно, хотелось расчесать все в кровь… Но улучшения не могут проходить без неудобств, без жертв. Потерплю…

Усталость все-таки взяла свое, я уснул, раскинувшись на кровати.

Среди ночи подскакиваю.

— Тук-тук-тук,— слышится с первого этажа.

— Что за фигня? Кому не спится там в ночь глухую? — Естественно, спускаться, а тем более открывать двери я не собираюсь, так что просто бормочу в полудреме — Вы кто такие? Я вас не звал! Идите… по домам.

Стук не прекращается.

— Вот же настырные, — переворачиваюсь набок и кладу на ухо подушку. — Белла, скинь на них кирпич, пожалуйста. А меня не будить…

Просыпаться всегда неприятно… Ну, может, в детстве в день рождения или на Новый год, когда предвкушаешь подарки и веселье, пробуждение не вызывает отторжения, но в зрелом возрасте оно всегда бесит.

Так хочется вернуться под теплое одеяло, досмотреть хороший сон. Мир грез куда привлекательнее серой реальности, где нужно идти на работу, платить по счетам, быть взрослым и ответственным.

Это все при условии, что ночью спал, а если нет? Тогда пробуждение будет просто омерзительным.

Вот сегодняшнее утро таким и было. Я открыл глаза, едва в комнату забрался первый солнечный луч. Все тело затекло, каждая мышца и косточка болели.

Вообще непонятно, спал я в итоге или нет.

На коленях лежит арбалет, рядом с правой рукой меч. Сам я не лежу на кровати, а сижу на полу, прислонившись к ее спинке. Сижу так, чтобы контролировать и дверь с лестницы, и окно.

Стук, который разбудил меня посреди ночи, продолжался до самого утра. Спать, естественно, я не мог.

Притащил оружие к кровати, сам переместился на пол, то и дело проваливался в полудрему, когда вроде и слышишь все, что происходит вокруг, но и будто бы спишь. Ключевое слово «будто бы».

На деле же — ни хрена я не спал. Я бдел всю ночь…

Теперь же, при свете дня, нужно спуститься на первый этаж, выйти из башни и попытаться определить, что же там такое творилось.

Ладно, стучать мог особо упрямый зомби, к этому я почти привык, не обращаю внимания, но смех… до сих пор от одного воспоминания по спине дерет.

Когда возле храма квазаров я поднял проклятую монету, тоже услышал смех, но тот был другой, человеческий, что ли. А от этого становилось совсем не по себе. Зомби и скелеты не смеются.

Собравшись с духом и прихватив целый арсенал, спускаюсь на первый этаж — тут все в порядке: двери заперты, решетки на окнах не повреждены. У стен куча камней и палок — то, что вчера в подвал не поместилось. Сам люк подвала плотно закрыт, без каких-либо признаков взлома…

Входная дверь такая же, как вчера: нет следов повреждения или проникновения.

Открыв дверь, осторожно выглядываю на улицу. Тут вроде все в порядке — обычный солнечный день, все прекрасно.

Что умеет этот мир, так это создать умиротворяющую картинку: в небе солнышко, мелкие легкие белые облака, похожие на барашков. Зеленая трава колышется на ветру, издалека доносится щебет птиц — пасторальная красота.

Однако, по моему опыту, такая благодать и тишина ничего хорошего не предвещают…

Выхожу из башни, осматриваюсь. Все отлично — не толпится у башни орда мертвецов, не падает с неба черной смертоносной тенью гарпия, не вырос поблизости лес, полный деревьев и трав, что хотят убить неосторожного путника, ни других каких-то мерзких чудищ не видно — вообще ничего страшного и подозрительного. Мои мертвяки трудились всю ночь, и теперь под стеной башни собрался приличных размеров холм всякого. В основном камни и палки, но есть и несколько кусков железа…

— Какие молодцы все-таки мои зомбари, — бормочу я, — пока я сидел наверху с арбалетом в руках, эти двое продолжали выполнять мой приказ. — Благодарность, что ли, им объявить, вручить памятный подарок, премию выписать…

Успокоенный, поворачиваюсь ко входу, чтобы вернуться в башню и подкрепиться, но тут вижу внешнюю сторону двери. По спине пробегает стадо мурашек, огромных таких, холодных, будто толпа зомби-слонов пронеслась.

На двери глубокие борозды от верхнего левого угла к нижнему правому. Они глубокие, ровные, по краям древесина чуть обуглилась.

— Черт, тут словно топором рубили, — я притрагиваюсь к бороздам, — но тогда я бы услышал треск и грохот, а тот шум, что я слышал, на треск не похож.

В царапину спокойно входит мой палец целиком. Кто мог такое сотворить? Словно дверь была не из прочной древесины, обшитой стальными полосами, а из мягкого масла, по которому кто-то водил раскаленными ножами. Медленно так, плавно, погружая в дверь, без усилий, даже нежно…

А до этого по двери лупили и зомби, и огромный медведь… и это только то, что я знаю. Пока меня не было, сюда тоже могли наведываться всякие неприятные личности. Те же разбойники, которые недавно меня подстерегли, упоминали, что целый день пытались проникнуть в башню. Сомневаюсь, что они просто вежливо стучались.

Мне становится не по себе. Я уже привык считать башню неприступной, что дверь, благодаря ручке, на максимальной магической защите, и чарами она укреплена, просто у меня пока уровень оценки не настолько высокий, чтобы понять, что за защита стоит и где предел ее прочности.

Теперь же уверенность разрушена. Кто-то или что-то смогло серьезно повредить дверь.

А что, если оно вернется? Если это не случайная проверка, а какая-то тварь учуяла мой запах, к примеру, и теперь будет сюда возвращаться каждую ночь, ломать дверь, до тех пор пока все же не прорвется в башню.

Похоже, что я в полной заднице.

Быстро возвращаюсь в башню.

— Белла, у нас проблемы, — поднявшись наверх, обращаюсь я к своему убежищу, — ты, наверное, в курсе, но ночью нас посетили странные гости, очень опасные, судя по состоянию двери. Надо укрепить периметр. Двери сделать надежнее, стены упрочить… утолщить, короче, сделать толще и прочнее. Дверь бы целиком из стали сделать, или мифрила, или адамантия — чего тут у вас самое прочное есть? Такое, чтобы никаким тараном не пробить, чтобы даже лазерный резак ее не брал.

Из-за магической ручки я считал дверь неразрушимой, но, оказывается, и на старуху бывает проруха.

— Полная непруха вообще, — перебираю зелья на полке в поисках нужного, — а я, дурак, расслабился, поверил, что у меня все схвачено. Ничего тут не может быть схвачено. Стоит только расслабить булки, как сразу прилетит.

Найдя сонное зелье, отмеряю немного — часа на три-четыре. По крайней мере, надеюсь. Оценка таких точных параметров не выдает.

Пока я готовил необходимую порцию лекарства, мои зомбари забивали подвал материалами — тем, что лежало на первом этаже, и тем, что мертвяки притащили за ночь.

— Так Костя, Борис — остаетесь за главных, — сообщаю двум мертвякам на первом этаже, — двери никому не открывать, даже если песенку вам споют, друзей не приглашать: я сегодня не в настроении для вечеринок… Сторожить, если будет прорываться враг — стоять насмерть… хотя кому я это объясняю.

Тщательно проверив, заперта ли входная дверь и дверь на второй этаж, выпиваю зелье и ложусь на кровать.

Два-три раза моргнул и провалился в сон.

Встаю с кровати. Я по-прежнему в башне, только теперь уже во сне. Или, может, назвать это режимом строительства? Неважно. Важно, что надо заняться делом.

— Белла, я понимаю, что тебе важно создавать уют и все такое прочее, но сейчас у нас реальные проблемы и не до красивостей. Надо укрепить стены и особенно дверь. Дверь или ворота — это всегда слабое место в любом замке или башне.

Мысленно показываю Белле, что и где хочу укрепить. Железа в подвале вроде как хватает на усиление двери. Представляю укрепленную бронепластину с металлическими нашлепками, и не из простого железа, а из какой-нибудь высоколегированной стали с примесью титана и вольфрама — для жароустойчивости…

— Не знаю, есть ли в этом мире такие сплавы, но, может, аналоги подберешь?

Белла хранит молчание, непонятно, то ли думает, то ли офигевает от моих запросов.

Сам же я хожу от стены к стене:

— Так, с дверью более или менее понятно, а что насчет стен? Вдруг камень для этой ночной твари как хлебный мякиш? Прорвет и не заметит? Надо стены укреплять, второй ряд сделать.

Передаю картинку башне — крупные серые блоки должны выстроиться вокруг внутренних стен, у крыши и окон нужны откосы — такие, чтобы не забраться…

Просыпаюсь и сразу же иду проверять, как продвигается улучшение.

— Да уж, прогресс хоть и налицо, но пока что все в зачаточном состоянии. — Дверь зарастила борозды на поверхности, но ни о какой броне пока и речи нет. Кривые железные нашлепки появились, и только…

На стены, видимо, не хватает камня — второй ряд стен начал подниматься, но даже до высоты человеческого роста не дошел…

— Нужно больше камня, — хрипло произношу я. — чтобы доделать все, что я напридумывал.

Белла нормально восприняла мои пожелания, но она ж не всесильная, работает с доступными ресурсами, а мы их уже извели…

Так, оставаться в башне на ночь — не вариант. Надо сваливать.

Поднявшись на третий этаж с двумя рюкзаками, скидываю в один всякую мелочь: кольца, браслеты, цепочки, пояса добротные, всякие бляхи с ремней, фибулы, кубки с непонятными гравировками… Забиваю рюкзак под завязку, вдобавок беру кошель с деньгами.

В процессе формируется какой-никакой план. Если башню пока не получается укрепить, значит, против ночных гостей нужна другая тактика. Нужна ловушка. Нужны зелья, как ни странно. А где их взять? В деревне. Я так и так туда собирался отправиться, чтобы узнать побольше о мире, но теперь для меня это вопрос выживания.

— Белла, мне надо уйти, — обращаюсь к башне, — ты пока укрепляйся, развивайся, а я позабочусь об остальном. Надеюсь, что той твари, которая дверь поцарапала, нужен именно я, а не ты, так что она не вернется и ты спокойно сможешь закончить работу.

Рюкзак готов, Антуан будет в полном восторге, если он еще не свалил, конечно. Лишь бы с расспросами не приставал…

Точно… чуть не забыл. Вот что значит суета и паника. Вчера ж еще думал над этим. Надо переодеться, чтобы по шмоткам любому было понятно, что не с неба на меня богатство свалилось, а добыто в тяжелой вылазке, что я жизнью рисковал и все такое…

Со склада приношу рубашку, штаны и куртку — все добротное, но потрепанное.

— Нет, это неубедительно, — скептически осматриваю вещи, — надо ж, чтобы было видно, что в драке побывал костюмчик…

— Костян, Борис, живо ко мне, — кричу, спустившись на первый этаж, — тут для вас дело есть…

Идея простая и гениальная. Приказываю скелету нарядиться в шмотки…

— Сидит, конечно, как на палке, но не до красоты сейчас…

Вывожу подопечных на улицу и приказываю Борису прикончить Костяна. Теперь скелет будет защищаться по мере сил.

Зомбарь бросается на скелета, клацая зубами. Сцепившись, они падают на землю и катаются в траве. Я с удовлетворением слышу треск ткани и вижу, как в воздух взлетают куски тряпок. Для пущего драматизма кидаю в скелета искру из артефакта пламени, чтобы одежда еще и слегка обгорела.

По итогу схватки получаю: уничтоженный скелет — одна штука, потрепанный, но функциональный зомби — одна штука, комплект одежды, поврежденный в бою — одна штука. Я вполне доволен результатом.

Переодевшись, закидываю на плечи рюкзак. Все, пора в деревню, а то мало ли, свалит из нее весь народ или она опять целиком переместится…

— Все, Белла, не скучай, я скоро вернусь. Надеюсь.

Зомби отпускаю. Была мысль оставить его за охрану, но, подумав, решил все-таки от этой идеи отказаться — мало ли, простые путники будут проходить, а мертвяк на них нападет…

До ворот деревни добираюсь без приключений. Загодя поднимаю скелета, пока еще со стен меня не видно.

— Так, Костян, задача тебе — у стен деревни залечь камнем, вы, скелеты, это умеете, лежать, ждать, наблюдать. Не атаковать, без моего приказа никаких действий не предпринимать.

Скелет прячется в траве, я же подхожу к воротам. Иду быстро, но так, чтобы было видно, я не просто так прогуливаюсь…

Стражники на стенах знакомые, признали. Это хорошо… Но от проверки это меня все равно не уберегло. Стражники внимательно осматривают и меня, и рюкзак. Содержимое вызывает у них живой интерес и уважительные взгляды. Со всех сторон сыплются вопросы. Понимаю через слово, но отвечать получается. Коротко, зачастую односложно, но все же…

— Был тут… припасы пополнить… — Вроде всем все понятно.

— Таре фекалио? — слышу вопрос.

Чего? Какие еще фекалии? Нормальные вещи…

— Таре фекалио, ка? — Вопрос повторяется уже требовательнее.

«Фекалио — гильдия» — выдает информацию оценка. Теперь понятно. Интересуются, к какой гильдии я принадлежу.

Черт, а я-то откуда знаю? Вдруг тут, если ты без гильдии, то пошлина какая-то положена или таможенный сбор? Или просто не пропускают в города? Ну нет, эти то стражники меня знают, сражались же вместе… Вот же попадос…

— Фрито,— выдаю я, помедлив. То есть «свободный». Сам по себе я.

На меня смотрят еще более уважительно. Видимо, одиночек тут не так много, все-таки стараются авантюристы сбиваться в группы — так выжить проще, да и утащить при случае больше получается. А тут я один, да еще и с полным рюкзаком добычи.

Стражники продолжают копаться в рюкзаке, который я не выпускаю из рук — еще чего не хватало. Сейчас только отвернусь, как моим вещам ноги приделают, докажи потом, что у тебя что-то было. Вон у стражников в руках колюще-режущие аргументы… И даже если их я порублю, то что дальше делать? В лавку не сунешься — прибьют, бежать в башню с пустыми руками и ждать, пока ночная тварь вернется и разломает-таки дверь,— не вариант.

— Кастуанэ? — Дергаю рюкзак на себя. «Вопросы?» в смысле…

Стражники пожимают плечами, мол, нет вопросов. Расступаются, и я прохожу мимо. По дороге к таверне замечаю, что деревня довольно быстро пустеет — половина домов лишились жителей, окна и двери заколочены, кое-где от домов лишь стены да крыша остались, а все остальное вывезено. Ясно, люди решили, что никакой помощи они не дождутся и на место деревня не вернется. Собрали все, что можно, и уехали…

В таверне свободно. Подзываю Зорью и прошу принести попить. Не выпить, тут есть разница.

Девушка хоть и улыбается приветливо, но все же говорит, что остался только морс из ягод кислины. Другого ничего нет.

— Все равно, — отвечаю, — пить хочется — сил нет. Тащи кувшин…

Зорья скрывается в кухне и быстро приносит запотевший кувшин с напитком. Название ягоды говорит о ее вкусовых качествах — морс кислый, будто лимонный сок, настоянный на старой батарейке. Зато жажду утоляет отлично…

Да уж, видимо, в деревне провизия заканчивается, раз гостям в таверне подать могут только такую кислятину… Скоро и Зорья, и таверна снимутся с якоря и исчезнут среди пустошей в поисках нового дома.

Осушив кувшин и удостоверившись, что оплаченная на десять дней комната все еще числится за мной, отправляюсь к лавке Антуана. Там тоже вовсю готовятся к отъезду. У лавки стоит крытый фургон, почти под завязку забитый коробками и сундуками, свертками и мешками. Антуан забирает все ценное, готовится к переезду. Неподалеку от входа у коновязи стоят две крепкие лошади. В яслях перед ними овес и свежее сено — лошадкам надо набраться сил, путь им предстоит неблизкий…

— Какие люди… думал, не вернешься. — Антуан с удивлением пялится на меня и с интересом — на рюкзак за моей спиной.

Вопросительно смотрю на торговца:

— Ты столько тащил в прошлый раз, думал, спину сорвешь. Будешь в лесу рядом с припасами лежать…

— Закончилось все, — коротко отвечаю, — надо еще… больше. Еда… В два раза больше.

— О, это ты удачно зашел, — улыбается торговец, и я сам улыбаюсь, уж очень по-земному звучит, — съестное тащить неудобно. Только деньги-то у тебя есть?

— Добыча, обмен, — отвечаю.

Выкладываю на прилавок кольца, цепочки, кубок, рога из охотничьего домика…

Антуан называет цену, и без оценки понятно, что гораздо ниже справедливой. Вот же капиталист проклятый…

Видимо, эти мысли отражаются на моем лице, так как торговец останавливается и говорит:

— Не нравится цена? Можешь в город отнести. Сам понимаешь, сейчас торговля не слишком хорошо идет. Выбирать не из чего.

Вот жук… Он, конечно, прав, монополист несчастный, посмотрел бы я, если бы рядом еще несколько лавок было… а так выбирать не приходится. Соглашаюсь на сделку…

— Отлично! — На лице торгаша выражение полного счастья и восторга. Еще бы, такая добыча в обмен на то, что он готов бросить.

— То, что в прошлый раз брал,— спрашивает Антуан, — все устроило?

Киваю в ответ, все еще переживая из-за несправедливости сделки…

Антуана то ли совесть все-таки немного мучает, то ли лояльность к прибыльному клиенту решил проявить — сам начинает ходить среди полок и забивать сумки провизией.

Хлебцы, всякая другая выпечка, мясо всех видов и сортов.

— Грибы нужны? — спрашивает Антуан, демонстрируя мне связку сушеных грибов с черными шляпками.

Черт, сомнительно конечно, мало ли, ядовитые грибы окажутся….

[ОЦЕНКА | ур. 12

Черноголовый гриб

Вид: съедобный

Содержание яда: 0

Содержание токсинов: 0

Способ заготовки: засушенные

Способ приготовления: термическая обработка (жарка, варка, заваривание).

Примечание: черноголовый гриб питательный и калорийный, придает бодрости и сил. Популярное блюдо среди путешественников, так как не требует долгой обработки и готовки. Сохраняет вкусовые качества хот ь зажаренный на костре, хоть тушен н ый с мясом, хоть просто заваренный кипятком.

Открыто: 6/10]

— Беру, — киваю я лавочнику, — все, что есть…

Антуан закидывает в сумки связки грибов.

— Сухофрукты… со скидкой? — Торговец смотрит на меня, вопросительно подняв бровь.

Киваю, и мешочек с какими-то сушеными ягодами следует за грибами…

Антуан под моим присмотром опустошает полки. Хотя многие и так пустые — народ явно закупался перед тем, как отправиться в дорогу.

По итогу лавочник набивает снедью три большие сумки. Штопаные, потрепанные, но все же целые…

— За мой счет, — говорит лавочник, — свои-то ты куда-то девал.

Я неопределенно машу рукой.

— Ага, ну да, в них, наверное, хранятся припасы для твоего отряда… — Антуан понимающе кивает головой.

«Да-да, для отряда. Шерлок ты деревенский», — не стану его разубеждать. Во-первых, пусть думает, что за мной стоят вооруженные люди и, если решит кинуть, то ему несдобровать, а во-вторых — банально словарного запаса мне для споров не хватит.

Пока я роюсь в отстойнике, Антуан продолжает расспрашивать. Это манера такая у местных — пока прямо и резко не остановишь, будут болтать… Половину слов я не понимаю, но опять же общий смысл из контекста выудить получается.

— Непонятно… ты командир, тебе деньги доверяют, трофеи? Или ты посыльный — командир бы не стал мотаться туда-сюда,… словно ослик груженый.

Отрываюсь от сундука с зельями и молча смотрю на лавочника.

— Ладно, не хочешь — не отвечай… Какой ты немногословный… — Антуан поднимает руки, словно говоря, что все понял.

В отстойнике ничего нового. Оно и понятно — всего-то день с небольшим прошел с моего прошлого визита. Вряд ли к Антуану сюда вереница авантюристов за это время забегала.

Может, набрать зелий поплоше или откровенного мусора? Чтобы Антуан не стал подозревать, что я слишком хорошо во всем этом разбираюсь? Хотя, нет, подозревал бы — не продавал бы за гроши. Хватит собственной тени бояться — беру то, что может пригодиться и что не прихватил раньше.

Забираю пузырек с алхимической кислотой — это не зелье даже, а ингредиент. Пока, может, и бесполезно, но в дальнейшем хрен его знает. Несколько бутылочек с ядами — одни надо швырять в противника, чтобы разбились и появилось ядовитое облако, другие на меч можно нанести или на наконечник болта. Интересное зелье — ускоряет разложение тел, работает на мертвяках. Такого зелья нужен чан — на головы зомби со стен выливать, а от одной склянки проку немного. Тем не менее может пригодиться. Забираю.

Антуан снова заводит разговор. Типа рисковый я парень, даже спрашивать, мол, не будет, зачем мне это все. Говорит, что может показать то, чего на полках нет.

Естественно, киваю.

Торговец приносит средних размеров короб. Внутри шкатулка, а в ней двадцать четыре зелья, распределенные по ячейкам.

Антуан вещает, что это очень ценные зелья, в какой-то гробнице нашли и ему притащили.

Оценка показывает, что зелья недорогие. Примитивные огненные составы — воспламеняются при соприкосновении с любой поверхностью. Тоже не зелья, а ингредиент — в кузницах используется для обработки тугоплавких материалов… Газовое зелье, зелье огненного взрыва. Зелье быстрого разложения.

Покупаю — это мне сейчас очень даже кстати.

В коробке обнаруживаю зелье для укрепления костей.

«Я такими темпами в Терминатора скоро превращусь. Вообще буду неубиваемым. Хотя, с другой стороны, если тут есть такие зелья, то что мешает их принимать и другим людям, а если все прокачанные, значит никто не прокачан… в смысле, все в одинаковых условиях».

Кости зелье укрепляет незначительно, зато побочка у него проблемная… Зелье вызывает сильный голод, причем нельзя жрать все подряд. Требуется определенный набор продуктов, в основном молочных — молоко, творог, сыры. Короче, то что богато кальцием, видимо, чтобы те самые кости укрепить. Зелье я, понятное дело, беру, но принимать его нужно будет после того как закуплюсь необходимыми продуктами. А то сказано, что голод такой, что можно самого себя сгрызть…

— Есть онегрилос? — спрашиваю я, «артефакты» то есть.

— Опять риск? — усмехается Антуан. — Тебе опознанные или нет?

— Разница?

— В цене, — отвечает торговец, — те, что известны, стоят раз в пятьдесят дороже.

— Неизвестные… неси.

Антуан снова скрывается за дверью. Вернувшись, ставит на прилавок еще одну коробку.

М-да, артефакты… Мусор сплошной. Каменные статуэтки, обломки оружия, рукоятки — ничего интересного. Кроме арбалета.

Арбалет заряжен, тетива натянута, в ложе болт.

— Не стреляет, — комментирует торговец. — Смотри…

Антуан хватает арбалет, направляет себе в голову и нажимает на спуск. Ничего не происходит. Спусковая скоба остается на месте, равно, как и болт.

— Не работает, — снова говорит торговец и кладет арбалет на прилавок.

Копаюсь в коробке дальше, то и дело бросая взгляды на арбалет…

[ОЦЕНКА | ур. 12

Именной арбалет

Тип: оружие

Ви д : стрелковое

Владелец: Дарий Арно

Способ активации: вербальный

Слово - активатор: Фандо

Примечание: именные арбалеты выдавались отличившимся стрелкам. Арбалет мог быть использован только хозяином, которому вместе с арбалетом передавалось слово активации, уникальное для каждого оружия . Именные арбалеты имеют большую прочность, пробивную силу и точность стрельбы

Открыто: 5 /12]

Стоит взять. Антуан уступает его со скидкой. Нехорошо, наверное, так обманывать, но… все равно ведь его, скорее всего, уже некому купить.

Помимо арбалета несколько тонких одеял, странные платки, чистые, словно только с ткацкого станка, какие-то палочки, связанные веревкой, костяной гребень в виде головы девушки. Все это интересно, но не надо.

Перед уходом набираю еще арбалетных болтов и всяких зелий — тут уже почти без разбора. Не отрава, годное — и ладно.

Спрашиваю, сколько еще Антуан планирует пробыть в деревне. Тот отвечает, что самое большее два дня.

— Приду вечером, —говорю я, выходя из лавки.

Скинув сумки в комнате, спускаюсь в общий зал. Зорья по моей просьбе принесла поесть. До вечера еще долго ждать, можно заняться пополнением словаря.

Жаль, того забулдыги нет, вот был кладезь информации.

Спрашиваю Зорью насчет моего приятеля.

— Уехал, — со вздохом отвечает она, — многие уехали уже. А этот постоянно сюда заходил.

Из ее рассказа понимаю, что мужик этот в прошлом был успешным авантюристом. Сколотил состояние, купил домик и после этого вылазки совершал только в таверну. Деньги у него то появлялись, то кончались. А вчера пришел выпить последнюю, сказал, что тут ему небезопасно и выпивка кислая. Сел потом на коня да и ускакал. Жалко…

Просидел я в зале до вечера. Делать все равно нечего было. Людей в таверне поменьше, конечно, но ближе к ночи народу набилось. За прилавком вместо трактирщика появилась его супруга — Мария. За соседним столиком мужик опрокидывалсебе в глотку кружку за кружкой. Запах сивушного масла с ног сшибал. Мужик отрубился прямо за столом. Проспал часа два. Потом проснулся со всеми признаками похмелья — за голову держится, икает, глаза мутные. Выпил зелий и враз взбодрился… затребовал себе еще выпивки.

Понятное дело, зелье бодрости замахнул. Я тоже подумывал принять, чтобы спать не хотелось.

Когда начало смеркаться, вернулся в комнату и скинул рюкзаки из окна в стог сена. Решилих за стену переправить, пока там стражники сменяются.

На стену поднялся без проблем. Рюкзаки скинул — гляжу, чтобы зомбари мои их утащили потихоньку. Отнесут к башне и пускай возвращаются, ждать дальнейших инструкций.

— Кто такой? — раздается за спиной подозрительный голос

Оборачиваюсь. Стоит стражник с копьем наперевес.

— Ты кто? Чего тут делаешь? — В его голосе сталь и злоба.

— Авантюрист я, — как можно невиннее отвечаю я, — гуляю.

— Витор, ты чего застрял тут? — появляется второй стражник. — Там уже партия началась.

— Вон ходит.

Витор тычет в меня копьем.

Второй стражник подносит факел к моему лицу.

— Остынь, Витор. Я его знаю. Авантюрист… пару дней как тут был. Стреляет будь здоров, от мертвяков нам помог отбиться.

По лицу Витора понимаю, что приятель его ни хрена не убедил.

Ладно, сейчас помогу ему принять решение.

Делаю вид, что меня мутит, и перегибаюсь через стену. Издаю характерные звуки, дергаюсь, словно из меня цистерна алкоголя выходит.

— Вот, видишь, перегулял человек, а ты на него с копьем, — укоризненно говорит напарник Витора.

— Мог бы и у таверны прочиститься, — слышу, как Витор сплевывает себе под ноги.

Вроде сработало. Стражники скрываются в темноте.

Пронесло.

Возвращаюсь в таверну. Зомбари уже вернулись и залегли у стены. Я тоже сейчас залягу. Зелье бодрости принимать не стану, лучше посплю, а в лавку пойду уже утром…

В таверну заходят трое и сразу идут к стойке.

— Мария, плесни-ка нам кислого! — звучит веселый голос. — Мы с нашим новым другом хотим одно дельце обсудить.

От нечего делать пробегаю по ним оценкой.

Первый — Ферт Копна, 35 лет, бездельничал большую часть жизни, потом подался в авантюристы. Прозвище получил из-за гривы вьющихся светлых волос.

Второй — Амик Старшой. Местный пропойца, всегда готовый поддержать компанию, где наливают. Берется за мелкую работу — копать, рубить, вывезти мусор, окно вставить…

На третьего и внимание бы не стоило тратить. Невзрачный такой мужичонка…

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Мимик

Тип: нежить

Ранг: средний

Опасность: средняя

Специализация: мастер маскировки

…]

«Ну и ладно, — позевываю я, — так, стоп! Что? Нежить… мимик? Мастер маскировки?»

Так, главное не выдать себя сейчас… С прежним сонным выражением на лице всматриваюсь в мимика…

[ОЦЕНКА | ур. 12.

…

Тактика: притвориться живым, втереться в доверие, затем уничтожить, когда жертва теряет бдительность

Умение общаться: да

Копирование памяти жертвы: да

Имитация человека: да

Примечание: Мимики — искусственно выведенная нежить, созданная некромантами времен первой Войны магов. Мимики никогда не передвигаются поодиночке. Группа обычно состоит из трех особей.

Открыто: 8/22]

Зашибись. Напрямую лобовой атакой деревню у нежити уничтожить не получилось. Так они изнутри решили зайти…

Потихоньку, не привлекая внимания присматриваюсь к нежити. Да, на первый взгляд мимик выглядит как самый обычный человек, но все же…

Выдает его что-то… походка, жесты — все немного не по-человечески, что ли. Словно тело немного заторможенно двигается, как будто сигналы от мозга чуть дольше добираются до конечностей… а еще глаза. Глаза мертвеца — без искры, без души. Лицо может улыбаться, но глаза остаются холодными и пустыми. Таверна для таких мастеров маскировки — идеальное место. Тут никто не обратит внимания не некоторую заторможенность или странность во взгляде, здесь все такие, под алкоголем-то.

Украдкой выпиваю зелье бодрости — спать мне сегодня явно не светит. Таверна, а может, и вся деревня до утра не дотянут. Вопрос только, мне что делать? Остаться тут и помочь местным или не мое это дело? Вернуться на ночь в башню…

Мимик у стойки смотрит прямо на меня. Нехорошо так смотрит. С пониманием…

Вот же зараза дохлая, неужели понял, что я знаю, кто он?

— Хозяйка, тащи еды, да побольше! — В дверях появляются еще четверо мужиков.

Сразу же сканирую их оценкой.

Твою дивизию, двое-то мимики. Не ошиблась оценка — по трое ходят…

Вот это попадос так попадос…

Мимик у стойки ненавязчиво перемещается к дверям, перекрывая мне путь наружу…

Твою ж мать. Придется Белле, видимо, подождать меня чуть дольше…

* * *

Всем спасибо что с нами, благодарность за лайки, комментарии и особая признательность за награды!

Следующий том тут: #641557